Пока не закончилось лето

Пролог

- Почему мне кажется, что мы отправляем дочь в лапы к головорезам? – красивая стройная женщина нервно поправила прическу.

- Милая, не начинай, ну, какие они головорезы? Максимум… - седовласый мужчина задумался, - максимум клетка с тиграми, - показал он на длинный желтый автобус с едва заметными тонкими решетками между двух стекол.

- С тиграми Катрина справилась бы, но эти! – женщина с ужасом рассматривала две расплющенные физиономии в заднем окне автобуса. Совершенно одинаковые парни, прилипнув лицами к стеклу, корчили рожи, неистово вращая глазами.

- Надо же, близнецы! Так похожи! – обрадовался мужчина, но тут же сник под строгим взглядом жены.

- Нет, Всеволод, я правда не понимаю, зачем девочку надо было отправлять в такую даль на целый месяц? На какой-то остров, где полностью запрещена магия! Я уже сто раз слышала, - женщина жестом остановила мужа, который хотел что-то сказать, - что ты полковник и не можешь разглашать секретную информацию, что работа в Министерстве стратегий накладывает ряд ограничений. Но там моя дочь!

- Хорошо, милая, ты права. Мы вернемся домой и поговорим, - на лице мужчины застыло страдание.

- Я читала, что в старые времена на Земле были специальные места для детей, которые нарушили закон - колонии для несовершеннолетних. Их конвоировали…Полюбуйся, - женщина показала на машины охраны и военных в форме элитного боевого отряда. Рядом с ними стояла крепкая немолодая женщина с гулькой на голове, суровой внешностью и раздавала приказы.

- Ну что ты, дорогая, это же Оксана Кселофонтовна - моя коллега, милейшей души человек, мы с трудом уговорили ее поехать преподавателем в лагерь.

- Она еще и преподаватель? – женщина вздохнула, но вдруг расцвела улыбкой и помахала тоненькой девушке в голубом платье. Хрупкая и нежная она стояла на верхней ступеньке автобуса и светилась от счастья. Махнув на прощание рукой родителями, девушка скрылась в проходе. Вслед за ней зашла «милейшая» Оксана Кселофонтовна, двери закрылись, и колонна автобусов тронулась.

- Видишь, Катя счастлива! Поверь, это будет отличный месяц, она так мечтала об этом слете, - обрадовался отец.

Глава 1. Первое впечтление

Получилось не так, как я ожидала. Хотелось произвести первое впечатление: зайти победно, красиво, радостно, но в моем автобусе не было свободных мест. Колонна успела загрузиться толпой будущих магов еще на предыдущей остановке, и я растерянно шла вдоль прохода.

В последнем ряду сидело четверо парней, а мягкое сидение было рассчитано на пятерых. Меня быстро заметили:

- Эй, красавица, давай к нам! – парни пытались отпихнуть друг друга. В итоге мягкая лавка полировалась их пятыми точками, а свободное место все время меняло свое расположение.

- Падай сюда!

- Красотка, что замерла? Я самый красивый из них, садись рядом!

- Он самый наглый из нас! А самый красивый - я! – перебил соседа тоненький чернявый паренек с челкой, которая закрывала пол-лица.

Автобус веселился, мои щеки начали предательски краснеть. Последний ряд, слегка забыв обо мне, занялся фигурным скольжением попами по длинному сидению и выпихиванием соседей. Я, растеряв весь свой задор, как на эшафот шла в конец автобуса. В голове вертелось: «Вы серьезно, это правда? Мне придется несколько часов ехать рядом с этими клоунами? Меня ведь ничего не спасет, здесь всем и дела нет, что у меня несколько крутых старших братьев, что члены моей семьи могут одним глазом заморозить, а другим распылить на нитроны любого обидчика».

Наконец победил лохматый белобрысый детина, румяный, прямо пышущий здоровьем, с плечами, занимавшими пространство сразу над двумя сидениями. Он уперся руками в окно и тем, что ниже талии отодвинул всех своих соседей:

- Падай крошка! Не обижу, - и обещающая совсем другое ухмылка засияла в мою сторону.

Закрадывалась мысль: «Может ну его, этот слет? Пойду-ка я назад к мамочке и папочке?!»

- Не садись к нему! Он в прошлом месяце переболел магическими блохами!

«Шкаф», продолжая упираться одной рукой в окно, а второй дал шалбан обидчику.

- Маркус, убери кувалды! – заголосил сосед и, как пробка из бутылки, выскочил из их четверки.

- Сенчик, я сейчас тебя кулаком стукну, и ты сам блохой станешь…немагической.

Сенчик, что за имя такое? Может он Сеня? На Арсения не дотягивает с такой придурковатой внешностью.

Сенчик тут же занял место с края и продолжил давить соседей, теперь упираясь в противоположное окошко. Как автобус не развалился еще?

Надо запомнить: «шкаф» зовут Маркусом. Теперь возле него зажат чернявый с челкой в пол-лица. Его точно раздавят, он почти такого же телосложения, как и я: худой, невысокий, тонкий. Парень не сдавался и это мне понравилось, в какой-то момент чернявый решил Маркуса пощекотать. Это было весело: «шкаф» покраснел, надулся и потерял позицию. Браво!

Но на меня теперь кричали сзади:

- Курсантка! Вы замерли надолго? Вперед по проходу! Свободную позицию занять! Задницу приземлить! – за мной стояла тетка ростом под два метра, гулькой на голове, свистком на шее и таким взглядом неласковым…

Магия Мира, какая я вам курсантка, я ведь не в военную академию еду, да и «задницей» мои скромные габариты сложно назвать, бред какой-то, но лучше сесть и побыстрее. Но не к этим же придуркам? Если уж никак, то лучше к одноглазому с челочкой…и желательно, чтоб с другой стороны окно…Я неумолимо приближалась к последнему ряду. Маркус снова победил и держал для меня место у окна. Ну, уж нет, лучше я на пол сяду в проходе, я еще жить хочу и остаться со стабильной психикой, поэтому к Маркусу Шкафовичу подходить даже не буду.

Тут вскочил стукнутый по голове Сеня, понял видимо, что силой не победить. И за ним подпрыгнул четвертый парень. О, да они близняшки! Светловолосые, курносые, веснушчатые, крепкие – такими в старых сказках изображают Иванушку, крестьянского сына. А тут два «Иванушки» или «два из ларца одинаковых с лица»?

- Сеня! – дурным голосом заорал один и отвесил поклон до земли.

- Веня! – подключился второй и сделал некое подобие реверанса.

Да уж, не зря у ребяток внешность сказочных дурачков. Они светились от своей гениальности и показывали на освободившиеся места. Вот сяду я, а они потом рядом втиснутся!

- Курсанткаааааааа! – это не голос, это раскаты грома….

Тут в проход вынырнула рука сразу с пятью браслетами на запястье, схватила меня за подол и резко дернула вниз. Елки магические, из-за высоких спинок кресел я не заметила еще одно свободное место почти в самом конце салона.

Приземлилась я рядом с симпатичной блондинкой. Выглядела она постарше меня. Но ведь нам всем должно быть по 15 или нет? Непривычно короткая стрижка, но все рано с кудряшками. Выразительные черты лица, открытая улыбка. Вся девушка выглядела спортивно, и явно была выше меня на голову. Если можно, опираясь на внешность подростка, играть в предсказание его будущей магии, то моя соседка должна быть боевиком-оборотнем. Причем хищным и беззаботным.

- Придурки! Мы уже час едем, и они все время ржут и друг друга мутузят, – весело сообщила соседка.

- А они что тетю-командира со свистком не боятся?

- Так не было еще никого из взрослых, нас распорядитель посадил по автобусам, мы сами ехали.

- А это кто, - кивнула я в сторону страшной тетеньки.

- Я тоже эту серьезную женщину первый раз вижу.

Мы еще пару минут обсуждали, похихикивая, какое прозвище подойдет грозной женщине со свистком. А она тем временем быстренько подняла с первого сидения хлипкого парнишку в очках и практически подзатыльником отправила его в длинный полет к последнему ряду. Теперь вся четверка стала раздуваться и показывать, что они дико толстые и нет у них места. Но тетенька один раз дунула в свисток и спросила: «Я иду? К вам? Поближе? Познакомиться?» И вся четверка сдулась, засуетилась и мелкий парнишка все-таки сел между ними. Руководительница уселась на переднее сидение, и мы тронулись.

Еще час мы болтали с соседкой на тему: «Какие клоуны едут с нами в автобусе и будут ли на слете нормальные парни?» Было легко и беззаботно, как будто мы знакомы 100 лет, ну, или 15.

- Надеюсь, если нам не повезло ехать с этими ненормальными в автобусе, то повезет при распределении в лагере, и мы не попадем с ними в один сектор, - рассуждала моя соседка.

- В сектор? В лагере есть сектора? – я поняла, что кто-то знал о слете гораздо больше моего. Отец мог что-нибудь рассказывать, но не смотря на мои расспросы «с пристрастием», никакой информации от него я не получила. Вечно родители так, хотят, чтобы я сама во всем разобралась.

- Конечно есть! 12 секторов. Наша колонна не единственная, которая приедет в лагерь. Мы восточная колонна, а будет еще западная и северная.

- Мне родители вообще ничего не рассказывали, - хмуро ответила я. Было любопытно, но как-то слегка обидно.

- А не парься, мне мои предки тоже ни гу-гу, на любой вопрос у них ответ типа «понятия не имеем», «все сама узнаешь», «у всех по-разному».

- Тогда откуда информация про сектора? – не поняла я.

- Это все моя Ба, то есть Грендма, ну ты поняла - инфа от бабушки, она у меня мировая, потом обязательно про нее расскажу.

- А как по секторам будут распределять? Случайно? А вдруг, кто с кем ехал, тот с тем в сектор и идет? – засомневалась я.

- Нет, не бойся, сектора распределяются по уровням. Все будем сканироваться перед входом в купол. Внутри уже никаких магических сканеров и других помогалок не будет.

Я хмыкнула, вот все равно не могла представить себе безмагический мир. Как вещи мы будем стирать? А как смогут накормить всех без магических приспособлений? На уроках в школе иногда учителя предлагали интересные темы для сочинений типа «Мир без магии». Пофантазировать можно, но вот реально, как себе представить нагревание воды в душе или плиту без магии? Смешно и несколько фантастично.

- Постой, что за уровни? Бред какой-то! У нас у всех магический уровень ноль. Невозможно даже определить потенциал. Это наука будущего: может когда-то и научатся прогнозировать у детей будущие способности к магии, но пока это из разряда гадалок на ярмарках.

- Так я не об уровне магии говорила. Там у купола специальное пси-устройство, которое определяет и сканирует (как сказать попонятнее?) твои ценностные потоки, а также уровень твоей самостоятельности.

- То есть насколько мы ответственные и что для нас важно? – я удивилась, а соседка кивнула.

- Вот, например, моя Ба, каждый раз, когда я ленилась чистить зубы на ночь, мне говорила: «Давай, давай, так держать, в 12-ый сектор попадешь». А, если я не хотела думать над задачкой, быстро просила помощи, а потом все же справлялась и спрашивала ее, молодец ли я, она отвечала: «Ну, в сектор четвертый, не выше». То есть, когда меня надо поругать, она всегда на словах отправляет меня в любой сектор, кроме первого.

- То есть нам надо в первый? – шепотом спросила я.

- Во что бы то ни стало, только в первый, - серьезно кивнула головой соседка.

- Но ведь они никогда не узнают, как мы зубы чистили и как задачки решали. На домах у всех защита. Как они узнают о нашей самостоятельности? – у меня пазлы в голове не складывались.

- А им и не надо знать, - хмыкнула соседка. - Они твой чемоданчик отсканируют. Поймут, что там лежит и даже, кто положил. Сама хоть чемодан собирала?

- Почти весь сама. Но косметичка с разными прибамбасами для душа мамой собрана, - у меня даже похолодело внутри. - И мама пуговицу к рубашке пришивала.

- Что, косметичку даже в руках не повертела? Там же диковин вагон! У меня есть мыло похожее на камешек, а пахнет яблоком и трубочка с кремом для зубов розовым! – она мечтательно закатила глаза.

- Не с кремом, а с пастой. Ура, я все трогала! Мама пользоваться не разрешила, говорила, что немагические вещи стоят очень дорого! Но я крутила в руках мыло, оно овальное и пахнет клубникой! И пасту открывала и нюхала, она у меня ягодная. Есть еще шампунь, похож на кисель или желе, надо надавливать и выливать его на волосы, потом долго тереть руками, и сделать так, чтобы на голове его не осталось. Он у меня в девочке!

Соседка удивленно на меня посмотрела.

- В чем твой шампунь? В девочке? У меня конечно тоже разных немагических штук полная сумка, но мой шампунь в трубе желтого цвета с дырочкой на конце, и название написано «Кря-кря», конфетами пахнет. Круто да?

- У меня шампунь в кукле-девочке, она смешная и толстая, как гоблин, с фигурой странной. Может не совсем толстая, скорее крепкая, - я рассказывала и смеялась. Подружка вообще держалась за живот:

- Я хочу это увидеть!

Как мало нужно в 15-ть, чтоб просто хохотать до упаду.

- Шампунь внутрь этой девочки налит, а на голове у нее большая гулька, но на самом деле, это крышка в виде гульки. Название тоже есть, на этикетке написано, что ее «Кася» зовут. И мы стали хохотать громче последних кресел в автобусе, те даже притихли и стали к нам прислушиваться.

- Таааак, бойцы, ха-ха убрать, рты закрыть, слушать сюда! – над первыми креслами поднялась тетенька с картонкой в руках. Крепкая, широкая, двухметровая, с гулькой на голове.

- Да это же твоя «Кася» - охнула соседка, и, пытаясь закрыть рот руками, стала сползать под кресло. Я начала уползать за ней, запихивая смех, как можно глубже. Из глаз покатились слезы, я представляла свой флакон-девочку с безмагическим шампунем и надписью «Кася» на этикетке. Он очень отдаленно передавал фигуру ребенка, но шикарно подходил к нашей руководительнице. Не хватало только свистка.

Глава 2. Шампунь "Кася"

Еще час мы болтали с соседкой на тему: «Какие клоуны едут с нами в автобусе и будут ли на слете нормальные парни?» Было легко и беззаботно, как будто мы знакомы 100 лет, ну, или 15.

- Надеюсь, если нам не повезло ехать с этими ненормальными в автобусе, то повезет при распределении в лагере, и мы не попадем с ними в один сектор, - рассуждала моя соседка.

- В сектор? В лагере есть сектора? – я поняла, что кто-то знал о слете гораздо больше моего. Отец мог что-нибудь рассказывать, но не смотря на мои расспросы «с пристрастием», никакой информации от него я не получила. Вечно родители так, хотят, чтобы я сама во всем разобралась.

- Конечно есть! 12 секторов. Наша колонна не единственная, которая приедет в лагерь. Мы восточная колонна, а будет еще западная и северная.

- Мне родители вообще ничего не рассказывали, - хмуро ответила я. Было любопытно, но как-то слегка обидно.

- А не парься, мне мои предки тоже ни гу-гу, на любой вопрос у них ответ типа «понятия не имеем», «все сама узнаешь», «у всех по-разному».

- Тогда откуда информация про сектора? – не поняла я.

- Это все моя Ба, то есть Грендма, ну ты поняла - инфа от бабушки, она у меня мировая, потом обязательно про нее расскажу.

- А как по секторам будут распределять? Случайно? А вдруг, кто с кем ехал, тот с тем в сектор и идет? – засомневалась я.

- Нет, не бойся, сектора распределяются по уровням. Все будем сканироваться перед входом в купол. Внутри уже никаких магических сканеров и других помогалок не будет.

Я хмыкнула, вот все равно не могла представить себе безмагический мир. Как вещи мы будем стирать? А как смогут накормить всех без магических приспособлений? На уроках в школе иногда учителя предлагали интересные темы для сочинений типа «Мир без магии». Пофантазировать можно, но вот реально, как себе представить нагревание воды в душе или плиту без магии? Смешно и несколько фантастично.

- Постой, что за уровни? Бред какой-то! У нас у всех магический уровень ноль. Невозможно даже определить потенциал. Это наука будущего: может когда-то и научатся прогнозировать у детей будущие способности к магии, но пока это из разряда гадалок на ярмарках.

- Так я не об уровне магии говорила. Там у купола специальное пси-устройство, которое определяет и сканирует (как сказать попонятнее?) твои ценностные потоки, а также уровень твоей самостоятельности.

- То есть насколько мы ответственные и что для нас важно? – я удивилась, а соседка кивнула.

- Вот, например, моя Ба, каждый раз, когда я ленилась чистить зубы на ночь, мне говорила: «Давай, давай, так держать, в 12-ый сектор попадешь». А, если я не хотела думать над задачкой, быстро просила помощи, а потом все же справлялась и спрашивала ее, молодец ли я, она отвечала: «Ну, в сектор четвертый, не выше». То есть, когда меня надо поругать, она всегда на словах отправляет меня в любой сектор, кроме первого.

- То есть нам надо в первый? – шепотом спросила я.

- Во что бы то ни стало, только в первый, - серьезно кивнула головой соседка.

- Но ведь они никогда не узнают, как мы зубы чистили и как задачки решали. На домах у всех защита. Как они узнают о нашей самостоятельности? – у меня пазлы в голове не складывались.

- А им и не надо знать, - хмыкнула соседка. - Они твой чемоданчик отсканируют. Поймут, что там лежит и даже, кто положил. Сама хоть чемодан собирала?

- Почти весь сама. Но косметичка с разными прибамбасами для душа мамой собрана, - у меня даже похолодело внутри. - И мама пуговицу к рубашке пришивала.

- Что, косметичку даже в руках не повертела? Там же диковин вагон! У меня есть мыло похожее на камешек, а пахнет яблоком и трубочка с кремом для зубов розовым! – она мечтательно закатила глаза.

- Не с кремом, а с пастой. Ура, я все трогала! Мама пользоваться не разрешила, говорила, что немагические вещи стоят очень дорого! Но я крутила в мыло, оно овальное и пахнет клубникой! И пасту открывала и нюхала, она у меня ягодная. Есть еще шампунь, похож на кисель или желе, надо надавливать и выливать его на волосы, потом долго тереть руками, и сделать так, чтобы на голове его не осталось. Он у меня в девочке!

Соседка удивленно на меня посмотрела.

- В чем твой шампунь? В девочке? У меня конечно тоже разных немагических штук полна косметичка, но мой шампунь в трубе желтого цвета с дырочкой на конце, и название написано «Кря-кря», конфетами пахнет. Круто да?

- У меня шампунь в кукле-девочке, она смешная и толстая, как гоблин, с фигурой странной. Может не совсем толстая, скорее крепкая, - я рассказывала и смеялась. Подружка вообще держалась за живот:

- Я хочу это увидеть!

Как мало нужно в 15-ть, чтоб просто хохотать до упаду.

- Шампунь внутрь этой девочки налит, а на голове у нее большая гулька, но на самом деле, это крышка в виде гульки. Название тоже есть, на этикетке написано, что ее «Кася» зовут. И мы стали хохотать громче последних кресел в автобусе, те даже притихли и стали к нам прислушиваться.

- Таааак, бойцы, ха-ха убрать, рты закрыть, слушать сюда! – над первыми креслами поднялась тетенька с картонкой в руках. Крепкая, широкая, двухметровая, с гулькой на голове.

- Да это же твоя «Кася» - охнула соседка, и, пытаясь закрыть рот руками, стала сползать под кресло. Я начала уползать за ней, запихивая смех, как можно глубже. Из глаз покатились слезы, я представляла свой флакон-девочку с безмагическим шампунем и надписью «Кася» на этикетке. Он очень отдаленно передавал фигуру ребенка, но шикарно подходил к нашей руководительнице. Не хватало только свистка.

Глава 3. Перекличка

Оказывается, на картонке были записаны наши имена и фамилии. «Кася» не имела права пользоваться магическими сканерами, иначе бы она проверила и установила, кто едет с ней в автобусе ровно за секунду. А так нам предстояла увлекательная игра: Кася читала имя и фамилию, а тот, кого она назвала, должен был вскочить на ноги, показаться тетеньке и заорать: «Я!»

Называлась игра «Перекличка».

Первым в списке шел Август Ролан. Эта интересная фамилия и имя принадлежали чернявому с челочкой в пол-лица. Похоже парни – соседи по сидению - знали только его имя, но не фамилию. Тут же раздалось: «Эй, Ролик, у тебя фамилия Февраль?»

- Нет, парни, он Ролан Мартовский!

- Слышь, Сентябрь, что нахмурился?

- Надо было тебя Октавианом назвать, был бы Октавиан Август, а не Ролан, - даже хлипкий парнишка в очках не смог удержаться от комментария по поводу фамилии чернявого.

Надо отдать должное выдержке Августа Ролана, он приложил руку к сердцу и стал с императорским видом кивать в разные стороны: «Август. Август. Священный. Великий. Не Цезарь, не Гай Юлий, не гей. Просто Август». Парни ржали, оценили. Маркус хлопнул по плечу:

- Ладно, Ролик, заглохни.

Если после каждого имени мы будем так смеяться, то как раз оставшихся четырех часов хватит только на перекличку.

Дальше по списку шли братья Арец Арсений и Арец Вениамин. Наши клоуны Касе понравились.

Только услышав свое имя, Сеня заорал:

- Есть, товарищ командир!

- Надо отвечать: «Я», - поправила Кася.

- Так точно, товарищ командир!

Кася вздохнула, махнула рукой, садись, мол, и вызвала Веню. Все повторилось в точности до мельчайших интонаций:

- Арец Вениамин…

- Есть, товарищ командир!

- Не «есть», а «я»! – снова поправила Кася.

- Так точно, товарищ командир!

Дальше стало веселей. По списку шла Аюнова Ася. Вскочила девчушка из середины автобуса и заорала:

- Есть, товарищ командир!

Последний ряд сидений захлопал. Девушка обернулась и послала парням воздушный поцелуй. Не может быть! Она ничуть не смутилась, черные глаза со смешинками и вызовом. Вот так Ася, надо подружиться с ней. Стройная, невысокая, с красивыми черными кудрями в короткой стрижке, аккуратно уложенными в стильную прическу. С одной стороны укладки параллельно шли одинаковые ровные заколочки, похожие на палочки. Интересные немагические штучки прижимали кольца волос к голове.

- Как стильно она причесана, - прошептала мне соседка, слегка приглаживая свои белокурые густые кудри.

Примерно до буквы «пэ» все повторяли один и тот же трюк. Вместо «я», кричали: «Есть, товарищ командир!» Получали одинаковое замечание, кланялись, махали всем рукой и садились.

Автобус пропитался радостной атмосферой бесшабашного веселья. Кася раз за разом повторяла правила переклички и говорила, что нужно говорить одно слово: «Я». Мы же выкрикивали то, чему нас научили Сеня и Веня. «Есть» и «так точно» всем пришлись по душе. Парни даже слегка дирижировали руками в такт нашим словам, хотя отвечавшие в этот момент их не видели. Я поймала себя на ощущении: как приятно иногда стать коллективно тупыми и понимать это. Такой осознанный выбор быть болванами и при этом испытывать восторг. Я ждала, когда Кася в перекличке дойдет до моей буквы.

Но Пинаев Гера все испортил. Им оказался хлипкий очкарик, сидящий пятым среди парней последнего ряда. Он, видимо, совершенно ошалел от безудержного веселья соседей. До этого пару раз получил случайно локтем в правое ухо от дирижировавшего Сени, и пару раз в левое от Вени.

Услышав свою фамилию, он закричал, ну, вернее, пискнул: «Я». В один момент весь автобус замолчал.

- Молодец, Пинаев, - сказала Кася. А Гера вжал голову в плечи и попытался слиться с атмосферой.

- Пинаев, значит? – многозначительно прошипел Сеня или Веня. - Ну мы тебя попинаем потом слегка.

Бедного парня стало так жалко. Кто его вообще на слет отпустил такого? Он точно к самостоятельности и грубым шуткам сверстников не привык.

Когда следом прозвучали мои фамилия и имя, я знала, что отвечу.

- Романова Катрина!

- Я! – мой ответ звучал четко, громко. Так я хотела выразить солидарность с бедным Герой и поддержать его. Только странность заключалась в том, что мой ответ звучал неожиданно в два голоса. Рядом стояла моя соседка и с удивлением на меня смотрела. Автобус, как и Кася, пока не врубился в прикол.

- Романова Катрина! – снова уточнила руководительница имя в списке.

- Я! – снова ответили мы хором. Как-то стало не по себе, это походило на детскую шутку, но глупую и не смешную. Я с подозрением посмотрела на такую классную и понятную до этого момента соседку. В глазах у нее увидела ту же эмоцию, типа «нафига ты это делаешь?»

- Ааааа. Романовых Катрин две в списке. Вы родственники? – спросила Кася.

- Нет, мы с удивлением посмотрели друг на друга.

- Может кто-то из вас Екатерина или Кетхин, например, - интересно, это была шутка от грозной тети Каси? Но мы покрутили головами и синхронно сели.

- Ты что, правда Катрина Романова? – я спросила первая.

- Можно просто Катя, - ответила соседка. Ее глаза пока не вернулись к прежнему размеру.

- Ну да, я тоже чаще Катя. Но бываю Кэт, Катюша или Катринище, - я вспомнила бесконечное творчество моих родных.

- На «Катринище» ты совсем не тянешь, - фыркнула соседка.

- Что будем делать? Как-то мы в двух экземплярах.

- Пока будем просто прикалываться и ржать над реакцией окружающих. А там что-то придумаем.

Глава 4. Катрина и Рина

Конец списка Кася дочитала быстро. Всем надоело смеяться, оставшиеся говорили свое «я» и плюхались на место.

В конце переклички руководительница достала из-под сидения внушительную коробку и поставила в проход.

- Каждый взял по одной бутылке, из автобуса не выпущу, пока не выпьете полностью. При выходе бутылку сдать, - руководительница была лаконична.

В первых рядах поднялась маленькая волна возмущения, но все брали воду и двигали коробку дальше. Когда питье доехало по проходу в наш конец автобуса, я поняла в чем дело: в ящике вода была в емкостях по два литра!

- Это как? – удивилась я, беря в руки огромную бутылку. - Может это шутка или пожелание? Нам ехать осталось часа два-три, выпить это нереально!

- «Слеза горного немагического ручья», - прочитала соседка Катя. - Представляешь, он льет слезы, жалея нас.

Кася убедилась, что коробка вернулась к ней пустая и проинформировала дополнительно: «Выпить 2 литра полностью. Кто не допил, не смог, не захотел – сидит в автобусе и на диагностику не допускается».

- Диагностику? Это еще что? – как-то мне становилось волнительно.

- Так я же рассказывала тебе про сектора, перед куполом диагностические ворота, там и определят твой сектор, - сказала соседка.

- А при чем тут вода? Почему ее надо выпить в таком количестве? – я размышляла вслух. - Очистить организм?

- Эй, командир, а, если я все выпью, вы меня пи-пи выпустите? Остановите у чудесного санитарного здания для писающих мальчиков? – Маркус к стеснительным не относился.

- Конечно, остановка по графику и по любому срочному требованию. Специальных условий не обещаю, но магические кустики обеспечу, - Касю смутить было сложно.

Мы стали потихоньку отпивать из бутылки.

- Кать, а что еще ты о лагере знаешь, что твоя Ба рассказывала? – мне было так любопытно, что даже внутри живота все замирало.

- Знаешь, в чем прикол? Мне кажется, что Ба нельзя было многое рассказывать. Причем не из-за запретов, а из-за меня. Она как бы боялась, что у меня будет много информации. Я как-то размышляла вслух и сказала ей что-то типа: «Может, если ты многое расскажешь, потом у меня магия не проснется на слете?» А она, как закричит: «Бинго, у меня самая сообразительная внучка на свете! Раз ты сама додумалась до этого вывода, то он не идет, как дополнительный тормоз к раскрытию магии».

- Ну, это известный факт, что отъезд из дома еще не дает гарантию пробуждения магии. Я читала, что в разные годы 50-70% ребят так и возвращаются домой, не почувствовав ничегошеньки. Но получается, что это еще и тормозится чем-то? - мне становилось понятно, почему никто в семье со мной не обсуждал тему летнего слета.

- Вот я тебе про сканер и сектора немного рассказала и тебя тормознула, наверное. Ты не злишься? – на лице Кати была растерянность.

- Да брось. Я благодарна! Замирало все внутри от неизвестности. Хотя сейчас очень переживаю, хочу в первый сектор.

- За первый сектор! – соседка Катя стукнула мою бутылку, изображая звон бокалов.

- За что пьете, куколки? – между спинками сидений пролезла физиономия Сени или Вени. Он тут же скосил глаза сверху в вырезы наших платьев, быстро опустился и чмокнул меня в открытое плечо. Все это произошло за секунду, да еще с характерным чмокающим звуком. Я поняла, что нам рассказывал магистр психологии на своих уроках: «Поведение людей в стрессе бывает трех видов: одни бегут, другие замирают, третьи нападают». Это чудовищно, но я замерла! А вот Катерина напала. Долбанула нахала бутылкой по башке. Сеня-Веня исчез. Но через три минуты объявился его брат-близнец, возник со стороны прохода:

- А че, Сенчик правда тебя поцеловал в губы?

Ну, понятно, у меня снова наступила стадия замри-умри. Спасибо, Катя ни на секунду не тормозила. Вот у кого инстинкты! Не удивлюсь, если у нее в лагере откроется магия нападающего боевика. Причем у первой.

- Конечно поцеловал! В губы! Мы же не дети, чтобы в щечку целоваться. Хочешь покажу как? Только глаза закрой! – Катя говорила и при этом заманчиво облизывала губы.

Веня закрыл глаза, запыхтел и слегка вытянул шею в сторону соблазнительницы. Вот как в 15 лет можно быть таким болваном? Катя стукнула его с такой силой, что у бутылки вмялся один бок.

- Кто еще сунется - убью, - подружка нависла над креслами и так нежно улыбнулась всей компании, так многообещающе хлопнула ресницами, что от этой разницы между смыслом ее слов и мимикой, мороз по коже пошел.

Дорога пролетела быстро. Действительно автобус останавливали три раза. Все выбегали, куда нужно. Сеня с Веней умудрились нарвать нам каких-то сомнительных цветов в знак примирения. Вот только каждый раз, когда подходили, глазели в вырез на моем платье. Он, честно, был совсем не глубокий, но разница в росте позволяла им нависать надо мной и смотреть с таким глуповатым выражением в одну точку, что моя соседка не выдержала, и, поймав одного из близнецов на туповатом сканировании верха моего платья, спросила:

- Ты хочешь туда нырнуть?

- Ага! Классно было бы!

Хоть бы попытался соврать, что вовсе никуда не смотрел, что случайно мимо проходил.

- Слушай, дельфин, еще раз будешь смущать мою подружку, нырнешь башкой в асфальт! Веришь? – Катя была очень убедительна.

Вот что умели Сеня и Веня делать отлично, исчезать почти мгновенно.

- Может они теневыми магами станут? Обретут магию и смогут распыляться, переноситься, становиться частью эфира? – я пыталась словами заглушить свое смятение.

- Ха, с такими придурковатыми рожами и крошечными мозгами быть им магами-бытовиками! Выйдут в поле и взглядом пшеницу косить будут – на слове «взглядом» Катя сделала такой акцент, чтобы братья ее услышали.

- Но ты - слышишь, не замирай больше! Они так, не опасные, разве не видишь? Просто крупные, телята глуповатые. Стукнула их или наехала, они и отстанут. А то ты со своими замираниями слишком лакомый кусочек. Может ты станешь оборотнем? Будешь замирать в какую-нибудь магическую огненную саламандру? – Катя говорила слова не очень приятные, но я чувствовала, что она не хочет меня обидеть. Скорее просто помочь.

Я себя тоже не узнавала. Не была я ни робкой, ни скромной. Просто парни во дворе и школе не были столь прямолинейными. Никому бы в голову не пришло взять и поцеловать просто из-за того, что хочется. Они даже, чтобы прикоснуться хитро искали повод. То устроят игру в мяч, то поведут к ручью в чаще, где холодно. Вот тогда есть повод отдать свою рубашку, помочь ее одеть, прикоснувшись к плечам. Мячик забирать они тоже умели по-разному, но так, что не придерешься.

- Ты в лагере станешь первым магом-оборотнем. Превратишься в боевую кошку! – я залюбовалась девушкой: высокая, сильная, взгляд смелый. Если бы не отстриженные под мальчика кудряшки, была бы амазонкой.

- Катя, Катрина… - я рассматривала новую подругу, восторгаясь в душе, но не чувствовала, что есть в ней мое имя. Не подходили ей все эти нежности и производные от имени: Катеньки, Катюши и Котенки.

- Катарина – Рина! – вдруг поймала я то, что незримо крутилось вокруг образа новой подруги.

- Рина? Так меня еще никто не называл! Мне, кстати, Катя и Катрина не очень по душе, а Рина – кажется мое! Вот спасибо! Будешь моей феей крестной! – моя соседка приобняла меня.

- Слушай, Кать, я, как будто 100 лет тебя знаю! – Рина смотрела открыто и немного ожидающе.

- Скажешь тоже! Совсем не 100! – я выждала паузу. - Только 15!

Глава 5. На пороге войны

Месяц назад

- Садитесь, Всеволод, извините, что вызвал вас в такой час, но вопрос не терпит отлагательства.

- Добрый вечер, - Всеволод замешкался, не зная обратиться по званию, или приватная обстановка кабинета на загородной даче генерала подразумевает обращение по имени. В итоге молча сел в предложенное кресло и пять минут смотрел в спину седовласого мужчины, еще крепкого и мощного, сурового с подчиненными, виртуозного в работе.

- Всеволод, для работников нашего министерства не секрет, что три года назад я потерял сына, невестку и двух старших внуков, - генерал жестом остановил Всеволода, который хотел выразить соболезнования. – Я знаю, что по этому поводу ходят разные слухи. Так вот, самые страшные и нелепые из них – это правда. Нашему привычному миру конец. И финал будет особенно ужасен, так как мы, видя его разрушение, будем терять детей.

- Но ведь это слухи, только слухи, никаких подтвержденных данных о том, что забирают подростков…

- Три года назад это были просто догадки, сотни вопросов и полное отсутствие ответов, - генерал устало опустился в кресло. – Сегодня на большинство из них мы смогли найти ответы, и реальность такова, что наших детей уводят в параллельный промежуточный мир, в котором нет магии, поэтому мы – взрослые, которые идем за ними, чтобы спасти, оказавшись там, становимся практически беспомощными.

- Как часты случаи изъятия детей? – хриплым голосом спросил Всеволод. - И есть ли у нас стратегия, как этому помешать?

- Мы же с вами работаем в Министерстве Стратегий, - грустно улыбнулся генерал, - поэтому да, план есть. А счет потерянных детей уже идет на сотни, в основном в более слабых государствах, там, где нет возможности быстро отследить открытие порталов из соседних миров.

- Если детей уводят в безмагическое пространство, как мы будем бороться? Мы сильны только тогда, когда можем черпать магию из окружающей среды.

- Ты прав, внутренний потенциал взрослого мага невелик. Он никогда не нужен был в нашем мире. Может поэтому мы его и не развивали. В нашем пространстве количество магии неисчерпаемо и всегда доступно. Но ты знаешь, что есть другие миры. По моим сведениям, один из твоих сыновей ученый-исследователь, который как раз и отправляется в такие опасные путешествия.

- Да, генерал, мой старший сын обладает нестандартным уровнем внутренней магии, - Всеволод почувствовал, как холодеют его ладони. – Но уже несколько раз он был на грани смерти во время своих экспедиций.

- Ты знаком с теорией о том, что уровень внутренней магии многократно возрастает, если в безмагическом мире ее использует семья, родственники?

- Да, и к сожалению эти научные труды не засекречены, их прочитали и другие мои дети. Их магия не особо пригодна для экспедиций, но они оттачивают свое мастерство, развивают вторичные навыки, чтобы отправляться в составе одной группы с Ремом во время его вылазок в безмагические миры.

- Рем – ваш старший, – генерал не спрашивал, а утверждал, видимо обладая полной информацией. – У вас семеро детей, отличных сильных магов, Всеволод. Фамилия Романовы очень вам идет, если вы увлекаетесь историей.

- У меня восемь детей, - Всеволод чувствовал, что от разговора о детях внутри все превращается в ледяной камень. Как будто генерал сейчас будет требовать, чтобы он всех сейчас отправил на верную гибель. Странно было одно, все, кроме младшенькой были уже совершеннолетними, а значит Всеволод никак не мог повлиять на их решение. Если они захотят стать добровольцами в самом безнадежном сражении, ни он, ни жена не смогут этому помешать. Тогда зачем этот разговор?

- О восьмой я и хочу сейчас поговорить. Катрина Романова, 15 лет, восьмой ребенок в семье сильных магов.

Всеволод уставился на генерала в полном недоумении.

- Этим летом по закону вы имеете право отпустить дочь из дома. Если повезет, и вы запишите ее на хорошую обучающую программу, то у нее откроется магия. Мы не знаем пока какая. Я подробно изучил личные дела членов вашей семьи, у вас у всех магия очень разноплановая, поэтому делать прогнозы относительно Катрины бесполезно.

- Извините, генерал, почему мы сейчас говорим о ребенке? – Всеволод чувствовал, как лед внутри расплавляется от волны гнева. С трудом усваивалась информация о конце мира и о том, что его семья должна каким-то образом противостоять этому. А тут крошку Катрину, которую любила и баловала вся семья, обсуждают, как некую стратегическую единицу.

- Это вы меня извините, Всеволод, мой сумбур от страха и ужаса, - генерал поднялся из своего кресла и подошел ближе, - не вставайте, мы сейчас будем говорить не как подчиненный и начальник, а, как два отца…Хотя…моего ребенка уже нет…мы будем говорить, как дед и отец. Вы знаете, что у меня остались два внука? Девочка и мальчик.

- Генерал, но мне не понятно, причем здесь Катрина, она и не маг еще.

- Постараюсь коротко и по сути: цель похитителей не просто дети, а именно подростки, у которых только что проснулись магические способности. Мы знаем, что в момент пробуждения магии и какое-то время после этого, ее потенциал огромен, она еще нестабильна, не сроднилась со своим обладателем. Есть предположение, что похитители умеют эту магию забирать, выкачивать, поглощать…и дети от этого погибают. Они жертвы.

- Тогда Катрина просто останется дома, всем известно, что магия не пробуждается, когда ребенок остается в семье.

- Всеволод, доверься мне, еще недавно я думал так же. Моему старшему внуку скоро исполнится 17…после того, как я потерял его старших братьев, сына и невестку, я поклялся, что с ним такого не случится. Знал бы ты, чего мне стоило в 15 и 16 не отпускать его на летние слеты будущих магов, когда все его друзья уезжали и многие возвращались с раскрывшимся потенциалом, - генерал выглядел устало и потеряно.

- Прошлым летом вы лежали в больнице с сердечным приступом.

- Ты удивлен, что человек в моем положении и с моим послужным списком может лгать? Раскрою тебе секрет: это первичная магия у меня боевая, а по вторичной я Маг-имитатор. Я честно признаюсь, что год назад лежал в госпитале, обманывая всех, чтобы мой внук не уехал в лагерь и не раскрыл магию. Его след легко было бы отследить по родственной связи, ведь похитители уже забрали его братьев и родителей, которые наивно полагали, что смогут их вытянуть.

- То есть угроза настолько близка?

- Ближе, чем я думал, - генерал вздохнул, плечи его поникли, он молча сел и замолчал на пять минут.

Но потом, как будто собрав волю в кулак, продолжил: «В этом году мой внук поедет в лучший лагерь и станет магом, и твоя маленькая Катрина должна поехать, и тысячи других детей. А ты, отец, готовься к войне».

- Я всегда готов к войне, генерал, но дети должны остаться вне ее.

- Не в этот раз, Всеволод! Они сейчас жертвы, так как именно их магию хотят похитить и использовать. Но они же и главное оружие.

- Я не понимаю.

- После пробуждения магии она такого колоссального размера, что они смогут использовать ее в безмагическом пространстве. А если попадут туда вместе со своей семьей, то опыт и умения старших, родственная связь, которая помогает усилить внутреннюю магию каждого члена семьи, подпитка и перетекание магии от подростка к каждому по семейной связи сделают из семьи серьезный боевой отряд.

- Я не хочу думать о своей семье, как о боевой единице, а о маленькой Катрине, как о подзарядном устройстве, - Всеволод нахмурился и встал.

- Повторяешь мои слова, полковник. Может хочешь повторить и мои поступки? – в этот момент генерал легко взмахнул рукой, и стена кабинета замерцала огоньками и превратилась в экран, на котором два смуглых подростка с вьющимися волосами задували свечи на торте. Рядом стоял широкоплечий мужчина так похожий на генерала и красивая молодая женщина.

- Им было пятнадцать. Их магия была особенно сильна, так как они близнецы. Мы все верили, что похищения и прорывы случаются в более слабых странах. Возможно, если бы мы их учили сражаться и сами были готовы, у них был бы шанс, – генерал устало смотрел в пространство.

- До летних лагерей осталось меньше месяца…Я так быстро должен принять решение?

- У тебя простой выбор, Всеволод: ты сражаешься рядом с Катриной всей семьей и имеешь возможность что-то сделать благодаря ее потенциалу и родственной связи, или сражаешься из-за нее, так как ее потерял.

- Это и есть стратегия? – Всеволод не осознавал, что взялся за голову и снова опустился в кресло.

- Да, единственная стратегия, которая у нас есть: выставить боевыми отрядами семьи, в которых есть юный маг. Для лагерей сейчас разрабатывается особая программа: упор на боевую подготовку, универсальные навыки и выживание в немагическом пространстве.

- Твой внук?

- Мой внук пойдет, как отдельная боевая единица…меня не отпускают, я год борюсь с правительством. Мне не дают разрешение на участие в боевых действиях, - на лице генерала застыло страдание.

- Или, если он полюбит, то сможет пойти в составе новой семьи, - тихо добавил Всеволод. Генерал посмотрел с благодарностью.

- Я сделаю все возможное, чтобы у детей были шансы выжить. Ты понимаешь, что до отъезда Катрины ты обязан хранить все в строжайшем секрете? – генерал встал и принял стойку военного. Устав требовал тут же ответить по форме. Всеволод поднялся, отдал честь, теперь говорить и спрашивать было запрещено. Все сказано, все предельно ясно. Уже в дверях Всеволод услышал тихий голос генерала:

- Я буду очень благодарен, если ты скажешь, какую летнюю программу выбрал для дочери, и сочту за честь, если не будешь против, что я своего внука отправлю в тот же лагерь.

Глава 6. Семья

Две недели Катя крутилась веретеном вокруг отца, напоминая, чтобы он не забыл записать её на летний юношеский слет будущих чародеев. Катя всю весну была паинькой, показывала, какая она послушная, самостоятельная, милая. Наконец-то ей 15 - это считалось первым возрастом самостоятельности, разрешалось уезжать из семьи. До учёбы в магической школе ещё долгих два года, но можно попробовать себя в летних слётах, испытать, сделать первые шаги, узнать хоть немного о том, кто ты.

Катя надоедала отцу милыми разговорами и расспросами, пересказывала, как её в школе хвалят учителя и всячески демонстрировала образцовую модель поведения самой младшей дочери. А детей в семье было много! Но все старше. Одарённые, такие, какими гордиться и гордиться. Все уже были студентами магических школ, университетов и академий. Пятеро обитали далеко от дома, а две сестры-близняшки пока жили в семье, но учились в последнем классе магической школы.

Катрина, Катя, Кэт, Ка – это, плюс еще сто различных прозвищ и имен для самой младшенькой изобретались семьей с легкостью. Она младшая, а значит всегда и для всех маленькая.

Две старших сестры были в маму: смуглый оттенок кожи, черные магической глубины глаза, как вороново крыло волосы в высоких прическах. Упругие черные локоны, иногда выпадали непослушно и живописно тяжелыми спиралями устраивались на спине или высокой груди. Их не всякие шпильки выдерживали. Тонкие чёрные брови, и такая горделивая осанка – дух замирал. Трое братьев были той же породы: кареглазые красавцы и атлеты. Мама шутила, что победа в семье за черноглазыми! Папа - высокий, светловолосый, статный, с серо-зелеными глазами, только добродушно усмехался. Его породе достались лишь две дочки-близняшки с пшеничными волосами. Крупные локоны струились вдоль ангельских личиков. Спокойные зелёные глаза смотрели нежно и намекали на тайну. Томные, загадочные, плавные в движениях сестры притягивали и не отпускали. Когда старшие шли напролом, боролись и воевали, сестрички мило улыбались, тихонько совещались и в итоге выдавали что-то такое хитрое, а порой коварное, что побеждали старшую черноглазую толпу сестер и братьев. Правда споры в семье были не частыми, большее любили просто подшутить или разыграть. Да и собраться всей большой семьей в полном составе с каждым годом было труднее и труднее. Дети взрослели, разлетались, уезжали на учебу, практику, по обмену…и просто свет повидать.

Катя появилась в семье неожиданно, когда и не ждал никто. Первые месяцы все черноглазые веселились, так как у карапуза были огромные чёрные глазища. Но, пожалуй, на этом сходство и заканчивалось. Катя умудрялась расти и оформляться в очень тоненькую, гибкую, смышленую, и чересчур бледную девочку. Волосы тоже не держали никакие шпильки, вот только причины были другими. Мягкие, как шелк, совершенно прямые, блестящие и темно русые. Бабушка вздыхала, дарила различные хитроумные магические устройства для превращения этих неприлично ровных волос в благородные локоны. Хватало магии часа на два, а потом всё рассыпалось по плечам, укутывало Катерину темно-русой гладью. Помогали две зеленоглазые сестры, часами накручивая Катины прядки на магические папильотки. Маленькая и хрупкая, она с детства была, как дополнительная куколка для близняшек. Нарядить, научить, подговорить на какую-нибудь хитрость и шалость – излюбленное занятие зеленоглазых сестер.

В семье со смехом рассказывали, что близнецам было по 5 лет, когда они нашли в маминой поваренной книге рецепт особого зелья. Сестры не только смогли его прочитать, но даже умудрились сварить его в тайне от родителей и няни. Во время этой аферы не сработал ни один защитный сканер в квартире, молчали все магические экраны и оповестители. Зелье они добавили в Катину бутылочку с молоком. Вот только первой эту смесь попробовала няня: капнула из бутылочки на руку, не горячая ли? Зелье тут же впиталось в кожу. Был грандиозный скандал, так как глаза нянюшки в течении минуты стали очень зелеными, сначала даже светились и излучали изумрудный свет метров на 20. Проблема была в том, что окрасилась не радужка, а сами белки. Функция светящихся фар прошла за сутки, но вот все время, пока няню хотели вылечить, а сама она хотела уволиться, глаза ее оставались голубыми в ярко-зеленом. Дома бушевали страсти, но младенец по-прежнему на всех смотрел черными, как спелые вишни, глазами.

В общем к своим 15 годам Катя была по прежнему черноглазой, белокожей, тоненькой, стремительной, смешливой и маленькой. Вот только самой ей так хотелось, чтоб в ней видели большую и взрослую. Поэтому слёт – это выход. Вырваться из-под опеки, попробовать самой за себя отвечать. А может и узнать кто ты.

В среднем только в 17 лет становилось понятно, какой ты маг. Уровень способностей, потенциал и вообще направление твоей магии никогда не раскроется, пока ты живешь в семье. Что ты сможешь: мертвых оживлять, создавать волшебные предметы или управлять стихиями, может станешь универсальным солдатом со способностями оборотня? Вариантов были сотни! В детских книжках было написано, что давным-давно, в тридевятом царстве-тридесятом государстве дети колдовали, духов вызывали чуть ли не с младенчества. Катя с восторгом зачитывалась этими сказками, вздыхала и понимала, что это сплошной вымысел. А она живет в большой семье сильных магов и не может даже цветочек сорвать или пуговицу пришить магическим способом. Пока не может. Впрочем, как и все ее сверстники, одноклассники или друзья во дворе.

В научных исторических книгах и учебниках было написано, что магия может проснуться уже в 13, но только вне дома и семьи. Учебники по истории и магиведению рассказывали, что в давние времена подростки обязательно уходили из семьи в 12 лет, без исключений. А в 13 лет становились полноценными магами. Вот только Катя жила в преуспевающем, развитом государстве. Удобном, безопасном и прочном. Современные законы уже лет 300 запрещали отпускать детей магических семей из дома более, чем на 36 часов до достижения ими 15-ти летнего возраста. Вот такая несправедливость с точки зрения подростка: магия может проснуться в 13, а ты сиди жди 15-ти, и то, если родители отпустят. А даже если отпустят, ты можешь оказаться не готов: нежным или сильно домашним, или пугливым. Стопроцентного ответа не было, в 15 магия могла даже не намекнуть на то, о чем она. И чем больше будешь нервничать, тем больше гарантии, что сидеть она будет лет до 17 тихо, а то и к 19 не проснется. Разговаривать на эту тему со взрослыми, задавать разные «почему» и даже возмущаться было бесполезно. Сиди в семье, взрослей, умней, жди…

Вот и Катя до этого лета могла пойти на вечеринку к соседям, остаться с ночевкой у бабули и то, считая часы. А еще можно было вести себя хорошо, учиться в школе еще лучше, читать, вздыхать, мечтательно обсуждать с подружками что-нибудь девчачье на тему «эх, если бы я родилась 500 лет назад»…

Но как только Кате исполнилось 15, стремление вырваться на волю стало всепоглощающим. Девушка мечтала и грезила, уговаривала отца, показывала маме, какая она паинька. Тем более вот-вот лето, а значит будут организованы разные программы и слеты, лагеря для будущих магов.

Папа добрый, немногословный, всегда занятый, от напора и бесконечных приставаний Катерины не выдержал и даже предложил несколько вариантов: можно было выбрать слёт в дремучем лесу, отправиться в магический лагерь в горах или провести этот первый самостоятельней магический выезд на берегу реки в компании таких же юных и желающих выпорхнуть из-под опеки родителей подростков. Катя растерялась. Станции и лагеря для слетов были такими разными, манили опасностями и приключениями, обещали открыть тайны и секреты. Помог старший брат: «Па, отправь её на Салем. Там точно и лес дремучий, и горы с рекой рядом. Впечатлений ей хватит настолько, что ещё долго не попросится из дома уезжать!»

- С ума сошли. Салем – это остров. Там дикие звери, как у себя дома ходят. И вообще Салем от нас далеко! Порталами переноса в таких лагерях пользоваться нельзя. И программа у них рассчитана на 30 дней строго, без права переписки и родительских дней. Зачем девочке это? – мама колдовала над стопками накрахмаленного белья.

Рем был старшим сыном в семье. Уникальный маг и красавец, выбравший призвание ученого-исследователя. Брат подмигнул и на несколько секунд создал на ладони волшебный шар, в нем несколько сильных ребят стояли по колено в горной реке и удерживали канат. Девочки и парни не такого атлетического сложения, держась руками за веревку, старались перейти на другой берег реки, борясь с сильным течением. Прямо к воде подбирались вековые сосны.

Секунда - и шар исчез, на ладони Рема осталось несколько капель воды, и он ими брызнул прямо в Катю. Девочка рассмеялась и хотела погнаться за шутником, но старший брат моментально растаял.

С тех пор Салем и переправа на горной реке снились Кате по ночам, конечно, девочка уговорила отца достать путевку на слёт именно туда. Приглашение было похоже на открытку из шершавой бумаги с бархатной картинкой и светящимися буквами. Оно лежало на столе, придавленное магическим стеклом. Сестры под это стекло любили класть расписание занятий или записки от парней. Расписание говорило серьезным голосом, напоминало о семинарах или не сделанной домашке. А записки от ухажеров пели вечерами серенады, ругались между собой и соревновались в комплиментах. А одна записочка как-то вечером такое начала рассказывать, что сестры замерли, как по команде, с ужасом в глазах. А мама, залетевшая через минуту в комнату, быстро обесточила магическое стекло и сказала, что две сестры на две недели под домашним магическим арестом. Она даже не стала выяснять, кому из светловолосых обольстительниц предназначалась записка. Катя попыталась у сестриц уточнить некоторые интересные фразы, которые нашептала записка, но они бросили в младшую теми папильотками, на которые обычно на ночь накручивали бесконечно ровные выскальзывающие пряди младшенькой. Катя фразочки запомнила, но решила обсудить их не с сестрами, а во дворе.

Глава 7. Приглашение

Приглашение на слёт лежало под магическим стеклом и пока молчало. Его конечно можно было прочитать. Там был перечень вещей, необходимых в лагере, правила поведения, даже картинка, которая менялась 4 раза в сутки. Указывались: имя, возраст, фамилия семьи и адрес. Но приглашение пока спало. Катя нервничала в ожидании, сотни раз открывала шкаф и перебирала вещи, думая о том, как будет знакомиться с ребятами, как нужно себя вести. Уж очень хотелось понравиться, но при этом остаться независимой и, конечно, наконец-то первый раз ощутить в себе магию.

Вот уже и мама разрешила потихоньку заниматься чемоданом. Катя достала его из шкафа и с воодушевлением обычной тканью протирала все замочки и застежки, время от времени, выгоняя из чемодана кота Барсика, который непоколебимо верил, что все эти действия Катя совершает исключительно для его кошачьего удовольствия. А приглашение молчало и дразнило меняющимися картинками.

