Пока я не закончусь 2. Фантомный Огонь

Глава 1

Сколько я уже в этом полудохлом мире? Не помню. Сначала пытался считать, но сбился после попадания в плен.

Я сижу на краю кровати своей новой комнаты, ощущая как внутри словно бушует огненный шторм. Нервная система сходит с ума после всех испытаний. Но по крайней мере уже нет ощущения, будто кожа сгорает. Три недели прошло после моей схватки с магом аргальцев. Я медленно оправлялся от нервного шока. На теле потихоньку снова отрастали волосы, а старик предложил мне обновить татуировку на шее. Увы, прошлое его художество сильно обгорело.

Помимо трёх зелёных точек-зарядов лечебной магии у нас появилась одна красная. Первый вскоре дал насчет нее подробное пояснение:

"Это заряд довольно стандартной боевой магии". – объявил он нам. – "Очень попрошу его не трогать. Он работает заметно сложнее чем лечебные, и такую магию нужно уметь правильно наводить, чтобы не зажариться самим. Этому я сейчас учусь. Как понял из пояснений мастера, почти каждый заряд можно использовать по-разному. В том числе и наши целебные. Думаю, лечение можно направлять не только на себя или даже увеличить его мощность, концентрируя в одной части тела. Местная магия сложнее чем кажется. Недостаточно просто найти заряды. Нужно научиться правильно высвобождать и направлять их потенциал".

Звучит очень интригующе. Вражеский маг был первым врагом на моей памяти, который сумел бросить вызов Скейлу. Чародеи не были всемогущими властелинами этого полумертвого мира, но их боялись, уважали и ненавидели.

За время моего отдыха, я неоднократно заводил разговоры о магии среди разбойников.

– Я был наемников у колдунов. – ответил клейменный, очередной раз напившись браги. – Одна колдунья даже любила меня. Ну как любила… Мы иногда спали вместе. А потом ее сожрала мясная тварь. Мастер сказал, что я виноват. Должен был защитить или сам сдохнуть. Они сделали со мной все это. – он указал на отрезанный нос, уши, клеймо на лбу и обожженную лысую голову. – Раньше я был красив. Родился от породистой наложницы. Раньше я был…

Дальше одно нытье.

– Маги одни из самых счастливых и богатых людей в мире. – ответил мне Рок, когда мы пили в главном зале. – Они умеют убивать взглядом, практически не оставляя врагу шансов.

– Почему тогда маги не захватили все и всех? – резонно спросил я.

– Их мало, их сила ограничена в использовании. Поэтому меченосцы сделали ставку на большую армию. Слабые рекруты просто расходный материал, чтобы маги истратили свою силу. Есть также способы противодействовать колдовству. Они полностью не защищают, но снижают эффективность магии. Однако чародеи всё равно бы победили, если бы сумели договориться между собой. У них нет дисциплины и единства.

– А насколько многочисленны меченосцы?

– Хм. Их как грязи. – усмехнулся Рок. – Плодятся будто полевые мыши и живут также недолго. Знаешь, когда я решил уйти из ордена?

– Сейчас узнаю. – ответил я, склонившись над кубком с брагой.

– Догадливый. Я возглавлял отряд, который выслеживал одного опасного мага. Свои же его изгнали. Слишком часто ломал чужие игрушки. Так вот… Я взял с собой семнадцать воинов. Все мои ученики. Лучше из лучших. Потребовались годы, чтобы их подготовить. Мы выследили колдуна в одном заброшенном поселении. Там он собрал небольшой отряд из невольников и грабил соседние деревни. Мы вступили в бой. Если это можно было назвать боем. Шестеро погибли за считанные секунды. Всего мы потеряли двенадцать человек. Потом у колдуна закончились боевые заряды. Он пытался сопротивляться в ближнем бою, но был полным ничтожеством. Едва мог наносить точные удары своим мечом. Ни о какой работе щитом речи не шло. Я забил его до смерти голыми руками. Расколол череп как гнилой плод. Он пытался лечиться, пытался сбежать с помощью магии, но был слишком слаб физически. Я превратил его голову в кровавое месиво. Настолько вот разозлился. А потом мы нашли его логово. Там было столько сокровищ, сколько я не видел за всю жизнь. Он наслаждался роскошью, ел только самое лучшее, собрал кучу женщин. Всё это время мы жили в бараках, тренировались и служили ордену за еду. А ублюдок всё равно перебил большую часть отряда. Он легко прикончил бы и меня. Я спасся не благодаря навыкам, а лишь потому что ученики шли первыми. Идеология ордена объясняет, что магия опасна и надо учиться жить без нее. Но какого черта она так сильна? – усмехнулся Рок. – После я уже не смог вернуться в орден. Нет уж. Красивая жизнь, распутство, выпивка, дурманящие зелья, все виды удовольствий - вот мое кредо сейчас. За тридцать пять лет в ордене этот мир мне сильно задолжал. И я собираюсь взыскать долг с большим процентом.

Землями, куда меня занесло, владели три основные силы. Три ордена, не очень любящие древнюю магию: меченосцы, плакальщики и жрецы Корнерога. Как я понял, древнее колдовство они отрицали не только по религиозным причинам. Просто в истории этого мира было множество моментов, когда магия его почти уничтожала. Сначала самый древний апокалипсис, потом катастрофа цивилизации Первого Цикла, а также множество других мелких бедствий. Магия упрямо не желала оставлять этот мир в покое. Продолжали работать древние машины и заклинания. Время от времени из руин лезло что-нибудь очень нехорошее. Монстры, мутанты, робоскелеты и даже попаданцы из Липецкой области. И часто всякая гадость начинала лезть оттуда особо активно, после того как в руины нанесла визит сталкерская группа, которая действовала по заказу чародея.

Мага интересует прежде всего собственное могущество. Из-за экспериментов и потревоженных древних машин вымерла очередная деревня? Ничего страшного. Новых невольников он всегда сможет найти. Угон населения обычная практика для этих опасных земель. Тут нет закрепленного сословного права, но любой беззащитный крестьянин фактически крепостной. Либо он прячется, либо у него есть крыша в виде магов, орденов или каких-то еще опасных ребят. Скейл теоретически тоже мог бы захапать несколько деревень. Однако на землях меченосцев это было чревато большими проблемами. Орден постепенно шёл в сторону образования государства. Пусть отдельный отряд мы разобьем без проблем, но меченосцы могут выставить армию в несколько сотен воинов или даже под тысячу. Свои методы борьбы с робоскелетами у них тоже имеются, просто обычные патрульные не получают такого серьезного снаряжения.

Но при всей мощи ордена, отсутствие связи между поселениями и неразвитая система коммуникаций, позволяет нашей банде существовать прямо под носом меченосцев.

Пока я лечился, Скейл, Искра и ещё несколько бойцов покинули форт для очередного рейда. Мое состояние постепенно улучшалось. Приступы сгорающей кожи случались все реже и уже не казались такими болезненными. Скорее они напоминали некое волнообразная нервное возбуждение, которое накрывало весь организм. Сердце начинало бешено колотиться. Лицо краснело. Хотелось двигаться, тренироваться, драться, но после я чувствовал серьёзное истощение. Приходилось несколько часов валяться почти без сил. Из крайности в крайность.

На второй день после ухода отряда, оставшийся в крепости Рок подошёл ко мне.

– Уже оклемался от ожогов? Не хочешь прошвырнуться?

– А куда и зачем?

– Аргальцы нас немного потрепали. Минус два. Скейл сказал мне дойти до…

Далее шло название какого-то, наверное, поселения, состоявшее из слов Дым и Вода. Пусть будет Дымоводье.

– Дойти до Дымоводья. Поискать там наемных райдхор или каких других рекрутов.

– Это большой город? – заинтересовался я.

– Самый крупный из ближайших. Еще есть Триозорье, но оно кишит меченосцами.

– Можно, хотя я сейчас не в лучшей форме для драк.

– Их не планируем. У нас есть свой человек в Дымоводье. Как по-твоему мы узнаем о караванах? Он поможет спокойно все там обставить.

Что ж. Взглянуть на местный центр цивилизации было бы интересно. А то всё шастаю по лесам, деревням да руинам. Я согласился. В этот поход мы шли без слуг и замаскировавшись. Старик-татуировщик нанес Року грим на место перечеркнутой орденской наколки, временно превратив ее в уродливый шрам. Кроме того мы шли в достаточно простом снаряжении. Пришлось оставить все доспехи из древнего, легкого металла. Я нацепил обычные железяки. Шлем, чуть проржавевший нагрудник, горжет для защиты шеи, наколенники и плотные кожаные перчатки, на которые сверху были нашито кольчужное полотно. А то одну фалангу пальца я уже потерял. Не стоит так ими разбрасываться.

Вместе с нами собирались близнецы. Парня звали Перышко, а девушку Игла. Прямо-таки набор для ухода за подушками. Только старшей сестры Наволочки не хватает. Местные довольно легко относились к смене имён. Когда человек становился райдхор, то есть воином, то получал татуировку на левую сторону шеи и козырную кликуху. Поступив на службу, например, к магу воин мог получить от него новое имя. Провинившихся карали лишением татуировки и прозвища. Кожу просто срезали. Большинство имён обозначали какие-то конкретные предметы или животных. Однако маги и робоскелеты называли себя словами из уже почти забытого языка древних чародеев.

Форт мы покинули, тяжело нагруженные вещами. Еда, вода, ценности для обмена. Из оружия я взял привычное копье с крюком, длинный кинжал и второй Spyderco, не пострадавший в магическом огне.

Шли через лес по едва видимой тропе. Несколько раз с нее сходили, но Рок хорошо знал дорогу. Наверное ориентировался на огни космических станций, которые время от времени проглядывали сквозь кроны уродливых деревьев. Один раз мы пересекали неглубокую лесную речку. На ее берегу устроились на первый ночлег. Спалось мне традиционно хреново. И даже Искры не было под рукой чтобы как-то скрасить ночные часы. Зато Рок с Иголкой пошли вместе собирать дрова, вернулись поздно и без дров. Впрочем, погода стояла теплая. В этом многострадальном мире наступал аналог лета.

На следующий день мы продолжили путь до города. Благодаря темно-фиолетовой мази дикие животные нас сторонились. Пару раз видели вдалеке крупных, четырехрогих копытных, но те быстро скрывались в чаще. По дороге мы натолкнулись на странное дерево. Высокое и необычно прямое. Длинные ярко-зеленые листья, вытянутые стручки фиолетовых плодов, блестящие от влаги, мелкие, редкие колючки. От дерева пахло чем-то сладким. Словно его плоды были измазаны медом или вареньем. Но самым необычным в нем были скелеты птиц, сидящие на ветвях. Некоторое посвежее, еще с перьями, сквозь другие уже начали прорастать молодые побеги, не давая костям осыпаться.

– А этот птицелов неплохо вымахал. – с уважением заявил Рок. – Вскоре можно будет из него делать древки для копий.

– Почему птицы вообще к нему подлетают? – спросил я. – Тут же наглядное предупреждение.

– Глупые. А может запах сока их слишком дурманит. Мне почем знать? – усмехнулся бывший меченосец.

– Это редкое, колдовское дерево. – суеверным голоском произнесла близняшка-блондинка. – Его плоды на самом деле не плоды. Если их посадить, то ничего не вырастет. Говорят, что когда такие деревья размножаются, то с них разлетаются мертвые птицы.

– Чушь. – фыркнул Рок, звучно шлепнув девушку по заднице. – Мастера ордена умеют их высаживать и мертвые птицы не нужны. Ими дерево просто подпитывается.

Мы пошли дальше мимо птицелова. Еще долго я ощущал сквозь обычные запахи сырости сладко-пряный аромат его плодов. В какой же прекрасный и милый мирок я попал. Хоть вешайся от радости, но большая часть деревьев мои сто кг не выдержат, а составлять компанию мертвым птичкам желания совсем нет.

Еще одна полубессоная ночь в лесу. Темнота и звуки мутировавшей природы уже совершенно не пугали меня.

На следующий день мы вышли к дороге и пошли по лесу вдоль нее. Несколько раз на пути на попадались группы крестьян, которые наш отряд обходил стороной. Но одна из них почему-то привлекла внимание Рока.

– Давайте ка посмотрим поближе.

Перед нами оказались трое низкорослых мужчин, двое из которых тащили мешки, набитые сушеной рыбой.

– Доброго дня господа. – покорно произнес крестьянин с ужасно кривыми, налезающими друг на друга зубами.

– В город торговать идете? – спросил Рок.

– Да. Да. Рыбку, мед и земляные ягоды за малую монету и железные копья.

Земляными ягодами здесь называли съедобных насекомых, которые отъедались кореньями и накапливали в брюшках сладкий сироп.

– А ну ка распахни кафтан. – ледяным тоном приказал Рок.

Крестьяне напряглись, но не подчинялись.

– Делай, что велено или в лесу сгниешь. – прошипела Игла, направляя в живот мужчине длинное копье.

Тот распахнул кафтан. На поясе у него висел довольно хорошего качества кинжал в серебряных ножнах с вставкам красных камней в форме меча. Рок ловким движением выхватил клинок у крестьянина. Тот даже пикнуть не успел.

– Занятная вещица. – усмехнулся бывший меченосец. – Нашли?

– Да. Да. Отдать хотели. В орден.

Интересно, как Рок вообще приметил кинжал. Полы у кафтана мужика конечно болтались, но всё равно нужен глаз-алмаз.

– Отдать. Какие честные. – с издевкой произнес Рок.

Далее все произошло практически за полторы секунды. Бывшего хозяина кинжала Рок ударил рукояткой в висок, следующему коротким движением перерезал горло, а третьему нанёс колющий под кадык. Было три человека, стало три трупа.

– Рок… Ты, конечно, прости… – неуверенно начал Пёрышко. – Но ведь Скейл сказал нам таким не заниматься. Не привлекать лишнего внимания.

– Скейла здесь нет. – строго ответил бывший меченосец, вытирая клинок об одежду мертвеца и снимая ножны кинжала с его пояса. – А ты ведь ничего ему не скажешь?

– Я? Нет! Как ты мог подумать. Я…

– Обыщи их, утащи тела в лес и затопчи кровь. – приказал Рок.

– Да. Конечно.

– Интересный у вас с сестрой дуэт. – добавил мечник. – Тебе достался хер, а ей мужество.

Перышко не стал отвечать на оскорбление, принявшись выполнять все инструкции старшего бандита. Его показная жестокость вызывала у меня отвращение. Но отвратительных вещей в этом мире хватало, а за союзников надо держаться. В том числе и за таких.

– Даже не верится, что такую вот падаль я больше трех десятков лет за бесплатно защищал. – добавил Рок, плюнув на убитого крестьянина. – Это кинжал десятника ордена. Они его с трупа забрали и несли продавать. А может вообще ночью ему горло вскрыли. Эти черти такие покорные, потому что слабые. Но в каждом из них злости и подлости не меньше чем в нас.

Тут вынужден был согласиться. Я помню как одна деревня напала на другую, устроив резню, насилие над женщинами и угон их в рабство. Впрочем, какой мир такие люди. Врожденные болезни, нищета, опасные соседи и монстры не способствуют воспитанию благородства.

Першко кое-как замел следы нашего преступления, а мы вернулись в лес, через который шли до самого города.

