Под небом Аэтерии. Книга пятая: Пепел над Астеррой

Глава 1

Утро в Каменном Щите началось непривычно спокойно. Арман проснулся без гонца у двери. Никто не требовал немедленно подняться на стену. Никто не сообщал о движении противника. Никто не спрашивал, сколько осталось стрел.

Он несколько секунд лежал, глядя в потолок, потом просто сел. На соседнем стуле лежала сложенная одежда. Доспехи стояли у стены. Щит — рядом. На столе оставалась небольшая стопка бумаг.

Большую часть уже забрал штаб Вельского. Арман поднялся. Сегодня они уезжали.

***

Собираться оказалось неожиданно просто. Всё, что он привёз сюда, помещалось в дорожную сумку. Несколько смен одежды. Плащ. Книги и записи.

Набор для ухода за оружием. Остальное было на нём или ехало в обозе. Арман застегнул сумку, поднял её и поставил возле двери. В этот момент постучали.

— Входи.

В комнату заглянула Анастасия.

— Готов?

— Почти.

Она посмотрела на сумку. Потом на него.

— Это всё?

— А что ещё?

— Не знаю. Я собиралась дольше.

— Потому что ты берёшь с собой половину крепости.

— Неправда.

— Два мешка.

— Один с вещами.

— А второй?

Анастасия выдержала паузу.

— Тоже с вещами.

Арман усмехнулся.

— Убедительно.

Она вошла.

— Вельский сказал, выступаем после полудня.

— Знаю.

— Ермек тоже едет?

— До развилки. Потом его люди пойдут домой.

Анастасия кивнула. Несколько секунд помолчала. Арман посмотрел на неё.

— Что?

— Ничего.

— Ты уже второй человек за два дня, который отвечает мне «ничего».

— Привыкай.

Арман покачал головой.

— Уже жалею, что назвал тебя сестрой.

— Поздно.

Она вышла. Арман взял щит. Проверил ремни. Поднял сумку. И в последний раз осмотрел комнату.

Не потому что она что-то значила. Просто чтобы ничего не забыть. Потом закрыл дверь. Каменный Щит оставался позади. Впереди был Павлоград.

***

Екатерина стояла у коновязи и смотрела, как гвардейцы затягивают подпруги. В отличие от Армана она не могла просто сложить вещи в одну сумку. Возвращение принцессы Морвейна в столицу Пашкистана требовало сопровождения, документов, писем и людей. Особенно теперь. Она держала в руках небольшой кожаный футляр.

Внутри лежали копии последних донесений о Сааране. Землетрясения. Извержения. Разломы. Целые области, ушедшие под воду.

Материк, которого больше не существовало в прежнем виде. Екатерина перечитала эти бумаги уже несколько раз. Ничего нового там не появилось. И всё равно открывала снова.

— Ваше Высочество.

Она подняла взгляд. К ней подошёл один из сопровождавших её гвардейцев.

— Всё готово.

— Сколько лошадей?

— Двенадцать верховых. Две запасные. Повозка с вещами.

— Хорошо.

Он немного помедлил.

— Есть ещё что-нибудь?

Екатерина посмотрела на него.

— Вы хотите что-то спросить.

Гвардеец не стал отрицать.

— Морвейн.

Она опустила взгляд на футляр.

— Я тоже хочу знать.

— Из дома ничего?

— Нет.

— Совсем?

— Совсем.

Гвардеец нахмурился. Екатерина закрыла футляр.

— Последнее письмо отца я получила ещё до бала.

— А принц Виктор?

— Уехал домой.

— Значит, мог уже добраться.

— Мог.

Она сказала это спокойно. Но именно слово «мог» беспокоило её больше всего. Между Пашкистаном и Морвейном лежало слишком много земли и моря. А теперь ещё и война. Тарвин отпадал полностью.

Южные пути были опасны. Оставался Каз-Дар. Если Виктор добрался туда, если нашёл корабль, если море не стало хуже после катаклизмов… Слишком много «если». Гвардеец спросил:

— Вы думаете, Морвейн тоже пострадал?

Екатерина посмотрела на восток.

— Пострадали все.

— Я имел в виду так же, как Сааран.

— Нет.

Ответ прозвучал быстро. Слишком быстро. Она сама это поняла.

— Не думаю, — добавила Екатерина. — Если бы Астерру разорвало так же, какие-то сведения уже дошли бы.

— Через Каз-Дар?

— Хотя бы через него.

Гвардеец кивнул. Но спокойнее от этого не стало ни ему, ни ей. К ним подошёл Арман.

— Через полчаса выдвигаемся.

Екатерина повернулась.

— Вельский уже приказал?

— Да.

— Сколько до столицы?

— Если дорога будет нормальной — несколько дней.

— После последних недель слово «нормальная» звучит подозрительно.

Арман чуть улыбнулся.

— Тогда скажем иначе. Если никто не решит начать ещё одну войну по дороге.

Екатерина посмотрела на него.

— Очень утешительно.

— Я старался.

Он уже собирался идти дальше, когда она спросила:

— Арман.

— Да?

— В Павлограде ты останешься?

Он пожал плечами.

— Пока не знаю. Сначала доклад. Потом решат.

— Хорошо.

Арман заметил её выражение.

— Ты из-за Морвейна?

Екатерина несколько секунд молчала. Потом кивнула.

— Саарана больше нет.

— Знаю.

— Ещё месяц назад это звучало бы как безумие.

— Сейчас тоже звучит.

— А если это не закончилось?

Арман не ответил сразу. Екатерина продолжила:

— Если подобное происходит не только там?

— Тогда в Павлограде об этом должны знать.

— Если сведения дошли.

— Узнаем.

Екатерина усмехнулась без веселья.

— Ты иногда говоришь очень простые вещи.

— Помогает.

— Не всегда.

— Но иногда.

Он пошёл дальше. Екатерина смотрела ему вслед. Потом снова перевела взгляд на восток. Морвейн был далеко. Слишком далеко.

***

Перед самым выходом Екатерина встретила Ермека. Он стоял возле своей лошади и разговаривал с одним из Валькарионов. Екатерина дождалась, пока солдат отойдёт.

— Барон.

Ермек повернулся.

— Ваше Высочество.

— Хотела спросить.

— Слушаю.

— Ваши люди возвращаются домой?

— Да.

— Все?

— Те, кто может.

Екатерина кивнула.

— Понимаю.

Ермек внимательно посмотрел на неё.

— Что-то случилось?

— Пока нет.

— Тогда почему вы выглядите так, будто случилось?

Екатерина едва заметно улыбнулась.

— Потому что я не знаю, что происходит дома.

Ермек ничего не сказал. Она продолжила:

— Виктор должен был вернуться в Морвейн. Последних известий нет.

— В Павлограде будет проще узнать.

— Надеюсь.

Ермек кивнул.

— Значит, сначала столица.

— Да.

Екатерина уже собиралась отойти.

— Ваше Высочество.

Она остановилась.

— Если Морвейну понадобится помощь, лучше говорить сразу.

Екатерина посмотрела на него.

— Это предложение от барона Валькариона?

— Это предложение от человека, который только что видел, что бывает, когда помощь приходит слишком поздно.

Несколько секунд Екатерина молчала. Потом кивнула.

— Запомню.

***

Анастасия обнаружила, что быть Валькарионом совершенно не мешает людям заставлять тебя таскать собственные вещи. Она стояла возле повозки и смотрела на два своих мешка. Мирон проходил мимо. Остановился. Посмотрел на мешки.

Потом на неё.

— Переезжаешь?

— Нет.

— Тогда зачем столько?

— Отойди.

— Я просто спрашиваю.

— Тарский.

— Уже ухожу.

Он сделал два шага.

— Но всё-таки…

Анастасия повернула голову. Мирон исчез. Корвис, стоявший неподалёку, спокойно заметил:

— Быстро учится.

— Не настолько быстро, как хотелось бы.

Она подняла первый мешок. К повозке подошёл Арман.

— Я же говорил.

Анастасия даже не обернулась.

— Молчи.

— Два мешка.

— Арман.

— Что?

— У меня теперь есть законное право бить тебя как брата?

Он задумался.

— Кажется, ты и раньше считала, что оно у тебя есть.

— Значит, ничего не изменилось.

— Получается.

Арман забросил второй мешок в повозку. Анастасия посмотрела на него.

— Я сама могла.

— Знаю.

— Тогда зачем?

— Быстрее.

Она прищурилась.

— Иногда ты ужасно раздражаешь.

— Привыкай, сестра.

Теперь уже замолчала она. Арман улыбнулся.

— Что?

— Ничего, брат.

Он рассмеялся.

***

У ворот собиралась колонна. Солдаты. Обоз. Раненые, которых отправляли дальше под присмотром лекарей. Люди Северина оставались в крепости и вокруг неё.

Часть Валькарионов готовилась повернуть домой после первой развилки. Анастасия вывела лошадь из ряда и поправила перевязь меча. Ермек как раз проходил мимо, проверяя, все ли его люди готовы к выходу. Он посмотрел на неё.

— Всё собрала?

— Да.

Ермек перевёл взгляд на повозку.

— Два мешка?

Анастасия медленно повернула голову в сторону Армана. Тот стоял метрах в десяти и разговаривал с Корвисом.

— Он уже всем рассказал?

— Нет, — ответил Ермек. — Я просто вижу два мешка.

— Прекрасно.

Ермек усмехнулся.