- Брать магических животных на слёт нельзя, это строго запрещено уставом! – Катя вздрогнула. Отец на работе, но ясно слышался его голос.

- Зайка, вытащи кота из чемодана, он не поедет, – это уже мамины слова.

- Катрин, ты решила на слёт со своим парнем поехать? Барсик красавчик, но оставь его дома! – а вот это сёстры перебивали друг друга.

И тут Катю осенило, это говорит приглашение!

- Очень смешно, почему голосами моих родных? – Катя пританцовывала вокруг стола и даже поглаживала приглашение через магическое стекло, которое сейчас слабо светилось голубоватым светом.

- Маленькая моя, дети часто бывают в стрессе, когда им предстоит уехать из дома на долго, голоса родных их успокаивают, – уже с бабушкиными интонациями ворковал листочек и подмигивал буковками.

- Я - не «дети», и я хочу уехать на слёт! И, да будет вам известно, многоуважаемое приглашение, раньше в 13 лет становились не только полноправными чародеями, но уже и замуж выходили, так что «маленькой» меня не называть! – Катя не знала видит ее приглашение или только слышит, поэтому на всякий случай повыше подняла подбородок и сделала серьезный вид.

- Таааак, кто это замуж собрался?! А в угол? А ремня? – это был Рем. Но выбор голоса брата совсем уж не в тему, Рем всегда Катерину баловал и защищал. А «в угол» и тем более «ремня» в семье вообще не практиковалось. Странный лексикон у приглашения. Катя скептически высказала все светящейся бумажечке об уровне магии. Подумаешь, смогло из энергетического поля квартиры считать шесть голосов ближайших родственников, отсканировать и употребить некоторые их словечки, но вот отсебятину про ремень ведь ляпнуло. Кто такую программу мог создать? Приглашение на прощание обиженно мяукнуло, фыркнуло голосом Барсика и замолчало.

В общем нечего ценного, кроме того, что кот снова заснул в открытом чемодане, Катя не узнала.

За все пять дней, что оставались до отъезда в лагерь, приглашение заговорило еще только два раза. Один раз сказало, что на белой форменной кофточке, которую обязательно нужно было брать в лагерь, оторвалась пуговица (хотя Катя эту пуговицу никогда не застегивала и даже не замечала, пуговица была самой верхней). А второй раз приглашение заорало уже на маму голосом ее свекрови:

- Кто додумался ребенку в дорогу давать компот? Он забродит через 20 минут от жары, ребенка будет тошнить! Вы все там безмозглые?

Мама так испугалась, что выронила из рук бутылку. Робко пролепетала, что в бутылке не компот, а чай с лимоном. Потом мама тихо сказала что-то типа: «Не надо так кричать, мама» и сбежала. После таких рекомендаций в исполнении приглашения мама бегала по комнатам с благовониями полчаса и пыталась почистить энергетическое поле квартиры, причитая, что свекрови в гостях не было месяца три, а вредная бумажка откуда-то взяла голос «любимой ма».

Глава 8. Первый сканер

Наконец-то настал день отъезда. Мы с родителями отправились к месту сбора пешком. Свежее солнечное утро, вымытые улочки. Так рано, что почти нет никого на тротуарах и дороге.

Ребят должны были собрать вместе и под охраной 5 часов везти к лагерю в специальных автобусах. Это самый безопасный способ передвижения. Никто не проникнет в немагическое пространство, не сможет ни украсть, ни воздействовать. А еще все магические механизмы, украшения и приспособления мы оставляем дома. С этой минуты, чтобы дать проснуться и определиться собственной магии, рядом с нами не должно быть ни одного магического предмета, ну и родителей, понятно. По периметру колонны во время движения будут находиться сильные боевые маги в спецмашинах, они довезут до острова Салем, а там купол и обособленность от всего остального привычного чародейского мира. Обо всем этом подробно рассказывал папа, мама только вздыхала:

- Котенок, помни, что магия не главное. Она итак проснется! Главное, какой ты решишь быть, к каким людям потянется твое сердце, какой выбор будешь делать. Слет и самостоятельность не обязательно раскроют тебя, как мага, но точно дадут ответ, какой ты человек.

- Чудесный человек! – папа обнял маму за плечи, пытаясь успокоить. – Наша Катерина маленькая, но смелая и стойкая. Мы будем скучать, малыш. И к магии отнесись серьезно, лучше ее открыть, чем бояться.

Мама посмотрела на отца крайне удивленно, но промолчала.

Я надела в дорогу тонкое голубое платье в мелкий едва заметный горошек и всю ночь спала на папильотках, которые сёстры вымачивали в магическом растворе. Утром в зеркале я увидела тоненькую принцессу с длинными блестящими локонами-колечками. Мама подарила две старинные немагические заколочки, они могли схватывать и держать волосы без волшебства, только при помощи металлического зажима и щелкающего автоматического замочка. Очень стильно и необычно. Заколками я подобрала передние пряди и приоткрыла шею. Еще мама дала с собой резиночки – это, как энергетические или магические дымовые кольца, которые удерживают волосы в хвосте или косе. Только резиночки можно пощупать и растянуть руками, они мягкие, как трава, и слегка тягучие. Вообще в чемодане было много необычных предметов. Теперь чистить зубы, купаться и завязывать кроссовки надо было при помощи специальных, но очень интересных штук. Я их хотела испробовать заранее, но мама сказала, что стоят они очень дорого и у нас в первые дни в лагере обязательно будут уроки, которые называются «Спецпредметы», нас там научат пользоваться всеми этими классными штучками.

Мы приближались к месту сбора. Папа заранее снял мой чемодан и сумку с магической привязки, на которой они плавно плыли за нами по улице. Взял их в руки, поигрывая мускулами, и нежно мне улыбнулся. Подходить будем вообще без магии.

- Девчонки, могу и вас на руки взять, – это он нам с мамой.

Отец был в прекрасной форме, но в странном настроении: то шутил и улыбался, то хмурился и был задумчив. А вот мама волновалась: то приобнимет за плечи, то локон закрутит в чуть более правильную форму. Мне казалось, что беспокоится она не только из-за меня, но и за отца, тревожно поглядывая в его сторону. А я болтала всю дорогу без остановки. Старшие сестры, те, которые черноглазые, в таком случае обычно хмурились и говорили: «Катерина, угомонись и прекрати заливать нас восторгом». Зеленоглазые шли жаловаться к отцу со словами о том, что я нарушаю их границы и разрушаю целостность их энергетического пространства. Тогда я из вредности вытаскивала аптечный магафон и прислоняла ко лбу. Вот вам – на дисплее цифра «0». Ничего я не нарушаю! Не могу и все. Нет пока магии, но обязательно будет.

Сегодня никто не делал замечаний. Отец был задумчив, мама грустна и ласкова. А я со своими кудряшками, легким платьицем и новыми заколочками себе очень нравилась.

Как только мы подошли к месту сбора, подъехала колонна в сопровождении машин охраны. Мне показали на желтый автобус в самой середине, папа отдал чемодан и сумку сержанту, который пошел грузить их в специальный отсек, а я, спешно поцеловав маму, чувствуя, как колотится сердце, пошла навстречу взрослой жизни. Уже на ступеньках я остановилась и помахала родителям.

Как незаметно пролетели пять часов дороги!

Автобус плавно припарковывался на широкой зеленой лужайке.

- На выход, бойцы! – Кася первый раз улыбнулась за долгую дорогу. Так рада от нас избавиться?

- Рина, я боюсь, вдруг эти ворота или сканер определят меня не в 1 сектор. Я только с тобой хочу быть – было неловко, но я реально боялась.

- Я думала над этим. Сектор нельзя повысить по своему выбору. Но можно понизить до любого уровня. Если тебя определят не в первый, я тоже пойду в твой сектор, - Рина говорила тоном, не подлежащем обсуждению.

- Не вздумай! Так ты и на магию махнешь рукой! Не зря всех по секторам делят. В первом явно будет программа, которая поможет всем открыться, - я не хотела никаких жертв. В один момент захотелось спорить. Рина была мне важна, поэтому появилась сила и уверенность.

- Попробуй только, я тебя сама бутылкой стукну! – и я изобразила коронную улыбку Рины, а для большего сходства два раза хлопнула ресницами.

- Да, ладно! Ты – хамло! – заржала моя соседка. - Нет, я без тебя никуда! Фиг с ней с магией, зато лето классно проведем.

- Я не хамло! Я скромная и нежная! – мне уже было совсем хорошо и спокойно. Не пугало даже, что очередь к воротам продвигалась стремительно быстро.

- Хорошо, ты нежное хамло! – Рина продолжала веселиться, пока мы не подошли вплотную к сканеру, похожему на душевую кабину.

Впереди стояло девчонок 15 из нашего автобуса. Для парней ворота были в другой стороне, мы их видели, но не слышали, что там происходит.

Девочки перед нами заходили в специальную кабину, их одновременно обволакивало паром, разноцветными световыми полосами и даже вибрацией. При этом сканер хоть и был магическим, но издавал странные звуки, как будто шестеренки в нем крутились с трудом. У кабины сидел усталый несимпатичный толстый парень в уже мокрой местами форме и красивая девушка, которая старинной ручкой что-то записывала на дорогой настоящей белой бумаге. Парень иногда зло косился на девушку, но она улыбалась, всем находила приветливое слово, а к своему коллеге относилась, как к мебели.

- Ваше имя и фамилия, мисс? Не хотите ли освежиться после дороги? Не обещаю, что вам понравится, но вы будете хорошо смотреться в этой светомузыке! – девушка старалась шутить и подбадривать.

- Извините, это чудо техники немного скрипит, но это не страшно. Иногда оно начинает хрюкать и мне кажется, что я узнаю знакомые интонации, - девушка хотела, чтобы мы чувствовали себя красивыми и спокойными, у нее был огромный запас комплиментов.

- О! У вас магический цвет волос! Разве вы не знали, что таким волшебницам нельзя приезжать в лагерь? – девушка улыбалась рыженькой девушке, которая так боялась, что даже начала икать.

- Это мои родные волосы, рыжие без магии! – испуганная девушка даже улыбнулась слегка и шагнула в кабину.

- У вас уровень 10. Повезло, круглое число! Это ваш магический цвет волос обеспечивает вам удачу, – девушка с ручкой что-то отмечала в тетради.

- Во дает! Интересно, какая у нее магия? Похожа на целителя, но что-то другое. Как она умеет! А этот толстый – отвратительный тип, - Рина любила все комментировать.

- Сержант Томсон, прекратите их подбадривать, вы нарушаете чистоту сканирования, - прошипел толстый.

- О, так девушка - сержант. Не знала, что на диагностике будут работать военные. Для чего это? – Рина притихла и стала прислушиваться к диалогу у ворот.

- Сержант Линей, это вы своим видом и взглядом нарушаете объективность сканирования, вы во всех всегда видите плохое и недостатки. В предыдущем автобусе после ваших реплик ни одна девушка не прошла выше восьмого сектора. Помните, что вы пообещали капитану? Теперь вы стоите и молчите, - все это девушка говорила шепотом, пока записывала данные из очередного приглашения. Но у нас с Риной ушки были на макушке. В каком-то автобусе у девушек только направление в сектора 8,9,10,11 и 12? Как так вообще может быть?

Но и у нас дела в автобусе были интересными. Девочки выходили после сканирования с направлением в сектор 4-5, не выше. Было несколько десяток, хотя внешне девушки не отличались от нас. Мы с Риной начали переглядываться.

- Из кого тогда формируют первый сектор, если мы ни разу не слышали цифры 1,2,3? – шепнула я Рине.

Но тут кабинка выдала цифру «два».

- Вот видишь, все с техникой нормально, нам единички поставит, - сказала подружка, хотя голос уже не звучал так уверенно.

Из кабинки вышла Аюнова Ася, так удивившая меня своим смелым воздушным поцелуем в автобусе. Похоже, цифра ей не очень понравилась, значит она тоже что-то знала про сектора. Потом было несколько троек, семерка и очередь подошла к Рине.

- О, девушка, я уверенна, что вы знаете, какой у вас будет сектор, - приветливо улыбнулась сержант Томсон. Мне показалось, что они даже похожи с Риной, только у сержанта волнистые волосы были собраны в крепкую ракушку ниже форменной фуражки.

Иииии….кабина выдала цифру «один»! Меня накрыла волна восторга. Неужели можно так радоваться за человека, которого знаешь пять часов?

Я поднялась в кабину в смешанных чувствах: радость за подругу, желание и надежда услышать цифру «один», сомнения, так как даже у дерзкой Аси только «двоечка». Мне показалось, или мое сканирование заняло меньше времени, чем у других? Неприятный сержант, посмотрел в экран, как-то гнусненько улыбнулся и сказал:

- Первый сектор, дамочка!

При этом он передал маленький экран сержанту Томсон и ткнул во что-то там пальцем.

- Проходите пожалуйста, - сказала девушка и уткнулась в тетрадь.

- Это я - «дамочка»? Почему сержант не сказала мне приятных слов или хотя бы один комплимент? Что происходит? – мои мысли метались паническим вихрем. То же самое я увидела на лице Рины. Она слышала все и как-бы разглядывала меня заново, прикидывая, подойдет ли мне слово «дамочка». Даже радость от слов «первый сектор» исчезла. Я с растерянным видом стала проходить за ворота.

Глава 9. Женские хитрости

- Забудь, отомри, «первый сектор» - это главное! Круто же! – Рина попыталась взять меня за руку и идти дальше. А меня как будто потянуло оглянуться назад. Я развернулась и увидела наглую ухмылку толстого сержанта, рассматривавшего меня без стеснения. У него был какой-то липкий взгляд, которым он сканировал меня сверху до низу. Вот, наверное, в такие моменты должна просыпаться магия. Я готова была сжечь мерзкого парня взглядом, превратить в пепел. Я была уверенна, что смогу, вопреки всем учебникам. Не случилось со мной никакого «замри», я сделала шаг вперед, не теряя зрительного контакта, а толстяк почему-то замер и не мог отвести глаз.

- Борзота мелкая, докатились, уже по дороге в лагерь лижутся, все вы бабы - похотливые дешевки, - прошипел, чуть ли не прыская ядом, Линей, швырнул экран от сканера и убежал. Лишившись обидчика, я неожиданно почувствовала, что вся злость превратилась в слезы, они предательски катились по щекам. Даже Рина замерла, к нам устало повернулась сержант Томсон:

- Идите девочки и никогда не слушайте, что вам говорят подобные типы.

Мне кажется, она даже улыбнулась немного Рине. На меня же и не посмотрела.

Мы с Риной побрели, как зачарованные. Просто молча. «Может это испытание такое? Психологическая атака на тех, кто хочет попасть в первый сектор?» - искала я объяснение всему происходящему. Настроение померкло, было очень обидно и хотелось к маме. Вот сейчас бы меня в сканирующую кабинку, выдала бы она мне уверенное «12».

Нам нужно было перейти достаточно большую поляну до следующих ворот. Неожиданно откуда-то вынырнул Ролик. Вернее, Ролан Август. Тряхнул длинной челкой, хитро улыбнулся. Парень был красив и интересен, но настроение было совсем не радужное.

- О, сестрички, вы как? – тут он заметил слезы на моих щеках. - Ты что? Вот придумала! Попали в разные сектора? Брось плакать!

Ролан явно нервничал и говорил без остановки, даже челку с лица откинул, чтоб успокаивать меня убедительнее.

- Слушай, у меня первый сектор. Я узнавал: из первого можно в любой перейти. Хочешь в твой перейду, и ты не будешь одна? Буду тебя там защищать, ты не думай, я смогу, - Ролан так увлекся своей ролью утешителя, а я так оторопела от его словесного потока, что не сразу заметила, что он схватил меня за руку.

- Все будет хорошо, - он потянулся вытереть слезы с моих щек, но потом смутился и быстро поцеловал ту мою руку, которую держал. Затем испуганно ее выронил.

- В общем так, все будет хорошо. Впереди сканер для сумок, они там на магической ленте катаются. Я ваши фамилии и имена с трудом, но запомнил, - Ролан сам хмыкнул своей шутке, - Романовы Катрины, я ваши сумки-чемоданы с ленты сниму и буду ждать у сканирующих ворот, они теперь общие для всех.

Ролик ускакал. А я смотрела на руку, на которой еще чувствовала внезапный поцелуй парня.

- Ринка, отомри! – я начала смеяться, не вытирая слезы.

- У тебя что – нервный срыв? – оторопела подруга.

- Аааа, теперь ты оборотень-саламандра, вон как замерла! – я прямо приплясывала на месте. Рина смотрела на меня с недоумением.

- Ринка, мы с тобой тупицы! Хуже Сени и Вени. Сканер почувствовал на мне поцелуй. Недавний поцелуй Сенчика, когда он меня в автобусе в плечо чмокнул. Сканер не мог определить при каких обстоятельствах это произошло, но явно понял, когда! Поэтому тот тип так гадко со мной говорил, он решил, что я того…целовалась с кем-то прямо в дороге. Явно с незнакомцем! Подумай, как это выглядит со стороны, девушка в пути время не теряла, еще и целовалась…

- То есть придурок Сеня своим поцелуем продвинул тебя в первый сектор? – до Рины начало доходить произошедшее, и она расцветала улыбкой.

- Блин, если бы я это знала, то сама бы его поцеловала! Или Веню, он так напрашивался, - с хохотом сказала подружка. - Поцеловала бы и не нервничала вообще.

- А ты нервничала? – я с сомнением посмотрела на подругу.

- Немного, но тебе не признавалась.

А к нам уже спешил Ролик. В двух руках были наши чемоданы, а через плечи на ремнях перекинуты внушительные сумки. Ролан явно хотел показать нам, что ему нисколько не тяжело. Шел и улыбался, но глаза явно вылазили из орбит.

- А вот еще один ненормальный! – прошептала мне Рина.

Но я рада была Ролику, меня впечатлили его самоотверженность и желание пойти за мной в любой сектор. Да и поцелуй в руку…не целовал мне еще никто никогда руки. Я улыбалась.

- Ты зачем чемоданы принес? Обещал же у следующих ворот ждать? – спросила я мягко.

- Если что, у чемоданов РОЛИКИ есть, - улыбнулась подружка своей шутке. - Мог бы их просто за ручки катить.

- Катя, я не хотел их КАТИТЬ! Тут трава всюду цепляется, - вернул Ролан шуточку назад.

- Катрина маленькая, - Ролик явно не понимал, как к нам точнее обращаться, - там сейчас чемоданы сканировать будут. Ты не можешь его открыть, вещи потрогать, что-то переложить?

Мы смотрели на Августа Ролана с удивлением. Вот кто тоже кое-что знал о секторах и лагере.

- Только не спрашивай «почему», просто делай. Это поможет к твоему сектору добавить немного баллов.

Рина уже открыла рот, но я хитро улыбнулась ей и присела возле своего чемодана, наклонилась и стала расстёгивать замочки. Ролан занервничал и слегка повернулся боком. Ага, что-то все-таки с моим вырезом в платье не то.

- Помоги! – я сделала вид, что замок не поддается.

Парень присел, похоже, не смотреть в мое декольте ему не удавалось. Он потянулся к замку и быстро отдернул руку.

- Нет, сама старайся, можешь его подергать, помучаться, так даже лучше.

Мне было немного смешно, Рина с ухмылкой смотрела, какая я послушная, вопросов не задаю. Парням такие девочки нравятся? Пять минут назад плакала, потом слушалась, потом просила помощи и опять все покорно делала… Похоже, коварное влияние зеленоглазых сестер меня нашло в этой ситуации, а Ролан – жертва. Я перекладывала вещи, заново решила сложить белую блузу.

- Мама пуговицу пришивала, - ласково погладила пальцами самую верхнюю, и стала складывать дальше.

- Отрывай! – Ролан был настроен решительно.

- Как, совсем оторвать? Ну, как скажешь, - и я дернула пуговицу, от которой избавиться с Риной мы решили еще в автобусе.

- Катрина, - это Ролан говорил уже моей подружке, - я твои вещи отнесу к сканеру. А ты, малыш, давай сама, так надо! Катрина, не помогай ей. И мой ухажер резво побежал занимать места в очереди на сканер.

- Это что было, малыыыыш? Честно? Откуда столь яркое актерское мастерство? – Рина была воплощением любопытства. - И не вздумай сейчас увиливать от ответа!

- Фи, и не думала, - я хитро улыбнулась, - скажу правду, если не бросишь меня из-за нее и не уйдешь от меня подальше.

- В двенадцатый сектор что ли? Не надейся! Давай колись, что за спектакль?

- Я хотела поиграть с ним, - я ничего не собиралась скрывать от подруги.

- Хотела, чтоб он снова меня поцеловал, не сейчас и может не в руку, но поцеловал, - после этих слов, я почувствовала, что начинаю краснеть.

- Ну, ты даешь, "замри-саламандра"! А наклонялась так откровенно зачем?

- Ну, мне же нужно было чемодан открыть, - я покосилась на ехидную улыбку подруги и выпалила, пока не передумала во всем признаться. - Хотела, чтобы он тоже туда посмотрел, ну, в общем, куда Сеня смотрел.

Все, я - красный помидор! Ладно, я это сделала, но говорю об этом зачем? Мои две ближайшие сестры были феноменально талантливы во взглядах, касаниях и маленьких мини-спектаклях, но они никогда не признавались в этом и не говорили о том, что делают. Когда я оформляла в слова их маленькие женские проказы, они часто искренне удивлялись, а потом, как правило, кидали в меня чем-то немагическим. Обсуждать же со мной, зачем тот или иной взгляд или просьба к парням, они отказывались напрочь и угрожали повесить магическую завесу на всех совместных посиделках и праздниках. Иногда вечерами от нечего делать я сама им пересказывала, что они делали на вечеринке, а потом говорила, зачем они использовали тот или иной прием. Они никогда меня не перебивали и в тот момент не швырялись в меня предметами. А пару раз я видела, что после моих слов они что-то быстро записывали в свои магические дневники.

В общем к очередным воротам я подошла под хитрое хмыканье подруги. Ее глаза лучились лукавством и довольством. Она что, мной гордится? Ролик все-таки взял из моих рук чемодан, поставил в сканирующие ворота и помог снять с плеча сумку. При этом он несколько раз умудрился коснуться моей руки и почти погладил по шее.

- Милый, ты даже можешь поцеловать мой чемодан, говорят, это очень помогает, - прошептала я Ринке на ухо и она, чуть не рухнула от смеха.

Все наши чемоданы и сумки получили отметку сектора «1», нам снова посветили каким-то фонариком на приглашение и отправили дальше.

Глава 10. Прыжок

Солнце начало садиться. Я сообразила, что мы за весь день так и не поели, а впереди очередное поле шириной метров 300 не меньше.

- Что-то мне стала надоедать эта полоса препятствий, - заворчала Рина.

Ролик забрал наши чемоданы. У него была одна сумка и он повесил ее через плечо.

- Ролик, у чемоданов ролики, - моя подруга даже шутила вяло. А Ролан Август молча опустил и стал катить чемоданы, слегка притормаживая в траве.

Наконец показалась широкая река и пляж. Ура, значит и на остров попадем скоро. Еще на подходе стало понятно, что берег гораздо ниже уровня поля, по которому мы шли. Край поляны был обрезан ровненько, как будто кто-то гигантским ножом отхватил лишнее. Спуска не было, край похож был на искусственный обрыв или гигантскую ступень. Мы бросили вещи и попытались подойти к обрыву, но стукнулись о невидимую стену. Пробовали пройти влево и вправо, глаза не видели, но руки всюду чувствовали преграду. Рина села на траву со словами, что остается здесь. Ролан побрел собирать сумки-чемоданы, которые мы побросали, где попало. Я еще раз попыталась пощупать стену, и рука провалилась. Защита уже не была сплошной, а скорее напоминала невидимые шторы, которые можно раздвинуть и пройти между ними. Рина тут же вскочила и постаралась сделать так же, как и я. Но руки ее безуспешно щупали твердую поверхность. Я даже попробовала одной рукой передать край «шторы» подружке, прямо тянула его к ней, он поддавался, но Ринка ничего не чувствовала. Тогда я стала между шторами, придерживая один край бедром, а руками отодвигала вторую «штору», чтобы Рина пролезла в свободный по моим ощущениям проем. Она больно стукнулась лбом и снова уселась на траву. Весь пунцовый Ролик тоже попробовал фактически влезть в мои объятия, но уперся в стену и сбежал.

- Катрин, похоже проход открыт только для тебя. Рол, дай ей сумку и чемодан, - Ринка от усталости «откусила» от моего имени букву, а от Ролика целых две.

Я взяла вещи и, чувствуя, как по плечам и рукам скользят шторы защиты, сделала шаг вперед и оказалась в трех шагах от обрыва. Повернулась назад, но друзей уже не видела и не слышала. Ради интереса попробовала защиту, она была сплошной и твердой. Понятно, вернуться не получится. Скорее всего, они меня тоже не видят. Надеюсь им проход откроется, как и мне. Что ж, посмотрим, как спуститься с этого обрыва на пляж.

Это действительно была большая ступень, высотой четыре-пять метров. Трава резко заканчивалась и вниз шла каменная стена. С такой высоты не спрыгнуть, даже на песок.

- Наконец-то! Целый час никого нет! Люди, куда вы делись?

Я повернулась в сторону незнакомого голоса и увидела парня под обрывом метрах в пятидесяти от меня. Он махал мне рукой.

- Спуск здесь. Иди ко мне!

Вау, мог бы сказать «иди сюда», а сказал «ко мне». Так тонко использовать слова могут мои сестрички. Посмотрим, кто у нас там такой продуманный. Или просто случайность, долго ждал парень?

Чем ближе я подходила, тем меньше оставалось моей уверенности и желания порассматривать парня. Он был красив. Красив от слова невероятно и очень.

Загорелый, рубашка брошена рядом на чемодан, на теле черная майка с черепами. О, мальчик хочет в некроманты? Назвать его мысленно «мальчиком» не помогло. Он выглядел лет на 19! Черные волосы до плеч. Конечно вьются, это мои уже часа три, как висят так, как будто в жизни папильоток не видели. Нос такой, какой нужно статуям приделывать: тонкий, с хищно вырезанными ноздрями. Серьезно? Я думаю о ноздрях? Фу! Так…бровями меня не удивить! Тонкие, черные, одна уже изогнута и поднята. Ха, Рем точно так же может! Но глазаааааа, аааа. Надо о таких говорить «миндалевидные», «разрез вытянут к вискам». В общем хватит описаний, парня просто нарисовали кисточкой! Был бы он обалденным азиатом ладно, но высокий рост, широкие плечи и нос делали его невероятным.

- О! Волшебное везение. Ты действительно такая маленькая или мне снизу так кажется?

- Спасибо, прямо мечтала, чтоб такой красавец меня маленькой назвал, - это я все в мыслях.

- Это ты перегрелся! Во мне метр восемьдесят и 95 килограммов живого веса, - не покажу, что я реагирую на его красоту.

- Вот и чудненько, люблю крупных девушек! Прыгай, я поймаю и поцелую, превратишься в принцессу!

Вот же гад, это он мне? Подхожу поближе.

- Точно поймаешь?

- Я же пообещал, прыгай!

- Поймаешь и поцелуешь, не обманешь? – ха, не знаешь с кем связался, посмотрим кто кого переиграет!

Ага, несколько секунд паузы. Он уже подошел под самую стену ловить, поэтому не видит меня.

- Конечно, милая, я готов!

Ну, хорошо. Приближаюсь к самому краю и сбрасываю в распростертые руки сумку. Парень ее ловит отменно.

- А почему не поцеловал? Обещал же! – ага, а вот и настал тот момент, когда самоуверенному типу нечего сказать. Он медленно ставит сумку рядом и актерски разводит руки в сторону, кивком приглашая проследовать следом за ней. Я легла на живот на самый край обрыва, только голову свесила вниз, мне так спокойнее. А что, никто меня сзади не видит. Мне хорошо и весело, вот прямо чувствую, что в данный момент я сверху! Или это относится к фразам, которые не стоит говорить? Вернусь, спрошу сестер, если в меня чем-то кинут, то фраза с подтекстом, если просто хмыкнут, то уровень подтекста допустимый.

- А у меня еще чемодан! – я головой нависаю над красавцем, он вынужден смотреть снизу-вверх. Интересно, как ему это нравится? Парень делает что-то по типу легкого поклона, показывая, чтобы я не стеснялась.

- Он с колесиками и ручка твердая! Ты, наверное, отойди, пусть просто на песок падает. Я встаю и подкатываю чемодан к краю, убираю ручку и жду, когда парень сделает шаг в сторону. Он понимает, прячет руки за спиной и делает шаг влево. Я толкаю чемодан. Доли секунды и парень ловит чемодан прямо за бока и утрированно медленно ставит в сторону рядом с сумкой. Дальше повторяется его театральная реприза с разведением рук в стороны и кивком головы.

Я ложусь на живот, свешиваю голову и понимаю, что Я ПРЫГАТЬ НЕ БУДУ!

- Я прыгать не буду! – я даже не дразнюсь, просто констатирую факт.

Тяжелые волосы предательски съезжают со спины и свисают вниз. Здравствуйте, сосульки! Представляю, как я сейчас выгляжу! Аааааа! Они мне прямо свет закрыли. Я стараюсь перекинуть волосы хотя бы на одну сторону, мне же нужен свет и обзор! Задеваю заколки, они же не магические. От резкого движения одна скользит по волосам и падает вниз к ногам незнакомца. Ухмылка становится очевидней, парень поднимает заколку в виде янтарного бантика и прячет себе в карман брюк.

- Хорошо, я пошел, - он развернулся и направился к берегу. – Спускайся, как хочешь.

Шагов десять он шел не спеша, но потом остановился и со вздохом обернулся.

- Ладно, не могу я уйти, тут магическая завеса, пока тебя не спущу, не откроется. Почему боишься прыгать, я ведь тебе доказал, что на лету поймаю?

- Я не из вредности или страха. Давай искать другой выход. Не поверю, что тебя тоже кто-то ловил!

Парень закатил глаза, ухмыльнулся и сказал короткое: «Пошли».

В ста метрах в стене были скобы. Вернее, он сказал, что были скобы, я же вообще ничего не видела.

- Поэтому я и сказал прыгать. Там и парням спускаться трудно. Надо хорошо за край держаться и первую скобу просто ногой нащупать, она в метре от края. Потом легче будет, скобы уже будешь видеть.

- А ты можешь вверх не смотреть? Я в платье!

- Как скажешь, не буду смотреть, только предупреди, когда начнешь спуск.

- Предупреждаю, - я повернулась попой к обрыву и поползла на четвереньках. Интересно, а, если меня кто-то видит на каких-то магических экранах? Я сейчас ну ни разу не красотка. Сначала я сбросила сандалии, потом босыми ногами стала шарить по стене, грудью я все еще была на краю и теперь мне было все равно до декольте. А вот и первая скоба, широкая, нескользкая, вообще норм. Я стала опускаться корпусом ниже, вытягивая свободную ногу, пока не нашла и вторую скобу. Руки крепко держались за выступ, совсем не плохо. Может я не умею быстро бегать и метать ядро, но лазать – это точно мое. Я спускалась быстро и уверенно. Посмотрела вниз и встретилась с парнем глазами. Вот гад, обещал же не смотреть, злюсь и продолжаю шарить ногой по стене, где же предполагаемая ступенька.

- Все, закончились. Теперь прыгай, я подстрахую.

Очень не хотелось отпускать скобы, но я была зла и не хотела дальше «светить нижним бельем». Немного схитрила и, цепляясь пальцами ног за нижнюю скобу, прилипнув животом к стене, попыталась сгруппироваться, чтобы достать рукой до нижнего уровня скоб, планируя там повиснуть. Но руки были уже усталые и я стремительно поехала вниз. Уж лучше бы прыгнула, а то не успела ни оттолкнуться, ни сгруппироваться.

Сначала мои голые ноги приехали в очень крепкие руки. О, боже, я въехала в кольцо его рук, как поезд в туннель, нет теснее! Как нога в носок? Как-то не эротично звучит. В общем сначала я поймалась ногами, потом трусами и всем остальным. Верхней части корпуса повезло больше, так как юбка задралась и закутала меня с головой. Парень плавно поставил меня на песок, потом опустил юбку. Ну, кто-то в состоянии придумать больший позор в 15 лет? Это был такой стресс, что я даже не покраснела.

- Обещал и поймал. Ну, все, я пошел. Ты же поняла, что не сможешь пройти дальше, пока не поможешь кому-то. А к тебе никто не зайдет, пока я не уйду. В этой зоне для активации должен только один остаться, - парень вопросительно поднял бровь. Что он ждал? Может «спасибо» или проверял, в состоянии ли я соображать? Я точно была не в состоянии, поэтому открыла рот и спросила:

- А поцеловать? – о да, вопрос был вишенкой на торте! Это я так шутила? Это было что в моем исполнении?

Парень внимательно посмотрел на меня, улыбнулся, подобрал мои сандалии с песка и поставил у самых ног:

- Поцелуй я буду должен, - несколько шагов и он исчез за завесой.

Глава 11. Ролан Август

Я еще чувствовала пятой точкой, как скольжу по его груди, ощущала крепкие руки на бедрах: хватка была такой, что синяки точно останутся. Пришла глупая мысль, а какие на мне трусы? А пахну я как после длинного дня в дороге? Пожалеть себя и впасть в отчаянье от позора я не успела, так как услышала радостные крики Ролана:

- Катрин, ты меня ждешь?

Я вздрогнула от вопроса. Еще полчаса назад мои мысли были о том, чтобы этот парень поцеловал меня. Но сейчас в голове был полный сумбур, похоже, мои желания сильно изменились за последние минут пять.

- Ролик, иди сюда. Сумку бросай на песок. Тут скобы, спускайся осторожно, я боюсь, что, если ты свалишься, я не смогу подстраховать тебя. Может мне как-то кучу песка сделать, чтобы, если что, ты в нее свалился?

- Не выдумывай, я скалолазанием занимался. Тут метра четыре не больше. Лучше отойди.

- Написано на стене 4,50, - я почувствовала, как подступила усталость.

За минуту Ролан оказался около меня, выглядел бодро, рассматривал меня пытливо.

- А ты, как спустилась?

Я просто махнула рукой, изобразив легкость, не рассказывать же ему о моем позоре. Быстренько попыталась объяснить про то, что он не сможет уйти, пока не поможет другому.

- Давай, Ринке помоги, жаль, я не смогу остаться и ее поддержать. Со мной проход ей не откроется.

- Хорошо, все понял, подожди минутку, - он потянулся к моим волосам, - смотри, заколка твоя совсем уже соскользнула, жаль, если потеряется, красивая. И он стал медленно выпутывать бантик из волос. Мне не хватило духу остановит его, все еще помнила, его решимость помочь мне во что бы то ни стало, а это дорогого стоит! Он стоял близко, я видела, как к его бледным щекам приливала кровь. Губы были плотно сжаты, он похоже боролся и не сдавался, как тогда, когда весь автобус потешался над его фамилией. Понятно было, что он хочет показаться взрослым, но передо мной робеет.

- Ну, давай, Август! Сколько мне еще стоять? Вот совсем мне сейчас эта игра не интересна, но и обидеть тебя не хочу, - думала я про себя.

- Я сама, подняла я руки к волосам.

- Нет, ты не увидишь, он отвел мою ладонь, - и я снова почувствовала, как приятно его внимание и прикосновение. Пальцы Ролана слегка погладили мои, или это просто показалось? Наконец он выпутал заколку и протянул мне. Вот по глазам же видела, что не надо брать! Но ведь не скажешь: «Положи на песок и отойди на 3 метра?» В общем меня попытались за руку притянуть и поцеловать.

Не этого ли я хотела? Оказалось, не этого. Я отпустила заколку и хорошенько врезала Ролану в плечо, как учили старшие братья.

- Август, ты совсем обалдел? – я резко развернулась, подхватила сумки и пошла к завесе. Жалко, конечно янтарный бантик, но, видимо у заколок такая карма. Все равно с ровных волос съезжать будут.

Глава 12. Даниэль

Защита снова мягко, как ткань прошуршала по моим плечам и сомкнулась. Щеки горели от неожиданной смелости парня, зато мой прыжок и незнакомый красавчик немного поблекли.

- А вот и двадцатая, - бодро сказала сержант Томсон и отметила что-то в очередном списке. - Идите дальше, ваш контур зеленый. Впереди маячили палатки и что-то напоминавшее гирлянды по их периметру.

- Я хотела бы подождать друзей, они быстро пройдут.

- Этого никто не знает, проходите пожалуйста. В вашем зеленом секторе вы все равно последняя, он сейчас закроется, как только мы с вами зайдем.

Вот почему мне кажется, что сержант меня узнала? Что для всех остальных у нее есть слова ободрения и поддержки, но только не для меня? А она ведь такая милая. Спасибо, Сеня за поцелуй и первый сектор, но у девушки-сержанта к таким смелым поступкам негативное отношение. Я старалась идти медленно, поглядывала через плечо, вдруг увижу Ролика. Это будет значить, что Рина уже в полосе. Вдруг ей придется долго ждать свою пару? А ведь солнце уже почти село.

Я зашла в просторную палатку. Она была похожа на военную: простая и просторная. Платье впереди было зеленым от травы, волосы перепутались, ноги в песке, на руках царапины. Мысли были даже не о еде, а, где бы помыться?

В палатке за маленьким столиком сидел дежурный, он выдал мне сверток, похожий на спальный мешок, и снова «Слезы безмагического ручья. Объем – 2 литра". Да они не парятся с разнообразием.

- Если не выпью целиком, вы меня не выпустите? – ехидно спросила я. Но сержант за столом посмотрел на меня, как на дурочку. Ладно, проехали, шутка не удалась, он ведь не ехал в автобусе с Касей.

- Где можно искупаться? Ну, или помыться? – я не представляла, что можно завалиться спать вот так.

- Не советую. Просто упади, утро наступит быстрее, чем ты успеешь выспаться. Бери пример с умных, - сержант показал на полную палатку спящих подростков. Горела достаточно яркая лампочка, мы разговаривали не шепотом, но никто не шевелился. Палатка казалась полностью заполненной, пустовал один дальний угол. Я пробралась к нему, чтобы бросить спальник. Ни одного знакомого лица, это точно ребята из других автобусов. Наконец, добравшись до свободного пространства, я увидела одного знакомого человека: свернувшись калачиком, обхватив сумку двумя руками, спал Гера Пинаев. Из всех маломальский знакомых людей я проведу ночь с перепуганным Герой. Завтра же первым делом Ринка спросит: «С кем ты спала?» И ведь именно этой ехидной неоднозначной фразой.

А в палатке даже каких-то разделений нет, все спят покатом, положили спальные мешки почти внахлест, внутрь никто не залазит, так как очень жарко. Я расстелила свой рядом с Пинаевым.

- Герочка, голубчик, ты меня ждал? - прошептала я. - Милый, ты даже кроссовки не снял. Я умею разговаривать сама с собой, а еще с Барсиком, предметами, погодой, едой. Рем иногда шутит, что я настолько болтлива, что могла бы стать заклинателем змей. Непонятно, почему только змей? Заклинатели умеют заклинать и заговаривать разные предметы и животных.

Я вернулась к выходу из палатки:

- Сержант, и все же, где можно помыться?

- Не послушала меня? Сказал же упасть, забыться. Мы сейчас и зону закрываем, все в сборе, успеешь разве зубы почистить и в туалет слетать.

- Да ладно, я видела, что еще одно место пустует. Не все готовы заснуть хрюшками.

Сержант хмыкнул и махнул рукой куда-то налево от палатки. Я быстро вытащила из сумки полотенце, косметичку, на секунду замерла над одеждой. Все, никаких милых платьев после сегодняшнего. Достала джинсовые шорты, в них хоть прыгай, хоть по траве ползай, хоть плыви – они неубиваемые! Трусы теперь точно никто не увидит. При мысли об этом снова стали краснеть щеки и крутить живот. Но может это просто от голода. Так, что наверх? Чтоб с моим невпечатляющим ростом в декольте никто не заглядывал? Простая белая футболка, прямо под горло, слегка свободная, так что никакой информации о моих формах у вас, милые парни, не будет! Еще захватила кроссовки и немагическую резинку для волос, с ними надо что-то делать. Спать у всех на виду в папильотках не будешь.

Душ нашла быстро. Какая же красота смыть с себя весь этот ошеломляющий день. А ведь слет как таковой еще и не начался даже, а уже столько впечатлений и событий. Я с удовольствием поэкспериментировала с немагическим шампунем и мылом, пахло очень вкусно. У зеркала нашлось смешное устройство, которое делало теплый ветерок, и я быстро высушила волосы. Чтобы с ними не было проблем, я просто стянула их резинкой в высокий хвост. Вот теперь можно и спать! Я довольная вышла из душевого отделения на крылечко и почти врезалась в обалденно-красивый торс. Совершенно голый и загорелый, белое полотенце на плече подчеркивало брутальность красавчика. Это был парень из-под стены. Я попыталась пройти, как будто его не было.

- О! Что ты тут делаешь, Прыгун? Дети уже спят давным-давно, - парень перегородил мне дорогу.

- Привет, Ловец, ты это о себе «дети»? Мы ведь с тобой в одной программе, - вот ответить я всегда могла, не надо мне клички придумывать.

Парень хмыкнул, спустился по ступенькам с крыльца и развернулся:

- Прыгай, поймаю!

Он смотрел хитро и задорно, как будто конкретно он совсем не устал. С крыльца вели три низенькие ступеньки.

- Это будет очень сложно! Не знаю, поймаешь ли?

- Не сомневайся, поймаю и все остальное… - на меня смотрели очень пристально и испытующе.

Я улыбнулась самой милой и нежной улыбкой из своего арсенала, сделала шаг вперед, а потом резко перемахнула через перила, спрыгнула рядом с крыльцом и побежала.

- Не, поймал, Ловец, закричала я набегу! Еще одно невыполненное обещание.

У палатки я была через минуту. Очень довольная собой. Немного пригладила хвостик, если уж, не с кудряшками, то пусть будет идеально ровный. Улыбаясь счастливо, зашла в палатку. Сержант посмотрел на меня с удивлением:

- Единорога увидела, и он прокатил тебя по радуге?

На бейджике сержанта было написано: «Крис Гордон».

- Нет, Крис. Я встретила сказочного принца, и он пообещал взять меня в жены, так как я не поленилась сходить в душ.

Сержант приподнял одну бровь и одобряюще на меня посмотрел, похоже, пошутить он любил.

- Лучше бы он тебе пожрать передал, - Крис Гордон вздохнул и снова уставился в свои бумаги.

- Терпеть не могу эти первые сутки, - пробурчал он.

Я прошла в свой угол, сняла кроссовки и с удовольствием растянулась на мягком спальнике. Гера за все это время даже позу не поменял, все так же сжимал сумку и иногда вздрагивал во сне. Я осторожно сняла с него очки и положила у изголовья, еще раздавит ночью. Геру по-прежнему было жалко, не понятно почему, но жалко. Вдох, выдох и я почти сплю.

- Да ладно, Прыгун, снова ты? Установила на меня маячки слежения? Я так хорош, что ты теперь преследуешь меня? – моим соседом слева оказался парень из-под стены, из душа, хвататель меня за трусы, красавчик и раздражитель.

Пока я в уме подбирала многочисленные эпитеты (многие из них ругательные) и принимала твердое решение делать вид, что сплю, парень расстелил спальник и лег. Секунда, и я почувствовала его дыхание у себя на губах. Черт! Он, что, с сума сошел? Я тут же распахнула глаза и выбрала программу «Испепеляю взглядом».

- А я че, я ни че, - совсем в стиле Сени и Вени прошептал парень, - может я хотел долг отдать?

- Исчезни!

Парень немного отодвинулся. Мне показалось он все же смутился, но быстро взял себя в руки.

- Не могу исчезнуть. Живу я здесь! – он снова решил играть в «у меня такое клевое чувство юмора». - Спать будем вместе!

- Ночевать, - поправила я.

- Это так волнительно, разрешите мне представиться? Хочется, чтобы девушка, с которой я проведу ночь, утром помнила мое имя.

Я не могла сдержать улыбки, в моей семье ценили умение пошутить и парировать шутку.

- Разве такая мелочь – повод для знакомства? - ответила я.

Может он нормальный парень? Не все красавчики высокомерные самовлюбленные типы. Может удастся подружиться, и я познакомлю его со своими? Я поймала себя на том, что не только Рину, Ролика, но даже Сеню-Веню и Маркуса причисляю к «своим». Да и любому знакомому лицу из автобуса была бы ряда. Хотелось растолкать Геру и сказать: «Братишка, наша семья станет больше!» Меня иногда накрывает таким сплошным позитивом, тогда я готова улыбаться до ушей, целоваться, обниматься и тормошить окружающих. Но это обычно распространяется только на моих сестер и братьев. Сестры как правило верещат в таких случаях:

- Маааа, она станет психомагом, будет шарахать по нашим мозгам позитивчиком. У нее мир одноцветно-розовый, убери ее от нас!

В это момент я дурачилась еще больше и лезла целоваться, мой задор разделял только Барсик, сестры жаловались единодушно, братья пытались мирно отбиться. Немного стало грустно от воспоминаний, я скучала по дому.

- Даниэль Яминов, - на меня был направлен выжидательный взгляд.

- Катрина Романова, - я изобразила реверанс на боку.

Даниэль взял меня за руку, сердце совершило кульбит с подскоком.

- Очень приятно.

- И мне тоже.

- Заходите, если что, - Даниэль сделал гостеприимный жест в сторону своего спальника.

- Не дождетесь, - и я перевернулась на другой бок. Все-таки между мной и Герой есть громадная пропасть из моей к нему жалости и сумки. Так хотелось подумать обо всем, но заснула я ровно через минуту.

Глава 13. Ночной разговор

Разбудили меня «слезы ручья». В палатке была темень. Даже лампочку выключили, но остался открытым полог у входа. На мне лежала рука Даниэля. Вот сейчас я бы сказала ему, что думаю. Медленно стала выбираться из-под руки и поняла, что я целиком лежу на его спальнике. В общем возмущаться рукой явно не стоит, если ночью я сама к нему приползла. О, магия мира, хорошо, что не он проснулся первым!

На улице шумела река и звезды были так близко к земле, что хотелось поделиться с кем-нибудь этой красотой. В центре лагеря на посту стояла сержант Томсон.

- Почему не спишь?

Я показала в сторону бытовых построек. Быстренько справилась и побрела обратно. Думалось о друзьях, новом знакомом, о том, что же завтра?

На пристани сидела парень в пол-оборота ко мне, длинная челка свисала прямыми прядями, стройная фигура…Я подошла ближе.

- Ролик, ты что ли? – нашел время не спать, мелькнуло в голове.

- Катрина? – он подскочил и пошел навстречу.

- Ты сердишься? Я – дурак! Можешь все забыть? Я поступил, как идиот, – он сыпал вопросами и сам на них отвечал.

Сегодня столько всего было, что я не чувствовала обиды совсем.

- Я вообще ничего не помню кроме того, что ты нес мой чемодан и согласился перейти в любой сектор, чтобы меня защищать.

Ролик прямо расцвел улыбкой, тут же схватил меня за руки, бросил, и так раза три. Я стояла и ждала, чем это закончится. Наконец парень определился, взял меня за руку, робко, выглядывая из-под челки. Я руку не забрала.

- Ты что не ложился?

- Я тебя искал. Хотел извиниться.

Как-то неловко было говорить, что я не думала о нем все это время. Было немного стыдно.

- По-прежнему готов пойти со мной в двенадцатый сектор?

- У тебя не может быть 12, я видел, что чемодану единицу дали. Кстати, а последний сканер сколько тебе выдал?

Вот тут пришла пора мне удивляться:

- Какой сканер? Было двое ворот: кабинка, а потом ворота для чемоданов и сумок.

- Так стена обрыва тоже все сканировала. Ты смотрела на приглашение после того, как прошла последнюю завесу? Оно должно было светиться и вибрировать.

- Нет! Лежит себе в сумке, - я занервничала, вспоминая свой «особенный» спуск. Неужели я все испортила своим задранным платьем, красными щеками, еще чем-то?

- У вас с Ринкой сколько?

- У Ринки два, у меня 3, - замялся Ролан, - давай твое приглашение посмотрим. В каком контуре ты живешь?

- В зеленом, пошли.

- Красиво здесь, так много всего за день произошло, - тихо произнес Ролик, и я поняла, о чем он.

Мы так и шли за руку.

- Ты не переживай, Рина со мной в палатке, а еще Сеня с Веней и Маркус. Так что заснуть там мало шансов, я решил побродить.

- Здорово, я волновалась, как она? Не пришлось ли ей долго ждать в последней полосе?

- Нет, она быстро прошла, за ней шла девушка из нашего автобуса Ася. Катрина, - парень остановился и придержал меня за руку. - Может во мне проснется магия притяжения? Я ведь притянул тебя!

Какие-то эмоциональные качели у Ролика: от самоуверенности до паники, что он меня обидел. Робеет, но при этом пытается поцеловать, все время берет за руку. От этого я не знаю, как реагировать. Но с ним хорошо и приятно такое внимание.

Мимо сержанта Томсона мы прошли за руку. Решила, что мою репутацию в ее глазах уже ничего не спасет. Мы вместе зашли в палатку, приглашение в сумке нашли быстро. Я открыла и увидела три квадратика, в каждом стояла единичка. Значит стена мне тоже поставила высший бал? Ей понравились мои трусы? Вообще не понимаю логику этой системы. Но Ролик совсем оторопел:

- Скажи, что у тебя 11, это ведь не может быть 1,1,1?

- Прости, но ты сам решил, что у меня какой-то низкий уровень. Я плакала, …потому что нечаянно сильно ударилась ногой об угол кабины, - быстро придумывала я.

- А с чемоданом что-то невероятное произошло. Наверное, твои советы помогли.

Ролан задумчиво кивнул.

- А со стены ты спрыгнула и в полете сделала сальто? Ладно, я спать.

Ролан пожал мне руку и выскользнул из палатки. Мне показалось, он даже расстроился, что не надо собой жертвовать и идти со мной в какой-нибудь седьмой или двенадцатый отряд. Я пробралась между спящими к своему спальнику, спать, спать, спать.

Глава 14. Остров Салем

Утро наступило, как и обещал сержант Крис, гораздо раньше, чем мы выспались.

- Пожалуйста, приготовьте свои приглашения.

Мы отдали документы сонному сержанту и, видя, что от нас ничего больше не хотят, разбрелись по своим местам. Утро было свежее, я скрутилась клубочком на спальнике, вставать снова и забираться внутрь сил не было. Увидев, что Гера тут же засопел, я тихо повторила трюк со сниманием очков с парня, потом положила руки под щеку и заснула. Спалось сладко, пахло вкусно, но край сознания улавливал движение и систематическое топанье. Сквозь сон я понимала, что время от времени называются чьи-то фамилии и ноги топают громче. Я натянула повыше одеяло. Стоп. У меня нет одеяла. Открыла один глаз. Я накрыта рубашкой Даниэля. Внутри разлетелась стая бабочек, промчался единорог по радуге и сбилось дыхание. Пока я придумывала, как элегантнее потянуться, меня не особо ласково потрясли за плечо.

- Катрина, твой выход, 12 сектор объявили.

Я вскочила, как ужаленная. В палатке нас осталось трое: я, Даниэль и Гера, удивленно надевающий очки.

- Удивлен, Прыгун, ты полна сюрпризов! У тебя распределение в первый сектор, - Даниэль натягивал на себя рубашку, которая была моим одеялом.

- Ягодами пахнет, - понюхал он край воротника, - розовым мылом мылась?

- Будешь пахнуть девичьими грезами, Ловец, можешь одалживать у меня шампуньку и мыло, когда захочешь.

Я свернула спальник и независимо прошествовала к выходу. Похоже мы как-то откатились назад от имен к прозвищам. Не буду брать его в семью!

На причале меня встретили дружные вопли. Сеня и Веня почти затоптали Ролика и забрали мои чемодан и сумку. Маркус показывал на лавочку и «держал» мне место, Ринка стала кружить за руки, как маленькая. Подошла поздороваться Ася Аюнова. Кстати, девочки выглядели плохо, огромные круги под глазами и вчерашняя одежда.

- Везучая ты, а мы после автобуса снова с этими придурками в палатке оказались, - Рина закатила глаза.

- А теперь и в одном секторе месяц жить будем, - черноглазая Ася не выглядела сегодня бойко. - Я пойду и усну сейчас у Маркуса на руках, пусть меня съест.

- Наши парни всю ночь ей спать не давали, думали, если она маленькая и худенькая, отпору не даст. Но она тот еще боец! Классная девчонка.

- А ты как? - спросила я Рину, представив ночь в одной палатке с придурковатой компанией.

- А я что? Меня снова «Слезы горного безмагического ручья» спасли! Шандарахнула пару раз между бровей красавчиков, они и отвяли. Мы все пьем, пьем, а кормить нас не собираются, парни вон нервные уже.

- Незаменимый атрибут эти «Слезы ручья»! – добавила я.

- А ты чего так хорошо выглядишь? – с подозрением спросила подруга. – С кем спала?

