Подаренная морем

ГЛАВА 1. Неудачный побег

Лау́ра Эванс

Я бросила взгляд в огромное зеркало, с досадой отметив, что ночью действительно все кошки серы. Даже моё кремовое платье мало напоминало свадебное. Скорее бледное одеяние, присущее привидениям. Зажигать огни нельзя, вот и приходилось собираться при свете Луны, да ещё и в спешке. Поправила аккуратно сколотые локоны, а затем подхватила лёгкий плащ, необходимый для того, чтобы скрыть меня до поры до времени. Совершенно не хотелось, чтобы побег обнаружили ещё до того момента, как я стану законной женой Кинана Верна.

Подошла к окну и судорожно вздохнула, осознавая, что вот он настал, самый сложный шаг в моей жизни. Побег из дома, без благословения дяди и прочих церемоний, необходимых любой добродетельной девушке. Но я была в таком отчаянии, что не видела иного выхода, как сбежать под венец вместе с любимым. Конечно, всё могло сложиться иначе. Ведь Кинан ещё неделю назад был у нас с официальным визитом и просил у тёти и дяди моей руки. Но они отказали, сославшись на то, что молодой человек не обладает должным состоянием, способным обеспечить запросы их единственной драгоценной племянницы. То есть, мои.

Да, я очень переживала, узнав об этом. Однако не могла открыто пойти против воли опекунов, пять лет назад взявших на себя заботу о моём воспитании наравне с собственными детьми.

И все же наступил тот момент, когда решение о побеге было принято. Прощальное письмо родным составлять не так-то просто. И я боялась, что моё послание получится не таким, как хотелось бы. Промучившись час, наконец-то сумела выразить мысли, что меня терзали. Запечатала послание и отложила его на край стола.

С этой минуты время полетело с неумолимой скоростью. Вначале я пыталась вспомнить, а не забыла ли что-то ещё важное. Но потом бросила это занятие, предпочтя сосредоточиться непосредственно на сборах.

Встряхнула головой, словно отгоняя все ненужные мысли и воспоминания, способные вызвать излишнее промедление. Раскрыла створки окна. В лицо подул холодный ветер, словно напомнив, что за ужином все говорили о приближающемся дожде. Мелкие брызги коснулись моей кожи, но это только взбодрило, придав решительности в настрое. Села на подоконник, подтянула к себе саквояж…

Кинан появился словно из ниоткуда. Тёмная тень, скользнувшая к моим окнам, вызвала непонятный страх. Я с трудом заставила себя промолчать и не завизжать, а заодно не двинуть по голове молодого мужчины своей ношей.

— Лау́ра, не бойся, — жарко прошептал Кин, протягивая ко мне свои руки и удерживая за талию.

Я доверчиво соскользнула в объятия жениха, не забыв прихватить саквояж. Такого веса Верн не ожидал, но промолчал, хотя я ощутила, как его перекосило на сторону. Встав уверенно на ноги, поставила сумку на землю. Мы с возлюбленным стояли настолько близко, наши пальцы переплелись, чего никогда не позволяли себе при свете дня. Но сегодня была особенная ночь. И ведь если жених скоро станет мужем, то можно?

— Лау́ра,— рука Верна коснулась моей щеки, а его большой палец, словно невзначай, дотронулся губ. Тепло мужской ладони опалило кожу, и я облизнула губы, что не осталось незамеченным собеседником. — Ты не пожалеешь, обещаю.

— Я верю тебе, Кин. — Мой голос дрожал и не только от ветра. Немного от той ситуации, в которой я оказалась, ведь оставаться наедине с мужчиной в темноте это немного страшно. А ещё волнительно, потому что если бы кто-то заметил, то от репутации точно не осталось и следа. И пусть Кинан Верн сын добропорядочных горожан, а моя семья уважаемая в нашем портовом городе. Только кто вспомнит про это, если захочется почесать языки.

— Лау́ра, — с чуть заметным стоном прошептал молодой человек и коснулся губами моего лба. Промахнулся, что ли?

Верн подхватил саквояж и взял меня за руку, что придало каплю смелости. Мы осторожно двинулись в сторону задней калитки, что вела в дом Эвансов. И когда до забора оставался всего лишь шаг, а по щеке скользнули ветки вишни, Кин остановился и повернулся ко мне лицом:

— Что? — прошептала я, едва не уткнувшись носом в плечо жениха.

— У тебя есть последний шанс передумать, — очень тихо произнёс Верн, не отпуская моей руки.

— Последний? — словно эхо повторила я. При этих словах что-то защемило в груди и так стало тяжело, что я едва не кинулась жениху на шею. Чувства бурлили, а ситуация обостряла восприятие.

— Да, Лау́ра Эванс. Потому что больше такого шанса я тебе не дам. — Мужчина склонился ко мне так, что наши лбы соприкоснулись.

И пусть дождь усилился, а платье стало прилипать к ногам, но это ничего. Главное, мы вместе. И почему родные против нашего брака? Кинан самый лучший, я в этом уверена на тысячу процентов.

— Кин Верн, я им не воспользуюсь, — ответила смело и широко улыбнулась, совершенно уверенная в том, что жених этого не увидит.

Хорошо, что сейчас темно. Синие глаза Верна в последнее время смотрели на меня так, что было жарко даже в прохладной парковой тени, когда встречались словно случайно. Этот мужчина сводил меня с ума, но было видно, что и я не оставляю его равнодушным. Приятно, что ни говори.

Я услышала облегчённый вздох Кина и в ту же секунду губы молодого мужчины накрыли мои. Как при этом ему удавалось одной рукой удерживать саквояж, а другой обнимать меня за талию, я не знаю. Сама обхватила шею возлюбленного, приподнялась на носочках, чтобы было легче целоваться.

— Люблю тебя, Лаура, — прошептал довольный Верн и отстранился, чтобы снова устремиться вперёд.

Я просияла и двинулась следом, бросив прощальный взгляд на спящий особняк Эвансов. В груди зашевелилось щемящее чувство надвигающейся беды, но я попыталась успокоить себя тем, что родные найдут записку и все поймут. Они просто обязаны понять, ведь я попросила прощения, а ещё рассказала, что Кин мне очень дорог.

Калитка даже не скрипнула, выпуская нас. Стоило пройти несколько шагов, как отчётливо стал различаться силуэт ожидающей нас кареты.

— Кин, ты всё предусмотрел!— довольно фыркнула я, пытаясь унять нервную дрожь.

— Лаура, детка, с тобой по-другому нельзя. А иначе можно промахнуться и остаться ни с чем, — пошутил Верн, сжав мои пальчики. Он всё понял и это было так мило.

Жених раскрыл дверцу кареты, и в шутливом полупоклоне, который не очень выразительно смотрелся в темноте, произнёс:

— Прошу вас, будущая госпожа Верн.

Я пальчиками прихватила платье и плащ, как вдруг кто-то показался в тёмном проёме кареты. И прежде чем мы сориентировались, прозвучало:

— Довольно, молодой человек. Вы превысили моё терпение.

— Дядя, — испуганно прошептала я, сделав наг назад.

Кин ухватил меня за руку, словно пытался вырвать из пасти дракона и уже почти задвинул себе за спину... Милорд Эванс оказался убедительнее:

— Верн, прекратите прикрываться девушкой! И если думаете, что вы проворнее, то присмотритесь внимательнее. Вам не выехать с этой улицы вместе с Лаурой. Только одному.

Словно по заказу вокруг зажглись фонари, освещая помимо нас ещё нескольких человек, чьи лица было не разобрать из-за погоды и капюшонов.

— Лаура, девочка, ступай домой. Через полчаса я жду тебя для серьёзного разговора в своём кабинете, — приказал милорд Эванс.

Слова дяди показались обманчиво мягкими, но били, будто плеть. Я замерла, все не решаясь делать шаг. И вместе с тем понимая, что это может быть последний день, когда мы видимся с Кином. Это было страшно, но я встала рядом с Верном. Повернулась к нему и произнесла, жадно смотря и в то же время пытаясь запомнить каждую чёрточку любимого лица.

— Не грусти, Лаура, я вернусь за тобой, — прошептал Кин и протянул мне саквояж. Прикосновение пальцев было столь коротким, что я пожалела наличию одной сумки, а не двух или трёх.

— А вот это уже вряд ли, — не смолчал дядюшка, вложив в свои слова всю. Язвительность, на которую был способен. — У нас достаточно на примете женихов, более достойных руки Лауры. Вас же, Верн, я прошу немедленно уехать, иначе мы будем разговаривать в другом месте. После чего уверяю, ваши родители будут вовсе не в восторге. Да и корабль в Сан-Морин отойдёт без вас.

— Дядя!— умоляюще прошептала я и бросилась в сторону дома, сдерживая злые слёзы.

Как же так?! Откуда дяде удалось узнать наш план, ведь я сожгла записку Кина. Кто проговорился? Кучер или сам Верн нечаянно с кем-то поделился?

Я не сразу осознала, что поднимаюсь по ступеням дома. Дверь оказалась открытой и я замерла, а затем осторожно вошла. К счастью, никто из слуг так и не встретился, и до своей комнаты я добралась благополучно. Видимо, милорд был уверен в моём возвращении. И люди Итона Эванса не просто так кружили вокруг нашего особняка.

Вещи разобрала, совершенно не думая о том, что делаю. Посмотрела на часы, нерешительно помялась, не зная, как поступить. Идти или подождать. А потом надела домашние мягкие туфли и направилась в кабинет дяди, не зная, чего от него теперь ожидать. Мысли о замужестве больше не казались радужными, а дальнейшая судьба Верна страшила. И всё равно я была полна надежды, что он обязательно вернётся из этого похода. И потом, Сан-Морин далеко. Кто знает, может, там всё вот-вот закончится, а Кин сумеет совершить хоть малюсенький подвиг. И это решит наше дело в положительную сторону.

— Заходи, Лаура, — произнёс дядюшка, едва я подошла к двери его кабинета и замерла в нерешительности.

Вдохнула и сделала шаг, а потом прикрыла за собой дверь, страшась, что кто-то из домашних узнает, что именно сегодня произошло.

— Садись, — приказал милорд.

Я сразу подчинилась. Сложила руки на коленях, как подобает приличным девушкам и подняла голову, чтобы взглянуть в глаза собеседнику. В этот момент я была уверена, что дядя ужасно мной огорчён или даже больше. Но на лице мужчины не было осуждения, лишь грусть и тревога. А ещё усталость, которую он даже не пытался скрыть.

— Простите, дядя, — прошептала я и удержалась, чтобы не броситься к нему на шею и не обнять. Брата отца я очень любила и было трудно разрываться на части между семьёй и Кинаном.

Милорд кивнул, потёр рукой глаза и пристально посмотрел на меня:

— Лаура, милая, то, что хотел совершить Верн в отношении тебя — бесчестно.

Я удивлённо уставилась на родственника, категорически не соглашаясь с его выводами.

— Но дядя, мы ведь хотели пожениться. Вы не подумайте, я бы никогда не стала с ним жить в грехе.

— Я и не думаю, — немного резко прервал меня милорд, подняв руку и тем самым призывая к тишине.— В противном случае Кинан Верн закончил бы свои дни в застенках тюрьмы какого-нибудь захолустья. Никто бы никогда не догадался, где его искать. Дело в другом. Этот человек решил обойти мой запрет наиболее удобным способом, а я такое не прощаю. Вот если бы вначале Верн добыл звание и титул, — тут губы Итона Эванса растянулись в язвительной усмешке, — тогда другой разговор. А так, моя милая племянница, получается сплошная афера.

— Какая афера?— не поняла я и возмущённо уставилась на родственника, мысленно требуя разъяснения его слов. Как вы понимаете, вслух подобного я произнести не посмела.

— Верн получал тебя в любом случае при победе или без неё. А вот что приобретаешь в таком случае ты? — хитрый прищур милорда выглядел как издевательство. — Мужа, неспособного достойно содержать семью? Порицание общества? Шалаш на берегу моря?

Я промолчала, что мне важен сам Кин, а не его состояние. А раз он позаботился о небольшом домике для нас, значит, действительно меня и желает счастья. Деньги у меня тоже имелись, об этом родители позаботились. И я была готова использовать их для обустройства собственного будущего. Каменный шалаш в два этажа, экипаж, несколько слуг меня бы вполне устроили.

— Ступай к себе, Лаура, и подумай, в какие неприятности ты едва не вляпалась по собственной беспечности. И не заставляй нас с тётушкой жалеть о том, что относились к тебе так, как к родной дочери, а не отправили в пансион для сирот.

Слова милорда задели за живое. Я поджала губы, кивнула скрепя сердце и соглашаясь со словами старшего родственника. Наверное, это большая мука иметь такую не слишком послушную племянницу. Только я чувствовала, что меня любили совершенно искренне, а оттого неудавшийся побег под венец даже у меня вызывал не самую хорошую реакцию.

Заливаясь краской стыда, я поднялась и направилась к себе. Усталость, а вместе с ней и головная боль, навалились, словно только и ждали этого момента. Но прежде чем я успела покинуть кабинет, раздалось:

— Верн знает о твоей особенности?

— Нет, милорд, — вполоборота уверенно ответила я, так и не посмев взглянуть на дядю. Было стыдно, а еще досадно, что побег не удался. К всему прочему переживала за Кинана. В общем, ощущения неоднозначные, но себя мне было точно жалко.

— Иди спать, Лаура и обязательно помолись. Надеюсь, Всевышний вложит в твою голову всё, что нужно порядочной девушке.

Вспыхнув в очередной раз, я бросилась в свою комнату, стараясь топать как можно тише. А заодно снова пытаясь понять, каким образом удалось нас раскрыть.

ГЛАВА 2. Потенциальный жених

Лаура

На следующее утро как следует пострадать не получилось.

— Лаура Эванс, подъём!— раздался звонкий голос двоюродной сестры, вломившейся в мою комнату без стука.

Я поморщилась, потому что слышать с утра голос Мэри, это верный признак оглохнуть в ближайшие пять лет.

— Что случилось?— прохрипела я и с удивлением открыла глаза. Схватилась за горло, которое ощущалось как покарябанная труба.

— Лаурка, ты где успела простыть? Опять спала с открытым окном?— с подозрениями в голосе выдала Мэри и повернулась к вошедшей следом тёте Дафне. Видеть женскую часть семьи Эванс у себя до завтрака приходилось редко, поэтому я села, притянула одеяло к груди и поморщилась. Бросила взгляд в сторону платяного шкафа. И мысленно порадовалась, что не оставила саквояж до утра.

— Маменька, а Лауринья простыла… — детская привычка сёстры коверкать моё имя сегодня раздражала, как никогда. Однако запустить в неё тапкой при миледи было неудобно.

— Лаура, как ты себя чувствуешь?— Тётя Дафна присела на край кровати и положила руку мне на лоб, потом прикоснулась к нему губами. — Не горишь и то хорошо. Ты забыла, мы сегодня собрались пораньше прогуляться в парк, чтобы покормить уток. Но раз простудилась, лучше побыть дома.

Остаться?! Такого я себе не позволю. Мне нравилось кормить уток, голубей и прочих птиц. Пропустить выезд означало просидеть полдня одной, а этого сегодня мне не хотелось. Я чувствовала, что буду плакать, но позволить другим делать выводы о моих красных глазах, ну уж нет!

— Я хорошо себя чувствую, миледи. Это после сна никак не разговорюсь. Окно забыла закрыть, — соврала и покосилась на Мэри, которая прислонилась лбом к раме и что-то там рассматривала.

Мне стало нехорошо от мысли, что видны следы после неудачной попытки побега. Но сестрица очень быстро потеряла интерес. Зато продолжила тётушка.

— Девочки, не забывайте закрывать на ночь окна. Сегодня неподалёку от нашего дома видели беглого преступника.

Мы с Мэри переглянулись и с тревогой посмотрели на женщину.

— Не пугайтесь, Итон заверил, что все в порядке, и никто не сможет к нам проникнуть. Муж усилил охрану, так что спите спокойно.

У меня замерло сердце от подобной новости, а в голове кружилась мысль, знает ли миледи о попытке побега или нет. Может, никакого преступника и не было и это все отговорки. Страдать над размышлениями мне не дала всё та же тетя:

— Девочки, поторопитесь. Жду вас к завтраку.

Это хорошо, что родственницы тут же покинули мою спальню. Я бросилась в ванную комнату, умылась, причесалась, привела себя в порядок. Из зеркала на меня смотрела обычная Лаура Эванс, но где-то там, в глубине души, затаилась грусть. Кинан, любимый, как ты и где? Со слов жениха военный корабль должен отплыть на рассвете. Мысленно я все так же считала Верна женихом. Ведь по его возвращении все рано планировала выйти замуж. Получается, Кин уже устремился в море, навстречу исполнения нашей мечты. Эта мысль согрела растревоженное сердце и немного успокоила меня.

После завтрака женская половина семьи Эванс и я отправились в парк. Погода была чудесной. Светило солнце, а от дождливых ночных туч не осталось и следа. Мы взяли по булке и направились к кромке озера, чтобы покормить птиц. Тетя осталась ждать нас в тени на скамейке. Она раскрыла какой-то новомодный роман, но не спешила предаваться чтению.

Мы увлеклись настолько, что не сразу заметили увеличения количества зрителей.

— Смотри, Лаура, а кто это с маменькой?— поинтересовалась Мэри, приблизившись ко мне.

— Не знаю. Кажется, леди Кассандра Грей и еще какой-то молодой человек.

— Внук, — выдохнула Мэри. Глаза её загорелись, а обычно бледные щёки налились румянцем.— А какой красавчик.

Я чуть повернула голову, чтобы не выдать себя. Действительно, неделю назад в ателье мы встретились с леди Кассандрой. И она поделилась новостью с тётушкой, что ждёт приезда единственного внука. При этом пожилая дама бросала на нас с Мэри оценивающие взгляды. Не скажу, что меня это хоть как-то задело, но в этот момент и я почувствовала себя товаром, к которому прицениваются. Хорошо, что в рот не заглянули, как делал это мой отец на ярмарке лошадей.

— Хорош, — согласилась я, глядя на сногсшибательного блондина, чьи светлые волосы были собраны в элегантный хвост. Но эта классическая красота мужчины меня не тронула. Ведь где-то там в море есть Кинан, который ради нашего совместного будущего пошёл на такой сложный и полный опасности путь. Сердце разрывалось от тоски. Но я не могла позволить себя хоть чем-то выдать.

— Спорим, маменька сегодня же пригласит их в гости, — предположила сестрица.

— Или они нас, — поддержала её я, ещё раз взглянув на незнакомца.

С моего места было не очень хорошо видно этого блондина. И то, что он вскружит головы незамужним девицам, сомнению не подлежало. А ещё я была уверена, что с сегодняшнего дня многие матери бросятся на охоту, стараясь заполучить этого жениха в свое распоряжение. Семейство Грей имело дворянство с глубокими корнями и денег не считало.

— Девочки, Мэри, Лаура, подойдите сюда, — позвала нас тетя. Как любая здравомыслящая мать она решила не упускать такой возможности и первой показать своих девиц. А заодно застолбить выгодную партию.

— Наконец-то, — выдохнула сестрица, бросив остаток булки в воду. Корка попала по голове зазевавшейся утки, но Мэри этого уже не видела.

Я усмехнулась и отряхнула руки, проследовав за сестрой. Мне не было смысла красоваться перед незнакомым молодым человеком. А Мэри хотела произвести впечатление.

— Дафна!— восклицание пожилой леди выглядело натуральным. — Твои девочки очаровательны.

— Спасибо!— заулыбалась тётушка.

И тут же, не дав дамам продолжить речь, в дело вступил новоприбывший кавалер. Признаться, вблизи он оказался более чем хорош и это почему-то меня развеселило. Что не скажешь о Мэри, которая даже дышать перестала.

— Разрешите представиться, милые леди, моё имя Эдуард Грей. — Блондин всем нам вежливо улыбнулся и изящно поклонился нам. Манеры нового знакомого сразу выдавали человека воспитанного, а приятная наружность оказалась большим плюсом к общему благоприятному впечатлению, которое он произвёл.

На удивление беседа получилась нескучной и даже немного весёлой.

Некоторое время спустя мы тепло попрощались с семейством Грей. Тётушка изящно вырвала у них обещание, что завтра на утренней прогулке мы снова увидимся. Сказать, может ли утончённая леди «вырвать»? Очень просто. Не будь она Дафной Эванс.

— Ах, мама, какой он!— восторженно протянула сестра, когда мы сели в карету и отправились домой. Мэри откинулась на подушки и прикрыла глаза.

Я только фыркнула и уставилась в окно. Кинан Верн, где ты сейчас? Стоило окунуться в собственные мысли, как тревога за жениха захлестнула с новой силой. Про Кина знают его родители. Но у меня не было возможности к ним заглянуть. А строгая нянька даже в наши восемнадцать выполняла скорее роль цербера во время сопровождения. Всё что угодно готова сделать, лишь бы никто не смел приблизиться к девицам Эванс.

Мы успели пообедать и расположиться в гостиной, как лакей принёс записку и передал её тёте Дафне. Гарри с любопытством вытянул шею, Мэри тоже вопросительно уставилась на мать. А я поднялась из-за стола, чтобы прогуляться по саду. Мне просто необходимо было узнать хоть что-то о Кине. Предстояло подумать, как это сделать, дабы никто ничего не заподозрил. Неизвестность угнетала, а разлука изматывала. Наш портовый городок Лерон наверняка ничем не отличался от остальных. Такой же шумный и любящий всякие представления. И все же матроны следили за порядком и обсуждали каждый промах соседа. При этом увлекались модными веяниями и с удовольствием посещали местный театр. А там точно было на что посмотреть.

— Девочки мои, вы неотразимы, — заявила миледи и тоже встала из-за стола.

— Это не новость, — отозвалась Мэри и тут же догадалась. — У нас будут гости?

— Эдуард Грей попросил принять его в полдень, — с хитрой улыбкой сообщила тётя. — Вот что значит, совершать ранние прогулки, когда весь город ещё спит.

— Чудесное известие, маменька! — подскочила Мэри. — Я тогда надену жёлтое платье. Оно...

— Оно тебе совершенно не подходит! Лучше синее. Светловолосым девушкам ни к чему жёлтый цвет после обеда, — заявила тётушка, критическим взглядом обведя Мэри с головы до ног.

Я сделала шаг в сторону выхода из столовой, как очередь добралась и до меня:

— Лаура, если ты идёшь в сад, то не стоит много быть на солнце. Ищи тень. Иначе лицо может покраснеть.

— Хорошо, тётя, — согласилась я и сбежала, пока миледи снова взялась за свою дочь.

Да, я легко загораю, а волосы резко отличаются от того светлого оттенка, как у моей родни. Я в маменьку, а она у меня была жгучая брюнетка. Папенька говорил, что среди бледненьких девиц она всегда очень выделялась. Именно поэтому он когда-то и обратил внимание на неё.

Я зашла к себе, взяла томик со стихами и направилась в сад. В тени действительно было легче. Спрятаться от солнца мне удалось не сразу, но все же нашлось такое местечко. Раскрыла книгу и уставилась на витиеватые фразы любимого автора. Красивый слог меня всегда завораживал, поэтому на какое-то время я выпала из окружающего пространства, поддавшись нежным строкам. Я то ныряла в литературный мир, то поднимала голову, словно пытаясь удержаться на плаву действительности. Именно в таком состоянии спустя какое-то время меня и застала горничная.

— Госпожа, вас зовут.

Я подняла голову, пытаясь понять, кому понадобилась. Но за словами женщины последовало продолжение:

— Гость прибыл. Молодой Грей. Ваша тётя просила подойти в гостиную.

— Сейчас буду, — отозвалась я и посмотрела по сторонам. Действительно, что-то засиделась я. Но так хорошо было не чувствовать тянущей боли в груди и той тоски, что испытывала, стоило подумать о Кинане.

Дяди всё ещё не было, зато остальная часть семейства присутствовала в полном составе: тётя, Мэри и братец Гарри. Последний подмигнул мне, едва я вошла в гостиную и присела, приветствуя гостя.

— Господин Грей, а вы к нам надолго в наши края?— поинтересовалась тётя, решив с ходу обозначить временные рамки, в которые Мэри должна уложиться в процессе охмурения потенциального кандидата в мужья.

Про себя не говорю, мне это было неинтересно. Однако нацепив маску благовоспитанности, я была готова послушать о чём-то новом.

— На два месяца, миледи. Надеюсь, что здесь не придётся скучать, — отозвался молодой человек, при этом многозначительно посмотрев на Мэри.

Сестра слегка улыбнулась, но осталась такой же бледной. И как у неё получалось выглядеть фарфоровой куколкой при любых обстоятельствах?

Эдуард Грей задержался у нас почти до самого ужина. При этом оказалось, что гость вовсе не лишён чувства юмора. В приятную беседу включились все. Даже дядя, который редко когда принимал участия в подобных посиделках, если гостями были подружки тёти. Но сегодня он задержался, присев рядом с Мэри. А после мужчины удалились. Грей заинтересовался дядиной коллекцией ножей и милорд Эванс не мог упустить такой возможности продемонстрировать своё увлечение. Надо отметить, что не каждый допускался в святая святых, небольшую оружейную, по стенам которой и были развешены эти самые ножи.

— Как вам молодой Грей?— поинтересовалась тётушка, едва Эдуард покинул наш дом.

— Кажется приятным, — отозвалась я. И ведь не лукавила.

— Мне он очень даже понравился,— поддержала Мэри. — Хорошо, что ещё утром мы договорились о совместной завтрашней прогулке. Интересно, почему Грей решился на этот приезд к нам в город, если по слухам, там в столице, он занимает важное положение. Будущий атташе!

— Неужели ты ещё не поняла?— многозначительно улыбнулась тётя Дафна. — Он ищет жену.

— Здесь?— недоверчиво удивилась я.

Стоило ехать из столицы, чтобы найти себе супругу. Да, у нас не захолустье и мы тоже не рядовые горожане. Но со связями семейства Грей искать супругу здесь просто удивительно и немного странно.

— Маменька, Лаура права. А вы не знаете, в чём дело?

— Какая разница, лишь бы не было скандалов, — тут же ответила тётя Дафна и нахмурилась. — Пожалуй, я напишу своей приятельнице в столицу. Вдруг этот приезд неспроста?

Мы строили разные предположения. Это занятие увлекло даже меня. Мэри решила, что причиной приезда молодого человека могла стать несчастная любовь. А теперь он готов излечить своё израненное сердце, бросившись с головой в новые отношения. Я была более приземлена в своих суждениях и предположила, что ситуация могла быть скандальной. Возможно, здесь замешана замужняя дама…

— Вот поэтому написать следует прямо сейчас, — поддержала меня тётя и спешно удалилась, пообещав, что скоро вернётся.

Мы с Мэри остались вдвоём. Я налила себе стакан лимонада, отпила.

— Лаура, скажи, а он тебе сильно понравился?

— Грей? Приятный молодой человек. Я ведь уже говорила, — я улыбнулась сестре, ожидая продолжения.

Блондин казался интересным, но не более. То ли дело Кин, от прикосновения которого у меня сердце стучало часто-часто. А ещё нападало волнение, я уверена, свойственное многим девушкам. С Верном мы познакомились еще при жизни родителей. Отец Кинана служил у моего папеньки секретарем. Затем несколько лет не виделись, и только полгода назад произошла наша случайная встреча.

— Ты не будешь против, если я им займусь?— напрямую поинтересовалась Мэри.

— Нет, конечно. Перспективный мужчина. Целый атташе! Действуй! — поддержала я решительный настрой сестры. Когда она что-то хотела, неподготовленному человеку трудно было противостоять.

Перед отъездом Грей ещё раз уточнил, что завтра мы обязательно увидимся. Это привело сестру и тётю в хорошее расположение духа. Мне же было всё равно. Хотя, приятный собеседник ещё никому не мешал. В начитанности гостя я не сомневалась и с ним легко можно было поддержать ничего не значащий разговор.

Мэри заглянула ко мне перед сном. На этот раз сестрица постучалась, прежде чем ввалиться в комнату. А когда вошла, то плотно прикрыла за собой дверь и только после этого заговорила.

— Лау, — начала она, по обыкновению исковеркав моё имя.

Я в это время сидела на постели, прислонившись к подушке и рассматривала атлас. Казалось, что именно так становлюсь ближе к Кинану. Вот берег, на котором раскинулась длинной полоской колония Сан-Морино с одноимённой столицей. От нашего королевства туда добраться не так уж и далеко. Особенно если взять линейку и приложить её к карте…

— Что?— я с неудовольствием оторвалась от воображаемого путешествия и посмотрела на сестру. С распущенными волосами, в домашнем халате в пол, для этого времени она выглядела несколько озадаченной.

— Я сегодня видела, как на тебя смотрел Эдуард Грей, когда прощался с нами.

— И как?— Мысленно воспроизвела тот момент, все ещё не понимая, что так насторожило Мэри.

— Скажи, ты действительно в нём не заинтересована? — Девушка стояла по-прежнему у двери и пытливо смотрела на меня.

Этот вопрос вызвал небольшое раздражение. Стоило меня отвлекать от важного дела такой ерундой!

— Разве я давала повод думать иначе, Мэри?

— Извини!— передёрнула плечами сестрица. Она прошла и села на край кровати.— Я подумала и решила, что этот мужчина мне подходит. Очень не хотелось бы соперничать с тобой.

Сестрица ещё никогда себя так не вела. А ведь Грей действительно красивый. Чистая кожа и идеальная форма лица. Не говоря уж про родословную и перспективную должность. Мечта, а не жених.

— Ты его любишь? — ахнула я и прикрыла рот ладошкой.

— Нет, что ты! Но мне нравится, как звучит «миледи Грей», — заявила близняшка, и мы рассмеялись.

***

Наутро погода была чудесной. Раннее пробуждение никак не сказалось на моём настроении. Я уже примирилась с осознанием того, что любимый Кинан уехал. И начала честно тосковать по жениху, вздыхать и вспоминать, нежные моменты наших редких тайных свиданий. А ещё как ночью выпрыгнула в его объятия прямо из окна.

Горничная подняла нас именно в то время, как приказала тётя. И уже спустя полтора часа карета с женской частью семейства Эванс катила по улицам шумного Лерона. А ровно в назначенное время произошла встреча с Эдуардом Греем и его бабушкой Кассандрой. Женщины принялись за разговоры, а мы с Мэри предпочли снова кормить уток. Эдуард, как и планировала сестрица, отправился вместе с нами. Ему тётушка тоже вручила булку и теперь молодой Грей веселился, откармливая уток пожирнее. Настроение у всех было приподнятое, а ни к чему не обязывающие разговоры не тяготили.

— Прекрасные дамы не желают сфотографироваться? — прогудел трубный голос и мы дружно обернулись, обнаружив неподалёку мужчину с треножником.

— Я! Я хочу. На фоне озера и птиц!— обрадовалась Мэри и позвала меня с собой. — Лаура?

