Подвиг без героя
Глава 1
От автора: Дорогие читатели! Рада поделиться с вами новой книгой. Очень надеюсь на поддержку отзывами. Графика прод нет, буду выкладывать по мере возможности, где-то через день. Надеюсь, история вам понравится.
Глава 1
Город утопал в огнях. Я смотрел на него и думал о том, как много может спрятать ночь. Даже сейчас в отблесках пламени не видно грязи, мусора, чужих пороков, нищеты. Все слишком благопристойно под покровом мрака. И от этого тянуло плеваться.
Я глотнул горькое пойло, прищурился, катая по языку его вкус. Редкостная дрянь, но когда у тебя в кармане дыра, выбирать не приходится, а свои средства я спустил очень давно. Вот и довольствуюсь третьесортной выпивкой, сидя за уличным столом дешевого трактира. Подрабатываю здесь вышибалой по вечерам, за это и наливают. Но сегодня у меня выходной. Сегодня праздник. Люди жгут костры во славу героя Эридана Ферсона. Кто он такой и что сделал для мира? Да ничегошеньки! Разве что возглавлял королевские войска в последней войне, сошелся в поединке с королем соседней державы и победил. Убил нечестивца, покусившегося на родную землю. Но и сам был тяжело ранен, а после исчез. Поговаривают, его забрала в свои чертоги богиня Рат. Великая и прекрасная. Во всяком случае, герой пропал, но король не забыл, кому обязан победой, и в годовщину великой битвы вот уже третий год горят огни, а трубадуры прославляют подвиги Ферсона.
Я сплюнул на землю, за что тут же получил увесистый подзатыльник от Кло, которая тут следила за порядком.
- Не свинячь, - рявкнула она.
- Прости, цыпа, - пьяно рассмеялся я, ущипнув ее за филейную часть. Сама она была дурнушкой, а вот филей хорош! Загляденье. И что греха таить? Порою мы с Кло коротали ночки вместе. Я ведь тоже не воплощение бога Рада. А Кло ничего, терпит и дает погреться под крылышком.
Пойло снова полилось в горло. Сегодня мне хочется пить. Пить до тех пор, пока не упаду замертво. Костры злят, и я, пошатываясь, иду в главный зал, стараясь никого не облить остатками выпивки. У большого камина греется щуплый трубадур. Лютня лежит рядом на поцарапанной полке. Будет петь, бр-р-р. Посетителей в честь праздника хватает, на дверях щеголяет выбитым зубом рыжий Пес. Зуб, кстати, выбил я, чтобы руки не распускал, Кло девушка честная. Иногда.
Большинство гостей разместились за длинными столами и пили бурду – кто лучше, кто хуже. Кому на что хватало денег. В углу на лавочке притаился худосочный парнишка, прикрывший нос полой плаща. Уснул он там, что ли? Пара девиц надеялась найти себе ухажеров на вечер, которые заплатят за выпивку и все, что к ней прилагается. Если у мира есть дно, оно должно выглядеть именно так.
Трубадуришка прокашлялся и потянулся за лютней, тронул струны и запел гимн во славу Эридана. Тьфу!
- Эй, ты! – крикнул я на третьем куплете. – Смени песню!
Парнишка глянул на меня недобро, но запел другую. И тоже о подвигах великого героя – война была не единственным из них. Все, как положено – не успел родиться, а уже спас мир и далее, и прочее.
- Смени песню! – снова потребовал я.
- Не мешай слушать, а? – обернулся ко мне какой-то мужик.
- Да разве это пение? Овцы, и те блеют более складно. Веселую давай!
- И не подумаю, - резко ответил трубадур. – Не нравится – ступай прочь, оборванец.
Я-то, конечно, оборванец, но оскорблять себя никому не позволю! Поэтому залпом допил пойло, оставшееся в кружке, и опустил ее на голову смертника. Трубадур сдавленно охнул и осел на пол, а я переломил через колено его лютню и бросил рядом с ним.
- Получил? – поинтересовался сипло.
- Ты чего натворил? – как-то жалобно всхлипнул он, а затем зарычал и кинулся на меня.
Я его, конечно, отшвырнул, но как-то неудачно, сбив один из столов. А за ним сидели выпивохи, их пойло пролилось, а уж этого они простить не могли. Навалились на меня толпой – впятером. Одним я выбил двери, другого отправил в свободный полет под ближайший стол, третьего ударил лбами с четвертым, пятого слегка придушил, и тот сам уполз.
- Еще желающие есть? – обернулся к притихшим посетителям.
Но вместо них ко мне подбежал сам хозяин трактира, маленький и круглый Поль по прозвищу Пупс.
- Ах, ты! Пьяная бестолочь! – истошно завопил он. – Никакой прибыли от тебя! Сплошные убытки! Все, с меня хватит. Забирай свои лохмотья, и чтобы я тебя больше здесь не видел!
Я сплюнул ему под ноги. Спорить не стал – не видел в этом смысла. Да и нашел себя не на ближайшей помойке, чтобы позволить какой-то мрази вытирать об меня ноги. Унижаться не стану, да и угол найду.
- Денни!
Бедняжка Кло прижала ладони к груди. Единственная, кто обо мне сожалел.
- Не плачь, я приду тебя утешить, - ударил ее пониже поясницы и потащился на второй этаж, чтобы десять минут спустя вернуться с худым вещевым мешком.
- Чтоб ты прогорел, - от души пожелал Пупсу. – И пойло у тебя отвратное.
Выхватил кружку у одного из выпивох, залпом осушил и пошел прочь. Туда, в ночь, полную костров и хвалебных песнопений. На самом деле мне некуда было идти. Родные забыли, как я выгляжу. Друзья? Тоже кончились. Были, да все вышли. Я сдавленно хохотнул, тряхнул мешком, запрокинул его на плечо. Сегодня посплю в парке, а утром найду другой трактир, где нужен вышибала.
- Простите, дейр.
Давненько ко мне вежливо не обращались. Я обернулся. Давешний мальчишка из трактира мялся с ноги на ногу. Мелкий, худосочный, волосенки темные по плечи, всклокоченные, глазищи темные. Хотя, кто их в темноте разберет? Такого ладонью прихлопнешь, и мокрого места не останется.
- Чего тебе, воробышек? – спросил я.
- Мне нужно с вами поговорить, дейр, - звонко ответил тот. Сколько ему? Хоть восемнадцать есть? Больно звонкий голосок.
- Купи мне выпить, и я весь твой, - хохотнул я.
- Хорошо, - покорно ответил парень. – Куда пойдем? Я не знаю города.
- А вон туда! – Я указал на один из самых благополучных – а значит, дорогих – трактиров на этой улице. Мой собеседник кивнул и направился туда, однако его и на порог не пустили, пока не показал блестящую серебряную монетку.
- А я с ним, - сообщил я вышибале, протискиваясь за странным мальцом. – Вина!
Это уже подавальщице, посмотревшей на меня, как на сброд. Ничего, мы быстро разберемся, кто тут продается, а кто покупается. Мы с парнем сели за столик в углу, подавальщица плюхнула передо мной деревянный кубок с вином, и я почувствовал себя почти благородным. Сделал глоток, но сначала дело, потом выпивка.
- Слушаю, - уже почти без хмеля в голосе сказал мальчонке.
- Я хочу предложить вам работу, - сказал он тихо.
- Ты? Мне? – Я рассмеялся. Хохотал, пока не заболели бока. – И что же за работа?
- Мне… нужен телохранитель. И… помощь. В одном деле.
- Тело… кто? – Я рассмеялся еще звонче. – Ты много о себе мнишь, воробышек. Где ты успел нажить врагов?
- Так получилось. – Он опустил голову. – Но мне и правда нужен охранник. Я готов платить… одну серебрушку в неделю.
- Две.
- У меня столько нет.
- Одну, плюс еда и крыша над головой.
- Идет.
- Вот и сторговались.
Я протянул мальчонке руку и пожал его худющую кисть.
- А теперь я допью это вино и отправлюсь спать, - сказал ему. – Утром расскажешь, кто покушается на твою душонку. Где наша комната?
- Не здесь. – Парень отвел взгляд. – Пей, и пойдем.
Меня просить не надо. Вино обожгло горло, и мы с неожиданным приятелем потянулись прочь. Миновали одну улицу, вторую. Повсюду пели и пили. Я вдруг заметил, как мой наниматель сжимает кулачки.
- Не любишь Ферсона? – спросил я.
- Да, - ответил тот и покраснел.
- Тогда сработаемся, я тоже его терпеть не могу. Как тебя зовут хоть, воробышек?
- Валь.
- Валь… Подходящее имечко. Ты что же это, путешествуешь один, Валь?
- Д-да, - сбивчиво сказал парень.
А птенец что-то недоговаривает… Я задумчиво хмыкнул. Кажется, я во что-то влип. Но, во-первых, был почти что пьян, а значит, соображал туго. А во-вторых, никогда не забирал назад однажды данного слова. Пообещал сохранить шкуру этого мальца целой? Значит, сохраню.
- А твое имя? – спросил тот.
- Денни, - сказал я.
- Приятно познакомиться, Денни.
- Взаимно.
Слишком вежливый для этого района. Тут затопчут – и не заметят. Видно, не из захудалой семьи, но точно один и боится. Занятно. Загадки я люблю. Только разгадывать буду утром, на трезвую голову. А пока…
Валь выбрал для проживания неплохой постоялый двор. Недорогой, но чистенький. Ему принадлежала одна комната с пристройкой, служившей и уборной, и ванной – в полу имелась дыра, а в углу – таз и ковшик для воды, а также скрипучий кран. Уже достижение! Пусть он и проржавел так, что из него время от времени капало.
- Да у тебя тут хоромы, - отметил я, изучая комнатушку с одной кроватью. Развязал свой мешок, достал старый плащ и бросил на пол. – Я сплю здесь. Советую ночью мимо не ходить, могу принять за врага и придушить. Особенно пока к тебе не привыкну.
Валь испуганно кивнул. Он, видимо, уже пожалел, что со мной связался. А я плюхнулся на плащ и завернулся в него, как в кожуру. Теплая комнатушка, не дует – уже плюс. Не воняет. Если повезет, то и тараканов не обнаружится, но это уже вряд ли. А жизнь-то налаживается!
- Денни…
- Что? – Я открыл один глаз.
- А если мне понадобится… М-м-м… Пройти мимо? Ночью.
И парень покосился на двери уборной.
- Молись Рат или Раду, - ответил я. – Может, и не проснусь.
А затем рухнул в сон, как в воду. Там, во сне, всегда был дым. И жгли костры так, как сегодня. Повсюду стоял шум, скрежет, слышался гул, бряцали копыта коней. Я брел в дыму и никак не мог понять, что здесь делаю, какого исчадия бездны там забыл. Меня окликали, хлопали по плечам, а мне хотелось бежать – и я бежал, не помня ног. Меня пытались схватить, одергивали – я вырывался, затем сам кого-то схватил, прижал и… открыл глаза.
