Полковник для альфы (альфа, бета, гамма)

Глава 1

Новогодняя Сказка для взрослых.

ЧАСТЬ 1 НОВОГОДНИЙ ПОДАРОК

ГЛАВА 1

В Город пришел праздник. Принарядились бутики и магазинчики на его проспектах и улочках. Весело звучали песни в каждом из них. Звенели, развеваясь на ветру гирлянды, если им было, чем звенеть. Остальные просто шуршали от ветра, добавляя необычного в привычную обстановку. Снег, зарядив припудривать город день-через-день, окутывал скверы и улицы флером волшебства, особенно в свете ночных фонарей.

По вечерам зажигались огни других гирлянд, сказочно переливаясь и даря горожанам ожидание чуда. Ночь наступала быстро. Когда основная масса белых воротничков или как небрежно их называли в Сети - офисный планктон - высыпала после работы на улицы Города и, окунувшись в предпраздничную сутолоку, сразу заразившись ею, не спешила расходиться по домам, тогда в торговых центрах и бутиках начиналась та самая вечерняя жизнь Города. Позже она плавно перетекала в ночную, сосредоточившись уже в барах и кафе, готовых работать до утра в эти предпраздничные ночи. Так незаметно, в круговерти погони за подарками, заботах о праздничном убранстве и тренировочных банкетах и корпоративах, подкрался сам Праздник.

Рождественским вечером под огромной сборной ёлкой центрального района стояла женщина. Она переливалась огнями и колыхала от ветерка перегруженными игрушками ветвями. Ёлка. Дама тоже немного переливалась в свете огней. Её возраст сложно было определить; ей могло быть лет тридцать пять, а может и все тридцать семь! Некоторые из женщин умудряются прожить в этом промежутке добрый десяток лет.

Стройная, с точеным профилем; с изящными пальцами, нервно теребившими снятую перчатку; неяркой наружности на первый взгляд, но такая … взглянув на которую случайно, хотелось вернуться взглядом обратно. Женщина.

Светлые, платинового оттенка её волосы выбивались из-под серебристо-белой шапочки ручной вязки и кольцами ложились на белый пушистый воротничок новенького пуховика ультрамаринового цвета. В редких хлопьях мягкого снега, тоже переливавшегося всеми цветами радуги в изобилии света праздничных огней, она казалась снегурочкой, или может быть снежной феей. Хотя на самом деле была совсем не ею, а просто Альфой своего маленького ковена.

Горожане не торопились разбегаться по своим теплым гнёздам к привычным нарезкам, салатам и хрустальным фужерам. Они собирались стайками, весело щебеча; разливали шипучие вина и что покрепче в бумажные и пластиковые стаканчики; бродили, как пузырьки в шипучках, вокруг елок и горок, которых мэрия в этом году в достатке расставила на площадях и в парках.

И поздравляли, поздравляли друг друга. Знакомых, малознакомых и просто всех встреченных по дороге людей. Выстраивались в очередь за горячими пирожками, поедая их прямо тут же на улице и ждали чуда. Так же, как в прошлый и в позапрошлый, и в поза- позапрошлый годы. Не признаваясь даже себе, жаждали чего-то волшебного или просто надеялись в глубине души … А вдруг?!

…

Цепким взглядом хризолитовых глаз охватив идущих, альфа на секунду задумалась, будто впала в транс и, наконец, остановила своё внимание на темноволосом мужчине с посеребренными висками. Снежинки таяли на его волосах, поблёскивая бриллиантовыми капельками, впрочем, его это не беспокоило, было тепло для декабря.

Выше среднего роста, неприметной наружности, он независимо проходил в толпе, не сливаясь с нею. Правильные прямые черты лица, прямой нос, брови и даже рот был сжат в прямую линию так, что ей захотелось нарушить эту идеальную ровность, где-то на задворках её мыслей мелькнул образ поцелуя; она восприняла это как вызов и продолжила рассматривать интересный объект.

Легкая небритость не портила его ухоженный вид, а придавала ему вкусный шарм; скорее крепкая, чем спортивная фигура тоже укладывалась в рамки её эстетического восприятия. Графитового оттенка короткое пальто и прямые строгие брюки. Неожиданно грубоватые ботинки, выбивающиеся из общего образа. Он привлёк её внимание.

Она чуть-чуть улыбнулась кончиками губ, пристально глядя на него. Он приостановился. Его глаз тоже коснулась легкая улыбка, но он развернулся и собрался уходить. Потом в последний момент застыл и, не выдержав, снова оглянулся в сторону елки с женщиной под ней. Как катер в прибрежных водах, рассекая толпу, она шла к нему через людское море. Он, удивлённо приподняв брови, продолжил свой путь, но гораздо медленнее, позволяя ей себя догнать и, наконец, услышал:

- Мужчина, простите ... выы … не поможете ли мне, - протянула она, чуть понижая голос.

- Да? - повернулся он, усмехнувшись, «… что, интересно, она предложит ?.. какой заход нынче используют решительные дамы?»

Уголок его губы самодовольно дернулся вверх, но он тут же пригасил улыбку, ещё не определившись, а надо ли оно ему, это маленькое праздничное приключение?

- Вы знаете, я, кажется, потеряла здесь мой подарок. Не поможете ли вы мне его отыскать? - обаятельно улыбаясь в ответ, сказала она.

Он еще раз оглядел её медленно взглядом, задерживая его на самых красивых местах. С точки зрения одного темпераментного итальянца. Она не дрогнула. Интересная.

- Отчего же не помочь такой очаровательной даме? - и он протянул свою руку, предлагай ей присоединиться.

Она лишь слегка благодарно коснулась его руки. «Какой милый, не стал ничего выяснять и сразу включился в игру» - думала альфа.

Вместе с тем, с Алексеем Георгиевичем Королёвым - именно так звали этого мужчину - произошла неожиданная вещь: когда его кисти на какой-то миг коснулась рука женщины, между ними словно проскочила искорка, уколов руку, как иголочкой. Удивлённо вздрогнув, он подумал:

«… в юности точно решил бы, что это неспроста и неслучайно ...»

- Ну так что, идёмте искать ваш подарок?

- Подарок? - переспросила она, улыбаясь ещё шире, показав ровные зубы оттенка слоновой кости, «любительница кофе» - подумал он, запаха дыма от неё не было.

- Похоже, я его уже нашла, - беззастенчиво глядя ему прямо в глаза, говорила она.

Отчего у Алексей Григорьевича, вопреки всему его опыту и возрасту, побежали по спине мурашки. Холодные и вместе с тем взрывоопасные.

«Ведьма» - подумал он.

«Согласна» - мысленно отозвалась она.

Алекс вздрогнул. «Вот это уже называется бред, еще голосов в голове мне не хватало!» - он осторожно взглянул на неё и мысленно произнёс, - «Эй! Это вы сейчас говорили?».

Она, кокетливо улыбаясь, поглядывала то на ёлку, сверкавшую огнями, то на него, то скромно опускала взгляд.

«Примерещится же в Рождество какая-нибудь чертовщина!» Подхватив свою новую знакомую под ручку, он потащил её из этой уплотнившейся толпы на площади к дороге.

- Я сделала себе к Новому Году подарок, - сообщила ему она (и плюс пара бокалов шампанского, выпитых накануне), - ты - мой подарок! Я выбрала тебя на праздник. Кажется, - она, прищурившись, еще раз оглядела его – кажется, хороший подарок.

- Ты даже не представляешь, какой, - многозначительно сказал он и подозвал... сани.

Настоящие такие сани с Дедом Морозом лихо сидевшем на облучке и парой коней с бубенцами.

- Ну, вот, приехали, - озадаченно сказала она.

- Ещё даже не уехали! – весело отозвался он, - прошу! Или струсила?

Подначил он её в ответ на взгляд, брошенный женщиной назад, будто она собралась кого-то найти или убежать… Что странным неприятным уколом отозвалось в груди мужчины. Она на миг задумалась, но взглянув ему в глаза, «серые, скорее стальные» отметила мельком, и прислушавшись к себе, почуяла, что хочет ехать с ним, а потому решительно скомандовала себе:

- Едем!

Глава 2

Миланта, так звали альфу родового конвэнира (ковена), была в смятении. Она и раньше могла услышать яркие мысли, направленные в ее сторону. Вот как в этот раз. "Ведьма" отчетливо услышала она и покладисто согласилась. Умные чувствующие мужчины, с аурой силы, были её маленькой слабостью. Он был именно такой.

Это она поняла сразу, едва заметила в толпе вспышку, притянувшую её. Но вот то, что он её услышал и попытался продолжить диалог... До этого случая у неё такого не случалось. Ни с кем. Такое было впервые, а потому внушало опасения и желание на всякий случай держаться от него подальше. Поэтому, забившись в угол саней, она приклеила на лицо улыбку, а сама лихорадочно думала: «Что же делать?.. остаться или уйти?..»

- Эге-гей! Залетные! – крикнул коням Дед Мороз, хитро улыбнулся своим седокам, и лихо пристроившись на переднем облучке, щелкнул над головой коней кнутом.

Пара гнедых, красиво выгнув шеи, плавно потянула сани по заснеженным укатанным улицам. По сторонам медленно проплывали заманчиво сверкающие витрины магазинов. Пешеходы не торопились уступать дорогу, что замедляло скорость, благо, что хоть для проезда машин эти улицы были закрыты еще с начала декабря. Бубенцы издавали нежный перезвон, усиливая сказочность момента.

Огромный пушистый плед на мгновение закрыл обзор. Миланда вздрогнула и напряженно замерла, чувствуя, как он окутывает её с одной стороны. С другой женщину осторожно подтягивали к теплому боку мужчины его уверенные руки; сам он, отвлекая её внимание от своих действий, спросил:

- Так теплее? – и, едва получив согласный кивок в ответ, продолжил – тогда «…предадимся бегу …»?

В ответ на её вопросительный взгляд, он добавил:

- «... нетерпеливого коня…»

- Пушкин – понятливо кивнула она и иронично добавила – начальная школа. Да и здесь трудно «… предаться бегу…» - она взмахнула рукой указывая на толпы народа, будто еще больше высыпавшие на улицы Города.

- Согласен. Потому предпочел бы прокатить вас, прекрасная незнакомка, в заснеженном лесу. Можно по-взрослому:

«.. Мело, мело по всей земле Во все пределы. Свеча горела на столе, Свеча горела. Как летом роем мошкара Летит на пламя, Слетались хлопья со двора К оконной раме.

Метель лепила на стекле Кружки и стрелы. Свеча горела на столе, Свеча горела…»

Проговорил он речитативом.

……

«.. На озаренный потолок Ложились тени, Скрещенья рук, скрещенья ног, Судьбы скрещенья …». – продолжила она мысленно.

И, прищурившись, усмехнулась про себя «… ну-ну! Как это по-гусарски: пойдём, дорогая? ...да-нет? Ты или следующая?.. Впрочем, пока наши планы совпадают, дорогой». И она мило кивнула.

Алекс легко спрыгнул наземь и подошел к кучеру. Пошептавшись, он передал ему карточку. Повеселевший Дед Мороз повез своих седоков к центральному супермаркету и бросив на бегу:

- Я щас, мигом! - устремился внутрь.

- Как же зовут прекрасную незнакомку?

Миланта поморщилась, и правда, звучит как-то не очень: «прекрасная незнакомка», но и называть своё имя она не собиралась.

- Как вам хочется меня назвать?

Ну, что ж она не хочет сближаться, ему это тоже не нужно, и он пошутил:

- Милая?.. Мила?.. – глядя на её легкое изумление, он настойчиво повторил – Мила! Я так хочу вас называть!

- Слушаю и повинуюсь, мой повелитель – она, подыгрывая, смиренно преклонила голову.

- «Слушаю и повинуюсь» ?.. «мой повелитель» ?.. – со вкусом повторил он – ловлю на слове! Не откажешься?

- Всё в ваших руках, о мой генерал! – «… «и даже я…», пусть только на время».

Миланту несло, но притормаживать она не собиралась, в голове весело шумели остатки шампанского, но не это подталкивало её идти вразнос, а желание снова почувствовать себя желанной, хрупкой и защищенной женщиной; о чем она забыла в последнее время, правду сказала Лиска, с молчаливого согласия Гели.

Нет, она не собиралась никому ничего доказывать, тем более таким … нестандартным способом, но … это её охота, её желание; она улыбнулась и поймала внимательный взгляд мужчины.

- Ну тогда я буду называть вас … - задумалась она.

«Только не говори: Алекс! - громко подумал он – если она так скажет, то...» тут его мысли застопорились, потому как такого просто не могло быть. А чего уж быть не может, то того не может быть.

Она сдержала улыбку и стала вслух перебирать:

- Мой генерал?.. нет, тогда единственное, чего мне хочется, это маршировать перед вами строем.

- Интересная идея – обронил он.

- «Младший лейтенант»? Нет, нет! Вы слишком … представительны для лейтенанта – она замотала головой.

«Уже давно не лейтенант, а полковник, как в песне» - думал он. Его позабавила эта игра, Алекс даже готов был напеть мотивчик, чтобы подсказать ей, и почему-то ему захотелось, чтобы она угадала. «Вот как? Полковник? – мысленно переспросила она, шальная кривая несла её вперед, заглушая голос разума.

«Да» - озадаченно подумал он, не понимая, это его мысли или не его?

«Опасность! Он подозрительно открыт к контакту! Оно тебе нужно?! Бежать!» - вопел мозг. А любопытство и авантюризм, подрагивая хвостиками от нетерпения, звали узнать и понять этот феномен. «Я немнооожечко с ним пообщаюсь, вот познакомлюсь с ним немного и, если замечу угрозу, сразу уйду!» - честно пообещала она себе.

- Берём выше? «Подполковник» или «полковник»? Мне нравится «полковник», так короче. Я буду называть вас Полковник – Миланта вопросительно посмотрела на него.

- Пусть будет Полковник, хотя вы мне льстите – нейтрально проговорил он.

Она угадала, но признавать ли это? Он пока не решил.

Глава 3

От магазина с радостной улыбкой бежал кучер с несколькими огромными пакетами, он пристроил их где-то сзади, и заскочил на облучок. Ловко лавируя между прохожими, Дед Мороз направил сани на набережную. Там тоже гуляли люди и стояла ёлка, только поменьше, чем на площади … Неожиданно сани, подпрыгнув, съехали с пандуса в реку, прямо на лёд.

- Аах! – Миланта вцепилась в Алекса.

Он приобнял её, прижав к себе и вдруг поцеловал, удобно обхватив затылок ладонью. Взрыв. Головокружение. Острая нехватка воздуха. «Я заболела? Или это его эмоции?» мелькали несвязанные мысли в её голове. Женщина присмирела, делая вид, что смотрит вперёд и не пыталась вырваться. Она искоса следила за его закаменевшим лицом и чувствовала ритм колотящегося сердца в груди … и рядом … Свой и его. «Кажется, он тоже впечатлён до ступора, «нападений» можно пока не ждать» - мысленно усмехнулась она, старательно задвигая подальше мысль: Что это было?!

Подумаешь… можно подумать, я никогда не целовалась! Вот еще! Столько раз! - думала она. «Так ни с кем» эту крамольную мысль она не допускала … я сказала: не допускала! – скомандовала она себе.

Они уже давно выехали на лесную дорогу. Вокруг застыли деревья в снегу, особенно хороши были ели, чьи затяжелевшие нижние ветви склонялись до самой земли. Пролески с застывшими волнами нетронутого снега искрились от лунного света, Мила кутала лицо в воротник и уютно прижималась к мужчине в поисках тепла. Она совсем успокоилась. Лес её второй дом. Сани плавно скользили, кучер не сбавлял ход. Деревья всё ближе сходились к дороге.

- Стой!

-Тпррруу! – кучер повернулся к мужчине.

Что же он ещё задумал? Миланда с любопытством, совсем не испытывая страха, наблюдала за происходящим. Алекс наконец, осмелился взглянуть ей в лицо, впервые после того миниармагедона* на реке.

- Омела! – показал он наверх.

Над дорогой нависли высокие деревья и на одном из них, прямо у них над головами зеленели шаром листья. Он сдвинул брови, будто решая трудную задачу, и, бережно приобняв её, стал целовать. Не так как на реке - быстро и почти украдкой; теперь он изучал её губы и ловил свои ощущения и её реакцию. Медленно, пробуя, втягивая их в тепло своего рта. Потом осторожно толкнулся в её рот своим языком, тут же вернувшись обратно. Ещё раз и ещё. Всё в ней отозвалось такому напору. «О, боже! Я к такому не готова ... или готова?!» - кружились мысли в её голове веселым хороводиком.

Тихо тронувшиеся сани легко покачивали их на волнах наслаждения. Они изучали друг друга недоверчиво и предвкушающе, изредка разрывая контакт, чтобы встретится взглядом, будто убеждаясь, что это всё на самом деле.

- Приехали! - громкий возглас кучера выдернул их из чувственного капкана, который едва не прихлопнул их единым махом.

Миланта огляделась. Высокий забор скрывал от глаз участок. Алекс, вытащив из кармана пульт, нажал кнопку. Железные ворота дрогнули, но не открылись, присыпанные снежными сугробами.

Негромко выругавшись себе под нос, он спрыгнул с саней и, попинав снег справа от ворот, достал большую лопату. Она широко распахнула глаза. Это зрелище нельзя пропустить. Сильными взмахами он откидывал снег от ворот и с проезда, потом, еще раз нажав кнопку на пульте, открыл ворота. Весь двор был завален снегом до самого дома. Одноэтажный с мансардой и высокими окнами он сразу понравился Миле.

Женщина взвизгнула: пока она рассматривала двор и дом, этот … полковник подхватил её на руки, выдернув из саней, и теперь нес к дому, ступая прямо по сугробам, доходившим ему выше колена.

- Принесите пакеты к крыльцу – распорядился он уверенно.

- До свидания! Счастливого Рождества! – едва ли не раскланялся Дед Мороз на прощание.

Алекс, который как раз закончил возиться с замком, открыл дверь, аккуратно поставил Милу на чистый пол и, пожав ему руку, отпустил, рассчитавшись.

- С праздником! – добавила она – пусть в этот Новый год придет тот, кого вы давно ждёте.

Дед Мороз повернулся, грустно глянул на неё и кивнул. Алекс открыл вторую дверь.

- Так, быстро в дом! Я сейчас включу отопление, и перетаскаю пакеты; вам пока не раздеваться, а сидеть возле батареи, вот она, в передней комнате, слева у окна – говорил он на ходу, подталкивая её внутрь дома – она первая прогреется.

- Есть, командир! – ошарашенно попыталась поучаствовать в разговоре Миланта.

Он кивнул, как ни в чем не бывало и продолжил:

- Я буду во дворе, вы тут осваивайтесь.

Он двинулся к выходу.

- Полковник, - позвала она его, он медленно шагнул к ней – давайте вернёмся на «ты» ?.. то есть ... давай вернёмся на …ты…

Она замолкла, с легким недоверием наблюдая, как мгновенно потемнели его глаза и само лицо застыло, сдерживая нахлынувшие эмоции, его взгляд приклеился к её губам, потом, с трудом оторвавшись, скользнул ниже, вызвав жар в груди. Он кивнул и, резко развернувшись, почти выбежал на улицу. Миланта изумленно выдохнула:

- Ну мать, ты даёшь! Это что вообще было?! Вот это подарочек ты себе нашла на Рождество!

Глава 4

Она стояла у окна, наблюдая, как он пробил дорожку к сараю, притащил дров и затопил печь в соседней комнате, улыбнувшись ей на бегу. Воздух немного прогрелся, запахло огнём и чуть-чуть дымом. Она удивлённо вздёрнула брови, глядя с какой скоростью он работает: этак за час он вычистит двор, тогда будет страшно голоден. Надо бы ему что-то приготовить наскоро. Она заглянула в пакеты возле стола. Нарезки, салаты, даже шашлычки на шпажках - всё свежее и красиво оформленное; так, это в первую очередь на стол.

Потеплело. Мила, недоумевая, разобрала другие пакеты из передней комнаты, зачем так много?.. на месяц не меньше! Он тут собрался жить что ли? О, даже картошка сырая есть! А что, если … «Эх, тряхну стариной! - веселилась она – давно для мужчины не готовила, а тут такой экземпляр, заодно чего доброго ему призову. Какой-то он нервный… так значит: пожелаю спокойствия, разумеется здоровья, силы, конечно; такому она всегда нужна ... «той» самой силы тоже, нам она сегодня пригодится»

Ведьма потянулась и расправилась, чувствуя себя в своей стихии, улыбка не сходила с её лица. Самые простые блюда хороши как основа для всякого колдовства. Она энергично пробежалась по полкам и кладовкам, разные крупы, специи есть, жаль травок своих она не взяла с собой… Да ладно и так хороша сборная солянка будет, мяса три сорта есть и огурчики с оливками; томат с лечо подойдёт, пара, лучше тройка ложек; она сняла пробу, ммм… хороша соляночка!.. а картошка с маслом отдельно.

- Уу! Как вкусно пахнет! Я, кажется, готов ужинать – раскрасневшийся с мороза в дом ворвался полковник.

- Стоять! – замахнулась она поварёшкой.

- Сдаюсь! – поднял он руки и замер.

- Я тут тапки нашла, а то твои бутсы все в снегу – она поставила новые мужские тапки у его ног и вопросительно взглянула на его замершее выражение лица:

- Что?

- Я не знал, что это так приятно, когда женщина приносит … тапки. Так можно и привыкнуть.

- Ну вот еще – ничуть не смутилась она – хорошего помаленьку. А то избалуешься. Руки помой и за стол.

Алекс в предвкушении потер руки. Перед ним она поставила красивую тарелку с солянкой. Салаты и остальные нарезки расставила в тарелках из того старинного набора, который нашелся в буфете. Настоящем буфете начала прошлого века; этот стиль она любила, и едва увидала красавца светло-орехового цвета, задвинутого в угол, не удержалась, чтобы не проверить его со всех сторон. В нем она и отыскала льняную скатерть чистого снежного цвета и фарфоровый сервиз, на тарелках которого пастушка лукаво через плечико поглядывала на играющего на свирели пастушка.

- Бабушкин любимый – проговорил он, не отрывая взгляда от своей тарелки.

- Прости, я не знала, давай заменю тарелки, там еще несколько наборов есть, попроще.

- Нет, пусть будет – улыбнулся он - так лучше, праздник всё же.

- Вот именно! – она взмахнула пальцем, призывая к вниманию – а где украшения?

- Забыл. Честное слово, еще подумал, а потом забыл – покаялся он.

- А здесь где-нибудь на чердаке может быть найдутся?

Он весело улыбнулся, шлепнув себя по лбу и стащив руку по лицу:

- Точно!! И почему рядом с тобой я чувствую себя дурнем?

- Влюбился! – легкомысленно дернула она плечами.

В накалившейся мгновенно атмосфере она затихла, опасаясь пошевелиться и поднять взгляд. Эти новые чувства удушливого смущения, беспочвенного страха, скользящего в животе змеёй, неожиданного волнения удивляли её до оторопи, она давно не испытывала таких ярких эмоций. Да и не стремилась к тому. Её маленькое приключение грозило перерасти в нечто большее и совершенно ей не нужное. Ну нет! Она себе хозяйка, вот захочет и всё будет, как она решила.

- Я пошутила. Неудачно.

Она всё же глянула в его лицо, застывшее непередаваемым спектром чувств, и уточнила проникновенно:

- Идём искать игрушки?

- Отвлекаешь?

- Упорядочиваю.

- Лиса. Хитрая лиса.

Он придвинулся ближе.

- А что мне за подвиг?

- Какой?

- Монашеского толка.

- Такое тебе не грозит – тихо проговорила она, придерживая легонько пальцами его колючий подбородок, не давая ему приблизиться к её губам.

Он не стал преодолевать эту хрупкую преграду.

- Обещаешь?

- Надеюсь.

Он сверкнул на неё взглядом и дернул за собой:

- Ты хотела игрушки? Идём быстрее!

Глава 5

Через четверть часа, весело хохоча, они вывалились из кладовой с обратной стороны дома. С несколькими коробками и блестящими гирляндами на шеях.

- Итак, подведем промежуточный итог! – возвестил он – игрушки есть, гирлянды работают …вот это разноцветное и пыльное… нечто тоже есть – Алекс критически посмотрел на мишуру, будто она должна была испугавшись, тут же очистится от пыли.

- Нет – Лада потянула её к себе - в таком виде она никуда не годится! Надо её срочно отстирать и … есть тут ванна?

- В доме душ, но там тесновато – напомнил он с извиняющимся видом – Баня!! Подойдёт?

- Уже лучше – одобрила она – только воображаю, как там холодно.

Но полковник, определив цель, устремленно тащил туда коробки. Миланте ничего не оставалось как принести следом упавшую мишуру. Новый деревянный дом, стоявший в углу участка, имел широкое крыльцо с навесом, большую комнату с печью и камином и саму парную с помывочной, на пороге которой замер сейчас Алекс. Он стоял, глядя куда-то в пространство, на его лице проступало выражение некоторого сбоя программы.

- Что?! – приглушенно спросила его женщина, ожидая чего угодно: привидения, обрушившейся кладки, незваных гостей …

- ЁЛКА!!! – простонал он.

И глядя на её недоумённое лицо пояснил:

- Ёлки! Нет!!

- Где?!

- У нас нет ёлки! Живой! Надо было в городе купить.

- Фу-ты! – вздохнула она – хорошо, что нет. В смысле, плохо что нет елки, но вот покупать одну из тех бедных мучениц, что продают в городе, у обочин точно не надо было. И хорошо, что не купили!

- Никакой в вас романтики – поддел он её – как же на Новый год без ёлки?! Нет, я совершенно не согласен! Я иду за ёлкой.

И он, решительно схватив топор, лежавший за печью, вышел на улицу.

- А я не позволю вам срубить ни в чем не повинное дерево. Оно себе росло-росло в лесу, а тут раз!.. ради короткой прихоти вы его срубите!..

Лада бежала за ним, цепляясь за его локоть.

- Я не дам вам срубить в лесу дерево! В конце концов, это противозаконно!

- А вы всегда соблюдаете закон?

- Стараюсь не нарушать его.

- Ну так успокойтесь, мы не нарушим закон.

- А ёлка? Мы не пойдем в лес?

- В лес Я не иду, про вас речи нет, а ёлка – вот, выбирайте!

Алекс широким взмахом руки показал ей заросли елок. Миланта огляделась, они были позади дома, в небольшом домашнем ельничке. «Что необычного – мысленно улыбнулась она - у кого-то вишни в саду, у другого ёлки.» Там их было не меньше двух десятков, метра по два-три высотой, были и совсем маленькие, по метру.

- Хорошо, но рубить не будем, прямо тут и нарядим. Пусть живёт.

Алекс замер на мгновение, потом медленно двинулся к ней и завис, внимательно её рассматривая.

- Что-то не так? - нарушила она затянувшееся молчание.

- Откуда ты такая взялась?

Спросить «какая – такая?» было бы чистым кокетством. Миланта давно привыкла, что она «не такая», белая ворона. Если в детстве она еще пыталась мимикрировать, быть как все, то с возрастом давно утратила эту способность и просто была собой …

Потому она сказала:

- Елку рубить не будем, нарядим здесь и … игрушки ... и гирлянды ...

Она отступала, делая осторожные шажочки один за другим; отступала от нового неизвестной породы зверя, которого, кажется, разбудила в этом мужчине. Он, ни слова не говоря, с тихой грацией хищника, мягко обходил её, загоняя к деревцам. Она хорошо знала, что инстинкты нельзя будить; побег или должен быть продуман и успешен, или его следует избегать.

Знала. Но, поймав ставший шальным взгляд, она об этом тут же забыла и метнулась в сторону, ноги сами в мгновение ока перенесли её резко назад, уводя из-под прицельного диковатого взгляда, и побег должен был оказаться успешным, если бы на её пути не попалась елка.

Деревце не больше метра высотой возникло за спиной, она споткнулась и полетела вниз, хватаясь руками за что придется; он полетел вслед за ней. На неё. Хорошо, что в ельничке такие мягкие, высокие сугробы, она не ударилась. Только присыпалась снегом. Вместе с ним.

- Ты не ушиблась? – его лицо, с непередаваемо испуганным выражением так и напрашивалось на … пожаловаться.

- Больно - сказала она, поморщившись – руку саднит - Мила подтянула её вверх, загораживаясь ладошкой от его нестерпимой заботы и участия в глазах и голосе.

Она поёрзала, показывая, как ей тесно под ним и жарко в этих подтаивающих сугробах, он рывком за плечи вытащил её, обтряхнул от налипшего мокрого снега и подхватив на руки, целеустремленно пошагал обратно в дом.

- Ёлка! – закричала она, он вздрогнул – ёлка сломана!!

На снегу лежала сломанная макушка две ладони высотой.

- Надо её забрать – соображала она – может прибинтовать обратно?.. Ах, нет, я говорю глупости, сейчас зима, она не приживётся ... Всё равно… Ой!

Она пискнула, зажатая его телом, когда он, устав слушать этот бред, не выпуская её из рук, наклонился и подхватил ветку, и с ними обеими помчался в дом. Спасать тех, кого еще можно было спасти от холода.

Глава 6

Через час сердитая и укутанная в одеяло Миланта с заклеенной пластырем царапиной на руке, пила полезный малиновый настой возле печи, пышущей жаром. И ведь не поспоришь, сама столько раз говорила о пользе такого настоя в подобной ситуации. Её легкое платье, легинсы, колготки и прочие более интимные вещи досыхали на тонкой верёвочке, натянутой прямо над печкой. Благо вся эта красота была развешена в соседней комнате, куда печь выходила другим боком.

Единственное, что она с боем отвоевала, это возможность самой сложить всё в стиральную машину, а потом в сушилку. Да и то под честное слово, что она не оставит на себе мокрого … чего бы там ни было.

Мила охраняла вход в комнату, как коршун, зорко оберегающий свою добычу. И почти не подглядывала украдкой за полковником, который развешивал гирлянды и мишуру. Везде, где смог их воткнуть. В домашних штанах и почему-то с голым торсом. Отвлечь такого занятого человека, указывая на недостаток у него одежды она не решилась, а потому ей только оставалось наблюдать и сердиться, из-за ограничения свободы, да еще корректировать, где лучше повесить очередное украшение.

Единственное, Мила не разрешила нагружать раненного бойца, то бишь отломанную верхушку ёлки. Она (ветка) лежала в передней комнате, погруженная в холодный со снегом раствор воды с крошкой марганца, и наготове для неё стояла чистая холодная вода. Альфа добавила немного своей энергии, как положено, с заговором, когда самолично набирала эту воду, малышке пригодится.

- Пора заканчивать суету, скоро полночь - Миланда встала, кутаясь в одеяло, как в тогу.

- Да … вот только этот синий закину в угол, для симметрии – отозвался Алекс, присматриваясь, за что бы удержаться – чёрт!..

Он, подвешивая мишуру, ловко заскочил одной ногой на край подоконника и совсем неловко обрушился вниз, махая руками.

- Ой! - она метнулась его придержать.

Выписав пируэт, чтобы не раздавить эту з… заботливую д… девушку, шипя и невнятно ругаясь, он едва удержался сам на ногах и схватив за плечи, удержал от падения её. Её, но не плед.

- Ты такая красивая … в моей рубашке …

«Застегнуть или уже поздняк метаться?» - заторможенно соображала она.

Он потянулся к ней, невесомо касаясь губами волос, овала лица, изгиба шеи и пытливо поймав её непротестующий взгляд, продолжил уже не сдерживаясь, пробовать её губы на вкус, руками исследуя вдруг ставшие остро желанными изгибы её тела. Она с удовольствием принимала его напор, подставляя то, что наиболее требовало его внимания и наслаждалась горячими прикосновениями. Плечи её передернулись как от изморози. Он тут же подхватил её на руки и перенес в спальню.

- Не надо.

Он замер, вопросительно ловя её взгляд.

- Не включай свет – надтреснутым голосом произнесла она – и оставь открытой дверь, этого достаточно…

Они, больше не отвлекаясь, продолжили целоваться под треск разгоревшихся дров и перемигивание гирлянд, видное в дверном проёме. Нежные поцелуи сменились более чувственными, провокационными; эта игра нравилась обоим всё больше и больше. Скоро им стало этого мало, тогда они жадно набросились друг на друга, сходя с ума от вспыхнувшего желания.

………

- Полночь - под бой часов сообщила она очевидное, когда час спустя они лежали, лениво раскинувшись на постели и друг на друге, переплетясь так, что невозможно было кому-то встать так, чтобы не потревожить другого.

- Да. Рождество.

«Я счастлив… - услышала она в тоне его голоса и громких ощущениях, которые он даже не пытался скрыть - я тоже .. - в смятении думала она, поняв в короткий миг, как это: не было ни гроша, да вдруг алтын - как-то это … пугающе; так ведь можно привыкнуть, но ведь такое не может продолжаться долго, не стоит и начинать, чтобы потом не было больно. – убеждала она себя. Ведь я и не собиралась затягивать это… ммм … общение; кто же знал, что вместо обычного симпатичного мужчины мне встретится … встретится …» ... дальше она не рисковала думать на эту тему.

Лада зажмурила глава.

- Ну говори, что надумала? То, как ты затихла сейчас, как-то подозрительно – он внимательно смотрел ей в лицо, стараясь не показать, как ему вдруг стало на миг больно, обожгло льдом изнутри.

Это было так странно и незнакомо, что он не смог бы даже выразить словами, что почувствовал и, главное, почему? Ведь вот она, такая тёплая, мягкая и податливая, с ним рядом; и в тоже время будто стремительно удаляется, оставляя холод вместо себя.

Не в силах понять это противоречие, он снова потянулся к ней за поцелуем. По-хозяйски прижав её руку к подушке, вклиниваясь между её бедер, другой рукой прижимая её к себе, будто заявляя свои права на неё и заглушая тревожащий озноб в душе, стал медленно проникать в неё, напряженно требуя взглядом взаимности.

И она дрогнула. Сначала будто нехотя подалась навстречу его движению, зеркально возвращая толчок за толчком, потом, перехватывала инициативу и задавала ритм сама, прикрыв в наслаждении глаза. Они снова и снова ласкали друг друга, то нежно, то резковато от избытка ощущений, доводя до грани и снова сдерживаясь; пока в какой-то момент не сорвались вместе в экстаз, до потемнения в глазах, едва не теряя сознание.

Глава 7

Лада проснулась от щелчка. Что это? Будто дрова в бабушкиной печи в деревне. А, нет! Не у неё; она замерла, вспоминая, где она и как сюда попала. Нервный смешок едва не сорвался с её губ. Вместо того женщина постаралась аккуратно отодвинуться от теплого спящего тела и оглядеться. Здесь было жарко и темно. В соседней комнате был уже выключен свет, только тихо мерцали гирлянды.

В их неверном свете она пыталась вглядеться в ставшие до боли притягательными черты лица безмятежно спавшего мужчины. Он спал на спине, закинул руку над головой и едва слышно посапывал. Она с силой укусила себя за фалангу пальца, приходя в чувство и осторожно слезла с кровати.

Маленькое рождественское приключение можно считать завершенным, пора домой. Оставив в памяти только хорошее. Даже замечательное … но продолжение она не планировала. А всё в жизни должно идти по плану, иначе грозит хаос, боль и разрушение. Она это знает прекрасно. У любой сказки должен быть конец. И, главное: своевременно.

Алекс замер на грани сна и яви, нечто стылое вторгалось на то место, где только что была нега и тепло. Он дернулся, делая усилие проснуться. Тут до его слуха тихо и непреклонно донеслось бормотание, похожее на колыбельную, увлекая его снова в глубины сна: почему-то хотелось уступить этому голосу, даже с удовольствием подчиниться… и он крепче уснул.

Аккуратно стянув по пути одежду с верёвки, и прихватив свою сумочку, она выскочила в переднюю. Передернула плечами, здесь было гораздо холоднее; надо быстрее одеваться и уходить. Включить телефон она не решилась, а часы остались в комнате на стене, поэтому она могла только предположить, что скоро утро.

Покосившись на макушку ёлочки, с безмолвным укором выглядывавшую из пластикового короба с водой, она пробормотала:

- Прости, что оставляю, но здесь у тебя больше шансов выжить, чем сейчас со мной.

Миланта осторожно отворила двери и вышла на улицу. Снег искрился от лунного света «Хорошо он вчера двор почистил.». За воротами на улице колея тоже была накатана; вот по ней она бодро зашагала в сторону города. Благо морозец в рождественскую ночь был не крепок, а ветра так и совсем не было. Так что пробежаться пару часов было для неё парой пустяков.

Через четверть часа она не так была в этом уверенна, а ещё через полчаса, продрогшая, уже нетерпеливо оглядывалась на лесную дорогу в надежде, что кому-либо приспичит поехать в город и он будет не против попутчиков. Точнее попутчиц ы.

……..

Когда наконец показался свет от фар, она почему-то вместо того, чтобы обрадоваться насторожилась. Как оказалось неспроста. Показался джип-коротыш. «Паджерик, кажется - невольно мелькнула у неё мысль - такой же как у меня, только чёрный».

Полковник догнал её, вышел, молча открыл дверцу. Миланта с самым независимым видом прошествовала мимо него и села в машину. Куда деваться: холодно, да и не скакать же от него по сугробам в чисто поле?.. Глупо. Как всё глупо.

Алекс бешено вращал руль и притапливал газ, отчего джип дрифтовал, взметая снежную пелену. Лада нейтрально проговорила:

- Ты думаешь, разбить меня в аварии будет гуманнее, чем дать замерзнуть на дороге?