— Не переживай. До развилки повозка выдержит.

Анастасия посмотрела на него.

— А дальше?

— А дальше я со своими поверну домой, а вы пойдёте в Павлоград.

Она кивнула.

— Значит, ещё какое-то время будете за нами присматривать.

— За вами?

Ермек посмотрел сначала на неё, потом на Армана.

— Я скорее посмотрю, чтобы вы двое не начали спорить ещё до первой остановки.

Анастасия фыркнула.

— Это он начинает.

— Разумеется.

— Вы даже не спросили.

— Я его восемнадцать лет знаю.

Анастасия рассмеялась. Арман издалека заметил их и крикнул:

— Что вы там обсуждаете?

Ермек ответил:

— Тебя.

— Тогда я уже против.

Анастасия посмотрела на Ермека.

— Видите?

— Вижу.

Он взял свою лошадь под уздцы.

— Поехали, дочь. До развилки ещё далеко.

Анастасия на мгновение задержала взгляд на нём. Слово прозвучало неожиданно. Но уже не чуждо.

— Поехали.

***

Ворота Каменного Щита открылись. Колонна медленно двинулась на запад. Арман ехал впереди рядом с офицерами. Екатерина держалась со своей небольшой свитой. Анастасия некоторое время смотрела на стены крепости.

Потом развернула лошадь.

— Ну что? — спросил подъехавший Мирон. — Домой?

Она посмотрела на дорогу.

— В столицу.

— Это почти одно и то же?

— Нет.

— А куда потом?

Анастасия пожала плечами.

— Узнаем.

И пришпорила коня. Каменный Щит оставался за спиной. Впереди был Павлоград. А ещё дальше — события, о которых пока никто из них не знал.

Глава 2. Три дороги

К развилке подошли ближе к полудню.

Большая дорога уходила дальше на запад, к Павлограду. Более узкий тракт сворачивал севернее — к землям Валькарионов.

Здесь колонна остановилась.

Ненадолго.

Без лагеря и костров.

Просто пришло время разделиться.

Воины Ермека начали перестраиваться ещё до остановки. Повозки, которые должны были уйти с ними, выводили из общего обоза. Десятники перекликались, проверяя людей и лошадей.

Арман сидел в седле чуть в стороне.

Рядом остановились Анастасия и Александр.

Чуть дальше Екатерина разговаривала с начальником своего сопровождения. Её небольшой отряд Морвейна тоже продолжал путь в Павлоград вместе с ними.

Ермек подъехал к сыну.

— Дальше мы направо.

Арман кивнул.

— Знаю.

— До Павлограда у вас дорога проще.

— Если ничего нового не случится.

Ермек посмотрел на него.

— Не каркай.

— Я ничего не сказал.

— Поэтому предупреждаю заранее.

Анастасия подъехала ближе.

— Уже прощаетесь?

— Пытаемся, — ответил Арман.

— Получается плохо.

Ермек посмотрел на неё.

— У Валькарионов с этим вообще не очень.

— Удобная семейная черта.

— Привыкай.

Анастасия усмехнулась.

Ермек перевёл взгляд на обоих.

— Из Павлограда напишите.

— Напишем, — сказал Арман.

— Оба.

Анастасия подняла бровь.

— Мне тоже?

— А ты теперь думаешь отделаться?

— Нет.

— Вот и хорошо.

Екатерина как раз подъехала к ним.

— Я так понимаю, здесь наши дороги расходятся?

Ермек кивнул.

— До следующей встречи.

— Надеюсь, уже не у осаждённой крепости.

— Было бы неплохо.

Екатерина протянула ему руку.

— Спасибо за Каменный Щит.

Ермек пожал её.

— Там каждый делал своё дело.

— Именно поэтому крепость и устояла.

Он коротко кивнул.

Потом снова посмотрел на Армана.

— Если вас куда-нибудь снова отправят…

— Напишу.

— Сначала напиши. Потом езжай.

— Напишу.

— Вот теперь нормально.

С дороги крикнул один из десятников:

— Господин барон! Готовы!

Ермек обернулся.

— Сейчас.

Он протянул Арману руку.

Арман пожал её.

Ермек притянул сына к себе и коротко хлопнул по плечу.

— Увидимся дома.

— Увидимся.

Потом повернулся к Анастасии.

Она уже протянула руку.

Ермек посмотрел на неё.

— Даже не начинай.

— Что?

Он обнял её так же коротко.

Анастасия замерла на мгновение.

— Увидимся, — сказала она, когда он отпустил её.

— Обязательно.

Ермек развернул коня.

Проехал несколько шагов.

Потом неожиданно остановился и обернулся.

— Дочь.

Анастасия подняла голову.

— Да?

— Последняя просьба.

Он кивнул в сторону Армана.

— Пригляди за этим.

Анастасия расплылась в улыбке.

— Постараюсь.

— Отец!

Ермек только улыбнулся, отвернулся и пустил коня дальше.

— Я вообще-то здесь! — крикнул ему вслед Арман.

Ермек уже не обернулся.

— И прекрасно сам за собой могу приглядывать!

Анастасия посмотрела на брата.

— Конечно.

— Даже не начинай.

— Я ничего.

Через несколько минут люди Ермека уже уходили по северной дороге.

Сначала всадники.

Потом повозки.

Потом ещё одна сотня.

Синие плащи постепенно исчезали между деревьями.

Арман смотрел, пока последний всадник не скрылся за поворотом.

Анастасия остановилась рядом.

— Странно.

— Что?

— Раньше я бы просто смотрела, как уезжает твой отец.

— А теперь?

Она пожала плечами.

— Теперь кажется, будто часть семьи поехала в другую сторону.

Арман улыбнулся.

— Потому что так и есть.

— Не начинай привыкать слишком быстро.

— К чему?

— К тому, что иногда говоришь разумные вещи.

Александр, до этого молчавший, заметил:

— Иногда?

Анастасия посмотрела на него.

— Не порть момент.

Сзади раздался голос Мирона:

— Мы сегодня вообще поедем?

Арман обернулся.

— Уже едем.

— Отлично. Я начал опасаться, что мы решили основать здесь новое поселение.

Корвис проехал мимо.

— Ты бы сначала спросил владельца земли.

Мирон тяжело посмотрел ему вслед.

— Вот зачем ты всё усложняешь?

— Чтобы ты не расслаблялся.

Екатерина рассмеялась.

Колонна снова двинулась.

***

До Павлограда оставалось несколько дней.

После Каменного Щита дорога казалась почти непривычно спокойной.

Никто не атаковал обоз.

Не появлялись вражеские разъезды.

Не приходилось искать позиции для обороны каждой ночью.

Они просто ехали.

В деревнях люди выходили к дороге.

О войне уже знали.

Но чем дальше они уходили от Каменного Щита, тем причудливее становились слухи.

Где-то рассказывали, что Пашкистан разбил под крепостью сто тысяч сааранцев.

В другом месте уверяли, что Сааран уже капитулировал перед Алексеем II.

Ещё дальше какой-то старик сообщил Мирону, что Каменный Щит удерживали всего пятьсот человек.

Мирон даже спорить не стал.

— Через неделю нас останется человек двадцать, — сказал он потом.

Анастасия ответила:

— А через месяц Арман будет держать стену один.

— Не подсказывай людям, — сказал Арман.

Екатерина ехала рядом и слушала их разговоры, но сама всё чаще молчала.

Астерра была далеко.

Морвейн — ещё дальше.

С тех пор как они узнали о гибели Саарана, мысль о доме не отпускала её.

Если целый материк мог погибнуть за считаные дни, старые расстояния уже не казались защитой.

Она несколько раз спрашивала гонцов и торговцев, встречавшихся по дороге, не слышали ли они чего-нибудь с Астерры.

Никто не слышал.

Один купец видел корабли из Каз-Дара.

Другой слышал, что море на юге неспокойно.

Третий вообще утверждал, что где-то затонул целый остров.

Проверить ничего было невозможно.

Арман однажды подъехал к ней.

— Опять спрашивала?

— Да.

— И?

— Ничего.

Он кивнул.

Екатерина посмотрела на него.

— Не говори «узнаем».

— Не собирался.

— Хорошо.

— Я хотел сказать, что до Павлограда осталось два дня.

— Это примерно то же самое.

— Тогда промолчу.

— Ещё лучше.

***

На третий вечер они остановились у большого постоялого двора.

Солдаты заняли конюшни и двор.

Офицеры разместились в общей комнате.

За одним столом сидели Арман, Анастасия, Корвис, Мирон, Александр, Илья, Майя, Лев, Тимур, Екатерина и её сотник.

Еда была простой.

Горячая похлёбка.

Хлеб.

Мясо.

После походной кухни этого хватало.

Хозяин трактира ходил между столами и рассказывал последние новости всем, кто был готов слушать.

— А Каменный Щит-то, говорят, чудом удержали. Говорят, сам наш принц Александр командовал.

Ложка Александра остановилась на полпути ко рту.

Арман медленно повернул голову.

Анастасия посмотрела на Александра.

Потом на трактирщика.

Екатерина опустила глаза в кружку.

Уголки её губ уже дрогнули.

Мирон закрыл рот ладонью.

Корвис продолжал есть.

Пока.

Трактирщик не заметил ничего.

— Совсем молодой, — продолжил он. — Но говорят, зверь в бою. Сам крепость удержал.

Александр медленно положил ложку.

Арман встретился с ним взглядом.

Ни один ничего не сказал.