Перепуганный Валь сидел рядом со мной на полу и хватал ртом воздух. Я едва не придушил его! Мальчишка вцепился в ворот серой рубахи и едва не всхлипывал.
- Говорил же не ходить! – рявкнул на него.
- Мне надо в уборную, - пискнул тот, и я разжал хватку. Придется привыкать, что в комнате посторонние. Иначе однажды прибью и не замечу. Мне-то все равно, конечно, но мальчик ничего мне не сделал. А значит, не заслуживает смерти.
Валь скрылся за дверью. Мне показалось, или оттуда послышался всхлип? Ну, меньше помочится, вода на слезы уйдет. Я же закрыл глаза и повернулся на другой бок. Малец прокрался мимо и лег в постель. А я задумался над тем, что мало выпил для такого паскудного дня. Не хватило, чтобы спать до рассвета. Увы и ах! Но остаток ночи мне предстояло провести без сна.
Глава 2
ГЛАВА 2
Утро привычно начиналось с головной боли. А еще с желания прибить первого, кто попадется на пути. К несчастью, в этой комнате не было никого подходящего, кроме мирно сопящего мальчишки. Он спал, не раздеваясь, широко раскинув руки поверх покрывала. Во сне недовольно морщил лоб. На шее уже синели следы от моих пальцев. Стало стыдно. Я отвернулся, посидел немного и пошел в общий зал, где в это время уже завтракали. Сел за стол, и ко мне тут же подошла хорошенькая подавальщица, напомнив о Кло. Вот только она смерила меня недовольным взглядом. Представляю, какое от меня было амбре после вчерашнего.
- Вина, - потребовал я. – И завтрак. Платит постоялец из восьмой комнаты.
- Он хоть об этом знает? – неприязненно уточнила девица.
- Само собой, - кивнул в ответ. – А как иначе? Поторопись, я ждать не люблю.
Девица фыркнула и пошла прочь. Я был уверен, что просижу здесь еще долго, прежде чем она появится снова, однако не угадал, и десять минут спустя передо мной стояла тарелка с наваристой кашей и кружка с второсортным пойлом, которое обычно называли вином. Сначала выпил, ощущая, как отступает головная боль. Затем вонзил ложку в кашу, проглотил, зажмурился. Вкусно! Ради такой еды придется позаботиться о сохранности тельца Валя, кто бы там за ним не охотился. Кстати, надо выяснить, а в чем же дело.
Я еще не успел доесть, когда по ступенькам слетел цыпленок Валь. Он увидел меня, заметно успокоился и присел напротив.
- Я думал, ты ушел, - сказал мальчишка.
- Я всегда держу слово, - сообщил ему. – И потом, хочу есть, а ты обещал оплачивать мою еду. Присоединяйся, а то по твоим костям можно изучать строение тела.
Мальчишка покраснел и напыжился. Дети, которые мнят себя взрослыми, всегда кажутся смешными. Вот и он напоминал птенца, выпавшего из гнезда, который считал себя взрослой птахой. Кашу съел, вместо вина выпил травяной отвар.
- А теперь нас ждет долгая и увлекательная беседа, - сказал я мальцу и потащил его обратно в комнату.
Там ничего не изменилось. Валь сел на кровать, а я устроился на облезлом стуле, глядя собеседнику в глаза.
- Итак?..
- Что? – Валь не сразу понял, чего я добиваюсь.
- Твой рассказ. Подробно. Кто хочет тебя убить, зачем, какие попытки уже были. От твоей честности зависит, смогу ли я тебе помочь. Или ты передумал?
- Нет, не передумал, - Валь на миг отвел взгляд. Он словно не до конца понимал, что ему делать и что говорить. – Меня хотят убить враги моей семьи. Мои родители… Они были знатного рода, и не все хотят видеть наследника в живых.
- И большое наследство?
- Не знаю, я был несовершеннолетним на тот момент и не распоряжался им, а теперь стал старше, и сразу появились желающие лишить меня жизни.
Я хмыкнул. Да, ситуация. Моя собственная семья жила на юге Ландорна. Я не видел родных вот уже пять лет. Скверно, не отрицаю, но уж как есть.
- И ты решил спрятаться в столице, - пришел я к разумному выводу.
- Да, - ответил Валь. – Здесь много людей, сложно кого-то найти.
- Но ты нанял меня. Значит…
- Боюсь, что вот-вот найдут.
И мальчишка посмотрел на меня предельно серьезно. Я видел по его глазам, что он боится. Сильно! Да, он не бился в панике, но там, в расширенных зрачках, жил страх. Хорошо, что Валь держал его под контролем.
- Насколько сильны твои противники? – спросил я.
- Очень. Ты даже не представляешь себе, насколько.
- Хм… Значит, мне понадобится оружие. Посидишь здесь, я схожу за ним.
- Нет! – Валь в мгновение ока очутился рядом и вцепился в мою руку. Я едва разжал его пальцы, высвободившись из захвата.
- Ты жил без меня… сколько там тебе?
- Девятнадцать, - сообщил мальчишка. Уверен, год прибавил.
- Девятнадцать лет. Проживешь еще два часа. Не выходи из комнаты, никого не впускай, а я заберу оружие и вернусь.
На этом мое терпение для беседы закончилось. Я поднялся и пошел прочь. Слышал, как Валь запер за мной дверь. Вот и умница. Мечом я не пользовался вот уже три года, но он у меня был. Я следил за ним, время от времени проведывал, как старого друга, понимая, что рано или поздно придется взять оружие в руки. Поэтому путь мой лежал на отдаленное кладбище почти на самом краю столицы. День выдался теплым, несмотря на то, что во всем уже чувствовалось дыхание осени. Лето заканчивалось. Хорошо, что у меня будет крыша над головой на зиму. Если, конечно, Валь не передумает платить мне или раньше времени не отправится на встречу с родственниками.
Я миновал высокую ограду, за которой скрывалось кладбище, прошел через ряд старых каменных изваяний с полустертыми надписями и, наконец, очутился перед старым склепом. Внутри было три гробницы. Я сдвинул крышку центральной. Скелета там не было. Вместо него под крышкой лежал мой меч и два кинжала. Я закрепил на поясе ножны, один из кинжалов спрятал за голенищем сапога, другой заткнул за пояс. Проверил, легко ли могу достать меч. Да, все как надо. Теперь можно и возвращаться к цыпленку, которого забыл спросить о главном: как долго тот намеревается прятаться.
На постоялом дворе ничего не изменилось. Кто-то приезжал, кто-то, наоборот, отправлялся в путь. Менялись постояльцы, мельтешили перед глазами хозяев, сливаясь в бесконечную череду. Надо посоветовать мелкому снять комнату или квартирку, потому что его мордашка тут скоро приестся, а значит, его будет легко отыскать.
Я вошел в комнату и подумал, что Валь и вовсе не двигался с момента моего ухода. Так и сидел на кровати, нахохлившись, как воробей.
- Ты вернулся, - чуть удивленно заметил он.
- Я отрабатываю свою серебрушку. Насколько туго у тебя с деньгами?
- Запас есть, но…
Валь покосился на мой меч, его глаза стали большими. Сразу понятно, оружия он в руках не держал. Надо бы купить парню кинжал и показать, как с ним обращаться. Иначе скверно дело. Охрана – это хорошо, но мужчина должен уметь постоять за себя.
- Надо снять квартиру, - огорошил я Валя. – Или комнату, но квартиру лучше, чтобы тебя как можно меньше видели посторонние. Кстати, как ты собираешься решать вопрос с преследователями? Не будешь ведь ты всю жизнь прятаться.
- Не буду, но… Я пока не знаю.
- Хорошо, над этим подумаем потом. А пока квартира. У меня есть на примете несколько мест, где можно ее снять, поспрашиваем. Там много денег не сдерут. И тебе нужно свое оружие.
- Я не умею драться.
- Научу. Далее…
- Подожди, - перебил меня Валь. – Сегодня будет обращение короля к народу. Я хочу пойти.
- Без меня, - тут же откликнулся, оценивая, что еще одного вечера в компании бутылки вина моя голова не вынесет. А после королевских речей тянет напиться.
- С тобой, - посуровело лицо парнишки. – Я тебе плачу. И ты обещал.
Да, с такими доводами не поспоришь. Король общался с народом в четыре часа, сейчас было около полудня. Есть время морально подготовиться.
- Хорошо, тогда разбудишь меня через два часа. Пообедаем и пойдем. А пока не шурши.
Я снова лег на пол. Валь затих. Видимо, ночной урок усвоил очень хорошо, и это радовало – быстрее придем к взаимопониманию. Завтра надо заняться жильем, а пока… Пока я видел, что мальчишка недоговаривает. Он так на меня смотрел, словно ожидал, что я прочитаю по глазам недостающие слова. Какие именно? Кто бы рассказал! Но вытрясти правду придется. Ненавижу неискренность. Хотя… Есть вещи, которые Валь никогда не узнает обо мне. Впрочем, так для него безопаснее. А мне бы хотелось выяснить, чем чревато мое новое знакомство.
Глава 2-2
С этими мыслями я провалился в сон. Уснул быстро, словно ухнул в воду, а проснулся от чужого голоса:
- Денни! Денни, два часа прошло!
Валь не рискнул потрясти меня за плечо. И правильно сделал, это могло дурно кончиться. С некоторых пор я и вовсе плохо спал, а когда засыпал, стоило держаться подальше и не тревожить мой покой.
- Сейчас встаю, - ответил я. – Иди, закажи обед попитательнее. Кыш!
Мальчишку словно ветром сдуло, а я поднялся и глянул в осколок зеркала, прибитый к стене. Щетина за последние дни отросла, давно пора побриться. Тени под глазами рассказывали о моем образе жизни лучше слов, да и глаза, темные и серые, как лужи после дождя, словно впали. Провел рукой по волосам. Тоже отросли, я обычно стригся куда короче. Дожился, Ден. Скоро тобою можно будет пугать людей. Хотя, моя работа и так это предполагала, а еще наградила меня шрамами на теле – посетители не всегда понимали вежливую просьбу покинуть помещение.
Идти на площадь и наблюдать физиономию короля не хотелось, но Валь настаивал. Зачем? Ему лучше не показываться в людных местах. Видимо, личный интерес. Может, хочет поглазеть на королевскую невесту? Я слышал в трактире, что девица недавно прибыла и чудо как хороша. На самом деле, история там мерзкая, но типичная для королевской семьи – династический брак. Когда окончилась война, и король соседнего Эффорта Фридрих погиб в поединке с героем Ферсоном, наш король Бертран решил жениться на дочери покойного, но девчонке было шестнадцать, она воспитывалась при монастыре, и монахини встали на защиту девушки: потребовали дождаться ее совершеннолетия. Ссориться с магичками король не стал, а пока невеста подрастала, забрал как заложника ее брата-близнеца, наследника престола соседнего королевства. Кто остался править? Ставленник нашего короля, дядюшка принца и принцессы. Можно сказать, регент. Когда Бертран женится на принцессе, принц отправится домой и получит власть. По крайней мере, такой был договор между победившим Ландорном и проигравшим Эффортом. Впрочем, я был уверен: до своей вотчины принц Кейлин не доедет. А если и сядет на трон, очень скоро умрет, если не будет послушной марионеткой Бертрана. Впрочем, принца редко кто-то видел. Может, его и в живых-то нет?