Он молчал, но сбавил скорость. Сегодня, когда он проснулся один в ставшей вдруг холодной постели, когда понял, что она убежала, сначала ярость и неуместная обида подстегнули его помчаться за ней и притащить её обратно. Как она не понимает!.. Она же его!.. Она же сама пришла… А она убежала, как будто он её насильно к себе затащил.

Потом он решил: хочет, пусть катится. И тут же осознал: на чём?! Дура!! Он подорвался бежать, на ходу натягивая штаны и куртку на голое тело, забежал в сарай во дворе и завел старый джип. Лишь бы эта колымага не сдохла по дороге.

И вот теперь она его спрашивает своим ангельским голоском: «Ты думаешь, разбить меня в аварии будет гуманнее, чем дать замерзнуть на дороге?»!!

- Что ты из меня монстра делаешь? Хочешь уйти - иди, только дай я тебя до города подвезу. Я всё понимаю, развлеклась, передумала, но зачем пешком убегать среди зимы?! - наконец прорвало его.

- Ой, папочка, я больше не буду – писклявым голоском раздраженно проговорила она и буркнула напоследок – зря волновался, нормально шла.

- Может высадить? – притормозил он, но едва она тронула ручку, рванул вперёд, взметнув позади облако снега – откуда ты на мою голову взялась? - со злым и обреченным видом обращался он в пространство.

Она решила, что пожалуй, пора немного помолчать.

Вот это зря. «Зря промолчала, надо было спустить пар» - думала она, оценивающе оглядывая посветлевшее было небо за окном с тающими звёздами. Сейчас оно снова быстро нахмурилось и просыпалось снежной крупой. Она покосилась на мужчину. Не заметил даже, ну и ладно, «Снег все следы заметёт - криво усмехнулась она и пожелала в пространство - пусть идёт, пусть ещё усилится!»

- Здесь у остановки притормози.

Он резко и молча затормозил. Лада так же молча вышла. Взметнув снег, машина с пробуксовкой рванула вперед. Обхватив обеими руками руль, Алекс жестко и дёргано вел, но не проехав и пяти минут, он резко затормозил, благо дорога была пустынна и несколько раз хлопнул обеими руками по рулю.

По его лицу, нахмуренному, с поджатыми губами вдруг проскользнула тень непонимания и обречённости. Он развернулся и быстро помчался обратно. Её на остановке уже не было. Начинался снегопад. От робких первых снежинок, стайкой бившихся в ветровое стекло, снег быстро разогнался в приличную рябь, разбив серую мглу белоснежными хлопьями, будто испускающими собственный неяркий свет.

- Мила! – Алекс плюнув на приличия, на то, что она была неправа, на то что ещё несколько часов назад он даже не подозревал о её существовании. Сейчас он отчаянно звал её, вдруг осознав, что не может отпустить её. Просто хочет быть с ней рядом несмотря ни на что.

– Мила!!

Он несколько раз обошел вокруг остановки; забежал в крошечный круглосуточный магазинчик неподалёку, всё было напрасно, её нигде не было. Только тогда, ощутив пустоту, зияющим провалом разорвавшую его изнутри, и требовавшую теперь одного, точнее одну. Её. Милу. Чтобы она заполнила ту пустоту и мир снова засиял красками.

Её нужно вернуть, чтобы она там по этому поводу не выдумала. Они должны быть вместе.

Глава 8

Днём раньше

В маленькой квартирке на пятом этаже одного из спальных районов Города в канун Рождества было немного шумновато. Милана Александровна Волхова, потомственная ведьма в N-ном поколении, инициированная при странных обстоятельствах, едва осознав собственные силы, приобщала к тайным знаниям дочерей. Вернее, пыталась в очередной раз исподволь донести до них мысль вернуться к семейному делу, более, чем на полвека, забытому женщинами их рода.

……….

- Мама, какие ведьмы?! Какой ковен? Двадцать первый век на дворе – Лиска раздраженно поднялась из-за ноута - нельзя повернуть время вспять, ковен – она помотала головой - Это как в жизни, если тебе уже за сорок, то всё в прошлом. Я говорю о реально крутых партнерах, а не о таких, как у нашей соседки, лишь бы было хоть что-то! – убеждённо говорила она.

Геля сделала вид, что ничего не слышит, ничего не видит. Лада тоже проигнорировала запрещенный выпад младшенькой и снова вернулась к своей теме.

- Василиса, твоя прапрабабка была главой семейного клана, и её мать тоже, пусть он так не назывался, но суть та же …

- А наша бабушка не верила ни в ведьм, ни в чертей! – возразила Лиса.

- Твоя бабушка была атеистка. Время было такое. Нельзя было проявляться. Да и напугана она была после того, как её мать, ваша прабабушка, попала в лагерь, а оттуда уже не вернулась.

- Она же её не знала совсем, как же она была напугана? – решила прояснить притихшая Геля, - бабушке всего год был, когда нашу прабабушку арестовали.

- Это что-то вроде родовой памяти, вроде и не знала многого, пока дед перед смертью о ней не рассказал, а она сама боялась даже упоминать ту тему – Миланта заговорила, глядя на свою старшую – чего вы так зацепились за слова, я не собираюсь вас тащить на шабаш или летать на метле, но и слышать как вы говорите о «случайных совпадениях» тоже надоело! В общем так, я вас предупредила, в очередной раз! – Лада подняла вверх палец, призывая дочерей к вниманию – а дальше ваш выбор, захотите большего, можем начать с малого: искать знания, составлять сборы трав.

- Ой, ма! Свои сборы составляй сама, сколько себя помню ты вечно какие-то травки выращиваешь, покупаешь, настаиваешь – поморщилась Лиска в очередной раз.

- Хватит морщиться, лицо так состарится. Хорошо, не хотите видеть очевидное, я подожду, пока дозреете, после поговорим – пошла на попятный Лада – а пока есть более актуальные темы: как мы будем праздновать Новогодние дни?

Геля срочно подорвавшись, прошелестела на кухню, где загремела тарелками. Выражение лица Лисы приобрело непередаваемое выражение, смесь упрямства и смущения. Милана насторожилась.

- Понимаешь, мам, мы идём на Рождественский вечер в молодежный клуб. Своей компанией.

- А я? – растерялась Лада.

Впервые её дочери, её малышки уходили на праздничную ночь из дома. Правда «малышки» хорошо так подросли, одной было двадцать лет, и она сама успешно подрабатывала, а вот другая!.. Хотя да, вспомнила мать, той тоже через несколько месяцев восемнадцать.

- А что ты? Тебе надо в своей возрастной группе тусить – оптимистично резюмировала Лиска – вон, позови соседок тетю Машу и Таню и гадайте с ними на картах, ночь -то подходящая!

- В «моей возрастной группе»? – возмутилась Лада - а ничего, что мне до их пенсии как до Луны?

- Да ладно, ма, ну не придирайся к словам суть от того не меняется …

- Так! Стоп! Давай я сама буду решать, что мне нужно, вы же за себя уже решили, меня не спросили – строго сказала Милана – в каком клубе, кстати, будете, так, на всякий случай; и скинь мне на телефон контакты ваших тусовщиков. Всех.

Лада гордо вышла из комнаты. «…ничего, я им еще покажу!.. запросто найду себе отличного мужчину, как там она сказала?.. крутого! Вот прям завтра и найду!»

………

В рождественский вечер Лиска припоздала в клуб. Она сбросила свой пуховичок в раздевалку и поспешила в зал. Там было как обычно громко и весело, едва отвечая на приветствия, она, не обращая внимания на призывы знакомых, которых у неё было полклуба направилась к столику, где сидела Ангелина.

- Кого я сейчас видела!!

- ?..

- Матушка на площади стояла под елочкой и, похоже отлавливала себе одинокого симпатичного мужчину с седыми висками и военной выправкой, кажется, успешно!

Глава 9

Окраина Города, остановка, утро после Рождества

Ведьма сосредоточенно тянула из пространства энергию движения … вот, кажется, оно, то что нужно появилось в пределах досягаемости … теперь движется сюда. Она побледнела от усилия, и устало выдохнула, когда из-за поворота вынырнуло такси с пассажиром на переднем сидении и водителем, обалдело оглядывавшимся по сторонам. Мужичок выпустил перегар из салона и, выглянув продышаться на улицу, заодно спросил у одинокой дамочки на остановке:

- Где тут улица Космонавтов 12?

- Вы не там свернули. Вам вернуться назад и по центральному через два поворота.

Она, зябко передернув плечиками, вздохнула:

- Может прихватите? Мне по пути в ту сторону, я покажу, как лучше проехать.

- Ддаа, шеф, девушку берём с собой и едем! – внятно проговорил пассажир, вроде только что спавший – прошу, красавица! Только тебя и ждал! «Поедем красоотка кататься!»– широко улыбнулся и пропел он.

«Пристает? – c сомнением подумала Миланда - Да, ладно, тут ехать-то чуть-чуть, а на морозе стоять - здоровьем рисковать»

Но настырный ухажер не желал успокаиваться, воодушевлённый её присутствием, он возомнил себя и свои неоспоримые достоинства единственной причиной, почему симпатичная женщина согласилась с ними ехать и развернувшись к даме, разливался соловьем, хохотал над собственными шутками и пытался , просунув руку между сидениями, достать коленку Лады.

Этого ему показалось мало, и он скомандовал:

- Тормозни, шеф!

И пересел на заднее сидение рядом с ней.

- Ну, что, красотка, познакомимся поближе! – дыхнув перегаром, сообщил он ей.

Она поморщилась:

- Руки убери.

- А, нет! Сегодня ты моя! – раздухарился мужичок – ну, чего ты ломаешься? Думаешь не знаю, откуда ты такая красивая с утра пораньше? Чё? Обломился клиент? Ну так, а я чем хуже? Хочешь бабла? На, - он, вытащив из кармана не глядя купюру, сунул ей – это только задаток. Отработаешь, дам еще!.. – самодовольно ухмыляясь говорил он.

- Я. Сказала. Руки. Убрал! - резко прозвучал в салоне голос ведьмы.

Она резко стукнула его по рукам.

- Оо, какая злюка! Люблю таких! – не чуял берега хам – давай уже, кончай ломаться…

Он хотел еще что-то сказать, но вдруг захрипел, выпучив глаза, не в силах вздохнуть и в страхе вцепился в своё горло, будто что-то его душило.

- Слушай сюда, утырок – она не выбирала слов – ты сейчас сидишь ровно на заднице и не дергаешься в мою сторону, а если не понял, следующее, что я тебе отсушу это твоё достоинство, да-да, то самое – добавила она, проследив за его взглядом , в ужасе скользнувшем к самому дорогому.

Ловелас мгновенно протрезвел и молчал до самого дома. Швырнув деньги водиле, он выскочил на улицу, отбежал подальше и только издали осмелился выразить всё своё несогласие с ситуацией и мнение о женщинах вообще и об одной двинутой ведьме в частности.

- Это ты правильно сказал: «ведьма» - ровно проговорила она – а теперь подошел сюда и извинился, иначе до конца жизни твой «конец» будет висеть тряпочкой. Ну!! – рявкнула она на заметавшегося мужичка.

Тот не хотя, зигзагами притащил свою тушку к той чертовке и неожиданно для себя, бухнулся на колени:

- Прости… не буду!.. - ныла, подрагивая эта туша, размазывая слёзы по морде.

Он ещё что-то порывался сказать, но Миланта не стала досматривать представление, она повернулась в сторону водителя с людоедской улыбочкой, и не успела ничего сказать, как тот проговорил:

- Понял, едем - и повезет её вперед.

Она, усмехнувшись, все же назвала свою улицу и расслабленно откинулась на сидение, задремав в тепле.

- Приехали! Уважаемая!

Проснулась она от толчка притормозившей машины.

- Нет-нет! Какие деньги! Это мой подарок такой милой женщине к Новому Году! – категорично отказался он от протянутой ею купюры.

- Как хочешь, - она лукаво усмехнулась – тогда пожелаю тебе сегодня хорошего дохода. Пусть он перекроет то, что ты от меня мог получить.

Тут же в салоне раздался звонок от диспетчера:

- Вахраз, срочно езжай в Аэропорт! Твой номер я временно отключу, чтоб не беспокоили. Заказ оплачен туда и обратно, к семи ты должен быть там, так что поторопись.

Таксист, выруливая, обалдело провожал пассажирку взглядом, она милостиво кивнула ему на прощание, он перепугано кланялся ей за рулем, напоминая дрессированного медведя, что, учитывая его габариты и черную щетину на подбородке а-ля разбойник, выглядело комично.

А виновница небольшого переполоха, уже забыв о нем, поднялась в свою квартирку.

Глава 10

Дома Ладу встретили дочки:

- Ты где была всю ночь?

- Мы волновались!

- Вы же собирались пойти в клуб? – вопросом на вопрос ответила мать, старый еврейский способ обычно срабатывал, но не в этот раз – праздник встречала, вы сами мне насоветовали. Вот – она развела руками и попыталась опять перевести разговор – как в клубешнике, зажгли пацанов?

- Передумали! Ты не увиливай от ответа, с кем ты праздник встречала?

- Со знакомыми, за городом, - ну да, ведь они же с полковником знакомы … в некотором роде - а что за допрос, вы не попутали роли, дорогие мои?.. ведь это я в нашей семье мать! – Лада вспомнила, что лучшая защита нападение.

- Почему не отвечала на звонки?

- Так телефон сел!

- А телефон зарядить и включить не судьба?!

- Вот … включаю … довольны? – и она гордо удалась в свою комнату, громко хлопнув дверью, чтобы выразить своё отношение к происходящему.

………

Алекс в это время закончил утюжить остановку на окраине и прилегающие улочки, и решил не терять больше времени, а всё-таки подключить к поискам своих спецов. Он набрал номер Егора.

- Да, Алексей Георгиевич? Доброе утро!

- Доброе. Давай парней своих собирай и у меня встречаемся.

- Когда?

- Вчера!

- Понял.

Через час в его кабинете собрались десяток серьёзных мужчин с короткими стрижками в темных костюмах и похожих строгих утепленных куртках, тоже темных цветов. Они ни на миг не показав, что удивлены не обычной просьбой: разыскать в Городе женщину лет от тридцати пяти до сорока, блондинку, среднего телосложения может быть в синем пуховике и белой шапочке. Ни её имени, ни других личных данных Алексей Георгиевич, гендиректор строительной компании Альфа, а по совместительству глава агентства Эгида, сообщить своим агентам не смог, и вообще был против обыкновения нервозен и выдавал информацию скупо и обрывисто.

Переглянувшись с напарником, Егор только уточнил:

- Работаем в парах?

- Да всё как обычно. Вопросы? – Алекс оглядел сотрудников, все ребята надежные, проверенные, а всё же что-то шкрябало на душе, будто он эту самую душу вдруг взял и вывернул перед всеми наизнанку.

Но если потерять время, пытаясь в одиночку найти иголку в стоге сена, и если она исчезнет навсегда, - будет больнее, намного больнее, а потому он уперто набычив голову, ждал вопросов и на некоторые из них был готов ответить.

….

- Фоторобот, звонки на номер возможно использовать?

- Звонков нет, а фоторобот … можно будет составить – Алексей Георгиевич выглядел так, будто пожалел, что пришлось сообщать о своей женщине посторонним.

- Ещё что-то есть: места, где могла быть, машина? – Егор, не обращая на то внимания, продолжал выжимать из него детали.

Если он брался за дело, то всегда выполнял его; хватка у него была как у бультерьера, а пустого сочувствия ни на грамм. За это его и ценили клиенты, ценил и сам Алекс, а потому, вздохнув он добавил:

- Была в Центре вчера, в районе елки, в двадцать часов тридцать минут; сегодня пропала в шесть ноль пять на окраине, в Ба…ском районе – он добавил, подумав - утром могла уехать на такси или частнике.

Если кому-то и было интересно, где была означенная дама в промежуток времени между двадцатью часами вечера и шестью часами утра, они придержали свои вопросы при себе.

- Задача ясна?

Получив согласные кивки, Алекс стремительно вышел, добавив, что фоторобот сбросит позже. Спустя полчаса, агенты распределив сферы поиска и рассчитав возможные её маршруты, разъехались по Городу, прочесывая его улицу за улицей.

…….

А Миланта Александровна в состоянии легкой отрешенности, с блуждающей улыбкой на лице, зашла в кофейню по пути на работу. Заправиться кофе вместо обеда. Она самым бессовестным образом проспала до полудня и могла бы спать дальше, соврав начальству, что-нибудь душещипательное, оправдывающее её отсутствие: да вот незадача, она сама была начальство и никак не могла сегодня отсутствовать. Пришлось, ворча и покряхтывая собираться, избегая подозрительных взглядов дочек и быстро сматываться из дома, пока они не начали свой допрос по второму кругу. Ей совсем не хотелось услышать от них наигранно невзначай заданные вопросы, а просто хотелось перебирать в памяти как Кощей сокровища те картинки, за которые ей было бы стыдно, буде кто-то их увидел; но так приятно было вспомнить …

Замечтавшись, она вдруг почувствовала тревогу извне и пришла в себя. Оглядевшись украдкой, она заметила, как у стойки плотный темноволосый мужчина о чем-то разговаривает с официанткой, кивая на вешалку с одеждой, где висел и её ярко-синий пуховичок. Его голос, доносившийся до неё, сразу насторожил ведьму, легкий акцент послужил триггером, включившим мозги. Как она могла расслабиться!

Её будто что-то подбросило. Мгновение и она передвинулась за колонну, ближе к стойке, наблюдая в зеркало, как девушка, пробегая меж тем глазами по залу говорит:

- В зале где-то была, может вышла в дамскую комнату?

Он снова спросил:

- Средних лет, блондинка со светлыми глазами?

Ещё одно мгновение, и Лада метнулась в проём, где был выход персонала, санузел для посетителей и, как она надеялась и оказалась права, второй выход!

Как была в брючках и объёмном пуловере крупной вязки, она выскочила на улицу и дворами проскочила на другую улицу, зажав сумочку подмышкой.

Глава 11

Оторвавшись от преследования, не обращая внимания на легкий морозец и удивлённые взгляды прохожих, она бежала к ближайшему в этом районе рынку, чтобы купить себе пуховичок, и по дороге сердито размышляла, как же она забыла то, что её тревожило уже два месяца!

Осенью в её траты смогло вписаться долгожданное строительство. Вернее, его начальная стадия: фундамент. Миланда Александровна со всей ответственностью подошла к вопросу. Она уже год как изучала статьи в интернете и разные книги на тему «Построй дом сам». И вот наступил тот благословенный день, когда на бабушкином участке, где у них кроме ветхого дома уже был крошечный домик с примыкающей к нему теплицей и баня, были забиты первые колышки, обозначающие место будущего дома.

Именно туда она пригласила в сентябре бригаду строителей восточных кровей, которые клялись за невысокую цену и в краткие сроки выставить опалубку под фундамент. Их приехало восемь человек, после того как Миланда накануне выяснила все интересующие её детали по телефону. После недолго торга и внимательного изучения документов гастеров, она пустила их в старый домик на время работы. Сроки поджимали, холода были на носу, а фундаменту еще надо было дать время дозреть до морозов.

Старшим у них был Дамир, с первого взгляда показавшийся ей серьёзным и хватким мужчиной и что особенно понравилось ей: без лишних споров готовый выполнить опалубку по её чертежу. Небольшая сложность была в том, что фундамент был не простой квадрат, а немного сложной формы, из-за чего другие бригады сразу ломили ценник.

А этот бригадир согласился, и они разошлись довольные друг другом. Первые непонятки начались на другой день. Когда Миланда приехала, оказалось, что ни к каким работам они не приступали, от всей бригады здесь были только трое, которые занимались чем угодно, только не её фундаментом. Она задала по телефону пару неудобных вопросов Дамиру, и он тут же прилетел через полчаса, дико извиняясь и едва ли не раскланиваясь, обещая, что завтра же они начнут, сетуя на некоторые недоделки на прошлом объекте. Конечно, не по их вине. Просто так совпало.

Она приехала на следующий день, работы и правда начали, только самих работников было опять трое. Мила скрипнула зубами и позвонила бригадиру. Теперь она каждый день приезжала туда, отслеживая ход работ. Как и в тот памятный день. Она приехала с утра. Дамир тоже был там.

- Оо! Хозяйка! Всё хорошо! Всё прекрасно! Не беспокойся, красавица, всё сделаем по высшему разряду! Зачем своё время драгоценное тратишь? Зачем каждый день тут? Такая красивая женчина должна в магазины ходить, платья покупать и серьги, а мужчины работу работать.

Вполуха выслушав эту откровенную лесть, она бегло огляделась. Вроде всё как обычно: парни работают, Дамир треплется. Опалубка почти готова. Она хотела уже ехать в город, но что-то её останавливало.

Миланта повернула обратно. Вот чуйка сработала, что-то там не в порядке. Она пробежалась по участку, заглянула в оранжерею. Вроде всё нормально. Её тянуло к фундаменту, но она усилием воли сделала вид, что её интересует другое; прошлась по клумбам, краем глаз кося в сторону стройки.

Кроме старого домика, на её участке был построена несколько лет назад кухня из одной комнаты и веранды, плавно переходящей в оранжерею. Оранжерей было две и еще три теплицы. Это её рабочие инструменты; там она выращивала то, что будет потом продаваться через интернет или прямо пойдёт на ландшафт заказчику. Потому в первую очередь она вкладывала деньги в них, и вот теперь, в этом году дошла очередь (читай: деньги) до самого дома. До его строительства.

Ведьма, сосредоточенно сдвинув брови, пыталась понять, что её беспокоит. Она обошла выставленную опалубку вокруг, перебралась внутрь по накладному мостику. Вроде всё в порядке ... хотя ... Она пригляделась. Потом не доверяя глазомеру, прошлась шагами, что-то не то. Она приложила в угол свой портфель и не обращая внимания на ухмылки работяг, сосредоточенно думала. Ведь углы должны быть прямые? А здесь явно расхождение намечается.

- Хозяйка! Что случилось? - растянул рот в очаровывавшей улыбке бригадир.

Она не поддаваясь, хмыкнула.

- Что с размерами? Углы должны быть прямые, надо перемерить.

- А что тут не так! Что ты зацепилась? – он тыкал в чертёж – смотри, смотри здесь длина как на чертеже, здесь тоже, и здесь, и здесь!

- Я тебе ещё раз повторяю, кроме длин, должны быть углы по 90 градусов. Ты об этом никогда не слыхал, впервые строишь?

Мужчина уже понимал, что он накосячил, но уступить бабе? Ни за что! И он продолжал настаивать на своём.

- Ты что не видишь, всё по размерам!! Что ты мне здесь говорить будешь, женщина!?! - рявкнул он.

- Ты. на меня. не ори. - отделяя слова проговорила Лада, едва не шипя - Ты понимаешь, что должны быть прямые углы?

- Как я тебе сделаю углы?! - взорвался он - с угольником буду бегать?

- Не надо бегать с угольником сделай одинаковыми диагонали, я уверена если мы сейчас их перемерим, они будут не одной длины.

- Как я здесь замерю диагонали? Посмотри сколько здесь этих углов! … вот … вот и вот - он бегал по внутреннему периметру, брызгая слюной и вращая белками глаз, тыкая в углы.

- Ты совсем тупой или придуриваешься? А может хочешь откосить, чтоб не переделывать?

Она подскочила к нему и выхватила из рук рулетку.

- Иди сюда - рявкнула на одного из рабочих.

Он притормозил, косясь на Дамира, тот уже понял, что откорячиться не получится и хмуро кивнул ему.

- Ну вот пять тридцать.

- Ну, а теперь что? - нагло ухмылялся бригадир - на второй диагонали только один угол.

Она, ни слова не говоря, натянула веревочки как продолжение стен до соединения и поставила колышек, наметила противоположный угол. Дамир сник.

- Вот и всё, что требовалось.

Разница оказалась чуть не на полметра.

- Ну и что ты мне будешь говорить? - жёстко спросила Миланда - Вы понимаете, что вы меня сейчас едва ли не подставили? Весь дом был бы косой!? Это никуда не годится. Опалубку переделать.

- Но это день работы всей бригадой коту под хвост - схватился он за голову - кто за это заплатит?

- Не ври, здесь только передвинуть углы и перебить по другому, два-три часа максимум - твёрдо говорила она

Тяжко выдохнув несколько раз, бригадир дал знак работникам разбирать крепление щитов опалубки. Он действительно накосячил, поторопился, не думая, что баба заказчица будет так придирчиво всё замерять.

- И ещё - Миланда подступила к нему - здесь я хозяйка. Запомни, Дамир. Как я скажу, так и будет. Если ты ещё раз повысишь на меня голос, то можешь искать себе другое место работы.

Выждав секунду и не получив ответа, она развернулась уходить.

- Офигеть, не баба, а мужик со стальными яйцами - в полголоса пробормотал он ни к кому не обращаясь.

Она резко повернулась обратно. Сделав шаг, жёстко сказала:

- Я не мужик, а женщина! Да может и со стальными яйцами. И это круче, чем мужик со стальными яйцами – шипела она, шаг за шагом приближаясь к нему - если ты ещё не понял! Это намного круче. А знаешь почему?

Он молчал, будто проглотив язык, только пыхтел, вытаращив глаза и наливаясь краснотой.

- А знаешь почему? – задушевно повторила она - у тебя где яйца? - она скосила взгляд, указывая им, где именно у Дамира находятся яйца - а у женщины - она вытянула вперёд руку, как будто что-то удерживая в кулаке - Стальные яйца вот здесь!

На его глазах она сжала пальцы в кулак и развернула его, выкручивая, вызов резкий выдох крупного мужика на голову выше себя. Он бросился бежать в свою машину, резко завёл её и умчался. Бригада растерянно смотрела то на убегающего бригадира, то она на неё.

- Ну и что замерли? - спросила она - аванс будет сегодня вечером для тех, кто остался и работает, остальные могут быть свободны.

Восточные горячие парни переглянулись, подумали и один за другим отправились разбирать опалубку.

- Вот то-то же. Армат – позвала она самого толкового - смотри сюда. Вот чертёж. С размерами всё понятно?

- Да, госпожа - почтительно произнёс он.

- С тем, как выставить углы ты уловил? То, что мы с тобой сейчас делали?

- Да, госпожа.

- Фу! Прекрати меня так называть! Какая я тебе госпожа?! Ты не мой раб, вполне достаточно назвать Миланта Александровна.

К вечеру следующего дня опалубка была выставлена идеально, Армат напомнил ей об арматуре, о чем она едва не забыла в пылу разборок и подъехавший к вечеру бетоновоз залил пустоты под завязку.

Глава 12

Вот об этом Дамире она и вспомнила, когда увидела, что её кто-то выслеживает. Он через несколько дней ей перезвонил, плакался, что ничего не заработал, а когда понял, что она не заплатит ему за брак, начал угрожать. Заявив, что она еще пожалеет об этом. Миланда тогда только посмеялась, но поразмыслив, просила дочек быть осторожными. Береженого Бог бережет.

Выскочив из кафе, она попетляла между домами и решила сократить путь до рынка, пробежав через парк.

- Чёрт!

На знакомой с лета дороге возник деревянный забор. Возвращаться назад? Нет, мало ли, вдруг её преследователь идёт по пятам, и она, попинав доски, нашла самую слабую, сдвинула её и пролезла в дыру. Женщина оказалась с торца ДКжд, и, едва успев порадоваться собственной изворотливости, заметила перед парадным крыльцом оглядывающегося амбала в темном костюме.

Едва осознав, что делает, ведьма нырнула в боковой вход. Кажется, не заметил, и она с самым независимым видом пошла искать выход на другой стороне здания.

По коридорам суетливо проходили люди, слышалась музыка, народ праздновал. «Наверняка в главном зале очередной концерт или корпоратив» - подумала она.

Сзади, за поворотом стукнула дверь и Мила побежала вперед, нервно оглядываясь по сторонам и заглядывай комнаты, пытаясь найти место, где спрятаться от преследователей.

- Где вы ходите?! - вдруг схватила её за руку какая-то женщина - скорее переодеваться!

Миланда с недоумением пошла следом за ней, назад всё равно нельзя, там ЭТИ.

- Вот костюм. Быстро переодевайтесь. Ваш выход через уже должен быть пять минут назад! Дед Мороз рвёт и мечет!

- Это не я ...- начала было Милана

Но вот в дверь заглянул один из них, тех амбалов, что её зачем-то ищут, и она резко передумала. Хорошо, что он её не видел, благо она стояла за вешалкой напротив зеркала, она его видела, а он её нет.

- Мужчина выйдете немедленно" - хорошо поставленным голосом заявила администратор - у меня тут артисты переодеваются.

Мила в это время лихорадочно натягивала парик с большим носом себе на голову, краем глаза кося в зеркало. Вот неугомонный! Идёт проверить! Она, схватила из баночки под зеркалом темной краски и мазнула себе по лицу; приспустила брюки, одной рукой прихватывая огромные женские панталоны и прикрывшись ими как щитом, вытаращив глаза и перекосив рот, хрипло вскрикнула:

- Ой!.. мальчик, да какой хорошенький! - двухметровый лысый амбал приостановился, оценивающе оглядывая её.

Смотри, смотри дорогой: пальто и шапочиу на мне нет, паричок сидит как родной, а сумочку я уже задвинула под стул, набросив сверху мешок Деда мороза - думала она.

- Это мне?! - восторженно повернулась она к опешевшему администратору - это он со мной стриптиз танцевать будет? Ну иди голубчик сюда, потренируемся! - и она зачмокала вытянутыми уточкой губами.

- Нет! Это не я! - загородившись обеими руками, попятился назад мужик. .

Потом бросился бежать.

- Эээ... какой стриппиз? там же дети ... - пыталась увязать что-то в своей голове она - да и ... с краской вы немного ... переборщили ... - да чего уж там - она трагично махнула рукой - вы не наша баба- яга?

Мила молча развела руками.

- Да чего уж там!! - повторила дама и на что-то решилась - выручайте!! у меня концерт горит! В детские игры играть умеете?! На елке когда-нибудь были?!

Говорила она энергично, еще более энергично и споро натягивая на неё какие-то лохмотья

- Спасите! Там же дети! Выйдете, попугаете немного всех, потом поиграете и всё! А я вас потом отсюда выведу другим ходом, я так поняла вы не хотите встречаться с теми ... ээ

- Да я согласна!

- Прекрасно! - просияла дама - пойду поддержу деда мороза со снегурочкой, а вы следом! - и она упорхнула своей радостной стокиллограмовой тушкой в небольшую дверцу за вешалками.

"Так, стоп, спокойно. У меня всё под контролем! Дети у меня есть есть! На праздниках я была? Да! вот! Как -нибудь выкручусь. Она глянула на себя в зеркало: Ой! Ну, по крайней мере понятно, чего мужик убежал".

Она закатала свою шубку с вещами и бросила её в красный мешок затолнув ногой глубже под стол, потом она быстро, обеими руками размазала тёмный грим, поправила костюм бабы-яги лохмотья лентами покрывали её фигуру, скрадывая очертания; седые волосы из-под края косынки торчали в разные стороны, ниже посвечивался морщинистый лоб с густыми бровями и крючковатый нос с огромной бородавкой . Ну красотка! Она схватила клюку и выбежала в зал.

…..

- ХА-ха-ха! Ох-ля-ля! - заверещала она и раскрыв рот, притормозила.

Это деточки?! Самым младшим было лет по десять, они сиротливо выглядывали между скучающими подростками от четырнадцати до шестнадцати лет. Ну да делать нечего, назвался груздем...

- Дети! - утробным голосом да пострашнее, завела она, а чё?.. этих фиг чем проймёшь! - сейчас я вашу Снегурочку и Деда Мороза заколдую!!

- Давай, тётя, а то они нас уже достали - под смешки откликнулась какая-то деваха.

- Ккрай! Псебай!.. все жабы алабабай!! – кричала, размахивая тёмной палкой баба яга.

Снегурочка хлопнула глазами, а Дед Мороз прошипел сквозь зубы, вызвав смех ближних деток:

- Опять слова, дура, не выучила!

И, подыгрывая ей, они отступали шаг за шагом, тряся как с похмелья руками и головой. Потом упали на стулья и замерли.

- Так, я их заморозила, заколдовала. Снегурочку и Деда Мороза - дети помладше восторженно пискнули хором - ну а теперь... а теперь ... А теперь мы будем беситься и танцевать!! Maestro! - махнула она рукой в сторону девушки с ноутом.

Заиграла песня: "В лесу родилась ёлочка", дети разочарованно загудели.

- Ну нет, забудь! Выключай! А ну быстро! А то заколдую!

- Вы не настоящая! - ехидно высунулся какой-то умник лет двенадцати вперед.

- А вот и настоящая! Хочешь, угадаю как тебя зовут?

- Ха! Попробуйте!! - веселился пацан.

- Только ... с двух раз.

- Да хоть с десяти!

- Тебя зовут… Петя.

- Вот и нет, ещё Вася бы назвала!

Дети хохотали. "Марсель жжет.." ну, Марсель даёт!!" -- громко зазвучало с разных сторон. Мила прищурилась.

- Марсель?..

- Так не честно! Вы знали, вы слышали, вам кто-то раньше сказал!!

- Нет, я ничего не слышала!

- А я! А меня!! Меня!!

- Кристина! ... Мирослава!..

Голоса перемешались, услышать, что мысленно дети орали было сложно. Баба-яга плавно закруглила эту угадай-ку.

- А теперь танцевальный флешмоб! - задала она новое задание - Присоединяйтесь! Мы будем веселиться до упаду!

Дети восторженно взвыли, как младшие, так и подростки, забывшие, что им надо быть чуточку пренебрежительными.

- Мы будем веселиться?

- Да!

- Мы будем танцевать!

- Даа!!

- Музыку нам, да повеселее! – вздохнув, девушка-диджей пощелкала кнопками и через динамики полилась зажигательная мелодия.

Ахнув, девчушка за пультом подпрыгнула с огромными глазами и нажала стоп.

- УУУУУУУУУ!! - взревела Баба-яга и дети заорали следом - мы хотим ТУУУ!!

Обреченно выдохнув, ди-джей включила снова ту же песню;

- Кто последний, тот и лох! - орала Баба-яга.

Нечисть и дети отплясывали под "Команчеро" Нэнси.

Снегурочка с Дедом Морозом на секунду приподняли головы, и повращав огромными глазами, пожамкав молчаливыми ртами, они снова уронили головы на бок, сделав вид, что это их совершенно не касается, они тут ни причем.

Миланда танцевала с детками, организовывала игры ещё с полчаса, лихорадочно обдумывая, как бы незаметно свалить.

Вдруг в зал профессионально оглядываясь, зашел и пошел по кругу один из её преследователей. Она резко отвернулась от него, и побежала вокруг елочки.

- Уууугрррххх! - рычала баба- яга, за ней с топотом и воплями летела банда детей.

С другой стороны, от входа приближался другой.

- Аааагрррххх! - зарычала она и помчалась, уже от обоих, лавируя между офигевшими от всего просходящего мамашами, стоявшими вдоль стеночки.

Дети с воплями гонялись за ней, сшибась между собой и сшибая всех вокруг: мам, ди-джея, снегурку с дедом, путаясь под ногами двоих странных мужиков в темных костюмах.

Мила, споткнулась у стены за какие-то шнуры, верхний свет потух, и в мелькании разноцветных огней, криках, упала и поползла от толпы подальше, вдоль стеночки

Пока в зал не вбежал одетый наспех Богатырь с фонариком и не закричал, тыкая в неё лучом света:

- Ах, вот ты где, Баба-яга! Я давно уже тобою гонялся!

- Ой! Оё-ёой - вопела баба-яга и подскочив, побежала вокруг ёлочки под смех детей.

- Сюда-сюда! - тихо шипела около двери администратор, как флагом размахивая вещами Миланды. Та рванула к ней, и они вместе выбежали из зала. Дед Мороз и Снегурочка облегченно вздохнули, праздник продолжался.

Глава 13

Распалённая Баба-Яга энергично бежала следом за администратором, сразу за дверью оказался темный узкий коридорчик, заставленный кучей коробок. И в этом лабиринте уверенно лавировала тетка, успокаивающе бормоча:

- Сейчас, сейчас, еще один поворотик! Вот!

Она указала на крутую железную лестницу, взмывающую вверх. Они поднялись метров на шесть-семь и оказались на балконе. С балкона была видна сцена внизу и хорошо слышалась музыка и голоса. В зале праздновали очередной корпоратив. Слева и справа рядами висели полупрозрачные раскрашенные холсты.

- А теперь сюда и на ту сторону! Там внизу, с той стороны выход, им редко кто пользуется.

Миланда широко распахнутыми глазищами смотрела то на неё, то на узкую доску под ногами, кривенько, с поворотами проложенную через всё пространство над сценой.

- Дальше идти по этому? – уточнила она.

Вокруг веселье, взрывы смеха, люди празднуют, жалостливо думала она, а тут им: бах! Сверху трупик прилетит! Точнее, трупиком она, её тушка, станет … так сказать по прибытии…

- Решайтесь! Он вполне надёжный! Наши им регулярно пользуются. Я вас подожду, пока вы не окажитесь на той стороне.

- Мгм - попыталась согласиться Миланда.

Она тоскливо огляделась, какие-то куски ткани свисают; цепи в нескольких местах поддерживают мостик. «Делать нечего, отступать поздно, только вектор вперёд!» - думала она, пробирались между ними как между развешанным бельём. Музыка становилась громче, полупрозрачные ткани засияли разноцветными переливами в такт музыки.

