Под крылом ворона

Пролог

– Равновесие – вот на чём стоят миры по обе стороны грани. Мир людской плоти и мир их сути. Всё взвешивается и сравнивается, ищет баланса. А потому грехи человеческие не смыть простой водой, не вымолить по ним прощения и даже искреннего покаяния недостаточно, чтобы стереть из памяти мира порочность человеческого бытия. Цена очищения должна быть соразмерна той грязи, что успела запачкать и людей, и природу вокруг, даже саму ткань мироздания.

Жрец обвел взглядом прихожан, собравшихся в храме Триединого. Стоя на небольшом мраморном постаменте, ему хорошо было видно каждого. Сегодня их собралось меньше чем обычно, но причина была веской. Начало осени в Золотом Доле – время собирать урожай. И даже самые преданные и верные Слову не всегда могли найти время прийти на проповедь. Но что отрадно, сегодня он видел и незнакомые лица, а значит, Слово услышат новые люди, и, возможно, оно укоренится в их сердцах.

– Десять лет шла опустошительная война, десять лет мир не знал покоя и праведности. И каждый человек по мере своих сил и значимости очернял наше право на существование. Когда равновесие окончательно было нарушено, мир содрогнулся, пытаясь сбросить с себя человеческих паразитов, измаравших его своими деяниями. Земля разверзлась, выпуская очистительный огонь, моря вскипели, наполненные накопленным смрадом, а небо заволокло пеплом, скрывая от Творца его нерадивых детей.

Жрец скорбно склонил голову, давая прихожанам время представить и проникнуться творившимся в те времена ужасом.

– Но даже под страхом смерти люди не перестали творить зло. Вместо того, чтобы сплотиться и строить новый мир, они продолжили сражаться друг с другом за осколки старого. И тогда, как отражение всей скопившейся злобы и алчности, свое чрево разверзла Бездна. Бесчисленные твари хлынули в наш мир, пытаясь пожрать его обитателей. И не было им числа, и не было у людей надежды.

Жрец взял в руку тонкую круглую пластину из серебра, висевшую на его шее, и вытянул её на всю длину простого шнурка-бечевки, демонстрируя прихожанам.

– В час отчаянья и злого рока на землю ступил Он. Единый в своей сути с людьми, с Творцом и с сотворенным им миром. Десять лет он успокаивал стихии, десять лет врачевал он человеческие души, десять лет загонял он тварей обратно в Бездну. И когда люди вновь смогли жить без страха… они взялись за старое. Лишь немногие пришли благодарить Его и просить не силы, а мудрости. И именно им Он дал Слово.

Жрец нажал пальцами на пластину, и та, надломившись, разделилась на 3 неровные части.

– Лишь когда люди забудут о терзающей их душу злобе, когда отринут от себя всё то, что роднит их с тварями Бездны, лишь тогда он явится вновь, в едином обличии и единый в своей сути. А пока же он оставляет людей самим вершить свою судьбу. Земля содрогнулась в последний раз, когда Его не стало, а остров, где первые жрецы услышали Слово Его, раскололся на три части.

– Но если Его больше с нами нет, то в кого же нам верить? – раздался голос из задних рядов.

– Когда Триединый покинул нас, над всем миром непрестанным очистительным дождем пролились Его святые слезы, даря человечеству Его добродетели, – спокойно ответил жрец несмотря на то, что его перебили. – Их вы привыкли почитать как Т’ара, Т’ома и Т’мира.

– Так ежели мы им и так молимся, то к чему нам знать остальное? – спросил простого вида мужик, мнущий сейчас в руках соломенную шляпу.

– Слово говорит нам, что оставленные Им в мире добродетели – это путь познания Его мудрости, возможность стать ближе к Нему. А в час беды – быть Им услышанным. Вот уже 8 веков люди предоставлены сами себе. Лишь знание о том, как близко были мы к тому, чтобы уничтожить наш мир, удерживает сильных мира сего от того, чтобы повторить это снова. Но людская память недолговечна, и чем дальше от Расколотого острова, тем слабее в их сердцах находит отклик Слово. С каждым годом в мире множатся ростки зла, они пускают свои корни всё глубже в людские души, от чего Безда открывает всё шире свой зев.

– И что же нам делать? – спросила тучная женщина, в юбку которой вцепился сынишка лет пяти. – Как быть людям, что живут мирно и почитают Его добродетели? Разве виноваты мы в том, что творится по ту сторону Барьера? Разве в ответе мы за этих варваров из Диких королевств?

– Своей верой, молитвами и праведными делами мы откладываем новый Раскол, даём себе и нашим детям возможность прожить жизнь без страха и ужаса, – жрец ещё раз обвел взглядом прихожан. – Но он неизбежен. И тогда лишь Триединый сможет спасти нас вновь. Тех, кто будет этого достоин.

*****************

– Он был здесь, – тихий женский голос из-под накинутого капюшона было плохо слышно, но второй человек молчаливо кивнул, соглашаясь. – След уже очень слабый, если не поторопимся, можем его упустить.

Дослушивать проповедь в местном храме Триединого они не стали, отнюдь ни это их сюда привело. К тому же у Полемы и её спутника был иной взгляд на события давно минувших лет. Чего у них не было, так это лишнего времени. Последние зацепки начинали обрываться одна за другой, а цель ускользала всё дальше. Вот и парой дней ранее вместо того, чтобы найти ответы, они обнаружили лишь холодное тело владетеля Гариго, которого, по слухам, прибил его же бастард. Само поместье «пропахло» эманациями жертвенной магии, какая бывает только от полученных в чёрных ритуалах камней силы.

– Ты видел обездушенных, работающих служками здесь? – и снова последовал утвердительный кивок. – Сначала поместье Гариго, а теперь и храм Триединого... Куда бы не направился наш гость, там начинает смердеть грязной магией Отрёкшегося. Задержись здесь ненадолго и позаботься о несчастных. Не следует оставлять лазейки для тварей или его слуг. Я подожду тебя на тракте.

Молчаливый мужчина, не говоря ни слова, накинул свой капюшон и направился к хозяйственным пристройкам возле храма. Но пройдя с десяток шагов, остановился и кивнул в сторону девушки, в одиночестве сидящей на лавочке и плетущей соломенную корзину. После чего зашагал дальше, намереваясь сделать бесславную, но необходимую работу.

Глупее поступка, чем не обращать внимание на интуицию своего немногословного напарника, Полема не знала. Уж если он не поленился, то что-то почувствовал.

– Как зовут? – как можно приветливее и естественнее обратилась она к девице. – Не видела тебя тут раньше, правда и сама давненько тут не была.

– Маля я, – безразлично ответила девушка, не переставая переплетать прутики сухой лозы. – С середины лета тут живу.

– Вот как… А могу я поинтересоваться у тебя кое о чем?..

Глава 1

– Гром, что за **#*#**?! – с порога атаковал я, как только дождался аудиенции у главы гильдии. – Почему Зайцам не дают контракты?

– А, Мазай? И тебе доброе утро, – как ни в чём не бывало поздоровался Гром, сухопарый, но жилистый, сам в прошлом, говорят, опытный рубака и командир отряда. – Присаживайся. Налить чего?

– Ты зубы мне на заговаривай! – предупредил его я, но при этом сел на стул. – Отвар с теми травами из Гезира ещё остался?

– А наглости тебе не занимать, – хмыкнул он в ответ, но всё же пошел разливать жуть какую дорогую смесь из трав, привезённых аж из Диких королевств. А это значит, что свою вину в определенном размере он признает.

– Ты вот скажи, Гром, разве мой отряд плохо делает свою работу? Разве мы не довели все подписанные контракты до конца? Разве мы не спасали задницы наших заказчиков от неминуемой гибели, а их имущество от грабежа и разбоя? Мы всегда честно отрабатывали наши монеты!

– Всё правда, Мазай, всё правда, – согласился глава гильдии, при этом ставя кружки с отваром на стол. – Вот только в 9-ти случаях из 10-ти спасать никого не приходится. Контракты проходят тихо и буднично, заказчики добираются до места назначения благополучно и без происшествий, склады никто не грабит, а патрулирование проходит спокойно.

Гром, отхлебнул из своей кружки, зажмурившись. Эффект у напитка был похлеще чем у кофе, бодрил и снимал усталость.

– Но только, если это не касается Бешенных Зайцев… – продолжил он. – Все твои контракты обернулись для заказчиков проблемами.

– Ну не преувеличивай…

– Да? Ну давай посмотрим, – Гром начал загибать пальцы. – Купец Квутсом нанял вас для охраны имущества во время переезда в свое загородное поместье, и вы угодили в подготовленную засаду.

– Которую обезвредили, потери минимальные, разбитые зеркала да раненая лошадь. Да и при чём тут мы, если, как выяснилось, засаду организовал его конкурент. Городской суд уже во всём разобрался.

– Второй заказ, – не обращая внимания на мои попытки воззвать к логике, продолжил хозяин кабинета. – Сопровождение юного Лепридо, младшего сына владетеля Барутудо, на время его пребывания в Корпугаре. Две попытки похищения.

– Обе не увенчались успехом, и мы даже взяли живым одного из исполнителей. Сам владетель прислал благодарность гильдии… да вон же она у тебя на стене висит!

– Далее Зайцев отрядили участвовать в оцеплении на главной площади на дне города. Сам главный жрец Закатного королевства приехал на праздник и выступил с трибуны. И где же притаилась группа воинственно настроенных еретиков, попытавшаяся раскачать толпу и прорваться к трибуне? На твоем, Мазай, участке.

– Совпадение. Да и не пустили мы никого, там даже никто не пострадал особо, все живы остались и были переданы на «перевоспитание» закатникам.

– А когда вы взяли заказ на поимку беглого преступника? Там тоже никто не пострадал? Четверо погибших, шесть покалеченных, а просто раненых даже не считали!

– Ну так их было бы ещё больше, если бы мы не подоспели вовремя. Кто же знал, что он одаренный, да ещё помешавшийся от сродства с источником? Это, кстати, уже с тебя спросить надо, за такой контракт цена должна была быть в 5 раз выше!

– Ну я тебе вроде же добавил…

– Ага, вся твоя добавка на лечение моих ребят ушла. Благо, все живы остались.

– Ну вот сам же видишь, что какой бы контракт Зайцы не взяли, все через жопу выходит. Вас уже в гильдии некоторые не Бешеными зовут, а Невезучими или Проклятыми…

– Уж не с подачи ли этого мудака Рубило? Ты что, Гром, веришь во всю эту чепуху?!

– Я-то может и не верю, а вот клиенты, когда заказы размещают… в общем, многие просят, чтобы заказ не вам достался…

– И что же нам теперь делать? На пенсию выходить?

– Ну не драматизируй, – глава гильдии сморщился, словно лимон откусил. – Я уверен, что вскоре появится кто-то менее… разборчивый.

Я вперил в него свой взгляд, полный раздражения, отчего Гром поперхнулся очередным глотком отвара.

– Кхе-кхе-кх… Я хотел сказать, менее суеверный, – исправился он. – В общем, пусть не пенсия, так, может, небольшой отдых, а? Дай своим людям передохнуть. Я недавно видел твоего рыжего, так он весь бледный с тренировочного поля брёл, ели ноги переставлял.

– Это уже наше дело, как досуг проводить.

– Может и так. Вот только разбегутся бойцы от тебя, не успеешь и глазом моргнуть. Наёмниками становятся по двум причинам: либо чтобы жить здесь и сейчас, тогда между заказами они тратят монеты на девиц и выпивку, либо же копят деньги, чтобы остаток жизни провести в ничегонеделанье. Поверь мне, повидавшему многих. А куда так торопитесь вы?

– У всех свои цели и задачи, Гром. Про цели не расскажу, но вот одну задачу мне нужно решить уже в ближайшее время. В начале зимы будет аттестация на ступень в Академии в Триеме. И как ты догадываешься, услуга эта не бесплатная.

– Знаю я про неё, и цену примерно знаю. Ну так если бы ты все деньги не спустил на своих оболтусов, то с тех контрактов, что уже закрыли, тебе бы с запасом хватило.

– Если бы я всё не тратил на себя и своих людей, то на последнем контракте нас бы всех порешили.

– Это когда бунт гезирцев в порту был? Да уж, не видать нам в ближайшие лет пять теперь травяных сборов оттуда, - Гром с сожалением посмотрел на свою кружку. – Да и вообще, торговля с Гезиром теперь под большим вопросом. Угораздило же тебя оказаться тогда рядом с этим спесивым барончиком.

– Помнится, контракт на его охрану на время переговоров с гезирцами выдал мне лично ты.

– Кхум… – вновь подавился Гром. – В общем так, Мазай, говорю тебе, как есть, пока для Зайцев заказов нет. Как появится, я дам тебе знать.

– Ну как знаешь, – сказал я и залпом допил напиток. Напоследок звонко стукнув деревянной кружкой по столешнице, я покинул его кабинет.

От общения с главой гильдии моё раздражение лишь усилилось. Ну какое отношение я и мой отряд имеют к причинам возникновения всех этих происшествий?! Ясно же, что подготовка к засаде или проблемы с головой у самоучки одарённого начались задолго до того, как Зайцы взялись выполнять эти заказы. Мы лишь честно отрабатывали свои гонорары, рискуя при этом жизнью. Мне бы тоже хотелось, чтобы деньги доставались проще и легче, но тут выбирать не приходится. Зато двойная оплата за форс-мажоры сильно улучшила наш бюджет, что хоть как-то компенсировало такое стечение обстоятельств. И эти деньги я, как и обещал, потратил на обучение своих бойцов, которые теперь почти всё свободное время проводили на тренировочном поле под присмотром опытных наставников. И результат мне нравился.

– А кто это у нас тут? Невезучий заяц, которому не досталось работы?

Погруженный в свои мысли я не сразу заметил идущего на встречу Рубило в сопровождении ещё пары наёмников.

– На твои заказы по поиску пропавших домашних питомцев я не претендую, можешь не переживать, – осадил его я.

В ответ Рубило покраснел и хотел было сказать что-то ещё, но один из напарников одернул его, и тот сдержался. Жаль, хотелось набить кому-нибудь морду, чтобы хоть так выплеснуть раздражение. Нужно успокоиться, так дело не пойдёт.

В целом идея устроить разгрузочную декаду, чтобы дать и себе, и парням немного перевести дух, была не лишена смысла. Конец лета и начало осени, проведённые нами в Корпугаре, действительно выдались насыщенными. Поначалу от контрактов не было отбоя. Раст, который приехал в Вольный город по моему приглашению, и взваливший на себя всю организационную и снабженческую работу отряда, быстро нашёл общий язык с Громом. Презентуя нас клиентам, глава гильдии не забывал вскользь упомянуть, что в составе отряда есть самый настоящий маг, хоть и не аттестованный. А потому заказчик часто выбирал именно нас, а не других кандидатов. Ведь для него стоимость была одна и та же. Но пару декад назад, кто-то пустил слух, что наши услуги сами по себе несут в себе риск заполучить неприятности.

И я даже догадываюсь, кто их начал распускать. Сейчас уже поздно что-то исправлять, слух разошёлся чуть ли не по всему городу. Всё-таки, мы действительно частенько оказывались на виду, влезая вместе с заказчиками в громкие передряги. И если по началу это было хорошей рекламой, то со временем…

А тут ещё этот случай в порту, когда на переговорах с гезирцами возомнивший чёрт знает что о себе закатный барон посчитал себя глубоко оскорбленным. А ему-то, всего на всего, плюнули в лицо. Смачно, правда, так... Но что ему мешало обиженно удалиться с их корабля, а потом сжечь его к чёртовой матери вместе со всеми недругами. Но нет, вместо этого он всадил нож в своего обидчика, а по совместительству какого-то тамошнего то ли принца, то ли княжеского отпрыска. В итоге пришлось вытаскивать заказчика, попутно отбиваясь от всего экипажа, который как с цепи сорвался. Еле ноги унесли.

Нужно успокоиться, ещё раз себе повторил я. Иначе придётся пропустить медитацию. Помню, в родном для меня мире медитация считалась одним из способов успокоения души. Но как по мне, в медитацию необходимо входить уже спокойным и готовым к познанию себя. Это инструмент, и довольно тонкий, а потому излишние эмоции вредят такой работе. Благодаря ранее полученным советам от Кромвеля я всё-таки сумел нащупать свой правильный вектор развития источника, и даже получил первые результаты. Его объём увеличился примерно на 1/10 часть, а скорость восполнения выросла почти на четверть. Вполне возможно, что и не в медитации дело, ну или не только в ней, а в том, что я постоянно практиковался. Но как говорил Кромвель, если есть прогресс, то значит путь выбран верный.

Да и бойцы отряда не сидели на месте, точнее я не давал им этого делать. Все заработанные деньги мы тратили или на получение навыков и знаний, или же на экипировку. И в этой части на сегодняшний день нерешённым оставался только один критический вопрос – где взять броню на Горунара? Озвученную стоимость среднего по качеству доспеха «под заказ» мы потянуть пока не могли – 6 золотых монет, и это без шлема. А готовых или, например, отремонтированных такого размере просто не было.

Мы не бедствовали, и не смотря на все траты в общем котле у нас ещё оставалось порядка 3-х золотых монет. Да и по личным карманам по паре таких кругляшей было упрятано. Никто особо личные деньги не тратил. В трактирах старались много не гулять и по ночным заведениям не ходить. Когда знаешь, что тебя завтра в очередной раз выжмут на тренировочном поле, трижды подумаешь, прежде чем накануне выпить лишнюю кружку или провести бессонную ночь с продажной девицей.

А что? Пойти проведать бойцов, да заодно самому выпустить пар показалось хорошей идеей. Медитацией же займусь, когда выплесну эмоции и остужу голову. Приняв решение, я словно сбросил с себя груз и бодро зашагал по направлению к площадке, где проходили тренировки и учебные спарринги.

Как таковой школы или академии, где бы учили ратному делу, в Корпугаре не было. Скорее это можно было назвать клубом по интересам, куда приходили опытные бойцы, чтобы не только делиться навыками, но и просто пообщаться. Некоторые из них уже и вовсе были на пенсии и в активных кампаниях давно не участвовали, но и им было что показать, и чему научить. Если у тебя есть деньги, конечно. Ведь за бесплатно нельзя было даже просто поглазеть.

Вот и сейчас, войдя в просторный двор поместья на окраине города, я был окрикнут местной охраной.

– Кто такой и по какому вопросу?

– Да Мазай это, за Зайцами своими пришёл, – ответил ему напарник. – Проходите, уважаемый.

Я кивнул в ответ и двинулся по направлению к слышимой даже издалека ругани и шуму сражающихся бойцов.

Само поместье принадлежало переехавшему в Корпугар знатному роду из Закатного королевства. Титул был не наследный, получен за долгую и успешную службу в Мрачных отрядах. Так окрестили тех, кто нёс караул в предгорьях Северных гор, откуда регулярно спускались проклятые твари. Считалось, что именно там, где-то среди отвесных скал, расположен вход в Бездну. Были даже смельчаки, рассказывавшие, что видели его лично. Но при этом истории и описания сильно разнились от рассказчика к рассказчику, оттого не вызывая много доверия. Глава семейства, по слухам, был помешан на холодном оружии и способах его использования. После выхода в отставку и переезда в Корпугар он продолжал практиковаться и собирал вокруг себя таких же единомышленников. Даже когда уже совсем не мог поднять меч и видел не дальше своей вытянутой руки, он всё равно спускался во двор, чтобы хотя бы послушать лязг оружия и перебранку практикующихся мастеров своего дела.

А после его смерти семья лишилась титула, а наследники оказались не такими фанатами ратного дела, зато куда более предприимчивыми людьми. Используя сложившуюся репутацию поместья и его широкую известность среди опытных бойцов, они сначала организовали что-то вроде тренировочной площадки для занятий, за использование которой начали брать арендную плату. А потом и вовсе выступили посредниками между наставниками и желающими отточить своё мастерство, ну или просто получить хотя бы базовые уроки. Естественно, имея на этом свой комиссионный доход. Но всех в итоге такой расклад устраивал.

– Ах ты ж **#*#**! – Колтун, бросив щит и деревянную палицу, принялся усиленно дуть на руку. – Ты мне чуть все пальцы не сломал.

– Это потому что меч у меня деревянный, – невозмутимо ответил мужик старше средних лет, стоящий напротив него. – А был бы настоящий, то я бы тебе их отрезал нахер. Следующий!

Очередь встать в круг досталась Хорки, который в одной руке держал короткое копьё, а в другой небольшую сеть. Я остановился понаблюдать за тренировочным боем. И, надо сказать, зрелище было интересным. Хорки был проворнее, ловчее, всё время пытался ужалить, сам при этом не оставался на одном месте. Его наставник же, наоборот, экономил силы, двигался размеренно, но за счёт опыта ему пока удавалось избегать атак. Наконец, Хорки подгадал момент и бросил в оппонента свой козырь из переплетенных тонких веревок с грузиками, пытаясь сковать или хотя бы ограничить подвижность. Наставник рубанул наотмашь мечом, обезопасив себя, но при этом потеряв оружие, ведь сеть словно осьминог оплела деревянный клинок, делая его бесполезным. Хорки тут же перешёл в атаку, желая закончить начатое, за что и поплатился. Решающий выпад оказался недостаточно точным, а может ожидаемым, и противник успел щитом отвести его в сторону, а прямым встречным ударом ноги опрокинуть нападавшего на пятую точку, выбив дух и заставив выпустить из руки копьё.

– Хорошо, Хорки, хорошо, – похвалил его тренер, подавая руку и помогая подняться. – Но куда ты так спешишь? Ты получил преимущество, так зачем тебе торопиться? Или ты испугался, что командир смотрит?

Хорки развел лишь руками и побрёл к товарищам, уже зализывающим лёгкие раны.

