Покорить время.

Глава 1

Большой шипастый монстр, утробно рыча и капая на землю бурой слюной, медленно приближался к невысокой худенькой девушке с совершенно белыми волосами. А с серых скал, поросших чахлой растительностью, спускались сотни таких же тварей. Девица, одетая в кожаный топ, плотные брюки и тяжелые высокие ботинки, выглядела лет на восемнадцать от силы. Но это не мешало ей уверенно сжимать в руках обагрённый кровью меч со странными письменами. Беловолосая воительница медленно отступала, напряженно наблюдая за приближающейся тварью и одновременно стараясь держать в поле зрения её собратьев. Попавший под ноги камешек заставил девушку споткнуться, отвлекая от монстра. Тот тут же бросился на неё, целясь в незащищённое горло, но вдруг встретился с жертвой взглядом. Тварь, не успев допрыгнуть до девушки, кулем свалилась на землю и замерла, будто парализованная. Вслед за ней одна за другой полегла вся стая, и все разом твари начали иссыхать, как будто их тела внезапно постарели. А несостоявшаяся жертва, переступив через лежавшего монстра, пошла в самую гущу тел. Вот только ступила она туда совсем другой. Глядя на неё, было трудно сказать, кто больший монстр, ибо среди подыхающих тварей стояла истинная демоница. Услышав шорох за спиной, она резко повернулась, и, взглянув на появившийся перед ней небольшой отряд, приказала:

- Найдите прорыв на границе и закройте его, пока не поздно! И учтите, это не обычный набег, твари пришли из недр Пути, а не Междумирья. Кто-то потревожил ткань мирозданья.

Старая, мощёная булыжником дорога змеилась вдаль, скрываясь в наступающих сумерках. Пронзительно синее небо стремительно приобретало чернильный цвет. Шеренги деревьев незримыми стражами вытянулись по двум сторонам извивающейся ленты пути. Все живое затихло, будто в ожидании чего-то нового, еще неизведанного. И только одинокий путник бодро шагал по змеящейся дороге, словно не чувствуя томящего ожидания природы. Был он высок и худ, и на первый взгляд казался изнеженным праздной жизнью. Но опытный взгляд разгадал бы в нем воина, не раз встречавшегося со смертью. От странника, одетого в простые, удобные штаны, светлую рубаху со шнуровкой на груди и высокие сапоги с серебряной пряжкой, веяло силой и темной мощью. Его длинные, белые словно снег, собранные в низкий хвост волосы, покрывала широкополая фетровая шляпа, за плечами развевался темный плащ, на боку висел длинный меч в серебряных чернёных ножнах, покрытых странной вязью на неизвестном языке. Ступал он мягко и настолько неслышно, что вылетевшие из-за поворота дороги всадники чудом не сбили странника. Лошади внезапно как вкопанные стали перед странным человеком и, несмотря на понукания, отказывались ехать дальше. А тот спокойно остановился, будто и не на него неслась шумная кавалькада, и лениво смотрел на всадников из-под полуопущенных ресниц.

- Эй ты, смерд, а ну живо с дороги! - приказал высокомерный здоровяк на гнедом коне.

Странник не шелохнулся.

- Ты, что, глухой?! - выкрикнул один из всадников, выехав вперед. - Поди прочь!

- Странные вы, господа, смерда посторониться просите. Ну и где такие милосердные водятся? - ехидно протянул странник.

- Да откуда ты взялся, такой тёмный! Не видишь, сам сын наместника Арды спешить изволит.

- Я не знаком с княжичем, - пожал плечами странник. - Пальцем в себя хоть ткни, чтоб я понял, кого бояться.

Сыном наместника был тот самый здоровяк, что первым приказал путнику убираться с дороги. Типичный уроженец Арды, светловолосый и сероглазый, он был крупным молодым человеком лет двадцати трех на вид. Но благодаря широкому развороту плеч, тугим мышцам, крепкому подтянутому телу, он выглядел воином, несмотря на богатую одежду, украшения и по моде распущенные длинные волосы. Только презрительное выражение лица никак не вязалось с его внешним видом, как будто что-то заставляло молодого человека вести себя подобным образом. Словно, оставь его одного, и появится совсем другой человек, умный, расчетливый, знающий себе цену, и в то же время доброжелательный к людям и открытый навстречу мудрости. Но нет, княжич не вышел из роли, выхватил меч и закричал, что за такое оскорбление лично снесет наглецу голову.

- Арда, значит. И вот это будет там править, - насмешливо заметил путник, ничуть не испугавшись.

- Ишь ты, знатных людей не боится. Кто такой, откуда взялся? ­- надменно процедил княжич, опуская руку с мечом.

Будущий правитель Арды попытался проехать дальше. Объехать странника почему-то не удалось. И вроде дорога не узкая, место есть, а что-то не пускает, отводит глаза, держит лошадей на месте. Будто и можно проехать, только подвинув этого непонятного незнакомца.

- Как зовут-то тебя, сын наместника? - тем временем спросил путник.

- Да как ты смеешь задавать мне вопросы?! - пылко воскликнул высокопоставленный юнец. - Ты должен в пыли предо мной валяться да прощение вымаливать, чтобы я тебя пощадил. Но раз ты настолько глуп… Эй, слуги, уберите этого идиота с моего пути! А чтоб впредь знал, как себя вести, перебейте ему колени. Захочет жить, доползёт до ближайшего селения.

Два здоровых мужлана соскочили с коней и бросились к путнику с намерением избить так, чтоб он отправился к богам до заката солнца. Вот только странный чёрный меч, что неспешно вынул чужак из ножен, резко охладил общий пыл. Воин, не смерд, подумалось княжичу. Хладнокровный, привыкший убивать. И внешность странная, чуждая обычным людям. Чёрные ресницы и брови, миндалевидные глаза с жёлто-зелёной радужкой и чуть вытянутым вдоль зрачком, продолговатое лицо, высокие скулы, очень светлая кожа, как будто путник никогда не бывал на солнце, тонкий нос, изящно очерченные губы, длинные пальцы музыканта. И тут путник впервые в упор посмотрел на людей. Вертикальные зрачки пульсировали, то заполняя всю радужку, то сужаясь до тонкой линии. Взгляд странника заставил людей застыть в ужасе. Лошади шарахнулись под всадниками, начали громко ржать и вставать на дыбы. А избавившись от ноши, стремглав уносились прочь.

Сын наместника свалился одним из первых. Громко ругаясь, княжич с трудом поднялся и глухо спросил:

- Кто ты?

- Меня Айлех зовут, - склонился в издевательском поклоне путник.

- Равносущностный! - с благоговением выдохнули княжич со свитой и тут же всем стадом рухнули в пыль в низком поклоне.

- О, роли поменялись. Теперь ты смерд, а я господин, не так ли? Может, теперь тебе колени перебить и на дороге одного оставить? Только вот сдохнешь ты, наместник другого сына наследником сделает.

- Пощади, халири! - взвыл княжич. Вернусь, храм тебе построю, буду тебя воспевать.

- Да уж, храмов мне построить еще не обещали. Зовут-то тебя как, шут благородных кровей?

- Астор! - опустил голову дрожащий от страха наследник.

- Что ж, Астор, на первый раз прощаю. Иди, глупец, но помни, повторишь свою ошибку, умирать будешь долго и мучительно.

И Айлех посторонился.

Свита было дёрнулась за лошадьми, но их остановил повелительный голос Двуликого:

- Лошади сами к вам вернутся! Идите!

Тёмная безлунная ночь вступила в свои права. Равнодушные звезды светили с чёрного небосвода, иногда о чём-то перемигиваясь между собой. Ветерок уже еле чувствовался, будто сон имел власть и над ним. В траве время от времени начинали стрекотать цикады и тут же резко смолкали, как если бы кто-то сердито шикал на расшумевшихся певиц. Астор уже еле переставлял ноги. Путь был неблизкий, а он не привык столько ходить. На лошадях они бы уже давно дома были. Вот не повезло с Изначальным встретиться.

Изначальные являлись самой странной расой во Вселенной и для людей равнялись чуть ли не богам. Называли они себя вейлами. Делились на три народа: серха, раха и лерха. Обитали в труднодоступном, опасном, наполненном смертоносными тварями мире, что звался Ангерран, и где время текло совершенно по-другому, и всё-равно жили столь долго, что считались средь низших рас бессмертными. Предпочитали избегать общения с людьми, поэтому встречи с вейлами всегда были необычными и запоминающимися. Тонкокостные и крылатые, они слыли искусными воинами и сильными магами. Своей богиней они избрали Великую Тьму. Говорили, что их верховный правитель, происходивший из серхаи и носивший титул хэалари, был её избранником и носителем личной силы Тьмы. Так ли оно было на самом деле, люди не знали, но слепо верили всем слухам о вейлах. Да и как не верить. Ведь эти странные существа имели две сущности - мужскую и женскую. Правда обычные вейлы в период взросления выбирали одну приоритетную сущность и оставались в ней на всю жизнь. С правителями всё было сложнее. Их сущности были равноценны, поэтому правящих вейлов можно было увидеть как в мужской сущности, так и в женской. Айлех Аэллин Шаннери эйя Тэннаера был правителем рахаи и носил титул халири. Раха являлись самыми сильными воинами среди вейлов. Поэтому регулярно группы рахаи уходили на долгие месяцы в длительные походы по тайным тропам, очищая их от жутких тварей, угрожавших жилым поселениям вейлов. И нередко их вёл сам халири, который, по легендам, обладал такой мощью, что даже мог обратить время вспять. Проживший не одну тысячу лет, Айлех по праву считался одним из сильнейших магов и практически непобедимым воином. Умный, хитрый, расчетливый, осторожный, непредсказуемый…его боялись и ценили, не знали, что от него ждать, и надеялись на его помощь. Да, да, Айлех мог запросто помочь тем, кому это действительно было нужно. А еще он периодически уходил в миры, чтобы найти себе учеников и будущих соратников, а иногда и друзей. Вот и сейчас неспроста рахаи появился в мире Аргона. Людей и нелюдей ждали великие изменения.

Глава 2

Астор тяжко вздохнул. Ну когда же покажутся стены родного города. Все безумно устали, хотелось есть и спать. Астора ощутимо шатало, в горле пересохло, а всю воду он выпил уже давно. У княжича подкашивались ноги, но он упрямо продолжал идти, мечтая о горячей ванне и мягкой постели. И тут за спиной послышался топот копыт и дружное ржание. Усталые люди медленно развернулись. Да славится вездесущий Лесар! Лошади приблизились к хозяевам и начали ластиться, как будто выпрашивая прощения за свой побег. Астор из последних сил взобрался в седло и тронул коня. Через час всадники приблизились к крепостным воротам. Один из слуг спешился, тяжело ступая, подошел к воротам и постучал. В сторожевой башне послышался шум, грохот, судя по которому, внутри спросонья на что-то наткнулись, и последовавшая следом отборная брань. Затем в двери распахнулось маленькое окошко, и из него показалась голова стражника с всклокоченными волосами и бородой.

- Кто такие?! Чего надо? - хрипло осведомился сонный страж. - Что, не видите, ночь давно! А ну пошли отсель! Утро наступит, тогда и пущу.

Стражник зевнул и захлопнул окошко, даже не выслушав ответ. Астор с усилием слез с коня, подошёл к воротам и забарабанил в них. Стражник резко открыл зарешеченное окошко и заорал:

- Сказал же, до утра не пущу!

- Открывай сейчас же! - в ответ крикнул Астор.

Услышав княжича, стражник тут же сменил тон на подобострастный и поспешил открыть ворота, непрестанно причитая и кланяясь:

- Господин, простите меня, ничтожного, темень-то какая, не признал я Вашу Светлость в темноте, Вы уж не серчайте...

- Да помолчи же ты! - прикрикнул Астор.

Взяв лошадь под уздцы, Астор вошёл в город. И тут же к нему с радостным криком кинулась гибкая, стройная девушка. Длинные, спутанные пряди темно- красных волос юной особы рассыпались по плечам, синие очи светились, дыхание сбивалось, мягкий, чуть низковатый голос дрожал от волнения:

- Братишка, наконец-то ты вернулся! Отец сердится, говорит, на тебя положиться нельзя, и лучше бы Герена послать. Госпожа княгиня подзуживает, ей уже видится её сын наследником. И я очень боюсь, что так и случится. Эта паучиха плетет интриги в открытую, а отец ей всё прощает. Разберись, Астор, не мешкай. Ведь потеряешь доверие отца, и мне житья не будет.

- Все, все, Шалли, остановись, хватит! - воскликнул Астор. - Герен без матери шагу не ступит, а княгиня не так всесильна, как тебе кажется. Так что ничего не бойся.

- Да ведь меня одному из правителей Ангеррана продать хотят. Будто бы кто-то из них меня приметил, когда мы в прошлый раз в Кимру ездили. Вроде бы халири рахаи Айлех эйя Тэннаера. Женой своей хочет видеть или как там у них называется. Никогда раньше не слышали, чтобы вейлы жен из других рас брали. Вот что во мне такого!? К тому же они все старые, вон сколько на свете живут. Отец в раздумьях, да княгиня целый день отцу про меня нашептывает, избавиться хочет.

Астор побледнел, до боли сжал руки в кулаки. Младшую сестренку он любил. Девятнадцать лет назад единственная ночь с заезжей знатной красавицей дала князю Дариену дочь. Через девять месяцев леди Самерра снова появилась на пороге дворца наместника и вручила служанкам корзинку, в которой, завёрнутая в голубое вышитое одеяльце, спала очаровательная малышка. Слуги всполошились, позвали князя. Самерра, найдя князя, заявила, что девочка - его дочь, и лучше ей расти при дворе наместника, потому как для её родичей младенец слишком слаб и может быть уничтожен родней. Так Шарлейн осталась жить в доме отца. Кто ее родичи, выяснить так и не удалось, хотя чувствовалось, что в родословной Шалли не только люди. Через несколько лет стало понятно, что девочка будет магом и очень сильным. Жена князя, уже вторая на тот момент, пыталась возмущаться и требовала избавиться от незаконнорожденной дочери, но девочка неожиданно получила поддержку князя. Дариен был очарован милой, непосредственной малышкой, со временем превратившейся в настоящую красавицу. Наместник так сыновьями не дорожил, как дочерью. Потому и недоумевал Астор, почему вдруг князь вообще согласился обсудить возможность брака княжны с правителем вейлов. С политической точки зрения брак, действительно, был выгоден Арде, так как вейлы могли стать покровителями земель. Но с другой стороны, правители же двусущностные. Зачем им женщина не их расы.

- Откуда ты взяла, что тебя хотят отдать вейлам. Ты же знаешь, Ангерран - закрытый мир, и вряд ли вейлы будут брать девиц со стороны, тем более в качестве правительницы.

- Про правителя, правда. Послы от вейлов приехали, меня у отца просят.

­- Я вот под вечер Айлех встретил, так он чуть постарше меня выглядел. А ты правителей вейлов старыми величаешь.

- А что, Айлех мне или тебе ровесник? - пожала плечами Шарлейн.

Охваченный мрачными мыслями, Астор решил побыстрее добраться до дворца. Отпустив нерешительно топчущуюся поблизости свиту и приказав слугам следовать за ним, княжич вскочил на лошадь и протянул руку сестре. Девушка легко вспрыгнула на коня позади брата и крепко ухватилась за Астора. Княжич тут же пришпорил коня, направив его ко дворцу. Подъехав к ступеням дворца, княжич соскочил с лошади, помог спуститься сестре, и оба быстро пошли в дом.

- Давай через боковую лестницу, - тихо прошептала Шарлейн. - Меньше слуг нас увидят, крепче княгиня с братцем спать будут. А за завтраком им сюрприз устроишь своим возвращением.

- Шалли, сестренка, и когда же ты успела так поднатореть в дворцовых интригах? - протянул Астор.

- Пока ты со своими прихвостнями по балам шлялся, вместо того, чтобы учиться править и выживать в борьбе с родственничками. Ты, мой дорогой братец, переоцениваешь свои силы, и недооцениваешь нашу матушку. В один прекрасный день чаши весов могут склониться отнюдь не в твою пользу.

- Какие мудрые слова, девочка, - послышалось от окна.

Шарлейн и Астор замерли и медленно повернулись к говорившему. В глазах княжича появился панический ужас, и он начал медленно отступать...за спину сестре.

- Астор, ты что, - удивилась Шарлейн, - это же один из наших гостей, его Аэллин зовут. Мы уже подружились. Я увидела, как Аэлл тренируется с мечами на заднем дворе, попросила и меня поучить.

- Никогда бы не подумал, что такая пигалица так управляется с клинками. Астор, что у Вас за мастер?

- Мастер Тинрел - ветеран двух войн, господин Изначальный, - почтительно отозвался Астор. Он учит воинскому искусству нас с братом… и Шарлейн.

-Астор, оставь неуместные эпитеты, - поморщился собеседник. - Я - Аэллин или Аэлл. И почему сестру ты упомянул с заминкой?

- Да потому, что в двенадцать лет достала она мастера, тот и согласился её учить. И все очень удивились, когда обнаружили, что сестричка схватывает всё лучше нас с братом. Луки, кинжалы, легкие клинки, Шарлейн отлично владеет этими видами оружия.

- Зачем тебе вообще это нужно, Шарлейн? - удивился Айлех.

- Всё может случиться, - глубокомысленно произнесла княжна. - Вот, например, женится на мне Ваш правитель, повезут меня в Ангерран, а по пути разбойники нападут. И как я должна себя спасать?!

- Спасать тебя должны твои телохранители, - ответил собеседник. – Или ты думаешь, что тебя посадят в карету и отправят одну в другой мир...

- Согласна, плохой пример, – кивнула девушка. - И все же, жизнь длинна, и неизвестно, что ждет меня в будущем. Астор, - обратилась Шарлейн к брату, - а почему ты Аэлла так напыщенно величаешь?

Княжич не успел открыть рта, как последовал вопрос Айлех.

- А с чего ты решила, что я на тебе жениться собираюсь?

- Вот, я говорил тебе о слухах. А ты... нет, не верю, - ехидно заметил Астор.

- Ты мне про Айлех говорил, братец. А ты, Аэллин, получается и есть один из правителей вейлов. А мне не сказал ничего, - смутившись своего поведения, произнесла Шарлейн. - И обращаться мне теперь как, на «Вы» и «господин Изначальный»?

- Вот, чтобы не лицезреть тебя постоянно благовоспитанной, чопорной дамой, я и молчал. Такой, как сейчас, живой и непосредственной, ты мне больше нравишься, - улыбнулся рахаи, подойдя наконец к княжичам.

- Шалли, это же халири рахаи, Айлех эйя Тэннаера, - тихо сказал Астор.

Девушка замерла, неверяще уставившись на Двусущностного.

- Это правда? - вглядываясь в лицо достаточно высокого вейла, девушка задрала голову и чуть склонила к левому плечу, что свидетельствовало у нее о степени крайнего волнения.

- Да, это так. Мое полное имя - Айлех Аэллин Шаннери эйя Тэннаера.

Айлех резко повернулся к Астору.

- Иди, княжич, я провожу твою сестру. Нам надо поговорить.

Астор колебался. Страшно было оставлять Шарлейн с этим вейлом. Что Изначальному до людей, до их чести, горестей, страданий.

- Не беспокойся за сестру, я просто хочу с ней поговорить. С Шарлейн ничего не случится, - мягко сказал Айлех. - И да, не упоминайте мое первое имя, и общайтесь со мной на «ты». Не надо никому знать, кто я.

- А мои спутники и слуги? - спросил Астор. - Они же видели тебя. И..и... как ты вообще очутился на той дороге?

- Гулял, - кратко отмахнулся рахаи. - Твоя свита меня не вспомнит. Иди же отсюда, княжич.

Астор нехотя удалился. Шарлейн всё это время изумленно смотрела на мужчин.

- И где же вы успели встретиться? - ехидно спросила девушка. - Да ещё так, что Астор теперь тебя боится.

- На дороге в Кимру... Зато твой брат понял, что не стоит постоянно носить маску высокомерного идиота, так и привыкнуть можно. У Астора огромный потенциал, да окружение подкачало. Но я хотел поговорить не о твоем брате, княжна. Ты незаконнорожденная, а значит, не годишься для обычного династического брака. И за незнатного не выдать. Была бы другой, ждала бы тебя участь пожизненного прозябания во дворце на правах компаньонки нынешней княгини или будущей. Только вот княгиня хочет от тебя избавиться, а потому продаст любому, кто польстится на твою молодость и красоту, за мешочек полновесных золотых монет. А ты маг, Шарлейн, и маг сильный, а значит, не должна становиться бесправной игрушкой какого-нибудь изнеженного богатея. И потому я готов стать твоим наставником. Обдумать и принять решение ты должна до завтрашнего вечера. Либо уходишь с нами, либо остаешься. Спокойной ночи, девочка!

Айлех скрылся в темноте длинного коридора. Шарлейн несколько мгновений стояла, замерев, потом кивнула сама себе, видимо, принимая крайне важное для себя решение, и побежала в свою комнату.

Глава 3

Утро солнечным зайчиком ворвалось в покои Шарлейн, запуталось в длинных ресницах, мазнуло по кончику носа, шаловливым поцелуем коснулось щеки. Девушка лениво потянулась, открывая глаза. Золотистый кружок света замер на кисти балдахина, будто ожидая, когда княжна соизволит встать. Шарлейн села в постели, дотянулась до колокольца вызова прислуги, располагавшегося на стене рядом с кроватью, дёрнула шнур. Тут же пришла горничная, чтобы подготовить госпожу к завтраку. Через час позвали к столу. Шарлейн спустилась в столовую одной из первых. Герен стоял у окна с одним из гостей и о чем-то в полголоса с ним разговаривал. Вид у среднего брата был как у кота, добравшегося до кринки сметаны и наевшегося до отвала. «Опять что-то замышляет», - подумала Шарлейн. Вошли князь с супругой, за ними гости, все прошли к столу и расселись по своим местам. Астора и Айлех ещё не было. Прислуга начала разносить вино и еду.

- Господа, а где же Ваш спутник? - осведомился князь у гостей.

- Господин ещё не успел переодеться после тренировки, - ответил худой вейл с собранными в низкий хвост черными волосами и заплетёнными спереди в две косички. - Сейчас подойдёт.

Но прежде открылась дверь и вошёл старший княжич. Княгиня напряжённо замерла в кресле, у Герена округлились глаза, наместник недовольно нахмурился. Гости удивлённо поглядывали на семейство. Одна Шарлейн спокойно потянулась за бокалом вина, взяла его в руки и, разглядывая игру граней хрусталя в солнечном свете, прислушивалась к происходящему. Изподслушанного прошлым утром разговора княгини и её единокровного отпрыска девушка поняла, что мачеха с сыном задумали избавиться от Астора. На дороге в Кимру наследника явно ждала засада. А может Айлех тоже знал об этом, и потому появился на пути всадников, посетила княжну мысль. Тогда он спас её тщеславного братца. Но зачем?

- Отец, матушка, светлого дня вам, - склонился в поклоне Астор.

- Где ты был, сын? - раздраженно спросил наместник. Ты уже к вечеру должен был быть в Кимре и оттуда связаться со мной.

- Прости, отец, но непреодолимые обстоятельства вынудили меня вернуться обратно.

Князь подавил нарастающую вспышку гнева, глухо приказал Астору занять свое место и пожелал всем хорошей трапезы. Тут вошел Айлех, извинился за задержку и прошёл к своему креслу рядом с Шарлейн. Девушка, чуть повернувшись к вейлу, легким движением ресниц и милой улыбкой поздоровалась с ним. Айлех улыбнулся в ответ.

- Как представление? - тихо шепнул.

- Весьма забавно, - в ответ прошептала девушка. - Встретимся в саду на прогулке.

Завтрак прошел в напряжённом ожидании. Сразу же по его окончанию княгиня поднялась и, сославшись на головную боль, удалилась в свои покои. Князь также встал, поблагодарил собравшихся гостей за присутствие на семейной трапезе и пригласил всех на утреннюю прогулку. Позвал с собой Астора и быстрым шагом пошел вперед. Княжич поспешил следом.

Шарлейн, придерживая подол платья, медленно шла по тропинке. Через некоторое время она услышала шорох гравия позади нее.

- Аэлл, почему так долго? - не оборачиваясь, спросила девушка и замерла, услышав в ответ тихое рычание. Шарлейн медленно развернулась и едва подавила крик. В двух шагах от неё стояла нежить. Тварь напоминала большую собаку, только глаза ее полнились чернильной тьмой с красными точками зрачков, зубы в оскаленной пасти напоминали тонкие иглы, капавшая из пасти слюна оставляла на дорожке разъеденные плешины. Как пожалела сейчас Шалли, что отец не позволял ей носить с собой хотя бы кинжал. Девушка медленно попятилась назад, понимая, что криком ничего не добьётся, убежать тоже не получится. Мозг лихорадочно обдумывал все возможные варианты спасения. А нежить уже изготовилась к прыжку. Шарлейн инстинктивно закрылась рукой. И тут её резко толкнули в сторону. Падая, княжна услышала предсмертный визг твари. Повалившись на спину, княжна тут же попыталась приподняться, чтобы увидеть спасителя. Беловолосый вейл замер рядом с тварью, внимательно её рассматривая. Из раззявленной пасти нежити торчал меч.

- Призванная, - заметил Айлех. Затем развернулся, подошёл к Шарлейн, подал руку, помогая встать, и вопросительно взглянул на девушку.

- Всё в порядке, спасибо за чудесное спасение, - дрожащим голосом ответила девушка. - Только как-то порванное платье и ссадины на руках объяснять придется.

- Там дальше овражек, - задумчиво заметил Айлех. - Леди, Вы такая неловкая и совсем не смотрите по сторонам. Так и погибнуть можно!

- Ах, да, мой господин, я шла, мечтая о новых платьях и драгоценностях, и не заметила камень на тропинке, споткнулась, упала...больно! Хорошо хоть до оврага не дошла.

Шарлейн сморщила носик и весьма натурально всхлипнула. Айлех фыркнул, прекрасно поняв, что для княжны игра уже давно стала нормой жизни, иначе бы она не выжила в этом серпентарии под руководством княгини Риданы и её любимого сыночка Герена. Осторожно взяв девушку за руку, вейл повёл ее к дому. И уже на ступенях перед входом во дворец княжна, прежде чем попрощаться, сказала, что почтёт за честь стать ученицей Высшего.

Тем временем наместник с сыном проследовали в княжеский кабинет. Резко захлопнув дверь, князь нетерпеливо взглянул на Астора и требовательно спросил:

- Так какие обстоятельства, сын?! Ты понимаешь, что сорвал важные переговоры с королем Иртании, специально для этого прибывшим в Кимру, и теперь, возможно, нас ждёт война с превосходящим по численности и оружию соседом, претендующим на наши плодородные земли.

- Знамение, мой князь, в виде Равносущностного. Мне кажется, грядут перемены прежде всего в самой Арде, и надо быть готовыми к ним... Отец?!

Астор бросился к внезапно покачнувшемуся наместнику. Дариен схватился за сердце, застонал и тяжело повалился на пол. Княжич подбежал к стоявшей на столе сфере вызова слуг, рывком крутанул ее и развернулся к отцу. Того било в конвульсиях, лицо почернело, из горла вырывались хрипы. Астор упал на колени рядом с корчащимся телом, желая помочь и в то же время понимая, жить князю осталось считанные минуты. «Она…отравила…Астор, не допусти…», – с трудом прошептал князь, страшно захрипел, дёрнулся в последний раз и обмяк. Последующие часы Астор помнил как в тумане. Кто-то приходил, пытался его поднять, вокруг суетились, причитали какие-то женщины, чьё-то тело куда-то понесли. Понять бы только, зачем всё это? И почему все вокруг подобострастно склоняются перед ним, величают Светлостью. А потом туман разорвал крик женщины, обвиняющей Астора в том, что он убил своего собственного отца. Ридана, ядовитая змея, пригретая князем. По привычке действующий импульсивно, Астор потянулся за мечом, намереваясь пойти и убить княгиню - предательницу, ещё и посмевшую обвинить его в смерти князя, как услышал тихое шипение. Обернувшись на звук, княжич увидел, как от стены отделилась тень и медленно пошла к нему. "Как здесь оказалась тварь Междумирья?" - с ужасом подумал Астор, опять потянувшись за мечом и не обнаруживая его на месте. Вспомнив, что на пиры не полагается носить оружие, Астор недобрым словом помянул сей обычай и начал лихорадочно озираться в поисках предмета, которым можно было бы защититься. Только вот в кабинете князя ничего похожего не было. Чернильницей да пером тварь не убьёшь. А та тем временем раззявила зубастую пасть, протянула к Астору когтистые лапы и прибавила ходу, ловко переваливаясь на задних конечностях. Княжич схватил подвернувшийся под руку здоровенный фолиант, приготовившись дорого продать свою жизнь, хотя и не представлял, как вообще будет отбиваться, но тут его резко кто-то оттолкнул. Беловолосый вейл бросился к монстру, выхватывая меч. Неуклюжее порождение Междумирья вдруг быстро переместилось в угол комнаты, сползло по стене на пол, встало на четвереньки и снова зашипело. Айлех замер, выжидая, когда тварь откроется для удара, а та ощетинилась длинными, ядовитыми шипами, росшими по всему телу, и припала к полу, приготовившись к прыжку. Глаза Айлех засветились жёлтым светом, радужка начала быстро пульсировать, тело тёмного казалось натянутой струной. Астор, впервые увидевший боевой транс вейлов, попятился, не зная, чего ожидать от тёмного. А тот одним слитным движением достиг твари и воткнул меч ей точно между глазами. Оружие тут же засветилось белым цветом, тёмные письмена становились все ярче и насыщеннее. Тварь тонко завизжала, шипы опали, тело забилось в жестоких конвульсиях. Видимо, меч причинял ей неимоверную боль. Через несколько минут она затихла. Астор и Айлех дружно выдохнули и расслабились, поняв, что тварь сдохла.

- Рикса это, призванная черным колдуном, - пояснил Айлех. - Вторая уже.

- А первую ты где встретил? - удивился Астор.

- В саду. На твою сестру напала.

Астор шумно выдохнул. Страх за Шарлейн схватил когтями за сердце, но тут в голову пришла светлая мысль. Раз вейл знает о нападении на сестрёнку, значит, вовремя вмешался, и жизни девушки ничего не угрожает. Но надо было что - то решать. Ридана не оставит их в покое, пока не сживет со света. Астор посмотрел на вейла и уж было хотел попроситься уйти с ним, но Айлех его опередил.

- Быстро собирайся и уходим отсюда. Судя по риксам, где-то во дворце открыт портал в Междумирье, на уровень низших. И цель тварей - убить тебя и твою сестру. Целенаправленно приказывать низшим могут только сильнейшие тёмные колдуны. Раскрыть его сейчас неразумно. Он позовёт рикс, и здесь будет хаос.

- Это княгиня, я уверен! - воскликнул Астор. - Она отправила отца, призвала тварей, чтобы избавиться от меня с сестрой! И все это, чтобы освободить дорогу к трону своему сыночку!

- Даже если это княгиня, не время сейчас идти против неё. Грядёт что - то более страшное, и это только начало. Идём, Астор, надо поспешить.

- Подожди, но как же отец?! Надо ведь с ним проститься, проводить его в последний путь.

- Ты не успеешь. Если ты сейчас пойдешь к телу князя и встретишься с княгиней, она поймет, что рикса мертва, и предпримет повторную попытку обвинения. Ты окажешься за решеткой и, вполне вероятно, снова встретишься с риксой, а то и более опасным порождением нижних пределов Междумирья.

Астор замер, опустив голову и сжав кулаки, борясь с желанием проститься с отцом и отомстить княгине за предательство.

- Оставь свою месть до лучших времен, - тихо сказал Айлех, - ты еще встретишься с ней.

Астор поднял голову, посмотрел в глаза вейлу, кивнул, соглашаясь с ним, и быстрым шагом направился к двери.

- Нет, - бросил Айлех, - через окно. Тебя не должны видеть.

Астор подошёл к большому окну, застеклённому узорчатой мозаикой, с натугой открыл тяжёлую створку, залез на широкий подоконник и спрыгнул в высокую, густую траву, смягчившую его приземление. Хорошо хоть кабинет находился на первом этаже дворца, но все равно окно было достаточно высоко. Вейл последовал за княжичем. Постоянно пригибаясь, чтобы не быть случайно увиденными кем-нибудь из дворца, Астор и Айлех дошли до черного хода и, проникнув во дворец, разошлись, прежде договорившись встретиться через час у северных ворот города. В жилой части дворца стояла мертвая тишина, что было только на руку княжичу. Астор, стараясь ступать как можно тише и замирая от каждого шороха, дошёл до комнаты сестры. Приоткрыв дверь, он услышал тихие всхлипывания. Шарлейн, доплетая косу, одновременно пыталась утереть слезы рукавом. Девушка оделась в обтягивающие темные брюки, белую рубашку свободного покроя и чёрный корсет под грудь, на ногах высокие ботинки со шнуровкой. На поясе висел небольшой меч. Сверху был наброшен длинный жилет, прикрывающий оружие. Шарлейн улыбнулась брату сквозь слезы, закрутила косу вокруг головы, закрепила заколками, чтобы не прическа не растрепалась и решительно вытерла лицо.

- Я как услышала обвинения княгини, сразу поняла, быть беде. Промедлим ещё немного, погибнем.

- Да, ты права, сестренка. Именно поэтому я здесь. Мы встречаемся с Айлех через час у северных ворот, но мне надо еще сходить за вещами. Так что ты уходи сейчас, а я подойду к назначенному времени.

- Нет, Астор, я уже всё собрала для тебя.

Девушка указала на дорожный мешок, лежащий на кровати, и стопку вещей с длинным мечом рядом.

- Сестренка, ты - чудо, - восхитился Астор, и бросился переодеваться.

Шарлейн тем временем собрала свои вещи и запихала их в точно такой же мешок.

- Ну что, братец, ты готов, идем?

- Да, Шалли, - со вздохом произнес Астор. – Жаль, с отцом не попрощался.

- Я попрощалась с ним за тебя, - тихо сказала Шарлейн, утешающе накрыв руку брата своей. - Мы обязательно вернёмся на его могилу и расскажем ему о наших долгих странствиях и великих свершениях. Он всегда будет в сердцах его любящих детей.

- Пойдем, Шалли, время!

С тем они и покинули дворец. Всё как будто работало на них. Без особых препятствий Астор и Шарлейн достигликонюшни, оседлали коней и направились к северным воротам. Проходившие мимо люди почему-то не обращали на них внимания, и у княжича возникло подозрение, что не обошлось без магии. Шарлейн ехидно улыбнулась, подтверждая его слова. Так и есть, сестрёнка отвела глаза прохожим. Брат и сестра спокойно проехали мимо стражников, дремавших на солнышке. За воротами их уже ждал вейл верхом на чёрном красавце коне.

- А где твоя свита? - поинтересовался Астор.

- Мои подданные вернутся домой отдельно. Мы же должны успеть доехать до портала в Ангерран засветло, так как ночью в моём мире опасней.

Глава 4

Трое всадников уже несколько часов ехали по широкой пыльной дороге. Зелёную траву и высокие деревья сменила чахлая пожелтевшая растительность, по сухой серой земле лениво перекатывались комки пожухлой травы, воздух был сух и ещё дышал дневным зноем. Шарлейн мечтала о прохладной ванне и мягкой кровати, Астора тоже посещали подобные мысли, и один вейл выглядел так, будто только что выехал на прогулку.

- Аэлл, ты, что, не устал? - поинтересовалась Шалли. - Столько времени в дороге провели.

- Нет, я привык. Рахаи много времени проводят в походах, охраняя границы Междумирья от проникновения тварей за их пределы. Я нередко ухожу с ними. Так что для меня несколько часов езды не так утомительны, как для людей.

- А кто правит, когда ты отсутствуешь?

- Наралин, мой друг и правитель серхаи. Хотя он тоже так периодически исчезает. У меня ещё младшая сестра есть. Она вместе со своим спутником тоже может заменить меня.

- Спутник - это кто, муж?

- Мы называем свою пару словом «аше» или «ашео» для женщин, у нас нет такого понятия, как брак. Наша раса заключает союз «ашеари» только в том случае, если двое желают пройти путь вместе даже в череде перерождений. В остальных случаях мы просто сходимся и живем вместе, растим детей, выводим их в жизнь.

- А как у вас обращаются к другим вейлам? - спросил Астор. - По титулам или как-то еще?

Там много нюансов, но основное уважительное обращение звучит как «миале». Потом разберётесь. И мы, кстати, уже недалеко от портала в Ангерран.

И действительно, вдалеке засветилась арка портала. Всадники дружно пришпорили коней и через десять минут уже подъезжали к ней. Им не хватило какой-то пары мгновений, чтобы перейти на ту сторону. Целых шесть рикс вывалились из портала и бросились на Астора и Шарлейн, проигнорировав Айлех. Тот буквально слетел с коня и бросился к девушке, на ходу выхватывая меч. Риксы зашипели и развернулись к вейлу.

