Полёт Сокола. Книга вторая

Глава 1.

Вернуться домой – это всегда волнующее событие, наполненное смешанными эмоциями. С одной стороны, присутствует радость от встречи с уже ставшими близкими людьми, знакомыми местами и просто добрыми жителями. С другой стороны, нередко в таких случаях появляется чувство тревоги. За время, проведённое вдали, могло что-нибудь произойти. И не всегда хорошее. В этом случае происшествие давит на твой дом многотонным прессом, заставляя вновь прибывших разделить тягость минувшего события. Даже если никто ещё не успел сообщить путникам о случившемся, те, внутренним чутьём – ну, а кто-то может и другим местом, – улавливают какие-то интуитивные жесты, печальные взгляды или тишину в толпе, что и выдаёт эту самую напряжённую струну в обществе.

К пристани мы подошли с предвкушением радостных возгласов и признанием нас героями. Ну а как иначе? Вряд ли соберётся много таких же отмороженных, как мы, которые, рискуя всем, решатся оторвать жирный кусок от богатства наших «друзей».

Не спеша сходить на сушу, я с высоты ладьи осматривал группу встречающих нас жителей Кречета. Благо светлая ночь позволяла это сделать, да и факелов было много расставлено. Конечно же, я надеялся найти одну особу, чьё имя Лиза. Даже волноваться начал, как перед битвой. Хотя на обозрение всем я старался не показывать своё состояние. Для общества я играл роль сурового командира, который вернулся из тяжёлого похода и следил за спускающейся командой.

Чем дольше я всматривался в толпу, тем больше мои брови превращались в одну сплошную черту. Я никак не мог найти ту, о которой думал весь поход. Неужто она не пришла? Может, не знала? Да ну нет, это невозможно. Её отец – воевода, она могла в любой момент узнать свежие новости о нашем отряде. Если, конечно, захотела бы… Обидно, думал, наконец-то нашёл то, что искал.

«Что-то тут не так», – пронеслась у меня в голове чужая мысль. Признаться, подобное начинает утомлять.

А ведь верно. Вот тугодум. За своими немыми переживаниями не заметил самого главного. Тут были только дружинники воеводы! Ни гражданских, ни воительниц! Вообще никого лишнего.

Нас встречали приветливо, знакомые обнимали путников, хлопали их по спинам, но вели себя максимально сдержанно. По крайней мере настолько, насколько это позволяла ситуация. Спустившимся на землю людям не давали разойтись в разные стороны и сбивали в группы. Даже членов ладейной команды, хотя им надо было позаботиться о нашем транспорте.

Сойдя на пристань последним, я направился к главному во встречающем нас отряде. По крайней мере, мне так показалось. Стоял он в стороне, ни с кем особо не разговаривал, лишь изредка отдавал приказы воинам и указывал, куда строиться вновь прибывшим. Сделать это оказалось труднее, чем можно было подумать. Незнакомые мне воины то и дело преграждали мне путь и настойчиво просили подойти к своей группе. Хорошо, что Игорь с Иваном увидели мои проблемы и начали расчищать передо мной дорогу. Получалось у них это неплохо. Мало кто хотел связываться с обнажёнными мечами.

– М-да, вот уже и личными мигалками обзавёлся в этом мире, – негромко пошутил я, смотря, как особо настойчивых члены моей тройки убирают с пути щитами. Одному даже приложили в нос. Ну что поделаешь, дипломаты из них пока что так себе.

Наконец, последнее препятствие между мной и какой-то важной шишкой было устранено, и я смог его разглядеть. Лысый, низенький человечек в кольчуге. Про возраст сказать было сложно, поскольку у местных цикл жизни куда больше, чем у всех моих знакомых из другой, эм… из другого мира, наверное. Минимум полторы сотни лет проживали, это точно. Ну а там как повезёт. Вот такой бонус от богов их пантеона. Надеюсь, меня они не обделят.

Вроде бы я его видел у кабинета воеводы, но точно не могу сказать. В подчинении у господина Кроста находилось очень много людей, всех и не упомнишь.

Не успел я рта открыть, как неизвестный командир воинов сделал знак рукой оставшимся рядом дружинникам, чтобы те стояли на месте, и первым начал разговор.

– Матвей. Тебя же так зовут? Отлично. Опережая твои вопросы и негодование по поводу всего происходящего, подожди и выслушай меня внимательно. Понимаю, выглядит всё очень подозрительно, но, поверь мне, это не арест. После того как пришла ладья с вестью от вас, господин Крост отдал приказ встретить вас и, не поднимая лишнего шума, провести в поселение. Отряд разместится в казарме, а вот с тобой воевода хочет переговорить.

– Хм, а с чем связаны подобные действия? Не думаете же вы, что жители в скором времени не узнают о нас? Одно то, что к нам навстречу вышел большой отряд, должно насторожить всех. Да и несмотря на ночь, я уверен, кто-нибудь да заметит наше передвижение по улицам. Это глупо! – высказал своё недоумение то ли десятнику, то ли полусотнику.

– Не могу знать. Я думаю, у выборного есть на то причины. Одно могу сказать: мы все рады, что вы живы. После вашего отправления пропали несколько дальних разъездов и группа травника в лесу. Поэтому некоторые не надеялись и вас застать живыми, – очень серьёзно проговорил мне лысый собеседник. Я бы даже сказал – с каким-то облегчением в голосе.

Вот это поворот. Думали, у нас было всё самое интересное, а нет, ошибочка вышла. Главные события, оказывается, развивались тут, дома. Вдали от нас и вблизи от близких. А это подозрительно. Если обратиться к мысли о предателе в поселении, сообщившем о нашем походе субрам, то для отвлечения внимания он же мог организовать нападения на дозоры. Конечно же, делал это всё не сам. Скорее всего, предупреждал субров о пути следования воинов, а те уже делали грязную работу. Как бы ни было жалко людей, но, скорее всего, они мертвы. Субры навряд ли оставили тех в живых. Разве только в плен могли бедолаг брать. Но и это сомнительно, мороки много.

М-да, далеко зашёл этот инкогнито. Хорошо, что он не знал о нашей истинной цели. А то приём был бы намного жарче. И так пришлось повоевать. Похоже, рядом с нашими предполагаемыми границами затаился летучий отряд противника, который и совершает нападения по знаку предателя. Как мы не столкнулись только с ним на обратном следовании, одним богам известно. Получилось бы у субров нечто вроде молота и наковальни. Таившийся отряд у наших границ встретил бы нас, а пока мы разбирались с ними, подоспела бы и погоня. Идеальная засада. Кто-то мне говорил про недалёкость субров, кажется. Вот только тут она не просматривается. Хотя это могли и не они спланировать… Надо скорее выводить на чистую воду эту крысу. Иначе боюсь, что субры могут потребовать от него сдать расположение наших полей и отомстить. Да, мне необходимо прогуляться по лесу, дела всё-таки. Но вроде как добро на предварительную поимку негодяя было выдано, так что действуем. Так, стоп, пропала группа травника?! Субры бы не сунулись в лес…

– Уважаемый…, – начал было я, но снова был мягко перебит начальником отряда. К слову, мы уже шагали в сторону ворот. Только не ближайших. Повели нас в окружную, обступив вокруг всех возвратившихся. Получился такой вот почётный конвой. Ну или тюремный эшелон… Я же шёл рядом с лысым, который не стал возражать подобным вольностям с моей стороны и со стороны моей тройки. Даже десятники шли в строю, в отличие от нас.

– Меня полусотником Мыславом кличут. Только не называй господином. Не люблю это всё. Тем более у тебя под командованием до сих пор не меньше людей находится, если считать ладейные команды. Так что считай, мы с тобой на одном положении.

– Как скажешь, Мыслав. Рад познакомиться. Я вот что спросить хотел. Не находили ли мест сражений после пропажи разъездов? А насчёт отряда травника, когда именно он пропал? До или после исчезновения воинов? И кто вообще был в том отряде травника?

Полусотник задумался. Ведать, вспоминал все детали. Мы тем временем входили в южные ворота поселения. Стражников в их форменной одежде не было видно. Нас встречали обычные дружинники. Похоже, подготовились к нашей встрече очень хорошо. Не удивлюсь, если и весь наш путь будет проложен по малохоженым и оцепленным улочкам.

А я, похоже, соскучился даже по видам этих незамысловатых строений. Как-то не замечал в себе подобного раньше. Наверное, вступив в смертельное противостояние с желающим разрушить этот милый населённый пункт, я, можно сказать, породнился с духом этого места, с духом народа, проживающего здесь. Ну а как иначе? Мне кажется, в этом мире не выжить по-другому. Необходимо, чтобы за тобой кто-то стоял, и желательно, чтобы это была серьёзная сила. Оглядываясь по сторонам, отметил, что вообще нет никаких изменений, хотя отсутствовал всего ничего, но порой казалось, этот поход длился пару лет. Всё те же каменные или заговорённые деревянные домики, покрытые разнообразными рисунками, вырезанными прямо в стенах. Я как-то интересовался их значением или переводом, некоторые вырезки походили на руны, так на меня посмотрели, как на умалишённого. Мол, что могут значить обычные рисунки. Это просто для привлекательности домов. Каждый старался как мог, придумывая замысловатые узоры и сцены эпических сражений из местных повестей. Многие могли потягаться с современным кинематографом, настолько казались живыми герои на стене.

Шли мы, к сожалению, не по выложенному брёвнами тротуару. Как я и думал, повели нас самыми нехожеными улицами, где было меньше вероятности встретить кого-то из прохожих или столкнуться в лоб в лоб с высунувшим в окно своё любопытное лицо кречетом. А вот насчёт оцепления не догадались, похоже, такого у них не практикуется. Хотя… справа на крыше мелькнула какая-то тень. Так, стоп! Какая ещё тень?! Какое оцепление на крыше дома?!

– Хоревой! Окружить дом, живо! – отдал я приказ одному из десятников моей команды. Раз меня ещё не сняли с должности, значит, имею право отдавать распоряжения.

Только вот бойцы Мыслава не разобрались в ситуации и решили, что охраняемые лица стремятся убежать от бравых воинов. В результате образовалась сумятица. Кто-то даже начал применять грубую силу в отношении ближнего своего. До железа, благо, не дошло. Полусотник, проследив за моим взглядом, оценил происходящее и сам отдал приказ о поимке странного соглядатая. Только поздно уже было. Тень, заметив своё обнаружение, разогналась и перепрыгнула на другой дом, хотя расстояние было приличным. Я бы, по крайней мере, не рискнул прыгнуть.

Осознав, что злоумышленнику ничего не стоит уйти от нас по крышам зданий, руки сами достали лук и стрелу. Промахнуться не должен, расстояние небольшое. Прицелившись в бедро – всё-таки расспросить надо этого прыгуна о целях его деятельности, – на выдохе отпустил тетиву. В ночи стрела со свистом ушла в свою цель. Ну, почти… Похоже, убегающий заметил или услышал звук пущенной стрелы. Вот только это ему не помогло, а скорее, совсем наоборот. Неправильно определив в темноте траекторию полёта стрелы, недалёкий человек решил пригнуться и защитить свою голову.

Снаряд вошёл ему в спину, отчего того откинуло вперёд. Мне даже показалось, что я услышал звук хрустящего позвоночника. Пробыл на крыше он недолго. После пары ударов сердца безвольное тело скатилось вниз и упало с тихим стуком на землю, неестественно выгнувшись. При всём этом убегающий не произнёс ни звука: наверное, от болевого шока сразу потерял сознание.

– Проклятье! – выругался я, подбегая к трупу неизвестного. А то, что это был уже труп, сомнений не было. Невозможно остаться в живых со стрелой в спине и вывернутой шеей. Ну как так-то?! Почему он решил именно пригнуться?! Что за невезение?! А вдруг это простой житель города?! Как-то узнал о возвратившихся дружинниках и решил взглянуть на своих – и всё! А я его наповал! Руки не из того места у тебя растут, Матвей!

Похоже, на моём лице как-то отобразилось моё эмоциональное состояние, потому что Мыслав, который побежал к убитому вместе со мной, ободряюще похлопал меня по плечу со словами:

– Не переживай, все видели, что ты целился понизу. Он сам подставился под выстрел, к тебе никаких претензий не может быть.

– А вдруг это кто-то из обычных жителей поселения? – угрюмо пробурчал я.

– Какая разница? Он не должен был тут находиться. В такое время могут следить за воинами только тати. Даже если худых мыслей у него не было, то мог бы догадаться о секретности нашего шествия. Не зря же мы вас ночью ведём по закоулкам!

Меня доводы полусотника не убедили. Как-то это было неправильно – лишать жизни простого человека. Может, во мне говорит менталитет жителя двадцать первого века, но всё равно тут тоже есть законы, и они довольно суровые. За убийство могли серьёзно наказать, придать аналогичной смерти – это не самое страшное из всех утверждённых способов сдерживания преступлений. Весомым аргументом был вариант, по которому провинившегося могли одного оставить в лесу за рекой Великой. Но, как и смертную казнь, его применяли только в крайних случаях. За всё моё пребывание здесь никто ни разу не подвергался данным экзекуциям.

– Тем более я этого мужчину не узнаю, – продолжил своё рассуждение Мыслав, – конечно, мне не все жители поселения знакомы, но как минимум я их всех видел. Это, скорее всего, приезжий, возможно, с купцами прибыл.

Внимательно изучив жертву моей стрелы, я попытался вспомнить его. Но безрезультатно. Я, конечно, был не таким знатоком Кречета, как полусотник, но твердо мог сказать: люди такой внешности тут не живут. Откинутый во время падения назад капюшон оголил вытянутый череп, покрытый надписями из шрамов в круговом порядке. В голове что-то мелькнуло, и я поспешно позвал Славку посмотреть на это экзотическое искусство. Мой друг довольно долго изучал творение рук человеческих. При этом на его лице не отразилось ни грамма удивления. Видимо, устав стоять тут просто так, да и спешить надо к воеводе, полусотник потребовал рассказать всё, что знает об этом.

– Я не уверен, но, кажется, где-то видел подобное: это вид применения силы на тело и дух человека. Больше ничего не могу сказать сходу, – протянул Славка и многозначно посмотрел на меня.

– То есть это субр? Они же занимаются подобными мерзостями, – спросил Мыслав у младшего служителя богов.

– Необязательно, он может быть кем угодно. Если субры активно практикуют запрещённую магию, это не значит, что каждый человек с её следами является субром. Это может сделать любой, обладающий силой, – ответил нахмурившемуся полусотнику Славка. Затем он вытащил из кармана лист и быстро начертал на нём повторяющиеся символы с головы погибшего.

Не дав остановить занятого одарённого нашему лысому сопровождающему, я начал брать командование в свои руки. Сперва распорядился, чтобы приготовили носилки для тела. Желательно закрытые, чтобы не показывать всем наш чёрный груз. Также отправил несколько вояк из людей Мыслава пройтись по ближайшей территории. А вдруг этот прыгун тут был не один? Воины подчинились, хотя и посмотрели на своего прямого начальника, но тот им утвердительно кивнул.

Выдвинулись сразу после сооружения носилок, дожидаться возвращения патрулей не стали. Хотя и оставили небольшой отряд для поддержки. Удивительно, но мы не перебудили живущих поблизости. Да, старались вести себя как можно тише, но прыжки по своим домам хозяева точно должны были услышать. Ну, скорей всего, связываться не захотели. Оно и правильно: меньше знают – крепче спят.

Надо как-то со Славкой переговорить по поводу этого всего. Но без лишних ушей. Если я правильно его понял, то кое-что он знает. И это кое-что готов рассказать только мне. Ну, посмотрим, что с этим делать, не все сразу. А то оно, конечно, и весело началось наше возвращение, да вот только как бы от такого веселья не протянуть ноги.

Глава 2.

На пороге здания выборных или же, как я успел наречь его, администрации Кречета меня ждал неожиданный и приятный сюрприз, который, как я думал, сегодня не состоится. Но всё по порядку.

Дальнейший путь был без происшествий. Патрули никакого результата не дали. И тут встаёт логичный вопрос: «Был ли там кто-то ещё?». Ведь, учитывая сам факт незаметной слежки этого проныры, опыта в работе с подобными индивидами у дружинников нет, и они могли запросто пропустить при обходе ещё одного. А может, и не одного… Конечно же, хотелось бы надеяться на лучшее, но, на мой взгляд, это не выход из ситуации. Если проанализировать прошедший поход, то можно сказать точно: местные вообще любят надеяться. Можно сказать, полагаться на авось. Да, это удобно, только не всегда и не во всех делах. Поэтому я задумал профилактическую беседу с господином воеводой. Думаю, мне есть чем поделиться с ним из своего мира.

Кстати, после инцидента с непонятной опасностью наши то ли охранники, то ли конвойные перемешались с отрядом и шли свободным строем. Общий враг сплотил, и люди были готовы отразить или углядеть любого неприятеля в ночном поселении. Даже недовольный взгляд полусотника не производил должного эффекта.

Выйдя на центральную площадь, вся группа пошла в казарму. Кроме, естественно, полусотника и меня. Также с большим трудом, но мне удалось уговорить взять с собой Славку. Мыслав хотел отправить его в общую казарму. Кажется, он действительно не понимал важность моего друга на предстоящем докладе. Хотя я и сам не представлял, что может рассказать младший служитель сейчас. Вообще, планировалось мною привести его на собрание выборных. Надеюсь, получится это сделать через господина Кроста. Ведь отчитываться о проделанной работе я вроде должен не только перед воеводой, но и перед всеми остальными выборными. Вот и пойду получать плюшки вместе со своим другом. Ну а там попробуем провернуть то, что задумывал давно. Тело погибшего лазутчика, к моему сожалению, отправили в пристройку у казарм. Хотя я предлагал нести его с нами. Да, странно выглядело бы, да, некультурно и вообще по-варварски, но я уверен, что на него захотят взглянуть. Так бы тут же и показали, а так придётся нести его воинам обратно. Не пойдёт же воевода в темноте куда-то – не по чину. Одно то, что такой важный человек ждёт нас в поздний час, уже большая удача. В свете последних событий хотелось бы получить разъяснения. Ну, конечно же, если начальство посчитает нужным довести до мелкой сошки информацию, можно сказать, государственного масштаба. Хотя… скорей, мини-государственного…

Из раздумий я вышел, только когда был уже у самой администрации. В окне на первом этаже мелькнула чья-то фигура. Не успел я опомниться, как на шее у меня повисла невысокая воительница, лук которой, торчащий из-за спины, пару раз чуть не выколол глаза. А чёрные как смоль волосы то и дело щекотали мне под носом.

– Матвей! Наконец-то ты вернулся! С тобой всё в порядке? Не ранен? – сыпались на меня слова, заставляя мою бедную голову лихорадочно соображать: «Меня пытаются свести с ума или эта буря эмоций от радости?». Думаю, всё-таки второе.

– Лиза, я тоже рад тебя видеть, но ты меня сейчас задушишь, – еле как просипел я, стараясь заглушить рвавшийся наружу предательский чих.

– Извини, – отстраняясь от моей шеи, но не отпуская меня, произнесла грозная воительница. При этом улыбка не сходила с её лица, даже когда она просканировала мою тушку на наличие внешних повреждений. Как будто под рентгеном побыл.

– Со мной всё хорошо, – успокоил я девушку и на автопилоте уже сам стиснул её в объятиях.

Прервал нашу идиллию всё тот же полусотник.

– Кх-кх, – привлекая внимание, прокашлял Мыслав, а я как-то уже и забыл о нахождении здесь кого-то ещё, – молодые люди, мы все всё понимаем, но, может, пожалуйста, перенесёте проявление радости от встречи на другое, более позднее время? Нас всё-таки господин воевода ждёт, кстати, твой отец, Лиза, если что-то не изменилось. И очень не хотелось бы оправдываться тобой перед столь занятым человеком.

Неохотно, но я отпустил девушку, давая ей шанс отойти от меня, пока снова не заключил в крепкие объятия. Лиза лишь скривилась и тихо пробурчала что-то про зануд, окружающих её. Наверное, это услышал только я, ну или остальные сделали вид, будто бы пропустили высказывание мимо ушей. Пришлось дальше двигаться к непосредственному начальству. По пути Лиза рассказала те же новости о пропавших отрядах. Ничего нового она не знала, но я не останавливал. Пускай высказывается, ну а мне несложно выслушать повторно.

Да, она поведала и об очередном споре со своим отцом. Касался он опять меня, конечно. Даже как-то неудобно стало. Господин Крост, скорее всего, проклинает мою головушку всеми известными ему словами. Шутка ли: была пай-девочка, а стала непослушной хулиганкой, стремящейся сделать всё по-своему. Что касается сути спора, так тут всё легко. Лиза случайно подслушала о нашем возвращении и хотела меня встретить на пристани. Но воевода не позволил: ему необходимо было как можно дольше сохранять нашу скрытность. А голосящая во все стороны дочка могла это испортить. С боем, но ей всё же удалось отстоять право дожидаться хотя бы в этом здании. Когда я это услышал, то мысленно обругал себя. Её отсутствие на пристани оказалось банальным запретом, а я уже напридумывал себе там невесть что. Порой стоит придержать эмоции и подумать головой. Ну это так, на будущее.

Дверь господина Кроста была открыта настежь. Ведать, уже извёлся, дожидаясь нас, – обычно такого он не делает. Услышав наши шаги издали, воевода не стал церемониться и без стука приказал всем заходить. Последним зашёл робеющий Славка. Закрытая им дверь пугающе грохнула в безлюдных коридорах огромного здания. Даже мурашки пробежали по спине.

Хозяин кабинета встречал нас за своим привычным столом. На нём, как и прежде, лежали раскиданные чистые и исписанные листки бумаги. Незнающему человеку могло показаться, что перед ним не предводитель славного воинства, а какой-нибудь писарь: уж больно много было в кабинете разных рукописей вместо оружия. Но могучие пропорции и суровое выражение лица говорили об обратном. Думаю, если бы воевода захотел, то разломил бы этот самый стол одним ударом кулака. Ну максимум – двумя. О таких габаритах мне можно было только мечтать. Не знаю, чем его в детстве кормили, но это помогло вырастить настоящего богатыря. Хорошо, что Лиза пошла в мать.

Господин Крост обвёл нас своим тяжёлым взглядом, и первым его словом было отнюдь не приветствие или выражение радости по случаю нашего удачного похода. Конечно же нет.

– Лиза, выйди, не для тебя та информация, что будет тут оглашена, – хмуро произнёс воевода.

– Но… – хотела было возразить воительница, но я её аккуратно дёрнул за руку и сделал знак глазами, мол, потом всё тебе расскажу. Вроде бы поняла. По крайней мере со мной пререкаться не стала и вышла из комнаты, напоследок наградив отца обиженным взглядом.

Господин Крост стойко выдержал эту сцену, только вот мне показалось, что правое веко у него дрогнуло пару раз. М-да, довела могучего выборного дочка, ох довела.

– Мыслав, докладывай, как прошло сопровождение, – бросил воевода стоящему, как статуя, полусотнику.

– Возникли небольшие трудности…

Доклад вояки много времени не занял. Ну а собственно, о чём тут докладывать? Пришли, дождались нас, встретили и увели. Единственное – пришлось рассказывать полусотнику о чуть ли не упущенном соглядатае. Правильно сделал: лучше сам признает свою ошибку, ибо я молчать не стану. Отсутствие должного охранения – это проблема, которую надо решать. Чистосердечное признание сделало своё дело: по крайней мере воевода никак не отреагировал на эту новость, а вот описание злоумышленника его очень заинтересовало.

– Это точно не постоянный житель поселения? – уточнил воевода у полусотника.

– Я уверен в этом, хотя можно и проверить на всякий случай. Думаю, можно и у приезжих купцов ненавязчиво поспрашивать. Только вот на результат я бы не надеялся. Больно необычен был этот прыгун. Вряд ли такого взяли на борт охранником. В бой вступать тот не захотел, сразу побежал. Ну а пассажиром… люди боятся странностей и по возможности сторонятся их. А этот и рисунками на голове даже в мёртвом состоянии наводил жуть.

– Всё равно надо проверить всех, может, и нашлись смелые люди за деньги. Как я понимаю, младшего служителя привели сюда как раз из-за него? Отлично. Слава, что ты можешь сказать по этому поводу? – воевода переключил своё внимание на моего друга. Видно было, что приятель не в своей тарелке. Нечасто на приёме у выборного от армии ему доводилось бывать, в отличие от меня. Наверное, я даже успел его переплюнуть по количеству таких вот аудиенций. Хотя и нахожусь тут, по сравнению с ним, безумно мало.

– Господин, – начал было Славка, но прервался, дабы набрать побольше воздуха, – мне нужно уточнить значение выгравированных рун на вытянутом черепе покойного. Сейчас же могу сказать лишь то, что это магия над телом и духом, и, опережая вопрос, скажу: это необязательно субр, такое мог сделать кто угодно. Но да, ближайшие известные одарённые, практикующие подобное, – это субры.

Та-ак, а тут уже интересно. Как-то я не задумался об этом раньше. А не мог быть предателем старший служитель богов Бажен?! Он меня ненавидит, сам не знаю за что. Как раз-таки он, сильный одарённый, мог провернуть такое над человеком. Хотя нет. Забыл про перстень. Он же вроде как должен был отправить того к богам, коли бы Бажен перешёл грань и совершил подобное деяние. Хорошо, что ещё вслух не стал говорить о своих подозрениях.

Тем временем Крост задумчиво барабанил пальцами по столу, пытаясь придерживаться определённого, неизвестного мне ритма.

– Где вы, говорите, схоронили тело лазутчика? – спросил отрешённо воевода.

– Так в пристройке у казарм, господин, – ответил тому Мыслав.

– Ну, там же постоянно много народу, другого места что ли не нашли? – устало проговорил Крост. – Давай, Мыслав, перетащите его в более безлюдное место, только недалеко, и да, я думаю, младший служитель не откажет нам и поможет продлить целостность тела? Так и думал. Иди, Мыслав, Слава тебя догонит. А, да, вначале его сюда принесите. Посмотрю на это чудо.

Дождавшись, когда полусотник выйдет, воевода продолжил:

– Значит так, слушай меня внимательно, Слава, – имя было произнесено с непонятной для меня интонацией, – у тебя есть максимум день, ну или ночь, чтобы разобраться во всём. Бажен уже несколько дней в таверне празднует очередной выдуманный праздник, поэтому вскоре тот вернётся в святилище богов. Я, конечно же, отдам приказ задержать его, кому надо – заплатим, чтобы бесплатную выпивку предложили твоему наставнику, но всё равно поторапливайся, мне нужны результаты. Чего так уставились на меня?

Впервые за всё время разговора господин Крост позволил себе улыбнуться и с каким-то неприсущим для себя озорством посмотрел на нас. Мы же в этот момент просто были ошарашены такими словами! И это ещё мягко сказано!

– Но откуда?.. – первым вышел из ступора я.

– Что откуда? Откуда я знаю про ваши шалости с библиотекой при святилище? Или откуда я знаю про тренировки у реки? Вы о чём думали-то, когда выбирали такое место для отработки ритуалов? Да, самих вас не было видно, но вспышки порой отражались в водной глади. Скажите спасибо, что стражники мне сперва доложили о странных явлениях. Ну а там несложно было проследить за вами. Конечно, в самом святилище за вами не следили, но сопоставить одно с другим не составило труда. Так что я догадался о ваших махинациях и когда именно они у вас происходят. Не бойтесь, я вас сдавать не собираюсь, нужное вы дело делаете, – закончил своё пояснение воевода с хитрой интонацией.

Вот это мы попали! По сути, Крост накопал на Славку компромат, с помощью которого теперь может просить в приказном тоне исполнять свои пожелания. Ясно дело – на благо поселения, но всё же. Иначе сдаст Бажену бедолагу, а тот церемониться не станет. Ему конкуренты не нужны. Мне-то всё равно, я и так подчиняюсь воеводе и состою в дружине. М-да, предупреждал меня Славка, что Крост ещё тот интриган, но чтоб пойти на такое… по мне так это подло.

– Да успокойтесь вы, сказал же, чтобы не боялись. Каким бы зверем вы меня ни считали, я не стану против вас играть. Это не в моих интересах. Если у нас появится новый сильный одарённый, то все от этого будут в плюсе. Даже Бажен, хоть он этого и не понимает пока. По крайней мере, может, почувствовав конкуренцию, пить бросит. Ты, Славка, не застал, да и уж тем более ты, Матвей, но в молодости этот старый алкоголик даже на женщин производил впечатление.

– А что же случилось? Почему он стал таким? – решил я узнать краткую историю старшего служителя богов.

– Гордость и власть ослепили. Привык быть единственным магом поселения, вот и праздники в честь себя устраивал. Ну а на праздниках, само собой, необходимо пить, по его мнению. Так постепенно, днём за днём он и «обвис» морально и физически. Раньше даже доспех носил, а сейчас это будет проблематично. Понадобится расширять несколько раз, – после выдачи нам подноготной Бажена воевода опять нахмурился и заявил, – сорванцы, вы чего это меня заговариваете? А ну-ка, Славка, бегом догоняй Мыслава! Тот уже поди до казарм дошёл. А вот тебя, Матвей, я попрошу остаться.

Я как бы и так никуда не собирался. Сам знал, что разговор предстоит долгий и вдумчивый. Поэтому, когда за моей спиной закрылась дверь, я решил взять быка за рога и сделать то, что планировал.

– Господин Крост…

– Матвей, наедине просто Крост, говорил же. Ещё если ты меня так называть будешь, то я совсем с ума сойду, – после этих слов воевода как-то расслабился и откинулся на спинку стула. Только сейчас я заметил, как он устал. Те же огромные синяки под глазами чего стоили, – да ты во мне сейчас дырку просверлишь глазами. Не надо так смотреть на меня. Знаю, что плохо выгляжу. Бессонные ночи никого не красят, ещё и Лизка сама не своя эти дни была. Пока не приплыла ладья с сообщением от вас, она мне все уши прожужжала о том, что надо собирать отряд на помощь. И ведь права была, откуда только узнала!

Ого, вот это поворот. У неё что, экстрасенсорные способности проснулись? Или что-то другое? Ну ладно, что бы то ни было, всё равно полезно.

– Хм, Крост, в общем, раз мы только что разговаривали о Славке, то, не уходя далеко от этой темы, хотел бы попросить вас об одолжении, – остановился я и, дождавшись кивка воеводы, продолжил, – можете ли вы поспособствовать нахождению Славы подле меня при докладе о пройденном походе на собрании выборных? Я же вроде как был послан от всех вас в земли субров, и получается, и отчёт давать буду всем?

– Ты прав, отчёт будешь давать перед всеми. А что касается Славки… зачем тебе это? Только напрямую, Матвей, говори. Я устал, да и дел по горло, ещё тебя выслушать обо всём надо. Особенно о том, зачем ты изменил план и привёл целое стадо ирфов! Тем более мы вроде теперь не чужие люди, так что давай без словесных подоплёк, коротко и ясно.

Ну что же, раз коротко, так коротко.

– Я хочу сделать из Славки нового старшего служителя богов.

Повисла неясная тишина. Взор воеводы устремился куда-то поверх моей головы, и казалось, он перестал обращать внимание на какие-либо внешние раздражители. В этот момент мне даже показалось, что я слышу активные звуки шестерёнок в голове у Кроста.

– Так вот как ты решил распорядиться информацией о смене выборных через божественную волю, – сделав для себя какие-то выводы, произнёс хозяин кабинета, – а я-то всё гадал, для чего ты тогда на ужине расспрашивал об этом. Всё в голове провернул, даже допустил, что просто так, для общего развития. Но вот об этом даже и не подумал. А что, хитро. Заставить Славку учиться, сводить его в поход, заполучить для него уважение жителей. Молодец, даже скажу, что горжусь тобой. Я помогу тебе в этом. Но не рассчитывай на положительный успех. Этот младший служитель хоть и подрос в магическом смысле, однако до Бажена ему не дотянуться пока что. Поэтому не сильно расстраивайся в случае неудачи. Ну да ладно, попытка не пытка, как говорится. В случае отрицательного исхода этой авантюры можно ему ещё поднатаскаться. Только пацана не обнадёживай. Ни к чему это. А теперь давай-ка перейдём к нашим действительно важным проблемам…

Глава 3.

Рассказ о наших приключениях занял не так-то уж много времени. Наши товарищи, прибывшие на первой ладье, уже успели донести до воеводы всё, что с нами происходило. Поэтому я старался говорить кратко, акцентируя внимание на подозрительных событиях. Ну, хотя не только. Пришлось объяснить, почему я решил увести всё стадо, ведь это ставило под угрозу всю группу и операцию в целом. Объяснил банальной жадностью с небольшой долей желания прославиться. Посмеявшись над моими доводами, Крост, как ни странно, наградил меня похвалой с некой ноткой гордости в голосе.

Само собой, я высказал и подозрения о предателе в поселении, с чем воевода согласился.

– Я пришёл к тем же выводам. Мысль об этом начала зарождаться ещё когда пропал первый патруль. Путь следования каждого разъезда определяется индивидуально, нет какого-либо графика. Так что предположения о том, что некий отряд субров просто поначалу вычислил маршруты передвижения наших воинов, а лишь потом стал уничтожать, сразу отпадают. В случайность можно было бы поверить, будь пропажа единичной. Ну наткнулись субры на отряд, ну устроили засаду, бывает. Но три раза подряд… подтвердило мои опасения ваше возвращение. То, что вас ждали, пускай и в другом месте, косвенно является следствием утечки информации. К сожалению, следов пребывания чужаков на наших землях мы не нашли. Были обнаружены места предполагаемых засад. Там повсюду обнаружена кровь. Субры хоть и пытались её замаскировать или засыпать землёй, но псы быстро взяли след и привели нас в нужное место. Только вот от этого места следов никто не обнаружил. Совсем. Даже с помощью поисковых собак. Те терялись и начинали обильно чихать, если отходили в сторону от места побоища… Ты хочешь что-то сказать? – заметив мой нетерпеливый взгляд, спросил у меня воевода. Конечно, детали надо знать, но, думаю, переживу и без них.

– Да, так и есть. Понимаете, проанализировав всё, что было, я пришёл к выводу, что это личная месть мне… – начал говорить я под недоверчивый взор собеседника. Ну что же, развеем сомнения этого крепыша. Вначале я доказал, что при штурме Кречета предателя средь защитников не было. Иначе были бы «слиты» все самые защищённые и малозащищённые центры обороны. В этом случае посёлок бы пал однозначно. Да предатель мог просто напоить до беспамятства нашего самого сильного мага. И всё, пока, Кречет. Тогда был самый удобный момент ударить в спину. Но никто такого не делал. Наоборот, все поднялись единым строем на борьбу с захватчиком. А вот когда некий чужак отправился досаждать врагам всего народа кречетов, тут предатель и активизировался. Только, похоже, не сильно-то у него много опыта оказалось в этом деле. Как мне представляется, план у предателя был очень прост. Мой отряд, атаковав посёлок субров, натыкается на крупный отряд, который превосходит нас числом. Тут, по логике, я должен был бы отходить назад, ну а за нами отправилась бы погоня. Конница отрезала бы нас от ладейных команд, а затем в дело вступил отряд у наших границ, который вырезал разъезды для недопущения к нам помощи. Ну и в конце организовал засаду непосредственно на нас, как только конница оповестила бы их о приближении наглых кречетов. От болта в шею никто бы не спасся.

Да вот неувязка вышла. Ошибся предатель рода нашего. Целью похода были не поселения, а их стада и посевы. В результате чего часть собранных воинов, специально для нас, мы разбили по частям. Конница сама напоролась на нашу засаду и не смогла отправить гонцов впереди нас. Отряд у границ не был в курсе происходящего и не выполнил своей части плана. Он, скорее всего, собирался взять на нож тот самый разъезд, который помог нам довести ирфов. Вот только они их не дождались на указанном им маршруте. Вот и всё.

– Теперь осталось поймать эту гниль в обществе. Думаю, необходимо поставить наблюдателей у домов подозреваемых и перехватывать всех, кто идёт от них за ворота. И сделать это нужно как можно быстрее. Боюсь, как бы, узнав о провале своего плана мести, этот ненормальный не выдал бы местоположение наших посевов и ирфов. Всё может быть… – выдал я свои мысли. Их я обдумывал с самого первого дня начала странностей в нашем предприятии. В походе я никому не рассказывал о своих соображениях, и поэтому невысказанность начинала тяготить мой бедный мозг. Зато теперь, когда я выдал всю ересь, выдуманную у меня в голове, меня накрыло волной облегчения, словно проблема уже решена. Хотя это далеко не так.

Похоже, я поразил высокое начальство своими догадками. Ну или воевода уже всё и так знал и сейчас не понимает, как я додумался до всего этого.

– Признаться, с этой стороны я не рассматривал вопрос… Ты тут всего ничего. Как-то в голову не приходило связать тебя с действиями предателя. Так-то всё складно получается: все факты на своих местах, да и насчёт слежки я тоже думал. Только собирался её установить за пределами поселения, охватив его в кольцо. Мало ли, по стене спустится посыльный. Как я понимаю, у тебя есть на примете потенциальные предатели?

– Так точно. На мой взгляд, недоброжелателей две группы. С одной стороны – это родственники погибшего в лесу помощника травника. Конечно, в том, что они винят меня в этом, полностью уверенным быть нельзя, да и спланировать такой масштабный захват они вряд ли смогли бы. Ведь им надо было ещё убедить субров в своей правоте. Но лучше проверить их. С другой стороны – это тот мажор, которого по моему обвинению наказали за драку в таверне, и его папаша, – ответил я и замолчал, ожидая его реакции.

И эта реакция последовала. Признаюсь, я удивился тому, как отнёсся господин Крост к подобным словам.

– Матвей! Да ты с ума сошёл! Лев – член совета! Уважаемый человек! Даже грешки сынка не оказали влияния на его репутацию! – взорвался мой собеседник.

Ага, значит, папашу того мажора зовут Лев. А самого его Филом кличут. Имена неестественные для этого места. Наверное, приезжие оба. И чего воевода раскричался? Я же не сказал, что они предатели. Всего лишь указал на них как на подозреваемых. И незачем так орать – даже одно ухо заложило.

После демонстративного протирания уха я решил ответить на вопли воеводы:

– Ну и что? Перстня от богов же нет, значит, чисто физически мог предать.

В общем, начались споры, которые, по моему мнению, вообще не имели смысла. Дошло до того, что господин Крост стал отказываться от слежки за домом купца и члена совета. Я так и не понял, что тут такого. Или ему не положено отдавать приказы против членов совета, или есть какая-то другая причина. Любви к бывшему ухажёру Лизы, как и к его родне, у воеводы не было. Там всё строилось на взаимной выгоде. И то сомнительно: вряд ли какой-то купец, пускай и член совета, влиятельнее выборного воеводы. Богаче может быть, но не думаю, что семье Кроста не хватает денег.

Не верил хозяин кабинета в причастность вышеназванного Льва и его сынка. Очень жаль. Я не был столь категоричен и не исключал такого варианта событий. Но имеем то, что имеем. Воевода согласился лишь на наблюдение за домом погибшего помощника травника. Осуществлять его будут по очереди несколько дружинников. В идеале необходимо на время разместить в строении напротив места обитания подозреваемых лёжку. Ну, это уже детали, которые меня не касаются. Моё дело – предложить, а организация пускай ложится на того же Мыслава.

– Господин Крост, там Мыслав с дружинниками и младшим служителем богов принесли что-то завёрнутое в ткань. Просят вас подойти, – открыв нараспашку дверь, деловым тоном произнесла Лиза. И мне, и воеводе стало ясно, что девушка подслушивала нас. Уж больно удачный момент выбрала она для передачи сообщения. Я уверен, что дружинники пришли уже давно, но хитрой девушке хотелось дослушать разговор до конца, вот и донесла до нас весть лишь после окончания нашего диалога. Да она и не скрывала этого. Весь её вид состоял из наигранного смущения.

– Дочка… – устало вздохнув, произнёс воевода, – я думал, ты уже дома. Вот скажи, что тебя теперь тут держит? Матвей вернулся, могла снять с себя обличие воительницы и идти отдыхать. Но нет же, ты находишься в здании собраний и пытаешься лезть туда, куда тебе не надо!

– Я так не думаю, – широко улыбнувшись, ответила девушка. Я же, еле сдерживая смех, направился в сторону выхода, дабы прекратить зарождающуюся ссору между отцом и ребёнком. По пути коснулся руки Лизы, давая понять, чтобы шла за мной следом и не провоцировала своего родителя. Ни к чему это.

Надо будет поговорить с ней и объяснить, что нарастающие противоречия между ними не пойдут нам на пользу. Всегда можно найти компромисс и прийти к обоюдному согласию. Надеюсь, у меня получится это сделать. Иначе, боюсь, в скором времени мой непосредственный начальник отправит меня куда подальше, дабы не мозолил глаза ни ему, ни его дочери.

– Матвей, а почему ты ничего не спросил про пропавший отряд травника? Ведь по-любому Мыслав тебе и о нём рассказать успел? – в коридоре догнал меня вопрос от Кроста, который шёл позади нас. Лиза тут же навострила свои прелестные ушки.

– Понимаете, Крост, я не думаю, что субры решились напасть на нас в лесу. Они сами боятся его побольше нашего. Да и вы ничего не сказали про пропавших, когда сообщали о том, что известно о нападениях субров. Поэтому я решил подождать с этим. Первоначально необходимо разобраться с предателем: неизвестно, до чего он может дойти в своих стремлениях, когда узнает о полном провале…

Я действительно так думал. Да и тот странный мужик, чьего лица я до сих пор не видел, во сне сказал, что явка в лес подождёт, главное – предатель. Думаю, он имел в виду не только себя, но и пропавших сборщиков трав.

– Всё настолько серьёзно? – обеспокоенно спросила нас обоих Лиза.

– Увы, но да, – несмотря на хмурый взгляд Кроста, ответил я. Ну а чего? Всё равно узнает потом.

Дружинники действительно уже давненько ждали нас. Некоторые так и прилегли прямо на полу. Немудрено: уже прошла полночь, а мы все на ногах. Чувствую, этой ночью им так и не придётся выспаться. Прислушавшись к своим внутренним ощущениям, заметил отсутствие признаков влияния ночи на организм. Пока что я держался, и спать не хотелось. Думаю, дело в полной занятости и понимании невозможности отдыха в нынешних обстоятельствах. Конечно же, некая усталость присутствовала, но отдыха на ладье вполне хватило, чтобы не свалиться с ног после нашего забега от неминуемой смерти.

Заметив приближающегося воеводу, уставшие воины вскочили со своих импровизированных лежанок и слегка склонили головы в знак приветствия. Дальше, по знаку Мыслава, перед Кростом высвободили на обозрение тело прыгуна. Как ни странно, но воеводу рисунки сильно не заинтересовали. Изучать же он начал телосложение бывшего шпиона. Не знаю, что выборный там хотел найти, но вскоре к нему присоединился Славка. Ничего нового младший служитель не рассказывал, поэтому я не стал присоединяться к ним.

Отступив в темноту, я увлёк за собой Лизу и, пользуясь тем, что нас никто не видит, нежно и крепко поцеловал её в губы. Ну что я могу сказать? Не выдержал я долгой разлуки. Была бы моя воля – прямо сейчас ушёл к себе в комнату вместе со своей девушкой. А там… Эх, мечты, мечты…

Похоже, я немного увлёкся, потому что через какое-то время она упёрла руки в мою грудь и аккуратно, но в то же время решительно отодвинула меня от себя. Хотя из объятий не стала высвобождаться. А на губах остался всё тот же вкус клубники… Вот как у неё это получается?!

– Можно было ограничиться поцелуем, – тихо прошептала раскрасневшаяся и смущённая девушка, которая спешно поправляла на себе одежду. Сам того не заметив, я, оказывается, умудрился расстегнуть на ней пару ремешков и высвободить заправленную в кожаные штаны местную рубашку без пуговиц.

– Можно было, только вот ты была не против, а я всего лишь заложник обстоятельств, – сказав это, я нагло подмигнул ей.

Язык мой – враг мой. Прилетело мне, пускай и не больно. Так, всего лишь локтем в живот. Однако проделала Лиза это с улыбкой на лице и с ещё более красным лицом.

– Ох, всё, я убит и повержен. Вы меня сразили, о великая воительница! Ладно, ладно, всё. Молчу, молчу. Теперь серьёзно, мне нужна твоя помощь, – после этих слов приведшая себя в порядок девушка подобралась и стала готова выслушать всё, что я скажу дальше. – Ты наверняка услышала всё, о чём мы разговаривали с твоим отцом. Не отнекивайся, я знаю, что это так. Это даже лучше. Не придётся объяснять, что да как. Так вот, господин Крост хочет, чтобы ты пошла домой. Поверь мне, так будет лучше. Он беспокоится за тебя, поэтому и злится. Ты согласишься на его требование. Не перебивай, Лиз. Подожди. Выслушай. Но при этом ты не сразу пойдёшь домой, а зайдёшь сначала в казармы. Найдёшь там Игоря с Иваном и передашь им приказ от меня. Приказ следующий: «Нужно установить наблюдение за домом купца Льва и его сынка Фила, есть подозрение на виновность их в наших трудностях». Запомнила? Хорошо. Только сделай это так, чтобы как можно меньше ушей слышало о вашем разговоре. И вообще о том, что ты пришла туда, должны знать как можно меньше людей. Можешь обратиться к десятникам, что со мной плавали, скажешь, что от меня, – они тебе помогут. Я бы сам пошёл, но господин Крост не верит… ну, ты сама слышала всё. И да, скажи, чтобы парни тебя сначала проводили до дома! Я, к сожалению, сейчас не смогу этого сделать. Не спорь, так надо. Мы не знаем, есть или нет в поселении ещё соглядатаи субров?

Девушка ненадолго задумалась. Почему-то у неё не возникло никаких противоречий по поводу возможного предательства члена совета. Хотя, может, это личная уверенность во мне сыграла своё.

– Хорошо, если ты считаешь, что это как-то поможет, то я сделаю, – наконец ответила девушка и быстро поцеловала меня в щёку. Она меня убивает! От одного прикосновения уже мурашки по телу пошли…

В общем, договорились. Только появилась ещё одна проблема. Не хотел я, чтобы Лиза шла одна даже до казарм. Да, я знаю, что она воительница, но никто не застрахован от неожиданностей. Вдруг в поселении есть ещё вот такие вот соглядатаи, а Славка так и не сказал, на что они способны, кроме как прыгать. А то, что дочка выборного воеводы для них может быть приятным приобретением, я даже не сомневался. Думаю, ни для кого не секрет, что порой дети знают о работе родителей больше, чем следовало бы знать. Кстати о Славке. Ему же надо найти тексты. А это идея.

Как я и думал, Крост обрадовался решению дочери наконец-то пойти домой. Правда, он сначала удивился таким резким переменам и даже насторожился, ожидая подвоха. Но, когда Лиза заверила, что действительно пойдёт домой, успокоился. М-да, родитель останется родителем навсегда, даже если ребёнок уже вырос.

Тут-то я и начал исполнять свою идею. Пользуясь улучшившимся настроением воеводы, я показал взглядом Славке на Лизу, потом на дверь. Несмотря на всё моё старание, почему-то этот тугодум меня не понял. Тогда пришлось просто дополнить знаки глазами обычным жестом пальцев, который имитирует ходьбу. Только после этого до младшего служителя богов дошло, что от него требуют.

К счастью, труп уже успели осмотреть полностью, по крайней мере Славе больше рассказать нечего было, и господин выборный воевода отпустил и его. Конечно же, не упустив возможности напомнить тому о наказе.

В общем, всё прошло как надо. Раз воевода не хочет мне помогать в полной мере, то я и сам справлюсь. По крайней мере, надеюсь. Главное не проколоться где-нибудь, а то шумихи будет… Представляю, какие слухи будут тогда ходить среди жителей! Наверное, что-то о бесстыдном чужаке, следящем за уважаемым и всеми любимым членом совета! И вообще, он его убить хочет из-за дочки воеводы! Конкуренция – она такая!

Мысленно улыбнувшись, я попросился выйти наружу, дабы подышать свежим воздухом. На труп смотреть желания так и не появилось. Эта неестественно вывернутая шея меня немного пугала. Тут ещё и Славка намагичил, так теперь и вообще этот бездыханный выглядел как живой.

Выйдя на улицу, я глубоко вдохнул уличный воздух. В здании пахло древесиной. Да, запах приятный, но не на постоянной же основе. Вот и наслаждался теперь свежим воздухом.

На выдохе я посмотрел вверх, на звёзды. Заметил фигуру птицы. Надо же, тотемный кречет даже ночью сторожит жителей поселения.

«Так, а это что такое?!» – мысленно воскликнул я.

На небе мимо кречета пронеслась куда большая тень птицы. Эта тень даже не стала нападать на кречета, хотя последний явно мог быть её добычей. Уж больно силы неравны. Немного покрасовавшись своей мощью перед меньшим, огромная птица улетела в сторону леса.

Глава 4.

Выспаться мне в эту ночь так и не дали. Вроде бы и угомонились все. Уставшие дружинники, проклиная своё неугомонное начальство, отправились в казарму. Конечно, почти всем было куда отправиться ночевать в самом поселении, но в связи со сложившейся ситуацией им был отдан приказ оставаться в казармах для скорого реагирования. Интересно, что люди, отдавшие такое распоряжение, спокойно ушли в свои уютные дома, где их непременно кто-то ждёт. Не стали начальствующие лица утруждаться казарменной жизнью. Оставили лишь одного десятника: не повезло бедолаге в жеребьёвке, не ту соломинку вытащил. Ну плюс десятники, что сопровождали меня в походе. Им никто уйти не дал, как и ладейным командам. Это я случайно подслушал, пока проветривал свою голову на улице. Хорошо хоть меня не заставили туда же отправиться. Мне, конечно, было их всех жалко, но ночевать предпочту в своей, уже привычной для меня комнате в здании выборных.

Воевода, кстати, тоже ушёл, сославшись на несколько бессонных ночей. Зачем он мне это говорил, я так и не понял, но выглядело это так, будто бы грозный богатырь оправдывается передо мной. Ну, или, скорее всего, хотел меня убедить, что не спешит домой, дабы проверить, дома ли его дочь. А то мало ли. Вдруг я, душонка пропавшая, уговорил её подождать под окном моей комнаты. Конечно, это заманчивая мысль, но, пожалуй, воздержусь. Пока что.

Перед уходом господин выборный воевода приказал бравым воинам схоронить тело на территории здания, желательно в пристройках. Ну, они, конечно же, и «спрятали» неудачливого шпиона. Бросили бедолагу в какой-то сарай да так и оставили, даже закрыть не удосужились. Судя по грохоту, на соглядатая рухнула какая-то конструкция. Ох и попадёт этим оболтусам, коли завтра обнаружатся дополнительные повреждения на теле. Сами они появиться не могут: разложение остановил младший служитель богов.

Всё это я разглядывал в приоткрытое окно. Зайдя в своё место пребывания, я первым делом решил проверить помещение. Похоже, в моё отсутствие никто сюда не заходил, даже пыль не убирали. Наверное, посчитали, что молодой, здоровый лоб и сам с этим прекрасно справится по возвращении. Ну, с этим можно и повременить.