Анастасия первой нарушила молчание:

— Простите.

Трактирщик повернулся.

— Чего?

— А вы принца-то хоть раз в жизни видели?

Хозяин задумался.

— Настоящего?

— Желательно.

— Нет.

Анастасия кивнула в сторону Александра.

— Вот этот, например. На принца похож?

Трактирщик обернулся.

Александр сидел в обычной дорожной одежде.

Без короны.

Без парадного камзола.

Без свиты.

Даже оружие лежало рядом так же, как у остальных.

Хозяин внимательно осмотрел его с головы до ног.

Александр спокойно выдержал взгляд.

Трактирщик наконец сказал:

— На принца?

— Да.

— Да какой из него принц?

Стол взорвался.

Анастасия первой расхохоталась так, что едва не уронила кружку.

Мирон согнулся над столом, ударив ладонью по доскам.

Екатерина отвернулась, но это не помогло — она уже смеялась в голос.

Арман попытался удержаться.

Продержался секунды две.

Потом тоже заржал.

Все за столом, кто знал, кто на самом деле сидит перед трактирщиком, уже смеялись.

Даже Корвис опустил ложку.

Сначала уголок его рта дёрнулся.

Потом он всё-таки рассмеялся.

Александр сидел посреди всего этого совершенно невозмутимо.

Трактирщик растерянно смотрел на них.

— А что смешного?

Это сделало только хуже.

Мирон уже почти лежал на столе.

Анастасия вытирала глаза.

Екатерина несколько раз пыталась вдохнуть нормально.

Арман наконец немного успокоился.

— Ничего.

Трактирщик посмотрел на Александра.

Тот совершенно серьёзно спросил:

— А почему не похож?

Хозяин пожал плечами.

— Ну какой из тебя принц?

Новый взрыв хохота прокатился по столу.

Александр терпеливо дождался, пока станет чуть тише.

— Я понял, что не похож. Почему?

Трактирщик задумался.

— Принцы… они по-другому выглядят.

Анастасия с трудом спросила:

— Как?

— Ну…

Хозяин ещё раз осмотрел Александра.

— Богаче.

Екатерина снова закрыла лицо ладонью.

Александр посмотрел на свою дорожную куртку.

— Учту.

Трактирщик перевёл взгляд на остальных.

И остановился на Армане.

— А вот этот ещё может быть.

Арман перестал смеяться.

— Что?

Хозяин указал на него.

— Ну, на принца похож.

Теперь уже Александр улыбнулся.

Мирон медленно поднял голову.

— Почему?

— Вид у него такой.

Арман нахмурился.

— Какой?

Трактирщик немного подумал.

— Принцеватый.

Александр совершенно спокойно повторил:

— Принцеватый.

— Только не ты, — сказал Арман.

— Я ничего.

— Ты уже запомнил.

— Разумеется.

Трактирщик всё ещё не понимал, почему за столом снова начинают смеяться.

Арман решил закончить разговор.

— А кто вам вообще сказал, что Каменным Щитом командовал принц Александр?

— Люди говорят.

— Какие люди?

— Да разные. Солдаты проезжали, купцы. Одни говорят — принц командовал, другие — какой-то Арман.

— Какой Арман?

Трактирщик пожал плечами.

— Да кто его знает. Арман какой-то.

Мирон тихо простонал и снова положил голову на стол.

Анастасия посмотрела на Армана.

Александр тоже.

Екатерина прикусила губу.

Трактирщик перевёл взгляд с одного на другого.

Потом снова посмотрел на Армана.

— А тебя-то как зовут?

Арман спокойно ответил:

— Даниэль.

Корвис медленно поднял голову.

Несколько секунд он смотрел на Армана.

— Почему я?

Теперь рассмеялись снова.

Трактирщик окончательно перестал понимать происходящее.

— Странные вы какие-то.

Мирон поднял кружку.

— Мы после войны.

— А.

Хозяин кивнул так, будто это всё объясняло.

И ушёл.

Несколько секунд никто не говорил.

Потом Александр произнёс:

— Значит, Каменный Щит удержал я.

Арман посмотрел на него.

— Поздравляю.

— Спасибо.

— А я, судя по всему, принц.

— Судя по лицу.

— Александр.

— Что?

— Замолчи.

Анастасия снова начала смеяться.

***

На следующее утро история уже разошлась по всей колонне.

Когда Арман вышел во двор, один из солдат вытянулся.

— Доброе утро, Ваше Высочество.

Арман остановился.

Солдат продержался три секунды и убежал.

С другой стороны раздалось:

— Дорогу принцу!

Арман медленно повернул голову.

Мирон немедленно спрятался за лошадью.

Анастасия стояла рядом и совершенно не пыталась скрыть улыбку.

— Сам виноват.

— В чём?

— Лицо слишком принцевое.

— Я тебя когда-нибудь высажу посреди дороги.

— Не можешь.

— Почему?

— Семья.

Сзади подъехал Александр.

— А мне можно?

Арман посмотрел на него.

— Что?

— Высадить её.

Анастасия повернулась.

— Попробуй.

Александр подумал.

— Нет. Я же, оказывается, не принц. Мне нельзя рисковать.

Арман рассмеялся.

***

Павлоград показался ближе к вечеру следующего дня.

Сначала башни.

Потом стены.

Потом дороги, сходившиеся к столице со всех направлений.

Движение стало плотнее.

Обозы.

Курьеры.

Военные части.

Повозки снабжения.

Столица всё ещё жила в режиме войны.

У ворот колонну задержали ненадолго.

Проверили бумаги.

Через несколько минут их пропустили.

За воротами колонна начала расходиться.

Александр подъехал с одной стороны.

— Я во дворец.

Мирон посмотрел на него.

— Уверен, что пустят?

Александр повернул голову.

— Почему нет?

— Ты же на принца не похож.

Анастасия расхохоталась.

Екатерина тоже улыбнулась.

Александр несколько секунд смотрел на Мирона.

— Я тебя запомнил.

— Что именно?

— Тебя.

Мирон задумался.

— Вот теперь мне стало неуютно.

— Правильно.

Екатерина подъехала ближе к Арману.

— А я в посольство. Людей надо разместить, да и посмотреть, не пришло ли чего из Морвейна.

— Хорошо.

— Если будут новости, сообщу.

— Договорились.

Екатерина коротко кивнула.

Александр направился к дворцу.

Екатерина вместе со своими людьми свернула к морвейнскому посольству.

Арман проводил их взглядом.

Потом повернулся к остальным.

— Поехали.

Колонна снова двинулась по улицам Павлограда.

***

Во двор морвейнского посольства Екатерина въехала уже под вечер.

Знакомые ворота закрылись за последним всадником.

Люди спешивались.

Кто-то сразу повёл лошадей к конюшням.

Кто-то снимал дорожные сумки.

После нескольких дней пути усталость была видна почти на каждом лице.

Сотник подошёл к Екатерине.

— Принцесса.

— Разместите людей. Сегодня больше никаких дел.

— Всех распустить отдыхать?

— Да. Завтра разберёмся со всем остальным.

— Есть.

Он повернулся к своим людям.

Екатерина задержалась во дворе всего на несколько секунд.

Потом вошла в здание посольства.

Секретарь встретил её почти у входа.

— Ваше Высочество. С возвращением.

— Спасибо. Что-нибудь пришло из Морвейна за время моего отсутствия?

Ответ последовал не сразу.

— Нет.

Екатерина остановилась.

— Совсем ничего?

— Ни официальных писем, ни отдельного сообщения для вас.

— Из Каз-Дара?

— Есть обычная переписка, но ничего срочного из Морвейна через них не передавали.

Екатерина медленно выдохнула.

— Хорошо.

Секретарь посмотрел на неё внимательнее.

— Приказать подготовить запрос?

— Да.

Она сняла перчатки.

— Два письма.

— Кому?

— Первое отцу.

— Второе?

— Нашим людям в Каз-Даре. Пусть узнают всё, что смогут, о кораблях из Морвейна. Какие приходили, когда и что сообщали.

— Сделаю.

Екатерина кивнула.

Секретарь уже собирался уходить, когда она остановила его.

— И если что-нибудь придёт из дома — неважно, в какое время, — сразу ко мне.

— Разумеется.

Он ушёл.

Екатерина осталась одна.

Где-то за стенами посольства шумел Павлоград.

Город жил своей жизнью.

А далеко отсюда, за Каз-Даром и морем, находилась Астерра.

Она старалась не придумывать худшее раньше времени.

Море могло задержать корабль.

Дороги могли прерваться.

Письмо могло потеряться.

Причин было достаточно.

Но память снова вернула слова, сказанные Виктору перед его отъездом.

Не верь дроу и вампирам.

Тогда это было просто предупреждением.

Теперь оно почему-то не выходило из головы.

***

Юлия Лисейн увидела Лианор на двадцать второй день после отъезда из Павлограда.

Сначала показались леса.

Даже зимой они оставались почти зелёными.

Снег лежал между корнями и на ветвях, но лес не казался мёртвым.

Дорога шла между огромными стволами.

Чем ближе становился город, тем чаще появлялись мосты, сторожевые посты и небольшие поселения.

Юлия откинула край дорожного плаща.

— Наконец-то.

Один из сопровождавших её гвардейцев усмехнулся.

— Я уже начал думать, что эльфы специально отодвигают столицу от путешественников.

— Если скажете это при дворе, я сделаю вид, что мы незнакомы.

