Почти герой (2025)

Глава 1. Превратности войны

В обозной части, тянувшейся за основным войском, царила своя особенная атмосфера. Лишенная дисциплины передовой, но наполненная шумом и суетой тех, кто обслуживает армию. Стук молотов по подковам и звон сбруи смешивались с приглушенными голосами солдат, коротавших время за кувшинами дешевой браги.

Обоз – это не только повозки с провиантом и снаряжением. За армией всегда тянется разномастный люд: торгаши, наживающиеся на нуждах солдат, наемные лекари, кузнецы, кожевники, повара и священники. Шлюхи за пару монет готовы отвлечь бойцов от мыслей о скорой смерти, бродяги и беспризорники ищут случайный заработок или добычу в чужих карманах. Нередко можно встретить жен и детей солдат, вынужденных разделять с ними тяготы походной жизни.

В воздухе пахло гарью, кожей и чем-то кислым – возможно, недоеденным обедом, который кто-то выкинул рядом с лошадьми. Кое-где раздавалось шуршание – это крысы шарили в поисках остатков провизии.

Тодд, прогуливаясь между шатрами, остановился у одной из палаток, заметив Мару, стоящую у входа.

Он осмотрелся – Глена поблизости не было.

– Эй, Мара, – Тодд заговорил тихо, но с улыбкой, которую многие бы сочли обаятельной. – Не скучаешь тут в одиночестве?

Девушка обернулась, держа в руках корзину со стиркой. – Тодд? А ты что здесь делаешь?

– Да так, мимо проходил. – Он кивнул в сторону лагеря. – А ты в курсе, что завтра нас ждет сражение?

– Какое еще сражение? – насторожилась девушка. – Враг же в сорока лигах от нас.

– Грива минотавра, а ты не слышала? – Тодд картинно вздохнул, облокотившись на бочку рядом. – Эти наши командиры… Они же не предупреждают. Мы завтра идем в самое пекло, враг почти вплотную.

– Нам ничего не говорили, – пробормотала Мара, нахмурив брови. – Глен наоборот твердил…

– Да что там твой Глен, – махнул Тодд рукой и лучезарно улыбнулся. – Последний раз, когда его встречал он заказывал третий кувшин вина. Дальше стакана ничего не видит.

– Он снова пьет? – возмутилась Мара, со злостью роняя корзину.

– Ага, нам как раз жалованье упало, – Тодд достал из кармана мешочек, звякнув монетами. – Вот подумал: может, посвятим ночь... э-э... развлечениям? Ну, чтобы уйти в бой с улыбкой.

– А что скажет Глен? – нахмурилась Мара.

– Глен? Да не скажет он ничего, – Тодд махнул рукой, как будто отгоняя назойливую муху. – Мы с ним кореша. А у нас, у солдат, знаешь, какое правило?

Мара вскинула брови. – Какое ещё?

– Кореша делятся всем, – Тодд усмехнулся, качнув бровями. – Тем более, что он ничего и не узнает.

Девушка засомневалась, но любопытство брало верх. – Ты слишком уверен в себе, Тодд.

– Ну, в этот раз я точно прав. – Он еще раз потряс мешочком с жалованьем, звякнув монетами. – Кстати, раз уж пошла такая пьянка, вот тебе – на новое платье. Или что там тебе ещё хочется?

Тодд ловко сунул мешочек в карман её платья, висевшего на жерди внутри палатки. – Видишь? Я не просто пустозвон. Деньги – твои, удовольствие – общее.

Мара, немного смутившись, слабо улыбнулась, а Тодд продолжал с напускной легкостью: – Мара, ну ты только подумай. Завтра бой. Может, мы вообще в землю ляжем. А тут я – живой, тёплый и с монетами. Это ведь редкая удача!

Его голос был бархатистым и настойчивым. Девушка посмотрела на него, как будто взвешивая все за и против.

– Это неправильно…

– Неправильно? – Тодд изобразил оскорбленное лицо, приложив руку к сердцу. – Знаешь, что действительно неправильно? Спускать свое жалование на вино, а не принести любимой женщине!

Мара нахмурилась, но уголки ее губ дрогнули. – Ты хитрый, Тодд.

– Не хитрый, а практичный, – он подмигнул. – Мы ведь живём один раз, верно? А ещё я делаю это ради нас обоих. Думала я не замечал как ты иногда поглядываешь на меня? Жалеть же потом будешь…

Она вздохнула, сдаваясь. – Хорошо… но быстро! Пока Глен не пришёл.

– О, это мой девиз! Быстро, качественно и… э-э, незабываемо, – заулыбался Тодд, расстегивая рубашку и быстро ныряя в палатку.

Тусклый свет горелки дрожал, отбрасывая неуклюжие тени на тканевые стены. Тодд скинул рубаху, открыв жилистую грудь, и ухмыльнулся, наблюдая за Марой, которая всё ещё нервно озиралась на вход.

– Ну что ты как на виселицу идёшь? – подколол он, пытаясь справиться с ремнём, который никак не поддавался. – Расслабься, у нас ведь тут… как это сказать… культурная программа.

– Просто давай быстрее, – отрезала она, поднимая платье и ложась на тюфяк спиной.

– Есть, мэм! – отрапортовал Тодд, спустив штаны и ложась на нее сверху.

Движения Тодда были одновременно неуклюжими и чрезмерно самоуверенными. Его пыхтение больше напоминало звук кузнечных мехов. Мара молчала, вцепившись ногтями ему в спину и смотря перед собой.

– Знаешь, – сказал он, пыхтя, – если бы все сражения были такими, я бы уже генералом стал.

– Тодд, быстрее… – прошептала она, вскинув голову.

– Так я и стараюсь! – он театрально закатил глаза. – Не просто стараюсь – выкладываюсь, как на строевых учениях.

В этот момент ткань входа отворилась. Перед ними предстал Глен, обнаружив их в момент, какой ни одному мужчине не хотелось бы увидеть. Его лицо побагровело, глаза сузились, а руки сжались в кулаки.

– Ты, клыки тролля, что творишь?! – взревел Глен, хватаясь за рукоять меча.

Мара испуганно вскрикнула, моментально отпихнув Тодда и бросившись к Глену, натягивая платье на бедра. Она вцепилась ему в руку, которой тот пробовал вытащить меч.

– Это не то, что ты думаешь! Он... он сам!

– Да-да, – подхватил Тодд, ловко придерживая штаны одной рукой. – Я просто тут… разогрел обстановку, чтобы тебе проще было, дружище!

Пока внимание Глена было полностью сосредоточено на Маре, Тодд не терял времени. Он ловко подполз к жерди, на которой висело её платье, и сунул руку в карман, доставая мешочек с монетами.

– Глен! – внезапно завопила Мара, заметив его действия. – Он ворует деньги!

Глен обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Тодд с довольной ухмылкой поднимается на ноги, всё ещё придерживая спущенные штаны.

– Ну, во-первых, это мои деньги, – заявил Тодд, подтягивая штаны. – Ты главное не нервничай, друг. Деньги возвращаю, значит, всё по-честному. Ничего не было. А теперь – хвост гарпии, я побежал!

– Убью! – заревел Глен, бросаясь на Тодда.

Но он запнулся о сундук и сбился с шага. Этого времени хватило, чтобы Тодд ловко юркнул в противоположный вход палатки, растворяясь в темноте.

Уже издалека донесся его язвительный хохот: – Спасибо, Марочка, было незабываемо! Глен, ты счастливчик. Та-акая женщина…

– Ты труп! – ревел раскрасневшийся Глен ему в след. – Труп!

***

Походный трактир был шумным, полутемном местом, где за длинными деревянными столами сидели солдаты, обозники и прочий сброд, тянувшийся за армией. Запах браги, дешёвого вина и жирной похлебки смешивался с дымом от факелов. За стойкой трактирщик вытирал кружки, не обращая внимания на крики и ругань.

Тодд сидел за одним из угловых столов, с кривой ухмылкой покачивая в руке глиняный стакан с вином. Его рубаха была слегка расстегнута, а щетина блестела на загорелом лице. Он явно наслаждался моментом, то и дело громко хохоча, привлекая внимание окружающих.

– Вот скажите, друзья мои, – начал он, облокотившись на стол и обводя взглядом компанию солдат и обозников, собравшихся вокруг. – Кому вообще в голову пришла эта блестящая идея – завербовать меня в солдаты?

– Ты же сапер, да? – уточнил один из солдат, отхлебнув из своей кружки.

– Сапер? – Тодд театрально взмахнул рукой. – Это временные, так сказать, обстоятельства жизни. Знаете, я ведь был знаменитым охотником за артефактами. О, мои услуги заказывали бароны, графы, да даже герцоги! Все обо мне слышали!

Солдат напротив хмыкнул: – Да ну, серьезно?

– А то! – Тодд подался вперёд, заговорщицки понизив голос. – Как думаете, откуда у меня этот шрам? – Он провел пальцем по шее, где темная полоса напоминала след удавки. – Душили меня эльфы, пытаясь выведать, где я спрятал магическую сферу. А я что? Отдал? Хвост гарпии – не дождетесь!

