Поиграем в любовь

Глава 1

- Ярка, ты долго будешь еще торчать здесь? – не скрывая раздражения, прошипела Анька, подскочив ко мне. До этого она раз пять позвонила. - Тебя все заждались. Мы же договорились после лекции, в пиццерию идем. Забыла? Звоню тебе, звоню, а ты тут топчешься.

Мы стояли в холле главного корпуса университета. Я изучала расписание лекций «дедовским» методом на стенде, пренебрегая сайтом вуза. Во-первых, перебирать «в ручную» было гораздо удобнее и быстрее, а во-вторых, администратор сайта часто филонил и информация, об изменениях в электронном расписании сообщалось в последний момент, либо не появлялась во все. Прогресс, в виде рассылки на электронную почту, хотя бы старосте, до нас еще не дошел.

- Анют, еще несколько секунд, - заверяла я подругу, коротко взглянув на нее. - Профессор Ставицкий будет читать лекцию по доказыванию в гражданском процессе. Я хочу послушать. Переписываю расписание, пока никого нет, а то вечно тут не протолкнешься. Хоть биноклем вооружайся.

- Господи, ты так полысеешь! Впитываешь знания, как губка, - посетовала Анюта. – У тебя есть минута. Не больше.

- Не придумывай, с моими волосами все нормально. Даже в избытке, - продолжала делать записи, а заодно мысленно прикидывала часы лекций и часы моей работы. Все же один день придется пропустить либо работу, либо лекцию. Ни то, ни другое было не желательно. Ладно, у меня есть целая неделя подумать, что именно принести в жертву. В идеале жертв хотелось избежать. Может, удастся сменами на работе поменяться. Завтра же поговорю с начальством.

- Лучше бы на свидание сходила, - завела старую шарманку девушка, крутясь возле меня, тем самым закрывая мне обзор. Пришлось, привстать на цыпочки. - Никитка так и крутиться возле тебя. Вчера целую пару просидел, ожидая, а ты юркнула в библиотеку и, поминайте, как звали. Ребята над ним уже потешаются. Ты меня хоть слушаешь?

- Никитка твой, крутиться, как ножки блендера, вокруг каждой второй юбки, - ответила я, захлопывая блокнот, наконец-то, взглянув на подругу.

Я люблю Аньку, но, когда заходит разговор о парнях, наши взгляды стремительно расходятся, как в море корабли.

– Посидеть и послушать преподавателя иногда полезно, - продолжала я, убирая блокнот и ручку в рюкзак, точнее запихивая. - Твой Никита ничего не потерял. Да, и не расстроился он сильно. Быстро нашел мне замену. Видела, как королева красоты, местного значения, садилась к нему в машину.

- Вот, что ты нос воротишь? – принялась она вдалбливать в мою головку вроде бы простые истины, при этом эмоционально жестикулируя руками. - Тебя же никто не заставляет с ним под венец идти и коротать всю оставшуюся жизнь. Просто развеяться. Весело провести время. Поцелуйчики на последнем ряду в кино. Прогулки под луной. Кафешки. Цветочки.

Анюта смешно и мечтательно вздохнула, захлопала своими большими карими глазками. Нютка Зайцева была симпатичной блондиночкой с угловым каре, среднего роста – метр шестьдесят. Мы познакомились на первом курсе и быстро сдружились. Так вот, и по сей день, и дружим.

Мне в отличие от подруги, досталась длинная русая коса, чуть ниже лопаток. Обычной типичной внешность, как и всех. Зеленые глазки. Ростом мы были примерно одинаковым, как и возрастом. Нам обеим было по двадцать лет. Совсем уже большие девочки. Как-никак, студентки третьего курса юридического факультета. А, вот меня звали Ярославой. Фамилия Смирнова. По поводу своего имени, еще в школе, родителям был устроен протест, где меня без конца кликали мужским именем. Какие только краткие формы не использовали. Была я и Яриком, и Славкой, и Славуней, и Ярилкой, и Яськой. Злилась знатно, топнула ногой, а потом и другой, изъявив желание стать Машкой или на край Наташкой. Хорошие русские имена, но родители, хоть и посмеялись над моими детскими возмущениями, были непреклонны. Так и сказали:

- Будь добра, ребенок, носи с честью и достоинством имя любимого дедушки. Он у тебя всю блокаду прошел.

Дед и, в правду, был любимый, и гордилась я им. Звали его, как вы уже догадались, Ярослав. Даже, если бы не был участником Великой Отечественной войны, то все равно бы гордилась. Дедуля был классный, добрый. На рыбалку меня возил. Мы таких окуньков с ним ловили, а потом на природе уху варили. В походы ходили. А еще он всегда покупал много сладостей нам всем и себе. Умер он несколько лет назад, и мы по нему очень скучали.

Теперь в семье остался один Ярик. Я. Куда ж от этого деваться? Никуда. Как-то же я двадцать лет прожила Ярославой. Проживу и еще двадцать. Надеюсь.

Так, что-то я отвлеклась. Мы же в университете и передо мной подруга, ждущая ответа.

О чем мы там говорили?

Ах, да, Никита Большунов. Первый парень на деревне. Тьфу ты! В университете. Четверокурсник. Не подающий надежды юрист, но имеющий мохнатую лапу папы-нотариуса.

- Прогулки под луной? Поцелуи на последнем ряду? Цветочки? Мы об одном человеке говорим? – подивилась я, выпучив глаза, на подругу.