Шарлейн спрыгнула с лошади и встретила тварей с мечом в руке. Рядом вступил в бой Астор. Рикса, напавшая на княжича, распушила свои иглы, на их концах выступил яд, тварь надулась, а затем в него полетело сразу несколько тонких, смертоносных орудий. Астор чудом увернулся и попытался приблизиться. Рикса отползла и повторила свой маневр. И так повторилось много раз, прежде чем княжичу удалось подскочить к твари и возить ей клинок между глаз. Та завизжала, забилась в агонии и, наконец, неподвижно распласталась на земле. Астор выдохнул, сбрасывая напряжение, и обернулся. Остальные пять рикс валялись убитые, Шарлейн замерла, уставившись на вейла, а сам тёмный неподвижно стоял лицом к порталу, сжимая в руке меч и словно прислушиваясь к чему - то. И вдруг резко раскинул руки, из ладоней полился мертвенно белый свет, длинные белые волосы взметнул нежданный порыв ветра. И вместе с пришедшим ветром из портала вышло жуткое существо. Гротескная человеческая фигура, вся будто состоящая из углов, с длинными четырехпалыми руками, украшенными острыми когтями, кривыми ногами, плоским безносым лицом, тонкогубым ртом с выступающими клыками. Вдобавок тварь выглядела так, будто с неё только что содрали кожу, из многочисленных язв на теле сочилась бурая жидкость. Существо резво бросилось на Айлех, Шарлейн закричала и, перехватив поудобнее меч, побежала навстречу твари. Астор рванул за сестрой, требуя остановиться и не лезть в бой. Догнав девушку, княжич оттолкнул её, но в это время неподвижно стоявший вейл отмер и сделал резкий толчок ладонями в сторону твари. Тут же в сторону монстра полетели два сгустка белого с черными сполохами огня.

- Отойдите подальше, - резко приказал Айлех брату с сестрой, - это риксара, высшая форма рикс, что-то вроде их матки. Вы с ней не справитесь.

Тварь с удивительным проворством увернулась от летящей в неё смерти, и, зарычав, шустро пошла на вейла. Тот пустил в ход меч, пытаясь достать риксару. Но она казалась неуловимой. Зато её когти уже пару раз достали тёмного, разодрав ему рукав. В очередной раз упустив тварь, вейл прошипел какую-то фразу на странном языке, а потом перекинулся в истинную ипостась, обзаведясь когтями, клыками и большими кожистыми крыльями, белыми глазами без малейшего проблеска зрачка и ещё более бледной кожей. Тёмный буквально скользнул к твари, воткнул когти ей в шею и вместе с ней провалился в портал. Шарлейн крикнула стоявшему в ступоре брату, чтобы тот схватил под уздцы лошадей, и они поспешили в портал вслед за Айлех. На Ангерране были сумерки. Тёмные перистые облака неспешно плыли в фиолетово-желтом небе, слабый ветерок лениво поигрывал стеблями длинной темно-зелёной травы. Неподалёку заливалась трелью невидимая пернатая певица. А в сотне шагов от Шарлейн с Астором на небольшом пригорке творилось видимое, но совершенно неслышное колдовство. Айлех еле заметными жестами посылал в риксару огненные шары вперемешку с проклятиями. Та пыталась увернуться, но с каждым разом всё медленнее. В один момент она упала и больше не поднялась. Брат и сестра шумно выдохнули, и тут Астор неожиданно вскрикнул. Шарлейн резко развернулась к брату, чтобы увидеть, как он падает на колени с перекошенным от боли лицом, вытягивает руки вперёд, пытаясь удержаться о землю, и валится навзничь. И тогда становится видна окровавленная спина с вонзёнными в неё шестью тонкими иглами. А позади Астора стоит крупная рикса и готовится метнуть свои шипы в Шарлейн. Девушка в ужасе попятилась от твари, а затем с воплем рванула в сторону рахаи. Тот обернулся, услышав крик, увидел преследующую девушку риксу, и побежал наперерез твари, одной рукой кидая в неё заклинание, другой выхватывая меч из ножен. Рикса оказалась сильной и проворной, в Айлех градом летели ядовитые иглы, на их месте тут же отрастали другие, и вейлу приходилось постоянно уворачиваться от них. Спустя череду смертельных танцев он всё же смог приблизиться к риксе и убить её. Пока шёл бой, Шарлейн подбежала к брату, упала рядом на колени и прижалась к нему, пытаясь понять, жив ли он ещё. Услышав слабое дыхание, девушка облегчённо вздохнула. Тут приблизился Айлех, опустился рядом, поднял раскрытую ладонь над княжичем, и окутал пострадавшее место всё тем же странным белым светом. Шипы один за другим вышли из спины, но яд уже сделал свое чёрное дело. Астор не приходил в себя, и, судя по все более слабому дыханию, умирал. Шарлейн хотела перевернуть брата, но Айлех запретил. Тёмный впал в какой-то странный транс и некоторое время не двигался, уставившись в одну точку перед собой. К слову, он так и остался в истинной ипостаси. Но Шарлейн сейчас было не до высшего, волею судеб оказавшегося рядом и более человечного, чем те люди, что она встречала в своей жизни. Пока Айлех витал где-то в иных мирах, девушка тихонько всхлипывала, оплакивая любимого брата. Но тут на горизонте показалось трое всадников. Когда они приблизились, Шалли нескромно уставилась на двух вейлов и одного явного полукровку. Среднего роста, худой и гибкий, как тростинка, с длинными ушами, украшенными на концах изумрудными камешками, зелеными миндалевидными глазами, тонким, ровным носом и четко очерченным небольшим ртом, он был красив нечеловеческой красотой. Но при этом не выглядел холодным и отстраненным, как большинство высших, а, наоборот, казался сильно взволнованным. Полукровка соскочил с лошади и подошел к умирающему княжичу.

- Что с ним? - спросил он на всеобщем.

- Рикса, - ответил Айлех, плавно поднимаясь на ноги.

- Лошади где?

- Тут где-то были, - пожал плечами тёмный. - Может, тварь испугались. Сейчас найду.

Вейл на мгновение прикрыл глаза, и от него потянулись три чёрных нити. Через некоторое время вдали послышались ржание и топот копыт. Нити будто притягивали лошадей, всё больше укорачиваясь и заставляя животных идти следом. Как только они вернулись, полукровка схватил одного из коней под уздцы, и взвалил на него Астора. Айлех окликнул так и стоявшую на коленях Шарлейн и сел на лошадь. Княжна, опомнившись, поспешила подняться и последовала примеру вейла. Полукровка тоже вскочил на коня и взял за повод лошадь Астора. Они ехали пару часов, и всё это время бок о бок с лошадью княжича скакал высокий вейл с чёрными волосами, в которых пряталось несколько ровных белых прядей. Иногда он касался длинными тонкими пальцами безвольно болтавшейся руки Астора, и от него к умирающему лился чернильный свет с серебристыми сполохами. Второй вейл, обладавший коротким ежиком густых черных волос, в которых прятались красные пряди, за время с начала появления не проронил ни единого слова, не пытался чем-то помочь, а только следовал за остальными.Глубокой ночью отряд подъехал к небольшому храму в виде ступенчатой пирамиды. Всадники спешились, полукровка стащил Астора с коня и понес внутрь. «Силён же», - подумалось Шалли, - «а выглядит этаким изнеженным аристократом, который тяжелее пера ничего в своей жизни не поднимал». Тем временем все вошли под своды храма, и полукровка осторожно положил Астора на длинный постамент, стоявший посреди большой круглой комнаты, освещаемой уже знакомым Шарлейн светом, лившимся прямо из потолка. Айлех встал в голове княжича, вейл с белыми прядями в ногах, с красными - слева, а Шарлейн кивками указали на место справа. И тут же их окутала тьма, осязаемо растекаясь по храмовой комнате. Странно, но Шарлейн всё-равно видела, что происходит. Айлех когтем вскрыл себе запястье, и поднес его к губам Астора. Как только кровь капнула на рот княжича, он убрал руку. То же самое проделали и остальные вейлы, затем Айлех коснулся рукой лба Астора и пустил в него заклинание, от которого парень резко выгнулся, широко распахнул глаза, в немом крике раскрыл рот. И тут же обмяк, опустился на постамент, облизал окровавленные губы и затих. Тьма медленно рассеялась, являя глазам Шарлейн неподвижно лежащего брата и трех неимоверно усталых вейлов. Она вопросительно посмотрела на Айлех, на что тот пожал плечами и тихо сказал:

- Мы отдали ему часть себя, поделились своими силами. Теперь он по крови один из нас. Но ему нужно полностью восстановиться. Когда его время настанет, мы вернемся сюда за ним. А пока нам нужно идти.

Глава 5

Вдовствующая княгиня Ридана, облаченная в темно-фиолетовые траурные одежды, стояла у открытого окна, всматриваясь вдаль. Чёрные волосы свободно рассыпались по плечам, тонкие губы кривятся в недовольной усмешке, ладони сжаты в кулаки. «Что ж тебе, Астор, дома-то не сиделось», - с негодованием подумала княгиня, - «ещё и девчонку с собой забрал. Но может, оно и к лучшему. Теперь никто не будет стоять у меня на пути к власти. А эти идиоты уже с риксами должны были встретиться. Все одно, не жить им». Ридана усмехнулась. Заключая брачный договор с главой её рода на младшую дочь, слывшую бесприданницей, но обладавшую поистине дьявольской красотой, князь не знал, что приданное у невесты всё же имелось. Все женщины этого рода были чёрными ведьмами и хранили немало мрачных секретов. Князя Ридана заприметила, будучи ещё в очень юном возрасте, но тот был счастливо женат и уж точно не интересовался совсем молоденькими девушками. Через пару лет княгиня подарила наместнику сына, а ещё через год трагически погибла, упав с внезапно взбесившейся лошади. Во время конной прогулки животное вдруг остановилось, захрапело, начало мотать мордой, вставать на дыбы, пытаясь избавиться от ноши. Наконец сбросив всадницу, лошадь умчалась и так и не вернулась обратно. Подозревали вмешательство колдунов, но доказать ничего не удалось. В тот год Ридане исполнилось 18 лет, и, выждав определённое время после траура, девушка постаралась почаще попадаться на глаза князю. А красота ведьмы довершила остальное. Князь обратил внимание на Ридану, и вскоре состоялась пышная свадьба. Через положенный срок у княжеской четы родился сын, названный Гереном. Воспитанный матерью, он был тем ещё интриганом. Хитрый, злобный, расчетливый, лицемерный, он не прощал окружающим ни единой ошибки, но при этом делал так, что обвинения ложились на других. В глазах отца он всегда был избалованным, немного наивным ребёнком. Герен был слабеньким чёрным магом, неспособным на сильные проклятия, сносно владел мечом и арбалетом. В случае нападения для начальной защиты знаний и умений ему бы хватило, а там и опытные воины бы появились. Княгиню это более чем устраивало. Сын являлся всего лишь орудием в грядущем пути к власти, но пока он был нужен.

Ридана довольно улыбнулась, вспомнив, как накладывала на лошадь покойной княгини проклятие. Ну что ж, Арда теперь принадлежит ей, но это только первый этап в её великих планах.

В дверь покоев княгини осторожно постучали.

- Войдите! - властно отозвалась Ридана, поворачиваясь на стук.

Дверь медленно отворилась, и в комнату робко вошел невысокий полный мужчина. Заплывшие жиром поросячьи глазки беспокойно бегали, не в силах сфокусироваться на ожидавшей женщине, пухлые пальцы нервно теребили белый кружевной платок.

- Твил, хватит дрожать! - прикрикнула княгиня. - Ты всё подготовил для ритуала?

- Да, Ваша Светлость! - поклонился вошедший. - Семейный склеп готов для погребения князя, тело уже лежит в саркофаге, осталось закрыть крышку. Глашатаи разнесли весть о смерти нашего уважаемого правителя, в Арде объявлен недельный траур. Родственники, друзья князя и слуги собрались в усыпальнице, чтобы проводить усопшего в последний путь.

- Хорошо, можешь быть свободен, - милостиво кивнула Ридана. - Я сейчас спущусь в склеп, предупреди о моем приходе.

Личный слуга княгини откланялся и поспешил удалиться, пока женщина находилась в хорошем расположении духа. Но у Риданы настроение могло поменяться за секунду, если её что-то не устраивало. А тогда можно было и в пыточную попасть, а то и хуже, стать будущей жертвой для очередного ритуала. Ридана тем временем взяла лежавшую на кровати шаль, набросила на голову и направилась в усыпальницу. Герен вместе с верховным жрецом уже ждал княгиню у саркофага с телом отца. Все остальные стояли у стен усыпальницы. Сам саркофаг находился в кругу незажженных свечей. Склеп освещали факелы, укрепленные на стенах. Княгиня приблизилась к гробу, и в ту же секунду свечи вспыхнули сами собой, а все факелы погасли. Ридана подала знак верховному жрецу, и тот, воздев руки, начал молитву, прося душу усопшего уйти за грань, оставаться в мире мёртвых и не беспокоить живых. Остальные склонили головы в знак почтения к покойному князю. Наконец жрец закончил молитву и простер руку к крышке саркофага, направляя на нее заклинание. Та поднялась в воздух и медленно опустилась на гроб, навсегда скрывая лежащее там тело. Так же жрец поднял и сам саркофаг, отправляя его на специально подготовленное возвышение. Факелы вновь зажглись, свечи потухли, и народ начал в полном молчании выходить из склепа. Последними покинули усыпальницу жрец и княгиня с сыном. Герен направился в замок, а Ридана и жрец остались на пороге. Мужчина задвинул тяжелую дверь склепа и посмотрел на застывшую княгиню. Та словно прислушивалась к чему-то, а затем сложила перед собой ладони, будто в молитве, и прикрыла глаза. Через мгновение её глаза распахнулись, явив миру абсолютную черноту. В ту же секунду поднялся ужасающий ветер, чёрные облака затянули синее небо, послышались раскаты грома. Жители Арды поспешили по домам и лавкам, чтобы спрятаться от внезапно разбушевавшейся стихии. Захлопывались ставни на окнах, задвигались засовы на дверях. Извозчики понукали испуганных лошадей, стремясь поскорее доехать до спасительных стен. А прямо перед княгиней возникла черная воронка смерча. Голос, раздавшийся оттуда, пробирал до дрожи и вызывал желание убежать куда подальше. В его потустороннем звучании слышались и призыв к добровольному уходу за грань, и сомнительные блага адского посмертия, и сладость мучений в пыточных, и воспевание гибели мира. Верховный жрец, а по совместительству один из служителей черных ведьм, с силой вдавил ладони в уши, пытаясь защититься от зова смерти. Он участвовал во многих запретных темных ритуалах, но такое встречал впервые. Княгиня же, ничуть не страшась ни смерча, ни голоса в нем, подошла ближе и протянула к стихии руку.

- Ну что ж, Майрал, добро пожаловать в мир смертных! Я отдаю тебе этот город, и да начнется наш путь к становлению великой империи! Мы объединим миры под абсолютной властью тьмы, отберем ее у вейлов и остальных темных, она будет подчиняться только нам! Мы подчиним всех, даже непокорных древних, считающих себя центром вселенной! Идем со мной, мой милый друг!

Смерч медленно истаял, явив глазам княгини и жреца высокого черноволосого мужчину с затопленными бездной глазами. Гибкая фигура, худое лицо, острый нос, синеватые губы, белая кожа и черные когти на руках довершали его образ, делая похожим на выходца из мира мертвых. На плечи наброшен длинный плащ, на голове тонкий обруч из чернёного серебра с ониксом, расположившемсяпосреди лба, в руке тонкая трость, вся одежда в черно-фиолетовых тонах. Майрал был одним из князей лханиров, высшей нечисти, считавшейся условно бессмертной, так как представители этой расы не умирали обычным способом, а зарывались в землю, когда подходило их время, и проводили так многие века и даже тысячелетия, перерождаясь в новую личность. Собственно, это было тем немногим, что о них известно. Лханиров повсеместно боялись, с ними не рисковали связываться даже древние, так как высшая нечисть славилась своей непредсказуемостью и мстительностью. Своим женщинам в качестве подарка они приносили сердца своих противников, которые вырывали голыми руками. Могли посылать ментальные приказы сразу нескольким людям или нелюдям, умели пить жизненную энергию любого разумного существа. Ко всему прочему они были детьми тьмы, а значит, и магией соответствующей владели. Лханиры были страшными противниками, но до сей поры не стремились стать властелинами мира. Собственно, эта раса вела закрытый образ жизни, не вмешиваясь в дела других разумных и не впуская посторонних в свою жизнь. Но Майрала такое существование не устраивало. Он считал, что высшая нечисть не должна находиться в тени, а заявить о себе для начала захватом пары-тройки миров. Много лет назад удачно совпало, что черные ведьмы проводили ритуал призыва темных сущностей, и лханира притянуло в обрядовый круг. Среди ведьм была и юная Ридана, которую Майрал быстро очаровал и сделал своей соратницей. С тех пор они строили планы захвата миров и создания Великой империи и ждали подходящего момента. И вот он, наконец, наступил!

***

Аэрлин эсс Майэрш, правитель лханиров, стоял на берегу небольшого лесного озера, расположенного в самой глуши, и напряжённо вглядывался в спокойную воду. Её поверхность сейчас была оком в мир под названием Ардания, где, собственно, и располагалось одно из крупнейших княжеств, по созвучию названное Ардой. Грандиозное появление Майрала не осталось незамеченным его королем и сильно обеспокоило последнего. Этот лханир был не из тех, кто якшался с людьми и без причины появлялся в низших мирах, да и его стремление к власти также не укрылось от взора шеира, как именовался правитель на языке лханиров. Поэтому, узнав, что Майрал откликнулся на зов чёрной ведьмы, король поспешил к колдовскому озеру, что могло становиться зеркалом в другие миры. Чуть слышный шорох отвлек Аэрлина от наблюдения за происходящим. Старший советник короля неслышно приблизился к шеиру и, остановившись в нескольких шагах от правителя, негромко произнес:

- Мой повелитель, только что наши наблюдатели сообщили, что у портала в Ангерран на двух людей и вейла напали риксы во главе с их маткой. Также ранее было замечено нападение низших порождений Тьмы в человеческом княжестве Арда на тех же самых особей. Тогда люди спаслись и вошли в портал, но один из них был смертельно ранен напавшей сзади риксой. Сейчас этот человек пребывает в целительном сне в храме серхаи. Вейлы по какой-то причине поделились с ним своей кровью и жизненной силой. В связи с этими странными событиями князьями решено собрать срочный совет. Необходимо Ваше присутствие.

- Керит, черной ведьмой в Арду был призван Майрал, и он отозвался. Я полагаю, нападение рикс и появление князя тесно взаимосвязаны. Ведьма с Майралом задумали захватить миры, а значит, в их распоряжении некая опасная сила, притом, не только для людей и низших нелюдей, но и для высших рас. Хаос ни чёрным ведьмам, ни нашему народу недоступен, остаётся Тьма. Керит, вспомни все запрещённые заклятья, а я напрягу князей. Как раз на совете и обсудим сложившуюся ситуацию.

Марисар, глотая злые слезы, вылетела на улицу. В ушах все ещё стояли жестокие слова отца: «Ты забудешь это глупое колдовство и выйдешь замуж за княжича Герена. Договор уже заключён, и твои детские истерики ничего не изменят. Никакие заклинания не дадут тебе такие привилегии, как титул княжны. Чтобы к завтрашнему утру была готова отправиться в Арду.» И это после того, как отец, много лет назад увидев, что дочь подожгла занавеси в столовой, испугавшись паука, сам же нанял юной боярыне наставников по стихийной магии. За год девочка открыла в себе все четыре стихии, став уникумом, ибо стихийники-универсалы давно не рождались среди людей. К тому же, когда в прошлом году умерла мать Марисар, отец после смерти горячо любимой жены пообещал дочери, что она сама будет выбирать жениха. И вот теперь девушку заставляют забыть саму её сущность и выйти замуж за человека, которого она ненавидела всей душой. Одной встречи на балу хватило. Тогда Герен под предлогом прогулки по парку выманил Марисар из дворца, затащил в беседку и попытался изнасиловать. Вокруг никого не было, княжич зажимал девушке рот, когда та начинала звать на помощь, но её крики всё равно были услышаны. В беседку ворвался мужчина, с силой оторвал Герена от девушки и вытолкал наружу. Хорошо хоть княжич не стал лезть в драку, а, поднявшись, быстро пошёл ко дворцу, поминутно оглядываясь. Марисар же, трясущимися руками торопливо приведя себя в порядок, подошла к мужчине, намереваясь поблагодарить за спасение. Да так и замерла, невежливо разглядывая нежданного защитника. Тот был высок, обладал хорошо сложенной, подтянутой фигурой, на узком лице чернотой выделялись чуть скошенные к вискам глаза с миндалевидным разрезом, довершали образ прямой узкий нос и красиво очерченные губы. Длинные белые волосы были собраны в высокий хвост, с левой стороны лица свисала тоненькая косичка, украшенная чёрными камушками, на концах острых ушей блестели серёжки гвоздиками, мочки могли похвастаться маленькими колечками. «Нелюдь!» - восхищенно подумала девушка. А тот на её разглядывания только хмыкнул, спросил имя и попрощался, наказав не быть больше такой беспечной и не доверять каждому с первых минут знакомства. От отца Марисар узнала, что в тот день к князю приезжала какая-то важная делегация нелюдей, но раса тщательно скрывалась. Да и не было там беловолосых. Воспоминания нахлынули на девушку, удалявшуюся все дальше от дома. Дом её семьи стоял на самой окраине Кимры недалеко от леса, и Марисар частенько бегала туда, когда хотела остаться одна. На опушке опасности не было, дикие звери сюда не забегали, видно боялись людей. Вот и сейчас Марисар направлялась к лесу, чтобы успокоиться и осмыслить сложившуюся ситуацию. Открывшегося перед ней портала девушка не заметила и вошла прямо в него. Опомнилась, только когда её выбросило в совершенно незнакомой части леса под ноги двум мужчинам. Те резко остановились, Марисар подняла голову и встретилась со знакомой чернотой глаз.

Опять ты! - насмешливо воскликнул старый знакомый, протягивая девушке руку. - Ну что на этот раз?

- Замуж выдают, за того самого, - не растерялась девушка. - Пошла к лесу подумать, как выкрутиться из этого положения, а тут портал откуда-то взялся.

- Ну, судя по вектору, портал сбился, может, к жениху и должен был привести. Хорошо так сбился. Придётся тебе пожить пока у нас.

- Но, мой повелитель, - возразил советник, - человеческая женщина среди лханиров. Это невозможно.

- Лханиры?! - испуганно воскликнула Марисар. - Это же высшая нечисть! Вы что…?

- Да, это мы, - нетерпеливо перебил Аэрлин. - Идём уже, никто тебя не тронет. У меня нет времени с тобой возиться.

Руку Марисар король так и не отпустил. Советник удивлённо посмотрел на пару, но счёл полезным промолчать, ибо настроение короля невозможно было предугадать, а лишиться конечности и потратить века на восстановление в нынешнее смутное время было глупо.

Глава 6

Шарлейн всю дорогу ехала, уставившись в одну точку. Мысли были только о старшем брате, и хотя девушку заверили, что с ним всё будет хорошо, беспокойство за Астора не отпускало. Вейлы ехали чуть впереди, не обращая на Шарлейн никакого внимания, и периодически тихо переговаривались между собой. Ровно с последним лучом спрятавшегося солнца вейлы подъехали к окраине небольшого города. Несмотря на наступившую ночь, городок словно светился изнутри. Изящные резные домики ничем не напоминали о тёмной сущности его обитателей. В основном преобладала зелёно-кирпичная расцветка, но встречались и синие, и красные, и даже жёлтые дома. Незнакомые вейлы и полукровка попрощались с Айлех и Шарлейн и ушли порталом. Халири, не сказав ни слова, неспешно поехал дальше. Девушка, заворожённая красотой города, опомнилась, когда рахаи почти скрылся за поворотом, и, пришпорив коня, поспешила за ним. Миленькие домики сменились величественными строениями однотонного светло-голубого цвета. Все здания были подсвечены снизу белым светом, придавая городу некую таинственность. Наконец путники подъехали к изящному мосту, перекинутому через широкий ров с прозрачной, светящейся водой, на поверхности которой плавали темно-синие лилии. По другую сторону высился большой белый дворец, по стенам которого временами пробегали разноцветные сполохи. Летящее строение с уходящими к небу башенками и стрельчатыми окнами одним своим видом говорило о величии и непостижимости Древних. Шарлейн застыла, залюбовавшись чуждой ей архитектурой.

- Шалли, я, конечно, могу оставить тебя здесь, но, боюсь, мои подданные, обнаружив тебя здесь, засыплют тебя вопросами. Иные расы слишком редко появляются здесь.

- Ой, прости, Аэлл, но здесь так красиво и необычно. А почему улицы пустынные, только сейчас заметила? Аа, сейчас же ночь, что-то я совсем потерялась, - растерянно протянула девушка и зевнула, прикрыв ладошкой рот.

- Ты просто устала и переживаешь из-за брата, поэтому многое не замечаешь. Тебя столько любопытных глаз провожало. Едем во дворец, завтра на город и его жителей налюбуешься. Ещё и знакомиться придут.

Айлех и Шарлейн переехали мост, спешились и направились к дверям. Навстречу им вышел тощий как жердь и белый как лунь рахаи, склонился в легком поклоне и небрежно произнес:

- Приветствую наконец-то вспомнившего о своем народе халири! А Вас, юная леди, очень рад видеть в нашем мире! Следуйте за мной, я помогу Вам обустроиться и найду служанку.

Вейл искренне улыбнулся девушке, развернулся и направился обратно.

- Эээ, - протянула недоумевающе Шелли. - Не думала, что вейлы такие дружелюбные.

- Отнюдь, - рассмеялся Айлех, - они просто знают, что я выбрал своей личной ученицей полукровку.

- Что?! - округлила глаза княжна. - Какая я полукровка! Обычная человеческая девушка.

- Нет, твоя мать точно не была человеком, - пожал плечами вейл. - Но всё потом, сейчас тебе нужен отдых. Да и мне не помешал бы.

Во дворец они войти не успели. Город внезапно перестал светиться, затихли ночные птицы и трещавшие в траве сверчки, темнота удушливой тяжестью наползла на девушку и вейла. В наступившей тишине отчетливо послышалось странное стрекотание, а затем непонятное шуршание. Вслед за пришедшими звуками темноту расколола яркая вспышка молнии, осветившая поистине жутких тварей. Огромные многоножки с длинными жвалами выползали из провала прямо у начала моста и целенаправленно двигались в ту сторону, откуда приехали вейл с княжной. Молнии следовали одна за другой, освещая реку из уродливых тел. Многоножки спешили, их собратья подминали под себя более слабых, некоторых ещё и сжирали по пути. В их поведении прослеживалась четкая закономерность: главное - не останавливаться, двигаться дальше. Наконец из провала выползла последняя тварь, и он тут же затянулся, будто его и не было. Все это время рахаи удерживал одной рукой княжну за плечо, не давая дернуться, другой закрывал ей рот, потому что первым стремлением девушки было заорать. Как только многоножки скрылись из поля зрения, Айлех отпустил княжну, и Шарлейн тут же с негодованием развернулась, чтобы высказать Высшему всё, что она о нем думает. Но яркая вспышка ослепила девушку, заставив потерять ориентацию в пространстве. Она почувствовала, как её подхватывают на руки и куда-то несут. Потёрла глаза кулаками, но темнота всё также застилала мир своей пеленой. Попыталась заговорить, и не смогла издать ни звука. Шарлейн стало страшно. Всё, что она запомнила из того, что было дальше, её некоторое время несли, потом положили на кровать, явно женские руки - видимо, служанки - освободили княжну от одежды, затем накрыли покрывалом, и женщина удалилась, тихо прикрыв за собой дверь. Шалли всхлипнула, ощутила легкое поглаживание по волосам и провалилась в сон.

А в храме с первым ударом молнии открыл глаза Астор. Если бы кто заглянул в них, то посчитал нелюдем. Глазницы затопило серой хмарью, а зрачок вытянулся в тонкую нить, и от него веером рассыпались белые полоски. Астор медленно поднялся с алтаря, тягучим движением вытянул меч из ножен и с силой сжал его ладонью. Тот окрасился кровью и, вспыхнув серебром, втянул её в себя. Тут же по оружию побежали мелкие вспышки, вслед за которыми на клинке начала вырисовываться вязь чёрных рун, а само лезвие засветилось серебристым светом. Преобразив меч, Астор вышел из храма и замер на самом пороге, прислушиваясь к звукам. Ухо уловило далёкое стрекотание и шорох тысяч лап.

«Путь открыт, - пришла странная мысль, - жители тайных троп вышли в мир». Астор ощущал себя сродни с миллионами живых существ, обитавших в разных мирах, он слышал их мысли, прикасался к их эмоциям. И откуда-то знал, они все в опасности, но он может им помочь, может остановить того неведомого врага, что готовится выйти из недр Пути, и чьи слуги сейчас спешат к Астору. Но не сейчас, и не один. Сначала ему нужно овладеть неожиданно появившейся магией, струящейся по венам, и найти соратников, готовых пойти с ним в путешествие, из которого, возможно, нет возврата. А пока пора уходить, ибо твари скоро будут здесь. Астор повернул в сторону видневшегося невдалеке лесочка и достиг опушки прежде, чем многоножки подошли к храму. Княжич спрятался в небольшом овраге и оттуда наблюдал, как многоножки потоптались у храма, некоторые вбежали внутрь, вернулись обратно, пострекотали, активно двигая жвалами, построились в шеренгу и вдруг рванули в сторону Астора. Тот бросился бежать, но твари были быстрее. Знание пришло внезапно. Астор резко остановился, развёл руки в стороны ладонями вперёд, и перед ним выросла отливающая серым прозрачная стена. Первые многоножки врезались в неё, бегущие за ними твари - в передних, и так, пока последние не повторили судьбу собратьев. Тем временем некоторые из них развернулись и набросились на своих же. Остальные присоединились, развернулась настоящая битва. Твари грызлись, стрекот разносился на много километров вокруг, летели оторванные конечности. Астор уже устал держать щит и смотреть на творившийся кошмар, но боялся пошевелиться и быть замеченным монстрами. Ему показалось, что прошла целая вечность, прежде чем последняя многоножка издохла, но это свершилось. Астор устало опустил руки, развеивая магию, и побрел к дороге, намереваясь найти какое-нибудь жильё для ночлега.

***

«Время это всего лишь путь к вечности». Сия истина тысячелетиями являлась главным лейтмотивом для разумных существ. Она начинала и заканчивала войны, толкала на грандиозные преступления и великие жертвы, побуждала к желанию жить и отправляла на смерть. Для простых смертных фраза являлась непостижимым набором букв, для власть держащих - призывом к действию, для высших - мудростью и знанием о неведомых силах. На самом деле, в непонятном высказывании содержалась информация о трех богах, если их так можно было назвать, именуемых иррами. Ирры отвечали за порядок в мироздании, вселенную они не творили, на это существовал Лесар. Сеор являлся ирром времени, Нейо - пути, Маат - вечности. Кроме своих прямых обязанностей эта тройка покровительствовала трём расам: вейлам, лханирам и эйярам. Последних в простонародье величали фейри или эльфами, хотя вторые были лишь маленькой песчинкой в многообразии всей расы. Высокомерные, живущие в вечном презрении к низшим - людям, оборотням, демонам, да всем, кто, по их мнению, был ниже на духовной ступени существования, - они, тем не менее, периодически вступали в контакт с "недостойными". Плоды их связи порой проявлялись в потомках внешне либо магией. Причём сородичи могли угадать прародителя по типу заклинаний, ибо магия была именной. Щит, удержавший многоножек, являлся редчайшим заклинанием, и его узнали бы многие эйяры, но поблизости их не наблюдалось, а сам Астор не мог знать, что в предках его матери числится фейри высокого рода, тысячелетиями впитывавший в себя упомянутую ранее мудрость и во имя оной совершенствовавший магические техники. Через века капля крови этого эйяра проявила себя в его потомке величайшей магией, сохранив тому жизнь. Но проснувшаяся магия оказалась совершенно необузданной и непонятной для человеческого сознания. И теперь Астору предстояло в кратчайший срок познать таинство магических наук, чтобы понять, какую угрозу он представляет для Пути, и занять свое место в вечности, пройдя череду великих побед и горьких поражений.

Опять длинная дорога, только рядом уже нет ни придворных подхалимов, ни примерных слуг. И главное, неясно, куда эта дорога приведёт, в логово к недругу или к другу в гостеприимный дом. Астор не знал, что ждёт его в чужом мире, но надеялся, что вейлы не увидят в нем врага. Княжич уже прошел достаточно длинный путь, когда услышал вдалеке шум. Он поспешил на звук, подумав, что лучше уж разом все решить, чем прятаться от неизвестной опасности, и вскоре вышел на перекрёсток. С востока к нему приближалось животное, похожее на мулов из человеческого мира, только покрытое длинной шерстью и с двумя небольшими рожками на лбу. Местная лошадь тащила добротно сделанную телегу, на которой сидел… гном. Да, невысокого роста, примерно метр с небольшим, коренастый, с длинной, окладистой русой бородой, на конце заплетённой в косичку. Астор так удивлённо уставился на это чудо, что гном возмущённо гаркнул:

- Эй ты, юный верзила, чего пялишься?! Я тебе что, музейный экспонат, так меня разглядывать?

- Аа, я Вас понимаю? - удивился княжич.

- Ещё и отвечаешь, - хохотнул гном.

- Простите, но разве здесь живут не только вейлы? - продолжал недоумевать Астор.

- «Здесь» это где? На перекрёстке точно нет. Тут даже мелкие грызуны норы не будут рыть, какой дурак захочет сгинуть под колёсами да копытами.

- Да я про этот мир! Разве в Ангерране есть и другие расы?

- А куда им деться? У нашего брата тут несколько мелких кланов, волчары с мышеловками малыми стаями собираются, найдётся даже несколько эйяров да лханиров. Вот демонов и драконов нет, они же хаосу поклоняются, им тут жить тяжело. А ты куда идёшь-то, человек с искрой фейри? И звать тебя как?

- Сам не знаю, лишь бы к жилью выйти, осмотреться. Зовут Астор.

- Ну а я Арошек. Садись на телегу, я на север еду, в столицу. Там жена с детишками у родни уже пару недель гостит, вот еду за ними. Заодно тебя подвезу. Мне не выкай, я гном простой, этикету не обученный.

Астор забрался на телегу, гном свистнул, и лошадь неспешным шагом отправилась дальше.

- Арошек, а кто такие мышеловки? И причем здесь волки?

- Так оборотни же. На севере клан белых лоргенов, волков по-вашему, обосновался, а мышеловки на юго-востоке живут. Ну, лисы, в смысле. Они же мышковать любят, вот мы их так и прозвали, - расхохотался гном.

- Оборотни?! Но они же опасны! А вдруг на кого нападут, - воскликнул Астор.

- Кто, нойры? - удивился Арошек. - Ты бы видел этих лисичек, мелкие рыженькие бестии. Женщины у них тоненькие, хрупкие, мужчины тоже далеко не ушли, их самих охранять впору. Правда, поголовно все маги, но больше по бытовой части. Боевых заклинаний при мне никто из них не применял, а я уж, считай, два века разменял.

- Нойры?! - разволновался Астор. - Это которых в человеческих легендах кицунэ называют? Лисы-оборотни с несколькими хвостами? И они живут в Ангерране? Всегда мечтал их увидеть! Но, Арошек, ты сказал, что хаосники здесь не могут жить. А оборотни тоже поклоняются хаосу.

- Эти везде могут. Особые кланы, потому что. Да ты сам поймёшь, когда с ними встретишься.

- И все-таки, как я могу понимать твой язык и говорить на нём, и почему ты сказал, что во мне есть искра фейри? Что это вообще такое?

- Язык всеобщий для этого мира. В кланах мы, конечно, говорим на исконных, но за их пределами общаемся на едином. Вейлы высоких родов могут перенять язык от носителя с помощью специальной магии, поэтому в должности послов служат только высокородные. Откуда ты знаешь всеобщий, я сказать не могу.

- Но есть же какие-то способы?

- Не помнишь, знатный вейл с тобой кровью не поделился ли, а? Тогда мог передать свои способности. Ты неосознанно прочитал меня и выучил язык.

- Я не знаю, - вздохнул Астор. - Я, вообще, последнее, что помню, резкая боль в спине и темнота. Очнулся в неизвестном храме на алтаре.

- Какая-нибудь тварь напала, из Междумирья вечно лезут. А что в храме оказался, спасли тебя, значит. И энергетика алтаря подлечила.

- Хорошо, а с искрой фейри что?

- Магия их в тебе проснулась, эйяр, похоже, в родословной отметился. Вон глаза светятся, прям как у них. У фейри это признак магической силы.

Астор задумался, опустив голову и разглядывая свои руки. Человек с силой эйяров. Как так? От кого? И что теперь делать с новоявленной магией? Однозначно, надо искать наставника. Арошек участливо похлопал княжича по плечу.

- Не унывай, мальчик. Ты ведь не просто так здесь оказался? Потерял кого?

- Да, сестру, - потерянно кивнул Астор. - Я сюда ведь с вейлом и младшей сестренкой пришёл, а теперь ни того, ни другой. И где их искать, ума не приложу. Магия ещё эта.

- Как вейл-то выглядел? - спросил гном.

- Да правитель рахаи это был.

- Даже так, - округлил глаза гном. – Ну, он просто так с людьми не сходится. Раз привёл вас сюда, значит, ценны вы оба для него. Приедем в столицу, отдохнешь у меня, да утром дорогу ко дворцу покажу.

- Ага, сестра ценна своей магией, а я так, в довесок, - горько заметил княжич.

- Эх, не знаешь ты нашего халири. Да ничего, утро вечера мудренее. Вот завтра попадёшь во дворец и сам всё у него выспросишь.