– Мазай, какими судьбами, поглазеть на своих, или тоже хочешь размяться? Но чур не со мной, я уже всех твоих по два круга погонял, так что лучше уж предпочту понаблюдать со стороны.

– Если честно, Дунвест, то я не прочь немного выпустить пар. А то настроение какое-то паршивое.

– Из-за слухов что ли? Да не бери в голову, люди что только не мелют лишь бы развеять скуку. Все, кто поумнее, знают, что ваш отряд свою работу делает хорошо.

– От этого монет в кармане больше не становится.

– Кстати о монетах… Те что ты передал в последний раз, как раз сегодня и закончились. Будешь доплачивать?

– Нет, пока нет. Решил дать передышку, пусть немного выдохнут, а то некоторые говорят, что я их загонял совсем.

Развесившие свои уши Зайцы принялись перешёптываться и поздравлять друг друга с окончанием мучений. Рано радуются, нет предела совершенству.

– Тоже верно, тем более, что все их хвалят, особенно, Бутрас, это который с ними строем работает. Говорит, хоть сейчас в имперский легион зачисляй. А старик знает своё дело, он в этом легионе 15 лет отмаршировал, и живой остался.

– Приятно слышать, – кивнул я. – Ну так что, найдётся кто в круге потоптаться?

– Сейчас, кликну кого-нибудь. Ты с копьём будешь, или опять с мечом попробуешь?

– С мечом.

– Ох, да бросил бы ты уже эту идею. С копьём у тебя куда лучше выходит, да и не благородный ты, на кой тебе эта железка сдалась. Уж лучше топор тогда осваивай, и практичнее, и эффективнее.

– Не благородный, верно. Но какие мои годы? – сказал я, улыбаясь.

На что наставник лишь удивлённо хмыкнул и отправился искать мне противника. Много времени у него на это не ушло. В круг вошёл парень, которого я до этого момента и не видел ни разу. Совсем молодой, почти юноша, но тренировочный меч держал уверенно и двигался также. Он был без щита, и я решил последовать его примеру. В реальном бою, я все больше полагался на магию, и щит меня зачастую лишь обременял.

На бой собралось поглазеть с десяток мужиков, но ставки не делали, здесь, в отличии от гильдии, это было не принято. Я кивнул оппоненту и, дождавшись ответного жеста, начал прощупывать врага. Меч действительно был непривычным оружием, но я заметил, что многие хорошие бойцы им владеть всё-таки умеют. А благородные могут его носить даже на приёмах или других торжественных мероприятиях. С тем же копьём ты будешь смотреться там нелепо. Не приставишь же его к стенке, пока пьёшь вино или говоришь с дамой? А потому, хочешь всегда иметь при себе оружие, осваивай меч.

Самая сильная школа мечников была в Закатном королевстве, отточенная местными аристократами до совершенства. А рыцари ордена с Расколотого острова и вовсе слыли сильнейшими воинами Павелена, хоть такое и не рекомендовалось говорить в присутствии грешцев.

Регулярные уроки с опытным наставником не проходят даром. Я довольно уверенно освоил азы и даже мог бы удивить некоторыми приёмами рядового бойца. Вот только на этот раз мне попался какой-то уж очень вёрткий парень, да к тому же знающий все мои уловки лучше меня самого. В общем, как я ни старался, все 3 поединка я проиграл, получив при этом болезненные удары тренировочным мечом. Хотя примерно этого я и ожидал, не бывает чудес, и прогресс требует времени и практики. Но чего я не ожидал, так это вдруг последовавшей реакции молодого парня.

– И это всё, на что способен Мазай, о котором было столько шума в городе? – вдруг его рот скривился в презрительной улыбке. – Не смешите меня, он же отброс.

– Юноша, я не знаю кто ты, нас не представили, – обратился к нему я. – Но я бы на твоём месте воздержался от оскорблений другого человека. За это можно и зубов лишиться.

– А ты не тыкай мне, наёмник, – все также надменно выдал он. – Ты говоришь с благородным. И как благородный говорю тебе, меч не для таких как ты. Такого оружия нужно быть достойным.

Я удивленно посмотрел на организатора нашего поединка, начиная подозревать его в какой-то подставе. Не предупредить, что твой соперник аристократ, да ещё с благородными тараканами в голове, это попахивало какой-то западней. Но не успел я проанализировать ситуацию, как смачный удар палкой по пятой точке спесивого юнца заставил того подпрыгнуть на месте.

– Отец! – вскрикнул обиженно парень, глядя на наставника моих парней. – За что?!

– Не тыкай мне, Рейнлиен! Я же благородный! – передразнил сына Дунвест. – По бою вопросов нет, придраться мне не к чему. Мне скоро и учить-то тебя уже нечему будет. Вот с поведением нужно что-то решать... А тебе, Мазай, действительно нужно еще работать и работать. Ну и стесняться поменьше, я же видел, что ты свой ресурс не задействовал даже.

– Хотелось честно, кто же знал, что передо мной твой сын будет. У него явно уроков мастера побольше моего было…

– Верно, и не только моих. В любом случае, надеюсь, твое настроение не испортилось ещё сильнее. А то ты сюда вроде как «выпустить пар» пришел. Вот только для этого в Корпугаре увеселительный дом есть, а у нас здесь все работать приходят, а не стресс снимать. Это даже твои Зайцы знают.

– Да понял, понял, – смиренно согласился я, краем глаза глядя как мои товарищи еле сдерживаются, чтобы не заржать. – Спасибо, за урок…

Глава 2

Следующие несколько дней прошли в спокойном ничегонеделанье. Впрочем, и его, как оказалось, можно провести с пользой, особенно когда под боком оказывается такой человек как Раст. За чашкой местного аналога чая мы часами болтали о политике, географии, экономике, религиях. Я интересовался, а он свободно делился знаниями. И единственным условием было – не спрашивать его, откуда он всё это знает.

В общем, я ни разу не пожалел о том, что сдержал обещание и нанял его в свой отряд. Да и он словно обрел второе дыхание, когда понял, что приносит пользу, да ещё и получает за это деньги. В активных действиях он теперь не участвовал. Хоть полученные во время кампании Вепрей раны не так уж сильно беспокоили его, но в совокупности с возрастом уже не позволяли полноценно тянуть лямку бойца. Зато на поприще административного управления он смог развернуться на всю и сэкономить мне не только изрядное количество монет, но и, что не маловажно, времени, которое я теперь тратил на изучение магии.

Вот только все заклинания в лавке Лероя, которые я хотел изучить, я уже освоил. А на то, что осталось, не хотелось спускать с таким трудом достающееся серебро. Загадочный же покровитель молодого мага не спешил устраивать встречу, и по словам самого Лероя, без подтвержденной ступени вести дела на таком уровне он со мной не будут. Торопиться действительно не стоит. Думаю, без подготовки и опыта заклинания 3-ей ступени мне всё равно не осилить. Цена же за них должна быть на порядок выше, и таких денег у меня точно нет.

Поэтому я решил пока сосредоточиться на предстоящей аттестации в имперской академии, которая должна была состояться уже скоро, в первые декады зимы. И денег на которую по-прежнему не хватало. В общем, нам срочно нужен был контракт, и контракт высокооплачиваемый. А где плата, там и риск. Вот только последние заказы показали, что не всё так просто с этой самой корреляцией стоимости и сопутствующей ей опасности.

– Раст, может нам податься из Корпугара куда-то ещё? – спросил я, развалившись в плетёном кресле на веранде заднего двора дома, арендованного нашим отрядом. – Мне кажется, тут работы для нас в ближайшее время не будет.

– Я тоже подумываю об этом. Например, в Империю, тебе же нужно быть поближе к Триему. Но там будет непросто, в Единой наёмников недолюбливают, хоть и пользуются их услугами.

– Хм… а почему-так? – вновь любопытство не позволило пропустить замечание Раста мимо ушей. Детали и нюансы важны.

– Как это не парадоксально, но в Империи, где власть Первого императора незыблема и абсолютна, в то же самое время очень сильно влияние аристократических семей и благородных домов. У каждого сильного рода есть своя собственная небольшая армия, и наёмников привлекают только для… скажем так, для работы, об которую не хочется пачкать руки мундиры своих солдат. Отсюда и соответствующая репутация.

– Ясно, но есть же купцы, аристократы помельче, другие заказчики.

– Есть, потому в крупных городах есть представительства гильдии. Я же говорю в целом, про отношение к вольным отрядам, как к не чурающимся грязной работы.

– Ясно. А где же тогда лучше всего ценят наш труд?

– Сложно однозначно сказать, но наиболее востребованы наёмники в Вольных городах и в Южных королевствах. Там на их услуги всегда есть спрос. А вот про гильдию наёмников в Греше я, например, никогда не слышал. Хоть они и готовят лучших из них, но на территории самого королевства найм запрещен.

– Да уж, парочку таких красавцев мне не так давно посчастливилось увидеть. Какой резон Грешу разбазаривать таких бойцов, рассылая их по миру?

– Грешские витязи преданы своему королю, и по его зову вернутся на родину, чтобы её защищать. И такие прецеденты уже были. Проблема Греша в том, что кроме секретов подготовки воинов и магов, у них особо ничего и нет. Ни ценных ресурсов, ни удобных торговых путей, ни полей для возделывания. Есть несколько железных рудников, да промысел пушнины. Но в том же Приозерье рудники богаче, и везти металл оттуда в другие страны ближе. А пушнина хоть и ценный, но не стратегический ресурс. Вот и продают они труд своих воинов, но продают дорого. При этом половину от гонорара забирает королевская казна. И надо сказать, король Загоррик как никто до него привержен этой идее.

– Сдаётся мне, что не только в деньгах дело. Это же какая шпионская сеть…

– Что мне в тебе нравится, Мазай, так это твоя проницательность. Тебе не нужно объяснять, ты до всего доходишь сам.

– Не надо лести, Раст, я её не люблю.

– И это мне в тебе нравится тоже. Кстати, по той же причине Император отпускает имперских магов на контракты в другие государства.

– То есть все в курсе, но всё равно их нанимают?

– А почему нет? Но не все, а те, кто хочет показать лояльность Империи, ну или как минимум отсутствие враждебности и несущих угрозу императору секретов.

– Куда не плюнь, везде политика, – устало вздохнул я. – А что же делать честному отряду наемников, который всего-то и хочет заработать горсточку золота?

– Если ты хочешь моё мнение, то я предлагаю пока не торопиться с решением. В Корпугаре у отряда есть репутация, не для всех однозначная, но всё же. Мне кажется, Гром прав, заказчик найдётся, нужно выждать одну-две декады. Если нет, то я постараюсь подрядиться на охрану каравана до Триема. Денег получим немного, но на имперском тракте с нами вряд ли что-то случится.

– Хорошо, собери бойцов, дам им распоряжение отдыхать. Они заслужили.

Наш диалог покашливанием прервал Хорки, вошедший на веранду заднего двора из дверного проёма.

– По всей видимости, ты опоздал, мой командир, – в его голосе звучала наигранная обречённость. – Не суждено твоим верным и таким преданным бойцам получить свой долгожданный и давно заслуженный отдых. К тебе тут гости пожаловали.

– Хорки, я давно подумываю переквалифицировать наш отряд в театр бродячих артистов. Такие таланты пропадают, – я с грустью покачал головой. – Раст, как ты думаешь, пойдёт на нас народ?

– Можно устроить пробный показ, – задумчиво протянул он. – Мне даже постановка на ум одна пришла. Та, в которой молодой герой спасает принцессу из лап великана.

– Ну допустим, герой у нас есть, – я оценивающим взглядом посмотрел на Хорки. – Пруст и Шуст сыграют его нерадивых братьев, а Горунар отлично подойдет на роль злого великана. Остается только принцесса…

– Ну она вроде по пьесе рыжая была… – вспомнил Раст.

– Рыжая говоришь, – призадумался я. – Ну тогда хотя бы бороду расчешите нашей принцессе, прежде чем показывать её зрителю.

Из-за угла дома послышался хрюкающий смех братьев близнецов, не сдержавшихся и выдавших своё местоположение. Впрочем, для меня секретом оно и не было. Одной из недавно освоенных и, как по мне, очень полезных техник как раз и был «поиск живого». Извивающиеся тонкие жгуты шарили во всех направлениях и, натыкаясь на что-то, имеющее биополе, словно подсвечивали эти сгустки жизненной энергии. Радиус зависел от силы мага и влитой в заклинание энергии, в моём случае не больше 8-9 метров, а если на пути была преграда вроде стены, то и того меньше. Правда, обходилось такое удовольствие в десятую часть моего запаса за одно кратковременное применение. К тому же, по словам Лероя, нельзя почувствовать одарённого, если он сильнее тебя и не хочет быть обнаруженным.

– Так, балаган прекратить, и марш патрулировать участок! – рявкнул я.

Пруст и Шуст, выглянув из-за угла и обреченно вздохнув, поплелись делать вид, что выполняют приказ.

– Так кто там пришел? – спросил у Хорки Раст.

– Глава гильдии, вместе с наставником Дунвестом. Говорят, у них для Зайцев предложение.

– Интересно… Ну веди их сюда, сам тоже останешься послушать.

Хорки на этот раз серьёзно кивнул и скрылся в доме.

– Как думаешь, Раст, чего они хотят?

– Думаю, предложить нам работу, а заодно спровадить из города.

– Ну что ж, послушаем, как именно они намерены это сделать.

Заявившийся в гости Гром явно пребывал в хорошем расположении духа, словно нашёл решение давно мучавшей его проблемы. Дунвест же, наоборот, был серьёзен и немного нервничал, словно не был до конца уверен в том, что собирается озвучить.

– Мазай, я же говорил, что не пройдёт и декады, а для тебя найдётся работа, – начал глава гильдии. – Вот, привел к тебе заказчика.

– Дунвест, если ты хотел нанять нас, ты мог бы сказать об этом мне напрямую ещё пару дней назад, когда преподал мне свой последний «урок».

– Мне нужно было обдумать, – ответил он. – Решение непростое. Да и не уверен я, что ты возьмёшься за заказ.

– Ну что ж, тогда не ходи вокруг да около, озвучь уже его, – почему-то с приходом этих посетителей вернулось и моё раздражение.

А ведь Дунвест, пожалуй, второй встреченный мною аристократ, который мог бы вызвать симпатию. Он никогда не выпячивал свой благородный статус, общался на равных и не был замечен в спесивости или чванстве. Может от того, что его семья переживала сейчас не самые лучшие времена, раз ему самому приходилось подрабатывать инструктором.

– Мой сын… – тем временем начал он. – Ты уже успел с ним познакомиться, хоть и нельзя сказать, что удачно. В общем, Рейнлиену предстоит одно важное путешествие. И я хочу, чтобы твой отряд его в нём сопровождал.

– Если ты думаешь, что я откажусь от заказа, только потому что твой сын назвал меня отбросом, то зря переживаешь. Куда больше меня волнует место назначение и величина оплаты.

Дунвест задумался, словно решая, говорить ему дальше или нет. Гром же, почувствовав его нерешительность, не оставил ему шансов, выдав всю информацию за него.

– Место назначение – Мрачные отряды в Северных предгорьях. Сыну Дунвеста нужно отслужить там 3 декады. С учётом дороги туда и обратно это займет не более 60 дней. Задача отряда – оберегать во время пути и службы и вернуть Рейнлиена живым и невредимым его родственникам.

– Исключено, – ответил я. – В таком случае я не успею вовремя добраться до Триема для подачи заявки на аттестацию.

– Успеешь, – возразил Гром. – Мальчишку после службы как раз и нужно доставить в имперскую столицу и передать его матери. Там твой контракт и закончится.

Слишком хорошо всё складывалось, чтобы быть правдой.

– И сколько ты готов заплатить, Дунвест? – спросил я и, глядя ему в глаза, добавил. – Только не продешеви, второй попытки не будет.

Гром хотел было снова взять инициативу, чтобы самому озвучить условия, но Дунвест положил руку ему на плечо, призывая помолчать.

– 20 золотых и покрытие расходов на время контракта, – сказал он. – Но никакой надбавки за боевые действия.

Я кивнул в ответ, принимая предложение.

– Хорошо. Раст обсудит с вами детали, и если нас всё устроит, то завтра подпишем контракт.

После чего, коротко попрощавшись с гостями, покинул веранду, предоставив своему человеку дожимать клиента в части дополнительных условий. Я не сомневался, что Дунвест посетит меня еще раз, чтобы без лишних свидетелей рассказать больше. Впрочем, как и в том, что многого он так и не скажет. И, кажется, я не один с подозрением отнёсся к свалившейся на нас высокооплачиваемой работе.

– Мазай, ты же почувствовал его волнение, – скорее утвердительно, чем вопросительно сказал Хорки, шагавший сейчас рядом. – Дело может не оказаться таким простым, как выглядит на первый взгляд.

– Именно поэтому я попросил заказчика сразу назвать честную цену. А что касается простых дел, то я их в нашей практике и не помню. Разве что, когда мы трактир охраняли во время городских гуляний, там кроме больных с похмелья голов вроде и не приключилось ничего.

– Как это ничего? Там Колтуну клок бороды выдернули, до сих пор причитает и отращивает.

– Кстати о парнях. Как думаешь они отнесутся к тому, что нам предстоит прогулка на границу, где разгуливают жуткие твари из их ночных кошмаров?

– Как, как… Сожмут булки и пойдут за тобой. Горунар так и вовсе спрашивать не будет, он тебе предан как верный пёс. Уж не знаю почему. Да и не преувеличивай, Дунвест и сам там отслужил не один год, и тварей видел не то чтобы часто. Он про те времена частенько рассказывал в перерывах, когда не гонял нас по тренировочному полю. Поэтому и Колтун, и братья в курсе, что служба в Мрачных отрядах далеко не то же самое, что в Ордене или у охотников на тварей. Всё-таки, в сами горы лезть их никто не заставляет.

–Да, не заставляет… Ну а ты, Хорки? Помнится, ты готов был довериться мне. Ещё не передумал?

– Ну уж нет. Кто-то видит в том, как поворачиваются наши заказы, неудачу. Я же, наоборот, думаю, что ты оказываешься там, где можешь что-то исправить. Одним словом, у тебя нюх на приключения. И эти приключения высоко оплачиваются. Столько, сколько предложил Дунвест, нам ещё никто не платил. Разве можно от такого отказаться?

Нет такой цены в монетах, что хватило бы вернуть человека из-за грани. Но эту мысль вслух я озвучивать не стал. Пусть это было эгоистично и расчётливо, воспользоваться их доверием, но мне нужны были верные люди. И мне нужно было оказаться в этих неприветливых местах. Северные горы отделяли меня от конечной цели моего личного и главного контракта. И хоть отведённого времени еще оставалось много, но, чтобы успеть, нужно уже сейчас предпринимать первые шаги. Тем более, когда сама судьба подталкивает тебя к этому.

Именно на западной своей оконечности Северные горы были более-менее проходимы. Судя по рассказам и доступным описаниям, этот участок был изрезан множеством ущелий и каньонов, которые в летнее время вполне себе подходили для пеших переходов. Альтернативой служил горный перевал на границе Империи и Греша, куда несколько раз в экспедиции отправляли свои отряды оба государства. Правда так ничего ценного не найдя. Других вариантов перебраться через малопроходимые заснеженные скалы местные знатоки не знали. В общем, хоть всё буквально вопило о том, что дело тёмное, но у меня был свой сильный интерес взяться за этот контракт. И это помимо заработка так недостающих нам монет.

Дунвест дал о себе знать уже утром, направив посыльного с предложением отобедать у него. Поесть за чужой счет? От такого ни один наёмник не откажется, здесь и думать было нечего. Я лишь немного озадачился гардеробом, который по-прежнему был, мягко сказать, неразнообразен. И вроде полезная вещь, позволяющая выглядеть презентабельнее перед потенциальными заказчиками, но всегда находились другие потребности, финансирование которых здесь и сейчас казалось важнее. Как же нужны были деньги! Если раньше мне казалось, что золотые монеты – признак роскоши и богатства, то в Корпугаре, предоставляющим уйму полезных для развития вещей и услуг, буквально приходилось жертвовать одним, чтобы приобрести другое.

Надев единственную приличную рубаху для выхода в свет, которая мне досталась в качестве трофея в Причале, я направился в дом бывшего наставника моих бойцов. О том, что он благородный я узнал не так давно, и не от него самого. Факт этот никак не мешал вести нам дела и получать взаимную выгоду. Я платил серебром за уроки, а он самоотверженно выбивал из парней всю дурь и вбивал на её место навыки индивидуального ближнего боя.

Я сам опробовал на себе результат таких тренировок и в честном спарринге без использования магии периодически проигрывал Колтуну и братьям, а Хорки и Горунару – всегда. Будет время, нужно будет уделить этому внимание и подтянуть собственные навыки. Боевой маг всегда в гуще сражения, а резерв имеет свойство быстро кончаться.

А вот в гостях у Дунвеста я был впервые, я и о том, что у него есть сын не знал до этого момента. Что первым бросилось в глаза, так это сам дом. Не поместье, не особняк, а именно дом. Два этажа, каменная кладка, застеклённые окна, небольшой дворик, на котором буквально помещалось несколько деревьев и кресло, стоящее в их тени.

Встретил нас слуга, одетый в простую будничную одежду без опознавательных знаков рода. Да и в целом, место больше походило на дом зажиточного купца или мастерового, чем на обитель аристократа.

В небольшой, но светлой комнате на втором этаже стоял обеденный стол, за которым меня уже ждал хозяин дома. Я, поприветствовав его, присел напротив. Дунвест пока не торопился начинать разговор, а я подмечал всё новые детали: простая белая скатерть на столе, безусловно чистая, но уже застиранная, потёртый коврик по центру комнаты, трещина на оконном стекле. Следы усталости и увядания дома.

Тем временем, слуга накрыл на стол, и какое-то время мы молча ели. И уже когда подали напитки, Дунвест наконец перешел к делу, выложив на стол согласованный проект договора.