Та же лихорадочно закивала. Святая простота. Только если в ее мечтах. Не водилось за Большуновым славы дамского угодника и ухажера. Девчонки обычно сами на него вешались. Ему и палец об палец ударять не нужно было.

- Да, твой Никита перетискал половину девчонок универа, оставляя их с разбитым сердцем. Ни стыда, ни совести, ни верности, ни любви, - бодро ответила я, уверенная в каждом сказанном слове. Хоть сама я свечку не держала, в такой категории парней что-то, да понимала. Спорить с подругой не хотелось, но высказать свое мнение, стоило.

- Он не мой и ты не справедлива, - нахмурила свои тонкие бровки Аня, заправив короткие прядки за уши, принялась вновь спорить. – Возможно, он просто в поисках той самой, и ей можешь стать именно ты, а ты ведешь себя, как избалованная вниманием девочка. Будто за твоей спиной вагон и маленькая тележка из парней. Того не хочу. Другого не хочу. Тебе что ли принца подавай? Ни за что не поверю, что его внешность не тебя трогает.

- Почему же – нравиться, - согласилась я с ней. Отрицать очевидное – бесполезно. - Даже очень, а поступки у него, некрасивые. Вот лучше схожу на лекцию профессора и развеюсь. Он моему сердцу милее будет.

Анька стала в миг серьезной. Взглянула на меня с осуждением.

- Он женат, у него трое детей, внук, и, кажется, собака.

Вот, дуреха!

- Зайцева, ты совсем ку-ку? – спросила я, подивившись ее осуждающему взгляду. – Крыша потекла?

- Ну, что? Пошутить уже нельзя?

- Нельзя, - взбрыкнула я. - Я боюсь ваших шуточек. Вы с Софкой так в прошлый раз пошутили, что чуть не лишились места в университете, а заодно и меня паровозиком за собой чуть не потянули. Я ж подруга ваша. Наша троица всегда и везде вместе, а, значит, и шкодим мы вместе.

- А ты причитаешь, как бабка, и забыть все никак не можешь, - надула розовые губки девушка, насупившись.

- Как можно забыть двух идиоток, решивших сорвать зачет и, притащивших серых мышей, положив на стол преподавателю, - взмахнула я руками, уперев в нее тяжелый взгляд. Надо же! Она еще себя и виноватой не чувствует. - Проделка уровня пятого класса. Ей-богу! Неоригинальная, но шумихи надела. Стыдобища! Наших родителей вызывали в деканат. Я думала, папа мне ремня всыплет у всех на глазах.

- Кто же знал, что Евгений Борисович их боится. Он - мужчина! - воскликнула подруга, чем привлекла внимание проходящих студентов. - Мы исключительно в познавательных целях. Борисыч все время сравнивал нас с мышами, и мы решили наглядно продемонстрировать, что это не так.

- Кто знал? – передразнила я ее, покрепче сжимая рюкзак. - Конечно, ведь мыши с помойки такие милые существа и бояться их не стоит. По статистике каждый второй житель нашей планеты боится мышей. Без разницы белых или черных.

- Зато всем было весело, - нашла, чем оправдаться Анна, при этом широко улыбнулась. – И ничего они не с помойки. Мы их купили в зоомагазине и испачкали для реальности картины.

- Ужас! С кем я дружу? - покачала головой, закидывая рюкзак на плечо. Сразу почувствовала его тяжесть. Все же учебник по международному праву был лишним. Определенно! Я бросила взгляд в сторону лифта – библиотека находилась на 5 этаже, но боюсь, если я решу смотаться туда и обратно, Анька меня точно прибьет. Придется нести домой.

- Вот именно! С прекрасными и лучшими девчонками универа, а теперь пошли кушать. Софья рвет и мечет.

- Хоть одна здравая мысль за несколько минут, - одобрила я, ее мудрое решение и мы быстрым шагом направились в гардероб за верхней одеждой.

На улице декабрь окончательно вступил в свои права, обозначив их стойкими морозами и отсутствием снега. Сегодняшний день был не исключением. Мороз кусал нос и щеки. Потеплее, укутавшись в шарф, пританцовывая, еле поспевала за Аней. Держали курс на автобусную обстановку, где нас ждала кучка наших одногруппников. Среди, которых и была еще одна наша подруга, а заодно и подельница Аньки - Софья Мартынова.

Студенческий народ толпился на остановке, ожидая нужного автобуса. Главный корпус был большим, по сравнению с другими. Поэтому здесь всегда было многолюдно. Общественный транспорт ходил исправно, а вот сегодня, кажись, решил нарушить добрую и старую традицию.

Я на месте попрыгала, пытаясь согреться. Даже пошагала вперед, назад, влево и вправо в так музыки, что лилась из динамика, висевшего на крыше остановки. Качество звука не гуд, но согреться помогало. А, если бы я еще и шапку утром одела, то вообще бы цены мне не было, но укладку, в виде кудряшек, портить нельзя. Еще бы! Ради них я встала в пять утра.

Вот такие мы девочки! Ради красоты жертвуем здоровьем и сном.

Ребята с улыбкой на лице наблюдали за моими «танцами» и, кажется, такой нужды в тепле не испытывали. Я в принципе с трудом переносила холод. Мне бы солнышко, ласковый и теплый ветерок, играющий с моими волосами. К сожалению, в нашей местности рассчитывать на постоянное лето, было невозможно. Моим желаниям отведен короткий срок – три месяца.