Глава 7

Глубокой ночью гном с княжичем подъехали к окраине Лхарата, столицы рахаи. Астор уже долгое время лежал на спине, любуясь незнакомым звёздным небом. Хорошо было так валяться на свежем сене, выстилавшим дно телеги, вдыхать аромат трав и ни о чем не думать, хотя бы на время отрешившись от горьких мыслей о случившемся с ним. Когда показались первые дома, Астор сел и залюбовался открывшимся видом забавной расцветки города и светящихся строений. Наконец рьяги, как звалось животное, тащившее телегу, остановился у дверей небольшого двухэтажного дома из красной глины, украшенного лепными балюстрадами и резными карнизами. Немыслимое сочетание стилей, именно здесь казавшееся естественным. Арошек слез с телеги и, подойдя к дому, несколько раз ударил в массивную дверь истёртым от постоянных прикосновений кольцом дверной ручки, которое держал в зубах медный единорог. Через некоторое время дверь натужно заскрипела, и в приоткрывшемся проёме показались очертания дородной женской фигуры. В доме зажёгся приглушенный свет, и Астор наконец разглядел фигуристую гномиху средних лет. Она была красива той тонкой красотой, что приходит с возрастом к знающим себе цену женщинам. Округлое добродушное лицо, голубые проницательные глаза, небольшие пухлые губы, туго заплетенная рыжая коса кокетливо перекинута через плечо. Домашнее зелёное платье плотно обтягивало высокую грудь и крутые бедра, выгодно демонстрируя гномиху. Она удивлённо оглядела путников и вопросительно подняла идеальную бровь при виде человека. Арошек заулыбался, увидев вышедшую встречать поздних гостей женщину.

- Ну, здравствуй, Араина! Принимай гостей! Мальчика зовут Астор, его накормить надо да постель постелить. Завтра к дворцу его провожу, а пока пусть здесь переночует.

- Астор, это сестра моей жены. Кстати, Ина, а где женушка моя, спит что-ль так крепко, что мужа встречать не идёт?

- Да иду я, иду уже, - сонно и оттого немного ворчливо отозвалась появившаяся из-за спины Араины гномиха, отличавшаяся от своей сестры разве что более светлыми волосами и большей стройностью. - Ой, откуда ты человека-то притащил? Бедный мальчик, как ты к нам попал? Нездешний же, сразу видно. А ну быстро все в дом!

Нартая, как представилась Астору женщина, тут же развила бурную деятельность: проводила мужа и гостя в большую гостиную, призвав слугу, распорядилась распрячь рьяги, отправить в стойло и дать ему зерна, отослала сестру похлопотать насчет ужина и купания. Спустя час сытый и отмытый от дорожной грязи Астор, в свежей одежде, которую хозяйка собственноручно почистила бытовыми заклинаниями, был препровожден в маленькую спаленку на верхнем этаже. Княжич провалился в сон, как только его голова коснулась подушки, а потому не мог увидеть, как от одного из углов комнаты к кровати потянулась лента тьмы. Уже почти достигнув Астора, она резко замерла, будто наткнулась на невидимое препятствие. Помедлив, тьма поползла обратно и шустро втянулась в стену.

Ридана резко распахнула глаза и какое-то время сидела, уставившись в одну точку. По вискам скатывались капельки пота, тело напоминало вытянутую струну, губы закушены. Обращение к тьме нижних уровней Междумирья даже ей, одной из сильнейших чёрных ведьм, давалось нелегко. Откат уже давал о себе знать зарождающейся головной болью и мелким дрожанием всего тела. Ридана с трудом подняла руку, чтобы стереть неприятную влагу под носом. На тыльной стороне ладони осталась кровь. Подняться или позвать на помощь сил уже не было. Княгиня откинулась на высокую спинку кресла и устало прикрыла глаза, уронив руки. Рядом раздалось чуть слышно хихиканье. Майрал довольно рассматривал измученную женщину. Он как никто другой знал, к чему приводит запретное колдовство. Бывало, сильнейшие колдуны сходили с ума, прикоснувшись к частице мощи первозданной тьмы. Годами их преследовал тихий шепот жутких голосов, скрежещущий смех и шаркающие шаги за спиной. И однажды их жизнь заканчивалась леденящим душу ужасом. Неизвестно, страшно ли было самим погибшим, но люди, которые их находили, в страхе убегали прочь, а придя в себя, рассказывали о неестественно изогнутых конечностях мертвецов, раскрытом в немом крике рте, вылезших из орбит глазах, скрюченных пальцах. Когда смельчаки все же решались приблизиться к телу, того уже не было, зато вокруг находилось множество странных следов от похожих на деформированные ступни лап. Лханир знал, кому они принадлежали и что вообще случалось с колдунами, но не считал нужным рассказывать княгине. Майрал надеялся, что Ридана приведёт его к власти, погрузившись в запретные знания, а к тому времени тьма поглотит черную ведьму, и он станет единовластным правителем множества миров. Ридана же, изображая полную немощь и приходя в себя после затратного колдовства, размышляла, как избавиться от древней и могущественной нечисти. Лханир был непредсказуем и тем особенно опасен. С него станется избавиться от соратницы.

И княгиня начала действовать. Мысленно она связалась со своей наставницей, прося назначить тайную встречу. Старая ведьма жила в этом мире столь долго, что её подозревали в не совсем человеческом происхождении. В аскетически обставленном кабинете наставницы имелся большой резной ларец, в котором хранились свитки с уникальными тёмными заклятьями. Среди них было заклинание пробуждения сущности высших суккубов. Эти существа делились на два вида: боевые, что звались джарами, и стихийники-скерхи. Первых готовили в одиночку убивать целые армии монстров и быть защитниками вторых - заклинателей всех стихий, будь то даже тьма или хаос. Вместе такая пара была непобедима. Суккубами их называли из-за способности высасывать жизнь из жертвы, едва к той прикоснувшись. Они могли взломать сознание любого существа и в считанные секунды того состарить. Самые сильные могли проделать все вышеперечисленное сразу со многими. Говорили, что раньше джары и скерхи могли родиться у любой расы. Их ещё детьми находили опытные суккубы, учили военному искусству и стихийной магии. Существовали даже целые школы для обучения джар и скерхов. По окончанию обучения, совпадавшему с совершеннолетием, большинство становилось вольными наемниками. Многие правители нанимали их как для решения локальных конфликтов, так и помощи в мелких междусобойчиках. Но потом почти всех суккубов истребили, испугавшись их жутких способностей. Оставшиеся предпочитали оставаться в тени и никоим действием не выдавать своего местоположения. Но заклинание могло не только заставить сильнейших из высших суккубов выйти в свет, но и пробудить в них сильнейшую жажду. Тогда миры ждали бы миллиарды смертей, неисчислимое множество поглощенных душ. Именно этого боялись предки, а потому устроили за суккубами настоящую охоту, нещадно уничтожая тех. И до сего дня люди и нелюди искренне считали, что избавились от этих опасных высших. Но Ридана изменит всё. Она постарается забрать у наставницы свиток с заклинанием, даже если старую колдунью нужно будет убить. А потом призовет суккуба, а лучше сразу двух, и с их помощью придёт к власти над мирами. Их же руками она затем устранит Майрала. Княгиня открыла глаза и наткнулась на горящий нетерпеливым ожиданием взгляд лханира. Ридана скривилась, понимая, что Майрал догадался о постигшей её неудаче.

- У мальчишки неизвестная защита. Я не смогла пробиться.

- Как выглядела? - равнодушно спросил лханир.

- Я её вообще не видела и не чувствовала, пока не наткнулась. Вроде как в стену врезалась.

На породистом лице князя впервые за то время, что они провели рядом, появились эмоции. Майрал казался сильно взволнованным и удивленным.

- Похоже на магию Древних. Но княжич же человек, ты говорила.

- Возможно, вейл постарался, - пожала плечами женщина. - Астор же с правителем рахаи ушёл. Халири мог на него щит поставить.

- Нет, так действует собственная защита Древних. В княжиче может присутствовать капля крови одного из Изначальных. Магия могла проснуться от сильного потрясения. В этом случае мы получим сильного противника. Ридана, мы должны убить твоего пасынка, пока не поздно.

- А если ты ошибаешься? - скептически заломила бровь княгиня. - Я проверяла родословную моего покойного мужа, там одни люди, парочка с очень слабой магией.

- А мать княжича?

- То же самое. Договорные браки, кандидаты тщательно проверялись, незаконнорождённых детей не замечено.

Майрал погрузился глубоко в свои мысли, превратившись в совершенную статую, а затем, не говоря ни слова, поспешил покинуть покои княгини.

***

Астор проснулся от гомона весёлых детских голосов, доносившихся через приоткрытую створку окна. Солнце уже светило вовсю, вокруг бурлила жизнь, и княжич вдруг почувствовал себя дома. Как будто мир, в который он попал, принял его, как родного, и теперь хочет показать себя во всей своей красе. Хозяева словно ощутили пробуждение гостя. Раздался стук в дверь. Астор поспешил встать и надеть на себя штаны с рубахой. Выглянув из комнаты, он обнаружил стоявшую в коридоре служанку. Степенно поклонившись, девушка сообщила, что его ожидают к дневной трапезе. Астор попросил передать, что присоединится к хозяевам через короткое время. Умывшись и приведя себя в порядок, он спустился в трапезную и воздал должное стряпне дородной поварихи, а по окончании обеда, поблагодарив гномов за тёплый приём, попросил показать дорогу до дворца правителя. Араина с Ниртаей всучили княжичу суму со свежей сдобой, категорически не принимая отказа. Затем Арошек объяснил, как пройти ко дворцу. Гномы махали Астору вслед, пока тот не скрылся с глаз.

Княжич быстро добрался до дворца и уже минут десять любовался удивительной красоты зданием. Вдруг тяжёлые двери начали медленно открываться, и на пороге показался вейл с белоснежной бородой. Он широким шагом направился к Астору и, приблизившись, приветствовал того лёгким поклоном, сложив руки у груди ладонями вверх.

- Добро пожаловать, миири, в наш мир! Прошу пройти со мной. Халири желает видеть Вас. Юная миа переживает. Поспешим же!

Астору только и осталось пойти за вейлом. По пути он попытался разговорить провожатого, но тот хранил гордое молчание. Впрочем, княжичу быстро стало не до разговоров. Он пытался напустить на себя невозмутимый вид, но необычное убранство дворца завораживало и притягивало к себе взгляд. Дворец внутри и правда был не менее волшебным, чем снаружи. Астору подумалось, что Шалли бы непременно выразила свое восхищение восторженными ахами и тащила брата к каждой детали интерьера. В ответ на его мысли дверь одной из комнат распахнулась, и оттуда выглянула Шарлейн. Она повертела головой, увидела брата и с радостным визгом бросилась к нему. Повиснув на Асторе, девушка, всхлипывая, радовалась его возвращению, пыталась рассказать, как хорошо её приняли обитатели дворца, бормотала ещё что-то неважное. Встретивший княжича вейл безуспешно пытался остановить словесный поток княжны. Астор мягко отстранил сестру, взял её за подбородок, заставив посмотреть ему в глаза и, вытирая слёзы со щёк девушки, успокаивающе проговорил:

- Шалли, я тоже очень рад тебя видеть, но позволь мне встретиться с халири. После я весь к твоим услугам.

Шарлейн кивнула, шмыгнув носом, и подтолкнула брата вперёд, забрав у него суму и передав подошедшей служанке. В сопровождении белобородого вейла Астор вошёл в небольшой круглый зал с украшенным серебром мягким креслом у стены напротив входа. Собственно, это был единственный предмет мебели здесь. Подсвеченный изнутри полупрозрачный пол, расписанный необычными узорами, отражался на потолке россыпью потусторонних фигур, что всё вместе создавало ощущение некой нереальности. А в самой середине зала в серебряной чаше, похожей на цветок, клубилась первозданная тьма. Совершенно свободная, она даже не пыталась вылезти за пределы своего своеобразного жилища. Когда Астор вошёл, клубящаяся масса поднялась, соткалась в человеческую фигуру и уставилась на гостя двумя круглыми белыми глазищами с чёрными точками зрачков. Стоявшая рядом с чашей девушка в темно-синем облегающем платье с длинными белыми волосами, верхняя часть которых была сколота на затылке изящной заколкой в виде бабочки, закатила глаза и насмешливо покачала головой. Астор уставился на странно знакомую вейлу. Кого же она ему напоминала? Образ всё время змеей ускользал от княжича, не позволяя восстановить в памяти знакомые черты. Незнакомка выгнула идеальную бровь, легонько покачала головой и приказала чарующим контральто:

- Ко мне при моем народе обращаться полным титулом, в кругу близких Аэллин или Шаннери.

- Айлех?! - выдохнул Астор.

- Тьма, он глухой, да? - взглянула вейла на тёмную фигуру рядом.

Та пожала подобием плеч, и княжичу послышалось ехидное: "юный и глупый".

- Нет, просто юный. Сначала скажет или сделает, а потом уж подумает, - продолжила насмешничать Шаннери. - Но мы ему быстро мозги на место поставим, заодно и искру фейри в пламя превратим.

- Человеческое дитя, подойди ко мне, - прошелестела Тьма. - Твой восход только начинается, и в моих силах сделать его более лёгким. И если ты выживешь в грядущей войне, я отдам тебе свою душу. И не будет никого ярче, чем ты.

Астор взглянул на Шаннери. Та кивнула на Тьму. Тьма продолжала зыркать на княжича своими жуткими гляделками. Парень решился и подошёл к Первозданной. Тёмная рука прикоснулась к груди Астора, отчего тот вздрогнул и глаза его засветились сталью. Он слышал миллиарды голосов, шёпот деревьев и стон земли, впитывавшей кровь погибших. Он чувствовал эмоции детей, счастье, переполнявшее их матерей, и гордость отцов, ощущал горечь тех, кто потерял своих любимых, содрогался от алчности, равнодушия и зависти. Астор всего лишь хотел получить дар Тьмы, а открыл свой собственный. Он стал эмпатом. А ещё ему жутко хотелось прикоснуться к устам стоявшей поодаль девушки, выпить её жизнь. А та лишь подняла в усмешке кончики губ и тихо произнесла:

-Ну, здравствуй, брат.

Глава 8

Марисар уже несколько часов сидела на совершенно скучном совете лханиров. В зал переговоров её зачем-то привёл король, усадил с собой рядом и, видимо, забыл о ней, погрузившись в обсуждение советом происходящего в мирах. Но разве собравшиеся обсуждали странное объединение одного из их князей и человеческой ведьмы? Нет, советники спорили до хрипоты, требуя захватить человеческие поселения, пока люди не натворили бед, и повырывать им сердца во избежание. Совет желал получить власть над жалкими человечками и их землями особенно, доказать, что высшая нечисть сильна, хитра и, несомненно, заслуживает поклонения. Сам правитель, в основном, наблюдал за спором и иногда вставлял хлёсткие циничные фразы, ставя на место зарвавшихся подданных, возмечтавших о недоступном. Марисар же всё это уже начинало злить. Она ведь была человеком, и это её сородичей желали убить лханиры.

Сайри с ненавистью уставилась на хрустальный шар, стоявший посреди круглого стола. Он почему-то потемнел, затянулся дымом и внезапно взорвался, усыпав советников мелкими осколками. Среагировать успел только король, сдёрнув Марисар со стула и упав вместе с ней на пол. Откуда-то сверху доносились ругательства и крики возмущения, в которых явственно слышались недоумение и страх. А девушка лежала, придавленная тяжёлым телом лханира, и пыталась поймать ускользающую мысль. Сначала она злилась, затем пристально смотрела на шар, потом он взорвался. Странная закономерность. "Ничего не странная" - хмыкнул у неё в голове чей-то голос. Сайри робко похлопала Аэрлина по плечу, вынуждая обратить на себя внимание. Тот поднял голову, взглянув девушке в глаза, и устало прикрыл веки в ответ на её вопросительный взгляд. Прислушался к творившемуся вокруг, поспешно встал и довольно улыбнулся. Перевернутые стулья, израненные дезориентированные советники - происходящее грело королю душу.

- Что это было? Это я? - недоуменно прошептала Марисар.

- Не сейчас, - качнул головой лханир.

И тут же по залу прокатился вихрь, вбирая в себя следы разрушения. Советники дружно шарахнулись к стенам, боясь попасть под действие магии своего шеира. И так же шустро рванули назад к столу, торопливо занимая свои места. Марисар примостилась на краешке стула последней, чинно сложив руки на коленях и смиренно опустив ресницы. Правитель обвел тяжёлым взглядом свой совет и вскинул руку, призывая к молчанию.

- Ну что, выпустили пар? Опять лезете, куда вас не просят. Меня зачем на совет позвали, вспомните. Разве мы собрались здесь, чтобы обсуждать захват человеческих земель, а не сговор Майрала с княгиней Арды? Разве вы не понимаете, какие последствия повлечёт за собой этот союз?

Аэрлин говорил тихо, но каждое его слово падало словно камень, чёткая, размеренная речь била по нервам. Советники притихли, попрятали глаза, боялись лишний раз вздохнуть. Марисар от голоса шеира хотелось забиться в самый тёмный угол, закрыть лицо руками и затаиться, пока не пройдёт буря. "Ну что же ты боишься, сестрёнка?" - хмыкнул в её голове неизвестный голос. "Не Аэрлин", - подумалось девушке. "Нет, конечно", - ухмыльнулся голос. "Кто ты?" - потребовала ответа Мари. "Я такая же, как и ты, поэтому могу общаться с тобой ментально и слышать твои мысли. Время пришло, сестра, и ваши сущности проснулись". "Но тогда кто я, и разве есть другие? Кто мы?! "

Но голос больше не отвечал. Марисар шумно вздохнула и вдруг поняла, что сидит в почти пустом зале. Только рядом сидит шеир и ждёт, когда девушка вернётся в реальность, да тот самый лханир, что был с повелителем у озера, стоит поодаль. Это сколько же она общалась с неизвестным? А Сайри показалось, что прошло от силы несколько минут. Она взглянула Аэрлину в глаза и увидела в них странную затаенную радость, как будто король после долгих лет ожидания снова обрёл давно потерянное дитя.

- С пробуждением, маленькая скерха, и добро пожаловать в наш мир! - непонятно обратился к Марисар король.

Девушка изумленно уставилась на лханира, поразившись даже не столько приветствию, а обращению к ней. Скерха? Это же высший суккуб, да ещё и стихийник невероятной силы. Такая же, как и обладатель голоса. И есть другие, подобные ей. Нет, не может быть, Марисар же обычная человеческая женщина!

- Сайри? - вопросительно позвал Аэрлин.

- Простите, Ваше Величество, но я не понимаю…

- Я тебе всё объясню. Потом. А сейчас позволь пригласить тебя на обед.

- Д…да, конечно, с удовольствием, - растерянно пробормотала Сайри и обеспокоенно осмотрелась вокруг, будто не понимая, где она находится.

Лханир протянул Марисар руку и повёл прочь из зала советов.

***

Майрал резко открыл глаза. В усыпальнице человеческого князя было темно и сыро, но князю было плевать. Помещение было насквозь пропитано магией смерти, сладкий запах тлена удовольствием перекатывался на языке лханира, темнота окутывала мягким одеялом. В такой атмосфере и заклятия творились легче, и тело становилось крепче и сильнее. Но именно сейчас Майрала сковал непередаваемый ужас, липким потом стекая по вискам, холодным обручем стиснув грудину, не давая вздохнуть. Высшие суккубы вернулись, да еще и идеальной троицей. Воистину уникальное явление, двойка очень и очень сильна, а уж трое… И даже если они неопытны, стоит им встретиться, как они объединят сознание и магию. И тогда ему будет стоить больших усилий пробудить древнюю магию, что способна поработить все миры. Потому что запретное колдовство способна остановить только тройка верховных суккубов: два воина и стихийник, которому подчиняются даже тьма и хаос. А значит, надо найти мага раньше, чем его защитники. Лханир выбрался из боковой ниши, предназначенной для хранения свечей в обычное время и возжигания их в дни поминовения мёртвых. В эту ночь ниша послужила отличным ложем для высшей нечисти. Но настало время покинуть столь гостеприимное место. Майрал уже успел дойти до верхней ступеньки склепа, как тяжелая дверь резко распахнулась, едва не ударив князя по лицу. Лханир отшатнулся, инстинктивно прикрыв лицо рукой. На пороге показалась Ридана. Ее грудь часто вздымалась, черные глаза горели воодушевлением.

- Они проснулись! - воскликнула женщина. - Пора!

- Нет, стой, глупая человечка! - возмутился лханир. - Суккубы - угроза тому, что мы хотим разбудить.

- Следи за словами, нечисть, - процедила Ридана, надменно вскинув подбородок. - Детей ирра Пути невозможно остановить. Зато я знаю, как их контролировать.

- Как? - опешил Майрал.

- В шкатулке вместе с заклинанием призыва высших суккубов лежит амулет, по рассказам наставницы, переданный ей самим Нейо за какую-то услугу. Ходили даже слухи, что они встречались, и ирр Пути в знак великой любви подарил верховной черной сей занятный предмет. Я, правда, в эту чушь не верю, но амулет, действительно, существует. И владеть им может только истинно черная ведьма. Поэтому в полдень я иду на встречу с наставницей, а ты ждешь меня в старом храме. Подготовь пока всё для ритуала.

Ридана вошла под своды старого монастыря, когда-то принимавшего в своих стенах служителей древнего бога смерти. Но бог уже давно не заявлял верующим о своём существовании, и культ постепенно сошёл на нет. Последний раз о его приверженцах слышали добрых два столетия назад. Монастырь опустел, на долгое время став обиталищем для маленьких, юрких паучков и буйной зелени. Теперь же здесь обосновались чёрные ведьмы. Паутина была безжалостно сметена, пауки пошли на ингредиенты для зелий, всю растительность вырубили и сожгли, и свет снова увидел унылые серые монастырские стены. Внутри было пусто и тихо, обитатели затаились в своих кельях, и только гулкие шаги женщины разбавляли гнетущую атмосферу сего негостеприимного места. Дойдя до неприметной двери в самом углу длинного коридора, княгиня осторожно постучалась. Дверь медленно приоткрылась. С той стороны не слышалось ни малейшего шума. Ридана толкнула дверь и замерла, округлив глаза и зажав в ужасе рот. Пол был залит кровью, вещи раскиданы по всей комнате, немногочисленная мебель перевернута. А у узкого стрельчатого окна спиной к выходу неподвижно стояла высокая фигура в длинном чёрном плаще с капюшоном, накинутом на голову. Она медленно повернулась к вошедшей, и княгиня подавилась собственным криком. На нее черными провалами глаз смотрела сама Верховная.

- За свитком и амулетом пришла? - хмыкнула наставница.

- Я…нет…как вы могли подумать! – заикаясь, воскликнула Ридана.

И, уже чуть успокоившись, внимательно оглядела комнату. Здесь явно была нешуточная борьба, но что могло случиться? И почему так выглядит наставница? Глаза затянуло чернью без малейшего намека на зрачки, кожу словно выбелило так, что сквозь неё просвечивались синие жгуты вен, в чёрных как смоль волосах появились длинные ровные белые пряди, фигура стала суше. Шкатулки, кстати, на своём месте не было.

- Храмовники приходили, - хрипло отозвалась наставница. - Решили, что здесь рассадник зла, пытались искоренить. Начали с меня. Пришлось объяснить им, что здесь зло живет тихо и мирно, только если его не трогают.

Храмовники были служителями бога света или жизни. Как только они себя не называли. Какие идеи не проповедовали. Но суть оставалась одна: это была горстка фанатиков, проповедовавших идеи властолюбия человека и непримиримости к инакомыслящим. К сожалению, за ними стоял правитель соседнего с Ардой княжества Гадары, а он имел немалый вес на земле Ардании. Поэтому зачастую нападения храмовников, которые они сами называли очистительными походами, оставались безнаказанными. А фанатичные служители бога, тем временем, могли вырезать во имя света целые селения. Вот только Верховная черная ведьма Дайрэн оказалась им не по зубам. Правда, что она сделала с телами, и почему в комнате наставницы такой разгром и кровь, Ридане было непонятно. Да и внешность ведьмы была весьма и весьма странной. Дайрэн до недавних пор была красивой статной женщиной в возрасте, а тут вместе с изменениями помолодела и сейчас выглядела лет на тридцать максимум. В ответ на вопросительный взгляд своей ученицы наставница пожала плечами.

- Меня тут не было, когда храмовники пробрались в мою келью. Перевернули все вверх дном, думаю, искали шкатулку. Когда вошла, бросились на меня с мечами, шестеро дюжих мужчин на пожилую беззащитную женщину. Пришлось обездвижить их заклинанием.

- А потом? - вздернула бровь Ридана.

- А потом я их выпила, - пожала плечами Верховная.

- Что?!

- Перерезала им вены, чтоб дольше подыхали, и выпила их жизнь. Так понятнее?

- Но как? Что это за заклинание? - удивилась княгиня.

- Это не заклинание, моя дорогая ученица, это моя сушность, - расхохоталась Дайрэн. - Просто до сей поры никто не знал, что я не совсем человек. А ты ведь меня убить собиралась, чтоб свиток призыва суккубов и амулет их подчинения забрать. Глупая девчонка, ты о многом еще не догадываешься. Убирайся отсюда, пока я сдерживаюсь, или пожалеешь.

Верховная перешла на шипение, в глазах гуляли чёрные всполохи, остро запиленные ноготки стали превращаться в звериные когти. Ридана попятилась, подобрала подол длинного платья и опрометью кинулась прочь из монастыря.

Глава 9

Астор уже час сражался с фантомами рикс и прочих опасных тварей Межмирья, оттачивая свои боевые навыки и тренируя эмпатию. И уже час огромная яма в одном из верхних слоев Межмирья всё сильнее бурлила чёрной жидкостью, грозя выплеснуться через край. Княжич балансировал на самом её краю, ловко уходя от когтей, клыков и прочих смертоносных приспособлений порождений тьмы. Он слышал не только угрожающее рычание и бессильное шипение, но и ощущал их всепоглощающий голод. Хотя может это были чувства других существ, спрятавшихся в непроглядном тумане, непроницаемой стеной застывшего по ту сторону кратера. А возможно, высокородный вейл, создавший сих реальных монстров, действительно смог сотворить реальные копии, обладающие зачатками разума и чувств. За недолгое время, проведённое рядом с Айлех, Астор понял, правитель рахаи владеет такой магией, что и не снилась многим расам, даже высшим. Да и воин он не менее виртуозный. Астор это прочувствовал на собственной шкуре. Притом, сражаться ему пришлось со второй сущностью Айлех. После встречи с халири в зале Тьмы Астора с комфортом разместили на уровне покоев правителя, обеспечили новой одеждой и передали приглашение верховного вейла явиться вместе с Шарлейн вечером на ужин. Там рахаи, вернувшийся в привычный для княжичей облик, предложил Астору начать обучение. Все вместе они спустились в сад, и до самой ночи Айлех объяснял княжичу основы магии. Утром Астора разбудил стук в дверь. Тот спросонья поднялся с постели, завернулся в простыню и так и открыл дверь, злясь на раннего гостя. И мгновенно стушевался, узрев Айлех во второй сущности. Вейла была чудо как хороша в коротких обтягивающих кожаных шортах и топе, туго перетягивающем грудь, но при этом оставляющем место воображению. Но потом обратил внимание на меч за её спиной и фыркнул. Полуобнаженная девушка с оружием. Посмешить его пришла. А та подчеркнуто внимательно осмотрела его с головы до ног и приказала надеть свободную одежду. До Астора дошло, в каком виде он встретил Айлех, и княжич, путаясь в простыне, поспешил ретироваться в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок. Вслед ему полетел тихий смех. Спустя десять минут княжич был полностью готов к утреннему спаррингу. Высокородная гостья ожидала его, валяясь на кровати и закинув ногу на ногу. Астор снова залюбовался красавицей вейлой, и встретил насмешливый взгляд девушки. Она одним текучим движением встала с кровати, взяла со стула меч, с которым пришла к княжичу, и протянула ему оружие. Затем натянула оставленные у входа высокие шнурованные ботинки и, жестом позвав Астора за собой, направилась прочь из дворца. В совершенном молчании они проследовали до портала и вышли на средний уровень Междумирья. Почти всё пространство занимал огромный кратер, наполненный чёрной жидкостью. Айлех подвела княжича к самому краю, отцепила от пояса небольшую трость и бросила:

- Нападай!

Астор растерялся, нервно сжал рукоятку меча, и еле успел отбить удар посоха, трансформировавшегося из трости. Впрочем с Айлех тоже произошли значительные изменения. Кожа словно задубела, тело покрылось мелкими чешуйками, небольшие изящные коготки превратились в настоящие кинжалы, из-под пухлой верхней губы выглянули аккуратные клычки, за спиной взметнулись кожистые крылья. Повеселившая княжича одежда сейчас давала Айлех простор для резких размашистых движений. Астора учил известнейший среди людей мастер, но его техника ведения боя не шла ни в какое сравнение с тем, что сейчас творила вейла. Около часа молодой мужчина и невысокая изящная девушка в боевой ипостаси джары тренировались прямо на краю кратера. И вдруг Айлех резко остановилась и посмотрела в глубь ямы. Жидкость в ней начала пузыриться. Халири махнула рукой в сторону Астора, и тут же на него со всех сторон бросились фантомные твари. Пришлось отбиваться, потому что ранили они по-настоящему. Айлех же замерла на самой кромке кратера, и всё время, пока княжич сражался, неподвижно стояла и смотрела вдаль.

А в старом храме Майрал, не дожидаясь Ридану, наконец-то завершил ритуал освобождения Пути от запрета. Но совершенно ничего не произошло. Лханир с тяжким вздохом задул все свечи, уничтожил следы ритуала и пошел прочь из храма. Ему навстречу с перекошенным лицом бежала княгиня. Майрал резко схватил женщину за плечи, вынуждая остановиться, и грубо потряс. Ридана тряхнула головой, приходя в себя, и тихо прошептала:

- Верховная, она не человек, она демон.

Чёрная жидкость в глубине кратера в этот момент взметнулась столбом. Айлех метнулась к Астору, одновременно развеивая фантомов, созданных для княжича, схватила его за руку и потащила к порталу. Из ямы повалили тысячи тварей. Жидкость полилась через край, растворяя всю растительность вокруг. Но монстров это не затрагивало, словно они были её порождением. Княжич с халири ввалились в портал, и как только они вышли по другую сторону, Айлех махнула рукой, закрывая проход. Взглянула на Астора и резко сообщила:

- До вечера учишься перекидываться в боевую ипостась. Потом ищем нашу стихийницу.

- Кого? - растерялся Айлех.

- Скерху, мага из нашей тройки, - непонятно объяснила вейла. - Двое верховных суккубов-джар и одна скерха составляют легендарную тройку. Мне очень долго пришлось Вас ждать, вы слишком поздно родились, и теперь Вам обоим предстоит быстро обучиться тому, чему боевые суккубы учатся годами. А девочку ещё и найти нужно.

- С чего ты решила, что это девушка? - удивился Астор. - Мне и тебя хватает.

- Я чувствую. Ты обернешься и тоже её почувствуешь. А я пребываю в двух сущностях, так что привыкай.

***

Тишину небольшого, вытянутого прямоугольником зала, служащего личной столовой шеира, нарушали быстрые, гулкие, размашистые шаги. Аэрлин, бедром прислонившись к низкому подоконнику, меланхолично наблюдал за метаниями Сайри. Девушка всё никак не могла осознать её новую сущность. Ведь за восемнадцать лет в ней не проявилось ничего чуждого человеческой природе. И вот теперь, оказывается, она - высший суккуб. Это же мифический демон, выпивающий души, а Сайри человек. Ну как такое может быть?! И хотя князь объяснил ей, что скерха либо джара может быть абсолютно любой расы, это знание не могло уложиться в голове девушки. Наматывая на палец черные пряди волос, Марисар расхаживала по залу, пытаясь собраться с мыслями. Как она поняла, у высших суккубов есть вторая - боевая - ипостась. Любопытно, какая она, и как, вообще, девушка будет превращаться? С этим вопросом Сайри, в результате, и обратилась к королю. Тот пожал плечами.

- Это тебе только такой же высший расскажет. Нам бы надо его найти, пока не поздно. Что-то неладное в мирах творится, твари Пути просыпаются, в воздухе смерть чуется.

- Нам? - удивленно округлила глаза девушка.

- Я помогу тебе найти своих, чтобы твоя сущность смогла пробудиться. Собирайся, мы едем к вейлам.

- О, они существуют?! А я всегда думала, что это миф. Впрочем, как и твоя раса, - хихикнула Сайри.

Аэрлин только фыркнул в ответ на это заявление и направился к выходу. Марисар только и оставалось, что последовать за ним. Спустя час, подобрав полы длинного фиолетового платья, девушка практически бежала за быстро шагавшим вглубь густого леса лханиром. Вскоре они вышли на небольшую поляну, на которой бледным пятном маячил портал. Король пошел прямо в него. Марисар следом нырнула в холодную рябь перехода, ступила на серую, потрескавшуюся землю на другой стороне и тут же отпрянула назад. Мимо них с неимоверным грохотом и леденящим душу воем неслись сотни жутких тварей. Все в шипах и буграх, с тремя рогами на лбу и спрятавшимися под ними маленькими злобными глазками, покрытые жесткой серой чешуей, монстры, отдаленно смахивающие на огромных быков, выглядели страшным противником. Почуяв иную, чуждую чудовищам плоть, часть из них резко развернулась к появившейся паре. Лханир быстро задвинул девушку за спину и выхватил меч. Твари, раскрыв зубастые, исходящие слюной пасти, бросились на короля. Тот ловко отбивался от здоровенных порождений нижних уровней Междумирья. Но их было слишком много, а лханир не желал переходить в истинную ипостась. Вначале следовало приучить Марисар к его настоящему облику. Стараясь не подпускать чудовищ к девушке, Аэрлин лихорадочно обдумывал, как им уйти отсюда в относительно целом виде. И если нечисть восстановится, то человеческая женщина не выживет, когда твари доберутся до неё. Отвлёкшись, он пропустил нападение одного из монстров. Тот рванул его зубами, сильно зацепив плечо и грудь. Аэрлин зашипел от боли, а Марисар, вскрикнув, бросилась к королю. Двое тварей рванули к Сайри, и только в последний миг ее заслонила худенькая беловолосая девушка…с хвостом, крыльями и рогами. Марисар уставилась на неё диким взглядом, в котором смешались ужас и изумление. Незнакомка присоединилась к вновь вступившему в бой лханиру. Буквально через пару мгновений в битву влился крупный светловолосый парень, сильно смахивающий на человека. Считать его таковым не позволяли светящиеся серебром глаза и плавные, молниеносные движения. В какой-то момент сильно смахивающая на демона девушка чуть отошла от сражающихся, раскинула руки и неподвижно замерла. Из ладоней полился мертвенный свет, уничтожающий всё живое вокруг. Твари пытались вырваться, убежать подальше, но свет доставал их везде, заставлял плавиться, медленно сгорать в белом пламени. Сайри закрыла лицо руками, не в силах смотреть на страшную смерть в многократном исполнении. Когтистая лапа робко коснулась плеча девушки. Марисар вздрогнула и шарахнулась от странного существа, чем-то напоминающего ей короля лханиров. Её распирало инстинктивное желание защититься, кончики пальцев жгло, лопатки нестерпимо ломило, тело жутко чесалось. Почему-то стало четче зрение, резче ощущались запахи, уши слышали тончайший писк роившихся неподалеку насекомых. Кстати, об ушах, что-то они длиннее вроде стали. Марисар схватила себя за ухо и, царапнув вытянувшийся кончик, вскрикнула от неожиданности. Беловолосая девица осторожно приблизилась к оторопевшей Сайри и осторожно взяла её лапку со значительно удлинившимися ногтями в свою.

- Вот мы, наконец, и встретились, сестрёнка, - улыбнулась крылатая воительница.

Глава 10

Марисар, облаченная в подаренное ей очаровательной незнакомкой длинное платье винного цвета с открытой спиной, зачарованно рассматривала себя в зеркале: аккуратные витые рожки, насыщенно-зеленые глаза с вертикальным зрачком, вытянутые уши, кожа, покрытая тонкой, но очень прочной чешуей, длинные, словно отполированные, острые как бритва коготки. Но самой потрясающей для неё деталью были большие черно-красные кожистые крылья. Сайри их и открывала, и снова складывала, и пощупать пыталась, и рассмотреть, как они к спине крепятся. В общем, тешилась, как ребёнок игрушкой. Увлёкшись крыльями, девушка не заметила, как в комнату вошёл лханир. Просто в один прекрасный момент заметила в зеркале тёмную страшную фигуру и отшатнулась в ужасе. Аэрлин тяжело вздохнул и уж было собрался выйти из покоев Марисар, как та бросилась к королю, путаясь в подоле, и крепко его обняла. Лханир в ответ нерешительно прижал девушку к себе, осторожно погладил по голове, потом отстранил Сайри от себя и оценивающе прошёлся по ней взглядом. Юная стихийница покраснела от столь пристального внимания к ней короля лханиров, смущённо опустила голову, теребя рукав. Аэрлин, тем временем, снял с себя серебряную цепочку филигранной работы с изумрудным кулоном в виде клыка и надел её на Марисар. Девушка в восторге схватилась за подарок.

- Какая красота, - восхитилась Мари. - Спасибо, Аэрлин.

- Ни при каких обстоятельствах не снимай эту вещь, - предупредил лханир. - Это оберег. А ещё в критической ситуации ты можешь позвать меня на помощь.

- Но, - растерялась Сайри, - ты ведь будешь рядом.

- Нет, я ухожу. Я помог тебе найти своих, теперь мне здесь делать нечего. Долгой жизни тебе, маленькая скерха. Прощай.

