Покровитель тёмных искусств

Глава 1 Он был тираном

"Если бы я мог повернуть время вспять... Я бы вернулся в те дни, когда груз власти не давил на мои плечи. Когда я ещё не знал яда советников и их лживых, липких слов. Когда долг перед семьёй и Империей не окутывал меня железными цепями. Когда, даже слепой, я видел яснее, чем кто-либо. Когда у меня ещё была свобода... хотя бы её слабый, хрупкий отблеск."

За стенами Императорского дворца разверзся настоящий хаос. Столица Империи Лин была погребена в аду, который она не могла ни остановить, ни пережить. Мутная тьма опутала город, а по улицам хлынула нечисть — тёмные твари, рождённые не из этого мира. Они сносили стены, пожирали всё живое, разрывали тела на клочья. Извергаясь из фиолетовых вспышек на угасшем небе, тени несли с собой пламя — зловещее, фиолетово-чёрное, как бездна. Огонь стекал с крыш и балконов, превращая величественные улицы столицы в проклятую выжженную пустошь.

Это был конец.

Конец некогда блистательной Империи Птиц, сияющей жемчужины Восточного континента, которую теперь поглощал чёрный пепел. Даже долина Бессмертных была не в силах прекратить этот ад.

— О, Бессмертные! Услышьте нас! Спасите!.. — раздавались отчаянные молитвы среди пламени.

— Пожалуйста… хоть кто-нибудь… молю…

— ПОМОГИТЕ!!! А-а-а-а-а-а!

Голоса сливались с треском рушащихся стен и гулом нового пожара, пока дым не заглушил их. Взрывы вспыхивали один за другим, выбрасывая из разломов ещё больше тварей. Стража была мертва. Их изуродованные тела валялись на улицах, как сломанные куклы.

Горожане, разбитые и отчаявшиеся, сгрудились в руинах своих домов. Кто-то до последнего шептал молитвы Бессмертным, но большинство — проклинало. Срывая голос, они выкрикивали одно имя — имя человека, которого винили во всём.

— Проклятый император Лин! Пусть твои павлиньи перья сгорят в аду! — старик с седой всклокоченной бородой бился в истерике, его голос перекрывал шум огня.

— Тиран! Палач! Ты погубил нас всех! — завывала женщина, крепко прижимая к груди маленькое, неподвижное тело.

— Да не будет тебе покоя даже в смерти! Да разорвут демоны твою душу на тысячу кусков! — рычал молодой мужчина, лицо которого уже не отличить от маски из крови и пепла.

— Ты не достоин смерти! Не достоин перерождения! Это всё твоя вина!

Их крики, полные ненависти и ужаса, разносились по городу, подхватываемые ветром и огнём.

— Пусть дворец станет твоей могилой, Лин! Пусть рухнут стены и погребут тебя под своими обломками!

Жемчужина континента захлебнулась в мраке. Солнце не освещало это небо. Вокруг лишь фиолетовая бездна и безжизненная земля.

В самом сердце этой разрухи, в центре опустевшего Императорского дворца, находился слепой император. Его пустующий трон стоял, как чёрный камень среди пламени. Лиан Фэй не двигался. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Словно мраморная статуя, неподвижная и безмолвная.

Он не видел ненависти своих людей. Не слышал их проклятий. Но слова всё равно вонзались в него, словно тысячи невидимых клинков, пронзая сердце и душу.

— Император Лин! — снова и снова эхом разносилось по городу. — Да забудет тебя история! Да сгинет твоё имя в веках!

Мир вокруг рушился, и с ним умирала Империя.

Но внутри дворца царила пугающая тишина. Пустые залы — некогда наполненные светом и жизнью — стояли в мрачном безмолвии, словно их не тревожили целые века. На холодных каменных ступенях, ведущих к трону, в одиночестве сидела чья-то тёмная фигура.

"Если бы я знал... Я бы покончил с собой раньше. Если бы я предвидел... Я бы не позволил этому случиться."

Чёрная лента скользнула с глаз прямо в руки. Император Лиан Фэй медленно поднялся и шагнул вперёд. Что с лентой, что без неё — разницы не было. Это был всего лишь каприз, прихоть, чтобы скрывать свои белые, словно молоко, зрачки и избавить окружающих от неловких вздохов и сочувствия.

Он знал дворец лучше, чем кто-либо. Даже слепым, он мог пройти по залам с завязанными глазами, не споткнувшись ни о порог, ни о тайные ловушки прошлого. И всё же долгие годы ему приходилось притворяться беспомощным калекой, таская с собой трость и слугу. Игра была утомительной. Но тогда он считал это необходимым, чтобы выжить.

А потом он заигрался.

Три фракции, жаждущие власти, загнали его в ловушку. Они раскрыли его тайны и превратили в марионетку на троне. Власть стала иллюзией, а он — тенью себя самого. В поисках собственной наживы они заключили сделку с самой тёмной сектой Востока — с теми, кого нельзя было называть вслух. Их алчность и безумие привели Империю к гибели, но проклинали все равно его.

Лиан Фэй медленно двигался к массивным дверям, за которыми простирался балкон с видом на когда-то процветающую столицу. В детстве он любил это место, ещё до того, как лишился зрения. Теперь он видел в нём лишь конец — и высоту, достаточно подходящую, чтобы оборвать его муки раз и навсегда.

Но стоило ему приблизиться к выходу, как на груди холодно блеснуло острие меча.

— Куда-то спешите, Ваше Величество? — голос был холоден и насмешлив, с оттенком яда, который выдавал готовность убить.

Император остановился. Его белёсые глаза, бесполезные, но пугающие, смотрели сквозь говорившего — словно он был пустым местом.

— Даже не поинтересуетесь, кто мы?

Фэй прислушался. Странно. Он не мог услышать ни дыхания, ни шороха одежды, ни стука сердец своих «гостей». В его мире, полном темноты, даже мыши не могли проскользнуть мимо незамеченными, но эти... эти были слишком тихими.

Его губы чуть дёрнулись.

— Либо вы — мстительные духи жителей Империи, пришедшие за моей душой... либо, хм, те самые «спасители» из Долины Бессмертных, которые явились, чтобы... закончить то же самое?

Заклинатели — а это были они — переглянулись.

— Мы не могли стоять в стороне, пока ты, демон в человеческой плоти, творишь свои злодеяния!

— Твоя тирания окончена!