Проследив за уходящими дружинниками, я прикрыл деревянную створку окна. Так, чтобы свет от луны хоть немного освещал помещение. Кстати, у жителей Кречета я порой наблюдал подобие стекол, но вот мне устанавливать, по всей видимости, никто не будет. Эта комната вообще, как я понял, предназначена для временного размещения определённых лиц. Вообще таких было несколько. Все они были в моём коридоре. Только вот занята была только одна. И занимал её, как ни странно, я. Пару раз в соседних помещениях ночевали те, кто тут работает. Даже один раз кто-то из совета остался. Только вот причина у него была крайне личная. Не в состоянии был этот уважаемый гражданин куда-то идти. Даже мне пытался предложить присоединиться к его празднику и помочь расправиться с бутылкой чего-то крепкого. Хорошо, что его увели служанки. Плохо, что не домой. Ведать, там бы его ждал форменный допрос с пристрастием. Ну а так, неплохо тут жить. Самое главное – кормят, а остальные временные трудности можно и потерпеть.

Я даже не раздевался, только снаряжение снял, прям так лёг спать. Ну а что? Уже больше полночи прошло, а я всё на ногах.

Скрежет я услышал почти сразу. Поначалу думал, кто-то из растяп-дружинников забыл на первом этаже своё имущество. Да вот только больно долго этот звук не заканчивался. Мне даже показалось, что он приближался. Можно было подумать, что это всего лишь игра моего воображения. По крайней мере до тех пор, пока в комнате не стало светлее. К окну я лежал спиной, поэтому не видел, что творится у меня позади. Мысленно просил здешних богов о том, чтобы это был всего лишь сквозняк. Ну или домовой. Магия же существует, так почему бы и таким чудным существам здесь не быть.

По движению воздуха я почувствовал замах над собой. Недолго думая, я перевернулся в сторону предполагаемой опасности дважды. Расчёт был на то, что я опрокину с ног своего противника. Кровать стояла низко, и я как раз бы ударил всем телом в колени среднестатистического человека. Да вот только всё пошло не по плану. Вместо героического кульбита я столкнулся с чьей-то рукой с зажатым в ней ножом. Благо тот был обращён лезвием вниз, и мне не довелось самого себя насаживать на клинок. Само собой, движение тела я уже не мог остановить и из-за возникшей преграды брякнулся своим пятым местом на что-то мягкое. Как ни странно, это «что-то» даже не выдохнуло воздух. Хотя, по идее, я должен был отбить супостату все лёгкие своим падением. Ну, конечно, может, я преувеличиваю свой вес, но всё же.

Вскочив с непонятно чего, я с ужасом узнал эту вытянутую голову и неестественно вывернутый позвоночник. Это был тот самый соглядатай. Только в неприглядном виде. Нормально встать это «непонятно что» не могло, поэтому-то то и атаковало меня лёжа. Какие-то попытки им предпринимались, и у него даже почти получилось. Да вот из-за травм, полученных при падении, его постоянно клонило вбок, после чего тот со скрежетом оседал вниз. Именно оседал, не падал. Я бы сказал, что в эти моменты он был похож на желе, ну или на что похуже. Страха не было. Те умертвия в лесу были намного впечатляющее. А тут даже мой желудок никаких протестов не выказывал. Привык, наверное, к подобному. Хотя, было бы чему протестовать: уже не помню, когда нормальную еду пробовал. Всё на походном сухпайке, ну или, если повезёт, пойманную охотниками дичь удавалось откушать.

Моё созерцание этим нечто прервал сам поломанный. Я-то думал, он неуклюжий и медленный, вот и ждал подходящего момента, дабы оглушить и обездвижить супостата. Да вот оказалось – не судьба. Видимо, мой неудавшийся убийца совладал со своим телом и, изгибаясь как змея, бросился на меня, опираясь одними лишь руками. Хорошо, что рядом стоял стол, – вот на него я и запрыгнул, справедливо думая, что нежити до меня не добраться.

Пару раз этой дряни чуть ли не повезло. Я в последние моменты уворачивался от разящего во все стороны ножика, а то были бы уже, как минимум, порезаны сухожилия на ногах. Создавалось впечатление, что нежить намеренно целилась именно туда. Пыталась обездвижить меня, а потом уже закончить своё нелёгкое дело. Таких умственных способностей за её собратьями в лесу я не наблюдал, и это меня настораживало. Поначалу, хотел связать его, ну или оглушить, да вот только, похоже, это будет слишком опасно. Мало ли как это существо без костей извернётся: может, его и верёвки не сдержат, намеренно сломает себе пару ненужных конечностей, а то и рёбер, да и выберется. Надёжнее будет просто упокоить разбушевавшегося гостя: снести голову, – да и не напрягаться.

Легко сказать, да сложно сделать. На мне, естественно, вообще не было ни одного оружия, так что придётся прыгать через ползучий труп. Надеюсь, тот не умудрится привстать и в полёте меня достать. Будет обидно пропустить удар снизу вверх. Придётся рисковать, других вариантов всё равно нет. Не рубить же супостата ложкой и вилкой, а тарелкой прикрываться как щитом? Хотя, наверное, это увлекательное зрелище. Со стороны бы посмотрел, но сам не участвовал – увольте.

Напрягшись всеми мышцами, я совершил довольно высокий, на мой взгляд, прыжок. Уже и радоваться начал, когда мой боевой топор показался из-за кровати! Вот только всё пошло, как всегда: в общем, твари удалось достать меня. Хоть и не так уж и сильно, но больно. В итоге моя левая пятка оказалась вся в крови и довольно глубоко пронзённая лезвием противника.

Естественно, благодаря этому я не смог приземлиться нормально. Покатился я по комнате, пока не упёрся в стену. Хорошо, хоть головой не ударился, а то бы, считай, подарил себя этому чуду неживому.

Кое-как справившись с ориентацией в пространстве, я даже не стал пробовать вставать. – и так было понятно, что я теперь не ходок. На трёх конечностях дополз до своего заветного оружия, и, когда противник приблизился ко мне, я, долго не раздумывая, рубанул топором по бледной шее вытянутоголового. Получилось плохо: всё-таки биться на одной ноге не очень удобно. Благо, у супостата вообще они не работают. Пришлось затратить на такое столь неприглядное зрелище чуть больше ударов, чем один. Но результат того стоил. По крайней мере, я так думал, пока не заметил, как отрубленная голова и не собиралась закрывать свои глаза. Наоборот, оно во все свои мёртвые радужки разглядывало меня и беззвучно что-то шептало. А оставленное без мозга тело продолжило нелёгкий путь ко мне.

– Ну уж нет! Хватит с меня! – в пустоту возмутился я.

Заметив лежащую на полу тряпку, (наверное, пол ей моют служащие в здании) я без капли сомнений и душевных терзаний заткнул ею рот болтливой головы. Кстати, крови не было совсем. Хотя нет, не прав: из меня она как раз-таки текла так, что начал бояться, как бы не закончить свой путь от потери крови. А вот из моего противника крови вообще не лилось – скорей всего, вся уже вытекла из раны от самострельного болта.

Как только губы вытянутой головы перестали шевелиться, безвольное тело обмякло и рухнуло уже полностью на пол. Решив, что опасность мне больше не грозит, я начал оказывать себе первую помощь. И довольно своевременно: усталость уже накатывала на меня, благо голова ещё не кружилась и мог здраво рассуждать.

Пока останавливал кровь, немая голова продолжала пристально следить за мной и моими действиями. Прямо средневековая умная колонка с камерой, не иначе. Признаюсь, довольно жуткое ощущение. Поэтому, как только с собой я полностью разобрался, завязал глаза этому безобразию. Через какое-то время мне показалось этого мало, и вдобавок ко всему я решил завернуть голову в простыню. Надеюсь, новую мне выдадут.

Взвалив неприятную ношу на плечо и используя вместо костыля топор, я неспешным, но решительным шагом отправился на улицу. Само тело я поднимать и тащить куда-то не собирался. Да и не смог бы в нынешнем состоянии. После каждого моего шага в коридоре загорался один из факелов. Удобная всё-таки вещь. Жалко, не знаю, где себе купить такую, а то бы обзавёлся на всякий случай. Мало ли.

Выйдя на улицу, я перевёл дух. Вроде бы и порез был только на пятке, но, когда касался даже носком чего-то, боль отдавала по всей ноге, поэтому предпочёл не рисковать и передвигаться очень осторожно, помогая себе орудием убийства.

– Хм… И куда мне, собственно, идти? – спросил я сам не знаю кого.

Естественно, никто мне не ответил. А я призадумался. Ближе всего были казармы, но чем дружинники сейчас мне помогут? Хотя могут отнести, куда скажу. А это уже немало. Да вот только нежелательный шум поднимется. Проснутся все. Начнут спрашивать, откуда голова и порез. Убеждай потом их, что это не я сам решил поиздеваться над трупом и не поранился в ходе своих страшных ритуалов.

К Кросту далеко. Хотя он бы тут мог и пригодиться. Одно его слово – и все будут вести себя настолько тихо, насколько позволяет ситуация, а то и больше.

Остаётся только сам младший служитель богов – Славка! Авось он и ногу мне подлатает. По идее, тот сейчас должен находиться в библиотеке при святилище. Но это если только «наставник» не вернулся со своих очень важных дел. Боюсь даже представить, что Бажен сделает со Славкой, если когда-нибудь узнает о его самоуправстве. Надеюсь, к тому моменту мой друг уже достигнет того магического навыка, который позволит ему всерьёз противостоять Бажену. Иначе всё дело будет загублено…

Доковылять до местного центра религии я смог с большим трудом. Всё-таки такой способ передвижения мне был непривычен, поэтому задействованные в этом деле рука и нога сильно уставали от подобной тренировки.

– Ну ничего, – подбадривал я сам себя, – зато от такой нагрузки точно накачаю мышцы. Правда, неравномерно. Буду ходить наперекосяк потом…

Пару раз, к сожалению, непредназначенный для данных манипуляций боевой топор соскальзывал с выложенной мостовой, и я падал на землю, больно ушибаясь при этом. В эти моменты мне казалось, что сейчас сбежится половина Кречета ко мне, потому что я не стеснялся ни в формулировке слов, выскакивающих из моих уст в момент падения, ни в громкости их произношения. Кстати, один раз я даже приземлился на лежащую голову в моём самодельном мешке. Так что, думаю, в конце пути у неё появятся дополнительные изменения. Хотя ей ли теперь об этом думать, даже если и сохранила такое свойство после смерти…

Перед тем как войти в ничем не обозначающее себя здание, я прислушался. Не хотелось бы войти в святилище в разгар скандала. Конечно же, я бы вступился за своего друга, только вот боюсь, моё заступничество ничем не поможет. Юридически Бажен имеет полное право что-то запрещать своему псевдоученику. Но нет. Всё было тихо. Только видневшийся свет где-то внутри говорил о присутствии здесь кого-то из живых. Хотя, может, этот баклажан уже отправил моего друга к праотцам, а сейчас просто решает, что же делать с так некстати поскользнувшимся на ступеньках учеником…

Глубоко вздохнув, я направился в сторону входа на нижние ярусы. У самого входа в подвал я остановился и задумчиво посмотрел на лестницу. В здании выборных она была шире, а тут она и длиннее, и уже. Решив не рисковать, я с силой постучал импровизированным костылём по полу. Никакого отклика не последовало.

– Эй, крот книжный! Вылезай на поверхность! Просыпайся и яви себя людям! – с издёвкой прокричал я не реагирующему на звуки умнику.

– Матвей, это ты? – послышался из-под пола облегчённый голос приятеля.

– Я, конечно, а кто же ещё! Давай вылезай ко мне, так уж вышло, что я сам не могу спуститься в место разных знаний, – нетерпеливо ответил я ему.

Послышался грохот, как будто что-то упало, потом быстрые звуки шагов, и передо мной показался заспанный Славка, смущённо потирающий красные от недосыпа глаза.

– Не, ну вы посмотрите на него! – наигранно возмутился я. – Там бравые дружинники по приказу Кроста спаивают грозного Бажена, а он тут вместо того, чтобы пользоваться положением, откровенно спит! Ладно бы какую-нибудь девушку привёл, это бы я ещё как-то понял!

– Дружинники стараются не ради меня, а ради своего горячо любимого воеводы. Это ему нужно, а не… – его реплика оборвалась на полуслове. Проследив за его взглядом, я определил, куда именно он уставился. Это он только-только заметил подгибаемую мною раненую ногу, которая начала опять кровить… Ведать, растревожил рану…

Чтобы вывести своего приятеля из ступора, я демонстративно пошевелил объектом всеобщего внимания и зашипел от причиняемой этим боли. Только тут этот обалдуй встрепенулся и начал усаживать меня на пол, подложив перед этим часть своей верхней одежды. Возражать я не стал: всё-таки тут пол каменный, а получить что-то страшнее ранения в ногу не сильно хочется.

– И? Ты ничего не хочешь мне рассказать? – нервно спросил мой друг, пока снимал с моей ноги сделанную мной тугую повязку. Почему-то от этого она ещё сильнее заболела…

– Понимаешь, Слава, я многое хотел бы тебе сказать, да вот на всё времени не хватит. Давай ты будешь уточнять свои интересы… АЙ!!!! – ногу пронзила острая боль, которая со скоростью света отдалась где-то в голове. Даже глядеть стало больно.

– Терпи. Это я начал чистить рану. Ткань прилипнуть не успела. Только вот цвет мне не нравится. Так, сейчас будет больно. Да не пинайся ты! – возмущённо воскликнул Славка после того, как я чисто рефлекторно попытался его отстранить здоровой ногой. Покрепче стиснув зубы, я руками обхватил свою же ногу, дабы предотвратить подобное безобразие.

Младший служитель богов начал применять силу. Это я почувствовал отчётливо. По ноге прошёлся электрический разряд, от которого меня чуть ли не вырубило, потом же появилось тепло, и боль постепенно начала уходить.

– Что-то я не помню подобных ощущений от лечения предыдущих ран, – пожаловался я своему персональному лекарю.

– Так раньше ты и не был отравлен. Клинок, которым тебя так неудачно задели, был зачарован на повышенную боль. Повезло тебе, что порез был не таким уж и глубоким. В противном случае ты бы не добрался даже до меня. Нет, умереть бы ты не умер, но вот испытал бы столько новых ощущений, что все остальные раны казались бы тебе укусом комара.

– Странное сравнение, но я тебя понял, – пробурчал я, растирая пострадавшую ногу. Порез Славка затянул, но боль ещё не прошла. Да и не пройдёт, я думаю, до завтра. Ну, хотя бы без трости ходить смогу.

– А теперь может всё-таки пояснишь мне, где ночью ты умудрился пяткой напороться на зачарованное оружие? Ты же, если я не ошибаюсь, должен был видеть уже тридцать третий сон, – повторил свой вопрос мой собеседник.

– Понимаешь… В общем, вот… – с этими словами я освободил от простыни стоящую рядом со мной отрубленную голову мертвеца.

Глава 5.

«Как же спать охота, кто бы знал!» – борясь с наступающей дремотой, про себя пробормотал Игорь.

Ему было действительно нелегко. Мало им было этой безумной авантюры и стремительной погони, где все чудом остались живы, включая и бедных ирфов. Так ещё по возвращении домой их взяли в оборот и конвоировали чуть ли не насильно к воеводе. Хорошо, что всё потом прояснилось. А то в голове уже начали мелькать предательские мысли о предстоящем наказании за исполнение приказа в изменённом виде.

Ну да ладно, разобрались. Игорь поговорил с дружинниками, которые и поведали о примерных событиях в поселении. Почему примерные? Да потому что каждый говорил что-то новое, добавляя своё в рассказ. Это естественно не помогало в прояснении ситуации, но, отсеяв самые нелепые слухи, молодой воин получил расклад на сегодняшний день. К сожалению, поделиться с командиром он не успел, тот уже ушёл к воеводе, который наверняка довёл курс дел до Матвея намного лучше, чем бы это сделал он сам.

Десятникам рассказывать не стал. Они временные члены их отряда. Да, с командира ещё никто официально не снимал полномочий руководителя группы, и часть находившихся в казарме дружинников до сих пор подчиняется Матвею. Только вот Игорь не думал, что это продлится долго. Больно молод ещё был их командир тройки, чтобы вести за собой на постоянной основе столько людей, побоится верхушка на такое пойти. Хотя в походе-то он держался молодцом.

Повезло, что, несмотря на обилие посторонних, с напарником Ванькой поговорить без лишних ушей ему всё-таки удалось. Отодвинув свою лихость в сторону, тот проникся происходящим и стал готовиться, сам не зная к чему. На немой вопрос друга, видящего, как тот точит и без того острое лезвие, Ванька ответил:

– Даже не сомневайся. Матвея припрягут к какому-нибудь заданию от начальства, а вместе с ним и нас. Ну или он сам вляпается в историю…

С этим Игорь был полностью согласен и после недолгих раздумий присоединился к подготовке незнамо к чему. Как оказалось, Иван был прав.

Бойцы ещё не успели лечь спать, как к ним прибежала Лиза, игнорируя расспросы десятника Светомира, который и привёл воительницу к ним. Сразу говорить о цели визита она не стала. Лишь сообщила о том, что Матвей попросил членов его тройки проводить её до дома. Конечно же, это было странно, но никто не стал спорить. А вот уже в пути Лиза и донесла до парней всю суть приказа, не забыв уведомить, что всё это должно происходить в тайне. Даже господин выборный воевода не должен знать об их шалостях.

И вот два бравых дружинника уже который час следят за домом, хотя какой это дом – особняк или хоромы одного из богатейших купцов поселения и члена совета.

«Лучше бы на дерево полез вместо Ваньки, – рассуждал в своей голове Игорь, – вон он уселся и не страдает. Ветви дерева его отлично скрывают в ночи. Правда, с наступлением утра будет проблематично его оттуда снять незаметно, но всё лучше, чем вот так, как я. Уж больно ветер сильно гуляет на этой проклятой крыше, ещё немного и замёрзну точно, если вперёд не засну. Хорошо хоть хозяева сарайчика не решили ночью прогуляться. Конечно, рискованная позиция, но зато отсюда хорошо видны строения на другой стороне дороги, которые как раз и принадлежат купчине этой. А вот самого меня застукать могут только хозяева подворья, на котором мы так бесцеремонно расположились. Ну да ладно, в случае отсутствия результата, снимемся до первых петухов. А они уже скоро…».

Мыслительный процесс прервал какой-то шорох у забора объекта слежения. Был он еле уловимый, но всё же был. Да вот только видно никого не было. Подождав немного, Игорь успокоился. Тем более сидящий ближе к предполагаемому очагу звука напарник никак не реагирует.

«Наверное, собака или ещё какая дворовая живность с той стороны. Забор-то высокий, не разглядишь. Хорошо хоть с обратной стороны к хоромам не подступиться. Там стоят подворья, точно не уступающие в зажиточности этому и с таким же высоким забором. Думаю, только если я встану на плечи Ваньке, смогу заглянуть за него. Ну ничего, зато нужно присматривать только за выходом на улицу, что намного упрощает нам задачу. Эх…, – протяжно вздохнул Игорь, – с этими купцами одни проблемы. Не удивлюсь, если господин Лев в чём-то замешан. Ведь неспроста нас сюда командир поставил, ой не спроста… Да все они купчины такие. Вот и батька Силины тоже упирается… Ну да, нет пока своего дома и своего подворья, ну и что?! Жалованье-то немаленькое! Но нет, этому барану мало этого! Должно быть, у меня своё дело какое-то! А где я его возьму-то?!»

От избытка чувств Игорь даже замахнулся и чуть ли не стукнул о крышу строения. Но, к счастью, вовремя опомнился и сам себя обругал за излишнюю несдержанность. Не время и не место, чтобы предаваться эмоциям. Тем более Матвей говорил, что за стадо ирфов им всем вполне может что-то, да и обломится. Если так, то хотя бы можно землю, в постоянно расширяющемся поселении, прикупить. Ну а там видно будет. Может, подворья хватит, чтобы отдали за него девушку, которая и сама уже много раз уговаривала своего отца, да всё без толку. Вроде бы и не единственный она ребёнок у него, и, если Игорь возьмёт его дочурку в жёны, наследником добра он не станет, но нет.

«Неужто наши семьи пересекались где-то в не самом хорошем свете? Да вроде бы нет… Моя семья из поколения в поколение в дружине служит, а те – купцы родовые, нет общих интересов, где могли поссориться».

Бушующие в голове мысли парня не останавливались, но, как ни странно, они помогли ему самым прямым образом – согнали сонную одурь. Это-то и поспособствовало ему не пропустить, как на углу подворья предполагаемого обидчика поселения нижняя часть забора поднялась, а верхняя, наоборот, опустилась. Получилась небольшая брешь в ограде, из которой тут же выбралась чья-то тень. Сразу бежать куда-то она не намеревалась. Аккуратно поставив обратно подвижную часть забора, неизвестный чего-то стал ждать. Он не скрывался и не пытался куда-то уйти. Просто стоял. Игорь уже хотел снять непонятного человека и мягко расспросить о цели ночного бдения, как в конце улицы дружинник увидел ещё одного. Тут сразу можно было сказать, что это мужчина. Довольно выдающиеся плечи не оставляли ни грамма сомнений. Подойдя к первому, бугай что-то шепнул тому на ухо. После чего оба татя, а Игорь уже точно знал, что это так, пошли в сторону, откуда пришёл второй.

«Похоже, придётся разделиться… Без присмотра оставлять нельзя ни подворье, ни этих ночных бродяг», – подумал Игорь, аккуратно спускаясь со злополучной крыши.

***

– А-а-а, так сразу бы и сказал, – будничным голосом отреагировал Славка на моё откровение и отрубленную голову, – я так понимаю, именно этот красавчик тебя и порезал? Кстати, чем? Только не говори мне, что это он сделал своими ногтями.

От такого поворота событий моё самообладание дало трещину. Я откровенно впал в ступор. Младший служитель богов даже не удивился моей находке, ни единого мускула на его веснушчатом лице не дрогнуло. Не, ну я тоже не испугался, когда увидел ту тварь, но этот хорёк ограничил абсолютно все эмоции, включая и удивление.

– Славочка, какая разница, чем он меня там достать умудрился?! – прищурившись, я осадил приятеля, а то до боли невыносимо стало смотреть на это напускное безразличие. – Колись, книгочей! Ты нашёл что-то про это вытянутоголовое безобразие?!

– Ой, ну что ты кричишь, – ответил мне тот и демонстративно потёр уши, – ну да, нашёл, но не сказать, что много. Сам же знаешь, большинство материалов для меня недоступны. Так что это даже хорошо, что ты пришёл и принёс мне этот экспонат. Поможешь мне выполнить наказ твоего обожаемого воеводы. Ну и расскажешь, что же именно у тебя там произошло.

Спорить с ним я не стал. Лишь стиснул зубы. Только вот сам не понял от чего: то ли от не полностью ушедшей боли в пятке, то ли от осознания того, что я полный болван. Действительно, мог бы и догадаться, что Славке понадобится моя помощь в изысканиях, раз Бажен наложил табу на самостоятельное изучение свитков и фолиантов в библиотеке при святилище местных богов.

Поиск много времени не занял, всё-таки у нас была уже отработанная схема. Славка определяет нужные книги и свитки по названию, а я уже собственноручно открываю их и удостоверяюсь в правильности выбранного варианта. Ну и, конечно, быстро делаю магическую копию нужных страниц, благо худо-бедно я научился этому простенькому заклинанию. Самостоятельно более сложные проворачивать мне так и не удавалось, как бы я ни старался. Лишь те немногочисленные моменты всплеска неконтролируемой силы свидетельствовали, что я способен на большее.

Пока шёл поиск, я вкратце поведал сам процесс добывания такого необычного трофея. И, о чудо, мне таки удалось разрушить временно непроницаемую броню спокойствия моего друга. Нет, сам бой его не заинтересовал. Удивил его сам факт того, что после процесса отделения головы от остальной части бренного тела, оставшаяся часть продолжала двигаться и, судя по всему, вытянутая голова стала управлять своим телом немыми словами. Словно читала заклинание или молитву своим мёртвым богам, тем самым подтвердив наличие разума. Судя по всему, сам факт завязанных глаз и кляпа во рту при первичном осмотре моего трофея прошёл мимо внимания одарённого. Что и неудивительно: устали все участники похода, а тут в ночную смену ещё и работать заставляют.

В общем, пришлось ненадолго отвлечься от задания Кроста и продемонстрировать правдивость своих слов, но только частично. Кляп вынимать я не стал, предоставив Славке возможность любоваться Славке бегающими в беспорядочном ритме глазами. Кстати, сейчас, в спокойной обстановке, стала заметна рассинхронизация зрачков отрубленной башки. Они двигались абсолютно в разных направлениях, что заставило меня сморщиться от прошедших по спине мурашек. Славка же даже попытался ощупать голову, включая и странные глаза. Но тут уже я его остановил, заявив, что, если он продолжит заниматься данным непотребством, то меня тут же вырвет. Хотел ещё пошутить про то, что интимные фантазии надо осуществлять наедине, но вовремя прикусил язык. Обидится, – потом оправдывайся. Угроза же подействовала, и мы вернулись к своей не очень весёлой работе.

– Ножик мне отдашь? – спросил меня Славка, когда мы выбрали все материалы, которые, по нашему мнению, могли бы нам помочь, и я приступил к копированию. Мог бы и Славка, да вот только если он воздействует своей магией на свитки, то Бажен тут же узнает о его нахождении здесь, чего нам бы не хотелось.

– Какой ножик? – спросил я, наигранно удивлённо. Ясное дело, мне сразу стало ясно, о чём он говорит. Да вот только тот необычный клинок, пропитанный ядом или проклятый силой, (я так и не понял, чем именно), хотелось бы оставить при себе. Пригодится.

– Матвей! – возмутился Славка и еле удержался, чтобы не кинуть в меня уже изученным материалом. – Я вообще-то твою ногу залечил, а ты какой-то жалкий ножичек мне отдать не можешь! Да ещё и нахально делаешь вид, что понятия не имеешь, о чём вообще идёт речь! Не стыдно?!

– Ну, вообще-то, ногу ты не до конца залечил, она до сих пор болит… – начал было я защищаться, только вот на этот раз мой якобы друг не стал сдерживаться и запустил в меня скомканный черновик.

– Да всё, всё! Сдаюсь, пощадите, о великий маг! – от следующего снаряда я увернулся и негромко засмеялся. – Ну зачем он тебе?

– Хочу понять, как такие же свойства можно передать другому оружию, – буркнул младший служитель богов, только вот в его плохое настроение я не поверил, успел я углядеть мимолётную улыбку на его лице. Всё-таки такие он ещё подросток, и ребячество ему присуще во всей своей красе, – хорошо было бы научиться те же стрелы проклинать. Тогда бы любой, даже самый незначительный порез мог бы выводить противника из строя. Конечно же, если это не сложно и не энергозатратно. Если же именно так, то хотелось хотя бы клинкам придать подобные свойства.

Я утвердительно кивнул, давая понять, что я полностью его поддерживаю и принесу этот злосчастный нож. Ну а почему бы и нет, если в перспективе у меня может появиться куда более грозное оружие.

– Ладно, зубы мне не заговаривай. Рассказывай, что удалось вычитать. Остальное изучишь после и расскажешь уже воеводе. Думаю, меня он на твой доклад пустит.

В общем, Славка даром время не терял. Да вот только его мало было. Ну, хоть что-то. Таких вот вытянутоголовых действительно создают с помощью запретной магии. То есть калечат душу и тело. Но только если те метаморфы, что я видел в армии субров, были хоть и искалеченными, но людьми, то тут уже не так всё просто. Изначально подопытные действительно имеют вполне себе человеческий лик, пока им с помощью силы не изменяют голову. Как я понял, удлинённый череп помогает таким вот созданиям переродиться в неупокоенных тварей и сохранить разум после смерти, как бы это странно ни звучало. При жизни это простые разведчики, пускай и с немного сильными ногами, что помогает им как минимум удрать от погони. А вот после… Все параметры тела увеличиваются в несколько раз, и такие ребята могут стать серьёзными противниками.

– Тебе повезло, – задумчиво продолжил Славка, – у трупа изначально был перебит позвоночник при падении. Магия магией, но материальная составляющая тоже важна. Одно то, что он забрался в таком состоянии на второй этаж, уже заставляет ужаснуться подобным тварям. Представь, каково бы тебе было, если бы он нормально передвигался? А если это был обладатель силы? Я боюсь, такая персона могла бы утопить половину поселения в крови, ведь его внутренний магический резерв так же бы увеличился после смерти. По сути, таких бойцов специально готовят к посмертию. А те и рады стараться. Не удивлюсь, если именно этот специально подставился под твой снаряд. Да вот только маленько просчитался. Ах, да, есть одна загвоздка. Чтобы полностью обрести свободу своего сознания, такие вот живые трупы должны предать смерти своего убийцу. Если, конечно, они умерли насильственно. Это становится их наваждением. И пока они не выполнят свой долг, то не успокоятся.

Последними словами Славка словно припечатал меня к стулу. Хорошо, что не сбилась концентрация и я не ошибся в копировании.

– Ещё не хватало мне мёртвых мстителей, – проворчал я себе под нос и более громко спросил, – и как таких заставить нормально умереть? А то мне как-то неохота всё время прятать полностью завязанную голову у себя в шкафу. Может, просто банально сжечь? Или примени тот фокус, что ты на умертвиях опробовал.

– Матвей, я не знаю, – честно ответил мне собеседник, – я за этим и позвал тебя. Если бы ты сам не пришёл, то мне пришлось бы за тобой идти. Да и предупредить хотел тебя о возможной опасности, только вот не успел… Надеюсь, в этих копиях я найду ответы на вопросы. И да, я также нигде не встречал упоминания о беззвучно говорящей голове. Так что и эту часть мне тоже придётся найти.

Интересная ситуация выходит. Мне придётся хранить всё это время голову, которая мечтает меня убить. Да, можно и отдать кому-нибудь на хранение, но, если честно, страшно. Вдруг вытащат кляп… Опять бороться с этой нежитью в мои планы не входит.

Я уже заканчивал копировать последнюю нужную страницу фолианта, как сверху донеслись быстрые звуки шагов. Увы, мы слишком увлеклись и даже не закрыли вход в хранилище, так что сразу можно было понять, что кто-то посягнул на баженову вотчину. Судя по бледному лицу Славки, тот подумал о том же.

– Господин младший служитель! – раздался голос, а потом в проёме сверху показалась голова дружинника. – О, и господин Матвей тут… В общем, мне велено передать вам, чтобы поспешали. Господину Бажену наскучило предаваться веселью, и он покинул таверну.

Мы с другом переглянулись одновременно и так же вскочили со своих насиженных мест, попутно убирая следы нашего пребывания здесь. Ну, хоть копии снять успели, а прочитать их Славка может и у меня.

На улице я с удивлением посмотрел на приближающуюся зарю. Ну вот и новый день, который не принесёт нам ни минуты заслуженного отдыха…

Глава 6.

– Да чего ты с этой тварью церемонишься! – услышали мы со Славкой возмущённый возглас в коридоре. Мой друг так и вовсе вздрогнул, настолько сильно погрузился в чтение.

Прошло совсем немного времени, как мы со всем своим добром завалились в мою комнату в здании выборных. Присланный к нам дружинник сразу куда-то убежал, скорей всего – отчитываться за выполненную работу. Мы же поспешили ко мне. Благо до пробуждения поселения было ещё где-то час, и мы без лишних глаз пересекли площадь. Кстати, меня неприятно удивило, что в ночное время у местной администрации нет стражников. По моему мнению, это недоработка. Хотя все важные документы или ещё что-то хранятся в кабинетах выборных. Те же, в свою очередь, обеспечиваются защитой мистическим образом. Короче, очередной нюанс этого мира. Наверное, я ещё долго буду к нему привыкать.

Славка почти сразу засел за изучение копий древних манускриптов. Ну и не древних тоже. Почему почти? Да потому что пришлось сначала видимый порядок навести. А то и сесть некуда было. Тело же его совсем не заинтересовало. По крайней мере после того, как он без спроса отобрал у безголового бедолаги ножик со словами: «Если тебя нервирует перспектива быть зарезанным неупокоенным, то просто возьми и отруби ему конечности. Так он точно уже не сможет тебе принести вред».

Сказал он это со столь спокойным голосом, как будто речь шла не о живом мертвяке, а о куске хлеба с колбасой. Немного покривившись, я всё-таки признал его слова дельными и начал свою нелицеприятную работёнку, поблагодарив местных богов за то, что этот ворвавшийся ко мне нахал был уже без крови.

Я успел начать заниматься этим противным и противоестественным действием, когда мы услышали голоса, и через пару секунд в мою комнату ввалился какой-то мужик с рыжей бородой и огромным синяком под глазом. За ним вошли Игорь и Хоревой, десятник, ходивший со мной в набег на субров.

– Нам, наверное, надо было постучаться? – спросил меня застывший в проходе десятник. Ну что ж, достойная реакция. У мужичка так вообще паника началась. Забился в угол и смотрит на меня затравленным взглядом. Я даже испугался за него, уж больно сильно были расширены у него зрачки, а руки то и дело прижимались к сердцу.

– Да ну нет, это моя вина. Стоило сообразить и повесить табличку: «Не входить, трупы рубят». Это что ещё за нервозная личность? – спросил я, обращаясь к Игорю. Вот кому было всё нипочём, так это ему. Встал около не поднимающего головы Славки и закрыл его собой. Правильно, не надо всем смотреть, как учится младший служитель богов. А то сплетни пойдут, и может узнать кто-нибудь лишний.

– Вы со мной то же самое сделаете?! Я вам нужен для чёрного обряда?! – истерично завопил мужик, не дав ответить Игорю. Ну нет худа без добра. От этого противного голоса в себя пришёл Хоревой, который и поспешил заткнуть болтуна. Конечно же, способы у него были далеки от гуманных…

– Обряд? Какой обряд? – спросил Славка у нас, взирая на всё туманными глазами. Похоже, он и не заметил, что людей в комнате стало несколько больше. Вот что значит увлёкшийся человек.

– Никакой, не отвлекайся, Слава. Всё в порядке, тебе никто не будет мешать, – ответил я ему, покосившись при этом на Хоревоя. Тот понял меня правильно и, взяв первую подвернувшуюся ему тряпку, завязал мужику рот. Я только поморщился. – Игорь, давай отвечай. Не забудь упомянуть, когда это список допущенных до информации лиц был расширен.

– Чего? – глупо посмотрел на меня дружинник, но потом, ведать до него дошло. А обозначил он своё прозрение смачным ударом ладонью по лбу. Я даже прислушался, всё ждал: зазвенит или нет. – Конечно, да, понял, в общем так…

***

«Да эти черти издеваются!» – прошептал на ходу Игорь. Вот уже несколько улиц пришлось воину красться за этими непонятными типами. И дело это было не столь приятное, как могло бы показаться на первый взгляд. Боясь за свою скрытность, дружинник несколько раз забредал на чужие подворья. Один раз вообще в сарае с животными схоронился, пережидая, когда эти двое мимо пройдут. Не рассчитал скорость и чуть ли не выскочил прямо на них, когда срезал дорогу. Благо мужички особо не хоронились. Хотя оба шли с оглядкой по сторонам, да вот только делали это всё настолько лениво… В общем, будь они в подчинении Игоря, то уже давно получили бы нравоучительные оплеухи по затылкам.

Довели таким вот образом парня почти до крепостной стены. Немного не хватило. Домик был маленьким, стоящие по соседству здания прикрывали его от внешних взглядов. В первую очередь от стражей со стены – это Игорь сразу приметил. Притаившись у двери, он напряг как можно сильнее слух. Только вот всё равно ничего разобрать в разговорах не смог. Ясно было одно: людей в помещении больше двух. Как минимум трое. Может, и больше. Вдруг кто-то молчит и не выказывает себя.

Расположился Игорь удобно. Тут и за улицей был пригляд, и за небольшим двором. А самое главное – можно было быстро спрятаться за углом, если кто-нибудь из этих тугодумов выйдет.

«Мало меня одного… Да и Ваньку нельзя было снимать с поста. Сейчас бежать за подмогой? Так, а вдруг эти попрутся куда-нибудь, а мы ни слухом ни духом. Что же делать?..» – мысленно рассуждал воин.

Как ни странно, но решили задачку за него сами предполагаемые тати. Через какое-то время они все там затихли. Кроме одного. Именно одного. Шаги хорошо были слышны, и Игорь приготовился. Вот из дома вышел мужик, кажется, тот самый, что был на подворье купца. Направился он явно за пределы двора.

«Пора», – отдал мысленный приказ себе Игорь и рванул к нему, попутно доставая кинжал.

Прыжок, удар по затылку рукоятью кинжала, одновременно на всякий случай зажимаем рот – и всё готово. Безвольное тело можно оттаскивать к противоположному краю двора.

«Чего так разъелся, кабан кучерявый», – бранил мужика Игорь.

Пристроив тело у забора, одновременно осматриваясь по сторонам, дружинник приступил к делу. Лёгкими шлепками кое-как, но всё-таки получилось привести убогого в чувства.

– Просыпайся, соня, утро уже. Извиняюсь за столь грубое начало нашего знакомства, перестарался немного. Что, головушка болит? Так я это быстро исправлю, если будешь кричать. Чтобы не болела, отрежем её, да и всё. Ты же против не будешь? Ну а если против, то помалкивай, – шептал испуганному мужику дружинник, прижимая кинжал к его горлу. Видно было, что тот ещё не пришёл в себя окончательно. Похоже, действительно переборщил с силой удара.

В ответ кабан кучерявый аккуратно помотал головой, говоря этим, что ни звука не произнесёт без спросу. Даже когда от боли схватился за затылок, и то мужественно промолчал.

– Вот и договорились, – утвердительно прошептал парень, – а теперь слушай внимательно, отвечать будешь тихо и быстро. Сколько вас в доме всего было? И куда ты отправился?

– Так трое нас, братьев-то. Значит, сейчас там двое, спать, сволочи, решили. А меня это, того, к Фильке отправили обратно, – медленно, путая слова, ответил пленный.

– Ага, ясно, молодец, – встав, произнёс Игорь и, немного поразмыслив, подобрал лежащее недалеко полено, – ты извини меня, но шума мне не надо, своя шкура дороже.

С этими словами на голову мужика обрушилось полено, и тот в очередной раз отправился в страну грёз.

– Ну как так-то, чего такой слабенький гад, – выругался дружинник, учуяв неприятный запах от своего пленного, – надеюсь, это ты от страха, а не окочурился. Хм, а неплохое полено, удобное, пожалуй, пригодится.

С этими словами он пошёл в сторону маленького дома, надеясь на то, что оставшиеся братья ооочень крепко спят.

***

– Ну а что насчёт помощи, – замялся Игорь, – я бы не справился один. Нет, оглушить и связать – это дело нехитрое, а доставить сюда, да охрану остальным выставить… У меня просто бы не хватило на всё сил и времени. Я же не могу раздвоиться. Вот я, предварительно обездвижив этих татей, и побежал просить от твоего имени помощи у Хоревоя и его десятка. А Ваньку снимать нельзя было с поста. Хотя сейчас уже он наверняка сам ушёл. Светает уже, скоро вставать будут, заметить его могут.

– Матвей, да ты не волнуйся. Мы что же это, без понятия, что ли? Ни я, ни мои охламоны не будут понапрасну рты открывать. Только нам бы поскорее в казармы вернуться. А то мало ли, воевода прознает о нарушении приказа, – высказался молчавший до этого Хоревой.

Не понял, за кого это они меня принимают? Почему они решили, что я буду злиться на них? Хоревой-то то ещё ничего, держится, хотя и глаза бегают у него, словно у нашкодившего пацана. Хотя скорей всего, он думает, что я сделаю выговор за неисполнение приказа воеводы. Да с чего бы это? Эх, знал бы он, что я сам всю ночь только и делал, что нарушал эти самые распоряжения, так бы не стоял сейчас передо мной.

А вот с Игорем-то то чего? Поникший весь. И нет, это не от усталости. Сразу видно, что эмоционально страдает парень. Надеюсь, это он не меня страшится.

– Молодцы. Правда, молодцы. Как говорится, Кречет вас не забудет. Правильно сделал Игорь, что позвал на помощь. Не тушуйся. Вы их допрашивали?

Те как по команде одновременно помотали головами.

– Решили времени не тратить. Да и не знаем, о чём, собственно, спрашивать. Я так вообще до сих пор и не знаю, что эти тати натворили, – пояснил десятник.

– Ясно, ну что ж, думаю, сейчас узнаешь. Есть только одно «НО». Снимать охрану с остальных не надо. Не торопись. Ничего Крост вам не сделает. И так, – я переключил своё внимание на бледного мужичка в углу, тот смотрел на меня диким взглядом, и было непонятно, то ли он так меня боится, то ли так меня ненавидит, – теперь ты, мой хороший, сейчас будешь отвечать на все мои вопросы максимально правдиво. Врать даже не думай. Иначе повторишь судьбу вот этого.

С последними словами я топором указал на труп неупокоенного. Как ни странно, но эта незамысловатая угроза подействовала даже очень хорошо. Поплыл, в общем, допрашиваемый. Пришлось Игорю окатить его водой, чтобы привести в чувство эту неженку. М-да, уборки потом будет много мне… Как-то всё спихивать на приходящую прислугу совесть не позволяет.

– Что ж ты такой чувствительный втянулся-то то во всё это? – елейным голосом поинтересовался я. – Неужто заняться больше нечем было? Давай, рассказывай. Всё рассказывай. Начиная с того, кто ты такой? Ну и, конечно, не забудь про купца или его сыночка Фили нам поведать. Что-то же твой друг делал на их подворье ночью. И даже не говори, что это была приятельская встреча, а то мы можем не так понять.

Оказалось, не друг это на подворье был. А брательник его младший. И тот, что встречал, – такой же. Как-то так получилось, что дружинники ко мне приволокли самого старшего из их компании. Повезло. Думаю, он и был у них вроде как голова. Дырявая только, но хоть такая.

Были же эти братцы вместо место посыльных у Филки. Передавали они какие-то бумажки странным воякам далеко за пределами поселения, в одном и том же месте. Кто это такие, он точно не знал, но подозревал, что субры.

– И как ты жить-то то собрался с этим, псина! – рассердился Хоревой. – Ты же своих предал, тварь ты никчёмная! И ради чего?!

И тут наш пленник выпрямил плечи и немного осмелевшим голосом толкнул высокопарную речь про то, что это всё было задумано не против горячо любимого поселения. Всё ради мести одному очень плохому человеку, который не имеет права жить на этом свете. В общем, про меня он говорил. И явно кого-то пародировал. Ну никогда я не поверю, что такие слова родились у такого тугодума. А пока я иронично смотрел на умалишённого, выяснилось, что вся эта троица, – родня того самого помощника травника, что погиб при экспедиции, возглавляемой мною в лес за рекой Великой. А именно – троюродными братьями они были тому несчастному. И они полны решимости покарать меня за смерть их горячо любимого усопшего. Вот только в чём там заключается моя вина, повествующий так и не сказал.

«Вот тебе и сюрприз, Матвей. Не верил, что с этой стороны могут быть проблемы, а они – вот. Появились. Хотя это даже не родители и не родные братья с сёстрами. Те даже словом никак не обвинили меня, – расспрашивал я, на всякий случай. А эти трое куда полезли-то? Даже люди Кроста присматривают именно за прямыми родственниками. Никто не ожидал, что отдалённые ветви будут мутить воду», – рассуждал про себя я.

– Ой ли? – скептически хмыкнул я после очередного заверения о праведности их мести. – Ну признайся же, это не твои слова. Ну в чём моя вина там была? Даже собрание выборных не заикнулось против меня. А ты считаешь, что умнее их? Что ты за человек-то то такой? Я же просил, только правду мне говорить. А ты мне тут, что вещаешь? Так что извини, сам виноват, я тебя, непутёвого, предупреждал.

Демонстративно раскачивая топор, я направился в его сторону, всем своим видом показывая, как мне жаль тугодума.

– Не стоит, господин Матвей, – придержал меня Хоревой, а я нахмурился. Это он, что ли, поверил в бредни, которые излагал нам этот хмырь, и теперь кинулся защищать убогого? На всякий случай я приготовился к худшему. – Не стоит тебе самому пачкать об ничтожество руки. Кровищи-то то будет много.

Как оказалось, он и мой верный Игорь просто решили сами исполнить то, что я обещал сделать. Если честно, у меня даже от сердца отлегло. Конечно, я понимал, что десятниками глупые люди не становятся, но мало ли…

Приступить к исполнению приговора славные воины не успели, потому что бородач начал петь, как соловей, стоило Игорю только схватить того за скудные волосы.

Оказалось, всё до боли банально. Во всём виноваты, конечно же, деньги. Три братца никак не могли найти себя в этой бренной жизни. За свою не столь уж и долгую жизнь они поработали во многих местах. Да вот беда. – нигде они не приживались. То не нравилось им утром вставать, то хозяин оказывался полным ур… эм, нехорошим человеком. В общем, все их обижали. А жить-то то на что-то надо. Богатство на их головы не падало, пока в таверне, где три брата пятый день работали вместо охраны, не познакомились со знакомым мне мажором Филькой.

Ну, как познакомились, – он их уже знал. Собрал, так сказать, информацию о будущих исполнителях. После таверны, где они все хорошо так погуляли за чужой, естественно, счёт, ну и распрощавшись с очередной работой, они направились всей дружной компанией к Филе домой. Только домой он их не пустил. В пристройке у сарая оставил ночевать. Тут-то он и толкнул им речь о несправедливости судьбы и сказал, кто именно виноват в этом. Аргументы были так себе. Да чего уж там, они были вообще никакие. Но всё сгладилось после подарка в виде внушительной горки монет и обещания через день выплачивать по столько же.

Папаша же вроде как ничего не знал о проделках сына. Хотя мне в это верилось с трудом. Скорее он просто или закрывал глаза на шалости сына, или не светился перед этой бандой.

– Вот это уже более походит на правду, – удовлетворённо произнёс я, едва сдерживая зевок, – а чего это твои братья пустыми пришли от вашего благодетеля? Он вам никаких указаний и писем не передал?

– Н-нет, г-господин, н-ничего, – заикаясь, ответил мне рыжий бородач, – сказал лишь, чтобы сидели тихо и ждали. Я и отправил за Третьяком Вторушу, а то долго что-то он там был. Оказалось, указаний, значит, ждал. Вроде Филька сведений ждал от какого-то своего человека, да не дождался. Велел на следующую ночь прийти.

– Ага, я, кажется, даже знаю, что это за человек был, – задумчиво проговорил я, косясь на обезглавленный труп.

Глава 7.

– Матвей! Это что за самоуправство?! – бешеный рык Кроста чуть ли не опрокинул меня на спину. Нет, страшно не было, это я так, от неожиданности…

Я стоял в коридоре или, как местные предпочитали называть, прихожке дома воеводы, и изображал на лице абсолютную преданность. Сюда меня понесло сразу же после экспресс-допроса. Пошёл один, дабы не смущать самого главного в здешней армии неисполнением приказов дружинников сразу. Необходимо было спешить: утро уже вовсю вступало в свои законные часы, и люди в поселении просыпались. Вот и у господина воеводы на дворе занимался своими делами Макар. Посмотрев на меня исподлобья, этот старый вояка сообщил мне, что хозяева спят, все, кроме госпожи Гилары. Посетовал на то, что воевода работает на износ, и он может позволить себе вздремнуть немного дольше, чем обычно. Как и его дочь, которая помогала своему батюшке в здании выборных полночи.

– Макар, я всё понимаю. Но дело серьёзное. Подсоби, будь человеком. Попроси госпожу Гилару помочь и донести до воеводы сообщение, – просил я этого старого воина. Да вот только всё было зря.

– Иди и приходи попозже или вон на скамье сиди и жди. Делать мне нечего, кроме как будить уважаемых людей по просьбе глупых юнцов. Мне что, по-твоему, жить надоело? Я, между прочим, держал в руке меч ещё тогда, когда твоей матери на свете и быть не могло, и мне не досуг заниматься всякой ерундой, – забрюзжал этот Макар. Вот ведь… баран упёртый. Интересно, он таким всегда был или эта особенность ему с возрастом пришла? А вот про маму это он верно сказал и прям в точку, только дополнить стоит. Именно на этом свете её не только тогда не было, но и сейчас.

– Макар, ну чего ты разворчался? – заговорила вышедшая на крыльцо хозяйка дома. Хм, а я её впервые в домашнем платье вижу. До этого она всё больше лёгкий доспех предпочитала. – Не думаю, что Матвей по пустякам стал бы тревожить воеводу. Я слышала, о чём вы разговаривали. Так что за сообщение, Матвей?

– Здравствуйте, госпожа Гилара, извините меня, что тревожу в столь раннее время, но дело действительно неотложное. Передайте господину Кросту следующее: «Я был частично прав». Он поймёт, – сказав это, я стал любоваться нахмурившейся воительницей. Она явно что-то поняла. Была она не из глупых, это точно. Глупые бы не стали первыми среди равных.

Кивнув в знак согласия, воительница ушла, оставив меня дивиться похожести матери с дочерью. Те же чёрные волосы, те же зелёные глаза. Даже годы не тронули насыщенности цвета ни того, ни другого. Из-за чего казалось, что Гилара всего лишь старшая сестра Лизы. Конечно же, всё это я подмечал под недовольный взгляд Макара. В определённый момент мне показалось, что он собирается гнать меня метлой со двора. Вроде бы обошлось, но на всякий случай я приметил стоящий у стены черенок для обороны от разящей метлы. А то, что она будет разящей, я даже и не сомневался. В руках бывалого воина даже палка представляет опасность.

Пришёл заспанный воевода довольно быстро и пригласил меня в дом. Тут-то я и начал докладывать. Решил начать с рассказа Игоря, да вот только мне не удалось ни четверти рассказать, как меня прервал могучий рык.

– Я ещё раз спрашиваю! Это что за самоуправство?! Отвечай! Кто отдал приказ по предпринятым мерам?! – продолжал напирать воевода, видя, что я не собираюсь отвечать на тот сногсшибательный, в буквальном смысле, вопрос.

– Я, – твёрдо, но тихо произнёс я и приготовился к очередной порции нелицеприятных слов. Мог бы и начать оправдываться, но, подумав, справедливо понял, что воеводе надо сначала остыть и выговориться. Он только что проснулся, а тут такое потрясение. Ничего, стерпим. Хорошо, что дружинников не взял с собой, не хотелось бы, чтобы это всё разворачивалось перед ними.

Глаза Кроста покраснели до такой степени, что я побоялся за его здоровье. Да и на фоне рыжей бороды это выглядело ужасающе. Хотел было я всё-таки попробовать успокоить своё непосредственное начальство, да только после моего шага в сторону – это я с линии предполагаемого огня уходил – плотину прорвало, и на меня посыпался ливень из нецензурной лексики. М-да, много нового я, конечно, узнал о себе. Оказывается, на меня возлагались большие надежды, а я вот так взял и всё эээ… как бы это нейтральнее перевести, наверное, испортил. Доверия мне теперь нет и всё такое прочее.