- Здравствуйте, здравствуйте, гости дорогие!!.. - густым басом раздавалось где-то под ногами.

- Так. Ещё немного – бодрым шёпотом воскликнула администратор - и как я обещала, выведу вас! Вы сейчас пройдёте середину, пробегаете по той доске, спускаетесь за кулисой, два поворота налево, там дверь на улицу! Это вход! А там между гаражами прямо, прямо и там будет вокзал, ну а там уже сама разберёшься.

Под аккомпанемент её речитатива и ритмичной музыки Лада шаг за шагом приближалась к середине. Она старалась не обращать внимания, как всё сильнее раскачивался мостик под ногами и что там говорят Дед Мороз и Снегурочка. К горлу подкатила дурнота, она ойкнула и посмотрела вниз. Сквозь лёгкие ткани был виден большой зал. «Кажется, это главный» - подумала Милада. Внизу толпился народ: солидные мужчины в костюмах и дамы в вечерних платьях, у каждого в руках был бокал, они вежливо улыбались друг другу и изредка поглядывали на сцену.

Она приостановилась, едва слышно застонав, под ногами пролегал ещё один отрезок пути, доска сантиметров тридцать в ширину. Вроде нормально, если смотришь на неё, когда она лежит на земле.

Сейчас Миланда задумалась на секунду, а нужен ли ей этот экстрим? Но оглянувшись назад, она поняла, что уже не развернётся, а потому решительно шагнула на неё. С каждым шагом доска раскачивалась всё больше, она пыталась удержаться и притормозила.

«Ккажется, я зря разогналась!» - подумала она.

- А сумку! Сумку! А вещи! - громким шёпотом заговорила тётка, вращая глазами и махая её свитером.

Она в волнении выскочила следом за Миландой. Амплитуда колебаний досок вошла в резонанс под двойными шагами, они обе заохали замахали руками, стараясь удержать равновесие; что-то поняв, тётка попыталась ломанулся назад …

- … а чудеса вы любите?! - доносился со сцены голос Деда Мороза - А сейчас мы сотворим чудо! Да-да! Самое настоящее чудо красоты. Нам нужно посчитать …

… Миланда в ужасе распахнула глаза и хватала руками воздух …

- Сколько веселья вокруг! Итак! Обратный отсчёт: три!..

Зал вяло отозвался три …

- Два!! - с энтузиазмом кричал Дед Мороз.

-… два - небрежно проговорили хором солидное дяденьки и тётеньки, растягивая на лицах улыбки.

- ОДИН!!! - простонал Дед Мороз вместе с залом.

И на сцену одна за другой стали выплывать полуголый девицы с улыбками до ушей. В тот же момент Миланда не удержавшись, полетела вниз, мертвой хваткой уцепившись за ткань, тормозя по шторам занавеса …

-«… расшибусь на хрен бля …» - мелькнула одинокая мысль в её голове – «… метров 8 будет не меньше…» высоты. Взвизгнули девицы-красавицы, рассыпая ровный строй, а в центре сцены, сидя на куче разноцветных тряпок, хлопало глазами странное лохматое чудовище.

///

Зал оживился. Мужчины шагнули ближе, даже женщины забыв о том, что они строили глазки твоим кавалерам, любопытством оглянулись на сцену. Онемевший Дед Мороз тоже смотрел на сцену. Баба-Яга наконец, выползла из горы полотнищ, обалдело оглядывалась по сторонам.

- Ты откуда здесь взялась? - отвернувшись от зала, одними губами шипел Дед Мороз - говори что-нибудь! Говори что-нибудь, чудовище!

- Эге-гей! А чего вы тут собрались? - крикнула Баба-Яга.

- Праздновать! – отозвался какой-то уже веселый мужичок.

Музыка продолжала задавать танцевальный ритм.

- Это ж кто так празднует?! Сейчас я вам тут устроою праздничек!! А ну-ка плясать! А то я вам тут наколдую чего. Не того. Ух!! Девочки, дружнее!

Девицы хлопали приклеенными ресницами, двигая вразнобой полуголыми телами и пытались вписаться в новый неизвестный сценарий, они стали по обе стороны на сцене и пытались подтанцовывать. Яга, вращая белками глаз на коричневом лице, с огромным носом скособоченным круто влево, обходила их по порядку.

- Фу,фу, не в лад, не впопад, эх, пошла заколдовывать – она шла по кругу, якобы заколдовывая всех танцующих девиц и они, с облегчением на лицах замирали в разных позах, стараясь выбрать положение повыигрышнее и покрасивее, но Дед Мороз всё ещё был недоволен и шепнул ей зло:

- Ну попадись мне после корпоратива… давай выкручивайся, чудовище, сорвала номер, давай выдавай другой.

Миланда выпрямилась и вперила в него свой взгляд:

- Стоять, молчать, заткнись на пять минут - прошептала она и добавила громко, помахивая руками - Я тебя заколдую!

Дед Мороз встал как соляной столб, уронив голову чуть вперёд. Баба-Яга кружилась под музыку, черные лохмотья кружились вокруг неё, голова у неё тоже кружилась, и она едва не упала со сцены, не заметив края и решила:

- Нет, с танцами пора заканчивать.

Раздались сдержанные смешки и пара хлопков. Гости подтянулись ближе к сцене с ожиданием посматривая в её сторону. Она тоже смотрела на них, лихорадочно соображая, что же делать?

Входная дверь в очередной раз приоткрылась и в зал вошел ещё один знакомый колоритный персонаж. «Полковник! А тебя-то каким ветром сюда занесло?!» - мысленно простонала она, отвернувшись в сторону. «О! А чего это я? Меня сейчас мама родная не узнала бы.»

Приободрившись, она смело посмотрела в его сторону. Он был уже в костюме, скинув на ходу куртку на руке дежурившему в зале администратору.

- Баба-Яга, когда будем веселиться? – не унимался давешний готовенький мужичок, непонятно как затесавшийся в стройные ряды благовоспитанных ледышек - Народ готов к р…

- Тихо! – рыкнула она - а давайте-ка я вам лучше погадаю!

Музыка стала потише, Баба-Яга спустилась в зал.

- Нет-нет! Все ко мне сразу не торопитесь; по одному подходите - махала она рукой на окружавшую её толпу.

«Вот незадача как бы от них быстрее отделаться? - думала Миланда – иначе я тут до утра застряну!» - а сама кричала - новогоднее гадание, подходить по одному и не подслушивать!

На сцене постепенно восстанавливался порядок, концерт продолжался, но гости гораздо с большим интересом поглядывали в тот уголок, что оккупировала гадалка. Они действительно выстроились дисциплинированно в очередь и по одному подходили к Бабе-Яге. Иногда она украдкой поглядывала вокруг, но Полковник растворился в толпе.

Гадая, она обещала одному счастье, другому повышение зарплаты или просто мешок денег; кому-то встречу с любимой, а ещё всем удачи. Тут в зал вошли двое из её преследователей, стоя на пороге, они внимательно сканировали присутствующих. «Чёрт! да что же вы всё не угомонитесь!» - думала Лада – «всё, надо бежать!»

И вздрогнула, когда её схватила за руку сильная мужская рука.

- А мне что не погадаешь? - раздался знакомый голос.

....

Миланда широко распахнув глаза, резко оглянулась на Алекса «Вот его не вовремя каким-то ветром принесло» - лихорадочно думала она, опустив низко голову, отгородившись от него волной седых кудрей и пробормотала грубоватым сухим голосом:

- Тебе, дорогой? У тебя всё хорошо… вижу: всё хорошо у тебя будет, все дела твои ладились; только враг твой не дремлет - откуда приходили слова. Она привычно отключала осознанность и сама никогда не знала откуда приходят в такой момент мысли, что-то говорила и, как говорили сами клиенты, в большинстве случаев всё сбывалось. Она сделала движение отвернуться и отбежать в сторону, но Алекс задерживал её, стараясь заглянуть ей в лицо.

- А в любви? – спросил он - что ждет меня в любви в этом году?

Миланда замолчала, бросив отчаянный взгляд за спины гостей, там, аккуратно вращая глазами, пробирались две знакомые морды.

- А в любви дорогой, всё зависит от тебя - скороговоркой проговорила она сквозь зубы и выдернув руку помчалась обратно на сцену.

Ведь именно там со стороны Дед Мороза должен быть выход. Два поворота налево и дверь на улицу. Она не видела, как мужчины подошли к Алексею Георгиевичу

- Докладывайте.

- Она исчезла в здании, но точно заходила сюда, мелькнула на камерах и как растворилась.

- Вы не можете найти все вместе одну женщину?

- Она вертится как уж, похоже затесалась где-то среди артистов, они же в костюмах.

- Не Баба-Яга случайно? - усмехнулся Алексей Георгиевич, вспомнив как бухнуло сердце в его груди, когда он услышал голос Яги, пытался рассмотреть её.

Это ему не удалось, но рост вроде такой же, голос? Голос очень похож, но все эти завывания и хрипы отвлекали его.

- Так орлы, Бабу-Ягу видели?

- Да, Алексей Георгиевич.

- Передать описание по команде. Давайте-ка отследите её, где-то в здании этот объект.

А Миланда действительно нашла ещё один из боковых выходов, пробралась между гаражами и притормозила у вокзала. «Что же делать - думала она - сумка осталась в ДК; холодновато так и заболеть недолго; денег нет даже на такси» она пробралась между крайними ларьками и вышла на Привокзальную площадь. Там всё было в движении: торговали пирожками в ларьках и прямо с улицы: лотошники раскинули на столах сувениры; народ приезжал, уезжал, сновал вперёд и назад. Даже нищие прониклись духом праздника и нацепили на себя праздничную мишуру.

Четверо стояли в разных углах. Старая тётка с кульком, мужичок в коляске и чуть поодаль от неё ещё один стоявший на костылях. Народ мимоходом накидывал им деньги. С другой стороны ряда играл что-то торжественное и красивое гармонист, мужичок лет шестидесяти… Перед ним стояла шапка-ушанка с мелкими купюрами. Она подошла к нему.

- Эй слушай сюда! Мне срочно надо немного денег.

Мужик подобрался.

– Да не бойся ты! Давай подзаработаем вместе. Частушки играть умеешь?

Кривая ухмылка сменилась на его лице заинтересованной, он согласно кивнул.

- Баба-Яга, зажигай!

Глава 14

По Привокзальной площади разнеслась музыка. Люди заулыбались, уловив знакомый мотив весёлых частушек. Баба-Яга, притопывая, пошла по кругу, расширяя площадку, и громко запела, сочиняя на ходу:

- Наряжуся я Снегуркой И усядусь в тарантас. Буду ездить по деревне Добрым людям напоказ!

….

Новый год мы встретим ловко, А сегодня тренировка. Пропоем мы вам частушки, Вы развесьте ваши ушки!

…..

Дед Мороза нам не надо, И не надо шоколада! Рюмку нам скорей давай, И зарплату повышай!

…...

Вокруг, улыбаясь, подтягивался народ. Люди встали плотным кольцом, прихлопывая и подтанцовывая. Раздавались смешки.

…..

Прочитал мое желанье, Дед Мороз и покраснел. Потом долго заикался И на Снегурку не глядел.

Мужской ржач всех оглушил.

Дед Мороза мы просили Погасить за нас кредит. Старый в банке все напутал, Заморозил счет, бандит!

Люди смеялись, уж очень знакомо это было всем, и Бабка-Ёжка зажигала дальше.

Нагнала на Новый Год Самогону свежего… И теперь отбою нет День и ночь от Лешего.

Теперь хохотали женщины; озабоченное выражение на их лицах таяло, как снег на солнышке. Даже пакеты с покупками казались не такими уж тяжёлыми.

Бабке-Ежке весело — Потеряла помело, И теперь пешком идет — Здравствуй, Ежка, Новый Год!

В Новый год любви просила Я неоднократно А на этот год прошу: Забери обратно!

......

Мы частушки вам пропели В основном приличные Ждем подарков новогодних Лучше бы наличные!

Взяв заключительный аккорд, гармонист заиграл танго, и Баба-Яга, подставив шапку гармониста, пошла, пританцовывая, по кругу красивым шагом.

- На помело, голубчики! На помело бабуле накидайте!! - вошла в роль Миланда.

Развеселившиеся зрители кидали ей от души.

«Неплохо нищие имеют!» - подумала она, заглянув туда.

…………

- Алексей Георгиевич, тут у К-кого вокзала Баба-Яга зажигает, не ваша случайно?

- Лохмотья ленточками, седые космы под зелёной косынкой, на кривом носу бородавка?

- Да!

- Следите за ней, из виду не выпускать, но и не приближаться, я через пять минут буду.

Честно поделив пополам накиданные купюры, Лада не стала трогать мелочь, отдала всё гармонисту и собрав силы, отвела разом всем глаза. Она чувствовала чужой интерес со всех сторон, он давил её и она решила дать себе несколько секунд форы, пока её никто не видит, она спрячется за киосками и оттуда уже поищет пути отступления.

Голова её кружилась от выброса силы, ну да ладно, зато ушла. А силы скоро восстановятся.

.......

- Вы олухи и дол..бы! – Алекс не выбирал слов - Я вам что сказал: не выпускать из виду и не пугать! Вот где она и она ли это была?!

Парни подавленно молчали.

- Может здесь видно, она, не она? - один из них показал запись в телефоне.

",,,В Новый год любви просила Я неоднократно А на этот год прошу: Забери обратно!..." - доносился из динамика голос Милы.

- Да, это она! Искать, б…, всем оцепить район, если опять облажаетесь, разгоню всех нахрен!

.......

Баба-Яга бежала между рядами киосков у края площади.

- Ах, ты сука!.. А ну, стой! - раздался гнусавый голос.

Давешняя дышащая на ладан благообразная старушка-нищенка с привокзальной площади бодро топала ей наперерез. Миланда, чуть вздрогнула от неожиданности и прибавила шагу.

- Эй! это я тебе!

Подскочив, к ней старуха сдернула с её головы парик с косынкой.

- Ты что это тут на чужой территории хапаешь?!

Мила недоуменно посмотрела на неё и по сторонам. Рядом угрюмо стояли старик без костылей и мужик с коляски. Правда, теперь он был без неё.

- Чё хлопаешь зенками? Схавала чужие деньги и думала так тебе всё сойдёт?! А ну, гони наши бабки!

- Вы не оборзели, дорогие? - возмутилась Миланда, с тёмным лицом и светлыми волосами в хвостике, она смотрелась ...своеобразно.

- Я пела, я их заработала!

- Во борзота! - Крутила головой старуха - тебя кто послал? Ты от кого?

- Я сама своя - растерялась Баба-Яга - мне деньги нужны, просто оче...

- Да что с ней базарить - подскочил мужик и схватил её за локти - забирай!..

Двое остальных нищих как шакалы вцепились в её лохмотья обыскивая карманы.

- Вот деньги! - радостно ощерился старик, выхватывая из её кармана свернутый рулончик.

- Отдай, гад!

Мила выкручивалась, пиналась, свирепо вращая глазищами, только что не кусалась, кусаться она побрезговала.

- Чтоб руки ваши отсохли! Стоять! - рявкнула она.

Нападающие резко замерли, не в силах двинуться, офигевая и вращая головами. Рулончик выпал из рук нищего.

- Ведьма! - прошептала старуха и резко перестроилась - ой и горюшко, как мы теперь отдадим налог старшому ... да мы ж ничего не заработаем!.. как жить?!.. нас он прикончит!.. ой мои рученьки-ноженьки, ох прости нас, расколдуй обратно, прошу!

Они хором подвывали.

- Да шевелитесь уже, двигайтесь - буркнула Миланда.

Она не трогала деньги, поглядывая на лежавший рядом с собачьими экскрементами сверточек. Очень близко. Практически касаясь их. Она поморщилась.

Старуха бухнулась на колени, мужики за ней.

- Пожалей, не забирай - ныла она, а за ней её подельники, стоя на грязном снегу…

- Да идите вы... куда вам надо - она отвернулась и пошагала прочь - можете забрать деньги.

- Спаси Бог!! Благодетельница! Прости нас, грешных, не держи зла! – подвывала старуха.

Лада свернула за угол киоска. Вдруг кто-то крепко схватил её за руку. Она дернулась и замерла, увидев пожилую тетку в белом фартучке и с замотанной платком головой. Она прижимала к губам палец и увлекала её за собой.

- Пачему раздэтый бегаэш? Зима, надо одеваться, а то забалеешь! Тамарка злаия, не слушай её, а ты весёлая. Молодец, красыво поёш!

Вдвоём они пару раз завернули и подошли к ларькам с выпечкой. Тётка втащила Милу в свой ларек и усадила на стул.

- На йэш чебурэк и пэи чай. Грэися!

Мила от удивления потеряла дар речи.

- Тэбья как завут?

- Лада – проговорила та, растерянно поглядывая то на вкусно парующий мясным духом чебурек, то на стаканчик с чаем.

- А меня баба Матлюба. Йэш, йэш! Сама пэкла, вкусно!

Матлюба успевала и продать выпечку, и тут же состряпать новую, и передать добавку разомлевшей в тепле Ладе. Покончив с едой, беглянка решительно поднялась, пока она не уснула тут, надо бежать. Да и похоже ей кое-куда надо, на вокзал что ли забежать? Как-бы не отморозила она себе что-то важное в этих бесконечных гонках. Ладно, с этим потом разберёмся, для ведьмы простуда не самая большая проблема, главное сейчас уйти от погони.

- Согрэлас?

- Мне надо уходить. Огромное спасибо! Вы просто спасли меня!

- Да, чэво там – смутилась торговка.

Она внимательно, раздумывая о чем-то посмотрела на чумазую женщину в лохмотьях и решительно схватила старенький пуховичок с капюшоном, висевший на вешалке:

- Пэрэадэваиси! А то савсэм замэзнэш. Он чистый, и с капуш.. кашуп.. С этои балдои – Матлюба подергала капюшон.

Лада дрожавшими от переизбытка чувств руками быстро скинула лохмотья и натянула пестрый пуховик на себя. Она была не в том положении, чтобы отказываться. Добрая женщина так вовремя попалась на её пути, надо будет её как-то отблагодарить.

- Спасибо! Дай Бог вам здоровья и много хороших покупателей! С Наступающим!

- И тэбэ Бог в помощ! – покивала та в ответ.

Лада осторожно выглянула в витринное окно на улицу, и не зря. По широкому ряду между киосками озираясь шел амбал в темной куртке и что-то говорил в рацию, а через несколько метров за ним в ту же сторону шел … Полковник! Она подивилась, какой у них тесный город. Вроде и большой, а встречаешь знакомых на каждом шагу!

Мила хотела отойти от окна, как вдруг увидела поодаль еще две знакомые морды из её преследователей, но теперь они шли и как бы невзначай посматривали на Полковника. Так они что, за ним охотятся?!

В голове её быстро созрел план.

Глава 15

Алекс в который раз вместе с половиной своих бойцов обходил привокзальный рынок, остальные держали периметр. Ни-че-го! Как сквозь землю провалилась. Вот уж и поверишь – ведьма!

- Так, ребята, давайте все углы обшарьте там, подальше за киосками, вокруг вокзала, и на гаражах.

- На гаражах или между ними - уточнил педантично Серёга - эта дамочка что и по крышам может бегать? Хотя … в театре она уже полетала под потолком на каких-то тряпках и здесь успела исчезнуть так, что до сих пор найти не можем. Вот уж точно нечисть, Баба-Яга. А чё? - оглянулся он на сердито вращающего белками глаз старшего по команде.

- Надо будет и на гаражи полезешь, умник – отозвался Егор, поймав пристальный взгляд начальника.

Алекс кивнул и показал жестом расходиться. Когда он скрылся, Егор подошел к разболтавшемуся товарищу:

- Ты чё, совсем попутал? Не понял ещё: Король свою женщину нашел и потерял?! Видишь и так не в себе мужик. Не зли его, а то получишь по ходу, он-то и не заметит, а тебе прилетит конкретно. Под горячую руку не лезь!

В это время Алекс шел между киосками бездумно, но строго в определенном направлении. Что-то тянуло его в ту сторону. На возникшую на его пути невысокую загорелую фигурку в балахоне не по размеру, с капюшоном, натянутым на лицо, он сначала не обратил внимания, но она сама остановилась.

- О, привет, красавчик, - она старалась не показать, как обрадовалась, увидев его – Полковник, давай-ка не свети здесь, за тобой «хвост»; укроемся пока за ларьками, может пронесёт.

- Мила?!!

Она схватила его за руку и втащила между киосками, и потащила вокруг площади, не заходя в само здание вокзала. Его команда один за другим проходили в стороне. Кроме Егора. Тот, делая вид, что смотрит по сторонам, медленно приближался к ним. Алекс оглянулся на своего помощника и сделал ему знак, отступить и держаться на расстоянии.

- Иди за мной, попробуем отсюда выйти – Лада, незаметно поглядывая по сторонам, шла снова через гаражи обратно к ДК.

«Что происходит, так она не от меня бежала?» - со смесью досады и облегчения подумал Алекс и … пошел за ней, крепко держа её узкую ладонь.

- Мила, что случилось?.. От кого ты бежишь? Почему ты ушла от меня?

- Ты ничего не попутал? – она, будучи на голову ниже его, умудрилась посмотреть на него свысока - ты сам меня оставил на остановке и уехал, мы вполне мирно расстались. Ну чего ты? Классно провели время, вовремя расстались. Разве не об этом мечтают все мужики? – удивилась она.

Алексу показалось, что его картинка мира чуть сдвинулась, усилием воли он сосредоточенно думал, что было очень трудно в её присутствии.

- Так давай ещё раз: мы … «мирно расстались» и … что случилось?.. куда ты вляпалась за это время, кто за тобой гонится? – в ответ на её подозрительный взгляд, он пояснил – не просто же так ты тут гуляешь в таком прикиде, такая …загорелая?

Она успокоилась и лаконично обрисовала:

- Не, это началось не сейчас. Ещё осенью один человек угрожал мне, но тебя это совершенно не касается. Ты думай о том, почему за тобой слежка.

Он сразу сделал стойку. За ним разумеется, никто не следил, а вот то, что она кого-то боится, кто-то ей угрожал! Вот это было понятно и как раз в компетенции бывшего бойца Альфы, полковника в запасе, а нынче помимо всего прочего владельца сыскного агентства Эгида, половину состава которого как раз и представляли «ашники» в отставке или их товарищи из смежников.

Конечно, «бывшие» это очень условно. Алексей Королёв, точнее его частная компания, просто получили возможность заниматься некоторыми сомнительными операциями, которые в госструктурах были под запретом. Для того, чтобы картинка выглядела совсем мирно, Эгида была частью строительной группы Альфа; её структурным подразделением, обеспечивающим безопасность.

Что значит «угрожал»? Кто посмел угрожать ей?! Снова вернулся он мыслями к насущному.

- Так кто говоришь, тебе угрожал? – небрежно переспросил он.

- Да так, один глупый человечек - думая о чем-то своём, отмахнулась она – то есть тебя вон те твои преследователи в темных одинаковых куртках не волнуют?

Алекс мысленно хлопнул себя по лбу, корпоратив! Это из-за него они сегодня выглядят как близнецы-братья, что, конечно, не могло пройти мимо внимания его ведьмочки. Надо отогнать пацанов из зоны видимости, они её пугают своими одинаковыми чёрными костюмами. Вон аж чуть не разбилась в ДК, вспомнил он задней мыслью, чуть не поседев от страха за неё. Нет, теперь только рядом, твёрдо решил он, чтобы там ни случилось, он так сможет её защитить.

Они всё дальше уходили от вокзала, толпа была уже не такой плотной. Миланда целеустремлённо шла вперёд, сворачивая в проулки и выныривая на параллельных проспектах. Она притормозила у какого-то магазинчика и, оглянувшись по сторонам, нырнула в него. Алекс зашел следом и удивился: зачем ей понадобились цветы, да еще в горшках.

- Деньги, все, что есть, выложили, быстро! – донёсся до него её звонкий голос, пробив его на испарину.

Что?! Деньги?! Она потребовала деньги у этих милых девчонок? Она решила ограбить магазин? Как он не подумал о том, что ей срочно нужны деньги, ведь её сумочка, как и другие вещи остались где-то там у его ребят. Когда они шли по её следу, им стоило некоторого труда под роспись изъять вещи в кафе и в ДК у женщин, вдруг упрямо решивших сберечь их до прихода хозяйки, и только корочки Егора убедили их пойти на компромисс.

И вот теперь она, отчаявшись, пошла на ограбление, корил себя Алекс. Он пребывал в некотором шоке, но решил поддержать её, успокаивая себя, что потом все уладит и вернет деньги:

- Да, мы крутые, бабки на стол... – уверенно проговорил Полковник.

Видок у неё, конечно, странноватый с этим тёмным лицом и в большой куртке, но попугать этим явно не хватит. Потому он похлопал по оттопыренному краю куртки, намекая на оружие.

Ну а что делать? Мила так напряжена, надо её как-то успокоить и, пока ему доверяет, он поддержит любой её заго…, то есть любую идею, лишь бы она не надумала снова убегать.

Девушки покосились на него и на удивление спокойно отдали деньги, она сгребла кучу денег и пошла к двери. Чуть задержавшись и, приложив палец к губам, Алекс бросил на прилавок пачку красных и под ошалевшими взглядами круглых глаз девушек развернулся идти следом. Его ведьма притормозила у выхода и, буркнула, повернувшись:

- С Новым Годом, первого числа сделаете себе выходной, со второго числа с поставщиками сами договоритесь.

Не дожидаясь их реакции, она выскочила на улицу.

- Это что, твой магазин? – только на улице догадался он.

Она подозрительно покосилась на него и пожала плечами.

- Мила – осторожно начал Алекс – прости, что сразу не сообразил, тебе нужны деньги? Могу я предложить тебе нужную сумму?

Она растерялась. Все свои проблемы Миланда Александровна давно привыкла решать сама. Ведь любая зависимость от кого бы-то не было расслабляет, а помощь, как бы она ни была своевременна и приятна – явление не постоянное и привыкать к ней значит опять же ставить себя в зависимость от дающего. Она украдкой наблюдала за напряженным лицом Полковника.

- Знаешь, мы не настолько хорошо знакомы, чтобы обсуждать такие вопросы …

- Алексей Гео…- начал было он

- Достаточно!! Я рада, что наши отношения перешли на новый уровень, но давай на этом остановимся.

Он выразительно посмотрел на неё, она сначала сделала вид что не понимает, потом проговорила:

- Миланда, можно Мила.

- Вот как?! Значит я угадал!

- Ну, не совсем, вообще-то я привыкла Лада, а не Мила! – сердито сдвинутые брови на чумазом от грима лице, с упрямо вздёрнутым подбородком.

Он внезапно коснулся поцелуем её мягких губ, соблазнительно выделившимися розовым островком на коричневом фоне. Она застыла, возмущенно распахнув глаза, Алекс засмеялся:

- Только не говори, что за день забыла о наших поцелуях и … прочем. Или тебе так не понравилось, что ты решила сбежать, не прощаясь? Может стоит тебе напомнить.

Он решительно притянул её к себе, и поцеловал, жадно впитывая губами нежность её рта, а рукой ощущая знакомую мягкость волос. Вот чего ему не хватало весь долгий день. Однажды открыв для себя вкус своей женщины, ему хотелось не выпускать её из своих рук, губ и объятий уже никогда. Он застонал от переизбытка ощущений, вздрагивая как подросток от первого поцелуя. Лада была не в лучшем состоянии. Она беспомощно ухватилась за его куртку и на мгновение повисла на его руках.

- Алексей, мы не должны сейчас отвлекаться от главного.

Он непонимающе посмотрел на неё:

- Я говорю о том, что за тобой гонятся какие-то люди подозрительной наружности и тебе, наверное, надо спрятаться?

«А это, пожалуй, шанс!» мелькнула у него мысль.

- Знаешь, ты права, - озабоченно произнёс он – пока ситуация не прояснится, мне надо бы где-то укрыться, желательно в новом месте, где меня точно не найдут. В гостиницах тоже не безопасно, там меня будут искать в первую очередь.

Он выжидательно посмотрел на неё.

«Шанс? В смысле шанс хорошо спрятаться? – она заколебалась ладно - пожалуй рискнём, вот только девочкам как-то надо будет объяснить, что за беженец у нас появился.»

Вести в свой дом малознакомого человека, мужчину для Лады было что-то типа признания, метки «этот мой», в общем, пока не приемлемо; но и оставить его на улице, ночью? Зимой? После того что между ними было? Было бы крайне нечестно.

Только из этих побуждений, уговаривала она себя, ей нужно позвать его к себе, а вовсе не из-за того, что ей не хотелось расставаться с ним, пользуясь любым предлогом. Быстро, пока не передумала, она проговорила:

- Поедем ко мне, я приглашаю, переночуешь, а утром на свежую голову решишь, что делать дальше.

Он, улыбаясь посмотрел на неё как на свою законную добычу, что сразу не понравилось Ладе и она решила его осадить:

- Не знаю, о чем ты сейчас думаешь с такой хищной улыбкой на лице, я тебе предлагаю помощь, а не то … о чем ты там подумал! Имей в виду у меня дома взрослые дети, так что ты, разумеется, должен вести себя очень корректно!

Улыбка, чуть поблёкла на его губах:

- Ну что ты, конечно, очень … корректно.

Глава 16

Они быстро добрались на такси до спального района, где была двухкомнатная квартира Миланды Александровны, в которой она проживала с дочерьми.

- Вот чёрт! С этой всей фигнёй я совсем забыла, что мои ключи лежат в сумочке! - с досадой сказала она - ладно; надеюсь девочки уже дома.

Но сколько Лада не нажимала код квартиры, никто не отзывался. В наступившей темноте, разбавленной светом от фонарей вдоль улицы и на подъездах, они стояли вдвоём, в эти предпразничные вечера жилые районы рано пустели, люди готовились к праздникам.

- Какой у тебя этаж? - прервал её размышления Полковник.

Он поглядывал на лоджии, выходившие над подъездом слева и справа.

- На эту сторону выходят или сзади дома?

Лада вытаращила на него глаза:

- Ты с ума сошёл?

- Да я только прикинуть.

- Нет - решительно ответила она - мы решим эту ситуацию более простым путём.

Лада нажала номер другой квартиры:

- Тётя Таня! Откройте дверь, пожалуйста!

- Кто это?

- Миланда, ваша соседка; я сегодня нечаянно осталась без ключа откроете? - голосом примерной девочки проговорила она.

Едва они вошли в подъезд, навстречу им попалась женщина с собакой. Она подозрительно посмотрела на обоих и, оглядываясь на них, вышла из подъезда. Собака облаяла полковника, Миланде промахала хвостом и для порядка гавкнула на неё, отфыркиваясь на запах её куртки.

"Вот задала Барсу задачу - весело думала она - вроде я, а вроде и не я!" - подумала Миланда. Она отвернулась от знакомой соседки, сделав вид, что они незнакомы и быстро прошмыгнула в лифт. Алексей Георгиевич следом. Она нажала кнопки закрывает дверь, пока ещё кого-то не принесло, и они, хихикая как два школьника, поехали на свой этаж.

От её смеха что-то щёлкнуло у Алекса в мозгу или еще где-то, и он, поставив руки на стену вокруг ее головы, обозначил захватом свою территорию и жадно поцеловал её несколько раз.

- Ну а что? - в ответ на её укоризненно-удивлённый взгляд ответил он - вдруг твои девицы сейчас придут, не хочу терять времени.

Он дерзко по-мальчишески смотрел в её глаза, вызывая на бой, но неожиданно она скромно опустила взгляд и это вызвало в нем новую волну желания.

- Я тебя ещё не раз поцелую, привыкай!

Миланда, не скрывая довольную улыбку, закатила глаза. Переглядываясь, они вышли на площадку и услышали возглас:

- Миланда Александровна! Это вы?

На них удивлённо взирала в щель приоткрытой двери соседка.

- Добрый вечер, тётя Таня. Это я … с костюмированного праздника, поэтому выгляжу очень загорелой. На самом деле это грим, и он очень быстро смоется!

Она не успела придумать вескую причину, а врать не любила, потому всегда говорила так, чтобы было максимально правдиво. Ну вот не рассчитывала она, что соседка будет её встречать! Соседка, позабыв о расспросах, сканировала взглядом мужчину.

- Ясно, а представьте меня вашему кавалеру! Такой высокий, красивый и импозантный мужчина!

- В другой раз, до свидания, я сказала - ведьма пристально вглядывалась в глаза пожилой женщины, её взгляд застекленел.

- Ой, я же вспомнила! У меня там сериал начинается! - вдруг заполошилась она и потеряв интерес к парочке, захлопнула дверь.

А Миланда замерла перед своей дверью.

- У меня сегодня голова совсем тяжело работает - она перекосила рот показывая степень собственной непредусмотрительности - Какого чёрта мы пошли сюда?! Ведь ключей от квартиры у меня всё равно нет!

Алексей Георгиевич наклонился к замкам и спросил:

- Какой из них закрыт?

- Мы обычно закрываем на верхний, а что? - переспросила она тревожно, рисковать собственным замком как-то не хотелось.

- Так, посторонись на минуточку.

Минуточка, не минуточка, а через четверть часа каким-то чудом он, погремев ключами своей связки, открыл её дверь, и даже не поломал замок!

- У вас удивительные способности - не изменилась в лице Миланда - а ещё заподозрили меня криминальных замашках.

- А кем вы, простите работаете? - уточнила она, зайдя в квартиру.

- Во-первых не "вы", а "ты", а во-вторых, сама же говорила: полковник!

- Что такая работа: полковник?

- Занимаюсь разным, а полковник ... Да, у меня есть такое звание. С уходом в отставку мне его присвоили. Так что в некотором роде я пенсионер.

Миланда недоверчиво окинула его взглядом: импозантный, моложавый мужчина не старше сорока пяти лет и проговорила:

- Ты напрашиваешься на комплименты.

- Я напрашиваюсь на твои комплименты - уточнил он, разворачивайя её из куртки - Кстати, где ты нашла этот очаровательный пёстрый пуховичок?

- Одна симпатичная женщина на рынке, торгующая пирожками, одолжила мне его. Ещё накормила и чаем напоила - радовалась Миланда - всё-таки встречаются в нашей жизни замечательные люди!

- Нисколько в этом не сомневаюсь - серьёзно сказал Алексей - но всё-таки есть ещё один, который дорог мне; замечательный человек, который приютил бездомного полковника.

Миланда смутилась, но норовисто вздёрнула брови, прикрывая чувства, которые вызвал у неё этот незатейливый комплимент.

- Полковник, я страшно устала во многом благодаря вам, а потому прошу вас, располагайтесь, большая комната девочек туда лучше не ходить, комната поменьше моя. Вы можете расположиться там есть диван или, если вам удобнее будет отдохнуть на кровати, я с радостью её вам уступлю.

- "Ты", Лада, а не "вы" - он поймал её за талию и утвердил своё право близости новым глубоким поцелуем - повтори.

- "Ты" очень авторитарен! - в смятении проговорила она - отпусти!

Он опустил руки, Миланда схватив из шкафа полотенце и халат сбежала в ванную, проговорив

- Кухня и спальня в вашем распоряжении, если хотите есть, попробуйте найти в холодильнике что-нибудь съедобное - и захлопнула дверь перед самым носом полковника.

Он оглядел мельком спальню и выдвинулся на кухню справедливо решив, что путь к сердцу усталой и замёрзшей женщины должен лежать через желудок.

Миланда Александровна закончил свои водные процедуры, потом ещё некоторое время сидела на краю ванны, не решаясь выйти в собственную квартиру. Несмотря на все свои подначки и подогревания типа: "Как ты можешь! Ты сильная самостоятельная женщина! Почему ты стала стесняться выйти к мужчине, с которым у тебя уже было всё!" При этом воспоминании низ живота и груди её налились тёплым приятным теплом и сладко заныли. Захотелось повторить прошлую ночь, особенно некоторые её моменты. "Боже мой! Вот ещё не хватало сейчас напасть на мужика и напугать своим темпераментом!"

Она глянула в зеркало на свои обычно бледные щёки, сейчас залитые жарким румянцем. Её глаза горели лихорадочным блеском, оттенённые легкой синевой, а влажные, слегка спутанные волосы дополняли образ зацелованной залюбленной женщины. Она несколько раз ополоснуть лицо холодной водой, но это мало помогло.

- И всё же, надо выходить; гостя накормить-напоить и спать уложить, как и положено нормальной сказочной Бабе-Яге - пошутила она со своим отражением.

В кухне витали аппетитные ароматы. Миланда изумилась, на столе стоял готовый ужин: салатики, нарезки, даже дежурные котлетки, которые лежали на всякий случай в морозилке, были использованы и теперь аппетитно поблескивали сочными коричневыми боками на жёлтых горках пюре. Только сейчас она почувствовала, насколько проголодалась.

- Вы просто волшебник! - восхищённо прошептала она.

- Для Бабы-Яги как раз какой-нибудь колдун или волшебник самая подходящая партия - игриво передёрнул он бровями – вам так не кажется?..

Она плюхнулась на диванчик, пребывая в легком шоке. Невозможный! Идеальный! Просто таких не бывает. Или хорошо притворяется. Должны, должны и у него быть свои недостатки!

- Так уж прям и «подходящая партия»? Для чего, чтоб женится? – прямо в лоб спросила Лада, едва удерживаясь от ехидной усмешки.

Шах и мат, полковник! Ни один мужчина не …

- Согласен. Заметь, ты сама это предложила!