Это было неправдой. Душили Тодда люди лорда Регара, когда тот решил кинуть своего нанимателя и оставить сферу себе. Несправедливо, когда за хорошо выполненную работу тебе причитается какой-то небольшой процент. Нет, Тодд был не тем человеком, кого можно так легко обмануть.

Правда ситуация повернулась к нему не лицом, а задницей, и он потерял все что имел. Но публика благодарно его слушала и Тодд не видел ничего дурного в том, чтобы немного приукрашивать свои рассказы.

– Я тут исключительно из-за обстоятельств, понимаете? – продолжал Тодд, делая глоток, – Долги, пара неудачных сделок, ну вы знаете как это бывает. Теперь вот я с вами. Но, – он поднял палец, – судьба привела меня в армию не случайно! Знаете почему?

– Почему? – подался вперёд кто-то из обозников.

– Потому что война, друзья мои, – это всегда про золото, – Тодд хлопнул ладонью по столу. – Судите сами: лорды платят, генералы сулят награды, а главное – на поле боя можно найти удивительные трофеи.

– Пока ты нашел только кувшин вина, – ухмыльнулся один из солдат.

– Слышь, – ответил Тодд с ленивой улыбкой, – ты, случаем, не из рода философов? Всё понимаешь, а сам ничего не делаешь.

Компания загоготала. Тодд допил вино и снова налил из большого кувшина, стоящего на столе.

Когда вино слегка ударило в голову, Тодд откинулся на спинку стула и наклонился ближе к слушателям.

– А знаете, кто тут настоящий герой? – начал он с преувеличенной серьезностью.

– Ты, что ли?

– Нет, – Тодд драматически помахал рукой. – Глен, вот кто. Этот парень – настоящий стратег. Каждый раз как его вижу он рассказывает как лучше управлять войском. Всё время болтает о том, какие офицеры тупые, лорды продажные, а король вообще не знает, где у него меч висит.

– Да ну, врёшь! – засомневался солдат.

– Клянусь своим пустым кошельком, – Тодд картинно поднял руку. – Я как-то слышал, как он говорил, что вся эта война – просто способ для дворян компенсировать размер своих маленьких пиписек!

– Вот это да! – воскликнул кто-то из обозников. – И он живой? За такие-то речи?

– Ну среди нас же нет тех, кто на него донесет, правда? – Тодд повысил голос, чтобы его услышало как можно больше людей. – Хотя по острию ножа ходит, парень. Я бы поостерегся такие слова вслух произносить…

Смеясь, он налил ещё вина, довольный тем, как ловко оговаривает Глена. Внутри он радовался – ведь когда внимание будет направлено на его товарища, тот не сможет ему мстить. А Мару можно будет присвоить себе бесплатно.

– Ладно, – сказал он, поднимая кубок. – За нас, друзья! Пусть наши лорды и Его Величество будут жить долго и правят мудро!

Одобрительный гомон заполнил трактир, пока Тодд мысленно подсчитывал, на сколько еще кувшинов вина ему хватит денег. Тодд подкинул пустую кружку на ладони, будто решая, стоит ли продолжать. Публика была уже достаточно разогрета его рассказами, поэтому он махнул трактирщику, чтобы тот нес добавки.

– Знаете, что самое забавное в этой жизни? – протянул он, почувствовав, что ситуация позволяет добавить немного драматизма. – Золото – штука, конечно, хорошая, но оно никогда не греет так, как… ну, любовь.

– Ты что, любил? – усмехнулся один из солдат, отхлебнув из своей кружки.

– О, любил, – тяжело вздохнул Тодд, откидываясь на спинку стула. – Её звали Ларена. Волосы, как тёмное пламя, глаза, в которых можно утонуть. Она была волшебницей – очень способной. Мы вместе охотились за артефактами, вместе проходили через такие вещи, что вам и не снились.

– И что случилось?

Тодд выдержал паузу. Воспоминания неприятным образом сдавили горло.

– Наши пути разошлись, – произнёс он нехотя, глядя в кружку. – Она была слишком правильной, знаете? Всегда говорила, что артефакты должны возвращаться хозяевам, а не оставаться в чужих руках. А я… ну, вы же знаете меня. У меня своё понимание "справедливости". Я считал, что магическую сферу, способную управлять погодой, нужно отдать старосте одной деревни, где была засуха…

Публика сочувственно закивала.

– Да, – грустно улыбнулся Тодд. – Она ушла, а я остался с огромными долгами и разбитым сердцем. До сих пор думаю о ней. Интересно, что с ней стало?

Он откинулся назад, наблюдая, как его слова проникают в головы слушателей. Вот оно – эта тишина и задумчивые лица, – идеальное завершение истории. Тодд обожал быть в центре внимания, особенно когда это не стоило ему больших усилий.

Но самого себя не обманешь, и воспоминания нахлынули темной волной. Ларена действительно много для него значила. Рядом с ней он становился… лучше, что ли? Начав как напарники, они спустя долгое время склок и конфликтов полюбили друг друга.

Тодд вслух об этом никому не признавался, но он хотел бы повернуть время вспять и принять другие решения. Отдать тот злосчастный артефакт лорду Регару и не заваривать всю эту кашу. Да, сейчас он бы поступил иначе.

Наверное сфера до сих пор дожидается его близ той самой деревушки в старом колодце. Он не успел ее продать, но и людям графа Регара не сказал, где похищенное. Возможно когда-нибудь он туда вернется и выручит много денег.

Но Ларену этим уже не вернуть. Ох, Ларена, Ларена… Два года он уже в армии. А как она? Где она? Интересно, смогла ли простить его?

На секунду он словно застыл, но тут кто-то толкнул его в плечо:

– Ты, Тодд, романтик, оказывается!

Он быстро сменил выражение лица на прежнюю ухмылку и выдал: – Да, ребята, романтик. Только с моим везением жениться я смогу разве что в старости.

Компания расхохоталась, а Тодд поднял кружку, чтобы скрыть горечь, мелькнувшую где-то глубоко внутри.

“А ты бы вообще хотела снова увидеть меня?” – мелькнула мысль, которую он тут же отогнал. За прошедшие годы те качества, которые она ненавидела в нем, стали только хуже.

Пьянка продолжалась, он о чем-то еще рассказывал, иногда говоря правду, а иногда привирая. Но наступил момент, когда он театрально вывернул свой кошель наружу, демонстрируя, что там пусто.

– Всё, ребят! – объявил он, покачивая головой с видом полного раскаяния. – Ни монет, ни капли достоинства не осталось. Пора идти спать.

– Да ладно тебе, Тодд, – усмехнулся один из солдат, наливая ему из своей кружки. – Угощу тебя на посошок.

– У-у, за это я подниму тост! За тех, кто никогда не считает чужие монеты!

Компания одобрительно загудела. Тодд осушил кружку одним махом, поднял руку в прощальном жесте и, пошатываясь, направился к выходу.

За пределами трактира ночь казалась темнее, чем на самом деле. Лагерь был полон приглушенных звуков: вдалеке кто-то негромко спорил, слышался храп, лошади фыркали, недовольно перебирая копытами. Дым от костров мешался с запахами пота, сырой земли и навоза.

Тени от палаток и шатров будто жили своей жизнью, шевелились от огней костров, протянутых верёвок и случайных движений. По краю дороги струился мутный ручеек. Остановившись возле него Тодд приспустил штаны и помочился в воду.

Проходя мимо поилки для лошадей, он услышал, как кто-то из обозников ругался, разбирая привязь. Рядом приглушенно переговаривались часовые, кто-то вслух считал стрелы. Казалось, даже ночью лагерь не замирал полностью, но при этом оставался каким-то измотанным и уставшим.

Тодд шел, покачиваясь и пытаясь вспомнить, в какой части лагеря его палатка.

– Так, – он остановился и попытался собрать мысли. – Сектор... какой у нас там? Третий? Нет, четвертый. Или пятый?

Его взгляд блуждал по одинаковым палаткам.

– Хвост гарпии, что за лабиринт, – проворчал он, осматриваясь.

Его ноги едва слушались, а голова гудела. Через несколько минут хождения по кругу Тодд вдруг почувствовал, как земля под ногами предательски поехала.

– А? Что за… – успел пробормотать он, прежде чем соскользнул в канаву.

Он рухнул в грязь с неприятным чавканьем, едва не ударившись головой о корыто. Рядом лошади удивлённо фыркнули, отступая от странного гостя.

– Вот это да… – простонал Тодд, лёжа лицом вниз в смеси грязи, навоза и воды. – Великий охотник за артефактами... прямо в канаве.

***

Утро было неприветливым. Голова гудела после вчерашнего загула, изо рта воняло. Он проснулся там же, где и упал. В канаве. Влажная грязь облепила рубаху, а сапоги наполовину утонули в вязкой жиже.

– Хвост гарпии, это что – мой рот умер и разлагается? – пробормотал он, пытаясь сесть. Грязь чавкнула, как будто негодуя, что его приходится отпускать из своих объятий.

