Обложка Полигон

Полигон

Баходир Хамраев

0% прочитано
Стандартный
Баходир Хамраев

Полигон

Глава 1

По глазам ударил яркий свет, пробившийся даже сквозь сжатые у глаз кулаки. Дрожащие руки сжали автомат до предела, палец нащупал курок. Короткая очередь прогрохотала в никуда, уходя перекатом за стену. В зале трое спецов, один из них и дал световую, дезориентирующую меня. Послышались тихие шаги. Обойти пытаются с двух сторон. К чёрту, это уже не шутки, пора сваливать. Между стеллажами, ползком, я пробирался к спасительной свободе. Если это спецура, то возле главного входа меня должны пасти, поэтому двигался я к люку. За стелажами второй выход, люк, который был сделан специально на случай отхода, пригодился наконец-то. Снял эмку с плеч и откинул её подальше. В узком проходе за люком она мне будет только мешать, на этот случай у меня есть мой верный Бизон. На звук отлетевшего автомата отреагировали мгновенно, послышались выстрелы. Вскочил, вскинув пп и дав длинную очередь. Двое ранены, теперь отходим. Спрыгнул в заветный выход, захлопывая его за собой и проворачивая два раза вентиль. Это их должно хотя бы ненадолго задержать. А теперь - бежать. Бежать как можно скорее и дальше, забыв об этом магазинчике.

Меня зовут Егор. Егор Ветров. Ну и как все уже поняли, ещё в школе мне дали незамысловатое прозвище "Ветер". Учился средне - аттестата хватило только на поступление в местную шарагу после девятого, далее отправился в армию, где остался служить по контракту. Занятия в секции бокса дали возможность служить в отряде специального назначения. Группа "Дельта", состоящая из пяти человек: снайпер Андрей, позывной "Глаз"; диверсант Дмитрий, позывной "Смерть"; связист Мила, позывной "Кара"; сапёр Костя, позывной "Скелет". Ну и я, штурмовик с позывным "Ветер". Нашу группу кидали во множество горячих точек, к террористам и боевикам, к маньякам и бандформированиям. Почти ежедневный Сталинград, в котором я чудом выжил. Как же так получилось, что вернувшись из армии полностью седым, прошедшим столько плечом к плечу со спецурой, я сейчас воюю со своими? Во всём виновата любовь.

Ствол Бизона бегал по зданию, выискивая возможных противников. Заброшенный много лет назад лагерь в пятидесяти километрах от города. Думаете, идеальное укрытие? Увы, преступника первым делом будут искать именно в таких местах. Но многолетняя практика контрактника армии России раз за разом доказывала простую истину - лежащее на поверхности найти труднее всего. Этим я и воспользовался, за прошедшие полгода возведя в одном из зданий настоящий медицинский центр. Именно туда я и направлялся, шестым чувством ощущая нечто неладное. Пинком открыл дверь, тут же скрывшись за косяк. Выстрелов не было. Всё так же держа на изготовке пистолет-пулемёт, вошёл в комнату. Сердце сжалось, не обнаружив на койке человека. Неужели нашли? Подойдя ближе, увидел записку. Дрожащей рукой письмо было выскоблено куском графита, валяющегося рядом.

"Прости. Я не могу видеть, как из-за меня ты рушишь свою жизнь. Пойми, я ничем не смогу тебе помочь, сейчас я калека, которой лучше уйти и больше не доставлять тебе трудностей. Я хочу лишь сказать спасибо за всё, что ты для меня сделал, Ветер. Спрячься. Дождись, когда улягутся страсти, а потом улетай отсюда как можно скорее. Хватит мести, Егор. Я не стою и капли твоих страданий, ведь я сама тогда полезла тебя защищать. Уверена, ты справишься. Обо мне не беспокойся, я у тебя сильная. Прошу тебя, не нужно меня искать. Раненый боец - плохой помощник. Помни, я люблю тебя.

Твоя навечно, Кара".

Глава 2

Я стоял на месте и не мог пошевелить даже пальцем. Самый родной человек, с которым я пережил самые трудные моменты своей жизни, радость и несчастье, огонь, воду и медные трубы... Ушёл. Ещё утром она поцеловала меня на прощание, зная, что я иду за лекарствами и новым оборудованием. А уже сейчас это всё теряет смысл, пока я сижу и ничего не делаю! Вскочил с кровати и выбежал из здания. Она же больна, плюс ранение. Далеко уйти не могла. Хотя, зная эту сумасшедшую всего можно ожидать. Всё же спецподготовка в элитных войсках нашей страны заслуживает уважения. Закинул за спину пп-шку, на всякий случай достал Беретту. Пистолет, естественно, был нужен не для того, чтобы пристрелить сбежавшую Милу, хотя очень хочется. Просто нельзя забывать об опасности даже во время поисков любимого человека. В лагерном комплексе было тихо. Слишком тихо. Висок отдало болью, в памяти раз за разом проносилась картина той роковой операции.

В море захватили сухогруз. Более 150 тонн груза, перевозимого не абы кем, а правительством. Что было внутри - по сей день остаётся под грифом секретности даже для нас. Группу, состоявшую лишь из пяти бойцов отправляли не просто так. Если собрать больше - террористы могут подорвать судно без выяснений. Под видом туристов мы подобрались к точке и, устранив охранников с лодки, пробрались на борт. Без спецодежды, без дополнительных приборов, с минимальным вооружением. Всё было сделано для того, чтобы нас не засекли. Площадь корабля - четыре тысячи квадратных метров. Приблизительное количество террористов - 25 человек. Задача - уничтожить противников, перехватить государственное имущество, разминировать судно и дождаться прибытия группы поддержки. Операция "Сухогруз" началась.

Тела убитых скинули за борт, предварительно забрав вещи и переодев в них двоих. Выбор пал на Кару и Скелета. Первую нужно было переодеть сразу, ведь на борту не было женщин, поэтому нужно было сразу замаскировать связиста. А сапёра мы переодели уже в целях безопасности задания. Даже если нас удастся обнаружить, Скелет сможет разминировать сухогруз. Бойцы заняли свои позиции, остальным же нужно было укрыться и ждать. Спрятались в контейнерах, где был обзор на происходящее. Вот в сторону Милы двигается захватчик, видимо, прибывший сменить пост. Короткий удар по ушам, в паховую зону и прикладом в висок. Раздеть и сбросить труп за борт. Знаками показав, что дальше двигается диверсант, я вжался обратно в стену. В этот момент Глаз уже собирал винтовку. ВСС, так любимая местными спец отрядами. Глушитель накрутился на винторез за секунды, снайпер припал к оптике. Щелчок, на пол падает ещё один "герой". А теперь мой выход. Глаз остаётся на этой точке, будет прикрывать отход. Подбежал к террористу, пока переодевался, столкнул труп в океан, моя одежда отправилась туда же. А теперь - к цели.