Фигура в чёрном оставалась неподвижной. Лиан Фэй слегка наклонил голову, прислушиваясь к их голосам, и устало произнёс:

— Могли бы и раньше прийти...

— Замолчи! — Меч в руках одного из заклинателей дрогнул, но тут же вновь был направлен на грудь императора. — Твоя душа уже сгнила во тьме! Ты — последний тёмный заклинатель, и всё это — твоих рук дело!

— Последний? — тихо переспросил Фэй, повернув голову к говорившему. Его голос впервые за долгое время был полон горькой насмешки. — Так вот чем вы всё это время занимались... Истребляли «злобных» тёмных заклинателей, не замечая, как под вашим носом разрослась целая сектантская сеть. Ха... Ха-ха-ха! Вот уж поистине достойно Бессмертных. И это меня вы называете Слепым Императором?

Гнев собеседников был почти ощутим.

— Не лги! Это ты с ними сговорился! Это ты вызвал эту катастрофу!

Лиан Фэй замолчал. Его лицо снова стало пустым и невозмутимым, словно застывшая маска. Внутри него клокотала лишь усталость.

"Как же мне это надоело... Оправдываться перед дураками, которые не желают слушать. Я столько раз пытался объяснить, просил о помощи, но меня никто не услышал. Никто не хотел меня слышать. Надежды нет. Доброты тоже. Последних её проблесков они убили... в наказание мне."

— Будь по-вашему, — произнёс он спокойно.

Прежде чем кто-либо успел среагировать, он сделал шаг вперёд — прямо на меч. Острие вошло в его грудь, разрывая сердце.

Заклинатели замерли. Их лица отражали шок. Мастер, державший меч, в ужасе вырвал оружие из тела. Тёмная кровь брызнула на пол, а Лиан Фэй рухнул, как сломанная кукла, с которой наконец обрезали нити.

Тишину нарушил чей-то дрожащий голос:

— Он... мёртв?

— Да. Тиран мёртв!

— Демон пал!

— УРА-А-А-А!

Но их ликование казалось пустым, словно отражённое эхом в мёртвом зале.

На холодном полу лежал бывший Император, его белые зрачки остекленели, а по бледным губам стекала алая струйка.

Так закончилась жизнь Лиана Фэя, последнего правителя Империи Птиц.

Глава 2 С добрым утром Шестой принц

Сначала его прошиб холодный пот, а тело сковала лихорадка. Он чувствовал, будто падает. Куда? Во тьму, разумеется. Минус слепоты в том, что ты всегда думаешь, будто падаешь в бесконечную пустоту, пока не шлёпнешься обо что-нибудь настолько твёрдое, что размозжишь не только самое мягкое место, но и черепную коробку, особенно если приземлишься неудачно.

Но падение всё продолжалось и продолжалось…

«Если это и есть мой личный ад – вечное падение в пустоте, то я даже рад. Лучше, чем заново переживать тот кошмар.»

Пока его тело металось в лихорадочном жару, а разум вяз в меланхоличных размышлениях, где-то глубоко внутри что-то дрогнуло. Гладкая черная поверхность его души подёрнулась, будто кто-то бросил крошечный камень в спящее озеро. Колебание было почти невесомым, еле ощутимым, но Лиан почувствовал его. Если это и были его иссохшие зачатки духовной энергии, то теперь они, кажется, просыпались от долгого сна.

Фэй знал, что в нём с детства тлел слабый намёк на духовную силу. Когда он только-только ослеп, его матушка, одержимая поиском помощи, приложила все усилия, чтобы тайно привести во дворец заклинателя из Долины Бессмертных. Это был мастер-отшельник, не привязанный ни к одной школе. Добрый и строгий одновременно, загадочный и вежливый — он знал, зачем сюда прибыл.

Младший из императорских сыновей потерял зрение, и с этим нужно было что-то делать. Целители и доктора лишь разводили руками, повторяя одно и то же: «Невозможно.» Но мастер-отшельник был другим. Он заинтересовался юным принцем с самого начала, почувствовав в нём потенциал к искусству заклинателей.

Да, глаза восстановить не удалось. Но мастер поступил хитро: вместо попыток исцелить физическое зрение, он научил Лиана видеть мир иначе. Через потоки жизни и смерти. Через пульсацию энергии всего живого и неживого. Он научил его чувствовать. Мастер усилил его слух, обострил осязание и обоняние, заставил в полной мере использовать оставшиеся органы чувств. Он укрепил его тело и дух, заложив основу для дальнейшего пути заклинателя.

Девять лет мастер тренировал Лиана в тайне. Он был строгим учителем, но принц всё выдержал — ведь другого выбора у него не было. А затем… мастер исчез. Просто в один день ушёл, не оставив ни следа, ни прощального слова.

Сначала юный принц не думал искать его. Он продолжал тренировки сам — так же тайно, так же усердно. Но однажды, всё изменилось. Несчастье сломило его дух, навсегда оставив в груди зияющую пустоту. С тех пор он перестал верить в свои силы и опустил руки.

А теперь, спустя столько лет и смерть, он вновь ощущал эту дрожь внутри. Энергия. Её крошечные потоки пробуждались, мягко текли по телу, будто напоминая о чём-то забытом, сокровенном.

«Что это?..» – пронеслось в голове Лиана. Он с трудом мог осознать, что происходит.

А затем он замер. Шум. Сначала тихий, словно далёкое эхо, а затем всё громче и отчётливее. Кто-то приближался. Он ощутил это ещё до того, как дверь распахнулась с грохотом, и в его личный покой ворвался суетливый и чересчур бодрый голос.

— Ваше Высочество! Доброе утро! — воскликнул Кайлан, как всегда слишком громко и с непозволительной для слуги энергичностью.

Если бы Лиан мог видеть, он бы точно закатил глаза.

— Ваше... что? — хрипло выдавил он, пытаясь понять, кто это и какого демона его мучает прямо в аду.

— Ваше Высочество, не шутите так! У нас куча дел! — продолжал Кайлан, щёлкая пальцами и хлопая бумагами, как вечно занятый администратор. — Время уже позднее, а вы только проснулись! И кстати, последняя сплетня: принц Чэнь снова затеял какую-то пакость! Ну а принцесса Ли вчера была замечена в саду с…

Лиан не слушал. Он просто сидел, неподвижно, ошарашенно, пытаясь осознать происходящее. «Кайлан?..» Его личный слуга. Молодой, живой и шумный. Как в те далёкие годы, когда Лиан был всего лишь шестым принцем.