- С Герочкой, - я схватила парня за рукав.

- Везет тебе, - искренне сказала Ринка.

Погрузили нас быстро. На пароме было меньше людей, чем в палатке. Я рассматривала всех с интересом.

- Должно быть 15, - прошептала Рина на ухо.

Кроме нас с Риной и Асей, я заметила еще пару девушек: одна была блондинкой с роскошной шевелюрой, другая рыжая. Девочки тоже изучали нас издалека. Пятеро ребят было из нашего автобуса. Особняком стоял Даниэль с каким-то высоким спокойным парнем, они казались старше нас всех. Еще была компания из троих незнакомых ребят. Вот и весь первый сектор. Ребят симпатичных было много. Удивлял разве что Гера, который вздрагивал от каждого толчка волн о паром. Как он попал в первый сектор?

- Посмотри, какой офигительный парень, - прошептала мне Рина, вращая глазами в сторону Даниэля, - он выглядит не как подросток, а как куратор.

- Да, кураторам самим лет по 20-25, так что будет весело, - добавила Ася. У нее тоже, видимо была кое-какая информация.

Еще час ехали молча. Все-таки то, что мы сутки не ели, а некоторые еще и не спали, сказывалось на настроении.

Но, когда мы стали приближаться к противоположному берегу реки, то все неудовольствие улетучилось. Трудно было поверить, что это немагический мир. Вперемешку были скалы и лес, подступавший к самому берегу. Пляжи выглядели белоснежными, а за ними зеленели луга. Все было похоже на роскошный навороченный курорт. Паром причалил к берегу со стороны леса, там нас ждали две открытые машины на высоких колесах. Парни помогли нам забраться, с радостью хватая за все части, которые требовали поддержки. Сеня, Веня, Маркус и Ролик продолжали держаться вместе. Они даже Геру затащили в машину, непохожий на них, но свой же. Хотя чернявый тонкий Ролан Август тоже не ржал без остановки и не пытался полапать всех проходящих, то есть выбивался слегка из тусовки. Нас с Риной и Асей, не спрашивая, затянули в кузов.

- Все! Семья в сборе! – пробасил Маркус.

И я ему улыбнулась, ведь он озвучил мои мысли.

- Все только начинается, птичка, - подмигнул он мне.

Во второй машине оказался Даниэль с высоким светловолосым парнем, еще трое ребят и рыжая с блондинкой. Имен мы не знали. Но их компания в отличии от нас выглядела не знакомой межу собой, и уж точно, не такой шумной.

Ехали по грунтовой ухабистой дороге между деревьями примерно полчаса, было впечатление, что забираемся в самую чащу. Когда добрались, мне захотелось танцевать от восторга. Мощный забор из настоящих бревен метра три в высоту, всюду сосны. Когда проехали через ворота, то увидели красивые двухэтажные домики из таких-же бревен. Все выглядело, как иллюстрации к детским сказкам про теремок или разных принцесс в царском тереме. Хотя серьезная спортивная площадка тоже виднелась, а еще амфитеатр, беседки, аллеи. Правда, курорт, да и только! Нас высадили возле строения, напоминавшего избушку и крепость одновременно.

- Добро пожаловать в лагерь Салем, - поприветствовала нас сержант Томсон, выйдя на крыльцо, - проходите, располагайтесь.

Интересно, она спит когда-нибудь, эта Томсон?

- Дамы вперед! - заорал Веня и подхватил Аську на руки. Сеня и Маркус тут же заграбастали меня с Риной и потащили в дом. Но за порогом Сеня с Веней швырнули подруг и тут же побежали заволакивать рыжую и блондиночку. Маркусу спасибо, он меня поставил на ноги аккуратно. В общем мы впятером снова слегка пострадали от буйного темперамента парней и решили сбежать от них на второй этаж.

Наверху было три спальни и душевые: отдельно для мальчиков, отдельно для девочек. Мы выбрали комнату с голубыми шторами, синими пледами и небесного цвета обоями. Злобно оставив одну супер-розовую спальню кому-то из парней. Желтенькая комната тоже была «хороша», прямо для нежных цыпляток. Предусмотрительно парней мы в комнату не запускали, говорили каждый раз, что кто-то переодевается, что мы заняты своими девчачьими делами. Похоже они поверили, что во всех комнатах расцветка из мультиков.

Незнакомых девушек звали Глория и София, выглядели они дружелюбно.

Наконец нас позвали в столовую. Это были плетеные столики под арками из винограда. Наша арка была гигантской и под ней размещались столики четырех секторов. Рядом сидели ребята из второго сектора, было интересно. Они выглядели плечистыми и крепкими. Было несколько роскошных девиц, на вид точно старше и опытнее меня. Все было очень любопытно. Почему мы в первом, а они во втором, почему Гера с нами? Мы с Аськой и Роликом тоже мелкие, но здесь.

Вдруг раздался свисток. Не может быть - Кася!

- Уважаемые курсанты, заканчивайте завтрак, у вас есть три часа свободного времени, после этого знакомство со своими кураторами и наставниками. Просьба из своих секторов пока не выходить, мы настраиваем территорию, просим не мешать охране и обслуживающему персоналу.

Наши клоуны вскочили и отдали честь Касе. Она их узнала и кивнула. И это мне тоже понравилось. Рина встала, чтобы пойти к столу за добавкой.

- Ты пить что будешь, «Слезы ручья» или компот?

- Слезы ручья, конечно, - меня снова стал затапливать позитив.

Глава 15.Папа Сережа

Я любила всех и вся, даже наших мальчиков. Особенно после того, как мы дождались, пока они положат вещи в шкаф, развалятся на своих кроватях, покидают носки на кресла, то есть обживут территорию. Ринка даже возле домика одуванчиков нарвала и сформировала красивый пушисто-желтенький букет.

- Мальчики, мы пришли вас поздравить с новосельем!

- Заходите, курочки, мы вас так ждали, - Маркус даже с кровати вскочил, любил парень называть нас смешными прозвищами, а еще обнимать пылко. Но мы с Аськой пришли со «Слезами ручья» в руках и Маркус убрал руки.

- Мальчики, как у вас миленько, - я провела по пушистому лохматому пледу, напоминавшему цыпленка, на кровати Ролика.

- То вы еще комнату других парней не видели, там сплошная «розовая мечта», - ответил Ролан, приглашая меня жестом присесть на кровать. Я решила промолчать, что все мы видели и комнаты с мультяшной расцветкой подсунули им из мести.

Улыбнулась мыслям о том, что крутейший Даниэль сейчас в комнате розовых пони! Надо и их проведать попозже. Мы поболтали несколько минут и убежали готовиться к вечернему мероприятию.

Я не стала переодеваться, вдруг снова надо будет ползти и прыгать. Но на встрече все было цивилизованно и мирно. В большом амфитеатре разместились все 12 секторов. Кася бегала со списком и объявляла номера. Нам представили координаторов всех групп. У каждого сектора было два куратора: парень и девушка. Они пели или танцевали, некоторые даже умели играть на немагических инструментах. После кураторов выступили ребята из охраны. Сержанты показали танец с мечами, удивительно, но среди них была и Томсон, которая то крутила и подбрасывала меч, как игрушку, то танцевала с ним, как с партнером. Но больше всего нашим мальчикам понравилось выступление девушки в звании капитана. Звали ее Ирма, и она была гимнасткой. Мелкие рыжие кудряшки, точеная фигурка – трудно поверить, что такая девушка командовала всеми сержантами, даже теми, которые были в два раза ее крупнее. Ирма ловко подкидывала булавы, вращала обручи даже ногами, делала что-то невероятное с мячом и при этом оставалась легкой и какой-то хитро-веселой. Мы были очарованы, а парни вздыхали и мечтали, чтобы именно капитан Ирма вела у них боевую подготовку.

Концерт-знакомство подходил к концу, когда нам представили куратора первого сектора.

- Папа Сережа, - сказал суровый мужик. Он поднял ладонь вверх и тут же вокруг плеча у каждого из нас повязалась косынка. Мы ахнули. Всем было известно, что магия в лагере не должна использоваться, исключение, когда магия берется не из магического предмета или окружающей среды, а из внутреннего резерва. Но даже, если вы букет цветов захотите нарвать магическим способом, используя только внутренний источник и блокируя моментальное восполнения за счет общего энергетического фона, то на пятой ромашке скорее всего начнете шататься от усталости. Маг – это проводник магии мира, он ее передает и трансформирует, может накапливать в незначительных количествах, но отдавая, должен моментально подпитываться. А тут на глазах у всего лагеря папа Сережа зачерпнул из внутреннего источника и шустро повязал 15 платков без всякого восполнения.

- Мастер Сергей! Пожалуйста! Протокол! Номера без исчерпывающей магии! – застонала Кася.

- Так у меня номер вообще немагический, - Папа Сережа моргнул одним глазом и вытащил из-за спины гору цветных трубочек, - просто обычное мороженое детям.

Амфитеатр загудел, а мы вскочили и начали хлопать. Ведь очевидно было, что наш куратор и мороженое намагичил из внутреннего ресурса. Вот это потенциал, вот это силища! Понятно, почему у всех два куратора, а нам и одного хватит. Мальчишки запрыгнули на скамейки и улюлюкали, мы тоже орали браво, а Папа Сережа, гордо играя мышцами, пошел к нашим рядам и каждому вручил угощение.

Мы уплетали мороженое, а в центе амфитеатра уже показывали немагический стереофильм про юных магов. О том, как они обретали свои способности и друзей. Было достаточно скучно. Папа Сережа прошептал над нами: «Не надоело, нет?» Мы начали активно вздыхать и делать печальные глазки.

- Магии не осталось, просто падаем и ползем за мной, - коренастый, широкоплечий Папа Сережа опустился на четвереньки и быстро пополз между рядами к выходу. Мы с девчонками обалдели, даже Сеня-Веня замерли от неожиданности. Но еще больше меня поразили слова тихого Геры. Он резво встал на четвереньки и сказал: «Мастер скомандовал ползти, значит ползем!» Тут уже все «посыпались» между рядами и поползли гуськом. Не верилось, что нам по пятнадцать, а Папе Сереже так вообще около тридцати. Кто-то прикалывался и тихо хрюкал. Впереди Глория ползла и пела неприличную песенку про кошечку и собачку. Я мечтала увидеть, как передвигается Даниэль. Как же он будет теперь со своей обалденной красотой и взрослостью?

На конце ряда я спустилась и решила немного подождать. Даниэль полз последним и вполне себе счастливо напевал ту же песню, что и Глория, про неприличных кошечку и собачку.

- Прыгун, тебе слова понравились? Хочешь научу? – Даниэль спустился и встал рядом.

- Хм, лучше запиши, такой шедевр надо увековечить.

- Ты серьезно не знаешь песенку «Хорошо быть кошечкой, хорошо собакою…»? – Даниэль поднял бровь. Как бы невзначай взял за руку и потянул за другими.

- Несчастное дитя, придется тебя научить.

Мне, конечно, было приятно внимание красавца, но что это за ролевая игра такая, что я «дите», а он хочет «учить», как-то надо намекнуть на равенство и братство.

- Дяденька, вы не забыли, что вам, как и всем в лагере, всего 15?

- Семнадцать через пару недель, - хмыкнул Даниэль и попытался в темноте приобнять меня.

Я, не сбавляя темпа, убрала руку с плеча:

- Меня не надо ловить, я не падаю, мы просто идем в домик. И хочу узнать, почему тебе почти семнадцать?

Даниэль хмыкнул, но обнимать перестал.

- Расскажу как-нибудь, - парень дернул меня за хвост и стянул резинку.

Ну, может он и старше нас почти на два года, но повадки не сильно отличаются от заигрываний Маркуса или Сени-Вени.

- Отдай резинку! Я итак заколки растеряла. Без резинки совсем плохо! – я реально не собиралась нахалу дарить еще один сувенир.

- Я отдам. Ты просто неправильно немагические резинки завязываешь. Смотри, надо растянуть, а потом перекрутить, делая восьмерку, два кольца сложить вместе и завязывать, - парень ловко орудовал моей резинкой.

- Ты серьезно? Откуда такие познания? У тебя вроде бы не та длина, чтобы резиночки носить? – я реально удивилась.

- Давай, я завяжу правильно, она тогда точно так легко спадать не будет, - и парень спокойно развернул меня спиной, собрал волосы уверенной рукой и стянул резинкой. Потом еще немного закрутил мой хвост и перебросил через плечо.

Хорошо, что на улице было темно, мои щеки пылали, а мурашки не бежали только потому, что дружно упали в обморок. Было приятно и, как говорят мои сестрички, «несколько интимно». И, да, мне хотелось замереть и продлить этот момент. Но смущение заставляло меня тараторить, как будто слова могли закрыть собой то, что я чувствую.

- Вот это да, как же ловко у тебя все вышло. Я раньше не пользовалась немагическими предметами для волос. Мои даже магия не всегда держит, все сваливается и соскальзывает. А почему ты умеешь завязывать резинки? А… - Даниэль прервал мой эмоциональный поток.

- У меня дома стараются магию использовать по минимуму, а младшую сестренку в школу нужно собирать. Вот я и научился завязывать, чтоб деду хоть как-то помочь. Он нас один воспитывает, - голос Даниэля был тихим, казалось он далеко и думает о чем-то своем. Даже край моего хвоста не выпустил, а все время наматывал на палец. Я не знала, что спросить, просто представить себе не могла, что кто-то может жить без папы и мамы.

- Ее Аника зовут, - улыбнулся своим мыслям парень, - а волосы еще можно в косичку заплетать, особенно перед тренировкой или испытанием. Пойдем, там, наверное, интересно, - парень вынырнул из своих мыслей.

Мне показалось, что Даниэль тоже немного смутился, когда понял, что мы по-прежнему стоим посреди тропинки и он перебирает и крутит в руках кончик моего хвоста.

Глава 16. Знакомство с первым сектором

Ребята заходили внутрь домика, на освещенном крыльце топтался только Ролан. Он с подозрением посмотрел на приближающихся нас с Даниэлем, потом схватил меня за руку и потащил в дом:

- Скорее, тебя все ждут.

Я ошалело посмотрела вокруг. Меня вообще никто не ждал. Была веселая суматоха, все пытались устроиться поудобнее в маленькой гостиной, девчонки готовили чай. Ролан утащил меня в самый угол комнаты и насильно посадил на небольшой диванчик, рассчитанный на двоих. Если он планирует таким образом ухаживать за мной, то шансов понравиться у него мало.

Подошел Маркус и плюхнулся на ковер рядом с диваном прямо у моих ног. Сидячих мест не хватало и многие уже устраивались на коврике. Я протянула руку и нежно поправила лохматые светлые кудри на голове Маркуса, потом повернулась к Ролану и сделав невинную улыбку сказала:

- Еще раз будешь вести себя так(!), я буду вести себя так(!), - и многозначительно погладила Маркуса по голове. Тот придвинулся, положил лохматую голову мне на колени и немного порычал на Ролика.

- Не видишь, смертный, я превращаюсь в оборотня. Я первый, кто обрел магию, - потом скосил на меня глаз и просительно пропищал, - но я еще маленький, Кать, почухай меня еще. Рина шла в нашу сторону с двумя чашками чая.

- Что я пропустила в этой жизни? Подруга, когда ты успела стать покровительницей больных и убогих? Ты же от амфитеатра с каким-то красавцем шла? – Ринка не стесняла себя в выражениях.

- Уйди, грубая женщина, во мне проснулась магия, видишь, я юный могучий волк, мне нужна поддержка, - и Маркус стал тереться о мои ноги. Я поняла, что выбор шорт теперь работает не в мою пользу.

- Замри волк, а то лишу тебя почухиваний! – мне было легко и совсем не чувствовалось внутреннего волнения, которое возникало рядом с Даниэлем.

- Ролик, один ты выглядишь адекватным в этой компании, - Рина похлопала глазками в сторону Ролана, уступи мне место на диванчике. Ролик вздохнул и сел на ковер рядом с Маркусом.

- Эээ, нет. Если ты решил, что я тебя буду чухать, как Катька этого лохматого гоблина, то ты ошибся, Рол! – Ринка отдала мне один чай. - Разве что, если ты превратишься в хомячка, а то я по-своему очень скучаю! У меня дома такой пусечка, толстушечка остался.

- Я не гоблин, я волк! – обиделся Маркус и еще раз придурковато рыкнул.

Все наконец-то уселись, было тесно, но уютно. Аська заняла кресло, на подлокотниках по обе стороны восседали Сеня и Веня.

- Мы сфинксы, мы сфинксы. Это наша богиня!

Я посмотрела на ребят. Все пытались разместиться в маленькой гостиной. Белокурая София грациозно устроилась на коврике, а вот рыжая Глория сидела на руках. На руках у Даниэля! Непонятно почему, но мне стало как-то обидно. К тому же я пропустила момент, отвлекшись на Маркуса и Ролана, и не видела, сама ли Глория забралась на руки к красавцу или Даниэль ее усадил. Они мило о чем-то беседовали. Глория выглядела счастливой и смеялась каким-то шуткам парня. Мне сразу перехотелось гладить Маркуса и злить Ролика.

- Вот же сволочь, - прошептала Рина.

- Спасибо подруга, та пусть он катится, - тихо сказала я в ответ.

- Эта блондиночка Софи все время возле него крутится!

Я с удивлением посмотрела на Рину, проследила за ее взглядом и увидела на ковре нежную Софию и присевшего рядом высокого светловолосого парня. Они сидели по-турецки, болтали и пили чай. Так подруга имела ввиду вот кого! Как я просмотрела важный момент и ее симпатию?

- Ринка, ты че? Он тебе нравится? - кивнула я на блондина.

- А как он может не нравиться? Он самый красивый тут!

Я хмыкнула и постаралась рассмотреть парня получше. Очень высокий, чрезмерно худой, волосы длинные, и забраны в хвост. Этакий имидж «я натура утонченная и аристократическая». Это конечно впечатление до знакомства, может он душка в общении.

- А имя у него какое, сплошная сексуальность, - мечтательно продолжала подружка.

- Ну, ты даешь, когда ты имя успела узнать? И как его зовут?

- Эээ-мма-нуу-ээль, - протянула Рина с придыханием, - я собираюсь его в себя влюбить!

- Что за сумасшедшая атмосфера? Еще дня не провели в лагере, а все влюблены! – мне было смешно.

- А ты не влюблена? – Ролик посмотрел на меня пытливо.

- Она не пьет волшебный компот! Все время только эти «Слезы ручья» употребляет. Поэтому любовь ее сердцу неведома, - ответил за меня Маркус.

- То есть, вы все опились любовного компота? Все дело в нем?

- Даааа! Попробуй, Катенька, он розовый, вкусненький, сразу влюбишься! – Маркус решил примерить на себя амплуа ласкового милашки.

Вот, если бы можно было сейчас поговорить по магафону с родными…Они спросили бы, как прошел мой первый день, с кем я подружилась и что делаю? Какие важные темы мы обсуждаем и какой у меня куратор?

А я бы сказала, что чухаю за ухом парня, который делает вид, что он оборотень. Другой парень предлагает разучить со мной глупую песенку про писающую кошечку и завязывает мне резиночки, так как они соскальзывают. Мы обсуждаем с ребятами на полном серьезе компот и верим в его волшебные свойства, хотя лагерь немагический. А еще весь отряд уполз на четвереньках вместе с куратором с общего просмотра фильма. О том, что у меня было два почти-поцелуя и я успела показать трусы одному красавцу, а потом ночью приползла спать к нему под бок, я рассказывать не буду. Вот так я думала о своем первом и полном событий дне вне дома.

Папа Сережа стоял у камина. Дрова не горели, летом в этом не было нужды, но камин добавлял уюта. Куратор взял с полки настоящую трубу и протрубил какую-то речевку или сигнал.

- Итак, мои дорогие, - куратор посмотрел на большие военные часы на руке.

- Я вас поздравляю, прошло ровно 37 часов, как вы вне семьи и вне закона, сдерживающего магию!

Мы загудели, начали чокаться чаем. Сеня и Веня порывались троекратно целоваться со всеми, кто рядом.

- С этого момента – это ваша семья, - обвел рукой Папа Сережа всех присутствующих. - Здесь ваши любимые, ваши близкие, те, кто вас защитит, и те, кого будете оберегать и поддерживать вы. Самое главное правило нашего сектора – безграничное доверие! Если кому-то вздумается превратиться в вампира, и он будет необузданно голоден и свиреп в своем вампирском перерождении, а рядом друг порежет палец… Вампир не будет его кушать, он умрет, но перевяжет рану своему брату…или приклеит пластырь! Вам суть понятна? - вдруг неожиданно быстро свернул Папа Сережа так пафосно начатую речь.

Мы дружно закивали, а Сеня и Веня стали изображать вампиров, которые перевязывают раны черненькой Асе. Она уже устала реагировать на близнецов и стоически сносила все их буйства.

- С этого момента, в любую минуту у вас может проснуться магия!

Мы заерзали, хотелось ловить каждое слово куратора, ведь это было самое важное, самое сокровенное! Магия, ее обретение, ее разновидность. Надежды и страхи с этим связанные.

- Вы станете магами, если повезет. Вы ощутите себя полными и цельными, когда почувствуете магию в себе, вы влюбитесь в нее. Вы удивитесь, тому, что всегда ЗНАЛИ то, какими именно магами станете. Вы знали, вы знаете сейчас, вы идете к этому, и выбор маги только ваш.

Мы с ребятами стали удивленно переглядываться. Но Папа Сережа не стал пояснять, он стоял, смотрел на нас и улыбался.

- А сейчас, дорогие мои, давайте знакомиться! Вы по очереди называете имя, а кто-нибудь из присутствующих быстро скажет о вас только одну фразу. Так не только мы познакомимся с вами, но и вы познакомитесь с собой. Мы сделаем три круга и пойдем есть и спать. Кто первый?

- Я Рина!

Вот не сомневалась, что моя бойкая подружка будет впереди. Но только я улыбнулась и стала соображать, какую одну фразу о Рине всем сказать, как вскочил Ролик:

- У Рины дома живет хомячок!

Ринке понравилось, и она потрепала усевшегося Ролика по волосам.

- Я Глория, - встала рыжая девушка.

- Глория очень красиво рисует, - рассказала о подружке София.

- Я Ролан.

- Ролан занимается скалолазанием и невероятно хорош в этом, - конечно эту информацию о Ролике знала только я. Парень посмотрел на меня тепло и с благодарностью.

- Я Гера Пинаев, - тихо и робко.

- Этот парень невероятно надежный! Я недавно травмировал голеностоп на тренировке, поэтому не мог спрыгнуть, когда было испытание со стеной. Гера поставил сумку, на нее чемодан, сам залез сверху, чтобы я смог встать ему на голову, потом спуститься на плечи. Он сделал замок из рук и выдержал не только мой вес, но и мою неуклюжесть из-за травмы. Мне неловко об этом рассказывать, но я хочу, чтоб вы знали, как мне удалось пройти последние сканирующие ворота, - Эммануэль подошел к стесняющемуся и втянувшему голову в плечи Гере и пожал ему руку.

- А я Эммануэль, - и парень снова опустился на ковер рядом с Софией.

- Эммануэль парашютист. Это такой немагический вид спорта. Он умеет летать в воздухе только при помощи тканевого купола, - рассказал один из незнакомых нам парней.

- Я София!

- Софии на День рождения подарили пони.

- Я Ася!

- У Аси три брата и нет сестер.

- Я Катрина, - решилась встать я.

- Катрина пахнет ягодами, - это голос Даниэля, он серьезно и спокойно смотрит на меня. А я сажусь и чувствую, что щеки медленно начинают краснеть, а в животе единорог скачет по радуге. Надеюсь люди не видят такую мою реакцию.

Дальше Сеня и Веня выбалтывали страшные тайны друг друга, и сами над ними дико ржали.

- Я Даниэль!

- У него есть майка с черепами, - я тоже владею информацией. В этот момент Глория посмотрела на меня сердито.

Первый круг прошел быстро. Когда во втором круге я назвала свое имя, вскочили одновременно Ролик и Рина, но Ролан так стремительно начал говорить, что Рина просто села:

- На ее форменной рубашке оторвана верхняя пуговица!

О, мальчики, вы в своем уме? Сейчас только Сене останется сказать, что он поцеловал меня в плечо, а Даниэлю добавить, что в первый день на мне были голубенькие кружевные трусики и все, мой образ сформирован!

Но, как ни странно, в третьем круге обо мне сказал Гера:

- Она внимательная и заботливая. Знайте, даже, когда она на вас не смотрит, она вас видит и отвечает за вас.

О, милый, никто не понял, но спасибо, неужели ты все-таки догадался, кто снимал твои очки?

Правда Ринка осталась недовольной:

- Вот нахалы! Я твоя главная подружка, правда ведь? А мне сказать не дали!

Когда Даниэль назвал себя второй раз, я сказала:

- У Даниэля через две недели День рождения. Похоже, рыжая Глория не станет моей подружкой. Она испепеляла меня взглядом.

- Какая интересная информация, - потер руки Папа Сережа.

- А сколько лет исполнится, тебе Дан? – спросил куратор.

- Семнадцать, ответила я за Даниэля, - и смогла выдержать злобный взгляд Глории и веселый Дана. Мне понравилось, как куратор сократил его имя. В итоге Глория встала и пошла заваривать себе чай.

Даниэль из всех девушек сказал только обо мне, еще он рассказал о нескольких ребятах, с которыми он поселился в комнате. Хотя я была уверена, что рыжая Глория успела нашептать ему много интересных фактов о себе.

Среди нас оказался парень, который отлично танцевал и тот, кто любил готовить. Был один гитарист, а София оказывается снималась в сериале. Вдруг Сеня рассказал о нашей Асе, что та является мастером спорта по стрельбе из лука. А Ася рассказала, что Сеня участвует в программе по спасению китов.

Я слушала друзей и удивлялась. С некоторыми мы рядом уже 37 часов, а с кем-то только 12…но как много мы уже успели узнать.

Последним в третьем круге встал Дан.

- Я Даниэль…

- У Дана есть маленькая сестричка по имени Аника, поэтому он умеет заплетать косички, - все девочки, как по команде вздохнули и с умилением посмотрели на Даниэля. Парень же смотрел на меня и было тепло и тревожно от этого взгляда.

Глава 17. Я влюблена?

- Так, бойцы, компания у нас получилась отличная. Но завтра у вас подъем на рассвете, поэтому кто-то в душ, кто-то хватает контейнер с ужином, он вон в том белом шкафчике. Рассредоточились по территории, рационально используем полчаса до отбоя, - Папа Сережа помогал себе выразительной жестикуляцией, показывая, как быстро мы должны подскочить и, как резво все делать. Я решила сначала сбегать в душ, а потом посмотреть, что там на ужин.

- Катрина, - Папа Сережа поймал меня на выходе из гостиной, - услышал от твоих друзей, что ты заботливая и ответственная, - он внимательно посмотрел на меня.

- Мастер Сергей, вам нужна помощь? – я сама удивилась, что назвала его, как Кася и Гера, а не «Папой Сережей», как он представился.

- Молодец, Карась, ты супер-понятливая рыбка, - и Папа Сережа вручил мне пачку белых листов и немагическую ручку.

- Надо каждого бойца поймать, повестку у него забрать и все данные вот в эти таблички записать!

- Что забрать? – я поняла, что в ближайшее время ни душа ни ужина у меня не будет.

- Заберешь у них приглашения, билеты, путевки, пропуска, талончики…с чем вы приехали? И все данные вот сюда, - Папа Сережа махнул рукой в сторону листов, - а я все. Куратору срочно нужен покой и отдых.

Секунда и Папа Сережа уже на диване. Я опомниться не успела и что-то переспросить, как услышала тихий храп. Он заснул моментально? А нас по спальням загонять? А покормить? А проследить, чтоб все было, как надо? А…Но спрашивать было некого, храп был ответом…Я стянула плед с маленького диванчика, на котором сидели раньше мы с Ринкой и накрыла Папу Сережу. Сама задумалась, неужели я и правда заботливая? Дома это проверить не было возможности, ведь всегда рядом старшие. Они заботились, принимали ответственность на себя, учитывали мелочи и думали о других. А здесь получается каждый должен думать о каждом.

Я решила начать свою работу с мальчиков, не хотела, чтобы они после душа разделись и улеглись, а я бы требовала от них приглашения и какие-то сведения. Начала с желтой комнаты, но Сеня и Веня тут же попытались сбежать с криками «очень кушать хочется». Неожиданно помог Маркус:

- Так, никто никуда не идет! Сначала даем Кате все, что она попросит.

Я посмотрела на Маркуса с благодарностью, вот умеет же быть паинькой! Парни полезли рыться в своих сумках.

- Задавай вопросы, - скомандовал Маркус, и я очень быстро стала записывать адреса, данные родителей, номера экстренной связи, уровни, которые дали ребятам сканирующие ворота. Ролик специально копался в сумке дольше всех. Явно ждал, когда я запишу всю информацию о парнях, и они убегут вниз ужинать.

- Ты очень много знаешь о том парне, о Дане, - прямо сказал он.

- Ты тоже в курсе таких подробностей, как хомяк у Ринки дома.

- Но она не говорила при всех, что я пахну клубникой.

- Ягодами, - поправила я, - к чему эти вопросы, Рол?

- Я не знаю, - вместо агрессии Ролан выглядел растерянно.

- Извини, я не знаю, но мне не нравится, как он на тебя смотрит, а ты и правда пахнешь ягодами, - это он уже практически прошептал из-под своей длинной челки.

- Это не я, а мыло и шампунь, - стало немного жалко парня.

- Хочешь дам тебе шампунчик, и твоя челочка будет пахнуть также? – я попыталась разлохматить его идеально уложенную прическу.

Зря конечно, так как Ролан тут же вынырнул из-под своей челки и чмокнул мою руку.

- Это слишком! Ты тоже, как Маркус решил, что стал оборотнем? Только домашнего формата? Может еще в щеку лизнешь, и хвостом повиляешь?

- А что можно? – Ролик дурашливо придвинулся ко мне поближе.

Я оттолкнула его пачкой бумаг.

- Можно мне приглашение отдать и на вопросы отвечать.

Ролик протянул мне путевку и сел максимально близко. Пока я писала, он пытался потыкаться в мое плечо, пофыркать в шею. Я слегка отбивалась, на что он обиженно говорил, что все девушки любят зверушек, а я плохая девочка, не люблю. Но, когда он изловчился, схватил зубами мой хвост и потянул его, я уже всерьез его оттолкнула и сделала такое выражение лица, что он перестал из себя изображать домашнего питомца. Быстро заполнив таблицу, я поспешила уйти. Было неловко от того, что эта возня была приятна и мне. Разве так может быть, что очень нравится один парень, прямо сердце замирает рядом с ним, а прикоснулся ко мне другой, пусть даже в игре, и по коже бегут мурашки? И не спросишь такое ни у кого, не расскажешь.

Я осторожно постучала в розовую комнату и почувствовала, как ускоряет свой ритм сердце.

- Всегда открыто, заходите, - на пороге стоял Эммануэль. - А Дан в душе.

Сердце взлетело к подбородку и ухнуло вниз. Почему, почему он сказал о Дане? Почему соединил нас вместе, увидев меня на пороге? Но я подумаю об этом, когда вернусь к себе в комнату.

- Мне нужно забрать у вас путевки-приглашения и записать некоторые данные.

- А, давай. Это Папа Сережа поручил? – Эммануэль был немногословен, просто так не болтал, ничего у меня не спрашивал, и мне, ну, совсем нечего будет рассказать потом Рине. Я тоже не могла ничего такого придумать, чтобы невзначай спросить у парня.

Трое ребят из этой комнаты держались вместе. В уме я называла их Гитарист, Танцор и Повар, но, конечно, это не совсем правильно и надо запомнить, что это Николас, Алекс и Оливер. Алекс был самым разговорчивым из них, мы немного поболтали о том, что любим танцевать. Парень был уверен, что вечерами будут танцы и успел пригласить меня на первый. Оливер немного поворчал, что ужин было есть невозможно, и что странные шкафы с кнопками не столько разогревали, сколько портили вкус пищи. Я записала все данные, остался только Даниэль, который по словам ребят был в душе. Делать было нечего, и я подошла к Николасу, который сидел с гитарой в кресле у балкона. Парень задумчиво перебирал струны, получалась красивая мелодия.

- Можно я присяду, - кивнула я на кровать рядом с его креслом. Николас задумчиво кивнул в ответ.

- Душ свободен. Давайте летите туда, а то «желтые» набегут, - в комнату зашел Даниель с мокрыми волосами и полотенцем через плечо. Спасибо хоть на нем были спортивные брюки, а голый торс я уже видела. Парни быстро схватили полотенца и побежали в душ.

- Мне нужно твое приглашение и тут еще несколько вопросов, - я старалась не смотреть на парня.

- А я думал, что ты уже по привычке забираешься на мою постель, - Даниель шел именно к той кровати, на которой сидела я. Вот как сейчас объяснишь, что я села случайно, думала, что это кровать Николаса, раз он рядом в кресле сидел, играл на гитаре. Даже разрешение у него спросила. Я вскочила, намереваясь пересесть в кресло.

- Я ведь пошутил, - Дан взял меня за плечи и опустил на кровать. Это было очень близко, сердце стучало с ощутимой громкостью.

- «Кря-кря» - когда я волнуюсь, иногда за меня говорит кто-то другой. И что он скажет предугадать невозможно.

- Кря, кря? – Дан смотрел на меня вопросительно.

- От тебя пахнет шампунем «Кря, кря», у Рины такой. Очень мужественный запах, пахнешь сладкими конфетками, - такой сарказм помогал мне справиться со смущением.

Дан попытался понюхать свое плечо, потом прядь волос, открыл черную сумку-косметичку для душа и достал желтую тубу. На ней был еле видимый контур утяток и надпись: «Кря-кря».

- Магия Мира, и правда «Кря-кря», пусть это будет нашей маленькой тайной, - Дан скорчил уморительную рожицу. С его внушительным торсом, это смотрелось очень даже интересно.

- Ты что не видел, что у тебя в сумке, как тебя тогда сканер сумок в первый сектор пропустил?

- В магазине немагических товаров все эти штуки сестренка выбирала. Взяла по своему вкусу. Ну, Аника, специально ведь сделала, - в голосе Дана совсем не было угрозы, скорее задумчивое умиление.

- И что, сильно очевидно пахнет леденцами? – Дан сделал страдальческую гримасу и сел очень близко. Щеки вспыхнули в момент.

- Я не буду тебя нюхать и одень футболку. Пожалуйста. У нас вон Маркус заявил, что в нем проснулась магия волка-оборотня, так что на «понюхать» к нему.

Даниэль ухмыльнулся, одел футболку и протянул мне путевку.

- Так вот почему он возле твоих ног терся?

Хм, приятно. Оказывается, Даниэль наблюдал за мной.

- Я в следующий раз из этого оборотня коврик сделаю в виде шкурки, - совсем тихо себе под нос пробурчал Даниель.

Все, мне больше нечего не надо. Сердце кружилось внутри меня. Это же почти признание. Он не хочет, чтоб кто-то другой из парней был рядом, а значит хочет быть рядом сам! Или не значит?

- Давай я сам запишу свои данные?

- Нет, я пока этой странной ручкой научилась писать – намучалась.

- Ты забыла, что мы дома стараемся окружать себя немагическими вещами. Такая ручка мне хорошо знакома.

Я промолчала. Ого! Это надо иметь очень большие деньги, чтобы позволить себе много предметов, произведенных немагическим способом. Когда сидит маг-дублер все просто и дешево: посмотрел на одну красивую чашку – рядом точно такая оказалась. Чем выше потенциал дублера, тем лучше качество копии. Им воссозданная чашка внешне будет идеальной, она приобретет, конечно, некий магический шлейф, но, если маг сильный и обученный, этот магический довесок будет безобидным. А вот сделать настоящую чашку! Мы учили в школе, что для этого нужно найти песок хорошего качества, накалять его при высокой температуре в специальной печи, уметь выдувать из получившейся массы нужную форму, потом вырезать специальными резцами украшения. То есть - это уже эксклюзив!

Дан забрал у меня списки и все быстро заполнил аккуратным красивым почерком.

- Может ты и за девчонок заполнишь, а то я ни в душе еще не была, ни за ужином не ходила.

- А что, я могу, только нужно верх снова снять, - Дан встал с кровати и стал делать вид, что, играя мышцами, медленно снимает футболку.

Я со смехом вскочила, дернула за футболку вниз и оказалась в его объятиях. Даниель был намного выше, поэтому получилось, что в объятиях он спрятал меня целиком. Сомкнул руки на моей спине и водил щекой по волосам. Даже не целовал, просто держал рядом. Мы замерли. Было чудесно приятно и неловко одновременно. Я могла бы так стоять много часов, уткнувшись в его грудь, вдыхать запах, чувствовать силу его тела. Не понятно только, как разомкнуть объятия и, как после этого, смотреть друг другу в глаза.

Нам помогли громкие голоса в коридоре. Я выскользнула, собрала листы на кровати и ровно в тот момент, когда открылись двери, сказала: «Спасибо» и вышла в коридор.

Глава 18. Ася на кухне

В моей комнате никого не было, я облокотилась на дверь и попыталась еще раз пережить все то, что произошло минуту назад. Вот я смеюсь и опускаю его футболку вниз, по-моему, касаюсь случайно его рук и живота, он мгновенно притягивает меня к себе и прячет лицо в моих волосах. Его руки легонько гладят мою спину, еле слышно, а щека ласкается к моим волосам. Вдруг он прижимает меня покрепче и замирает. Сколько это длилось? Я совершенно не могла оценить сейчас, как долго мы стояли, замерев. Но я точно знала, что хочу это почувствовать еще. И как спать после такого? Как завтра мы должны вести себя друг с другом? Как ни в чем ни бывало или все изменится?

Чтобы переключиться, я решила спуститься вниз поискать девчонок. Они оказались на кухне, которая примыкала к гостиной. Всюду был полный бардак: валялись коробки от ужина, что-то было разлито, ящики выдвинуты. С трудом верилось, что такое могли устроить десять парней. Девочки ворчали, призывали Магию Мира и разные кары мироздания на голову парней, но убирали.

- Извини, все, что удалось отбить, - протянула мне Рина контейнер с салатом, - завтра мы их убьём, вот же свиньи!

И я сразу переключилась с мыслей о волнующих объятиях Дана на обсуждение того, в кого мы превратим парней сразу, как только у кого-то из нас проснется магия реформатора. Ведь кто-то из нас пяти должен приобрести дар менять взглядом форму предмета? Нам больше нравилось болтать, чем убирать, но Ася не давала расслабиться, командовала нами, как армией:

- Ринка, возьми ту штуку, которая похожа на гриву коня на палке. Постарайся весь мусор на полу этой штукой согнать в одну кучу.

- Катя, этот квадратик надо намочить, потом надавить на него – часть воды убежит. Постарайся квадратиком проехать по поверхности стола. Увидишь, это почти магия, грязь уйдет в квадратик.

Я с сомнением посмотрела на мягкий синий параллелепипед и стала действовать по инструкции. Это было волшебно! Квадратик, который назывался мочалкой, впитывал всю жидкость на столах, забирал внутрь себя чай, приклеивал к себе крошки. Потом я мочалку ставила под воду, и она снова оказывалась чистой.

- Ась, откуда ты знаешь, что делать? Я тут вообще не вижу инструкций.

- А я ходила на курсы «Предметы домагических времен», это очень интересно! Я в будущем хочу выбрать профессию с этим связанную. А инструкции тут есть, но к более сложным предметам, которые называются ТЕХНИКОЙ.

- Техникой? Странно! Техника – это же не предмет, а метод или процесс. Мы говорим «техника боя», например, - удивленно заметила Глория.

- Будет тебе «техника боя», бороться будешь с чашками при помощи магии воды, - и Аська стала рассказывать, как сделать посуду чистой.

Было уже поздно, но мы были возбуждены, много хотелось обсудить, поэтому не замечали усталости. Когда кухня приобрела опрятный вид, мы немного постояли возле Папы Сережи, но не решились будить, просто поправили на нем плед и ушли наверх. В душ я пошла последней, так как пришлось все данные девочек записывать в списки. Когда я вернулась, Ринка сладко спала, только Аська продолжала вертеться, теперь уже наводя порядок в нашей комнате.

- Ась, как ты думаешь, а можно влюбиться сразу в двоих? Ну, или, если не влюбиться, то очень увлечься, потерять голову, - мне сложно было найти подходящие слова.

- Конечно можно. Эмоции и чувства – штука сложная. Разобраться иногда труднее, чем магию приобрести. А что, не можешь определиться, кто круче Сеня или Веня? - хохотнула подруга, быстро сменив серьезный тон на более привычный.

Я легла в кровать, планируя еще раз хорошенько подумать обо всем, что произошло, но в ту же секунду наступило утро.

Глава 19. Зарядка для зоо...

Из всего нашего первого сектора бодр и весел был только Папа Сережа. Будил он нас так, что не встать вариантов не было. Для этого у него была специальная труба-дуделка, которую он гордо называл горн. Утро было свежее, поэтому мы все одели спортивные брюки и теплые пайты из разряда «мило» или «очень мило». Папа Сережа дудел возле крыльца до тех пор, пока мы не выбежали и не построились.

На мне был стильный серый спортивный костюм: мелкие голубые медвежата на лампасах и большой пушистый голубой медведь на кофте. У Рины вообще верх был расшит блестящими паетками в виде разноцветных ящерок, а Аська красовалась в костюме с изображением морды енота впереди и хвостатой попы енота позади соответственно. Глория надела вызывающий оранжевый костюм с надписью: «Да катись ты!» на спине. Но эффектнее всех выглядела София, ее костюм был розовым и пушистым, сзади хвостик, а на капюшоне два длинных бело-розовых уха. Капюшон она натянула поглубже, уши свесила перед лицом и похоже досыпала, стоя в своем теплом пушистом обмундировании.

Парни выглядели попроще: похоже, кто в чем спал, тот в том и прибежал, разве что штаны надели.

К нашему домику подошла капитан Ирма. На ней были обтягивающие лосины и короткий топик, что заставило наших ребят мгновенно проснуться.

- Все бойцы мужского пола, за капитаном Ирмой шагом марш!

- А вы, зоопарк, за мной бе-гом! – и Папа Сережа включил совсем не расслабляющий темп.

Минут через 10 бега по дорожкам и тропикам мы выбежали к спортивной площадке на берегу озера. Уже хотелось сбросить и кофты, и брюки, и желательно себя куда-нибудь положить на травку. Но Папа Сережа имел другое мнение.

- Таааак, зоопарк, начинаем зарядку в соответствии с одеянием. Главный герой сегодняшнего мероприятия – зайчик! – Папа Сережа построил нас перед длинной лавкой.

- Представьте, что это не лавка, а куст! На счет «раз» - куст перепрыгнули, на счет «два» - упали рядом, чтоб хвост не торчал. Начали…

И мы, еще не опомнившись после бега, стали перепрыгивать и падать навзничь, так как даже на четвереньках «хвост» торчал. После ста прыжков и команды: «Дышим!», я стремительно стянула своего уже не голубого медведя, девчонки поступили с кофтами так же.

- Нет, Медведь, я тебя видел! Переходим к медвежьей зарядке!

И нам пришлось забираться на деревянную стену с дырками для рук и ног. Высота была метра три. И куратор радостно называл стенку медвежьим деревом. После того, как мы забрались и спустились по десять раз, Папа Сережа объявил, что мы соревнуемся за мед. Два человека преодолевали препятствие, кто быстрее перелез – получал право упасть на травку, проигравший становился в конец очереди, чтоб сражаться еще. Сложнее всего пришлось Софии.

- Сегодня ты самый неуклюжий медведь, - подбодрил ее Папа Сережа.

Затем мы бегали по бревну, потому что, по мнению Папы Сережи, так любят делать еноты; ползли по песку под низкими воротами, так как ящерицы обожают так проводить время; а еще мы должны были прокатиться по дорожке исключительно колобками: кувырок через голову, за ним еще и еще, пока не дотронешься до оранжевой кофты Глории, которую заботливый куратор положил в конце дорожки, как финишную черту.

- Молодцы, бойцы, есть характер! Но вечером зайдите к Ирме, подберите себе нормальное обмундирование. Жду вас на завтраке через час.

- Что это было? – Рина медленно поднялась и попыталась подергать нас с Аськой за штаны. - А я еще в боевики хотела и магию соответствующую.

- Рин, нас нет, это иллюзия, - простонала я.

- Оболочка от нас, - добавила Аська.

- Девочки, извините за «колобков», никогда больше эту кофту не надену, злобно пихнула Глория свою пайту с надписью: «Да катись ты!».

- Ну тогда нам всем друг перед другом извиняться придется. Проехали. Никто же не думал, что тренировки будут легкими? – мы потихоньку из лежачего положения возвращались в сидячее.

И медленно стали ржать. Мы были не просто грязными и растрепанными, у всех были пунцовые физиономии, пересохшие губы и какие-то безумные глаза.

- Ну, нет, вы такие «красотки», можно обрыдаться, - расхохоталась Ринка, которая выглядела ничуть не лучше, но как всегда намного самоувереннее.

- Как в таком виде домой возвращаться?

- Может в озеро? – с сомнением спросила Глория.

Глава 20. Озеро

Вода оказалась прохладной, но тело быстро привыкло. Хорошо, что на тренировочной площадке мы были одни – купаться пришлось в нижнем белье. Плавать и плескаться в прозрачной, тихой воде было приятно, я легла на спину, раскинула руки в сторону и любовалась ярким небом. Мышцы немного гудели, но это не мешало наслаждаться моментом.

И тут на другом берегу показались наши ребята во главе с Ирмой. По-моему, мы нарушили их тренировку, так они стали кричать, подпрыгивать и изображать, что хотят к нам. Озеро было не широким, они видели, что мы купаемся слегка без одежды, но все же основные прелести на расстоянии рассмотреть не могли. Ирма минуту смотрела на своих буйных подопечных и скомандовала:

- В полном боевом обмундировании в воду марш, вплавь на другой берег, если я по тропе добегу до вашего сектора раньше, чем там окажется хотя бы половина из вас – вы проиграли! Играем на желание! – Ирма развернулась и скрылась в лесу, а парни с разбега нырнули в озеро и поплыли. Не знаю, что на них повлияло больше: желание увидеть нас в неглиже или мечта загадать желание Ирме, но плыли они магически быстро. Мы с визгом выскочили из воды, но это их только подзадорило. Озеро теперь мне казалось крошечным, так как мокрое тело не захотело помещаться в спортивный костюм, а парни стремительно приближались. Увидев, что Ринка натянула кроссовки без носков и с футболкой в руках в одном бюстгальтере бросилась бежать, я сделала так же. В конце концов, кто меня увидит, если я добегу до домика раньше парней?

Но вот усталость и скорость нас подводили, уже был виден домик среди деревьев, когда позади раздалось радостное улюлюканье. Ринка и Глория не сдавались, надеясь добежать до крыльца раньше. Я увидела, как Аська спряталась за деревом, и поступила также. В конце концов, может эти дикие парни не за нами гонятся, а мечтают загадать желание Ирме?

Сеня, Веня и Маркус с гиканьем пронеслись мимо меня, за ними мчались Оливер и Алекс. Нас с Аськой даже не заметили. А вот Даниэля и Ролана я не видела.

Ролик появился неожиданно, уже пробежал мимо, но вдруг обернулся и одним прыжком оказался рядом с криками: «Поймал!» И только, схватив меня радостно за плечи, он заметил, что футболки-то нет. Все случилось так быстро, что я не сообразила, что рассекречена и вообще не поняла, что происходит. Из ступора меня вывел Ролик, он так стиснул мои плечи, что я ойкнула и поняла, что он безотрывно смотрит на мою грудь.

- Футболка, мы бежали и не успели одеть футболки, - пробормотала я. Но понадобилось еще несколько долгих секунд, чтоб Ролан сообразил, что сжимает мне руки и смог отвести глаза.

- Прости, я не знал, - сказал он хрипло и резко отвернулся.

Я поспешно стала натягивать футболку.

- Ты беги, я чуть позже.

Меня уговаривать не пришлось, и я полетела к крыльцу.

Девчонок не было видно, а пятеро парней довольно поднимались по ступенькам, когда им на встречу из дверей вышла Ирма с чашкой кофе в руках.

- Мальчики, я уже начала скучать, - с улыбкой в глазах сказала капитан.

- Ну, как же. Мы же видели тропу вдоль озера, там полчаса быстрым кроссом! – ребята искренне недоумевали и выглядели разочарованными.

Из дверей появился Папа Сережа:

- Что бойцы, слаба подготовка? Ирма, конечно, кофе мой забрала, но она уже тут минут семь! Позор на мои седины! А где остальные?

С крыльца было видно, что Ролан с Николасом помогают Эммануэлю, тут же вспомнилось про его травму.

- А Даниэль Софью на руках несет, - как бы отвечая на мой внутренний вопрос, сказал Маркус.

Я не стала слушать, что там у них стряслось и быстро ушла в дом. Похоже, не придется мне выбирать из двух парней. Меня обнимает, Софию на руках носит, вчера Глорию на колени посадил…Бывают такие мальчики…Любвеобильные. Взять и забыть! Мы все просто друзья.

Глава 21. Пани Флора. Магия Земли.

После завтрака поставили первое занятие по раскрытию магии. Его вела профессор Пани Флора. Помня утреннюю тренировку с папой Сережей, мы с девочками решили внимательно подойти к выбору одежды. Глория выбрасывала из чемодана одну футболку за другой:

- Не подходит, тоже не подходит! Никаких надписей, никаких кружев, воланчиков! – девушка наконец-то нашла футболку камуфляжного цвета, отстегнула с нее значок с изображением лиса в военной фуражке и осталась довольна.

- Да почему же у меня все с какими-то зверушками? Я и не замечала раньше! – сокрушалась Ася, рассматривая свой гардероб. Она с трудом выбрала майку с леопардовым принтом, но зато без морд и хвостов.

Я быстро отложила в сторону стильные кофточки и яркие футболки. Нашла просто бежевую с простым капюшоном и веревочками, продетыми в ободок.

- Люблю капюшоны, - Ринка стояла рядом и смотрела на меня с надеждой в глазах. Рядом на кровати возвышалась гора из ее футболок со стразами, рубашек с надписями, виднелось чье-то ухо и усатая морда. Я не могла отказать подруге. Футболка с капюшоном ушла к ней. На счастье, у меня еще обнаружилась простая черная майка.

А вот гардероб Софии перебирали все вместе, с большим трудом нашли что-то без зайчиков, котиков, пушистиков или заманчивых надписей. Она надела кофту с коротким рукавом, кружевную, но без зверушек. Вниз мы все, как один, выбрали классические джинсы.

София себе, мне и Глории заплела тугие косы, А Рина с Асей нацепили себе на челки тонкие заколочки.

- Это, чтобы понятнее было, что мы к бою готовы, заколкой Асенька поделилась, - сказала Рина.

На завтраке, увидев нас, Папа Сережа даже есть перестал. Потом хмыкнул и сказал одну фразу: «Зайка сдох!»

Парни же рассматривали нас с опаской. Сеня и Веня даже не пробовали несанкционированно приобнять или потрогать за попы, делая вид, что просто проходили мимо. Мы были горды собой.

После завтрака все отправились за территорию лагеря, шли среди высоких сосен по мягкой пружинистой лесной подстилке.

- Профессор Пани Флора ждет нас на Тенистой поляне, - сказал Папа Сережа.

Мы готовы были сражаться, ползти, кувыркаться, а главное – раскрывать магию. Поляна и правда оказалась тенистой, по крайней мере в это время суток. Сосны были настолько высоки, что отбрасывали тень на большую часть лужайки. Из-за деревьев к нам вышла дама средних лет в широком цветастом сарафане. На плечах у нее был летящий шифоновый шарф, а на голове венок из свежих полевых цветов. Длинные волосы трепал легкий ветерок. Пани Флора посмотрела на нас своими зелеными глазами, поморщила веснушчатый нос и спросила куратора:

- Это вообще, что? – при этом она показывала только на нас, девочек.

Папа Сережа молча развел руками. Мы же стояли и недоумевали, что снова не так?

- Девушки должны быть в юбках, желательно длинных и колоколом. Это так важно для женской энергетики. Они – же будущие мамы, где женское начало? – Пани Флора говорила и бегала по поляне.

- Вы мне привели толпу боевиков! Это что? – показала она на меня.

- Катрина Романова – милейшее создание, - четко ответил Папа Сережа.

- Эта девушка в черной майке, а вместо магии волос у нее – плетка! Махнет – убьет! – заявила профессор категорично. Мне стало обидно.

- Ты тигр? Леопард? - Пани Флора перевела гневный взгляд на Асю. - Запомни, хищник не ты, а они. Профессор показала в сторону парней.

- Они должны догонять и ловить, - в это момент я не смогла сдержать улыбку и тихонько глянула из-под ресниц на Даниэля.

Ему откровенно нравилось, что нас отчитывают. Почти все парни стояли и довольно улыбались.