Время для Марисар превратилось в замедленную съёмку. Вот она смотрит в удаляющуюся спину лханира, вот видит медленно закрывающуюся дверь… Что было дальше, Сайри не могла сказать. Она вообще плохо помнила всё происходящее с ней после ухода Аэрлина, только понимала, что слишком увлеклась королём высшей нечисти, даже не испугалась его истинной ипостаси, хотя та впечатляла. Мертвенно бледная кожа, черные белки глаз, длинные клыки - всё это раньше бы до ужаса испугало Сайри, но не сейчас. Простая человеческая девушка влюбилась в бессмертного короля. Даже пусть Сайри и сама стала кем-то сродни демонам, но всё же её жизненный век намного короче, чем у лханиров, тем более у их шеира. Пришедшая спустя пару часов знакомиться Шарлейн пыталась растормошить стихийницу; посетовала, что ей не позволили сразу навестить Марисар, рассказала, как они с Астором появились здесь, прояснила, кто такая беловолосая воительница. Марисар слушала, кивала, восхищалась, но всё это было как в тумане. Мысли неизменно возвращались к королю лханиров. И в какой-то момент Сайри поняла, что горько рыдает на плече Шалли, а та ласково гладит девушку по волосам, тихо нашептывая что-то мерным речитативом. Марисар неловко высвободилась из объятий княжны и, утирая слезы рукавом, благодарно взглянула на Шарлейн. С того момента девушки сдружились, вместе ходили заниматься магией, Шалли даже пыталась научить Марисар драться на мечах, но у той плохо выходило. Вот стихии подчинять - это легко, лёгкий пасс рукой - и пламя начинает свой смертельный танец, или устрашающе плещется огромная волна, злобно воет черный смерч, а корни близстоящих деревьев лезут из земли и грозят оплести ноги. Княжна искусно управлялась с огнем, но ей всё равно было далеко до уровня стихийницы. Зачастую к подругам присоединялся Астор, но у того с магией было сложнее - до сих пор было непонятно, каким типом магии он владел. Эмпатии он научился дня за два, а вот ту защитную стену, которую создал, когда защищался от тварей, повторить княжич так и не смог. Как и выявить хоть какие-то иные заклинания. Да и с формой суккуба у него не получалось. Он так ни разу и не перешёл в боевую ипостась. Зато воинское искусство Астор усовершенствовал до такой степени, что мог сражаться сразу с двумя дюжинами рикс. Слух и обоняние стали тоньше, движения быстрее и плавнее. Айлех принимал активное участие во всех тренировках девушек и княжича, нещадно гоняя своих учеников как самолично, так и с помощью донельзя реальных фантомов разнообразных тварей. День ото дня вейл заставлял свою двойку учиться чувствовать друг друга, чтобы в пылу боя действовать сообща и без лишних слов. Марисар и Астор теперь могли не только воспринимать окружающее на ментальном уровне, они легко выстраивали защитные блоки, проникали в чужое сознание и даже успешно им управляли, заставляя объект делать то, что нужно было суккубу. Вот сжигать сознание и вытягивать жизнь из жертвы новоявленные высшие пока не умели. Но и времени с момента их ускоренного обучения прошло всего ничего - одна лишь неделя. Удивительно тихая, по общему мнению. Появившиеся твари как сквозь землю провалились, новые не приходили, в Арде тоже никакого черного колдовства, по донесению шпионов, замечено не было. И всё же напряжение не покидало, витая в воздухе ожиданием неминуемой катастрофы. И она не заставила себя ждать.

***

Ридана величаво шествовала в сторону старого храма, как вдруг прямо ей под ноги бросился маленький черный кролик. Княгиня уж было занесла ногу, чтобы отпихнуть зверька, как тот молниеносно вцепился в нее неожиданно длинными клыками. Женщина закричала от боли и наклонилась, чтобы отпихнуть животное. В ответ кролик глянул на нее красными глазами и продолжил вгрызаться в ногу. Ридане пришлось активировать темное заклинание, чтобы убить тварь. Кролик должен был сдохнуть сразу, но почему-то умирал медленно, да еще и визжать начал. Но, в конце концов, обмяк, и княгине удалось его беспрепятственно оторвать от своей ноги. Отдирая от себя мёртвое животное, черная ведьма внезапно осознала, что касается совсем не кролика, а странного существа, только похожего на земного зверька. Впрочем, осознать до конца, что же такое на неё напало, Ридане не удалось. Прямо перед ней вспучилась земля, и из дыры полезли такие же твари. Княгиня ошарашено замерла, а потом, закричав, бросилась прочь, припадая на прокушенную ногу и оставляя за собой кровавый след. Добрая половина тварей рванула за ней. И быть бы Ридане загрызенной мелкими монстрами, если бы не Майрал, спикировавший к ней с крыши одного из зданий и буквально выхвативший женщину из острых зубов странных животных, уже вцепившихся в её платье. Упустив добычу, недокролики рванули на главную городскую площадь, устроив там настоящее пиршество. Монстров не брало ни каленое железо, ни стандартные заклинания, и всё больше камней окрашивалось в красный цвет, всё больше людей погибало от зубов монстров, въедавшихся в живую плоть. Ридана и Майрал этого уже не видели, хотя и слышали первые крики, удаляясь подальше от страшного места.

Как только княгиня с лханиром добрались до дворца, Ридана сразу же направилась в свой кабинет, приказав встретившимся на пути слугам позвать к ней сына и главного советника. Своего личного слугу она нашла как раз за своим рабочим столом, скрупулёзно изучающим бумаги. Согнав Твила с кресла, Ридана уселась, с наслаждением вытянув покусанную ногу. Тот, увидев изорванный и окровавленный подол платья, побледнел, засуетился и уж собрался побежать за врачом, как княгиня, протянув ему листы и чернильницу с пером, жестом показала на стул в углу кабинета. Твил замер там, не смея шелохнуться, и только тихо сопел, кидая возмущенные взгляды на госпожу. Вскоре в кабинет широким шагом зашёл советник, а за ним вразвалочку Герен. Впрочем, увидев разъяренный взгляд матери, быстро подобрался и спешно уселся в одно из кресел напротив. Советник занял второе. Княгиня не торопилась начинать разговор,напряжённо поглядывая на дверь. Появившийся в дверях лханир стал шоком для собравшихся. А Майрал невозмутимо прошествовал к Ридане и встал за её креслом. И только после этого княгиня соизволила заговорить.

- Прежде всего, позвольте вам представить князя лханиров Майрала Эш Тахойра. Он наш союзник, и мы ожидаем, что его сиятельство поможет нам в борьбе против внезапно объявившейся низшей нечисти. Твари возникли, когда я шла на поклон в храм. Мне чудом удалось спастись, и то с помощью господина Майрала. Но монстры напали на людей на главной площади. Против них бессильны все средства, кроме тёмной магии, поэтому помощь высшего лханира для нас так бесценна. Он один обладает столь нужной нам магией, но на всю нечисть даже его силы не хватит. Поэтому мы решили заключить союз, чтобы было возможно пригласить воинов князя для подмоги.

Герен нахмурился, кинул быстрый взгляд на невозмутимо рассматривающего картины на стенах лханира, и сделав для себя какой-то свой вывод, полностью расслабился в кресле и даже прикрыл глаза. Главный советник, тем временем, поинтересовался, не будут ли пугать простых жителей столь странные гости и не случится ли так, что лханиры либо захватят власть в княжестве, либо сами сожрут народ на пару с монстрами. На что княгиня ответила, что союз будет скреплен магически, чтобы как раз избежать подобных последствий, и отправила советника подготавливать документы для подписания.

Как только главный советник покинул кабинет, Ридана взмахнула рукой, запирая наглухо дверь, и только потом произнесла, обращаясь к сыну:

- Герен, в скором времени мне придётся покинуть княжество, поэтому сейчас ты будешь присутствовать на всех собраниях и изучать документы, чтобы я могла оставить на тебя княжество. Жаль, конечно, что твоя невеста исчезла, я слышала, стихийник из неё сильный, и маг в нашей семье пригодился бы, но, возможно, оно и к лучшему. Присмотрись к девушкам из лояльных семей и укажи, которую ты хотел бы видеть своей женой. Устроим свадьбу в кратчайшие сроки. И не вздумай спорить, княжеству требуется наследник.

- Но, матушка, мой брат разве мертв уже? Надо бы сначала его убрать с пути к трону.

- Твой брат в скором времени потеряет статус наследного княжича. Чёрные руны говорят, что Астор стал не тем, кем был прежде.

- Что, после нападения риксы совсем слаб стал? - хмыкнул Герен. - Может, всё таки сдохнет?... Матушка, а руны тебе сказали, кто спас братца?

- Сын, не говори глупостей, чёрные руны не могут указать на конкретного человека или нелюдя, только передать неясные образы и ощущения.

- А тот вейл, что был у нас с визитом? Он мог вмешаться?

- Какой вейл? - влез в разговор лханир.

- Да обычный, беловолосый, глаза какие-то непонятные, то ли желтые, то ли зелёные, зовут вроде Аэллин, - пожала плечами Ридана, отводя глаза.

- Как?! Аэллин?! - округлил глаза Майрал. - Но тогда нам следует быть более чем осторожными. Равносущностный один из сильнейших магов во всех мирах. Нельзя допустить, чтобы он прознал о наших планах.

- Ты хочешь сказать, что нас посетил халири рахаи собственной персоной? – деланно удивилась княгиня. - Тогда нам нужно поторопиться.

- Да кто он такой? - возмутился Герен. - Мне-то расскажите.

- Правитель одного из народов вейлов, древний, хитрый колдун, по слухам, может читать мысли и подчинять себе сознание любого существа. Не стоит его недооценивать, сын. И, Герен, поинтересуйся на досуге правителями других государств, много полезного узнаешь. А теперь ступай! А ты, Твил, - бросила княгиня так же и сидевшему в своем углу слуге, - захвати домовые книги и иди с княжичем в малый кабинет. Да объясни ему, что к чему. Пусть в курс дел начинает вникать.

Сама же Ридана, ни слова не сказав лханиру, отправилась прочь из кабинета. Лханир пожал плечами и перенёсся в старый храм. Там было всё точно так, как и после ритуала. Кругом стояли оплывшие черные свечи, тихо потрескивали чадящие факелы, начерченные на стенах и полу защитные и усиливающие знаки иногда вспыхивали белым цветом. Но Майрал понимал: ритуал сработал. И тому подтверждением были появившиеся монстры. Мелкие, быстрые когры, с виду походившие на милых зверьков, были бичем Междумирья. Они периодически огромной стаей проникали туда через тайные тропы Пути и могли загрызть даже больших и опасных тварей. Вот только понять бы теперь, почему ритуал сработал не сразу и не так, как задумывалось. Когры не должны были трогать Ридану, а признать чёрную ведьму своей хозяйкой. И как же радовало, что черная ведьма не знает о проведенном ритуале, на котором требовалось присутствие их обоих. Пусть считает, что, не дождавшись появления княгини в назначенный час, лханир потушил свечи и отправился её искать. Вот только слова заклятия были произнесены, и проход тварям Пути во внешние миры теперь открыт.

Глава 11

На главной площади Арды творился кошмар. Мостовая была усеяна изъеденными трупами, повсюду раздавались крики и плач уцелевших, но всё чаще среди них слышались проклятия княжеской семье. Никто не подумал защитить жителей и гостей города от нападения неведомых монстров, стража сразу убралась подальше, обнаружив, что никакое оружие не вредит напавшим на людей тварям, армия на помощь не пришла. К тому же, в народе княгиню и её отпрыска не любили, верно подозревая, что жена князя балуется запретной магией. Да и сама из себя вон она какая черная и тощая, ну точно ведьма. И были совершенно правы в своих подозрениях. А Ридана, в своем стремлении к власти, совершенно не учитывала желания народа и уж точно не могла предвидеть, что игнорирование нужд своих подданных обернётся для неё трудностями. Люди собирались кучками, ругали княгиню, призывали к бунту. В результате перед дворцом неожиданно образовалась кричащая и ругающаяся толпа, на стражников посыпались камни и палки, некоторые стали целиться в окна.

Герен влетел в покои матери, шумно возмущаясь произволом подданных. Княгиня сидела в своем любимом высоком кресле, закрыв глаза и неестественно выпрямившись. На громкое появление сына только поморщилась и махнула рукой куда-то в глубь покоев. Герен прошёл в дальний угол комнаты и уселся на стоявший там пуф.

- Не спеши, сын! Я же чувствую, ты хочешь послать войско - разогнать толпу. Не стоит, Герен! Ты только еще больше разозлишь наших подданных. А лучше прикажи позвать главного советника, и вместе пойдите к народу, скажите, что если перед этими тварями стража бессильна, чем войско бы помогло. Только пострадало бы. Вдруг ещё угроза пострашнее будет, вот тогда армия и пригодится.

Княжич кивнул в знак согласия и отправился успокаивать разъярённую толпу. Поймав в коридоре удачно пробегавшего мимо мальчишку-посыльного, приказал ему найти главного советника и передать тому приказ княжича выйти к народу. Сам же неспешно пошёл к выходу, размышляя, как лучше вырваться из-под опеки матери. Герен давно мечтал об этом, считая, что он уже достаточно взрослый, чтобы самому решать, что говорить и с кем общаться, но всё никак не мог найти пути решения. Напрямую говорить Ридане не имело смысла, она считала, что у неё есть полное право управлять судьбой других людей, даже если это собственный сын. Поднимать бунт, устраивать переворот тоже не вариант. Княгиня – могущественная чёрная ведьма, если и выживешь, стыда не оберешься. Ославит ведь на всю Арданию, а там и до других миров недалеко. Больше размышлять Герену не пришлось. Прямо перед ним в мгновение ока вздыбились мраморные плиты пола, от них во все стороны поползли трещины, и спустя несколько торопливых ударов сердца княжич полетел в разверзшуюся пропасть.

Княгиня вздрогнула в своём кресле, испугавшись непонятно чего, а потом резко вскочила, с ужасом глядя на проваливающийся пол. Торопливо начертав портал, она быстро прыгнула в него, выйдя у стен склепа почившего князя. Лханир стоял в открытом дверном проёме, задумчиво глядя вдаль.

- Майрал, там дворец рушится! – взволнованно воскликнула Ридана.

- Я знаю, - кивнул в ответ князь нечисти, - страж Пути пробудился. Что-то пошло не так.

- Но что?! Что могло вызвать его в наш мир, если ритуал не был проведён?! Майрал, ты ведь не мог один его провести? – княгиня заглянула в глаза лханиру и резко отшатнулась, зло прошипев, - Ты это сделал! Без меня! Хотя я предупреждала. Мы должны были замкнуть заклинание на нас двоих, чтобы управлять порождениями пути. Слишком большая мощь у этого заклятия. Но ты слишком самонадеян. Решил, что я, слабая человечка, тебе не нужна, что один справишься. Видишь теперь результат своего глупого поступка.

И как подтверждение слов ведьмы, на глазах у замерших в ужасе жителей в пропасть с грохотом обрушился княжеский дворец.

Ридана застыла в ступоре, широко открыв глаза и прижав крепко сжатые кулаки к груди. Майрал быстро набросил на них защитный купол и принялся бормотать что-то себе под нос. А в самом сердце столицы рахаи - Кеалтар - в удивительно прекрасном белоснежном дворце сразу четверо, находясь в состоянии глубокой медитации, увидели одну и ту же картинку проваливающегося в пропасть величественного оплота арданских князей. Только вот Астор видел её так, словно стоял почти рядом и наблюдал за катастрофой собственными глазами. Собственно так оно и было. Недалеко от дворца в этот момент находился совершенно приметный эйяр. Высокий худощавый фейри с темно-синими волосами и такими же глазами оставался на месте, пока здание не исчезло из виду во тьме провала, и только после этого растворился в людской толпе. Эйяр явно применял магию, так как никто из людей не заметил пришельца, воспринимая его, как обычного человека. Странно, но Астор продолжал смотреть глазами эйяра, и при этом видел того со стороны. Княжич не понимал, как такое может быть, и не мог вырваться из пут этой странной магии. Как сквозь сон он почувствовал, что кто-то хлещет его по щекам. Это и заставило Астора вернуться. Открыв глаза, он увидел склонённое к нему лицо венценосного наставника. Айлех внимательно посмотрел на парня, отметил его ярко светившиеся глаза, но не стал ничего говорить, а просто протянул руку, помогая княжичу встать.

- Я видел, как наш дворец рухнул в пропасть, - пробормотал Астор.

- Я тоже! И я! - воскликнули девушки.

- Но как такое может быть? – удивилась Шалли. - Мы видели будущее? Или…

Голос девушки прервался, и она, закрыв лицо руками, тяжело осела на пол. Марисар бросилась к подруге, участливо обняв её. Айлех сел рядом и тихонько позвал Шарлейн. Та медленно отняла ладони от лица и, яростно сверкая синими глазами, твердо проговорила:

- Я хочу отомстить тому, кто допустил этот кошмар! Но сначала я хотела бы знать, что вообще происходит! Кто мне может объяснить?

Айлех привлек девушку к себе и, успокаивающе погладив её по руке, начал объяснять:

- Всё дело в том, что твоя мачеха задумала захватить власть над мирами. Нет, подожди, Шалли, потом будешь возмущаться, сейчас послушай внимательно. И остальных тоже это касается. Астор, прекрати изображать скорбный памятник самому себе. Ваша мачеха объединилась с одним из князей лханиров, Майралом, едва ли не сильнейшим магом среди высшей нечисти. Исходя из произошедших событий – нападения, случай с вашим домом – я полагаю, что Майрал самостоятельно провёл обряд открытия Пути. Если бы он сделал это вместе с княгиней, твари бы им подчинялись, и дворец был бы невридим. Дело в том, что ритуал подразумевает равномерное распределение потоков магической энергии между его участниками. Тогда бы они смогли управлять магией Пути и его созданиями. Но Майрал излишне тщеславен и не может позволить человеку быть наравне с ним. Вот только на этот раз его отношение к людям сыграло с ним злую шутку. Последствия слишком непредсказуемы, и, боюсь, разбираться с ними придется нам в том числе.

- Что такое Путь? - поинтересовалась Сайри у вейла. - Странное название. Чем он опасен?

- Что ж, попробую объяснить. Путь - это место обитания изначальной Тьмы. И прародина высших суккубов. Сам Путь создал ирр, а в человеческом понимании бог, носящий имя Нейо. Он же позволил Тьме обитать в недрах его детища. Но это не постоянное место, существующее в одном из миров, как вы, наверно, думаете. Путь ни к чему не привязан, он может существовать в любой точке вселенной и не имеет зримых границ. Но при этом его создания в нём и остаются, не в силах покидать его пределы. Но порой чёрная магия выкидывает кого-то из них во внешний мир, что очень опасно даже для высших, так как твари Пути почти неуязвимы, а мы - нет. Целенаправленно создания Пути могут его покинуть только в одном случае, если жители какого-то мира погрязли в войнах и собственных пороках до такой степени, что стали уничтожать сами себя и своё место обитания. Тогда Путь выпускает своих созданий в качестве чистильщиков. Мир погибает полностью, даже сама планета перестаёт существовать. Но такие ситуации строго контролируются самим ирром. И только специальный ритуал может заставить Путь отказаться подчиняться своему создателю. Такое было только однажды, но, очень давно. Зачинщиков после долгих сражений удалось убить, свиток с описанием ритуала спрятать, но великому творцу Лесару пришлось создавать миры заново. Спаслась только горстка высших, и то потому, что ушла в Междумирье. Теперь же ритуал открытия Пути снова воплощён в жизнь, но из-за того, что церемония была проведёна одним участником, Путь теперь не подчиняется никому и открывается самопроизвольно. Как его остановить, знают только те высшие, что когда-то спасали от него миры. Их-то нам и надо найти.

- Мы пойдём в Междумирье? - поёжилась от неприятных воспоминаний Сайри.

-Нет, искать древних идём мы с Шалли. А ты и Астор отправитесь к правителям Высших, объясните сложившуюся ситуацию и будете просить их помощи в объединении рас, потому что только так мы сможем остановить Путь.

Астор задумчиво кивнул. Перед глазами стоял образ того эйяра, глазами которого он смотрел. Кто он? Астор хотел бы найти ответ. Возможно, наставник знает. Об этом он и спросил Айлех, описав фейри. Выяснилось, что княжичу посчастливилось узреть самого короля эйяров, да еще и одного из тех выживших высших. Но сия новость оказалась не самой удивительной. Такое слияние, как у Астора с повелителем фейри, могло случиться по одной причине, в парне текла кровь этого эйяра, которого, к слову, звали Сионнаром. Так вот, этот эйяр, получается, был предком княжича. Значит, король фейри, носивший титул аэшери, станет первым, кого посетят Астор с Марисар. Вот только найти бы его.

***

Большой белый кот со смешными кисточками на ушах крался по оконному карнизу. Кончик хвоста подрагивал от напряжения, уши чутко прислушивались к малейшему шуму. И всё равно он пропустил тот момент, когда створки окна распахнулись и его сцапала когтистая рука. Аэрлин втащил пушистого гостя в спальню и кинул на кровать. Кот мгновенно вскочил на лапы, выгнул спину и зашипел. Шеир в раздражении возвел глаза к небу и театрально вздохнул. Кошак плюхнулся на толстый зад и повторил действия лханира.

- Издеваешься?! - разозлился Аэрлин.

Кот кивнул.

- Вот ты…фейри! - вздохнул лханир.

- Нечисть! - не остался в долгу синеволосый эйяр, соизволив наконец-то принять более человеческий облик.

Перекидываться в кота Сионнару нравилось больше всего. Находясь в шкуре этого наглого пушистого зверя, можно было получить море нужной информации и прокрасться туда, куда в виде фейри он бы не смог попасть незамеченным. Хотя нет, для повелителя эйяров возможно было многое, но всё же рисковать иногда было нежелательно. Вот и спасал его кошачий облик.

К королю лханиров Сионнар пришёл не случайно. Умный, хитрый, расчетливый, Аэрлин эсс Майэрш оказался верным другом и соратником в боевых странствиях. Когда-то они вместе пытались спасти остатки погибающей вселенной, вместе с тройкой суккубов сражались против тварей Пути, прятали свиток с опасным заклинанием. Были там и другие высшие, но они не интересовали эйяра. Перестали интересовать, после того как, спасая обитателей какого-то захолустного низшего мира, погибла одна из джар. Она могла бы стать его повелительницей, но в пору их любви кучка идиотов решила пробудить Путь. Сантая знала о своей сущности и обрадовалась, что ей выпала возможность применить все свои способности. Просьбы решить исход той или иной войны её уже начали утомлять, наемницей быть надоело, а тут такой случай проявить себя. Джара мигом ухватилась за дело, нашла двух собратьев, уговорила возлюбленного и его друга помочь им. Так они и ввязались в страшную, бесславную войну. Поначалу им удавалось проходить все препятствия, они напали на след зарвавшихся колдунов, что возомнили себя властителями вселенной. Но в один момент всё изменилось. В тот день они столкнулись с очередными тварями Пути. Уничтожать монстров им помогал отряд местных жителей, и Сантая, выпивая жизненную энергию врагов, начала убивать и добровольных помощников. Сионнар, увидев, как старятся и обессиленно падают на землю воины, только что сражавшиеся с ним плечом к плечу, заподозрил неладное. Его любимая женщина неподвижно стояла поодаль, раскинув руки, а от неё к монстрам и воинам тянулись тысячи чёрных нитей, высасывающих жизнь. Эйяр бросился к джаре, повалил её на землю и внезапно почувствовал ещё одну жизнь, только недавно зародившуюся. Тогда Сантаю пришлось опутать множеством обездвиживающих заклинаний и попросить двух воинов отнести женщину в ближайшее поселение. Когда последние твари были уничтожены, фейри поспешил к возлюбленной. Та уже пришла в себя и призналась Сионнару, что беременна и не может контролировать себя в бою. Решено было оставить джару до родов в той деревне, куда её принесли. Большеповелитель эйяров свою возлюбленную не видел. Они общались ментально, Сантая сообщила, что родила ему дочь, часто показывала своему фейри образы малышки, мечтала снова быть рядом с ним. А потом перестала отвечать эйяру. Когда Сионнар наконец добрался до той деревни, где жила его семья, обнаружил только развалины и кучу трупов, многие из которых были выпиты. Позже он встретил одного из бывших жителей, чудом спасшегося от набега тварей Пути. Тот и поведал о несчастье, и о том, что джара пыталась защитить односельчан, но сама пала в неравном бою, так как монстры всё прибывали и прибывали, и было их несчётное количество. Что случилось с девочкой, никто не знает. Жители деревни разбегались кто куда, не вместе уходили, и многие так и не вернулись назад. Может, ребёнок вместе с кем-то из них спасся, младенцев забирали, рассказчик своими глазами видел. Потом отвел повелителя к месту захоронения несостоявшейся спутницы. С тех пор прошло столько тысячелетий, что и не счесть. Сионнар успел потерять лучшего друга в последнем бою за спасение мира и обрести снова, увидел, как зарождаются новые миры, появляются другие расы, окончательно закрепил свою власть над эйярами и даже распространил её толику на других народов. И вот история повторяется. Но не это самое удивительное, а его кровь в человеческом мальчишке. А это значит, что его дочь всё-таки выжила. И теперь ему, во-первых, предстоит разузнать о судьбе своего ребенка, а во-вторых, найти потомка и обучить его магии эйяров.

Глава 12

Дайрэн лихорадочно собирала разбросанные по комнате вещи. Ещё час назад она пыталась найти чёртов артефакт, когда-то спасший ей жизнь. Зеленый камешек, сейчас висевший на шнурке у неё на шее, был совершенно неприметным, и никто бы не подумал, что он способен перенести его обладателя туда, куда тот пожелает, даже если это иной мир или Междумирье. Жаль, внутрь Пути не перенесёт. Придется подобраться поближе к его границам.

Известие о прорыве Пути потрясло Дайрэн. Да, она знала, что он небезопасен и способен разрушать миры, но его стражи должны были спать до того момента, пока одному из миров не потребуется очищение. Это низшие обитатели Пути бодрствовали и периодически нападали то на Междумирье, сцепляясь с его представителями, то на жителей обычных миров, резвясь в какой-нибудь мелкой деревушке, а элитное воинство его хозяин погружал в вековой сон, пробуждая только для тотального уничтожения погрязших в грехах смертных. Для Дайрэн обитатели Пути угрозу не представляли. Наоборот, для нынешней Верховной чёрной ведьмы Путь стал спасением, а его хранитель - любимым наставником. Когда-то её, ещё малышкой, утащили в свои недра твари Пути, положив к ногам хозяина в качестве трофея. Девочке повезло, что она попалась не просто высшим стражам, а личному воинству Нейо. И сказочной удачей оказалось, что ирр уже давно умирал от скуки среди множества злобных тварей, а потому решил оставить ребенка в живых, поставив на ауре малышки метку принадлежности Пути и его хозяину. Дайрэн выросла, постигая азы магического искусства из уст самого ирра, а в промежутках между учёбой играя с монстрами Пути и катаясь на их спинах.

Поднимая с пола чудом уцелевшее ручное зеркальце, Дайрен взглянула в него и, вскрикнув, чуть не уронила вновь. На ней не было иллюзии. Метка, поставленная ирром, не только дала Дайрэн неприкосновенность для обитателей Пути, но ещё и подарила вторую истинную сущность. Правда иллюзия при этом спадала, и возможно её было вернуть только через сутки. Так что теперь в черных волосах женщины проглядывали синие пряди, глаза стали подобны грозовому небу, черты лица теперь казались тоньше, уши заострились. Верховная выглядела, как истинная фейри, которой, впрочем, и была. Ведьма заметалась в поисках плаща, чтобы хоть как-то спрятаться на случай, если в её келью войдет одна из ведьм. Буквально замотавшись в его широкие полы и натянув пониже капюшон, женщина в считанные минуты собрала небольшую суму, захватив желанные её ученице свиток с артефактом, и поспешила покинуть монастырь.

Путь эльфийки лежал к самому сердцу Междумирья, ибо там в магическом сне долгие тысячелетия пребывала одна из величайших жриц Тьмы, та самая джара, что когда-то вместе с соратниками спасла миры от нашествия тварей Пути. Смертельно раненой суккубе вручили злополучный свиток, из-за которого проснулись твари Пути, погрузили девушку в стазис, окружили энергетическим коконом и поместили в небольшую пещеру, усыпанную поддерживающими магию кристаллами. Копий свитка открытия Пути не существовало, тем не менее её ученица со своим лханиром провели ритуал. Откуда они узнали заклинание, Дайрэн не знала, но сейчас важнее было выяснить, что с джарой и у неё ли ещё свиток. Но прежде всего ведьма зайдет к своей подруге и попросит составить ей компанию. Дайрэн знала, Самерра никогда не откажется. Слишком давно рубиноволосая лерхаи не выходила на охоту за душами.

- Герен… - еле слышно прошептала Ридана. - Моего сына больше нет, Майрал. Может быть, следовало всё же рассказать ему о том, что мы знали, кто помог Астору, а не делать вид, что нам ничего неизвестно. Но…теперь уже поздно…

Княгиня опустила голову, вся сгорбилась, повесила руки. Но это длилось едва ли не мгновение.

- Майрал! - резко вскинула голову чёрная ведьма, почувствовав запретную магию тьмы. - Нет!

Но было уже поздно. Лханир дочитал заклинание, и первый подземный толчок сотряс город. Люди закричали, забегали, многие упали и теперь пытались подняться, несколько карет перевернулось, испуганные лошади ржали и вставали на дыбы. А земля снова задрожала, по ней побежали тонкие трещины, на глазах расширяясь и принимая в свои недра людей, повозки, дома. Крики раненых, плач по погибшим, вопли тех, кто пытался спастись - всё смешалось. И тут из провалов вылетело первое щупальце, схватило женщину и утащило в бездну. Вслед за ним появилось второе, третье - и так повсюду. Майрал уже давно парил высоко в воздухе, крепко держа Ридану, и любовался гибелью Арды. Ослепленный ужасом народ их не видел. Люди пытались выторговать свои последние часы у смерти, убегая от провалов и щупалец, прячась в казалось бы безопасных местах. Но всё было напрасно, вскоре город перестал существовать. Теперь на его месте зиял огромный кратер.

Дайрэн, на тот момент уже покинувшая город, прислушалась к глухим ударам и далёким крикам. Происходящее её заинтриговало, и она, прикрыв глаза, потянулась дальним зрением к Арде. Увиденное заставило эльфийку прервать заклинание и зашипеть от бессилия. Щупальца неведомых монстров говорили об одном: низшие стражи Пути пробуждены, притом не по своей воле, а потому очень голодны, и Арда только первый город в их меню. Верховная чёрная ведьма, хотя теперь бывшая, направилась в глубь густого леса, начинавшегося недалеко от города и раскинувшегося на приличной территории. И только там взяла в руки висевший на шее артефакт переноса и нарисовала в голове картинку дома подруги. Через пару ударов сердца Дайрэн уже стучалась в ворота величественного замка, располагавшегося на самой вершине отвесной скалы.

***

Прежде чем уйти в странствие, Айлех через шар-передатчик связался с королём лханиров, зная, что тот участвовал в прежнем поиске свитка открытия Пути. Правда вейл сильно сомневался, что Аэрлин согласится помочь, так как погиб тогда в последней битве. Одно дело, когда высшая нечисть сама устаёт жить и на тысячелетия засыпает мёртвым сном, другое - когда тело погибает. На восстановление требуется больший срок, да и не любят лханиры рисковать собой. Удивительно, как шеир вообще подписался на это. Но Аэрлин удивил, ответив согласием. Айлех не мог знать, что лханира посетил старый друг, рассказавший ему о том, что видел в Арде. Король же вспомнил человеческого ученика вейла со странными светящимися глазами и сущностью суккуба. И в диалоге с рахаи попросил Айлех привести к нему того парня. Так к королю лханиров направились все четверо.

Добираться до королевства лханиров пришлось пешком, а не порталом. Шеир не позволил открыть портал к его замку. Хорошо хоть шли через верхние уровни Междумирья. Здесь было удивительно красиво, но при этом странно и необычно. Росли деревья, цвели цветы, повсюду раздавалась громкая трель певчих птиц, ей вторил задорный стрекот цикад, периодически кто-то шуршал в траве. Но всё, абсолютно всё было в лилово-сине-бело-зелёных тонах. Как будто других цветов вообще не существовало. А ещё здесь встречались большие растения с цветами в виде шаров. Последние внезапно открывались, когда над ними пролетали насекомые либо птицы, из них выстреливали несколько усиков и в мгновение ока утаскивали жертву внутрь. Если пища была крупная, шар какое-то время ходил ходуном, пожирая добычу, и потом снова становился обычным цветком. Путники старались обходить этих растительных хищников подальше.

- Вы слышите? - Марисар вдруг резко остановилась. - Вы что-нибудь слышите?

- Тихо… - протянула Шарлейн. - Птицы перестали петь… Такое чувство, будто грядёт что-то страшное.

Айлех мгновенно выхватил меч, одновременно перекидываясь в боевую ипостась суккуба. Астор только последовал примеру наставника, как земля вокруг них взметнулась фонтаном сразу в шести местах, и в образовавшихся дырах появились длинные щупальца с присосками.

- Это низшие стражи Пути! - закричал Айлех. - Осторожно, они опасны!

Марисар, не сговариваясь, мужчины отправили в самую середину образовавшегося круга. Шарлейн выхватила меч и присоединилась к джарам. Завязался жестокий бой. Шупальца извивались, пытались схватить всё время ускользавшую добычу, но суккубам и Шалли тоже не удавалось попасть по врагу. После нескольких бесплодных попыток земля вздыбилась ровно по кругу, и на свет вылезли три тонких бурых червя с двумя рядами острых зубов по кругу ротового отверстия и теми самыми щупальцами на его краю с двух сторон. Глаз у монстров не было, но это не помешало им шустро рвануть к вкусно пахнущим двуногим существам.

- Сайри, быстро плети разрушающее заклятие! - приказал вейл, отбиваясь от тварей.

Девушка вскинула руки вверх и замерла, шепча слова заклинания. По телу начали пробегать бело-синие искорки, сначала редко, потом всё чаще, и, наконец, Марисар охватил настоящий огонь цвета искр. С его появлением стихийница раскинула руки, мертвенное пламя перекинулось ей на ладони и сорвалось с кончиков пальцев, полетев в червей. Те вспыхнули, мерзко запищали, и вскоре от монстров остался только пепел. Наступила тишина, и тихий стон в ней показался суккубам воплем. Астор развернулся на звук и с ужасом увидел лежавшую на земле сестру. Одежда на ней местами была вырвана вместе с кожей, видимо, щупальца не раз попали по девушке, тело словно одеревенело. Айлех бросился к Шарлейн и осторожно взял её на руки.

- Парализована, - прокомментировал вейл. - Стражи кинули в Шалли заклинанием. Нам следует поспешить.

- С сестрёнкой всё в порядке будет? – взволнованно спросил Астор.

- Да, но требуются специальные зелья, и найти мы их можем только у лханиров.

Айлех пошёл вперед, всё также держа на руках девушку. Всю оставшуюся дорогу Астор спрашивал, долго ли идти, и не умрёт ли Шарлейн, волновался, не тяжело ли вейлу, столько времени тащить на Шалли. В конце концов, это надоело Марисар, и она отчитала княжича. До самого перехода в земли лханиров тот сердито молчал и демонстративно глядел только вперёд.

Территории высшей нечисти внезапно встретили путников бурной зеленью и пением птиц. Астор даже остановился, чтобы осмотреться.

- А мы правильно вышли? Здесь точно нечисть живёт? - недоумевающе спросил парень.

- Смотря какая нечисть, - проскрипел небольшой зелёный холм, медленно поднимаясь.

Астор с Марисар смотрели на это странное существо, открыв рты и забыв о возможной опасности. Перед ними стояло нечто, выглядевшее как человек, но с длинным тонким носом, неимоверно заострённым на самом кончике и шестью гибкими пальцами на руках и ногах, заканчивающимися похожими на шарики уплотнениями. Странное создание абсолютно всё было зелёного цвета, а голову венчало странное сооружение, действительно напоминающее холм. Айлех подошёл к существу и, положив к его ногам Шарлейн, попросил:

- Первый хранитель и глас шеира, приветствую тебя и прошу помощи. На верхних уровнях Междумирья на нас напали низшие стражи. Они парализовали нашу спутницу. Позволь пройти во дворец, чтобы мы могли воспользоваться зельями ваших великих врачевателей и спасти девушку.

- Хорошо, вы можете пройти, - кивнул лханир, а затем перекинулся в более привычный человеческому глазу облик, избавившись от зелёного цвета и непривычных частей тела.

- Ой, это же старший советник, - тихо прошептала Марисар, склоняясь к Астору. - Не знала, что он такой…

- Какой, юная леди? - поинтересовался Керит, обладавший очень тонким слухом. - Зелёный? А Вы думали, что все лханиры в истинной ипостаси похожи на монстров Пути?

- Нет, нет, - стушевалась Сайри, - просто я представляла Вас совсем другим. А Вы…такой милый.

- Ну спасибо, так меня еще никто не…называл.

- Я Вас оскорбила?! - испугалась девушка.

- Нет, Вы слишком юны и не знаете мир. Я не оскорблён. Вы меня позабавили.

Так они все и дошли до ступеней дворца. Стража, повинуясь кивку советника, распахнула двери, и четвёрка путников вслед за лханиром вошла вглубь. Не теряя времени, Керит провёл гостей в лабораторию. Вместе с двумя целителями их встретил сам шеир. Айлех осторожно положил Шарлейн на широкую длинную скамью, с которой спешно убрали пучки трав, чьи-то сморщенные лапки и несколько баночек с пауками. Марисар постаралась стать подальше, а Астор бросился к сестре. Айлех же неспешно приблизился к столу, взял с него грязный котелок и скривился.

- Почему здесь так грязно? Нечисть не пользуется зельями? А лаборатории у вас на всякий случай?