Я еще раз выглянула на дорогу, в целях разглядеть нужный нам автобус. Не увидела. Провалился он что ли? Или черти его унесли? Хотела предложить ребятам вызвать такси. Не судьба.

- Замерзла, красавица? - услышала я голос позади себя, того самого Никитки, про которого мне пятнадцать минут назад рапортовала Нютка. Пританцовывать перестала. Вздохнула. Тут же почувствовала резкий запах мужских духов. Натянула дежурную улыбку, повернулась к парню.

А вот и тот самый прекрасный Никита, который, так отчаянно, по Анькиным словам, искал вторую половинку. Ошибался и снова отправлялся в «нелегкий» путь – кружить девчонкам головы до упада. Надо заметить, что опечаленным этим фактом он не выглядел. Вполне довольный жизнью. Вон какой холеный и проблем с сердцем не наблюдалось.

Высокий брюнет, засунув руки в карманы брюк, смотрел на меня сверху вниз, даря мне свою белоснежную улыбку. На протяжении последних полгода я частенько ее получала просто так и особого счастья и интереса не испытывала. Только улыбкой это действие было сложно назвать. Скорее ухмылка, от которой я, по всем законам жанра, должна была растечься лужицей. Не растеклась.

И чего девчонки в нем находят?

Ну, высокий, темноволосый, привлекательный, с модной стрижкой, одет с иголочки от известных брендов, с неизменным высокомерным выражением лица, царской походкой. Уверенный в себе и своей неотразимости. Причем эту уверенность он нес будто победный флаг. Материально обеспеченный. Родители, хоть и были в разводе, но чадо свое баловали с двух сторон.

- Нет. Потанцевала и согрелась, - ответила я, краем глаза, замечая, что вокруг меня ребята притихли. Опять двадцать пять! Скоро, у рядом стоящих девчонок, и слюнки в ход пойдут, а мне терпи. - Я так всегда делаю. Разве, что музыка сегодня отстойная. Иначе отожгла бы тут по полной.

Ладно, перегнула. Зато, какой эффект. Улыбочка с лица парня сползла. Никита сделал шаг назад и можно выдохнуть. Один раз обожглась и этого достаточно, когда, вот такому же красавчику, в рот заглядывала, томно вздыхала, стихи посвящала, вокруг него на задних лапках прыгала. Он тоже был в поисках, даже, когда со мной встречался. Эти самые «поиски» на мне не остановились, а я, собрав свое сердце по кусочкам, немного поумнела. Не подумайте ничего такого, я также восприимчива к парням и их красоте. Просто от такого типа парней держалась подальше. В жизни мне проблем и так хватало.

Кстати, танцевала я неплохо. Отрубила от звонка до звонка в танцевальной школе шесть лет.

- А ты никак решил побаловаться общественным транспортом? – для усиления эффекта, спросила я, заглянув парню в глаза.

Вот какого лешего ему от меня надо? В прошлый раз ясно дала понять, что нам не по пути. Совсем. И вот он снова возле меня ошивается. Не удивлюсь, если поспорил. Грешил этим Никитка. Не часто, но случалось. Слухи доходили.

А, может, и в правду влюбился? Повнимательнее вгляделась в его глаза. Нет, сердечки там не плясали. Возможно, интерес.

- Да, нет, - усмехнулся парень, уточняя. Ведь, я такая глупая – не поняла с первого раза. - Тебя подвезти.

- Я не одна, как видишь, - оглянулась я на ребят, быстренько их мысленно пересчитав, как в садике по головам. Аня, Соня, Санек, Гоша, Арсюха, Машка – все были здесь. – Нас семеро. Мы не поместимся к тебе в машину.

Со стороны послышались смешки.

- Я имел в виду только тебя, - наклонившись, к моему замерзшему уху, проговорил Никита. От его дыхания стало щекотно и тепло. Хоть какая-то польза от нашего разговора.

- Не, я без них не могу, - отклонила я голову в сторону. – Мы эти, как их там…

- Мушкетеры, - подсказал Санек, поднеся кулак ко рту. Он еле сдерживал смех.

Большунов в его сторону и глазом не повел. Смотрел только на меня.

- Во, точно! Саня, спасибо, - отсалютировала я ему рукой, в знак благодарности. - Семь мушкетеров. Один за всех и все за одного. Берешь? Придется два рейса делать, Ник.

- Все шутишь, Смирнова. Ничего, я подожду, - пообещал он спокойно. – Я умею.

- Вот этого делать не нужно, Никита! – пыталась образумить я парня, решив немного пофантазировать. – У меня парень появился. Ревнивый, жуть. Борьбой занимается.

- Ну-ну, - буркнул он, развернулся и ушел. Я только успела глазами моргнуть.

Проводила взглядом Большунова, пока тот не скрылся во дворе универа.

Фух!

Повернулась к девчонкам. Софка и Анка смотрели с осуждением и, прежде чем они начнут очередную чистку моих мозгов, подняла руку в останавливающем жесте и сказала:

- Ко мне не выстраиваться очередь из парней. Это, правда. Да и парня у меня нет. Я просто не хочу. Мне оно не надо. Пока что. Девочки и Большунов мне, как собаке пятая нога. В печенке сидит.

Анька махнула рукой.

- Наш автобус, девчульки, - крикнул Сашка. – Идемте скорее. Хватит, на Ярославу наседать.

- Вот именно.