- А ты? – Пани Флора теперь морщила носик напротив Глории. - Ты на войну собралась? У тебя такие волшебные огненные волосы, просто лучи солнца на закате, а ты их скрутила! Камуфляж, чтоб слиться с окружающим ландшафтом, а ты должна раствориться и выделиться, эх…

Профессор махнула рукой и пошла к краю поляны. Папа Сережа показал жестом, чтоб мы «вытерли слезы» и шли следом. Сеня и Веня взялись за ручки и изображали женственную походку, по их мнению, в юбке-колоколе ходить надо именно так, амплитудно виляя бедрами. Через каждые пару шагов они останавливались и посылали всем воздушные поцелуи. Наши вечные клоуны. Ну и пусть профессор ругается, мне вот очень удобно в джинсах и черной майке!

Сзади подошел Ролик:

- А мне нравится, как ты сейчас выглядишь. Ты очень красивая, - и он протянул мне небольшое соцветие из желтых цветочков, по-моему, местный сорняк. Но было очень мило. Потом он передумал и воткнул мне его в прическу.

На краю поляны лежали скрученные в рулоны карематы.

- Возьмите коврики и сядьте по два человека, - попросила профессор.

Мы радостно уселись с Риной и только потом поняли, что мы «тормоза». София сидела с Эммануэлем, а Глория направлялась прямиком к Даниелю. Аська расстилала коврик неспеша, и, обогнав Сеню и Веню, к ней сел Алекс. Профессор остановилась рядом с нами:

- Эти правда ненормальные! Вы, как магию будить собрались? Магия Земли – это всегда женское начало! А женское начало пробуждается мужчиной! Быстро парня себе нашли! – и профессор слегка стукнула нас с Ринкой по спине длинной лозиной.

Похоже, это пожестче тренировки с Папой Сережей будет. Щеки стали пунцовыми. Я не хотела будить в себе магию Земли-прародительницы, хотела магию боевика-вампира и всех покусать. Мы встали под сдавленное хихиканье наших парней. Всех!

Меня спас Ролик, еле сдерживая улыбку, он вскочил со своего коврика и приобняв за плечи, мягко посадил меня рядом с собой. Гера же направился к Рине.

- Прости пожалуйста, но она так смешно вас ругает. И мне понравилось, что она называет нас мужчинами, - Ролан, как обычно говорил открыто и не скрывал своих эмоций. Это было немного по-детски, но искренность мне всегда нравилась и впечатляла.

- Я твой мужчина и буду будить твою магию, - за это я больно пихнула его носком кроссовка.

- Ложитесь все на коврики на спину, глаза закройте, возьмитесь за руки, свободную руку положите ладонью вниз на землю, - Пани Флора - такая женственная на вид, имела суровый голос и жесткие интонации. Но мы всё равно хихикали. Хотелось посмотреть, как держатся за руки, лежа на спине Сеня, Веня и Оливер с Николасом. Маркусу пары не хватило и он, имея самые внушительные размеры среди парней, смог доставать руками до земли по обеим сторонам от коврика.

Мы с Роланом поместились на каремате легко. Он сразу нашел мою ладонь и ласково накрыл своей. Над головами сквозь верхушки сосен виднелось совершенно синее небо.

- Закрывай глаза, - шепнул Ролик.

А что, магия Земли – это очень даже круто. Она бывает с разными оттенками: кто-то одним взглядом может заставить колоситься целые поля урожая или убирать и связывать в снопы колосья; кто-то, моргнув ресницами, выроет котлован или проложит канал; можно устроить землетрясение, а можно защитный земляной вал. Но прежде всего, магия Земли – это о богатстве и плодородии, буйном цветении и защите. Я читала в книге, что однажды во время исторического сражения Мага Земли победил сильного боевого Мага. Лианы оплетали боевика, земля уходила из-под ног, а когда тот, левитируя, зависал в воздухе, ему в лицо летели облака пыльцы.

- Девушки, ладонью постарайтесь почувствовать Землю и все, что ей принадлежит, вберите в себя ее силу и передайте партнеру что-то конкретное. Парень наполняется энергией, анализирует ее и делает предположение о том, что именно хотела дать почувствовать девушка.

- Парни без партнерш, не забывайте, что ваша главная и самая сильная пара – это Земля. Она и мать, и жена, и друг. Наполняемся энергией, пытаемся ощутить скрытые потоки, - для большей убедительности Пани Флора иногда помогала себе лозиной. Так что над полянкой быстро повисла тишина.

Я постаралась переместиться сознанием в кончики своих пальцев: вот тоненькая прохладная иголочка, не старая, потому что я не ощущаю ее сухости; а еще тонкая палочка, шершавая и с изгибом; но больше всего травы, она, как шерсть магического животного – мягкая и упругая одновременно. Я мысленно впитала в руку всю прелесть и ласковость травы и постаралась передать ощущение Ролану. Минуту примерно я представляла себе, как должна работать подобная магия. И вдруг Ролан повернулся ко мне и прошептал на ухо: «Ты передаешь траву. Свежую, упругую траву». Я открыла глаза, повернула голову и посмотрела на него.

- Я прав?

Я слегка кивнула головой и почувствовала, что парень медленно гладит большим пальцем по внешней стороне моей ладони. Было приятно и совсем не смущала такая ласка.

- Хочешь, еще что-то передам? – тихо спросила я.

- Нет, хочу просто так лежать и смотреть на тебя. Не шевелись.

Я улыбнулась, было мило, что Ролан не стесняясь говорит, что хочет, и при этом нежен, и внимателен. Мне хотелось провести рукой по его волосам, но оторвать свободную руку от земли было страшно, я помнила лозину Пани Флоры.

- Поменялись партнерами, - голос профессора вернул нас в действительность. Я немного смутилась, так как понимала, что еще немного и мы бы поцеловались с Роланом, к щекам снова прилила кровь.

Парень стиснул мою ладонь, а я побоялась посмотреть ему в глаза.

- Эй, волк-одиночка, найди себе самую маленькую и убедись, что не столкнешь ее с коврика. У девушки только ладонь должна касаться Земли, - обратилась профессор к Маркусу. И тот живо подскочил к моему каремату. Ролик встал, и парни где-то минуту сверлили друг друга взглядом. Я успела заметить, что Сеня и Веня заняли места рядом с рыженькой Глорией и светленькой Софией. Ого, парни изменяют нашей маленькой семье! Надо им припомнить. Ринка оказалась с Эммануэлем, а Асе достался задумчивый гитарист Николас.

- Итак, повторим все с начала! Девушки впитывают и передают, парни ощущают и анализируют.

Я попыталась «передать» Маркусу иголку от сосны. Представляла это минут пять, но парень молчал. Тогда я легонько пощекотала его ладонь, может он заснул?

- Кать, не надо, - голос Маркуса звучал глухо.

Я так удивилась, что привстала на локте и посмотрела на парня.

- Ты чего, Марк?

Он открыл глаза, и я без всякой магии почувствовала такую энергетическую волну, что сразу поняла, что из-за его размеров мы лежим слишком близко. Касались не только ноги в джинсах, но и голые плечи, так как мы были в майках. Рука в руке только усиливали этот эффект. Я смутилась и попыталась хоть на миллиметр отодвинуться. Маркус сжал мою ладонь.

- Я тебе совсем не нравлюсь?

Я с удивлением посмотрела на парня и поняла, что за эти несколько дней мне ни разу не приходило в голову подумать о Маркусе. Он был самым высоким и крепким из всех ребят, иногда слишком громким, хорошо шутил…но я ни разу не думала о нем! Стало неловко.

- Ты красивый! – я смотрела на Маркуса и старалась быть искренней.

- У тебя глаза такого необычного оттенка. Не светло карие, они желтые? Янтарные? Я даже не знаю, как называется этот цвет, - я с удивлением рассматривала парня.

- Если ты станешь волком, то это будет невероятно, но…, - я даже не знала, что я хочу добавить после этого но.

- Но ты ничего ко мне не чувствуешь, – добавил за меня парень.

- Я чувствую, что могу тебе доверять, - очень тихо сказала я. Было неловко и отчего-то тревожно.

- А вот я в этом не уверен, - Маркус разомкнул руки и встал.

Хорошо, что Пани Флора закончила эту часть занятия и отправила нас в лес обнимать деревья и разговаривать с цветами.

- Эй, лесные нимфы, - закричал Папа Сережа вслед убегающим Сене и Вене, - гуляйте, дубы обнимайте, но не забудьте, кто опоздает на обед, питается шишками!

Я поспешила к Рине, чтобы не остаться наедине с Маркусом и его неожиданными вопросами. Не было настроения разбираться с чувствами к Ролану, я понимала, что запуталась в своих же эмоциях. Где-то щемило от того, что вчерашний вечер с Даниелем не получил никакого продолжения. Я видела, как Дан с Эммануэлем скрываются за деревьями, вот кто совсем не искал общения со мной. К нам подошла Ася и мы троицей поспешили уединиться где-нибудь подальше от полянки.

Глава 22. О мальчиках и влюбленности

- Кать, ты вчера сказала, что не можешь выбрать между двумя парнями. Это Ролан и Маркус? – спросила меня Ася, как только мы опустились на траву.

- Когда это вы обсуждали такие сногсшибательные моменты? И почему без меня? – нахмурилась Рина.

- Ты так быстро заснула вчера, но мы с Катриной без тебя решать судьбы мира не стали, - успокоила Ася подругу.

- Ась, а почему ты решила, что мне нравится Маркус? – я недоумевала.

- Он глаз с тебя не спускает, я подумала, что и ты что-то к нему чувствуешь, - Ася выглядела задумчивой.

- Я, правда, не чувствовала ничего такого до сегодняшнего дня. А на коврике он прямо спросил, нравится ли мне, было неловко. Как я могла ничего не замечать?

- Он отличный парень, - тихо сказала Ася, - мне жаль, что ты его воспринимаешь в одном комплекте с Сеней и Веней, присмотрись пожалуйста, он совсем другой.

- Ой, Аська, он тебе нравится? – Рина прямо засветилась любопытством.

- Я вижу в нем отличного парня. Наверное, самого лучшего и самого надежного из всей десятки, - Ася не смотрела на нас, а старательно «изучала» сосновую шишку.

- Аська, он тебя раздавит, если что! Нафига тебе такой контраст, - Рина могла пошутить «на грани».

Я подняла шишку и легонько бросила в подругу, Ася сделала то же самое.

- Да ну вас, я ведь по-дружески хотела предупредить. Девочки, Маркус не в вашей весовой категории.

Мы дружно стали с Асей делать вид, что ищем глазами следующие шишки и Рина закрыла опасную тему.

- Так, если не Маркус, то кто тот второй, в которого ты влюблена? – спросила Ася.

- Вопрос уже не актуальный, да и не была я влюблена, скорее заинтригована. Меня Дан вчера обнял в своей комнате и мне показалось, что это что-то значит. А с Роланом тоже что-то происходит, мне трудно объяснить. Вот я и подумала, можно ли любить сразу двоих? Я ведь вообще раньше не влюблялась, и не понятно, как это происходит.

- А мне вообще ничего не понятно! Почему я ничего не знаю! Обидно ведь! Рассказывай давай, - Рина прямо всерьез хмурилась и поджимала губы.

- Ну, мне очень нравится Ролан.

- Ролик? Ну красавчик, конечно, но щуплый какой-то, - Ринка хмыкнула. - Что-то, подруга, у тебя крайности: то громила Маркус, то нежный Ролик.

- Да не нравился мне никогда Маркус, что вы его ко мне приписали? – я заметила, как в это время Ася передернула плечами. Вот, магические елки, кажется Маркус - идиот и не на ту девушку смотрит.

- Но почему Ролан? - уточнила Ася.

- Когда он просто берет меня за руку или пытается найти возможность как-то еще коснуться, мне очень приятно и хочется еще, - я не смотрела на подружек. Шишки рядом закончились, и я ломала маленькую веточку на малюсенькие кусочки.

- Да ты влюбилась, - радостно захлопала в ладоши Рина.

- А мы с Эммануэлем сегодня так магически соединились, я ему все внутренне передавала, - Рина, рассказывая, даже глаза прикрыла, - но он, гад, в ответ вообще ничего. Какая-то дубина замороженная.

Мы с Аськой дружно хмыкнули.

- В общем, у нас одна счастливая любовь, у Катрины с милашкой Роланом Августом. Скоро будут дети! А мы, Асенька, с тобой пока одиноки и не поняты, - Рина театрально заломила руки. А я стала бросать в подружку мелкие веточки, за что получила угрозы, что она наших с Роликом детей нянчить не будет.

Глава 23. Спор

На обед мы почти опоздали, мальчики принесли нам порции, попытавшись предугадать, что мы выберем с общего стола. Видимо обо мне позаботился Ролан: в тарелке оказалась куча овощей, творог и отдельная мисочка с фруктами. А я, хоть и была худенькой, но очень любила хороший кусок мяса.

Напротив сидел Маркус, заметив мой печальный взгляд, изучавший громадный стейк на его тарелке, он сказал: «Меняю половину стейка на ягодный компот!»

- Ты серьезно? Правда поделишься мясом, если я отдам тебе компот?

- Он магический, ты забыла? Поменяюсь с удовольствием, - Маркус уже перекладывал на мою тарелку приличный кусок мяса под хмурый взгляд Ролана.

- Девочкам надо усиленно питаться! Вы слышали, что перед ужином у них занятие по немагическому бою? – Маркус кивнул в сторону сержантов из охраны лагеря.

- Не может быть! Вторая тренировка за день! Мальчики, вы должны начинать нас бояться! – Ася кокетливо поправила прическу.

- Это ведь элитный отряд, неужели они правда будут с нами заниматься? – спросил Николас.

- Сражаться при помощи боевой магии многие могут: взглядом испепелять, замораживать, всякие магические клинки запускать, а представьте, что враг использует мощнейшие нейтрализаторы, - объяснял всем Маркус.

- Тогда на определенной, пусть и небольшой территории вся магия при этом блокируется, человек не может ее взять из внешнего мира, а внутренний источник – это ничтожно мало для серьезного боя, - Ролану тоже нравилась военная тема.

- Мы можем творить невероятное и магическое, только находясь в Магии Мира, вне ее мы просто младенцы. Я читал, что сейчас многие страны занимаются изучением и восстановлением оружия домагического периода. А элитные отряды давно уже совершенствуют свои навыки в ведении силового боя без магии, – добавил Гера.

- Так нас решили обучить элитному немагическому бою? Откуда информация? – переспросил Ролан.

- Папа Сережа сказал, что сегодня вечерняя тренировка у девушек, так как они очень просили во время утренней зарядки продолжения, а завтра у нас, - ответил Маркус. Мы вздохнули и молча переглянулись. Долго же Папа Сережа будет нам вспоминать наши спортивные костюмы с зайчиками, мишками и енотами.

- Как-то страшно это все слушать, - Глория передернула плечами. - Неужели могут настать такие темные времена, когда люди будут без магии? Тогда, как у диких зверей будет выживать сильнейший?

- Так и сейчас есть такие миры, где люди и животные без магии борются за выживание. Я смотрел передачу на «Стереови», там рассказывали об экстремальных экспедициях, изучающих такие параллельные пространства, - вставил Алекс.

Я вздохнула, снова внутри запульсировала тревога за брата Рема, который как раз и занимался изучением таких параллельных миров.

- Тогда покажите мне самого сильного боевика, я хочу научиться у него разным приемчикам, - Рина никогда не унывала.

- Я думала, что осуществлять переходы между мирами крайне опасно. По-моему, многие ученые высказываются за то, чтобы вообще запретить такие опасные эксперименты, - Глория вступила в беседу на равных с парнями.

- В параллельных мирах можно сделать много открытий, это ведь тайны мироздания, как от этого можно отказаться? – я редко с кем-то спорила, но по этому вопросу у меня было четкое мнение.

- А я читала, что целые группы сильнейших магов-ученых исчезали в параллельных мирах без следа, - Глория не сдавалась.

- А о ресурсах, необычных изобретениях из других миров ты слышала? – это уже был спор двоих, остальные слушали.

- А, что, открыв переход, не только мы туда можем попасть, но и оттуда кто-то может приползти. Об этом ты не думала?

- Перейти могут оттуда даже тогда, когда мы ничего не открываем, - но вслух я это не сказала, так как такое дома обсуждалось только шепотом, чаще всего за магическими заслонами. Сестры-близняшки иногда истончали защиту, но, замечая, что я тоже слушаю, быстро возвращали глушители на место.

- Так, вы обе правы, но я поняла одно, если меня занесет в параллельный мир, то меня съедят первой, поэтому я буду готовиться, - Ася последовала моему примеру и утянула еще один отрезанный кусок мяса из тарелки Маркуса. Парень посмотрел с удивлением.

- Я тебе тоже компот отдам, - сказала Ася ласково.

- А я после этих кошмарных рассказов хочу побежать к Ирме за спортивной формой. Попрошу ее заодно нам самого мощного сержанта выделить! Извините парни, теперь выбирая между страшненьким сержантом из элитного отряда и вами красавчиками, я выберу первого, - Рина умела любую проблему повернуть к нам приятной стороной.

- Я тоже отправляюсь за формой и сержантом, - я выскользнула из-за стола под вздох Маркуса и хмурый взгляд Ролана. Они что, вообще юмора не понимают?

Глава 24. Подготовка к походу

Ты обратила внимание, что на обеде не было ни моего Эммануэля, ни этой вертихвостки Софии? – мы шли в сторону домика отряда боевой охраны, подружка хмурилась.

- Даниэля я тоже не видела. Может они, как и мы, заболтались где-то? – мне было грустно, после вчерашнего вечера в голове был сумбур. Зря я себе насочиняла про особенное отношение Дана. Подумаешь - обнял. Сегодня ведь он нес Софию на руках, сейчас может быть где-то с ней пропадает. За полдня он и не подошел ко мне ни разу, было неприятно разочаровываться. Надо просто запретить себе думать об этом парне.

По дороге мы встретили Софию и Эммануэля, они сидели на скамейке и мило беседовали. Рина помрачнела.

- Рин, он тебе вообще не подходит, найдем тебе красавчика из сержантов! – пыталась успокоить я подругу. Хотелось мило посплетничать о парнях, но нас догнали Ролан и Маркус.

- Девочки, мы вас одних не отпустим, вдруг вы увидите одиноких сержантов и позабудете о нас!

- Забудешь вас таких! – сразу развеселилась Рина.

У домика охраны стоял Даниель с Папой Сережей, они что-то живо обсуждали. Вот никак мне не удавалось не реагировать на него. Увидеть Дана с куратором, а не с другой девушкой, было приятно. Я даже рассердилась на себя и заставила не смотреть в сторону парня.

- О! Отлично, вы мне как раз и нужны, - Папа Сережа показал рукой, чтобы мы шли за ним. Рядом с домиком был небольшой склад.

- Так, бойцы, через семь дней мы отправляемся в поход. Маршрут сложный. Пойдут только четыре сектора. Наша тропа на северном, самом опасном склоне горы Салем, поэтому готовиться будем тщательно.

- Это соревнование? Зачем нам гора? – мне было любопытно, внутри просыпался азарт.

- Молодец, Катрина, это действительно соревнование. Кто первый заберется на хребет, сможет разбить лагерь, подходящая площадка там только одна. Остальные отряды просто пойдут назад. Раз в год на рассвете солнце и луна занимают такую позицию, что оживает старинная надпись на тайных скрижалях магического камня. Это место силы, которое раскроет магию одного из вас в тот же момент. Всем остальным скрижали сообщат одно слово, связанное с их магией. Его нельзя никому говорить 12 дней. Сохранение тайны – великая мудрость, караси! – на этом Папа Сережа закончил свою пламенную речь, а мы стояли, как оглушенные.

- То есть через семь дней кто-то из нас станет магом? – Глаза Рины стали еще круглее.

- Если заберетесь на вершину первыми! Не забудьте, у нас самый сложный маршрут, а с востока, запада и юга будут подниматься такие же крепкие и замотивированные ребята, как и вы.

- Вот это да! - только и смогла выдохнуть подруга, выразив этой фразой наше общее мнение.

- Дан, будешь отвечать за рюкзаки и спальники, проследи, чтобы все было прочным, подогнанным по размеру, простым в использовании.

- Где наш парашютист? Эммануэль пусть отвечает за страховку и спецодежду. Ролан, ты занимаешься скалолазанием, поэтому работаете в паре с ним. На тебе еще обеспечение всех треккинговыми ботинками. Что хочешь делай, но, чтобы ни одна красотка не подвернула себе ногу и не вздумала сказать, что ей трет или давит, - Ролан молча кивнул.

- Маркус – ты командир, буду спрашивать с тебя за каждую мелочь. Чтоб лишний носок мимо тебя не проскочил по дороге в их рюкзаки, - Папа Сережа показал на нас. - Отвечаешь за полную комплектацию. Собери всех, организуй мозговой штурм. Продовольствия должно хватить примерно на четыре дня. Любая мелочь, которую вы не учтете, может сделать вас вторыми…в лучшем случае.

Глава 25. Тренировка с Ирмой

Папа Сережа направил парней на склад, а нас повел знакомиться с сержантами спецотряда. Как раз подошли София и Глория. Мы немного смущались, а нашего куратора это только веселило.

- Вам блондинов или брюнетов, девочки? Смотрите, там есть такие красавцы, вы будьте осторожны. Каждой по три тренера хватит?

Возле домика охраны была их личная спортивная площадка. Вернее, сплошная полоса препятствий с небольшой ареной посередине. И там нас ждала…только капитан Ирма! Мы вздохнули с облегчением.

- Итак, девочки, ваш «папа» сейчас уходит, а я вас учу тому, о чем мальчикам знать не следует. Но сначала давайте найдем вам подходящую экипировку! – Ирма понравилась нам сразу.

Форму она подобрала отличную. Специальная ткань была прочной и эластичной. Ирма пообещала, что костюм будет «дышать», в нем можно плыть, бежать, ползти.

- Поверьте, девочки, эта майка хоть и обтянет грудь, но не позволит ей даже шелохнуться во время бега. Ваши парни сначала обрадуются, а потом огорчатся, - капитан любила пошутить.

- У вас отличные фигуры, вы разные и совершенные одновременно, давайте только верх выберем разного цвета, чтобы парням было сложно сконцентрироваться, - похоже Ирма готовила психическую атаку.

- А мы что, будем с ними сражаться? – мне было любопытно, а главное, рядом с капитаном я чувствовала себя сильной и уверенной.

- Да, и ты будешь сражаться в красном! А еще одной миниатюрной брюнетке, - Ирма улыбнулась Асе, - подойдет лиловый.

- Рыжая Глория будет в зеленом, а светленькая Рина в оранжевом!

- Давайте хотя бы меня для разнообразия оставим в нежно-бежевом? – робко предложила София.

- О нет, Софи, ты будешь в антрацитово-черном, бегом переодевайте верх, проверим ощущения.

Я знала, что нахожусь в лагере, где запрещено использование магических предметов, но казалось, что топ заряжен энергетиками по полной. Стоило мне влезть в свой ярко-красный верх, как захотелось в драку: кинуть Даниэля, провести прием против громилы Маркуса и даже положить на лопатки Ролана. Я не могла толком разобраться в своих эмоциях, поэтому хотела всех побить, но цивилизованно. Ринка в своем огненном топе с тонкой черной окантовкой, красивыми рельефными руками и задорной короткой стрижкой была очаровательна.

-Рин, ты настоящий боевик. Такие плечи красивые и грудь в этом обтягивающем топе оказалась «ого», - искренне порадовалась я за подружку.

- Дайте мне сейчас парня, и он будет просить пощады.

- Девочки, маленькая разминочка, и я вам покажу несколько хитрых приемов, - капитан Ирма чувствовала, что мы рвемся в бой.

Два часа пролетели незаметно. Я со своими метр пятьдесят пять поверила в то, что я - машина для убийства. Ирма научила нас бросать врага через бедро, выворачивать ему руку, перекидывать через себя с упором ногой в бедро (правда для этого нужно лежать на спине, а обидчик должен зависнуть сверху). Еще мы думали, что сможем при необходимости вырвать противнику глаз или стукнуть в нужное место на голени. Вера в победу была даже в глазах Софии.

И тут Ирма позвала сержантов. Мы не успели запаниковать, как каждой из нас досталось по три мускулистых парня.

- А сейчас мальчики будут нападать. В зависимости от того, что они-коварные предпримут, вы проведете нужный прием. Начали, - Ирма хлопнула в ладоши. Теория-теорией, но такой быстрой практики я не ожидала. Ко мне подскочил атлет, схватил за руку и спросил: «Пойдешь со мной, малыш?» «Малыш» меня разозлил, я вспомнила, что надо делать подножку и попыталась перебросить амбала через бедро. Он подозрительно красиво упал и стал кататься по траве. Вторым был знакомый сержант из палатки – Крис Гордон. Он легко поднял меня на руки и уложил на траву. Я так ошалела, что забыла о том, что должна ногой упереться ему в бедро, а потом выпрямить ее, как рычаг, перебросив обидчика через голову. Парню, чтобы вывести меня из оцепенения, пришлось сказать: «Я очень плохой». Я опомнилась и только коснулась кроссовкой его бедра, как Крис с криками: «Убивают!» перелетел через мою голову и покатился по траве к своему товарищу. Третьему сержанту я сначала вывернула руку, а потом дала по голени и увидела удивление в глазах. Неужели попала в нужную точку?

- Это худший день в моей жизни, - мужчина рухнул на траву.

- Ирма, тебе это будет дорого стоить, - совсем тихо пробормотал он.

Я огляделась вокруг. На площадке валялись в предсмертных муках пятнадцать молодых мужиков. А мы, как дикие амазонки, растрепанные и счастливые, опьяненные победой осматривали поле боя. У края арены стоял ухмыляющийся Папа Сережа и несколько наших парней совершенно обалдевших.

- Никто не хочет повторить подвиг безвременно почивших бесславных героев? – спросила Ирма. Ребята замотали головами, даже огромный удивленный Маркус и всегда сдержанный Эммануэль.

- Тогда закопайте трупы, а мы с девушками на озеро, - Ирма тряхнула рыжими кудрями, взлохматила прическу нашему Папе Сереже и неспешно направилась к тропе.

- Что, они опять спор проиграли? – тихо шепнул наш куратор. На что Ирма обернулась и показала ему язык.

Что бы это ни значило, я готова была идти за капитаном не только на озеро, но и на край света. По-моему, в глазах Папы Сережи мелькнула ревность.

Глава 26. Кто выбирает?

На озеро пришли в отличном настроении. Солнце клонилось к закату, и вода была, как парное молоко. Мы сняли кроссовки и джинсы, оставшись в трусиках и спортивных майках: решили испытать их на предмет плавательных способностей. Ирма рассмеялась, сбросила все, что на ней было и с разгона нырнула в воду. Было неловко, но капитан уплыла далеко и не требовала последовать ее примеру. Я с удовольствием плескалась в теплой воде.

- Ринка, ты золотая рыбка, - кричала я подружке в оранжевой майке.

- Я рыба-бабочка! – Ася скакала по воде, как маленькая и размахивала руками.

- Я рыба-попугай! – к ней добавилась Глория.

- Только я – карась, - вздохнула София.

Вдоволь насмеявшись, мы не стали дожидаться, пока Ирма поплывет назад к берегу и вышли из воды. Наконец-то ушла дневная жара, мы с девчонками легли на песок. Было приятно, топы и волосы быстро сохли, а песок был еще горяч.

- Какой длинный день, - я рассматривала пушистые облака сквозь прищуренные ресницы.

- Это точно, мы только в озере уже купаемся второй раз! – Глория раскинула по песку свои рыжие кудри и была похожа, на заходящее солнце.

- И тренировки уже две за день, я не представляла, что могу так проводить время и мне это будет нравиться, - голос Софии был уже не похож на нежный колокольчик. Что-то новое слышалось в нем.

- Фи, удивили, я чуть магию Земли не разбудила, поймав, проползавшего муравья за задницу, -добавила легкости Рина.

Мы рассмеялись, а Ася сказала: «А через семь дней, кто-то разбудит свою магию по-настоящему». Разговоры как-то сразу затихли и каждый задумался о своем.

Капитан вышла из воды, как Афродита из пены, только рыжеватые кудряшки были до плеч и ничего не прятали. Она неспешно прошла по берегу, ожидая, когда закатные лучи высушат кожу. Одевшись, Ирма подошла к нам:

- Ну что, я уже никого не смущаю? Тогда давайте сплетничать!

Мы радостно подскочили, запихнули свои попы и прилипший к ним песок в джинсы и сели в кружочек.

- Кто какого мальчика выбрал?

Ох, капитан Ирма открыта во всем, мы дружно смутились.

- А если ты выбрала, а он тебя нет? Это ведь не считается? – Рина смотрела прямо.

- Важен только наш выбор, остальное дело уверенности, желания и техники, - Ирма была серьезна, как будто рассказывала нам, как отработать прием на тренировке.

- Выбираем всегда мы!

- Мне нравится Маркус, - я не ожидала, что Ася решится сказать первой. Было неловко перед подругой за неожиданный интерес парня ко мне. Но я восхищалась ее смелостью рассказать о чувствах, которые пока не взаимны.

- О, это такой большой парень? – Ирма улыбнулась. - Хороший выбор, Ася, вы будете отлично смотреться. Мне кажется, он очень нежный.

- Мне нравится Эммануэль, – Рина не смотрела на Софию, но в ее голосе чувствовался вызов.

- Рина, ты его хочешь расколдовать или разморозить? – похоже, капитану не нравился выбор девушки.

- Не знаю, я уже не уверена, просто хочется романтики и кого-то назвать. Вон все пьют любовный компот и думают о парнях. Я тоже хочу.

- Любовный компот? – Ирма рассмеялась. - Это что еще такое? Ринка – ты чудо, не спеши, найдется тот, о ком стоит вздыхать.

- Мне нравится Эммануэль, - София смотрела в упор на Рину.

- Ах, девушки в борьбе за парня очаровательны! Глория, тебе тоже нравится Эммануэль? – капитан искренне веселилась.

- Нет, мне нравится…- Глория на секунду замешкалась, - Николас.

Мы с удивлением посмотрели на девушку, никто их за три дня даже рядом не видел. Казалось, что Глория скрывает какую-то обиду или сказала первое пришедшее в голову имя.

- Эх, не знаю, кто такой Николас. Катрина, скажи, что он и тебе нравится, и мы устроим бои без правил за парней, - Ирма мне хитро подмигнула.

- Николас тихий и странный. Точно не мой выбор.

- Тогда, кого выбрала ты? - Ася смотрела на меня с тревогой.

- Мне нравится Ролан.

- Уверена? – Ирма почему-то была удивлена.

- Ага, они два теленка или два котенка, - ответила за меня Рина, - страсти мы не дождемся, но дней через тридцать они поцелуются.

Я решила промолчать, не была я ни в чем уверена, мне казалось, что Ирма могла бы ответить на многие вопросы, но спрашивать при девочках было неловко.

Глава 27. Магия воплощения

На ужин мы решили пойти не переодеваясь, форма придавала нам боевой дух и делала сплоченными. Я даже перестала чувствовать неприязнь к Глории, хотелось верить, что она что-то увидела в Николасе. А Рина шла по тропинке и о чем-то беседовала с Софией.

Когда мы зашли в столовую, парни нас рассматривали почти с восхищением. В ярких топах одинакового покроя, немного растрепанные, у всех кроме меня щеки розовые, их уже слегка «прихватило» солнце. А может и у меня розовые?

- О, Дети полей пришли, - Папа Сережа рассматривал нас с удовольствием.

А вот девушки из соседних секторов, которые ужинали с нами в одной арке, смотрели зло. Они, наверное, тоже знали про готовящийся поход на гору Салем и по нашему внешнему виду поняли, что у нас была дополнительная тренировка.

- Мы выбрали себе еду и со специальными немагическими подносами пошли к нашему длинному столу.

- Пойду- ка я к Николасу, - Рина не любила загадки, вернее не любила неразгаданные загадки.

- Смотри, сейчас твоего парня уведут, - София подтолкнула Глорию, и рыжая, хмыкнув тоже направилась к Николасу.

Парень слегка удивился, он-то и с ребятами не особо за едой болтал, а тут девушки сели с двух сторон от него, хотя за длинным столом оставалось много свободных мест. Мы с Софией переглянулись и решили устроиться напротив, любопытно ведь! Только Ася пошла на наше обычное место и села напротив Маркуса. Ролан перестал щипать салат, а Сеня с Веней возмутились открыто:

- Мастер Сергей, это же форменное безобразие! Верните их на место. В семье должна быть стабильность.

- Асенька, одна ты, наша девочка хорошая, - близнецы пересели поближе к девушке и попытались ее пощекотать, за что получили от Маркуса, который протянул свои длинные руки через стол и хотел столкнуть нахалов головами. Ася прямо расцвела и поставила перед парнем свой компот.

- Ник, а если магия на горе откроется у тебя, ты каким магом станешь? – Рина решила не оставить ни одного шанса парню поесть спокойно.

- У меня все в семье маги воплощения: скульпторы и художники.

- Ух ты, это такая редкость, то есть все, что они нарисуют оживает? – мне стало реально любопытно.

- Ну да, они даже пишут очень осторожно, всякое произойти может.

- То есть, маг воплощения может нарисовать девушку, и она оживет? – Рина готова была тормошить юношу, чтоб он выдавал информацию быстрее.

- Не всегда, скорее она будет, как в стереотиви вести себя, но без сценария. Чем сильнее маг, тем больше личности в нарисованном им портрете. Мой дед в молодости нарисовал одну девушку, мою бабушку… Уничтожить портрет жалко, но девушка на нем такие сцены ревности закатывает, требует внимания, цветов, подарков.

- Зато, глядя на этот портрет, бабушка, смогла воспитать в себе отличный характер, - рассмеялась Рина.

- Откуда ты знаешь? – удивился Николас. - У бабушки ангельский характер, она спорит с дедом только из-за того, что он не хочет избавляться от портрета.

- А скульпторы тоже вырезают из камня живых девушек? – подобная магия была уникальна, поэтому хотелось расспросить парня подробнее, ведь он жил в невероятной семье.

- Скажешь тоже, кто разрешит девушек вырезать, такая ответственность! Но ты ведь точно видела говорящие каменные вазы, магические колонны в музеях и художественных галереях, утешающие ступеньки и мраморные лавки на набережных.

- О да, я знакома с одной такой. Она находится недалеко от дома моей бабушки и предсказывает погоду. Но, если задница ей не нравится, то лавка нагло врет, - Рина была обладателем позитивной информации обо всем на свете.

- Я даже знаю автора этой лавки, - хмыкнул Николас.

Во время нашего разговора парни потихоньку стали переезжать поближе к нам. В итоге все очутились на одном краю стола.

- Как-то моих братьев пригласили поработать в один город, где люди решили воссоздать исторический вид своей набережной. Они хотели видеть ее такой, какой она была в домагические времена. Поручили братьям сделать точную копию одной скульптуры с открытки. Они изучили массу исторических источников, полгода сидели над эскизами и в итоге добились идеального сходства. Но жители этого города все равно остались недовольны, так как Русалочка большую часть времени проводит в море и не хочет сидеть на камне. Выяснилось, что у статуи раздвоение личности, а братьев она просто ненавидит.

- Но почему? – спросила я, - они ведь ее папа…и папа!

- Сначала она братьев обожала и не хотела отпускать из Копенмагена, но потом случайно узнала, что она весит ровно 175 кг! Теперь она называет всех скульпторов бездушными эгоистами и мечтает открыть клуб Аква аэробики.

Мы не заметили, как солнце совсем скрылось и стало прохладно.

- Юные маги-воплотители, пора домой и спатки. Я ведь жду команду амазонистых зайцев завтра на рассвете на тренировку. Мы нехотя стали выползать из-за столиков. Николас возвращался в домик в плотном окружении девушек и немного смущался такому вниманию.

Остальные парни брели следом немного печально.

- Я тоже может хочу про маму и папу рассказать, - жаловался Сеня Вене или наоборот.

- Ник, - Рина любила всех сокращать и сложное упрощать, - а, если ты музыкант, то как музыка воплощаться должна?

- Не знаю, - Николас печально пожал плечами, - магов воплотителей-музыкантов не бывает.

Тут в разговор включились парни, стали делиться знаниями и предположениями.

Оказывается, способности, связанные с музыкой, бывают у мага вторичным проявлением.

- Например, маг иллюзорник, - рассуждал Ролан, - но профессионально играет на музыкальном инструменте. Во время его игры люди оказываются в пустыне или у горного ручья, в зависимости о того, что вкладывает маг в свое исполнение, и что способен услышать и увидеть слушатель.

- А, если основная магия боевая? – Рина мыслила нестандартно. - То музыкой можно обратить в бегство?

- А, если Ник станет некромантом? «Брынь» на гитаре и полкладбища встало. – Радостно сообщил Маркус.

- Николас, айда в колдуны, тебе даже зелье не надо будет варить, мелодию наиграл – девушки влюбились, - Веня размечтался.

- Если Николас нам сыграет перед сном, мы итак влюбимся. Правда, Ник? – рыжая Глория попыталась взять парня под руку. Он не сопротивлялся, ни с кем не спорил, немного смущался, но мужественно вел под руку Глорию, а с другой стороны пристроилась Риночка.

Меня догнал и взял за руку Ролан.

- Меня бабушка в детстве уговаривала играть на такой огромной разрезанной груше, - парень выражал голосом скорбь Мира.

- На виолончели что ли?

- Нет на магабасе! Я был бы сейчас любимцем девушек, - Ролан вздохнул и прижал мою руку к сердцу. Я засмеялась, руку отняла.

- Ты хочешь, чтобы тебя любили все девушки?

- Нет только одна! Но она то убегает, то уплывает…

- То парней на траву бросает, - за другую руку меня уверенно взял Даниель: сердце ухнуло и запустилось снова.

Глава 28.Индивидуальные тренировки

Дни пролетали стремительно. Кася оказалась Оксаной Кселофонтовной и вела у нас спецпредметы немагического использования. Называть ее таким длинным именем никто не собирался, и наше с Риной прозвище «Кася» прижилось удивительно гармонично.

Папа Сережа на утреннюю тренировку передал нас капитану Ирме, а сам, по словам парней, учил их переплывать озеро и прибегать домой раньше, чем он вернется лесной тропой. Это была мужская солидарность, но мы верили в капитана Ирму, которая выигрывала всегда.

Пани Флора была счастлива увидеть нас в юбочках и с распущенными волосами. Заставляла собирать в лесу цветочки и ягоды, плести веночки для мальчиков и даже на вечернем занятии прыгать за руку через костер.

Лучше всего получалось у нас с Роланом. Он был ловкий и гибкий, мы за руку могли перепрыгнуть через очень высокое пламя. Потом хохотали, падали в траву или играли все вместе в догонялки. Мне нравилось, когда он ловил меня, легко поднимал на руки, хоть был не на много выше, кружил и кричал: «Котенок водит!» Больше я никому не разрешала себя так называть. А Ролан мог менять мое имя, как хотел, чем с удовольствием пользовался. Наверное, я чувствовала в нем что-то родное, связь с семьей, а они любили экспериментировать с прозвищами. На совместных тренировках Рол называл меня «Солдат Кейт», переставал шутить, следил за точностью исполнения упражнений и приемов, когда мы становились в пару. Мышцы у него были железные, а по скорости он всегда входил в тройку лидеров, иногда уступая Маркусу или Даниелю, а порой опережая их на доли секунды. Там же, где надо было преодолевать препятствия, лезть, карабкаться, держать равновесие – Ролану не было равных, и я гордилась другом.

Среди силачей тоже определились свои лидеры: Маркус, Даниель и здоровяк Оливер. Спокойный, немного ворчливый и хозяйственный. Он часто помогал Асе наводить порядок и организовывать нашу толпу на уборку или скучные мероприятия по подготовке к походу.

Мои успехи не были столь впечатляющими. Не хватало силы, меткости и даже скорости. Ирма иногда хвалила меня за выносливость, но я понимала, что это скорее упорство и упрямство. Хороша я была только в гимнастике: перебежать по тонкому бревну, перелезть через стену, прыгать по батутам, вылетая из них в сальто. Папа Сережа любил разные комплексы с перекатами, кувырками, проползаниями, прыжками, карабканьем и балансированием.

- Катя, кого мы не сможем убить, того просто запутаем и обхитрим, - я была его явной любимицей. От этого хотелось стараться еще больше. Иногда он тренировал меня отдельно: заставлял перебегать по тонким бревнам на высоте, карабкаться по веревочным петлям. Я боялась высоты, но Папе Сереже не показывала, запрещала себе даже думать о ней. Веревки, канаты, бревна, перекатывание и кувырки составляли основу таких тренировок. Ринка, как-то понаблюдав за нами час, не выдержала:

- Мастер Сергей, она ведь скоро в колобка превратится! Все время по траве катается! Только в дохлого и нервного. Зачем вы ее все время на высоту гоняете? Лучше скалолаза Ролана мучайте.

- Рина, душа моя, грубая сила не всегда побеждает. Не мешай мне из Катрины делать ловкого бойца.

- Ой, Папа Сережа, да вы нашу Катю просто любите и ревнуете к сержантам, поэтому забираете с общих тренировок - Рина своим острым язычком даже нашего куратора могла вогнать в ступор.

Он посмотрел удивленно, взъерошил волосы:

- Так, караси, что-то вы под влиянием капитана-феминистки совсем от рук отбились. Завтра будет совместная тренировка, посмотрим, кто из вас самый боевой «колобок»!

- Скажите тоже - «колобок»…Кася вчера нас на немагической штуке взвешивала, так наша Катрина, оказывается, за эти дни два килограмма потеряла. Ругалась Оксана Кселофонтовна, в свисток свистела, требовала Катрину Всеволодовну кормить!

- Кого? – Папа Сережа совсем растерялся от такого напора. Я валялась в траве и пыталась прикинуться прошлогодним незаметным листочком. Было неловко немного, но смешно от того, что Рина командовала куратором. Приятно, что подружка заботилась, а Папа Сережа и правда меня выделял из всех. Усталость и боль во всех мышцах добавляли легкого пофигизма при взгляде на всю эту ситуацию.

- Катрину Всеволодовну кормить, а не мучить! – показала на меня подружка. – А меня любить и не критиковать, я, кстати, в лучшей боевой тройке! Рина убежала, а Папа Сережа подошел и сел рядом со мной на траву. Мне показалось, что он немного смущен. Я поспешила тоже сесть.

- Катрина Всеволодовна Романова? Всеволод Романов твой отец? – разлохматил свои волосы куратор. – Как я сразу не догадался?

- Наверное из-за того, что я мало похожа на боевика? – мой отец работал в Министерстве Стратегий и был профессором боевой магии. Его знали многие. Он сделал карьеру, пройдя сложный путь от простого боевого мага в самых рискованных операциях до заместителя министра и преподавателя на высших курсах Стратегии и Мастерства.

- Как раз ты очень похожа на хорошего боевика. Это у Всеволода был такой стратегический ход, создать тебя внешне хрупкой и нежной.

Я почувствовала, что краснею. Удивилась, что куратор назвал отца по имени, а не по званию. Это допускалось только тогда, когда маги вместе проходили реальную боевую операцию.

- Но тебя и правда надо не забывать кормить, а то боковым ветром сдует при подъеме на Салем, - Папа Сережа встал и подал мне руку. Я ухватилась за ладонь, мышцы после индивидуальной тренировки болели и не слушались. Попыталась встать рывком и, не рассчитав силы, фактически упала в объятия куратора. Он обхватил меня крепкими руками, легонько отстранил, не переставая поддерживать за локти:

- Ох, Катя, ты действительно – страшное оружие. Кто тебя тренирует из сержантов? Надо предупредить Ирму, чтоб не ставила с тобой оборотней.

Я не понимала, о чем речь и решила просто промолчать. Мы пошли по направлению к арке на ужин. Он даже не заметил, когда я споткнулась и чуть не упала. Я, видимо, перетренировалась: мышцы не слушались.

У стола нас ждала Кася с индивидуальным подносом для меня:

- Мастер Сергей, если ваш боец не наберет вес, то я не пущу ее в поход.

Я быстро схватила спецзаказ: два компота, два стейка, два шоколадных батончика, каша, яйца, бутерброд размером с лодку. Стало понятно, что садиться надо рядом с Маркусом. Покушать я любила, но Кася точно захотела откормить меня до своих размеров.

- Маркусечка, котик…- я попыталась перекатить яйца по столу в сторону парня.

- Не котик, а волк! Давай сюда свои яйца…и один компот!

- У Кати есть яйца!

- Я всегда это знал! – к нам подходили ржущие Сеня и Веня.

Я обхватила голову руками и рухнула ею на стол:

- Боевая магия, проснись, я убью этих двоих!

- А что? Нормально пошутили, я тоже поняла, что у тебя есть яйца, когда увидела твою индивидуальную тренировку сегодня! – рядом села Рина.

- Ооооо, Маркус, спаси меня от этих пошляков!

- Риночка – наша подружечка и сестричка! – ржали близнецы.

- Кто еще раз скажет «яйца», получит ими по башке! – Маркус готов был меня защищать. Все рухнули со смеху. В этот момент в арку зашли Ролан, Даниель, сержант Томсон и Ирма.

- Что за бурное веселье в первом секторе? – поинтересовалась Томсон.

- Обсуждаем «яйца» Катрины, - выдали близнецы, предусмотрительно отодвинувшись от Маркуса.

Ирма хмыкнула, легко схватила братьев за буйные шевелюры, притянула к столу и сказала:

- Будете мне девочек смущать - накажу!

- Накажи, Ирмочка!

- Вы только обещаете, капитан!

- А потом обманываете! – пищали близнецы.

Я с удивлением увидела, что, пытаясь выбраться из цепких рук капитана, близнецы приобнимали ее за талию, терлись о плечи, а она только рассмеялась, оттолкнула братьев и пошла с Томсон за столик для преподавателей.

- Любого сержанта она за это убила бы, - с удивлением сказал Ролан и сел напротив.

- Они любимчики Ирмы, - Рина забрала у меня один шоколадный батончик. – Даниель – фаворит сержанта Томсон, Катрину обожает Папа Сережа, профессор Флора хвалит только нежную Софи и внимательного Оливера…а мы все бесхозные! Пойду к Касе попрошусь в любимчики!

Мы дружно засмеялись. На нас недовольно посмотрели ребята остальных секторов, а Кася встала из-за стола и дунула в свисток.

- Рина – я тебя люблю, - отложила я вилку и обняла подругу.

- Девочки, а можете об этом поподробнее!

- С демонстрацией, пожалуйста, - близнецы были в своем амплуа. Но в этот раз их заткнуть попытались Дан и Рол.

Глава 29. Кодовое слово "озеро"

Утро встречало нас привычным горном Папы Сережи. Помимо ярких спортивных топов мы обзавелись беговыми тайтсами, а волосы скручивали в упругие гульки. Как ни странно, но этому нас научила Кася, снабдив немагическими шпильками и острыми металлическими палочками, полумесяцами и вертушками, которые при необходимости могли служить оружием. Воевать этим мы пока не умели, но с удовольствием вставляли в прически, чтобы у парней не было желания схватить нас за волосы. Ринка повздыхала и отдала свою шпильку в виде клинка Эммануэлю, который теперь перед каждой тренировкой закручивал вокруг него гульку прямо на макушке. Выглядел он при этом хищно и экзотически. Рина умилялась и называла его Эммушкой-смертоносным. Даниэлю длины не хватало, его можно было увидеть с хвостом на макушке, завернутым под резинку, так же выглядел и Рол. Папа Сережа над ними подсмеивался и называл «тремя китами».

Боевые тренировки были у всех секторов, но нас мучали с особым пристрастием: помимо утренней и вечерней тренировок, нам ставили индивидуальные занятия во время полуденного отдыха; Папа Сережа не терял надежду победить Ирму и тренировал парней на озере; капитан, разбив всех на тройки и закрепив за каждой опытного сержанта, требовала находить время на отработку индивидуальных стратегий. Два раза, когда в десять вечера по расписанию были танцы и кино, мы просто падали и засыпали. Папа Сережа все чаще оставался на нашем диване в гостиной, видимо дойти до корпуса кураторов у него тоже не было сил.

Даниель всегда был рядом, но не выделял меня среди других девчонок. И мне стало казаться, что его особое отношение ко мне в первые дни – плод моей бурной фантазии.

Когда до похода оставалось три дня, нагрузки немного снизили. Теперь мы больше времени проводили с Пани Флорой и Касей. Успевали даже ходить на озеро с капитаном Ирмой: купаться и сплетничать.

Теперь, когда нам с девочками нужно было обсудить что-то личное, получить совет, срочно поделиться любовными переживаниями или сомнениями, мы говорили одно кодовое слово «озеро» и становилось понятно, что есть разговор и надо сбежать от парней. Даже, когда мы просто прятались в гостиной или отставали от всей толпы по дороге с занятия, мы употребляли это многозначное для нас слово.

- «Озеро», - ко мне подошла Глория и взяла за руку. Мы не были закадычными подружками, но в нашей пятерке было полное доверие, и я отстала с Глорией от остальных ребят. Минуты три мы шли молча.

- Ты с Роланом – пара? – наконец спросила девушка.

- Не знаю, Глори, мне кажется, что мы просто очень хорошие друзья. С ним невероятно легко и трогательно, но это больше похоже на дружбу.

- Ролан точно испытывает к тебе не совсем дружеские чувства, может он просто хочет дать тебе время почувствовать тоже самое в ответ? – вопрос Глории был риторическим.

- Я о другом хотела поговорить. Что у тебя с Даниелем? – продолжила она.

- А что у тебя с Николасом? – я не ожидала от девушки разговора о Дане, только не с ней, поэтому в ответ бросила вопрос о Нике, как защиту.

- Прости, раз спрашиваешь, значит нужно. У меня ничего нет с Даниелем, – мне стало немного стыдно за свою враждебность.

- Ты знаешь, он мне нравился в начале. Очень нравился. Но сейчас я узнала Ника поближе и мне хочется быть с ним, он отличный друг и очень глубокий интересный человек.

- Тоже отличный друг?

- Извини, я опять не о том, - Глория пожала плечами. – В начале слета я дала понять Даниелю, что он мне очень нравится, а он прямо сказал, что влюблен в другую девушку. Прости, я должна была сказать тебе об этом раньше, но думала, что вы сами разберетесь. И ревновала.

- Почему ты решила, что это я? – сердце снова стало биться чаще, а я ведь уже была уверена, что заглушила все ненужные чувства.

- Он сказал, что встретил эту девушку здесь и полюбил сразу. Катя, ты же понимаешь, что он о тебе говорил?

- Я думала в начале, что между нами что-то есть…было. Но ты же видишь, что сейчас он и не подходит ко мне.

- Я не знаю, что в голове у этих парней, но думаю, что он по-прежнему влюблен, а ты ему не даешь шанса. Сейчас возле него все время крутится эта сержант Томсон…

- При чем тут сержант? Может он ее имел ввиду, когда говорил о влюбленности?

- Кать, когда речь заходит о Даниеле, ты круто тормозишь! Ну с чего тебе в голову пришло, что он в Томсон влюблен?

- Ты сама о ней заговорила…

- Я заговорила, так как вам с Даном надо перестать друг от друга прятать свои чувства. А Томсон…Тебя не удивляет, что мы не знаем ее имени?

- Ну да, нам не говорят его. Хотя парни спрашивали, но ответа не получили. Это странно.

- Девочки, меня не звали, но я умираю от любопытства. Можно с вами? – к нам подошла Рина. Глория вопросительно посмотрела на меня, и я кивнула. Чуть в стороне стояли София и Ася – девушки чуткие и корректные. Я махнула им рукой.

- У вас «озеро»? - спросила Ася.

- Да, но у меня нет от вас тайн.

- Я в боевой тройке с Николасом и Алексом, - продолжала Глория. – Нас тренирует премилый сержант по имени Арек.

- Премилый? – не смогла промолчать Рина. – Он весь в татуировках и лысый!

- Ну да, но при этом он душечка и невероятно болтлив. У парней от него голова раскалывается. Так вот, - продолжала девушка, - он бывший любовник Томсон.

Мы не перебивали, в общем не было ничего необычного в том, что у взрослых были какие-то романы внутри коллектива. Глория сделала паузу и продолжила:

- А еще сержант Томсон была в интимных отношениях с другими семью сержантами из отряда…

- Что? Итого восемь мужчин за неделю? – София даже остановилась от неожиданности.

- Софи, почему за неделю? Она в разные годы имела с ними отношения. Но для охраны лагеря кто-то специально собрал их вместе в один отряд. Когда перед самым слетом на тренировочном сборе они это поняли, то все попытались написать рапорт, во главе с Томсон, но в министерстве их и слушать не захотели.

- Вот это инфа! – Рина даже раскраснелась от переполнявших ее эмоций. – Давайте сядем, вон беседка, такую информацию переварить нужно.

- Это еще не все…- мы уселись на перила беседки, а ноги поставили на лавки. Если бы нас сейчас увидела Кася, то заставила бы мыть безмагическим способом все скамейки в лагере.

- Все эти восемь парней – оборотни.

- О, да Томсон на редкость избирательна, оказывается спит не со всеми подряд, - съязвила Рина.

- Она казалась такой милой и внимательной, всех поддерживала, - хлопала глазами София.

- Есть еще информация сложная для восприятия…- Глория взяла паузу.

- Не томи, говори все! – потребовала Ася.

- Нежных и ранимых девушек прошу закрыть уши…

София потянулась было к голове, но быстро передумала и спрятала ладони под мышки. Мое сердце набирало обороты, было страшно и любопытно одновременно.