Сапёр отправился со мной. Вниз к каютам и грузовому отсеку, именно там должны быть установлены бомбы. Всё, что требуется от меня - обнаружить и устранить управляющего взрывпакетами. Он должен находиться в каюте капитана. Собственно, карта сузогруза, расположение бомб и управляющего - это всё, что удалось узнать разведгруппе. Дальше сами. Не нравится мне всё это. Тихим шагом подошёл к охране. А дальше события начали развиваться стремительно. Нож в горло, провернуть, шаг влево, выбить оружие, нож оказывается в глазу, провернуть. И если первый ещё похрипел, второй умер практически мгновенно. Это хорошо, никто не будет мешать. Открыв дверь, наконец увидел блок управления и обомлел.

Глава 3

Изначально чувствовалось, что всё не так просто. В каюте находилось двое: мужчина в одежде террористов (даже костюмы подобрали одинаковые, уроды сектантские) и женщина. Причём вторая была в незавидном положении - с приставленным к виску пистолетом радоваться особо нечему. Присмотревшись, с ужасом понял, что это Мила, которая сейчас должна находиться другой каюте. Неужели обнаружили? Мозг лихорадочно вызывал к карте, не понимая, как её могли привести сюда до меня. Однако, долго думать мне не дали. Цепкий взгляд подонка остановился на мне. Спокойным голосом террорист начал вещать.

-Отойди от двери и дождись, пока я не покину судно. Иначе я убью эту красавицу, - Мила одним лишь взглядом дала понять, что лично убьёт меня, если я дам главарю этих террористов (в том, что это был именно он, сомнений не возникало) уйти.

-У меня есть другое предложение. Убери ствол и добровольно сдай. За это тебе явно смягчат срок.

Ответом мне был смех, причём явно фальшивый. Резко став серьёзным, захватчик прижал Милу крепче к себе и закричал.

-Так я тебе и поверил, паскуда! Думаешь, я не знаю как в нашем городе дела делаются?! Да стоит мне выйти из каюты и я перестану существовать в этом мире! Вас же за этим послали, так? Приказ - не оставлять в живых. Скажи, если я не прав!

Будто обухом по голове. Ведь действительно, почему в этот раз поступил приказ на зачистку? Ответа на этот вопрос я не могу дать до сих пор. Тогда я всё же попытался отыграть всё по-своему:

-С чего ты взял? Приказ - обезвредить и доставить в государственное СИЗО. Не будь дураком. Убьёшь её - тебе всё равно не жить. Будь уверен, у меня хватит духа завалить тебя и сказать, что яростно сопротивлялся при задержании. А отпустишь и сдашься - посадят максимум на пять лет за попытку акта терроризма.

-Хмм, что лучше? Сгнить в тюрьме или встретить смерть прямо сейчас, прихватив с собой государственного прихвостня? Дай-ка подумать. Очевидно, второе!

Во время нашего разговора я незаметно продвигался к нему. Волнение ли, страх ли - кто знает, по какой причине он этого не заметил. Но когда он вскинул пистолет в мою сторону, я понял, что не успеваю. Однако Мила не сплоховала, ударив подонка по руке, сдвигая её вниз. Прогремел выстрел, но мозг думал не об этом в данный момент. Убить суку! Рука нашарила Беретту в кобуре, быстрым движением выхватив её. Выстрел в руку. Ещё выстрел, уже в корпус. Контрольный в голову. Теперь на ушах стоит всё судно. По рации передал Скелету, чтобы дул сюда и обезвреживал. Лишь после этого я услышал стон боли, исходящий от Кары.

Ублюдок выстрелил всё же не в пол. Возможно, действуй я менее осторожно, он бы вовсе не выстрелил, но факт остаётся фактом. Он прострелил нашей связистке колено. Видимо, задел ещё и артерию, так как кровь лилась чуть ли не фонтаном. Подскочил к ней, на ходу доставая аптечку. Выругался. В аптечке нашего "отряда самоубийц" были лишь стимуляторы и немного бинтов. Ни о какой конкретной помощи не шло и речи. Что уж говорить, у нас и медика не было. А всё потому, что каждый из нас всё же заключил контракт с армией, служба теперь проходила под тотальным контролем каждой операции. Группа Дельта считалась отрядом смертников. Мы располагали слишком секретной информацией, чтобы сдаваться противнику в плен. А потому - никакого медика и широкого выбора в аптечке. У каждого с собой - несколько ампул с ядом, на случай, если нас раскроют и захватят. Ежедневно нам втолковывали одни и те же вещи: как убить противника и как убить себя, если противник оказался не по зубам. Раненый боец - мёртвый боец, но даже такой должен сделать всё для выполнения миссии и умереть, сражаясь. Мы были даже не пушечным мясом. Мы были бойцами Шрёдингера. Ещё живые, но уже мёртвые. Наконец, прибыл сапёр и приступил к работе. А мне оставалось только сделать всё, чтобы Мила не умерла. Она уже давно стала для меня слишком дорога.