Я умылся, пригладил растрепавшуюся темную шевелюру и спустился в обеденный зал. Завтра же нужно отсюда съехать, а пока надо хорошенько перекусить. Валь нашелся за столом. Он выглядел угрюмым и недовольным. Я же оценил и суп, и кашу с мясом. Хороший выбор, только сам парень не торопился есть.
- Жуй, - скомандовал я. – Иначе никуда не пойдем. Не девчонка, чтобы блюсти фигуру.
Валь что-то фыркнул, но понял, что я серьезен, и взялся за ложку. Ел он быстро. Явно боялся, что мы опоздаем на площадь. Я же смаковал вкусную еду – в последнее время у меня редко хватало на нее денег. Да, на этом постоялом дворе умели готовить!
- Так мы идем? – резко спросил Валь.
- Идем, - ответил я, с сожалением отодвигая пустую тарелку, но при этом чувствуя приятную сытость.
Король Бертран обычно обращался к народу на дворцовой площади. Туда вела аллея прямиком из дворца, и его величество величаво следовал по ней навстречу собравшимся, чтобы поздравить их с годовщиной победы. Обычно лучшие места были заняты с самого утра. Но если вы считаете, что мы с Валем довольствовались галеркой, то глубоко ошибаетесь! Мои локти и его юркость сделали свое дело – мы протиснулись сквозь толпу почти к самой трибуне, с которой должен был говорить король. Ее украшали алые и белые розы – цвета королевского дома. Реяли флаги на легком ветерке, а охраны было столько, словно каждый на этой площади желал снять монаршью голову с плеч. Я только посмеивался. Вряд ли кому нужна голова Бертрана. Лучше пусть позарятся на его советников – вот от кого все народное зло. А его величество… Впрочем, о чем это я? Пусть короли держатся от меня подальше, целее будут.
Валь выглядел бледным. Казалось, ему очень хочется вцепиться в мою руку, но воспитание не позволяет, поэтому он мялся рядом, разглядывая и трибуну, и ее украшения, и охрану в белых плащах. Эх, красота! Жаль только, народу от этой красоты ни жарко, ни холодно. Им бы есть посытнее да спать помягче, но, увы, король слишком далек от нужд народных. А уж как его советники далеки!
Впрочем, откровенно говоря, мне тоже было любопытно взглянуть на невесту его величества – если, конечно, он будет в ее сопровождении. Так ли хороша принцесса, как о ней говорят? И стоило ли ожидание короля своего результата? Понятно, дело там в политике, а не в девице, но если девица хороша, это ведь только плюс. Поэтому я вместе со всеми ждал, когда появится его величество.
Наконец, взревели трубы, загремели барабаны, и торжественная процессия появилась из ворот дворца. Бертран, как водится, был в белом. Зимой королю исполнилось тридцать – самый возраст для женитьбы. На момент окончания войны ему было двадцать семь, он недавно потерял отца и занял престол. Сейчас же Бертран потяжелел, стал как-то массивнее, лицо приобрело надменный лоск, темные волосы, когда-то вьющиеся буйной шапкой, прилегли к голове – видимо, под тяжестью короны. Того и гляди, вовсе побегут, оставив короля лысым. Но это я преувеличивал, конечно. Пока что волос хватало. Бертран милостиво глядел на ряды подданных. За ним шли советники – такие же надменные, как и его величество. Кто шел дальше, нельзя было разглядеть. Кажется, я зря надеялся на принцессу.
А Бертран уже поднялся на трибуну.
- Мой народ, - тепло обратился он к людям, - сегодня мы празднуем годовщину победы, которая доказала величие нашей страны, ее мощь и силу. Все это стало возможно не только благодаря отваге армии или самопожертвованию героя, которого мы чествовали накануне – Эридана Ферсона, но благодаря каждому из вас. Мирный договор, подписанный между Ландорном и Эффортом, стал отправной точкой для расцвета нашей державы. И сегодня я рад приветствовать на нашем празднике ту, которая для укрепления мира согласилась стать моей женой и королевой Ландорна. Принцесса Валенсия Эффортская.
О, все-таки будет принцесса! Я даже продвинулся вперед, а на трибуну поднялась девушка… очень угрюмая девушка, которая смотрела на короля так, будто дни его сочтены. Но, тем не менее, дочь короля Фридриха пожаловала в Ландорн. Значит, дни заточения ее брата окончились, а Эффорт, наконец, получит законного короля – опять-таки, с поправкой на выживание. А парень, как я уже упоминал, вряд ли до этого доживет.
Впрочем, Валенсию можно было назвать достаточно миловидной. У нее была белая кожа, темные глаза в обрамлении длинных ресниц, длинные темные волосы, украшенные жемчужинами по традициям Эффорта. Правда, я представлял себе ее ниже и как-то миниатюрнее, но в целом хороша собой, не отнять.
- Нет, этого не может быть! – пробормотал Валь. – Нет!
- Почему нет-то? – спросил я. – Имеешь что-то против королевской свадьбы?
- Но принцесса… Она…
Мне почему-то показалось, что мальчишка вот-вот заплачет.
- Неужели тебе так жалко эту девчонку? Поверь, для нее брак с королем Ландорна – не такая уж плохая идея.
- Почему? – отрывисто спросил Валь, уже не слушая речь короля.
- Ее брату придется хуже. Эффорт в упадке, да и его никто так просто не отдаст. А тут процветающая страна, молодой муж – уже плюс, заметь. Обычно принцесс выдают за стариков, и эту бы выдали. Бертран не скуп, неглуп, собой хорош. Да, у него много отрицательных черт характера, но стоит появиться наследнику, как он заведет фаворитку, забудет про жену, и будет та себе жить спокойно. Главное слово здесь – жить, цыпленок.
Валь почему-то шумно вздохнул и снова уставился на трибуну. Бертран держал невесту за руку, затянутую в тонкую белую перчатку. Та, казалось, едва дышала. Как бы в обморок не упала от волнения. Сказано, девицы.
- Пойдем отсюда, - сдавленно попросил Валь.
Я не стал спорить, потащил мальчишку обратно сквозь толпу.
- Тебя не поймешь, - сказал ему. – То придем, то уйдем. Кстати, а ты ведь тоже говоришь чуть с присвистом, как эффортцы. Наверняка, из-за войны попал в Ландорн?
- Моя мать была из Эффорта, - тихо ответил Валь.
- Понятно. Значит, перебрались, а потом…
- Потом я остался один. И давай не будем об этом, - взмолился он. – Лучше… Лучше посоветуй, как искать жилье.
- А это завтра. Сегодня праздник, все будут пить. Предлагаю и нам с тобой выпить вина, дружище Валь, а еще лучше – найти дам и приятно скоротать этот вечер.
Парнишка покраснел до корней волос. Понятно, с дамами у него пока не складывалось. Я же подумывал навестить Кло. Только отсутствие на всю ночь никак не вязалось с моими новыми обязанностями телохранителя, а мальчишка точно не оценит ночные похождения.
- Ладно, шучу я, - стукнул его по плечу. – Давай ограничимся вином. Выпьем за короля Бертрана, его милую невесту, их будущих наследников…
Валь закашлялся. Подавился, что ли? Я похлопал его по спине. Похоже, вино ему можно только нюхать с таким организмом, но немного не повредит.
- Лучше выпьем за то, чтобы я остался в живых, - пробормотал Валь.
- Да хоть за это!
И мы направились на постоялый двор, где за одной кружкой дешевого вина последовала вторая… В моем случае. Валь тут же сбежал в свою комнату. После третьей кружки я задумался, что ведет он себя странно. Не иначе, как его семья перешла дорогу самому королю. Вот, видимо, и пожелал увидеть врага в лицо. Что же, у меня с Бертраном тоже не наилучшие отношения. Поэтому, может, и сработаемся. А пока после четвертой кружки я поднялся на второй этаж и рухнул на пол, прямо на расстеленный плащ.
- Спокойной ночи, Денни, - расслышал со стороны кровати.
- Спокойной ночи, цыпленок, - ответил я и уснул.
Глава 3-1
ГЛАВА 3
Королевский дворец Ландорна за несколько дней до праздника
Принцу Кейлину, наследнику престола Эффорта, было девятнадцать лет. С шестнадцати он жил в королевском дворце Ландорна – как почетный гость. Но лучше сказать, как пленник, заложник. Кей не участвовал в битве, когда погиб отец – король напрочь запретил сыну находиться на поле боя, и о гибели отца он узнал, когда в замок Брийи, где он жил с матерью, ворвались гвардейцы победителя. Они и сообщили, что отца больше нет, Эффорт пал, а Кейлин теперь должен проследовать в Ландорн.
Мать пыталась их остановить, но безуспешно. Через год Кей узнал, что та встреча была для них последней – матушка скончалась, а ему отказали даже в присутствии на похоронах. Сестра же росла при монастыре, и ее в последний раз Кей видел за полгода до гибели отца. Валенсия должна была стать супругой короля Бертрана по достижении совершеннолетия. Для Кейлина это означало свободу, и он ждал своих восемнадцати лет так, как не ждал никто и никогда – с замиранием сердца и безумной надеждой, что можно будет просто жить, не ожидая удара в спину. Увы, королю сообщили сначала, что невеста больна и приехать не может. А когда он сам поехал в монастырь, выяснилось, что сестрица бежала, наплевав на все договоренности. Временами Кей до безумия хотел ее увидеть, временами ненавидел за предательство. Она ведь понимала, что ее поступок ударит по нему. Если до этого король делал вид, что пленника не существует – Кей, по сути, был предоставлен сам себе – то последний год превратился для принца в пытку.
Король будто спустил с поводка всех своих прихлебателей. И каждый считал своим долгом клюнуть, унизить, плюнуть в лицо, зная, что им ничего за это не будет. Кей молчал. Сжимал кулаки и терпел, потому что не смог бы защититься. Доказать чью-то вину, призвать к ответу. А еще с совершеннолетия начала постепенно пробуждаться его магия, и теперь каждый день начинался одинаково – с напитка, от которого выворачивало все внутренности, призванного ее блокировать.
Если Кей отказывался пить, горькое варево заливали силой. И это было еще более унизительно, поэтому в последние месяцы он пил сам. Клялся себе, что отомстит, но пил, а затем около часа не мог подняться, потому что выжигало все внутри.