- Есть предположение, что наш Папа Сережа тоже с ней спал!

- Фу!

- Жесть!

- Не может быть!

- Девочки, вы что забыли, что он не ваш родной папа? А Томсон очень красива!

- Но ты сказала: «Есть предположение», значит информация не точная? – спросила я.

- Про Папу Сережу не точная. Он ведь не в спецотряде, и откровенничать с сержантами не будет. Но обратите внимание, как намеренно далеко он старается держаться от Томсон. Проведите завтра небольшое наблюдение…

- О, рыжик Гло, ты сейчас, как Пани Флора – даешь домашнее задание, - фыркнула Рина.

- Во время совместной тренировки посмотрите, кто из парней боевого отряда старается держаться от сержанта Томсон подальше…- не отреагировала на шутку Глория. – Вы сами с легкостью составите список ее бывших любовников.

- Почему бывших?

- Потому что сейчас она крутится все время вокруг Даниеля.

- Но он ребенок, а она взрослый спецназовец-боевик, - Ася выглядела растерянно.

- Ребенок? – хмыкнула Глория. – Мы о Дане говорим. Еще и с Маркусом она нежна и внимательна.

- Это правда. Я в одной тройке с Даном и Маркусом. Томсон – наш сержант-тренер. У нее для всех есть доброе слово, но с Даном она откровенно флиртует, - Рина взъерошила челку. – Но я думала, что она это так просто, форму поддержать.

- Подождите, у меня переизбыток информации, - Ася встала в центр беседки и стала загибать пальцы. – Сержант Томсон имела интимные отношения почти с половиной парней из своего отряда; все они оборотни; может быть она спала с нашим Папой Сережей; они стараются ее избегать, но кто-то их всех собрал в один боевой отряд специально для нашего лагеря; нам не называют ее имени…Что я упустила?

- Что теперь она крутится возе Дана… - продолжила Глория и все уставились на меня.

- Я не знаю. Похоже, что-то связано с магией имени, но мы не проходим это в школе. Мельком от старших сестер слышала. Но Даниель и Маркус еще не оборотни, может Томсон просто скучно? – я не знала, какие выводы правильные.

- Предлагаю пойти к капитану Ирме за ответами! – вскочила Рина.

- Ты ее прямо спросишь: «Правда, что один ваш подчиненный переспал с восемью другими?» - Глория помотала головой.

- Тогда пойдем к Папе Сереже и его откровенно спросим, что происходит?

- А взрослые прямо мечтают посвятить тебя во все тайны! Куратор тебе должен ответить: «Да, я был девятым»?

- Фуууу, - снова дружно затянули мы.

- Не «фу», а нужно что-то делать! Катрина, можно я скажу всем то, что рассказала тебе в начале разговора? – Глория дождалась моего кивка и под сопровождение моих краснеющих щек передала девочкам свой разговор с Даниелем о его влюбленности.

- Все понятно, нужно дать этим двоим шанс, - сказала Ася. – Рина – ты чудесная актриса, отвлекай Томсон во время тренировок на себя. Девочки, пытаемся Катю с Даном оставить наедине хоть на немного, уводим мальчиков, создаем ситуации.

Я приложила ладони к пылающим щекам.

- Ты же о нем говорила в тот первый вечер? – уже тише спросила у меня Ася.

Глава 30. Ситуация Пани Флоры

Но «создала ситуацию» неожиданно для всех Пани Флора.

На вечернем занятии, которое заменяло теперь боевую подготовку, она долго крутила нас, рассматривала, вглядывалась в радужку глаз и щупала волосы. Рина даже утверждала, что Пани Флора всех обнюхивала. В итоге она сама разбила нас на пары, и я оказалась с Даниелем.

Девушки по указанию профессора должны были сесть и замереть.

- Женщина – Земля, в ней огромная сила, она внешне неподвижна до поры до времени, умеет принимать и накапливать. Мужчина дарит свою магию, пробуждает, но относится с восхищением и почтением. Задачу поняли? Постарайтесь, девушки, замереть не менее чем на четверть часа, идеальное время полчаса. Парни, дайте девушке то, что пробудит в ней позитивную магию, а не сокрушающую стихию, - слова профессора были понятны и ясны: сидеть ровно, не двигаться! Но что должен делать Дан и другие парни? Сквозь ресницы я видела, что Сеня бегает, собирает шишки. О, Магия Мира, он ими собирается девушку посыпать, как лепестками роз? Гера замер возле Софии в полной растерянности. Николас сориентировался быстро, нашел какую-то травинку и стручок с семенами и стал использовать их, как свистульку и струну, наигрывая мелодии для Рины. Вокруг Аси танцевал Алекс, ну, слава богу, значит шишки Арсения предназначены не ей.

- Девушки, закрываем глаза, поза лотоса. Помним, что мы принимаем и накапливаем, - Пани Флора отправила лишних парней в лес за ягодами. В прямом смысле этой фразы. Дала каждому по глиняной чашке и сказала, что кто не наберет, жить в лесу останется. Ролан уходил с такой тоской в глазах, что я предпочла сделать вид, что я серьезная ученица-отличница и сосредоточена на выполнении задания. Села с прямой спиной, поднятым подбородком, даже руки сложила в релаксирующую асану. Даниель не спешил с передачей чего-нибудь: танцев вокруг не танцевал, шишками не осыпал, мелодии на травинках не играл. Прошло несколько минут и вдруг он провел по моим волосам, собрал вместе, снова распустил.

Что там было про «вобрать ощущения», «замереть», «накапливать»? Я просто растаяла, единороги внутри заскакали, расслабляющая асана исчезла. Точно я стану оборотнем-саламандрой: во мне боролись трепет и испуг. Поэтому я напряглась и замерла. Дан перебирал мои волосы, легонько задевая и поглаживая спину. Смущало, что кто-то из парней мог заметить, что со мной творилось. Ох, Сеня, брось в меня пожалуйста шишкой, чтобы я смогла сдержать дрожь. Но руки Дана отпустили мои волосы, я почувствовала, как он встал и отошел от коврика. Только тогда я смогла вздохнуть полной грудью. Спасибо, мне нужно несколько минут, чтобы прийти в себя. Это было головокружительно, но точно не должно происходить при людях на краю поляны. Вот только непонятно, почему, когда сестры трогали меня за волосы и хотели их уложить, я часто возмущалась и пищала, а с Даном замирала от удовольствия. Парень быстро вернулся, его движения теперь были более сосредоточены и конкретны. Немного жестко собрал все волосы вместе, потом разделил пополам, замер и снова их смешал. Это были новые ощущения, он, как будто не ласкал меня снова, а занимался делом. Я почувствовала его пальцы под подбородком, и он осторожно приподнял его вверх. Я удивилась, но послушалась. Почувствовала, как снова парень разделяет волосы на две части и одну завязывает в узел. Мне было приятно и любопытно одновременно. Так он пытался сделать ровный пробор! Вот только с узлом из моих ровных волос номер не пройдет, пара минут и узел сам развяжется и рассыплется. Как бы, услышав мои мысли, Дан продел через узел две палочки, на манер японских причесок и стал плести косу из свободных прядей, постепенно вплетая в волосы цветы. Остановилось время и звуки, я чувствовала только его руки и немного горьковатый запах полевых цветов. Он задевал мою шею и плечи, иногда бедро касалось моего, когда он наклонялся за очередным цветком, а мне хотелось придвинуться ближе, оказаться в его объятиях. Как жаль, что вся эта красота на несколько минут, без резиночек мои косы распадутся в момент. Тут я услышала, как на коврик упали с характерным звоном браслетики Рины, это были разноцветные бусинки на эластичной резинке и кубики с буквами, составляющими имя Катрина. Сердце почувствовало нежность и любовь. Вот не знаю, что у меня с Даном, но Рину я точно любила. Подруга все видела и все поняла, догадался и Дан: одним браслетиком завязал кончик моей косы и стал заплетать другую. Я чувствовала, какая я счастливая, что я любима и люблю. Внутри носилась радостная стихия и она была грандиозна. Если бы сейчас у меня проснулась Магия Земли, то цветы взлетали бы в воздух, а потом осыпались ласковым дождем; на всех деревьях без разбора выросли бы апельсины, а потом падали и скакали, как мячики; земля выпускала бы подземные ключи, и они били бы фонтанами; а еще подсолнухи вырастали бы за минуту, а маки превращались в бабочек…В общем хорошо, что я не Маг Земли, иначе натворила бы дел. Домечтать мне не дала профессор:

- Девочки – умницы, не шевелились тридцать семь минут. Сейчас вы можете показать парню, что отозвалось в вас.

- Мужчины, теперь вы садитесь и закрываете глаза. Все, что могли, вы уже сделали. В магии, как в жизни: вы либо упустили ценнейший шанс, либо сделали из него волшебство. Девушки вы сейчас скажите парню только три слова: первое – что вы чувствовали; второе – что хотели; третье – что можете дать взамен. Мы поменялись местами: Дан сел, я встала за его спиной.

Что я чувствовала?

Что я хотела?

Что могу дать взамен?

Я опустилась на коврик позади Даниеля. Закрытые глаза парня позволяли рассматривать его без стеснения: загорелые плечи, шею, подбородок. Хотелось провести по волосам, коснуться линии бровей, потрогать ресницы, осмелиться прикоснуться к губам. Но профессор сказала, что нужны слова – ответы на вопросы. Я чувствовала, что парень напряженно ждет моей реакции. Я наклонилась, немного отодвинула его волосы и на самое ухо прошептала:

НЕЖНОСТЬ…

БЛИЖЕ…

Увидела, как Даниель от моего шепота слегка вздрогнул, я даже готова была поклясться, что заметила мурашки на его плечах. Осталось сказать еще третье слово – ответ на вопрос: «Что можете дать взамен?» Я должна была сказать, но получилось иначе, я коснулась губами его щеки, даже не поцеловала, а именно коснулась, замерла и медленно отстранилась. Вот мои три ответа. Даниель, не открывая глаз, нащупал мою руку на коврике и сжал в своей.

Пани Флора сказала, что мы должны осмыслить упражнение, пожелала нам приятного вечера и не стала давать обычного домашнего задания. Ребята очень чутко разбрелись кто куда, и мы остались с Даном наедине. Молча пошли по тропинке держась за руки. В какой-то момент, парень остановился, осторожно развернул меня и заключил в объятия.

- Я скучал, ты очень коварный Прыгун, убегала и не замечала меня четыре дня!

- Ты был очень увлечен другими девушками, не хотела мешать тебе ловить с ними приятные моменты, - прошептала я Даниелю в грудь, делая акцент на слове «ловить».

- Кто-то прыгал через костер и падал с другими парнями в траву, ты и не смотрела в мою сторону.

- Ты все время на тренировках становился в пару с сержантом Томсон…и вам было хорошо! - я даже попыталась выбраться из объятий.

- Катя, мне сейчас хорошо! Я все эти дни думал, что ты влюблена в Ролана…или в Маркуса…или в Папу Сережу…или в этого из спецотряда – Криса Гордона.

- Ты серьезно? – я пыталась заглянуть в глаза парня и от возмущения уперлась руками в его грудь.

- Я ревновал! Иди ко мне! – Даниэль снова сгреб меня в охапку, стал обнимать и нежно гладить.

Можно было никуда не спешить. Ринка, конечно будет смеяться, когда спросит, чем мы занимались, а я скажу, что просто стояли. Было немного тревожно и волнительно, но парень совсем меня не торопил, нежно обнимал, легонько касался волос губами. Только горн Папы Сережи заставил нас вернуться в сектор. Оказывается, ужин мы пропустили, да и какие-то посиделки под гитару прошли без нас.

Когда мы зашли за руку в гостиную, Ролан все понял: столько страдания было в его глазах, хотелось броситься к другу, успокоить. Но что я могла дать ему? Разве справедливо предлагать дружбу, когда тебе дарят любовь буквально с первого дня знакомства? Но и сомневаться в своих чувствах я уже не могла, даже руку отпустить была не в силах. Мы сели в самый дальний уголок гостиной, Дан посадил меня на колени, обняв одной рукой за талию. Сидеть было уютно, и я чувствовала, что вот это мое место.

Глава 31. Ревность и тревога

Ирма часто для тренировок приводила парней-сержантов. Это всегда было весело: мы отрабатывали на них приемы, а они театрально охали, падали на траву и катались от боли. Мы давно уже выяснили, кто из парней имел магию оборотня, действительно, все они держались с сержантом Томсон подчеркнуто холодно. Да и другие никогда не флиртовали с ней, не вели дружеских бесед. Это казалось странным, так как Томсон была очень красива. Меня опекал голубоглазый добродушный Крис Гордон. У сержанта были огромные плечи. Две мои руки были меньше его одной. Но выглядел он так приветливо, что сложно было настроиться на то, что нужно ему вывернуть руку или перебросить через бедро. Поэтому каждый раз он мне говорил: «Я очень плохой парень!»

Я его так и называла «плохой парень». Крис показывал мне точное направление броска, болевые точки, но, когда я просила не поддаваться, то даже с места его сдвинуть не могла, не то, чтобы бросить. Поэтому было не совсем понятно, зачем Ирма нас всему этому учит.

Мы послушно бегали, прыгали, плавали, качали пресс и отрабатывали приемы. «Плохой парень» регулярно падал на траву с криками: «Ирма, меня убили, где ты набрала таких головорезов? Спаси!» Так мы узнали, что наш капитан маг-целитель по первичной магии, и только вторичная у нее боевая. Это было удивительно, так как обычно профессию выбирали по первой, более мощной и ярко выраженной.

На что Папа Сережа сказал, что мы очень глупые караси, и сами должны были понять, что обратная сторона целительства – это убийство. Ирма итак казалась нам невероятной, а после этой информации даже Сеня с Веней прониклись и какое-то время не пытались во время тренировок случайно задеть лучшие места капитана. За подобную выходку любому сержанту уже пришла бы смерть, а вот на проделки Сени и Вени Ирма по-прежнему почему-то смотрела снисходительно.

Даниель терпеть не мог наши совместные занятия с сержантами из охраны. Если в это время у них не было тренировки с Папой Сережей, то Дан предпочитал быть рядом. По окончанию занятия брал меня за руку и уводил с видом «забрал свое».

«Плохой парень» добродушно возмущался: «Капитан Ирма, это не честно. Он не добыл девушку в бою!»

- Крис, ты вообще умер! Пал смертью храбрых. Эта девушка во время спарринга убила тебя раз пятнадцать, поэтому может уходить с кем угодно! - Ирма была на моей стороне.

Ревность Дана забавляла и раздражала одновременно. Иногда рядом с Даниелем вертелись девчонки из других секторов, и часто я видела его болтающим с сержантом Томсон. Но, когда я пыталась объяснить своему парню, что общаться дружески с людьми противоположного пола нормально, он кивал, но ревновал по-прежнему.

На последней вечерней тренировке перед походом мы с «плохим парнем» отрабатывали бросок через голову в положении лежа. Крис навис надо мной в упоре лежа и старался показать, что моя согнутая нога должна упереться ему в бедренную кость под углом. И тут «погас свет», вот просто в одну секунду наступила ночь! Я уже начала проводить прием, но от неожиданности ойкнула и вместо того, чтобы руками направить сержанта броском через голову, отпустила руки, а ногу все-таки выпрямила. В итоге Крис свалился прямо на меня. Ощущения были такие, как будто громадный шкаф-купе рухнул, а я под ним. Вокруг стояла непроглядная ночь, которая нарушалась очень интересными выражениями сержантов. Крис, не отпуская меня, перекатился на спину. После витиеватых ругательств, которых я не слышала при свете дня, он сказал: «Замри, малыш, какая-то *** творится» Но тут резко включили свет, или солнце, или день, и к нам с безумными глазами подбежал Даниель. Я неплохо так лежала на Крисе, ощущения были один в один, как будто я устроилась на очень упругом жестком надувном матрасе, но Дан был другого мнения.

Да еще Крис подлил масла в огонь дурацкими шутками: «Мы только решили попробовать другую позу, как ты пришел!» Я была уверена, что на меня Крис, как на девушку во время тренировок не посмотрел ни разу, он все время искал глазами Ирму. Наша пара даже тренировалась всегда рядом с капитаном. А тут специально это сказал, чтоб позлить моего парня.

Дан схватил меня на руки и прямо так утащил с площадки.

- Ты с ума сошел! Почему мы уходим? Я хочу знать, что произошло! Ты понимаешь, что на несколько минут наступила ночь? Да еще без луны, звезд. Отпусти меня в конце концов, - я начала вырываться из рук Даниеля. Но его глобальные катаклизмы не интересовали.

- Что ты с ним делала в темноте?

- Целовалась, потом мы хотели зачать ребенка, но наступил день! – я злилась, очень было неприятно. Как будто я ребенок и кто-то ограничивает мою свободу передвижений как минимум.

Даниель отпустил меня, резко развернулся и пошел по тропе сам. Серьезно? Он, что совсем дурак? Это он так обижается? А что я должна делать? Я разозлилась: «Ну уж нет, я оправдываться в этой дикой ситуации не собираюсь, пусть сам извиняется за свое глупое поведение». А вот разобраться в том, что все-таки произошло с временем суток не мешает. Я направилась к домику, тем более, что на тропе появились девчонки и некоторые ребята, которые спешили вернуться. Папы Сережи, к сожалению, дома не оказалось.

- Это магия! Так просто ночь среди дня не наступает.

- Кто-то обрел магию, и понятно, что по началу она вырывается стихийно.

- Сегодня только девятый день слета, рановато для обретения магии.

- Но почему ночь? Ведь должно быть желание, чтобы проявилась магия, особые условия.

- Может кто-то поспать захотел, - Рина выдвигала версии.

- Ага, три минуты поспать, - Маркус чесал затылок и бегал по гостиной.

- Ну тогда может с кем-то переспать, - не могла угомониться подруга. Но тут мы на нее с девчонками зашикали.

- И что за вид магии меняет день и ночь? Где наш Папа Сережа? – последний вопрос прозвучал почти хором.

- Самое главное узнать, в чем причина раскрытия магии? – Сеня был непривычно серьезен.

- Найти бы чувака и спросить, что он такое сделал, чтобы магия проявилась? - поддержал брата Веня.

- Мы почти 10 дней уже в лагере, а это первый случай обретения магии. Так слет закончится, а мы все домой вернемся ни с чем, - похоже Дана очень ранило понимание того, что кто-то раскрыл магию, а он нет.

Меня же задели его слова про «вернуться домой ни с чем», то есть наши отношения – это «ни что»? Девушки тоже услышали и почувствовали его слова, я видела, что четыре пары глаз с вопросом смотрят на меня. А что я могла? Пожала плечами, встала и пошла на верх в спальню. Девочки поспешили за мной следом. Парни продолжали выдвигать гипотезы и спорить, нашего ухода даже не заметили.

- Дурак твой Дан, - Рина могла мне этого и не говорить.

- То никого не подпускает, утаскивает прямо с тренировки, то видите ли вернуться домой с девушкой и любовью для него мало, - Глория тоже была прямолинейна.

- Но мы ведь все сюда приехали за магией и обидно, что время идет, мы занимаемся, тренируемся, а она не проявляется, - попыталась я подобрать оправдания.

- А ты уверенна, что Дан тебя любит? – добавила дров в костер общего негодования София. - Вы вообще целовались или он только за руку может тебя уволакивать и косы заплетать?

У меня на глазах выступили слезы. София была права, Дан по какой-то причине ни разу не пытался меня поцеловать. Мы бродили, держась за руку, он мог обнять и прижать меня к себе. Это было волнительно, мы замирали и стояли так в укромном уголке леса или лагеря. Даниель поправлял мои волосы, нежно касался, шутил, развлекал, ревновал, но ни разу не пытался поцеловать.

Я не говорила об этом подругам, а они тактично не спрашивали. Но Глория и Рина уже всем рассказали о своих поцелуях. Рыженькая целовалась с Николасом, и он сейчас был в процессе написания песни, но имя Глория не хотело рифмоваться ни с чем.

А Рине удалось поцеловать Эммануэля. София обиделась и была в поиске. Каждый вечер она рассказывала то о темпераментном Алексе, то о романтичном Оливере. Потом переключалась на близнецов, и перед сном с восторгом сообщала о том, что между Сеней и Веней настоящая конкуренция и это очень интересно проявляется во время свиданий. Вчера наша Софи всерьез рассуждала о том, умеет ли целоваться Гера…

- Катрина, во время слов Даниеля, я видела лицо Ролана…- Ася смотрела на меня с сочувствием, - мне показалось, он хочет Даниеля испепелить.

- Девочки, спасибо, но завтра важный день, вставать рано, ведь поход никто не отменял, - я попыталась закончить такой болезненный для меня разговор.

Вот, если бы Ролик был мне просто другом, как хорошо было бы почувствовать его поддержку, посидеть рядом, он точно бы нашел правильные слова.

- Да, давайте все спать! Победим в соревнованиях, залезем на вершину первыми, и у нашей Катрины откроется боевая магия. Она сама Дана и прибьет, - Рина всегда имела четкий и оптимистичный план. Я улыбнулась и пошла в душ. Не думать, не теребить душу, просто спать. В коридоре столкнулась с Роланом, он попытался взять меня за руку, что-то хотел сказать, но я устало помотала головой из стороны в сторону, и он отступил.

Глава 32. Начало похода

Выспаться совсем не удалось, снилось что-то тревожное и бестолковое: на горе вместо магического камня стояли сержанты и надо было с ними сразиться, чтобы добраться до скрижалей. Я дралась с кем-то большим и незнакомым, а Даниель рядом показывал сержанту Томсон прием с броском через голову, но вдруг стал ее целовать. Потом он обрел магию, а я просила поцеловать и меня, ведь он обещал это еще под стеной. Где-то мелькала София с вопросом: «А он тебя любит?» Тут же этот вопрос стали повторять все остальные: Маркус, Ролан, Рина, но каждый со своей интонацией.

Я даже обрадовалась, когда услышала горн Папы Сережи, который выдернул меня из мучительного сна.

Рюкзаки были сложены заранее, каждая мелочь проверена и согласована. Первым шел Папа Сережа, за ним все девочки. Замыкали колонну Даниель и Маркус, как самые сильные. Сначала все было очень приятно: не спеша поднималось солнце, разгоняло утренний туман. Остров был просто фантастический: мы примерно за час миновали лес, в котором располагался лагерь, и тропа пошла вдоль горной реки. Живописные перекаты, кристальная вода, шелковые луговые травы даже не намекали на то, что испытание может быть суровым. Горные вершины, виднеющиеся вдали приветливо серебрились снежными шапочками.

- Бойцы, привал для завтрака, - Папа Сережа опустил рюкзак на траву. - Оливер, в первую очередь берем продукты из рюкзаков девушек, и не забудь все отмечать в списке.

Во время перехода тропа была настолько узкой, что разговаривать не было возможности, поэтому мы с удовольствием сели в общий кружочек. Я несколько раз ловила на себе тревожный взгляд Даниеля, но сама старалась не смотреть в его сторону, чувство обиды меня не оставляло.

- Слушайте сюда, - Сеня говорил шепотом, - у кураторов ничего про вчерашнее происшествие выяснить не удалось. Молчат и говорят, что у всех скоро откроется своя магия, и не лезьте в чужие дела.

- Я говорил вчера с Сержантом Томсон. Она сказала, что магия мужская, но понять, кто из парней ее проявил, пока не получилось, - добавил Дан.

Меня прямо резанули по сердцу его слова. То есть мне вчера было так плохо, а его только магия интересовала? Вместо того, чтобы поговорить со мной, он побежал искать Томсон и расспрашивать ее? Внутри разливалось разочарование и отравляло собой все.

- У них не получилось, а у нас очень даже получилось, - Сеня был горд собой.

- Мы полночи по лагерю лазили и нашли парня! Прикиньте, он из седьмого сектора! И сам своей магией слегка напуган, управлять толком не умеет, ночь сделал случайно.

- Мы с ним потолковали, но только хотели разузнать, что он такое сделал, чтобы магия открылась, как этот гад взял и исчез! Просто секунду назад стоял перед нами, и вдруг бац и нет! – Веня от досады прямо покраснел весь.

- Никуда он не исчезал, - вдруг сказал Гера. До этого он, как и все мы внимательно слушал рассказ братьев.

- Он остался на месте. Я знаю, что это. У парня магия сокрытия. Он разволновался, вы ведь у нас парни темпераментные, и себя спрятал.

- То есть, если бы мы протянули руку, то нашли бы его? – Сеня чуть не плакал.

- Скорее всего да, если, конечно, вторичной магией у него не идет что-то интересненькое, типа превращение в муравья или перемещение в любую точку. Но это вряд ли, он просто от вас закрылся, - продолжал рассуждать Гера.

- Магия сокрытия – это интересно и достаточно серьезно, - Маркус от эмоций все время растрепывал свои кудри.

- А включил ночь на несколько минут он зачем? – вопросов у меня было много.

- Магию он пока слабо контролирует, скорее всего это был случайный всплеск: испуг или другая сильная эмоция могли вызвать такое проявление.

- Чем же его так напугали, что он на три минуты лагерь спрятал? – Рина повторила жест Маркуса и растрепала свои кудряшки. Похоже, эта привычка заразительна.

- Эй, шушукалки, привал окончен, трублю общий подъем, - Папа Сережа не давал нам выбиваться из графика. Я на ходу дожевывала свой бутерброд. Рюкзаки были тяжелыми, одеть самому их было очень сложно. Мой поднял Ролан и молча помог закинуть его на спину, тут же подошел Даниель и попробовал крепление. Я быстро сама застегнула карабин на груди, чтобы остановить это глупое соревнование. Сказала спасибо в пространство и поспешила за девочками.

Дорога теперь все время шла вверх, пусть и незначительно. Спины и ноги этот угол подъема сразу почувствовали. Сначала я еще думала о парне с магией сокрытия, мысленно строила догадки, почему она проявилась у него, но потом в мозгу осталась только одна мысль: «Я ненавижу рюкзак».

Идти было невероятно трудно, я с удивлением думала о том, что мои братья любят горы и добровольно на каникулах отправляются в походы. Я гор не видела, только ползущую перед собой тропу и мученические выражения лиц подружек. Похоже, нам всем было не очень весело. Когда Папа Сережа очередной раз сказал слово «привал», никто не собирался в кружочек, все упали, где стояли. Но молодой организм вещь удивительная, через пару минут я открыла глаза, еще через минуту выползла из лямок рюкзака и побрела к реке, которая бежала все время рядом с тропинкой. Небольшой склон и между круглой крупной галькой чистейшая прохладная вода. Хотелось забраться в нее целиком, но речка была мелкой, захочешь – легко по камушкам на другой берег перейдешь. Я набрала воду в руки и с огромным удовольствием умылась. Заметив Маркуса, который тоже спустился к реке, тихонько зачерпнула в ладони и брызнула в его сторону. Он посмотрел сначала на меня растерянно, а потом огромными ручищами взял практически ведро воды и брызнул в меня. Парень не учел, что девочки тоже спустились к реке. Мы начали поливать Маркуса так, что он стал орать: «Наших бьют!». Мы не стали дожидаться подмоги, убежали и сели рядом с Папой Сережей. Парни покрутились рядом, но при кураторе нападать не решились. Настроение поднималось.

- Папа Сережа, мы же победим? Мы ведь первый сектор!

- А чем отличаются подъемы? Вот наш северный, вы сказали самый сложный, почему?

- А кто чаще обретает магию у камня, парень или девушка?

- А скрижали всем остальным, что за слово покажут?

- А….

- Стоп! Я теперь понял, почему в отряд берут 10 парней и только 5 девушек! Вы мне устраиваете взрыв мозга! – Папа Сережа даже руки вверх поднял, показывая, что сдается.

- Магический камень поможет всему отряду, одному откроет магию, другим покажет ключевое слово-направление их магии, - куратор на секунду задумался. - Первый сектор побеждает не всегда.

Мы затихли и обратились в слух.

- А тропа? Почему вы сказали, что наш подъем с северной стороны особенный?

- Он ненамного сложнее других подъемов, - было похоже, что Папа Сережа подбирает слова. - Скорее он коварнее, большего я сказать не могу. Вы сами все увидите завтра и либо справитесь, либо проиграете.

На этой тревожной ноте мы стали собираться снова в путь, я посмотрела на две вершины, красиво возвышавшиеся впереди, и хребет, к которому мы должны подняться завтра.

Тропа снова шла через лес. Деревья были такими высокими, что небо проглядывало лишь иногда. Речку мы уже не видели, а только слышали. Шли уже не в очень четком порядке, тропинка терялась в траве, иногда полностью отсутствовала. Мы ориентировались на Папу Сережу впереди и даже иногда перекидывались отдельными репликами.

- Как думаешь, у кого из нас магия откроется, если выиграем? – спросила Рина.

- У Геры, - я уже думала над этим вопросом, поэтому ответ был готов.

- Почему у Геры? Я вообще так не думаю! – подруга удивилась.

- Понимаешь, он самый загадочный, вот о других мы уже много знаем, а о нем почти ничего, - я до сих пор не могла понять, почему молчаливый и необщительный парень, физически слабый в нашем секторе. Мне казалось, что в нем есть какая-то тайна, прямо, как в сказке.

- Ага, он вдруг бац и превратится в сказочного могучего богатыря, - как бы прочитала мои мысли Рина.

- Я думала в принца или невероятного мага, - улыбнулась я подруге.

- А тебе двух принцев не хватает? – шепотом спросила Рина.

- Откуда? Похоже у меня снова ни одного, - хмыкнула я в ответ.

И тут, как бы услышав мои слова, нас догнал Даниель.

- Ты маг призыва! – заговорщицким шёпотом сказала подруга и поспешила вперед.

- Катрина, - парень посмотрел на меня выжидательно, и я пошла с ним рядом.

- Прости меня, - Дан протянул мне ладони полные земляники.

Конечно, мне хотелось больше, чем два слова. Так и не понятно было, за что он извиняется, что он понял? Но ягоды я решила взять и пока не делать поспешных выводов. Внутри что-то замерзло и так легко растаивать не собиралось. Дан пересыпал ягоды осторожно в мои ладони и тут же исчез среди деревьев. Я попробовала землянику, вкус был волшебный. Осторожно брала из ладоней ягоду за ягодой губами, подъем не казался уже таким сложным. Эх, вот, если бы можно было никуда не идти, сбросить рюкзаки и просто побродить по лесу! Возле нашего лагеря земляника не росла, только какие-то крупные кислые ягоды под названием маюква, которые мы собирали с Пани Флорой, а потом сушили. Они оказывается обладали уникальными свойствами: в высушенном виде очень мало весили, а были чрезвычайно питательными. У меня в рюкзаке, как и у других девочек, лежал мешочек с этой сушеной маюквой.

Моя земляника стремительно исчезала, хотя есть на ходу было сложно. Я, как кот к миске, наклонялась к ладоням, брала ягоду губами и чуть ли не урчала от удовольствия. Еще умиляло, что Дан для меня так старался! Сложно было представить, как можно отклоняться от тропы настолько, да еще с рюкзаком, как у Даниэля, и собирать ягоды. Хотя приятно осознавать, что мой парень очень сильный. Но мой ли парень? Что у нас вообще с отношениями? Почему он не может вести себя так же открыто и понятно, как Маркус или Ролан?

Съесть ягоды в одиночестве мне не удалось, рядом возник Маркус. Вот зачем я его вспомнила?

- Я такой мокрый и несчастный!

- Маркус, шутишь? Часа два прошло, ты уже высох сто раз!

- Ты на меня, Катенька, напала! Первая! И у тебя была группа поддержки!

- Но я же не виновата, что твои парни не спешат умываться на привале, - расхохоталась я. - Они хрюшки.

И тут до меня дошло:

- Маркус, ты ягодку хочешь?

Парень счастливо закивал:

- Откуда они у тебя?

- Дан принес, насобирал где-то, бери, - и я протянула ладони с оставшимися ягодами.

Маркус потянулся и убрал руку.

- Марк, елки магические, почему руки такие грязные? Ты что на четвереньках полз? – вот как парни умудряются так перепачкаться?

- Не знаю, - Маркус и сам с печалью и удивлением смотрел на свои ладони.

- И ручей далеко. Эх, - парень опустил руки.

- Ладно, пока никто не видит, открывай рот. Только Асе ни слова, а то я тебя убью! И Даниелю ни звука, а то он убьет тебя сам, - я взяла несколько ягод и положила Маркусу в рот. Он от удовольствия даже зажмурился. Лесная земляника была очень вкусная, но не настолько, чтобы смотреть на меня, как щенок на кусочек колбаски.

- Маркус, в тебе роста два метра, а ведешь себя, как малыш трехлетка, - прошептала я.

- Можешь называть меня, как хочешь, если кормишь земляникой!

Я посмотрела по сторонам, похоже рядом никого не было, впереди маячили среди деревьев рюкзаки девчонок. Вот не думала, что у меня неожиданно с Маркусом интимная сцена разыграется. После его откровений я старалась держаться от него подальше. Да и переживала за Асю, хотелось дать шанс их отношениям. А тут кормлю с руки этого громилу.

- Ладно, отдаю последние, - я положила в рот будущему волку-оборотню несколько ягод и почувствовала, как на мгновение его губы сомкнулись, вокруг моих пальцев, надеюсь случайно. Было немного неловко и в голову примчалась неожиданная мысль верхом на единороге: «Надо обязательно попытаться покормить ягодами Дана».

- Катрина, ты прелесть, - и будущий волк, боевик, и вообще крутейший маг, как он себя называл, ускакал в лес. Неужели еще один ненормальный будет ягоды искать? Если да, то достанутся ли ягоды Аське или он их все сам сожрет?

Глава 33. Бароны фон Арец

До обеденного привала мы еле дожили.

- Шесть часов идем, а мне кажется, что все двенадцать, - простонала Рина, сбрасывая рюкзак.

Мы снова вышли к реке, но она здесь была уже шире и глубже. Бежала с рокотом и выглядела злой.

- А представьте, ведь подъема, как такового еще не было! Так, слегка вверх забираемся, - Глория смотрела на снежные вершины, которые были уже гораздо ближе и реальнее.

- Папа Сережа сказал, что первая ночевка перед самой горой будет, - добавил Оливер, раздавая нам металлические банки с надписью: «Немагический завтрак мага».

- То есть мы еще и не поднимались фактически, - я вздохнула, оценивая, что мне и сегодня было нелегко.

- А где же романтика гор и все такое? Вы сейчас намекаете, что завтра будет еще тяжелее? – София выглядела просто несчастной.

- Кто заказывал романтику? – Маркус поставил перед нами контейнер с овощами.

- Папа Сережа был очень против, но вы ведь без салатиков никак, вот решил хотя бы для первого обеда взять.

Все-таки он классный! И почему я первое время была о нем другого мнения? Может быть я плохо разбираюсь в людях? Ася смотрела на парня с искренним восхищением.

- Ась, отомри! – Рина бросила в подругу веточкой петрушки.

- Магия на горе проснется именно у него! И какая-нибудь невероятная, - похоже, Ася была полностью влюблена. От этой мысли становилось неловко, так я чувствовала некоторую вину за то, что Маркус не разделял ее чувства. Хотя они часто гуляли вместе, разговаривали наедине, в общем хорошо дружили. Но дальше это не двигалось.

Банки с обедом выглядели странно. Нас не смущала надпись «завтрак», но сверху на крышке были металлические колечки и рычажки. Даже Ася – наш спец по немагическим вещам, удивленно пожала плечами. Рина сбегала за Эммануэлем, мотивируя это тем, что он парашютист и должен уметь дергать за кольцо, а на банке именно оно. Эммануэль безропотно открыл наши «Немагические завтраки магов», но потом не смог уйти к парням, был усажен с нами под радостный монолог Риночки:

- Эммушка, как думаешь, почему на баночке для обеда «завтрак» написано? Хочешь и мою порцию? А нет, не дам, это офигительно вкусно! Похоже на кашу, но с мясом. Мне калории нужны, вдруг я завтра магию обрету.

- Риша, не завтра, а послезавтра на рассвете, - умиляло, как они друг друга ласково называли.

- Как думаешь, могу ведь я из всех первой проявить магию? Вот обрету, а она будет…Эммушка, какой она будет? – интересно, у них свидания тоже так проходят: диалог идет 100 слов Рины к одному Эммануэля?

- Рин, конечно ты первой магию обретешь, если камень тебе ее не даст, ты его заставишь, - в нашу компанию присоединились Сеня с Веней.

- Ты на что намекаешь? - Рина попыталась дотянуться к близнецам, но Эммануэль молча сгреб ее в охапку и посадил на место.

- А ты, Сень, хотел бы, чтобы у тебя первого проснулась магия, - я гордилась тем, что научилась различать близнецов. Как я раньше могла не замечать, что у них разные оттенки глаз. Да, голубые, но у Сени цвет более морской что ли. Арсений увереннее Вениамина, как это ни странно звучит при их одинаково дурашливом на первый взгляд поведении. Может меня задело то, что я совершенно не заметила чувств Маркуса ко мне и не рассмотрела, не поняла его в первые дни нашего знакомства. Поэтому сейчас я ко всем старалась присматриваться повнимательнее.

Но сколько бы я не говорила о разнице в цвете глаз подружкам, некоторых повадках братьев – они этого не видели. Была еще одна любопытная деталь, если к Вене обратиться по имени, то он обязательно ответит:

- Я Сеня, ты ошиблась!

А вот настоящий Сеня никогда так не делает, как его ни называй.

- Так что, Сенчик, хочешь быть первым? – поддержала вопрос Рина.

- Нет, на удивление спокойно ответил парень. И я увидела вопрос не только в глазах своих подруг, но и Веня с каким-то ожиданием смотрел на брата.

- Я не хочу, чтоб у меня у первого проснулась магия. Вообще не хочу, чтоб она проснулась на горе.

Мы все недоумевали.

- Камень даст магию только одному. Так ведь? Мне этого не надо. Либо магия просыпается сразу у двоих, либо мы и без этой каменюки обойдемся, пробудим сами и вместе, - парень говорил серьезно, похоже было, что эта мысль хорошо Сеней обдумана и завершена.

Вот вам и Арсений Арец - балабол и несерьезный тип. Было о чем подумать, и обед мы доедали молча.

- Выдвигаемся через пол часа, больше привалов до места стоянки не будет, набирайтесь сил, - Папа Сережа протянул нам мешок со сладкими энергетическими батончиками. Я взяла три и пошла к самому берегу, где сидели остальные ребята.

- Это тебе, - протянула я батончик Даниелю, - и спасибо за землянику, очень вкусная.

Дан похоже обрадовался, что я подошла и жестом показал на траву рядом с ним.

- Кать, извини пожалуйста, я ведь еще насобирал, совсем немного…но не донес, - парень выглядел очень виновато.

- Съел что ли? - я недоумевала. Когда он меня реально обидел, я вместо полноценных извинений услышала два сухих слова, а тут он реально выглядел расстроенным.

- Понимаешь, я уже шел к тебе, а тут навстречу Маркус. Стал спрашивать, где я нашел ягоды. Но земляничные поляны мы уже прошли и тут собрать ничего не получилось бы. Этот здоровяк выглядел таким несчастным, что я ему все отдал, - на Дана смешно было смотреть, похоже он и сам не понимал, как это случилось. Вспомнив, как Маркус смотрел на ягоды, я чуть не расхохоталась.

- Не переживай, у Маркуса проснулась магия, он ягодный пожиратель и перед ним не устоять, - мне нравилось, когда мы с Даном просто болтали и шутили, а не ссорились. Даниель счастливо вздохнул:

- Как ты его назвала, «ягодный пожиратель»? Это точно!

- Ешь скорее свой батончик, а то он с ягодной начинкой, смотри кто-нибудь пронюхает и придется отдать!

- Ну уж нет, разве только тебе, - Дан протянул сладость мне. Я покрутила головой.

- Нет, ешь сам, у меня такой же.

Все снова было хорошо и безоблачно, но, если я и правда хочу отношений с этим парнем, надо что-то делать с его ревностью. Я встала с травы и не спеша, всем своим видом показывая естественность и нормальность такого поведения, пошла к Ролану. Он сидел на бревне и задумчиво смотрел на воду.

Я была влюблена в Даниеля, все мысли были о нем и даже сны. Я ловила каждое его прикосновение и замирала от близости. Но даже ради этого парня я не соглашусь перестать быть собой: свободно общаться с другими ребятами, шутить, смяться. Я ведь могу дружески обнять кого-то или касаться на тренировке. Важно, что я чувствую, а не что рисует ревнивое воображение моего парня. Или он примет это и будет работать над собой, или ничего хорошего у нас не получится.

- Это тебе. Папа Сережа сказал, что следующий привал не скоро и всем надо набраться сил, - я протянула батончик Ролику и села рядом с ним на бревно.

- Спасибо, - парень выглядел задумчиво, в его глазах был немой вопрос.

Подойти- то я подошла, но что дальше? Не говорить же ему, что я рядом, чтобы Дан научился бороться со своей ревностью? Это жестоко, но по сути так и было.

- Представляешь, а Сеня не хочет, чтоб у него на горе просыпалась магия, - это единственное, что пришло мне в голову.

- Сеня, это тот, который сегодня в темно-синей футболке, - добавила я.

- Я знаю, кто из них Сеня, а кто Веня, - Ролан смотрел на меня внимательно.

- Ты серьезно? А девчонки мои не различают, сколько бы я им не показывала, - мне даже стало обидно немного, что не я одна такая.

- У них глаза немного разные, и поведение, если присмотреться, - сказал Ролан.

Внутри что-то заныло. Вот опять мы совпадаем с ним, но так мало общаемся в последнее время. Мне было немного грустно и не хотелось уходить.

- Только ты из парней умеешь их различать? – было любопытно.

- Я Маркуса научил, он по глазам теперь тоже может, если освещение хорошее. А Гера, похоже сразу их не путал. Он вообще о нас знает, по-моему, больше, чем мы друг о друге.

- Как думаешь, почему Сеня не хочет обретать магию первым? – я опять чувствовала, как легко и интересно мне с Роланом, как созвучны наши мысли. И где-то было обидно, что такое не происходит с Даниелем.

- Мне кажется, что Сеня вообще не хочет быть первым. Ты заметила, что он за едой никогда не возьмет первым порцию, не станет первым выбирать место, где сесть и так во всем, - Ролик рассказывал и смотрел на реку. Но, когда он поднимал глаза на меня, в них столько было чувства: ожидание, вопрос, надежда, тепло…Как все это можно было передавать взглядом, когда мы говорили совершенно на другую тему? Я пыталась не замечать, да и разговор был интересным.

- Но мне казалось, что они пытаются вести себя одинаково, даже глупости делают одинаковые! – возразила я.

- Пытаются. Но там семейная драма: Арсений родился первым, а в их семье это считается главным.

- Да ну, ерунда какая. Я родилась восьмой и это вообще ни на что не влияет, о чем ты? – я искренне недоумевала.

- Ну, Катрина, не голубых ты кровей, - Ролик развеселился и легонько дернул меня за кончик косы.

- Не всем же повезло иметь фамилию Август! – вернула я ему его шутку.

- О, еще ты не прикалывалась над моей фамилией, - закатил глаза парень. - Но, если серьезно, то Арсений и Вениамин из старинного почетного рода: титулы, земли, замок, как я знаю, прилагаются. Так что не на тех парней вы девушки смотрите!

Я остолбенела от удивления.

- Сеня и Веня? Ты сейчас шутишь надо мной?

Но Ролан отрицательно помотал головой. Как такое может быть? Я ведь с первых минут знакомства из-за их дурашливой внешности считала их этакими Иванушками, если не дурачками, то героями сказки «Иван – крестьянский сын». А тут Иваны-царевич в двух экземплярах. Было чему удивиться.

- То есть Сеня родился раньше и считается в семье старшим?

- Не Сеня, а Арсений фон Арец. Старшим, главным и единственным наследником.

- Дикость какая-то, - я и не знала, что такое бывает в наше время, и кому-то важно, каким по счету родился ребенок.

- Только пятеро парней несут палатки, ведь ночевать мы будем по трое, - Ролан выжидательно посмотрел на меня.

Я это знала: еще в лагере Папа Сережа говорил о том, что на самой вершине в пятистах метрах от магического камня невозможно разместить более пяти палаток, там крошечная площадка. В этом и важность завтрашнего испытания: кто дойдет первым и разобьет палаточный городок, тот и сможет перед рассветом пройти по узкой тропе над обрывом, чтобы принять выбор и магическое послание камня со скрижалями.

- Пять палаток должны нести самые крепкие и большие парни, - мне показалось, что в глазах Ролана мелькнула досада.

- Конечно это: Маркус, Даниель, Оливер, Николас. Сенька с Венькой не меньше Ника, но ведь они только в одной палатке спать согласны, поэтому надо было решить, кто сильнее и крепче.

- И Сеня тут же сказал, что это Вениамин, - догадалась я. Ролан кивнул.

- Мне кажется он все время хочет пропустить младшего брата вперед.

- Это любовь, захотелось пошутить мне, чтоб закруглить эту серьезную тему. Но вместо этого вызвала пристальный, какой-то глубокий взгляд Ролана. Хорошо, что Папа Сережа закричал: «Трублю общий сбор!» Трубы у него не было, но голос легко перекрывал рокот ручья.

Я встала и пошла искать свой рюкзак. Вспомнила, что к Ролану подошла, чтобы показать Даниелю, что общаться дружески с другими парнями нормально. Но, как и раньше, рядом с Роликом забыла о тревогах, заболталась. Мне было с ним хорошо, и с этим ничего нельзя было поделать, да и не хотелось.

Глава 34. Переправа

Папа Сережа сказал, что нам нужно найти удобное место, чтобы перейти на другую сторону реки. Мы вытянулись колонной и пошли не спеша, близко к берегу. Я думала о Сене и Вене, о том, что в семье не всегда все безоблачно. Становилось понятно, почему Вениамин поправлял меня и говорил, что он Сеня. Детское желание поменяться со старшим братом местами, которое не ушло со взрослением. Немного обидно стало, что Дан ничего мне не рассказывал о парнях. Не доверяет или не считает необходимым? Как будто для него есть мужской мир и есть я, и не собирается он меня пускать в другую часть своей жизни и интересов. Ходьба была достаточно монотонной, мы действительно больше не садились. Иногда Папа Сережа командовал «Стоп, машина!», не понятно, что обозначала эта фраза, но полагалось остановиться, опереться на специальные палки, которые мы использовали для ходьбы, постоять, перевести дыхание.

- О чем думаешь? – спросила Ася, которая стояла впереди. Поза для разговора была немного комичной, но мы уже так устали, что перекинуться парой фраз, стоя буквой «г», казалось нормальным.

- О том, почему мы влюбляемся в одних, а не в других? Что внутри нас выбирает?

Но мой вопрос так и остался над горной тропинкой. Жара постепенно уходила, но длительный переход оставлял нас совсем без сил. Наконец место переправы было выбрано. Река здесь раскинулась широко, поэтому глубина была совсем небольшая, если бы вода была спокойной, она бы и до колен не доходила. Но течение было сумасшедшим, река брала свое начало на одном из ледников, совсем близко подступающих к нам гор.

- Широкое место и мелкое – это хорошо, - Папа Сережа сел на траву и стал снимать туристические ботинки и носки.

Эммануэль и Ролан разматывали страховочные канаты и прикидывали, какая длина нужна, чтобы переправиться через реку. Я вместе с рюкзаком свалилась на ближайшую травку, было ощущение дежавю. Вот мой брат Рем на своей ладони раскрывает стеклянный шар с картинкой, и я вижу ребят, которые переправляются через горную реку. Тогда мне показалось все невероятно романтичным. Сейчас я понимала, что придется залезть в ледяную воду, ее даже пить было сложно, такой холодной она была. Идти по скользким камням, рискуя не справиться с течением.

- Первым пойду я, - Маркус был хорош в роли командира. - За мной Даниель и Сеня с Веней, мы все останемся в воде держать страховочный канат.

- Маркус, с этим я отлично справлюсь, - Ролан был настроен решительно. И я его понимала, у парня были железные мышцы и такой же характер.

- Прости, Рол, но сейчас важна не сила, а масса. Ты пойдешь первым вдоль веревки, возьмешь у меня край и закрепишь на берегу. На этой стороне за крепление будет отвечать Эм. Кроме вас это никто делать не умеет.

Ролан нехотя кивнул. Эммануэль хоть и был высоким, но травмированная нога могла подвести.

- Давайте готовиться, обувь и носки повыше, они должны остаться сухими, - Ролан стал крепить карабины к поясам ребят, которые будут стоять в воде и держать для нас веревку.

- Долго вы не выдержите, вода ледяная, - Папа Сережа старался не вмешиваться в командование.

- Оливер и Николас сменят Сеню и Веню, а мы с Даном продержимся, - Маркус вопросительно глянул в сторону Даниеля, тот молча кивнул.

Решили, что девочки пойдут с рюкзаками, чтобы у них был вес. Смотреть, как парни разматывают веревку было страшно. Стоило Маркусу сделать несколько шагов к центру реки, как вода обрушилась на него с такой силой, что парень шел согнувшись, чтоб хоть как-то бороться с течением. Он дошел почти до самого берега, удачно укрепившись ногами между двух валунов, остановился. Даниель шел за командиром примерно через 5 метров, гибкий и мощный, он выверял каждый свой шаг, лицо было сосредоточено. Дан был красив в этот момент какой-то первобытной красотой. Сеня, как всегда отправился с шуточками и почти сразу был сбит водой с ног, я увидела, как напряглись мышцы Дана, удерживающего веревку с товарищем. Веня на берегу витиевато выругался, но брату быстро удалось встать и свою позицию на переправе он уже занял без шуточек. Последним, почти у берега стал Вениамин, и Эммануэль быстро закрепил край каната за ствол дерева.

Когда парни натянули веревку, вдоль страховочного каната пошел Ролан, и, глядя на него, можно было подумать, что это простая забава. Конечно, веревка помогала ему держать равновесие и бороться с течением, но со стороны казалось, что реку он перешел вообще без усилий, взял конец каната у Маркуса и ловкими движениями стал крепить его у ствола толстой ивы. Следом отправился Папа Сережа и видно было, как на другом берегу они стали что-то спешно доставать из рюкзаков.

Мы особо не договаривались, кто за кем идет, но забираться в воду было страшно. Пошли Гера, а за ним Алекс. И тут мы поняли, что все очень серьезно. Парней реально сносило. Особенно трудным был участок между Даном и Сеней, когда ребята проходили их отрезок, то постоянно падали в воду, только две руки на веревке и усилия Даниеля и Арсения, которые тянули веревку вверх, помогали парням вынырнуть. С того берега что-то кричали Папа Сережа и Ролан.

- Да ну, нафиг, я туда не сунусь, - Ринка стояла с ошалелыми глазами - Если парней сносит, что с нами будет?

- Эммануэль пойдет последним, он будет снимать крепление, Оливер и Николас сменят Сеню и Веню, сейчас нужно идти нам, - Аська говорила правильные вещи, но не шевелилась.

Наконец-то стало понятно, что кричат ребята. Передав друг другу советы Ролана и Папы Сережи, Веня, как ближайший к нам закричал:

- Переходим быстро, на камни не становимся, выбираем ногой место между ними! И пожалуйста быстрее, вода жесть какая **…. (видимо, он имел ввиду холодная)

В какое-то мгновение я поняла, что должна быть первой. Я легче других девочек, если справлюсь, то они точно смогут. Решительно шагнула в воду, и…мои глаза полезли на лоб. Ощущения у кожи были странные, я не понимала, шагнула в ледяную прорубь или в кипяток, так запредельно холодна была вода. Кожу обжигало, и я крутила в голове совет, как мантру: «Выбирать ногой место между камней, выбирай ногой место между камней».

Через Веню и Сеню прошла легко. Парни, видимо так боялись за меня, что натянули веревку изо всех сил, обмотав вокруг рук, и она совсем не провисала. Я держалась, как за железные перила. Но после Сени течение стало таким сильным, что с большим трудом удавалось вообще воткнуть ногу куда-то и двигаться, меня сносило. Вода зло разбивалась о мои бедра и устраивала водоворот вокруг коленей. Я наклонилась корпусом против реки и крутила в голове одну мысль: «Делай все быстро!». Было так холодно, страшно и не романтично, что, когда я дошла до Дана, ног уже не чувствовала.

- Ты молодец, умничка моя, быстро на берег! - Дан был сосредоточен и хмур, но нашел для меня приятны слова. Я выхватила из его фразы слово «моя» и даже улыбнулась, вопреки ситуации. До Маркуса я дошла из последних сил, дальше меня практически выловил и вытащил на берег Ролан. Гера стянул с меня рюкзак, а Ролик не дал свалиться на камни прямо у кромки воды, на руках отнес повыше на траву. Только тут я поняла, что голова кружится и даже подташнивает от напряжения. Папа Сережа что-то говорил про то, что я молодец, а Ролан изо всех сил растирал мне ноги. Я с удивлением поняла, что вообще их не чувствую. Куратор открыл походную фляжку и в крышку от нее налил коричневую жидкость, похожую на чай:

- Пей, Катя, быстро залпом.