Глава 4

Встряхнул головой. Какими бы болезненными не были воспоминания, необходимо сконцентрироваться на задаче. Впрочем, предаваясь нахлынувшим чувствам, я не тупил и не стоял на месте, а методично обшаривал территорию лагеря. Если подумать логически, далеко Мила уйти вряд ли смогла бы, меня не было меньше двух часов. Наконец, я заметил её. Она ползла уже рядом с трассой, с упёртостью барана преодолевая боль. Вдруг я услышал шум мотора и сразу после этого увидел автомобиль армейского образца. Когда из него хлынули бойцы, сразу взяв на прицел Милу, нырнул за камень, хоть и всеми силами рвался защитить её. Тот, кто использует фразу «нет никакого "не могу"» - форменный дурак. Нужно уметь рассчитывать свои силы и умения в данный ситуации. В каких бы элитных войсках я не служил, выходить в одиночку против группы выверенных, сплотившихся бойцов - самоубийство. Нужно проследить за дальнейшими событиями. Группа разделилась на две части. Одна из них поместила всеми силами сопротивляющуюся Милу в кузов, а вторая отправилась по направлению в лагерь, планомерно обводя прицелами все подозрительные места. Я отправился следом за ними. Если попытаюсь спасти девушку сейчас - они просто дадут по газам и, скорее всего, по пути убьют Кару. А мне этого не нужно. Так что выход один - узнать, насколько радикально они настроены. Бойцы вошли на территорию лагеря, осматриваясь и периодически что-то записывая. Наверняка составляли отчёт о найденных приблудах. Причём, не гнушались и мародёрством, забирая понравившиеся вещи себе. Твари, если бы вы знали, каким трудом мне удалось это отбить. Каждая вещь принадлежит мне, они из моего магазина. И покупать их было той ещё задачей для отставного капитана, совершенно в этом не разбирающегося. Тем временем, служивые установили какое-то подобие стола прямо на улице и прибили к его поверхности лист. А после достали зажигательные гранаты. На моих глазах горел ключ к спасению Милы. Впервые за эти два года по моему лицу текли слёзы, ведь теперь точка невозврата точно будет рано или поздно пройдена и я не успею её спасти. Ранение и неоказанная своевременно помощь плохо повлияли на девушку, с её кровью случилось какое-то заражение. Я не понял, что мне говорил доктор, но досконально запомнил какие принадлежности нужны для её спасения. И вот здание вместе со всем оборудованием полыхало. А они... Просто ушли. Шум уезжающей в сторону города машины я слушал в прострации ещё очень долго.

Когда наконец взял себя в руки, подошёл к столу. Чего бы мне это не стоило, я обязательно отомщу этим тварям. После сдачи рапорта об этой проклятой операции группу расформировали, и Миле отказали в операции. Аргументировали тем, что она фактически провалила задание, лишив группу связиста, а также намекнули, что если я начну копать в этой истории глубже, меня отправят под трибунал. Тогда я уже открыл свой магазин, меня долго оставляли в неведении и не говорили о принятом решении, а когда я узнал от третьего лица, то был в бешенстве. Они отправили нас на смерть, а когда, всё же вернувшись, мы впервые потребовали чего-то, нас откровенно послали, кинув подачку в виде обещания вернуться за телами бойцов. Собственными руками я придушил того офицера. Пусть попробует теперь из могилы меня под трибунал отправить. Мы с Милой сбежали, не успев толком забрать оборудование из магазина. Нас объявили государственными преступниками. Я делал вылазки, забирая необходимое. Но меня вычислили. И забрали Милу. И вот я стою на фоне горящего здания, раз за разом перечитывая оставленное мне короткое послание: "У тебя есть три недели на принятие решения. Кара у нас, Ветер, и мы обещаем не тронуть её, если явишься лично. Слишком много проблем ты нам доставляешь."

Глава 5

Три недели. Через три чёртовых недели я умру. Не нужно быть пророком, чтобы понять это. Однако, я не собираюсь терпеть подобное по отношению ко мне. Нужно взять себя в руки. Большинство офицеров отнюдь не дураки. Они должны понимать, что если убьют Милу сейчас - я сделаю всё, чтобы уйти на тот свет не в одиночку. Однако, я должен это ещё узнать. Могут ведь и как быка просто повести через три недели на убой. Я знаю куда идти. В спецслужбе нас всех вербовали в одном месте, за глаза прозванное жителями нашего города "Полигоном". Там началась моя новая жизнь, и там же закончится. Но даже если я пойму, что отпускать Милу не собираются, вряд ли у меня будет возможность хоть чуть чуть насолить ублюдкам. Поэтому нужно основательно подготовиться. Вот только сначала необходимо перестать стоять столбом и остановить пожар, пока он не перекинулся на склад и жилой комплекс.

Когда поджог был ликвидирован, я оставался совершенно без сил. Очаг возгорания был потушен, но недостаточно быстро. Огонь перекинулся на здание, в котором жил я. Так что в моём распоряжении остался только непригодный для проживания склад - там было слишком холодно даже в жару. А потому нужно соорудить хотя бы простой шалаш на эти три недели. Я отправился в лес, прихватив топор. И тут я оторвался по полной. В меня будто вселился бес, придавая сил. Вся накопленная злость выливалась на ни в чём неповинные стволы и ветки, я размахивал орудием лесорубов как сумасшедший, раз за разом вбивая топор в податливые деревья. А когда успокоился, понял, что один я всё это не унесу. Да и не нужно было, для моих целей хватало одного ствола с его ветками.

Ближе к вечеру похолодало и я решил развести костёр. Всё было готово, рядом со складом я построил аккуратный шалаш, защищающий от дождя и ветра, придав ему божеский вид с помощью оставшихся вещей. В этом шалаше, при желании, можно пережить лето и даже половину осени, а к тому времени выстроить себе сруб или вырыть землянку. Однако, неожиданные мысли для живого покойника. Неожиданно вспомнил, что этому учили меня не в армии. Когда-то мы с отцом отправились на рыбалку, где общались, веселились и, конечно же, ловили рыбу. Он всему меня учил с детства. Как чинить машину, ставить палатку, добывать пищу в диких условиях, строить шалаш, очищать воду, готовить, стирать, убирать - всему этому учил меня отец. К сожалению, я рос без матери, она умерла при родах. А вот папа смог взять себя в руки, хоть поначалу и запил - он мне рассказывал это всё. Но потом впервые услышал, как я плачу по ночам, не в силах так жить, и с тех пор - ни капли, как отрезало. Я его безумно уважал. К сожалению, полтора года назад умер и он. Когда я узнал, чуть ли не силой выбил себе отпуск и пил, пил, пил. А потом приехала Мила и коротким ударом в челюсть вернула меня в строй. Всё же неофициально координатором группы числился я, а потому и правда нужно было возвращаться. А потом я забыл. Не могу поверить, что забыл о родном человеке. Какую бы мясорубку мне не устраивали, я клялся, что не забуду и нагло не выполнил обещания. Откинулся на недавно сооружённую кровать, прикрыв глаза. Всю жизнь делаю не то и расплачиваюсь за это. Может пора прекратить? Чем я помогу Миле? Я же не супергерой, не обладаю эфемерной силой, помогающей победить недругов в схватке 50 на 1. Я простой человек. Ухмыльнулся. Вот ведь солдат каков, распустил сопли и жуёт. Как же, оставлю я её. Поеду, никуда не денусь.