— Я буду молчать.

— Полезный навык.

Лианор появился между деревьями постепенно.

Камень переходил в дерево.

Башни поднимались среди древних стволов.

Часть стен словно строили не вместо леса, а вместе с ним.

Посольство Пашкистана ожидали.

Навстречу выехала эльфийская стража.

— Леди Лисейн?

— Да.

— Королева уведомлена о вашем прибытии.

— Благодарю.

— Для вас подготовлены комнаты. Аудиенция состоится завтра утром.

Юлия едва не попросила принять её сегодня.

Потом решила, что после двадцати двух дней дороги ей действительно лучше сначала привести себя в порядок.

— Хорошо.

***

Утром она стояла перед королевой Элдариона.

Лиэринэль Аэлиндор встретила её спокойно.

Рядом находились советники и командующий стражей.

Юлия поклонилась.

— Ваше Величество.

— Леди Лисейн. Зимой Пашкистан редко отправляет своих представителей через половину Эльдариса без серьёзной причины.

— Причина серьёзная.

— Сааран?

— Да.

Королева указала на место за столом.

— Садитесь.

Юлия положила перед собой папку.

— Король Алексей II предлагает Элдариону заключить оборонительный союз.

Лиэринэль не удивилась.

— Против Саарана?

— Против расширения войны.

— Это не одно и то же.

— Именно поэтому я сформулировала так.

Один из советников спросил:

— Пашкистан собирается войти в Тарвин?

— Когда я покидала столицу, окончательного решения ещё не было. Но войска готовились.

— И вы хотите, чтобы мы пошли следом?

— Нет.

Советник замолчал.

Юлия продолжила:

— Алексей не просит Элдарион отправлять армию в Тарвин только потому, что туда вошли наши солдаты.

— Тогда чего он хочет? — спросила королева.

— Чтобы, если Сааран перенесёт войну за пределы Тарвина и ударит по Пашкистану или Элдариону, мы не начали обсуждать союз уже после пересечения границы.

Лиэринэль посмотрела на карту.

— Разумно.

Она подняла взгляд.

— Ваш король даст те же обязательства?

— Да.

— Если нападут на Элдарион?

— Пашкистан выступит.

— Даже если война в Тарвине продолжится?

— Если договор заключён — да.

Королева некоторое время молчала.

— Элдарион не отправит войска в Тарвин.

Юлия кивнула.

— Я ожидала этого.

— У нас нет союза с тарвинскими князьями. Мы не собираемся отправлять своих людей в чужую войну.

— Понимаю.

— Но если Сааран нападёт на Пашкистан…

Лиэринэль сделала паузу.

— …или перенесёт войну на земли Элдариона, мы выполним союзные обязательства.

Юлия медленно выдохнула.

— Тогда мы договорились.

— О принципе.

— Осталось договориться о деталях.

— Именно.

***

Переговоры заняли ещё два дня.

Спорили о формулировках.

Что считать прямой агрессией.

Как быстро союзник должен отправить войска.

Какие дороги могут использовать армии.

Кто обеспечивает снабжение на чужой территории.

К концу второго дня текст уже походил на настоящий договор.

Лиэринэль закрыла документ.

— Этот вариант я передам совету.

— Алексей утвердит его со своей стороны.

— Вы возвращаетесь в Павлоград?

— Нет.

Королева посмотрела на неё.

— Арден.

— Да.

— До Ровенхольма почти месяц дороги.

— Я знаю.

— Зимой.

— Приказ короля не уточнял время года.

Лиэринэль едва заметно улыбнулась.

— Очень по-человечески.

— Мы умеем создавать себе неудобства.

Королева поднялась.

— Мы дадим вам проводников до западного тракта.

— Благодарю.

Юлия тоже поднялась.

— Леди Лисейн.

— Ваше Величество?

— Если получите новые сведения о Сааране раньше нас, передайте их.

— Обязательно.

Юлия ещё не знала, насколько устарели сведения, которые она привезла.

Не знала, чем закончилась осада Каменного Щита.

Не знала о разговоре Армана с Тареком Сарханом.

И тем более не знала, что самого Саарана больше нет.

На следующее утро она снова выехала на дорогу.

Теперь — в Арден.

До Ровенхольма оставался почти месяц.

А пока Юлия Лисейн ехала на запад договариваться о защите от одной войны, далеко на Астерре уже начиналась другая.

Глава 3. Письмо из Морвейна

Несколько дней после возвращения в Павлоград прошли почти непривычно спокойно.

Арман снова был в Академии.

Те же невысокие стены.

Те же казармы.

Тот же плац.

Те же тренировочные площадки.

Но теперь он смотрел на всё это иначе.

На плацу занимались курсанты младшего набора.

Арман остановился у края площадки.

Команды звучали коротко.

Строй перестраивался быстро.

Без суеты.

Люди знали свои места и не ждали, пока им по несколько раз объяснят одно и то же.

Один строй сменял другой.

Щиты.

Копья.

Разворот.

Снова движение.

Арман смотрел молча.

Два года назад он сам впервые прошёл через эти ворота вместе с сотней кандидатов.

Большинство из них приехали уже умея держать оружие.

Многие — из боевых родов.

И всё равно Академия пропустила через вступительные испытания только двадцать человек.

Потом были месяцы учёбы.

Первый рубеж.

Второй.

Полевая практика.

Настоящая служба.

Теперь Арман смотрел на тех, кто шёл следом за ними, и прекрасно понимал: перед ним не дети, которых только начали учить строю.

Это уже были курсанты Военной академии.

Молодые.

Но отобранные.

Обученные.

И прекрасно знающие, зачем сюда пришли.

— Вспоминаешь?

Арман повернул голову.

Анастасия подошла почти бесшумно и остановилась рядом.

— Немного.

— Нас?

— Первый год.

Она посмотрела на плац.

— Мы были такими же?

Арман подумал.

— Мирон был громче.

— Это не считается. Мирон всегда громче.

— Тогда примерно такими же.

Анастасия усмехнулась.

Очередная команда пронеслась над площадкой.

Курсанты развернулись почти одновременно.

Арман проводил строй взглядом.

Анастасия заметила.

— Нравится?

— Нормально работают.

— Какая невероятная похвала.

— А что я должен сказать?

— Не знаю. Что Академия может спать спокойно, Валькарион проверил младший курс?

Арман посмотрел на неё.

— Я никого не проверял.

— Конечно.

— Просто смотрел.

— Ещё лучше.

Он покачал головой.

— Ты после Каменного Щита стала невыносимой.

— Неправда.

— Правда.

— Это потому, что теперь я официально твоя сестра и могу говорить всё, что думаю.

— Раньше тебя это тоже не останавливало.

Анастасия задумалась.

— Тоже верно.

Они ещё немного постояли у плаца.

Арман неожиданно сказал:

— Странно.

— Что?

— Два года назад мне казалось, что люди, которые учатся здесь второй год, уже знают почти всё.

— А теперь?

— Теперь я знаю, сколько всего они ещё не видели.

Анастасия посмотрела на него.

— Как и мы.

Арман кивнул.

— Как и мы.

Она чуть улыбнулась.

— Вот это уже разумная мысль.

— Не привыкай.

— Поздно.

Арман повернулся от плаца.

— Пойдём.

— Куда?

— Есть.

Анастасия подняла бровь.

— Сам предложил?

— Да.

— После Каменного Щита ты сильно изменился.

— Я просто голодный.

— Так даже убедительнее.

Они пошли вдоль казарм.

Через несколько шагов Анастасия спросила:

— От Екатерины ничего?

Арман покачал головой.

— Пока нет.

— Она обещала сообщить, если будут вести из Морвейна.

— Помню.

— Беспокоишься?

Арман ответил не сразу.

— Саарана больше нет.

Анастасия перестала улыбаться.

— Знаю.

— После такого слова «далеко» уже мало что значат.

Она медленно кивнула.

Арман продолжил:

— Екатерина приехала сюда потому, что в Морвейне уже тогда готовились к худшему.

— Прибрежные деревни выводили в глубь страны.

— Да.

— А Виктор вернулся домой.

Арман посмотрел на неё.

— Именно.

Несколько мгновений они молчали.

Потом Анастасия спросила:

— Хочешь сходить в посольство?

— Нет.

— Почему?

— Если появятся новости, Екатерина сообщит.

Анастасия кивнула.

— Разумно.

— Опять?

— Что?

— Ты второй раз за несколько минут называешь меня разумным.

— Не бойся. Я не привыкну.

Арман усмехнулся.

Они продолжили идти.

После Каменного Щита само ощущение обычного дня казалось почти непривычным.

Курсанты тренировались.

Преподаватели занимались своим делом.

На плацу звучали команды.

Никому не требовалось срочно считать погибших.

Не нужно было искать людей, чтобы закрыть пролом.

Не нужно было ждать следующего штурма.

Пока от Армана ничего не требовали.

И впервые за долгое время он позволил себе просто идти в столовую вместе с сестрой.

***

В морвейнском посольстве утро началось спокойно.

Екатерина уже успела просмотреть вчерашнюю переписку.

Ничего из дома.

Ни письма от отца.

Ни сообщения от Виктора.

Ни срочного донесения через Каз-Дар.

За последние дни она несколько раз задавала один и тот же вопрос секретарю.

Ответ не менялся.

Поэтому, когда во дворе посольства послышался быстрый стук копыт, Екатерина сначала просто подняла голову.

Потом услышала крик у ворот.