– Ты уже успел ознакомиться с деталями?

– Да, Раст уже просветил меня.

– Ох уж этот твой помощник, словно кровосос с Болотины, выпил все соки…

– Это его работа – стоять на страже интересов отряда, – безразлично ответил я. – Но ты меня позвал не для этого, верно?

– Да, подписывать будем в гильдии, Гром тоже засвидетельствует, сумма, всё-таки немаленькая.

– Что ж, тогда не томи, говори уже, как есть.

И снова нерешительная пауза от, казалось бы, уверенного в себе мужчины.

– Рейн… Он бывает вспыльчивым, местами может быть дерзким и малоприятным. Но это не весь он, поверь. Юность бурлит в нём, но за его показной бравадой скрывается хороший человек. Я это говорю не только как отец, но и как его наставник. Если стать к нему ближе, то он раскроется с другой стороны.

– Ты думаешь, это повлияет на выполнение взятых нами обязательств по его защите?

– Нет, Зайцы всегда доводят свои контракты до конца. Я это знаю. Но… считай это личной просьбой. Не относись к нему как к обузе на время контракта.

– Я попробую, – кивнул ему я. – Но не обещаю. Нам за такое не платят, а если бы и платили, я бы отказался.

– Хорошо, что не придётся доплачивать, – Дунвест позволил себе легкую улыбку. – Как видишь, я не очень-то и богат. Впрочем, мне на жизнь хватает, а большего и не надо.

– 20 золотых, плюс расходы на поход – это большие траты, даже для аристократа. Ты уверен, что они необходимы?

– Если честно, это почти всё, что у меня сейчас есть. Пришлось даже продать несколько вещей из личного арсенала. Но я уверен, что делаю всё правильно.

– Что ж, отговаривать не буду, как и делать скидку на твоё положение. Но выслушать – выслушаю. Если ты хочешь успехов для сына, то лучше раскрыть карты.

Дунвест кивнул, соглашаясь. Он достал из-под рубашки металлический амулет, на котором черный ворон держал в лапах серебряный меч, пронзающий темное пятно с ползущими из него щупальцами.

– Ты знаешь, что это такое?

– Никогда раньше не видел, – ответил я, продолжая всматриваться в изображенную картину. – Но, наверное, что-то связанное с Бездной.

– Верно. Это знак отличия за службу в Мрачных отрядах. Такой дают либо за 20 потраченных на это лет, либо за особые заслуги. А вместе с ним дают рыцарский титул в Закатном королевстве. Вот только титул этот не наследный, а вместе с ним никакой земли или имущества не полагается, только мешочек серебра, но и он не больно тяжелый. Более того, таких «выскочек» из народа не очень-то и любят в Закатном королевстве. При чём как простой люд, так и наследные рода. Многие поэтому переезжают на пенсию в Вольные города, статус здесь остаётся в силе, и при этом никто не шепчется за твоей спиной.

– Значит Рейнлиен – не благородный, хоть и хочет таковым быть.

– Не совсем, – Дунвест, словно не хотел говорить, выдавливал из себя слова.

– Ясно… И его имя, звучащее на имперский манер неспроста? Верно?

– Ничто от тебя не ускользнет, Мазай, – покачал он головой. – Да, его мать аристократка из Единой империи, и далеко не из последнего рода. Все мы по молодости совершали ошибки…

– Ну в вашем случае ошибку явно совершила она.

– Кхе… – поперхнулся Дунвест. – Ну можно и так сказать, наверное.

– Тогда я не вижу причин, почему ты хочешь окунуть парня в это дерьмо, прежде чем он вернётся к матери, да ещё и потратив при этом последние сбережения.

– Если парень не вернётся к матери до начала зимы, то он будет вычеркнут из её рода. Он уже совершеннолетний и ему необходимо решить, чьим подданным он является. Ты же знаешь, что у закатников с имперцами свои взаимоотношения, весьма непростые.

– Тем удивительнее, как ты повстречался с его матерью, и как она отдала сына тебе.

- Это давняя история, а я не хотел бы ворошить прошлое. Важно лишь знать, что если Рейнлиен останется здесь, со мной, то он потеряет статус благородного. Сам же он не хочет ехать в Империю и не горит желанием встречаться со своей матерью и её семьёй.

– А ты, как любящий отец, всё решил за него? Не лучше ли парню позволить самому решать, чего он хочет от жизни?

– А много ли он этой жизни видел?! – вдруг вспылило Дунвест, но уже спокойнее добавил. – Жил под моим крылом, общался с благородными на равных, водил с ними дружбу. Он не понимает, какое это болото! Болото полное ядовитых тварей пострашнее тех, что по ночам спускаются с Северных гор! Как только его вычеркнут из рода, все его друзья, что раньше улыбались ему, как имперскому аристократу, будут корчить кислые рожи, когда он будет подходить к ним поздороваться. Все его привилегии и пропуски обнулятся. В некоторые места его и вовсе перестанут пускать. Он уже взрослый и ему нужно начинать зарабатывать на жизнь. И кем же он будет без своего статуса, наёмником как ты?

– Да хоть и наёмником, – не обиделся я. – Или наставником, как его отец. Разве в титулах счастье? Но дело твоё, ты платишь, я выполняю. Ты так и не ответил, зачем тогда его везти в закатное королевство, да ещё и в Мрачные отряды?

– Это его решение. Он до жути упёртый, весь в мать. Сказал, что хочет остаться со мной, предлагал открыть школу мечников в Корпугаре. В общем, он сторговал у меня шанс. 3 декады – это минимальный срок службы в Мрачных отрядах для представителей благородных семей. В Закатном королевстве все мужчины-аристократы должны отслужить там не менее 30 дней и приступить к этому необходимо не позднее 5 лет с достижения совершеннолетия. Своего рода дань традициям. Большинство, как ты понимаешь, отбывает именно минимальный срок. К тому же, их на это время охраняет личная гвардия рода. Но есть и те, кто из родов победнее, или те, кто в списке наследования стоят далеко не в первых рядах, такие иногда выбирают строить карьеру там. В Северных предгорьях проще продвигаться по службе и найти себе потом теплое место в королевской армии.

– И на роль гвардии для своего сына ты решил нанять нас?

– Можно сказать и так, своей у меня нет и никогда не было. Вот только у вас будет ещё одна задача. Притащить его в Трием по окончании отпущенного срока, даже если он будет против.

– А не жестоко ли? Сам же говоришь, что он может построить карьеру там.

– Я потратил там 7 лет своей жизни. И поверь, не могу сказать, что желаю того же для своего сына. Я люблю его, и вижу его талант. Его место среди знати.

– А что же делать, если он своего добьётся и получит заветный медальон? – я кивнул на пластину, что теперь болталась поверх рубашки.

– Это практически невозможно.

– И все же.

– Тогда для тебя ничего не меняется. Ты доставишь его в Трием, где он сам даст ответ своей матери. Уговор – есть уговор. Если, он повесит на шею титульный медальон, то уже никогда не станет имперским подданным.

– Хорошо. Мы позаботимся о твоём сыне. Что будет после – это ваше семейное дело.

Ещё посидев немного и, поболтав о том о сём для соблюдения этикета, который, впрочем, был не особо нужен ни мне, ни хозяину дома, я отправился к себе. По дороге мне не давала покоя какая-то мысль, которая всё никак не могла полноценно сформироваться в моей голове, при этом раздражая сознание и не давая покоя. И уже подходя к нашему арендованному дому, я понял. Шансов, конечно у Рейнлиена мало, но они есть. Дунвест отслужил всего 7 лет, а значит свой знак отличия он получил досрочно. Что же он такое совершил, что ему повесили на шею медальон, а заодно и рыцарский титул?

Глава 3

Следующий день прошел в сборах. Как и говорил Хорки, после оглашения боевой задачи парни не роптали, а пошли готовиться к походу. Обсуждать, конечно, будут, но открыто возражать никто не стал. Да и озвученные им личные гонорары сгладили впечатления от предстоящей непростой работы. 2 золотых каждому и 5 золотых в общий котел. Еще 5 монет я планировал забрать себе. Расту мы пока платили из общих денег по серебряному в декаду.

Четверть денег мы получали авансом, что говорило о большом доверии заказчика. Оставшуюся часть должны были получить в банке в Триеме, где на имя Рейнлиена был открыт счет. Не доставив туда подопечного, на оплату мы рассчитывать не могли.

Сбором каравана занимался сам Дунвест, и тот должен быть готов уже на следующий день. Об этом он сам сообщил нам на подписании договора в кабинете у Грома. Как и ещё об одном сюрпризе. Помимо ранее заявленного помощника для обслуги каравана с нами поедет ещё один из его людей.

– Этого нет в контракте, – отрицательно покачал я головой. – Нельзя менять условия после сделки.

– Он не будет обузой, наоборот, я думаю, что ты не будешь против такого спутника.

– Смотря кто это, и за кем из нас он будет приглядывать.

Дунвест нахмурился и покачал головой.

– Не ищи подвох, Мазай, там, где его нет. Это лекарь-маг, начинающий, правда, и далеко не выдающийся, но всё же. Так мне будет спокойнее.

– Бес с тобой, но он должен подчиняться мне, или может идти к чертям.

– Не поминай их, когда твой путь лежит в их края, – предостерег Дунвест. – Я думаю, что вы договоритесь.

На следующее утро мы были готовы к отправлению, а крытая повозка, запряжённая двумя сильными тягловыми лошадьми, уже загружена личными вещами и провизией. Не карета, конечно, но передохнуть в такой можно будет с комфортом. Рейнлиен прискакал верхом на своём собственном коне, демонстративно скорчив лицо, при виде нас. Ох, Дунвест, не обещаю, что мы с ним подружимся…

Не было только лекаря, которого вчера обещал заказчик. Но и он не заставил себя долго ждать. Точнее она.

Девушке на вид было лет 20, и она совсем не выглядела готовой к длинной дороге. Нет, она не была одета в платье выходного дня и не имела вычурной прически на голове. Напротив, сидела на хорошей лошади, одетая в походную одежду, включающую штаны, рубашку и практичную куртку, с притороченной к седлу дорожной сумкой и даже поясным ножом… Вот только всё это было абсолютно новым, ни разу не использованным до сегодняшнего дня. Особенно сильно это выделялось на фоне нашего пока еще пешего отряда с потасканным и побитым жизнью снаряжением. Даже чуточку стыдно стало. В общем, подозреваю, что всё это было куплено специально для нашего похода, и такой опыт для юной магички будет первым в её жизни.

– Глянь какая, – услышал я за спиной голос Колтуна. – Тоже с нами поедет?

Не могу сказать, что девушка была красавицей, скорее приятной наружности. Длинные ресницы, блестящие волосы, гладкая кожа без изъяна… Как будто хороший мастер поработал над не самой лучшей заготовкой. И, возможно, продолжает работать до сих пор.

– Не рекомендую разевать рот, – шепотом рекомендовал Хорки. – Если ей не понравится услышанное, то сгоряча может заставить твоего дружка смотреть концом всегда в землю.

Колтун от такой информации невольно накрыл ладошкой причинное место и кивнул, показывая, что суть уловил.

– Приветствую, – поздоровалась она. – Кто из вас Мазай?

– Взаимно, - ответил я. – Рад знакомству, уважаемая…

– Виола, – кивнула она в ответ. – Когда выступаем?

– Да прямо сейчас, – и уже обращаясь к Расту, разместившемуся на козлах вместе с кучером-помощником, добавил. – Можем трогать.

Лезть с расспросами к неожиданной попутчице я не стал, хотя и дураку было ясно, что история про заботу о сыне – сказка для детей на ночь. Даже если у нее 1-я ступень, то услуги девушки стоили не многим меньше, чем всего нашего отряда. Таких денег у Дунвеста быть не могло. Он сказал, что это его человек, вот только Рейнлиен смотрел на неё также, как и мы, словно увидел в первый раз. Будет разумно приставить к ней Хорки.

Первый день пути не ознаменовался ничем интересным, также, как и второй. Хорошая дорога, обжитые места. И вопреки опасениям некоторых глупцов, разносящих слухи и сплетни по городу, никакие опасности не поджидали нас в кустах уже за первым поворотом. Полоска земли у Торгового залива, где располагались Вольные города, была достаточно тонкой, а потому уже на третий день мы добрались до границы с Закатным королевством, примыкающим к этим территориям с севера-запада.

– Кто главный в караване? – спросил дежуривший сегодня начальник гарнизона. – Пройдите для заполнения подорожной. Остальным не чинить препятствий при досмотре.

Рейнлиен немного замялся, стрельнув в мою сторону глазами, что не осталось незамеченным со стороны служивого человека.

– Молодой человек, – обратился он к нему. – Вы можете взять в сопровождение наставника или опекуна. Это не возбраняется.

Он кивнул, а я двинулся за ним следом в контору при гарнизоне, где уже скопилась небольшая очередь. Впрочем, это дало немного времени пообщаться с парнем лично.

– Мне нужно что-то дополнительно знать, чтобы помочь? – спросил я его.

– Да вроде нет, – неуверенно ответил он.

– Хорошо, но позволь дать совет. Учитывая, куда мы держим путь, не стоит всем знать, чей ты сын, и что твоя благородная кровь имперская по происхождению. Вполне достаточно, если ты окажешься просто сыном Дунвеста, рыцаря Закатного королевства. А имя твое сократится до более благозвучного «Рейн».

– Да как ты смеешь? – зашипел он. – Кто дал…

Но его перебил голос распорядителя: «Следующий!». И на озвучивание возмущений не осталось времени.

– Кто такой? Кто в сопровождении? Цель визита? Что везёте? – буднично спросил работник канцелярии.

– Я… Рейн, сын рыцаря Закатного королевства Дунвеста. Со мной охрана и обслуга. Двигаюсь в сторону Северных гор для прохождения службы в Мрачных отрядах. В повозке только личные вещи и экипировка охраны.

Я отчетливо видел, как небольшой кристалл на столе мигнул белым светом, после чего Клерк быстро зашуршал пером по бумаге.

– Задумываете ли вы или ваши люди причинить вред интересам королевства или его подданным? – был его следующий вопрос.

– Нет, – коротко ответил Рейн.

– Прошу ответить обоих, – поднял он на меня глаза, на секунду задержавшись взглядом.

– Нет, – также односложно ответил я.

Кристалл снова мигнул белым, и он, внеся еще несколько записей и шлепнув на подорожной штамп, крикнул: «Следующий!».

Мы вернулись к повозке как раз к окончанию досмотра. Продемонстрировав заверенную бумагу, мы получили отмашку проезжать. А еще спустя несколько часов в сгущающихся сумерках мы добрались до большого трактира, расположенного на главном тракте, что тянулся от южных границ до самого севера королевства. Раст со слугой Дунвеста, направились договариваться о размещении, ну а мы решили собраться в общем зале, чтобы нормально поужинать, оставив братьев и Горунара сторожить наше имущество. Потом наступит их черед отдыха.

Проблемы начались уже на входе, когда охрана не пустила нас внутрь с оружием. И если я и мои бойцы восприняли это нормально, то вот Рейн, временно лишившийся своего аристократического суффикса, пошел багровыми пятнами.

– Да как ты смеешь? – начал он со своей любимой фразы. – Лишать мечника права носить свой меч?

– Если посетитель благородных кровей, то он может пройти в зал со своим оружием, – охранник не повышал голос, но было видно, что он раздражен поведением свалившегося на него выскочки. – Но в предъявленной подорожной указано, что это не так.

– Я…

– Идем, – я дернул его за руку, пытаясь унять. – Оставим в повозке.

Слава Троим, у него нашлось достаточно разума прекратить перепалку. Но передавая меч Прусту, он не преминул мне напомнить, по чьей вине эта ситуация случилась.

– Твои советы пока выходят мне боком, Мазай.

– Мои советы призваны сохранить твою жизнь и здоровье. На твое уязвленное самолюбие мне насрать.

– Да как ты смеешь?..

– Хочешь поплакаться? Могу отвезти тебя к мамочке.

На это он лишь засопел, но ничего не ответил. Мне же было важно понаблюдать за реакцией Виолы на такую перепалку. Но она, к моему удивлению, осталась абсолютно безразличной к происходящему. Просто скучающе ждала, когда глупые мужчины закончат этот балаган.

Вместе с пунцовым от обиды и расстройства парнем мы наконец смогли войти в обеденный зал, чтобы насладиться горячей едой и заслуженным отдыхом. Свободных столов было достаточно, зал был заполнен лишь наполовину. Но даже в такой разреженной обстановке не обошлось без очередной стычки.

Мы выбрали стол в углу, но не успели рассесться, как услышали громкий смех по соседству и обсуждение произошедшего на входе эпизода.

– Не, ну вы слышали, у мечника забрали меч? Ха-ха.

– А пыжился-то как! И откуда такие важные берутся?

– Да купят железный прутик свой, или в подарок получат. А потом ходят, словно орденские, не меньше, и ждут, что им все кланяться должны.

Я посмотрел на этих не стеснительных парней, обсуждающих сейчас моего подопечного. Всего пятеро, трое явно бойцы. Может, наёмники, может солдаты. Или и вовсе промышляют чем не очень законным, при этом одно другое не исключает. Двое других одеты в более удобную и добротную одежду, и у одного из них на поясе меч всё-таки был. Благородный с охраной?

Тем временем, Рейн уже еле сдерживался, было видно, как играют его желваки, а сам он близок к тому, чтобы совершить необдуманный поступок.

– Рейн, будь спокойнее, – тихо обратился я к нему. – Они провоцируют нас, и скорее всего не ради того, чтобы просто развеять скуку.

К моему удивлению, он кивнул в ответ и отвернулся в другую сторону. К счастью, нам, наконец принесли заказ, и он смог отвлечься на него. Я же воспользовался моментом, чтобы прояснить ситуацию.

– Часто они здесь? – тихо спросил я у девушки, выносившей нам тарелки, выложив при этом на стол две медяшки и взглядом указав на громкую компанию.

Она в ответ кивнула и незаметно смахнула монетки в карман передника. А когда вернулась с последней порцией похлебки и хлеба, шепнула в ухо: «осторожнее, не ходите с ними». Понятно, значит провокация со злым умыслом. Хорошо, что Рейн, кажется, это понимает.

– Ты не в том статусе, чтобы им отвечать, – на всякий случай шепнул я ему. – Там благородный, который только и ждет что ты оскорбишь его или его людей. И дуэли, как ты понимаешь, не будет, просто стрясут с тебя деньги, угрожая судом.

На это Рейн снова кивнул, продолжив безрадостно ковыряться в тарелке. Тем временем, не добившись желаемого, мужики перешли к более активным действиям, в своих рассуждениях перейдя чуть ли не к прямым оскорблениям.

– О, примолк наш мечник, голову от нас воротит, делает вид, что не слышит. Ну не струсил же? Разве мечник может струсить?

– Да нет, конечно, скорее нас за равных не считает.

– Ну нас-то ладно. Что с нас взять, мы люди простые, благородному оружию не обучены. Но получается, он и господина нашего не считает равным себе.

– Эй, мечник! Ты что, не уважаешь нашего господина? Тебя отец манерам не научил? Сколько же ему пришлось горшков слепить, чтобы тебе твою железку подарить? Дурак твой папаша, лучше бы скромности да вежливости тебя поучил.

Глядя, как расплывается в зловещей улыбке лицо Рейна, я понял, что в корне неверно оценил его первоначальную реакцию на происходящее. О нет, он не терпел… Он ждал. Твою мать!

– Что ты там вякнул, кусок дерьма, про моего отца? Как смеешь ты, ублюдское отродье, своим поганым ртом задевать честь благородного человека?! Мой отец – Дунвест, рыцарь Закатного королевства! Своей жизнью рисковавший ради его защиты и процветания. Я немедленно требую извинений!

И если сами провокаторы говорили негромко, так чтобы слышно их было только за соседними столами. То вот Рейн в своей тираде не сдерживался, встав во весь рост и оглашая своё требование на весь зал.

– Что вылупился, сын собаки? Проглотил свой язык? Ты оскорбил благородного! Кто за это ответит? Ты сам? Или твой хозяин, вовремя не дернувший тебя за поводок?

Ну все приплыли, теперь уже обратной дороги нет. Столько свидетелей…

– Да как ты смеешь?! – вскочил мужик с клинком.

У аристократов явно проблемы с подбором фраз, в очередной раз подумал я. Но думать нужно сейчас было о другом. Как не превратить перепалку в столкновение. Не дай Трое, зашибем благородного ненароком, и, в лучшем случае, не успеем завершить поход в отведенное время, прозябая в судах и канцелярских кабинетах. А в худшем…

– Рейн, это того не стоит… – но меня перебил заносчивый обладатель холодного оружия.

– Хватит разговоров, – он тоже встал со своего места. – Я Ухвест, сын барона Тростаса, не потерплю оскорбления от безродного.

– Еще раз повторю, для тех, кто слушал, но не слышал. Я из благородной семьи, хоть сам не имею сего статуса. И эту семью только что оскорбили. Как сын и защитник рода я имею право на дуэль. И я воспользуюсь им сейчас, если не услышу публичные извинения.

– Что ж щенок, иди и забери свой меч, которым ты так дорожишь, и докажи, что он у тебя не только ради украшения. Я принимаю твой вызов!

По оскалу остальных, я видел, что в целом они довольны ходом событий. А значит, вариант с дуэлью не стал для них такой уж неожиданностью. Остаётся верить, что Рейн всё-таки не отбитый на голову парень и не будет пускать кишки этому заводиле.

Всё завертелось так быстро, что вот, казалось бы, мы только расселись за столом, как снова покидали это заведение. Краем глаза я уловил, как Колтун на фоне всей этой перебранки с огромной скоростью работает ложкой, видимо, тоже понимая, что ужин может быть потерян безвозвратно. Под конец он уже просто допил остатки харчей прямо из миски, от чего его рыжая борода измазалась в похлебке. Вот уж на что я не тратил деньги в Корпугаре, так это на уроки этикета для своих бойцов. А, видимо, надо было…

Пруст с удивлением вернул по-прежнему зловеще скалящемуся Рейну его меч, который получил на временное хранение парой минут ранее. После чего переключился на Колтуна, чтобы получить последние вести с полей.

