Пограничная зона
Глава 1
Пограничная зона
Глава 1
-Встать! Суд идёт!
После этих древних, словно само римское право слов, все присутствующие в зале судебного заседания Районного суда города Королёв Московской области - поднялись со своих мест. Встали и оба подсудимых. Андрей Васильевич Хлебников и Алексей Васильевич Хлебников. Два родных брата-погодки, весьма похожие друг на друга, при этом всё же несколько отличающиеся комплекцией и цветом волос. Старшим братом был Андрей. Несколько выше ростом и шире в плечах, нежели Лёха, в следствие вечных родительских попыток отдать его то на секцию плавания, то на хоккей. В оных, Андрей, как правило задерживался на срок не более года, а потом, будучи захваченным новой идеей - бросал спорт и с жаром отдавался новому увлечению. При его росте около 190см, тренера не раз и не два пытались заманить Андрея то на баскетбол, то на волейбол. Однако, не испытывая особой радости от командных игр, Хлебников-старший как правило отказывался от подобных приглашений. Андрей же был как бы его слегка уменьшенной копией, разве что цветом волос пошёл в отца и был жгучим брюнетом, в отличии от шатена-брата, в котором отчётливо виделась "дедовская кровь". Ростом он был сантиметров на 5 ниже брата, но как и брат - унаследовал от отца весьма крепкое тело. Кроме того, в отличии от брата, он не скакал из спортивной секции в секцию, а был куда более последователен. Хотя, годы спустя, остепенившись и насоревновавшись на спортивных мероприятиях, младший Хлебников полюбил позалипать дома с паяльником, а из спорта предпочитал постельный. С одной, в по возможности, и с несколькими женщинами. Хотя, находясь на "жесткой скамье прокурора", о женщинах в такие моменты жизни, как правило никто не думает...
Кроме братьев и их адвоката, пожилого представителя семитских народностей (с присыпанным перхотью линялом пиджаке), в суде присутствовали: молодой, откровенно скучающего вида судья, готовящийся протараторить заранее напечатанный приговор, серая мышка-секретарь, погруженная в протоколирование заседания, а также толстый и лысеющий (не смотря на свои 25 лет возраста) прокурор. Более никого в зале судебного заседания не было, так как сегодняшнее заседание было закрытым. Закрытым потому, так как на этом настояла не Фемида , но часть её - Федеральная Служба Безопасности Российской Федерации. Или для краткости – просто ФСБ.
-Встать! - суд идёт! -
-Сесть, суд пришёл и ща будет что-то нехорошее... - Мысли водоворотом крутились в голове Андрея, почему-то исключительно вокруг этих глупых и бессмысленных слов "встать-сесть". Изнутри била мерзкая и противная дрожь, которая словно лихорадка, обливала периодически холодным потом ладони, спину и тянуло под ложечкой. Настолько мелкая, что сперва казалось что её нет, но дрожь, словно сжатая пружина, временами разжималась, вызывая в мелкий "колотун". Не смотря на ватные ноги, казалось, что одновременно всё тело было периодически сжимает в стальных тисках нервов. Бросив мельком взгляд на брата, Андрей ясно почувствовал, что если мысли у Алексея и не сходятся, то точно также плавают где-то там же - в океане нервозов, неизвестности и ожиданий.
-Принимая во внимание наличие несовершеннолетних иждивенцев у Хлебникова А.В… Далее Андрей уже не слушал неразборчивые слова, произносимые судьёй во время зачитывания приговора, со скоростью которой позавидовали бы многие рэп-исполнители. Скоростное чтение приговора обходило слух Андрея. Он ждал главной части приговора. Срок. Ещё до начала судебных прений, его казалось бы, успокоили слова адвоката шепотом сказанные ему в перерыве. Слова о том, что таких абсурдных дел ещё никогда не было не только в практике адвоката, но и вообще в Росси. А это значит, что скорее всего, наказание ему и Алексею ограничат уже отсиженным, ну или максимум приговорят к условному заключению. Тем не менее, сомнения которые поселили ему и Алексею в голову сокамерники и старые "сидельцы", шептали противным голосом, что всё будет "ой как не просто..."
-Суд приговорил!
Сразу после этих слов всё внимание братьев было обращено в слух.
-Хлебникова Андрея Васильевича, 1990 года рождения и Хлебникова Алексея Васильевича 1991 года рождения, признать виновными в совершении преступления предусмотренным статьёй 283 прим.1 пунктами А, В и Д, и назначить наказание в виде четырёх лет лишения свободы ,с отбыванием наказания в колонии общего режима...
-Приговор может быть обжалован…
Но ни Андрей ни Алексей, уже не слышали голоса судьи. Пол под ногами предательски поплыл, а рот наполнила тягучая слюна, полная боли и разочарования. Четыре долгие года колонии общего режима за ерунду! За что? Где хоть какой-то смысл происходящего? За недоразумение! Господи! Да что черт возьми происходит??? Руки затрясло предательской дрожью, а глаза сами собой застили слёзы. Алексей схватил брата за плечо, словно ища в ней опору и спасение от слов произнесенных судьёй. Глаза заволок серый туман, а слух, казалось, отключился и на вопрос судьи: "Вам понятен приговор?" - оба осужденных просто промолчали, ни в силах произнести ни слова.
Семь месяцев в СИЗО. Изоляция. Одиночные камеры, допросы и идиотские вопросы от ФСБ. Скотские условия содержания. Запреты со стороны ФСИН на переписку и очевидные палки в колёса от следствия. Вынужденные периодически объявляемые голодовки (чтобы дали встретиться с адвокатом) по несколько дней а то и недель - и всё это ради того, чтобы услышать приговор в четыре года общего режима. Если точнее, то три года и два месяца, учитывая «президентский подарок» 2018 года «День в СИЗО за полтора дня в колонии общего режима». Тем не менее, это просто феноменально долго за простую техническую дискуссию, на одном из немногих, ещё оставшихся в "живых" форумов в интернете, посвящённых спору о устройстве систем охлаждения спутников. Доставая общие эскизы установки охлаждения, от так и не запущенного на орбиту исследовательского спутника 1972 года, не представляющего из себя никакой ценности кроме исторической, без грифа «Секретно» или «Ос.Важ», да даже без «ДСП». Чертежа, находящегося в открытом для студентов доступе, в библиотеке ГК НПЧ им. Хруничева. Алексей и Андрей не могли даже предположить, что ровно через два дня, к ним, словно к террористам, в квартиры постучаться те самые "немногословные люди в балаклавах", с автоматами наперевес. Люди, которые с момента образования СССР и по сей день делают всё возможное и невозможное, чтобы даже из их самых низких подвалов было видно Воркуту и Магадан. Непрошеные гости напугали жену и ребёнка Андрея. Практически до сердечного приступа довели их мать и вывели из себя отца. В их родной квартире, где на тот момент гостил Лёха. Единственное преступление, совершенное Андреем и "его соучастником Алексеем", заключалось в том, что Андрей выложил фрагмент схемы с подписью: «Ну и где тут пассивное охлаждение без теплоносителя?» в ветку обсуждения экзотических систем охлаждения космических аппаратов, а Алексей, со своего аккаунта добавил ещё один кусочек схемы совершенно стандартного блока питания, с пометкой, что именно в этой точке присутствует выход питания на компрессор охладителя, подтверждая утверждения брата.
Как оказалось, это действие было вполне достаточным для создания уголовного дела. Все аргументы братьев и их адвоката в том, что данные сведения государственной тайны не представляют, вдребезги разбились о непроницаемый барьер бюрократизма, идиотизма и нежелания органов разбираться в деле от слова совсем. Иные аргументы здравого смысла, равно как и независимые экспертизы, просто разбивались об лёд горячих глаз чекистов. Предоставленные доказательства словно никто не замечал в упор, причём настолько плотно, что даже в судебном заседании о них не было даже упоминания, не смотря на неоднократно заявляемые защитником ходатайства о приобщении к материалам дела. Отказы к приобщению материалов, к немалому шоку, как казалось, повидавшего в своей многолетней практике ВСЁ адвоката. Вся история была одной большой загадкой. Начиная от оперативников, которые "выжимали" из братьев сведения, кем, когда и где они были завербованы иностранной разведкой, заканчивая следователем, который просто и без эмоций оформлял бумаги по делу и проводил допросы, докладывая к вещдокам даже изъятый жесткий диск с сервера форума на котором происходило общение от насмерть испуганного владельца сайта, ставшего невольным свидетелем по делу.
Братьев вывели из судебного зала в кандалах. В коридоре, в ожидании сидела их резко постаревшая мать, вся маленькая, будто съежившаяся в ожидании не совершившегося чуда. Взяв её за руку, рядом с ней сидела жена Андрея. Отец стоял рядом со своей супругой и невесткой, резко осунувшись и крепко сжав зубы, чтобы не начать кричать и буйствовать. Как только они увидели своих сыновей и мужа в кандалах, лицо отца застыло маской, а мама сразу постарела лет на десять. Обе женщины, глядя на происходящее, понимая приговор без слов, были не в силах сказать хоть что-то. В такой момент любые слова будут казаться лишними. Иосиф Михайлович, их пожилой адвокат стоял чуть в стороне от родственников и безуспешно пытался что-то сказать конвойным, касательно возможности дать родственникам хотя бы попрощаться.Сами конвойные же, словно ощущая на себе какую-то вину, то и дело кидали глаза на сидящего на соседней лавке следователя из ФСБ и ещё какого-то сотрудника, как-бы показывая: "Не видишь, что нам никто этого не спустит?"
-Сыночки мои! - Голос матери на последнем слоге предательски дрогнул. Будто что-то невидимой стальной хваткой сжало хрупкое горло пожилой женщины и мгновенно, сделав её куда старше своих лет, перехватило последние звуки из горла, словно забирая жизнь за эти два простых материнских слова. Пожилая женщина попробовала приблизится к сыновьям, обнять их, как тогда, в далёком прошлом, когда и Андрюша и Лёша ещё ходили в детский сад, но перед ней вырос молодой и потный парень-конвойный, тут-же начавший орать на весь коридор.
-Отойдите от них! Не подходите! Отойдите минимум на три метра!
Конвойный кричал в сторону матери и супруги Андрея. Он вытягивал ладонь вперёд, и вопил зычным, противным голосом, словно конвоировал по меньшей мере страшных маньяков-рецидивистов, а не двух впервые осужденных к лишению свободы инженеров, за никому неизвестные грехи.
-Андрюша! Мы подадим апелляцию! Держитесь! Андрюша! Алёша! Вы главное держитесь! - Крепящимся, но сжатым и низким голосом, кричала шокированная не меньше чем её муж Андрей, Светлана Хлебникова. Рядом со Светой, держась за руку матери, что-то лепетал их сын Никита пяти лет от роду. Он тянул мать за рукав и спокойно спрашивал, почему мама плачет и когда вернётся папа. Никита был свято уверен в том, что папа сейчас вернётся к ним и они все вместе пойдут гулять, а потом на ночь папа расскажет сказку, сочинять которые Андрей был мастер. Никита ещё не понимал, что от его детских и наивных слов маме было только больнее. Молчал и с ненавистью смотрел на конвойных и следователя ФСБ отец ребят. На лице его пролегли складки, которые, как теперь кажется, уже никогда не разгладятся.
Не по себе было даже конвоирам, для которых эта работа была рутинной, ведь у них тоже были дети, а всё заседание, кроме оглашения приговора, они просидели рядом с клеткой в которой находились подсудимые. Им, как и братьям, было невдомёк, за что впервые осужденным, без каких либо доказательств, по столь экзотической статье впаяли такой большой срок. Причём не "условняк", а срок с настоящим лишением свободы.
Адвокат подошёл к женщинам и отцу и принялся что-то им говорить и утешать, отрабатывая свой гонорар, находясь в редком состоянии дискомфорта. Иосиф был чрезвычайно возмущён произошедшим беспределом. Первым уникальным правовым беспределом, за всю его богатую практику. Хотя основываясь на опыте, адвокат прекрасно понимал, что институт адвокатуры в России построен таким образом, что будь ты хоть Падвой, хоть Понтием Пилатом в отставке, приговор в 99,999% случаев будет обвинительным - строгость приговора должна соответствовать совершённому преступлению. Старый еврей знал, что оправдательного приговора в России ждать незачем, но вот на условное лишение свободы он претендовал далеко не безосновательно. Очень больно и чувствительно для его персональной гордости прозвучал подобный приговор. Он даже решил не брать денег за апелляционные и кассационные жалобы, с и без того отдавших последнее родителей и супруги осужденных братьев. Однако, в данный момент, он никак не мог найти подходящих слов для поддержки его подзащитных. Поэтому, он прекратил попытки успокоения родных и уговоров конвойных, и крикнув "я зайду к вам в СИЗО", отошёл ждать родственников Андрея и Алексея в глубину коридора, с целью объяснить им то, что ему показалось очень странным.
Братья же, несмотря на выдержку и казалось бы уже "перегоревшие" нервы, в слезах сидели в «конвойке». Это была маленькая камера 3х2 метра, с низким потолком и мерзко покрашенными в серый цвет стенами. Источником света была единственная моргающая лампочка, находящаяся за толстой железной решёткой прикрученной к потолку.. В воздухе пахло пылью, немытым телом и тюрьмой. Находились братья вместе, исключительно в качестве " особого исключения", от начальника конвоя смены. Так как все подследственные и обвиняемые, тем более по одному делу, должны содержаться раздельно. Но в этот раз им повезло. Конвоировал их лично начальник смены, поэтому, понимая их чувства, да и будучи сам в некотором смятении от приговора, он принял волевое решение посадить родных братьев вместе, в единственную камеру с неработающей видеокамерой, внеся в журнал отметку, что в других камерах сидят люди по "несовместимым статям". Большего он сделать никак не мог, даже если бы очень захотел. С тех пор, как везде понатыкали камер - слежка за самими сотрудниками велась даже пристальней чем за осуждёнными.
Судорожно вздыхая и пытаясь успокоится Андрей слушал причитания младшего.
-Что теперь будет? За что? Андрюха! Что мы делать будем? Три года въебали! А адвокат говорил "условка" максимум! Блядь! Блядь!! Блядь!!!» -, Как можно тише говорил Алексей, молотя рукой в стену, исписанную надписями и ругательствами десятков других осужденных и подследственных. Андрей молчал, сжав зубы. Он хотел бы и сам, словно маленький ребенок, расплакаться и дать волю слезам, ожидая, что злой дядька-судья сжалиться и выпустит их, но тем не менее сдерживался изо всех сил, понимая, что приговор окончательный. Наконец, он нашёл в себе силы разжать зубы и сказать брату:
-Держись Лёша! Мы с тобой еще подадим апелляцию. Ещё повоюем с этими сукиными детьми! Братишка не плачь! Слезами мы точно ничего не решим! Нервы и без того сейчас в жопе, а значит если начнём пороть горячку, то нас рассадить могут, а я меньше всего хочу сейчас оставаться один... - Андрей утешал брата, одновременно стараясь самому поверить в сказанные им слова. Обняв брата за плечо, Андрей почувствовал, что уже сам не выдерживает, а глаза его заполняют горькие слезы.
Судорожная мысль влезла в голову Андрея:
-Господи, а как же Света с Никиткой! На что они жить будут? А мама с отцом? На свою нищенскую пенсию как проживут?…-, слёзы сами по себе шли из глаз Андрея, и он, обнимая рукой плечо брата, вновь крепко сжал зубы, до теплого и солёного привкуса крови во рту…
Вечером, братья были доставлены обратно в тюрьму, хотя вопреки реальности, заведение это имеет ироничное название: «Следственный изолятор». А через пару недель, к братьям пришёл сконфуженный, испуганный адвокат и заблеял песню о том, что нужно бы нанять другого адвоката, так как у него дел сейчас очень много, но вот жалобу нужно оформить правильно и вообще... Короче, спустя ровно десять секунд, адвокат был вежливо послан обратно сначала Андреем, а затем, когда привели Алексея ещё и им, с дополнительным указанием того, куда именно и как именно идти. Оба Хлебниковых, дней десять назад уже самостоятельно написали апелляционные жалобы, которые, как и остальные 99% жалоб в суд остались без удовлетворения, а приговор – без изменения.
Быт в тюремной камере до ужаса однообразен, но зато совершенно с другой стороны раскрываются люди. Оба брата, когда только вернулись с суда, были встречены очень удивлёнными глазами сокамерников. А когда за кружками с чаем каждый в своей камере рассказал, что за приговор им вынесли - были встречены реакциями от: "Быть не может!" до "Пиздишь! За такое не сажают!". В камере Андрея был уже немолодой грузин с тюремным прозвищем "Гоча". Выслушав рассказ парня он пожевал нижнюю губу, глубоко затянулся сигаретой и сказал: -Я отсидэл больше, чем ты был на воле, но я тэбе точно говорю, что это заказ. И на тэбя и на твоего брата. Думай кому кто-то из вас дарогу пэрэшел, потому как я за 30 лэт видэл приговоров больше, чем ты - докумэнтов."-
Андрей задумался. За собой он ничего найти не смог. В его графике был маршрут дом-работа-дом, с редкими прогулками с сыном и такими-же редкими поездками с супругой в ТЦ. Может Лёха что-то учудил? Или бабу какую-нибудь подцепил, трахнул, а у неё муж где-нибудь в органах работает. Тогда, по идее, всё сходится, но без проверки подобного утверждения - оставлять такую версию глупо. Надо бы уточнить, но как это сделать, если брат находился в старом корпусе тюрьмы, а сам он находился в новом? Решение пришло спустя сутки, когда к ним в гости пришёл новый адвокат, нанятый за 30 тысяч рублей, чтобы письма от родственников носить да еду заказывать в тюремном ларьке. В принесённых им письмах, родственники просили держаться, быть сильными и отсидев срок - возвращаться к любимым. Писали что любят и ждут, что попробуют дойти до самых высоких инстанций, лишь бы помочь братьям. Через этого адвоката удалось послать записку Алексею. А ещё через неделю, адвокат принёс ответ, в котором Алексей сообщил, что последние 2 года был в отношениях с Маринкой, но потом, ещё за месяц до злосчастного поста на форуме и их ареста, она его бросила, с целью поиска, по её словам "богатого мужика с болтом до колена". И что с тех пор у него отношений не было вообще. Подобный ответ породил больше вопросов, чем ответов и Андрей начал думать ещё усерднее чем раньше, но никаких адекватных версий в голову не приходило.
Нет смысла описывать быт в тюрьме, так как это и без этих строк уже миллионы раз описано сотнями писателями. Также нет смысла описывать и эмоции невинно осужденных, ибо со времён древнего Рима, осужденный всегда проживает лишь два чувства: боль и разочарование, чередующихся между собой, сменяемые лишь беспросветным серым маревом тюремной рутины. К этому "коктейлю" стоит добавить бесконечные мысли о том, как и на что будут жить родители, ребёнок и молодая супруга. Попытки обвинить себя и постепенное осознание, что своей вины нет, есть что-то совершенно непонятное и необъяснимое в этом деле. Спустя 10 суток после отказа в апелляции, оба брата были пересажены в этапные камеры, а через несколько дней, в ночь конвойного дня, были заказаны на этап.
-Фамилия Имя Отчество! Дата рождения! Статья! Срок и режим! - конвойный офицер в звании капитана брал папки в руки и командным голосом обращался к зэкам. Выслушивая очередной рапорт и сверяя фотографию, офицер кивал конвойным и арестант исчезал в темноте автозака.
-Хлебников Андрей Васильевич. Пятого февраля девяностого года. Статья 238 прим 1, срок четыре года общего режима. - Сверив фото Андрея и его данные с личным делом, офицер кивнул конвойным и передал том с делом им, а сам Андрей сел на жесткую скамейку автозэка, прижавшись спиной к стенке.
-А этого куда, тащ капитан? -, спросил молодой конвойный показывая на Алексея.
-Туда же. Он же на общий режим едет. Их всего двое на общий. И оба на Ямал! Прикинь! Сто лет туда общего не было. Сплошь строгий, особый и пожизненное! -, пояснил конвойному капитан, а дальше автозак тронулся спустя пару минут после того, как за братьями захлопнулись двери.
-Какой ещё в жопу Ямал?,- Андрей в шоке обхватил голову руками и ошалевшими глазами посмотрел на брата. -Не может быть! Должны не далее 500км от места прописки! А прописка у нас – в Королёве! Это беспредел какой-то! -Конвойный! Нас чего, на Ямал везут?-, вскинулся к ФСИНовцу Алексей.
Конвойный, молодой парень, поглаживая у ног сторожевую овчарку, которая навострила уши от громких реплик старшего брата, зевнул и нехотя ответил:
-Ага. Сам в ахуе, если честно. Я и не знал, что там общий режим есть. Хотя им там, во ФСИН виднее. Может и новую зону для общего режима построили. Если хочешь, чтобы перевели оттуда поближе – пиши письма там во ФСИН. Но я тебе совет дам - лучше не писать. Там, на Ямале, своя власть и свой ФСИН. Твои письма сходу уйдут в мусорку, а ты себе проблем создашь. У меня старший смены там пять лет проработал. Говорит, что даже в «прожарках», где зэков ломают, типа Карелии и Красноярском – курорт и рай по сравнению с Ямалом. Так что думай, как там выжить. По-правде говоря, херовая это командировка. - С этими словами он снова заразительно зевнул и откинулся на кресло конвойного.
-Андрюха! Так это получается, даже на свиданку никто не приедет? Туда же поди добраться будет стоить как чартер на Канары? - ошеломлённо обратился к брату Алексей и продолжил:
-Брат! Это просто какой-то пиздец! Мы сколько туда ехать будем? Туда же вроде только самолёт летает? Или железная дорога есть? Может письмо во ФСИН Королёва или Москвы где-то с транзитной тюрьмы отправим? А?
В этих бессмысленных беседах между братьями, прошла вся поездка до вокзала, пока наконец автозак, по спец-подъезду не припарковался у вагона-«Столыпина» и не началась выгрузка зеков. Приготовились к выходу и Андрей с Алексеем, однако начальник конвоя круто повернулся к молодому конвоиру и не сказал коротко: «Этих двоих – не сюда. Читать не умеешь? В Аэропорт их. На них свой «Чартер» на Ямал».
После этих слов у несчастных внутри словно что-то упало, пробив подошвы ботинок, кузов автозака и отскочив от дороги вернулось в грудь. Ощущения, после сказанных слов старшего конвоира были словно удар мешком с песком по ошеломлённым головам Андрея и Алексея.
-Опа! Повезло вам! Быстро долетите! - Продолжал философствовать конвоир. -Хотя про повезло, это я, конечно, пизданул лишку. Ну, хоть быстрее начнётся. Не придется через пол-страны с прожаркой в каждой транзитке страдать. Никогда еще не видел, чтобы кого-либо тащили самолётом на Ямал. Вы часом не шпионы? Да и статья у вас какая-то подозрительная и неизвестная... - Излив поток остроумия, конвоир снова зевнул, вызвав зевок даже у конвойной собаки. У братьев же, всё закончилось многозначительным переглядыванием и коротким обсуждением "экспресс-этапа" в зону.
Уже сидя в автозаке, подогнанного прямо на взлётно-посадочную полосу, Алексей, заряжая себя оптимизмом, решил поделится им с братом:
-Андрюха. Да ты не переживай так! Через полтора-два года УДО получим! Домой пойдём! Ну, будто в армию сходили и долг отдали, правда, где не занимали конечно, и не долг а повинность, но два года-то как-то выдержим, а? - поддерживал весьма скисшего брата Алексей.
Старший не отвечал. Находясь словно в страшном сне, Андрей жил в тоннеле воспоминаний, желая хотя-бы в мыслях убраться от всего этого дерьма далеко-далеко. Желая забыть и не вспоминать всё то, что сейчас происходит. Он прикрыл глаза и увидев, что младший, скорее всего делает то-же самое. Пробует уйти в себя и превратиться в безучастного болванчика, вплоть до самой "командировки". Сидя в автозаке, Андрей понял, что сильно хочет есть и пить. Явно не меньше чем его брат, но когда он обратился с этим вопросом к конвойным, ему ответили, что кормят и на оправку водят только в СИЗО и только по режиму, а значит всё необходимое они получат уже в изоляторе.
Сидящий рядом пожилой человек, вдруг заговорил не глядя на братьев:
-УДО, молодой человек, в этой зоне могут получить либо конченые стукачи-суки, либо петухи, при потере работоспособности сфинктера, когда дерьмо уже прямо в штаны вываливается при ходьбе. Либо стать стукачом и сукой, причём таким, что сразу, уже сегодня, придётся взять палку и ломать людям руки и ноги, повторяя данную процедуру на каждой прожарке пришедшего в зону конвоя. Выбор карьеры для условно-досрочного, как вы видите, весьма широкий.
Говоривший – оказался пожилым мужчиной в очках, лет шестидесяти-шестидесяти пяти. Одет он был в потертую джинсовую куртку и не менее потертые джинсы. Однако взгляд его был явно далёк от взглядов старых заключённых. Было в нём что-то, что сходу выдавало человека интеллектуально одарённого; не смотря даже на использование им тюремного жаргона это впечатление не менялось. Однако, сидевшего быстро забрали конвойные и куда-то увели.
Сидя в автозаке, Алексей уже изматерился по поводу того, что им "ни попить, ни пожрать, ни посрать", но всё ещё надеялся попить воды, пусть и сырой из под крана в местном СИЗО. Там же и посетить уборную. Но, спустя три часа, сразу после того как конвойные сдали их в "транзиту", к немалому удивлению братьев ,никто в СИЗО их оставлять не стал. Напротив, следующий подъехавший автозак, просто догрузили людьми из "транзитник" изолятора и повезли их в "место отбывания наказания", как пояснил конвойный. Конвойный тоже был удивлён, что двоих прибывших с этапа "продёрнули" в лагерь минуя СИЗО. Он даже сходил к начальнику тюрьмы, усматривая какой-то подлог, однако вернулся очень озадаченный и всю дорогу уже молчал. И старший и младший уже привыкли, что в отношении них происходит какая-то чехарда мало объяснимых событий и уже просто смирились со своей участью. Благо, что появились попутчики и было с кем "разделить тоску и горе". Все попутчики имели практически пустые сумки и потухший взгляд. Все, кроме того самого пожилого мужчины, который встретился братьям в том самом автозаке в аэропорту.
-Знакомые лица... А я-то думал, чего меня пересаживали в этот автозак. Так три часа и сижу здесь с остальными. Всё ждали какую-то "догрузку". Спрашивается, чего вас сразу с аэропорта не посадили в этот же автозак? Не молодой я уже. Кости плохо греют. Но вот уж и тронулись, к нашей каторге. Вас как звать-то, уважаемые? Всё ли в порядке?
-Андрей, Алексей. По жизни всё ровно. Первый срок едем отбывать за выкладывание чертежей в интернет. - по очереди представились братья и коротко описали свои злоключения.
-Николай Иванович Плотников, профессор ботаники, по жизни всё ровно. Родился-армия-институт. На каторгу куда мы едем - местным воротилам будет безразлична тюремная иерархия - иронично улыбнувшись, пожилой мужчина пожал руки по очереди обоим братьям. После, смущённо улыбнувшись, он пояснил: -Да я и в самом деле профессор ботаники. Местные окрестили меня «Агроном», но мне не обидно. В их понимании это одно и тоже...-
-А за что вы здесь, Николай Иванович?-, коротко поинтересовался Андрей. -Вас тоже осудили не за что?-, вслед за Андреем задал вопрос Алексей.
На секунду профессор задумался, а после, не меняя улыбки, изрёк: - Я убийца, ребята. И это моя вторая судимость. Первая – за нанесение тяжких телесных. 111 часть 2. А теперь и 105 часть 1. Первый раз сидел полные пять лет. Теперь еду умирать здесь. Дали мне полные пятнадцать, а лет мне уже почти семьдесят. Через месяц юбилей. Лично я никого не видел, кто вышел бы отсюда, да и с любой другой тюрьмы в восемьдесят пять. Только разве что в американском кино. Но на то оно и кино...
Пауза затянулась, но Андрей, словно чувствуя, что должен спросить, всё-таки произнёс:
-А кого вы убили и избили-то?-, и тут же замолчал, чувствуя неловкость перед пожилым человеком.
С лица профессора сошла улыбка и он, вдруг моментально постарев, коротко стал рассказывать, как ещё пять лет назад его сосед, полковник в местном УВД, стал проявлять отнюдь не платоническую любовь к мальчикам младше 12 лет. И как в один прекрасный день, он, Николай Иванович, вышел на балкон и увидел в соседское окно ребёнка, который отчаянно бил по стеклу и что-то кричал. Постучав в двери соседа, и наблюдая полное игнорирование его окриков и стуков, Николай Иванович взял монтировку, разбил соседское балконное стекло, кинул на осколки стёкол старое одеяло и после того как перелез со своего балкона на балкон соседа-полковника, вошёл в комнату. Из-за закрытой двери были слышны заглушенные крики ребенка и мужской мат. Распахнув двери, Николай Иванович увидал, как сосед-педофил тычет своим вялым хером в ребенка с разорванными и спущенными штанишками. Нечеловеческая ярость красной пеленой затмила глаза пенсионера, а руки как-то сами собой замахнулись монтировкой… Позже, следователь Николая Ивановича объяснил последнему, что он перебил какие-то нервы в позвоночнике, отчего у педофила теперь полупарализованы рука и нога и почти полностью пропал слух на одно ухо, а второе слышит на 40 процентов. И зрение хуже стало и теперь он вообще инвалид 2 группы. И что он, если бы мог, то он Николая Ивановича к награде бы представил. Однако, его сосед-педофил, во-первых - отставной сотрудник МВД, а во-вторых, у него сын уже подполковник в каком-то управлении в Москве, так что хода делу по педофилии не будет, но ход делу по нанесению тяжких телесных, а также проникновением на чужую жилплощадь, которые могут быть переквалифицированы в покушение на убийство - будет. Тем не менее, следователь, ценой своего повышения всё же оставил лишь "тяжкие телесные", не дав ходу Москве для вменения более тяжелой статьи за покушение. Николай Иванович получил пять лет общего, и отсидел их на Ямале. Аккурат там, куда сейчас везут братьев и его.
-А убили кого?-, уже в лоб спросил Алексей.
Словно не останавливая свой рассказ, Николай Иванович продолжил повествование о том, как он вернулся к своей старушке, и жил себе, возделывая огород на даче, периодически катаясь на охоту и рыбалку, пока однажды вновь, на грани слышимости не услышал своим ухом крик ребенка, который моментально оборвался, и вновь из квартиры злополучного соседа. Далее, крик раздался ещё раз, буквально на секунду, и снова угас. На этот раз, вместо стекла, на балконе стоял металлический лист с отделкой "под стекло", однако дверь у соседа была не новая, хоть и фирменная, китайская, с дорогим и мощным дверным полотном, но при этом с никакущей дверной коробкой. Поэтому Николай Иванович просто отжал коробку с крепежами от стены пользуясь уже ломом. Войдя в комнату, он увидел повторение того самого рокового события, что было пять лет назад, за исключением того, что ребёнок – был его, Николая Ивановича, внук.
-Короче, в этот раз я просто ломом вырубил его, внука передал бабке своей, после - вернулся и пробил уроду череп. Всё тем же ломом. Да впрочем, вы мне можете не верить. Лучше почитайте. Порыскав где-то в пластиковой потертой папке для документов, он протянул братьям приговор.
Пока братья читали объемный приговор, прикрыв глаза, Иваныч вещал сквозь пробудившиеся старческие эмоции.
-А потом этот говнюк, сынок этого урода, приезжал аж с Москвы, чтобы меня туда увезти и там сгноить, но не вышло. Судили у нас, в Рязани, однако потом прокурор-урод апелляцию подал и вместо десятки дали по-максимуму. Все пятнадцать. Хотели дать двадцать, но возраст, опять же присяжные были... Но и пятнашку дали через апелляцию, чтобы уж точно не вышел отсюда - с этой проклятой зоны. - старик про себя тихо зашептал: -Прощай, Мария Филипповна. Не свидимся наверное на этом свете, но точно знаю, что увидимся на том. Ждать-то недолго осталось... - Закрыв глаза, Николай Иванович перекрестился и, снова улыбнувшись, взглянул на братьев.
-А вы здесь за что, молодые люди? Что за чертежи-то? Поди в шпионы вас записали? Готов спорить, вы не только тут в первый раз, но и вообще в тюремной системе. Вы ничего не бойтесь. Жить можно, если, конечно, знать как.
Выслушав историю братьев, а в особенности то, что привезли их самолётом, Николай Иванович коротко сказал, прикуривая дешевую сигарету своими мозолистыми руками с бугристыми венами:
-Вас заказали, ребята. И почему – ведомо одному только Господу Богу, ну или чекистам. Никого сюда за "здорово живешь" самолетом не везут...
Дальнейшую их беседу прервал веселый голос конвойного: -Ну чо, мороженное мясо! Приехали! Давайте валите отсюда! Первый пошёл!
-Ребятки! Главное – закрывайте голову! И идите быстро! Ни в коем случае не падайте! И быстро-быстро вперёд! На удары не обращайте внимания!-, Инструктировал братьев и остальных зеков в машине Николай Иванович, выпрыгивая вслед за ними из автозака, показывая рукой в сторону ухмылявшихся зэков с дубинками в руках.
-Прожарка! Блядь!,- эта мысль была общая у всех прибывших этапом заключённых, когда они проходили сквозь строй под градом ударов, сыплящихся со всех сторон.
Андрей и Алексей, стремясь как можно быстрее пройти сквозь строй, отлично прочувствовали всю слепую злобу и ненависть, которую выкидывали на них активисты зоны, с целью их ошарашить, подавить и запугать, подавляя любые остатки свободы воли.
-Опа! Вот так встреча! Ща я этому еще заряжу! Смотри! Агроном вернулся! Ща, пацаны я проверю, почки у него крепче чем рёбра или нет! Гнида старая! Тройку мне по биологии влепил!» орал один из тощих зэков, стараясь задеть посильнее, медленно идущего под градом ударов Николая Ивановича.
Спустя десять минут, весь пришедший этап, стоял возле вахты - старого, деревянного здания, отделявшего жилую зону с бараками от промзоны и больницы.
"Комитет по встрече", состоявший из моральных уродов, готовых порвать любого, лишь бы сотрудники их похвалили - лениво прохаживались мимо поставленных в линию осужденным. Иногда, забавы ради, замахивались палками на испуганных прибывших, смеясь и глумясь при этом. Стоя кто во что одет и утирая кровь из разбитых ран, люди ожидали того, что будет дальше решено в их нелёгкой судьбе. На холодный и пронизывающий ветер никто не обращал внимания, поскольку по сравнением с тем, что пришлось только что испытать - ветер воспринимался не более, чем досадная неприятность.
Наконец дверь в старом здании распахнулась с противным скрипом. Подгоняя палками отстающих, суки принялись ударами направлять в здание новых обитателей злой ямальской зоны...
Глава 2
"Здравствуйте, заключенные! Меня зовут Злобин Сергей Александрович! И да! Моя фамилия - говорящая. Я - здесь ХОЗЯИН этой зоны и вашей жизни. Все рассказы о правах человека и прочую хуйню - забудьте лучше прямо сейчас. Я тут и царь и бог! У нас работают все! А пока - сразу определимся с тем, есть среди вас активные поборники воровских традиций! Значит так! Красные налево, пидоры - направо! Малочисленный строй, собранный из прибывшего этапа, потирая ушибленные руки и бока, стал делиться, пока не образовал три группы. Три человека ушли направо. Они, как уже сразу поняли братья - и были "петухами", т.е. опущенными. Сам Андрей и Алексей, памятуя, что было ими услышано за месяцы пребывания в СИЗО, не долго думая ушли налево, к "красным". Стоять же осталось только три человека. Один кавказец, один русский парень и один азиат. Не сказать сразу кто. Тувинец или калмык, а может быть и бурят. Но так или иначе, дальнейший гнев Злобина, был обращён на них.
"А вы что, суки, особая категория или воры в законе?!", Злобин орал, а его толстые щеки, словно у бульдога тряслись вслед за вибрациями горла начальника.
"А ты меня уже знаешь, начальник! Можно сказать и не прощались!",- усмехнулся русский парень, смело глядя на краснеющего от ярости и натуги Злобина.
"Аааа. Это ты, Носов... Ну Херли встал? Без твоей жопы нары в карцере уже остыли! Вали, сам знаешь куда. Оттуда один хрен тебя в ЕПКТ переведём! (ЕПКТ - Единое Помещение Камерного Типа. Тюрьма на зоне, где осужденные отбывают срок не видя неба. Как правило годами. Применяется, как место содержания отрицательного элемента. Прим. автора).
"А я не сука и ваш порядок в рот ебал, гражданин начальник!",- начал заводиться кавказец.
Злобин коротко кивнул головой, и несколько особенно крепких зеков-сук, с дубинками наперевес кинулись к кавказцу и принялись его молотить дубинками, уронив на землю. Спустя пару минут, Злобин лениво сплюнул под ноги: "Хватит с него, а то убьете, а мне потом отписки писать за этого мудозвона". Суки отошли от лежащего зека и придвинулись к стоящему рядом азиату.
"Гражданин начальник! Не трогайте пожалуйста парня. Он не слышал вас. Он глухой. А слуховой аппарат у него не работает.",- выскочил из-за спины братьев Николай Иванович и начал общение с начальником.
"Давай его к нам! Он работать будет. Я объясню!",-не унимался он.
Злобин, посмотрев на азиата, просто дернул головой в сторону "красных" и подскочившие к нему суки толкнули его в сторону других осужденных. Злобин же, сопроводив последнего взглядом, повернулся лицом к Николаю Ивановичу и удивлённо поднял одну бровь.
"Агроном! А ты-то здесь за что? Неужели так понравилось у нас, что вернуться решил? Ну-ка! (Злобин обернулся к конвою) Дайте-ка его дело! Опа! 105-я! Да ты, я так посмотрю, старик-разбойник не перевоспитался! Кого убил? Бабка твоя что-ли какого-то другого деда в дом притащила, песок свой размягчить?",- от этой "шутки", Злобин затрясся в хохоте больше напоминавшим лай собаки, и стал напоминать ошпаренную свинью. Сняв фуражку и протерев лысую как коленка голову, он вновь обратил своё внимание на Ивановича. Иванович же, пропустив столь страшное оскорбление мимо ушей, коротко улыбнувшись, сказал два слова:
"Добил педофила!".- И замолчал.
Спустя короткое мгновение тишины, Злобин, осмотрев прибывший этап, пробормотал что-то неразборчивое, размешав свою характеристику парой цензурных союзов и предлогов, а после пошёл обратно на вахту.
К пришедшим подошел один из тех зеков, кто был с дубинкой и коротко стал пояснять, что и как нужно говорить на вахте. Что отныне, все будут работать на благо лагеря бесплатно и не бесплатно, а за зарплату на промзоне по распиловке леса и швейном цеху. Но так как у страны тяжелые времена, свой заработок все передадут в фонд родной зоны. А кто не желает - тот может лечь рядом с тем кавказцем, который и сейчас всё-еще лежал в розовом от крови снегу.
"Андрюх! Это они получается вообще никакой жизни давать не будут. Получается, что все эти рассказы о сучьих лагерях - это нихрена не рассказы!" - шептал сзади на ухо Андрею Алексей.
"Прорываемся в электрики-сварщики-наладчики-слесаря! Туда, где меньше тяжестей таскать и больше шансов на характеристику положительную. И где со своими пальцами останемся. Понял?",- так же шепотом отвечал брату Андрей.
После этой короткой беседы, на вахту выдернули сначала одного брата, а затем и другого. Вполне стандартная процедура: Подпиши, что согласен на любую бесплатную работу до конца срока, что обязуешься соблюдать всевозможные меры безопасности и так далее, а в конце - короткое собеседование с представителями местной власти. Начальниками, режимниками, оперативниками и далее по списку. В конце собеседования, оба брата были уже за вахтой, и обоим всучили аж по две должности. Андрей был трудоустроен как электрик на жилую зону (бесплатно) и слесарь на промзону (с зарплатой, которая уходит в счёт зоны, читай - тоже бесплатно). Алексей же был устроен как слесарь жилой зоны - бесплатно и так же как и брат - электриком промзоны, формально - тоже платно, а по-факту - как бесплатный раб в руках государства.
Спустя минут 15, к ним подошёл какой-то крепыш и забрав обоих братьев, начал выдачу положенного им, изъяв их сумки, с которыми они приехали на этап.
Высыпав из сумок всю нехитрую еду, отодвинув ее в одну сторону, и перетряхнув все бумаги, отдавая их обратно братьям, заключенный-чмошник вытащил все личные вещи, перебирая их, разочарованно цокая языком. В конечном итоге, он забрал все продукты, теплое бельё и свитера, термобельё и иное, формально разрешенное к использованию, а сам принялся выдавать им одежду, как он выразился, "по-сезону", после примерки которых выяснилось, что рукава у синтепонового ватника едва ли доходят до запястий Алексея, а ботинки у Андрея болтались, так как были на два размера больше.
"Жратва не положено. Ничего из шмоток - тоже. Скажите спасибо, что бумагу вашу отдал, а то и её заберу",- лениво выдавливал из себя недоделанный каптёр.
"Сумку пустую отдай. Дам мыло, щетка и полотенце",- обратился к нему Алексей.
Крепыш усмехнулся и набычившись сказал: "Запомни, мясо. Если я тебе что-то не дал, то тебе это и не положенно. Потом, копытом своим по бараку ебанёшь и из-под параши щётку вытащишь. А пока - пошёл нахуй отсюда, пока кости не поломал!". С этими словами, крепыш собрал в охапку обе сумки и выкинув из них пакеты ушёл, оставив братьев один на один.
"Э! Уроды! Вату свою берите сами! На полке лежит!" - донесся голос урода из подсобного помещения.
Братья одновременно повернули головы, но увидели только пустые оболочки из-под матрасов и подушек. И кучу рваного и шитого сто раз постельного белья.
"Оно ж пустое всё! Чего тут брать-то?",-возмутился Андрей, но крик из подсобки четко ему сообщил, что всем срать, на чём будет спать мясо и что спустя пол-года он отощает так, что его костям будет безразлично, на чём спать. На голой сетке шконки или на этом "чудесном матрасе Аскона Зима-лето".
Погоревав, да собрав выданные шмотки, надев их на себя, распихав записи по делу и письма родных, братья вышли из каптёрки, где их уже дожидался не менее крепкий зэк, с явными признаками дебилизма.
"В карантин пиздуйте, уроды",- прорычал он, указывая пальцем на какой-то сарай за колючей проволокой. Повиновавшись, братья подошли к этому помещению и вместе с другими такими же бедолагами, были запущены внутрь. Убогое подобие казармы. Пустые панцирные сетки двухъярусных кроватей-шконок, разбитые и кое-как держащиеся табуретки, и через коридорчик - маленькое пустое помещение с тремя рядами лавок и закреплённой на стене радиоточкой.
"Это что? Карантин?",-недоуменно задал вопрос какой-то из зэков сопровождавшему их дебилу, моментально получив под дых от последнего.
"Тут я старший за карантином! Понял? И я тут вопросы спрашиваю!" - коротко сообщил ему крепыш-имбецил.
"Подъем в 6 утра. Отбой в десять. До отбоя - все находятся в ПВРке. Это тот зал с лавками. На лавках не лежать. Увижу, что кто лежит - поломаю челюсть, чтобы жрать не хотелось. Ясно? Спальное отделение открывается тоже в десять. С утра - зарядка, водные и иные процедуры. Параша - там, в середине коридора. Жрать будут приносить, миски выдают. У кого нет ложки - хоть руками жрите. Выдаем четыре штуки на карантин. Ладно. Бывайте, уроды",- с этими напутственными словами, имбецил покинул новоприбывших.
Далее, все эти четырнадцать безумных дней превратились в нескончаемую череду мучений и страданий, так как будили всех не в шесть утра, а уже в пять. После, всех заключенных, те же имбецилы, выгоняли в одних трусах на пробежку и зарядку вокруг здания карантина. А чтобы заключенные шевелились быстрее, применяли для ускорения палки и били каждого, кто не выдерживал темп круговой "Зарядки". Далее, всем двенадцати новоприбывшим, давали 10 минут на всех, чтобы умыться, побриться и почистить зубы, если было чем, а затем, загоняли обратно в спальную зону, чтобы уложить всех на шконки и ровно через две минуты вновь поднимать всех пинками на подъем. После, загнав всех в комнату ПВР на лавки, включалась радиоточка, которая повторяла одни и те же правила внутреннего распорядка до завтрака. Завтракали тут же, сидя на лавках. Когда пара заключённых легла на лавки, будучи простуженной от садистской "Зарядки", в помещение ворвались оба имбецила и принялись избивать их дубинками, за то, что они нарушают Правила Внутреннего Распорядка зоны. Досталось и всем присутствующим в комнате ПВР. После обеда, оба дебила вновь открывали карантин и по-одному выдергивали заключённых, заставляя рассказывать правила наизусть, сверяясь с книгой. Если кто-то хотя бы запинался - экзекуция с дубинками находила свою жертву. Весь этот садизм повторялся ежедневно, без выходных и перерывов. Избитыми к концу первой недели были оба брата. И Андрей и Алексей, обладая достаточно хорошей памятью, выучили ПВР за три дня наизусть. Остальные арестанты, которые такой памятью не обладали, ходили в синяках и лишь тихо плакали от бессильной злобы. Еще четверо арестантов, решили дать сукам отпор, и избили палками одного из имбецилов. Вечером их забрали из карантина человек двадцать сук, и долго избивали их во дворе, отправив заключенных в местную больницу с открытыми переломами, и многочисленными травмами. Словом, это были очень трудные и тяжелые две недели, пока наконец, спустя сутки сверху, двери не открылись и заключённых не выгнали в барак общего режима.
Спустя месяц нахождения в зоне, оба брата весьма потеряли в весе и, что гораздо важнее - в психическом здоровье. Каждый день начинался с мысли о том, как пережить его, получив меньше побоев от сук, которые чувствовали и вели себя словно короли крыс, на этом страшном и нескончаемом пире во время чумы. Нескончаемой чумы самодурства и жадности российской зоны и попустительства руководства. Вечно полу-голодные, в короткой и холодной одежде, потратившие те немногие оставшиеся у них деньги на закупку расхищенных наборов электрика, так как доставшиеся им инструменты для работы электрика - практически отсутствовали, а Злобинские ставленники требовали результат и кучу ремонта убитой электрики зоны и промзоны. Сам же начальник колонии Злобин, настолько привык красть и при этом ничего не покупать на нужды колонии, что даже необходимые дешевую изоленту и колпачки для кабельных скруток закупал за счёт тех денег, которые его "ручные" суки отняли у зэков. Николай Иванович снова устроился в школу, параллельно обучая биологии тех зэков, которые не имели среднего образования, оставаясь одновременно "мастером на все руки", числясь завхозом, и разумеется - совершенно бесплатно. Даже на сигареты деньги ему доставались в основном за то, что он ухитрялся что-то по-тихой протаскивать в зону через руки вольных учителей. В редкие минуты, когда братья встречались с ним и, сидя в каморке завхоза изливали душу Ивановичу - он оставался единственным человеком и собеседником, который частично заменял братьям их родных и близких в этом аду. Писем, за полный месяц оба брата не получили. Андрей же, получил еще трое суток карцера за то, что описал жене в письме, те условия в которых они живут и выживают. Письмо после перлюстрации лежало на столе у Злобина, после разговора с которым, Андрей был избит и помещён в холодный карцер. Через трое суток он едва мог стоять, так как практически всё это время ходил, чтобы не замёрзнуть.
Но в этот день, спустя месяц после выхода из карантина, жизнь сделала крутой поворот...
Началось всё как обычно. Стыка - один из самых отмороженных завхозов барака для общего режима, заметил, что Андрей прячет что-то в книгу в свою тумбочку, после подъема. Этим "что-то" - была фотография Светланы - жены Андрея. Стыка, резко остановившись в коридоре - повернулся к Андрею, и оглядев последнего с ног до головы, подал свой мерзкий тонкий голос: "Слышь, мясо! Чо за фотка? Баба твоя? Покажи?". Андрей аккуратно закрыл книгу с фотографией и убрал её в тумбочку. "Не покажу. Это личное". Андрей коротко бросил Стыке эти слова, доставая сумку с инструментами из второго отделения тумбочки и уже собрался идти, как Стыка подошёл к нему и запищал: "Ты охуел? Давай сюда фотку!". "Не дам!" - голос Андрея был уже весьма на взводе. В последнее время, нервы Андрея превратились в тонкие хрустальные струны, которые лопнуть были готовы в любой момент, даже от дуновения ветра. Стыка же, напоминал скорее ураган, но Андрей сделав волевое усилие, изо-всех сил, просто положил книгу в тумбочку и прошел мимо Стыки, направившись в конец барака, к электрическому щиту, в котором перебирал автоматы и переделывал соединения, убирая тот хаос, что был там наделан с конца 90х годов рукожопыми электриками.
Спустя минут десять, когда он уже начал успокаиваться, он услышал над собой дыхание и писклявый голос Стыки:
"А ничо такая баба! Буду на неё дрочить! Слышь, чмошник?". Обернувшись, Андрей увидел Стыку, который держал в руках фотографию Светланы. Дальше, все было словно в тумане. Андрей молча повернулся к щитку и поднял стоявший рядом со снятой крышкой щитка кусок толстой арматуры, замотанный матерчатой советской изолентой, служивший импровизированной опорой для потока проводов до начала ремонта. Коротким размахом, он опустил арматуру на ухмыляющуюся рожу, ничего не ожидавшего Стыки. Стыка выронил фотографию, а вслед за ней - несколько зубов. Андрей же, словно автомат, как заведённый, принялся избивать упавшего на корточки Стыку арматурой, не слыша даже воя последнего, сквозь красную пелену в глазах. На вопль избиваемого Стыки, в конец барака сбежались сразу трое заключённых, такие же завхозы и дневальные, обличенные властью и получившие кард бланш лично от Злобина. Двое из них сразу набросились на Андрея, как только увидели, что Стыка уже не кричит, а стонет. Однако один из них упал, получив по голове арматурой, но другой довольно умело успел увернуться и ударить пару раз Андрея по лицу. Андрей даже не заметил и не почувствовал удара. Весь его организм, каждую клеточку его тела заполняла ярость и гнев. Безумный норадреналиновый коктейль и надломленная психика руководили Андреем, превратив его в машину для убийства, отключив в его мозгу рассудительного и скромного парня. Второй завхоз, заблокировав удар, бросился на Андрея, и повалив его на пол, завхозы принялись избивать его ногами. Однако в этот же момент, в барак вбежал Алексей, которому запыхавшийся Иваныч уже успел сообщить, что Андрея убивают завхозы.
Алексей был гораздо более резок в поступках и реакциях. А нервы его уже давно стали тоньше, чем нервы брата. Лежащий на полу Андрей, с разбитым лицом, прикрываемым руками, превратил Алексея в ком ненависти и гнева. Издав какой-то гортанный звук, он схватил табурет, на котором сидел Андрей, и который теперь лежал опрокинутый рядом со скорчившимся Стыкой, и опустил его на голову одного из завхозов. От удара, подручный Стыки рухнул как от выстрела, а табурет рассыпался, оставив лишь одну ножку в руках Алексея. Этой же ножкой, брусом 50х50мм, с ходу был нанесен удар второму обернувшемуся подручному Стыки, который перестал избивать лежащего Андрея, лишь для того, чтобы и его зубной состав тронулся с места.
Братья молчали. Спустя секунд восемь, избитый Андрей поднялся с пола, оттолкнув протянутую руку брата. А после, подняв с пола закатившуюся арматуру, подошел к каждому из завхозов и схватив арматуру двумя руками, замахнувшись из-за головы, с присядом, обрушил на руки последних свою импровизированную дубинку. Были слышны только хруст костей и вопль из очередной глотки. Кроме глотки того завхоза, которого Андрей вырубил первым.
"Вам пизда...",- голос-стон Стыки, со сломанными руками, стал ещё на пол-тона выше.
"Ага. Пизда.",- Совершенно равнодушно произнёс Алексей.
"Похуй",- Так же равнодушно произнёс Андрей, бросив арматуру на пол.
Барак, спустя две минуты наполнил стук сапог и окрики ФСИНовцев.
"Что за дела? Хлебниковы? Вы с ума сошли? Ебанулись? Вы же их искалечили! Да вам теперь и раскрутка и пиздец! В лучшем случае просто опустят, а в худшем - ляжете оба в Ямальскую мерзлоту.",- подал голос главный оперативник колонии.
"Валите на вахту, уроды... Палачи, ёб вашу мать. Теперь сначала вас начальник отпиздит, потом я, а потом им отдадим.",- кивнул в сторону лежавших ломаных завхозов главный опер.
"В санчасть их! Хрена ли вылупились?!",- крикнул он же на стоящих рядом зэков.
Братья молча брели на вахту. Уже на вахте, братья увидели выпученные глаза Злобина, не сулившие ничего хорошего. Однако, в них был не гнев, а... Страх?
"Осужденные Хлебниковы Андрей Васильевич и Алексей Васильевич на вахту прибыли" - разбитыми губами произнёс Андрей, глядя прямо в выпученные глаза Злобина. Андрей стоял, с разбитым лицом и начавшими наливаться синяками, с губами больше похожими на вареники.
"Там с вами поговорить хотят и смотрите, если что-то кто-то пизданёт из вас лишнего, то я вас..." - начал в пол-голоса Злобин.
"То вы им ничего, а может быть и всё. Однако, мне будет очень интересно послушать, как у нас государство осуществляет надзор и исполнение основных прав и свобод осужденных",-прервал поток угроз из голоса Злобина чей-то очень спокойный и сухой голос. Не сговариваясь, братья посмотрели на него. Это был человек в строгом и явно дорогом сером костюме, который, словно продолжение его тела, создавал ощущение некоторой искусственности человека, словно это был голем, раскрашенный в краски человеческого тела.
"Андрей Васильевич Хлебников? Инженер по криосистемам, с дипломной работой на тему "Пассивные охладительные и криогенные системы? Под руководством профессора Савонникова?" - Да. Это Я. Но тема была чуть другой!
"Это детали. Нам нужно поговорить. А гражданин Злобин будет очень любезен, уступить нам свой кабинет, подождав нас на улице, а ваш брат Алексей подождёт нас там же. И это не оговаривается. Товарищ Полковник, покиньте пожалуйста свой кабинет на 10 минут. И вы, Алексей Васильевич, тоже, будьте любезны, проследуйте за товарищем полковником." - дал указания человек в сером.
Злобно зыркая на пришедшего и выгнавшего его из собственного кабинета, Злобин удалился из него, вытолкав ошалевшего Алексея, и что-то принялся ему злобно шипеть.
"Присядем? Вы наверное сейчас не в лучшей кондиции.",-произнёс гость, усаживаясь в кресло Злобина. Андрей же, просто плюхнулся на стул, на котором обычно сидели суки либо опера, простым осужденным садиться у начальника не разрешалось.
"Андрей Васильевич, скажите, вам нравиться тут? Впрочем, простите за глупый вопрос. Ваше лицо сейчас гораздо красноречивее любых слов, описывающих ваше состояние. Кроме того, наши осведомители, дали нам знать, что тут совсем не исправительное, а скорее карательное учреждение. Но мы с этим разберёмся. Начальник ФСИН России уже в курсе и будет принимать какие-то меры. Тем не менее, я сейчас тут, поскольку вы единственный студент-дипломник, кто близко общался и изучал работы профессора Савонникова. Единственный, кто остался в России, если быть точным и единственным, кого профессор Савонников упомянул в своём завещании". - коротко стал излагать человек в костюме.
"Какое завещание? Профессор не оставлял никакого завещания.",- ошарашенно произнёс Андрей.
"Не оставлял у нотариуса. Но оставлял его нам. Кому нам - это не важно. Однако, он очень тепло отзывался о вас, и о ваших способностях, Андрей Васильевич. И поэтому мы тут, с целью сделать вам предложение. Нам нужны ваши услуги по запуску кое-какого холодильного оборудования, но подробностей, увы, я вам сообщить не могу. Если вы согласны - ваш оставшийся срок будете отбывать на работе с хорошей зарплатой, и возможностью связи с семьёй, но непосредственно на объекте и только на объекте. Сообщить больше информации я смогу только после вашего согласия и подписания Контракта с нашей компанией. На текущий момент, это всё, что я могу вам сообщить. Если вы согласны, то подпишите данный документ",- с этими словами, он кивнул головой, и из-за головы Андрея возник человек в таком же костюме, с чемоданчиком-дипломатом в руках. Протянув чемоданчик рекрутеру, он удалился так же неслышно, как и вошёл. Гость же, открыв чемоданчик, вытащил оттуда что-то по толщине напоминающее добрую половину пачку бумаги формата А4. Закрыв чемоданчик, он перевернул контракт титульным листом вниз и протянул Андрею, открыв только последнюю страницу с коротким пунктом: "Подпись работника".
Андрей задумался. Казалось, будто он раздумывает, однако он поднял свои глаза сначала на окно вахты, глядя на брата, на которого уже орал Злобин, а затем, на непроницаемое лицо человека в костюме. Он был готов подписаться хоть на отборочные соревнования по "русской рулетке", но сделать этого не мог, так как оставить брата одного в этом аду - было выше его сил.
"Мой брат. Я с ним готов хоть на войну ехать, но уехать даже на лучшую работу в мире без него - я не могу",- вытолкнул Андрей из разбитых губ, наливающихся кровью и ощутимо дёргающих болью при любой мимике на лице.
Казалось, собеседник знал, что Андрей ответит именно так, поэтому для приличия выдержав паузу, голос продолжил:
"Открою вам последнюю информацию без подписи. Вы, если подпишете контракт, будете сложно заменимым специалистом. Но ваш брат может подписать контракт только в качестве заменимого специалиста. Работа в чём-то содержит риск, однако это всё, что я могу вам сказать без вашей подписи в этом контракте", - произнёс рекрутер.
"А что в нём? Тут пол-пачки бумаги. И я думаю, времени прочитать её у меня нет?",- заметил Андрей, пытаясь улыбнуться.
"Да. Мы столько ждать не можем. Но если очень коротко, то вы, на срок контракта, становитесь нашей бесправной собственностью. Будете жить там где мы скажем и делать то, что мы скажем, без права отказаться от работы. С камерами, прослушками и иными средствами контроля над вашей жизнью. Разве что в мысли ваши влезть мы не сможем, но тоже, в случае надобности, можем держать вас у психиатров сколько будет нужно. В случае неповиновения, мы имеем право прекратить вашу жизнь, вопреки конституции РФ.",- изрёк рекрутер.
Мысли у Андрея были просты и незатейливы. А в свете последнего месяца, еще и изрядно деградировавшими:
"Сегодня нам всё равно хана. Сквозь строй пустят и сломают. И начнут менты, а закончат суки. За год либо от голода сдохнем, либо замерзнем к чертям. Куда угодно, лишь бы подальше отсюда. А там еще и платить будут - хоть как-то помогу Свете и Никите, да и маме. Главное, чтобы Леша правильно понял. Но думаю и он согласиться. Хоть заменимым, хоть нет. Хоть тушкой, хоть чучелом, но надо валить из этого бардака! Решено! Пишу! Но только разом с братом!",- лихорадочно соображал Андрей.
"Позовите пожалуйста Алексея. Я очень коротко ему скажу. Если он согласен - я ваш!",- решительно заявил он человеку в сером.
Тот, снова всё решил кивком головы такому же человеку в костюме, который без лишних слов подошёл к уже побагровевшему от крика Злобину и ловко забрал изрядно охреневшего от этих событий Алексея, от сменившего цвет с багрового на белый Злобина.
"Брат. Предложение такое. Либо пашем неизвестно где, но за деньги с риском для жизни и возможностью, хоть и редкой но поговорить с мамой, но мы становимся в этом случае...",- начал было Андрей, как тут же был перебит братом.
"Я согласен Андрюха! Плевать куда! Лишь бы подальше отсюда! Хоть воевать, хоть ставить опыты на людях, хоть самим ложиться под нож хирурга, но главное - подальше отсюда. Мы тут раньше сдохнем. Скорее всего, даже сегодня. И очень неприятно сдохнем. Хуже бездомных собак, брат. Где подписать? Сегодня заберёте? Я ручку этой суки лысой заберу?",- протараторил Алексей, ища глазами где расписаться.
Не моргая, рекрутер открыл чемодан и вытащил точно такой же контракт, словно ждал этого. В этот момент, Андрея на секунду посетила мысль, но тут же ускользнула, как несущественная, оставив после себя странную тягучую тень чего-то не сделанного или сделанного ошибочно. Впрочем, Андрей моментально выбил эту дурь из головы.
Оба брата одновременно подписали контракты и вручили их гостю, который также механически убрал их обратно в чемодан. После, он позвал Злобина в кабинет и затребовал личные дела братьев. Показав какой-то документ, человек в сером костюме изъял оба личных дела изрядно удивленных от этих событий братьев, а сам Злобин, сделавшийся кроткой овечкой, тут же начал лебезить и расшаркиваться перед странным гостем.
"Вал. Выезжаем.",- сухо скомандовал рекрутер водителю, а сам в этот момент повернулся к братьям.
"Вы собраны?",- коротко спросил он у Андрея.
"Да. Но я хотел бы забрать фото и личные записи. Свои и Алексея",- отвечал ему Алексей.
"У вас две минуты" - раздался голос, перед тем как исчезнуть в авто.
"Брат! Я Ща! Бегом!",- Алексей кивнул Андрею и побежал. Спустя полторы минуты, он уже стоял у брата с папками и радостно сообщил новость: "А я ещё карантинного ублюдка этого арматурой огрел по хребту! Помчали!".
С этими словами, оба брата вышли из маленьких дверей спецчасти зоны, где их уже ждал тонированный внедорожник. Хлопок дверей с двух сторон ознаменовал начало новой жизни Андрея и Алексея.
Глава 3
Исход
Штурмуя белые буруны снега, крутящегося в Ямальском вихре, черный внедорожник ехал вначале по бетонной дороге, а после свернул на какую-то грунтовку. Хорошая подвеска скрадывала неровности, поэтому оба брата молча сидели и смотрели на сидящего напротив спасителя. Человек в сером костюме, казалось, был вылеплен из воска с добавлением металла и если бы не редкие моргания его глаз цвета стали, походил бы больше на машину, чем на человека.
- Извините, а как вас зовут?- начал было разговор Андрей, разглядывая в зеркало заднего вида лицо стального человека.
- У меня нет имени. Но меня вы можете называть "Куратор" - совершенно тем же бесцветным тоном ответил вопрошаемый. Взгляд его на мгновение скользнул на зеркало заднего вида, словно для того, чтобы убедиться, что оба брата по-прежнему на заднем сидении.
- Господин Куратор! -, начал было Алексей, но был прерван короткой фразой человека спереди:
- Просто Куратор. Без господ. Без товарищей и без граждан. Форма обращения согласно контрата - Куратор. К вам же я могу обращаться либо по вашему имени, либо полному имени, либо по специальности, либо по категории и номеру -, всё тем же бесцветным голосом произнёс Куратор.
- Что значит "По категории", Куратор? И какую информацию мы можем от вас получить, согласно контракта? -, задал вопрос Алексей, машинально толкнув Андрея, порывающегося что-то сказать Куратору.
- Категория - означает заменимость сотрудника. Рабочие категории идут от двух до четырёх. Где цифра означает либо трудно заменимого сотрудника, либо легко заменимого сотрудника. После оглашения класса категории, следует номер. Ваши номера будут даны вам на месте работы, непосредственно по прибытию. Про информацию - это хороший вопрос. Вне зоны работы я не могу сообщать вам никакой информации согласно директивам безопасности. Единственная информация, которую я могу вам рассказать - это ответы вопросы касающиеся лично вас, как сотрудников, включая ваши условия работы на Компанию -, ответил рапортом Куратор.
- Компанию? Вы разве не из ФСБ? Ну или там ГРУ? И к какой категории относимся мы с Андреем? -, протараторил скороговоркой Алексей, так же активно жестикулируя брату, порывавшемуся остановить этот поток вопросов. Тем не менее, Куратор, казалось бы, и не заметил сумбурности и эмоций задаваемых вопросов и услышав окончание потока слов Алексея, без паузы ответил:
- Мы не государственная структура, но работаем с кооперацией с Министерством обороны Российской Федерации и другими ведомствами Российской Федерации. Наша работа находилась и находится за пределом зоны ответственности тех людей, которых вы называете правительство. В том числе и за пределами полномочий Министерства Обороны Российской Федерации. Остальная информация является секретной и вы, согласно подписанному вами договору, узнавать любые другие детали не имеете права. Мы - Компания с одной стороны и Вы, как специалисты разных категорий, заключили договор. Вы, Алексей - заменимый технический персонал, однако ваш брат Андрей - трудно заменимый технический персонал. Под техническим персоналом понимаются инженерные и научные специалисты, также заключившие контракт с Компанией. Под заменимыми понимаются сотрудники, которые без ограничений и по первому требованию принимаются к выполнению работу в любых условиях которые потребует Компания. От Компании требуется исключительно предоставление средств индивидуальной защиты и максимально безопасных условий работы. Впрочем, моим долгом является необходимость объяснить, что условия для выполнения работу - могут быть и скорее всего будут опасными для жизни и здоровья технического персонала. Однако, они не будут явно опасными. Для проверки явной опасности рабочих зон -используются неспециализированные, легко заменимые работники. Четвертая категория. Под тяжело заменимым персоналом понимается тот же персонал, что и заменимый, однако они не имеют права нахождения на опасных участках работ, либо каким-либо иным способом подвергать риску свою жизнь и здоровье, так как их постоянная работа необходима Компании. , - с чёткостью работы декадно-шаговой АТС, выдал "справку" Куратор.
- Иными словами - Алексей может умирать во время работы, но я - не имею права ему даже помочь? -, разбитыми губами выдавил Андрей, инстинктивно ощущая себя предателем подставившим младшего под удар.
- Если это влечёт за собой риск, связанный с причинением вреда вашему здоровью или жизни - нет. Вы можете запросить дополнительную помощь охранных и спасательных подразделений, но бросаться на помощь покидая безопасное место - нет. В случае же, если вы нарушите данное распоряжение - мы вправе ограничить риски Компании, прекратив физическое существование вашего брата. Я не имею права и не желаю давать Вам, Андрей, какие-либо советы, но могу рекомендовать вам запомнить тот факт, что ваше опрометчивое поведение с целью помочь брату, может вызвать его преждевременное физическое удаление с односторонним разрывом контракта. И вы и Алексей подписали его, поэтому все пункты оттуда будут исполнены так, как они прописаны. - , выдал бездушные условия Куратор. Спустя мгновение, предвосхищая вопросы от Андрея и Алексея, Куратор словно снял маску безжалостной бюрократической машины и сказал голосом, чуть более похожим на человеческий:
- Не лезьте куда не нужно, раньше чем охрана и команда зачистки с легко заменимым персоналом и эти условия не окажутся столь страшными Всё, что вы будете делать - это просто выполнять свою работу с достойной заработной платой. - На этом человечность в голосе человека в сером закончилась и он снова стал смотреть на дорогу.
Андрей хотел было что-то сказать брату, но Алексей почему-то вдруг широко улыбнулся и сказал, хлопнув его по коленке: - Брат! Да вообще наплевать! Главное, что мы не в этом гнилом проклятом лагере с этими ублюдками. И дальше плевать я хотел на любые опасности. Я даже в сапёры согласен пойти, лишь бы не сидеть в зоне. И ты, думаю тоже. Но главное... - , Алексей наклонился к брату и сказал слегка тише, но весьма твёрдо: - Главное помни, Андрюх, что Я - САМ подписал этот контракт. Именно сам. Ты меня не толкал на это. И если бы всё повторилось снова, я бы ни секунды не раздумывая подписал контракт, только я бы ещё раскалённый лом Злобину в жопу запихнул напоследок! Ему и всем этим чмошникам и уродам, что людей калечат. После такого и умирать не грех! В раю сразу Боженька грехи отпустит за воздаяние и муки. Так что всё путём - , уже шутливым голосом сказал брату Алексей.
Против своей воли, Андрей почувствовал, что его лицо, дёргая разбитые губы, озаряет лёгкая улыбка. Он отвык улыбаться в этом гадюшнике. Но сейчас, находясь рядом с братом и уже вне лагерной "запретки", Андрей наконец-то почувствовал вкус надежды. Подняв голову, он спросил:
- Простите, Куратор а когда можно будет родным сообщить? Вы сказали, что мы сможем звонить семье.
- Сможете сразу, как только прибудете на объект. Точнее, спустя одну календарную неделю, после прохождения инструктажей и собеседования. - , сообщил ему Куратор. Однако, на секунду повернув голову влево, он коротко бросил:
- Вал, дай мне телефон для внешней закрытой связи! - Взяв в руки серебристый узкий "кирпич" телефона, Куратор принялся на нём что-то набирать.Секунд через десять, он протянул телефон неопределённой модели братьям, даже не оборачиваясь.
- У вас десять минут. Ровно до того момента, как мы подъедем к аэродрому. После, связь будет допускаться полностью согласно условиям контракта. На данный момент я даю вам право воспользоваться пунктом договора о том, что сотрудник имеет право на информирование своей семьи о своём отъезде. Помните, что согласно тем же условиям, говорить о том, куда вы едете, на каких условиях и для чего - влечёт за собой наложение штрафной санкции, согласно пункту 7А. Прекращению физиологической деятельности Сотрудника. Проще говоря - к смерти.
- А что мы можем сказать, не нарушая контракта?-, спросил Андрей набирая номер Светланы. Куратор на мгновение задумался, но выдал ответ: - Вы можете сказать, что больше не отбываете наказание и возможно сможете вернуться раньше. Вы вправе сказать, что уезжаете на работу, но не имеете права сказать куда и на какой должности. И разумеется, не имеете права даже упоминать Компанию. Набрав номер, Андрей глубоко вздохнул и выдохнул и нажал кнопку вызова. Спустя пару звонков, он услышал долгожданный голос жены и словно музыку - голос сына на заднем плане.
- Алло. Родная моя. Это я, Андрей... Да. У меня новости. Я и Алексей больше не в зоне. Нет. Нет. Апелляция и кассация остались без изменений. Нет, мы под особыми условиями... Мы на работу едем. Буду работать. Должны поработать. Нет родная, я не могу сказать. И тоже не могу сказать. Единственное, что точно могу сказать - что мы в очень хороших условиях и у нас всё есть. И да, я буду присылать деньги. Прекрати, Света! Они очень нужны! Тебе, маме, Никите. Нет. Не нужно никому никуда звонить и ничего выяснять... Нет, не похитили! Я же сказал тебе - что еду на работу.... Да. Можно и так сказать и да, возможно даже раньше освобожусь, дай-то бог. Не плачь. Точно тебе говорю - РАБОТАТЬ. Теперь всё и правда будет хорошо, любимая моя. Жди меня и я вернусь.Я очень люблю тебя.... Дай мне Никиту пожалуйста.... Сынок!. - Глаза Андрея предательски увлажнились. - Сын! Не бойся! Папа скоро приедет и мы пойдём на горку кататься. И дядя Лёша приедет! А пока - будь хорошим мальчиком. Я тебя люблю сын, не проказничай и слушай маму. Светочка, я буду звонить, так что успокойся и не переживай....Извини, отключаюсь. Мне нужно ещё успеть поговорить с мамой. Мне и Лёше. Люблю. Жди. - , Андрей нажал на отбой и глядя, что осталось ещё целых 4 минуты - очень быстро вбил номер матери. Затем, нажав кнопку вызова, машинально сунул телефон в руку брату. Самого Андрея слегка трясло после разговора. Однако сейчас, он слушал голос мамы и голос брата, который, в отличие от него - напротив - буквально искрился оптимизмом и излучал радость в голосе: - Мамочка! Папочка! Он рядом? Поставь на громкую пожалуйста! Это мы! Лёша и Андрей! Мам, пап, у нас всё хорошо. У нас заменили лагерь на инженерные добровольные работы. Будем работать, будем звонить и может даже раньше вернёмся. Деньги вам будем присылать. Мама...... Мамочка, ну не плачь, я тебя прошу, мама... Папа! ну ты-то её успокой пожалуйста! - , Андрей видел, что глаза стали влажными и у брата, но он, собрав силы в кулак, вдруг весело произнёс: - Короче! Мам, Пап! Да вы не переживайте! Скоро будем дома. Вы главное ждите нас. Всё! Говорить больше не могу! Очередь к спутниковому телефону. Да не шарашка это, папа, хотя, впрочем, считай как тебе будет проще.... Правда-правда, не могу сказать. Мама, мы тебя очень любим. Папа, тебя тоже! Да тут, рядом. Нате вот вам его! - , с этими словами, Алексей сунул трубку Андрею к уху. Уже будучи готовым к подобному, Андрей так же спокойно как и брат сообщил родителям, что у них всё хорошо и они едут на работу. Заметив, что времени на разговоры почти не осталось, Андрей на пару с Алексеем тепло попрощались с родителями.
- Я бы наверное много чего хотел вам сказать, но ограничусь одним Спасибо. Спасибо вам, Куратор. Спасибо вам, Вал! -, с чувством произнёс Алексей, возвращая телефон.
- Это было предусмотрено вашим контрактом. Не стоит благодарности. Кроме того, хотел бы сообщить, что мы прибыли на аэродром. Выходите и проходите в самолёт. - , ответил Куратор.
Снежные вихри, которые словно снежные псы пытались прогрызть салон черного внедорожного зверя, теперь, казалось, ласкали и гладили силуэт военного ИЛ-76 без опознавательных знаков. Выйдя из тёплого салона, оба брата почувствовали, что по отношению к ним ледяной ветер Ямала всё-таки относиться как цепной пёс к непрошеным гостям. Быстрой пробежкой оба одолели расстояние от автомобиля до открытой аппарели ИЛа. Поднявшись на борт, перед ними предстала картина транспортного отделения типичного военно-транспортного самолёта, однако с тем отличием, что внутри были установлены кресла явно иной конфигурации, чем предлагалась в стандартных военных ИЛах. Эти кресла скорее напоминали анатомические кресла-ковши как в спортивных автомобилях. Крестообразные ремни лишь дополняли складывающееся впечатление. Кроме того, судя по конструкции подиумов на которых находились кресла, последние могли принимать почти любое положение. От стандартного вертикального, до почти горизонтального как кресло в бизнес-классе самолёта.
- Проходите, садитесь в кресла и защелкните ремни. - , бросил им Куратор, проходя по салону вперёд, к отсеку пилотов. Рядом с креслами братьев на соседнее кресло привычно уселся Вал, моментально пристегнувшись ремнями, лишь бросив два коротких взгляда на то, правильно ли пристегнулись братья. Это был тот момент, когда ни говорить ни думать уже не хотелось, поэтому оба брата аккуратно вращали головами, оглядывая необычный ИЛ изнутри, перенося взгляд на различные отличия самолёта, некоторые из которых смотрелись и впрямь необычно. Например - зачем в салоне военного ИЛ-76 проектор над головой и какие-то странные коробочки над каждым из кресел, напоминающие контейнеры для кислородных масок. И вообще зачем столько места и так мало мест для кресел? Словом, вопросов было много, но Андрей и Алексей уже давно поняли, что любые вопросы лучше держать при себе, если не хочешь чтобы Куратор опять пцитировал пункт 7А из подписанного ими Контракта.
Спустя пять минут,в салон вернулся Куратор, в руках у которого был инъектор-пистолет для подкожных уколов.
- Андрей и Алексей. Прошу, оголить правые предплечья. И можете снять свои куртки. Вам они более не понадобятся, а во время полёта будет тепло - , с этими словами, Куратор вытащил из кармана какой-то пузырёк и вставил её в инъектор. Оба брата, отстегнувшись, принялись снимать свои "зэковские" куртки и не найдя куда их повесить просто положили в углу возле аппарели самолёта. Вернувшись на свои места, оба послушно закатали правые рукава и вытянули руки.
- Извините, но не могу не спросить Вас. Куратор, а что это за укол? - , спросил Андрей у Куратора.
- Снотворное для перелёта. Вы не должны видеть и ощущать ничего во время полёта до места работы. Это прописано в вашем контракте - , сходу отрапортовал Куратор. Мысленно, Андрей начинал уже корить себя за то, что не прочитал хотя бы самое основное, но быстро отмёл эту мысль понимая, что после сегодняшнего шоу с выбитыми зубами и поломанными руками сук, шансов выйти живым или хотя бы относительно здоровым у него с Алексеем было чуть меньше нуля. Протянув руку с закатанным рукавом Куратору, подсознательно Андрей ожидал каких-либо неприятных ощущений, однако к удивлению, он почти ничего не почувствовал. Вслед за ним, руку для укола протянул Алексей.
- Колите, Куратор. Я полёты не особо люблю. Хоть двойную дозу ставьте! , - рассыпался в просьбе Алексей, а Андрей прислушивался к своим ощущениям в ожидании поймать момент, когда снотворное начнёт своё действие. Не удержавшись, сразу после укола Алексею, Андрей спросил:
- Куратор, а долго ли жда...-, и не договорив свой вопрос уронил голову на грудь, забывшись в глубоком сне.
- Ну нихрена себе! Вот это ско....-, вслед за братом вырубился Алексей.
Куратор, осмотрев обоих братьев, что-то сказал Валу и сев в кресло стал слушать как ИЛ готовиться к взлёту, погружаясь в собственные мысли.
Пробуждение было сложным. Как будто после похмелья, но без головной боли и тошноты. Сильная сонливость, когда перед тем как проснуться ты ещё несколько раз засыпаешь и просыпаешься снова, погружаясь в фазы короткого сна со сновидениями. Тем не менее, пусть и с усилием, Андрей смог открыть глаза, которые уже раз шесть закрывались сами собой. На седьмой раз, сделав волевое усилие, он смог приподняться и посмотреть перед собой. Сразу после этого, он произнёс: Лёха! Лёха черт возьми! Вставай! Ты только глянь...
Глава 4
Дивный новый мир
- Андрюх! Дай поспать! Ща встану и пойдём! - сонно, не открывая глаз, произнёс Алексей поворачиваясь на другой бок. Андрей же осматривал помещение ставшее их новым домом, искренне удивляясь тому, что предстало перед его взором. А предстало пусть и небольшое, но крайне интересное зрелище. Начиная от самого помещения отделанное явно в стиле хайтек, с почти полным отсутствием мебели, не считая анатомических кроватей больше напоминающих медтехники. Однако настоящую бурю ярких эмоций у не до конца проснувшегося Андрея вызвала не мебель и не помещение. Первым, что приковывало взгляд - было наличие сияющего приглушенным светом, в двух с половиной метрах перед ним, зависшего голографического изображения. Голографический проектор штука не дешёвая, а тут он стоял в "спальне"... В спальне ли? Комнату, в которой находился Андрей с братом скорее можно было назвать каютой. Окон в помещении не было, но все стены сверху слегка светились чем-то вроде "амбиентной" подсветкой. Могильной тишины в комнате не было. Со всех сторон слышалось что-то вроде гамм из мягких синтезированных тонов, напоминавшее атмосферные вступления из Synthwave треков.
Голографическое изображение зависшее перед Андреем, приковывало внимание. Интересная эмблема, чем-то напоминавшее герб ГДР с циркулем вращалось с небольшой скоростью, периодически останавливая вращения, в эти моменты усиливая на секунду свою подсветку.
Андрей осмотрел себя. Он лежал одетый в какую-то форму, судя по всему, новомодную "спецовку", ткань которой он не смог опознать сходу. Больше всего напоминала арамидное волокно, но весьма тонкого и плотного плетения. Бросив взгляд на свои руки, Андрей отметил, что руки по-прежнему принадлежат ему и даже были отмыты от въевшейся грязи. Тюремной грязи, которую почти было невозможно отмыть холодной водой и хозяйственным мылом в лагере. Ногти на руках были аккуратно подстрижены. Пощупав рукой голову, Андрей убедился в том, что его слегка лысеющая голова тоже не осталась без внимания. Волосы наравне с ногтями были также подстрижены. Повернув в сторону взгляд, он посмотрел на лежащего на кровати Алексея, окончательно убедившись в том, что СПА-процедуре подвергся не только он. Брат был одет в такую же спецовку, но с отличием в цвете. У Андрея цвет был коричневый с черными и оранжевыми полосами. Словно шершень-переросток. У Алексея же "спецовка" была синяя, с полосами красного и белого цветов.
- Адидас три полоски...-, схохмил про себя Андрей и встав, принялся будить и поднимать брата с постели, ровно так же, как это он делал тогда, когда Лёха был ещё маленьким и Андрей будил его в среднюю школу.
- Вставай же! Лёха! Мы приехали! Тут галопроектор стоит! Я не знаю где мы, но мне кажется, что вообще на другой планете! -, с этими поучениями, перемежая их междометиями недовольного Алексея, Андрей наконец смог добиться того, что Алексей открыл глаза и уставился на сначала на него. В начале, взгляд Лёхи был покрыт сонной мутью, но спустя несколько секунд уже более осмысленно взирал на их "комнату".
- Вот это я понимаю Хай-Тек-Хилтон, брат! Ничоси! Проектор с голограммой! А где это мы вообще?-, вопрошал наконец проснувшийся и крутящий плечами Алексей, сгоняющий с себя остатки сна.
- Лёша. Я, если честно, понятия не имею где мы. Но судя по всему это место теперь наш дом. И СПА-салон походу. Нас и отмыли и подстригли. - продолжал вещать Андрей, сидя на своей кровати и надевающий ботинки, обнаруженные в нише под ложем. Вытянув оттуда пару ботинок с высоким перцем, он сунул в них ноги и ботинки наделись как безразмерные резиновые тапочки. Хотя, разумеется, тапочки эта обувь не напоминала ни формой ни материалом. Скорее что-то вроде кроссовок-берцев, со вставками из таких же неизвестных ему материалов, которые, не смотря на жесткость сели на его ногу как влитые. Да ещё, судя по всему, слегка затянулись по его ноге.
- Подстригли, побрили, помыли! А по мне - лишь бы анальный зонд не засунули! На такие процедуры я всяко согласен! -, Радостно заявил ему Алексей, уже обуваясь в новые ботинки.
- Но от посещения удобств нашей "космической" каюты я бы не отказался! Знаешь ли, есть ощущение, что я точно по дороге сюда не зашёл в туалет! -, хохотнув сообщил Алексей брату осматривая всё вокруг уверенным взглядом, как будто уже не раз до этого дня бывал в подобных помещениях.
Вместе с Андреем оба брата принялись исследовать помещение, но найти даже намёка на двери им не удалось. Вспомнив, что наилучшим выходом в любой непонятной ситуации является чтение инструкций, братья решили вернуться к голографическому проектору и посмотреть, как можно взаимодействовать с ним и нет ли там кнопки для вызова ассистента. Беглый осмотр ничего не дал. Тем не менее, Алексей провел рукой через голограмму, после чего вместо логотипа возникла трёхмерная рука, показывающая жест прикосновения. Не смотря на попытки и жесты, любые прикосновения к голографическому изображению полностью игнорировались проектором.
- Погоди! Я кажется понял... -, подал голос Андрей и отойдя на пару шагов, сделал жест прикосновения к чему-то в воздухе. Изображение изменилось и со всех сторон раздался мягкий женский голос.
- С прибытием! Я ваш голосовой помощник. Если вас интересует работа жилого модуля и его функции, функции и работа внутренней сети, получение рабочей информации, скажите об этом мне. Если вас интересует доступ к внутренней сети для общения и прочтения условий вашего контракта, займите рабочее место в терминальном зале, находящимся за вами. Если вам требуется помощь либо консультация о системе голосового помощника, сообщите об этом жестом поднятой ладони", - коротко изложил голос, показывая пункты меню и в конце - жест, которым надлежало призвать помощь.
Спустя примерно минуту братья наконец-то смогли выяснить все "прелести и плюшки", даруемые им жилым модулем. И наконец-то найти необходимые им двери туалетной комнаты. Сама дверь, как выяснилось, была закрыта такой же панелью с подсветкой и отличалась лишь тем, что на ней при приближении и жесте руки возникала пиктограмма с унитазом и душем. Проведя ладонью над пиктограммой, дверь плавно отъезжала в сторону. "Освоив объект хай-тек культуры", Андрей и Алексей вернулись к голографическому модулю и принялись изучать как покинуть данное помещение, с целью осмотра того объекта, где им предстояло жить и работать. Внезапно, голосовой помощник в виде голографической проекции симпатичной блондинки куда-то исчез, а голос со всех сторон сообщил: "Входящий вызов. Приоритет высший.", явив в качестве голограммы "бюст" Куратора в явно увеличенных пропорциях.
- С прибытием. Как вижу, вы уже успели проснуться и привести себя в порядок. Это ваш жилой модуль. Ваш дом на ближайшие пару лет. Наши записи показывают, что вы уже просмотрели обзорный курс и я обязан проинформировать вас о том, что времени на длительное ознакомление у вас нет. Вас уже ждёт работа. Предвосхищая вопросы, особенно ваши Алексей, - Куратор повернул голову к Алексею, страстно желающему что-то спросить - Информирую, что теперь я уполномочен дать вам вводную информацию относительно объекта работы. - , изображение Куратора сменилось полу-прозрачным трёхмерным изображением горы и какого-то комплекса.
- В 1946 году, данная горная гряда, с высотой номер 1554 известной как Свердловск-33, была открыта геологической экспедицией под руководством доцента МГРИ, Самойлова Федора Валерьевича. По единичным сохранившимся документам, в курсе открытия были лично Сталин и Берия, и некоторая часть верхушки НКВД. Информация являлась настолько секретной, что даже гриф Государственной Тайны и Особой Важности на неё не ставился.Любая информация передавалась только лично. Доверенными вестовыми, которые самолётами курсировали между Москвой и объектом. Любая бумажная отчётность не покидала пределы базового лагеря. На месте базового лагеря сейчас находится база Компании, с которой у вас и был заключён контракт. В помещениях базового лагеря располагаются ваши жилые модули, пищевые блоки и многое другое. Так или иначе, задачи рассказывать подробно эту информации у Компании не стоит. По сохранившимся фрагментам разрозненных сведений, на объекте Свердловск-33, был найден минерал с новыми физическими свойствами. Уникальный импактит (горные породы образовавшиеся в результате удара метеоритов в землю миллионы лет назад. Прим. автора) характеризующийся в первую очередь возможностью легкого высвобождения очень высоких энергий при попытке его расщепить. СССР в тот момент, в авральном темпе осуществлял свой атомный проект в условиях тотального дефицита. В первую очередь самих ядерных материалов. Тем интереснее был найденный в импактитной породе минерал. С целью обнаружения радиоактивных материалов, в экспедиции Самойлова был физик-ядерщик, чьё имя было засекречено и утеряно. Результаты опытов с минералом оказались настолько невероятными, что было решено провести грубый, но как оказалось, очень показательный эксперимент. Тот самый физик из команды Самойлова, согласно записям последнего, в полевых условиях изготовил взрывное устройство мощностью в несколько тонн в тротиловом эквиваленте, используя исключительно обнаруженный минерал в количестве нескольких милиграмм, и запал для тротиловой шашки. Разумеется, такое высвобождение энергии даже примитивным способом обеспечило бы СССР чем-то даже гораздо более мощным, чем простое ядерное оружие. А главное, сырьё было "буквально под руками". На данном объекте началась стройка, однако по неизвестным нам причинам, строительство в 1949 году было прервано. В том же 1949 году СССР создал и испытал собственную урановую ядерную бомбу, а об объекте "забыли". В 2020 году, данный объект был обнаружен геологической партией, искавшей тут золото. Тогда же, на место обнаружения объекта выдвинулась Компания и обнаружила здания и объекты построенные ещё в сороковых, однако, вопреки ожиданиям их состояние... Их состояние было очень хорошим. - , Куратор сделал паузу, пристально посмотрел на братьев и продолжил:
- Правильнее будет сказать, что состояние было аномально хорошим, так как строительство в сороковые года велось с использованием технологий, которые трудно повторить даже на сегодняшний день. А ресурсы, которые были использованы для строительства - ещё более удивительны. Впрочем, вы сможете всё увидеть самостоятельно. Главная проблема заключается в том, что мы не можем попасть непосредственно в сам комплекс, находящийся в горе. В него имеется вход из герметичной шестерёнчатой металлической двери, диаметром... (Куратор выдержал паузу), около двенадцати метров и толщиной около трёх метров. Ещё одна проблема заключается в том, что не смотря на все наши старания - попытка вскрыть дверь успехом не увенчалась. Безуспешной оказалась попытка пробиться сквозь горную породу в толще скалы от входа. Так как дальше, за примерно четырьмя метрами горной породы, снова начинается металл. Состав металла нам неизвестен, хотя по пробам которые мы всё-таки смогли взять, внезапно выяснилось что это обычная углеродистая сталь. Но разумеется, это не может быть обычной углеродистой сталью. Эта сталь слишком стойкая и опять же, аномально износоустойчивая, по сравнению с любыми обычными и специальными сталями. После продолжения поисков, мы обнаружили то, что называется "техническими помещениями" и "силовой установкой", непосредственно отвечающих за открытие дверей. Мы не сразу нашли технические помещения, в виду того что последние довольно хорошо спрятаны, в первую очередь разросшейся растительностью. Примерно понимая принцип работы вспомогательных помещений, поступали предложения заменить те установки и агрегаты, оставшиеся там со времён первых сотрудников Свердловск-33. Однако, как выяснилось, на текущий момент ни Россия ни другие страны не в состоянии создать требуемые аналогичные вспомогательные установки. Во-всяком случае в ближайшее время. Таким образом, заменить вспомогательную установку и электростанцию, которая, кстати, тоже вызвала немало вопросов, на текущий момент- невозможно. -, Куратор на секунду остановился и посмотрел на слегка шокированных от такого "информационного перформанса" братьев.
- Это очень глупый вопрос...- , неуверенно начал Андрей и продолжил всё так же неуверенно: - Однако, всё-таки... Почему именно мы понадобились вам для этой работы? Есть же целые институты, НИИ. Различные совершенно секретные ученные, и профессора. Но вы, тем не менее, выбрали нас. Двух инженеров-недоучек, если можно так выразиться. Неужели государство, со всеми своими научно-техническими "ухищрениями", не может открыть какие-то двери, пусть и очень большие? - , все также неуверенно закончил он.
- В первую очередь нам нужны были вы, Андрей. Вы нужны для того, чтобы починить находящиеся здесь вспомогательные установки. Принцип их работы описывал только профессор Савонников. Откуда он об этом знал пусть, даже в теории, мы до сих пор исследуем. Согласно записям в его предсмертным мемуарах, вы были единственным, кто проявил заинтересованность к его работе, Андрей. Вы же и занимались автономными криоустановками в своём дипломном проекте. Кроме того, если вы полагаете, что мы совершили ошибку - спешу заметить, что Компания никогда не ошибается. Ваша работа будет заключаться в производстве диагностических и ремонтных работ. Кроме того, я думаю, вы с Алексеем поможете осуществить других ряд работ, ради чего всё это и затевалось. - , закончил Куратор.
- Для чего же? - , почти одновременно мысль пролетела в голове у обоих братьев, но выражать свою столь очевидную мысль врождённое чувство такта не позволило.
- С командой других рабочих вы должны открыть дверь и обеспечить начало функционирования комплекса Свердловск-33. Остальные инструкции, касающиеся вашего материального и инструментального обеспечения находятся в голографическом информаторе - , коротко закончил свой разговор Куратор и отключился.
После столь ёмкого "инструктажа", Андрей и Алексей погрузились в короткое молчание. Паузу, наконец, прервал Андрей.
-Знаешь, Лёша. Мне сейчас много что непонятно, но совершенно ясна одна вещь. Когда мы закончим свою работу тут... - , Андрей моментально осёкся, понимая, что каждый их жест и взгляд находится под неустанным мониторингом. Выражать свои мысли при наличии статьи за "мыслепреступление" по Оруэллу, особенно опираясь на кабальные условия контракта, как выражаются классики: "чревато хуеватым". Поэтому Андрей сделал вдох и продолжил: - ...когда мы расселись и ещё даже не вышли из своей комнаты? Давай двигать отсюда. Ты двери отсюда нашёл? -
Словно читая мысли брата, уловив его взгляд, Алексей моментально подхватил взятую им "волну рабочего оптимизма" и тут же залез в голографический проектор, вызывая голограмму их комнаты. не мудрствуя лукаво Алексей снова вызвал помощника и при появлении голограммы симпатичной блондинки, Алексей коротко скомандовал: "Покажи карту комплекса".
Проектор на доли секунды, казалось, задумался. Но спустя мгновение, вывалил карту комплекса в объёме. Комплекс представлял собой что-то явно подземное, хоть и не глубокого залегания, относительно масштаба трёхмерной модели. Но и явно не на поверхности. Часть помещений, начинающихся с "оторванных" коридоров, была скрыта многоугольниками, с надписью "ограничение доступа". Иными словами, совсем полную карту комплекса братьям так и не показали, однако даже того, что они увидели хватило для того, чтобы оба могли только присвистнуть. Уже уверенно разобравшись в работе голографического проектора, Алексей принялся вращать голограмму, время от времени просто восхищаясь уровнем технологий применённых в реализации проектора. Андрей, тем не менее, не разделяя восторгов брата, машинально отмечал для себя самые нужные сейчас помещения и в уме строил карту выхода из комплекса на поверхность.
- Брат. Постой, не вращай. Посмотри сюда. Есть не хочешь? -, спрашивая, показал пальцем Андрей на одно из помещений.
- Пищеблок...А хорошая идея! Андрей, мне если честно уже сильно кушать хочется,- сказал Алексей, глядя на местоположение пищеблока, также мысленно прокладывая маршрут в голове, словно по навигатору.
Дверь в коридор быстронашлась. Абсолютно такая же как и в санузел, с негромким жужжанием панель-дверь отодвинулась в сторону, открывая перед собой коридор. Коридор был шириной метра четыре и "рукавами" простирался влево и вправо от входа в "каюту", с которой вышли братья. Повернув направо, оба двинулись в путь к пищеблоку. Коридор не был так высокотехнологично "обвешан" панелями, да и голографических проекторов там явно не стояло. Тем не менее, стены на ощупь и взгляд были отделаны стеклянными панелями, а на потолке мягким светом, шириной во весь коридор, выделялись огромные светильники. Складывалось впечатление как будто ты идёшь по коридору космического корабля. Лишь немногочисленные датчики дыма и явно выделяющиеся камеры это впечатление слегка смазывали. А на стенах же, с совершенно русским подходом, покоились ПВХ стрелки с наклейками и подписями: "Эвакуационный путь номер 1" или "Пищеблок" или "Медицинский блок". Словом, запоминать маршрут было бессмысленно, так как везде по маршруту располагались указатели. Спустя около ста метров пути, перед взором братьев предстала выделяющимся контурами на стекле "дверь" с надписью: "пищеблок". В момент, когда оба брата подошли поближе, дверь автоматически приветливо распахнулась, гостеприимно впуская в свои просторы обоих братьев, словно родная бабушка.
Войдя внутрь - братья подсознательно выдохнули. Никаких фантастических "пищевых синтезаторов" и прочей научно-фантастической мебели из будущего там не было. Обычная кухня по типу офисных кафе, где нужно брать поднос и набирать на него всего, чего душа пожелает. Разве что касса отсутствовала, да и поручней для образования очереди там не было. Быстро вооружившись подносами и тарелками, братья принялись неспешно набирать еду. В момент набора блюд, оба мысленно отдавали дань искусству поваров и инженеров по кухонной технике. Вся еда которой положенно быть горячей - была горячей, а холодная, соответственно, холодной. Набрав еды столько, сколько можно съесть, а не сколько просит взгляд (ну, может чуть-больше), братья уселись за стол друг напротив друга.
- Ну-с, приятного! - , коротко бросил Андрей брату и вгрызся зубами в кусок свиной отбивной. После лагерной столовой, обычная отбивная с картофельным пюре и кусочками овощного салата, казалась по меньшей мере рестораном со звездой "Мишлен". Никак не меньше!.
- И Фам фововэ! - , отвечал ему Алексей, набивая рот сразу двумя отбивными, закусывая это дело не салатом, а заедая-запивая борщом из маленькой суповой миски. Минут 20, в пищеблоке стояла тишина, прерываемая лишь стуком вилок и ложек, легким чавканьем, да междометиями, оглашаемыми братьями после голодных месяцев "на зоне". Спустя ещё десять минут, оба брата заканчивали трапезу крепчайшим кофе-эспрессо, который услужливо был налит по чашкам огромной кофе-машиной и был приготовлен из явно очень недешевых зёрен кофе.
- Вот тебе крест, Андрюх! Такая еда стоит того, чтобы рисковать жизнью! - , подтянулся Алексей, не выпуская из рук чашку с кофе. Сладкое чувство сытости и расслабленности было тем, отчего оба брата уже успели отвыкнуть. Опьянение сытостью мягкой тяжестью легло на их плечи.
Андрей молчал, ограничившись лишь кивком. Теперь в его голову, после удовлетворения основных потребностей, занимала мысль на что они подписались и куда они сейчас пойдут, чтобы приступить к работе.
- Как говориться, поели-попили-попиздели-пошли поработаем! - , коротко сказал-скомандовал Андрей младшему и улыбнулся. Алексей же, взглядом определив куда необходимо поставить подносы с посудой, кивнул брату и нехотя встал из-за стола.
- А ты уже определился с тем, куда мы пойдём? Мне кажется, нужно идти по указателям, по направлению к выходу. - сообщил брату свои мысли Алексей, но был прерван мягким звуком, напоминающим перелив колокольчиков.
- Входящий вызов, приоритет высший. -, раздался голос откуда-то из одного нагрудных карманов Андрея.
Похлопав себя по груди, Андрей в кармане обнаружил смартфон, представляющий собой что-то плоское и прозрачное, похожее на дымчатый кусок стекла в рамке. Достав его, он увидел проекцию трубки на стекле. Нажав на него, он с братом увидел лик Куратора.
-Вы уже поели? Хорошо. Вас ожидают в Центре Экипировки и Центре Управления Работами. Маршрут уже есть в вашем коммуникаторе. - Куратор моментально отключился после этих слов. Решение проблемы "свыше" пришлось по душе в данной ситуации, но оба брата ещё раз моментально удостоверились, что они "под колпаком" плотнее чем Штирлиц у Мюллера. Покинув пищеблок и следуя по приложенному маршруту, оба брата подошли к какому-то гибриду раздевалки совмещённой со стойкой регистрации. За стойкой сидел какой-то мужик и явно увлечённо во что-то играл на коммуникаторе. Братья подошли вплотную к окошку, но сидящий там крупный мужчина с густыми усами, даже не поднял голову чтобы посмотреть на пришедших.
-ААА! Уроды! Щоб вас бесы в жопу жарили! Мать вашу! -, продолжал заливаться гневными тирадами и вопить благим матом сидящий за стойкой. Наконец, он опустил коммуникатор в карман и представился:
- Я - Тарас Захарович Шматко! Главный в центре экипировки. Вы новенькие? Покажите жетоны! А впрочем не нужно, уже вижу по программе. Алексей и Андрей. У Андрея жетон второго типа, у Алексея - третьего. Сейчас выдам снаряжение! -, с этими словами, что-то напевая себе в усы, мужик ушёл куда-то на склад. Несколько раз чертыхнувшись, спустя минуты четыре, он вынес два средних чемодана с цифрами 2 и 3. Поставив их перед братьями, "Каптёр", как его мысленно, не сговариваясь окрестили оба брата, принялся вещать:
- Это ваши защитные костюмы и набор необходимого снаряжения. Отвечаете за них с головой. Полная, так сказать, материальная ответственность за выданное вам во временное пользование имущество. Костюмы, считай, новые, поэтому я буду очень придирчив. Поставьте ваши отпечатки вот здесь, о том, шо получили комплекты в полном, так сказать, комплекте! - , с этими словами, Шматко протянул им терминал для бесконтактного сканирования отпечатка ладони. Уже готовые протянуть руки, братья услышали шум открываемой двери и гневный женский крик, который заставил их одновременно повернутся:
- Шматко! Ну ёб твою мать!....
Глава 5
Оба брата не сговариваясь обернулись ко входу на котором стояла представительница прекрасного пола. Длинные светлые волосы слегка контрастировали с активно краснеющим лицом и яростью Валькирии на лице посетительницы обители Шматко.
- Шматко! Не прячься за стойкой, выродок! - с этими словами светловолосая особа яростно двигалась к стойке с перепуганным каптёром, словно крестоносец на Константинополь.
Братья, не сговариваясь, обратили взор на перепуганного в усмерть Шматко. Последний, судя по всему хотел сбежать, но понимая, что эта защита лишь усугубит расплату, вжимался в кресло.
-Это что за херня? Ты совсем потерял страх и совесть? Ты кусок каптёрского говна? Ты своей тыквой соображаешь, что будет дальше?! - дама вплотную приблизилась к стойке и прогнулась за неё, выставляя на показ свои формы скрываемые лишь защитным комбинезоном. Далее она продолжила тихим и вкрадчивым шёпотом, каким палач обычно успокаивает свою жертву.
- Ты знаешь, Шматко, а я ведь никогда не видела твоего знака категории и понятия не имею, на сколько ты незаменим в Компании. Я с огромной радостью сейчас подам рапорт Куратору, поскольку ты, ленивый урод, манкируешь своими прямыми обязанностями, нарушая условия контракта. А знаешь что это значит? Это значит, что ты поедешь туда, откуда тебя взяли в лучшем случае. А в худшем - будешь "физически нейтрализован". Я ясно выражаюсь? Это что за херня, Шматко? - , голос Валькирии снова стал приобретать истерический оттенок.
С этими словами, она швырнула на стойку какую-то пластину и для утяжеления своих слов стукнула по ней кулаком в защитной перчатке.
- Защитная пластина для комплекта третьего класса... - , голос Шматко находился где-то на границе разборчивости.
- В точку! ЗАЩИТНАЯ. Это значит, она должна защищать. А в прошлый раз, мне в эту пластину и прилетело от милой турели, оставленной заботливыми дедушками на этом объекте. Знаешь что это значит? Это значит, Шматко, что пластине пришёл ПИЗДЕЦ. По буквам прочитать? П-И-З-Д-Е-Ц. ПИЗДЕЦ! Иными словами, в комбинезоне она должна быть заменена на новую. Согласно чудесной инструкции, которая идёт в комплекте к комбинезону. А ты что сделал? А?! Я тебя спрашиваю, кусок жадного говна! - с этими словами, резким движением пластина была мастерски запущена в Шматко, который, не смотря на то что сидел на стуле, сумел не менее мастерски увернуться.
- Да чего я сделал-то? Ну достал пульку, положил ДВОЙНОЙ слой защиты. Пуля в одно место дважды не попадает... Наверное... - , уже неуверенно произнёс чудом избежавший травм - каптёр.
- Да на тебя Боженька свой хуй положил, а не ты слой защиты. Это керамические одноразовые пластины, придурок! Их, как и презерватив - использовал - выкинул. А не так как твой папаша - стирал с детским мылом и присыпал тальком. Вот от этого, наверное, ты таким, с припудренными мозгами и родился! И знаешь что? Именно в эту пластину сегодня мне снова прилетело, слава богу лишь осколками! А знаешь что я почувствовала? Можешь не отвечать, Шматко! Я почувствовала жуткую боль, которую глушило только желание прибить тебя на месте! - , говорившая снова заводилась, вываливая тонны негатива и краснея ещё больше.
- Да шо я, я ни шо! Я ща заменю. - понимая, что новый приступ гнева может сломать ему челюсть, Шматко быстро схватил с пола пластину и убежал на склад.
Братья же остались с девушкой наедине, когда последняя наконец обратила свой взор на них.
- Ой. Вы извините, ребята. Просто сегодня чуть не померла вот и психанула... - , сбивчиво заговорила вошедшая.
- Да ничего. Мы всё понимаем. Алексей! - , младший протянул руку к вошедшей.
- Лена. Инженер третьей категории на электростанции. -, отвечая на рукопожатие сообщила незнакомка.
- Андрей- , механически сообщил Андрей протянув руку. Он был ещё несколько в шоке от тех нравов которые творились на объекте. Однако его неторопливость тут же прервал брат, который уже во все тридцать два зуба улыбался девушке и о чем-то расспрашивал. Не отвечая на песни соловья излучаемые Алексеем, Лена опустила взгляд к чемоданам с экипировкой, выданной ранее братьям.
- Показывайте! Проверять будем, что этот жадный бурдюк с вашими комплектами сделал - , деловито произнесла Лена, поднимая чемодан с цифрой три на стойку.
Оба брата, забрали свои комплекты и подтащив их к столам стоявшим у стены, продемонстрировали содержимое последних своему невольному инспектору по качеству.
- Таааак. Бэушные комплекты. Уже этого достаточно. Однако доставайте, проверим что там есть, а чего там нет. Ну-ка, ну-ка. Тут не хватает двух пластин. Тут не хватает спинной пластины, ага, ну, тут значит, ладно. Что за дырки? От пуль что-ли? Шматко, сукин сын! Хорошо. С костюмами закончили. А по обуви что? Хммм. И даже ботинки бэушные? О хо хо! Шматко видать чувствует, что зажился на этом свете. Ну и наконец, давайте осмотрим самое главное - ваши аптечки. - , Спустя несколько секунд, осматривая содержимое двух алюминиевых полированных коробок Елена резко нахмурилась. Пробежав взглядом по описи и названиям совершенно неизвестных им препаратов, Андрей сохранял молчание. Однако Елена хмурилась ещё больше и больше. Наконец, закрыв обе коробочки, она вытащила свой коммуникатор и сделала две фотографии комплектов лежащих перед ней на столе.
- Чего-то не хватает? - , задал ей вопрос Алексей, глядя на её хмурое выражение лица.
- Ключей Асклепия нет - , механически ответила ему Лена, что-то набирая в коммуникаторе. Андрей же, ничего не понимая, обратился к ней с вопросом:
- Что это за инструмент? От чего ключ? - Тем не менее Елена продолжила хмуриться, но через секунду словно очнулась и ответила обоим братьям сразу, тоном наставника.
- Вы же новички, правильно? Ключ Асклепия - это не инструмент. У Асклепия вообще ключей никогда не было. Посох Асклепия - это то что все знают - две змеи и чаша. "Ключ" Аклепсия - это лекарство. В форме стального инжектора, напоминающего собой ключ. На нём выгравирован символ Асклепия. Поэтому и прижилось у нас тут выражение: "Ключ Асклепия". Это очень мощный стимулятор, позволяющий свалить из любой жопы на своих двоих и даже на своей одной, если культю вовремя перехватить жгутом. Жутко эффективная вещь! Но и судя по всему жутко секретная. Это единственный препарат наличие которого тут проверяют наряду со сдачей оружия. Причём проверяют строго. Остальное - нет. На моей памяти, однажды этот ключ позволил паре знакомых работников избежать смертельной участи. Хоть и с сильнейшими ранениями, но ребята выбрались и сейчас работают дальше. Да ещё сами всё прочитаете и узнаете. В вашей "каюте" есть голографический терминал, на нём и пройдёте инструктаж. По вам видно, что вы явно с головой дружите, в отличии от Шматко. Особенно ты! - , палец указал на Андрея.
- Абы кому двойку не дают. Тут и тройка - уже достижение. Впрочем, повторюсь - скоро и сами всё узнаете. - , девушка закончила повествование и посмотрела в сторону склада. Затем, вновь обернулась к братьям и коротко сообщила.
- Пропажу "ключей" повесили бы на вас, а Шматко "съехал бы с горы". Мне кажется, что он даже жопой с тёрки съедет без заусенцев и задиров. Но с пропажей ключей - уже не съедет. Это уже серьёзно - , закончила свою фразу Елена под улыбки обоих братьев.
Уже с твёрдым убеждением вытребовать своё, братья подошли к стойке и принялись терпеливо ожидать Шматко. Сама же Елена отошла от них и связалась, судя по всему, с Куратором. До ушей братьев дошли только короткие фразы, смысл которых, тем не менее был вполне ясен.
- На выдаче экипировки. Да. Нет. Есть проблема. Нет, с пластиной решили. Пропало два Ключа Асклепия из комплекта костюмов. Да. Пытался выдать б\у.... Хорошо.... Но почему??? Но... Поняла. Нет вопросов. - , понеслись до братьев слова монолога. Однако, вслед за этим раздались одновременно два звонка на коммуникаторы обоих братьев. Нажав привычную кнопку приёма вызова, оба брата услышали одну и ту же речь от Куратора о том, что надлежит выданные комплекты заменить на новые, но сообщать Шматко об отсутствии в составе аптечки "ключей" - нельзя. Получив утвердительные ответы Куратор отключился.
- Походу, Андрюха, на сторону куда-то что-то тащит Каптёр с Куратором. Эх! Россия! Нихрена не меняется! - , изрёк шёпотом Алексей, с улыбкой подмигивая брату. Андрей же криво ухмыльнулся в ответ, но ничего брату на это замечание не ответил. А что? Там не дураки сидят - разберутся. Но вот то, что в помещениях что-то стреляет и взрывается - Андрею уже явно не нравилось. Пока он додумывал данную мысль, справа от Алексея устроилась Елена, вновь оперевшись на стойку.
- ШМАТКО! Ты Там уснул?!-, крича вопрошала она в бледный свет склада. Однако каптёр вынырнул из выхода и угодливо протянул новую пластину Елене, расшаркиваясь и рассыпаясь в любезностях. Однако, судя по всему девушка уже наблюдала подобное лицедейство, поэтому подняв с земли чемодан Алексея, она коротко спросила:
- Тебя им по жопе или сразу по голове? Ты же в курсе правил. Не? Шматко, у меня даже слова кончились. Поэтому я просто даю тебе пять секу... - , однако Шматко моментально схватил чемодан Алексея, а затем, перегнувшись через стойку словно Шалтай-Болтай ухватил чемодан Андрея и пулей заскочил обратно на склад. Спустя минуту обоим братьям уже были вручены новые чемоданы, а сам Шматко позабыв даже взять отпечатки ладоней, машинально растворился в глубинах своего хозяйства.
Вертя в руках чемоданчики оба брата вопросительно глянули на Елену, которая, слегка смутившись от такого внимания, повела их к раздевалке. Показав им, что открытие шкафчиков происходит с помощью коммуникаторов, она провела краткий курс о том как следует надевать экипировку. После этого - удалилась, давая братьям спокойно переодеться.
- Огонь девчонка! - , изрёк Алексей, мечтательно натягивая защитный комбинезон. Андрей же, как примерный семьянин и любящий отец, ограничился кивком. Девушка ему понравилась. Понравилось и то, что благодаря только ей сейчас они получили то, что им было положенно, а не как в зоне - "бери что дали". Тем не менее, мысли его всё-ещё были закручены вокруг того, что тут "стреляют и взрывают". Он сильно переживал за брата.
Спустя десять минут оба брата были собраны и выглядели чем-то похоже на крутых солдат из фантастических сериалов. Костюмы чем-то напоминали скафандр из "Dead Space", разве что никакой "полоски здоровья сзади не имелось. Хотя, у обоих имелись характерные полоски на спине, переходящие в рукава. Подобные же полоски были и на "лампасах" брючной части комбинезона. У Андрея полоски были так же расцветки шершня, а у Алексея - красно-синие. Кроме того, они обратили внимание и на то, что костюм Андрея был чуть более сильнее бронирован вставляемыми пластинами, и имел ещё одну, судя по всему несъёмную аптечку, вшитую прямо в костюм на боку. Покинув помещение слегка осиротевшее после бегства Шматко, оба брата в коридоре наткнулись на поджидавшую их Елену.
Критически осмотрев их со всех сторон, Елена повела их по коридору, согласно указателям - в сторону Центра Управления. Однако Андрей, опережая Алексея, решил выяснить для себя столь грызущий его нутро вопрос:
- Елена. Если вы можете, то скажите, что это за место и что это за проект? Чуть подробнее, но не нарушая контракта. И главное, что это за стрельба и взрывы? -
Андрей уже понял, что информация будет выдаваться дозировано и строго ограниченно, но прояснить хотя бы информацию с чем им придётся столкнутся, считал жизненно важным.
- Давай просто Лена. Без официоза. Я наверное даже младше вас и старухой себя чувствовать не хочу. - , начала свой ответ девушка и продолжая идти, продолжила:
- Ну, про общие сведения проекта вы в курсе от Куратора. Общая задача просто. Нужно попасть в гору. Но нужно вернутся к тому, что не досказал Куратор. Дело в том, что после войны весь СССР спешно искал урановые руды. Сотни геологических партий ползали по тайге в Якутии и вообще в Сибири. В конечном итоге урановые руды нашли недалеко от посёлка Алдан, в Якутии. А здесь, на территории объекта, нашли не уран, но что-то очень важное и перспективное, какой-то минерал с возможностью легко отдавать энергию. Минерал показался настолько перспективным, что все доставки стройматериалов и рабочих производили прямо сюда. В тайгу. Да-да. Мы в тайге, мальчики. Но где - не скажу, так как во-первых контракт, во-вторых я догадываюсь только косвенно. В общем, этот объект стали строить с помощью самолётов, отправляя необходимую базу и даже стальные балки "с большой земли", а что было возможно сухопутным трактом - то тащили сюда даже на санях. После, тут случился какой-то инцидент, приведший к тому, что нахождение здесь ученных стало опасным. Я не знаю, что это был за инцидент, однако в помещениях где нам предстоит работать, поселилось что-то вроде героев книг Говарда Лавкрафта. Не Ктулху, конечно. Всякие слизни и твари, причём некоторые весьма стойкие к воздействию обычного оружия. Твари не дающие нам возможности нормально исследовать комплекс и его помещения. Какой тут ремонт оборудования, если в тебе могут дырку прогрызть кислотой похлеще чем у "Чужих"?. Но ремонтировать приходится. Ах да. И ещё не менее замечательные охранные системы комплекса. Автоматические турели с пулемётами "Максим". Мины опять же всякие могут сработать, если вы пробуете что-то делать не так, как это запроектировали авторы комплекса. Я так же как и вы - ученная-инженер в одном флакон. Но, опять же, не настолько незаменимая как ключевые инженеры. Такие как вы, Андрей. Впрочем извините, отвлеклась. Так вот. Обнаружили этих тварей, нагнали военных и естественно начали зачистку. И уже в первом очищенном этаже электростанции - представители Компании что-то нашли. Нашли что-то такое, что превратило Компанию в монстра экономики. Они конечно работают вместе с нашими военными, однако, судя по всему, у них полномочий побольше будет, чем у всех трёх буквенных организаций России вместе взятых. Отчитываются, наверное, только Президенту. Секретность опять же высокая. Да и сами понимаете. Такой контракт, что за любое слово - расстрел. Впрочем, я тайн вам не рассказываю. Это просто выводы из выжимки данных, полученных из информации, что храниться в галопроекторе. Сами ещё посмотрите и почитаете. Наша задача - открыть гору, но для начала нужно починить всё вспомогательное оборудование. Оно тут хитрое, на своё напряжение и главное, заменить его можно только частично. Некоторые узлы и механизмы вызывают восхищение и недели уходят на просто понимание того, зачем и для чего это было сделано.
- Внеземные технологии? Вибраниум с планеты Нибиру? - , весело спросил Алексей. Однако Елена, даже не улыбнувшись, со вздохом ответила:
- В том-то и дело, что нет. Всё, что находится тут, по всей видимости и произведено тут. Много ручной работы. В тех же приборах катушки индуктивности намотаны вручную. Конденсаторы из слюды и фольги, но там не совсем обычная слюда и фольга...
- Чего необычного может быть в слюдяном конденсаторе? - , перебивая Елену спросил Алексей. Елена же казалось даже не заметила, что её перебили. После секундной паузы она ответила:
- Слюдяные конденсаторы доступные человечеству, не имеют ёмкости в 2000 микрофарад, с напряжением пробоя более 1000 вольт, с размером пять кубических миллиметров - ,
Алексей вытаращил глаза и что-то зашептал себе под нос. Елена же продолжила: - Да я сама в шоке. Всю жизнь с электроникой, начиная со школы. Папа увлёк. Но конденсаторы это ещё пол-беды. Есть ещё множество компонентов, поражающих своими размерами и характеристиками. Помните анекдот про советский ламповый процессор? Так вот. Тут - это не анекдот. Но я в лампах слаба, не мой профиль. Слабо понимаю, как это должно работать, если честно. Но всё это как-то работает. Причём до сих пор работает, спустя почти 80 лет. - , закончила Лена.
- А я в лампах понимаю. И в построении ЭВМ понимаю. Книга Танненбауэма моя настольная! - , вновь улыбнулся девушке Алексей, следуя за ней как хвост за котом.
- В таком случае, работы у тебя будет ОЧЕНЬ много. - , уже с улыбкой ответила ему идущая по коридору Лена, акцентируя ударение на слове "очень".
Спустя несколько мгновений вся компания подошла ко входу в Центр Управления. Двери туда уже существенно отличались от стандартных голографических панелей которые, казалось, были тут везде. Вход в ЦУ представлял собой классические монструозные гермодвери, которые, к огромному удивлению братьев раскрылись почти бесшумно. Двери прост разъехались на пол-метра влево и вправо, оставляя проход шириной в метр, куда по-одному прошла вся троица. Выйдя в коридор, стены которого напоминали собой больше покрасочную камеру длиной метров пятнадцать, вся компания продолжила свой путь. Стены и пол переходного коридора, равно как и потолок, были покрыты одинаковыми металлическими панелями с выпирающими каждый метр гайками по периметру и какими-то коробочками из серого пластика. Везде, кроме пола. На секунду оторвавшись от компании, Андрей подошёл к стене поближе. А спустя несколько секунд, выяснив, что это за панели и гайки - подошёл к Алексею.
- Это не гайки. Это заклёпки. И панели и заклёпки - это нержавейка, и судя по всему - очень толстая. Один этот коридор стоит каких-то нереальных денег. А знаешь, что это за коробочки? - спросил он у брата.
- Понятия не имею. Датчики? - отвечал Алексей брату, косясь на коробки. Андрей же, так же в пол-голоса продолжал:
- Нет. Это осколочные заряды. Мины. Ты прикинь, что тут будет если это рванёт? Труба для ликвидации любых форм жизни... - резюмировал Андрей.
- Кроме того, помещение будет обработано огнемётами, после. - подала своё голос Елена: - Поэтому впереди такие же двери как и сзади. - , с этими словами Елена подошла ко входу в ЦУ и подняла руку над сканером термопрофиля ладони. Единственный, спрятанный в стене за стеклом мрачной толщины "глазок" камеры, как казалось, изучал входящих. И вот, спустя несколько секунд, гермодверь впереди также распахнула свои объятия, впуская посетителей в "тамбур" с огромным окном.
Центр управления напоминал чем-то ЦУП на космодроме из фильмов. Разве что людей там было на порядок меньше, а у операторов были огромные стены из мониторов и кресла, в которых они полу-лежали, периодически принимая вертикальное положение. Атмосферу будущего создавали многоосевые наклоны моторизованных кресел, вкупе с современными компьютерными мощностями и огромным голопроектором что-то проецирующим посреди Центра Управления. Звука из ЦУ впрочем, не поступало. Прямо перед входящими было установлено огромное окно с бронестеклом, через которое наблюдалось всё происходящее в ЦУ. Шикнув и дернув Алексея за руку, Елена повела их налево, в еще одни маленькие шлюзовые двери из этого тамбура с обзором центра управления.
- Где это мы? - задал вопрос Андрей, оглядывая буквально каморку с двумя дверями и стеклом сбоку, за которым сидел какой-то человек.
- Мы в шлюзе. Сейчас нас просканируют на предмет оружия, взрывчатки и наличия чужеродной органики. После этого пойдём на ваш первый брифинг. - отвечала Елена, для которой данная процедура уже была не в новинку.
Спустя где-то две минуты, дверь впереди щёлкнула, а лампа над ней загорелась зелёным светом. Не задерживаясь ни минуты, Лена повела обоих братьев куда-то дальше, через шлюз. Сразу за ним оказался небольшой Г-образный коридор, в первых дверях слева которого располагалось помещение для брифинга. Двери приветливо распахнулись, предлагая войти нашей компании. Если под фразой "приветливо распахнулись", можно понимать откат массивной двери в метр шириной куда-то в стену. Перед взором Андрея и Алексея предстало помещение с большим столом, голопроектором над ним и сидящим во главе стола мужчиной лет пятидесяти. Хозяин помещения поприветствовал вошедших и жестом пригласил садиться за стол. Второго приглашения не требовалось, поэтому братья и Лена уселись троицей за стол, заняв часть кресел по левую руку от руководителя.
- Здравствуйте Андрей, здравствуйте Алексей. Лен, привет. - руководитель поприветствовал всю троицу поимённо и начал свою речь с того, что встал из-за стола и вытащил откуда-то из-за кресла АК-103, обвешанный рельсами и прицелами. Продемонстрировав его всем сидящим, руководитель внезапно обратился к братьям:
- Вы знаете, что это такое? - с этими словами, он поднял автомат за ствол, удерживая его вытянутым на одной руке.
- АК-103. Автомат на вооружении России. Калибр 7.62х39мм. Модификация АК-74, с целью изменения калибра и удешевления последнего. В частности, газовый блок и вся ствольная арматура висит на "зажатиях", вместо стандартной штифтовой посадке. - начал свой спич Андрей, а Алексей его подхватил:
-Отдача не сказать, что слишком комфортная, но даже этот эрзац из 74-ки, всяко лучше получился чем новомодный АК-12, созданный для того чтобы грамотно... осваивать бюджет на благо Родины в долгих НИОКРах! - закончил Алексей, вызывая испанский стыд у Андрея за свою любовь к "нанесению ножевых правде-матке". Андрей уже хотел что-либо сказать, но хозяин кабинета жестом остановил их обоих.
- Слава Богу. Не придётся объяснять что это. И я надеюсь, не придётся объяснять, как этим пользоваться. Меня зовут Родион Валерьевич. Но я не очень люблю обращения по имени отчеству. Зовите меня просто Родионом, либо по моему позывному - Костыль. Звучит может и странно, но я за годы привык, так как слышал свой позывной гораздо чаще чем своё имя и тем более отчество. И это. Вы мне не выкайте. Я вам не ахти какой начальник. - с этими словами Костыль сел за стол, направив свой взор на братьев.
- Стрелять умеем. На охоту с отцом ходили и ходим. Плюс друг отца нас часто в тир водил к ним в часть, где поставили худо-бедно технику работы и перемещения. Часть у него специальная была. Так что стреляем в общем-то со всего, что может стрелять. Даже гранаты бросаем и с РПГ тоже можем, но тут вспомнить нужно. Всего пару раз на полигоне стреляли. Ходить стрелять перестали года четыре назад, так как друг папин умер. Там теперь другое начальство. - закончил повествование Алексей, а Андрей ограничился утвердительным кивком головы резко заулыбавшемуся Костылю.
-Вот и славно! А то, я, признаться, уже задолбался эти курсы Начальной Военной Подготовки проводить! Прям как нянька. А нянька я, прямо скажем, хреновая. Лет мне под полтинник, а волосы уже сами видите какие! - ,он показал руками на свою голову напоминающую по цвету больше смесь угля и морской пены.
- Нагонялся с обучением начиная с Чечни, и дальше не вылазил, пока сюда вот устроиться не пришлось. Ну, думаю сработаемся с вами, парни. А с Леной мы уже работаем почти год, так что она ещё вам покажет, как стрелять надо.
- Родион, ну, то есть Костыль, а скажи, в кого стрелять-то будем? - задал волнующий вопрос Андрей.
- Ты, Андрей, стрелять будешь точно меньше брата и точно только по-ситуации. Которую лучше бы не допускать, чтобы нас мехом внутрь не вывернули, ибо ты - "двойка". Алексей же - будет с оружием постоянно и тяжело сказать, когда во время работы оно ему потребуется. Может быть каждый день будет пустыми магазинами и подсумками греметь, а может, за время работы не выстрелит ни разу. Тройки - тоже ценные, поэтому их в пекло не гонят. Ты будешь в помещениях, где все уже проверено и опасности нет. Но вот Алексей точно может попасть туда, где что-то пропустили или что-то вылезет. А что вылезет? Да тут лучше показать. Садитесь. Буду вам показывать и рассказывать. С этими словами, Родион включил что-то на столе и перед коллективными взглядами предстала голограмма какого-то существа...
Глава 6
Первой на экране появилась уродливейшая морда создания похожего на свинью, с размахом пасти бегемота и мерзкими наростами шишек в том месте, где обычно у хищников находятся глаза. Цвет «кожи» или чешуи, а точнее определить было невозможно, был грязно серого цвета. Морда твари была в крови и выделениях синеватого оттенка. При взгляде на такую пасть, первой мыслью было бы: «Убежать или сжечь к чертям эту уродину». Тело было бесформенным, пестрящим непонятными буграми и наростами, покрытое омерзительными, явно хитиновыми волосками в редких местах, но самым мерзким было то, что у этого ходящего ночного кошмара Лавкрафта было ШЕСТЬ лап.
-Что это за тварь такая? - Нахмурившись, спросил Алексей. Он уже представил как брат встречается с подобным монстром и в панике выпускает один патрон за другим, в надежде убить это отродье. Внутри него пробежала дрожь, при мысли, что это далеко не единственный представитель местной фауны и наверняка далеко не самый опасный, а значит, Бог его знает какие ещё ужасы встретятся им во время работы на данном объекте.
-Знакомьтесь! Гибрид свиньи домашней обыкновенной и таракана русака, ну а ещё в его ДНК наши учёные нашли фрагменты змеи. Причём это - не мутант! (Громко заметил Костыль, на уже начавший открываться рот Андрея). Это именно гибрид полученный путём э-э-э-э-э (Вояка посмотрел в потолок пытаясь вспомнить заковыристое определение полученное им в отделе генетики) «Искусственным хаотическим сбором цепочек ДНК, с селективно направленным воздействием на сборку будущего белкового основания». – Костыль с торжеством оглядел вытянувшиеся лица у стоящих братьев и удивлённый взгляд Елены.
-Да шучу я! Я эту фразу специально целый день учил! Именно для подобного случая, а то работа у меня – уж очень однообразная. Это вы пришли и что-то уже умеете, причём видно сразу, что не кабинетные задохлики. А ведь большинство других тут либо права качать начинают, либо истерики закатывают на тему: «Не хочу! Не буду! Там опасно, а я у мамочки единственная кровиночка, сыночка-корзиночка!.» Ну и всё в подобном духе. А мне приходится по тысяче раз повторять одно и то же, а иногда даже бить одних и тех же.
Взгляд Костыля вдруг погрустнел и на секунду показалось, что он переживает внутри какую-то очень неприятную историю. Затем Родион резко моргнул и словно очнувшись от какого-то наваждения вернулся к его слушателям.
-Ну да чего это я! Продолжим начальный курс по местной живности. Так вот. Эту тварь все местные называют «свепрь», поскольку характером она как кабан-подранок, который на дерево даже хищника загоняет, а ещё он живучий как с-с-с-с-у…. Кхм. Короче – как свепрь. У него есть и умное латинское название, но за ним – к генетикам. Шесть его ног, или лап, или хрен-пойми чего - позволяют этой твари быстро двигаться по полу, а также не боятся потерять парочку из них. Лапы – это его-же главное оружие, поскольку каждая из них кончается острым двойным копытом. Ими он и оглушает жертву, причём бъёт чаще всего в голову или шею, а затем он раскрывает свою пасть….
(«Щелчок мыши»)На следующем включённом кадре было показано, как свепрь открывает свою пасть в половину головы чуть ли не на 180 градусов. Полный комплект зубов, которые венчали острые даже с виду "коронки" наростов. Братья переглянулись и у обоих по спинам прошлись мурашки размером с палец. Костыль довольный произведённым эффектом продолжил.
-И начинает быстро пережёвывать жертву. Сила сжатия его пасти такова, что однажды он перекусил кусок стальной трубы, которой ему пытались разжать пасть, чтобы спасти то, что осталось от ног бедолаги учёного. И возможно в этом даже бы был смысл, если бы не мерзкая особенность слюны этой твари. В ней содержится очень мощный яд, на подобие яда гадюки, который убивает живые клетки минуты за две, поэтому если и вводить наш чудо-антидот от всех ядов, то делать это надо практически мгновенно и близко к месту укуса. Иначе умирать вы будете пусть и быстро, но очень болезненно. Глаз у твари нет, вместо них две шишки, в которых содержится органический тепловизор, как у змей. Самое смешное, что эта тварь холоднокровная, поэтому если её как следует охладить, то двигается она еле-еле. Можно даже ей лапы поочерёдно отрезать или отстреливать, а она всё равно не будет успевать повернутся к вам или замахнуться. Правда температура на объекте на удивление постоянная, а значит охладить помещение можно с помощью азота или углекислоты, только узнав, что эта образина там сидит. В тепловизор её практически не видно, а значит глазки открываем пошире и ноздри раздуваем побольше! Тварь воняет как полу-гнилая свинья живущая на помойке. Но воняет слегка, а не резко. Поэтому если вы зашли в помещение и убедились в том, что там можно дышать, то как следует понюхайте воздух. Если вонь стоит невообразимая, но не такая, чтобы нахождение в помещении было невыносимым, то быстро оттуда сваливаете и по возможности блокируете проход, чтобы оно не рвануло за вами. Это значит, тварь где-то близко, но не рядом. Как она побежит за вами (а она, поверьте, побежит как Усэйн Болт на допинге), то старайтесь стрелять в основном по его лапам. Хватает срезать или повредить три из шести, чтобы свепрь не мог продолжать погоню. Потом его можно добить с безопасного расстояния. В голову стрелять только если он обездвижен! Не пытайтесь его «срезать» очередями, поскольку рассвирепевший трёхсоткилограммовый уродец несущийся к вам с невообразимой скоростью – так себе ситуация. От такого таранного удара – ваш позвоночник высыплется вам в штаны, а рёбра превратятся в труху, про органы вообще упоминать не стану, пусть вас якобы и спасает защитный комплект. В грудь бить только с пулемёта с бронебойными патронами, поскольку даже если прострелить ему орган выполняющий функцию сердца, то умирать оно будет около часа. Если стали сносить ему голову, то запомните, что расстреливать её надо полностью! Даже если у него осталось половина мозга, то он вполне себе остаётся опасной и агрессивной тварью. На груди у него помимо очень плотного сала – толстые и прочные рёбра, в комплекте с хитиновыми пластинками, а значит с автомата можно так сразу и не пробить. Поэтому товарищ пулемёт и оружие под винтовочный патрон – нам друг, а мелкокалиберное оружие – ни разу не товарищ! Вам всё пока ясно? Ну, таскать конечно тяжело, но если хочется иметь больше шансов - тренажерный зал в каждом жилом модуле есть.
Родион довольно оглядел ошарашенных Андрея и Алексея, а также посмотрел на стоящую неподалёку Лену, которая что-то настраивала в своём планшете, и не обращала внимания на шоковый КМБ устроенный Костылём специально для новичков.
-П-п-понятно – еле выдавил из себя Андрюха, а брат его еле заметно кивнул.
-Ну тогда продолжим! - Весело сказал Костыль, внутренне наслаждаясь произведённым эффектом.
-Крыщерица обыкновенная! – На следующем фото было создание похожее на помесь крысы и какой-то рептилии. Как если бы на крысу натянули шкуру земноводного, понизив её "профиль" и резко увеличив уши и голову с пастью. Последняя, на втором фото демонстрировала явное отсутствие у крыщерицы передних резцов грызунов, но предоставляла острейшие резцы хищника. Увидев изумление пополам с отвращением на лице Алексея, Костыль продолжил свою лекцию
-Крыщерица как ясно из нашего местного названия это гибрид серой крысы и ящерицы. Впрочем, может и тритона, поскольку эти твари в воде – как дома. На суше тоже. Живучие и мерзкие уродцы, с очень противной и несколько склизкой кожей. Часто оставляют капли слизи на полу или поверхностях. Нападают толпой, зубы у них похожи на зубы пираньи и могут прогрызть практически всё что угодно. Человека растащат на фарш в течении получаса. Если их много – то и время сокращается. Самым мерзким у них является «Король крыщёриц» - как и "король крыс" - многоголовое создание, которое заставляет стаю действовать как один организм. Только если король крыс сидит себе где-то и раздаёт ценные указания, то эта сволота бегает вместе с остальной стаей. Если убить его, то стая скорей всего разбежится. Цвет кожи у этих созданий может быть любым, даже фиолетовым, но это ни на что не влияет. На самом деле – это очень опасный противник, опасный потому - что стая собирается внезапно в уже, казалось бы, безопасных и отвоёванных помещениях, где не успели заварить вентиляционные ходы и канализацию. Лезут крыщерицы, также как и крысы – из всех возможных щелей и отверстий, а значит всегда по возвращению через уже пройденные маршруты используйте тепловизор, либо ставьте маячки и сигнальные детекторы. И ещё один момент… эти твари не пищат. – Многозначительно заметил Родион.
-А что такого в том, что они не пищат? – поинтересовался чуть бледный Лёха.
-А в том, что передвигаются они не как крысиная стая с писками и шорохами, а практически бесшумно. Конкретно проблема с ними выглядит так: вы прошли несколько пустых помещений, потребовалось вернуться назад, и как вдруг на вас неожиданно и совершенно бесшумно опускается одеяло из мерзких созданий, которые стремятся прогрызть ваш защитный костюм и вас с ним заодно. А вы и думать не будете, что в пройденных пять минут назад помещениях вдруг зародилась смертельная угроза. Если вы были без полного комплекта брони, то знайте, что эти склизкие и хитрые твари в первую очередь будут пытаться заползти вам в рот, чтобы вы не могли кричать и дышать. Во всяком случае, первых "отбитых" легкозаменимых специалистов, а мы, кхм, называем их классом Д, как во вселенной SCP, мож слышали?
Оба брата машинально кивнули головой. Про вселенную SCP они слышали и были даже своего рода "знатоками" в данной области. Тем яснее для них стала их собственная категория. Однако, Костыль продолжал:
-Ну так вот. У первых отбитых спецов класса Д, наши ученные обнаружили, что они умерли не от укусов, а задохнулись. Из дыхательного горла вытаскивали головы этих "крыщериц". На панике они откусили им головы, когда последние залезали в дыхательное горло вызывая его спазм.
От подобных «откровений» в глазах у напуганных братьев встала картина с заползающими в рот тварями, с одновременным разгрызанием крысами собственной тушки. На спине выступил холодный пот, причём одновременно у обоих.
-А как с ними воевать? – С некоторой хрипотцой от волнения спросил Андрей.
- Вот с ними, как раз, воевать очень сложно- Многозначительно произнёс инструктор. Затем, выдержав паузу на протяжении нескольких секунд продолжил.
-Идеальным будет огнемёт или автоматический дробовик с не сильно крупной дробью и насадкой-рассеивателем. Сейчас там ребята колдуют над какой-то хитрой отравой для тварей, чтобы просто поливать их, а токсин в жидкости проникал через кожу и убивал сволочей, однако я не знаю, когда работы будут завершены.
Убегать – очень рискованно. Очень часто стая устраивает загонную охоту. Небольшая стая нападает так, чтобы жертва побежала в соседнее помещение, где её ждёт чуть ли не целый ковёр из крыщериц. Жертву облепляют с головы до ног и очень быстро разбирают на кусочки. Конечно, есть шанс, что вы увидите короля и сможете убить его, тогда вы, можно сказать, «вытащили самый счастливый билет», поскольку стаи теряют координацию и стремятся как можно скорее разбежаться. Гранаты в принципе тоже вариант, но в небольших помещениях взрыв мощной гранаты контузит и вас, однако в полной броне это порой чуть ли не единственная возможность вырваться живым. Ещё одной слабостью является их способ общения. Крыщерицы общаются при помощи ультразвука и запахов, а значит в случае применения специальных химикатов и ультразвуковых генераторов можно практически не опасаться этих созданий. Но и не думайте, что они тупые хищники. Их король может послать пару-тройку крыщериц на источники ультразвука, чтобы попытаться из сломать. Для этого стая отгрызает таким «добровольцам» уши, чтобы запечённая кровь работала как пробка. А команды, неведомым для науки способом, эти выродки получают из запаха. Ну, над этим пусть учёные головы ломают. Наша задача совершенно другая, очень далёкая от всех этих генетиков и зоологов. Мы должны выжить и выполнить поставленные задачи, причём с минимальным риском потери людей и оборудования. Что ещё добавить? Очень часто эти твари бегают по потолку, особенно часто в помещениях, где под потолком проходят трубы и кабели. Не успеешь оглянутся, а стая уже за твоей спиной точит зубы, так что зарубаем себе на носу – перед тем как приступить к работе, обязательно выставляем охрану и ЛИЧНО убеждаемся в установке детекторов тепла и датчиков движения около любых мест, откуда только могут полезть эти твари. Если всё делать по этой технологии – то всё пройдёт гладко и спокойно.
Костыль щёлкнул мышкой и крутанулся на кресле, совсем как молодой завсегдатай компьютерных игр, после чего склонился над столом, глядя на братьев немигающим взглядом.
- Страшно? - спросил он, глядя в упор на обоих братьев.-
- Да! - В унисон ответили ему оба брата.
Глядя на них, Костыль ухмыльнулся. Откликнувшись на спинку кресла, он ещё какое-то время буравил обоих братьев взглядом, после чего вдруг сложил руки на бронежилет и расхохотался.
Братья, неудомевая, в чём причина его смеха, вопросительно глядели на Костыля. Костыль же, заходился в приступах хохота, который закончился кашлем заядлого курильщика. Глядя на багровое лицо Костыля, оба брата чувствовали себя не в своей тарелке. Наконец, Костыль успокоился и глядя на улыбающуюся Елену - сказал:
- А я уж даже не думал, что вы купитесь на этот невинный розыгрыш. Неплохо у меня дочка работает с 3D графикой, а?
Оба брата всё ещё ничего не понимали и посему, сохраняли молчание.
-Крысоящерицы, Тараканосвиньи.... Надо бы ещё Котопса попросить её изобразить! - снова засмеялся Родион. Глядя на его открытую улыбку, первым отреагировал Алексей, но даже без тени смеха.
-Знаете, Родион. Мы честно на это купились. И больше всего, я переживал за брата, и уже хотел просто настоять, чтобы идти с ним вместе. Всё-таки, бестиарий, что вы нам показали - довольно... Нет... Очень реалистично выглядит. Да и антураж вокруг... -Алексей взглядом обвёл помещение - предрасполагает верить вам.
-Я правильно понимаю, что никаких тварей там нет? - подал свой голос Андрей. - И вы просто нас разыграли, проверяя наши и в первую очередь мои нервы на крепость? - голос его был полон облегчения. Сразу после его слов, Костыль, прекратив улыбаться, сел за стол и вновь уставился на братьев, и в этот раз уже без тени былой иронии.
- Скажем, первичный тест вы прошли. Всё-таки Елена психолог по образованию, а я, скажем, по необходимости. И знаете, я ценю, когда люди прямо говорят, что им страшно, а не хорохорятся и строят из себя Рэмбо. Опасность, разумеется есть. И не малая. Иначе бы вы и не получили защитных костюмов и оружие. Да и стрелять вам тоже придётся, но не в страшных монстров, а в людей. Вернее в то, что некогда было людьми, а сейчас стало чем-то похуже, чем умные крысы-ящерицы.
Костыль побарабанил пальцами по столу. Затем, устало вздохнув, бросил взгляд на братьев и коротко кивнул Лене.
- Врубай правду-матку, Лен! Пусть посмотрят!
- Родион, а что включить-то? - спросила уже совершенно серьёзная Лена, что-то перебирая мышью и хмурясь.
- Давай инцидент из электростанции! - скомандовал Костыль.
Елена щёлкнула мышью и над столом образовалась голограмма съемки с камеры. Глядя на первые кадры видео, и у Алексея и у Андрея синхронно отвисли челюсти. И было отчего. В кадре голограммы было видно комок из трёх человеческих тел. Одна из рук сжимала оружие. АК-103, без магазина. Частично, этот комок, похожий больше на комок разноцветного пластилина телесного цвета, включал в себя фрагменты одежды и защитного костюма. Куча периодически сжималась, и издавала то ли стоны, то ли тихие крики.
- Это что за хуйня?! Удивлённым тоном произнес Андрей. Алексей с мнением-вопросом брата, касающегося описания ЭТОГО, был полностью солидарен.
-Мы назвали это эффектом слипшихся людей.- Сурово произнёс Костыль, глядя на видео. Тут один учёный, один боец и один вспомогательный сотрудник. Он же и принёс к первым двум эту заразу.
Слова о заразе моментально убили настроение обоих братьев ниже плинтуса. Заболеть и умереть от неизвестного вируса явно не предел мечтаний на работе.
-Да не вирус это! - Родион поморщился. -Это влияние поля. Какого именно поля - и какой его источник - мы ещё до конца не установили. Но это поле, как говорят наши учёные - что-то делает с плотью, после чего она становится способной к поглащению органики. И живой и мёртвой. И в итоге - получается следующее. И полковник щёлкнул мышкой следующий ролик.
На следующем ролике был запечетлён какой-то человек, выходящий в костюме биологической защиты. Однако, не смотря на внешнюю целостность, человека изрядно "штормило". Он шёл качаясь, словно маятник, из стороны в сторону, тяжело и грузно ступая каждый шаг. В руках у него был чемодан с весьма заметной ручкой. Причём чемодан откровенно напоминал очень старый, годов 40-х чемодан, обтянутый фиброй. Братья неотрывно смотрели за тем, что будет дальше, но Костыль вдруг поставил видео на паузу.
-Таких чемоданов мы не выдаём. Именно это в первую очередь насторожило дежурную охрану!- с этими словами, Костыль продолжил воспроизведение видео.
На видео, далее, фигура вдруг упала на правое колено и принялась свободной рукой сдирать с себя противогаз. Глядя на открывшееся зрелище, оба брата ахнули. У фигуры не было глаз и носа. Лишь провал в области рта. Видел внезапно снова встало на паузу.
-Глаза и рот оказались знаете где? - внезапно спросил Костыль.
-В чемодане? - Предположил вдруг Алексей.
-Хах! Угадал! Но там ещё помимо рта, глаз и носа - оказался язык. С не слабой такой костяной оконцовкой-жалом! - продолжил Костыль, глядя в экран. - И ручка оказалась частью организма. Какой больной разум сотворил это с сотрудником - я не знаю. Однако, наши учёные все как один твердят о каком-то поле. Но по мне - это должно быть какой-то вирус. Как из мрачной фантастики. Хотя, реальность всегда страшнее. На то она и реальность. - с этими словами он выключил видео и посмотрел на братьев.
-Значит так! Курс огневой подготовки с 8 утра до часу дня! Каждый день. Пули и огнемёты берут "организмы". Убивают окончательно. Заразиться - невозможно. Но руками трогать не рекомендую, хотя опять же, наши ученные все как один говорят, что этм, кхм, организмы - безопасны. В общем, сначала стрелять, а потом - спрашивать. Понятно выражаюсь?-
-Да уж куда как понятнее, пробурчал Алексей, понимая, что хорошей и теплой вакансии ему точно не светит. Андрей же просто кивнул, обеспокоенно глядя на брата.
После этого "брифинга", оба брата были отправлены в столовую, после которой должны были направиться в учебные классы.
(Прода будет потихоньку. Авторы на войне. )
Спасибо за чтение
Вернуться к книге