Миланда в шоке смотрела на него. Вот это по-военному: наскок, атака, противник обескуражен. Берите его, то есть её тепленькой!

«Нет, я так просто не сдамся! Никто ведьму голыми руками не возьмёт! Или не руками…»

- Хорошо, давайте об этом как-нибудь потом поговорим, позже. Там, весной… или летом. Или сначала пообщаемся годик, другой - примирительно проговорила она - а сейчас просто поужинаем.

Алексей засмеялся.

- Ну вот заморил девушку голодом, даже о том, чтобы пожениться не желает поговорить, а предпочитает съесть котлетку! Я надеюсь, ты простишь мне это маленькое преступление?

- Я подумаю - ответила она.

Эти слова прозвучали с каким-то двойственным смыслом. Воздух между ними накалился и Лада, чтобы сбить градус, упростила ситуацию, набросившись на еду. Он ещё некоторое время наблюдал, как Мила расправляется с котлетой и добавил:

- Не смею отвлекать, иначе ты меня тогда точно съешь вместо неё.

Она упрекнула его взглядом в намеренном поддразнивании и занялась салатом.

- Замечательно, просто изумительно - подкладывала себе салат Миланда - Ну раз ужин приготовил ты, то посуду мыть буду я - заканчивая ужин, щедро пообещала женщина.

- Вот ты не могла мгновение подождать или просто попросить меня нельзя было? – перехватывая у неё приборы ворчал полковник.

- Забылась – виновато оправдывалась она – я не привыкла к ухаживанию.

- Никогда не поверю, что у такой очаровательной женщины не было поклонников.

- У очаровательной женщины семья и много работы. Какие поклонники? Зачем? – упрямо выставила она подбородок и перевела разговор, заметив, что полковник, кажется, намеревался ей показать, зачем нужны поклонники.

Лада озабочено проговорила:

- Где же мои красавицы? Время-то уже ого! Позволите мне позвонить с вашего телефона?

- Конечно – ответил Алекс.

Она набрала номер Ангелины. Из трубки вырвались громкие звуки музыки.

- Вы где? Почему вы не предупредили? И уже так поздно, а вас нету дома!

Перекрывая ритмичную музыку и весёлые голоса, Геля кричала в трубку:

- Мам, мы с друзьями в санатории … за городом …большой … - слышались разрозненные звуки из телефона, потом раздался механический голос: "абонент недоступен перезвоните позже"

Сколько она не пыталась, но уже не смогла дозвониться.

- Так. Это мне совершенно не нравится! Какой-такой санаторий?!... где-то за городом!

- А в каком классе учатся девочки? – Алексей Георгиевич, не мешая ей, всё это время пил чай с печеньем, а сам внимательно слушал все её переговоры.

- Они у меня достаточно взрослые девочки, уже закончили школу, а старшая закончила и техникум. Младшая поступила в прошлом году в торговый и сейчас она второкурсница.

- То есть, твоим девицам больше восемнадцати лет, но ты - он посмотрел на часы – в девять часов контролируешь, где они могут быть? - уточнил Алексей Георгиевич.

Милана неожиданно стала строгой и язвительной:

- А позвольте спросить, есть ли у вас дети старше подросткового возраста?

Лицо его приняло нейтральное выражение, он ответил:

- У меня нет детей.

- Прости, я не хотела тебя задеть, просто волнуюсь; мои девочки находятся в каком-то санатории загородном, непонятно с кем, непонятно зачем.

Алекс пересел к ней на диванчик и закинула её к себе на руки:

- Давай ещё раз - говорил он - твоя дочь спокойно говорила с тобой?

- Ну насколько можно было расслышать в том ритме громкой музыки, да спокойно, но… - отвечала Миланда, попутно отслеживая и пресекая поползновения его рук.

- Она не просила помочь ей?

-Да, но…

- Она просто хотела предупредить тебя, чтобы ты не волновалась, а совсем не мечтала, чтобы ты помчалась и выдернула их посреди праздника от друзей и развлечений.

- Ты так говоришь, потому что у тебя самого нет опыта… ответственности…

- У меня есть … опыт разного рода и ответственность… ты со временем узнаешь, а пока поверь на слово…

Он аккуратно разворачивал планки её халатика, как обёртку конфеты, раскрывая плечи и едва касаясь губами шеи, груди, плеч. Миланда засомневалась, может правда со стороны виднее, и она пережимает с опекой?

- Алексей, ты пытаешься меня отвлечь - говорила она, поеживаясь как от холода и вместе с тем испытывая внутренний жар до головокружения.

- Я нисколько тебя не пытаюсь отвлечь - соврал он, спускаясь ниже, раздвигая полы халата и оглаживая её бедра.

- Алекс! - возмущённый вопль нисколько не сбил его с цели.

Когда горошины её груди оказывалась у его рта, он втягивал их поцелуем поочередного, без передышки, заставляя плавиться в его руках, но потом видимо решил, что недостаточно отвлёк её, а потому поднялся выше обрушив своё внимание на губы. Миланда затихла под его напором и только усилием воли она вынырнула из сладкого дурмана, пытаясь взять себя в руки, и прижавшись к его груди проговорила задумчиво:

- Ещё совсем недавно они всегда предупреждали меня заранее, где будут и во сколько придут домой.

- Дети вырастают, ты же не собираешься всё время контролировать их ?.. Не пора ли заняться своей жизнью? А насчёт предупреждать ты права: вот познакомишь меня с ними, и я объясню им, как своевременно предупреждать старшего по команде! Никто не будет по пустякам волновать мою женщину.

Он подхватил на руки притихшую Ладу и отправился в спальню.

Глава 17

Мужской четкий абрис притягивал её пальцы, они скользнули на высокую скулу, потом проверили гладкость щеки и замерли у края губ. Их взгляды сцепились в настороженной схватке; он аккуратно положил её на кровать и расположился рядом. В таком положении халатик смог удержаться только обхватывая талию пояском, глубоко раскрывшись на плечах и высоко распахнувшись на ножках.

Алекс не выдержал, перевел взгляд на открывшиеся картины и судорожно сглотнул. Она улыбнулась и наблюдая за его жадным вниманием, подтянула к себе его руку то прихватывала его пальцы губами, то остро прикусывала их.

- Ну же, налюбовался? Долго мне ещё ждать? - подстегнул его прозвучавший в нижнем регистре голос Лады.

Он очнулся и перекатившись, прижал её шаловливые руки собой и своей рукой, а её ноги своими.

- Вот теперь ты попалась! Беглянка.

- Ой! Мне уже начинать бояться? – предвкушающе спросила она.

- Только не меня – серьёзно сказал он – никогда меня не бойся, я никогда не наврежу тебе.

Она не желала быть сейчас серьёзной и подтолкнула его своим телом.

- Тише, тише, нетерпеливая какая! – шептал он ей в губы, обводя пальцами на её теле все выпуклости, рисуя круги и восьмёрки.

Моментально ставшие чувствительными её губы требовали поцелуя, она поймала его нижнюю губу и втянула в себя; на мгновение он замер, прикрыв расфокусированный взгляд и тут же отпрянул. Лада распахнутыми недоверчиво глазами смотрела, как он отодвинулся от неё, и встал рядом с кроватью, неторопливо расстёгивая рубаху, брюки и аккуратно развешивая всё на спинке стула.

- Подождёшь немного?

Оставшись в боксёрах, он задержался на мгновение, чтобы насладиться новыми видами: перевернувшись, ведьмочка расположила голову на руках, и болтала рассерженно в воздухе ногами, как кошка хвостом; но взгляд выдавал её, она не столько сердилась, сколько сама с удовольствием разглядывала его. Круглая попка небрежно выглядывала из-под сползшего халата. Усилием воли он оторвал свой взгляд от шикарной картинки и по-солдатски метнулся в ванную и обратно.

- Ну вот – довольно пробормотала Лада – теперь отогревать такой большой айсберг!

Когда он нырнул к ней под приоткрытое одеяло.

- Ты уже разогрела всё, что можно было, и айсберг тоже - сама убедись! – он коснулся её бедра своей самой горячей частью – теперь моя очередь.

- Я имела в виду айсберг-тебя, а не айсберг-его! – легким касанием она указала о ком именно говорит.

Мужчину подбросило, как от удара током.

- Ой! – дернулась она вместе с ним – какой ты впечатлительный! А вообще, я сразу поняла, что с тобой будет очень интересно и горячо и не ошиблась в своих предположениях, но это если говорить про вчера, а сегодня я никак не могу понять, мы будем наконец…

Алекс понял, что переговорить его женщину невозможно, гораздо приятнее и результативнее закрывать ей рот, пока она не забудет все свои подначки, да и вообще слова. А потому, прижав её своим согревшимся телом, он обхватил её затылок, накрыл долгожданным глубоким поцелуем её рот, проникая языком в его глубину и обратно, с ходу задавая такой ритм, которым обещал проделать то же с другой её частью, уже предвкушающе пульсирующей…

….

Долгий энергичный вечер закончился глубокой ночью, а утро, начавшись в полдень, подвигло их томно повторить былые достижения.

……

17.2

Лада улыбалась во сне, не открывая глаз, она потянулась на постели, что-то мягко обволакивало её сознание, качая его на неспешных волнах, даря ощущение радости и довольства. Она потянулись, как кошка под лучами солнца, пытаясь вспомнить, что же давало ей эти ощущения?

Вдруг из другой комнаты послышался негромкий мужской голос. "Алекс!" - вспомнила она. Тело заныло приятной ломотой; она надела халатик и пошла на кухню. В окно заглядывало закатное солнце.

- ...Да, ещё зелени … «Эко»? Подойдёт. Давайте всё, что вы назвали и укроп тоже. И фрукты … Да, хорошо... - он стоял у окна, держа одной рукой телефон, а второй озабоченно потирая лоб.

От избытка чувств у неё не находилось слов, а мысли пузырьками булькали где-то у поверхности мозга, выстреливая фразами: "он лучший!", "мой мужчина!", "мой добытчик!" Последняя фраза насмешила её до невольного всхлипа. Её руки скользнули, обхватывая его талию, а лицо она спрятала, уткнувшись в его плечо.

- Только премиум или люкс … ты чего-нибудь хочешь? – обратился он к ней, сдвинув трубку в сторону - заказ из магазина; что тебе туда добавить?

- Ну я не знаю, может быть мясо?

- Уже заказал. Овощи, зелень, есть готовые нарезки… - он задумался - вроде всё есть.

Она прошептала его плечу:

- Хорошо ты у меня такой хозяйственный, заботливый.

- Это не нормально?

- Как раз нормально, но не всегда так бывает. Скорее наоборот так никогда не было – думая о чем-то своём, говорила она.

Для неё было так непривычно и захватывающе прижиматься к его теплу, заботясь только о том, чего бы захотеть. Он потянулся к её губам, она с готовностью навстречу. В трубке раздался голос:

- Так что ещё заказываем?

Они переглянулись как два хулигана, которых только что застукали и, едва сдерживая смех, он сказал:

- Да, пожалуй, ещё вина. Да, французское. Ты не против?

Она показала знак серединка-на-половинку.

- Или ты хочешь что-то другое? Может шампанское?

- Шампанское тоже подойдёт - рачительно согласилась она - скоро Новый год. Пусть стоит. А сейчас пусть будет коньяк. И мартини. Красное.

Его брови удивлённо подпрыгнуть вверх:

- Серьёзно?!

- А что? – она так же приподняла брови в ответ – коньяк и для кофе подойдёт, и для разогрева перед ужином. Мы взрослые люди – хмыкнула она – можно иногда взбодриться, особенно в праздники. Чтобы было весело.

Он язвительно усмехнулся:

- Кому-то и своей веселой дури хватает.

- Чтоо? - возмутилась она - ты на кого намекаешь?!

- Господа, извините, что вмешиваюсь, не могли бы вы закончить заказ? – глубоко вздохнул голос в телефоне.

- Если аперитив – задумался он - тогда светлый … да, можно Red Barrels

- И шампанское!.. – сделав страшные глаза, прошептала она.

- Да и шампанское… тоже французское…

Он закончил заказ и обхватил её

- А я и не предлагал, что ты так увлекаешься!

- Да я о тебе, о празднике позаботилась – возмутилась она, потом резко замолчала, заметив смешинки в уголках его глаз - …ну знаешь! Тебе не удастся меня спровоцировать! Ни за что!

- В самом деле? Мне казалось, что некоторые провокации у меня замечательно получаются, что я сам для тебя как одна большая провокация, - он мягко толкнулся в неё.

- Кто ж тебе такое сказал!? - также решила она подразнить его.

- Твоя реакция на некоторые наши ночные и дневные забавы - самодовольно сказал он.

- Но твоя реакция было ничуть не слабее – запротестовала она.

- Да, мы как два реактива, идеально совпали.

- Для чего?

- Может быть для… взрыва? – он резко отстранился, не коснувшись её губ, как она на то рассчитывала – так, пока доставка едет, давай вернёмся к нашему утру.

Она выразительно посмотрела на догорающий закат за окном.

- А, это? -протянул он - не, это не про нас. Завтрака не было, значит утра не было. Я сделаю всё, как положено. Ты слишком рано встала - он подхватил её на руки и оттащил обратно в постель.

17.3

С весёлым недоумением она смотрела на него:

- …и что мне делать, опять спать?

- Подожди, не торопись. Просто прикрой глаза и лежи - загадочно сказал он и стремительно вышел из спальни.

Мила прикрыла глаза, на её губах расползалась нестираемая улыбка. Но вот послышались осторожные шаги в сопровождении голоса:

- Вот теперь… всё будет как надо…

Она почувствовала аромат кофе и выпечки; резко открыла глаза и увидела перед собой довольного Алекса с разносом в руках. Задней мыслью она подумала, нет, она точно знала, что хозяйстве у неё не было разносов. Она сползла с подушки, заглянула снизу… понятно! Новая разделочная доска исполняла роль разноса.

Там стояла чашечка кофе, тосты, судя по всему запечённые в духовке, с колбаской и сыром. – Классно! - протянула она – как раз то, что требуется моему организму, утомлённому твоими активными действиями.

Лада с аппетитом принялась за завтрак.

- Просто необыкновенно вкусный кофе! А тосты! Восхитительно! Что ты с ними сделал, в микроволновке разогрел?

- Запёк в духовке. В микроволновке не так полезно для здоровья - вальяжно развалившись в кресле и наблюдая за её завтраком, пояснил он.

- А ты почему не ешь?

- Я уже успел поесть, пока ты спала – проговорил он весело.

Его вид напоминал тигра, лежавшего в засаде, а потому она не торопилась заканчивать завтрак, а проказливо поглядывая на полковника, показывала как она увлечена едой. Её движения становились всё более плавными и тягучими. Лада откусывала кусочек за кусочком, постанывая от удовольствия и облизывая пальцы, напрочь игнорируя салфетки, лежавшие тут же.

- У тебя в хозяйстве не хватает сервировочного маленького столика, надо будет заказать - решил разбавить своё голодное ожидание светскими разговорами полковник.

- Да? А что ещё ты решил? - ведьма не знала ей то ли смеяться из-за такого наглого захвата её прав и обязанностей, то ли радоваться тому, что он озаботился этими мелочами, которые так раздражали её увлекающуюся натуру.

Она съела последний кусочек, отпила кофе и поставила кружечку на разнос. Тут же его рука скользнула под одеяло, прохаживаясь от пяточек до коленок, вызывая озноб по всей ноге и выше.

- Поела? - с некоторым напряжением спросил он.

Миланда окинула взглядом пустой разнос.

- Тут ещё глоточек кофе… я правда, не знаю, хочу его или нет – в сомнениях протянула она.

- Ну тогда… - он отставил доску на прикроватный столик и, откинув одеяло, забрался к ней – я за тебя решу.

Он нырнул под одеяло, зависнув там на некоторое время.

- Что ты там нашёл? - с недоумением спросила она.

- Десерт – коротко пояснил он и принялся угощать свою даму изысканными ласками, да так, что очень скоро все вопросы и шутки для них оказались забыты на время.

Поглощенные этим десертом так, что они могли только постановить от удовольствия, забыв обо всём, распаляясь всё больше, оба были ошарашены, когда внезапно раздался телефонный звонок.

Глава 18

Они вздрогнули, когда в их ритм ворвался рингтон Hasta La Vista Baby.

– Это тебя – Алекс подал ей свой телефон.

– Меня?!

– Мам? Ма, что у тебя случилось? – в трубке взволнованно звучал голос младшей - Почему не отвечаешь на звонки?

– Телефон потеряла, а что у вас, где вы почему «абонемент не доступен»?

– У нас всё хорошо, вот забрались на крышу, чтобы позвонить. Лучше скажи, что с тобой произошло, где ты телефон потеряла?

– Что? Какая крыша?!! – недоумевала Лада.

– Я спрашиваю, что у тебя случилось? – тараторила она своё - Почему твой телефон не доступен? Хорошо, что мы догадались этому мужику позвонить. Кто он, кстати, почему он опять возле тебя? Время уже позднее, ты вообще, где?.. дома?

– Так! Молчать. Слушать! – потеряв терпение, рявкнула Миланда – У ВАС всё в порядке?

– Да! Здесь замечательно! Такие замечательные ребята …

– Какие ребята?.. вы с кем, где?

– Не беспокойся, это кто-то из Гелиных сокурсников снял комнаты в санатории на праздник для всей компании, и мы тут отлично проводим время.

– Василиса, - строго спросила Лада – какие сокурсники? Она окончила весной обучение…

– Ну и что? Сокурсники это на всю жизнь. Ма тут замечательные все, и девчонки тоже есть. Не бойся, мы бы с плохими мальчиками не поехали. Всё, мам, пока, нас ждут; сегодня до полуночи танцевальный батл, а завтра с утра гонки на лыжах – заторопилась Лиска. На

– Скажи хоть, где это? – прокричала мать.

– Кажется, «Сосновый» или «Еловый бор», всё целую, и Геля тебя тоже – в трубке дважды щелкнуло и наступила тишина.

– Всё в порядке? - Алекс приобнял застывшую в раздумьях Ладу.

– Да – протянула она – ты прав, дети вырастают и хотят делать всё по-своему.

– Ну так и дай им эту возможность.

Алекс смотрел на серьёзно нахмурившуюся Миланду и почувствовав её колебания, решил ускорить процесс. Он, начав с осторожных поцелуев, перешел к всё более требовательным, продолжив то, на чём их недавно прервали.

…..

Следующие два дня и ночи слились в одну бесконечно сладкую умопомрачительную сказку. Они изучали друг друга во всех смыслах: вместе готовили разные вкусности и поедали их за красиво накрытым столом, устраивали «пикники» на кровати или друг на друге; вместе мылись под душем, превращая простой процесс в сексуальное действо, иногда переходящее в крутое кино с грифом «три Х».

Много говорили и смеялись обо всём и ни о чём. Иногда спали. В буквальном смысле слова. Там за стенами маленькой квартирки остался старый мир со своими делами и проблемами, в который надо было бы когда-нибудь вернуться. Но не сейчас. Сейчас им хватало друг друга и больше никто и ничто было не нужно. Даже Новый год они едва не проспали.

…..18.2

– Какое сегодня число?

Голос Лады прозвучал хрипловато от сна и его жесткой эксплуатации за эти несколько дней. Полковник считал цель достигнутой только лишь тогда, когда его женщина не могла сдержать громких криков и молила о пощаде, только тогда он отпускал её в невесомость и позволял себе сорваться следом.

– Должно быть тридцать первое. Утро – подумав, ответил он.

Она уютно расположилась на его плече.

– Сегодня Новый Год.

– Пусть будет – милостиво согласился он.

– Надо бы его как-то отметить.

– Что ты предлагаешь?

– Даже не знаю… выходить тебе ещё в людные места нельзя?

– Нет, могу предположить, что только через несколько дней ситуация стабилизируется – пространно пояснил он – знаешь, а мне очень понравилось вот так, просто, без искусственно, вдали ото всех, с любимой женщиной под боком ..

- Так уже и с любимой?! – ехидничала Лада – ты мне не говорил, что у тебя есть «любимая женщина»! Кто она?!

– Ты напрашиваешься!

– Нисколько! Просто я требую ясности, кто я тебе?

Секундная заминка не ускользнула от её внимания.

– Таак! - в зловещем негодовании проговорила она, изобразив коварную улыбку на лице – значит ты еще не уверен в себе, в своих чувствах, а уже бросаешься громкими словами! Ну это тебе даром не пройдёт!

Ведьма не понимала сама себя, а уж требовать определенности от него через несколько дней знакомства было верхом глупости и непредусмотрительности, как она мысленно укоряла сама себя, но напрасно. Ей было больно оттого, что тянуло к нему, хотелось полностью в нем раствориться и вместе с тем хотелось порвать с ним разом все отношения и от этой раздвоенности она не знала, что делать. Как не напугать его своими перепадами желаний.

Наконец она решила, что расстаться они всегда успеют, а вот дать ему шанс, им шанс, несмотря на собственные метания и противоречивые желания, пожалуй, будет круто. Если использовать лексикон своих девочек.

Лада никогда ни для кого не делала поблажек в редких близких отношениях, и впервые готова была пойти на уступки и не замечать мужских туповатых промахов. Она гордилась собственной снисходительностью и терпимостью по отношению к нему, что, впрочем, не отменяло несколько экспериментов над его характером. Пусть привыкает. С ведьмой не так просто быть рядом, тут нужен крепкий нордический нрав, несклонный к истерикам. Она, чуть склонив голову, изучающе посмотрела на него.

- …сколько можно, скажи хоть что-нибудь!! Ты что, обиделась?! – донеслось до неё.

Тут Алекс заметил её осмысленный взгляд и настороженно замолчал.

– Прости, задумалась, что ты сказал?

– Ты невыносима! – восхищенно протянул Алекс – я тут пять минут разоряюсь… то есть извиняюсь, а она даже не соизволила выслушать!

– Ну что ж, прения закончены, я, пожалуй, пойду приготовлю завтрак – подскочила она.

Он, довольно улыбаясь, лежал на кровати, закинув руки за голову и собственнически любовался ею.

Через полчаса Алексей Георгиевич с полотенцем на шее и недоумением на лице разглядывал тарелки на столе.

– Что это? - наконец он поднял взгляд на сияющую хозяйку.

– Сырный супчик. Французское любимое блюдо. И салат. Из листьев салата. Тебе что-то не понравилось в моей стряпне, дорогой? – елейным голоском проговорила она.

Он начал соглашаться, что дескать, «понравилось, все прекрасно» и закашлялся. Враньё ещё никому легко не давалось. Кроме природных врунов, к таким Алекс никогда себя не относил, а потому, подавив обречённый вздох, просто начал есть. Довольно вкусно. Но как-то жидковато.

Покончив с завтраком и отметив одобрительное веселье на физиономии Миланды, он похвалил сам себя и перебазировавшись к ней поближе он внезапно перехватил за талию собравшуюся удрать ведьмочку и прошептал ей на ухо:

– Надеюсь, десерты ты не зажмёшь?

– А? Нее, ну что ты! Тебе шоколад или печенье? – не понимающе откликнулась она.

– Ни то и не другое! – агрессивно ответил он, я голоден, и кто-то за это заплатит!

– Не искушай! А то у меня возникает соблазн всегда готовить именно такой завтрак!

Он, посчитав прелюдию законченной, подхватил её на руки и отнёс в спальню, срывая по пути халатик и падая с ней вместе на кровать. Из прихожей раздался звонок. Телефон.

– Это мой – извиняющимся тоном проговорил захваченный врасплох полковник, с блестящими глазами, взлохмаченный, он соскочил с кровати – это, наверное, доставщики прости…

Миланда разочарованно согласилась его отпустить

- но только прихвати с кухни воды – едва успела она сказать вдогонку.

Но его уже не было в комнате. « …придётся топать самой!» Она, накинув халат, вышла из комнаты. Голос раздавался из комнаты девочек. По какому-то наитию она притормозила и прислушалась.

- Да всё там с ними в порядке – едва слышался незнакомый голос - задержим столько на сколько нужно.

- Вы там осторожно, не переусердствуйте, девушки не должны ни о чем подозревать - голос Алекса был непривычно холоден и строг – а что там говорит Дамир?..

Он затих и шагнул к двери, Лада едва не рванула обратно в комнату, голос опять что-то забормотал

- Что повтори? – переспросил Алекс.

Она стояла сразу за дверным проемом, яркими образами стукнули по мозгам разные картинки из криминальных новостей. Моментально Лада поняла, почуяла, что речь идёт о девочках. О её девочках. В смятении, она на цыпочках вернулась в спальню присела на край кровати, лихорадочно размышляя. Если эти разговоры касаются её Гели и Лиски ей оно совершенно не нравится. В каком виде это не было. В голове её промелькнули разом несколько жизненных ситуаций, одна страшнее другой. Нет, надо успокоиться и собраться. Потом уже решать.

ГЛАВА 18.3

Хлопнула входная дверь Лада вышла на кухню, но всё, что ещё недавно радужными облаками туманило ей мозги, сейчас вызывало подозрительность и настороженность. Она равнодушно глянула на новую кучу пакетов и только сказала мимоходом:

- У меня один холодильник. Где я всё это буду хранить?

– Здесь только часть для холодильника, остальное я разложу по полкам.

Хозяйственный порыв Алекса теперь произвёл на неё прямо противоположное впечатление; она присела за стол и с острым вниманием наблюдала, как он ловко распределяет продукты, комментируя:

– Это сейчас… так это на обед… это на праздничный ужин… это на запас, а это ты, кажется, любишь добавить в кофе Он поставил на стол бутылку дорогого французского коньяка.

– Ого - вежливо прокомментировала она.

– Ну а что, могу я для любимой женщины сделать хоть какую-то малость?

– …любимая женщина? - недоверчиво протянула она и задумчиво прищурилась – мило.

Алекс чувствовал, что его ведьмочка чем-то недовольна, но не мог понять, что не так, а потому спросил прямо:

– Что не так?

– Всё нормально - она небрежно помотала головой, едва ли не засунув руки в карманы.

Он мысленно застонал.

– Что успело произойти за те пять минут пока ты была одна?!

Не отвечая, Лада отвернула лицо, бездумно разглядывая этикетку.

Такая хрупкая… такая нежная… и такая упрямая, что хотелось встряхнуть её за плечи и вытрясти всё, что заставляло её сейчас хмуриться, избегая его взгляда. Алекс присел на корточки, стараясь заглянуть Миланде в глаза, но она спряталась за ресницами и не желала оттуда появляться. Вроде: вот она тут, можно коснуться, а фактически одна оболочка.

Те хрупкие новые чувства, которые недавно возникли у неё в отношении этого идеального мужчины, сейчас ломались, причиняя своими острыми краями боль в душе. Она быстро вспомнила свои привычные правила. Например: никому нельзя доверять; никогда. Верить можно. Давать шанс тоже. Но не позволять поселиться там, откуда придётся потом его выдирать с кровью. Тогда не будет так больно, как сейчас.

– Открой бутылку - потребовала она.

Он молча открыл. Она плеснула себе в чашку, где на дне плескалось ещё немножко кофе, доверху коньяка.

– А не много ли будет?

– В самый раз - сказала она.

– Что празднуем?

– Свободу!

Закинув содержимое чашки в рот, она задохнулась, горло моментально обожгло. Миланда закашлялась, слёзы брызнули из глаз, она подскочила к крану с холодной водой и раз за разом бросала её себе в лицо, всё больше успокаиваясь и приходя в себя. Когда она повернулась к нему, он мысленно вздрогнул; это была она и не она.

– Ты сейчас похожа на ёжика, который упал в реку – попытался пошутить он, притягивая её к себе на колени, она не сопротивлялась.

Но и не пыталась улыбнуться или шутливо возмутиться к чему он уже успел привыкнуть за этих несколько долгих, долгих дней.

– Какая снежная муха тебя укусила, заморозив мою горячую ведьмочку? - Алекс попытался поцелуями растопить её лёд.

Она не сопротивлялась, даже отвечала, чуть прижимаясь к нему, но тому, кто попробовал настоящее, уже никогда не захочется заменить то подделкой.

– Лада – говорил он серьёзным тоном, сосредоточено глядя ей в глаза, обхватив её лицо руками - Я требую, чтобы ты объяснила, что произошло что не так. Что ты от меня хочешь?! Если ты не будешь откровенна, я не смогу это понять!..

Глава 19

- Всё в порядке. Нормально - одними губами проговорила она, да так, что Алекса перекосило от её фальшивой улыбки.

Захотелось стереть её и зацеловать Ладу так, чтобы она забыла обо всём, что её тревожит. Он подхватил её не сопротивляющееся тело и привычным маршрутом отнёс в кровать. Яростными поцелуями, больше похожими на укусы, он покрывал её лицо, плечи, шею; хозяйской рукой скользил по поверхности тела, проникая во все доступные глубины, утверждая свою власть и всё-таки добился ответа.

Словно нехотя, она дрогнула несколько раз, потянулась будто просыпайся, и откликнулась его напору своими движениями. Легкий стон прозвучал для него как музыка, радость ударила по мозгам, удовольствие сладкой патокой затопила всё то, что от них осталось и он почти забыл о том, что его тревожило. По крайней мере задвинул далеко в угол.

«…женские настроения, женский перепады … такое бывает» - авторитетно объяснил он сам себя. Ничего не напоминало об утренней ссоре. Алекс был в ударе: он рассказывал анекдоты, сам же над ними смеялся, одновременно чистил овощи, готовил нарезки. Миланда тоже расшевелилась, оттаяла, иногда даже смеялась. Впрочем, иногда тень задумчивости набегала на её лицо, но спустя уже несколько мгновений она снова весело улыбалась словам и шуткам полковника. Наконец, все заготовки и нарезки были готовы.

– Ну что, отдохнём перед вечером?

– Да, пожалуй, - протянула она - только сначала зайду в душ. Это мой маленький новогодний ритуал: «смой прошлогоднюю пыль!»

– Я с тобой! - дёрнулся он.

– Нет! Прошу тебя – укоризненно отклонила она – этот ритуал чисто женский. Я хочу полежать в ванной с маской на лице и всё такое…

– Ладно - покладисто согласился он - тогда я следом тоже смою пыль эту… прошлогоднюю.

Через час выйдя из ванны Алекс не нашёл Ладу ни на кухне, ни в спальне, ни в других комнатах.

– Чёрт, чёрт! А ведь знал же, вот чувствовал! - бормотал он вслух; закинув голову и ударяя кулаком в ладонь, но и это не помогло ему успокоиться - вот чувствовал, что не надо её оставлять одну даже на пять минут, не то, что на полчаса.

Правда, когда накануне ему приходило в голову нечто подобное, он сразу отбросил эту мысль. В самом деле, куда ей бежать? Из своего дома, без ключа, почти без денег, бросив гостя одного… «…меня одного?!» злость и горечь раздирали на части его хладнокровие. Нет, она должна ему как минимум объяснение. Глаза в глаза пусть скажет, что не хочет его видеть! Что между ними всё кончилось, едва начавшись.

Он набрал номер.

– Егор, берите машину и к её подъезду. Только быстро. Да-да, поедем в пригород; а куда она могла ещё пойти? Я помню Егор. Да ты говорил, что надо было установить за подъездом наблюдение. Да, я запомню, что ты прав, но сейчас заткнись и через пять минут чтоб был у подъезда.

Алекс оделся, попутно закидав продукты в холодильник и в морозилку; накинул покрывало на кровати, не удержавшись, воткнулся лицом в подушку, вдыхая её аромат.

– Чёрт… едва ли час прошёл, - проворчал он - а я уже с ума схожу…

Резко отпрянув, он собрал свои вещи и закрыв её квартиру её же ключом, сбежал по лестнице вниз, игнорируя лифт. Его тело требовало действия, энергия била ключом по мозгам, затуманивая их смесью ярости, желания и какой-то обиды. Так нельзя было поступать с ним. Приручить, едва ли не из её ладони есть сироп, а потом небрежно бросить?! Но даже если так. Если она решила его бросить, он это переживёт, мало ли у него чего было в жизни, всё пережил. И это переживёт.

Пусть бы сказала ему об этом лицо, а не сбегала. Или хотя бы могла бы написать, если боялась сказать в лицо. Он тут же усмехнулся и остыл. Испугалась?.. его ведьмочка, его летающая без ступы и помела Баба-Яга? Ну нет, это не про неё.

Графитового цвета кроссовер уже стоял во дворе. Алексей Георгиевич сел на переднее сидение справа. Японец был специальной серии, леворульный.

– Едем – бросил он Егору - ребята в «Ельнике?»

– Да.

– А девушки там?

– Там были … недавно… - замялся Егор.

Странное предчувствие вдруг растянуло губы Алекса раздражённый улыбкой:

– Говори.

– Час назад девушки исчезли.

– Ну, кто бы сомневался! Так ладно, ясно что они там лажанулись. Бойцы, б..ть, профессионалы, - проигнорировав косой взгляд своего заместителя, он перевел разговор – что-то выяснили про Дамира?

– Да он с бригадой осенью ставил фундамент и что-то у них там не заладилось, он накосячил и она его выгнала. Ну в общем, он зуб на неё имел но, он законопослушный гастер, у него свои налаженный бизнес, прогавкал, а кусаться не стал. Правда всплыл один нюанс: касаемо той бригады, а что работала с Дамиром. Они остались работать у неё, и вот потом он на них отыгрался, загнал в долги - доложил Егор.

– Ладно с этим ясно, подробности доложишь потом, а сейчас свяжись с ребятами, едем навстречу друг другу, чтоб не разминулись и попутно смотреть в оба, они всё-таки ещё где-то в дороге. Кстати, остановись, вон там ларёк, я куплю сигареты.

– Вы же не курите? - удивился Егор.

– Вот что-то захотелось - пробурчал Алексей Георгиевич, доставая бумажник.

Вдруг его лицо замерло в удивлении, а брови полезли на лоб.

– Ну Мила! Ну, мелкое чудовище… болван…

– Что там, Алексей Георгиевич? - переспросил парень, выруливая с трассы к киоску.

– Она обчистила меня!

– Что правда?

– Ну как сказать, деньги да, забрала, но оставила записку: «Ты можешь восполнить сумму забирая выручку с моего магазина до марта, девочек я предупредила» - ехидным голосом прочитал он.

Егор смотрел на Алекса и не понимал его. «Да если бы у меня какая-нибудь баба вытащила бабки с кошелька!.. Да я бы прибил такую!.. Хотя… если не прибил, то во всяком случае, перехотел бы с ней иметь дело - он покосился на главу их холдинга: сидит, радуется, поглаживая пальцами записку - совсем крыша у мужика поехала!» - сочувственно подумал он. Вдруг Алекс словно очнулся:

– Постой, она забрала только наличку… пишет, что я могу забирать выручку в январе, феврале и марте?! В каком марте?! О чём речь?!

Забыв про сигареты, он кинулся обратно в кресло и мрачно сказал:

– Гони в «Ельники», и поднимай по тревоге всех наших.

ГЛАВА19.2

По какому-то найтию, он велел Егору ехать по окружной грунтовой дороге в Ельники. Уже подъезжая к воротам санатория, Алекс вдруг приказал:

– Тормозни; видел сейчас легковушка мелькнула там на повороте в поселок свернула? Давай за ней.

Если Егор удивился, то он никак это не показал, просто придавил педаль газа и вот они уже помчались по заснеженной грунтовке за легковым такси, легко обогнав его через несколько минут, кроссовер выскочил наперерез и аккуратно перекрыл дорогу.

Алексей Георгиевич выскочил из машины. Навстречу ему с криками, едва ли не с кулаками, бросился таксист.

– Ты что совсем обалдел?! – и, увидев второго вышедшего из джипа плотного малого с каменной физией, решительно топающего к нему, сбавил тон - вы что, аварию решили устроить?.. ты меня подрезал!!. тебе что дороги… места на трассе мало?!.

Перепуганный водитель замолчал, попятился от двоих молчаливых мужчин и едва взглянув в глаза тому, что постарше, резво заскочил на место и закрыл дверцу. Не обращая на него внимания, Алексей Георгиевич открыл заднюю дверцу такси, оглядел пассажирок и напряжения наконец отпустило его.

– Выходите.

На него уставились три пары женских глаз. Таких похожих и таких разных. Две с плохо скрываемым интересом и одна с упрямой яростью во взгляде. Он тяжело выдохнул.

– Давай поговорим. Потом я отвезу вас куда надо.

– Слово?

– Зуб даю.

Девушки засмеялись, Миланда вопреки собственному желанию тоже едва не улыбнулась. Алекс подал руку.

– Ну что ж девочки пойдёмте - с каменным лицом и выдвинутым непримиримо подбородком проговорила она и вышла из такси.

– Эээ! Аа!.. – вокалировал водитель, не находя слов.

Она сунула таксисту купюру, он сразу заткнулся и пошла к джипу. Девушки за ней.

– Это Алекс - бросила она на ходу – они Ангелина и Василиса - взмахнула она рукой.

Егор догадался выйти открыть дверь. Теперь он с интересом перекинулся взглядом с девчонками. Миланда пропустила их на заднее сидение и сама села рядом. Дёрнувшегося было следом Алекса она строго оборвала:

– Здесь тесно. Иди вперёд.

Под изумлённым взглядом Егора, тот ни звуком не выразил своё недовольство, вернулся на своё место впереди. Водитель крутанул головой, но благоразумно помалкивая сел за руль. К – Куда едем? – пророкотал он баском.

– На вокзал - ответила Миланда.