«Это точно Кайлан! Но это невозможно! Его убили прямо перед тем, как старики посадили меня на трон… Нет, нет-нет-нет… Либо я умер и попал в тот же ад, что и Кайлан, либо я снова шестой принц?..»

Он почти не дышал, пока Кайлан продолжал трещать о дворцовых сплетнях, явно не замечая странного поведения своего господина. Чтобы убедиться в своих суждениях Лиан решил немного прислушаться к той информации, которую без продыху тараторил слуга.

«Это невозможно… Но… Я точно помню, как пронзил себя мечом. Я умер. Я должен был умереть! А теперь… а теперь я здесь. Но по словам сороки, сейчас тот год, когда мне 18 лет, и примерно середина лета. Невозможно…»

Лиан стиснул руки. Он отчётливо ощущал тепло крови, гулкое биение сердца и… своё молодое тело. Без боли, без шрамов тридцати лет правления. Но по-прежнему слепое.

«Тридцать лет… Тридцать чёртовых лет назад…»

— Кайлан, — спокойно произнёс Лиан, перебив бесконечную болтовню слуги.

— Да, Ваше Высочество? — тот немедленно умолк, явно удивлённый.

— Заткнись на минуту. И принеси мне воды.

Кайлан опешил, но повиновался. Лиан провёл рукой по лицу и тяжело вздохнул.

«Кажется, я снова в аду. Только теперь у меня есть второй шанс…»

Услышав четкий звук захлопывающихся дверей, принц на мгновение замер, а затем резко вскочил с постели. С вытянутыми руками он медленно двинулся по комнате, ощупывая все, что попадалось ему под руку. К его собственному удивлению, комната оказалась не такой уж большой. Лиан помнил, что в восемнадцать лет он ютился в самых отдаленных и скромных покоях северного крыла императорского дворца.

Это была тихая, почти заброшенная часть дворца, куда никто не решался заглядывать без особой надобности. Император специально распорядился поселить шестого принца там, где его не будут беспокоить. На самом деле это было лучшее, что могло случиться с юным Лианом — в покоях всегда царила тишина, и никто не донимал его ни шумом, ни лишними визитами.

Комната действительно выглядела скромно: кровать, деревянные стеллажи, заваленные книгами и свитками, и массивный письменный стол. Из бесполезного декора — две огромные фарфоровые вазы, расписанные, вероятно, в честь какой-нибудь древней легенды. Конечно, Лиан, лишенный зрения, не мог оценить их красоту, но по словам Кайлана, они выглядели вполне достойно. Единственное, что действительно имело значение, — это большие окна, благодаря которым в комнате всегда было светло и свежо.

Особых памятных вещей здесь не было — ни того, к чему бы он был привязан, ни уютных уголков, где ему нравилось бы чаще всего находиться. Все было просто и функционально.

Через какое-то время Кайлан вернулся с водой. Лиан к тому моменту уже успел усесться за стол и медленно перебирал какие-то документы.

— Вот так сразу и за работу?! — воскликнул слуга, едва не расплескав воду. — Могли бы хотя бы привести себя в порядок и переодеться, молодой господин!

Фэй не знал, что это — сон, иллюзия или новый шанс. Но одно было ясно: время вернулось назад.

"Если это все действительно взаправду," — пронеслось в голове Лиана, пока он игнорировал суетливого слугу. — "то в этот раз я должен постараться изо всех сил. Не хочу прожить ту самую жизнь заново. Через год начнется битва за трон и грызня между братьями. К этому времени я должен быть готов..."

— Кайлан, ключ от тренировочного зала все еще у тебя?

Вопрос прозвучал настолько неожиданно, что Кайлан едва не упал на месте. Его хвост замер от растерянности и радости одновременно.

— Молодой господин… вы… вы… — его голос дрожал, выдавая не то шок, не то восторг. В следующую секунду он уже лихорадочно обыскивал карманы и рукава своего рабочего наряда. — Я знал, верил, что однажды вы придете в себя! — воскликнул он, совершенно забыв про стопку бумаг, которую держал в руках. Она уже валялась на полу в хаотичном беспорядке. — Долой поручения ваших братьев, они не стоят вашего внимания!

Порывшись в самых глубоких закромах своей одежды, он наконец-то выудил крошечный ключ.

— Нашел! — выпалил он с таким энтузиазмом, будто только что одержал великую победу.

Лиан невольно вздохнул. Энергичность этой маленькой сороки, хоть и забавляла его, уже начинала утомлять.

Приведя свои перья в порядок и облачившись в повседневный прогулочный наряд, Лиан попросил слугу сопроводить его в тайный зал. Уже на выходе из покоев Кайлан, не упустив момента, всучил своему господину белоснежную длинную трость.

— Это ещё что такое? — нахмурился Лиан, ощупывая гладкую поверхность.

— Как что? Вы что, забыли про ваш гениальный план? — возмутился Кайлан, гордо взмахнув хвостом. — Чтобы снизить бдительность ваших старших братьев!

Лиан на мгновение застыл, осмысливая услышанное.

«Ах да... И вправду, было дело. Я и забыл, как разыгрывал беспомощного калеку. Хм, придётся и в этот раз подыграть, только теперь я не собираюсь сидеть сложа руки.»

Он крепче сжал трость в руке, словно решительность Лиана передалась через её гладкую рукоять.

— Ладно, идём, — бросил он слуге, предлагая тому свою руку.

Кайлан с видимым облегчением обхватил локоть господина, и они вместе покинули покои, растворившись в тишине северного крыла дворца.

Глава 3 Пыль и чай

Тайный тренировочный зал располагался за секретным коридором, ведущим из покоев личных слуг. Но поскольку у принца был всего один личный слуга, охранять этот проход не представляло особого труда. К тому же, кому взбредёт в голову рыскать по комнатам слуг? Воровать там было решительно нечего.

По мере того, как они приближались к залу, Лиан чувствовал, как с каждым шагом напряжение в теле нарастает. Это было странное, почти щемящее чувство, словно внутри него медленно просыпалась сила, о которой он давно забыл — или, быть может, даже не знал.

«Заклинатели твердили, что я — тёмный заклинатель. Почему они были так уверены? Что именно они разглядели во мне при первой встрече?..» Эта мысль тревожила и немного раздражала.