Я сделала большой глоток, думая, что это эликсир или травяной отвар, но внутри разлился такой огонь, что я даже ноги сразу почувствовала. Они от питья или от настойчивого растирания начали приходить в себя. Тысячи иголок вонзились одновременно, и я попыталась забрать ноги у Ролана.

- Потерпи, пожалуйста, иначе болеть будут долго, потерпи… - парень не сдавался, держал ноги крепко и растирал совсем не нежно. Папа Сережа и Гера пошли встречать других девочек.

- Ты злой и плохой, - мне было пронзительно больно, хотя я понимала, что парень мне помогает. Ролан на мои слова только улыбнулся.

- Не стесняйся, можешь ругаться и похуже, будет легче терпеть, - Рол тер мои ноги колючим жестким полотенцем.

- Я сейчас могу повторить то, что Венька сказал, когда Сеня в воду свалился, - мне по-прежнему было немного больно, но внутри разливалось обволакивающее тепло. Парень хмыкнул и хитро посмотрел на меня из-под челки:

- Что, правда можешь?

Я наклонилась к самому его уху и выразительно, как школьница- отличница на выступлении, четко повторила Венин тезис про то, кто и с какой нехорошей наследственностью должен пойти куда-то с определенными целями и непредвиденными последствиями.

- Не знаю, мне сейчас хочется хохотать или наказать тебя хорошенько, - в глазах Рола бушевало веселье.

- А наказывать будешь прилично или так, как в Венином ярком изречении сказано? – после стрессового перехода через реку меня на эмоциональных качелях вынесло на пик веселья и озорства.

- Рол, помощь нужна, не справляемся, - Гера помогал выйти на берег Софии.

- Кать, из фляжки Папы Сережи больше не пей, а то ты становишься непредсказуемой, - Ролан порывисто схватил меня за икры, замотал вокруг ног полотенце и ускакал.

- Это что было? Меня только что умудрились обнять за икроножные мышцы? Да еще спеленали, как младенца? – настроение было непонятно веселым, но на краю сознания бегала мысль, что нужно встать и помогать. Девочки были в том же состоянии, что и я, когда вышла на берег. Я быстро стала доставать из рюкзака носки и ботинки. Папа Сережа командовал на берегу и кричал Оливеру, знаками показывая, что он должен сменить именно Маркуса. Я только теперь увидела, что парень совершенно белый, ведь он пошел первым и оставался в воде уже очень долго. Оливер понял, шел быстро, хорошо выверенными движениями. Он перестегнул карабин с пояса Маркуса на свой, и Папа Сережа с Роланом фактически выволокли командира на берег.

- Все точно так же, как я делал, - бросил мне Ролан на ходу и снова помчался к берегу. Там Папа Сережа командовал сменой Даниеля на Николаса, но у последнего не все шло гладко, он падал, его сносило течением, а парни в воде уже держались из последних сил. На противоположном берегу пока оставались Ася и Эммануэль.

Маркус выглядел не очень, он настолько сдвинул брови и сжал кулаки, что стало понятно, что, если бы не мое присутствие, парень бы или стонал, или ругался. Я накинулась на его ноги со всей силой, какая у меня была. Видела до этого, как Ролан растирал мои ступни, и надеялась, что действую таким же образом.

- Маркус, держись, сейчас должно стать еще хуже, - вспомнила я о тысячи иголочек.

- О, Кать, ты умеешь приободрить, - Маркус даже улыбался через силу.

Я растирала его ступни и икры изо всей силы, но что-то у меня не получалось:

- Скажи что-нибудь, иголки чувствуешь? Начали ноги болеть? Хочешь меня стукнуть от злости?

Парень покрутил головой и выглядел плохо. Я обернула ноги полотенцем, вскочила и подлетела к Папе Сереже, лишь на мгновение заметив, что он уже вытащил на берег Даниеля и тот, хоть и выглядит слабым, но все же лучше Маркуса.

- Держись, - шепнула я Дану.

- Флягу, срочно, - уже заорала Папе Сереже. Он быстро протянул мне фляжку, и я бросилась в Маркусу. Помочь мне никто не мог, Гера занимался Асей. Рина и Глория уже надели носки, кроссовки и ждали Эммануэля и Сеню с Веней. Маркус лег на траву.

- И не думай, - я, как маленький упрямый бульдозер, уперлась парню в плечи и попыталась поднять.

- Кать, я полежу.

- Не полежишь, - я была настроена решительно, - не знаю почему, но лежать нельзя!

- Вот выпей, - я налила жидкость в крышку от фляги. Потом соотнесла свою массу с массой Маркуса и налила еще две крышечки.

- Фух, это что? - спросил парень.

- Эликсир какой-то, - я продолжила растирать икры командира с азартом боксера-победителя.

- Ой, Кать, больно, и никакая ты не нежная девушка, хватит, пожалуйста, - Маркус попытался забрать ноги. Но я так обрадовалась, что он их почувствовал, так меня окрылил успех, что я вцепилась в них железной хваткой.

- Ага, иголочки почувствовал? Ура, Магия Мира, получилось. Терпи давай, иначе долго болеть будет, - вспомнила я наставления Ролана.

- Ну, ты и злющая! Можно поласковее, ой, ай, Катюнечка, брось меня, - парень ворчал и охал, но я не снижала темпа, ладони горели, мышцы рук начали ныть, но я понимала, что так надо. Я даже не заметила, когда Маркус перестал возмущаться и пытаться забрать ноги. Я даже запыхалась, коса растрепалась, и я время от времени пыталась сдуть прядь, выбившуюся из прически и падавшую на глаза.

- Катрина, спасибо, - Маркус положил мне руку на плечо, - у меня уже все хорошо. Пойду теперь я помогу другим.

- Вот еще, ты итак всем помог! – я была решительным доктором. - Сиди, пока не станет совсем хорошо.

- Мне итак уже совсем хорошо. Прямо очень-очень, - и парень поймал мою прядь и стал заправлять под Асину заколочку. Мы давно уже растащили ее коллекцию и даже узнали, что такие безмагические штучки для волос называются невидимками. И тут я вспомнила, что я не врач, что вокруг люди, у меня есть парень и подруга Ася, а Маркус был когда-то мной увлечен.

- Подожди, нужно еще вот так, - я взяла полотенце и обмотала его вокруг ног парня. Чувствовала себя неловко, а Маркус просто сидел и молча меня рассматривал. Я попыталась натянуть полотенце командиру на ступни, оголились икры. Стала тащить на икры…

- Не надо, - Маркус накрыл мою ладонь своей. Сердце внутри запрыгало, и я мягко отняла свою руку. Парень смотрел на меня с грустью.

- Не надо, Маркус.

- Я знаю, - тихо сказал он.

К нам подходил Ролан.

- Катя, да ты молодец, - он подал мне руку, и я поднялась с травы.

- Марк, ты как?

- Все путем, Рол, Катя вернула меня к жизни.

Ролик поднял фляжку с травы:

- Надеюсь, вы не все в ней выпили?

Время на привал не было, мы итак достаточно много времени потратили на переправу. Парни скрутили страховку, помогли нам надеть рюкзаки, Папа Сережа всем еще налил по крышечке эликсира.

- В горах темнеет стремительно, у нас не больше часа, - сказал Ролан.

Маркус уже бегал среди ребят, проверял снаряжение и всех подбадривал. Я увидела, как он приобнял Асю, что-то ей шепнул и помог надеть рюкзак.

- Чем больше мы пройдем за этот час, тем ближе к подъему будем, давайте возьмем хороший темп, - сказал Папа Сережа.

- С тобой можно идти в поход, - улыбнулся мне Даниель, помогая надеть рюкзак.

- Давай в поход не будем ходить?

- Ну тогда в разведку! Встретимся через час, - и Дан поспешил на свое место в конце колонны. Мне не хватало его внимания, но сейчас я понимала, как дорога каждая минута.

Мысль о том, что через час нас ждет долгожданный отдых, придала сил. Мы действительно немного прибавили темпа и через час подошли к красивой круглой поляне на склоне реки.

Глава 35. Игра с карточкой

Еще в лагере мы распределили и утвердили состав походных троек. В каждой палатке ночует одна девочка и два парня: один из парней помимо рюкзака несет палатку, другой веревки и прочее тяжелое снаряжение. Ася должна была ночевать с Маркусом и Герой. Девушка мечтательно вздыхала и ждала этой ночевки больше, чем восхождения на гору. Глория была в тройке с Николасом и Алексом. Сложности были с Сеней и Веней, они хотели быть только вместе, а вот девушку, согласную на такую авантюру найти было сложно. В конце концов решилась София, взяв с братьев обещание «быть паиньками». Получилось, что Оливер терял надежду на одну палатку с Софи и должен был ночевать с Риной и Эммануэлем. Мое же трио было самым невероятным: я, Даниель и Ролан. Папа Сережа сказал, что ему по рангу положены отдельные хоромы и ночевать он будет один.

Дойдя до стоянки, Дан с Роланом быстро и молча разбили палатку, окопали ее по периметру и натянули дополнительный тент. Рол достал из своего рюкзака страховочные канаты и повесил их под навес на просушку. Остальные ребята только доставали палатки, а я уже была хозяйкой апартаментов.

- Конкуренция – великая сила, - прошептала мне Рина, когда пришла узнать, как у нас дела.

- Да молчи, сейчас один побежал дрова рубить, а второй уже костер разжигает, чтобы ужин готовить.

- О, отлично, я сейчас к ним Оливера отправлю. С палаткой и Эммануэльчик мой отлично справится, а слушать нытье Ола о том, почему Софи такая непостоянная, у меня нет больше сил, - Рина умела талантливо сокращать все имена. Я хмыкнула, мне понравилось сокращение Оливера до Ола, парень и правда был слегка кругловат – «Ол» ему очень шло.

А тем временем солнце на несколько минут замерло на вершине горы и свалилось в неизвестность. Только что был светлый вечер, и вдруг почти темная ночь. Ребята медленно собирались к костру. Мы с девчонками успели переодеть мокрые шорты, которые после реки и не собирались высыхать на нас. В теплых непродуваемых костюмах мы немного были похожи на мишек, но возле костра после такого длинного и сложного дня хотелось выглядеть уютно. В котелке бурлил вкусно пахнущий суп. Оливер высыпал в него что-то из пакетиков, бросал из баночек и присыпал травками.

- Быть тебе великим зельеваром, - вещал Сеня и пытался отогнать дым в сторону девочек.

- Быть тебе Сеня голодным, если не замолчишь, - в тон ему отшучивался Оливер.

Весело переругиваясь, сварили горячий ужин. Ели из настоящих немагических мисок ложками. Держать горячие емкости было трудно, но так аппетитно. После супа был горячий чай с травами и, конечно, ягодами. Ася высыпала в котелок весь свой мешочек. Чего не сделаешь, ради того, чтоб побаловать любимого. Аська назначила дежурных по посуде, ими оказались первые по списку: Арец Арсений и Арец Вениамин. Парни попытались отшутится, но после бардака, который мужская часть отряда устроила на кухне в первый день, Ася была суровой и непреклонной. Сене и Вене пришлось-таки отправиться к реке мыть посуду и котелки.

- Главное, чтоб они не сказали, что все случайно уплыло, - заволновалась София.

- Тогда они вплавь за этой посудой сами отправятся, - громким голосом пробасил Маркус, чтоб братья его услышали.

Николас принес гитару. Еще в лагере мы единогласно решили взять ее с собой. Хоть что-то ведь должно быть от романтики, кроме мокрых трусов при переправе и грязных вспотевших нас?

Хотя была и другая романтика. Даниель сел рядом и обнял меня за плечи. На небе постепенно загорались звезды, Ник перебирал струны и пел о далеких мирах. Большинство его песен имели фантастический сюжет: корабли плавали по морю и летали в космическом безвоздушном пространстве; отважные герои спасали чудесных девушек; злодеи хотели устроить войну, но молодые и смелые останавливали их. Наконец-то была завершена и впервые исполнена песня про Глорию. Оказывается, Глория отлично рифмовалась со словами «и я», «моя», «твоя», «своя» и даже «в боях». Мы дружно хлопали. А Николас за талант, нежную и трогательную песню получил такой же нежный поцелуй.

Сеня с Веней тут же стали кричать, что им тоже необходимы поцелуи срочно! На ходу стали имена девочек рифмовать с чем придется и петь с большим энтузиазмом свои шедевры. В итоге мы услышали куплет, про то, как: «Ася сильно напилася, с кем-то подралася», «Рина упала на перину, но все-таки невинна», «Катя бушует на кровати, мешает людям спати». Только Софию они не трогали, наверное, боялись, что она их потом в общую палатку не пустит. Все это они выли нудными голосами, на хохот парней и наши реплики о том, что слов: «напилася- подралася» и «спати» не бывает, они никак не реагировали. Припев у них был один:

-И все, чего прошу я,

Немного поцелуев. Ведь даже по феншую

Нельзя без поцелу-ююююууууууууууууу!

Дошло до того, что парни стали припев подпевать, а Николас быстро подобрал его на гитаре. Дурачиться было весело. Сеня притащил квадратик картона, по-моему, он оторвал его от упаковки с печеньем.

- Есть игра! – Сеня попытался привлечь наше внимание.

- Берешь картонный квадратик, прислоняешь к губам и тянешь воздух на себя.

- Ты похож на немагический пылесос, - захлопала в ладоши Ася.

- Сложность в том, что этот квадрат ты должен передать по кругу, - продолжал Сеня.

- То есть магия в том, чтобы квадрат не свалился, и ты случайно не поцеловал бы Веню, который сидит рядом? – рассмеялся Папа Сережа.

- А вы попробуйте, это не так уж и легко, - обиделся Сеня, - надо почувствовать, в какой момент перестать тянуть на себя воздух, чтобы квадрат беспрепятственно взял следующий игрок.

- А давай, - Папа Сережа сел между Веней и Асей. Мы все были заинтригованы. Сенька приложил квадратик к губам и заработал, как пылесос, Веня быстро, одним вдохом забрал квадрат у брата и передал Папе Сереже. Наш куратор в таком же темпе втянул воздух вместе с квадратиком и потянулся к Асе. Но девушка, уже коснувшись квадратика губами, вдруг рассмеялась, квадрат выпал, и она соприкоснулась губами с Папой Сережей. Все рухнули от смеха.

- Да ну вас, так и до греха доведете, пошел я в палатку, - куратор выглядел растеряно.

- А нет, - Веня, похоже, был игроком опытным, - отдавайте фант, Мастер Сергей и теперь любой может сесть между вами и вашей девушкой! Так что меняемся, теперь я Асеньке буду карточку передавать. Братья быстро объяснили куратору, что такое фант, и Папа Сережа сидел теперь без одной кроссовки. Он удивленно почесал затылок и пробурчал: «Как я мог попасть в такую переделку? Капитана Ирмы на вас нет!»

- А что, мы и с ней сыграем! – улыбнулся широко Сенька.

Ася взяла карточку, так как на ней остановилась игра, и аккуратно передала ее Маркусу. Маркус попытался передать ее Оливеру, карточка выпала, и парни встретились губами. В тот же миг они вскочили, как ужаленные:

- Нет, нет, это вышло случайно, я не виноват, у него совершенно безумные глаза, когда он за карточкой тянется, - орал Маркус.

- Ты бы себя видел! Ты же был похож на гориллу в брачный период, я испугался и карточку выронил, - орал в ответ Оливер.

- Милые, не ссорьтесь, вы карточку потеряли, теперь любой может сесть между вами, - Ася села между Маркусом и Оливером. Игра пошла дальше, а виновные Маркус и Оливер тоже отдали по кроссовке. Было очень смешно, карточка падала постоянно, и парни очень нервничали и выкатывали глаза из орбит, когда надо было передавать «мальчик мальчику». Мне карточку плавно отдал Даниель, я повернулась к Ролану, так же осторожно поднесла квадратик к его губам и уткнулась в горячие упругие губы парня. Я так и не поняла, кто виноват? Может я раньше времени отпустила карточку, или он вовремя не потянул на себя воздух вместе с ней, но меня обдало волной жара и смущения. Ребята хохотали, а я быстро отдала резиночку в роли фанта. Даниель спокойно встал и сел между мной и Роланом. Теперь я оказалась рядом с Николасом и, видимо, так боялась потерять карточку, что, когда парень во втором круге стал отдавать мне ее, я не рассчитала, картонка выпала и мы стукнулись прямо носами. Все уже держались за животы от смеха, а я сняла с косы вторую резиночку. Даниель попытался сесть между мной и Николасом.

- А нельзя! Ты уже садился между этой девушкой и ее парнем! – сказал Сенька и плюхнулся рядом со мной. В итоге, у меня падала карточка с Сеней, потом с Веней, почти все со смеху уже попадали на траву. Хотя я была уверена, что Сеня и Веня специально ее роняли, а потом говорили: «Ну, что же ты, Катрина, надо делать вот так и вот так!» Меня спас Маркус, он сел между мной и Вениамином, положил мне руку на колено и сказал: «Не волнуйся, ты почувствуешь, когда карточку нужно взять». И правда все получилось, я плавно взяла ее у Маркуса, положив для верности ладонь ему на колено, он слегка пожал мою руку, я передал карточку дальше по кругу. Но все так развеселились, что не могли держать дыхание спокойным и квадратик падал, гора из фантов росла.

Только Даниель ни разу не потерял карточку, хотя сидел со мной рядом и мог сделать это специально. Зато, когда от меня пересел Маркус, разбивая чью-то проигравшую пару, я оказалась рядом с Риной. Конечно мы не смогли удержать карточку, хотя пытались не дать ей упасть и носами, и щеками. Просто хохот мешал передать ее, как нужно. Мне пришлось пожертвовать носком в роли фанта, а Рина отдала свою кофту.

Нашу пару тут же разбил Ролик. Когда карточка прошла еще круг, я стала очень осторожно и старательно передавать ее Ролану. Не знаю, что на этот раз пошло не так, но наши губы снова оказались вместе. Мне показалось, что он ждал «поцелуя» и задержался в этом положении чуть дольше, чем надо было для того, чтобы понять, что мы снова уронили квадратик.

- Стоп игра, вам еще фанты разыгрывать! – Папа Сережа хоть и участвовал в игре на равных, но о времени не забывал.

Мы быстро выбрали близнецов «зеркалом» и ведущим. Веня показывал за спиной Сени фанты, и он назначал задания. В итоге Маркус и Эммануэль танцевали танец маленьких лебедей; Папа Сережа изображал Пани Флору, прыгающую через костер; София показывала, что ее сердце навеки разбито Глорией; мы то кукарекали, то изображали стадо коров; Дан ходил и выпрашивал у всех компот; а Асе пришлось всех обнимать со словами «ты мой навеки». Оставалось два фанта: мой носок и кроссовка Маркуса, фантазия Сеньки иссякла:

- Пусть фант, который поменьше исполнит желание фанта, который побольше!

Все захлопали, это был финал игры. Я схватила носок и попыталась тянуть его в разные стороны, вдруг он вытянется длиннее кроссовки? Но номер не прошел. «Ладно, - подумала я, - скорее всего придется отдать командиру весь мешочек ягод». Весело переговариваясь, мы отправились с девочками «искать кустики» и стоять на охране. Хотя весь день в этом плане парни были очень корректны, сами удалялись только в одну сторону и при этом очень громко разговаривали.

Когда я вернулась в палатку, Даниель и Ролан уже лежали в спальниках. Когда мы их выбирали на складе, все девочки взяли красивые в цветочек с капюшончиками, но Ролан все забраковал, объяснив, что в горах очень холодно. Надо брать простые прямоугольные спальники на застежках-молниях. Их в походе состегивают вместе, чтоб получился один общий спальник-футляр, общее тепло сохранять легче.

Я нырнула посередине, Ролан застегнул молнию. Натянула шапку посильнее на глаза и приняла решение спать строго, как ось симметрии для этих двух парней. Губы одного вместо карточки и сдержанность другого совсем сбили меня с толку.

Глава 36. Дневник Ролана. Я и Катя

Дневник Ролана

Блокнот взял еще из дома, в первый же день хотел начать делать записи, как привык, но…вот уже десятый день, а я только взял ручку. Хотя столько всего произошло…

Я встретил девушку. Сразу, как только увидел ее, понял, что это она. Зовут Катрина, Катя. Она не похожа на других девчонок. Кажется нежной, милой, но она сильная и решительная. Мне нравится ее смешить, ее касаться. Даже, когда она сердится – это смотрится классно. Можем разговаривать подолгу с ней или просто дурачиться.

Думаю о ней много, не помогают ни тренировки, ни занятия по раскрытию магии. Я как на качелях: то хочется взять блокнот и написать, как у нас все с ней завязывается…то вообще все бросить, никогда ничего не писать…потому что она с другим.

Даниель, моя полная противоположность, рост метр восемьдесят, старше нас на два года, не хочу о нем…

Не знаю, как так вышло, почему он с Катариной, что она в нем видит? Все сложно, я уже раз двадцать давал себе обещание не строить иллюзий на счет меня и Кати. Видел их вместе: за руку, и даже, как он обнимает ее. Ощущения прескверные, как будто тону…

Броситься в драку, вызвать на поединок? Вообще не страшно! Но меня не поймет Она! Хотел не думать, переключиться, хожу на дополнительные тренировки к ребятам из охраны (среди них есть отличный парень Давид, который увлекается скалолазанием, он показал мне крутую площадку для тренировок), но в итоге ничего не помогает. Стоит Катрине появиться рядом, я ловлю ее взгляд. Все время хочу быть с ней рядом, хотя бы сесть ближе. Злюсь на себя жестко.

При этом мне кажется, она не понимает, что я к ней испытываю! Может во время разговора взять меня за руку, рассматривать часы, волосы мои потрогать. Не специально меня провоцирует, но я в эти моменты вообще улетаю.

Из последних событий: сегодня мы всей группой отправились в поход. Это не просто тренировка или испытание, есть приз. Если доберемся первыми до вершины, то сможем воспользоваться уникальной магией. На горе есть камень со скрижалями, он откроет магию одного из нас, а остальные получат важные подсказки. Что-то типа знамения, как я понял из рассказа Мастера Сергея (наш наставник, и он крут).

Группа у нас сильная, почти все ребята спортсмены, да и девочек я видел на тренировках, должны справиться. За приз сражаются сразу четыре отряда, я успел их хорошенько рассмотреть, опасение вызывает второй отряд или сектор, как нас здесь называют. Их, как под копирку сделали. Все пятнадцать человек второго сектора похожи на картинки из рекламных буклетов военных магических школ: высокие и крепкие (даже девушки.) На наших, как посмотришь – глаза разбегаются: Аська с моей Катриной маленькие и хрупкие, Глория – такая рыжая бестия, София – блондинка вся в розовом (Сеня с Веней ее называют между собой «девочка из сериалов», она правда там снималась). Боевик у нас один – Рина, но и она очень добрая, веселая девчонка. За эти семь дней мы много дурачились, некоторые успели повлюбляться (не только я), передумать и снова влюбиться. А второй сектор мне кажется каким-то замороженным, типа, откроем магию любой ценой. Наши больше ценят отношения и время, которое мы проводим вместе. Вот я не вижу никакой проблемы в том, чтобы вернуться домой без магии. Особенно, если с Катриной вместе!

Хотя вот Дан, похоже другого мнения. Он зациклен на проявлении магии и ее характеристиках. Во время наших посиделок он говорит только об этом. Зачем он вообще прицепился к Кате? Они совершенно не подходят друг другу, ему больше подойдет второй сектор с их маниакальным стремлением стать супер-магами. Даниель тренируется целыми днями (я бы от Катарины не отходил на его месте), у него даже персональный тренер есть из сержантов охраны. Любопытно, но это единственная девушка-сержант -блондинка Томсон. Вся такая улыбчивая женщина- боец, но я заметил, что остальные сержанты охраны ее недолюбливают. Так вот на всех тренировках она рядом с нашим Даном, прямо глаз на него положила, вот бы и забирала себе, чтоб он Кате голову не морочил.

Мы сегодня шли весь день. Маршрут чудесный, правда девчонкам не нравится. Идем быстро, рюкзаки тяжелые, нет времени останавливаться в красивых местах, разбить лагерь, отдохнуть. А мне так бы хотелось задержаться где-нибудь, пожить в палатке несколько дней, показать Кате, как круто забираться на стеночку или обрыв, пройти в связке снежный язык.

Но пока в связке прошли только горный ручей. Катрина точно не маг воды, еле откачал ее после переправы, плохо реагирует на холодную воду. Растирал ее так (надеюсь синяки не остались), что забыл, что от каждого, даже случайного прикосновения к ней, теряю голову. Папа Сережа, увидев ее состояние, даже бренди ей налил из фляжки. Катрина подумала, что это чай…было весело. Но, когда она поправила мои волосы, пытаясь убрать челку, я почувствовал, что хочу схватить ее и утащить на какую-нибудь скалу. А на всех, кто попытается забраться следом, сбрасывать камни. Не отпускать ни на минуту, чтоб прошло это ее наваждение с Даном. Ведь чувствую, что ничего у них не получится. У меня даже есть четкие аргументы: слишком весело она смеется моим шуткам, когда мы болтаем – забывает о подружках и времени (а подружки – это у них святое), с удовольствием прыгает со мной через костер. Мы потом свалились все-таки на траву, и она даже руки из моих не забирала. Тогда поцеловать ее помешал дурацкий венок на голове, который профессор Флора заставила всех носить. Мы лежали на траве, и Катя вдруг сказала: «Рол (ну меня здесь часто так называют), а давай станем маганавтами и улетим в далекий космос?» Я положил ей руку под голову, сердце просто вылетало: «Ну, и что мы там будем делать?» А она ответила: «Как что? Создадим новую магическую расу!» В этот момент я захотел стать магом-портальщиком и перенести нас куда-нибудь подальше от костра и шумной толпы. Я уже снял свой венок…понятно зачем… Но прискакал табун во главе с громилой Маркусом и уволок нас, магические елки, в общий хоровод. А на следующий день снова возник Дан…и так постоянно. Что мы имеем? Я влюблен…у меня много новых классных друзей…попытаемся завтра открыть магию…и я сегодня сплю в одной палатке с Катриной (правда и с Даниелем, но это не особо важно), потому что…безумные Сенька и Веня сегодня после ужина устроили игру.

Вот сейчас будет самое важное, в принципе то, что заставило меня открыть блокнот и начать хоть что-то записывать.

Сенькина игра! Все по кругу должны были передавать квадратик картона, удерживая его губами. Мне передавала Катя, получилось не специально, но квадратик выпал. Когда увидел лицо Катрины так близко…в общем мы поцеловались, случайно. Это и круто, и обидно. Когда Катя передает картонный листочек, то кладет мне руку на колено (случайно или нет?), а ее брови поднимаются вверх (она всегда так делает, когда очень старается). В общем второй раз мы снова выронили картонку, ее губы…я знаю, что обязательно будет настоящий поцелуй, но пока даже писать сложно, я все время думаю о них. Катя вообще не рассердилась, а рассмеялась и сказала, что меня надо посадить между двумя парнями, тогда я от страха сразу научусь играть. В правилах была неприятная фишка, как только теряешь карту, вас разъединяют, кто-то садится между вами. Конечно сначала сел Даниель (кстати с ним Катя карточку не роняла). После второго нашего поцелуя, нас рассоединил Сеня. Они тоже роняли карточку, но от хохота. Выручил Маркус (мне кажется он тоже неравнодушен к Катрине, хотя ходит все время с Асей, странно как-то там все у них). С кем я только не сидел, пока смог в конце игры снова вернуться к Катрине, и в этом круге ОНА! САМА! СПЕЦИАЛЬНО! Потеряла карточку! Это значит, она сама захотела коснуться губами моих! Мне показалось, что немного смутилась, но это было так нежно…и рука на моем колене. Хочу, чтоб она скорее вернулась в палатку. Девочки – такие девочки, побежали умываться и чистить зубы к реке, хотя вне палатки уже страшный холод. Папа Сережа заставил всех натянуть шапки. Сейчас она придёт, спим вместе! Дан не в счет. Целую ночь будем рядом. Завтра мы уже разобьём лагерь на площадке перед вершиной, если сможем добраться туда первыми. Это будет чудесный день…но сначала ночь рядом с девушкой, от которой я теряю голову…все, не буду загадывать, прячу блокнот, а то у Кати будет тысяча вопросов, а хочется другого…до завтра.

Глава 37. Дневник Ролана. Ужасный день

Прошел целый день. Ужасный день. А я наивный дурак. Писать не хочется. Не хочется от слова СОВСЕМ! Но я обязан! Так как сегодня проснулась моя магия. Не говорю никому, да и как объяснить? Чувствую себя ужасно, и не из-за того, что все обычно плохо себя чувствуют, когда открывается магия. Хотя, конечно, физическая слабость есть, плюс нагрузка сегодня вышла колоссальная. И да, мы проиграли! Не будет завтра вершины и магического камня. Но главное, не будет нас с Катей вместе. И это уже точно. Я ошибался.

Она пришла в палатку от своего ручья совсем ледяная, легла ровно посередине, даже шапку почти на глаза натянула. Как обычно, такая смешная и героическая. Собралась, видимо спать в позе оловянного солдатика. Так хотелось ее сразу обнять и притянуть к себе. Но, зная Катю, представляю, сколько бы возмущения было. А в палатке еще Дан…Сложно было, когда я понял, как она замерзла. Сначала положила ладони под попу (отличное место, я бы тоже так хотел), потом спрятала под мышки (вот зачем им ночью надо было лезть к ледяной реке умываться?), в итоге перевернулась на живот и спрятала руки под себя. Я сделал вид, что крепко сплю, случайно повернулся на бок и пододвинулся совсем близко. Катя замерла, но потом расслабилась и так и осталась лежать вплотную к моей спине (думала, я не знаю, что она так греется), конечно хотелось повернуться к ней и обнять, но как только я попытался, почувствовал, как девушка беспокойно во сне снова вытягивается в струночку. Но мне было главное, что она согрелась, пусть спит, как хочет…а потом наступило утро, я совсем не заметил, когда заснул.

Я открыл глаза, Кати не было, вернее она была, но с Даном, полностью лежала в его объятиях и улыбалась во сне. Выглядела такой счастливой. Внутри все остановилось, а потом как бы произошёл взрыв, как будто все иллюзии разлетелись на миллиарды кусков. И было больно, очень больно. Я не мог отвести взгляд от Кати: губы немного приоткрыты, рука на руке Даниеля, щеки немного розовые во сне. Ей было хорошо. Да и не Дан лежал на ее спальнике, а наоборот. Даже, если она перебралась в его объятия случайно во время сна, это ясно дает понять, к кому стремится ее сердце. Внутри была странная бушующая пустота, как будто сердце опустело, но глобально, зияла пропасть, и я почувствовал…слезы…я не плакал никогда! Может в детстве? Но я не помню, а тут слезы текли и от этого стало совсем невыносимо. За палаткой слышались голоса, еще мгновение и Катя проснется, увидит. Нет, мне было не все равно…И тут одновременно с тем, как девушка открыла глаза, я почувствовал, как тяну магию, как одеяло. Инстинктивно тяну и прячусь в нее.

- Привет, - Катя потянулась, улыбнулась и села на спальнике. Потом немного нахмурилась, увидев, что находится не на своем месте, аккуратно убрала руку Дана.

- Отлично выглядишь! Щеки розовые! Значит я не мешала тебе спать ночью. Хм, хотела бы, и я так отлично выглядеть по утрам.

Я сказал, что она всегда чудесно выглядит и сбежал из палатки. На краю лагеря уже о чем-то беседовали Оливер и Мастер Сергей, я спустился к реке и застал там Геру, как всегда в раздумьях.

- Что случилось, Ролан? Ужасно выглядишь.

Я попытался снова натянуть магию, как свитер повыше на лицо, но внутри все крутило, как бы разрывало изнутри, но при этом не слушалось. Сказал парню, что плохо спал и засунул голову в ручей. Легче не стало, но слегка протрезвило. Внутри скакала паника, у одного парня в лагере уже проявилась магия сокрытия, неужели и у меня тоже. Я понимал, что вот есть магия, но не чувствовал какая именно и зачем именно она? Сейчас я знаю, что это магия иллюзорников. То есть я могу создать любую иллюзию, с любыми характеристиками. Пока особо хорошо делаю это в стрессе. Вот сейчас пишу, а рядом сидит иллюзия Катрины, и я себя за это ненавижу, так как это мучительно. Разрушаю я иллюзии легко (свои), создаю пока с трудом и не всегда то, что надо.

Я знаю, что в обычном состоянии я бы экспериментировал весь день, но после моих рухнувших надежд, совсем нет желания. С трудом заставил себя во время привалов пробовать хоть что-то: развесил на кусте рядом с Маркусом иллюзорные ягоды, он чуть не рухнул в куст от восторга, потом еще долго крутил ветки, заглядывал под листы. Гере немного изменил прическу, мышцы чуть нарастил, вышло круто, но никто не оценил, девочки смотрят не на тех.

Я понимаю, что нужно рассказать друзьям про магию. Но как? Сказать, я расплакался, как девчонка, поэтому проснулась магия? Хорошо же я буду выглядеть, вообще стану посмешищем. Знаю надо, но сейчас не могу собрать силы. Да и не до этого всем стало.

А Катрина, как специально сегодня весь день не отходит от меня. Даже пульс один раз проверяла. Наверное, я без иллюзии выгляжу не очень. Маркуса ко мне притащила, чтоб он поговорил тайно, не отравился ли я. И вот все я понимаю, не обманываю себя, но, когда она щупает мой лоб, замираю и впитываю всю ее. Зачем мне магия иллюзий? Лучше бы умел растягивать моменты.

Теперь о вершине, призе, площадке для ночевки и о том, какие мы идиоты.

Проиграли совсем глупо. До зоны альпийских лугов шли вместе с Мастером Сергеем. Там он с нами попрощался и сказал, чтоб держали темп восхождения до самой площадки, а сам отправился в обратную дорогу к прошлой стоянке. Сейчас понимаю, он говорил, что подъем не столько сложный, сколько коварный, говорил не сбавлять темп. Как мы могли так … (нет приличного слова). Если без подробностей, то шли мы хорошо. Девочки втянулись. Наверное, сегодня мы с Эммануэлем были самым слабым звеном. Но Эмму помогли: разгребли его рюкзак по своим, так как его голеностоп не справлялся с нагрузкой. Мне пришлось соврать, что съел что-то не то, время от времени натягивал на себя иллюзию, но чувствовал себя скверно.

Сколько радости было, когда мы зашли на перевал и увидели площадку перед вершиной. Покидали рюкзаки, стали танцевать. Сеня изображал из себя шамана. Конкурентов не было, это была победа. Мы были на такой высоте, что под ногами лежал снежный покров. Катя слепила снежок и кинула в меня. Я на секунду представил ее в длинной шубе, как у снегурочек. Девушка замерла и потрусила головой, убрал я иллюзию быстро, но Катя очень смешно еще пару минут щупала себя за плечи и даже потрогала грудь. Хорошо, что кто-то запустил в нее снежком…и тут раздалось «Нет!». Не знаю, кто закричал, но к краю площадки с противоположной стороны подходил второй сектор. Мы были ближе. Маркус скомандовал: «Бросить все, кроме рюкзаков с палатками! Бежать всем!» Мы ринулись со всем ног и уже через пять минут поняли, что проиграли, площадка была метров в пятидесяти, рукой подать. Но, сделав несколько шагов, мы увидели, что за холмиком от нас спряталась небольшая ложбина. Ирония, но теперь иллюзия была создана самой природой: казалось, что площадка в нескольких шагах, а пришлось пару раз спуститься и подняться. Да, мы добрались минут за десять. Но второй сектор успел за три. У Ринки текли слезы, Катя сжимала и разжимала кулаки, парни просто молчали. А вот второй сектор не молчал, стали намекать, что наши девушки больше подходят им, как победителям. Хотелось надавать им по шее, но площадка была такой маленькой, что случайно могли пострадать девчонки. Пришлось уходить, но мы обязательно разберемся с этими козлами в лагере. С их командиром по кличке Миро, у меня теперь личные счеты. Я не знаю пока, какая у меня будет вторичная магия, надеюсь, что боевая. Но даже без нее, я прибью его, как только девушки будут в безопасности.

Даниеля пришлось уводить от площадки силой, он окаменел, потом ринулся к ближайшей палатке, которую начали устанавливать, не мог смириться. Решили спуститься ниже, парни видели там еще одну площадку, но меньше по размеру. В лагерь к Папе Сереже не пойдем. Пытаюсь объяснить всем, что здесь ночевать нельзя, холод, а главное нет воды. Собираются набирать снег выше по склону и растапливать. Заканчиваю писать, у парней есть план, надо сделать его минимально безумным. Да и Катя идет ко мне, явно проверять температуру и состояние. Как она не понимает, что от ее касаний и близости мне становится еще больнее?

Глава 38. Экстремальная ночевка

Катрина

Я заснула с намерением дать себе время разобраться в том, что у меня происходит с парнями, нравлюсь ли я Даниелю? Меня расстраивали его сдержанность, замкнутость, сосредоточенность на каких-то внутренних переживаниях.

С Роланом наоборот: было приятно, интересно, легко. Я все больше видела в нем мужскую решительность и силу. Иногда он так смотрел, что казалось, еще мгновение, и он схватит и унесет меня в дремучий лес. Когда-то ведь в древние времена воровали девушек? Во время игры он ни разу не позволил мне просто передать карточку, всегда это был почти-поцелуй. Рол ясно показывал, что я ему нравлюсь. Даже вчера в палатке сделал вид, что заснул и хитро пододвинулся поближе. Я не стала отодвигаться, так было тепло и приятно. Так и заснула рядом с его спиной. Не в объятиях, но все равно классно. А вот как вести себя с Даниелем было не понятно: то он держал дистанцию, то всем своим поведением показывал, что я его и «не подходите к моей девушке».

Расстроилась, что утром проснулась рядом с ним, на его спальнике. Похоже, я сама туда ночью переползла. Злость брала: не он ко мне, а я к нему подбираюсь по ночам.

С Роланом сегодня весь день было что-то не то, выглядел ужасно: бледнее обычного, под глазами круги, и шел, как зомби. Спрашивала, в чем дело, он не признается. Хотя утром в палатке выглядел отлично: щеки розовые, весь такой выспавшийся. Теперь я понимаю: у него, наверное, в тот момент была повышенная температура, но весь день я трогала его лоб, и он был холодным. Сдала его Маркусу, пусть командир разбирается, что с парнем. На привалах Рол не ел ничего, я ему говорила, что он станет некромантом, если так будет себя вести. Ведь он уже не бледный, а синий. Обычно, когда я Ролика брала за руку или челку его длиннющую поправляла, он живо реагировал. Обнять пытался, за что быстренько получал приемчик из разряда «капитан Ирма научила». Если не пытался поймать мои руки, то смотрел так… всепоглощающе. А сегодня не реагировал ни на что, значит ему совсем плохо. Не пойму, что случилось?

Мы сегодня взяли хороший темп, несмотря на то, что у Эммануэля разнылась нога. Дошли до зоны альпийских лугов и попрощались с Папой Сережей. Он сказал, что мы яркие, неугомонные, и он нас будет любить и без магии. А если у кого-то откроются способности боевика-скунса-вонючки, он тоже не отвернется. Посоветовал что-то о внимательности и бдительности. Теперь мне понятно зачем.

Мы упустили победу буквально из рук. С нашей стороны перед финишной площадкой было два неприметных спуска. Мы думали, что площадка - вот она, сейчас через пару минут дойдем и разобьём лагерь. И мы успели бы это сделать, если бы, увидев площадку, прибавили скорость или отправили парней с палатками. Но мы бросили рюкзаки - так было радостно…В общем, что случилось, то случилось. Второй сектор попал туда раньше нас. Надо было поворачиваться и уходить, но мы бросились со всех ног бежать, глупо на что-то надеясь. Зачем? Чтобы триумф второго сектора стал более ощутимым? Как же они мне не нравятся! Самый противный тип у них Миро, его полное имя Мирослав вообще ему не подходит. Грубый, задиристый, может гадкую шутку отпустить вслед, а его придурки дружки только ржут. Девушки тоже хороши, у них, похоже, своего мнения вообще нет, что Миро скажет, то и делают.

Когда мы добежали до площадки, второй сектор почти установил палатки. Я понимала, что бежать не надо, но и ребят бросать не хотелось. Впереди несся Даниель, с ним Маркус и близнецы. Миро оказался еще более наглым, чем я предполагала. Сделал вид, что парней вообще не видит и с противной улыбкой пошел к нам на встречу:

- Девочки, мы вам рады, нам как раз пятерых не хватает! Мы потеснимся, проходите.

- Вы такие интересненькие, чур мне эту рыженькую, - подошел к Миро белый, как моль-альбинос, парень.

- А мне эту куколку, - показал на Софию еще один тип.

- Я не против. Мы с Катриной не против вашего выбора, - подмигнул мне Миро. – Проходи, куколка, я давно предупредил парней, что ты моя.

Даниель рванулся в сторону нагло ухмыляющегося парня, на нем тут же повисли близнецы. Я видела, как Ролан и Маркус сделали несколько шагов вперед, загородив нас собою. Но командир вовремя остановился и положил руку на плечо Ролану:

- Слишком мало места, с двух сторон обрыв, и с нами девочки.

- Мы еще вернемся к этому разговору без наших девушек, - Маркус сжимал кулаки от напряжения. - Уходим.

- Надо с ними разобраться, я это так не оставлю, - Ролан был мрачнее тучи.

- Никто не оставит, - добавил кто-то из ребят.

Мы спустились вниз к снежнику, подобрали рюкзаки, надо было срочно идти в лагерь, чтобы ночь не застала нас на тропе. Рина помогала Эммануэлю перебинтовать голеностоп, Оливер быстро доставал печенье и сух паек, ведь мы, экономя время, даже не обедали при подъеме.

- Есть предложение, - сказал Даниель.

- Нам не нужно ночевать на этой площадке, - он махнул рукой в сторону лагеря второго сектора, - чтобы на рассвете прийти первыми к магическому камню.

- Что ты имеешь в виду? - спросил Маркус.

Даниель глазами показал отойти в сторону. Серьезно? Мы - команда, или они нас считают глупыми девицами? Последние впечатления дня были не очень, а тут еще гендерное неравенство. Я бросила рюкзак на землю, хотелось, чтобы он отдавил ногу этим болванам, но парни ушли в сторону и сосредоточенно что-то обсуждали.

- И как тебе картина? – Рина кивнула в сторону парней.

- Мне хочется всех убить сейчас!

- Катрин, ты просто голодная, это тебя спасет, - Оливер протянул мне банку с колечком и два сухарика. Есть хотелось, кинуть банкой в кого-то тоже хотелось.

- Когда не ты в мыслях парня, это делает тебя несчастной, - Ася проследила за моим взглядом.

- Я вообще не знаю, что в его мыслях. Ась, может мне нужно просто четко сказать себе, что у нас ничего не получится?

- Ты сомневаешься в его отношении к тебе?

- Иногда мне кажется, что он просто видит во мне друга. А я жду другого, и сама чувствую к нему не просто дружбу. Это обидно.

- Если бы Дан относился к тебе, как к другу, не утаскивал бы от других парней и от тренеров на занятиях, - Глория тоже высказала свое мнение. Я снова стала центром обсуждения.

- Но он ее ни разу не поцеловал, даже вчера в игре не воспользовался ситуацией. В отличии от Ролана, - моя подружка была очень наблюдательна.

- А что в палатке? - София задумчиво грызла сухарик.

- Мы сразу все заснули, - я пожала плечами.

- Он боится, - София для убедительности тряхнула кудрями.

- Кто боится? Дан? Катрину? – фыркнула Глория.

- Дан. Но не Катю конечно. Боится что-то менять, делать следующий шаг, - София для убедительности соединила два сухарика вместе.

Девочки, как по команде уставились на Даниеля, с жаром объясняющего что-то парням.

- Ты его видишь? – Рина смотрела с сомнением. - Он может чего-то бояться?

- А я согласна с Софией, - сказала Ася. - Он точно в тебя влюблен, но не готов делать следующие шаги.

- Он что – девушка? Что значит не готов? В нем почти два метра красоты и мышц, - возразила Глория, - он не может быть неуверенным. Я сама видела, как с ним девушки из других секторов заигрывали. Извини, Кать, он им не отвечал, но понятно, что парень женским вниманием не обделен.

- Он с сержантом Томсон очень уверено себя чувствует, видела, как она ему что-то веселое рассказывала, и он не смущался ни сколько. Кать, странный он какой-то. Брось его, мне Ролик нравится, - Рина всегда имела супер-решение.

- Ринчик, я думала тебе Эммануэль нравится, а не Ролан, – мне хотелось закончить этот болезненный разговор.

- А где вообще Рол? Среди ребят его нет.

Девушки переключились на обсуждение того, что надо прекратить совещание великих стратегов и срочно начать спуск. Я поднялась и пошла искать Ролана, не нравилось мне сегодня, как он выглядел и вел себя.

Парень сидел на большом камне и что-то записывал в блокнот, потом спрятал его в карман рюкзака, взял себя за голову и замер.

- Рол, - тихо позвала я, - ты как себя чувствуешь?

- Нормально, - парень убрал руки от лица, - надо сказать парням, что пора начинать спуск. Ролан устало поднялся с камня и старался не смотреть на меня, тени под его глазами стали почти черными, мне казалось он слегка покачнулся. Сердце сжалось от тревоги. Я решительно шагнула к нему и крепко взяла за руки:

- Ролан, посмотри на меня, ты что-то скрываешь, что случилось? –внутри нарастала тревога.

- Катрина, я в норме, не придумывай, мне нужно идти, - Рол кивнул в сторону парней.

Мне хотелось прижать его к себе, потрогать лоб, закричать: «Да посмотри же ты на меня нормальными глазами и скажи правду!» Но я просто отпустила его руки. Было обидно и тревожно, а еще, я, наверное, впервые за эти дни почувствовала одиночество. Вокруг были ребята и девочки, мои друзья, но было одиноко и тоскливо.

- Девочки спускаемся чуть ниже, там крошечная площадка, бросим рюкзаки и обсудим новый план, - Маркус спешно всех собирал.

- Что значит «сбросим рюкзаки»? – удивилась Ася. - Да нам со всех ног надо вниз спешить!

- Хочешь на тропе заночевать? – Рина недоумевала.

- Минутах в сорока отсюда была маленькая площадка, заночуем там, - Даниель надевал на всех рюкзаки без разбора.

- Да не было никаких площадок с того момента, как мы расстались с Папой Сережей, - я не понимала, что происходит, - только тропа, каменный склон и иногда обрывы.

- Ты не заметила, она маленькая, пять палаток не станут, конечно, но может четыре разместим, - Дан взял меня за руку, - все получится, доверься мне.

Я не знала, что и думать, хорошо, что мы пошли вниз, чувствовалось, что уже подбирается вечер. Я не помнила площадку, даже пятачка для палатки не видела, но оказалась не права. Через полчаса мы остановились на каменной платформе, прилепившейся к скале. Вниз от нее шел крутой каменный склон с редкими деревьями.

- Паркуемся здесь, - Даниель кивнул на небольшой прямоугольник, - девочки, пройдите вперед по тропе, подождите, пока мы установим палатки.

- Вы в своем уме? Здесь палатки не поместятся! – Рина округлила глаза.

- Да и зачем? Мы спускаемся быстрее, чем поднимались, можем успеть дойти до безопасной зоны, - я не понимала.

- Девочки, мы поспим здесь, - Дан сделал акцент на слове «здесь».

- Несколько часов, а потом до рассвета без рюкзаков отправимся к магическому камню, - Маркус не выглядел так уверенно, как Дан.

- Все по правилам, нужно первыми прийти на рассвете к камню – это главное. Площадка, которую занял второй сектор – бонус, но не гарантия победы. Мы опередим их до того, как они поймут, что происходит, - добавил Сеня.

- Мы не будем спать, организуем дежурство и за два часа до рассвета всех поднимем и аккуратно пройдем по тропе к камню мимо лагеря спящего второго сектора, - продолжил Маркус.

- До рассвета? По тропинке над пропастью? – зашипела Рина.

- Вы забыли, что Папа Сережа говорил, что от площадки к камню ведет узкая тропа над пропастью, и по ней нужно идти, когда начнет светать, – уточнила я. – Тогда, как раз с первыми лучами солнца отряд окажется у скрижалей и возьмет магию.

- Катрина, мы попробуем пройти раньше, - Даниель попытался ласково взять меня за руку.

- Уверен? Хочешь рискнуть жизнями всего отряда? Тебе настолько важен камень? – я тоже умела делать акценты.

- Я хочу дать нам шанс обрести магию! Хотя бы одному, а остальным получить направление, в котором развиваться, - глаза Дана потемнели.

- Ролан и Эммануэль думают над страховкой, пойдем тройками в связке, - Маркус кивнул в сторону ребят.

- Ролан? Эммануэль? Хотелось бы услышать их мнение.

- Это возможно, но нужно срочно ложиться отдыхать. А, как видите, все палатки не поместятся здесь, даже, если ставить вплотную.

- Все ставить не будем, палатки переформируем, поместимся.

Мы с девочками поняли, что спорить бесполезно. Оказывается, парни даже снега набрали в котелки, и теперь Оливер спускался вниз по тропе, чтобы найти место для костра. Если удастся на склоне набрать хоть немного сухих веток, будет горячий чай. Оставаться здесь было опасно и по моему ощущению неправильно, но парни не умели проигрывать.

Глава 39. Смятение чувств

На площадке поместились только четыре палатки. Ролан руководил установкой, и даже натянул напротив страховочный трос. Хотя в здравом уме ночью никто из палатки не должен выходить, настолько крут спуск. Всем досталось по полкружки кипятка. Решили не есть, чтоб не испытывать жажду, просто пожевали немного ягод. Состав палаток пришлось полностью изменить. В нашей должны были спать четверо «самых компактных», как сказал Маркус. Спасибо, что не назвал «маленьких», иначе я уж точно высказала бы командиру свои мысли по поводу нашего дикого положения. Ночевать я должна была с Асей, Герой и Роланом, которого решили не ставить в дежурство, так как он должен завтра отвечать за страховку.

Рина будет с Эммануэлем, Сеней и Веней, но близнецы должны дежурить по очереди, поэтому в палатке будет норм. София и Глория с Николасом и Алексом, а самые крупные парни во главе с командиром ночевать будут вместе. Не хотелось даже шутить на эту тему.

Как ни странно, в нашей палатке командовал Гера:

- Девочки раздевайтесь!

Мы с Асей вытаращили на Геру глаза.

- Раздеваться? Ты серьезно? Да мне хочется надеть на себя все, что есть в рюкзаке! – я не понимала.

- Под горой спать было холодно, а тут и вовсе невыносимо. Надо снять всю одежду и лечь в один спальник плотно - мы согреем друг друга. В одежде теплообмен не работает, - Гера был настроен решительно.

- Герочка, солнышко, одежду всю-всю снимать? - Ася по-недоброму прищурилась.

- Шапки оставьте и белье, - Гера серьезно поправил очки.

- Ролан, он не шутит? – я не верила тому, что слышу.

- Мне неловко это говорить, но он прав, ночевать здесь крайне опасно.

- У нас нет ни магических поддерживающих постоянную температуру спальников, ни особого снаряжения, - Ася задумалась.

- Носки можете оставить, - Ролан посмотрел на меня извиняющимися глазами.

- Ладно, но футболку я не сниму, она тонкая, - добавила я, - отворачивайтесь, идиоты.

Мы быстро с Асей вылезли из теплый спортивных штанов, стянули защитные ветровки, затем кофты и, оставшись в одних трусах и футболках, нырнули в спальники.

- Кать, ты шапку потеряла, - Ролан наклонился и попытался одеть на меня вязанную синюю шапочку.

- Отстань! – я забрала шапку и надула щеки. Понимала, что это детство, но смущение панически пряталось за злостью. А еще было обидно, что палатки распределились так, что я не с Даниелем. Логика была понятна, Дан в палатке с самыми крупными парнями, так как кто-то из них будет не спать, а дежурить, следя за временем. Но вот сердце доводы разума принимать не хотело. Ну и пусть обнимает Маркуса с Оливером, у них будет время совещаться без девочек хоть до утра.

Парни легли тоже в футболках. Когда они забрались по краям в наш общий спальник и застегнули молнии, мы просто припечатались с Асей спинами друг к другу.

- Ась, я не думала, что мы будем дружить настолько близко, - попыталась пошутить я.

- Я тоже не думала, что всю ночь придется ощущать твою пятую точку во всех подробностях, - не смолчала подружка.

- А что, это должно быть приятно, - подал голос Гера.

В этот момент мы трое попытались сесть в спальниках с воплями: «Чтоооооо?»

- Да, я просто пошутить попытался! От смеха теплее становится – это научный факт. Что не получилось? – Гера растерялся.

Мы так захохотали, что из соседней палатки послышался голос Рины:

- У меня впечатление, что мы ночуем ввосьмером, чего ржете?

- Гера Катрину решил за попу потрогать, - не переставая хихикать ответила Ася. За что я повернулась и ее пощекотала, а она меня отпихнула, и я врезалась всеми своими голыми ляжками и той самой пятой точкой в Ролана. Он сразу обхватил меня:

- Катя, перестань буянить, палатки стоят впритык друг к другу, мое инженерное сооружение может не выдержать.