- Айлех, - спокойно ответил король, - ты в гостях, а не дома. Делаем мы зелья или нет, не твоё дело. И не тебе нам указывать, когда и что нам делать.

- Хорошо, - кивнул вейл. - Марисар, помоги, отмой котелок.

Айлех материализовал на столе свиток и указал на него целителям, с испугом взиравшим на рахаи.

- Это ингредиенты для зелья, найдите их немедленно.

- Айлех, мои целители сами могут справиться, - прошипел шеир. - Что ты себе позволяешь?!

- Не справятся! - отмахнулся вейл. - Шарлейн - полукровка, ей те зелья, что вы делаете, не помогут. А у нас нет времени ждать.

- Да зачем вам эта девочка? Так, обуза! Оставляйте её здесь, а сами топайте спасать миры.

- Фи, как пафосно, друг! - воскликнул вошедший в это момент в лабораторию эйяр.

Айлех поприветствовал вошедшего фейри и погрузился в работу, забрав у Марисар протянутый ему чистый котелок. Сионнар попытался поздороваться в ответ, но понял, что рахаи его сейчас не слышит. Тогда он обратил своё внимание на остальных. Улыбнулся Сайри и выразил восхищение красотой девушки. Даже попытался взять её за руку, но услышал предупреждающее шипение короля лханиров и предпочёл отойти. Зато переключил взгляд на Астора. Приблизившись, заглянул ему в глаза, и время для обоих остановилось. Их глаза одинаково светились, сердца поймали один и тот же ритм, воспоминания слились.

- Ты не мой потомок, - ошеломлённо прошептал Сионнар. - Ты мой внук.

Глава 13

Всё то время, пока готовилось зелье, Аэрлин стоял у окна, лениво наблюдая за происходящим. Беловолосый вейл сосредоточенно наблюдал за содержимым котелка, в углу эйяр вытягивал из княжича историю его жизни и пытался узнать про родителей, человеческая девушка, устроившаяся в ногах у пострадавшей подруги, упорно разглядывала пол, хмурясь и кусая губы. Но вот зелье готово, котелок снят с огня, содержимое перелито в чашку. Осталось напоить лекарством красноволосую колдунью. Айлех лично приподнял девушку и, придерживая голову, влил зелье Шалли в рот. То подействовало почти мгновенно. Шарлейн вздрогнула всем телом, глубоко вздохнула и закашлялась. Астор вскочил и подбежал к сестре, тут же засыпав её вопросами о самочувствии. Шалли пыталась остановить брата, а потом обняла его, мгновенно останавливая поток слов.

- Да, да, я знаю, Астор, ты беспокоился за меня, но всё уже в порядке, всё хорошо, - тихо говорила девушка, похлопывая парня по спине.

- Забавно, - вклинился фейри, - и брат, и сестра, - оба полукровки, но матери разных рас. Какой у вас отец любвеобильный.

- Слуги, долго служившие во дворце, говорили, что мать Шарлейн попросилась на ночлег, и ей не смогли отказать. Отец тогда уже был женат на нашей мачехе, как уж они встретились, никто не знает. Но когда леди Самерра принесла мою сестру отцу, маги проверили Шалли. Она действительно дочь князя Арды.

- Самерра, - задумчиво протянул лханир. - Значит, лерхаи решила не отдавать свою дочь в клан.

- Вы знаете мою мать? - Шарлейн удивленно взглянула на короля высшей нечисти.

- И я, и Сионнар, и Айлех.

Шалли возмущённо посмотрела на вейла.

- Аэлл, и когда ты собирался мне о ней рассказать?

- Вообще-то, я познакомить тебя с матерью хотел, - пожал плечами Айлех. - Самеррин, так звучит её полное имя, является младшей сестрой правителя лерхаи и второй жрицей клана темных убийц. К твоему отцу она, скорее всего, пришла намеренно. Последователи клана не связывают себя узами брака. Когда приходит время, женщины выбирают, от кого будут рожать, соблазняют мужчину, а ребенка от этой связи растят как будущего адепта. Но иногда дети не подходят клану, и тогда их отдают в семьи отцов, если такое, конечно, возможно. Что, собственно, с тобой и произошло, Шарлейн.

- То есть, я - вейла? - растерялась Шалли. - Как ты?

- Полукровка, но да. К тому же, из правящей семьи. Когда всё это безумие закончится, твой дядя готов официально представить тебя народу. И он желает познакомиться с тобой поближе.

- Пусть знакомятся, пока есть время, - тихо заметил Сионнар, - потом может его и не быть…и нас тоже.

Девушки вздрогнули, Астор недовольно посмотрел на фейри, а тот, бездумно уставившись на стену, продолжал:

- Давным-давно Путь был так же открыт безумцами, возмечтавшими о власти над мирами. В том противостоянии погибла моя возлюбленная и, как я считал, дочь. Аэрлину пришлось пройти ритуал перерождения. Альгеаз, великая жрица Тьмы, что сражалась с нами бок о бок, стала вынужденным стражем свитка открытия Пути, с тех пор пребывая в магическом сне. А я живу с тяжким бременем воспоминаний о тех страшных событиях. Теперь же мне придётся пройти всё заново.

- Тебя никто не заставляет, - пожал плечами Айлех.

- Но ты не сможешь разбудить магию фейри в Асторе. Поэтому мне придется пойти с вами. И Аэрлину тоже. Потому что лханиры - дети Нейо, создания Пути им частично подчиняются.

- Предлагаю обсудить детали утром, - вмешался Аэрлин. - Я вижу, дамы устали, да и леди Шарлейн ещё не до конца оправилась от парализующего заклинания. Приглашаю всех на ужин, и отправим гостей отдыхать.

Шарлейн проснулась ночью от странного скрежещущего звука. Сначала тихий, он всё нарастал и нарастал, заставив девушку в результате зажать руками уши. Странно, но за дверью было тихо, будто Шалли была единственным человеком, который слышал сей странный скрежет. Вслед за звуком появилась картинка. По узкой просёлочной дороге текла река из огромных рогатых жуков. Они медленно и упрямо ползли к цели, скрежеща друг о друга хитиновым панцирем. Через равные промежутки времени жуки дружно поднимали крылья и издавали тонкий свист, словно пугали кого. Но вокруг было пустынно. Странное это было зрелище и страшное. Шарлейн резко села на кровати, тупо уставившись в темноту и тяжело дыша. Капельки пота стекали по вискам, тело пробирала непроизвольная дрожь, руки комкали одеяло. Пришла Шалли в себя в теплых объятиях Айлех. Укутав девушку в одеяло, он прижал её к себе и нежно гладил по волосам, укачивая, как маленького ребенка.

- Тише, девочка, тише. Тебе просто приснился страшный сон.

- Нет, - прошептала Шалли, - это было похоже на видение. Или даже на то, что происходит сейчас.

- Что ты увидела? - задумчиво спросил вейл.

- Жуков с рогами, но очень больших. Много. Они ползли по дороге.

- Это обитатели нижних уровней Междумирья, но первоначально считаются выходцами из Пути. Ещё многоножки такие же есть. Их даже могут подчинять сильные черные колдуны.

- Мачеха могла это сделать?

- Возможно. Или кто-то другой. В любом случае, их целенаправленно наслали. Шалли, покажи мне, что ты видела, впусти меня в своё сознание.

Айлех посмотрел Шарлейн прямо в глаза, его зрачки пульсировали и затягивали девушку в свой омут. Она потерялась в калейдоскопе образов, ощущений, запахов, эмоций. И сквозь всю эту мешанину тонкой нитью протянулось странное чувство близости кого-то до невозможности родного. Будто девушка наконец-то нашла вторую половинку своей души. Придя в себя, огненноволосая колдунья вдруг поняла, Айлех не просто проник в её сознание, он открыл ей своё. Полностью. Дав доступ ко всем знаниям, накопленным за долгие тысячелетия. А заодно к своей странной привязанности к ней, Шалли. Взамен обнаружив в сознании девушки взаимную симпатию. Шарлейн смутилась, осознав сей факт. Айлех молча притянул княжну к себе обратно. Шалли пригрелась в уютном кольце рук вейла и уснула, даже не почувствовав, как тот уложил её на кровать, укрыл одеялом и вышел, тихонько прикрыв за собой дверь.

Жесткое вторжение в сознание заставило Аэрлина проснуться. Лханир выругался сквозь зубы, неохотно поднимаясь. Король прекрасно понимал, ментальным ударом Айлех воспользовался не из собственной прихоти. Аэрлин и сам ощутил, что-то происходит на самой границе его королевства. Отголосок магии вейла задел Астора и Сионнара. В результате, трое полусонных, но при этом вооружённых до зубов мужчин столкнулись в тёмном коридоре замка. Зрение лханиров адаптировалось под любое время суток, поэтому, увидев, как Астор осторожно идёт, держась за стены, шеир рассмеялся.

- Нар, научи своего внука переключаться на ночное зрение, иначе сложно ему будет жить среди Высших.

Старший фейри кивнул и нетерпеливо схватил Астора за руку.

- Идём быстрее, по пути всё объясню.

У конюшни их ждал рахаи. В темноте, с развевающимися от поднявшегося ветра волосами, освещаемый только луной, вейл был похож на зловещего призрака. Оседлав лошадей, четыре всадника направились навстречу опасности.

- Куда ползут эти твари? Что там? - поинтересовался Айлех.

- Небольшой городок, где живут, в основном, люди, - ответил лханир. - И моя невеста, дочь князя пограничных земель.

- О девушке много лханиров знает? Насколько она важна для твоего народа? - засыпал короля вопросами вейл.

- Мы прошли обряд объединения душ. Она - моя пара.

- То есть ты погибнешь, если твоя невеста умрёт?

- Да, - недовольно бросил Аэрлин. - Моя душа уйдет бродить по вечным тропам.

- Кто из приближённых желает твоей смерти?

- Майрал. Первый из претендентов на престол в случае моей окончательной гибели.

- Истинная сможет тебя спасти в случае, если мы не успеем остановить жуков?

- Если я услышу голос её сердца, то буду жить.

- Хорошо, - кивнул Айлех, - пока мы добираемся до города, расскажешь, как проводить ритуал. На всякий случай.

***

До города жуки не добрались. Шеир со спутниками успели раньше. Аэрлин уже у городских стен открыл портал в дом князя. Навстречу ему выбежала дивная юная красотка, остановилась поодаль, розовея от смущения, и сложила ладони в приветственном жесте. Вслед за дочерью вышел и сам хозяин. Увидев своего правителя, засуетился, принялся звать слуг, но был остановлен высокопоставленным гостем. Аэрлин быстро изложил князю суть проблемы и посоветовал как можно скорее поставить щит над городом. Даже лично предложил помощь в плетении защитных заклятий. Княжна увязалась следом, с детским любопытством вглядываясь в вязь заклинаний. Щит создавали в самом центре города. Народ вышел поприветствовать своего правителя, узнать новости и поглазеть на колдовство. Спутники короля присоединились к зрителям. Щит наконец полностью накрыл город, напоминая о себе едва заметным мерцанием и разноцветными сполохами. Аэрлин облегчённо вздохнул и направился к ожидавшим его фейри и вейлу, намереваясь представить их князю и невесте. Астор вдруг резко схватился за голову, Айлех побледнел, покачнулся, сжал кулаки, раня когтями ладони, с силой закусил губу, словно пытаясь пережить невыносимую боль. Сионнар с застывшим лицом уставился на что-то за спиной лханира и начал быстро бормотать непонятное заклинание. Лханир резко развернулся, чтобы увидеть, как неестественно изогнулась княжна, открыв в немом крике рот. А прямо за ней стоял пожиратель душ и, присосавшись к девушке, словно клещ, пил её душу. Тварь казалась сотканной из дыма, не имея постоянной формы, непрерывно принимала облики тех, кто находился к ней ближе всего. Вейл схватил Астора за шкирку и дёрнул на себя, заставляя парня попятиться. Они медленно отходили всё дальше от твари, боль тоже понемногу отпускала, как вдруг в разум обоих джар ворвалась Марисар, обеспокоенно спрашивая, почему Айлех отгораживает от неё своё сознание.

Стихийница проснулась от неясной тревоги, словно камнем придавившей девушку к кровати. Громкий стук сердца отдавался в ушах, руки тряслись, дыхание прерывалось. Марисар попыталась дозваться вейла, но тот сразу же отгородился от нее непроницаемой стеной. До сознания Астора, наоборот, было легко достучаться, только мысли его были настолько хаотичными, что Сайри ничего не поняла. А тревожное состояние продолжало усиливаться. Нечто очень страшное творилось там, куда ушли её друзья, загадочный предок Астора и горячо любимая нечисть. И Марисар приняла решение. Ведь не зря одним из учителей Сайри еще в детстве стал жрец Тьмы, обучавший девушку под видом обычного мага. Юная стихийница давно прошла все степени посвящения и на данный момент являлась одной из высших жриц Темной матери. Вот только стихией тьмы она предпочитала не пользоваться, ибо дань за обращение к этому виду магии - её душа.

Всё произошло одновременно: Сионнар, закончив плести заклинание, бросил его в пожирателя, и Марисар, появилась за спиной пожирателя в облике темной жрицы. Окутанная тьмой, она казалась воплощением сошедшей с неба грозной богиней. Мгновенно сориентировавшись в ситуации, Сайри накинула на тварь магическое лассо и потянула на себя. Монстр взревел от боли и отпустил дочь местного князя. К ней сразу же бросились отец и шеир. Сайри, тем временем, медленно притягивала к себе пожирателя, наматывая созданную из тьмы верёвку на руку. Тот дёргался, бесновался, жутко выл, но вырваться не мог. К тому же, заклинание эйяра медленно убивало монстра. Он постепенно истончался, становясь всё прозрачнее, и распадался на мелкие клочки дыма. Финальный аккорд взяла Марисар, соткав из тьмы кинжал и кинув его в пожирателя. Тот с диким ревом истаял окончательно.

Сайри устало посмотрела на причитающих поодаль женщин, окруживших умиравшую княжну. Безутешный отец сидел прямо на земле и держал дочь за руку, из последних сил пытаясь удержать остатки её души. Аэрлин молча стоял рядом, погруженный в собственные мысли. Стихийница неслышно подошла к королю и, кивая на князя, тихо прошептала:

- Поздно уже, скажи ему. Пожиратель почти сожрал душу этой девушки, можно вернуть только её подобие. Зачем ему пускающее пузыри бессознательное тело?

- Он не понимает, у него только что ребёнка тварь убила. Разве твои родители не пытались бы вернуть тебя к жизни, случись такое?

- Мою мать пожиратель почти выпил, но я его тогда спугнула. Папа очень маму любил, но предпочёл вонзить в её сердце нож, чтобы ни она, ни мы не мучились.

Аэрлин потянул девушку за собой, отходя подальше от князя и невесты. К ним подошли оба суккуба и эйяр. Айлех задумчиво оглядел Сайри, Астор разглядывал с недоумением, в глазах Сионнара читалась неподдельная насмешка. Юная скерха смутилась. Окутанная тьмой, она казалась воплощением сошедшей с неба грозной богиней.

- Значит, ты ещё и жрица Тьмы, - задумчиво протянул король. - Сайри, почему ты скрывала это от нас?

- Потому что теперь я стану другой, - печально ответила Сайри. - Моя тёмная сущность возьмёт надо мной верх, и я сама стану монстром.

- Кто тебе такое сказал?! - удивленно воскликнул Сионнар. - Мы с такой же жрицей прошли всю прошлую войну, и Альгеаз не превратилась в жуткую тварь. Наоборот, пожертвовала собой ради спасения миров.

- Вы ведь знаете, что иногда ирры или первородные сущности, наподобие Хаоса или Тьмы, могут входить в тело смертного. Так вот, Тьма разделила себя на две части: одна выбрала тело девушки из нелюдей, а вторая - меня. Это произошло ещё при моем рождении, так что я была не вольна отказаться от сей сомнительной чести. Потом уже, во время моего обучения магии стихий, один из учителей усмотрел во мне потенциал и открылся, что является жрецом Тьмы. Но даже он не знал, кто его ученица на самом деле. Я долгое время не переходила в тёмный облик, чтобы не потерять себя. Теперь же не могу гарантировать, что рядом со мной будет безопасно.

Аэрлин взял Сайри за руки и заставил посмотреть ему в глаза.

- Нам всем придётся долгое время быть рядом, а значит, научиться доверять друг другу. А в нашем с тобой случае всё ещё запутаннее. Эта девушка, чью душу выпил пожиратель, моя невеста. Наши души объединены, и я прочувствовал её гибель на себе. Я умру, если меня не позовёт моя Истинная.

- Истинная - это твоя пара, да? - перебила Сайри. - Но тогда зачем ты отдал душу другой женщине? Или тебе ещё найти надо…

Аэрлин приложил палец к губам юной скерхи.

- Нашёл уже. Поздно, правда. Иначе не выбрал бы ту бедную девочку. Вот только моя Истинная - это ты, Сайри. И если согласишься позвать меня на тропе душ, тебе придётся не только учиться быть Тьмой. Ты пройдешь полное перерождение, а наше сознание станет в какой-то мере единым.

- А если я не соглашусь, то потеряю тебя, Аэрлин. А я не хочу, потому что ты меня спас, помог найти своих, и потому что я тебя люблю, хотя и понимаю, что я обычная смертная, а ты высший, король и будешь жить, наверно, вечно.

- Не будет, - разбил идиллию Айлех, - ему надоест, и он сам закопается в землю. А ещё он тебя тоже любит, но это сейчас второстепенно, потому что княжна окончательно покинула этот мир. Так что пойдём, попрощаемся, и бегом на обряд, пока твой лханир раньше времени в могилку поспать не отправился.

Глава 14

Погребальный костёр яростно рвался к ночному небу, дразнясь жёлто-красными языками пламени и весело потрескивая поленьями. Едва ли не весь город вышел проводить в последний путь несчастную княжну. А в самом сердце величественного леса, что шумел недалеко от места погребения, на небольшой зелёной поляне лежали двое. Казалось, их тоже настигла смерть. Тела были неподвижны, дыхание не вздымало грудь. Сейчас Аэрлин и Сайри пребывали на тропах душ. Король потерял сознание сразу после разговора со стихийницей. Сионнар успел подхватить друга и, невзирая на то, что перемещаться в стране лханиров из-за магических аномалий можно было только обычными способами, открыл портал в место силы шеира. Там Аэрлин когда-то восстанавливался после прошлой гибели, проходил первый обряд. Теперь его ждёт самое священное действо в жизни лханиров, если Марисар удастся вернуть свою пару. Удачно вышло, что портал не дал сбой, точно открыв путь. Сионнар поднял короля заклинанием в воздух и объяснил Марисар, как перехватить нити управления и перенести шеира на место силы. Заодно рассказал, что вообще ей нужно делать.

- Пойдём отсюда, - сказал эйяр, подойдя к стоявшим недалеко от костра вейлу и внуку.

- Но разве мы не останемся на обряд соединения истинной пары? - удивился Астор.

- Нуу…. видишь ли, нет! Я уверен, ваша подруга вернёт Аэрлина. Но вот потом им будет не до нас. Обряд соединения, по сути, то же самое, что и бракосочетание у людей. С самого рождения у каждого лханира появляется личный магический источник, называемый местом силы, где нечисть лечится, проходит перерождение, вступает в союз со своей парой.

- Но Марисар проживёт намного меньше короля. Она всё же человек. Я не представляю их вместе, если честно, - пожал плечами Астор.

- Девочка переродится, - бросил вейл, направляясь к щипавшим неподалёку траву лошадям.

- В кого? Как? - опешил парень.

- Марисар пройдёт перерождение на тропе душ и станет лханирой, - пояснил Сионнар. - Нечисть может обращать свою пару, правда случаи эти весьма редки. Ну а что касается обряда соединения, он предполагает… Люди это, кажется, брачной ночью называют.

- Ааа, - понятливо протянул Астор.

Только вот многое не рассказали спутники молодому полукровке. У лханиров существовало понятие общего разума. Король нечисти был не просто правителем. Он мог подключаться к сознанию любого подданного и влиять на его мысли, чувства, поступки. Очень редко кто мог закрыться от своего шеира, только такие сильные маги, как Майрал. Но сейчас речь не об этом. Дело в том, что повелитель также был обязан делиться своими эмоциями с подданными. Особенно во время таких значимых событий, как соединение со своей парой, называемой шитари или рождение наследника, да даже его зачатие. Когда король лханиров со своей парой решали завести детей, они тоже отправлялись на место силы, ибо его магические потоки способствовали мгновенному зачатию. В такие моменты шеир открывал своё сознание всему народу. Многие подданные принимали свой истинный облик и в экстазе сползались к своим правителям выразить им глубокое почтение и всенародную любовь. Они поглощали эмоции правящей пары и нередко в эйфории сами находили своих шитари. Так обычные физические процессы превращались для лханиров в сакральные действа. Но личная жизнь королевской четы становилась достоянием всей высшей нечисти. Поэтому королевы выбирались очень тщательно. Шеиры пару нередко подбирали с таким расчётом, чтобы будущая шитари могла принять публичный аспект их совместной жизни во всех проявлениях. Даже принудительно проходили обряд душ, связывая себя с нареченной, если та не являлась Истинной лханира. Но для других рас всё это было тайной за семью печатями. Нечисть не любила распространяться о своих обычаях, порой противоестественных не только для обычных людей, но и даже и Высших.

Вот и Марисар было невдомек, что по пробуждении её ждёт публичная физическая близость. Нечисть не упустит шанса поприветствовать новую королеву, которую все ждали многие тысячелетия. Девушка открыла глаза и почувствовала прикосновение чьей-то руки к своей. Повернула голову и потерялась в омуте глаз своего лханира. В голову стали лезть непонятные картинки, чужие ощущения. «Наверно после обряда», - подумалось Сайри. «Нет, ты теперь тоже можешь подключаться к сознанию своих подданных», - обрадовал её шеир, мысленно обратившись к своей паре. - «Ты - моя шитари на всю вечность и во всех перерождениях, и можешь то же, что и я». До Марисар вдруг дошло, она же отныне тоже нечисть, да ещё и с силой тьмы. А ещё может читать короля. «Да, ты меня любишь, ценишь…ой!» - смутилась девушка. - «Я как-нибудь потом в твоём сознании поброжу». Наткнувшись на образ обряда соединения в мыслях Аэрлина, Сайри запаниковала. Король, заметив её состояние, привлек свою пару поближе к себе.

- Я понимаю, для тебя это непривычно, даже дико, но это пока. Твоё сознание постепенно меняется, приспосабливаясь к новой сущности. Вскоре ты будешь воспринимать обычаи лханиров как должное.

- Но сейчас я сильно шокирована. Да я даже, будучи суккубом, стесняюсь одеваться во все эти маечки с шортиками, а тут при всех переспать с тобой надо. Может, без этого обойдёмся. Ты же правитель, измени закон.

Аэрлин вместо ответа поцеловал Сайри. Больше её уже ничего не интересовало, кроме любимого лханира. Даже если кто-то и смотрел на них, Марисар бы не заметила.

Проснувшись утром в личных покоях шеира, новорождённая нечисть довольно потянулась, потрясла спавшего короля, и, добудившись, отправилась исследовать свой новый мир. Аэрлин же был назначен юной королевой личным проводником, на что тот только ехидно улыбнулся. Все обитатели замка предусмотрительно не показывались на глаза, не желая мешать молодой паре. Утро для Сайри пролетело как один миг. Она с головой погрузилась в новую для неё жизнь, училась быть лханирой, немножко королевой и просто счастливой женщиной. А ещё её почему-то со страшной силой манил к себе лес. Сайри сообщила об этом лханиру, позвав с собой, и первая направилась прочь из дворца. Выйти стихийница не успела. Ей преградил путь высокий черноволосый лханир, без предупреждения ударив по девушке сырой силой. Марисар отлетела к стене, со всего маху ударившись об неё всем телом, и сползла без сознания на пол. Аэрлина, как раз покидавшего свои покои, резко повело, и связь с парой перестала ощущаться.

- Зачем тебе эта жалкая человечка, мой повелитель? - вкрадчиво протянул приближающийся к королю Майрал. - Я решил помочь тебе избавиться от неё. Девке, похоже, одного удара хватило, чтобы сдохнуть.

Аэрлин зло глянул на мятежного князя. Глаза засветились красным, кожа выбелилась, когти устрашающе удлинились и загнулись. Повелитель высшей нечисти окончательно принял истинный облик и зловеще рассмеялся.

-Зря ты тронул мою Истинную, глупый, амбициозный щенок! А где твоя человеческая ведьма? Два сердца лучше одного. Отличный подарок моей женщине будет.

- Ты меня недооцениваешь, Аэрлин, - ухмыльнулся Майрал, ничуть не испугавшись. - Чтоб моё сердце вырвать, до меня сначала добраться надо. И могу тебя огорчить, я один тут. Кстати, с чего ты взял, что девчонка жива?

- Пожалуй, я тебя переоцениваю, - возразил шеир, покачав головой. - Моя шитари прошла со мной обряд соединения, и раз я пока жив, значит, ты её не убил. Тебе ли не знать, как связаны подобные пары.

Майрал зашипел и бросился обратно к Марисар, чтобы добить, пока она в бессознательном состоянии. Но магическая петля захлестнула его горло и притянула к королю. Тогда князь выхватил меч из ножен и кинулся на своего повелителя. Аэрлин ловко увернулся, в свою очередь доставая клинок. Скорость битвы не позволяла творить заклинания, но Майрал всё же попытался зачаровать своё оружие. И неожиданно понял, что с магией что-то не то. Она покидала своего хозяина, будто её высасывали из князя. Лханира охватил ужас. Мало того, что повелитель старше, опытнее, сильнее, и с ним непросто сражаться. Вон, пока даже ни разу зацепить не удалось, тогда как Майрал был уже несколько раз ранен. Так ещё неведомая тварь пьёт из князя магию. Майрал стал уставать, двигался медленнее, с трудом отражал атаки шеира. Лханир лихорадочно продумывал пути отступления, но, как назло, в голову ничего не лезло. И предупредить свою человечку он не успел. Так глупо подставиться! Майрал был зол сам на себя. В один момент он не смог отразить очередной удар, и меч короля вошёл в его живот. Князь опустил голову, тупо уставившись на рукоять торчавшего из его тела клинка, и медленно осел на пол. Аэрлин склонился над поверженным врагом и, довольно ухмыльнувшись, схватился за рукоятку меча. Майрал с ненавистью смотрел на своего повелителя из-под полуопущенных век, сцепив зубы, чтобы не застонать от боли. И тут вдруг выпучил глаза, с ужасом уставившись на что-то за спиной короля.

Тонкая женская ладонь мягко опустилась на плечо Аэрлина. Тот обернулся и замер в смешанных чувствах. Юная скерха в полной боевой ипостаси смотрела на князя так, как будто собиралась вырвать его сердце собственными руками. Марисар тяжело дышала, её шатало, по правому виску стекала кровь. Первым порывом короля было броситься к своей паре и поскорей отнести к лекарям - залечить раны. Но совершенно чёрные зрачкиостановили его. Сайри приблизилась к лежащему лханиру. Майрал судорожно дёрнулся, пытаясь подняться, и со стоном повалился обратно, хватаясь за горло. Тело забилось в конвульсиях, пальцы заскребли пол, кожа начала покрываться морщинами. Зато суккуба, выпивая жизнь князя, излечивалась прямо на глазах. Так честолюбивые планы Майрала и ушли бы в забвение, если бы его союзнице не вздумалось выдернуть лханира к себе.

Ридана вопросительно вздёрнула бровь, увидев князя в столь жалком состоянии. Портальное заклинание перенесло лханира в той же позе едва ли не под ноги чёрной ведьме. Носки туфель женщины упирались ему в голову, жёсткий подол платья неприятно царапал кожу.

- Кто тебя так? - удивленно спросила Ридана.

- Шеир… - сдавленно прошипел Майрал, медленно поднимаясь, - и его женщина. Он человеческую девку себе в пару выбрал, а она высшей суккубой оказалась. И мне показалось, что она - носительница сущности Тьмы.

- О, суккуба, то, что нам и надо! - порадовалась ведьма. - Кто хоть, скерха или джара? Надо попробовать её подчинить. Жаль, свитка нет. Но я могу попробовать воздействовать на человеческую сущность девчонки.

- Не получится, - возразил лханир, с трудом опускаясь в кресло и вытягиваясь в нём. - Аэрлин её сделал нечистью и своей шитари, женой, по-вашему.

- Получится, - убеждённо ответила Ридана. - Заодно убьём двух зайцев, разлучим твоего короля с его женщиной, и приобретём личного суккуба. Иди пока, лечись, где вы там это делаете.

Когда лханир, по-стариковски шаркая ногами, ушёл восстанавливаться в своё, только ему ведомое логово, Ридана бросилась в лабораторию князя. Там были все необходимые ингредиенты для колдовства. Ведьма начертила пентаграмму, зажгла расставленные кругом чёрные свечи и, встав в голове пятиконечной звезды, начала нараспев читать древнее заклинание призыва обращённых демонов. Она выискала это заклятье давным-давно в одной из старинных книг наставницы. Книжка была небольшой, но достаточно пухлой, переплет сделан из кожи, очень смахивающей на человеческую или кого-то из нелюдей. Страницы пожелтели от времени и грозились рассыпаться от ветхости. Но ведьма знала, книга зачарована от уничтожения, ибо знания в ней хранились поистине великие. Ридана обнаружила сей рукописный труд колдовской науки, ещё девчонкой обучаясь у Верховной чёрной ведьмы. Дайрэн тогда засадила ученицу за книги, а сама ушла по делам ведьмовского ордена, даже в мыслях не держа, что любопытный ребёнок вместо учёбы сунет нос в тайник колдуньи. Как только наставница вышла, девочка скатилась со стула и начала изучать келью. Скрипнувшая половица привлекла её внимание. Дощатый пол самом углу комнаты был пригнан неплотно, между досками виднелся зазор. Ридана просунула туда тонкие пальчики, потянула и, в результате, вскрыла тайник, в котором лежала странная книга. Тогда она просто полистала находку и быстрее положила обратно, пока хозяйка не вернулась. Но в следующий урок не удержалась и снова полезла за обнаруженной книжкой. Вначале девочка многого не понимала в открывшихся ей новых заклинаниях. Но взрослея, Ридана всё больше открывала для себя мир магии тех, кого все называли иррами и сущностями стихий. Заклинания, хранящиеся в той книге, были запретными и могли использоваться только носителями сих существ, приравниваемых к богам. Потом уже Ридана услышала от чёрных ведьм о поверье, что где-то существовал фолиант, написанный рукой самого Великого Творца Лесара. Княгине всегда думалось, что найденная книга и есть труд Изначального ирра.

С последним словом заклинания мигнули свечи, словно потревоженные порывом ветра, нарисованная углём пентаграмма начала испускать синий свет, а потом в её центре возникла юная скерха.

***

В самых глухих недрах Пути на небольшом каменном возвышении в совершенно пустом помещении, смахивающим на языческий храм, лежало человеческое тело. Казалось, оно мертво, но вот рядом с ним появилась какая-то тень, очертаниями напоминавшая двуногого демона, ибо на подобии головы угадывались небольшие рога, замерла на несколько мгновений, будто вглядываясь в мертвеца, и плавно перетекла в него. По телу прошла волна дрожи, а затем человек открыл глаза. Впрочем, принадлежность к человеческой расе была весьма условна. Совершенно чёрные глаза, без малейшего намёка на зрачок, и белая-белая кожа. Существо поёжилось. Давно обряд не призывал его в тело без согласия хозяина. Обычно «тень» сама решала, когда и куда ей вселиться. Тело плавно поднялось с каменной кровати и покинуло сиё странное место. Тот, кто его занимал, сейчас размышлял об одном: кто посмел привязать его к человеческой оболочке запретным обрядом для изначальных обитателей вселенной. Хорошо хоть у заклинателя не хватило сил перенести тело в круг призыва. Следовало найти колдуна и наказать, пока тот не натворил дел. Странному созданию было под силу такое волшебство, что и не снилось даже самым искусным магам среди Высших. Стоя в кромешной темноте среди множества различных звуков и шёпотов, «тень» раскинула щупальца своего сознания по всем обитателям сонма миров. Существо видело глазами людей и нелюдей, проживало их жизни. А вот и виновница призыва «тени», что удивительно, человек. И не только её призвала человеческая колдунья. В круг затащило недавно пробуждённую высшую суккубу, а в неприметной пещере очнулась от магического сна ещё одна. Быть бы ей в той же пентаграмме, если бы у заклинательницы хватило силы. И существо тотчас бы рвануло к наглой человечке, посмевшей провести древний обряд, но сознание уловило женщину, идущую к сказочно-красивому дворцу из красного и черного камня. «Тень» усмехнулась и отправилась именно к той, что последней привлекла внимание. Если бы кто из жителей или гостей Арды сейчас встретился на пути создания, то непременно бы удивился и ужаснулся, потому что тело принадлежало покойному князю. Но правда была ещё и в том, что существо занимало эту оболочку не первый раз и отлично знало все повадки своей «человеческой одежды». И любило созвучные слова, имена, например.

Дайрэн не успела дойти до дворца лерхаи всего каких-то пару десятков шагов. Человек, когда-то звавшийся Дариеном и носивший титул князя Арды, внезапно появился перед женщиной. Та глянула в его чёрные глаза и обеспокоенно нахмурилась:

- Зачем пришёл? Что случилось?

- Ты дала человеческой ведьме знания Изначальных? - вместо ответа задал вопрос мужчина.

- Нет! - помотала головой эльфийка. - Я никому ничего не передавала. Да и смысл это делать? У людей сил не хватит.

- Человеческая колдунья провела обряд, и вот я здесь, в этом теле. А у неё в пентаграмме сидит скерха, и ведьме чуть не хватило сил притянуть туда же джару. Разбудить её человечка смогла. Так что думай, Дайри, думай, кому ты рассказывала о запретных знаниях или показывала старые книги.

- Я не понимаю, - растерялась Дайрэн. - Призванная должна тогда иметь силу ирров или стихий, и та, вторая, тоже.

- Обе - жрицы Тьмы, они обладают её частицами, так что заклинание призыва просто позвало знакомую стихию.

- Покажи мне ведьму, пожалуйста, может, я её знаю.

Существо с готовностью открыло своё сознание для эльфийки. Та заглянула, увидела образ чёрной ведьмы и отшатнулась.

- Ридана, моя ученица! Но как?! Если только в моё отсутствие девчонка не добиралась до книги в тайном месте. У этой нос длинный, вечно совала, куда не надо, могла и обнаружить тайник. А за годы обучения и заучить заклинания из книги.

- А расхлёбывать придется нам, - недовольно заметил собеседник.

- Ридана хочет захватить власть над мирами вместе с одним из князей лханиров. И кстати, это тело, в которое ты влез, принадлежит её покойному мужу. Так что лучше бы ты сам к ведьме не совался.

- Думаешь, упокаивать бросится, подумает, труп поднялся? - усмехнулся некто в теле князя Арды. - Да, я же тебя не поблагодарил за то, что ты подменила тело для похорон. Спасибо, мне нравится эта оболочка, хоть и человеческая.

- Ну, ты же просил оставить для тебя. Хотя мог бы и другое выбрать.

- Тебе не нравится?

- Князь красив, но в своём лично созданном теле ты меня больше привлекаешь. К тому же этот дохлый уже, - пожала плечами Дайрэн.

- Кажется мне, что я тут надолго, так что реальное тело лучше.

- И имя… княжеское оставлять нельзя, лучше своим назовись, тем, что Киори. А теперь самое главное: мы сейчас зайдем к моей лучшей подруге. Самеррин - лерхаи и жрица клана убийц. И она как-то переспала с князем, тело которого ты носишь, и родила ему дочь. Так что не удивляйся её реакции на тебя.

С этими словами Дайрэн направилась к входу во дворец, мужчина следовал за ней. Легкое ментальное внушение, и стража пропустила их беспрепятственно. Дойдя до покоев Самерры, ведьма три раза стукнула в дверь, и та через минуту распахнулась. Красноволосая вейла, сидевшая в глубоком кресле с книгой на коленях, подалась вперед, изумленно приоткрыв рот, и тут же вскочила, проигнорировав свалившийся фолиант. С радостным возгласом она бросилась подруге на шею и резко отпрянула, попятившись назад.

- Дайрэн, ты подняла князя?! - недоумённо воскликнула лерхаи.

- Нет, князь мёртв, это только его тело. А обитателя в нём зовут Киори.

Спутник эльфийки снисходительно кивнул, разглядывая вейлу. Самеррин выглядела очень юно, лет на семнадцать, портили впечатление только глаза, смотревшие на мир с таким холодом и равнодушием, что возникал вопрос, сколько же пришлось повидать их обладательнице. Хотя, если эта женщина принадлежит к высшей иерархии в клане убийц, тогда понятно, отчего у неё такой взгляд.

- Самеррин, моя милая подруга, ты пойдешь со мной искать Альгеаз и ловить мою бывшую ученицу? Боюсь, Ридана вызвала к жизни такие силы, что ей не по плечу. Надо думать, как их остановить.

- Как, как? Найти тройку высших суккубов, знаешь же. И я даже знаю, где искать. Я тут за дочерью периодически наблюдаю. Так вот, в последнее время она проводила время рядом с тремя нужными нам суккубами. И знаешь, кто один из них? - ехидно посмотрела на подругу вейла.

- Кто?! - подалась вперёд Дайрэн.

- Ваш сын, Астор. Твой и обитателя вот этого тела.

