Под небом Аэтерии. Книга третья: Первый год в строю

Глава 1. За воротами Академии

Утро ничем не походило на начало войны.

Небо над Павлоградом было чистым, ветер — прохладным, а на плацу Академии пахло мокрой землёй и конским потом. Где-то у казарм ругался дежурный, возле конюшен гремели вёдра, на кухне уже выдавали поздний завтрак тем, кто не уходил сегодня за ворота.

Арман стоял рядом со своей лошадью и в третий раз проверял ремни на седельных сумках.

— Если ты ещё раз дёрнешь этот ремень, он либо порвётся, либо признает тебя своим командиром, — сказала Анастасия.

Арман отпустил пряжку.

— Проверяю.

— Ты проверял две минуты назад.

— Значит, теперь точно всё нормально.

Анастасия усмехнулась и подтянула перевязь двуручного меча.

Рядом Даниэль Корвис молча пересчитывал тетиву и запасные ремни для арбалета. Мирон Тарский пытался запихнуть в сумку ещё одну рубаху, хотя сумка уже явно считала себя полной. Софья Ренн проверяла небольшую лекарскую сумку. Тимур Аксен разговаривал с конюхом. Майя Кельн, Виктор Ларин и Елена Вирская держались чуть в стороне, заканчивая последние приготовления.

Александр стоял возле своей лошади спокойно, будто им предстояла обычная учебная поездка за город.

Десять курсантов.

Первый десяток.

И теперь уже официально — десяток Армана Валькариона.

После решения на плацу никто больше не возвращался к вопросу, кто будет десятником. Девять человек сделали выбор ещё в Академии, а Даниэль просто произнёс его вслух перед генералом Вельским:

«Десятник — Арман Валькарион».

Арман тогда почти не успел ничего сказать.

Сейчас времени для слов было ещё меньше.

К ним подошёл капитан Ратников.

Без парадного мундира, без плаща Академии, в дорожной форме, с мечом у бедра и арбалетом у седла. Вид у него был такой, будто он собрался не сопровождать курсантов на практику, а лично проверить, насколько быстро те способны довести его до желания вернуться в Павлоград.

Он оглядел десяток.

— Все готовы?

— Так точно, господин капитан, — ответил Арман.

— Тогда запомните первое. С этого момента вы не на учебном выезде.

Мирон перестал возиться с сумкой.

Ратников продолжил:

— Приказ Академии остаётся приказом Академии, но за воротами меняется цена ошибки. Там вам не поставят низкую оценку за то, что вы забыли выставить дозор. Там вы можете проснуться без лошадей. Или вообще не проснуться.

Никто не улыбнулся.

— Второе. На весь срок практики я прикреплён к вашему десятку.

Арман чуть повернул голову.

Этого он не ожидал.

— Не обольщайтесь, Валькарион, — сказал Ратников, заметив его взгляд. — Я не буду командовать вместо вас.

— Я и не думал.

— Уже плохо. Думать вы обязаны постоянно.

Мирон тихо кашлянул, скрывая усмешку.

Ратников посмотрел на него.

— Тарский, хотите что-то добавить?

— Никак нет, господин капитан.

— Разумное решение.

Он снова посмотрел на всех.

— Я наблюдаю, вмешиваюсь только тогда, когда вы собираетесь совершить непоправимую глупость, и докладываю Академии всё, что увижу. Хорошее тоже. Если оно случится.

— Обнадёживает, — пробормотала Анастасия.

— Чудин.

— Молчу, господин капитан.

— Вот и первое хорошее событие за утро.

Даже Даниэль едва заметно улыбнулся.

Через несколько минут ворота Академии остались за спиной.

Арман не оглянулся сразу.

Он сделал это только на повороте дороги.

Каменные корпуса, тренировочные площадки и башни, которые за год стали почти привычными, быстро уменьшались. Там остались занятия, рубежи, ночные подъёмы, наказания, экзамены и люди, с которыми они начинали курс.

Не все дошли до конца.

Теперь впереди была практика.

Каменный Щит.

А дальше — тарвинское направление.

Туда, где учебные карты переставали быть просто картами.

⁂

Первые часы дороги прошли спокойно.

Арман держал десяток собранным, но не пытался превращать обычное движение по королевскому тракту в строевой марш. Двое шли впереди на небольшом удалении, остальные двигались плотной группой. Ратников держался то рядом, то отставал, то неожиданно уезжал вперёд и возвращался, ничего не объясняя.

Через час Мирон не выдержал.

— Он нас проверяет?

— Конечно, — ответил Даниэль.

— Что именно?

— Всё.

— Очень содержательно.

— Ты задал слишком широкий вопрос.

— Корвис, иногда с тобой разговаривать тяжелее, чем с учебником тактики.

— Учебник хотя бы не отвечает.

— Вот именно.

Арман слушал их вполуха.

Он думал о другом.

Перед выездом он успел отправить отцу короткое письмо. Без подробностей, которых сам ещё не знал. Только то, что десяток направляют к Каменному Щиту и путь пройдёт через земли Валькарионов.

В конце он добавил одну просьбу:

«Если можешь, выдели нам хоть кого-нибудь из людей. На перевале лишние глаза не помешают».

Сколько человек сможет дать отец, Арман не знал.

Может быть, десяток.

Может, два.

Может, вообще никого — если люди заняты охраной дорог, деревень и границы владений.

Он не рассчитывал на помощь как на нечто обязательное.

Но попросить счёл правильным.

К полудню тракт стал уже. Холмы постепенно поднимались, лес подходил ближе к дороге. До земель Валькарионов оставалось ещё несколько переходов, но местность уже начинала напоминать Арману дом.

На привале он первым проверил лошадей, потом выставил двух наблюдателей по краям стоянки.

Ратников ничего не сказал.

Это было почти похвалой.

Софья раздавала воду. Анастасия сидела на поваленном стволе и ела хлеб с холодным мясом. Мирон пытался доказать Виктору, что дорожная каша в Академии была хуже, чем нынешний сухой паёк.

— Каша хотя бы была горячей, — сказал Виктор.

— Именно поэтому она была опаснее.

— Каким образом?

— Её можно было почувствовать на вкус.

Елена рассмеялась.

Арман отошёл чуть в сторону, сверяясь с картой.

Ратников подошёл почти бесшумно.

— Валькарион.

Арман поднял голову.

— Господин капитан?

— Дальше дорога идёт через земли вашего рода.

— Да.

— Насколько хорошо знаете путь?

— До наших владений — по карте. От границы земель до перевала — почти наизусть.

— Почти?

— Последний раз проходил его до Академии. Дорогу могли ремонтировать, мосты могли менять. Если скажу «наизусть», совру.

Ратников кивнул.

— Хороший ответ.

Арман посмотрел на него с лёгким подозрением.

— Это была похвала?

— Не привыкайте.

Капитан посмотрел на карту.

— Валькарионы давно держат эти земли?

— Несколько поколений.

— Я знаю общую историю. Но хочу услышать, что вы сами считаете главным.

Арман сложил карту.

— Наш род не самый богатый и не самый влиятельный. Баронский. Первый Валькарион, Том, получил титул от Павла Первого за оборону крепости от орков.

— Той самой, что на гербе?

— Да.

— А дракон?

Арман чуть улыбнулся.

— Уже другая история. Том нашёл тяжелораненого молодого серебристого дракона и помог ему. Потом оказалось, что это сын главы северного клана. Когда Том получил право на герб, драконы разрешили использовать их образ.

— Разрешили?

— Отец всегда подчёркивал именно это слово.

— Правильно делал.

Ратников немного помолчал.

— Значит, боевой род.

Арман пожал плечами.

— Мы сами так редко говорим.

— Почему?

— Потому что это звучит так, будто можно быть Валькарионом и не служить. У нас служили почти все, кто мог держать оружие или пользоваться магией. Кто-то в армии, кто-то при дворе, кто-то в охране земель. Для нас это обычное дело.

— И всё же девиз у вас не мирный.

Арман посмотрел на капитана.

— «Стоим, когда другие отступают».

— Скромно.

— Это я ещё мягко сказал.

Ратников коротко хмыкнул.

— Вот теперь узнаю курсанта, который год учился у меня.

— Я надеялся, что за год стал лучше.

— Стали. Поэтому раньше я бы сказал не «скромно», а что-нибудь менее приличное.

Арман усмехнулся.

Ратников отвернулся к дороге.

— Не путайте родовую гордость с обязанностью что-то всем доказывать, Валькарион.

— Не собираюсь.

— Хорошо. На практике особенно опасны люди, которые пытаются соответствовать собственной легенде.

— А тем, у кого легенды нет, легче?

— Нет. Они просто находят другую глупость.

Капитан ушёл к лошадям.

Арман ещё несколько секунд смотрел ему вслед.

Потом снова развернул карту.

⁂

После полудня Арман несколько раз ловил взгляд Александра.

Не тревожный.

Скорее задумчивый.

На очередном участке дороги они оказались рядом, немного позади передовой пары.

Арман некоторое время молчал.

Потом всё-таки спросил:

— Александр.

— Да?

— Можно вопрос?

— После года в одной десятке странно спрашивать разрешения.

— Вопрос не совсем про службу.

Александр посмотрел на него.

— Тогда тем более спрашивай.

Арман на секунду подбирал слова.

— Почему ты не отказался?

— От чего?

— От поездки.

Александр чуть нахмурился.

— А почему я должен был?

— Потому что нас отправляют не на обычную практику. Каменный Щит — это не учебный полигон. Дальше Тарвин. Там может начаться настоящий бой.

— Я знаю.

— Именно. И ты принц.

Александр несколько шагов ехал молча.

Арман продолжил:

— Когда генерал объявил решение, ты почти ничего не сказал. Лидия тоже не стала с тобой отдельно спорить, хотя…

— Хотя она моя сестра?

— Да.

Александр тихо выдохнул.

— Потому что я попросил её этого не делать.

Арман повернулся к нему.

— Когда?

— Ещё до поступления в Академию.

Он провёл ладонью по гриве лошади.

— Я знал, что будет сложно. Не из-за учёбы. Из-за того, что все вокруг будут помнить, кто я. Поэтому договорился с семьёй заранее.

— О чём?

— Пока я учусь в Академии, я курсант. Потом — солдат. Не принц, которому можно дать другую комнату, убрать опасное задание или отменить приказ.

Арман нахмурился.

— Ты буквально попросил их считать, что ты не принц?

— Не совсем. Я остаюсь сыном своих родителей и братом Лидии. Но происхождение не должно решать за меня, что мне можно, а что нельзя в службе.

— И король согласился?

На лице Александра появилась слабая улыбка.

— Не сразу.

— Представляю.

— Нет, не представляешь.

Арман рассмеялся.

Александр тоже улыбнулся, но быстро стал серьёзным.

— В итоге отец сказал: если я хочу учиться как обычный курсант, то и отвечать буду как обычный курсант. Без права в середине пути вспомнить, что я принц.

— Жёстко.

— Справедливо.

Арман кивнул в сторону дороги.

— Значит, поэтому Лидия промолчала на плацу?

— Она не промолчала. Она просто говорила не как сестра.

— А как?

— Как человек, который уважает моё решение.

Несколько мгновений они ехали рядом в тишине.

Арман сказал:

— Всё равно мог отказаться.

— Ты тоже.

— Я десятник.

— А я курсант твоего десятка.

— Ты понимаешь, что это плохой аргумент?

— Нет. По-моему, отличный.

Арман покачал головой.

— Иногда ты ведёшь себя совершенно не как принц.

— Значит, план работает.

Сзади раздался голос Мирона:

— Если вы закончили обсуждать государственные тайны, сообщаю: Корвис утверждает, что до ручья осталось меньше получаса.

— Потому что до него действительно меньше получаса, — сказал Даниэль.

— Вот видишь? Он опять делает это своим тоном.

Александр усмехнулся.

Разговор закончился сам собой.

Но Арман понял главное.

Александр ехал в Каменный Щит не потому, что не понимал опасности.

И не потому, что ему запретили отказаться.

Он просто однажды выбрал правила, по которым хотел жить.

И теперь не собирался менять их, когда стало страшнее.

⁂

К ручью добрались ближе к вечеру.

Место для стоянки было удобным: вода, небольшой подъём, лес не подходил вплотную, дорогу можно было видеть в обе стороны.

Арман осмотрел местность и распределил задачи.

— Тимур, Виктор — вода и лошади. Софья, Елена — костёр и еда. Мирон, Майя — периметр. Даниэль, проверьте западный склон. Анастасия со мной.

— А Александр? — спросил Мирон.

— Поможет поставить лагерь.

— Принц ставит палатки, — задумчиво произнёс Мирон. — Когда-нибудь это войдёт в хроники.

Александр бросил в него свёрнутой верёвкой.

Мирон поймал её.

— Вот. Уже исторический источник.

— Работай, Тарский, — сказал Арман.

— Работаю, десятник.

Ратников сидел чуть в стороне и точил нож.

Не помогал.

Не мешал.

Просто смотрел.

Через полчаса лагерь был готов.

Не идеально.

Одна палатка стояла чуть криво. Костёр сначала сильно дымил. Майя и Мирон дважды спорили, где заканчивается их сектор наблюдения. Виктор едва не оставил седло слишком близко к воде и получил от Софьи такой взгляд, что исправился без слов.

Но всё работало.

После еды Ратников подозвал Армана.

— Оценка стоянки?

Арман быстро перечислил:

— Подходы видны. Вода рядом. Высота небольшая, но достаточная. Лес далеко для внезапного нападения. Минус — с востока есть низина, ночью там можно подойти ближе, чем хотелось бы.

— Что сделаете?

— Усилю наблюдение на востоке. Первый дозор — я и Даниэль. Второй — Анастасия и Тимур. Потом Александр и Виктор.

— А остальные?

— Следующая смена, если стоим дольше. Но утром уходим рано.

Ратников кивнул.

— Принимается.

Арман уже собирался отойти, когда капитан добавил:

— Валькарион.

— Да?

— Сегодня вы трижды посмотрели на меня перед тем, как отдать приказ.

Арман замер.

— Не заметил.

— Я заметил.

— Исправлю.

— Не надо делать вид, что меня нет. Просто не ждите подтверждения. Я здесь не затем, чтобы кивать на каждое правильное решение.

Арман подумал и кивнул.

— Понял.

— Хорошо. Идите.

Ночь наступила быстро.

Дорога опустела.

Голоса десятка постепенно стихли. Кто-то ещё шептался в палатке, кто-то уже спал. Лошади негромко переступали у привязи.

Арман сидел у края стоянки, слушая темноту.

Рядом Даниэль смотрел в сторону восточной низины.

— Тихо, — сказал Арман.

— Это не значит безопасно.

— Я знаю.

— Хорошо.

Арман усмехнулся.

— Ты иногда говоришь как Ратников.

— Это оскорбление?

— Пока не решил.

Даниэль чуть повернул голову.

— Тогда сообщи, когда решишь.

Снова стало тихо.

Где-то далеко ухнула ночная птица.

Арман поднял взгляд к звёздам.

Ещё вчера стены Академии казались границей между учёбой и настоящей службой.

Теперь этой границы не было.

Впереди лежали земли Валькарионов.

Потом перевал.

Потом Каменный Щит.

А дальше — Тарвин.

Он ещё не знал, сколько людей отец выведет им навстречу.

Не знал, что именно ждёт их за горами.

Не знал, сколько раз ему придётся принимать решения, после которых уже нельзя будет попросить преподавателя разобрать ошибку на занятии.

Но одно Арман понимал точно.

Учёба закончилась не тогда, когда они сдали последний рубеж.

Она закончилась сегодня утром, когда ворота Академии закрылись за их спинами.

Всё остальное начиналось сейчас.

Первый год в строю уже начался.

Глава 2. Две сотни

К полудню следующего дня дорога стала знакомой.

Сначала Арман заметил вытянувшиеся вдоль горизонта холмы.

Потом — старый перелесок справа от тракта.

Ещё через несколько вёрст показалась развилка с покосившимся каменным столбом.

Арман узнал его сразу.

Когда-то, лет в десять, он пытался вскарабкаться на этот столб и едва не рухнул вниз головой. Отец успел поймать его за пояс, поставил на землю и вместо нравоучения задал единственный вопрос:

— Сам понял?

Тогда Арман уверенно ответил, что понял.

Правда, спокойнее после этого стал всего на несколько дней.

Он невольно улыбнулся.

Ехавшая рядом Анастасия заметила это.

— Что?

— Дом близко.

Она огляделась по сторонам.

— Здесь?

— Ещё часа два. Может, меньше.

— А улыбаешься так, будто уже увидел ворота.

— Просто всё знакомое.

Тимур, ехавший позади, услышал последние слова.

— Отлично. Значит, если заблудимся, десятник будет виноват официально.

Софья даже не повернула головы.

— А если заблудишься только ты, виновата будет твоя лошадь?

— Не надо снова поднимать эту тему.

— Какую?

— Ты прекрасно знаешь какую.

Виктор посмотрел на коня Тимура.

— По-моему, лошадь тоже знает.

— Я с ней уже договорился.

Животное словно в ответ резко мотнуло головой.

Тимур едва удержал поводья.

Несколько человек рассмеялись.

Капитан Ратников обернулся.

— Аксен.

— Я, господин капитан.

— Если до усадьбы Валькарионов ты успеешь поссориться ещё и с собственной лошадью, остаток пути пройдёшь пешком.

— Никак нет. У нас полное взаимопонимание.

— Вижу.

Капитан снова повернулся вперёд.

Арман заметил, как дёрнулся уголок его рта.

***

Чем дальше они ехали, тем чаще Арман замолкал.

Места вокруг становились всё знакомее.

Вот дорога, по которой он когда-то ездил рядом с отцом проверять поля.

Вот небольшой мост через ручей.

Вот холм, за которым начинались земли одной из деревень Валькарионов.

Здесь прошла значительная часть его детства.

Здесь он впервые начал понимать, что владение землёй — это не только доход и титул.

Здесь отец показывал ему записи старосты об урожае.

Здесь же, в окрестных лесах, на охоте Арман впервые поднял магический щит без жезла.

А ещё дальше был дом.

В Академии он привык к другой жизни.

К командам.

К плацу.

К занятиям.

К постоянному соревнованию.

К тому, что каждое утро начиналось одинаково и почти никогда не заканчивалось так, как хотелось.

Но стоило увидеть знакомые места, и несколько месяцев будто сжались в один короткий миг.

Арман вдруг почувствовал, насколько сильно скучал.

— Ты стал тихим, — заметил Александр.

Принц ехал немного левее.

— Думаю.

— Опасное занятие.

Арман посмотрел на него.

— Это Тимур на тебя плохо влияет?

— Возможно.

Аксен отозвался сзади:

— Я всё слышал.

— Тем более, — сказал Александр.

На этот раз засмеялся даже Даниэль.

По дороге они не обсуждали ни будущую крепость, ни то, что ждало их после неё.

Всё необходимое уже было сказано раньше.

Теперь оставалось ехать.

***

Первым их заметил дорожный дозор.

Из-за небольшого поста выехал всадник в цветах Валькарионов. Некоторое время он наблюдал за приближающимся отрядом, затем пришпорил коня.

Арман узнал его ещё издали.

Один из солдат отца.

Воин подъехал ближе, окинул взглядом форму Академии, оружие, капитана Ратникова и остановился на Армане.

Лицо его просветлело.

— Молодой дракон вернулся.

Арман вздохнул.

— Только не начинай.

— А что я?

— Ничего.

Солдат ударил кулаком по груди.

— С возвращением, господин Арман.

— Спасибо.

Он оглядел остальных.

— Вся компания из Академии?

— Моя десятка и капитан Ратников.

Дозорный кивнул капитану.

Ратников ответил коротким движением головы.

— Барон дома, — сообщил солдат.

— Хорошо.

— Я предупрежу.

— Не обязательно.

Воин усмехнулся.

— Если вы неожиданно въедете во двор с десятком вооружённых курсантов и капитаном Академии, а я даже не сообщу, что видел вас на дороге, барон спросит, зачем вообще держит здесь дозор.

Арман задумался.

— Справедливо.

— Вот и я так считаю.

Солдат уже развернул коня, когда Анастасия спросила:

— Молодой дракон?

Арман медленно повернул к ней голову.

— Нет.

— Что «нет»?

— Ты не будешь об этом спрашивать.

— Я вообще ничего не спрашивала.

— Но собиралась.

— Конечно.

Даниэль совершенно серьёзно произнёс:

— По-моему, достойное прозвище.

— Спасибо.

Анастасия добавила:

— Особенно слово «молодой».

Арман тяжело вздохнул.

— Зря я вас сюда привёз.

— Поздно, — ответила она. — Теперь мы знаем слишком много.

***

Усадьба показалась через полтора часа.

Сначала крыши.

Потом стена.

Затем ворота.

Но ещё раньше Арман заметил нечто странное.

На дороге было слишком много движения.

Телеги.

Лошади.

Люди.

Не крестьяне, не слуги.

Солдаты.

Чем ближе подъезжал отряд, тем отчётливее становилось видно, что возле казарм идёт подготовка.

Несколько человек переносили ящики.

Кто-то проверял седельные сумки.

Возле оружейной стояли десятки щитов.

У стены были сложены связки копий.

Ратников тоже это заметил.

Он ничего не сказал.

Только внимательнее осмотрел двор.

Арман нахмурился.

Обычно такого здесь не было.

Даже перед учениями.

— Что происходит? — тихо спросила Майя.

— Не знаю, — ответил Арман.

И это было правдой.

Ворота открылись полностью.

Отряд въехал внутрь.

Теперь сомнений не осталось.

Люди готовились к походу.

Причём не несколько человек.

Много.

Очень много.

У крыльца стоял Ермек Валькарион.

Рядом — мама.

Арман спешился первым.

Отец дождался, пока он подойдёт.

Посмотрел на форму Академии.

На его оружие.

На остальных курсантов.

На капитана.

И только затем перевёл взгляд обратно на сына.

— Вернулся.

— Вернулся, отец.

Они пожали друг другу руки.

Ермек коротко притянул сына к себе, хлопнул ладонью по спине и отступил.

— Хорошо.

Мама ждать не стала.

— Арман.

— Мама.

Она обняла его, затем сразу отстранилась и принялась осматривать.

— Цел?

— Цел.

— Точно?

— Мама.

— Я спрашиваю.

— Точно.

Она удовлетворённо кивнула.

Потом увидела Анастасию.

— Анастасия.

— Здравствуйте.

— За ним следила?

— Старалась.

— Спасибо.

— Мама.

— Что?

— Я рядом стою.

— Вижу.

Тимур старательно смотрел в другую сторону.

Арман заметил это.

— Аксен.

— Я молчу.

Ратников подошёл к Ермеку.

— Капитан Глеб Ратников.

— Ермек Валькарион.

Они обменялись рукопожатием.

— Полагаю, вы приехали не просто проведать семью, — сказал Ермек.

— Нет.

— Тогда сначала поешьте.

Ратников слегка удивился.

— Вопрос срочный.

— Если он требует решения в ближайшие десять минут — говорите здесь.

Капитан на мгновение задумался.

— Десять минут ничего не изменят.

— Тогда сначала еда.

Ермек посмотрел на сына.

— Ты тоже.

— Я не спорю.

— Академия пошла тебе на пользу.

— Не настолько сильно.

Отец усмехнулся.

***

Только во время еды Арман окончательно понял, насколько необычной была обстановка в усадьбе.

Через двор постоянно проходили вооружённые люди.

Из конюшен выводили дополнительных лошадей.

У дальнего склада загружали две телеги.

Обычно отец не позволял подобной суете без причины.

Теперь же всё происходило быстро, но организованно.

Каждый знал своё место.

— Ты понимаешь, что происходит? — тихо спросила Анастасия.

Арман покачал головой.

— Нет.

Александр смотрел через окно.

— Похоже на подготовку к выходу.

— Я тоже заметил, — ответил Даниэль.

Тимур посмотрел на Армана.

— Это нормально?

— Нет.

— Очень обнадёживает.

Ратников положил ложку.

— Доедайте.

На этот раз никто не шутил.

***

Через несколько минут Арман вместе с капитаном вошёл в кабинет отца.

Всё здесь оставалось таким, каким он помнил.

Тяжёлый стол.

Шкафы.

Карты.

Документы.

Оружие на стене.

Арман слишком много раз стоял здесь мальчишкой, объясняя очередной проступок.

Теперь ощущение было совершенно другим.

Ермек закрыл дверь.

— Теперь рассказывайте.

Ратников подошёл к карте.

— Кресден потерян.

Ермек кивнул.

— Знаю.

Ратников чуть прищурился.

— Чёрный Утёс тоже.

— Это тоже знаю.

Арман посмотрел на отца.

— Откуда?

— Гонцы.

Ермек развернул карту шире.

— После падения Кресдена вести пошли быстро. После Чёрного Утёса ещё быстрее.

Ратников указал на Каменный Щит.

— Следующая вероятная цель — крепость.

— Согласен.

Капитан продолжил:

— Генерал Вельский отправил наш десяток туда на годовую практику раньше первоначального срока. Я сопровождаю курсантов и остаюсь с ними на весь период.

Ермек посмотрел на Армана.

— Ты десятник?

— Да.

— Всех десятерых?

— Всех.

— Хорошо.

Ни удивления, ни похвалы.

Но Арман достаточно хорошо знал отца, чтобы понять: тот доволен.

Ратников закончил рассказ.

Несколько секунд Ермек изучал карту.

— Подкрепления к Каменному Щиту идут?

— Собираются.

— Когда будут?

— Точного срока у меня нет.

— Значит, могут опоздать.

— Могут.

Ермек кивнул.

— Поэтому вы здесь.

Это был не вопрос.

Ратников посмотрел на Армана.

Теперь говорить следовало ему.

Арман подошёл ближе к столу.

— Нам нужны люди.

Отец поднял взгляд.

— Сколько?

— Сколько сможешь выделить без угрозы для земель.

Ермек помолчал.

— Разумнее, чем назвать число с потолка.

— Я учусь.

— Иногда даже заметно.

Арман пропустил замечание.

— Мы едем в крепость, которую могут атаковать. Десять курсантов и один капитан не усилят гарнизон настолько, чтобы это что-то изменило.

Ратников добавил:

— И нам пригодятся опытные бойцы рядом. Курсанты подготовлены хорошо, но настоящей войны никто из них не видел.

Ермек спокойно спросил:

— А вы?

— Видел.

— Хорошо.

Отец снова посмотрел на сына.

— Ты видел, что происходит во дворе?

— Да.

— Догадался?

— Что люди готовятся выступать.

— Верно.

Ермек положил ладонь на карту.

— После известия о Кресдене я приказал проверить запасы и снаряжение. После падения Чёрного Утёса приказал готовить две сотни к выходу.

Арман на секунду решил, что ослышался.

— Две сотни?

— Двести воинов.

Ратников тоже замолчал.

Арман перевёл взгляд на карту.

Потом снова на отца.

— Ты уже собирался их отправлять?

— Да.

— В Каменный Щит?

— Туда.

Арман не сразу нашёл слова.

Всю дорогу он понимал, что придётся говорить с отцом.

Предполагал, что получит несколько бойцов.

В лучшем случае — десяток или два.

Но две сотни...

— Отец, это почти все, кого можно снять с земель.

— Почти.

— А деревни?

— Охрана останется.

— Усадьба?

— Останется.

— Дороги?

— Патрули тоже.

Арман открыл рот.

Ермек поднял руку.

— Я управлял этими землями до твоего рождения.

Арман закрыл рот.

Ратников тихо кашлянул.

Арман посмотрел на него.

— Вы смеётесь?

— Нет.

— Даже немного?

— Валькарион.

— Понял.

Ермек постучал пальцем по карте.

— Если Каменный Щит падёт, держать воинов здесь станет бессмысленно.

Палец двинулся вдоль дороги.

— Откроется направление дальше. Начнутся нападения на поселения. Пойдут беженцы. Торговля остановится. Частям придётся собираться в спешке.

Он посмотрел Арману в глаза.

— Лучше отправить две сотни сейчас, пока они могут укрепить крепость, чем позже бросать тех же людей в бой по частям.

Ратников медленно кивнул.

— Согласен.

Арман ещё раз взглянул в окно.

Теперь он понимал, что видел во дворе.

— Они готовы?

— К утру будут полностью готовы.

— Все двести?

— Да.

— И пойдут с нами?

Ермек ответил сразу:

— Они пойдут вместе с вами.

Арман уловил разницу.

— Не под моим командованием.

— Разумеется.

Отец слегка поднял бровь.

— Ты десятник курсантской десятки.

— Я знаю.

— Хорошо, что знаешь.

Ермек указал на карту.

— У моих людей есть свои командиры. По прибытии в Каменный Щит они подчинятся командованию крепости.

Ратников сказал:

— Именно так и должно быть.

— Я не собираюсь ставить две сотни опытных бойцов под командование семнадцатилетнего курсанта только потому, что он мой сын.

— Я и не просил.

— Поэтому разговор пока идёт хорошо.

Арман усмехнулся.

— Спасибо.

— Не за что.

Ратников спросил:

— Кто поведёт отряд?

— Сотники Рудов и Мельник. Оба опытные.

— Знаю Рудова.

Ермек взглянул на капитана.

— Откуда?

— Видел его на южных учениях несколько лет назад.

— Тогда тем более проблем не будет.

На несколько мгновений в кабинете стало тихо.

Арман смотрел на отметку Каменного Щита.

Двести человек.

Настоящие солдаты.

Не курсанты.

Не учебный строй.

Люди, которых отец сознательно отправлял туда, где они могли погибнуть.

Ермек словно прочитал его мысли.

— Теперь понял?

Арман поднял голову.

— Что?

— Почему я никогда не учил тебя считать людей только цифрами.

Арман промолчал.

— Сказать «две сотни» легко, — продолжил отец. — На карте это вообще одна отметка.

Он указал в сторону окна.

— А во дворе стоят двести отдельных человек.

Арман посмотрел туда.

— У каждого есть имя. У многих семьи. Дети. Родители.

Голос Ермека оставался спокойным.

— И я отправляю их на войну.

Арман медленно кивнул.

— Потому что иначе может стать хуже.

— Именно.

Ермек посмотрел на него.

— Когда-нибудь тебе придётся принимать такие решения самому.

— Надеюсь, не скоро.

— Я тоже.

Отец немного помолчал.

— Но к тому времени ты должен понимать цену приказа.

Арман снова взглянул на карту.

— Понимаю.

— Нет.

Ответ прозвучал без насмешки.

— Пока только начинаешь.

Арман кивнул.

— Тогда начну с этого.

Ермек удовлетворённо откинулся на спинку кресла.

— Вот это уже правильный ответ.

***

Когда они вернулись к остальным, разговоры сразу прекратились.

Тимур первым посмотрел на лицо Армана.

— Ну?

Арман сел за стол.

— Утром выходим.

— Это мы знали.

— Не одни.

Анастасия прищурилась.

— Сколько?

Арман выдержал паузу.

— Двести.

Тимур моргнул.

— Двадцать?

— Двести.

— Воинов?

Софья посмотрела на него.

— Нет, Тимур. Поваров.

— Я уточняю.

Даниэль отложил кружку.

— Ермек даёт две сотни?

— Они уже готовились к выходу до нашего приезда.

Александр повернулся к окну.

— Значит, поэтому всё движение во дворе.

— Да.

Мирон присвистнул.

— Это уже не маленькое подкрепление.

Ратников сел на своё место.

— И сразу запомнили: этими людьми никто из вас не командует.

Тимур поднял руки.

— Я даже не собирался.

— Это относится ко всем.

Капитан посмотрел на Армана.

— Особенно к десятнику.

— Уже объяснили.

Анастасия слегка улыбнулась.

— Дважды?

— Почти.

— Хорошо.

— Почему хорошо?

— Потому что один раз до тебя не всегда доходит.

— Спасибо за поддержку.

— Всегда пожалуйста.

Майя спросила:

— Они действительно идут в Каменный Щит?

— Да.

Арман посмотрел на всех.

— И утром мы идём вместе.

После этого даже Тимур какое-то время молчал.

Двести солдат меняли ощущение от происходящего.

До этого поездка всё ещё чем-то напоминала продолжение Академии.

Пусть опасное.

Пусть слишком серьёзное.

Но рядом были знакомые лица, тот же капитан, те же десять курсантов.

Теперь за ними должна была встать настоящая военная колонна.

Это уже не походило на практику.

***

Вечером Арман вышел во двор.

Подготовка не прекращалась.

Горели фонари.

Возле конюшен проверяли сбрую.

У телег закрепляли груз.

Воины осматривали оружие.

Кто-то точил меч.

Кто-то перебирал арбалетные болты.

Кто-то просто сидел у стены и разговаривал с товарищем.

Никакой паники.

Никакой торжественности.

Обычная работа перед походом.

Арман медленно прошёл вдоль казарм.

Многих он знал.

С некоторыми тренировался.

Кто-то в детстве поправлял ему стойку.

Кто-то выбивал оружие из рук.

Кто-то смеялся, когда молодой баронский сын после первого серьёзного занятия едва мог поднять руки.

Один из старых солдат заметил его.

— Господин Арман.

— Собираетесь?

— Почти готовы.

— Быстро.

— Нас ещё утром предупредили.

Воин усмехнулся.

— Некоторые с полудня сидели на вещах.

— Так хотели уйти?