— В другой раз, — отмахнулась я, с улыбкой наблюдая, как Грей помогает сестрице спуститься чуть ниже, почти к самой кромке озера.

Девушка улыбнулась, затем ещё… Где-то позади на дорожке неплохо без нас проводили время тётя и леди, изящно перемывая косточки знакомым. А заодно делясь мнением о погоде. Я не хотела к ним подниматься, предпочтя остаться ближе к берегу.

— А вы почему не позируете вместе с сестрой?— поинтересовался Эдуард, встав рядом со мной. Мы оба смотрели за Мэри и её попытками принять наиболее выгодные позы и в то же время продолжали разговаривать.

— Нет желания, — честно призналась я и при этом едва не оступилась. Грей заметил мой неудачный манёвр, ухватил за локоть. Прикосновение не было противным или неприятным. Я всего лишь убедилась, насколько хороша реакция у нового знакомого. А заодно порадовалась его хватке.

— Благодарю вас, Эдуард, — отозвалась я и отступила в сторону, боясь, что снова попаду в ту же яму.

— Лаура, я вас смущаю?— Пришёл к странным выводам молодой мужчина.

Я оторвалась от созерцания сестры, посмотрела на Грея. Он явно заметил маневр с отступлением и теперь пытался вывести меня на чистую воду. Глаза мужчины смеялись, а сам он старался сохранить серьёзное выражение лица. Неудивительно, что множество особ женского пола охотились за Эдуардом.

Неожиданно я развеселилась, хоть попыталась не подать и вида.

— Нет. Мне просто не хотелось упасть перед всеми лицом в воду.

— Справедливо, — согласился Грей. Как мне показалось, он был чем-то доволен. Наверное тем, что Мэри наконец-то перестала донимать фотографа разными просьбами снять её в том или ином ракурсе.

— А пойдёмте кататься на лодке!— предложила неунывающая Эванс.

В следующие полчаса будущий атташе занимался разминкой и тем, что развлекал нас забавными рассказами о столице. Сестрица веселилась, а я вместе с ней. Невозможно удержаться, когда перед тобой такой замечательный собеседник.

Время незаметно бежало, а народ в парке все прибывал. Мы уже были не одни, но это никого не смущало. Нашлись даже те, кто желал прокатиться на лодках как и мы.

— Не устали? — поинтересовался наш спутник, когда лодка в очередной раз повернула в исходную точку.

Я невольно посмотрела на тётю. Может, она нам с берега машет, а мы тут развлекаемся и ничего не замечаем. Миледи нередко носила с собой в сумочке успокоительные капли. Вдруг переволновалась, беспокоясь о нас? Но, похоже, мы её сейчас не особо интересовали. В компанию женщин на берегу добавились ещё двое. Кажется, это госпожа Номэль со своей дочерью.

— Нет, Эдуард, — тут же сориентировалась сестрица, проследив за моим взглядом. Она улыбнулась, попытавшись привлечь к себе внимание мужчины. — Давайте ещё кружок по озеру сделаем? Погода просто замечательная. Правда, Лаура?

— Действительно, — отозвалась я, старательно пряча усмешку.

Кто же добровольно отдаёт потенциального жениха другим соискательницам семейного счастья?

К нашему удовольствию, семейка Номэль довольно быстро удалялась. Причину этого мы узнали уже на берегу, когда ехали домой.

— Девочки, вы даже не представляете, — рассказывала довольная тётушка, обмахиваясь веером, — что мне сегодня пришлось предпринять, дабы отогнать приставучих Номэлей.

— Что?— хором поинтересовались мы с Мэри.

Тётушка Дафна ещё та затейница. И в желании выгодно пристроить дочь замуж никто и ничто не должны были помешать её грандиозному плану.

— Мне неожиданно стало плохо. Хорошо, что поделать, я ведь не девочка, а мать почтенного семейства, — приступила к рассказу миледи, при этом сверкая от удовольствия глазами.— Пришлось достать свои капли и случайно пролить их на платье младшей Номэль. Ужасно невоспитанная девушка! — сделала свой вывод довольная родственница. — Но ей пришлось уйти.

— Она вас обидела?— ошарашенно произнесла я, а Мэри так и вовсе подалась вперёд, ожидая продолжения.

— Пф!— фыркнула тётя. — Не выросла ещё, чтобы меня даже задеть. Номэль покраснела как рак и едва не разрыдалась от досады. Зато Кассандра точно составила об этой семейке своё мнение.

— Маменька! А ведь они и завтра могут прийти в парк в это время!— встрепенулась сестрица и толкнула локтем меня в бок.

— Да!— Я тут же горячо её поддержала. Мне было всё равно, но ведь Мэри выбрала его себе в женихи, значит, надо помочь.

— Девочки, завтра мы гуляем на другой стороне озера. Я уверила леди Грей, что там чудесный вид, — заявила тетя Дафна, окинув нас довольным взглядом.

Похоже, охота на жениха заняла её всерьёз. Сдаётся мне, что даже если бы Мэри не обратила внимания на Эдуарда, миледи и в этом случае не отказала себе в удовольствии развлечься подобным образом.

ГЛАВА 3. Милая встреча в дамской комнате

Лаура

На следующее утро мы, как и было условлено, направились в парк.

Ах, все эти прогулки, насколько же я их любила и ждала. Но после отъезда Кинана мысли то и дело скатывались в пропасть. Как он там, где? Вдруг Верн оказался подвержен морской болезни, а я даже не могу обтереть его лоб влажным платком. Неизвестность угнетала, но всё это приходилось прятать у себя внутри, не выставляя напоказ.

Тётя ещё с вечера объявила нам, что не собирается разбрасываться подходящими кандидатурами в мужья, пока кто-то не попадётся более достойный. Мэри согласно кивнула и заявила, что жена атташе это то, что её вполне устроит. И пусть в дипломатической иерархии это не самый высокий чин, но Эдуард молод, а остальное дело наживное. Я с таким утверждением была согласна и даже ради упрямства спорить не стала.

Я смотрела в окно, а карета покачивалась и неспешно катила по улицам. Цокот копыт по мостовой звучал размеренно и я почти заслушалась, потеряв нить размышлений.

— Милая Лаура, не грусти, мы и тебе подыщем жениха. Дай только срок мне выйти замуж за Эдуарда, — «утешила» меня Мэри, решив, что это именно та самая причина, по которой я молчу, глядя в окно.

— Так и будет, — заявила тётя. — На свете ещё много достойных мужчин. И я не говорю о голодранцах, которых в Лероне. Таких везде хватает в избытке.

Я сдержалась и ничего не ответила. Слова миледи показались мне прозрачным намёком на сватовство Кинана. И пусть он никогда не был голодранцем, только нельзя было ошибиться, в чей огород брошен камень.

— О, маменька, смотрите, какая красочная афиша!— воскликнула Мэри, едва мы поравнялись с большой тумбой, оклеенной рекламными листами. — Скоро ежегодная портовая ярмарка! Дорогая Лауренция, а ты хотела бы туда попасть?

— Конечно, — тут же отозвалась я, радуясь возможности сменить тему разговора.

Я все еще не знала, в курсе ли тётушка о моём ночном побеге. Но отчего-то стало казаться, что дядя не захотел расстраивать жену и промолчал.

В парк к условленному месту мы прибыли первыми. Не знаю, те ли утки плавали у этого берега, но есть они хотели не меньше. Я только успела искрошить половину кусочка, как к нам присоединился Грей. Одетый в элегантный костюм молодой мужчина смотрелся очень привлекательно. Мэри даже зарумянилась, когда Эдуард обратился к ней.

— А где ваша бабушка? — поинтересовалась тётя, оглянувшись по сторонам.— Она кого-то встретила?

— У неё мигрень и она просила извиниться за то, что не может составить компанию, — пояснил Грей.

— Ах! Не стоит извинений! Эдуард, если ваша бабушка не против, то мы бы завтра её навестили и справились о здоровье, — воскликнула тётушка.

Мне показалось, что уголок рта Грея дёрнулся, но в остальном мужчина по-прежнему оставался очень вежливым.

— Конечно, миледи. Именно это я и хотел вам предложить.

Мэри засмотрелась на свою маменьку и Эдуарда и не заметила, как расслабила пальцы. Оставшийся кусочек хлеба выпал из рук сестры к её ногам. Она присела, чтобы поднять его. То же самое предпринял наш новый знакомый…

Звук от соприкосновения лбами этих двоих расслышали даже мы с миледи.

— Милая Мэри, простите! — воскликнул Грей.

— Девочка моя, тебе больно?— заломила руки тётушка.

— Мэри, держи, — тут же сориентировалась я, смочив платок в воде и протянув его сестре.

— Пустяки, — отозвалась девушка и поморщилась, приложив ткань ко лбу. О голове самого мужчины почему-то в этот момент никто не вспомнил.

— Чем я могу заслужить ваше прощение?— поинтересовался озабоченный произошедшим Грей. Кажется, он действительно волновался за сестрицу, чем заработал одобрение в глазах тёти. — Может, прекрасные дамы согласятся на чашечку кофе с десертом?

— Чудесная мысль, — подхватила Мэри и положила свою руку на тут же согнувшийся локоть Эдуарда. Мне даже показалось , что у него рефлекс на подобного рода действие.

Парочка неспешно прогуливалась, мы же с тётей шли позади.

— Они чудесно смотрятся, согласись, Лаура? — восхитилась миледи Эванс, глядя на дочь и её спутника.

— Изумительно, тётя, — подтвердила я и слегка улыбнулась.

Мэри и Эдуард действительно смотрелись очень мило. Я залюбовалась этой парой и на какой-то момент позабыла про Кинана. Незаметно приблизились к открытому кафе-веранде. Можно было войти внутрь помещения, но мы решили присесть снаружи. Мне нравилось дышать свежим воздухом и повторно завтракать, глядя на озёрную гладь.

— Тётя, я помою руки и вернусь. Закажите на свой вкус, — попросила я старшую родственницу, едва та присела за белоснежный столик.

— Конечно, милая, можешь не переживать,— отозвалась миледи.

Я поспешила внутрь кафе, зашла в туалетную комнату. Открыла кран, а заодно бросила взгляд в зеркало. Причёска не растрепалась, и я осталась довольной. Скрипнула входная дверь и это привлекло моё внимание…

— Здравствуй, Лаура. Как поживаешь? — произнесла сестра Кинана Верна.

— И тебе доброго дня, Сесиль, — отозвалась я, едва не скрипнув зубами. Я знала, что родные Кина отнеслись ко мне насторожённо. При всём уважении к отцу они понимали, что все далеко не просто.

Вслед за несостоявшейся родственницей в туалетную комнату зашла девушка. Темноволосая и с пухлыми губами, она выглядела очень привлекательно. И я могла бы ею полюбоваться, только узнавание произошло довольно быстро.

Я сжала губы и нацепила на лицо маску безразличия, стараясь ничем не выдать свое волнение. Бывшая подружка Кинана, его несостоявшаяся невеста. Эта девушка сейчас смотрела на меня так зло, что даже мурашки пробежали по коже, а в голове возникла не такая уж и сказочная мысль — они мечтают меня прибить, а потом закопать. Или наоборот.

Наивные. Эвансы не сдаются ни при каких обстоятельствах.

В обычное время я бы окатила недоброжелателей ледяным презрением, сдобренным изрядной долей насмешки. Помнится, маменька всегда так поступала, когда не желала понапрасну расточать слова. Но сейчас я не могла такого себе позволить. И дело вовсе не в том, что передо мной стояла сестра Верна. Правда, ссориться и с ней совершенно не хотелось. Просто у меня была цель разузнать о любимом. А кто может больше рассказать о Кинане, как не она?

— Сесиль, ты провожала Кина? — Я очень надеюсь, что в этот момент мой голос звучал твёрдо. В душе разгоралась тревога, а ещё нетерпение. Наверное, это издержки характера. Порой трудно загонять себя в рамки, когда чего-то очень хочется. Расспросить всё про возлюбленного, каждую мельчайшую подробность в момент его отплытия.

— Нет, Лаура, в это время я спала, — произнесла Верн, глядя прямо мне в глаза. — Его провожали родители.

— Что они сказали? — В горле резко пересохло, но я не спешила к тёте Дафне. Утолю жажду потом, ведь нельзя упускать такую возможность.

— Что военный корабль «Виктория» отошёл в назначенное время, — ответила Сесиль, сообщив то, что и без неё мне было известно. Газеты, что каждое утро доставлялись дяде, упоминали об этом событии. Добровольцы из Лерона, что решились поучаствовать в компании, были отправлены со всеми почестями и даже под музыку. Градоначальник произнёс патриотическую речь, которую в газетах не поленились расписать. Но ничего о мужчинах, решивших отправиться в колонию.

Я не смотрела на бывшую подружку Кина и даже не хотелось. Моё внимание было приковано к сестре жениха, но, похоже, она уже сказала всё, что хотела. Я так надеялась узнать о любимом, но вместе с тем получила ничтожно мало. От этого на душе стало горько, а в горле перехватило. Кинан, милый, где же ты сейчас?!

— Спасибо, Сесиль. Была рада поболтать,— произнесла я и направилась прочь из этого места.

Чувствовать спиной ненавидящий взгляд было неприятно, но именно сейчас мне было всё равно. Я отчаянно пыталась выцедить максимум информации из короткого разговора с Верн. И то, что я искала, довольно скоро нашлось — Кинан благополучно отплыл. А, значит, дядя не стал воплощать свои угрозы в действие.

Шаг в сторону нашего благополучия сделан, лишь бы любимый вернулся живым и здоровым.

— Дорогая, мы тебя потеряли,— проворчала тётушка, бросив на меня осуждающий взгляд. Но все её недовольство было напускным, и я это сразу заметила. Причина проста — Мэри обсуждала с Эдуардом наиболее удобное количество слуг для комфортного существования, словно уже вышла замуж и обустраивала собственный дом. Подозреваю, миледи мысленно приходила в восторг от подобной мысли.

Я просто кивнула, принимая к сведению. Привычная маска безразличия была удобна и давала возможность скрыть собственные переживания.

— Лаура, мы решили завтра ехать в порт на ярмарку. Как ты на это смотришь?— Мэри стрельнула глазами в сторону Эдуарда, а затем улыбнулась мне.

— Отлично! — Я просияла, уже предвкушая, что увижу что-то новое. А главное, порт и возможность хотя бы косвенно стать ближе к Кину, потому что «Виктория» уже на пути к Сан-Морино.

Многие горожане с нетерпением ожидали ежегодные ярмарки и с удовольствием посещали их. Туда стекались все, от торговцев, что промышляли выловленными антикварными ценностями (старинными статуями, почерневшими монетами), до заезжих циркачей или представления дрессировщиков со зверями. Раньше мы с Мэри всегда с удовольствием заглядывали в лавки, наполненные тканям, и покупали те, что понравятся. Конечно, у некоторых продавцов весьма специфичный вкус, но никто не мешает просто посмотреть. Ярмарка длилась примерно неделю, а после мы с сестрой ещё столько же обсуждали, вспоминая то одно, то другое, поразившее нас.

ГЛАВА 4. Новость на ярмарке

Лаура

А наутро произошла непредвиденная неприятность. Во время завтрака тётя пожаловалась на головную боль. Похоже, вчерашнее известие, что у леди Кассандры Грей случилась мигрень, каким-то образом отразилось и на ней. От этой новости лицо Мэри расстроенно перекосилось, я у меня защемило в груди. Несправедливость так и грозила опрокинуться на нас полной чашей. И только Гарри посмеивался, потому что считал наши развлечения пустой тратой времени и денег. Братец с нетерпением ждал уроков фехтования и стрельбы. Дядя же вставал очень рано и уезжал по делам: фабрика, конезавод, все это требовали присутствия милорда Эванса. Хотя, мне кажется, что иногда он просто сбегал, чтобы не оставаться в женском обществе. А уж если приходили подруги тёти, то не возвращался до самого вечера.

— Девочки, я уверена, завтра все пройдёт, — пообещала нам миледи. И тут же спохватилась, вспомнив про Грея. — Мэри, дорогая, ты извинись перед Эдуардом. Погуляйте с ним в нашем саду. Та роза у беседки просто чудесна! Сестрица едва не поперхнулась, А Гарри предпочёл промолчать. Только со своего места я хорошо видела и смешинки в его глазах и желание съязвить.

Роза, около которой мы с сестрой гуляли раз двадцать?! А нужна ли она Эдуарду, если даже топтаться вокруг вместе с Мэри и под бдительным надзором из окна тёти Дафны? Надо было срочно спасать положение. Кажется, самое время вспомнить про нашу няньку Нэнси. Вообще-то, она нянчила и присматривала за близнецами. Но раньше мы часто приезжали в гости, поэтому внимание со стороны женщины не обошло и меня.

Я бросила взгляд на Мэри, поймав её активное моргание.

— Тётя,— начала я осторожно. — Может, Нэнси с нами? Она, кажется, тоже мечтала туда пойти.

— Да? — с сомнением протянула миледи, осмотрев нас обеих. — Почему бы и нет. Тогда присутствие рядом Эдуарда никак не отразится на вашей репутации.

Гарри поднял большой палец, оценив мою затею. Пришлось сдержать победную улыбку и мысленно досчитать до двадцати, чтобы успокоиться и взять себя в руки. В моей семье все было проще, несмотря на обязательное знание этикета и ежедневные уроки с учителями. Возможно, всё это я придумала, ведь прошло столько лет, а детям дозволяется многое из того, что не доступно повзрослевшим девушкам.

Эдуард был точен. Едва на башне градоправителя раздался выстрел, оповещающий жителей Лерона о том, что пробило одиннадцать часов, к нашему дому подкатила карета семейства Грей. Мы с Мэри уже были собраны и изнывали от нетерпения. Мне ужасно хотелось пройтись по рядам, заглянуть в каждую лавку, осмотреть товар. А ещё попробовать какие-нибудь лакомства, которые совсем не продают в обычных кафе и ресторанах. Разве мы могли пропустить такое?

— Прошу, — произнёс молодой мужчина, предлагая мне руку.

Я воспользовалась помощью, Мэри в свою очередь тоже не отказалась и шустро поднялась вслед за мной. Нянька проигнорировала аристократа, взглянув на него так, что Грей предпочёл спрятать руку за спину. Спустя мгновение собственный жест развеселил мужчину, но…Из песни слов не выкинешь.

Я присела на скамейку, сестрица нарочно заняла место напротив и хитро подмигнула мне, ожидая, когда Грей устроится рядом с ней.

— Не положено!— припечатала Эдуарду нянька, едва оказалась внутри кареты и осмотрелась. — Пересаживайтесь! — требовательно произнесла Нэнси, погрозив пальцем изменившейся в лице Мэри.

Сестрица нахмурилась и послушно перебралась под мой бочок, с завистью проводив взглядом Эдуарда. Молодой мужчина был вынужден присесть вместе с грозной женщиной. Но не отчаялся, а понятливо заулыбался, тут же заняв всех разговором.

Мы прибыли не первыми и это неудивительно. Начала ярмарки ждали многие жители Лерона. Кучер отправился на каретную стоянку, а мы устремились вперёд, ведомые интересом и мечтами.

Музыка, призывные крики торговцев, звон мечей бродячих артистов, шум и запах моря, перемешанный с ароматом пряностей. Всё это вызывало у меня дикий восторг, который совершенно не хотелось прятать за занавесом условностей и воспитания.

Мэри уцепилась за руку Эдуарда, едва мы подошли к большим кораблям.

— Госпожа…— начала было Нэнси, но я сама взяла её под руку.

— Миледи Дафна, — зашептала я няньке, — мечтает видеть этого молодого человека своим зятем. Она была не против, когда наша Мэри прогуливалась по парку с этим господином. И именно под руку.

— Всё это неправильно, — отозвалась упрямая женщина, но по её тону я поняла, что сердце няньки уже дрогнуло. Свою молодую госпожу няня обожала.

— Но ведь мы с тобой рядом. И смотрим за ними, — я попыталась успокоить сердобольную Нэнси.

— Обязательно, — немного грозно, но довольно тихо, подтвердила женщина.

И чего здесь только не было! У причала выстроились корабли, ближе к городу ряды лавок. Посередине пристроились лотки торговцев, не имеющие крыши над головой, но от этого не менее шумные. Запахи специй, жареного мяса, рыбы, ароматные чаи, кофе, умопомрачительные сладости, от вида которых разбегались глаза… А ещё артисты, громко зазывающие на свои представления, акробаты, танцовщицы…

— Ах, как же он так! — восхищённо всхлипнула нянька, глядя на канатоходца, балансирующего с шестом на верёвке, перекинутой от одного столба к другому.

— Нэнси, мы пошли дальше, — произнесла Мэри, потянув женщину за рукав.

— Только смотрите у меня!— не глядя погрозила пальцем нянька. Она с восторгом взрослого и в то же время чистого человека смотрела за мужчиной, нарочно медленно балансирующего над толпой. Перекинутая от одного столба к другому веревка выглядела хрупкой и ненадежной, что только усугубляло переживания зрителей и заставляло их раскошеливаться.

— Мы за тканями, не переживай!— Сестрица уцепилась за меня, нарочно отодвинувшись от Грея.

Нянька на секунду оторвалась от зрелища, убедилась в порядочности намерений нашего сопровождающего (можно подумать, в этой толпе кроме него никто не мог нас коснуться) и снова уставилась на канатоходца.

— Ох, Лаура, как хорошо, что Нэнси хоть чем-то можно отвлечь! — порадовалась сестрица.

Я согласилась.

Ах, какие ткани появились в местных лавках! Мы с Мэри не отказали себе в удовольствии и приобрели несколько отрезов. Всё это время Грей обитал где-нибудь неподалёку. Потом пошли кружева, ленты… Всё это увлекало, но впереди было ещё много всего интересного.

— Лауретта, а вон книжная лавка. Зайдём?— спросила сестра. — Может, там какие-нибудь книги экзотические появились.

— Дяде в подарок, — поддержала я.

Идея понравилась всем. Даже сопровождавший нас блондин оживился. Мы всей компанией направились в небольшой магазинчик. Как полагается, мужчина распахнул перед нами дверь. Мэри улыбнулась и двинулась первой, затем я…

Даже не успела перенести ногу через порог, как раздался голос мальчишки, что торговал газетами на углу книжной лавки: «Покупайте новости! Свежие новости Лерона! Военные действия в Сан-Морино остановлены! Премьер смог договориться с колониями! Покупайте новости, свежие новости Лерона!»

Как остановлены? А Кинан? А наши планы? Мысли тревожно застучали у меня в голове, заодно задевая за нервные струны души.

— Лаура? Что с вами? — обеспокоенно поинтересовался Эдуард. Он поддержал меня под руку, словно боялся, что могу упасть.

— Со мной? Нет, ничего. — Улыбнулась, натянув на лицо привычную маску. Надеюсь, никто ничего не заметил. Я решила перевести разговор на другое. — Вы снова готовы меня поддержать.

— И заметьте, не я это сказал. — Молодой мужчина улыбнулся мне искренне.

— Лаура, ты устала?— Мэри повернулась к нам и заметила мою заминку.

— Нет, что ты. Всё в порядке. Я… оступилась.

Признаться, после этой новости книжные полки стали меня интересовать куда как меньше, чем ещё полчаса назад. Кинан Верн направился ради нас, а что теперь будет? Вряд ли «Виктория» достигла берега. Значит, военные действия были уже остановлены, прежде чем Кин хоть что-то предпринял. Я была рада, что мой жених жив. И вместе с тем это подразумевало новые трудности. Что же нам не привыкать. Если стремишься к чему-то важному, то будь готов к препятствиям.

Мы рассредоточились по магазинчику, рассматривая то одно, то другое. Мэри с блондином о чем-то переговаривались. Я же предпочла скрыться за книжным стеллажом, потому что хотелось уединения. На самом деле все не так уж плохо, но как же теперь поступит Кинан?

— Лаура, вы действительно себя хорошо чувствуете? — голос блондина вывел меня из состояния задумчивости. Всё в порядке?

— В полном!— подтвердила я и решительно сунула книгу на полку. На то, что издание держала в перевёрнутом виде, решила не заострять внимание.

Наверное это свойство любого человека, привыкать к тому, что имеешь и стараться

— Как ты думаешь, Лаура, не пора ли сходить за Ненси?— поинтересовалась Мэри, едва мы покинули книжную лавку. Приобретённый набор миниатюр с иностранными кораблями стоил нам недорого, но мы решили, что в знак внимания милорду они понравятся. Коробка с подарком благополучно перекочевала в сумку Грея. Это ткани продавцы отправят по адресу, а мелочь придётся носить самим. Наличие рядом такого приятного помощника вполне нас устраивало. — Даже не знаю, хватит ли у нас сегодня времени, чтобы она насытилась выступлениями, — поддержала я сестру.— Пожалуй, действительно пора. Вдруг решит, что мы слишком долго отсутствуем. Обидится.

— Милые леди, если вы не возражаете, — вклинился в нашу беседу Грей, — то я бы сначала заглянул в вон те две оружейные лавки.

— О! Эдуард, вы правы, — поддержала Мэри, бросив на меня умоляющий взгляд, чтобы я даже не пыталась вставить хоть одно слово против.— Ненси признаёт только кухонные ножи и не захочет туда заглянуть. И потом, вы с нами потратили столько времени, надо и нам сделать ответный шаг. Правда, Лаура?

— Конечно! И нам тоже будет интересно, — не отстала от сестры. Но к молодому Грею цепляться за рукав не стала, посчитав, что будет достаточно одной Мэри.

Народ на ярмарке всё не убывал, а потому идти втроём было неудобно. Грей и сестра отправились вперёд, а я пристроилась позади них, то и дело бросая взгляд на снующих туда-сюда лоточников. Несмотря на то что усталость уже начинала сказываться, я продолжала вертеть головой по сторонам, радуясь, что нахожусь здесь.

— Эдуард, а какое оружие вам нравится? — раздалось впереди.

— Мне?— В голосе мужчины проблеснуло удовольствие. Мэри попала точно в цель.

Я усмехнулась. Сестра ведёт осаду по всем фронтам. Теперь будет хвалить и восторгаться предпочтениями Грея, даже если ей самой на это наплевать.

Не успела дослушать разговор шагающих впереди, как случилось непредвиденное.

— А! — вскрикнула я, ощутив натяжение сумочки. Решительно дёрнула за ручку и сразу поняла, что кроме неё в руках больше ничего нет. Совсем нет!

На глаза тут же попался удирающий мелкий воришка. Грязные волосы, узкая спина и прилипшая к ней выцветшая серая рубашка мелькнула между людьми. Не думая о том, что леди не пристало бегать, я бросилась за грабителем.

—А ну, стой!— крикнула я, расталкивая зазевавшихся людей. — Простите, извините... Стой, кому говорю!

Про то, что ещё минуту назад ноги гудели от усталости, совершенно забыла. Боялась потерять этого юркого нахалёнка, а заодно свои деньги, что остались от прогулки.

Всё произошло так быстро, что я даже не успела ещё раз окрикнуть маленького вора. Мальчик попытался обогнуть высокого мужчину, чтобы затем броситься в узкий проход между торговыми лавками. Но крепкая рука незнакомца схватила воришку за шкирку, не дав ему окончательно раствориться среди множества людей.

Я замедлила бег и направилась к неизвестному помощнику. Пока шла, в голове сам собой выстраивались предположения относительно того, кем мог быть этот мужчина. Обветренная кожа незнакомца и его одежда указывали на человека морского. Ничего удивительного, ведь мы находились в порту?! Прибывшие с товаром моряки тоже были не прочь отдохнуть на берегу и посмотреть на ярмарочные развлечения.

Мужчина удерживал мелкого грабителя, а тот отчаянно пытался вырваться, но безуспешно. По мере моего приближения мальчишка еще раз дёрнулся, а потом застыл, упрямо поджав губы. Словно жалел, что придётся отдать честно украденные деньги, а ещё и получить за это наказание.

— Это ваше? — кивком головы незнакомец указал на сумку, которая торчала из-под грязной рубахи оборванца.

— Моё, — согласилась я, пытаясь справиться с собой и не слишком откровенно разглядывать спасителя своей наличности.

А посмотреть действительно было на что. Высокий, широкоплечий, мускулистый и загорелый так, словно большую часть времени проводил на свежем воздухе под палящими лучами. Белоснежная рубашка только усиливала эффект бронзовой от солнца кожи. Густые чёрные волосы, достающие до плеч, могли вызвать зависть у любой модницы. И только взгляд прищуренных глаз указывал на то, что мой манёвр с рассматриванием не остался без внимания.

— Капитан, смотри, девчонка сейчас в тебя влюбится! — рассмеялся непонятно откуда взявшийся второй мужчина. Он чем-то неуловимо напомнил самого спасителя сумки, но несколько проигрывал ему по габаритам. А ещё это ужасное кольцо в ухе. Никогда не нравились подобные украшения на мужчинах.

Влюбится… Я?! В него?!

Вскинула голову и бросила равнодушный взгляд в сторону остряка. Пусть не считает себя настолько неотразимым, чтобы я среагировала на эту шутку. А я бы, конечно, могла. Так и хотелось сказать про то, что жених и без них имеется. Да только неудобно. Мне всё-таки помощь оказали.

Спаситель тем временем протянул свободную руку к воришке, в которую мальчик тут же сунул мою безнадёжно испорченную сумочку.

— Леди,— чуть насмешливо произнёс капитан, передавая украденное мне. — Держите.

— Благодарю, — отозвалась я, принимая вещь. Слова так и вертелись на языке, но я промолчала. Этот мужчина мне ничего дурного не сделал. Но последовавшее предложение опровергло все мои добрые мысли.

— И сидите дома, а в порту одной делать нечего.

— Это вы мне?! — возмущённо выдохнула я. Это надо же! Будет он ещё указывать, что делать и что нет! А тот языкастый с кольцом в ухе еще и ехидно улыбнулся, словно мы знакомы.

— Лаура! — обеспокоенный голос вовремя появившегося Эдуарда заставил промолчать и проглотить слова.

Грей сам взял меня под руку, будто бы имел на это право. Я хотела вывернуться, но глядя в насмешливые серые глаза капитана, поняла, что лучше держать язык за зубами. И почему совершенно незнакомый человек так может раздражать?!

— Все в порядке, Эдуард. Эти господа помогли мне и поймали вора. Пойдём.

— Благодарю, — отстраненно вежливо произнес блондин, одновременно утягивая меня в сторону лавки с оружием.

Что стало с незадачливым воришкой, не знаю. Странное дело, но даже уйдя от незнакомцев, на языке так и вертелись невысказанные колкости. Я ведь видела иронично изогнутые губы и тот цепкий взгляд. Капитан едва ли не потешался надо мной! Как только сдержался, не пойму. Клоуна нашёл! Циркачку!

— Бил, а у тебя есть, кто-то толковый на примете?— донёсся позади знакомый голос сероглазого брюнета.

