Пока остывает кофе

Пролог.

Вечер лёг на город мягко. Даже, казалось, оборудование затихло, готовясь к закрытию небольшой кофейни в центре мегаполиса. Через открытое окно до подсобки доносились редкие звуки машин, проезжающих по лужам – дождь явно облюбовал этот город, лишь иногда уступая небесному светилу место над ним.

Миниатюрная бариста стояла у раковины над армией посуды и питчеров. Один наушник в ухе, выбившееся волосы из-под крабика за весь рабочий день и тихая мелодия, которая словно пыталась успокоить постепенно нарастающее волнение. Повод был нисколько не выходящим за рамки обыденности – просто придёт подруга, они просто пойдут на лекцию после смены… но мозг девушки играл с ней злую шутку, дорисовывая в голове все возможные неловкие ситуации, которые могли с ней произойти, даже после тщательной подготовки.

Глубокий вдох и медленный выдох. «Современная культура народа лакота: идентичность, язык и жизнь вне стереотипов» - всплыло в мыслях название мероприятия, афишу к которому она увидела несколько дней назад, листая ленту социальной сети по дороге домой. Были ли сомнения – пойти или нет? – однозначно отрицательный ответ. Поэтому, заручившись поддержкой своей близкой подруги, девушка забронировала пару мест.

Из задумчивости в реальность вернуло ненавязчивое ощущение присутствия.

- Девушка, одна тут работаете? – раздался сбоку знакомый насмешливый женский голос. От внезапности звука бариста всё равно легонько вздрогнула.

- Энн… - она через усмешку выдохнула и выключила воду, стянула полотенце с открытой посудомоечной машины. На ходу вытирая руки, направилась из подсобного помещения в сторону стойки, где её с широкой улыбкой ждала сопровождающая на сегодняшний эмоциональный крах.

Глаза Энн уже подозрительно игриво горели, волосы немного растрепались после ветра и слегка были мокрыми от дождя – девушка снова наперекор здравому смыслу оставила зонт дома и спасалась от стихии лишь короткими перебежками между общественным транспортом и конечным пунктом.

- Ну, что ты на меня так смотришь, Лин? Да, я протестую против сил природы… - она озвучила слова, которые не успели сорваться с губ по-матерински заботливой подруги.

- Я тебя шалфеем напичкаю, будешь знать! – пригрозила та в ответ маленьким кулачком, а второй рукой уже дотянулась до стаканчика с кофе, который дожидался конкретного посетителя сверху горячей кофемашины, чтобы окончательно не остыть, и протянула его протестанту. – Ваш капучино с солёной карамелью.

- Так заботливо и удивительно точно с Вашей стороны, благодарю, - с той же официальностью произнесла Энн и сделала первый глоток. – Много дел ещё осталось?

- Да нет, - Лин медленно оглядела помещение, - запускаю последнюю партию посуды стираться, закрываю кассу и можем идти. Подожди немного.

Подруга спокойно кивнула и устроилась за маленьким столиком напротив стойки, достала телефон и погрузилась в информационное море, не желая задерживать момент их отбытия. Бариста крутанула крупную бусину ожерелья на шее, словно собираясь с мыслями, и вернулась к своим обязанностям.

Уже через двадцать минут девушки распрощались с охранником на крыльце черного выхода и открыли карты по пути к автобусной остановке. Маршрут занял бы около получаса, что давало время на адаптацию к атмосфере мероприятия до его начала. Энн искренне не понимала такую пунктуальность, но осознание важности этого вечера для её близкого человека заставило отбросить возмущения вслух – Лин и без того выглядела слишком сосредоточенной, ладони слегка подрагивали, а ее мысли заметно были уже на лекции.

Автобус был предсказуемо переполнен в это время и невольно вызывал ассоциацию с банкой шпрот. Подруги решительно шагнули внутрь салона, крепко вцепились друг в друга на моменте резкого старта транспорта. Наушники закономерно были поделены, музыка мягко заполнила головы, слегка вытесняя внешний шум аккордами треков.