– На какой к черту, вокзал?! - с дёрнулся Алекс - ты ещё не можешь понять…

– Это ты чего-то не можешь понять! - холодно сказала она - если я решила, то я это сделаю. И если я сейчас решила всё-таки поговорить с тобой, чтобы ты перестал дёргаться, успокоился и отпустил меня. Это не значит, что я позволю ломать свои планы…

– Бежать зимой непонятно зачем и куда, это твои «планы»?!..

– Не твоё дело! Ты не можешь мне запретить!..

– Мы вам не мешаем? – любезно спросила Лиска – или может всё же поговорите где-нибудь наедине?

Гелля в шоке распахнув глаза, переводила взгляд с одной на другого. Егор, стиснув зубы, сосредоточенно рулил.

– А с вами еще будет разговор отдельный! – обернулся к ним Алекс.

Теперь обе дочери Миланды в шоке уставились на него. Лада спрятала улыбку и примирительно сказала:

- Молодой человек, давайте заедем в кафе по пути.

Егор глянул на старшего, Алекс обозначил своё согласие.

- Тогда на «Заимку» ближе всего будет – соображал он.

– Твои? - кивнула она небрежно назад.

За кроссовером пристроились ещё парочка черных джипов и, не обгоняя, ехали следом.

– Мои - не стал отрицать очевидное Алекс – по работе – что-то неясное бухало в его голове, заставляя умалять свои достижения, чего он раньше никогда не делал.

– Ясно – вздохнула она каким-то своим мыслям.

– Что тебе ясно? – на всякий случай уточнил он.

От его ведьмочки можно ожидать любой самой странной реакции, это он уже понял.

– А спортом ты тоже занимаешься? - вдруг спросила она.

Алекс насторожился:

– Ты о чём?

Егор делал вид, что он весь поглощен дорогой.

– Да так, вспомнила кое-что - пояснила Миланда.

ГЛАВА 19.3

– Ты же просто мечта всех женщин!

- Ну это как-то подозрительно звучит: "мечта всех женщин", что ты имеешь ввиду? - уточнил он.

- А вот послушай анекдот. В одном вагоне, в одном купе ехали три женщины, а на верхней полке спал четвёртый пассажир, грузин, такой матёрый. Заходит к ним проводница, чай предлагает, а у этих трёх пассажирок спор вышел, какие мужчины лучше всех. Одна говорит:

– Военные самые надёжные!

Другая:

– Нет, спортсмены круче и денег хорошо зарабатывают!

Третья:

– Тогда уж банкиры лучше!

Проводница мечтательно так вклинивается:

– А мне нравятся актеры из дорам!

И вот они спорят, каждая своё доказывает, тут грузин спускается и говорит:

– Дамы, разрешите представиться: мастер спорта, полковник в отставке, глава банка Ли Джун Ки.

– Алексей - это точно твоё имя? – невинно уточнила она.

- Что? О чём ты? – не мог поверить Алекс.

Плечи Егора подозрительно тряслись. Сёстры тихонько смеялись, делая вид, что рассматривают что-то в телефоне. Миланда пояснила:

- Не догадываешься? Не, ну точно: мечта!

Егор аккуратно повернул в пригород и напомнил:

– Вы хотели кафе, вот мы подъезжаем.

Миланда Александровна слегка кивнула.

– Алекс, нам нужно поговорить, выбери, пожалуйста, отдельный столик; заодно закажем чего-нибудь перекусить. Девочки, быстро в помещение - скомандовала она – надеюсь парней ты не оставишь голодными? Егор, может тоже зайдёте?

Егор, покосившись на Алекса, который ничем не выразил своё протеста потопала следом за девчонками, которые уже рванули в кафе. Они расположились недалеко от выхода, Лада, проходя мимо, сказала:

- Заказывайте, а счёт туда, пожалуйста - распорядилась она официантке.

Алекс выбрал столик в дальнем углу, туда она и направилась.

Глава 20

Она расположилась у окна так, что Алексу не оставалось ничего другого, как сесть напротив. Всё это смутно тревожило его: её отстранённый вид и решительный настрой.

– Алекс, чем ты занимаешься?

– Ты умеешь удивить - медленно протянул мужчина ожидавший других вопросов - что конкретно тебя интересует?

– Я задала конкретный вопрос. Чем ты занимаешься? Только не пытайся мне врать. Сразу предупреждаю, я ложь чувствую - серьёзно сказала она.

Алекс, который уже сложил стройную схему того, о чём он ей расскажет, вдруг замолчал, вспомнив разного рода ситуации, которые прямо показывали ему, что она чувствует правду, что ей врать нельзя; поэтому он, задумчиво помешивая кофе, который принесла официантка, всем своим видом изображал заинтересованность в этом горячем бодрящем напитке. Только бы выиграть время и правильно расставить акценты.

- Стройкой - осторожно начал он - безопасностью наших строительных предприятий.

Искоса поглядывая на каменное лицо ведьмочки, он потянул ставший вдруг душным воротник.

– Чем ты занимаешься кроме того? Почему за тобой гонялись какие-то подозрительные люди?

– А, ты про то… Ничего страшного, рабочие моменты, связанные с безопасностью.

– Такие мелочи, что ты вынужден был скрываться несколько дней где придётся? – возмутилась она.

Алексей Георгиевич понял, что вот здесь он сам себя загнал в ловушку. Сказать, что за ним никто не гонялся, значит вызвать ещё больше недоверия и сопротивления его женщины. Настаивать, что из-за серьёзных причин он спрятался в её доме тоже было не лучшим способом её успокоить.

– Какие у тебя дела с Дамиром. Только не говори мне что ты его не знаешь и не имеешь к нему никакого отношения!

– Всё сдаюсь - он шутливо поднял руки.

«Откуда она знает про Дамира? Подслушала?! Вот никакой изысканности, ведьма она и есть ведьма – он вспоминал, о чём еще говорил по телефону - и что она ещё знает»

Она истолковала его молчание по-своему, ещё более укрепившись в мысли, что ей и её девочкам нужно держаться подальше от него. А там пройдёт время и всё забудется и эти глупые чувства в том числе, всё встанет на свои места.

Миланда решительно поднялась и потребовала, чтобы он отвёз её на вокзал.

- Я не могу отпустить тебя – глухо сказал Алекс – когда я гонялся за тобой раз, потом другой, я понял, что… не могу и не хочу тебя потерять... и теперь, когда я отыскал тебя…

- Ты не понял, полковник – холодно проговорила ведьма - не ты меня нашёл или поймал, что ты там себе навоображал; это я позволила тебе меня найти, чтобы объяснить тебе, что не стоит за мной гоняться. Я всё равно уйду исчезну, когда мне это надо будет.

– Да что тебе не хватает?! – взорвался он - что ты хочешь денег?! Статус?! Всё дам.

– О чём ты говоришь?! Деньги я сама зарабатываю, а статус… это вообще о чём? Меня больше беспокоит, что ты занимаешься непонятными делами. Почему за тобой бегают разные тёмные личности? Почему ты врёшь всё время? Я же чувствую, даже если не всегда точно знаю о чём речь.

– Да!! Я тебе соврал! Это была совсем незначительная ложь, чтобы не волновать тебя по пустякам…

– Всё, хватит. Не надо большой или маленькой лжи. Ты занимаешься своими странными делами. Тебе оно нравится. Я живу в моём маленьком мире, в котором нет места криминалу и прочим связанным с ним вещам. Алекс, оставь нас пожалуйста, в покое. Я не хочу, чтобы человек, который был близко около моей семьи, около моих детей, был связан с криминалом.

– Но ты всё неправильно поняла - возмутился Алекс.

– То есть ты просто занят строительством? - спросила она его.

– Да… нет… то есть - забуксовал мужчина и пошел в атаку - ты из-за каких-то своих измышлений не хочешь дать нам шанс?

– Не надо пытаться мной манипулировать - строго сказала она.

– Тебе важнее то, чем я занимаюсь, а не то как я к тебе отношусь?.. - закипал он - как ты ко мне относишься... - она вскинула на него пронзительно-предостерегающий взгляд – ты ведь уже всё решила?.. что я виновен без обжалования… не знаю, правда в чём; в том, что у меня могла быть другая жизнь до тебя? Не соответствующая твоим зефирно-волшебным представлениям??

- Ты ведешь темные дела.. и... не знаю точно, чем ты там занимаешься... Скажи прямо... ты... вы занимаетесь чем-то противозаконным?

- Не совсем, может со стороны выглядит... - Алекс лихорадочно думал, как не говоря лишнего её успокоить, причем говоря только правду, иное она тут же почувствует.

– А это разве не соответствует действительности? - перебила она его.

– Я не могу тебе много сейчас сказать, но всё не так как ты себе представляешь - протянул Алекс.

– Давай возьмём паузу в наших отношениях - вдруг сказала Миланда - ты обещал отпустить нас.

Алекс мрачно смотрел на неё. Нет смысла что-то доказывать ей, сейчас она вся на своей волне. Ну что же, пусть идёт. Он поставит на уши своих парней, лучших профессионалов, они сделают всё самым незаметным образом, отследят их путь, ничего больше.

– Да, конечно, я обещал. Я отвезу тебя.

………20.2

Через полчаса он провожал их на вокзале.

– Нет смысла идти за нами на перрон, давай простимся здесь.

– Чтобы без помех рассмотреть пути к побегу? – невесело пошутил он.

Она медленно покачала головой.

– Ты не понял, я не бегаю от тебя. Я от тебя ухожу, потому что понимаю, что нам не стоит быть вместе, мы слишком разные; я нарушила твой уклад жизни, тебе приходится лавировать между нашими отношениями и своими делами – она старалась быть объективной - да и я сама… - она резко замолчала, поняв, что не готова даже подумать, не то что говорить о том, насколько он впился ей под кожу.

Насколько она готова, бросив свои дела и забыв об опасности, что она ощущала рядом с ним, пойти за Алексом по первому слову. Нет, лучше пусть они побудут врозь; «сколько там длится влюбленность внезапная и страстная, максимум три-четыре месяца?» - она усмехнулась. Вот она даст им такую возможность, тем более у неё появилось ощущение, что ей надо уехать, а своим ощущениям она привыкла доверять.

Не приближаясь, она кивнула издали и отправилась на свой перрон. Девочки пошли следом. Алекс провожал их взглядом, пока они не скрылись. Неподалеку стоял Егор, он сумрачно и внимательно смотрел в ту же сторону. Мужчины переглянулись понимающими взглядами

– Кто пошёл за ними?

– Костя и Иван.

– Правильно – одобрил Алекс - самое оптимальное решение, незаметное наблюдение. Отправь машину вперёд, пусть на каждой остановке наши поезд встречают, так на всякий случай. Того, кто еще не засветился.

– Уже - сказал Егор.

– Действуешь на предупреждение? – одобрительно отозвался Алекс - глаз с них не спускать. Поедем следом. Мне на телефон скинь маршрут вдоль остановок.

……

Но как выяснилось уже на второй остановке, женщины исчезли из электрички. Их не было ни в вагонах, они не выходили на остановках; их никто больше не видел. Просто растворились в воздухе. Полковник поднял по тревоге все подразделения своих бойцов и параллельно всему маршрут от Города до конечной пригородного поезда они утюжили добросовестно до одиннадцати вечера.

Ближе к полуночи, когда стало ясно, что нет никаких следов Миланды и её дочерей вообще, он всех отпустил; отпустил с ребятами и Егора, не желая видеть его сочувственную рожу; а сам бездумно ехал по пустынной трассе, по грунтовкам, выровненным снегом; ощущая в душе пустоту и горечь, набирая скорость.

Чем выше была скорость, тем спокойнее у него становилось на душе, но это было не то спокойствие и равновесие, дающее покой, а затишье ледяного безмолвия, без тепла и времени.

Потом непонятно как оказался на льду реки, скользил там, набирая скорость, пытаясь вырваться на берег; с пробуксовкой, закладывая виражи. Не щадя ни себя, ни машину, отстранённо наблюдая за собой со стороны, как мечется его сознание, не желая жить с всё нараставшей болью.

Джип крутанулся вокруг собственной оси, врезался в прибрежные заросли камышей и осоки, зажатые застывшим льдом, с пробуксовкой рванул обратно и, наконец, замер, заглох посередине ледяного поля, когда он резко нажал на тормоза, на миг потерявшись от яркого света со стороны города.

Воздух вверху и лёд под машиной переливались разноцветными всполохами, искрили и это привлекло его внимание и привело его в чувства. На полнеба в стороне над городом полыхало зарево Новогоднего салюта. В наступившей тишине по капоту зашуршали снежинки, тая блестящими искрами. Их становилось всё больше и больше, они летели во все стороны, а голос певицы проникновенно обрушивался на его слух, вдруг наполняя смыслом происходящее.

Алекс словно очнулся, он мельком взглянул на часы, - уже четверть часа как начался Новый год – и понял, что надо учиться жить заново. Без неё. Пока без неё. Падает снег, он заметёт все следы.

*****

Потому что снег летит вертикально вверх, Потому что не будет выше, смелее, слаще. Потому что жизнь легко перешла на бег, Мы бежим друг от друга и дальше, дальше.

На высотах, где спят орлы, Дальше мы бежим налегке, Наконечником скифской стрелы Я зажата в твоей руке.

В небе – звезды, огонь и лед, Ледяные колокола. Голос их пронзает небесный свод, Точно пущенная стрела.

А за гранью свода небес Тикает часовой механизм – Значит, времени нам в обрез, Главное, не обернуться вниз.

Ритм шестерней и турбин Не позволит сбиться во мгле. Если колокол мой упадет с вершин, Схороните его в земле.

Потому что снег летит вертикально вверх, Потому что не будет выше, смелее, слаще. Потому что жизнь легко перешла на бег, Мы бежим друг от друга и дальше, дальше.

И колеса вращаются, молнии, жернова, Перемалывай сердце в пыль, пусть улетает к апрелю. Потому что, когда я люблю тебя – я права. Снег летит... крылья кружатся... мир вращается все быстрее...

(Мельница)

……

Часть 2 Глава 1

ЧАСТЬ 2

КОРОЛЬ, ВЕДЬМА И ПРОЧИЕ СТРАННЫЕ ЛИЧНОСТИ

ГЛАВА 1

Раннее апрельское утро в коттеджном посёлке начиналось как обычно с щебета пеночек. Маленький белопузый самец распушился на ветке и нежным щелканьем и свистом призывал подругу. Он сидел, покачиваясь на ветке ивы и посматривал по сторонам.

Солнце едва встало, но ещё не вышло из-за деревьев, только окрасило светло-голубое небо желтоватым цветом. Под ивой, на жухлой траве, наполовину прикрытой редкой зелёной травкой, белыми звездами сияли цветки морозника. Вокруг крошечной поляны, от угла дома до ивы росли старые кусты с едва проклюнувшимися листочками. Оттуда из-за угла послышались звуки.

Весничка примолк, поглядывая вниз то одним, то другим глазом, будто раздумывая: не улететь ли?. но остался и даже снова запел, увидев привычную картину: на тропинку вышел мужчина с большой белой коробкой. Их вотчины не пересекались. Каждому досталась от предков своя.

Хозяин нижней территории сейчас принес короб и поставил на землю между кустов.

- …а сейчас уже стало совсем тепло, скоро будет жарко. А летом солнце знаешь, как палит?! Даже мощные деревья бывает сохнут, но ты не волнуйся, будешь здесь в тенечке стоять - размеренно звучал мужской голос.

Он поставил короб с северной стороны дома, между кустами и стеной дома, так, что даже в полдень веточка, которая была в нём, пряталась от палящих лучей солнца. Ёмкость наполовину была наполнена водой и аккуратно обмотана пищевой плёнкой так, что ветка ёлки удерживалась стоя в середине, а её нижняя часть была на половину опущена в воду.

– Ну вот - он критически склонил голову, потом поправил поровнее короб и продолжил - теперь я буду реже к тебе заезжать, работы что-то много накопилось. Ну ты давай тут не скучай. Понимаешь, я не могу взять тебя в пыльный город… А к тебе баба Глаша обещала зайти, там воды подлить и всё такое. За тобой присматривать будет. Так что не бойся, всё будет хорошо.

И он решительно зашагал прочь, не оглядываясь, но чувствуя какую-то неловкость от того, что убегает и оставляет малышку одну. Веточка будто с укором сверлила ему взглядом спину, и Алекс, не выдержав, оглянулся:

- Послезавтра я приеду!

Тогда зимой, когда Миланда с дочерьми исчезла, он не мог до конца в это поверить и ещё весь месяц продолжал искать их, надеясь, что где-то да выплывет информация о трёх женщинах. Он использовал все доступные ему каналы; моделировал и анализировал со спецами различные ситуации и просто ждал, надеясь на их благоразумие.

Но сколько его подразделения не искали, ни где ничего не обнаружили. Ни в самом Городе, ни в его окрестностях, ни в пригороде во всех направлениях. Даже запросы по другим городам были с нулевым результатом. Миланда и её дочери как сквозь землю провалились.

…..

Лада - прошептал он как во сне и на грани, едва слышно, вдруг раздалось: не ищи меня, забудь со мной всё хорошо; он замерев прислушивался и молил только чтобы она продолжала, она говорила...

Мила, - крикнул он - Мила, вернись!..

- прощай...- послышалось откуда-то издалека и снова всё стихло...

......

Полковник вздрогнул: приснилось?.. и поднявшись с крыльца, нехотя пошел к машине.

ГЛАВА 1.2

– Добрый день, Алексей Георгиевич!

– С приездом, Алексей Георгиевич!

– Как ваше здоровье, Алексей Георгиевич?

Алексу неожиданно приятно было отвечать на приветствия сотрудников холдинга. Он прошёл то коридору и вошёл в кабинет генерального директора.

– Константин Дмитриевич. – Алексей Георгиевич - поприветствовали друг друга мужчины.

Алекс сел напротив гендира на другом конце большого овального стола и раскрыл планшет.

– Итак, продолжим – Константин Дмитриевич, искоса поглядывал на своё непосредственное начальство и не пытался создать особо довольный вид - так вот, - продолжал он - Иван Петрович, что можете сказать по тендерам?

- Мы готовы предоставить к началу сезона на 20% больше заявок, чем в прошлом году, причем часть из них на порядок выше, из госзаказов, главное, чтобы производственный, точнее строительное управление не подвело – глава коммерческого отделения обернулся в сторону заместителя гендира по строительному управлению.

- У нас порядок … там, где налажена работа непосредственно в нашей сфере деятельности, - его лоб чуть увлажнился – но мы не можем сами себе нанять персонал, сезон только начался, еще не все вакантные места закрыты. И качество работ новичков ещё не … так скажем должном уровне.

- Повышение квалификации ваших рабочих это всё же ваша сфера деятельности – сразу открестился глава управления отдела по кадрам – а что касается набора новых специалистов, здесь сложнее. Ситуация на рынке труда такова, что количество рабочих мест увеличилось, работяги уже выбирают, где им лучше и откликов на вакансии гораздо меньше.

- У Николая Петровича каждый год одна и та же песня: строители не идут на его призывы – тихо съехидничал финансист.

- А уж это вопрос непосредственно к вам, дорогой Станислав Ильич, стимулируйте процессы, и к нам потянутся люди! – не остался в долгу глав-по-кадрам.

- А дело не только в деньгах, уважаемый Николай Петрович – финансист блеснул очками, которые никак не желал поменять на линзы – хотя мы не можем слишком отрываться от средних по рынку зарплат, но всё же в наших силах установить вполне приемлемый для сторон рубеж выше среднерыночного. Только кому платить? Новичкам, которые не желают повышать свой уровень и скорость или гастербайтерам, у которых нет нужных документов? Кроме того, ресурсы края не безграничны, просто люди рано или поздно заканчиваются.

- Ни чё, бабы новых нарожают! На то они и бабы только на одно и годны – пошутил глава коммерческого отделения, вспомнив старую шутку.

- Как это?! Главное не это, а … - тут моложавый кадровик выдал свою вариацию использования женщин.

Солидные дядечки разулыбались, перебрасываясь непечатными вариациями на эту тему. Алекс резко встал и, едва попрощавшись, вышел.

– И чего спрашивается приходил? – недоумённо переглянулся кадровик с гендиректором.

– Ну да и бог с ним, наша кухня небожителей не касается, пусть свои дивиденты подсчитывают, да вкладывают, а мы сами тут по тихой разберёмся – согласился с ними финансист.

- Не скажите, годовое отчётное собрание на носу, вот и зашевелился, надо ждать указания о созыве – покачал головой гендир.

- У нас всё к отчётам готово - отозвался коммерческий отдел.

- Плановый отдел тоже бы тряхнуть по первому кварталу пусть отчитаются…

И исполнительная власть холдинга продолжили дебаты, не забывая помянуть незлым тихим словом господ акционеров.

…….

А Алексей искал её до самой весны. Сначала, в январе «Эгида» едва ли не в полном составе прочёсывала окрестности и давала запросы дальше по всем направлениям. Егор, заместитель главы охранной структуры, то есть его, Алексея заместитель, фактически по документам числился его руководителем. Теперь он стал им на самом деле.

Потому как шеф дни напролёт гонялся за своей неуловимой ведьмочкой, забыв обо всём на свете. Так думал Егор, в команде известный под позывным Егерь, специалист по взрывным устройствам, дайвингу, рукопашному бою и прочая, прочая…

По негласной их договорённости, он всё больше занимался делами компании, предоставив Алексу улаживать свои проблемы. Взаимозаменяемость была обычной практикой в «Эгиде», чьи сотрудники периодически исчезали, а спустя несколько недель или месяцев появлялись загорелые и с магнитиками. Как считали в исполнительной дирекции, кто-то слишком много отдыхает на курортах, а значит, работает только для видимости.

А генеральный так вообще полагал, что охранная структура была слишком раздута в штатах и слишком независима, так как подчинялась только Совету директоров, читай: Королёву Алексею, председателю этого самого Совета; но осторожничал и бросил под танк экономистов. По его негласному распоряжению, они решили улучшить работу нескольких отделов, в том числе и отдела безопасности.

Сунувшись раз с планом оптимизации этого подразделения, руководитель экономического отдела получил совет с верха заниматься … своим делом и не лезть в службу безопасности. Генеральный, поглядев на то, как досталось инициативным оптимизаторам, оставил попытки подгрести под себя больше власти и только намекал иногда, что безопасники практически не нужны, «… не в лихие 90-е чай живём!», и там, скорее всего, занимают хлебные места детишки Совета директоров и приближенные к ним лица, а всю работу тянут исполнители типа него.

Эгидовцы не возражали против таких характеристик и даже поддерживали их, рассказывая о поездках за рубеж, теплых морях и прочих развлечениях. А сами выполняли распоряжения Алекса и в его отсутствие, Егора, и да!.. часто выезжали за рубеж.

……

Ближе к концу второго месяца Алекс занимался поиском в одиночку. Он мотался на своём джипе по области, как будто хотел прошить её всю своим вниманием, лично прощупав каждый метр.

Он похудел, его легкая небритость превратилась в бородку, которая ему, кстати, шла, а пристальный взгляд, обычно присущий ему, приобрёл фанатичный блеск. Ему казалось, вот-вот ещё чуть-чуть, и она окажется снова рядом с ним… По ночам, ему казалось, что она зовёт его, от чего он просыпался, едва ли поспав три-четыре часа, и снова устремлялся в поиски.

Егор пытался его отвлечь, даже, нарушая субординацию едва ли не подрался с ним, пытаясь увезти в Город или в Столицу, откуда они были родом, но всё было напрасно. Плюнув, в буквальном смысле на асфальт, он уехал разгребать завалы на работе, накопленные за этот месяц; а Алекс, отпустив всех остальных с ним вдогонку, продолжил упрямо колесить по бездорожью и лесам.

Туда его тянуло. Причем в один определённый район, уже изъезженный им вдоль и поперек. Через несколько недель с отчаянным упрямством он попер на джипе по бездорожью, не обращая внимания на скользкую грязь под колёсами джипа.

Он ехал пока деревья не сблизились так, что машина уже не могла проехать. Тогда Алекс вышел и пошел в том направлении, куда его тянула интуиция. Или больное воображение, как усмехался он порой сам над собой, но упёрто двигался по грязи, которая уже чавкала под ногами, засасывая их и едва не сдирая армейские ботинки.

Притормозив, он оглянулся по сторонам; глухой лес сменился не менее глухим болотом, вроде мелким, ещё не оттаявшим на всю глубину. Там впереди, куда его так тянуло, виднелась подозрительно ровная поляна, даже кочки обходили её стороной.

Поколебавшись, он пошел вперёд, прощупывая впереди себя срезанным стволиком деревца в виде посоха.

– Чёрт! – выругался он, провалившись по пояс, там, где только что нащупал твердое дно не глубже полуметра.

Идти назад он не видел смысла, его притягивал небольшой сухой пригорок неподалёку.

Это «неподалёку» оказалось почему-то в двух часах ходьбы по колено в грязи. Когда он добрался до сухой твёрдой земли, он просто упал на неё, наслаждаясь теплом сухого ковра старой травы.

«Зима уже заканчивается» - думал Алексей, глядя сквозь пожухлую траву на глазок желтого первоцвета … никуда не хотелось идти… он пришел домой… вот здесь он и останется… и будет спать…

………

– Ходят и ходят тут, всё им неймётся! - послышался голос, расколов сон усталого поисковика.

Алексей удивлённо приподнялся. На пеньке в стороне сидел дед. Настоящий, с седой бородой и гривой длинных белых волос.

– Это вы мне? - переспросил Алекс.

…….

Глава 2

– А кому ж ещё!

Алекс дернулся встать. Старик не производил угрожающее впечатление, но в нём чувствовалась скрытая сила. Он поглаживал длинную бороду, внимательно рассматривая вторженца из-под нахмуренных бровей. Потом продолжил:

- Ишь, настырный какой! И чего всё лезет? Хотя, о чём я?.. давно уже ясно: ведьма для любого лакомый кусочек.

Он разговаривал будто бы сам с собой, но услышав «ведьма», Алексей превратился в слух.

– Хочешь себе её? – обыденно спросил его старик.

– Да – уверенно согласил тот.

– Ну а что ты сделал для того, чтобы приблизиться?

– Многое. И готов к большему – коротко отозвался мужчина - надеюсь скоро увижу её. Ведь она где-то здесь?

Лесовик не торопился отвечать, потом отозвался:

– Может быть, когда-нибудь и встретитесь, но…

– Я найду её – твёрдо сказал Алек.

– А всё от тебя зависит! - вдруг рассердился старик - кровь на тебе! Зачем ей такой?

– То кровь врагов – не стал отказываться боец.

– Все под Богом ходим; частицы его – проворчал, настаивая дед – говорю, оставь её!

– Нет – боец поднялся, прикидывая, откуда мог прийти старик, явно не той же дорогой, что шла через болото.

Он пошел по островку. Вон кажется, на тропу похоже. Сделав несколько шагов, он, выругавшись, вернулся назад, едва не провалившись снова.

– Настырный какой – ухмыльнулся дед и принялся увещевать его – девки только за ум взялись! А тут то один, то другой мешать взялись.

– Какой другой?! - возмутился Алексей, почуяв соперника.

– Да ты не кипишуй, не кипешуй! Он тебе не соперник - расслабился лицом старый, - но только и ты сейчас не лезь в Еленские леса. Сами они выйдут, как время придёт. Иногда, чтобы дойти к тому, что вроде близко, далёко идти нужно.

В ответ на возмущенное выражение его лица, старик перебил его:

- А ты жди! Вот и видно будет, надолго ли тебя хватит. Делом займись, скоротать время; оглянись вокруг, может кому твоя помощь нужна. Да и сам на кого стал похож: разорвал связи, глаза ввалившиеся, пустое как глупая баба переживаешь! Иээх! Твоё дело сейчас спокойствие, равновесие в душе восстановить; добро и зло взвесить; темное с пути убрать. Опасно будет рядом с тобой сейчас.

Алексей, набычившись, думал о том, что действительно может так оно и есть. По крайней мере, он смог найти её след, а значит рано или поздно пробьётся к ней. Когда приведёт в порядок свои дела.

– Ну так я пока поеду? - вдруг совсем успокоился он.

Его тянуло обратно, в ту сторону, откуда он пришел, и не дожидаясь ответа. Он ступил на тропу.

– Да иди уж, не переживай так - бросил ему в спину старый - всё наладится. Да влево возьми!

Там и правда было намного легче идти, и боец почти не проваливался.

– И помни, где началось там и найдёшь однажды! Сюда больше не приходи! Не пройдёшь!

…

ГЛАВА 2.2

В апреле Алекс вернулся в Город. Правда, тогда, в начале весны сначала он приехал по привычке в старый бабушкин дом, как в тумане воспринимая действительность. На автомате привел себя в порядок после лесного болота и завалился спать.

Когда он проснулся, оказалось, прошло уже два дня и то, что с ним произошло в лесах сейчас воспринималось полусном, игрой воображения. Он убрал из своей памяти смущающие детали и появилась вполне жизнеспособная версия произошедшего: в поисках женщин его занесло в лес и там он встретил человека, старика, который вывел его из леса и дал понять, что Миланта уехала далеко и надолго.

Желание искать Ладу как-то притупилось, не гнало его больше в дорогу, а просто переплавилось в надежду, что однажды она вернётся. А пока нужно ждать. Вместе с тем появилась энергия. Хотелось перетряхнуть всё вокруг и убрать всё лишнее и негативное. Ведь предстояло долгое время ожидания, а он был уверен, что пройдёт немало времени, пока она вернётся, и это время нужно чем-то занять.

Значит и правда, пришла пора навести порядок в собственной жизни. Он прежде всего поселился в бабушкином доме, а в служебной квартире в Городе оставался только если задерживался допоздна на работе. Пару месяцев так и мотался в посёлок и обратно, обживая заново дом и вникая в текущие дела компании. Столичное незримое руководство сухо уточнило, перебесился ли резидент и готов ли продолжать полноценную работу на благо и во имя; получив положительные ответы на оба вопроса, оно, руководство растворилось в своих задачах, предоставив, как и прежде, все полномочия по «Альфе» Алексу.

Егор и остальные бойцы по началу сочувственно и настороженно отнеслись к его внезапному энтузиазму, и старались дозировать нагрузку на шефа, а потом, слегка озверев от его утроенной дотошности и въедливости, стали загружали его по полной, особенно всем, что касалось разборок с генеральным исполнительным советом компании и городскими властями.

Впрочем, оно пошло только на пользу дела. Алексу нужно было сорвать тот накал от чувства потери, что горел у него внутри. Дали б повод. Если кто-то из администрации предприятия или даже города осмеливался пакостить, ставить палки в колёса, еще хуже открыто противодействовать, то очень скоро жалел о том. Всё распоясавшиеся чины на всех уровнях поняли, что временное затишье прошло и Алексею Георгиевичу лучше не попадаться под горячую руку.

А в состоянии «горячей руки» он находился сейчас постоянно, потому очень скоро все рабочие вопросы на этих уровнях решались с полпинка, одним животворящим телефонным словом Алексея Георгиевича. В общем, весна удалась на славу.

Так же в первые дни своего возвращения Алекс занялся делами Лады сначала магазина, а потом занялся незавершенной стройкой.

Он заехал в её магазин, представился персоналу её другом, вызвав хрупкие улыбки и недоверчивые взгляды узнавания от двух продавщиц и объявил, что будет временно её заменять. Очень скоро недоверие сменилось на радость. Ведь все мелкие проблемы, да и сложные тоже, канули в небытие с его приходом.

– Алексей Георгиевич! Здравствуйте!! - весело щебетали Танюшка или Вероника, едва он появлялся в магазине – как вовремя вы пришли …

И дальше шел перечень проблем, требующих срочного решения.

– Ну что, красавицы, давайте посмотрим, что тут можно сделать - откликался он с удовольствием.

Алексей позволял себе немного расслабиться в их присутствии; они наперебой докладывали ему о текущих делах, о работе с поставщиками, и прочих важных или малозначительных эпизодах работы цветочного магазина; а он в свою очередь со всем энтузиазмом решал эти конфликты и отслеживал с помощью бухгалтера «Эгиды» все денежные потоки и необходимые налоговые и прочие отчисления.

С помощью маленьких безобидных махинаций ему удалось легализировать своё участие и теперь он по ограниченной доверенности вёл делам Миланты. Как её заместитель. Наращивая производственный и личный счета Миланты Александровны.

Он бы пошел дальше в своём рвении, но попытавшись нарастить объёмы торговли за счёт продажи срезанных цветов натолкнулся на сопротивление продавщиц.

– Что вы!.. что вы! - округлив глаза говорили они наперебой - Милана Александровна ни за что не позволит продавать мёртвые цветы, а срезаные они уже все мёртвые! - наперебой говорили они.

– Но ведь от них больше прибыли будет! - пытался достучаться до рационального мышления женщин Алексей.

Но всё было напрасно, они ни в коем случае не соглашались изменить заведённые Милантой порядки. Он хотел надавить, девушки не поддавались. Во время вспомнив столкновение со своей мозговыносительницей зимой, когда она сражалась за то, чтобы сохранить жизнь елочкам, он понял, что всё-таки лучше этот вопрос решать с самой Милантой или, что вернее всего не затрагивать его вообще.

ГЛАВА 2.3

Поддерживающая система дома работала на поддержание тепла по минимуму и спасла жизнь тому зелёному огрызку, который Миланта называла ёлочкой. Она поставила его в белый пластиковый таз с водой, и он там выжил! Когда Алекс забегая на короткое время поспать в дом смог замечать что-то кроме кровати и холодильника с едой, он увидел, что ёлочка, вопреки всему, крепкая и зелёная, хотя зима уже подходила к концу; даже её иголки не собирались осыпаться и у него не поднялась рука выбросить это мелкое недоразумение.

Вместо этого он перенёс её в прохладный угол, подлил до верха воду, которая всё-таки катастрофически уменьшилась и теперь едва прикрывала нижнюю часть веточки; прикрыл пленкой верх, чтобы вода не испарялась, и посчитав свою миссию выполненной, забыл про неё.

Уже весной, после того как он поселился в доме и уже не выезжал на поиски, Алекс вдруг обратил внимание, что спустя три месяца после Нового года, ветка всё-таки жива.

Однажды, в один из долгих выходных вечеров в воскресенье, когда он вынужден был оставаться дома и неприкаянный ходил из угла в угол, пытаясь не думать, не вспоминать о Миланте, его взгляд вдруг задержался на этой малышке.

- Какая ты всё-таки живучая – проговорил он - ну и что же тут удивляться: хозяйка-то твоя – ведьма! Ха! Колдунья - задумчиво выговаривал он, впервые в жизни относясь к этим словам как к чему-то реальному - она добрая; хотя и взбалмошная. Ну да ничего. Это всё мелочи. Главное, когда она вернётся, я уверен, Лада очень обрадуется, что ты живая, здоровая и ждёшь её. К так что твоё дело сейчас

Тогда он залез в интернет, нашёл массу полезных и не очень советов по поводу «Как вырастить елку из веточки».

- Ё... … … - он покосился на ветку – надо же было тебя в землю воткнуть! Может всё же сдохла, а пожелтеет потом?!

Он подошел и осторожно вытащил её из воды, внимательно осматривая.

- А что за нитки ты на себя нацепляла? Где только набрала?!

Он хотел уже убрать их, но внезапно его осенила идея, что это могут быть корни… Алекс внимательно рассматривал их. Точно корни! Он быстро воткнул ветку обратно, присыпал землёй из сада и стал ухаживать за ней по всем правилам садоводства.

– Так что твоё дело сейчас зацепиться корнями за землю и жить, вопреки всему.

Глава 3

Загородный строящийся дом господина Тар..ва.

Дамир выдал указания на день и по-хозяйски оглядев суетившийся десяток рабочих, пошел к своей машине. Нужно было заехать ещё на две стройки; на одной из них приятный день: получение аванса. В этом году вообще удача повернулась к нему передом. Он набрал аж две новые бригады желающих срубить хорошие деньги тут в России; правда, мало пока что умеют, вот и приходится бегать между ними, следить, чтобы больших косяков не напороли. Главный их плюс в том, что они против него слова не смеют пикнуть, в рот заглядывают и за половину стоимости готовы впахивать.

Не то что опытные работяги, не первый год выезжающие по сезону сюда, вот они обходят его заманчивые призывы. Сначала он не понял в чем дело, а потом старший одной мальнькой бригады проговорился; всё потому, что он семь человек из прошлогодней бригады на половинный поёк посадил.

Не, ну как они думали, его так просто можно кидануть?! Он им вызов сделал, временную регистрацию, работу предоставил, а они?!!

Они на поводу у бешенной бабы пошли! А надо было дожать её, или пусть бы доплату сделала, или бросить и уйти, чтоб другим неповадно было. Эти же… ишяки скяй… анангни скяй…его подставили и лишили заработка. Авторитета. Вот пусть теперь расплачиваются. Они ещё ему спасибо должны сказать, что он им работу даёт. И пообещал визы на другой год. Пусть ждут и работают хорошо, он посмотрит. А работают они уже хорошо, научились и стараются; а не то у него с плохим работником или говорливым разговор короткий; билет домой или выдаст негодяя участковому.

Хозяевам-то что? Им лишь бы сделано в срок, да видимых косяков чтоб не было. Денежки платят, не скупятся, можно и сверху что-то насчитать. Хорошие хозяева в этот раз попались! Маржа хорошая будет. Жену что ли с детьми сюда вызвать? Соскучился, еще месяц не прошел, как он из дома вернулся. Зимой, как всегда, на родину уезжал. Да впрочем, его вторая жена, местная устраивает. Ласковая, не балованная. Пусть всё так и остаётся. Как у хороших баев.