Глава 2

Запрыгнуть то мы запрыгнули в маршрутку под номером «122» всей дружной компанией, а вот протиснуться в серединку автобуса, было гораздо проблематичнее. Автобус напоминал бочку, с набитой, под завязку селедкой. Не одного свободного места, чтобы присесть. Ехали стоя. Вполне себе обычная поездка, учитывая, что сейчас был час-пик. Я покрепче прижала к себе рюкзак, сняв его с плеч. Во-первых, это не удобства для окружающих. Во-вторых, простая предосторожность, чтобы кошелек остался на месте. Полчаса мучений в душном автобусе и мы, наконец-то, выкатились из него. Зато вознаграждением была вкуснейшая пицца. Лучшая в городе. Эту пиццерию, со странным названием «Прихоть» открыла для нас Софка. Ее бывший парень сюда приводил на свидание. Хоть и Софка называла его последним козлом, но в еде он толк знал.

По случайному стечению обстоятельств Никита с друзьями и подругами, тоже оказался в этой же пиццерии. Стрелял мне глазками и улыбочками. Вот ведь навязался мне на голову.

- Если я узнаю, что это ваших рук дело – прибью обеих, - пообещала я своим подружкам.

Они же в ответ состроили безвинные лица. Попытались обидеться. Правда, неудачно.

- Мы тут не причем, - возмущенно фыркнула Софья. - Может, он следит за тобой?

- Может, но вы помните, - ответила я, отправляя кусочек пиццы с ананасом в рот.

Софка в ответ показала язык.

Господи! Ну, взрослый же человек.

В сторону, где находился столик Большунова, я предпочитала не смотреть. Один раз взглянув, и убедившись еще раз в правильности своих выводов об этом человеке. Пару часов назад он предлагал меня подвезти, а сейчас катает на коленях другую.

Вот тебе и любовь! Моя совесть может быть спокойна.

Анька – наивная чукотская девушка, решительно предположила, что именно таким образом он вызывает во мне ревность, понуждает меня к действиям.

Я на слове «понуждать» громко рассмеялась, махнула на нее рукой и продолжила наслаждаться итальянским национальным блюдом и компанией своих друзей, с которыми мы сегодня засиделись. Время как-то не заметно пролетело и близилось к восьми. Пора и домой.

Так и расстались с ребятами на остановке до завтрашнего дня. Возвращалась домой все тем же общественным транспортом. Обратный путь занял больше времени. На одной из пересечений улиц столкнулись две машины. В результате образовалась получасовая пробка. В итоге домой я попала ближе половине десятого. За это время успела налюбоваться, в окно автобуса, новогодним городом, и перебрать в голове список дел, которое было необходимо закончить сегодня вечером. Принять душ, к парам подготовиться, покушать сварить, постирать, погладить.

Ух! Дел сколько, а я одна. Опять придется поздно ложиться спать.

Да, об этом я думала, идя домой, заходя в подъезд, пока мой нос не уткнулся в табличку на дверях лифта, с надписью «Не работает». Это было его привычное состояние, но даже, когда он начинал свое движение, после очередной починки, стоило опасаться заходить в него с целью добираться до нужного этажа. Всегда оставался риск провести время с самим собой. Часов пять. Такое со мной случилось однажды. Поэтому рисковала я редко, когда приезжала из дома с большой сумкой продуктов. А так трусцой на шестой этаж. Ну и пусть, что после такой прогулки язык на бок и сердце работает, как отбойный молоток. Зато для фигуры хорошо и для здоровья в целом. В общем, куда не взгляни, везде одни плюсы. На такой оптимистической нотке я преодолела все пять этажей, услышав, как загудел лифт. Заработал, значит. Покачала головой, пытаясь справиться с чуть сбившимся дыханием, расстегнув рюкзак, достала связку ключей от квартиры.

Еще не переступив порог, услышала громко орущую музыку. Обреченный вздох и такой же выдох сами собой вырвались. Вошла в квартиру, громко хлопнув дверью. Меня все равно никто не услышал. Скинула угги, повесила пуховик на вешалку и все это под голос Светланы Лободы, а еще Мирославы, которые доносились из соседней комнаты. В дуэте они пели известный хит. Ну как пели? Лобода, как раз таки и голосила, а вот Мира по большей части завывала. Дело в том, что у Мирки была очередная душевная и сердечная травма. Парень, в которого она была влюблена, снова выбрал не ее и каждый раз, когда такое случалось, мы слушали концерт. Вход был свободный.

Мне в такие моменты всегда хотелось засунуть голову под подушку, чтобы не слышать «великолепный» вокал соседки по квартире. Но с другой стороны, пусть лучше так изливает душу, чем в очередной раз вцепиться в волосы девочки. И такое бывало. Она где-то подловила беднягу и, давай ей мозги вправлять - на кого позарилась простая смертная. А еще в универе, в котором учится Мируша, есть целый фан-клуб, посвященный парню. Кажется, зовут его Андрей и он очень красявый и мылашный секси. Во всяком случае, именно так отзывалась о нем Мира. Так вот девочки, влюбленные в этого парня, создали клуб, чтобы отгонять других девчонок от него и даже охранять своего идола, если потребуется. В сообщество было вступить не так просто. Девушки-дуры, а как еще их назвать, проходили жесточайший отбор. Их проверяли на знание объекта, начиная от его привычек и вкусов и заканчивая маркой трусов, которую он предпочитает. Господи, они устраивают за ним слежку. На прошлую стипендию Мира купила бинокль. Бинокль! Уму непостижимо. Когда она нам его показала, я всерьез задумалась, что она может повести за собой целое войско.