Весь город словно оживился в подготовке к ночи. Проспекты кишели машинами, тротуары – людьми. Свет витрин и уличных фонарей мягко освещал улицы в тон закатного солнца, которое решило на прощание выглянуть наконец из-за серых облаков на линии горизонта. Луч пробежал по векам Лин, заставив зажмуриться на короткое мгновение, но всё-таки вызвал улыбку, точно шепнул что-то забавное.

Небольшое выставочное пространство встретило девушек тихими голосами других посетителей и участников самой лекции. Глаза обеих скользили по внутреннему убранству зала – стулья в ряд, небольшой проектор на столе спикеров, за ним сам экран, кулер с водой у окна и небольшие группки людей, стоящие отдельно друг от друга.

Лин перевела взгляд обратно к столу, уловив периферическим зрением движение около него, и замерла. Энн остановилась рядом и проследила за направлением пристального внимания своей спутницы. На том месте появились новые лица – молодой парень с коротко стриженными волосами, в официальном костюме и папкой под мышкой, а рядом с ним возвышался почти на полголовы смуглый юноша, близкий по возрасту к ним самим, с длинной тугой косой цвета дёгтя. Глубокие тёмные глаза были направлены на собеседника, но в то же время незаметно наблюдали за обстановкой вокруг.

- Это тот самый приглашённый представитель народа, как думаешь? – тихо спросила Энн в попытке отвлечь подругу от столь открытого наблюдения. Это действительно возымело эффект.

- Вероятно, да… - ответила почти шепотом та. – Он будто вылез из моей книги по мифологии и чата gpt.

В голове запульсировала мысль: «Ну, всё. Теперь мне точно конец».

Глава 1.

Начало лекции неумолимо приближалось. Лин смекнула, что стоит занять места сейчас, чтобы не протискиваться через народ в последние секунды, поэтому неуверенно зашагала к одному из рядов стульев и села, по собственным меркам, точно по середине одного из них с тихим выдохом. Энн аккуратно двигалась за ней, придерживаемая за рукав, и приземлилась рядом.

- Ну, что, мне можно уже задавать вопрос про тотемное животное? – вполголоса хихикнула она, толкнув подругу плечом, и достала небольшой ежедневник из сумки просто для соответствия общей атмосфере.

Лин хмыкнула и выудила свою тетрадь, которая пестрила закладками – ту самую, где уже были конспекты по некоторым смежным темам. Слегка потрепанная и с черными полосками по краям от постоянного путешествия между рюкзаком и шопером.

- Только если хочешь завести спор на тему стереотипов, - заметила она, - но лучше воздержимся от дискуссий с коренным американцем, мисс Даркмур, мы простые слушатели.

- Что вы, мисс Эшборн, - подхватила девушка официальность, - никаких споров, искреннее любопытство.

Переводчик, который стоял с папкой, наконец подал голос – объявил о старте лекции и с мягкой улыбкой попросил всех присутствующих занять свободные места. По залу разнёсся тихий шорох ног, скрип стульев и приглушенные шепотки. Спустя пару минут всё окончательно потонуло в предвкушающей тишине.

Несмотря на то, что само мероприятие было открытым для всех желающих, пустых сидений было гораздо больше, обе девушки это заметили. Может, свою роль сыграл вечер буднего дня, хотя и непопулярность основной темы стоило брать во внимание. Тем не менее это было только на руку – в переполненном душном зале вряд ли было так же комфортно.

Переводчик плавно вводил людей в курс дела – название лекции, кем является приглашенный спикер и он сам, их имена, тезисно прошёлся по основным блокам.

- Ник Локвуд и Ноа Рэдхоук, значит… так и запишем. – Энн сделала максимально сосредоточенное лицо и занесла всё в блокнот.

- Прозвучало так, будто ты собралась составлять досье. – шепнула ей Лин, неотрывно выводя в центре чистого листа заголовок.

- Не исключено.

Эшборн наконец снова подняла голову и бросила оценивающий взгляд на главные лица сегодняшнего вечера. Молодой представитель народа лакота сидел за столом с идеально ровной спиной, скользил глазами, в которых читалось спокойствие и легкая естественная вечерняя усталость, по залу. Он совершенно не выглядел театрально или окутанным мистической аурой, которую так часто приписывали им в статьях, но и не был похож на важного эксперта из документального фильма, если только из-за осанки. Это рушило некоторые представления девушки об атмосфере, но в то же время подарило странную уверенность – он ничем не отличается от простого человека, поэтому можно было расслабиться.