После этих слов я едва не скривилась. Преследует он меня, что ли?

И это хорошо, что кроме нас никого в оружейной лавке не оказалось. Мы с Мэри тут же облюбовали узкий диванчик. А блондин направился к прилавку, из-за которого тут же навстречу выскочил услужливый продавец.

— Лаура, — сестрица хихикнула мне прямо в ухо. — Что произошло? Вы о чем там спорили? Мне показалось, что у Грея и у того пирата загривки как у псов приподнялись.

Словно подслушав наш разговор, стоявший у прилавка Эдуард обернулся. Мужчина был расслаблен и даже улыбался. Но мне показалось, что в глубине его глаз мелькнуло что-то тёмное, беспокойное. Точн не поняла, сказывалось плохое освещение.

— Да? А я и не заметила... Мэри, ты думаешь, это пираты?— прошептала я, когда Грей отвернулся, привлечённый очередным продемонстрированным оружием.

— Нет, я так не думаю. Но звучит романтично. Согласись? — снова хихикнула неунывающая сестра.

Разве с ней поспоришь?

Нэнси мы нашли быстро. Мэри взяла меня под руку и под надзором Грея показались на глаза нахмуренной няньки. Она критически осмотрела нас, словно пытаясь проникнуть в мысли и поймать на маленькой лжи. Но мы были непреклонны. Улыбались, восторгались покупками. В общем, старательно дурили няньке голову. А чтобы окончательно убедить её в нашей полной непогрешимости, повели в кафе. Тем более что в горле пересохло, ножки устали и уже хотелось чего-то существенного.

Дорога домой мне запомнилась мерным покачиванием кареты. А ещё я то и дело ловила на себе задумчивые взгляды Эдуарда и это несколько нервировало. Я никак не могла понять причины столь внезапного внимания к себе. Конечно, каждой девушке приятно, когда мужчина не сводит с неё взгляд. Только рядом со мной снова расположилась Мэри. И я уверена, она тоже замечала этот изменившийся взгляд будущего атташе. Блондин сидел, словно ни в чём не бывало. А для поддержания настроение произнёс несколько столичных шуток. Припомнил то, что ему сегодня понравилось у оружейника, но не настолько, чтобы раскошелиться.

Карета Грея подъехала к парадному входу. Наш спутниксначала подал руку Нэнси, не отказавшейся от помощи. Затем карету покинула Мэри. Она попыталась сделать вид, что будто бы случайно запнулась, но блондин не оплошал и поймал девицу в самом начале манёвра. Похоже, у Грея по этой части имелся большой опыт. Имитации трогательных объятий не случилось. Сестрица была в своём репертуаре, что я даже не удивилась.

— Эдуард, вы не против заглянуть к нам в гости? Маменька будет рада. Да и привычный обед мы все вместе пропустили.

— Не сердитесь, Мэри, но я откажусь, — в своей вежливой манере отозвался Грей. Он повернулся ко мне и протянул руку. — Лаура?

Я покидала карету самая последняя, напрасно надеясь, что болтовня сестры отвлечёт возросшее внимание нашего спутника ко мне. Не вышло.

Моя рука коснулась мужской ладони, и тут же блондин сомкнул свои пальцы, словно только и ждал этого момента. Всё могло выглядеть невинно, не взгляни на меня Грей так, что я ещё раз убедилась в собственной догадке. Он действительно не просто так это сделал.

Первый мой шаг на подножку кареты, второй — и вот я уже стою на земле. Кивком поблагодарила, и без усилий выдернула руку и отвернулась, словно ничего и не произошло. Но прежде чем наше соприкосновение разомкнулось, блондин попытался удержать под руку. Ни Мэри, ни Нэнси вряд ли что-либо заметили. Всё было мастерски выполнено Эдуардом, балансировавшем на грани приличий.

Непонятное внимание мужчины угнетало.

Я нацепила на лицо дежурную улыбку, а сама побоялась посмотреть на Грея. Мужчина не собирался к нам заходить, а не желающая его отпускать Мэри всё распалялась в приглашениях. Нэнси сразу ушла в дом, а потому не слышала нашей беседы. Мне-то в отличие от няньки было неудобно сбегать, хотя очень хотелось. Спасла ситуацию миледи. Как оказалась, тётушкина мигрень все ещё прогрессировала, о чём свидетельствовал след от сырого полотенца на лбу. Но женщина не отказалась встретить нас и расспросить:

— Вы уже вернулись! Какое счастье. Господин Грей, надеюсь, вы не откажете отобедать с нами?

— Нет, миледи, извините меня. Я вынужден откланяться. Хочу поскорее справиться о здоровье бабушки, — поделился Эдуард перед тем, как уйти. Лёгкий поклон и вот уже мужчина покинул нас на своей карете.

Я порадовалась этому обстоятельству. Наконец-то попаду к себе. Сниму туфли, суну ноги под холодную воду и посижу так хотя бы минутку.

— Девочки, вас долго не было, вы должны мне все рассказать! — потребовала тётушка Дафна, едва мы с Мэри оказались в гостиной и присели на минутку.— Что-то купили?

— Как всегда, маменька, все доставят вечером, — подтвердила Мэри, обмахиваясь рукой. — А на ярмарке чего только не было. Торговцы, циркачи. И ты не поверишь. Но на нашу Лауру напал вор, а какой-то пират её спас.

Я расслабилась. Как оказалось, очень даже зря. Едва девушка произнесла последние слова, я бросила на неё взгляд, и тут же заметила торжество не самого приятного толка. Словно Мэри сделала это нарочно, дабы отомстить. За что? Нет, я не обольщалась и была уверена в том, что сестре не понравилось странное внимание Грея ко мне. Но надо думать головой, о чём говорить!

— Как вор? —взвизгнула поражённая информацией тётя. — Какой пират?! А где в это время была Нэнси?! Нет, вас больше одних не отпущу. И Грей хорош… Он же был вместе с вами?!

А вот это сестрица не предусмотрела. И сейчас её лицо перекосилось от осознания собственной глупости.

— Нэнси! Нэнси!— крикнула миледи. Её щёки пошли пятнами и нужно было срочно спасать положение. Даже несмотря на то, что слова сестры были неприятны, нянька была ни при чём.

— Тётя, не надо Нэнси. Она была рядом, вы не волнуйтесь!

— Э…мама, я не так выразилась! Ты не поняла. Лауретта права, Нэнси тут совершенно невиновата. Она… Всё случилось так внезапно, что никто не смог отреагировать!

— Никто?— переспросила тётя и сглотнула, переводя взгляд с меня на собственную дочь. И непонятно какие мысли бродили в голове у миледи.

— Только Эдуард Грей, — выдвинула я версию и тут же пожалела об этом. Ведь когда красавчик явится, миледи захочет узнать всё в его изложении. Чтобы восторгаться и выказать всяческое расположение. А блондин не в курсе собственного героизма.

— Я знала, что он порядочный мужчина, — согласилась тётя. Однако рано было обманываться на её счёт, ведь история требовала озвучки. — Так что там произошло?

— У Лаурочки украли сумку, а Эдуард, — тут я бросила взгляд на сестру, которая немедленно закивала в знак поддержки. Словно кукла с резиновой шеей, когда её тряхнёшь. — Эдуард кинулся на помощь.

— Маменька, и он ведь только немного не успел! — подхватила Мэри.

— Да! Просто какой-то капитан попался на пути вора и поймал первым. Но Эдуард был рядом!

— Стоп, девочки! Какой капитан? — нахмурилась тётя и погладила лоб рукой.— От ваших пояснений в голове сплошной туман и хочется чего-то разбить.

Что за нелепая ситуация?!

— Э… Да, Лаура, а с чего ты взяла, что пират капитан?— поддержала мать Мэри.

Я затаила дыхание, при этом растянув улыбку. Затем выдохнула и пояснила, стараясь не переходить на рычащие ноты и не кинуть в сестру веером.

— Мужчина, который поймал воришку, был не один. Кто-то из стоящих рядом людей назвал его капитаном. Но я уверена, не излови он грабителя, Эдуард Грей обязательно с этим справился сам.

— О! — восхитилась тётя. — Внук леди Кассандры настоящий отважный герой. Так что вы там приобрели? Какие кружева…

Мы с Мэри, не сговариваясь, облегченно вздохнули и принялись рассказывать о покупках, которые уже к вечеру доставят в наш дом. Всевышний, дай мне силы, чтобы забыть об этом неприятном капитане и даже о Грее как о страшном сне.

ГЛАВА 5. Маленькая ложь и неприятности

Лаура

Ни на следующий день, ни даже после, на ярмарку мы не поехали. Мэри рвалась, а я отчего-то не слишком огорчилась. И даже знаю причину — возможная встреча с Эдуардом. Чем больше вспоминала странные заигрывания Грея, тем неприятнее становилось. И ведь Кинану не изменила, а чувствовала себя какой-то грязной. Блондин приятный собеседник, но не больше.

Вместо ярмарки на второй день миледи вдруг воспылала желанием посетить городской сад.

— Девочки, собираемся! — скомандовала она, едва мы успели позавтракать.

Я намеревалась почитать, Мэри устроилась у окна с пяльцами. А вместо этого мы уставились на воинственно настроенную женщину.

— Маменька, что с вами? — испуганно воскликнула двоюродная сестрица.

Два дня миледи Дафна изводила докторов, а заодно и нас жалобами на головную боль. Сегодня ей страдать надоело и хорошее боевое настроение вернулось. Правда, выглядело это как-то слишком активно. Что немного пугало.

— Дитя моё, мы едем в городской парк! Сегодня там мало народа, а значит, чище воздух. Девочки, быстро собирайтесь! Отказы не принимаются.

— Мама, а если господин Грей приедет? — осторожно поинтересовалась Мэри.

И на то у неё были серьёзные основания. Со дня совместного посещения ярмарки прошло целых два дня. Грей не объявлялся, даже не присылал записки. Для меня ничего такого, ведь он совершенно посторонний человек и не обязан отчитываться. У Мэри же выстроены планы, нарушение которых ввергло девушку в дурное настроение.

— Хорошо, оставайся, — согласилась миледи Эванс. — Но помни о приличиях. А у меня назначена встреча с леди Клариссой. Надеюсь, сегодня её мигрень не прикуёт к постели.

— Маменька!— возмутилась сестра и от недовольства ткнула себе иглой в палец. Мэри рассержено зашипела и отбросила вышивку в сторону. — И вы молчали?

Ну вот. Охмурение жениха продолжается. Мне отчаянно захотелось остаться дома, чтобы не видеть блондина и не вызывать напрасной тревоги сестрицы. Зачем? Ведь у меня есть Кинан, самый смелый на свете мужчина. Тот, кто не побоялся ради меня отправиться за море в неизвестность. В душе я надеялась на нашу скорую встречу, ну или известие. Я боялась пропустить хоть короткой записки, потому что никто не помешает дяде перехватить даже самое невинное письмо от Верна.

— Миледи, с вашего разрешения я сегодня пропущу эту прогулку, — подала я голос, едва стало понятно, что тётушка от своей затеи не собирается отказываться. Наоборот, её энтузиазм заразил и Мэри. А вот мне с Греем встречаться совершенно не хотелось. Ни капельки!

— Лаура, ты боишься, что тебя будет преследовать тот капитан?— ввернула своё слово девица, которая по какой-то случайности ещё не успела покинуть гостиную. Вот же змеища!

Тётушка Дафна повернулась ко мне, ожидая ответа. Сестра не змея. Гадюка хвостатая! Ну зачем лишний раз вспоминать этого мужлана?!

— Капитана? — растерянно произнесла я, прикинувшись ничего не помнящей девицей. Беспомощно посмотрела на миледи, словно только она могла спасти меня от такого провала в памяти.— Ах да. Ты про тот ужасный случай на ярмарке! Что ты, Мэри, разве я могу бояться незнакомого капитана. Ведь там, возможно, будет Эдуард Грей. Неужели он даст девушку в обиду?

Мэри прикусила губу, поняв, в какую ловушку себя едва не загнала. Согласись я, и тогда внимание кавалера придётся делить на двоих. А тут она одна займёт его уши.

Я скрыла усмешку, насладившись раздосадованным лицом сестры, и снова обратилась к тёте. Надо сказать, опытная интриганка все это время с непроницаемым лицом за нами наблюдала. Подозреваю, при этом продолжая вынашивать свои планы.

— Миледи, вы не будете возражать?

— Что-то серьёзное, Лаура?

— Нет, обычные женские недомогания, — соврала я, свалив на первое, что пришло в голову.

— Понимаю. Конечно же, оставайся, — тут же отозвалась тётя и сурово взглянула на дочь. — Мэри, ты всё ещё здесь? Я же велела надеть лиловое платье на прогулку, а ты в розовом.

— Но маменька, — пропыхтела сестрица, желая возразить. А потом передумала. Что с того, что миледи Эванс только сейчас вспомнила про лиловое. Главное — пора собираться в парк. А то снова мигрень, мокрое полотенце и нотации, от которых самой впору сбежать в свою комнату и затихнуть, прикинувшись спящей.

Спустя какое-то время я с нарочито вымученной улыбкой проводила родственниц до ворот, помахала им рукой. И только когда карета скрылась в конце улицы, вернулась обратно. При этом шаги мои были легки, а от того, чтобы скакать вприпрыжку удерживало только наличие слуг вокруг.

Если бы я догадывалась, что моё надуманное затворничество ни к чему хорошему не приведёт, то немедленно собралась и поспешила вслед за родственниками. Но нет, я даже не подозревала, какая встреча произойдет несмотря на все мои попытки избежать её.

В тот день на ярмарке я прикупила несколько новых женских романов. И вот теперь, достав очередной из них, я была полна надежды окунуться в мир книжной любви. А заодно помечтать, как это будет у нас с Кином. Приказала принести слугам вазу с фруктами в сад и сама направилась туда, чтобы спокойно почитать в тени у фонтана.

Не скажу, что новый роман так сильно увлёк меня, что я перестала обращать внимание на окружение. Шаги горничной, что принесла фрукты, я слышала. Да и звук огромных ножниц, которыми пользовался садовник, тоже различала. Так почему когда раздалось:

— Доброго вам дня, Лаура…

Почему я едва не подпрыгнула? Хорошо, что осталась сидеть на месте. Только дрогнула рука, выпустившая книгу.

— Эдуард!— выдохнула я. Волна недовольства всколыхнулась во мне, но я быстро нацепила вежливую маску. Вместо этого пришлось произнести приветствие. — И вам доброго дня. Чем обязана?

— Простите, Лаура, я вас напугал. — Мужчина нагнулся за выпавшей книгой, при этом его рука оказалась недалеко от моих ног. Блондин не спешил подниматься. Он посмотрел вниз. А затем взгляд мужчины медленно заскользил по ногам, продвигаясь всё выше. Странное дело, но даже в этом вполне невинном порыве, мне показалась какая-то подоплёка. Словно Эдуард сделал так нарочно. Но не столько для меня, сколько затевая какую-то собственную игру.— Можно и мне присесть рядом?

Я внимательнее посмотрела в глаза поднявшегося блондина, пытаясь уловить хоть какой-то намёк на непристойность или злой умысел. Но нет, Грей выглядел так, как подобает благовоспитанному аристократу. Однако давать согласие и сидеть рядом с ним, касаясь бедром его бедра, совершенно не хотелось. Скамеечка короткая и как не крутись, но мужчина окажется достаточно близко от меня. Это может вызвать лишние разговоры среди прислуги, да и Мэри расстроится. Я представила сестрицу и поняла, что неверно подобрала слово. Она не просто расстроится, скорее изойдет ядом. Суть одна — лишний конфликт между нами ни к чему. Однако, выглядеть негостеприимной в глазах потенциального родственника тоже не вариант.

— Скажите, Эдуард, вы ведь приехали к Мэри? Её нет, она в городском саду.

С ходу попыталась отделаться от собеседника, послав его по известному направлению. Уток кормить.

— Нет, Мэри здесь совершенно ни при чём. Я просто решил навестить вас всех, — отозвался мужчина, даже не скрывая довольную улыбку. Словно он видел все мои сомнения, что я пыталась не выказывать открыто.

— А, давайте, прогуляемся? — предложила я, бодренько подскочив и сделав вид. что не все расслышала. Дела его мои интересуют, надо же. — Хотите, покажу вам наш сад?

— Сад? — Грей посмотрел по сторонам. — Отличная идея, почему бы и нет.

Блондин хитро сверкнул глазами и… Предложил мне свою руку. Вот тут-то я поняла, в какую очередную авантюру вляпалась.

Чуть коснулась пальцами согнутого локтя, и мы направились вдоль тенистой аллеи. Молчали недолго. Грей имел определённую цель, это стало ясно с самого начала.

— Лаура, а вы ведь меня избегаете, — сообщил Эдуард, продолжая идти нарочно медленно, словно абсолютно никуда не торопился.

— С чего вы взяли?

— Ну как же? Я не слепой.

Развивать и дальше эту тему желания не было. Даже попыталась ускорить шаг, но Грей сразу все понял. Усмехнулся, но промолчал, продолжая двигаться в прежнем темпе. После чего притормаживать пришлось мне самой. Раздражает!

— Скажите, вы долго собираетесь от меня бегать?— упорствовал красавчик, прикоснувшись свободной рукой к моим пальцам.

Напряжённая, я вздрогнула от этого нежданного и слишком личного жеста. Словно небольшой огонь пробежался по коже и осел, впитавшись в плоть. Ладонь мужчины была необычайно горячая и это нервировало.

Я остановилась. Без труда выдернула руку и поинтересовалась, глядя в глаза дотошному собеседнику:

— О чем вы? — Чтобы сейчас про меня не думал этот человек, только я не давала ему повода и какую-то надежду.— Эдуард, вы ухаживаете за Мэри. А сейчас …

Я произносила слова, а светлые брови собеседника в то же время удивлённо взмывали вверх. Словно то, что я говорила, для самого мужчины стало полной неожиданностью.

— Вот интересно, Лаура, с чего такие выводы о внимании к Мэри? Мы втроём были везде вместе. А если ваша сестра иногда шла рядом, то разве мне стоило её прогонять? — От усмешки и хитрого взгляда Грея не осталось и следа. Мужчина не злился, но я чувствовала, что весь этот разговор ему становится неприятен. Мэри иногда настойчива и прёт напролом. Можно подумать, я прыгаю от восторга от всей этой истории. Не я заварила кашу и расхлёбывать её нет желания.

— Так чего же вы хотите от меня, Эдуард? — В свои слова постаралась вложить больше нейтральной вежливости и безразличия.

Грей по-прежнему оставался интересным рассказчиком. Но беседовать наедине с этим мужчиной не хотелось. Видимо, он что-то прочитал в моих глазах. Нахмурился, сжал губы в узкую полоску. И произнёс то, чего я вовсе не ожидала:

— Лаура, я считаю, что вы гораздо интереснее, чем Мэри. Я наблюдал за вами и могу полностью утверждать, что это так. А касаемо моих желаний… Я их озвучу. Но позже. А пока разрешите откланяться.

Не успела радостно выдохнуть, как блондин взял меня за руку, чтобы на прощание её поцеловать. Исключительно вежливо, как допускается правилами. Однако в это действо Грей постарался вложить не только своё упрямство, но и что-то другое. Невольно задрожала, едва губы мужчины прикоснулись к моим пальцам. Я была уверена, что он это сделал мастерски, просто виртуозно. Со знанием дел и большим опытом, который сейчас и постарался мне продемонстрировать.

— До скорой встречи, прекраснейшая, — произнёс Грей и его уголок губ дёрнулся, обозначив улыбку. К блондину снова возвратилось самообладание. И даже взгляд наполнился многозначительностью и уверенностью в собственной неотразимости. — Всего хорошего, — отозвалась я и мысленно пообещала себе впредь избегать подобных ситуаций, когда меня можно застать одну. Вот же проныра!

Но что же задумал господин Грей? Я и не заметила, как нахмурилась, глядя на удаляющегося мужчину. В то, что он так быстро успокоится, как-то не верилось.

Только спустя два часа Мэри и тётя Дафна вернулись домой. К этому времени я уже пришла в себя после общения с Эдуардом. Однако, скрыть приезд блондина в дом было бы нереально.

— Дочь, ты невыносима! — заявила с порога миледи и с гордо поднятой головой направилась к себе.

Я уже собиралась было открыть рот, чтобы справиться о прогулке. Но глядя на недовольную тётушку, решила промолчать.

— Что произошло?— поинтересовалась у Мэри, едва старшая родственница скрылась наверху лестницы, а мы, не сговариваясь, свернули в ближайшую гостиную.

— Они у меня ещё попляшут! — пообещала сестра и сжала пальцы в кулак. — Представляешь, Лауринья, он сделал вид, что меня просто нет.

— Кто?— не поняла я, рассматривая сестрицу. Красные пятна покрывали щёки девушки, а неподдельная ярость так и лилась из её глаз, придавая лицу зловещий оттенок.

Мать и дочь поссорились? Нет, здесь явно что-то не совсем то.

— Кто этот нахал?— я едва сдержала кривую улыбку.

Не знаю почему, но именно сейчас захотелось рассмеяться. Возможно, тому виной поведение сестры и её выпады, что она позволяла себе в мой адрес в последние дни. Мне заранее было жаль того мужчину, который повёл себя подобным образом с девушкой. Она до ужаса упрямая и теперь какой-то человек станет жертвой её насмешек.

— Эдуард,— огорошила меня Мэри. — Представляешь, мало того, что опоздал, так ещё и держался от меня в стороне.

— Он приезжал к вам?— удивилась я. Неприятное ощущение кольнуло в груди. Значит, Эдуард после меня помчался в парк? Навёрстывать упущенное. И тут же я одёрнула себя, припомнив, что, в общем-то, лично мне без разницы, как и что будут делать эти двое: сестра и Грей.

— Да! А что тебя так удивляет? — Девушка подозрительно сощурилась.

— Совершенно ничего. Просто он был здесь, едва вы уехали.

— Был? И что? Что ты ему наговорила? — Колючие ноты в голосе Мэри резанули слух.

Как не неприятно это признавать, но сестра заранее винила во всём меня, не выслушав и даже не зная, о чём речь. Похоже, этот будущий атташе хорошо умел вбивать клинья между людьми. Я в очередной раз осознала, что иметь дело с блондином совершенно не желаю. Мэри же всегда торопилась с выводами и сейчас её паранойя только прогрессировала.

— Я? Наговорила?—Удивлённо выдохнула и тут же замолчала, ощутив, как в груди разрастается обида на сестру. Выслушивать её бредни и оправдываться совершенно не было желания. Дафна и Мэри заразили дурным настроением и меня. Поэтому без сожаления я поднялась, немного нервным движением одёрнула платье. — Всегда удивляло твоё нежелание узнать, что произошло на самом деле. Значит, не особо в этом нуждаешься.

Сейчас я жалела, что милорд Эванс был против возвращения меня в родной дом. Видите ли, неприлично девушке моего положения жить одной, пусть даже вокруг будет множество слуг. Дядя решил, что это каким-то образом может сказаться на их и на моей репутации.

Не успела я покинуть гостиную, как взбалмошная красавица бросилась за мной. Схватила за руку, заставляя остановиться и обернуться.

— Ну прости, прости меня, Лаура. Я не хотела тебя обидеть!— воскликнула девушка, тряхнув светлыми локонами. Она попыталась улыбнуться, сверкнув белыми зубами. При этом чем-то напомнив фарфоровую куклу.— Но я действительно не понимаю, отчего Эдуард так переменился.— Нижняя губа девушки задрожала, придав красавице несчастный вид. Казалось, вот-вот из прекрасных глаз польются самые настоящие слезы-градины.

Но я-то знала цену такому поведению. Мэри умело манипулировала людьми, заставляя плясать их под свою дудку. Раньше меня это забавляло, а в последнее время стало противно.

— Собственно говоря,— я постаралась выдернуть свою руку из захвата родственницы,— это был всего лишь визит вежливости и ничего больше. Господин Грей поинтересовался, где ты, а затем уехал.

О нет, я не собиралась говорить ей правду, равно как и расстраивать. Лишь бы отстала от меня. А уж будущий атташе сам пусть выкручивается из ситуации, которую создал. Хочет держать Мэри на расстоянии — его право. Но без меня. Желает и дальше вести себя, словно имеет на неё виды — совет да любовь. У меня есть Кинан и именно этого мужчину я жду.

— Это всё?— затаила дыхание девушка, но губы уже тронула улыбка. Человек-настроение, одним словом.

— Всё. А ты что-то ещё хотела, чтобы он со мной обсудил?— Я не удержалась от ехидности в голосе. Всё-таки какая у меня родственница... милая. Просто жуть берёт.

— Хм... — Сестра откинула рукой с плеч волосы и задумчиво произнесла. — Может, я что-то не так поняла. Или у Эдуарда проблема. А я со своими подозрениями маменьку извела. Надо сходить и помириться, что ли. Как думаешь, Лауретта?

— Твоё право, Мэрин!— ответила я и поспешила покинуть гостиную.

Всего несколько секунд за спиной стояла тишина, а после донеслось недовольное:

— Лаура, ты кого назвала мерином? Кастрированным жеребцом?

— Дорогая, я всего лишь разнообразила твоё имя. А уж конём ты себя сама назвала,— съязвила я, и при этом мне совершенно не было стыдно.

Достала!

ГЛАВА 6. Кто вы, Грей?

Лаура

Привычка держать лицо, даже если всё ужасно надоело, выручила меня в этот день и в последующие. Я перебрасывалась ничего незначащими фразами с Мэри, даже улыбалась ей в ответ. Сестра была полна планов относительно Грея, который больше не показывался. Девушка хандрила, а заодно портила настроение всем окружающим, включая миледи. Я же радовалась, что Эдуард больше нас не навещает, но подозревала, что это ненадолго. Мужчина выглядел упрямым и наверняка привык добиваться своего.

Как-то за завтраком слуга по обыкновению принёс поднос с письмами и свежими газетами. Имелась у дядюшки дурная привычка — читать за столом. При этом никто больше себе такого не позволял и даже не смел. Поднос с бумагами остался лежать рядом с дядей, который отодвинул чай. Милорд тут же принялся просматривать корреспонденцию, выискивая что-то интересное. Если не было ничего срочного, то почту дядя откладывал на потом и изучал её уже у себя в кабинете.

Сегодняшнее утро ничем особым не отличалось от остальных. Разве что одно из писем пришло на имя тётушки Дафны. А надо сказать, что подобное случалось крайне редко. Ох, как изменилось лицо миледи, когда она увидела отправителя. Даже дядюшка с любопытством посмотрел на жену, неопределённо хмыкнул и отвернулся. Бумажные новости его волновали гораздо больше. Меня они тоже привлекали в части прибывших кораблей. Но я боялась демонстрировать свой повышенный интерес. А потому терпеливо ждала, когда газеты окажутся на журнальном столике и можно будет спокойно в них заглянуть.

— Маменька, неужели вы будете читать прямо сейчас?— поинтересовалась Мэри, при этом вытягивая голову и пытаясь понять, от кого конверт.

— Нет, чуть позже, — уголками губ улыбнулась тётя, сразу уловив, в чём дело.

— Интересно, кто это?— горела желанием удовлетворить свой интерес сестра. Но её вопрос был проигнорирован.

Мне тоже было любопытно, но не до такой степени. Признаться, столь загадочного лица у миледи я давно не наблюдала. Неужели это то самое письмо от столичной подруги? Пожалуй, я бы тоже хотела знать. Что в нём написано относительно Грея. И пусть мужчина не являлся предметом моего воздыхания. Но ведь интересно же!

Заинтриговав нас, миледи не стала откладывать прочтение письма в долгий ящик. Едва муж и сын уехали, она отправилась к себе.

— Маменька, а вы куда?— поинтересовалась Мэри, бросая на меня взгляд, умоляющий поддержать.

— К себе, дитя. Хочу уединиться, — отмахнулась миледи.

— Сердцем чувствую, что дело тут нечисто, — поделилась со мной сестра, глядя вслед своей уходящей матери. — А ты как думаешь, Лаура?

— Может, это из столицы?— выдала я своё предположение.

— Точно! Письмо про Грея… О, как же мне хочется прочитать, какую тайну про Эдуарда скрывает весь столичный мир!

Эту самую тайну мы и без особых ухищрений вскоре узнали. Миледи послала за нами служанку. А когда остались втроём, тётя достала конверт, помахала им перед нами и интригующе произнесла:

— Девочки, а вы догадываетесь, кто такой Эдуард Грей?

— Многоженец?— выпалила Мэри. Но тётя отрицательно покачала головой.

— Самозванец?— подхватила я. — Он вовсе не будущий атташе.

— Банкрот?— дрожащим голосом продолжила Мэри.

— Оборотень, — с улыбочкой триумфатора объявила нам родственница. — Самый настоящий, хоть и полукровка. Песец. Шикарный зверь. Хорошо, что он не видел мое новое манто из песца. Мог оскорбиться.

Я смотрела на тётю во все глаза, веря и не веря этой информации. А ведь если подумать, почему бы Грею не быть оборотнем? Людей с такой особенностью не так уж и много проживает в мире. Неудивительно, что на дипломатическую службу молодой мужчина подошёл как никто другой. Наверняка и от желающих выйти замуж за оборотня отбоя нет. Неудивительно, что здесь его особенность не слишком афишировалась.

— Ну надо же! Маменька, а кто именно он?— неожиданно воодушевилась Мэри. — Хотя, какая разница, все оборотни должны любить мясо. Значит, в следующий раз, когда нас навестит господин Грей, мы предложим ему с нами пообедать, и мяса пусть будет очень много.

— Ты правильно мыслишь, Мэри, — поддержала дочь тётя Дафна. — Этот мужчина точно должен быть твоим. Какие перспективы! Пожалуй, нам следует сегодня же отправить приглашение Клариссе. И Эдуарду, конечно же. Он не сможет оставить одну пожилую родственницу и прибудет вместе с ней.

— Маменька, ты гениальна! Может, прогуляемся? У меня предчувствие, что Эдуард там нас уже ждёт.

Фантазии Мэри не имели порой границ. На мой взгляд, эта тоже не была лишена определённой сказочности. Впрочем, почему бы молодому мужчине не пройтись вдоль озера? Сбежать всегда успеет.

Воодушевлённые собственной затеей родственницы уехали на прогулку в городской парк, а я предпочла снова остаться одна, сославшись на головную боль. Конечно, теперь мне было интересно посмотреть на блондина, зная, что он не совсем человек. Да и собеседник из него очень приятный. Только вдруг мужчина примет моё чисто познавательное любопытство за что-то другое? Нет, пожалуй, не стоило так рисковать.

— Если придёт господин Грей, скажите ему, что никого дома нет. — Я отдала распоряжение и направилась к себе.

Приказать-то приказала, но вот с посетителем ошиблась.