Я не просто перестала, я замерла, полностью чувствуя голые ноги парня вплотную к своим. Одна его рука была под моей шеей, другая сверху обнимала плечи.

- Катя, дышать можно, ничего такого не происходит, - тихо сказал Ролан.

- Как не происходит, если я чувствую твои голые колени прямо вот в своих ногах, - я от волнения стала забывать названия частей тела.

- Тебе неприятно? – парень понизил голос до шепота.

- Рол, перестань, я не думаю о таком. Но моя пятая точка вместо Аси теперь упирается в твой живот. И я не знаю, что более неприлично, - тоже шепотом ответила я.

- То, что более приятно, то и более неприлично, - мы все лежали так близко, что Ася решила участвовать в разговоре.

- Кать, тебе нужно выбрать, что тебе больше нравится: моя попа или живот Ролана, - девушка похихикивала.

- Ну, допустим это не живот…- раздался за моей спиной голос Рола.

- Ролан?!!! – я попыталась вырваться, но руки парня были железными.

- Это очень эффективный способ, Рол вызвал смущение! Катрина, а ты не могла бы пощупать свои щеки, чувствуешь прилив крови? Тебе должно быть сейчас очень тепло или даже жарко, - Гера был в своем репертуаре и вел полевые исследования.

- Лучше бы вам кровь в мозги прилила, - сказала я. Но вырываться и ерзать больше не пыталась, понимая, где и правда находится то, чем лучше просто сидеть на стуле.

- Как у вас там интересно, а Эмчик мой спит, можно я к вам приду? – послышалось из соседней палатки.

- Нет! - хором закричали мы. И я почувствовала горячее дыхание, а потом губы на своей шее. Ровно секунду, мимолетно, даже не уверена была, что мне не показалось.

Гера был прав, без одежды было почти жарко, намного теплее, чем прошлой ночью. Хотя вчера лагерь стоял под горой в долине, а значит температура была на несколько градусов выше.

Ася наконец-то перестала шутить и Рина, похоже, заснула в своей палатке. Я лежала и с удивлением чувствовала, как по телу разливаются волны тепла. Рол вел себя прилично, насколько это было возможно в нашем положении маленьких рыбок в консервной банке. Он не прижимал меня, не пытался погладить, просто дышал мне в шапку. День так вымотал парня, что он просто заснул.

Мое же тело играло со мной в ребусы: сначала мне казалось, что кожи касается мягкий плед; потом, что об меня трется Барсик; иногда создавалось впечатление, что теплая волна накатывает сверху; а пару раз я даже пощупала руку Ролана, на месте ли, потому что мне показалось, что она легонько скользнула по груди к животу. Я чуть не возмутилась, но вовремя поняла, что парень ни при чем, спит и не думает заигрывать. Его рука спокойно лежит на моем плече без движения. Мне было уютно и так сладко, что хотелось развернуться к парню. И, если бы он, как вчера, поднес свои губы к моим, я не стала бы отстраняться. Думать об этом было немного стыдно, но волнующе приятно. Я понимала, что не решусь повернуться, но внутри живота крутилось предчувствие нежности. Я немного согнула колени, подтянула к себе и почувствовала, как парень в точности повторяет мое движение, не рассоединяясь со мной ни на миллиметр. Его рука скользнула по моему плечу и как бы случайно замерла у груди, Ролан на мгновение прижал меня очень сильно.

- Рол? - внутри меня бушевала буря. Нарастала паника, я понимала насколько интимная уже была ситуация, пусть без поцелуев и слов, но рука…И вдруг я с удивлением обнаружила, что его рука вовсе не у моей груди, а гораздо ниже моего локтя, просто спокойно лежит на моем предплечье. А вторая рука, как и раньше под моей шеей вытянута в сторону Аси.

Мне что все почудилась? Никто не прижимал руку, как бы случайно, к моей груди? Не стискивал меня в объятиях? Я выдала желаемое за действительное? И чего тогда я желаю? Я ведь влюблена в Дана, сильно и немного мучительно. А Ролан – отличный друг, такой близкий и понимающий. Но разве хочется, повернуться к другу, или, чтобы он тебя развернул и начал целовать, целовать без остановки? Я чувствовала, какой чудесный это будет поцелуй, несколько раз его представила, сфантазировала подробности и ощутила. Магия Мира, мне повезло, что я заснула раньше, чем успела это осуществить.

Глава 40.Над пропастью

Разбудили нас еще в темноте. Маркус забрался в палатку и сказал, что пора вставать. Ася выбралась первая из спальника, совершенно еще не придя в себя ото сна.

- Ась, ты чего спишь голая, - обалдел Маркус.

- А разве не все так спят? – потирая глаза, сказала Ася. - Я не голая, а в шапке, носках и футболке.

- Это я вижу, как и еще кое-что, - и парень легонько шлепнул Асю по круглой попке. Что заставило девушку окончательно проснуться, и она с ойканьем снова нырнула в спальник.

- А у вас тут классно, тепло, я хоть немного погреюсь, - Маркус выглядел совсем сонным.

- Отвернись сначала, а потом грейся, - проворчала я, вылезая из спальника и пытаясь найти штаны.

Маркус сел спиной к нам, но вдруг резко повернулся ко мне:

- Ты что тоже в одних трусах?

Я остолбенела от такой наглости:

- Вообще-то в носках, футболке и шапке!

- Ты что, Марк, обалдел? – проснулся Ролан и попытался закрыть меня краем спальника.

Я зло стала натягивать штаны, какой толк прятаться, если даже в сумерках палатки все успели рассмотреть мои трусы в подробностях. Карма какая-то с показом нижнего белья у меня в этом лагере.

- Что у вас происходит? – почесал затылок командир, снова отворачиваясь.

- Марк, ты хочешь сказать, что остальные палатки спали, не раздеваясь? – с подозрением спросила Ася.

- Вообще-то да. Хотя, как спали, больше мучились от холода. Мы даже решили выйти на час раньше запланированного, все равно уже никто не спал, а так согреемся во время движения.

- Мы вообще-то спали, - одел очки Гера.

- Я вижу. В обнимку с моей девушкой? – спросил Маркус.

У Аси за секунду заалели щеки.

- Я не заметил, что это твоя девушка, - как всегда спокойно ответил Гера. Повисла неловкая пауза.

- Ну, ты даешь, Гера. Это твоя очередная шутка для поднятия градуса тепла в палатке? – я попыталась сказать хоть что-то, так как чувствовала всем сердцем, как Ася ждет подтверждения от Маркуса. Чтоб тот ясно сказал: «Да, Ася – моя девушка». Но неловкая пауза затягивалась, превращаясь в напряженное молчание. Вот такие они парни, сначала сами говорят «моя девушка», а когда кто-то сомневается в этом, они замолкают или сбегают со словами:

- Палатки и вещи складываем, но рюкзаки не берем, только страховочные канаты и крепление.

Я уже полностью оделась, но боялась повернуться к Ролану. Не знаю, чего опасалась больше: увидеть, что он делает вид, что ничего не произошло или, что смотрит на меня и в глазах эта ночная близость, трепет, желание наконец. От слова «желание», даже произнесенного в мыслях, я выскочила из палатки, так и не обернувшись и стукнулась о спину Маркуса.

- Тише, ты так за страховочные канаты вылетишь, - парень придержал меня за плечи.

- Что у тебя с Роланом? – Маркус попытался заглянуть мне в глаза.

- А что у тебя с Асей? – я смотрела на него открыто и с вызовом, игнорируя разницу в росте.

- Катя, о тебя можно ладони обжечь, такая ты горячая, - парень убрал руки с моих плеч. Я и правда чувствовала, как пылают щеки, тело не чувствовало холода ночи в горах.

- Это заслуга скорее Геры, чем Ролана, - нагло соврала я и пошла проверять, как спала моя подружка.

Рина стояла на краю лагеря, всматриваясь в пустоту:

- Плохая эта идея, попытаться в темноте обойти второй сектор, да еще по тропе над пропастью добраться до камня.

- Надеюсь, парни все хорошо продумали, - думать о плохом не хотелось.

- Ты почему такая довольная? – удивилась Рина.

- Я так хорошо спала, не хочется думать о плохом, - произнесла я и почувствовала крепкие руки на своих плечах.

- Вот и умница, думаем только о хорошем, это для тебя, - Дан протянул мне очень красивый цветок с белыми полупрозрачными лепестками.

- Еще вчера заметил его на склоне и сразу подумал, что он похож на тебя: нежный и сильный одновременно.

- Похоже, это ночной цветок, смотри, как открыты его лепестки, - я рада была, что еще темно. Мне казалось, что щеки горят огнем. Нежное внимание Даниеля и эмоции от близости Ролана ночью устраивали внутри настоящую бурю.

- Катя, ты сердишься, что пришлось изменить состав палаток? – Даниель взял из моих рук цветок и вправил его стебель мне в косу.

- Надеюсь Маркус храпел, а Оливер толкался во сне, - я попыталась перевести все в шутку.

- Мы с Маркусом почти не спали, план достаточно опасный, нужно было продумать все в деталях.

- Если опасный, почему мы это делаем? – мне очень не хотелось идти в темноте над пропастью.

- Катя, мне очень нужен этот шанс. Жизненно важна магия, поверь мне, - Даниель даже взял мое лицо в ладони, чтобы развернуть к себе. На какой-то момент мне показалось, что он сейчас поцелует меня, так лихорадочно блестели его глаза в темноте. Но может это от недосыпания и одержимости своей идеей.

- Понимаешь, я должен обрести магию и желательно очень мощную, а камень может помочь. Дома мой дед, Аника, а родители…- парень вдруг запнулся, - я тебе потом когда-нибудь все объясню.

Я почувствовала, что руки Даниеля подрагивают.

- Все получится, ты очень сильный и стойкий. У тебя будет мощная магия, - я накрыла ладони Дана своими, - только ты совсем замерз. Руки парня были ледяными. Я поднесла их к своему лицу и немного подышала.

- Решил стать ледяным магом? - прислонила я свою горячую щеку к тыльной стороне его ладони.

- Если ты согласишься стать огненным, - охрипшим голосом сказал Дан.

И я вдруг почувствовала такую власть над ним: сильным, высоким, авторитетным, но застывшим и ждущем ласки. Я очень ясно это ощутила. Одной рукой провела по немного колючей щеке:

- И она ледяная, - за словами я пыталась скрыть легкое смущение и робость, - зато я уверена, что ночью тебя никто не целовал!

- Катя! – Дан резко заключил меня в объятия, стиснул сильнее обычного, и я почувствовала его горячее дыхание, казалось, он целует мои волосы. Наклонившись чуть ниже он прошептал:

- И больше никаких ночей в разных палатках.

Объятия разомкнула я, смущение, неопределенность, непонимание, как себя сейчас вести заставили меня немного отстраниться.

- Тогда пошли скорее за твоей магией, надоели нагрузки и стрессы, хочу цветов!

Даниель нехотя отпустил меня:

- Обещаю, у тебя они всегда будут!

Я кокетливо поправила цветок в волосах и пошла к сворачивающемуся в темноте лагерю.

- Катя, ты пойдешь в связке со мной, ни на шаг не отступай, повторяй каждое мое движение. Это понятно? - подошел ко мне Ролан.

- Не понятно. Мы пойдем по два? – еще один командир для меня – это уже слишком.

- Нет, по три. С нами Гера, - Ролан стал крепить страховочный пояс на моей талии.

- Почему мне кажется, что никого не интересует конкретно мое мнение? – меня раздражало, что парень бесцеремонно крутит меня в разные стороны, по-хозяйски залазит ладонью под страховочное крепление и дергает.

- Прости, Катрина, это не моя идея идти к камню, я просто хочу, чтобы все выжили, - мне показалось, что голос парня жестче, чем обычно. Как будто и не было ночи в палатке. Хотя и там он был достаточно категоричен: «Лежи, не хулигань, спи». Это я себе насочиняла романтической ерунды.

Мы собрали рюкзаки в одну кучу. Ролан закреплял вместе с Эммануэлем страховочные пояса с карабинами. К нам подошел Даниель:

- Рол, я пойду в тройке с Катриной?

- Я пойду в тройке с Катриной, - спокойным голосом возразил Ролан, - я более опытный и в сложной ситуации быстрее сориентируюсь.

- Можно, я буду вашим третьим? - Даниель был серьезен и внимателен.

- Извини, Дан, в парной связке, я тебя стопроцентно удержу, но в тройке ты слишком тяжел. Без обид, давай я сам распределю ребят без учета их симпатий? Ты пойдешь с Эммануэлем и Риной, он опытен, ты крепок. Но в критической ситуации, несмотря на травму, он сможет тебя страховать и вытянуть, так как вы почти одинаково весите.

- Ты прав, Рол, надеюсь критической ситуации не будет, - Дан тоже подергал меня за страховочный пояс.

- Не жмет, спасибо. А как ты, малыш? – попробовала я крепление на поясе Даниеля в ответ. Парень почувствовал мой сарказм в голосе.

- Извини, я немного волнуюсь! Но слово «малыш» я тебе припомню в конце дня! – прошептал он мне на ухо.

По вчерашнему опыту мы знали, что до лагеря второго сектора примерно сорок минут, еще пол часа уйдет на тропу к магическому камню. Определить точное время появления солнечных лучей из-за гор на горизонте мы не могли, но думали, что около часа у нас будет на самой вершине. Может удастся заблокировать тропу второму сектору, хотя бы на время. План был именно такой. Я корила себя за то, что вчера от усталости не хватило сил возразить парням. Не нравилась мне эта история с желанием вырвать победу у второго сектора, на сердце было тревожно, а главное: не было уверенности, что мы поступаем правильно.

Наша с Роланом и Герой тройка была последней. Рол говорил, что должен видеть, как у всех обстоят дела. Хотя в такой темноте трудно было что-то рассмотреть.

Мы боялись, что второй сектор выставит дежурных для охраны и подбирались к их лагерю предельно осторожно. Но они, видимо, были совершенно уверены в том, что мы спустились с горы и смирились с поражением. Над крайними палатками светились маленькие фонарики, все было тихо, их лагерь спал. Мы старались пройти по площадке, как можно осторожнее. Сложно представить, что произойдет, если кто-то случайно выйдет из палатки. Чтобы издавать меньше шума, договорились еще на снежнике, держать большой интервал между тройками при подходе к площадке. Предыдущая тройка уже скрылась в темноте, когда у самой последней палатки из-под ноги Геры вылетел камень и с характерным звуком покатился по склону, увлекая за собой еще несколько мелких камушков. Сердце екнуло, а Ролан дернул веревку и показал рукой, чтоб мы прижались к земле. Казалось, что мое сердце стучит громче осыпающихся камней. В палатке послышался шорох, и девичий голос сказал что-то невнятное. Рол дернул веревку, и мы практически на четвереньках двинулись дальше. Я пыталась унять дрожь в ногах, когда Ролан остановился.

- Дыши, Катя, медленно и глубоко, - парень взял меня за плечи, - впереди сложная тропа, ты должна быть спокойна.

- Все нормально, мы можем идти, - я почти справилась с волнением.

- Я рядом, с тобой все будет хорошо, - Ролан взял меня за лицо очень осторожно. Но я поспешила отвести его руки:

- Давай идти, хочу, чтоб все это поскорее закончилось.

Как ни странно, но по ощущениям мы шли намного больше получаса, а вершина все оставалась впереди. Уже стало сереть, ночь отступала.

- В горах очень трудно на глаз определить расстояние, - тихо сказал Гера.

Солнце еще не показалось из-за гор, но стало достаточно светло для того, чтобы понять, что даже первая наша тройка не достигла вершины. Ролан все чаще оглядывался назад:

- Не пойму, идем уже час, отсюда все, как на ладони. Мы должны были уже увидеть выходящий из своего лагеря второй сектор.

- Они проспали? – я тоже стала оглядываться.

Сам лагерь был скрыт небольшим возвышением, но многие участки тропы отлично просматривались. Сердце все сильнее стискивали тревожные кольца.

- Бесконечная тропа какая-то, спуски, подъемы, минуты остались до рассвета, можем не успеть, - голос Рола был напряженным. От волнения мы так прибавили темп, что догнали тройку Николаса, Глории и Алекса.

- Почему нет второго сектора? - озвучила наши общие мысли Глория.

- Может они бросили лагерь не собранным и ушли раньше? – спросил Алекс. – Хотя, мы бы увидели их впереди на тропе.

- В темноте может и не увидели, - задумчиво произнес Ролан.

- Вы о чем? Мы точно слышали, что в последней палатке кто-то разговаривал, - мне казалось, что я, говоря об этом вслух, хочу себя и всех успокоить.

- Посмотрите, впереди все остановились, – Николас прибавил темпа, - похоже там тупик. Мы почти бегом побежали по тропе. Все ребята стояли перед невысоким почти отвесным подъемом.

- Рол, скорее всего за этим козырьком вершина и камень, - Маркус ощупывал выступ скалы.

- Подняться не сложно, вы просто будете залазить мне на плечи, а потом подтянете меня. Но надо отстегнуть страховочные канаты.

- Неизвестно, что на козырьке, - Рол внимательно смотрел вверх, - выступ скрывает весь обзор, поэтому страховку снимать не будем.

- Я пойду первым, а вы внимательно смотрите, что мы делаем, чтобы страховка не мешала подъему.

- Надо спешить, Рол, совсем светло, с минуты на минуту выглянет солнце, - голос Даниеля был настолько напряжен, что я почувствовала, как волны тревоги разливаются внутри меня.

- Где второй сектор? – еле слышно спросила София. Но ей никто не стал отвечать.

Глава 41. Магия Миро

Маркус стал вплотную к стене, так как был самым крепким и высоким. Оливер опустился на четвереньки. Несколько секунд - и Ролан забрался на козырек, дернул за веревку, показывая, что мне пора. Даниель поддерживал меня за руку, хотя по парням забираться было легко, как по ступенькам.

- Еще одна стена? – тихо сказала я Дану. И парень сжал покрепче мой локоть и улыбнулся.

Так же быстро за мной поднялся Гера, я посмотрела вперед и увидела огромный камень. Плоский, расширяющийся кверху, похожий на стол для застолья великанов.

- Каменный стол, - вид магического камня впечатлял.

- Скорее жертвенник, - Гера смотрел вперед и без остановки тер переносицу.

Все ребята поднялись минут за пять.

- А почему здесь нельзя было разбить палатки, ведь места больше, чем на площадке? - спросила София.

- Посмотри под ноги, скала, как отполированная.

И правда: ни трещинки, ни камушка, ровная гладкая поверхность. Выглядело все мистически и тревожно.

- Солнце почти вышло, скорее к камню, - скомандовал Маркус. Я еще раз оглянулась на тропу внизу. Второго сектора не было. Сердце стучало так, что кровь ухала в ушах. Я сделала несколько шагов за ребятами, до камня оставались считаные метры, как вдруг из-за него с диким гоготом выскочили парни во главе с Миро. Выглядели они злобно и ликующе:

- Сюрприиииз!!! А мы вас ждали! Соскучились даже.

Вершина, из-за которой должно было выглянуть солнце, начала золотиться. Мы замерли, Ролан и Гера придвинулись ко мне вплотную.

- Добро пожаловать! Как любезно с вашей стороны разделить наш триумф, - на губах Миро играла противная улыбочка.

– Присоединиться не предлагаю, - и парень положил ладони на камень.

- Почему вас десять? Где девушки? – прервала его Глория.

- А зачем нам девушки? Их место не здесь, - хохотнул белобрысый.

- Решили убрать конкурентов, даже если они из вашего отряда? – Даниель сжимал и разжимал кулаки. Было видно, что парню стоит огромного труда сдерживаться.

- Они нам не конкуренты, - хмыкнул Миро, - девушки мирно спят в своих палатках.

- Но, если ваши уже здесь, можем подвинуться, как раз нас пятнадцать будет, - капитан второго сектора кивком показал на камень.

- Давай, рыженькая, - заржал белобрысый, нагло разглядывая Глорию.

- Нафига они здесь нужны? – проворчал один из парней у камня. Но Миро шикнул на него.

- Катрина, отстегивай железяки, бери подружек и бегом к нам, солнце почти вышло. Я серьезно, магия рассчитана на пятнадцать человек, а наши девушки спят, - от того, что Миро попытался сделать голос милым и вкрадчивым, было еще противнее.

- Нам нечего делать рядом с вами, не все принимают решение предать своих друзей, - я надеялась, что мой голос звучит спокойно и уверенно. Страх практически ушел, внутри бушевало презрение и немного обида. Как можно было уйти, оставив в лагере девушек одних, забрать у них шанс на откровение камня и раскрытие магии. Как же подло! Обидно было, что второй сектор предугадал наши действия, и мы вынуждены стоять и смотреть, как кто-то из них обретет магию. Где-то на краю сознания маячил страх и непонимание, как девушки могли не проснуться. Мысли не успевали оформляться во что-то законченное.

Наконец вышло солнце, показалось ровно между двумя пиками одной вершины и камень как будто затопило желтыми лучами. Вид был грандиозный. Стало щемяще жаль, что не мы стоим в этом свечении. Все длилось примерно минуту, фигуры парней остолбенели, замерли, казалось они впечатались в этот солнечный поток. Солнце окончательно вынырнуло из-за горы и одновременно с этим раздался хохот Миро. Он оторвал руки от камня, поднял их к небу и заорал:

- На колени, детишки! Хаааа, все так, как и должно было быть!

Первыми упали его же друзья. Доли секунды - и нас пригвоздило к земле с такой силой, как будто на плечи и спины положили сразу десять рюкзаков.

- Боевая магия! Как я и думал! А-а-а-а! – Миро стоял с поднятыми руками вверх и кричал, как ненормальный. Мы смогли подняться с земли, мои колени были разбиты.

- Медленно отходим к тропе, - прошептал Ролан. И мы все не спеша стали двигаться к спуску.

- Так не честно! – заорал Миро. - А отпраздновать? А поздравить меня с победой? И где мой подарок?

В этот момент я почувствовала, как ослабла страховочная веревка, связывающая меня с парнями. Как будто гигантский нож перерезал мощный трос в одно мгновение. Крепкие невидимые ленты спеленали мое тело, подхватили и я стремительно полетела в сторону камня. Удар был настолько болезненный, что я не успела испугаться. Услышала крик девчонок и боковым зрение отметила, как снова всех придавило к земле. Сквозь дикую боль я попыталась подняться на камне, уперлась ладонями в его холодную поверхность и с ужасом поняла, что на меня несется белый гигантский волк. Уже в прыжке к камню, его перевернула невидимая сила, и зверь рухнул на землю рядом, но тут же подобрался и прыжком настиг Миро. Они закружились клубком. У меня мелькнула мысль, почему же второй сектор не помогает своему командиру, а мои мне? Я посмотрела на ребят и сквозь боль пробилось удивление: они с безумными глазами бились о невидимую преграду и не могли пройти. Я видела, как разгоняется Даниель, но отскакивает и падает; как колотят руками о воздух Рина с Глорией; как Оливер с Эммануэлем, соединившись спинами отходят на несколько шагов и врезаются в невидимую стену. Не видела я только Маркуса. А в центре этого хаоса стоял мертвенно бледный Ролан и шатался от слабости. Я так испугалась за него и за то, что никто не видит состояние друга, что, превозмогая боль позвала:

- Рол, Ролан!

Получилось хрипло и тихо, но в этот момент каким-то чудом все прорвались ко мне. Парни не ожидали падения преграды и просто с разгона врезались в гигантские скрижали.

- Катрина, - Даниель первым забрался на камень и был в нескольких сантиметрах от меня, когда рядом рухнул белый зверь, придавленный магией Миро. Я попыталась приподняться, помогая себе руками, и в этот момент ладони, упирающиеся в камень пронзила такая боль, как будто я их опустила в огонь. Молния боли прорезала тело и затопила сознание. Я слышала свой крик, как бы со стороны. Последним усилием ускользающего сознания попыталась оторвать руки от камня, но они стали единым целым с ним. Видела, как замер Даниель, его полные отчаяния глаза; Рину в неестественной позе, которая тоже не могла оторвать руки от камня и неожиданно близко лицо Маркуса полное боли. Наступило небытие.

Глава 42. Прийти в себя

Приходить в себя было мучительно. Болело все. Мне казалось, что кожа превратилась в сплошную рану. Я открыла глаза и увидела Рину, которая держала что-то мокрое на моем лбу, по ее щекам бежали слезы.

- Катя, Катя, очнулась, дурочка, как же ты нас напугала! - закричала подруга и попробовала меня прижать, от чего я застонала. Я чувствовала, как саднит мое тело, трудно было шевелиться. Но при этом ощущала тепло и что я лежу в чьих-то объятиях.

- Дан, - прошептала я, - и с трудом попыталась повернуть голову.

- Извини, Катя, - голос Маркуса звучал хрипло, и я поняла, что нахожусь у него на руках. Мысли панически заметались. Вспомнился безумный Миро с проснувшейся магией, гигантский белый зверь, метнувшийся в прыжке к камню, отчаянье в глазах Даниеля и Ролан - безжизненно бледный, теряющий силы. В доли секунды сформировалась страшная мысль: раз меня держит не Дан, то его нет, что-то страшное случилось с ним и Роланом, пока я была без сознания.

Я почувствовала, что снова проваливаюсь в темноту, закрыла глаза и последним ощущением были горячие слезы на щеках и мысль, что я не хочу выныривать в эту боль.

Но она вернулась вместе с голосами и ссорой.

- Отдай ее!

- Даже не приближайтесь, особенно вы двое!

- Пусть кто-то сходит к снежнику наберет еще воды, надо нагреть, чтобы было питье.

- Девочки и парни покрепче, сходите в лагерь второго сектора, проверьте, что там, все ли ушли? Если нет, то нужна аптечка, еда, любая одежда.

- Маркус, хватит думать, что ты по-прежнему наш командир! Сейчас же отдай Катрину, надо ее осмотреть и оказать помощь.

- Я уже оказываю ей помощь! – голос Маркуса.

- В голом виде? – негодование…и я узнаю голос Даниеля! Пытаюсь открыть глаза.

- Даниель?

- Катрина, Катя, милая, я здесь, - надо мной склоняется Дан, в глазах читается страх, злость, паника.

- Что случилось? – мой голос звучит, как будто чужой.

- Все позади, главное ты очнулась, милая, - Даниель гладит меня по щеке, и я слышу грозное рычание.

- Слушай, псина, Катя позвала меня, я ее парень. Ты сейчас убираешь свои лапы и осторожно передаешь девушку мне! – я слышала, как Дан пытается унять бурю в голосе. - Надо спускаться вниз и срочно оказать ей помощь.

- Сотый раз говорю, я прямо сейчас оказываю ей помощь, - голос Маркуса звучал непривычно: с хрипотцой и несвойственной парню агрессией.

- Оказываешь помощь? В таком виде?! – я почувствовала, что Даниелю мешало наброситься на командира только то, что я лежала у Маркуса на руках.

Попыталась повернуть голову, вышло мучительно, но я поняла, о чем говорили ребята: Маркус сидел, прислонившись к скале, совсем без одежды. По крайней мере торс, который я видела, был без нее. Как ни странно, у меня не было смущения:

- Маркус, ты правда голый?

- Извини, Катя, не было времени одеться.

- Да ты не спеши, командир, мы уже час всем отрядом рассматриваем твое атлетическое телосложение, - хохотнула Рина. Ко мне потихоньку возвращалась жизнь, вот с этим неунывающим оптимизмом подружки, ревностью Дана, командирскими распоряжениями Маркуса. Но, чем больше прояснялось сознание, тем больше нарастала тревога:

- Ролан, где Ролан?! Ему очень плохо.

- Да жив твой Ролан. Натворил делов герой-защитник, теперь отходит в тенечке. С ним Гера, - сердито ответил Маркус.

- Хотя он умудряется игнорировать здравый смысл и время от времени приползает сюда с категоричными заявлениями: «Отдай, моя, надо лечить, спускать, спасать». Потом, он, Слава Магии, снова отключается. Замучили, Кать, меня твои женихи, - Маркус закатил глаза.

- Можно я пойду? – меня устраивало, что Маркус командует, но так тревожно было из-за Ролана, что хотелось увидеть его немедленно.

- Кать, ты пока не можешь идти. Эта сволочь Миро… - глаза командира сверкнули, - в общем тебе сильно досталось.

- Что случилось? – я попыталась потрогать рукой свой лоб, но с удивлением уставилась на руку. Она была замотана, причем вместо бинтов были полоски ткани от футболки Геры.

- Гера тоже голый? И почему перемотана моя ладонь? – я не понимала, что происходит.

- Понимаешь, Катюнь, - Рина взяла меня за ладонь, и пыталась говорить ласково, - там возле камня кое-что произошло. В общем на ладони есть…надпись.

- Это камень сделал, когда Миро тебя на него кинул, а мы попытались тебя вытащить. Как только мы все оказались рядом, камень припечатал наши ладони на какое-то время. Было жесть, как больно, а ты так вообще сначала закричала, а потом отключилась, - Рина показала свою перевязанную ладонь.

- Там слово, вроде, как его сообщать никому нельзя 12 дней, поэтому мы решили спрятать все под повязками. Но у нас слова выглядят, как ожог, а у тебя… - Рина растерянно потерла забинтованной рукой висок, - столько крови было на камне под твоими ладонями, что даже Миро со своими дружками испугались и очень быстро свалили.

- Катя, - подошел Гера и сел рядом, - мы очень долго не могли отнять твои руки у камня. Видимо нарушен был правильный ритуал, ведь парни вдесятером его проводили.

- Когда Миро притащил тебя на камень, а потом мы его коснулись, магия переключилась на нас, - к нам подошли близнецы и присели рядом.

- Нам скрижали дали откровение? – я попыталась снять повязку, удивляясь, что перевязаны сразу две руки.

- Нет, Катя, это не то, чего ты ждешь, - Гера задержал мои руки, - там действительно есть слово. Мы не говорим друг другу, что именно у нас написано, но слова, никак не относятся к магии.

- А что у меня? Ты же бинтовал мои руки, я узнаю футболку.

- Бинтовал я, но специально снял перед этим очки, чтоб случайно не прочитать. Знаю только, что у всех надпись на одной руке, а у тебя на двух. Не спеши их читать, ничего хорошего там нет.

- Почему ты в этом так уверен? – я искренне не понимала.

- Кать, мы слова друг другу не говорим, но у каждого там написано что-то ужасное. Видимо камень очень разозлился, - Рина говорила непривычно печальным голосом.

- Не может быть! Рин, у тебя точно не может быть ничего плохого! - я с удивлением смотрела на подружку. – Даже, если у всех написано слово «смерть», у тебя будет нарисован ковбой, ну, или чебурашка.

Подруга слабо улыбнулась.

- А где Ася? Где все? – я попыталась повернуть голову и осмотреть пространство.

- Ася ушла ниже по тропе, сидит и два часа плачет. Разматывает, заматывает руку и плачет. Подойти невозможно, - растерянно сказал Веня.

- Остальные парни отправились в лагерь второго сектора на разведку и София с ними, - добавил Сеня.

- Тут, Кать, девушки устроили бунт на корабле. Обзывали нас всякими словами, - Даниель присел и нежно взял мою забинтованную руку.

- И правильно сделали, - вмешалась Рина, - жалко, что магия проснулась не у нас, а то мы бы вам такую трепку задали!

- Теперь, Катя, мы решили, что мы главные! И без надзора и согласования их ни на шаг не отпускаем, - Глория говорила так грозно, что парни побоялись возразить.

- София там для контроля и дипломатической миссии при необходимости, - махнула рукой девушка в направлении тропы.

- Вот это новости, - я чувствовала, что улыбаюсь. - Как много я пропустила!

- А зверь? Белый волк! Я точно его видела! – память постепенно восстанавливала произошедшее на площадке.

- Тьфу, скажешь тоже волк! Псина белая и наглая, - фыркнула Рина.

Я непонимающе рассматривала друзей.

- Так это была собака? Такая белая и огромная? Куда она делась и откуда взялась, почему напала на Миро?

- Тебе она понравилась? – вмешался в разговор Маркус, и я почувствовала, как дрожит его голос.

- Что там может понравиться? – голос Дана звучал ворчливо.

- Ничего хорошего: рычит, на всех бросается, кусается, - Глория тоже говорила зло, и меня это удивляло.

- А мне волк, вернее собака, показалась очень красивой, - я вспомнила шелковую густую шерсть в лучах восходящего солнца, мощный грациозный прыжок зверя. - Разве он напал на кого-то кроме придурка Миро?

Даниель отпустил мои руки и встал.

- Жаль, что собачка убежала, - я действительно расстроилась.

- Собачка? - Рина заржала, - это не собачка, а слон!

- Рин, вы мне заморочили голову, а она итак болит! Причем тут слон? А собака мне очень понравилась!

И тут я поняла, что слышу странный звук, похожий на урчание моего Барсика, но умноженное на десять и ниже на пару октав.

- Кать, ты это, поосторожней с высказываниями, - Гера потрогал мой лоб, - мы у этой псины тебя больше часа забрать не можем.

Я почувствовала, как мои глаза округляются до идеальной окружности.

- Эта собака говорящая заявляет, что еще лечить умеет, - рыжие кудри Глории свесились надо мной. – Ты как по ощущениям, лучше себя чувствуешь? Может не врет зверюга?

- Замолчите все! Маркус, они не в себе? Где собака? Почему она говорит? Хоть ты можешь мне объяснить все доступно, если даже Гера несет полную чушь? – я чувствовала, что видимо сильно стукнулась головой о камень. В мыслях был полный бардак. Но вместо ответа услышала от командира:

- Катрина, а ты правда считаешь, что пес красивый?

Маркус смотрел на меня глазами трехлетнего карапуза, уговаривающего мамочку купить ему милого щенка.

- Красивый очень, - я протянула руку и потрогала лоб командира. – А на мои вопросы кто-нибудь ответит?! Но Маркус отвел глаза в сторону.

- Катрина, тебе в самом деле легче, я на время передам тебя кому-нибудь другому. Мне надо к Асе и Ролану, - парень осторожно встал и положил меня на землю так, чтобы голова оказалась на руках у Рины. И я тут же крепко закрыла глаза, но уже не из-за обморока. Маркус был совершенно голый, как сказала Рина «атлетически голый». Теперь и я понимала, что это значит. С закрытыми глазами, вложив в свой голос всю силу и возмущение, я сказала:

- Если сейчас кто-нибудь внятно, четко, по порядку не расскажет, что тут происходит, и почему я столько времени лежала на руках у голого парня, я уйду в обморок!

- Он не парень, он СОБАКА! – фыркнула Глория.

- Ладно, Кать, извини, - прервала ее Рина. – Мы должны были сразу тебе объяснить, что Маркус – оборотень.

- Совершенно наглый, бесцеремонный оборотень, который при этом утверждает, что он целитель! – добавил Даниель, пытаясь взять меня на руки.

- Не надо, мне правда легче, - я попыталась сесть, но голова тут же вспыхнула яркими фейерверками. Я закрыла глаза, затихла, и Дан тут же аккуратно усадил меня на колени, а голову мягко положил себе на грудь. Мне пришлось досчитать до десяти, прежде, чем пульсирующая боль в затылке стала затихать.

- Обморок, забери меня обратно, - простонала я. – Что я еще пропустила?

- Маркус обрел магию, увидев, что сделал с тобой Миро.

- Мы тоже не сразу поняли, откуда взялся белый зверь, - сказал Гера, - возможно магия проснулась у Маркуса в условиях экстремального вызова.

- Это точно, мы совсем обалдели. Миро с боевой магией оказался. Стал силовое поле использовать, плети везде раскидывать! Гигантский зверь откуда-то материализовался. Ты на камне теряешь сознание, а вокруг нас невидимый непробиваемый купол! – Рина говорила очень эмоционально.

- Это Миро вас под купол запечатал? – для меня картина стала постепенно проясняться.

- Это я всех закрыл, - рядом присел Ролан. Выглядел парень ужасно: бледный, с черными кругами под глазами, потрескавшимися губами. Сердце защемило невыносимо. Сквозь вспышки боли в голове я попыталась встать с колен Даниеля. Тот попробовал сначала задержать меня, но видимо увидел в моих глазах, какую боль мне приходится испытывать и тревожно отпустил руки.

- Вы что не видите, помогать нужно не мне, а ему! - я опустилась рядом с парнем, взяла его голову в свои руки. Меня захлестывала паника.

- Катя, извини, я не знал, что могу ставить щиты. Это спонтанно, я так испугался за тебя, что защита вырвалась…- парень спешил, говорил быстро. Мне казалось, что он боится не договорить и упасть в обморок.

- Но щит защитил не тебя, а запечатал нас всех, извини…

Я не дала парню договорить, закрыла его рот ладонью, увидев, что сквозь повязку проступили пятна крови. Хотя особой боли в руках я не чувствовала.

К нам приближался Маркус, на нем было нечто похожее на набедренную повязку и куртку Аси одновременно.

- Вы поговорили? – Рина выглядела обеспокоенно.

- Бесполезно. Ася бросила в меня курткой, сказала, что я пес, и от меня воняет, - Маркус крутил головой и пытался сам себя обнюхать. - Попросила убраться и дружков своих забрать. Это она про Сеню и Веню. Девочки, может вы попытаетесь с ней поговорить?

- Катя, оставляем тебя с этой толпой идиотов, будь на чеку, - сказала подруга, и они с Глорией отправились вниз по тропе.

- Вы правда идиоты, почему никто не оказывает помощь Ролу? Почему вы разрешаете ему ходить? – я была очень зла. – Где вода, снег, кипяток?

- Парни сейчас должны принести, - сказал Веня. - Понимаешь, Катя, у нас тут в твое отсутствие небольшой конкурс организовался за звание «Самого упрямого идиота».

- При этом, как ни странно, главные претенденты не мы, - добавил Сеня.

- Победитель не я! – Маркус посмотрел на меня честными глазами и поднял руки вверх. – За золотую медаль борются Даниель и Ролан. Может ты на него повлияешь, я хочу попытаться ему помочь.

- А зачем его спрашивать? Бери и помогай! Я готова была схватить Маркуса за голую ногу и притянуть силой. Злость помогала не замечать пульсирующую боль в голове. Как они могли игнорировать то, что Ролан в таком ужасном состоянии?!

- Не хочу, - прохрипел Ролан. Он сидел с закрытыми глазами, его веки подрагивали.

- Меня вообще не интересует твое мнение! - сказала я.

– Не знаю, бывают ли псы целителями, но, если Рол скажет еще хоть слово, стукни его хорошенько лапой, чтобы отключился, и лечи! – я отпустила голову парня, и Маркус тут же положил одну ладонь ему на лоб, другую на затылок. Мы увидели, как по тропе к нам спешат ребята, Софии и Эммануэля среди них не было.

Глава 43.Белый пес

Маркус не обращал на нас никакого внимания. Уложив Ролана на землю, он водил по нему ладонями. Как ни странно, Рол не возмущался, а выглядел заснувшим.

Даниель с близнецами пошли навстречу ребятам. Я видела, что девочки поднялись и тоже спешат к Алексу, Нику и Оливеру. Внутри привычно стал закручиваться водоворот тревоги: «Где София и Эммануэль?» Гера взял меня за руку.

- Катя, через пять минут они будут здесь. Посмотри, идут ровно, у них котелки с водой и рюкзак. Не шли бы они спокойно, если бы что-то случилось!

Я послушалась и прислонилась спиной к скале, голова продолжала гудеть, но я была рада, что Маркус занимается не мной.

- София и Эммануэль в порядке, сейчас все расскажем, но сначала нальем воду больным и страждущим – Оливер зачерпнул воду из котелка и протянул мне.

- Сначала Ролану, я уже отлично себя чувствую.

Но парень хмыкнул в ответ, вложил в мои руки кружку и пошел с котелком к Маркусу. Ролан уже сидел, но выглядел неважно. Пока Оливер не напоил всех водой, рассказывать ребята не начали.

- В общем дела обстоят так, что нужно срочно спускаться в лагерь второго сектора, - начал Николас.

- Да начните вы уже с главного, иначе я вас начну трусить! – нервничала Рина.

- Эти гады из второго сектора забрали три палатки и спешно ушли, какой тропой не понятно.

- А девчонок своих оставили, они и правда спят, - Алекс развел руками.

- Мы их пытались разбудить, но пока ничего не вышло. Максимум, чего добились, бормотанья во сне.

- София и Эммануэль остались за ними присматривать, да и не хотелось Эмма с его травмированной ногой снова тащить к вершине, - Оливер стал расстёгивать рюкзак. - А вот аптечку и некоторые вещи мы прихватили.

Подошел Маркус и взял объемный спортивный костюм с розовыми полосами на рукавах.

- Только ради вас! Не пойму, конечно, зачем это надо, но одену, так уж и быть! Девочки, обработайте руки антисептиком и перебинтуйте. Гера, ты – главный помощник. Не знаю, распространяется запрет на слова, которые появились на ладонях, или нет, но мне свое точно никому показывать не хочется.

Все вздохнули и помрачнели. Удивительно было видеть своих друзей такими задумчивыми и даже поникшими. Что же написано на ладонях у меня? Смотреть было страшно.

- Парни, а обуви в лагере не нашлось подходящей? – Маркус выглядел нелепо: спортивные брюки налезли, но по длине были, как бриджи; рукава серой спортивной кофты с розовыми полосками были по локоть.

- Маркус, даже, если бы я хотела тебя наказать, то не придумала бы лучше, чем ты в этой одежке! – Рина расхохоталась. И я заметила, что Ася тоже удовлетворенно улыбнулась, глядя на бедного парня.

- Девочки, если вы перестанете метаться от полного уныния до агрессии в нашу сторону, я готов терпеть любой наряд, - и парень кокетливо оголил плечо.

- Тьфу, Маркус, давай лучше снова закарабкаемся на эту треклятую вершину и поищем твои кроссы. Не могли же они так легко порваться при твоем обращении в собаку, как одежда, - широкоплечий массивный Оливер пошел в сторону стены. За ним отправились и остальные ребята, кроме Ролана и Геры.

Я нашла в аптечке дезинфектор и бинты:

- Гера, можешь сначала Ролану помочь?

Рина присела рядом, покрутила мои ладони в повязках из Гериной футболки:

- Кать, ты, наверное, не снимай. Воды здесь нет, а кровь вон как запеклась. Больно будет срывать. Может потерпишь, пока дойдем до реки или хотя бы снежника?

Подруга была права, повязки выглядели ужасно. И хотя мне хотелось увидеть, что за слова были написаны магическим камнем на моих ладонях, сейчас заниматься этим было неразумно. Гера отдал мне очки на хранение и после Ролана стал обрабатывать и перевязывать ладони девочек.

- Ролан, ты как? – мне показалось, что парень не хочет смотреть на меня.

- Спасибо, Катя, я в порядке, прости. – Ролан прикрыл глаза.

- Тебе не за что извиняться! Еще раз услышу такое и обижусь!

Парень ничего не ответил, он открыл глаза и с такой тоской посмотрел, что теперь мне захотелось плакать и ругаться. Кричать, что никто не смеет унывать. Что может быть надписи ничего не значат, просто злая шутка камня, которому не понравилось нарушение ритуала. Так много хотелось сказать: о том, что мы перестаем быть собой, когда позволяем себе впасть в отчаяние; о том, что второй сектор победил нас не тогда, когда обогнал, а тогда, когда мы перестали верить себе, перестали шутить и видеть во всем хорошее. Но я не успела: над нами раздался дикий хохот, потом задорный свист – такие узнаваемые и любимые звуки, издаваемые нашими парнями постоянно и по любому поводу. Небольшая скала закрывала обзор, но голоса Сени и Вени трудно с чем-то перепутать. Я даже Даниеля услышала:

- Оборотень! Маркус! Не смей этого делать!

И тут же с карниза, нависавшего над тропой, спрыгнул белый зверь. Я ахнула. Размером он был, как хорошая лошадь, а не собака. Такое огромное создание рядом должно вселять страх. Нам бы в обморок свалиться, но мы рухнули от смеха. Со зверя свисали остатки спортивного костюмчика, две розовые полоски украшали его зад, а в зубах он держал кроссовки и …улыбался! Эта псина могла улыбаться!

Парни, помогая друг другу, спустились к нам.

- Аааа, девочки, что вы пропустили! – Сеня держался за живот. - Наш командир снова обратился! Как видите, одежду снять забыл.

- Или не успел, похоже, он это контролировать не умеет, - добавил мой добрый Даниель. За это собачка, не выпуская кроссовок из зубов, грозно зарычала в сторону парня.

- Он говорит, что обязательно научится! – я подошла к собаке и почесала шейку, так как ушко было не достать. – Правда, пушистик?

Рина с Глорией тоже стали щупать шерсть Маркуса, гладить по бокам и шее.

- Девочки, а ничего, что вы сейчас Маркуса лапаете? – заржал Веня.

- Ринка, ты его за хвост взяла, а Катя остатки костюма спортивного снимает, а ведь там у командира жопа! – веселился Сеня.

В этот момент пес выпустил кроссовки и так рыкнул, что близнецы перестали шутить.

- Катя, правда, зачем ты его трогаешь? - Даниель попытался увести меня от собаки.

- Я люблю все пушистое! – возразила я, но от зверя отошла. Мне так хотелось его обнять, потрепать, погладить. Нельзя было игнорировать то, что пес был красавцем невероятным! Но в тоже время не стоит забывать, что этот пес – живой человек. К тому же твой друг Маркус. Что он чувствует в тот момент, когда мы его гладим и треплем за шерстку? Мне даже стало неловко.

- Как же нам теперь узнать, можно ли спускаться Катрине и Ролану? – почесал голову Оливер. – Мы очень много времени потеряли возле этой вершины!

- Катю я понесу на руках очень осторожно, - сказал Даниель и при всех обнял меня за плечи. Я почувствовала, как приливает краска к щекам, хотела возразить и поблагодарить, но эмоции вызвали такую головную боль, что я пошатнулась и невольно закрыла глаза.

- Ты только говори, если что. Постараюсь идти ровно, - Дан подхватил меня на руки и понес, как хрупкую вазу. Действительно, ритм его шагов почти не ощущался. Через плечо парня я видела, как белый пес опустился возле Ролана.

- Ролан, друг, ты пойми, надо идти. Ты рухнешь через пять шагов, мы не уйдем без тебя! Если не хочешь, чтобы мы ночевали у этой вершины, дай посадить тебя на эту белую псину, - Оливер оказался отличным организатором. Раньше в лагере мы не часто слышали его голос, удивляла его хозяйственность, любовь к кулинарии и ворчание по поводу блюд, которые готовили нам повара. На тренировках он был хорош в борьбе, вынослив в беге. Но не всегда мог ответить шуткой на бесконечные приколы и розыгрыши. Был чересчур спокойным для нашей шумной компании. Но вот в критической ситуации, когда командир не может говорить, а только рычать и гавкать; когда Даниель самоустранился от дел, занимаясь только мной; Ролан больной, а Гера занятый, Оливер учитывал каждую мелочь и быстро организовывал спуск.

Ролана усадили на белого зверя и даже зафиксировали, карабинами пристегнув к веревкам, обмотанным вокруг корпуса оборотня. Там, где позволяла тропа, Сеня и Веня должны были идти по бокам, для дополнительной страховки.

- Ролан, попытайся не изображать из себя ковбоя, просто ложись и держись за шерсть, - Гера подошел ближе. – Маркус – целитель, пусть еще неопытный, но в образе зверя инстинкты работают лучше, он поможет тебе восстановиться.

- Тогда положите на него Катрину, - прохрипел Ролан.

- Он ее лечил больше часа. Говорит, что остались ссадины и ушибы на спине, сотрясение мозга, но в целом она быстро поправится, - в ответ на Герины слова пес тихо заурчал и потихоньку двинулся по тропе.

Глава 44. Рододендрон

К лагерю второго сектора мы спустились гораздо быстрее, чем поднимались на рассвете. Я почти не почувствовала этот переход, уютно устроившись на груди Дана. Хотелось подумать о нас, но голова сразу начинала болеть, поэтому я сосредоточилась на ощущении нежности и тепла от парня. Иногда Дан опускал ко мне свое лицо и тихо спрашивал: «Ты как, Катя?» В ответ я тихо кивала головой. Даже немного расстроилась, когда мы добрались к лагерю, и парень осторожно опустил меня на землю, прислонив к лохматому корпусу белого пса.

- Кать, посиди здесь пожалуйста, я узнаю, как дела у ребят. Маркус, не вздумай снова превращаться в человека, из одежды в живых остались только кроссовки! – Дан еще немного потоптался возле нас и пошел к Эммануэлю, выходящему из палатки.

- Маркус, ты лечил меня очень долго, потом Рола нес, для тебя ведь это вредно, наверное, ты ведь еще не владеешь хорошо магией. Вдруг и тебе станет плохо, как Ролану? Он после своих щитов теперь в себя еле приходит.

Зверь повернул ко мне морду и тихо заурчал.

- Какой же ты красавчик! – не выдержала я и потрепала пса по косматой симпатичной морде, за что тут же мне облизали щеку огроменным языком.

- Еще раз так сделаешь, и я тебя убью! – хриплым голосом сказал Ролан. На что псина просто фыркнула.

У меня были ощущения не из приятных: казалось, что по щеке провели наждачной бумагой. Кожа пылала, и ко всему этому мне на шею стекали слюни.

- Я его сама убью, - сказала я и попробовала вытереть мокрую щеку футболкой.

- Маркус, ты болван, меня как будто полировочной машиной приласкали! Никогда так не делай!

Пес слегка взвизгнул, но понять, это извинение или насмешка было невозможно. К нам подошли ребята во главе с Эммануэлем.

- Маркус, красавчик, хорош! – Эммануэль усмехнулся. - Тебе надо посмотреть этих дур из второго сектора. Рина, хоть и не испытывала симпатий к последним, но Эмма в бок толкнула для профилактики. Парень поморщился.

- Они спят и мне это не нравится.

Ребята сняли крепление и отстегнули страховку Ролана. Пес пошел за парнями к палаткам, мне тоже хотелось посмотреть, что там происходит, но Гера сказал: «Катя, береги силы. Да и все мы в палатку не поместимся. Главное, чтобы туда морда Маркуса пролезла».

Пока оборотень ходил из палатки в палатку, Оливер организовал маленький поход к снежнику. Пить и есть хотелось всем, кроме нас с Роланом.

- Рол, ты как? – вид парня меня очень тревожил. – Гера, как думаешь, почему магия так опустошила Ролана, из-за чего ему так плохо?

- Мне не плохо. Я вполне могу идти сам! – парень находил силы спорить.

- Ролан, - я взяла друга за руку. – Я поздравляю тебя! Ведь твоя магия открылась одна из первых.

- Ты у нас кто теперь? Боевик? Ведь защитные щиты – это из боевой магии? – обратилась я уже к Гере.

- Такие щиты, что не только мы, но даже Миро не смог пробить – точно мощная боевая магия, - кивнул головой парень.

- А ведь в момент обретения магии, да еще и у такого мощного магического источника, как этот камень со скрижалями, у ее носителя фактически неограниченная сила! И Миро направлял ее на нас, но пробиться не смог, значит магия Рола сильнее. Я тебя тоже поздравляю! – Гера попытался пожать Ролану руку.

- Кому нужна такая магия? – парень угрюмо хмыкнул.

- Ну, жизнь твоя вряд ли с таким дарованием будет тихой и спокойной. Эта магия из редких, и работать ее обладателям приходится в опасных точках, участвовать в рискованных операциях. Так что глупости не говори про «кому нужна»! – голос Геры был непривычно строг.

- Правда, Рол, откуда такой пессимизм! Если с обретением магии ты станешь угрюмым букой, я перестану тебя любить.

- А ты итак пушистую псину любишь, - надулся парень.

- Кто пушистую псину любит? – к нам подошел Даниель.

- Оооо! – простонала я. – Двойная сцена ревности – это то, о чем я мечтала.

- Прости, - Дан неловко замялся, а потом вытащил из-за спины крошечный букетик. Цветы были невероятные, я такие видела на иллюстрациях в атласах растительности зоны арктических и субарктический пустынь. Стебельки не больше пяти сантиметров, а вместо привычных лепестков пушистые головки из длинных тоненьких, похожих на пух белого птенца, волокон. От малейшего ветерка эти волокна волновались и весь цветок менял пушистую прическу.

- Это волшебно! Как они такие нежные тут выживают? И где на такой высоте ты их находишь? Спасибо, - я спрятала улыбку в пушистом букете.

- Как галантно, девушке нравится все пушистое и парню тоже! – голос Ролана звучал непривычно зло.

- Ты зануда, Рол. Вот подожди, как прибавится вторичной магией к твоим щитам способность к обороту в какую-то зверушку, мы над тобой вдоволь поиздеваемся. Я лично буду тебя «пушистиком» называть, - мне хотелось перевести весь негатив в шутку.

- Не появится! – в голосе Рола были непривычные нотки: злость, отчаянье, разочарование. Я удивленно посмотрела на парня.

- Почему ты так уверен?

- Вторичная магия – щиты!

Мы с ребятами потеряли дар речи. Первым очнулся Гера:

- Тогда какая первичная?!

Вместо ответа Ролан посмотрел на мой букет, и в ту же секунду головки цветов взмахнули неизвестно откуда взявшимися пушистыми крылышками, оторвались от стебельков и полетели в небо. Было невероятно красиво. Я даже забыла испугаться, что любое проявление магии для парня сейчас крайне опасно.