- Теперь я смогу рассмотреть все родинки и шрамики на Андрюше, - ликовала она, чуть ли не хлопая в ладоши. – Я буду знать о нем абсолютно все.

Клиникой попахивало. Нет, несло. И, сколько бы мы с девочками с ней не говорили - толку мало. Андрюша святой. Его девки – стервы крашенные, мешающие счастью. Интересно, если этот самый Андрюша выберет девочку из их клуба, остальные буду рады ее счастью?! Вопрос риторический. Вот так и живем уже полгода. За эти полгода Мирка стала настоящей чокнутой фанаткой.

- Я готова все исправить, - в очередной раз заорала соседка, перекрикивая певицу. На этот раз слишком истошно. В стену что-то полетело. Совсем тяжко было бедняжке.

Неодобрительно покачав головой, я вошла в свою комнату, включила свет и закрыла дверь, как можно плотнее, чтобы хоть как-то приглушить поп-концерт. Просить Мирку замолчать было делом бесполезным, пустым, мертвым. Она пока не наорется - не успокоиться. Благо длится это не так долго. Как только начнет хрипнуть и пищать, то можно спокойно готовиться к занятиям и ложиться спать. Только вот сегодня Миркин концерт затягивался. Апогеем стал еще один хит известной певицы про чистые глаза, как небо. Светлану было не слышно совсем, а вот Мирку прекрасно. Кажется, даже соседи уже стучали по трубам. Конечно, такое не всем под силу пережить. Мире все не почем. Она пела и собиралась остановить планету ради Андрюшки.

В таком шуме готовиться к парам невозможно. Я отправилась делать домашние дела, а как только музыка стихла, приступила к домашним занятиям. Мира хоть и страдала, но с головой немного дружила. Знала, что соседи могут вызвать наряд полиции, а жилья лишаться не хотелось. Хозяйка квартиры была дамой пожилого возраста, с высокоморальным воспитанием. Сразу предупредила: мальчиков не водить, не гулять, свинарник не устраивать. В этих целях она приезжала каждую неделю. В разное время.

В мою дверь постучали, а через секунду показалась рыжая голова Миры.

- Ярик, выпей со мной, а? – проскулила жалобно соседка.

- Если только чаю,- ответила я, глядя на ее заплаканное лицо, оторвавшись от монитора компьютера.

- Черствая, ты Ярка. Хочу, чтобы ты также влюбилась. Безответно и страдала, как я, - сыпала проклятиями Мируня, трясущимся голосом. Они не вызвали у меня удивления. Не в первой. Проклинала она, живущих в этой квартире, чуть ли не каждую неделю.

- Сплюнь!

- Не буду я плеваться, - бросила грозно соседка и, хлопнув дверью, ушла.

Сохранив документ, подумала пойти за Мирой. У меня как раз был в запасе ее любимый шоколад с орешками. Нельзя бросать человека в беде. Даже, если эту беду он выдумал себе сам.

Остановил меня вдруг зазвонивший телефон. Звонила мама. Этот факт перевесил желание кормить Миру шоколадом. Стукнула себя ладошкой по лбу. Я же обещала ей перезвонить и забыла. Представляю, сколько она в своей голове нафантазировала.

- Да, мамуль?

- Ребенок, ты почему не перезвонила? – услышала я встревоженный голос матери. Небось, уже и телефоны всех экстренных служб собрала.

- Все хорошо. Я дома. Добралась нормально. Засиделись с ребятами немного. Поэтому я, как только пришла сразу села за учебу. У вас что нового?

К счастью мама меня услышала сразу. Нотации о моей безответственности читать передумала. Мы просто поболтали, рассказали друг другу последние новости, поделились впечатлениями. За то время пока общались, мира окончательно успокоилась, а я успела накидать таблицу и заполнить ее.

- Я тебя тоже люблю, - послав в телефон воздушный поцелуй, отключила мобильник.

Передела все дела, надела любимую пижамку с голубыми сердечками и улеглась спать, тут же уснув.

Глава 3

Субботнее зимнее утро наступило слишком стремительно. Кажется, вот только уснула и, будто не прошло пяти минут, а будильник упрямо заставлял открыть глаза, проливая через динамики телефона, веселую песенку. Ведь никто не отменял пар, благо сегодня их было всего две. Только вот просыпаться категорически не хотелось. Видимо сказывалась прошедшая учебная и рабочая неделя. Да, и за окном сегодня, обещали минус двадцать. Хотелось понежиться в теплой постельке и поспать подольше, но покой нам только сниться. С таким оптимистическими мыслями я подняла свою пятую точку и побежала собираться в универ.

- Привет, Смирнова, - услышала я позади себя, как раз в тот момент, когда вышла из аудитории. Лекция закончилась, а через полчаса меня ждала "либимая" физкультура. В другом корпусе.

Обернулась. А вот и еще одна местная знаменитость. Дмитрий Васнецов. Мой друг. Единственный. Тоже, как и я, будущий юрист. Мой одногруппник.

- Привет. К концу зачетной недели объявился.

Мы обменяли короткими объятиями. Я была искренне рада видеть его. Последние две недели общались исключительно по телефону. Дима учебу посещал все реже и реже. Все по тусовкам зависал. Вот у кого проблем в жизни не было, а, если и были, то они легко решались, по крайней мере, по учебе. Ректор университета был его дядей.