Я устроилась в гостиной, сложив рядом свежие газеты, и принялась внимательно их изучать. Мне было важно любое упоминание об отплывшей «Виктории», о людях, так не вовремя нанятых в самом конце компании. Но ничего такого, чтобы обратило на себя внимание. Я изнывала от неизвестности и страдала, с каждым днём всё больше. И вот в такой момент слуга сообщил, что какая-то незнакомая женщина просит встречи.

— Со мной?— Я нахмурилась, не понимая, кто это может быть. — А как она выглядит?

— Как порядочная горожанка, леди,— доложил мужчина, чем только ещё больше ввёл меня в тупик.

— Хорошо, скажите, я сейчас спущусь.

На всякий случай подошла к окну, из которого видна парадная лестница и площадка перед ней. Но той, что маячила у ворот, мне было не разглядеть. Откладывать встречу не стала, решив, что самое подходящее место — это сад. Сидеть в кресле и общаться в такое прекрасное утро было тошно. Хотелось на улицу, а лучше бы куда-нибудь за город. Раньше мы с папенькой катались на лошадях, а теперь нашей элитной конюшней занимался дядя. Мэри и тётушка Дафна не являлись любительницами подобных развлечений, предпочитая комфортную карету. Подозреваю, милорд и сам был рад сбежать от семьи, прикрывшись делами.

Но чем ближе я подходила к воротам, тем тревожнее становилось на сердце. Узнавание визитерши произошло почти сразу, едва я спустилась с каменных ступеней. Размеренный шаг как-то сам собой сменился на торопливый. Я махнула рукой, и слуга впустил нежданную посетительницу.

— Сесиль?— полувопросительно произнесла я, глядя на сестру Кина. Сердце тревожно билось, то замирая, то вновь пускаясь вскачь. — Что-то произошло?

— Может, где-нибудь поговорим?— Девушка как-то поспешно отвела взгляд и с намёком уставилась на прислушивающегося неполадку слугу.

— Пожалуй, — я повертела головой, выискивая, где будет лучше устроиться. Здесь или просто погулять по улицам. Но вряд ли Сесиль пришла надолго, поэтому я предложила пройтись по саду. — Так что произошло?

Сначала девушка молчала. Мы неспешно брели по каменным дорожкам, окружённым прекрасными розовыми кустами и белоснежными лилиями. Я уже привыкла к этой красоте, а вот на мою спутницу некоторые экземпляры произвели впечатление. Тётя бы гордилась произведенным эффектом.

— Так что произошло?— снова поинтересовалась я, когда молчание затянулось, а восторги девушки по поводу цветов начали казаться ненатуральными. — Не молчи, пожалуйста. Что-то с Кином?

— Лаура, помнишь ту нашу встречу в кафе?

— Провалами памяти не страдаю. А почему ты спрашиваешь?— Я с удивлением уставилась на собеседницу.

— Лаура, мне очень стыдно, что я не отдала тогда тебе записку Кина.

В моей груди всё замерло в ожидании дальнейших слов девушки.

— Где она? Сесиль, где она сейчас? — спешно поинтересовалась я, больше не желая быть излишне вежливой.

— Вот,— тут же ответила девушка и извлекла из сумочки сложенный в несколько раз листок. Я спешно схватила его, развернула…

— Понимаешь, — продолжила тем временем сестра Кина. — Ты ему не очень подходишь. Изольда, это другое дело.

— Не подхожу, — непроизвольно повторила я, спешно разворачивая письмо жениха.

— Да! — тут же отозвалась Сесиль, ободрённая моей реакцией. — Иза всегда его любила. Брат собирался на ней жениться. Они были прекрасной парой, но тут появилась ты…

Я не вслушивалась в последние слова Верн, найдя более захватывающее занятие. Пальцы касались бумаги, а сердце учащённо билось. И когда перед глазами появились две короткие строчки, я едва не запищала от восторга. В эти дни, наполненные тоской и незнанием ситуации, мне отчаянно не хватало Кинана. Иногда даже плакала в подушку от бессилья что-либо изменить и вернуть любимого. А сейчас стало легче. Да, все было написано больше недели назад, но разве в это дело? Кин даже на расстоянии грел душу, затрагивая её нежные струны.

« Лаура, я всё равно на тебе женюсь. Люблю, твой Верн»

— И спутала ей и вам все карты, да?— более уверенно переспросила я, взглянув на Сесиль.

И дело вовсе не в том, что сестра любимого пришла ко мне с почти что извинениями. Она перед ним чувствовала себя виноватой, а вовсе не передо мной. Все это неважно. Письмо несло каплю тепла души Кина, а она было слаще мёда и пьянее вина.

— Ты и сама знаешь,— честно ответила Верн.

Дальше разговаривать, в общем-то, было особо не о чем. Сесиль не была моей подругой, хотя я помню её ещё в ту пору, когда были живы родители. Семейству Верн был выделен двухэтажный флигель, примыкающий к нашему дому.

— От Кинана есть известия?

— Нет, с момента отплытия ничего, — честно ответила девушка.— Родители сами не знают, что и думать. Но изучив характер братца, на «Виктории» он не вернётся. По крайней мере, пока не добьётся своего.

Взглянула на девушку, пытаясь понять, в курсе ли она настоящей причины, почему её брат уехал. Знало ли семейство Вернов, что все из-за меня? Что дядя отказал выдать меня замуж за простого горожанина.

— Я давно догадалась, что он уехал из-за тебя. Скажи, Лаура, неужели тебе было мало своих денег, что брат вынужден рисковать собой?— И столько горечи прозвучало в её словах, что острить и говорить колкости расхотелось сразу же.

— Ты считаешь, что мне мало своих денег?

Слова Сесиль оказались неприятным открытием. Можно подумать, что я позволяла себе принимать от него подарки. Кин первое время пытался мне покупать женские безделицы: зеркальце, расчёску с камнями, заколку. Но я приняла всего лишь томик стихов, да несколько скромных букетиков, купленных у уличных торговцев. Все моё сокровище заключалось в воспоминаниях и осознании, что я любима и эти чувства взаимны.

Что-то всё-таки проскользнуло в моих словах. То ли обида, то ли разочарование, что нас не понимают те, кто дорог для возлюбленного. Сесиль посмотрела на меня как-то иначе, а потом неуверенно поинтересовалась:

— Так, ты его действительно любишь?

— Сомневаешься? Или решила, что я только и мечтаю увеличить свой доход, прибавив к нему то, что заработает Кинан, рискуя собой?

Смешно. Но об этом я говорить не стала, чтобы ещё раз не указать, насколько разным является наше происхождение.

Наверное, мы с Сесиль действительно не годимся в подруги. Или ещё недостаточно созрели до того, чтобы общаться, не говоря друг другу гадости.

Разговаривать больше было не о чем. Я проводила девушку до ворот. Она же обещала, что если что-то разузнаёт, то обязательно сообщит. Поблагодарив за весточку от Кина, я попрощалась. И, не оглядываясь, направилась к себе. Хотелось остаться одной и без лишних глаз перечитать послание любимого.

ГЛАВА 7. Упрямый оборотень идет в наступление

Лаура

А на другой день многое переменилось. Точнее, практически всё и бесповоротно.

С самого утра, пока семейство Эванс завтракало, посыльный передал корзину цветов. Это были разноцветные лилии с тонким ароматом, от которого совершенно не хотелось куда-то скрыться. В отличие от тех, что растут в нашем саду. От них запах тяжёлый. А это какой-то особый сорт и видела я его впервые. Слуга принёс корзину прямо в столовую и под общими изумлёнными взглядами объявил:

— Цветы для леди Лауры.

— Лауре?— переспросила тётя, хотя сказано все было достаточно внятно.

— Лауре?— не столько вопросительно, сколько разочарованно протянула сестра.— Интересно, от кого?

— Ого!— воскликнул братец. — Лаура, а кто этот поклонник? Признавайся.

— Хм…— Дядя оказался самым лаконичным.

Мне тоже стало очень любопытно. Я вышла из-за стола, даже не догадываясь, кто преподнёс такой сюрприз. Неужели Кинан вернулся и это его признание в том, что соскучился? Сердце билось от предвкушения, и другого ответа я просто не предполагала. Подцепила двумя пальцами сложенную открытку, развернула её… Не скажу, что отправитель сильно удивил меня, но подобного шага от него я вовсе не ожидала. Слегка растерялась от внимательности мужчины, к которому не испытывала нежных чувств.

— Что это?— недовольно произнесла из-за моего плеча Мэри. — Но…почему Эдуард прислал цветы тебе?

— Грей?— удивилась миледи.

Всё ещё до конца не зная, как реагировать на подобный знак внимания, я приказала отнести его в гостиную, а сама вернулась за стол. Ощущение, когда ты ешь, а четыре пары глаз пристально наблюдают за тобой, не самое приятное. Даже если знаешь, что точно ни в чём не виновата.

Открытка Грея жгла карман, но я вовсе не собиралась её выбрасывать, демонстрируя своё отношение к оборотню. Словно нарочно решившему разрушить и без того хрупкое равновесие между мной и Мэри. Да и тётушке наверняка неприятен такой шаг будущего атташе. Однако доказывать собственную невиновность именно сейчас? Увольте. И хотя я практически уже наелась, но после такого дела сбегать к себе не собиралась, словно нарочно растягивая последний глоток чая.

Царившее за столом атмосфера сразу переменилась. И если мужская часть семейства Эванс спокойно продолжила завтракать, то на сестру лучше было и не смотреть. Она активно работала вилкой, остервенело тыча ей в неповинный омлет и тут же отправляя его в рот. Стук металла по фарфору показался мне нервным, что только подтверждало — Мэри в ярости, но пока ещё сдерживает себя.

— Вот потому Лаура стройная, а ты…И цветы поэтому тоже ей, — подлил масла в огонь Гарри в тот самый момент, когда девушка впилась зубами в сахарную булочку.

И чего он насмехается? Сестрица очень фигуристая, мужчинам такие формы нравятся.

— Папа!— прошипела Мэри, недовольно взглянув на меня. Нехорошо так взглянув.

— Гарри, смотри в свою тарелку, — строго произнесла миледи и я почувствовала на себе её неодобрительный взгляд.

Понимаю, что это слишком невоспитанно и, может, даже где-то неправильно, но я продолжала сидеть с самым независимым видом. И чашку протянула, чтобы мне ещё долили чай. Оправдываться или убегать к себе в комнату? Вот ещё. Любой девушке приятно внимание и я не исключение. Только у меня Кинан имеется, а это все лишнее. Точно лишнее.

Столовую покинула вслед за Гарри, высоко подняв голову и сохраняя на лице загадочное выражение. При этом я была готова собственноручно вернуть Эдуарду его букет. Вот только Грея поблизости не наблюдалось.

Думала ли я, что всё этим и закончится? Вовсе нет. В моих планах было отстранённое поведение относительно блондина, если он появится. Но спустя час посыльный принёс ещё одну корзину, а после обеда другую…

От деланного равнодушия не осталось и следа, сменившись вполне объяснимой злостью. Чего он добивается?

ГЛАВА 8. Откровение Мэри

Лаура

Цветы от Грея я так и оставила в гостиной. Сегодня я намеревалась поискать в библиотеке книги по географии. Когда твой любимый находится где-то далеко, поневоле хочется знать, что его окружает. Даже природа и её описание были важны. Потому что каждая мелочь, казалось, имеет значение. У нас дома была большая библиотека. Но у дяди точно не меньше. Огромная, за состоянием которой раз в неделю следил специально нанятый человек.

Едва выбрала атлас Сан-Морино и устроилась в кресле у окна, вслед за мной в библиотеку влетела Мэри. Я подозревала, что случившееся не останется без неприятного разговора и даже внутренне была настроена на него.

— Немедленно рассказывай!— приказным тоном выпалила она, хлопнув дверью и выказывая свое раздражение. От такой наглости портреты предков вздрогнули, но удержались на стене.

— О чём?— Я склонила голову набок, наблюдая за сестрицей. По идее, мне бы честно ответить и отвязаться от назойливой родственницы. Но ведь не отстанет! Яд требует сцеживания, а единственная жертва, которую сегодня выбрала себе Мэри — это я.

— А ты овцой-то не прикидывайся! — Девушка скривила пухлые губы, а руки по-хозяйски воткнула в бока, словно уличная торговка. Куда делось воспитанная леди? Думаешь, я не вижу, что ты задумала? Хочешь стать женой дипломата вместо меня? Не выйдет!

От неприятного тона, которым сестра бросала свои обвинения, я почувствовала, как заломило в висках. И ведь вроде не кричит, а все равно каждое слово словно колючка, что неприятно вонзалось в районе головы, причиняя боль.

— Чем ты его приманила, Лауретта? У тебя же фигура подростка, а груди почти и вовсе нет.

Я пристально посмотрела на Мэри. Первой моей реакцией было бросить что-то обидное о девицах, которые навязчиво виснут на шеях мужчин. А потом передумала. Решила промолчать, чтобы тем самым подразнить вредную родственницу. Это разозлило девушку, что сейчас, как разъярённая кошка подбиралась ко мне.

— Молчишь? Стыдно стало?

— С чего бы это? — Я постаралась иронично изогнуть бровь, не зная, вышло или нет.

— Да хотя бы с того, что Эдуард мой, а ты всего лишь приживалка, которую мы прикормили из жалости, не дав сдохнуть от голода.

Жестокие слова, что Мэри бросила в лицо, раздались как гром среди ясного неба. Как пощёчина, которую я явно не заслуживала. Голова продолжала болеть. Но молчать я больше не собиралась. Поднялась, одновременно пытаясь унять всю волну негодования, что забурлила в груди. Как-то раз случайно услышала, как папенька сравнивал свой доход с дядиным и наш оказался значительно больше. Так с чего это я приживалка?

— Я приживалка?

— Ты, — твёрдо, не отводя довольного взгляда, ответила мне Мэри. — Знали бы родители, сколько стоит благодарность сироты, которую они обогрели.

У меня в груди все свернулась от подобных слов. Стало так горько и неприятно, что даже сладкий шоколад не смог бы подсластить эту пилюлю. Стало гадко, словно нахожусь в библиотеке не с двоюродной сестрой, с которой с самого детства с удовольствием играла в куклы и делила конфеты, а с чужим ненавистным мне человеком. Между нами прямо на глазах разверзалась пропасть, которую обнажил вовсе не Грей. Она там всегда была, только в сокрытом виде. А под действием обстоятельств мостик доверия и дружбы разрушился. Оказалось, что родные относятся ко мне не так, как я привыкла считать. Нет, я не питала иллюзий относительно собственной персоны в этом доме. Но заявлять вот так, в открытую… Злоба и ненависть Мэри поразила до такой степени, что я не сразу нашлась, что ответить. Я бы ведь давно отсюда уехала в свой родной дом и безбедно жила. Но эти приличия, чтобы они провалились…

— Пошла вон, — раздалось от входных дверей в библиотеку.

Мы обе вздрогнули, немедленно повернув головы в ту сторону.

Приглушённый, наполненный раздражением голос принадлежал дяде. Он же медленно вошёл в неприкрытую дверь и остановился напротив своей дочери.

— Папенька? — прошептала она и нервно сглотнула, облизав губы. — Но разве ты не уехал?

Казалось, такие простые слова. Но за ними послышалось не только неудовольствие, но и страх, что у Мэри просыпался крайне редко.

— Вернулся. Как оказалось, вовремя. Ты наказана, дочь. Не думал, что из тебя вырастет мелочная дрянь. Иди к себе, наш разговор ещё впереди.

Девушка гордо вскинула голову и стремительно покинула библиотеку, не забыв при этом обиженно всхлипнуть. Мне же находиться здесь тоже расхотелось. Как и во всём доме. В голову пришло сразу два варианта: спрятаться в комнате или же уговорить Нэнси прогуляться со мной хотя бы до набережной и обратно. Вид моря меня всегда успокаивал, в какую бы погоду я за ним ни наблюдала.

Я посмотрела на дядю. И, не говоря ни слова, направилась прочь. Только он не желал, чтобы я так просто уходила. Вслед раздалось:

— Лаура, подожди.

В душе все продолжала бушевать буря, сдобренная порцией каких-то детских и не очень обид, то и дело всплывающих в памяти. Однако я нашла в себе силы и становилась. Даже повернулась к милорду, чтобы встретиться с его внимательным взглядом.

— Не думал, что у моей дочери такое сердце. Надеюсь, ты её простишь, потому как…— милорд сделал шаг в мою сторону, а после замер, сцепив руки за спиной.— Лаура, мне и самому не нравится, что у Мэри мозгов, как у курицы! Но это моя дочь и я понимаю, что она огорчена потерей жениха.

Смотрела на дядю, а в голове крутились разные мысли. Я удивлялась, что он признал недалёкость собственной дочери. Хотя, тетя Дафна всегда утверждала, что мозг у женщины это не то, что у мужчины. И своих целей мы добиваемся разными способами. Но несмотря на то что Мэри была поставлена на место, милорд её любит и оправдывает. Всё, что бы она ни сказала, будет трактовано явно не в мою пользу.

— Как вам будет угодно, дядюшка, — коротко ответила я, потому как другого сказать было нечего. Ни сожалений, ни раскаяния. Да и почему я должна оправдываться перед ним?

— Лаура…— произнёс мужчина и замолчал. О чём-то задумался, глядя на меня. Но стоило повернуться, чтобы уйти, заговорил. — Эдуард Грей прислал записку, что хочет встретиться со мной по очень важному делу. Сегодня. Думаю, речь пойдёт о тебе.

Чего хотел рассмотреть мужчина, глядя на моё лицо? Радости от возможной встречи с Эдвардом? Или негодования, являющегося продолжением разговора с Мэри? Отрицания каких-либо чувств к блондину?

Я постаралась казаться невозмутимой, хотя внутри одна моя часть продолжала бушевать, другая успокаиваться.

— Вы дали согласие?

— Дал. Грей не тот, чьё внимание стоит игнорировать и от чьих встреч можно отказаться, — неожиданно признался родственник. — Несмотря на кажущуюся молодость, он довольно ловкий политик и интриган.

— Может быть, — не стала я отрицать.

Откуда мне знать подробности столичной жизни блондина? Не просто так в него вцепились и тётушка, и Мэри.

При воспоминании о сестре снова стало неприятно, но я сдержалась.

— Я больше вам не нужна, дядя? Могу идти?

— Конечно, — согласился милорд.

Не стала задерживаться и немедленно покинула библиотеку. Лишь в дверях бросила взгляд на родственника, но не вернулась, чтобы исправить собственную оплошность. Дядя же уже держал в руках атлас Сан-Морино и хмурился. Я была уверена, что он догадался, откуда вдруг у меня такое рвение к знаниям о далёкой колонии за морем.

ГЛАВА 9. Правда вылезла наружу

Лаура

Думаете, Мэри послушалась милорда и отправилась в свою комнату? Ничего подобного. Стоило мне открыть дверь к себе, как неприятная картина предстала перед глазами. Перед окном, сложив руки на груди, меня поджидала недовольная сестрица. Красивое лицо девушки перекосилось, а надменности в глазах только прибыло.

Боялась ли я тех слов, что Мэри могла сейчас произнести? Нет. Недавняя гневная вспышка добавила холода в наши отношения, а заодно в очередной раз дала понять — не такой-то я тут желанный гость. Но жалеть себя не мой метод. Как никогда я чувствовала прилив сил и желание что-то разбить.

— Что ты здесь забыла? — Я прислонилась к стене у двери и тоже сложила руки на груди. Дверь закрывать не стала, надеясь, что нежеланная собеседница не задержится.

— Я никогда не прощу тебе такое унижение. Запомни это, Лаурка.

— Дешёвый приём. Знаешь, кого ты сейчас напоминаешь? Маленькую глупую девочку, которой в песочнице не досталась игрушка.

— Глупую?— Мэри уцепилась за слово и тут же делано рассмеялась. — Ну да…А что тебе ещё остаётся? Только казаться гордой. А ты знаешь, что это я рассказала папеньке о вашем побеге? И из-за меня он не удался!

Слова, что произнесла Мэри, тяжёлым камнем упали в мою душу. Будто придавило плитой и стало трудно дышать. Зависть ли или непонятная месть, не знаю. Но именно из-за этого наши с Кином судьбы не связались в одну. А это горько, ведь напакостил мне не кто-то неизвестный, а родная кровь, двоюродная сестра.

— Зачем ?— тихо произнесла я, глядя в глаза неприятной родственницы. Надо сказать, взгляда девушка не отвела.

— Чтобы ты нас не позорила!— выпалила Мэри. Но тут же скривилась, как от зубной боли. — Зря я так поступила. Сейчас бы Грей был мой, а ты прозябала в лачуге со своим Кинаном. И что он в тебе нашёл-то? Кожа да кости…

— Убирайся, — тихо произнесла я, не желая больше выслушивать оскорбления.— Пошла вон.

— Это ты мне? В моем доме…

— Дом пока не твой, да и вряд ли таким станет. Наследник-то Гарри, — не преминула уязвить я сестрицу.

— Это мы ещё посмотрим, — прошипела Мэри и выскочила из комнаты, громко топая по коридору. Удаляющиеся шаги звучали гневно, только мне было все равно. Спустя короткое время мне послышался рассерженный голос дядюшки. Но не было желания выяснять, что на этот раз он внушал своей дочери. Я прикрыла дверь, наконец-то уединившись в собственной комнате.

Слова Мэри о Кинане и записке забываться не хотели. И чем больше я про это думала, тем сильнее душа стремилась к любимому. Тосковать уже надоедало, хотелось действовать. Но как?

Довольно скоро меня подтолкнули к судьбоносной идее.

Оставшись одна, я недолго мерила шагами комнату. Снова отправилась в библиотеку. Потому что можно сколько угодно жалеть себя, но дело от этого с мёртвой точки никуда не сдвинется. Тот самый атлас, что я так стремилась старательно изучить, исчез. Пальцы непроизвольно сжались в кулаки, но отступать я была не намерена. Подошла к стеллажу, в котором хранились книги по географии и обвела его убийственным взглядом. Как бы то ни было, уходить с пустыми руками не имело смысла.

— Вы что-то ищете, леди Лаура? — осторожно произнёс за спиной знакомый голос.

Я резко обернулась, увидев перед собой того самого библиотекаря, что раз в неделю занимался книгами дядюшки. Невысокий и лысоватый, он производил впечатление скромного человека. Но за толстыми линзами без труда угадывался немалый ум.

— Господин Ферзь, вся надежда только на вас, — я постаралась доверчиво улыбнуться, вложив в слова все своё обаяние. Кто если не он способен найти нужное?!

— Всё, что в моих силах, любезнейшая, — расплылся в улыбке библиотекарь. — Что вас на этот раз интересует? Языки или романы? Признаться, в последних я не силён.

— Это и не потребуется, — отмахнулась я и снова улыбнулась. — Господин Ферзь, вы ведь знаете, что только что закончилась война в колонии Сан-Морино. Интереснейшая тема! Может, что-то посоветуете? Кажется, у дядюшки был атлас, но не смогла его найти.

— А вы занятная девушка, леди Лаура, — довольно сверкнул линзами мужчина.— Сейчас поищу.

Всё-таки есть какое-то особенное чутьё у этого библиотекаря. Он как ищейка по непонятным мне признакам довольно быстро нашёл тот самый атлас, оказавшийся в женских романах. А заодно Ферзь порекомендовал общую географию материков, от которой я тоже не отказалась. Поболтав для вежливости ещё несколько минут, я направилась к себе.

Следующие два часа прошли очень благотворно. И я уже примерно видела, что собой представляло побережье Сан-Морино. А заодно прочитала про население, обычаи и основные занятия. По сути, то же самое, что и у нас. С той лишь разницей, что когда-то местный губернатор по своей слабости не удержал власть и за помощью обратился к нам. Вот и вся предыстория практически мирной колонизации. Повоевали, конечно же, но не особо рьяно. Теперь же аристократия хотела свободы и регулярно подбивала к восстаниям простой народ.

Отложила книгу и потянулась. От долгого сидения спина затекла и срочно требовалось размяться. Я решила прогуляться в саду, хоть и не хотелось нарваться на тётушку или Мэри. После некрасивой сцены, устроенной в столовой двоюродной сестрой, миледи даже не заглянула ко мне. Что только свидетельствовало о её недовольстве. Это ещё один неприятный факт, который я могла положить в корзину разочарования в родных. Но страдать не хотелось, равно как и ныть, слёзно жалея себя.

Отбросив атлас, я направилась в сад. Подышать свежим воздухом, просто пройтись. А заодно подумать, что делать дальше. Только не всем моим мечтам было суждено сбыться. Особенно в части спокойствия. На лестнице, ведущей в холл, я столкнулась с Эдуардом, которого сопровождал слуга. Мужчина направлялся к дядюшке в кабинет, и это вызвало смутные подозрения, что визит как-то связан со мной.

Вначале я замедлила шаг, а потом одумалась. И чего испугалась?

— Как приятно видеть вас, — улыбнулся мужчина. Кажется, он сделал это искренне.— Понравился ли вам мой подарок, Лаура?

Даже стоя на ступень ниже, он все равно был выше меня и смотрелся внушительно.

— Не знаю как вас благодарить за него. — Я не удержалась от усмешки, что не укрылось от оборотня.

— Что-то не так? Цветы не довезли или они ненадлежащего качества? — Грей слегка напрягся.

— Довезли, — не стала я отрицать, а заодно добавила, чтобы незваный гость знал, в чём суть моего настроения. — И это окончательно рассорило меня с сестрой.

— Это её проблемы, — спокойно заявил наглец, завладев при этом моей рукой. Поцеловать не успел, я вырвала кисть, что только рассмешило мужчину. — Но если вас беспокоит такое отношение, то знайте, именно поэтому поводу мой сегодняшний визит. Поверьте, Лаура, ваше душевное спокойствие и доверие для меня важнее, чем внимание вздорной девчонки.

Подозрение, что от этого типа хорошего ждать не приходится, только усилилось.

Хотела пройти мимо и даже пожелать удачи наглому оборотню. А потом передумала.

— Эдуард, а вы уверены, что мне это нужно?

— Дорогая Лаура… — Голос Грея опустился до шёпота, глаза же продолжали излучать веселье. Блондинистый нахал снова завладел моей рукой и на этот раз даже не позволил выдернуть. Поцеловал, и только после этого освободил. — Смею надеяться, что скоро ваш пессимизм относительно моих намерений закончится.

— Лишь бы после этого вы перестали меня преследовать.

— Напрасно надеетесь, Лаура, — хищно улыбнулся мужчина. — Вы даже не представляете, отчего отказываетесь.

И как-то сказал он это слишком многообещающе, что у меня закрались самые мрачные подозрения. Ну а потом я сбежала в сад, не желая и дальше продолжать это общение. Было бы глупо спорить, потому что я видела, насколько наша беседа захватила мужчину. Глаза блондина уже непросто светились весельем. Они разгорелись азартом, словно он вышел на охоту на слишком независимую меня. И это напрягало.

ГЛАВА 10. Предложение, от которого трудно отказаться

Лаура

Ненавижу Грея с его убийственной любезностью и повышенным вниманием! Кто его звал? Кто? Именно так я размышляла, направляясь в кабинет дяди, куда была вызвана спустя полчаса после приезда оборотня.

Как вкопанная, я замерла перед дверьми, размышляя, постучать или нет. Желание повернуть обратно было слишком огромным. И словно услышав мои мысли, донёсся голос дядюшки:

— Входи, Лаура, только тебя и ждём.

А то! Стоять за дверями вечно не выход. А потому выше голову, Лаура Эванс и вперёд!

Внимательный взгляд милорда и полный собственной значимости Грей заставили напрячься. Хоть я и знала, что ничего хорошего от приезда блондинистого наглеца ждать не приходится, а все равно сердце замерло, ожидая какой-нибудь подлости.

— Лаура, девочка моя, подойди, — сказал дядя.

Успела заметить, как глаза Эдуарда довольно сверкнули, после чего и вовсе стало не по себе. И чего задумал этот скользкий и вместе с тем образованный тип? Песец! Лисица белохвостая.

Долго тянуть не стала и приблизилась к родственнику, с замиранием сердца ожидая продолжения. Слишком довольными казались оба мужчины и это мне категорически не нравилось. Даже столкновение с Мэри выглядело менее нервным, чем эта встреча, наполненная подозрениями и неопределенностью. Особенно если учесть, что не только сам блондин, но и милорд выглядел довольным. Я осторожно принюхалась, не пригубили ли эти двое медовой настойки? Но нет, ничего примечательного почувствовать не удалось.

— Вы что-то хотели, дядя?

— Хотел. Господин Грей прибыл, чтобы попросить твоей руки, — прояснил ситуацию родственник…

Руки?!

А дальше все. Песец! Один из этих хищников как раз пребывал в прекрасном расположении и наверняка насмехался надо мной, пока я общалась с родственником.

— Правильно ли я услышала, дядя? Господин Грей планирует сделать мне предложение?

Внутри меня всколыхнулась буря протеста. Как он посмел? Я резко повернулась к Эдуарду, чтобы глядя в его наглые глаза произнести:

— Нет. Я против такого предложения.

— Лаура…— подозрительно угрожающие ноты не звенели в голосе дяди. Они предупреждали, что лучше бы мне промолчать и согласиться с выбором мужчин. Как принято в нашем обществе.

— Милорд Эванс, позвольте мне поговорить наедине с вашей очаровательной племянницей, — подал голос блондинистый наглец.

— Недолго, Грей. И без всяких там!— предупредил дядя и покинул кабинет.

Оставаться с глазу на глаз с Эдуардом я не боялась. До настоящего дня. Но сегодня, глядя, как оборотень осторожно и вместе с тем уверенно приближается ко мне, стало как-то не по себе. Сейчас блондин разительно отличался от воспитанного и цивилизованного мужчины, которым выглядел до сих пор. Чувствовалось хищное начало, что так умело скрывалось. Я сделала шаг назад и тут же опомнилась. Что это со мной? Я ведь дома, а за дверью дядюшка, который по первому зову придёт на помощь.

— Вы меня не боитесь, это хорошо, — довольно произнёс Грей и остановился в шаге от меня.

— А должна?— Надеюсь, в этот момент голос не звенел, выдавая мое состояние.

— Нет, не стоит, Лаура. — Мужчина потянулся к руке, но я тут же спрятала её за спину. Блондин засмеялся. Широко и открыто, словно происходящее его действительно веселило.

— Вы очень непосредственная девушка, Лаура Эванс. Искренняя. Честная, в отличие от сестры, которая за время нашего короткого знакомства навязывалась как могла.

— Зачем же при мне обливать грязью Мэри?— попыталась я упрекнуть собеседника. В ответ губы мужчины тут же иронично изогнулись, а правая бровь на красивом лице приподнялась.

— Она слишком ветрена, чтобы стать женой человека, занимающегося дипломатий. Позорить себя нет ни малейшего желания.

— Человека? — Я не удержалась и хмыкнула.

— Я же говорил, что ты умница, — не без удовольствия отозвался Грей.