— Хотели не опоздать.

Арман кивнул.

— Понятно.

Солдат посмотрел на форму Академии.

— Значит, теперь вместе повоюем.

Арман не нашёлся, что ответить.

Слово прозвучало слишком просто.

Повоюем.

Будто речь шла о тренировке.

Воин хлопнул его по плечу.

— Не хмурьтесь, молодой дракон.

— Опять.

— А что?

— Ничего.

— Вот и хорошо.

Он ушёл к своим.

Арман остался стоять.

— Привыкай.

Он обернулся.

Ермек вышел из темноты.

— К чему?

— К прозвищу.

— Я надеялся, они забудут.

— Солдаты такие вещи не забывают.

Отец встал рядом.

Некоторое время они смотрели на двор.

— Они все согласились идти? — спросил Арман.

— Да.

— Никого не пришлось заставлять?

— Нет.

— Почему?

Ермек пожал плечами.

— Потому что они солдаты.

— Очень подробное объяснение.

— Другого не нужно.

Арман помолчал.

— Странно.

— Что именно?

— Я вырос рядом с ними.

— Да.

— Но только сегодня впервые подумал о том, что кто-то из них может не вернуться.

Ермек не стал утешать.

— Хорошо.

Арман повернул к нему голову.

— Хорошо?

— Лучше подумать об этом сейчас.

Отец посмотрел на солдат.

— Плохо, когда командир вспоминает о цене только после боя.

Арман опустил взгляд.

— Я не их командир.

— Сейчас — нет.

Ермек повернулся к нему.

— Но своей десяткой ты командуешь.

Арман кивнул.

— И там всё то же самое.

Отец указал на дом.

— Александр.

— Курсант.

— Даниэль.

— Курсант.

— Анастасия.

Арман немного помолчал.

— Курсант.

— Для тебя они могут быть кем угодно. Другом. Принцем. Наследником рода.

Ермек посмотрел прямо на сына.

— Но когда ты отдаёшь приказ как десятник, перед тобой девять человек, за которых ты отвечаешь.

Арман тихо сказал:

— Знаю.

— Теперь начинаешь знать.

Опять эта фраза.

Арман усмехнулся.

— Ты специально всегда оставляешь последнее слово за собой?

— Да.

— Хотя бы честно.

Ермек тоже улыбнулся.

***

Перед рассветом усадьба уже не спала.

Арман проснулся ещё до того, как постучали в дверь.

Оделся.

Проверил оружие.

Булава.

Щит.

Арбалет.

Болты.

Походная сумка.

Мама успела добавить туда столько лечебных средств, что Арман подозревал: при желании можно было открыть небольшой лазарет прямо на дороге.

Он спустился во двор.

Десятка уже собиралась возле лошадей.

Ратников стоял рядом.

— Валькарион.

— Господин капитан.

— Последний?

— Нет.

В этот момент из дома выбежал Тимур, застёгивая ремень.

Ратников посмотрел на него.

— Теперь последний.

— Я успел.

— Пока да.

Две сотни уже строились за воротами усадьбы.

Не одной плотной массой.

Каждая сотня отдельно.

Впереди командиры.

Дальше пехота.

Арбалетчики.

Телеги с припасами.

Несколько запасных лошадей.

Арман невольно задержал взгляд.

Вчера слова «двести человек» казались большой цифрой.

Теперь он видел их перед собой.

И цифра исчезла.

Остались люди.

Мама подошла к нему.

— Всё взял?

— Да.

— Лечебные смеси?

— Да.

— Бинты?

— Да.

— Второй набор?

— Какой второй?

Она посмотрела на него.

Арман вздохнул.

— Сейчас проверю.

— Проверь.

Анастасия стояла рядом и откровенно улыбалась.

— Даже не начинай.

— Я молчу.

— Вижу.

Мама повернулась к ней.

— Если он начнёт изображать из себя великого целителя...

— Остановлю.

— Спасибо.

— Мама.

— Что?

Арман сдался.

— Ничего.

Ермек подошёл позже.

Как всегда — без лишних слов.

Посмотрел на снаряжение сына.

— Булава?

Арман коснулся оружия.

— Здесь.

— Арбалет?

— Здесь.

— Голова?

— Пока тоже.

— Береги её больше всего.

— Постараюсь.

Они пожали руки.

Ермек задержал ладонь сына.

— Не геройствуй без необходимости.

— Ты же сам меня учил не отступать.

— Я учил тебя стоять, когда это нужно.

Отец посмотрел ему в глаза.

— Это не одно и то же, что бессмысленно лезть вперёд.

Арман кивнул.

— Понял.

— Надеюсь.

Ермек посмотрел на остальных курсантов.

— Верни десятку.

Арман замер.

Не «победи».

Не «прославь род».

Не «удержи крепость».

Верни десятку.

Он посмотрел на своих.

Анастасия.

Даниэль.

Александр.

Тимур.

Остальные.

Девять человек.

— Сделаю всё, что смогу.

Ермек кивнул.

— Вот это можешь обещать.

Он отпустил руку.

Затем направился к воротам.

Две сотни постепенно затихли.

Ермек остановился перед строем.

— Воины Валькариона!

Разговоры оборвались.

— Вы уже знаете приказ.

Он не повышал голос без необходимости, но его слышали все.

— Кресден пал.

Молчание.

— Чёрный Утёс пал.

Ещё тише.

— Каменный Щит пока стоит.

Ермек сделал короткую паузу.

— Значит, наша задача проста.

Он посмотрел на строй.

— Сделать так, чтобы он продолжал стоять.

Ни криков.

Ни поднятых мечей.

Только внимательные лица.

— В крепости поступаете под командование гарнизона. Сотники знают порядок. До Каменного Щита идёте одной колонной с отрядом Академии.

Ермек перевёл взгляд на Армана.

Всего на мгновение.

Потом снова посмотрел на своих людей.

— Наш род получил имя не за красивые речи.

Он указал на герб над воротами.

Серебряный дракон обвивал щит с крепостью и мечом.

— Наш предок стоял там, где другие уже не могли.

Голос Ермека стал жёстче.

— Поэтому сегодня я не буду говорить вам ничего нового.

Он произнёс:

— Стоим, когда другие отступают.

Двести кулаков одновременно ударили по груди.

Один раз.

Глухой звук прокатился вдоль стены.

Арман почувствовал, как по спине прошёл холод.

Он слышал девиз сотни раз.

Но никогда раньше — так.

Ратников дал знак.

— Десятка, по коням!

Курсанты начали садиться в сёдла.

Арман поднялся последним.

Колонна пришла в движение.

Сначала десятка Академии.

Рядом капитан Ратников.

Следом командиры двух сотен.

Потом солдаты.

Телеги.

Лошади.

Когда они выехали за ворота, Арман оглянулся.

Мама стояла возле крыльца.

Отец — у ворот.

За ними оставался дом.

Ещё вчера Арман возвращался сюда сыном, который приехал после нескольких месяцев Академии.

Сегодня он уезжал десятником.

А следом шли две сотни воинов его рода.

Анастасия подъехала ближе.

— О чём думаешь?

Арман ещё раз посмотрел назад.

Потом вперёд.

Дорога уходила на восток.

Туда, где находился Каменный Щит.

— О том, что до вчерашнего дня всё ещё немного напоминало учёбу.

— А теперь?

Позади мерно двигалась колонна.

Слышался скрип телег.

Стук копыт.

Шаги сотен людей.

Арман крепче взял поводья.

— А теперь уже нет.

Впереди ждала крепость.

За ней — враг.

И впервые с момента выхода из Академии Арман окончательно понял:

их первый год в строю действительно начался.

Глава 3. Каменный Щит

Каменный Щит они увидели на четвёртый день после выхода из усадьбы Валькарионов.

Сначала показались горы.

Они поднимались впереди тяжёлой серой стеной, закрывая почти весь восточный горизонт. Дорога постепенно сужалась, зажимаясь между каменистыми склонами, и чем дальше шла колонна, тем меньше вокруг оставалось открытого пространства.

Потом появился перевал.

А уже там, где две горные гряды почти сходились друг с другом, Арман впервые увидел крепость.

Он ожидал чего-то большого.

Но всё равно недооценил Каменный Щит.

Крепость словно выросла прямо из горы.

Массивные серые стены перекрывали проход почти от одного склона до другого. Над ними возвышались четыре башни. Ещё одна, самая высокая, стояла в глубине укреплений и служила одновременно наблюдательным пунктом и местом для сигнального огня.

Перед внешней стеной тянулся глубокий ров.

Через него к воротам вёл широкий деревянный мост.

Дорога дальше проходила прямо через крепость.

— Теперь понимаю название, — сказал Тимур.

На этот раз никто не стал над ним смеяться.

Каменный Щит действительно выглядел как щит.

Огромный.

Серый.

Вбитый между горами.

Анастасия прищурилась, рассматривая стены.

— Хорошее место.

Ратников услышал.

— Для чего?

— Чтобы обороняться.

Капитан кивнул.

— Поэтому крепость ещё наша.

Арман оглядел склоны.

— Обойти можно?

— Большим войском — почти нет, — ответил Ратников. — Есть горные тропы, но провести по ним обоз, осадные машины и несколько тысяч человек невозможно.

Даниэль посмотрел на вершины.

— Значит, если Тарвин хочет идти дальше, ему придётся брать крепость.

— Именно.

После этих слов все снова посмотрели вперёд.

Каменный Щит перестал казаться просто крепостью.

Теперь он был дверью.

И если враг хотел пройти на запад, эту дверь ему необходимо было выбить.

* * *

Чем ближе они подходили, тем заметнее становилась подготовка к осаде.

Перед стенами ещё оставались свободные поля.

Никаких вражеских лагерей.

Никаких знамён.

Никакого дыма от тысяч костров.

Враг ещё не пришёл.

Арман почувствовал облегчение.

Совсем небольшое.

Они успели.

По дороге к крепости двигались телеги.

Одни везли мешки зерна.

Другие — бочки.

Третьи были нагружены связками болтов, копьями, досками и камнем.

Навстречу колонне проезжали крестьяне с семьями.

Несколько повозок были так перегружены вещами, что колёса глубоко уходили в землю.

Майя проводила одну такую семью взглядом.

— Их выводят?

— Из ближайших деревень, — сказал Ратников. — Скорее всего, всех, кто находится восточнее крепости или слишком близко к дороге.

Арман посмотрел на мальчика лет семи, сидевшего на телеге рядом с мешками.

Мальчик смотрел на солдат.

Не испуганно.

Скорее с любопытством.

Наверное, он ещё не до конца понимал, почему его семья бросила дом.

Арман отвернулся.

Колонна продолжала движение.

Когда до крепости осталось меньше версты, со стены раздался протяжный звук рога.

Один раз.

Потом второй.

На башнях появились люди.

— Нас заметили, — сказал Александр.

Тимур усмехнулся.

— Двести человек и несколько телег сложно не заметить.

— Иногда тебе удаётся удивить меня глубиной военной мысли, — ответил Даниэль.

— Я стараюсь.

У ворот их уже ждали.

Около двадцати солдат.

Перед ними стоял крепкий мужчина лет пятидесяти в потёртом доспехе и тёмно-зелёном плаще.

На его лице выделялся старый шрам, проходивший от левого виска почти до скулы.

Он не выглядел человеком, который любил долгие приветствия.

Ратников поднял руку.

Колонна остановилась.

Капитан спешился.

Арман сразу подал знак своей десятке.

— С коней.

Курсанты подчинились.

Сотники Рудов и Мельник тоже вышли вперёд.

Мужчина у ворот посмотрел сначала на Ратникова, потом на две сотни за его спиной.

— Кто старший?

— Капитан Академии Глеб Ратников. Веду десяток курсантов по распоряжению генерала Вельского.

Он указал на сопровождавших колонну офицеров.

— Две сотни Валькарионов. Сотники Рудов и Мельник.

Рудов протянул пакет.

— Приказ и список людей.

Мужчина принял бумаги.

— Полковник Борис Чернов. Комендант Каменного Щита.

Он быстро просмотрел документы.

Задержался на одном месте.

Поднял взгляд.

— Двести?

— Двести, — подтвердил Рудов.

— Полностью вооружены?

— Да.

— Припасы?

— На дорогу и несколько дней. Дальше рассчитываем на крепостные склады.

Чернов посмотрел на телеги.

— Хорошо.

Затем перевёл взгляд на Ратникова.

— А курсанты?

— Десять.

— Первый год?

— Да.

Комендант посмотрел на них.

В его выражении не было ни насмешки, ни особого восторга.

Просто оценка.

— Кто десятник?

Арман сделал шаг вперёд.

— Курсант Арман Валькарион.

Полковник посмотрел на него.

Потом на две сотни солдат.

Снова на Армана.

— Родственник?

— Сын барона Ермека Валькариона.

— Понятно.

Чернов вернул бумаги Рудову.

— Сразу договоримся. В крепости никаких баронов, принцев и знаменитых фамилий.

Его взгляд на мгновение остановился на Александре.

Арман заметил это.

Значит, комендант знал, кто находится в десятке.

Александр спокойно стоял в строю и никак не отреагировал.

Чернов продолжил:

— Здесь есть солдаты и командиры. Если начнётся осада, мне безразлично, чей отец сидит во дворце, чей в поместье, а чей пашет землю.

— Именно за этим мы сюда и прибыли, — ответил Ратников.

Полковник коротко кивнул.

— Тогда проблем не будет.

Он повернулся к одному из офицеров.

— Лейтенант!

— Господин полковник!

— Две сотни Валькарионов распределить в западные казармы. Проверить размещение, воду и места на стене. Сотников через час ко мне.

— Есть.

— Курсантов разместить рядом с людьми капитана Рогова.

Ратников спросил:

— Какой участок?

— Северо-восточная стена.

Он посмотрел на горы.

— Если Тарвин подойдёт так, как мы ожидаем, там будет достаточно работы.

Тимур едва заметно сглотнул.

Арман это увидел.

Но промолчал.

Чернов развернулся к воротам.

— Заходите. Вы успели вовремя.

Ратников пошёл рядом.

— Насколько вовремя?

Полковник ответил, не оборачиваясь:

— Думаю, очень скоро узнаем.

* * *

Внутри Каменный Щит оказался почти отдельным маленьким городом.

Арман ожидал увидеть двор, несколько казарм, склады и внутреннюю стену.

Вместо этого за воротами начиналась широкая каменная улица.

По обе стороны стояли длинные здания.

Казармы.

Кузницы.

Склады.

Конюшни.

Лазарет.

Мастерские.

Дальше виднелся внутренний двор и ещё одна линия укреплений, защищавшая западные ворота.

— Две линии обороны, — заметила Софья.

Ратников услышал.

— Три.

Она посмотрела на него.

Капитан указал выше.

На склонах гор по обе стороны крепости находились небольшие укреплённые площадки.

— Верхние посты.

Арман присмотрелся.

На каждой стояла маленькая башня и каменная стена.

Подняться туда можно было по узкой лестнице, вырубленной прямо в скале.

— Если враг попытается занять высоту, — сказал Даниэль.

— Его встретят оттуда, — подтвердил Ратников.

Тимур посмотрел вверх.

— Надеюсь, нас туда не отправят.

— Боишься высоты? — спросила Анастасия.

— Нет.

— Тогда чего?

— Подниматься.

Анастасия покачала головой.

— Удивительная честность.

Колонна разделилась.

Две сотни Валькарионов повели к западным казармам.

Рудов и Мельник коротко попрощались с Ратниковым и последовали за своими людьми.

Арман смотрел им вслед.

Ещё утром они двигались одной колонной.

Теперь всё изменилось.

Люди отца становились частью гарнизона.

И дальше будут выполнять приказы коменданта крепости.

Как и должно быть.

— Валькарион.

Арман повернулся.

Ратников смотрел на него.

— Твоя десятка.

Арман сразу понял.

Засмотрелся.

— Десятка, за мной.

Они двинулись дальше.

* * *

Им выделили помещение на втором этаже длинной казармы возле северной стены.

Две комнаты.

В одной — шесть коек.

В другой — четыре.

Ратникову отвели маленькую отдельную комнату в конце коридора.

— Роскошь, — сказал Тимур, бросая сумку возле кровати.

Софья осмотрела каменные стены.

— После Академии?

— Здесь хотя бы никто не заставит вставать на утреннюю пробежку.

В дверях появился Ратников.

— Ошибаешься.

Тимур застыл.

— Господин капитан, я просто...

— Через двадцать минут во дворе.

— Зачем?

— Чтобы я не потерял форму, пока слушаю твои жалобы.

Тимур посмотрел на остальных.

— Я когда-нибудь научусь молчать.

— Нет, — одновременно ответили Анастасия и Даниэль.

* * *

Через двадцать минут десятка действительно стояла во дворе.

Но Ратников повёл их не бегать.

Они поднялись на стену.

Северо-восточный участок начинался возле одной из башен и тянулся примерно на сотню шагов.

Здесь уже работали солдаты.

Расставляли связки болтов.

Переносили корзины с камнями.

Проверяли щиты, которыми можно было закрывать стрелков.

Поднимали на стену бочки с водой.

Капитан Рогов оказался широкоплечим мужчиной с густой чёрной бородой.

Он встретил Ратникова крепким рукопожатием.

— Академия?

— Академия.

Рогов посмотрел на курсантов.

— Эти?

— Эти.

— Молодые.

— Это обычно проходит.

— Если повезёт.

Шутка прозвучала слишком спокойно.

Никто не засмеялся.

Рогов заметил.

— Расслабьтесь. Пока стрелять в вас некому.

Он подозвал их к краю стены.

Перед крепостью открывался вид далеко на восток.

Дорога шла между холмами, затем постепенно исчезала за поворотом.

По обе стороны тянулись каменистые поля.

Леса почти не было.

— Вот оттуда придут, — сказал Рогов.

Арман посмотрел вдаль.

Пока там не было ничего.

Только пустая дорога.

— Разведка где? — спросил Ратников.

— За два перехода отсюда. Часть конных разъездов ближе.

— Контакт был?

— С крупными силами — нет.

Рогов указал на восток.

— Но отдельные разведчики Тарвина уже попадались. Двух вчера прогнали от деревни.

— Значит, главные силы рядом.

— Именно.

Рогов повернулся к курсантам.

— Ваш участок будет здесь.

Тимур моргнул.

— Прямо здесь?

— Нет, курсант. Когда враг подойдёт, я попрошу его подождать, пока мы найдём для вас место поприятнее.

— Понял.

— Надеюсь.

Арман вмешался:

— Что от нас требуется до начала боя?

Рогов посмотрел на него.

— Ты десятник?

— Да.

— Тогда слушай особенно внимательно.

Он показал вдоль стены.

— Проверите каждый проход. Каждую лестницу. Где лежат запасные болты. Где вода. Где находится ближайший спуск во двор. Где лазарет. Где второй рубеж.

Арман кивнул.

— Если ночью поднимут тревогу, я не хочу видеть десять курсантов, которые бегают и спрашивают, куда им идти.

— Не увидите.

Рогов усмехнулся.

— Все так говорят.

Ратников добавил:

— Проверим.

— Вот и хорошо.

Капитан крепости подозвал одного из сержантов.

— Проведи их по участку. Потом пусть помогают готовить позиции.

Ратников посмотрел на своих.

— Слышали.

— Да, господин капитан.

— Тогда работаем.

* * *

К вечеру Арман уже знал северо-восточную стену почти наизусть.

Три лестницы вниз.

Один внутренний переход в башню.

Два склада болтов.

Четыре большие бочки с водой.

Запас щитов.

Камни.

Крючья.

Длинные шесты.

Всё, что могло понадобиться при штурме.

Он заставил каждого члена десятки пройти маршрут самостоятельно.

Потом неожиданно спрашивал.

— Софья. Лазарет.

— Через северную лестницу вниз, через двор направо. Два здания после кузницы.

— Виктор. Запасные болты.

— В башне и в малом складе под стеной.

— Майя. Если северная лестница разрушена?

— Через центральную или башню.

— Тимур. Вода.

Аксен показал рукой.

— Две бочки здесь, ещё две возле башни.

Арман кивнул.

— Хорошо.

Тимур расплылся в улыбке.

— Видите? Я иногда полезен.

— Не порть впечатление.

— Уже молчу.

Анастасия подошла к зубцам.

— Арман.

Он встал рядом.

Она указала вниз.

— Посмотри.

Во внешнем дворе строились солдаты Валькарионов.

Одна сотня уходила ближе к южной части стены.

Вторую вели к центральным укреплениям.

— Разделили, — сказал Арман.

— Логично.

— Да.

Ему всё равно было непривычно.

Он привык видеть этих людей вместе.

Теперь они растворялись среди гарнизона.

— Тебя это беспокоит? — спросила Анастасия.

— Нет.

Она посмотрела на него.

Арман вздохнул.

— Немного.

— Почему?

— Не знаю.

Он поискал слова.

— Они всегда были людьми отца. Людьми нашего дома. А теперь просто солдаты гарнизона.

— Потому что так и должно быть.

— Я знаю.

— Тогда в чём проблема?

Арман посмотрел на неё.

— Никакой.

Анастасия усмехнулась.

— Очень убедительно.

— Я просто привыкаю.

— Вот это уже похоже на правду.

* * *

После ужина всех командиров собрали в главном зале крепости.

Арман туда не должен был попасть.

Но Ратников неожиданно сказал:

— Пойдёшь со мной.

Арман удивился.

— Я?

— Ты десятник.

— Там же будут офицеры.

— И?

— Я не офицер.

— Верно. Поэтому будешь стоять у стены и молчать.

— Зачем тогда идти?

Ратников посмотрел на него.

— Чтобы однажды, когда станешь офицером, впервые увидел подобный разговор не в тот день, когда от тебя уже потребуют решения.

Арман сразу перестал спорить.

— Понял.

— Хорошо.

В зале уже находилось около двадцати человек.

Комендант Чернов.

Капитаны.

Сотники.

Начальник крепостных арбалетчиков.

Маг.

Лекарь.

Несколько старших сержантов.

Арман заметил Рудова и Мельника.

Они коротко кивнули ему.

Он встал возле стены рядом с Ратниковым.

Чернов дождался тишины.

На столе лежала карта.

— Сейчас в крепости около восьмисот бойцов.

Он сразу начал с главного.

— До прибытия Валькарионов было чуть меньше шестисот. Теперь имеем две дополнительные сотни полностью подготовленных солдат.

Один из офицеров спросил:

— Будут ещё подкрепления?

— Будут.

— Когда?

Чернов посмотрел на него.

— Когда придут.

Никто больше не спрашивал.

Комендант продолжил:

— Основные силы Тарвина движутся к нам.

Он поставил на карту несколько деревянных фигурок.

— Точное количество неизвестно. Разведка сообщает о нескольких крупных колоннах.

— Осадные машины? — спросил Рогов.

— Видели обозы. Что именно везут — пока неизвестно.

— Сколько времени?

— От суток до трёх.

В зале стало тише.

Арман почувствовал, как эти слова меняют всё.

До трёх дней.

Возможно, меньше.

Чернов продолжал:

— Население из восточных деревень выводим за крепость. К завтрашнему вечеру дорога должна быть свободна.

Он указал на запад.

— Всё зерно, которое можем забрать, забираем. Всё остальное уничтожаем.

Кто-то недовольно нахмурился.

— Своё?

Чернов посмотрел на него.

— Хотите оставить Тарвину?

— Нет.

— Тогда вопрос закрыт.

Он провёл пальцем вдоль внешней стены.

— Основную атаку ожидаю здесь и на северном участке.

Арман напрягся.

Именно там стояла его десятка.

— Южный склон слишком узкий для большого построения, — продолжил Чернов. — Но это не значит, что его оставят в покое.

Рудов спросил:

— Наши сотни?

— Одна усиливает юг. Вторая остаётся в центральном резерве.

Мельник кивнул.

— Принято.

— Капитан Ратников.

— Я.

— Ваш десяток остаётся у Рогова.

— Понял.

Чернов впервые посмотрел прямо на Армана.

— Десятник здесь?

Арман сделал шаг вперёд.

— Здесь.

— Подойди.

Он подошёл к столу.

Комендант показал северо-восточный участок.

— Здесь твои люди.

— Да.

— Если начнётся штурм, приказы получаешь от Рогова или Ратникова.

— Понял.

— Самостоятельно геройствовать запрещаю.

Ратников сказал:

— Я уже объяснял.

Чернов хмыкнул.

— Объясняйте каждый день.

Несколько офицеров усмехнулись.

Арман выдержал.

— Понял.

— Хорошо. На стене твоя главная задача не победить войну.

Чернов постучал пальцем по карте.

— Твоя задача — удержать своих десятерых в строю и выполнить приказ.

Арман вспомнил отца.

Верни десятку.

— Да, господин полковник.

— Можешь вернуться.

Арман отошёл к стене.

Совещание продолжилось.

Обсуждали воду.

Запасы пищи.

Лекарства.

Количество арбалетных болтов.

Лошадей.

Ремонт ворот.

Смены на стенах.

Резерв.

Всё это казалось Арману невероятно далёким от рассказов о великих сражениях.

Никто не обсуждал славу.

Никто не говорил красивых речей.

Больше всего времени потратили на зерно, воду и болты.

И Арман начал понимать почему.

* * *

После совещания они вышли во двор.

Было уже темно.

На стенах горели факелы.

В кузнице продолжали работать.

У складов двигались солдаты.

Крепость не спала.

Арман шёл рядом с Ратниковым.

— Господин капитан.

— Что?

— Около восьмисот.

— Да.

— Этого достаточно?

Ратников не ответил сразу.

— Для чего?

Арман задумался.

— Удержать крепость.

— Не знаю.

Ответ был настолько простым, что Арман повернул голову.

— Не знаете?

— Нет.

— Но вы же...

— Что?

Ратников остановился.

— Я должен назвать тебе красивое число? Сказать, что восемьсот обязательно удержат стену?

— Нет.

— Тогда я не знаю.

Он посмотрел на тёмные стены.

— Всё зависит от того, сколько приведёт Тарвин. Что у них будет. Как они будут атаковать. Сколько продлится осада. Когда придёт помощь.

— Понятно.

— Но восемьсот лучше, чем шестьсот.

Арман усмехнулся.

— С этим сложно спорить.

— Поэтому сегодня спи.

— А завтра?

— Тоже спи, если дадут.

— Очень полезный совет.

— Через несколько дней оценишь.

* * *

Однако поспать сразу не получилось.

Когда Арман вернулся в казарму, почти вся десятка ещё бодрствовала.

Тимур сидел на койке и чистил арбалет.

Даниэль что-то записывал.

Софья проверяла ремни щита.

Анастасия точила меч.

— Вы чего не спите? — спросил Арман.

Тимур поднял взгляд.

— Тебя ждём.

— Зачем?

— Узнать, насколько всё плохо.

— Почему сразу плохо?

— Потому что когда командиров собирают ночью над картой, обычно они не обсуждают праздничный ужин.

Арман поставил сумку возле кровати.

— Около восьмисот бойцов.

Даниэль перестал писать.

— Вместе с Валькарионами?

— Да.

— Враг?

— Точное число неизвестно.

— Когда?

Арман посмотрел на всех.

— Разведка считает, что основные силы могут появиться через один-три дня.

Тишина.

Тимур медленно положил тряпку на колени.

— То есть совсем скоро.

— Да.

Александр сидел возле окна.

До этого он молчал.

— Мы успели.

Арман посмотрел на него.

— Да.

— Это главное.

Тимур нахмурился.

— Главное было бы, если бы они вообще не пришли.

— Они придут, — спокойно сказал Даниэль.

— Спасибо.

— Ты и так это знаешь.

— Знаю. Но когда ты говоришь, звучит хуже.

Анастасия убрала точильный камень.

— Значит, завтра готовимся.

— Именно, — сказал Арман.

Он посмотрел на каждого.

— И ещё одно.

Все замолчали.

— Если начнётся тревога, никто не действует сам по себе.

Тимур уже собирался что-то сказать.

Арман поднял палец.

— Вообще никто.

Аксен закрыл рот.

— Приказ получаем от Ратникова, капитана Рогова или через меня. Если меня рядом нет — выполняете приказ старшего на участке.

Даниэль кивнул.

— Понятно.

— Геройствовать запрещено.

Анастасия подняла бровь.

— Это ты нам говоришь?

— Мне уже сказали два человека.

— Тогда повторение тебе точно не повредит.

— Очень смешно.

Арман продолжил:

— Наша задача — удержать участок и остаться десяткой.

Александр посмотрел на него.

— Это слова Чернова?

— Почти.

— Хорошие слова.

— Поэтому запомнили.

Тимур поднял руку.

— Можно вопрос?

— Можно.

— Если ночью тревога?

— Одеваешься.

— Это понятно.

— Берёшь оружие.

— Тоже.

— И идёшь на северо-восточную стену.

— А если ты потерялся?

Софья уставилась на него.

— Мы сегодня три раза проходили маршрут.

— Я спрашиваю теоретически.

— Теоретически я тебя убью раньше врага.

— Всё, вопросов нет.

Несколько человек рассмеялись.

Напряжение немного спало.

Арман лёг.

Но ещё долго смотрел в потолок.

Около восьмисот защитников.

Один-три дня.

Потом он заставил себя закрыть глаза.

Ратников был прав.

Пока можно спать — нужно спать.

* * *

На следующий день крепость изменилась ещё сильнее.

Западные ворота почти не закрывались.

Через них уходили последние беженцы.

Внутрь завозили зерно.

Пригоняли скот.

Подвозили дерево.

Кузницы работали без остановки.

Арману казалось, что каждый человек внутри Каменного Щита делает сразу несколько дел.

Десятка весь день провела на стене.

Они помогали перетаскивать припасы.

Проверяли оружие.

Несколько часов стреляли из арбалетов по выставленным перед стеной мишеням.

Рогов ходил между стрелками.

— Не торопиться!

Щелчок.

Болт ушёл вниз.

— Следующий!

Арман зарядил арбалет.

Поднял.

Выдохнул.

Щелчок.

Болт вошёл в деревянный щит.

— Нормально, — сказал Рогов. — В бою цель будет больше двигаться.

Тимур поднял свой арбалет.

— А если их будет много?

— Тогда промахиваться станет стыднее.

Тимур задумался.

— Логично.

Арман посмотрел вдаль.

Дорога по-прежнему была пустой.

Никакого врага.

Только патрули.

Казалось почти невозможным, что через день или два там могут появиться тысячи людей.

* * *

Ближе к вечеру вернулся первый дальний разъезд.

Пять всадников вошли через ворота на уставших лошадях.

Один конь был ранен.

Сразу после них ворота закрыли.

Арман находился во дворе и видел, как командир разведчиков буквально спрыгнул с седла и направился к штабу.

Ратников тоже это заметил.

— Десятка остаётся здесь.

Он ушёл вслед за разведчиком.

— Что они увидели? — спросила Майя.

— Скоро узнаем, — сказал Арман.

На этот раз даже Тимур не пошутил.

Ждать пришлось меньше получаса.

На главной башне появился сигнальщик.

Прозвучал рог.

Три коротких сигнала.

Солдаты во дворе сразу задвигались быстрее.

Через несколько минут вернулся Ратников.

Лицо у него было спокойным.

Слишком спокойным.

Арман подошёл.

— Господин капитан?

— Собери десятку.

— Уже здесь.

Ратников оглядел их.

— Разведка обнаружила передовые части Тарвина.

Тимур тихо выдохнул.

— Насколько близко? — спросил Даниэль.

— Основной лагерь ещё не развёрнут. Передовые отряды примерно в дне пути.

Арман посмотрел на восточную стену.

— Значит, завтра?

— Возможно.

— Или ночью?

— Маловероятно. Но именно поэтому сегодня никто не раздевается полностью и оружие держим рядом.

Ратников помолчал.

— С этого момента из крепости без приказа никто не выходит.

Александр спросил:

— Разведка останется снаружи?

— Несколько разъездов.

— Рискованно.

— Для этого разведка и существует.

Ратников посмотрел на десятку.

— Ужин. Потом на стену. У вас вечерняя смена до полуночи.

— Есть.

* * *

Солнце садилось за западными горами.

Арман стоял на северо-восточной стене.

Рядом — Анастасия.

Чуть дальше Даниэль разговаривал с Александром.

Тимур сидел возле связки болтов, но на этот раз даже не жаловался.

Внизу были закрыты ворота.

Мост пока оставался опущенным.

За стенами не было врагов.

Ещё можно было смотреть на дорогу и видеть только пустоту.

Арман положил ладони на холодный камень зубца.

— Странное чувство, — сказала Анастасия.

— Какое?

— Мы знаем, что они идут.

Арман кивнул.

— Но их ещё нет.

— Да.

Она посмотрела вперёд.

— Как будто ждёшь грозу.

Небо над востоком было чистым.

Арман усмехнулся.

— Только от этой грозы крыша не поможет.

— Смотря какая крыша.

Она постучала рукой по камню.

— Эта довольно толстая.

Он улыбнулся.

Потом снова стал серьёзным.

Где-то там, за поворотом дороги, двигалась армия.

Здесь её ждали около восьмисот защитников.

Шесть сотен гарнизона.

Две сотни Валькарионов.

Десяток курсантов.

Офицеры.

Лекари.

Маги.

Люди, которым предстояло удержать проход.

— Арман.

— Что?

Анастасия смотрела на восток.

— Видишь?