Посмотреть в глаза тем, кто отказал Каре в операции, потому что я не сомневаюсь, что они прибудут туда, чтобы лично удостовериться в моей смерти. Что самое интересное, "бузить" я начал только после того, как меня объявили гос.преступником. Простых граждан я не трогал. Но с привеликим удовольствием поджигал, взрывал и портил имущество правительственных выродков. Конечно, не мне решать, кто какого наказания заслужил. Однако я буду это делать, пока могу. Слишком много обычных парней и девчонок пострадало от рук владельцев Полигона. И, как бы пафосно не звучали все мои мысли, они обязаны заплатить за это

Глава 6

Сон выдался нелёгким. От большого количества мыслей долго не удавалось заснуть, а когда Морфей всё же забрал меня в своё царство, приснился странный сон: Ночь, я пробираюсь на Полигон. На испытательной площадке множество военных, все они рыскают в поисках потревожившего их покой наглеца. Всё прожекторы включены, их свет бесшумно передвигается по всей площадке. Даже во сне чувствовалось напряжение и, невероятно, но страх. Тем не менее, я отправился внутрь. Посреди испытательной площадки Полигона я увидел Милу, и, забыв об осторожностях, бросился к ней. Пули со страшным свистом проходили будто сквозь меня, не причиняя даже малейшего вреда. Когда до Милы оставалось жалких двести метров, путь загородило странное нечто. Эллипсоидной формы существо со зрачком посередине и множеством щупалец вокруг. Я продолжал бежать, наивно полагая, что смогу с ним сразиться. Но каждый шаг давался всё труднее, на меня будто давили безудержной силой. Перестал идти, когда до Милы оставалось пять, всего пять шагов. Из глаз пошли слёзы. Существо долго смотрело на меня, как бы решая, пустить ли меня. Вдруг чёрное щупальце безошибочно устремилось к голове, пробивая лоб, а дальше пришла темнота.

Когда я проснулся, меня охватила паника. Дослужился до капитана элитных войск, а туда же. Страшный сон заставляет трястись. Даже смешно. Будь проклят тот день, когда я решил наведаться в свой магазин. Ведь прекрасно знал, что задержусь. Знал, что там меня уже ждут, однако всё равно пошёл, невзирая на голос разума. Естественно, возле собственности "государственного преступника" меня поджидали, сволочи. Как было описано ранее - произошёл бой, из которого я чудом выбрался. Однако на этом чудеса и закончились. Пропажа любимого человека и его похищение, погребение всего нажитого в огне, и как вишенка на торте - всего две недели на подготовку. И если после всего этого мы с Милой не выживем в предстоящей мясорубке - это будет крайне несправедливо. Прогоняя рефлексию, сделал разминку. Теперь предстоит подготовка к действу, что нас ожидает. И пусть почти всё оружие и патроны забрали, пусть сожгли все лекарства, еду и аптечки. За две недели я выберусь из этого дерьма и спасу Милу. А что будет потом - время покажет.

Начал я с банального составления плана. После получаса обдумывания и переписи получилось примерно следующее:

1. Обзавестись патронами на 12 и 9 калибр. Обязательно.

2. Провизия. Скоро-и-долгопортящиеся продукты, желательно различных видов, вода. Обязательно.

3. Защита: Бронежилет, шлем, перчатки, армейские штаны, ботинки и ремень. Желательно.

4. Создать более крепкое убежище. Желательно.

5. Оборудовать убежище. По обстоятельствам.

Согласен, кажется, что я съехал с катушек. Рыпаться, когда уже ничего не сделаешь? Это же бессмысленно. И большинство будут придерживаться именно такой позиции, ну, или попытаются сбежать. Однако есть два но: мне некуда бежать и я не хочу убегать. Надоело. Я лучше сдохну, чем дам им издеваться над Милой. Зря они оставили меня в живых. Подождали бы ещё немного и я бы сам выскочил, несмотря на все свои убеждения, и вот тогда я бы тут не распинался. Но жизнь не знает сослагательных. Осталось лишь следовать плану.

Глава 7

Провианта у меня осталось ровно на три дня, поэтому и начать решил с него. Отправляясь в город, проверил весь комплекс, а точнее то, что от него осталось, на предмет ловушек или дополнительных записок. Как и ожидалось, ничего. Конечно, соваться в город после предупреждения не лучшая идея, но я решил рискнуть, так как в противном случае, после того как закончится еда, я просто не смогу прожить оставшиеся десять дней без какой-либо пищи. Ещё раз проверил снаряжение. Кофта, поверх - обычная с виду кожанка, но с металлическими вставками внутри - своеобразный бронежилет, пусть и очень низкого качества, всё же работа самодельная. Плотные штаны, никак не позволяющие спасать меня от пуль, обычные кроссовки на ногах и медицинская маска на лице. Вроде нормально. Накинул капюшон и отправился в путь. До моего родного города пять километров - вроде и немного, но при обычном темпе идти целый час. Поэтому я вытянул руку, в надежде поймать машину. Удалось это нескоро, к сожалению, наша страна не располагает к доброте душевной, и когда я уже собирался добираться на своих двоих (всё же для военного пять километров - ничто), остановилась фура. Обычная фура, коих сотни на трассах, за рулём - огромный мужик, дальнобойщик с улыбающимся лицом. Каждый мускул, казалось был виден. И как только уместился в такую маленькую на вид кабину? Дальнобойщик открыл дверь, добродушно спросив:

-Тебе куда, болезный?

-В город. Иду из деревни уже третий час, никто так и не остановился, - давлю на жалость. Знаю, это плохо, но что поделать? - и почему болезный?

-А маска тебе тогда для каких целей? Да и тощий ты какой-то. Да не осматривай ты себя, это я так, по сравнению со мной-то все худощавые, - громкий, но совершенно беззлобный хохот, казалось, уронит машину на бок. Хороший мужик. Наконец отсмеявшись, продолжил, - садись давай, ещё топать и топать.

-Спасибо, любезный.

Всю дорогу разговаривали, курили и смеялись. На колёсах добрались быстро, а расставаться очень не хотелось, ведь это единственный человек кроме Милы, с кем я заговорил спустя столь долгое время. И знаете, я был безумно рад, что он предложил сходить в какой-нибудь бар вечерком. Однако, я не могу, ведь там придётся снять маску. А учитывая, что моё лицо периодически мелькает на всех телеканалах города, это будет чревато.

-Слушай, я бы рад, честно. Но мне нельзя.

-Жена что ли? Хахах, так давай я её уговорю. Будь уверен, я тот ещё дипломат.

-Да я не сомневаюсь, ведь меня редко кому удаётся разговорить, а у тебя это сразу получилось. Санёк (да, его зовут именно так), дело в другом.