Глава 15

Герен медленно приходил в себя. Всё тело ломило, в спину впивалось что-то острое, боль сжимающимся обручем охватывала голову, веки налились свинцом. Княжич с трудом приоткрыл глаза и с ужасом обнаружил над собой низкий каменный потолок со свисающей паутиной. Тогда он попробовал пошевелить пальцами. Плохо, но тело всё же его слушалось. Под ладонями ощущалась земля, усыпанная мелкими камешками. Видимо, они и кололи ему в спину. После нескольких неуспешных попыток, царапая ногтями землю, княжич все же смог приподняться. Тусклый зелёный свет, исходивший от мелких скоплений неизвестных кристаллов, дал ему возможность оглядеться. Он лежал в центре небольшой пещеры, сплошь затянутой паутиной. Правда, время её не пощадило, превратив в рваные и грязные лоскуты, а это значило, что обитатели сего места давно его покинули и вряд ли вернутся назад. Ну, хоть пауков Герен мог не опасаться. После того, как ему удалось чудом выжить после обвала дворца, быть съеденным тварью, которая смогла оплести всю пещеру, княжичу совершенно не хотелось. А ещё он очень надеялся, что не встретит подобных монстров, когда будет выбираться на поверхность. Медленно перевернувшись на живот, Герен попытался встать на четвереньки. Руки и ноги дрожали, но подняться удалось. Вот только он тут же рухнул обратно. Тогда княжич решил доползти до выхода из пещеры, чтобы уже там ухватиться за стену и попытаться встать. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем он достиг своей цели. Опираясь о стену, Герен выглянул наружу. Его взору предстал длинный коридор, освещаемый тем же бледно-зелёным светом. Княжич решительно оттолкнулся от стены и медленно побрёл вперёд, поминутно озираясь и вздрагивая. С каждым шагом он всё больше погружался в тихий шёпот и шорохи. Иногда совсем рядом шуршал кто-то невидимый, слышался топот маленьких ножек, в ушах временами звучал задорный детский смех, резко заглушаемый истерическим плачем и заунывными стонами. Тем не менее, княжич никаких прикосновений не чувствовал и не ощущал никакого присутствия. Так он добрался до большого, совершенно пустого помещения. На противоположном конце виднелась темная дыра выхода. Герен направился к ней, как вдруг кристаллы все разом вспыхнули, и в проходе возникла большая человекоподобная фигура, а сзади раздалось странное скрежетание. Княжич обернулся и затрясся всем телом. К нему приближался огромный паук, суетливо перебирая передними лапами. С длинных жвал тугими каплями падал на землю яд, оставляя уродливые прожжённые дыры, красные глазки ярко светились. С другой стороны, тем временем, слышался топот. Герен заставил себя взглянуть на второго монстра. Плоское серое лицо с вывернутыми ноздрями, узкой расщелиной рта и круглыми глазами, четырехпалые руки, на ногах и вовсе два пальца спереди. При этом в пришельце чувствовалась недюжинная сила, тело было поджарым и жилистым, руки и ноги бугрились мышцами. Тварь приблизилась к оцепеневшему человеку, оттолкнула его и устремилась к пауку. Тот зашипел со странными модуляциями, будто говорил. Человекоподобный монстр ответил таким же шипением. Потом развернулся к Герену и скомандовал на ломаном всеобщем:

- Отомри и следуй за мной. Попробуешь сбежать, Шаррах тебя попробует на вкус.

Восьмилапая тварь рвано зашипела. Похоже на смех, мрачно подумал княжич, следуя за человекоподобным существом. Ему и в голову не пришло сопротивляться. Хотелось жить, да и не тронули его пока, только напугали до того состояния, после которого становится абсолютно всё равно, что произойдёт дальше. Герен был так слаб, что время, проведённое в пути, показалось ему часами. На деле же они шли всего ничего, только и преодолели ещё один длинный коридор и завернули за угол. Вход был закрыт массивной бронзовой дверью с тяжёлым засовом, навешанным непонятно для чего, ибо он просто задвигался, а не фиксировался замком. Когда странный провожатый, отодвинув дребезжащий засов, с трудом потянул её на себя, Герен окончательно удостоверился: проникнуть в помещение было делом нелёгким. Он даже схватился за потёртое от времени кольцо, служившее ручкой, но не сдвинул дверь ни на миллиметр. Позади снова послышалось неровное шипение, и Герен предпочел поспешить внутрь, чтобы не оставаться наедине с пауком-переростком. Его взору открылся огромный зал с четырьмя постаментами по углам, над которыми клубились сгустки тьмы. В центре стояло длинное возвышение, похожее на алтарь. Собственно, больше ничего здесь не было. Само помещение было скудно освещено зависшими над высоким потолком мелкими фосфоресцирующими шариками.

- Штарг, - вдруг представился человекоподобный монстр, развернувшись к княжичу и стукнув себя ладонью по мощной груди.

- Ге-герен, - пролепетал тот в ответ, трясясь всем телом.

Существо расхохоталось гулким басом, запрокинув голову. Отсмеявшись, странный обитатель не менее непонятного места взмахом руки наколдовал у стены заставленный всяческой снедью круглый стол и три стула. Широким жестом он предложил человеку сесть за стол. Герен на подгибающихся ногах подошёл к указанному месту и присел на самый краешек. Представившийся Штаргом сел напротив. Но каково было удивление княжича, когда паук подполз к стулу и брюхом взгромоздился на него.

- Ешь, забавный человечек, - обратился к Герену явный хозяин сего места. - А я пока понаблюдаю, как ты смешно боишься, и полакомлюсь твоим страхом.

Изголодавшийся княжич робко потянулся к еде, не думая о последствиях. Впрочем, ничего не происходило; он не затрясся в конвульсиях от предположительно отравленной ядом пищи, сидящие рядом монстры не разорвали его на части, а только молча наблюдали за невольным гостем. Наконец, Герен насытился. Штарг растянул в довольной улыбке рот, полный мелких острых зубов.

- Ну, вот ты и наш, - насмешливо протянул гостеприимный хозяин. - Сразу видно, ты совершенно не представляешь, куда попал.

Герен выпучил от ужаса глаза, начал себя оглядывать, не превращается ли он в подобную сидящему напротив монстру тварь.

- Послушай, человеческий детёныш, - тебе пока незачем паниковать. Еда совершенно обычная, но вот мы - отнюдь. Полагаю, о стражах Пути ты если и слышал, то пропустил мимо ушей. Ну да я ещё расскажу тебе о нас. А теперь, первое правило - не выходить самостоятельно на тёмные тропы, если хочешь жить. Там куча мелких тварей, у которых единственный инстинкт - жрать. Человеческое мясо для них - настоящий деликатес. Поселю тебя в жилой части для таких же, как ты, но на удобства не рассчитывай. Ты, наверно, задаёшься вопросом, почему мы тебя не тронули, накормили и даже готовы предоставить жилье? Так вот, всё во Вселенной имеет свою цену. Шаррах тебя спас во время открытия троп Пути, но за это ты послужишь посредником между тебе подобными и нами. У тебя, собственно, нет выбора: либо ты нам помогаешь, либо становишься обедом моего восьмилапого друга.

Герен панически закивал головой. Он не представлял, что его заставят делать, но лучше так, чем стать паучьим обедом.

- Хорошо, - удовлетворённо кивнул человекоподобный страж, - ты разумен, человек. Теперь протяни руку, я поставлю метку, чтоб не додумался сбежать.

Княжич послушно выполнил требование и вскрикнул, когда длинный коготь распорол ладонь, и в рану полилась густая тёмная жидкость из зависшей в воздухе пузатой бутылки. Порез запузырился, руку прострелила невыносимая боль, заставившая Герена застонать сквозь стиснутые зубы, но следом Штарг рассёк свою ладонь и соединил раны. Герен истошно закричал, ему казалось, что его заживо сжигает огонь и со всех сторон тело пронзают острые иглы. Но тут всё кончилось, боль отпустила, и княжич обмяк на своём стуле, едва не свалившись на пол. Его удержал Шаррах, протянув одну из лап. Подождав, пока Герен придёт в себя, страж встал, схватил Герена за воротник и вздёрнул его со стула, подняв парня на уровень своего лица. Княжич хрипел, схватившись руками за ворот и пытаясь его ослабить, судорожно болтал ногами, но освободиться не удавалось.

- Хм, слабоват, - заключил Штарг и резко отпустил Герена.

Тот кулем свалился на землю и замер, пытаясь отдышаться. Его снова подняли, на этот раз паук, и потащили прочь из ритуального зала. Уже позже, оказавшись в каменном подобии маленького подземного городка, где домами служили небольшие пещеры в толще горной породы, издали напоминавшие соты, парень осознал, как ему повезло. Жив, относительно здоров, стражи не сожрали, наоборот, спасли, а что до требований Штарга, может ему просто надо будет за кем-нибудь шпионить. Так он на такое согласен. Пока Герен размышлял о своей дальнейшей жизни, из пещер высунули свои любопытные носы первые жители. К парню подошла симпатичная девчушка с мохнатыми ушками и мило ему улыбнулась.

- Меня Салирой зовут. Бабушка наказала проводить тебя в пустующий дом и помочь освоиться. А тебя как? Ты откуда? Тебя стражи спасли?

- Герен, - растерянно ответил княжич, впадая в ступор от такого напора. - Сын князя Арды, - и совсем тихо добавил, - Только теперь ни отца, ни города.

Но девушка этих слов уже не услышала, убежав вперед и время от времени останавливаясь, чтобы подождать человека.

***

Дайрэн, Самеррин и Киори поднимались в гору по извилистой каменистой дороге. Вейла шла первой с коротким мечом в руках, острые уши настороженно шевелились в ответ на каждый шорох, тело напряжено, словно струна. Чёрная ведьма двигалась следом с темным пульсаром наизготове, и замыкал отряд принявший облик князя Арды маг. К слову, последний был безоружным и не выглядел готовым к встрече с врагом. А приготовиться следовало, ибо до прохода в нижнее Междумирье было непросто добраться. Скалистая местность кишела всякими опасными тварями, иногда даже низшие создания Пути появлялись. Путники уже почти подошли ко входу, как на них сверху набросилась стая крылатых монстров, похожих на летучих мышей, но намного больше и с кучей маленьких красных глазок. Благо, подруги успели вовремя среагировать и обрушили на тварей мощь своей магии. Вейла ещё и мечом успевала махать. Монстры дохли тут же. Их мгновенно убивал смертельный яд, которым Самерра смазала свой клинок. Тем не менее, было ясно, одни они не справятся. Киори в бой не вступил. Он стоял поодаль и расслабленно наблюдал за битвой. Вот только когда одна из тварей почти зацепила вейлу, тотчас же вспыхнула и упала к её ногам обгорелой тушкой. Лерхаи даже на мгновение остановилась. Дайрэн в ответ помотала головой, мол, потом всё объяснит, а затем резко размела руки, и между ладонями заклубился тёмный пульсар. Герен бы сильно удивился, увидев магический сгуток, потому как похожие он мог наблюдать в подземном ритуальном зале. Но иных знатоков магии Пути здесь не было, поэтому эльфийка спокойно использовала запретные знания для уничтожения досадного препятствия. Выпущенный пульсар начал разрастаться и делиться на мелкие самонаводящиеся шарики, которые, достигая тварей, мгновенно сжигали тех. Вскоре о битве напоминали только дымящиеся тушки монстров. Самерра попыталась было высказать подруге, почему та сразу не использовала заклинание, но Дайрэн только покачала головой.

- Понимаешь, Рин, я не могла позволить Киори начать использовать атакующую магию. Нельзя ему. Пусть защитой занимается. А вот я в критические минуты могу прибегать к запретной магии.

- Эти заклинания принадлежат Пути, да? - понимающе взглянула на эльфийку Самерра. - И твой друг оттуда. Только не разубеждай меня, пожалуйста. Я же чувствую, не забывай, я вейла.

- Прости, я забыла, что твоя раса связана с магией Пути, - повинилась Дайрэн. – Но большего я не могу тебе сейчас сказать. Может, когда-нибудь, если наставник позволит.

- Всё ещё наставник? - тихо спросила лерхаи.

- Не только, - отозвалась ведьма.

И подруги в молчании ступили на нижние уровни Междумирья.

Лиловый мир встретил путников абсолютной тишиной, тяжёлой, гнетущей, заставляющей насторожиться и приготовиться к худшему. Ирреальное затишье должно было чем-то кончиться. Странно, но магии здесь не совершенно не чувствовалось. Самерра глянула наверх и поспешно дёрнула за рукав оглядывающуюся эльфийку. Та обернулась к подруге и замерла, поймав взглядом лиловые цветы, клонившиеся к земле под напором сильнейшего ветра. Вот только его завываний было абсолютно не слышно.

- Что происходит, Киори, ты знаешь? - удивленно спросила Дайрэн у спутника.

- Догадываюсь, - кивнул мужчина. - Но всё же стоит проверить. Нужно подойти поближе к пещере, где должна спать ваша жрица.

- Думаешь, она проснулась?

- Скорее, её насильно пробудили, и у джары сработала защитная реакция на неведомых врагов. Притом, как мне кажется, сплелись сразу две магии: тьмы и высших суккубов. А мы видим последствия этого слияния.

Тройка наконец добралась до нужной пещеры и замерла в полном шоке. Вход сверкал синими молниями, из чёрного провала ползли лиловые магические ленты, вокруг безмолвно бушевали тёмные воронки смерчей, и посреди этого буйства стояла Альгеаз, некогда верховная жрица Тьмы. Белые глаза без малейшего намека на зрачки уставились на пришельцев, рот растянулся в жутком оскале, воздетые к небу руки протянулись вперёд, и с пальцев сорвались нити смертоносного заклинания, а голову взорвал зов суккуба. Дайрэн, превозмогая магию подчинения, бросилась к подруге, прижала её к себе, пытаясь отвлечь вейлу и тем самым ослабить заклятье. Но жрица Тьмы была сильна. Киори, тем временем, попробовал подобраться к Альгеаз, но был отброшен сильнейшим порывом ветра. От ног жрицы побежали ярлычки тёмного пламени, собираясь в звезду Хаоса. И вот тогда Дайрэн стало по-настоящему страшно, ибо магия безумной жрицы грозила разрушением Междумирья - основы всех миров. Земля дрожала и шла трещинами, которые стремительно расходились, образовывая глубокие провалы. Зов тащил в них подруг. Дайрэн ещё пыталась сопротивляться, упираясь ногами в землю и с силой удерживая вейлу, Самерра же, казалось, совсем смирилась со своей участью. Мелькнувшая фигура синеволосого эйяра показалась двум женщинам сном. Сионнар на бегу выхватил клинок и, одним прыжком оказавшись рядом со жрицей, вонзил ей в грудь клинок. Джара дернулась, захрипела и упала на землю. И в тот же миг на присутствующих со всей мощью обрушилась какофония звуков. Фейри выдернул меч из тела суккубы и, опустившись на колени, положил скрещенные руки на её рану. С ладоней полилась целебная магия.

- Поздно, она уходит, - тихо заметил Киори.

- Нет, я не позволю умереть ещё и ей! - воспротивился Сионнар.

- Она ведь никто тебе, просто боевая подруга, - продолжал Киори. - Альгеаз напоминает тебе о твоей погибшей возлюбленной, но это мираж. Так отпусти её, дай уйти на перерождение. Она достаточно настрадалась.

- Папа, - положила руку эйяру на плечо Дайрэн, - Киори прав, пусть душа Альгеаз уходит с миром.

Сионнар встал, внимательно посмотрел на дочь и порывисто её обнял. Дайрэн обхватила его в ответ и с облегчением расплакалась. Когда радость от встречи немного поутихла, эйяра представила отцу своих спутников. Гибкая красноволосая убийца заинтересовала Сионнара, спутник подруг же вызвал в нём недоумение. Пока погибшую жрицу вносили обратно в пещеру, чтобы навсегда оставить там её тело, фейри постоянно бросал изучающие взгляды на мужчину. И только все четверо покинули пещеру и направились обратно во внешний мир, обратился к Киори:

- Почему у тебя магия моего внука?

Глава 16

Спускаться с горы было намного быстрее. Самерра по привычке шла первой с клинком в руках, но при этом выглядела расслабленной и не ждущей опасности. Дайрен, Сионнар и Киори держались вместе. Эльфийка ощущала ту странную связь, которая сразу же помогла ей определить синеволосого фейри как своего отца. Судя по всему, связь была обоюдной, так как эйяр тоже признал родную кровь. Но сейчас ведьму больше волновало другое: сын, которого она знала только первые годы его жизни. Но когда её мальчик успел встретиться с дедом, и что вообще она знает о Сионнаре. В результате, на эйяра обрушился шквал вопросов, на что тот пожал плечами.

- Астора я встретил у друга. Кстати, как так получилось, что он рос не с тобой, дочь? Ты беспечно оставила высшего джара людям, у мальчика совершенно не развита магия, чем ты думала?! - возмущенно вопросил Сионнар.

- Что? - ошеломленно округлила глаза Дайрэн. - От Самерры я узнала, что мой сын такой же как …та жрица, так он ещё и магией эйяров обладает! Но я не чувствовала в нём ни капли магической силы, когда Астор был младенцем, вот и решила оставить его отцу. Но я приглядывала за ним, оберегала.

- Ну, положим, даже не отцу, - хмыкнул Сионнар. - Я кровную связь ещё не разучился ощущать.

Дайрэн вдруг резко остановилась, поражённая внезапной мыслью; если её сын и есть один из тех высших суккубов, которым суждено вернуть Путь в его первоначальное состояние, тогда, возможно, это будет стоить ему жизни. Но она обдумает это позже. А сейчас предстояло решить ещё один вопрос - с внешностью её спутника.

- Отец, - обратилась ведьма к эйяру, - Астор - наш с Киори сын. Сейчас он носит тело князя Арды, говорит, что привык к нему, хотя Дариен умер, отравленный своей второй супругой. Нам нужно в любом случае встретиться с джарами и помочь им остановить путь. Но представь, что будет, если Астор увидит князя, который скончался на его глазах. К тому же, с ним его сестра. Помоги надеть на Киори иллюзию, мне сил одной не хватит.

- Не на мёртвое тело, - покачал головой Сионнар и обратился к носителю человеческого тела, - Возвращайся в своё собственное тело, а я накину на тебя чары, отвлекающие внимание. Даже свои не узнают, - фыркнул эйяр.

- Откуда…ты знаешь, кто я? - недоверчиво спросил Киори. - Кто ты, фейри? К моему телу невозможно применить магию!

Сионнар пожал плечами и поспешил вперед, догоняя вейлу. Прикоснувшись к руке лерхаи, он чуть склонился и что-то сказал женщине, отчего та звонко рассмеялась и бросила на эйяра шаловливый взгляд из-под длинных ресниц. Киори решился. Тело вдруг замерло, глядя вдаль пустым взглядом, от него отделилась черная дымка, после чего использованная оболочка начала оседать на землю. А загадочная субстанция начала уплотняться, приобретать гуманоидные черты, и вот уже неясные очертания сменились молодым светловолосым и сероглазым мужчиной. Фейри, будто почувствовавший завершение превращения, развернулся к Киори и возвёл глаза к небу.

- Так и знал, что просто не будет. Дочь, как ты с ним связалась? Он же если кого-то и признаёт, то только своих собственных созданий!

- Отец, Киори меня спас, приютил и вырастил. Я обязана ему жизнью, хотя могла погибнуть в недрах Пути, когда на нашу деревню напали его твари.

- Что ж, я благодарю тебя за то, что ты защитил хотя бы мою дочь, - обратился эйяр к спутнику ведьмы. - А теперь нас ждёт портал недалеко от склона горы.

- Ой, а как ты вообще сюда попал? - Дайрэн вдруг вспомнила, что не давало ей покоя всё это время.

- Интересный вопрос, - задумался Сионнар, - меня просто выдернуло внезапно к вам порталом. Видимо, родственная кровь среагировала.

- Я позвал, - бросил Киори, - так как не мог колдовать в полную силу. Правда, хотел зацепить Астора, не подумал, что на кровь могут прийти и другие родственники. И кстати, повторю свой вопрос. Ты знаешь мою истинную сущность. Ты отзываешься на зов крови так, будто для тебя магия не имеет ни малейшего расстояния. Наконец, я не могу тебя прочитать, не вижу твою силу и сущность. Так кто же ты?

Сионнар не ответил. Развернувшись, он поспешил вниз к порталу. Свои тайны эйяр умел хранить.

Марисар слепо смотрела в пустоту прямо перед собой, слушая распоряжения госпожи. Ридана разглагольствовала о великой миссии и безаговорочной власти чуть ли не над богами. Необъяснимая уверенность княгини, что с помощью тройки высших суккубов и одной нечисти она придёт к абсолютному господству над мирами, казалось, должна восхищать, но скерху бравада жалкой человеческой ведьмы откровенно смешила, пусть и опутавшие суккубу чары подчинения не давали ей даже улыбнуться. В голове роились странные воспоминания: вейла-полукровка со звонким смехом запускала в высокого крепкого блондина иллюзорные огненные пульсары, тот уворачивался, а в этот момент в тренировочный зал входил рахаи, и магические шары попадали в него. Память подсказывала - наставник. Ох, и влетело им тогда, притом всем троим, хотя шалила только подруга. Вейл гонял их до самой темноты, заставлял сражаться с фантомами различных тварей, притом, принципиально без магии. И ещё долго в тишине спальни Марисар с Шалли, вместо того, чтобы свалиться от усталости после изматывающей тренировки, шептались и еле слышно хихикали, вспоминая ошеломлённый взгляд рахаи. А черноглазый лханир, при виде которого замирало сердце! Тело хранило воспоминания об их недавней близости. Кто они все?! Почему девушка их помнит?! Сайри хотела бы найти ответы на свои вопросы, но это будет потом, когда она освободится. Сейчас же следует внимать словам первой в жизни высшей суккубы хозяйки. Смешно! Если бы только ведьма знала, кого она подчинила! Тьма привычно разливалась по венам, подавляя человеческую сущность Марисар. Все эмоции и ощущения сковывались изначальной силой, столь древней, что помнить о её появлении мог только лишь Лесар. И всё же приказ найти и любыми способами уничтожить короля лханиров заставил скерху вздрогнуть. Возможно, суккуба и подчинилась бы, но Тьма противилась уничтожению своих детей, особенно того, чьи прикосновения волновали её носительницу. Верховный лханир принадлежит только Изначальной Тьме. Где-то на краю Вселенной Первозданная окончательно пробудилась от долгого сна, ментальными щупальцами потянувшись к двум своим частичкам, воплощённым в юных девичьих телах. И удовлетворённо всколыхнулась: её воплощения с готовностью открыли сознания для слияния с Изначальной. Тьма хлынула в разум девушек, и отныне не было больше человеческой девушки Марисар и её сестрички по силе. Краем сознания Сайри поймала странную мысль: она же не человек, почему ощущает себя им? И сразу пришло понимание: Тьму привлекают человеческие чувства, вот она и выдернула ту сущность, в которой суккуба родилась.

Хлёсткая пощёчина вернула девушку в реальный мир. Ридана пристально смотрела на неё, пылая возмущением.

- Не смей отвлекаться, глупая суккуба! - приказала ведьма. - Ты сейчас же отправишься на поиски шеира. Поняла?

- Да, госпожа, - кивнула скерха и попросту исчезла из сдерживающего круга, в котором так и пребывала на протяжении всей высокопарной речи хозяйки.

Ридана раздражённо посмотрела на пустую пентаграмму. Задув свечи, она поспешила на поиски Майрала. Стоило сообщить ему радостную весть - один высший суккуб у них есть, остались еще двое.

Вначале Аэрлин пытался нащупать новообретённую спутницу с помощью ментальной связи, далее в ход пошла поисковая магия, и только потерпев неудачу во всех направлениях, объявил о пропаже шитари. Лханиры взволновались. Шутка ли, королева исчезла! Подданные по примеру шеира потянулись к своей повелительнице, но почувствовать её не удалось. Нечисть впала в панику, многие направились к местам силы - залечь в спячку, чтобы пережить печальное время. Шарлейн с Астором безуспешно пытались добыть информацию о происходящем. Айлех отсутствовал, лханиры все вопросы игнорировали. Удалось лишь понять - случилось горе. Король не принимал, с ним вообще было невозможно связаться. Приходилось только ждать. Шалли надоело сидеть в четырёх стенах, и она, прихватив оружие, направилась разминаться. На тренировочной площадке уже вовсю лупил боевые манекены её брат. Но девушка даже не успела взяться за меч, как её снесло неведомой силой. Приподнявшись на локтях, Шарлейн удивлённо уставилась в спину целеустремлённо шагавшей к замку подруге. Окликнула Сайри, но не получила ответа. Астор помог сестре подняться, и они дружно устремились за Марисар. Та уже подошла к воротам. Выбросив ладони вперед, снесла их волной сырой силы. Шалли резко остановилась, дёрнув на себя брата.

- Астор, это же магия тьмы, - воскликнула девушка. - Истинная, понимаешь?!

- Шарлейн, я не могу пробиться к ней в сознание, - напряжённо закусив губу, пробормотал княжич.

- Я тоже. Что-то случилось с Сайри, словно она под чарами подчинения, - растерянно произнесла княжна.

Не сговариваясь, оба мысленно позвали Айлех. Тот появился из портала буквально через минуту. Шарлейн смутилась. Вейла выдернули явно из душа. Босиком, в одних штанах и с мокрыми волосами, рахаи возмущённо взирал на брата с сестрой.

- Прости, Аэлл, - смущённо потупилась Шалли, - но с Марисар что-то не так. Её сознание полностью закрыто, на меня она не обратила ни малейшего внимания, в замок вошла, просто вынося все препятствия магией тьмы, притом в её истинном проявлении.

Айлех на миг прикрыл глаза, а затем кивнул:

- Марисар, действительно, связана чарами подчинения, но только частично. Она осознаёт своё состояние. И именно это меня беспокоит.

- Почему? - поинтересовался Астор. - Разве не легче снять чары с того, кто способен сопротивляться чуждой магии.

- Сайри не сопротивляется, - покачал головой вейл, - она в любой момент может освободиться самостоятельно. Полагаю, подчиняться ей выгодно на данный момент. Стоит проследить за ней. Но не вмешивайтесь, пока я не скажу.

Айлех, даже не подумав привести себя в порядок, направился вслед за скерхой. Шарлейн догнала вейла и намекнула на одежду. Тот пожал плечами и наколдовал себе рубашку и сапоги. Девушка облегчённо вздохнула и надулась, увидев ехидную улыбку Аэлла. Астор за спиной засмеялся. Рахаи легонько дотронулся до руки девушки, словно извиняясь, переплёл пальцы с её и потянул княжну за собой.

***

Тронный зал был пуст и освещался только парой тусклых магических светильников, плававших под высоким потолком. Аэрлин в истинном облике сидел в высоком кресле из чёрного дерева, отделанном красным бархатом, откинувшись на прямую, жёсткую спинку, и напряжённо ждал. Вот уже некоторое время его окружал тихий, манящий шёпот, сулящий все радости мира: новые земли для его народа, окровавленные, ещё трепещущие сердца их врагов, женщин, что, не колеблясь, примут этот страшный дар в знак любви своей истинной пары. Шеир знал этот голос - так пела его старая подруга, что частенько наведывалась к нему в их прошлых воплощениях. Её обволакивающий, соблазняющий шёпот казался измученному поисками любимой женщины лханиру сладостной песней, сознание короля всё больше проваливалось в созерцание счастливого будущего. Давняя знакомая грезилась наяву, правда, похожая на его шитари, но это уже неважно. Она взяла Аэрлина за руку, заставила встать, нежно обняла его и крепко-крепко поцеловала. Скользнула и тотчас же пропала мысль, что Темийон скорее бы сжала лханира в дружеских объятиях, а то и вовсе наслала какое-нибудь мерзкое проклятие из её многочисленного арсенала, ещё и повеселилась бы. Но мало ли как изменилась Мийю. Они же давно не виделись.

Тьма ликовала. Игрушка оказалась весьма податливой к её чарам, стоило только вместе с поцелуем вдохнуть побольше собственной магии. Следовало беречь новое приобретение - иначе, быть ссоре с сестрёнкой, да и в сознании скерхи этот лханир занимал особое место. Так что, холим и лелеем! Первозданная вела за собой короля, с равнодушием отмечая, как напряжены встречные существа. Навстречу им вышли два высших суккуба и весьма сильная огненная колдунья. Беловолосый резко задвинул своих спутников за спину и ждал, когда пара минует их. Тьма предпочла удалиться подальше от замка, чтобы создать портал. Почему-то не получалось сотворить его без разрушений вне сдерживающего круга. Видно, подрастеряла она свои навыки за время долгого сна.

Ридана с Майралом сидели по разные стороны длинного обеденного стола и пили вкуснейшее вино из личных погребов князя, когда в столовой возникла Марисар вместе с шеиром. Ведьма от неожиданности выронила бокал, красная жидкость уродливыми пятнами впечаталась в платье, но женщина этого даже не заметила. Ей было страшно до дрожи, хозяин на другом конце стола выглядел ни лучше. Глаза скерхи затопила темень, а кожа выбелилась, на лице застыло выражение вселенской скуки. Стоявший рядом Аэрлин равнодушно взирал на черную колдунью. Мятежного князя он будто вообще не замечал. Хотя он даже на свою супругу не реагировал, словно Марисар для него - совершенно посторонняя женщина. Но размышлять над этим ни Майралу, ни Ридане сейчас не хотелось. Пленённая суккуба вызывала у них безотчётный страх. И только поймав её взгляд, ведьма поняла причину сей непонятной реакции. Скерха освободилась от чар подчинения.

- Бежим! - крикнула Ридана князю.

Марисар издевательски рассмеялась и выбросила руки раскрытыми ладонями вниз по направлению к двум заговорщикам. Оба захрипели, схватились за горло, силясь хоть на мгновение оттянуть невидимую удавку. Но тщетно. И только когда сознание жертв начало угасать, Сайри отпустила их, одновременно послав волну собственной магии. Человеческая ведьма и глупая нечисть, дерзнувшие пойти против Первозданной, обмякли, глаза остекленели, а в разуме билась только одна мысль - жертвенно служить своей тёмной госпоже. Что ж, теперь у неё двое преданных слуг, которые пойдут на всё ради Тьмы. И задание для них у неё уже есть - найти неразумного воришку из детей Хаоса, что по незнанию подобрал валявшийся в пыли древний свиток.

Шарлейн негодовала. Как можно было беспрепятственно выпустить Марисар с Аэрлином из дворца?! Видно же, что Сайри не в себе, так зачем надо было позволять ей увести шеира?! Девушка металась по комнате, громко возмущаясь, в то время как Айлех преспокойно сидел на подоконнике и с ухмылкой наблюдал за истерикой огненной колдуньи. Астор устроился в глубоком кресле, оперевшись рукой о подлокотник и положив подбородок на ладонь.

- Ну почему, почему мы не остановили Сайри?! - восклицала Шарлейн.

- Шалли, мы ничем не могли ей помочь, - вздохнул Айлех. - Да мы даже в сознание Марисар пробиться не можем. Её тело заняла Первозданная Тьма, притом, та её часть, что издревле отвечает за всяческие завоевания и всё в подобном роде. Мы с ней просто не сладили бы.

- Но Сайри - наша подруга, да она, в конце концов, одна из вашей непобедимой тройки суккубов!

В этот момент в покои вошёл Сионнар, а за ним две женщины и высокий, худощавый светловолосый мужчина. Все внимание присутствующих тут же переключилось на новые лица. Эйяр обвёл взглядом комнату, отметил взволнованную княжну и обманчиво расслабленных мужчин, и удивлённо поинтересовался:

- Да что тут происходит? Нечисть в трауре, вы все обеспокоены…

Айлех кратко обрисовал ситуацию. Дайрэн хмыкнув, покачала головой.

- Воплощение первозданной Тьмы понеприятнее захватнических планов человечки с нечистью будет. Киори, есть идеи, как остановить Тьму? - обратилась эльфийка к неизвестному мужчине.

- Лучше попытаться с ней договориться, - отозвался тот.

- И кто это будет делать? - скептически поднял бровь Айлех. - Меня она к себе не подпустит, тебя, полагаю, тоже.

- Ну, Киори вашей подруге незнаком, а тебя-то почему? - удивился Сионнар.

- Ты бы сначала представил своих спутников, - ушел от ответа рахаи.

- Ах, да! - вспомнил фейри.

Вот так и встретились Шарлейн и Астор со своими родителями. Радость от встречи на время затмила переживания. Шалли обнималась с матерью, Дайрэн и Киори забрасывали вопросами сына. А в это время череда случайностей продолжала расти. Собственно она началась с существа Междумирья, на которого совершенно не действовала магия. Похожий на земного зверька, мелкий житель магической основы Вселенной забрался в пещеру, где ещё тогда спала Альгеаз. Запретный свиток лежал у неё в изголовье. Тварюшку привлек древний пергамент, зверь схватил его в зубы и потащил прочь. Неизвестно, как долго он волок свиток, даже выбрался на поверхность тварного мира. Но тут он увидел пробегающую мимо обыкновенную мышь. За время путешествия зверек проголодался и бросился за едой, выронив добычу. Подкрепившись, твареныш побежал обратно за свитком и уже успел взять его снова, но тут же был сожран более крупной тварью. Победитель понюхал пергамент с заклинанием и… потащил к себе в логово. Двуногое существо, топавшее по широкому тракту и издающее громкие протяжные звуки, спугнуло зверя. Он выронил свиток и поспешил спрятаться, дабы уберечь свою шкуру. Юный воришка заметил шевеление в кустах и сунул туда свой любопытный нос. Так злополучный свиток с запретным заклинанием пробуждения сущности высших суккубов и попал в руки жителя хаоса. А это означало, что рано или поздно в игру вступит другая сторона, и тогда начнётся противостояние тьмы и хаоса.

Глава 17

Теми бесшумно пробиралась сквозь заросли, почти припав к земле. С самого утра рыжая лисичка следила за объектом своего восхищения. Хеалари серхаи и верховный правитель всех вейлов передвигался на своих двоих как какой-нибудь бедняк. Нет бы, оседлать своего любимого хешра, черного, будто загадочный омут недалеко от их миленького домика. Темийю обожала традиционных ездовых животных вейлов, немного похожих на лошадей, что разводили люди. Но больше всего ей нравилось любоваться хеалари на его хешре. Норалин развлекался, выслеживая мелкую низшую нечисть, повадившуюся забегать в близлежащие деревни и жрать все, что попадалось на её пути. Тварь была наглой и очень юркой, поймать бестию ещё никто не ухитрился, а вот погрызть жителей она успела, нескольких детишек даже до смерти. Лин так надоело слушать жалобы на творящийся произвол, что он сам соизволил отправиться на поиски нечисти. Нойра учуяла серхаи, выйдя ранним утром погоняться за мышками. Семнадцатилетней лисе нравилось наблюдать, как розовеет утреннее небо, слушать робко пробующих голос пернатых певуний, выслеживать сонную серую дичь. Мышей Теми не ела; поймает, поиграет и отпустит. Зато потом целый день довольная и бодрая. Печалило юную нойру только одно - как увидела девушка пару лет назад правителя серхаи, так и пропала. И умом понимает - нет им одной дороги рука об руку, но глупому сердцу не прикажешь. Лисичка вовсю старалась, чтобы вейл её не заметил, и всё равно пропустила момент, когда серхаи исчез из поля зрения, а в следующий момент Теми вдруг резко подняли с земли. Девушка забила ногами, попыталась вырваться, но незнакомец крепко держал лисицу.

- Не устала за мной следить? - насмешливо поинтересовался Норалин.

Нойра вздрогнула, услышав знакомый голос над самым ухом, обмякла в руках серхаи, тяжело вздохнув от безысходности, помотала головой.

- Давно хотел познакомиться с лисёнком, два года подряд бегающим за мной по кустам. Так чем я тебя привлёк, дитя хаоса?

- Как Вы меня нашли?! - возмущённо запыхтела лиса.

- А ты всегда отвечаешь вопросом на вопрос? Твой запах, рыжик… ты вкусно пахнешь, - ответил вейл, отпуская настороженную девушку. – Я наблюдаю за тобой с тех пор, как ты в азарте погони за своими друзьями врезалась в меня, ещё и обругала, что на дороге мешаюсь.

- Ой, простите, я не специально! - смущённая оборотница поковыряла ногой землю, - А сейчас я мышек ловила, а потом Вас увидела… Вы так круто дерётесь! Научите?! А у нас по запаху пару находят. Я же не могу быть Вашей парой, как тогда Вы меня учуяли? Вы ведь даже не оборотень!

- Вопросов больше, чем ответов, и те невпопад, - фыркнул хеалари. - Зовут-то тебя как?

- Темийю, - отозвалась девушка.

- Оригиналы у тебя родители - назвать именем Тьмы. Будешь Мийю.

Лиса кивнула и вдруг встрепенулась, принюхалась.

- Там нечисть, - прошептала она, бросившись к Лину и тесно к нему прижавшись, - мелкая и голодная.

- Отцепись от меня, - прошипел в ответ вейл. - Как я её поймаю, если у меня руки твоей тушкой заняты?