Дымоводье оказалось даже больше, чем я предполагал. Не Москва и не Липецк, но после бесконечных деревень и глухих лесов увидеть настоящий город очень даже приятно. Дымоводье было построено на основе старинного укрепления. Наверное, тоже руины Первого Цикла, как и наш форт. За достаточно высокой каменной стеной с двенадцатью полуразрушенными башнями на холме у реки стоял городок примерно в десятков пять больших домов и других крупных строений. Многоэтажные здания жались друг другу. Места внутри явно не хватало, но жить вне старинных стен мало кто хотел. Лишь несколько небольших лачуг ютились под городом. Здания внутри были как древними, так и постапокалиптическим новостроем. Дома тянулись вверх, достигая высоты аж четырех-пяти этажей. Многие из них опирались на более древние башни крепости. Материалами служили камень и металл. Наверное с руин притащили железные листы, чтобы сделать из них крыши или даже стены некоторых домов. Всё кривое, уродливое, но явно крепкое. У реки возвышались три отдельных строения - водяные мельницы с большими колесами. Из одной такой валил дым. Значит там не зерно мелят, а куют металл. С помощью водяного молота расковывают крупные пластины для доспехов.

У городских ворот стояло несколько кривых и ржавых металлических повозок, запряженных четырехрогими существами. Да уж. Из-за нехватки нормальной древесины, тут многое приходится делать из древнего металла.

– Так понимаю, добывать немагические материалы из руин можно? – спросил я.

– Да. – ответила Иголка. – Даже меченосцы разрешают, если колдовства не сыщут.

Мы направились к открытым воротам, на страже которых стояли двое наемных райдхор и… один меченосец.

– Вы входите на территории под покровительством великого Ордена алого меча. – предупредил он. – Среди вас нет магов, монстров, больных бессмертием? Нет ли у вас опасных реликвий?

– Нет. Все чисто. Мы к мастеру Кувалде Младшему. Покупатели и давние партнеры. Спросите у него.

– Все в порядке. – спокойной произнес седовласый райдхор с копьём. – Я его помню. И этих двоих тоже. Четвертого не знаю, но видать наемник. По бабам пришли шастать. Проходите. Хотя ты…

Это он ко мне обратился.

– Нюхни ка.

Он протянул мне небольшую тряпицу, густо покрытую в красной мазью. Тест на нечисть. Я спокойно нюхнул, а стражник удовлетворенно произнес.

– На всякий случай. Мало ли… А то рожа у тебя больно гладкая. Ладно. Теперь заходите.

И мы зашли на узкую, грязную улочку, расходящуюся аж в три стороны, словно начало лабиринта.

– И эти легли под орден. – прошипел мне на ухо Рок. – Вот зараза.

На пересечении улиц стоял небольшой железный помост, место на котором занимал невысокий человек в тёмно-красном плаще. Рядом висел флаг с мечом ордена.

– Горожане и гости! – зычным голосом произнес он. – Зло приближается! Древние руины пробуждаются ото сна. Грядет Третий Цикл. Последний Цикл. Последняя битва между людьми и чудовищами. Колдуны уже готовят свои страшные полчища, чтобы захватить все свободные земли. Их темная сила растет с каждым днем. Поддержите Орден в этой войне. Спасите себя и своих детей от рабства.

Ага. Все ясно. Уверуйте в Талоса, Белый Хлад близко. Сожги мутанта, убей еретика. В интересные время меня занесло сюда.

Глава 2

Похоже, что Орден меченосцев потихоньку разрастался, пытаясь превратиться во что-то наподобие государства. Вокруг их уличного проповедника собралось несколько зевак, но большинство горожан занимались своими делами. Возможно речи орденского зазывалы они слышат уже не первый день.

Я по натуре был скорее городским человеком, чем любителем сельской жизни. Дома-коробки не навевали на меня глубокую тоску. Улицы, торговые центры, потоки машин - все это я вполне нормально переваривал и назад не лезло. Однако здешний город сразу вызвал у меня желание вернуться в форт. Тесные, пыльные улочки взбирались на холм, петляя меж нависающих зданий. Из некоторых открытых окон слышались смех, брань и звонкий стук молотков по металлу. Где-то впереди галдел небольшой рынок. Вслед за нами шла группа крестьян, тащивших в мешках соленую рыбу, какие-то плоды, зелень и плетеные клетки с квохчащими черно-красными птицами.

Весь этот шум колокольным набатом ударил по моим расшатанным нервам.

– Место, конечно, дрянное. – усмехнулся Рок, сильно хлопнув меня по плечу. – Но всяко лучше, чем в лесу торчать.

Не согласен. В лесу тише, воздух чище, скелет птичек на ветвях живописно сидят, а по кустам шавкодранки музыкально завывают. Полное благорастворение.

– И где нам тут искать наемников? – спросил я.

– Пойдем.

Вслед за Роком и близнецами я поднялся по улочке, нырнул в арку, а затем в еще одну. Реально, город-лабиринт. Из окон на нас пялились дети и женщины. Они выглядели здоровее, чем крестьяне, хотя и среди них можно было заметить различные отклонения. После третей арки мы дошли до здания старой крепостной башни, дыры в которой нынешние обитатели заделали железными листами и кое-где даже стеклом. Над входом закреплена большая вывеска с какой-то надписью. Читать по местному я еще не научился.

– Что это?

– Заведение называется Путевая Станция. – ответил Рок. – Выпивка, торговля, игры, ночлег. Все под одной крышей.

Вход сторожило двое крепышей, один из которых кивнул на наши копья.

– С длинным и щитами нельзя, уважаемые.

Мы без пререканий оставили древковое оружие и щиты у специальной стойки, а затем по короткой лестнице зашли на первый этаж башни. Перед нами оказался достаточно просторный округлый зал, освещенный из вертикальных узких окон и одновременно россыпью бледно-оранжевых кристаллов на потолке. Множество самых разных столиков занимали большую часть свободного пространства. Из-за проблем с хорошей древесиной в качестве столешниц использовались металлические фрагменты руин или даже просто-напросто обтесанные булыжники. Заместо стульев были железные табуретки, какие-то скамейки, невысокие пни кривых деревьев, сверху накрытые шкурами. За всем этим дизайнерским великолепием выпивало, курило и обедало десятка четыре голов разношерстной публики. Кумар стоял такой, что хоть топор вешай.

А дальше последовала сцена будто бы из вестерна. Почти все собравшиеся обернулись на нас и несколько мгновений оценивающе смотрели. Некоторые отсалютовали Року кружками с брагой, а остпльные просто продолжили разговоры. Мы зашли выбрав металлический стол со своего рода диванами из низких скамеек, на которые навалили шкур для мягкости и объема. Вскоре к нам подошла невысокая, но достаточно миловидная женщина в светло-сером фартуке поверх короткого черного платья.

– Уважаемые райдхор, это платный стол. Его…

Договорить она не успела. Рок вальяжным жестом выложил на стол несколько серебряных монет, горсть медяков и небольшой драгоценный камешек.

– Благодарю. – низко поклонились официантка.

Далее Рок начал заказывать, но большую часть названий блюд или напитков я не знал.

– И скажи, чтобы кликнули Кувалду. Передай, есть разговор про дела дорожные.

Официантка ушла, а мы уселись на диваны. Самочувствие мое, кажется, наладилось. По крайней мере было лучше, чем в шумном, пыльном городе, хотя и здесь галдежа хватало. Его пыталась заглушить ненавязчивая музыка. Какой-то худой старик наигрывал на струнном инструменте, смахивающим на лютню.

– Дерьмовре местечко, но лучше здесь не найти. – бросил Рок, сидевший напротив меня в полуобнимку с Иголкой. – Надо бы тебе на меч переходить. С таким ковырялом много дел не наворотить. – он кивнул в сторону моего длинного кинжала. – Во многих городах и заведениях есть запрет на копья.

– А в чем смысл? – удивился я. – Мечом убить человека не сильно сложнее. Почему бы тогда все оружие не запретить?

– Все оружие? – удивился Рок. – Ну ты даешь! Кто ж по таким правилам жить будет? Копья и щиты просто мешаются. Много места занимают и портят атмосферу. Не дают расслабиться.

Вот уж забавные здесь порядки. Мечи и ножи у всех за поясами, а копья, значит, мешают расслабиться.

Через пару минут к нам подошли двое плотных, среднего роста мужчин, с наколками райдхор.

– Тебя раньше не видел. – произнес один из них, указывая на меня. – Давай на кулаках за два серебра.

– Отказываюсь. – спокойно ответил я.

Нашли блин, мастера Герванта для кулачных боев. Еще бы в гвинт сыграть предложили. Самочувствие у меня пока не особо, да и зубы терять зазря не охота. Одного уже лишился, но там хоть за свою жизнь драться пришлось.

– Да выйди. – подначивал меня Рок. – Еще три серебра победителю накину. – и тише добавил. – Давай. Нам только на пользу.

Ну началось. Еще и с многих других столиков на нас начали пялятся. Их явно бесплатное зрелище интересовало. Со всех сторон послышались голоса.

– Давай!

– Урой его Гриб.

Глянул на татуировку своего возможного противника. Действительно, гриб. Неприятный такой грибок с пористой, дырявой шляпкой. Идти на поводу у голоса толпы обычно глупо. Но иногда идти против него еще глупее. В этом мире процветает культ силы. Погибнуть я едва ли погибну, а раны смогу убрать с помощью лечебной точки, когда буду наедине. Ладно. Устроим шоу.

– На кулаках, да? – спросил я, поднимая из-за стола.

– Ага. Ага. – поддакнул Гриб, выходя на круглое пространство в самом центре зала.

Судя по голосам вокруг на нас делали ставки. Гриб был пониже меня, но крепкий мужик и явно опытный боец. На физиономии множество следов старых драк. Нос чуток свернут, на скуле как будто вмятина. Стрижен он был под ноль, как и я, но носил кроткую, курчавую бороду. Гриб занял открытую стойку, подняв руки перед собой. Левая нога спереди. Значит, он скоро всего правша. Я же занял более закрытую, защитную стойку. Опустил подбородок, прикрыл его немного левым плечом, а правую руку держал у челюсти.

Противник начал сближение. Ринг наш был меньше спортивного, а значит заруба будет очень контактная. Я выбросил навстречу Грибу прямой удар левой рукой. Джеб в терминах бокса. Противник даже не попытался увернуться или блокировать. Наоборот, опустив голову он ринулся на меня. Я ударил с правой. Получилась классическая двоечка. Однако силы вырубить врага у меня не хватило. Он хорошо опустил подбородок и двигался быстро, чуть присев. Через мгновение с обеих сторон на меня обрушились размашистые, сильные удары. Я вошёл в клинч, чтобы избежать их. Схватил руки врага своими, переходя в борьбу.

– Разойтись!

Нас расцепили ближайшие зрители. Посетители кабака собрались вокруг нас кольцом, образуя своеобразное подобие ринга. Гриб раскраснелся лицом, дыша тяжело и свирепо. Я чувствовал несколько неприятных попаданий в районы скулы и боковой части головы. Целил по виску? Вот же сволочь. Джебами его не остановить. Прет как танк. Значит надо вырубать хуком или апперкотом. Я сам не ахти какой боксер, но с Искрой много практиковался. Техника движения у Гриба довольно примитивная. Он просто прёт вперёд, пытаясь поскорее меня замесить. Учитывая, что поединок у нас не по очкам, эта тактика может сработать. Плюс сила удара у него есть. Ладно. Погнали дальше.

Я снова наметил джеб, а затем резко качнулся влево вниз, нанося удар правой и одновременно уклоняясь от вражеского натиска. Лупанул от всей души. Попытался пробить в солнышко, но попал, к сожалению, выше по ребрам. Я продолжил движение налево, снова входя в клинч. А что? Нормальная тактика. Пару ударов на дистанции, а потом нас снова разнимают. Однако Грибу мой подход явно не понравился.

– Ты мужелюб что ли? Хватит меня тискать!

Хотелось рассмеяться, но вдруг стало не до смеха. Горячка боя, клинчи и шум толпы вокруг спровоцировали новый приступ. Моя кожа начинала пылать. Черт, как же не вовремя то! А Гриб снова готовился переть на меня. Гнилушка сраная, опенок червивый. Я попытался ударить между рук в нос, но координации движений не хватило. Слишком мешал приступ. Через мгновение перед глазами вспыхнули красные искры. Гад зарядил мне в зубы. Чертов Гриб обрушил целый град ударов, при этом стараясь избежать клинча. Он вертелся вокруг меня, а мои нервы сходили с ума. Последствия вражеских ударов и приступ незримого огня будто боролись во мне за право контроля. Гриб пытался меня вырубить, а из-за фантомных нервная системы наоборот начинала работать сверхмеры. И я поддался этому ощущению. Не пытался успокоиться, а наоборот, оседлав волну бешенства, кинулся на врага. Обрушил на него яростные удары. Неуклюжие, неточные, но многочисленные и сильные. Ни о какой техничности уже не шло речи. Мы просто мутузили друг друга, словно дикие зверь. Перед глазами все плясало. Я горел заживо, но теперь будто сам стал этим огнем. Воспылал не только снаружи, но и изнутри. Честно скажу, я не мог себя контролировать в этот момент. Некоторые куски произошедшего даже выпали из памяти. Обмен ударами, вспышки, привкус крови, а вот меня уже держат трое зрителей, а я…

Я кричу или скорее реву, пытаясь освободиться и продолжить бой.

– Спокойной! Хватит!

Это голос Рока, но я узнаю его не сразу. Начинаю приходить в себя, однако еще несколько секунд продолжаю орать как помешанный. Наконец замечают, что Гриб уже все. Он валяется на полу с разбитым в кровь лицом и не шевелится. Это я его так? Ну а кто же ещё! Проклятье. Начинаю успокаиваться и одновременно теряю все силы. Я будто выжег свой дневной запас энергии за несколько минут или даже секунд, а теперь пора отрубаться. Перед глазами темнело. Я шел шатаясь и опираясь на Рока. Со всех сторон слышался гомон радостной толпы. Кажется, жестокое зрелище пришлось им по вкусу.

– Я знал, что ты его размажешь. – усмехнулся Рок. – Гриб крепкий засранец, но часто скалит зубы на зверей крупнее.

Я плюхнулся на скамью и понял, что даже говорить сил нет. Следующие несколько часов напоминали скорее сон, чем бодрствование. Рок и близнецы болтали, к нам за столик подсели еще четверо. Среди них была лекарь, которая принялась обрабатывать мое лицо о чем-то перешучиваясь с бывшим меченосцем. Я же вроде был тут и одновременно очень далеко. Лишь спустя какое-то время удалось собраться с мыслями, чтобы выпить слабой, сладкой медовухи, которую узнал по запаху. Стало чуток полегче.

– Мы здесь комнату снимать будем? – хрипло спросил я у Рока.

Тот, развалившись на шкурах, курил агрегат наподобие кальяна.

– Две снимем.

– Тогда… Я бы пошел поспал.

– Голова болит? В глазах темнеет? – спросила меня лекарша.

Вокруг уже царил вечерний полумрак. В тусклом освещении колдовских кристаллов под потолком я заметил, что правый глаз у нее с деформированным зрачком. Врожденное заболевание. Кажется, это называется синдром кошачьего глаза.

– Все нормально. – ответил я. – Голова нормально.

Не объяснять же ей, что я впал в режим берсерка из-за того что некоторое время назад вражеский чародей сжег меня заживо.

– Подбери ему комнату и проводи. – повелел лекарше Рок.

Я встал и шатаясь пошел за ней. Силы ко мне все еще не вернулись, так что лестница стала настоящим испытанием.

– Гриб никак не очнется. – произнесла впереди идущая лекарша без всякого осуждения в мою сторону. – Как бы не помер дурак.

Вот же смех. Недавно уработал крепкого лба до комы, а сейчас едва могу по ступенькам подниматься. Комната представляла собой тесное помещение с одним узким окном и двумя кроватями. Магический кристаллов здесь не было. Лекарша зажгла обычную масляную лампу.

– Вот вода. Горшок под кроватью. Утром я еще зайду посмотреть.