С таким благостным настроением он открыл тачку и только успел занести ногу в салон, как оказался окружен несколькими бугаями мрачного вида. Они выскочили из крутых трёх джипов, резко затормозивших и взявших его в кольцо.

Дамир замер с открытым ртом, вытянутой ногой и побелевшими руками, уцепившимися за машину. Одни глаза перебегали с одного каменного лица на другое, перебирая все свои грехи за ближайшие десять лет.

В затянувшейся паузе музыкой прозвучал негромкий мужской голос:

- Дамир?

- В прошлом году ты накосячил на фундаменте осенью? Молчать! Выкручиваться не советую. Компромат на тебя и твои дела есть, час и вылетишь на родину, без права возвращаться. Впрочем, отдашь мне ту бригаду, я сам с ними разберусь, и можешь продолжать здесь бабки рубить, только не наглей сильно. Ты на контроле. Нет, поворачиваться не нужно. Стой как стоишь. Через пять минут можешь повернуться.

За спиной слышался негромкий топот и взволнованные разговоры парней его старой бригады. Вот послышалось хлопанье дверц и джипы укатили.

Только тогда Дамир рискнул повернуться, увидев мелькнувшие темные задники на повороте. Он выдохнул, обмяк на кресле, облившись потом и попытался понять: что это было?!

ГЛАВА 3.2

Оробевших молодых строителей, явно прибывших из стран ближнего зарубежья, привезли в Город и высадили возле пятиэтажного здания обычного с виду жилого дома. На его первом этаже с торца был вход с неприметной вывеской «Эгида». Один из бойцов, вышедших с ними, сказал:

– Построиться и за мной.

Работяги восприняли приказ однозначно, они буквально заложили руки за голову и гуськом отправились за ним. Эгидовцы в первый момент обалдело уставились на эту картину и, проводив их взглядами, они отправились следом.

– Алекс, по одному допрашивать? - уточнил Егор.

– Без вариантов! Только не допрашивать, а уточнить детали конфликта сторон и установить личности.

- Понял. Сделаем аккуратно и вежливо.

Распределив всех семерых по отдельным комнатам, бойцы в штатском строго предложили каждому написать суть происходящего осенью конфликта. Поникшие гастарбайтеры уже мысленно попрощавшись со своей хотя и плохо оплачиваемой, но понятной и постоянной работой, честно сначала рассказали, а потом записали всё, кто что помнил.

Через час Алексу принесли обработанный отчет с приложенными листами. Потихоньку в кабинет просочились все эгидовцы, те, кто принимал участие в операции. Парни, доложив не торопились уходить и слившись с поверхностью, они, прикинувшись мебелью, наблюдали за командиром.

У того поначалу несколько раз удивлённо вздёрнулись брови; потом он вопросительно оглядел команду, ловя отголоски смешков и отмечая напряженно-сдерживаемые физии. Наконец, Алекс, не сдержавшись, хмыкнул сам и тихо пробормотал:

– Не баба, а женщина – и углубился в чтение.

Тут взрыв смеха сотряс стены его кабинета, бойцы натужно сдерживаясь от смеха, один за другим вываливались из кабинета. Он же, сохраняя серьёзность, дочитывал отчет: кто в каких выражениях и что именно говорил, в частности, несколько раз он перечитал, что сказала Миланта Александровна по поводу некоторых частей тела означенного Дамира Хамидова. От первоначальной хмурости Алекса не осталось и следа, тем не менее, он отложил листы, чтобы перечитать на досуге и сказал:

– Соберите их в актовом зале, буду делать им предложение, от которого невозможно будет отказаться.

…..

Через полчаса завершая свою речь, Алексей Георгиевича заливала совершенно другая атмосфера, чем вначале. Как будто заново родившись или выздоровев от долгой тяжёлой болезни, те же самые люди, сидевшие недавно со сгорбленными спинами, спавшие с лица бледные парни, сейчас радостно и неверяще переглядывались друг с другом, взирая на Алексея едва ли как не на Бога.

– Итак. Подводя итог вышесказанному, предлагаю ещё раз подумать и принять взвешенное решение. Вам нужно ответить (но прежде напоминаю, что ни к кому из вас не будут применены никакие санкции). Вы можете уехать домой; можете отправиться на вольные хлеба в другую бригаду и там делать себе документы. А можете остаться в строительной организации Альфа, в одном из его подразделений.

Вам будут сделаны пока временные регистрация на этот сезон. А после, как вы себя проявите, на следующий год возможны постоянные. Заработок такой же как у всех строителей компании, в зависимости от опыта и квалификации. Разумеется, все выплаты, включая отпускные и прочие отчисления, будут оформлены на каждого, кто пожелает остаться работать в рамках компании.

Но также с вас будет строго спрошено качество работ, поведения; везде: на улицах, на работе и в общежитии, которое вам, тем кто перейдёт в компанию, будет предоставлено. Есть ещё вопросы?

Парни дружно рявкнули:

– Нет!

– Есть желающие поработать на таких условиях?

– Да!! – также дружно ответили строители.

Тут же они выстроились друг за другом, уставившись на него.

– Что это? - удивился Алексей Георгиевич.

– Заявление писать – застенчиво отозвался тот, кого вытолкнули вперёд – нас же на работу официально берёте?

– Как имя, боец? Самый умный здесь? – улыбнулся Алекс – образование есть?

– Армат. Строительный колледж, по-вашему. Каменщик. Умею расчёты делать.

– Будешь пока за старшего. Ну Егор, проводи товарищей на фазенду Миланте Александровне, там пока поживут и подработают, пока всё уладим. То есть, никто из вас не намерен терять свой шанс? - на всякий случай уточнил Алекс.

Дураков не нашлось.

.....

ГЛАВА 3.3

Бригада строителей под руководством выдвинутого из их рядов Армата деловито взялась за дело, занявшись наведение порядка в оранжереях, во дворе и на грядках. Алексей Георгиевич определил их в тот же домик на участке Миланты, где они жили прошлой осенью.

Сам полковник обнаружив на столе несколько набросков, проанализировав эскизы, он понял, что они как раз подходящих по рисунку фундамента дома. Привезённый дизайнер подтвердил его догадки и обещал кратчайший недельный срок предоставить первые рабочие чертежи, а пока позволил заниматься только подготовительными работами.

Вскоре, стройка, направляемая его рукой и деньгами, бодро стала продвигаться.

Вот так к началу лета Алекс сумел привести в порядок дела заброшенные хозяйкой и на свой страх и риск начать строительство её дома. Его беспокоило, не возмутится ли Миланта его самоуправством, но, рассуждал он, если вдруг его ведьмочка упрётся, отказываясь принять дом, всегда можно будет сказать, что он получил её разрешение использовать деньги со счетов по своему усмотрению. Это было не совсем так, но хотя бы такая отмазка была готова.

Магазинчик по случаю весенних посадок тоже был подвергнут массированным атакам; оптовые закупки, продажи разного рода кустарников декоративных, садовых и ягодных сортов, которые обычно девушки заказывали раз в десять меньше, привыкнув больше торговать семенами и горшечными цветами.

Татьяна и Вероника, которые работали в магазине Миланты Александровны не первый год, и поначалу скептически отнеслись к тому, что делал Алексей Георгиевич, но он и тут смог их удивить. Потому как он подключил все связи и взял несколько больших заказов на ландшафтное оформление участков. Именно туда ушла основная масса растений. Девушки были в восторге, и немного завидовали своей начальнице.

– Вот где её носит?! – возмущалась Вероника – тут такой кадр пропадает! А она не в том возрасте, чтобы такие идеальные мужчины толпой за ней бегали! Упустит, ни себе - ни людям!

– Это кому же, каким «людям» он понадобился. Уж не тебе ли? – иронизировала Татьяна.

– Да хотя бы и мне! Если она в ближайшее время не появится, я сама им займусь! Я и моложе, и эффектнее! – хлопнула она темными ресницами с эффектом 3D.

– Ну-ну! Флаг в руки!

…..

Алекс терпеливо ожидал возвращения Лады сначала в апреле, потом ближе к лету, наконец, уже и лето было в разгаре. И вот тут он затосковал по-настоящему.

Всё с большим рвением он хватался за дела, доводя до изнеможения себя и нервируя работников и исполнительное звено, но всё было напрасно, время шло она не возвращалась. Девочки тоже.

Несмотря на то, что старик говорил ему не ходить, не искать её в лесу, примерно раз в месяц Алексей упорно возвращался, как маньяк, в Еленские леса и пытался проникнуть за болото. Он уже проклинал себя, что поверил ему и не стал пробиваться тогда ранней весной дальше…

Но сколько он не ходил, больше никого там не видел. Ни того старика, ни женщин. Только привычно проваливался в болото и побродив до ночи, возвращался домой.

Глава 4

К середине лета Егор с тревогой заметил, что их командир опять начинает зависать где-то в своих мыслях, отрываясь от реальности. Проверенным способом он стал завалить его работой.

– Вы что там, совсем отупели – ворчал командир – со всякой ерундой ко мне лезете? Или жара на вас так влияет, все мозги поплавились?

Но вникал, объяснял, хотя раздражался. Как оказалось, и этот способ уже не срабатывает. Алекс механически выполнял возложенные на него обязанности; всё чаще отказывался от сна, чтобы всё успевать, но хорошему настроению оно не способствовало, топкая трясина равнодушия затягивала его всё больше.

Поэтому Егор перераспределил потоки новых дел по-старому, а Алекс даже не заметил этого. Он по-прежнему приходил в контору раньше всех, проводил планёрки, совещания, направлял людей, спрашивал с них результат. И всё же, это был уже не тот человек, которого знал Егор. К середине лета он уже готов был сам отправиться искать дурную бабу, и даже тайком от шефа, пару раз ездил за ним на болота и видел, как тот шарахается там в поисках прохода.

И все сотрудники знали, после его возвращения в Город лучше не попадайся ему на глаза ему. Егор понял ситуацию на собственном горбу.

Когда второй раз он тайком, со всеми предосторожностями, выбирался из леса, перед ним буквально из-под земли выскочила земляная кочка и отметелила бойца по всем правилам рукопашного боя. Он едва успел выставить блоки защиты. Дав себя немного потрепать, он рявкнул:

– Хватит! Я понял! Хочешь сдохнуть, твоё дело. Больше не буду за тобой ходить. Но сам подумай, если всё же она вернётся, кого здесь найдёт? Истеричку? А Полковник?

– Не если, а когда – отмолчавшись, проговорил тот и упрямо сказал – она вернётся!

– Так вот и я о чём! - обрадовался Егор – бать, может я по молодости чего не понимаю, но убиваться самому это как-то глупо. И не продуктивно.

Больше зам не пытался его выслеживать, перебесится мужик, сам себя вытянет, больше толку будет. Всё же он постоянно обдумывал, что же ещё предложить Алексу, чем отвлечь; и вот, наконец, его осенило.

………..

В один из жарких вечеров начало августа, когда даже в конторе народ на удивление не задерживается, рано разбегаясь по домам, Алекс тянул до последнего, находя себе всё новые задачи и оттягивая момент завершения, когда надо будет уходить с работы и снова окунаться в гулкую тишину пустого дома, которая уже порядком стала действовать ему на нервы, к нему зашёл Егор.

– Георгич, твоя помощь нужна – глава Эгиды дернул рукой у горла - кто кроме нас?

Алексей натянул улыбку уголком рта. Егор продолжал сватать ему ситуацию:

– Представь себе: море … пальмы…много солнца… –

Алекс глянул за окно, где вечерняя прохлада не торопилась вытеснить жару августовского дня…

-… красивые девушки и ты такой весь мачо – наседал Егор, не обращая внимания на ехидно вздернутую бровь шефа.

– Ты мне зубы не заговаривай, прямо скажи, что надо. Это по делу?

– Да - собрано ответил тот выпрямившись.

– И что наша молодежь? Такая прогулка пропадает.

– Да понимаешь все в делах, кто на задании, кто на учениях, а половина взяли отпуска, август всё-таки. Ну вот, кинулись и нам подбросили ситуацию. А послать и некого – прорвало Егора.

– Ты не накаляй обстановку. Ладно, дай гляну, что там у тебя - лениво отозвался Алекс – надеюсь, это немного отвлечет меня.

– Да - отозвался боец « прокатило!» - то как раз, что тебе сейчас надо встряхнуться самому, встряхнуть кого там уж придётся; потанцевать с девочками. гирлянду цветочную на шею повесишь и - он пропел мотивчик развратно покачивая бёдрами - в темпе сделаешь дела и домой! Ждать свою…

– Сделаю - Георгич предостерегаюше глянул на зама - давай материалы.

…..

Через сутки рейсом Москва-Хурганда Алекс улетел на курорт. В самолёте он ещё раз перебирал в уме разговор с Иванцевым.

«Нужно одного товарища вытащить из тёплого, но плохого местечка и отправить его твоим маршрутом до дому; документы на него уже сделаны. Их переслали, возвращаться он будет под той личиной, которую подкорректируют тебе. Ну ты другим путём пойдёшь; наши товарищи встретят тебя на границе и проводят через самые опасные районы; там ситуация постоянно меняется, а они все выходы и входы знают. Всё просто» - звучал в голове голос Егора.

В полудрёме Алекс перебирал всё, что было связано с этим делом, что-то цепляло его он не мог понять, что именно вроде всё просто, гладко. Вот эта простота и не нравилась опытному бойцу. «Что не по тебе?! Вот так и подкрадывается старость – усмехнувшись, подумал он - скоро перед дождём начнут ломить кости, а каждый второй прохожий будет иметь подозрительную морду. На месте разберёмся.»

ГЛАВА 4.2

Из разговора в эфире

– Он клюнул на одно из наших предложений. На то, которое в теплой стране. Уже в пути.

– Отлично! Встречайте его там. И чтоб без проколов.

………

Египет. Хурганда. Берег Красного моря.

Алекс ранним утром отправился с аквалангом понырять, как он пояснил сотрудникам дорогого отеля, посоветовав скоро его не ждать, так как он намерен обследовать колонию кораллов с дальнего берега.

- What kind of man!

- Hi! My name's Carmen. What's your name?

Алекс оглянулся, сверкнув белозубой улыбкой. Две девицы, удерживая одна другую, брели вдоль берега, босиком, помахивая шлёпанцами, зажатыми в руке. Похоже, у кого-то еще не закончился прошлый вечер.

- Pol, baba, hi.

- That’s great! Do you do any sports, swimming?

- Diving.

- Only you have to be careful to dive where the deep pool is.

- To the right.*

Он отправился по деревянным мосткам, отыскивая место поглубже.

…….

*(-Какой мужчина!

- Привет! Меня зовут Кармен, а тебя?..

- Пол, крошка, привет.

- Здорово. Ты будешь плавать?

- Нырять.

- Будь осторожен, там глубоко.

- Спасибо.)

……..

У Алекса было ощущение, как будто это происходит не с ним, как будто он наблюдает зачеловеком, идущим по мосткам со стороны и хочет предупредить его, но не знает о чём; его чувства вопреки спокойной внешне картинке вопели об опасности с самого того момента, когда он сел в самолёт в Москве. « Всё проверено и перепроверено, пора уже учиться доверять кому-то, кроме своей чуйки» – убеждал он себя.

Он надел акваланг и нырнул, заглушая иррациональные чувства.

……….

Конец августа Россия.

Экстренное заседание штаба Эгиды, её костяка, пришедшего большей частью вместе с Алексом из Первой и некоторых из Флага. Докладывал Егор Иванцев.

- Неделю он не выходит на связь и по данным наших товарищей с той стороны, его взяли офицеры, одетые в форму официальных властей, сразу на берегу, когда он проводил объект с аквалангом в море. Косвенно угрожая объекту, Короля взяли голыми руками, потом его арестовали и увезли в неизвестном направлении. После того он просто исчез. Его нигде нет в официальных сводках, никто не предъявлял требований или обвинений. На связь он не выходит.

Всё вместе даёт понять, что настоящим объектом операции был именно он, Алексей Королёв, и задействованы здесь совсем другие подразделения, всего вероятнее заокеанских наших друзей.

Предлагаю отправить группу на место действия и начать поиски оттуда. Троих будет достаточно. Я отправляюсь четвертым. Кто готов? Ясно. Отставить. Ребят, я всё понимаю, но здесь тоже оголять нельзя, а потому назначу сам. Остальным приказываю держать уровень Эгиды, моим и.о. назначаю Креза… то есть, лейтенанта Крезовского. Все свободны.**

……..

**Средиземноморская история будет описана в отдельном бонусном рассказе, а дальше продолжение Любовного романа Полковник для Альфы

ГЛАВА 4.3

........4.3

С глухим криком Лада подскочила в постели, вертя головой.

– Что?.. что? - спросоня отозвалась Геля.

– Спи, всё нормально.

Лада закуталась в одеяло и вышла в сени, потом на крыльцо. В августовском небе буйно сияли звёзды, срываясь в последний полёт. В кустах гремели кузнечики, безмятежная ночь чёрным бархатом окутывала лес и поляну, на которой стоял дом и саму женщину. Тёплая духота толстых брёвен успокаивала, притягивала прижаться к ней, спрятаться от прохлады, стелющейся туманом от леса и озера.

Белая дымка прогоняла как сны так и мысли, навевая желание просто бездумно стоять, потерявшись в безвремении. Но Лада хотела понять наконец, что так её тревожит. Она серьёзно сосредоточившись, пыталась вспомнить, что её так беспокоит и будит уже которую ночь подряд.

Сон. Тьма и каменные глухие стены. Близко. Очень близко, что можно потрогать рукой…

– Не спится? - голос деда не выражал сочувствие, он просто констатировал факт - иди в коморку.

Не дожидаясь её, он пошёл вперёд, она пожала плечами и пошла следом. На высоком столе в виде конторки стояла лампада, разгоняя бьющиеся по стенам тени; на уклонистой поверхности лежала раскрытая старая книга.

– На, читай! Может мозги прочистит.

Он, несмотря на августовскую жару, кутался в овчинный тулуп. Придирчиво глянув на неё, хмурый вышёл, оставив её одну со своей драгоценной рукописью. Его ведовской сборник. Сам ей дал. «Значит тоже что-то чует старый колдун» – беззлобно подумала она.

Страница, другая. Она пробегала по строчкам, и что-то знакомое казалось ей в них, отзывалось в душе.

Гой ты еси, Велесе!

Горы ты рушишь,

Каменья ты рушишь!

Разрушь, отведи от….

Что это? Она, помедлив, читала дальше, добавляя имя:

…от Алексея горе,

Волошбу,

Чародейство,

Зависть,

Ненависть,

Призорок,

Сделку,

Урок,

Сглаз,

Не на день,

Не на час -

Отныне и вовек!

Гой!

Глава 5

Зима, 1 января, лес за Городом

По зимнему лесу, припорошенному свежим снегом, двигались лыжницы в тёплых комбинезонах и куртках с капюшонами. Их лица, видные в прорезях, блестели на солнечном свету, покрытые слоем самодельного крема. Забавные мягкие шапочки, плавно спускавшиеся до самых шей, оставляли открытыми только небольшие участки в районе глаз и носа.

Казалось, им хотелось набрать скорость, но рыхлый свежий снег и деревья мешали разогнаться. Солнце встало высоко, засыпая снег бриллиантами чистой замороженной воды. Крутанув небольшой вираж, первая лыжница выскочила на небольшую полянку и остановилась. Сразу те, что ехали следом за ней, встали рядом.

– Привал - коротко сказала старшая - доставайте палатку, здесь отдохнём.

Одна из них коротко кивнула и сбросила рюкзак с привязанной к нему легкой современной палаткой. Вторая тоже сбросила рюкзак и села на ствол сухого поваленного дерева. Она сердито смотрела на мать и старшую сестру, которые ловко и быстро расчистили снег, готовя место одна под костёр, другая под палатку.

– А тебе что, особое приглашение надо? - Миланта подошла к Василисиной импровизированной лавке и ловкими движениями небольшого топорика стала вырубать сучья и разрубать их на более мелкие части.

«Лавка» подпрыгивала при каждом ударе, не давая устроиться поудобнее и девушка отошла в сторонку, спиной выражая своё несогласие с ситуацией.

– Собирай траву на растопку, только в перчатках – она протянула ей белые рабочие перчатки.

Василиса, с выражением вселенской скорби на лице, переодела перчатки и принялась резать сухую высокую траву, возвышавшуюся над снегом, скручивая её в пучки. Миланта сложила траву и сучья шалашиком и разожгла костёр.

– Давайте, ещё насобираем, чтоб потом не бегать.

Сама Миланта расставила треногу и повесила на неё котелок с набранным чистым снегом. В стороне уже стояла палатка. Через полчаса на заснеженной полянке в окружении заснеженных деревьев всё маленькая семейство завтракало бутербродами с горячим бодрящим чаем.

– Долго мы ещё будем забег устраивать? И зачем? - Лиска хотела конкретики и пояснений.

– Девочки, я ещё раз говорю, я не могу сейчас всего объяснить, но ситуация такова, что нам нужно скрыться на время. Нам небезопасно оставаться в городе. Какое-то время мы поживём вдали от цивилизации.

– Ну надеюсь, что ты не просто так сорвала нас в Новогоднюю ночь. Эта беготня по электричкам… Зачем мы скрывались от тех мужчин? В спешке взяли только самое необходимое… причём, я не смогла взять всё самое необходимое для себя, надо было впихивать какие-то странные вещи. А ноут?! Мой ноут я вынуждена была оставить дома!! – страдала Василиса, изливая своё негодование - а сейчас ты ещё говоришь о том, что мы какое-то время будем жить в лесу?! Вот так в палатке?!

Иронизировать у Миланты не было ни сил, ни желания, как впрочем и объясняться, но она постаралась обозначить самое неоходимое:

– Нет, здесь мы только поспим, всё-таки всю ночь бежали. Немного передохнём, часа полтора, и двинемся дальше по светлому дню.

…5.2

– Мам, а ты знаешь, куда идти-то? Мы точно не заблудились? - сосредоточенно спросила Геля

– Это вопрос уже к вам, мои дорогие. Сейчас, когда вам не мешают гаджеты, никто и ничто не отвлекает, ну-ка скажите в нужном ли направлении мы идём?

– И каким волшебным образом мы это должны сделать?

Не обращая внимания на скепсис младшей, Миланта требовала:

– Ориентируйтесь родню. На кровь, она позовёт, мои родные, чувствуйте; всё это вы можете… Не торопитесь… Прикройте глаза, так легче сосредоточиться.

Василиса и Ангелина притихли. Солнце горячо целовало глаза через веки, невольно вызывая желание медленно оборачиваться лицом то в одну, то в другую сторону. Через несколько минут обе показали примерно в одном направлении, немного к востоку от той лыжни, которую они проложили раньше.

Миланта согласно кинула:

– Да, именно туда нам двигать, в ту сторону.

И замолчала, задумалась, вспоминая вчерашний вечер, стараясь не представлять то, что творит сейчас в городе один неугомонный полковник.

Сёстры разными наводящими вопросами пыталась разговорить её, но Миланта отвечала общими фразами, и они отступили. Пока. Всё же, дочери несмотря ни на что, давно привыкли доверять её редким, но настойчивым предложениям, когда она требовала что-то делать или отказываться; идти или не идти. Так было в школе, и в колледже, и на работе. Собственно говоря, они сами тоже могли иной раз предчувствовать опасные ситуации, и старались избегать их, но если ещё и мать подтверждала их опасения, они доверяли интуиции, делали то, что казалось им правильным вопреки всему.

Через час они отправились дальше, в выбранном направлении, и шли до самого темна. Уже в сумерках они снова выбрали полянку, выставили палатку, накидав сухой травы под дно, под подложку, но не стали разводить костёр, согрелись чаем, которой набрали с собой в термосах ещё утром.

С утра пораньше Миланта неумолимо повела всё семейство дальше. К вечеру лыжницы выскочили на опушку леса. Внизу расстилалась большая заснеженная гладь, окружённая лесной чащей. Справа под горой виднелся хуторок, за двухметровым деревянным забором, в несколько крыш, с лёгким полупрозрачным дымком, струившимся над самой большой крышей.

Геля и Лиска тревожно оглядывались, чувствуя конец пути. Миланта, сосредоточенно сдвинув брови и сжав губы, искала в заборе калитку; и толкнув её, она вошла во двор.

– Мам, может постучаться? – пробормотала Геля.

– Ты же видишь: открыто! Нас ждут - возразила Миланта, и все трое осторожно вошли внутрь.

– Здравствуйте – хором сказали они, обнаружив во дворе хозяина.

Опираясь корявой рукой на деревянные перила, на крылечке стоял старик.

– Дед Мороз… - тихонько прошептала Геля.

– Нет, Дед Мороз потолще был бы раза в два - не согласилась Василиса.

Миланта медленно шла вперёд, зацепившись взглядом с пронзительным взором суровый сжавшего губы старика. На мгновение его лицо дрогнуло.

– Софья?!

Миланта покачала головой:

– Софья была моя бабушка. Меня зовут Миланта. А это мои дочери Ангелина и Василиса.

– Ишь ты - криво дёрнул он углом губ – красиво. А то у нас тут в селе неподалёку Ребеээкка ходит!.. тьфу-ты пропасть: Ребекка!! Ну да ладно, давайте, девоньки, лыжи там под навес ставьте, я после покажу, чем их почистить да смазать. Да, стой! Куда разом пошли! – ругнулся он на них - ворота на щеколду закрывайте, больше никого не жду, только вас.

Он ступил в приоткрытые сени.

– А вы нас давно ждали? - удивлённо спросила Ангелина.

– Да уж полвека - хекнул старик не оборачиваясь.

Присмиревшие горожанки сидели рядком на деревянной лавке за деревянным столом. На столе, на подставочке, дымился чугунок с картошкой в мундире. Да маслёнка с ярко-жёлтым маслом. Картошечки тоже были жёлтые, ровные, одна к одной.

– Рассыпчатая!

Девчонки, едва не обжигая пальцы, с удовольствием чистили и ели картошку с круглым хлебом, нарезанным крупными серыми ломтями. Поодаль стояли кружки с тягодно-травяным настоем. Душистый запах летнего разнотравья витала в комнате.

Они с любопытством оглядывались по сторонам; стены, сложенные из деревянного бруса, потемнели от времени. Просторная большая комната шла вокруг печи, огромной как высоченная двуспальная кровать. Окна в одно стекло в углах были припорошены заиндевелым узором, а в середине лёд стаял, и вода натекла на подоконнике лужицей.

За русской печью виднелась дверь в окружении цветных занавесочек, таких же как и на окнах. Проследив за взглядами, старик взмахнул рукой:

– Там ваша спальня будет. А я тут на печи привык.

– Так вы правда нас уже и ждали? - опять повторила Геля.

– Давно уже. А как понял, что вы на подходе, так вот и картошки больше посадил в этом году; до конца зимы хватит и на посадку ещё останется. Весной картоху садить будем.

– Мы садить картошку?! – не поверила Василиса, возмущённо оглядывая благоразумно помалкивающих Миланту и Ангелину.

- Ну так, а что есть потом будем по осени?.. или сюда картоху-то повезём через лес?.. - удивлённо вскинул брови дед.

Не услышав протестов, он ухмыльнулся, когда Лиска подпрыгнула на лавке и сердито посмотрела на мать, и продолжил:

– Где-то к концу весны ещё и огурчики да помидорчики высадим; я вот недавно, прошлым летом в деревню ходил; семян хороших взял. Для вас специально.

Миланта вздохнула и решила перевести разговор:

– Давайте всё-таки знакомиться, дед Лесьяр? Точнее мой прадед.

- Так чего там? Уже знакомы. Ты меня и так знаешь. Вишь, правильно всё сказала. Да и я тебя, хоть и не по имени, да знаю. А их вот ещё мало чувствую, ещё мало ощущаю молодые, дури много, а силы пока слабые.

– Я предполагала, что вы можете нас ждать, когда помощи просила, как мать научила. Что если совсем трудно будет, помощи рода просить и сюда пробираться через топь, тропа сама выведет - с расстановкой говорила Миланта.

Старик, насупившись, слушал не перебивая.

– Только мы в марте-апреле домой вернёмся. Там, наверное, и утихнет то, из-за чего мы бежали и будем жить прежней жизнью.

Он молчал.

– Да, я согласна, нам надо многое узнать и многому научиться…

Лесьяр молчал.

– Вот так, двух-трёх месяцев должно хватить…

– Ой, глупая – сокрушенно протянул Лесьяр.

Она строго зыркнула на хихикнувших девчонок.

– И что тогда с них то спрашивать? – помотал он головой - ну какие два-три месяца?! Полжизни учиться будешь, да полжизни ещё отрабатывать, отдавать миру за учёбу! Силу будешь людям дарить и…

– Что за просто так? – тут же снова вскинулась Василиса.

- Ну почему? Умные людей сами дадут в обмен что-то дадут; ну а глупцам ничем поможешь, не в коня корм. Сделаешь по малости и будя с них. Равновесие! – вскинул он корявый палец – сами потом поймёте. Ну да что мы всё скачем: то одно, то другое; совсем мне голову задурили! Давайте обустраивайтесь, а время покажет … что попусту говорить слова, как воду в ступе толочь…

Глава 6

Весь январь Миланта с дочерьми обустраивались на хуторе Лисья гора. Комната, которую выделил своим младшим родственницам Лесьяр, была просторная, стены из деревянного бруса. Одна из стен, выложенная изразцами, была частью печи. Тепло она держала долго, дед Лесьяр начинал топить её с самого утра.

Запасы в кладовых и в ледниках были явно рассчитаны на всю увеличившуюся семью. В первые же дни он показал правнучке, где находятся овощи, мясо и прочие продукты. Она удивлено осматривала добротные полки, заполненные деревянными кадушками с соленьями, корзинками с сухими фруктами, ящиками с овощами, потом спросила:

– Неужели это всё вы самостоятельно заготовили?

– Зачем же сам? - улыбнулся Лесьяр - есть у меня помощницы, когда надо, всё сделают. Дай бог здоровья им и их семьям. А я им советом помогу, когда за какое дело стоит браться, а отчего лучше совсем отказаться. Если надо, здоровье поправлю.

Особенно её удивило, что в хозяйстве у старика были только курочки, а на леднике мясо явно не куриное.

– А это откуда?

– Да охотники иной раз приносят. Что же вы думаете, раз я тут живу в лесу, так и молюсь колесу? А на обед одну травку ем? Я вот ещё вам какую штуку-то не показал!

Он отвел их в пристройку, совсем свежую, даже доски не успели потемнеть и там горожанки радостно взвизгнули от вида самой простой модели, но всё-таки настоящей душевой комнатки и санузела.

– Вот это да! А на чём это работает? - сразу заинтересовалась Ангелина - я понимаю, в принципе, что вода как-то должна подаваться сюда, а для этого нужно электричество. А где столбы и прочее?

– Ух, тараторка! - покачал головой Лесьяр – «электричество!» У меня оно есть своё; вон на крыше блестящее, синее; загляните потом, если интересно. Я уж в этих штуках ваших не разбираюсь, поставили люди добрые и ладно. Солнышка у нас, дай боже, хватает.

Он гордо посмотрел на правнучек, онемевших от неожиданных новостей.

– Вот, по вечерам можно включать две лампочки, - обстоятельно рассказывал он - сюда насос воды накачает, сколько нужно. Я знаю, вам бабам, машинка нужна для стирания белья; только вот не знал какую выбрать. Так что вы сами по картинкам гляньте; у меня журнал с картинками. Красивые машинки. Да много их там, не знаю, какую выбрать-то. А Пётр после привезёт. Да долго не тяните с выбором, пока зимняя дорога стоит, везти её надо. Ну что, обедать пойдёмте тут я угощение приготовил.

Он неторопливо расставлял миски с нехитрый снедью. Опять картошка в мундирах и целыми, выложенные горкой, бочковые огурчики и помидорчики.

– Теперь, когда вы показали кладовые, готовить ужин, пожалуй, мы сами будем, вы не беспокойтесь – Миланта постаралась мягко выразить своё решение.

– Ну, добре - легко согласился старик – это добре: на кухне бабье царство!

………6.2

– Благодаренье Светлым Богам за пищу, что дали нам; и дайте Боги, да не в последний раз - коротко помолился Лесьяр и принялся за еду.

Его гостьи молча присоединились и только закончив ужин, за кружкой взвара Миланта опять решилась напомнить:

– Дед зачем тратиться, выбирать машинки? Если только тебе самому понадобиться. А мы что? Мы ненадолго тут. Нам она зачем? – не обращая внимания на гримаски, которые ей строила младшая, пытаясь донести мысль, что им машинка ой, как нужна! Даже до середины весны.

– Да много ты о том знаешь? - с расстановкой протянул он - а ну-ка! Сама себя спроси: весной уедешь отсюда?.. уйдёшь?..

Миланта уверенно начала:

– Уйду, конечно! Весной все вместе и… - на этом её мысли застопорились, как будто что-то мешало их проговорить вслух.

Не в первый раз она уже задавала себе вопросы, если надо было сделать выбор, и получала чёткий ответ «да» или «нет». И вот это знакомое чувство, когда она понимала, что даже пересилив себя и скажет «да, уедем», вопреки тому, что в ней чётко созрел ответ «нет», то будет не права. А потому она молчала, замерев с кружкой в руке.

Геля и Лиска притихнув, поглядывали на старших в роду, ощущая себя то ли в какой-то сказке, то ли в нереальности; и вместе с тем, остро почуяв, что в их жизни произошёл тот поворот, после которого возврата к прошлому уже не будет.

– Ну это мы ещё посмотрим! - буркнула Лиска, выскочив из-за стола.

Она убежала в комнату и принялась строить планы побега обратно в Город. Геля вздохнула и ни к кому не обращаясь проговорила:

– Вообще-то у меня там работа, планы. Как можно взять вот так людей и выдернуть их прошлой жизни?

Дед с сожалением поглядел на неё, покивал головой и рассудительно заметил:

- Вот эта поспокойнее характером, в мать пошла. Ты же постарше будешь? Должна больше ощущать и понимать?.. Эх… пустые силы-то!.. Дури хватит сорваться со своей судьбы, а оно надо ли то?!.. Только чтоб норов показать?! – он повысил голос, чтобы всем было слышно, даже тем, кто громко пыхтел в другой комнате - что

- Да я могу это всё… - заносчиво раздался голос из-за занавесей.

- Можешь!!.. Вы всё можете!! И судьбу себе сломать тоже! И не только себе, а вот принять свою судьбу, чтобы по ней идти, тут не только сила, тут и разум нужен! И настойчивость! Так что, девы, думайте, понимайте, что вам нужно. А силы ведовской в вас много; предки передали.

- Так мы что правда ведьмы? – удивилась Ангелина.

- Тьфу… вот уж язык без костей! – в сердцах бросил Лесьяр – да не ведьмы, а ведовки! Волховки. Сегодня всё. Отдыхайте, с хозяйством разберитесь; а завтра готовьтесь, учить вас начну. С утра, после завтрака и примемся с Божьей помощью. Время уходит, мало его у меня осталось, мало что передать смогу, будете сами... после… - сокрушенно бормотал он - устал я жить… а ещё двенадцатой дождаться… ну-ка подсоби - повернулся он к Миланте.

Она подтолкнула его, и старик залез на печь.

– А что за двенадцатая? - вежливо спросила она.

Старик хитро выглянул из-под седых косм.

– А скоро узнаешь! Скоро все всё узнаете - он устало прикрыл глаза и задремал.

Миланта переглянулась с дочерью.

– Ну что, будем хозяйство осваивать?

Они быстро убрали и уже вместе провели ревизию, решив приготовить на ужин борща да жаркого с картошкой и мясом, а ещё напечь лепёшки.

А после всё же выбрали по каталогу симпатичную стиралку.

Так просто и в тоже время наполняя смыслом каждое мгновение, они давно не жили. Дни катились за днями старый волхв, как он сам себя называл, каждое утро вел своих учениц в особую камору, где у него были рукописи и травы; потом до вечера с перерывами он им многое рассказывал, обучал чтению старых текстов и каждую обязал завести собственную тетрадь. Там они записывали названия растений и их свойства, сочетания их в рецептах и сами рецепты вместе с заговорами.

– Вы пока мои берите – наставлял он – а после, как агмы выучите, сами свои мантры составлять будете.

– Агмы это молитвы? – Ангелина серьёзно отнеслась к занятиям и решила, раз уж надо изучать ведовство, так делать всё наилучшим образом.

– Это слова силы. Вот из них строй то, что тебе поможет усилит действия или пожелания; а назвать их можешь как тебе нравится, хочешь молитвы, хочешь заговоры или мантры – довольно пояснял дед.

Миланта тоже выполняла все задания, только в остальном была рассеяна и задумчива с некоторых пор; а вот Василиса пыталась бунтовать. Вставляла едкие комментарии к месту и не к месту, ворчала и иной раз просто сидела в углу, нахохлившись как воробей. Но приходила на все уроки.

Дед Лесьяр, делая вид, что не обращает на то внимания, зорко наблюдал, как его понимают и только убедившись, что ученицы поняли, переходил к следующему.

………

Старик всё-таки дожал правнучку, Миланта выбрала подходящую стиралку и даже пыталась оплатить её сама.

- Дед, ну давай я хоть за неё деньги отдам, у тебя тут откуда деньги возьмутся? А я что с собой взяла, ни копейки еще ни на что не потратила.

– Да зачем мне те твои деньги? Я старший рода и, слава Богам, могу ещё не то себе позволить, а уж моим наследницам тем более всё отойдёт!

– Ну какие наследницы?! – возмущалась тогда Лада – ты, дай Боги, ещё сто лет проживёшь, да и нас переживёшь. Вот скольких уже пережил!