Темийю стекла на землю и поднялась уже грациозным пушистым зверем. Рыжая бестия глянула на серхаи, оскалила в явной улыбке пасть, встряхнулась, подняв пыль, и потрусила куда-то в сторону. «Чего стоишь? Бежим ловить, а то уйдет!» - с удивлением услышал вейл ментальный зов. «Да кто ты такая?!» «Мийю, сам же сказал». Лину показалось, что лиса мысленно пожала плечами. Вейлу ничего не осталось, как броситься следом за нойрой. Лисица привела серхаи к окраине крошечной деревушки: всего несколько ветхих, покосившихся домов, босоногие, чумазые детишки возятся в песке, взрослых - ни души. Хеалари растерянно созерцал открывшуюся картину. Не думал он, что в его владениях могут жить настолько убого. Дети, тем временем, заметили пришельца и с воплями бросились по домам. И только спрятавшись в спасительных стенах, высунули любопытные мордашки кто в окна, кто в приоткрытые двери. Лиса вдруг резко остановилась, повернулась хвостом к деревне, вздыбила шерсть и низко зарычала. Норалин резко развернулся. На него мчалась серая тварь, раззявив усеянную мелкими острыми зубами пасть. Несмотря на коротенькие ножки и слишком длинное тело, нечисть передвигалась весьма шустро. Тонкие шипы на хребте угрожающе топорщились, треугольные уши прижаты к телу. Лин выхватил из ножен тонкий клинок и резко отпрыгнул в сторону, уходя с траектории прыжка твари. Та тяжело плюхнулась на брюхо, клацнув зубами, с неожиданной для её пропорций быстротой поднялась и бросилась на вейла. Нечисть неожиданно оказалась очень быстрой и юркой, оставив пару царапин на Лине. Но и серхаи в долгу не остался, его клинок не единожды достал злобного монстра. Вот только вейлу всё больше начинало казаться, что нечисть изматывает его, ожидая, возможно, помощи либо являясь предвестником чего-то более кошмарного. И предчувствия оправдались - вдалеке послышался глухой рёв. Нойра, всё это время тихонько сидевшая в сторонке и беспокойно наблюдавшая за боем, судя по настороженным ушам, внезапно одним слитным прыжком взвилась в воздух. Через мгновение её крепкие челюсти сомкнулись на шее твари. Противники с яростным рыком покатились по земле. Лиса мёртвой хваткой вцепилась в нечисть и только сильнее сжимала зубы. Та с шипением извивалась, тянулась к нойре лапами, пытаясь освободиться, но всё было напрасно. Тварь потихоньку слабела, и, наконец, обмякла в пасти лисицы. Вейл в схватку даже не пытался вмешаться, понимая, что измотанную долгим боем нечисть лиса добьёт быстрее него. Его больше беспокоило приближение более опасных монстров. Скорее всего, низшая гадина разведывала территорию, нападая на деревни. Нойра выплюнула дохлую нечисть, подбежала к серхаи и требовательно боднула его, мол, вот я какая молодец. Норалин машинально погладил лисицу по голове, и только после этого она перекинулась, чтобы тут же сообщить:

- Горг идёт, пока один.

- Знаешь, Мийю, разберусь с тварями, и мы пойдём знакомиться с твоими родителями, - мрачно сообщил вейл.

- Зачем? - изумлённо уставилась на серхаи лисичка.

- Хочу узнать о тебе как можно больше, дитя хаоса, - пожал плечами Лин.

- Да я и так расскажу. Отец - нойр, мать - эйяра. У нас маленький домик на опушке, ну с той стороны, что главный город серхаи видно. Папа у меня целитель, к нему идут, когда всё совсем плохо. Денег за помощь не берёт, ему кто может, продуктами отдаёт. А мама подрабатывает сопровождением обозов всяких да высокородных вейлов иногда. Она раньше наёмницей была, а потом папу встретила. Ну, так родители мне рассказывали.

- Интересная у тебя семья, лисёнок, - задумчиво заметил хейлари. - Поможешь мне с горгом, раз чуешь его?

Темийю кивнула и тут же перекинулась. Замерла, навострив ушки, подвигала чутким носом и рванула на приближающийся рёв. Норалин бросился за лисицей. Та вскоре привела серхаи на небольшую полянку, но выходить на открытое пространство не стала, а побежала в обход. Лин понял её задумку, когда они оказались за спиной у твари, как раз вышедшей на залитый светом травяной пятачок, окружённый вековыми деревьями. Горга можно было убить только одним способом: прямым попаданием кинжала в сердце, где кожа была достаточно мягкой. Магия этих тварей, похожих на големов, не брала. Бронированное тело не проколоть ни одному оружию. Здоровые, высотой с дом, монстры создавались творцом на заре времён как защита от нападения низших всех слоёв мироздания. Но что-то пошло не так, и защитники сами стали злом. Наделённые зачатками разума, они нередко ухитрялись использовать низшую нечисть для отвлечения внимания. Горги приходили, когда жители окрестных привыкали к нападению мелких тварей и не ждали иной опасности. Убежать от этих великанов, несмотря на их рост и кажущуюся неповоротливость, было невозможно. Горги окружали поселение магическим щитом, не выпускающим за его пределы всё живое, и планомерно уничтожали; ломали дома, давили жителей, выпускали магический луч, разрезавший преграды одним махом. Страдали от них в основном нелюди, на человеческие земли монстры заходили редко, в основном, на приграничье. Поэтому, как только методом проб и ошибок нашёлся способ убить горгов, высшие расы создали орден, в который набирали самых искусных воинов. Конечно же, магические способности тоже приветствовались - кинжал направлялся магией. Но прежде всего ценились ловкость и сила, ибо бросок был только один, второй попытки горги не допускали, начиная беситься и сеять разрушения. Норалин попал в сей орден ещё ребёнком. Услышал о нём от приезжих, в очередной раз улизнув от нянек и бегая по городу, после чего, возмечтав стать великим героем, устроил родителям истерику, требуя отправить его на обучение. Орден вычислили, маленький вейл предстал пред очи главы, был обсмеян и назван малышом. Красный от злости и сдерживаемых слёз, Лин подбежал к увешанной всевозможным оружием стене и попытался снять огромный топор, чтобы показать, какой он сильный и умелый. Понятно, что ничего у ребёнка не вышло. Тогда он выхватил из-за пояса традиционное оружие вейлов - тхор, внешне выглядящее как обычный веер, но с очень острым краем и мелкими отверстиями в основании рёбер, в которых прятались тонкие деревянные прутья, при надобности, превращавшиеся в древко. Но так обычно дрались простые воины. Маги управляли тхором с помощью своей силы, и тогда бой превращался в необычный, смертельный танец. Глава ордена и моргнуть не успел, как острая кромка веера коснулась его горла. Только многолетняя выучка спасла того от необдуманного поступка. Принадлежащий к той же расе, что и Норалин, глава сам виртуозно владел тхором, но настолько быстрой реакции он ещё не встречал. У мальчишки мало того, что наставник отличный, так мелкий наглец и сам прирождённый воин. Лин, насупившись и сжав губы в тонкую линию, ждал приговора и не смог сдержать счастливую улыбку, когда услышал, что принят в орден и станет личным учеником главы. Ныне его наставник проживал недалеко от дворца, по-прежнему гонял вейла, не испытывая к тому никакого пиетета, а орден уже давно возглавлял сам хеалари. Конечно же, убийство горгов было не единственным занятием сей организации, её члены зачастую присоединялись к рахаи в их долгих походах по борьбе с нечистью, а то и попросту уходили вольными охотниками, выслеживая особо опасную тварь, за которую в селениях зачастую платили полновесной монетой.

Норалин вытянул из-за пояса длинный тонкий стилет, а Темийю, тем временем, бросилась под ноги горгу. Тот заревел и потянул к ней лапу, лиса увернулась и забежала монстру за спину, заставив его развернуться. И в этот момент серхаи мощным броском направил в горга смертоносное оружие. Тварь заревела от боли, когда кинжал пронзил ей сердце, попыталась его выдернуть, но лапы были слишком велики для маленького стилета. Теми поспешила к вейлу и вовремя. Горг с шумом рухнул на землю и затих. Нойра тут же обратилась, чтобы с радостными воплями броситься на шею серхаи. И замерла в недоумении, когда Лин с силой прижал к себе девушку, прошептав ей в ухо:

- Никогда так больше не делай. Твоя жизнь слишком ценна…

- Для тебя? - хитро поинтересовалась лисичка. - Ты беспокоился обо мне?

- Ну, если с тобой что-то случится, кто будет шпионить за мной и ползать на пузе, пытаясь скрыться среди низких кустов?! - насмешливо протянул Норалин.

- Не случится, - легкомысленно отмахнулась нойра, - я удачливая.

И вдруг предложила, смущенно потупившись:

- А хочешь, я тебя с родителями познакомлю?

Увитый фиолетовыми и белыми вьюнками низкий забор придавал двухэтажному бревенчатому дому с резными карнизами и ставнями атмосферную праздничность и намекал на мягкий нрав его хозяев. Тоненькая эйяра с волосами глубокого синего цвета и крепкий рыжеволосый нойр идеально вписывались в общую картину, одним своим видом придавая сему месту некую сказочность. Вейл даже сбился с шага, восхищённо рассматривая дом и его обитателей. Родители лисички церемонно поклонились хеалари, и это было единственное высокопарное действие с их стороны. Нойр, представившийся Саарном, радушно пригласил серхаи в дом, поторопил жену с обедом, а сам предложил скоротать ожидание за беседой в гостевом покое, где хозяин обычно принимал просителей. Вейл украдкой осматривался, отмечая, как причудливо проявлялись в интерьере расовые особенности хозяев. Классическая строгость мебели сочеталась с воздушными украшениями и россыпью безделушек, приглушённые тона со светлыми, а порой и яркими цветами. Здесь безраздельно царила женская рука, и её центром была невысокая гибкая эльфийка с железным характером, чему никто с первого взгляда бы и не поверил, глядя на её крупного невозмутимого мужа. Но когда гость и отец семейства заговорились, первый - выясняя информацию о родителях юной нойры, второй - рассказывая вейлу о своих пациентах, жизни соотечественников из соседней деревеньки, недавней славной охоте, но только не о самих хозяевах дома, эйяра решительно вошла в комнату, прогнала заскучавшую дочь умываться, а мужчин пригласила к столу. Норалин отметил и чаши для омовения рук ручной эльфийской работы, и кружевные салфетки, и фарфоровую посуду, доступную только очень богатым и влиятельным родам. Откуда всё это у обычных селян? Женщина, чьё имя Ниалиса в переводе с эльфийского звучало как «божественный цветок», совершенно не тянула на наёмницу. Те с оружием даже спят и уж точно не ходят в лёгких бело-голубых платьях. Аккуратно подстриженные ногти, изящные серёжки в ушах и в тон им кулон на шее, волосы собраны в незамысловатую причёску, присущую для эльфийских аристократок. Да и вела себя эйяра за столом как высшая леди. Впрочем, сама Ниали не стала делать из своего происхождения тайну, заметив внимание вейла. Оказалось, юная эльфийка из очень древнего рода встретила нойра на лесной дороге, направляясь к своему нареченному для заключения союза. Рыжий лис так впечатлил девушку, что она развернула коня и отправилась за ним. В результате, заблудилась, даже несмотря на то, что перекинулась в клановое животное. Устав от долгого бега, юная кошечка обессилено улеглась под раскидистым кустом, чтобы проснуться спустя несколько часов и услышать над ухом тихое сопение. Рыжий лис кольцом свернулся вокруг Ниалисы и грел её теплым боком. В свой дом Саарн ввел Ниали как гостью, накормил, выделил ей комнату и позволил жить, сколько захочет. За год под одной крышей девушка научилась готовить и взяла в свои руки всю заботу о доме. По утрам эйяра выходила на лужайку перед домом, чтобы потренироваться с кинжалами, которыми она виртуозно владела для своих шестнадцати лет, благо наставник с ней промучился не зря в своё время. Нойр как-то увидел её тренировки и предложил пойти в помощники к знакомым наёмникам, охранявшим обозы да уничтожавшим низшую нечисть в окрестных лесах. Со временем Ниалиса и сама стала полноценной наёмницей, но тогда ей это было в новинку, и она нередко переоценивала свои силы. Эйяре невероятно повезло, что в момент нападения на обоз стаи тварей низших уровней Междумирья мимо пробегал Саарн. Монстр подкрался сзади и уже прыгнул на эльфийку, как его снесло тяжелое рыжее тело. Ниалиса резко развернулась, чтобы увидеть, как лис перегрызает твари горло. Тогда удалось отбиться ценой жизни нескольких лошадей и старого кучера, не успевшего убежать в силу своего возраста. Саарн остался и, перекинувшись в человека, отбивал атаку тварей наравне с наемниками. Ниа потом долго благодарила лиса за неожиданную помощь, а он в ответ сгреб девушку в мощные объятия и крепко поцеловал. На следующее утро они обменялись клятвами у старого алтаря и с тех пор не расставались. Старший сын подался в охотники и сейчас выслеживал очередного монстра где-то в далеких лесах. А дочь пока вот с ними, постигает науку отца и матери. Юная нойра сверкнула зеленью отцовских глаз и высокомерно задрала усыпанный мелкими веснушками нос, красуясь пред вейлом.

- Из какого леди рода? - поинтересовался Норалин.

- Это уже давно стало неважным для меня, - ушла от ответа Ниалиса. - Да и тогда…брак планировался с целью слияния магии двух древнейших родов, дабы наши дети стали сильнейшими магами Вселенной. Но, правда в том, что мой нынешний брак намного удачнее, и дети в равной мере унаследовали магическую силу противоположных стихий.

- Я могу увидеть, что умеет Мийю?

Ниалиса ощутимо вздрогнула, Саарн чему-то улыбнулся. Странная реакция, подумалось вейлу.

- Ты зовешь мою дочь именем Изначальной, хотя она наградила тебя проклятьем, - насмешливо заметил лис.

- Откуда ты знаешь об этом? - недоверчиво вопросил серхаи.

- Я много чего знаю, - загадочно ответил Саарн. - Вот, например, сейчас её сестра окончательно приняла свою сущность, а нам с Ниалисой придётся вспомнить, кто мы есть на самом деле. Так давай же проведём отпущенное нам время как обычные жители всего лишь одного из многих миров.

Теми вдруг вся подобралась, спрыгнула со стула и бросилась к вейлу, запрыгнув тому на колени и прижавшись всем телом. И в тот же момент дом задрожал, вещи начали падать на пол, одновременно полопались все стёкла, осыпав всё вокруг осколками, впрочем, до хозяев и гостя так и не достав. Норалин ощущал магию юной лисы, именно она держала неимоверной силы магический щит, сотканный из первозданной тьмы. Теми медленно подняла голову, и Лин заворожённо уставился в глаза девушки, затянутые чернотой.

- Темийон, - прошептал серхаи. - И твой отец знает об этом.

- Знает, - согласилась лисичка. - Но я многого не помню. Расскажешь потом, почему я тебя прокляла? И чем? Я ведь даже не знала, что мы знакомы.

Ответить Норалин не успел. Дверь снесло с петель, и в проёме появилась тоненькая фигурка суккубы в полном боевом воплощении. Первозданная степенно ступила в дом, чтобы тут же быть остановленной стеной из тонких игл. Суккуба озадаченно уставилась на неожиданную преграду. Древнее заклинание Истинного Хаоса в тёмном мире выглядело настолько чуждым, что Тьма потеряла несколько драгоценных минут. Марисар схватилась за горло. Будто она в последний момент вынырнула из омута, почти затянувшего скерху в свою черноту. Воздуха не хватало, из глаз текли слёзы, боль ввинчивалась под рёбра. Сайри упала на колени, оперлась руками о пол, пытаясь восстановиться. Облик поплыл, боевая ипостась сменялась, из глаз ушла чернота. Одновременно Тьма отпустила сознание Аэрлина, и он бросился к сидящей на полу женщине.

- Папа, а почему со мной такого не было? - звонкий голосок Темийю привёл всех в чувство.

Лис, пожав плечами, стряхнул защитное заклинание и направился к паре. Аэрлин прижал к себе Сайри и успокаивающе гладил по волосам.

- Твоя шитари? - задал вопрос нойр.

Аэрлин только кивнул.

- Сочувствую! Девочка стала полноценной Тьмой, и у неё есть определённая цель. Ниа, милая, собирайся, мы выходим через час. Нам нужно на земли Хаоса, без меня скерха не выполнит предначертанное.

- Папа, а я?! - возмущённо воскликнула Теми.

- А ты восстановишь и запрёшь дом, и уйдёшь отсюда вместе с халири.

Лиса насупилась, но принялась за уборку. Осколки собрались в кучу и вернулись обратно в оконные проёмы, приняв первозданный вид, вещи заняли своё законное место, и к тому времени, как Саарн с Ниарисой собрались в путь, дом сиял привычной чистотой. Высокая леди преобразилась. Ноги плотно обтягивали кожаные штаны, рубаха перехвачена поясным корсетом, на низко сидящем ремне укреплёны ножны для длинных кинжалов, образ довершали высокие шнурованные ботинки. Волосы Ниариса заплела в две тугие косы, скрепив их вместе простой резинкой, чтобы не мешались при ходьбе. Саарн был в своей обычной походной одежде, совершенно без оружия. Устроившаяся вместе с шеиром на диване Марисар при виде нойра плотнее прижалась к лханиру, мелко дрожа. Тот присел рядом и, едва коснувшись руки стихийницы, жестко приказал:

- Приди в себя, жрица Тьмы! Ты её средоточие, тебе принимать решения! Так хватит изображать из себя запуганного зверька! У нас впереди долгий путь!

- С нами мятежный лханир и человеческая ведьма, с ними надо быть начеку, - предостерёг Аэрлин.

- Благодарю за предупреждение, шеир, - нойр чуть заметно склонил голову.

Марисар поднялась, опираясь на Аэрлина, и направилась к беззастенчиво её рассматривающей Темийю. С минуту сама изучала девушку, а потом вдруг крепко обняла и тихо прошептала:

- Я так рада тебя встретить, сестрёнка. Ещё увидимся.

И с этими словами Сайри, потянув за собой Аэрлина, направилась прочь из дома, а за ней двумя тенями скользнули лис с супругой.

Глава 18

Айлех в спешке собирал нужные ему артефакты. Не всегда на землях Хаоса может помочь тёмная магия и не спасёт верный меч. Одноразовые порталы, невидимость и другие нужные заклинания станут весомым подспорьем для его спутников. Меран, привалившись к дверному косяку, насмешливо наблюдал за лихорадочными сборами лучшего друга.

- Лучше бы помог! - раздражённо прошипел Айлех.

- Ага, морально, - ехидно протянул Мерайлейн.

И тут же, выпрямившись, совершенно другим тоном добавил:

- Но я помогу, ты же знаешь. Мой разум - твой. Я постараюсь провести вас через земли Хаоса, а ты обещай беречь мою внучку.

Правитель лерхаи умел видеть глазами любого существа и мог существенно облегчить поиски свитка. И вот сейчас Меран опустился в глубокое кресло, закрыл глаза, и его разум перенёсся в один из миров Хаоса. По улицам небольшого приграничного городка сновали демоны. Гомон стоял почище, чем на человеческих базарах. Вот от одной из подворотен отделилась щуплая мальчишеская фигурка и, крадучись, направилась в самое сердце города. Причудливый дом из красного камня, гордо тянувший свои шипастые шпили к вспыхивающему бардовыми всполохами небу, был главной достопримечательностью этого города. Строил его демон явно с прогрессирующей манией величия, но при этом любящий окружать себя низшими, видимо, чтобы все ясно видели противопоставление: я древний, я высший, а вы все - грязь под ногами. Здание располагалось посреди широкой площади, по которой хаотично раскидало мелкие лавочки как с товарами повседневной важности, так и ювелирными изделиями, оружием, одеждой и даже коврами. Мальчишка пробирался между лавками, упрямо стремясь к поближе к дому, грозно взирающему на копошащуюся внизу толпу кусочками стекол из-под причудливых оконных решеток. Добравшись до здания, он пошел в обход, в конце концов, свернув к неприметной двери в красной стене. Трёхкратный стук, видимо, был условным, ибо створки немедленно отворились, подросток вбежал внутрь, и дверь тотчас же захлопнулась за ним. Меран резко вздрогнул всем телом и бездумно распахнул глаза.

- Я знаю, где свиток. Попасть туда - верная смерть.

Майрал понимал это, как никто другой, но в тот момент его занимала одна мысль - Тьма отпустила, он свободен. И как только Сайри снова запустила в него заклинание подчинения, вероломный лханир ушёл в землю, благо, высшей нечисти открыты любые пути. Аэрлин было рванул за ним, но Марисар схватила своего короля за руку, качая головой. Для неё свиток был важнее мятежного князя.

- Мы ещё поймаем предателя, да и в любом случае, Майрал натворит меньше бед, чем тот, в чьих руках свиток.

- Но, Сайри, тебе-то ничего не грозит, ты же теперь - воплощённая Тьма.

- А как быть с Астором и другими суккубами?! - воскликнула возмущённая стихийница. - Они могут попасть в подчинение. К тому же, я полагаю, Майрал пойдет в том же направлении, что и мы. Так что мы его не упустим.

Саарн кашлянул, привлекая к себе внимание супругов.

- Марисар права, Аэрлин. И мы всё равно его опередим.

С этими словами лис открыл странный портал. Большая чёрная дыра в воздухе, без малейшего ощущения магии. Сайри вдруг робко прижалась к шеиру и помотала головой, испытывая панический страх перед порталом. Аэрлину пришлось взять скерху на руки. Та вцепилась в лханира, крепко обхватила его руками, уткнулась носом в шею и мелко дрожала. Успокоилась только, когда все оказались на другой стороне. Сухой ветер лениво гонял комки травы, солнце жалило кожу и слепило глаза, редкие островки пожухлой травы еле слышно шелестели.

- До ближайшего города примерно полчаса ходьбы, - сообщил Саарн. - Сайри, топай своими ногами, быстрее доберёмся.

Аэрлин опустил свою шитари на землю, и они последовали вслед за лисом и эльфийкой. Город встретил их непривычным шумом, Марисар местные жители напомнили деловых партнёров отца с далёкого загадочного юга. Такие же громкие, много жестикулируют, торгуются по каждому поводу, даже вне работы. Скерха потянула носом и жалобно прошептала:

- Едой вкусно пахнет… И лисёнком… Он со свитком здесь проходил.

Марисар, замерев посредине улицы, напряжённо озиралась. В глазах клубилась тьма, из-под верхней губы появились маленькие клычки, на пальцах начали отрастать когти. Саарн бросился к перевоплощавшейся суккубе и наотмашь ударил её по лицу. Аэрлин дёрнулся было защитить свою женщину, но на его пути бесстрашно встала хрупкая эльфийка.

- Она же нас всех подставит, если перекинется, - прошипела Ниариса. - Нельзя здесь демонстрировать, что с нами высшая суккуба. В этом городе резиденция наместника и одного из доверенных советников повелителя Хаоса. Нам нужно быть тише.

Марисар вздрогнула от пощёчины, оскалилась на лиса и внезапно уставилась в его глаза. Неотрывно смотря друг на друга, Саарн и Сайри словно вели безмолвный диалог, после чего скерха устремилась вперёд, мигом смешавшись с толпой. Когда её спутники догнали стихийницу, та завороженно смотрела на красный дом с безумной архитектурой.

- Это идея повелителя, - пояснил лис. - Здание ещё меняет свой облик. А украшающие его каменные чудовища оживают, когда надо наказать виновных или защитить город от врагов.

- К постройке дома приложил свою руку ирр, - заметила Сайри. - Слишком древняя магия скрепляет его камни.

- Не совсем, - покачал головой Саарн. - Скорее, рядом постоял…вместе с повелителем.

Сквозь гомон прорвался странный скрежет, перешедший в заунывный вой. Народ начал останавливаться, сбиваться в кучки. Торговцы бросали лавочки открытыми и спешно убирались с площади. Одна из каменных фигур, сидящих на парапете, вдруг сдвинулась с места и, раскрыв крылья, тяжело спланировала вниз. Жители бросились врассыпную. Но ожившее чудовище, проигнорировав местных, спикировало на чужаков. Аэрлин мгновенно поставил щит, который тварь тут же пробила и бросилась на Марисар. Лис вырос перед монстром в считанные секунды. В руках появился странный короткий посох с кривыми лезвиями по двум сторонам. Нойр сражался так быстро, что оружие казалось сплошным гудящим вихрем. Ниариса, тем временем, отвела короля с суккубой подальше, но посматривала на неподвижных каменных тварей с видимым напряжением.

- Как их убить? - спросил Аэрлин.

- Только обычным оружием, - ответила эльфийка. - Они невосприимчивы к магии, оживая, становятся существами из плоти и крови, не считая того, что они невероятно ловки и сильны.

Лханир, не мешкая, выхватил меч из ножен, и в ту же секунду ожил ещё один монстр. Ниариса выхватив кинжалы, бросилась на помощь, но была атакована стайкой мелких тварей, похожих на комаров-переростков.

В пылу сражения никто не заметил, как Марисар медленно направилась к красному дому.

***

Шарлейн влетела в покои Айлех, чуть не снеся гостя. Тот уставился на девушку немигающим взглядом, отчего княжне стало до жути неуютно. Шалли попятилась от вейла, наткнувшись на хозяина комнаты, и неловко замерла от сильного смятения. Меран стремительно приблизился к внучке и, коснувшись подбородка, заставил гордо выпрямиться.

- Вот теперь я вижу в тебе мою кровь, - насмешливо заметил халари. - Выше голову, малышка. Я хочу видеть истинную принцессу лерхаи, а не жалкую человеческую девчонку.

- Я… - пробормотала Шарлейн.

И тут же глаза её зло сверкнули, и она резко отошла от Айлех в глубь комнаты.

- Лучше я буду человеком, чем такой, как вы, высшие народы, напыщенные, важно задирающие нос, - преувеличенно спокойно, хотя внутри всё клокотало от ярости, заявила Шалли. - Вы гордитесь своей пресловутой принадлежностью к древним, презираете низшие, по вашему мнению, расы, но на самом деле отличаетесь от нас разве что иным обликом.

- Смелая, но наивная и слишком добрая, - хмыкнул Меран. - Как же такая светлая девочка выжила при княжеском дворе?

- Хитрила, скрывала своё истинное «я», - вмешался в разговор Айлех. - Это Шалли с виду такая неиспорченная. Но, поверь, она станет своей в любом обществе.

- Что ж, меня это радует, ибо после того, как вы найдёте свиток, я заберу тебя, Шарлейн, к себе. Пора тебе принять свою истинную сущность.

- Нет! - протестующе вскинула голову Шалли. - Я не брошу брата!

- А он к своему деду отправится. Тебе же среди эйяров делать нечего, да и не примут тебя там.

Мерайлейн вздохнул, глядя на понурившуюся девушку, и протянул ей руку. - Иди ко мне, внучка. Я обещаю научить тебя магии вейлов, лично покажу самые интересные уголки нашей страны, и, вообще, буду уделять тебе столько времени, сколько захочешь.

- А когда ты будешь отсутствовать, за мной стража со слугами присматривать будут? Чтоб не сбежала?

- Твою свободу я не собираюсь ограничивать. Но на официальные мероприятия будь добра являться.

Шарлейн кивнула и, протянув руку, вложила её в ладонь халари в знак примирения.

- Ну, раз вы договорились, тогда идем, Шалли, - сказал Айлех, забирая заплечную сумку и покидая комнату.

Девушка поспешила за ним. Захватив по пути вещи княжны и забрав Астора, они вошли в портал и тут же оказались в самой гуще боя. Айлех выругался сквозь зубы и перешёл в ипостась суккуба, княжичу же перекинуться не удалось. На него кинулась крылатая тварь с острой клювообразной мордой, клацнув над ухом парня пастью, полной острых зубов. Тот еле успел увернуться. Тварь влетела, сделала круг и снова набросилась на Астора. Княжич выхватил меч и встретил монстра холодной сталью. Тем временем сзади к нему с воплем подлетела товарка нападавшей твари. Именно её крик и спас потенциальную жертву. Астор, понимая, что не успеет сменить ипостась, воззвал к своей истинной крови. Вот только он не знал, что не только эйяры затесались у него в роду. Айлех повернулся вовремя, чтобы увидеть, как длинные щупальца пробуждённых стражей Пути пробиваются сквозь толщу земли, взвиваются ввысь и тянутся за нападающими монстрами, сдавливая и переламывая их мощные тела. А у самого Астора глаза полыхают синим огнем с вкраплениями других цветов, близких по оттенку к основному. И народ смотрит на княжича с диким ужасом, на искажённых лицах проступает понимание происходящего, мозг начинает связывать пришельца с вызовом одних из опаснейших тварей Пути. И в головах у простых жителей оформляется одна-единственная мысль - убить, разорвать чужака, посмевшего навлечь на город такое страшное бедствие. Где-то на периферии зрения вейла опускает оружие Шарлейн, ибо не с кем уже сражаться, и недоумённо смотрит на щупальца. У сражающегося неподалёку Аэрлина перед глазами вспыхивает картинка-воспоминание с похожей ситуацией, только мужчина там был совсем другим, хотя всё же сильно похожим. Ниариса, узрев Астора, удивлённо приоткрывает рот, а её муж спотыкается от неожиданности, осознав, что происходит. И в этот момент Айлех принимает тяжелое решение. Он прекрасно знает, что одного из присутствующих не коснётся его магия, но у него нет выбора. Астора нужно спасать. И тогда время останавливается и начинает отматываться назад до того момента, как на княжича напала вторая тварь. После этого вейл заставил Аэрлина увидеть грозящую Астору опасность и вернул привычный миру ход времени. Лханир мгновенно бросился парню на выручку, оказавшись рядом в считанные секунды и отбив атаку монстра. Астор кивком поблагодарил шеира и продолжил бой. А Айлех, облегчённо вздохнув, обернулся и уставился в горящие всеми оттенками зелени глаза, одобрение в которых смешивалось с предупреждением об осторожности. Народ и соратники вейла должны остаться в неведении, ибо это знание только для избранных и самых близких. А в голове прозвучало ставшее забываться имя: «Ну, здравствуй, Та Ши».

Глава 19

Ридана безучастно наблюдала за происходящим. Стихийница почему-то не полностью подчинила чёрную ведьму, оставив той видимость свободы. Бывшая княгиня, - а именно так она решила себя считать, лишившись княжества и сына и став пленницей Воплощённой Тьмы, - чувствовала себя отвратительно, ибо оставалась в полном сознании, но следовать могла только за своей хозяйкой. Хуже всего, что Марисар наложила на ведьму заклинание отвода глаз, и женщину никто не замечал. Даже твари, и те не пытались напасть. Оживилась Ридана, лишь когда увидела колдовство Айлех. Раньше она о таком могла только читать в древних магических трактатах. Никто из нынешних волшебников не мог повернуть время вспять, это по силам только одному существу, чье имя заставляло вздрагивать даже самых злобных колдунов. Вейл, обладавший магией Сеора, зацепил ведьму, Ридане захотелось узнать тайну беловолосого рахаи, а потому она приняла решение попросить хозяйку взять её с собой, безошибочно поняв, что скерха имеет тесную связь с этим уникальным магом. Она так засмотрелась на Айлех, что вначале просто не поняла, откуда взялся странный шёпот. Ведьма покрутила головой, пытаясь определить источник, но на неё совершенно никто не смотрел, даже близко на данный момент никого не было. А неведомый голос продолжать невнятно шептать. Ридана поёжилась от вдруг дохнувшего на неё холода, зябко обхватила себя руками, и услышала тихий смех, раздавшийся одновременно с разных сторон, но явно принадлежавший одному владельцу. Дрожа от ужаса, несчастная женщина бросилась к своей хозяйке с единственным желанием - просить защиты. И остановилась как вкопанная от приказа:

- Стой, человеческая ведьма! Ты видела то, что тебе не предназначено, и хочешь обратить новое знание себе на пользу, ведь так?

- Дда, - севшим голосом призналась Ридана.

- Отлично! И я тебе это позволю…позже. А сейчас ты поклянёшься мне в верности, и мы поиграем. С теми, кто спрятался в том милом красном домике. Ты вспомнишь свою истинную сущность и подаришь мне их жизни. Как тебе такая сделка?

- Но я не могу! - возмутилась ведьма, - На мне заклятие подчинения!

- Не беспокойся, я его сниму, - мурлыкнул голос. - Так что, договоримся?

- Только после того, как ты мне покажешься.

- Не получится пока, но я представлюсь. В некоторых мирах меня называют Этаи Ши.

Ридана изумлённо открыла рот. Да что за день-то сегодня такой, сначала вейл с магией ирра времени, теперь и вовсе вторая ипостась Сеора. Резкий тычок в спину отрезвил ведьму.

Гробовая тишина встретила Ридану внутри. В склепе и то жизни больше было, а тут - ни малейшего шороха. Ведьма настороженно продвигалась по длинному коридору, освещаемому чадящими факелами. Только вот огонь не трещал привычно, не сыпал искрами, не колебался от дуновений воздуха. И ни одно из черных заклинаний не улавливало даже намека на магию. Ридана позвала изначальную Тьму, сила которой из-за связи с хозяйкой теперь частично открылась и ей, но та, едва затрепетав заклятием на кончиках пальцев ведьмы, вдруг трусливо убежала обратно. Колдунья опешила. Что это сейчас было?! Стихия испугалась. Понять причину женщина не успела, прямо у нее под ногами изломанными линиями возник круг хаоса. Тело совершило немыслимый рывок в стремлении спастись. Ридана бросилась бежать, слыша за собой грохот обваливающегося пола. Из последних сил она ввалилась в роскошную залу, чтобы услышать довольный громогласный смех и узреть истинного демона в боевой ипостаси. И он видел ведьму! Ридана сцепила зубы и ответила насмешнику черным заклинанием. Тот заревел и бросился на противницу, навострив длинные когти. Но годы занятий запретной магии прошли не зря. Ведьма плавным движением увернулась от демонической лапы и обрушила на врага самые запретные проклятия, заодно распространяя их на весь дом. Демон завертелся, пытаясь защититься магией хаоса, но тщетно, его силу блокировала эта мерзкая человеческая тварь. Бессильный рёв демона едва не оглушил Ридану, хорошо, она успела защититься. И опять тишина. Женщина хмыкнула и несмело позвала:

- Эй, голос…Этаи Ши, ты тут? Слышишь меня?

- Что, успела соскучиться? - ехидно протянул тот. - А я всё время рядом был, наслаждался спектаклем. Ну, ты и дала жару! Я в восхищении, моя дорогая!

- Не смей меня так называть! - прошипела ведьма.

- А почему? - голос задрожал от любопытства.

- Не смей фамильярничать с чёрной ведьмой!

- Да ладно, мне можно, - отмахнулся собеседник. - Я же как-никак тёмная ипостась Сеора. Только не требуй от меня доказательств, я не могу тебе показаться, не материален я. Пошли лучше отсюда, неуютно мне здесь.

- Ты же просто голос, как ты можешь что-то ощущать? - поинтересовалась ведьма, направляясь к выходу. - Не слышала, кстати, о светлой ипостаси ирра времени.

- Это я так, сам придумал, - смущённо хихикнул голос. – А эмоции я считываю через хозяина, ну, в смысле, через материальное тело.

- А кто у нас хозяин?

- Аа, хитрая, коварная чёрная ведьма, выпытать имя у меня хотела. А вот и не скажу, а вот и не попадусь!

Ридана равнодушно пожала плечами и толкнула дверь на улицу. Яркие солнечные лучи, пробившие себе путь сквозь зелёную листву возвышавшихся вековых деревьев, ослепили женщину и заставили застыть в немом восхищении. Перед ней огромной перевёрнутой чашей распростёрлась зелёная долина, совершенно нетронутая человеческой или иного разумного существа рукой. Пестрые птицы пели свои веселые песни, стайками перелетая с ветки на ветку, невидимые насекомые на все голоса стрекотали в траве, явно соревнуясь в громкости. Истинная идиллия.

- Так, - вернул Ридану в реальность Этаи Ши. - Сеор решил, что ты на время выбываешь из игры. Я тебе сейчас покажу дорогу. Она приведет тебя к людям. Да, да, они здесь есть, но, как ты понимаешь, развитие у них пошло по совершенно другому пути. Здешние обитатели поклоняются природе, и боги у них соответствующие. Так что аккуратнее там с ними. Топай вперед, ведьма!

Майрал успел уйти от чёрных заклятий в самый последний момент. Чёртова ведьма, что она творит?! Хорошо хоть, попытка увенчалась успехом. В когтистой руке лханир сжимал флакончик с зельем истинной сути. Одна капля - и в нём проснётся его изначальная ипостась, та его тёмная часть, что с младенчества подавлялась лханирами и могла одержать верх только в случае истинно смертельной опастности или с помощью необходимого зелья. Майрал аккуратно положил склянку во внутренний карман плаща и поспешил исчезнуть из мира демонов. С Марисар князь разминулся на пару ударов сердца. Вот он заворачивает за угол и уходит под землю, а скерха в это время приближается к массивной кованой двери и хватается за потёртое медное кольцо. Свиток где-то там, внутри. Глаза стихийницы вновь затягивает тьмой, она ведет свою протеже в глубину дома, изящно минуя всевозможные ловушки, и спустя малое время в руку суккубы ложится тонкий пергамент с начертанными на нём вычурными письменами. Сайри разворачивается, чтобы вернуться назад, и внезапно осознаёт - её окружает магия искажений, что присуща только ирру времени и носителям его силы. Жуткая тишина давит, ощущается даже на физическом уровне, хочется бежать что есть мочи, только бы покинуть сей негостеприимный дом. Но тут все двери мгновенно захлопываются, отрезая Марисар путь к спасению, а прямо из пола поднимается жуткая тварь и тянется к девушке длинными щупальцами, из пасти капает зеленоватая слюна, оставляющая выжженные проплешины на каменном полу, утопленные под лоб красные глазки взирают на потенциальную жертву с дикой ненавистью. Скерха мгновенно перешла в полную боевую ипостась и бросила зов своей двойке. Монстр попытался обвить суккубу своими щупальцевидными лапами, но чуть не лишился оных. Взревел от возмущения и бросился на Сайри, пытаясь её достать. Та отбивалась, как могла, но одной рукой плести заклинания и сражаться клинком несподручно. Во второй Марисар по-прежнему сжимала злополучный свиток. Суккуба уже начала уставать от непрерывного боя, как дверь внезапно рухнула, и в проеме показались её соратники. Астор сразу же рванул с мечом к твари, а Айлех замер, будто прислушиваясь к чему-то, и вдруг всех накрывает волной самых разнообразных звуков. А вейл невозмутимо вступает в бой. И пока джары изматывали монстра, скерха сплетала смертоносное заклинание. Последние пассы, и заклятье полетело в тварь. Та заревела от невыносимой боли, заклинание заживо пожирало монстра, высасывало из него жизненную энергию, передавая трём суккубам. Вскоре от чудовища осталась только кучка мёртвой, жутко воняющей плоти. Тройка медленно покинула дом. Астор всё оглядывался по сторонам, недоумевая, почему никто из хозяев или слуг не выбежал на шум.