Он прищурился.

Сначала ничего.

Потом заметил.

Очень далеко.

Почти на самом краю видимости.

Над дорогой поднималась тонкая полоска пыли.

Совсем небольшая.

Возможно, конный разъезд.

Возможно, передовой отряд.

Слишком далеко, чтобы различить людей.

Но достаточно близко, чтобы понять:

ожидание заканчивается.

На башне заговорил рог.

Один длинный сигнал.

По стенам побежали солдаты.

Капитан Рогов поднялся на площадку.

Посмотрел на восток.

— Спокойно! Это ещё не атака!

Арман повернулся к своей десятке.

— Все на местах.

Никто не спорил.

Никто не шутил.

Они заняли позиции вдоль стены.

Арман снова посмотрел туда, где над дорогой висела далёкая пыль.

Враг ещё не подошёл к Каменному Щиту.

Не развернул лагерь.

Не поднял знамёна перед стенами.

Не выпустил ни одной стрелы.

Осада ещё не началась.

Но теперь каждый в крепости знал:

она уже идёт к ним.

Глава 4. Первый штурм

Пыль над восточной дорогой не исчезла после захода солнца.

Она просто растворилась в темноте.

Но теперь в Каменном Щите уже никто не сомневался:

враг рядом.

Арман стоял на северо-восточной стене, положив ладони на холодный камень зубца.

Ещё несколько часов назад вдали была лишь тонкая полоса пыли.

Теперь в темноте один за другим появлялись огни.

Сначала несколько.

Потом десятки.

Потом целая россыпь.

Тарвинцы подходили.

— Их всё больше, — тихо произнёс Тимур.

Софья даже не повернулась.

— Мы заметили.

— Я просто сообщаю.

— Спасибо. Без тебя никто бы не догадался.

Тимур хотел ответить, но Арман поднял руку.

— Тише.

На стене и без того было слишком много звуков.

Шаги.

Скрип ящиков.

Приглушённые команды.

Лязг оружия.

Солдаты готовились.

Никто не паниковал.

Именно это немного успокаивало.

Капитан Рогов прошёл вдоль стены.

— Внимание! Двое наблюдают, остальные отдыхают по очереди прямо здесь. Оружие рядом. Арбалеты заряжены. Магию без приказа не тратить!

Арман сразу повернул голову.

Последнее было особенно важно.

Рогов подошёл ближе.

— Валькарион.

— Господин капитан.

— Вы все маги?

— Да.

— Боевые?

— В разной степени, но да.

Рогов посмотрел на десятку.

— Тогда сразу правило. Если можете решить задачу сталью — решаете сталью. Если можете решить арбалетом — решаете арбалетом.

Он постучал пальцем по виску.

— Магический резерв нужен тогда, когда обычного оружия уже недостаточно.

Арман кивнул.

— Понял.

— Особенно щиты. Не надо закрываться магией от каждой стрелы. Через несколько часов останетесь пустыми.

Ратников, подошедший сзади, добавил:

— Слышали?

— Да, господин капитан, — ответила десятка.

— Хорошо.

Арман посмотрел на своих.

— Первые наблюдаем мы с Даниэлем. Потом Александр и Софья. Потом остальные.

Анастасия сразу сказала:

— Я могу остаться.

— Потом.

— Не устала.

— Я тоже.

— Тогда почему ты остаёшься?

— Потому что я десятник.

Анастасия прищурилась.

— Удобная должность.

Тимур тихо сказал:

— Он начинает пользоваться властью.

Арман повернулся.

— Аксен, после Александра заступаешь первым.

— За что?

— За разговоры.

— Всё. Я молчу.

***

Ночью никто не атаковал.

Но расслабиться не получилось.

Огни противника становились ближе.

Иногда в темноте слышался топот копыт.

Несколько раз крепостные разъезды возвращались через восточные ворота.

После полуночи мост подняли.

Ворота закрыли окончательно.

Арман поспал меньше двух часов.

Разбудил его Даниэль.

— Вставай.

Арман открыл глаза мгновенно.

— Что?

— Смотри.

Он поднялся.

На востоке начинало светлеть.

И вместе с рассветом из темноты постепенно проступала армия.

Арман долго молчал.

Тарвинские силы занимали почти всю долину.

Колонны ещё подходили.

Пехота строилась.

Конница отходила на фланги.

Телеги тянулись к будущему лагерю.

Над войском поднимались знамёна.

— Много, — сказал Мирон.

На этот раз никто не пошутил.

Ратников поднялся на стену.

Посмотрел вниз.

— Всё. Отдых закончился.

Тимур вздохнул.

— А он начинался?

Капитан посмотрел на него.

— Удивительно, Аксен. Армия ещё не пошла на штурм, а ты уже успел пожаловаться.

— Это талант.

— Береги его. Других пока немного.

Арман усмехнулся.

Напряжение на несколько мгновений стало меньше.

Но потом с главной башни прозвучал сигнал.

По стене прокатился приказ:

— Всем по местам!

Арман повернулся.

— Десятка!

Девять человек выстроились почти сразу.

— Арбалеты проверить. Магию не использовать без необходимости.

Анастасия кивнула.

— Поняли.

— Если враг поднимется на стену — работаем группой. Никто не убегает вперёд.

— Даже ты? — спросила она.

Арман посмотрел на неё.

— Особенно я.

— Запомню.

***

Первые тарвинцы вышли вперёд небольшим строем.

Щитоносцы.

За ними стрелки.

Не сотни.

Всего несколько десятков.

Арман поднял арбалет.

— Разведка боем, — сказал Александр.

Ратников стоял рядом.

— Скорее всего.

— Проверят дальность?

— И скорость нашей реакции.

Рогов поднял руку.

— Не стрелять!

Тарвинцы приближались.

— Не стрелять!

Арман видел уже отдельные щиты.

Видел шлемы.

Видел оружие.

Руки вспотели.

Он сильнее сжал арбалет.

— Спокойно, — тихо сказал он.

Тимур рядом ответил:

— Я спокоен.

— Не тебе.

— А.

Рогов резко опустил руку.

— Огонь!

Щёлкнули десятки тетив.

Арман выстрелил.

Передний строй тарвинцев дрогнул.

Несколько человек упали.

Остальные подняли щиты.

— Заряжай!

Арман натянул тетиву.

Вставил болт.

Поднял.

— Огонь!

Второй залп.

Теперь враг ответил.

Вражеские болты застучали по зубцам.

— Вниз!

Арман пригнулся.

Один болт ударился в камень совсем рядом.

Другой пробил деревянный щит в нескольких шагах.

Слева вскрикнул солдат.

Арман повернул голову.

— Не смотреть! — резко сказал Ратников. — За ним уже идут!

Действительно.

Двое солдат тащили раненого к лестнице вниз.

Арман снова поднял оружие.

Третий залп.

Через несколько минут тарвинцы начали отходить.

Рогов приказал:

— Прекратить! Болты беречь!

Стрельба стихла.

Тимур осторожно выглянул.

— И всё?

Ратников даже не посмотрел на него.

— Нет.

— Я так и думал.

***

Через час началось по-настоящему.

Вражеская пехота двинулась почти по всей линии.

Впереди шли большие щиты.

За ними арбалетчики.

Дальше — люди с лестницами.

А ещё дальше Арман увидел тяжёлую крытую конструкцию.

Таран.

— Они собираются бить ворота, — сказал Даниэль.

— Пусть сначала дойдут, — ответил Рогов.

С южного участка прозвучал рог.

Потом ещё один.

Тарвинцы атаковали одновременно в нескольких местах.

— Щиты! — прокричал Рогов.

Первый залп врага обрушился на стену.

Арман пригнулся.

Деревянный щит перед ним содрогнулся несколько раз.

Тимур инстинктивно поднял свободную руку.

В воздухе перед ним на мгновение дрогнула прозрачная поверхность.

Арман увидел.

— Убери щит!

Тимур сразу прекратил заклинание.

— Там болт летел!

— Деревянный щит стоит перед тобой!

— Понял!

Ратников бросил короткий взгляд на Армана.

Одобрительный.

— Именно так! Резерв не тратить!

Тарвинцы приближались.

— Арбалеты!

Арман поднялся.

Прицелился.

— Огонь!

Щелчок.

Вниз.

Перезарядить.

Снова вверх.

Щелчок.

Болты били по наступающим почти без остановки.

Большой щит впереди накренился.

На его место тут же вышел другой.

Лестницы приближались.

— Камни готовить! — прокричал Рогов.

Арман выпустил ещё один болт.

Рядом стрелял Александр.

Спокойно.

Без суеты.

Даниэль работал ещё быстрее.

Тимур выстрелил, пригнулся и пробормотал:

— Теперь я понимаю, зачем нас столько заставляли перезаряжать.

Софья услышала.

— Не время для откровений.

— Я просто поделился мыслью.

— Стреляй.

***

Первая лестница ударилась о стену.

Потом вторая.

Третья.

— Ближний бой!

Арман отбросил разряженный арбалет.

Щит.

Булава.

На лестнице появился тарвинец.

Арман встретил его ударом щита.

Противник потерял равновесие и исчез вниз.

Второй оказался быстрее.

Меч ударил по краю щита.

Арман ответил булавой.

Враг отступил на ступень.

Анастасия появилась рядом.

Двуручный меч прошёл короткой дугой.

Противник не смог подняться выше.

— Я справлялся! — крикнул Арман.

— Потом расскажешь!

Следующий.

Ещё один.

Справа уже шёл бой.

Даниэль вместе с Виктором пытался столкнуть лестницу.

— Раз!

Толкнули.

— Ещё!

Лестница качнулась.

Снизу её удерживали.

На верхней ступени появился противник.

— Назад! — крикнул Даниэль.

Но тот уже перемахнул через зубец.

За ним второй.

— Арман!

Он увидел.

Двое тарвинцев оказались на стене.

Первый пошёл на Даниэля.

Второй развернулся к Софье.

Арман поднял руку.

— Стрела!

Волшебная стрела сорвалась с ладони.

Короткая.

Быстрая.

Она ударила первого противника в щит и отбросила его назад.

Даниэль не упустил момент.

Вместе с Виктором они снова налегли на лестницу.

На этот раз она пошла назад.

Второго тарвинца встретил Александр.

Удар щитом.

Софья добавила коротким движением меча.

Участок снова очистили.

Арман почувствовал знакомую пустоту внутри.

Совсем небольшую.

Одно заклинание почти ничего не стоило.

Но он сразу напомнил себе:

не увлекаться.

***

Таран приближался к воротам.

С центральной стены ударила магия.

Яркий огненный сгусток пролетел над двором и врезался перед деревянной конструкцией.

Вспыхнуло пламя.

Тарвинцы рассыпались.

Через секунду начали тушить.

— Их маги тоже работают! — закричал кто-то.

Арман увидел, как над вражеским строем поднялся полупрозрачный купол.

Следующий огненный удар растёкся по нему и погас.

— Хороший щит, — сказал Даниэль.

Ратников услышал.

— И дорогой.

— В смысле?

— Такой долго не удержишь. Они тоже тратят резерв.

Арман понял.

Сражение магов происходило не только ударами.

Это была ещё и борьба запасов.

Кто раньше истратит силу.

Кто применит её слишком рано.

Кто не сможет ответить в нужный момент.

— Десятка! — крикнул он. — Магию только по необходимости!

— Слышали уже! — ответила Анастасия.

— Повторяю!

— Правильно делаешь!

***

На левом участке всё изменилось почти мгновенно.

Арман сначала услышал крики.

Потом увидел, как несколько солдат гарнизона начали пятиться вдоль стены.

Не бежали.

Но отступали.

Тарвинцы сумели поднять сразу несколько лестниц почти рядом друг с другом.

На первой на стену вышли трое.

Пока защитники пытались сбросить их вниз, по второй поднялись ещё двое.

Потом третий.

Следом через соседнюю лестницу перелезли ещё несколько человек.

Они не пытались разбегаться.

Сразу собрались плотной группой.

Щиты вперёд.

За ними мечники.

Один из тарвинцев развернулся и прикрыл верх лестницы, позволяя своим подниматься дальше.

Вот теперь стало опасно.

Они создали на стене небольшой плацдарм.

И расширяли его с каждой секундой.

— Резерв! — рявкнул Рогов. — К месту прорыва!

Ратников мгновенно развернулся.

— Десятка! За мной!

Арман подхватил щит.

— За капитаном!

Они побежали вдоль стены.

Теперь всё было понятно.

Никакого пролома в камне.

Стена оставалась целой.

Но на её верхней площадке уже стояли враги.

Если их не сбросить сейчас, по лестницам поднимутся десятки.

А потом — сотни.

***

Когда десятка добежала, на стене находилось уже около пятнадцати тарвинцев.

Ещё несколько поднимались.

Солдаты гарнизона удерживали их с двух сторон, но не могли приблизиться к лестницам.

Враг защищал место подъёма.

Рогов орал:

— Не дать им расшириться!

Один тарвинец ударил щитом и заставил защитника отступить.

Второй сразу занял освободившееся место.

Арман понял, что обычный толчок сейчас может не помочь.

Противник уже успел построиться.

— Александр!

— Здесь!

— Щит вместе!

Принц понял сразу.

Они встали рядом.

Арман поднял свободную руку.

Александр сделал то же самое.

— Сейчас!

Между ними и тарвинцами вспыхнул полупрозрачный магический барьер.

Небольшой.

Шириной всего в несколько человек.

Но плотный.

Первый удар врага пришёлся в него.

Потом второй.

Арман почувствовал, как резерв начал уходить.

Быстро.

— Вперёд! — крикнул он.

Десятка двинулась за щитом.

Не бегом.

Шаг за шагом.

Магический барьер принял ещё два удара.

Тарвинцы попятились.

— Ещё!

Александр тяжело выдохнул.

Арман почувствовал то же самое.

Долго так нельзя.

— Снять!

Щит исчез.

— Сталью!

Софья и Виктор сразу встали рядом.

Солдаты гарнизона тоже двинулись вперёд.

Щиты ударили в щиты.

Тарвинский строй качнулся.

Анастасия вышла сбоку.

Её двуручный меч не рубил широкими движениями — места было слишком мало.

Она работала коротко.

Удар.

Отступление.

Снова удар.

Даниэль копьём не давал противнику снова шагнуть вперёд.

— Лестницы! — крикнул Ратников. — До лестниц давить!

Арман понял замысел.

Главное не просто вытеснить врагов.

Нужно вернуть себе верхние точки подъёма.

Иначе новые тарвинцы будут продолжать появляться на стене.

— Вперёд!

Они ударили снова.

Один шаг.

Потом ещё.

Тарвинцы отступали медленно.

Упрямо.

Но теперь их становилось меньше.

***

Один из противников неожиданно выскочил из-за общей линии.

Арман не заметил его сразу.

Слишком много людей.

Слишком тесно.

Тарвинец обошёл его сбоку.

Арман повернулся поздно.

Клинок уже шёл со стороны спины.

— Арман!

Перед ним вспыхнула прозрачная поверхность.

Удар пришёлся в магический щит.

Барьер дрогнул.

Но выдержал.

Всего секунду.

Анастасия стояла в двух шагах, вытянув левую руку.

Щит исчез почти сразу.

Экономно.

Только чтобы остановить один удар.

Арман развернулся.

Щит в корпус противника.

Булава следом.

Тарвинец отступил.

Даниэль перехватил его.

— Спасибо!

Анастасия снова взялась за меч двумя руками.

— Потом!

Арман невольно усмехнулся.

Даже сейчас.

***

Они добрались до первой лестницы.

Тарвинцы держали её особенно яростно.

Пока лестница стояла, по ней ещё могли подниматься.

— Сбросить! — крикнул Ратников.

Двое солдат попытались пробиться к ней.

Их оттеснили.

Арман посмотрел на Мирона.

— Сможешь помочь?

Мирон сразу понял.

— Камень?

— Только под опорой. Не стену.

Мирон поднял руку.

Сосредоточился.

Каменная кладка возле места, куда упиралась верхняя часть лестницы, дрогнула.

Не разрушилась.

Мирон лишь сместил небольшой выступ и заставил край лестницы соскользнуть.

Конструкция резко качнулась.

— Сейчас!

Трое солдат ударили шестами.

Лестница ушла в сторону.

Снизу послышались крики.

Она рухнула.

— Ещё две! — крикнул Рогов.

Арман хлопнул Мирона по плечу.

— Сколько ушло?

— Немного.

— Больше пока не трать.

— Понял.

Вторая лестница была уже почти свободна.

Солдаты столкнули её без магии.

Третью пришлось удерживать дольше.

Но теперь новые враги на стену не поднимались.

Те, кто уже находился наверху, оказались отрезаны.

Через несколько минут их оттеснили к зубцам.

Потом стена снова принадлежала гарнизону.

— Линию восстановить! — кричал Рогов. — На прежние места!

Арман тяжело дышал.

Александр подошёл.

— Резерв?

— Больше половины.

— У меня примерно столько же.

— Хорошо.

Анастасия сказала:

— У меня почти полный.

Арман посмотрел на неё.

— Щит?

— Один удар.

— Правильно.

— Я знаю.

***

Передышка длилась меньше минуты.

С соседней башни донёсся крик:

— С тыла!

Арман резко развернулся.

Пятеро тарвинцев сумели подняться по другой лестнице у башни, которую защитники заметили слишком поздно.

Они вышли на стену позади основной линии.

Один солдат гарнизона уже лежал на камне.

Второй пытался развернуться.

— Десятка! Ко мне!

Арман побежал первым.

Елена оказалась рядом.

— Щит поставлю!

— Коротко!

Она подняла руку.

Прозрачная магическая стена вспыхнула поперёк узкого прохода.

Первый тарвинец ударил в неё.

Второй тоже.

Елена сразу побледнела.

— Долго не удержу!

— И не надо!

Арман указал:

— Даниэль, Александр — вправо! Анастасия со мной!

Они разошлись по сторонам.

— Елена, снять!

Барьер исчез.

Тарвинцы, только что давившие на него, на мгновение подались вперёд.

Этого хватило.

Арман встретил первого щитом.

Александр ударил второго.

Даниэль достал третьего копьём.

Анастасия шагнула в освободившееся пространство.

Через несколько секунд нападение с тыла захлебнулось.

Последний тарвинец отступил к башне.

Там его встретили солдаты гарнизона.

Елена опёрлась рукой о стену.

Арман подошёл.

— Как?

— Нормально.

— Резерв?

— Меньше половины.

— Всё. Дальше только в крайнем случае.

Она кивнула.

— Поняла.

Вот для чего они берегли магию.

Не для каждого удара.

Не для каждой стрелы.

А для нескольких секунд, когда противник уже оказался там, где его не должно было быть.

***

Потом ранили Виктора.

Арман услышал его крик.

Обернулся.

Виктор сидел возле зубца, прижимая ладонь к боку.

Майя уже была рядом.

— Увести вниз! — приказал Арман.

Виктор попытался подняться.

— Я могу стоять.

— Это приказ!

— Арман...

— Вниз!

Майя убрала его руку.

Сразу помрачнела.

— Кровь идёт сильно.

Арман подбежал.

Положил ладонь поверх её руки.

Сосредоточился.

— Малое заживление.

Тепло прошло через пальцы.

Кровотечение стало слабее.

Не исчезло.

Для серьёзного лечения потребовалось бы гораздо больше сил.

Но сейчас задача была другой.

Довести его до лекаря.

Арман остановил заклинание.

Майя посмотрела на него.

— Можно ещё.

— Нет.

Она поняла сразу.

— Этого хватит.

Виктор поморщился.

— Я могу...

Арман посмотрел ему прямо в глаза.

— Ты идёшь в лазарет.

— Десятник...

— Вернёшься, когда лекарь разрешит.

Несколько секунд Виктор молчал.

Потом кивнул.

— Есть.

Майя помогла ему подняться.

Они ушли к лестнице вниз.

Арман посмотрел вслед всего секунду.

Потом снова повернулся к стене.

Бой ещё не закончился.

***

Последняя атака оказалась самой тяжёлой.

Тарвинцы снова подняли лестницы почти по всей линии.

Видимо, командиры противника решили использовать остаток первого натиска до конца.

На участке десятки одновременно появилось четыре лестницы.

— Держать! — кричал Рогов.

Один солдат упал.

Другой сразу занял его место.

Анастасия отбила удар.

Александр столкнул противника обратно на лестницу.

Тимур выстрелил почти в упор и бросил разряженный арбалет за спину.

Даниэль работал копьём.

Арман уже почти не чувствовал левую руку.

Щит казался вдвое тяжелее.

Но теперь враг тоже выдыхался.

Это было видно.

Движения стали медленнее.

Люди поднимались по лестницам не так быстро.

Некоторые останавливались.

— Держим! — крикнул Арман.

— Держим! — ответил Александр.

Тимур тяжело выдохнул.

— Я вообще никуда не собирался!

Арман бы рассмеялся, если бы хватало воздуха.

Вместо этого ударил булавой.

Ещё раз.

Шаг назад.

Вперёд.

Слева появился Ратников.

— Они отходят!

Арман не поверил сразу.

Потом увидел.

Одна лестница опустела.

Потом вторая.

Стрелки Тарвина начали отходить от стены.

Пехота тоже.

— Не преследовать без команды! — крикнул Рогов. — Болты беречь!

Защитники ещё несколько секунд стояли.

Словно не верили.

Потом одна из лестниц рухнула.

Кто-то закричал:

— Отбили!

Ответ пришёл с другого участка.

Потом ещё.

Крик прокатился по стенам.

Арман опустил булаву.

Пальцы не хотели разжиматься.

Ратников подошёл.

— Всё.

— Что?

— На сейчас — всё.

Арман посмотрел вниз.

Тарвинцы отходили к своему лагерю.

Первый настоящий штурм закончился.

***

— Десятка ко мне!

Арман собрал своих возле башни.

Анастасия.

Даниэль.

Александр.

Тимур.

Софья.

Мирон.

Елена.

Майя уже возвращалась по лестнице.

Одна.

Арман сразу шагнул к ней.

— Виктор?

— Жить будет.

Напряжение отпустило его почти физически.

— Насколько серьёзно?

— Сегодня точно не вернётся. И завтра, скорее всего, тоже. Лекарь сказал, что мы успели вовремя.

Арман кивнул.

— Хорошо.

Тимур сел прямо на камень.

Ратников посмотрел на него.

— Аксен.

Тот поднял голову.

— Господин капитан, если вы сейчас прикажете встать, я встану. Но очень вас прошу сначала подумать.

Несколько человек засмеялись.

Даже Арман.

Ратников выдержал паузу.

— Пять минут.

Тимур лёг спиной на камень.

— Я вас всегда уважал.

— Ещё слово — три минуты.

Тимур мгновенно замолчал.

***

Рогов подошёл позже.

На доспехах были свежие следы ударов.

— Ратников.

— Здесь.

Капитан крепости посмотрел на курсантов.

— Маги?

— Да.

— Теперь вижу.

Он посмотрел туда, где тарвинцы недавно удерживали место подъёма.

— Щит вовремя поставили.

Арман ответил:

— Они уже закрепились на стене. Нужно было оттеснить их от лестниц.

Рогов кивнул.

— Именно. Если бы дали им ещё несколько минут, наверху было бы не пятнадцать человек, а пятьдесят.

Он посмотрел на Мирона.

— И с лестницей хорошо.

Мирон слегка кивнул.

Рогов снова посмотрел на Армана.

— Главное — магией не увлекаться.

— Понимаю.

— После первого боя все понимают. После третьего начинают забывать.

Ратников сказал:

— Я напомню.

Тимур с земли тихо пробормотал:

— В этом никто не сомневается.

Софья закрыла ему рот ладонью.

***

Через час Армана вместе с Ратниковым вызвали в штаб.

Чернов стоял над картой.

В комнате находились Рудов, Мельник и командиры участков.

— Докладывайте.

Ответы шли короткие.

Северная стена удержана.

Южная удержана.

Ворота целы.

Таран до них так и не дошёл — его сумели остановить огненной магией и арбалетным огнём.

Одна из сотен Валькарионов участвовала в отражении атаки на южной стене.

Были раненые.

Были погибшие.

Но позиции остались за защитниками.

Чернов выслушал всех.

— Магический резерв?

Крепостной маг ответил:

— Основные боевые маги потратили примерно треть. Несколько человек почти половину.

— До завтра восстановят?

— Частично.

— Значит, сегодня больше ничего серьёзного не использовать без прямой необходимости.

Чернов посмотрел на Ратникова.

— Ваши?

— Один ранен. Остальные в строю.

— Резерв?

Арман ответил сам:

— У большинства больше половины. У нескольких почти полный. У Елены меньше половины.

— Почему?

— Закрывала проход щитом, когда враг вышел нам в тыл.

Чернов кивнул.

— Правильно.

Он обвёл взглядом собравшихся.

— Запомните: магия не заменяет стену.

Полковник положил ладонь на каменную поверхность стола.

— Камень не устаёт. Маг — устаёт.

Никто не спорил.

— Пока можно держать сталью — держим сталью. Магией закрываем то, что сталь уже не успевает закрыть.

Арман запомнил.

***

К вечеру тарвинский лагерь разросся ещё сильнее.

На стенах меняли разбитые щиты.

Подносили новые болты.

Проверяли лестницы и проходы.

Уносили повреждённое оружие в мастерские.

Арман успел зайти к Виктору.

Тот лежал на койке и выглядел крайне недовольным.

— Я завтра вернусь.

— Нет.

— Арман.

— Лекарь разрешил?

— Нет.

— Значит, нет.

— Я могу держать арбалет.

— Ты сейчас даже повернуться нормально не можешь.

Виктор нахмурился.

— Ненавижу, когда ты прав.

— Привыкай.

Арман уже хотел выйти.

— Десятник.

Он обернулся.

— Что?

— Вы там без меня не проиграйте.

Арман усмехнулся.

— Постараемся.

***

Когда он вернулся на стену, солнце уже садилось.

Анастасия стояла у зубцов.

Арман подошёл.

— Как резерв?

— Почти полный.

— Хорошо.

— А твой?

— Чуть больше половины.

— Волшебная стрела, щит, лечение.

— Да.

— Много.

— Знаю.

Она посмотрела на него.

— Но без них пришлось бы хуже.

— Поэтому и использовал.

Несколько секунд они молчали.

Внизу горели костры вражеского лагеря.

Их было слишком много.

Даниэль подошёл с другой стороны.

— Теперь понятно, зачем нас учили экономить магию.

Арман кивнул.

— В Академии кажется: есть резерв — используй.

Анастасия сказала:

— А здесь думаешь, понадобится ли он через минуту.

— Или ночью, — добавил Даниэль.

Александр подошёл следом.

— Или завтра.

Тимур появился последним.

На лбу у него была небольшая повязка.

— А у меня резерва много.

Софья посмотрела на него.

— Потому что ты почти ничего не делал?

— Потому что я дисциплинированный воин-маг.

Все повернулись к нему.

Тимур выдержал пару секунд.

— Хорошо. Потому что Арман запретил тратить.

— Так правдоподобнее, — сказала Анастасия.

***

Ратников поднялся на стену.

— Десятка.

Все повернулись.

— Смена через десять минут. Потом еда. Затем отдых.

Тимур поднял руку.

— Настоящий отдых?

— Если враг позволит.

— Уже лучше, чем ничего.

Ратников посмотрел на Армана.

— Как люди?

Арман оглядел своих.

Виктор в лазарете.

Остальные устали.

Грязные.

У кого-то повреждено снаряжение.

У кого-то всё ещё дрожали руки.

Но они стояли.

— В строю.

Ратников кивнул.

— Сегодня справились.

От него это прозвучало почти как большая похвала.

Арман посмотрел на вражеский лагерь.

Первый настоящий штурм они отбили.

Оружием.

Арбалетами.

Щитами.

И магией — только тогда, когда она действительно была нужна.

Теперь он начинал понимать разницу между магом и воином-магом.

Маг мог думать прежде всего о заклинании.

Воин-маг должен был сначала решить:

нужно ли оно вообще.

На востоке загорались новые костры.

Тарвинцы не уходили.

К ним продолжали подходить люди.

Первый штурм Каменный Щит выдержал.

Но первый день осады только заканчивался.

Глава 5. Пятый штурм

Второй штурм начался ещё до того, как защитники успели нормально поесть.

Солнце уже клонилось к западным горам, когда над тарвинским лагерем снова загрохотали барабаны.

Арман сидел на каменной ступени возле северо-восточной стены и доедал кусок хлеба с мясом.

Рядом Тимур держал миску обеими руками.

Первый удар барабана заставил его замереть.

Второй — медленно поднять голову.

Третий он встретил тяжёлым вздохом.

— Нет.

Софья посмотрела на него.

— Что «нет»?

— Я отказываюсь.

— От чего?

— Они же только что уходили.

Ратников появился на площадке стены.

— Десятка, подъём!

Тимур посмотрел на недоеденную миску.

Потом на капитана.

Потом опять на миску.

— Это жестоко.

— Аксен!

— Уже встаю!

Арман поднялся.

Левая рука после первого штурма всё ещё ныла.

Магический резерв восстановился совсем немного.

Чуть больше половины.

У остальных было по-разному.

Лучше всех держалась Анастасия.

Хуже — Елена, потратившая много сил на защитный щит.

Виктор по-прежнему лежал в лазарете.

Значит, на стену выходили девять.

Арман быстро оглядел своих.

— Магию бережём ещё сильнее.

Александр кивнул.

— Понятно.

— Виктора нет. Любой участок, который раньше держали вчетвером, теперь держим втроём и страхуем друг друга.

Анастасия взяла меч.

— Идём.

***

Тарвинцы сменили тактику.

На этот раз лестниц было меньше.

Зато стрелков — гораздо больше.

Под прикрытием плотного огня к стене двинулись небольшие группы пехоты с тяжёлыми щитами.

Рогов сразу понял.

— Не высовываться! Они хотят выбить наших стрелков!

Первый залп ударил по стене.

Следом второй.

Потом третий.

Болты били почти непрерывно.

Арман сидел за деревянным щитом и слышал, как наконечники врезаются в доски.

Тук.

Тук.

Треск.

Ещё один болт прошёл сквозь верхний слой дерева и остановился всего в ладони от его лица.

Тимур сидел рядом.

— Магический щит?

— Нет.

— Я просто спросил.

— Пока дерево держит.

— Понял.

В нескольких шагах солдат вскрикнул.

К нему сразу поползли двое.

Арман заставил себя не смотреть.

Ратников был прав.

Каждый должен делать своё.

— Готовиться! — прокричал Рогов.

Тарвинские щитоносцы были уже близко.

За ними показались люди с короткими лестницами.

— Всё-таки полезут, — сказал Даниэль.

— Только не все сразу, — ответил Александр.

Арман понял замысел противника.

Первый штурм был массированным.

Теперь враг дробил силы и пытался заставить гарнизон постоянно перебрасывать людей с одного места на другое.

Слева ударили.

Потом справа.

Через минуту снова слева.

Одна лестница.

Две.

Потом тишина.

Затем сразу четыре в другом месте.

— Они нас дёргают, — сказал Арман.

Ратников услышал.

— Именно.

— Хотят вымотать.

— Именно.

Тимур тяжело вздохнул.

— Получается.

— Аксен.

— Молчу.

***

Второй штурм оказался не таким яростным, как первый.

Но гораздо более неприятным.

Тарвинцы не пытались любой ценой закрепиться на стене.

Они поднимались небольшими группами.

Заставляли защитников вступать в бой.

Потом отходили.

Через несколько минут снова атаковали в другом месте.

Арман дважды переводил десятку вдоль стены.

Первый раз — без магии.

Второй раз пришлось использовать щит.

Коротко.

Всего несколько секунд.

Они бежали к соседнему участку, когда сверху ударил особенно плотный залп.

— Щит! — крикнул Арман.

Александр и Софья одновременно подняли руки.

Над десяткой вспыхнул полупрозрачный наклонный барьер.

Болты ударили по нему почти сразу.

Поверхность задрожала.

— Бегом!

Они пересекли открытый участок.

— Снять!

Барьер исчез.

Софья тяжело выдохнула.

— Немного.

— Хорошо, — сказал Арман. — Больше пока не используем.

У лестницы их уже ждали.

Три тарвинца поднялись на стену.

Четвёртый появлялся за зубцами.

Анастасия вошла в бой первой.

Арман — следом.

Даниэль и Мирон сбросили лестницу.

Через несколько минут участок снова очистили.

Но никакого чувства победы уже не было.

Все понимали:

через десять минут начнётся снова.

***

Так и получилось.

Штурм длился почти до темноты.

Тарвинцы отходили.

Возвращались.

Снова стреляли.

Снова ставили лестницы.

К концу боя Арман уже не считал атаки внутри одного штурма.

Он только проверял:

свои рядом?

Да.

Магический резерв?

Есть.

Оружие цело?

Пока.

Когда барабаны наконец стихли, Рогов ещё несколько минут не разрешал отходить от зубцов.

— Ждать!

Перед стеной лежали брошенные лестницы.

Тарвинские отряды уходили к своему лагерю.

Солнце почти скрылось.

— Похоже, всё, — сказал Даниэль.

Рогов услышал.

— Пока всё.

Тимур сел прямо возле зубца.

— Я согласен на «пока».

Арман посмотрел на своих.

Никого нового не ранило.

Это уже было хорошо.

Виктор всё ещё в лазарете.