— Молодой господин, вы сегодня особенно задумчивы. Это как-то связано с вашим желанием вернуться к занятиям? — поинтересовался Кайлан своим обычным любопытным тоном.

Голос слуги вывел Лиана из раздумий.

— Может быть, — отозвался он, стараясь придать голосу загадочности.

Узкий коридор вскоре перерос в светлую, но пустующую обитель, в стене которой была спрятана маленькая деревянная дверь.

— Мы на месте, — уверенно объявил Кайлан, отпуская руку своего господина. Он пошарил в своих карманах, извлёк ключ и с лёгким щелчком отпер дверь.

За дверью открылась просторная комната, погружённая в полумрак. Лиан уловил слабое эхо их шагов, отражающееся от стен.

— Видимо, как оставили её три года назад, так сюда больше никто и не заходил, — подытожил слуга, вводя принца внутрь.

Пол был деревянным, покрытым толстым слоем пыли, как и давно забытые манекены у стен, затянутые серой плесенью. Три небольших жёлтых окна под потолком почти не пропускали свет — их мутные стёкла отчаянно нуждались в уборке. Стоячий, затхлый воздух тут же ударил принцу в нос.

«И как я собираюсь здесь заниматься? Это место больше похоже на склеп, чем на тренировочный зал…»

Почувствовав подступающий кашель, Лиан торопливо прикрыл нос и рот длинным рукавом своего наряда.

— Даже боюсь представить, в каком здесь всё состоянии… — с нотками явного разочарования пробормотал он.

Кайлан, заметив недовольство господина, тут же встрепенулся и, как обычно, начал суетиться.

— Не беспокойтесь! Этот слуга в два счёта приведёт всё в порядок! — воскликнул он, уже засучивая рукава и озираясь в поисках ведра и тряпки.

Лиан позволил себе коротко усмехнуться. Энергия этой сороки по-прежнему не знала границ.

— Сколько времени это займёт?

— Ну-у-у… чтобы отдраить здесь всё в одиночку… хм-м… пара часов… — протянул Кайлан, задумчиво скребя затылок. — Может, Молодой господин захочет скоротать это время за пиалой травяного чая?

Лиан невольно улыбнулся, на миг позволяя себе расслабиться. Приятно было осознавать, что рядом есть тот, кто так хорошо знает его привычки и желания, и без всяких напоминаний исполняет их.

— Не откажусь.

Слуга тут же сорвался с места, принимаясь за дело с присущей ему суетливой энергией. Долго ждать не пришлось. Через какое-то время в уже расчищенном углу комнаты уютно расположился небольшой чайный столик. На нём красовался поднос с изящным чайником, из которого тонкой струйкой вился ароматный пар. Пахло луговыми и горными травами, их терпкий и свежий аромат приятно щекотал чувствительное обоняние Лиан Фэя. Пара мягких подушек была небрежно, но уютно разбросана вокруг столика — настоящее оазис спокойствия посреди пыльного заброшенного зала.

Слегка запыхавшись, Кайлан почтительно подхватил своего господина под локоть и сопроводил к подготовленному месту.

— Надеюсь, чай придётся вам по вкусу, — с гордостью произнёс он, тут же юркнув прочь за ведром и тряпкой, чтобы приступить к основной задаче.

Лиан, оставшись один, нащупал подушку и осторожно опустился на неё. Чай действительно был восхитительным — в этом у него не было ни капли сомнения. Пригубляя напиток небольшими глотками, он наслаждался каждым мгновением. Здесь, вдали от суетливого императорского двора и его бесконечных интриг, Лиан чувствовал себя удивительно умиротворённо. В компании лишь одного слуги, который своей энергичностью и шумной заботливостью вполне мог заменить весь дворец вместе взятый, он ощущал себя на удивление легко и свободно.

«Что ж, всего несколько дней назад я и мечтать о таком не мог… Хм-м, Кайлан и правда мастерски заваривает чай. Интересно, что он туда добавляет?»

Лиан невольно улыбнулся своим мыслям, продолжая наслаждаться редким моментом покоя.

***

Спустя три выпитых пиалы зал наконец был приведён в порядок. Довольный своей работой, Кайлан с шумом плюхнулся на подушки и, ведомый жаждой, машинально схватил первую попавшуюся пиалу — недопитый, уже остывший чай — и залпом выпил остатки. Лиан, сидя неподалёку, молча прислушивался к каждому движению своего слуги. Но когда до него донёсся отчётливый звук глотков, и он осознал, что именно сделал сорока, он повернул голову в его сторону. Если бы не плотная светло-бирюзовая лента на глазах, его взгляд наверняка выразил бы смесь озадаченности и лёгкого укора — «Что за…?».

Кайлан, осознав, что только что произошло, замер на месте, как каменное изваяние. Пиала чуть не выпала из его рук.

— А… Это машинально! Простите мою грубость! Я не хотел! Демон попутал! Только не казните! — затараторил слуга, спешно сжимая пиалу двумя руками, словно боялся, что она всё-таки разлетится вдребезги.

— Расслабься. Налей себе нормально. Чай превосходный — сам попробуй.

— Господин… — голос Кайлана дрогнул от благоговения, и, судя по торопливому шороху и скрипу деревянных полов, сорока уже метнулся за второй пиалой, забыв про усталость.

Пока слуга, устроившись на подушках, с блаженной улыбкой наслаждался заслуженным отдыхом, Лиан сидел напротив и, барабаня ногтями по столешнице, углубился в размышления.

«Итак, что мы имеем…» — привычка ритмично стучать пальцами помогала ему сосредоточиться. — «Если я хочу избежать участия в битве братьев за трон, нужно покинуть столицу как можно скорее. Но просто так сделать это не выйдет. Братья наверняка начнут чинить препятствия, да и Император вряд ли позволит мне исчезнуть из поля зрения. Эх… столько всего нужно продумать. Возобновить тренировки — определённо неплохая идея. Если то, что я ощущал после смерти, действительно было зачатками духовной энергии, значит, мой учитель был прав. Я смогу развить эту силу и использовать её в своих целях. В бегах навыки заклинателя будут как нельзя кстати… Наверное…»

Лиан замолчал, ещё глубже погружаясь в свои мысли. Откуда-то из угла доносился довольный прихлёбывающий звук, сопровождаемый одобрительным вздохом Кайлана. На редкость гармоничное завершение напряжённого утра.