Ноа прокашлялся и не спеша начал своё повествование. Говорил он негромко, размеренно, иногда аккуратно вплетая в свою речь слова на собственном языке, которые переводчик оперативно расшифровывал для зала. Энн зацепилась именно за его образ, контрастно восседающий рядом с человеком из другого народа. Собранный, внимательный он следил за ходом лекции по подготовленному плану, что-то добавлял от себя как профессионал, давно работающий в этой сфере.

Темы плавно перетекали одна в другую – древнее время, средние века, новое время, современность. Лин слушала с особым вниманием, делала короткие заметки. Рука порхала над бумагой, вторая – крутила бусину ожерелья, помогая сосредоточиться.

- Ладно, я не буду спрашивать про тотемных животных, – заключила Энн, поняв всю историческую серьезность, и добавила, словно стала защитницей культуры, – предлагаю выкинуть в окно того, кто этот вопрос задаст.

Это прозвучало так внезапно и абсурдно в контексте происходящего вокруг, что её подруга, не удержавшись, неожиданно громко для себя самой фыркнула в кулак. Голос рассказчика приостановился, а взгляд пополз в направлении звука. Девушки перехватили его и довольно синхронно выпрямились в момент столкновения, лица стали максимально серьезными, излучающие почти искреннее: «Мы приехали сюда исключительно ради академического исследования».

Ноа ещё пару секунд смотрел в их сторону. Не раздраженно, скорее узнающе, как человек, который много раз видел студентов, неловкие смешки и попытки не шуметь. Рассказ возобновился, нарушители тишины выдохнули. Лин, однако, чувствовала расползающееся жаром по лицу смущение.

Легкий толчок в бок. Она опустила глаза в тетрадь соседки: «Теоретически, мы могли сейчас стать первооткрывателями окна». В этот раз Лин заслужила медаль за выносливость, но какой ценой… Для неё теперь существовало две параллельные реальности – лекция и подпольная переписка с Энн через блокноты, потому что разговаривать вслух после зрительного контакта со спикерами обе резко разучились:

«Он выглядит как человек, который умеет рубить дрова. А Ник вообще имеет вид заранее уставшего от нас человека».

Эшборн согнулась над своей тетрадью в беззвучном смехе, лишь трясущиеся плечи выдавали её. Один вид подруги заставил Даркмур присоединиться к этой короткой истерике. Ещё немного и их могли бы попросить выйти, но они смогли взять себя наконец в руки и распрямиться.

Лин буквально почувствовала кожей пристальное внимание, обращенное в их сторону. А потом очень мягкую снисходительную улыбку. Она была короткой и почти незаметной, будто адресована всей аудитории, удачной реплике переводчика или просто общей атмосфере. Именно поэтому у девушки случился внутренний коллапс. Мозг командовал, а рука выводила новое сообщение в тетради:

«Он заметил, что мы дебилы».

Энн мгновенно нацепила на себя маску серьезности и переключила внимание обратно на лекцию. Это помогло её подруге немного заземлиться, она последовала примеру.

Постепенно градус напряжения спал, слух девушек был полностью поглощен голосами спикеров. Тема снова сменилась – язык и программы по его сохранению в нынешнем мире.

Лин быстро записывала отдельные слова, фразы, транскрипции к ним, задумчиво хмурилась в попытке успевать за мыслями. Энн время от времени кивала и краем глаза наблюдала за соседкой. Была в этих моментах сосредоточенности своя магия, они ей безусловно нравились и радовали, потому что добавляли живости столь любимому существу.

К моменту вопросов из аудитории народ заметно оживился. Кто-то уже тянул руку, перелистывал записи. Внимание организаторов было полностью обращено в зал. Эшборн тоже открыла страницу с короткими вопросами и в нерешительности посмотрела в сторону стола. Она ненавидела такой интерактив со школьных времен – лишний фокус на ней выбивал землю из-под ног, заставляя дрожь предательски распространяться по всему телу, поэтому после осознания своей особенности стихи по литературе и доклады она зачитывала преподавателям во время перемен.