Я даже не удивился, когда за трактиром нашлась утоптанная полянка, куда так бодро и уверенно направился Ухвест со своими людьми. Явно не в первый раз идёт этим маршрутом. Тут же за нами потянулись зеваки. Сначала неуверенно, но почувствовав, что ни сами дуэлянты, ни их люди не против наличия зрителей, всё активнее начали жаться поближе к кругу, чтобы не пропустить самое интересное. Сегодня дорожный трактир превратился в настоящий Колизей, снабжая народ не только хлебом, но и кровавым зрелищем.

Сын барона вытащил меч и направил его острым концом в сторону Рейна.

– По законам королевства я мог бы спросить с тебя и твоих людей, но раз ты так кичишься тем, чьим сыном ты являешься, то позволю тебе взять в руки меч.

– Мне не нужно на это твоё разрешение, я в своем праве! – ответил наш парень и обнажил свой меч в ответ. – Законы королевства и кодекс благородных семей я знаю не хуже тебя.

Меч у нашего парня был хорошим, может не самым вычурным или блестящим, но зная Дунвеста, я не мог себе представить, что у его сына будет некачественный клинок. Скорее всего, это же заметил и его противник. Его глазки так и вцепились в оружие, алчно поблескивая.

– Что ж, – начал он. – Раз ты называешь себя мечником, то пусть нас рассудит бой на мечах. А победитель заберёт меч проигравшего.

– Такое предложение меня устраивает, – Рейн всё больше напоминал хищника, что еле сдерживается, чтобы перестать играть с жертвой, и наконец сожрать её. А я всё искал и не мог найти, где же подвох в этом спланированном заранее представлении.

Всё встало на свои места, когда начался бой. Не прошло и пары секунд, которые понадобились противникам, чтобы сблизиться и немного покружить, примеряясь друг к другу, как они скрестили свои клинки. Вот только я не узнавал Рейна, его движения были медленными, сам он ошибался, и уже пару раз чудом избегал выпадов оппонента. «Отрава в еде», – была первая мысль. Вряд ли, мы все ели одно и то же, да и нельзя подгадать, чтобы недомогания пришли аккурат в начале боя. Но что-то же необъяснимое с ним происходит. А если твориться непонятная хрень, то ищи магическую причину.

Ручеек силы был совсем тоненький, малозаметный, но я всё равно увидел, как он тянется к Рейну от одного из спутников Ухвеста. Значит последний 5-й из этой компании – маг. Я хотел было уже вмешаться, как увидел второй ручеек силы, который на этот раз змейкой выскользнул из-за моей спины и влился все в того же Рейна. После чего тот, наконец, пришёл в себя, и в несколько приемов размотал обидчика, под конец подрезав тому ведущую руку в районе локтя. Меч проигравшего выскользнул из ладони и упал на землю, кончик же другого меча уставился прямо в переносицу Ухвеста.

– Я удовлетворен боем, – сказал наш парень. – И забираю меч. Но если вы оскорбите мой род ещё раз, то в следующий раз на кон придётся ставить свою жизнь. Помните об этом, Ухвест, сын барона Тростаса.

Я поднял с земли трофейный клинок, давая понять, что на этом поединок закончился.

– Уходим, – сказал я, легонько подтолкнув Рейна прочь с импровизированной арены, и далее вместе с ним, проталкиваясь сквозь жидкую толпу зевак, покинул двор. – Эти игры чести ещё могут нам аукнуться. И не забудь сказать спасибо Виоле за то, что твой поход не оборвался сегодня.

– Он жульничал, – злобно прошептал Рейн. – Если бы не его грязные уловки, не потребовалось бы и четверти времени.

– А ты ждешь, что все будут следовать правилам? – удивился я его наивности. – Люди склонны искать обходные пути или и вовсе их нарушать, если верят, что им за это ничего не будет. А там, куда мы держим путь, порядка будет еще меньше. Тварям неведом кодекс чести или правила дуэльных поединков. А людям, с ними регулярно сталкивающимся, свойственно перенимать повадки своих противников. Прежде чем кинуться в бой, попробуй в следующий раз подумать головой. Это бывает полезно.

Рейн ничего не ответил и хранил молчания до конца дня. Лишь перед тем, как идти спать, он подошёл к Виоле и с коротким кивком головы поблагодарил её за помощь. На что она не повела и бровью, скучающе смотря на благодарного юного мечника.

Изначально мы хотели разместиться с большим комфортом, сняв несколько комнат. Но с учётом произошедших событий я принял решение заселить в соседние комнаты только Рейна и Виолу. Остальные же сменами дежурили возле их дверей и охраняли повозку, а в свободное от охраны время в ней же и спали.

В общем, нормально отдохнуть нам не удалось. Особенно мне, так как я почти всю ночь ждал какого-то подвоха со стороны мага, пытавшегося подло повлиять на исход боя. Хотя обвинять его в подлости только из-за этого было нельзя, ведь я уже и сам был готов в случае непредвиденной ситуации вмешаться в бой, поиграв с сознанием баронского сынка. Но если взглянуть на ситуацию в целом и принять в расчет тот факт, что это была запланированная подстава, то моё внутреннее ощущение справедливости совершенно четко расставляло героев и злодеев по своим местам, а совесть спала спокойно. В отличие от меня самого.

Уезжали тоже раньше запланированного, даже не позавтракав. Раз выспаться всё равно толком не вышло, то лучше уж тогда преодолеть лишнюю пару лиг за эти сутки. Хотелось покинуть это место побыстрее, пока Ухвест с израненной рукой и самолюбием не придумал, как бы нам отомстить.

Рейн за это время подостыл и свой дерзкий нрав более не проявлял. На очередном привале он достал трофейный меч и начал его внимательно разглядывать. Я не удержался и тоже уселся рядом.

– Начало коллекции трофеев положено? – спросил я его.

– Если ты хочешь узнать, не стукнула ли мне в голову сила юности, и не начну ли я после этого искать новых неприятностей, то нет, не начну.

– Это радует. И как меч? Стоил риска?

– Риска стоила честь семьи, а также то чувство, когда я увидел страх в глазах этого напыщенного **#*#**…

Парень осекся, посмотрев в сторону Виолы, но та лишь фыркнула, давая понять, что её грубыми словами уж точно в краску не вогнать.

– Ещё раз спасибо, – кивнул он ей, и снова присмотрелся к клинку. – А меч… хороший, с клеймом мастера. Только о нём давно никто нормально не заботился. Одно это многое говорит о его хозяине.

– Кстати, Хорки, м позвал я. – Что узнал по поводу той компании?

Хорки стоял рядом, привалившись спиной к повозке, и с закрытыми глазами пожёвывал длинную соломинку во рту. Но я-то знал, что он при этом умудряется подглядывать и подслушивать за всеми нами сразу.

– Немного, но достаточно, чтобы расставить всё по местам, – не открывая глаз ответил он. – Ухвест у нас 6-й сын местного барона. Дела у семьи идут неважно, и денег у главы рода водится немного. Зато сыновей, как вы понимаете, с избытком. Вот и поговаривают трактирные, что нашего Ухвеста отправили строить свою карьеру самостоятельно. А вот куда, догадайтесь сами.

– Уж не в Мрачные ли отряды? – предположил я.

– Ох, командир, с тобой совсем неинтересно, – наигранно вздохнул мой товарищ. – Именно туда. И ему даже выделили сопровождение из баронской дружины. Правда людей дали не самых бравых, а тех, кого не жалко. Где он по пути нашёл этого хитрожопого колдунишку, неизвестно. Но очевидно, что на место назначения ни он, ни его люди особо не торопятся, предпочитая поживиться за счет приезжих и гостей трактира.

– Поня-я-ятно, – протянул я. – И если бы наш бравый воин, поборник света и справедливости, не полез бы с ним драться, то это всё нам стало бы известно ещё до конца того дня. И вопрос можно было бы решить куда проще, напугав его, что мы сообщим отцу, как его отпрыск роняет честь и достоинство своего семейства, обирая посетителей трактира и уклоняясь от ратной службы.

– Эта мразь заслужила своё наказание, – Рейн был непреклонен.

– Верно, заслужила, – не стал спорить я. – Но жизнь не ограничивается сегодняшним днем. И плодить врагов на ровном месте – не самое лучшее решение. Я лишь хочу, чтобы в следующий раз ты спросил нашего мнения, прежде чем решишь покарать очередного злодея. Раз уж нам уготована роль защищать тебя, то, думаю, мы на это имеем право.

– Так и быть, – улыбнулся он. – Дам знать.

Я же последовал примеру Хорки и прикрыл глаза, чтобы просто успокоиться. Хреновый из меня наставник, так что пусть кто-нибудь другой его вразумляет.

Чтобы достичь северных земель Закатного королевства нам понадобилось ещё 12 дней. Благо, вся дорога проходила по оживлённому тракту, вдоль которого периодически встречались постоялые дворы или крупные деревни, где можно было с относительным комфортом разместиться на ночь. Если сравнивать с нашим путешествием из Приозерья в Корпугар, то сейчас это куда больше походило на нормальную работу. Никто не хочет тебя сожрать, никто не пытается тебя отравить, никто не тычет жертвенным ножом тебе в грудь. А то, что везде пытаются обмануть, накрутив к цене за постой пару лишних медяков, так это и не проблема даже. Так, мелочь, при этом оплачиваемая заказчиком.

Пару раз на пути следования мы оставляли в стороне местные города, так непохожие на те, что разместились в Торговом заливе. Здесь строили с оглядкой на амбициозного соседа, поэтому крупные поселения располагались на возвышениях и имели два или даже три слоя фортификационных сооружений. При этом чем меньше становилась длина их окружности, тем выше были стены.

Оценить же города Закатного королевства изнутри, увы, мне не удалось, так как для экономии времени и денег мы не сворачивали с тракта. Зато я смог убедиться, что из всех посещённых мной ранее мест, именно здесь, на западе континента, религия имела наибольшее влияние на жизнь граждан. Даже в самой захудалой деревне был храм Триединого, и он никогда не пустовал. Даже если не было проповеди, местные жители и приезжие находили время прийти и помолиться. Рейн не был исключением из этого правила, хоть и не производил впечатление верующего человека.

То, что мои парни в отряде не особо набожные, я уже успел понять. Если и поминали кого из Троих, то скорее между делом и по привычке. А бывало, в ругательствах проскакивал кто-то даже из грешского пантеона. А вот пренебрежительный взгляд Виолы на нашего подопечного, отправляющегося в храм Триединого в очередной деревеньке, для меня стал неожиданностью.

За время пути мы все немного притёрлись друг у другу. Рейн больше не влипал в неприятности и даже начал казаться нормальным парнем. Немногословным, самовлюблённым, надменным, но в целом нормальным. Кто без греха?..

Виола по-прежнему старалась не раскрывать лишний раз свой красивый рот, и всё свободное время уделяла своему внешнему виду. Ей поход дался тяжелее всех. Не физически, скорее морально. Её новая красивая одежда после первого же дождя была заляпана грязью, волосы полны дорожной пыли, а походная или трактирная еда вызывала тоску. При этом своё раздражение она тщательно скрывала, стараясь не показывать виду, насколько ей осточертела вся эта дорога и наша компания. Но разве такое утаишь, когда путешествуешь со взводом мужиков, которые взглядом нет-нет, да и находят женскую фигуру. Ну а на кого нам ещё смотреть, не на друг друга же?

В общем, в день прибытия на место назначения настроение у всех было разным. И каждый со своими мыслями и чаяньями взирал на Угрюмую крепость – главную цитадель Мрачных отрядов, центральный оплот оборонительной системы северных рубежей Закатного королевства. А если учесть, что на этих самых рубежах кроме гор государство ни с кем не граничило, то становилось как-то не по себе. Не вязался образ огромной крепости, способной вместить несколько тысяч человек военного гарнизона, с рассказами Дунвеста о том, что Бездна крайне редко выплевывает наружу свои порожденья, а те в свою очередь не спешат бросаться на стены, предпочитая найти беззащитную добычу, дабы сожрать её и стать сильнее. Именно отловом таких тварей, уже забредших на территорию королевства, и занимались члены Мрачных отрядов, оберегая тем самым граждан, живущих южнее Северного предгорья.

Вблизи становилось понятно, что величественному строению не одна сотня лет. И последнюю за ним особо никто не следил. Стены поросли мхом и редкой травой, верхние зубья начали крошиться, и их никто не реставрировал. Внутри ситуация обстояла лучше, и обжитая территория не выглядела заброшенной. Напротив, тут и там виднелись следы «косметического» ремонта и свежей штукатурки, стоял запах свежеобструганных досок. Многочисленные люди сновали туда-сюда, выполняя чьи-то поручения, во дворе тренировались новобранцы под крики их десятников, а над некоторыми зданиями, как и над надвратной башней, реяли стяги Мрачных отрядов – чёрный ворон на сером поле.

Атмосферное место, ничего не скажешь. Впрочем, как довольно скоро выяснилось, здесь мы не задержимся.

Глава 4

Командор корпуса Блюмпаст, которого его же подчинённые за глаза называли не иначе как злобным коротышкой, любил порядок и ненавидел разгильдяйство. Он следовал всем протоколам и держал Угрюмую крепость и близлежащие форпосты в ежовых рукавицах, за что был не любим большинством расквартированных тут солдат и прочих служивых людей. Он это знал, и ему на это было насрать. Единственное правило, которое он сам себе позволял нарушать – это личная встреча всех благородных, прибывающих для прохождения службы в Мрачных отрядах.

Эти напыщенные снобы, которые по давно изжившей себя традиции приезжали на север, чтобы «отдать долг служения королевству», вносили лишь сумятицу в отлаженную работу его корпуса. Что такое 30 дней, когда речь идёт о службе в действующей армии Закатного королевства? Да этого времени не хватало даже для того, чтобы вбить в свободолюбивые головы хотя бы основы правил и порядка, которым в армии всё должно подчиняться! Ведь иначе всё развалится!

Мало того, что по негласным правилам их нельзя было подвергать опасностям, так все они ещё требовали внимания и особых условий. Ну почти все. Бывали, конечно, исключения, и вот эти самые исключения были ещё хуже. Возомнившие себя героями молодые аристократы в поисках славы или приключений лезли демонам на рога, а его людям приходилось их защищать, порой ценою своих жизней. Не то чтобы он так сильно переживал за своих солдат, но и лишние проблемы ему были не нужны.

Поэтому последние пару лет он позволял себе не появляться во дворе с приветственной речью, если только статус благородной семьи, отправившей сюда своего отпрыска, не был выше его собственного.

Северный корпус, или Мрачные отряды, как его привыкли называть повсеместно, насчитывал две полные тысячи бойцов регулярной армии и ещё 3 сотни человек обслуги. Поэтому статус командора позволял Блюмпасту не опускать себя до общения с баронскими чадами или даже виконтами. Тем более, что дел и без этого хватало.

– Господин, – обратился к нему комендант крепости и его главный помощник в этой нелёгкой борьбе за порядок. – Прошу утвердить отчёт о расходовании провианта и подписать акты по ревизии складских запасов в форпостах.

– Надеюсь, с профицитом? – спросил командор.

– Так и есть, излишки… уже списаны.

Блюмпаст понимающе кивнул.

– Также на прошлой декаде было два случая дезертирства и ещё двое погибли от лап тварей, суд назначен на послезавтра. Записки командиров и сведения, полученные от опрошенных, в этой папке.

– Не торопитесь с судом и с записями, я посмотрю позже, – ответил он и отложил документы на край стола. – Сколько им оставалось до окончания контракта?

– Троим больше 10 лет, но одному из погибших всего 2 года, – ответил комендант. – С записями повременим.

– Хорошо, я сам изучу обстоятельства, – видимо, сегодня ему опять придётся лечь спать позже, чем нужно. – Что ещё?

– Прибыл новый отряд для прохождения короткой службы. Но это лишь сын ненаследного рыцаря с охраной. Даже не знаю, зачем он здесь. Учитывая статус, таких обязательств у него нет, а если хочет выслужиться, то почему заявился всего на 30 дней?

– Хм… Необычно. А если необычно, то подозрительно. А если подозрительно, то требует внимания. Как его зовут-то?

– Рейн, господин Блюмпаст, – комендант начал перебирать бумаги, чтобы найти больше информации. – Сын рыцаря Дунвеста.

– Да? А не того ли самого Дунвеста, случаем?

– Не знаю о ком речь, господин. Я здесь 5-й год, но не припомню такого.

– То было куда раньше. Что ж, пожалуй, на этот раз придётся лично посмотреть, кого к нам занесло.

*****************

– Командор, приветствую вас, – Рейн склонил голову, давая понять, что статус собеседника выше его собственного. – Меня зовут Рейн, и я прибыл в Северный корпус для прохождения службы.

Командор не торопился отвечать, внимательно глядя на нас снизу-вверх. Но кажется, собственный низкий рост нисколько его не смущал, и никаких комплексов по этому поводу он не испытывал. Или старательно делал вид. Он поочередно подходил в плотную к каждому и заглядывал в глаза, пытаясь отыскать там что-то, известное лишь ему одному. Только с Горунаром возникла проблема, и как не запрокидывал свою голову командор, увидеть он смог лишь подбородок гиганта, и ему всё-таки пришлось сделать шаг назад, чтобы осмотреть его лицо целиком.

Наконец он вперил свой испытующий взгляд в главное действующее лицо.

– Похож… Скажи мне, Рейн, сын Дунвеста, зачем ты здесь? Что задумал твой отец?

– Я… А при чем тут мой отец? – растерялся юноша.

– Молчишь, значит? – покачал головой командор. – Ну и я не поверю в простое стечение обстоятельств и в то, что у этой истории нет второго дна.

– Я не понимаю вас, господин…

– А не многовато ли охраны для сына рыцаря? – перебил его он, ещё раз пробежавшись по всем нам, и на секунду задержавшись на Виоле. – По глазам их вижу, что это наёмничье отребье, за монеты готовое браться за любую работу. Что ж, отец твой не поскупился. Но ты сам то веришь, что они тебя охранять явились, а не за другое деньги получили?

– Я… Но… – только и выдавил из себя Рейн, не понимающий сейчас, как реагировать на такой нажим. – Мне кажется…

– Значит так! – опять не дал ему договорить местный царь и бог, обрывая на полуслове. – Раз прибыл служить, значит будешь служить! Сегодня же отправляетесь за реку, до западного форпоста. Проводника и бумагу выдаст комендант. Надеюсь, ближайшие 3 декады мне не придётся слышать твоё имя.

После чего, не дожидаясь ответа или возражений, он развернулся на каблуках и бодро зашагал прочь, по пути рявкнув каким-то работягам, отдыхающим от разгрузки мешков с обоза: «Чего расселись?! А ну за работу, лентяи!».

– И что это сейчас было? – растерянно спросил сам у себя Рейн.

– Что бы это ни было, но пахнет неприятностями, – ответил я. – Готовьтесь выдвигаться.

Вздох и без того усталых людей был мне ответом.

К полудню нас нашел проводник, который обрадовал отряд тем, что повозку мы должны будем оставить в крепости, ведь как таковой «дороги» до форпоста нет. И если у Рейна и Виолы были лошади, то всем остальным предстояло шагать словно навьюченным мулам, таща по 20-25 килограмм полезной нагрузки. А Колтуну и Горунару - все 30. Раст остался в крепости, приглядывать за имуществом, о чём мы кое-как смогли договориться с комендантом.

Ещё через сутки мы всё ещё были в пути, но по заверениям приставленного комендантом проводника вот-вот должны были подойти к форту. Им, кстати, оказался простой, но неулыбчивый парень по имени Хмур, в прошлом сын лесничего.

– Рейн, – обратился я на последнем привале к нашему задумчивому последнее время парню. – А ты случайно не знаешь, за что твоего отца возвысили до рыцарского звания?

– Он не рассказывал, – покачал головой тот. – Говорил лишь, что ему выпал шанс отличиться, хоть он его и не искал.

– Но командор явно твоего отца помнит, а ведь прошло почти двадцать лет.

– Если ты думаешь, что я что-то скрываю, то напрасно. Для меня это было такой же неожиданностью. Но может оно всё и к лучшему поворачивается, не хотелось бы все эти дни просидеть на заднице, пялясь на крепостные стены изнутри.

Рядом отдыхающий Колтун так жалобно вздохнул, что стало понятно, он то как раз был совершенно не против отсидеться в безопасности, а после спокойно двинуть в Трием, получать свою оплату.

– Может и так, – не стал возражать я. – Кто знает, какую коллекцию дуэльных мечей ты бы собрал, останься в замке, где полным-полно других благородных, скучающих по своим поместьям и пирушкам.

– Не делай из меня дурака, Мазай!

Я вскинул руку, призывая к тишине. К нам возвращался проводник, отправившийся с полчаса назад на разведку, и делал он это с большой поспешностью.

– Готовьте оружие, – отдал я команду.

– Следы, – коротко пояснил немного запыхавшийся проводник. – У ручья пережеванная лисица. Тварь отрыгнула её не так давно, блювота еще даже не подсохла. Судя по тому, что кости не перемолоты и переварены слабо, не самая опасная. Вроде прыгун, а может завывала.

– И что делать будем? – спросил я, забирая в кризисной ситуации инициативу на себя.

– Да ничего, двигаемся по тому же маршруту. Не расходимся, смотрим в оба, при малейшем подозрении говорите мне. Форт уже близко, сообщим им, и конный отряд прочешет местность.

– Все слышали? – спросил я. – Выдвигаемся, конных по центру, остальные оцеплением вокруг. И не зеваем.