Она встала.

Ещё до того, как дверь открылась, во дворе стало шумно.

Секретарь вошёл быстро.

— Ваше Высочество.

Екатерина уже шла ему навстречу.

— Кто?

— Морвейнская королевская гвардия.

Она остановилась лишь на мгновение.

— Откуда?

— Из дома.

Этого оказалось достаточно.

Екатерина вышла во двор.

Через открытые ворота въезжали всадники в цветах Морвейна.

Небольшой отряд.

Дорожная грязь на плащах.

Уставшие лошади.

Люди выглядели так, будто останавливаться в пути им приходилось лишь тогда, когда без этого уже нельзя было ехать дальше.

Сотник Екатерины уже был во дворе.

Он повернулся к ней.

— Наши.

— Вижу.

Первый всадник спешился.

Екатерина подошла сама.

Тот поклонился.

— Ваше Высочество.

— Что случилось?

Всадник достал из-под плаща плотный пакет.

На сургуче была королевская печать Морвейна.

Екатерина посмотрела на неё.

Потом на гонца.

— От отца?

— Да.

Она взяла письмо.

— Когда выехали?

Он ответил.

Екатерина быстро прикинула время.

Письмо было не новым.

Но и не старым.

Она повернулась к сотнику.

— Людей накормить. Лошадям дать отдых.

— Есть.

Гонец хотел что-то сказать.

Екатерина остановила его взглядом.

— Сначала поешьте и приведите себя в порядок. Потом расскажете всё, что знаете.

— Да, Ваше Высочество.

Она вошла в здание.

Секретарь последовал за ней.

— Подготовить кабинет?

— Нет.

Екатерина уже ломала печать.

Остановилась прямо у первого свободного стола.

Развернула письмо.

Почерк отца она узнала сразу.

Первые строки были короткими.

Без приветствий.

Без обычных формальностей.

Екатерина.

Война началась.

Она замерла.

Прочитала дальше.

Дроу Нер-Таэля и вампиры Ноктариса выступили одновременно.

Они ударили по Морвейну.

Екатерина перечитала строку.

Один раз.

Потом второй.

И продолжила.

Катаклизмы не прекратились.

Толчки продолжались.

Часть дорог была повреждена.

Король собирал людей.

Виктор находился рядом с ним.

Подготовка к эвакуации больше не была только мерой на случай худшего.

Людей начали выводить.

Корабли должны были идти к Каз-Дару.

Пашкистану предстояло выполнить обещание, которое Алексей II дал ещё перед Новым годом.

Екатерина дошла до конца.

Потом медленно положила письмо на стол.

Секретарь стоял напротив.

Он ничего не спрашивал.

По её лицу уже было понятно, что хорошие новости так не читают.

Екатерина подняла глаза.

— Война.

Секретарь побледнел.

— С кем?

— С обоими.

— Дроу?

— И вампиры.

Он несколько мгновений молчал.

— Вместе?

— Да.

Екатерина снова посмотрела на письмо.

Перед глазами неожиданно возник Виктор.

Новогодний вечер.

Его спокойное лицо.

И собственные слова:

Не верь дроу и вампирам. В час нужды они могут ударить в спину.

Тогда Виктор ответил, что помнит, с кем им приходится делить Астерру.

Что не считает их друзьями.

Что никто не собирается их провоцировать.

Теперь провоцировать уже никого не требовалось.

Они ударили первыми.

Сотник вошёл в помещение.

Увидел Екатерину.

Потом письмо.

— Что?

Она посмотрела на него.

— Морвейн атакован.

Он замер.

— Кто?

— Нер-Таэль и Ноктарис.

— Одновременно?

— Да.

Сотник выругался сквозь зубы.

Екатерина снова взяла письмо.

— Отец начинает выводить людей.

— Куда?

— Морем в Каз-Дар.

Сотник понял сразу.

— А дальше сюда.

— Да.

Екатерина повернулась к секретарю.

— Готовьте сообщение королю Алексею.

— Сейчас.

— Не письмо на завтра. Срочное уведомление. Я прошу аудиенцию сегодня.

— Понял.

Он уже направился к двери.

— И ещё.

Секретарь остановился.

— Поднимите всё, что у нас есть по договорённостям с Пашкистаном о возможном приёме наших людей.

— Сделаю.

Екатерина посмотрела на сотника.

— Ты остаёшься здесь.

— Ваше Высочество…

— Люди только вернулись из Каменного Щита. Размести их. Потом поговори с теми, кто прибыл из Морвейна. Мне нужно знать всё, что они видели по дороге.

— Есть.

Екатерина сложила письмо.

— Я иду к королю.

Сотник кивнул.

— Понял.

Она сделала несколько шагов.

Потом остановилась.

— И отправь человека в Академию.

— К кому?

Она ответила сразу:

— К Арману Валькариону.

Сотник посмотрел на неё.

— Что передать?

Екатерина сжала письмо в руке.

— Пока только одно.

Пауза.

— В Морвейне началась война.

***

В Морвейне войны уже не нужно было объявлять.

Она была видна из окон дворца.

Не сами армии.

До столицы они пока не дошли.

Но последствия уже были здесь.

Дороги заполнились повозками.

Во дворы государственных складов свозили запасы.

Из районов, которым угрожала война, шли люди.

На улицах стало больше солдат.

А у причалов готовили корабли.

Виктор стоял над картой.

Совсем недавно перед ним лежала другая.

Пашкистан.

Тарвин.

Каменный Щит.

Теперь он смотрел на Астерру.

На свой дом.

Королевство Морвейн.

Нер-Таэль.

Ноктарис.

И границы, которые ещё недавно означали мир.

Дверь открылась.

Вошёл Рейнард III.

Виктор выпрямился.

— Отец.

Король подошёл к столу.

Выглядел он уставшим.

Но двигался всё так же спокойно.

— Сколько готово?

— Люди собраны примерно на две трети всех имеющихся кораблей. Это первая партия.

Рейнард кивнул.

— Остальные?

— Сбор продолжается. Как только освободятся суда, отправим следующую партию.

Король посмотрел на карту.

— Хорошо.

Несколько секунд молчал.

Потом спросил:

— Письмо Екатерине ушло?

— Да.

— Когда?

Виктор ответил.

Рейнард кивнул.

— Хорошо.

Виктор посмотрел на него.

— Ты думаешь, Алексей выполнит обещание?

— Да.

Ответ прозвучал без колебаний.

Виктор поднял бровь.

— Так уверенно?

— Екатерина передавала его ответ.

Рейнард положил ладонь на край стола.

— Пашкистан не закроет ворота, если нам действительно понадобится помощь.

Он посмотрел на сына.

— Теперь понадобилась.

Виктор перевёл взгляд на карту.

— Мы ещё не проиграли.

— Я этого не говорил.

— Но уже выводим людей.

— Именно поэтому, возможно, и не проиграем всё.

Виктор замолчал.

Рейнард продолжил:

— Король, который начинает эвакуацию только тогда, когда враг уже стоит у ворот столицы, опоздал.

— Знаю.

— Тогда не спорь со мной словами Екатерины.

Виктор посмотрел на него.

— Какими?

— «Мы ещё не проиграли».

Несколько секунд Виктор молчал.

Потом усмехнулся.

— Она действительно так бы сказала.

— Она сказала бы хуже.

— Верно.

Улыбка быстро исчезла.

Виктор снова посмотрел на карту.

— Я всё ещё не понимаю одного.

— Чего?

— Почему вместе?

Рейнард не ответил сразу.

Виктор указал на земли дроу.

Потом на Ноктарис.

— Они никогда не были друзьями.

— И сейчас, возможно, не стали.

— Но ударили одновременно.

— Да.

— По нам.

— Да.

Виктор сжал край карты.

— Когда весь материк трясёт.

Рейнард посмотрел на него.

— Именно поэтому сейчас не трать время на вопрос «почему», если у тебя нет ответа.

— А на что тратить?

— На людей.

Виктор отпустил карту.

Король продолжил:

— Причины войны разберём, если переживём её.

— Оптимистично.

— Практично.

Снаружи раздался глухой удар.

Окно едва заметно дрогнуло.

Виктор замер.

Ещё один толчок.

Слабее тех, что уже случались.

Но теперь никто во дворце не спрашивал, что это было.

Они просто ждали.

Несколько секунд.

Тишина.

Рейнард посмотрел на потолок.

— Всё?

Виктор прислушался.

— Похоже.

Рейнард снова перевёл взгляд на карту.

— Вот поэтому корабли должны уходить, пока ещё могут. И успеть вернуться, чтобы забрать следующих.

Виктор кивнул.

***

К причалам Виктор приехал ближе к вечеру.

Большая часть кораблей первой партии уже ушла.

У причала оставался последний.

Посадка почти закончилась. На борт поднимались последние люди, у трапа сверяли списки, грузчики затаскивали оставшиеся тюки и сундуки.

Виктор остановился у края причала.

На палубе было тесно, но порядок сохранялся. Никого не заталкивали на борт сверх положенного. Семьи держались вместе. Солдаты помогали старикам и детям подняться по трапу.

Последним на корабль занесли несколько ящиков с припасами.

Ответственный за посадку сверился со списком и поднял руку.

— Все!

Трап убрали.

Матросы начали отдавать канаты.

Виктор смотрел молча.

Один за другим швартовы падали на причал.

Корабль медленно оттолкнулся от берега.

Между бортом и пристанью появилась полоса воды.