Черт. Точку бы использовать, но пока нельзя. Не следует палить магические способности в городе, кишащим меченосцами. Надеюсь, что серьезных черепно-мозговых Гриб мне не наделал. Голова вроде бы не особо болит, особенно учитывая, что по ней недавно дубасили. Я лёг на одну из кроватей и быстро погрузился в темноту беспамятства.

Пробуждение нельзя было назвать приятным, но со мной уже случались вещи намного хуже. Вернулись какие-то силы, а вместе с ними пришла боль. За отсутствием зеркал, достал мобильник и сфоткал себя со вспышкой. Да уж. Красавец. Куча ссадин на физиономии, под левым глазом опух фингал. Зубы целы, но после ударов ноют. Разбита губа. Удалил селфи и открыл альбом с фотками Искры. Снимал я ее а основном не очень одетую. Позировать она не умела и не пыталась, так что все фотографии с лицом получались скорее смешными, чем сексуальными. В некоторых ракурсах ее желто-оранжевые глаза блестели как у кошки, на которую в темноте светят фонариком. У нее была довольно жилистая фигура, не по женски широкие плечи. Пожалуй, больше всего в ней мне нравились ноги и живот. Подтянутое, упругое тело, которое приятно было трогать. Могу ли я сказать, что люблю Искру? Черт знает. Можно ли вообще в этом полудохлом, спятившем мире говорить о каких-то типа отношениях. Крестьяне создавали семьи, чтобы плодиться и выживать. Их существование было наполнено страхом, ненавистью, постоянным ожиданием смерти. Райдхор, местная каста воинов, жила по принципу “Завтра может не наступить”, а значит надо брать все от дня сегодняшнего. Какие-то постоянные пары создавались редко. В основном воины пользовались продажной любовью и домогались служанок. Иногда по взаимному согласию, иногда не очень. В некоторых городах, особенно у магов, были так называемые наложницы. Это женщины с хорошей генетикой, которых покупали для продолжения своего рода или разведения. Такой вот приятный способ борьбы с наследственными заболеваниями. Собственно, многие райдхор происходили от подобных матерей.

Я отложил телефон, намереваясь еще поспать. Закрыл глаза и через несколько секунд заметил кое-что новое. Точек стало пять. Три зеленые лечебные, две красные боевые. Кажется, Первый успешно сдает экзамены в своем Хогвартсе. Надо будет с ним выйти на связь в ближайшие дни. Магия это хорошо. Я блаженно улыбнулся, наблюдая разноцветное мерцание. Пусть же приумножаются звезды нашей силы!

Удалось уснуть еще на пару часов. Разбудила меня лекарша.

– Голова не болит?

– Болят лицо и зубы, а они в принципе часть головы. – отшутился я.

Понятно, что она спрашивает насчет возможной ЧМТ. Интересно, они тут трепанации проводят? Я осведомился и оказалось, что да. Есть такая практика. Женщина аккуратно втерла мне в повреждения на лице мне какую-то пахучую мазь.

– Это лекарство жрецов Корнерога? – спросил я.

– Кое-что сама добавляла. Но их обеззараживающие составы не знают равных. Путевая Станция место неспокойное. Много воинов, много оружия, много алкоголя. Глубокие колотые ранения попадаются очень часто. Половина таких людей не выжила бы без лекарств жрецов.

Культ Корнерога это древние нелюди. Мутанты, выжившие со времени Первого Цикла. Их тела превратились в ходячие биолаборатории. Они могут синтезировать множество полезных препаратов от лекарств до репеллентов, отпугивающих диких животных. В мире, где у каждого второго есть наследственное заболевание, а по кустам прячутся монстры, без таких зелий численность людей бы сильно сократилась.

Я глотнул травяного чая, который мне принесла лекарша. Самочувствие вроде бы налаживалось. Очень надеюсь, что приступы окончательно пройдут со временем и не придется ходить под ними как под Дамокловым мечом.

– Полагаю, осмотр окончен. Могу идти? – хрипло произнес я, садясь на кровати.

– Конечно. – улыбнулась лекарша. – Если только не хотите чего-нибудь еще.

– Это в смысле?

– Например, осмотреть меня поближе. – беззастенчиво ответила она. – Будет стоить всего одно серебро.

– Вы тут всем такое предлагаете?

– Нет. Только тем кто понравится.

Я прислушался к своему состоянию. Вроде ничего так, не считая саднящих ран на лице. Ну что, райдхор, будем брать от сегодняшнего дня все возможное удовольствие? Завтра ведь может и не наступить. На вид женщина была ничего так. Серого отенка волосы, чуть округлое лицо, явно говорящее о хорошем питании. Да и грудь наесть успела.

– Идет. – ответил я. – Осмотр так осмотр. Раздевайтесь. Ложитесь.

Глава 3

– Какое прекрасное здоровье. – томно произнесла лекарша, осматривая мой торс.

Насколько же непритязательны дамы в мире техномагического постапокалипсиса. Хотя по местным меркам я реально выделялся богатырским здоровьем и телосложением. Сама же лекарша в целом тоже была ничего, если сравнивать с множеством местных мутантиков. Кроме кошачьего глаза видимых проблем не заметил. В постели она оказалась полной противоположностью Искре. Мягкая, слабая, податливая, нежная. Она с любопытством и удовольствием разглядывала мое тело.

– А что случилось с волосами? – удивленно спросила она, проводя по моему предплечью, где только-только начинал заново отрастать мелкая щетинка.

– Долго рассказывать. В ловушку попал. – произнес я, начиная одеваться.

Моя спешка ей явно не нравилась, но голод подгонял, да и не шибко мне хотелось заводить тут постоянную любовницу. Я разбойник с магическими способностями, а этот город кишит меченосцами, которые ни разбоя, ни магии не терпят.

Внизу Рок завтракал в компании близнецов и еще двоих незнакомцев. Кандидаты в наш отряд? У одного была татуировка райдхор с желто-красным цветком. Странный выбор для символа. Хотя вон одного из близнецов вообще Перышком окрестили. Это еще менее грозно, чем цветок. Но в целом то цветочный воин казался крепким парнем. На вид лет двадцать пять. Средний по земным меркам рост. Левый глаз закрывала повязка, из-под которой выходили несколько шрамов. Второй кандидат был чуть пониже и смотрелся на фоне цветочного тем еще уродцем. Плешивая голова, надутые щеки, землистого цвета лицо.

– А вот и Крайт. – поприветствовал меня Рок. – В голове прояснилось?

– Сойдет. – буркнул я, садясь за стол и набрасываясь на еду.

Готовились здесь неплохо. Омлет, какая-то мясная похлёбка, жирный и не такой солёный как обычно сыр, а ко всему этому кувшинчик кислого, но достаточно приятного пойла в два-три градуса.

– Так что у вас насчет арбалета? – спросил плешивый.

– Оружие есть. Его достаточно. Оплачивает заказчик. – заверил Рок.

Интересно, что он им стелет? Мол мы будем караваны охранять или руины обыскивать? На самом же деле их ждет встреча со Скейлом и предложение от которого нельзя отказаться. Дороги назад не будет. Хотя, если задуматься, мог ли я сейчас сбежать? Вполне. Рок не обладает сверхвосприятием робоскелета. Однако есть смысл бежать? Пока что мне в банде очень даже неплохо. Лишился только фаланги пальца, зуба, да потихоньку схожу с ума от болевого шока после сжигания заживо. Сущие пустяки.

Ладно. Это черный юморок. Моя задача в банде учиться рубаться, пока Первый постигает магию. А затем мы все трое соберемся и будем уже сами решать как нам жить. Возможно, к тому времени, я закрою свой долг перед Скейлом. Смог бы тогда забрать с собой Искру.

Почти весь день мы проторчали в Путевой Станции. Рок подыскал нам через местных знакомых четырех кандидатов для пополнения отряда. Того с цветком именовали Арайт. Собственно, название растения. Он вроде был копейщиком и носил повязку, закрывающую левый глаз. Одет парень довольно прилично. Вторым был плешивый. Он уверял, что медик и умеет хорошо стрелять из арбалета. Еще двое - обычные копейщики.

– Мечников не хватает. – вздохнул Рок. – Щит осваивать дольше. С ним надо лезть в ближний бой и он не так эффективен против чудовищ. Это трудный путь. Многие выбирают копье, глефу или нагинату.

– Я поздно начал осваивать бой. – признался Арайт. – Мне уже было за двадцать. Пришлось выбирать самое простое.

– А чем до двадцати был занят?

– Я жил в Стробе. Учился на аптекаря и подрабатывал переписчиком.

– Ого. – усмехнулся Рок. – То есть читать умеешь. Странный путь. Из книгочеев в воины. Убил кого-то? Изгнали?

– Сам ушел. Наверное, просто надоело читать чужие истории. Захотелось жить своей.

– Врешь. – с улыбкой ответил ему Рок. – Но нам плевать, что ты там натворил.

Ага. Ты, парень, еще не в курсе, что мы сами творим. Такие истории, что закачаешься. Это я как человек подавившийся собственным зубом заявляю.

Ближе к вечеру Рок предложил мне прогуляться за город. Мол у него там дело есть. Я был только за. Отъелся хорошо, но сидеть в прокуреном зале Путевой Станции уже надоело. А по тесной городской застройке Дымоводья не особо разгуляешься. Ни парков, ни скверов, зато помои на голову могут вылить.

Из задымленного куревом зала Путевой Станции мы вышли на узкую улочку, забрав перед этим оружие. Вокруг царила ночная тьма, местами разбавленная тусклым светом из окон домов. Отовсюду доносились человеческие голоса: смех, ругань, детский плач. Люди жили тут в страшной тесноте, но такова была цена безопасности.

У ворот райдхор-стражник спросил нас.

– Вы кто и чего приперлись в такую темень?

– Гости города. Хотим к подругам в Загончик сходить.

– Вот оно что? – усмехнулся стражник. – А я хочу наложницу, чтобы каждая сиська как моя голова. Не все мечты сбываются, друг. Ворота закрыты до утра.

– Серебро?

– Два. Вы ж обратно пойдете?

– Два так два.

Еще в кабаке я заметил, что Рок легко расставался с деньгами и любил шиковать. Впрочем, наши доходы с грабежа такое позволяли.

– Этот Арайт мутный тип. – произнес Рок, когда мы вышли за городские ворота. – Был учеником аптекаря и переписчиком в Стробе. Строб большой город. Он стоит на реке между землями магов и ордена. Денег там немерено. Даже учеником аптекаря можно стать только по наследству. Сам понимаешь, чтобы заслужить изгнание надо сотворить что-то посерьезнее обычного убийства. Иначе бы его родня просто заплатила штраф.

Впрочем, вся эта характеристика из уст Рока звучала скорее как рекомендация, а не осуждение. Мол есть в парне потенциал.

– А в какой такой Загончик мы идем? – спросил я.

– Да есть местечко. Там селятся те, у кого не хватает денег на дом в городе. Мы его не видели по дороге, потому что Загончик с другой стороны стен. Идти недалеко, но хочу прогуляться. В Загончике живет пара наших человек. Сливают сведенья про караваны, помогают продавать добычу. Одной бабенке мы занесем деньжат, а другому мужичку кое-какое оружие и светящиеся кристаллы.

Загончик оказался небольшой деревенькой, которую окружал высокий плетёный забор. Поселение примыкало одновременно к реке и городской стене. Внутри горел свет. Даже звучала простенькая веселая музыка. Ворота у Загончика были металлические. Над ними нависала кривая, вышка из ржавого железа.

– Кто идет? – послышалось сверху.

– Гости. – ответил Рок.

– Люди или перевертыши?

– Люди, конечно. Если сомневаешься, открывай и дай понюхать красного.

– Не открою. На веревке вам тряпицу спущу. Потому как вдруг перевертыши и кишки мне выпустите.

Перевертыши. Я уже много слышал про них. Какая-то нечисть, способная принимать человеческий облик и даже разговаривать. Против них жрецы Корнерога придумали красную мазь, запах которой заставлял перевёртышей кривится или даже терять ложное обличье.

Внутри Загончик представлял собой поселение с одной центральной улочкой, которая вела к небольшой площади у реки. Там располагалась питейные и увеселительные заведения. Горело несколько костров, играли музыканты, пара десятков низкорослых аборигенов отплясывали какой-то активный танец. Первый раз вижу местных крестьян хоть сколько-то счастливыми. Может быть, именно за этим они идут в город? Собирают мёд, сушат рыбу, делают брагу, чтобы потом обменять всё это на пару серебряных монет и спустить их вот тут на берегу. Даже в таком поганом мире человек тянется к счастью.

Я думал мы пойдем в какой-нибудь из борделей на площади у реки, но вместо этого Рок повел меня в темную часть Загончика. Дома здесь были заметно выше, чем в обычных деревнях. Глиняные стены, плетеные крыши, сверху присыпанные соломой или покрытые черепицей. Дома без огородов и располагались хаотично. Жили тут явно не от даров земли. Рок подошел к неприметному дому и постучал в дверь из ржавого металлического листа, криво установленную на таких же старых петлях.

– Кто там? – через минуту произнес женский голос.

– Твой давний и близкий друг. – жеманным голосом пропел Рок. – Открывай, солнце мое. Не бойся.

Дверь со скрипом отворилась. Внутри царил полумрак, разбавленный пятнами пары светильников. На пороге стояла женщина с худым, миловидным лицом, на котором читались усталость и страх.

– А это кто? – шепотом спросила она, указывая на меня.

– Человек наш. Не обращай внимания. Пошли в дом. – Рок начал заходить, взяв женщину за плечо. – Что-то ты, Солья, сегодня какая-то грустная.

Я вошел вслед за мечником и причина грусти женщины сразу стала ясна. Вокруг нас зажглись фонари. Из укрытий по обеим сторонам от двери появилась парочка незнакомцев. Я ощутил холод клинка в районе горла и хватку на запястье вооруженной руки. В доме было ещё двое мужчин. Один сидел за столом и держал зажженный фонарь, а около него стоял невысокий тип с коротким копьем.

– Оружие бросил. – прошипел мне на ухо противник.

Я разжал хватку, выпустив копье. Оно все равно сейчас мало чем поможет из-за длины. Рок тоже уронил на пол щит, повинуясь приказу. Я пригляделся к человеку за столом. На левой стороне шеи у него была наколка с мечом. Орден. Мы попались в засаду меченосцев.

– Это он? – спросил сидящий за столом меченосец у хозяйки дома. – Ну, чего молчишь?

– Уважаемые. Кажется, произошла какая-то ошибка. – спокойной и доброжелательно произнес Рок. – Мы охранники торговой гильдии. Не знаю, что вам наплела эта баба…

– Гильдии? Хорошо. Покажите бумаги. – все также строго, но уже спокойнее ответил меченосец за столом.

Ого. Значит у нас даже какая-то легенда имеется. Надеюсь, что следственные мероприятия тут находятся на зачаточном уровне и перекрестного допроса нам не устроят. Хотя буду просто утверждать, что недавно был нанят и подробностей вообще никаких не знаю.

– Бумаги? – все также спокойно ответил Рок. – Бумаги у нас в порядке. Позвольте…

Он аккуратно и медленно запустил свободную ладонь под полу одеяния, но уже через секунду резко дернулся, перехватил вооруженную руку врага и выкрутил ее каким-то приемом борьбы. Раздался хруст ломаемых костей. Одновременно с этим меня полоснули по горлу. Вот уж спасибо. Я начал падать. Не от реальной слабости, а чтобы ввести противника в заблуждение. Тут же активировал точку. Ощущение было странным. Наверное, мне перерезали важную артерию, идущую к мозгу. Поэтому на несколько секунд все вокруг померкло, когда кровоснабжение резко упало. Но уже через мгновение сознание вернулось, хотя сохранялась неприятная слабость. Сколько-то крови успел потерять, да и перепад кровоснабжения мозгам на пользу не шел. Но надо драться. Четверых Рок в одиночку может и не осилить.