Ручей мы переходили в другом месте, по крайней мере останки лисицы я не увидел. А вот наш проводник хмурился все больше.

– Что-то не так? – спросил его я.

Он кивнул на воду в ручье. Я пригляделся и увидел черные вкрапления в прибившейся к берегу воде, будто чернила кто-то капнул.

– Какая-то тварь недавно прошла выше по течению, а лисицу я видел ниже. Значит их несколько.

В этот момент в отдалении раздался хриплый вой, переходящий в сиплый скулёж.

– Всё-таки завывала, – сам себе кивнул проводник. – Не худший вариант, но всё равно лучше не связываться и идти в форт.

– Так и поступим, – кивнул я, глядя как Рейн пребывает в нерешительности.

Видимо, сейчас его первоначальное желание проявить себя вдруг столкнулось с естественным и нормальным для любого человека страхом перед неизвестностью. Он точно не был трусом, но одно дело выходить на бой с понятным двуногим противником, другое дело слышать этот противоестественный вой мерзкой потусторонней твари. От него и меня передёргивало.

Мы перебрались через брод, шагая по крупным камням, стараясь не промочить сапоги. Но как только последний из нас оказался на другом берегу, вой раздался вновь, и уже заметно ближе. А через секунду его поддержал ещё один, с другой стороны.

– Святые слёзы! – выдохнул Хмур. – Не успеем, они нас пометили.

– И что это значит?

– А то, что они сейчас на всю округу оглашают, что нашли жертву, и призывают других тварей поучаствовать в охоте. И просто так они не воют, значит, есть кого позвать.

– Они догонят лошадей? – спросил я, думая отправить Виолу и Рейна под защиту форта.

– Нет, вряд ли.

– Я никуда не поеду! – вдруг упёрся Рейн, наконец что-то для себя решив. – Чем больше людей, тем больше шансов.

– Тут он прав, – не стал спорить проводник. – Сами завывалы не так опасны, даже вдвоём. Зубы острые, но шкуры тонкие. И копьём проткнуть и мечом рассечь можно. Главное, чтобы кто похуже не пожаловал.

– Это кто, например? – спросил Колтун, и видно было как его борода при этом подрагивает. Страх заползал в людей всё глубже.

– Да какая разница? – спросил его я. – Всех в капусту! Помнишь, Колтун? Это мы охотники, они нас пусть боятся! Помнишь?!

Колтун посмотрел в мои глаза, и стиснув покрепче копьё, кивнул.

– А вот и они… – Хорки, как всегда, заметил угрозу раньше всех.

Нам же понадобилась ещё пара секунд, чтобы выцепить взглядом две фигуры, больше всего напоминающие двух больших сутулых собак. А когда они в очередной раз огласили окрестности своим мерзким воем, встав на задние лапы и вытянув к небу свои длинные непропорциональные головы, мы смогли разглядеть их во всей красе.

Худые лысые тела на длинных ногах с выпирающими хребтами, обтянутые серой кожей с чёрно-синими разводами и кляксами, пасти полные кривых зубов, оттопыренные острые уши. Мерзкое животное, но мне оно показалось не таким уж и опасным. Прежде всего из-за габаритов. Примерно 35-40 килограмм веса, не больше. Матёрый волк и тот опаснее.

– Держим строй и продолжаем движение. Рейн, какого хрена ты решил спешиться?!

– Я не буду отсиживаться за спинами!

– Придурок, у нас работа, тебя охранять! – не выдержал я. – А ты собираешься в строй встать? Мы будем лишний раз на тебя отвлекаться.

– Я буду внутри круга, – не стал спорить он. Подозрительно не стал.

– Нужно уходить, пока другие не пожаловали, – предложил Хорки.

– Поздно, – прервал разговор Хмур. – Они уже здесь.

На зелёном поле появились новые действующие лица, а точнее морды. Я смотрел и не верил своим глазам. Из далека казалось, что к нам скачут два каких-то мячика. Но по мере их приближения открывались новые детали. Скорее они напоминали пережравших облысевших кроликов, которых скрестили с плотоядным колобком. Большие зубастые рты на плоских головах, мускулистое почти шарообразное тело всё в тех же чернильно-синих кляксах и с короткими передними лапами. И большие мутно белые глаза, хищно уставившиеся на наш жидкий строй.

– Почему они не нападают? – спросил я Хмура. – Они разумны?

– Нет, эти нет. Скорее ими руководят инстинкты. Выглядят мерзко, но на деле не страшнее большой бешенной собаки.

Наши лошади заржали, явно нервничая от пожаловавших гостей. Их дерганье и желание дать дёру вносило сумятицу и грозило развалить наше построение. Но тут на помощь пришла Виола, немного с ними поколдовав, и те, всхрапнув, стали вести себя на удивление смирно и безразлично. Интересно, с людьми она так тоже умеет?

Хорки приготовил свою тоненькую сеть, пользоваться которой практиковался в последнее время. Остальные же достали копья и щиты, так как лезть в ближний бой с зубастыми тварями не хотелось совсем. Я вот не уверен, что моя кожаная броня выдержит укус того же прыгуна.

– А вот и главный кочан капусты, – Пруст ткнул пальцем в сторону небольшого холма, на который сейчас взобрался очередной монстр, и на этот раз он был куда крупнее.

Четвероногое бугристое тело было покрыто костяными наростами и шипами, на голове разместилось аж 4 острых рога, при чем два из которых торчали снизу, как продолжение челюсти. Рот небольшой, но тоже зубастый. И вот это чудо-юдо уже было размером с телёнка. Два центнера живой силы, такой если разбежится, то сходу снесёт нашу оборону, даже не заметив выставленные в его сторону копья.

– **#*#**, – как-то даже жалобно проблеял Хмур. – Рогач…

– Просто скажи куда его бить! – перебил его я.

– Эээ… Чтобы убить – в живот, чтобы отвлечь – по голове. По хребту бесполезно, даже топором.

– Хорки, Пруст, Шуст, Колтун, берете на себя мелочь! Горунар, ты со мной, работаем с рогатой тварью. Слышал, нужно ее опрокинуть? Виола, помогай по обстоятельствам, но, если можешь их всех просто прибить на месте, я не буду против.

– Шутник, – девушка скривила лицо в саркастической улыбке.

– На них не действуют обычные заклинания контроля или аспекта жизни, – добавил информации следопыт. – Только сила и сталь.

Тем временем, завывалы, решив, что компания собралась достаточная, огласили окрестности финальным воем, призывая всех к атаке, и сами не остались в стороне, тоже бросившись на нас. Твари словно в одну секунду потеряли остатки разума, переполнившись жаждой убийства. У меня не было возможности наблюдать за тем, как справляются мои бойцы, пришлось просто в них поверить. Ведь всё внимание сейчас было сосредоточено на начавшей свой разбег двухсоткилограммовой рогатой туше.

Я собрал в руке столько энергии, сколько мог за один раз, сформировав плотный сгусток энергии размером с грецкий орех. И когда до твари оставалось метров семь, отпустил его в стремительный полет. Столкновение «града» с роговой пластиной на голове монстра сопровождалось оглушительным ударом. Но даже лишившись глаза и половины морды, тварь всё ещё была на ногах. Лишь немного притормозила, на ходу мотая в разные стороны поврежденной головой. Чтобы развить успех, я тут же ударил встречным «тараном», пытаясь дестабилизировать и опрокинуть тварь, которая была уже в паре метров от меня. Но все чего смог добиться, так это того, что рогач потерял большую часть скорости, да ещё и отклонился мимо первоначальной цели. И теперь направлялся к Рейну, дрожащему от страха, но всё-таки выставившего перед собой такой бесполезный сейчас меч.

Между парнем и монстром выскочил Горунар, недолго думая, схвативший за рога замешкавшегося после моих атак монстра. Но разница в силе, а точнее в массе, была слишком большой. Рогач просто пошёл вперед, толкая упирающегося человека и пытаясь его стряхнуть. Лишь поток силы, что тёк сейчас от магички к нашему здоровяку позволял тому продолжать выигрывать для нас эти секунды.

И такой момент я не упустил. Я выхватил длинный нож и бросился прямо под брюхо монстра, молясь, чтобы тот не догадался меня лягнуть. Пропустив «раскол» через оружие, я всадил его в относительно мягкое место на животе, не прикрытое роговой пластиной. Плоть рогача не выдержала, разлетаясь и орошая меня душем из кроваво-чёрных ошметков.

Тварь, получив смертельное ранение, напоследок взбрыкнула, повалив Горунара и саданув копытом туда, где я был ещё мгновение назад, после чего всё-таки повалилась набок. Подскочивший Хмур начал раз за разом всаживать своё копье ему в разорванное брюхо.

Оставив того добивать тварь, я переключил своё внимание на остальных. И тут не сказать, что всё складывалось удачно. За этот десяток секунд Шуст уже умудрился подставиться и сейчас валялся с окровавленным плечом под защитой брата, который, к слову, вот-вот тоже останется без оружия. Древко его копья, которое он сейчас держал двумя вытянутыми руками, находилось в пасти прыгуна и было той преградой, что отделяла многочисленные острые зубы твари от горла наёмника.

Зачерпнув энергии из источника, я взмахнул рукой, посылая в прыгуна силовое «лезвие», одно из последних выученных у Лероя заклинаний. Силы оно требовало куда меньше, чем «град», и готовилось намного быстрее, но эффективно было только против «голой» плоти. Заклинание вспороло серую кожу и мышцы шеи, выпуская наружу густую тёмную кровь. Прыгун до последнего не разжимал свою пасть, как будто поставил перед собой цель всей своей жизни – перегрызть это древко, и так на нём и издох.

У Колтуна дела шли лучше, и хоть его завывала ещё был жив, но уже изрядно подранен. Очередную его попытку прыгнуть на наёмника тот уверенно встретил на щит и ткнул в ответ копьём, оставив новую кровавую отметину на серой шкуре.

Хорки и вовсе умудрился поймать прыгуна в свою сеть, и пока тот яростно пытался из неё выбраться, отбивался от второго завывалы. Вот только без щита делать это было не так-то просто. В итоге пришлось потратить ещё одно лезвие, которое перерубило задние конечности твари, и уже вместе с Хорки прийти на помощь Колтуну, чтобы добить его подранка.

– Все живы? – спросил я, осматриваясь по сторонам. – Хмур, рогач точно мёртв?

– Да, сердце не бьётся.

– Тогда на тебе и Хорки разведка и дозор. Остальным отчитаться о повреждениях лекарю. Виола, посмотри кому нужна помощь. И добейте кто-нибудь уже эту тварь!

Всё это время прыгун, окончательно запутавшийся в сети, визжал как порезанный поросенок. Ну он, правда, и был порезанным, так как Колтун и Пруст сейчас пригвоздили его к земле двумя копьями.

– Стойте, лучше оставить живым. Живые ценятся дороже.

– О, так нам ещё и награда полагается? – излишне бодро потёр руки я. Всё-таки, нервы давали о себе знать.

– Боюсь, что нет, господин маг. Вы же сейчас на службе в Мрачных отрядах. Убивать тварей – это ваш долг, а не работа. Но заслужить репутацию и получить продвижение – возможно.

– Жаль, жаль. Я уж было подумал, что дело прибыльное… И какой я тебе нахрен господин? Ещё утром благородным не был.

На что Хмур лишь развёл руками:

– Ну так ещё утром я и не знал, что вы столь сильный маг.

– Скачут, – вдруг сказал Хорки. – Конный отряд.

– Это из форта. Скорее всего, разведчики услышали вой завывал и выслали разъезд.

– Ну и хорошо, туши хоть тащить не придется, – облегченно вздохнул Колтун.

Я же пока подошел к Шусту, которому уже оказывали первую помощь.

– Ну и что тут у нас? – спросил я магичку.

– Здоровяк ваш ушибся хорошенько, когда его эта тварь опрокинула. Да и использование заёмной силы не проходит даром. Надорвал мышцы, потянул сухожилия, перегрузил печень. Дня три-четыре будет ощущать слабость и тошноту, но вскоре восстановится и будет в порядке. С этим, – она кивнула на корчащегося сейчас от боли Шуста. – Посложнее. Сама по себе рана не опасна, но какой только дряни не было во рту у этой мерзости. Придётся повозиться.

– А поточнее?

– Тоже 3-4 дня, но это если найдём в форте нужную алхимию. Укусы таких тварей нужно лечить лекарствами из этих же тварей приготовленными.

– Ясно, значит найдем.

Тем временем конный отряд добрался до нас и сейчас с удивлением осматривал поле боя и особенно меня, всего заляпанного внутренностями рогача. А ребята хорошо подготовлены, из оружия пики, короткие копья, топоры, щиты, у некоторых приторочены луки. Броня не самая тяжёлая, но нужные места укреплены. Например, у всех имелись металлические наручи, видимо, чтобы совать в рот особо прытким тварям вместо древка копья. В общем, элита Мрачных отрядов.

– Кто такие? – не слезая с лошади, спросил один из них.

Я легонько подтолкнул Рейна, давая понять, что вести переговоры должен он. Бой закончился, и я с удовольствием готов был сложить с себя обязанности главного. Вот только парень явно ещё не пришел в себя.

– Мы… Я… Рейн, сын рыцаря Дунвеста, прибыл для прохождения службы в Северном корпусе. Это мои люди.

– Скороспел что ли?

– Что, простите?

– На 3 декады, спрашиваю?

– Да, всё верно, – кивнул Рейн.

– Я-я-ясно… Видал, Сивый, бывает, что и от скороспелов прок есть.

– Уж скорее от его свиты, – хмыкнул он, тоже оценивая со своей стороны наш отряд. – Хмур, как доведёшь до форта, зайдёшь ко мне. Дохляков оставь здесь, трофейную команду мы пришлём. Живого заберём с собой, крепите его к веревке.

Один из конных спешился, чтобы подвязать веревку к дёргающемуся в путах прыгуну и зацепить её у своего седла. После чего по команде Сивого всадники рысцой направились обратно в форт, не обращая внимания на визги и крики катящегося за ними по ухабам почти круглого урода.

Вот и познакомились. Не сказать, что приём был тёплым.

*****************

– Ох не к добру это, – пробормотал Колтун, обустраивая своё спальное место. – Как бы чего дурного не вышло.

В форте им выделили целый деревянный сруб, пустовавший до этого времени. Мазай и Рейн ушли утрясать дела с начальником заставы, а Виола с пострадавшими отправилась к местному то ли алхимику, то ли мяснику, который потрошил тварей прямо на месте, чтобы получить качественное сырьё из только что добытых тел.

– Ты про что? – спросил его Пруст, занимающийся тем же самым для себя и раненого брата. – Вроде пришли, куда шли. Тварей порубали, все живы остались. Что не так-то?

– Так-то оно так. Вот только одно дело, когда в Вольных городах судьба к нам жопой поворачивалась. Там мы её в эту самую жопу и **#*#**, за что нам от заказов денег вдвое больше доставалась. Другое дело, если всё к чертям пойдет, когда до этих самых чертей рукой подать. Мы то с командиром, а значит, как-нибудь даже из такой передряги выберемся. А вот за других я переживаю, как бы всему королевству **#*#** не настал.

– Во-первых, не нужно нас переоценивать. Мы люди маленькие и на судьбу целого королевства уж точно не повлияем. А во-вторых… Ты, Колтун, только Мазаю об этом не вздумай говорить. Он на такие разговоры что-то плохо реагирует. А вообще, будем надеяться, что свою долю местных приключений мы уже получили, и дальше спокойнее будет.

– А ты что думаешь? – Колтун перевёл свое внимание на Хорки, приводящего сейчас в порядок свою пыльную после дороги одежду.

– Ничего не думаю, и вам не советую. Работу нужно свою делать, а там хоть твари, хоть демоны, хоть второй Раскол. Всё одно. Пойду я лучше прогуляюсь.

– Это ты куда на ночь глядя-то собрался? – спросил Пруст.

– Воздухом подышать, на звезды посмотреть. Может, они чего подскажут.

– Ну ты нам сообщить не забудь, если вдруг озарение снизойдёт.

– Обязательно, Пруст, обязательно.

Когда за Хорки захлопнулась дверь, Колтун пригладил свою растрепавшуюся бороду, которая, к его радости, уже почти отросла после той памятной драки в кабаке.

– Твари, демоны, второй Раскол… – передразнил приятеля Колтун. – Ну вот зачем беду кликать, а?

На что Пруст лишь пожал плечами, давая понять, что он в целом с Колтуном согласен.

*****************

Жизнь в западной заставе не сказать, что била ключом. Было очевидно, что форт, представляющий собой высокий частокол из заострённых бревен, мог вместить в себя куда больше солдат, чем то количество, что несло здесь службу сейчас. Два конных разъезда по 5 человек, и ещё десяток пехоты – вот и всё воинство, призванное охранять спокойствие жителей пары близлежащих деревень, расположенных чуть южнее. Но, видимо, этого количества было достаточно, раз мирные люди продолжали жить и возделывать землю здесь, неподалеку от северного предгорья. Жертвы среди мирного населения точно не нужны государству. Закатное королевство всему миру всячески старалось показать, что ситуация на подступах к Бездне контролируется и не требует постороннего вмешательства. Я вот слышал, что имперцы уже неоднократно предлагали помощь своих легионеров для отлова тварей, на что естественно получили отказ. Монополию на алхимию никто отдавать не собирался.

Зато не возникло проблем с расселением, так как часть построек попросту пустовала, ну а спальные принадлежности у нас были свои. Не зря тащили. Раненых парней пока разместили в отдельной комнатушке, которую Виола тут же окрестила лазаретом, с чем не стал спорить даже Сивый – временно командующий заставой. «Временно», потому что прошлый вроде как занемог от болезни и был перевезён в ближайшую деревню всего пару дней назад. Кто же знал, что потерпи он совсем немного, и мог бы рассчитывать на помощь мага лекаря. Хотя, когда Сивый упоминал этого самого командующего, лицо его кривилось, и фразу «господин Хершест» он произносил так, будто пожевал полыни.

С Виолой тут вообще никто не спорил, наоборот, всячески пытались ей угодить. Даже выделили отдельное жильё, куда отправили пару человек, чтобы прибрались и организовали быт. Информация, о том, что девушка специализируется на магии жизни, по лагерю разлетелась стремительно. Ведь от ранений никто не застрахован, тем более, когда несёшь службу в столь неприветливом месте. Некоторые и вовсе уже пытались подходить и даже что-то приносить, дабы подлечить свои застарелые болячки и травмы.

С Сивым разговор у нас не заладился, но не сразу, а после того, как он прочитал какую-то записку, переданную ему Хмуром. Не иначе как послание от командора Блюмпаста.

– Ну вот нахрена вы здесь? – спросил он, отложив прочитанный лист бумаги. – Мне что, проблем мало было? И так людей не хватает.

К этому моменту мы остались уже одни, отправив Рейна по своим делам.

– Сивый, конкретно мы здесь, чтобы охранять одного человека от возможных опасностей, а также от не менее опасной, как он выразился, силы юности. А вот самого нашего подопечного сюда определил ваш командор, так что вопросы лучше задавать ему.

– Ага, как же, спросишь его… – со скепсисом в голосе выдал Сивый. – Этот злобный карлик, помешанный на правилах и порядке, возомнил себя великим командором, вот только сам ни ногой из своей драгоценной крепости. Он туда полторы тысячи бойцов стянул, ну если судить, что по всем форпостам сейчас и пяти сотен не наберётся. Вот как таким количеством патрулировать такой периметр?!

Что-то явно не так со стратегий у местного полководца… На кой лад всем войскам сидеть в одном месте?

– А чего он боится-то, что так «съёжил» оборону?

– Ха, «съёжился», а ведь верно сказано, – недобро ухмыльнулся командир. – Свернулся в Угрюмой в клубок, ощерился чужими копьями, и не хочет нос показать наружу. А боится… Да хрен его знает, чего он боится. Может за шкуру свою, а может за мошну. Я не казначей, но и мне понятно, что содержание солдат в отдалённых фортах обходится куда дороже, чем если бы они сидели в крепости, до которой идёт хороший тракт. Да и благородным домам так спокойнее, когда они знают, что их отпрыски находятся за крепкими стенами под охраной целой армии, за что, уверен, тоже «благодарят» этого коротышку.

– Но если бы всё было так плохо, то разве корона смотрела бы на это благосклонно? Кому нужны проблемы здесь в предгорьях?

– В том то и дело, что мы делаем свою работу и делаем её хорошо! Пока что. Вот только мне приходится группы делать меньше положенного, а значит, подвергать своих людей лишнему риску. Я давно прошу выслать сюда хотя бы ещё десяток бойцов. Но вместо этого «господин Хершест» вдруг приболел и отправился лечиться в ближайшую деревню, забрав при этом ещё и свой десяток личных гвардейцев! Сука! А по записям в западном форпосте числится 35 копий!

– Ну а мы то тебе чем не угодили? Вроде помогли даже, тварей порубили. Не то чтобы рвёмся в бой, но и проблем доставлять не будем. Можешь нас вон, на охрану форта оставить.

– Да хоть тем, что вместо нормального подкрепления мне прислали недоблагородного юнца со свитой, с которых теперь «глаз нельзя спускать и докладывать по первому подозрению».

– Это так в записке сказано? – я кивнул на листок бумаги.

– Ага, а ещё приказано сильно помочь проявить себя. То бишь брать с собой на все вылазки и как можно чаще.

– Вот же **#*#** недомерок! – охренел я от такого расклада.

– О-о-о, ты тоже проникся симпатией к нашему командору? – Сивый впервые по-доброму улыбнулся. – Он у нас такой, все его любят.

Я на секунду прикрыл глаза. Ну почему не бывает простых заданий? Почему всегда находится какой-то **#*#**, который хочет привнести в нашу жизнь немного приключений? Если всё так, как говорит Сивый, то я бы с удовольствием поговорил с этим Блюмпастом после окончания нашей службы в Мрачных отрядах, и желательно наедине.