- Давай подождем окончания лекции? Может, они будут не против дополнительных вопросов, - тихо спросила Энн, заметив тревогу подруги, - а то мне придётся отпаивать тебя пустырником.

Девушка лишь молча кивнула, мысленно поблагодарив свою спутницу за столь точную формулировку последствий, и делала пометки уже с обсуждением присутствующих.

Заключение отгремело в зале аплодисментами, аудитория медленно стала расползаться – люди собирали вещи, подходили поблагодарить, несколько студентов ещё спорили между собой у выхода. Лин тем временем снова начала нервничать, потому что сидеть в толпе, шептаться с Энн и писать что-то в тетради – одно дело, совсем другое подойти разговаривать напрямую. Тем более теперь, когда стала ясна мысль – они наверняка их запомнили.

Ноа стоял возле стола и спокойно разговаривал с Ником, пока тот складывал бумаги в сумку.

- Ну, идём? – Энн взяла подругу за руку и немного потянула в сторону молодых людей.

Она глубоко вдохнула. И тут где-то внутри активировался режим «бариста на смене», тот самый, который может говорить с кем угодно, выдерживать поток людей и придавать достаточно социализированный облик, чтобы выжить. Лин стала собраннее, спокойнее и чуть увереннее в движениях.

- Да, - тихо сказала она, - сейчас.

Когда девушки подошли ближе, переводчик заметил их первым и вежливо отступил в сторону. Ноа повернулся следом.

- Извините, - начала Лин уже привычно рабочим тоном, - я понимаю, что время лекции закончилось, но у меня имеются вопросы. Мне бы не хотелось вываливать их на вас, поэтому позволю себе уточнить, могу ли я получить какие-то материалы или хотя бы их названия, чтобы самостоятельно во всём разобраться? Я выделила некоторые темы, если вы поделитесь информацией, была бы очень признательна. В интернете довольно много воды и романтизации вашей культуры.

Косичка качнулась, вторя движению головы парня:

- Нет проблем, правда, шаблон лекции вряд ли вам подойдет. У меня есть список литературы и некоторые документы в электронном виде. Покажите, пожалуйста, ваши заметки для понимания того, что конкретно может быть полезно.

Голос звучал спокойно, без раздражения, явного удивления или скепсиса, но глаза говорили о том, что девушка находится под легким изучением, заставившего её неловко потупиться в тетрадь.

Сам же молодой человек мысленно сделал несколько пометок касаемо стоявшей перед ним особы. Она выглядела немного уставшей, взволнованной, но сосредоточенно ищущей что-то в своей тетради. От неё доносился ненавязчивый аромат кофе и чего-то цветочного, а образ дополняли тонкие серьги с голубым камнем и аккуратное ожерелье с бусинами в тон прошлым украшениям. И всё это удивительно сочеталось с цветом её глаз, который был отлично заметен даже через линзы очков, слегка искажавшими очертания лица диоптриями – почти небесно-голубые, с легким холодом серого, поразительно яркие даже в приглушенном свете аудитории.

Энн внимательно наблюдала за всем со стороны, иногда бросая взгляд на Ника, который явно был вымотан за весь день и не желал более задерживаться в этом помещении, но стойко терпел и ждал. Это тронуло губы девушки улыбкой.

- Так, что-то точно должно быть в моем ноутбуке. Если вы поделитесь контактами, могу сбросить несколько документов при первой возможности. – заключил Ноа и поднял глаза от тетради.

- Да-да, конечно, сейчас, - Лин потянулась в шопер за телефоном и немного замешкалась в поиске, - черт, да где?..

Несчастный смартфон наконец показался в руке. Социальная сеть быстро открылась и обмен аккаунтами завершился с тихим выдохом.

- Спасибо за искренний интерес и присутствие на нашей лекции, - улыбнулся спикер, - вы обе героически держались и смогли создать расслабленную атмосферу на мероприятии.

Лица подруг мгновенно вытянулись, а глаза широко распахнулись - это прозвучало с намеком, но без яда упрека в интонации, скорее, как простая теплая шутка. Однако она заставила щёки инициатора сегодняшнего похода зардеться румянцем.