***

После небольшого чаепития и долгого раздумья, шестой принц дал своему слуге новое поручение:

— Где-то в этой комнате спрятан тайный отсек. В нём хранятся записанные учения моего мастера, трактаты по развитию духовной энергии и планы тренировок тела и духа. Это всё, что осталось от него после исчезновения. Найди их.

— Не волнуйтесь, молодой господин, всё будет исполнено!

Кайлан тут же ринулся на поиски. Его педантичность в таких делах была известна Лиану. Слуга внимательно проверял каждую половицу, каждый манекен и уголок зала, время от времени разочарованно вздыхая. Наконец, раздался его радостный возглас:

— Нашёл!

Лиан слабо улыбнулся и шагнул к слуге. Небольшой деревянный сундучок, спрятанный под половицами в самом дальнем углу комнаты, хранил знания и секреты мастерства Цинь Шоу — загадочного и необычного учителя, посвятившего свои приёмы именно своему слепому ученику. Всё, что он создавал, было направлено на то, чтобы маленький принц адаптировался в огромном и опасном мире, а также стал сильнее и смог защитить себя и своих близких.

Однако помимо бумаг на дне сундука лежала хрустальная шпилька с изящными морскими узорами, украшенная лунным жемчугом и сапфирами. Когда белоснежные пальцы Лиана коснулись холодного хрусталя, в нём что-то дрогнуло. Далёкие воспоминания, давно стёртые временем, ураганом нахлынули на его память.

— Молодой господин?.. — тревожно окликнул его Кайлан, заметив перемену в поведении принца.

Лиан осторожно достал заколку и стал перебивать её в руках, пальцы словно изучали каждую её деталь.

— Я помню её… — тихо произнёс он.

— Господин… вам не стоит… — Кайлан порывисто протянул руку, чтобы убрать находку, но вовремя передумал. Не по статусу было слуге вторгаться в личные границы своего господина, даже из самых добрых побуждений.

Эта шпилька была дорогим подарком императора для его любимой наложницы и матери Лиана — женщины, которую прозвали самым красивым цветком императорского двора. Её красоту дополнял чистый, свежий аромат духов с нотками лотоса, утренней росы, лилии и жасмина, а её голос был мягким, мелодичным и полным загадочности. Лиан помнил его и теперь: тёплый, заботливый и нежный, словно шелест утреннего ветра.

Внешность матери была некогда идеалом двора, и Лиану часто говорили, что он унаследовал её красоту: утончённые черты лица, благородный изгиб бровей, холодный изгиб губ и кожу, словно сотканную из лунного света. Обрамляли это великолепие волосы цвета воронова крыла — длинные и шелковистые, как и его собственные. Всё его оперение, включая хвост, имело глубокий чёрный цвет с редкими вкраплениями бирюзы и фиолетового. Таков был редкий облик тёмных павлинов, как сама ночь, к которому принадлежала и его мать.

— Госпожа была бы рада узнать, что вы решились вернуться к тренировкам, — пробормотал Кайлан, возвращая Лиана в реальность.

— Да… скорее всего… — тихо отозвался принц.

Он помнил, как в свои шестнадцать лет потерял её. Её жизнь оборвалась внезапно, от яда. Под плотной светло-бирюзовой лентой его ресницы дрогнули, а в глазах на миг блеснули слёзы. Воспоминания сковали его, как холодные цепи. Но внезапный образ собственной смерти, пережитой в первой жизни, вырвал его из этого тяжёлого оцепенения. Лиан глубоко вздохнул, пряча заколку во внутренних складках своего наряда, и забрал все бумаги и свитки.

— Пора заняться делом, — решительно сказал он и начал на ощупь изучать полученные письмена. Его учитель всё записывал так, чтобы надписи мог прочитать только его слепой ученик.

Кайлан, прислонившись к одному из манекенов, вздохнул с облегчением:

— Не беспокойтесь, Ваше высочество, я буду здесь всё это время. Если что, подстрахую. Но только не просите помочь вам в спарринге!

— Если бы мне нужен был напарник для спарринга, я бы позвал Эреля. Кстати, где он? С момента пробуждения я его нигде не слышал.

— Ох, да вы же знаете, как он относится к своим обязанностям. Наверняка прячется за углом или в тени, как всегда! — с улыбкой ответил слуга. - Вам стоит только его позвать.

Глава 4 Тренировка

Личный страж и телохранитель Эрель сопровождал принца с самого детства несмотря на то, что разница в возрасте между ними была не более восьми лет. Однако в этом не было ничего удивительного: юный змеёныш был выходцем из кочевых племён, что обитали на далёких просторах южного континента. В их традициях было с раннего возраста закалять молодняк в военном искусстве, опираясь на особенности звериного вида каждого ребёнка. Эрель, зверолюд рептильного вида — королевского питона, был не просто воином, но и умелым следопытом, чья природная скрытность позволила ему освоить искусство незаметного убийства.

Несмотря на свою молодость, он был непоколебимой стеной, верно защищавшей шестого принца Лиан Фэя.

Эрель был немногословен и молчалив, словно сама тьма, что окутывает мир перед рассветом. Он двигался бесшумно, скользил по теням так, что порой казалось — страж растворяется в пространстве и времени. Даже сейчас, когда шестой принц и его верный слуга находились в тренировочном зале, Эрель незримо следил за ними из укромного угла, ни на миг не выдавая своего присутствия.

В той другой жизни…

В жизни, что не должна повториться, Эреля убили первым. Тогда Лиан Фэй ещё не успел занять трон, но уже был втянут в беспощадную борьбу за власть. Смерть стража стала ударом, который принц не смог пережить легко. Она разорвала его душу на части и оставила незаживающую рану. Ослабленный, он лишь глубже погряз в братских интригах и междоусобицах, из которых уже не было выхода.

"Кайлан и Эрель... Оба живы. Оба здесь и сейчас, рядом со мной. Я рад... Безумно рад..."

Мысль тёплым светом отозвалась в груди Лиан Фэя, и он чуть заметно сжал кулаки. В этой жизни он не позволит никому забрать у него тех, кто по-настоящему ему дорог.

***

Успев сменить повседневный наряд на более удобный для тренировок, шестой принц внимательно изучил тексты, оставленные его учителем. Страницы казались хрупкими от времени, но их содержимое дышало жизнью и силой.

— Кайлан, передай Эрелю, чтобы сторожил вход. Можешь заодно составить ему компанию. Вряд ли кто-то из двора сможет добраться до этого места, но лучше перестраховаться.