Я поднялся на ноги, ощущая головокружение. Копье? Где-то под ногами в моей крови. Однако сначала надо разобраться с двумя ближайшими врагами. Я схватился за длинный кинжал с костяной рукояткой. Давний трофей из руин. Человек, перезавший мне горло сейчас отвлекся на Рока. Я ударил его в бок, но клинок уперся в звенья кольчуги, скрытой под одеждой. От неожиданности и головокружения выронил клинок. Проклятье.

Краем глаза заметил движение сбоку и тут же отпрянул назад, смещая шею с линии укола короткого копья. Все осложнилось.

Спереди Рок боролся с двумя противниками. Не знаю насколько успешно. Но судя по хрипам и крикам там кто-то кого-то убивал. Я же оказался на прицеле у вражеского копейщика, а человек сидевший за столом, доставал из ножен короткий меч. Я быстро огляделся по сторонам, схватил плетеную корзину, наполовину набитую тряпками, и, увернувшись от ещё одного выпада копейщика, надел эту хрень на голову ближайшего меченосца. Пригодился опыт Скайрима.

Благодаря прошлым сражениям я уже хорошо понимал как работает копьё. Поэтому мне удалось несколько раз уклониться, упреждая вражеские выпады. Противник взял короткое копье, чтобы комфортно работать в помещении. Однако не рассчитал длину. Он действовал одной рукой, чтобы увеличить дистанцию удара. Это делало его атаки более предсказуемыми и даже позволило мне один раз попытаться схватить его оружие рукой. Но вокруг было слишком тесно, чтобы рассчитывать долго оставаться невредимым. Кроме того, из-за стола уже поднялся мечник. Вскоре он присоединится к бою. Счет шел на секунды.

Я рванул назад, протаранив плечом металлическую дверь. Хозяйка не закрыла ее. Мне удалось выскочить на улицу, получив несколько мгновений передышки. Но бросать Рока нельзя. Если его прикончат, то и меня вскоре уработают. Мое длинное копье валялось на полу. Надо было любой ценой до него добраться.

Я достал правой рукой Spyderco, а другой склянку с пахучим зельем против перевертышей и ринулся вперед. Ножик метнул в лицо копейщику, склянку мечнику. Нужно было их отвлечь. Тут же кинулся вниз, схватил копье и рванул назад. В глазах сверкнули искры. Это меня таки на выходе полоснули мечом по скальпу. Сразу же бахаю точку, но главное что копье у меня. Несколько обманных движенией и первый укол мечнику в лицо. Тот хватается за пострадавший глаз, оседает на пол. Думал теперь заняться их копейщиком, но не пришлось. Рок уже расправился с двумя противниками и, подхватив щит, просто уничтожил парня с двух мощных рубящих.

– Внутрь! И дверь закрой. – прошипел мне Рок, добивая одного из меченосцев.

Я снова заскочил в дом. Хозяйка жалась в углу, от страха закрыв лицо. За занавеской плакал проснувшись ребенок.

– Это ты их навела?! – Рок в остервенении схватил хозяйку за плечо.

– Нет. Нет. Они просто вещи нашли. Вещи, которые у вас купила. Узнали краденое. Я не сказала кто…

– Ну смотри! – пригрозил он, швыряя женщину к стене. – Узнаю, что соврала - кишки выпущу.

Затем он подошел к обезоруженному меченосцу, которого я ткнул копьем.

– Кого вы ждали? Говори, падаль, или сейчас завоешь!?

– К-контрабандиста по имени Рок.

– Вот как. – усмехнулся ренегат ордена. – Ну дождались.

Коротким колющим в горло он оборвал жизнь меченосца.

– Пощади. – взмолилась женщина, падая на колени. – Если бы знали, что ты разбойник, то не пришли бы только вчетвером.

– Ладно. Живи. Как часто они засаду меняли?

– Часа через три должна смена прийти.

– Дерьмо! Сиди тихо или поплатишься. Крайт, пошли. Надо убираться из города.

Об этом я и сам мог догадаться. Эх, тяжела бандитская житуха. Мне повезло и отчасти не повезло попасть в мир, где шел постепенный переход от постапокалипсиса к просто хреновой средневековой жизни. Меченосцы уже не обычная банда, а крупное ОПГ с замашками государства. Патрули, налоги, ловля контрабандистов и даже зачатки идеологии.

Вместо того, чтобы вернуться к воротам, мы ломанулись к реке. Там Рок принялся барабанить в дверь одной из хижин.

– Это ты что ли, Рок? – раздался хриплый шепот из-за двери. – Кристаллы принес?

– Принес. Открывай скорее.

Мы ломанулись в полутемную землянку. Там нас встретил пропитого вида старик.

– Что за кипишь, родной? Дела спокойствие любят.

– Мечи у Сольи засаду держали. – выдохнул Рок. – Давай нас в погреб.

– Попалась таки, дуреха. – поцокал дед, отодвигая фальшпанели на стене. – Ох погано в этом городе стало, как мечи пришли. Было погано, а стало еще поганее. Кристаллы отдай, родной. За них уже человек хороший заплатил.

– Да. Да. – раздраженно ответил Рок. – Вот. Открывай тоннель. Нам надо валить из города как можно скорее. Меня больше не жди. Пришлю человека. Сигнал как обычно будет.

Вскоре мы практически в кромешной темноте пробирались через грязный, земляной лаз с редкими выступающими камнями. Он привёл нас в какую-то каморку на территории города. Там спал дурно пахнущий алкоголем мужичок, которого Рок растолкал и заставил открыть нам дверь.

Мы быстро вышли к Путевой Станции, где собрали вещи и разбудили близнецов. Затем начали разыскивать кого-нибудь из новичков. Разыскали троих, включая Арайта, плешивого и еще одного копейщика.

– Уходим через речные ворота. – произнес Рок.

Это было логично, учитывая что стражник на основных мог очень удивиться, снова обнаружив нас в городе. Дымоводье мы покинули без проблем. Прошли у самой воды мимо мельничных колес. Понимаю, почему этот путь пользовался меньшей популярностью. Под ногами хлюпала грязь, а над водой вились стаи кровососущей мошкары. Стражник на воротах тоже не устоял перед денежным вознаграждением. Впрочем, похоже у них не было приказа держать город ночью на замке. Просто лень было открывать ворота за так.

Так закончился мой первый визит в центр местной цивилизации. Одна драка в кабаке, один сеанс продажной любви и одна бойня дома у скупщицы краденого. Очень насыщенная программа.

Глава 4

До рассвета мы отошли от Дымоводья где-то на пять километров и укрылись в лесу. Пёрышко начал разжигать костёр. Плешивый помогал ему, а мы переводили дух.

– Э, ребят, а что за кипиш такой? – спросил наемный копейщик. – Вы с мечами из-за чего-то поцапались?

– Думаю, все просто. – заговорил Арайт, осветив мое лицо фонарем с зеленым волшебным кристаллом. – Вот он… – бывший писарь указал на Рока. – Чародей. А это… – он указал теперь на меня. – Подконтрольный перевертыш. Угадал.

– Мимо, но близко. – ответил Рок. – Крайт у нас чародей. Недоучка, но свои раны лечить умеет.

– Ах вот как. Не угадал. – разочарованно ответил Арайт. – Но полагаю, что работа наша будет состоять не в охране караванов?

– В охране наоборот. – ответил я.

– Э, ребят, погодите. – растерянно произнес копейщик. – Я на такое не подписывался.

Умом он явно не блистал. Иначе бы понял, что сдавать назад уже поздно. Ну или бы попытался сбежать от нас на привале.

– Тебе уже заплатили. – мрачно ответил ему Рок.

– Я верну. Просто… У меня половина семьи караваны стережет. Вы поймите.

– Выйдешь победителем против Арайта и иди.

– Ага. Значит испытание силы. – произнес бывший писарь.

– Только давайте рассвета дождемся. А то в потёмках не сможем нормально наблюдать поединок. – предложил я и меня поддержали.

Когда первые тусклые лучи солнца осветили выбранную нами полянку, то поединщики заняли места напротив друг друга. Тупоголовый наемник в качестве оружия использовал широкое, тяжелое копье с листообразным наконечником. Штука мощная. Раны от такого копья едва ли нормально заживут. Арайт вооружился глефой. Причем взял он ее одной левой рукой. Во второй же держал меч. На этом странности не закончились. Прежде, чем начать бой, он снял повязку, закрывающую левый глаз. За ней оказалась неприглядного вида дыра. Вокруг нее сплошные шрамы, а внутри блестело голое мясо и там… что-то шевельнулось. Через несколько мгновений из глазницы показались четыре тонких щупальца, которые уперлись в лицо Арайта. Эти конечности дернулись, выталкивая изнутри черепа кое-что странное. Это существо или придаток Арайта имело спереди кроме щупалец крупный, ядовито-зеленый глаз с крестообразным зрачком.

– Твою ж… – скривился копейщик. – Ты что за тварь? Перевертыш?

– Я? – наигранно удивился Арайт. – Обычный человек. Просто использую живой протез для потерянного глаза.

– Ты этой штукой видишь?! – снова скривился наемник.

– Да и не только.

– Я не буду с ним драться. Это какое-то колдовство. Кто знает, что он там еще припрятал?! – возмутился копейщик, обращаясь к нам.

– Вот именно это они и хотят узнать. – хладнокровно ответил Арайт. – Поэтому они не убили тебя сами, а приказали мне.

– Эй, ребят, погоди… – начал он, но Арайт уже пошел в его сторону.

Обладатель биопротеза шагал, широко расставив руки с обоими своими оружиями. Странная стойка. Копейщик направил на него свое острие.

– Не подходи ко мне с этой шуткой, падаль!

Арайт был одет в основном в черное. Довольно приличные для этого мира шмотки. Длинные перчатки полностью закрывали его руки. Высокие сапоги тянули на пять серебряных с горкой меди впридачу. Копейщик был одет заметно проще, да и боевая стойка у него ничем особо не выделялась. Он начал намечать удары и менять положение оружия, чтобы запутать Арайта. Правильно. Обладатель биопротеза же просто сокращал дистанцию. Наконец копейщик не выдержал и нанес укол. Левая рука Арайта неественно дернулась, отбивая удар древком глефы. Складывалось странное ощущение, будто конечность сработала сама, независимо от остального тела. Так вот, значит, что еще умеет его биопротез. Он управляет левой рукой. Видимо, еще и усиливает ее. Мне показалось, что под одеждой Арайта на несколько мгновений выступили очертания щупалец.

Копейщик отступил на пару шагов, уходя в защитную стойку. Арайт махнул глефой, словно саблей. Да, сила тут явно нечеловеческая. Однако копейщик легко заблокировал удар обеими руками. Он тут же контратаковал, поразив Арайта в район живота. Тот не успел отпрянуть.

– Видал я такое не раз. – усмехнулся Рок. – Заполучил особую силу, а обычной боевой подготовке внимания не уделил.

– Я еще могу сражаться! – прошипел Арайт, не обращая внимания на рану.

Он снова пошел вперед, а затем его левая рука заметно вздулась. Нечеловечкий глаз изменил цвет на красный и бешено завращался. Арайт нанес по противнику серию длинных рубящих ударов глефой. Сильных, размашистых и не особо эффективных.

– Жалкое зрелище. – продолжал Рок. – Наверное, тебе до этого было легко расправляться с крестьянами и новичками. Но стоило попасться на чуток опытного бойца, как просто махать глефой уже не работает? Я слыхал такие паразиты, сильно сокращают жизнь. Чем дольше его используешь, тем хуже приходится телу.

Шоу Смертельный Воин, блин. Беглый писарь с биопротезом против обычного, но относительно опытного рубаки.

– Конечно, он слабоват пока… – шепнул я Року. – Но может пригодится. А копейщика все равно ты отпускать не намерен?

– Конечно нет. Он нас мечам заложить может.

– Давай я все доделаю.

– Валяй Крайт. Твое право.

Техника копейщика была мне примерно понятна. Он явно прошел через несколько боев и простых тренировок, но развивать свои навыки за пределы этой базы не пытался. А вот я уже ступил на жестокий путь становления райдхор и за короткий срок успел продвинуться достаточно далеко.

– Хватит! – произнес я, выходя в центр поляны со своим копьем.

Арайт уже успел получить еще одну рану. Как бы не загнулся. Я же встал напротив копейщика. Даже жаль его немного. Дурак, но любителя повыпендриваться супер-глазом осадил.

У меня в запасе одна лечебная точка. Третий еще, наверное, спит. Но этого должно хватить. В идеале вообще обойдемся без ранений.

– Может еще все разом навалитесь? – зло спросил копейщик.

– Меня хватит.

Я занял стойку, медленно вращая копье. Наметил несколько ударов. Прикинул наши рабочие дистанции. У меня чуток длинее выпад.

– Ну! Давай! – с нетерпением крикнул копейщик, занимая защитную стойку.

Ну я и дал. Сделал три выпада, два из которых были ложные, а третий специально пустил в блок. Враг начал отводить мое оружие, а я развернул наконечник и крюком на отходе распорол ему левую ладонь. Копейщик выругался. Рана вроде не смертельная, но кровь брызнула очень даже. Хорошая штука - крюк. Позволяет проводить весьма инетересные и малопредсказуемые атаки.

– Бросай оружие. – приказал я. – Бросай и иди с нами. Бьешься ты не плохо. Пусть твою судьбу решает главарь.

– А он у вас кто? – спросил копейщик. – Колдун или монстр.

– Машина-убийца из древнейших времен, ужас и смерть несущая в сражения. – пафосно ответил я.

– Хрена себе вы ребята… – вздохнул наемник, бросая копье в траву.

– А то! – усмехнулся я. – Эй, перевяжи обоих. – обратился я к плешивому. – Ты же вроде лекарь.

– Да. Лекарь. Все сейчас будет.

Как-то сам того не заметив, я стал в банде четвертым по силе после Скейла, Рока и Искры. А учитывая лечебную магию, то может быть Искру бы я тоже одолел.. Да и ей не особо нужна власть. Так что по власти я уже третий. Неплохой карьерный рост, для того кто начинал в темнице.

Я пригляделся к татуировке копейщика, пытаясь распознать что на ней изображено. Какой же галимый партак. Кто-то явно сэкономил на художнике.

– Ты Камень? – спросил наконец я, пока плешивый перематывал копейщику руку.

– Сыр.

– Серьёзно? – усмехнулся я.

– А чего? Самая вкусная еда.

Ясно. Боец он неплохой, но мозги действительно на сыр похожи. Без извилин и с дырочками.

Однако отряд пополнился тремя новичками. Из них, правда, только один более-менее опытный воин, но потенциал у Арайта есть. Надеюсь, этот паразит не угробит его слишком быстро. Ну и лекарь в отряде тоже очень пригодится. Не за себя, за Искру беспокоюсь. Она слегка бешеная и очень любит рисковать.

Передохнув совсем чуток, мы продолжили путь, чтобы мечи нас точно не настигли. Обратная дорога заняла почти пять дней. Рок специально петлял и путал наши следы. Запасы еды закончились. Впервые за долгое время я снова ощутил серьезный голод. Благо хоть приступ сгорающей кожи случился всего один и тот довольно слабенький. Возможно, у моей нервной системы сейчас просто не было достаточно ресурсов, чтобы вдоволь побеситься. Безумие штука энергозатратная.

По возвращению в форт мы валились с ног. После плотного ужина, я, забив пока на купание, лежал у себя в комнате, а Искра сидела рядом.