- Мы очень старались, - легко ввернула Энн, - вас тоже хотим поблагодарить за этот вечер.

- Но мы видим, что вам уже нужно идти, поэтому всего хорошего и доброй ночи! – Лин поняла, что стоит ускорить их тактическое отступление, пока всё не переросло в саркастичный обмен любезностями, и потянула подругу за рукав к выходу.

- Доброй ночи!

Глава 2.

Улица встретила холодным воздухом позднего вечера, который мгновенно остудил головы, хоть и заставил слегка поёжиться. Звуки города словно выкрутили на минимум, лишь редкий шум моторов разрезал устоявшуюся тишину. Девушки стояли у дверей, совершенно потеряв ориентир и направление для дальнейшего движения, но обе чувствовали необходимость быстрого отступления, поэтому на автомате двинулись в сторону автобусной остановки, которая манила их из-за угла краем крыши.

Шли они молча. Не по той причине, что нечего было сказать, наоборот – информации оказалось неожиданно много. Только приземлившись на край скамейки, Энн наконец подала голос:

- Я более чем уверена, что этот переводчик заведет на нас досье, а второй будет тихим сборщиком информации. И всё действо будет происходить под песню «Bad boys».

Лин в немом удивлении перевела взгляд на подругу и искренне рассмеялась, опустив голову:

- Когда ты успела написать этот сценарий? И почему именно такое распределение ролей?

- Ну, смотри, - с умным видом произнесла подруга, уставившись куда-то перед собой, мысленно вырисовывая образы, - Ник и его папка, как я думаю, абсолютно не разлучаются, даже спят вместе, поэтому он, скорее, документалист, который записывает все наблюдения и раскладывает их по файликам. А Ноа… как агент ФБР, скрытно следит за всем со стороны и в уме собирает отличительные черты оппонентов. От моего взора это, конечно, не укрылось, но для обычного человека всё выглядит всё вполне естественно…

- Стой, - прервала её Лин, - ты хочешь сказать, что «обычный человек» это я?

- Не перебивай. – подняла руку Энн, призывая к вниманию. – Вечером они собираются за большим круглым столом, вокруг бумаги, перед ними ноутбуки, на фоне тот самый трек, а один из заголовков гласит: «Деструктивное поведение двух женщин и возможные причины внезапного веселья во время лекции».

Неожиданная драматизация сегодняшней ситуации наконец пробила стену внутреннего напряжения, вызвав взрыв смеха у обеих. Попасть в переделку, а после превратить её в очередную комедийную историю – хитроумный ход, который имел стопроцентный успех. Особенно хорошо это работало, если было приправлено великолепными деталями, добавленными Даркмур, тем более – абсурдными.

Автобус почти бесшумно подплыл к остановке. Лин подхватила под руку всё ещё хохочущую подругу и утянула её за собой в открытые двери.

Дорога возымела убаюкивающий эффект – смешки стали реже, речь тише, предложения короче. Эшборн прижалась щекой к макушке лежащей на её плече Энн и поглядывала уже сонными глазами за мелькающими пейзажами города в окно, пока транспорт вез их почти на окраину мегаполиса.

Мысли, однако, оставались довольно отчетливыми – шёл процесс анализа. Лекция, новые факты и внезапный шанс получить новую информацию в скором времени будоражили сознание, которое ещё в первой половине дня представляло собой сборник рабочих задач. Но надо же было подругам оставить о себе подобное впечатление! Тем не менее это всё равно вызвало очередную мягкую улыбку на лице.

Воображение в моменте само подкинуло образ длинноволосого парня. Он казался человеком, которого невозможно застать врасплох. Высокий, широкоплечий, со смуглой кожей, хранившей тепло солнца. Глаза темные, почти черные, глубокие и внимательные, будто постоянно всматривались в окружающий мир, замечая детали, которые другие упускали.

Простая клетчатая рубашка свободно лежала на его фигуре, скрывая, но не способная полностью спрятать мощь крепкого тела. Рукава были закатаны до локтей, открывая сильные, загорелые предплечья.