Слуга молча поклонился, почтительно сложив руки, и поспешил скрыться за дверьми тренировочного зала. Дождавшись, пока звуки шагов окончательно затихнут, Лиан Фэй встал посреди просторного тренировочного зала. Он аккуратно уложил свой длинный хвост вокруг себя и принял удобную позу. Веки медленно сомкнулись, а дыхание стало ровным и глубоким. Медитация. Когда-то давно он уже проделывал это под бдительным присмотром своего учителя. Теперь ему оставалось лишь вспомнить, почувствовать и продолжить путь, начатый тогда.

Когда-то давно это было привычным делом. Его учитель, мастер Цинь Шоу, терпеливо обучал его тому, как соединиться со своей духовной энергией и направить её. Фэй старался вспомнить всё до последней детали: его голос, советы и строгие, но тёплые руки, которые направляли слепого ученика. В памяти учитель представал недосягаемым существом, будто не из этого мира — загадочным, отстранённым от остальных и полностью преданным лишь маленькому павлинчику. С ним он становился другим: внимательным, требовательным и удивительно мягким.

Лиан до сих пор не понимал, почему Цинь Шоу так отчаянно пытался передать ему свои знания. Какая цель стояла за этим? Какие намерения? Эти вопросы время от времени не давали ему покоя, но сейчас они были не важны. Сейчас главное — вспомнить, как вновь прикоснуться к этой силе.

Фэй сосредоточился на дыхании, позволяя каждому вдоху и выдоху успокаивать разум. Постепенно он почувствовал что-то едва заметное — слабое, но живое — где-то глубоко внутри себя. Это была его духовная энергия.

«Да… Вот оно… Я чувствую…»

Дыхание стало ровным и глубоким. Лиан старался не просто коснуться этого источника, а слегка потревожить его, словно пронзить камень, из которого просачивается живая вода. Внутри себя он чувствовал, как нечто начинает откликаться — слабое, но послушное. Однако вместо мягкого и согревающего тепла он ощутил лёгкий холодок, будто на кожу легли первые крупицы утреннего инея. Ощущение было странным — прохладное и слегка пощипывающее, как морозный воздух на рассвете.

«Хм-мм… Я всегда думал, что позитивная, светлая энергия похожа на солнечные лучи. Тёплая, приятная, обволакивающая… Может быть, я ошибался?»

Фэй невольно нахмурился, но не прервал связь с этой силой. Освежающий холод был неожиданным, но он не вызывал отторжения. Скорее, он пробуждал и бодрил, как ледяной ручей в знойный день. Теперь оставалось понять, что это значит и как использовать эту новую грань своей энергии.

Глубокий вдох. Выдох. Внутри его тела духовная энергия продолжала медленно оживать, перетекая по сосудам, как кристально чистая вода.

«Что ж… Это только начало».

Тем временем за закрытыми дверями Кайлан во всю перекидывался фразочками с «пустотой». Конечно, «пустота» была не кем иным, как Эрелем, который прятался в тенях, как и подобает истинному стражу. В этом плане он был полной противоположностью болтливого и неугомонного Кайлана. Но, несмотря на такую разницу в характерах, они неплохо ладили между собой. Правда, обычно ответы Эреля ограничивались молчаливым кивком или парой коротких фраз.

— Вот скажи мне, ты не заметил, что сегодня наш господин будто сам не свой? — спросил Кайлан, краем глаза косясь на тень, где явно скрывался телохранитель.

— …

— Вот и я заметил! — самодовольно продолжил он, будто получил подтверждение. — Только пока не решил, хорошо это или плохо. — Слуга вздохнул и, скрестив руки на груди, слегка облокотился на дверь. — А что, если его довели старшие принцы? Может, он понемногу начал сходить с ума?

На это из тени донеслось короткое, едва слышное «пф-ф».

— Нет, ты сам подумай! В последнее время они ведь только и делают, что сваливают на нашего господина все самые скучные и тяжёлые поручения. Видно же — сами не хотят заниматься делами, вот и взваливают всё на Его Высочество. Как будто у него самого заняться нечем! Где справедливость, а? Вот где?!

Тишина. Из темноты Эрель лишь вопросительно взглянул на него, и Кайлан почувствовал это, даже не видя глаз своего собеседника.

— А я тебе скажу: НЕТ её! — продолжил он с пафосом, картинно взмахнув рукой. — Нет у них ни стыда, ни совести! И уж тем более никакой справедливости. Только расхлябанность, лень и завышенное самомнение! Самодуры они, а не принцы. Шуты, да и только!

Он раздражённо стукнул кулаком по двери и вновь взглянул на тень.

— И вылезь ты уже на свет, наконец! Ощущение, будто я сам с собой разговариваю. Раздражает!

Тень чуть шевельнулась, но Эрель так и остался в укрытии, лишь ещё тише растворяясь в полумраке. Кайлан раздражённо фыркнул и покачал головой, но было ясно: в глубине души он привык к этому молчаливому присутствию, даже находя в нём успокоение.

— Тренировки принцу только на пользу, — внезапно раздалось из тени.

— Смотрите-ка, кто заговорил целым предложением! — наигранно удивлённо воскликнул Кайлан, театрально округляя глаза.

— …

— Снова в молчанку? Эх, а всё так хорошо начиналось…

Неожиданно для слуги тень начала колыхаться, словно марево над жарким песком, а затем постепенно начала бледнеть и распадаться, открывая настоящий облик стража. Когда Эрель вышел из своей тени, разница в росте между ним и Кайланом стала особенно заметна: страж был гораздо выше не только надоедливой сороки, но и их господина. Его змеиные глаза с лёгким упрёком сверлили расслабленное лицо слуги, отчего Кайлан невольно поёжился.

— Они стали наглеть… слишком сильно, — прошипел Эрель сквозь стиснутые зубы, и в его голосе явственно читалась злость, тщательно скрываемая за ледяным самообладанием. Он отлично понимал истинные причины поведения старших братьев Лиана. Всё это делалось для того, чтобы унизить шестого принца в глазах императорского двора, чтобы показать всем и каждому: он — никто, пустое место, недостойное ни внимания, ни уважения.

— Вот! Во-о-от оно! — восторженно подхватил Кайлан, тыча пальцем в воздух. — Даже ты это заметил! Ох, моя чуйка уже бьёт тревогу! Чую, скоро что-то начнётся — опасное и масштабное. И желательно нам от этого держаться как можно дальше! Может, предупредить Его Высочество?