Оглянувшись, Тодд понял, что выбрал не такое уж и плохое местечко для ночлега – рядом с поилкой для лошадей. Над ним нависло несколько конских морд, явно недовольных столь нахальным соседом.

– Простите, дамы, – усмехнулся он, опираясь на борта поилки.

Первым делом он хорошенько напился, после чего окунул голову в затхлую воду, пытаясь смыть грязь. Поднявшись на ноги, Тодд почувствовал, как всё тело ломит. Казалось, каждая кость в его теле решила подать жалобу на своего владельца.

Лагерь жил своей шумной жизнью. Солдаты суетились у телег, вороненая броня скрипела, а повара разливали кашу, похожую на густое тесто. В воздухе смешивались запахи гари и подгоревшей рыбы. На заднем плане лаяли собаки и ругались обозники. Тодд глянул на свои штаны, покрытые пятнами неизвестного происхождения.

– Ну, красавчик. Ещё немного – и тебя можно будет выставить в трактире как живую рекламу похмелья.

Он протер глаза и направился в лагерь. Его взвод уже давно покинул место стоянки.

– Проклятье, – выругался Тодд, почесывая щетину. Что ж, похоже, его утренний план – не попасться на глаза начальству – накрылся.

На поиски товарищей ушло время: он брёл по лагерю, умудряясь наступить то в навоз, то на чей-то плащ, а однажды даже вляпался в перевёрнутое ведро с остатками овсянки. Лагерь в утренней суете напоминал муравейник, где каждый знал своё место, кроме него.

Наконец, он нашёл свой взвод у офицерского шатра. Все стояли в ряд,вытянувшись по струнке. В центре выделялся молодой лейтенант явно голубых кровей с нервным выражением на лице. Свою нервозность он тщетно пытался скрыть за маской строгости.

– Тодд! – воскликнул капрал Бумми, увидев его. – Хвост гарпии, ты вообще понимаешь, который час?

– Время, чтобы выпить? – с надеждой в голосе простонал Тодд, пробираясь ближе.

Бумми покачал головой, но ничего не успел сказать. Вперед вышел офицер. Лейтенант, заметив Тодда, мгновенно переменился в лице – гнев, с примесью растерянности, охватил его.

– Рядовой, ты выглядишь как... – он осёкся, пытаясь подобрать слова. – Как тот, кто провёл ночь в обнимку со свиньями!

– Ой, спасибо за комплимент, – усмехнулся Тодд. – Но, к сожалению, я предпочитаю женщин. Хотя... если офицер лично рекомендует свиней, то...

– Молчать! – рявкнул лейтенант, его голос чуть дрогнул. – Ты опоздал. Ты грязен. И ты... – он оглядел Тодда с головы до ног, задержав взгляд на пятне на штанах. – Ты – позор армии!

– Позор армии? Ого, я расту в званиях, – язвительно протянул Тодд. – Вчера был просто сапером, а сегодня уже символ всего вашего гнева. Что же будет дальше?

Офицер не оценил юмор.

– Твои шутки закончились, рядовой! – проревел он. – Через несколько часов – бой! Настоящий бой, а не твои пьянки! Если ещё раз такое повторится, я лично отдам тебя под трибунал!

– О, трибунал. А там кормят? – спросил Тодд, поднимая брови.

Офицер побледнел, но не нашёл слов. Вместо этого он резко махнул рукой:

– Все по местам! Готовьтесь к построению! Капрал!

– Слушаю, сэр! – Бумми шагнул вперед.

– Проследи, чтобы через час этот солдат был чист и вооружен. Пойдет в первый рядах.

Тодд моргнул. В первых рядах? Сражение? Только сейчас до него начало доходить, что ситуация куда серьезнее, чем ему казалось.

Бумми отвел его в сторону и тихо сказал:

– Ну ты и идиот. Хотя… бывает. Рад был служить с тобой, Тодд. Кому после битвы отдать твои пожитки?

***

Тодд медленно взбирался на холм, пинками выгоняя из головы мысли о том, насколько он ненавидит, когда ему приказывают. Мысли о прошлой жизни, где он был свободен как ветер, проносились в голове со злой иронией.

На вершине холма тоже был ветер. Холодный и противный. В руках Тодд, скрепя зубами, тащил тяжелый металлический жезл – проводник магии. На плече – лопата, на поясе – фляга со спиртом, которую Бумми сунул ему перед отправкой. Пить или не пить – вопрос решился сам собой. Одним глотком он прогнал утреннюю дурноту, вторым – подбодрил себя. Третий был уже чисто за компанию с самим собой.

– Грива минотавра, – выругался он, останавливаясь и озираясь. – Если я и доживу до конца дня, это будет чудом. Хотя... кому я вру?

Холм был стратегически важным: на вершине он быстро выбрал место для установки магического жезла. Эту тяжелую штуковину он дотащил с большим трудом, чуть не надорвавшись. Его задача – воткнуть жезл в землю, закрепить и молиться, чтобы враг не пошел в атаку раньше времени. За спиной он слышал гул большой армии – союзное войско выстраивалось в боевые порядки.

Впереди, на противоположной стороне долины, маячили ряды врагов. Тодд прищурился, чтобы разглядеть. Эльфы. Эти длинноухие выскочки выстроились аккуратно, словно собирались не убивать, а проводить парад. Гномы же рыли траншеи, их низкорослые фигуры суетились внизу, как бронированные муравьи.

– Вот и они, – тихо пробормотал Тодд. – Уши – на бусы, бороды – на метёлки. Хорошо, что хоть фей нет. Эти вообще бесят больше всех.

Установка жезла, на удивление, оказалась не тяжелой, спасибо рыхлой почве. Спустя минут пятнадцать интенсивной работы лопатой артефакт крепко торчал в земле. Когда придет время, союзные маги пустят через него огромное количество энергии, взорвав все вокруг. Такой удобный холм слишком лакомая позиция, чтобы его не попробовали занять враги.

А значит – нужно убираться куда подальше, покуда яйца гарпии не зазвенели над ухом. Логичнее было бы сразу вернутся к своему войску, но у офицера на Тодда зуб, и чутье подсказывало, что ему вручат еще один жезл и отправят на новое задание. И так до тех пор, пока армия врага не пойдет в атаку. А там останется лишь подохнуть.

Планы на собственную жизнь у Тодда были несколько иными, поэтому он решил придерживаться своего собственного плана на это сражение. Он спустится вниз к лесочку у подножия холма. Место он уже разведал, прежде чем тащить жезл на холм. И даже выкопал яму достаточно большую, чтобы зарыться по уши, оставив лишь трубку для дыхания. И флягу, с остатками спирта важно не забыть. На случай если победа потребует празднования.

– Просто и гениально, – ухмыльнулся Тодд.

Тодд встал во весь рост, подняв голову, чтобы посмотреть на будущее поле боя. Его темно-русые волосы трепал ветер. Рев рогов ударил по ушам, будто тысячи разъяренных быков ворвались в долину. Тодд прищурился и пробормотал:

– Ну, начинается...

Его взгляд скользнул по вражескому войску. Эльфы в сверкающих доспехах двигались стройными рядами, словно танцевали какой-то изысканный, смертельный балет. Их флаги развевались под ветром, и каждый воин выглядел так, будто сошёл с портрета. Даже луки и копья, которыми они были вооружены, были украшены причудливой резьбой.

Рев рогов повторился с новой силой, пробиваясь даже сквозь ветер. Тодд уже хотел было бежать к своему укрытию, но замер. Из-за леса на горизонте показалось нечто гигантское. Огромный феникс поднялся в воздух, взмахнув крыльями, от которых воздух наполнился жаром и пылью. Его перья переливались золотым и красным пламенем, а глаза, казалось, излучали ослепляющий свет. Даже с такого расстояния это создание внушало ужас.

– О, задница тролля... – прошептал Тодд, чувствуя, как сердце пропустило удар. – Вот это очень и очень плохо.

Он видел таких существ раньше – на рисунках, в рассказах, но никогда вживую. Феникс был не просто символом мощи эльфийской армии. Он мог переломить ход сражения в один миг.

Тодд бросился бежать вниз так быстро, что ветер заложил уши. Он отгонял тревожные мысли приятным предвкушением. В случае если их армия победит, то он откопает себя и окажется ближе всех к трофеям. Эльфы – это не бродяги-разбойники. На пальцах – кольца, на шее – цепочки. Эти побрякушки могли бы обеспечить ему комфортную старость. А уши! О, алхимики заплатят целое состояние за связку эльфийских ушей.

Гномы, в свою очередь, тоже не уступали. Их броня сияла, а молоты в руках выглядели так, будто стоили очень дорого. На худой конец, если дорогие трофеи разгребут рыцари и кто порасторопней, то даже дети знают, что сушеный пенис гнома приносит удачу и их тоже можно выгодно продать.

Главное, и это мысль Тодда беспокоила все больше, чтобы союзное войско победило. Потому что если нет, то он окажется среди врагов и уже отрезать будут что-то ему. В таком случае можно попробовать дождаться ночи и по-тихому улизнуть, но все равно опасно. Он не знал правда это или нет, но кто-то ему говорил, что эльфы отлично видят в темноте, а из лука могут подстрелить ворону в полете.