- Ага. Как тут не объявишься! Михайловна рвет и мечет. Даже внушения ректора не слушает, - поникшим голосом пожаловался Дима. – А мне из универа никак вылететь нельзя. Отец сказал: вылетишь – пойдешь на настройку или в армию. Счета все закроет, машину отберет.

Упс. Кажется, ошибка вышла. Есть, однако ж, печаль-беда.

- Правильно, не слушает, - не прониклась я никак в его проблему. - Димка, ты же умный парень. Сам можешь все сдать. Попросись к ней на отработку. Может, не с первого раза, но она согласиться. Походишь за ней хвостом неделю другую. Говорят, она любит театр. Подгони ей билеты на самый лучший ряд, для всей семьи, так и допустит на отработку, но учить все равно придется.

- Ладно, тут есть над, чем подумать. Как у тебя дела?

- Все, на самом деле, хорошо. Учеба, подработка, немного наличности в кошельке. Скоро стипендия должна «упасть» на карточку. Родители, сестренки живы и здоровы. Жить есть где. Новый год на носу.

Васнецов подозрительно замолчал. Обычно он трещит без умолку. Шуточки там разные, истории, а тут молчит и по сторонам головой крутит. Дерганный какой-то.

- Дим, у тебя точно все нормально? – поинтересовалась я, внимательнее к нему приглядываясь.

Дмитрий головой крутить перестал. На меня посмотрел. Ой, как посмотрел. В миг стал серьезным. Будто здесь и сейчас собирался решить какую-то проблему вселенского значения.

- Яр, не буду ходить вокруг да около, у меня к тебе есть просьба. Выполнишь?

- Смотря какая, - отозвалась я, чуть подвинувшись, давая пройти других студентам. Сейчас была перемена. Студенты, как муравьи, заполнили коридор.

- Пустяковая. Обещай, что выполнишь?

- Рассказывай для начала,- пожала я плечами. - Я же должна оценить свою силушку, прежде чем что-то обещать.

- Это тебе точно под силу. Вообще пустяк. Раз-два плюнуть, - махнул он левой рукой, издавая при этом несколько странный смешок.

Я мысленно перебрала в голове все возможные просьбы, которые могли бы мне поступить от Димана, но ничего подходящего не нашла. Дмитрий Васнецов был из благополучной семьи. Хоть и не имел ничего общего с великим русским художником-живописцем, кроме фамилии, но семья его была более чем известна в нашем городе. Крупнейшая строительная компания под руководством отца, в которой Васнецову было пригрето местечко юриста. Он был красивый, популярный, богатый, не совсем умный, хотя бы в плане учебы. Заядлый троечник и прогульщик. И все же добрый, хороший, отзывчивый друг. Девчонки в универе по нему тоже с ума от него сходили. Не доставаться же всему Никитке. На любую он напускал свои чары. К слову сказать, на меня они почему-то не действовали.

- И? – не могла понять, что он от меня хочет.

- О-о, - протянул друг, смотря куда-то поверх мой головы. – Ярочка, спрячь меня. Прямо на нас надвигается крейсер.

Мне оборачиваться было не нужно, чтобы посмотреть – кого так испугался Димка. Крейсер, а именно Маргарита Михайловна Сладкова, была преподавателем дисциплины арбитражного процесса и по совместительству, заведующая кафедры гражданского процесса. У Димы как-то не сложились отношения с дамой, еще с начала семестра и к его концу так и не наладились. Все потому, что Васнецов пропускал много и учил мало. Маргарита Михайловна любила умных и трудолюбивых студентов, по-другому с ней не получалось сотрудничать. Вон даже ректора не слушалась.

- Куда, я тебя спрячу? – проговорила я, наблюдая за тем, как Дима, который ростом сто восемьдесят сантиметров, согнулся и пытался спрятаться за мной, что было, абсолютно, бесполезным занятием. Во - первых, мой рост был не больше ста шестидесяти пяти, а во-вторых, была я худенькой. Мама всегда приговаривает: как меня еще ветер не уносит, а папа поддакивает: в чем душа держится. Ветер меня не уносил. Душа при мне. Да, и чувствовала я себя вполне нормально, и поправляться больше не хотела.

В общем, крутился Димон возле меня, согнувшись в три погибели, как обезьяна породы макаки, рядом с заветной пальмой. Вцепился в мои руки мертвой хваткой и крутил так и сяк, двигал то влево, то вправо. Сопел, пряча голову где-то в области моей груди, но припасть к ней не позволял себе. Знает, что получит сразу между своих длинных ножек. Я всерьез боялась, еще немного, и он взберется мне на голову. К моему счастью, а заодно и Димки, этого не случилось. Маргарита Михайловна свернула в буфет, и парень вздохнул спокойно, отпуская меня.

- Вот ходил бы на пары и ерудной сейчас бы не занимался. Посмотри, своими клешнями помял мне все рукава, - возмущалась я, поправляя блузку.

- Ярочка, не злись, а лучше пойдем отсюда, пока она не вернулась.

Димка схватил мой рюкзак, а заодно ладонь и потащил по коридору, попутно заглядывая, во все аудитории. Очевидно, в поисках подходящего места для разговора. Наконец-то, ему улыбнулась удача и аудитория под номером семь, оказалась свободной.

- Здесь мы можем спокойно поговорить, - заверил друг, проталкивая меня вовнутрь.