В его облике не было ничего нарочито эффектного – ни дорогой одежды, ни стремления привлечь внимание. Он выглядел молодым, но уже вызывал ощущение редкой для его возраста уверенности. Спокойный взгляд, твердая осанка и сдержанные движения выдавали человека, привыкшего полагаться на себя. В нем ещё оставалась юношеская лёгкость, но за ней угадывались сила характера и внутренняя собранность.

Эти мысли посетили Лин ненавязчиво и были похожи на привычный анализ новых лиц в окружении, хотя и оказались достаточно яркими. Она аккуратно тряхнула головой, боясь потревожить задремавшую подругу, но желая оставить дальнейшее погружение в оценку этой персоны.

Автобус высадил девушек на нужной остановке и покатил дальше, а бывшие пассажирки, крепко обнявшись, двинулись в противоположные стороны в направлении своих домов. Энн напоследок с хитрой, но уже уставшей улыбкой попросила держать её в курсе обсуждения дополнительных материалов по лекции и, помахав рукой на прощание, скрылась за углом многоэтажки.

Уже в старой съемной квартирке Эшборн окончательно накрыла усталость. Куртка была оставлена на крючке у двери, под ней устроилась сумка, обувь сброшена на коврик около нее. Свет из коридора перетек на кухню вслед за юной исследовательницей, электрический чайник оперативно включился, чтобы позволить ей выпить кружку травяного чая перед подготовкой ко сну. Правда, её ещё предстояло достать из раковины, которая пестрила остальной посудой, скопившейся за несколько дней работы в кофейне – последствия мучений из-за постоянного мытья чашек, тарелок и прочего на сменах. Тяжёлый вздох осознания необходимости соприкасаться с водой из-под крана, кнопка «плэй» в плейлисте с сохраненными треками и неспешные шаги до места «сражения» с кухонной утварью. Движения перешли в автоматический режим, позволяя свободно гонять уже замедлившиеся в голове мысли.

Радовал факт, что завтрашний день обещал быть свободным от кофейной рутины, поэтому можно было полностью посвятить себя делам домашним и, хотя бы минимально, уделить время хобби, а также позвонить матери, которая в этот вечер была удостоена лишь обыденным сообщением: «Всё хорошо, я дома».

В реальность вернула короткая вибрация со стола. Наспех вытерев руки вафельным полотенцем, Лин шагнула к нему и присмотрелась в высветившееся уведомление на экране смартфона. «Redhawk». Брови сошлись на переносице в попытке вспомнить, к чему бы это относилось, ибо мозг уже соображал с натяжкой. Осознание ударило спустя несколько секунд, а легкое волнение вдруг отозвалось под ребрами короткой вспышкой, заставив невольно задержать дыхание. Телефон почти сразу лег обратно на деревянную поверхность, а в голубых глазах застыло искреннее удивление. Внутри все пришло в беспокойное движение: «Ответить сразу или подождать? А почему так поздно?»

От повторной вибрации Эшборн вздрогнула и, наконец, открыла сообщение одним касанием – технику брать в руки пока не решалась. Театрально вытянув шею, словно была совой, в попытке рассмотреть содержимое чата, она быстро пробежалась по строчкам и фыркнула от формулировки текста:

«Доброй ночи. Во вложении всё, о чём были заметки в Вашей тетради. Надеюсь, здесь найдутся ответы на интересующие темы. P.S. Теперь я знаю, что некоторые моменты моего рассказа вызывают улыбки».

Последнее предложение, однако, вызвало лишь желание с громким шлепком ударить себя по лбу. Но сдаваться Лин определенно не собиралась. Никаких извинений. Раз уж началась шуточная война, то стоило достойно держать оборону и аккуратно переходить в наступление. Ответ улетел оппоненту спустя несколько минут тщательного обдумывания:

«Благодарю за материалы. Получается, лекция оказалась полезной для всех присутствующих: мы узнали кое-что о лакота, а Вы – о реакции аудитории».

Скриншот диалога же направился к соучастнице – просила ведь держать в курсе событий.

Волнение отступило так же быстро, как и нахлынуло, вернув на место прежнюю усталость от насыщенного дня. Дальше всё пошло по плану – чай, душ, кровать. Уже под одеялом девушка, ворочаясь в поиске удобного положения, сонно выстраивала воображаемый саркастичный диалог со спикером и выбирала самые остроумные ответы на его нападки.