Добравшись до своего укрытия, Тодд скатился вниз, словно ящерица в расщелину. Ветки были собраны наспех, но с умом: их он аккуратно уложил поверх ямы, создавая каркас. Затем быстро набросал сверху земли, приравняв её так, чтобы снаружи укрытие казалось обычным кусочком лесного пейзажа.

– Ну вот, – пробормотал он, шлепнув по земле ладонью. – Хоть что-то я умею делать идеально.

Фляга, которая висела на его поясе, теперь плотно заняла своё место рядом в укрытии. Тодд открутил крышку, сделал жадный глоток, затем ещё один, и выдохнул, почувствовав, как жидкость разливается теплом по горлу. Это тепло, впрочем, не снимало тревоги, что бурлила внутри.

Лопату он разместил под боком, словно боевое оружие, готовое в любой момент вступить в дело. Ещё один взгляд вверх – и он подтянул последнюю ветку, прикрыв её листьями. Свет в укрытии почти исчез, оставляя лишь тусклые полосы, пробивающиеся сквозь листья. Теперь он был в безопасности. Или, по крайней мере, так себе внушал.

Снаружи, по мере того как битва разгоралась, лес ожил звуками войны. Вдали слышался гул рогов и барабанов. Этот звук сменился топотом тысяч ног и сотен копыт – обе армии рванули друг к другу, и в следующую секунду земля под ямой вздрогнула от столкновения. Грохот металла о металл, звон щитов, раздирающие воздух крики наполнили его укрытие.

– Мда, – тихо сказал Тодд, делая очередной глоток из фляги, – хорошо, что я не там.

Звуки сражения становились всё ближе. Он различал удары молотов по броне, отчаянные вопли раненых и глухие звуки падающих тел. Иногда сквозь этот хаос доносился хруст – вероятно, ломающиеся кости или разрываемая плоть. Магия добавляла свою мелодию: свист разрезающего воздух огненного шара, громоподобный взрыв, когда заклинание попадало в цель.

Тодд ощущал вибрацию земли и в какой-то момент ему даже стало немного страшно. Особенно когда сквозь узкие прорехи между листьями и землей он увидел движение в стороне. Группа эльфов с луками пробиралась по нижнему склону холма. Они точно обнаружат жезл, а значит…

“Что за идиот придумал магию? – подумал Тодд, стараясь не отвлекаться. – Только создали больше способов умереть”.

Яркая вспышка. Белый свет заполнил всё вокруг, обжигая глаза. Жезл взорвался с такой мощью, что звук удара оглушил Тодда даже через укрытие. Он машинально закрыл голову руками, инстинктивно втягиваясь в землю ещё глубже.

Взрывная волна пронеслась от холма, сметая всё на своём пути. Деревья над его укрытием треснули, их стволы переломились, словно палочки. Листья, обломки веток и целые комья земли посыпались вниз. Тодд закашлялся, почувствовав, как легкие заполнились пылью.

Яркое пламя озарило горизонт, и где-то наверху, на месте жезла, всё ещё бушевал магический шторм.

Тодд лежал неподвижно. Его голова гудела, будто по ней ударили молотом. Он потрогал уши – крови не было, хотя звуки стали приглушенными, словно он оказался под водой.

– Ну, хвост гарпии, – прошептал он хрипло, вытирая пыль с лица, – это было близко.

Он поднял голову, осторожно приподнимая ветки, чтобы осмотреться. Холм выглядел как после удара метеора: всё вокруг было уничтожено, деревья повалены, земля обуглена. Если бы он не лежал в яме, шансов выжить не было бы вовсе.

Тодд сделал глубокий вдох, поднес флягу ко рту и вытряхнул последние капли спирта себе на язык.

Он выбрался из своей ямы, медленно и осторожно, осматриваясь вокруг. Прятаться больше было негде: взрыв полностью раскурочил холм, уничтожив кусты и деревья вокруг. Пыль еще висела в воздухе, оседая на его растрепанные волосы и одежду, а запах гари щипал нос.

Тодд двинулся к тому, что осталось от холма, стараясь двигаться быстро. Под ногами хрустели обугленные ветки и засохшая трава. Вскоре он наткнулся на тело эльфа, лежащего на спине. Его доспехи почернели, а лица было уже не узнать.

Уши тоже сгорели, с грустью отметил Тодд, но рядом заметил эльфийский меч.

– Ну, уж простите, – пробормотал Тодд, нагибаясь к оружию. Он попытался поднять его, но металл оказался раскалённым, и жар обжег ладонь. – Грива минотавра, – выругался он, сжимая руку.

От злости он начал пинать тело убитого эльфа, за чем и застал его другой эльф. Этот был жив, хотя явно ранен: кровь сочилась из его правого бока, а на шее поблескивали амулеты. Их слабое свечение говорило о магической защите, что, видимо, и позволило ему выжить. Однако в глазах эльфа читалась растерянность – взрыв явно хорошенько оглушил его.

– Ну что, длинноухий, – произнёс Тодд, хватая свою лопату обеими руками, – твои уши мне пригодятся!

Эльф, несмотря на ранения, стоял прямо, держа меч. Он выглядел как картина древнего мастера – высокий, грациозный, явно благородный. Но это не впечатлило Тодда.

Он рванул вперёд, занося лопату для удара. Но эльф, несмотря на шок после взрыва, легко уклонился. Лезвие лопаты рассекло воздух. Второй удар эльф парировал так же легко – его меч с глухим звоном скользнул по черенку.

– Вот это уже не смешно, – пробормотал Тодд, уклоняясь от опасного выпада.

Эльф, хотя и двигался медленно, демонстрировал мастерство, то которого Тодду было далеко. Каждое движение было выверенным, точным, как будто он находился в тренировочном зале, а не на поле боя. Стоило одному из этих ударов достичь цели, и Тодд окажется распоротым, как жареная курица.

– Проклятье, ты что, всю жизнь готовился убивать таких, как я? – выкрикнул Тодд, блокируя ещё один удар лопатой. Её древко затрещало, но выдержало.

Эльф не ответил – лишь холодный взгляд и короткий выпад, заставивший Тодда снова пятиться. Ещё несколько секунд, и Тодд понял: в честной схватке ему не выжить. Он не мог перефехтовать умелого воина лопатой. Но честность никогда не была его сильной стороной.

Сделав вид, что собирается ударить снова, Тодд резко отступил назад, потом бросился вправо. Эльф обернулся, но слишком медленно. Тодд уже оказался сбоку от него.

– Держись, дружок! – крикнул он и со всей силы толкнул его.

Эльф, теряя равновесие, кубарем полетел вниз по остатку холма. Тодд, не теряя времени, бросился за ним. Эльф попытался подняться, опираясь на меч, но Тодд оказался быстрее.

– Обломись, остроухий выродок! – прорычал он, занося лопату.

Удар – один, второй, третий. Кровь забрызгала землю вокруг, а тонкие черты эльфийского лица исчезли под безжалостными ударами. Тодд бил, пока не убедился, что враг не поднимется. И только потом осознал, что в пылу ярости испортил уши. Обидно.

Зато на эльфе было много амулетов. И меч. Не теряя времени даром Тодд быстро начал обирать покойника, пряча артефакты по карманам. Перстни стянуть не получилось, поэтому пришлось отрубить вместе с пальцами.

Тодд с восторгом поднял меч. Лезвие было изящным, лёгким и смертоносным. Он невольно содрогнулся от того, как легко это оружие прошло бы через его собственную плоть. Повезло. Удача сегодня на его стороне. Но надолго ли?

Поднявшись по разрушенному склону холма, он остановился на вершине. Отсюда открывался хороший вид на поле битвы.

С высоты холма сражение напоминало живую, хаотичную картину. Гномы и латники с обеих сторон врезались друг в друга, как две сходящиеся лавины. Каждый удар молота по щиту отзывался глухим гулом. Люди, вооруженные алебардами и мечами, пытались пробиться через низкие и массивные фигуры гномов, но те держали строй, словно их доспехи были продолжением их тела.

С правого фланга эльфы осыпали ряды человеческой пехоты стрелами. Точность и скорость, с которой они стреляли, была пугающей. Почти каждая стрела находила цель, и каждый залп уменьшал человеческие ряды. Пехотинцы с криками падали, кто-то пытался прикрыться щитом, но это лишь замедляло неизбежное.

В центре поля големы – огромные магические конструкты – медленно продвигались вперед. Их массивные тела, сделанные из камня и металла, сокрушали всё на своём пути. Они шагали через линии врагов, давя гномов и эльфов. Каждый их удар, будь то кулак или гигантская нога, поднимал в воздух сразу нескольких противников. Но даже такие исполины получали ответный урон – гномы забрасывали их взрывными снарядами, которые откалывали куски камня, а эльфийские маги метали заклинания, пытаясь остановить их поступь.

Над полем битвы так же кружил феникс. Его крылья распахивались с ужасающей грацией, и каждый взмах разбрасывал огненные волны, сжигая целые отряды дотла. Там, где он пролетал, оставались лишь обугленные остатки людей и конструктов. Паника, которую он сеял, была заразительной – даже закаленные воины бросали оружие и бежали, спасая свои жизни.