Валенсия не появлялась. Кейлин уже ее и не ждал. Знал, что король ищет свою невесту, потому что это дело статуса: вздорная девица должна стать женой и залогом мира. Понимал, что рано или поздно найдет. И не мог сказать, чего хочет больше: чтобы сестра спаслась или чтобы нашлась, даровав ему свободу.
Приближалась очередная годовщина смерти его отца. День, когда весь Ландорн славил убийцу. Кейлин произносил его имя, когда нужно было что-то, что заставило бы его жить: Эридан Ферсон. Человек, которого он поклялся убить. Герой, пропавший после совершенного «подвига» - подлого убийства, ведь это должен был быть поединок королей, но под магическим забралом спрятался тот, кого прославляет вся страна. Негодяй, обманщик, воспользовавшийся отравленным мечом. Кейлин мечтал его отыскать и… уничтожить. Втоптать в грязь, как из-за его подлости втоптали его самого. Было горько, страшно и обидно. А еще больно, потому что у Кея не осталось никого. Зря он надеялся на Ленси. Сестра выбрала свою свободу вместо брата. Он понимал, почему, и все же внутри от этого ширилась пустота. Никого не осталось. Ничего, ради чего стоило бы жить. Только месть, заставлявшая Кейлина вставать по утрам, пить горький отвар, терпеть его последствия, насмешки придворных, унижения.
Это утро ничем не отличалось от других. Питье, затем агония. Только около десяти часов Кей перебрался в кресло у окна. Его бил озноб. Отражение в зеркале напоминало умертвие, вышедшее на охоту за живыми. Был ли он жив? Вот какой вопрос его сегодня интересовал. Или же все происходящее стало его предсмертным бредом?
Когда без стука кто-то вломился в комнату, Кей даже не удивился. Он готов был поставить отцовский перстень, что в случае необходимости к нему ввалятся и в ванную, и в уборную. Зачем спрашивать разрешения? То-то же, незачем. Принц обернулся, и его самочувствие еще сильнее ухудшилось. Советник Риббонс. Мерзкая тварь, которая недостойна жить на свете. А еще… Еще его личный кошмар. И Кей боялся: когда король поймет, что Валенсии ему не видать, и перестанет хоть как-то заботиться о том, чтобы его заложник оставался в живых, этот кошмар станет явью.
- Ваше высочество. – Риббонс насмешливо склонился, а Кея передернуло. Захотелось вытереться, как от грязи.
- Здравствуйте, советник Риббонс, - спокойно ответил принц, несмотря на то, что внутри все переворачивалось от отвращения.
- Как вы себя чувствуете?
- Так же, как и всегда. – Кей не понимал, к чему тот клонит.
- Что же, это радует. Его величество желает побеседовать с вами.
- Мне пройти к нему? – предположил Кей. Зачем тогда пришел советник? Попросили бы прислугу…
- О, нет! Сейчас он сам будет здесь, и нас ждет весьма занимательный разговор.
Беседовать Кейлину не хотелось ни с советником, ни с королем. Он уже понимал, что из этого разговора не выйдет ничего хорошего, и пытался предугадать, какие новости его ждут. А Риббонс… Риббонс и вовсе пугал его до мурашек. Казалось, дай ему волю, и он принца сожрет. Без шуток.
Дверь отворилась, и его величество Бертран вошел в комнату, служившую Кею гостиной. Юноша поклонился, Бертран не удостоил его и кивком. Впрочем, правила этой игры Кей давно уже выучил. Он пустое место. Тогда зачем о нем вспомнили?
Бертран сел в кресло и смерил принца тяжелым взглядом. Риббонс занял другое – король ему позволил, а Кей так и остался стоять, чувствуя себя раздетым под их взглядами.
- Вы хотели поговорить со мной, ваше величество? – спросил он первым, все-таки нарушая этикет.
- Да, - ответил Бертран, угрюмый, насупленный. – Кейлин, ты должен был вернуться домой еще год назад.
Кей опустил голову. Можно подумать, он сам об этом не знал.
- Но побег твоей сестры стал преградой для возвращения.
И это было ему известно.
- Ты ведь сказал бы мне, если б знал, где находится Валенсия?
- Да, - тихо ответил Кейлин. Он сказал бы, лишь бы эта пытка прекратилась. Но, к счастью для Ленси, ему не было известно, где она.
- И все-таки народ начинает смеяться надо мной. Я теряю авторитет, - произнес король. – И мирный договор трещит по швам, ему необходимо подкрепление.
- Я понимаю, ваше величество, но я понятия не имею, где Валенсия сейчас. Она не связывалась со мной, не появлялась рядом. Она просто… решила жить своей жизнью.
- Что очень плохо по отношению к тебе, не так ли?
- Любой прежде всего делает так, как лучше ему, - произнес принц. Он не понимал, к чему клонит король.
- Если мне придется разорвать наше соглашение, этот дворец сменится для тебя на тюрьму, потому что у меня не останется причин возвращать тебе престол Эффорта.
- И это я тоже понимаю.
Кей смотрел в пол, на носки ботинок. Сейчас, похоже, Бертран сообщит ему, что брака не будет, а значит, Кейлин отправляется в тюрьму. Принц был готов к этому. В тюрьме не будет придворных или советника Риббонса. Это лучший вариант для него. Но тут вмешался Риббонс.
- Вы и вовсе запугали его высочество, ваше величество, - произнес он приторно-сладко. – Я же вижу решение нашей проблемы. Хотя бы временное.
- О чем вы, советник Риббонс? – нахмурился Бертран, а Кейлин готов был взмолиться, чтобы план с тюрьмой остался в силе. Потому что он уже видел в глазах Риббонса приговор, пусть и до последнего не догадывался, каким он будет.
- Они близнецы, - сказал Риббонс королю. – Если переодеть его высочество в девицу и добавить легкий магический флер, никто ничего не заметит. Поменяем цвет глаз, подкорректируем овал лица. Принцессу давно никто не видел вблизи, а когда мы найдем настоящую, разницу тоже не заметят.
- Ни за что, - отчеканил Кейлин, чувствуя, как заалели его щеки.
А вот Бертран взглянул на него куда более пристально. Прошелся по лицу, фигуре. Прикинул, видимо, насколько несуразно будет выглядеть принц в роли сестры.
- Я ни за что на это не соглашусь, - еще раз повторил Кей, надеясь, что его услышат.
- Принцесса скромница, она будет молчать, - намекнул Риббонс на совсем не девичий голос Кейлина.
- А в этом есть смысл, - пробормотал Бертран. – Магии, конечно, добавить придется, но самую щепотку, ее никто не почувствует. Щепотку магии можно принять за легкое заклинание красоты.
- Зато народ увидит, что принцесса уже здесь, мир сохранится, а Ландорн силен как никогда. А потом… Потом ее высочество может заболеть и умереть. Или же…
Советник и король переглянулись.
- Или же – что? – в ужасе спросил Кейлин.
- Главное, чтобы свадьбу пережила, потом пусть умирает, - отчеканил король. – Или можно ребенка от фаворитки выдать за ее. Скончалась родами…
- Вы оба безумны!
- Помолчи, - рявкнул на него король. – Сделаешь так, как скажу. Иначе я найду способ заставить, и поверь, тебе он не понравится!
- Да я со стыда умру!
- Кого это волнует?
Кейлин почувствовал, как комната начинает вращаться, вращаться… Он отошел к окну, оперся о подоконник, чтобы не упасть. Выдать его за сестру? Отец бы проклял его, если бы был жив! Да он тогда никому в глаза не сможет посмотреть! Хотя, король и не предполагает, что сможет… От него просто избавятся. Вышвырнут, как сломанную куклу.
- Нет. – Кей обернулся к королю. – Делайте, что хотите. Мой ответ – нет.
- Займись им, Риббонс, - вздохнул Бертран. – Через три дня мне нужна принцесса. Молчаливая, покорная и обходительная. Хотя бы на время речи перед народом, потом пусть делает, что хочет. И смотри, чтобы ни одна живая душа…
- Кроме прислуги, я не силен в женских нарядах.
- Позаботься, чтобы прислуга молчала. Мне пора.
И король пошел к двери. Кейлин бросился за ним. Наплевав на гордость, рухнул на колени, вцепился в руку.
- Ваше величество, я прошу! Не надо! – взмолился он.
- Не мешайся под ногами, - резко ответил Бертран. – От тебя и так никакого толка. Только зря ешь свой хлеб. Окупи хоть это.
И, оттолкнув юношу, вышел из комнаты.
Кейлин медленно поднялся. У него в голове царил такой хаос, что, казалось, она сейчас взорвется. Он до конца не верил, что кому-то вообще могла прийти подобная мысль. Да, они с Ленси близнецы, но отличить парня от девушки может и слепой. Кей обернулся к Риббонсу.
- Мне начинать уговаривать? – поинтересовался советник.
- Не тратьте слова. Я не соглашусь.
- Ваше высочество, - тот приторно улыбнулся. – Не заставляйте меня применять мои методы убеждения. Давайте оставим их на потом. На тот миг, когда королю не будет нужна ваша жизнь. Уверяю, они вам не понравятся.
Кей молчал. У него просто не было слов. Голова кружилась, начинало подташнивать. Он видел по глазам Риббонса, что тому доставляет удовольствие мучить его хотя бы словами. И выбора, на самом деле, нет. Даже если Кей будет упираться, они сделают так, как считают нужным. За три дня… за три дня можно сломать его. Да, Кейлин не считал себя трусом или слабаком, но он был человеком. Обычным человеком, у которого есть страхи и слабости. И один из этих страхов стоял перед ним.
- Хорошо, я сделаю, как вы хотите, - ответил он глухо.
- Даже не сомневался в вашем благоразумии, ваше высочество, - усмехнулся Риббонс, подходя ближе. – Но вы лишили меня хорошей забавы своим согласием. Помните об этом, если вздумаете сопротивляться.
И так на него посмотрел, что у Кея рубашка прилипла к спине. Он отступил бы, но за спиной была стена. Риббонс прошел мимо, намеренно задев его плечом. Хлопнула дверь. Кей сполз по стене на пол и закрыл лицо руками.
Что делать? Бежать? Он пробовал, не выйдет. Окно слишком высоко, за дверью все время стража. Можно просто выпрыгнуть из окна и покончить с этим кошмаром, но Кей слишком хотел жить, пусть и не желал себе в этом признаваться. Он боялся смерти. И желал отомстить убийце отца. И посмотреть в глаза сестре, которая плевала на его судьбу. Кей не бросил бы Ленси в этом дворце, на свободе он нашел бы способ забрать ее, увезти туда, где их не найдут. А она… сбежала. И теперь он должен наступить на горло собственной гордости, умирать со стыда. Для чего? Чтобы прожить еще… сколько? Месяц? Два? И ведь Риббонс дал понять, что не позволит ему умереть легко. У этой дряни на него свои планы. Какие, Кей знать не желал.