– И почему ты мне всё это рассказываешь? Да и в целом не слышу особого уважения в твоих речах к благородным персонам.

Сивый хмыкнул, поднимаясь со стула, и подошел к шкафу, где стояла все пара книг. Взяв одну из них и пролистав несколько страниц, он раскрытой положил её на стол.

– Потому что наш коротышка может и запамятовал, кто спас наши задницы 19 лет назад, а я вот хорошо помню.

На открытой странице одна за другой шли записи о командирах западного форпоста с указанием дат начала и окончания командования. И среди них я увидел имя Дунвеста, отца Рейнлиена.

Глава 5

Деревня Хвосты располагалась в дне пути от форпоста. Это если ехать на лошади. И я, чёрт возьми, ехал на лошади! От чего моя задница и ноги страшно болели, ну а завтра меня и вовсе ждёт кромешный ад. Не представляю, как найду в себе силы снова взобраться на эту скотину.

Почти две декады всё было спокойно, мы успели поучаствовать в нескольких патрулях, но на наше счастье, так никого серьезного и не встретили. Так, пара мелких тварей, не представляющих опасности для хорошо вооружённого отряда. От чего моё настроение и настроение парней улучшалось с каждым днём, а вот Рейн уже ходил чернее тучи. Ему шанса проявить себя не выпадало совершенно.

Попутно Сивый и компания делились с нами опытом охоты на тварей, их повадками, слабыми местами. И всё это было очень полезно для меня, если я однажды соберусь лезть через эти чёртовы горы. Поэтому я внимал и даже что-то записывал. А в перерывах, чтобы не терять время зря, я выпросил лошадь и осваивал верховую езду. Но так долго, как сегодня, я в седле ещё не находился. Чёрт, сберечь бы яйца!

Получив донесение из близлежащей деревни о появлении поблизости тварей, Сивый отдал команду выдвигаться всем конным. И тут Рейн вцепился в возможность, выпросив у Сивого место, а тот даже не думал спорить. Ведь стараниями командора Блюмпаста соответствующий приказ у него тоже был. А куда он – туда и мы. Так как лошадей на всех не хватало, с нашим подопечным отправились только я и Виола. И вроде, с таким отрядом ничего не должно случится, всё-таки десяток самых опытных воинов, да и ещё два мага в придачу. Вот только Сивый с каждым донесением разведчиков становился все более хмурым.

– Что-то серьёзное? – спросил его я, пытаясь справиться с лошадью и заставить её идти параллельно скакуну командира отряда.

– А хрен его знает. Корову два дня назад задрал кто-то, а вчера два лесоруба не вернулись. Сейчас сообщили, что местные видели ту тварь, издалека правда. И та на двух ногах стояла.

– Может завывала? – предположил я. - Они, когда воют, на задние встают, сам видел.

– Воя никто не слышал, поэтому вряд ли. Да и не такой у него аппетит, чтобы полкоровы схарчить. Не знаю, будем надеяться, что деревенские брешут, или во хмелю были. Иначе… Демона нам ещё не хватало…

Глядя на временного командующего, который в раз как-то осунулся после своих же слов, мне тоже стало не по себе. За время пребывания в форте я уже успел наслушаться различных баек и правдивых историй, и рассказы про демонов среди них стояли особняком. Эти антропоморфные твари Бездны были крайне редким явлением. И крайне опасным. Быстрые, сильные, и обладающие своей собственной магией, так непохожей на ту, что практиковали маги Павелена. Но самое страшное – они практически всегда были разумны. И что-то мне совсем не хотелось на собственной шкуре проверять, где во всём этом заканчивается вымысел, а где начинается правда.

Деревня уже была видна, оставалось не больше получаса езды, когда к нам на всех порах прискакал молодой парень на пегой неоседланной кобыле.

– Там это… Ой… То есть, добра вам, воины. Но там, того… – сбивчиво и путанно начал он что-то объяснять. – Пропал, значит.

– Твою мать, говори внятно! – рявкнул Сивый. – Кто пропал?

– Господин пропал. Который Хершест, значит.

– Ну и хер с ним! – выдал командующий, чем очень удивил деревенского парня. – Про тварь что-то новое слышно?

– Так это… Хершест, который господин, значит… он же и отправился её искать.

– Как это? Да не в жизнь не поверю. И что, пропал со всем десятком гвардии?!

– Не-е-ет. Гвардейцы на месте все. Тоже его ищут, и в деревне, и в полях. Один он, наверное, пошёл. Дюже смелый, значит.

– Та-а-ак. А ну ка давай по порядку. С чего вам дурням взбрело в голову, что воплощающий собой само понятие отваги и благородства господин Хершест вдруг отправился на свершение подвигов?

– Чего? – опешил принёсший весть парень.

– С хера ли, говорю, вы так решили?!

– А-а. Так он сам так с утра пораньше орал. На всю деревню, значит. Он как от старосты вышел, так и начал горланить, что трусы вокруг одни, а он всем покажет, чего стоит настоящий благородный. Ну и пропал опосля, значит.

– Я-ясно...

В деревню мы въезжали к позднему вечеру. Но несмотря на сгущающиеся сумерки, встречать нас вышло чуть ли не полдеревни. Толпа хмурых и неулыбчивых людей смотрела на нас с укором, будто это мы виноваты в тех бедах, что постигли деревню. Отчасти их можно понять, они ждут от гарнизона форта, что тот изловит всех тварей ещё на подступах к обжитым землям. И им невдомёк, что численность защитников вдвое меньше положенной из-за каких-то известных лишь командору Блюмпасту причин. Но только ли в этом было дело такого холодного приёма в Хвостах воинов Мрачных отрядов?

– Староста у себя? – спросил Сивый одного из мужиков и, дождавшись утвердительного ответа, двинул туда.

Дверь в дом старосты была закрыта и на стук никто не отвечал. Хотя тарабанил Сивый так, что доски трещали.

– Что за дерьмо? – проворчал он. – То ли староста вконец охренел, то ли и он пропал.

– Подожди, – притормозил его я, и начал вливать энергию в «поиск живого», потихоньку увеличивая радиус действия. Наконец, нащупав в глубине дома один объект, я вынес вердикт. – Ну как минимум одна живая душа в доме есть. Староста это, или нет, сказать не могу.

Сивый на это мрачно кивнул и потянул с пояса свой топор. Остальные бойцы, не сговариваясь, последовали его примеру.

– Сейчас мы это выясним. Вы двое возьмите окно справа, а вы слева. У кого топоры покрепче – рубите засов.

Раздав указания, он сам первым рубанул по двери в то место, где обычно крепилась деревянная щеколда. Увидев, что дело принимает опасный оборот, деревенские ротозеи и зеваки начали отходить на безопасное расстояние от ставшего таким непредсказуемым и опасным места. Если демон уже здесь, в дерене, то лучше быть подальше, когда мрачные будут пытаться его изловить. Но даже такая перспектива не заставила их уйти совсем, то тут, то там из-за углов и заборов выглядывали любопытствующие лица.

А вот у меня от мысли, что за деревянной дверью, от которой сейчас летели щепки, укрылась опасная иномирная тварь, по спине потекли холодные капли пота. Я видел напряженные лица бойцов, которым сегодня совсем не хотелось умирать, но уж такая у них была работа, сродни пожарным. Может и за полгода ничего опасного не случиться, а потом тебе придется лезть в самое пекло, рискуя собственной жизнью.

Наконец от очередного удара дверь немного приоткрылась. Сивый, молчаливо кивнув, ударил по ней ногой и с другими бойцами влетел внутрь. Я последовал за ним, оттесняя и заслоняя собой Рейна, который наотрез отказался ждать снаружи.

Сковавшее воздух напряжение довольно быстро спало. Сразу, как мы обнаружили тихо похрапывающего старосту, лежащего в нелепой позе прямо на деревянной лавке возле стола. Запах перегара и стоящие на этом столе пустые бутылки не оставляли других вариантов толкования происходящего.

– Вот же паскуда… – это Сивый ещё мягко выразился. – Тащите его до бочки.

Плохо соображающего старосту вывели из дома и на глазах всей деревни пару раз макнули в воду, от чего он, отплёвываясь и матерясь, начал ошалело смотреть по сторонам, пытаясь понять, где он и что с ним происходит.

– Митрофар, ты вконец ополоумел?! – навис над ним Сивый, который был на полголовы выше. – Пьянствуешь, когда такое в деревне происходит?!

– А? Так я же… Ну а как иначе-то, коли приказано… – начал он оправдываться, наконец немного придя в себя.

– Кем это приказано? – не понял Сивый.

– Ну так, господином Хершестом, командующим западным форпостом. Он же у вас главный? Что велит, то мы и делаем. Как я ему откажу?! – проморгавшийся староста перешёл в ответную атаку. – Он давеча грозился, что если слушаться его не будем, то он деревню без защиты оставит. Да и аристократ он, гвардейцы с ним. Вот что мне делать было?!

– Вот су-у-ка… – протянул Сивый, не понятно кому адресуя, то ли старосте, то ли своему начальнику. – Занемог значит… Ну а ты, Митрофар, мог сделать что угодно! Да хоть своему лорду написать, хоть мне прислать весть, мы же с тобой уже 10 лет как знакомы, а?

– Ну я что-то не подумал… Да и страшно было, благородный всё-таки, и непросто, его семья куда влиятельней нашего лорда будет… Тем более потерпеть-то недолго оставалось, он же к зиме должен был уехать уже, вроде как место в королевских войсках для него готово.

– Это он тебе тоже сам сказал? А ты до зимы дожил бы, столько пить?

– Ну я ж не всегда…

– Ладно, пошли в дом. А вы чего встали?! – рявкнул Сивый зевакам. – А ну пошли по домам! И ночью, чтобы никто за порог не выходил! Это ясно?!

Народ немного пороптал, нечасто всё-таки в деревне увидишь, как старосту в бочку макают, но начал расходиться. Некоторые даже с одобрением начали посматривать на Сивого и его людей. Мол, всё по делу говорит.

Уже в доме Митрофар поведал, что господин Хершест со своей гвардией прибыл в Хвосты дней двадцать пять назад и объявил, что временно будет базироваться здесь. Причин особо не озвучивал, а местные и не спрашивали – не по статусу. Творил он, что хотел, за что снискал в деревне человеческую нелюбовь, которая постепенно начала распространяться на всех людей западного форта, а далее – на все Мрачные отряды. А когда появилась тварь, что задрала корову, а затем и вовсе, утащила двух лесорубов, народ начал озвучивать свое недовольство вслух. Ведь тот со своими людьми ровным счётом ничего не делал. Прознав об общественном недовольстве, а также о том, что из деревни отправили птицу в форт, он как грибов объевшись (а скорее всего перепив местной самогонки со старостой) начал орать на всю деревню, что сей же час порубал бы эту тварь, если бы она показалась ему на глаза. Вот кто-то и не удержался, крикнув из толпы, чтобы тот не ждал, а пошёл и нашёл её сам, ежели не трус. Ну а наш Хершест, подгоняемый белочкой, схватил свой меч и с третьей попытки влез на коня, после чего ускакал куда-то в поля. Больше его не видели. Гвардейцы, не ожидавшие такого развития событий с утра пораньше, с запозданием бросились догонять и даже нагнали его лошадь, вот только седока на ней уже не было…

Последнюю часть истории рассказывал уже помощник старосты, так как финал сего действия сам Митрофар продрых в своем доме, и сейчас слушал всё это с не меньшим чем мы удивлением.

– Так получается, господин Хершест… того? – староста аж сглотнул вставший в горле комок. – Ох и беда же придёт на наши головы…

– Да не паникуй раньше времени, – попытался успокоить его Сивый. – Может, живой еще. Хотя если тварь действительно есть, то вряд ли прошла мимо такого подарка.

– Есть тварь, есть, – обреченно покачал головой староста. – Несколько человек видели уже, да и не пропадают люди просто так. Кроме лесорубов баба ещё одна пропала, за грибами дура ходила, хоть и велено было из деревни не выходить. Потом из крайнего дома мужик пропал, он в своё время решил за околицей строиться, видите ли, с соседями жить не хотел. Ладно хоть бессемейный был. А теперь вот и господин пропал. Про корову вообще молчу, её словно пополам двуручной пилой распилили, одна половина осталась, а вторая пропала. Это ж сколько силы нужно иметь, чтобы полкоровы утащить?

– А след остался? – спросил я. – Крови же много должно было быть.

– Да не особо, с туши натекло, да по кустам брызги. И больше ничего. Говорят, правда, что запах палёного был, но к утру уже слабый совсем.

– Ясно, давай тогда, размещай нас, – сказал Сивый. – Утром уже будем решать.

Староста с помощником отправились улаживать наши вопросы, с ними же отправилась и Виола, которой пообещали найти приличное место для ночлега. Мы же вышли во двор перекусить на свежем воздухе, так как в доме по-прежнему стоял стойкий запах перегара. Вот только от рассказанного ни у кого кусок в горло не лез. Да тут ещё глава отряда решил, не мудрствуя лукаво, раскрыть все карты.

– Демон это, – тихо сказал он, но его в тишине сгущающихся сумерек отлично было слышно. – По описаниям очевидцев всё сходится, да и с коровой хоть и не всё ладно, но всё одно – без магии нельзя остановить кровь.

– А ты, Сивый, видел демона раньше? – спросил один из его людей.

– Видел, один раз, но довольно давно, – ответил он и невольно бросил взгляд на Рейна. – И, если честно, не хотел бы увидеть снова. Но выбора у нас нет, деревня под нашей защитой. Одно радует, с нами целый боевой маг, а значит, шансы не сдохнуть куда выше обычных.

– Помогу чем смогу, – кивнул я. – Но не советую переоценивать мои возможности, я тебе уже говорил, что у меня и ступени-то нет.

– Ага, и без ступени ты рогача чуть ли не напополам развалил? Ну-ну, как же. Но дело твоё, у всех у нас есть свои секреты.

– Ты лучше скажи, что не так с коровой? – перевел я разговор.

– А то, что демоны, в отличие от прочих тварей, животных не едят, только если уж совсем в округе ничего не найти. Им людей подавай, причём живых. Поглощая их, они постепенно становятся сильнее.

– И если уже несколько человек пропало, то, стало быть, он уже сильнее чем был? – тревожно спросил Рейн.

– Ещё нет, процесс занимает время. Чтобы стать значительно сильнее ему нужны десятки жертв, которых он не может поглотить за раз. Какое-то время он будет искать возможность умыкнуть кого-то ещё. Если люди перестанут выходить из деревни, то ему ничего не останется кроме как попробовать тихо пробраться сюда, в прошлый раз так и было. Но когда станет достаточно сильным, то уже, не таясь, войдёт в селение и устроит тут кровавую бойню. После чего сюда придётся спешно вызывать отряд орденских рыцарей и пару магов старших ступеней, иначе эту отожравшуюся тварь уже будет не остановить.

– Так почему сразу не послать за ними? – не понял я. – Зачем рисковать деревней?

– Я так и планирую сделать, – мрачно кивнул Сивый. – Сегодня же отправлю несколько птиц в Угрюмую. За что, вполне возможно, буду лишен звания и всех заслуг. Блюмпаст не упустит возможность обвинить меня в бездействии, а возможно, и в дезертирстве. Участие рыцарей ордена в зачистке всегда больно бьёт по репутации Мрачных отрядов, и оплачивать их работу приходится из казны корпуса. Можешь себе представить, во сколько это обойдётся злобному коротышке, и на сколько он будет зол на меня. Но думаю, максимум, на что можно рассчитывать – это на подкрепление из крепости.

– Бред какой-то… – только и нашёл я, что сказать.

Наш диалог прервала Виола, спешно возвращающаяся к нашей компании.

– Куда подевался староста? – раздражённо спросила она.

– Он не возвращался, – ответил я. – А что случилось?

– В доме, в котором он предложил переночевать, слышны возня и крики. Не думаю, что тут причастны порождения Бездны… но и ночевать в таких условиях я не собираюсь!

– Ох… – вздохнул Сивый. – Ну что за день такой? Показывай.

Дом располагался неподалёку, и уже на подступах к нему мы отчетливо услышали рычание и стоны боли. Твою мать!

– Мазай, проверь сколько их там?

Я кивнул, и направил жгуты силы прощупать пространство на предмет наличия живых существ. Их оказалось двое, причем судя по их расположению, одно нависало над другим.

– Двое, и кажется, хищник жрёт жертву, – озвучил я свою догадку.

От этих слов, и от доносящихся из дома рыков, бойцы потянулись за оружием. И вновь их лица стали угрюмыми и мрачными, в ожидании встречи с опасной тварью. Может, оттого и получил свое название этот королевский корпус? Я и сам постарался прогнать охвативший меня озноб и сосредоточиться на заклинании «лезвие», которое подвесил на пальцах левой руки. Одна лишь Виола оставалась расслабленной и даже какой-то отстраненно скучающей.

Дверь не была заперта, поэтому, когда Сивый открыл ее ударом ноги, мы сразу вломились в дом, ощерившись оружием и готовые рубить и колоть всё, что не подходило под описание человека.

– Хищник жрёт жертву, говоришь? – спросил меня Сивый, глядя на открывшуюся картину. – Ну если заменить «жрёт» на «дерёт», то будет больше походить на правду.

На застеленном топчане какой-то худой голый мужик, не стесняясь вломившейся вооруженной толпы, продолжал неистово и с выпученными глазами оприходовать в задний проход полноватую деревенскую красотку, намотав при этом её толстую косу себе на кулак, от чего та запрокинула голову и прогнулась настолько, насколько это позволяло её не совсем стройное тело. Второй же рукой он непрестанно херачил ей по уже красной от такого обращения заднице. Сам мужик при этом рычал словно разъярённый медведь, а девушка то стонала, то кричала от боли.

– Мдаа… – только и смог выдать я.

– Ну может в него демон вселился? – неуверенно спросил один из бойцов.

– Ага, демон Запоя и Трахаря, – ответил другой.

– А мы… не поможем? – спросил Рейн, для которого такое развитие событий было наиболее неожиданным и диким.

– А ты ей хочешь помочь? Или ему? – спросил Сивый, чем окончательно разрядил обстановку.

– Да пошел ты! – огрызнулся Рейн, который остался единственным, кто не улыбнулся шутке командующего.

Наконец, рык сменился финальными конвульсиями содрогающегося тела, а девушка взвизгнула особенно громко, когда ее мучитель натянул косу в последний раз сильнее обычного. После чего худое мужское тело повалилось на мягкое женское, тяжело дыша и пребывая в полубессознательном состоянии, но не вынимая при этом хер из задницы.

– Знакомьтесь, – обратился ко мне и Рейну Сивый. – Господин Хершест, командующий западным форпостом.

А затем развернулся на 180 градусов и покинул помещение. Остальные последовали примеру командира.

*****************

Командор Блюмпаст читал срочное донесение из Хвостов, доставленное ему утром. Птица прилетела еще ночью, но у командора и на этот счёт было правило. Если крепость не штурмуют прямо сейчас, то любые другие вопросы подождут до утра. Работа с цифрами и бумагами сильно его изматывала, поэтому оставшееся для сна время он ценил очень высоко.

Автором записки был этот проклятый десятник Сивый, который по молодости тенью ходил за выскочкой Дунвестом, отчего теперь командор старался держать его от себя подальше. И дальний западный форпост был идеальным для этого местом. Но даже оттуда он умудрился под конец своей службы одарить командора проблемами. Ну что за человек?!

Подозрения о том, что в окрестностях Хвостов притаился демон, не сулили ничего хорошего. На первый взгляд. Но Блюмпаст не стал бы командором, если бы не умел смотреть на вопросы шире, чем это делают другие. Опыту Сивого он доверял, а значит, опасность действительно есть. И не реагировать на неё нельзя. Вот только и особо спешить с этим делом не стоит. Всё-таки компания, собравшаяся так удачно сейчас в Хвостах, прямо-таки пестрила именами, от которых было бы неплохо избавиться.

Строптивый десятник Сивый, не забывший дела давно минувших дней и до сих пор при любой возможности в присутствии Блюмпаста вспоминающий добрым словом своего командира Дунвеста. А с ним десяток верных ему людей, ветеранов, которым вот-вот подавай выходное пособие и рыцарский титул. И как в таком количестве умудрились дожить до окончания срока?..

Там же в Хвостах сейчас находился сын этого самого Дунвеста со своей явно непростой охраной и какими-то скрытыми мотивами. Веры в историю мальчишки не было никакой. А значит, он или люди подле него опасны.

Даже виконт Хершест волей случая оказался в этом же роковом месте. Этому гадёнышу несмотря на его никчёмность прочат отличное место в королевской гвардии благодаря его происхождению и связям богатой семьи. А ведь это место должно было достаться его, командора, сыну! И ещё может достаться.

В общем, компания на загляденье. Да и с гвардейцами виконта их там больше 20 человек, должны справиться, хоть и потери неизбежны... На всякий случай он, конечно, направит туда полсотни солдат с поддержкой магов. Но скажем… через 3 дня.

Глава 6

Если бы не Виола, то нормально пообщаться с виконтом Хершестом раньше, чем через пару дней вряд ли бы удалось. Из такого состояния так просто не выйти. Однако маг жизни в прямом смысле слова умеет делать чудеса. Поэтому уже на утро командующий заставой чуть ли не признавался ей в любви.

– О, сиятельная Виола, я готов забрать тебя с собой, как только моя служба здесь подойдёт к концу. Такой красивой и талантливой женщине не пристало слоняться с грязными наёмниками. Тебе куда больше подошло бы общество настоящего аристократа из влиятельного рода.

На что магичка дипломатично молчала, но её раздражение не видел разве что только сам Хершест. Собственно говоря, за те недолгие часы нашего знакомства все мы полностью начали разделять чувства Сивого по отношению к своему командиру, оказавшемуся однозначным дегенератом и мразью.