Тодд заметил, как по фениксу начали стрелять союзные маги. Яркие сгустки энергии ударили в крылья и грудь птицы, заставляя её издать оглушительный крик. Феникс взмыл вверх, набирая высоту и улетая прочь, явно с намерением сделать крюк для нового захода на атаку.

Тодд провел языком по губам, чувствуя сухость во рту. Вид сверху давал ему понимание – здесь никто не выигрывает. Это было сражение не на жизнь, а на выживание. Он сжал меч крепче.

Кто-то толкнул Тодда в спину, отчего тот чуть не наложил в штаны. Он знал, что на холме никого не было кроме него. Рефлекторно он хотел рубануть с плеча мечом, но вовремя опомнился. И, как оказалось, не зря: его задел союзный маг, вывалившийся из портала.

Тодд отступил на два шага назад, все еще крепко сжимая меч. Однако колдун, похоже, его даже не заметил. Его пестрая мантия была изодрана в клочья, лицо перемазано сажей и кровью, а посох – отсутствовал.

“Что это за маг такой без посоха?” – мелькнула ехидная мысль, но тут же была отброшена. Некоторые маги, как известно, умеют читать мысли.

Этот, похоже, не умел или уже не мог. Он сделал ещё около двадцати шагов, а затем рухнул на землю. Тодд огляделся по сторонам и, не заметив никого вокруг, решил подойти ближе. Маг, лежащий на земле посреди хаоса битвы, выглядел совсем обыденно. Никому, кроме Тодда, не было до него дела.

– На войне как на войне, – подумал он. Маг умер, а его пожитки теперь принадлежат тому, кто первым их нашёл. За такое медали, конечно, не дают, но золотой кулон мага куда приятнее в руках, чем медная бляшка.

Тодд опустился рядом с телом на колени, почти сразу заметив, что маг всё ещё дышит. Это было... не слишком удобно. Одно дело ограбить, другое – убить.

– Как нехорошо, – пробормотал он, а потом попробовал усыпить бдительность мага: – Я помогу. Не переживайте. Я великий герой и сразил сегодня более тридцати эльфов. Зовут меня Тодд. Я не рыцарь, но мне не чужды рыцарские поступки.

Его рука заползла под мантию мага, тут же испачкавшись в липкой и горячей крови. Тодд брезгливо отдернул руку, но быстро взял себя в руки и продолжил обыскивать полумертвого мага. В конце концов, на войне каждый за себя.

Тодд, неожиданно почувствовал как чья-то рука схватила его за запястье. Он дернулся, но хватка оказалась неожиданно сильной. Маг открыл глаза, наполненные тусклым голубым свечением. Его пальцы впивались в руку Тодда, а медальон, висевший на его шее, засветился ярким светом.

– Яйца кентавра, что за... – начал Тодд, но слова застряли в горле.

Перед глазами всё поплыло: мир начал искажаться, как в кривом зеркале. Гул битвы вдали смешался с низким вибрирующим звуком, проникающим прямо в голову. Казалось, кто-то силой пытался влезть в его разум, стирая грань между реальностью и видениями.

– Ах ты скотина!

Тодд машинально ударил кулаком мага по лицу. Удар был резким и сильным, отчего маг ушел в отключку. Свечение медальона погасло, а мир постепенно вернулся в норму.

Тодд потряс головой, стараясь избавиться от странного ощущения. Боль в черепе осталась, словно кто-то вонзил в него железный клин.

– Вы посмотрите какой гад! – воскликнул он, глядя на бесчувственного мага. – Я к нему со всей душой, помочь хотел! А он, скотина, чуть мне мозги не сварил!

Злобно посмотрев на лежащего мага, Тодд сорвал с него медальон. Карманы уже были забиты амулетами, и, недолго думая, он надел находку себе на шею.

– Ну и подыхай тут! – бросил он, пренебрежительно махнув рукой.

Он повернулся, готовясь покинуть холм, но внезапно над ним пронеслась огромная тень. В груди появилось глухое чувство тревоги. Что-то огромное летело прямо на него. Подняв голову он увидел силуэт феникса в двухстах футах в воздухе.

Сомнений не оставалось, феникс прилетел добить мага. А он, Тодд, находился всегда в шаге от него.

– Ну, хвост гарпии... – выдохнул он, не находя слов.

Пламя вокруг феникса вспыхнуло ярче, а с каждым взмахом его крыльев воздух наполнялся жаром. Птица ускорялась, нацеливаясь на холм, где стоял Тодд. У него не было времени сбежать.

– А ну-ка, прикрой меня, дружок! – крикнул он в отчаянии, хватая тело мага.

Свалив его на себя, Тодд упал на землю, пытаясь использовать мага как щит. Но в глубине души понимал как это глупо.

Он прижался к земле так плотно, как только мог, покрывшись холодным потом. В ушах стоял оглушающий свист – феникс приближался.

Огненная волна обрушилась на холм. Жар, сжигающий всё на своём пути, пронзил воздух и казалось, что сам мир закричал от боли. Одежда вспыхнула, а за ней кожа и плоть. Тодд чувствовал как покрывается ожогами, как жар выдавливает воздух из лёгких. В глазах всё плыло, звуки битвы растворились в реве пламени.

Последней его мыслью было сожаление о том как бездарно закончилась его блестящая карьера, и как хорошо, что он успел напиться спирта.

Глава 2. Кровные узы

Тодд открыл глаза и сразу пожалел об этом. Голова трещала, а тело ощущалось так, словно его переехал обоз минотавров. Высокий потолок украшала хрустальная люстра, сверкавшая так ярко, что Тодд поморщился. "Грива минотавра, это не похоже на походный лазарет," – пронеслось в голове. Оглядевшись, он заметил тяжелые шторы из парчи, изящную мебель и даже гобелен с какой-то древней битвой.

“Я что умер и попал в царство богов?” – мелькнула мысль.

В дверь мягко постучали, и в палату вошел мужчина в белоснежной одежде. На его голове был платок санитара, только слишком уж чистым был этот мужик.

– Спокойней, милорд. Вы получили ранение... – начал он.

“Милорд?” – Тодду захотелось рассмеяться, но лицо так болело, что он не смог. Последний раз его так величали, когда… м-мм… он попытался вспомнить. Когда же это было? Ай, не важно.

– Эй, – тихо позвал он. – Где я? И когда будут кормить?

Мужчина приблизился к нему. Его руки начали хозяйничать по телу Тодда. Только сейчас он понял, что абсолютно весь – в бинтах.

– А ну руки прочь! Я не по мужикам!

Санитар отошел на шаг назад.

– Я позову доктора, – сухо заметил мужчина.

– Зови-зови, – отозвался Тодд, скривив лицо. – А ещё, если можно, жратвы сюда. Или ты думаешь, я воздухом питаюсь?

Когда санитар вышел, Тодд остался в одиночестве. Постель неожиданно оказалась мягкой, а белоснежные простыни – не колючими, как он привык. И клопов не было. С одной стороны это радовало, но с другой – настораживало.

Дверь снова отворилась. На этот раз вошла женщина. Тодд оценил ее придирчивым взглядом. Не первой свежести, почти старуха.

Он попробовал подняться на локтях и ахнул от поразившей его боли. Хвост гарпии! Что с ним вообще случилось?

– Лежите спокойно, милорд! – испугалась женщина. – Вам нужен покой. Уже чудо, что вы сумели выжить. Мы очень переживали.

– Как будто меня избили орки, – Тодд застонал. – Может есть у вас какое-то обезболивающее? Я бы не отказался от алкоголя.

Она строго покачала головой.

– Ни в коем случае. Вот. Это поможет.

Женщина достала флакончик с тёмной жидкостью и ложку.

– А можно самогона? – спросил Тодд с надеждой.

– Пейте, милорд. Иначе боль не утихнет.

Тодд открыл рот, чтобы сказать что-нибудь язвительное, но, вместо этого, сдался. Жидкость оказалась горькой, но боль почти сразу отступила.

– Ну и? Мы выиграли? – спросил он, стараясь, чтобы голос звучал небрежно.

– Да, милорд. Эльфы отступили. Не в последнюю очередь благодаря вашим усилиям. Вы – герой.

Тодд замер. Последнее, что он помнил, – как обшаривал карманы умирающего мага, как тот схватил его за руку, вспышку в голове. А потом... феникс. Огромная огненная птица, что налетела на него с небес. Тодд был уверен, что погибнет.

– Как я выжил?

– Вас нашли чудом, милорд. И сразу доставили в госпиталь близ Ауренхольма. Лучшие маги-целители боролись за вашу жизнь.

– Ауренхольм? Это же в тысячах миль от места сражения! Как они успели?

– Порталом, конечно.

Тодд конечно был не самым умным парнем на свете, но и тупым никогда себя не считал. В голове никак не укладывалось, что происходит.

– Эй, а мои вещи? – он неожиданно вспомнил за свои трофеи. – Где они?

Женщина отвела взгляд.