Эрель смерил друга взглядом, полным лёгкого пренебрежения, как если бы смотрел на наивного идиота, и медленно покачал головой.

— Уверен, господин уже в курсе всего…

— Тоже верно, — задумчиво протянул Кайлан, слегка нахмурившись. Он перевёл взгляд на закрытые двери зала, где находился их господин, и уже более спокойным, почти шёпотом добавил: — Всё-таки хорошо, что он вернулся к тренировкам.

Глава 5 Врезался в память.

После неожиданного возвращения в свои восемнадцать лет, последующие дни Шестого принца протекали в тишине и спокойствии. Высший двор не тревожил его своими требованиями. На утренние собрания не приглашали, и Фэй был этому только рад. Однако изредка он всё же отправлял своего личного слугу, Кайлана, выяснить, что происходит в стенах дворца, как внутри, так и снаружи. Слуга был не только сообразительным, но и опытным в добыче нужной информации. Он знал, где и как подслушать разговоры, чтобы принц не оставался в неведении. Лиан Фэй не собирался сидеть взаперти в тренировочном зале, скрываясь от реальности.

Благодаря первой долгой медитации, он сумел восстановить забытые навыки. Теперь тренировки занимали у него не больше нескольких часов в день. Остальное время принц проводил, составляя подробный план побега или же выезжая на тайные вылазки в столицу, где никто не знал о его визитах.

Раньше он никогда бы не согласился покинуть императорский дворец. Пусть учитель Цинь Шоу научил его многому, и он научился ориентироваться в окружающем мире, но людные и незнакомые места всё ещё вызывали в нём страх и тревогу. Когда старшие братья отправляли его по поручениям в отдалённые земли, он проводил дни в своих временных покоях, полагаясь лишь на Кайлана и Эреля — на их зрение, умение быстро ориентироваться и двигаться по незнакомым местам.

Теперь, оглядываясь назад, Лиан Фэй считал своё поведение тогда непростительным упущением и глупостью. Ведь тогда он мог бы узнать так много нового в этом мире. В настоящее время он отчаянно боролся с собственным дискомфортом, пытаясь преодолеть страх перед прогулками вне дворца. За несколько таких вылазок Шестой принц успел посетить торговую площадь и даже самую популярную закусочную «Три Листа».

С помощью Эреля, который умело скрывал его присутствие и помогал в маскировке, они не привлекали к себе лишнего внимания. Даже длинный павлиний хвост, выделяющийся на фоне других, не становился помехой, ведь принц научился искусно прятать его под полами длинного серого халата, который внешне не выделялся и не привлекал взгляды прохожих.

В свой первый поход за пределы дворца Лиан Фэй чувствовал себя слепым котёнком, выброшенным в незнакомый мир. Пусть он мог различать всё живое и неживое вокруг себя благодаря особым тренировкам, но беспокойство скреблось в душе, словно сотня голодных кошек.

— А-а-ай! Молодой господин, если будете так сжимать мою руку, она точно отвалится! — прошипел сквозь боль Кайлан, отчаянно пытаясь освободить свою конечность из хватки принца.

— Прости, Кайлан... Нервы, — виновато пробормотал Лиан, пытаясь придать голосу небрежный оттенок, но лишь нервно хихикнул.

— Вам нужно расслабиться, — сухо подытожил Эрель, наблюдая за их сценой с едва заметной усмешкой.

— О! У меня есть идея! — воскликнул Кайлан, внезапно оживляясь. — Как насчёт заглянуть в самую вкусную закусочную столицы? «Три Листа»! И отдохнёте, и перекусите, и выпьете... нервы того и успокоятся!

— Сомневаюсь, что набитая людьми тесная забегаловка в незнакомом районе успокоит мои нервы... — пробурчал Лиан Фэй, не скрывая скепсиса и того, что его ноги уже начали подкашиваться.

— Да бросьте, господин! — весело парировал Кайлан, с энтузиазмом расправляя рукава. — А кто сам твердил, что будет бороться со своими страхами? Вот и начнём! Считаю, что закусочная — отличное место для такого подвига. А там, глядишь, и до «Красного шёлка» недалеко, хы-хы-хы…

— Перебарщиваешь, — холодно подметил Эрель, пристально глядя на своего спутника, как опытный хищник на слишком шумную сороку.

— Всё, больше не буду! — заверил Кайлан с максимально невинным видом, будто его только что поймали за хвост.

Принц тяжело вздохнул, но выбора у него не оставалось. Поддерживаемый своим слугой и невозмутимым телохранителем, Лиан Фэй позволил себя увлечь в «Три Листа».

***

Это был уже его четвёртый выход в город. Длинные, неприметные серо-синие одеяния, волосы, собранные в небрежный хвост, вместо атласной ленты на глазах — простые бинты, а в руках обычная бамбуковая палка вместо роскошной, дорогой трости. За несколько дней он успел привыкнуть к своей новой личине и уже чувствовал себя вполне уверенно за пределами дворца.

Сегодня на улицах было оживлённее, чем обычно. Фэй, который теперь обходился без поддержки слуги, двигался уверенным шагом, не забывая внимательно вслушиваться в окружающий гомон, чтобы выловить что-то интересное. Позади него следовали Кайлан и Эрель, наблюдая за своим господином.

Поначалу не было ничего стоящего, что могло бы зацепить слух молодого принца, но он продолжал вслушиваться в разговоры горожан.

«Так… кто-то кого-то подставил и сорвал большой куш, — подумал он лениво, — а здесь чья-то дочь сбежала с бедняком… Хм-м-м. О, готовятся к свадьбе? Поздравляю. Интересно, но не особо. А тут что у нас?»

Фэй остановился на пару секунд, прислушиваясь к шумной болтовне зевак, что толпились у стены «дома наслаждений».

«Ага, спорят, какая из их „местных принцесс“ сегодня самая лучшая… Мда, скукота...»

Так бы он и блуждал от одной сплетни к другой, заполняя пустоту в голове чужими историями, если бы вдруг не уловил пару знакомых слов — «праздник» и «огненные перья».

«Праздник? Огненные перья? Где-то я это уже слышал!» — он насторожился, замедлив шаг.

Небольшая компания молодых людей, которые упоминали заветные слова, увлечённо что-то обсуждала.