– Ну и мы значит заходим. Рок говорит что-то типа: добрый вечер, а чего такая грустная. И тут мне к горлу нож. – пересказывал я наши приключения.

Она смотрела на меня, время от времени кивала или дела какие-то жесты, подтверждая что слушает. Иногда в её жёлто-оранжевых глазах мне чудилась жгучая тоска. Будто Искра что-то очень хочет сказать, но магическая рана держит её мысли в темнице молчания. Поэтому мне приходилось либо говорить за двоих, либо отвечать прикосновениями на прикосновения.

– И потом оказалось, что этот Арайт живет с каким-то супер-паразитом в теле, который делает его сильнее. Но сам этот парень драться практически не умеет. Машет глефой как придурок.

Раздался стук в дверь.

– Крайт, Крайт. Там Скейл и Рок хотят с тобой поговорить. – голос принадлежал одному из близнецов. – Они на первом этаже круглой башни.

– Ага. Скоро буду. – бросил я.

Как же тяжела жизнь разбойника времён магического постапокалипсиса. Даже отоспаться и выкупаться после рейда не дают.

Я медленно поднялся с кровати, ощущая тяжесть в ногах. Даже возникла идея использовать заряд, но надо уважать время и усилия Третьего. Использовать лечение только в ситуациях реальной необходимости. Искра пошла вслед за мной.

Круглая башня представляла собой одну из самых заброшенных частей форта. Половина потолка там обвалилась и на верхние этажи шёл дождь. Ночная прохлада вместе с туманом проникала сквозь проломы, выстужая тепло из этого места. В круглой башне лежало много уже ни на что негодного хлама. Прогнившая древесина, насквозь проржавевший металл. Там жил Скейл. Если слово жил, конечно, к нему применимо. Пару раз я заходил туда и видел, как он сидит, прислонившись к стене между ящиков и совершенно не двигаясь. В своей старой, отсыревшей одежде он напоминал часть брошенных в круглой башне древних вещей. Это было обманчивое впечатление. На самом деле Скейл гораздо более древняя брошенная вещь, чем все в башне. Он происходит из эпохи задолго до создания нашего форта.

По слухам прямо под круглой башней находится подвал, заваленый тяжёлыми камнями, которые даже Искре и Року не сдвинуть. Там Скейл хранит свои несметные богатства, которые копит уже не один десяток лет для воплощения неизвестной цели, когда-то вложенной сгинувшим создателем в его металлическую голову.

Когда мы с Искрой зашли на первый этаж, то услышали обрывок разговора:

– Нам всё равно придётся или бежать или с ними драться. Заход в Дымоводье это только начало. Пока орден не умоется кровью, он будет лезть сюда.

– У нас сейчас другие цели. – ответил Скейл. – Цели определяю я. Война с орденом пока для меня бесполезна. Крайт, проходи и послушай.

Я зашёл в относительно просторное, но захламленное помещения, где среди завалов тряпья росли от влажности мелкие зеленоватые грибы. Кажись те самые галлюциногенные, от которых меня когда-то плющило во время тестирования съедобности.

– Этот Арайт оказался очень болтливым парнем. – начал разговор Рок. – И болтает интересные вещи.

Я почему-то ни фига не удивлён. Вообще Арайт, что называется мутный пассажир. Ушёл из своего города в поисках силы, прирастил какого-то паразита и радостно ныряет на дно криминала.

– Наш отряд разделится. – сразу перешел к инструкциям Скейл. – Мы с Роком по наводке Арайта атакуем тайную базу ордена. Но одновременно кто-то должен встретить нашего информатора. Он приведёт к вам небольшой торговый караван. Убить следует всех. Этот человек уже неоднократно подводил нас и распространял ненужные слухи. Он исчерпал свою полезность. Отряд поведешь ты.

– Понял. Но я ещё довольно плохо ориентируюсь в округе.

– С тобой для этого пойду Искра, Клейменный и Ржавый. – ответил Рок. – Возьми с собой ещё двоих новеньких. Лекаря и копейщика. Если начнут дурить - в расход.

– Ладно. Охраны много будет?

– Информатор говорит, что мало. – ответил металлическим голосом Скейл. – Но его слова нельзя считать надежной информацией. Перед атакой проведите разведку.

– Магов или аргальцев не будет?

– Этих точно не будет. – заверил Рок. – Они пойдут с орденской заставы. Но какую-то подлянку ждать можно.

Значит мне предстоит роль лидера рейда. Приятно, но запарно. Отряд из пяти бойцов. Наверное, ещё несколько слуг можно с собой прихватить.

– А что везет караван? – спросил я.

– Вроде ремесленная семейка из города в город перебирается. Всё продали и собираются обосноваться в Дымоводье. У них с собой деньги, ценности и инструменты, которые они хотят пронести мимо центральных ворот и не облагать налогом. Собираются зайти в город через лаз. Тот который мы использовали. Наш информатор поведет их якобы по безопасносной дороге в обход патрулей.

Ясно. Несовместимая с жизнью жадность погубит этих людей. Погубит однако моими руками.

– Идти недалеко. – продолжал Рок. – Три дня через лес. Места глухие.

Да тут куда не плюнь места глухие. Здешние города по меркам родной Земли тянут максимум на поселки с плотной застройкой. Сколько в них живет? Тысяча человек? Две? Едва ли три. На большее просто не хватит кормовой базы в виде окрестных деревень и рыбной ловли. Хотя, Рок говорил, что в этом мире есть и по-настоящему большие города. Например, Аргаль где-то в пустыне или Строб, откуда сбежал Арайт. Эти города существуют за счёт древних технологий, которые до сих пор продолжают работать.

– Выходите завтра днем. – добавил Скейл.

На этом брифинг в разбойничьей шайке был закончен. Рок и Скейл продолжили спорить про конфликт с орденом, а мы с Искрой пошли мыться. Раз уж поднялся с кровати, то надо воспользоваться шансом. Жаль слуги долго воду будут греть. Увы, древний электрочайник в число нашего лута не входил. Я ждал, прислонившись к стене у комнаты для купания. И вдруг начался новый приступ. Ему предшествовало уже хорошо знакомое ощущение надвигающегося здеца. Будто невидимая волна накатывает на нервную систему, захлестывая с головой. Сердцебиение участилось. Холодный пот выступал на спине и ладонях.

– Возьми меня за руку. – шепнул я Искре. – Возьми и не отпуская.

Она молча кивнула, следуя моей инструкции. В этот раз приступ развивался медленнее обычного. Я "смаковал" каждое ощущение. Мысли путались, а нервная система начинала сходить с ума. Разбалтываться, расшатываться, напрасно жечь ресурсы. И вот главное блюдо вечера: я медленно прожаренный на фантомном огне. Это ощущение уже было слабо похоже на реальные ожоги. Не боль, а некая дикая перегрузка нервов. По каждому из них пустили ток на полную катушку. Короткие замыкания заставили мои мышцы непроизвольно сокращаться, совершая сверхусилия. Перед глазами будто взрывались фейерверки и в ушах шумело. Более того, фантомное пламя мне мерещилось. Синий, газовый огонь, охвативший мои предплечья и пальцы. Не только поверхностные слои кожи. Я горел изнутри. Пламя просачивалось сквозь поры кожи, являя себя моему затуманеному взору.

Не знаю сколько это продолжалось. Пять минут, час, сутки? На самом деле, наверное, что-то около тридцати минут. Слуги как раз приготовили достаточно горячей воды. Я потихоньку успокоился. Сила оставила моё тело вместо с уходом призрачного огня. Я оперся спиной о стену, тяжело дыша. Глаза открывать не хотелось, но рядом была Искра. Надо дать ей знать, что со мной все в порядке. Хотя в порядке ли? Почему со мной творится эта чертовщина? Нормальная реакция психики на пережитый здец или какая-то магическая болезнь, как немота Искры? Я разлепил глаза.

– Всё нормально… Все…

Искра смотрела на меня с непривычным для её жестокой натуры беспокойством. Мой взгляд упал на наши руки. Я всё ещё держал её ладонь. Не просто держал. Во время приступа я впился в неё с такой силой, что даже мои тупые и мягкие человеческие ногти прокололи ей кожу. С трудом разжал нашу хватку. Ладонь Искры тряслась от перенапряжения. Следы моих пальцев отпечатались на смуглой коже белыми пятнами. В двух местах я заметил кровоподтеки. Синяки? С такой вот силищей я сдавил ей руку.

– Прости.

Она легко толкнула меня в плечо: мол ерунда. Но надо быть осторожнее. Ещё чуть-чуть и я мог бы сломать ей и себе пальцы. Что ж со мной творится?

Глава 5

После приступа фантомного горения я спал очень долго и крепко. Очнулся уже в районе местного полудня, когда пора было собираться в поход. Черт, опаздываю.

– Искра!? – я пробежался по ближайшим помещениям форта в поисках подруги.

Она нашлась в главном зале, где уже почти собралась для выхода. Сабля висела на поясе, щит лежал рядом на скамейке. Девушка вопросительно посмотрела в мою сторону.

– Отлови для нас штуки четыре слуг побоевитее. Чтобы стреляли неплохо или копьями кидались. Ну и запасы таскали, ясное дело.

Искра кивнула и, оставив щит, направилась на поиски "добровольцев". Я же пока обшарил стол на предмет сладкого травяного чая или медовухи. Страшно хотелось выпить чего-то калорийного. Нашлось пол кувшина уже остывшего чая, который я с огромным наслаждением выхлебал.

– Готов к походу, Крайт?

Я обернулся на знакомый голос. Это был дед-татуировщик. Кстати, его имени я до сих пор не знал. Все в банде звали его просто стариком или дедом. Личностью он был довольно скрытной. Однако башка у него соображала, раз сумел дотянуть до седин в этом неприветливом ко всему живому мире. Старикам здесь не место. Чаще попадались старухи. Просто в случае какой-то жуткой резни женщин забирали как трофеи. Старух тоже щадили, если можно назвать пощадой положение рабыни какой-нибудь очередной банды. Местные райдхор не очень то любили сами марать руки работой. Они предпочитали их пачкать не грязью, но кровью. А вот мужчине прожить положенный срок тут на децл сложнее. Могут на всякий случай прирезать или тяжелой работой в шахте уморить.

– К походу? Почти готов. Поем, броню нацеплю и в путь.

– Ну-ну. – лукаво усмехнулся дед. – Первый выход в роли командира. Береги себя, Крайт. У этих земель острые зубы. Острее, чем у твоей милой подруги.

Охотно верю, но и я здесь уже далеко не со вчерашнего дня. Этот мир попробовал меня на зуб не раз. Хорошенько цапнул, но пока мне удавалось вырываться из его пасти, не давая заглотить себя целиком.

Мой отряд собрался быстро.

Из проверенных людей шли Искра, Клейменый и Ржавый. Последний был в отряде еще до моего прихода, но мы особо не пересекались. Обычный райдхор-середняк. Копейщик и метатель дротиков. Половину его лица покрывали мелкие тёмно-коричневые пятна. Собственно, отсюда и кличка. Дед набил ему на шею изображения проржавевшего меча, обломанного наполовину.

Из новичков шли спасенный мной Сыр и плешивый медик. У первого еще была рана на руке, но её хорошо перевязали. Копьём работать сможет, если аккуратно. А если неаккуратно, то рана откроется снова, но тоже не критично. Переживет. Медику выдали трофейный аргальский арбалет с сложносоставной дугой.

Кроме того, мы брали с собой четверых слуг. Трое с маломощными арбалетами и один с дротиками.

Итого двое щитников: Искра и Клейменый. Причем, Клейменый носил большой, ростовой щит наподобие средневековой павезы. Трое копейщиков: я, Ржавый и Сыр. Плюс пятеро стрелков.

Отряд не супер мощный, но лесное зверье разгоним и слабенький патруль меченосцев тоже можем покарать.

Я надел легкие доспехи из древнего металла, защищающие корпус, бёдра, колени и плечи. Шлем же было обычным орденским трофеем. Искра носила кожаную куртку с металлическими пластинами внутри для защиты корпуса и рук. Тоже лёгкий, древний металл. Клейменый запаковался в обычное железо, но зато собрал на себе практически полный рыцарский доспех. Его шлем с Т-образным вырезом хорошо прикрывал лицо. В общем, тяжёлый танк. Ржавый и Сыр довольствовались орденскими кольчугами и открытыми шлемами.

В таком боевом составе мы выходили на лихое дело.

– Значит так… – вздохнул я, оглядывая свое войско во дворе форта. – Если начинается замес и перед этим вы не получили других приказов, ты и ты… – я указал на Ржавого и Сыра. – Работаете с Клейменым. Прикрываете его, а он держит вам первую линию. Я работаю с Искрой. Ты… – указал на плешивого. – Держишься за мной и пытаешься подстрелить самого опасного или наиболее уязвимого врага. Остальные? Просто стреляйте из-за наших спин. Главный в походе я. Дорогу знает Искра. Она идет первой. Погнали.

И мы двинулись в сторону леса. Нас ожидали три дня похода через глушь до условленного места. Ходить по лесам я уже привык, но отдыха не хватало. После визита в Дымоводье хотелось бы недельку потусить в форте, отоспаться, отмыться. Возможно, мои приступы сошли бы на нет. Но приказ есть приказ. Хромой не из тех с кем их можно обсуждать. Рок вон пытается, но без толку. Причем Скейл на споры не обижается. Обижалку вместе с остальными эмоциями он давно отключил, чтобы не впасть в безумие. Однако переубедить древнюю машину очень сложно или вообще невозможно. У него есть какие-то представления о правильном пути к его загадочной цели. Остальное хромого просто не интересует. Выполняй приказы или последует наказание. Не особо ценных бойцов и слуг он может убить за один серьезный проступок. С кем-то более важным типа меня или Рока сначала ограничивается предупреждениями и только потом переходит к наказанию. Похоже, сильные бойцы нужны ему для достижения загадочной цели.

Первый день нашего похода выдался довольно теплым, но такая погода радости не приносила. Хотя мои доспехи были сделаны из лёгкого древнего металла, однако всё же они ограничивали движение. Искра распахнула свою бронекуртку, демонстрируя под ней лёгкую рубашку, липнущую к груди и плоскому животу девушки. Даже ей было жарко.

Бойцам в обычном железе приходилось ещё труднее. Они быстро потели и начинали тяжело дышать. Особенно страдал Клейменый. Видать за день до похода он крепко напился и теперь шёл с бодуна. Из его отрезанного носа сочилась слизь, а чудовищная смесь с запахов перегара, пота и немытого тела заставляла кривиться меня даже после всех моих предыдущих приключений в мире грязно-гнилого магического постапока. Причем, Клейменый прекрасно понимал насколько он себя запустил. Однако даже не пытался выбраться из этой ямы. Вся его жизнь превратилась в выпивку, нытьё о прошлом и приставания к женщинам, которым он был отвратителен. На привале я приказал слугам разжечь два костра. Мы с Искрой сидели отдельно от другой части отряда. Не уверен, что это правильно с точки зрения лидерства, но хотелось держаться подальше от Клейменого и его вони. Слуги тоже уселись отдельно, отдыхая после тяжелого дня. Райдхор у костра пили брагу, перекидываясь грубыми шутками. Бухать в походе. Отличная идея. Надеюсь ближе к бою алкашка у них кончится и мне не придётся пинками наводить дисциплину.

Ночь прошла спокойно. Репеллент отпугивал диких животных, да и сил у нашего отряда достаточно, чтобы дать им отпор. Единственной проблемой было похмелье у Клейменого и Сыра, которые умудрились перебрать вчера. Они шли, обливаясь потом и постоянно требуя у слуг воды.