– Всё сгорело, милорд.

– Нет! – голос Тодда перешёл в отчаяние. Его буквально трясло. Пострадать так сильно и остаться ни с чем – он не мог этого вынести.

Женщина, немного помедлив, достала из кармана золотой медальон и вложила в его руку.

– Все кроме этого. Медальон архимага не так просто уничтожить. Именно он спас вам жизнь. Но ваши раны слишком серьёзны, и потребуется время, прежде чем вы восстановитесь. Особенно пострадала кожа. Пока придется походить в бинтах.

Тодд уставился на медальон, как заворожённый. Он лежал на ладони, чуть тёплый, с тонкими рунами, что светились мягким магическим светом. На лицевой стороне был выгравирован сложный узор, напоминающий солнце, окруженное сплетенными в кольцо ветвями.

"Ну и вещица. Вот бы толкнуть ее какому-нибудь коллекционеру," – мелькнула мысль.

И тут он вспомнил, как этот медальон оказался у него. Как он срывал его с мага, когда тот уже не мог сопротивляться. "Грива минотавра, я ведь сам повесил его себе на шею потому что карманы были забиты!".

– Милорд Ар`Дарх, – перебила его мысли женщина, – я понимаю, что сейчас не самое удачное время. Но вы должны знать: весь наш госпиталь гордится таким пациентом. Если вы и ваша семья сочтете возможным внести щедрое пожертвование, радости нашей не будет предела.

"Пожертвование?" – Тодд был настолько сбит с толку, что даже не сразу понял, о чём идёт речь. Он медленно поднял взгляд на женщину, которая улыбалась с почтительным, но весьма ожидающим выражением лица.

– Да, конечно. Я подумаю... Э-э, разумеется.

Женщина удовлетворенно кивнула и удалилась, оставив Тодда одного с его мыслями и медальоном.

Он провёл пальцем по рунам, пытаясь осмыслить всё происходящее. Одно было ясно – приняли его за неведомого ему архимага Ар`Дарха, отсюда и все эти почести.

***

Дни потянулись как мёд – липкие, тягучие и сладкие. Для себя Тодд решил, что сидеть без дела не станет. Первое, чем он занялся, – это окончательно убедил себя, что роль "Милорда Ар`Дарха" вполне ему подходит.

Восстановление шло черепашьим шагом. На второй день он наконец-то смог самостоятельно дотянуться до тарелки с едой. Правда, обрадовавшись такому прогрессу, Тодд умудрился опрокинуть суп прямо на постель. Служанка, увидев это, тут же бросилась оттирать пятна, пока Тодд с важным видом комментировал:

– А ты, милая, молодец. Тряпкой трешь энергично. Может и мне чего потрешь?

На третий день он, облокотившись на трость, сделал несколько неуверенных шагов. Это сопровождалось театральными стонами, которые раздавались так громко, что в соседних палатах думали, будто кого-то режут на части.

– Вот видишь, – хвастался он женщине-лекарю, которая пыталась объяснить, что нужно больше отдыхать, – гении магии восстанавливаются быстрее простых смертных. В следующий раз можешь не беспокоиться, если со мной что-то случится. Меня спасет моя уникальная воля!

К четвертому дню Тодд освоился настолько, что его пребывание в госпитале стало настоящим испытанием для персонала. Он требовал, чтобы ему приносили самое лучшее из кухни, прикрываясь своим "благородным статусом".

– Это что? Овощной бульон? А где мясо? Героям не пристало питаться как простолюдинам.

Служанка испуганно смотрела на него.

– Вам же еще нельзя мяса…

– Тоже мне…

Тодд отпустил ее царским жестом кисти, набрасываясь на еду с таким энтузиазмом, словно она могла исчезнуть в любой момент.

Когда ему наскучило просто требовать еду, он переключился на приставание к медсестричкам. Он отпускал комплименты, от которых девушки густо краснели, и сыпал грубыми шутками.

– Да ты светишься ярче, чем моя люстра, – сказал он однажды, ухмыляясь. – Главное чтобы этот огонь не угас. Могу раздуть пламя нашей страсти, ты только подойти ближе!

В один из дней, когда Тодд окончательно освоил самостоятельное передвижение, он решил исследовать палату и прилегающие комнаты. Прогулка вышла не из лёгких – ноги дрожали, трость предательски скользила по полу, но его любопытство было сильнее боли.

Вскоре он наткнулся на массивную дверь, за которой, как он догадывался, мог находиться "отхожий уголок". Нажав на ручку, Тодд вошел и застыл.

Комната оказалась просторной, как малая трапезная в замке. Пол выложен мозаикой, стены украшены резьбой и позолотой. В углу стояла массивная деревянная конструкция, покрытая лаком, а рядом – серебряный кувшин и чаша, причудливо украшенные узорами.

– Рога единорога, это что за магическая лаборатория такая? – воскликнул он, осматриваясь.

Он осторожно подошёл к деревянной конструкции, которая чем-то напоминала трон, только с круглым отверстием в центре. Над ним стоял металлический бак, в котором плескалась вода. Рядом висела цепочка с резным кулоном.

Тодд нахмурился, рассматривая устройство.

Проверив стул на устойчивость, он осторожно присел, кривясь от боли в ребрах. Всё шло нормально, пока он не заметил кулон. "Зачем он здесь?" – подумал Тодд. Инстинктивно он дернул за цепочку, и в этот момент вода из бака начала шумно стекать вниз.

– Рога минотавра! – вскрикнул Тодд, взлетев на ноги, как будто под ним разверзлась бездна. Он вцепился в трость, едва не упав, и замер, пока плеск не стих.

Он осторожно осмотрел бак, потом трон, а затем выдохнул, поняв, что это не магия, а, вероятно, хитрое изобретение.

– Ну ничего себе! Неужели в этом мире придумали способ сделать это... с комфортом? Ох уж эти благородные…

Вернувшись в палату, он не удержался и, увидев очередную медсестру, заявил:

– Вы там скажите своим ремесленникам – это устройство слишком умное для простого героя! Я чуть было душу не оставил, когда дернул за цепочку!

Та лишь рассмеялась.

Дни тянулись за днями. Врачиху, которая приходила проверять его состояние, звали Лейна Мерлис. Она была женщиной в возрасте, с высоким пучком седых волос и выражением вечной усталости на лице. У Тодда сложилось впечатление, что её глаза видели больше трагедий, чем любая армия.

Но Тодд умудрялся довести её железное терпение до предела.

Каждое утро Лейна заходила в палату и строго спрашивала:

– Милорд Ар`Дарх, как вы себя чувствуете сегодня?

– Как будто на меня сел огр, – отвечал Тодд, театрально закинув руку на лоб. – Только ваше присутствие скрашивает мои мучения, Лейна. Если бы вы были моложе, я бы сделал вам недвусмысленное предложение. Но к сожалению года не щадят никого…

Она закатывала глаза, проверяла бинты, выслушивала его жалобы и уходила, оставляя ему отвары и настойки, которые он пил через силу.

Однажды, когда Тодд уже уверенно ходил с тростью, он решил, что настало время внести разнообразие в свою "тяжёлую" жизнь. Под покровом ночи он выбрался из палаты, шурша бинтами, и направился к кухне. Голод одолевал его, а ожидание завтрака казалось вечностью.

Забравшись в кладовую, он обнаружил целую корзину с пирогами и начатую бочку эля. Не долго думая, Тодд забрал всё это добро и устроился прямо на полу, наслаждаясь моментом. Утром его обнаружила Лейна – он мирно храпел, обняв бочку, а вокруг него валялись пустые тарелки.

– Милорд Ар`Дарх, вы превзошли сами себя, – холодно сказала она, разбудив его. – Это был завтрак для всего персонала.

Тодд потянулся, зевнул, нахмурился, а потом заголосил:

– Ты как разговариваешь с архимагом, женщина?! На дыбу захотела?

На второй неделе Тодд решил, что пора развлекать себя иначе. Во время очередного визита Лейны он предложил ей заключить "сделку":

– Лейна, я тут подумал. Раз уж я все равно выделю вашему госпиталю щедрое пожертвование, может, вы устроите для меня что-то вроде экскурсии? Хочу увидеть, где всё это варится – отвары, настойки, эти ваши чудодейственные мази. А то лежу, как младенец, а ведь хочется хоть чем-то заниматься.

– Милорд, – ответила она строго, – вы ещё не полностью восстановились. Вам бы следовало больше отдыхать.

– Я же не прошу участия в ваших магических ритуалах. Просто покажите, где берёте эти свои отвары.

К удивлению Тодда, Лейна согласилась. На следующий день она привела его в лабораторию госпиталя, где маги и алхимики готовили лекарства. Как только она отвернулась, чтобы проверить что-то на полке, Тодд тут же сунул нос в первую попавшуюся склянку. Он поднял её на свет и понюхал.

– Ох, что это за дрянь? Напоминает орочье пойло! Какая тут крепость?

Лейна выхватила склянку из его рук, глядя на него так, будто он только что наступил на ее любимую кошку.

– Это концентрат для обработки ран, милорд. Если бы вы пролили его на руку, вы бы поняли, зачем я просила вас ничего не трогать.

