Почтовый поезд прибывает по расписанию

Глава 1

Каждый новый день должен быть лучше вчерашнего. Ну в крайнем случае, не хуже. Мисс Джессика Браун на это надеялась и вчера, и неделю назад, и год.

Трескучий звон будильника разрезал серое утро, заставив выползти из постели, но она опять опоздала – за дверью в ванную уже шумела вода. Как ее сестра умудрялась просыпаться каждый раз раньше ее и быть всегда в приподнятом настроении – тайна, которую не разгадали бы ни алхимики из Высокого квартала, ни ведьмы из Пригорода.

– Эмили, ты скоро! – Джесс забарабанила в дверь, даже не открывая глаз, надеясь ухватить хоть еще секунду сна.

– Уже иду, бука! – пропела сестра, звук воды стих, дверь распахнулась,из клубов горячего пара выпорхнула миловидная блондинка и улетела по лестнице на первый этаж, где уже гремела кастрюлями мать.

– И вовсе я не бука, – пробормотала Джесс, закрываясь в ванной и активируя карточку, которая отвечала за подогрев воды. Та мигнула красным и погасла.

«Что ж, – тяжело вздохнула девушка. – Этого и следовало ожидать. Вроде бы не самую дешевую брали, но вот… опять перегорела. Придется мыться холодной…»

Это у богатых артефактные карточки создают целые системы, которые обогревают дом, подогревают воду, очищают воздух, греют плиты для приготовления еды, охлаждают продукты, чтобы они дольше оставались свежими, и многое что еще. Но самое главное – они работают долго и не перегорают после двух-трех использований.

Зато холодный душ хорошо бодрит. Так себе утешение, по мнению Джессики.

В своей комнате она расчесала волосы, убрала их в простой гладкий пучок, чтобы те волосы не мешали работать. Все равно к вечеру пара прядей выбьется из прически и придаст ей вид совсем не солидный. Не такой, какой должен быть у служащей городского архива.

Темно-коричневое платье она приготовила еще с вечера, но перед выходом из комнаты все равно придирчиво окинула себя взглядом в зеркале: пятен нет? Воротничок достаточно бел? Ботинки еще целы?

Вот теперь можно и спуститься к завтраку.

Если Эмили Браун была похожа на сказочную фею, то миссис Браун – на ведьму, коей она являлась скорее по характеру, чем по призванию.

Она металась между кастрюлями на плите, шкафчиками, фыркающим чайником, коробочками с чаем и сахаром, пиликающей посудомойкой, столом, сервантом с посудой и холодильником, при этом умудрялась давать указания молча завтракающему мужу, делиться сплетнями, слушать старшую дочь, поворчать на непрезентабельный вид младшей и снова давать указания.

– Ты опять одета как парень! – бросила она Джесс, поставив перед ней тарелку с подгоревшей овсяной кашей. Овсянка у нее постоянно подгорала, но мисс Браун не сдавалась и год за город пыталась освоить эту кулинарную высоту. – Почему ты не можешь одеваться как твоя сестра? И найти приличную работу!

– Работа в архиве вполне приличная, – отец семейства грустно сидел перед своей тарелкой, макая усы в чашку с кофе. Джесс метнулась к шкафчику и достала хрупкую чашку с «полочкой» для усов. То немногое, что еще осталось от прошлой жизни. Мать осуждающе покачала головой, но засвистела кофеварка и миссис Браун продолжила болтать, не глядя бросая в чашки дочерей кофе, сахар и корицу.

– Но она же света белого не видит! Одни бумаги! И как она познакомится с приличным молодым человеком, если весь день сидит в своем подвале!

– А я вот вчера познакомилась с молодым симпатичным констеблем, – похвасталась Эмили и, пока миссис Браун не видит, показала сестре язык.

Эмили работала в кондитерской, где полагалось носить светлое платье, белый фартук и безупречно накрахмаленную наколку. По мнению миссис Браун, именно так и должна выглядеть приличная девушка.

– К нам вчера начали перевозить документы из полицейского архива, – буркнула Джесс, намазывая масло на хлеб. – Так что я теперь тоже могу встречаться с констеблями, а то и с детективами!

Отец на миг напрягся, но потом опять равнодушно глотнул кофе.

– Ну это же совершенно другое! Понять не могу, что хорошего может быть в такой работе!

– Там хорошо платят, мам, – ответила средняя дочь скорее по привычке, чем в самом деле надеясь, что миссис Браун способна услышать хоть кого-то кроме себя.

Как бы ни нравилась матери работа Эмили, продукты почему-то по-прежнему покупала Джесс.

– Деньги – это, конечно, хорошо... Эти врачи каждый раз требуют все больше и больше денег!

– Водная карточка опять сломалась… – Джесс ела быстро. Во-первых, ей надо было торопиться на трамвай. А во-вторых…

– Опять! – миссис Браун уже кричала ей в спину. – Курицу купить не забудь! И овощей!

Эмили она такие поручения никогда не давала. Ведь ее старшая дочь работала всего-то полдня, она же жутко уставала и пусть лучше средняя вечером забежит в лавку перед самым закрытием и возьмет продукты еще и со скидкой.

Но как бы Джесс ни торопилась, она все равно заглянула к Лаванде. Поздороваться. Поправить сбившееся одеяло, смочить пересохшие губы, привычно щелкнуть пальцем по лечебной карточке – словно от этого она сможет проработать хоть немного дольше.

Вечером она снова к ней зайдет. Расчешет волосы, ведь мать, которая постоянно рядом, кормит, убирает, меняет санитарные и лечебные карточки, никогда не успевает их расчесать. Потом прочитает книгу, одни и ту же книгу вот уже восемь лет. Или расскажет про то, какие странные запросы поступали сегодня в архив. Или про погоду на улице, что уже наступает осень и клены на вокзальной площади вот-вот вспыхнут яркими факелами. Или про то, что отец прочитал в газетах и рассказал за ужином…

Лекари говорят, что она ничего не понимает и не чувствует. Что это бесполезно и шансов нет. Но Джесс верила и копила деньги на самые сильные карточки, на самых лучших врачей, редкие зелья… Когда-нибудь это должно было помочь. Другой мысли она себе просто не позволяла.

На трамвай Джессика едва не опоздала. Вскочила на подножку буквально за секунду до того, как зазвенел колокольчик и желтый вагончик загрохотал по рельсам.

За окном поплыли одинаковые кирпичные дома, хлебные лавки, вывески мастерских, по мостовой стучали экипажи, а над крышами домов поднимались белые клубы пара. Чем ближе к вокзалу, тем больше становилось людей в железнодорожной форме и тем гуще пахло угольным дымом. Где-то впереди протяжно свистнул локомотив. Почтовый экспресс прибывал точно по расписанию.