-В чём же? Хотя ладно, не объясняй. Понимаю, мы ж минут пять только знакомы. Ладно уж, не серчай за столь быстрое предложение. - какую бы дикость я сейчас не совершал, обижать человека, ничего плохого не желающего мне совершенно не хотелось. А, гори всё огнём. Я устал прятаться. Убьёт на месте - буду в глубине души даже рад. Поведёт к властям - Бог ему судья, постараюсь с собой в последний путь взять как можно больше. Спустя довольно долгие раздумья, всё же решился.

-Слышал о преступнике, вырезающем военные и правительственные рожи и поджигающем их дома?

-Ну слышал, ты думаешь это я что ли? Да ты чего, могу даже паспорт показать. Я ведь совсем на него не похож! Да и меня-то Саня зовут, а его Ег... - кажется, он понял.

-Всё правильно. Егор Ветров его зовут. Это моё имя. Что ж, я признался тебе. Что будешь делать с этой информацией? - я положил руки так, чтобы в случае чего выхватить Беретту. Не думайте, что я настолько тупой. Просто иногда стоит получить опыт, каким бы он ни был. И если мне начнут угрожать - моя рука не дрогнет.

-Да как что, - хмыкнул дальнобойщик, - благодарить тебя буду, дорогой. Снимай свою маску, надо поговорить.

Глава 8

В глубине души я был рад подобному исходу, однако, было очень непонятно. Непонятно, какого чёрта тут происходит. Суровый, пусть и добрый, мужик, сейчас закрыл руками лицо и плакал. Наконец, Александр поднял мокрые глаза на меня.

-Я когда услышал, что кто-то против этих выродков взбунтовался, сразк захотел тебя найти. Я исколесил на этой ласточке все окрестности города, как будто зная, что ты где-то рядом. И в лес заходил, правда совершенно с другой стороны. Все обиды вспомнились, всё, что сделали Полигоновские выродки. А ведь не все там, наверху, такие. Но почему-то именно в нашем городе собрались самые гнусные, собрались вокруг этого Полигона, чёрт бы его побрал, и рубят деньги. У меня там брат умер. Он работал простым уборщиком, чтобы прокормить своих детей. Устроился туда лишь потому, что там платили больше, чем обычно, а что ещё нужно инвалиду с двумя ребятишками? А калекой он стал ещё на службе. Мы с ним близнецы, но так получилось, что родители наши разбежались после рождения. Я с отцом остался, а мать всё же смогла уговорить Мишу уйти с ней. Ну и когда он в армию пошёл, мать шепнула нужным людям, чтобы служил он на флоте по контракту. Мол, платят там больше, опять же вокруг денег всё крутилось. Ну и большая часть этих доходов уходила ей. А брату не хватало, всё время не хватало, он в свободную минуту всегда хоть немного да занимал. Ну и один раз не хватило на "крышу" от придурков на корабле. А они возьми да и прострели ему колено. Угадаешь, кем были? Депутатские сынки, причём они там даже не служили, а так, развлекались. Вроде как экскурсия. Ну и, естественно, не было им за это ничего. Брата отправили домой, а мать тут же открестилась от такого "подарочка", не приносящего никакой доход, кроме копеечной пенсии по инвалидности. Дети у него уже тогда были. Парень молодец, не сломался, смог устроиться в Полигон, мирно делал своё дело, никого не трогая. И всё бы ничего, работал бы дальше, общался с детьми. Однако у Полигона были на это свои планы. Там проводили испытание нового вооружения. Решили проверить на людях, просто не выведя оттуда нескольких сотрудников. Суки, как я их ненавижу. Я всё тебе рассказал. Я не собираюсь идти стучать на тебя, не собираюсь убивать. Я прошу лишь одного. Пойти с тобой на очередное дело.

Я задумался. С одной стороны, помощник - это хорошо. А с другой - он может быть совершенно некомпетентен, может оказаться депутатской крысой, или того хуже - офицерским доносчиком. Опять же, раз решился откровенничать - пойду до конца, хоть это и выставляет меня полнейшим дураком. Саня выжидающе смотрел мне в глаза, а я понял, что пауза слишком затянулась. Решено, я его беру. Пусть и убеждаю себя, что я такой добрый, это просто расчёт. Так действительно больше шансов сделать нечто значимое. Только сначала нужно кое с чем определиться.

-Хорошо, я возьму тебя. Это твой фургон?

-Мой, чей ещё, - казалось, моё решение было невероятным для него облегчением, - ты только не подумай, я тоже служил, знаю, как можно действовать, а как - нет.

-Это хорошие новости, Саш. Обсудим позднее. Скажи, можно ли будет сделать в нём двойную стену? Едва заметную, чтобы я смог протиснуться внутрь.

-Хмм, ну можно попробовать. Сваркой поработать и станет, будто так и должно было быть.

-Отлично. Есть у меня один план. Но для начала нужно поесть и обсудить все нюансы.

-Не вопрос. Сиди в машине и не высовывайся, провиант сам принесу.

-Давай, жду.

В целом, новое знакомство удалось. План действительно начал вырисовываться в голове, появилась эфемерная надежда на спасение Милы. Мила. Возник ворох мыслей о ней. Как она там? Что эти мрази творят с ней? Сможем ли мы выжить и скрыться? Как никогда захотелось прижать её к себе и долго-долго сидеть, не выпуская. Но это произойдёт ещё не скоро. Если, конечно, произойдёт.

Глава 9

Вскоре Саша принёс провизию - целую сумку еды. На вопросительный взгляд, кинутый на него, ответил, что это на три дня. Вот это человек шикует конечно - походную сумку на три дня! Да я к концу третьего в колобка превращусь! Принявшись за еду, я начал свой рассказ.

-Понимаешь, когда ты сказал, что можешь мне помочь, в голове возникла идея. Пока ещё эфемерная, но уже сейчас может восприниматься как рабочая. Значит, слушай.

Если твой фургон перекрасить в цвета Полигоновцев, установить армейские номера и уже нам соответствующе одеться, то у нас есть все шансы провести успешную диверсию изнутри. Меня закинем в дополнительный отсек, который попробуем приварить. Конечно, будет сложно. Сейчас там все на ушах. Но ситуация осложняется ещё больше тем фактом, что я иду в это грязное место не просто так - я иду спасать любимого человека. Итак. Теперь картина в целом. Чтобы ты прочувствовал. Нам нужно под эгидой армейцев пробраться в самое охраняемое и вооружённое место в городе. Вывезти оттуда человека и слить все наработки Полигона в сеть, чтобы эта фракция прекратила своё существование. Так как? Ты всё ещё со мной?