Глава 3-2
Принц просидел так долго. Ему не хотелось шевелиться. Безысходность… Вот что он чувствовал. И от этой безысходности хотелось выть, лезть на стену. Ему казалось, если он сейчас ничего не сделает, то больше не сможет дышать. А время шло. Большие настенные часы показывали, что день давно сменился вечером. Прислуга спросила, накрывать ли ужин, но Кей только отрицательно покачал головой. Он не желал есть, он не желал подниматься с пола и что-либо делать. Все бессмысленно.
Однако Кейлин все-таки встал на ноги и подошел к окну. Снаружи стемнело, откуда-то доносилась музыка. Наверное, у его величества гости, либо же придворные развлекаются.
- Ленси, где же ты? – спросил Кей у темноты. – Где ты, сестренка?
Ему никто не ответил. Валенсия забыла о том, что у нее есть брат. Пусть так…
Ближайшие два дня промелькнули в каком-то полузабытье. Кей позднее не мог вспомнить, чем занимался. В голове царил полнейший сумбур. Он пытался смириться со своим положением, убедить себя, что ничего страшного не случится. И все же когда настало утро перед праздником, Кейлин чувствовал себя разбитым. На этот раз его даже освободили от напитка, решив, что из-за пропуска одной порции его магия не проснется. Поэтому голова была ясной, и Кей слишком хорошо понимал, что происходит.
С самого утра он оставался в комнатах один. Около полудня появился советник Риббонс. Его сопровождали три девушки.
- Пора, ваше высочество, - сказал советник, смерив его пристальным взглядом. – Вы готовы?
- Да, - спокойно ответил Кей. Он решил, что радовать советника своим отчаянием не станет. Наоборот, поклялся себе держаться с достоинством даже в таком ужасном положении.
Риббонс кивнул девушкам, и они засуетились вокруг. Сам советник замер в нише у окна и наблюдал за приготовлениями. А Кей закусил губу, чтобы ничем не выдать своего отношения к происходящему. Ни к корсету, ни к накладкам на груди и ниже пояса, ни к туфлям – вот когда пожалел, что природа обделила его большим размером ноги. Правда, тут же попытался упасть из-за непривычной обуви и широкой юбки. А девушки уже усадили его на стул и принялись что-то творить с волосами и лицом. Принц чувствовал, как сгорает изнутри. Было стыдно так, как никогда в жизни. И все же он не дрогнул. Риббонс не дождется представления.
- Зеркало, - потребовал советник.
Девушки метнулись в соседнюю комнату и принесли требуемый предмет. Кей взглянул на отражение. Даже без магии советника он видел там… не себя. Понятно, что не девицу, но… А когда Риббонс щелкнул пальцами, призывая магию, глаза Кея поменяли цвет на карий, черты лица стали более миловидными, исчезла юношеская угловатость, и он все же увидел перед собой Ленси. Зеркало захотелось разбить. Кей сдержался.
- Мило, - фыркнул Риббонс. – Следуйте за мной, ваше высочество.
Кей в последний раз взглянул на свое отражение – в золотистом платье, с завитыми волосами. Позор…
Его вывели по одной из боковых лестниц. Бертран уже нетерпеливо ждал. Увидел Кея, сначала недоуменно моргнул, затем рассмеялся. Придворные не поняли причины смеха, но тоже дружно заулыбались.
- Моя невеста наконец-то прибыла, - сказал им король. – Как раз вовремя, чтобы представить ее народу. Вашу руку, ваше высочество.
Кей опустил руку в перчатке в ладонь короля. Благодаря магии советника его собственная ладонь стала меньше, изящнее. И судя по тому, что придворные не торопились ахать и охать, они действительно приняли его за девушку. Стыд и позор – девиз дня.
Король помог «невесте» спуститься по ступенькам. Кей уже не помнил, когда покидал стены дворца в последний раз – гулять ему не дозволялось. Поэтому сейчас жадно глотал свежий воздух.
- Не сомлей, - буркнул ему Бертран.
Соблазн был. Но что это изменит? Ничего. Король не отступит. Поэтому Кейлин вздохнул с облегчением, когда Бертран пошел вперед, оставив его в сопровождении дам, и постарался не наступить на подол и не упасть.
А впереди бушевала площадь. Когда Кей увидел, сколько там людей, ему стало нехорошо. Неужели никто не замечает, что с «принцессой» Эффорта что-то не так? Он даже не пытался держать лицо. Просто подошел к Бертрану и стоял рядом, пока тот заливался соловьем. Сам Кей вглядывался в лица людей. Кого он желал разглядеть? Этого принц сказать не мог. Заметил только, как какой-то парнишка, стоявший впереди, почти рывком отшатнулся, увлекая за собой спутника куда-то назад. И то просто уловил движение. Остальное же напоминало то ли страшный сон, то ли кисель, в котором ты плывешь, плывешь…
Бертран снова подал ему руку, и они двинулись обратно во дворец. Все кончено. Кей боялся, что король потащит его с собой на праздник, но тот всем сообщил, что невеста устала и не привыкла к таким многолюдным собраниям, поэтому нужно дать ей возможность отдохнуть. Рядом с Кеем очутился Риббонс и увлек его прочь, на ту самую боковую лестницу, ведущую в комнаты принца.
По пути они не встретили ни души. Даже охраны не было. И в гостиной, куда Риббонс привел Кея, тоже было пусто.
- А тебе к лицу, - ядовито шепнул он. – Увы, обязанности ждут. Хорошего вечера, ваше высочество.
И пошел прочь. Тут же появились три служанки, помогли Кею раздеться, умыться. И все это быстро, безмолвно. Собственная одежда казалась слишком свободной. Принц дождался, пока вокруг него перестанут суетиться, и за служанками закроется дверь, а затем упал в кресло и закрыл лицо руками. Все, можно не держать эмоции в узде. И он разревелся горько, как мальчишка. За все три года во дворце – ни слезинки, а тут будто кто-то открыл внутри кран. Слезы катились и катились. И вместе с этими слезами в нем самом что-то умирало. Наверное, надежда на то, что все будет хорошо.
Глава 4-1
ГЛАВА 4
Постоялый двор
Что-то мой дружище Валь со вчерашнего вечера притих и задумался. Так впечатлил король? Бертран мог. Не отличаясь какой-то особой красотой, он, тем не менее, был образчиком мужественного и сильного мужчины, воина, который умел держать оружие в руках. Учитывая, что Валь хилый, есть, к чему стремиться. В чем-то другом его величество вряд ли мог поразить. Король как король. Не лучше и не хуже других.
А Валь пребывал в напряженной задумчивости. Он незаметно покусывал губу и смотрел куда-то перед собой.
- Ты передумал искать жилье? – поинтересовался я.
- Что? – Мальчишка вздрогнул. – Нет, не передумал, просто…
- Ты сам не свой со вчерашнего дня. Подожди… А не король ли на тебя охотится?
Валь отвел взгляд. Я сразу уцепился за подсказку.
- И что же твои близкие ему сделали? – пытался выбить ответ. – Почему тебя так надо убить?
- Я… моя семья… Это сложно, Денни!
- Но я не смогу тебе помочь, если ты будешь молчать. Не хочешь обсуждать? Тогда давай разойдемся в разные стороны.
- Нет, подожди! – Валь вцепился в рукав моей потрепанной рубахи. – Мой отец воевал за Эффорт, и у его величества к нему счеты. Отца нет, но мы остались, и…
Валь врал. Но я готов был поверить, что у Бертрана счеты к его семье. Правда, какие, понять не мог.
- Как твоя фамилия? – спросил я.
- Не могу сказать.
- Валь!
- Прошу, Денни, - взмолился мальчишка. – Не спрашивай. Это такие секреты, которые могут стоить головы. И стоили тем, кто меня защищал. Просто знай, что король меня ищет. И сделает все, чтобы найти. Мне известно кое-что…
- Вот это уже более похоже на правду. Информация. – Я задумчиво кивнул. – Ладно, допустим. Получается, воюем мы с его величеством.
- Не воюем, прячемся, - поправил Валь.
- Хорошо, прячемся. Значит, идем искать другое жилье. Я поболтаю со старыми знакомыми. Может, и подыщу нам квартирку.
Парнишка успокоился и повеселел. Видимо, разговор о его тайнах действительно вышел тяжелым. А меня… Меня больше интересовал заработок. Короля я тоже не любил. Поэтому бороться против него не считал зазорным. Повоюем!
Валь быстро собрался, и мы вышли с постоялого двора. У кого поспрашивать о жилье? У того, кто имеет множество друзей и знакомых. Поэтому направились мы к моему бывшему месту работы. Как раз вовремя, чтобы увидеть Кло, которая куда-то спешила по своим делам.
- Кло! – Я перегородил ей путь и поймал в объятия.
- Денни? – удивилась та. – Ты, раньше полудня и трезвый? Тебя ли я вижу?
- Думаешь подколоть? Ну-ну, - хмыкнул я. – Мы к тебе по делу, вообще-то.
- «Мы»?
Я обернулся и указал на Валя, который мялся в сторонке. Тот кивнул и поздоровался.
- Решил заняться благотворительностью и усыновить ребенка? – поинтересовалась Кло.
- Нет, работаю на этого парнишку, - ответил я. – И так случилось, что ему надо снять жилье. Комнату, а лучше квартирку где-нибудь там, где никто не станет спрашивать, откуда он взялся, и рассказывать об этом остальным. Поможешь?
- С чего ты взял, что я стану тебе помогать?
- Ради всего, что между нами было! – хохотнул я.
- Ну… - Кло задумалась. – Было-то между нами многое, и жаловаться не приходится, но я могу только посоветовать, где спросить. Моя подруга Вера работает у Коко. Ты точно знаешь, где это. И у нее вроде как тетушка померла, наследство оставила. Вера упоминала, что ищет, кому хибару сдать. Спроси, ты ей всегда нравился.
- Спасибо, золотко.
Я звонко чмокнул Кло в щеку, и она, шепнув на ухо: «Заглядывай», скрылась на соседней улочке. Валь так и стоял в сторонке, красный, как помидор. Да, непривычный мальчишка к городской жизни, явно не простолюдин. Даже если не учитывать упоминания короля.
- А кто такая эта Коко? – спросил он робко.
- Хозяйка борделя, - ответил я, и мальчишка вовсе растерялся. – Уверен, ты у нас парень приличный и по таким местам не ходишь, а мы шапочно знакомы, да и девочки у нее хороши. Идем, там сейчас клиентов нет, слишком рано. Поговорим с этой Верой.
- А может, без меня? – попросил Валь.
- Я тебя охранять должен, а не посреди улицы оставлять. Шевели ногами, цыпленок. Нас ждут великие дела!