– Так разве то хорошо? – тоскливо сказал он и ушел в дом.

– Ну, мать, ты даёшь! – рассердилась Ангелина – иногда ты меня удивляешь!

Лада виновато вздохнула и пошла мириться с дедом.

……

Через неделю стиралку привез мужик на санях. Он коротко кивнул, представляясь Петром и выгрузил с помощником из саней машинку. Они установили её в пристройке и через час он густым басом проговорил:

– Принимай, хозяйка, работу - мотнул он головой.

Миланта как раз готовила с Лиской обед и отозвалась:

– Да какая я хозяйка! Временная только. Деда надо звать.

– Дед так сказал - веско ответил Пётр.

– Ну хорошо, нам-то привычнее

Она с удовольствием пощелкала кнопками.

– Работает! Спасибо. Мы что-то должны? - на всякий случай она уточнила у мужчины.

Вскинув брови, отмахнулся:

– Прости, Господи, нам бы успеть рассчитаться… - не вдаваясь в подробности, он быстро попрощался, и они уехали.

Лада некоторое время смотрела задумчиво ему вслед. «Дед живёт себе в лесу, а всё что надо, вот есть, пожалуйста. И люди эти.. что-то должны как они считают.. не прост дед, как кажется»

– Ну да!

Она вздрогнула от звука знакомого хриплого голоса:

- «не прост дед!» - эффектно передразнил он.

Лесьяр стоял на крыльце, опираясь на палку, которую использовал вместо посоха.

– А ты что думала, одна умеешь слова чужие ловить?

Она смущённо улыбнулась и спросила:

– Так это у меня от вас по родовой линии передалось?

– Всё от роду нашего рода идёт и всё требует развития. Запоминайте всё, чему вас учу, когда я уйду, помянешь ещё мои слова.

– Да что вы всё: уйду да уйду! Вон ещё крепкий какой? – бодро сказала Миланта – а правда, сколько вам лет?

– Так кто же их посчитает, года-то? Давно живу… - усмехнулся он – ну пошли, что ли в дом там девоньки за стол зовут, к чаю.

Глава 7

Примолкнув, младшие слушали рассказ деда.

– Как мы сюда переселились, у нас с Марьюшей четверо сыновей уже было. Дочка, Софья, родилась тут. Бежали мы уходили от раздора, что тогда в Руси был. Это после то время называли революция, гражданская война… А тогда... брат на брата шел, всё перемешалось. Да подстрекали разные шумели, чтоб меж собой люди ссорились, воевали.

У меня уже старшим сыновьям было двадцать и восемнадцать. Вот их хотели то одни, то другие к себе в войско забрать. Они-то у нас крепкие, высокие удались… Так и ушли мы с ними в лес. А всё ж не уберегли. Сами убежали они. Молодые, горячие. Так и сгинули...

Лесьяр прикрыл глаза, вспоминая.

– Софья уже здесь родилась. Бабка твоя… сильно ты на неё похожа - он спрятал тоску, мелькнувшую в глазах – тоже ушла потом за своим в Город… уже перед самой войной. Больше мы её не видели. В сорок втором её арестовали. Люди потом говорили, шпиёной её оклеветал кто-то, лишнее проговорила, что немец до Столицы пойдёт и мильёны людей сгибнут. Её окружали большим отрядом, а она их подальше от дому, от мужа и ребёнка, уводила… Увела. Сама только не вернулась. Дед твой с малой, которой тогда только год сровнялся, уехал, скрылся и мать твою по-своему воспитал. А кровь не обманешь! Притянуло, видишь, обратно всех и притянуло.

Он грузно пошёл со двора, пробурчав:

– К вечеру приду.

Миланта мысленно костерила себя мысленно, что разбередила старые раны. Выходя за ворота, он повернулся к ней:

– Ты-то здесь причём? – и, махнув рукой, ушел в лес.

А на следующий день Василиска пропала. Точнее сбежала, тепло одевшись и забрав лыжи из сарая. Миланта засуетилась, собираясь за ней, но Лесьяр прикрикнул:

– Сама побегает и вернётся. Дури-то тоже надо выход давать.

Он разостлал на широкой лавке за печью сложенное в несколько раз одеяло и распорядился:

– Вы меня не тревожьте и не будите, пока сам не очнусь. Да не бегите следом за ней, только хуже сделаете.

С этим странным напутствием он вытянулся на лавке и прикрыл глаза. Потом ровно еле слышно задышал, замер без движения.

Миланта и Ангелина, осторожно вышли на улицу.

– Что делать будем?

– Ждать. Видела: след от её лыж по санному следу лёг. В деревню она поехала. За теми работниками. Ты что-то чуешь? – Лада серьёзно советовалась со старшей дочерью.

– Вроде, всё в порядке будет – подумав, ответила она.

– И у меня не дурных предчувствий, – согласилась мать – но хорошей трепки твоя сестрица заслужила!

– Твоя дочь её заслужила! – возмутилась Геля.

………глава 7. 2

В тот день с раннего утра Лиска, прихватив одежду, выскользнула в сени и там уже оделась. Сумку с припасами и сменной одеждой она ещё с вечера припрятала в сарае. Немного денег пришлось взять без спросу у матери, но после она отдаст. Заработает и отдаст.

Жить в бегах, конечно, не лучший вариант, но и сидеть здесь в глуши она не собиралась. Если мама и Геля не против, ради бога! А у неё свои планы на жизнь. С учебой в родном городе не сложилось, значит она поедет в Столицу, там устроится на работу, найдёт жильё, а к сентябрю заберёт документы из колледжа и будет учиться уже в столичном, заочно.

«Ничего! Прорвусь! Или я не ведьма?!» - подбадривала она себя.

Вот в чём - в чём, а в этом она нисколько не сомневалась. Силы она в себе уже почувствовала, и ей даже нравилось немного пошалить: мысленно дернуть верёвку, чтобы кто-то из одноклассников споткнулся; притянуть внимание парня, особенно если у него в подругах какая-нибудь зараза или гордячка. Правда, ей, самой Лиске учиться тому не хотелось. Ну что это за учёба: ведьмачество! Или, как там дед говорит: ведовство. Кому оно нужно? Это в современном-то мире!?

Всё что делала она сама, делала легко и спонтанно, что в голову взбрело. Надо соперницу наказать – вот у той пуговица оторвётся или лямка, в самый неподходящий момент. Или растянется, так что юбка на ушах. Кто поумнее и понаблюдательнее, уже давно с ней не связывались, за глаза называя ведьмой. А она и не отрицала, пусть боятся.

Хулиганы? Ха! В них в районе самые отъявленные разгильдяи готовы были за ней бегать, только помани. Да только на кой они ей сдались? Ей на разную мелочь размениваться не стоит. Оглядится в столице, а не понравится, вообще за границу уедет. Главное задаться целью.

Рассуждая так, Василиса вдруг заметила, что кажется она тут уже была. Она остановилась, огляделась, стараясь найти знакомые виды, но все кусты слева и справа перед ней были на одно «лицо». На белом искристом снегу красиво выделялась её фигурка в светло-оранжевой шапочке и бежевом комбинезоне с ярко-апельсиновыми вставками.

Санный след разделился на несколько поворотов, и это было странно. Она внимательно оглядывала каждый след, пытаясь понять, в какую сторону ей ехать.

- КрАарррр!!

Она вздрогнула от неожиданности. Неподалёку на берёзе сидел большой ворон. Он, не мигая, смотрел ей в глаза, вызывая легкий страх.

- Чего тебе? Корку хочешь?

Она порылась в рюкзачке и бросила на снег кусочек хлеба, как раз под то место, где сидел ворон. Он, не дёрнувшись, продолжал наблюдать за ней.

– Ну, как хочешь – и она снова повернулась к следам – ладно. Попробуем методом научного тыка.

До самого вечера она блукала по лесу, пробегая то по одному пути, то по-другому; потом возвращалась обратно и начинала всё с начала. Черная зараза, по ошибке именуемая вороном, ещё и насмешничала над ней, венчая коронным «Крааарр!!» каждую её неудачу.

Стемнело. Она упрямо не хотела возвращаться и, расчистив место под густыми кустами лещины, которую узнала по паре засохших веточек с орешками, и хотела уж было расположиться там, как вдруг из лесу послышался заунывный вой.

– Не-не-не! Мы так не договаривались! – испуганно проговорила она и, быстро собрав вещи, встала на лыжи.

Бежать обратно было гораздо быстрее и легче. Оглядываясь за спину, она видела мелькающие меж деревьями парные огоньки. Они не приближались, но и не удалялись совсем. Она прибавила ходу и скоро вылетела на знакомую поляну. На воротах сидел ворон.

- Ну что? Доволен?! – с досадой сказала она, заскакивая во двор и захлопывая воротину.

Она в бессильи откинулась на высокий забор и, поёживаясь, слушала тихое сопенье и ворчанье из щелей. Ворон громко каркнул. На крыльцо выскочили мать и Геля, освещая фонарями двор.

- Побег не удался – стараясь, чтобы её голос не дрогнул, с весёлой злостью проговорила Лиска.

– Проголодалась? Замёрзла? – спокойно уточнила Лада – пошли в дом.

Гл 7.3

…….

На другой день Миланта серьёзно поговорила с Василисой. Они расположились в большой комнате, которая была и общей столовой, и спальней Лесьяру, и кухней. Старик недавно вышел, а Ангелина что-то писала в своей тетради.

– Ты пойми, я не против того, чтобы ты стала самостоятельной, жила отдельно, решала для себя, что и как тебе делать – говорила мать и, помолчав, добавила - как бы мне это не нравилось. Сама отпущу тебя, но в своё время, не сейчас. Сейчас тебе надо спрятаться со мной подальше от Города.

– Те люди… от которых мы уходили… Это из-за них? - тихо спросила Лиска.

– Отчасти. Я сама точно не могу понять, в чём дело, кто нас преследует и почему. Но у меня предчувствие, что нам лучше сейчас остаться здесь, там опасно… вот не спрашивай меня отчего! У меня обострилось восприятие, а видимых причин нет – Лада старалась быть убедительной.

Василиса, помедлив, кивнула. Ну что ж, уже почти согласие. Осторожно продолжая, будто сапёр на минном поле, мать проговорила:

– А чтобы не терять время попусту, давай научимся тому, что нам дед предлагает, ведь тебе это интересно?.. вот скажи только честно?

– Пожалуй, да - согласно кивнула та – а где, кстати, этот старый разведчик? Что-то подозрительно исчез.

– Проспал вчера весь день за печкой на лавке; что-то приболел старый, даже к ужину не вышел.

Лиска недоверчиво хмыкнула:

– Этот старый ещё нас с тобой переживёт. Что-то меня удивляет… дед, конечно, старый, но чего вдруг он решил там проспать сутки?

– Любопытная какая, - зашёл в дом Лесьяр.

Василиска не осталась в долгу:

– Кто-то не менее любопытный подслушивал!

– Да чего там подслушивать, если вы тут орёте так громко, что весь лес слышал?! - ничуть не смущаясь, ухмыльнулся старик – ну так чего решила: опять побежишь по лесам или останешься и чему доброму хочешь обучиться?

Василиса выдержала паузу и вдруг спросила:

– Хорошо, я готова остаться, учиться на ведьму и всё такое, если ты, дед, честно ответишь: это твой ворон за мной летал?

– Какой ворон? Ты о чём? - разом спросили Геля и Миланта.

– Он знает! Вот я уверена, это твоих рук дело – погрозила она пальцем старику.

Лесьяр дробно засмеялся в бороду:

- Я не я, и лошадь не моя!

Лиска вдруг почувствовала, вот именно сейчас, в этот момент, что он родня ей и не какая-то там, а вот самая близкая, как мать или Геля. Она смущенно пыталась скрыть обнажившиеся чувства, за грубоватыми словами:

– Запел, запел! Ладно, чего там говорить, я с вами. Мы одна команда.

– Семья! – назидательно поправила мать.

– Ну, семья – она закатила глаза вверх – только чур, честно на вопросы отвечать! А то, как ни спросишь чего, никогда прямо не ответите ни ты, ни дед! Так что там с вороном? – когда хотела что-то узнать, она вцеплялась, как бультерьер.

– А будешь учиться, вот тогда и сама всё поймёшь, мой ворон или нет! Словами то трудно объяснить. Может и сама чему такому обучишься…

– Что, правда, что ли?! И у меня будет свой ворон?! - заинтересовалась Лиска.

Дед опять засмеялся:

– Эх, молодо-зелено! Всё бы чудеса да фокусы! Ну так что, учиться будешь? Обещание даёшь?

– Вот хитрый! - Лиска красиво изобразила удивление - ещё ничего не сказал толком, а с меня уже клятвы требует! Ладно, куда ж я денусь с подводной лодки, буду учиться на ведьму. То есть на эту… волховку.

Миланта затихла. Лесьяр и правда производил на неё впечатление старого лиса; вроде бы и не скажет толком ничего, и не сделает, а повернет всё по-своему. Даже Лиска, самая упрямая и непредсказуемая часть их семейства, уже готова была выполнять его распоряжения.

- Ну что же, - подвела итог Лада - Мы готовы. И начинаем учиться.

Лесьяр уточнил:

– Продолжаем.

Глава 8

Они быстро поняли, то, что было поначалу, это была только подготовка, разминка; теперь волхв по-настоящему взялся за них, к удивлению Лады и Гели. Василиса же только насмешничала, энергичнее всех, с тем же напором, с которым она отбивалась от обучения, ещё с большим упорством она взялась за него.

Лесьяр, кроме обычных занятий с рассказами и записями рецептов, обучал их старинным словам силы, агмам, и составлению из них действенных заговоров, стал обучать их контролю над разумом, привычками и, когда потеплело, добавил тренировки на воздухе. Причём, если обеих сестёр он гонял по полной, то Миланте он давал больше поблажек. Наконец, Лиска не выдержала:

– А что, мать у нас слишком пожилая вдруг стала? - говорила она, пробежав вокруг озера – пока мы тут огромный круг бежим, мучаемся, ей опять только по поляне круги наворачивать? – бухтела она, согнувшись вперёд, поставив руки ладонями на колени.

– Ну, вот так положено - Лесьяр только усмехался.

Ангелина мазнув взглядом в сторону матери, тоже улыбнулась, глядя в сторону. Василиса замедленно поворачивала голову, осматривая таинственно помалкивающее семейство.

– Так нечестно, - нахмурив брови, сказала она - вы что-то от меня скрываете!

- н – Не хочешь оставаться несведующей? Так сама прочувствуй – дразнил волхв – неприятно, что тебя считают за ребёнка? Давай, поколдуй, как сама говоришь - она прикрыла глаза, сосредоточилась… - и задавай вопрос…

– Что происходит?! - широко распахнув глаза, тихо прошептала мать.

– Ты что, беременна? – не отвечая, спросила Василиса.

Эта мысль искрой вспыхнула в её сознании, едва она сформулировала вопрос. Не до конца доверяя себе, она снова повторила:

– Ты что, ребёнка ждёшь?

Мать изумилась:

– С чего ты взяла? Нет - негромко сказала она и задумалась.

Дед уже едва не в голос хохотал. Геля тоже посмеивалась, отворачиваясь в сторону. Миланта сосредоточенно смотрела на них и мотала головой:

– Нет, - снова повторяла она - не может быть…

– Ну, ты мать, даёшь! – ошарашенно повторяла Лиска.

Только тогда Миланта вдруг осмелилась допустить эту мысль, задать себе вопрос, который отгоняла уже на протяжении нескольких недель. «Да, недель… - думала она - ведь эта задержка… это … слишком рано, чтобы кто-то мог заметить… не может такого быть, чтоб они раньше меня поняли… или может?»

Вихрем промчались в её голове все те умные мысли, которые она не желала принимать всерьёз; вспомнила те состояния лёгкой тошноты по утрам, усталость от показавшимися ей чрезмерными нагрузок, которыми старый лис явно не перегружал её, в отличии от дочерей. Всё разом сложились в картинку, которую Лада до сих пор не осознала или не хотела осознавать. Просто не допускала такую мысль.

«У меня будет ребёнок?..»

«От Алекса» - вдруг тёплой волной охватило всю её.

Ноги у неё подкосились, и она уселась прямо на бревно, которое лежало неподалеку.

Надувшая было губы Лиска вдруг посветлела лицом:

– Ма, так мы с тобой вместе ничего не знали? Забавно!

– Ну вот бывает…

Не зная то ли плакать, то ли смеяться, ответила Миланта. Голова её кружилась, она ощутила себя слабой и зависимой от помощи тех, кто рядом. Мысли вихрем носились в её голове: «…надо бы вернутся в город… за ребёнком же врачи должны смотреть?.. - размышляла она, не замечая, что говорит вслух - как теперь жить-то? как она будет бегать по лесам с пузом, что лезет на нос?.. а Алекс? Ему наверное тоже надо будет сказать?..» -

- Не торопись - ласково проговорил Лесьяр – успокойся, да всё обдумай. Зачем тебе в город сейчас ехать? Там опасность бродит, не знамо, когда стрельнет; и не подходит городская грязь для дитя леса. Девчонка боевая, конечно, растёт в тебе. Но сильно не будет беспокоить, дайте Боги! Чурам, предкам обратимся, да поспрашиваем силы. Помогут небось, продолжению рода. Остальное сами осилим. Да спроси же себя сама – вдруг осерчал он - всё будет хорошо.

В тот же момент Лада поняла, что всё будет как надо. Всё будет хорошо.

.......

Первый месяц лета согревает своим теплом леса и поляны Еленских лесов; природа буйно радовалась, отращивая новые ветки на деревьях, взращивая птенцов в гнёздах, стараясь успеть за короткий сезон.

Народ тоже радовался лету, которое быстро начиналось и ещё быстрее заканчивалось, а потому выползал из городов, стремясь к солнечным ваннам у рек, озёр и прочих водоёмов.

Кто-то улетел в Турцию или более модные туристические направления; кто-то переезжал на в пригород, на дачу; а такие любители российских красот как семьи Вихревых и Тополевых, кстати, связанные между собой узами родства: матери в них приходились друг другу кажется, четвероюродными сёстрами; и, как обычно в июне, они отправлялись в леса родного края. Каждый раз на новое место.

Вот и в этом году, собрав мужей, детей, палатки и даже кошек, они облюбовали очередное красивое местечко на берегу симпатичного озера, одного из множества голубых пятен на карте, окружённого невысокими горами в густым смешанным лесом.

Места и правда оказались красивыми и малохожеными, несмотря на то что располагались всего в паре сотен километров от большого Города.

Они приехали на двух машинах и нашли сухую удобную поляну на холме, с которого открывались прекрасные виды на озеро и расположились дружным табором в 4х палатках.

Вера и Любонька, сколько-там-юродные сестры, даже скорее подруги, очаровательные шатенки в модных купальниках, расположились в шезлонгах, под зонтом, с самодельными коктейлями в руках. Щедро намазавшись солнцезащитным кремом, они поглядывали на мир сквозь флэт-топперы с тёмными стёклами и рассуждали на тему: как здорово отдыхать в родных заповедных лесах и какие глупцы те, которые тратят бешеные деньги, уезжая в далёкие края к заграничным тёплым берегам.

Одна и другая со своими семьями побывали на тех морях, но вернувшись и обсудив все достоинства и недостатки модных курортов, пришли к единому мнению, что дома лучше и теперь вот уже 7 лет взяли за правило в июне все вместе выезжать на недельку за город, а еще лучше по краю. Они находил для этого сначала на карте, а потом на местности красивые уютные места и там потом жили по нескольку дней. На этот раз родственники настроились пожить в лесу не меньше недели.

Их мужья рыбачили на озере с самого утра и ещё не возвращались со своим уловом. С ними тусовался и пацан лет десяти, Миша, младший сын Любы. Солнце стремилось к полуденной высоте, и добытчики скоро должны были вернуться.

Бабушка, её мать, и трое девочек от одиннадцати до пятнадцати, две из них Верины, а третья Любина, молодое инициативное поколение обеих семей, хлопотали у костра, радуясь нехитрым шашлычкам из колбасок.

– Наши рыбачки, кажется, возвращаются - проговорила Любаня.

Вера повернула голову:

– Ты смотри-ка, ещё и поймали чего-то…

– А с кем они там интересно идут? Что за лесные красотки тут объявились? Смотри-ка, в лесу народ какими толпами ходит. Кто это?

– Да местные, наверное, деревенские. Вон видишь, в платках и юбках длинных.

С ёмкими корзинками и длинными палками в руках на поляну вместе с их мужьями вышли благообразный сухонький старичок три девицы. Одна постарше, полноватая, а две совсем юные, наверное, на несколько лет старше их дочек.

Гл 8.3

– Мама, мама, смотри! Мы настоящего волшебника нашли - подпрыгивал от возбуждения бежавший впереди всех пацан лет десяти, Мишка, младший сын Любани.

Влад, её муж и Виктор, муж Веры смущенно поглядывали на жён, но не торопились его опровергать. Она растянула рот в приветливой улыбке, цепко оглядывая всех гостей; Влад пожал плечами за спиной Мишки, выражая своё несогласие с его выдумками, но за спинами гостей он бросал на них изучающие взгляды.

– Здравствуйте, люди добрые, - неожиданно звучно сказал старик.

Среднего роста с длинными белыми волосами и бородой, неожиданно яркими голубовато -серыми глазами, видневшимися из-под косматых белых бровей, он внимательно разглядывал всех по очереди.

Вера и Люба вдруг испытали дискомфорт в своих бикини, и топтались на месте, возле шезлонгов, не решаясь ни развалиться обратно, ни уйти переодеться.

– Мама - дёргал её Влад - я тебе точно говорю это настоящий-настоящий волшебник!

– Дед Лесьяр! -мальчишка подскочил к нему обратно, схватив старика за руку - ну покажите… ну докажите ей что вы настоящий волшебник!

Тот засмеялся в бороду:

– Волшебник, не волшебник, а кое-что могу…

– Да! Птичек покажите! Ну, пожалуйста!! - кричал Мишка.

– Тише, ты всех птиц так распугаешь!

Он горячо зашептал:

– Покажите, как они вас слушаются и прилетают прямо в руку!

– Ну что ж, попробуем; только они любят слушать тишину и наслаждаться покоем – он наставительно поднял палец.

– А ты шум поднял! – подхватила Вера, с укором взглянув на племянника - ты пожалуй, сам распугал всех птиц в округе и никто теперь не прилетит.

Она из благих побуждений пыталась отвлечь парня, чтоб не ожидал чего-то сверхъестественного. Раньше, как она предположила, что-то случайно могло получиться.

– Ничего я не распугал, - запальчиво ответил Миша и умоляюще посмотрел на старика.

Тот усмехнулся.

– Ладно, только стойте тихо.

Он отошёл к краю поляны и вдруг оттуда, где он стоял, послышались красивые переливчатые трели. Оба семейства и пришлые тихо замерли на поляне, наблюдая как с ближайших деревьев одна за другой кругами стали слетать птички и рассаживаться вокруг; кто на веточки совсем близко от старика, другие на траву, на камушек у его ног. Он медленно поднял руку. Серая с жёлтым пузиком птичка, цвиркнув, расположилось на его пальцах, поворачивая свою головку в разные стороны, с любопытством оглядывая поляну с людьми.

– Вот! Ты видела?! Ты видишь?!! – возбужденно и гордо шептал мальчишка, как будто это он сам сделал.

И правда, произошедшее казалось чудом горожанкам в четвёртом поколении.

– А вы местные? Тут рядом какие деревни? – спохватившись, любезно отозвалась Любаня, обращаясь к девушкам.

Первый месяц лета согревает своим теплом леса и поляны Еленских лесов; природа буйно радовалась, отращивая новые ветки на деревьях, взращивая птенцов в гнёздах, стараясь успеть за короткий сезон.

Народ тоже радовался лету, которое быстро начиналось и ещё быстрее заканчивалось, а потому выползал из городов, стремясь к солнечным ваннам у рек, озёр и прочих водоёмов.

Кто-то улетел в Турцию или более модные туристические направления; кто-то переезжал на в пригород, на дачу; а такие любители российских красот как семьи Вихревых и Тополевых, кстати, связанные между собой узами родства: матери в них приходились друг другу кажется, четвероюродными сёстрами; и, как обычно в июне, они отправлялись в леса родного края. Каждый раз на новое место.

Вот и в этом году, собрав мужей, детей, палатки и даже кошек, они облюбовали очередное красивое местечко на берегу симпатичного озера, одного из множества голубых пятен на карте, окружённого невысокими горами в густым смешанным лесом.

Места и правда оказались красивыми и малохожеными, несмотря на то что располагались всего в паре сотен километров от большого Города.

Они приехали на двух машинах и нашли сухую удобную поляну на холме, с которого открывались прекрасные виды на озеро и расположились дружным табором в 4х палатках.

Вера и Любонька, сколько-там-юродные сестры, даже скорее подруги, очаровательные шатенки в модных купальниках, расположились в шезлонгах, под зонтом, с самодельными коктейлями в руках. Щедро намазавшись солнцезащитным кремом, они поглядывали на мир сквозь флэт-топперы с тёмными стёклами и рассуждали на тему: как здорово отдыхать в родных заповедных лесах и какие глупцы те, которые тратят бешеные деньги, уезжая в далёкие края к заграничным тёплым берегам.

Одна и другая со своими семьями побывали на тех морях, но вернувшись и обсудив все достоинства и недостатки модных курортов, пришли к единому мнению, что дома лучше и теперь вот уже 7 лет взяли за правило в июне все вместе выезжать на недельку за город, а еще лучше по краю. Они находил для этого сначала на карте, а потом на местности красивые уютные места и там потом жили по нескольку дней. На этот раз родственники настроились пожить в лесу не меньше недели.

Их мужья рыбачили на озере с самого утра и ещё не возвращались со своим уловом. С ними тусовался и пацан лет десяти, Миша, младший сын Любы. Солнце стремилось к полуденной высоте, и добытчики скоро должны были вернуться.

Бабушка, её мать, и трое девочек от одиннадцати до пятнадцати, две из них Верины, а третья Любина, молодое инициативное поколение обеих семей, хлопотали у костра, радуясь нехитрым шашлычкам из колбасок.

– Наши рыбачки, кажется, возвращаются - проговорила Любаня.

Вера повернула голову:

– Ты смотри-ка, ещё и поймали чего-то…

– А с кем они там интересно идут? Что за лесные красотки тут объявились? Смотри-ка, в лесу народ какими толпами ходит. Кто это?

– Да местные, наверное, деревенские. Вон видишь, в платках и юбках длинных.

С ёмкими корзинками и длинными палками в руках на поляну вместе с их мужьями вышли благообразный сухонький старичок три девицы. Одна постарше, полноватая, а две совсем юные, наверное, на несколько лет старше их дочек.

Гл 8.3

– Мама, мама, смотри! Мы настоящего волшебника нашли - подпрыгивал от возбуждения бежавший впереди всех пацан лет десяти, Мишка, младший сын Любани.

Влад, её муж и Виктор, муж Веры смущенно поглядывали на жён, но не торопились его опровергать. Она растянула рот в приветливой улыбке, цепко оглядывая всех гостей; Влад пожал плечами за спиной Мишки, выражая своё несогласие с его выдумками, но за спинами гостей он бросал на них изучающие взгляды.

– Здравствуйте, люди добрые, - неожиданно звучно сказал старик.

Среднего роста с длинными белыми волосами и бородой, неожиданно яркими голубовато -серыми глазами, видневшимися из-под косматых белых бровей, он внимательно разглядывал всех по очереди.

Вера и Люба вдруг испытали дискомфорт в своих бикини, и топтались на месте, возле шезлонгов, не решаясь ни развалиться обратно, ни уйти переодеться.

– Мама - дёргал её Влад - я тебе точно говорю это настоящий-настоящий волшебник!

– Дед Лесьяр! -мальчишка подскочил к нему обратно, схватив старика за руку - ну покажите… ну докажите ей что вы настоящий волшебник!

Тот засмеялся в бороду:

– Волшебник, не волшебник, а кое-что могу…

– Да! Птичек покажите! Ну, пожалуйста!! - кричал Мишка.

– Тише, ты всех птиц так распугаешь!

Он горячо зашептал:

– Покажите, как они вас слушаются и прилетают прямо в руку!

– Ну что ж, попробуем; только они любят слушать тишину и наслаждаться покоем – он наставительно поднял палец.

– А ты шум поднял! – подхватила Вера, с укором взглянув на племянника - ты пожалуй, сам распугал всех птиц в округе и никто теперь не прилетит.

Она из благих побуждений пыталась отвлечь парня, чтоб не ожидал чего-то сверхъестественного. Раньше, как она предположила, что-то случайно могло получиться.

– Ничего я не распугал, - запальчиво ответил Миша и умоляюще посмотрел на старика.

Тот усмехнулся.

– Ладно, только стойте тихо.

Он отошёл к краю поляны и вдруг оттуда, где он стоял, послышались красивые переливчатые трели. Оба семейства и пришлые тихо замерли на поляне, наблюдая как с ближайших деревьев одна за другой кругами стали слетать птички и рассаживаться вокруг; кто на веточки совсем близко от старика, другие на траву, на камушек у его ног. Он медленно поднял руку. Серая с жёлтым пузиком птичка, цвиркнув, расположилось на его пальцах, поворачивая свою головку в разные стороны, с любопытством оглядывая поляну с людьми.

– Вот! Ты видела?! Ты видишь?!! – возбужденно и гордо шептал мальчишка, как будто это он сам сделал.

И правда, произошедшее казалось чудом горожанкам в четвёртом поколении.

– А вы местные? Тут рядом какие деревни? – спохватившись, любезно отозвалась Любаня, обращаясь к девушкам.

Глава 9

– А что у вас корзинках? - Виолетта подскочила к девушкам, с любопытством поглядывая на их плетёные короба - грибы или ягоды?

– Виолетта - холодно сказала бабушка - Не приставай к людям, ну ты-то старше, ты же девочка, веди себя скромно. Люба, люди торопятся к себе в деревню, а вы навязываетесь.

Она строго посмотрела на свою дочь, мать Виолетты и Миши, потом так же на старшую из пришлых, взглядом выражая всё мнение по поводу случайных знакомств. Впрочем, на ту её взоры не произвели должного впечатления. Лада, спокойно и отстранённо наблюдавшая всю эту семейную суету, не поддержала её:

– Мы не торопимся и с удовольствием примем ваше приглашение.

Неожиданно оказавшись в меньшинстве, она огляделась в поисках союзников и пришла в замешательство, не найдя поддержки. Лесьяр только посмеивался в бороду, а мужья горожанок ретировались по секретному заданию. Поняв знаки, что подавала Вера, они принесли обеим парео, которое они накрутили на манер сарафанов. Наконец, почувствовав себя более уверенно, Любанька взяла на себя роль гостеприимной хозяйки:

– Мам, ну чего ты? Давайте пообедаем, все проголодались. Познакомимся. Расскажите, что в вашей местности интересного можно посмотреть, дедушка Лесьяр?

– Тётя Марина, ну чего вы? Люди, наверное, давно ходят по лесу, с корзинами тяжело – поддержала её Вера, заметив, как те перебирают в руках короба - давай поставьте, ну вот хотя бы там на песочке, в тени дерева.

- Сколько тебе повторять: Мария, а не Марина! – с досадой напустилась она на племянницу и гордо села в сторонке.

Девушки, как по команде глянув на Лесьяра, выставили свои корзины рядком и доброжелательно улыбались, позволяя подросткам себя рассматривать, точнее свои оберёги на запястьях и на шеях.

– Так что там, грибы или ягоды? - допытывалась одиннадцатилетняя Виолетка.

– Травы. Грибы и ягоды позже будут.

– А как тебя звать?

Самая младшая девушка откликнулась Виолетте:

– Василиса.

- Ой, как красиво «Василиса»! Как в сказке! - восхитилась девчонка – а я Виолетта, это Лена и Тася – показала она на двоих дочек Веры, погодок пятнадцати и шестнадцати лет.

Cтаршая женщина семейства чувствовала себя хозяйкой до сих пор, и сейчас была не очень довольна тем, что молодёжь, каковой она читала собственную дочь с племянницей и их мужей и тем более дети, её внуки, мало того, что привели незнамо кого, так ещё и привечают их, не слушая собственную мать.

Она, насупившись, расположилась в шезлонге в стороне и делала вид что её совсем не интересуют их разговорам за столом. Вера насмешливо пожала плечами, а Любанька снова предложила:

– Мам, давай с нами обедать.

– Нет я буду позже - сердито бросила Мария Николаевна.

– Так что за травы в вашей местности собирают? И почему так много, лето же только началось, они ещё долго будут расти – заинтересовалась Вера.

Лесьяр глянул на своих учениц; Ангелина, кивнув ему, подробно стала рассказывать какие травы хорошо собирать в июне и как они действуют на здоровье, когда их собирать.

– Мы их утром собирали, едва солнце взошло, по росе - пояснял она

– Как интересно! - с энтузиазмом отозвалась Люба - а я, знаете ли, тоже травами увлекаюсь, у меня и грядки с аптечными растениями на даче есть.

– Нисколько не удивлена - протянула Лада.

Люба затолкала вопрос, вертящийся на кончике языка, и продолжала расспросы:

– А зачем так много? Можно ведь позже, в июле, например, ещё насобирать.

– Сейчас купальская ночь, самая короткая в году, самое подходящее время и в ближайшие дни тоже. Только успевай собирать, да правильно суши.

Женщины благожелательно проговорили весь обед, чувствуя, как будто они давно знакомы.

– Ну что ж - приподнялся Лесьяр, - благодарим за обед, пожалуй нам пора; ещё обратная дорога, отдохнуть до вечера. Спать-то ночью не будем, дела много.

– А что вы ночью делать будете? - глаза Таисьи, старшей из девушек, непроизвольно распахнулись, - колдовать? Раз купальская ночь. Я слышала о таком.

Лесьяр рассмеялся:

– Нашла колдунов! Не колдовать, а силы собирать. В эту ночь много силы разливаться кругом будет; и у травы, и у заговоров. Обереги укреплять можно

– Так настоящие колдуны делают! - наседала Тася.

– Запомни, детка, не колдун, волхв.

Взрослые снисходительно посматривали, как дети с дедом обсуждали чудеса.

– А они ваши помощницы? – кивнул серьёзно Мишка.

– Ученицы и правнучки. Мы же одна семья.

– Вот вам повезло! - прошептала самая молчаливая из сестёр, Лена - я тоже очень-очень так хочу научиться!

– Это в тебе кровь говорит - ласково произнёс Лесьяр - знать у тебя были веды в роду.

– Что правда?! - девчонки разом с легкой завистью посмотрели на расплывшуюся в улыбке сестру.

- Ну я-то видящий, хорошо то вижу - говорил дед.

Лучики морщин разбегались у его глаз и губ, вызывая у всех тепло на душе и желание подольше сохранить это

– А я?

– А я?!...

– Хватит детям головы дурить! – рявкнула Мария Николаевна, подойдя ближе – вы там собирались идти уже, вам ещё купальскую ночь не спать, вот и идите!

– Мама!

– Бабушка!

– Эх, Машка, Николаевна! Совсем закрылась, не чуешь берегов. А скажи мне на милость, что ж ты родню-то не признаёшь? Твой отец Николай Степанович?! А деда как звали?!.. Не отводи взгляд! Ты сердце и разум открой. Сила есть, вот и пользуйся ею – его голос был суров и звучен.

Мария Николаевна ошеломлённо смотрела на него, не в силах отвести взгляда и тихо бормотала:

– Степан… Лесьярович… но этого не может быть!! Это невозможно… столько не живут... – она металась взглядом, ища поддержки у своих младших родственников.

Те затихли, пытаясь осознать сказанное.

– Ураа! Дед Лесьяр – мой дед!! – завопел Мишка, уловив главное.

Он бросился к нему и обхватил за бока:

– И мы пойдем ночью волшебство собирать!!

– Скорее прапрадед?.. или?.. – осторожно проговорила Люба, по-новому оглядывая новоявленных родственников.

Девушки спокойно и прямо встречали удивлённые, заинтересованные и недоверчивые взгляды, Веры, самой Любы, их мужей; но что-то изнутри, то что не раз уже помогало в жизни каждой из правнучек волхва, та сила, которую не обсуждали, но которой пользовались иногда, горячо и однозначно подталкивала их к родичам.

Немного поколебавшись, она решилась предложить:

– А давайте мы тоже будем траву ночью собирать? Купальская ночь, праздник же, вот его вместе и проведём, познакомимся.

- Точно! - вдруг загорелась Любонька дочь

- Ну это еще чего выдумали! Родственники родственниками, только зачем ночь не спать, вы ещё через костёр начните прыгать! - строго сказала старшая, цербером поглядывая на компанию новых родичей.

– Дааа! Урааа!! Мы будем через костёр прыгать!! Закричали дети.

- Люба, кто тебя за язык тянет? – упрекала мать - вот ещё выдумали: костры!.. по ночам по лесу бегать, подол задравши, да ещё с детьми!

- Детей папы присмотрят. Мы же рядом будем.

Вера и Любанька деловито обсуждали варианты предстоящей ночи. Миланта поясняла как лучше сделать. Лесьяр только тихо посмеивался, слушая женские разговоры, Верин и Любин мужья тоже только посмеивались, занимаясь уловом и вполуха слушая россказни старика детям. Они уже плотно пообедали и благодушно взирали на привычный чуть суетливый бардак, что стоял кругом.

– А что, - проговорил Лесьяр - если и правда решитесь, могу вам настоящую купальскую ночь устроить и травы будем собирать, и папоротник поищем, и очистимся огнём. По началу я вас приглашаю в баньку. После полуночи можно и в озере окунуться.