На лице у моего собеседника заиграли желваки. Не от злости, нет. Он начал активную мозговую деятельность. Наконец, спустя пару минут он очнулся.

-Сразу говорю - я согласен на любой план.

-А чего ж ты тогда молча сидел, дурень? - с плеч свалился огромный булыжник. Его отказ значил бы то, что мне придётся самому проворачивать всю операцию.

-Да я пытался понять, где же мы так всё обстряпать сможем, что нам выдадут и номер, и форму. С фургоном, допустим, я сам сделаю - достаточно сварку купить. А всё остальное?

-С этим просто. Для нужд нашего гнойника каждую неделю катаются фуры с провиантом, оружием, материалами и прочим, прочим, прочим. Причём, как выяснилось ещё во время моей службы, у каждой категории свой уровень защиты. Минимальный - у фуры с рудой. Сам знаешь, что за руда - наркотики из этой мерзости по всему городу ходят, - как я невовремя про Милу вспомнил. А вдруг под наркотой там? Чёрт, надо будет поторопиться. - Почему минимальный тоже должно быть понятно. Не хотят привлекать к ней излишнее внимание. Как бы они не скрывались, забирая всю руду, дабы "никто не смог её эксплуатировать в целях создания наркотических веществ", всё равно знающие люди понимают, что Полигон сам создаёт эту дрянь. В идеале нужно будет подорвать склады с этой мерзостью. К чему это я, порядковый номер фуры мы возьмём именно такой. И завозить будем в соответствующее место. А одежду возьмём у водителя, естественно.

-Так может тебе и не скрываться? Оденем тебя в охранника и всё тут.

-Я думал об этом. Но охранников проверяют. Это водители маленькие люди - ездят и ездят, не выходя из фуры. А всех охранников перед въездом проверяют на наличие жучков, микрофонов, диктофонов и на образец отпечатков пальцев. Предвещая твой вопрос - водителем я одеться вряд ли смогу, шлем у них не закрытый.

-Всё, всё, я понял, хорош. Сегодня мы много не навоюем, а значит нужно искать место для ночлега. К практической части плана всё же приступим завтра, окей, босс?

-Сам такое слово. Между прочим, у меня звание капитана, - мягко улыбнулся своему, надеюсь, другу, - и вообще, лично я собираюсь спать тут. Жарко же, чего в тесной кабине мучаться.

-И то верно. Тогда доброй ночи, товарищ капитан, - Саня шутливо вытянулся в струнку, впрочем, не приставляя руку к виску: головного убора не было.

-Ложись уже, солдат, спокойной ночи. Слушай, а какое у тебя вообще звание было в армии?

-Старлей, Егор. Старлей. Не дослужил я до капитана чуть чуть.

-Если выживем в грядущей операции - можешь смело называть себя капитаном.

-Забились.

Глава 10

Сказано-сделано. Мы корпели над фургоном три дня, началось всё с самого банального: покраски. Наблюдая за Полигоновскими машинами, мы выяснили, какой раскрас у фургона с рудой и узнали маршрут, по которому они передвигаются. Действовать приходилось очень аккуратно, иначе нас заметили бы сразу, как мы подошли к фуре. На следующий день после этого начались сварочные работы, которые, как и обещал, проводил Александр. Мне оставалось лишь ждать и следить за изменениями в расписании отправок. Времени оставалось всё меньше, нервы на пределе, ждать дальше было почти невыносимо. Ещё два дня мы с Саней тренировались в стрельбе и повторяли порядок действий, и когда наконец откладывать дальше не имело смысла, мы начали приводить план в действие.

Выехав на участок, оставили машину неподалёку и ещё раз пробежались по плану.

-Значит так: машины едут с интервалом в пять минут на определённой скорости. Нам нужно за это время захватить номера, одежду, спрятать фургон и нагнать время, которое мы упустили. Вопросы?

-Я так и не понял, почему мы не могли просто угнать тот фургон? Зачем менять номера?

-Потому что мне будет негде в нём спрятаться. В нашем фургоне уже есть двойная стена, а в Полигоновском нет. Варить дольше, чем просто поменять номера и нас могут хватиться. - тут я заметил подъезжающую машину, - работаем.

Саша выбежал на дорогу прямо под колёса фуры. Водитель успел затормозить, но что происходило дальше, уже не видел. Саня ударил по капоту, имитируя удар и упал на холодный асфальт. Пока охранник с водителем думали, что делать, выбежал я и началась сцена. Подбежал к Сане и упал на колени, взвыв.

-Что ж вы наделали-то, ироды?! Никакой управы на вас не будет, творите, что захотите, Господи, да за что же?!

-А ну, успокойся давай. Он сам на дорогу выбежал, с него и спрос, - строго сказал охранник, но водитель его перебил.

-Да ладно тебе, Егорыч, это я невовремя затормозил. Давай забашляем чутка и дальше спокойно поедем, - на этих словах охранник нахмурился, глядя на меня.

-Погоди-ка, а это не тот самый, из-за которого весь Полигон трясётся? - и уже ко мне. - А ну, покажи документы.

Рука потянулась за "документами", пока солдат стоял, прицелившись в меня. Тут захрипел Саня и все синхронно повернулись к нему, а я резким движением выхватил из кобуры Беретту и выстрелил два раза. Трупы мы закинули в фургон, и пока отвозили его до точки, Саша переоделся в водителя. А потом мы поменяли номера и как можно быстрее выехали на трассу. В этот момент я находился уже за стенкой и ничего не видел. В пути нас несколько раз останавливали на постах, но всё ограничивалось проверкой документов. И вот, наконец, машина остановилась у ворот Полигона. Вновь проверили на наличие удостоверения и пропустили, приказав не задерживаться. Саша отправился на склад, где вышел из машины и два раза ударил по контейнеру. Это был знак, что мне пора выходить. Из фургона выпрыгивал аккуратно, чтобы не привлечь внимание. Внутри я уже нацепил форму и отправился на поиски второй, для Сани. Она нам нужна не только для конспирации. В неё вшиты металлические пластины, обеспечивающие какую-никакую, но защиту. Найти было просто: на складе, чуть дальше, сидел вояка. Я подошёл к нему и поприветствовал. Военный встал для ответного жеста и тут же присел обратно из-за банального ножа в глазу. Старлей переоделся. Мы вышли из склада и отправились куда-нибудь подальше, чтобы нас не заметили рядом с трупом.