- И когда ты узнал об этой магии? Ведь она проснулась раньше щитов, я правильно понимаю? – голос Даниеля звучал, как холодный металл.

Сердце сжалось, я понимала, как Дану трудно принять, что магия приходит к другим. В отряде уже есть сильнейший оборотень со вторичной магией целительства. А у Ролана - сильнейшая боевая магия, да еще вторичная. Какой же силы у него тогда основная магия, если она всегда мощнее вторичной? Я смотрела на ребят непонимающими глазами: Гера тер переносицу, Даниель выглядел мрачнее тучи, Ролан сидел, закрыв глаза.

- И что это за магия, когда цветочки улетают? – спросила я и почувствовала, как странно звучит вопрос.

- Цветочки на месте, Катрина, - сказал Гера, - а Ролан у нас маг- иллюзорник невероятной мощи.

Я посмотрела на букет, действительно, пушистые головки были на месте.

- Ты не рассказал своему отряду, что у тебя открылась магия, и, наверное, не намерен рассказывать, как это произошло, - мне очень не нравился тон Даниеля. Было неприятно и обидно за Ролана, с которым он позволял себе так разговаривать. За самого Даниеля тревожно было вдвойне: в нем говорила обида и неудовлетворенность.

- Даниель, ты не прав, - тихо сказала я.

Но парень резко развернулся и пошел от нас в сторону палаток.

- Простите, ребята, что не сказал сразу про магию. Было как-то не к месту, - голос Ролана звучал угнетенно.

- Перестань, слышишь, я правда не пойму, за что ты себя винишь, - во мне колыхнулось негодование. – Я не узнаю тебя! Рол, пожалуйста, ты не сказал, значит были причины. Сейчас тебе плохо, потому что ты использовал колоссальное количество магии, еще не умея обращаться с ней. Это известные истины, описанные во многих учебниках! Но твоему унынию нет оправдания. Магия уникальная, все живы и вместе, ты почему так себя изводишь?

- Ты что, правда не понимаешь? – парень смотрел на меня, и в его глазах читалось страдание. – Я не смог защитить тебя!

- Миро обрел магию сильного боевика, он повалил на землю даже своих! Не думаю, что он хотел нанести реальный вред мне. Наверное хотел показать, кто на вершине хозяин, не более, - я замолчала на несколько мгновений, собирая решимость сказать то, что крутилось в мыслях. – А ты так испугался за меня, что спонтанно настроил защитные щиты.

- Ты всегда рядом, Ролан, и твоя магия хотела защитить меня, я это очень ценю, - в этот момент Ролан накрыл своей ладонью мою, и я поняла, что должна договорить свою мысль до конца. – Ты мой самый лучший…друг. Спасибо тебе.

Плечи парня поникли, и я рада была, что Гера, тактично покашляв, прервал наши объяснения:

- Похоже, Маркус вернулся, даже новый костюмчик себе нашел.

К нам шел командир в кроссовках и набедренной повязке из очередной чужой куртки.

- Девушки пришли в себя. Их напоили какой-то сильной гадостью. Дадим им минут пятнадцать прийти в себя, переварить информацию, и срочно будем спускаться. До нашего лагеря чуть больше часа, но там останавливаться не будем, нам срочно нужно к реке, а значит цель – дойти к первому лагерю! Надеюсь Мастер Сергей еще ждет нас там.

- Нереально. За полдня нам не спуститься.

- Придется, всем нужна вода и еда. Мы бы еще могли попытаться заночевать на прежней площадке, но с девицами второго сектора точно не поместимся. Им очень плохо сейчас.

В подтверждение слов Маркуса из палатки выскочила крепкая брюнетка. Ни кустиков, ни пространства на площадке не было, ее скрутило прямо над склоном.

- Вот же сволочи, со своими девушками так поступить! – Ринка была зла.

- Похоже, им заварили чай из рододендрона, - задумчиво сказал Гера. – Он растет высоко в горах. На вкус отвар похож на чай с лимоном, а действует, как снотворное. Токсичная ерунда, девушкам будет несладко. Если быстро не выйдем к реке, у них начнется обезвоживание и… - Гера слегка замялся. - В общем собираться надо быстро и спускаться к воде.

- Ролан, ты сможешь сам идти? – спросил Маркус.

- Смогу.

- Не сможет, - тут же перебила я.

- Значит попробует, - подытожил командир и отправился к девушкам, которые уже всем составом сидели у склона.

- Теперь мы должны спасать врагов! – фыркнула Рина.

- Не врагов, а соперников, - поправила я. – Пойдем, Ринка, за них рюкзаки собирать.

- Сиди уже, ты мне с нормальной головой нужна! – остановила меня подруга. - Соберу я их рюкзаки.

И, кивнув Глории и Софии, Рина поспешила в сторону палаток. Ася же, как приведение слонялась на краю лагеря и ни в чем не участвовала.

- Что с ней? – тихо спросила я Геру. Но парень в ответ только пожал плечами.

Глава 45. Саша

К своему крошечному лагерю мы добрались быстро, задержавшись лишь на снежнике. Вокруг уже нельзя было найти ни одной ветки или коряги, поэтому решили ждать, когда снег в котелках сам растает по дороге. Понятно было, что воды получится очень мало, и я с тревогой посматривала на бледного Ролана. Хуже него выглядели только девушки второго сектора, они почти не разговаривали, иногда произносили «спасибо» суетящемуся возле них Маркусу, который снова принял облик большой собаки.

Казалось, на ногах их держало только злое упрямство, а может быть обида. Оливер из еды выдал всем по сухарю и жменьке ягод. Близнецы застонали, а Маркус даже попытался грызть рюкзак, но Оливер был непреклонен:

- Сухарь съешьте сейчас, а ягоды положите в карман. В дороге берите по одной и медленно жуйте.

- Так тут и жевать-то нечего, - обиженно покосилась на парня София.

- Они дадут калории. Сытости, конечно, не почувствуете, но и жажду они не вызовут благодаря своей кислинке, - Оливер подошел к девушке и из своей ладони переложил часть ягод в ее.

Было заметно, как крепкий, широкий в плечах Оливер, всегда серьезный и иногда ворчливый, робеет перед нашей блондиночкой.

- Мы обязательно нормально поедим, но нужно спуститься ниже. Вполне вероятно, что девушек придется нести на руках, - Оливер смотрел в сторону. И правильно делал, София так грозно и многозначительно изогнула бровь, так посмотрела, что могла испепелить на месте.

- Вы итак их рюкзаки несете!

- Рюкзаками придется пожертвовать, примотаем их спальники к своим, больше ничего брать не будем. София, попроси девушек все необходимые вещи надеть на себя, пусть теплые куртки вокруг бедер обмотают, те, которые не успел позаимствовать Маркус. Вещи из рюкзака Ролана мы разберем по своим, Катин рюкзак возьмет Маркус, он точно дотащит.

Рол попытался возмутиться, но вмешался Даниель:

- Рол, сейчас лучшая твоя помощь – это идти быстро, не отключаться и помогать Катрине. Вы пойдете в начале колонны, всех поведет Оливер. Маркус будет рядом, но он сейчас очень занят новенькими, так что за Катю отвечаешь ты. Я буду замыкать колонну.

Ролан выглядел удивленно, а Даниель даже забыл меня обнять, так хмурился и сердился. Вот замечательно: сам меня поручает другому и из-за этого на меня же не хочет смотреть.

- Я крутой защитник и помощник, - хмыкнул Ролан, - даже свой рюкзак нести не могу.

- Но Даниель оставил меня под твою ответственность, потому что знает, что в сложной ситуации ты защитишь меня…и я это знаю, - я попыталась ободряюще улыбнуться парню.

Девушки второго сектора хоть и спускались без рюкзаков, но останавливались часто. Их без конца тошнило, и я начала бояться, что в какой-то момент они просто свалятся без сил.

Моя голова напоминала арбуз, внутри которого был еще один арбуз. Каждый шаг имел четкую цель: сделать так, чтобы внутренний арбуз не стукался о внешний. Для этого голову нужно было нести ровно, как в невесомости. Иногда подбегали Рина, Даниель, другие ребята, спросить, как я. Поэтому во время маленького привала я попросила всех не задавать мне вопросов, так как отвечать становилось все труднее. Маркус, казалось, не умел утомляться: мотался между девушками, при этом на его спине были закреплены два рюкзака и самый тяжелый моток страховочного каната. Но, чем дольше мы шли, тем чаще он стал подходить ко мне, тыкаться в плечо и дышать в макушку. В итоге, я просто взялась за его шерсть, и мы пошли рядом.

Каменные склоны постепенно сменились редколесьем, и скоро мы вошли в густой лес.

- До подножья горы еще часа два, но река должна появиться совсем скоро, - подошел ко мне Даниель. – Даже, если не дойдем до первого лагеря, ночевать будет не страшно: места достаточно в лесу, деревья защитят от ветра.

- Мы тут занялись подсчетами, - нас догнала Рина. – Как в пяти палатках разместить 20 человек? С учетом того, что кто-то не совсем человек и имеет размеры слона!

- Палаток шесть, я взял одну из палаток девушек, - хлопнул себя по рюкзаку Даниель. И я только сейчас увидела, что снизу ко дну страховочными веревками была прикреплена еще одна палатка. Рюкзаки парней и раньше были тяжелыми, теперь вообще непонятно, как он его несет. Ролан тоже подумал об этом:

- Чехол палатки имеет лямки, давай снимай ее, я понесу, - не дождавшись реакции Дана, Ролан продолжил, - одна палатка весит немного, я донесу легко, а вот к твоему рюкзаку это уже слишком.

- Хорошо, но, когда дойдем до привала.

По голосу я поняла, что у парня уже тоже нет сил.

Мы уже слышали шум реки, когда одна девушка неожиданно потеряла сознание. Она рухнула беззвучно, и теперь лежала в неестественной позе, уткнувшись лицом в подстилку из сухих сосновых иголок. Стало страшно: воды нет, взрослых рядом нет, что делать - не понятно. Маркус тут же обратился и принял человеческий облик, на его наготу никто не обратил внимание.

- Срочно за водой, прямо бегом, берите любые емкости, обязательно фляги и бегите. Парни, прямо бегите! Все хуже, чем я думал, - Маркусу не пришлось повторять. Побросав рюкзаки и достав фляги, и парни и девчонки бросились бежать в ту сторону, где слышался шум реки. Командир перевернул девушку, лицо ее было безжизненно бледным, в волосах запутались прошлогодние иголки.

- Ролан, лекарства, - было заметно, что Маркус нервничает. Распахнув аптечку, он судорожно перебирал ее содержимое.

– Не знаю, не чувствую, что нужно, - и, добавив совсем тихо, - и ее почти не чувствую.

Над девушкой стояли я, Маркус и Ролан. Ее подруги без сил лежали кто где, а все ребята убежали за водой, даже Гера исчез. Было очень страшно, понимать, что рядом умирает человек. Внутри закручивался клубок ужаса. К нему добавлялись страх и вина, что мы ничего не делаем.

- Вода может быть ближе, чем мы думаем, можно поискать в лесу источник, я быстро, - Ролан схватил флягу и побежал в сторону противоположную от шума реки.

- Маркус, миленький, возьми ее на руки, как меня там на вершине! – я почувствовала, как дрожит и срывается мой голос.

- Это не поможет, Катя, - парень, казалось, уменьшился в размере: плечи поникли, руки безвольно свисали. Во мне бурлил дикий страх, нечеловеческий.

- Маркус, милый, ты же не знаешь наверняка! Ты неопытный маг и не можешь точно знать, что поможет! – я пыталась убедить его и себя. Схватила парня за плечи и практически силой усадила на траву, внутри плескалось отчаянье.

- Маркус, хороший мой, ну пожалуйста, обними ее, ну, попробуй! Надо что-то делать, иначе она прямо здесь… - я не смогла договорить слово «умрет», чувствовала, как потекли слезы. Ручьем. Без остановки. Девушка не двигалась, не слышно было ни дыхания, ни стонов. Мертвенно бледная, она замерла в неестественно прямой позе, как по струночке. А я плакала, в голове с болью билась мысль: «Она не должна вот так умереть. Мы за нее отвечаем. Нельзя допустить такого!». Одну руку парня я просунула под голову умирающей девушке, второй накрыла ее сверху, Маркус не сопротивлялся, но в его глазах я читала безнадежность. Сама легла с другой стороны и тоже обняла девушку. Я не понимала, что делаю, в голове шумело, слезы не заканчивались.

- Пожалуйста, давай попробуем, может она просто отдохнет и придет в себя, пожалуйста, пожалуйста, - мне казалось, что я тону, надо выплыть, а не получается. Надо вынырнуть и вытянуть девушку на поверхность, тянуть изо всех сил, не сдаваться, барахтаться. Чувствовала, что темная вода хочет меня затянуть, успокоить и уговорить сдаться, но я хотела дотянуться до поверхности воды, воздуха и вытащить девушку.

Из обморока на этот раз меня вытянула хорошая пощечина. Ролан тащил меня по траве и молотил по щекам, в голове катался арбуз и болезненно стукался о стенки.

- Ты очень романтичный, - прохрипела я и попыталась оттолкнуть руки Ролана.

- Катрина, я оставил вас на десять минут! Что произошло? – голос парня дрожал. Он быстро открутил крышку на фляге и поднес ее к моим губам. Я сделала несколько крупных глотков, какое это наслаждение! С трудом оторвалась от фляги.

- Маркусу срочно!

Рола не пришлось уговаривать, оставив меня на траве, он бросился к командиру, и я услышала характерные шлепки по щекам, вот не думала, что милый нежный Ролан может быть таким злющим. Маркус застонал, я подползла к ним и помогла приподнять голову командира, вместе с Ролом мы смогли его напоить.

- Надо оставить хоть пару глотков девушке, вдруг удастся ее напоить?

- Я Саша, меня зовут Саша, - послышался тихий голос. И я почувствовала, как сердце запрыгало от счастья, снова потекли слезы. Пришло ощущение, что я долго плыла из глубины, и вынырнуть удалось. К нам спешил Гера с флягой воды:

- Вот, нашел маленький родник в лесу. Я сразу понял, что, если слышна река под горой, то в чаще тоже должен быть источник. Слишком много влаголюбивых растений здесь. А что у вас произошло? – Гера с удивлением смотрел на Маркуса, который выглядел хуже нас с Роланом. Командир махнул рукой и показал на девушек, Гера отправился всех поить водой. Ребята все не возвращались, хотя с каждой минутой сумерки сгущались.

- Я не знаю, как тебя оставить, но нужно срочно набрать воды, пока не стемнело. Фляг только две, давай набирать еще в кружки, донесем по две, – обратился он к Гере. Ролану явно не хотелось уходить.

- Ролан, достань какую-нибудь яркую футболку из рюкзака девочек, порвите и намечайте дорогу, - говорить было сложно, но хотелось хоть как-то помочь.

- Хорошая идея, но, если что, скажем, что ее порвал пес по имени Маркус!

Как же я любила, когда мы начинали шутить, сразу казалось, что можно справиться с любой задачей и отогнать страх.

- Саша, ты как? – я наклонилась к девушке.

- Не знаю, очень странно. Как будто я тонула, но чудом вынырнула.

Глава 46. Это Волк

За деревьями послышался шорох и оттуда выпрыгнул настоящий крупный волк. Глаза его хищно сверкали, пасть оскалилась клыками, густая серая шерсть топорщилась на загривке. Я увидела, как напрягся Маркус, но не обратился. Мелькнула мысль, что парень настолько ослаб, что не сможет превратиться в гигантского пса, он даже в болонку не обернется. В подтверждение моих мыслей капитан тихо выругался и заслонил меня своим телом, кто-то из девушек вскрикнул. В два прыжка серый хищник оказался возле нас, я обхватила Маркуса руками, уткнулась лицом в спину и закрыла глаза. Очень хотелось потерять сознание, но в этот раз не получилось. Из ступора меня вывел голос Маркуса:

- ***… магическая! Елки зеленые! Мастер Сергей, какого магического ужаса вы такое устроили?

Я открыла глаза, выглянула из-за Маркуса и увидела Папу Сережу, стоящего перед нами в одних трусах.

- Хватит идиотские вопросы задавать, помоги фляги отвязать.

- А я, когда на волке вдруг фляги увидел, сразу понял, что вы нас не съедите! То есть не понял, что это вы, но фляги узнал! – Маркус выглядел ошалелым.

- А почему на вас трусы? – я спросила и не поверила, услышав свой голос. Ну, почему я иногда спрашиваю чушь?! Хотелось провалиться под землю, и я тут же спрятала свою покрасневшую от смущения физиономию за широкой спиной командира.

- А, Катрина, привет! – в голосе Папы Сережи послышались привычные веселые нотки. – Оставил вас на два дня, так вы совсем отбились от рук! Тьютор попытался вытащить меня из-за спины Маркуса.

- Катя, как так получилось, что тебя не смущает, что твой друг без трусов? – Папа Сережа кивнул в сторону Маркуса, с трудом сдерживая смех. – Но очень интересует, что у твоего наставника есть трусы?!

Я охнула и отвернулась, командир выругался, а Папа Сережа с удовольствием рассмеялся:

- Что, тяжела реальность юного оборотня?

Я услышала, как за спиной Маркус ринулся в сторону рюкзаков. Хорошо, что теперь он может надевать и рвать уже свою одежду.

- Встретил ребят, когда шел искать, на каких магических тропах застрял мой отряд. Река отсюда в часе быстрой ходьбы, звук в горах распространяется по-особенному, вот вам ошибочно и показалось, что она совсем близко, - Папа Сережа щупал лоб Саши, проверял пульс.

- Мастер Сергей, вы оборотень и целитель, как Маркус?

- Нет, Катя, я не целитель, но оборотень, как ты успела заметить. Но любой взрослый маг должен уметь оказывать первую помощь. Девушка в порядке. Отдых, вода, еда – вот, что сейчас ей нужно. Пока вернутся все остальные, начнем разбивать лагерь.

Уже стояли две палатки, когда вернулись Ролан и Гера.

- Мастер Сергей, а вы не могли бы еще раз обернуться? А то как-то обидно, что только мы с Катей вас испугались. Пусть Рол с Герой в обморок свалятся! – Маркус выглядел уже бодрей.

- Прости Маркус, ребята мне в двух словах рассказали ваши новости. С магом-иллюзорником я точно связываться не хочу!

- Иллюзорником? – Маркус покосился на Рола. – Похоже, я что-то пропустил.

Напоив всех девушек, я села, прислонившись спиной к дереву и в установке лагеря не участвовала.

- Как ты? – возле меня присел Ролан. – Я позову командира, пусть тебя лечит.

- Не надо, ему тоже досталось. По-моему, все его силы ушли на девушку, - я кивнула в сторону Саши, - он даже в пса не смог обратиться. Я в шоке, что наш Папа Сережа тоже оборотень.

- Видимо он почувствовал смертельную опасность, раз обратился. Ведь правилами лагеря запрещено взрослым использовать свою магию такого размера, - Ролан задумчиво замолчал. – Когда опытный маг берет энергию из пространства, где этого делать нельзя, нарушаются магические потоки.

- Мы уже столько всего нарушили! – я посмотрела на свои перевязанные руки.

- Ты так и не знаешь, что там?

- Думала, дойдем до реки, тогда сниму их.

- Может лучше не знать? – Ролан накрыл мои руки своими. – Я бы на твоем месте перевязал их в темноте и не смотрел, что там.

Я снова вспомнила непривычно суровую Рину, плачущую весь день Асю, смятение Даниеля, когда речь заходила о надписях на их руках. Все ребята старались избегать этой темы.

- Я принесу тебе достаточно воды из родника, мы наметили с Герой дорогу и теперь не заблудимся. Руками нужно заняться, - и Ролан пошел в сторону уже совсем темной чащи.

Ребята вернулись, когда все шесть палаток были установлены, и даже сложен костер. Они принесли котелки с водой, остальные фляги и палатку Папы Сережи, которую он тут же разбил чуть в стороне. Я видела, что все совсем без сил и сама поставила котелок на огонь, достала продукты, которые в тот раз добавлял в суп Оливер.

- Катрина, у нас конечно в отряде теперь есть целитель, но все-таки давай не рисковать, - проворчал Оливер, но от помощи не отказался. Я перемешивала, высыпала, добавляла под его чутким руководством.

Через полчаса все, кроме девушек второго сектора сползлись к костру. Мы их звали, но они предпочитали сидеть возле крайней палатки и тихо беседовать. Папа Сережа сказал оставить их в покое, и мы прямо туда отнесли им миски с супом пореже и крепкий чай с сухариками.

- Ну, караси, рассказывайте, как вы докатились до такой жизни? – сразу спросил тьютор, как только мы закончили свой ужин.

Пришлось рассказывать все по порядку, и в пересказе ясно звучало, какие мы все идиоты. Парни приуныли, девушки сверкали глазами, а я не почувствовала, как заснула. Мне снилась собачья морда и нежные объятия Даниеля, потом Рол, который превращает цветы в птичек и ухмыляющаяся морда серого волка.

Глава 47. Парни и магия

Утро снова пришло неожиданно.

- Ротаааааа, подъем! – раздался голос Папы Сережи.

Я попыталась нырнуть в спальник поглубже.

- Катя, даже не думай, Мастер Сергей бодр и весел, - попытался вытянуть меня из укрытия Дан. – Я итак тебя полчаса обороняю, то белый пес в палатку ломится, то твой друг Ролан настаивает, что тебе с перевязкой должен помочь. Давай вставай и помоги мне твоих женихов разогнать!

Я фыркнула и стала выбираться из спальника.

- Дан, а где моя кофта? – утро было слегка прохладным.

- Извини, я ею запустил в наглую псину.

- Используешь для защиты слабую девушку?

- Нет, только ее вещи, - Даниелю все-таки удалось вытряхнуть меня из спальника и ловко скатать его в валик.

Лагерь был в движении. София с Оливером колдовали над котелками, парни сворачивали палатки, ко мне спешила Рина. Девушка порывисто обняла меня:

- Как хорошо, что вчерашний сумасшедший день закончился! Не хочу больше приключений, давай мирно сходим за водой.

- Ринка, как же ты права! Только найди Ролана или Геру, они тропу к роднику намечали, с ними будет вернее, - я обняла подружку и даже чмокнула в щеку. – Я сейчас только кофту свою найду, не хочу, чтобы Маркус из нее очередную набедренную повязку сделал.

Кофта нашлась быстро на бревнышке у костра. Я пожелала Оливеру и Софии доброго утра и стала надевать тепленькую толстовку. Не успев застегнуть молнию, я почувствовала странное: внутри кофта была совершенно мокрой.

- Магия Мира! Воды нет, а кофта мокрая!

- Так с ней белый пес по лагерю бегал, - сообщил Оливер, - Я еще подумал, вот кому-то не повезло.

- А вон преступник собственной персоной, - рассмеялась София.

К нам шел Маркус вполне в человеческом обличье, даже одетый. Я схватила толстовку и с гневным видом побежала к нему навстречу.

- Ну, знаешь… - начала я.

- Катрина, прости, я совсем не хотел, - командир выглядел виноватым. – Я тебя полечить захотел, но Даниель меня в палатку не пустил. Я только немножко хотел мордой на твоих лапах полежать.

- С ума сошел, у меня нет лап!

- Катенька, ну откуда ты знаешь? Вдруг ты тоже оборотень? И будут у тебя лапы.

Я с грозным видом стала наступать на парня.

- Ну, может быть не лапы, а лапки, тоже ведь хорошо! Разве мы с Папой Сережей не классные? Будем вместе на охоту бегать! – глаза Маркуса хитро блестели.

Я любила, когда наши парни шутили, но кофту было жалко. Да и кто его знает, как с оборотнями надо себя вести, может его сразу к порядку нужно приучать?

- А толстовку мою ты зачем погрыз?!

- Я не грыз! – Маркус выглядел смущенным. – Ты забыла ягоды из кармана достать. Ну, я и не сдержался, сожрал все.

- Так вот в чем дело? Ну и зачем было так карман слюнявить?

- Так морда не пролазила! Папа Сережа сказал, что потом я уже не буду таким огромным. Думаешь приятно быть размером со слона? Это пока магия просыпается, она плохо контролируется, ее слишком много. Я сейчас практически неограниченный резерв имею! – Маркус выглядел довольным мальчишкой. – Магия оборотня у меня первичная, а целительству нужно еще долго учиться.

- Магия пожирателя ягод у тебя первичная, - я уже перестала злиться. – Вот как тебя назад в лагерь к людям пускать? Ты же весь слет без компота оставишь!

- Кать, а хочешь я тебе свой бомбер отдам, - парень стянул свою кофту через голову и протянул мне.

- О нет, когда мне понадобится «платье до пят», я сама тебе скажу, – я вручила свою обслюнявленную кофту оборотню, ведь все равно мой рюкзак тащил он, и поспешила навстречу Рине и Ролану.

- Ролан, ты как?

- Я отлично, пришлось правда с лохматой псиной в палатке ночевать, но твой Даниель никого, кроме Геры, к вам не пустил.

- Я вообще не помню, как заснула, день вчера был не из лучших.

- Извини, я вчера воду принес, но ее пришлось второму сектору отдать. Утром снова принес – Оливер забрал.

- Ты для рук? – я посмотрела на свои порядком замурзанные повязки. – Через час уже будем у реки, там и разберусь с ними.

- Катюш, ты чего в футболке? Холодно ведь, – повела плечами Рина.

Мы уже отошли от лагеря и углубились в чащу, ориентируясь по цветным лоскуткам, которые вчера Ролан с Герой развесили по деревьям. Я в лицах рассказала о тяжелой участи своей толстовки и забытых ягодах в кармане. Голова не болела, было весело изображать Маркуса в образе собаки. Ролан снял свой свитер и даже не спрашивая надел на меня. Рина тактично пошла вперед.

- Даже не буду спорить, спасибо, - я улыбнулась парню, хотя было немного неловко, свитер хранил его тепло.

- Не спорить? Это что-то новенькое, - и на тёмно-синем свитере стали распускаться маленькие розовые сердечки.

- Ролан, как же красиво! – я даже дышать перестала. – Твоя магия – настоящее волшебство из сказок.

Парень добавил на свитер двух кроликов, но они резво соскочили и помчались в чащу. Впереди взвизгнула Рина:

- Скорее сюда, тут кролики! Розовые! Скорее!

Я рассмеялась и пощупала Ролана за плечи, слегка взлохматила длинную челку:

- Главное, чтобы ты был настоящим!

- Я рад, что тебе нравится, только вообще не могу представить, зачем такая магия нужна в жизни, - парень нахмурился.

Я не знала, что сказать, маги-иллюзорники были редкостью.

- В лагере есть серьезная программа для тех, у кого открылась магия. Вас будут обучать по специальным программам, учить обращаться с даром. Я тебе даже немного завидую, с завтрашнего дня ты будешь заниматься отдельно с наставниками. С боевыми щитами – понятно, будешь, наверное, с отрядом Ирмы упражняться. А вот для иллюзий даже не знаю… - я задумалась. - Но это очень крутая и редкая разновидность магии. Может у тебя в семье кто-то есть с таким даром?

Парень отрицательно мотнул головой:

- А ты точно не считаешь, что эта магия больше подходит нежной девушке, а не парню?

Я видела, как волнуется Ролан, и как важен для него мой ответ. Взяла друга за руку, чтобы он четко понял мое мнение по этому поводу, но нас перебила Рина.

- Ну, ты, Рол, и баран! Иллюзорники – боевые маги! У тебя и первичная и вторичная магия – боевые, и очень крепко друг на друге завязанные. Иллюзорники – редкость, но не настолько, чтоб вы, голубки, совсем о них ничего не слышали, - Рина смотрела на нас с удивлением, а мы на нее. Я даже проигнорировала ее выпад по поводу «голубков».

- Он может создать иллюзию скопления боевых сил на пустом месте, а сам прикрыть свою команду щитом. Противник вообще не будет знать, куда направлять силы, и что их ждет за безобидным кустом, - Ринка была хороша и убедительна, похоже девушке нравилось, как мы стоим и хлопаем глазами.

- Ну ты, конечно, можешь врага и розовыми кроликами распугать, - хмыкнула подруга.

- Рин, но откуда…

- Да ладно, отомрите, у меня Ба военную стратегию психологического боя в академии преподает! Иллюзорники у них наперечет, так что, Ролан, ты грозен и опасен, - Ринка даже встряхнула слегка парня за плечи.

- А мне нравились кролики и сердечки, - печально сказала я. – Жаль, что такое волшебство для войны используют.

Мы быстро набрали фляги и на стоянку уже возвращались без разговоров, тактично оставив Ролана со своими мыслями. Уже у костра я придержала Рола за руку, и глазами показала на россыпь розовых сердечек на свитере. Парень кивнул и свитер снова стал синим, хотя мне показалось, что я увидела разочарование в его глазах.

Завтракали быстро, но роскошно: был наваристый суп и каша с мясом на второе. Я попыталась отбить у Маркуса свой рюкзак, но его уже забрал Ролан. Мне досталась только палатка, а Саша из второго сектора настояла, что они понесут сами свои спальники, закрепив их страховочными канатами. Эммануэль очень быстро смастерил временное крепление и лямки.

К реке мы действительно спустились за час, но Маркус, который снова был командиром, принял решения идти еще несколько часов до обеденного привала, пока утром все полны сил. Он даже один раз снова обратился в собаку и ускакал на разведку, пока нас вел Оливер. Папа Сережа демонстративно шел последним.

Вернувшийся пес немного поносился вдоль нашего отряда и попытался потыкаться мокрым носом мне в шею. Гладить и чесать его за ушком я не могла, так как щенок был размером со слона. Но он был таким симпатягой, с улыбчивой мордой, янтарными бусинами глаз и шелковой шерстью. Если бы не осознание того, что этот песик иногда превращается в крепкого взрослого парня, я бы с удовольствием почесала ему не только бочок, но и пузик.

- Я думаю, если мой Эммануэльчик будет оборотнем, то не станет таким симпатягой, - вздохнула Рина, которая сейчас шла по тропе рядом со мной. Спуск был не сложным, рюкзаки за время похода стали намного легче.

- Ты же говорила, что Эм самый красивый парень, - удивилась я.

- Ну да. Только, если станет оборотнем, то или благородным оленем или беркутом, например, - мечтательно заявила подруга.

- А их не хочется гладить и пуськать? – рассмеялась я.

- А твой, если превратится, то в барана, - кивнула Рина в сторону Даниеля. – Ходит и тупит.

Я тихонько толкнула подружку в бок и укоризненно посмотрела.

- Ну, а что? Разве я не права? Вон Рол тебя одевает, Маркус раздевает, один цветочки рисует, второй то в шею тыкается, то съесть норовит.

Я попыталась пошипеть на Рину, но подруга не унималась:

- Откуда ты знаешь, может носом в шею – это у собак поцелуй! Он тогда тебя уже раз десять на глазах у всего отряда поцеловал, пока твой Дан духу набирается.

- Ринка, я обижусь! Можно подумать у тебя с Эммануэлем дело к свадьбе идет.

- Нда, - слегка поникла Рина, - сказать, что Эм полон энтузиазма и бегает за мной, я не могу. Может, Кать, мы не правильный выбор сделали? Надо было Сене и Вене улыбаться?

- Ага, тогда бы у нас от них уже бейбики были! – рассмеялась я. - Сильно они шустрые и любвеобильные. Они даже капитана Ирму умудряются потискать.

- А это – высший пилотаж! – продолжила за меня подруга.

К обеденному привалу подошли незаметно. Маркус выбрал невероятно красивую поляну с шелковой травой, крепкими раскидистыми дубами по краям и пологим спуском к воде. Так приятно было посидеть в тени, полюбоваться гордыми снежными вершинами вдали, такими недружелюбными для нас.

Обедали без костра, просто открыли мечту туриста: тушёнку и сгущенку. Папа Сережа сказал, что ужинать будем уже дома. И как-то щемительно захотелось оказаться в своем домике, в уютной гостиной, снова беззаботно шутить, спорить с парнями, обсуждать простые события. Хотя где-то внутри я понимала, что так, как раньше не будет: кто-то уже с проснувшейся магией, кто-то в ожидании и тревоге. Да к тому же добавились эти странные надписи на руках, сможет ли кто-нибудь из взрослых объяснить, что они значат и почему появились? Я вздохнула и стала спускаться к реке, пора было снять повязки и познакомиться со своей неприятностью. Все увидели свои слова на горе, и я не хочу возвращаться в лагерь в неведении.

Вода уже не удивила своим ледяным характером, я терпеливо опустила и держала руки, когда почувствовала, что сзади меня ласково обняли за плечи. В груди потеплело, я соскучилась по Даниелю, но он за полдня подошел ко мне только раз, поправил крепление палатки и напомнил, что нужно больше пить. Но я заметила, что от его взгляда не укрылся свитер Ролана, да и белый пес попытался потереться боком о Дана, от чего тот еле удержался на тропе.

Я осторожно прислонилась щекой к ладони на моем плече.

- Я пришел помочь, снимать повязки будет больно, - услышала тихий голос Маркуса за спиной.

Я вздрогнула и попыталась встать, но Маркус спокойно и настойчиво придержал меня за плечи.

- Катрина, я знаю, что твоя нежность была адресована не мне, я просто хочу помочь, сниму боль. Здесь я один - целитель.

Парень присел со мной рядом у кромки воды и опустил в нее свои руки, накрыв мои. От ледяной воды я их уже почти не чувствовала, но от ладоней Маркуса пошла такая волна тепла, что хотелось забыть обо всем и сидеть так: с руками, опущенными в воду, и не думать ни о чем.

Не знаю, сколько прошло времени, но, когда Маркус оторвал свои руки от моих, я как будто вынырнула из мягкого приятного сна. Внутри разливалось сожаление, хотелось снова в тепло, уют и безопасность.

- Уже можно снимать повязки, ты только сильно не придавай значение этим надписям, - Маркус говорил очень тихо. И мне показалось, что ему тоже далось с трудом это разъединение наших рук.

- Спасибо, - я не знала, что можно было сказать. Чувствовала себя непонятно и растеряно. Маркус оставил меня одну. Я не спешила, наконец-то можно было остаться наедине со своими мыслями.

Почему-то вспомнился самый первый день, когда я еще называла Дана – Ловец, вспомнила, как случайно заснула в его объятиях во временной палатке зеленого периметра, нежность, предвосхищение влюбленности…Я достала левую руку из воды, повязка легко соскочила, и я увидела яркими глубокими царапинами выведенное слово «ОШИБКА». Сердце колотилось пойманной птицей, на глаза выступили слезы.

Ну, почему? Почему я думала именно о Даниеле и о том, как влюблена в него, когда увидела эту надпись? Мне было так сладко вспоминать его взгляд и прикосновения, когда вдруг в мой мир врезалось это слово. И что оно значит? Как его понимать? К чему или к кому оно относится? Я судорожно сорвала повязку с другой руки, может там ответы? Но на ладони не было букв, лишь круглая пентаграмма с замысловатой спиралью внутри, свитой из колечек то ли с шипами, то ли с веточками. Я быстро вытерла слезы, достала из кармана бинт и перевязала руки, спрятав надписи под повязкой, а тревогу в сердце.

Глава 48. Откровения Анжелы

Дорога вдоль реки была почти приятной. Жара потихоньку уходила, рюкзаки у всех полегчали. Реку вброд мы уже не переходили, к подвигам не рвались. Капитан звериным чутьем выбирал самые удобные тропинки и приятные полянки для маленьких привалов.

- До лагеря осталось не больше двух часов. Будем дома уже к ужину, - Маркус жестом предложил сбросить рюкзаки. – Посмотрите какая красота! Это последний привал.

- Сложные были дни, все эти подъемы, спуски, ночевки, нервы, - ко мне подошла Рина, - но, кажется, мы будем по всему этому скучать.

Мы стояли на краю живописного луга: шелковая трава по пояс, россыпь цветов всех оттенков, островки деревьев и кустарников, тихий шепот широко раскинувшейся, неспешной и мелкой в этой части долины реки.

- Как будто и не было сурового подъема и недружелюбных гор с их холодом и нервными тропами, - я задумчиво водила по мягкой шелковистой траве, - пойдем к тем березкам, раз у нас есть немного времени для отдыха, можно насладиться, здесь и правда все, как на картинке.

- Извини, Катюнь, обещала Эмму с ногой помочь, - подружка погрустнела, - надо перебинтовать ее специальными штуками, он совсем замучался за эти дни, хоть и виду не подает.

- Конечно, иди, я пройдусь сама, хороший повод подумать, как-то много всего произошло за последние дни.

- У тебя, Кать, то густо, то пусто! Где твои Даниель, Ролан или хотя бы псина Маркус, которая тебе прохода не дает? Самой гулять среди такой красоты обидно. Может Асю возьмешь? – мы посмотрели в сторону девушки, которая уже второй день была в неизменно плохом настроении, и вздохнули. Ася поймала наш взгляд и отрицательно помотала головой. Ее состояние меня все больше настораживало.

- Смотри, Катя, уведут девушки второго сектора твоего Дана и Ролана в придачу, а Маркус итак вокруг них скачет.

Я собрала с колоска пучок усатых зернышек и ловко запустила в подругу, Ринка со смехом побежала искать своего Эмма, а я пошла к островку из берез. Высокие и светлые, они манили в свою тенистую прохладу. Это была небольшая рощица, так что заблудиться я не боялась. Шла между деревьями, иногда трогала их кору. Мысли перепрыгивали от отношений с Даниелем на магию Ролана, потом на девушек второго сектора и то, что Папа Сережа - оборотень. Потом вдруг я начинала думать о том, что хорошо было бы стать таким магом, чтобы понимать язык деревьев или животных. Это может быть коммуникационная магия или разновидность биомагии. Мир настолько разнообразен и главный секрет впереди: кто ты? Потом я начинала думать, что обозначает слово «ошибка» на моей левой ладони? Меня учили, что ошибаться – вовсе не плохо. Важно правильно работать с последствиями ошибки, осознавать ее причины, делать выводы – таким образом «твоя ошибка превратится в твою силу» - говорила мама. Может и не так страшно, что у меня от магического камня появилось такое предостережение?

Задумавшись, я не сразу заметила Маркуса. Он стоял неподвижно у дерева. Обернувшись ко мне, жестом показал, чтобы я не шумела.

- Здесь чужой, - шепотом сказал он.

- Кто? – я смотрела по сторонам, деревья росли не густо, но я никого не видела.

- Не знаю, но нужно быть осторожными, он идет в нашу сторону.

- Почему осторожными? – также шепотом спросила я.

- У него магия, - заметно было, что Маркус прислушивается не столько к звукам в роще, сколько к себе.

- Может это кто-то взрослый из лагеря? Например, идет к нам на встречу, чтобы помочь, мы ведь задержались? – мир вокруг был настолько солнечен и безмятежен, что чувство опасности никак во мне не просыпалось.

- Это магия недавно проснувшаяся, это не может быть взрослый, - Маркус от напряжения морщил лоб. – Может мне обратиться, я тогда почувствую точнее?

- По-моему, это последняя твоя одежда, - заметила я. – Хочешь в лагерь прийти голым? Как ты вообще что-то слышишь, да еще оттенки магии?

- Я не слышу, я скорее чувствую. Магия человеческая и ее сейчас много, она не имеет четкой формы, вся колышется, немного буянит, как у Ролана или у меня. Я чувствую всплески и волнения, неровный фон. У Папы Сережи магия чувствуется мною по-другому, более оформленная что ли.

- Но мы еще далеко от лагеря, - мне в голову не приходило никаких идей. – Кто это может быть? Ты чувствуешь опасность?

- Нет, но может я ее не распознаю из-за неопытности? – Маркус нахмурился. – Меня настораживает эта неизвестность, магия ведь проснулась только у Миро из второго сектора, а от него ничего хорошего не жди. Надо проверить, идем тихо, держись за моей спиной.

Командир пошел вперед. Несмотря на свои крупные габариты, двигался он легко и бесшумно. Я старалась идти след в след, но каждый раз слышала, как ветки хрустят под моими ногами или старые листья шуршат. Я так сосредоточилась на бесшумном передвижении, что не сразу заметила, что Маркус остановился и замер на самом краю рощи, и врезалась в его спину. Парень придержал меня за руку и кивнул в сторону густого кустарника. Там стояла девушка: русые волосы собраны в небрежную прическу, мягкие черты лица, немного полноватая фигура. Но длинные ресницы, пухлые губы и румянец делали девушку приятной на вид.

- Мы ее боимся? – прошептала на самое ухо оборотню. – Это она страшный необузданный маг?

Но Маркус не отреагировал на мой сарказм.

- Почему мы прячемся? Девушка скорее всего просто потерялась, - я хотела выйти из-за спины командира, но он по-прежнему не отпускал мою руку.

- Подожди, она прямо сейчас использует магию. Ты же не хочешь, чтобы тебя очередной раз кто-то утащил и бросил на какой-нибудь камень?

Я удивилась, девушка спокойно шла вдоль кустарников, иногда касаясь их рукой. Какая тут магия? Просто прогулка.

Когда незнакомка была уже метрах в шести от нас, я увидела, как она пробежала пальцами по ветке пушистого куста, и на нем в ту же секунду возникли спелые красные ягоды. Я еле сдержалась, чтобы не ахнуть и почувствовала, как вздрогнул Маркус. Так хотелось пошутить что-то на тему «ягодного маньяка», но девушка была слишком близко. Она неспешно собрала несколько ягод и положила их в рот. Потом наклонилась, сорвала красивый цветок, понюхала его и тут же соцветий на стебле стало в десять раз больше, цветок даже наклонился под такой тяжестью.

- Пора выходить, только ты первая, чтобы не напугать ее.

Я не успела ничего сообразить, как командир быстренько подтолкнул меня в сторону полосы кустарников.

- Добрый день, меня не нужно бояться, - это первое, что пришло мне в голову. Глупость полная, но эти дни были так полны опасностями, что мое подсознание сгенерировало именно эту фразу.

- А я и не боюсь, - девушка посмотрела на меня немного удивленно. – Ты Катрина из первого сектора.

- А я Маркус – командир первого отряда, - парень вышел из укрытия.

- Проигравшего первого отряда, - девушка хоть и выглядела милой и нежной, в общении тактичностью не отличалась. – А почему вы такие счастливые, вы ведь без магии возвращаетесь?

- Быстро же доходят сведения, - хмыкнул Маркус. - Почему же без магии? Мы тоже с магией возвращаемся.

- Это с какой, интересно? – девушка приподняла брови.

- Он маг-пожиратель ягод! – мне не хотелось, чтобы Маркус рассказывал все новости этой наглой девице. – Слышала про такую магию?

Девушка хмыкнула, похоже, не очень мне поверив.

- Можно попробовать? – Маркус кивнул в сторону куста.

- Конечно! – девушка сделала приглашающий жест, и на кусте заалело неприличное количество спелых ягод.

Командир первую съел не спеша, но потом просто стал набрасываться на них, забыв о приличиях. Девушка стояла и улыбалась, мне она нравилась все меньше и меньше. Я не придумала ничего лучшего, как взять парня за руку, даже немного погладила его по тыльной стороне ладони.

- Маркус, девушку нужно отвести к Папе Сереже.

Парень кивнул и не решился забрать у меня руку, чтобы снова начать собирать ягоды.

- Мы здесь с куратором. А почему ты так далеко от лагеря?

Девушка неопределенно повела плечами, и улыбка ее моментально исчезла.

- Вы же в лагерь возвращаетесь, а мне туда не очень хочется, - я почувствовала в голосе девушки дрожь и недовольство, хотя она шла за нами. Маркус тоже не решился задавать вопросы. Было непонятно, откуда у нее магия, и что она делает так далеко от лагеря.

- Как тебя зовут? Извини, мы встречались только с ребятами из первых четырех секторов, - мне было неловко, что девушка знала мое имя, а я ее вообще не помнила.

- Я – Анжела. Я из седьмого сектора.

- Очень приятно, Анжела, видишь, и на гору не надо было карабкаться, чтобы магия появилась, - попытался пошутить командир. Но девушка посмотрела на него таким странным взглядом, что Маркус чуть не подавился.

До поляны мы дошли за пять минут. Девочки комфортно устроились в тени деревьев. На этот раз сидели все вместе, даже второй сектор не держался угрюмо отдельно. Все заинтересовано уставились на Анжелу.

- А где Мастер Сергей и парни? – удивился Маркус.

- Они тебя тоже искали, - Рина поправила на голове слегка увядший венок. – Тренируются на берегу.

- Тренируются? Вы серьезно?

- Сказали, как только тебя увидим, в любом виде отправлять к ним, - добавила София, кивнув в сторону берега.

- Девочки, знакомьтесь, это Анжела из седьмого сектора, - я жестом пригласила девушку присесть с нами.

- Привет, Анжела, я не думала, что можно так далеко уходить от лагеря, - улыбнулась Глория и подвинулась, чтобы на бревне, где она сидела вместе с Риной, появилось место.

- Анжеле можно гулять далеко, она маг, - я с удовольствием рассматривала замершие в удивлении лица подруг. У Рины даже венок сполз на самый нос.

Анжела уверенно поправила венок, от этого все поникшие цветы снова воспряли, а на некоторых даже открылись бутоны. После этого Анжела хитро улыбнулась и уверенно села на освободившееся место между Риной и Глорией. Девушки потеряли дар речи. Я аккуратно сняла замученный венок с головы Софии и протянула Анжеле, она легко провела по радиусу, и цветы стали еще роскошнее, чем были на поляне полчаса назад. Для большей убедительности девушка сорвала ветку земляники, росшую прямо у бревнышка, на ней тут же возникла гроздь мелких пахучих ягод, и Анжела вставила ее в венок, вернув его мне обратно. София потыкала в ягоды пальцем, понюхала цветы, но венок снова одевать на голову не стала: «На иллюзию Ролана не похоже».

Первой пришла в себя Саша из второго сектора:

- Магия плодородия?

Девушка в ответ кивнула, ей явно нравилось быть в центре внимания. Она снова выглядела счастливой и уверенной. Девчонки наперебой стали восторгаться увиденным, ссыпать впечатлениями и вопросами, не дожидаясь ответов. Всех перебила Саша, и это было удивительно, так как девушки второго сектора старались держаться как можно незаметнее:

- Как у тебя проснулась магия, если ты не была на горе? Как это произошло? – моментально на поляне образовалась тишина, все превратились в слух. Анжела не спешила с ответом, обвела всех немного удивленным взглядом, слегка пожала плечами и сказала:

- Обычно. Единственно доступным способом, если вы, конечно, не хотите ждать 21 день и надеяться на авось.

- Не поняла, ты считаешь, что, если магию дал тебе не камень на горе, то в лагере ее придется будить, как минимум 21 день? И то нет гарантий, что она проснется? – Глория во все глаза смотрела на новенькую.

- Не я считаю, а так и есть! – с уверенностью ответила Анжела. - Вы ведь знаете, что примерно половина вернется домой с непроснувшейся магией. Это всем известно!

На минуту повисла тишина, мы действительно знали, что в первый год в лагере магия открывается далеко не у всех, но очень не хотелось думать, что так может произойти и с нами.

- Но есть какой-то верный способ магию разбудить без всякой горы и ожидания? – Саша в упор смотрела на девушку. Анжела не ответила, а ногой провела под бревном, и на всех земляничных кустах появились ягоды.

- Что за способ?! – похоже было, что Саша еле сдерживается, чтоб не потрусить девушку. Я поняла, что уже не только мой Даниель одержим пробуждением магических сил, Саша выглядела слегка безумно. Может это желание отомстить своим парням заставляло сдержанную девушку так себя вести? Понятно было, что поступок ребят второго сектора во главе с Миро, которые напоили своих девушек сомнительным отваром, от чего те заснули и не попали к магическому камню, создал громадную проблему.

- Что за способ? – повторила Саша, сделав акцент на первом слове.

- Единственно возможный, я же говорила, - Анжела недовольно нахмурилась.

- Ты как раз ничего не говорила. Что нужно делать? Что раскроет магию? – Саша почти сорвалась на крик и действительно схватила девушку за плечи.

- Секс! – Анжела попыталась убрать чужие руки с плеч. – Это секс. То же мне секрет, зачем орать? Можно было просто догадаться.

Вот теперь над поляной повисла действительно тишина. Казалось, что даже многочисленные луговые насекомые и птицы в роще потеряли дар речи.

- Это не правда! – первая пришла в себя Глория. – Мы проиграли, но у двоих наших ребят открылась магия без всякого секса.

- На горе открылась? – Анжела криво ухмыльнулась. – Так гора это умеет, открывает при помощи мощнейшего источника в виде камня со скрижалями.

- Не поняла, ты говоришь, что нашим парням магию открыл именно камень, а не экстремальные условия или нагрузки? Может они обрели дар, так как были самыми тренированными? – не очень уверенным голосом спросила Рина.

- Вы с луны свалились или с горы спустились? – хмыкнула девушка. –Это все камень! Но такое раз в год случается. Вы с горы уже спустились в долину, больше магия при помощи камня не откроется. Да и при помощи тренировок вряд ли.

- Я все равно не верю. Зачем нас тогда с первого дня в лагере разными занятиями грузят: то мы Магию Земли пытаемся пробудить, то на боевиков тренируемся, - я чувствовала себя обманутой и несчастной. Эмоциональный фон подпитывала какая-то нехорошая улыбка Анжелы, немного высокомерная и снисходительная.

- Так на слете 180 подростков в возрасте от 15 до 17, их же чем-то надо занять и отвлечь, - похоже у девушки на все был ответ, но верить в ее такое простое и откровенное сообщение не хотелось.

- Ты над нами сейчас издеваешься? Может у тебя вторичная магия какое-нибудь психо-манипулирование? – Ринке, похоже, девушка с ее информацией тоже не понравилась, она прямо наступала на нее.

- У меня есть вторичная магия…но она другая, и мне не нравится, - при этих словах Анжела сначала стала размером, как Маркус, потом, как два Маркуса. И уже она нависала над Риной, а не наоборот. Я тут же поняла, почему девушке не нравилась ее вторичная магия, она в увеличенной форме выглядела очень толстой. Это длилось несколько секунд, и Анжела вернулась к обычным размерам.

- Может и можно пробудить магию так, как ты сделала, - София говорила, смущаясь, - но точно есть и другие способы, иначе бы меня мама в такой лагерь не пустила.

- Мы можем отсчитать 21 день и проверить, потом подождать еще 9 последних дней и увидеть, как вы все уедете домой такими же, какими и приехали! – Анжела смотрела на нас победительницей. – Может у кого-то из особо способных парней и откроется дарование. Еще неделька и они начнут изматывать себя тренировками до обморока или выберут…более приятный способ.

Мне хотелось собрать всю землянику, которую вырастила эта циничная девушка и запихнуть ей в рот, чтобы она наконец-то замолчала.

- Неужели это правда? – даже Глория выглядела растеряно. – У меня три сестры, они первый год возвращались без магии.

У меня засосало и закрутило где-то в животе, я слышала в нашей семье тихие разговоры о том, что и у близняшек, и у старших сестер магия раскрылась не сразу.

- Врешь! – радостно заявила Рина. – Может магия и без секса открыться! Я точно знаю!

Мы дружно с надеждой уставились на Рину.

- За день до того, как мы отправились в поход, у какого-то парня проявилась магия сокрытия! Помните он нам день и ночь поменял! Мы не успели узнать, что да как, потому что ушли, но вернемся и обязательно разберемся, - Ринка даже руки потирала от удовольствия.

Никому не хотелось верить, что магия – такое совершенное, долгожданное, может быть привязана даже не к любви, а просто к сексу! Но взглянув на Анжелу, я сразу все поняла.

- Анжела, этот парень…ты с ним спала? Магия проснулась сразу и у тебя, и у него?

Девушка тут же утратила свой высокомерный вид, сникла и просто кивнула в ответ. Ее настроение было очень нестабильно: от гордости и злорадного превосходства до печали и тоски.

- Да, так это и бывает. У него магия сокрытия, поэтому он тут же спрятал меня ото всех, а ночь – это побочное явление, от страха, - девушка уже выглядела несчастной.

- Вообще-то он мне рассказывал, что магия проснется от любви и только у тех, кто любит. Я поверила. Я ведь люблю его, очень люблю. Он говорил: «Давай проверим силу нашего чувства». Когда все произошло, я была счастлива, рядом расцветали цветы, колосилась трава…А он сразу стал нервничать, совсем не обращал на меня внимания, проверял свои способности. Я попыталась поговорить с ним о нас, и он тут же на все опустил темноту. Больше я о любви ничего не слышала, поэтому сейчас точно знаю, магия просыпается не от нее, а от сексуальной близости.

Мы слушали в тишине. Жалко было девушку, и понятно становилось, что ее цинизм от боли и душевной раны.

- Так что, кто хочет вернуться домой с магией, есть единственный верный способ! Только не верьте, что он какой-то возвышенный, это секс, просто секс, - Анжела снова улыбалась циничной улыбкой, с ее мягкой внешностью она совсем не гармонировала.

- Мы тебя понимаем и не осуждаем, - я попыталась приобнять девушку за плечи. – Но пожалуйста, ни слова об этом нашим парням.

Мои подруги молча кивнули в знак согласия, а от берега к нам шли ребята с Папой Сережей.