Где-то в середине тирады пришла Гилара и, сложив руки на груди, стала неотрывно смотреть на своего мужа. Хотя нет, один раз она всё-таки отвлеклась и вытолкала испуганную Лизу на улицу. Та прибежала уже в боевом облачении. Ведать думала, что тут кого-то другого отчитывают и надо батюшке помочь. А увидев меня, в испуге замерла, пока не оказалась на свежем воздухе.

– Милый, всё, успокоился? – спросила Гилара после того, как воевода перестал размахивать руками. – А теперь пойдёмте за стол. Ты, когда голодный, всегда не в духе. Там-то то у мальчика будет куда больше шансов донести до тебя всё. Ибо ты будешь в это время есть и не станешь бесцеремонно его прерывать. А то уже скоро все соседи будут знать о подвигах Матвея.

Сказав это, она не стала давать мужу времени сообразить сказанное и, взяв того под руку, пошла на кухню. Свободной рукой дала мне знак: мол, иди за мной. Ну что ж, с поддержкой в виде Гилары и её очаровательной стряпни мне действительно будет легче донести до воеводы правду.

Сидели мы за столом вдвоём. Хозяйка присоединяться не стала, но и не оставила меня одного. Что-то делала на кухне. Сразу говорить я посчитал будет неправильным. Смертельно неправильным. Поэтому сидел и ждал, когда господин воевода утолит первый голод и дойдёт до состояния, способного выслушать меня, а не кидаться с кулаками сразу, как только я открою рот. Сам я есть не стал, хоть мне и предлагали. Кусок в горло не лез.

– Ты так и будешь молчать или всё-таки поведаешь мне увлекательную историю, из-за которой мне с самого утра испортили настроение? – буркнул воевода, отставляя от себя пустую тарелку.

М-да, конечно, я во всём виноват. Ну да ладно, хорошо хоть тон снизил. Может, и обойдётся.

– Если вкратце, трое дальних братьев того погибшего помощника травника за деньги согласились побыть гонцами между Филькой и субрами, – выдавил я и начал следить за реакцией Кроста. Похоже, я выбрал правильную стратегию. Видно было, что это краткое изложение заинтересовало могучего воина. Похоже, надо было сразу так.

– Продолжай. Только развёрнуто, но без лишних деталей, – кивнув и уставившись в окно, произнёс воевода.

Ну я и рассказал. С толком, с чувством, с расстановкой. Даже пару раз рифма проскакивала. Что на меня нашло, я не знаю. Возможно, перенервничал. Крост, похоже, даже не замечал моих словесных конструкций, а вот госпожа Гилара нет-нет да улыбнётся после очередной моей рифмы. Признаться, сразу я не замечал, как говорю, и не слишком понимал, почему хозяйка смеётся. А вот когда до моего воспалённого от усталости мозга дошло… В общем, раки и омары приняли бы меня за своего. В варёном, естественно, виде.

Закончил я на экспресс-допросе. Упоминать про ночного гостя пока что не стал. Славке ещё время надо, чтобы разобраться со всем написанным в тех многочисленных листках, что нам удалось скопировать и унести из храма знаний.

– Думаешь, эта падаль не врёт? – после недолгой паузы спросил меня успокоившийся воевода. Как же быстро у него меняются эмоции. Наверное, это даже хорошо для военачальника. В битве он свирепый берсеркер, а на службе – расчётливый проныра. М-да, врагом такого человека становиться ой как не хочется…

– Вряд ли, господин Крост. Зачем? Все доказательства на лицо. Парни видели, как один из них выходил со двора купца. Единственное, в чём я не уверен, так это в причастности или же полной невиновности папаши Фильки. Хотя если он воспитал такую свинью, то в любом случае виноват. Что делать, господин Крост? – подобострастно закончил я, делая как можно честное и верное лицо. Да я всем своим видом старался показать, как я дорожу его расположением. У меня от усердия даже глаз задёргался, а госпожа Гилара, фыркнув как кошка, вышла в другую комнату. Видимо, чтобы отсмеяться вне взора своего мужа.

– Матвей, ну сколько можно, наедине просто Крост, – поморщился воевода, но по глазам видно было, что ему нравится моё поведение. Ага, кое-кому лесть совершенно не чужда. Ну тут, скорее всего, смотря от кого. – А делать будем… Значит так. Сегодня после обеда, ближе к вечеру, будет очередное собрание выборных. Официально на нём мы все будем слушать вашу историю. Ты там приукрась немного, где это возможно. Многие выборные любят красивую сказку послушать. Не удивляйся. Это всего лишь следствие скуки. Мы не так чтобы часто контактируем с другими землями. Лишь торговцы заходят в дальние поселения, но от них замечательную историю не услышишь. А так, некоторые бездельники погреют уши, да на радостях наградят вас щедрее, чем положено. Мгм…, под предлогом того, что нам необходим знаток тех земель, мы пригласим в качестве постороннего лица купца Льва, он сам и его люди раньше часто торговали в той стороне. Постороннего, потому что это не совет. И заодно предложим ему взять с собой сынка. Мол, пускай смотрит и учится, авось в дальнейшем заменит своего батюшку на столь нелёгком поприще.

Тут господин Крост прервался. Подошёл к стоящему на столе кувшину, налил содержимое в два стакана и молча подал мне один. Тут-то то я не стал отказываться. Пить хотелось, горло от довольно длинного монолога свербело, и я залпом осушил предложенную воеводой посуду. «Ох ё!» – мысленно воскликнул я. Подали мне хорошо настоявшийся квас. У меня даже нос перестал дышать от неожиданности. Мой собеседник же отпил совсем немного и с интересом смотрел за моим состоянием.

– Что, милок, квасок забористый попался? – ехидным голосом спросил у меня воевода. Я лишь неопределённо кивнул, стараясь совладать с последствиями своего необдуманного поступка.

– И что дальше? Ну, позовёте вы их на собрание. Отказать они не посмеют, это точно. Вы собрались прямо на собрании допросить тех троих? – сквозь проступившие слёзы смог выдавить я из себя.

– И это тоже. Но уже после того, как с тобой будет покончено и тебя похвалят со всех сторон. Помнишь, я тебе говорил, что никто не даст нам просто так обвинить члена совета? Я тогда не шутил. Даже его родня находится в своеобразном неприкасаемом состоянии. Предполагается, что все члены совета не могут предать поселение, хоть у них и нет перстней, контролирующих их поведение, – с этими словами воевода потёр свой перстень, – кто-то один не может вести расследование по поводу причастности к преступлению, а вот собрание выборных может. Точнее, только оно может допрашивать членов совета. В присутствии всех собранных перстней мы сможем определить ложь допрашиваемого, если тот осмелится на такое пойти. В большинстве случаев давление наших предков оказывает впечатляющий эффект. Ну, ты сам увидишь.

Я слушал и дивился. Это что, так просто все? Вызвать на собрание и допросить? А почему раньше не сделали так?! Или те же стереотипы мешают? Мол, члены совета безгрешны и тому подобное. Вот я уверен: если хотя бы раз в год проверять всех этих «уважаемых» людей, то много нового узнают все выборные. Ну, это не моё дело. Не дорос ещё, чтобы такими предложениями делиться. Да и собрать всех выборных не так-то уж и легко. Того же Бажена попробуй туда затащить.

– А Славка? Его можно будет взять? – напомнил я об обещании воеводы.

– Дерзай, – махнув рукой, ответил мне Крост, – конечно, в случае положительного завершения твоей задумки многовато будет потрясений за один раз для всех нас, но я повторю тебе: маловероятно это всё. Не рассчитывай на многое. Бажен – очень сильный одарённый. Боги не поскупились для него и наградили приличной силой. Конечно, тут и он постарался, увеличивая свой потенциал. Боюсь, младшему служителю богов необходимо куда больше времени для освоения полученных знаний, хотя бы равных старшему. Кстати о Славке, ты не знаешь, как там у него идёт продвижение с нашим удивительным другом?

– К сожалению, знаю, – проговорил я и взял со стола что-то похожее на сыр, – так получилось, что он перебрался ко мне. Его наставник решил прервать своё гуляние, и мы спешно капитулировали из библиотеки.

Я заел недавно выпитый квас, и тут мой организм взбунтовался. В ответ на те крохи, что попали в желудок, он, предатель несчастный, оповестил всех о своём хозяине, как о недалёком человеке. Который, между прочим, пытается заработать язву своим режимом. Проще говоря, из недр моего живота пошли такие звуки, какие я никогда не слышал. Смущённо потупившись, я посмотрел на воеводу. Тот же взглядом указал на остатки завтрака. Пришлось отвлечься от нашего разговора. Для меня это оказалось довольно трудно, проглатывал каждый кусок через силу. Только минут через десять терпеливо ждущий меня Крост продолжил расспрос.

– А что ты делал у своего друга? Вернее, как ты у него оказался?

– Копировал, – проглатывая, честно ответил ему я, – он же не может прикасаться к текстам напрямую, вот и пришлось мне этим заниматься. Как видите, оказалось это правильным решением. А что касается того, то как оказался там… Ну, я допрыгал на одной ноге. И заметьте, это почти подвиг. Спускаться по лестнице таким образом, таща за собой груз в виде чьей-то головы, – не самое лёгкое дело. Так что я надеюсь, вы оцените мою настойчивость и целеустремлённость и поощрите отдельно!

С этими словами я гордо поднял подбородок и комично надул щёки, изображая из себя важного господина. Вот только действительно важному господину почему-то не понравилась моя пантомима, и он сжатой в кулак рукой поторопил меня. Умеет начальство убеждать. Ничего не скажешь…

Вот тут я уже рассказал абсолютно всё. И как на меня напали, и про отрубленную живую голову. Естественно, воевода захотел посмотреть на это всё прямо сейчас, но я отговорил. Убедил, что в этом нет ничего срочного.

– Славка успел вычитать, что такие бойцы при жизни не опасны. Их используют в качестве разведчиков или соглядатаев. А вот после смерти они становятся почти разумными мертвяками. Почти, потому что им надо сначала отомстить своему убийце. В данном случае – вашему покорному слуге. Славка ещё работает и ищет, как его стопроцентно упокоить, – порадовал я сурового воина.

– И этот труп безголовый лежит и лежал у тебя в комнате, когда притащили татя на допрос? – уточнил с прищуренными глазами воевода.

После моего кивка этот здоровенный человечище рассмеялся густым мужским смехом. Я только непонимающе хлопал глазами и чесал макушку, пытаясь сообразить, что смешного было в моих словах.

– Теперь я точно верю, что пойманный мужик только правду тебе говорил! – отсмеявшись, громко заявил воевода. – После такой демонстрации многие бы пошли на сотрудничество! Это надо же додуматься – опрашивать татя в присутствии обезглавленного тела! Хотя, наверное, вы это не специально сделали, так?

– Не только обезглавленного, но и без одной конечности: Славка посоветовал обезопасить себя и лишить его рук и ног. Я как раз хотел продолжить, когда ко мне заявились гости…, – и вновь раздался громкий хохот.

Решив, что буря прошла, да и дело своё выполнил, я собрался было прощаться до собрания. Даже встал. Точнее, попытался. Ноги запутались друг об друга, и я чуть ли не упал. Спас стол, за который я и зацепился. Попытался с опорой приподняться, но всё без толку. М-да, вот тебе и квасок Матвейка: вроде бы и голова ясная, а ноги не держат от слова совсем. Впредь тебе наука. Проверяй, что пьёшь.

– Эк тебе скосило, – покачал головой, – в таком состоянии ты никуда не доберёшься. Вот что. Ты, как я понимаю, ночь не спал. А дело впереди важное. Негоже на дурную головушку и на хилых ногах туда являться.

С этими словами хозяин дома, придерживая меня за плечи, повёл в какую-то отдалённую комнату. Честно сказать, я даже дороги не запомнил. Сразу навалилась усталость, поэтому, как только меня проводили до пустой одноместной постели, наверное, в гостевой комнате, я провалился в сон. Успел только почувствовать, как меня накрывают одеялом и, поглаживая по волосам, целуют в щёку. Надеюсь, это был не воевода.

Глава 8.

– Матвей! Ну проснись же! Ну сколько можно лежать! – донёсся до меня сердитый голос Лизы. Так, а почему, собственно, Лизы? И что она делает у меня в комнате? Неужто мы…

От неожиданных домыслов я резко поднялся и уставился на раскрасневшуюся девушку, в руках которой был кувшин с водой. И, судя по всему, она уже готова была его применить не самым для меня приятным способом. Краем глаза я заметил, что постель, да и всё другое – точно не моё. Да и одет я почему-то.

– Лиза… а что? А где? Аааааа…, – тут же я вспомнил события раннего утра. Надо же, как сморило. Похоже, лёгкий алкоголь подействовал как снотворное. Голова вроде не болит, да и ноги нормально ощущаются.

– Вот тебе и «Аааааа»! Я тебя полчаса пытаюсь разбудить! Отец предупредил уже давно, что тебе надо явиться на собрание, а ты всё не поднимаешься! Сурок ты, вот кто! И да, на собрание пойдёшь голодным: времени у тебя уже нет, от слова совсем! А я, между прочим, тебе приготовила! – немного посмотрев на мой ошарашенный вид, этот вихрь с косой фыркнула и прыснула в меня водой из кувшина. – Это тебе за впустую потраченное время и чтобы с умыванием не заморачивался.

После этого заявления она вышла из комнаты, прихватив с собой злополучный кувшин. Я же, отплёвываясь, спешно вытирался. К сожалению, ничего лучше одеяла я под рукой не нашёл. М-да, хорошая побудка. Ну, насчёт перекуса это уж она погорячилась. Пахнет пирожками. По дороге пару съем, да и всё. Так что её труды точно не пропадут даром. Вообще странно, что раньше не ощутил попыток меня разбудить. Это что, ранняя старость, что ли?

На подходе к зданию местной администрации и, как ни крути, своему временному дому, меня встречал Иван. Похоже, опасался парень, что я пропущу столь важное событие.

– Слава богам! А я уже думал, зря ночью на дереве сидел, как ленивая сова, – вместо приветствия проворчал преданный мне человек.

– И я тоже рад тебя видеть. Как там? Все уже собрались? – сразу перешёл к делу я, проглатывая кусок пирога. В корзинке, отданной мне уже успокоившейся и переживающей за мой бедный желудок Лизой, остался всего один пирог. Самому его было уже некогда съедать, так что со вздохом пришлось отдать его Ваньке. Можно было и корзину, но лучше сам лично потом отдам её законной хозяйке.

– Только начали подходить. Но господин Крост уже начал нервничать, что тебя нет. А нервный Крост – это всегда дополнительные задачи и выговоры нам. Так что тебя все уже ждут с нетерпением.

Я только хмыкнул на это. Самому буквально сегодня пришлось испытать весь словарный запас выборного воеводы. Так что я дружинников отлично понимал.

– Это хорошо, значит, у меня есть время на быстрое переодевание, после сразу пойдём к залу собраний. Можешь Кроста уведомить, что я здесь, чтобы больше не метал в вас молнии, – сказал я, входя в широкий проход здания.

– До молний дело не дошло, но уже было близко к этому. Как я погляжу, будить тебя моей дочери пришлось довольно радикальным методом, – сказал воевода, стоящий, как оказалось, сбоку от дверей. Похоже, специально меня ждал. А одежда действительно просохнуть не успела, тут он прав, – давай быстро, а не то нахлынут тучи и полетят те самые молнии. До этого был всего лишь гром.

Проверять слова непосредственного начальника я не стал и быстро побежал по лестнице на второй этаж. Ванька, кстати, зачем-то побежал за мной. Наверное, инстинкт самосохранения сработал.

В комнате меня ждал сюрприз. Все почему-то подумали, что у меня временно разместить братьев-предателей будет самое то. Плюс три дружинника во главе с Игорем. От такой толпы моя маленькая комната стала казаться ещё меньше. Хорошо хоть санузел был отдельно от всего остального. За неимением времени церемониться я не стал и переодевался прямо так. Ну а чего мне стесняться? Все своими считай стали. Полдня уже гостят. Второпях чуть ли не упал, споткнувшись об что-то лежавшее на полу. Им оказалось то самое тело. Похоже, я настолько привык к нему, что уже даже не замечаю. А эти не удосужились даже вынести его отсюда. Или это профилактическая мера такая для татей? Мол, охотнее разговаривать будут потом. Вон как затравленно смотрят на бывшего соглядатая. Хорошо хоть эта профилактика гнить не начала, а то в комнате был бы настоящий ад. Похоже, Славка до сих пор не нашёл, как избавиться от мертвеца. Ну или сначала посоветоваться со мной решил.

Иван, уж не знаю зачем, проводил меня прямо до дверей зала собраний. Надеюсь, это он в качестве моральной поддержки сделал, а не выполнял приказ воеводы и не предотвращал моё предполагаемое бегство. Ну тут Кроста можно понять. Заварил кашу с этими купчинами я, и расхлёбывать одному главному в армии ой как не хочется.

У самого входа уже стоял Славка, который был напуган больше, чем когда отбивались от субров. Я лишь кивнул ему. Ничего, пускай привыкает к этому месту. Авось и повезёт.

Стражники распахнули двери, и мы вдвоём вошли в огромное помещение, состоящее из многоуровневых сидений. В голову сразу пришёл древнегреческий амфитеатр. Как-то в прошлые разы этого не замечал, но это место действительно смахивает на подобное сооружение. Единственное отличие – это крыша над головой. Каменные в первом ряду и деревянные в последующих сиденья образовывали идеальный полукруг. Значило это что-то или нет, я не знал. Но выглядело внушительно.

Коротко поприветствовав уважаемых господ, я уставился на своеобразного председателя и судью в одном лице – Дмитрия. Этот человек сразу навевал чувство присутствия закона. Словно, пока он здесь, никто не смеет даже подумать о чёрных делах, не говоря о том, чтобы их воплотить.

Долго тянуть не стали, и меня попросили начать своё повествование с высадки на земли субров. Хотя эта просьба была больше похожа на приказ. Не исполнишь – лучше бы тебе не рождаться на этом свете. К слову, я именно на этом, как раз-таки, и не рождался.

Пытался рассказывать как можно подробнее. Единственно, старался упускать настоящую силу нашего походного одарённого. А то что-то господин Бажен странно смотрит на Славку. В его глазах читалось недоумение и злость: похоже, ему так никто тут заранее и не сказал о причастности его подчинённого к этой изумительной прогулке. Кстати, ничего не происходило. Судя по всему, свой перстень старший служитель богов носит вполне комфортно. Если бы боги решили избрать нового главного служителя, то, как я знаю, спокойно этому борову не сиделось. Ну да ладно, может, ещё и изменится что-нибудь. Будем надеяться на лучшее.

Перебили меня только единожды. Кто-то из присутствующих, к сожалению, всех выборных я так и не удосужился запомнить, спросил о причине моего решения, касающейся изменения первоначального плана. Это он имел в виду, почему ирфов не перебили, а увели. Живодёры. Я честно ответил: стало жалко. Но не самих животных, тут этого не поймут. Жалко стало столько добычи впустую уничтожать. Ну и, конечно же, приплёл всякую возвышенную речь о процветании Кречета. Некоторые, правда, скривились, когда я так назвал поселение. Не принято было в обществе прозывать так поселение, вроде как это пережиток прошлого, и вообще так называли, когда был единственный правитель – властитель по-здешнему. Но в целом всем понравилось, некоторые так даже расчувствовались и пообещали щедрую награду. Ну что ж, это мы завсегда рады. Можем унести даже две награды.

Пока рассказывал, я подметил одну очень неприятную вещь. Тут не было обещанного члена совета и крупного купца по совместительству, Льва, и его сынишки. Меня это насторожило. Настолько, что я даже сбился и начал повторяться. Благо Крост меня поправил. Я же, после неудачных попыток отыскать подозреваемых или подозреваемого, посмотрел воеводе прямо в глаза. Тот в гляделки играть не стал и… виновато отвёл взгляд. Это что сейчас было?! Это как?! Грозный воин стыдится передо мной? Тем временем я закончил свой монолог пришедшей к нам на помощь бравой дружиной поселения.

– У меня есть вопросы, – опередив председателя, сказал Бажен, – первое: почему я не знал, что Славка отправляется в поход? И второе: кто дал на то разрешение?!

М-да, не стоит ему в таком тоне разговаривать со своими коллегами. Некоторые после сказанного с такой брезгливостью посмотрели на него, что мне самому тошно стало.

– Бажен, – слово взял председатель, – право на участие выпросил у собрания Матвей. Мы посчитали это разумным. Воины могли быть серьёзно ранены, и помощь твоего ученика могла оказаться последним шансом. Если бы ты ходил на все собрания и досиживал до конца, то знал бы обо всём.

Дмитрий вроде бы говорил негромко и размеренно. Но его слова словно припечатывали Бажена к земле. Можно сказать, собрание в лице своего председателя перешло из защиты в нападение. И теперь не ему надо оправдываться за младшего служителя богов, а самому Бажену.

– Пфф, у меня, в отличие от вас, полно неотложных дел. Это вы, халтурщики, можете вот так вот устраивать свои сборища и болтать часами напролёт, а я занятой человек, – огрызнулся одарённый, но дальше развивать тему про Славку не стал. Вот только боюсь, он спросит напрямую с моего друга. Лучше бы младшему служителю богов в ближайшие дни не попадаться ему на глаза. А ещё лучше – и не ночевать в пристройке у Бажена.

– Итак, – удовлетворённо подвёл итоги Дмитрий, – я думаю, что выражу общее мнение, сказав: «Вы проделали большую работу». Конечно же, мы наградим каждого участника данного похода. Насчёт формы и размера награды решим позже. Без посторонних. Крост, ты просил выделить тебе время. Приступай.

– Благодарю за предоставленное слово, – несмотря на то что все предыдущие ораторы говорили сидя, воевода решил встать, – мой долг как защитника и хранителя порядка в нашем всеми любимом поселении донести до вас всех о кроющейся за нашими спинами опасности.

Крост замолчал, видимо, для того, чтобы все прониклись и задумались. Кстати, некоторые почему-то посмотрели на Бажена. Тот вроде бы не заметил или сделал вид, что не заметил.

– Все знают, хотя бы на уровне слухов, о пропавших разъездах. Это правда. Нам удалось выяснить, что в деле замешан отряд субров, скорее всего состоящий из изменённых воинов. Но это не страшно. Субров мы били и будем бить. Проблема в том, что этот отряд снабжали сведениями об этих самых разъездах и выходящей на поиски супостата погони, – последние слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Почему-то большая часть выборных начала кричать друг на друга, словно подозревая своего коллегу в измене. Выборный от ремесленников кричал на выборного от купцов, выборный от купцов кричал на старшего служителя богов. Бажен так вообще брызгал слюной и обвинял всех здесь присутствующих в измене. Бедный Славка даже отступил к выходу на всякий случай. Я же остался стоять. Нельзя перед такими людьми проявлять трусость. Запомнят и используют в своих целях.

Невозмутимыми остались ещё двое. Это сам Крост, хотя не понимаю, как он сдержался и не ответил на обвинения. Кто-то больно смелый заявил о плохой работе стражников и дружины. Вторым был сам Дмитрий. Он почему-то всё это время пристально наблюдал за моим поведением. В какой-то момент мне показалось, что я сдаю непонятный мне экзамен. Ощущение усилилось после того, как судья одобрительно кивнул.

Первый запал прошёл, и уважаемые люди немного успокоились. Примечательно, что насильно их успокаивать председатель не стал.

– Я рад, что вы поделились своими мнениями, – продолжил Крост, а я еле сумел убрать предательскую улыбку, – нам предстоит много работы. Но для начала я вас всех попрошу положить руку с перстнем впереди вас. Дабы мы все видели символы власти. После этого мы пригласим гостей.

Давно пора. А то я уже переживать начал. Интересно, а что это за манипуляции с руками? Надо будет расспросить кого-нибудь.

Спустя какое-то время в зал сперва ввели того самого Льва, члена совета и крупного торговца. Именно что ввели… Вроде бы воевода говорил о вполне мирном приглашении, а тут такое… До заламывания рук дело не дошло, но его крепко опекали. Один раз даже ненавязчиво поторопили, когда этот напыщенный индюк остановился и начал выбирать, куда своё знатное седалище уместить. Место само собой определилось, когда в спину ему ткнули щитом. За ним никто не шёл. Сколько я ни вглядывался, но так никто и не появился. Мне в голову начали лезть самые неприятные мысли. Я и так был настороже. С самого начала всё пошло не по плану, а тут главный подозреваемый пришёл без напарника. Надеюсь, это значит только то, что мажор споткнулся на очень острый меч. Другой расклад меня не устроит. Уж больно много устроила эта предательская морда нам проблем. За собой вины я не чувствовал. Никто не заставлял его себя так вести, тогда в таверне. Ну, осадил я его, бывает. Это надо было давно сделать. Не мстить же из-за этого всей своей родине.

Проматывая всё это в голове, я пропустил момент, когда в зал ввели троих знакомых братьев. Вроде бы и видел их недавно, а показалось, что цвет их кожи стал ещё бледнее. Ну что-то, когда шли против своих, так сильно не переживали! А тут прямо-таки несчастные ребятишки, пойманные за мелкое хулиганство…

Начался допрос. Ничего нового для меня тут не прозвучало. Да я и не вслушивался. Моим вниманием полностью завладели перстни выборных. Не знаю, как это объяснить, но все вместе они начали оказывать странный гипнотический эффект. Я еле как смог отвести взгляд и сконцентрироваться на лицах окружающих. А вот допрашиваемые не смогли этого сделать. Собственно, на них и был направлен этот эффект. Расположили их стоя. Поначалу мужички хотели упасть на колени, но их остановили. В таком положении те не смогли бы видеть все перстни выборных.

По мере рассказа лицо купчины становилось багровым. Я даже начал переживать, вдруг сейчас у него инфаркт случится. Только вот непонятно, то ли действительно он ничего не знал и эти краски на лице от шока, то ли он переживает, что их с сыном раскрыли.

Вновь взял слово Крост. Он дополнил рассказ мелкими, но очень важными деталями. Без них вся картина не была бы построена. Что примечательно, воевода не стал упоминать при всех вытянутоголового, ныне и вовсе безголового, соглядатая. Ну что ж, учтём.

– Вина этих троих полностью доказана, нам они соврать уж точно не могли, – после недолгой тишины, пока все собирались с мыслями, подвёл итог председатель собрания и местный судья Дмитрий, – без предателей у нас в поселении тебе, Крост, будет намного легче расправиться с распоясавшимися субрами. И это необходимо сделать как можно быстрее. Боюсь, как бы они не выследили ирфов и не отбили их обратно. Ну да ладно, это всё потом, как и выбор наказания всем причастным. Сейчас же, на мой взгляд, остались два вопроса, на которые необходимо получить ответы немедленно. Лев, прошу пройти в центр.

После этих слов уже вполне официально татей увели, а красный купец направился на предложенное место. Глухие удары сапог Льва оглашали весь зал, и от этого становилось… становилось жутко, пару раз у меня даже мурашки пробежали по спине.

– Мы все тебя очень давно знаем. Многие здесь присутствующие тебя уважают и считают одним из самых преданных жителей поселения, несмотря на то, что родился ты далеко отсюда. Ты даже стал членом совета. Это великая честь. Поэтому ответь нам честно. Ты прекрасно знаешь, что ложь или недоговорённость легко выводится наружу. Таковы символы власти наших богов. Так что ты только впустую потратишь силы. Итак, – законоговоритель сделал паузу, а потом коротко и чётко произнёс, – ты знал о предательстве нашего рода твоим сыном?

Повисла тишина. В этот момент все перстни немного засияли. Странно, но при допросе татей этого не происходило. Наверное, те не того полёта птицы, чтобы на них направляли всю подаренную богами силу.

– Нет. Я не знал об этом. Опережая второй вопрос, скажу сразу: Фила нет в поселении, – скрипучим голосом произнёс член совета.

Глава 9.

– Фу, какая гадость! – чуть ли не выплёвывая расхваленный Иваном напиток, воительница Сара судорожно сглотнула и скривила лицо, как будто выпила что-то очень горькое. Покрасневший Иван смущённо отставил от себя бокал с таким же содержимым. Полчаса назад он заверял всю нашу небольшую компанию, что этот напиток просто божественный. Сам он его не пробовал, но знакомые очень сильно рекомендовали. Я же попробовать не успел, и, судя по реакции остальных, никто не горел желанием повторять участь Сары. Интересно, что же Иван сделал такого своим знакомым, что они посоветовали ему такую бурду?

Сидели мы в той самой таверне, где я впервые отдыхал со своей тройкой и младшим служителем богов. На этот раз состав был более расширен: к нам присоединились Лиза с Сарой. Вернее, я звал только Лизу, но она, естественно, не захотела идти одна и уговорила свою подругу пойти вместе с ней. Инициатором столь спонтанного сборища был всё тот же Ванька. Он просто заявил мне, что им всем нужен отдых. И он не имел в виду отлёживание боков на кровати, хотя я был бы и не прочь. Этот неугомонный потащил нас всех посидеть и вкусно покушать в честь окончательного завершения похода. С меня наконец-то сняли обязанности командира всего нашего сборного отряда. И вновь остались только Игорь с Иваном.

Всё это произошло вчера сразу после собрания. Само оно, кстати, закончилось довольно быстро. Все убедились, что сам купец не причастен к выходкам сына, и он не помогал ему скрыться. Просто у Фильки взыграло чувство самосохранения, и после того, как все его подельники пропали, он пришёл к отцу и заявил, что сам хочет провести караван в далёкие земли. Такое рвение откровенно удивило папашу, но не расстроило. Ещё бы, сыночек наконец-то за ум взялся и начинает к семейному делу интерес проявлять. Короче говоря, смылся мажор от правосудия. Мне всё равно, так бывает, главное, чтобы я нигде больше с ним не столкнулся. Воевода и выборный от боевых ладейных команд, конечно, заявил, что отправит людей на поиски (направление каравана же знаем), но вот только если Филька не дурак, то сойдёт в ближайшем поселении и смоется конным ходом куда угодно. Ну, в общем, понятно, почему это Крост отводил взгляд. Упустил главного виновника. Не поверил мне и дал тому сбежать.

Купец же при всём собрании заявил, что больше не считает возможным числиться в совете, так как доверие к его семье подорвано. Он, похоже, действительно остро перенёс всё происходящее. Кажется, ему даже Бажен помог, полечил купца, а то что-то тот за сердце хватался часто. Отставку собрание приняло, но попросило повторить своё заявление при всём совете, чтобы никакого недопонимания не было.

Потом у меня был непродолжительный разговор с Кростом, прямо в этом же зале, когда все ушли. Он хотел лишь узнать моё мнение по поводу вероятности перехвата предателя. Я ответил честно: мизерные. И высказал обеспокоенность по поводу вероятных проблем в будущем из-за него. Воевода со мной согласился и, продолжая что-то обдумывать, отпустил меня восвояси. Тут-то меня и перехватил Иван со своим предложением.

Из воспоминаний меня выдернул возмущённый голос:

– А я-то что? – попытался состроить невинное лицо Ванька. Надо сказать, что с небритой несколько дней щетиной это было крайне сложно. – И вовсе незачем было вам всем слушать меня. У вас своя голова на плечах, могли бы и другое заказать. И вообще, ко всему остальному же претензий нет!

Тут никто спорить не стал. Всё было предельно вкусно, особенно для нас четверых, которые в последнее время питались чем придётся. Добавляли комфорта и разжигали аппетит мелодичная музыка, издаваемая какой-то дудкой, вечернее время и на удивление малое количество людей в зале.

– А с чего это так народу мало? – спросил я, откидываясь на спинку сидения и одновременно обнимая Лизу. Она же без колебаний приникла ко мне. Лиза вообще не стеснялась меня. Вроде бы и не богатый, и вообще тут я чужак – короче говоря, неприглядная партия, – но она совершенно не обращала на это внимания, чему я был искренне рад. И да, то, что я фактически помог спастись местным в первый же день, не в счёт. Мне, конечно, были благодарны, но больше эту заслугу приписывали богам. Оно и правильно, потому что по собственной воле я повторить такое вряд ли смогу. Пытался уже.

– Так тут по большей части дружинники и воительницы отдыхают, – начала объяснять Сара, которая уже заказала что-то другое в качестве питья, – а основная часть вернулась совсем недавно. Дружинников ещё по домам не отпустили, наверное.

– Верно говоришь, – подтвердил слова воительницы провинившийся Иван, – мне удалось перемолвиться с одним из участников этой экспедиции. Оказывается, ушли они ещё вчера в ночь. Их задачей было обнаружение и уничтожение той самой группы субров, что нападала на наши разъезды…

– И что должна была захлопнуть для нас ловушку, – тихо проговорил я, но, ведать недостаточно: вся компания повернулась ко мне и вопросительно посмотрела. Я лишь мысленно хлопнул себя по голове. Из всех здесь присутствующих всё знала только Лиза. Остальные могли только догадываться. После минутного молчания я понял, что без объяснений от меня не отстанут, и продолжил уже громче, – эта группа должна была встретить нас на подходе к дому. Да вот только не судьба вышла. Гонцов, которые должны были их оповестить, перехватил ты, Игорь, с приданным тебе отрядом. Если бы кто-то сбежал, то нам бы пришлось отбиваться со всех сторон. Вряд ли бы мы смогли тогда погрузиться на ладьи и уйти.

Повисло напряжённое молчание. Ведать до ходивших со мной в поход парней только сейчас начал доходить весь тот риск и безвыходность ситуации, которые могли бы быть тогда. Лиза же ещё сильнее прижалась ко мне, будто боясь, что я снова окажусь там.

– Так, что тебе поведал участник? Успешно всё? – напомнил об начатом повествовании Славка.

– А, так это, того самого, да. Выследить оказалось несложным. Субры, ведать до последнего верили в свою неуязвимость. Надеялись на предателей, которые снабжали их информацией. А раз они не приходили, то и опасаться не имело смысла, – рассказчик остановился, так как подошёл сотрудник таверны с кувшином. Иван забрал посудину и галантно налил Саре новый напиток; та с подозрением его понюхала и, удовлетворительно кивнув, отпила содержимое, – перестреляли их, даже в рукопашную не стали идти. Хотя знакомый сказал, что среди них было много изменённых, то есть мутированных бойцов. На каждого обычного человека – десяток изменённых. Наверное, командиры и их подчинённые. Добычу взяли… богатую. Эх, жалко, нас туда не позвали. Считай, это был не поход, а лёгкая прогулка, отдача вон какая. Вот ведь Мыславу повезло. Он свою полусотню может на несколько раз теперь озолотить.

Мыслав, значит… Надо будет поспрашивать того о сражении и о видах изменённых. А то чересчур много как-то их стало у субров… Не нравится мне это.

– Тебе бы только карманы набить, – возмутилась Сара, – а ради поселения поработать не хочешь?

– Одно другому не мешает! Тем более за поход так ещё и не выплатили обещанное! – важно заявил дружинник. – А я, может быть, деньги на свадьбу коплю. Только вот невесты нет. Не хочешь исправить эту несправедливость?

После этого все заулыбались, а кто-то даже сдержанно засмеялся. Одной Саре было не до смеха. Девушка стала пунцовой и, недолго думая, запустила в наглое лицо моего друга чистой ложкой.

– Эх, это, наверное, значит «нет», – театрально вздохнул Ванька и принялся заедать горе этой же ложкой.

– Да ладно тебе грустить. И вообще: «бьёт – значит…» – пошутил было я, но после угрозы в виде поднятой очередной ложки отступил назад. – Всё, всё, беру свои слова назад. А насчёт награды ты не переживай. Выборные обещали нас хорошо отблагодарить, вдобавок, добавок вроде как, нам полагается за поимку татей приличный гонорар.

– Какой ещё гонор? – недоумённо спросил Иван.

– Я имел в виду денежное вознаграждение, вот. Просто надо подождать, – выкрутился я. М-да, как же сложно порой следить за языком и объясняться так, чтобы местные всё понимали.

Слово за слово, и начались разговоры ни о чём. Девушки болтали о чём-то своём, я, если честно, даже не прислушивался. Ну а они и не стремились рассказать всем о своих секретах. Говорили тихо, периодически хихикали над чем-то. Я до сих пор восхищаюсь, как это отважные и грозные воительницы перевоплощаются в обычных для своего времени девушек. Понятное дело, не все: видал я ходящих в ежедневный патруль воительниц, которые днями и ночами не дают себе отдыха. Но это в основном ещё моложе Лизы девушки. Наверное, через это у них все проходят. Такой своеобразный экзамен.

Парни обсуждали, куда потратят свои деньги. Ну как обсуждали: говорил только Иван, а Славка, разинув рот, слушал планы своего собеседника. Говорил, конечно, Ванька о многом. От всей души мечтает. Только вот боюсь, на табун лошадей ему вряд ли хватит денег. Кони, – животные полезные, оттого того и дорогие. Да и содержать их надо, а постоянного дохода у воителя нет. Одноразовой премии тут мало будет. Так что ждёт в будущем Ваньку большой облом. Ну или я его обломаю и вытащу из грёз, для его же пользы, естественно. Игорь же смотрел на друга с лёгкой грустью, а на лице его застыла улыбка. Он-то то прекрасно понимал, на что может хватить ещё неполученного вознаграждения, а на что – нет. Сам я не думал, куда потрачу деньги. Нужно сначала их получить, а уже потом делить. На словах-то то нам обещали прилично, а как оно на самом деле будет? Кстати, с прошлого подарка от всего собрания у меня большая часть осталась, плюс за службу получаю довольствие, так что в заначке скопилось у меня достаточно.

Избавившись от рассуждений о деньгах, – всё-таки отдыхать пришли, – я начал разглядывать мебель в этом заведении. А посмотреть было на что. Различные рисунки покрывали столы, стулья и наши непередвижные сиденья. В основном изображены на них были просто красиво загнутые линии, но встречались и различные животные, а то и растения. Хотя проступали они нечётко, так что я не уверен, что их специально нарисовали. Возможно, это просто игра моего воображения. М-да, похоже, у местных какой-то фетиш на фрески и резьбу. Вон даже маленькая табуретка в углу была расписана замысловатым узором, половину которого не было видно, из-за стоящего на нём горшка с цветком. Так, стоп, цветок… трава… травник! Вот зараза… Рано расслабился, Матвей, тебе ещё предстоит разобраться с пропавшей группой травника. А я уверен, что именно мне это надо будет сделать. Ведь не просто так меня тот непонятный мужик с огромным соколом звал во сне. Скорее всего, это как-то взаимосвязано. Либо этот неизвестный сам что-то с ними сделал, дабы я точно к нему пришёл, либо он знает, что с ними случилось. И то и другое вполне вероятно: судя по тому, что он во сне ко мне обратился, силы у него хватит на многое. И я сейчас не про физическую. Но кто он? Какой-то друид или волхв? Друг он или враг? Логика подсказывает, что друг, но кто его знает…? Правильно, никто. А могу я это узнать? Но есть одно «но»: добираться надо будет через этот проклятый лес за рекой, чего мне очень не хочется. Путешествия мне и одного хватило с избытком, чуть ноги не протянул. Вот тебе и отвлёкся от денег, они-то как раз-таки намного приятнее. Только настроение испортил.

Наступающее раздражение я решил запить и был приятно удивлён. Напиток, заказанный Сарой, был превосходен. Мне даже к себе захотелось его купить. Что-то похожее на холодильник, но работающий на артефакте, у меня стояло. Так что не испортится.

– Слава, оторвись от увлекательного рассказа этого пустомели и скажи мне, сколько нам на пару дней надо этого замечательного то ли сока, то ли морса? – спросил я у младшего служителя богов. Я всё-таки поселил его у себя, спасая от расспросов Бажена и возможного гнева. По крайней мере до тех пор, пока тот либо забудет о случившемся, либо пойдёт снова праздновать свои мнимые достижения. – И да, друг мой, поясни мне, сколько ещё мы с тобой будем спать чуть ли не в обнимку с трупом?

Как избавиться от безголового убийцы и его безтельной головы, так сказать, по-научному, Славка до сих пор не нашёл. Слишком много информации надо перечитать, и слишком мало времени у него было. Я бы попросту сжёг это тело или заставил Славку упокоить его тем самым заклинанием, которым он повторно убил умертвия. Но тут ко мне завалился посыльный от Кроста и заявил, что младший служитель богов должен полностью изучить это безобразие. По времени ограничений нет, но затягивать не стоит. В общем, как всегда.

– Ты же знаешь, мне и самому не нравится такое соседство, но я делаю, что могу, – вздохнув, ответил Славка, – а тело мне нужно, чтобы тут же проводить опыты. Я и голову доставал пару раз, пока тебя не было. Да не хмурься ты, я кляп не вынимал. И вообще, ничего не в обнимку, я же его в уборную на ночь засовываю.

– Ты так говоришь, как будто это выход из проблемы. Да я, между прочим, чуть раньше времени не приступил к утренним делам, когда увидел его там! – возмущённо сказал я. Только вот поддержки в окружении не обнаружил. Наоборот, послышались негромкие смешки со стороны девушек. Когда же я бросил обиженный взгляд на Лизу, та быстро прикрыла ладошкой рот. Только вот вздрагивающие плечи ясно говорили о том, что она совершенно не раскаивается.

– Вообще не смешно! Это могла быть трагедия, по масштабности возможно пострашнее, чем нашествие субров! – продолжил было я, но тут же уже все засмеялись. Не выдержав, я присоединился к ним, переставая притворяться.

Один лишь Игорь скупо улыбнулся, а по его взгляду было ясно сразу: мысли его далеки отсюда. Глядя на него, у меня всплыло когда-то услышанное от Лизы. Вроде как проблемы у него на личном фронте.

– Ты чего замкнутый сегодня больше, чем обычно? – не выдержав, я спросил его.

Игорь же сразу не понял, что к нему обращаются. Дошло до того, что уже все успокоились и ждали от него ответа, а нетерпеливый Ванька ткнул друга в бок. Это помогло, и Игорь вопросительно посмотрел на окружающих: мол, чего вы на меня все вылупились?

– Ты где летаешь? – повторила за меня вопрос Лиза, несколько изменив формулировку.

– Нигде я не летаю. Я же не сокол, – попытался пошутить воин, но никому смешно от этого не стало. Тогда он вздохнул и спросил: – А как долго ждать обещанной доли с похода?

Я пристально на него посмотрел. Игорь не был нетерпеливым человеком. Это он много раз доказывал. Значит, у него есть какая-то серьёзная причина торопиться. Недолго думая, я быстро сказал, пока остальные не начали его подкалывать:

– Сколько и для чего?

От такого резкого поворота в разговоре Игорь вздрогнул, но, перемешивая свою нетронутую часть какого-то блюда, всё же ответил:

– Да у знакомого дом на продажу появился, вроде как раньше там его прадед жил. Цену просит небольшую, на подворье почти ничего нет, но зато оно большое, есть где развернуться. Правда, и дом надо подлатать, но с умелыми руками быстро всё сделается. Понимают это все. Уже очередь выстроилась к нему, но я был первый. Только срок передачи денег хозяин установил небольшой. Другие-то и вовсе сразу ему обещают всю сумму передать… а я как раз-таки за счёт вознаграждения обещал заплатить… только вот его всё нет и неизвестно, когда оно будет…

Под конец обычно спокойный воин начал сбиваться, что выдавало его нешуточное волнение.

– Сколько? – прервал я его сбивчивую речь и повторил вопрос.

Игорь назвал сумму, а я прикинул размер собственного «кошелька». Цена и впрямь была низкой, на обычное добротное подворье у меня бы не хватило монет, а тут выходило всего лишь больше половины от моих запасов.

– После застолья беги и говори своему знакомому, что завтра с утра деньги принесём. Я сам заплачу. Надо поторопиться, а то и вправду продаст кому-то другому, и останешься ты ни с чем, – огорошил я парня.

– Ты?! Но откуда?! – казалось, Игорь искренне удивился. Вроде бы я не скрывал от него, что меня вознаградили тогда.

– От верблюда. Знаешь, есть такое животное с двумя горбами? В одном он носит золотые монеты, а в другом – серебряные. Вот он мне за то, что я его погладил да за ушком почесал, и отсыпал своих богатств, – решил съязвить я, только это никак на парня не подействовало.

– Матвей, я отдам потом… – пролепетал воин, но я лишь махнул рукой. Настаивать я не буду: хочет считать, что в долг берёт, – пускай так считает. Наверное, для него важен сам факт самостоятельной покупки, мол, это он за свои деньги приобрёл. Хотя я бы и так ему эти деньги отдал.

От автора...

Дорогие читатели! Тут, как мне советовали, я должен просить Вас поставить лайк и выразить своё мнение по поводу прочитанного... Но думаю, в этом нет необходимости.)

Уверен, что если Вам понравилось опубликованное, то Вы и так не оставите книгу без внимания! Спасибо всем тем, кто дочитал до сего момента! И это далеко не конец!

Глава 10.

Утром после завтрака я сразу же отправился во вчерашнюю таверну. Из-за всех дум и разговоров мысль о покупке того самого напитка у меня просто вылетела. А мне хотелось иметь его при себе. Не знаю почему. Вот такая идея фикс. Он вроде и освежает, как мята, но в то же время не оставляет послевкусия травы. В общем, я, полный решимости, отправился с заплечной сумкой в излюбленное заведение. Всё равно делом пока не заняли, думаю, так всем участникам недавнего похода положено. Тем более мы не только отомстили врагу, но и солидно увеличили благосостояние родины. Герои, одним словом, а героям нужен отдых. Иначе на следующий подвиг сил может и не хватить.

Славка остался в комнате, продолжая ковыряться в своих заметках и копиях. Делал он это почти всё свободное время. Даже вчера после застолья уселся со свечами за столом. Подозреваю, он и во сне читает запомнившиеся страницы.

В местном ресторане или кафешке меня встретили радушно. Уже в лицо знали. Ну, не мудрено, вчера мы тут большую сумму оставили и даже не буянили, потому что никто из нас туманящую разум продукцию не употреблял. В отличие от других посетителей. Всё как всегда: кто-то перебрал горячительного и полез к занятой девушке. Слово за слово, и вот уже неадекватный посетитель летит из заведения на улицу. Причём не от охранника или стражи и даже не от молодого человека, а от нашего Славки. Решил он так покрасоваться перед подругами девушки и сотворил простецкое заклинание. Ну, надо сказать, это у него получилось эффектно. И даже очень. Дошло до того, что парни юных красавиц стали недобро посматривать на нашего одарённого, пришлось поспешно ретироваться отсюда. Но зато все получили массу эмоций.

Напиток мне продали последний. Рассчитывал я на большее, но и это тоже было хорошо. Уже когда я начал уходить, сотрудник заведения меня окликнул:

– Эм, господин. Постойте, если хотите, мы можем, например, раз в неделю вам на дом приносить понравившееся блюдо или питьё, когда оно будет в наличии. Некоторые ингредиенты для них поставляют купцы в небольших размерах, поэтому и кончается всё так быстро. Вы уж извините нас.

– Да? Интересно. Надо будет запомнить. Где я живу, знаете? – спросил я у собеседника и после утвердительного кивка продолжил. – Тогда давайте сделаем, как вы и говорили. В случае если меня не будет, то передайте служащим или принесите в другой раз. За дополнительную работу я заплачу.

Попрощавшись, я отправился назад, по пути размышляя. Меня заинтересовала не только средневековая, если к этому времени можно применить данное слово, доставка. В большей степени меня затронуло то, что здешние купцы почему-то не занимаются всерьёз торговлей всяких экзотических продуктов. И это очень странно. Людям всегда охота кушать, а кушать вкусно – ещё чаще. Поэтому деятельность по реализации такой потребности может стать если не золотой жилой, то как минимум постоянной прибылью. И над этим надо будет подумать. Конечно же, не сейчас, а когда накопится определённый капитал.

За этими размышлениями я чуть ли не прошёл мимо Игоря, караулящего меня у входа в здание выборных. Да я бы и прошёл мимо, если бы сам воин не окликнул меня нерешительной фразой:

– Матвей, ты сейчас занят? – осторожно обратился ко мне воин. Я сразу и не понял, что именно он у меня спрашивает. Но потом вспомнил вчерашнее обещание и чуть ли не выругался вслух. У меня совсем из головы вылетели проблемы моего подчинённого. Вроде и не сильно забот много, а всё равно – выкинул из головы и благополучно забыл. Тут ещё надо отметить, что Игорь даже не поприветствовал меня, похоже, сильно переживает. Ну ещё бы: если я сейчас откажу, то всё, прощай выгодное предложение, а может, и его заветное желание.

– Нет, я не занят. Не беспокойся, Игорь, всё в силе. Сейчас я зайду к себе, – ответил я и выразительно потряс своей ношей.

В комнате ничего не изменилось, почти. Стол стоял, стулья тоже. Постель на месте, дверь в санузел открыта. Вот и Славка на полу читает свои листочки…, а в другой руке держит здоровенный нож. Рядом с ним лежит тот самый обезглавленный живой труп с распоротым животом и грудной клеткой. Причём было видно, что в его внутренностях определённо что-то искали. Ну хоть крови и запаха не было.

– Славка, мясник ты этакий! Ты чего устроил?! Ты из нашей обители решил морг организовать? Так ты не мелочись, вон в морозильный шкаф сложи своего подопытного, рядом с продуктами! Думаю, это придаст им некую иллюзию, будто бы мы вкушаем их на поле боя. Хотя нет, не надо, вдруг артефакт сломаешь, а новый придётся за свои покупать. Ты хотя бы у меня спросил, мне вот лично и так было неприятно спать с этим в одном помещении, а в шкафу каждый раз видеть его голову – так теперь уровень отвращения вырос вдвойне! Думать-то надо было! А вдруг Крост с дружинниками зашли бы, а ты тут не пойми чем занимаешься! Слухи пойдут, что младший служитель богов с пришлым решили некромантией… тьфу ты, магией над телом и духом заняться! Представляешь, что бы тогда было бы? – стоя над приятелем, чуть ли не кричал я.

Да, да, моему возмущению не было предела. А этот индивид вообще не обращал внимания. Даже голову не поднял, когда я зашёл в комнату. Только после окончания моей гневной тирады он соизволил снизойти до меня, убогого, и очень серьёзным голосом ответил:

– Я нашёл способ, как безопасно и навсегда упокоить нашего ночного гостя.

Как-то все претензии сразу после услышанного у меня иссякли. Я справедливо рассудил, что те жертвы, которые уже перечислил Славке, вполне оправданы. Хотя я почему-то уверен, что всё мною сказанное прошло мимо ушей этого умного человека.

– Тут указано про ритуал примирения, – сказал младший служитель богов и ткнул ножиком в листок, – вдаваться в подробности не буду, сам не разобрался до конца, но так называемые основы уже известны точно. Понадобится его сердце, именно поэтому мне и пришлось покопаться в нём. Также необходима будет твоя кровь. Совсем немного. Не бойся, ничего такого не случится. Тут сказано, что нужно пролить кровь виновного в убийстве на сердце падшего и восставшего. После этого его душа должна успокоиться, и мстительная нежить навсегда покинет этот мир. Можно, конечно, и обычным упокоением его отправить восвояси, но заклинание против умертвия может не сработать в полной степени. Дух может переродиться и преследовать тебя. Вот такие вот дела.