И я ускорил шаг. Мальчишке с таким уровнем стыдливости трудно придется в жизни. Ничего, пока я на него работаю, успею повыбить дурь из куриной головушки. Валь больше не спорил, поэтому мы немного поплутали по городу, пока впереди не появилось двухэтажное здание ярко-розового цвета. А что? Подобные места должно быть видно издалека, корона разрешает, так почему нет?
Я остановился у кованой решетки, постучал и дождался, пока откроются двери и к ограде подбежит хорошенькая девушка в весьма фривольном платье. Валь покраснел еще сильнее. Хотя, казалось бы, куда уж? Кокетка заметила и стрельнула в его сторону глазками.
- Добрый день, - улыбнулась она. – Мы рады приветствовать дорогих гостей.
- Мне нужна Вера, красавица, - я вернул улыбку. – По личному вопросу.
- Вера? – Девчонка помрачнела и снова стрельнула взглядом в Валя. – А вашему спутнику?
- А ему еще рано глазеть на полуодетых девиц. Проводишь?
- Идите за мной.
Воротца открылись, и мы поспешили за девушкой в розовый дом. Внутри все было выполнено в кричаще-розовых тонах: диванчики, кресла, обивка стен, занавески на окнах. В глазах зарябило.
- Валь, подожди меня здесь, - приказал мальчишке, и он рухнул в одно из кресел, а девица повела меня наверх, в комнаты.
Она постучала в одну из дверей.
- Верка, к тебе пришли! – крикнула товарке, и та высунулась из дверей. В одном пеньюаре и тапочках.
- Ой, - взвизгнула она, демонстрируя фальшивую стыдливость.
- Я не за этим, - поспешил признаться. – Кло сказала, ты квартиру сдаешь, красавица. Сколько хочешь?
Ручка Веры высунулась из двери и втащила меня внутрь.
- Сдаю, - кокетливо сказала девица, поправляя русые локоны. – Две серебрушки в месяц.
- А что за квартира? И где?
- Две комнаты. – Она пожала плечами. – Мебель старенькая, сама квартирка тоже, как была и моя тетушка. Но если пожелаете, можете все поменять. Здесь неподалеку, на Дубовой улице.
Неплохое местечко, там живут неразговорчивые люди – потому что о них тоже есть, что сказать.
- Проводишь? – поинтересовался я.
- Ключ дам, - пообещала Вера. – Дом десять, второй этаж, квартира под номером пять. Деньги за месяц вперед.
- Мой друг заплатит. Он там, внизу. Спустишься?
Вера кивнула и пошла за мной вниз по лестнице. Я обозрел гостиную и рассмеялся. Встретившая нас девушка сидела на ручке кресла Валя, льнула к нему, а мальчишка пытался отбиться от профессиональной обольстительницы. Стоит отдать должное, оборону он держал хорошо. Девица мрачнела на глазах, но не сдавалась. Видимо, его равнодушие задело профессиональную гордость.
- Милка, оставь его! – рявкнула Вера. – С тебя две серебрушки, милый.
- За что? – растерянно спросил Валь.
- За жилье, - ответил я. – Плати, и пойдем переезжать.
Парнишка со вздохом расстался с монетами, и мы покинули обитель красивых дам, дабы посмотреть, где придется обосноваться. Вещей с собой было немного, мы быстро их собрали, пообедали, раз уж заглянули на постоялый двор, и пошли на Дубовую улицу.
Глава 4-2
Улица своего названия не оправдала – я не заметил на ней ни одного дуба, сплошные клены и липы. Домик оказался небольшим, двухэтажным, с такими же небольшими квартирками. Жилище тетушки Веры и вовсе выглядело уютным: как и говорила Вера, две комнатки со старенькой мебелью. В одной собирался обосноваться я, вторую, спальню, отдал Валю. Кроме того, крохотная кухонька и ванная, в которой был настоящий кран с водой и ванна, а не дыра в полу. Отличное вложение средств!
- Как тебе? – спросил я Валя.
- Хорошо, - ответил тот, но выглядел едва ли не несчастным. Видимо, так жить не привык.
- Переезд – не всегда дело приятное, но в нашем случае необходимое, - сообщил я ему. – Так что обустраивайся, спальня твоя. Я защищу окно, чтобы никто не забрался, а вечером отпразднуем новоселье.
Пока мы шли, я уже присмотрел небольшую питейную в конце улицы. Не особо многолюдно, вряд ли дорого. Подойдет!
- Я лучше отдохну, чем праздновать, - буркнул Валь.
- Какой ты скучный! Тебе всего сколько?
- Девятнадцать, - напомнил парнишка.
- А такое чувство, как сорок. Вот женишься, обзаведешься детишками и будешь сидеть дома. А пока гуляй, больше такого шанса не представится.
- То-то ты женился и обзавелся детишками.
- Моя личная жизнь никого волновать не должна, - чуть резче, чем следовало, ответил я. Просто не любил вспоминать те времена, когда у меня была невеста, пело сердце. Это быстро закончилось, и разочарование до сих пор горчило на вкус.
- Вот и моя тоже, - насупился Валь.
- Хорошо, сиди дома. Попомнишь меня, когда поздно будет.
Я не собирался с ним спорить. У всех своя голова на плечах. Когда мне было девятнадцать, у меня случались бурные, но быстрые романы. Они не затрагивали душу, однако оставили хорошие воспоминания. А потом я был занят другим. Ставил иные цели. Думал, что все успеется, и в свои неполные тридцать чувствовал себя глубоким стариком. Жизнь не оправдала возложенных на нее надежд. Или это я сам их не оправдал?
Валь тоже выглядел мрачным. Что-то грызло его, но мы всего-то пару дней знакомы. Парнишка не позволял лезть в душу, а вино развязывает язык. Напоить его, что ли? Я задумался. Идея не так уж плоха. Вино возьму в питейной. Проблем-то! Какая разница, где праздновать? Поэтому я, как и говорил мальчишке, для начала занялся его безопасностью. У меня были с собой очень неприятные лески. Я натянул их поперек окон, предупредил Валя, чтобы он их не трогал. Если кто-то решит пробраться в нашу квартиру через окно, результат ему не понравится.
Затем немного отдохнул от трудов, понимая, что отвык от серьезной работы, и пошел в питейную, приказав Валю не высовывать нос за дверь, и договорившись об особом стуке. В питейной опробовал местное вино, признал его пригодным к употреблению, захватил с собой бутылку, а также четыре пирожка с мясом, и вернулся к ожидавшему меня цыпленку.
Валь, казалось, даже с места не сходил после моего ухода, так и сидел в гостиной.
- Что это? – спросил, глядя, как я выставляю на стол свою добычу.
- Наш ужин, - ответил я. – Ты не захотел праздновать новоселье где-то, поэтому отметим вместе тут. Найди-ка стаканы или кружки, должна же у покойной тетушки Веры быть какая-то посуда.
Валь послушно пошел на кухню, а я открыл дешевое вино и надкусил пирожок. А тут неплохо готовят! Передо мной опустились кружки, и я разлил в них темно-красную жидкость.
- Выпьем за то, чтобы здесь нам было спокойно и безопасно, - выбрал я тост, от которого Валю не отвертеться.
Он едва пригубил напиток, поморщился.
- Э, нет, так не пойдет, - заявил я. – Мужик ты или кто? Пей до дна.
Валь глотнул разом, закашлялся и плюхнул кружку на стол.
- Не умеешь ты пить, - покачал я головой. – Ладно, ешь пирожок. Закусывай, закусывай. Иначе быстро опьянеешь.
А сам уже наливал вино снова. После второй кружки Валь и вовсе смотрел на меня осоловелым взглядом. И вино ведь было некрепкое… Как вода.
- От кого ты прячешься? – спросил я, пользуясь тем, что мой собеседник не очень-то способен здраво мыслить.
- Я же сказал, - Валь икнул. – От короля.
- А почему?
- Он мне не нравится, - сообщил парнишка шепотом, слегка покачиваясь. – А еще он убил моих родителей, вот.
- Уверен? – засомневался я.
- А то! – Валь потянулся за еще одной кружкой вина, но я стукнул его по руке. Сразу под стол улетит. Вместо этого вложил в его ладонь второй пирожок.
– Кушай, кушай. У тебя вообще родные есть?
- Па-ално, - заверил парнишка, откусывая большой кусок. – Тетя, дядя, братик. Кузины, кузены, бабуля…
- Ого. Тогда что ты тут делаешь?
- Прячусь. А ты почему не ешь? Кушай. Ты худой.
Я-то? Я даже рассмеялся. Никто бы в здравом уме не назвал меня худым. Просто мышцы еще помнили, как это – драться. Я покосился на кружку вина. Эх… В кого я превратился? Наверное, старые друзья, и то бы меня сейчас не признали. Такой ли жизни я хотел?
- Знаешь, какие у меня родственники? – Валь комментировал, жуя, и из-за этого глотая слова и звуки. – Говорят, ты должен, а? А я ничего никому не долж-ж-ж… В голове туман. Какая гадость это твое вино.
- Кому ты что должен?
- Это… Как его… - Валь почесал в затылке. – Да какая разница? Им все равно, не им же…
И вдруг опустил голову на спинку дивана и тихо засопел. Хорошо, хоть прожевать успел. Да уж, поговорили. Но я убедился, что Бертран зачем-то идет за головой парнишки, и это скверно. Не хотелось бы мне встречаться с его величеством. Но выбора нет, и оставить Валя теперь не позволит совесть. И серебрушка, уже частично потраченная. Ладно.
Я аккуратно повернул парня, укладывая его на диван. Как и думал, никаких мышц. Слишком мягкотелый. Укрыл его старым пледом, а сам пошел в спальню в компании остатков вина, иначе не усну. Допил разбавленное пойло, опустил голову на подушку, но сон не шел. Вместо этого перед глазами было прошлое. Не самое приятное. Но и не самое скверное, однако покоя от него я так и не нашел. К счастью, вскоре я уснул и проспал почти до утра без сновидений.
Глава 5-1
ГЛАВА 5
Королевский дворец
Король Бертран проводил ночь, как и все предыдущие, в обществе фаворитки. Мари Данкло была хорошая собой: белокура, голубоглаза, с милыми пухлыми губками и таким трепетным голосом, особенно когда шептала его имя в порыве страсти. Мари задержалась у него в любовницах на целый год, и расставаться с нею Бертран не собирался. Она обладала главным качеством – умением молчать, когда нужно. Не беспокоить короля своими заботами, не задавать лишних вопросов. Быть тихой и незаметной, когда требуется, и страстной в постели. Умница она, его Мари. Но при этом Бертран знал, что временная фаворитка видит себя королевой, а жениться на ней не собирался. По мирному договору его супругой должна была стать сбежавшая принцесса Валенсия. Он ее ни разу не видел. Знал только, что они с братом близнецы, только цвет глаз разный. Смотрел порою на проклятого Кейлина и представлял, как выглядит его сестра. Вот только девица сбежала из монастыря, оставив вместо себя какую-то девчонку-служку, и где ее искать, король не имел понятия.
Искал ее в Эффорте, искал в Ландорне. Думал, что Валенсия захочет пробраться к брату или же поможет ему бежать. Но прошло больше года со дня совершеннолетия принца и принцессы, и ни намека на ее присутствие не появилось. Может, сгинула где? Или бежала с любовником и выскочила за него замуж, чтобы не достаться королю? Впрочем, любовника можно убить. Девчонка Бертрану была без надобности. Однако ее побег ставил под вопрос мирный договор и саму репутацию короля.
Когда Риббонс предложил переодеть мальчишку для приветствия народа, Бертран посчитал его сумасшедшим. Во-первых, высокий и обладающий вполне мужской фигурой Кейлин не тянет на девчонку, даже если его обрядить в сотню платьев. Во-вторых, стоит ему открыть рот, и обман раскроется. Да и понимал Бертран, что Риббонсом движет личный интерес. Советник был мерзким человеком, и Бертран держал его рядом только потому, что советником тот являлся крайне дельным. Вот и сейчас совет окупился. Щепотка магии – и сам король не признал бы в Кейлине юношу. А в этом крылась еще одна причина, почему его величество не избавился от неприятного ему Риббонса. Тот был магом. А магов можно было пересчитать по пальцам в мире. Хотя, тот же Ферсон всегда говорил:
- Берт, рано или поздно эта змея укусит тебя, вот увидишь. Не рассчитывай, что тебя спасет игра на дудочке.
Ферсона не хватало. Старый друг, лучший из возможных. Бертран доверял ему, как самому себе, и Эридан никогда его не подводил. И вышел за него на поединок с королем Эффорта, потому что Бертран был ранен и проиграл бы безоговорочно. Вышел под тем самым легким флером магии, чтобы победить. И не простил итогов поединка… Ушел, кинув шлем под ноги Бертрана. Где сейчас Ферсон, его величество не знал. Вроде бы его видели на границе с Хоккортом. Скорее всего, уехал в другую страну, подальше от преданного доверия. Будь здесь сейчас Эридан, он бы не позволил Бертрану маскарад, устроенный Риббонсом. Ферсон в некоторых вопросах был крайне щепетилен.
- Вы сегодня слишком задумчивы, мой король, - пропела Мари, нежась в его объятиях.
- Дела государства не оставляют мою голову ни днем, ни ночью, - пробормотал Бертран. – Ступай к себе.
Мари не стала спорить, быстренько оделась и ушла, а Бертран умылся, переоделся ко сну и сел на край кровати. Время уходит. С Эффортом надо что-то решать. Да, формально им управлял сам Бертран, но там волнения. И свадьба с принцессой могла бы их утихомирить. Но не возвращение принца. Мальчишка не тот, кому можно вернуть престол. Кейлин упрям, несговорчив. Он маг, и как только отвар перестанет действовать, его сила развернется в полную мощь. А еще Кей ненавидит короля Бертрана. Это настолько явно читалось в голубых глазах юноши, что его величество порою не желал встречаться с ним взглядом. Придется убрать… Но если…
Король позвонил в колокольчик. Появился заспанный слуга.
- Ваше величество, - поклонился он.
- Позовите ко мне советника Риббонса, - потребовал король, кинув взгляд на часы. Второй час ночи. Ничего, разбудят, если что. Побеседовать с советником Бертран желал прямо сейчас.
Впрочем, Риббонс явился быстро. Он был аккуратно одет и не выглядел сонным. Значит, работал на благо государства.
- Ваше величество, - поклонился он.
- Доброй ночи, советник, - сказал король, так и сидя на краю кровати. – Мне показалось важным побеседовать с вами прямо сейчас.
- Я всегда к вашим услугам.
- И я это ценю, - заверил Бертран. – Сегодняшняя затея с принцем вышла удачной, но это не решает проблему свадьбы. И мне нужен ваш совет.
- Что ж, если вы хотите слышать… Назначайте свадьбу, ваше величество. Допустим, через месяц. За это время либо девица найдется, либо снова можно воспользоваться тем же приемом.
- Предлагаешь мне жениться на парне? – рассмеялся Бертран. – Глупости какие! Зачем он мне?
- Кто говорит о настоящем ритуале? – спросил советник вкрадчиво. – Понятное дело, брачные метки не возникнут. Но мы прикроем магией, создадим иллюзию печати. Принцесса у нас скромная, жизнь предпочитает уединенную, ограниченный штат верной прислуги – и все. А потом… наследника вам родить может и Мари. У Эффорта будет продолжение королевской ветви, и мальчик станет не нужен.
- Да, но ты забыл о главном. Раз принцесса приехала, принц должен вернуться в Эффорт.
- А вот с этим я собирался прийти к вам утром.
Король кивнул, и Риббонс сел на стул.
- Надо организовать небольшой спектакль. Посадить парня в карету, устроить торжественные проводы. Вывезти за город, и там пусть карета едет пустой. Где-нибудь в Эффорте на нее нападут противники бывшего короля и сторонники его младшего брата, и… принц погибнет. Тело найдем, обезобразим. Никто не будет его проверять, для младшего брата погибшего короля выгоден мертвый племянник.
- Хм… Согласен, подготовь все для показательного отъезда. И мальчишку припугни, у тебя это хорошо получается. А главное, позаботься, чтобы не сбежал. Со свадьбой же… Надо подумать. Продержится ли обман целый год? Кейлин не тот, кто будет безропотно появляться со мной в… непотребном виде.
- Вы ошибаетесь, мой король, - со льстивыми нотками сказал Риббонс. – Принц Кейлин труслив. Я даже надеюсь, что он даст мне возможность показать ему, насколько выгодно быть паинькой. Тогда он не создаст проблем. Да и потом, стоит намекнуть ему, что таким образом он защищает сестру, тоже может сработать.
- Может, - согласился Бертран. – Но этот вариант прибережем на потом. Страх сильнее любви. Тем более братской.
Риббонс кивнул. Он тоже был на стороне страха. Вряд ли в целом мире существовал человек, которого советник любил бы.
- Что же, готовьте отъезд принца, - приказал король. – Только сначала побеседуйте с ним. А об остальном подумаем после.
- Слушаюсь, мой повелитель.
Советник поклонился и пошел прочь, а Бертран снова спросил себя, что бы сказал Ферсон на этот маскарад. И будто наяву услышал его голос: «Дрянь ты, Берт. И методы твои дрянные». Эридан никогда не стеснялся в выражениях, и при этом был честен с Бертраном, говорил правду в лицо, даже зная, что королю она не понравится.
Ну, да боги с ним, с Ферсоном. Куда важнее удержать власть в Эффорте. Младший брат покойного короля, принц Зейн, вот уже столько лет надеялся получить трон. Он был послушной марионеткой для Бертрана и его королевства. Стоит дать Зейну права на престол: убрать Кейлина. Хотя бы создать видимость, что его больше нет. Может, и девчонка тогда объявится. Главное, чтобы не явилась после свадьбы заявлять права на мужа. Дожился… Вот уже думает согласиться на фарс с церемонией. Позор… Но если другого выхода нет, то стоит смириться с мыслью. А потом «принцесса» умрет, и можно будет подыскать себе королеву по душе. Ради этого стоит рискнуть.
Глава 5-2
***
На следующий день Кейлин едва смог заставить себя встать с кровати – голова нещадно болела. Он долго лежал и смотрел в потолок, ни о чем не думая, ничего не чувствуя, и лишь затем с огромным трудом поднялся и подошел к окну, чтобы еще с четверть часа прижиматься лбом к холодному стеклу и спрашивать себя, что делать дальше. Ответа не было, как не было его и последние три года. Только бесконечная усталость, у которой нет конца.
Дверь отворилась, но Кей даже не обернулся. В нем сейчас жило безразличие.
- Скверно выглядите, ваше высочество, - заметил вошедший, и принц поморщился. Снова Риббонс. Значит, ничего хорошего ждать не приходится.
- Не желаете разговаривать? – Советник подошел ближе, и Кейлин все-таки обернулся. Он смотрел на Риббонса без страха, понимая, что больше не боится. Страх выгорел, осталось отвращение и к нему, и ко всем в этом дворце. Даже к себе самому.
- А я, между тем, к вам по поручению его величества. – Риббонс сел в кресло и теперь смотрел на Кея снизу вверх, потому что принц присаживаться не собирался. – Мы долго обсуждали сложившуюся ситуацию с королем Бертраном, да продлят боги его дни. Уже понятно, что ваша сестра не появится, но его величество не желает новой войны, а залогом мирного договора изначально должна была стать свадьба, такое соглашение подписали наш король и ваш дядя Зейн, на тот момент опекун деи Валенсии. Нет договора – нет мира. Мы не можем этого допустить.
Кей устало встряхнул головой. К чему клонит Риббонс? К свадьбе с королем? Если Бертран решится на это, то он точно не в себе.
- Мы предлагаем вам сделку, ваше высочество, - проговорил советник. – Для всех вы покинете дворец, но на самом деле останетесь и разыграете на свадьбе маскарад. Проживете во дворце год после этого и будете свободны. Мы объявим вас мертвым. Или мертвой… И сможете ехать, куда глаза глядят.
- Звучит скверно, - все-таки ответил Кей.
- Но лучше свобода через год, чем никогда. Только для этого принц Кейлин должен покинуть дворец. Вас вывезут за пределы столицы, подменят двойником, и вы тайно вернетесь.
- А куда же денется экипаж с двойником? – поинтересовался Кей.
- На него нападут, и вы умрете… на ближайший год. Потом, если пожелаете, придумаете красивую легенду о своем негаданном спасении. Так как?
Вывезут за пределы столицы… Вот уже три года Кей не был нигде за пределами дворца. А это шанс! Шанс на побег. Единственный из возможных. Но Кейлин ответил так же вяло, чтобы Риббонс не догадался, как ему нравится эта идея:
- А что будет, если я откажусь?
- Вам все равно придется согласиться, - хищно сверкнули глаза советника. – Но перед этим узнаете, как я умею убеждать.
- Хорошо, я согласен.
Советник усмехнулся.
- Разумное решение, - произнес он. – Его величество будет счастлив узнать о вашем благоразумии.
- Когда все произойдет?
- Думаю, дня через два или три. Нужно, чтобы улеглись разговоры по поводу… вашего недавнего появления рядом с его величеством. Сейчас ко дворцу приковано слишком много внимания.
- А… церемония?
- Через месяц. Может, и раньше. Зависит от обстоятельств. У его величества все готово, дело за невестой.
- Значит, год и один месяц?
- Получается так.
Кейлин склонил голову, скрывая торжество. Риббонс решил, что ему надо побыть наедине со своими мыслями. Даже удержался от привычных подколов, а развернулся и ушел. Тогда Кей подскочил на ноги, прошелся по комнате. Он окажется за пределами дворца! И даже за пределами столицы. Это его шанс! Понятное дело, будет охрана. Иначе никак. Но попытаться ведь можно? Разыграть спектакль, что угодно. Если бы только проснулась его сила… Увы, отвар не оставлял шансов, а чтобы он его пил, следили крайне тщательно, только эти два дня пропустили. И Кею даже казалось, что он чувствует, как магия бежит по телу, становится сильнее, словно поток.
Впрочем, радость была преждевременной. Не прошло и десяти минут после ухода Риббонса, как появилась служанка со знакомым бокалом.
- Время пить лекарство, ваше высочество, - сказала она.
Сейчас хотелось сопротивляться, как никогда, но ради возможности бежать стоит потерпеть. И Кей залпом выпил горький отвар. По внутренностям тут же прокатилась волна огня, он согнулся в дугу, стиснул зубы, чтобы не закричать, и едва дополз до кровати. Но даже сейчас, чувствуя, что сгорает изнутри, Кейлин не переставал думать, как именно организовать свой побег. Только бы все получилось! Он доберется домой, в Эффорт, вернет себе страну и сотрет короля Бертрана в порошок.
Глупо и наивно? Возможно, но это помогало Кею жить, дышать, терпеть. И он резко выдыхал воздух через стиснутые зубы, борясь за каждый вдох. Однажды под видом отвара ему могут подсунуть и яд, а он даже не поймет, что умирает…
Мысль напугала и отрезвила. Бежать! Как можно скорее, потому что второго шанса не будет – это Кейлин понимал предельно ясно. Либо сейчас, либо никогда.
Глава 6-1
ГЛАВА 6
Дом на Дубовой улице
Утром Валь, как я и предполагал, проснулся с гудящей головой. Он выглядел скверно и поглядывал на меня с обидой, будто я насильно вливал в него вино. Я же делал вид, что не понимаю, в чем причина его кислого выражения лица. Подумаешь! Всего-то немного выпили. Вот в мои девятнадцать меня бы от двух неполных кружек вина так не вынесло. Впрочем, свое мнение я придержал при себе. Мало ли какая семья у парнишки? Может, он это вино даже не нюхал? А тут я! Это мне давно уже все ни по чем, море по колено.
В общем, Валю с похмелья я сострадал. Даже принес водички, чтобы полегчало. Тот пил большими глотками, а затем шепотом меня проклинал. Почему шепотом? Наверное, думал, я не услышу. Забавный парнишка, зеленый совсем. Жизни не нюхал. Не удивлюсь, если первый раз покинул дом, и еще при вот таких неприятных обстоятельствах. Пообещал себе не делать судьбу Валя еще более скверной, а посему оставил его в покое. Однако ближе к вечеру мой подопечный куда-то засобирался.
- Эй, ты куда? – спросил я.
- Мне надо встретиться кое с кем, - ответил тот. – Проводишь?
- Само собой, именно за это ты мне платишь, - откликнулся я. – Куда пойдем-то?
- На улицу Фор.
Фор… Там в основном жили те, кто работал во дворце, потому что сама улица находилась очень близко к королевской резиденции. Я нахмурился.
- Послушай, Валь, тебя ищет король, но при этом ты стремишься ближе к дворцу. Не глупо ли?
- Я… должен, - вздохнул парнишка. – Обещаю, что все тебе расскажу, только немногим позднее, хорошо?
- Ладно. И кто у нас живет на улице Фор?
- Служанка фаворитки короля.
- То есть, мы идем в гости к даме? – Я тут же приободрился. – Так бы сразу и сказал. Ты уверен, что она в этот час дома?
- Мне говорили, что сегодня должна быть, но точно сказать не могу.
- Хорошо, проверим. Собирайся.
Сам я приоделся, причесался. Оставалось надеяться, что от меня не разит вином за квартал, иначе служанка фаворитки могла и не оценить. Кстати, кто у нас там фаворитка? Кажется, красотка Мари. Она давно строила Бертрану глазки, но у нее были достойные конкурентки. Помню, как вся столица обсуждала баталии фавориток во дворце. Кто-то даже лишился глаза в результате. Женщины коварны и опасны, Мари так точно.
Как бы там ни было, а час спустя мы с Валем выходили из нашей квартирки. Я огляделся по сторонам. Вроде бы никого подозрительного. За нами никто не шел, никто не пытался преградить путь. Кем бы ни были преследователи Валя, пока они до нас не добрались.
- Ты эту служанку хоть в глаза видел? – спрашивал я, пока мы шагали по разморенному солнцем городу.
- Нет. Знаю только, ее зовут Рина, и она посвящена во многие секреты своей госпожи. Но мне не нужны секреты.
- А что нужно?
Валь выразительно посмотрел на меня. И зачем? Я же все равно узнаю, потому что пойду с ним к этой… Рине. Или меня оставят под дверью, подпирать ее плечом? Мы так не договаривались!
Однако, спорить я не стал. Впереди замаячила улица Фор, длинная, широкая и вполне уютная. Когда-то я жил неподалеку, поэтому район знал достаточно хорошо. Милое местечко, в котором приятно просыпаться по утрам. Сейчас моя старая квартира стояла запертой. Уверен, за ней до сих пор следят. Его величество не любит проигрывать, а мне он проиграл. Я же… Я наслаждаюсь жизнью, выпивкой и женщинами. Чем не хороший удел?
- Нам сюда. – Валь указал на небольшой домик под цифрой шесть. Он подошел ближе и позвонил. Вскоре входная дверь отворилась, и хорошенькая девушка вышла на порог.
- Чем могу помочь? – окликнула она нас.
- У меня к вам разговор, дея, - ответил Валь. – Я от Максвелла. Уделите пару минут?
- Конечно. – Рина заулыбалась. – Проходите.
Мы миновали короткую дорожку и вошли в милый уютный домик. Здесь все дышало покоем – редкое ощущение, которое я практически нигде не испытывал, кроме дома бабушки, где провел детство.
- Присаживайтесь, - суетилась хорошенькая хозяйка. – Чаю?
- Не откажусь, - ответил я за Валя, а тот выпучил глаза, как рыбина. Кто же разговаривает на пустой желудок?
К чаю, ожидаемо, подали печенье и пирожные. Мы расселись вокруг столика, отведали подготовленное лакомство и только потом перешли к назревшему вопросу.
- Рина, Максвелл рассказал мне, что вы служите у деи Марии Фонблан, - издалека зашел Валь.
- Да, так и есть, - миролюбиво ответила хозяйка дома.
- Понимаете, я друг принца Кейлина Эффортского, и мне очень нужно передать ему письмо. Не бесплатно, конечно же.
- Что? – Девушка подскочила с места, а я разинул рот. – Нет, это невозможно!
- Прошу вас! – взмолился Валь. – В нем не будет ничего предосудительного, никто не узнает.
- Принца Кейлина охраняют так, что и мышь не проскочит, - уже спокойнее сказала Рина. – У меня нет туда доступа. Даже у моей госпожи нет. Штат прислуги там отдельный. Поэтому я не могу вам помочь, хоть Максвелл и сделал для меня много хорошего. Простите.
- Но неужели нет никакой возможности? – Валь побледнел, будто сейчас решалась его судьба.
- Я знаю одну из служанок принца, - после минутного промедления ответила Рина. – Побеседуйте с ней, но я и так скажу: вряд ли она согласится лишиться места. Ей платят и за молчание в том числе. Ее зовут Ника, она живет на улице Террета, пять.
- Благодарю.
Валь опустил на стол золотую монету, но Рина замахала руками:
- Нет, не надо! Только никому не говорите, что я хоть как-то к этому причастна.
- Хорошо, - пообещал Валь. – Идем.
И мы с ним покинули гостеприимный домик. Вот только у меня накопилась бездна вопросов к моему спутнику, и их сложно было назвать приятными. Мы отошли немного, я перехватил парнишку и потащил в ближайший закоулок.
- Ты в своем уме? – зашипел на него. – Ты во что решил меня впутать? В заговор?
- Какой заговор, Денни? – расстроенно спросил парень.
- С Эффортом! Я воевал против него, так что хорошенько подумай прежде, чем втягивать меня в это.
- Мне просто нужно передать принцу Кейлину послание от его сестры, - ответил Валь. – Она должна была приехать во дворец год назад, но не приехала. Он, наверняка, считает, что его предали.
- Подожди! Сестры? А девушка рядом с королем…
- Думаю, это и был Кей, - вздохнул Валь. – Его сестры здесь нет и быть не может. Настолько изменить внешность не сможет никакая магия, поэтому я и думаю, что король решился на подлог.
- Хорошо, допустим. – Мне надо было все осмыслить. – Допустим, ты говоришь правду, и это невинное послание. Где тогда принцесса?
- Она далеко и уж точно не собирается замуж, - невесело усмехнулся Валь.
- Значит, хочешь сообщить парню радостную новость, что ему придется выбираться самому? – усмехнулся я.
- А? – Валь недоуменно захлопал ресницами. – Нет, я… Я здесь, чтобы ему помочь. Потому что принцесса не сможет.
- Прости, тогда наш с тобой договор придется расторгнуть. Я не полезу во дворец, это самоубийство. Ты слышал Рину? У принца отдельная охрана, отдельная прислуга. За пределами дворца он не бывает.
- Должен быть способ, Денни! И я его найду. Устроюсь к нему в услужение…
- Парнишка с корнями в Эффорте? Ну-ну. Забавно слушать. Знаешь, что я тебе скажу? Не пройдет и недели, как ты сложишь голову, потому что плана у тебя нет, а внимание к себе привлечешь.
- Но ведь не зря я искал телохранителя, правда?
- Телохранителя предупреждают о таких вещах.
- Я готов платить больше.
- Разве дело в оплате? Дело в безнадежности ситуации, Валь! Да, участи принца не позавидуешь, особенно учитывая устроенный маскарад и отсутствие надежды на прибытие сестрицы. Но Бертран не дурак. Он никого туда не подпустит! Ты и сам погибнешь, и парню сделаешь только хуже. Подумай над этим прежде, чем идти к служанке Нике. Король никогда бы не допустил к принцу кого-то ненадежного, и эта девица тебя выдаст.
Я развернулся и пошел прочь. Валь нагнал меня через десяток шагов. Он шел, опустив голову. Вот почему я такой везучий? Нет найти какого-нибудь богатея, которому нужна охрана! Вместо этого мне достался мальчишка из Эффорта, торопящийся сложить голову. А у меня очень напряженные отношения с Эффортом!
Мы вернулись домой. Валь тут же заперся в спальне. Пусть посидит, подумает. Я же прошелся по нашей общей гостиной из угла в угол. Понимал же, что пахнет жареным. Так почему ввязался? Зачем? Неймется мне! Спокойная жизнь надоела, а? Нет, не надоела. Тогда как объяснить все происходящее?
Спасибо за чтение
Вернуться к книге