— Скоро конец месяца, надо быть во всеоружии, а то на празднике всё самое лучшее уведут из-под носа!

— Ха! А я собираюсь как следует напиться и отдохнуть с одной из красоток «Красного Шёлка». Гулять — так на всю ночь!

— Куда тебе красотка из «Красного Шёлка»? Они на тебя даже не посмотрят. Да и денег у тебя не хватит даже на самую «простенькую».

— Тьфу ты! Ты видел их «простеньких»? Да рядом с ними и принцессы «дома наслаждений» — просто крыжовники в сравнении!

— А я слышал, что на этом празднике «Огненного пера» появится настоящий Бессмертный...

— Врёшь! — раздался дружный возглас.

— Чтобы Бессмертные снизошли до нас, простолюдинов? Не смеши.

— Так ведь праздник для них проводится. Мы же для них стараемся...

— Ты голову не морочь! Бессмертные заняты борьбой со злом, демонами, нечистью или тёмными заклинателями. Наши праздники им как пыль на сапогах.

Лиан, сосредоточенно вслушиваясь в разговор, сам не заметил, как отдалился от своих подчинённых. Иными словами — его потеряли.

Принц очнулся на узкой неприметной улочке с минимумом лавок и прохожих. Компашка уже успела скрыться за углом, а Лиан, до сих пор осмысляющий услышанное, с удивлением понял, что совсем перестал следить за дорогой. Поэтому и произошло то, что произошло.

Он шагнул вперёд и со всей дури врезался во что-то твёрдое и упругое. Принц даже на секунду застыл, пытаясь понять: живое это или неживое? Сомневаясь, он машинально провёл руками по поверхности «препятствия» и замер, нащупав чью-то широкую грудь, что медленно вздымалась от сдержанного гнева.

Лиан отдёрнул руки как ошпаренный и отскочил назад. Трость выпала из рук, а сам он, склонив голову, начал отчаянно бормотать:

— Приношу глубочайшие извинения! Я не заметил... Случайность... Я... Я не хотел!

Он, пожалуй, слишком давно не попадал в подобные ситуации, чтобы пережить их с достоинством. Стыд и неловкость, словно кошка с острыми когтями, терзали его изнутри.

— Осторожнее, — раздался ленивый, мягкий голос с хрипловатым оттенком. Слишком спокойный. От того ещё более тревожный.

Лиан замер. Он нутром чувствовал, как незнакомец словно пристально вглядывался в него.

— Простите, — повторил принц уже сдержанно, пытаясь выглядеть невозмутимо. Спину он выпрямил, но мурашки по коже продолжали бегать от этого голоса. И от лёгкого шуршания рядом, похожего на движение... хвоста?

— Вы всегда так врезаетесь в людей, или сегодня особенный день? — спросил незнакомец.

«Насмешка», — мрачно отметил Лиан про себя. Пальцы снова сжались на трости, едва её успели вложить обратно в руки.

— Очевидно, — продолжил незнакомец, и в его голосе мелькнуло лёгкое развлечение. — Вы и взаправду слепы? Или это такой стиль?

У Лиана дёрнулся глаз. Стиль, говорите?.. Вот уж действительно, встреча врезалась в память.

Желание проучить наглеца бамбуковой палкой с каждой его колкостью росло, как на дрожжах. Но Фэй старался держать себя в руках.

— Вам недостаточно моих извинений? — несмотря на все усилия, нарастающее раздражение всё же прорвалось в голосе.

В ответ раздался мягкий смешок.

— Ну что вы, я и не думал над вами смеяться.

«Ага, как же. Хотел — и ещё как!»

В этот момент Лиан ощутил лёгкое, тёплое дыхание у самого уха. Он вздрогнул, как от удара током.

— С другой стороны... — голос незнакомца понизился до мурлыкающего шёпота, — вы первый врезались в меня. И даже осмелились... облапать?

«Мне конец. Позор! Позор и ужас. Почему он всё никак не отстанет?!»

Фэй отпрянул на шаг назад, машинально сжимая трость, как оружие против этого кошмарного собеседника.

— Хорошо! — его голос сорвался чуть выше, чем хотелось бы. — Как насчёт того, чтобы... обед? Я угощаю. В качестве извинений.

К этому моменту подоспели Кайлан и Эрель.

— Кто-то сказал «бесплатный обед»?! Я в деле! — встрепенулся Кайлан, мгновенно позабыв о своём «сторожевом» долге.

— Кайлан... — Эрель строго одёрнул его за рукав, намёк был ясен: веди себя прилично. Но было поздно — сорока уже звенел энтузиазмом, как колокольчик.

Впрочем, сам Эрель тут же переключился на стоящего рядом с господином незнакомца в темном дорожном халате с соломенной шляпой на голове, из-под которой торчали белые кошачьи уши. И встретился с его взглядом. Пронизывающим, цепким, таким, от которого хотелось поёжиться. Однако страж мужественно выдержал взгляд, лишь чуть поджав губы.

— Господин, вы в порядке? — спросил он с ноткой беспокойства.

Лиан, у которого пик неловкости уже прошёл, выдохнул и обрёл самообладание.

— Всё в порядке. Просто недоразумение...

— Да-да, этот господин врезался в меня и даже... — начал было незнакомец с нарочито укоризненной интонацией.

«Вот же гад! Я же уже извинился, зачем это продолжать?!»

Но Лиан, не дав тому договорить, тут же перебил:

— Всё так! И я в качестве извинений пригласил его пообедать с нами! Никто не против?

— Ура! Бесплатный обед! — снова встрепенулся Кайлан, явно довольный, что успел присоединиться к предложению.

— Как пожелаете, господин, — пробурчал Эрель, но его взгляд всё ещё не отлипал от незнакомца, как бы оценивая его с ног до головы.

На этот раз незнакомец рассмеялся. Но смех был лёгким, почти искренним, без тени насмешки или пренебрежения. Лиан, почувствовав, как напряжение рассеивается, облегчённо вздохнул.

— Я знаю одно замечательное место, — промурлыкал незнакомец, и на его лице снова появилась довольная улыбка, от которой почему-то становилось жарко. — Уверен, вам понравится.

— Что ж, ведите, — сдался Лиан, тяжело вздохнув. Сопротивляться было бесполезно. Что будет — то будет. По крайней мере, рядом были Кайлан и Эрель. Уж они-то в случае чего успеют среагировать как надо... Наверное.