Остальные девять — здесь.

— Десятка, вниз.

Тимур поднял голову.

— Еда?

— Если осталась.

— Я первый.

Он поднялся так быстро, будто весь последний час не жаловался на усталость.

Анастасия усмехнулась.

— Удивительная способность к восстановлению.

— Еда — сильная магия.

***

Ночь прошла спокойно.

Почти непривычно спокойно.

Тарвинские костры горели за стенами.

Слышались редкие удары молотов.

Противник что-то собирал или ремонтировал.

Но атаки не было.

Арман проспал почти пять часов подряд.

После предыдущей ночи это казалось роскошью.

Проснулся он ещё до сигнала.

Полежал несколько секунд.

Прислушался.

Тишина.

Рядом спал Тимур.

На соседней койке Даниэль уже сидел и натягивал сапоги.

— Давно не спишь?

— Минут пять.

— Что-нибудь было?

— Нет.

Арман сел.

— Даже странно.

— Не жалуйся.

— Не собираюсь.

Через несколько минут пришёл Ратников.

— Подъём.

Тимур открыл один глаз.

— Какой сегодня день?

— Второй день осады.

— Плохой ответ.

— Другого нет.

***

Первый штурм нового дня начался утром.

Без предварительной разведки.

Без долгой подготовки.

Тарвинцы просто ударили.

Арбалетчики.

Лестницы.

Щитоносцы.

Несколько магов впереди.

На этот раз магия противника ощущалась гораздо сильнее.

Перед наступающими двигались щиты.

Не один большой купол.

Несколько отдельных барьеров.

— Они поняли, что общий щит слишком много жрёт, — сказал Александр.

Ратников кивнул.

— Учимся не только мы.

Крепостные маги ответили.

По тарвинским щитам ударили волшебные стрелы.

Огненные сгустки.

Несколько барьеров погасли.

Другие выдержали.

— Не тратить! — крикнул Арман своей десятке. — Пусть работают крепостные маги!

Тимур поднял арбалет.

— Мне нравится этот приказ.

— Стреляй.

— Уже.

Щелчок.

***

Утренний штурм оказался тяжёлым, но прямолинейным.

Враг снова пытался подняться на стену сразу в нескольких местах.

Защитники встречали их арбалетами, камнями и сталью.

Арман использовал магию всего один раз.

Когда тарвинец уже оказался на стене и ударил Александра сбоку.

Короткий магический толчок.

Противника отбросило к зубцам.

Александр закончил схватку сам.

— Сколько? — спросил Арман.

— У меня?

— Да.

— Почти полный.

— Хорошо.

Анастасия посмотрела на них.

— Вы теперь после каждого заклинания будете спрашивать?

— Да.

— Прекрасно.

— А у тебя сколько?

Она посмотрела на него.

— Почти полный.

— Спасибо.

— Ненавижу тебя.

— Зато дисциплина.

***

Первый штурм дня закончился ближе к полудню.

Защитники получили меньше часа отдыха.

Второй начался ещё до того, как большинство успело сменить повреждённые щиты.

На этот раз удар пришёлся главным образом на южный участок.

Десятка Армана сначала оставалась на своём месте.

Они только слышали шум.

Далёкие крики.

Рог.

Грохот.

Потом по стене пробежал посыльный.

— Резерв на юг! Резерв на юг!

Рогов мгновенно повернулся к Ратникову.

— Твоих оставить здесь.

— Понял.

Арман почувствовал облегчение.

И сразу разозлился на себя за него.

Юг держали люди Валькарионов.

Одна из двух сотен.

— Что там? — спросил он.

Ратников ответил коротко:

— Пока держат.

— Наши?

— Там не только ваши.

Арман понял.

Опять.

В крепости не было «своих» и «чужих».

Был гарнизон.

Но легче от этого не стало.

***

Бой на юге длился почти два часа.

Северо-восточную стену всё это время тревожили стрелками и небольшими атаками.

Тарвинцы не позволяли перебросить оттуда людей.

Арман понял замысел.

Они фиксировали гарнизон на местах.

Заставляли каждого командира сомневаться:

отправлять резерв или ждать собственного штурма?

Ближе к концу боя со стороны южного участка по стене прибежал посыльный.

Он двигался быстро, едва переводя дыхание.

Рогов шагнул ему навстречу.

— Юг?

— Удержали.

Арман выдохнул.

— Потери?

Посыльный на мгновение посмотрел на него.

— Есть.

Больше ничего объяснять он не стал.

Развернулся и побежал дальше — передавать донесение следующим командирам.

Арман проводил его взглядом.

Спрашивать подробности сейчас действительно было бессмысленно.

Главное он уже услышал.

Южная стена оставалась за ними.

***

Третий штурм начался ближе к вечеру.

И сразу стало понятно:

предыдущие два были подготовкой.

Барабаны загрохотали по всему тарвинскому лагерю.

Рога ответили им с разных направлений.

На стенах Каменного Щита подняли тревогу.

Арман посмотрел вперёд.

Людей шло больше, чем утром.

Значительно больше.

— Вот это уже плохо, — тихо сказал Тимур.

Ратников не стал его одёргивать.

Потому что Тимур был прав.

Но основной удар снова направлялся не на северо-восток.

Тарвинские колонны смещались правее.

К центральному и южному участкам.

— Почему туда? — спросила Майя.

Рогов смотрел в подзорную трубу.

— Они увидели, что там устали сильнее.

Арман вспомнил двухчасовой предыдущий штурм.

— Хотят добить.

— Именно.

На главной башне прозвучал сигнал.

Рогов резко обернулся.

— Резерв готовить!

Теперь это касалось и их.

***

Первые полчаса десятка оставалась на стене.

Перед ними тоже шла атака.

Но слабее.

Сдерживающая.

Арман видел, что настоящая битва происходит дальше.

Там почти не прекращались сигналы.

На центральном участке поднимался дым.

Южнее несколько раз вспыхивала магия.

Потом к ним прибежал посыльный.

— Ратников!

— Здесь!

— Комендант требует десяток в центральный резерв!

Ратников посмотрел на Рогова.

Тот кивнул.

— Забирай.

Ратников повернулся.

— Десятка! За мной!

Арман поднял руку.

— Слышали! Вниз!

Они побежали по лестнице во двор.

Впервые с начала осады оставляли свой участок во время полноценного штурма.

Во дворе был хаос.

Организованный.

Но хаос.

Раненых несли к лазарету.

Солдаты бежали к лестницам.

Подвозили болты.

Вели резерв.

Через всё это Ратников провёл десятку к центральной стене.

Там их уже ждал Чернов.

— Где?

Ратников остановился.

— Здесь.

Комендант указал на южную часть центральной стены.

— Там почти продавили.

Арман посмотрел вверх.

И услышал:

— На стене! Они на стене!

Чернов выругался.

— Быстро!

***

Когда десятка поднялась, Арман понял:

это действительно почти катастрофа.

Тарвинцы захватили значительную часть площадки стены.

Не пятнадцать человек, как вчера.

Не двадцать.

Гораздо больше.

Две лестницы стояли плотно.

Третья была чуть дальше.

По ним непрерывно поднимались новые люди.

Защитники удерживали узкий участок возле башни.

Ещё немного — и тарвинцы смогут разойтись в обе стороны.

Тогда сдержать их будет гораздо сложнее.

Капитан местного участка был ранен.

Командование принял старший лейтенант.

Он увидел Ратникова.

— Нам надо сбросить лестницы!

— Вижу!

Арман быстро оценил ситуацию.

В лоб пройти почти невозможно.

Враг стоит плотно.

Щиты.

Копья.

Сзади новые люди.

— Магия, — сказал Александр.

Арман кивнул.

— Придётся.

Ратников услышал.

— Что предлагаешь?

Арман указал.

— Щит впереди. Волшебные стрелы по второй линии. Быстро оттесняем их от лестниц.

— Резерв?

— У большинства больше половины.

Ратников посмотрел на врага.

— Делай.

Арман повернулся.

— Десятка! Слушать!

Все смотрели на него.

— Александр, Софья — щит со мной. Коротко. Только первый толчок.

Они кивнули.

— Даниэль, Мирон, Майя — волшебные стрелы по тем, кто за первой линией. Не больше двух каждому.

— Понял.

— Анастасия, Тимур, Елена — за щитом. Как только снимем магию, входите сталью.

Тимур посмотрел на него.

— А ты?

— Я впереди.

Анастасия сразу сказала:

— Конечно.

— Не начинай.

— Потом.

Ратников поднял оружие.

— Готовы?

Арман вдохнул.

— Готовы.

***

Они вышли из-за башни.

Тарвинцы увидели.

Передняя линия развернулась.

— Щит!

Арман, Александр и Софья одновременно подняли руки.

Три силы наложились друг на друга.

Полупрозрачный барьер вспыхнул перед десяткой.

Больше прежних.

Плотнее.

И дороже.

Первое копьё ударило в него.

Потом второе.

Сразу несколько мечей.

Щит выдержал.

— Стрелы!

Из-за спин ударили волшебные стрелы.

Одна.

Вторая.

Третья.

Не мощные.

Но точные.

Вторая линия тарвинцев дёрнулась.

Кто-то потерял равновесие.

— Вперёд!

Десятка и солдаты гарнизона шагнули.

Щит перед ними принимал удары.

Арман чувствовал, как резерв уходит почти физически.

Быстро.

Очень быстро.

— Ещё!

Три шага.

Четыре.

Пять.

Тарвинцы начали отступать.

Но не ломались.

Один из магов противника поднял руку.

Арман увидел слишком поздно.

В барьер ударила волшебная стрела.

Щит содрогнулся.

Софья вскрикнула.

— Ещё одна — и не удержу!

— Снять!

Барьер исчез.

Арман выхватил щит.

— Сталью!

Столкновение было мгновенным.

Щит в щит.

Мечи.

Копья.

Булава.

Анастасия вышла вперёд рядом с Арманом.

Тимур держался справа.

Даниэль сменил магию на копьё.

Гарнизонные солдаты ударили вместе с ними.

— К лестницам! — кричал Ратников. — Не останавливаться!

***

Первую лестницу удалось сбросить быстро.

Тарвинцы уже не удерживали её достаточно плотно.

Вторую защищали яростно.

Арман увидел, как по ней поднимаются новые люди.

— Мирон!

Тот понял сразу.

— Камень?

— Нет! Саму лестницу!

Мирон поднял руку.

Дерево затрещало.

Не сломалось.

Но нижняя часть лестницы дёрнулась в сторону.

Солдаты наверху налегли шестами.

Конструкция качнулась.

— Ещё!

Мирон побледнел.

— Всё!

Арман увидел.

Хватит.

— Снять магию!

Лестница уже уходила назад.

Солдаты дожали.

Она рухнула.

Осталась третья.

Но до неё было далеко.

Именно оттуда продолжали подниматься тарвинцы.

— Мы не успеем! — крикнул Тимур.

Арман посмотрел.

Враг снова собирался в плотную группу.

Если дать им несколько минут, всё начнётся заново.

— Анастасия!

Она уже рядом.

— Что?

Арман указал.

— Пробиваемся туда.

Она улыбнулась без веселья.

— Наконец-то хороший план.

— Это плохой план.

— Ещё лучше.

— Александр! Даниэль! С нами!

Ратников услышал.

— Не растягиваться!

— Понял!

Четверо двинулись вдоль стены.

Не быстро.

Через противника.

Арман щитом.

Анастасия мечом.

Александр прикрывал бок.

Даниэль не давал подойти копейщикам.

В какой-то момент тарвинец появился справа.

Арман не успевал.

Александр поставил короткий магический щит.

Один удар.

Снял.

— Спасибо!

— Потом!

Арман усмехнулся.

Кажется, это становилось привычным.

***

До третьей лестницы оставалось несколько шагов.

Именно тогда всё едва не закончилось плохо.

Со стороны башни раздался крик.

Арман повернулся.

Ещё одна группа тарвинцев появилась с другого направления.

Не с лестницы.

Они уже прорвались дальше по стене и теперь возвращались, чтобы ударить защитникам в спину.

— Сзади!

Анастасия развернулась.

— Я держу!

— Не одна!

Арман уже хотел идти к ней.

Ратников схватил его за плечо.

— Лестница!

— Но...

— Лестница! Если её не сбросим, их станет ещё больше!

Арман понял.

Самое неприятное решение было ещё и правильным.

— Александр! С Анастасией!

Принц развернулся.

— Понял!

— Тимур! Елена! К ним!

Четверо встретили удар с тыла.

Арман остался с Даниэлем и несколькими солдатами.

— К лестнице!

***

Последние метры пришлось буквально отвоёвывать.

Один шаг.

Ещё один.

Тарвинцы понимали, что потеря лестницы отрежет их.

Поэтому дрались особенно упорно.

Арман получил удар по щиту.

Потом второй.

Левая рука почти перестала слушаться.

Противник снова замахнулся.

Арман не успевал.

— Стрела!

Волшебная стрела Даниэля ударила врага в бок.

Не сильно.

Но хватило.

Арман шагнул вперёд.

Булава.

Удар.

Проход открылся.

— Сейчас!

Солдаты схватили шесты.

Лестница качнулась.

Снизу её держали.

— Ещё!

Арман сам упёрся плечом в шест.

Давил.

Рядом Даниэль.

Ещё двое.

Лестница начала отходить.

— Раз!

Толчок.

— Ещё!

Она сорвалась.

Исчезла за стеной.

Снизу послышался грохот.

— Отрезали! — крикнул кто-то.

Теперь на стене оставались только те тарвинцы, которые уже успели подняться.

Новых не будет.

Но их всё ещё было много.

***

Арман развернулся.

Анастасия и Александр держали удар с тыла.

Елена поставила щит поперёк части прохода.

Небольшой.

На двоих.

Тимур стоял рядом со щитом и работал мечом.

— Елена! Резерв!

— Ещё есть!

— Не держи долго!

— Знаю!

Арман бросился обратно.

Теперь гарнизон давил с двух сторон.

Тарвинцы поняли, что отступать им некуда.

Несколько попытались прорваться к лестницам.

Лестниц уже не было.

Через несколько минут сопротивление начало ломаться.

Не сразу.

Не легко.

Но численность защитников теперь росла.

Подходил резерв.

Тарвинцев — нет.

Ещё через несколько минут центральный участок снова был за гарнизоном.

Арман опустил булаву.

Тяжело дышал.

Анастасия стояла рядом.

На её доспехе была глубокая царапина.

— Цела?

— Да.

— Точно?

— Арман.

— Что?

— Ты начинаешь говорить как мама.

Он рассмеялся.

Сам не ожидал.

Всего один короткий смешок.

Но этого хватило.

Напряжение немного отпустило.

***

Пятый штурм закончился уже в сумерках.

По всей линии тарвинцы начали отходить.

Не сразу.

Сначала от центра.

Потом от юга.

Последним затих северный участок.

На стенах никто не кричал о победе.

Слишком устали.

Люди просто стояли.

Смотрели, как враг отходит.

И пытались отдышаться.

Чернов появился на центральной стене.

Посмотрел на поле.

Потом на защитников.

— Смены организовать немедленно! Раненых вниз! Боеприпасы проверить! Ночью быть готовыми к атаке!

Никто не спорил.

Арман собрал десятку.

Теперь уже восемь рядом с ним.

Виктор — девятый — в лазарете.

— Все?

— Все, — сказал Даниэль.

Арман посмотрел на Елену.

— Резерв?

Она поморщилась.

— Мало.

— Всё. Сегодня никаких заклинаний.

— С удовольствием.

Софья сказала:

— У меня тоже меньше половины.

Александр:

— Примерно половина.

Мирон выдохнул.

— У меня ещё меньше.

Арман посмотрел на Анастасию.

— У тебя?

— Больше половины.

— Тимур?

Тот гордо поднял голову.

— Почти две трети.

Софья посмотрела на него.

— Потому что опять экономил?

— Потому что я гений тактической магии.

— Хорошо.

Тимур удивился.

— Что — хорошо?

— Я слишком устала спорить.

— Я победил.

— Нет.

***

До казармы добрались почти молча.

Арман сначала хотел зайти к Виктору.

Ратников остановил.

— Завтра.

— Я быстро.

— Он спит.

— Откуда знаете?

— Я уже был.

Арман посмотрел на капитана.

— Как он?

— Лучше.

— Завтра сможет?

— Нет.

— Понял.

Ратников посмотрел на него.

— И ты тоже спать.

— А если ночью штурм?

— Тогда тебя разбудят.

— А если...

— Валькарион.

— Понял.

***

Арман уснул почти мгновенно.

Без мыслей.

Без воспоминаний о бое.

Просто лёг — и темнота.

Проснулся он от шума.

Сначала решил, что опять тревога.

Голоса.

Шаги.

Стук копыт.

Что-то тяжёлое двигалось по двору.

Арман вскочил.

— Подъём!

Даниэль уже сидел.

Анастасия схватила меч.

Тимур свалился с койки.

— Что?!

Снаружи снова раздались голоса.

Но рога не было.

Колокола тоже.

Арман замер.

— Странно.

Александр подошёл к окну.

— Это внутри крепости.

— Ворота? — спросил Даниэль.

Арман уже натягивал сапоги.

— Проверим.

Они выбежали.

Во дворе было полно людей.

Факелы.

Лошади.

Телеги.

Солдаты.

Но никто не бежал на стены.

Наоборот.

Люди входили через западные ворота.

Много.

Очень много.

Тимур несколько секунд смотрел.

— Это что...

Ратников появился из темноты.

— Подкрепление.

Арман повернулся.

— Сколько?

Капитан усмехнулся.

— Много.

— Господин капитан.

— Две тысячи королевской гвардии.

Все замолчали.

Ратников продолжил:

— И пехотный полк.

Даже Анастасия несколько секунд ничего не сказала.

Тимур первым выдохнул:

— Вот теперь можно сказать «много».

***

Колонна продолжала входить.

Гвардейцы шли быстро.

Без парадной формы.

Без церемоний.

Пыльные.

Уставшие.

Лошади покрыты потом.

Пехота выглядела не лучше.

Это были люди, которые очень торопились.

Комендант Чернов уже стоял во дворе.

Рядом с ним несколько новых офицеров.

Один из них — высокий мужчина в плаще гвардии — говорил быстро:

— Мы вышли сразу после формирования колонны. Ночёвки сокращали до минимума.

Чернов посмотрел на людей.

— Вижу.

— Последние двое суток шли почти без остановки.

Ратников подвёл курсантов ближе.

Не слишком.

Чтобы не мешать.

Арман услышал продолжение.

— Когда пришло сообщение, что в Каменном Щите находится принц Александр, приказ ускорили.

Александр нахмурился.

Тимур посмотрел на него.

Принц тихо сказал:

— Я никого об этом не просил.

Арман ответил так же тихо:

— Знаю.

Офицер гвардии продолжал:

— Но дело не только в этом. Кресден и Чёрный Утёс уже потеряны. Если упадёт Каменный Щит, последствия будут слишком серьёзными.

Чернов кивнул.

— Когда вы начали собираться?

— Ещё до прибытия курсантов сюда. Генерал Вельский отправил распоряжения сразу.

Арман посмотрел на Ратникова.

Капитан понял вопрос.

— Помнишь наш заезд к твоему отцу?

— Да.

— Мы потеряли на нём примерно день.

Арман нахмурился.

— Значит...

— Пока мы ехали к Ермеку и потом шли с его людьми, основные подкрепления уже собирались.

Даниэль понял первым.

— А потом пошли форсированным маршем.

— Да.

Ратников указал на пыльных солдат.

— Почти без нормальных ночёвок.

Арман снова посмотрел на колонну.

Теперь всё складывалось.

Они действительно задержались, заезжая домой.

Но именно эта задержка привела в Каменный Щит две сотни готовых воинов.

А вслед за ними двигалась гораздо более крупная сила.

И теперь она наконец пришла.

***

Александр стоял молча.

Арман заметил это.

— Что?

Принц покачал головой.

— Ничего.

— Тебе не нравится, что они ускорились из-за тебя.

Александр посмотрел на него.

— Я поступил в Академию как курсант.

— Мы знаем.

— И не хотел, чтобы происхождение что-то меняло.

Арман снова посмотрел на прибывающую гвардию.

— Сегодня изменило.

— Похоже.

— Но они всё равно должны были прийти.

— Да.

Ратников, стоявший рядом, вмешался:

— Не переоценивайте одну причину.

Оба посмотрели на него.

— Полк и две тысячи гвардейцев не собирают за несколько часов только потому, что где-то находится принц.

Он указал на стены.

— Подкрепление шло сюда потому, что Каменный Щит нельзя терять.

Потом посмотрел на Александра.

— Но сообщение о тебе, скорее всего, заставило нескольких людей подписать бумаги быстрее и погнать колонну жёстче.

Александр медленно кивнул.

— Так звучит правдоподобнее.

Тимур сказал:

— Я всегда говорил, что полезно иметь принца в десятке.

Все посмотрели на него.

— Что?

Анастасия спросила:

— Всегда?

— С этого момента всегда.

Даже Александр рассмеялся.

***

К рассвету подкрепление всё ещё размещалось.

Крепость изменилась буквально за одну ночь.

Ещё вечером на стенах стояли измотанные восемь сотен защитников.

Теперь во дворах теснились тысячи новых солдат.

Появились свежие арбалетчики.

Маги.

Гвардейская пехота.

Новые офицеры.

Новые запасы.

Каменному Щиту всё ещё угрожала осада.

Тарвинская армия по-прежнему стояла перед стенами.

Никто не знал, что произойдёт утром.

Но впервые за два дня Арман почувствовал, что соотношение сил изменилось.

Не победа.

Не спасение.

Просто теперь за стеной стояло гораздо больше людей.

Ратников посмотрел на десятку.

— Всё увидели?

— Да, — ответил Арман.

— Тогда обратно спать.

Тимур моргнул.

— Серьёзно?

— До рассвета больше двух часов.

— Господин капитан...

— Что?

— Я снова вас уважаю.

Ратников указал на казарму.

— Ушёл.

— Уже.

Курсанты двинулись обратно.

Арман задержался на несколько секунд.

Посмотрел на западные ворота.

Туда всё ещё входили последние подразделения.

Потом на восточную стену.

За ней горели костры Тарвина.

Вчера крепость едва пережила пятый штурм.

Сегодня перед врагом будет стоять уже совсем другой Каменный Щит.

Арман развернулся и пошёл за своими.

До утра ещё можно было поспать.

Глава 6. Удар из Каменного Щита

Арман поспал меньше двух часов.

Разбудил его Ратников.

Не тревогой.

Не криком.

Просто толчком в плечо.

— Валькарион.

Арман открыл глаза.

За узким окном уже серело.

— Что случилось?

— Вставай.

По голосу капитана он сразу понял:

что-то изменилось.

Арман сел.

В комнате спали остальные.

Даже Тимур, обычно просыпавшийся от любого шума, не пошевелился.

— Новый штурм?

— Нет.

Ратников помолчал.

— На этот раз атаковать будем мы.

Сон исчез мгновенно.

— Мы?

— Гарнизон и подкрепление.

Арман встал.

— Когда?

— Скоро.

— Но гвардия только пришла.

— Поэтому и скоро.

Ратников посмотрел на него.

— Одевайся. Через десять минут идёшь со мной к Чернову.

— На совещание?

— Ты десятник. Тебе поведёшь своих в бой — значит, должен знать задачу.

Капитан направился к двери.

Арман окликнул его:

— Господин капитан.

Ратников обернулся.

— Что?

— Мы действительно выходим из крепости?

— Да.

— После пяти штурмов?

— Именно после пяти штурмов.

Капитан усмехнулся.

— Два дня тарвинцы убеждали себя, что мы способны только держаться за стенами.

Он открыл дверь.

— Сегодня объясним, что они ошибались.

***

Через несколько минут остальные тоже проснулись.

Арман уже застёгивал доспех.

Виктор по-прежнему находился в лазарете.

Значит, если приказ подтвердят, наружу выйдут девять курсантов.

Тимур сел на койке.

— Почему вы уже одеты?

Анастасия тоже поднялась.

— Что случилось?

Арман посмотрел на них.

— Пока готовьтесь. Возможно, сегодня мы выйдем за стены.

Тимур замер.

— В смысле выйдем?

— В обычном. Через ворота.

— Я почему-то думал, что после прихода нескольких тысяч свежих солдат наша задача станет проще.

Софья натягивала сапоги.

— Например?

— Например, мы будем стоять на стене и морально поддерживать наступление.

Анастасия усмехнулась.

— Очень важная военная специальность.

— Наконец-то меня оценили.

Арман взял шлем.

— Собирайтесь. Подробности после совещания.

Он вышел вслед за Ратниковым.

***

В главном зале находились только командиры.

Комендант Чернов.

Капитаны крепости.

Рудов и Мельник.

Командиры прибывшего пехотного полка.

Несколько офицеров королевской гвардии.

Ратников.

И Арман.

Больше курсантов не было.

Арман занял привычное место у стены.

На этот раз он уже не чувствовал себя здесь совершенно чужим.

За последние два дня слишком часто приходилось слышать приказы, от которых зависели жизни людей.

У карты стоял высокий мужчина в доспехе с королевской символикой.

Тот самый офицер, которого ночью Арман видел возле Чернова.

Ратников тихо сказал:

— Полковник Святослав Орлов. Командует прибывшей гвардией.

Чернов дождался тишины.

— Ночью в Каменный Щит вошли две тысячи королевских гвардейцев и пехотный полк.

Он посмотрел на собравшихся.

— Тарвинцы пока не знают точной численности подкрепления.

Орлов положил ладонь на карту.

— И знать им её пока не обязательно.

Он указал на вражеский лагерь.

— Разведка сообщает, что там с рассвета суета. Они заметили движение в крепости, но ещё не понимают, что произошло.

Один из капитанов спросил:

— Готовятся к новому штурму?

— Пока нет, — ответил Орлов. — Скорее перестраиваются и усиливают посты.

Чернов сказал:

— Если дадим им день, они выяснят нашу численность, отойдут дальше от стен и укрепятся.

Орлов продолжил:

— За два дня они провели пять тяжёлых штурмов.

Он начал перечислять без всякого пафоса:

— Люди устали. Части перемешаны. Магические резервы потрачены. Потери понесены. Лестницы и таранное имущество повреждены. Они рассчитывают, что сегодня инициатива всё ещё принадлежит им.

Орлов посмотрел на командиров.

— Поэтому ударим до того, как они поймут, что инициатива уже наша.

Несколько офицеров наклонились над картой.

Чернов начал распределять силы.

— Гарнизон полностью из крепости не выходит. Стены должны оставаться прикрыты.

На карте появилась первая отметка.

— Основной удар — королевская гвардия.

Вторая.

— Пехотный полк идёт следом и разворачивается во вторую линию.

Третья.

— Одна сотня Валькарионов усиливает левый фланг.

Рудов кивнул.

— Есть.

— Вторая сотня остаётся в резерве и выходит после начала боя.

Мельник тоже кивнул.

— Есть.

Чернов посмотрел на Ратникова.

— Твои курсанты идут с гвардией.

— Понял.

Арман напрягся.

Орлов спросил:

— Десятник здесь?

Арман сделал шаг от стены.

— Здесь, господин полковник.

— Сколько людей у тебя сейчас в строю?

— Восемь кроме меня. Один курсант ранен и находится в лазарете.

— Значит, девять.

— Да.

Орлов указал на участок карты возле центра наступления.

— Ваша группа идёт рядом со второй гвардейской сотней. Вы воины-маги?

— Да.

— Тогда задача простая. Не играть в отдельных героев.

Несколько офицеров едва заметно усмехнулись.

Арман промолчал.

— Где пехота справляется оружием — магию не тратите. Если строй остановят магическим щитом, если появится опасность флангу или понадобится быстро закрыть участок — работаете.

— Понял.

— Приказы получаешь через Ратникова. Сам далеко не уходишь.

— Есть.

Орлов посмотрел на Чернова.

— Всё.

Арман вернулся к стене.

Только теперь до него окончательно дошло:

через несколько часов он будет не отбивать человека, поднимающегося по лестнице.

Они сами пойдут на вражеский строй.

***

Когда Арман вернулся в казарму, остальные уже были готовы.

Анастасия сидела возле стены с мечом на коленях.

Даниэль проверял копьё.

Александр затягивал ремень щита.

Тимур первым увидел Армана.

— Ну?

Арман закрыл дверь.

— Выходим.

Несколько секунд никто не говорил.

Потом Тимур тяжело вздохнул.

— Я всё ещё считаю, что мой план со стеной был лучше.

— Не приняли.

— Плохое командование.

— Передам Чернову.

— Не надо.

Арман подошёл ближе.

— Слушайте задачу.

Все сразу посерьёзнели.

— Идём рядом со второй сотней гвардии. Мы мобильная группа воинов-магов.

Даниэль спросил:

— Поддержка?

— Да. Обычная пехота делает основную работу. Магию используем только там, где она действительно меняет ситуацию.

Александр кивнул.

— Как на стене.

— Именно.

Арман посмотрел на каждого.

— И ещё. Нас сегодня девять.

Улыбки исчезли.

Все понимали, о ком он.

— Виктор остаётся в лазарете. Значит, расстояние между собой контролируем особенно внимательно.

Анастасия поднялась.

— Резерв?

Начали отвечать по очереди.

У большинства он восстановился больше чем наполовину.

У Анастасии — почти полностью.

У Елены — чуть больше половины.

Арман кивнул.

— Хватит. Если не начнём разбрасываться.

Тимур сказал:

— То есть огромных огненных шаров не будет?

— Ты их вообще умеешь?

— Нет.

— Тогда особенно не будет.

***

Подготовка к выходу заняла меньше часа.

Каменный Щит словно снова превратился в другой мир.

Только вчера здесь носили раненых со стен.

Теперь во дворе строилась армия.

Две тысячи гвардейцев.

Пехотный полк.

Воины Валькарионов.

Свежие маги.

Арбалетчики.

На стенах занимали позиции те, кто должен был прикрывать наступление.

Арман нашёл взглядом Рудова.

Сотник сам подошёл.

— Молодой дракон.

— Даже сейчас?

— Особенно сейчас.

Арман усмехнулся.

— Вы на левом фланге?

— Да.

— Мельник остаётся в резерве?

— До приказа.

Рудов посмотрел на остальных курсантов.

— Виктор?

— Лазарет.

— Жить будет?

— Да.

— Хорошо.

Он протянул руку.

Арман пожал её.

— Увидимся после боя.

— Увидимся.

Рудов ушёл к своей сотне.

Анастасия подошла к Арману.

— Опять сказал.

— Что?

— «Увидимся после боя».

— И?

— Ничего.

— Ты стала суеверной?

— Нет.

Она посмотрела на выстроившуюся армию.

— Просто сегодня мне нравится эта фраза.

***

Восточные ворота начали открываться.

Медленно.

Тяжело.

За ними постепенно появлялось поле.

Ещё дальше — лагерь княжеской армии.

Тарвинцы уже заметили движение.

Над лагерем звучали рога.

Первыми вышли гвардейцы.

Не бегом.

Строем.

Щиты впереди.

Копья.

Арбалеты.

Команды передавались от сотни к сотне.

Линия разворачивалась прямо перед крепостью.

Потом начали выходить части пехотного полка.

Ратников поднял руку.

— Десятка!

Арман повернулся.

— За капитаном!

Они пересекли ворота.

Впервые после начала осады стена Каменного Щита оказалась за их спиной.

Арману это не понравилось.

Слишком много открытого пространства.

Слишком далеко ближайшее укрытие.

Тимур оглянулся.

— Со стены всё выглядело намного приятнее.

— Вперёд смотри.

— Смотрю.

Впереди тарвинцы уже строились.

Они реагировали быстро.

Именно поэтому первые минуты не превратились для них в катастрофу.

***

Противник успел вывести пехоту перед лагерем.

Щиты.

Копья.

Стрелки.

Маги.

Часть людей занимала низкие полевые заграждения.

Гвардия приближалась.

На расстоянии выстрела впереди поднялась рука командира.

— Щиты!

Передняя линия сомкнулась.

Тарвинский залп ударил первым.

Болты застучали по щитам.

Несколько человек упали.

Строй не остановился.

Второй залп.

Теперь ответил Каменный Щит.

С крепостных стен над наступающими прошла волна арбалетных болтов.

Арман услышал свист над головой.

Тимур чуть пригнулся.

— Не нравится мне, когда свои стреляют поверх головы.

— Значит, не вырастай внезапно, — ответила Софья.

— Хороший совет.

Перед ними вспыхнула магия.

Несколько волшебных стрел ударили по гвардейской линии.

Гвардейские маги подняли короткие щиты.

Удар.

Вспышка.

Щиты исчезли.

Не держали лишней секунды.

Арман заметил.

То же самое, чему их учили последние два дня.

Сила нужна не для постоянной защиты.

Сила нужна в нужную секунду.

***

До линии противника оставалось меньше сотни шагов.

Орлов поднял меч.

— Арбалеты!

Гвардейские стрелки вышли в промежутки между щитами.

— Огонь!

Щелчки слились почти в один звук.

Тарвинские щиты приняли удар.

Следом со стены пришёл второй залп.

Противник оказался под огнём сразу с двух направлений.

— Вперёд!

Гвардия ускорилась.

Арман чувствовал удары сотен сапог через землю.

Ратников крикнул:

— Готовность!