– Лучше расскажите о событиях вчерашнего дня, господин Хершест, – постарался я перевести тему. – Нам важно знать каким образом вы вновь оказались в деревне, хотя ваша лошадь была найдена гвардейцами недалеко от леса.

– А с какого хера, я тебе наёмник, должен что-то рассказывать?! – взбеленился он. – Ты бы постеснялся рот открывать в присутствии благородного! Сивый, это что за хрен с горы? Назначь ему плетей, и чтобы я его больше не видел!

– Господин Хершест, – стараясь сохранить спокойствие, ответил Сивый. – Это не праздное любопытство. Скорее всего в округе появился демон. И нам нужна любая информация. Вы вчера так бесстрашно отправились на его поиски, возможно, вы что-то видели?

– Демон? Какой ещё демон?! – аж взвизгнул аристократ. – С чего ты взял, что это не обычная тварь?

– Есть основания полагать именно так. А потому нам всем следует быть собранными, чтобы не допустить бойни в деревне. Нужно разыскать его, пока он не вошёл в силу и нанести удар первыми. С учётом ваших гвардейцев у нас достаточно людей, чтобы справиться с ним.

– Демон, демон, демон… – забормотал Хершест. – Так какого **#*#** ты раньше молчал?!

Командующий подскочил как ошпаренный и бросился к выходу из дома старосты, где мы утром все и собрались.

– Блюмир, ко мне! – услышали мы его крик с улицы. – Собирай людей, мы выдвигаемся в Угрюмую. Сейчас же!

После чего избавленный от похмелья Хершест достаточно бодро побежал куда-то, видимо, паковать свои личные вещи.

– Вот же сука… – пробормотал Сивый. – Сдаётся мне, не будет у нас гвардейцев. А, значит, придется охранять деревню, пока не прибудет подкрепление из крепости или ордена. В таком количестве я не уверен, что мы с ним справимся. Как бы не вышло, что мы, наоборот, «накормим» его, и тогда деревне конец.

– Я уверен, что в Угрюмой есть пара сильных магов, не может их не быть на целый корпус, – рассуждал я вслух.

– Есть, – кивнул Сивый. – Два мага 3-й ступени и ещё сколько-то послабее. По крайней мере так было, когда я наведывался туда в последний раз. Но это либо прикормленные люди Блюмпаста, либо личная охрана благородных, я сильно сомневаюсь, что они отправятся в бой. Но в любом случае, подкрепление из крепости я запросил.

– Ничего не понимаю, разве это не их долг? – спросил Рейн.

– Я давно знаком с господином Блюмпастом. Наш командор считает, что прежде, чем использовать стратегические ресурсы, лучше попробовать всё решить уже имеющимися силами. Ты не обратил внимания, что большинство моих ребят далеко не молоды. У многих из них подходит срок получения титула за выслугу и соответствующего денежного вознаграждения. И думаю, что все они оказались на передовой – неспроста.

– Ты хочешь сказать, что Блюмпаст будет готов подставить под удар и деревню и нас, только чтобы не платить из казны корпуса?

– Скорее он поверит, что мы справимся. А то, что будут большие потери… ну так ему всё равно. Парни так и так покинут корпус в ближайшее время. И свалился нам на голову это чёртов демон, когда до пенсии рукой подать…

– Но я так и не понял, это же королевские деньги, какой ему с этого резон?

– А тот, что у себя в корпусе всеми бумагами заведует лично Блюмпаст. Ну может ещё этот вечно бледный комендант Угрюмой, но они с командором давно спелись. И я не удивлюсь, если золото для запланированных выплат будет из королевской казны предоставлено. Даже если сами люди к тому моменту погибнут от лап твари… Живы они или нет – определяется записями командора.

– Мёртвые души… – пробормотал я.

– Можно и так сказать, – согласился Сивый. – Но мы называем это призрачным войском. И сколько копий на самом деле может выставить 2-х тысячный корпус, мне неизвестно.

– Мрачные отряды оправдывают свое название, – пробормотал Рейн. – Отец о таком не рассказывал.

– А в его время такого и не было. Блюмпаст был тогда ещё сотником, когда твой отец возглавил западный форт. Они даже дружили, насколько я помню. До тех событий…

Но тут нас прервали. В дом влетел всё тот же парнишка, который встречал нас на подступах к деревне.

– Там это, значит. Опять её того, видели, да в полный рост. Недалеко совсем!

– Кого видели? Тварь? – спросил Сивый.

– Ага. Дед Сидар крышу чинил, наверху дома сидел. А тут она, значит. Вот.

– И где этот дед?

– Я покажу, – ответил парнишка и, не дожидаясь ответа, выбежал наружу.

Слава всем местным богам, но Сидар говорил куда понятнее, хоть и годов ему было уже много. Седой, морщинистый, но всё ещё крепкий дед, при виде нас одновременно бодро и кряхтя слез с крыши по лестнице. Он неглубоко поклонился Сивому, хотя тот и не был благородным. Наверное, знал, что он фактически в нашем отряде сейчас главный.

– Говорят, что ты, Сидар, видел тварь. Так ли это?

– Так. Я хоть и стар, но на зрение не жаловался никогда. И самогон не пью уже лет 10, кишки у меня от него болят. Так что, верить мне можно.

– Ну раз так, рассказывай, кого и где ты углядел.

– Да в том-то и дело, что близко совсем, на краю поля, что к деревне примыкает. С моей крыши хорошо оно видно. Чёрный, даже синий местами. На человека похож, только повыше да весь шипастый какой-то. А потом он на меня посмотрел, я тогда чуть с крыши не упал. Вот как будто нос к носу с ним столкнулся, страшно стало, аж сердце закололо. А когда в себя пришёл, не было в поле уже никого. Ну я молодого и кликнул, сам-то я так быстро по деревне уже ходить не могу.

– Ясно, Сидар. Вспомни только, глаза у него какие были? Мутные белые, или цвет уже какой появился?

– Когда в душу мне заглянул, то белёсые были, но с красными крапинками.

– Ясно. Но ты бы лучше работу отложил. Не дразни тварь. Есть куда с края деревни перебраться?

– А на кой я ей такой старый и черствый сдался? Поди и не тронет меня.

– Голодная тварь стариком не побрезгует. А кормить её – значит делать нам работу сложнее. Поэтому считай это приказом. Я сейчас и Митрофару наказ дам, чтобы людей с окольных домой в глубь деревни переселял.

– Ну ежели Митрофар скажет, к дочери переберусь на время.

– Вот и ладно, – Сивый легонько хлопнул старика по плечу и отправился на главную площадь.

Я же шёл за ним и думал. Охранять даже небольшую деревню на 2 сотни дворов одним десятком – это ж безнадёжная затея. Рано или поздно демон умыкнет кого-то ещё, или и вовсе перебьет охранников одного за другим. Из рассказов Сивого я понял, что даже полным десятком будет непросто справиться с такой тварью. А уж если разделимся, то и вовсе шансов на победу не останется.

– Сивый, а ты про глаза зачем спрашивал? – вопрос Рейна отвлёк меня от раздумий. – Что цвет значит?

– Про цвет не знаю, знаю только, что чем сильнее тварь отъелась, тем больше цвета будет в глазах. Но мелкие, вроде прыгунов или завывал, так и бегают с мутными зенками, ни разу у них других не видел. А вот у сильных тварей пару раз встречал. Так они не только сильнее были, но и понимали больше. То ли умнее становятся, то ли ещё что-то. Если Сидар не ошибся, и цвет пока проявился лишь вкраплениями, то он пока больше доверяет своим инстинктам, а значит, деревня манит его как мотылька пламя. Столько корма, вот он и кружит вокруг. Поэтому у нас есть шанс нашего демона подловить.

– Уж не охоту ли ты задумал?

– А что ты предлагаешь?! – вдруг резко развернулся он. – Ты же не дурак, Мазай. Мы не убережём деревенских. Предлагаешь сидеть и смотреть, как они будут пропадать один за другим?

– Не кипятись, нам бы может уговорить Хершеста если не самому остаться, так хоть гвардейцев своих оставить. Тогда если деревенских ближе к центру расселим, сможем двумя отрядами патрулировать вокруг. А там день-два и подкрепление из Угрюмой придёт.

– Вот иди и поговори с ним, – лишь ответил мне Сивый. – Вон он, на лошадь уже садится.

На площади действительно была суета. Хершест спешно собрался в дорогу, а вместе с ним отбывали все его люди. А ведь гвардейцы у него были хорошие, все конные, в добротных доспехах, с хорошим оружием. Такие бы нам точно пригодились, реши тварь зайти в деревню.

– Господин Хершест! – заорал на всю площадь я. – Неужели вы уезжаете в столь трудный час для деревни, которую по долгу службы должны охранять? В такое невозможно поверить!

– Что ты там прогавкал, щенок?! – аж слюной брызнул этот представитель аристократических родов. – Сивый, я же сказал влепить ему плетей и убрать с моих глаз! Ты что, на виселицу захотел за неповиновение приказам командира?! Ну так оба и отправитесь! Я доложу об этом командору Блюмпасту, и суд будет скорым!

– А вы ему доложите, почему покинули деревню на глазах её жителей, которых терроризирует одна из тварей Бездны?

– А на кой тогда вы тут? Разбираться с тварями – ваша работа. Мне же необходимо по срочным и более важным делам в крепость. Не стой на пути, затопчу!

С этими словами он и его гвардейцы двинулись в путь, при чём свою лошадь этот ублюдок намеренно направил прямо на меня. И я было уже собрался сбросить это спесивого урода с коня, применив на его животном «первобытный страх» или «вверх-дном». Не уверен, правда, что это осталось бы незамеченным для его гвардейцев. Но конь вдруг сам встал как вкопанный, а потуги его всадника сдвинуть его с места ни к чему толковому не приводили. Гвардейцы тоже остановились, пытаясь понять, что произошло с их господином, и почему он передумал ехать. Вдруг из-за крупа лошади Хершеста появилась Виола, которая подошла к всаднику и положила руку на его колено, нежно поглаживая. Она поманила его пальчиком, и тот послушно наклонился к ней. Я был достаточно близко, чтобы суметь расслышать тихий женский шёпот.

– Ты кое-что взял у меня в долг, – сказала она. – Пора бы вернуть.

После чего она как ни в чём ни бывало зашагала прочь, покачивая своими бедрами. Ничего не понимающий Хершест хотел было что-то ей сказать, но то ли не нашёл подходящих слов, то ли побоялся их озвучивать магу аспекта жизни. В итоге его вдруг снова ставший послушным конь зашагал вперёд, уводя из деревни половину её защитников.

– Митрофар! – окликнул Сивый старосту. – Нужно поговорить.

Наш маленький военный совет снова собрался в доме старосты, на время нашего визита ставшим чем-то вроде командного пункта.

– Тварь видели уже совсем рядом, – начал Сивый. – Теперь сомнений, что это демон не осталось. Я отправил запрос на подкрепление, но пока оно не пришло, деревня под нашей защитой. Я думаю, что уже сегодня ночью демон нападет снова. Ему нужны жертвы, и нужны регулярно.

– Может Хершеста этого сожрет по дороге… – пробормотал Рейн.

– Тут дело не в том, кого не жалко, – ответил я. – А в том, что с каждой жертвой он будет становиться сильнее. И этот благородный мудак ничем не хуже подходит на роль такого корма, чем любой другой человек.

Сивый на озвученные мной мысли одобрительно кивнул.

– И что же делать? – спросил староста. – Деревня большая.

– Собирать всех в центре. Женщин и детей укроем в храме. Мужиков вооружай, пусть помогают.

– Хорошо, я поговорю с настоятелем, он не откажет.

Когда староста ушёл, я обратился к Сивому.

– Ты сам говорил, что так мы всех не убережем.

– Но так мы облегчим нашу работу. Демон пока ищет для себя слабых жертв. Зачем ему вступать в бой с нами, если по деревне можно собрать беззащитную жатву? Если соберём всех в одном месте и выставим охрану, то тварь будет легче приманить одинокой наживкой.

– И кто же пойдёт на роль приманки? – недоверчиво спросил Рейн.

– Не ссы, – ответил ему Сивый. – Не ты. Мы с ребятами будем тянуть соломинку.

– Возможно, получится обойтись и без ненужного героизма, – вдруг подала голос магичка.

– Есть варианты? – спросил я.

– Если в деревне найдётся свежий труп, то… – девушка словно прикидывала что-то в своей голове. – То, пожалуй, попробовать можно.

– Если такой найдётся, ещё нужно будет убедить его родственников отдать его тебе, – проворчал Сивый.

– Я лишь предлагаю, – пожала плечами Виола. – Если суровым мужчинам больше нравится рисковать своей шеей, то не буду вас отговаривать.

Свежего покойника мы нашли. Всего пару дней назад немолодой уже мужик скончался от какой-то застарелой болячки. И подключив к вопросу старосту, который после длительных торгов пообещал семье умершего что-то такое, от чего они не смогли отказаться, мы заполучили это хладное тело.

Пока Виола в прямом смысле колдовала над ним, мы составляли план действий и занимались прочими приготовлениями. Оружия в деревне не было, но вил и плотницких топоров было в избытке. В общем, ещё полсотни не самых бравых бойцов мы всё-таки смогли поставить в строй. Вот только они что-то не горели желанием подвергать свою жизнь опасности. Даже сильные мужики не торопились брать оружие, а чаще норовили пройти в храм вместе со своими семьями. И многие из них трусами не были. Кто-то куда больше переживал за свою семью, и что с ней будет, в случае если её главный кормилец погибнет, занимаясь не своим делом. Да и разве это трусость, бояться за свою жизнь?

Вооружив и организовав на свою беду толпу мужиков, мы столкнулись с их неудобными вопросами.

– Это что же получается?! – выкрикнул один. – Этот ваш пьяница-господин умчался из деревни со своими людьми, а теперь вы нам предлагаете его работу делать?!

– Мы Мрачным отрядам налог платим с урожая! – добавил второй. – Кормим вас, а вы нас защищать должны. Разве не так?

– Я что-то на полях вас не видел в качестве помощников! – влез третий. – Так почему мы вашу работу должны делать?!

Сивый, который чем ближе была ночь, тем более становился раздражительным, наконец не выдержал.

– А ну заткнулись, сыкуны деревенские! Мы свою работу и будем делать! А вам острые палки дали, чтобы вы в случае чего могли за себя постоять, если мы с парнями, вас защищая, сегодня сдохнем! Так имейте совесть, заткнитесь и соберитесь! Вы мужики или трусы? За вашими спинами ваши семьи! И если не справимся мы, то кто их защитит кроме вас?!

Мужики потупили глаза, но и извиняться никто не стал. Все остались при своём мнение.

Тем временем Виола закончила свои приготовления, и мы смогли лицезреть результат её работы. Внешне мало что изменилось, от чего на лице Сивого было недоумённое выражение лица.

– Посмотри на него по-другому, – обратилась девушка ко мне. – Думаю, демон прежде всего полагается на своё иное зрение.

Я направил в сторону трупа жгутики энергии, и, о чудо, холодное тело в магическом зрении выглядело словно живой человек.

– Не отличить, – кивнул я. – Нужно только накрыть чем-нибудь, на всякий случай.

– Да, – согласился Сивый. – Уложим «спать» где-то в отдалённом доме. Будто забыли про него.

Ловушку готовили основательно. Под потолком натянули сеть, которая должна была упасть на монстра, если тот тронет тело. При падении она также должна уронить лампу с маслом, что и будет сигналом, если мы вдруг пропустим появление твари. Трое человек (это был предел для Виолы, чтобы скрыть уже нашу живую ауру) должны будут затаиться в доме по соседству. Поэтому вместе с девушкой на самом опасном участке разместились я и Сивый. Наша с ним задача была задержать тварь, пока не подойдут остальные бойцы, ждущие на отдалении, чтобы не спугнуть демона.

Жаль нельзя заминировать труп, тогда не пришлось бы даже вступать в бой. Возможно магические аналоги гранат или фугасов здесь и существуют, но мне о них не было известно.

Рейну же я напоследок шепнул на ухо, что если увижу того в первых рядах, то прибью его самолично, и никакого демона не понадобится. Он было попытался возмутиться, но я на секунду применил к нему «первобытный страх», пресекая тем самым любые возражения и давая понять, что я не шучу.

И вот сейчас сидя в засаде, я очередной раз спрашивал себя, какого хрена всё это со мной происходит?!

*****************

Конный отряд во главе с виконтом Хершестом уже достаточно отдалился от деревни, когда всадники наконец позволили лошадям перейти на шаг. Начинало вечереть, но до Угрюмой нужно было добраться во чтобы-то ни стало до наступления ночи. Кони в темноте попросту переломают себе ноги, а ночевать в поле Хершест отчаянно не хотел.

Проклятый десятник! Довольно он терпел его, закрывая глаза на то, что все люди западного форта считали именного его своим командиром. Он даже решил под мнимым предлогом удалиться с передовой, чтобы спокойно дождаться окончания необходимого срока службы. Ха! Службы! Для него она была сродни ссылке! Даже в последние декады, когда он решил устроить себе небольшой отдых, он не мог отделаться от ощущения, что просто растрачивает здесь свою жизнь! Ни дрянной самогон, ни деревенские девки не могли исправить этого. От того-то он всё больше пил, пытаясь вогнать себя в забытье, и тем самым приблизить заветный день, когда он покинет эти богом забытые края.

Но проблемы нашли его даже в деревне. Чертов десятник привёз их на своем хвосте. Демон! Да он ополоумел, если с чего-то решил, что виконт Хершест будет рисковать своей жизнью ради этого деревенского сброда. Для этого есть другой сброд в лице самого десятника и его бородатых мордоворотов. От этих мыслей даже заболела голова...

Вдруг к нарастающей головной боле добавилась тошнота. Резко скрутило живот и всё сильнее начинало мутить, а спустя мгновение он уже не в силах совладать с собой изрыгал из себя блевотную массу. В итоге запачкал седло и свои штаны, но его это уже не волновало. Стремительно ухудшившееся состояние уже не позволяло думать о чём-либо еще. Мысли спутались, дыхание участилось, взгляд потерял фокус, а сознание – интерес ко всему происходящему за пределами организма, на который вдруг навалилась вся тяжесть страшного похмелья.

– Господин Хершест, – обратился к нему один из гвардейцев, заметивший неладное. – С вами всё в порядке? Вам нездоровится, необходимо остановиться.

– Мы… должны… ехать дальше, – только и смог выдавить из себя он.

– Но господин…

– Я сказа…

Но договорить он не успел, очередной приступ рвоты перебил его на полуслове. А тут ещё и с другого отверстия начало напирать. Всё-таки, после чудесного магического исцеления виконт ни в чём себе не отказывал и с аппетитом хорошенько наелся. И вот теперь организм, к которому вернулись боль и страдания, известные любому человеку, хоть раз побывавшему в запое, расплачивался за это сполна.

– Господин, вас трясет. Мы должны встать лагерем. Стаскивайте его с лошади, аккуратней! Вы двое, организуйте спальное место и дайте воды!

– Нет... Нет... Мы должны двигаться вперед… – уже почти без сил повторял виконт, но его уже никто не слушал. Люди бросились выполнять распоряжения.

Перед глазами внезапно встал образ улыбающейся магички, которая так нежно наглаживало его ногу перед тем, как он покинул деревню, что у него тогда даже заворочилось в паху. Вот же сука! Да я её…

В этот момент сильные руки подхватили уже заваливающееся набок тело, от чего мысли снова сбились в кучу. Чёрт, главное дожить до утра. Дожить до утра, а после он покажет всем этим смердам их место.

*****************

Долгие поиски привели Полему и её спутника к стенам Угрюмой крепости. Давненько она не забредала так близко к Бездне. Из памяти уже стёрлись образы её порождений и той мерзости, что они таили внутри. Полема была одной из немногих в Павелене, кто знал правду, ну или хотя бы её часть. И одно это было дороже, чем все другие блага, которые ей были дарованы покровителем. И чем дольше она служила, тем больше кусочков мозаики ей приоткрывалось.

С наступлением ночи крепость словно вымирала, лишь её стены активно патрулировались дозорными, всматривающимися в темноту ночи. Опрометчиво и недальновидно, ведь что они сделают, если враг уже внутри?

Полема, одетая сейчас в чёрное, с прикрытой балаклавой лицом бесшумно пробралась до главного донжона, где по ранее полученной информации находились опочивальня и рабочий кабинет командора Блюмпаста. Паре охранников, откровенно зевающих на своем посту, не составило труда немного помочь, чтобы погрузить их в такой желанный ими сон. Спальня оказалась пуста, а вот из кабинета лился свет настольной лампы. Что ж, тем лучше, не потребуется будить столь важного человека, чтобы получить ответы на свои вопросы.

– Ну что еще? – нервно спросил хозяин кабинета, отрываясь от своих записей. – Я же сказал… А ты ещё кто такая?

Полема не любила тратить много времени на разговоры и убеждения, поэтому порядок действий для таких ситуаций был давно отлажен. Острый нож был приставлен к горлу, а заклинание лишило человека возможности двигаться и, в том числе, говорить. Парализованный магией и страхом командор Мрачных отрядов не мог сейчас даже дышать.

Подождав для верности с десяток секунд, Полема вежливо обратилась к нему.

– Я задам пару вопросов, после чего удалюсь. Не советую перебивать меня и уж тем более кричать. И я не люблю повторять дважды. Итак, проверим, насколько сообразительным окажется командор Угрюмой крепости.

Она сняла «оцепенение» и человек начал жадно заглатывать воздух, пытаясь тем самым восполнить недостаток кислорода. После чего затравленно посмотрел на незваного гостя, но промолчал, лишь хлопая своими глазами и ожидая вопросов.