В том-то и дело, что дела… Не знаю почему, но мне не хотелось как-то использовать свою кровь вместе с силой. Скорее всего, это последствие культуры моего времени. В фильмах постоянно показывали, что кровь используют для чего-то плохого и вообще таким занимаются только очень плохие дяди и тёти. Ну а если подумать, то что может случиться? Всего пару капель, да и Славка уверен, что это будет лучшим вариантом. Как-то не хочется всю жизнь ждать удара в спину.

– Ну, если ты считаешь это правильным решением и гарантируешь полную безопасность ритуала, то я за, – неспешно проговорил я, – но ты, пожалуйста, узнай подробнее об этом всём. Вдруг там какие-нибудь сюрпризы нас ждать будут?

Славка ничего не ответил, лишь важно кивнул и продолжил читать. Как у него зрение ещё не превратилось в минус бесконечность? Или у него свои способы, позволяющие ему об этом не думать?

Решив не мешать некроманту-самоучке, я прошёл к кровати и отодвинул небольшую тумбочку. На ней с обратной стороны был спрятан отсек, запирающийся на ключик. Я бы и не узнал, что такое тут вообще есть, но в одно из редких посещений моего логова Лиза мне это показала. Ну, вообще, она тогда решила убраться у меня, заявив, что служащие плохо это делают. Не знаю, что на неё тогда нашло, но неожиданной находкой я был очень рад. Ключик тогда был прямо в замочной скважине, сейчас же я постоянно его ношу с собой.

Открыв свой импровизированный сейф, я удовлетворённо посчитал мешочки. Их было пять. В каких-то были золотые, в каких-то – серебряные монеты. Тратить мне до сих пор некуда было всё это, а довольствие или жалование – не знаю, как правильно назвать, – я получал каждую неделю исправно. В общем, мои запасы росли, чему я тихо радовался. Потому что в жизни может случиться всякое, особенно тут, где приходится рисковать своим здоровьем, и не всегда имеющие силу одарённые могут помочь. И в случае реализации таких событий скопленные средства могут быть очень полезны для выживания. Хотя, если честно говорить, такой порядок вещей не только тут, но и в моём старом мире.

Немного подумав, я забрал все пять средневековых кошельков и положил их все в тот самый заплечный мешок, с которым ходил в таверну. Мог бы и по карманам разложить, да вот боюсь – греметь буду сильно. Уж лучше так.

– Матвей, а что такое морг? – уже за порогом догнал меня вопрос Славки. Надо же, всё-таки слушал мои изречения. Но объяснять не хотелось, поэтому я сделал вид, что не услышал, и пошёл дальше по длинному коридору.

Игорь уже стоял не один. К нему присоединился Ванька, и их обоих о чём-то расспрашивал тот самый полусотник Мыслав. Надо же, на ловца и зверь бежит. Завидев меня, он отстал от парней и полностью переключился на общение со мной. Кивнув в знак приветствия, лысый дружинник перешёл сразу к делу.

– Здравствуй, Матвей. Я тут мимо проходил да увидел твоих парней. Вот и решил спросить о судьбе того чучела, что за нами глядел с крыши. Да вот только эти вот, – полусотник кивнул на парней, – словно воды в рот набрали. Отмалчиваются на мои вопросы или говорят, что не знают. Неужто всё так серьёзно?

Ну да, прям так они всё тебе и рассказали. Ты хоть и важная шишка, да вот над этими дружинниками ты не властен. Уж смирись с этим. А мои ребятки хороши. Не стушевались перед полусотником. Им до его звания ещё расти да расти, а всё равно дали понять ему его место. Конечно же, очень деликатно.

– Извини, Мыслав. Всего сказать не могу. Приказ Кроста. Одно могу поведать: над этой проблемой работают, – попытавшись изобразить деловое лицо, ответил я.

– Даже так, – задумчиво проговорил полусотник, – ну что ж, понятно. Тогда не буду больше отвлекать. И да, хочу поздравить вас. Лихо вы эту крысу на чистую воду вывели. И заодно его татей прихватили. Жалко, что сам он сбежал, но главное – мы от опасности избавились. Бывайте, братцы.

Я тоже попрощался с полусотником, но потом вспомнил, что и сам хотел того расспросить о его небольшом походе.

– Мыслав, постой. Разговор есть. Конечно же, если не трудно и не сильно занят. Можешь поведать о твоей охоте за субрами? – полусотник остановился, а Игорь жалобно посмотрел на меня. – Только мы спешим, если тебе не сложно, то пройдись с нами.

– Можно и пройтись, а что конкретно тебя интересует? Не каждый же наш шаг.

Мы все вместе двинулись за Игорем в нужном направлении, а я задумался. Действительно, а что конкретно мне нужно? Я сам не понимал, почему меня зацепил рассказ знакомого Ваньки, но что-то тут было не так. Может быть, даже и незначительное. Раньше хотел спросить об изменённых, но сейчас…

– Скажи, когда вы их нашли, действительно легко одолели, как говорят? И насчёт трофеев – их было много?

– Ну, я не знаю, что говорят, но мы ни одного не потеряли. Субры были беспечны. Даже не выставили часовых. Да это и понятно. Они никогда не были великими воинами. Брали всегда численностью или, как в этот раз, им помогал предатель. А что касается трофеев… конечно же, мы их привезли не так уж много, как вы, но большая часть воинов были снаряжены очень даже неплохо. Их доспехи стоят чуть меньше боевого коня, – размеренно идя, ответил бывалый воин. Складывалось ощущение, что он каждое слово кладёт под собственный шаг.

А вот у меня сложилось совершенно другое [ощущение]. Вспомнив собственный поход и удачное отражение конницы врага, я, мягко говоря, встал в ступор. Ведь у них у всех тоже были доспехи, аналогичные описываемым. Но вот откуда у плохих воинов они могли быть? Плохой и неопытный дружинник, как правило, только расстаётся со своим добром; накопить на что-то у него никак не получится. Всё добро отходит сильнейшим. Ладно бы только у одного отряда было такое вооружение, хотя и это под большим сомнением. Но таких отрядов даже два. А вполне может быть и куда больше.

– Хм, вот скажи мне, уважаемый Мыслав, откуда у вояк, уровень подготовки которых вызывает только слёзы, вдруг появились такие доспехи? Что-то при штурме поселения они так не были укомплектованы.

Полусотник конкретно завис. Похоже, он об этом не задумывался раньше. А ведь это первое, что должно бросаться в глаза. Ну или я просто слишком много требую от здешних людей. Так продолжалось бы и дальше, если бы Игорь не объявил нам всем о конце пути. Продавец здесь не жил, поэтому члены моей тройки отправились за ним. Мог бы и один Игорь, но, ведать, парни правильно поняли ситуацию и решили не мешать нам.

– А ты прав…, – наконец произнёс Мыслав, – и тут надо брать во внимание, что ваша погоня, которую остановила на границе наша армия, была, по слухам, укомплектована не хуже. Сам я там не был, вас встречал. Ну ты и сам это знаешь, но вот некоторые мои знакомые поделились со мной этой странностью. По их словам, даже издалека было видно, как изменилась армия врага. Это очень странно… Мест разработок руды и мастеров кузнечного дела у них никогда не хватало… Слушай, это всё, что ты хотел узнать?

Я утвердительно кивнул. Как-то в ходе беседы мы перестали изображать друг перед другом важных людей и стали общаться по-простому, что мне намного больше нравилось. Уже спину сводило от необходимости поддерживать высокопарный вид.

– Я сейчас же отправлюсь на доклад к господину воеводе и расскажу о наших с тобой рассуждениях. Сдаётся мне, тут дело нечисто, и желательно разобраться побыстрее с этим. Эх… только с предателем всё решили, а тут такое…

И он ушёл, еле сдерживаясь от желания перейти на бег. А я же возмущённо смотрел ему вслед. Это как так мои вопросы стали «нашими совместными рассуждениями»? Вот же, оказывается, ушлый тип. Я даже и не думал. Ну да ладно, зато меня в это дело не припрягут. Кроста я более-менее уже изучил. Он назначит ответственным того, кто доложил. Вот и пусть Мыслав отрабатывает «наши рассуждения».

И тут меня скрутило от резкой боли. Нет, не в животе, а где-то глубоко в голове. Я буквально ощущал место источника моего недомогания. Вначале оно было просто тёплым, но потом постепенно начало жечь всё больше и больше. Интуитивно я опёрся спиной о какой-то забор, так и не поняв, где расположено продаваемое подворье.

Жар нарастал, и в какой-то момент он выскочил из своего источника и распространился по всему телу. Секунду спустя я… уснул. Просто уснул. Почему-то я понял это отчётливо.

Мне показалось, что воздух словно стал свежее. А ветра вообще не ощущалось. Открыв глаза, я с удивлением осмотрелся и тут же узнал это место. Вокруг были здоровенные берёзы. Те самые, где обитал здоровенный сокол-сапсан и непонятный человек. Сокола видно не было. А вот человеческую фигуру я увидел в тени деревьев. Детально разглядеть его я не мог: фигура вся рябила, как будто я связался с ним по видеосвязи, и эта самая связь прерывалась.

– А в предыдущие разы нельзя было сразу перенести меня сюда? Зачем были все эти забеги на выживание? – решил заговорить я первым.

Да вот только мой странный собеседник отвечать не торопился. А потом и вовсе отвернулся и произнёс каким-то глухим отдалённым голосом:

– Ты не спешишь. Это плохо, это очень плохо. Не только для меня и тебя, но и для твоих друзей кречетов. Тебе что, их совсем не жаль?

Глава 11.

«Да сколько можно-то?! Кто там меня бьёт чем-то? Поспать не дают. Изверги. Подумаешь, уснул посреди улицы. Что теперь, лупить меня, пока не проснусь?» – ругал я мысленно чересчур наглых неизвестных мне людей. Но как ни странно, они не смогли прочитать мои мысли и продолжали хлестать меня. По шуму, издаваемому орудием битья, создавалось впечатление, что осуществляют свою подлую и непонятную деятельность каким-то плащом или другим похожим предметом. Может, кто-то даже не поленился и из дома притащил широкую ткань. Вот только зачем?

Не скрою, мне было очень интересно. Странно было бы, если всё было наоборот. Существовал лишь один нюанс… мне страсть как не хотелось открывать глаза. Словно кто-то навалил на мои веки многотонный груз и теперь смотрит, потяну я такой вес или нет.

«Ай! А вот это уже было слишком больно!» – очередной удар прилетел мне прямо по лицу. С меня моментально сошёл весь дурман, и я открыл глаза, попутно перехватывая то, чем меня били. Я угадал, это был обычный плащ. Оказывается, им можно даже пытать.

– Я, конечно, никогда не питал иллюзий, что нравлюсь всем во всём мире, но это не даёт повода вам пытаться от меня избавиться таким вот изощрённым способом. По крайней мере, могли бы и что-то менее болезненное выбрать, всё-таки друзья, – сказал я стоящим передо мной Игорю и Ивану. В руках они держали откуда-то взятые плащи. Наверное, взяли у продавца подворья, за которым они отправились. По какой такой причине они их с собой притащили, непонятно.

В следующий момент я почувствовал, как капля холодной воды упала мне на оголённый участок руки. За ней последовала вторая, третья… ну что ж, один вопрос отпал сам собой. Теперь надо разобраться с остальным. От членов моей тройки дожидаться объяснений, похоже, не стоило. Уж больно испуганные у них лица, словно на нас мчится разъярённый воевода. На всякий случай я привстал, подтягиваясь за ухваченный плащ. Ну а вдруг и вправду тут где-то Крост ходит с не самым добрым видом. Господина выборного воеводы я не нашёл. Зато обнаружил частично сгоревший забор, на который я опирался. Выгорела примерно его треть. Остальная его часть почернела и дымилась, словно где-то внутри у деревянных столбов ещё тлел медленно утихающий огонь. Ничего не понимая, я перевёл свой взгляд на себя, дабы проверить собственную целостность.

На мне плясал огонь. В буквальном смысле плясал. Он не жёг ни меня, ни мою одежду. Да чего уж там, те же плащи парней, которыми они ведать хотели потушить горящего командира, даже не опалились. В отблесках пламени мелькали странные образы, похожие на разных зверей. И могу поклясться, среди них я отчётливо узнал того самого здоровенного сокола, который меня как-то спас и приходил ко мне во сне. Он летал в струях огня, переворачивался, устремлялся вниз, резко останавливался и опять набирал высоту. Всё это происходило под какой-то неведомый мне ритм. Нет, я ничего не слышал, но в голове отчётливо проступала непонятная мне мелодия, под которую это могучее существо красовалось в огненных языках. Но ничего не бывает вечно. Дождь начал попадать на пляшущий огонь, и он начал затухать, издавая обиженный всхлип, словно ребёнок, которому не дали наиграться вволю.

– Что это, субр меня подери, было? – сиплым голосом спросил Иван. Складывалось ощущение, что он всё это время не дышал, а сейчас, вспомнив о такой необходимости, через силу заставил себя сделать один вздох.

– Я не… – начал было я и осёкся. Осёкся, потому что вспомнил сон. И всё встало на свои места. Похоже, это было предупреждение. Просто сказать он посчитал уже недостаточным, вот и решил так вот привлечь моё внимание. Довольно радикально. Хорошо, что поблизости никого не было. А то не знаю, что бы осталось от бедолаг… Так, а что было во сне? Да вроде бы ничего такого после слов этого приставалы не было. Я просто спал, это я ясно понимал. Было спокойно… и тепло. Было тепло, словно я нахожусь на пляже и греюсь под летними лучами солнца. Ну спасибо, теперь я буду бояться заснуть, чтобы не проснуться среди обугленных головешек. Мог бы и гуманнее выдать предупреждение. Сам дал отсрочку на поимку предателя, а теперь выставляет претензии. Странно, но я уже нисколечко не сомневаюсь в его реальности и в том, что он имеет право меня к себе звать. Да и сложно тут не поверить, если он вот так вот доказывает.

Так, а что он говорил? Что-то про «всё плохо, всё пропало». Ну или приблизительно. Странно, что это плохо касается в первую очередь меня и его. Словно он как-то связывает нас. Это я отчётливо помню. Ну и на всякий случай этот манипулятор сыграл на чувствах. Мол, если тебе всё равно на нас двоих, то вспомни о несчастных жителях Кречета. Они тоже пострадают, если ты, бездушная тварь, не поторопишься. Как будто я не собирался к нему идти. Но… к нему, это куда? Лес за рекой Великой огромен…

– Я не знаю, – всё же договорил я, когда парни отошли от шока и подняли меня с земли. При этом они не отпускали меня, как будто боялись, что я сейчас упаду обратно или вообще вспыхну новым пламенем.

– Да что же это такое?! – за спиной раздался неприятный истеричный голос. Я сначала думал, что там какой-нибудь мальчуган, а нет. Когда обернулся, увидел высокого тощего мужчину. Казалось, ещё чуть-чуть – и он совсем растает под дождём, настолько хрупко он выглядел. Незнакомец бегал вокруг сгоревшего места и причитал о понесённых потерях. На меня он вообще не обращал внимания. Наверное, он даже и не понял, кто виноват во всём этом. Хотя это сложно было не определить: вон вокруг места, где я лежал, всё в чёрной копоти. Странно, что я чистый. Только мокрый.

– Это кто? – шепотом спросил я у парней.

– Хозяин продаваемого участка, – так же тихо ответил мне Игорь.

Ага, значит, я всё-таки спалил будущее приобретение моего друга. Неловко вышло. Ну да ладно, на новый забор должно хватить. Так, а собственно, где деньги? А вот они. Как-то так получилось, что я лежал прямо на них и даже не чувствовал.

– Здесь всё было цело ещё вчера вечером, я сам проверял! – продолжал вопить тощий мужичок, а потом резко остановился и с подозрением посмотрел на нашу троицу. – Это вы сделали! Хотите, чтобы я ещё цену сбавил?! Не выйдет! Я её, наоборот, прибавлю! Ишь чего захотели! Прохиндеи!

От такого поворота наша троица, мягко говоря, выпала в осадок. Не, ну я не отрицаю, что я в какой-то степени виноват, но ведь не полностью. Хотя попробуй объяснить мужичку, который магией считает способность старшего служителя богов безразмерно выпивать. Вряд ли он с чем-то серьёзным сталкивался. А обычные бытовые артефакты принимает за данность. Они мне-то уже стали привычными. Но это, наверное, закономерно: всё-таки многие из них схожи с современными технологиями.

– Уважаемый, поверьте, у нас и в мыслях не было просить вас о скидке. Не в наших правилах наживаться на чужом горе. Давайте не будем торопиться с выводами и пройдём в дом, а то этот внезапный дождь может нам всё испортить, – попытался угомонить я разбушевавшегося продавца, но не тут-то было. Я был ему не знаком, поэтому он и слушать не стал моих доводов. Хотя, на мой взгляд, они были вполне резонными.

Послушался он только Игоря. Наверное, он вызывал большее доверие у этого сухощавого мужичка, чем я. Ну правильно: если пламени на мне он не заметил, то то, что я лежал под забором, он прекрасно увидел и, похоже, принял за пьяное быдло. Ну да ладно, не мне дом нужен. Вслед за Игорем и продавцом, имя которого я так и не услышал, мы с Ванькой отправились в дом. Он, кстати, внешне был добротным. Правда, пристройки к нему почти развалились. Ну это исправить несложно. Даже артефакты никогда не поздно заменить, если они прекратили свою деятельность по истечении своего времени. Подворье было среднее, не сказать чтобы просторное, но и не маленькое. Развернуться есть где.

Зайдя в одноэтажный дом, я сразу понял: здесь давно никто не жил. Вот как-то это сразу определяется. Какого-то уюта, что ли, не хватает или ещё чего-то. То тут, то там наблюдается толстый слой пыли. Кое-где виднеются непонятные зарубки на косяках. И это не резные узоры, которые украшают здешние всё что угодно. Такое ощущение, что это обозначение чего-то. Возможно, даже роста подрастающих детей. Очень даже похоже. В глаза бросился расшатанный стол. Словно бывший житель любил, когда можно его покачать. Кстати, в дожде оказались и свои плюсы. Стало возможным сразу просмотреть крышу на наличие течи. В видимой мне части дома ничего такого не заметил, а вглубь я не пошёл. Жить тут Игорю, вот он пускай и рассматривает вместе с продавцом, попутно торгуясь за каждую копейку. Сухощавый мужичок вроде бы уже успокоился и теперь уже не так яростно общался с моим другом – по крайней мере, его голос стал намного тише. Но свою идею о повышении стоимости не отмёл. Вот Игорь и принялся указывать все недостатки товара, пытаясь спасти мои деньги.

– Матвей, так что это было? – убедившись, что нас никто не слышит, опять спросил меня Ванька, при этом его глаза сверкали каким-то непонятным блеском. М-да, что-то на кречета он не смахивает. Скорее на какую-то кошку. Чересчур много любопытства.

– Я же сказал: не знаю, – повторил я. Это же было на самом деле так, я же не знаю, каким таким образом сгорел забор, а на моём теле плясал огонь, – одно скажу, мне в ближайшие дни надо прогуляться по лесу. Больше я ничего не могу тебе сказать.

– Ясно, – важно кивнул дружинник, – когда отправляемся?

Я удивлённо на него посмотрел. Как-то и не думал их брать с собой. Тем более не знаю, пустит ли мой собеседник из сна к себе кого-то кроме меня.

– Не думал же ты, что пойдёшь один? – возмутился Ванька. Ведать, на моём лице всё можно было прочитать без лишних слов. – Одному в лесу делать нечего. Сам же знаешь, сколько там опасностей. Да и надо как-то отпроситься у Кроста. Просто так он нас не отпустит.

– Насчёт Кроста не волнуйся, я найду, что ему сказать, – заверил я воина, – а что же ты? Готов просто так пойти в лес? Я же тебе ничего толком не сказал. Ни цели, ни причин. Одни загадки.

– А я-то что? Если ты считаешь, что надо, то я пойду. Да и Игорь тоже, даже не сомневайся. Мы уже давно привыкли держать язык за зубами и доверять тебе. Если честно, сам не пойму, как это вышло. Вон, даже ослушались приказа воеводы и ушли из казарм намедни. Так что не переживай. Тем более после вот этого самого… ну, ты понял. Я про пламя. Это как-то связано с лесом? Надо признать, кречет, смотревший на меня оттуда, производил очень внушительное впечатление…

– Так, стоп. Ты видел кречета? Больше никого? – удивлённо спросил я.

– Нет. Ну мелькали какие-то животные ниже, но сверху я видел нашего тотема и хранителя. Знаешь, я даже чуть ли не прослезился, настолько он был красив, – мечтательно закончил мой собеседник.

А я задумался. Ванька видел тотем своего поселения. Игорь, я думаю, тоже. И это что получается? Я тоже видел своего тотема?! Тот огромный сокол… Но почему не кречет? Меня же вроде сюда закинули боги именно этого поселения. Тогда почему я не подпадаю под защиту их хранителя? Почему какой-то мутировавший из-за странного леса сокол? Если честно, от всех этих вопросов начала болеть голова. Ну, зато стало понятно, почему этот красавец помог мне. Наверное, и кречеты тоже бы помогали жителям поселения в лесу, будь они крупнее. Надо отправляться, как можно быстрее, вот только со всеми делами разберусь и сразу к Кросту.

– Вань, а ты не знаешь какого-нибудь мелкого купца, которому не достаёт средств, чтобы развернуться по полной?

Тот задумался и спустя какое-то время выдал:

– Да таких немало. Арендуют или в долг берут ладьи у более успешных торгашей и пытаются выстроить своё будущее, отправляясь далеко на юг и обратно. Много среди них и обычных мечтателей, которые думают, вот сплавают один раз и сразу разбогатеют. А когда понимают реальность, бросают сразу начатое дело.

– Хорошо, хорошо. Я понял, – поспешно сказал я, а то этот болтун разойдётся и будет уже не остановить, – можешь среди них выбрать для меня самого ответственного, но, чтобы плавал на ладье, которую взял в долг. Желательно, чтобы он не мог сам за неё расплатиться.

– Ну, могу поспрашивать, а тебе зачем?

– Надо. Об этом говорить ещё рано. После того как нам доли от ирфов выдадут, вот тогда и поговорим.

Тот лишь кивнул. Одновременно с этим произошло сразу два события. Из глубины дома послышались громкие ругательства, как со стороны Игоря, так и со стороны продавца. Казалось, они вскоре достигнут апогея и накинутся друг на друга. Этого допустить было кончено же нельзя. Но вмешаться в ожесточённый спор мне не дал стук в дверь, после которого без разрешения в помещение зашёл дружинник. Он хотел было что-то сказать, но вместо этого лишь округлил глаза. Похоже даже его смутила лексика орущих людей. Ну или приятно удивила, это смотря какой он человек.

– Извините, вы к кому? – поторопил я незваного гостя.

– Так к вам, господин Матвей. Я по всему поселению вас ищу. Добрые люди благо видали вас и направил в нужную сторону. А это чего там? – почему-то последнее предложение дружинник проговорил полушёпотом.

– Духи злые из парней выходят. Не слышишь, что ли? – сказал я совершенно серьёзным тоном, попутно пихнув ногой Ивана. А то что-то кашель у него уж больно на смех был похож. – Ладно, служивый, раз ко мне то подожди. Я эксперт по духам, мигом выведу их из бедолаг.

– Эээ… чего? А, да, конечно, я это, лучше на улице подожду, – поспешно, но таким же шёпотом проговорил дружинник и чуть ли не выбежал из помещения.

Я же направился к спорящим, которые перешли уже личные границы и начали угрожать расправой друг другу. Дом был незнаком, но заблудиться я не опасался, шёл я на звук, который чётко указывал мне путь. Да и не был он столь уж велик, чтобы в нём заблудиться.

Ванька остался на месте, до сих пор мучился от внезапного кашля, бедолага. Надо будет ему нотацию о чрезмерном чувстве юмора прочитать, можно же хоть иногда сдерживаться. А то так в самый ответственный момент выдаст всех с потрохами.

Орущие даже не заметили, как я подошёл. Вернее, продавец не заметил, а Игорь сразу же замолк и лишь изредка огрызался. Пока шёл, так и не смог разобрать смысл речей и всего спора. Казалось, они начали говорить ни о чём. Пару раз вообще что-то про родителей говорил продавец, что мне совсем не понравилось.

– Что здесь происходит? – спросил я у вытянувшегося Игоря.

– Твой дружок совсем берега попутал! Я и так продаю намного дешевле, чем все остальные, так этот неудачный экземпляр природы ещё и обвиняет меня в недобросовестности! – вместо парня ответил весьма грубо, не затихающий мужичок. Я нахмурился. Что-то многовато, какой-то простак позволяет себе. Или он совсем дурак, или чувствует за собой силу. Скорее всего, первое.

– Закрой свою поганую пасть, когда не тебя спрашивают! – рявкнул я так, что даже кашель Ваньки прекратился в нескольких комнатах от нас. Что уж тут говорить об этом горлопане. Он сразу притих и стал казаться ниже меня ростом. Хотя это было далеко не так. Я же, удовлетворительно полюбовавшись произведённым эффектом, вопросительно посмотрел на члена своей тройки. Тот понял всё правильно.

– Этот человек, – он кивнул на притихшего продавца, – чистой воды обманщик. Говорил, что дом в идеальном состоянии и что цена такая из-за отсутствия других построек на территории. Да вот только в одной из комнат я заметил прогнивший пол и запах плесени. Потом решил проверить соседние помещения, так в них то же самое, только сразу и не разглядишь. Похоже, крышу починили совсем недавно, раз сейчас ничего не течёт, а до этого тут стояли лужи. Придётся полы менять. Это в немалую копейку выйдет. Справедливо будет скинуть ещё цену, вот только этот заявляет, что всё в доме хорошо…

Я остановил друга в его душевных излияниях взмахом руки. После же обратился к внимательно смотрящему на меня продавцу. До него, похоже, только сейчас дошло, что я не просто дружинник, раз передо мной отчитывается старше по возрасту воин.

– Уважаемый, как думаете, а господин законоговоритель Дмитрий заинтересуется происходящим, если я лично к нему обращусь? Думаю, да. Так что советую вам принять правильное решение, – закончив говорить, я развернулся и ушёл, дабы придать пущего эффекта. Вроде этого хитреца проняло. Скорее всего, дальше Игорь сам справится, рычаг давления я ему подсказал, а мне же надо пообщаться с тем дружинником.

Глава 12.

После миссии запугивания нашего дорогого продавца я вышел на улицу, где стоял уже несколько минут и неверующим взглядом смотрел, как потревоживший нашу честную компанию дружинник снимал с красивого боевого коня два мешка: один где-то полметра, другой поменьше раза в два. По его словам, там находились деньги… ну, то есть монеты. Тот, что был больше – от собрания. По словам дружинника, господин Крост от щедрот из своей казны добавил в награду, дабы поощрить. Хотя я предполагал какие-то другие мотивы. Ну а второй – это от недавних моих десятников.

– Светомир велел передать, что все дружинники низко кланяются вам. Им тоже выплатили за поход, так что все довольны. Это же ваша доля от добычи. У Хоревоя знакомый купец из кабров здесь был, вот он всё и скупил. На юге ценится здешнее железо, видно же, что это не субры делали, – пояснял по ходу работы воин.

Я же продолжал таращиться на внезапно свалившееся богатство и лишь через силу смог проговорить:

– Я, конечно, очень рад такому подарку от дружины, но не чересчур ли много для меня одного?

– Так это не только для вас, – пояснил мне собеседник, – это на всю вашу тройку. Обычно командиру уходит две трети, остальное делится пополам. Ну, это вам решать. Кстати, это касается и большого мешка.

М-да, легче ничуть не стало. От слова «совсем». Тут и две трети от этого всего – уже приличная такая сумма. Только вот смущало меня, что мне полагается больше всех…

– А что за кабры? – спросил я у дружинника, чтобы хоть как-то выйти из ступора.

– Да я про этих, которые «прекрасные солнечные люди», – ухмыльнулся так и оставшийся для меня неизвестным дружинник, после чего ловко вскочил на коня. Ведать, он куда-то очень сильно торопился. Я и глазом моргнуть не успел, как его тут не стало. Ну да ладно, у меня и так проблем хватает.

Если честно, мне очень сильно хотелось тут же пойти и посмотреть на всё это богатство, но для этого было не время. Надо сначала закончить со сделкой, а то боюсь, что этот проныра может ещё поднять цену, если поймёт, что у нас вполне достаточно средств на всё.

– Матвей, там эти двое вроде договорились о сумме. Теперь заключить сделку надо, – сообщил мне вышедший на крыльцо Иван. Молча кивнув, я направился в дом, но на полпути попросил друга остаться здесь и посторожить мешки. Ну, это я так думал, что они «обезличенные», а вот воин, похоже, сразу догадался об их содержимом. Вон как глаза просияли, а улыбка чуть ли не до ушей растянулась.

Кульминация сделки прошла довольно спокойно. Я отсчитал нужную сумму, кстати, она была даже меньше, чем первоначальный вариант (уж не знаю, как это Игорь умудрился), потом же передал её хозяину. В конце главные действующие лица поставили какие-то знаки на исписанном клочке бумаги. Я бы не сказал, что это была подпись – скорее уж замысловатые рисунки. Наверное, они что-то значат, раз их так усердно выводят. Как я понял, после этого новым хозяином стал Игорь, чему мы оба были искренне рады. В отличие от уже бывшего хозяина: он молча вышел, одарив меня напоследок неприязненным взглядом, будто бы я у него любимую игрушку отнял. Ну что ж, всем в этом мире не угодишь.

Решив и дальше радовать своего друга, я намекнул на подарок, стоящий на улице в мешках, откуда они быстро перекочевали в помещение. Счастью парней не было предела, они радовались, как малые дети. А вот я маленько расстроился. Почему-то мне подумалось, что в них лежат золотые монеты, но, когда друзья открыли мешки, все увидели серебро. Нет, такие монеты были тоже очень ценными – это медные в постоянном обиходе были, а не вот такие. Да вот в мечтах я уже успел нафантазировать о несметных богатствах, что сыплются из двух мешков золота. Эх, как всегда, реальность оказалась намного скучнее.

В какой-то момент воины затихли и начали выжидающе смотреть на меня. Игорь даже принёс откуда-то ещё один мешок. Надо сказать, я не сразу сообразил, чего от меня требуют. Зато, когда понял, даже думать не стал: взял и рассыпал содержимое мешков на столе на две примерно равные кучки. Металл приятно бился об металл, а отблески солнца играли на серебристой поверхности монет. В общем, зрелище было впечатляющим. И нет, я не заболел золотой лихорадкой, это действительно красиво.

– Матвей, но… – начал было Игорь, но я его перебил.

– Отстань, я не собираюсь делать, как другие, это как минимум несправедливо, – сказал я вслух. Мысленно же думал: зачем я все монеты на стол высыпал? Ведь можно было просто в три мешка сразу разделить, у нас-то их вообще сейчас пять, если считать полегчавший мой заплечный.

Моя тройка же о таких низменных вещах не думала. Их взгляд вообще переместился с драгоценного металла на меня. Я даже не мог понять, чего в их глазах больше – благодарности или восхищения. Ну и то, и другое будет мне на пользу. Преданность – она должна всё-таки поощряться.

– Так, я прямо сейчас отдам тебе долг за дом, – кинулся новый хозяин к правой куче монет.

– Да уймись же ты, Игорь. Перестань, а то я посчитаю, что ты видишь во мне алчного типа. Ну, то есть человек. Я тебе вон, вообще забор случайно уничтожил. Так что считай, мы в расчёте. Это тебе на ремонт. И вообще, лучше помоги Ивану. Он сам тебе расскажет в чём суть. Сделать это надо как можно быстрее. Есть у меня одна задумка, её лучше реализовать до очередного похода. Про это тоже у Ваньки спросишь, если не передумаете, конечно, со мной идти.

Пререканий больше не возникло. Пробыл у Игоря в гостях я недолго. Надо было решать свои вопросы. И самое главное, надо было поговорить с воеводой. Нужно убедить его в необходимости отправки группы в лес. Дабы разыскать или узнать, что стало с пропавшими. Сделать это будет нелегко. Как бы это страшно ни звучало, но в их исчезновении ничего такого нет. В лесу обитают много разных чудных и не очень зверей, которые не прочь полакомиться незваными гостями. Да и сам лес, по моему ощущению, словно следит за каждым обитателем. Он словно живой. Не зря я где-то слышал, что раньше он был намного меньше, а потом после какого-то инцидента начал расти со страшной прогрессией. Да и потоки силы вместе с ним. Хотя может, и наоборот, сначала потоки. Было это очень давно, детального упоминания о тех событиях даже в здешних летописях не осталось. Только жалкие клочки, из которых и стало ясно, дальше реки Великой этот жуткий лес не может распространиться. Что-то его сдерживает, но детали опять никто не соизволил сохранить, если, конечно, они были когда-то кому-то известны. Страшно становится от того, что этот самый лес не оставляет попыток прорваться. Вспомнить только тот внезапный всплеск направленной силы из леса, когда мы шли на ладьях. Но несмотря на всю опасность этого места, травники и их помощники до сих пор туда ходят. К сожалению, только в тех местах растут многие растения, которые нужны для того же полога для посевов от врагов. Животные тоже ценятся, но не так сильно. В общем, уговорить господина Кроста в необходимости экспедиции, по поиску пропавшей группы, с моим участием будет сложно. А истинную причину мне раскрывать не охота. Мало ли, как выборные отнесутся ко всему этому.

Хотеть одно, а сделать другое. В этот же день я, конечно же, не успел добраться до многоуважаемого воеводы. Вначале я еле как дотащил до своего места обитания всё свое естественно заслуженное богатство, оказывается, это нелёгкое дело. Потом же, после моего быстрого поглощения пищи, пришла Лиза. Я ей был, конечно, рад. Только вот в ходе разговора я поведал ей о своих намерениях и об правдивой причине похода за реку. Это было моей фатальной ошибкой. Возможно, стоило и соврать…, но перед ней этого не хотелось делать. В общем, несносная и красивая девица заявила, что обязательно пойдёт со мной.

– Нет, и речи быть не может! Это совершенно невозможно! – поспешно опротестовал заявление девушки. Да вот только она сдаваться совершенно не собиралась.

– Нет?! Это ещё почему?! – яростно сверкнув своими зелёными глазами, тут же начала было она возмущаться, но потом быстро сориентировалась и поменяла тактику.

Её облик больше не выказывал никаких признаков крайней степени неудовольствия. Наоборот, она сделала самое честное лицо в мире и тихо, почти интимно сказала:

– Матвей, милый, ты же не хочешь, чтобы папа узнал об истинной цели твоего визита в лесочек, я правильно поняла? Да, и если ты начнёшь говорить про опасность, то вспомни, как мои стрелы поражали тех жутких тварей. Я тебе там точно пригожусь, и это не обсуждается…

Даже не знаю, от чего именно я больше впал в ступор. От такой резкой смены настроения или же от того, как она меня назвала. На моей памяти это было впервые. И надо сказать, мне это понравилось. Эх… если бы не Славка всё это время, сидевший в углу со своими книженциями…

Лиза же, довольная произведённым эффектом, сладко улыбнулась и вышла из комнаты, напоследок отправив мне воздушный поцелуй.

– Мне кажется, или меня сейчас действительно просто в наглую шантажировали? – обернувшись к другу, я спросил у того, чтобы удостовериться в произошедшем.

– Тебе не кажется, – с интересом глядя на меня, ответил Славка, – я даже более того скажу, тебе очень повезло. Похоже, она действительно тобой по уши увлечена, раз сразу не пошла докладывать своему отцу. С твоей стороны было очень опрометчиво сообщать о готовившемся обмане воеводы!

– Это я и сам понял. Но я и не думал, что она ему расскажет. Это было бы на неё не похоже. Стоп, как ты сказал? Увлечена? Что это за выражение такое? Звучит так, словно я безделушка какая-то!

– Извини, – ответил Славка на моё возмущение и шутливо поднял руки вверх, – я просто выбрал нейтральное выражение. О степени серьёзности ваших отношений я судить не могу. Тут вы сами разберётесь, я надеюсь.

– Если честно, я и сам тоже пока не понял, как ты выразился «степень серьёзности», – задумчиво проговорил я, но потом спохватился, – не бери в голову. Так, ты же всё слышал? Я тебя принуждать не могу, но мне бы очень хотелось, чтобы ты пошёл со мной. Твои умения бы очень пригодились. Да и веселее будет.

– Хм, говоришь тебе в видение сказали, что Кречету беда грозит… я не слишком доверяю всяким там мужчинам во снах, но если ты думаешь, что надо, то я за. Только вот хорошо бы успеть закончить вот с этим, – Славка кивнул на груду книг, само тело он куда-то дел, и я даже боюсь представить куда, – а то можешь получить неожиданные сюрпризы.

– Согласен, – вполне серьёзно ответил я, – ну ты тогда занимайся, мне пора. Надо заболтать Кроста. Как думаешь, он станет посылать поисковую группу в лес за пропавшим травником?

– Всё зависит от того, в каком он сейчас в настроении и как ты объяснишь своё желание. Но Матвей, ты серьёзно прямо сейчас пойдёшь с воеводой разговаривать на эту тему?

– А что такого? Чем быстрее, тем лучше, – не понял проблемы я.

– Знаешь, – произнёс Славка и почесал макушку, – мне порой кажется, что тебе вообще по душе совершенно противоположный от нормальных людей образ жизни. Ну ладно, когда необходимость есть, тогда понятно. Но в данный момент благодаря богам ничего не происходит. Поэтому сейчас все спокойно ложатся спать. Уже ночь, Матвей. Разинь глаза.

После монолога друга я непонимающе уставился в окно. Там действительно уже давно опустилась темнота. Но когда успела? Только вот вовсю светило солнце, я тащил довольно состоятельный мешок, который ели как сумел распределить в своём мини-сейфе. А тут такое… Кстати надо будет, что-нибудь получше придумать для хранения ценностей. Раньше меня ничего не смущало, а сейчас же кажется эта конструкция, в виде тумбочки со скрытой дверцей, довольно ненадёжной.

Короче говоря, я пропустил ещё один день. Надеюсь, прямо во сне меня опять не скрутит приступ, и я не спалю всё здание. Думаю, хозяин той милой полянки с берёзками и этих странных видений-сновидений должен понимать, что просто так сорваться неизвестно куда я не могу. Эм…, а действительно, куда мне идти, когда я окажусь в лесу? Ведь даже примерного направления мне опять никто не дал. Ладно, для начала попробую и впрямь пойти по следу пропавшей группы. А там что-нибудь придумаю.

Ночь прошла беспокойно. Не знаю, сколько я вообще спал. Казалось, что весь этот период я то и дело просыпался и заново ложился. Меня что-то беспокоило. Только я не мог понять, что. Да и чувство было довольно странное, как будто это состояние не моё. Словно мне его кто-то навязывал извне, передавая невидимыми нитями. Ну или делился собственными переживаниями. Это было странно и необычно. Один раз я даже разбудил Славку, который спал на своеобразной раскладной кровати рядом, и спросил его о самочувствии. Внятного ответа я не дождался, но судя по его реакции на варварское вторжение в такое личное пространство, как сон, я решил, что с ним всё в порядке. Пару раз вставал и подходил к окну. Думал, может, свежий ночной воздух мне поможет. В самый последний раз увидел высоко в небе птицу. После этого моё волнение усилилось.

– А ведь это, судя по габаритам, тот самый здоровенный сокол. Неужто он и вправду мой тотем? И сейчас охраняет меня. Только вот почему уже второй раз именно ночью я его вижу? – спросил сам себя я и тут же ответил. – Наверное, дело в этом живом мертвеце, который охотится на меня, даже без головы. Он же по ночам вроде свою деятельность ведёт.

Понимаю, что разговаривать самому с собой это не очень адекватно…, но в этот момент казалось, что меня кто-то слышит. Что мои размышления внимательно воспринимают и пытаются мне ответить, но не могут.

В очередной раз, решив, попробовать поспать, я вернулся в свою постель.

– Всё-таки интересно, откуда у меня появился свой тотем-защитник? – опять спросил я неизвестно кого и, не дождавшись ответа, уснул, но перед этим в голове родилась мысль, что это как-то связано с тем самым непонятным, то ли волхвом, то ли ещё кем-то.

Судя по всему, проспал я куда дольше, чем планировал. Солнце уже стояло высоко и по зданию выборных во всю слышались шаги. Мне даже как-то неловко стало: все давно работают, а я тут валяюсь. Несколько раз потянувшись, я резко сел на своём спальном месте. И тут же испуганно замер.

Там, где спал Славка, стояла и смотрела на меня отрубленная голова. И её взгляд не предвещал ничего хорошего. Тут же вспомнился ночной гость в небе. По словам местных тотем помогает в случае опасности, а раз он летал около меня, то чувствовал её. Ну или её приближение. Всё сходится, сокол пытался предостеречь меня, а в этом здании напасть может только это существо. Правда, ничего больше, чем смотреть мертвым взглядом неупокоенный не мог. Рот был буквально зашит, словно у колдовских кукол. Поэтому голова не могла управлять своим телом, и это замечание сразу сделало мир красочней. А что насчёт тела? Где оно?

– Аааааа! – вскрикнул я, ощутив, что-то мягкое под своей ногой. Ага, тело нашлось. Оно лежало прямо у моей кровати. И, судя по свежим разрезам в нём, кто-то с утра успел покопаться. Ну как кто-то. Я прекрасно догадываюсь об идентификации виновника этого бардака. И он не заставил себя ждать.

– Ты чего вопишь? – спокойно поинтересовался у меня Славка, вытирая мокрые руки полотенцем. Выходил он при этом из ванной. Похоже, мыл руки после своих грязных делишек.

– Слава, объясни мне дураку, пожалуйста. Какого лешего тут делает этот всадник без головы? Ну ладно тело! К нему я уже привык, хотя и есть вопрос по поводу его нахождения прямиком у моей кровати. Но голова! Ещё и с развязанными глазами!

– Да успокойся ты. Чего кричишь? У нас говорят, что нервничать вредно, боги могут наказать чересчур нервных. А насчёт всего этого… так мне для опытов нужно. Говорить же не может и ладно. Глазами он сделать ничего тебе не сможет. И вообще, я долго ждал, пока ты проснёшься, но так и не дождался. Твоё тело даже не шелохнулось, когда я затаскивал всё это сюда. Ну а основную часть мне просто удобно было положить рядом со своим местом. Я и не думал, что ты будешь вставать с этой стороны кровати, обычно ты делаешь всё наоборот.

Я даже ничего не стал говорить. Да у меня и слов-то никаких приличных не было. Лишь глаз как-то подозрительно дёрнулся, показывая своё отношение к утренней встряске.

Глава 13.

Я стоял на берегу реки Великой и любовался проплывающими мимо меня различными ладьями. Некоторые достигали высоты нескольких метров и имели трюм, в другие же можно было заглянуть прямо так, с берега. Всё это создавало впечатление какой-то театральности происходящего. Признаюсь, я ещё не привык к некоторым реалиям здешнего мира, поэтому бушующая на пристани атмосфера наводила на мысль, что всё это кино или чья-то плохо поставленная пьеса. Ну на крайний случай очередной сбор клуба любителей поколотить друг друга деревянными мечами, в ожидании обязательного атрибута всех таких мероприятий. А именно хмельного напитка. Но все эти мысли улетучивались, когда натыкался взглядом на обнажённые мечи и бесчисленные бронебойные стрелы в колчанах. После, конечно же вспоминаются все смерти, которые уже принесли эти орудия воинского труда на моих глазах. В театре такого не увидишь…

Пришёл сюда вместе со своей тройкой и купцом по имени Варог. Парни быстро исполнили мою просьбу и нашли подходящего под мои описания человека. Да и с чего им лениться и откладывать, если под моим началом они уже прилично так подняли своё материальное благосостояние. Держу пари, что и из этого знакомства они тоже ожидают для себя некой выгоды. Я им ничего пока не рассказывал. Лишь многозначительно ухмылялся и делал завышенное лицо, когда у меня спрашивали о цели данных поисков. Видно было, что всё это не на шутку разыграло фантазию парней. Игорь даже не стал торопиться с ремонтом, сохранив при этом значительную сумму выданных денег. Я же переубеждать не стал. Вполне возможно, что все их грёзы могут и сбыться хотя бы наполовину.

Грузный, с лысиной на голове и густой чёрной бородой уже битый час распинался перед нами, рассказывая о всех своих достоинствах. Только говорил он слишком быстро. Я бы даже добавил слово «чересчур». В моём мозге почти ничего не сохранялось из его очень длинного монолога. В какой-то момент я перестал слушать и начал обдумывать сложившуюся ситуацию. А подумать было о чём.

Как я и планировал, утром, ну, для меня это было утро, я отправился к воеводе, убеждать его в необходимости экспедиции в лес с целью найти хотя бы следы пропавших. О своих истинных мотивах я, как и задумывал раньше, не стал говорить. Тут надо отметить, что решимость пойти на такой важный разговор ко мне пришла через непродолжительное время после инцидента со Славой. И я был ещё несколько раздражён. Можно сказать, что встал не на стой ноги или как утверждал Славка, не со стой стороны кровати.

В общем, начавшийся было вполне мирный и доброжелательный разговор перерос в стремительно развивающийся конфликт. Причем сдерживаться на этот раз я не стал и принял не менее активного участия, нежели моего оппонента. А причина была очень проста. Мне для достижения моих неопределённых целей, как я подозреваю, придётся заходить вглубь, в самые чащобы этого проклятого леса. Вот отталкиваясь от этого, мной и была предпринята попытка уговорить Кроста в разумности поиска не только на побережье. Ведь никто не знает, куда именно ушла эта пропавшая группа.

Но упёртый выборный никак не хотел соглашаться с моими вполне разумными доводами. Нет, в необходимости самой экспедиции он не сомневался. По его словам, он и сам собирался в скором времени снаряжать в поход в лес очередной отряд. Даже хотел меня попросить присоединиться к нему и возможно, возглавить. Но допускать отряд в центр проклятой земли воевода не хотел. Он считал это глупым и даже если группа травника пропала именно там, то они, видите ли, сами виноваты. Всех перед отправкой инструктируют о полном запрете уходить глубоко в чащобы леса наряду с другими правилами. И каждый должен их выполнять, если жизнь дорога. Поэтому никто не будет искать так далеко от реки пропавших или их следы.

На этой почве я окончательно вспылил. Просто получается, что если бы мы тогда пропали в глубине леса, то нас никто бы не стал искать? А вдруг нам нужна была бы помощь. Мы бы были там полуживые и ждали наших братьев по оружию. С нами тогда же была и дочь нашего многоуважаемого воеводы. Именно это я и сказал собеседнику. Может быть, немного повышенным голосом и в другой формулировке. Мне же попытались объяснить одну простую истину. Не стоит из-за ошибок других подвергать опасности ещё большее число людей. Это может привести к неоправданным потерям, которые недопустимы в наше время. Да и в любое другое. Я как бы отчасти был согласен с этим, но признать это вслух уже не позволяла гордость и чувство беспомощности. Ведь если мне не дадут возможности переправиться на другой берег хотя бы одному, то я не знаю, как буду добираться к тому странному типу с соколом, который вроде как по косвенным признакам стал моим тотемом-защитником.

Итог, наговорили мы друг другу гадостей, к сожалению, или к счастью нас никто не прервал, мои отношения с воеводой скорее всего ухудшились, и в довесок точно не буду возглавлять поход – это Крост сказал напрямую под конец наших гневных тирад. Хорошо будет, если просто возьмут в отряд. Хотя какая разница, под командованием кого-то другого я точно не смогу отправиться в нужную мне сторону…

– Что скажите, господин Матвей? – вывел меня из задумчивости вопрос купца, который ради него даже удостоился снизить скорость своей речи. Подозреваю, что если и будет изобретён здесь пулемёт, то прототипом его станет вот этот быстро говорящий индивид.

Я посмотрел сначала на купца, потом на своих друзей. К своему стыду я не знал, о чём меня конкретно спрашивали. Ну упустил я смысл нашего разговора уже давно. Попытался найти поддержки в лице своих подчинённых, но видя их растерянный взор, стало быстро понятно, что те тоже в небольшом культурном шоке от нашего нового знакомца. Нашли его парни как говорится, через друзей своих друзей, так что лично с ним не общались. Те им расписывали этого торгаша, как вполне разумного и расторопного человека, имеющего за собой немалый опыт. Только вот все свои судна он потерял. Просто пропали и всё. Это меня и настораживало. Как мог столь умный и хваткий по описанию, купец допустить такое. Полюбому тут есть какая-то загвоздка. Либо он совершил явную глупость, либо ещё что-то. В любом случае нужно всё узнать, связываться с человеком, который уже раз всё растерял, мне не хотелось. Конечно, он продолжал заниматься своим делом, но его средств только и хватает арендовать всего одну ладью.

– Что я скажу? – задумчиво переспросил я. – Вот что. Не сочти в обиду. Но объясни мне, пожалуйста, как ты потерял свои ладьи. Ведь это считай наиважнейшая ценность для купца. Думаю, ты понимаешь, что я не просто так хотел с тобой встретиться. Но этот факт меня насторожил. Только прошу тебя, помедленнее.

– Да чего там рассказывать! – в сердцах сказал Варог, махнув при этом рукой, словно пытался отогнать неприятные воспоминания. – Шёл мой караван на юг, аж до самых земель этих самых кабров! Вроде как и дошёл, и отправился обратно со слов местных! И всё, не выживших ни обломков от ладей, ничего! Я ходил потом по тому маршруту не один раз!

Купец замолчал, ведать собирался с мыслями или на что-то решался. Потом снова махнув рукой, ведать это у него разочарование так всегда проявляется, продолжил только уже куда более тихо.

– Есть у меня подозрения, что это торгаши этого самого «прекрасного солнечного народа» разбойничают, – самоназвание кабров Варог буквально выплюнул, а не сказал, – не одного меня за последние несколько лет такая участь постигла. Только вот доказательств нет никаких, а подозрению мелких и средних купцов наш совет не верит. Невыгодно им, видите ли, по надуманным обвинениям портить отношение со столь выгодным партнёром. В совете же тоже есть купцы, только рангом повыше, чем такие, как я. Вот только пару раз после таких исчезновений люди подмечали свежие раны на охране южан. К сожалению, на сбыте нашего товара их подловить не удалось, ведать не рискуют и продают всё у себя на родине.

Кабры? Где-то я про них уже это слышал… вроде бы упоминал про этот народ тот дружинник, что привёз нам премию. Но описать он их не успел. А это было бы очень полезно, учитывая то, что я никогда не слышал о них.

– Варог, а почему эти кабры сами себя так странно называют? – я неспроста про это спросил. Уж больно громко звучит это самопрозвание. Если верить ему, то у них там все красавцы и неописуемые счастливчики. В чём я очень сильно сомневаюсь.