– Ну ладно, извините, – небрежно бросил он, но тут же сунул в карман крошечный пузырек с ярко-зеленой жидкостью. "Разбавлю с водой и выпью," – подумал он, возвращаясь в свою палату.

В один из дней Лейна появилась в палате раньше обычного. Тодд как раз растянулся на кровати, закинув ноги на столик с остатками завтрака.

– Милорд Ар`Дарх, у вас посетитель, – сказала она сухо.

– Посетитель? – переспросил Тодд, напрягаясь. Его взгляд тут же заметался по палате, проверяя, всё ли выглядит достойно "великого архимага". – Кто такой смелый решил меня побеспокоить?

– Леди Аль`Элина фон Эренхарт.

Имя прозвучало словно гром среди ясного неба. Тодд понял, что гостья – очень важная особа.

***

Дверь открылась, и в комнату вошла женщина, которую Тодд никогда раньше не видел. Она выглядела как олицетворение аристократии: высокая и с черными волосами, идеально уложенными в сложную прическу. Глубокое декольте ее мантии подчеркивало пышную грудь, а глаза были холодными, как зимний ветер.

– Ар`Дарх, – произнесла она с лёгким наклоном головы. – Прости, что не прибыла раньше. Политическая ситуация в герцогстве Эллион сейчас напряженная.

Тодд нахмурился. Эта фамилия: фон Эренхарт. Где-то он слышал ее раньше. Точно-точно! Так иногда называли его самого служанки. А если у него… ну то есть мертвого архимага и у этой дамочки одна фамилия, то кто это еще может быть как не его супруга?

Она между тем продолжала:

– Герцоги и графы ссорятся, как дети. Политические альянсы рушатся. Тебе пора бы уже вернуться. Род фон Эренхарт не может оставаться в стороне.

Тодд уже не слушал. Его взгляд скользнул по изящным рукам, белоснежной коже и, наконец, задержался на груди. "Если это действительно жена архимага... А почему бы и нет?"

Пока женщина рассуждала о дипломатии, Тодд с тихой усмешкой подошел к ней со спины.

– Эй, милая, думаю, ты заслужила немного расслабиться после всей этой политики, – произнес он и резко схватился двумя руками за ее груди.

Женщина замерла. Несколько секунд в комнате было абсолютно тихо, пока Тодд с довольной ухмылкой "разминал" ситуацию.

– ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?! – раздался резкий голос, полный шока и ярости.

Тодд застыл.

– Э-э... приветственный жест? – пробормотал он, отскакивая назад, как будто грудь женщины внезапно обожгла его.

Она повернулась с таким видом, будто сейчас испепелит его взглядом.

– Ты в своем уме? Что с тобой не так? – её лицо было смесью ярости и искреннего недоумения.

– Ну, – Тодд пытался выкрутиться, но слова не шли, – я думал, ты... ну... жена, значит...

– Жена? – Она фыркнула, сложив руки на груди. – После ранения твой разум помутился сильнее, чем я думала!

– Так кто же ты?

– Я твоя мать! И всегда нею была…

Тодд застыл. Мать?! Хребет орка, он только что лапал маму этого несчастного архимага. В голове замелькали мысли: "Как теперь выкрутиться? Надо что-то сказать. Быстро!"

– Прости, мне просто... одиноко было, – выдавил он, с усилием пытаясь выглядеть искренним.

Аль`Элина прищурилась, недоверчиво разглядывая его, и неожиданно выдохнула.

– Ладно. Видно, твоё состояние и правда влияет на разум. Но мы разберёмся. Твой муж не смог приехать, он сейчас на передовой.

– Муж?! – выпалил Тодд, забыв обо всём.

Аль`Элина замерла, нахмурилась, и в её глазах зажглось подозрение.

– Да, Ар`Кайрон. Что за глупые вопросы, Дарх? Что с тобой?

– Ой, ну, – начал он, пытаясь собраться, – просто много мыслей... Ты же знаешь, эти травмы. Всё... путается.

– Путается, говоришь? – её голос стал ледяным. – А теперь расскажи, что это у тебя за говор? Ладно голосовые связки, мне сказали что они были повреждены. Но когда ты стал так выражаться?

– Говор? – Тодд лихорадочно искал оправдание. – Ну, это... результат общения с местным персоналом. У них, знаешь, жаргон такой. Хочешь чтобы тебя лечили, а не ноги вытирали – надо говорить, как они.

Аль`Элина смотрела на него, словно он только что признался, что провел годы в кабаке с троллями.

– Ты потерял память! – констатировала она с изумлением. – Как не вовремя, Дарх! Семья нуждается в тебе как никогда. Твой ум, твои связи – всё это сейчас критически важно!

Тодд поднял руки, пытаясь её успокоить.

– Ну, не так уж всё плохо. Я... э-э... постепенно вспоминаю.

– Постепенно нам не подходит! – её голос усилился. – Не волнуйся, мы это исправим. В следующий раз я вернусь с архимагами и мощными артефактами. Мы восстановим твою память.

Тодд чуть не задохнулся от её слов.

– Э-э, может, не стоит так торопиться? Я уверен, что всё само вспомниться. Дай мне немного времени, – его голос дрожал, но он старался не выдавать паники.

Аль`Элина смерила его взглядом, холодным и безжалостным.

– Нет, Дарх. Это нужно решить. И я позабочусь об этом.

Она развернулась и вышла из палаты, оставив Тодда наедине с тревожными мыслями.

"Рога минотавра... влип так влип, – подумал Тодд жалобно. – Теперь мне точно конец”.

***

Тодд сидел на своей кровати, завернувшись в одеяло, и размышлял, как именно его казнят, когда обман раскроется. Повесят? Четвертуют? Отдадут на съедение львам? Отрубят голову? Утопят? Колесуют?

А может быть все это вместе?

Задница тролля, что за идиотская идея была прикинуться этим архимагом? Ну да, поначалу уловка казалась неплохой… но сейчас-то как выкрутиться? Иметь дело с магической аристократией – это еще хуже чем со всякими лендлордами! Эти не просто отрежут голову, а сначала вынут душу, потом спалят тело, а пепел закинут в жерло вулкана... ради эксперимента.

Настроение быстро испортилось. Тодд грустил, перебирая в голове варианты как же ему спастись.

Решение пришло быстро – бежать. И чем быстрее тем лучше, пока все еще думают, что он милорд Ар`Дарх фон Эренхарт, архимаг.

Первая попытка закончилась его выходом на открытую прогулочную галерею. По ней он хотел спуститься вниз, найти ворота и ускользнуть.

Но порыв ледяного ветра чуть не сдул его с ног. Халат показался таким тонким, что зубы сразу же стали не попадать друг на друга.

А еще с галереи открывался пугающий вид. Перед ним вырисовывалась панорама гор, высоких и бесконечных, как сама вечность. Белоснежные вершины тянулись к небу, а внизу, так далеко, что становилось жутко, был виден лес. Снег искрился в солнечном свете, словно этот мир решил выставить напоказ все свое холодное великолепие.

И ни одного поселения в пределах видимости.

– Задница тролля... – прошептал он, ошеломленный увиденным. – Где, рога минотавра, я вообще нахожусь?

Ах да, его же перенесли сюда порталом. Вполне вероятно, что к этому госпиталю, который был не чем иным как огромным замком высоко в горах, вообще не шла ни одна дорога.

Тодд зябко передернул плечами. Здесь было холодно, так холодно, что казалось, даже мысли могли замерзнуть. Поэтому он быстро вернулся в палату и стал думать.

"Без теплой одежды я далеко не уйду. Провизия тоже нужна. А ещё… куда, клыки дракона, я вообще пойду?! Врачиха упоминала Ауренхольм – город золотых шпилей и мраморных соборов, но в пределах видимости его точно нет. А огромную столицу я точно бы увидел издалека. Яйца гарпии!”

Он оглядел палату. В ней не было ничего полезного – ни вещей, ни еды. Даже обуви у него не было, если не считать роскошных бархатных тапочек. А из одежды только несколько сменных шелковых халатов. Явно не лучшее походное снаряжение для похода в горы.

Времени на разведку так же не было. Аль'Элина фон Эренхарт могла вернутся в любую минуту, просто выскочив из портала с другими магами.

Тодд встал у окна, задумчиво глядя на дальние горные вершины. На стекло налипали снежинки, напоминая ему о том, что мир снаружи далеко не так гостеприимен, как ему хотелось бы.

Покинуть госпиталь? Легко. Это место не строилось как тюрьма, а значит, оно не предназначено для удержания людей. Главное – не привлекать внимание.

Ему нужно раздобыть одежду и припасы, да так чтобы никто не заметил. И потом он окажется один на один с этой снежной пустошью.

Тодд прищурился, разглядывая бесконечные хребты, уходящие за горизонт. Дорог не видно. Городов тоже. Только снег, лёд и безмолвие.

Он вспомнил всё, что знал о выживании. Жизнь охотника за артефактами научила его многому, но горы ему никогда не нравились.