Потом ещё одна.

Судно развернулось и пошло вслед за остальными кораблями первой партии.

Виктор провожал его взглядом.

Сегодня из Морвейна ушли люди, для которых уже нашлось место на двух третях всех имеющихся кораблей.

Теперь эти суда должны были добраться до Каз-Дара, высадить людей и успеть вернуться.

Потому что на берегу оставались следующие.

Виктор смотрел вслед последнему кораблю, пока тот не начал исчезать вдали.

Потом развернулся.

Первая партия ушла.

Глава 4. Дорога для тысяч

Посыльный нашёл Армана уже после обеда.

Он и Анастасия только вышли из столовой, когда навстречу им быстрым шагом направился человек в цветах Морвейна.

Арман узнал их сразу.

Посыльный остановился перед ними.

— Арман Валькарион?

— Да.

— От принцессы Екатерины.

Анастасия осталась рядом.

Человек перевёл дыхание.

— В Морвейне началась война.

Арман несколько секунд молчал.

— Кто напал?

— Дроу и вампиры.

— Вместе?

— Да.

Улыбка исчезла с лица Анастасии.

Арман спросил:

— Что ещё?

— Мне приказано было передать только это.

— Понял.

Посыльный коротко поклонился и ушёл.

Несколько мгновений они стояли молча.

Анастасия первой произнесла:

— Екатерина была права.

Арман помнил её слова.

Не верь дроу и вампирам.

— Да.

— Виктор сейчас там.

— Знаю.

— И её отец.

Арман посмотрел на неё.

— Знаю.

Анастасия больше ничего не сказала.

Сейчас любые попытки успокоить звучали бы глупо.

Они уже собирались идти дальше, когда со стороны ворот Академии появился ещё один человек.

На этот раз — в королевских цветах.

Он быстро переговорил с дежурным, после чего направился прямо к ним.

Арман переглянулся с Анастасией.

— Быстро.

— Слишком.

Королевский посыльный остановился.

— Арман Валькарион. Анастасия Валькарион.

Анастасия чуть подняла бровь.

— Оба здесь.

— Его Величество Алексей II приказывает вам немедленно прибыть во дворец.

Арман посмотрел на Анастасию.

— Похоже, день спокойно провести всё-таки не получилось.

— После Каменного Щита ты ещё надеялся?

— Немного.

— Зря.

***

Екатерина уже находилась в кабинете короля, когда Арман и Анастасия вошли.

На столе лежало письмо с печатью Морвейна.

Рядом были разложены две карты.

Эльдарис.

Астерра.

Алексей II стоял возле стола.

Екатерина повернулась к вошедшим.

Арман впервые после возвращения заметил, насколько сильно она устала.

Не физически.

Это была другая усталость.

Та, которую невозможно было исправить одной ночью сна.

— Ваше Величество, — произнёс Арман.

Анастасия повторила поклон.

Алексей кивнул.

— Подойдите.

Они подошли к столу.

Король не стал тратить время на приветствия.

— О войне вы уже знаете?

— Только то, что дроу и вампиры напали на Морвейн, — ответил Арман.

— Хорошо.

Он посмотрел на Екатерину.

— Расскажите остальное.

Она положила ладонь на письмо.

— Отец начал эвакуацию населения.

Арман сразу посмотрел на неё.

— Уже?

— Да.

— Насколько большую?

— Пока неизвестно.

Екатерина указала на Астерру.

— Людей выводят из районов, которым угрожает война. Часть собирают для отправки морем.

Арман понял раньше, чем она продолжила.

— Каз-Дар.

— Да.

Анастасия спросила:

— Корабли уже вышли?

Екатерина покачала головой.

— Этого я не знаю.

Она коснулась письма.

— Письмо шло какое-то время. Когда отец его отправлял, эвакуация уже начиналась, а корабли готовились к выходу. Сколько из них успело выйти к этому моменту и когда именно — здесь не сказано.

Арман посмотрел на карту.

Вот теперь всё становилось хуже.

Не потому, что план был плохим.

Потому что времени они не знали.

— Сколько вообще у Морвейна океанских кораблей? — спросил он.

— Двадцать.

Арман поднял глаза.

— Все способны перевозить людей?

— Да. Они разные по размеру, но в условиях эвакуации каждый сможет взять примерно от восьмисот до тысячи человек.

Анастасия тихо присвистнула.

Алексей посмотрел на карту.

Арман быстро посчитал.

— Если использовать все двадцать одновременно, это от шестнадцати до двадцати тысяч человек за один рейс.

— Да, — ответила Екатерина.

— Но всех сразу отец может и не отправить.

— Именно.

Арман спросил:

— Сколько идти до Каз-Дара?

— Около шести дней.

— Обратно?

— Примерно столько же.

Арман задумался.

— Значит, только море — двенадцать дней на полный круг. Без погрузки и разгрузки.

— Да.

Алексей сказал:

— И поэтому проблема не ограничивается первой партией.

Арман посмотрел на него.

— Корабли вернутся.

— Именно.

Екатерина продолжила:

— Если море останется проходимым и порты смогут работать, они будут ходить снова.

Арман снова посмотрел на карту.

Первая партия.

Потом следующая.

Потом ещё одна.

Тысячи людей.

А возможно — десятки тысяч.

Не армия.

Семьи.

Дети.

Старики.

Раненые.

Люди с вещами.

Люди без вещей.

Люди, которые ещё вчера жили в своих домах.

Алексей сказал:

— Теперь понимаете, зачем вы здесь.

Арман поднял взгляд.

— Не до конца.

Король слегка кивнул.

— Хороший ответ.

Он провёл рукой по карте.

— До Нового года Рейнард попросил меня принять народ Морвейна, если положение станет критическим.

Екатерина молчала.

Она уже присутствовала при том разговоре.

— Я дал согласие, — продолжил Алексей. — Теперь пришло время его выполнять.

Он указал на Каз-Дар.

— Беженцы идут сюда.

Потом провёл пальцем дальше.

— А отсюда должны попасть в Пашкистан.

Арман понял.

— Нужен маршрут.

— Не просто маршрут.

Король посмотрел на него.

— Мне нужна работающая система.

Анастасия скрестила руки.

— Потому что один раз провести колонну недостаточно.

— Именно.

Алексей посмотрел на Екатерину.

— Ваша часть.

Она сразу ответила:

— Приём людей в Каз-Даре.

Арман повернулся к ней.

Екатерина продолжила:

— Высадка. Учёт. Семьи. Те, кто потерял родственников. Раненые. Больные. Дети. Люди, которые способны идти самостоятельно, и те, кому понадобится помощь.

— Формирование колонн? — спросил Арман.

— Моё.

— Размер?

— Будем определять на месте.

Арман кивнул.

Правильный ответ.

Нельзя было сейчас сидеть в Павлограде и решать, что каждая колонна обязательно должна состоять из пятисот или тысячи человек.

Сначала они должны увидеть дорогу.

Екатерина продолжила:

— Мои люди идут со мной. На месте приёма понадобится порядок.

Арман понял, о ком она говорит.

Тот самый морвейнский отряд, который пришёл к Каменному Щиту вместе с ней.

Не все в нём были профессиональными солдатами.

Но после Каменного Щита неопытными их уже тоже назвать было трудно.

Алексей посмотрел на Армана.

— Теперь твоя часть.

Арман наклонился над картой.

— От места, где Екатерина передаст мне колонну, и до Пашкистана.

— Конкретнее.

Арман начал перечислять:

— Промежуточные пункты отдыха.

Палец лёг на дорогу.

— Вода.

Ещё одна точка.

— Продовольствие.

Третья.

— Места для ночёвок.

Анастасия добавила:

— Лекари.

— Да.

Арман продолжил:

— Повозки для раненых, больных, стариков и маленьких детей. Сопровождение. Порядок движения. Интервалы между колоннами.

Алексей спросил:

— Сколько промежуточных пунктов?

— Не знаю.

Король не изменился в лице.

Арман продолжил:

— И сейчас называть цифру не буду.

Екатерина посмотрела на него.

— Почему?

— Потому что карта не показывает, где сотни людей смогут встать на ночь. Не показывает состояние воды. Не показывает, где повозки разойдутся, а где одна сломанная телега перекроет дорогу.

Он указал на маршрут.

— Сначала проедем.

Анастасия кивнула.

— Потом решим.

— Именно.

Алексей посмотрел на обоих.

— Хорошо.

Арман добавил:

— И пункты нельзя делать только как места, где лежит еда.

— Почему? — спросила Екатерина.

— Потому что тогда через несколько рейсов всё закончится.

Он провёл пальцем дальше.

— Нужна постоянная доставка. Пришла колонна. Людей накормили. Она ушла. Запас пополнили до прихода следующей.

Екатерина кивнула.

— То есть цепочка.

— Да.

— От Каз-Дара до Пашкистана.

— Да.

Анастасия спросила:

— А охрана?

Арман посмотрел на неё.

— Твоя сотня.

Она прищурилась.

— Моя?

Алексей вмешался:

— Об этом как раз следующий разговор.

Он отодвинул карту.

Взял со стола два документа.

— Вы отправляетесь в другое государство.

Арман ждал.

Король продолжил:

— Лисейн находится там как официальный представитель Пашкистана. Екатерина — принцесса Морвейна и полномочный представитель своего королевства.

Он посмотрел на Армана и Анастасию.

— А вы двое на бумаге до сих пор курсанты.