– Вот это да! Вот это Приключение! Никогда ещё такого не было!! – взвизгивали девчонки, забыв о своём подростковом возрасте, едва ли не прыгая между родителями, как Мишка.

Те и сами уже готовы были окунуться в сказку, в которую их вдруг выдернуло из обычного и размеренного отдыха. Гулять так гулять! Вера и Люба переглянулись и предвкушении растянули рты в улыбках.

– Да мы, пожалуй, «За».

Ответом был дружный восторженный вопль детей.

– Ну так идёмте за нами, тут недалече, минут пять, ежели со мной.

Женщины пытались понять смысл его фразы.

– А без вас?..

– Долго плутать будете – дробно хохотнул он.

Мишка, обгоняя сестёр помчался собираться. Терпеливо вздохнув, привычные ко многому мужья тоже поскидывали в свои рюкзаки самые необходимые вещи и теперь озабоченно ходили вокруг машин.

- А проехать поближе там можно? – уточнил Виктор – всё же лес. Надо забрать вещи и палатки.

– Я останусь сторожить, ночь дана, чтобы спать - обидчиво поджала губы Мария – вам и без меня весело.

Влад критически посмотрел на тёщу, но как он знал из прошлого опыта, с ней лучше не спорить. Та ещё. Вв.. волховка.

– В такую глушь забрались, какие тут ещё могут быть посторонние? - заговорил Лесьяр - я защиту поставлю, никто не тронет.

Мужики с сомнением переглянулись, ранее решив между собой по очереди возвращаться и сторожить, но благоразумно промолчали.

– Чужие тут, конечно, не ходят, не пройдут просто - размеренно продолжал Лесьяр - только свои.

– Дед, идём! Все собрались! – если б у Михи был хвостик, он бы сейчас подрагивал от нетерпения.

– Да не все – успокаивающе погладил его по голове старик.

Он повернулся в сторону, где виднелась едва заметная колея, по которой они приехали, петляя между деревьями.

– А вот теперь, кажется, все - пристально вглядывался он между деревьев.

Остальные тоже замерли, прислушиваясь к нарастающему шуму мотора. Завывая, на поляну выполз огромный тёмный внедорожник. Мужчины на всякий случай вышли чуть вперёд, оттеснив женщин и детей. Лесьяр махнул им успокаивающе.

Спустя некоторое время тревожного ожидания, из джипа вышла одетая в роскошный летний костюм дама, сразу провалившись тонкими каблуками в лиственный ковёр. Она брезгливо потрясла одной, другой ногой, но напрасно; листья нанизавшись как чеки на железный стержень, не желали стряхиваться с её обуви. Наконец, оторвавшись от своего увлекательного занятия, она оглядела молчаливую толпу и протянула с некоторой небрежностью:

– Послушайте, уважаемые, вы не подскажете ли как выбраться из этой глуши? Что-то мы с дочерью заблудились. Подскажите, где нам найти дорогу на трассу?

– А может и не заблудились. Смотря что вы ищите, что хотите найти на самом деле - отозвался Лесьяр, махнув рукой остальным, чтобы помалкивали.

Вера неожиданно для себя, впрочем, так же, как и Люба, их мужья и даже дети почувствовали, что не могут говорить ни слова.

– Мы заблудились и хотим выбраться из леса.

– Как зовут-то тебя красавица? - не слушая её, наклонив по птичьи голову на бок, спросил Лесьяр.

Виталина опешила от недоумения и вдруг проговорила своё имя, сама не ожидая от себя.

– А дочка?

– Агния - также ошарашенно отозвалась женщина.

– Ну что ж, родственницы, вот и познакомились – развёл руками Лесьяр – я ваш общий родич, старший рода, Лесьяр.

Он глянул медленно по кругу, притянув со всех сторон вопросительные, недоверчивые и радостные взгляды детей и взрослых.

– Кому прадед, кому прапрадед - весело подмигнул он Мишке - Васька переобуйся этих красоток. Извиняйте, кроссовок нету, а лапотки сам сплёл. Ну так они по-всякому лучше ваших шпилек-то будут, ну а носочки, носочки-то у нас найдутся – приговаривал он.

Всё ещё пребывая в шоке Виталина то взмахивая руками, пыталась что-то сказать, то оглядывалась на машину, где мелькала в салоне с затемнёнными стеклами фигурка девушки. Из машины решительно вышла девушка лет восемнадцати, в рваных джинсах, толстовке и кроссах. Светло-русая, плотная, с решительным выражением лица, она разительно отличалась от матери:

– Ну что я тебе говорила? Не зря здесь колесим.

Та как будто сдулась, даже её выражение лица из утончённо-брезгливого стало проще, и тогда остро выделился взгляд, умный и оценивающий.

– Ну что, тогда давайте ваши лапти - всё ещё с озадаченным выражением лица проговорила она.

.......

Так сошлись родичи сразу трёх веток. Сначала они с недоверием слушали Лесьяра, а потом всё больше сопоставляя факты своих биографий, удивляясь, что не встретились раньше да радуясь неожиданному знакомству.

Оказалось, что что Мария Николаевна была дочерью третьего сына Лесьяра, Григория и приходилось самому Лесьяру внучкой.

Вера и Любанька больше говорили меж собой.

– Как же так? Мы столько лет дружим и до сих пор не выяснили подробнее о своих корнях - всё сокрушалась Любанька она понизила голос, оглянувшись на старика - общий предок у нас ещё живой, а мы впервые о том узнаём.

- Поговорили и будет, остальное всё потом – проговорил Лесьяр зычно - дело к вечеру, собирайтесь, я же вас в гости пригласил не просто так: купальская ночь нынче.

Выставив свой джип поудобнее, в ряд с машинами новоявленных родственников, Виталина всё ещё держалась немного отстранено; её дочь в отличие от неё сразу по-свойски познакомилась с младшим поколением и о чём-то возбуждённо переговаривалась с Лизой старшей Вериной дочкой.

- Ну что, красавицы мои – женщины, притихнув, оглянулись на Лесьяра – идёмте за мной рядочком, не отставать и с тропы не сходить.

Виктор и Влад встревоженно оглядывались то на технику и палатки, то на свои семьи.

– Да и вы тоже пойдёмте со всеми. Не бойтесь за машины. Я же сказал: поставил защиту, отвод глаз.

Скептики и реалисты до мозга костей, они вдруг поверили ему на слово и молча набрав побольше еды в рюкзаки, замкнули колонну.

Глава 10

Над озером разносили нежные девичьи голоса.

Ой, мала купальская ночка, Арелье, ладо! Не спи - проспи, моя дочка, Арелье, ладо! Иди на горушку гулять, Арелье, ладо! Мать-зарю величать, Арелье-ладо! Красно солнышко встречать, Арелье, ладо!

Между деревьев виднелось поле, на котором взвивалось пламя костра и мелькали женские фигуры с распущенными волосами в светлых сорочках с пышными венками на головах.

– Ну вот - бубнил Мишка, сидя на бревне в накинутой отцом куртке на плечах - почему им можно, а мне нет?

– Тебе же сказали, - в который раз повторил отец - что сейчас нельзя. Когда можно будет, позовут.

Песня набирала обороты, становилась мощнее, громче. Озером ловило отблески костра, что разгорался ярче и ярче. Мужчины заворожено издали наблюдали за хороводом, который двигался всё ритмичнее вокруг пламени; женские фигуры кружились вместе с движущимся в высоту искрами. Они после, медленно догорая, рассыпались на песчаный берег. Что-то волшебное, колдовское разливалось в воздухе. Волховки как будто без сил присели вокруг костра прямо на землю. Он уже не рвался вверх, а смирно трепетал, окружённый ими. Ночная тишь охватывала лес туманом, тянувшимся с озера; но поляна еще была прозрачна до самых звёзд.

Сквозь рощицу как стайка белокрылых птиц скользнули девчонки, издали маня взмахами рук. Решившись, Влад и Виктор пошли туда, раз зовут только. Мишка радостно рванул вперёд.

Лесьяр сидел поодаль на пенёчке.

– Пришли? Сейчас траву пойдём искать - слабым голосом проговорил он и отозвался на незаданный вопрос - я уж без ног совсем, умотали девки - махнул он рукой, силясь улыбнуться.

Женщины одна за другой поднимались. Виктор с трудом узнал свою жену; помолодевшая с яркими блестящими глазами она даже как-то двигаться стала иначе, с мягкой кошачьей грацией. Когда он приблизился, она молча взяла его за руку, улыбнулась, блеснув в отблесках костра зубами и потянула его в лес, за собой.

Любанька, отыскав взглядом своего, схватила его за руку, и они побежали в другую сторону. Остальные волховки придержались, давая парам отойти подальше.

– Эх, силушки во мне немеряно – потянулась Виталина, закинув руки за голову - мужичка бы мне… ну да ладно, на нет и суда нет.

– Не горюй, нет его рядом, значит не твоё было, как встретишь того, кто нужен, так и сразу он к тебе притянется, теперь не пропустит - убежденно сказал Лесьяр – все готовы? Идите, ищите в лесу траву. Папоротника цвет. Авось кому повезёт.

– Так его ж не бывает? – усомнилась Мария.

– Для кого-то не бывает, а кому-то повезёт – строго напутствовал он.

……10.2

Волховки разбежались по лесу, стараясь выбрать те направления, что были подальше от любовных пар. Миланта неторопливо брела среди деревьев. Мысли неторопливо текли, слегка касаясь её сознания.

С некоторых пор жизнь её закрутилась огненным колесом запущенным с горы, совсем как то, которое они запускали недавно. Она едва успевала направлять его туда, как ей казалось правильным. Когда они с ним во главе, все одиннадцать его потомков, включая Виалетку, собрались у своего ведовского костра, Лесьяр сказал, что на самом деле их двенадцать, а он тринадцатый. Был бы, но надо вовремя уровнять число инициированных. Иначе будет перекос и волхвы переродятся в ведьм. Когда появится маленькая волховка, он уйдёт.

Она уже на подходе, в сентябре нужно будет собрать круг, чтобы помочь ей появиться и принять силу.

– Миланта сильна в волошбе, заговоры и воздействия у неё, похоже, лучше всех из вас получаются, а новая будет сильнее - говорил он – ищите папоротник. Тогда будет ясно.

От этих слов ей стало немного страшно, голова кружилась то ли от дыма костра, то ли оттого, что она узнала. Некоторое время она шла по лесу одна, все где-то затерялись. Лада отстранено думала о том, как зыбко всё в этом мире; обычная жизнь, привычно катившаяся по налаженной колее, может вдруг резко повернуть совсем в другую сторону; то, что казалось незыблемым может разрушиться или желанное стать безликим и пустым.

А кто-то гонится за деньгами, кто-то за властью; другие кто что-то понял ищут и не может найти любви. Полной и безусловной. К себе. Всё не то и все не те. Вдруг оказывается, что любовь, которую так хотят, требуют, совсем не она, а просто её сестра-близнец, выдумка, мираж, и она тоже исчезнет, когда столкнётся с самой настоящей не накрашенной действительностью. И что остаётся в сухом остатке? Всё когда-то уйдёт. Как пришло.

Единственный смысл появляется только тогда, когда помогаешь кому-то прийти в реальность, чтобы кто-то мог найти этот мир и выжить в нём, пока растёт и развивается. Получает новый опыт и учится управлять силой.

Малышка резко повернулась в её животе и Миланта, поморщившись, остановилась. Она обхватила его руками, успокаивая непоседу.

– Тише, тише, моя девочка, я помогу тебе. Я люблю тебя…

Движение притихло.

– И что смогу, дам, чем смогу помогу в ведовстве и вообще…

Пинок под рёбра заставил мать зашипеть от боли.

– Что тебе не так?! – возмутилась она.

Неожиданно перед её мысленным взором возник Алекс. Как она его запомнила на вокзале. Серьёзный и сосредоточенный, безотрывно глядевший на неё.

– Папа тоже тебя полюбит… когда узнает о тебе – неуверенно добавила она.

Живот заходил ходуном.

– Ладно, ладно! Обещаю, я сразу ему расскажу, как только увижу… - пинок – я сразу его найду и вас познакомлю! Только будь хорошей девочкой угомонись! А?! Дай мне сосредоточиться.

Она постояла ещё с минуту, наполняясь спокойствием и благостью. Все чувства её обострились, и лес, казавшийся обычным, медленно осветился новыми полупрозрачными красками. Они радужно переливались, подчёркивая форму деревьев, травы и кустов.

Лада как завороженная медленно двигалась дальше, озираясь по сторонам, когда краем взгляда цепляла особенно яркие вспышки. Вот впереди появилась одна из таких. Золотисто-розовая, с крохотной искрой в центре.

…….

ГЛАВА 10.3

Миланта пробиралась по лесу обходя заросли деревьев и кустов, не выпуская из виду огонёк. В мыслях её явственно звучали слова Лесьяра:

– Цветок папоротника – символ чистого духа. Он способен исцелять человека. Перунов Цвет также пробуждает в человеке скрытую силу. Папоротник – древний символ, который способен служить людям, помогая им, оберегает тело, усиливает волю и духовную силу. Цветок означает силу жизни и направляет ее в определенное русло.

Она ойкнула, едва не споткнувшись и замедлилась, не желая отвести взгляд, опасаясь, что нарушится установленная связь.

Перунов Цвет – это символ зарождения искры жизни – Жар Цвет Души.

- Да, моя маленькая, нам сейчас он очень нужен… - шептала она.

Найдёшь его, начнёшь понимать язык зверей и птиц, подвластны будут дар ясновидения. Любые замки и запоры рассыплются в прах. Получишь силу отвода глаз, будто становиться невидимым, неуязвимым для огня и воды, принимать любой облик.

– Ну из этого кое-что и нам подвластно! Да Викки? – громко подбадривала она сама себя – девочка моя ты слышала? Я тебя кажется, назвала! Как тебе нравится имя?

Та затихла.

– Ну подумай, подумай, а мне нравится! Виктория Алексеевна… а как же твоя фамилия будет? Ладно, потом разберёмся.

Волховка вышла на ровное место между стволов, всё покрытое зарослями папоротника; и вот там, над одним из пышных кустов, над перистыми листьями сияло, переливалось марево, с разросшейся до размеров ладони золотой сердцевиной. Она, успокоившись, будто пришла домой, вздохнула и доверчиво протянула к нему руки. Свет потянулся ей на встречу и потёк по пальцам, по ладоням, впитываясь и растворяясь в её теле, наполняя её теплом и счастьем.

Перед рассветом она вышла из лесу обратно на поляну. Лесьяр, дочери и остальные родичи уже были там. Они всё с большим восхищением смотрели на неё. Дед удовлетворённо улыбался, тяжело опираясь на свой посох.

– Мам, ты светишься!.. – прошептала Геля.

Рассвет приветствовал свою частицу, заблудившуюся на земле, разгораясь всё ярче и сливаясь с ней своим сиянием.

Показался край солнца. Оно быстро всходило на чистый небосклон.

Скоро весь лес был пронизан его лучами и только в памяти тех кто это видел, до сих пор перед глазами на фоне синего леса сияла округлая женская фигура в сорочке, чуть натянутой на животе.

………

Глава 11

За рубежом.Разговор в эфире, перевод

– Он ушел из каменного мешка.

- Сам?

- Нет, его вытаскивали свои, из Первой.

Голос выдержал паузу.

- Они ушли из зоны нашего влияния?

- Еще нет.

- Уничтожить всех.

…………..

Миланта проснулась оттого, что её щекотал лучик солнца, заглянувший в небольшое оконце на деревянной стене. Она открыла глаза, медленно обводя взглядом вокруг. Нет, это не от него ей стало щекотно, это стебельки сухой травы под щекой шевелились от её дыхания; она сползла с матраса, брошенного прямо поверху разворошенного сена в поисках более удобной позы.

Скоро роды. Двигаться было тяжело. Спать неудобно. В доме на кровати ей было жарко и комко, а дышать вообще нечем. Потому она уже вторую неделю спала на сеновале, подложив скрученное жгутом одеяло под живот, только так она могла выспаться хоть несколько часов.

Она со стоном потянулась, вытягивая онемевшие руки и ноги, тяжело перевернулась на четвереньки. Спустившись задом на широкую лестницу, она удерживалась обеими руками за перила и осторожно переступала со ступеньки на ступеньку.

Под навесом, насквозь пронзённым лучами восходящего солнца, она остановилась, прищурилась, глубоко вдыхая свежий воздух; мельком порадовавшись, что дышать стало легче, чем ещё месяц назад. Хотелось снова забраться в тёплую постель и так лежать, не вставая до самых родов, которые должны были наступить уже вот-вот. Но по прошлому опыту она знала, что нужно двигаться. И она двигалась. Осторожно, медленно, но двигалась целый день, чередуя разные занятия с отдыхом.

Вот и сейчас, поднявшись с рассветом, она собиралась заняться пирогом, а после ещё прилечь. Лада медленно проплыла по двору, задержалась на крыльце, вздохнув поглубже чистого лесного воздуха и вошла в дом.

– С праздником тебя! Световид лету конец положил – с печи поблёскивал глазами старик.

– День весеннего равноденствия, так он сейчас называется – возразила она.

Что-то тревожно шкрябало на душе, беспокоя и заставляя её противоречить Лесьяру. Она смущённо покосилась на него; нет, не обиделся, по-доброму смотрел на неё из-под лохматых бровей и всё его лицо морщинисто лучилось улыбкой. В памяти мелькали обрывки сна, нагнетая смуту, но давая ясности. Она волевым усилием задвинула их подальше и занялась делом.

– Дед, я топить буду, пирог печь. Ты бы шёл под навес, там прохладно.

– Жар костей не ломит, топи - милостиво махнул он рукой.

Она затопила печь приготовленными накануне дровами и стала творить тесто. Муку и продукты дочки заготовили тоже с вечера, чтобы с утра не вставать рано. Печь хорошо разгорелась и поставленный на плиту чайник быстро закипел, яйца к завтраку дробно постукивали в горшочке.

Но сегодня особый день; сегодня она протопила и ту часть печи, что по-старинному широко распахнула устье, в котором и собиралась поставить тесто Лада.

– Проснулись?

Оглянулась она, заслышав шаги. Геля и Василиса, сонно потягиваясь, вышли из комнаты.

– И так жарко, ещё ты натопила - ворчала Лиска.

– Ну так иди прогуляйся! На улице хорошо. Даже на сеновале, где я спала, дышится легче.

– Да вот придётся! Но это потом, на другую ночь. А сейчас ладно уж, давай пить чай - Лиска покосилась на стол, на которой мать выставила тарелочки с ягодным и яблочным вареньем, масленку со свежим маслом, домашний сыр и другие вкусняшки. Травный чай наполнил комнаты ароматом смородины и мяты.

Лесьяр тоже сполз с печи к завтраку.

– Сегодня гости подъедут – уточнила, не спрашивая Ангелина.

Дед кивнул.

– Прекрасно! Семейка-ренген! – веселилась Лиска – зачем люди мобильники придумали, так проще и дешевле новости передавать, и главное, никакого спама!

– Василиса – привычно-строго укорила Миланта, та сделала вид, что её проняло.

– Другое название праздника урожая: Радогощь. Вот и мы рады гостям будем… - мерно звучал голос волхва.

Всё же, не смотря на ехидство, девчонки радовались, от предстоящей встречи, им понравилось быть в большой дружной семье. Они снова хотели встретиться с сёстрами.

Миланта задумавшись, вдруг вспомнила, что её так тревожило всё утро. Сон, что приснился под утро. Ей снилось море. Спокойное светлое море; огромное бескрайнее, оно раскинулось во все стороны. Солнце слепило, отражаясь от поверхности тысячами бликов. Только плеск волн и крики чаек вносили будили настороженность, не давая раствориться в безмятежном видении.

Вдруг всё смешалось, расколовшись на тысячи серых кусков. Вспыхнул нестерпимой болью пронзительно-белый свет. Послышались крики людей… Выдохнув, погас огонь, а вода взметнулась во все стороны, перемешавшись с огромными кусками какого-то судна…

Чья-то боль… острая боль пронзила её всю от макушки до пяток и до кончиков пальцев её тела. Она проснулась вся в поту и молилась, долго молилась о тех кто в пути и на воде, просила, чтобы высшие силы хранили и оберегали невинных и помогли им. Еще она молилась об Алексее, отце её ребёнка и посылала ему как могла своё оберёг и благословление.

Она смогла уснуть только под утро.

Вот сейчас ей вспомнился тот сон. Нахмурив брови и перестав завтракать, она не сразу заметила, что все замолкли и смотрят на неё с вопросом и настороженностью.

– Ты хорошо себя чувствуешь? - уточнила Геля.

Миланта только сейчас заметила, что она сидит, вцепившись обеими руками в край стола до побелевших пальцев; наклонившись чуть вперёд, рывками выдыхая ставший вдруг густым воздух.

– Всё… всё в порядке…

Она попыталась улыбнуться искусанными губами.

– Так что там про Радогощь? - переспросила она у Лесьяра, отвлекая от себя внимание.

Он нахмурился, но ничего не спросил и продолжил рассказывать.

…..

– В Световит ночи становятся всё длиннее – лился говорок Лесьяра – Солнце-старик постепенно теряет силы и угасает, но силы жизни вновь возродятся на Коляду, когда зародится новое солнце и солнечный день начнёт прибавлять. Это праздник урожая и Новолетие. Наши пращуры чествовали мудрое Солнце – источник света и тепла, подарившее собранный урожай. Жгли костры, водили хороводы, гадали. Обязательно почитали умерших, один каравай из зерен первого сжатого снопа отправлялся в костер – гостинец для предков. Обновляли огонь в избе – старый гасили, а новый зажигали.

В это время особой силой действует навий мира на явный, ведь природа готовится к засыпанию. А перед праздником могут приснится сны с почившими родственниками, во снах можно попросить у них прощения или поблагодарить за что-то, за что не успели при жизни.

Миланта вздрогнула и выскочив из-за стола, выбежала на улицу…

Девушки недоумевали, но предпочли допросить с пристрастием деда, как со двора послышались голоса.

– О! Ты нас встречаешь! Здравствуй, дорогая! Как ты?

Ангелина и Василиса, переглянувшись, ринулись встречать родичей.

Дальнейшее Миланта помнила обрывисто, едва успев порадоваться приезду своего круга, она вдруг согнулась от скрутившей её поясницу напряженности, тупой болью, отдававшейся в спине и внизу живота.

Сразу все заохали, захлопотали и, отправив мужчин с детьми на берег озера, старшие женщины вместе с роженицей отправились в баню.

………

Разговор в эфире, перевод

- Их подобрали пограничники. Всех. Алекса среди них нет.

- Значит, он погиб.

- Нет, он не мог погибнуть!

- Знаете, эта ваша одержимость им кажется мне связанной с вашими личными мотивами, а всё личное вредит делу.

- Но он не погиб! Его скорее всего унесло течением, я изучил карты, там дальше по берегу скалы.

- И…?

- Дальше через скалы пустыня, там война; неразбериха; он моет просочится и выйти оттуда!

- Я правильно понимаю, вы считаете, что после взрыва его унесло течением, он выжил…

- Это русский.

- … потом он должен был подняться по отвесным скалам… Так?

- …это русский.

-…и, кстати, вы знаете, что там в горах в это время года лежит снег?..

- Но это русский!!

- Вы полагаете, что голодный мокрый он проберётся через заснеженные горы и потом через территории, охваченные боевыми действиями?

- Он русский – упрямо повторил ренегат.

Его собеседник некоторое время молчал.

- Я разумный человек и считаю, что это невозможно. Я снимаю заказ, отзываю своих людей, раз вы считаете, что он выжил, ваша вторая часть не будет вам выплачена, но вы можете вернуться в строй.

- Я его достану.

Голос на том конце провода помолчал, потом холодно добавил:

- Все контакты с вами я прерываю, не ищите встречи со мной.

Сигнал отключился.

- Русский! Ещё один. Упаси бог больше с ними связываться – проворчал тот же голос на английском.

- Я еще тебя, сука, достану, но пока не твоя очередь – прозвучало по-русски на другом континенте.

Глава 12

В конце октября Миланта с дочерями переехали обратно в Город. Лесьяра, как он и просил, похоронили на опушке в лесу неподалёку от его хутора.

……

В тот день, когда начались роды, она видела, как он начал какой-то обряд; но потом ей стало не до того, только когда родилась дочь, и она вспомнила про деда.

Хотя роды прошли на удивление легко и быстро – ей было с чем сравнивать – она чувствовала себя как выжатый лимон, отлёживаясь после них на полке. Она улыбнулась бледно старшим дочкам, когда они зашли забрать сестру.

Виталина всё глядела недоверчиво на свои руки, словно не ожидала от себя таких подвигов, а Мария, медик по образованию, недоверчиво осматривала Ладу.

– На удивление всё хорошо – наконец изрекла она.

– Ну что тут удивительного, раньше по-другому не было, а силы… силы сейчас восстановим – отозвалась Геля – дед научил нас, как делиться силой в родственном ковене.

– Он так и сказал в «ковене»? - недоверчиво протянула Вита.

– Нет, какая разница как назвать? Суть от того не меняется, а нам нравится, правда Василиса? – уверенно добавила Геля.

Лиска с трудом оторвала взгляд от крошечной сестрёнки на своих руках; та была на удивление спокойной и серьёзной.

– Правда милаха?! – требовательно спросила она всех и получив в ответ одобрение и улыбки, ответила – да, ковен. Мы уже и деда так научили говорить.

– Я, пожалуй, готова идти домой, - Лада осторожно поднялась и побрела на улицу.

Лесьяр сидел на крыльце, откинувшись на перила, с застывшей улыбкой, вперил взгляд в осеннее небо, такое же голубое, как глаза у его переемницы.

– Дед… - неуверенно прозвучал в тишине голос Василисы.

– Тише, пусть отдохнёт, он давно ждал этого - отрешённо проговорила Лада и добавила – спасите, боги, благодарю за всё… прости, что не успела при жизни о том сказать.

- КраКхх! – на перилах неожиданно появился ворон.

Он повертел головой, оглядывая замерших женщин и ещё раз каркнув, улетел.

…..

Потом, через неделю родичи уехали, а в октябре Лада с дочерями вернулась в Город.

Многое изменилось, она спокойно восприняла перемены. Молча обошла новый дом. Нежно поглаживая его как живое существо, прошлась по комнатам, едва слушая то, что говорил ей Егор. Он рассказывал, как погиб Алекс.

Она и это спокойно выслушала, и проговорила:

– Подожду.

Он сочувственно посмотрел на неё и глухо выдавил:

– Я там был! Он не мог выжить!

– Подождём - повторила она.

Прошел октябрь, за ним ноябрь… Потом побежали дни декабря. Неумолимо приближался праздник.

Глава 12.2

Опять наступило Рождество. Весь день Миланта была сама не своя. А под вечер, она сорвалась бегом на улицу.

Она пешком пробежала по многолюдным к вечеру улицам, «опять перекрыли движение» - мелькнуло у неё в голове. Она так же, как и в прошлом году встала под ёлку, нетерпеливо оглядывая проходящих людей.

Так же, как и год назад люди веселились, играла музыка…

Так же много было лотков с пирогами и чаем…

Так же осторожно в толпе проезжали сани…

Только не было видно его. Того, который ей был так нужен.

Она передернула плечами от озноба и удивилась, сколько прошло времени.

«Где ты?!» отчаянно подумала она.

«Где ТЫ?» удивлённо возникло в её голове. Она вздрогнула и прошла кругом елки. Алекс шел ей навстречу.

– Мила… Пришла. А я вот тут жду тебя.

– И я тебя жду… Уже замёрзла! – она обхватила себя руками за плечи – ты жив. Я знала… я верила…

- Хочешь есть?.. Горячего чаю?.. Я мигом - сорвался он за пирогами и чаем.

Она подавила смешок. Ей хотелось, чтобы он просто обнял, но и от чая бы она не отказалась.

………

Когда Алекс медленно пробирался в толпе, возвращаясь с запасами, он сначала не понял почему у неё такое помертвелое лицо и кто там рядом с ней.

– Король! Какая встреча! Хотя нет, не встреча. Вру. Я давно за тобой наблюдаю. Просто любопытно стало, чего ради ты торчишь под этой ёлкой битых два часа - ерничал рядом с ней его заклятый друг, прижимаясь к его женщине и тихо пригрозил ему одними губами в ответ на его движение – только дернись и я снесу ей башку… не подходи! Я увезу её, а потом мы с тобой поговорим.

……. 12.3

Она спокойно и безотрывно глядела ему в глаза. Чужая рука крепко держала её за горло.

Время остановилось. Пространство раздвинулось, сдвигая весь нормальный мир куда-то вдаль, оставляя на небольшом пяточке их троих; напряженно замерших, сцепившихся взглядами и готовых к действию... но оттягивающих до последнего решительный шаг…

«Господи! Пусть она на самом деле окажется ведьмой, пусть мне не примерещилось тогда! Услышь! Услышь меня, молю!»

«Это ты мне или Господу?.. Я-то тебя слышу» - Самое невероятное и лучшее, что он когда-либо слышал, вдруг громом прозвучало в его голове. Он замер и несколько раз повторил:

«На счет «три!» Падай на пол… на снег… просто упади вниз!»

«Я упаду, ты еще не знаешь, как хорошо я умею падать, я просто профессионал по падениям».

Невольно губы Алекса сжались, подавляя улыбку.

Враг дернулся, не понимая, что происходит; его самодовольное выражение на лице будто сбилось, он перевел взгляд на неё, стараясь понять, что он упустил, в чём его ошибка.

«Наземь! Падать! – рявкнул Алекс мысленно – вниз!!»

Дальше всё произошло в одно мгновенье.

Лада обрушилась, как подкошенная, двинув захватчика локтем под рёбра; полковник бросился на врага, плеснув в его лицо горячий чай и выбивая хуком его руки вверх. Выстрел в воздух совпал с салютом, вокруг никто ничего не понял. Кроме одного почти трезвого парня.

- Э! Мужики, вы чего?! Праздник же – подозрительно дернулся к ним один из гуляющих.

- Всё в порядке, - сказал Алекс, вырубив противника.

- Это так надо – внушительно произнесла Лада, отвлекая внимание бдительного товарища на себя, - лучше помогите мне подняться.

Тот согласно покивал, собрав глаза в кучу, помог ей и пошел по своим делам, забыв о произошедшем. Алекс меж тем вызвал команду из Эгиды и сдал им ценный кадр. Праздник не праздник, - а парни приехали быстро.

…..

– Зря ты толкнула его, потеряла скорость.

– Но всё же получилось! Я просто была уверена, что делаю правильно! И я ему затормозила восприятие! Как ты не можешь понять, ты нужен мне! Я хотела помочь. Чтоб наверняка!

– Как ты могла так рисковать! А если бы он не поддался на твои чары, ведьма моя?! - жестко выговаривал Алекс, вцепившись в её плечи - неизвестно чем это ещё могло закончиться!

– Не ведьма, а волховка!

Она смирно стояла, нервно подрагивая уголками губ; ей хотелось не спорить, а вот так… стоять, и чтобы он так крепко держал.

Он, словно поняв это, обхватил её руками, крепко прижимая к себе, так что она едва могла вздохнуть; а потому Лада, повозившись в жестком захвате, раздвигая его и проникновенно сказала:

– Пойдём домой? Я хочу тебя кое с кем познакомить.

……

Они пробирались сквозь толпу крепко держась за руки и потому двигались медленно.

- Я хотела тебе кое-кого показать…

- Я тоже… Потом. Завтра поедем в старый дом?..

- Хорошо.

Ей было всё равно в старый дом, в новый или вообще к деду на заимку, чтобы он не предложил, она бы сказала: хорошо.

Какой-то мужчина с радостным смехом подскочил к ней и попытался ухватить за рукав, на что был резко задвинут в сторону хмурым Алексом.

– Снегурочка! Снегурочка! Я тебя узнал! Ведь это ты обещала мне в прошлом году, что мой сын вернётся! И он вернулся!! Приехал пока в гости, а там видно будет…

Она недоуменно смотрела на него.

– Это же я, тот Дед Мороз, который вас отвозил за город на санях! А вы как я посмотрю, до сих пор вместе - он скользнул взглядом по Алексею

– дДа, в некотором роде - запнулась Миланта.

……..

Наконец уже хорошо за полночь они добрались до её дома. В квартире царила сонная тишина. Они тихо пробирались в её комнату, когда на пороге другой комнаты возникли старшие ей дочери.

– Вот я нисколько не сомневалась…

– Тихо! Это не наше дело, пошли - Геля зажала рот Лиске и попыталась утащить её обратно.

– Ждвавштвуйте – чинно прозвучало между пальцев Ангелины.

Уколов взглядом сестру, старшая всё же отпустила её и встала рядом. Как ни в чём не бывало младшая продолжила светскую беседу:

– Вы всё-таки живы? Мы очень рады. Мы вас ждали.

Алекс серьёзно посмотрел на неё:

– Я тоже очень рад, и рад что меня ждали. Ты хотела меня познакомить со своими дочерями? – повернулся он к Ладе - Но я их прекрасно помню, хотя видел один раз.

– Не думаю, что ты видел всех - ответила Миланта – пойдём.

Её спальня вдруг показалась ему совсем маленькой оттого, что в ней прибавилось мебели какие-то столики, кресло и… детская кроватка.

Мысли Алексея впервые за его сознательную жизнь разлетелись в разных направлениях, оставляя своего хозяина в полном смятении и прострации. Он рассматривал маленького ребёнка, похоже девочку, некоторое время; удивляясь в душе, какой умный у неё взгляд. Малышка, сложив ручки перед собой, словно изучала его. Наконец он смог выдавить из себя:

– Твоя?

– Наша - поправила его Миланта.

Эмоции с новой силой обрушились на него, окончательно гася неповоротливые мысли.

– Тоже ведьма? - непонятно к чему уточнил он.

– А то! Самая сильная из нас будет!

– Это судьба – вздыхает он, пытаясь понять, что же чувствует по отношению к девочке.

Она улыбнулась беззубо, хитро поглядывая на него из-за кулачка. Этот взрослый безотрывный взгляд в сочетании с детской милой пухловатостью, пробрал его до самого сердца, расколов по пути все нагромождения и заслоны, призванные уберечь его от потрясений. По щекам, незаметные для него, текли горячие слёзы.

Лада не пыталась его утешить «…пусть всё плохое выйдет…катарсис… однако» - забивала она голову шутками, чтобы самой не разреветься. Подхватив дочку, она передала её на руки отцу.

……

На следующий день они уехали за город, в бабушкин дом.

- Как ты выжил? Твой Егор сказал, что там невозможно было остаться в живых

Они втроём шли по зимнему саду его дома. Ельник подрос.

- А вот так, наверное, как эта ёлка. Видишь ту малышку?..

Вокруг крошечной ёлочки был убран снег и висели гирлянды на соседних кустах.

- Помнишь? В тот Новый Год была сломанная верхушка? А теперь вот она, жива и прижилась. Выжить возможно… было бы ради чего – рассказывал он то ли о себе, то ли о елочке; и вдруг без перехода обрушил на Ладу - ты моя жизнь, ты и… вот теперь дочка. Как бы я мог не вернуться?

Она молча спрятала своё лицо у него на груди. Это было невыносимо тепло и сладко, но она выдержит. От счастья не умирают.

Конец

Немного +

МЕЛЬНИЦА

А если там, под сердцем, лед, То почему так больно жжет? Не потому ли, что у льда Сестра — кипящая вода, Которой полон небосвод?

Зима приходит за теплом, В горячих пальцах снежный ком, И никаким неверным снам Не замести дороги нам - В ночь под невидимым крылом.

Припев: Ничего не останется от нас, Нам останемся, может быть, только мы, И крылатое бьется пламя между нами, Как любовь во время зимы.

……. Кипит гранит, вертится ось, Ведь так отроду повелось, Что всем клинкам и кораблям Дают девичьи имена — Что ж остается делать нам?

Припев: Ничего не останется от нас, Нам останемся, может быть, только мы, И крылатое бьется пламя между нами, Как любовь во время зимы.

……… Вслепую вновь перелистай Пергамент нам доступных тайн — Лёд, раскаленный докрасна, Любовь страшнее, чем война, Любовь разит верней, чем сталь.

Вернее, потому что сам Бежишь навстречу всем ветрам, Пусть будет боль, и вечный бой, Не атмосферный, не земной, Но обязательно — с тобой.

Припев: Ничего не останется от нас, Нам останемся, может быть, только мы, И крылатое бьется пламя Между нами, и любовь во время зимы.

Ничего не останется от нас, Нам останемся в лучшем случае мы, Хорошо, что уже не страшно, И пламя пляшет, как любовь во время зимы.

Хорошо, что уже не страшно, И пламя пляшет, как любовь во время зимы.

....................

ЛЕГЕНДА О ПАПОРОТНИКЕ

Поверье о происхождении у славян очень романтично. Брат Перуна полюбил девушку не из своего сословия. Им не суждено было быть вместе, но после их союза, выпавшего на день равноденствия, на свет появилось двое ребятишек. В честь события Перун вручил брату Семарглу цветок папоротника необычайной красоты. Он осуществлял желания, которые кажутся недостижимыми.

Мужчины набивают знак на груди и руках, как показатель достатка и мужественности, а женщины предпочитают образ листка. Он выглядит изящнее и отлично смотрится на спине у хозяйки. Листок указывает на одиночество женщины и помогает обрести счастье. Изображение, находящееся по вертикали имеет больше силы.