– Вижу, что правила вам понятны, – похвалила она его. – Ну что ж, тогда начнём…

Глава 7

На нашу наживку так никто и не клюнул. Считать это плохой новостью или нет – это как посмотреть. Да, все приготовления оказались напрасны, но и новых жертв в деревне не случилось. Все живы, а значит, мы все стали ближе на один день к приходу подкрепления из крепости. Ну не мог же командор Блюмпаст проигнорировать сообщение от Сивого.

Но не все разделяли мои взгляды.

– И долго нам ещё тут сидеть? – выкрикнула какая-то тётка. – У нас огороды не политы, в поле который день никто не выходит. Так скорее сами с голоду помрём, чем нас кто-то схарчит!

– Верно говоришь! – поддакнула другая. – Сколько можно отсиживаться?!

– Да убейте уже эту тварь, наконец! Идите и сделайте свою работу!

Люди, просидевшие всю ночь в храме или возле него, сейчас выказывали своё недовольство от возникших неудобств. И наиболее активно это делали те, кому уж точно не придётся рисковать своей жизнью, пытаясь изловить опасного монстра.

– А что будете делать, если не справимся, или пока будем её искать, она наведается в деревню? – спросил у них Сивый. – Не боитесь за своих домочадцев?

Женщины примолкли, в открытую более не провоцируя бойцов из мрачных отрядов, но роптание в толпе не прекратилось и лишь наростало.

– Странно, что он не клюнул на приманку, – уже ко мне обратился Сивый, нервно почесывая подбородок. – Ему нужно питаться, иначе он начнет слабеть. Что-то здесь не так.

– Возможно, он подался в другие края, – пожал плечами я. – Или нашёл корм где-то ещё.

– Возле крепости слишком опасно. А до ближайшей деревни два дня пути. Вряд ли он пойдёт так далеко, когда столько корма поблизости. Не верю я в такое. Он где-то в лесу, ему нужно укромное место, где он поглощает жертв. Это процесс… небыстрый.

– То есть он их не ест что ли?

– Ест, но после того как вытянет жизнь. Мучая жертв и упиваясь этим, он забирает их энергию. А плоть лишь насыщает его тело.

– Если ты собрался идти в лес и искать его там, то лучше даже не предлагай мне или Рейну это сделать. Мой ответ тебе не понравится.

Сивый в упор посмотрел на меня, но в конфликт вступать не стал.

– Ладно, попробуем ещё раз с приманкой, – наконец, устало сказал он.

До вечера время тянулось тревожно и медленно. Иногда куда проще преодолевать трудности, когда они навалились на тебя внезапно. Нет времени рефлексировать и жалеть себя. Почему-то вспомнилось детство и очередь к стоматологу, сидя в которой я так переживал, что казалось ещё чуть-чуть и просто сбегу оттуда. В итоге те 20 минут, что врач колдовал над моим зубом, были куда меньшим испытанием, чем томительное ожидание неизбежного.

Когда день подошёл к концу, мы снова заняли позиции. А ближе к полуночи свет от лампы в доме с приманкой мигнул и потух.

– К бою! – скомандовал Сивый, первым вылетая из укрытия и держа в руках щит и сеть.

Я вскочил и рванул следом. Остальные бойцы, которые были метрах в 10 от нас подле конюшни, сейчас вскакивали на своих лошадей и тоже неслись по деревенской дороге к дому, приготовив пики.

Сначала демона я услышал. Он рычал, но теперь спутать этот утробный рокочущий звук с чем-то другим было сложно. Так не рычат ни люди, ни животные. Под действием «прилива» я мог бы обогнать Сивого, но решил, что будет лучше, если мы прибудем на место вместе. Прямо перед нами с петель слетела входная дверь, а наружу выскочил чёрный демон, покрытый роговыми пластинами, заканчивающимися острыми шипами в районе суставов и головы. Человеческая фигура 2-х метрового роста, в левой руке которой сейчас болталось тело покойника. И судя по тому, как легко он его удерживал на весу, силы у этой твари немерено. А наша заготовленная сеть свисала с него оплавленными ошмётками, уже никак не сковывая его движений. Глаза его практически полностью были мутно-белыми, что вселяло определённую надежду.

Я швырнул в него «лезвием», которое подвесил заранее на пальцах, вот только глядя на естественную броню монстра уже понимал, что толку от этого будет немного. Сорвавшийся серп хлеснул по ноге твари, привлекая её внимание и даже, несмотря на мой скепсис, отколов часть пластины и оставив неглубокий порез.

Сивый швырнул свою сеть, на что противник вскинул руку и спалил её еще на подлете. После чего бросился на него, не выпуская при этом свою добычу из рук. Стремительно сократив отделяющие нас расстояние, он размашисто ударил рукой (или лапой, учитывая наличие внушительных острых когтей). Сивый успел подставить свой щит под удар, от чего тот развалился, словно разрезанный ударом напополам, а сам человек повалился на землю.

Я, не дожидаясь, когда очередь дойдёт до меня, ударил «тараном» в надежде опрокинуть тварь. Но всей вложенной силы оказалось недостаточно, чтобы совладать с массой монстра, к тому же по-прежнему сжимающего лапой нашу приманку. Но тем самым ещё пару секунд я выиграл, и Сивый смог убраться с того места, куда сейчас опустилась такая же когтистая нога демона. Вскочив на ноги, он выхватил топор, на который чудом не напоролся при падении, и снова был готов к бою.

Мы оказались по разные стороны от твари, тем самым получив тактическое преимущество. Тем более мы уже слышали стук копыт приближающегося подкрепления. Вот только преимущество в силе и скорости было по-прежнему на стороне демона. А он, видимо, посчитав ситуацию для себя опасной, или же наконец догадавшись, что его провели, и он таскает давно бездыханное тело, решил избавиться от отягощающего его балласта и с очередным рёвом швырнул трупом прямо в надвигающийся конный вал.

Одного из всадников выбило из седла, а сам демон рванул на меня, так как именно я по несчастливой случайности оказался на его пути к отступлению. Движения твари были столь быстрыми, что даже под действием «прилива» я увернулся скорее на инстинктах, подставляя при этом под удар когтей силовой каркас щита. Удар был такой силы, что щит тут же разлетелся в дребезги, но и я при этом остался цел.

Демон же рванул прочь из деревни, да так стремительно, что пытаться послать ему что-то вслед означало просто впустую потратить силу.

– За ним! – скомандовал Сивый. – Не дайте ему уйти!

Сам он вскочил на лошадь, оставшуюся без всадника. И вместе со своими бойцами помчался следом за отступающим демоном.

– Садись! – услышал я голос Рейна, который появился следом. – Быстрее!

Рядом с ними была и Виола, тоже верхом на лошади и еще одну она придерживала под узду. Черт! Ну какой из меня всадник?! Да и на кой черт нам это приключение?! Но Рейн не стал меня дожидаться и бросился догонять кавалькаду, тем самым, не оставив мне иного выбора. Вот же своенравный, решил-таки проявить характер?!

В итоге мы отстали, но ненамного. Всадники Сивого гнали тварь через всё поле, периодически совершая наскоки. Трижды они накидывали на него сеть, но каждый раз та вспыхивала и оплавлялась, словно попав на раскалённые угли. Пару раз они даже валили тварь на землю пиками, но той всё-таки удавалось встать и выскочить из, казалось бы, уже безвыходной ситуации. Страх сменился азартом погони, который сейчас гнал людей к кромке ночного леса.

– Быстрее, он обессилен! – крикнул Сивый, подбадривая людей и спешиваясь с лошади. – Нужно добить его пока, он не восстановился.

– Сивый, стой! – крикнул я, подъехав следом за остальными. – Там его территория, и у него будет преимущество!

– Демон потратил слишком много силы, да к тому же ранен! Он стал куда медленнее. Если упустим сейчас, то всё придется начинать заново.

– Но как мы его найдем в этом лесу?

На это Сивый лишь указал рукой на землю, где виднелись чернильно-синие кляксы.

– Ты нам покажешь дорогу, – сказал он.

Я ещё раз взглянул на след, но уже в магическом зрении, и увидел, что капли демонической крови ярко искрятся, отчётливо показывая путь, пройденный раненым монстром.

Вот же **#*#**! Не нравится мне всё это, вроде и прав Сивый, но… все равно **#*#**.

– Вот дерьмо! Хорошо, идите за мной. Рейн, ты в центре колонны. Виола, присмотри за ним.

– Все слышали? Следуем за Мазаем, всем быть начеку. Он ранен, но всё еще сильнее любого из нас. Только вместе мы сможем завалить эту тварь! Пошли!

Продвигаться ночью меж деревьев и кустов было то ещё приключение. Но мы упорно шли, надеясь, что с каждой потерянной каплей своей чёрной крови тварь становилась слабее. Где-то через час мы выбрались к большому оврагу, на противоположном склоне которого зияла здоровенная дыра, выше человеческого роста. При чём вырыли её не так давно, комья земли вперемешку с камнями и глиной валялись неподалеку, ещё не размытые дождями. От входа так смердело тухлятиной и гнилью, что начали слезиться глаза. Если Сивый скажет лезть туда, то, пожалуй, я воздержусь. От такого запаха можно потерять сознание и самому стать лёгкой добычей обитателя этого жуткого логова.

Но лезть никуда не пришлось. До этого момента наши взоры были прикованы к зияющему чернотой проходу, и поэтому остальные детали антуража мы заметили не сразу. Слабое шевеление слева заставило нас посмотреть на большое старое дерево, растущее всего в паре метров от склона. И даже я, повидавший на своём веку немало, просто обомлел от представшей нам картины. На дереве были закреплены несколько человеческих тел, просто насажены на сучья, оставшиеся от обломанных веток. И некоторые из них ещё подавали признаки жизни, иногда двигая своими обрубленными конечностями. Звуков при этом они не издавали, так как рты были забиты то ли землей, то ли глиной. Да и на искорёженных лицах уже не было никакой осмысленности.

– Твою мать, – выдохнул Сивый. – Это же Хершест и его люди.

– И, видимо, одна из их лошадей, – добавил я, глядя на дно оврага, где валялась обгрызанная половина туши животного.

– Тут что-то не так, похоже на ловушку, – пробормотал десятник. – Нужно уходить, быстрее! Вернёмся сюда с людьми из крепости.

В этот момент из отверстия послышалось громкое сопение, сменившееся хриплым порыкиванием. А затем появилась тварь. То, что вылезающая сейчас на лунный свет образина была родом из Бездны, было несомненно. Но такого экземпляра я ещё не встречал. Она была здоровенной, втрое больше рогача, и внушала такой страх и трепет, какой, наверное, испытывали первобытные люди при встрече с пещерным медведем. Отдалённое сходство с ним, кстати, было, вот только зубы и когти размером с человеческую ладонь, а вместо шерсти ороговелая пластинчатая броня, с торчащими тут и там острыми шипами. Четыре глаза словно сочились грязным багряным светом, а от самой туши помимо страшной вони ещё и разило грязной магией.

– Смрад Бездны, – обреченно выдохнул Сивый. – Вот кого он кормил… Уходите разными путями, я попробую его отвлечь. Кто-то должен сообщить в крепость и в орден...

Но было поздно, из-за дерева, увешенного человеческими телами, появился до поры скрывавшийся демон. Он больше никуда не торопился, а наоборот, с каким-то садистским интересом наблюдал за нами, немного склонив голову набок. Вдруг он моргнул, оставив глаза на пару секунд закрытыми, а когда открыл, то вместо белой мути они отчётливо полыхнули алым. Кажется, всё это время он водил нас занос. И привел к себе в логово.

– Мя-со! – по слогам произнес он скрипучим и нечеловеческим голосом. На что тварь на дне оврага неистово заревела, оглашая всю округу жаждой плоти и крови.

– Бегите! – ещё раз заорал сивый. И люди хотели броситься врассыпную, хотели этого больше всего на свете. Но не могли этого сделать. Их естество заполнил животный страх, сковавший мысли и мышцы, опытные воины не могли совладать с собой и просто стояли и смотрели, как огромная когтистая тварь, которую Сивый окрестил смрадом, в три прыжка преодолела наш более пологий склон и в несколько ударов буквально поломало 2-х воинов. А затем словно вспыхнул багряным туманом, поражаю людей уже отравленной и искорёженной Бездной силой.

Этой магической атаке не поддались лишь я и Виола, которая сейчас вливала свои живительные потоки в Сивого и Рейна, приводя и их в чувство. Десятник, ощутив прилив сил, а возможно, и смелости, попытался выгадать для остальных бойцов немного времени и бросился наперерез монстру. Я видел, как магичка сосредоточилась на нём и отчаянно продолжает подпитывать его жирным потоком своей энергии, видел, как боец уворачивается от размашистого удара лапой и со всей своей и заёмной силой наносит удар топором по клыкастой морде смрада. Топор, отколов один из больших клыков, сам так и остался торчать, застряв в плоти и ороговелой броне, оставляя Сивого без оружия. Монстр заревел и приподнялся на задних лапах, после чего обрушился на надоедливого человека.

Слава Троим, влитая Виолой энергия позволила тому увернуться от самого удара, но последовавшая за ним ударная волна распространила не только вонь, но и очередное магическое воздействие, заставляющее замерших в страхе людей теперь попадать на землю без сознания. И снова на ногах остались лишь мы четверо.

– Рейн! Беги! – заорал я и влепил в тушу проклятого зверя град. Промахнуться было сложно, а удача решила подмигнуть мне, возможно, в последний раз. Плотный сгусток концентрированной силы вонзился прямо в оттопыренный стык пластин не шее твари и с грохотом разорвал скрытую под ней плоть.

Смрад заревел ещё сильнее, сконцентрировав теперь всё внимание на мне. С его разорванной шеи обильно стекала чёрная кровь, но рана вряд ли была смертельной. Тварь бросилась на меня, позабыв про Сивого, а мне только и оставалось, что надеяться на один точный укол копьём, а также на то, что амулет выдержит хотя бы один удар от этой разъярённой туши весом в полтонны.

Мой мозг работал на переделе, пытаясь за эти пару секунд рассчитать на какую ногу придется опорный шаг монстра, и какой лапой он будет бить. В итоге, мне удалось подгадать момент и опережающим движением сместиться в безопасную сторону. Изначально целью была рана на шее, но в моменте я понял, что просто не успеваю до неё дотянуться, поэтому пришлось ударить в район сустава передней лапы, на которую сейчас давил немаленький вес твари. «Раскол» в очередной раз не подвёл, и разворотил броню, вгрызаясь в плоть. Зверь получил ещё одну болезненную, но не смертельную для неё рану.

В этот момент Сивый с обезумевшим криком с разгона вонзил в отвлекшегося и захромавшего смрада копьё, которое, наверное, подобрал у одного из валявшихся на земле воинов, тем самым спасая меня от повторной атаки. За что он сам, получив размашистый удар лапой, отправился кубарем на дно оврага.

Я же швырнул «лезвие», подрезая сочленение еще и на задней ноге в попытке замедлить тварь. Нам нужно было отступать, источник был практически пуст. И я уже не видел возможности победить в этом сражении. Оставалась лишь надежда, что демон об этом не знает, и он не будет преследовать столь опасную добычу. Прости Сивый, но тебя нам уже не вытащить.

– Виола, уходим! – снова заорал я. – Где Рейн?!

В этот момент демон, что ранее лишь наблюдал за происходящим, решил вмешаться. Может, он никого не хотел отпускать, а может ему просто не понравилось, что мы сумели попортить шкуру его зверушки. Но не успел я сорваться с места, как получил удар в грудь от хозяина твари, который впечатал меня в ствол дерева. Щит, дарованный амулетом, выдержал, но сдох, и спиной я уже приложился без всяких послаблений, от чего из меня на пару секунд выбило дух.

Я уже смотрел в алые глаза своей смерти, когда Рейн налетел на демона сзади, орудуя своим мечом. Этот гадёныш не послушался и не сбежал, когда у него ещё была на это возможность. И теперь он колол и рубил своим мечом в каком-то безумном танце смерти. Да делал это так ловко и непредсказуемо, что даже успел оставить несколько порезов на теле этой мерзкой твари, прежде чем тот швырнул в него сгустком грязной силы. Перед парнем вспыхнул силовой барьер, который был сметен этим ударом, а Виола, то ли отдавшая последние силы, то ли получившая откат, повалилась на землю. Рейну тоже досталось, он из последних сил стоял на трясущихся ногах, продолжая сжимать свой меч. А напротив него возвышался 2-х метровый демон с горящими алым глазами, позади же раздался рык смрада, несмотря на полученные раны готового по команде хозяина растерзать наглого юнца.

Время замедлило бег, а мой старый знакомый, засевший в моей голове, дал о себе знать.

– «Ты же не хочешь умереть?» – спросил он. – «Ну же, признайся, ты хочешь жить, и готов за это сейчас отдать что угодно».

– «Это спасет парня?» – устало спросил я.

– «Нет, нам не справится с ними даже вместе. Но мы можем сбежать. Я сделаю так, что он о нас… позабудет на некоторое время».

– «Тогда нет», – ответил я. – «Я не смогу с этим жить.»

– «Глупец, ты погубишь себя!»

Из последних сил я зачерпнул остатки силы, чтобы воплотить её в свою последнюю технику. «Лезвие» вышло слабеньким, даже не до конца сформированным. А потому лишь чиркнуло по руке демона, не пробив его естественной брони. Он повернул в мою сторону голову и снова заглянул мне глаза.

– Мя-со! – ещё раз повторил он своим скрипучим голосом. Похоже, я отбегался.

*****************

Дорога до Хвостов заняла весь день, который Полема со своим напарником провели в седле почти без остановок. Пришлось даже одолжить в крепости пару подменных лошадей, чтобы держать заданный темп. Точнее взять их без спроса. Этот придурок Блюмпаст в угоду своим интересам, амбициям и комплексам проигнорировал сообщение о появлении демона! С каких пор в Закатном королевстве на такие должности начали назначать идиотов? Не то чтобы она так уж переживала за жизни крестьян, но теперь это уже касалось её задания и интересов её покровителя.

По пути они наткнулись на разоренный лагерь, в котором осталось лежать несколько разодранных и подпаленных трупов. Но зная о потребностях демона, можно было предположить, что тут далеко не все. А в том, что здесь орудовал именно демон, она была уверена, место просто смердело грязной силой. Как и все другие, где успел побывать их незваный гость.

– А он не прост, вошёл в силу, раз смог справиться с отрядом хорошо вооружённых солдат, – сказала она своему молчаливому спутнику. – Не хватало ещё прийти слишком поздно.

На что он в очередной раз кивнул, понукая лошадь идти ещё чуточку быстрее.

Добравшись до деревни уже за полночь, они расспросили старосту, который поведал о ловушке на демона, и о том, что воины мрачных отрядов погнали того через поле. Проследить весь путь не составило труда, ведь, похоже, что им всё-таки удалось ранить тварь, и та хорошо наследила. Уже к утру след растает, но пока ещё пролитая демоном кровь отсвечивала ни с чем не сравнимой извращённой Бездной силой, завладевшей телом носителя.

Звуки скоротечного боя заставили их преодолеть последний участок уже бегом, продираясь сквозь ветки и кусты, и сделали они это вовремя.

*****************

Когда я уже думал, что мне конец, на сцене появились новые действующие лица. Две фигуры в плащах, не раздумывая и не тратя время на разговоры, вступили в бой. Та, что поменьше и имела явно женские пропорции, швырнула в демона россыпью силовых игл, от которых он попытался увернуться. Но заклинание имело широкую область поражения, и несколько таких снарядов нашли цель, вгрызаясь в броню на груди и бедре монстра.

Демон заревел как раненый зверь, а смрад, услышав полный боли голос хозяина, ответил своим громогласным рыком и, прихрамывая на одну ногу, бросился на его обидчика. Вторая появившаяся фигура, мощная и габаритами не сильно уступающая Горунару, встала на пути разъярённой твари. Человек протянул руку, словно в попытке остановить несущуюся на него тушу, и та на всём бегу врезалась в невидимую стену, разбив свою морду и измазав чёрной кровью до этого невидимую преграду. Не давая прийти в себя, воин сделал широкий взмах своим внушающим уважение полуторным мечом, отсекая переднюю ногу в районе колена. При этом самим стальным лезвием он даже не дотянулся до тела смрада. Но для меня это выглядело, будто меч имел продолжение, сотканное из тонких силовых линий. Вот оно-то и перерубило толстенную бронированную ногу, словно острый тесак куриную кость.

Без одной конечности смрад заревел ещё сильнее и выпустил облако разъедающей магии. После чего встав на задние лапы попытался всё-таки продавить барьер. И это ему удалось. Под воздействием магической атаки человек пошатнулся, а разделяющая его и монстра преграда ослабла. Но всё же воин нашел в себе силы, чтобы в последний момент увернуться из-под падающей на него туши, и вторым ударом располовинить морду монстра.

Тем временем разумный демон, решив, что бой ему не выиграть, попытался скрыться в лесу. Но отпускать его у наших неожиданных спасителей в планах не было. Стремительные жгуты силы, брошенные магичкой, словно разъярённые змеи впились в ноги и спину демона, замедляя его, и высасывая из него силу. И тогда он решил сменить тактику, в три прыжка преодолев расстояние до Рейна, ещё не до конца отошедшего от полученного удара. То ли он хотел закрыться парнем, то ли взять его в заложники. Вот только магическая атака, по всей видимости, очень сильной одарённой сделала своё дело, ослабив и замедлив его. И это дало Рейну возможность самому провести свою атаку. Он стремительным движением меча рассек плоть на уже израненной ноге и вторым ударом, сделав полный разворот, обрушил клинок на припавшего на одно колено демона, перерубив тому шею. Рогатая голова как в замедленной съёмке сползла со своего основания и шмякнулась на землю, ещё пару секунд продолжая отсвечивать алыми глазами. Похоже, что я ошибся, и меч у Рейнлиена не просто хороший, а замечательный. И кажется, парень всё-таки совершил свой подвиг.