Удивлённым он не выглядел. Словно был в курсе наших знаний о нем, и вся информация поступила к тёте с дозволения самого Эдуарда? Мысль показалась слишком правдивой, чтобы от нее отворачиваться.

— Я полукровка, — в очередной раз подтвердил сведения о себе блондин. — Поэтому вправе приписывать себя к тем или к другим.

— А оборотни, значит, не могут?— ехидно указала я на человеческую сущность каждого, кто оборачивается.

— Могут. Но не все любят. Для них это дело чистоты крови, а мне все равно. Я действую по обстоятельствам, — пояснил довольный Грей.

— Хитрый лис,— вырвалось у меня, глядя на Эдуарда. При всей моей антипатии к нему из-за предложения выйти замуж, нельзя было не восхититься изворотливостью полукровки.

— Песец, — поправил мужчина и улыбнулся. Грей тут же протянул руку, предлагая вложить в неё свою. — Ну что, мир? Всё узнала, колючая воительница?

— Мир, но замуж не хочу, — уверенно ответила я.

С сомнением посмотрела на раскрытую ладонь, но руки в нее не вложила. Как-то подозрительно мирно сейчас смотрелся этот хищник. Словно силки расставлял, в которые хотел поймать наивную девушку. Улыбался, заманивая и обещая…А, кстати, чего он хочет пообещать? Не то, чтобы мне было что-то там нужно. Но ведь интересно же.

— Напрасно, — устав дожидаться моей руки, Грей сложил руки за спиной. — Впрочем, идя сюда, я знал, что просто не будет. Надеюсь, после нашего разговора все переменится. Вы подумаете, а завтра мы объявим о помолвке и назначим дату свадьбы.

Слова мужчины были полны уверенности и это раздражало. Хотелось уйти, а ещё лучше стукнуть чем-то слишком самонадеянного оборотня, чтобы у него в голове прояснилось. Никогда не была склонна к членовредительству, но именно сейчас решила, что многое упустила в этой жизни. Глядишь, и Мэри могла присмиреть и подумать, прежде чем выступать против меня.

— Эдуард, о чём вы? Я не люблю вас!— попыталась призвать мужчину к голосу разума.

— И что? Это временно,— спокойно ответил Грей. — Я тоже вас не люблю, хотя и не скрываю о влечении. Всё придет, поверьте мне, Лаура. Так было с моими родителями, то же самое случается со многими. На мой взгляд, это лучший вариант, чем растерять чувства и возненавидеть друг друга уже в браке. Холодный расчет, взаимная симпатия, чуточку влечения и любовь придёт потом. Сейчас у нас с вами в голове порядок и страсть не туманит разум. Согласитесь, это огромный плюс.

От такой откровенности я опешила, одновременно соглашаясь, что кое в чем Грей действительно прав. Но у меня уже есть мужчина мечты. Кинан. А другого не нужно.

— Эдуард, но как же так можно? Вы ведь обо мне ничего не знаете? А вдруг у меня уже имеется возлюбленный. Или ещё того хуже, я могу быть обладательницей существенного изъяна, от которого вы потом будете страдать.

Мужчина рассматривал меня пристально, с интересом. При этом не забывая как-то многозначительно улыбаться, из чего я сделала вывод — он в курсе Кина. А, значит, не отступится. Интересно, кто именно рассказал о нас: дядя или сестрица.

— Лаура, ваш дар, — говорил он нарочито медленно, словно взвешивая каждое слово,— а не изъян, как вы его называете, очень ценен.

Я нахмурилась, пытаясь понять, о чём он. После смерти родителей у меня появилась способность проникать в чужие сны и немного влиять на них. И вместе с тем впервые кто-то посчитал мою незначительную особенность хоть сколь-нибудь важной. Поневоле прислушалась.

— Не верите?— Грей сделал шаг в моем направлении. — Я докажу. Вы в курсе, что через месяц с небольшим мне предстоит покинуть наше королевство?

Кивнула. Какая тут тайна, если об этом знают все, особенно девушки и их мамаши? В портовом Лероне вести разносятся быстро.

— Представьте, что кто-то замышляет дурное против нашего государства, и вы в силах повлиять на этого человека через сны.

— Вы хотите, чтобы я ….— меня бросило в краску от столь гнусной и отвратительной роли, которую мне уготовил Грей, — чтобы я проводила ночи с…

— Нет! — резко оборвал поток моих возмущений оборотень. — Никогда! Вы моя будущая жена и позорить себя не дам. И потом, — тут Грей как-то многозначительно ухмыльнулся, что я поневоле отступила, коснувшись спиной стены,— не думаю, что после первой брачной ночи кто-то ещё будет вас интересовать. А что касается снов, — руки Эдуарда коснулись стены, закрыв возможность к отступлению с обеих сторон, — то тут достаточно всего лишь остановиться в соседних комнатах. Например, если после какого-то приёма мы переночуем неподалёку. Или как вариант — маги усилят ваш дар и направят его в нужную сторону.

Я во все глаза смотрела на Грея. Это надо же такое придумать?! А ведь как ловко все получается… Тётя Дафна и дядя, а вместе с ними Мэри считали моё умение нестоящим и несерьёзным. Сестрица, правда, как-то спрашивала меня, могу ли я навеять ей принца, чтобы он всю ночь танцевал с ней на балу. Я отказалась, ведь тогда ничего ещё не умела. И потом, сидеть всю ночь рядом с Мэри и представлять, как она выплясывает с мужчиной, крайне утомительно.

— Не такой уж он и глупый дар, согласитесь, Лаура, — вкрадчиво произнёс Лис.

В ту же минуту губы мужчины коснулись моих. Они оказались мягкими, но никакого волнения, про которое описывают женские романы, я не ощутила. Приятно ли было мне? Очень! В первые секунды я, ошеломлённая, ничего не предприняла. Но в себя пришла быстро.

— Что вы позволяете?!— гневно вскрикнула и оттолкнула Грея, чье лицо самодовольно светилось. Не лицо, а рожа! Нет, морда! Наглая песцовая, самоуверенность которой сейчас просто зашкаливала.

Я занесла руку для пощёчины, но шустрый Грей тут же ее перехватил. Одновременно раскрылась дверь и в кабинет вошёл крайне недовольный дядюшка:

— Господин Грей, я предупреждал вас!

— Всё в порядке, милорд,— хитро улыбнулся блондин и прикоснулся губами к моей руке, которая все ещё пребывала в его власти. — Мы неплохо поговорили с... обожаемой невестой. А завтра она примет положительное решение.

— Вот как? Очень хорошо.— Дядя расслабился и направился к столу. Он не заметил быстрое движение песца.

Губы Эдуарда коснулись моего уха, что немедленно вызвало мурашки. И прежде чем я успела возмутиться, лис шепнул:

— Подумайте, дорогая Лаура, нужны ли вам эти напыщенные индюки под боком?

После этих слов лис снова поцеловал мою руку. Я даже восхитилась нахальности блондина. Умеет же воспользоваться моментом!

А индюки… При всей моей любви к родным, сравнение оказалось очень точным. И хочу ли я оставаться с ними? Нет, конечно же.

***

Я возвращалась к себе очень злая. Как поступить, если замуж не хочу, а до двадцати лет у меня фактически нет прав? Моё имущество, так тщательно оберегаемое дядюшкой, похоже, намертво к нему и прикипело. И даже после будет непросто всё выцарапать. Разве что муж поможет, если у него будет достаточно на то связей. Я не настолько наивна, чтобы не понимать ситуации.

Не знаю, каким образом удалось Грею уговорить милорда и дать согласие на наш брак. Подозреваю, очередная выгода. Скорее всего Эвансы рассчитывают ввести Мэри в столичное общество. Я тут же представила, что родственники зачастят в гости, регулярно напоминая, что «столько лет поили и кормили сиротку»… Эдуард прав, с индюками дальше жить не хотелось. Хотя нельзя отрицать, даже таких я их люблю.

Мысли сами собой переместились на Кинана. Отчаянно захотелось увидеть его и обнять. Услышать слова любви, что мёдом проникают в душу и во имя которых люди совершают подвиги. Почувствовать, что всё хорошо и у меня есть защита и опора. Но мой Верн далеко, а Грей близко. И это положение вещей мне очень не нравилось.

Тоска неприятной когтистой лапой ухватилась за сердце, заставляя его болезненно сжаться.

Но нет, рыдать и лить слёзы это не по мне. Захотелось немедленно хоть что-то предпринять. И единственный выход, который я увидела, это встреча с родными Кинана. А почему бы и нет? Ведь я знаю, где его дом. Возможно, мать или отец любимого уже получили весточку от сына. А я мучаюсь, не зная, что с ним и как. Возможно, мой мужчина только что сошёл на берег, ведь военные действия закончены. И тогда мы сможем вместе решить, как мне поступить. В конце концов бежать под покровом ночи действительно было не лучшим вариантом. Можно договориться со священником днём, все так же тайно уйти из дома. И тогда Всевышний будет нам помощником.

Ободрённая собственными мыслями, я направилась к Нэнси. Можно было уйти из дома одной, но только прогулка с нянькой в данный момент выглядела менее подозрительной. А если кто-то спросит, почему не позвала с собой, то у меня есть вполне разумное оправдание. Мы с сестрицей поссорились, а тете нет смысла со мной гулять. Вряд ли эти двое сейчас могли общаться со мной совершенно искренне и без неприязни. Почему — вопрос неуместен, так как ответ лежит на поверхности.

Я знала, что Нэнси уговаривать сложно. К тому же она не могла не замечать, что отношение Мэри ко мне изменилось. Надеюсь, у няньки хватит ума не выказывать неприязнь совсем уж открыто.

Ох, не люблю я врать, а пришлось! Будто бы именно сегодня день рождения у бывшего помощника папеньки. Понятия не имею, когда оно у отца Кинана, но пришлось придумать такой вариант. И потом, мне нужно было что-то предпринять. Так почему бы проявить в себе практически бездействующую авантюристку. И ведь получилось! Для убедительности я даже поинтересовалась у тётушки и скривившейся Мэри, не хотят ли просто прокатиться со мной по улицам города. Они отказались, как я и предполагала. После этой махинации мой выезд не выглядел таким уж внезапным.

Одноэтажный белокаменный дом Вернов предстал передо мной ухоженным. Аккуратный палисадник, засаженный цветами, смотрелся довольно мило. Строение, конечно же, проигрывало семейному особняку Эвансов, но для меня это не имело ровным счетом никакого значения.

Выйдя из кареты, я решительно направилась к входной двери, при этом спиной чувствуя внимательный взгляд бдительной няньки. Быстро преодолев три ступени, дёрнула шнурок колокольчика. При этом я оставалась в поле видимости няньки.

Сердце замерло, ведь этот шаг был очень важен для меня. В душе нарастала тревога, но я её гнала, не желая накликать беду. А если в доме никого нет? Попросить Нэнси подождать и не уезжать, пока не покажется хоть кто-то из Вернов?

Шаги, что раздались из-за двери, заставили облегчённо выдохнуть и тут же напрячься. Я с приклеенной улыбкой и тревогой в сердце ожидала, когда покажется кто-то их хозяев. А когда дверь распахнулась и на пороге появилась мать Кина, я улыбнулась.

— Лаура? — удивлённо выдохнула она и тут же исправилась. — Леди…

— Можно просто Лаура. Госпожа Регина, — я на секунду замялась, но тут же продолжила, боясь, что сейчас Нэнси или кто-нибудь прервёт наше общение. — Скажите, от Кина нет известий?

— Почему-то я так и подумала, что вы насчёт моего мальчика, — с долей грусти в голосе произнесла женщина и посмотрела на меня… Не очень хорошо так посмотрела. Стало немного не по себе, но я не собиралась отступать.

— Что с ним? Скажите, я очень волнуюсь. Пожалуйста.— Последнее слово я произнесла тихо, стараясь вложить все свои чувства и эмоции. — Кинан мне очень дорог, а незнание мучает.

— Понимаю, — сдержанно отозвалась женщина и распахнула передо мной дверь. — Проходите…

— Не могу, госпожа Регина. В карете сопровождающая. Мне бы не хотелось, чтобы она волновалась.

— Понимаю. Тогда подождите меня немного, я сейчас вернусь. Нужно вам кое-что показать.

Я прислонилась к перилам, гадая, что именно принесёт Регина Верн. В душе очень хотела, чтобы это оказалось письмо от Кина. Он ведь должен дать знать о себе, без этого никак. Нетерпение внутри меня все разгоралось, но я ждала, мысленно представляя строки, в которых знакомым почерком будет объяснено, что к чему.

— Как он? — выпалила я, когда женщина снова вышла на крыльцо. И тут же осеклась, заметив, как нахмурилась моя собеседница. — Надеюсь, Кин не заболел и с ним всё в порядке?

— Читайте, — буркнула госпожа Верн и сунула мне в руку какую-то бумагу с печатью. Судя по всему, официальный документ.

Смутное беспокойство охватило меня, когда я разворачивала сложенный лист…

« Кинан Верн в списках военнослужащих, высадившихся с корабля «Виктория» на побережье Сан-Морино18 июня 7023 года не значится».

Я перечитала один раз, затем ещё, никак не желая принимать то, что видела перед собой. Буквы не расплывались и зрение не подводило. Так почему я сама всё никак не хотела верить в официальный документ? И дата получения сегодняшняя.

— То есть как это не значится? Сесиль мне сказала, что Кин отплыл на «Виктории». Куда он с неё делся?

— Я лично его проводила, — ответила госпожа Верн, подтвердив тем самым слова дочери. — Леди Лаура, здесь совсем другое. Я разговаривала с капитаном, который занимался набором таких, как мой сын, и сопровождал их.— Женщина сглотнула. Ей явно было непросто рассказывать, но она мужественно это произносила, делясь со мной неприятным известием. — Кинан действительно сел на корабль. Но еще до прибытия в порт Сан-Морина поступило известие о прекращении военных действий. Желающие тут же расторгли контракт, ведь им даже не заплатили. Среди них был и мой сын. Некоторые вернулись обратно. Другие решили попытать счастье на том берегу, но не вступили в число солдат местного гарнизона. Мой мальчик в их числе, но где он теперь, я не знаю.

Не знаю, что чувствовала женщина, а у меня от этой информации защипало в глазах. Кин, любимый, куда ты отправился?

— Но как же так? — растерянно прошептала я.— Этого не может быть!

— Выходит что может. Леди Лаура, у меня много дел, а вам пора.

Вроде как проваливайте, леди Эванс? Вам тут не рады?

Неприятно, но Вернов я не винила. Только ехидная моя часть шептала, что согласись дядюшка на брак, ко мне бы отнеслись совсем иначе. К богатому приданому тоже. И чему больше были бы рады, просто не знаю.

— Всего доброго, госпожа Регина, — сдержанно попрощалась я.

Не дожидаясь ответа, направилась к карете. В душе клокотало много разных чувств. Но главное, я была уверена, что госпожа Верн не соврала насчёт слов капитана. Кинан всегда мне казался очень смелым. Не думаю, что подобное решение далось ему с трудом.

— Вы меня обманули, леди, — недовольно произнесла нянька, едва я, подавленная, но не сломленная, села в карету.

— Почему?

— Нельзя так вести себя. Говорили, что пойдёте поздравлять помощника вашего отца. А сами простояли на крыльце с женщиной. Срам-то какой!

Последние слова меня возмутили, и я не смогла проглотить незаслуженный упрёк. И не хотела грубить Нэнси, но она очень сильно меня задела.

— Срам? — невольно хмыкнула и сложила руки на груди. — С каких это пор общение с женщинами стало постыдным. Или Мэри, которая висит на Эдуарде, выглядит более прилично?

Я не зря упомянула сестрицу. Иногда детские обиды сильнее нас и в какой-то момент некоторые их них могут прорваться наружу. Нэнси многое прощала Мэри, а мне за шалости доставалось. Не била, нет. Этого прислуге никто и никогда бы не простил. Нянька всего лишь жаловалась на меня родственникам, умалчивая о своей любимице.

— Он будущий жених моей ласточки. А вы, леди, не завидуйте, ведь это грех! Стыдно должно быть!— чуть не выкрикнула Нэнси. Её пухлые щёки разрумянились, а на лице отчётливо читалась неприязнь. Пожалуй, лучшего места объясниться и не найти.

— Будущий?— я подалась вперёд, внутренне радуясь, что мне есть, чем ответить. Вот же блондин, удружил весомый аргумент. — Сегодня господин Грей сделал мне предложение в присутствие дядюшки. Мне, а не Мэри. Все ещё считаешь, что она вела себя прилично, не позоря своего отца?

— Это неправильно! Милорд не должен был…

— А вот это не твоё дело, обсуждать решение милорда, — тут я позволила себе оборвать служанку. Которой, по сути, и являлась нянька.

Опомнившаяся Нэнси замолчала и отвернулась к окну. Демонстративно поджав губы, она до самого дома не проронила ни слова. Но я видела, как гневно трепетали её ноздри, а руки то и дело сжимались.

Это столкновение с нянькой меня слегка расстроило, но не сильно. Пропажа Кинана тревожила куда больше.

Эх, как бы мне хотелось отправиться за женихом. Найти его и поступить так, как не удалось в ночь перед отплытием. Выйти замуж, а потом бороться с трудностями вместе. Если бы желание отправиться вслед за любимым могло сбыться…

Усталая, я вернулась в дом милорда Итона Эванса. Сегодня был крайне насыщенный день, который был полон взрывных эмоций и переживаний. А когда узнала, что родственники отсутствуют, вздохнула облегчённо. Мысли о возлюбленном никак не уходили из головы. До ужина оставалось не так много времени и я присела в кресло у окна с книгой. Обычный женский роман, полный тревог и бурлящих переживаний навеял на меня короткий сон, в который я незаметно соскользнула.

Сон, так неожиданно спустившийся на мою голову, оказался сладким и вместе с тем очень тяжёлым. Полным противоречий и загадок. Там, в царстве Морфея, я оказалась в незнакомой комнате, стены и окна которой были завешены тюлем чёрного цвета. Ткань не просто висела, она колыхалась, послушная лёгкому ветерку.

Я стояла в одной стороне помещения, Кинан в другой. Он молчал и пристально рассматривал меня, словно мы не виделись сто лет. Однако ни шага навстречу, ни привычно ласкового: «Лаура», ничего не было произнесено. Позвать голос самой даже не пришло мне в голову.

Когда просто глядеть стало невыносимо, я подняла руки, протянула их к любимому в немом стремлении оказаться ближе, моля его подойти ко мне… Кин развернулся и ушёл. А прежде чем скрыться в тёмном дверном проёме, Верн поманил меня за собой.

От этого странного и действительно страшного сна я очнулась сама не своя. Сердце заходилось в бешеной скачке, а пальцы сжались в кулаки. Я запомнила каждый момент этого виденья. Даже стены и диванчик, шкафчики, странным образом не забылись после пробуждения. Но главное, сам Кинан, который вёл он себя странно.

Этот сон выбил меня из колеи. И пусть я не очень хороший маг, но точно знаю, подобные виденья просто так не посещают. Всё подвластно высшим силам, а значит, стоит прислушаться к подсказке.

Вы думаете, что это моё стремление к Кину навеяло подобные сны? И вообще, только ночью Морфей благосклонен, даря предсказания. Не соглашусь, потому что не нам решать, где явь, а где голая выдумка. Одни назначают виновной в своих бедах несчастную чёрную кошку, другие с удовольствием заводят мурчащее счастье дома. Так что каждому самому выбирать, что предпочесть.

Я же всегда стремилась лично принимать решения. И замуж мечтала выйти только за того, кого сама выберу. А если Верн далеко, тогда стоит преодолеть это маленькое недоразумение и отправиться к нему. Подумаешь, море между нами. Всё решаемо, особенно если иметь наличность и немного драгоценностей.

Стоило подумать об этом, как настроение улучшилось, а в голове начал складываться план действий. Узнав у прислуги, что родственники пока ещё не вернулись, я направилась в кабинет дяди, чтобы взять одну крайне ценную вещь. То, что когда-то раздобыл мой отец, а впоследствии оказалось у милорда Итона.

ГЛАВА 11. Побег

Лаура

Мягкие туфли заглушали звук шагов по ковру. Я без проблем добралась до кабинета и вошла в него. Милорд сурово обходился со слугами, без дозволения заглядывавших в кабинет в отсутствие хозяина. Даже пыль запрещено было вытирать без согласия на то Итона Эванса.

Медлить нельзя, поэтому я решительно прошла к сейфу. Достала заготовленную булавку и ткнула ею в палец. От неприятного ощущения непроизвольно поморщилась. Капля крови выступила незамедлительно, и я тут же намазала ей металлическую дверцу. Отгадка проста, этот сейф перекочевал в кабинет милорда из моего родного дома. То есть, когда-то он принадлежал папеньке. И фактически владельцем являюсь я сама, а Итог Эванс (младший брат отца). Отсюда и доступ.

Я никому не рассказывала о том, что тоже могу пользоваться сейфом. Когда-то папенька показал нам с маменькой, как именно открывается это магическое чудо, на случай, если вдруг нам что-то понадобится. Вот теперь знание пригодилось.

Металл на глазах впитал мою кровь, а спустя секунду дверца открылась. Что я ждала увидеть? Собственные драгоценности и украшения тёти Дафны. И ещё какие-нибудь бумаги. Всё это лежало на полочках, причём мамина диадема на самом видном месте. Захотелось всё забрать, чтобы никто и никогда не смел прикасаться к моим вещам. Однако я не стала этого делать, ведь пришла не за золотом и бриллиантами, пусть мне и хотелось всё вернуть.

Мне важна была маленькая чёрная коробочка, которая была задвинута в самый дальний уголок сейфа. В ней хранился магический порошок, способный на какое-то время незначительно менять внешность человека. Именно этим волшебным средством я и планировала воспользоваться, чтобы беспрепятственно перебраться на другую сторону моря в поисках любимого. Я опасалась, что родственники кинутся в погоню.

Этот самый порошок (по-другому пыльца фей), стоил очень дорого. Папеньке подарил его какой-то купец, который так расплатился за породистого жеребца. Надеюсь, свои свойства волшебная пыль не потеряла.

Я без угрызений совести сунула коробочку в карман платья. А потом подумала и следом отправила подвеску с сапфиром, такие же серьги и кольцо, браслет. Этот мамин набор мне очень нравился. Больше брать было рискованно, да и повседневные украшения дожидались в моей комнате. Две пачки денег хоть и притягивали меня, но брать их я не стала. Наличность, оставшаяся после прошлого неудачного побега, дожидалась в комнате. И потом, родители ещё в детстве открыли мне счёт в одном известном банке, только я им никогда не пользовалась. Зачем, если у меня всё было.

Сейф закрыла без какой-либо магии, а затем быстро покинула кабинет милорда. Очень хотелось прямо сейчас намазать порошок на лицо, но я понимала, что слишком рано. Впереди ужин с семейством Эвансов.

Зато было время продумать собственную внешность. Этой части побега я уделила особое внимание и пришла к неутешительному выводу — пыльца преображает лицо не 100% и остаётся опасность быть узнанной. Поэтому я решила надеть брюки, рубашку и жилет, прихватив с собой перемену белья и куртку. Мне очень не хотелось все время ходить в штанах, но иного пути я просто не видела. А ещё впервые была очень рада своему телосложению. Фигуристой Мэри трудно было бы спрятать свои пышные прелести, а мне нет.

И только обувь вызывала некоторое беспокойство. Туфли на каблучке и без них совершенно не подходили для образа юноши. Спасли небольшие аккуратные сапожки из тонкой кожи. Раньше мне они не очень нравились, а сейчас так просто показались спасением образа.

Всё что нужно, аккуратно сложила в саквояж, застегнула его… А потом расстегнула. Ещё одна вещь, по которой меня могут опознать. Недолго думая, я сдёрнула со стола скатерть и сложила всё в неё, завязав концы узлом. При первой возможности обязательно обзаведусь приличной сумкой.

Оставалось очень важное дело — стащить что-нибудь с кухни. Но это я решила провернуть тогда, когда все в доме лягут спать.

До ужина время пролетело быстро. Его же я перенесла на удивление спокойно. Подумаешь, Мэри не смотрела на меня открыто, а только лишь бросала украдкой презрительные взгляды. Миледи поглядывала на меня с неодобрением и даже ни разу не упомянула про Эдуарда. Дядя наверняка поставил её в известность о предложении Грея. А ведь ещё вчера это была любимая тема сестры и тётушки. Один только милорд выглядел довольным и даже подмигнул. Он уверен, что я приму предложение блондина.

К счастью, после ужина никто так и не пришёл ко мне в комнату, чтобы лично пообщаться.

С трудом дождалась, когда на улице стемнеет, и из освещения останутся только фонари. Пробралась на кухню, прихватила оттуда хлеб, сыр и пару яблок. Хотела уже уйти, как на глаза попалась хозяйственная сумка поварихи. Мысленно попросив у женщины прощенья, я прихватила нужную мне вещь. С ней все-таки лучше ходить, чем с узелком.

Волнение не утихало. Хотела прилечь, но побоялась проспать. В конце концов переоделась и подошла к зеркалу… Вот тут меня накрыло неприятное осознание собственной недальновидности. Тёмные длинные волосы, доходящие до ягодиц, могли выдать меня преследователям. Или заставить сомневаться окружение в том, что я не девушка. Пришлось безжалостно отрезать их, и даже рука не дрогнула в момент совершения этого действа.

Я уже морально настроилась на побег, оставалось только самое главное — подправить лицо. Взяв немного пыльцы, я втёрла её в кожу, постаравшись представить вместо себя какого-нибудь смуглого юношу. Утончённые женственные брови чуть гуще, а подбородок более волевой. Даже щёки пухлее, чем они есть у меня. Коснулась проколотых ушей и дырки затянулись. После чего с тревогой в сердце я приблизилась к зеркалу. Глянула в отражение и едва не отшатнулась, настолько непривычно было видеть себя такой… мужской. Нет, я не изменилась слишком кардинально. И всё же, будь у меня брат-близнец, то выглядеть он мог бы именно так.

Когда приблизилась к окну, хихикнула. Вот что значит, постоянная девушка. Ночами выхожу на улицу только через окно. Без помощи Кинана это было сделать непросто, но я справилась. Вещи оказались не лёгкими, только пока своя ноша не тянула. Покинув территорию особняка Эвансов, я поспешила в сторону порта, молясь Всевышнему, чтобы отвел от меня беду и помог добраться до любимого.

***

Приближение к морю я почувствовала ещё задолго до того, как увидела корабли. Шум волн, набегающих на берег и особенный запах, всё это прибавило мне сил. Летом рассвет настаёт очень рано, и я решила сначала попасть на причал, чтобы рассмотреть корабли и выбрать нужный. Если повезёт, купить на него билет до Сан-Морино. На месте договориться проще и я надеялась, что всё произойдёт достаточно быстро и до того момента, как меня бросятся искать.

Рассвет ещё не набрал свою силу, а я уже с восторгом рассматривала корабли, что на несколько метров возвышались над уровнем моря. Паруса были убраны, но от этого вид сказочных исполинов не был менее величественным. Я застыла, испытав непривычное волнение и восторг перед этими могущественными красавцами, на одном из которых мне предстояло отплыть.

— Что раскрыл рот, глупый щенок?— раздался окрик позади меня в тот момент, когда я с раскрытым ртом рассматривала бриг с красивым названием «Элен».— Пошёл вон!

Едва не подпрыгнула от неожиданности. Повернулась и с замиранием сердца уставилась на пьяного моряка, едва стоящего на ногах. Несмотря на свой устрашающий вид и покачивание, я была уверена, именно сейчас он точно не свалится.

— Что, сопляк, зенки таращишь? Не иначе ждёшь хорошего пинка на прощание?

— Вы мне?— испуганно прижала к себе сумку.

Дорога в порт вымотала меня изрядно. То и дело мерещились тени, слышались подозрительные шорохи, а со всех закоулков выползали детские страхи. А теперь вот этот совсем неблагородный моряк. Пират, одним словом.

— А кому же ещё? Акулу тебе в глотку. И откуда такой трусливый выискался. А, малец? — ухмыльнулся незнакомец и двинулся в мою сторону. При этом неприлично шмыгнул носом и сплюнул на землю.

Вышло у него это так мерзко, что я невольно отступила. Под пятку попал крупный камешек, и я едва не упала. Удержалась на ногах, но при этом чуть не потеряла кепку. Как хорошо, что волосы вовремя постригла, а иначе коса выдала бы меня с головой.

— Я?... Я сама... А, вот что! Мне нужно попасть на корабль.— Я набралась смелости и показала в сторону того, у которого и происходила наша неприятная встреча. Хотелось сбежать, но какая-то моя дерзкая часть решила разузнать необходимое.

— Тебе, щенок? — пират закашлялся и согнулся пополам, при этом ухватившись на огромный валун. Запахло алкоголем и ещё чем-то очень противным. Тетушку бы точно стошнило и нюхательные соли не помогли.

Я не стала дожидаться повторного расспроса и припустила вперёд со всей силы, огибая заброшенную старую пушку, какие-то строения, напоминающие склады, навесы и фонари, столбики, которые обматывают тросом, чтобы лодки и корабли не уплыли… Во время своего забега встретила нескольких подгулявших моряков, которых обогнула по широкой дуге. Раздался взрыв неприятного хохота и улюлюканье, полоснувшее по моим и без того натянутым нервам. После чего я услышала оглушительный свист, за которым смех подвыпивших матросов пошел на следующий виток.

К весельчакам на берегу присоединялись те, кто по какой-то причине не спал на кораблях. И это показалось мне столь унизительным, что колючие слёзы выступили на глазах. Обидно было до невозможности, но я стерпела, бросившись в сторону рынка по каменным ступеням быстрее стрелы, на ходу то и дело оборачиваясь. За мной уже никто не гнался, но неприятный осадок заставлял поскорее покинуть это место. А ведь днём все было совершенно иначе! Тёплый ветерок, солнце, крик чаек и волны, чьи брызги так приятно было ощущать на своей коже…

Наверное, я всё-таки устала. Или выщербленные от времени и погоды ступени подлым образом неправильно легли мне под ноги. Только какой-то момент ступня подвернулась, и я полетела вперёд, проехав по песку руками. Едва не сунула пальцы под чьи-то сапоги…

— Хм… Какое странное зрелище с самого утра, — с насмешкой произнёс чуть хриплый голос.

Тревога, что не отпускала меня во время всего забега, только усилилась. А когда я, стоя на четвереньках, подняла голову, то едва не вскрикнула от изумления. Я совершенно точно узнала этого человека. Капитана пиратов, того самого, что поймал воришку, трудно было спутать с кем-то ещё. Разве что сейчас мужчина был пьян и без своего словоохотливого товарища.

— Знаешь, парень,— произнёс капитан, растягивая слова, — я привык сам следить за обувью. Так что не трудись.

Не успела я порадоваться собственной маскировке, ведь пират не увидел во мне девушку. Как последние слова вызвали возмущение. Неужели этот грубиян подумал, что я таким образом пыталась заработать? Утром, чуть не ткнувшись носом в чужие сапоги?!

— Что вы сказали?— выдохнула я, едва не поперхнувшись от наглости пьяного собеседника.

Смотреть снизу вверх было крайне неудобно. А ещё стыдно, поэтому я поспешила подняться.

— Ты чего тут ищешь? Мелочь собираешь? Ищи лучше, вдруг попрошайки что-то оставили, — язвительно посоветовал брюнет.

Вот как чувствовала, что этот мужчина не только груб, а ещё и юмор у него отвратительный. Сложил руки на груди, чуть покачивается. Лучше бы шёл на корабль и присмотрел за своими пиратами.

— Нет, господин. У меня здесь дела. — Я сжала губы, кляня себя на все лады, что пришла на причал с этой стороны. Возможно, с другой народ лучше, да и таких приставучих мужчин там нет.

— Тогда проваливай, — усмехнулся капитан и нетвёрдой походкой направился вниз по ступеням.

Уговаривать себя я не заставила. Поспешила покинуть это несчастливое место. Жаль, что с ходу не удалось устроиться на корабль. Хотелось куда-нибудь забиться, чтобы никто ко мне не приставал. До моего носа доносился запах рыбы, навеянный с рынка неподалёку. И я поспешила туда в надежде потянуть время и чего-нибудь ценного услышать. Рыбаки народ трудолюбивый, а хорошие хозяйки всегда спешат на базар поутру, чтобы приобрести самый свежий улов.

Спустя два часа бесцельного толкания я решила выпить кофе и съесть какую-нибудь булочку. Ноги не просто устали, они гудели. А ещё хотелось поспать, хотя я понимала, что до полноценного отдыха мне ещё долго. Идея броситься на поиски жениха уже не казалась такой сказочной. Но я всё равно была полна решимости отыскать Кинана. Ведь если не я, то кто? Жаль, что нельзя просто купить билет и сесть на корабль как обычная пассажирка. Ну а кому сейчас легко? Моему Верну точно приходится несладко.

Очень вовремя на глаза попалась весёлая вывеска, на которой какой-то художник нарисовал пивную кружку и ущербного краба без одной клешни. Я понадеялась, что именно там можно купить что-то горячее и просто переждать время. Потому что после этого я рассчитывала снова вернуться на причал всё с той же целью. Утро радовало и вместе с тем пугало. Ведь меня скоро хватятся и кинутся искать. Надеюсь, к этому моменту буду уже далеко в море.

Я набрала полную грудь воздуха и двинулась в сторону распахнутых дверей. Серое помещение, вопреки моим представлениям, выглядело не слишком отталкивающим. Заказала кружку чая, пирог с чёрной смородиной и ушла в дальний угол, надеясь, что оттуда будет хорошо наблюдать за входящими.

Чай оказался вкусным, а пирог действительно свежим и даже тёплым. Я решила не отказывать себе в этом маленьком удовольствии и взяла ещё сдобу с малиной. В тот момент, когда зубы коснулись пирога, в таверну вошло несколько человек. От увиденного я едва не поперхнулась. Не разжёвывая, проглотила кусок и наклонила голову вперёд, надеясь, что меня не заметят.

— Такая скотина как ты, Бастер, из любой передряги выберется, — произнёс капитан пиратов. Я инстинктивно сжала пальцы и едва не рассердилась на себя за эту глупую реакцию. Вот же! Словно мужчина был готов запрыгнуть на стол и пройтись по моим рукам, как там на пристани.

— Беру пример с тебя, Аррон, — хохотнул уже знакомый мне пират с кольцом в ухе. Мужчина хлопнул по плечу капитана, и они вместе потянулись к столу неподалёку от меня.

От опасного соседства поёжилась, но заставила себя сидеть на месте. Пирог по-прежнему был сладким, но ела я его уже без прежнего удовольствия, насторожённо наблюдая за посетителями. Третий мужчина, что пришёл вместе с ними, тоже уселся рядом со своей компанией. Этот незнакомец показался мне страшным: лысый, с загрубевшими шрамами на толстой массивной шее и пышными усами, которые смотрелись весьма экзотично.

Пираты сделали заказ и стали озираться по сторонам, здороваясь с другими посетителями. Народу было немного, а когда в помещение зашли две женщины, напоминающие торговок, я слегка взбодрилась. Значит, не только мужчины тут бывают.

Бастер, тот самый весельчак с кольцом в ухе, рассматривал тех, кто оказался за соседними столами. В какой-то момент его взгляд остановился на мне. Лицо мужчины расплылось в усмешке. И я почти не удивилась, услышав ехидное:

— Эй, ты бы ещё молока заказал. Правильное утро начинается с кружки крепкого пива и хорошенькой девочки. Можно по отдельности, но вместе лучше.

После этих слов таверна наполнилась дружным смехом и непристойными шутками на всё ту же тему. И что удивительно, торговки улыбались и не спешили уходить. Мои щёки опалило жаром. Какие вещи они говорят! Как хорошо, что этого не слышат мои родственники. Впрочем. ни к чему их поминать в момент побега. Не знаю, как я не выбежала из таверны. Наверное, сдержало то, что причиной веселья была вовсе не я, а хорошее настроение моряков.

Несмотря на некоторые неприятные вещи, опасности для себя в этот момент я не чувствовала. Поэтому позволила немного расслабиться и подумать над дальнейшими действиями. Идти в контору к начальнику порта, чтобы узнать, куда направляются корабли (там ведь все обязаны отметиться), я боялась. Вдруг про меня уже сообщили и разыскивают. Наверное, следует снова попытать счастья на причале.

От важных мыслей и планов меня отвлёк капитан.

— Эй, парень, а ты чего в такую рань здесь отираешься?— поинтересовался он, когда принесённое мясо и ноздрястый хлеб на его тарелке уменьшились вполовину.

— От мамки ушёл, не видишь, — осклабился лысый. Но этот раз шутку никто не поддержал. Лишь Бастер ухмыльнулся, а затем вонзил зубы в мясной шмат.

Сердечко стукнуло от волнения, но я решила, что вот он, знак. Какой, пока ещё не знаю, но упускать возможность было ни в коем случае нельзя.

— Мне нужно в Сан-Морино. Готов заплатить! А вы куда?

— Ох, а у щуплого деньги водятся, — лысый поднял указательный палец над головой. — Капитан, а, может, возьмём его с собой? А по пути выбросим за борт. На корм рыбам.

Я перестала дышать от накатившего гнева. И тут же сжала кулаки. Проклятый пиратище! Лишь бы потешаться над трудностями беззащитных девушек... Пусть бы они и пытались выдать себя за мужчину.

— Мы идём в Сан-Морино,— спокойно заявил капитан, запивая мясо чаем.

Я с удивлением отметила, что ещё несколько часов назад мужчина выглядел немного нетрезвым, а теперь словно и не пил. Мясо проглотил и до чая добрался. Попивает, пирогами закусывает.

— Вы возьмёте меня с собой? — произнесла я, с надеждой посмотрев на человека, который не только раздражал, но и не так давно спас меня от грабителя. То есть, почти свой среди всех этих незнакомцев.

— Пассажиров не беру, — тут же разрушил мою сказку мерзкий пират. И с чего я решила, что он не чужд благородства?

Однако, отступать не в моих правилах, да и нельзя. Я поднялась, закинула сумку на плечо, подхватила свою кружку с чаем, тарелку с половинкой пирога и присела на край стола, за которым и сидели эти трое. Мужчины наблюдали за мной, не отрываясь от основного занятия — поглощения пищи.

— Если не пассажиром, то кем? Я могу полы мыть, готовить…

Насчёт всего этого приврала, конечно же. Но я уверена, махать тряпкой и разгонять воду по палубе любой сможет. А готовить…Может, это и не нужно?

— А ну, встань и покрутись,— серьёзно произнёс капитан. Но я-то заметила, как в уголках его серых глаз затаились смешинки.

— Зачем?— не поняла я и уставилась на пиратов.

— Аррон, зачем он нам? С этим малым нам перегруз брига обеспечен, — не унимался весельчак. Я не выдержала и тоже улыбнулась, представив, как ступаю на палубу, а корабль проседает под моим весом. Действительно, смешно.

— Бастер, — укорил болтуна лысый. — Мелкого ветром сдует. А нам останутся его деньги. Что он так старательно предлагает за билет. Сечёшь?

Наверное, от этих бесконечных шуток можно было вечно расстраиваться, но мне вдруг стало весело. Я откусила пирог и принялась его жевать, стараясь не отводить взгляда от мужчин. Рассматривать их было немного жутковато, но интересно. И довольно быстро поняла, что меня саму разглядывает капитан. Причём делает это настолько внимательно, что захотелось проверить, не стёрся ли порошок. Он должен держаться дня два, если тщательно не умываться. А потом нужно будет подновить маскировку. Но что же тогда пират выискивает на моём лице?

— Как тебя зовут?— спросил капитан.

Я уже подготовилась к такому вопросу, но всё равно едва не попала впросак, чуть не назвавшись настоящим именем.

— Лори Тоннер, капитан.

— Откуда ты знаешь, что я капитан? — тут задал встречный вопрос пират. А у меня от его любопытства пробежали мурашки по спине.

— Слышал. Об этом все здесь знают. Или это не так? — я попыталась удивиться как можно искренне.

Кажется, получилось. Мужчина удовлетворённо кивнул и потянулся ко мне. Признаюсь, был момент, когда показалось, будто бы сейчас пират схватит меня за шкирку и выгонит из-за стола. Но я сдержалась, заставив себя усидеть на месте.

— Вот что, Лори, — рука капитана оказалась тяжёлой, но я сдержалась и не прогнулась. — Я возьму тебя на бриг. Мне как раз нужен…

В этот в таверне повисла тишина, и присутствующие за нашим столом повернули головы в сторону двери. У меня замерло сердце, когда я увидела двух жандармов, внимательно рассматривающих присутствующих здесь людей. В этот момент я была готова сползти под стол, чтобы не быть узнанной.

ГЛАВА 12. Погоня

Лаура

Я не обольщалась, понимая, что они пришли именно за мной. У одного в руках был листок, с которым он подошёл к торговкам, словно сверял изображённую на бумаге личность с оригиналом. Я беззвучно выдохнула и мысленно три раза упала в обморок от облегчения. Не меня ищут. Наверное… Только жандарм не успокоился и направился к стойке, за которой трудился владелец таверны и его то ли дочь, то ли молодая жена.

Капитан так и не убрал с моего плеча своей руки, и это в какой-то степени вселяло уверенность. А когда брюнет снова перевёл взгляд на меня, я напряглась.

— Малец, не трясись. Или есть чего бояться? — Серые глаза пирата пронзали меня насквозь, словно мужчина пытался прочитать все потаённые мысли. Что-то такое странное было в этом человеке, чего я никак не могла понять. — Предупреждаю, если ты отъявленный плут, то на моём бриге придётся тебе несладко. Хотя, с другой стороны, благородных дам там нет и ребята проучат такого быстро.

— Вы… Вы запугиваете меня? — произнесла я, в то же время боковым зрением отслеживая жандарма. Тому приглянулась девушка за стойкой. Мужчина подкрутил усы, чтобы произвести впечатление.

— Предупреждаю, — коротко отозвался капитан.

— Кого они ищут?— поинтересовался лысый. Он, как и многие в таверне, наблюдал за расспросами.

— Какую-то девушку,— пояснил Бастер. Странное дело, сейчас пират даже не улыбался. — Наверное, её умыкнул какой-нибудь красавец и эту ночь она провела с ним на душистом сеновале. А родители в панике.

От подобного не совсем порядочного и правдивого предположения я едва не сказала колкость насчёт тех, кто мерит по себе. Вовремя сдержалась. Откусила пирог, чтобы не сболтнуть чего-нибудь лишнего.

— А зачем тогда обращаться к жандармам? — Я всё же не утерпела и шёпотом обратилась к весельчаку Бастеру.

— Не знаю, — тихо хохотнул пират в ответ. — У меня нет детей. А если бы и была дочь, то я привязал её за ногу, чтобы дальше дома не смела выходить.

— Ты бы ещё колокольчик ей на шею прицепил, как корове, — съязвил капитан. Он убрал руку с моего плеча, и наконец-то стало легче дышать.

Жандармы двинулись в нашу сторону, а у меня от нервов резко скрутило живот. Что за наказание! А этот, усатый который, так на меня посмотрел, что я снова едва не залезла под стол. И почему я не ушла, прежде чем эти двое заглянули со своей проверкой? Сердечко билось, как у загнанной лошади.

— Чего надо?— поинтересовался капитан, едва жандармы достигли нашего стола и усатый принялся сверять свою картинку с лицом каждого из присутствующих.

Я же сунула в рот пирог в надежде, что мои черты лица ещё больше исказятся. Принялась активно работать челюстями, старательно пережёвывая мелкие косточки.

— Капитан Найт, вы не видели вот эту барышню, — произнёс усатый, поворачивая к нам бумажный лист. Я даже перестала жевать, едва рассмотрела себя на картинке, выполненной новомодным фотографическим способом. Его сделали с рисованного портрета, который мне подарили родственники на день рождения. Точнее, был приглашён художник, нарисовавший меня и Мэри.

— Сержант, думаете, я знаком со всеми девушками?— усмехнулся капитан, глядя на мой вполне себе удавшийся портрет. — А эта ещё совсем ребёнок на вид. С такой связываться точно не стану. Хотя… если бы она была чуточку постарше и покруглее в нужных местах.

Присутствующие за нашим столом и соседними рассмеялись словам пирата, как весёлой и правильной шутке. Не поняла, отчего вдруг почувствовала досаду. Значит, я недостаточно хороша для этого грубияна? Вот и отлично. Мне тоже совершенно без надобности его внимание. Разве что в качестве работодателя, потому что искать кого-то ещё уже не хотелось.

— А кто это, если не секрет?— поинтересовался Найт, словно невзначай. И пусть сказано всё было небрежным тоном, но я почувствовала, как сидящий рядом мужчина напрягся.

— Капитан, вы слишком многое хотите знать, — ответил усатый и тут же добавил, видя, как рука пирата потянулась к карману. — Нет смысла. Птичка высокого полёта. Да и зачем она вам? Каждая собака в нашем порту знает, что свой бриг капитан Найт назвал в честь невесты.

Элен… Я без труда вспомнила наименование корабля, на который смотрела с восхищением. Пиратский бриг носил имя возлюбленной капитана? Должно быть, очень романтическая история, раз мужчина так поступил.

— Интересно, — встрял в разговор Бастер, в то время как капитан с самым невозмутимым видом потянулся к кружке. Показалось, что мужчины нарочно поменялись местами, чтобы поддержать разговор. — Ради какого-то ребёнка уважаемые жандармы с утра прочёсывают город.

— Что поделать, служба, — вздохнул усатый и подтолкнул своего напарника в сторону выхода.

Народ вернулся к прежнему занятию. И лишь за нашим столом удалось прикоснуться к странному разговору, от которого у меня мурашки пробежались по коже.

— Что за крошка, капитан?— поинтересовался лысый, когда жандармы покинули таверну.

— Марлоу, ты прокладывать курс на карте умеешь быстро?— вопросом на вопрос ответил Найт.

— Спрашиваешь, капитан. А к чему это ты?

— Значит, приборы понимаешь, — продолжил капитан.

— К чему этот разговор. Ты же знаешь …— не понял лысый, но ответ не замедлил себя ждать.

— Раз так, то подумай, почему ты штурман, а я капитан,— язвительно произнёс Найт. И тут же поднялся из-за стола, попутно отвесив мне подзатыльник. — Лори, чего расселся? Хватит жрать пироги, ступай на корабль. Я знаю, чем ты будешь заниматься. Вернусь из города, поясню.

Кепка не слетела, но я ещё никогда в жизни не получала подзатыльника. Ни разу. Это ошеломило, но обижаться я и не подумала. И спустя несколько секунд уже спешила в сторону пристани. Туда, где на волнах покачивался бриг «Элен», одним своим видом дарящий надежду на скорое путешествие.

По сходням взобралась довольно быстро, даже не потребовалась посторонняя помощь. Дежурный пропустил меня, предварительно расспросив, кто я и что тут забыл. А когда мой ответ устроил, ко мне был потерян всякий интерес. Недолго думая, я присела на какие-то мешки, показавшиеся необычайно мягкими. Прислонила голову к борту, да так и уснула, укачиваемая шелестом волн.

Проснулась от крика, который заставил резко раскрыть глаза и насторожённо посмотреть на причину своего беспокойства. У правого борта корабля, совсем неподалёку от меня стоял дежурный, а вместе с ним и вернувшийся из города весельчак Бастер. Взгляды этих мужчин были прикованы к чему-то важному за бортом. Я не спешила подняться, пытаясь прийти в себя. Сколько прошло времени с того момента, как провалилась в сон? Час или два? Солнце ещё не было ярким, но утренней прохлады почти не осталось. Голова побаливала, но всё это неважно, потому что за бортом послышалось:

— Мы хотим подняться на ваш корабль.

Голос показался мне знакомым, и я замерла, так как догадалась, кому он принадлежит. Песец подкрался незаметно. Грей каким-то образом оказался на берегу и это не могло не настораживать.

— Капитана сейчас нет. А в его отсутствие я не имею права дать разрешение посторонним подняться на судно, — громогласно ответил весельчак. Что-то не верилось в отсутствии таких полномочий, но пирату виднее.

Только сейчас я поняла, что за всё это время практически не дышала. Каким образом блондин оказался на берегу, я догадывалась. То ли до него добрался слух о моей пропаже, то ли дядя не нашёл лучшего способа, как обратиться к будущему дипломату. Даже стало неприятно от такого поиска. Милорд подключил всех, кого только можно. Неужели отдать меня Эдуарду выгоднее, чем отпустить на свободу? Не верю в патриотический настрой дяди, дело тут вовсе не в моей способности заглядывать в чужие сны.

Я ведь никогда не позволяла себе ничего лишнего и поступала практически безупречно. За исключением нескольких случаев, о которых родне и знать незачем. Одному незадачливому ухажёру на приёме вонзила вилку в наглую конечность, попытавшуюся меня облапить. Другому подбила глаз, когда он вместо того, чтобы помочь спуститься с лошади, решил поцеловать меня. Но это все мелочи, не стоящие внимания. Сейчас здесь происходило куда более волнующие события и это не могло не настораживать.

— А с кем я разговариваю?— снова подал голос Грей.

Предпринимает попытку наладить контакт? Ох, как же мне это не нравилось. Хотелось хоть одним глазком выглянуть наружу и убедиться, что на берегу, кроме Эдуарда, никого нет. Может, ещё раз с ним поговорить? Хотя нет, не стоит. Как-то уже не верилось, что, даже если бы мне откровенно удалось пообщаться с глазу на глаз с блондином, то он усмирил своё желание на мне жениться. Самоуверенный песец решил, что первая брачная ночь всё изменит. Пф!

— Боцман брига «Элен». Моё имя Бастер Корвер. Хотелось бы знать, с кем я общаюсь, — не менее самоуверенно ответил весельчак.

— Виконт Эдуард Грей, если вам так угодно, — донеслось с берега. — Ну так что, вы можете дать разрешение нам подняться?

Своим ответом блондин дал понять, что он не один. Я напряглась и невольно прижала к себе сумку. Только бежать отсюда некуда, однако, и обо мне пока не было сказано ни слова. Я припомнила, как в таверне ни один из офицеров не узнал во мне девушку с фотопортрета, но расслабляться не спешила. Подобралась, готовая в любой момент подскочить и бежать, куда глаза хотят. Впрочем, прыжки за борт это крайности, для меня совсем неподходящие.

— Нет, виконт. Разрешения дать не могу. На всё воля моего капитана, — спокойно ответил Бастер и сложил руки на груди.

— Но так позовите же его!— упорствовал Грей. Нетерпеливые нотки прорезались в его голосе.

— Капитан в городе. А когда будет, не могу знать. А в чём дело? Может быть, вас устроит, если я сам спущусь вниз?

Я была готова рассмеяться от радости и даже прикрыла рот ладонью, боясь выдать себя. Но тут донёсся голос, от которого веселье вмиг пропало:

— Боцман Корвер, мы поняли, что к вам пробраться не так-то просто,— решительным тоном, не требующим возражения, произнёс милорд Эванс. — Скажите мне лишь одно, нет ли на вашем судне молодой девушки? Возможно, вы её встречали в порту. Смуглая и темноволосая, больше похожая на подростка, чем на даму.

От такого сравнения у меня в горле пересохло. Да, я не Мэри, но ведь и не плоская доска! Даже грудь пришлось замотать растерзанной ночной рубашкой, пущенной мной на полоски.

— Той, что разыскивали жандармы?— тут же сориентировался Бастер. — Нет, это дитя мне не встречалось. Что с ней случилось?

— Надеюсь, что ничего, — проворчал милорд, и мне даже стало немного стыдно.

— Если встречу, лично отведу в участок, — пообещал боцман.

Я едва не застонала от такой несправедливости. Потому что собиралась сменить пол только на время путешествия. Дальше намеревалась снова стать собой. Документы при мне, небольшая сумма наличности тоже имеется. Продавать драгоценности не планировала, но всякое могло случиться. Идеально, если на той стороне имеется филиал моего банка. Но на это вряд ли можно надеяться. Однако всё это мелочи, лишь бы поскорее найти любимого.

ГЛАВА 13. Первое знакомство с бригом

Лаура

Подозреваю, что на том берегу боцман и думать забудет о девушке с фотопортрета, не то, что хватать и тащить в участок. Успокоенная собственными мыслями, я ещё какое-то время позволила себе прикинуться спящей в надежде, что дядя и его сопровождение уйдут как можно дальше. Следила за происходящим вокруг из-под полуопущенных ресниц. И только когда народ на палубе перестал поворачивать головы в сторону берега, решила «проснуться». Как оказалось, очень даже вовремя.

— Эй, Лори, подойди, — приказал боцман, едва я поднялась на ноги и потянулась. Пришлось подчиниться. Подхватила сумку и направилась к Бастеру Корверу мечтая, чтобы он как можно скорее от меня отстал.

— Вы что-то хотели?

— Хотел, да, — протянул боцман, задумчиво глядя на меня и подёргав себя за серьгу. — Какой-то ты слишком хлипкий. Слушай, парень! Раз ты не пассажир, а член команды брига «Элен», то будем из тебя делать настоящего мужика.

Вы когда-нибудь такое слышали в своей адрес? Я нет. Признаться, немного испугалась подобных перспектив.

— Мужика? Из меня? — переспросила я и на всякий случай посмотрела за спину Корвера. Вдруг там капитан, а он всё-таки самый главный на судне.— А как?

— Вернётся Аррон, придумаем, — хитро подмигнул боцман, и мне стало как-то не очень хорошо. Не так я себе представляла плавание. — А пока можешь отправляться на камбуз к Виллу. Скажешь, я прислал. Понял?

— Я? Нет…— Признаваться, что совершенно не вникла, куда меня отправили, было несколько неудобно. И я сделала попытку изменить свой статус.— Может меня пассажиром возьмёте?

— Пойми, Лори, настоящий мужик не перед чем не будет пасовать. Так что тут даже не обсуждается. И потом, с того момента, как ты вступил на палубу, подчиняешься капитану. В его отсутствие мне. Это тебе ясно?

Я кивнула. Чего тут непонятного.

— Тогда живо на камбуз! Хоть народ сейчас в городе, но я видел, Вилл уже вернулся. Значит, те, кто здесь оставался, захотят набить брюхо. Так что живо я сказал!

— Все понятно! Господин Корвер, а где этот камбуз?

Ну не моряк, я совсем не моряк. И не надо на меня смотреть как на умственно отсталую сухопутную мышь. Подумаешь, не в курсе всяких терминов.

Бастер молча ткнул пальцем в нужном направлении, и я поспешила скорее скрыться из виду боцмана. Всё-таки кухня для меня это мир спокойный. Не то, что палуба с требовательным Корвером, решившим вылепить из меня мужика. Я даже на руки свои посмотрела с недоумением и сожалением. Ну не той они формы, чтобы подковы гнуть.

Запах еды достиг моего носа, едва я спустилась на палубу ниже той, что была на поверхности. На удивление это было совсем не мрачное или захламлённое место. Корабельная чистота показалась приятным явлением, и я подошла к закрытой двери и постучала в неё.

— Собаки, опять жрать хотите? Вы же с берега! — раздался крик за дверью, а потом что-то громко стукнуло, отчего мне стало не по себе.

И не успела я прийти в себя от столь бурного «приветствия», как дверь распахнулась, явив мне невысокого рыжего мужчину в белом переднике.

— Ну? — местный повар сурово сдвинул такие же огненные брови и почесал под носом сгибом пальца. При этом в руке нахмуренного моряка был зажат окровавленный нож. — Что за дрищ посетил мой камбуз? Желаешь, чтобы я пустил тебя на рагу?

Ну не знаю, сколько можно испытывать мое терпение и нервы, а я так пропустила тот момент, когда зародился испуг. И ведь должна была испытать страх, а не вышло. Причина в том, что очередное упоминание меня как о тощей просто задело за живое. Я ведь нормальная! Абсолютно. Это у мамы была неширокая кость, а папа вообще высокий и с приличным разворотом плеч. Но я не мужчина и никогда им не стану. Поэтому набрала в грудь побольше воздуха и выпалила, глядя в глаза местного повара:

— Если вы пустите меня на рагу, то у вас не будет помощника, присланного боцманом.

— Тебя? — повторил, словно не поверил, рыжий. Хмыкнул, а затем широко улыбнулся, продемонстрировав отсутствие нескольких зубов. Если мужчина и хотел показаться приветливым, у него это не получилось. Выглядело ужасно. — Ну проходи, дрищ.

— Меня зовут Лори, — с нажимом произнесла я и двинулась в сторону кухни. Камбуза.

В глаза сразу бросился большой разделочный стол, на котором горкой лежало нарезанное мясо. Рядом корзинка неочищенного лука. Похоже, не так-то и примитивно питаются пираты. А я думала, что только рыбой и тем, что удастся купить на берегу. Даже начищенные кастрюли вызвали уважение к повару, не говоря о порядке в помещении.

— Хм… Значит, помощник, — задумчиво произнес рыжий Вилл и тут же просиял. — Наконец-то капитан услышал меня! Рад. Вот что дрищ, будешь чистить лук. Сегодня побалуем ребят, как-никак капитан приказал в честь дня рождения своей невесты всех угостить.

Я протянула руку к корзине и взяла луковицу. Теоретически я знала, как его чистят. И даже была в курсе, что это занятие очень слезное. Надеюсь, волшебную пыль какими-то там слезами не смыть.

— Сколько чистить? — деловито поинтересовалась я, положив луковицу обратно в корзину.— Одну или две?

— Две не нужно. Перебор. Одной корзины достаточно, — «порадовал» меня Вилл.

— Скажите, а вы давно здесь поваром…

— Кем?— затаил дыхание рыжий и посмотрел на меня не то с язвительностью, не то с насмешкой. — А знаешь ли ты, малец, как называется повар на судне? Кок! Запомни я кок! И чтобы больше никаким поваром меня не обзывал. Понял?!

— Вполне, — спешно согласилась я, глядя на острый нож, направленный в мою сторону. — Коко… Кок.

— Вот! Приготовить дома на кухне любой идиот сможет. Если, конечно, он не совсем без мозгов. А попробуй-ка, накорми этих оглоедов в море, когда галеты в горло не лезут, а жрать хотят все! Это же высшая школа жизни. Ладно, дрищ, садись. Сперва я тебя накормлю. Чего стоишь, застыл, как гарпун проглотил? Садись, давай.

Из всей этой прочувственной речи рыжего я поняла одно, что сейчас меня будут кормить. Утренние пироги уже растворились моим желудком и есть хотелось. Но позволить обзывать себя не было никакого желания.

— Лори. Меня зовут Лори. И никак иначе.

Я-то думала, что сейчас повар…кок начнет ругаться. Или вообще скажет, что такой помощник ему не нужен. Однако Вилл удивил меня:

— Характер имеешь, это хорошо. Тогда так и быть…Лори. Садись и поешь сначала. А потом будешь чистить корзину лука и два ведра картошки.

Что?!

— Но ведь вы сначала сказали только про лук! — возмутилась я, предчувствуя подвох.

— Сказал. Ты тоже много чего наговорил. А сейчас быстро выполняй мое распоряжение, а то рассержусь и выгоню. Как думаешь, много ты тут наработаешь. Если у самого хлебного места не удастся продержаться хоть час?

Спорить со знающим человеком я не стала. Взяла тарелку с рисовой кашей, кусок хлеба и присела на стул в стороне. Еда показалась необыкновенно вкусной, а чай только дополнил мой первоначальный вывод — готовить кок умел. Сейчас, сидя в стороне и наблюдая за выверенными движениями мужчины, я даже порадовалась, что попала именно сюда. Действительно, могло быть и хуже. А так неделю пути провести на кухне. Это не так уж и плохо. Зато научусь готовить. Не знаю, как мы будем жить с Кинаном, но это умение мне точно пригодится в жизни.

Я не буду упоминать, какие ругательства приходили мне на ум в тот момент, когда чистила лук и обливалась слезами. Хорошо, что у рыжего на камбузе висело маленькое зеркальце, и кок не стеснялся изредка заглядывал в него. Я тоже бросала в сторону гладкой поверхности опасливые взгляды. Но все обошлось. Волшебная пыльца, это не какая-то там грязь, так просто не смыть.

Не знаю, сколько прошло времени, но точно много. Оставшаяся на бриге команда и те, кто вернулся с города, успели пообедать. После всего мне пришлось перемывать посуду и надо сказать, делала я это быстрее, чем чистила лук.

Когда я освободилась от дел, то сбежала на верхнюю палубу. Все это время я выходила на нее с опаской. Время продвигалось к вечеру, а мы по-прежнему находились на пристани Лерона. Это мне категорически не нравилось, но как сказал кок, сегодня последний день, когда морякам разрешено задержаться до заката. Завтра все должны быть отдохнувшими. С этим приказом капитана я была полностью согласна.

Бриг был повернут к берегу одним боком, а я предпочла гулять на другой стороне. Вдруг кто-то из знакомых меня с берега заметит. Мне хотелось размяться, снять импровизированные бинты, которыми я обмоталась. А еще постоять под теплыми струями, чтобы смыть с себя весь тот пот, что градом лился, пока я трудилась на камбузе.

— Эй, Лори, как тебе первый день? — окрикнул меня мужской голос.

Я подняла голову и увидела утреннего знакомого из таверны. Лысого. Кажется, я забыла его имя. Он стоял на высоком помосте, прислонившись к штурвалу. Под ногами мужчины находилась каюта капитана и корабельного доктора. Вилл рассказал, кто здесь кто. И если я не ошибаюсь, лысый занимал должность штурмана.

— Вполне сносно, господин штурман.

— Поднимайся ко мне, Лори Тоннер, — приказал мужчина и я не посмела ослушаться. К тому же мне действительно было интересно посмотреть на причал и город пусть с небольшой, но высоты. В этот момент я позабыла и про берег и про дядюшку, понадеявшись, что они давно ушли и ищут меня где-нибудь в другом месте. Какая-то очень непоседливая часть меня ликовала. Я словно на крыльях взобралась по лестнице и предстала перед штурманом.

— Запомни, меня зовут Марлоу Гольц. И не вздумай перепутать.

— Э… — я мысленно попыталась подобрать какие-нибудь смешные ассоциации к этому имени и не нашла ничего дурного. Но мало ли у человека тараканов. Поэтому расспрашивать подробности не стала. — Хорошо, господин штурман.

— Вот так-то. Ну, как тебе «Элен»?

— Нравится, — честно призналась я. — Только я мало что видел здесь.

— Это пройдет, — усмехнулся лысый. — Завтра на рассвете бриг покинет Лерон, и ты узнаешь, что такое настоящее море.

— Скажите, я могу задать вопрос?

— Попробуй, — усмехнулся Гольц.

— А если не все вернутся с берега? Людей на бриге стало больше, но судя по всему, вернулись еще не все.

— Оставим их здесь. Глупый вопрос, Лори. Такого быть не может.

— Ну, а если капитан задержится? Вдруг он приболел, а вы не в курсе? Всякое может быть,— не унималась я. Мне очень не хотелось задерживаться. Душа стремилась к Кинану, а впереди ещё 7 дней пути.

Все-таки Аррон Найт мой основной работодатель. А его все нет и нет. Мне это показалось ненормальным. С самого утра пират отсутствует, разве это не повод для тревоги?

Смех за спиной заставил обернуться. Я слышала, как кто-то поднимался по лестнице, поэтому не испугалась хохота. К нашему разговору присоединился боцман Бастер.

— Тоннер, — весело произнёс Бастер Корвер, когда отсмеялся, — наш капитан зверь, ему бабы нужны, а ты глупости твердишь. Завтра сам увидишь, насколько Найт здоров, когда он начнет тебя гонять по палубе и давать поручения. Так что советую сегодня выспаться как следует.

Я прикусила язык, решив, что лучше промолчу. И что всем известно — от портовых шлюх (это слово я давно знаю, только не употребляла никогда) можно подхватить что угодно. И какое при этом здоровье выдержит?

Отдых закончился, потом я снова отправилась к коку на камбуз. Теперь я уже не молчала, а расспрашивала словоохотливого рыжего. Про устройство брига, про то, как долго сам Вилл служит у капитана.

— Вилл, а правда, что вы самые настоящие пираты?

— Скажи, Лори. А какой момент тебя в этом смущает?— ухмыльнулся мужчина.

— Ну… Разве на пиратов не объявлена охота?

— У нашего Найта договорённость со всеми. Так что выбрось эту дурь из головы и перебирай горох.

— Так вы что, каперы? — не унималась я.

— Когда как, — криво усмехнулся кок и вонзил нож в стол. Я вздрогнула и замолчала, решив, что лучше не провоцировать кровожадного Вилла. Мне то что, всего недельку потерпеть.

Стояла, прислонившись к борту брига, и устало смотрела вдаль. Дневное светило клонилось к закату, грозясь вот-вот скрыться где-то за линией горизонта. Мне бы тоже не мешало отдохнуть, но я страшилась оказаться одной ночью среди кучи мужчин, даже не подозревающих, что среди них скрывается девушка. Как-то не так я представляла себе это путешествие. И если с дневной его частью удалось свыкнуться, а вот ночная вызывала вопросы. Жаль, что бриг не прогулочный и у него нет отдельных кают для гостей.

Я бы смогла без труда выдержать отсутствие мягкой постели. Даже туалет (гальюн) вызывал грусть, но все трудности временные. А вот ситуация со сном очень тревожила. Как к этому отнесётся Кинан, когда узнаёт, что я спала в окружении мужчин? Но больше всего я боялась ненароком раскрыть себя. Пыльца вещь особая, помимо внешности она впитывается в кровь и каким-то образом действует на весь организм. И через два дня я должна буду её обновить, а иначе… До другого лучше не доводить.

— Эй, малый, иди отдыхай. Утром в море, — раздался голос дежурного. Имени не знаю, но все этого мужчину называли Кудряш.

Интересная личность. Даже у Мэри никогда не было таких мелко завитых локонов, как у него. Наверняка он нравится женщинам. Я подумала и добавила собственную мысль — многие из пиратов, несмотря на обветренные лица и натруженные руки, могли привлечь женщин своим мужественным видом и горящими глазами. И среди таких мне спать? Кинан, где ты? Найдись, пожалуйста, поскорее.

— Я ещё тут немного постою. Погода отличная, — оправдала я своё нежелание уходить. Сама уже косилась в сторону все тех же мешков, рядом с которыми сегодня уже спала. Может, снова к ним прислониться? Дождя нет, как-нибудь ночь незаметно пролетит. А утром опять уйду на камбуз, чтобы ни с кем не встречаться.

— Согласен,— подтвердил Кудряш и вздохнул. Он тоже прислонился к борту и теперь мы уже вместе смотрели вдаль. — В такую погоду хорошо бы пройтись по городу с какой-нибудь дамочкой и купить ей конфет. Затем заглянуть в таверну, чтобы опрокинуть по стаканчику креплёного шереса. А потом... Но для моряка главное — дисциплина. Это тебе не фунт изюма слопать. Понимаешь о чём я, Лори?

На всякий случай кивнула. А чего тут непонятного? Погулять в хорошую погоду и я бы не отказалась. Жаль, что без Верна. В какой-то момент мои мысли наполнились воспоминаниями о наших редких свиданиях с Кином, о записках, которые я сожгла. Собственный побег уже не казался каким-то чудом. Лишь бы поскорее добраться до Сан-Морино, а там…

— Эй, Тоннер, ты чего тут? — раздался мужской голос и меня кто-то подёргал за плечо.

Я с непониманием потёрла лицо руками и тут же замерла. Опасливо взглянула на капитана, не сразу поняв, откуда он тут взялся и что я здесь делаю. Как присела на мешки помню, а дальше снова провал.

— Уснул нечаянно. Простите, капитан.

— Почему не со всеми? — В голосе Найта звучали раздражённые нотки.

— Там…там душно, капитан. Я задыхаюсь.

— Неженка, значит, — немного резко произнёс брюнет.

Голова слегка побаливала от недосыпа и усталости. Возникло желание хлестко ответить. Уколоть мужчину, вернувшегося злым от продажных женщин. Может, у них там не всё удачно сложилось? Но я сдержалась. Потерпи неделю, Лаура. За бортом Лерон, а нужно, чтобы Сан-Морино. А иначе ссадят и забудут о тебе как о случайном человеке.

Я правильно сделала, что промолчала. Капитану не нужны были споры, и выход из сложившейся ситуации он довольно быстро нашёл сам.

— Хорошо, разделишь каюту с корабельным доктором. Фаруху вряд ли можно чем-то помешать. К тому же доку временами требуется помощник. Надеюсь, из тебя выйдет толк. Лентяев на корабле я не держу.

— Боцман сегодня отправил меня на камбуз, — поспешила я сообщить в своё оправдание.

— Бастер? Всё так, — подтвердил капитан.— Пошли, покажу твоё место.

Если бы вы знали моё облегчение, когда я вошла в маленькую каюту, расположенную рядом с капитанской! И пусть койка доктора стояла неподалёку от моей, а постель напоминала скорее узкий застеленный пенал, всё устраивало.

— Похоже, док ещё не вернулся, — будничным тоном сообщил Найт.— Располагайся. Завтра будет непростой день для всех.

— Спасибо, господин капитан, — совершенно искренне поблагодарила я, понимая, что это наверняка лучший вариант их всех. Что мне могли предложить на этом судне. Что поделать. Со слов моряков я сегодня узнала, что в ближайшие дни только бриг «Элен» отправляется в нужную мне сторону. Большая удача, что я вовремя сбежала.

Аррон Найт уже поворачивался, чтобы уйти, а потом вдруг остановился и взглянул на меня.

— Послушай, Тоннер, я чувствую какой-то слабый запах… Он слишком странный, чтобы не обращать на него внимание. Я бы даже сказал, что женский. Ты ничего не чувствуешь?

— Нет…То есть, да, чувствую.

Потемневший взгляд капитана без слов приказал продолжить. А у меня в сердце все замерло, неужели почувствовал во мне женщину? Но как? Духами не пользовалась, кремами и притирками тоже. Разве что одежда постирана не грубым мылом. Но за день, проведенный в таверне, в порту и на корабле запах изменился. Так что благоухала я теперь точно не розами.

— Чувствую, что мне нужно будет искупаться. Скорее всего, от меня пахнет кухней. Я весь день сегодня там провёл.

— Возможно. Что же…показалось, — отозвался Найт.

Сейчас тон капитана уже не был таким напряжённым, как прежде, и я незаметно выдохнула. Надо же, как может тебя выдать вполне обычная вещь — мыло и порошок.

Поняв, что придраться больше не к чему, брюнет удалился. Дышать сразу стало легче, и я поскорее легла. Но перед этим чуть ослабила самодельные бинты, от которых уже давно хотелось избавиться. Прежде чем уснуть, подумала, что господин Фарух тоже где-то пропадает. Вот удивится, когда обнаружит в каюте чужака.

Сон довольно быстро поглотил меня. И там, в мире грез, виделся мне не Кинан или родственники. Исключительно пираты брига «Элен», всей толпой наблюдающие за маленькой мной в тот момент, когда я драила палубу. Ужасная несправедливость!

ГЛАВА 14. Случайная провокация Лори

Лаура

— Какой дивный экземпляр предстал предо мной, — задумчиво произнёс чей-то голос.

Я тут же проснулась. Раскрыла глаза и несколько мгновений смотрела на стоящего рядом мужчину явно южной национальности.

В голове сразу же пронеслось всё произошедшее за вчера, и как я тут оказалась. Одеяло на всякий случай надвинула повыше.

— Не бойтесь меня, юноша. Признаться, я удивлён, что у меня будет сосед по каюте. Но раз вы не храпите...

— Нет, не храплю, — спешно подтвердила я, рассматривая соседа. Чувство стыда наверняка окрасило щёки в алый цвет, но любопытство не позволило отвернуться.

Седовласому мужчине на вид было лет шестьдесят, и выглядел он очень прилично. Пронзительные тёмные глаза выдавали в нём умного человека. Наверное, это хорошо при нынешних обстоятельствах. Всё-таки я одна в окружении пиратов… Жуть, хоть уже и не такая страшная, как казалась изначально.

— Что же, тогда будем знакомиться. Я Фарух Бейра, судовой доктор. А вы, молодой человек, — тёмные глаза прошлись по мне, задержались на плечах… Я интуитивно натянула одеяло до подбородка. Стало не по себе. Словно передо мной стоял не седовласый мужчина, а бдительный капитан.

— Лори Тоннер, господин доктор.

— Лори… Очень приятно, наверное.

— Наверное? — Я удивлённо вскинула брови.

— Ну, если ты не будешь разбрасывать свои вещи.

И тут я всё-таки покраснела. Вчера после ухода капитана всё аккуратно сложила. Разве что обувь оказалась небрежно раскинутой у кровати. Сама не знаю, как так получилось.

— Простите, господин Фарух…

— Другое дело, — усмехнулся мужчина.— Ладно, Лори. Поднимайся. Через час Вилл объявит завтрак, а после ты мне будешь нужен.

Надо ли говорить, что едва доктор вышел, я пулей собралась и поспешила привести себя в порядок всеми доступными способами. Самое отвратительное, что не было возможности принять душ или ванну. Выскочив на верхнюю палубу, я с удивлением отметила, что мы уже в море… Ах, как красиво бриг разрезал морскую гладь! В нереальной синеве можно было заметить отражение облаков и блеск проснувшегося солнца.

— Что, Тоннер, нравится?— раздался голос лысого штурмана.

— Очень, — честно призналась я.

Поёжилась, улыбнулась утренней прохладе и поспешила в дальний конец корабля справить собственные потребности. Не самое удобное место, даже немного страшное. Колыхаться с непривычки над бездной удовольствие не из приятных . Но все же это лучше, чем спать в одном помещении с экипажем.

— Доброе утро, Вилл, — поздоровалась я с коком, едва оказалась на камбузе. Он что-то там разогревал на небольшой угольной печке.

— Пока нет качки, можно воспользоваться печью, — произнёс рыжий, заметив мой любопытствующий взгляд. — Проходи, Лори. Берись за работу, а то эти скоты нас с тобой сожрут вместо завтрака. Я-то ещё ничего, а с тебя навар небольшой. Одно рагу.

Ха! Снова он за своё. На этот раз шутка кока отторжения не вызвала. Даже повеселила.

— Молодое мясо лучше ценится, — не удержалась от шпильки я и довольно потёрла руки. На палубе было прохладно, а на камбузе у кока тепло.

За дело я взялась быстро. И уже скоро включилась в работу. А когда Вилл вышел из помещения, я достала носовой платок и намочила его в тёплой воде. Наскоро обтёрлась, что только улучшило моё настроение. Всё-таки для любой девушки это очень важный момент.

Завтрак был готов вовремя. Мужчины один за одним спускались к нам и забирали свою тарелку каши, кусок мяса и хлеб. Есть они уходили на палубу, чтобы посидеть и просто перекинуться словами.

Кок озвучил мне задание и поспешил в каюту к капитану. Меню самого Найта было немногим богаче, чем у простого пирата. В каше я заметила горсть орехов и изюм, которые щедро сыпанул рыжий Вилл. Отдельно поджаренное мясо. Я не возражала такому раскладу дел, да и не привыкла совать нос в чужую тарелку. Сама спокойно поела и принялась убирать рабочее место. Осталось только перемыть посуду и можно отправляться к доктору.

В это время вернулся кок. Он не стал мне помогать, а занялся своими делами. Достал тетрадь и принялся записывать в неё расход продуктов. Я уважительно прониклась подобному учёту припасов. Вот вам и рыжий.

Наше занятие нарушил капитан. Я вздрогнула, едва он вошёл на камбуз и уставился на меня. Только бы ничего не говорил про запах, только промолчал… К счастью, высшие силы сегодня снова на моей стороне. Найт приблизился к Виллу и кок принялся рассказывать о каких-то припасах из трюма. Я не особо вслушивалась, стремясь как можно скорее выполнить задание и сбежать. Отчего-то было страшно попадаться на глаза внимательному капитану. Если правда вскроется, за борт меня он вряд ли выкинет, но кто знает, какой характер у этого мужчины.

Несмотря на кажущуюся простоту задания, чистка сковороды не доставляла удовольствие. Жесткий пористый камень, которым приходилось оттирать дно, всё время царапал пальцы. Было больно. В какой-то момент я решила воспользоваться ножом. Взялась не за ручку, а за лезвие, чтобы подцепить подгоревший жир…

Все дальнейшее произошло в считаные мгновения.

— Ой!— пискнула я, когда нож вырвался, а его кромка полосонула по подушечке пальца.

Быстро сполоснув водой, я интуитивно потянула палец в рот. Взглянула на мужчин, надеясь, что они заняты… И тут же встретилась с напряжённым взглядом Найта. Какие же бездонно-серые глаза у этого человека! Брюнет шагнул навстречу мне и тут же остановился, нахмурился. Его ноздри трепетали. А сжатые в полоску губы выражали крайнюю степень недовольства.

Я вздрогнула от такой реакции капитана и сжала руку, не обращая внимания на лёгкую пульсирующую боль в пальце.

— Поранился, — попыталась оправдаться я и слабо улыбнулась, глядя то на Вилла, то на Аррона Найта. Вроде как мне не больно совершенно.

Странное напряжение витало на камбузе, и я не понимала причины такого настроения. Кок, тоже что-то почувствовав, выглядел недоуменным. А капитан… Стремительным шагом и без слов он покинул кухню, и практически сразу стало легче дышать.

— Что не так, Вилл? — поинтересовалась, а у самой неприятно заскребло в груди. Словно я была близка к провалу, но никаких предпосылок к этому не видела. Подумаешь, палец проткнула. Для пиратов это должно быть обычным делом. Да и капитан вряд ли боится крови.

— Лори, какой же ты всё-таки дрищ. Так и без пальцев останешься. Топай к Фаруху, а то этот костоправ уже спрашивал, когда я тебя отпущу.

Долго уговаривать я себя не позволила. Сбежала к доктору, радуясь, что можно сменить занятие. Надо сказать, зря веселилась. Слишком рано.

Господина Фаруха я нашла на нижней палубе неподалёку от камбуза. Приятное соседство, если учесть, что мельтешить перед всеми пиратами не было желания. А ещё мне очень не понравился взгляд, каким наградил меня капитан. Даже сейчас, вспоминая внимательные холодные серые глаза, становилось не по себе. И что на уме у этого мужчины? Может, я вскрикнула слишком тонким голосом? Вроде нет.

В крошечном помещении, которое с трудом можно назвать докторским кабинетом, я обнаружила сидящего господина Фаруха. Он перебирал травы. Увидев меня, мужчина обрадовался.

— Лори, наконец-то рыжий Вилл тебя отпустил. Садись давай. Дел невпроворот.

— Травы перебираете? — поинтересовалась я, указав на кучку каких-то сушёных листьев, что так старательно нюхал доктор.

— Да, проверяю, чтобы не отсырели. Для нас это важно. Садись и ты внимательно смотри. Потом будем делать разные составы.

— А почему вы не купите уже готовые сборы? — поинтересовалась я и присела напротив доктора. Подвинула к себе небольшой мешочек, заглянула в него. Кора какого-то дерева выглядела не слишком привлекательно. Точнее, обыкновенно. Но грозная надпись «от расстройства кишков» притупила любопытство.

— Покупаю. Но не все. Не доверяю, — пояснил доктор и его ответ меня вполне устроил.

— Понимаю. А там что? — я указала на ряд каких-то склянок и небольших баночек. Полку с бинтами я сама опознала, тут пояснения не требовалось.

— Слабительное, от гангрены, это… Ох, погоди, чуть не забыл. Этой настойки нужно запасти много. Большой расход. Горькая, зараза, а они её пьют как вино.

— Что это?

— Чтобы похмелье не мучило, — усмехнулся южанин. — Запах при этом… Чихать хочется и слезу прошибает. Но мужики всё равно пьют.

— Значит, помогает?— деловито поинтересовалась я и еще раз бросила взгляд на бутыль. Зачем мне это не знаю, но судя по рекомендациям господина Фаруха, свойства у настойки действительно необычайно полезные.

— Ещё как! Сам капитан иногда обращается ко мне.

При упоминании Аррона Найта я снова притихла. Даже сейчас, находясь на некотором расстоянии от этого человека, я чувствовала опасность, что излучал брюнет. И ведь не обижал меня, на корабль взял. Но интуиция упрямо вопила, что этот мужчина не так-то прост.

Слушать доктора было интересно, а запах трав, что витал вокруг, не был противным. Я доставала мешочки, проверяла содержимое и убирала обратно. Занятие не пыльное и не тяжёлое. Господин Фарух запел какую-то песню на непонятном языке, то и дело бросая на меня задорные взгляды.

В общем, в какой-то момент я расслабилась. Зря. Не вышло спокойно ожидать прибытия на берег, встречи с любимым и прочих радостей, без которых ни одной приличной девушке нельзя быть. Я имею в виду начисто вымыться, со вкусом одеться и думать о будущем. Обязательно какой-нибудь пират придёт и испортит волшебную сказку.

В дверях появился лысый штурман.

— Док, если не возражаешь, я заберу Лори.

Я насторожилась. Марлоу Гольц из меня мужика вроде делать не собирался. Это всё боцман Бастер Корвер со своими планами. Но кто его знает, о чём спелись эти двое за моей спиной. Как-то подозрительна эта моя востребованность. Вон как глаза у штурмана хитро засверкали.

— Бери, мы уже почти все закончили. Только помни, Марлоу, если Лори не успеет к Виллу, то на обед можешь не торопиться. Коку не понравится, что ты забрал паренька.

— Лори должен успеть, — как-то слишком радостно пообещал лысый штурман и я забеспокоилась.

Не зря.

— Что вам нужно помочь, господин Гольц? — поинтересовалась я, едва мы оказались на верхней палубе. Светило яркое солнышко, свежий ветерок приятно обдувал кожу. А тут ещё какие-то дела образовались.

— Лори, ты когда-нибудь видел, как драят палубу? Становись! Вы с Кудряшом сегодня главные по палубе, — хохотнул лысый штурман и вручил мне швабру.

От такой чести я на какое-то время потеряла речь, при этом уставившись на Марлоу. Штурман сиял как медный таз, довольный произведённым эффектом.

Шлёп! Я посмотрела под ноги, обернулась… Позади меня стоял Кудряш. Пират довольно улыбался и при этом держал в руках ведро. А вода? Она растекалась по палубе, да мимо моих сапожек…И на них…И под них тоже…

— Не стой, а то замёрзнешь, — с довольным видом произнёс тот, кто вместе со мной намеревался отмывать соль. И так тоскливо на душе стало, так тоскливо…Хоть вой! Нет, кто-то явно намеревался развлекаться за мой счёт. Ну что же, в эту игру можно играть не только хитроумному штурману.

— Не замерзну, — отозвалась я, отогнав шваброй от себя воду. На Марлоу даже не посмотрела. Видеть самодовольную лысую голову не хотелось. Существовала опасность запустить в него швабру. — Только на скорый обед не рассчитывайте.

— Это почему ещё? — Кудряш остановился и обернулся, вопросительно взглянув на меня.

— Так не успеем же до обеда. Виллу придется одному справляться, а меня к нему сам капитан в помощь послал.

Я почти что гордилась собой, пытаясь игнорировать слегка промокшие сапоги. Всё-таки гады они, эти пираты. Сменной обуви нет, как быть-то?

Растерянность, промелькнувшая на лице Кудряша, бальзамом пролилась на моё израненное самолюбие. Я деловито вскинула голову и направилась к борту, намереваясь именно от него начать уборку.

Закон подлости никто не отменял. Я слишком высоко задрала нос, а, может, просто очень скользко было. Ноги начали разъезжаться в разные стороны, а подпрыгнувший на волнах корабль помог мне упасть на пятую точку.

Награда — мужской гогот довершил картину вселенской несправедливости.

Не стала оглядываться. Закусила губу, молча отряхнулась, искоса наблюдая, как Кудряш подошёл к борту, закинул в море ведро, привязанное за веревку. Вытащил его уже наполненным водой и перелил в одно из пустых ведер, что стояли у ног пирата.

— Забирай, — добродушно произнёс Кудряш. Словно не он еще минуту назад подложил мне мокрую свинью и ржал вместе со всеми.

Я передернула плечами, словно не заметила. Вместо слез обиды, которые изначально были готовы брызнуть из глаз, появилась вполне объяснимая злость. Я ведь не мальчик на побегушках и никогда не мечтала попасть на корабль в качестве моряка. Так почему сейчас должна радовать этим цирком всех присутствующих?

Мой взгляд и мысленный посыл Кудряш понял правильно. Ухмыльнулся и, шаркнув ногой, картинно уступил место.

— Прошу, — протяжно произнёс мужчина и отошел. Я спиной чувствовала, что не только он наблюдает за мной, но и вся смех-компания. В голову пришла мысль и мне захотелось срочно воплотить её в действие. Захотелось достать воды и пока Кудряш не ушел, так же плеснуть ему под ноги… Я выкинула привязанное ведро, перегнулась сама, чтобы проконтролировать процесс…

— Куда?— окрик капитана оглушил меня и всех присутствующих. Наступила тишина, прерываемая только шумом ветра и плеском волн. Одновременно с недовольным грозным ревом Найта кто-то схватил меня за шиворот и отшвырнул от борта.— Лори, какого хрена ты прыгаешь за борт?

Я еще никогда не видела подобного бешенства в глазах брюнета. Что говорить, в таком состоянии вижу его вообще впервые.

— Капитан, мне дали задание. — Я вытянулась, как делали все военные. — Драить палубу.

— Кто дал? — Найт медленно обернулся и посмотрел по сторонам. Я тоже повернулась и заметила, как нерешительно в нашу сторону приближаются штурман и боцман. Оба весельчака словно опасались чего-то.

— Аррон, ты чего злишься? Парня надо учить, — подал голос Бастер и подергал себя за серьгу. — Мы сделаем из него настоящего мужика. Ты посмотри, какой доходяга.

— Мы — это кто? — глухо поинтересовался у него Найт, все больше свирепея.

Взглянула в глаза, что даже солнечным днем показались мне чернее грозовой тучи. И тут же потупилась, не желая попадаться под руку и вообще, чтобы на меня кричали.

— Я, капитан, — признался лысый Марлоу и шагнул вперед. — Это я забрал мелкого у дока. Пусть хоть поработает, надо массу нарастить. Аррон, похоже, у пацана нет отца и заниматься с ним было некому.

— За мной, — только и произнёс Найт. Он тут же направиться в сторону своей каюты. Штурман потопал за ним.

Я растерянно застыла. Народ ожил и занялся своими делами. А мне-то как быть? Наверно, все-таки стоило податься к рыжему Виллу. До обеда не так долго, а ещё совершенно не хотелось драить солёную палубу. Но прежде чем я куда-то пошла, до меня донесся звук глухого удара. А после донеслось:

— Я предупреждал.

Вздрогнула, повернула голову на звук и встретилась глазами со штурманом.

— Это из-за меня?— пораженно произнесла.

Сделанное Найтом мне ведь не почудилось. Никто и никогда за меня не заступался подобным способом. И в этот момент я даже не знаю, что была готова предпринять. Хоть иди туда и разнимай. Из-за меня ведь кого-то избивают…

— Мотай на ус. — Рука боцмана легла мне на плечо. Я едва не присела от тяжести и неожиданности, но устояла. — Приказ капитана нельзя нарушать. А Марлоу решил, что можно пошутить над новичком как обычно. Это еще хорошо, что ты за борт за ведром не сиганул. Я уж серьезно думал, что придется ловить на лету.

Весьма нелестная характеристика на меня любимую произвела впечатление. И ведь ни одного бранного слова, а меня осталось сравнить только с беспомощным ребенком. Я промолчала, решив, что сказать в таком случае совершенно нечего. Какие уж тут слова. Подозреваю, насчет меня было какое-нибудь распоряжение. Конечно, я ведь здесь всего на несколько дней. Значит, не надо меня особо эксплуатировать.

— Иди-ка ты, Лори, на камбуз. А настоящего мужика мы из тебя потом сделаем. Когда капитан даст добро, — «порадовал» Бастер.

Я решила не спорить. Зачем лишний раз попадать под руку кому бы то ни было.

Так и добралась до рыжего Вилла, который тут же нагрузил меня делами.

Штурмана я увидела через час и тот синяк, который украшал глаз, весьма впечатлил: лиловый, с багровыми разводами. На лысой голове при такой раскраске это смотрелось жутко.

— Что, нравлюсь? — осклабился Марлоу, одной рукой забирая у меня миску с похлёбкой, а другой перехватывая хлеб.

— Так себе. — Я пожала плечами и отошла.

— Гольц, тебя теперь можно вышибалой в бордель отправлять, — засмеялся кок. — Глядишь, всех клиентов у девочек распугаешь. А потом получишь пинка за ненадобностью.

— А я, рыжий, приду к тебе помощником. Раз уж Лори справляется, то я и подавно, — подхватил шутку штурман.

Подобной перебранкой мужчины остались довольны, я же только тихо хмыкнула. Кажется, я что-то начинаю понимать в их шутках и подколках. Едва лысый Марлоу покинул наш камбуз, я повернулась к рыжему и поинтересовалась:

— Скажите, господин Вилл…

— Вилл, — прервал меня кок и вонзил нож в столешницу. — Господами у нас можно только капитана считать да двух его подручных. И ещё дока, он точно не нашего поля ягода. Они все благородные. А я лучше понимаю речь, когда ко мне по-человечески обращаются, а не с подвыподвертами. Усёк, дрищ?

— Моё имя Лори, — чётко произнесла я, глядя в глаза Виллу. — И я всё усёк.

— Раз усёк, Лори, тогда давай работать. А то и впрямь капитан даст задание палубу драить.

Вот же… пираты! Тоже мне любители промыть чужие косточки.

Милый мой Кинан, как же непрост и тернист путь к тебе! Романтика побега, которую я видела ещё несколько дней назад, куда-то улетучилась. Её попросту смыло за борт вместе с мечтами о спокойном путешествии на бриге.

Остаток дня я то и дело ждала острых словечек от мужчин или неприятных взглядов. Подножки, поставленной на лестнице. К моему удивлению ничего подобного не произошло. Словно то, что Марлоу получил в глаз, было вполне обычным делом. Одно я уяснила точно — Аррон Найт слов на ветер не бросал и без промедления наказывал провинившихся. Попадаться ему под руку не стоило ни при каких обстоятельствах.

Пираты посмеивались, подмигивали мне, даже позвали вечерком на кружку рома. Отказалась. Где я и где кружка рома? Думаю, нисколечко не потеряла. И это хорошо, что док задержался в каюте у капитана. О каких умных вещах они беседовали, совершенно неинтересно. Мне было важнее переодеться и залезть под одеяло без посторонних глаз.

Конечно же, я не спала, когда господин Фарух вернулся, а только прикидывалась. Алкогольные пары наполнили комнату, и я порадовалась приоткрытому окну. Задохнуться не должна. Стоило доктору захрапеть, как я расслабилась. Никогда не думала, что под эти ужасные звуки, воспроизводимые человеком, можно уснуть. Да и некому было в моей комнате храпеть, спала-то я одна. А сегодня усталость взяла своё, и я уплыла в царство Морфея.

ГЛАВА 15. Дар даёт о себе знать

Лаура

Напряжение и утомление прошедшего дня сыграли со мной злую шутку. Я перестала закрываться от посторонних снов и провалилась, чтобы очнуться в чужой реальности.

Странное серое марево, накрывшее совершенно незнакомую комнату. Алые всполохи по углам, то и дело привлекающие моё внимание. А ещё дикий крик зарёванной женщины, пытающейся отобрать своего новорожденного ребёнка у грозного мужчины. Несчастная мать не справилась. Безжалостной рукой знатного вельможи младенец был передан слуге со словами:

— Убери этого зверёныша с глаз моих долой. А лучше выкинь на псарню, там ему самое место.

— Нет, Марк, они же его загрызут! — воскликнула леди. А она точно ей была, я видела это по обстановке в комнате, по тонкому кружеву, в которое была облачена незнакомка. По мягким, грациозным движениям.

Дверь захлопнулась, отрезая женщину от коридора, в котором исчез слуга с малышом. Догнать их не позволил мужчина, подхвативший на руки страдалицу. От его жестоких слов разило приказным тоном и вымораживающим холодом:

— Кэсс, любимая, у нас будут другие дети. А этого забудь. Считай, что его попросту не было. На этот раз я тебя прощаю, но больше такого не повторится. Обещаю тебе, что через год я дам тебе то, чего сегодня пришлось лишить.

Видение мало походило на правду. Я проснулась, часто дыша, и при этом обливаясь холодным потом. Сердце колотилось, грозя сломать грудную клетку. В голове не укладывалась увиденное, что прочно засело в моей памяти. Как, как так можно?

Но это ещё не всё. В мгновение я осознала, что бодрствую не одна, и меня трогает господин Фарух. Он стоял рядом, положив руку на мой лоб. Вид доктора, на котором из одежды были одни лишь кальсоны, заставил резко скинуть мужскую руку и опасливо придвинуться к стенке.

— Что вы себе позволяете?— гневно воскликнула я, собираясь защищаться до последнего. Неужели догадался?! Может, я во сне говорю?

— Лори, не пугайся. У тебя жар, ты весь горишь, — с лёгкой укоризной в голосе произнёс док, но руку свою убрал. От мужчины все еще пахло алкоголем и это нервировало. — Нужно раздеться и обтереться водой, чтобы температура спала. Но лучше будет, если я капну в неё немного уксуса.

— Извините, доктор. — Мне стало совестно, но стаскивать рубашку я и не подумала. Села на кровати и подтянула коленки к себе. — Сейчас всё пройдёт. Это всего лишь неприятный сон.

— А что ты увидел?— поинтересовался док, но стоять столбом рядом со мной перестал и вернулся на свою кровать.

Вздохнула, испытав облегчение. В расслабленном состоянии умудрилась ухватить чьи-то видения. Сам факт проникновения в чужой сон мне никогда не нравится. Но что поделать, иногда способности не поддавались контролю.

Нет, я вовсе не собиралась рассказывать о своём даре. Как и попытаться выяснить, в чьи мрачные грёзы провалилась. Человек может о нём забыть, а я начну ко всем приставать, не ваши ли страхи подсмотрела? Глупость, конечно же.

Господин Фарух храпит, а у меня свой талант. И если первое не скрыть, то о втором лучше никому не знать.

— Что-то мутное и тяжёлое, — не сразу ответила я. — И оно навалилось, что никак не вздохнуть и не выдохнуть. Очнулась, а тут вы…

Замолчала, осознав, что проговорилась. На всякий случай принялась поправлять одеяло, чтобы отвлечь внимание.

— Это к плохому, — выдал своё заключение доктор. Можно подумать я и без него не знала. — Если я правильно понимаю, что-то нехорошее тебя ждёт. Надеюсь, что сон не вещий.

Я тоже мечтала, что подобное не повторится. Господин Фарух лег, больше не потревожив меня своими рекомендациями. Док был все еще нетрезв, и это не могло не радовать. Мне оставалось смотреть в потолок, пытаясь понять, чьи сны ухватила. А насчёт вещий он или нет, так не мой же. Наверняка человек и сам понимает, подобное не к добру.

В эту ночь неприятное сновидение меня больше не посетило. Я же лежала, всеми силами пытаясь навеять кому-то хорошее воспоминание о моём родном доме. Точнее, о загородном поместье. Луг, пасущиеся кони, крутой берег быстрой речки, наш дом. Как-то само собой вспомнилась мама и отец, ни разу не отказывавшийся от конной прогулки со мной. Не знаю, получилось ли хоть что-нибудь из моей затеи. Я ещё никогда не занималась этим наугад. Тем более не представляя, кому адресовано виденье. Надеюсь всё же, что мой посыл достиг адресата.

ГЛАВА 16. Капитан идет в атаку

Лаура

— Лори, хватит вытирать, кастрюля была сухой ещё минуту назад, — проворчал Вилл, глядя на мои старания.

Сегодня кок был не в духе. Судя по его помятому лицу, рыжий принимал активное участие во вчерашних посиделках и не раз прикладывался к бочке рома. Неприятный запах перегара, витавший на камбузе, тому подтверждение. И этот стойкий душок сейчас смешивался с ароматами еды. Но надо заметить, Вилл сразу распахнул все окна, заявив, что утренняя прохлада способствует его хорошему настроению.

— Хорошо, — согласилась я, отставляя посуду в сторону.

— А раз хорошо, так неси капитану завтрак, — проворчал рыжий, пытаясь вручить мне поднос.

— Я? Но ведь он только вас ждёт, — удивилась, убирая руки за спину.

— Ему всё равно кто, лишь бы жрать вовремя подавали, — буркнул Вилл. — Вообще, Лори, чего споришь со мной?! Ты подчинённый, я начальник. Взял и понёс исполнять то, что приказано. А у меня дел по горло. Вон, к доку надо срочно заглянуть. Что-то голова с утра сама не своя. Словно кто-то с утра именно ей отбивал склянки.

Я скептически глянула на мужчину, но ничего не сказала. По моему мнению, кок все ещё страдал от похмелья и судовой колокол тут не при чём.

Взялась обеими руками за поднос, уже переживая за его сохранность. И зачем столько на него много наставлено? Надо же, капитан не толстый, а какой прожорливый. Не иначе, пират будет завтракать не один. Нахмурилась, пытаясь справиться с собой. Непонятно отчего, но при виде Аррона Найта у меня не раз возникало желание понаблюдать за этим человеком. И так, чтобы он ничего не заметил. Интересный мужчина, сильный. Наверное, его невеста необыкновенная девушка, раз сумела удержать около себя такого кавалера.

— Лори, — Вилл как-то слишком внимательно посмотрел на меня и хмыкнул. — Гляжу, пребывание на бриге тебе идёт на пользу. Сегодня ты больше похож на мужика, чем в первый день. И рожу суровую состроил. Правильно, капитан хлюпиков не любит.

От такой речи я едва не поперхнулась. А после поздравила себя с тем, что не забыла утром втереть пыльцу фей в лицо. Хорошо, что доктор как проснулся, так сразу и убежал, сославшись на занятость. Не иначе пошёл первым прикладываться к целебной настойке, которую так подробно мне описывал.

Глядя на меня, шествующую с подносом к каюте капитана, матросы зашевелились. Кто-то от запахов, доносимых с камбуза, перегнулся через борт, исторгая непринятое организмом. Но большинство потянулись в сторону кормёжки. Со мной здоровались и интересовались, чем с утра им предстоит набивать брюхо.

Дойдя до цели и кое-как удерживая одной рукой поднос, постучала второй и тут же схватилась за край, испугавшись, что всё сейчас уроню.

— Заходи, Лори, — раздался голос Найта и я опешила. Как он догадался?

— Добрый день, капитан, — произнесла я, чуть наклонив голову, чтобы сдавить горло. От этого голос получался более низким, чем он есть.

Я водрузила поднос на стол, составила все с него и поспешила к выходу, попутно бросая любопытные взгляды по сторонам. Каюта оказалась уютной: кровать, стол, шкаф с книгами. Но главное, это чистота и отсутствие захламлённости. Возникшее желание посмотреть, что именно читает капитан, пришлось подавить. Даже спрашивать не стала, только чуть повернула голову…

— Что тебя там так заинтересовало, Лори?— спросил брюнет в тот момент, когда я бросила очередной осторожный взгляд в сторону шкафа.

— Э… книги.

— Хм… Что именно? — Судя по голосу, Найт чувствовал себя не так плохо, как наш доктор. Да и от завтрака не отказался.

— По географии, — ответила честно, потому что не видела смысла врать.

После моих слов Найт поднялся из-за стола, подошёл к шкафу и достал то, что я назвала. Не знаю, как бы отреагировали рядовые члены команды «Элен», а я обрадовалась. Ведь весь день крутиться на камбузе и растирать травы не особо весёлое занятие. Утомительное, а мне уже хотелось разнообразия. Читать любила всегда.

— Присаживайся, будем вместе завтракать, — скомандовал пират и положил книгу на стол.

Я сглотнула, чувствуя в этом какой-то подвох. Радость от предвкушения получить желанное чтиво сразу поутихла. Внимательно посмотрела на брюнета, растряхнувшего салфетку.

— Но вы капитан, — попыталась я отделаться от столь сомнительной чести. Вилл, поросёнок, во что ты меня втянул?! Вот, значит, зачем завтрак на две персоны.

— И что? — усмехнулся пират. — Садись, будем беседовать о твоей географии. Как я понимаю, ты представляешь, о чём там речь.

— С чего бы, — буркнула я, не понимая, зачем это Найту. На всякий случай уставилась на обложку книги. Смотреть в рот жующего человека как-то неудобно.

— Двигай к себе тарелку и не бойся, это я приказал её принести, — немного резко произнес мужчина и я напряглась.

На ум сразу пришла расправа с бедным штурманом. Никогда не мечтала получить в глаз во время завтрака. Поэтому я тоже подхватила салфетку, расстелила её на коленях. Придвинула тарелку. Потянулась к кастрюльке, чтобы наложить из неё кашу сначала капитану, затем себе… И в этот момент поняла, что Найт за мной наблюдает. С чего бы такое внимание к моей скромной персоне? К мальчишке с улицы. Я опять напряглась, а аппетит окончательно исчез.

— А ты манерам обучен, — прокомментировал пират.— Да и ногти у тебя ровно подстрижены, не обгрызены, а аккуратной формы. Чистые. Кто ты?

— Лори, — повторила как заученный стих. — Лори Тоннер. Вы взяли меня на судно…

— Скажи мне, мальчик, кто тут из нас страдает провалами памяти? — криво ухмыльнулся пират и сам наложил себе кашу. А затем зачерпнул масло и щедро полил им сверху. Не забыл и про мёд, которым с видимым удовольствием сдобрил свой завтрак.

От подобного вопроса, а главное, непонятного ядовитого тона Найта у меня внутри всё сжалось. В кругу семья я бы нашлась что ответить. Даже песца Грея сумела бы уколоть. А как быть здесь, ведь передо мной капитан, скорый на расправу. Кок ещё вчера про него такое рассказал... И главное, никакой обиды или ненависти со стороны команды. Однако все моё существо бунтовало от подобного насилия над свободной личностью. И заискивать, молчаливо кивая, как-то не хотелось. Может быть, я надышалась алкогольными парами от доктора и Вилла? Иначе с чего бы ответила:

— Точно не я.

— Даже так,— хмыкнул капитан. — У цыплёнка прорезался голос?

Мужчина выглядел довольным. Понимая, что никуда отсюда мне не уйти без разрешения, я снова потянулась к кастрюльке и повторила действия капитана. Разве что мясо с подноса брать не стала. Не было желания.

— Расскажи о себе, — подал голос Найт.

В этот момент я поднесла ложку ко рту, да так и застыла, услышав очередной вопрос от брюнета. Пришлось вернуть ложку в тарелку, промокнуть губы салфеткой и ответить:

— Сирота, еду в Сан-Морино искать своего друга.— И ведь не соврала, согласитесь? Любой артефакт подтвердит.

— Ты уверен, что он там?— приподнял брови капитан и откинулся на спинку стула.

Мужчина сложил руки на груди, и я в очередной раз отметила его отличное телосложение. Да, такие экземпляры нравятся женщинам и я уверена, что невеста Найта настоящая красавица. Иначе как удержать свободного привлекательного жениха. Разве что размером счёта в банке. Подозреваю, сам брюнет тоже не беден. Сегодня на капитане была белоснежная шелковая рубашка и темные брюки, заправленные в высокие сапоги. Такое точно не будет носить обычный горожанин.

— Уверен. Он прибыл в Сан-Морино совсем недавно и хотел подзаработать.

— Надеюсь, это ему удастся, — ответил капитан. На какое-то время пират успокоился. Он замолчал, воздавая дань еде.

Я же тоже не стремилась лишний раз что-то спрашивать, а ковырялась в тарелке, надеясь, что сейчас меня отпустят. Как бы не так. Любознательности пирата можно было только позавидовать.

— Лори, а где твои родители? Что с ними случилось? — продолжил упорствовать Найт спустя короткое время.

— Умерли. Я воспитывался родственниками. А теперь вот хочу присоединиться к другу.

— Поймать удачу за хвост?— понятливо кивнул Найт. — А манеры откуда? Учти, если соврёшь, я сразу же пойму и надеру уши. А ещё лучше отдам под опеку штурмана.

Настойчивость капитана вызывала легкую панику. Желание сбежать только усиливалось. И чего пристал со своими расспросами? Скучно ему, что ли?

— Вы маг!— догадалась я, но мужчина покачал головой.

— Нет. Так откуда знания? Только не говори, что в твоей деревне все так едят.

— Я не из деревни, — фыркнула и тут же осознала, что Найт надо мной посмеялся. А заодно попытался выудить нужную информацию. И как мне хотелось сказать колкость в ответ, что прямо руки зачесались.

— Любишь читать книги?— сменил тему любопытный пират. Его глаза азартно блестели, словно изводить меня было особым удовольствием. На десерт.

И чего ему спокойно-то не молчится? Всё выспрашивает. Мысленно я уже надела Виллу кастрюлю на голову за подобный завтрак в компании Найта.

— Люблю. Господин капитан, можно мне идти? Коку нужна моя помощь…

— Ступай. Посуду заберешь чуть позже. И книгу возьми с собой. Завтра утром жду тебя здесь, и мы о ней побеседуем.

Вот не повезло-то!

Я отодвинула тарелку, снова промокнула губы салфеткой и тут же поймала внимательный взгляд Найта. О чём он сейчас думал, для меня оставалось загадкой. Даже не хочу об этом знать. К каким выводам придёт этот человек? Поскорее бы скрыться из виду, чтобы перестать привлекать к себе внимание.

Поблагодарив, я направилась к двери. Но не успела выйти, как в спину раздалось:

— Лори, твоя одежда и обувь слишком хороши для простого сироты.

На миг сердце мое замерло, а после помчалось вскачь. Я же поспешила поскорее убраться из каюты. Кто знает, что ещё придёт в голову этому проницательному пирату.

***

Капитан Аррон Найт

Найт смотрел вслед сбежавшему Лори и трудно сказать, какие из чувств сейчас в нём преобладали. Смесь удовольствия и странного притяжения, которая возникла при первой встрече с мальчишкой. Хотя нет, Тоннер далеко не ребёнок.

Аррон никак не мог понять, что именно настораживало в этом молодом человеке. Он решил лично понаблюдать за Лори, что он и делал при каждой возможности. Зная привычку матросов учить новичков, Найт запретил шутить над парнем. Почему-то это казалось лишним. Словно он, Тоннер, являлся кем-то близким для самого капитана и обижать его казалось чем-то запретным. Но о своих родственниках Аррон знал и среди них этот точно не числился.

Пират беззвучно рассмеялся, глядя на осторожно прикрытую дверь. На ум сразу пришли тонкие руки Лори и его манеры. Как не старался Тоннер казаться невоспитанным, подобного не спрятать. От этого утреннего общения хорошее настроение капитана поднялось ещё выше. Аррон допил свой чай и отправился на палубу. А стоило покинуть каюту, как на глаза попался Бастер. Хитрый взгляд боцмана указывал на очередную идею весельчака.

— Чего сияешь?— поинтересовался капитан, встав рядом. Попутный ветер приятно холодил лицо и развевал распущенные волосы Найта.

— Аррон, скажи, а почему мальчишка выскочил от тебя таким испуганным? Ты его покусал?

— Если будешь умничать, — проворчал в ответ Найт, — то и тебя покусаю. А заодно пересчитаю все зубы. Слишком наблюдательный.

— Ладно, не злись. Я согласен, вчера Марлоу и я палку перегнули. Но Арр, такого ещё не было, чтобы новички не драили палубу. Согласись? Да он на настоящего мужика не слишком похож. Сразу видно, изнеженный до омерзения.

— И что? — стальные нотки прозвенели в голосе капитана. Аррон и сам не понял, как это вырвалось у него. — Было мое слово не трогать Тоннера? Было. Или ты решил его нарушить, а заодно сместить меня, чтобы занять место капитана?

— Нет, — тут же перестал улыбаться Бастер. — Ты же знаешь, за тебя я пойду даже против всей команды. Не пойму, откуда такой интерес к незнакомому человеку. Но согласись, парню будет легче жить, когда сила в руках и сам как мужик. А то кто знает, какому извращенцу этот Лори может приглянуться. В Сан-Морино всё ещё живо рабство, а это сам понимаешь, поганая вещь.

Мысль, что на нового члена команды кто-то посмотрит, как на постельную игрушку, неожиданно разозлила Найта. Он и раньше-то не переносил мужеложцев, а теперь и подавно. На своем корабле таких не наблюдались. А были бы, лично придушил и выкинул за борт. А что касается заботы относительно чужого паренька, так этот момент Найта совершенно не волновал. Может, вспомнил, каким был в его годы. Или пора заводить семью. Элен умна и будет прекрасной матерью, а значит, они не зря решили пожениться. Скоро они увидятся, Арр прижмет девушку к себе, скажет, что скучал. А какие подарки для неё припас!

В этот момент капитан снова подумал о Тоннере и мысль о невесте как-то сама собой улетучилась.

— Ты прав, — Аррон хлопнул по плечу Бастера, отчего тот едва пошатнулся. — Я сам займусь перевоспитанием Тоннера. Пока парень здесь, подтяну его, сколько смогу. Преподам пару уроков.

И не успел боцман хоть что-то ответить, как капитан громко крикнул:

— Лори, ты где? Бегом ко мне.

***

Лаура

После вчерашнего возлияния пьяницы-пираты вылакали всю настойку дока. Теперь приходилось отмерять на крохотных весах список трав, что дал мне господин Фарух. А он сам отправился мыть бутыль, чтобы уже к вечеру снова наполнить необходимыми ингредиентами. Мне вообще-то было всё равно, до встречи с Кинаном осталось не так много дней. Но в каюте на кровати лежала книжка, которую очень хотелось почитать.

— Эй, Лори, ступай скорее, тебя капитан к себе зовёт, — сообщил один из матросов. А после ушёл, прогрохотав по лестнице подкованными сапогами.

Вот как чувствовала, что наш совместный завтрак не пройдёт для меня бесследно и ничего хорошего из этого не выйдет. Отложила в сторону травы, список. Отодвинула весы. А потом направилась на верхнюю палубу, чтобы предстать перед Найтом. Не знаю, что задумал капитан, но глядя на его серьёзное лицо и не менее сосредоточенное Бастера, стало не по себе. Возникло ощущение, что все сговорились против меня.

— Вы звали меня, капитан? — поинтересовалась я. И как-то само собой вытянулась в струночку.

— Звал. Вот что, Тоннер, я лично буду следить за твоими тренировками. И начнём прямо сейчас. Слушай моё задание. Тебе нужно добраться до вороньего гнезда. Приступай.

Я смотрела на капитана во все глаза и думала, какая муха его укусила. Из объяснений кока мне было известно, что гнездом называют смотровую корзину на одной из мачт брига «Элен». Но чтобы я туда… Какой ужас!

— Но зачем? — обречённо выдохнула я и на всякий случай запрокинула голову. Вдруг все не так высоко, как кажется.

— Тоннер, ты на моем корабле, — с нажимом напомнил Найт. Он сложил руки на широкой груди, усердно сверля меня взглядом.

В этот момент я была готова проткнуть зонтиком не только капитана, но и всех пиратов, будь этот самый зонт у меня в руках. А заодно Кинана, ради которого приходится терпеть эти мучения. Впервые воспоминания о любимом вызвали раздражение.

— Хорошо, — скрепя сердце согласилась я. — Попробую. Но если что, пусть это остаётся на вашей совести.

Пираты, что ещё недавно суетились, как-то вдруг резко остановились, превратившись в зрителей. А из меня решили сделать обезьянку на потеху местной публике. Глубоко вздохнула и с осуждением посмотрела на зачинщика этого безобразия. Аррона Найта мои страдания даже не тронули.

Боцман хмыкнул, капитан нехорошо прищурился, а я…обреченно пошла на мачтовый эшафот. Что поделать, никак нельзя отказываться от мужской работы, чтобы во мне не заподозрили женщину.

Ухватилась за канат, ступила на верёвочную лестницу. Сделала шаг, затем ещё один. Желание придушить капитана вместе с Кинаном странным образом трансформировалось в злость. А оттого двигалась я довольно быстро, попутно вспоминая, как будучи подростком, не отказывала себе в удовольствии лазать по деревьям с дворовой ребятнёй. За что на меня неоднократно жаловалась моя собственная нянька.

— Лори, не смотри вниз, — советовал господин Фарух.

— Парень, держись крепче и только попробуй сорваться. Сам лично вручу тебе швабру и будешь драить палубу! — поддерживал штурман и это было несколько странно, ведь ещё вчера он посмеивался надо мной.

— Смотри, упадёшь, кормить не буду!— орал кок, переживая за меня.

Прочие матросы шутили и подбадривали в своей манере. Некоторые так, что в приличном обществе я даже думать не посмею такими словами, не то что высказать. Впрочем, за последние дни ассортимент ругательств, что я узнала, очень пополнился. И, надо сказать, некоторые из них были весьма занимательными. Даже сейчас, перебирая руками, я вспоминала отдельные выражения и с мрачной решимостью бурчала их себе под нос. От этого даже становилось чуточку легче:

— Тоже мне, матроса нашли. Якорь вам в …

— Капитан!— неожиданно закричал сверху наблюдатель.

Я вздрогнула, остановилась. Руки задрожали…

— Капитан, вижу корабли на горизонте!

— Всё понял. Держи меня в курсе, — раздался голос Найта. А потом он вспомнил обо мне.— Лори, слезай. Сейчас есть дела поважнее.

— Капитан, а разве вы больше не хотите моей смерти?— прошептала я, намереваясь озвучить эти слова ещё раз и как можно громче.

— Тоннер!— Очередной окрик пирата и я решила, что не стоит дразнить того, кто заведомо сильнее. Это хорошо, что он меня не слышал, а то мог придумать что-то ещё. С фантазией у Найта порядок.

Начала медленный спуск, стараясь не смотреть вниз. Руки устали, но отцепиться, означало свалиться и разбить себе что-нибудь.

— Давай, парень, веселее шевели ногами, а то уже пора готовить обед, — громко ворчал Вилл и я действительно ускорилась.

А когда спустилась на палубу, то была готова прыгать от радости. Смогла, сумела. И пусть матросы смотрели насмешливо, но этот путь я прошла без чьей-либо помощи.

— Молодец,— похвалил меня боцман и хлопнул по плечу, отчего я едва удержалась на ногах.— Не каждый готов с первого раза лезть в гнездо.

Слушала Бастера, а сама смотрела на капитана. Мужчина застыл, глядя на меня. И только одному Всевышнему известно, о чём он сейчас думал. Наша борьба взглядов закончилась достаточно быстро. Я ничего не сумела прочитать по бесстрастному лицу Найта, а потом он просто ушёл. И мне даже стало жаль, что разговора не случилось.

— Всем занять свои места! — крикнул капитан, поднимаясь к штурвалу, в который уже вцепился сосредоточенный штурман.

Я на время оставила Вилла с его камбузом и прилипла к борту. Это первые корабли, попавшиеся нам за дни плавания. Мне было интересно посмотреть, с какой лёгкостью "Элен" приближается к этим судам. На время я выпала из реальности, впитывая в себя все увиденное. Даже набралась смелости и приподнялась, чтобы посмотреть вниз. Киль уверенно рассекал морскую гладь, и пена отскакивала, оставляя за нами белый след, а затем сливаясь с волнами. Потрясающее зрелище, а еще я ощутила непонятное предвкушение и затаённый восторг.

— Нравится? — раздался голос капитана, и я вздрогнула, потому что не поняла, когда пират приблизился.

Обернулась.

Подняла голову и встретилась с внимательным, чуть насмешливым взглядом серых глаз. Найт стоял очень близко. Протяни руку и можно коснуться. Странное волнение охватило меня. И я бы смутилась, непременно смутилась от этого пристального, пробирающегося в душу взгляда интересного мужчины. Вот только вовремя вспомнила, что сейчас сама в штанах, а не в подобающем леди платье. И вместо аккуратно уложенных в причёску волос небольшой хвост.

— Очень, — призналась я и улыбнулась, тут же решив воспользоваться присутствием опытного человека. — Капитан, вы догадываетесь, кто это к нам приближается?

Мне показалось, что лицо Найта стало не в пример серьёзнее, чем было до моего вопроса. А когда пират вскинул подзорную трубу и уставился в неё, так и вовсе изменился. Губы мужчины сжались в полоску, а сам он подобрался, словно зверь перед прыжком. Перемены за столь короткое время были настолько разительными, что я забыла, как дышать, уставившись на капитана. Сейчас передо мной стоял непросто владелец брига и глава пиратов. От Аррона Найта веяло опасностью и решительностью, которую мне не приходилось еще ни разу видеть ни от кого. Даже песец с его природной хитростью не мог соперничать с этим человеком. Словно он и не человек вовсе...

Поразительной мысли не суждено было развиться. Я отмахнулась от собственных фантазий, навеянных женскими романами. Но не успела подумать о чём-то ещё, как голос наблюдателя сверху прервал меня:

— Капитан, это береговая охрана Сан-Морино. Я чётко вижу два корабля, и они движутся прямо на нас.

Наконец-то Сан-Морино! Я чуть не взвизгнула от радости. И пусть до нужного города мы доберёмся даже не сегодня, само осознание, что Кинан уже близко, придало мне силы. Колония растянулась по побережью на множество миль. Но ведь море-то мы переплыли! И даже быстрее, чем я предполагала. А всё потому что «Элен» очень быстроходный бриг, а ветер всё время наполнял наши паруса.

Природное любопытство возросло в несколько раз. Снова уставилась на две небольшие точки, что приближались к нам. Я была уверена, что Найт и сам разглядел тех, что сейчас двигался к нам навстречу. Но почему он напряжён? Вилл говорил, что у капитана все схвачено, и он немало золота отсыпает за свободный проход мимо опасных мест. Братство свободных мореплавателей имело свои договоренности с властями. И кто хотел и делился наживой, имел право швартоваться там, где хотел. Аррон Найт слыл пиратом, умеющим сопоставлять выгоду и упрямство.

— Тоннер, быстро на камбуз или к доктору. И не вылезай до особого распоряжения! — скомандовал капитан.

— Что, простите? — переспросила я, растерянная от такой перемены.

— Бегом!— прикрикнул Найт.

Сейчас его лицо было настолько серьёзным, что я попятилась. А потом повернулась и рванула к коку.

ГЛАВА 17. Я понюхала порох и это мне не понравилось

Лаура

Хорошее настроение сменилось тревожным ожиданием. Пока неслась на камбуз, слышала команды, что отдавал капитан канонирам, штурману, абордажникам. И от осознания, что мы вовсе не на прогулке, стало жутко.

— Вилл, что происходит? — поинтересовалась я, ввалившись на камбуз. Тут же раскрыла рот, глядя, как кок бережно прилаживает к поясу длинную шпагу.— На нас сейчас нападут?

— Думаешь, морской бог повернулся к «Элен» чешуйчатыми ягодицами? — скривился Вилл и сплюнул в ведро для мусора.

— Я?! Никогда! — возмущённо выпалила в ответ.— А сюда меня отправил капитан.

— Тогда сиди здесь тихо, — смягчился кок, направляясь к выходу.— И лучше ничего не трогай. Чует моя задница, сейчас сойдёмся якорями так, что искры посыплются.

Ожидание изматывает. Я металась по камбузу, не понимая, что происходит снаружи. Попыталась выйти, но один из матросов меня вернул обратно, недвусмысленно дав понять, что это распоряжение капитана. А потом раздался выстрел, за ним ещё один…Послышались крики, звук бьющегося металла, призывы к нападению. Меня знатно тряхнуло, но все же на ногах я удержалась. Сама схватилась за нож, тут же почувствовав себя чуточку увереннее. Снова собралась выйти, чтобы хоть одним глазком взглянуть на происходящее. И теперь уже другой матрос завернул меня, а после сам ринулся в бой... Напоролся бедром на шпагу…

— Чего стоишь? — закричал господин Фарух, возникший непонятно откуда. В руке он держал окровавленную шпагу, лезвие которой чуть шире обычной. — Помогай, а я нужен там.

Мужчина кинулся вперёд. Туда, где сцепились наши пираты с матросами береговой охраны. Мне не оставалось ничего другого, как оттащить раненого в безопасное место. Затем ещё одного… Рукава, жилет, рубашка и штаны, все испачкалось в крови, но я уже не обращала внимания. Ощущение нереальности происходящего вполне соседствовало с шоковым состоянием. И всё это не мешало мне действовать. Впрочем, на глаза неприятелю я старалась показываться как можно меньше. Пираты приходили в себя, а потом снова рвались в бой…

Я не знаю, сколько это продолжалось. Грохот пушек затих, но менее страшно не стало. Кажется, мы с самого начала подбили один из сторожевых кораблей и он не стал приближаться, предпочтя отход в сторону берега. Второй, наиболее вертлявый, приблизится к нам и именно с ним сцепились храбрые пираты брига «Элен». Я что-то делала, даже ругалась, когда кто-то из мужчин посмел в моём присутствии свалиться в обморок. В этот момент хотелось тоже упасть рядом и меня даже мутило. Но сцепив зубы, перематывала раненую конечность, не забыв упомянуть доктора, решившего, что тыкать шпагой во врага куда важнее, чем накручивать тряпки.

Матросы кидали крючья, доски и по ним перебирались на борт охранного корабля. А у меня захватывало дух, когда я видела, что кто-то из них или неприятелей падал в воду. И ладно живые! Они способны выплыть и снова вернуться в строй. Подозреваю, некоторые матросы сразу шли на корм рыбам, отдавая дань свирепому морскому богу.

— Быстро в укрытие! — злобно приказал боцман, когда я попыталась ухватить за ноги упавшего пирата и оттащить его в безопасное место.

— Но ему нужно помочь!— возразила я, упрямо глядя на Бастера.

— Ему уже даже морской бог не поможет!— прикрикнул на меня всклокоченный мужчина. — Выполняй, что приказал. Иначе капитан тебя выпорет, когда всё закончится.

От такой несправедливости и нелогичности я шумно выдохнула и взглянула на раненого. А потом меня словно парализовало, ведь помимо окровавленных плеч у пирата обнаружился разрез на шее от уха до уха. То, что я не сразу заметила из-за тёмного шейного платка. Меня замутило, и только теперь я поняла, во что ввязалась.

Я махнула рукой и ушла, пытаясь справиться с неприятными позывами. Нашла себе место в маленьком уголке с травами, да там и просидела до того момента, когда перестали раздаваться лязг и грохот. Чуть позже Вилл скажет, что все длилось меньше часа. И это с переговорами, на которые согласился Найт. А мне казалось, что прошла целая вечность, прежде чем я расслышала шаги и подобралась, готовясь дать отпор любому, кто посмеет напасть.