Девять курсантов подняли оружие.

Передний строй Тарвина опустил копья.

Расстояние быстро исчезало.

Гвардейский сотник впереди прокричал:

— Маги!

Ратников сразу повернулся к Арману.

— Один залп! По щитам!

Арман понял.

— Десятка! Волшебная стрела! Цель — передняя линия!

Девять рук поднялись.

— Сейчас!

Волшебные стрелы ударили почти одновременно.

Не по людям.

По щитам.

Несколько деревянных щитов дёрнулись назад.

Один человек потерял равновесие.

Другой открыл бок.

В линии появились короткие промежутки.

Гвардия ударила именно туда.

***

Столкновение было тяжёлым.

Грохот щитов.

Удары копий.

Крики командиров.

Арман оказался во второй линии.

Перед ним гвардеец принял копьё на щит.

Арман шагнул сбоку и ударил булавой по древку.

Копьё ушло вниз.

Гвардейская линия сделала шаг.

Потом ещё один.

— Строй держать!

Никто не бросался вперёд поодиночке.

Никто не преследовал отступившего противника.

Шаг.

Удар.

Сомкнуться.

Снова шаг.

Арман впервые видел королевскую гвардию в настоящем бою.

И теперь понял, почему этих людей считали лучшими.

Слева над тарвинцами поднялся магический барьер.

Большой.

Плотный.

Гвардейские болты погасли в нём.

Даниэль крикнул:

— Щит!

Арман уже готовился дать команду.

Ратников остановил:

— Не трогать!

— Но...

— Смотри.

Барьер продолжал стоять.

Противник держал его, прикрывая перестроение.

Несколько секунд.

Ещё.

Ещё.

Потом поверхность начала дрожать.

Потускнела.

Исчезла.

Ратников усмехнулся.

— Они заплатили за него сами.

Арман понял.

— Даниэль! Майя! По одному удару!

Две волшебные стрелы сорвались с рук.

Гвардейские арбалеты ударили следом.

Тарвинская линия качнулась.

— Вперёд!

***

На левом фланге сотня Рудова двигалась вместе с гвардией.

Арман заметил знакомое знамя.

— Валькарионы продвинулись, — сказал Александр.

Тимур взглянул туда.

— Наши.

На этот раз Арман его не поправил.

Тарвинское командование тоже увидело угрозу.

Из центра начали уходить подразделения.

Их перебрасывали налево.

Потом направо.

Даниэль смотрел внимательно.

— Они снимают людей из середины.

Ратников услышал.

— Именно этого Орлов и хотел.

Арман посмотрел на гвардейский центр.

Он почти не двигался.

Давил.

Но не вкладывал все силы.

Фланги заставляли врага растягиваться.

Центр ждал.

Потом прозвучали два рога.

И сразу третий.

Ратников поднял оружие.

— Вот теперь!

Гвардейский центр пошёл вперёд.

Бегом.

— Десятка! За мной!

***

Арман бежал вместе со всеми.

Тарвинцы спешно возвращали людей обратно.

Поздно.

Центральная линия уже стала слишком тонкой.

Гвардия ударила.

В этот раз противник ответил магией.

Над центром мгновенно появился большой защитный барьер.

Он прикрыл несколько десятков шагов строя.

— Щит! — крикнул кто-то.

Гвардейские маги ударили первыми.

Волшебные стрелы.

Огонь.

Барьер выдержал.

Вторая волна.

Поверхность задрожала.

Ратников повернулся к курсантам.

— Добавить! Один удар!

Арман поднял руку.

— Вместе!

Девять волшебных стрел ударили в одну точку.

Барьер вспыхнул.

По нему пошла рябь.

Потом он исчез.

— Всё! Магию прекратить!

Арман выхватил булаву.

Гвардия вошла в открывшийся участок.

Тарвинский центр начал отступать.

На шаг.

Два.

Три.

Потом кто-то в первой линии развернулся.

Командиры противника закричали.

Но движение уже передалось дальше.

Ещё несколько человек отошли.

Потом десяток.

— Не разрываться! — прокричал Орлов. — Давить строем!

Гвардия не побежала следом.

Она просто продолжила идти.

***

Арман впервые увидел, как ломается армия.

Не отдельный человек.

Не небольшая группа.

Целый строй.

Сначала он ещё существует.

Щиты стоят рядом.

Копья направлены вперёд.

Командиры кричат.

Потом между людьми появляется лишний шаг.

Потом второй.

Один отступает быстрее соседа.

Другой оборачивается.

Третий начинает искать путь назад.

И вдруг перед тобой уже не линия.

Толпа.

— Они отходят! — крикнул Тимур.

— Строй держать! — ответил Арман.

— Я держу!

С правого фланга внезапно ударила тарвинская группа.

Около сотни человек попытались зайти сбоку в момент, когда гвардия двигалась вперёд.

— Справа! — прокричал Ратников.

Арман повернулся.

Слишком близко.

— Щит!

Арман, Александр и Анастасия подняли защиту одновременно.

Три небольших щита соединились в один участок барьера.

Тарвинские копья ударили.

Раз.

Второй.

Арман почувствовал, как резерв уходит.

Но сзади уже шла пехота.

— Пехота на фланг!

Свежие солдаты полка развернулись.

Копья вышли вперёд.

— Снять!

Магическая защита исчезла.

Обычные щиты заняли её место.

Александр выдохнул:

— Вот теперь понимаю, зачем берегли.

— Я уже давно понимаю.

Тимур, стоявший рядом, сказал:

— Я тоже.

Софья повернулась к нему.

— Ты вообще щит не держал.

— Я морально участвовал.

***

Контратаку остановили.

Тарвинцы отступили.

Но центр уже не восстановился.

Валькарионы продавили левый фланг.

Правее пехотный полк начал охватывать отдельные группы противника.

Из Каменного Щита снова прозвучал сигнал.

Арман оглянулся.

Восточные ворота открывались.

Из них выходила вторая сотня Валькарионов.

Мельник.

За ними — часть свежего крепостного резерва.

Тарвинцы увидели это.

И тогда отступление ускорилось.

Люди начали бросать позиции.

Одни отходили организованно.

Другие уже бежали.

Арман услышал крики из их лагеря.

Телеги двигались.

Лошади метались.

Кто-то пытался вывести обоз.

— Они бросают лагерь! — сказал Даниэль.

Ратников ответил:

— Значит, не мешайте им ошибаться.

***

Гвардия вошла в первые ряды палаток.

Арман ожидал, что теперь все бросятся вперёд.

Но этого не произошло.

Команды продолжали удерживать строй.

Часть гвардейцев обходила палатки.

Другие проверяли проходы.

Пехота закрепляла захваченное пространство.

Возле командной части лагеря около тридцати тарвинцев организовали оборону.

Тимур указал:

— Там ещё держатся!

Арман уже повернул туда.

Ратников остановил его.

— Не наша задача.

— Но они...

— Туда идёт гвардейская сотня.

Арман посмотрел.

Действительно.

— Нам левее.

Капитан указал туда, где линия Рудова продолжала движение.

— Не надо выигрывать все бои лично, Валькарион.

Арман кивнул.

— Понял.

***

На левом фланге возникла другая угроза.

Тарвинская конница, до сих пор державшаяся дальше лагеря, начала движение.

Сначала медленно.

Потом быстрее.

Она шла вдоль склона, собираясь ударить в бок наступающей пехоте.

— Конница!

Команды понеслись по линии.

Копейщики начали перестраиваться.

Но времени оставалось мало.

Ратников крикнул:

— Маги к флангу!

Десятка побежала.

Туда же двигались несколько гвардейских магов.

Арман видел приближающихся всадников.

Если они успеют набрать полный разгон до того, как копейщики построятся...

— Земля! — прокричал гвардейский маг.

Мирон поднял руку вместе с ним.

Арман тоже почувствовал, как несколько магов одновременно направляют силу в землю.

Грунт перед конницей изменился.

Не огромная яма.

Не стена.

Просто полоса неровностей.

Кочки.

Провалы.

Поднявшийся камень.

Этого оказалось достаточно.

Передние кони замедлились.

Задние начали уходить в стороны.

Единый строй конницы растянулся.

— Всё! Магию снять! — крикнул Арман.

Мирон сразу опустил руку.

Пехота успела.

Копья встали стеной.

Часть всадников отвернула ещё до столкновения.

Оставшиеся ударили уже не единым кулаком.

Атака захлебнулась.

Тимур посмотрел вслед отходящей коннице.

— Земля всё-таки полезная вещь.

Мирон тяжело дышал.

— Хорошо, что ты заметил.

— Я всегда ценил землю.

— Пять секунд назад начал?

— Примерно.

***

К полудню стало ясно:

княжеское войско разбито.

Часть тарвинских частей ещё сохраняла порядок.

Они отходили на восток организованно и прикрывали остальных.

Но лагерь был потерян.

Обоз — частично брошен.

Осадное имущество осталось победителям.

Большая часть войска уходила.

Орлов остановил наступление.

Рога прозвучали несколько раз.

— Стой! Строй восстановить!

Арман удивился.

— Почему не преследуем?

Ратников посмотрел на него.

— Потому что именно сейчас больше всего хочется сделать глупость.

— Но они бегут.

— Некоторые.

Капитан указал на уходящую вдаль дорогу.

— А за следующим поворотом мы ничего не видим. Там может быть резерв. Новая позиция. Засада.

Даниэль кивнул.

— Победили здесь. Значит, не обязаны немедленно побеждать ещё и там.

— Именно.

Арман посмотрел на отступающих тарвинцев.

Хотелось идти дальше.

После пяти штурмов.

После двух дней обороны.

После всего, что произошло.

Хотелось не дать им уйти.

Но это было желание.

Не приказ.

Арман поднял руку.

— Десятка! Стоим.

Тимур сразу опустился на колено.

— Лучший приказ за всю войну.

— Я сказал стоим.

Тимур медленно поднялся.

— Худший приказ за всю войну.

***

Тарвинский лагерь достался победителям почти целиком.

Палатки.

Запасы.

Болты.

Стрелы.

Пища.

Лошади.

Осадные лестницы.

Повреждённые тараны.

Инструменты.

Часть оружия.

Арман смотрел на всё это и с трудом сопоставлял с предыдущими днями.

Ещё вчера отсюда выходили люди, штурмовавшие Каменный Щит.

Теперь поле принадлежало Пашкистану.

Чернов прибыл позже.

Рядом с ним ехал Орлов.

Командиры собирали сведения.

Арман увидел Рудова.

Живого.

На доспехе следы ударов.

Щит повреждён.

Но сам стоял на ногах.

Сотник заметил Армана.

— Увиделись.

— Как обещали.

— Именно.

Арман хотел спросить о потерях.

Остановился.

Рудов понял.

— Есть.

Только одно слово.

Арман кивнул.

Этого хватило.

***

Основные силы вернулись в Каменный Щит уже ближе к вечеру.

Впереди остались разведчики.

Выставили посты.

Конные разъезды пошли следом за отступившим врагом.

Но преследовать основными силами не стали.

Когда Арман снова прошёл через восточные ворота, всё ощущалось иначе.

Два дня назад он вошёл в крепость перед осадой.

Потом два дня смотрел отсюда на тарвинцев.

Теперь за стеной не осталось армии, готовившей очередной штурм.

Тимур остановился.

Посмотрел назад.

— Странно.

— Что? — спросила Софья.

— Я два дня хотел, чтобы они ушли.

— Ушли.

— Теперь там пусто.

Анастасия пожала плечами.

— Можем их догнать и попросить вернуться.

— Нет.

— Тогда радуйся.

— Я радуюсь.

Софья посмотрела на него.

— По тебе не видно.

— Я устал радоваться.

***

Во дворе стоял Виктор.

Без доспеха.

С перевязанным боком.

Но на ногах.

Арман сразу направился к нему.

— Ты почему не лежишь?

— Потому что лекарь разрешил ходить.

— Ходить?

— Медленно.

Тимур подбежал следом.

— Ты всё пропустил.

Виктор посмотрел на него.

— Ты лично победил княжескую армию?

— В значительной степени.

Софья прошла мимо.

— Он держался в середине строя.

— Очень важное место!

— Конечно.

Виктор улыбнулся.

— Значит, всё как обычно.

Арман посмотрел на его повязку.

— Когда обратно в строй?

— Через несколько дней, если всё будет нормально.

— Значит, через несколько дней.

— Я знал, что ты скажешь.

— Отлично.

***

Вечером командиров снова собрали.

Арман опять пошёл с Ратниковым.

Теперь он уже знал:

его место — у стены.

Не за столом.

Чернов заслушивал донесения.

Разведка подтверждала:

основные силы Тарвина уходят на восток.

Некоторые части отступают в порядке.

Другие собираются уже по дороге.

Преследование ведут только конные разъезды.

Наконец Чернов положил обе руки на стол.

— Каменный Щит деблокирован.

В комнате стало тихо.

Орлов спросил:

— Дальнейшие действия?

— Завтра. Сегодня приводим людей в порядок, считаем потери и выясняем, куда именно ушёл противник.

Рудов и Мельник получили приказ пока оставаться в составе гарнизона.

Пехотный полк — тоже.

По гвардии решение должны были принять после возвращения разведки.

Чернов посмотрел на Ратникова.

— Ваши курсанты.

— Что?

— Первый год службы начали довольно громко.

Несколько офицеров усмехнулись.

Ратников ответил:

— Главное, что начали.

Чернов перевёл взгляд на Армана.

— Один ранен?

— Да.

— Остальные?

— В строю.

— Хорошо.

На этот раз Арман понял, насколько много значит это простое слово.

***

Ночью почти вся десятка снова поднялась на северо-восточную стену.

Не по приказу.

Просто пришли.

Виктора Арман не пустил.

Тот спорил.

Проиграл.

За стеной было темно.

Но теперь там не горели тысячи тарвинских костров.

Лишь отдельные огни оставленных передовых постов Пашкистана.

Тимур положил руки на зубец.

— Вот так мне нравится больше.

Софья спросила:

— Без лестниц?

— Без людей, которые по ним лезут.

— Разумно.

Даниэль смотрел на поле.

— Ещё вчера здесь стояла армия.

Александр добавил:

— А сегодня её отбросили от крепости.

Арман покачал головой.

— Не просто отбросили.

Анастасия посмотрела на него.

— Начинается речь десятника?

— Нет.

— Жаль.

Арман усмехнулся.

— Я просто думаю.

Тимур сразу повернулся.

— Опять?

— Помолчи.

Он посмотрел на поле.

— Сначала здесь было около восьмисот человек.

Два дня они удерживали стены.

Потом пришли подкрепления.

А утром крепость уже сама ударила.

Александр кивнул.

— Поэтому они и не выдержали.

Арман посмотрел на своих.

Восемь человек рядом.

Виктор внизу.

Все живы.

Пока.

За несколько дней слово «пока» стало слишком важным.

Анастасия тихо сказала:

— Каменный Щит устоял.

Арман положил ладонь на холодный камень зубца.

— Да.

На востоке не было видно врага.

Но он знал:

это не конец войны.

Они всего лишь выиграли первый большой бой.

И впервые заставили войну отступить от себя.

Глава 7. После победы

Утро после разгрома княжеского войска оказалось непривычно тихим.

Арман проснулся сам.

Не от тревоги.

Не от грохота.

Не от Ратникова.

Просто открыл глаза и несколько секунд лежал, не понимая, что именно кажется неправильным.

Потом понял.

Тишина.

Он сел на койке.

Тимур спал рядом, повернувшись лицом к стене.

Даниэль уже проснулся и молча сидел возле окна.

Анастасия лежала, не открывая глаз.

— Ты не спишь, — сказал Арман.

— Не сплю.

— Откуда знаешь?

— Ты слишком громко думаешь.

Арман усмехнулся.

— Очень смешно.

Она открыла глаза.

— Тихо.

— Вот именно.

Даниэль повернулся от окна.

— За стеной тоже тихо.

Тимур застонал, не просыпаясь.

— Не говорите это вслух.

Арман посмотрел на него.

— Ты спишь.

— Я отдыхаю.

— Тогда отдыхай молча.

Тимур натянул одеяло выше.

— Лучший приказ за неделю.

***

Через полчаса десятка уже была во дворе.

Виктор тоже был с ними.

После магического лечения его уже выпустили из лазарета.

На нём не было тяжёлого доспеха, но двигался он нормально.

Арман остановился возле него.

— Точно можно?

— Лекарь сказал можно.

— Бой?

— Пока без тяжёлой нагрузки.

— Значит, не геройствуешь.

Виктор посмотрел на него.

— Ты теперь каждый раз будешь спрашивать?

— Пока не перестанешь попадать в лазарет.

Тимур вмешался:

— Тогда мы от него не отвяжемся никогда.

Виктор толкнул его плечом.

— Сам туда сначала не попади.

Ратников подошёл сзади.

— Сегодня без стены.

Тимур сразу оживился.

— Совсем?

— Совсем.

— Я знал, что наступит хороший день.

— Будете таскать болты на склад.

Тимур замер.

— Я ошибался.

***

Каменный Щит выглядел иначе.

Во время осады Арман видел его частями.

Стена.

Лестница.

Казарма.

Лазарет.

Двор.

Сегодня он впервые за несколько дней спокойно прошёл по крепости.

Теперь были заметны повреждения.

На северной стене заменяли деревянные щиты.

В нескольких местах камень был сколот.

На одной из башен чинили парапет.

Во дворе лежало повреждённое оружие.

Мастерские работали без остановки.

Гвардейцы и пехота размещались там, где ещё недавно едва хватало места гарнизону.

Победа не сделала крепость целой.

Она только дала возможность спокойно заняться тем, что раньше приходилось делать между штурмами.

Арман помогал переносить ящики с болтами, когда увидел группу знакомых солдат.

Люди Валькарионов.

Один из них первым заметил его.

— Молодой дракон.

Арман уже даже не вздохнул.

— Доброе утро.

— Для кого доброе.

Другой солдат усмехнулся.

— Для тебя точно. Вчера по полю бегал, сегодня ящики таскаешь. Повышение.

Арман поставил ящик на землю.

— А вы чем заняты?

— Тем же.

— Значит, тоже повысили.

Солдаты рассмеялись.

Раньше они говорили с ним как с сыном барона.

Или как с мальчишкой, выросшим рядом.

Теперь тон был немного другим.

Не хуже.

Не лучше.

Просто иначе.

Арман это почувствовал.

Один из старших воинов хлопнул его по плечу.

— Нормально держался.

Арман посмотрел на него.

— На стене?

— Везде.

Он кивнул в сторону поля.

— Рудов сказал, не потерял голову.

— Почти.

— Главное — не почти.

Солдат поднял следующий ящик.

— После первого боя все молодые думают, что стали ветеранами.

— Я не думаю.

— Вот это уже хороший признак.

***

Рудова Арман встретил ближе к полудню.

Сотник стоял у склада и спорил с интендантом.

— Я тебе ещё раз говорю: половина щитов после южной стены не годится!

— А я тебе говорю, что новых нет!

— Тогда дай доски!

— Доски нужны башне!

— Башня без людей не воюет!

Арман остановился.

Рудов заметил.

— Валькарион, чего стоишь?

— Решаю, кому из вас лучше не мешать.

Интендант посмотрел на Армана.

— Умный.

Рудов фыркнул.

— Иди отсюда.

Интендант ушёл, продолжая что-то ворчать.

Арман подошёл.

— Щитов правда мало?

— Хватит.

— Вы только что говорили другое.

— Интенданту всегда нужно говорить, что всё кончилось.

— Почему?

— Иначе он выдаст половину.

Арман усмехнулся.

— Понятно.

Рудов посмотрел на него внимательнее.

— Как рука?

— Нормально.

— Резерв?

— Восстанавливается.

— Голова?

— На месте.

— Вот её береги сильнее.

Арман усмехнулся.

— Отец говорит то же самое.

— Поэтому твой отец и жив до сих пор.

Они отошли в сторону.

Некоторое время оба смотрели на крепостной двор.

— Вчера хорошо получилось, — сказал Арман.

— Да.

— Их действительно разгромили.

— Да.

Арман посмотрел на Рудова.

— Вы как будто не очень радуетесь.

— Радуюсь.

— Не видно.

Сотник посмотрел на него.

— Арман, ты знаешь, что самое опасное после первой большой победы?

— Что?

— Вторая большая победа.

Арман нахмурился.

— Не понял.

Рудов усмехнулся.

— После первой тебе начинает казаться, что ты уже всё умеешь.

— Мне не кажется.

— Хорошо.

Он указал на восток.

— Там сейчас идёт армия, которую мы вчера били.

— Уходит.

— Уходит.

Рудов кивнул.

— Но не исчезает.

Арман молчал.

— Они потеряли людей. Потеряли лагерь. Потеряли осадное имущество. Но у них остались солдаты. Командиры. Маги. Крепости.

— Чёрный Утёс.

— Именно.

Сотник посмотрел на Армана.

— Победа очень быстро заканчивается, если после неё решишь, что война закончена.

Арман кивнул.

— Понял.

Рудов посмотрел на него.

— Не понял.

Арман засмеялся.

— Вы с отцом сговорились?

— В чём?

— Постоянно говорить, что я ничего не понимаю.

— Значит, хорошие люди вокруг тебя.

***

После обеда Армана вызвали к Чернову.

На этот раз он даже не удивился.

Ратников шёл рядом.

— Опять совет?

— Нет.

— Тогда зачем?

— Узнаешь.

В главном зале было меньше людей, чем обычно.

Чернов.

Орлов.

Рудов.

Мельник.

Несколько капитанов.

Командир пехотного полка.

Арман встал у стены.

Чернов начал сразу.

— Разведка подтверждает: основные силы Тарвина отходят к Чёрному Утёсу.

Орлов спросил:

— Темп?

— Медленный. После вчерашнего отходят разрозненно.

На карту поставили несколько меток.

— Часть уже вошла в район крепости.

— Значит, будут закрепляться, — сказал Мельник.

Чернов кивнул.

— Уже.

Арман посмотрел на карту.

Чёрный Утёс.

Ещё совсем недавно он был одной из потерянных крепостей.

Теперь именно туда уходил разбитый враг.

Орлов провёл пальцем по дороге.

— Если дадим им слишком много времени, придётся брать укреплённую крепость с полностью восстановленным гарнизоном.

— Поэтому не дадим, — ответил Чернов.

В зале стало тихо.

Арман почувствовал знакомое напряжение.

Не такое, как перед боем.

Но похожее.

— Гвардия готовится к выходу, — продолжил Орлов. — Пехотный полк тоже.

Рудов спросил:

— Валькарионы?

— Пока остаются здесь.

Арман удивился.

Рудов не изменился в лице.

— Понял.

Чернов посмотрел на Армана.

— И курсанты тоже.

Арман не удержался.

— Почему?

Несколько человек повернулись.

Ратников даже не посмотрел на него.

Чернов поднял бровь.

— Повтори.

Арман понял, что спросил слишком быстро.

— Простите. Хотел узнать причину.

— Вот теперь лучше.

Чернов указал на него.

— Один твой человек недавно был ранен.

— Да.

— Остальные несколько дней почти без перерыва воевали.

— Мы можем идти.

— Я знаю.

Чернов посмотрел на Ратникова.

— Именно поэтому пока не пойдёте.

Арман нахмурился.

— Не понимаю.

Орлов вмешался.

— Тогда запомни.

Он подошёл ближе к карте.

— Армия может продолжать марш даже после тяжёлого боя. Потому что в ней есть смены, резервы, новые подразделения.

Он посмотрел на Армана.

— У тебя одна десятка.

— Да.

— Значит, и расходовать её нужно с головой.

Арман промолчал.

Чернов добавил:

— Вам дали год практики, а не приказ израсходовать все силы в первую неделю.

Ратников тихо сказал:

— Я пытался объяснить.

Арман посмотрел на него.

— Вы не говорили именно так.

— Теперь услышал.

Орлов вернулся к карте.

— Основные силы уйдут вперёд. Вы останетесь здесь ненадолго.

— Сколько?

— Пока не получим новые данные и не решим, где вы нужнее.

Арман кивнул.

— Понял.

На этот раз действительно понял.

Наверное.

***

По дороге обратно он молчал.

Ратников тоже.

Наконец Арман сказал:

— Всё равно неприятно.

— Что?

— Они идут на Чёрный Утёс.

— Да.

— А мы остаёмся.

— Да.

— После всего.

Ратников остановился.

— Валькарион.

Арман тоже остановился.

— Что?

— Что делает плохой командир после тяжёлого боя?

Арман задумался.

— Не знаю.

— Собирает уставших людей и сразу тащит их в следующий.

— Но армия же идёт.

— Армия.

Ратников указал на него.

— Не твоя десятка.

Он подошёл ближе.

— Ты сейчас хочешь туда потому, что чувствуешь себя обязанным участвовать во всём.

Арман хотел возразить.

Не стал.

— Возможно.

— Это проходит.

— Когда?

— Когда понимаешь, что твои люди — не бесконечный ресурс.

Арман вспомнил отца.

Двести человек.

Каждый — отдельный человек.

Ратников продолжил:

— Сегодня тебе кажется, что короткая передышка — потеря времени.

— Да.

— Через несколько лет, если доживёшь до нормального командования, ты будешь мечтать, чтобы у тебя всегда была возможность дать людям отдохнуть.

Арман усмехнулся.

— Очень воодушевляюще.

— Я стараюсь.

***

Десятка восприняла новость лучше него.

Особенно Тимур.

— Остаёмся?

— Пока да.

— Без штурмов?

— Если Тарвин не вернётся.

— Без марша?

— Пока.

Тимур сложил руки.

— Я всегда уважал Чернова.

Софья посмотрела на него.

— Вчера ты говорил, что у него ужасные приказы.

— Люди меняются.

— За один день?

— Очень быстро.

Анастасия посмотрела на Армана.

— Ты недоволен.

— Немного.

— Хочешь идти за армией?

— Да.

— А зачем?

Арман замолчал.

— Вот именно, — сказала она.

— Вы сегодня все решили читать мне мораль?

— Нет.

— Тогда почему...

— Потому что ты иногда очень предсказуемый.

Арман хотел ответить.

В этот момент Александр вошёл в комнату.

Он только что разговаривал с одним из гвардейских офицеров.

— Кстати.

— Что? — спросил Арман.

Александр сел.

— Я сегодня точно узнал, что после сообщения о моём присутствии марш гвардии действительно ускорили.

Тимур сразу улыбнулся.

— Я же говорил. Полезно иметь принца в десятке.

Александр посмотрел на него.

— Мне это не нравится.

— Почему?

— Потому что я специально просил семью не относиться ко мне в Академии как к принцу.

Даниэль пожал плечами.

— Академия и не относится.

— Но гвардия пошла быстрее.

Арман вмешался:

— Ты просил их?

— Нет.

— Требовал особого спасения?

— Нет.

— Тебя вывели из крепости отдельно?

— Нет.

— Тогда в чём проблема?

Александр некоторое время молчал.

Арман продолжил:

— Если из-за того, что ты здесь, две тысячи гвардейцев прошли дорогу быстрее и помогли крепости, я жаловаться не собираюсь.

Тимур поднял руку.

— Я тоже.

Софья посмотрела на него.

— Тебя никто не спрашивал.

— Но мнение важное.

Александр усмехнулся.

— Я понимаю.

Арман пожал плечами.

— Ты можешь жить как обычный курсант сколько хочешь. Но от происхождения всё равно никуда не денешься.

— Я знаю.

— Значит, живи дальше как курсант.

Тимур добавил:

— И иногда случайно спасай крепости своим происхождением.

Александр бросил в него свернутой тряпкой.

***

Следующие дни оказались почти странными.

Никто не атаковал.

Никто не поднимал тревогу.

Основные силы действительно ушли на восток.

Сначала гвардия.

Потом пехотный полк.

Сотня Рудова ушла вместе с ними.

Часть подразделений осталась в Каменном Щите.

Разведка постоянно приходила и уходила.

Десятка занималась тем, что ещё недавно показалось бы обычной рутиной.

Чинили снаряжение.

Стреляли.

Тренировались.

Помогали гарнизону.

Спали.

Ели.

Тимур однажды сказал:

— Я начинаю скучать.

Все одновременно посмотрели на него.

Он поднял руки.

— Всё. Забудьте.

***

Ближе к вечеру в крепость вернулась группа разведчиков.

Лошади были в пыли.

Люди сразу направились к штабу.

Арман увидел их из двора.

Через несколько минут появился Ратников.

— Валькарион.

Арман повернулся.

— Да?

— За мной.

— К Чернову?

— Нет.

Капитан направился к одной из небольших комнат возле штаба.

Внутри стоял стол.

На нём лежала карта района Чёрного Утёса.

Ратников закрыл дверь.

Арман посмотрел на карту.

— Что случилось?

— Разведка вернулась.

Капитан указал на дорогу к Чёрному Утёсу.

— За последние дни княжеские части захватили несколько торговых караванов.

Арман нахмурился.

— На дороге?

— Да.

— Купцов?

— Купцов. Возчиков. Охрану. Всех, кто не успел уйти.

— Убили?

— Нет.

Ратников постучал пальцем по крестикам на карте.

— Караваны разграбили. Людей увели сюда.

Арман посмотрел на отметки.

— Пещеры?

— Да.

— Сколько пленников?

— Точной цифры нет.

Арман почувствовал, как внутри снова появляется знакомое напряжение.

— Их держат рядом с Чёрным Утёсом?

— Да.

— А армия уже там?

— Основные силы готовятся к штурму.

Арман поднял голову.

— Когда?

Ратников посмотрел на него.

— Скоро.

Несколько секунд они молчали.

Потом капитан сложил карту.

— Иди к своим.

— Зачем?

— Отдыхайте.

— Господин капитан.

Ратников посмотрел.

— Что?

— Вы бы не вызвали меня только ради того, чтобы рассказать про пленников.

Капитан чуть усмехнулся.

— Учишься.

— Значит, что-то будет.

— Будет.

— Что?

— Завтра узнаешь.

Он забрал карту.

Арман не двинулся.

— Это связано с пещерами?

Ратников уже уходил.

— Спать, Валькарион.

— Значит, связано.

— Спать.

***

Когда Арман вернулся в казарму, все сразу посмотрели на него.

Тимур первым спросил:

— Ну?

Арман снял пояс.

— Что «ну»?

— Тебя вызвал Ратников.

— И?

— Значит, что-то случилось.

Анастасия внимательно смотрела на него.

— Арман.

Он вздохнул.

— Разведка нашла пленных.

Все замолчали.

— Где? — спросил Даниэль.

— Возле Чёрного Утёса.

— Кто?

— Несколько торговых караванов. Тарвинцы их разграбили, а людей увели в пещеры рядом с крепостью.

Александр нахмурился.

— Зачем держат живыми?

— Неизвестно.

Анастасия спросила:

— Что от нас хотят?

— Пока не сказали.

Тимур посмотрел на Армана.

— Но ты думаешь, что это касается нас.

— Да.

— Почему?

Арман вспомнил карту.

Пещеры.

Чёрный Утёс.

Армию, готовящуюся к штурму.

— Потому что Ратников сказал отдыхать.

Тимур моргнул.

— Это плохой признак?

— От него — обычно да.

Анастасия усмехнулась.

— Тогда спим.

Арман лёг.

Но ещё долго смотрел в потолок.

Где-то впереди армия готовилась возвращать Чёрный Утёс.

Где-то рядом с крепостью в пещерах сидели люди, которые несколько дней назад просто ехали с торговыми караванами.

И теперь Арман почти не сомневался:

следующий приказ будет связан именно с ними.

На этот раз им, похоже, предстояло не держать стену.

Не идти в общем строю.

И не сражаться рядом с тысячами солдат.

На этот раз задача будет другой.

Под небом Аэтерии

Книга третья: Первый год в строю

Глава 8. Под грохот штурма

Армана разбудили ещё до рассвета.

Ратников стоял возле койки уже полностью вооружённый.

— Вставай.

Арман сразу сел.

— Пещеры?

— Одевайся. Через десять минут у штаба.

— Значит, пещеры.

Ратников ничего не ответил и вышел.

С соседней койки послышался сонный голос Мирона:

— Вот зачем десятнику уметь думать? Остальные могли бы ещё десять минут поспать.

Арман натянул сапоги.

— Спи.

— Теперь уже интересно.

— Тогда молча.

— Это сложнее.

* * *

В небольшой комнате штаба находились только трое.

Чернов.

Ратников.

Арман.

На столе лежала карта Чёрного Утёса и окружающих гор.

Чернов дождался, пока дверь закроется.

— Сегодня начинаем штурм Чёрного Утёса.

Он указал на крепость.

— Гвардия ударит с запада. Пехота — с северного направления. Главная задача — связать весь гарнизон и заставить противника стянуть к стенам всё, что можно.

Палец коменданта сместился южнее.

Между скалами были отмечены три пещеры.

— Ваша десятка в штурме не участвует.

— Пленные, — сказал Арман.

— Именно.

Ратников наклонился над картой.

— Разведка ночью ещё раз проверила район. Пленных держат в двух пещерах. Третья используется под склад.

— Сколько людей?

— Около восьмидесяти. Возможно, немного больше.

— Охрана?

Чернов ответил:

— Вчера около тридцати человек.

Арман посмотрел на отметки.

— Нас десять плюс капитан.

— Поэтому вы не полезете туда до начала штурма.