Искра уверенно вела нас сквозь лесную чащу, находя извилистые звериные тропы. Из-за тёплой погоды от влажной земли поднимались гнилостные испарения и было тяжело дышать. Вокруг нас образовалось что-то наподобие грязно-зеленого тумана. В этой дымке тучами вилась мошкара. Но затем мы вышли из густой чащи и оказались на широкой просеке, заросшей низким кустарником и яркими, черно-желтыми цветами. Подул освежающий, прохладный ветер, и наконец-то доспехи перестали чувствоваться такими тяжелыми. Вдыхая чистый воздух, я ощутил, как силы возвращаются ко мне. И, хотя, где-то в паре сотен метров от нас уже маячила стена кривых деревьев, но даже недолгая прогулка по открытому пространству уже поднимала настроение. Кроме того, просеку пересекал чистый по местным меркам ручеек. А не повод ли это сделать остановку?

– Привал! – скомандовал я, поворачиваясь к остальному отряду.

– Мастер, это дурное место. – с такими словами ко мне подошел плешивый медик. – Попрошу вас пройти дальше.

Его некрасивое, отекшее лицо выражало искреннее беспокойство.

– Дурное? Почему? – спросил я.

– Цветы. – указал он на те самые черно-желтые бутоны. – Я вырос в крупном селении. Не в городе, но у нас было ополчение и проблем с простым зверьем почти не возникало. Однако иногда люди пропадали. Здоровые взрослые уходили в ближайший лес за ягодами и не возвращались. Их тела часто находили среди таких цветов. И, мастер, уверяю вас, это были необычные смерти. Они снимали с себя всю одежду.

Смахивает на парадоксальное раздевание. Незадолго до смерти от холода человек иногда снимает с себя всю одежду, как будто его охватывает невыносимый жар.

– А ты складно говоришь для просто лекаря. – отметил я.

– Благодарю, мастер. Я был помощником хорошего, ученого лекаря из большого города. Но еще про цветы… Я видел много трупов в лесах. Знаю, что с ними делают насекомые и звери. Но те тела… У них были вскрыты животы, съедены внутренние органы, а лица, руки, ноги - нетронуты. На них почти не сидели насекомые. Падальщики не пытались есть мясо.

А вот это звучит, действительно, странно. Здешнее зверье можно отпугнуть с помощью запахов специальных мазей. Возможно то, что убивало людей из поселения плешивого, впрыскивало в своих жертв подобный состав. Этакий способ уберечь добычу от других хищников и падальщиков.

– Отмена привала! – скомандовал я. – Идем к лесу. Всем держаться подальше от цветов.

Сзади раздались недовольные возгласы похмельных райдхор, но спорить со мной никто не стал. Мы быстро прошагали открытое пространство, которое мне теперь казалось, действительно, очень подозрительным. Я в этом мире уже не первый день. Успел насмотреться на его "красоты". Местные леса это совсем не та природа, где хочется провести отпуск. Но попавшаяся нам просека заметно отличалась в лучшую сторону. Зелень здесь была ярче, воздух свежее, мошкары меньше. С первого взгляда я насчитал семь кустарников съедобных ягод. Всё казалось таким приветливо-ласковым, будто шептало тебе на ушко: останься здесь, отдохни, побудь с нами подольше. Поначалу подобный вид меня радовал, но после рассказа плешивого, он начал восприниматься как приманка в ловушке. Чудилось, будто кто-то или что-то наблюдает за нами, скрываясь среди зелени. Черно-желтые цветы качались на ветру. Даже издалека я мог заметить, что от них летит во все стороны дымка золотистой пыльцы.

Мы углубились в лес метров на четыреста, прежде чем я скомандовал привал. Все кроме Искры сильно притомились от перехода. И воды у нас было меньше, чем хотелось бы. Жара и похмелье плохо сказались на наших запасах. Набрать воду из ручья? В принципе можно. Он же начинает до просеки. Даже если предположить, что там есть опасность, исходящая от чёрно-жёлтых цветов, то в лесу я их не заметил.

Я подозвал к себе троих слуг и плешивого, которому сказал:

– Заряди арбалет. Сходим за водой к ручью.

В воздухе ощущалось повисшее напряжение. Особенно мне не нравилось поведение Искры. Она постоянно всматривалась в сплетения кривых древесных крон, словно ожидая оттуда опасности.

– Ты уже сталкивалась с чем-то подобным? – спросил я.

Девушка не оборачиваясь кивнула.

– Просеку ты раньше проходила.

Снова жест согласия.

– Там уже было опасно? Были эти цветы?

Искра скрестила руки в отрицательном жесте. Охотно верю. Едва ли бы она стала подвергать отряд опасности и вести нас в дурное место. Налетел лёгкий ветерок, зашелестели кроны деревьев, заставляя меня нервничать еще сильные.

С Искрой, тремя слугами и плешивым мы пошли за водой. Девушка старалась выбирать дорогу, избегая слишком густых участков леса, где обзор бы нам закрывали ветви и кусты. Вокруг я заметил множество крупных ягод. Они будто не дикие, а выращенные на грядке. Так и блестят, так и манят. Под ногами попадались грибы, которые тоже отличались размером и привлекательным внешним видом.

– Ничего здесь не собирать! – предупредил я слуг.

Надо поскорее набрать воды и валить как можно дальше. Что-то с этим местом явно не так.

У ручья было довольно тихо, не считая едва слышного журчания воды.

– Внимательно смотрите по сторонам и на ручей. – предупредил я. – Если будут какие-то странности - срочно говорите мне. Искра, глянь в порядке ли вода.

Девушка подошла к ручью и наклонилась, бряцнув скрытыми в куртке металлическими пластинами. Через несколько минут наблюдения и дегустации она показала жест - большой палец вверх. Это я её научил. В принципе, если будут время и желание мы могли бы изобрести собственный язык жестов.

– Набирайте воду. – сказал я после этого слугам, внимательно оглядываясь.

В шуме древесных крон мне послышался посторонний звук. Будто там по ветвям где-то прыгало мелкое животное, наподобие белки, но на глаза оно мне не показывалось.

– Внимание наверх. – скомандовал я плешивому.

Он поднял арбалет, наводя его на кроны деревьев. И тут раздался звук, от которого у меня мурашки забегали по спине. Это было тихое, мелодичное пение с оттенком некоторой насмешки. Звук шёл сверху, но мне было сложно определить откуда точно. Теперь мне абсолютно ясно, что это не зверь и не птица. Мы имеем дело с монстром. Каким-то очередным осколком сгинувшего мира великих чародеев. Тянулись долгие мгновения, но атаки не последовало. Лишь мелодия и смех среди нависших над нами древесных крон.

Что-то шлёпнулось около ручья. Я увидел птицу-падальщика с выпущенными внутренностями. Она ещё была жива и вращала головой на длинной шее, развивая клюв, но не издавала ни единого звука. Словно не желала заглушать мелодию.

– Живее! – рявкнул я, подгоняя слуг.

Они и сами были рады как можно скорее убраться из жуткого места. Вскоре мы направились обратно, постоянно оглядываясь и ожидая удара в спину, но его не последовало. Возможно, эта тварь не особо крупная. Полагаю, своих жертв она убивает не с помощью грубой силы, а применяя какие-то ловушки и дурман. Сомневаюсь, что у неё хватит могущества отравить всю воду в ручье, но вот ягоды вокруг очень подозрительные.

Мы вернулись к остальной части отряда. У них всё вроде бы было в порядке. Собранную воду сначала проверим на одном из слуг. Если всё нормально, то после кипячения можно пить и остальным. Нужно идти дальше.

Мы продолжили путь и лес начал постепенно приходить в норму. Пропали кусты с огромными ягодами, зелень больше не казалось такой яркой. Отлично. Но до самого вечера я внимательно поглядывал на кроны деревьев и реагировал на каждую птицу. Надо было располагаться на привал. Костра разводить не стали. Ночью мы усилим дежурства. Либо я, либо Искра будем на посту плюс ещё двое. Слуги нанесли антизвериный репеллент на деревья рядом и началась очень долгая, тревожная ночь.

Уснуть получалось традиционно плохо. Несколько раз я ощущал, что подкатывает приступ фантомного огня и старался не допустить его. Как-то расслабиться, забыться. Иначе вспышка нервной активности измотает меня, сделав на долгое время полусонный овощем. Не такой лидер нужен отряду в тяжелое время. Хорошо, что Искра была рядом. Только на нее я мог полность рассчитывать.

Пока пытался уснуть, в лесу послышался знакомый хрипло-влажный клекот. Шавкодранки. Сейчас с удивлением думаю, что когда-то эти трусоватые твари представляли для меня угрозу. Большинство местных защищалось от них при помощи мазей-репеллентов за авторством жрецов Корнерога. Даже обычные крестьяне шавкодранок не особо боялись.

Клокочущий звук раздался ближе. Странно. К нему добавился протяжный и низкий блеющий звук. Голос самца дикого четерехрога. Эти скотины что-то среднее между бараном и лосем. Шавкодранки решили напасть на раненого зверя? Черт. А не могли свое "В мире животных" устраивать подальше от места, где я пытаюсь уснуть?

Я ощутил, что Искра трогает меня за плечо. Плохой знак. Открыл глаза, привыкая к темноте. Потянулся к копью. На фоне редкого света, пробивавшегося сквозь кроны деревьев, я увидел силуэт Искры. Она с тревогой прислушивалась и приглядывалась к ночному лесу. Рядом с нашим лагерем явно происходила какая-то нездоровая движуха. Снова раздался голос четырехрога, но уже с другой стороны. Тут два самца? Чушь. Эти животные - одиночки. Я отполз в сторону и толкнул Сыра.

– Буди всех. Сейчас что-то будет.

"Что-то будет" не заставило себя долго ждать. Клекот шавкодранок, вопли четырехрогов замолкли и будто бы все остальные звуки ночного леса утихли, когда заиграла уже знакомая по дневному визиту к ручью мелодия. Однако теперь в ней не было и следа насмешки. Таинственная, шепчущая, она лилась на землю с темных крон деревьев.

Наш отряд проснулся, готовясь к бою. Враги приближались к лагерю. Я разогнал мрак фонариком телефона, высветив множество пар блестящих глаз. Шавкодранки, четырехроги, какие-то животные помельче. Музыка неизвестного монстра вела их к нам, словно флейта Гамельнского крысолова. И репеллент тут уже не поможет. Нам остается только драться.

Глава 6

Животные могут быть опасны, непредсказуемы, но они совсем не монстры из компьютерной игры, которые нападают на всех встречных и бьются до смерти. Однако сегодня ночью это правило не работало. Неизвестный монстр взял лесную братву под контроль, превратив в бездумное пушечное мясо. Звери бросились в атаку, не щадя себя и тем более нас.

Это не было похоже на все мои предыдущие бои. Темнота, рвущиеся вперёд безумные животные, крики покусанных слуг. Я схватился за копьё, нанося удары по мелькающим телам шавкодранок. Однако убить кого-то из тварей с одного укола не получалось. Две тут же налетели на меня, пытаясь кусать за ноги. Я начал что-то наподобие дурацкого танца. Высоко вскидывал ноги, отступая назад, заодно пытался заколоть копьеи кого-то из обезумевших зверей. Ни о каких точных ударах речи не шло. Поэтому, несмотря на множественные раны, твари продолжали кидаться на меня.

Затем удар.

Меня бросило назад, и спиной я врезался в ствол кривого дерева, больно ушибившись об узел-опухоль. Твою же! Четырехрог боднул меня из темноты, пока я занимался шавкодранками. Дыхание сбилось. Спал то без брони. Я инстинктивно рванул в сторону, догадываясь что тварь будет таранить снова. Так и вышло. Раздался необычайно звонкий удар крепких рогов зверя о дерево. Главное не выронить копьё…

Кое-как удалось вдохнуть. Судя по острой боли в ребрах, там есть переломы. Пора использовать точку. Активировав лечебный заряд, я метнулся в сторону, двигаясь по кругу и стараясь прикрываться деревьями. Одновременно, словно метлой, размахивал по низу копьём. Пытался подрезать крюком лапы шавкодранкам.

Ситуация у меня лично вроде как налаживалась. Но судя по крикам и визгам отряду приходилось очень несладко. Черт. Сходил, называется, первый раз командиром.

Нужно перебить четырехрогов. Именно они представляют реальную опасность. Продолжая уворачиваться, я старался поймать момент для атаки. Единственным источником света был телефон, который я уронил во время первого натиска животин. Теперь он валялся где-то в районе моего спальника, высвечивая лучом фонаря низкие кроны. Это не сильно помогало, но я умудрился ткнуть четырехрога в бочину. Правда зверь продолжил атаковать. Значит ничего важного не задел, а кровью истекать он будет долго. Вот зараза!

Я ломанулся в сторону и чуть не получил удар копьем. Лезвие чиркнуло по боку, слегка порезав. Да твою ж! Едва ли меня пытались убить. Просто в темноте Ржавый, видимо, тыкал куда придется.

– Свои! – заорал я.

– А? О! – донеслось в ответ, а потом обратилось в "Ай!" и поток брани.

Похоже до него добрался кто-то из мелких животин и укусил за ногу. Это безобразие пора заканчивать. Я рванул туда, где мерцал в темноте телефон. Пнул по дороге какую-то здоровенную крысу и подхватил смартфон. Луч света в темном царстве принялся выхватывать из мрака отдельные образы этого хаотичного замеса. Вот Клейменный поднял свой щит, уперся в него всем телом, а его раз за разом таранит четырехрог. Вот визжащего слугу хавают на земле шавкодранки. Помянем. Вот плешивый оперативно забирается на дерево. Умно. Вот Искра… Искра!

Я бросился на помощь девушке, словно чертов главный герой голливудского фильма. Толкнул её в сторону, подставляясь под таранный удар четырехрога. Дело тут не в Великой Любви. Просто у меня есть лечебные заряды, а она может получить серьёзное ранение.

Таранный удар я успел чуток смягчить, работая ногами и уводя корпус в сторону. Было неприятно, но терпимо. Однако и копьё, и телефон я выронил. Ничего. Схватившись правой за один из рогов животного, левой достал нож и вскрыл горло. Тварь укусила меня за плечо, но зубы не пробили одежду. Максимально синяк. А вот боевой запал четырехрога быстро закончился вместе с убывающей через вскрытое горло кровью. Копьё, телефон!

Телефон схватила Искра. Молодец. Она действовала без щита. Орудовала одной саблей и левая рука у неё была свободна.

– Свети! – крикнул я, беря копьё обеими руками.

Расклад улучшился. Ну вот теперь мы можем хорошенько поубавить число местного зверья. Я принялся орудовать копьем. Искра высвечивала спины и бока обезумевших животных, чтобы туда тут же устремился мой наконечник. Я колол, протягивая кончик копья вниз, чтобы расширить рану. Вскрывал таким образом худые животы шавкодранок. Искра тоже не просто светила. Резким, рубящим ударом она почти отсекла башку ещё одному четырехрогу. Взрывной силы ей, конечно, не занимать.

– Всё сюда! – обратился я к отряду. – Сюда! Не разбегайтесь!

Кажется, меня услышали. Ржавый и Сыр подтянулись ближе, присоединившись к моему геноциду шавкодранок. В три копья все пошло намного бодрее. Искра ударом сверху перерубила шейные позвонки третьему четырехрогу, который мучал Клейменого. Теперь и щитник присоединился к нам. Отлично. Всё райдхор на ногах. Значит обошлось без фатальных ран.

Зверей пришлось перебить всех до единого. Никто из них не побежал. Мелодия неведомого монстра свела их с ума, превратив в мясные марионетки.