-Держи полумаску закрытой, на всякий, - сказал Сашка очевидную вещь, и сам поспешил нацепить её. Я последовал его примеру и мы приступили ко второй части плана.

Глава 11

Я отправился к единственному месту, где могли держать Милу - закрытый бункер на подземном участке Полигона. Как туда пробраться, знал ещё со времён службы - нас туда частенько водили, чтобы наглядно показать, что случается с неподчиняющимися. С содроганьем подумал о том, что могут сделать с моей девочкой и ускорил шаг. Преодолеть двести метров до лифта, обогнуть его с другой стороны, чтобы не морочиться с документами и прошмыгнуть в проход через решётку, специально сделанную под эти нужды офицерами. Сашка отправился на доклад о проделанной "работе", и пока он отвлекает бухгалтерию и большую часть начальства нытьём о повышении зарплаты, я должен успеть сделать всё, что должен был. От моего напарника же зависело отвлекающее действие и нахождение боеприпасов - мы всё-таки решили не отказываться взорвать к едрёне матери склад с наркотой. Пусть ненадолго, но это остановит мразей от распространения по городу всякой гадости, а на взрыв слетятся все местные СМИ. Дело так или иначе дойдёт до государственных правителей, и уже тут Полигоновскую лавочку точно прикроют. Общество, будь оно хоть трижды ведомым, не станет терпеть настолько провокационные замашки. А значит, с этим придётся считаться. К этому моменту своих мыслей я уже пробрался в бункер и теперь двигался под самым потолком, в надежде увидеть Милу в ближайших отсеках. Но вместо этого по пути увидел другую картину.

Прямо подо мной на кафельном полу стояло двое в полном облачении брони последнего типа с экзоскелетом. В такое облачали лишь самых сильных солдат, которые за счёт усиления мышц экзоскелетом и вовсе становились зверьми. Обычно таких выпускали для подавления митингов. Согласитесь, увидеть двухметровых гигантов в металлическом облачении, прущих прямо на толпу - зрелище то ещё. Ну, и для силовых операций. Ручные гранатомёты этим типам были как Бизон для меня. Собственно, самое тяжёлое вооружение - в том числе и пулемёты - отходили силачам. Что верно стратегически, но очень неудобно для меня. Ведь если меня заметят тут - то долго разговаривать не станут. Не понравится им, что я без сопровождения офицерского командования лажу по бункеру - и ошмётки мои полетят по всему помещению. А потому я прошёл чуть дальше, выходя из зоны их видимости, присел в какую-то нишу и начал думать.

Вариант с дальнейшим продвижением поверху отпадал - ведь Мила вряд ли осилит такой подъём и переход. У неё всё ещё ранение, плюс я не знаю, успели ли с ней сделать что-нибудь, пока меня не было рядом. Идти внизу - самоубийство, я просто не смогу объяснить тупоголовым, куда я веду задержанную, к тому же есть риск, что меня заметят раньше. Убить силачей? Да их сегменты брони не выдерживают разве что гранаты, а так громко потерпеть фиаско - это нам не подходит. Единственный выход после этого будет заблокирован, к нему моментально сбежится весь незанятый делом персонал. Думал я минут пять-семь. И когда уже практически отчаялся, произошло то, чего я ожидал меньше всего: зазвенела тревога.

Глава 12

Я бросил взгляд вниз и скрипнул зубами: солдаты никуда не делись, а напротив, следуя инструкциям, заняли оборонительную позицию, сволочи. Вот только теперь их взгляды были направлены на выход, поэтому у меня появился шанс хотя бы сзади ликвидировать силачей. По трубам вновь отошёл от них, найдя прикрытие рядом со стеной. Ну же, дурья твоя голова, думай. Как избавиться от бронированных, тяжеловооружённых качков? В голове появилась безумная идея, которая может выйти мне боком, однако других выходов я не видел. Ну, будь что будет. С этой мыслью я выдернул из подсумка пару зажигательных гранат и спрыгнул за спины тяжей. Действовать нужно чрезвычайно быстро, и, по возможности, тихо. Так я не привлеку особого внимания. Главное, чтобы в этот момент никто не зашёл в бункер - иначе их крики будут услышаны и сюда заявится весь Полигон. И не мне тягаться с этой фракцией в открытую, не потяну. Вот меня и заметили. Пока разворачивался первый, я подскочил чуть ближе, пропустил над собой удар его тяжеленного кулака, который спокойно бы отправил в нокаут такого задохлика, и ударил в передатчик на шлеме - через три секунды после замыкания должен запуститься протокол, закроющий и заблокирующий забрало, в целях избежать последующих ударов в лицо. Секунда раз. Подпрыгнув над летящей в меня ногой, я выдернул чеку фаера. Секунда два. Резко выбросив руку вперёд, раскрыл шлем шире, второй рукой при этом буквально затолкал гранату внутрь. Секунда три. С характерным звуком шлем закрывается, оставляя внутри огненную гиену. Экзоскелет вспыхивает как факел, а в следующее мгновение мне уже приходится нырять за угол, чтобы взрывом костюма не задело и меня. Всё пошло чуть чуть не по плану. Идиот, придурок, слабоумный! Ну кто тебя тянул так действовать, теперь на взрыв точно сбежится весь персонал! Ведь можно было додуматься, что его разорвёт, там же такое давление образовалось! С другой стороны, позиция не позволяла мне эффективно выстрелить прямо в лицо: во-первых, "открытое" забрало - это не значит полностью открытое лицо, лишь небольшая щель. Мне очень повезло, что граната протиснулась внутрь. А пока бы я прицельно стрелял, высунувшись из прикрытия труб - меня бы изрешетили. Я стоял и переводил дыхание, пока не услышал шевеление там, где прогремел взрыв. Удивлённый я высунул голову - и увидел лишь летящую в меня дубинку. Перед тем, как я потерял сознание, проскочила мысль: "Всё же выжил второй, гад везучий".