- Дим, давай скорее. До начала физры осталось двадцать минут, - поторопила я его, усаживая на стол свою попу.

- А пропустить не можешь? - бросая мой рюкзак рядом со мной, спросил он. – Разговор будет серьезный.

- Нет. У меня в приоритете красный диплом и пропуски совсем не помогут в этом деле. Так что давай и в темпе.

Димка встал напротив меня. Заглянул в глаза. Его вид был серьезный и сосредоточенный. Я под взглядом голубых глаз, признаться, занервничала не на шутку.

- Мы с тобой знакомы с первого курса. Ты, как никто знаешь меня, - начал Дмитрий тихим и проникновенным голосом, а его руки легли мне на плечи. Он чуть сжал их.

- Ага, знаю… - ответила я, с еще большим подозрением, наблюдала за другом, а он тем временем и не думал спускать с меня пристального взгляда. Так и смотрел прямо в глаза.

Неужели хочет признаться в симпатии? Только не такой финиш. Не нужно портить дружбу.

- Дима, не надо…- попыталась ему произнести то, о чем подумала только что, не собираясь принимать его чувств.

- Подожди, - остановил он меня, приложив свой указательный палец к моим губам, и еще немного пододвинувшись ко мне. Это вызвало смущение и дискомфорт. Слишком близко он был. Даже, кажется, румянец проступил на щеках. С чего это вдруг? Просто тут жарко.

- Говори скорее, что ты тянешь кота за уши? - воскликнула я, чтобы хоть как-то скрыть свои пока еще не совсем понятные мне ощущения. В этот самый момент в дверь кто-то торкнулся, и мы одновременно повернули голову.

- Черт! – буркнул Васнецов, отступив от меня. – Поговорить нормально не дадут. Может вечером в кафе?

- Я не могу. У меня смена в «Матрешке», - честно призналась я.

«Матрешка» - дорогой и очень презентабельный ресторан современной русской кухни. В нем я работала официанткой. Ладно, подрабатывала. Туда меня приняли с первого раза, и это была удача. Правда, до этого я поменяла не один ресторан и не одно кафе. Работать начала с первого курса. Видела, как родителям тяжело тянуть меня и еще двух моих младших сестер-близняшек. И уж тем более я не считала чем-то зазорным надеть фартук, взять поднос в руки и обслужить клиента. Работа везде работа. Платили неплохо, да и чаевые довольно часто пополняли мой кошелек. А уж в «Матрешке» заработная плата была более чем достоянная. Во всяком случае, сейчас я могла позволить себе снять комнату в двухкомнатной квартире. После университетского общежития, в котором я прожила два года, это было раем. Хотя в общаге веселее, но в плане быта гораздо комфортнее в квартире, да, и злющей фахтерши, нет. Только стрелки часов пробьют десять – двери общаги закрыты и ночуй, где хочешь. Правда, мне разрешалось, как работающему человеку, приходить после двенадцати. Умоляла я Ларису Николаевну долго, и она сдалась. За шоколадки. Не большая плата, ведь, правда?!

- Яра, ты тут? – голос Димы ворвался в мои воспоминания.

Головой встряхнула.

- Да тут я. Тут.

Васнецов еще немного помедлил, а потом все же просиял.

- Ярослава, будь моей девушкой. Вот моя пустяковая просьба к тебе.

Произнося эту самую пустяковую просьбу, Дмитрий был счастлив, я, правда, не понимала почему. Мне казалось еще секунду, и он захлопает в ладоши.

Я во все глаза смотрела на Васнецова, прибывая явно в шоковом состоянии. Все же предполагать – одно, а вот услышать…К такому повороту я была не готова.

Он шутит? Прикалывается?

Дмитрий смотрел на меня оболдевшую, с легкой дружелюбной улыбкой, ожидая ответа. Интересно, какого?

Я со стола спрыгнула. Ладонь к его лбу приложила. Холодный. Тоже самое проделала с щеками. Результат тот же. Эх, жаль градусника с собой, нет. Сейчас бы под «мышку» и дело в шляпе. Хотя можно, еще губами ко лбу прижаться. Так всегда делает моя мама. Она уж у меня знает толк в лечении. Все-таки фельдшер на скорой.

Посмотрела я на лоб Васнецова и передумала. Не стоит усугублять ситуацию.

А, может, у меня слуховые галлюцинации? Точно.

- Еще раз можешь повторить? – глупо улыбнувшись, попросила я.

- Будь моей невестой, девушкой, подругой, girl. Как тебе угодно, - всплеснул руками Дмитрий, продолжая улыбаться.

Нет, не галлюцинации и еще и выбор дал. Невеста или девушка? Во как! Я обошла вокруг него, словно он был новогодней елочкой. Огляделась по сторонам. Заглянула под стол, за кафедру. Даже шторы проверила. Следов, что меня кто-то снимает на камеру, вроде бы не увидела, но на сто процентов уверена не была.

- Дмитрий, ты не падал сегодня? – рискнула я уточнить, встав вновь напротив него и заглянув в его глаза. - Все же гололед. А может это…Мороз? Приморозило тебя немного? Так, вроде сегодня не сильный, а может ты курнул что?

- Нет, со мной все нормально, а вот, ты ведешь себя крайне подозрительно. Что ты возле меня крутишься, как собака за своим хвостом?

- Да, нет, со мной все в порядке и я не собака, а вот с тобой…Это шутка, да? – в дверь снова торкнулись и даже постучали. – Димон, где камера?