Какие потери? У телефона пошли две трещины по экрану. Кто-то наступил. Одного из слуг довольно сильно порвали. Обкусали руки, прокусили ногу. Зараза! Ещё двое пострадали меньше. Из райдхор пару укусов получил Ржавый. В свете костерка и моего телефона плешивый обрабатывал раны. Загадочная мелодия стихла, но я до сих пор ощущал чьё-то враждебное присутствие рядом. Гадство. Ещё пара-тройка таких атак и от моего отряда рожки да ножки останутся. Разве что, райдхор уцелеют за счёт брони. Теперь-то мы не будем её снимать ночью. Но слуг порвут в клочья и ран нахватаемся. Не дай боже у кого инфекция начнется. Нужно решать проблему, только вот как? Загадочный враг даже не хочет нам показываться. А что если в следующий раз он циклопа сможет на нас натравить?

– Эй, начальник? – обратился ко мне Сыр. – Чего делать? Всё как-то в жопу движется.

– Движется. – согласился я. – Сейчас разберемся. Дайте мне полчаса. Хотя, может быть, ответа придется ждать до утра.

– Какого ответа?

– Какого надо. – резко произнес я, чтобы пресечь дальнейшие расспросы.

Есть у меня кореш, проходящий ныне обучение на факультете прикладной магии. Надо ему описание чудовища аудиосообщением скинуть. Может сам опознает или у преподов уточнит.

Я закрыл глаза и постарался снова добиться состояния контакта с другими своими частями. Не выходило. Слишкому уж неспокойной была обстановка вокруг. Стоны, шепоты, суета. Надо прилечь и надеть наушники.

– Всем оставаться на местах. Мне нужно несколько минут тишины, чтобы поколдовать. Ясно? Искра, ты пока за главную. Если кто-то без приказа ломанется в лес - выбей ему нахрен зубы.

Оставив подобную инструкцию, я с трудом отыскал в поясной сумке кейс с наушниками. Черт. Насколько же карманы удобнее, но здесь предпочитали вместо них эти поясные сумки, ташки и кошельки. Открыл телефон, выбрал Мельницу “Дорога сна”.

Под эту песню я любил спать в автобусах и сидячих поездах. Надеюсь, по заветам академика Павлова организм ответит на знакомый стимул привычной реакцией. Сработало. Вскоре я записал аудиосообщение с подробным описанием наших злоключений. Цветы, что-то мельтешит в кронах, музыка, безумные животные. Мне повезло и Первый ответил очень быстро. Похоже, ученики местного Хогвартса не спят допоздна.

“Привет. Рад, что ты жив и в порядке. Я знаю, с чем ты столкнулся. Как бы странно не прозвучало, но это фея. В смысле натуральная фея с крылышками. Помнишь в холостяцкой берлоге покойного мага мы видели много всяких картинок и статуэток с монстродевками, драконами и прочей нечистью? Так вот, это не просто фантазии. Здесь чародеи воплотили их в реальность с помощью магической генной инженерии. Не все из этого зоопарка пережило апокалипсис, а те кто пережил сильно изменились не в лучшую сторону. Вероятно, раньше феи играли роль садовников и присматривали за лесами. Они продолжают этим заниматься. Есть только небольшой нюанс. Теперь они едят людей. Не целиком, но некоторые внутренние органы. Им нужно делать это раз в пять-семь лет. Плюс они таким способом размножаются. Откладывают кокон в живот жертвы и личинка выедает внутренности прежде чем выбраться наружу. А теперь переходим к главному вопросу: что делать? Можно просто свалить. Феи редко покидают свой участок дальше чем на три-семь километров. Если у вас есть чел, которого не жалко, то можно его скормить. Просто разденьте и отнесите к цветам. Ну или можно прибить Динь-Динь. Для этого надо прийти на полянку, где растут цветочки и начать там всячески куролесить: разбрасывать бутылки, жечь костры, не соблюдая технику безопасности, а главное потоптать или вырвать с корнем эти черно-желтые цветочки. Но предупреждаю - их пыльца дурманит. Собственно, обычно с помощью нее феи и охотятся. Люди остаются на полянке ягодки пособирать, а через полчасика сначала скидывают все лишнее и после засыпают. Далее фея расчехляет яйцеклад, которым сквозь прокол в животе или через естественное отверстие заносит в организм кокон с личинкой. Либо залезает сама. Да, мы попали в мир, где надышавшись не тех цветов можно умереть от того, что тебе в задницу заберется феечка и сожрет печенку. Повезло нам с попаданием. Ладно. На этом лекция про фей лесных обыкновенных подходит к концу. Удачного боя против клуба Винкс, если решишь драться. Пока”.

– Дожидаемся рассвета и уходим. – произнес я, открывая глаза.

Если можно просто уйти из зоны контроля этой твари, то так и сделаем. Созерцать заднепроходную фею у меня не было никакого желания. Мстить за искусанного слугу тоже не лучший ход.

Нам пришлось сместить лагерь, чтобы не лежать среди трупов зверья. Раненый громко стонал, таким образом намекая, что ему здец. Но скармливать феечке я его не буду. Обойдется без обеда. На следующий день мы отправились прочь от дурного места. Некоторое время за нами еще ощущалось чужое внимание, но где-то через пять-шесть километров оно пропало. Более никто кроме птиц не порхал среди древесных крон и таинственная, потусторонняя музыка не тревожила нас. Первый оказался прав. У кишкоблудных фей есть привязка к территории.

– Остаешься здесь. – обратился я к раненому. – Мы заберем тебя на обратном пути. Дайте ему мазь от животных, лекарства, бинты и еду.

Поступить иначе было нельзя. Впереди еще долгая дорога и серьёзно раненый слуга сильно замедлит нас. Если выживет, то заберем его на обратном пути. Ну а если помрет, то едва ли Скейл предъявит мне за потерянного слугу. Полученные райдхор ранения плешивый обработал и ни у кого не началось лихорадки. Вообще в очень странный мир я попал. Люди стреляют из хреновых арбалетов, тычут в друг друга копьями, живут в халупах, питаются абы чем, но одновременно здесь попадаются довольно эффективные лекарства производства жрецов-мутантов и древние технологии, намного превосходящие науку моего родного мира. Сплошные контрасты.

Оставшуюся часть пути до места встречи мы преодолели без приключений. Досаждала разве что жаркая и влажная погода, от которой было тяжело думать. Один раз на нашем пути попался фрагмент какого-то здания. Судя по виду руины времен Первого Цикла. Не монолитный камень древних чародей, но более привычная кладка, сильно осыпавшаяся за века. Наверное, это была башня с просторным подземельем под ней. От первого и второго этажа остались лишь фрагменты стен, а внизу находился провал, на дне которого скопилась дождевая вода. Там валялся скелет крупного четырехрога, на костях которого и рядом сидели серо-коричневые амфибии. Местные лягухи, только более смахивают на тритонов и на полставки подрабатывают падальщиками. Внизу цвело множество образцов болотных растений. Справа темнел проход куда-то вглубь подземелья. Возник даже соблазн слазить туда. Хотя время поджимает, да и в руинах Первого Цикла обычно мало что сохраняется. Но можно проверить на обратном пути. Вдруг туда до нас никто не совался?

– Запомни это место. – шепнул я Искре. – Я на обратном пути хочу туда слазить.

Девушка кивнула. Вообще местные для демонстрации согласия или отрицания обычно использовали жесты руками. Очень неудобно, как мне кажется. Искра, пообщавшись со мной, переняла идею кивков, которые не требуют свободных рук.

Конечным пунктом нашего путешествия была небольшая полянка, расположенная недалеко от узкой звериной тропы. Именно по ней должен был идти караван. Очень надеюсь, что информатор-проводник не заблудится на этой дороге. Я прошёлся вдоль нее и чуть было не потерялся. Эту тропу явно использовали для скрытного перемещения те, кто не желал на нормальных дорогах сталкиваться с патрулями меченосцев. На паре деревьев я заметил знаки, вычерченные ножом. Кто-то отмечал здесь путь или пытался оставить тайное послание для союзников.

Мы расположились на полянке в ожидании каравана. Отовсюду слышался надоедливый стрекот насекомых. Влажный, душный лес мне уже осточертел, но нужно было довести дело до конца. Ограбить караван и всех перебить, как и положено страшным разбойникам.

– Не расходимся далеко! – прикрикнул я на слуг, сидя у поваленного бревна.

– Ягоды же. – оправдывался слуга, отошедший в сторону от лагеря.

Хотелось как-нибудь изысканно его матернуть или объяснить, что не собираюсь помогать ему вынимать из задницы фею, но я ещё не настолько хорошо владел местным наречием. Так что ограничился скучным:

– Мы в засаде. Всем сидеть тут и сидеть тихо.

Как можно охарактеризовать максимальный уровень скуки? Это когда вы будучи кровожадным разбойником в мире постапокалипсиса с магией и монстродевками играете на телефоне в Тетрис. Однако чем ещё заняться в засаде? Время от времени приходилось шикать на остальных, что поубавили громкость дегенеративных разговорчиков. Клейменный, Сыр и Ржавый обсуждали каких-то шлюх. Причем половину их речи составляли ругательства и смешки.

– Ты же жил среди магов, Клейменный. – наконец решил вступить в разговор я. – Расскажи лучше про них. Шлюх то здесь все видели, а магов только ты.

– Маги? – криво оскалился Клейменный, источая аромат гнилых зубов. – Все они сволочи, мрази и… – и было ещё несколько слов, точное значение которых я не знал. – Правильно про них орден говорит. Только молчит о другом. Каждый бы хотел жить как они. Иметь гаремы женщин и всякой нечисти, кучу богатств, власти и, конечно, колдовство. Не понравился тебе кто-то, а ты его раз и в камень обратил. Вот это жизнь! А мы тут прозябаем.

Ясно. Зависть. Побыл наемником у колдунов, насмотрелся на их роскошества и теперь не может наслаждаться синицей в руках.

Время шло, а караван не шел. Полтора дня мы промаялись в засаде, но даже зверь не появлялся на едва заметной тропе. Дежурили по очереди. Доспехи старались не снимать, вопреки жаре. Я был вынужден отправить Ржавого и пару слуг искать ближайший источник воды. Из-за тёплой погоды наши запасы быстро подходили к концу. Ситуация мне все меньше нравилась. После второй ночевки начали закрадываться серьезные сомнения, что мы вообще здесь кого-то встретим кроме мошкары и здоровых пауков. Скейл предупреждал, что информатор ненадежный. Даже приказал его пустить в расход. Возможно, у гада сработала интуиция и он решил вести клиентов по другому маршруту. Или сами клиенты не стали доверять Сусанину. Осознали вдруг, что : "Жадность хуже чем холера, жадность губит флибустьера". А нам теперь тут штаны просиживать и медленно отвариваться в своих доспехах. Ещё денек и мои яйца станут пашот. А там уже и до состояния вкрутую недалеко.

После третьей ночевки я решил с утра пораньше осмотреть дорогу рядом в компании Искры и плешивого. Последний явно был достаточно толковым человеком. Мы бродили по лесу где-то около двух часов, постоянно прислушиваясь и осматривая все вокруг. В том числе прошлись мимо знаков, которые ножом вырезали на дереве.

– А может они там? – спросил меня плешивый.

– Там это где?

– А. Простите. Я думал вы знаете дорожные знаки.

Дорожные знаки? Знаю. Кирпич, стоянка запрещена, осторожно дети. Но плешивый, предполагаю, имеет в виду эти каракули, вырезанные на деревьях.

– И что здесь указано? – спросил я.

– Торговля, ночлег, выпивка, бордель.

– Рядом какой-то город? – удивился я.

– Скорее тайная деревня. Есть те, кто предпочитает селиться подальше от крупных дорог. Возможно, они задержались там…

– Или их там прирезали. – добавил я.

Версия логичная. Поворот к значку был примерно в двух км от нашей засады. Вроде близко, но в густом лесу не увидишь и не услышишь. Караван мог повернуть к тайной деревне даже у нас под носом. Ситуация нравилась мне всё меньше. Возвращаться к Скейлу с пустыми руками не хотелось, но бес его знает, кто поселился здесь в лесной глуши.

– Ладно. Ждем еще пару дней, а дальше решаем. Или идем назад, или посмотрим, что там за тайная деревня.

Глава 7

Двухдневное ожидание результатов не принесло. Караван не шел. Тайная лесная тропа вообще была пуста. Лишь редкие звери приближались к нам, прежде чем учуять отпугивающую мазь. Интересно, мазь отпугивающую караваны, тут тоже кто-то наносил?

Итак, что могло произойти с нашими драгоценными жертвами? Пошли по другому маршруту, вообще не пошли или все перенеслось, либо пошли, но их уже ограбили, убили, съели без нашей помощи.

Черт. Возвращаться с пустыми руками совершенно не хотелось. Вроде первый выход в роли командира, а из приобретений только обгрызенный слуга, который вероятно уже помер. Мозги плавились от жары. Духота стояла просто отвратительная. Я постоянно был насквозь мокрый от пота. Время от времени шел мелкий дождь, который будто бы дурно пах. А может мне просто казалось и зловоние источал гниющий слой опавших листьев, в котором суетились насекомые. Жирные слизни выползали по ночам на деревья, а к утру старались скрыться от солнца среди бурелома и в трухлявых пнях.

Идти ли в тайную деревню, если таковая еще существует? Пометки на деревьях не самые свежие. Вполне вероятно, поселение уже заброшено или кем-то разорено. Однако, есть шанс, что именно там сгинул караван. А почему бы и не сходить? Отряд у нас довольно сильный. Вряд ли в такой глуши прячется большая банда. Им тут просто еды надолго не хватит.

– Так… Скоро мы идем в поселение. – объявил я отряду. – Там следует вести себя максимально осторожно. Сразу не пить и не есть что предлагают.

Хроники средневековья моего родного мира, мифы, легенды, а также песни группы КиШ наполнены образами коварных душегубов, которые заманивают гостей и убивают их. Не хотелось бы стать персонажем такой истории.

Я встал со спальника, ощущая как кружится голова. Под кожей расползалось какое-то мерзкое ощущение. Смесь начинающегося приступа фантомного огня и банальной чесотки. Всё же уже сколько дней потею как свинья в доспехах на этой проклятой жаре. Глотнув неприятно теплой воды, я повел отряд на дорогу.

– Ещё раз повторяю. Ничего ни у кого не брать. Еда может быть отравлена. Запасы воды мы пополним… – в голове на секунду помутилось, так что не мог подобрать нужное слово из местного наречия. – Заранее.

Надо, действительно, послать слуг за водой и немного еще посидеть. Может быть, мне полегчает. Потому что голова какая-то совсем дурная. Мысли будто завязли во влажном болоте проклятой духоты. Ещё и тошнит в придачу.

Искра села рядом. Положила мне ладонь на предплечье, наверное, выражая поддержку, но чужое прикосновение лишь взбудоражило больные нервы. Мучительная волна чрезмерной активности прошлась по левой стороне тела, вызывая судороги. Да уж. Никак эта гадость не пройдёт. Нервная система пошла вразнос после сжигания заживо.

Когда вернулись слуги с водой, то мы направились к месту расположения скрытой деревни.

– Смотри в оба. – предупредил я плешивого медика. – Ты вроде бы неглупый мужик. Следи за всем необычным.

На Сыра и Ржавого надежды мало. Они интеллект и внимание не особо качали, а у Клейменого крыша слегка набекрень, не говоря уже о запущенном алкоголизме. Остаётся положиться на Искру и плешивого.