Анастасия чуть усмехнулась.

— Звучит не очень убедительно.

— Именно.

Арман посмотрел на документы.

Кажется, он уже понял, к чему идёт разговор.

Но всё равно не поверил.

Алексей взял первый лист.

— Арман Валькарион.

Арман выпрямился.

— Ваше Величество.

— Ты уже командовал десятком.

Пауза.

— Сотней.

Ещё одна.

— И значительно большими силами во время обороны Каменного Щита.

Арман ничего не ответил.

— Поэтому отправлять тебя в Каз-Дар со словами «это наш курсант, но вы его слушайте» я не собираюсь.

Уголок рта Анастасии дрогнул.

Алексей продолжил:

— С этого дня тебе присваивается воинское звание капитана армии Пашкистана.

Арман молчал.

Он действительно ожидал чего-то подобного после первых слов короля.

И всё равно слово ударило сильнее, чем предполагал.

Капитан.

На одном уровне звания с тем, к кому он ещё недавно обращался:

Господин капитан Ратников.

Арман медленно выдохнул.

— Ваше Величество, я ещё не закончил Академию.

— Я в курсе.

Король посмотрел на него.

— Присвоение звания не означает, что ты внезапно знаешь всё.

— Я этого и не думаю.

— Хорошо.

Алексей положил документ перед ним.

— Академия дала тебе подготовку. Каменный Щит показал, что ты способен применять её не только на учениях.

Арман выпрямился.

— Служу Пашкистану.

Король кивнул.

— Служи.

Анастасия посмотрела на него.

— Капитан Валькарион.

Арман повернул голову.

— Даже не начинай.

— Я просто проверяю, как звучит.

— Плохо.

— Мне нравится.

Екатерина впервые за весь разговор улыбнулась.

Алексей взял второй документ.

— Рано радуешься.

Анастасия посмотрела на него.

Король прочитал:

— Анастасия Валькарион.

Она сразу стала серьёзной.

— Ваше Величество.

— С этого дня тебе присваивается звание сотника армии Пашкистана.

Теперь Арман улыбнулся.

Анастасия медленно перевела на него взгляд.

— Не смей.

— Я ничего не сказал.

— Но собираешься.

— Сотник Валькарион.

Она закрыла глаза.

Екатерина тихо рассмеялась.

Алексей положил приказ перед Анастасией.

— В отличие от Валькариона, я надеюсь, что ты хотя бы несколько минут отнесёшься к этому серьёзно.

Она взяла документ.

— Отношусь.

Король кивнул.

— Сотня, которой Арман командовал на тарвинском направлении, переходит под твоё непосредственное командование.

Анастасия уже не улыбалась.

— Есть.

Арман посмотрел на неё.

Это действительно подходило.

Во время Каменного Щита она уже командовала этой сотней в бою.

Люди её знали.

Десятники знали.

Ничего искусственного в таком назначении не было.

Анастасия вдруг нахмурилась.

— Тогда у меня три свободных десятка.

Алексей посмотрел на неё.

— Правильно.

Арман тоже сразу понял.

Анастасия больше не десятник.

Одно место.

Софья погибла.

Второе.

Александр...

Король словно прочитал его мысль.

— Александр остаётся в Павлограде.

Арман поднял глаза.

— При дворе?

— Да.

— Это окончательно?

— Да.

Алексей ответил спокойно:

— Сейчас он нужен мне здесь.

Арман не спорил.

— Понял.

Анастасия тихо сказала:

— Значит, действительно три.

— Именно.

Король взял ещё один лист.

— Я не собираюсь затыкать эти места первыми свободными десятниками.

Он посмотрел на них обоих.

— Максим Громов.

Первое имя.

— Степан Резник.

Второе.

— Антон Белов.

Третье.

Арман запомнил.

Анастасия спросила:

— Откуда?

— Действующая армия.

— Опыт?

Алексей чуть усмехнулся.

— Вот поэтому я выбрал именно их.

Он положил приказ на стол.

— Все трое окончили вашу Академию в прошлом году.

Арман сразу посмотрел внимательнее.

— Выпускники воинов-магов?

— Да.

Анастасия спросила:

— Полный курс?

— Полный.

— Магия?

— Разумеется.

— Лечение?

— Тоже.

— Тактика, разведка, фортификация?

— Анастасия.

Она остановилась.

Король посмотрел на неё.

— Они закончили ту же Академию, в которой учитесь вы.

— Поняла.

Алексей продолжил:

— Все трое примерно на год старше вас. После выпуска служат в армии десятниками.

Арман кивнул.

Это уже имело смысл.

Сотня, которую Академия строила как подразделение воинов-магов, не получит трёх командиров, умеющих только держать строй и махать мечом.

Громов, Резник и Белов должны были уметь то же, что и остальные.

Пусть не одинаково хорошо.

Но хотя бы на одном уровне подготовки.

Анастасия спросила:

— Кто куда?

— Максим Громов принимает десяток Александра.

Она кивнула.

— Степан Резник — людей Софьи.

Лицо Анастасии на мгновение изменилось.

Совсем немного.

— Поняла.

— Антон Белов — твой прежний десяток.

Теперь всё сходилось.

Алексей спросил:

— Возражения?

— Нет, — ответила Анастасия.

Арман тоже покачал головой.

Король посмотрел на него.

— Теперь командование на маршруте.

Арман снова сосредоточился.

— Слушаю.

— Ты отвечаешь за всю сухопутную часть эвакуации от Каз-Дара до передачи колонн нашим службам.

— Есть.

— Сотник Валькарион находится в твоём подчинении.

Анастасия кивнула.

— Есть.

— Её сотня обеспечивает сопровождение, охрану промежуточных пунктов и всё остальное, что вы сочтёте необходимым по военной части.

Арман спросил:

— Людей можно будет распределять по маршруту?

— Да.

— Тогда решу после осмотра.

— Именно для этого ты и едешь.

Король посмотрел на Екатерину.

— Принцесса не входит в вашу армейскую цепочку командования.

— Разумеется, — ответил Арман.

Екатерина кивнула.

Алексей продолжил:

— Она отвечает за морвейнскую часть операции: встречу, учёт и формирование колонн.

Екатерина посмотрела на Армана.

— Я передаю тебе готовую колонну.

— Я довожу её дальше.

— Именно.

Анастасия добавила:

— А я делаю так, чтобы по дороге её никто не растащил и она сама не рассыпалась.

Арман посмотрел на неё.

— Очень дипломатичная формулировка.

— Ты капитан. Дипломатией занимайся сам.

Екатерина тихо усмехнулась.

Алексей подождал.

Тишина восстановилась.

— В Каз-Даре вас встретит виконт Адриан Лисейн.

Арман кивнул.

— Он уже знает?

— Приказ уйдёт сегодня.

— Дварфы?

— Лисейн займётся согласованием с ними.

Алексей посмотрел на Армана особенно внимательно.

— Не приезжай в чужое государство и не начинай расставлять там свои посты без разрешения.

— Даже не собирался.

— Хорошо.

Король перевёл взгляд на карту.

— На нашей стороне я также начну подготовку. Когда колонны дойдут до границы Пашкистана, их должны будут принимать уже другие люди.

Арман понял идею.

— Чтобы нам не тащить одну и ту же колонну до Павлограда.

— Именно.

Екатерина спросила:

— Когда выезжаем?

Арман ответил первым:

— Сегодня.

— Нет, — сказал Алексей.

Арман посмотрел на него.

— Почему?

— Потому что сейчас у сотника Валькарион нет трёх десятников, у тебя нет подготовленного обоза, а люди Екатерины тоже ещё не знают, что снова едут в дорогу.

Арман немного подумал.

— Хорошо.

Алексей поднял бровь.

— Так просто?

— Аргументы хорошие.

— Удивительный день.

Анастасия сказала:

— Он капитаном стал. Взрослеет.

Арман посмотрел на неё.

— Сотник.

— Капитан.

Екатерина опустила взгляд, скрывая улыбку.

Король выдохнул.

— Завтра на рассвете.

— Есть.

***

Когда Арман и Анастасия вернулись в Академию, остальные уже ждали.

Не потому, что знали приказ.

Просто королевская карета, забравшая двоих курсантов среди дня, была слишком заметным событием.

Мирон встретил их первым.

— Ну?

Арман прошёл мимо.

— Что «ну»?

— Вас обоих вызвал король.

— И?

— И я уже полчаса пытаюсь понять, что вы опять натворили.

Корвис сидел у стола.

— Они уехали по приказу. Следовательно, скорее всего, ничего.

Мирон посмотрел на него.

— Ты совершенно не умеешь создавать настроение.

Анастасия положила приказ на стол.

— Собирайтесь.

Разговоры закончились мгновенно.

Корвис поднялся.

— Куда?

— Каз-Дар.

Тимур нахмурился.

— Почему?

Арман ответил:

— Морвейн начал эвакуацию.

Несколько секунд никто не говорил.

Майя спросила:

— Из-за войны?

— Да.

— Сколько людей?

— Пока никто не знает.

Арман посмотрел на всех.

— Но речь идёт о тысячах.

Мирон уже не улыбался.

— Наша задача?

Анастасия ответила:

— Сопровождение и охрана маршрута.

— Кто командует?

Арман посмотрел на неё.

Она посмотрела на него.

Мирон перевёл взгляд с одного на другую.

— Почему мне уже не нравится эта пауза?

Арман сказал:

— Сотник Валькарион командует сотней.