Чернов постучал пальцем по Чёрному Утёсу.

— Как только начнётся серьёзный бой, большую часть охраны должны перебросить к крепости.

— А если не перебросят?

— Уходите.

Арман поднял глаза.

— Даже если уже увидим пленных?

— Даже тогда.

Чернов говорил спокойно.

— Ваша задача не брать пещеры любой ценой. Не уничтожать охрану. Не искать боя. Вы должны воспользоваться моментом, освободить людей и вывести их.

— Понял.

— Повтори.

Арман провёл пальцем по карте.

— Подходим скрытно. Ждём начала штурма. Проверяем охрану. Если её осталось достаточно мало — снимаем её, проверяем пещеры, освобождаем пленников и выводим по южному ущелью.

— Если охрана остаётся сильной?

— Разворачиваемся.

— Хорошо.

Ратников указал на старую караванную тропу.

— Здесь вас будут ждать два разведчика. Дальше они проведут группу к передовому посту.

— Сколько от пещер до точки встречи?

— С десяткой меньше часа. С восемью десятками освобождённых — заметно дольше.

— Тяжелораненые?

— Разведчики не видели. Есть избитые и несколько раненых, но ходить способны.

Арман кивнул.

— Если понадобится, помогу лечением.

Чернов посмотрел на него.

— Поможешь тем, кто иначе не сможет идти. Не трать резерв на то, что спокойно дождётся целителя.

— Понял.

— И ещё. В штурм Чёрного Утёса не вмешиваетесь.

— Даже если окажемся рядом.

— Особенно если окажетесь рядом.

Ратников усмехнулся.

— Я прослежу.

Чернов свернул край карты.

— Выступаете сейчас.

* * *

Когда Арман и Ратников вернулись в казарму, остальные уже проснулись.

Мирон сидел на койке.

— Ну?

Арман начал собирать снаряжение.

— Полная экипировка. Берём только необходимое.

— Куда?

— К Чёрному Утёсу.

Мирон сразу оживился.

— Я так и знал.

— Не на штурм.

— Тогда я опять ничего не знаю.

Анастасия поднялась.

— Пещеры?

Арман кивнул.

— Разведка подтвердила пленных.

Даниэль спросил:

— Сколько?

— Около восьмидесяти.

— Охрана?

— Вчера около тридцати. После начала штурма часть должны снять.

Александр застегнул ремень щита.

— Если не снимут?

— Уходим.

Анастасия посмотрела на Армана.

— Совсем?

— Приказ Чернова.

Ратников добавил:

— И мой.

Мирон поднял руку.

— Отличный приказ. Предлагаю почаще получать такие.

Софья посмотрела на него.

— Ты ещё задачу не слышал полностью.

— Мне уже нравится часть, где не надо атаковать тридцать человек вдесятером.

Виктор спросил:

— Как выводим пленных?

Арман показал маршрут на небольшой копии карты.

— Южным ущельем к старой караванной тропе. Там нас встретят разведчики и проведут к передовому посту.

Елена спросила:

— Связь с основной армией?

— Никакой. После входа в горы действуем самостоятельно.

Мирон вздохнул.

— Знал, что хороший приказ обязательно чем-нибудь испортят.

* * *

Из Каменного Щита вышли через южные ворота.

Без знамён.

Без лошадей.

Без обоза.

До гор их сопровождал разведчик.

Через некоторое время дорога исчезла.

Осталась узкая тропа между скал.

Разведчик остановился возле сухого русла.

— Дальше по нему. Потом будет раздвоенная скала. За ней держитесь правее.

Ратников кивнул.

— Дозоры?

— Ночью видели два. Один ближе к старой дороге. Второй у южного склона.

— С башен нас увидят?

— Если выйдете на открытый склон — да.

Он указал направление.

— Туда не ходите.

Арман запомнил.

— Точка встречи?

— За старой тропой, у трёх высоких сосен. Будут двое наших.

— Понял.

Разведчик кивнул.

— Удачи.

Он развернулся и ушёл обратно.

Мирон проводил его взглядом.

— Вот человек умеет вовремя уйти.

Тимур спросил:

— Хочешь в разведчики?

Мирон подумал.

— Нет. Там слишком много ходят.

* * *

Первый час прошёл спокойно.

Потом тропа почти исчезла.

Приходилось спускаться в русло, обходить осыпи, снова подниматься.

Ратников дважды останавливал группу.

В первый раз ниже прошли трое всадников.

Во второй на гребне появились два тарвинских дозорных.

Десятка залегла между камнями.

Дозор прошёл совсем рядом.

Когда шаги стихли, Мирон тихо сказал:

— Мне начинает нравиться скрытная война.

Анастасия повернула голову.

— Почему?

— Пока никто не пытается меня ударить.

— Мы ещё не дошли.

Мирон помолчал.

— Обязательно было напоминать?

* * *

Штурм Чёрного Утёса начался, когда они вошли в следующее ущелье.

Сначала донёсся длинный звук рога.

Потом второй.

Через несколько мгновений впереди глухо ударило.

Над скалами поднялся дым.

Ратников остановился.

— Начали.

Арман посмотрел в сторону крепости.

Самого Чёрного Утёса отсюда не было видно.

Только вспышки над гребнями.

— До пещер?

— Около часа.

Мирон прислушался к очередному удару.

— Если задача была отвлечь охрану, звучит убедительно.

— Двигаемся, — приказал Ратников.

* * *

По мере приближения к пещерам шум боя становился сильнее.

Рога.

Глухие удары.

Редкие вспышки магии.

Чёрный Утёс штурмовали всерьёз.

До пещер десятка добралась незамеченной.

Ратников первым лёг возле края каменного выступа.

Арман рядом.

Ниже находилась площадка.

Два входа в скалу.

Телега.

Остывающий костёр.

Двое тарвинцев стояли возле первого входа.

Ещё трое сидели у стены.

Один ходил между пещерами.

Через минуту из первой пещеры появился ещё один.

Даниэль подполз справа.

— Семь.

Арман показал на телегу.

Из-за неё вышел восьмой.

— Восемь.

Ратников наблюдал ещё несколько минут.

Новых людей не появилось.

Все отползли назад.

— Вчера было около тридцати, — сказал капитан.

Анастасия кивнула.

— Значит, остальных действительно сняли.

— Возможно.

Александр сказал:

— Внутри тоже могут быть люди.

— Поэтому после площадки сначала проверяем обе пещеры, — ответил Ратников. — Пленных наружу не выпускаем, пока не убедимся, что охраны больше нет.

Мирон тихо сказал:

— Восемь всё равно звучит приятнее тридцати.

* * *

Подойти напрямую было трудно.

С правого склона их заметили бы от костра.

Слева лежала осыпь.

Мирон посмотрел на противоположный склон.

— Можно заставить их отвернуться.

Ратников посмотрел на него.

— Как?

Мирон показал на большой камень выше площадки.

— Сдвину. Пусть покатится.

Даниэль усмехнулся.

— Простая уловка.

— Простые уловки хорошо работают на людей, которые несколько часов слушают штурм своей крепости.

Арман спросил:

— Сможешь без больших затрат?

— Легко.

Ратников кивнул.

— Делай.

Мирон приложил ладонь к земле.

Камень дрогнул.

Сдвинулся.

Покатился вниз.

Первый удар оказался громким.

Второй ещё громче.

Трое тарвинцев вскочили.

— Что там?!

Двое побежали к противоположному склону.

Третий пошёл следом.

Оставшиеся повернулись на шум.

Ратников поднял руку.

— Сейчас.

* * *

Группа разделилась заранее.

Анастасия, Даниэль и Александр ушли левее — перехватить троих, направившихся к склону.

Арман, Виктор, Тимур и Елена спустились к площадке.

Софья осталась выше с арбалетом.

Мирон держался рядом с ней.

Ратников контролировал обе группы.

Первый тарвинец даже не успел понять, откуда появилась Анастасия.

Она ударила его щитом и сбила с ног.

Даниэль перехватил второго.

Александр заставил третьего бросить оружие прежде, чем тот успел крикнуть.

На площадке один из охранников схватил арбалет.

Арман ударил щитом по оружию.

Арбалет вылетел.

— Брось меч!

Тарвинец потянулся к рукояти.

Булава ударила по гарде.

Меч отлетел к костру.

Виктор с Тимуром обезоружили ещё одного.

Двое попытались отступить к пещере.

Елена подняла руку.

Перед входом на несколько секунд вспыхнул магический барьер.

Один остановился.

Второй метнулся в сторону.

Сверху щёлкнул арбалет Софьи.

Болт ударил в землю перед ним.

Тот замер.

— Оружие бросить! — приказал Ратников.

Через несколько мгновений всё было закончено.

Восемь охранников связали.

Мирон спустился последним.

— Очень хороший бой.

Софья спросила:

— Почему?

— Короткий.

* * *

Ратников сразу указал на входы.

— Не расслабляться. Проверяем.

Первую пещеру осматривали Арман, Анастасия и Даниэль.

В глубине действительно оказался ещё один охранник.

Он сидел возле запертой внутренней двери и не успел понять, что произошло снаружи.

Увидев вооружённых людей, вскочил.

— Стоять, — сказал Арман.

Тарвинец посмотрел на троих.

Потом на выход.

Анастасия уже перекрывала его.

Мужчина медленно положил меч.

За дверью слышались голоса пленников.

— Подождите! — крикнул Арман. — Сейчас откроем!

Но дверь пока не трогали.

Во вторую пещеру отправились Ратников, Виктор, Александр и Тимур.

Охраны там не оказалось.

Только пленники.

Когда обе группы вернулись на площадку, Ратников сказал:

— Чисто.

Только теперь Арман вернулся к первой двери и отодвинул засов.

— Свои! Выходите спокойно!

* * *

Первым появился мужчина лет сорока.

Он остановился, увидев вооружённых курсантов и связанных тарвинцев.

— Кто вы?

— Из Каменного Щита. Курсанты Военной академии. С нами капитан Ратников.

Мужчина моргнул.

— Курсанты?

Где-то сзади Мирон тихо пробормотал:

— Опять.

Арман продолжил:

— Мы пришли вас вывести.

Мужчина резко повернулся к остальным.

— Выходим! Быстро!

Из пещеры начали появляться люди.

Возчики.

Купцы.

Охранники караванов.

Несколько женщин.

Большинство были уставшими, но могли идти сами.

Ратников спросил:

— Кто старший?

— Я вёл один из пашкистанских караванов.

— Сколько вас здесь?

— Больше пятидесяти.

— Остальные в соседней?

— Да. Там люди из Морвейна.

Арман повернулся ко второй пещере.

* * *

Во второй пещере находилось около тридцати человек.

Даниэль поднял небольшой магический огонёк.

Арман вошёл первым.

— Вы свободны. Собирайтесь, скоро выходим.

Один из мужчин поднялся.

— Вы из Пашкистана?

— Да.

— Мы подданные Морвейна.

— Выведем всех.

За Арманом в пещеру вошёл Виктор.

Один из пленников посмотрел на него.

Замер.

Всмотрелся внимательнее.

— Ваше Высочество?..

Арман повернулся.

Виктор остановился.

— Не сейчас.

Но мужчина уже опустился на одно колено.

— Ваше Высочество, принц Виктор!

По пещере прошёл шум.

Женщина возле стены всмотрелась в лицо Виктора.

— Это действительно он!

Один за другим морвейнцы начали опускаться на колени.

— Ваше Высочество!

— Принц Виктор!

— Да здравствует дом Морвейна!

Виктор поморщился.

— Встаньте.

Люди продолжали приветствовать его.

— Я сказал — встаньте! Сейчас не дворец.

Постепенно они поднялись.

Старший купец всё ещё смотрел на него с изумлением.

— Ваше Высочество... мы не знали, что вы находитесь здесь.

— И не должны были знать.

— Король знает, что вы здесь?

Виктор вздохнул.

— Он знает, где я учусь. А вот о сегодняшней прогулке — пока нет.

Несколько морвейнцев улыбнулись.

У входа появился Мирон.

— Что тут...

Он увидел Виктора.

Потом людей вокруг него.

Потом снова Виктора.

— Нет.

Виктор посмотрел на него.

— Что «нет»?

— Ты тоже принц?

Анастасия заглянула следом.

— Что?

Мирон повернулся к ней.

— У нас второй.

Александр подошёл сзади.

— Что происходит?

Мирон указал сначала на него, потом на Виктора.

— Вот это я понимаю — комплект.

Виктор закрыл глаза.

Ратников вошёл в пещеру.

— Мирон.

— Всё. Молчу.

Ратников посмотрел на Виктора.

— Принц Морвейна?

— Да.

— Инкогнито?

— До этой минуты.

— Понятно.

Капитан повернулся к освобождённым.

— Все разговоры потом. Сейчас собираемся и уходим.

* * *

Всего пленников оказалось восемьдесят три.

Тридцать один из них — подданные Морвейна.

Их торговый караван шёл из Морвейна к Пашкистану по большому торговому тракту, проходившему через район Чёрного Утёса.

Когда крепость захватили княжеские войска, этот участок дороги оказался под их контролем.

Морвейнцы не успели узнать о падении Чёрного Утёса и продолжили путь по привычному маршруту.

Там их и перехватил тарвинский отряд.

Товар забрали.

Людей увели в пещеры.

Два других каравана попались на том же участке дороги уже после захвата крепости.

Нескольким бывшим охранникам выдали трофейное оружие.

— В бой сами не лезете, — сказал Ратников. — Помогаете вести людей.

Один из них хотел возразить:

— Мы умеем драться.

— Значит, сумеете выполнить приказ.

Возражений больше не было.

Арман быстро осмотрел тех, кто жаловался на ранения.

Один мужчина сильно хромал.

— Ногу покажи.

— Дойду.

— Сначала покажи.

Повязка была грязной, но само повреждение оказалось неглубоким.

Арман приложил ладонь.

Короткое заклинание.

Мягкое свечение.

— Теперь попробуй.

Мужчина осторожно наступил на ногу.

— Лучше.

— Этого хватит.

Ещё двоим потребовалось малое заживление.

На этом Арман остановился.

Ратников спросил:

— Резерв?

— Почти полный.

— Хорошо. Больше не трать без необходимости.

* * *

Колонна двинулась по сухому руслу.

Медленно.

Восемьдесят три человека не могли идти темпом десятки.

Курсанты распределились по сторонам.

Ратников постоянно перемещался вдоль колонны.

Арман некоторое время шёл рядом с Виктором.

— Значит, принц.

— Только не начинай.

— Я ничего не сказал.

— Именно поэтому беспокоюсь.

— Давно собирался рассказать?

— Нет.

— Понятно.

Виктор посмотрел на него.

— Злишься?

— Сейчас у нас восемьдесят три человека за спиной. Потом поговорим.

— Хорошо.

С другой стороны подошёл Александр.

— Теперь понимаешь меня немного лучше?

Виктор посмотрел на него.

— Похоже.

Сзади донёсся голос Мирона:

— Два принца в одной десятке всё равно подозрительно.

Виктор даже не обернулся.

— Мирон.

— Уже молчу.

* * *

Первые полчаса прошли спокойно.

Потом с хвоста колонны прибежала Елена.

— Сзади движение.

Ратников сразу остановился.

— Что слышала?

— Копыта. И несколько человек пешком.

Арман посмотрел назад.

Пока ущелье было пустым.

Ратников быстро оценил местность.

— Пленных дальше. Не останавливать.

Старшие караванщиков начали подгонять людей.

— Идём! Быстрее!

Через несколько минут появились преследователи.

Четыре всадника.

За ними около двух десятков пехотинцев.

Мирон посмотрел.

— Похоже, остальные охранники вернулись.

Даниэль кивнул.

— Или часть людей сняли с пещер на штурм и теперь отправили обратно.

— Значит, уже знают, что здесь произошло, — сказал Арман.

Ратников выбрал узкий участок.

— Задерживаем. Потом отходим. Никого не преследовать.

Мирон кивнул.

— Снова хороший приказ.

— Арбалеты!

Тетивы натянулись.

Противник приближался.

Пятьдесят шагов.

Сорок.

Тридцать.

— Огонь!

Раздались щелчки.

Всадники резко остановили разгон.

Пехота закрылась щитами.

— Отходим! — сразу приказал Ратников.

Мирон поднял брови.

— Уже?

— Тебе мало?

— Наоборот. Учусь ценить разумное командование.

* * *

Следующую позицию заняли у узкого прохода между скал.

Мирон посмотрел вверх.

— Здесь можно их задержать.

Над проходом лежало несколько крупных камней.

Арман спросил:

— Сколько резерва уйдёт?

— Немного.

— Тогда ждём.

Тарвинцы появились через несколько минут.

Впереди шёл маг.

Над пехотой возник защитный щит.

Мирон поднял арбалет.

— Можно не стрелять.

— Не стреляем, — подтвердил Арман.

Отряд шёл вперёд.

Маг продолжал держать барьер.

Ещё несколько шагов.

Щит постепенно тускнел.

Виктор сказал:

— Упрямый.

Александр ответил:

— И тратит резерв.

Через несколько секунд защита погасла.

— Сейчас!

Арбалеты ударили.

Тарвинцы остановились.

Арман повернулся.

— Мирон!

— С удовольствием.

Мирон направил силу в склон.

Первый камень дрогнул.

Сорвался.

За ним второй.

Третий.

Проход завалило обломками.

Не полностью.

Но достаточно, чтобы преследователям пришлось остановиться.

— Уходим! — приказал Ратников.

Мирон несколько раз оглянулся на завал.

— Всё-таки магия земли — прекрасная вещь.

Даниэль посмотрел на него.

— Ты и раньше так говорил.

— Теперь говорю с опытом.

* * *

Колонну догнали возле старой караванной тропы.

Люди устали, но продолжали идти.

Впереди показались три высокие сосны.

Арман сразу заметил движение между ними.

Двое мужчин вышли из-за камней.

Разведчики.

Один поднял руку.

— Свои!

Ратников подошёл к ним.

— Путь к посту чист?

— Был полчаса назад.

— За нами преследование.

— Сколько?

— До двух десятков. Возможно, уже меньше.

Разведчик посмотрел на длинную колонну.

— Тогда через верхнюю тропу. Она уже, но быстрее выводит к нашим.

— Веди.

Теперь впереди пошли разведчики.

Пленные потянулись за ними.

Один из морвейнцев увидел Виктора.

— Ваше Высочество...

Виктор не остановился.

— Пока не выйдем к своим — просто Виктор.

— Как прикажете, Ваше Высочество.

Мирон закашлялся.

Виктор посмотрел на него.

— Даже не думай.

— Я ничего.

— Ты очень громко ничего.

* * *

Преследователи всё-таки нашли обход.

Даниэль заметил их первым.

— Слева!

Около пятнадцати тарвинцев спускались со склона.

Большая часть освобождённых уже прошла за поворот.

Ратников осмотрел проход.

Узкий.

Одновременно атаковать могли максимум двое.

— Здесь держим.

Арман поднял щит.

— Людей дальше! Не останавливать!

Первые тарвинцы вошли в проход.

— Без магии! — приказал Арман.

В тесноте численность противника почти не помогала.

Щит.

Удар.

Шаг.

Смена.

Даниэль заменил Армана.

Потом Александр.

Анастасия держала вторую сторону.

Виктор тоже вышел вперёд.

Арман посмотрел на него.

— Только без подвигов, Ваше Высочество.

Виктор резко повернулся.

— Арман.

Мирон рассмеялся.

— Всё. Теперь поздно.

— Мирон!

— Уже дерусь молча!

* * *

Сзади крикнула Софья:

— Почти все прошли!

Тарвинский маг поднял руку.

— Магия! — предупредил Даниэль.

Волшебная стрела ударила в проход.

Елена поставила короткий щит.

Вспышка.

— Снять!

Барьер исчез.

Следующий удар принял Александр.

Тоже всего на мгновение.

Мирон сказал:

— Он тратит больше нашего.

— Не отвлекайся! — ответил Арман.

— Я могу и драться, и говорить.

Анастасия бросила:

— Это давно заметили.

Маг противника понял, что заставить их держать защиту не получится.

Третьего удара не последовало.

Тарвинская пехота снова пошла вперёд.

* * *

— Последние прошли! — донеслось сзади.

Ратников поднял руку.

— Отход!

Курсанты начали отходить по очереди.

Сначала Виктор и Елена.

Потом Александр и Даниэль.

Анастасия.

Арман остался последним.

Один тарвинец рванул следом.

Арман встретил его щитом и отбросил назад.

Ещё шаг.

— Валькарион!

— Иду!

Он отступил в узкую тропу.

Противник уже не мог быстро пройти за ними.

Два разведчика ждали за следующим поворотом.

— Сюда!

Группа ушла вверх по тропе.

Через несколько минут голоса преследователей стали тише.

Потом исчезли совсем.

Мирон выдохнул:

— Всё?

Ратников ответил:

— Пока.

— Ненавижу это слово.

* * *

Передовой пост Пашкистана появился за последним гребнем.

Несколько десятков пехотинцев.

Всадники.

Целители.

Увидев колонну, солдаты вышли навстречу.

— Свои!

По рядам освобождённых прошёл шум.

Кто-то засмеялся.

Кто-то просто сел возле дороги.

Старший пашкистанского каравана подошёл к Ратникову и Арману.

— Спасибо.

Арман кивнул.

— Теперь вы у своих.

Рядом появился старший морвейнского торгового каравана.

Он остановился перед Виктором.

— Ваше Высочество.

Мирон демонстративно отвернулся.

Виктор посмотрел на него.

— Что?

— Я молчу.

Купец продолжил:

— О произошедшем будет доложено вашему отцу.

Виктор поморщился.

— Вот теперь начались настоящие проблемы.

Александр усмехнулся.

— Добро пожаловать.

— Ты слишком доволен.

— Наконец-то не только у меня такие разговоры.

* * *

Освобождённых пересчитали ещё раз.

Восемьдесят три человека.

Тридцать один подданный Морвейна.

Целители занялись теми, кому требовалась помощь.

Остальным дали воду и пищу.

Ратников подошёл к командиру поста.

— Что со штурмом?

— Ещё идёт.

— Есть сведения?

— Гвардия уже у внешних ворот. На севере тяжело.

Из-за гор донёсся очередной далёкий удар.

Мирон посмотрел туда.

— Там сейчас веселее.

Анастасия спросила:

— Хочешь поменяться?

— Нет.

— Тогда не жалуйся.

— Я не жалуюсь. Я ценю нашу удачу.

* * *

Они остались на передовом посту ждать дальнейшего приказа.

Штурм продолжался ещё несколько часов.

Сначала звуки боя почти не стихали.

Потом стали реже.

К вечеру над горами раздался длинный сигнал.

Один рог.

Потом второй.

Третий.

Офицер поста поднялся.

— Наш.

Арман посмотрел на Ратникова.

— Что означает?

Капитан кивнул в сторону Чёрного Утёса.

— Крепость взята.

По посту прокатились крики.

Мирон улыбнулся.

— Вот теперь хороший день.

Софья посмотрела на него.

— Утром ты говорил другое.

— Я способен менять мнение при появлении новых данных.

— Конечно.

Виктор стоял рядом с Александром.

Мирон снова посмотрел на обоих.

Открыл рот.

Виктор сразу поднял палец.

— Нет.

Мирон закрыл рот.

Пауза.

— Я даже ничего не сказал.

— И не надо.

* * *

Не успели они нормально отдохнуть, как со стороны Чёрного Утёса появился всадник.

Он остановился возле поста.

— Капитан Ратников?

— Здесь.

— Приказ полковника Орлова. Ваша группа должна прибыть в Чёрный Утёс.

— Когда?

— Немедленно.

Мирон посмотрел на небо.

— Конечно.

Ратников повернулся к курсантам.

— Собираемся.

Арман поднял щит.

— Слышали.

За спиной оставались восемьдесят три освобождённых человека.

Впереди стоял только что взятый Чёрный Утёс.

А тайна Виктора, которую он явно собирался хранить значительно дольше, закончилась в тот момент, когда собственные подданные увидели его в тёмной пещере и встали перед ним на колено.

Десятка вышла на дорогу.

Впереди ждала новая крепость — теперь уже снова своя.

Глава 9. После Чёрного Утёса

До Чёрного Утёса десятка добралась уже в сумерках.

Дорога поднималась между скалами, всё чаще проходя через следы недавнего штурма. У обочины лежали разбитые щиты, обломки лестниц, брошенные мешки и части осадного снаряжения. Солдаты уже расчищали проход, чтобы ночью могли пройти первые обозы.

Чем выше они поднимались, тем лучше становились видны стены крепости.

Над ними снова висели знамёна Пашкистана.

Мирон поднял голову.

— Теперь выглядит значительно приятнее.

Даниэль посмотрел на него.

— Ты её утром почти не видел.

— Зато утром я точно знал, что она чужая. Этого достаточно.

У ворот Ратников предъявил приказ гонца.

Дежурный офицер быстро прочитал его.

— Капитан Ратников. Десятка Валькариона?

— Да.

— Для вас освободили казарму у внутренней стены. Полевая кухня ещё работает.

Мирон оживился.

— Вот это правильная организация победы.

Анастасия толкнула его в плечо.

— Сначала дойди до казармы.

— Я уже почти там мысленно.

***

Чёрный Утёс оказался заметно меньше Каменного Щита.

Но стоило пройти во внутренний двор, как стало понятно, почему за эту крепость дрались так упорно.

Она стояла прямо над торговым трактом.

Дорога проходила между гор и практически упиралась в крепость. Любой крупный караван, обоз или военный отряд был вынужден идти здесь либо делать огромный крюк по тяжёлым горным дорогам.

На стенах уже меняли караулы.

Во дворе разгружали ящики.

Солдаты гвардии вытаскивали из складов оставленные тарвинцами припасы.

Пехотинцы занимали казармы.

Мирон осмотрел двор.

— Похоже, здесь задержатся надолго.

Ратников кивнул.

— Гвардия и пехотный полк остаются.

— Вся гвардия?

— Та часть, что пришла на это направление.

Даниэль посмотрел на стены.

— Значит, крепость сразу получит нормальный гарнизон.

— Именно.

Арман ничего не сказал.

Он уже заметил во дворе знакомые знаки на щитах.

Люди Валькарионов.

Обе сотни были здесь.

После взятия крепости их подтянули вместе с остальными частями, чтобы удержать дорогу и помочь привести Чёрный Утёс в порядок.

У одного из складов стоял сотник Рудов.

Он тоже увидел Армана.

— Десятник!

Арман подошёл.

— Как дошли?

— Нормально. Мы подошли уже под конец. Гвардия всё основное сделала.

— Много работы?

Рудов оглянулся.

— До утра хватит.

Мирон тихо сказал Даниэлю:

— Вот человек знает, как испортить вечер.

Рудов услышал.

— Я могу найти работу и тебе.

Мирон сразу выпрямился.

— Ничего не говорил.

— Я тоже.

***

Казарма оказалась тесной, но сухой.

После пещер, горных троп и погони никто не жаловался.

Ратников разрешил снять доспехи.

— Оружие проверить. Потом есть. После ужина никому из крепости не выходить.

Мирон сел на койку.

— Сегодня прямо праздник разумных приказов.

Софья посмотрела на него.

— Ты ещё не слышал следующий.

— Не надо портить момент.

Арман снял щит.

Виктор устроился напротив.

После раскрытия в пещере остальные ещё несколько раз поглядывали на него иначе, чем раньше.

Сам Виктор делал вид, что ничего не изменилось.

Мирон продержался почти минуту.

— Ваше Высочество...

Виктор медленно поднял глаза.

— Нет.

— Я только хотел спросить...

— Нет.

— Ты даже не знаешь что.

— И поэтому отвечаю заранее.

Александр усмехнулся.

— Привыкай.

Виктор посмотрел на него.

— Ты явно слишком давно ждал, когда это случится с кем-нибудь ещё.

— Возможно.

Арман бросил Мирону тряпку.

— Чисти оружие.

Мирон поймал её.

— Десятник подавляет свободу разговора.

— Только твою.

— Тогда это личное.

***

Утром их разбудил шум во дворе.

Арман вышел первым.

К воротам как раз въехал всадник.

Лошадь была в дорожной пене.

На плаще — знак Каменного Щита.

Гонец спешился.

— Капитан Ратников?

— Сейчас позову.

Через несколько минут Ратников уже стоял во дворе.

Гонец передал ему кожаный пакет.

— От полковника Чернова. Срочно.

— Для меня?

— Там несколько приказов.

Ратников вскрыл пакет.

Первый лист прочитал быстро.

На втором задержался дольше.

Арман стоял рядом.

— Что-то случилось?

Ратников посмотрел на него.

— Нет. Наоборот.

Он протянул первый документ.

Арман прочитал.

Приказ был коротким.

В связи с освобождением Чёрного Утёса, восстановлением контроля над торговым трактом и прибытием достаточных регулярных сил две сотни дома Валькарион освободить от дальнейшей службы на данном направлении.

Ниже стояла подпись Чернова.

Ещё ниже приписка:

Королевская гвардия и пехотный полк принимают на себя удержание Чёрного Утёса и охрану дороги.

Арман перечитал.

— Домой.

— Домой, — подтвердил Ратников.

Сзади послышался знакомый голос:

— Наконец-то разумное решение.

Подошёл сотник Мельник.

Рядом с ним Рудов.

Ратников передал им приказ.

Рудов прочитал и выдохнул.

— Значит, всё.

Мельник усмехнулся.

— Для нас — да.

Арман посмотрел на обоих.

— Вы выполнили долг.

Рудов кивнул.

— Для этого и пришли.

Мельник сложил лист.

— Королевские части здесь. Дорога открыта. Дальше мы уже будем только есть казённый хлеб.

Мирон, появившийся у двери казармы, сказал:

— Если хлеб хороший, я бы подумал.

Мельник посмотрел на него.

— Тебя никто не отпускает.

— Вот поэтому и молчу.

***

Сборы двух сотен начались почти сразу.

Никто не устраивал церемонии.

Солдаты сворачивали палатки, проверяли упряжь, грузили вещи на телеги.

Оружие оставалось при них.

Это были не временные ополченцы.

Это были люди дома Валькарион, пришедшие на помощь по приказу своего барона и теперь возвращавшиеся обратно.

Арман прошёл вдоль строя.

Многие здоровались.

Кто-то просто кивал.

Один из старших солдат сказал:

— Молодой дракон теперь далеко забрался.

Арман усмехнулся.

— Вы дальше меня дошли.

— Мы домой идём.

— Мне тоже когда-нибудь повезёт.

Солдат рассмеялся.

— Вот когда станешь старше — узнаешь, что домой тоже не всегда отпускают вовремя.

Рудов подошёл сзади.

— Арман.

— Да?

— Мы выступаем через час.

— Понял.

— Отец спросит, как ты.

— Скажи, что жив.

Рудов поднял бровь.

— Только это?

Арман подумал.

— И что всё нормально.

— Это он всё равно не поверит.

— Тогда скажи правду.

— Какую именно?

Арман посмотрел на крепость.

— Что практика оказалась немного тяжелее, чем мы ожидали.

Рудов рассмеялся.

— Вот это он поймёт.

***

Перед самым выходом обе сотни построились во внешнем дворе.

Двести человек.

Не парадный строй.

Не торжественная церемония.

Просто солдаты, закончившие работу.

Мельник прошёл вдоль первой сотни.

Рудов — вдоль второй.

— Готовы?

— Готовы!

Арман стоял рядом с Ратниковым.

Мирон, Даниэль и остальные вышли посмотреть.

Анастасия тихо сказала:

— Жалко?

Арман покачал головой.

— Нет.

Она посмотрела на него.

— Врёшь.

— Немного.

Рудов подошёл к нему.

Протянул руку.

Арман пожал.

— До встречи дома, — сказал сотник.

— Передай отцу, что у меня всё в порядке.

— Передам.

Мельник тоже пожал ему руку.

— Не заставляй нас снова собираться раньше срока.

Мирон сразу вставил:

— Это хороший совет.

Арман посмотрел на него.

— Ты тоже хочешь домой?

— Я всегда открыт хорошим предложениям.

Ратников сказал:

— Могу предложить тебе чистить конюшню.

— Предложение отклонено.

Через несколько минут ворота открылись.

Две сотни Валькарионов вышли из Чёрного Утёса.

Сначала пехота.

Потом телеги.

Последними — всадники.

Арман смотрел, пока колонна не скрылась за поворотом.

И только тогда вернулся во двор.

***

После ухода людей Валькарионов крепость не опустела.

Наоборот.

Гвардейцы уже занимали караульные посты.

Пехотный полк распределял людей по стенам, воротам и складам.

Под стеной стояли новые обозы.

Мирон посмотрел вокруг.

— Похоже, без нас справятся.

Ратников подошёл сзади.

— На удивление.

— Тогда можно домой?

— Нет.

— Я хотя бы попробовал.

В руках капитан держал второй лист из пакета Чернова.

Арман сразу заметил.

— А это что?

— А вот это уже для нас.

— От Чернова?

— Передано через него. Приказ Вельского.

Арман протянул руку.

Ратников отдал документ.

***

Приказ был коротким.

Учебной десятке Военной академии под командованием десятника Армана Валькариона, сопровождаемой капитаном Глебом Ратниковым, завершить практику на тарвинском направлении.

Ниже:

После отдыха и пополнения снаряжения выдвинуться в Северо-восточный пограничный округ и прибыть в распоряжение местного гарнизонного командования.