Мы постепенно начали углубляться в лес около вычерченных символов. Следов дороги не было, но через какое-то время мы обнаружили стрелку на дереве, указывающую в чащу. Пришлось пройти ещё метров тридцать и немного пошариться по кустам, прежде чем заметили следующий указатель. По итогам "деревня" находилась где-то в трёх сотнях метров и шести указателях от тропы. Там раскинулась небольшая округлая полянка с относительно вытоптанным грунтом. Около десятка домов хаотично стояли прямо под кронами низких деревьев. Странное зрелище, честно сказать. Как-то разок в походе с отцом мы остановились в охотничьем домике. Это избушка в глухой местности со свободным входом. Прям как в Простоквашино - живите кто хотите. Такие домики служат убежищем для охотников и туристов. А сейчас я будто бы увидел целую деревню из таких хижин. Ни хозяйства вокруг, ни скотины, ни даже ограды. Некоторые из домиков казались заброшенными, в других явно кто-то жил. В траве рядом были заметны кости мелких птиц, шелуха от лесных плодов и прочие признаки жизни. Вскоре первый обитатель деревни показался нам на глаза. Напоминал он что-то среднее между рослым крестьянином и мелким райдхор. Достаточно крепкий мужчина сильно за тридцать с заячьей губой и неприятными мутными глазами.

– Вы в гости? – спросил он скрипучим голосом.

– Да. – ответил я. – Кто у вас главный?

– А? Главный? Ну я.

Разговор мне совершенно не нравился. Из леса выходят довольно хорошо вооружённые люди, а этот типчик никакого волнения не показывает.

– А чего надо? – спросил главный. – Есть? Пить? Трахаться?

– Всего понемногу. – ответил Я, скептически осматривая местный центр земных наслаждений.

– Хорошо. Хорошо. – кивнул главный. – Всё будет. Вот, вот, вот - пустые дома. – показал он. – Располагайтесь.

Ясно. Будь как дома путник, я ни в чем не откажу. Главный пошёл в другую сторону лесного поселения, а мы начали осматривать предоставленные "хоромы". В принципе для лета сойдёт. Есть и настилы, и спальники нормальные, и какие-то бытовые вещи типа посуды. Правда всё сырое. Явно давно не использовалось, но это не беда. По началу я даже обрадовался, но затем в голове зародилась мысль:

"Так, стоп, у них тут стоят целые заброшенные дома с лишними спальниками, посудой и другими вещами. Зачем?"

Мне вспомнились подвалы форта, забитые добычей. Сразу всё встало на свои места. Здесь грабят редких путников. Это их вещи. Вот у местных и переизбыток спальников, посуды, прочих бытовых мелочей. Только интересно, что они собираются делать с хорошо вооруженным отрядом? Подмешать яд? Напасть в темноте? Осмотримся и надо брать этого главного за жабры, а потом допрашивать с пристрастием. Но сначала выяснить бы примерный масштаб угрозы. Сколько здесь лесных головорезов и чем вооружены?

– Так. Занимаем два дома. – объявил я. – доспехи не снимать, оружия не оставлять. Третий дом для слуг. Вполне вероятно, что караван прирезали здесь.

Из-за низкого потолка в домике мне приходилось чуть пригибаться. Голова закружилась. Возникло уже хорошо знакомое ощущение надвигающегося здеца. Сердцебиение участилось. Холодный пот выступал на спине и ладонях. Меня накрывала волна нового приступа.

– Как же сука вовремя... – прошептал я на русском.

Приступ развивался по уже привычной схеме. Мысли путались, а нервная система сходила с ума, напрасно выжигая ресурсы. А затем началось горение. Это ощущение уже было слабо похоже на реальные ожоги. Не боль, а дикая перегрузка нервов. По каждому из них будто пустили ток 220. Перед глазами плясали искры и в ушах шумело. Мне мерещилось фантомное пламя. Синий, газовый огонь, охвативший мои предплечья и пальцы. Я снова горел изнутри.

Пришел Ржавый, пытаясь что-то у меня спрашивать.

– П-потом. – отмахнулся я. – Вечером.

Очень надеюсь, что вечером я буду адекватен. Какая же мука… Кое-как, снял с помощью Искры часть брони и завалился на спальник. Все вокруг словно бы кружилось. Полумрак дома был наполнен огоньками. Он летали под темным потолком, как светлячки. Словно бы огонь, исторгнутый моим телом, превратился в искорки, парящие в теплом воздухе. Спустя несколько бесконечных часов мучений я провалился в дурной сон. Мне привиделось, что приходится лезть через горячее, кипящее болото. То ли пар, то ли смог поднимался от зловонной воды, полностью заслоняя обзор. Я задыхался. Ядовитые газы, выходящие из недр болота пузырями, отравляли меня. Голова раскалывалась. Голова…

Голова раскалывалась, только уже наяву. Я проснулся, когда наступили сумерки. Твою же бабушку. Командир из меня хороший получился. Привел отряд в потенциально опасную локацию и отрубился на несколько часов.

– Искра, всё в порядке? – прошептал я.

Девушка кивнула.

– Ела или пила что от местных?

Отрицательный ответ.

– А остальные?

Положительный ответ.

– Вот дебилы! – снова обратился я к великому и могучему.

Искра указала на улицу, где слышались знакомые голоса. Я медленно поднялся и выглянул из дома, отодвинув плетеную на манер циновки шторку, заменявшую дверь. Снаружи под прогалиной в кронах разожгли костёр. Около него сидели мои бравые бойцы в компании двух женщин, предполагаю, не особо тяжелого поведения. При этом они вовсю уплетали какое-то мясо с лепешками, запивая все травяным отваром.

– Что я сказал насчет еды?!

– Да все путем, командир. – ответил мне Ржавый. – Они тоже пробовали. – он указал на смазливую миниатюрную девченку, сидящую у него на коленях.

Они, может быть, и пробовали. Но кто знает какая там летальная доза. Или там снотворное, а прирежет вас другой сообщник. Но разве этим бестолочам что-то уже объяснишь, когда до жратвы и девок дорвались после долгого похода? Наверное, такими темпами придётся в конце концов дойти до рукоприкладства. Иначе на все мои указания будут болт класть. Увы, я не Скейл, чтобы одним видом страх внушать. И не Рок, у которого огромный опыт командования отрядами райдхор в условиях магического постапокалипсиса.

Остается надеяться, что у лесных головорезов мало бойцов. Много тут просто не прокормится. Возможно, понимая, что я, Искра и ещё плешивый не уснём, они не решатся лезть к нам. Просто продадут немного еды и любви. На этом разойдемся. Было бы неплохо, хотя надо вызнать у них про судьбу каравана завтра, если ночь пройдёт нормально. Как же бошка болит! Аж думать тошно.

С другой стороны деревни из сумрака вышла ещё одна девушка, направляясь в мою сторону. Достаточно высокая для местных, надо сказать. Но татуировки райдхор на шее не было, да и телосложение скорее хрупкое, чем боевое.

– Вы, наверное, беспокоитесь, не разбойники ли мы? – прямо спросила она.

– А вы не разбойники? – усмехнулся я в ответ.

Кто же еще станет жить в такой глуши на тайной тропе.

– Нет. Но мы, скрываемся от меченосцев. – ответила она, жестом приглашая чуть в сторону от шумной компании.

Копья с собой не взял, но длинный кинжал был на поясе.

– Я безоружна. – с улыбкой сказала она, подняв руки и сделав поворот вокруг себя.

Её длинные темно-рыжие волосы обаятельно колыхнулись. Ну крупного вооружения у неё точно нет. Я подошел чуть ближе.

– Вас удивляет моя внешность? – проворковала она.

Действительно. Кожа гладкая и никаких следов наследственных заболеваний, как я мог рассмотреть в полумраке.

– Да. У меня отличное тело. Я не стесняясь этого говорить. В конце концов меня покупали и продавали именно как наложницу.

Ага. Слышал о таких. Типа генетически чистые, здоровые женщины, которые ценятся в богатых городах.

– Следующий вопрос, что я и мне подобные забыли в лесу. – продолжала она. – Это долгая история. Если коротко, то мы были наложницами и слугами одного чародея, которого другие маги изгнали. Он скрылся здесь в лесах, но вскоре ушел захватывать рабов и не вернулся. Наверное, был убит меченосцами. Так мы и остались в этой глуши. Народ тут почти не ходит, но зато еды хватает. Ягоды, грибы, коренья, мелкие птицы. Некоторые наши ушли искать счастье в других местах. Возможно, нашли, но боюсь, что скорее они сгинули. Леса вокруг дикие и опасные.

Говорила она очень складно. Я легко могу поверить, что эта девушка была наложницей какого-то чародея.

– А почему вы до сих пор сидите здесь? Пошли бы в Дымоводье или другой ближайший город.

– Мы думали об этом. – вздохнула девушка. – Некоторые уже ушли с редкими караванами, но нас их условия не устраивали. Сюда в основном приходят небогатые ремесленники и торговцы-прохиндеи, пытающиеся скрыться от налогов. А я бы хотела стать женщиной гораздо более могущественного и интересного человека. Хотела бы детей именно от такого отца. Звучит нагло? Но подумайте сами: я красива, образована, обучена лечению и ублажению мужчин. В этом мире такая женщина - дорогая вещь. И я хочу быть продана за свою цену. Вы, например, воин. Едва ли бы вы стерпели, если бы кто-то недооценил ваши силу и мастерство.

Я не любитель такого подхода в отношениях. Слишком уж эскортом попахивает. Но в мире постапока подобная логика вполне заслуживает права на существование. Эта девушка здоровее большинства. Понятно, что она хочет партнера не сильно уступающего ей в достоинствах. Сложно ее за это винить.

– У вас болит голова, да? – с сочувствием проворковала она. – Это заметно по тому, как вы морщитесь и щуритесь.

– Здесь очень душно.

– Вы просто тепло одеты и слишком долго таскались в броне. – усмехнулась вдова колдуна, а затем чуть распахнула ворот своего достаточно легкого одеяния, давая понять, что под ним ничего более нет. – Мне здесь не жарко.

– А мошкара в таком платье не сжирает?

– Надо знать верные травки.

Вообще, говорить с ней было очень приятно. Есть такие люди, с которыми только завязал общение, а ощущения будто давно знакомы. Речь легко льется.

– Лекарство от головной боли предлагать не буду. Понимаю, что вы ничего у меня не возьмете. Но, может быть, сделать вам массаж шеи? – она протянула мне достаточно хрупкую ладошку без мозолей. – Вы же не думаете, что я смогу забороть вас этими руками? Вам, правда, станет легче.

– Ладно. Давай попробуем.

Мы отошли еще чуть в сторону, скрывшись между домами. В каждый из них я заглянул. Пусто. Только после этого присел на поваленном бревне, а девушка зашла мне за спину. Для этого маневра, она ей нужно было довольно широко расставить ноги. Бывшая наложница приподняла юбку выше колен, снова демонстрируя доказательства, что с генетикой и эстетикой тела у неё всё замечательно. На шею мне легли приятно прохладные руки.

– Вы очень напряжены. – прошептала она мне на ухо. – Мир вокруг опасен, но постоянное напряжение изматывает даже сильных людей.

Я ранее был не самым большим фанатом массажа, но сейчас просто расплывался от удовольствия. Её пальцы словно порхали по моей шее. Нежные, прохладный, но достаточно сильные, чтобы чуток размять меня. Блаженство. Ей каким-то образом удавалось находить идеальный баланс между легкостью касаний и приложением усилий.

– Последнее время людей на дороге стало как будто бы больше. – произнесла она. – С одной стороны хорошо, но с другой стороны опасно. Как бы нас кто не попытался увести силой. За дней десять до вас приходил один караван.

– А можешь про них рассказать?

– Да. Какие-то ремесленники. Хотели переселиться в Дымоводье. Тащили кучу инструментов и барахла. Собирались задержаться, но их проводник всё торопил. Кажется, он был напуган. Наверное, тоже принял наше поселение за ловушку разбойников.

Хм. Неужели мы просто разминулись с жертвами? Возможно, не очень лояльный информатор в последний момент пятой точкой ощутил приближение кары и решил не встречаться с бойцами Скейла. Провел караван на несколько дней раньше. Холера! Поэтому он и не хотел оставаться здесь надолго. Боялся он нас. Черт. Теперь ищи-свищи. С другой стороны, эта вон девушка вполне ценное имущество, которое само хочет, чтобы его дорого продали. А не помочь ли нам другу другу?

Голова вроде бы прояснилась, но теперь думать становилось все сложнее по другим причинам. Нежные касания, разговоры о теле без изъянов, близость полуодетой красотки… В общем, кровь из мозга уходила к другим местам. Мдэ. Главное, чтобы нас сейчас Искра не застукала, иначе свернет чересчур гостеприимной наложнице ее красивую тонкую шейку.

– Мне кажется, вы не отказались бы и от других форм массажа. – жарко прошептала мне на ухо девушка. – Видела вашу могучую подругу, но давно ли вы ощущали нежность и ласку?

Она провела тонким, юрким пальчиком вниз от моего подбородка до ключиц. Я же уже закипал в хорошем смысле.

– Не здесь. Пойдем в дом. – шепнул я.

Мы окунулись в полумрак ближайшего дома. Моя новая знакомая тут же скинула с себя легкое одеяние, давая мне вдоволь оценить все прелести своего тела без изъянов.

– Нравится ведь? – страстно шептала она, ведя моими руками по изгибам и выступам. – И здесь, и здесь, а здесь можно посильнее.

Она прям кайфовала и это удовольствие передавалось мне. Теперь именно наслаждение, а не фантомный огонь пылали внутри.

– Да. Ласкай меня. Наслаждайся мной. После этого похода. После болот, дураков-подчиненных и фей, дай себе волю.

Тогда я не сразу выделил эти слова. Слишком был занят. Лишь краем уха напрягся, когда услышал про фею, но тут же подумал, что мои архаровцы могли пересказать ей историю пока я валялся с приступом.

Вскоре мы слились в жарком экстазе чувственного наслаждения. Я забыл про все и вся. Девушка, имени которой даже пока не знал, шептала что любит меня. И ведь очень хотелось верить. В глубине души я понимал, что все эти сладкие слова часть ее изысканного искусства доставления удовольствия мужчинам. Но слушать было приятно.

Когда мы закончили, то я ощутил скорее прилив сил, чем усталость. Девушка, слегка прикрывшись платьицем, сидела на низкой кровати.

– Хорошо, что мы заглянули в вашу деревню. – усмехнулся я.

– Согласна. У нас тут приятное местечко, а вокруг будто одни сплошные болота из Dark Souls.

А вот этот уже нельзя было никак рационально объяснить.

– Пойду немного пройдусь. – ответил я, выскакивая на улицу.

Черт. Какой нахрен Dark Souls?! Откуда она вообще знает это слово? Тоже попаданка? А что если да? Это объяснило бы хорошее здоровье, развитую речь и… Хм. Третий Цикл таки набирает обороты? Хромой и пропагандисты ордена правы? Голова снова закипала. Но теперь мысли не вязли в душном болоте, а напротив хаотично метались, пытаясь поспеть друг за другом.

Я постарался успокоиться, вернувшись к своему дому, где обнаружил Искру в компании плешивого. Оба были будто взволнованы, а пирушка у костра продолжалась. Хм. Что-то не так. Что-то не давало мне покоя… Я упускал некую деталь.

– Командир! – начал было плешивый, но я него цикнул.

Не хотел упускать мысль. Стоп. Неужели? Точно. Во время секса мы с ней оба говорили по-русски! В самый, так сказать, пик ощущений. Значит я прав!? Попаданка? Случайно перешла на родной язык во время любовных утех, а та фраза про Dark Souls - попытка проверить мое происхождение?

– Командир! – снова подал голос плешивый. – Это очень срочно и важно.

– Что такое?

– Все плохо. – произнес он прямо таки замогильным голосом.

– И что же конкретно плохо?

– Мы в гнезде перевертышей.