Тишина.

Мирон посмотрел на Анастасию.

— Кто?

— Я.

— Настоящий сотник?

— Настоящий.

Мирон медленно улыбнулся.

Анастасия сразу подняла палец.

— Даже не начинай.

— Я ещё ничего не сказал.

— Я тебя знаю.

Корвис посмотрел на Армана.

— Тогда ты?

Мирон повернулся.

И заметил второй документ в руке Армана.

— Нет.

Арман вздохнул.

— Да.

— Нет.

— Мирон.

— Капитан?

Арман закрыл глаза.

Майя рассмеялась.

Лев хлопнул Мирона по плечу.

— Всё. Ты пропал.

— Почему я?

— Потому что ты первый начал.

Арман положил приказ рядом с приказом Анастасии.

Корвис прочитал.

— Капитан Арман Валькарион.

Тимур тихо присвистнул.

Илья посмотрел на Армана.

— Быстро.

— Сам в шоке.

Мирон выпрямился.

— Господин капитан.

— Тарский.

— Так точно, господин капитан.

— Я могу попросить сотника назначить тебя ответственным за выгребные ямы на каждом промежуточном пункте.

Мирон мгновенно стал серьёзным.

— Поздравляю с повышением.

— Спасибо.

Анастасия рассмеялась.

На несколько секунд стало почти как раньше.

Потом Арман заметил Александра.

Тот стоял немного в стороне.

Он уже понял.

— Я не еду.

Это был не вопрос.

Арман покачал головой.

— Нет.

— Приказ короля?

— Да. Остаёшься в Павлограде при дворе.

Александр помолчал.

Когда-то он сам попросил, чтобы в Академии к нему относились как к обычному курсанту.

И почти всё время обучения так и было.

Но теперь дело касалось уже не Академии.

— Понял, — сказал он.

Мирон посмотрел на него.

— И всё?

Александр пожал плечами.

— Это приказ.

Никакой обиды.

Никакой сцены.

Только принятие факта.

Анастасия сказала:

— На твоё место приходит новый десятник.

Александр кивнул.

— Кто?

— Максим Громов.

— Знаешь его?

— Нет.

Арман продолжил:

— Выпускник Академии прошлого года.

Теперь Александр посмотрел внимательнее.

— Тогда нормально.

Анастасия добавила:

— И он не один.

Тишина снова изменилась.

Все поняли, о чём речь.

Люди Софьи после её гибели шли вместе с десятком Елены.

Так можно было пережить бой.

Но оставлять сотню в таком состоянии постоянно было нельзя.

— Степан Резник принимает десяток Софьи, — сказала Анастасия.

Майя опустила взгляд.

Елена молча кивнула.

Никто не стал говорить, что новый десятник «заменит Софью».

Должность можно было заменить.

Человека — нет.

Арман продолжил:

— Третий — Антон Белов.

Мирон нахмурился.

— К кому?

Анастасия посмотрела на него.

— Ко мне.

Мирон несколько секунд не понимал.

Потом хлопнул себя ладонью по лбу.

— Точно. Ты же больше не десятник.

— Именно.

— Значит, три новых.

— Да.

Корвис спросил:

— Все из прошлогоднего выпуска?

— Все трое, — ответил Арман.

— Значит, полный курс.

— Да. Магия, лечение, тактика, разведка, фортификация. Всё то же, что проходили мы.

Корвис кивнул.

— Хороший выбор.

Анастасия посмотрела на него.

— Проверим.

***

Максим Громов, Степан Резник и Антон Белов прибыли в Академию ближе к вечеру.

Трое молодых армейских десятников.

Всего на год старше большинства тех, к кому теперь присоединялись.

Ещё год назад они сами носили форму Академии.

Теперь — армейскую.

Никакого долгого представления не было.

На подготовку оставалась одна ночь.

Анастасия стояла перед ними уже не как курсант.

— Максим Громов.

— Сотник.

— Принимаешь десяток Александра.

— Есть.

— Степан Резник.

— Сотник.

На мгновение она задержалась.

— Принимаешь десяток Софьи Ренн.

— Есть.

Никаких лишних вопросов.

— Антон Белов.

— Сотник.

— Первый десяток. До сегодняшнего дня командовала им я.

— Понял.

Анастасия посмотрела на всех троих.

— Король сказал, что вы закончили Академию в прошлом году.

Громов ответил:

— Да.

— Значит, объяснять, зачем десятнику в нашей сотне магия и лечение, не придётся.

— Нет.

— Хорошо.

Она посмотрела на Резника.

— Основное оружие и сильные стороны обсудим в дороге. Сейчас мне нужно другое. До рассвета принять людей, проверить снаряжение и доложить готовность.

— Есть.

Белов и Громов ответили почти одновременно.

Анастасия кивнула.

— Работайте.

Трое разошлись к своим новым десяткам.

Мирон стоял рядом с Арманом.

— Странно.

— Что?

— Они старше нас.

— На год.

— Закончили Академию раньше.

— Да.

— И теперь служат у Насти.

Анастасия повернула голову.

— У сотника Валькарион.

Мирон сразу исправился:

— У сотника Валькарион.

Она снова отвернулась.

Мирон тихо сказал:

— Ей нравится.

— Очень.

— Всё слышу, — сказала Анастасия, не оборачиваясь.

Арман усмехнулся.

***

Подготовка продолжалась до темноты.

Теперь Арман впервые почувствовал разницу между сотником и капитаном.

Раньше он обязательно полез бы проверять каждый десяток.

Сколько воды.

Как уложено снаряжение.

Кто отвечает за лошадей.

Все ли взяли оружие.

Теперь он остановил себя.

Это больше не была его работа.

Он нашёл Анастасию.

— Сотня?

— Готовится.

— Трое новых?

— Разбираются.

— Проблемы?

— Если будут — скажу.

Арман кивнул.

И ушёл.

Анастасия проводила его взглядом.

— Ты сейчас добровольно не стал всё проверять?

Он остановился.

— Да.

— Капитанское звание творит чудеса.

— Нет. Просто я наконец понял, что если сотник плохой, то уже поздно самому бегать по десяткам.

— Очень обнадёживает.

— Ты справишься.

Она посмотрела на него.

— Знаю.

Арман усмехнулся.

— Вот за это я тебя и люблю как сестру.

— Потому что скромная?

— Именно.

Он ушёл к обозу.

Там задачи были уже его.

В отличие от военного похода, теперь требовалось думать не только о людях, которые способны пройти весь путь сами.

Предстояло встретить тех, кто не выбирал эту дорогу.

Арман проверял повозки.

Запасные упряжи.

Инструменты.

Палатки.

Лекарские припасы.

Пустые бочки для воды.

Верёвки.

Топоры.

Лопаты.

Не всё нужно было везти из Павлограда.

Большую часть предстояло получать и организовывать уже на месте.

Но приехать в Каз-Дар с одной картой и хорошими намерениями он тоже не собирался.

Екатерина тем временем готовила свой отряд отдельно.

Её люди должны были работать возле места приёма.

Поддерживать порядок.

Помогать с разгрузкой.

Искать потерявшихся.

Сопровождать раненых к лекарям.

Следить, чтобы готовая колонна не перемешивалась с только что прибывшими людьми.

Чем больше Арман думал, тем яснее понимал одну вещь.

Первые дни будут хаосом.

Их задача — сделать так, чтобы хаос закончился как можно быстрее.

***

На рассвете сотня уже стояла у ворот Академии.

Анастасия прошла перед строем.

Корвис.

Мирон.

Тимур.

Майя.

Елена.

Илья.

Лев.

И трое новых.

Максим Громов.

Степан Резник.

Антон Белов.

Десять десятников.

Сотня снова имела полный командный состав.

Пусть сами люди ещё носили следы Каменного Щита.

Пусть Софьи больше не было.

Пусть Александр оставался в Павлограде.

Структура снова работала.

Арман подъехал.

Анастасия повернулась к нему.

На этот раз без улыбки.

— Господин капитан.

Он посмотрел на неё.

Она всё-таки не выдержала.

Уголок губ дрогнул.

Арман покачал головой.

— Сотник Валькарион.

— Сотня готова к выходу.

— Хорошо.

Он перевёл взгляд на строй.

— Выступаем.

У ворот к ним присоединилась Екатерина со своим отрядом.

Она остановила коня возле Армана.

— Всё?

— Всё.

— Тогда в Каз-Дар.

Арман посмотрел назад.

Академия оставалась за воротами.

Ещё вчера он вернулся сюда курсантом.

Сегодня уезжал капитаном.

Анастасия — сотником.

Но думать об этом долго не получалось.

Где-то за морем уже шла война.

В Морвейне собирали людей.

Двадцать океанских кораблей должны были снова и снова ходить между Астеррой и Каз-Даром.

Шесть дней туда.

Шесть обратно.

На каждом рейсе — тысячи человеческих жизней.

Екатерина должна была принять их на берегу.

Арман — построить для них дорогу дальше.

Анастасия — сделать эту дорогу безопасной.

И если всё получится, через некоторое время ни один из них уже не будет нужен на каждом шаге.

На ключевых точках останутся другие люди.

Пункты начнут работать без постоянных приказов.

Колонны будут выходить одна за другой.

Но сначала систему ещё предстояло создать.

Арман повернул коня к дороге.

— Вперёд.

Колонна двинулась.

Впереди был Каз-Дар.

И дорога, по которой скоро пойдут тысячи.