– Да это они себя над другими превозносят, – от этих слов купец скривился, словно проглотил лимон, причём целиком, – будто бы есть они, хозяева земли и есть остальные, те, которые живут только благодаря «всемилостивой милостыни» …

Увы, но больше купец сдерживаться не стал и высказал всё, о чём думает по поводу их величия. В конце даже ногой притопнул. Выглядело это комично, словно хомяк переросток пытается устрашить своими большими щёчками. Я всё это время терпеливо ждал, прекрасно понимая, что человеку необходимо выговориться. Ну что поделаешь, накипело у бедолаги, в открытую перед теми же кабрами он не выступит, всё же торговля в большинстве случаев идёт с ними, а тут при своих земляках Варог ни в чём не стеснялся. Но надо отдать ему должное. Купец быстро собрался и не стал задерживать нас слишком долго.

– Прошу прощения, это я так, о своём… Вот то, что я сказал про их величие, это прям в книге самой главной написано. И название народа тоже. А солнечные, потому что солнцу поклоняются, как заведённые. Их хлебом не корми, но дай солнцу помолится. Раньше то их всех кабрами звали, даже они сами. Но после того, как много-много лет назад они объединились, или их завоевали и поставили под одно начало, не помню, написали эту самую книжицу. По слухам, она совсем тоненькая и в ней только и написано про то, какие прекрасные люди живут в их солнечном крае. А самое скверное знаете, что? Они не пускают дальше своих границ никого, кто не входит в их сборище! Тем самым держат в тайне, что находится южнее их народа! Представляете?! Кстати, после того, как соседние свободные поселения вдарили по этим зазнайкам и отогнали от своих границ их военные отряды, те перестали хотя бы на чужой земле вести себя, как хозяева жизни. Но у себя дома любой чужак чуть ли не скот домашний. Ну, если конечно, не принял их веру.

– Хм, а когда это с ними война была? Кречеты принимали участие в этой заварушке? – поинтересовался я.

– Так лет так четыреста тому назад. Говорю же, очень давно они собрались и ведут такое непотребство. А что на счёт нас, так вроде бы не участвовали. Может быть, какой-нибудь отряд и уходил на подмогу вольным поселениям, но сомнительно это. Нам выгоды в том и надобности никакой не было. Далеко эти кабры, нужно проплыть не одно и даже не десять различных народов, дабы оказаться на границе южан.

Хм, получается, на юге уже давно существует вполне такое мощное государство. Наверняка оно сильное, раз, чтобы отогнать их, пришлось соседям действовать сообща. А теперь если представить географическую карту, то получится не очень хорошая тенденция. Мало кабров было, так теперь и на севере субры собирают своё протогосударство. До настоящего им ещё далеко, но они активно стараются. По последним слухам споткнулись те только на нас. Но, думаю, те эту оплошность попытаются исправить, особенно если у них будет то вооружение, которое захватили воины Мыслава. А у нас что?

Да, есть сильная армия, которая экипирована очень хорошо и обучена куда лучше. Сказывается бонус от здешних богов в виде долголетия. Опыт много чего решает, как ни крути. Но нас мало. Поблизости больше нет никакого дружественного государства. Одни лишь как их назвал Варог, вольные поселения. И с запада стоит этот проклятый лес. Надеюсь, эти кабры не договорятся с субрами и не нападут совместно с двух сторон. Хотя, возможно, я сильно преувеличиваю опасность. Всё-таки мыслю я как человек своего времени, а тут совершенно другие традиции и правила. Да и возможности не те. Чтобы сговориться двум государствам, потребуется постоянно взаимодействовать. А как это сделать на огромном расстоянии без тех же мобильников? Тем более, между ними расположены все их потенциальные враги.

– Ладно, Варог, спасибо, но не о том речь. Перейдём к делу. Есть у меня задумка, которую может осуществить только предприимчивый, то есть сообразительный и надёжный купец. Самому мне некогда этим заниматься, но у меня есть капитал, – столкнувшись с очередным непониманием, я вздохнул. Как же тяжело всё-таки, когда присутствует некое терминологическое различие у собеседников, – запас монет я хотел сказать. Деньги, у меня есть деньги. На них я готов купить две вместительные купеческие ладьи, дабы перевозить больше товара за раз. Также останутся деньги на покупку товара у тех же кабров или ещё у кого-то. Вот моё предложение. Готов ли ты сопровождать мои судна и получать с этого часть прибыли? Ну можешь ещё и на свои деньги закупать товар, по возможности.

Моё предложение явно упало куда надо. Ведать то, что я предложил, было куда лучше, чем платить большие деньги за аренду судна и плавать всего на одной маленькой ладье. Но несмотря на свой восторженный вид, купец всё же с опаской спросил:

– А какой именно товар ты хочешь закупать и продавать? Нужно выбрать такой, чтобы не прогореть и дабы затраты не превышали доходы. Иначе смысла нет плавать в такую даль.

Тоже мне, бизнесмен средневековый будет меня учить как вести дела. Я, конечно, не профи, но держу пари, знаю куда больше, чем он.

– Основной товар – это экзотическая еда. Ну а там по твоему выбору, можешь в разумных количествах ещё чем-то загружать трюмы. Главное, покупай побольше всяких специй, ингредиентов, различных фруктов. Всё то, чего тут не производят сами, – ответил я торгашу. Но того похоже не впечатлили мои идеи. Скептицизмом так и разило от него, хотя держу пари, он и не знает такого слова.

– Разумно ли…, – начал было Варог, но я его даже не стал слушать.

– Поверь мне. Все люди хотят есть, а вкусно ещё больше. Это потребность никогда не закончится. Не зря таверны так популярны у жителей поселения. Домашняя еда на постоянной основе становится пресной, поэтому люди и идут попробовать чего-нибудь новенького, а его очень часто, как я успел убедиться, не всегда в достаточном количестве. Я даже уверен, что не все продукты, известные в далёких южных землях, пробовали кречеты. Стоит им их распробовать, как деньги потекут рекой. Главное – доставлять их как можно чаще и больше, дабы обойти конкурентов. Можно посоветоваться с хозяевами таверн по этому поводу, а ещё лучше заключить с ними договор о сотрудничестве только с нами. Уж по способам хранения продуктов, я уверен, работники таверн всем покажут мастер-класс. Если надо, мы и на ладьи установим те же холодильные артефакты. Эта идея висит в буквальном смысле в воздухе. В скором времени кто-нибудь да займёт данную нишу. Нельзя допустить, чтобы нас опередили, – я специально уже прямым текстом говорил про «нас». Тем самым давая понять, что мы уже в одной лодке. Всё-таки я раскрыл ему свою идею.

– Нас…, – задумчиво проговорил Варог, – если честно, мне не всё было понятно из того, что ты сказал, но в целом основную мысль я уловил. Знаешь, когда мне сказали, что ты хочешь со мной поговорить, я очень удивился. Ведь слухи о тебе идут, как об удачливом рубаке и хорошем, если не военачальнике, то командире точно. И что могло заинтересовать такого выдающегося человека в бедном купце? Тогда я не понимал, но сейчас да. Я согласен, господин Матвей, думаю, ваша удача поможет нам обоим даже в таком деле. Оно необычное, другие купцы на такое не обращают внимания, но я верю, что у нас всё получится.

Сказал он это всё как-то гордо и словно собирался нырнуть в пропасть в последний раз. Ну что ж, надеюсь, такое отношение – залог добропорядочности со стороны купца.

– Замечательно! И да, уладим сразу дополнительные нюансы! – сказав это, я посмотрел на своих бойцов. – Парни, вы как?

Воины поняли меня правильно. Оба уже давно стояли тут, развесив уши, а когда заговорил я, так и вообще стали улыбаться, даже стало страшно, не порвали бы они себе рты, такими вот проявлениями чувств.

– В деле, – хором сказали дружинники.

– Ну вот и славно! – обрадовался я. Моя радость была не наигранной, ведь это неплохой способ подзаработать не только для меня, но и для них. – А теперь, уже, друг мой Варог, давай перейдём к деталям.

Глава 14.

– Думаешь, дело стоящее? – уже в который раз спросил у меня Иван.

Мы шли уже по темнеющим улицам поселения, и каждый раздумывал о своём. Лично я пытался просчитать, когда ждать первую прибыль от затеянного мною предприятия. По всем прикидкам выходило – ещё не скоро. Пока Варог найдёт подходящие для покупки ладьи, пока закупится товаром, дабы не впустую сплавляться в южные земли, пока соберёт команды на все судна. И это только подготовка в одну сторону. Неизвестно, сколько он там будет околачиваться. Но думаю, оно того стоит. Деньги у меня ещё есть, так что потерплю. А прибыль с первого каравана должна как минимум перекрыть все затраты, так что не обеднею.

Кстати, в спонсировании дополнительной охраны я тоже обещал помочь купцу. Как-то не хотелось, чтобы мои кораблики постигла аналогичная вароговым участь. Не для того я решился на такие траты. Само собой, всё закреплено и отображено в местной документации. Там присутствует частичка магии, но это чисто с моей стороны. Нехитрые заклинания мне всё же удаются, как, например, копирование, вот я и не стал отказываться от подобной страховки. В общем, в случае попытки угнать мои ладьи, я с лёгкостью отыщу самого купца. Эта связь как-то на крови обосновывается, по крайней мере заверяется документация ею. Но я как-то не верил, что Варог попытается меня обмануть. Зачем? У него тут семья, дети. Это я узнавал в первую очередь. А также то, что он их действительно любит. Поэтому за протянутую ему руку помощи с моей стороны он вцепится очень сильной хваткой, лишь бы вернуть былую обеспеченность родни.

Насчёт Игоря точно не скажу, но, если судить по его довольной физиономии, можно предположить, что он сейчас уже раздумывает, как войдёт к отцу его подружки и заявит, что у него не только уже подворье, но и какое-никакое дело. Только первого каравана дождаться осталось, и всё. Я бы на его месте именно после него и пошёл бы просить руки. Если, конечно же, отец девушки ему не наврал. Мог же это всё сказать, дабы отвязаться от настырного парня. Мол, такие условия молодому воину не под силу выполнить. А тут – на тебе, считай, уже почти готовый начинающий буржуй. Надеюсь, всё-таки у него всё получится. Иначе придётся помочь другу. Они же мне помогали.

Иван же всё никак не успокаивался. На него вдруг обрушились сомнения, и он искренне переживал за свои деньги. Но было-то уже поздно. Мы не только заключили договор, но уже и сбегали за монетами и обратно, передав их купцу на реализацию. Так что ему ничего не оставалось, как смириться. Я же его не заставлял этого делать, сам изъявил желание.

– Да, – снова терпеливо ответил я, – и вообще, чего тебе переживать? Ты вложился меньше меня, а значит, и осталось больше.

Тут я немного лукавил. Думаю, всё же денег осталось у меня больше. Ведь я ещё самую первую премию не растратил, но этого знать кому-то ещё, думаю, без надобности. Парни же действительно меньше меня вложились. Если я замахнулся сразу на две большие купеческие ладьи, то они – всего по одной на каждого. И ладно Игорь, ему деньги на приличный ремонт необходимы, хотя там и так жить можно, да охота лучшего всегда, но Ваньке деньги девать некуда. Он просто пожадничал растрачивать такую сумму денег. Ну, я его не сильно виню, возможно, ему необходим какой-то запас, дабы ощущать себя уверенным в завтрашнем дне.

– Я волнуюсь за каждую потраченную монету! – важно изрёк воин. – Если бы было по-другому, я давно по миру пошёл бы. Мне вот как-то не повезло родиться в семье зажравшихся высших купчин. Так что приходится исходить из того, что есть.

– Ой, да ладно тебе. Может быть, твои дети как раз и родятся в подобной семье! Разбогатеешь, отрастишь себе пузо и будешь с важным видом поучать своих неблагодарных и ленивых отпрысков! – решил подколоть я друга. Тот даже покраснел от возмущения.

– Ну уж нет! Даже если нам посчастливится и твоя задумка удастся, то службу я не брошу. А тут обзавестись таким большим хозяйством не получится. Особенно в последнее время слишком бурная служба пошла, не заскучаем.

– Это да… – задумчиво протянул я, – вы сейчас куда? Я планировал к себе, Славку расспросить надо, может дело сдвинулось наконец-то с мёртвой точки.

– Я хотел на подворье, – первым ответил Игорь, – ещё не успел оценить, что нужно закупить в первую очередь. Да и вообще, что ставить там буду, кроме нового забора, разумеется.

После этих слов я почувствовал, как совесть завопила и не собиралась стихать. Нет, Игорь не обвинял меня ни в чём, просто перечислял свои потребности. Да и я уже компенсировал ему этот забор, тем более его дом, считай, я купил и денег не требую обратно. Но всё же как-то было не по себе.

– А я с Игорем пойду. Всё равно делать нечего. Может помогу чем, – подумав, сказал Ванька.

– Ты это, Игорь, если сам всё будешь делать, то меня зови в случае чего тоже. Помогу чем смогу, – попытался я договориться с совестью.

– Да куда там! Ты и так мне помог! Я век благодарен буду! – воскликнул Игорь. – Да и сам буду только по мелочи там возиться, а так собирался плотников нанять. Возможность-то теперь есть, а вот времени не хватает. Так что это будет лучшим решением.

На перекрёстке мы разошлись в разные стороны. Парни пошли по своим делам, я – строго к зданию выборных. На ходу думая о том, что пора бы уже хоть что-то делать с безголовой проблемой. Меня, если честно, напрягает само его присутствие в поселении, да ещё и в моём месте обитания. А вдруг тот научится как-то по-другому управлять своим телом? Без использования немой речи. Тогда мне действительно будет очень больно. Особенно если это существо подберётся ко мне ночью. Не мог что ли Славка попросить у Кроста отдельное помещение для своих экспериментов? Сам я теперь не рискну с такими просьбами заходить к воеводе. Пускай остынет сначала. Тут лишь бы он не отстранил от участия в самом походе, куда там дополнительные требования предъявлять.

– Матвей! – раздался приятный девичий голос. Я даже вздрогнул от неожиданности, настолько ушёл в свои мысли, что не заметил идущую мне навстречу Лизу. – Ты как?

Если честно, её вопрос поставил меня в тупик. Я непонимающе уставился на неё, ожидая пояснений. Почему это со мной должно быть что-то не так?

Девушка верно поняла мою реакцию и сразу же ответила, беря меня за руку:

– Я узнала от стоявших на посту дружинников о вашей с отцом ссоре, – озабоченно проговорила Лиза, – вот и решила тебя найти. Заодно убедиться, что с тобой всё в порядке, а то эти болтуны такого мне наговорили. Представляешь, из их слов можно было подумать, что вы сошлись в серьёзной схватке после словесной дуэли. А ты вообще вышел от воеводы еле живой, будто бы на тебе живого места нет.

Говорила это она, параллельно осматривая меня самого. Как будто под рентгеном просматривала, если честно. Настолько пристальный был её взгляд. Я же в этот момент тихо… впадал в полное эмоциональное потрясение. И было от чего. Ну ладно, я допускаю, что дружинники у главных дверей могли нас услышать. Всё-таки кричали мы неслабо, сам чуть не оглох. Но эти олухи меня прекрасно видели после этого, причём несколько раз. Зачем было выдумывать про моё тяжёлое состояние? Скучно на посту стоять? Вот был бы я их командиром, тут бы спокойная и вольная жизнь и закончилась. Сколько слухов теперь пойдёт… ведь по-любому они не только Лизе такое рассказали, но и ещё кому-то. Например, своим соседям по казарменной койке и родственникам. А те – своим друзьям. В общем, не удивлюсь, что вскоре всё поселение будет знать, что Матвея Соколова избил до полусмерти сам выборный воевода Крост. Причём в собственном кабинете. Перестал чужеземец быть в фаворитах, разонравился начальству. Мне-то всё равно, но как бы это не повлекло ещё более серьёзных разногласий с отцом Лизы. Сейчас, когда уже достаточно прошло времени, я осознаю, что немного перегнул палку. Но вот как теперь вернуть всё восвояси?

– Со мной всё в порядке. Врут твои дружинники. Мы всего лишь немного поругались, никто даже руки не поднимал, – попытался успокоить я перепуганную девушку.

– Ничего себе немного! Да вас всё здание выборных слышало! – возмутилась та. – Из-за чего хоть конфликт произошёл?

– Твой отец не одобрил поисковый отряд вглубь леса, только у побережья, – угрюмо буркнул я. Перед ней я мог не скрываться, ведь она даже от отца мои секреты скрывала. Как и Славка, она всё уже знала о моих снах и произошедшем конфузе с забором. В них я был полностью уверен и мог получить дельные советы. Нет, конечно же, Игорю с Иваном я тоже доверял, но они простые дружинники и вряд ли могли бы помочь мне словом во всём этом. Они узнают, но в своё время.

– Эх…, – тяжело вздохнула девушка, – ты так и не рассказал ему обо всём? Почему ты не хочешь с ним поделиться проблемами? Ведь он мог тебе помочь, если бы знал все детали и твои мотивы. Ты что, не доверяешь моему отцу?

– Ему я полностью доверяю. Даже больше, чем тебе, – пошутил я, но тут же пожалел об этом. Последовал возмущённый взгляд, и острый локоть Лизы легонько врезался мне в рёбра: – Эй! Я же пошутил! Незачем калечить человека, который готов горы свернуть ради тебя, это как минимум нерационально. Зачем тебе избавляться от такого подарка?

Лиза лишь покачала головой, но на её губах наконец-то мелькнула весёлая улыбка. Я же, радуясь тому, что удалось поднять ей настроение, и потирая свой бок, продолжил:

– Твой отец в первую очередь член собрания выборных. Он должен думать о благосостоянии и безопасности поселения и его жителей. А всякое непонятное и необъяснимое непременно обсуждать со всеми остальными выборными. Так и в моём случае: он созовёт внеочередное собрание и расскажет всем о странном одарённом, зовущем меня в лес, но при этом спасающем меня через сокола. А мне этого не хочется. Как минимум потому, что это может дойти до Бажена, если он, конечно, явится на собрание. Никто не знает, как он себя поведёт. Кстати, я тебе не говорил, что, скорее всего, этот здоровенный сокол – мой тотем-защитник? – решил сменить тему я.

– Ты это говорил, – отмахнулась девушка, – и я абсолютно рада. Помню, как он спикировал на ту крылатую тварь. Меня до сих пор охватывает восхищение, когда представляю ту недолгую схватку! Как он спикировал на несущуюся за тобой гигантскую птицу, как боролся! Да и выглядел он довольно внушительно! Но не заговаривай мне зубы! Речь не об этом… Я понимаю твои опасения и то, что даже если попросить отца не говорить ничего остальным выборным, он, скорее всего, не послушает. У него есть долг, возложенный ему на плечи богами. Но зачем ты, дурачок, уговаривал его об экспедиции в глубь леса? Мог бы и не говорить. Пошли бы так, а потом свернули бы в другую сторону. Подумаешь, задержались бы там на пару дней. Мало ли какая причина у нас была. В конце концов, могли на тварей напороться и убегать от них. А непосвящённым обстоятельно разъяснили бы о необходимости держать язык за зубами. Это тебе в голову не пришло?

– Эм, нет, – ещё больше понурив голову, произнёс я. Действительно, а почему так сразу не сделал? Зачем рассказал обо всём воеводе? Наверное, хотел, чтобы всё было более-менее «по закону». Чтобы представитель местной власти сам санкционировал мой поход, но не знал о его истинных целях. Ну что ж, впредь будет мне наукой.

За этими размышлениями мы пересекли половину пути до центра, когда справа из-за поворота вышли четыре тени, никак не выдавая себя. Даже звуки их шагов были чуть слышны. Солнце уже ушло с неба, так что на улице не было никого. Чем и воспользовались случайные встречные. Поначалу мы попытались пройти мимо и свернули влево. Но четвёрка полностью перегородила дорогу. Я с Лизой озадаченно нахмурились.

– И что вам надо? – сделав голос как можно грубее, спросил я у теней. Девушка же сразу положила руку на свой кинжал. Брат-близнец того, который она когда-то мне подарила.

– Что надо, что надо, – глумливо повторил самый высокий из пришельцев, – кто ж сразу о делах говорит? Не по-дружески это. Сначала надо поинтересоваться о здоровье, о погоде! Всему вас, молодёжь, учить приходится!

Вроде бы в этом ничего смешного нет, но вся четверка рассмеялась. Ведать, главарь с подручными, которые во всём ему потакают. Но кто они? Разбойники? Только вот кто в своём уме будет грабить дружинника, а я был полностью облачён в доспехи, не считая щита, как-то так само собой в привычку вошло, и воительницу? Разве только отморозки, которые не понимают, кто сильнее. Ни у кого даже нет топорика, не говоря уже о мече, так что я вполне справлюсь со всеми. Да вот убивать не охота, лучше сначала расспросить.

– Ну раз вы, молодые люди, правильных вопросов не стремитесь задавать, их задам я. Правда, что ты, приятель, стал обладателем целого состояния монет? И где ты их прячешь, дружище? – снова взял слово главный, а все остальные как болванчики закивали, выражая свою поддержку.

Вот оно что! Эти упыри прознали о вознаграждении! Но на что они надеялись? Не думают же они, что я его постоянно с собой таскаю? И вообще откуда узнали-то? Неужто купец предал? Или тот дружинник-посыльный…

– Ты обознался, мил человек, – елейным голосом проговорил я, – откуда ж у меня, юнца, такие-то деньжищи завалялись. Шли бы вы отсель да не смущали добрых путников своей пустой болтовнёй.

– Да? – недовольно сказал главарь. Ему явно не понравилось, что жертва тут же не упала на колени и не выгребла всё своё добро. – У меня другие сведения. Ну что ж, раз не хочешь по-хорошему… тебе же хуже. Крысёнышь, Щегол, разговорите молодца, а девку его себе заберём. Нас развлечёт, а потом кабрам отдадим. Те хорошую цену дадут за такую красавицу.

Что? Ну ладно, меня они не узнали, я тут в лицо известен в узких кругах: большая часть кречетов лишь слышали, что какой-то пришелец от богов помог им. Но уж дочь воеводы тут каждый знает! Я сам в этом не раз убеждался! А что это за высказывание про кабров?

Дальше думать мне стало некогда. Двое из окружения медленно двинулись на нас. Только теперь, когда они вышли на лунный свет, я смог разглядеть их получше. Гладковыбритые, сухощавые, оба с резкими чертами лица. Словно братья родные, что, скорее всего, и было так. И оба явно нездешние. Их загорелая кожа сразу выдавала гостей с пограничья государства кабров; с местным климатом такого эффекта сложно достичь, разве только специально выходить и загорать под обеденным солнцем. В руках у них были лишь коротенькие ножики, что меня несказанно порадовало.

Долго не раздумывая, я выхватил из-за пояса свой топор и тупой стороной стремительно врезал снизу вверх по челюсти самому ближнему разбойнику. Тот, клацнув зубами, повалился на спину, раздвинув в разные стороны руки. Изо рта вывалилось что-то белое. Я лишь скривился от отвращения: никогда не любил смотреть на выпавшие зубы.

Тут же, пока второй не опомнился, мой топор полетел в зажатую в кулаке с ножом руку. Разбойник вскрикнул – наверное, это был Щегол – и выронил своё жалкое оружие. В следующую секунду ему в голову прилетел какой-то булыжник, и неудачливый работник с большой дороги упал как подкошенный. Судя по всему, это Лиза не стала просто так стоять и бросила в моего противника первое, что попалось под руку. Раз это был не кинжал, значит, и она поняла, почему я сразу не прикончил этих двоих.

Показательно крутанув топор, я двинулся на охотников за чужим добром. Для них это было очень неожиданно. Всего минуту назад они с таким превосходством смотрели на молодого дружинника и чувствовали себя хищниками, которые загнали свою добычу в угол. А теперь жертвой стали они. Бой принял только один из них. Ну как принял – у него просто не было выхода. Я был слишком близко, а подставлять спину или просить милости ему явно не хотелось. И это был отнюдь не главарь. Тот, не говоря ни слова, развернулся и побежал от нас с такой скоростью, словно всю жизнь занимался бегом. Причём с препятствиями: уж больно лихо тот перепрыгивал через заборы. Своего последнего подельника же он оставил на произвол судьбы.

Перестав обращать внимание на пустившегося в бегство главаря, я сосредоточился на своём противнике. Этот, в отличие от своих коллег по ремеслу, понял, что ножиком против топора не повоюешь, и подобрал лежащую у забора палку. Ведать, кто-то отломил её когда-то. Размахнувшись, он решил наотмашь дать мне по голове, но я пригнулся и со всей силы вдарил тому обухом топора по ногам. Разбойник не устоял и рухнул на землю, но, к моему удивлению, лежать и сдаваться он не стремился. Напротив, он перекатился подальше от меня и быстро поднялся. Снова последовал удар, на этот раз на уровне живота. Отклоняться или отбивать его я не стал – это всего лишь палка. Приняв основной урон на одну из железных пластин, нашитых на кольчугу, я обхватил палку одной рукой и со всей силы дёрнул её на себя. Противник не устоял и полетел на меня, угрожая свалить с ног. Но в мои планы такой исход не входил. Шаг назад, и голова неприятеля попадает прямо на выставленное мною вперёд колено. А это оказывается больно! Но ничего, зато последний противник валяется без сознания на полу. Переведя дух, я оглянулся, ища Лизу. Но её нигде не было видно…

Глава 15.

Лиза, увидев, как самый говорливый из всех непонятных личностей дал дёру от Матвея, не стала просто так стоять и ждать. Уж больно странная была ситуация. За всю свою жизнь она ни разу не встречала на улицах её родного поселения подобных личностей. Никто из кречетов не занимался откровенным грабежом своих же. Слишком много было внешних врагов, чтобы позволять себе такую роскошь, как внутренние беспорядки. Это понимали абсолютно все. Нет, конечно же, были исключения, например, тот мажор, которого папа хотел навязать ей, опираясь на то, что это выгодная партия. Но даже он и его подручные лично не поднимали руку на своих. А тут такое… Правда, говор напавших смутил девушку, словно речь им была не совсем родная или они разговаривали сразу на двух языках. В общем, во всём этом надо было разобраться. А кто, как не главарь шайки, может прояснить ситуацию? Правильно, никто. За Матвея она не беспокоилась, он за себя постоять мог, в этом девушка была полностью уверена. Как и во многом другом, что было связано с её… эм, наверное, возлюбленным? Лиза не знала, как правильнее было сказать. «Парень» звучало как-то несерьёзно для неё, а о других терминах было ещё рано говорить. Всё это было для неё в новинку. Как-то так получилось, что этот непонятно откуда взявшийся тип заинтересовал её, причём этот интерес был для неё в новинку. Раньше к парням она относилась как к подчинённым её отца либо как к избалованным деткам богатеев. С другими ей не приходилось общаться.

– Вот гадство, – сквозь зубы на ходу выругалась девушка. И было от чего. Высокий главарь хорошо бегал, к тому же его рост позволял ему перепрыгивать те препятствия, которые ей приходилось перелезать. Всё это не помогало ей сократить дистанцию между ними. В какой-то момент она поняла, что всё бесполезно. Тогда девушка решила рискнуть. В конце концов, для допроса нужно, чтобы жертва могла говорить, а вот всё остальное необязательно.

Достав свой кинжал, Лиза постаралась выровнять свой бег и, выждав, когда противник выбежит на прямой открытый участок, резко бросила в того холодное оружие. Рука не подвела, и лезвие вошло точно туда, куда и хотела девушка, а именно в правое бедро негодяя. После такого тот коротко вскрикнул и ничком рухнул вниз, будто споткнулся об что-то.

«Вот балбес, ещё и головой приложился. Не мог, что ли, руки подставить? Надеюсь, он живой», – с досадой подумала девушка.

Слабый скулёж и неловкие попытки привстать опровергли все её переживания.

– Непонятно, на что вы рассчитывали, когда нападали на дружинника в доспехах, у вас хоть голова на плечах есть? – подходя к лежавшему на земле человеку, спросила его Лиза. Впрочем, она и не ожидала услышать ответа. Но он последовал.

В следующее мгновение кто-то резко схватил её за руки и заткнул рот какой-то тряпкой. Девушка и понять ничего не успела, как руки тут же начали связывать тугой жёсткой верёвкой. По ощущениям, её держали трое, и это было очень плохо. Лицом к лицу она, может быть, и справилась бы с тремя здоровенными лбами, но вот так, когда её уже схватили исподтишка… вариантов на спасение было крайне мало. Да их вообще не было. И Матвей, скорее всего, не видел, куда они побежали, он в это время разбирался с последним помощником главаря. Ну, это так они думали, что те трое были единственными.

– Вы чего так долго?! – сразу набросился на вновь прибывших раненый главарь. Он уже поднимался, при этом морщился так, словно Лиза отрезала ему ногу, а не легонько бросила кинжал. Слабак, одним словом. – Народ порезали, а вы всё не выходили, надо было сразу вам вступить в бой и накинуться сзади!

«Ага, вот каков был их план! Хотели в капкан взять нас! Сзади неожиданно напасть и обезвредить», – догадалась девушка. Только вот почему-то они этого не сделали, хотя шансов было море.

– Ага, мы что ж это, по-твоему, совсем тупые? – раздался хриплый прерывающийся голос за спиной. – Тот молодчик вас за считанные секунды обезоружил. После и за нас принялся бы. Нам своя шкура дорога. Жалко только, что не он сам погнался за тобой, так бы стрясли с него деньжат, но и эта девка вполне ничего… дорого потянет. Вон смотри, как она тебя ловко подсекла! Вряд ли кто-нибудь из наших на такое способен! Ну да ладно, кабры умеют укрощать непокорных, главное, чтобы личико было смазливое…, – договорить голос не успел.

Мощный поток воздуха раскидал всех в разные стороны. Лизу отнесло к раненому вожаку, но тот, казалось, даже не заметил её. Взгляд его был обращён куда-то за спину девушки, и в нём читался один лишь дикий ужас. С усилием воли ей удалось привстать и развернуться, всё-таки со связанными за спиной руками это сделать было не очень легко. Перед ней предстал Матвей с окровавленным мечом и топором, а чуть выше крыш домов вверх поднимался здоровенный сокол.

***

Поначалу я думал, что Лиза сейчас вернётся. Догадался, что она побежала за убегающим разбойником. Мне это не понравилось, и я решил с ней потом поговорить на эту тему, хоть и понимал, что она с такими и с двумя справится. Но всё равно было какое-то беспокойство.

Связав бессознательных пленников, ну или притворявшихся такими, их же верёвками, я ещё раз огляделся. Попытался определить, куда всё-таки могли они убежать, но всё было бессмысленно. Примерное направление я помнил, да вот только там было столько поворотов и закоулков, что без точного знания пути можно и заплутать. Зато я вспомнил это место. Как ни странно, но именно здесь я подстрелил сейчас уже безголового лазутчика. Бывают же совпадения! Хотя совпадения ли это? Скорее чётко выверенные закономерности. Тут тихо, посторонние мешать не будут, да и ни одного окна не выходит на этот пустырь. Рай для тёмных дел, не требующих огласки.

Через какое-то время моё беспокойство усилилось. Я уже откровенно паниковал и не скрывал этого. Стоя перед предполагаемыми своротками, я гадал, куда же пойти. Неправильный выбор может стать фатальным. Эти уроды что-то говорили про кабров и выкуп… неужто они работорговлей занимаются?

Когда уровень тревожности достиг максимума, и я уже решился на авось выбрать свой путь, появилось ощущение, что со мной разделяют мои чувства. Словно кто-то часть моего страха за Лизу перенял на себя. Прямо так же, как я ночью принимал эмоции вроде бы сокола. Взглянув наверх, я шумно выдохнул. Там бесшумной тенью на высоте четырёхэтажного здания парил красавец-сокол. Создавалось впечатление, что делал он это не хаотично, а задавая определённый смысл, постоянно возвращаясь в одну и ту же точку. И я решился.

Как только я двинулся с места и дошёл до этой самой точки, сокол полетел дальше. И так было несколько раз. Если у меня и были какие-то сомнения раньше, то теперь они полностью иссякли. Этот сокол действительно был моим тотемом, и он каким-то образом может связываться со мной. От жителей Кречета я подобного не слышал. Да и возможно ли это вообще? По их верованию, сами птицы – это лишь временные вместилища их богов. То есть не сами птицы осуществляют защитную функцию, а тут… точно было совсем иначе. Этот здоровенный сокол словно был более умным, чем его собратья поменьше. Даже когда я смотрел в его глаза, ощущалась какая-то осмысленность. Птица точно знала, кто я такой.

Наконец завернув за очередной угол здания, я обнаружил связанную Лизу, а за её спиной троих – уже почти мертвецов. Убежавший главарь валялся в стороне, и из его ноги хлестала кровь. Честно, эта картина меня вывела из себя. Страх ушёл, осталась только ничем не прикрытая ярость. Оставив церемонии на потом, я направил острое лезвие топора вперёд, а в другую руку вложил меч. Сейчас уже мне и в голову не приходило о взятии их живыми. Нет! Эти твари посмели напасть на мою девушку! На ту, которую я полюбил! И мало того, судя по их разговорам, те действительно хотели продать её в рабство!

В ушах застучало сильнее, а глаза накрыла красная пелена. Я двинулся на противников, и в следующий миг сокол спикировал и пролетел очень близко от группы разбойников, раскидав тех мощным потоком воздуха. Зрелище было очень величественное, видно было, что птица словно красуется своими возможностями, но мне было не до того. Лиза очень удачно отлетела подальше от троих татей, и я не преминул этим воспользоваться. Тремя прыжками сократил дистанцию до ближайшего разбойника и сходу вонзил тому в брюхо острое лезвие меча. Выдернув меч, я еле успел отскочить от нападавшего на меня татя с непонятным оружием. Больше всего оно походило на косу, только без длинного черенка – одно лишь лезвие. Отбив очередной замах мечом, я поднырнул под руку противника и рубанул по коленям топором, следом увернулся от броска ножа третьего татя и сам кинул в того свой топор. Он угодил тому прямиком в лоб. Следующим движением я рассёк горло лежавшему на полу типу с косой, который не оставлял попытки дотянуться до меня.

Всё. Кровавая жатва закончилась. Как-то резко наступил откат, и я уже с отвращением посмотрел на изрубленные тела и на капли крови на своей одежде. Отстирать её будет очень трудно, проще новую завести. С большим трудом выдернув застрявший в черепе топор, я направился к Лизе, которая не без усилия разворачивалась в мою сторону. В её глазах не было испуга, одно лишь восхищение и переживание за мою целостность. Ну что ж, она дочь своего времени, к таким картинам привыкла, в отличие от меня. Потом она посмотрела наверх и даже приоткрыла рот от изумления. Я знал, что её так поразило, и даже не стал оборачиваться. Сокола мне рассмотреть уже удалось в мельчайших деталях, пока следовал за ним.

– Ты как? – тихо спросил я девушку, попутно разрезая путы кинжалом. Делать это окровавленным мечом мне показалось не очень хорошей идеей.

– В порядке. Только руки затекли, эти олухи совсем не умеют связывать людей. Так бы повалялась часок-другой, и руки бы отнялись. А без рук кто бы купил меня? – попыталась пошутить Лиза, но в этот момент кровь начала поступать в онемевшие конечности, и она скривилась.

– Не смешно. Эти твари совсем берега попутали? Откуда они вообще взялись? И вообще, зачем ты одна погналась за главарём? Дальше поселения он бы не ушёл, а тут бы мы его точно нашли.

– Так чего у меня спрашиваешь? Вон лежит наш беглец, его и спрашивай, – указала мне кивком головы куда-то в сторону она. На мои предъявления девушка, конечно же, благополучно не стала отвечать, но уши у неё покраснели. Поняла, что сглупила и недооценила противника.

А я только сейчас обратил внимание на притихшего главаря этой шайки. Тот не смел издать ни звука, но видно было, что ему очень больно. Кинжал так и торчал в его бедре, только вот, судя по не очень большому обилию крови, артерию он не пробил. И то радовало: значит, можно спокойно его допросить, а не спасать тому жизнь.

Видать, разбойнику что-то не понравилось в моём взгляде. Когда я пошёл к нему, он как будто бы уменьшился вдвое, а лицо стало мертвенно-бледного цвета. Подойдя к нему, я всё же оторвал от его одежды приличный отрезок ткани и протянул его разбойнику, дабы потуже затянул рану. Конечно же, перед этим я, не заботясь о его самочувствии, просто и бесхитростно выдернул кинжал из бедра. Надо отдать главарю должное: тот лишь немного взвыл, затем поспешно перетянул рану. Ну ничего, позже ему помогут, по крайней мере, я так думаю.

– Ты же понимаешь, что с тобой может случиться, если ты будешь хранить молчание или же врать? – глухим голосом спросил я у пленника. Тот мельком глянул на своих подельников, после чего неуверенно закивал головой.

– Отлично. А теперь слушай меня внимательно. Мне надо знать причину ваших необдуманных действий. Рассказывай всё.

– Я всё расскажу, – охрипшим голосом сказал главарь, – нас Лешек попросил выгрести из тебя деньги. Он утверждал, что у тебя их много. Будто бы он сам их видел. Половину мы должны были ему отдать, а половину – себе…

Разбойник продолжал вещать, а я пытался вспомнить, кто такой этот самый Лешек. На ум никак не шло ни одного человека. Не слышал я тут у местных подобных имён. Но я его точно видел, раз тот знает о моём состоянии. Тем временем главарь шайки повествовал, что они и не собирались выполнять условия договора с этим наивным человеком. В их планах было загрузиться на судно купца из «прекрасного народа» и убраться домой. Дом же их был как раз там, где я и думал, на границе с государством кабров. Вроде как они сейчас активно торгуют между собой и помогают друг другу. А помощь как раз и заключалась в сбыте захваченных людей. Эта шайка плавала вместе с кабрами по поселениям и по ночам крала жителей, а «прекрасные люди», в свою очередь, продавали их у себя на родине. Там работорговлей, как оказалось, и занимались, только вот товар был исключительно из иноземцев. Я даже вскипел от негодования. Получается, эти олухи крали и продавали своих бывших братьев по оружию бывшим врагам. У них совсем ума что ли нет? Или деньги глаза затмили?! На мой вопрос о ворованных жителях Кречета тать поспешно ответил, что так далеко на север они ещё не заплывали. Впервые решили заняться ремеслом здесь, а тут сразу облом. Ещё никого не успели отдать кабрам. Я в это слабо поверил, но это уже дело, касающееся дружинников Кроста.

– А как тогда этот Лешек с вами познакомился, если вы впервые тут? – задал интересующий меня вопрос.

– Так в другом поселении. Он что-то у купца-кабра покупал, когда мы притаскивали тому очередной товар, – ответил мне разбойник, а я лишь посильнее скрипнул зубами. Уж больно легко этот недочеловек говорил о людях как о продаваемом объекте.

– А где живёт этот Лешек и как он выглядит, ты сможешь мне рассказать? – сдерживаясь, чтобы не придушить заразу, спросил у него я.

– Матвей, так это бывший хозяин дома, который Игорь недавно купил, он тут один у нас с таким именем. Какое-то время жил на юге, потом в наши края решил вернуться, но имя зачем-то сменил, – ответила за разбойника уже пришедшая в себя Лиза.

Ах, вот оно что! Этот прохвост как-то умудрился или подслушать, или подсмотреть за нашим разговором с посыльным дружинником. Вот и решил оттяпать ещё несколько килограммов серебра. Ну или просто выстроил логическую цепочку. Раз я оплатил дом Игорю, значит, деньги у меня водятся. Вот прохвост! Ладно, это мы ещё посмотрим, кто кого обчистит.

Дождавшись проходящего неподалёку патруля, благо Лиза знала, где и когда те должны ходить, мы передали всех разбойников им. Те были в каком-то культурном шоке. Видать, на их практике это впервые, когда кто-то пытается ограбить на улице дружинника ну или вообще любого другого человека. Эх, им бы в моё время походить по ночам, такого насмотрелись бы…

После этого я вместе с девушкой направился прямиком к дому этого самого Лешека. Поначалу я хотел проводить Лизу до дома, но быстро сообразил, что без её помощи раньше дружинников я не успею нагрянуть в гости к старому знакомому. А мне этого очень хотелось.

Жил бывший хозяин дома Игоря у самой стены, со стороны пристани. Наверное, специально выбирал такое место, дабы почаще с купцами общаться. В этой части поселения было как-то свежее. Скорее всего, это из-за реки Великой. Влажный воздух, как одеяло, то и дело окутывал прибрежную часть поселения и создавал свою особенную атмосферу. Отсюда даже слышалось бурное движение водяных потоков, которые были в помощь путникам, шедшим по реке в одну сторону, и мешали, когда те возвращались.

Подворье было намного больше и богаче, чем соседские постройки. Чего уж говорить про дом Игоря – оно и вовсе выглядело бы обычной пристройкой по сравнению с двухэтажным особняком из резного дерева. Деньги, похоже, у этого Лешека водятся, и немалые. Правда, живности никакой нет во дворе, даже сторожевой собаки. Доход, похоже, ему приносит совершенно другой вид деятельности. И это я не только о связях с сомнительными личностями. Во дворе стояло множество различных строений. Наверное, склады.

Подойдя к богато расписанной входной двери, я постучал по ней прямо топором для пущего эффекта. Позади стояла Лиза и напряжённо ждала, поглаживая свой кинжал. Ей тоже хотелось отомстить тому, кто за всем этим стоял. Но никто не отвечал. Я постучал ещё раз, и только после этого двери открылись, и передо мной предстал высокий сухощавый мужичок; лицо его было заспанное, но, увидев меня, он испуганно попятился назад.

– Лешек! Друг мой дорогой! Я вижу, ты узнал меня? Это очень хорошо, ведь нам с тобой нужно обстоятельно поговорить! – с натянутой улыбкой проговорил я и без спроса вошёл в дом.

Глава 16.

– Может, мне всё-таки кто-нибудь расскажет, почему сбежавший Лешек отдал всё своё имущество Матвею, причём перед самым бегством?! – спросил воевода у всех сразу.

В кабинете Кроста, кроме него, были я, Лиза и полусотник Мыслав. С утра всех нас немедленно вызвали к нему на разговор. Только вот выходило у него пока не очень. Уж больно нервным был воевода. Расспросить меня с Лизой о нападении выборный уже успел, причём делал он это по отдельности с каждым из нас. Со своей дочерью он сделал это ещё дома. По словам Лизы, когда воевода узнал о нападении на собственную дочь и о том, куда её хотели продать, то тут же среди ночи помчался допрашивать или, может быть, совершать самосуд. Ну что ж, мне этих поганцев было не жаль: они сами выбрали своё ремесло, теперь им же и отвечать за него.

Сейчас же господин Крост пытался выведать у нас троих, как же так получилось, что самый главный зачинщик удрал, а всё его добро стало моим. Что среди нас делает Мыслав? Всё очень просто: это его люди патрулировали тогда улицы и забрали у нас пленных. Ну и можно сказать, что он вёл своеобразное следствие. Только полусотник ничего не знал по интересующему выборного воеводу вопросу. А вот мы с Лизой знали, только молчали. Причём девушка даже при личном разговоре с отцом ничего не сказала тому. Ну просто золотце, повезло мне!

– Матвей! Чего молчишь?! Неужто ты ничего об этом не знаешь?! – всё больше теряя терпение, уже конкретно мне задал вопрос воевода.

Ну а что я ему скажу? То, что я не собирался отдавать его в лапы местному правосудию? Ну выдал бы я его дружинникам, и что дальше? Моей выгоды никакой. А так, мы поговорили с Лешеком на очень занимательные темы. Например, заинтересовало его предполагаемое наказание за организацию нападения, хоть и не намеренную, на дочь самого выборного воеводы. Я-то что, шишка не великая. А вот за Лизу Крост мстил бы по полной. Причём неважно, пострадала она или нет. Естественно, неудачливого организатора такое не устраивало, и он рьяно начал искать другие варианты развития своего ближайшего будущего.

Как ни странно, но спасительный вариант для Лешека предложила сама Лиза. Я-то шёл чисто чтобы выяснить причины и самолично покарать зарвавшегося проходимца. Выяснил: банальная жадность. А вот покарать не успел. Точнее, перехотел после сказанной моей девушкой фразы:

– Знаешь, Лешек, а ты мне никогда не нравился. Уж больно хитрый взгляд, всегда знала, что ты способен на подлость, и как итог, эту самую подлость я дождалась. Причём ты вышел за все рамки, нарушив законы нашего народа. Но лично я готова простить тебя, как, думаю, и сей разозлённый тобой красавчик, – это она показала на меня, отчего я расплылся в довольной улыбке, – конечно же, не просто так. Есть условие, которое придётся выполнить, если хочешь примириться с нами. Тебе всё равно не жить здесь больше: отец тебя из-под земли достанет, а добро перейдёт какому-нибудь торгашу, до которого нам совершенно нет дела. Так вот, я предлагаю тебе продать Матвею за три серебряные монеты эти хоромы и всю примыкающую к ним землю. После чего ты можешь бежать на все четыре стороны, мы тебе мешать в этом трусливом предприятии не будем.

Конечно же, загнанный в угол организатор налёта на нас согласился с данным предложением. Лишь попытался выторговать нормальную стоимость продажи своего добра. Что и говорить, но три серебряные монеты – это была совсем уж смехотворная цена за всё это. Подворье Игоря обошлось мне в цифру с несколькими нулями, а тут и подавно стоило всё дороже. Да вот только положение у Лешека было не то, чтобы торговаться. После нескольких неудачных споров о цене в разговор вступил я и заявил, что стоимость сего подворья понизилась до двух монет. А потом непрозрачно намекнул, что если и дальше он будет упираться, то заплатить придётся уже ему из своих тайников. А они однозначно были, судя по вытянувшейся роже «продавца».

В общем, я стал обладателем неплохого участка земли у стены со стороны реки. Что позволяло не только жить здесь, но и сдавать многочисленные склады приезжим купцам. Кстати, некоторые из построек уже были в аренде, но с этим разобраться можно было позже. Всё равно со слов Лешека скоро срок аренды должен был истечь. Ну а там я уже буду смотреть сам, кому и за сколько сдавать. Может, и лично буду ими пользоваться: у меня вообще-то партнёр появился среди купцов, который должен вскоре отправиться в первое путешествие на новых ладьях. Сам Лешек ушёл, забрав свои пожитки, в сторону пристани. Вроде как там знакомый торговец был, который мог прямо сейчас отчалить. Подозреваю, что это тот же торгаш из кабров, что за плату привёз сюда тех отморозков. Но предъявить ему мы ничего не можем, к сожалению. Разбойников он брал, как простых пассажиров. В их дела не лез, доли не брал. Только мог, по словам тех же отморозков, иногда сам выкупить понравившийся товар, но именно в нашем поселении не было такого. Так что по здешним законам он чист. А чинить самосуд себе дороже, если нет подкрепления в виде какого-нибудь местного законодательного акта. Ну да ладно, ещё встретимся, как говорится.

– Абсолютно ничего! – с самым честным видом заявил я выборному воеводе. – Смею предположить, что у нашего беглеца совесть взыграла, и таким образом он попытался искупить свою вину перед нами. Похоже, не совсем Лешек был пропащим человеком, осталось в нём чувство справедливости, хоть и совсем незначительное.

Под пристальным, немигающим взглядом Кроста я готов был сквозь землю провалиться, но надо было держаться хотя бы ради Лизы. Зря, что ли, она уже перенесла подобный допрос и никак не выдала себя?

– Ладно, допустим…, но говорю сразу: даже если я тебе поверю, то другие выборные могут задаться ненужными вопросами. Так что лучше заранее придумай, что таким умным будешь отвечать, – медленно и слегка откинувшись на спинку кресла, проговорил мой непосредственный начальник. При этом он всячески старался делать вид, что эта история его больше не занимает и вообще – делайте что хотите. Да вот только мне показалось это подозрительным: уж больно резко изменилось настроение у Кроста. По всему выходило, что это просто наглая провокация, которая может здесь и сейчас погубить всё дело, ответь я не так, как того требует обстоятельство. Ну или я просто себя накручиваю.

– Не понимаю, о чём вы, господин Крост, – нахмурив брови и выдав такое непонимающее лицо, что и сам поверил в своё неведение. Мой собеседник на это лишь хмыкнул, но допрашивать по данной теме, похоже, больше не стремился, что меня несказанно радовало. Даже, возможно, он уже позабыл наши недавние разногласия или же вовсе встал на мою сторону в данном споре. Было бы замечательно.

– Ну что же, я думаю, что чересчур много мы говорим об этом подобии человека. Он уже наказан, а если посмеет заявиться к нам, то будет немедленно казнён. Собственно, мне и не мнилось, будто бы вы могли что-то об этом знать, ведь вы же сразу отправились по домам, в чём я абсолютно уверен, – в его голосе было столько патоки, что я с горячим любопытством смотрел, когда же его рот попросту склеится, а моё подсознание готовилось к очередному подвоху, – мы же здесь бы собрались, даже не случись столь дерзкое нарушение порядка залётной группой разбойников. Почти все, тебя, моя дочь, последующее бы не касалось, но раз ты тут, то смысла тебя выпроваживать нет. Всё равно подслушаешь.

– Я не…, – начала было смущённая девушка, но воевода перебил её.

– Не надо оправдываться и говорить, что это не так. Думаю, у всех тут присутствующих нет сомнений в том, что ты именно так бы и сделала. Даже у твоего защитника, – почему-то эти слова вогнали меня в смущение, уж больно непривычен был тон, с которым это всё говорил Крост, – надо же, какие стеснительные особы, ну-ну. Перейдём к делу. Это, конечно, надо было сделать уже давно, но в силу непреодолимых обстоятельств это оказалось затруднительным. Сначала витала угроза в виде летучего отряда врага в наших землях, потом выяснилось, что мы пригрели змею в собственном доме. Но, хвала богам, мы со всем справились. Значит, можно разобраться и с пропавшей группой в лесу, а то уже родственники бедолаг через своих высокопоставленных знакомых начинают давить и спрашивать: «Почему мы никак не реагируем на данный инцидент?». Никому дела нет до того, что мы попросту не могли рисковать и дробить свои резервы. Сейчас, в силу активных действий субров, опасность, конечно же, сохраняется, но, по крайней мере, она уже не та, что раньше. Итак, будет собран поисковый отряд, который попытается выяснить хоть что-то о судьбе пропавших кречетов. Возглавит его полусотник Мыслав, ты же, Матвей, переходишь под его руку, но под началом у тебя остаётся твоя тройка.

М-да, не забыл. И не перешёл на мою сторону. Мыслав – блюститель правил и приказов до мозга костей. Это я ещё по конвоированию меня любимого помню. Такого любителя порядка будет сложно уломать пройти дальше в лес, а если я буду настаивать, то он вполне может попросту связать и отправить к воеводе на суд, мол, этот солдат хотел нарушить непосредственный приказ начальства, прошу карать его беспощадно, чтобы у таких же буйных выбить всю дурь из головы. А то, что такой приказ будет, я даже не сомневался.