Димон глаза демонстративно глаза закатил, еще и у виска пальцем постучал.

- Себе подкрути, – не осталась в долгу я, произнося детскую шуточку. – Может, заведется.

- Ты даже не дослушала, но уже сделала выводы, причем не правильные, - недовольно произнес парень, а потом выдал такое, что заставило меня шокироваться – было чему! – Не время препираться. Мне нужна девушка. Подставная. Для моих родителей. Они надумали сосватать кого-то, а мне оно не надо. Я не хочу. Мне и свободным неплохо живется.

- Да ну? – сложив руки на груди, не поверила я этому шутнику.

- Чтобы они от меня отстали, я разработал план, - продолжал Димон, теперь расхаживая туда-сюда. - Я приведу в дом родителей девушку, представлю ее как свою невесту и они, наконец-то, от меня отстанут.

- Я здесь причем? – задала я, кажется, глупейший вопрос, учитывая, что минутой ранее мне сделали предложение, которое отражало суть. Но я надеялась, что сейчас Димка рассмеется и скажет, что это розыгрыш и перестанет тратить мое время, которого осталось не так-то и много.

- Я выбрал тебя. Ты отлично подходишь на эту роль, - пустил он контрольный выстрел, остановившись, заставляя меня нахмуриться, глядя на него. Ощущение, что меня разыгрывают, усилилось. Вот будет весело, если я завтра окажусь в инстаграмме. – Что непонятного? Ярка, ты же умная, а сегодня соображаешь туговато.

- Т.е. я должна буду придти в дом твоих родителей, изображать из себя глупую влюбленную овечку и врать? – решила подыграть я другу, да и любопытно стало.

- Именно так. Классно я придумал? – Димка сел рядом со мной, неожиданно закинул руку мне на плечо по-приятельски. – Согласна?

- А ты действительно думал? Хорошо? Детально? Обстоятельно? – уточнила я, пытаясь освободиться от руки Васнецова. Безуспешно.

- Да, голову всю сломал, - пожаловался он.

Бедненький!

- Оно и видно, что сломал. Не вооруженным глазом причем, - я все же скинула его руку, снова спрыгивая со стола и хватая свой рюкзак, собираясь уходить.

- Так ты согласна? – заело Дмитрия. Он последовал моему примеру и уже через секунду поравнялся со мной.

- Димка, ты серьезно? – краем глаза, глядя на свои наручные часы, спросила я. Пора сваливать, если не хочу опоздать на пару. К тому же, если это, действительно, правда, то в нашем университете полно девчонок, которые согласятся помочь идиоту. Будут на седьмом небе от счастья.– Думаешь, твои приколы смешные? За них можно и огрести, дорогой.

- Более чем, - заверил меня парень, преградив мне путь, даже руку к груди приложил, в области сердца. - Хочешь, я покажу тебе мамзель, с которой хочет свести мама. Просто спит и видит. Говорит, что это добавит мне серьезности, самостоятельности, ответственности, да и бизнесу не помешает слияние наших семей.

- В чем-то твоя мама права, - я попыталась обойти его, но потерпела фиаско. Парень стоял, словно скала и, похоже, говорил правду. - Я бы взяла ремень и именно им восполняла проблемы, всего вышеперечисленного.

Димка на мое замечание никак не отреагировал. Он зачем-то достал телефон, открыл инстаграм, и явил мне, прямо под нос, фото той самой девушки по имени Валерия.

- Нечего такая! Зачетная телка, - высказалась я, ставя, себя на место любого парня, оглядев девчонку. – Сиськи, попка, губы, ноги от ушей – все как вы любите. Не пойму, что ты нос воротишь.

- Яр, ну хоть ты не начинай, - чуть ли не взвыл Дима. - Телка-то зачетная. Не спорю. Только мне оно не надо. Я свободу люблю. Ты можешь мне не верить, но мне не все равно с кем и когда. Я хочу выбирать.

- Но ты на нее подписан, - ответила я на его тираду.

- Маман, отобрала у меня телефон и подписалась. Чтобы девочку не обидеть. Ведь, я ей уже нравлюсь.

- Ясно.

- Ну, так что, друг? – упрямо повторил уже, наверное, в сотый раз вопрос, не забывая при этом смотреть мне в глаза.

Ох, умник! Неужели, пытается, как на своих подружках отрабатывать приемчики, чтобы я на крыльях влюбленности упорхнула выполнять его поручения. Глупо и неприятно. Немного обидно. Друзья же все-таки.

- Нет, - отрезала я, совершенно точно не собираясь участвовать в подобных авантюрах. - Чары свои не распускай. Не действуют. И убери этот проникновенный взгляд.

- Но почему?

- Потому что.

- Бросать друга в беде…- начал давить на жалость Дима.

- Не делай глаза, как у песика, который хочет колбасу.

- Яр, я заплачу.

Мои глаза полезли на лоб. Господин, Васнецов не переставал меня удивлять.

- Во, дурак! Иди-ка ты подальше, - рассерженно потребовала я, протискиваясь мимо него. – Дима, у меня пара начнется через пять минут. Там за дверью разъяренные студенты, желающие попасть в аудиторию.

- Да пофиг мне. У меня жизнь под откос, - пафосно бросил он мне в спину.

- Димка, прекращай страдать фигней. Просто поговори с родителями. Иногда этого достаточно.

- Ну, Яра.