Арман поднял глаза.

— Мы не возвращаемся в Академию.

— Нет.

— Когда выступаем?

— Завтра утром.

— А что на северо-востоке?

Ратников пожал плечами.

— Вельский не написал.

— Отлично.

Мирон тут же спросил:

— Что отлично?

Арман повернулся к нему.

— Практика здесь закончена.

— Вот это действительно отлично.

— Завтра идём на северо-восток.

Мирон замолчал.

— А вот это уже звучит хуже.

Остальные подошли ближе.

Анастасия спросила:

— Куда именно?

Арман назвал небольшой город, указанный в приказе.

Александр нахмурился.

— Знаю.

Виктор кивнул.

— Я тоже.

Мирон закрыл лицо ладонью.

— Даже не начинайте.

Виктор посмотрел на него.

— Что?

— Сейчас два принца будут объяснять нам географию.

Александр усмехнулся.

— Там леса. Горы. Несколько старых рудников.

Виктор добавил:

— Торговые дороги. Небольшие поселения.

Даниэль спросил:

— Большой гарнизон?

— Нет, — ответил Александр. — Насколько я помню.

Анастасия посмотрела на Армана.

— Тогда зачем нас туда посылают?

Арман сложил приказ.

— Узнаем на месте.

Мирон тяжело вздохнул.

— Я начинаю ненавидеть эту фразу.

Ратников прошёл мимо.

— Привыкай.

***

После обеда к воротам начали собираться освобождённые караванщики.

Часть уже получила новые телеги.

Часть собиралась возвращаться пешком до ближайшего безопасного пункта, где им обещали транспорт.

Среди них были и купцы из Морвейна.

Арман увидел старшего каравана.

Тот подошёл сам.

— Десятник Валькарион.

— Как ваши люди?

— Уже лучше.

Купец посмотрел на крепость.

— Из тридцати одного все живы. После того, что произошло, это главное.

— Согласен.

— Товар почти весь потерян.

— Вернёте.

— Вернём.

Он улыбнулся.

— Людей вернуть сложнее.

В этот момент во двор вышел Виктор.

Купец заметил его и сразу выпрямился.

Потом сделал шаг вперёд.

Виктор поднял руку.

— Даже не думайте.

Купец остановился.

— Ваше Высочество...

— Мы договорились.

— Простите. Привычка.

Из-за спины Армана послышался голос Мирона:

— Хорошая привычка.

Виктор повернулся.

— Ты откуда взялся?

— Я здесь стоял.

— Не стоял.

— Значит, подошёл тихо.

Купец не удержался и рассмеялся.

Виктор посмотрел на него.

— Видите? Именно поэтому я прошу не начинать.

Купец кивнул.

— Понимаю.

Он стал серьёзнее.

— Ваш отец узнает о произошедшем.

— Я сам ему напишу.

— Хорошо.

— И прошу пока не распространять, что я здесь.

— Среди наших людей это будет непросто.

Виктор посмотрел на него.

— Постарайтесь.

— Постараемся.

Купец поклонился.

На этот раз совсем немного.

Не как подданный перед принцем.

Просто как человек перед человеком.

— Спасибо за то, что пришли за нами.

Виктор покачал головой.

— Благодарите всю десятку.

Купец посмотрел на Армана.

— Мы и благодарим.

***

Остаток дня прошёл спокойно.

Десятка приводила в порядок снаряжение.

Проверяли ремни.

Меняли повреждённые пряжки.

Пополняли запас болтов.

Получали сухой паёк.

Мирон сидел на земле и возился с ремнём рюкзака.

— Почему военное снаряжение всегда пытается победить владельца?

Тимур даже не поднял головы.

— Потому что некоторые владельцы не умеют пользоваться пряжками.

— Ты сегодня второй раз так говоришь.

— Потому что ничего не изменилось.

— Арман, прошу вмешаться.

— Нет.

— Командование отказалось защищать подчинённого.

Анастасия сказала:

— Командование пытается собрать вещи.

Мирон посмотрел на свой рюкзак.

— Вот и я пытаюсь.

— Пока побеждает рюкзак.

Даниэль усмехнулся.

— Уверенно.

***

Утром крепость только начинала просыпаться.

Королевские гвардейцы уже стояли у ворот.

Пехотный полк занимал стены.

Обозы двигались по освобождённому тракту.

Чёрный Утёс окончательно переставал быть местом недавнего боя и снова становился крепостью.

У ворот стояли одиннадцать человек.

Десять курсантов.

И капитан Ратников.

За спиной оставались стены Чёрного Утёса.

Ещё дальше — Каменный Щит.

Тарвинское направление для них закончилось.

Мирон поправил рюкзак.

— Ну что. Северо-восток.

Даниэль посмотрел на него.

— Уже пожалел?

— Пока нет.

— Тогда почему такой вид?

— Я просто заранее готовлюсь.

— К чему?

— К тому, что через несколько дней выяснится, зачем именно нас туда отправили.

Ратников прошёл вперёд.

— Десятка, строиться.

Все заняли места.

Арман оглянулся на ворота.

Две сотни Валькарионов уже были далеко на дороге домой.

Чёрный Утёс оставался за королевской гвардией и пехотным полком.

Их работа здесь закончилась.

Он повернулся вперёд.

— Десятка, за мной.

Они вышли на дорогу.

На северо-востоке их ждал небольшой пограничный город.

А в этом городе уже несколько дней ждали возвращения военного патруля.

Патруля, который так и не пришёл.

Глава 10. Новая дорога

Дорога на северо-восток заняла девять дней.

После Чёрного Утёса первые два дня они ещё встречали военные обозы, патрули и отряды, двигавшиеся к освобождённому тракту. Потом движение стало реже.

Горы постепенно отступали.

Каменистые склоны сменились холмами, а затем начались густые леса.

Ночевали по-разному.

Дважды — на постоялых дворах.

Один раз — в небольшой деревне, где староста без лишних вопросов выделил им пустой сарай и горячую еду.

Остальные ночи — в палатках у дороги.

Погода тоже успела измениться.

На четвёртый день прошёл сильный дождь.

На пятый пришлось почти половину пути идти по размытой дороге.

К вечеру шестого дня Мирон посмотрел на свои сапоги и заявил:

— Я начинаю подозревать, что Вельский отправил нас сюда не ради практики.

Даниэль даже не повернул головы.

— А ради чего?

— Чтобы проверить, сколько грязи способен унести один курсант.

Тимур сказал:

— Ты пока впереди.

Мирон посмотрел вниз.

— Зависть — плохое качество.

На седьмой день дорога снова стала лучше.

Появились обработанные поля, редкие хутора и небольшие деревни.

На восьмой день они встретили первый патруль нового округа.

Четверо всадников остановили группу, проверили бумаги Ратникова и показали дорогу дальше.

Один из солдат сказал:

— До города завтра к полудню дойдёте.

Мирон оживился.

— Там есть нормальная кровать?

Солдат посмотрел на него.

— Если повезёт.

— А кухня?

— Есть.

— Тогда кровать уже не так важна.

***

На девятый день лес расступился.

Впереди показался город.

Небольшой.

Никаких огромных стен, как у Каменного Щита.

Никаких башен Чёрного Утёса.

Невысокая деревянно-каменная стена окружала поселение, выросшее возле перекрёстка двух дорог.

За стеной поднимались крыши домов.

Чуть в стороне находился небольшой укреплённый двор с казармами и сторожевой башней.

Дальше снова начинался лес.

А за ним виднелись невысокие горы.

Мирон оглядел всё это.

— И это пограничный город?

Александр ответил:

— Не вся граница должна выглядеть как Каменный Щит.

— После последних недель мне уже кажется, что должна.

Виктор посмотрел на лес.

— Здесь другая местность.

Арман тоже это заметил.

Лес подходил почти вплотную к дороге.

Местами деревья стояли настолько густо, что уже через несколько десятков шагов ничего нельзя было разглядеть.

Хорошее место для засады.

И очень плохое — для поисков пропавших людей.

Ратников поднял руку.

— Не растягиваться.

Десятка собралась плотнее.

Мирон посмотрел на него.

— Мы ещё даже в город не вошли.

— Именно.

***

У ворот их уже ждали.

По всей видимости, патруль, встреченный накануне, успел передать сообщение.

Дежурный десятник проверил приказ.

— Капитан Ратников?

— Да.

— Командир гарнизона просил сразу проводить вас к нему.

Мирон тихо выдохнул.

— А я надеялся сначала поесть.

Софья сказала:

— Ты всегда надеешься сначала поесть.

— Потому что это разумная военная традиция.

Ратников повернулся.

— Арман, со мной. Остальным разместиться.

Мирон посмотрел на Даниэля.

— Опять начальство работает, а мы отдыхаем.

— Ты пять минут назад жаловался.

— Я быстро приспосабливаюсь.

***

Гарнизон оказался небольшим.

Около сотни солдат, конюшня, оружейный склад, несколько хозяйственных построек и каменный двухэтажный штаб.

Арман сразу обратил внимание на пустующие места возле коновязей.

Слишком много свободных.

Внутри штаба их встретил мужчина лет сорока пяти в простой офицерской форме.

— Капитан Ратников?

— Да.

— Майор Андрей Левшин. Командую гарнизоном.

Они обменялись рукопожатиями.

Левшин посмотрел на Армана.

— Десятник Валькарион?

— Так точно.

— Про вас уже успели кое-что написать.

Арман поднял бровь.

— Надеюсь, хорошее.

— В основном.

Ратников усмехнулся.

— Значит, плохое ещё не дошло.

Левшин впервые улыбнулся.

— Проходите.

На столе уже была разложена карта района.

И почти сразу стало понятно, что ждать до завтра никто не собирался.

***

Левшин указал на город.

— Сейчас вы здесь.

Потом провёл пальцем по дороге на север.

— Здесь лесной тракт.

Восточнее находилось несколько небольших деревень.

Западнее — холмы.

А дальше среди гор были нанесены несколько старых отметок.

— Рудники? — спросил Арман.

— Были когда-то. Большинство закрыто лет двадцать назад. Несколько ещё работают южнее.

Ратников посмотрел на карту.

— Что случилось?

Левшин помолчал несколько секунд.

— Люди начали пропадать.

Арман посмотрел на него.

— Сколько?

— Пока немного. Но слишком много для случайности.

Он указал на участок дороги примерно в половине дня пути от города.

— Три недели назад отсюда не вернулся наш патруль.

— Сколько человек?

— Шесть.

— Следы нашли?

— Лошадей нашли через два дня.

Арман нахмурился.

— Без всадников?

— Да.

Ратников спросил:

— Следы боя?

— Почти никаких.

— Кровь?

— Нет.

— Оружие?

— У людей было с собой.

Арман посмотрел на отметку.

— То есть шесть вооружённых солдат исчезли, а лошади остались.

— Именно.

Левшин переместил палец немного восточнее.

— Через пять дней пропали два лесника.

— Они были вместе?

— Да.

— Нашли что-нибудь?

— Их лагерь. Костёр. Еду. Топоры.

— Людей нет.

— Нет.

Арман спросил:

— После этого?

Майор указал на дорогу южнее.

— Потом торговая телега.

— Купцы?

— Один торговец и два возчика.

— Тоже исчезли?

— Телегу нашли пустой. Лошадей не было.

Ратников нахмурился.

— Товар?

— Часть осталась.

— Значит, не обычный грабёж.

— Мы тоже так решили.

Левшин поставил палец на последнюю отметку.

— Четыре дня назад я отправил второй патруль.

— Сколько?

— Пятеро.

Арман уже понял ответ.

— Не вернулись.

— Нет.

В комнате стало тихо.

***

Ратников первым нарушил молчание.

— Итого тринадцать человек?

— Шестеро солдат, два лесника, торговец, два возчика и ещё пятеро солдат.

Арман быстро пересчитал.

— Шестнадцать.

Левшин кивнул.

— Верно.

— За три недели.

— Да.

— И никто ничего не видел?

— Почти.

Арман посмотрел на последнее слово.

— Что значит «почти»?

Левшин отодвинул карту.

— Один углежог утверждает, что видел ночью огни в старой части леса.

— Костры?

— Говорит, двигались.

Ратников усмехнулся.

— Огни имеют такую привычку, когда их несут.

— Поэтому я и не стал отправлять роту за рассказом одного углежога.

Арман спросил:

— Где он это видел?

Левшин указал на северо-запад.

Недалеко от старых рудников.

— Здесь.

Ратников несколько секунд смотрел на карту.

— Вы прочёсывали район?

— Насколько могли.

Майор развёл руками.

— У меня город, четыре деревни, торговая дорога и слишком мало людей. Если я выведу половину гарнизона в лес, здесь некому будет даже ворота закрывать.

— Поэтому запросили помощь.

— Да.

Левшин посмотрел на Армана.

— А вместо роты мне прислали десять курсантов.

Арман спокойно выдержал взгляд.

Ратников сказал:

— Они уже пережили больше, чем многие ваши солдаты за последние несколько лет.

Левшин поднял руку.

— Я не жалуюсь.

Он снова посмотрел на карту.

— Наоборот. Для этого дела большой отряд может оказаться только помехой.

Арман спросил:

— Что от нас требуется?

— Найти пропавший патруль.

— Живым?

— Если возможно.

— А если нет?

Левшин ответил не сразу.

— Тогда узнать, что с ним произошло.

***

Арман подошёл ближе к карте.

— Где второй патруль видели в последний раз?

— Вот здесь.

Левшин показал лесную заставу на северной дороге.

— Они прошли пост утром четыре дня назад.

— Какой был маршрут?

— До старого каменного моста, затем вдоль ручья и обратно через восточную просеку.

— Стандартный патруль?

— Да.

— Когда должны были вернуться?

— Вечером следующего дня.

— Значит, ночевали в лесу.

— Обычно на старой сторожевой стоянке возле ручья.

Ратников спросил:

— Её проверяли?

— Проверили вчера.

— И?

— Следы людей были.

Арман посмотрел на него.

— Недавние?

— Да.

— Патруля?

— Скорее всего.

— И дальше?

Левшин покачал головой.

— Следы уходят к северу и теряются на камнях.

Арман ещё раз посмотрел на карту.

— Хочу начать от стоянки.

— Я именно на это и рассчитывал.

— Проводник?

— Дам одного лесника.

Ратников покачал головой.

— До стоянки доведёт и вернётся.

Левшин посмотрел на него.

— Почему?

— Если там действительно кто-то охотится за людьми, лишнего гражданского с собой не потащим.

Майор кивнул.

— Согласен.

Арман спросил:

— Когда выходим?

Левшин удивлённо посмотрел на него.

— Вы девять дней в дороге.

— Мы уже здесь.

Ратников ничего не сказал.

Только посмотрел на Армана.

Левшин усмехнулся.

— Завтра утром.

— Сегодня можно осмотреть место, где нашли лошадей первого патруля?

Майор перестал улыбаться.

— Можно.

— Далеко?

— Час с небольшим.

Ратников кивнул.

— Тогда сегодня смотрим старое место. Утром идём по второму патрулю.

Левшин поднялся.

— Хорошо.

***

Остальные ждали во дворе.

Мирон увидел Армана и сразу подошёл.

— По твоему лицу вижу, что нас сюда прислали не отдыхать.

— Удивительно.

— Я наблюдательный.

Анастасия спросила:

— Что произошло?

Арман посмотрел на всех.

— За три недели в районе пропали шестнадцать человек.

Разговоры сразу прекратились.

Даниэль спросил:

— Разбойники?

— Неизвестно.

— Звери?

— Не похоже.

Виктор спросил:

— Последними пропали солдаты?

— Патруль из пяти человек. Четыре дня назад.

Мирон нахмурился.

На этот раз без шутки.

— И ничего?

— Пока ничего.

Арман продолжил:

— Завтра идём по их маршруту. Сейчас посмотрим место, где нашли лошадей первого патруля.

Софья спросила:

— Сегодня?

— Сегодня.

Мирон тяжело посмотрел на небо.

— Девять дней шли.

— Да.

— Только пришли.

— Да.

— Даже поесть нормально не успели.

Ратников появился за спиной Армана.

— Кухня вон там.

Мирон сразу повернулся.

— Сколько времени?

— Полчаса.

— Я готов служить.

***

Через час они снова были за воротами.

На этот раз без тяжёлых дорожных рюкзаков.

Только оружие, вода и то, что могло понадобиться до вечера.

С ними шёл местный лесник по имени Захар.

Мужчина был невысоким, широкоплечим и разговаривал ещё меньше Тимура.

Мирон несколько раз пытался начать разговор.

— Давно здесь живёте?

— Давно.

Через несколько минут:

— Зверья много?

— Хватает.

Ещё позже:

— Люди часто пропадают?

Захар посмотрел на него.

— Раньше нет.

Мирон повернулся к Даниэлю.

— Я нашёл человека, который разговаривает меньше Тимура.

Тимур ответил:

— Тебе полезно.

***

Через час лесник остановился.

— Здесь.

Место ничем не выделялось.

Узкая дорога.

С одной стороны густой лес.

С другой небольшой склон.

Арман осмотрелся.

— Где нашли лошадей?

Захар показал дальше.

— За поворотом.

Там была маленькая поляна.

— Шесть?

— Шесть.

— Привязаны?

— Нет.

— Спокойные?

— Когда нашли — да.

Ратников спросил:

— Сёдла?

— На месте.

— Сумки?

— Тоже.

Арман прошёл по краю поляны.

Прошло уже несколько недель.

Большинство следов давно исчезло.

Но само место говорило достаточно.

Если на патруль напали здесь, лошади разбежались бы.

Если солдаты сами спешились — зачем бросать всё?

Даниэль осмотрел землю возле деревьев.

— Здесь был костёр?

Захар покачал головой.

— Нет.

Анастасия отошла дальше.

— Арман.

Он подошёл.

Она стояла возле узкой тропинки, уходившей между деревьями.

— Что?

— Дорога там.

Она показала назад.

— А эта тропа куда?

Захар ответил:

— Никуда.

Мирон посмотрел на него.

— Очень содержательно.

Лесник объяснил:

— Старая. Раньше по ней ходили к рудникам.

Арман посмотрел в лес.

— К каким?

Захар указал рукой.

— К северным. Их давно закрыли.

Ратников подошёл ближе.

— Насколько давно?

— Лет двадцать.

Арман вспомнил карту в кабинете Левшина.

Старые рудники.

Огни в лесу.

Пропавшие люди.

Он посмотрел на Ратникова.

Капитан понял без слов.

— Пока выводов не делаем.

— Я и не делаю.

Мирон тихо сказал:

— Зато я делаю.

Анастасия посмотрела на него.

— И какой?

— Что завтра нам придётся идти по этой тропе.

Ратников повернулся.

— Нет.

Мирон удивился.

— Правда?

— Завтра идём по маршруту последнего патруля.

— А потом?

Ратников посмотрел на тёмный проход между деревьями.

— А потом посмотрим.

***

В город вернулись уже перед закатом.

У ворот Левшин ждал их сам.

— Что нашли?

Ратников покачал головой.

— Ничего нового.

Арман добавил:

— Но место странное.

— Почему?

— Лошади остались со снаряжением. Следов боя не было. Рядом старая дорога к закрытым рудникам.

Левшин кивнул.

— Мы тоже обратили внимание.

— Почему не проверили рудники?

— Проверили ближайшие.

— И?

— Пусто.

Арман посмотрел на него.

— А дальние?

Левшин замолчал.

— До некоторых добираться почти день.

Ратников сказал:

— Значит, до них тоже доберёмся.

Майор кивнул.

— Сначала патруль.

— Сначала патруль, — согласился Арман.

***

В казарме десятка наконец смогла нормально поесть.

Мирон сидел над второй миской.

Даниэль посмотрел на него.

— Ты первую вообще жевал?

— Девять дней дороги. Потом лес. Мне положено.

Виктор спросил у Армана:

— Во сколько подъём?

— До рассвета.

Мирон перестал есть.

— Нет.

Анастасия улыбнулась.

— Что?

— Можно я обратно в Каменный Щит?

Тимур ответил:

— Иди.

Мирон посмотрел на него.

— Один?

— Ты же хотел.

Мирон подумал.

— Тогда остаюсь.

Арман развернул небольшую карту, которую дал Левшин.

На ней был отмечен маршрут последнего патруля.

Старая сторожевая стоянка.

Ручей.

Каменный мост.

Лесная просека.

И дальше — старые горные дороги.

Завтра начиналась настоящая работа.

Пять солдат ушли по этому маршруту четыре дня назад.

И домой не вернулись.

Глава 11. Пропавший патруль

Армана разбудили ещё затемно.

Ратников стоял возле двери казармы уже полностью одетый.

— Левшин ждёт.

Арман сел.

— Сейчас буду.

С соседней койки послышался голос Мирона:

— Если это опять совещание, предлагаю запретить совещания до восхода солнца.

Елена, не открывая глаз, сказала:

— Предлагаю запретить Мирона до восхода солнца.

Софья усмехнулась из-под одеяла.

— Поддерживаю.

— Вот так и начинается произвол большинства, — пробормотал Мирон.

Арман натянул сапоги.

— Через час подъём.

— А ты ещё хуже.

— Спи.

— Уже пытаюсь.

***

В кабинете майора Левшина находились только трое.

Левшин.

Ратников.

Арман.

На столе лежала карта района.

Майор сразу указал на северную дорогу.

— Последний патруль вышел четыре дня назад. Пять человек.

Его палец прошёл вдоль тракта.

— До старой сторожевой стоянки. Там ночёвка. На следующий день — вдоль ручья, затем через восточную просеку и обратно.

Арман посмотрел на карту.

— Но след ушёл на север.

— Да.

— Значит, они сами изменили маршрут.

— Похоже.

Ратников спросил:

— На стоянке следы всех пятерых?

— Да.

— Посторонние?

— Наши ничего уверенного не нашли.

Арман нахмурился.

— А севернее?

— След теряется на каменистой земле.

Левшин указал дальше.

— В том направлении старые рудники.

— Далеко?

— Несколько часов.

— Какие проверяли?

— Ближайшие.

— И?

— Пусто.

Ратников посмотрел на карту.

— Дальние?

— Нет.

Арман спросил:

— Проводник?

— Захар. Доведёт до стоянки и покажет место, где наши потеряли след.

Ратников кивнул.

— Дальше он возвращается.

Левшин согласился.

— Если найдёте подтверждение, что патруль ушёл к шахтам, возвращаетесь с информацией.

Арман поднял глаза.

— Даже если поймём, что люди там?

— Даже тогда.

Левшин выдержал его взгляд.

— Я уже потерял два патруля. Третий туда же отправлять не собираюсь.

— Понял.

***

Через час десятка стояла у северных ворот.

Все десять.

Арман быстро оглядел строй.

Анастасия проверяла крепление двуручного меча.

Даниэль подтягивал ремень.

Александр держал копию карты.

Мирон уже успел что-то рассказывать Софье.

Тимур проверял арбалет.

Майя поправляла щит за спиной.

Виктор затягивал перчатки.

Елена смотрела на Мирона с явным намерением заставить его замолчать.

— Я говорю тихо, — защищался он.

Софья покачала головой.

— Ты даже шепчешь громко.

— Это врождённое.

Арман подошёл.

— Закончили?

Мирон моментально замолчал.

Елена кивнула.

— Вот. Можешь же.

Арман развернул карту.

— Последний патруль — пять солдат. Четыре дня назад дошли до сторожевой стоянки. После ночёвки вместо восточного маршрута ушли на север.

Александр спросил:

— Причина неизвестна?

— Да.

Даниэль сказал:

— Значит, что-то увидели.

Елена добавила:

— Или им показали то, что они должны были увидеть.

Арман посмотрел на неё.

— Именно это и проверяем.

Софья спросила:

— В шахты идём?

— Пока нет. Наша задача — найти след, людей или точное направление.

Майя спросила:

— Если найдём живого?

— Забираем.

— Если найдём базу?

— Не штурмуем без необходимости.

Мирон поднял руку.

— Отличная часть плана.

Тимур посмотрел на него.

— Ты боишься шахт?

— Я уважаю здравый смысл.

Анастасия усмехнулась.

— Это что-то новое.

— Я развиваюсь.

***

Захар ждал за воротами.

Он кивнул Ратникову.

— Готовы?

— Веди.

Первую часть пути шли по нормальной дороге.

Лес стоял плотной стеной по обе стороны.

Мирон несколько раз пытался разговорить проводника.

— Давно здесь живёте?

— Давно.

Через некоторое время:

— Рудники ещё помните работающими?

— Некоторые.

Ещё позже:

— Вы когда-нибудь отвечаете длиннее?

Захар посмотрел на него.

— Иногда.

Мирон повернулся к Елене.

— Вот человек, который даже Тимура победил.

Тимур не обернулся.

— В чём?

— В молчании.

— Я не соревнуюсь.

Софья сказала:

— Поэтому и выигрываешь.

***

До сторожевой стоянки добрались ближе к полудню.

Небольшая поляна.

Ручей.

Старый навес.

Кострище.

Несколько брёвен.

Захар остановился.

— Здесь ночевали.

Арман поднял руку.

— Расходимся. Ничего не трогать сразу.

Десятка разошлась по поляне.

Даниэль занялся кострищем.

Софья пошла к ручью.

Анастасия осматривала границу леса.

Елена присела возле навеса.

Тимур проверял подход со стороны дороги.

Майя с Виктором ушли немного севернее.

Александр держал карту рядом с Арманом.

Мирон посмотрел вокруг.

— А мне?

— Западный край.

— Наконец-то доверили важный участок.

***

Первым позвал Даниэль.

— Арман.

Возле кострища сохранились отпечатки сапог.

— Пять человек, — сказал он. — Военные.

Александр подошёл.

— Значит, весь патруль действительно ночевал здесь.

Софья крикнула от ручья:

— Здесь тоже есть!

Они подошли.

На мягком берегу виднелись несколько отпечатков.

Пять пар уходили на север.

Софья показала на один.

— Тут кто-то поскользнулся.

Даниэль присел.

— И сразу поднялся.

Елена подошла с другой стороны.

— У навеса посторонних следов нет. Но на северном краю две сломанные ветки.

Анастасия вернулась следом.

— И примята трава.

Арман посмотрел на Захара.

— Это их обычный маршрут?

— Нет.

Виктор подошёл последним.

— Нашли ещё кое-что.

Майя показала на небольшой участок мягкой земли.

На нём был один глубокий отпечаток сапога.

Не военного.

Даниэль присел.

— Чужой.

Мирон подошёл.

— Один?

Майя покачала головой.

— Один видимый.

Виктор показал на каменистую почву рядом.

— Остальные могли идти там.

Елена нахмурилась.

— Слишком удобно.

Все посмотрели на неё.

Она показала на след.

— Если человек хочет скрыться, зачем наступать именно в единственную грязь?

Арман посмотрел дальше.

Через несколько десятков шагов была ещё одна мягкая полоса.

И там снова виднелся чужой след.

Александр понял первым.

— Его специально оставляли.

Анастасия кивнула.

— Чтобы патруль не потерял.

Мирон перестал улыбаться.

— Значит, их вели.

— Заманивали, — сказал Арман.

Он повернулся к Захару.

— Дальше мы сами.

— Понял.

— Передай Левшину: нашли чужой след. Похоже, патруль увели с маршрута намеренно.

— Передам.

Захар развернулся и пошёл обратно.

***

После ухода проводника порядок движения изменили.

Арман и Даниэль впереди.

Анастасия немного левее.

Софья — справа, с арбалетом наготове.

Майя и Тимур держали фланги.

Александр шёл ближе к Арману с картой.

Виктор и Елена контролировали тыл.

Мирон оказался рядом с Ратниковым.

Он покосился на капитана.

— Почему именно я здесь?

— Потому что тебя слышно дальше всех.

— Это обидно.

— Зато честно.

***

След появлялся редко.

И каждый раз слишком заметно.

Отпечаток возле ручья.

Сломанная ветка.

Клочок серой ткани.

Софья заметила его первой.

— Здесь.

Она аккуратно сняла ткань с куста.

Майя посмотрела.

— Не форма.

Елена спросила:

— Местный охотник?

Анастасия покачала головой.

— Охотник не стал бы несколько часов водить за собой патруль.

Тимур показал наверх.

— Смотрите.

Над тропой проходил узкий каменный выступ.

С него хорошо просматривалась дорога.

Александр сказал:

— Отличное место для наблюдения.

Софья добавила:

— И для арбалетчика.

Ратников посмотрел на Армана.

— Что думаешь?

— Их не просто вели. За ними следили сверху.

Майя оглядела склон.

— Значит, знали маршрут заранее.

Мирон сказал:

— Уже совсем не похоже на случайную шайку.

— Пока не делаем выводов, — ответил Арман.

— Я и не делаю. Просто мне уже не нравится.

***

Через час тропа подошла к оврагу.

Арман поднял руку.

— Стой.

Внизу что-то лежало.

Тимур первым спустился на несколько шагов.

— Древко.

Арман пошёл следом.

На древке был знак местного гарнизона.

Виктор тихо сказал:

— Нашли место.

Десятка быстро распределилась по краям оврага.

Софья поднялась на правый склон и прикрывала группу.

Майя заняла противоположную сторону.

Елена и Александр осматривали землю.

Анастасия прошла вдоль дна.

Даниэль присел возле нескольких следов.

— Здесь была схватка.

Ратников спросил:

— Долгая?

— Нет.

Анастасия подняла потерянную перчатку.

— Но людей было много.

Тимур показал на склон.

— Следы сверху.

Софья крикнула:

— И справа!

Арман поднялся к ней.

На мягкой земле виднелись многочисленные отпечатки.

Александр посмотрел на направления.

— Патруль вошёл в овраг снизу.

Виктор добавил:

— А противник уже стоял по обе стороны.

Елена нашла на кусте волокно верёвки.

— Вот ещё.

Арман взял его.

Ратников посмотрел.

— Связали?

— Похоже.

Майя позвала:

— Здесь след магии.

Она стояла возле камня.

На поверхности остался слабый тёмный след.

Александр подошёл.

— Уверена?

Майя провела рукой над камнем.

— Похоже на остаток короткого щита или удар заклинания. Старый, но есть.

Даниэль нахмурился.

— Значит, у них был маг.

Мирон вздохнул.

— Конечно.

Елена посмотрела на него.

— А ты надеялся на вежливых разбойников без магии?

— Хоть на что-нибудь простое.

***

За оврагом скрываться похитители почти перестали.

След стал шире.

Много сапог.

Пять человек шли посередине.

Анастасия первой заметила:

— Наши идут коротким шагом.

Тимур посмотрел на землю.

— Связанные?

— Скорее всего.

Софья указала дальше.

— Один несколько раз падал.

Арман присел.

— Но поднялся. Все пятеро ушли отсюда.

Виктор сказал:

— Значит, живыми их брали специально.

Елена нахмурилась.

— И это хуже обычного нападения.

Мирон неожиданно серьёзно кивнул.

— Согласен.

Софья посмотрела на него.

— Уже второй раз за день.

— Плохой день.

***

Тропа вывела на старую рудничную дорогу.

Камни почти полностью скрылись под мхом.

Александр развернул карту.

— Это она.

Арман посмотрел.

— К какому руднику?

— Дальше развилка. Один закрыли около двадцати лет назад. Другой ещё раньше.

Майя спросила:

— Какой ближе?

— Северный.

Тимур указал на землю.

— Они пошли туда.

Ратников кивнул.

— Дальше осторожнее.

***

Примерно через полчаса Софья подняла руку.

Все остановились.

— Дым.

Арман принюхался.

Запах был слабым.

Но различимым.

Елена посмотрела на верхушки деревьев.

— Ветер оттуда.

Анастасия ушла немного левее.

Тимур — вправо.

Майя подняла щит.

Арман жестом показал:

— Софья, с Майей выше. Остальные за мной.

Разговоры прекратились.

Через несколько минут лес закончился.

Впереди открылся старый карьер.

На противоположной стороне темнел вход в шахту.

Ни людей.

Ни лошадей.

Ни телег.

Только тонкий дым поднимался за скалой.

Мирон прошептал:

— Не люблю места, где никого нет, но кто-то явно есть.

Елена тихо ответила:

— В этом я с тобой согласна.

***

Ратников лёг за поваленным стволом.

Арман рядом.

Софья и Майя заняли позиции чуть выше.

Тимур контролировал правый склон.

Анастасия и Даниэль наблюдали за входом.

Александр сверял карьер с картой.

Виктор смотрел за подходами.

Елена заметила первой:

— Справа тропа.

Арман повернул голову.

Между кустами действительно уходил едва заметный проход.

— На карте?

Александр проверил.

— Нет.

Мирон тихо сказал:

— Прекрасно. Уже появились дороги, которых не существует.

Ратников бросил на него взгляд.

— Тише.

***

Несколько минут ничего не происходило.

Потом Софья негромко сказала:

— Движение.

Все замерли.

Но двигался не человек у шахты.

Что-то шевельнулось значительно ближе — возле ручья.

Анастасия первой спустилась вниз.

— Здесь человек.

Арман двинулся следом.

Под кустами лежал мужчина в форме местного гарнизона.

Он почти не реагировал.

Елена принесла воду.

Мужчина открыл глаза.

Увидел Армана.

Потом взгляд скользнул дальше.

На Ратникова.

И вдруг лицо изменилось.

Он попытался подняться.