– Поиски осуществлять вдоль берега, – словно прочитав мои мысли, сказал Крост, – в глубь чащоб не заходить. Лишние потери нам не нужны. Только если будет ясно, что пропавшие за каким-то лешим отправились туда, представляется возможным немного пройти по их следу. Но чтобы успели вернуться дотемна. Это не позволит вам далеко зайти. Дело это серьёзное. Такого давно не было, чтобы весь отряд не вернулся. Раньше только члены отряда пропадали, а тут… что-то странное. На субров спирать всё глупо, те боятся леса как огня. Так что надо быть осторожными. Выход назначаю на раннее утро завтрашнего дня, дабы успели подготовиться. Вопросы есть?

– Есть, – вопреки ожиданию ответил я, – возможно ли мне свою тройку усилить одним одарённым и парой воительниц? Разумеется, по их собственному желанию.

Ясное дело, воевода прекрасно понял, о ком идёт речь. Да никто и не скрывал этого. Лиза однозначно сама бы начала упрашивать отца отпустить её на это дело. Так что я просто опередил события. Только вот господин воевода, похоже, был не в восторге и не хотел отпускать свою дочь куда-то после всего случившегося. Страх потерять своего единственного ребёнка так и читался в глазах этого сурового дядьки.

– Ты же сам сказал, что никто не будет заходить далеко в лес, – осторожно заметила Лиза, которая тоже поняла замешательство своего родителя, – там никакой опасности не будет. Тем более там предполагается очень много дружинников. Полусотня – это немаленькая сила. Мы же не будем заходить вглубь леса?

Этот вопрос уже адресовался моему временному командиру. Эх, чувствую, мне сложно будет привыкнуть к такому. До этого я, считай, на равных с этим полусотником говорил. А теперь придётся соблюдать какую-никакую субординацию. Иначе могут возникнуть конфликты на ровном месте. Похоже, мне действительно не стоило пытаться убедить воеводу в своей правоте, а просто уйти по своим делам в лес – и всё. Ну, твари лесные угнали вглубь, бывает. Правды бы никто не узнал, если со мной бы пошли только верные мне люди.

– Ясное дело, по-другому и быть не может, – чётко и размеренно прогудел Мыслав, который уже в уме прикидывал, что потребуется сделать для организации пускай и непродолжительного, но похода, – поддержка пары хороших стрелков нам не помешает. Да и одарённый в таком месте, как этот проклятый лес, может сыграть нам на пользу.

– Хорошо, – сдался Крост, – будь по-вашему. Но чтобы все действовали так, как вам предписано. В противном случае разбираться будем с провинившимися по-другому.

А это, похоже, уже намёк для меня. Ну что ж. Я услышал и всё понял. Только вот что же мне всё-таки делать?..

Мой процесс подготовки ограничился проверкой амуниции и оповещением всех членов моей небольшой группы. Парней из тройки я нашёл тут же. Оба были обрадованы очередному заданию. Как-то так сложилось, что почти после каждого такого совместного приключения каждый из членов команды умножал свой капитал. Сомневаюсь, что этот поход сулит нам всем какую-то материальную выгоду, но кто его знает? Всякое бывает: быть может, тот же Иван запнётся и случайно упадёт в яму с сокровищами. Думаю, никто не будет сильно этому удивлён. Особенно после того, как нам выплатили премии.

Лизу само собой оповещать не надо было. Что касается второй воительницы, то тут она сама вызвалась подобрать подходящую для нашей компании лучницу. Но думаю, она возьмёт с собой свою закадычную подругу Сару. Тем более они обе уже бывали за рекой и не раз. По крайней мере не будут бояться каждого шороха и вполне адекватно смогут подстраховать своей скорострельной стрельбой, коли на нас навалятся твари.

Присутствует единственное затруднение. Придётся заранее предупредить Мыслава о второй воительнице. Это требование он сам выставил нам, мотивируя тем, что командир отряда должен сам отбирать своих подчинённых. Хотя вроде как ему подчиняюсь только я, и должно действовать правило: вассал моего вассала – не мой вассал. Но да ладно, не думаю, что он захочет лишиться умелого воина чисто из-за плохого настроения. Я уже успел немного изучить этого лысого дружинника, и он не произвёл на меня впечатление зазвездившегося от своей должности индивида. На крайний случай попросил Лизу подобрать запасные варианты, а то мало ли.

Единственный, кто был не в восторге от предстоящего похода, – это Славка. Тот нисколечко не горел желанием подорваться прямо сейчас и ринуться в жерло вулкана. А именно так он и представлял наше задание от господина выборного воеводы. Мой друг словно каким-то местом чуял, что всё должно случиться не так, как предсказывает Крост. Но тут скорей всего дело в осведомлённости младшего служителя богов о моих целях, но как именно их достичь, я пока не придумал, что уже и успел высказать Славке.

– Я не знаю, чем тебе в этом помочь, – помотал рыжей головой мой друг, – зато могу сказать другое. Мне удалось найти упоминание о том, что ритуал избавления или упокоения, называй как хочешь, лучше всего провести на рассвете. Когда ночь отступает, а день только набирает свою силу. Это странно, я ни разу не находил ещё ритуалов, привязанных ко времени суток, но раз так говорится…

– Значит, так и сделаем, – закончил за него я. – Как раз выступать будем поутру, так что мы просто встанем пораньше и уже разберёмся с этой напастью. А то отправляться неизвестно куда, зная, что тебя жаждет убить неубиваемый, доставляет массу неприятных ощущений.

– Да, да… Я с тобой согласен… Дело только в том, что я уже не уверен ни в собственных силах, ни в прочитанном. Слишком много обрывков. Информация собирается из разных источников. Понятия не имею, для чего такое могло кому-то понадобиться. Хотя, возможно, просто никто не систематизировал знания о подобных вещах из-за невостребованности. Поэтому вполне возможно, что где-то в хранилище есть ещё упоминания о неупокоенных…

– Ерунда, – сказал я и похлопал по плечу одарённого, – ты же и так перерыл целую гору копий свитков. Думаю, полученной информации вполне достаточно. Да и если что-то неправильно сделаем… разве может от этого непоправимое произойти? Вот и я о том же. Ничего не будет. Просто всё останется так, как было. Всё равно другого пути нет.

– Наверное, ты прав… – со вздохом произнёс Славка и начал убираться в комнате. Свитки он раскладывал в только ему известном порядке. Ну а потом, как я понял, он собирался произвести подготовку к рассветному обряду. Помогать ему не стал. Да и нечем, только помешал бы. Ведь я абсолютно ничего не знаю, и это может привести к ненужным затратам времени.

После того как я оставил приятеля заниматься своими делами, мой путь лежал в сторону пристани. Насколько мне удалось узнать от Игоря, там уже шла погрузка на наши новые ладьи под предводительством Варога. Он где-то успел приобрести все четыре ладьи. Конечно, они не новые – на их постройку потребовалось бы куда больше времени, – но и не старые развалюхи. Вполне достойные суда, готовые послужить своим хозяевам ещё долгие годы. Производить осмотр ладей было некогда. Мне был нужен сам купец, дабы сообщить ему о своём недавнем приобретении в виде подворья с многочисленными складами.

Глава 17.

Я стоял в центре разноцветного изображения, которое было нарисовано не пойми чем у меня в комнате прямо на полу. Почему я не знаю? Да потому что, когда меня выдернули из сна, не дав насладиться последним часом спокойствия и умиротворения, то здесь уже всё было вот в таком виде. Многие вещи куда-то успели подеваться, тем самым расчистив значительную часть небольшого помещения, но, судя по торчавшей из ванной импровизированной кровати Славки, я вполне могу предположить, куда делось и всё остальное. Только вот когда и как не самый сильный в физическом плане младший служитель богов перетащил всё это? Пожалуй, эта загадка будет меня мучить ещё долго, а спросить попросту не хватает наглости.

Всегда немного робеющий и не вызывающий страха Славка, в данный момент излучал какую-то силу. Её я чувствовал чуть ли не кончиками волос на теле. А его лицо было настолько нетипично отстранённым, что у меня возникали вопросы о его склонности к лунатизму. Опровергало эту версию лишь то, что он, разбудив меня, сразу принялся объяснять, что к чему и какие действия ожидаются от меня. Сам он, похоже, и вовсе не спал. Мне даже как-то стыдно стало перед ним: я даже не заметил, что друг не собирался ложиться спать и готовил всё для моего блага. Вот как после такого спокойно смотреть в его глаза и не мучиться от чересчур надоедливой совести? Правильно, никак. Но оно и к лучшему: дольше помнить буду то, что для меня делает этот, безусловно, умный человек.

Рисунок на полу, кстати, можно сказать, был составным. Как бы поверх одной картинки была наложена другая. Без понятия, каким образом Славка это сделал, но так оно и было. Сразу бросалось в глаза, что вначале было изображено что-то вроде солнца. Причём чём оно почему-то было не жёлтым, а алым. Словно оранжевый цвет смешали с красным, и получилось вот это. И нет, это был не коловрат, сомневаюсь, что его тут знают. Обычное солнце в виде круга с треугольниками. Ничего странного и необычного на первый взгляд. Вот только если сместить угол зрения немного влево, то на фоне огромного солнца проступит белоснежный круг. Только исходя из логических соображений можно было принять его за луну. В ином случае, без подсказки, на заднем фоне его спутать со снежным комом было проще простого. А так, получалась очень даже интересная иллюзия. Если смотреть прямо или справа, будет виден дневной символ, а сместившись немного влево, перед нами предстанет символ ночи.

– И что мне делать? – спросил я у расставлявшего вдоль края изображения по очереди алые и белые свечи Славки. Где он взял свечи такого цвета, свечи в моём мозгу даже предположений не было. На мой вопрос же он отвечать не стал, лишь выпрямился и поднёс указательный палец к губам. Ну что ж, не дурак, понял, буду молчать.

Младший служитель богов же закончил выстраивать свой инвентарь и после этого протянул мне самый обычный нож. Если я не ошибался, мы им хлеб резали. Дальше Славка на какое-то время пропал в ванной комнате. Оттуда доносились лишь подозрительные звуки. Через пару минут он вышел ко мне, держа на вытянутой руке чашу с человеческим сердцем. Видно было, что ему только от одного вида становится дурно, но мой друг держался. А чего ему стоило вырезать этот орган, я не представляю, хотя он уже изучал внутренности своего подопытного. Подготовился, наверное. Ну хотя бы крови не было, и это несомненно являлось большим плюсом. Не хотелось бы перед самым отплытием оказаться в кровавых пятнах. Люди не поймут.

– Когда я кивну, резани по своей руке так, чтобы кровь в достаточном количестве попала на сердце, – наконец-то подал голос Славка, ставя в центр рисунка свою ношу. Мне такое соседство несильно понравилось, но возражать я не посмел. Как и не посмел спросить: «А что считается достаточным количеством?». Ну да ладно, поди разберусь, или тот же Славка даст мне знак. Всё лучше, чем испортить обряд лишними речами.

Встав на колени, Славка расположился прямо передо мной. Наверно, чтобы я не пропустил его знака. Ну или другое какое правило было, этот аспект пояснять мой друг не стремился.

Началось монотонное бормотание. Слов я не понимал, да мне и не хотелось. Голова была забита лишь одним: «Хоть бы получилось!». Но от меня тут, похоже, мало зависело, так что пришлось отдаться в руки судьбы, дабы она рассудила всё, желательно в мою пользу. Я порядком подустал стоять и слушать бессмысленную речь. Вокруг ничего не происходило, лишь Славка становился то бледным, то красным, как помидор. В какой-то момент я даже заволновался за него: такие кульбиты для здоровья далеко не полезны, и даже появились мысли об остановке всего процесса. Но в следующее мгновение свечи зажглись сами собой, не одновременно. Вначале белые и лишь потом алые.

Пламя свечей не стояло просто так. Подчиняясь словам моего юного друга, оно то поднималось ввысь, то опускалось. Могли изменяться и не все вместе. В каких-то случаях правая сторона становилась ниже, а вот левая словно отделялась от свечей и начинала гореть прямо в воздухе, используя в качестве топлива один лишь кислород. Так как всё это сопровождалось различными жестами одарённого, то в голову приходили странные ассоциации. Например, мне захотелось сравнить всё это действие с оркестром. Славка действительно выглядел как заправский дирижёр, ему не хватало только идеального костюма. А так мятая одежда не сильно впечатлила бы искушённого зрителя.

Младший служитель богов сделал жест, как будто кого-то поймал, и скрючил пальцы, пытаясь не раздавить невидимую для меня сущность. Вслед за этим соседние огоньки переплелись в бело-алые нити и вытянулись вверх. Надо отметить, что подобные манипуляции совершенно не отдавались жаром. То есть мною, стоящим непосредственно в центре всего представления, совершенно не ощущалось тепло; даже пару раз по спине пробежали мурашки от небольшого сквозняка из-за открытого окна.

После того как огненные нити перестали расти и соединяться, образуя замысловатые ленты, я конкретно поплыл. Нет, на ногах мне удержаться удалось, но видимость стала почти нулевой. Глаза словно туманом заволокло. Всё было настолько мутным, что я даже не мог различить отдельные источники огня. Всё смешалось в одну горящую стену. Вот тут меня откровенно охватила паника. А как иначе? В голову начали пробираться нехорошие мысли о том, что всё пошло не по плану и я теперь навсегда останусь с таким зрением. Да я даже Славку видел каким-то разноцветным комом, лишь интуитивно отделяя то или иное пятно как определённую часть тела.

***

Силы уже были на исходе, а обряд был только в самом разгаре. Славка и сам не понимал, почему так произошло… наверное, это его вина. Чересчур много вложил в подготовительные слова ритуала, но они были необходимы. По крайней мере, это он так считал. В свитках же подобные нюансы описывались как меры предосторожности. Каждый одарённый решал для себя сам: перестраховаться и подготовить предварительную защиту или рискнуть и пойти, можно сказать, голым в такой опасный эксперимент. Ну, Славка никогда не любил подобных развлечений, экстрим для него был чем-то непонятным. Поэтому он выбрал первый вариант. Но, похоже, перестарался.

Когда пришло осознание, что сил больше нет, одарённый решил позаимствовать их у Матвея. Ведь хоть у того и не получались сложные заклинания, но резерв был отличным. Эта странность не раз поражала его, но расспросить было не у кого. Тот же Бажен лишь плечами пожмёт. Такие вещи его редко стали интересовать. Хотя говорят, раньше он был другим…

Плетение огня младший служитель богов уже проводил с помощью силы Матвея. Это оказалось довольно лёгким способом. Почему-то таким образом тратилось намного меньше энергии. Славка даже воспрянул духом и немного восполнил свой собственный запас, а то даже встать будет проблематично с истощённым резервом. Совсем капельку, но эта капелька позволила одарённому вновь нормально мыслить, а не на автомате продолжать обряд. Вот уже огненные петли начали смыкаться с противоположными, образуя таким образом нечто вроде клетки. Ещё немного и… всё! Пора! И Славка кивнул заточённому в центре Матвею. Только вот тот никак не отреагировал, более того, он смотрел как будто сквозь него, сквозь Славку. Младший служитель кивнул ещё раз, потом ещё и ещё…, но всё было безрезультатно.

«Он что, ослеп?!» – промелькнула паническая мысль в голове одарённого.

***

«Так, Матвей, тише, тише, успокойся! Паника никого и никогда до добра не доводила. Подобный подход к трудностям неимоверно ведёт к краху, тебе ли не знать», – разговаривал я сам с собой мысленно. Вслух даже и не пытался что-то сказать. Как бы ни было страшно, говорить во время какого-то ритуала – это та ещё глупость. Ещё дополнишь его своим необдуманным поступком и будешь потом расхлёбывать ситуацию. А оно мне надо? Правильно, нет. Вот и терпи. И вообще, чего это я ною? Уж это всё не страшнее того, что мне пришлось увидеть в этом мире. По крайней мере, не страшнее человеческой смерти. Наверное, это сам обряд так давит на психику, что-то вроде испытания. Ну или подобное ему. Да, точно, буду думать именно так, а там – как получится. Тем более, если бы и случилось чего не по плану, Славка уже подал бы знак или остановил это эпохальное действие. А так, похоже, всё идёт как надо. Ну подумаешь, всё мутное, словно через грязную воду смотрю. Главное – друга-мага разглядеть в нужный момент.

Эм… вот эта двигающаяся часть пятна похожа на его руку…, да, точно рука. Вон и приближается, что-то делает вроде пальцами. Надеюсь, ничего неприличного он мне не показывает, пользуясь моментом. Конечно, с его точки зрения это было бы забавным, но вот с моей – абсолютно нет. Так, раз это рука, то чуть выше – голова с рыжим пятном наверху. Был бы он брюнетом, наверное, разглядеть его было бы сложнее, а так есть ориентир. Хм… рыжее пятно опустилось вниз и поднялось обратно… Это он кивнул или нет? А почему несколько раз? Договаривались же на один! Может, часть ритуала… Славка, ну чего творишь! И что мне делать? Резать руку, не резать… вдруг ещё рано, а это он свои колдовские штучки продолжает творить. Ещё помешаю. Хотя, если бы это была часть обряда, уже произошли бы изменения. Почти каждый жест с его стороны вносил их в контур огня. А тут – статичность.

М-да, вот это дилемма. Ошибись я сейчас – и всё, пока, Матвейка, ещё разок. Вряд ли тебе подобный шанс дадут. Везение – оно ограниченное. Да и давал ли мне его кто-то? Может, это я сам, такой упрямый, не захотел в темноте прозябать. Ну да ладно, это, конечно, очень интересная тема для размышлений, но всё же надо решать, что делать. Ведь других сигналов Славка не подаёт. Хм, хотя стоп, кто там меня сюда притащил? Боги – по просьбе сидящего передо мной одарённого. Ну, раз они всё-таки есть, то вполне вероятно, могут и тут помочь.

Поглядев внимательно на ножик, естественно, насколько мне позволяло зрение, я мысленно прикинул разумность своей задумки. Хотя других, собственно, способов выхода из ситуации в голову как-то не приходило. А способ был абсолютно прост. Воткнётся в пол лезвие ножа – значит, я начинаю свою часть обряда; нет – значит, пока рано. Вроде бы и странное решение, но если тут есть боги, то разве не подобными методами надо пытаться с ними общаться? Пускай помогают, раз втянули меня во всё это, да и вообще, они мне вроде как должны.

Глубоко вздохнув и мысленно воззвав к местному пантеону богов, я несильно подбросил вверх свой ножик. Как всегда в подобных моментах, всё тянулось очень медленно. Чересчур медленно. Мне даже стало не по себе от этого ощущения. Словно вокруг густой кисель, и в этом напитке сила притяжения изо всех сил старается заставить упасть обычный ножик. Несколько раз перекувырнувшись в воздухе, ножик упал лезвием вниз. Только почему-то не было слышно удара. Присев, чтобы получше рассмотреть причину, я чуть ли не выругался. Ножик пробил стоящее на полу сердце того живого мертвяка. Вот какого божественного недоразумения я не поднял эту злосчастную чашку? Мог же догадаться! М-да, плоховато соображать стал в критических ситуациях ты, Матвей, ой плоховато. И что теперь делать? Ну, чисто теоретически, лезвие внизу, и можно решить, что какие-то боги разрешают мне проливать свою кровь. Может, даже это они и подстроили подобный финт с проткнутым сердцем, дабы скорректировать наше таинство в правильное русло. Но какова этого всего вероятность…

«Ай, была не была!» – зло воскликнув про себя, я чуть ли не с ненавистью выткнул нож из сердца давно умершего противника и резанул себя по ладони.

«Вот ведь… больно-то как… мог бы и легонько чиркнуть, поди хватило бы. Пересмотрел фильмов, похоже, из своего времени. Там же одни показушники…», – морщась от боли и проклиная влияние двадцать первого века, я поднёс быстро краснеющую руку к чаше и немного встряхнул, чтобы не ждать, когда капли крови соизволят упасть на нужное мне место.

Следующие пару секунд прошли для меня как в вакууме. Звуков вообще не было, а уши заложило так, будто бы я погрузился на многометровую глубину не самого чистого водоёма. В глазах стояла рябь. Та самая, чёрно-белая, словно я смотрю в телевизор, на котором нет сигнала, да и не предвидится. Не хватало для полного комплекта ещё и онеметь всем телом, но, хвала местным богам, данная участь меня миновала. Хотя лучше бы я вообще ничего не чувствовал. Потому что мою порезанную руку охватил страшный зуд. От такой напасти я даже на миг позабыл обо всех остальных дефектах восприятия окружающего мира. Повезло, что это продлилось недолго.

Не успел я и руку поднести, чтобы пощадить свои нервы и наконец-то почесать бедную ладонь, как всё вернулось на круги своя. Ну почти. Когда моё зрение восстановилось, вокруг уже не было того странного пламени, лишь расплавленные свечи валялись, что было очень странно, потому что жара от огня вообще не было.

А вот и Славка стоит передо мной и тревожно осматривает своего непутёвого друга на предмет внешних изменений. Причём делал он это так, словно в его глазу скрыт самый настоящий рентгеновский аппарат. И по ощущениям, он находился именно в правом. Не знаю почему, просто уж больно странно он светился в лучах солнца, что пробились к нам через открытое окно.

Младший служитель богов что-то говорил. По крайней мере его рот то и дело открывался, а жестикуляция рук выдавала крайнюю возбуждённость его речи. Немного постояв и посмотрев на это немое кино, я встряхнул головой. И лишь тогда постепенно, словно кто-то прибавлял звук, я начал разбирать слова приятеля.

– …с тобой было? Ты зачем проткнул сердце? – донеслось до меня окончание такого несомненно интересного монолога.

– Сердце? Какое сердце…? Ах, да… – до меня не сразу дошёл смысл услышанного. Но когда мой уставший мозг решил начать работать, я посмотрел на то, что осталось от злополучного органа. А осталось там мало. Один лишь пепел серой кучкой лежал и не реагировал на лёгкий ветерок, гуляющий по полу.

– Не знаю, – наконец честно ответил я, – это случайно произошло. В какой-то момент я плохо видеть стал и вот решил выйти из ситуации таким вот образом. Была бы при себе монета, то использовал её, но пришлось обходиться лезвием ножа. Иначе я так и не решился бы пролить кровь. Да, кстати, надо бы перевязать рану.

– В этом нет необходимости, сам посмотри, – пресёк мои начинания хмурящийся Славка. А я начал изучать продолжавшую чесаться руку. Ну что тут можно сказать. Порез почти затянулся. О полном исцелении тут говорить не приходится, кое-где всё-таки присутствует риск попадания грязи в рану, но в целом сам процесс мне понравился.

– Всё получилось? – озвучил я, наверное, главный вопрос, который должен был задать самым первым.

– Вроде бы да, – неуверенно ответил Славка, – во всяком случае, твоё незапланированное изуверство над неупокоенным никак не повлияло на последующий обряд. Сердце сгорело, всё прошло, как надо.

– Так может быть, не будем гадать, а проверим голову? – озвучил я вполне здравое соображение.

Славка лишь кивнул и отправился в импровизированную душевую, где в свою очередь протянул руку под ванную. Я только хотел высказать своё негодование по поводу такого своеобразного и, что греха таить, аморального места хранения отрезанной башки, как в горле встал непроходимый ком.

– Да, всё однозначно получилось, – продекларировал младший служитель богов, держа в руках отрубленную голову с чёрными провалами вместо глаз, рта и носа.

Глава 18.

Меня охватило чувство дежавю, когда сразу после утренней зари мой отряд отправился на ладьях в сторону противоположного берега огромной реки Великой. Только на этот раз ладья была далеко не одна, и даже не две, и не три. Отошла от берега целая малая флотилия под командованием полусотника Мыслава. Да, конечно, полусотню можно было бы разместить всего на паре, максимум на трёх судах, но это при условии отсутствия на них команд. А так получалось, что под рукой Мыслава намного больше людей, чем заявлено изначально. Впрочем, у меня была такая же ситуация при набеге на субров.

Среди небольшой группы провожающих был, конечно же, сам воевода. Мне он ничего особенного не говорил, лишь пожелал удачи, и то, мне кажется, это было сказано за компанию, ведь рядом стояла Лиза, его дочь. Обстоятельная же беседа у выборного воеводы была с нашим временным предводителем. О чём они говорили, я толком и не услышал, но кое-что я всё-таки умудрился выцепить из их разговора, проходя мимо.

– …Береги людей, у нас и так в последнее время чересчур большое количество погибших. Пропавших, конечно, жаль, но мы не имеем права ещё больше ослаблять нашу боеспособность. Только не сейчас, когда на севере происходят странные события, – вполголоса наставлял Мыслава многоуважаемый Крост.

Конечно, слова неутешительные, но я в какой-то момент даже стал благодарен воеводе за то, что отстранил меня от командования всем отрядом в этой небольшой экспедиции. Не знаю, смог бы я вот так поверхностно осмотреть местность и уйти, зная, что где-то, может быть, ещё находятся живые люди из той группы травника. Ясное дело, это маловероятно, но всё же. Так что меня бы просто совесть замучила. А полусотник – человек практичный и исполнительный. Ему сказали сделать вид поиска, он и сделает. Ни больше ни меньше от этого.

– О чём задумался? – спросила у меня Лиза, параллельно беря меня за руку.

– Да так, думаю, что делать теперь и как выходить из ситуации, – задумчиво ответил я ей.

– Не переживай, прорвёмся. Может, повезёт и удастся найти причину отдалиться от всех остальных, как в прошлый раз. Конечно, такому большому отряду та стая зувров не смогла бы причинить большого вреда, но для того, чтобы разделиться, вполне достойная причина была бы. Лишь бы эти твари не испугались, – проговорила девушка и одной рукой прикоснулась к моей щеке, заставляя посмотреть на неё, – всё получится, не переживай. На крайний случай можно и с отрядом травника напроситься в следующий раз, да, это будет долго, но лучше, чем ничего.

Какое-то время я стоял и смотрел в её зелёные глаза, осмысливая только что сказанное. Что-то в её словах заставило мои мозги бурно работать. Но я никак не мог понять, что именно. Мысль словно летала рядом со мной, и я никак не мог ухватиться за неё и довести до логического умозаключения. У меня даже в висках закололо, но взгляда от зелёных глаз я не отвёл. Не знаю почему, но они действовали на меня успокаивающе, заставляли не сумбурно думать обо всём вместе, а сконцентрироваться на определённой теме. Конечно же, это помогало, но я всё никак не мог понять…

– Лиза, ты гений! – громче, чем следовало, сказал я и порывисто обнял девушку, которая лишь сдавленно пискнула. На нас, конечно же, начали коситься окружающие. Пришлось поубавить пыл, а то бы донесли полусотнику о странном поведении некоторых лиц. – Ты даже не представляешь, какая ты молодец!

– Эм, это ты о чём? О следующем разе? – улыбаясь, уточнила Лиза, которой, похоже, даже понравилась моя порывистость. Эх, если бы тут были отдельные каюты…

– Что? Да нет. Я о зуврах. Они вполне могут стать причиной нашего отделения от основной массы. А чтобы они точно напали и не побоялись, надо их как-нибудь подтолкнуть к действиям, – заговорщицким голосом проговорил я.

– Но как это сделать? Ты разве знаешь особый способ?

– Я – нет. Но зато я знаю одного очень умного молодого человека, который однозначно сведущ в подобных вещах, – ответил я и посмотрел на что-то читающего Славку.

Лиза, проследив за моим взглядом, понимающе кивнула, и мы оба отправились к нашему двуногому кладезю знаний, благо он сидел наособицу, чтобы никто не мешал в его возвышенных делах. Хотя, судя по его рассеянному взгляду, этот жук только делал вид, что читает, на самом деле он о чём-то думал, возможно, совсем не об учёбе или всяких там ритуалах. Но благодаря созданному антуражу, младшего служителя богов никто из членов команды и нашего отряда не рискнул тревожить. Ну, кроме нас двоих.

– Не помешаем? – спросил я у Славки, садясь около него, краем глаза отметив, как Иван пытается подкатить к грозной воительнице Саре, которую всё-таки взяли в отряд. Лизе даже не пришлось её долго уговаривать. По её словам, той было скучно просто так торчать в поселении. Хотелось настоящего дела. Вот и согласилась на предложение подруги, ни минуты не сомневаясь. Только вот, судя по кислому лицу и по взгляду, которым она одаривала надоедливого дружинника, Сара уже успела пожалеть о своём поспешном решении. Игорь же стоял в сторонке и наблюдал за разворачивающейся сценой с лёгкой улыбкой, даже не пытаясь вразумить своего приятеля. Не удивлюсь, если узнаю, что это именно он надоумил Ваньку приударить за воительницей.

– У нас к тебе серьёзный разговор есть, не терпящий отлагательств, – заявила Лиза, садясь по другую сторону от одарённого. Бьюсь об заклад, что она это сделала, чтобы наш источник информации не попробовал сбежать.

Славка же медленно закрыл свой фолиант, который, судя по всему, сделал сам, соединив все сделанные мною копии, и с подозрением посмотрел на нас обоих.

Донести свою мысль до одарённого проблем не составило. Единственное, пришлось разговаривать как можно непринуждённее, дабы не привлекать лишнего внимания. Думаю, у нас получилось. Во всяком случае та часть полусотни Мыслава, что находилась с нами на ладье, никак не проявила заинтересованности к нашему разговору. Конечно же, они могли делать только вид подобного поведения, а на самом деле ненавязчиво присматривать по приказу своего командира. Но тут уже я никак не мог им препятствовать. Попросту не имел такой возможности.

– Я, конечно, всё понимаю, я вообще понятливый человек, но почему вы ко мне обратились с этим? Не спорю, задумка неплохая, но мне не подчиняются твари проклятого леса, – закатив глаза, сказал молодой одарённый после того, как мы с Лизой замолчали.

– Ой, да брось, – отмахнулся я от замечания Славки, – ты прекрасно понял, о чём я. И нет, у меня не было мыслей, что ты силой воли способен повелевать этими псинами. Я понимаю, что тебе неохота ввязываться в подобную авантюру и идти в долгое путешествие. Это ещё было понятно по прошлому походу на субров, но мне очень надо, и я почти уверен, что тебе известен способ, как натравить на нас тварей.

Младший служитель богов недовольно поморщился. М-да, я был абсолютно прав, когда говорил, что набега на субров ему хватило с избытком. Для этого времени Славка был довольно мирным человеком и предпочитал набираться знаний не через практику, а с помощью заучивания пергаментов из хранилища при святилище.

– Ну как одарённый я вам помочь совершенно ничем не могу, – неохотно проговорил допрашиваемый, – тут надо прибегать к мудрости травников, что изучили этот лес похлеще мне подобных. Я читал где-то, что некоторые смеси полезных трав рекомендуется приготавливать уже в поселении. В противном случае запах от получаемой кашицы странным образом манит некоторых представителей здешних тварей. К сожалению, пока люди не поняли, в чём причина подобных инцидентов, погибло немало хороших специалистов, которые просто не хотели терять время и, пока их помощники собирали нужные ингредиенты, приготавливали подобные смеси прямо на ходу, благо они в этом плане довольно просты. А самое нелепое во всей этой истории знаете что? Снадобье, которое получается в итоге от данной смеси, применяется для лечения обычной простуды.

– И такое бывает, – сказал я, покачивая головой, – ты сможешь приготовить эту самую кашицу из подручных средств? Но только так, чтобы на нас этот самый запах не остался, а только на членах полусотни.

– Теоретически могу, если соберу все нужные травы. Требуется их немного, да и не редкие они. Так что да, смогу. А вот чтобы наш отряд оградить от воздействия, тут придётся постараться. Придётся мне работать в перчатках и потом выбросить их, иначе можем привлечь к себе тех же зувров.

– Отлично. Если понадобится помощь, говори сразу, только тебе в этом случае придётся указывать, какие именно тебе нужны ингредиенты, ибо я в этом полный ноль, – подвёл я итог небольшим, но очень важным переговорам. Остальным пока рассказывать не будем, просто предупредим, чтобы держались вместе.

А вот и берег, поросший огромными деревьями настолько густо, что под их кронами даже днём постоянный сумрак. Наша ладья причалила, раздвигая прибрежный песок, немного левее от того места, где мы высаживались в прошлый раз. И это не могло не радовать. Как-то не хотелось снова попасть под воздействие потока силы. Неодарённым-то опасаться не стоит, они даже не замечают подобные явления. А вот для меня со Славкой подобная встреча может принести перенасыщение магией, а там, как повезёт. По словам того же Славки, известны случаи, когда одарённые просто лишались своей силы. Перегорали, как лампочки от высокого напряжения. И это ещё не самый плохой вариант.

Правда, попасть в них – это тоже непростое дело. Обладающие силой маги видят проплывающие мимо них потоки и уворачиваются от них, как от ветвей деревьев. Благо они, как правило, статичны и не поворачивают в неожиданных направлениях. По крайней мере, не по своей воле. Вот только я не могу это делать на постоянной основе. Мне для этого необходимо сосредоточиться и приложить немало усилий. Тем временем тот же Славка может это делать, почти не прерываясь. Почему почти? Так ведь спать тоже надо, даже одарённым. Такая вот несправедливость: хотя резерв у меня намного больше, чем у младшего служителя богов, но, как и многое другое из магических штучек, мне это либо недоступно, либо приходится сильно стараться.

Перепрыгнув через борт ладьи, я первым высадился на сушу, которая встретила меня какой-то странной тишиной. Вслед за мной высадилась Лиза, которую я поймал в полёте и тихо зашипел. В порезанной руке остро кольнуло, когда я подхватил девушку. И меня это насторожило. Она же вроде бы должна была затянуться. Точно сказать я не мог, так как на всякий случай всё-таки перебинтовал порез.

Лиза, как только я отпустил её на землю, нахмурившись, взяла меня за левую руку и перевернула ладонью вверх. Через ткань медленно просачивалось красноватое пятно, что однозначно говорило о том, что рана открылась.

– Ты же говорил, что она затянулась, – с упрёком проговорила воительница, которой я уже успел рассказать о проведённом обряде. При этом она так задумалась, что чуть ли не упустила момент, когда с ладьи спрыгнул очередной воин. Только этот индивид даже не проверил, есть ли кто на его пути или нет. Благо, я вовремя заметил и утянул нас обоих в сторону.

– Куда прёшь?! Смотреть по сторонам тебя никто не учил?! – мигом отреагировала дочь воеводы и переключилась на бедного парня, спуская на него напряжение из-за переживаний за меня.

– Эм… да я… – глубокомысленно произнёс молодой парень чуть постарше нас. Наверное, ровесник Игоря с Иваном. Похоже, ребёнка непосредственного начальства он сразу узнал и счёл за лучшее промолчать и растерянно посмотреть на меня. Бедолага искал поддержки.

– Да ладно, он же не специально, просто недоглядел. В следующий раз будет осмотрительнее, – остановил я грозную воительницу и, забывшись, снова схватил её пораненной рукой. Девушка тут же забыла о каком-то там дружиннике и вновь стала рассматривать ладонь, попутно соображая, что с ней можно сделать.

– У тебя кровь, – всё так же на высокоинтеллектуальном уровне произнёс воин. Я едва сдержался, чтобы не съязвить и не сказать: «Спасибо, я заметил».

– Вот, возьми, пригодится, – сказал дружинник и протянул мне небольшую связку чистых бинтов. Так-то каждому дружиннику было предписано иметь при себе подобную вещь. Включая и меня, поэтому мог бы и отказаться от предложения, но в данном случае этот жест был направлен на урегулирование конфликта. Так что я, поблагодарив, принял и впрямь важный элемент оснащения любого воина. Он же после этого ритуала произнёс: – Меня Сергеем кличут.

После этих слов я посмотрел на него внимательней. Невысокий, кряжистый, темноволосый воин с простоватым лицом и бородой-лопатой. Ему бы пошёл кузнечный молот да собственная мастерская по изготовлению оружия, но его судьба привела в дружину. Не то чтобы он не подходил под этот статус, но уж больно с виду он неторопливый был. Каждый его жест был чересчур размеренным, а взгляд – как у добродушного дядюшки, что пришёл и готов кутить с племянниками.

– Меня Матвеем Соколовым. Можешь просто Матвеем звать, – улыбнувшись этому добряку, ответил я и протянул руку.

– Да я знаю, – без секунды промедления Сергей пожал мою руку, – может, в поселении и не все знают тебя, но среди дружины ты личность известная.

– Даже так, – ухмыльнулся я, – можно сказать, я польщён.

Дальше поговорить нам не дали: самого дружинника позвал к себе десятник, который собирал на осмотр своих воинов. Мне же стоило озаботиться подобным, хоть и не было десятка в моей команде. А один из моих подопечных и вовсе был одарённым, который к тем же доспехам был непривычен, и необходимо было проконтролировать состояние его комплекта лёгкой брони. А то мало ли.

Когда ко мне подошли все мои воины, выяснилось, что я несколько опоздал со своими намерениями. Игорь опередил меня, уже провёл осмотр Славки и указал на замечания. Кое-где даже сам помогал их исправить, дабы не растягивать время.

Ничего особенного я говорить своим не стал. Лишь предупредил, чтобы не перемешивались с дружинниками Мыслава и держались компактно. Также предупредил, что Славка будет собирать кое-какие ингредиенты и при необходимости стоит ему помочь. В случае опасности – слушать только меня, на остальных десятников, а также Мыслава, внимания не обращать. Ведь даже воевода подтвердил наш статус как отдельной боевой единицы.

По-моему, парни о чём-то догадывались, потому что на мои наставления отреагировали весьма серьёзно и по новой начали проверять снаряжение, справедливо рассудив: если я говорю напрямую, кого слушать, а кого нет, то нам предстоит нечто большее, чем было заявлено первоначально. Ну либо у них слишком хорошо развита интуиция, которая и позволяет им предчувствовать. Всякое бывает.

Воительница Сара же была сама невозмутимость. Видать, уже успела успокоиться после настойчивого наступления Ивана и к действиям мужской части нашей команды отнеслась философски. Посмотрела, посмотрела, да взглядом попросила пояснений у своей подруги, которая полностью одобрила всё выше мною сказанное. Похоже, именно этот член отряда будет подчиняться не мне, а Лизе. Ну да ладно. Лишь бы поперёк ничего не делала.

– Матвей, – привлёк моё внимание Славка и взглядом указал на какую-то невзрачную траву, растущую недалеко от берега. На мой взгляд, она ничем не отличалась от той же травы, что росла прямо у нас под ногами, но младшему служителю богов виднее – часть от нужного.

Это краткое пояснение было полностью мною расшифровано, и я дал добро на действие молчаливым согласием, приказав остальным членам отряда подстраховать нашего одарённого в защитных перчатках.

Сам же отправился к ладье нашего временного командира, дабы получить разъяснения по дальнейшим действиям. Мой пример оказался заразительным, и вскоре уже все десятники подтянулись к полусотнику на раздачу указаний.

Глава 19.

План у Мыслава был до неприличия прост. Да его и планом-то нельзя было назвать в привычном для всех понимании. Просто определённый порядок действий, регламентирующий наши ближайшие часы. Ни тебе инструкций в случае опасности, ни в случае обнаружения следов. Даже разделяться не будем на группы, дабы не уменьшать нашу боеспособность. Просто пойдём организованной толпой сначала по берегу в одну сторону, потом в другую. На обратных путях чуть-чуть будем дальше заходить в чащобы. При этом, конечно же, все должны зорко глядеть по сторонам, чтобы не только не прокараулить возможные доказательства пребывания тут группы травника, но и гипотетической опасности. В общем, скучно, банально и неизобретательно. Строго по приказу воеводы, как я и предполагал.

Двинулись все вместе, благо сильно никто не загружал дружинников. Максимум, что позволялось взять с собой, так это местный сухпаёк в виде копчёностей и сухарей. Мой же отряд, не сговариваясь, взял с собой немного больше провианта. Благо никто на такое не обратил внимания. Мало ли что лежит у других воинов в сумках. Может, они решили, пользуясь случаем, набрать определённых растений. И то, что наш одарённый параллельно продвижению то и дело срывал какую-то траву, косвенно подтверждало эти домыслы.

Как-то так получилось, что вся полусотня разбилась на десятки, которые распределились по кругу, образуя нечто вроде круговой обороны, с полусотником и одним десятком в центре. Пришлось немного поторопиться, чтобы мне с отрядом досталось место со стороны леса, а не реки. Конечно же, воительниц мы на край не пустили. Действовали точно так же, как и в прошлый раз: трое с мечами и щитами и двое прикрывают стрельбой. Правда, я был не с мечом, а с топором. Почему-то до сих пор удобнее обращаться было с ним, чем с какой-то подозрительно хрупкой железкой. Боевой топор хотя бы выглядит внушительнее.

Хоть именно в этом месте мы проходили, защищая группу травника, места мне казались незнакомыми. Я то и дело удивлённо приподнимал брови, дивясь окружающей природе, которая настолько отличалась от того, что есть по другую сторону реки, что создавалось впечатление, будто бы это другой мир. Ну или какой-то шутник провёл невидимую черту и указал, где какая будет природа, без таких мелочей, как переходные зоны. Да чего говорить, тут из-за постоянного сумрака даже температура была конкретно так ниже. Думаю, если ночевать здесь придётся, то лучше будет, если при этом под боком разведём костёр. Иначе без тёплых вещей тут, я думаю, будет не очень комфортабельно.

Я вздрогнул, когда сверху послышалось шуршание, а потом с ветки на ветку перелетела какая-то красноватая птица. Увидев её зазубрины в форме клыков, моя рука автоматически сильнее сжалась на рукояти топора. Хотя птица вроде и не могла представлять для нас опасность в силу своих не самых выдающихся размеров. Похоже, крылатый это понимал и не стремился предпринимать какие-то активно-агрессивные действия. Вот если бы шёл один человек, то тут да – все шансы на победу были бы у твари. Многочисленными наскоками тварь бы измотала путника, а раны, полученные столь опасным клювом, думаю, приносили бы серьёзную боль. И так продолжалось бы, пока жертва не свалилась на землю.

Брр, какие-то неприятные мысли в голову лезут. Наверное, это само место на меня так влияет. И похоже, не только на меня. Вон люди из соседних десятков нет-нет да посматривают в сторону реки. Похоже, мечтают поскорее оказаться подальше от этого проклятого во всех смыслах места. Да чего на чужих воинов смотреть – мои лучницы то и дело готовились выстрелить в пролетающих над нашими головами птиц, но каждый раз отдёргивали сами себя. Не стоит давать местным обитателям повод для нападения. Рано ещё.

– Славка, ну что там? Много ещё? – нетерпеливо спросил я у одарённого, копошащегося в кустах, что были в центре нашего оборонительного круга. Делал он это в спешке, ибо знал: никто тут не даст нам остановиться и закончить свои задумки. Конечно, подобное было бы весьма кстати, но это уже из области фантастики.

– Да всё, всё, – донёсся до меня голос, и вслед за ним наружу выбрался Славка, спешно расфасовывая собранные листики. Увидев, что мы уже отошли на почтительное расстояние, дабы не создавать брешь в обороне, молодой одарённый спешно побежал вслед за нами.

– Да я не об этом. Точнее, не совсем. Я имел в виду: в целом как? – уточнил я у подбежавшего Славки.

Тот вслух говорить ничего не стал. Лишь показал два пальца. Ясно. Осталось всего пара ингредиентов, а там нужно будет придумать, как нам оставить эту «пахучку» именно с полусотней. Желательно, конечно, чтобы эта опасная и в то же время полезная штука была рядом с самим Мыславом. Тогда все остальные дружинники будут защищать его, а на беглецов или отставших обратят внимание в последнюю очередь.

С противоположного конца раздался громкий вскрик. Потом ещё и ещё. В следующее мгновение я увидел, как какая-то красная волна накатывает на воинов полусотника. Причём походило это нечто действительно на волну в океане. Она то накатывала, то поднималась обратно вверх, оставляя за собой крики. Хорошо, что эти вопли были единичны.

– Щиты вверх, прикрывать стрелков! Славка, будь рядом с воительницами! – прокричал я, стараясь, чтобы сквозь шум крыльев меня было прекрасно слышно. Да, именно крыльев. Это была та самая птичка с зазубринами на клюве. Только вот похоже, она привела подруг.

Я, Игорь и Иван подняли щиты в надежде укрыть не только себя, но и воительниц, которые начали с удвоенной скоростью пускать стрелы. Рядом стояла Лиза, которую я, собственно, и страховал. Да, я мог и сам начать выбивать эту мерзость, но боюсь, тогда некому будет защищать меня самого. Ну ничего, девушки справлялись, я даже залюбовался, смотря на то, как Лиза монотонными движениями сбивает приближающихся тварей. Всё-таки она лучше меня стреляет. Оно и неудивительно, опыта-то будет побольше.

Вот волна дошла и до нас. Воительницы тут же прекратили стрелять и прижались кто к кому. Лиза, само собой, выбрала меня. А вот Сара, к большому неудовольствию Ваньки, укрылась за щитом Игоря. К расстроенному дружиннику же пошёл наш одарённый.

Бах! Бах! Вот это ничего себе, сила у краснопёрых немаленькая! У меня даже сложилось впечатление, что они щит пробьют! Так, стоп, они что, как камикадзе работают? Хотя нет, после столкновения на пол ни одна не упала. Видать, крепкие птички попались. На всякий случай я поднял вверх свой топор и несмело стал отмахиваться от накатившей опасности. Один раз даже удалось в кого-то как следует врезать. Правда, не лезвием, а всего лишь обухом…

Птички тем временем пролетели и развернулись на второй заход. Переждав, когда эти летающие цыплята отстанут от нас, воительницы вновь начали отстреливать свои цели, но уже с куда более медленным темпом. Стрелы-то не бесконечные.

– Слава, а этих птичек не манит наша приманка? – на всякий случай спросил я. А то, может быть, пора и дёру дать.

– Нет, – помотав головой, ответил одарённый, – они не реагируют на смесь. Да и не готова она, чтобы начинать действовать. Так что это не мы. Подождите немного, попробую помочь вам слегка.

– Угу, давай, мы вроде бы и не торопимся, – проговорил я, понимая, что удрать сейчас не получится. Не привязанные к одному месту хищники могут целиком и полностью направить свой взор на более слабую добычу. Коей, несомненно, будет менее многочисленный отряд. Так что ещё рано, Матвей.

Тем временем наши стрелки уже израсходовали свои стрелы, оставили только особые, бронебойные. Жалко им стало их. И вместо того, чтобы переступить через жадность, Лиза начала забирать стрелы из моего колчана, висящего без дела. Её примеру последовала и Сара. М-да, вот так ни разу не выстрелил, а колчан уже почти ополовинили.

Стрельба перестала давать свои прежние результаты. Эти чересчур хитрые птички поняли, откуда им грозит наибольшая опасность, и начали петлять, тем самым усложняя работу нашим воительницам.

Новые вскрики боли, и несколько дружинников с грохотом упали на землю. Тварюшки умудрились своими жирными тушками подбить зазевавшихся остолопов под ноги, а некоторым даже нанесли удары клювами в области икроножных мышц. Остаётся только надеяться, что сильных повреждений удалось им избежать и не придётся кого-то нести на себе. Странно, что не слышно приказов полусотника. Хотя что тут можно придумать? Разве что построиться черепахой да методично отстреливать противника, только вот для этого придётся открыться прямо сейчас, а это может привести к новым травмам.

Красная волна вновь подобралась к нам. На этот раз, ожидая противника, я не стал надеяться на своё любимое оружие, справедливо рассудив, что в данной ситуации от него эффективности намного меньше, чем от меча. Отбросив топор, я начал размахивать над собой лезвием обоюдоострого меча, не подпуская к себе незваных гостей.

Раздалось приглушённое ругательство; повернув голову, я заметил, что это Славка морщится от боли и в то же время совершает какие-то пасы руками, держа небольшое полено. При этом он почти вышел на открытое пространство, даже стволом дерева не удосужился прикрыться от несущихся птиц. Я только хотел рявкнуть на сошедшего с ума одарённого, как он поднёс уже начавший тлеть кусок дерева ко рту и с силой подул, выбивая множество искр на подлетавших к нам птичек. И, что удивительно, множество оранжевых крупиц не опали на землю, как положено, а разлетелись над нами, как светлячки, ожидающие свои цели.

Они их дождались. Красные твари сталкивались с крупицами и почти моментально выходили из строя. Искры прилетали на перья, и те моментально возгорались, что заставляло своих носителей с испуганным криком бросаться на голую землю и пытаться сбить пламя. Только вот это не помогало, и краснопёрые горели и метались в агонии до тех пор, пока маленькие организмы не выдерживали такого испытания и не затихали полностью. Но это, на мой взгляд, не самое страшное. Более пугающее зрелище происходило с теми птицами, которым искры прилетали на открытые части тела: в глаза или лапы. Вот тут был настоящий кошмар. Издавая громкие звуки, больше походившие на скрежет металла об металл, самые невезучие твари падали и словно изнутри сгорали. Оставалась только нетронутая оболочка с провалами на месте глаз и костяными лапами. Всё это было очень жутко, но зато быстро приносило свои плоды. Похоже, поразившись потерями среди сородичей, оставшиеся в живых улепётывали от нас, бросая в нашу сторону проклятия на своём птичьем языке. Наверное, инстинкт самосохранения пересилил желание поживиться диковинной добычей. Умные птахи.

Я старался не смотреть на результат атаки одарённого, пускай и не самого сильного. Хоть я и не впервые в такой заварушке, да и с неупокоенным пришлось в одной комнате какое-то время жить, но сложившаяся картина бросала в дрожь. И, судя по характерному звуку, который сопровождается избавлением от завтрака, я такой был не один. Кому-то было ещё хуже. Некоторые даже посматривали на Славку со страхом. Хотя, чего им бояться собственного одарённого, я не пойму. Тут гордиться и радоваться надо, что среди нас есть такой вот уникум.

– Ну ты даёшь, Славка! – с плохо скрываемым восхищением сказал Иван. – А ты растёшь, приятель!

Я тихонько выдохнул. Ну, хоть члены моего отряда относятся к одарённому не как к чему-то инфернальному. Вон и остальные начали хвалить нашего спасителя. Даже Сара приобняла зардевшегося младшего служителя богов. Пускай наслаждается, парень заслужил.

– Господин Матвей, – позвал меня подбежавший дружинник, – господин Мыслав к себе вас просит, вместе с учеником Бажена.

Надо же, неужто плюшки будут раздавать? Вернее, обещать раздать по прибытии. Посмотрим.

– Сейчас будем, – ответил я посыльному и перевёл взгляд на своих, – соберите стрелы, какие ещё можно спасти. Нам они ещё могут пригодиться.

Я ошибся, когда подумал о похвальбе. Все как будто бы забыли, что только что сделал Славка. Ну, если честно, то тут было не до этого. Думаю, наше начальство даже и не заметило, кто именно прогнал тварей. Мыслав был ранен. Нет, не смертельно. Но больно, ужасно больно и неприятно. Полусотник, как и многие другие жители Кречета, предпочитал носить открытые шлемы, которые не мешали обзору. Но лицо в этом случае оставалось полностью открытым. Вот это и подвело нашего многоуважаемого человека воеводы.

Одна из птиц своим зазубренным клювом вспорола щёку Мыслава. Из-за нетипичного строения клюва рана была, мягко говоря, рваной. По сути, щёку, можно сказать, пропилили пилой, а не разрезали. Ошмётки кожи свисали вниз, через небольшие отверстия порой можно было увидеть зубы полусотника. После такого я даже и не знал уже, от чего мне больше становится не по себе: от вида дохлых птиц или от подбитого Мыслава.