Глава 13

Очнулся я от тычка в затылок, связанный по рукам и ногам. Меня куда-то тащили, особо не церемонясь. Я чувствовал каждый камешек на своём пути, большинство из них - головой. И чем я только думал? Как из спокойного, рассудительного солдата я смог превратиться в безбашенного пройдоху, рассказывающего первому встречному о грядущем нападении на власть города и вытворяющим неимоверную дичь? Если подумать, многое в моей жизни поменялось после исчезновения Милы. Я стал больше думать, искать какие-то связи, чтобы просто поговорить по душам. Раньше таких проблем не было - девушка выручала меня своей поддержкой и пониманием. Чёрт подери ту мысль, которая заставила её отправиться на верную смерть. Ведь если бы её тогда не нашли на дороге, то в жизни бы не подумали прочёсывать весь квадрат в поисках меня. Найду - на цепь посажу, чёрт возьми. Тем временем голова перестала так сильно болеть, по крайней мере, в глазах больше не двоилось. Меня бросили в какой-то зал, заставленный коробками. Я огляделся получше и похолодел. Оружейная! Кем бы Полигоновцы ни были, они не позволят смятению проникнуть в ряды солдат. И если меня соберутся убивать медленно, наслаждаясь - то только в оружейной. Толстенные стены, двери, звукоизоляция. Идеальные условия, не так ли? Я опёрся на какой-то ящик. Руки мне благоразумно завязали за спиной, вязали со знанием дела, поэтому я оставил попытки освободиться. Вместо этого приподнялся, зацепился верёвкой за ручку и приоткрыл ящик. Пришлось выругаться, потому что внутри лежали медикаменты. Никакого, даже захудалого ножа. Руки были завязаны, но кое-что прихватить я смог. Конвоир заметил мельтешение и незатейливо, без лишних слов, пнул меня в живот. Я сложился, сплёвывая кровь, но на губах мелькнула улыбка надежды. Я держал в руке шприц со вставленной иглой и надеялся им воспользоваться. Открылась дверь. Я сел спиной к ящику, чтобы лучше видеть, при этом ковыряя канат иглой. Выходило из рук вон плохо, в любой момент меня могли спалить, но это был единственный путь. Всё моё оружие, естественно, забрали. Между тем в помещение вошли люди, сразу после которых гермоворота захлопнулись, оставляя меня наедине с моими потенциальными мучителями.

Из тени вышел знакомый человек, раскинув руки, он провозгласил:

-Ба, какие люди, и без охраны? Сколько лет, сколько зим?

-Ещё бы столько же, майор.

-Ну, не обижай же меня, я ведь, благодаря тебе, уже и не майор. Ведь твоими золотыми ручками был убит наш золотой полковник.

-Ну и как, занял его место?

-Увы и ах, место Сергея Павловича занял подполковник, как и предполагалось. Зато кандидатов на его место, кроме меня, не было. А потому я теперь хожу с двумя звёздами на погонах - его улыбку дёрнуло, повернувшись к конвоиру, офицер прошипел, - почему ты, остолоп, стоишь и смотришь, как он выбирается?! А ты, думаешь я слепой? Нет, я не тот идиот, каким был раньше, долго с тобой разговаривать не буду - он замахнулся, но уже поздно. Перекатом ухожу за ящик, рискуя проткнуть ногу сам себе, с ухмылкой доковыриваю верёвку и освобождаю руки. Кровь прильнула на место, затёкшие конечности не слушались, но я всё же распутал и ноги. И побежал, побежал как можно быстрее.

Глава 14

-Не стрелять, куски говна, тут же боеприпасы!! - завизжал подполковник, но я его уже не слушал. Бегло искал нужные мне ящики, а когда уже склонился над найденной взрывчаткой, в лоб мне упёрся металлический ствол. Послышался до боли знакомый голос, заставивший поднять взгляд.

-Ну здравствуй, Ветер. Руки подними и встань в полный рост. И давай без глупостей, ты же знаешь, я не придурок Полигона, я не промахиваюсь.

-Глаз... Глаз, собака, за что? Почему ты не высекаешь этих мудаков, а действуешь за них? Что с тобой?

-Ну, начнём с того, что они не оставляли меня одного на сухогрузе, полный террористами.

-Секунду, Глаз, насколько я помню, ты сам пинками выпроводил нас с подстрелянной Милой с корабля, не так ли?

-С просьбой привести помощь. А что сделал ты? Доложил, что я сдох, как собака, без славы и чести, что корабль затонул, спёр деньги команды, убил полковника и свалил в закат, вот что ты сделал!

Голова закружилась намного сильнее. Ноги подкосились, а сам я уже перестал что-либо понимать.

-Чего? Глаз, тебя дезинформировали, ты это понимаешь? - сзади послышался топот, но мне уже было плевать, - ты придурок, Глаз, раз не связался со мной, когда очутился в городе, хотя я знаю, что ты мог. Какие деньги? Я не получил даже на операцию Миле. На этом сухогрузе было далеко не оружие. А та дрянь, которая гуляет по венам почти всех жителей! Они дали мне от ворот поворот, дали понять, что тебя оттуда никто вытаскивать не собирается, и только после этого я и замочил сраного офицера!! Стреляй, Глаз, пошёл ты к чёрту.

-Стоять, мразь! - бывший майор не упустил момент затишья. Вот я уже лежу на ящике заломанный, в зал заводят Милу. Сознание плывёт.

-Тебя предупреждали, чтобы без глупостей?! Теперь мучайся.

Прогремел выстрел. Прямо в голову, не оставляя никаких надежд. Меня отпустили, я подхватил падающую Милу. Уже не соображаю ничего. Слёзы ручьём, меня трясёт. Ну почему? Сделать столько, чтобы получить её мёртвой? Прижал бездыханное, но такое родное тельце к себе. Крик отчаяния вырвался из груди, затопляя сознание и помещение.

-Убейте уже меня, давайте!

-Неет, Ветер, ты будешь мучаться. Ты будешь страдать, Ветер. Отдохни теперь.

Сквозь боль послышались выстрелы. Глаз расстреливал каждого, кто был в комнате. Кто-то пытался сопротивляться, но против нашего снайпера особо не повоюешь. Всё это я замечал остатками потухающего сознания. Они её убили. В зал влетел Саня,ошарашенно уставившись на меня. Когда всё закончилось, снайпер подошёл.

-Прости меня, Ветер. Я не знаю, что из сказанного правда. Но в любом случае, даже если ты поступил как крыса, то уже получил своё. - рядом упал пистолет, - ты знаешь, что с ним делать.

-Иди, Глаз. Возьми Сашку, он хороший человек. Иди, я разберусь, как и всегда разбирался. Иди своей дорогой. - Как безумец я повторял раз за разом, хотя сослуживец уже давно покинул зону. Я положил Милу на пол, опрокинул ящик со взрывчаткой на бок. Посмотрев в последний раз на своё чудо, обнял покрепче и выстрелил в тротил. В потухающее сознание проникла боль. Пора отдохнуть.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге