Поглощённые Пустотой. Книга 2

Глава 1

В глазах невежд мудрец совершает глупость.

(эльфийское высказывание)

Со времени торжественных похорон Зверя миновало целых три дня, а маленький отряд путешественников до сих пор оставался в заброшенной гномьей крепости и, надо сказать, что это время было потрачено с пользой. По инициативе Бари они занимались поиском и похоронами останков гномов, а также перезахоронили стихийное кладбище во дворе крепости. Гномы всегда очень щепетильно относились к памяти своих предков, даже если речь шла об очень дальних родичах.

В результате всех этих трудов получилось вполне себе чистенькое, аккуратное кладбище невдалеке от крепостной стены.

В процессе поиска гномьих костей они внимательно осмотрели крепостные постройки, но ничего особенно полезного для себя не нашли, кроме большого количества проржавевших, совершенно одинаковых гномьих топоров, которых в крепости было припасено на целый полк.

Климат в этой местности был чрезвычайно влажным, влага не пощадила ничего. Наиболее полезное с практической точки зрения из найденного ими были уцелевшие керамические ёмкости, вполне пригодные для несения воды. Но при этом они были неоправданно тяжёлыми. Их вместительность была достаточной, чтобы добраться до Тагалака, пополняя запасы воды раз в три дня.

Питались они фруктами и рыбой, которую Винилин ловила в море прямо с причала на бывшую у неё уду. Ночевали они всегда вне крепости, на всякий случай. Да и мрачное это было место, особенно в ночное время.

Затонувший в бухте корабль они так и не попытались обследовать, очень уж это было рискованно. Единственная их призрачная надежда, связанная с морем, была на то, что Алексу как-нибудь прибьёт к берегу поблизости, ведь она должна была находиться не так уж и далеко от этих мест. Но это был совсем уж ничтожный шанс и ничего подобного ожидаемо не произошло.

За эти дни они отъелись и отоспались. Появилось ощущение безопасности и даже уверенность в завтрашнем дне.

– Эх, жаль, что нас так мало, а то мы могли бы оставить тут небольшой гарнизон и, может быть, даже возобновить морское сообщение с Карандором, – сказал задумчиво Бари.

Они все вместе сидели на крепостной стене, выходящей к морю, и наблюдали как солнце приближается к закату. На ужин была запечённая в глине рыба и жаренные продолговатые фрукты, вполне себе сносная еда. Свежий тёплый воздух, привычные вопли животных, доносящиеся из окружающего их леса, всё было очень даже неплохо.

– Может быть, там уже и не с кем возобновлять сообщение, сказала Винилин, – прожевав кусок рыбы.

– Будем надеяться, что ты ошибаешься. Хотя может быть всякое. И как здесь не хорошо, но нам не следует больше мешкать. Уже завтра утром отправиться в путь.

– Да уж пора бы, мне эта мрачная крепость уже порядком надоела. Я-то хоть и пол жизни прожила в крепости, но тут у вас всё слишком пустынно и много грязи, не могу спокойно смотреть на такой беспорядок.

– Вообще, мы за порядком всегда следим, просто тут некому поддерживать чистоту, но как видишь строения ещё добротные, вполне можно всё убрать и отремонтировать.

– Орки врятли будут тут убирать, скорее ещё больше намусорят.

Бари тяжело вздохнул.

– А как ты себе это представляешь? Сюда прейдут твои сородичи и защитят этот лес? Даже если они и удержатся в этой крепости, лесу точно не уцелеть. Ну не смогут они его от орков защитить, а те как поймут, что Мамлика тут больше нет, немедленно ринутся сюда и будет тут такая же пустошь, как и на севере.

Бари опять тяжело вздохнул.

– Очень неприятно это слышать, но глупо отрицать, что ты права. Тут, конечно, необычный лес, много всяких гадов, но мне их тоже жаль. Действительно, кроме Мамлика никто не сможет защитить всю эту красоту. Но не выпускать же нам его теперь обратно?

– Хм, ну подумай, что будет лучше безжизненная пустошь с орками или полный живности лес с Мамлика.

– Лес, наверное, лучше. Мда… Зверь совершил такой подвиг остановив это существо, убившее скольких наших сородичей, сам погиб, а выходит, что мы сделали только хуже.

– Мы просто спасли свою шкуру, это не так уж и плохо, ну а лес, какое нам до него дело. Врятли мы когда-нибудь вернёмся сюда снова.

– Ну нет, нельзя так рассуждать, Винилин. Природа окружающего нас мира создана удивительной, она прекрасна, хотя всё её многообразие и не по вкусу кому-то, но этот лес он ведь не так уж и плох. Жалко его отдавать на уничтожение этим тварям.

– Раньше надо было думать об этом, хотя оно само застало нас врасплох. Вот не надо было возвращаться за сосудами, у меня ведь было предчувствие, а вы меня не послушались, и Зверь был бы жив и лес цел.

Бари опять тяжело вздохнул.

– Мне тоже очень жаль этот лес, – сказала с грустью Алорон. – Может быть мы сможем что-то придумать, чтобы сохранить его от орков.

– Есть только один способ сделать это, достать ящик с Мамлика и полить его водичкой, – сказала, усмехнувшись Винилин.

Наступила тишина.

– Да ну его этот лес, – сказала Лезвие. – Сдался он вам, тут только одних змей и пауков сколько, ужас просто.

– Ну уж нет, – сказал Бари. – Я вот обдумал твои слова, Винилин, про то, что лучше. Так вот, лес лучше, даже не сам по себе. Тут с Мамлика по нему вполне можно пройти если соблюдать определённую осторожность, а с орками уже так просто не погулять. Да, нам надо решить этот вопрос без промедления, раз уж это выпало на нашу долю. Мыслить надо стратегически и действовать своевременно, а то мы сейчас наворотим делов, а потом целые поколения не расхлебают.

– Всё-таки предлагаешь вернуть Мамлика в лес?

– Я предлагаю попробовать поговорить с ним. Нам не обязательно возвращать ему всю его силу. Оно ведь разговаривало с тобой.

– Ну ты придумал. Мне оно только лгало, надеясь, что мы убьём друг друга, а твоих сородичей оно вообще заморочило так, что они сами себя перебили, и ты после этого хочешь с ним о чём-то там поговорить? Да не договориться нам с ним, никак, даже если оно нам что-то там наобещает, его слова не стоят и ломаной медной монеты. Мы либо выпускаем его и убегаем в безопасное место, либо просто уходим отсюда.

– То есть, ты тоже не против выпустить его?

– Я тоже умею мыслить стратегически, а то что лес с Мамлика лучше пустоши с орками очевидно любому.

– Ох, но если мы его выпустим, как же мы пройдём сквозь лес!? – спросила взволнованно Лезвие.

– Выходит, что никак, – ответила Винилин. – Хотя, мы можем втроём пойти через лес, а ты его выпустишь этак деньков через десять, ну а дальше можешь идти куда хочешь. Как тебе такой план?

– Ну уж нет!

– Что значит нет? Ты на работе или где?!

– Но это же чистое самоубийство!

– Самоубийство, это когда пронзаешь сердце ножом, а тут все шансы есть. Убегаешь в море, садишься на плот, дальше на юг пока не начнутся горы, ну а там в обход и до Тагалака. Всё вполне реально и гонорар будет неплохой. Мы бы все могли проделать это, но теперь время дорого, мы его уже итак слишком много потеряли.

– Хм. Если бы был жив Зверь, то им двоим можно было бы доверить провернуть это дело, но доверять одной Лезвию, я бы не стал, – сказал Бари.

– Уж тут ты прав, но сделать это всё равно необходимо. Плохо, когда мало толковых людей.

– Знаешь, Винилин. По-моему, только тебе под силу провернуть такой трюк.

– Ага, опять я! В каждой бочке затычка, в опасные руины лезть – это я, обследовать кишащие орками пустоши – я, выпускать Мамлика тоже я. И только потому что кругом одни бестолочи неспособные ни на что, хотя у них и руки, и ноги, и голова есть, ну всё как у меня!

– Ну, что тебе сказать. Ты, конечно, справедливо возмущаешься, но если всё кончится хорошо, мы по-настоящему озолотим тебя и осыплем всяческими почестями. Знаю, что сейчас это звучит несерьёзно…, добавлю к этому ещё вот что. Я вот, к примеру, тебя очень сильно уважаю, как высококлассного профессионала своего дела. Хоть ты и женщина, но я уже не смотрю на то, что ты женщина. Ты для меня как один из моих отчаянных парней.

– Ха, ну и сделал же ты мне комплемент. Такие ли уж отчаянные твои парни, чтобы сравнивать их со мной? Ладно, хватит болтовни. Я сознательно шла к тому, чтобы стать профессионалом, и непросто профессионалом, а самой лучшей, а это непросто и хлопотно, так что жаловаться не буду. Ладно, решено. Ты с Алорон завтра уходишь в Тагалак, мы даём вам десять дней, чтобы убраться из этого леса. Потом выпускаем это проклятое существо и сами делаем ноги.

– Может быть и я пойду с ними, зачем я тебе? – сказала не на шутку перепугавшаяся Лезвие. – Ты и сама со всем справишься.

– Да!? Ты ведь тоже сама со всем справишься, бестолочь! И вообще с каких пор кто-то интересуется твоим мнением!? Ещё раз выкинешь что-то подобное и я запихну тебя в гроб к Мамлика на всю ночь, он большой и места тебе хвати!

Лезвие испуганно замолчала.

– Главное, доберись до Тагалака, ну а уж там я обо всём позабочусь как следует, – сказал Бари.

– Заваришь мне чай и собьёшь подушку?

– Надеюсь, мы сможем сделать нечто большее. Ну а теперь ладно, пойдём-ка Алорон спать, завтра будет непростой день. Ну а вы, если хотите, сидите здесь, вам ещё десять дней отдыхать.

Алорон и Бари покинули крепостную стену и направились по пляжу до того места, где они устраивались на ночлег. Впрочем, до наступления темноты оставалось ещё около часу. Винилин посмотрела на сидящую рядом Лезвие, было видно, что она очень сильно взволнованна.

– Ты не зря нервничаешь, кончилась теперь твоя лафа. Мамочки Алорон больше нет, осталась только мачеха Винилин, – сказала Винилин с нескрываемым ехидством.

– Я снова осталась совсем одна.

– А ты раньше была не одна?

– С Алорон нет.

– Но с тобой мы точно не подружимся. Впрочем, я берегу своих людей если вижу адекватность и старание с их стороны. Это тебе маленькая подсказка от меня, хотя, мы уже довольно долго вместе в этом путешествие. Я уже прекрасно поняла кто ты и что ты, но вот тебе ещё посыл, следующий раз, когда попытаешься сбежать без приказа, я тебя просто убью и никто никогда в этих дебрях не узнает, что с тобой произошло, и могилы у тебя не будет как у Зверя и этих гномов.

Сказав это, Винилин встала и, спустившись со стены, направилась к месту ночлега. Пройдя вдоль берега около сотни шагов, она обернулась назад, ожидая увидеть плетущуюся позади Лезвие, но та, к её удивлению, так и осталась сидеть на крепостной стене, глядя в сторону уже севшего за горизонт солнца.

– Ну и ладно, – подумала Винилин.

И вот прошла очередная ночь. Рано утром Бари и Алорон, собрав вещи и тепло попрощавшись со своими спутницами, отправились по заросшей травой дороге в сторону Тагалака. Винилин и Лезвие несколько проводили их вдоль дороги, заодно набрав себе в лесу свежих фруктов, после чего вернулись обратно в крепость.

– Ладно, у нас десять дней на отдых, так что пока можешь быть свободна, только от крепости далеко не отходи. Не хватало ещё потом тебя искать.

– Вот уж не знаю, чем тут заняться целых десять дней.

– Организовать тебе культурный досуг? Ну давай займёмся физической подготовкой, побегаешь немного вокруг крепости, это весело.

– Может нам попробовать осмотреть округу? Найдём каких-нибудь других фруктов или подстрелим кого-нибудь на обед?

– Подстрелим, это в смысле я подстрелю?

– Я тоже неплохо стреляю.

– Ну это мы ещё посмотрим. Ладно, идея прогуляться в лес неплохая, давай сейчас немного позавтракаем, я поймаю пару рыбин и пойдём. Скажем на вершину вон того холма, поищем себе чего-нибудь на обед.

Вскоре они отправились на прогулку по лесу. Лес в округе ничем не отличался от того, по которому они раньше путешествовали. Также множество муравьёв, змей, тучи всяких мошек, очень влажно и душно. Единственно приятное, что они смогли найти среди всего этого, был лишь небольшой ручеёк с весьма вкусной водой. Здесь они устроили привал, во время которого осмотрели заросли невысоких деревьев с зелёными, похожими по форме на яйцо плодами. Лезвию пришлось попробовать один из этих плодов, который оказался практически безвкусным, слегка кисловатым. Однако этих фруктов всё равно было решено набрать, чтобы сварить их в качестве гарнира к рыбе.

Теперь, когда они остались вдвоём, Лезвие совсем замкнулась. Она практически не разговаривала с Винилин, как будто была немая. У Винилин с ней разговор тоже не клеился. Не было у них необходимого для этого сродства душ, и вообще присутствие Лезвия поблизости вызывало у Винилин какое-то подсознательное внутреннее напряжение, даже какое-то непонятное беспокойство.

Отдохнув у источника и набрав необычных фруктов, они вновь вернулись к своему лагерю, расположенному поблизости от крепости. К тому времени уже как раз начало темнеть. Они развели прямо на морском берегу большой костёр и Винилин, почистив от кожуры фрукты и порезав, кинула их в большой металлический чан, который они, между прочим, нашли при обыске крепости и, хорошо отмыв, использовали для приготовления еды.

Лезвие молча сидела, уставившись на огонь, при необходимости подкидывая в него дрова.

– Ну что же, в целом день прошел неплохо, – сказала Винилин, попытавшись завязать разговор.

– Да, но потратили мы его впустую.

– От чего же? Мы нашли новый вид фруктов, добыли себе еды, убедились, что лес тут везде одинаков.

– Жаль, что иногда приходится тратить время бесцельно, особенно когда оно дорого.

Винилин удивлённо посмотрела на наёмницу. Произносить подобные философские фразочки для неё было весьма необычно. Уж с её-то деревянной головушкой и поверхностным умишком.

– Но завтра мы проведём время с пользой. Нам надо продумать как выпустим Мамлика и сами при этом уцелеть, – продолжила Лезвие.

– Хм… Вот как я это вижу. Мы достаём гроб, вытаскиваем его на улицу, предварительно набрав несколько больших кувшинов пресной воды. Достаём тушку из ящика с солью, кладём на камни. Дальше я убегаю к морю, ну а ты выливаешь на него кувшин с водой и бежишь ко мне. А дальше оно уже само как-нибудь доковыляет до водички.

– Уверена, что доковыляет? Если вдруг этого будет недостаточно, а мы сбежим, получится, что лес никто не будет охранять.

– Даже если так, рано или поздно пойдёт дождь.

– А если оно заползёт вовнутрь крепости и дальше не сможет?

– Хм, ладно тут определённый риск есть. Так, что мы ещё можем сделать… Вариант второй, мы тащим ящик по пещерке к подземному озеру, вытаскиваем из него тушку, кладём рядом. Затем я убегаю, ты бултых тело в воду и бежишь ко мне.

– Оно меня точно убьёт.

– Но зато всё получится наверняка. Хм, ну ладно, давай придумаем третий вариант. У тебя самой-то есть какие-то идеи?

– Может быть отнести его к водоёму, но только не к тому, что в подземной пещере, оттуда нам сложно убежать. Но вот если его бросить в какой-нибудь ручей, убежать по лесу вполне себе можно без особых проблем.

– Это толково и бестолково одновременно. Убежать то мы убежим, вот только как мы допрём туда вдвоём такой тяжелый ящик? Мы его даже приподнять не сможем, ни то что в гору тянуть, а нести его за руки-ноги… Нет такой вариант не годится. Вообще, самый лучший вариант будет тот, при котором Мамлика гарантированно придёт в себя, а у нас при этом будет время убраться как можно дальше, хорошо если мы будем уже где-то в нескольких часах пути от этого места.

– Что угодно может пойти не так. А вдруг Мамлика вовсе не оживёт, когда мы польём его водой, ведь всякое может случиться.

– Мда, надо гарантированно убедиться, что оно оклемалось. Тут, конечно, хорошая такая задачка.

– Я боюсь, чтобы оно как-нибудь не оклемалось раньше срока.

– Там вполне себе добротная комната, воде там неоткуда взяться, и я каждый день проверяю на месте ли оно. Сегодня вот не проверяла только.

– А может его уже и нет на месте…

– Ну так пойди и посмотри.

– Ну нееет.

– Хм, тебе не надоело быть трусихой? Ну ладно, пойдём вместе посмотрим.

– Но уже ночь и там жуткая темень!

– И что? У нас же есть кристаллы. Пойдём, будем воспитывать в тебе храбрость.

Несмотря на все дальнейшие возражения Лезвия они оставили свой костёр и уже почти готовый ужин и, взяв бывший при Винилин светящийся кристалл, отправились прямиком в крепость. Ящик с Мамлика они затащили в довольно просторную комнату, расположенную в полуподвальном помещение на первом этаже.

Винилин шла впереди, она осветила комнату кристаллом и тут… Оказалось, что крышка ящика была открыта и лежала несколько в стороне, возле ящика была рассыпана соль, а сам ящик был пустым.

У Винилин даже перехватило дыхание от увиденного, а по спине пробежал холодок.

Бегло окинув взглядом комнату, она обернулась к Лезвию, которая теперь была мертвецки бледной и казалось, что потеряла дар речи.

Ух, как же это так! А ну давай-ка убираться отсюда прочь!

Они немедленно выбежали из крепости и, не встречая никаких препятствий уже скоро были на месте своего лагеря.

Добежав до горевшего на берегу костра, они остановились отдышаться. Лезвие испуганно таращила глаза на Винилин, ожидая от неё дальнейших указаний. Винилин старалась успокоиться. После сумасшедшего бега кровь стучала у неё в висках. Она не могла теперь рационально мыслить, а это было как никогда необходимо. Тогда она уселась на камень возле костра и, опустив голову на колени, замерла. Так она просидела несколько минут после чего, уже успокоившись, подняла голову и спокойно посмотрела на огонь.

– Ты это, чего стоишь? Присаживайся.

– Да как же присаживайся! Винилин, оно сбежало и нам надо немедленно делать отсюда ноги!

– Уже сделали ноги, а теперь сядь и замолчи!

Лезвие послушно села возле огня и вопросительно уставилась на неё.

– Так, советоваться с тобой тоже самое, что советоваться с деревом, поэтому просто молчи, я буду проговаривать мысли в слух. Так, вокруг нас теперь полным-полно различных гадов, значит Мамлика поблизости нет, они его всегда чуяли и уходили. Так, значит пока что нам торопиться некуда. Выходит, оно либо ушло куда-то далеко зализывать раны, либо не доползло до воды и теперь лежит где-то в крепости без сил. Ух, как же такое могло получиться! Оно ведь лежало в соли. Я его очень хорошо засыпала там и крышка довольно тяжелая. Чтобы поднять её надо много сил, откуда они у него!?

– Какая теперь разница, Винилин. Нам надо немедленно убираться отсюда!

– Я же сказала тебе…. Винилин осеклась.

Теперь успокоившись, она обратила внимание на то, что обычно до невозможности трусливая Лезвие как-то не очень сильно и боится.

– И куда нам теперь бежать? – спросила Винилин уже спокойным тоном.

– Ну как мы и собирались на плот, а там по морю пока не кончится лес.

– Ну это мы всегда успеем. Я же тебе только что сказала, все гады на месте, значит Мамлика сейчас поблизости нет. Оно могло не доползти до ручья.

– Но, Винилин.

– И мы должны это проверить.

– Нееет!

– Да! И тут Винилин отвесила наемнице оплеуху. – И не смей со мной пререкаться! Мы немедленно возвращаемся и проверим добралось ли Мамлика до воды!

– Да ты совсем спятила?! Ночью в крепость, к источнику воды! Если оно доползло, то прибьёт нас как мух, а мы и сделать ничего не сможем!

– Да…

Винилин опять осеклась. Тут Лезвие была совершенно права, а она погорячилась. Точнее нет, что-то всё нечисто в этой истории, и сама Лезвие явно что-то знает и почему-то не договаривает, а больше кроме неё поблизости никого нет.

Да и теперь если Мамлика действительно каким-то образом ушло в воду, отправившиеся в Тагалак Алорон и Коли находятся в смертельной опасности. Они ведь полагают, что в лесу всё спокойно, подойдут к любому источнику попить воды, там их Мамлика и поймает. Впрочем, теперь ушли они не так уж и далеко. Зная неторопливость гнома, можно предположить, что она сможет догнать их если немедленно отправится за ними по дороге. Правда на это понадобится где-то дня два, за это время Мамлика уже может разделаться с ними.

Ситуация казалась безвыходной, но, в любом случае, садиться на плот и удирать по морю вдоль берега было никак нельзя.

Глава 2

Война имеет смысл, когда ведётся с сопоставимым по силам противником, в противном случае это борьба с самим собой.

(Из книги “Войны былых времён”)

Винилин задумчиво смотрела на сидящую напротив неё Лезвие, которая тоже глядела на неё с нескрываемым раздражением. При этом Винилин продолжала перебирать различные варианты дальнейших действий и, как не крути, Лезвие оказывалась теперь не то что бесполезна, но была для неё самой настоящей обузой. Зря, конечно она оставила её с собой… Впрочем, посылать столь ненадёжного во всех отношениях человека с Бари и Алорон значило подвергать их дополнительной опасности.

Но что ей теперь мешает просто убить эту наглую бестолочь? Ничего кроме того, что она никогда не убивала людей просто так. Но и в няньки она ей тоже не записывалась. Ну её эту Лезвие, пусть она себе идёт куда ей вздумается. Хотя, если ей так сказать она естественно от неё никуда не уйдёт, понятное дело, что одной ей не жить. Значит надо просто как-то хитро отделаться от её общества. Нуда, отойти за дровами и не вернуться. Пусть она потом попробует найти её в этом лесу.

Но, прежде чем так поступить, надо было твёрдо решить, что теперь делать дальше. Для начала надо убедиться, что Мамлика действительно добралось до воды. Оно может по-прежнему лежать где-то в крепости, тогда его ещё можно будет вернуть на место и всё обойдётся. А если она действительно смогло улизнуть, тогда уж бежать в лес и догонять Алорон и гнома. Да, это самое толковое, что можно теперь сделать в этой непростой ситуации.

– Ладно, – сказала Винилин. – Раз ты боишься лезть в крепость, я сама туда полезу.

– Нет, Винилин! И тут не в страхе дело. Это просто глупость и верная смерть. Даже если оно и не доползло до воды, оно всё равно разделается с тобой, и уж тем более если доползло!

– Не твоё дело думать о том, что правильно, а что нет! Ты должна мне просто беспрекословно повиноваться! Поэтому оставайся здесь и жди меня, я ещё раз там всё внимательно осмотрю!

– Нет, Винилин, никуда ты не пойдёшь! Если оно теперь тебя убьёт, мне-то что потом делать?!

Винилин даже опешила от таких слов, но тут она вдруг поняла, что Лезвие вовсе не шутит. Её взгляд как-то изменился. Он стал твёрдым и решительным, такого раньше с ней никогда не бывало. Что-то во всей этой истории было очень скверно. С чего бы вдруг все эта внезапная чреда странных событий, и такие перемены, произошедшие в её спутнице если не… Винилин вдруг вспомнила своё чудесное спасение из рук Мамлика и то, что оно ей говорило. А если вдруг сказанное Мамлика правда и…

Винилин немедленно перевела взгляд на огонь. Есть и такая вероятность, а если это действительно так, то теперь дела её весьма плохи. Нуда. Лезвие теперь очень решительна и явно готова если что и применить к ней силу, а если это действительно старина Апос, ему ничего не стоит прихлопнуть её, как жучка. Но, может быть, и она сможет расправится с ним, и положить конец этой скверной истории. Ведь это куда важнее, чем просто избавиться от Мамлика.

Что ей теперь мешает просто метнуть в него кинжал? Это будет очень быстро и, если его можно будет убить, у неё всё получится. А если нет и это просто бестолковая, глупая наёмница, которая в экстремальной ситуации просто повела себя по-другому? Ведь эту ошибку уже будет невозможно исправить…

Винилин вновь подняла в глаза на Лезвие, но оказалось, что драгоценное время уже было упущено. Наёмницы перед ней больше не было, она бесследно исчезла, просто растворилась в окружающей тьме.

Да, оно поняло, что я догадалась и теперь ножечек мне не метнуть, а вот оно метнёт запросто. Винилин немедленно отскочила от костра в темноту и что было силы бросилась стремглав бежать наутёк в сторону леса.

Так она пробежала около двухсот шагов, после чего обернулась в сторону костра и увидела, что возле него стоит Лезвие и просто смотрит ей в след. Винилин забежала в лес и, не сбавляя темпа, быстро пробиралась через чащу в течение ещё около десяти минут. Наконец, она остановилась и затаилась в кустах. Вроде за ней не было погони, кругом совсем невдалеке, истошно кричали какие-то неведомые существа, так что находиться в этих зарослях ночью было теперь крайне неприятно.

Так, теперь я сбежала. Но что же теперь получается, Мамлика оказалась в руках Лезвия-Апоса и оно может сделать с ним что угодно, или выпустить, или не выпустить. Оно, верно, его никуда и не выпускало, а просто спрятало где-то в крепости или каком-то другом месте. А может быть оно выпустит его, но не здесь. Перенесёт его при помощи своих подручных куда-нибудь в великий лес на границе с Афике. Вот это уже будет удар так удар, пойди потом попробуй справься с ним.

Но что же ей теперь делать, когда она осталась совершенно одна в кишмя кишащем различными гадами лесу? Лучше всего пробраться к дороге и догонять своих друзей, а там уж будь что будет. Ну а если теперь вернуться, это значит бросить вызов Апосу и сразиться с ним лицом к лицу, тут шансов у неё нет. Впрочем, ему ничего не стоило убить её всё это время и, тем ни менее, оно не воспользовался этой возможностью. Но это совершенно не значит, что оно не тронет её теперь, когда разоблачено.

Нет, очень опасно оставлять Апосу Мамлика, всё-таки я вооружена, надо вернуться и попробовать что-то против него предпринять. Это очень опасно, но это мой долг. Может быть я смогу как-то незаметно пробраться в крепость пока ночь.

Винилин встала на ноги и, аккуратно пробираясь между деревьев, отправилась через лес по склону вниз. От волнения кровь стучала у неё в висках. При этом она была крайне собрана, опасность всегда мобилизовывала её до придела.

Вскоре Винилин добралась до кромки леса и, взглянув в сторону моря, увидела, что разведённый на берегу огонь продолжает гореть. Пламя было ещё сильнее чем раньше и имело какой-то странный зеленоватый оттенок. Возле огня никого не было видно.

– Странные оно тут творит вещи, – подумала Винилин. – Надо подобраться немного поближе и посмотреть, что оно там такое бросило в огонь.

Она достала бывший при ней топор и аккуратно пошла в сторону костра. Винилин подобралась уже довольно близко, когда заметила, что в огне горит что-то длинное и продолговатое, как бревно.

Да это же… Нет, это Мамлика! Винилин подбежала к самому огню, и точно, это было Мамлика, которое теперь полностью обуглилось, а из него с шипением и свистом вырывались пары воды.

– Да, Винилин, именно так и надо уничтожать его, в огне.

– Винилин обернулась и увидела стоящую в стороне от себя Лезвие. Она была совершенно безоружной и при этом вся облилась чем-то похожим на масло. По характерному запаху Винилин поняла, что это то самое масло, в котором в закупоренных керамических ёмкостях хранились запасные тетивы для луков и скорпионов.

– Ох, зачем ты это сделала?! Сделало, ведь ты…

– Я? Я это я. Мамлика ведь тебе сказало кто я, впрочем, ты его неправильно поняла. Это Лезвие, я просто действую через неё, она моё орудие, сознательно предавшее себя в мою власть. Я даю ей силу, ум, перспективы, а она отдаёт свою волю и своё тело. Впрочем, она всё видит и понимает.

– Да?! А она понимает, что я сейчас раскромсаю её голову этим топором?!

– Ну что ты, как можно, Алорон расстроится… Это ведь не чужой для неё человек. Её воспитанница, в которую вложено уже столько сил и средств, в эту глупую, негодную не на что девочку, которую надо пожалеть, которой надо помочь, а ты её топором… Или ты всерьёз надеешься убить топором меня?

– Да ладно, ты блефуешь!

– Как хочешь, Винилин, но, если ты зарубишь эту девочку, воскресить её уже не сможешь, даже я не смогу сделать этого. Так что смотри, не ошибись.

– И ты позволишь мне вот так вот просто это сделать?

–Выбор за тобой, Винилин. Я получила от неё всё что хотела.

– Да?! А ты понимаешь, что теперь лес остался без защиты?! Разве тебе не жаль его?

Лезвие рассмеялась.

– Ты не понимаешь с кем и о чём ты разговариваешь, раз задаешь мне подобные вопросы.

– О да, конечно, ты ведь у нас весь такой древний и могучий, а я просто глупая бестолковая смертная. Послушай меня, Апос, ты, древняя, гнусная тварь, почему бы тебе просто не взять и оставить нас в покое!?

– Вас, в покое?! Ха! Покой…. Ты хочешь быть в покое, тогда, когда многие не могут его обрести и никогда не смогут? Да с чего бы вдруг?!

– Слушай, я тут не причём, мы тебе плохого ничего не сделали, а я даже много сделала тебе хорошего!

– Ты сделала это хорошее ни мне. Если бы ты знала кто я, ты бы не сделала мне ничего хорошего, поэтому и не было того хорошего. Впрочем, я не нуждаюсь в этом, а ты тратишь время зря. Будешь убивать эту девочку? Молчишь, ну тогда я сделаю это сама. И тут Лезвие пошла в сторону огня.

– Э нет, постой!

– Что? – спросила Лезвие, остановившись и посмотрев с усмешкой на Винилин.

– Слушай, отстань от неё, тебе-то что от того, что она умрёт?

– Мне необходимо преподать тебе урок. Да и я ведь должна расплатиться с ней, ведь у нас добровольное сотрудничество.

– Нет, постой!

Но тут Лезвие прыгнула в огонь и немедленно загорелась. Она истошно закричала от чудовищной боли, её одежда и волосы вспыхнули, а сама она стала обугливаться. Это было ужасное зрелище, стоял сильный запах горелого мяса. Но несмотря на чудовищную боль Лезвие так и не смогла выйти из огня, пока не умерла и наконец замолчав осела.

Винилин хоть и повидала на своём веку всякое, но теперь её всю трясло от этого ужасного зрелища. Она выронила топор и отойдя прочь от костра села на берегу моря, закрыв лицо руками.

Проклятый Апос! Проклятая тварь! Вот, сволочь! И опять он в очередной раз провёл нас. Погубил бестолковую наёмницу, погубил целый лес, а сам самому ему хоть бы что.

Винилин долго сидела прямо в самой воде, пока наконец не замёрзла. Она стала и, устало отойдя вглубь берега, легла и распласталась на песке.

Теперь всё было позади. У Апоса вновь всё получилось, а у них… Хорошо хоть живы остались. Нуда, оно вкралось в доверие к этой неудачнице, наобещало ей золотые горы, пообещало решить все её проблемы, а всё закончилось тем, чем закончилось. Зато теперь понятно, что оно таким образом может использовать в качестве своего орудия кого угодно, но только при условии, что этот кто-то по какой-то причине захочет с ним сотрудничать. Так это оно могло и в городе гномов набрать себе орудия, а там уже дальше по цепочке. Да, получается, что ему вовсе необязательно прилетать в Карандор на драконе. Карандор сам съест себя изнутри, через обманутых им, Апосом, приспешников, которые попадутся в ловушку, а потом уже ничего не смогут предпринять, чтобы вырвать из его цепких лап.

Но вот опять-таки никому о своём ценном открытии она рассказать не сможет, разве что Бари или Алорон. Но вот только если они не… Да нет, в Алорон она абсолютно уверенна, да и Бари вроде тоже не дурак и вполне себе порядочный гном. Ладно, нечего тут разлёживаться, больше ей тут делать нечего, надо немедленно вставать и отправляться в лес, догонять своих спутников.

Винилин было хотела так и поступить, но ещё немного поразмыслив, она поняла, что это плохая идея. Не тот это лес как в тех местах, где ей раньше приходилось жить и воевать. Да и дороги как таковой тут и нет. Теперь лучше дождаться, когда начнёт светать, и уж тогда со всех ног догонять своих спутников. Впрочем, ушли они недалеко, что немудрено с недотёпой гномом, которого постоянно никто не подгоняет.

Оставаться на берегу возле костра Винилин не хотела и, достав светящийся кристалл, она отправилась в крепость, которая несмотря на свой мрачный вид, была теперь совершенно безопасным местом.

Винилин устроилась в зале, в котором ранее находились отравленные гномы и, оставив кристалл освещать комнату, растянулась на одеяле и забылась беспокойным сном. Снилось ей что-то нелепое и при этом страшное. Она всё металась по каким-то диким непроходимым местам в поисках Алорон, но её то преследовали толпы орков, то высоко в небе кружил дракон, то она оказывалась в каком-то мрачном бесконечном подземелье.

И тут её сон внезапно оборвался от того, что её кто-то несильно толкнул ногой под ребро. Винилин вскочила на ноги. Перед ней стоял Ати, держа в руке светящийся кристалл. Да, это был тот самый гном, пропавший, казалось, уже навсегда в бескрайних, неспокойных водах на борту Алексы.

Винилин ошарашенно смотрела на него и никак не могла поверить в то, что это не очередной сон. Вслед за гномом в дверь вошёл ещё какой-то мужчина. Винилин не сразу поняла кто это, но вглядевшись в него, узнала одного из находившихся на Алексе матросов.

– Ух, Винилин, это действительно ты! – воскликнул гном, который сам был крайне потрясён столь внезапной встречей. – Я, конечно, очень рад, что вы смогли добраться до этой крепости! Но постой, ты тут одна, а где же теперь остальные?! Где Бари!? И вообще, где мы теперь оказались?! Мы ведь были совсем рядом с Вессеном.

– Ага, совсем рядом с Вессеном, как же. Не были мы рядом и вообще плыли в другую сторону.

– Как же это так получилось, куда же смотрел наш капитан?

– Это ты у него спроси.

– Мда… Знаешь, он сам был крайне изумлён, когда мы приплыли сюда.

– И как же вы сюда добрались?

– Ну это вообще невероятная история. Если бы мне кто-то рассказал, ни за что бы не поверил. В общем, когда вы достаточно далеко отплыли от нас на лодке, я пошёл к себе в каюту чтобы немного поразмыслить о наших делах в спокойной обстановке, ведь я остался главным вместо Бари. И тут, представь себе, прибегает ко мне капитан и говорит, что мачта-то на месте и цела. Конечно, это была нелепица, но я всё же вышел на палубу и просто остолбенел. Мачта действительно была на месте, целая, как будто ничего и не произошло!

– Да что за чужь ты мне говоришь! Бари клялся мне, что своими глазами видел этого дракона, и он снёс эту проклятую мачту одним махом.

–Так я это тоже видел, клянусь!

– Ладно, и где теперь Алекса?!

– Стоит в гавани, мы причалили прямо к ней.

– Прямо к причалу?

– Нуда. Мы заплыли в эту бухту, заметили причал и пристали к нему.

– Ох как же это вам повезло или…

Винилин осеклась. Это было действительно невероятное везение, слишком невероятное, чтобы быть случайностью. Да и эта история с вернувшейся на место мачтой. Ей наверняка нагло лгут. Теперь, после всего произошедшего, у неё были кое-какие мысли по этому поводу.

Порабощённая Апосом Лезвие вышла из игры, Апос потерял возможность быть вместе с ними и гадить, находясь внутри их отряда. И вот, когда это произошло, то буквально спустя несколько часов совершенно волшебным образом появляется Алекса, шансы на спасение которой стремились к нулю. И приплыла она не куда-нибудь просто к берегу, а зашла именно в нужную бухту и причалила возле самой крепости. Нет уж, это точно не совпадение. Получается, старина Апос приложил к этому свою лапу. Нуда, на Алексе есть ещё кто-то сотрудничающий с ним и может даже не один, это может быть совершенно кто угодно. От капитана, который проводил слишком много времени с Асоле-Апосом, вплоть до кого-то из рядовых матросов или кого-то из гномов. Нуда, теперь он снова в игре и может дальше пудрить им мозги. Ну уж нет, эту игру надо ломать уже в самом начале.

– Так ты мне так и не сказала куда подевались остальные, – прервал её мысли Ати.

– Ох если бы я сама знал куда они подевались. Погода ухудшилась, и мы потеряли любые ориентиры. Потом нас и вовсе перевернуло в море. Я пыталась выплыть и потеряла сознание, а потом очнулась на берегу. Больше никого не было. Я плутала несколько дней по лесу пока не набрела на эту крепость, в ней я и остановилась, не зная, что мне делать. дальше

– Хм, печально слышать, что с вами приключилась такая беда. А ведь я говорил Бари, что это плавание совершенно безумная авантюра и добром не кончится. Ему надо было оставаться с нами на корабле, подождал бы немного и был бы теперь целёхонек, как и остальные. Ох, ну ладно, а что это за крепость, ты уже осмотрелась тут?

– Да, более чем. Я думаю, это крепость ваших сородичей. Это, собственно, то место куда мы плыли.

– И что же ты тут обнаружила?

– Ничего ценного. Тут уже давно никого нет, всё сгнило, я нашла себе топорик, но как видишь, и он проржавел. Тут большая влажность, а прошло уже много времени.

– Да, хм ну ладно. А корабль, стоящий в бухте, что с ним?

– Не знаю, он уже сгнил и затонул, я туда не совалась.

– Ну ладно, хорошо. Я тут, собственно, на разведке. Стенефор послал со мной нескольких матросов. Но если уж мы встретили тебя, и ты говоришь, что тут безопасно, думаю, нам стоит вернуться на корабль, а уж там расскажешь остальным о том, что произошло в деталях.

– Да. Конечно, пойдём.

Гном, пару матросов и Винилин покинули здание и, выйдя на улицу, отправились по проулку к кораблю. Но тут неожиданно Винилин юркнула в проулок между строений крепости и растворилась в темноте.

– Эй, Винилин, постой! – крикнул Ати ей вслед. Он бросился было в проулок за Винилин пробежал немного и упёрся в ведущую наверх лестницу. Он осмотрел её, потом осторожно поднялся наверх и оказался на стене, к которой вплотную подступал лес. Ати в нерешительности замер. Ему стало очень ни по себе от произошедшего. Матросы остановились у основания лестницы и растеряно глядели на гнома.

– Что-то тут неладное творится… Ладно парни, давайте пока на корабль, утром ещё раз хорошо всё здесь осмотрим.

Глава 3

…Даже окружающий мир был и остаётся преданным им до конца, хоть они и стали изгоями не только для других, но и для самих себя…

(Из рукописи неизвестного автора)

Винилин обогнула стену и вышла на дорогу, ведущую в Тагалак. Как раз уже начинало светать. Она прошла несколько вперёд, достигнув холма, на котором находилось свежее кладбище гномов, где и затаилась среди надгробных камней, ожидая, когда окончательно расцветёт. Долго ждать не пришлось, уже совсем скоро дорогу стало достаточно хорошо видно, и Винилин пустилась бежать дальше.

Теперь при ней была лишь небольшая керамическая ёмкость с водой и заточенный гномий топор. Можно сказать, что совсем ничего. Но зато с таким лёгким грузом Винилин без труда могла бежать несколько часов подряд. Всё было бы хорошо, если бы не большая влажность, от которой она очень скоро сильно взмокла. Несмотря на то, что дорога уже давно полностью была поглощена лесом, найти её при свете дня было несложно, благодаря тому что когда-то её вымостили камнем.

По мере её углубления в лес, кругом по сути ничего не менялось. Округа всё также кишмя-кишела различными гадами, постоянно доносились крики птиц, вопли зверей, кто-то, то и дело прыгал по веткам деревьев. Но Винилин уже давно привыкла ко всему этому и даже не пыталась смотреть по сторонам, сосредоточившись на беге. Так и прошёл весь её день. Она делала лишь короткие перерывы на отдых, перекусывая фруктами, росшими практически возле самой дороги. Часа через четыре она наткнулась на небольшой ручеёк, текший практически параллельно дороге на протяжение ещё нескольких лин.

День уже клонился к вечеру, как Винилин поднялась на очередную невысокую возвышенность и увидела впереди, внизу по склону на дороге две фигуры. Невысокую приземистую Бари и чуть повыше Алорон. Они неспешно плелись по дороге, по-видимому, о чём-то разговаривая друг с другом. Увидев их Винилин остановилась, пытаясь отдышаться, после чего просто рухнула на дорогу.

– Вот недотёпы, – подумала она. – Это же насколько надо было медленно идти, чтобы я догнала их меньше, чем за один день.

Винилин очень устала и теперь ей надо было просто перевести дух и собраться с мыслями перед предстоящим серьёзным разговором. Появляться вот так вот внезапно не стоило. Она сейчас объявится, и от неё немедленно потребуют объяснений, а ситуация теперь получилась столь деликатная, что объяснить надо максимально толково, чтобы не было пустых недоразумений и обид.

Алорон вполне себе может подумать, что это Винилин расправилась с Лезвием и просто выдумала всю эту историю, тем более что выглядела она довольно неправдоподобной. Нуда, она уже пыталась убить её раньше и теперь у неё просто сдали нервы, или пришло новое приведение и что-то там ей повелело.

Бари же, узнав о том, что остальные члены экспедиции живы, мог немедленно повернуть назад и отправиться в крепость, чтобы объединиться с ними, чего делать было нельзя.

Нет, никто из них не поверить в её историю, это всё её домыслы, верно так и будет. Значит, надо не говорить правду. Лезвие просто куда-то там ушла, а Алекса не приплывала в бухту, по крайней мере, пока-что. Только вот как она объяснит им, что она теперь здесь делает? Почему она не выпустила Мамлика, а если и выпустила, то почему выпустила так рано? Так, ладно, не было подумать об этом сразу ну а что теперь? Теперь у неё нет ответов на все эти вопросы, но вот до её спутников осталось несколько сот шагов. Можно не появляться, дать им возможность спокойно покинуть лес, выждать назначенное время, а потом наконец объявиться. Сказать, что Мамлика убило Лезвие и…. Нет, не надо врать что оно ушло в лес, это всё добром не кончится. Ладно, как не крути, а будет только хуже, скажу уж всё как есть.

Винилин встала на ноги и припустила бежать по дороге за Бари и Алорон. Она хотела была крикнуть им вслед, но потом решила промолчать и проверить насколько они теперь бдительны и как скоро заметят её приближение. Но Винилин так и не заметили, даже тогда, когда она уже подбежала к ним совсем близко. Как она и предполагала ранее, Алорон и Бари о чём-то увлечённо разговаривали. Тогда Винилин подобрала первый попавшийся камень с земли и метнула его в гнома. Тот растерялся от столь внезапного нападения и обернулся, чтобы увидеть, что и откуда в него упало.

– Ох, Винилин, это ты!

– Да, я! Догнала вас меньше чем за день! Вы тут что на прогулке что ли?! Идёте себе, болтаете как ни в чём не бывало!

– Мы как раз обсуждали, что нам делать дальше. Но почему ты здесь, что-то случилось?

– Да, случилось. Так, послушайте меня оба, вы мне можете не верить и думать про меня что угодно, но то, что я вам сейчас скажу это правда.

– Хм, случилось что-то очень плохое?

– И это тоже. В общем, у меня две новости хорошая и плохая, с какой начать?

– Ну давай с хорошей.

– Алекса цела, и она причалила сегодня ночью к старой гномьей крепости.

– Ну надо же! Это действительно чудесная новость! Хорошо, что мы недалеко ушли. Уж и не надеялся увидеть парней живыми!

– Так, не торопись, у меня есть ещё плохая новость.

– С ними уже что-то случилось?

– Мда, а не хочешь узнать, где теперь Лезвие?

– И где теперь Лезвие? – спросила Алорон.

– В общем, с ней вышло весьма скверно. Я честно пыталась сделать что могла, но проклятый Апос опять провёл меня.

– Что? Как Апос? Откуда он взялся? – спросил Бари.

Винилин тяжело вздохнула.

Оказалось, что Лезвие сотрудничала с ним. Да, да, я знаю вы сейчас подумаете, что у меня поехала крыша и я окончательно спятила, но это правда.

– Так что стало с Лезвием? – спросила Алорон.

– Я поняла, что в ней действует Апос и сбежала от него, пока оно не сделал со мной чего-нибудь эдакого. Да и ещё, оно сожгло Мамлика, так что его теперь не оживить. Я сама видела, как оно горит, но ничего сделать уже не могла.

– Постой, что-то я ничего не понимаю, – сказал Бари.

– Сожгла его ваша Лезвие, сначала вытащила тушку из ящика и спрятала, я подумала, что Мамлика сбежало, и пока предпринимала необходимые действия, она спалила его в огне. Я спросила зачем она это сделала, ну тут Апос мне во всём и сознался, что мол она сотрудничает с ним.

– Но как же, – сказала ошарашенная Алорон, этого не может быть, я ничего подобного за ней не замечала!

– По-твоему я вам вру, только вот зачем?

– Никто не обвинят тебя во лжи, – сказал Бари. – Я-то тебя сколько знаю, ты всегда серьёзно относишься к делу, я тебе более чем доверяю, просто это для нас как ушат ледяной воды. Я думал, мы распрощались с Апосом, когда он улетел на драконе, а оказывается, он по-прежнему был среди нас.

– Это было не как с Асоле, там это был Апос принявший другой облик, тут это была Лезвие, но он просто как-то действовал на её ум, как-то поработил её. Я думаю, в процессе того, как мы плыли на Алексе, Асоле как-то нашла с ней общий язык, что-то внушила, пообещала. Апос-то себя не проявлял до поры до времени, а потом, когда нужно, Лезвие сделала то, что он хотел. Это всё случилось прошлой ночью. В начале ночи Лезвие сожгло Мамлика, а потом через несколько часов переплыла Алекса. Они послали на берег на разведку Ати и нескольких матросов. Я успела с ним переговорить, а потом и от них сбежала.

– Ати жив, ну это замечательно! Только вот зачем ты от них сбежала?

– Да понимаешь, если Лезвие оказалась заражена этой дрянью после общения с Апосом, нет гарантии, что на корабле нет ещё кого-то, кто сотрудничает с ним подобным образом. Всё случилось подозрительно вовремя, как только Лезвие выдала себя, немедленно появилась Алекса. Ати сказал, что они сразу приплыли в эту бухту, как будто они знали куда плывут. Помнишь капитана, он ведь много времени проводил с Асоле, и так и не сообразил, что корабль плывёт не на север, а на юг, хотя с его-то опытом, это просто уму не постижимо, как можно не понять такой простой вещи.

– То есть, ты думаешь, что Стенефор?

– Нет! – воскликнула Алорон. – Нет, слышишь меня! Этого не может быть!

– Ага, вот от тебя другой реакции я не ожидала. Я, по-твоему, тут в игры с вами играю что ли!?

– Но, Винилин, я… Алорон осеклась и вдруг отвернулась, отошла несколько в сторону и заплакала.

– Но постой, а если ты ошибаешься про Стенефора? – спросил Бари.

– Я и не говорю, что это именно он, это может быть кто угодно, и если это окажется правдой, и мы сейчас вернёмся в крепость и объединим усилия с экипажем Алексы, где гарантия, что мы не приведём таким образом Апоса в Тагалак? Ты хоть представляешь себе какие могут быть последствия для твоих сородичей?

Бари замолчал, обдумывая сказанное Винилин.

– Не знаю, что там случилось с Лезвием, но если то, что ты говоришь правда, то ты права. Ладно, ты поступила разумно. Я думаю, нам стоит поторопиться и пойти в Тагалак самим, ну а члены экспедиции сами доберутся туда, благо дорога есть. Ну а там уж решим, что делать. Лишняя осторожность теперь не помешает. Да уж, задала ты нам задачку. Но если всё так, это очень скверно. Получается, что Апос мог уже заручится поддержкой кого-то из…

– Да, из тех, с кем он разговаривал ранее.

– Ух, скверно же всё это. Ладно, уже вечер, давай разобьём лагерь, смотрю ты очень устала.

– Ещё бы, я бежала за вами с самого утра. Давай отойдём немного от дороги и разведём костёр, ночью без огня в этом лесу жутковато.

Они несколько удалились в сторону от дороги, после чего развели огонь. Теперь с ними была Винилин всем известная своей склонностью к паранойе, так что костёр они замаскировали по всем правилам скрытного перемещения по пересечённой местности, выкопав предварительно углубление в почве и обложив его камнями, так что теперь огонь был заметен только вблизи. Более того, на ночь они оставили часовых. Алорон была настолько сильно психологически подавлена принесёнными от Винилин новостями, что та, несмотря на сильную усталость, благоразумно решила не оставлять её ночью на часах.

Первую часть ночи остался дежурить Бари, который усевшись на большой камень и держа на коленях топор, просто уставился на огонь. Иногда, он поворачивал голову и внимательно смотрел в темноту, когда поблизости кто-то начинал сильно кричать или шуршать в кустах. Пару раз к огню из темноты выползали змеи, и Бари прогонял их обратно. И вот, когда дело уже близилось к полуночи, так что уже пора было разбудить Винилин, он вдруг заметил, как со стороны дороги мелькнула вспышка розоватого света. Вскоре она пропала и снова мелькнула.

Это же кто-то идёт по дороге со светящимся кристаллом в руках! Но здесь это могут быть только члены экипажа Алексы.

Бари на секунду замер, потом он вскочил со своего места и быстро засыпал землёй небольшой костёр, затоптав угли. Тем временем свет стал удаляться дальше по дороге.

Бари растолкал Винилин. Та тоже заметила удаляющийся по дороге огонёк.

– Ты молодец, что затушил огонь и разбудил меня, а не бросился навстречу своим сородичам.

– А как же иначе, мы ведь договорились идти в Тагалак самим.

– Ага, только нас уже опередили. Видишь, они приплыли только вчера ночью, а сегодня ночью уже догнали нас. Что за спешка такая если не то, что они просто хотят перехватить нас и не дать нам первыми попасть в Тагалак?

– Возможно. Меня очень удивило, что они не боятся ночью идти по этому кишащему гадами лесу. Среди них нет особых храбрецов, способных на такое без крайней нужды. Я очень надеюсь, что Апос не сделал ничего плохого с моими родичами.