- Они все мертвы, - тихо заметила Сайри, - я чую магию чёрной ведьмы. Но хозяина дома здесь нет.

К тому времени остатки врагов на площади были повержены, и шеир пригласил всех в свой дворец. Уже вечером, когда Аэрлин с Марисар наконец-то остались наедине, суккуба, нежась в объятиях своей пары, вдруг задумчиво заметила:

- Аэр, у Айлех глаза сегодня разных цветов были, когда он магию искажений с дома снимал. Он что, носитель силы ирра времени?

- Всполохами или постоянно светились?

- Я не рассматривала, не до того было. Но вроде постоянно.

- Лучше ещё понаблюдать. Есть у меня предположение, но я бы пока подождал его озвучивать.

Сайри сонно прижалась к шеиру и уплыла в сон. Ей снилось странное уютное место, где сумрак ласково свивался у её ног, ластился котёнком, осыпал цветами, сотканными из тьмы. Дом, истинный дом Изначальной.

***

Шарлейн едва слышно поцарапалась в дверь покоев Айлех, зная, что вейл может услышать даже самый слабый звук. В ответ - тишина. Тогда девушка осторожно толкнула тяжёлую створку. Вейл, прикрыв глаза, в позе лотоса сидел на кровати. Княжна осторожно коснулась его плеча и тут же отшатнулась в испуге. Рахаи явно почувствовал прикосновение девушки; его глаза резко распахнулись, и Шарлейн на мгновение потерялась в разноцветье хрустальных переливов. Уже придя в себя, она сообразила: Айлех вытолкнул её из этого безумия, не позволил провалиться в его сознание.

- Аэлл, кто ты? - робко спросила девушка, не надеясь на ответ.

- Когда-то в мирах меня звали Та Ши.

- Но это имя связано с Сеором. Ты - носитель силы ирра времени?

Айлех моргнул, возвращая привычный цвет глаз, уселся, опершись спиной о стену, и протянул Шарлейн руку. Та несмело уцепилась за неё и ойкнула, свалившись на Айлех от сильного рывка. Наконец, усевшись рядом, потребовала объяснений. Айлех привычно переплёл их пальцы и задумчиво спросил:

- Вот что бы ты хотела услышать? Что я получил силу от самого ирра времени? И как мне это удалось? И главное, зачем?

Шарлейн кивнула.

- Нет, ничего этого не было. Я просто слился сознанием с погибающим новорожденным. Ребёнок был слаб, его душа уже уходила в нижние миры, а мне захотелось попробовать ощутить эмоции обычных существ. Она уже давно возродилась вновь, её обладатель - сильный, смелый воин, - прошептал Айлех, кончиками пальцев стирая дорожки слез со щёк расчувствовавшейся девушки, - не стоит плакать о его судьбе.

- Ты Сеор?

- Нет.

- Тогда кто же?

- Я мог бы быть им, но нет, я не Сеор, я - Та Ши.

- Я не понимаю, - помотала головой княжна.

- Ирр может быть собой, только если он вселится в тело существа с полностью сформировашимся сознанием либо создаст своё собственное. А я начал слияние даже не просто с появившимся на свет младенцем, а ещё перед его рождением. Если бы объединения не произошло, погибли бы и мать, и ребёнок. Та Ши - это земное воплощение времени, но в нынешнее время об этом знают единицы.

- И как мне теперь тебя воспринимать?

- Как обычно, Шалли, потому что я не ирр.

- Но заклинания времени знаешь? И меня научишь? - девушка скорчила просящую рожицу и хитро улыбнулась.

- Знаю, научу, - кивнул Айлех.

Шарлейн взвизгнула от избытка чувств и чмокнула вейла в щёку.

- Только пусть это будет нашей маленькой тайной, - попросил рахаи.

- Ну что ты, Аэлл, я никому и не собираюсь рассказывать, - шутливо надула губы княжна.

Айлех взлохматил волосы Шалли и вытянул руку вперёд. На раскрытой ладони завихрились воронки миниатюрных смерчей, собрались в объёмный шар, тот взлетел вверх и завис в воздухе. Шарлейн, прижав руки к груди, с удивлением наблюдала, как вихри сменяются всевозможными картинками. Внутри творилась мистерия жизни. Разрушались и создавались миры, сменялись династии, на смену старым расам приходили новые. Княжна так увлеклась просмотром, что не сразу поняла, кого видит. Но нет, это, действительно, была её мачеха. Девушка пораженно наблюдала за поступками чёрной ведьмы. По сути, убив обитателей красного дома, колдунья спасла город, ведь магическая сила ослабла со смертью тех, кто её поддерживал. Даже завязанная на самом доме, магия усиливалась живыми. Как говорится, нет колдуна, нет проблем. Шарлейн сильно понадеялась, что Ридана в ближайшее время не вернётся с мыслями об очередном захвате Вселенной.

- Что-нибудь новое придумает, - пожал плечами вейл.

- Аэлл, читать мысли некрасиво, - возмутилась девушка.

- Так что я могу поделать, если ты не закрываешься.

- Ах ты!...

Шалли стукнула вейла подушкой, привалилась к его плечу и задумчиво спросила:

- Аэлл, помнишь, мы объединяли сознания, почему же я не увидела, кто ты на самом деле?

- Потому что твой разум не подготовлен к силе иной сущности, и ты бы погибла. Возможно, когда-нибудь. Знаешь, у ирров есть проводники, их называют Изначальными духами.

- Да, я слышала, - кивнула девушка.

- Так вот, им открыт разум ирров. Но таким духом стать непросто.

- А что именно нужно для этого сделать?

- Умереть!

Девушка замерла, задумавшись. Что ж, в чём она была уверена, если с ней что-то случится, Айлех подарит ей новую жизнь. Главное, чтобы это было через долгие-долгие тысячелетия. Сейчас Шарлейн слишком были важны эмоции и ощущения, а у духа их явно нет. Вот, например, Шалли всё сильнее влюбляется в вейла и надеется, что халири всё же обратит внимание на огненноволосую волшебницу.

- Я тебя тоже люблю, - ответил на мысли княжны Айлех, - но, вообще, уже поздно, тебе спать пора.

Шарлейн покраснела, схватила подушку и зарылась в неё носом. Вейл тут же её отобрал, кинув на место, а смущенную девушку заставил посмотреть ему в глаза и спокойно заметил:

- Я уже говорил, что не могу тебя не читать, прости. Я не скрываю, что ты мне нравишься, и я хотел бы видеть в будущем именно тебя своей ашео.

- Это констатация факта, - пожала плечами Шалли. - У вас все вейлы так предложение делают и в любви признаются?

- Нет, официального предложения я тебе ещё не делал. Рано.

- Аэлл, ты издеваешься? - вскричала Шарлейн.

- Немножко, Шалли, совсем чуть-чуть, - ехидно протянул вейл. И тут же, сменив тон на серьезный, предложил:

- А парой моей станешь?

Девушка кивнула.

- А что это значит?

- Всё. Только без обряда «ашеари». Он будет потом, когда мирам перестанет угрожать гибель.

- Но тогда мы не встретимся в перерождении. Хотя для тебя это, наверное, формальность?

- Тогда ты станешь моим духом, ибо никто не выживет.

Шарлейн прикрыла глаза, безмолвно соглашаясь, и ощутив на губах теплое дыхание вейла, не задумываясь, ответила на поцелуй.

Глава 20

Этот день был особенно прекрасен: теплый солнечный, наполненный неким волшебством. Шалли совершенно не хотелось вставать, ей больше нравилось любоваться на совершенно расслабленного вейла, сейчас казавшегося таким домашним. Только проснувшись, Шарлейн нашла Айлех в полном трансе и вот уже час ждала, когда же он вернётся в этот мир. Но вот длинные ресницы дрогнули, меж бровей образовалась складка, словно рахаи чему-то нахмурился, и тут же вейл открыл глаза. Княжна вздрогнула, увидев в них разноцветные переливы с серебристыми сполохами.

- Аэлл, Аэлл, ну вернись же, - восклицала девушка, в страхе отползая к самому краю кровати.

- Та Ши, меня зовут Та Ши, - поправил княжну вейл, поднимаясь с постели. - Ты моя пара, ты не должна бояться меня.

- Не твоя, а Айлех, - возмутилась Шарлейн.

- Но, мы - одно целое, - заметил Высший. - Просто сейчас моё сознание полностью слилось с разумом Сеора.

И вернув обычный цвет глаз, поинтересовался:

- Так лучше?

- Ты сейчас кто? - в ответ спросила Шалли.

Вейл, оставив вопрос без внимания, змеёй метнулся к девушке, поймал в свои объятия и уткнулся носом в её волосы. Шарлейн замерла, вслушиваясь в биение сердца рахаи.

- Что-то случилось, да?

- Я не могу почувствовать Астора. Будто нет его в мире, ни души, ничего, словно и не рождался.

- Но как так может быть? - ужаснулась княжна.

- Только если Древние боги проснулись. Они способны закрыть путь к душе.

- Разве есть кто-то древнее ирров?

- Они не древнее, они другие, существуют вне вселенной и появляются в начале её угасания. Шалли, я не знаю, что будет дальше, не могу предугадать. Их появление может разрушить вселенную, а может просто изменить ход грядущих событий. Но я бы хотел пройти весть путь до конца вместе с тобой. Я прошу тебя стать моей ашео, сегодня, сейчас, в ближайшем храме. Только так я смогу защитить тебя.

- Хорошо, - прошептала Шарлейн, прижавшись к вейлу, - тогда пойдем уже.

Герен весь лучился недовольством. Княжича засунули в истинную дыру и, видимо, забыли о его существовании. Нехитрую еду притаскивали то Салира, то другие жители. При этом знакомиться с новым обитателем подземного мирка никто из местных не спешил. Приглядывались, ходили вокруг да около и продолжали сохранять дистанцию. Герена такое отношение жутко раздражало. В один момент, выбешенный донельзя мнимым равнодушием соседей, княжич покинул свое жалкое жилище и направил свои стопы за окраину странного поселения, у которого даже не было собственного названия. Так он и дошел до неглубокого грота, машинально вошёл внутрь и замер, поражённый открывшимся зрелищем. В самой середине пещеры возвышался небольшой постамент с широкой чашей на нём. Сосуд до самых краёв наполняла совершенно чёрная жидкость, по глянцевому зеркалу которой проносились небольшие радужные вихри. Герен заворожённо приблизился к чаше и протянул руку, касаясь её края. Содержимое тут же забурлило, вихри увеличивались в размерах, по пещере прокатился заунывный вой. Княжич, закричав от ужаса, стремглав бросился прочь из пещеры. Вслед ему несся жуткий потусторонний смех. Из чаши вытянулась тонкая, похожая на человеческую, фигура, соткалась в изящную женскую, и пришедшее в тварный мир существо уверенно ступило на землю. Хрупкая очаровательная блондинка с глазами цвета ночного неба остановилась на выходе из грота и потянула носом. На идеальном личике проступила счастливая улыбка, заставившая бы отшатнуться даже самого отпетого злодея и позавидовать любого монстра, ибо зубки у красавицы отличались завидной остротой, и их было значительно больше, чем у обычного человека. Этакий тонкий частокол смертоносных игл, явно предназначенный для того, чтобы рвать жертву. Моэра ухмыльнулась и пошла вслед за улепётывающим Гереном, но остановилась на полпути, прикрыла на мгновение глаза, воздев руки к небу. После чего развернулась и отправилась обратно в грот.

Астор проснулся весь в поту, пытаясь стряхнуть остатки страшного сна. Беловолосая красотка с иглами зубов и длинными острыми когтями нежно обнимала княжича, обещая все богатства мира, лишь бы он принадлежал только ей. Приснятся же кошмары! И почему он лежит на голых камнях?! Похоже, это всё ещё сновидение.

- Нет, мой сладкий, - прозвучал чарующий голос. - С пробуждением тебя!

- Астор резко поднялся на локтях и повернул голову на звук. Монстр из кошмара смущённо переминался с ноги на ногу, несмело улыбаясь. Княжич вскочил, озираясь вокруг. Небольшая пещера было абсолютно пуста, если не считать постамента с большой чашей и женщины, напряжённо наблюдающей за мужчиной.

- Кто ты? - вопросил Астор. - Это ты меня сюда переместила? Для чего я тебе нужен?

- Мне одиноко здесь, а ты вкусно пахнешь. Хочу, чтобы ты стал моим, дитя Изначальной крови.

- Нет, ты не можешь меня заставить! И вообще, как ты представляешь нашу совместную жизнь? В этой пещере, как дикие племена? А есть что мы будем? А ходить в чём? Спать на голых камнях?

Девушка в ответ рассмеялась жутким каркающим смехом.

- Какой ты забавный, мой милый! С чего ты решил, что мы останемся тут? Да, я может и спала долгое время, но мои ипостаси жили среди вас, в тварном мире. Позволь представиться, я моэра, та, чей народ помнят лишь самые древние. Именно мои сородичи в былые времена становились носителями сознаний ирров да Изначальных. Я и несколько мне подобных служили оракулами для моэр, обладали способностью менять ткань мироздания, ускоряли ход времени существования вселенной. Меня зовут Альгеаз, и моя сущность недавно пребывала в смертной Высшей, но раз я проснулась, значит, её сознание угасло, и его частичка вернулась ко мне.

- То есть ты проснулась, когда погибла твоя ипостась?

- Нет, меня побеспокоила твоя родственная кровь, - зло прошипела моэра. - Но без частицы моего сознания пробуждение было бы невозможно.

- И как тебя обратно усыпить? - безнадёжно поинтересовался Астор.

- Я не хочу спать! - возмутилась девушка. - Здесь такие запахи! Столько всего нового! Эта вселенная станет нашей!

- Вот от таких завоевателей мы её и спасаем, - пробормотал княжич, надеясь, что моэра его не услышит.

- Ну что ты, - обиделась та, - я же не предлагаю наслать на жителей тучу монстров и устроить тотальную диктатуру. Но из тебя бы вышел такой славный правитель.

Моэра с неподдельным обожанием уставилась на Астора. Тот поёжился от её жуткого взгляда. Хотя, возможно, виной тому была прохлада пещеры, так как новая знакомая перенесла княжича, как есть, - хорошо хоть в штанах спать лёг. Впрочем, суккуб в нём взял верх, страх окончательно ушёл, и Астору стало любопытно. Про моэр он слышал, но больше слухи. В книгах информации про них - скудные три строчки. Рассказ самой представительницы таинственного народа ничудь не приоткрыл завесу тайны над ним. Что моэры любили, чем занимались, как соседствовали с другими расами, да к какой, вообще, сами относились? Вопросов больше, чем ответов. Девушка тем временем взяла большую руку Астора в свои маленькие, изящные ладошки, повертела её, разглядывая, и втянула когти, превращая их в аккуратные ноготки. Потом заставила княжича открыть рот, изучила форму зубов и тут же засияла белоснежной улыбкой. Довольная, моэра закружилась по пещере. Астор закатил глаза. Женщины, какими бы они не были, всегда ими и останутся, подумалось княжичу. Альгеаз рассмеялась, но на этот раз смех звучал звонко и чарующе. Астору вдруг пришла в голову страшная мысль: моэра меняется, мимикрирует под окружающих, изучая и читая их мысли. Ей ничего не стоит влиться в любое общество и стать там своей. А что она сотворит с её-то возможностями…

Герен, задыхаясь от быстрого бега, без стука ввалился в дом старосты поселения. Хозяева сидели за столом, неспешно поглощая пищу, и повскакивали в негодовании, узрев нежданного гостя.

- Там…там демон, - дрожащим голосом вымолвил Герен, - на женщину похожа, только с когтями, как кинжалы, и зубастой пастью.

Глава семейства неспешно снял со стены меч и последовал к двери, потянув дрожащего гостя за собой.

- Показывай, где?

- Нет, нет, нет, она кошмарная она меня сьест, я её боюсь, - впал в истерику парень.

- Слабак! - припечатал староста.

Отшвырнул Герена и твердым шагом направился обратно в дом.

- Стойте, я покажу, - закричал княжич, поднимаясь.

И замер от веселого голоса той, от кого он бежал, сломя голову.

- Ой, как тут интересно! Вы меня собирались искать? А я сама пришла. Астор, а вот и твоя родственная кровь.

Герен, выпучив глаза, уставился на невесть откуда взявшегося брата. Тот нахмурился, рассматривая младшего родственника.

- Как ты тут оказался? - спросил Астор.

- Провалился в этот мир во время разрушения города. Меня спасли и привели сюда. А ты как?

Астор оглянулся на моэру. И пропустил тот момент, когда на них напали. Инстинктивно он перекинулся в боевую ипостась, еще сильнее напугав младшего брата, и бросился защищать свою похитительницу. Та опешила от поступка суккуба, но впившаяся ей в руку стрела привела Древнюю в чувство. Моэра перетекла в боевую ипостась, вызвав крики ужаса у нападающих. Самые смелые быстро очухались и бросились в бой. Добежать до моэры никто не смог; женщину окружила странная магия, стелившаяся вокруг неё подобно туману. Противники пропадали в нём, и сквозь мглу доносились душераздирающие крики. Когда туман рассеялся, оставшиеся в живых узрели ошметки разорванных, обглоданных трупов. Моэра каркающе расхохоталась.

- Глупые смертные, неужели думали остановить меня?! Разве я тронула вас? Вы первые напали на меня и теперь пожинаете плоды. Отброски, пригодившиеся стражам ирра Пути, даже не понимающие, для чего вас оставили в живых. Единственное разумное существо здесь то, что управляет вами.

Древняя вытянула руку, указывая на всё это время стоявшего на крыльце собственного дома старосту и равнодушно наблюдавшего за неравным боем. Тот пожал плечами и, пробормотав: «Чего лезть к моэре?», ушел в дом, плотно прикрыв за собой дверь.

- Он знает, кто ты? - удивился Астор.

- От него пахнет нашей кровью, - растерянно произнесла Альгеаз. - Его предки из моего народа.

- Ну, вот и хорошо, своего встретила, - обрадовался княжич. - А мне бы братца век не видеть.

Герен вспыхнул от унижения и злости, демонстративно развернулся и побрёл в своё жилище, старательно обходя кровавые останки. Астор тяжело вздохнул и бросился за братом. По дороге они притёрлись, нашли общий язык. В дом Астор зашёл уже желанным гостем. Моэра скромненько просочилась следом, уселась на грубо сработанный деревянный стул и замерла, хитро поглядывая на парней. В дверь несмело постучали, натужно отворили створку, и на пороге появилась девушка с мохнатыми ушками, нагруженная двумя корзинами со снедью.

- Это Салира, - представил её Герен. - Проходи, присаживайся.

- Староста прислал, - объяснила та, выгружая еду на стол.

Трапеза прошла в молчании. Моэра, уже давно принявшая человеческий вид, осторожно брала пищу руками, ибо ложек с вилками здесь не знали, и аккуратно ела. Астор периодически бросал на Древнюю осторожные взгляды, восхищаясь её умением подстраиваться под ситуацию, хотя ужас порой и сжимал внутренности. Герен больше рассматривал старшего брата, так и оставшегося в переходной ипостаси. Он так и не понял, кем стал Астор, и теперь силился вспомнить что-нибудь похожее из прочитанных книг по магии. Как назло, на ум ничего не приходило, кроме истинных демонов. Но не мог же брат им быть? Матушка тогда бы догадалась… возможно. И Герен уже готов был расспросить Астора о его необычном виде, как дверь с грохотом открылась, и на пороге показался Штарг.

Глава 21

Шалли, крепко уцепившись за руку Айлех, машинально шла за ним, раздумывая о брате. Почему даже её теперь уже аше не может почувствовать Астора? Что с ним? Очнулась от тяжких дум уже в столовой оттого, что Аэлл что-то говорил ей.

- Простите, - смутилась Шарлейн, увидев, что все только и ждут, когда княжна соизволит обратить на них своё светлейшее внимание. - Я думала о брате.

Аэрлин кивнул с пониманием и пригласил гостей к столу. Аппетита не было, и Шалли равнодушно ковырялась в тарелке. Внимательный взгляд жёг, Марисар пристально рассматривала подругу, любопытство и обещание замучить вопросами явно читалось на лице суккубы. Огненная колдунья морально готовилась к длительному рассказу, как вдруг оказалась в совершенно невообразимом месте. Призрачное тело Шарлейн висело в пустоте, окружённой мириадами разноцветных энергий всех возможных стихий. Они тщетно рвались сквозь невидимый заслон, пытаясь добраться до девушки. Но и она не смогла минуть преграду. Тут к буйству цветов добавилась какофония самых разных звуков. Шалли попыталась заткнуть уши, чтобы не оглохнуть от диссонанса. Она бы и глаза закрыла, если б было чем. Правда, сия мера оказалась совершенно напрасной. Звуковая буря по-прежнему продолжалась и даже стала ещё интенсивнее. Девушка беспомощно озиралась вокруг, и в один момент вдруг поняла, что различает шаги. Вот только откуда они доносятся? Чувство, будто со всех сторон сразу.

- Ну и что ты тут делаешь, мой бесценный дух? - ехидно пропел Шарлейн на ухо протяжный голос.

Вроде Шалли раньше слышала его, несомненно, в прошлой жизни они с обладателем голоса близко общались, но вот вспомнить, кем они были друг другу, девушка бы не смогла.

- Вишу, - недоуменно ответила она.

- Хорошо, как ты сюда попала, помнишь? - раздражённо вопросил невидимый собеседник.

- Нет. Я даже не могу сказать, что было до этого места. Возможно, я здесь была всегда.

- Глупости, - фыркнул голос. – Тут невозможно пребывать вечность, только кратковременная остановка. Это место перерождения, обновления души. Здесь ты выбираешь свой путь, а стихия присматривается к будущим хозяевам. Иногда, все четыре покоряются избранным. Но для этого нужно умереть, а ты жива.

- Имя-то хоть помнишь?

- Да, Шарлейн. А кто ты?

- Этаи Ши, ипостась Сеора, повелевающая перевоплощениями души.

- Только когда та перерождается или при её жизни тоже?

- Во всех проявлениях. Я - отражение каждой души, неважно, плохая она или хорошая.

- А почему ты здесь и назвал меня духом?

- Спасать тебя пришёл, - наигранно недовольно пробормотал голос. - Твой аше пинка мне дал, говорит, бегом своего духа спасать. Вот я и побежал. Шутка ли, мой собственный изначальный дух!

- Но ты же сказал, что я жива, - возмутилась Шалли.

- Ну, пока да, так долго ль тебя убить. Кинжал в сердце, и ты принадлежишь мне! А согласие сама дашь.

- Не много ли ты на себя берёшь! - взвилась Шарлейн. - Возвращай меня назад, а потом я и буду принимать решение.

- Ну ладно, ладно, - примирительно ответил дух. - Только вот проблемка у нас, нам отсюда не выйти, держит тебя здесь что-то, а меня твоя душа не отпускает. Короче, связаны мы по самые уши.

Шарлейн вдруг предупредительно подняла руку, прислушиваясь к чему-то. Звуки утихли, и теперь явственно выделялся громкий шёпот, звавший девушку за собой. Она двинулась, и, - о, чудо, - прошла сквозь преграду, попав в буйство стихий. Те тут же окружили колдунью, дружно ластясь к ней. Шалли растерялась, несмело погладила разноцветные нити. Стихии обрадовались, начали танцевать вокруг. А потом вдруг отдельные нити переплелись и сложились в маленького котёнка. Малыш мявкнул, запрыгнул девушке на плечо, потёрся носом о её щеку и, свернувшись калачиком, засопел.

- Стихии тебя приняли, огненная колдунья, - прокомментировал Этаи Ши. - Притом, абсолютно все. Даже подарок оставили. Это теперь твой фамильяр, люби его и лелей.

Шарлейн погладила котёнка и направилась дальше. Через непродолжительное время она вышла к простирающемуся на многие километры вокруг пустынному каменному плато. Шалли остановилась, не понимая, в какую сторону двигаться. Этаи Ши протяжно вздохнул прямо над ухом и соткался туманной фигурой, отдалённо напоминающей человеческую.

- Я в таком же недоумении, как и ты, - ответил он в ответ на невысказанный вопрос. - Отражения не всезнающи, даже сами ирры не могут обладать всеми тайнами мироздания, разве что только вернутся в состояние изначального бытия.

- В смысле, сольются с великим разумом?

- Да, станут частью Лесара.

- Ну что ж, тогда будем думать сами, - подытожила Шарлейн и бодро пошагала вперёд.

Чутьё колдунью не подвело, и вскоре на горизонте призрачной дымкой обозначились несколько раскидистых деревьев. «Ну хоть что-то», - подумалось Шалли. Её спутник выплыл вперёд, явно с целью защищить девушку в случае непредвиденной опасности. Но пока всё было тихо, даже слишком, по мнению Шарлейн. Деревья оказались частью маленького безжизненного оазиса с чахлой травой и сухими деревцами. Но Шалли обрадовалась даже такому пристанищу: очень уж она устала, да и пить хотелось неимоверно. А тут едва ли не на самом краю оазиса она наткнулась на родник. Пока девушка умывалась и, обливаясь и теряя драгоценную влагу, пила из сложенных ладошек воду, Этаи Ши облетел оазис, пытаясь найти хоть что-то живое. Утолив жажду, Шарлейн присела на траву, да так и замерла. Она же нематериальна, так почему же чувствует себя, как обычный смертный? И руки перестали быть прозрачными! Шалли вскочила, оглядела всю себя, чтобы лишний раз убедиться: её тело на самом деле здесь, слилось с душой хозяйки. Вот только память о себе так и не вернулась. Шарлейн помахала подлетавшему к ней Этаи Ши и потопала дальше. Но покинуть оазис им не дали. Земля вспучилась, и из неё вылетели громадные щупальца с присосками на самых кончиках. Шарлейн вспомнила подобных виденных ей чудовищ, и пришла к выводу, что эти сильно отличались и принадлежали чуждой стихии. Впрочем, не совсем: кажется, одна из них подарила себя пушистому малышу, так и дремавшему на плече девушки. Шарлейн только сейчас вспомнила о нём и мимолётно удивилась: котёнок ничего не весил. Тем временем щупальца нацелились на Шалли, и тут ей пришлось побегать; покинуть оазис чудовище не позволяло, вырастая перед ней сплошной стеной мерзких извивающихся отростков, спрятаться здесь было негде, её огненную магию монстр просто вбирал в себя. Да ещё и Этаи Ши пропал. Шалли даже стало немного обидно. Вот зачем тогда вперёд лез, по оазису рыскал?! Но сейчас не до эмоций, ибо враг стал ещё настырнее, щупальца лезли отовсюду, и тут Шарлейн почувствовала резкую боль, а вместе с ней вернулись воспоминания. Девушка склонила голову, с апатией уставившись на щупальце, торчавшее из груди. Разноцветные пятна мельтешили у её ног, Шалли глянула вниз и узрела носившегося вокруг нее котёнка. Рядом возникла знакомая туманная фигура, вспыхнула и обрела материальность. Но Шарлейн этого уже не видела, она падала и падала в бездонную пропасть. А где-то в глубинах вселенной шипел от бессильной ярости Хаос, лишившись возможности заполучить в свои ряды огненноволосую колдунью, которую признали абсолютно все стихии.

Смутно знакомый голос всё время повторял одно и то же имя и звал обратно. Душа прислушалась и удивилась - это же её имя! Любопытство победило, и дух устремился на звук. Надо же было узнать, что в тварном мире может заставить вернуться уходящую на перерождение душу. Она порылась в прижизненных воспоминаниях и… вернулась в тело. Шарлейн лежала на низкой кушетке, голова покоилась на коленях Айлех. Её аше, не мигая, слепо уставился в пустоту, а в голове Шалли до сих пор звучал его голос, зовущий свою ашео назад, в мир живых. Значит, она выжила благодаря пройдённому ими обряду, подумалось ей. Не зря же Аэлл так торопил её с закреплением их связи. Наверно, чувствовал нехорошее. Шарлейн не могла понять, что с ней происходит. Все эмоции обострились, обоняние и слух усилились. А ведь она больше не ощущает свою человеческую сущность.

- Я стала вейлой?! - воскликнула Шалли.

- Ты ей и была, - ответил Айлех, резко выходя из транса. - Просто человеческая составляющая в тебе умерла, принесена в жертву стихии смерти ради возвращения в этот мир.

- Значит, моя связь с миром отца полностью разорвана, и я больше не ношу титул княжны? - уточнила Шарлейн, садясь на кушетку.

- Шалли, ты его не носишь с того момента, как стала ашео Айлех, - хихикнув, заметила Марисар.

Новоявленная вейла смутилась. Как же, только стала законной парой любимого вейла, и почти сразу умерла. Но, значит, это всё случилось с ней на самом деле, стихии, Та Ши, неведомый монстр? Тут из-под диванчика напротив вылез дымчатый котенок и поковылял к хозяйке. Зацепился коготками за подол длинной юбки и отважно полез вверх. Шарлейн подхватила малыша, устроила на коленях и принялась гладить. Кот глянул на неё глазами, в которых свивались жгуты стихий, свернулся в клубочек и довольно замурчал.

- Когда-то айюны дополняли моэр в магии, становясь проводниками их силы, - пояснил Айлех. - Воплощенные стихии сами выбирали себе хозяина и уходили вместе с ним в вечность. Но такие, как этот, едва ли не уникальны. Их и раньше-то было наперечёт, а сейчас почти не осталось в тварном мире. Дай ему имя, Шалли, и позволь поцарапать или укусить. Капля твоей крови свяжет вас навечно. Правда, все стихии тебе подвластны не станут, скорее, будут доступны в минуту смертельной опастности.

- Кстати, мои поздравления вам, - обратился к паре повелитель лханиров.

- Спасибо, Аэрлин, - ответил за двоих Айлех.

Шарлейн только мило улыбнулась и… застыла, внезапно провалившись в транс. Она видела странный подземный город, непонятных существ, обитающих в нём, хижину, где в неловкой тишине трапезничали её братья и две женщины неизвестной ей расы. А потом в домик ввалился здоровый человекообразный монстр. Шалли открыла глаза и вскочила с намерением бежать на помощь. Только в голове крутилось, что нужно спасать не братьев или ту девушку со смешными ушками, а очаровательную хрупкую блондинку, широко распахнувшую свои удивительные глаза при виде нежданного гостя.

- Эй, ты куда?! - схватил свою ашео Айлех.

- Я брата нашла, он в каком-то пещерном городе. Там Герен ещё, девушка, похожая на оборотня, и женщина с золотистыми волосами и глазами цвета ночного неба. Я её ощущаю, словно родную душу.

- Я знаю, где этот город, - встрепенулся Киори, до последнего момента безмолвно стоявший у окна и равнодушно наблюдавший за кружащимися в небе птицами. - Идемте, я вас проведу, не дело моему сыну там находиться.

Дайрэн и Самерра тут же выразили желание помочь. Шарлейн только сейчас поняла, что в небольших покоях, куда, видимо, принесли девушку после её гибели, собрались все гости.

- Мы, действительно, за тебя волновались, - озвучил общую мысль Сионнар.

Шарлейн кивнула, принимая ответ, и умоляюще посмотрела на Киори. Тот поспешно открыл портал и втолкнул туда огненную колдунью. Её выбросило прямо у порога хижины, и портал за ней мгновенно закрылся. Но Шалли не обратила на эту странность ни малейшего внимания, все мысли сейчас занимал её брат. Она дернула на себя тяжёлую дверь и медленно вошла в комнату, набросив на себя щит и держа наготове атакующие заклинания. При виде неё Герен вытаращил глаза, а Астор только усмехнулся. Его щустрая сестрёнка и здесь брата нашла. Моэра же рассматривала нежданную спасительницу с такой усмешкой, что та поёжилась. Будто попала в логово сразу к нескольким монстрам, и один из них принял человеческий вид, видно, чтобы затмить взор и слопать юную воительницу. Чудище за спиной взревело и протянуло свои огромные лапы к огненной колдунье. Шарлейн увернулась и уж было отпустила с ладони сотканный из огня кинжал, как её толкнули так, что она полетела на пол. Чудовищный паук довольно потёр лапами и с завидным шипением пополз к гостям. На девушку-оборотня он даже не посмотрел, а вот Астор с моэрой его заинтересовали. Шарлейн тяжело поднялась с пола и зло уставилась на паука, раздумывая, чем бы того приложить. Насмешливый голос в её голове заставил девушку вздрогнуть. Этаи Ши вроде так не делал, подумалось Шалли. Тогда кто? А неведомый доброжелатель рассказал о двух высших стражах Пути, безобидных для изначального духа с сущностью вейлы, но смертельно опасных ждя обитателей тварного мира. И потом, сейчас обретшей второе дыхание душе следовало бы задуматься о грядущей войне, ибо она чем-то заинтересовала князей Хаоса, им те пробудились от сна. Скоро они встретят путника из отвергнутых своим народом и повелителем, и их объединение станет началом агонии вселенной. Но существуют пути вероятности, и любой сценарий развития миров можно изменить. Вот этим пусть и займется огненная со своими покровителями, а не лезет спасать брата, а тем более, его спутницу. Время поджимает, беглецу нужно перерезать путь и не допустить встречи с порождениями Хаоса.

Сжимая кулаки в бессильной ярости, Шарлейн кипела от негодования. Сколько же можно?! Надоело быть пешкой в играх Высших! Хотелось наконец обрести дом, семью, не спешить в неведомые края спасать аж целую вселенную от неизвестных тварей. Внезапно до неё дошло: она здесь одна, ни Айлех, ни родители Астора и её мать за ней не пошли. Шалли вздрогнула, вспомнив, что портал сразу же закрылся за ней, а значит, что-то случилось.

Тем временем, Шаррах подполз к Астору и, склонившись перед ним в нелепом поклоне, почтительно произнёс:

- Приветствую тебя в нашей обители, мой принц! Мы бесконечно счастливы лицезреть сына нашего господина и наследного принца эйяров…

- Стой, стой! - замахал руками Астор. - Что ты такое несёшь? И кто ты вообще такой?

- Высший страж пути, Шаррах, к твоим услугам! - выпятил грудь паук.

- А ваш господин, ирр Пути, так?

- Всё верно, - кивнул страж.

- И ты сейчас назвал меня его сыном…

- В тебе его кровь, его сила, ты можешь повелевать слугами Пути, как и твой отец.

- Что-то он непохож на всесильного злобного ирра, разрушающего целые миры.

- Знаешь, я тоже сомневаюсь, что Нейо стал настолько близок к существам тварного мира, - заметила моэра. - Вот твою принадлежность к высшим фейри я чувствую. Действительно, наследник.

- Но… - первый раз за всё своё долгое существование растерялся паук. - Почему тогда он воспринимается как свой?

И вслед за тем мощный удар сотряс дверь хижины, а со второго она слетела с петель. Даже стражи потрясённо уставились на вползшее в дом чудовище, состоявшее из сонма жутких завихрений. За ним лезло ещё одно и ещё, ещё… Ползли они целенаправленно, не видя остальных. Шарлейн с ужасом смотрела на приближающихся к ней тварей. Огонь их не брал, заклинание, что кинула она в монстров, прошло насквозь и обожгло каменный пол, только и всего. Шалли отбежала подальше, чудища всё равно направились к ней, забежала за спины вставших на пути монстров стражей, твари обошли препятствие и продолжили ползти к девушке. Астор попытался перекинуться в боевую ипостась, но моэра положила на его плечо руку, и превращение почему-то не удалось, как будто на него наложили заклинание запрета. Герен давно уже залез на стол и дрожал там, поджав под себя ноги. Девушка-оборотень в страхе прижалась к нему и нервно следила за передвижениями монстров. Шарлейн, поняв, что в тесной хижине она от этих тварей не спасётся, поспешила выйти на улицу и тут же налетела на Айлех. Тот буквально отшвырнул её от себя и сдёрнул с пояса тхор. Посланный в полёт вкупе с мощным заклинанием, веер кромсал чудищ на кусочки, а магия не позволяла им снова собираться. Шалли, усевшись прямо на голых камнях, следила за расправой над неведомыми монстрами. Какое-то движение привлекло девушку. Оглядевшись по сторонам, она застыла в изумлении. Все местные обитатели и даже покинувшие хижину стражи сложились на коленях в пыли и с благоговением смотрели на её аше. А тот, добив монстров, подвесил ритуальное оружие обратно к поясу и направился к своей ашео. Протянув руку, помог встать, прошептал «прости» и крепко обнял, стирая с лица девушки грязные дорожки слёз.

Покидая поселение Пути, Астор звал с ними Герена, но тот неожиданно отказался, заявив, что его всё тут устраивает. Шарлейн пригласила среднего брата в гости, расцеловала на прощание и поспешила вслед за халири. Моэра ушла вместе с Астором. Она крепко держала его за руку, будто боялась расстаться. Так они и шагнули в портал вместе. А Киори с Дайрен остались. Теперь у них своё предназначение, защитить Путь от Хаоса, чьи слуги уже проникли в их дом.