Подойдя к копошащимся вокруг дружинникам, Славка понял всё без слов. Он решительным жестом отогнал чересчур надоедливых вояк, а одному так и вообще пнул по причинному месту, когда тот проигнорировал его слова. Кажется, последний был даже десятником. Такого от младшего служителя даже я не ожидал. Но его можно было понять. Для оказания помощи необходимо было место, а это стадо баранов никак этого не понимало. Видя всё это безобразие, я решил прийти на помощь другу и командным голосом попробовал разогнать толпу.

– Разошлись! – рявкнул я. – Что за цирковое представление вы здесь устроили?! Десятники, немедленно организуйте правильную оборону! Не хватало нам понести потери из-за собственной глупости!

Мой голос подействовал на окружающих, правда, десятники не кинулись тут же выполнять приказ, а все дружно посмотрели на своего непосредственного командира, который в этот момент зажимал пробитую щёку какой-то тряпкой. Только когда полусотник одобрительно кивнул, дружинники начали рассасываться и образовали что-то похожее на овал. Овал, потому что никто не хотел уходить далеко в лес, а с другой стороны был берег реки. Мои же по неясным причинам не вошли в состав заградительного отряда. Ну да, они не жалели. Внутри этой мини-крепости подбирали стрелы или выдёргивали их из тушек тварей.

– Спфавишьфя? – кое-как спросил у подходящего Славки раненый командир.

– Справлюсь, справлюсь, вы только потерпите. Будет немного больно, но зато говорить нормально сможете и не придётся возвращаться обратно, – успокаивающим голосом проговорил одарённый и достал из своего мешка иголку с нитками, – Матвей, как я начну, придержи руки господину полусотнику. Я приглушу боль, но не полностью, иначе нервные окончания могут отмереть. Так что лучше перестраховаться.

Я, кивнув, подошёл сзади к сидящему Мыславу и, по знаку Славки, который окунул в какую-то бурду нитку с иголкой, скрестил за спиной руки своего временного начальника. Через секунду молодой одарённый, приговаривая на каком-то наречии, принялся штопать полусотнику щеку. Надо отдать тому должное: кроме небольшой слезинки, он никак не выдал своей боли.

Вроде бы получалось неплохо. Кое-где Славке даже удалось применить свой дар и чуток нарастить мясо, закрывая самые большие прорехи. В общем, к концу импровизированной операции на щеке Мыслава даже краснота спала, остались лишь нити и чуть заметные шрамы.

– Швы снимать ещё рано, всё-таки рана серьёзная. Я ускорил процесс регенерации, так что долго с ними не проходите. А говорить уже можно сейчас без опаски порвать сросшиеся ткани, – наставительно проговорил младший служитель богов по завершении процесса.

– Благодарю, Вячеслав, – кивнув, поблагодарил того полусотник, а мне такое обращение даже по ушам резануло, – и не только за моё здоровье, но и в целом за всё. Мне успели донести, кто отогнал этих чересчур злых птиц от нас. Сам я, по понятным причинам, не видел. Молодец. Я обязательно расскажу об этом инциденте господину Кросту. А вот того кретина, что за какой-то надобностью швырнул в спокойно сидящего собрата этих тварей нож, ждут очень большие неприятности…

Ах, вот оно что! А я-то думал, что им просто захотелось деликатесов… значит, они за своего мстили. Ну да ладно, нет худа без добра. Зато теперь у Славки есть вполне легальная причина для посещения Мыслава. За раной же присматривать надо.

Глава 20.

– Почему мы бежим в противоположную сторону?! Там же всего пара зувров, мы с ними с лёгкостью справимся! – на ходу, с небольшой одышкой, кричит мне дружинник по имени Сергей.

Все остальные хранили полное молчание, пытаясь не сбить дыхание. А двое из отряда так вообще глаза закатили.

– Тебя никто и не тащил за нами, – не выдержав, всё-таки ответил Иван на претензии залётного члена нашей небольшой банды.

По сути, так оно и было. От того места, где приняла бой наша экспедиция с пернатыми налётчиками, мы прошли ещё примерно часа два. Расстояние на самом деле так себе, даже в самый первый раз мы намного дальше заходили. Но Мыслав решил иначе и приказал отправляться в обратный путь, лишь ненамного пройдя глубже в лес. На мой взгляд, полусотник просто опасался нового подобного нападения с воздуха. Стрелков в отряде мало, большинство полагалось на меч и щит. Даже самострелы не стали на себе тащить, оставив их на ладье. Большое упущение, по-моему, со стороны командования. Хорошо, что тут не я отвечаю за все возможные неприятности, которые могут после этого последовать.

Не без помощи глазастых воительниц, но Славке удалось отыскать недостающие компоненты. Как ни странно, некоторые представляли собой обычную кору. Расспрашивать я не стал, уж информацию о местном лекарстве от простуды и кашля я смогу узнать в какое-нибудь другое время. Сейчас же я пристально искал следы присутствия тех, кто нам был нужен в этот момент. Парочка звериных троп нам встречалась, да вот только они были в чересчур запущенном состоянии. Трава пробилась через твёрдый наст, кое-где начали подниматься ростки деревьев, которым всё равно не суждено увидеть яркий солнечный свет.

К Мыславу младший служитель богов уже подходил и совершал осмотр на предмет раскрывшейся раны или неправильно заживающих тканей организма. Поэтому и в этот раз Славку легко пропустили, когда тот смешал последние ингредиенты и поспешил осматривать своего больного. Оставить след сборной солянки из местной флоры на самом полусотнике и на его приближённых было очень легко. Славка просто не снимал свои перчатки, которыми и замешивал специальную кашицу. В общем, не пришлось даже ничего подкидывать, и тот этап прошёл просто идеально. А вот дальше уже нельзя было сказать, что всё в этой жизни даётся легко. Кое-где приходится поработать не только мозгам.

Мы хоть и ожидали нападения искажённых псин, но вот никак не со стороны ладей. Стая появилась довольно неожиданно. Игнорируя обнажённые мечи, она ломанулась на столь притягательный запах. Славка еле как успел снять свои перчатки и выкинуть их вместе с банкой смеси поближе к центру отряда.

Первая волна была отражена с лёгкостью. Безмозглые твари пытались прорваться к командованию, не обращая внимания на удары в бока и спину. Да чего там, они даже не издали какого-либо звука, когда их глаза закрывались навсегда.

А вот остальные, похоже, более старшие особи, были уже намного осмотрительнее. Их также тянуло к непонятному источнику услады носа, но рваться через вооружённых дружинников они не стали. Дождавшись подхода подкрепления, зверушки начали пытаться отделить большую часть воинов от центра, чтобы обезопасить себе путь. Началась свалка. Выстроиться в единую формацию, к счастью для нас, никто не успел. Да и не смогли бы мы из-за огромного количества растительности. Думаю, большой беды в том нет: всё-таки противостоят нам не огромные волки, а собакоподобные хищники, которые достают максимум до колена взрослому воину. А учитывая хорошую броню, то даже ранить зуврам будет очень непросто дружинников. Так что в этом плане моя совесть была полностью спокойна.

Пользуясь всеобщей суматохой из-за свалившейся на нашу долю пары сотен тварей, по моему сигналу мой отряд начал неспешно продвигаться вглубь леса. Конечно, мы делали вид, что нас теснят, хотя нашим стрелкам я запретил вступать в бой. Незачем, может, потом пригодятся стрелы. Тут-то к нам и присоединился ещё один дружинник, похоже, решивший, что с нами ему будет куда проще отбиться от незваных гостей. К нашей стене щитов присоединился Сергей. От своего десятка его оттеснили, а в одиночку против троих тварей было несподручно биться. Прогонять мы его не стали. Да и не заметил я его сразу. Как-то это прошло мимо моего взгляда. Ну стало больше щитов в нашей шеренге, что тут такого, бывает. Даже в голову пришла мысль, что это Славка поднял обронённый кем-то щит и начал нам помогать. Но нет.

Когда мы отошли на достаточное расстояние, чтобы нас скрывали заросли от основного места происшествия, я приказал всем бежать в лес. Абсолютно все подчинились. Ну, про своих я даже и не сомневался, хоть и не все из них знали мои цели, а вот за каким таким делом здоровяка Сергея к нам понесло… вот тут возникали вопросы. Возможно, он подумал об обходном манёвре, как и непосвящённые в мои дела члены отряда.

Не только Сергей понёсся с нами, но и парочка зувров. Похоже, инстинкт охотника переборол непонятный запах, и они решили не упускать убегающую от них добычу, которая явно их боится, раз даже не пытается дать отпор. Бежать пришлось достаточно долго. Необходимо было увести отряд от звуков бойни, чтобы нас ни в коем случае не выследили. Причём чём не только зувры, но и полусотня Мыслава. А в том, что они отобьются от наглых тварей, даже не возникало сомнений.

Примерно минут через десять после неудобных вопросов левого дружинника мы перестали слышать происходящее на берегу. Немного пробежав дальше, я резко развернулся и, играя на опережение, кинул топор в морду одного из преследователей. Получилось неплохо, топор попал точно в цель. Всё-таки за последнее время я неплохо научился обращаться с таким нужным инструментом.

Второго зувра приняли на себя быстро сообразившие Иван и Игорь. С двух сторон они просто продырявили тварь, которая по инерции собиралась пробежать ещё дальше. Надо сказать, что сделали мы это вовремя, потому что проклятым животным не хватило совсем немного времени, чтобы кинуться нам на спины. Всё же четыре лапы – это лучше, чем две ноги.

– Получилось, – не верящим и запыхавшимся голосом проговорила, хотя скорее прошептала, Лиза, – у нас всё-таки получилось. Я, если честно, до последнего не верила, что мы сможем вот так запросто удрать от целой полусотни.

– Это, конечно, хорошо, что у нас всё получилось, – пытаясь выровнять дыхание, подала голос Сара, – но может, мне кто-нибудь объяснит, что же у нас получилось? И зачем это мы убегали от Мыслава? Это приказ воеводы? А то, как я понимаю, мне одной ничего не известно тут. Хотя нет, вот этот здоровяк, похоже, тоже не в своей тарелке сейчас находится.

Последние слова были обращены, конечно же, к Сергею, который от такой характеристики себя от, да чего уж там, красивой воительницы даже немного покраснел. А вот Ванька тут же недобро посмотрел на этого самого дружинника. М-да, ещё ревности на ровном месте мне тут не хватало. И так ситуация непростая, придётся убеждать Сергея с нами остаться. Отпускать его никак нельзя. Да и для него самого это опасно будет, кто его знает, может, позади нас есть ещё какие-нибудь твари?

– Нет, не только ты и здоровяк не посвящены в происходящее, – опроверг её мнение Игорь, – но тут я прекрасно понимаю мотивацию Матвея. Была опасность утечки информации на сторону. Я примерно представляю, в чём может быть причина всего этого, но хотелось бы уже услышать всё из первых уст. Теперь-то то нас никто не подслушает, да и новичку надо бы знать, во что вписался. Причём по собственной глупости. Одному-то то ему не добраться до своих, а мы сопровождать его, как я понимаю, не будем? Так ведь?

– Ты прав, – со вздохом ответил я соратнику, – причём чём во всём. Сейчас я вам обо всём поведаю. И да, Сергей, у тебя нет выхода, по сути. Сам всё должен понимать.

Слава здешним богам, но новенький истерик устраивать не стал. Либо он просто смирился со своей участью, либо посчитал, что дочь самого воеводы не могла делать, что-то против его воли. Поэтому вся наша операция полностью легитимна. Хотя скрывать от остальных отношение Кроста ко всему происходящему я не собирался. Пускай знают, что могут быть последствия. Конечно же, справедливее было бы, если бы я предупредил обо всём заранее, но моя тройка сама когда-то сказала, что со мной хоть в лёд, хоть в пламя. Ну а Сара, по всей видимости, точно так же за Лизой.

Рассказал я им всё. Ну почти всё. Всё же детали им были ни к чему. Поэтому вкратце пояснил, что какой-то индивид, что помогал мне и заодно всему Кречету, настойчиво зовёт меня в свою обитель. Иначе, по его словам, всем нам будет очень больно. Тут я, конечно же, уточнил, что это будет не от него, а вроде от внешних врагов. Наверное, он имел в виду чересчур усилившихся субров. Рассказал и о своём тотеме, что он у меня отличается от всех остальных. Это заинтересовало их больше всего, но когда я сказал, что большая часть его видело в прошлую нашу экспедицию сюда, то успокоились. Игорь так и сказал, мол: «Та огромная птица явно тоже сокол. То есть родственник кречета, значит ты наш, а большего и не надо». С этой стороны я как-то не рассматривал ситуацию, но всё равно было приятно. А вот Славка с Лизой, похоже, к таким умозаключениям пришли уже давно, потому что на слова дружинника утвердительно кивнули.

– А нас потом к бунтовщикам не причислят? Ведь, по сути, мы ослушались приказов…, – нахмурившись, спросил Сергей. Он вообще молчал весь разговор. И как-то сразу поверил во всё, что я им тут говорил. Хотя сам бы я трижды подумал на этот счёт, если бы мне кто-нибудь вот так же повествовал непонятные вещи. А этот, посмотрев на реакцию остальных, принял всё за чистую правду. И единственное, что его интересовало, – это отношение властей к нашему самозваному походу.

– Нет. Мы же не просто так взяли и ушли. Это была вынужденная мера, так как было нападение и мы спасались от жутких тварей, – ответил я, стараясь, чтобы в моём голосе было как можно больше уверенности. Вроде бы получилось, даже сам себе поверил. Хорошо, что вопросы по поводу самого нападения никто не стал задавать. Неизвестно, как бы непосвящённые отнеслись к нашей причастности к нападению зувров. Хотя почему неизвестно? Свои бы меня поняли, а вот новичок – вряд ли. Для него свои остались там, сражаться с тварями леса. А он тут болтается с непонятными личностями.

– Ладно, убедили. А как нам пройти к этому твоему одарённому из сна? Или кто он там, – перешла сразу к делу Сара. Она вообще, похоже, не любила долго болтать и предпочитала взамен этого действовать. Послом ей точно не быть. Но она была права: необходимо было двигаться. За один день мы, конечно же, не дойдём до цели, поэтому необходимо было найти место для ночлега. Либо самим сделать (что вероятнее всего), но времени займёт больше. Всё это я прекрасно понимал, только вот, оглядевшись, я тут же вспомнил, что не знаю, куда идти…

Если честно, изначально я надеялся на тот повторяющийся странный сон, через который меня и позвала впервые к себе в гости та сущность. Вот только моё путешествие во сне начиналось далеко не с берега, и сейчас я это отчётливо знал. Интересно, где мои мозги были раньше? Надеялся на очередную помощь? Если это так, то всё печально. По словам сущности, он мне много раз уже помогал, да и я стал догадываться, что все большие всплески силы были кем-то инициированными, раз я сам не могу совладать с подобным. Думаю, мужчине из сна может уже надоесть мне помогать: мол, пора и самостоятельность проявить.

– Эмм… – глубокомысленно протянул я.

– Матвей, – обеспокоенно проговорила Лиза, – ты же знаешь, куда нам идти?

Вот именно после слов Лизы до моего сознания и начала доходить вся плачевность ситуации. Шутка ли, девушка мне доверилась, а я, идиот, не продумал до конца всё наше предприятие. Отвечать на неприятный для меня вопрос у меня желания не было. Вместо этого я с задумчивым видом осматривал окрестности, пытаясь разглядеть в сумраке чащоб хоть какую-то подсказку для дальнейших действий. Видимо, у меня было чересчур задумчивое лицо, так как меня больше не пытались потревожить. Хотя я кожей чуял заинтересованные и недовольные взгляды. Надеюсь, первых было больше.

И тут мне в голову пришла очень странная мысль, которая, вопреки всему, имела частичку смысла. Попытавшись создать в себе целую бурю эмоций из волнения, боязни и неуверенности, я мысленно выбросил весь этот эмоциональный коктейль. Да, я рассчитывал, что меня услышит (если это можно было так назвать) тот самый огромный сокол, который, вроде, был моим хранителем как-никак. Наверное, я слишком долго стоял с запрокинутой головой, потому что, когда меня тронули за руку, в моей шее противно заболела мышца. Видать, затекла.

– Матвей, если мы не знаем, куда идти, то, может, лучше будет вернуться к отряду? – заглядывая мне прямо в глаза, тихо спросила Лиза. Причём она деликатно упустила момент, что не «мы» должны были знать путь, а лично «я».

Послышался грохот и звук ломающегося дерева. Я еле успел отодвинуть в сторону девушку, как на её место упала здоровенная ветка. На этот раз уже не один я начал вглядываться вверх. Только там ничего нового видно не было. Лишь в одном месте верхушки деревьев сильно дрожали, а тёмно-зелёные листья опадали, словно сейчас была осень. Все насторожились и приготовились встретить очередную неприятность. Лиза потянула меня назад, но я на интуитивном уровне чувствовал, что там друг. Причём этот друг очень взволнован, и он спешит ко мне на помощь. Также я ощущал его неприкрытое ничем раздражение. Проклятые ветки мешали ему добраться до меня. В этой части леса они были чересчур большими и густыми, чтобы можно было в падении пробить зелёную завесу и оказаться рядом с так редко звавшим к себе другом.

Я тряхнул головой и даже протёр лицо, отгоняя это наваждение. Последние мысли были явно не мои, и эта кратковременная связь слегка выбила из реальности. Хорошо, хоть Лиза не отходила от меня и от очередной сломанной ветки уже она отвела меня в сторону. Правда, при падении по моему лицу всё равно немного попало, ну так, хлестануло по щеке. Больше обидно, чем больно, но зато я полностью пришёл в себя. Дружный выдох заставил меня вновь обратить внимание ввысь. Там пикировал сокол. Его острые когти сверкали на проникших через сделанную им прореху лучах света. Это был не блик белого света, нет. Когти словно преображали пойманные лучи в чёрный свет, который заставил даже меня вздрогнуть. Глаза судорожно метались в разные стороны в поисках врага, но всё чаще и чаще останавливались на мне с каким-то лёгким недоумением. Клюв был покрыт кровью. Похоже, я его отвлёк от очень занимательного дела под названием «обед». Ну, надеюсь, он мне это простит.

Приземлившись, величественная птица ещё раз обвела взглядом округу на предмет опасности. Только тут я сообразил шикнуть на свой отряд, в особенности на новенького, чтобы они спрятали своё оружие куда-нибудь далеко и надёжно. А то мало ли: решит этот красавчик, что это они меня обижают, и нападёт на них. Послушались все. Даже Сергей, хоть и не сразу. Убирать меч в ножны он не спешил, поэтому Иван с явным наслаждением шлёпнул его по голове ладонью. Только после этого дружинник утихомирился.

– Тише, тише, красавчик, – приговаривая, я начал подходить к тотему.

Тот даже и не подумал меня останавливать. Наоборот, опустил голову и потёрся об всё моё тело. Правда, он при этом измазал меня чьей-то кровью, которая ещё не успела высохнуть, ну да ладно, переживу.

– Ты уж прости, что вот так тебя выдернул, но я действительно в опасности. Правда, врагов поблизости вроде нет. Тут другая проблема. Мне надо пройти к нашему общему знакомому, но я не знаю дороги. Даже направление мне не известно. Ты не мог бы помочь в этом? Хотя бы показать, в какую сторону нам стоит вначале пойти? – наглаживая мягкие перья сокола, сказал я ему. Со стороны, наверное, это странно смотрелось, но в данный момент на мнение других мне было наплевать.

Сокол всё это время смотрел на меня внимательно снизу-вверх. Хоть он был и больше своих собратьев, но всё равно не доставал мне и до плеч. Максимум до грудной клетки. Да вот только я был полностью уверен, что ему в случае необходимости отряд, как у меня, не составит проблем раскидать в стороны и поодиночке убить. И приоритет в росте не поможет перед таким грозным хищником.

Наконец птица отошла от меня на пару метров, взлетела и села на засохшую ветку дерева, показывая клювом в одну и ту же сторону раз за разом. Какая это была сторона света, я не знал, но это и неважно: ветви деревьев всё равно загораживают от нас единственный ориентир. Так что будем рассчитывать только на помощь нашего необычного проводника.

Глава 21.

Почему-то чем дальше мы проникали в чащобы леса, тем душнее было. Воздух так и сочился влагой, а руками, казалось, можно было раздвинуть перед собой пространство от густой дымки. Конечно же, это сопровождалось проблемами вроде затруднения дыхания и общим ослаблением организма. В общем, мне показалось, что вокруг джунгли, а не лес средней полосы, пускай и изменённый чьей-то извращённой силой. И самое обидное было в том, что, судя по бодрым лицам моего отряда, я один испытывал подобные неудобства. Остальные никак не проявляли озабоченности местной обстановкой. Разве только с напряжением оглядывались на каждый шум, но, слава всем местным богам, никто на нас напасть не рискнул. Возможно, мы представляли довольно грозную силу или изменённые магией твари чувствовали среди нас одарённого, который вполне может применить пару десятков заклинаний и обрядов, чтобы омрачить им жизнь. Хотя с большей вероятностью зверушки опасались большого сокола, который вполне мог разделаться как с летающими, так и с наземными опасностями.

После указания нам пути следования мой хранитель или тотем не улетел по своим птичьим делам, хотя явно был не прочь это сделать. Видно было, что парить над деревьями ему куда больше нравилось, чем под ними. Могучая птица то и дело с тоской посматривала наверх и с сожалением оборачивалась на нас, мол, какие бедные существа, не могут взлететь выше неба и избавить себя и его от монотонной ходьбы по негостеприимному лесу. Это всё я чувствовал каким-то необъяснимым способом, как и чувствовал его озабоченность тем, что моё появление в этом проклятом месте прошло мимо его внимания, и он не смог с самого начала приглядывать за своим непутёвым другом. Такое отношение меня радовало и, чего таить, грело душу. На подсознании я тоже начал считать его другом, хоть и мой мозг из двадцать первого века до конца и не мог понять, как вообще такое возможно.

– Ты неважно выглядишь, – остановившись, с хмурым видом обратилась ко мне Лиза.

– Да, что-то слабость напала, – стараясь выровнять дыхание, ответил девушке, – возможно, заболел.

– Я не чувствую в тебе болезни, – вклинился в наш разговор Славка, – но, может, я ошибаюсь. Знаете, что? Стоит нам найти место для ночлега. Тут и так света никогда в изобилии нет, а ночью вообще будет полнейшая темнота. Так что лучше при последнем свете дня озаботиться поиском укромного места. Спать на открытом пространстве как-то не хочется, заодно и ты отдохнёшь, а то складывается ощущение, что твои ноги вскорости предадут и ты падёшь прямиком под ноги прекрасной воительнице. Это, конечно, романтично, но в данном случае, я думаю, на это времени нет.

– Ха-ха-ха, считай, что я посмеялся над твоей шуткой, – ответил одарённому я, а вот Лиза даже и не заметила подколки, направленной на нас обоих. Она смотрела на меня, и то, что она видела, ей явно не нравилось.

Все остальные поддержали слова младшего служителя богов, хотя мы тем самым потеряем несколько часов времени, которые могли бы потратить на преодоление ещё какого-то расстояния. Но обстоятельства диктуют нам иное, поэтому я тут же попытался обратиться к соколу мысленно. Кричать сил не было, а он вполне мог знать местность. Сосредоточившись, я попытался создать эмоцию, связанную со страхом. Исчерпывающее объяснение, но как-то ещё объяснить свои действия я не мог. Да и не старался: главное работает, а остальное неважно.

Величественная птица в очередной раз откликнулась на мой призыв, правда, на этот раз не было свирепого взгляда, направленного на возможную причину моего страха. Думаю, он ещё сверху просмотрел окрестности, поэтому был относительно спокоен.

– Приятель, слушай, ты не мог бы посмотреть с высоты какое-нибудь ближайшее укрытие для нас или удобное место для обороны? Скоро ночь, и нам бы не хотелось её встречать, не подготовившись.

Долго искать нам не пришлось. Как оказалось, неподалёку находился небольшой грот, который смог вместить всю нашу развесёлую компанию, кроме сокола. Тот не пожелал ночевать с нами на земле и, быстренько расправившись с предыдущим обитателем такого козырного места, улетел наверх вместе со своим ужином. Опасаться, что эта тварь была не одна, не стоило. Слишком мало места для двух подобных зверюшек, чем-то похожих на пещерных медведей, только облачённых в неплохую броню в виде наслаивающихся друг на друга пластин. Только голова у твари была открыта, вот её-то мой тотем и пробил своим клювом, когда тот вышел из своей берлоги и увидел наш отряд. В общем, всё прошло удачно, единственное, пришлось отклониться от курса, ну да ничего страшного в этом нет. Когда сокол вернётся, то покажет нам дорогу. По крайней мере, я на это надеялся.

Темнело быстро. Вечернее солнце под углом уже не могло пробиться сквозь густую листву исполинов, поэтому уже в сумерках мало что можно было разглядеть. Устроились мы вполне комфортно. Поужинав вяленым мясом с лепёшками и немного ополоснувшись в текущем рядом роднике, мы приготовились ко сну. Сторожить договорились по одному по несколько часов на каждого. Всем, кроме меня и Славки. Молодой одарённый мог с непривычки и уснуть на посту, да и не готовили его к подобному, поэтому его и освободили от несения вахты. Что же касается меня… видя моё состояние, все без единого возражения согласились, что лучше бы мне отдохнуть побольше, чем ночью пытаться разглядеть опасность. Я попытался оспорить всеобщее решение, но потерпел сокрушительное поражение.

Поняв, что спорить действительно бессмысленно, я скатал свой плащ в некое подобие подушки и с облегчением лёг на каменный пол. Общее состояние вроде бы было лучше, но всё равно сохранялась небольшая слабость. Решив попытаться уснуть, я закрыл глаза. Последнее, что я видел, – это как воительницы о чём-то переговаривались на входе, вроде бы спорили, кто из них сейчас будет спать, а кто дежурить.

Я не выспался. Более того, присутствовало ощущение, что я только-только закрыл глаза, как тут же инстинктивно их открыл. Вот только какой-никакой свет говорил о том, что уже утро. Чувствовал я себя ужасно, словно всю ночь с кем-то бился не на жизнь, а на смерть. Да и выглядел, наверное, соответствующе. Так, стоп, а почему это я спал сидя?! Я же явственно помню, как ложился на импровизированную кровать из камня и плаща. Э-э… какого божественного дела тут происходит?! Мои руки связаны! Очень аккуратно, чтобы не перекрыть доступ крови в конечности, но при этом надёжно. Дискомфорта мне это не вызывало, поэтому я сразу не обратил внимания на такой нюанс в моём нынешнем состоянии. Руки покоились передо мной, и… на них были ссадины, как будто я кого-то бил кулаками. Ага, ноги тоже связаны и крепко прикреплены к полу какой-то липкой штукой. Скорее всего, это работа одарённого. Так, а где, собственно, он?

Подняв перед собой голову, я столкнулся взглядом со Славкой. Тот напряжённо смотрел на меня, остановив руки в каком-то жесте. Видать, приготовил нечто убойное для чего-то. Рядом с ним стоял с ушибленным глазом Иван. Хотя это я ещё мягко сказал: одного глаза вообще не было видно из-за большого синяка. Так и стоял, словно пират средневековый. Я бы посмеялся, если бы в этот момент дружинник не держался за большую палку, которую, похоже, рассчитывал использовать вместо оружия. С другой стороны сидел на полу Игорь и пытался остановить кровь, медленно шедшую из неестественно вывернутого носа. В паре метров от них стояла Сара с луком в руках и с приготовленной стрелой без наконечника. Картина не из лучших, особенно если брать во внимание растерянные взгляды, бросаемые на меня.

– Я, конечно, всё понимаю, я вообще очень сообразительный человек, но то, что вы решили свергнуть без причины своего командира, в моих мозгах никак не укладывается, – проговорил я, отмечая, что при каждом звуке челюсть пронзает острая боль, – может, мне всё же кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?

Наверное, мне показалось, но когда окружающие услышали мой голос, то все расслабились. Даже Славка опустил свои дрожащие руки: видать, устал держать их в одном положении.

– Это правда ты? – раздался дрожащий голос Лизы из глубины нашего убежища. Повернувшись, я увидел идущую ко мне девушку с красными глазами. Похоже, она плакала, а, чтобы никто не увидел этого, ушла в конец грота. Такая картина меня ещё больше ввела в ступор. Это что же должно было произойти, после чего грозная воительница, гроза многих врагов, пролила слёзы, пускай и совсем немного? И что это за дурацкие вопросы? Словно сами не видят, кто перед ними.

– Эм, может быть, я ошибаюсь, но за ночь до неузнаваемости я не мог измениться. Если только мне кто-нибудь не сделал качественную маскировку, – ответил я, в последний момент заменив неизвестное им слово «макияж» на более понятное. Конечно, я мог бы и объяснить его значение, но что-то мне подсказывало, что сейчас не лучшее время для введения в лексикон нового термина. И так все нервные какие-то.

– Точно он, та тварь ушла, – сообщил всем Славка, и в следующий момент я отлепился от пола. Лиза тут же начала распутывать мои части тела, параллельно заглядывая мне в глаза, словно пытаясь там что-то рассмотреть, – сейчас всё объясню, только подлатаю всех, а то уже несколько часов мучаются.

***

«О, могучие боги, ну почему же тут так темно?!» – думал про себя Славка, возвращаясь в кромешной тьме во временное убежище с очень важных дел. Далеко отходить он не стал: когда простой поход по нужде может привести к печальному исходу, то лучше полностью проигнорировать все попытки стыдливости увести себя подальше. Уж лучше остаться на виду у дежурного, а сейчас это был Игорь. Да и то одарённый умудрился пару раз споткнуться о камни и хорошенько так приложиться о каменистую поверхность, что, конечно же, не прибавило ему настроения.

Подойдя ко входу в грот, младший служитель богов немного задержался, решив немного поболтать с дружинником, тем самым развеяв тому скуку. Это единственное, чем на данный момент мог помочь Славка. Все остальные были правы: дозорный был бы из него плохой, даже мог бы уснуть на посту, но чувство вины от этого никуда не уходило. Не нравилось одарённому, что, пока все будут сторожить, он будет отсыпаться самым бесстыжим образом. Матвей не в счёт – тот не мог этого сделать из-за плохого самочувствия, которое непонятно почему на того свалилось. И это было очень странно, ведь недуга Славка не чувствовал. На внешний вид состояние друга больше походило на истощение его внутреннего резерва силы. Но в этом случае непонятно, откуда оно взялось…

– Чего не спишь? Завтра будет нелегкий переход, – задал вопрос одарённому Игорь.

– Да не знаю, не спится что-то, – слукавил Славка и тут же замер, услышав средь ровного посапывания громкое шебаршение.

– Ещё кому-то там не спится, – проворчал дружинник, – вот возьму и заставлю вас, неспокойных, дежурить вместо меня, раз вы уже отдохнули, а я пойду спокойно высыпаться.

Слава был не против заменить друга, тем более если кто-то составит ему компанию. Только вот никто не выходил, а звук становился всё сильнее.

– Матвей, что с тобой? – раздался заспанный голос Лизы. Предчувствуя нехорошее, младший служитель богов направился вглубь убежища вместе с Игорем, с которого вмиг слетело сонное лицо. Похоже, воинская интуиция тому тоже что-то подсказывала.

После того как определились с вахтами, Лиза легла рядом с Матвеем на тот же плащ, укрыв их обоих своим плащом. Никто даже не удивился такому – тем более это было практично. Как минимум теплее уж точно. Поэтому, подойдя к своему другу и командиру, Славка в первую очередь кинул вопросительный взгляд девушке, которая озабоченно смотрела на своего молодого человека, не решаясь дотронуться до него. Тот, в свою очередь, барахтался под плащом, словно заново учился двигаться. Создав небольшой светляк под потолком, одарённый приблизился к Матвею и обомлел. Его глаза были полностью чёрными. Вслед за этим молодой маг почувствовал присутствие чего-то страшного, неестественного. И в то же время очень знакомого.

– Это не он! – крикнул Славка, параллельно соображая, что можно в данной ситуации сделать. Псевдо-Матвей же, как будто только и ждал этих слов. В следующее мгновение он сбросил с себя плащ-одеяло, накрыв тем самым Лизу с головой, и бросился на долго соображающего мага. Славка ничего не успел сделать, как его откинуло с траектории движения нападавшего и припечатало о каменный пол, а его локоть врезался во что-то более мягкое, после чего послышался испуганный крик Ивана, который, похоже, только сейчас проснулся, хотя все остальные уже бодрствовали. Быстро отойдя от падения, он увидел, как дружинник пытается схватить за запястья разбушевавшегося командира, чтобы обездвижить. Вот только Игорь, похоже, недооценил его и подставился…

Первый удар прилетел дружиннику в район солнечного сплетения. Сила удара была настолько велика, что несчастного воина отбросило на противоположную стену грота. Последовал длинный нечеловеческий прыжок, и вот Матвей с размаху бьёт второй рукой по лицу контуженного дружинника. Слышится хруст, от которого все кости в теле Славки заныли от фантомной боли, и из носа Игоря хлынула кровь.

Наконец и Иван сообразил, что здесь происходит, и, с наливающимся синяком под глазом, выхватил полено из-под плаща, что использовал вместо подушки, и побежал к дерущимся. Славка же наконец решил, какое именно заклинание тут можно использовать, и начал довольно сложный, но эффективный обряд. Ему нужно было просто обездвижить тело друга, а там уже стало бы ясно, что со всем этим делать.

Тем временем Иван подскочил сзади к Матвею и с размаху ударил того по затылку. Как ни странно, такой удар лишь оглушил разбушевавшегося воина. Их командир покачнулся и отошёл на пару шагов назад. Только вот этого хватило, чтобы искалеченный Игорь, еле дышащий через рот, собрал остатки сил и оттолкнул противника подальше, направляя того прямиком на подножку Ивана. Матвей грохнулся, и в этот же момент младший служитель богов направил на него готовую западню в виде липучей жидкости, что намертво пригвоздила его к полу. Дальше зачем-то дружинники начали держать своего командира за руки и ноги, хоть и видели, что он почти не может двигаться. Подбежавшие воительницы без лишних слов связали конечности непонятной твари, смотрящей на всех с презрением.

Когда всё было закончено, одарённый подошёл к связанному человеку и содрогнулся от ужаса. На чёрных зрачках начали проступать красные полосы, словно это тело применяет огромные усилия для избавления от плена.

– Бедный юный маг, – гаркающим, грубым голосом, никак не походившим на хорошо знакомый голос Матвея, произнесло тело, – не знаешь, что делать? Так отпусти меня, я тебе всё расскажу. Или ты только и умеешь во внутренностях копаться да…

Договорить твари Славка не дал. Холодея от ужаса, он применил быстрое заклинание сна, чтобы не слышать эти глумливые речи и не дать возможности неупокоенному выбраться на свободу. А он мог, в этом младший служитель богов даже не сомневался. И да, это тот самый, которого они с другом вроде бы изгнали… больше некому.

– Что это было? – с ужасом спросила Лиза, которая, похоже, была больше всех напугана. Вот только Славка не знал, что ей ответить. Он ни разу не встречался с таким. А его любимые фолианты про это ничего не писали.

– Возможно, у меня есть догадки, – слукавил одарённый, дабы не посеять панику, – но нужно подождать и понаблюдать, хотя бы до утра. А там видно будет. Только стоит быть наготове, и в случае, если та тварь, что засела в нашем общем друге, преодолеет моё заклинание, отреагировать должным образом, а не так, как сейчас. Кто ранен, постарайтесь потерпеть. Мне нежелательно отвлекаться…

После этих слов молодой одарённый сформировал очередное заклинание, которое могло удержать простого человека на месте, и приготовился ждать, сам не зная чего. Самое худшее – это то, что его одолевали нехорошие мысли о его причастности ко всему этому. А как исправить собственные ошибки, маг не знал. И это давило на психику многотонным грузом.

Глава 22.

Сказать, что я удивился, – это ничего не сказать. Уж больно невероятными были слова, которые мне только что поведали. Но не верить им у меня не было причин. Да и не сам же Игорь раздробил себе нос, а я – костяшки рук. Кстати, в течении этого монолога наши раны подлечил Славка. Даже подбитый глаз Ивана. Получилось, на мой скромный взгляд, очень хорошо. Следов пребывания ран почти не осталось, разве что небольшие шрамы у меня. Голову мою лечить не пришлось. Там вообще никаких негативных последствий не было после могучего удара моего друга. Чего не скажешь про нос Игоря. Тот даже после лечения рефлекторно старался дышать через рот и порой морщился от боли, когда начинал говорить. Наверное, всё же какие-то неприятные ощущения у него остались.

К слову о ранах. У меня опять раскрылся порез на руке от ритуала. И это не могло внушать оптимизма от слова совсем. Мне её подлечили, но на сколько хватит такой заплатки – опять, я не знаю. Да и мои сопровождающие тоже лишь пожимали плечами. Всё это было очень странно. Не проживи я тут хотя бы недели, ни за что не поверил бы в подобную ересь.

– Может, раз такое дело, нам всё-таки вернуться домой? Там господин Бажен, он тебе поможет, и не придётся идти неизвестно куда, опасаясь удара в спину, – осторожно предложил случайно примкнувший к нам дружинник Сергей, при этом косясь на меня, словно я прямо сейчас на него наброшусь. Хотя он оказался единственным воином, до которого вселившаяся в меня нежить не добралась: уж больно далеко он лёг от остальных. Ну и, следовательно, моё многострадальное тело не получило от него жестокого удара. Быть может, поэтому он и боится меня, потому что видел всё со стороны, а сам не попробовал дать отпор твари. Вон парни из моей тройки лишь злились, когда заходил разговор о неупокоенном. В отличие от Сергея, они поняли, что вполне можно вывести из строя одержимого меня. Лишь бы только до оружия не дотянулся, а так сойдёт. Наверное, придётся мне связанным спать какое-то время.

– Нет, обратно нельзя, – перешагнув через очередное бревно, сказал я, при этом поморщившись. Уж больно неприятны были слова дружинника. Хоть и понимал, что это не я представляю угрозу своим друзьям, но осадок остался, что именно моим телом были нанесены удары по членам отряда. Хорошо, что сокола не было рядом: если бы я и на него накинулся, то, боюсь, больше провожать нас он бы он не стал. Хотя, он же магическое животное, наверное, понял бы, что его двуногий друг сошёл с ума. Своего отношения ко мне он никак не изменил, когда прилетел утром к нам обратно с заметно утяжелившимся животом. Похоже, днём присутствие постороннего никак нельзя было заметить, раз мой тотем никак не реагирует. Только вот, из-за плотного ужина или завтрака он стал несколько неуклюжим… то и дело задевал сухие ветки деревьев и срывал их своим могучим телом, и те, соответственно, падали на нас. Возможно, я просто наговариваю на величественное животное и во всём виновата густота ветвей деревьев, а не чрезмерные аппетиты сокола. На берегу такого не наблюдалось, но факт оставался фактом. Приходилось то и дело смотреть наверх и вздрагивать от каждого скрипа.

– Нужно идти до конца, – поддержала меня Лиза, не отходившая от меня ни на шаг, словно без неё я тут же превращусь в монстра, – думаю, раз тотем Матвея хорошо относится к тому одарённому из сна, то, возможно, он одного с ним рода. Значит, у него больше мотивов, чтобы помочь ему.

Теория девушки, конечно же, была интересная, но почему-то я был уверен, что никакого мы ни одного мы рода. Да и как такое может быть? Я его даже не знаю. Он нечто большее. Это особенно просматривается по уверенным приказам, которые он отдавал соколу. То не были просьбы равному или близкому другу, и это меня зацепило.

Бах! От резкого треска и взрыва я даже вздрогнул и на автомате заслонил собой девушку. Но мои телодвижения оказались лишними. Опасности не было. Это всего лишь Славка от неожиданности долбанул магией по очередной сломанной ветке. Хотя просто веткой её было назвать трудно, скорей – целое бревно. Упади такое на голову – и всё. Сомневаюсь, что даже магия сможет помочь при таких травмах. А так, от выпущенного шара огненной энергии дерево рассыпалось обугленными кусками, не причинив никому вреда. Ну, разве только щепки с пылью в глаза налетели.

– Чересчур шумно идём, – проворчал хмурый Игорь, – нам бы пробираться скрытно, а мы словно на прогулке. Хоть и благодаря нашему проводнику большинство тварей и опасается на нас нападать, но подобные инциденты могут привлечь либо более опасных животных, либо более отмороженных, которые и думать-то то не умеют, лишь убивать и есть.

– Да ладно, с таким могучим другом нам всё нипочём, – сказал я, натянуто улыбнувшись.

Хоть я и не поддержал дружинника в его доводах, но мысленно думал о том же. Да и вообще в мою голову не укладывалось, как мы до сих пор не встретили ни одной живой души. Конечно, сокол внушает уважение, но откуда тварям знать, что он вступится за нас? Вполне могли бы и рискнуть, дабы поживиться деликатесом. Ведь люди так редко забредают в здешние места. Проще говоря, мы для местной фауны – лакомый кусочек, который не оставит никого равнодушным. Но, несмотря на всё это, шли мы относительно спокойно.

– Слава, а ты сможешь как-нибудь зачаровать верёвки, дабы я сам не смог развязать их? – решил уточнить я интересующую меня информацию. Только вот одарённый не успел ответить мне.

– Ты хочешь, чтобы мы тебя сразу связали на всю ночь? А если ничего не будет на этот раз? Может, лучше посторожить тебя? – поспешно проговорила Лиза; ей, похоже, идея полного моего обездвиживания была ну очень неприятна. Ну, мне тоже, но другого варианта я пока что не вижу. Разве что каждый вечер бить меня по голове, чтобы сознание терял, но это так себе идея. Мало того, что сотрясение мозга могу получить, так ещё вполне возможно, моя бессознательность может не помочь, и неупокоенный снова проснётся. Наверное, я что-то не так сделал в ходе обряда изгнания. И скорей всего, нельзя было пронзать ножом сердце. Ну, это уже в прошлом, теперь надо думать о будущем.

– Это необходимо, – мягко сказал я девушке, – ты сама это должна понимать. Бдеть всю ночь вы не можете. Вам тоже надо отдыхать, так что не спорь. Слава, так что там с верёвками?

– Могу. Почему нет. Просто склею их между собой в узел, ну ещё и на всякий случай на ночь прочность их увеличу. Думаю, этого должно хватить, – пожав плечами, ответил мне младший служитель богов.

Дальше поговорить нам не дал сокол, который почему-то резко спустился к нам вниз и беспокойно указывал головой в одну и ту же сторону. Все тут же насторожились и недобро посмотрели на Игоря. Ну да, всё было спокойно, пока дружинник не начал ворчать. Конечно, это глупо, но особо суеверные могут подумать, что именно он привлёк беду.

В этой части леса кустарников или высокой травы почти не было, как и на берегу реки. Взору мешали только здоровенные деревья, но они не росли вплотную, поэтому опасность можно было заметить загодя. Только вот сколько ни всматривались мы, никого там не видели. Но там точно что-то происходило. Мой тотем же не просто так стал волноваться. Да и вёл он себя всё более импульсивно, заметив, что мы никуда не собираемся уходить. В конце концов, что-то решив для себя, сокол подошёл ко мне и поднырнул под руку, держащую щит.

Я увидел стаю огромных вепрей, размерами в среднем в два человеческих роста. Кроме выпирающих бивней, у этих тварей был рог, как у носорога, и по его позвоночнику выступали острые костяные наросты. Этакий танк с шипами. Бежали они очень быстро. Даже не бежали, а спасались бегством. Не знаю, что таких свирепых животных напугало, но нам и их самих хватит сполна. Численный перевес был не в нашу пользу. Вот один из них запнулся и вонзился своим рогом прямо в землю. Благодаря набранной инерции, вепрь совершил кульбит и с грохотом опрокинулся на землю.

Моргнув, я вновь очутился рядом с напряжённо всматривающимися в даль друзьями. Сокол выжидающе смотрел на меня. Похоже, он знал, что я видел. Ну или это он мне показал. Сейчас это неважно.

– Надо уходить с пути! – чётко сказал я всему отряду. – Там несутся в нашу сторону свиноподобные существа впечатляющих размеров. Лучше будет, если мы не будем сталкиваться с ними в неравном бою.

– Верное предположение, – побледнев, сказал Славка. Он, как и все остальные, не стал спрашивать, откуда я это узнал, что меня порадовало. Объяснять было бы очень долго и трудно, ведь я сам до конца не понял этого. – Группы травников иногда встречались с такими кабанами. Последствия таких встреч были летальными. Главное, чтобы они не стали нас преследовать…

– Не будут, им не до нас. Вроде бы их самих кто-то преследует, – обрадовал я Славку, только вот, похоже, мало энтузиазма было в моих словах. Потому что уже почти весь отряд потерял всю краску с лица. Встретил бы я их только сейчас, решил бы, что они из местной нежити. Ну, их винить сложно. Все понимали, что опасную тварь могла гнать только ещё более опасная. Может, даже какой-нибудь универсальный хищник.

Послышались первые визги. Как-то не соответствовали такие звуки грозным существам, но кто их там разберёт. Может, они испытывают просто запредельный страх. Не сговариваясь, все поспешили сойти с курса и попытаться раствориться в редкой растительности или укрыться за широкими стволами деревьев. Только я приметил давно упавшее дерево, как меня за плечи обхватили лапы сокола и понесли куда-то наверх. Я только и успел, что ухватить Лизу с собой. На это крылатый исполин даже не возмутился. Кажется, он даже не заметил ещё одного попутчика. Поднял он нас до самой первой зелёной ветки. На мой взгляд, это было слишком высоко, но эффективность такого укрытия я не мог не признать. Оставалось только судорожно вцепиться во множественные ветки с листьями и ждать на многометровой высоте. Когда первое впечатление прошло, я вспомнил про верёвку и тут же привязал ею девушку, а потом и себя к наиболее крепким частям ветки. Если честно, меня даже замутило. Я никогда не боялся высоты, но одно дело – смотреть на проходящих мимо где-то далеко внизу с высоты многоэтажного дома, а другое дело – сидеть на обычной ветке где-то в районе этажа одиннадцатого. В общем, незабываемые впечатления даже для меня, чего уж тут говорить про Лизу, которая в жизни не видела строений выше трёхэтажного дома с учётом крыши.

Тем временем мой хранитель-тотем перехватил и поднял вверх остальных членов нашего маленького отряда. Больше всех возмутился такому отношению Сергей. Не знаю, что именно ему не понравилось, но он решил попробовать освободиться из крепких лап сокола прямо на лету. Наверное, подумал, что его хотят использовать как обед или ранний ужин. Посмотреть по сторонам и убедиться, что с нами всё в порядке, дружинник не додумался. В конце концов ему удалось вывернуться из захвата одной лапы. Благо дуралей уже был близко к очередному необычному убежищу, так что сокол успел его доставить на место до того, как коренастый мужик выхватил своё оружие. А удар у него должен быть сильным – стать позволяет. Я уже отмечал, что он больше похож на кузнеца. А сейчас и вовсе был в этом уверен. Только с небольшой поправкой: он был старшим сыном кузнеца, который решил пойти на службу, а семейное дело оставить своему младшему брату. Это мне как-то раз Иван рассказал. Если честно, складывалось ощущение, что он почти всех в поселении знал, хотя оно не было маленьким. В моём прошлом его бы вполне городом могли назвать.

Визги усилились. Складывалось ощущение, что их там разделывают прямо так, не удосужившись умертвить. Добавочно ко всему начали раздаваться очень громкие удары, а деревья, что стояли ближе к источнику звука, иногда резко вздрагивали. Скорей всего, эти неуклюжие свиньи-переростки не справлялись с дорогой и на полном ходу таранили собой могучие стволы. Вряд ли кому-то из них удалось повалить или хоть немного повредить величественные деревья. Таким исполинам не страшны были бы даже мамонты, что говорить о вепрях.

Я зажмурился, всеми силами стараясь пересилить себя и не заткнуть уши. Ведь одной рукой я сам держался за дерево, а другой старался поддерживать окаменевшую девушку, которая, похоже, ещё не скоро отойдёт от такой впечатляющей высоты. Наверное, ей даже при осаде субров так страшно не было. Твари уже выбежали на просматриваемый участок, голося как можно громче. Только их количество значительно изменилось, и далеко не в большую сторону. От внушительной стаи осталось всего четыре особи, которые неслись от своих преследователей.

Такого мне ещё видеть не доводилось. Страшные хищники больше походили… на растения. Стройные, гибкие тела были полностью построены из толстых зелёных корней, которые с каждым их шагом (а бежали они на двух ногах) стремились прорости в землю. Но всё равно существа с хрустом выламывали свои корни и настигали добычу. Ещё пару метров – и непонятные хищные растения вытянули свои заострённые верхние конечности, заменяющие им руки, и пробили своим жертвам шеи. Судя по всему, их жала сразу проникли в мозг несчастным животным, потому что те моментально затихли, не подавая больше признаков жизни.

Я с интересом и, конечно же, молча наблюдал, как новоявленная опасность подходит к тушам и начинает совершать свои странные действия. Хищников было трое, а туш – четыре. Поэтому самый крупный из них пододвинул вплотную к себе сразу две жертвы и, сделав разрезы своими заострёнными конечностями, встал на четвереньки прямиком в ещё тёплую плоть. То же самое провернули его собратья. Выглядело это всё омерзительно-тошнотворно. По крайней мере сверху раскинулся именно такой вид.

Через мгновение в мой несчастный затылок прилетела какая-то палка. Было не больно, скорей неприятно. Уж чересчур часто мне в последнее время прилетает по голове. Повернувшись, я увидел Славку, сидевшего на соседнем дереве чуть ниже. Как он умудрился попасть в меня с такого совершенно неудобного ракурса, я не знаю, ведь нас отделяют несколько густых веток. Ну что ж, у него свои секреты. Одарённый интенсивно махал мне рукой и показывал жестами, что нам надо поговорить. Что характерно, он даже не пытался мне это прокричать. Оно и правильно, лучше перестраховаться. Мало ли, вдруг те зеленушки ещё и по деревьям умело лазают. Следующим жестом мой друг указал на сокола, сидевшего чуть дальше нас всех. Ну что же, я намёк понял, благо мозги ещё работали. Попытавшись сконцентрироваться, я начал внимательно смотреть на своего хранителя и одновременно посылать мысль о помощи. Как и в прошлые разы, чудо-сокол отреагировал на мой призыв и вопросительно посмотрел на меня. Дальше как по накатанной. Мне удалось донести эмоционально суть проблемы, и мой крылатый друг тут же помог мне, перенеся Славку на нашу ветку. Таким образом, я вскоре запросто смогу с тотемом общаться, даже не прибегая к словам…

Тянуть младший служитель богов не стал и сразу без предисловий начал объяснять ситуацию. Как оказалось, он видел на гравюре подобных существ, когда изучал одну из созданных мною копий. Это особый вид разумных големов. Точнее, полуразумных. Всё-таки инстинкты у них преобладают. В общем, подобным способом охоты они поддерживают свою жизненную энергию, чтобы не заимствовать её постоянно у создателя. Грубо говоря, они прорастают в свою жертву и вытягивают из неё все необходимые компоненты. В такой момент они безобидны, потому что полностью сконцентрированы на питании самих себя, так что у нас есть вполне достаточно времени, чтобы смыться от них. Более того, у этих тварей нет органов восприятия окружающего мира. Вообще никаких. Жертву они находят только по наводке своего господина или по колебанию земли.