– Не знаю. Однако наше дело дрянь. Нам надо во чтобы-то ни стало опередить их, а нас уже обогнали.

– Подождём утра, а там пойдём дальше по дороге.

– Ага, мы их так никогда не догоним и нет гарантии, что если мы пойдём по дороге нас дальше не будет ждать сюрприз.

– Но как же иначе, не идти же нам теперь через чащу? Мы же заблудимся здесь.

– Насколько я помню карту этой вертихвостки Асоле, дорога в Тагалак не кратчайший путь туда, она как бы заворачивает на север, а только потом резко поворачивает на юг. Если это правда, мы можем пойти напрямик, и если будем идти достаточно быстро, то сможем обогнать наших преследователей.

– Ты уверена, что сможешь настолько хорошо сориентироваться на местности в этом лесу? Я, если честно боюсь и на лин отойти от этой дороги, мы её потом уже никогда не отыщем.

– То, что тут растут другие деревья и полно различного зверья, не делает этот лес каким-то особенным. Мне приходилось ориентироваться на местности и в южных горах, и в северном великом лесу, так что не переживай, я проведу нас куда надо. А если я не проведу, никто другой не проведёт.

– Ладно, доверимся твоему опыту.

Они разбудили Алорон, собрали свои вещи и, достав светящийся кристалл, пошли прочь от дороги. Отойдя довольно далеко, они изменили направление движения и стали пробираться через чащу. Это был путь вслепую и полной авантюрой. Из-за обильной растительности кругом стояла густая тьма, и вся округа была просто переполнена различной живностью. В итоге они прошли всего около часа, после чего, найдя место, где подлесок был не такой густой, опять остановились на ночлег, снова разведя небольшой огонь.

Они переночевали и, дождавшись утра, вновь отправились в путь. Даже невдалеке от дороги лес оказался очень густым и довольно труднопроходимым. Чтобы по нему передвигаться приходилось просто продираться через заросли густого кустарника. Один раз Винилин даже провалилась в закрытое кустарником болото, так что её пришлось оттуда вытаскивать. Кругом было очень влажно и невыносимо душно, солнце практически не было видно за густыми кронами.

В общем, несмотря на все их усилия быстро перемещаться у них не получалось. Через несколько часов они набрели на небольшой ручей, возле которого устроили длительный привал, пообедав и напившись весьма вкусной воды.

– Пол дня прошло, а мы прошли не более десяти лин, – сказала недовольно Винилин.

– Плохая это была идея, уйти с дороги, – сказал Бари. – Я, честно говоря, сыт по горло этим лесом, мошками и муравьями. Я три раза едва не наступил на змею.

– Ладно, может дальше будет получше. Не ной. Ваши с Алексы тоже не железные, если они сразу так лихо припустили за нами, это не значит, что они и дальше будут идти и идти как заведённые. Нам же лучше не рассиживаться пока день, ночью тут лучше не ходить, так что поднимайтесь, пойдём дальше.

Они вновь продолжили пробираться через чащу леса. Вперёд пустили Бари, который был наиболее выносливым и местами просто проламывал или прорубал топором заросли. Винилин же шла следом и постоянно подгоняла гнома. Так они прошли ещё около двух часов, пока вдруг внезапно не вышли на дорогу.

Это была древняя, заросшая травой, но при этом довольно широкая дорога, вымощенная довольно хорошо обработанными и плотно подогнанными камнями. По виду и размерам она явно отличалась от дороги, по которой они шли раньше.

– Ух ты, дорога! – воскликнул изумлённо Бари.

– Этого не может быть, – сказала Винилин. – Мы не должны были выйти к дороге, так быстро.

– Это не та дорога, – сказала Алорон. – Смотри, она совсем другая.

– Верно, – согласился гном. – Куда-то мы не туда забрели.

– Тут же до гномов ещё эльфы жили. Похоже, это их дорога.

– Возможно, – сказала задумчиво Винилин. – Но в любом случае нам не по пути, так что передохнём и…

– Ну уж нет, – сказала Алорон. – Хватит с меня этих зарослей! Мы идём очень медленно и с большим трудом среди всех этих туч насекомых. Нам не хватит никаких сил чтобы пройти этот лес, а даже если и хватит, нам понадобится на это не меньше месяца. Это ещё если мы тут не заплутаем.

– Я согласен с Алорон. Мы недооценили этот лес. Нам не пройти дальше через эту чащу, и ты сама это прекрасно понимаешь.

– Да, понимаю, но и ты понимаешь, что эта дорога выведет нас куда угодно, только не туда куда нам нужно попасть. Мы вообще-то в Тагалак идём, а не куда-то там.

– Если это и правда дорога сделанная эльфами, она должна соединять между собой их поселения, – сказала Алорон.

– О да, полазаем по древним руинам, по которым уже сто раз полазили до нас.

– Да кто бы тут по ним лазил? – спросил Бари.

– Да хоть твои же сородичи. Мы не так уж и далеко от их крепости и от проложенной ими дороги. Мамлика тут раньше не было, наверняка они обшарили тут всё.

– Может быть и так. Ладно, в какую сторону пойдём по дороге?

– Хм, направо, это направление хоть примерно ведёт в сторону Тагалака.

– Ну решено, пойдёмте направо.

Они продолжили свой путь по заросшей кустарником дороге. Идти теперь было гораздо проще, так что передвигались они гораздо быстрее. За оставшееся несколько часов до наступления темноты они успели пройти большее расстояние, чем за весь предыдущий день. Лес кругом них начал постепенно меняться. Деревья стали несколько другие. Они были куда более высокие с пышными огромными кронами, так что подлесок под ними не был уже столь непроходимо густой. Дорога же теперь постоянно плавно поднималась куда-то вверх. Уже непосредственно ко времени наступления сумерек они набрели на дорожный развилок. Собственно, дорога делилась на две части, основная широкая часть уходила куда-то на юго-восток, а более узкая дорога уходила на запад. В месте разделения дорог стоял большой, явно обработанный кем-то камень, похожий на вытянутую пирамиду с обрезанной верхушкой. Камень этот был весь покрыт мхом и вокруг зарос кустарником.

– Ну вот, мы уже куда-то пришли, – сказал Бари. – Уже можно выбрать куда идти дальше, а вот это, наверное, указатель. Он показал на поросший мхом камень.

– Ну давайте тут и остановимся на ночлег, вроде место неплохое, – предложила Винилин.

Она подошла к большому камню и, не тратя времени зря, достала бывший при ней нож и стала соскабливать наросший на камне мох. Вскоре она смогла расчистить надпись, которая была не на Ортовир. Камень явно оставили не гномы.

– Так я и думала, – сказала расстроенно Винилин.

– Это Амилит, – сказала Алорон, которая всё это время была занята тем, что носила ветки для костра. Теперь, освободившись, она тоже подошла к дорожному камню.

– Да, точно, ты же у нас понимаешь по эльфийски. И чего же там написано?

Алорон внимательно вгляделась в надпись, а потом вздохнула.

– Ну если пойти по той узкой дороге, то там какое-то озеро с непонятным названием, а если пойти по большой дороге, то там, я не знаю, как переводится первое слово, а второе это какое-то имя собственное, “Белеанд”. По-моему, это никак не переводится.

– Хм, ну уже что-то. озеро говоришь. Вода как бы теперь нам не особенно нужна, да и не по пути нам. Значит пойдём дальше по большой дороге, посмотрим куда она нас приведёт, но только завтра.