— Ратников?..

Капитан замер.

Несколько мгновений всматривался в него.

— Савин?

Солдат хрипло рассмеялся.

— Всё-таки помните.

Ратников опустился рядом.

— Ты какого демона здесь делаешь?

— Служу, господин капитан.

— Вижу.

Арман посмотрел сначала на одного, потом на другого.

Ратников заметил.

— Мы знакомы.

Савин кивнул.

— Лет десять назад служил под его началом.

Мирон, стоявший чуть дальше, тихо сказал:

— Мир действительно маленький.

Ратников не обернулся.

— Мирон.

— Уже молчу.

Савин сделал несколько глотков воды.

— Вы тогда нас гоняли хуже любого инструктора.

Ратников усмехнулся.

— Значит, не зря. До сих пор жив.

— Похоже.

***

Савина перенесли выше под деревья.

Софья и Тимур остались наблюдать за карьером.

Майя контролировала тропу справа.

Елена с Виктором были рядом с солдатом.

Остальные собрались чуть ближе.

Ратников сел напротив.

— Теперь рассказывай.

Савин кивнул.

— Мы ночевали на старой стоянке. Утром нашли чужой след.

Даниэль спросил:

— Один?

— Мы так подумали.

Елена сказала:

— Его оставляли специально.

Савин посмотрел на неё.

— Потом и мы поняли.

Александр добавил:

— Но уже поздно.

— Да.

Савин тяжело выдохнул.

— В овраге они были со всех сторон.

Арман спросил:

— Сколько?

— Человек двадцать. Может, больше.

Мирон тихо свистнул.

Ратников продолжил:

— Организованы?

— Очень.

— Подробно.

— Двое с арбалетами сверху. Несколько человек по бокам. Ещё группа перекрыла отход.

Майя спросила:

— Маг был?

— Был.

— Что делал?

— Один раз поставил щит. Потом держался позади.

Она кивнула.

— Значит, след на камне его.

Анастасия спросила:

— Почему сдались?

Савин посмотрел на неё.

— Нас было пятеро.

— Это я вижу.

— И они сразу крикнули: бросаем оружие — остаёмся живы.

— Соврали?

— Нет.

Виктор подошёл ближе.

— Значит, вы были им нужны.

— Да.

— Для чего?

Савин посмотрел на Ратникова.

— Спрашивали про гарнизон.

Капитан сразу стал серьёзнее.

— Что именно?

— Сколько людей. Где посты. Когда меняются патрули. Какие обозы идут северной дорогой.

Александр спросил:

— Склады?

— Да.

Елена добавила:

— Дороги?

Савин кивнул.

— Какие проходимы для большого обоза. Где мосты. Где можно пройти мимо города.

Виктор переглянулся с Александром.

Софья, не отрывая взгляда от карьера, сказала:

— Для обычных разбойников слишком много военных вопросов.

— Именно, — ответил Ратников.

Мирон нахмурился.

— А если это всё-таки разбойники, то зачем им знать смену караулов в городе?

Никто не ответил.

***

Арман спросил:

— Остальные четверо?

— В шахте.

— Точно?

— Видел, куда их повели.

— Когда?

— Позавчера ночью.

Тимур повернул голову.

— А ты как вышел?

Савин усмехнулся.

— Упал.

Мирон сказал:

— Надёжный способ.

Ратников посмотрел на него.

— Дай договорить.

Савин продолжил:

— Один из наших споткнулся. Охрана отвлеклась. Я ещё раньше тёр верёвку о камень. Дёрнул сильнее — она лопнула.

— Побежал?

— Да. Склон там крутой. Свалился в ручей. Они решили, что я ушёл вниз по течению.

— А ты?

— Залез под корни на другом берегу.

Анастасия спросила:

— Почему не ушёл сразу?

— Меня искали.

— Долго?

— Вчера почти весь день двое ходили вдоль ручья.

Софья посмотрела на лес.

— Сегодня?

— Утром ушли.

Елена спросила:

— Ты двое суток здесь?

— Почти.

Майя тихо произнесла:

— Повезло, что нашли.

Савин посмотрел на Ратникова.

— Я уже думал, что придётся самому идти.

— С этой ногой далеко бы не ушёл, — сказал капитан.

***

Арман присел возле повреждённой ноги.

— Покажи.

Савин усмехнулся.

— Теперь ещё и целитель в десятке?

— Немного.

Майя с другой стороны сказала:

— Только не смотри на меня. Я сегодня не лекарь.

Савин поднял бровь.

Мирон тут же вставил:

— Очень важное уточнение.

Майя посмотрела на него.

— Хочешь, я уточню щитом?

— Уже не хочу.

Арман применил короткое малое заживление.

Несколько секунд.

— Попробуй.

Савин поднялся.

Сделал шаг.

Потом второй.

— Намного лучше.

Ратников спросил:

— До города дойдёшь?

— Теперь да.

— Хорошо.

Савин посмотрел на карьер.

— А остальные?

Ратников ответил:

— Не бросим.

— Сегодня?

Капитан посмотрел на вход в шахту.

Потом на солнце.

— Нет.

Савин нахмурился.

Арман сказал:

— Мы не знаем ни численность, ни устройство шахты, ни запасные выходы. Если полезем сейчас, можем только поднять тревогу.

Савин сжал губы.

Потом кивнул.

— Понял.

***

Перед отходом Арман распределил порядок.

— Софья и Тимур впереди.

— Есть, — ответила Софья.

Тимур просто кивнул.

— Даниэль и Анастасия следом.

— Поняла, — сказала Анастасия.

— Майя и Елена — с Савиным в центре.

Майя поправила щит.

— Доберётся.

Елена сказала:

— Прослежу.

— Виктор и Александр контролируют тыл.

Оба кивнули.

— Мирон со мной.

Мирон удивился.

— Почему я?

— Потому что я хочу знать, где ты.

— Недоверие командования.

— Именно.

Ратников усмехнулся.

— Пошли.

***

Обратная дорога прошла быстрее.

Теперь маршрут был знаком.

Но спокойнее не стало.

Через некоторое время Софья подняла руку.

— Стоп.

Все замерли.

Она присела возле земли.

— Здесь кто-то прошёл после нас.

Тимур подошёл.

— Один след.

Даниэль посмотрел.

— Или один видимый.

Елена сказала:

— Значит, могли проверять место после побега Савина.

Александр посмотрел назад.

— Или видели нас.

Майя подняла щит чуть выше.

— Тогда ждать не будем.

Ратников кивнул.

— Не задерживаемся.

***

Ещё через час Майя неожиданно остановилась.

— Слышали?

Все замерли.

Где-то далеко хрустнула ветка.

Софья сразу подняла арбалет.

Тимур ушёл немного вправо.

Анастасия положила руку на рукоять меча.

Виктор развернулся назад.

Елена прижалась ближе к Савину.

Несколько секунд.

Ничего.

Мирон прошептал:

— Зверь?

Виктор ответил:

— Возможно.

Елена тихо добавила:

— А возможно, нет.

Мирон посмотрел на неё.

— Ты умеешь успокаивать.

— Не моя задача.

Арман показал рукой:

— Идём.

***

До города добрались уже после заката.

Караульные увидели Савина и сразу оживились.

Один солдат выбежал вперёд.

— Савин?!

Тот поднял руку.

— Живой.

Через несколько минут из штаба появился Левшин.

Он остановился перед ним.

— Рядовой.

— Господин майор.

— Остальные?

Савин посмотрел на Армана.

Тот ответил:

— В старой северной шахте.

Левшин повернулся.

— Уверены?

Ратников сказал:

— Савин видел, куда их повели.

Майор посмотрел на капитана.

— Вы знакомы?

Савин усмехнулся.

— Лет десять назад служил под его началом.

Левшин перевёл взгляд на Ратникова.

— Мир тесен.

— Иногда слишком, — ответил тот.

Арман продолжил:

— Группа организованная. Около двух десятков человек. Есть маг. Патруль заманили специально.

— Зачем брали живыми?

Александр ответил:

— Собирают сведения.

Левшин нахмурился.

Виктор перечислил:

— Численность гарнизона. Посты. Караулы. Обозы.

Елена добавила:

— Склады и обходные дороги.

Софья сказала:

— И маршруты, по которым можно вести крупные грузы.

Мирон тихо произнёс:

— Разбойники, которым очень интересна военная география.

Ратников посмотрел на Левшина.

— Это уже не обычный грабёж.

Майор медленно кивнул.

— Похоже.

***

Через час в штабе лежал старый план рудника.

На совещании остались только Левшин, Ратников и Арман.

Майор показал главный вход.

— Его вы видели.

Потом ещё две отметки.

— Старый вентиляционный ход и дренажная выработка.

Арман спросил:

— Проходимы?

— Не знаю.

— Когда рудник закрыли?

— Почти двадцать лет назад.

Ратников посмотрел на схему.

— Если внутри постоянно живут люди, они наверняка расчистили хотя бы один дополнительный выход.

— Согласен.

Арман спросил:

— Резерв?

— Дам двадцать солдат.

— Пусть стоят у старой дороги.

— Почему не ближе?

— Если противник заметит их, пленных могут увести через другой выход.

Ратников кивнул.

— Верно.

Левшин подумал.

— Хорошо.

Арман посмотрел на план.

— До рассвета выходим.

— Десятка идёт внутрь?

— Да.

— Ратников?

Капитан ответил:

— Я с ними.

Левшин кивнул.

— Тогда завтра заканчиваем эту историю.

Арман посмотрел на тёмные линии старой шахты.

— Постараемся.

***

В казарме никто ещё не спал.

Когда Арман вошёл, все сразу подняли головы.

Мирон первым спросил:

— Ну?

— Завтра идём в шахту.

Он закрыл глаза.

— Конечно.

Софья усмехнулась.

— Ты сам утром предсказал.

— Я надеялся ошибиться.

Арман развернул копию плана на столе.

Все собрались вокруг.

Даниэль показал на главный вход.

— Слишком очевидно.

Майя указала на вентиляционную выработку.

— Если проходима, можно зайти отсюда.

Елена покачала головой.

— Если они используют шахту давно, этот вход могут охранять именно потому, что он скрытый.

Тимур показал на дренажный тоннель.

— Здесь выход к ручью.

Александр сверился с масштабом.

— И он ниже основного уровня.

Виктор спросил:

— Где держат пленных?

Арман показал на центральные галереи.

— Савин сказал, что их вели вниз.

Софья посмотрела на боковые ходы.

— Значит, наверху может быть только охрана.

Анастасия сказала:

— А внутри придётся разделяться.

Ратников вошёл в казарму.

— Не обязательно.

Все посмотрели на него.

— Сначала найдём проход. Потом решим.

Мирон посмотрел на карту.

— Кто-нибудь скажет что-нибудь хорошее?

Елена ответила:

— Завтра будет тесно, темно и нас, возможно, ждут.

Мирон посмотрел на неё.

— Именно поэтому я тебя почти никогда не прошу поддержать разговор.

Софья рассмеялась.

Майя сказала:

— Зато честно.

Арман свернул карту.

— Подъём до рассвета.

Мирон тяжело вздохнул.

— Вот теперь точно пора спать.

На этот раз никто не спорил.

Утром десятке предстояло войти в старую шахту.

Где-то под землёй оставались четверо солдат.

А вместе с ними — ответ на куда более опасный вопрос.

Кто именно собирал сведения о дорогах и гарнизонах северо-восточной границы Пашкистана.

Под небом Аэтерии

Книга третья: Первый год в строю

Глава 12. Старая шахта

Разбудили их ещё до рассвета.

На этот раз Мирон не жаловался.

К тому моменту, когда Арман вышел из казармы, весь десяток уже был готов.

Анастасия проверяла крепление двуручного меча. Даниэль затягивал ремень щита. Александр держал свёрнутый план шахты. Тимур проверял арбалет. Софья и Елена распределяли небольшие сумки с перевязочным материалом. Виктор заканчивал надевать перчатки.

Майя стояла возле ворот и смотрела на тёмную улицу.

Ратников появился последним.

— Все?

— Все десять, — ответил Арман.

Капитан кивнул.

— Тогда сначала сюда.

Он не повёл их сразу к воротам.

Десяток собрался возле стены казармы.

Ратников некоторое время молчал, оглядывая курсантов.

— Прежде чем выйдем, меняю один приказ.

Арман насторожился.

— Какой?

— Тот, который действует с начала вашей практики.

Мирон чуть нахмурился.

— Какой именно? Их было много.

— Ограничение на использование магии.

Теперь посмотрели уже все.

Ратников продолжил:

— До сегодняшнего дня без прямой необходимости вы пользовались волшебной стрелой, щитом и лечением. Остальные заклинания — только по отдельному разрешению или когда другого выхода не было.

Даниэль спросил:

— Ограничение снимается?

— Да.

Мирон посмотрел на капитана.

— Совсем?

— Не радуйся раньше времени.

Несколько человек едва заметно улыбнулись.

Ратников продолжил:

— В Академии вас год учили гораздо большему. На практике я намеренно оставил вам только самое необходимое.

Арман уже понял причину.

Капитан посмотрел на него.

— Скажи.

— Чтобы мы не начали решать магией всё подряд.

— Именно.

Ратников обвёл взглядом остальных.

— Мне были не нужны десять молодых магов, которые забывают про оружие, строй и голову, как только чувствуют ману. Мне нужны были воины-маги.

Он указал в сторону северных ворот.

— Каменный Щит я видел. Чёрный Утёс видел. Вчера видел, как вы нашли базу и вернулись за подкреплением вместо того, чтобы полезть в шахту в одиночку.

Мирон тихо сказал:

— Очень хотелось.

Елена посмотрела на него.

— Тебе?

— Нет. Поэтому и вернулся.

Ратников пропустил замечание.

— Вы научились не теряться без магии. Теперь пора проверить, умеете ли вы нормально работать с ней.

Он постучал пальцем по свёрнутому плану в руках Александра.

— В шахте используете весь арсенал, которому вас учили. Ночное зрение. Отвод глаз. Огонь. Тушение огня. Щиты. Стрелы. Бытовые заклинания, если они нужны делу. Лечение.

Майя спросила:

— Огненный шар?

— В тесной шахте?

Она чуть усмехнулась.

— Проверяла.

— Проверила. Не использовать без крайней необходимости.

Даниэль спросил:

— Ограничения по резерву?

Ратников посмотрел на него.

— Думать.

— Очень конкретно.

— Другого ответа не будет. Одно дело — потратить половину резерва, когда через минуту всё закончится. Другое — сделать то же самое в первом коридоре, не зная, сколько ещё придётся пройти.

Он стал серьёзнее.

— И запомните главное. До нуля резерв не выжигаем.

Мирон уже не улыбался.

Ратников продолжил:

— Когда мана заканчивается, организм предупреждает. Контроль становится хуже. Конструкцию держать тяжелее. Вот тогда останавливаетесь.

— А если продолжить? — спросила Софья.

— Тогда начинаете тянуть то, чего уже нет.

Ратников коснулся пальцами предплечья.

— Можно повредить каналы. Если совсем постараетесь — перегорят.

На несколько секунд стало тихо.

— Поэтому геройства вроде «ещё одно заклинание, а там посмотрим» мне не нужны. Понятно?

— Да, господин капитан, — ответил Арман.

— Остальным?

Ответили почти одновременно.

Ратников кивнул.

— Вот теперь идём.

⁂

За северными воротами их ждали двадцать солдат Левшина.

Старший коротко доложил Ратникову:

— Люди готовы.

Капитан развернул план.

— Вы идёте до старой дороги. Дальше не приближаетесь.

— Понял.

— Если кто-то выйдет из шахт и попытается уйти к городу или на юг — задержать.

— Живым?

— Если получится.

Арман показал на вторую дорогу.

— И следите за этим направлением. Вчера мы нашли скрытую тропу справа от карьера.

Старший солдат кивнул.

— Учтём.

Выступили ещё в темноте.

До леса дошли быстро.

Разговаривали мало.

Мирон несколько раз начинал что-то говорить, но потом сам замолкал.

После вчерашнего дня лес уже не казался обычным.

Где-то впереди находилась шахта.

В ней — около двух десятков вооружённых людей.

И четверо солдат последнего патруля.

Если Савин не ошибался.

⁂

До старой рудничной дороги добрались, когда небо начало сереть.

Здесь разделились.

Двадцать солдат Левшина ушли к заранее выбранной позиции.

Десяток продолжил путь вместе с Ратниковым.

Арман поднял руку.

— Ночное зрение.

На этот раз никто не ждал отдельного разрешения.

Тьма изменилась почти сразу.

Один за другим курсанты перестали щуриться в предрассветном сумраке.

Мирон посмотрел на лес.

— Вот теперь гораздо приятнее.

— Громче скажи, — тихо произнесла Елена. — В шахте ещё не услышали.

Мирон показал ей большой палец и замолчал.

⁂

К карьеру подошли с той же стороны, что вчера.

Дыма сегодня не было.

Это Арману не понравилось.

Софья первой заняла возвышение.

Тимур ушёл чуть правее.

Виктор контролировал дорогу назад.

Остальные залегли за старым каменным отвалом.

Арман развернул план.

— Главный вход здесь.

Александр показал ниже.

— Дренаж выходит к ручью.

Елена добавила:

— Если он вообще не обвалился.

Ратников посмотрел на вход шахты.

— Главным не идём.

— Слишком очевидно, — сказал Даниэль.

— И вчера там могли нас видеть, — добавила Майя.

Арман указал на дренаж.

— Проверяем.

⁂

Выработку нашли не сразу.

Вход почти полностью скрывали кусты и осыпавшийся камень.

Тимур присел.

— Следы есть.

Софья подошла.

— Свежие?

— Не сегодняшние. Но здесь ходят.

Майя посмотрела на тёмную щель.

— Значит, проход открыт.

Арман обернулся.

— Порядок.

Он начал распределять:

— Я и Даниэль впереди. Анастасия следом. Александр и Софья — центр. Майя, Тимур. Потом Виктор и Елена. Мирон с Ратниковым.

Мирон поднял бровь.

— Опять я рядом с капитаном.

— Традиция, — сказал Ратников.

— Очень плохая.

— Могу поставить первым.

— Традиции надо уважать.

Даже Арман усмехнулся.

— Пошли.

⁂

Дренажный тоннель оказался тесным.

В некоторых местах приходилось пригибаться.

По каменному дну текла тонкая полоса холодной воды.

Через несколько десятков шагов внешний свет исчез полностью.

Но факелов не зажигали.

Они были не нужны.

Ночное зрение делало камни серыми, тени глубокими, но позволяло идти уверенно.

Даниэль остановился.

Поднял кулак.

Все замерли.

Впереди — слабый свет.

Арман присел.

Коридор выводил к старой галерее.

За поворотом горел небольшой масляный светильник.

Рядом сидели двое.

Один держал арбалет на коленях.

Второй прислонился к стене.

Охрана.

Арман повернулся к Елене.

Показал глазами на свет.

Она поняла.

Короткое движение пальцев.

Пламя погасло.

— Что за…

Второй охранник не договорил.

Для людей без ночного зрения темнота стала полной.

Для курсантов — нет.

Анастасия и Даниэль двинулись первыми.

Несколько секунд.

Глухая возня.

Один короткий удар.

Потом тишина.

Арман подошёл.

Оба охранника лежали на земле.

Живые.

Ратников проверил одного.

— Хорошо.

Мирон тихо сказал:

— Начинаю понимать, зачем нас год мучили ночным зрением.

Софья прошептала:

— Сейчас ты говоришь слишком много для человека, который находится в тайной шахте.

— Уже закончил.

⁂

У охранников нашли ключи.

И одинаковые серые повязки.

Даниэль осмотрел оружие.

— Не местное ополчение.

— Почему? — спросил Тимур.

— Арбалеты одинаковые. Болты тоже.

Виктор поднял один.

— И хорошие.

Ратников забрал повязку.

— Потом.

Арман посмотрел в коридор.

— Дальше.

⁂

Через несколько минут шахта начала разветвляться.

Александр развернул план.

— Здесь должна быть центральная галерея.

— Должна? — тихо спросил Мирон.

— Плану почти двадцать лет.

— Очень обнадёживает.

Елена показала вперёд.

— Тихо.

Из-за стены слышались голоса.

Не один.

Арман прислушался.

Кто-то говорил:

— …ещё утром проверяли.

Другой голос ответил:

— Тогда пусть сидят. После обеда решат.

Арман посмотрел на Ратникова.

Капитан жестом приказал ждать.

Софья осторожно продвинулась к краю прохода.

Через несколько секунд вернулась.

— Четверо. Один у двери. Трое за столом.

— Ещё выходы?

— Один коридор дальше.

Майя тихо спросила:

— Отвод глаз?

Арман посмотрел на Ратникова.

Тот не запретил.

— Делай.

Майя сосредоточилась.

Воздух вокруг неё едва заметно дрогнул.

Она не исчезла.

Просто взгляд словно соскальзывал с её фигуры, если специально не всматриваться.

Майя прошла вдоль стены.

Охранник у двери посмотрел прямо в её сторону.

И почти сразу отвернулся.

Мирон медленно поднял брови.

Елена едва слышно сказала:

— Потом удивляться будешь.

Майя добралась до бокового прохода.

Показала два пальца.

Двое дальше.

Значит, всего шесть.

Арман быстро распределил.

— Без шума.

На этот раз всё закончилось ещё быстрее.

Даниэль и Тимур взяли дверь.

Анастасия с Виктором — стол.

Александр и Софья перекрыли второй проход.

Один из противников успел поднять руку.

Перед ним вспыхнул щит.

Маг.

— Ложись! — крикнул он своим.

И выпустил волшебную стрелу.

Александр поставил щит почти мгновенно.

Удар вспыхнул на поверхности.

Барьер выдержал.

Даниэль ответил своей стрелой.

Вражеский маг принял её на щит.

Потом вторую — от Майи.

Барьер снова дрогнул.

— Не давить! — приказал Арман.

Незачем было соревноваться резервами.

Анастасия обошла стол сбоку.

Тимур поднял арбалет.

Маг увидел оба направления.

Несколько секунд ещё держал щит.

Потом понял.

Опустил руку.

— Всё.

Ратников подошёл.

— На землю.

Тот подчинился.

Остальные тоже бросили оружие.

Мирон посмотрел на пленного мага.

— А я думал, сейчас будет что-нибудь очень героическое.

— Будет, — сказал Ратников.

Мирон насторожился.

— Что?

— Ты понесёшь его арбалет.

— Я зря заговорил.

⁂

За дверью нашли первый патруль.

Но не тот, за которым пришли.

Шестеро солдат сидели в небольшой камере.

Все живы.

Измождённые.

Один едва держался на ногах.

Арман застыл на секунду.

— Первый патруль?

Старший поднял голову.

— Да.

Даниэль быстро пересчитал.

— Все шестеро.

Ратников сразу спросил:

— Остальные пленники?

Солдат посмотрел в дальний проход.

— Ниже.

— Сколько?

— Не знаю точно. Нас почти не выпускали.

Он сглотнул.

— Есть двое лесников. Торговец. Два возчика. Потом привели ещё пятерых из нового патруля.

Арман почувствовал, как внутри резко отпустило.

Значит, живы.

— Один из пятерых сбежал, — сказал он.

Солдат удивлённо посмотрел.

— Савин?

— В городе.

Тот закрыл глаза.

Всего на секунду.

— Хорошо.

Арман повернулся к Софье.

— Вода.

Она достала флягу.

У одного из солдат руки дрожали слишком сильно.

Майя поддержала его, пока он пил.

Никакого лечения она не предлагала.

Просто помогла удержаться.

Арман быстро осмотрел самого слабого.

— Усиленное заживление здесь не поможет от голода и усталости.

Ратников кивнул.

— Поэтому не трать силы.

Арман посмотрел на пленных.

— Оставайтесь здесь. Дверь не закрываем. Если услышите бой — не выходить.

— А вы?

— Заберём остальных.

⁂

Теперь скрываться полностью уже не имело смысла.

Шестеро охранников исчезли с постов.

Рано или поздно это заметят.

Арман развернул карту.

— До нижних галерей два пути.

Александр показал.

— Главный спуск и старый боковой проход.

Елена посмотрела на стены.

— Если план всё ещё верен.

— Проверим оба, — сказал Арман.

Ратников покачал головой.

— Не разделяемся.

Анастасия кивнула.

— Сначала боковой.

— Почему? — спросил Тимур.

— Главный будут охранять.

— Согласен.

Мирон посмотрел на старый план.

— Мне нравится, когда мы выбираем дорогу, которая на двадцатилетней карте обозначена пунктиром.

— Можешь остаться с пленными, — предложила Софья.

— Уже нравится меньше.

⁂

Боковая галерея оказалась проходимой.

Но только до середины.

Дальше часть потолка обвалилась.

Мирон присел возле камней.

— Можно разобрать.

Арман посмотрел на него.

— Сколько времени?

— Руками — много.

— Магией?

Мирон приложил ладонь к ближайшему камню.

Несколько секунд молчал.

— Могу сдвинуть верхние. Но если дерну не тот…

— Не надо, — сразу сказал Арман.

Мирон убрал руку.

— Полностью поддерживаю.

Ратников кивнул.

— Главный спуск.

⁂

Тревога началась раньше, чем они дошли до него.

Вдалеке раздался крик:

— Пост!

Потом ещё один.

— Где люди?!

Арман поднял кулак.

— Всё. Нас нашли.

Ратников обнажил меч.

— Теперь быстро.

⁂

На лестничной площадке их встретили сразу пятеро.

Первый успел выстрелить из арбалета.

Виктор поднял щит.

Болт вспыхнул на прозрачной поверхности и отскочил в сторону.

Щит не исчез.

Второй болт ударил туда же.

Виктор сделал шаг вперёд.

— Держу!

Арман не стал требовать снять защиту после одного удара.

— За Виктором!

Они прошли площадку под прикрытием.

Даниэль и Тимур ответили из арбалетов.

Майя выпустила волшебную стрелу.

Один из противников попытался закрыться обычным щитом, но удар заставил его отступить.

Анастасия вошла первой.

Несколько секунд тесного боя — и проход был их.

Виктор опустил руку.

— Нормально.

Арман только кивнул.

Некогда было устраивать проверку после каждого заклинания.

⁂

Внизу оказалось темнее.

Охрана сама погасила часть ламп.

Софья усмехнулась.

— Спасибо.

Мирон посмотрел на неё.

— За что?

— Они сделали нам удобнее.

Впереди послышалось:

— Они видят в темноте!

Потом:

— Зажечь всё!

В нескольких местах вспыхнули лампы.

Елена подняла руку.

Два огня погасли сразу.

Майя убрала третий.

Тимур четвёртый.

Коридор снова погрузился в полумрак.

Арман впервые за всю практику увидел, как быстро десяток перестраивается, когда магия перестаёт быть исключением.

Никто не стоял и не ждал отдельного приказа.

Проблема.

Заклинание.

Дальше.

И при этом оружие оставалось в руках.

Вот чего добивался Ратников.

⁂

На развилке их попытались остановить уже всерьёз.

Около десятка человек.

Щиты.

Арбалеты.

И тот самый второй маг, о котором говорил Савин.

Арман увидел его сразу.

Тот стоял позади первой линии.

— Щит! — крикнул противник.

Перед его людьми поднялась широкая полупрозрачная стена.

Даниэль вскинул руку.

Арман остановил:

— Не разбивать!

Даниэль понял.

Волшебная стрела так и не сорвалась.

Ратников бросил взгляд на Армана.

— Что предлагаешь?

Арман показал на боковую нишу.

— Пусть держит.

Александр понял первым.

— Обойти?

— Именно.

Тимур и Елена ушли вправо через узкую техническую выработку.

Майя — за ними.

Главная группа осталась перед щитом.

Вражеский маг продолжал держать барьер.

Мирон тихо сказал:

— Он думает, что мы сейчас начнём по нему бить.

— Пусть думает, — ответил Арман.

Противник первым не выдержал.

— Стреляйте!

Арбалетчики вышли из-за щита.

Вот тогда Арман поднял руку.

— Защита!

Сразу несколько щитов вспыхнули перед десятком.

Не один.

Три небольших перекрывающихся участка.

Болты ударили в них.

Барьер Александра принял два.

Софья — один.

Арман — ещё два.

Никто не снимал защиту мгновенно после первого удара.

Щиты держали столько, сколько требовала ситуация.

Ответили Даниэль и Виктор.

Две волшебные стрелы заставили стрелков снова уйти за защиту.

А в следующий момент с правого коридора раздался голос Тимура:

— Доброе утро.

Противники обернулись.

Майя ударила волшебной стрелой сбоку.

Елена поставила короткий щит, закрывая узкий проход.

Вражеский строй сломался.

Маг попытался развернуть барьер.

Поздно.

Его защита дёрнулась, стала узкой.

Ратников крикнул:

— Вперёд!

Анастасия пошла первой.

За ней Арман и Даниэль.

Мирон не стал бить магией по людям.

Вместо этого резко повёл рукой.

Камни под ногами двух противников чуть сместились.

Те потеряли устойчивость.

Этого хватило.

Через несколько секунд сопротивление прекратилось.

Часть бросила оружие.

Двое попытались уйти в дальний коридор.

Там их уже встретили Тимур и Майя.

Вражеский маг всё ещё держал маленький щит перед собой.

Арман поднял булаву.

— Хватит.

Тот посмотрел на окружающих.

На Ратникова.

На Анастасию.

На перекрытый проход.

Щит исчез.

— Сдаюсь.

⁂

Пленных связали.

Всего оказалось четырнадцать.

С шестью наверху — двадцать.

Савин не ошибся.

Ратников посмотрел на Армана.

— Теперь люди.

— Да.

⁂

Пленников нашли ещё ниже.

За двумя деревянными дверями.

Первыми были двое лесников и торговец с возчиками.

За второй дверью — четверо солдат последнего патруля.

Все живы.

Арман открыл дверь.

Несколько секунд никто внутри не двигался.

Потом один из солдат поднялся.

— Кто?

— Свои.

Тот будто не поверил.

— Из города?

— Да.

Анастасия добавила:

— Савин тоже жив.

Четверо переглянулись.

Один рассмеялся.

Нервно.

Коротко.

— Эта сволочь всё-таки ушла.

— Ушла? — переспросил Мирон.

Солдат махнул рукой.

— Савин всегда говорил, что если однажды попадёт в плен, то сбежит просто из упрямства.

Ратников усмехнулся.

— На него похоже.

⁂

Арман пересчитал освобождённых.

Шесть солдат первого патруля.

Двое лесников.

Торговец.

Два возчика.

Четверо из последнего патруля.

Пятнадцать.

Савин был шестнадцатым.

Все люди, пропавшие за последние три недели, нашлись.

Живыми.

Слишком хорошо для случайной шайки.

И именно поэтому становилось ещё тревожнее.

Их не убивали.

Их собирали.

⁂

— Зачем держали вас? — спросил Ратников у старшего первого патруля.

— Сначала спрашивали.

— То же, что у Савина?

— Гарнизон. Дороги. Посты. Караулы.

Один из лесников вмешался:

— Нас про лес спрашивали.

Арман повернулся.

— Что именно?

— Где можно провести людей незаметно. Где зимой дорога не заметает. Какие тропы выводят к Серебряной Роще.

Ратников сразу посмотрел на него.

— К Серебряной Роще?

— Да.

— Ещё что?

— Где ручьи. Где старые охотничьи стоянки.

Торговец сказал:

— Меня спрашивали про обозы.

— Какие?

— Крупные. Военные. Торговые. Где меняют лошадей. Где покупают корм. Какие мосты выдержат тяжёлые телеги.

Арман переглянулся с Александром.

Теперь картина становилась ещё хуже.

Эти люди изучали не один город.

Они изучали весь район.

⁂

Мирон первым заметил стол в боковой комнате.

На нём лежали бумаги.

— Арман.

Он больше не шутил.

Ратников подошёл первым.

Карты.

Несколько листов с записями.

Схемы дорог.

Патрульные маршруты.

Смена караулов.

Отметки складов.

И ещё одна карта.

Гораздо крупнее.

Арман развернул её.

На ней были отмечены не только окрестности города.

Линии уходили дальше.

На север.

На восток.

К другим постам.

К торговым дорогам.

К границе лесов.

Александр тихо сказал:

— Это собирали не за три недели.

— Нет, — ответил Ратников.

Даниэль поднял небольшой журнал.

— Здесь даты.

Он быстро пролистал.

— Несколько месяцев.

Елена нашла другой лист.

— А здесь номера.

— Какие номера? — спросил Тимур.

— Платежи, похоже.

Виктор подошёл.

— Без имён.

На страницах стояли только цифры, даты и короткие обозначения.

Ни одного полного имени.

Ни одной подписи.

Майя показала на одинаковый знак возле нескольких записей.

Простой символ.

Три короткие линии внутри круга.

— Это что?

Ратников посмотрел.

— Пока ничего.

— Но повторяется, — сказал Даниэль.

— Значит, запоминаем.

Капитан забрал журнал.

— И не придумываем объяснение раньше времени.

Арман кивнул.

— Всё берём.

⁂

В дальней комнате нашли сундук с монетами.

Не огромный.

Но для шайки в двадцать человек — слишком большой.

Тимур присвистнул.

— Теперь хотя бы понятно, почему они этим занимались.

Виктор присел возле сундука.

Взял одну монету.

Потом другую.