– То есть, если бы вепри не стали бежать, а просто замерли, то спаслись от них? – поинтересовалась слушающая нас Лиза.

– Ну да, – пожал плечами одарённый, – если только их создателя нет рядом. Но я очень сомневаюсь, что маг подобной силы станет охотиться вместе с ними. Скорее всего, эти трое не единственные, позади них остались ещё големы, которые проросли в других членов стаи. А чтобы создать такое количество подчинённых… это надо обладать поистине огромным резервом. Приведу пример: думаю, господин Бажен смог бы создать пару таких вот подручных. Ну может быть троих, но не больше. Слушай, а может, это создания того одарённого из твоих видений?

Вопрос был интересный. И я тоже об этом думал, поэтому ответил почти сразу:

– Вряд ли. Если бы это действительно было так, то они не несли бы нам угрозы и сокол бы не волновался. А тут даже он не стремится сойтись с ними в битве. Так что это явно кто-то другой тут повеселился…

Глава 23.

– Что за сила вас заставила это сделать?! – казалось, моим гневным криком возможно было расколоть даже каменные своды. Ну, это я, конечно, преувеличиваю, но мой гнев был действительно силён. И я не собирался успокаиваться. Пускай смотрят на меня такого и анализируют свою глупость тем, что у них за место головы.

После завершения нашего диалога я попросил сокола спустить нас на землю. Нужно было поскорее убираться отсюда, пока чересчур хищные растения не очнулись. Я, конечно, люблю флору, но становиться для неё способом продолжить своё существование как-то не стремлюсь. Думаю, меня в этом бы все поддержали.

Приземлились мы прямо на те же места, откуда взмыли в воздух. Это была инициатива Славки, которому позарез было нужно хоть глазочком глянуть на творящийся внизу убийственный спектакль. Мне хоть и тоже было интересно, но чувство самосохранения у меня перебороло любопытство, поэтому я был не прочь приземлиться сразу в десятках, а то и в сотнях метров от этого места. Только вот переубедили меня. Уж больно жалостливое лицо было у нашего одарённого, хотя нет – маньяк любознательный, вот кто он. В общем, когда мы спустились, младший служитель богов побежал исследовать эту мерзость, даже достал откуда-то листок бумаги и принялся пальцем зарисовывать какую-то схему. Этот приём я знал, но предпочитал не пользоваться. Для меня он был неудобен, наверное, привычки двадцать первого века давали о себе знать. Раз всё равно мне пришлось остановиться здесь, то стал тоже рассматривать развернувшееся действие. А посмотреть было на что.

Вблизи они выглядели ещё более странно, если не применять слова «пугающе». Их тела состояли не только из толстых зелёных корней, но и более мелких, похожих на волосяной покров. На том месте, где были лица, абсолютно ничего не находилось… Признаться, именно это меня и впечатлило больше всего. Как-то жутковато было смотреть на пустоту и представлять, где бы у существа были органы чувств. Вместо шляпы у этих существ было что-то наподобие короны, которая образовывала прочную клетку, держащую небольшой камень. У каждого голема было по одному такому украшению.

– Это самая важная часть, – заметив мой интерес, решил пояснить мне Славка, – по сути, это мозг тварей, ну или сосредоточение их души. Среди одарённых подобные артефакты – большая редкость. Следовательно, они имеют некую ценность. Не каждый маг способен обычный камень наделить подобными свойствами. Уж больно эти камешки резерв источают. Но они того стоят, ведь сфера их применения очень широка. Големы – это только малая часть…

Мне, конечно же, было очень интересно слушать и узнавать новое, но всё же я поторопил нашего одарённого. Не нравилось мне, как несколько основных стеблей и с десяток мелких прорастали прямо на глазах в плоть убитой твари и словно высасывали всю мягкую часть тела. Один раз корни даже вздрогнули, заставив нас всех насторожиться.

– Так, всё, надо уходить. Чересчур шустро эти неправильные растения расправляются со своей добычей. Вон насколько уменьшились туши бедных хрюшек, – решил подгонять я отряд. Удивительно, но спорить со мной на этот раз никто не стал. Даже Славка. Посмотрев на сокола, который предпочёл остаться наверху, я попросил его вслух продолжить наше путешествие. Могучая птица была не против, и вскоре мы продолжили свой путь, как вдруг…

– Вы чего делаете?! – услышал я возмущённое шипение Сары. Надо же, а я даже и не знал, что так можно.

Обернувшись, я увидел, как два идиота – а иначе я не мог их в этот момент назвать – копошатся на самом большом големе. Иван манипулировал ножиком на голове чудовища, явно ломая его деревянную корону, а бывший кузнец Сергей снизу поддерживал своего подельника, чтобы тот не грохнулся вниз. Вот пара обрубков отлетела в сторону, и дружинник принялся вырезать из плоти сам камень. Заметив, как побледнел Славка, я попробовал остановить недотёп:

– Немедленно вниз! – приказал я дружинникам, но, похоже, несколько запоздало…

Как только Иван вырезал свой трофей из корней и решил взять его рукой, тварь дёрнулась и в мгновение ока рывком, оставляя часть себя в вепре, крутанулась и острой конечностью пригвоздила Сергея к ближнему дереву за ногу. Тот даже перевернулся вниз головой, что только ухудшило его положение.

– АААА! – заорал то ли от боли, то ли от испуга бывший кузнец.

– Хватай камень! – заорал Слава, видимо, повисшему на шее без опоры Ивану. Ну тут легче сказать, чем сделать. Воину пришлось изрядно поднапрячься, чтобы не свалиться от вертевшегося в разные стороны монстра. На нас тварь не обращала внимания, только продолжала держать Сергея, который то и дело вскрикивал от очередного движения в его ране. Я уже собирался топором попробовать перерубить держащую его конечность, но тут Ивану удалось ухватиться за нетронутую часть короны голема и, подтянувшись, выхватить уже вырезанный камень из проёма.

Жизнь из существа как будто бы сразу ушла. Его тело обмякло и свалилось на землю вместе с дружинником, который держал камень. На первый взгляд в нём ничего необычного не было. Но, посмотрев на него магическим зрением, я понял, что это нечто вроде накопителя. Можно сказать, дополнительный резервуар для силы одарённого. Наверное, именно поэтому он так ценен. Иметь такой бонус в кармане хотел бы каждый маг.

Сергея пришлось вручную вытаскивать из западни. Аккуратно освободив его ногу от пронзившего её корня, мы постарались остановить кровь. Времени на то, чтобы профессионально залечить его рану, не было. Чересчур быстро истощались тела вепрей, а сражаться в открытом бою со всеми големами в наши планы не входило. Сделав пострадавшему подобие носилок из палок и наших плащей, мы чуть ли не бегом отправились вслед за соколом, который всё это время даже не спустился вниз. Умное создание, в отличие от нас. Несли пострадавшего мы так до вечера. Изредка Слава поддерживал его, очищая рану и пресекая воспаление на корню. Но этого было мало. Невооружённым взглядом было видно, что пострадало не только мясо, но и кость. Причём очень серьёзно, так как при перевязке его ноги я заметил осколок кости. Оставалось только поблагодарить богов, что артерии не были задеты. Сам же бывший кузнец, как только его поместили на носилки, отправился в глубокий сон, созданный Славкой.

Прямо на нашем пути простиралось высохшее русло реки. Шириной оно не впечатляло, но зато глубиной… В общем, чтобы перейти на другую сторону, нам потребовалась помощь нашего крылатого друга. Нет, конечно, мы и сами смогли бы спуститься, а потом взобраться обратно, но не с носилками. Получившееся подобие ущелья уходило в земную твердь метров на пятнадцать с перепадами. В самом низу виднелись нетронутые скелеты совершенно обычных речных созданий и песок, перемешанный с землёй. Как и почему такая внушительная река исчезла, я не понимал. У других спрашивать не стал: вряд ли они знали что-то о здешних местах, да и такого же интереса, какой вызвал у меня этот феномен природы, у своих попутчиков я не наблюдал. Для них это было обыденностью. Ну подумаешь, раньше тут вода текла, а сейчас нет – других забот хватает.

Как ни странно, но высохшая река играла в нашу пользу. Перелетая в цепких лапах сокола, Сара увидела пещеру на противоположном берегу. До неё можно было спуститься по небольшой тропинке. Справедливо рассудив, что тропинку кто-то натоптал, мы отправили вперёд двух наших дружинников, оставшихся на ногах: провинившегося Ивана и Игоря, который больше всех злился на своего приятеля. Вернулись они быстро. Всё было чисто, никого там не было, а каменистый берег не собирался обваливаться. Решено было там переночевать и уже по-людски оказать помощь Сергею.

Я немного разочаровался в выбранном месте, когда мне удалось его рассмотреть вблизи. Пещерой это назвать было сложно. Скорее, небольшой выступ от стены с таким же небольшим навесом из монолитного камня. С предыдущим закрытым гротом сравнивать даже смысла не было в плане безопасности. По сути, это просто тропинка расширилась в одном месте и шла дальше вниз. Так что придётся сторожить сразу два направления ночью. Хотя даже три, если считать крылатых хищников. Вдобавок ко всему это место продувал лёгкий ветерок. Хорошо хоть тёплый. Наверное, я слишком придирчив, потому что все остальные с радостью начали располагаться. Пришлось и мне смириться с обстоятельствами и присоединиться к группе. Тем более выборов у нас немного: либо тут, либо совершенно на открытом пространстве, где пришлось бы просить сокола остаться с нами и внушать возможным агрессорам страх. Но это было бы как минимум эгоистично – ему тоже есть охота.

Вот тут-то я и решил дать волю всему, что накопилось. Причём разозлиться мне не составило труда. Как только Славка начал лечить пострадавшего, я тут же с суровым видом направился к Ивану. Тот, похоже, что-то прочитал у меня на лице, потому что парень как-то сразу стал меньше ростом и виновато опустил глаза. Меня это только ещё больше разозлило:

– Что за сила вас заставила это сделать?!

– Матвей, не кричи, – успокаивающе проговорила мне Лиза, беря меня за руку, а после более серьёзно продолжила, – а ты не вздыхай с облегчением. Вопрос остаётся тот же. Отвечать на него придётся тебе, Иван, раз твой подельник не в состоянии что-то произнести.

Сразу говорить провинившийся не стал. Вначале он долго и со скорбью на лице смотрел на лежащего на плаще раненого, которого ещё не вывели из сна. Славка уже начал приготавливаться и обрабатывать парочку походных инструментов. Похоже, решил одарённый попробовать что-то сделать с раздробленной костью. По сути, ему только и надо, что положить все осколки на место. Дело может быть простым, если там всего парочка крупных, а вот если бывшему кузнецу не повезло…

– Да как сказать… – начал колоться дружинник, – мы ж не для себя, мы это для общего блага хотели. Вон тому же Славке или господину Бажену камушек этот отдать, тогда и наше поселение в разы сильнее стало бы, если верить вашим разговорам…

– А не пришло ли в твою недалёкую голову, что если бы возможно было это сделать безопасно, то Славка сам попытался забрать такой трофей? – переходя на шипение, спросил я, но ответа не последовало, лишь жалобный взгляд и пожимание плечами.

Отвлёк от дальнейшей порки стон раненого, которому даже через сон стало некомфортно, когда в его ране начали аккуратно копаться. В отличие от других, я видел, что Славка использует свою силу, дабы обнаружить все повреждения. Спустя мгновение, даже передо мной предстала неприятная картина. Мелкие части кости светились слабым фиолетовым свечением. К сожалению, такого цвета, было много. Похоже, ударная конечность голема просто раздробила часть ноги, пройдя насквозь кости, когда пришпилила дружинника к дереву. Я-то надеялся, что там просто откололась часть края…

Сама же повреждённая поверхность светилась чёрным цветом. И отверстие, которое образовалось после удара, видно было тёмным цилиндром. Меня даже передёрнуло от такого зрелища, и в этот же момент глаза вернулись в обычное состояние.

– Говоришь, планировал отдать одарённым камень? – очнувшись, спросил я у всё ещё притихшего Ивана.

– Ну, не то что бы…, – протянул дружинник.

– Ваня, не наглей, – прекрасно поняв, что эти двое остолопов хотели подарить, скорее всего, Бажену эту драгоценность за очень большое вознаграждение, – Славке сейчас лишняя сила не помешает, так что отдай артефакт ему. Того заряда, что присутствует здесь, должно хватить с лихвой. И не смотри на меня взглядом побитой собаки, мы тут не за заработком, так что о наваре даже не думай. Живыми бы выбраться. И вообще, тебе приличную сумму из казны выплатили! Мало что ли?!

Проигнорировав мой вопрос, воин, с самым несчастным видом, подошёл к Славке и молча отдал тому камень. Надо сказать, младший служитель богов сильно большого внимания не обратил на подарок. Ему не до этого было, а сил пока своих хватало.

– И как мы дальше будем идти? Не ждать же нам, когда Сергею вылечат ногу? – угрюмо спросила Сара, обращаясь, по сути, ко всем.

– А если сокол… – начал было Игорь, но я его остановил.

– Вряд ли он сможет его долго нести. На короткое расстояние он и двоих сможет поднять в воздух. Но чтобы весь день… тем более с дополнительным грузом, он утратит манёвренность, которая в случае нападения ему может пригодиться. Да не бойтесь вы, сейчас Славка его подлатает, за ночь всё залечится, – сказав это, я пристально посмотрел на одарённого; тот, ведать, ненадолго отвлёкся от своей работы и прекрасно слышал наш разговор. Потому что, как только я закончил говорить, Славка поднял голову и отрицательно покачал ею. К сожалению, этот жест видели все. Да и одарённый не пытался скрыть этого.

– У меня нет возможностей сейчас собрать его ногу, – начал пояснять Славка, – а наращивать – это очень долго. Все осколки-то то вытащить мне не составит труда, но этого недостаточно. Повреждения слишком серьёзные. Такие нужно комплексно заживлять, множественными подходами. Сразу говорю, переносить его нельзя, иначе он может без ноги остаться. А если я сейчас укреплю ему ногу хотя бы для того, чтобы она не разрушилась дальше в пути, то уже и меня придётся утром тащить. В общем, я считаю, придётся разделиться: кому-то здесь остаться, а кому-то продолжить путь. Быть может, у конца нашего пути ждёт помощь…

Над стоянкой повисла абсолютная тишина. Даже ветер, казалось, стал дуть намного тише, еле уловимо. Самыми громкими звуками были посапывания нашего пострадавшего.

– Надо было его в самом начале отправить назад, под клятвой молчания! – как-то зло прошипел Игорь. – И не было бы сейчас никаких проблем! За одним оболтусом мы бы как-нибудь уследили, а тут их сразу два стало, и вот он – результат!

– Ладно, утро вечера мудренее, так что давайте ешьте, да на боковую. Слава, не вздумай слишком много сил тратить, лучше дольше тут задержаться, чем ты будешь на нуле. Тем более тебе ещё меня обездвиживать, если ещё не забыл…

***

Мыслав был в бешенстве, когда ему донесли, что вся группа этого странного, но полезного пришлого пропала прямо во время боя. Парочка дружинников успела заметить, как его отряд отбивался от нападений, но потом всё слишком быстро завертелось, и никто уже не следил за своими соседями. И это было очень плохо, если не выражаться грубее. Полусотник знал, что на этого чудака у воеводы были свои далеко идущие планы, так что его пропажа его совсем не обрадует. А если учесть, что в том же отряде был единственный ребёнок выборного воеводы и внезапно ставший перспективным одарённый, то дело принимало критический поворот. За такое его могли как минимум лишить звания, а там и отправить куда-нибудь в набег на зувров, откуда бывалый вояка мог бы не вернуться.

Увы, такое могло быть в их поселении, но не по приказу господина Кроста, а по личной инициативе дружины, которая могла подумать, что полусотник Мыслав намеренно избавился от конкурента за место при воеводе. Мол, герой прошедшей битвы столько сделал для поселения, а подлый полусотник не оценил его достоинств. И это не шутка… ведь воины знали, кто именно дал шанс поселению отбиться от врагов, а потом и навестить соседей. Это простой народ был далёк от всего этого и вполне мог поверить в могущество старшего служителя богов…

С такими вот мыслями полусотник, морщась от боли в уже затянувшейся ране на лице (всё-таки младший служитель богов знает своё дело), подошёл к ладьям. Какое-то время он следил за посадкой на них воинов, но потом решительно скомандовал отбой. Хоть командир такого большого подразделения и понимал, что это глупо, но он всё же решил дать шанс пропавшей группе и подождать их на берегу, организовав укреплённый лагерь. Конечно, можно было бы и продолжить поиски следов травника, но слишком много было ранено (хорошо хоть не убито) людей после нападения зувров, которые не дали даже остаться на месте пропажи отряда Матвея, чтобы попытаться их найти, ну или, на крайний случай, их тела…

Глава 24.

Вторая вынужденная ночёвка «дикарями» в этом негостеприимном месте практически ничем не отличалась от предыдущей. Разве что оказалось, что та тварь, приходящая ко мне по ночам, стала несколько сильнее. Через дрёму я ощутил какой-то дискомфорт, словно кто-то мне, такому хорошему, на теле живого места не оставил. С трудом приоткрыв один глаз, я с удивлением обнаружил, что сдерживающих меня верёвок стало на порядок больше, чем было, когда я засыпал. В общем, после недолгих объяснений мне поведали, что я чуть ли не вырвался из верёвок и не отодрал себя от липкой субстанции. Причём неупокоенному было всё равно на то, что он отрывает и мою кожу, которая частично начала оставаться на земле. Всё это длилось до тех пор, пока младший служитель богов не отправил уже эту проклятую сущность спать. После этого было принято решение меня связать покрепче, чтобы в случае чего я сам себе не навредил. Повезло, что раны были небольшие и их быстро залатали, включая и опять открывшуюся рану на ладони, когда моё тело отправили второй раз спать. Иван предположил о некой связи этого незаживающего пореза с тем, что со мной происходит. Никого эти слова не удивили, а Сара с сарказмом заметила, что бравый дружинник долго соображает…

Всё это не придало мне хорошего настроения. Естественно, после такой побудки я ходил хмурый и раздражённый. Один раз даже камень обругал, когда случайно споткнулся об него и чуть ли не улетел вниз. Видя моё состояние, окружающие старались не тревожить меня, давая время принять происходящее. Прервал моё плохое настроение сам Славка, который закончил утренние манипуляции над всё ещё бессознательным бывшим кузнецом.

– Всё-таки нам надо разделиться, – опять предложил эту идею Славка, – стоя на месте, мы ничего не добьёмся, а твоё состояние ухудшается.

– И каким образом ты собираешься делить нас всех? Особенно себя. Ведь ты нужен и мне, и Сергею, – недовольно буркнул я, хотя прекрасно понимал правдивость его слов.

– Ну, мне так или иначе необходимо остаться тут, иначе дружинник не проживёт и пары дней, а что касается тебя, то я уже припас несколько наборов сонных зелий, которые действуют как паралич. Конечно, они распространяются по организму не сразу и на определённое время, так что тебе придётся минимально спать, но зато даже если в тебя опять вселится эта тварь, то ничего не сможет сделать, так как тело будет неподконтрольно ей. Да и думаю, что она не будет так уж сильно хулиганить: неупокоенному почему-то позарез надо меня уничтожить, когда я нахожусь в его поле видимости. Исключив раздражающий фактор, мы тем самым уменьшим его агрессию. По крайней мере, я надеюсь на это…

– Ага, это вы хорошо придумали, а если понадобится убегать, а он будет валяться, не в силах встать?! – нахмурившись, встряла в разговор Лиза.

– А разве, находясь под властью вселившейся сущности, Матвей сможет что-то сделать? – вопросом на вопрос ответил Слава.

Спор на этом и затих. Все прекрасно осознавали справедливость сказанного, да и они всё своими глазами видели, так что могли с лихвой оценить ситуацию.

Долго рассиживаться я не стал, утро было в самом разгаре, и надо было торопиться. Кто его знает, сколько ещё нам предстоит идти. Недолго думая, я заявил, что возьму с собой только одного попутчика, так как со мной будет ещё сокол и он, в случае чего, поможет справиться с опасностью, а всем остальным, кто останется здесь, придётся справляться самостоятельно. Конечно же, вызвалась со мной идти Лиза, объяснив это тем, что мне потребуется поддержка стрелка, пока я буду отбиваться от очередной зверюшки. Спорить было бессмысленно, но я не хотел, чтобы она шла со мной. Из-за всех обстоятельств мне казалось, что быть рядом с моим телом куда опаснее, чем оставаться здесь. Поэтому я попытался переубедить подругу, но та заявила: либо идёт она, либо Сара, остальные при себе оружия дальнего боя не таскали, кроме меня, хотя мои стрелы воительницы почти все утащили. В общем, пришлось мне согласиться на кандидатуру Лизы, иначе бы она меня могла не понять.

Вот так нам и пришлось разделиться. Напоследок я порекомендовал оставшимся членам отряда запастись дровами, пока светло, и постараться завалить дороги камнями, дабы увеличить свои шансы на выживание…

– Переживаю я за них, – призналась Лиза, когда мы отошли от наших друзей на почтительное расстояние. Моего хранителя на этот раз звать не пришлось. Он сам, как только мы поднялись на поверхность, с радостным видом подлетел ко мне и начал выпрашивать ласки. Видимо, этому могучему хищнику не чужды обычные живые эмоции. Да и чему тут удивляться: если это чудо понимает меня без слов, то и на нечто подобное он вполне мог быть способен. Вот только моих поглаживаний ему было недостаточно. После порции ласковых слов от меня пернатый товарищ повернулся в сторону прикусывающей губу Лизы, которая еле сдерживала смех. Видимо, сокол неправильно понял её и посчитал, что та завидует мне. Я же глажу такого красавца, а она – нет. Вот, обмозговав всё это, крылатый боец важно потопал к остолбеневшей от неожиданности девушке. Тут надо отметить, что вид высоко поднятой головы и чётко шагающего здоровенного сокола действительно оказывал поистине уникальное воздействие на окружающих. Ему бы на парад, а не в лесу прозябать.

– Ты думаешь, что нам тут безопаснее, чем им? – с удивлением ответил я девушке, оборачиваясь в её сторону всего на миг, но злосчастной ветке этого хватило, чтобы подловить меня и как следует царапнуть острым сучком по щеке. Я даже зашипел, но не от боли, а от досады. Глупо получилось. Хотя моей вины тут нет, как и Лизы. С тех пор как мы отошли от высохшего русла реки вглубь леса, деревья становились всё гуще и гуще. При этом их огромный рост не изменялся. Поэтому через какое-то время нам уже пришлось кое-где нагибаться, чтобы пройти под целой стеной из тёмной зелени. Всё это не ускоряло нас от слова совсем. Да и возникла небольшая проблема: иногда мы теряли из виду нашего провожатого. Благо он нас прекрасно отслеживал и передвигался скачками от ветки до ветки, иногда в буквальном смысле проламывая себе путь. Но это происходило редко; наверное, подобные ему гиганты уже давно сделали себе в этом лесу воздушную дорогу, ведь, в отличие от сокола, ни один из обитателей леса не покидал границ этого места, даже небесных.

– Они хотя бы имеют возможность укрепиться на месте и ожидать своих неприятелей готовыми, а мы идём в неизвестность. Тем более не забывай: с ними одарённый, а он в критическом случае может обрушить дороги к ним, да и воздушную угрозу постарается сбить на подлёте. Главное, чтобы им провианта хватило, но и в этом случае они могут постараться его добыть, как и воду. Думаю, если копнуть поглубже в высохшей реке, то вполне можно получить бонус. А тот же Славка может сделать это куда быстрее, – продолжил я, когда мы вышли на более-менее открытую от низких веток поляну.

– Да, наверное, ты прав, но всё же у нас есть шанс убежать… – начала было поддерживать разговор Лиза, но я её прервал, закрыв ей рот рукой. Благо девушка сразу поняла, что это не просто моя прихоть.

В стороне послышался громкий скрип, как будто что-то большое навалилось на бедное растение и заставляет его прогнуться под собой. И это явно не сокол, который довольно бесшумно перелетает с места на место. Подав знак Лизе стоять на месте, я мысленно попросил сокола поднять нас в воздух на всякий случай, обозначив это сильным переживанием. Конечно, это может, просто старое дерево готовится сломиться под тяжестью прошедших веков, но лучше перестраховаться. К сожалению, нам пришлось самим немного вскарабкаться на высокое дерево, дабы мой тотем смог нас подхватить. На этот раз он не стал экспериментировать и перенёс нас поодиночке. Первой была Лиза, и, судя по всему, ей сильно не понравилось то, что она увидела с высоты. Холодея где-то в области желудка, я уже начал заочно бояться того, что может мне открыться, когда меня подхватит мой пернатый друг.

М-да, многое мне уже пришлось повидать в этой жизни после нелепой смерти, но такой мерзости – ни разу. Согласен, это очень странно звучит, но зато передаёт весь абсурд моей нынешней ситуации. Хотя вроде бы ничего такого я не увидел. Всего лишь заботливая мамаша роет землю и укладывает её вокруг своих детей-подростков, видимо, создавая тем самым что-то вроде гнезда. Довольно милая картинка, если не учитывать размер и внешний вид счастливой семейки…

Дети – то ещё ничего, всего лишь чуть больше человека, а вот их родитель уже впечатлял размерами. Думаю, два этажа не самого мелкого дома там было, не меньше. А самое интересное, что это, судя по всему, был крот! Самый настоящий крот! Вот только обычным назвать его никак нельзя было… и это я сейчас не про рост. Конечно, подобную тварь я видел только на картинках, но, судя по всему, это был звездонос. Точно такие же отростки на носу, которые расходятся в разные стороны. Разве что они длиннее… и я не уверен, что у этого вида подземных жителей в моём старом мире были присоски, как у осьминогов. Хотя такие отличия намного эффективнее, тут я спорить не буду. Особенно после того, как на моих глазах эта огромная тварь шла на ощупь, проверяя перед собой землю пятиметровыми щупальцами, а потом ими же, по понятным только ей причинам, с лёгкостью наклонила исполинское дерево, расширяя тем самым себе и своему потомству жизненное пространство. Похоже, именно этот звук мы и услышали. Затем эта зверюга огромными размахами в очередной раз добавила земли на уже целый вал для своих «крошек». Наверное, я был слишком удивлён подобным зрелищем, потому что ничем иным я не могу объяснить свою надоедливую мысль. А подумал я о том, что твари бы земляные укрепления строить, а не разрушать хрупкую экосистему такого замечательного леса.

Как бы ни было прекрасно узнавать что-то новое, необходимо как можно быстрее улепётывать от этой твари. Так-то она, в большей степени, слепая, но, может быть, у неё хорошо развит слух, и она способна даже услышать, как я дышу. Лиза полностью поддержала меня характерной жестикуляцией, по которой было отчётливо видно, что ей не терпится спуститься на землю. Для пущей страховки я попытался объяснить крылатому сподручному, что нас желательно унести подальше от этого места. И, как ни странно, сокол меня понял; похоже, у меня талант к подобной практике. Быть может, мне театр без слов открыть, а не носиться с мечом и топором по лесам?

Судя по всему, моему хранителю тоже не нравилось соседство, потому что он не стал оставлять себе повод для возвращения, а попросту подхватил нас обоих за плечи. Правда, перед этим он тяжело вздохнул, похоже, готовился к грядущим нагрузкам.

Отнёс он нас на достаточное расстояние и остановился лишь тогда, когда у него ощутимо затряслись лапы от напряжения. Я даже в какой-то момент испугался, что сейчас наш друг попросту сбросит ненужный балласт с приличной высоты. Но нет, сильная птица выдержала, и полёт прошёл вполне нормально, если не считать того, что меня пару раз хорошенько так вдарило о встречные ветки. Ну да ладно, по сравнению со всем остальным это было не так уж и больно.

К моему глубочайшему удивлению, мы не организовали привал там, где остановились. Несмотря на то что лапы хищника устали держать нас на весу, в остальном он был вполне бодр и продолжил свою миссию провожатого, хотя я порой порывался уговорить его отдохнуть. Но нет, гордая птица не слушала меня и продолжала маневрировать между деревьями с упорством настоящего воина. Такое рвение даже навело на мысль, что мы ему уже конкретно так надоели и он побыстрее хочет отделаться от медленных пешеходов, но я быстро выгнал эту мысль из головы. Не стоит думать плохо о тех, кто тебе помогает, особенно если он может прочитать твою эмоцию.

В общем, на ночёвку мы встали как обычно, отыскав более-менее защищённое место. Правда, на этот раз им стало свалившееся дерево, которое кто-то изрядно так покромсал: наверное, местные обитатели таким образом зубки точили, образовав небольшие выемки. Если бы шли все вместе, то этого было бы мало, но на двоих – самое то. По пути сюда, кстати, удалось срезать парочку полезных растений, наподобие нашей мяты. Поводившись с нашим одарённым, я успел узнать, что эта трава неплохо останавливает кровь, закупоривая своим соком рану и одновременно дезинфицируя её. Мне такое точно может пригодиться, если рана на руке опять откроется…

– Нам придётся по полночи сторожить, – озвучила девушка то, что я и так знал, когда мы уже поели и смотрели, как мой грозный хранитель мило спит на ближайшем дереве. На этот раз он улетать не собирался, чему я был бесконечно рад.

– Знаю, – не глядя на неё, ответил я, – и логичнее будет, если ты первая пойдёшь спать и сменишь меня во второй половине ночи.

– Да, ты прав, так действительно будет лучше, – произнесла Лиза и, поцеловав меня в щёку, укрылась своим плащом, а мой же использовала как подушку.

Дождавшись, когда её дыхание выровняется и я буду точно уверен в её путешествии в чудесной стране грёз, произнёс полушёпотом, смотря на её умиротворённое лицо, совсем не уставшее от длительного перехода:

– Спокойных и долгих снов…

После этого достал из своей сумки небольшой железный сосуд и выпил бодрящий напиток, который втайне передал мне Славка перед самым уходом от остальной группы. Мы оба посчитали такой шаг наиболее оптимальным; главное, как сказал мне одарённый, не частить с таким вот допингом, иначе, вроде как, сердце может отказать. Ну, это уже как получится. Существо, находящееся где-то внутри, с каждым разом словно становится сильнее, поэтому необходимо сократить время её главенствования над моим разумом. В общем, хотя бы через день мне придётся бдеть такие долгие тёмные часы…

Примерно по прошествии половины ночи сокол проснулся и, изобразив нечто вроде потягиваний, куда-то взметнулся. Надеюсь, только ненадолго. Как-то не верилось в то, что в случае нападения мы без помощи сможем отбиться. Не те твари тут обитали. Крылатый хищник, похоже, чувствовал мою обеспокоенность, потому что вернулся достаточно быстро; при этом он притащил с собой небольшую тушку и прямо у меня на глазах принялся разделывать свою добычу. Как ни странно, но отвращения эта сцена у меня не вызвала. Да и не сильно-то я обращал внимания на отрывающего клочки мяса сокола: подумаешь, птичка кушать захотела, что тут такого? Мне сейчас не до этого. В моих мозгах в этот момент варилась какая-то каша. Как, впрочем, и каждый раз, когда наступала ночь в лесу. Мысли то появлялись, то уходили на задний план. Например, я думал, а не придумал ли я всё? И это я не про данный мир имел в виду. В реальности здешних законов и людей я уже давно удостоверился. Переживание у меня возникало по поводу нынешнего путешествия… в общем, я думал, что моя цель – это обычный глюк моего мозга. И по недоразумению я потянул за собой остальных, причём дорогих мне людей… хотя наличие сокола передо мной опровергало все сомнения, пускай и на короткое время.

– Дружище, а нам долго ещё добираться до него? – тихо спросил я, обращаясь к, наверное, поздно ужинающему тотему. Тот, резко прекратив пир, поднял голову и долго глядел на меня, похоже, пытаясь высчитать расстояние, ведь для него и нас оно могло быть разным. Потом грозный хищник решительно помотал головой в разные стороны, отчего висевшее мясо на какой-то жилке раскачалось в такт. Новость меня очень порадовала, но я тут же возмутился и испросил: «А почему же ты раньше не подал об этом знак?». На что получил полное игнорирование. Возможно, это надо было расценивать примерно так: «Ты, несчастный пешеход, и не спрашивал».

– Матвей! Как это понимать?! – вот с такими заявлениями пожелала мне доброго утра моя девушка, когда проснулась, а чуть свет пробился через зелёные преграды. Тянуть у меня не было желания, хотелось как можно быстрее выступить, поэтому я просто показал ей вскрытый флакончик и объяснил, что и как. Девушка, конечно, возмутилась: мол, силы же нужно откуда-то доставать на дальнейший путь, и не спать – это совсем не выход.

– Не волнуйся, осталось недолго, так что сил у меня точно хватит, – широко улыбнувшись, успокоил я Лизу.

– Ты-то откуда можешь знать об этом?! – не сдавалась девушка.

– Чувствую, – лукаво ответил я ей и начал собирать вещи, попутно передав воительнице сухпаёк. Свою-то часть я уже съел, делать ночью было нечего.

Примерно к полудню я ощутил откат от зелья нашего одарённого. Однако долго эффект сохранялся, всё это время меня даже зевать не тянуло. А тут как плотину прорвало; хорошо хоть сильной усталости не наблюдалось, даже наоборот, был немного приободрён. Хотя, подозреваю, мешки под глазами у меня знатные теперь. Ну, это можно и пережить. Пройдя примерно ещё часа полтора, я сделал стойку. И не от того, что услышал опасность, а от того, что до нас донеслось громкое журчание, а мой крылатый помощник резко прибавил скорость. Взяв девушку за руку, я побежал вслед за птицей, краем глаза отмечая, что растительность стала редеть, и вот уже сквозь стволы исполинов в отдалении видны бело-чёрные деревья, перед ними большой пустырь, а прямо посередине текла река. Конечно, не такая большая, как река Великая, но и не маленькая. Хотя, если память не изменяла мне, её можно было перейти вброд.

– Оно! – растягивая улыбку до ушей, радостно на бегу сказал я удивлённой Лизе. Похоже, девушка не понимала моей весёлой реакции. Хотя моё настроение мигом изменилось, когда ноги в буквальном смысле провалились по колено в землю, а вокруг началось настоящее землетрясение…

Глава 25.

Мне удалось откопать ноги девушки и откинуть её подальше от себя. Только вот при этом я сильно упирался в землю, что и привело к… в общем, удерживающая меня глыба земли и глины не выдержала такого напряжения, и я с грохотом отправился куда-то вниз, вместе с приличным количеством грунта. Моё сознание даже сообразить не успело, что это такое вообще. Единственное, о чём я подумал, так это то, что я полный неудачник. Прямо перед целью своего похода подобным образом облажаться! Это надо иметь большой талант! Если не огромный!

Приложился я знатно. Никогда не возделываемая земля была очень твёрдой и, даже разрушившись, осталась в форме приличных комков, порой и довольно острых. Последнее ничуть не улучшало моё положение. Хоть острые края разламывались легко, но перед этим они ощутимо врезались в тело, оставляя после себя неприятные синяки и запоминающиеся эмоции.

Немного придя в себя после падения, я попытался сесть и понять, есть ли у меня серьёзные травмы. К своему большому неудовольствию, я сподобился встряхнуть головой, прогоняя от себя пелену на глазах. Тут же голову прострелило острой болью. Ощупав макушку, обнаружил там небольшой синяк. Оставалось только надеяться, что сотрясение обошло меня стороной. Придя немного в себя, я осмотрелся. Ну что тут сказать? Положение у меня не из лучших. А всё потому, что я ничего не видел дальше четырёх метров от себя. Лишь неясные очертания самого настоящего туннеля. Правда, был он каким-то хлипким. То тут, то там с потолка сыпалась земля, а со стен порой отпадала глина. Ну тут ничего удивительного нет. Всё-таки рядом река, наверняка она сильно влияет на подобные сооружения. Хорошо хоть не затопило ещё проходы, а то бы унесло меня в далёкие подземные дали. Так, стоп, а может, это и есть часть подземного притока? Просто оно наполняется в определённое время года…, хотя вряд ли. Воде ни к чему такие высокие потолки. А они и вправду впечатляли. До образовавшейся прорехи в верхний мир было метров шесть, не меньше. И это, если честно, конкретно так удручало.

– Матвей, что с тобой?! Ты ранен?! – послышался обеспокоенный голос Лизы. Судя по всему, она даже не поняла, что произошло. Хотя я и сам полностью не разобрался в ситуации.

– Не скажу, что всё хорошо, но жить буду! Главное, ты не подходи к пролому близко! Минимум метра два, не меньше! – прокричал я ей в ответ. – У тебя там как?

– Всё нормально, пустоты образовались лишь в одном месте! Только непонятно, почему земля затряслась?! Ты выбраться сможешь?! – судя по голосу, девушка чем-то была занята. Похоже, искала в сумке, что могло бы тут мне помочь.

– Сам нет! Тут слишком высоко! А стены обваливаются! Да и пролом далеко от них! Слушай, а верёвки, которыми меня связывали, длинные?

– Не очень! Я как раз их сейчас связываю между собой! В общей сложности метра три будет! – подтвердила мою догадку девушка. Только вот длины маловато. Нет, если бы её мне спустили от края, то я бы сподобился допрыгнуть. На крайний случай составил из обрушившихся валунов подъём, но девушке подходить было опасно к пролому…

– А сокол далеко? – как бы невзначай вспомнил про пернатого помощника я.

– Нет, вот он, парит рядом! Видно, что нервничает! Хочешь, чтобы он спустил тебе верёвку? – догадалась Лиза.

– Ага! Попробуй с ним договориться! Сам он не взлетит отсюда, размах крыльев слишком большой у него! – подтвердил слова девушки, а сам постарался отправить соколу призыв о помощи. Надеюсь, мой хранитель станет слушать воительницу. Иначе мне придётся кричать ему отсюда, а этого почему-то не хочется. Жутковато тут… ещё и это проклятое эхо действует на психику…

Судя по усилившимся звукам и шороху, пернатый помощник соизволил спуститься и помочь в моём избавлении от плена земляной тюрьмы. Ну что ж, значит, волноваться не о чем. Сокол уже не раз доказывал свою сообразительность, так что для него подобное задание будет совершенно несложным.

– Какого лешего…, – произнёс я вслух, когда увидел через проём спускающегося сокола. Но ведь он уже давно приземлился, судя по звукам! Так, стоп!

– Что здесь творится?! – не сдерживая громкий голос, воскликнул я. А было от чего…

В темноте тоннеля стали видны новые обломки породы, только падали они не с потолка, а со стены. И судя по всему, тот звук, что я принял за шум крыльев парящего сокола, исходил из эпицентра нового обвала. Порой было даже видно, как пласты земли попросту выталкивались чьей-то недюжинной силой. Вот очередной валун отпал и взамен него показалось что-то подвижное и гибкое. Оно ощупало окружающую себя обстановку, а потом обхватило стену и с силой потянуло на себя, зачем-то стараясь утащить землю туда, откуда эта штука вылезла. Сразу сделать этого у нового гостя подземелий не получилось, но незваный гость не останавливался в своих намерениях. Поэтому представление пред моими очами источника этой гадости вполне скоро могло осуществиться.

– Эй, господа хорошие! Вы не хотите поторопиться?! Если нет, то я настаиваю на этом! У меня тут возникли непредвиденные обстоятельства! – постарался донести я свои переживания до остальных. Как по заказу, в следующий момент мне на голову посыпались мелкие земляные камешки, задетые связанной верёвкой и скинутые вниз. Медлить я не стал и тут же начал сооружать подобие пирамидки, дабы допрыгнуть до своего шанса на свободу. Попутно я ругался сам на себя, пытаясь понять, почему раньше это не было сделано. Получилось коряво и ненадёжно, но на один раз вполне должно хватить. А возвращаться сюда я не собирался.

Высота стала вполне преодолимой, так что надо было прыгать. Тем более шорох в темноте отчего-то стал звучать более поспешно. Оставалось только надеяться, что существо так старается не ради меня.

Немного разогнавшись, я прыгнул, уцепившись за связанный на конце узел. Похоже, это Лиза позаботилась, чтобы руки не скользили по верёвке. Оставалось только поблагодарить её за сообразительность. Только вот вначале мне показалось, что мы сейчас вместе с соколом ухнем вниз. Уж больно резко как-то пол в тоннеле стал приближаться. Но, похоже, это просто пернатый помощник был не готов к такому рывку, вот и не применил должной силы. Ну ничего, в следующее мгновение красавец собрался и потащил меня наверх, оставляя за собой темноту и мрак. Ах да, ещё и нарастающую дрожь земли…

К сожалению, скорость подъёма от меня не зависела, поэтому я просто ждал и надеялся, что всё-таки покину это недружелюбное место. На самом деле всё происходило довольно-таки быстро, но мне из-за сильно взвинченных нервов казалось, что окружающее находится будто бы в густом киселе. Странное сравнение, но по-другому свою ситуацию я описать не могу.

Наконец мои ноги ступили на твёрдую землю в метрах пяти от пролома, и я с нескрываемой радостью побежал прочь от этого странного места. Сокол уже опередил меня и галантно протянул свою лапу девушке, намекая, что можно уже и снять верёвку с его прекрасного тела. Я уже собирался помочь Лизе в этом деле, как земля опять задрожала, а позади послышался глухой звук. Обернувшись, перед моими глазами предстала мерзкая картина. Сразу несколько отростков, похожих на щупальца осьминогов, только прямые, вылезли из уже увеличившегося проёма и с силой врезались в края, разрушая их тем самым. Манипуляция быстро принесла плоды, и очередной обвал издал характерный звук, но на этот раз отростки и не подумали исчезать в темноте. Они вцепились в твёрдые края и начали вытягивать своего хозяина на поверхность.

Быстро поняв, что за тварь решила нас преследовать, я хотел приказать соколу утащить нас отсюда, но не успел. Земля разверзлась, и я опять полетел вниз. Ну почти. Являясь учёным в подобных делах, я успел ухватиться за край провала и вылезти на поверхность. Судя по всему, Лизу постигла та же участь, но в отличие от меня, она уцепилась за не до конца развязанную верёвку, и на поверхность её уже вытащил сокол.

Дальше смотреть было уже некогда. Что-то очень сильно обхватило мою ногу и, встряхнув как нашкодившего котёнка, кинуло меня в сторону ближайшего дерева. Держу пари, что тварь таким образом готовит себе отбивные. Но на этот раз её кулинарные способности подкачали, и я даже не долетел до намеченной цели. Хотя и так было приятного мало. Как минимум гоголь-моголь она из меня сделала. Упав в мягкую траву, мне показалось, что у меня все внутренности от такого аттракциона перемешались, и теперь, чтобы их поставить на место, нужен знающий хирург. Приходя в себя и пытаясь удержать в желудке хоть что-то, я краем глаза наблюдал, как здоровенное подобие крота стремительным броском устремилось на моих друзей. Лизе удалось увернуться от щупалец и отбежать подальше, а вот сокол не успел улететь от твари. Вернее, сам-то он взметнулся в воздух и был достаточно высоко, чтобы крот не смог его достать, но вот всё ещё привязанная верёвка подставила крылатого хищника самым подлым образом. Тварь попросту ухватилась за конец верёвки своим щупальцем и потянула моего хранителя на себя, щурясь подслеповатыми глазками.

Взяв себя в руки, я угомонил на время собственный организм и, сначала медленно, но ускоряясь с каждым шагом, побрёл в сторону животного, которое хотело закусить соколом. Только, похоже, я слишком долго пытался сориентироваться. Лиза успела сделать это впереди меня, и нет, она не стала с кинжалом наголо кидаться на противника. Девушка поступила деликатнее. Вытащив из-за спины лук, воительница, недолго думая, пустила стрелу в сторону твари. Ну, это я так думал, что лучница просто хотела отвлечь крота-переростка, всадив в того парочку стрел. Точнее, это был побочный эффект. Главной задумкой было перерезать удерживающую птицу верёвку. Острое лезвие вспороло край верёвки где-то в полуметре от ноги моего тотема и, пролетев дальше, вонзилось недалеко от глаза твари, которая, похоже, даже не заметила укола. В следующий момент сокол совершил мощный рывок, и злополучная верёвка порвалась в надрезанном месте, освобождая своего пленника. Мне оставалось только дивиться слаженности этих двоих. Как сокол понял, что надо подождать и постараться не дёргать в разные стороны верёвку, я не понимаю. Хотя, быть может, всё дело в том, что они оба дети этого мира, а я нет?

Долго предаваться философии я не стал: согласитесь, время уж больно неподходящее для этого. Но зато эти мгновения позволили мне полностью прийти в себя. Хотя нет, это я преувеличиваю. Максимум процентов на восемьдесят.

Оценив обстановку, я постарался зайти к зверю с тыла, рассчитывая на подслеповатость кротов. Хотя это же не совсем крот, но всё же была надежда на аналогию этой твари с земными существами. Поначалу всё шло как по маслу. Сокол, увидев мои перемещения, стал отвлекать врага, маневрируя между его щупальцами. Ну а Лиза старалась попасть в маленькие глазки, которые на такой огромной туше смотрелись довольно комично. Да вот, похоже, тварь чувствует малейшие передвижения по земле на каком-то интуитивном уровне. Я был уже в паре метров от короткого хвоста твари, как она что-то заподозрила и начала разворачиваться. Делала она это неуклюже: похоже, излишние габариты делали это существо менее манёвренным. Но скорость на коротких расстояниях у неё вполне впечатляла.

В общем, задняя часть твари полетела прямо в меня. Я же, совершенно не заботясь о чувствах этого существа, подпрыгнул и вонзил остриё топора, который приготовил вместо меча, в самое основание хвоста. Получилось неплохо: мне не только удалось нанести урон, но и получилось удержаться на твари, ухватившись за топорище. Далее в ход пошёл подаренный девушкой кинжал. Воткнув его выше по хребту, я начал подтягиваться, приближаясь всё ближе к голове твари. Топор вытаскивать не стал – слишком долго и хлопотно, да и засел тот, судя по всему, надёжно. Так что мысленно я готовился достать меч для решающего удара, осознавая, что одним кинжалом тут не обойтись. Тварь ревела и моталась в разные стороны каждый раз, когда я наносил новые раны кинжалом. Конечно, тут бы не помешал второй, уж больно неудобно было держаться за короткую шерсть существа, когда приходилось создавать новую опору, но выбора особо не было. Признаться, я на подсознательном уровне надеялся, что с очередным ударом кинжала на помощь придёт тот странный тип, что уже не раз мне помогал и позвал к себе. Ведь вот она – граница его обитания, рукой подать. Но ничего не происходило. Я вообще давно не ощущал присутствия этого одарённого. Да и является ли он одарённым…

За всеми этими действиями я как-то даже не подумал о том, что тварь может меня скинуть со спины своими щупальцами или перевернуться на спину. Ну, для последнего у неё явно мало мозгов, а вот для первого… я успел извернуться и вытащить свой меч, когда сразу два отростка полетели в меня. Чего они раньше не напали и дали мне дойти почти до головы, я не знаю, да и не очень-то было интересно. До тех пор, пока щупальца не застыли в чуть больше чем метре от меня. Ну что ж, похоже, кое-кто пренебрегал гимнастикой в жизни и не мог даже сам себе спинку почесать! Это, конечно, печально, но у меня возник такой очень важный вопрос… как мне теперь добраться до черепа этой гадины?! Осталось-то совсем чуть-чуть, а на пути встали щупальца!

Рассуждать или придумывать план было некогда: тварь продолжала крутиться в разные стороны, издавая грозное фырчанье. Решившись, я предпринял попытку отрубить парочку ненужных конечностей этой животине. Рывком вытащив кинжал, я ринулся вперёд, но, когда отростки полетели в меня, резко ушёл в сторону, собираясь воткнуть кинжал в плечо твари и пронырнуть дальше, минуя опасность. Да вот только поздновато мне удалось прекратить падение. В итоге я повис на уровне локтевого сгиба существа. Ну или подобия его. Чуть ли не касаясь земли, я постарался раскачаться, чтобы взобраться обратно, но всё было без толку. Щупальца твари пресекали каждую мою попытку исправить ситуацию, а отражать многочисленные атаки на весу было не очень удобно.

Тут, пользуясь тем, что большая часть внимания твари была прикована ко мне, сокол молниеносно сблизился с противником и нанёс той ранения своими острыми когтями в районе шеи. Получилось изрядно. Кровь полилась уверенным ручейком, но недостаточно быстро, чтобы такая тушка быстро ослабела. Перехватив свой меч покрепче, я попытался достать нанесённую рану и расширить её до приемлемых для меня размеров.

У меня получилось. Не знаю, откуда в этой тушке столько крови, но хлынуло знатно. Наверное, мы нанесли удар по важной артерии. Иначе произошедшее я не могу объяснить. С каждым мгновением существо становилось всё слабее, его движения – всё медленнее, а удары щупалец прекращались. Никаких визгов или воплей от твари мы не услышали до самого её падения на землю. Наверное, она и не умела издавать разнообразные звуки. Всё-таки под землёй они вряд ли нужны. И чего это существо решило выбраться наверх? Непонятно…

Лишь когда прошли последние судороги у твари, я вытащил свой кинжал и приземлился на землю. Чего я ждал? Да боялся, что у неё откроется второе дыхание, вот и решил подстраховаться.

– Ну что ж, могло быть и хуже, – вытирая меч об шкуру, произнёс я, – надо ещё топор как-то освобо…

Договорить я не успел. На меня налетел вихрь из объятий и поцелуев. Мне еле как удалось успокоить девушку и заверить, что со мной всё в порядке. Хотя голова всё-таки болела, но ей этого, конечно же, не сказал. Краем глаза я отметил, что девушка истратила весь свой запас стрел. Значит, не только сокол отвлекал существо от меня, но и Лиза. Хотя стрелы для твари были не больнее уколов. Ну а если подумать, то кто его знает? Я же не видел, куда попадала девушка. Может, и глаза твари удалось наконец поразить…

– Всё со мной хорошо, давай лучше заберём своё и уже поскорее закончим это проклятое путешествие, – подтолкнул я девушку собирать стрелы, одновременно показывая на бело-чёрный лес, возвышающийся за рекой, а также на нетерпеливо ждущего нас там сокола…

От автора:

Дорогие читатели! Вторая часть книги подошла к концу, и я искренне благодарен всем тем, кто дошёл до данного момента) Продолжение будет, в ближайшее время начну выкладывать третью часть. Вроде бы всё... ах да! По негласным правилам тут я должен Вас просить поставить лайк, написать комментарий и подписаться, но мне кажется, это лишнее) Я уверен, что если Вам понравилась история, вы и так не оставите без своего внимания книги) Всем всего самого наилучшего!