Первым делом – позаботиться о тепле. Если замерзнут пальцы, он не сможет позаботиться о себе. А если замерзнет голова – все, считай он уже льдинка.

Второе – провизия. Без нее он продержиться максимум пару дней. Но на счет еды он не беспокоился. Местную кухню он обворовывал не один раз. А вот вода… много на своем горбу не утащить. Снег мог бы помочь, но его есть нельзя – это только ускорит охлаждение тела. Значит, нужно либо топить снег, либо искать ручьи. Костер из мокрого хвороста распалить ой как непросто…

Третьей проблемой было то, что он банально не знал, куда идти. Карты у него не было, местности он не знал. Единственный ориентир – солнце. Чтобы определить юг, он вспомнил, что в полдень солнце находится в южной части неба. Значит, нужно будет следить за его положением: утром оно окажется слева, а ближе к вечеру – справа.

– А ты ничего не забыл? – спросил Тодд у самого себя. – Ну там про лавины, диких зверей, а вполне возможно и магических тварей?

Тодд протяжно застонал, отходя от окна. Хвост гарпии, ну и передряга! Но выбора все равно нет. Лучше шанс на спасение, чем верная гибель, да еще и под пытками.

Накинув золотой медальон архимага на шею, Тодд вышел из палаты.

***

Комната санитара была небольшой, но по своему уютной. Конечно ни в какое сравнение с хоромами палат для аристократов, зато все здесь кричало о практичности. Теплый шерстяной плащ висел на спинке стула, пара крепких сапог стояла у кровати, а рядом с ней – потрепанный рюкзак. Тодд склонился над шкафом, вываливая на кровать содержимое: связки писем, небольшая фляга, нож, кремень. Из окна открывался вид на утреннюю зарю.

– О, да у тебя есть почти все, что мне надо, – пробормотал он, вытягивая из нижнего ящика штаны. – Даже размер подходит. Ты прям как я, только… менее красив, – добавил он, оглянувшись на связанную фигуру.

Санитар был худощавым, но жилистым, с крепкими плечами и руками, которые явно привыкли таскать больше, чем котелок с кашей. Его светлые волосы были всклокочены, а лицо – мокрое от пота и слёз. Он жалобно смотрел на Тодда, сидя на стуле, привязанный к нему кожаными ремнями.

– Милорд… милорд Ар`Дарх фон Эренхарт… Я не знаю, что сделал, но простите меня! – его голос дрожал.

Тодд, натягивая шерстяные носки, резко обернулся, гордо взмахнув рукой. В его глазах вспыхнул огонь театральной злобы.

– Не знаешь, что сделал? Не знаешь?! – рявкнул он так, что санитар вздрогнул. – А как насчёт того, что ты смел подшучивать над великим архимагом за моей спиной?!

Санитар, побледнев, замотал головой: – Нет, милорд, клянусь, я… я ничего такого не говорил! Никогда!

– Не говорил? – он шагнул ближе, ткнув пальцем в воздух перед его лицом. – А как насчет твоих шуток о том, как я чуть не упал с террасы, когда думал, что это дверь в столовую? Или того, как я называл зелье от зуда мыльным раствором и пытался им вымыть голову? А как ты объяснишь, что пытался очернить меня перед медсестричками, называя "гением скользких тапочек"?!

Санитар расплакался.

– Нет! Нет. Это неправда!

– Не ври мне! Я архимаг и умею читать мысли!

– Простите! Это… это не со зла! Мы просто… ну… вы так вели себя и все эти ваши выходки… они такие… простите меня, милорд! Пожалуйста!

Тодд вздохнул, наигранно раздраженный, и покачал головой.

– Слушай сюда, дружок. Ты останешься здесь, на своём стуле. Ровно двадцать часов! А чтобы ты не вздумал хитрить… – он вытащил из рюкзака санитара небольшой мелок и ловко нарисовал вокруг стула кривоватый круг. – Вот, видишь это? Это магический знак. Выйдешь из него – сразу превратишься в лягушку. Навсегда. Даже пытаться не советую.

Санитар затряс головой. – Клянусь, милорд, я не сдвинусь ни на шаг!

Тодд усмехнулся и схватил рюкзак. – Вот и хорошо. И главное – ни слова. Ни звука. Иначе тоже превратишься. Понял меня?

Санитар закивал, хлюпая носом от слез.

– Сиди и думай над своим поведением! – сурово сказал Тодд, перебрасывая рюкзак за плечи и выходя из комнаты.

***

Следующей остановкой была кухня. Она оказалась пугающе тихой, лишь слабое потрескивание углей в очаге напоминало, что здесь недавно кто-то был. Тодд осторожно приоткрыл дверь, осмотрелся и проскользнул внутрь. Запахи хлеба и жареного мяса тут же ударили в нос, вызывая урчание в животе.

Он быстро набил рот тем, что можно было съесть сейчас. Бинты на лице мешались, но снимать он их не решился – будут служить защитой от холода.

Набив брюхо, он по свойски начал наполнять свой рюкзак провизией. На столе нашел караваи с хлебом, один из которых тут же запихнул в рюкзак. На полке чуть выше нашёлся кусок твердого сыра, который тоже пополнил его запасы. Рядом лежало вяленое мясо – несколько тонких полосок, завернутых в пергамент. "Вот это уже лучше”, подумал он.

Когда рюкзак был почти полон, Тодд заметил пузатую бутыль с янтарной жидкостью. Она пахла крепким алкоголем – возможно, самогоном. "Ну а это для согрева. Или... для весёлой ночи, если ничего другого не останется". Он улыбнулся, затолкав бутылку в боковой карман рюкзака.

Госпиталь оказался настоящим лабиринтом. Тодд ходил по широким коридорам, заглядывал за каждую дверь, но так и не нашёл выхода.

– Да что не так с этим замком? – пробурчал он. – Где дороги? Где конюшни? Где ворота?

В очередном коридоре он заметил юного уборщика – худого паренька с метлой. Тот пытался быстро скрыться, но Тодд мгновенно оказался рядом, схватил его за шиворот и приподнял, отчего уборщик стал на носочки.

– Эй, служивый! Где выход?

– Э-э… выход? Я… я не знаю… – запинаясь сказал парень, но потом под напором Тодда быстро добавил: – Нас переносят сюда порталами, но я слышал, что обычный вход в замок находится в подземелье. Через него можно выйти наружу! Но я там никогда не был, клянусь!

– Ну значит побываешь. Веди! И если выкинешь чего – превращу в жабу, – рыкнул Тодд, толкая его вперёд.

Уборщик, дрожа от страха, повёл Тодда вниз по узкой, круто уходящей лестнице. Каменные стены вокруг покрывались плесенью, а в воздухе витал затхлый запах сырости. Факел в руке парня едва освещал путь, отбрасывая длинные, колышущиеся тени. С каждым шагом становилось холоднее.

– Ну, и где выход? – рявкнул Тодд, прислушиваясь к звукам капающей воды. – Или ты просто водишь меня кругами, чтобы запутать? Если так, советую бросить эту затею, пока у тебя есть все зубы!

– Н-нет, милорд! – испуганно отозвался юноша, крепче сжимая факел. – Подземный выход должен быть дальше! Я точно знаю! Т-только там темно, и никто туда обычно не ходит…

– А почему никто не ходит? – насторожился Тодд. – Кто его охраняет? Демоны? Тролли? Или, может, что похуже – налоговые сборщики?

– Просто… просто никому не нужно, – пробормотал парень.

Тодд закатил глаза. Ох уж эти проклятые порталы! Так люди скоро разучаться ходить на своих двоих!

Через несколько минут блужданий они наконец вышли в широкое помещение. Здесь, посреди грубо выдолбленной пещеры, возвышалась массивная металлическая дверь с цепями, уходящими в механизм на стене. Вокруг было пусто – ни стражников, ни магов. Только тяжёлая тишина.

– Вот она… дверь, – выдохнул уборщик, указывая на цель. – Но нужно… крутить цепь. Она… открывается медленно.

Тодд подошёл к двери, оглядел её, постучал по металлу кулаком и хмыкнул:

– Ну так иди и крути! Или хочешь чтобы этим милорд занимался?

Юноша схватился за массивное колесо и начал крутить. Цепь заскрипела, затрещала, словно протестуя против движения, но ворота начали медленно подниматься. С каждым оборотом холодный ветер всё сильнее бил в лицо, вырываясь из-за двери, как предвестник наступающего кошмара.

Когда щель стала достаточно широкой, чтобы пролезть, Тодд остановил юношу, похлопав его по плечу.

– Молодец. Ты меня выручил, а потому я обязан тебя отблагодарить. Ты же читал сказки про добрых волшебников?

Лицо уборщика просияло. – Конечно, милорд!

– Лови, – сказал Тодд, резко ударив уборщика по голове. Парень осел на пол. – Полежи пока тут, чтобы я отошел как можно дальше, пока меня не хватятся.

Тодд перепрыгнул через бессознательного уборщика и вышел наружу.

Холодный воздух сразу ударил в лицо, словно замок выплюнул его в совсем другой мир. Вокруг возвышались снежные хребты, а серое небо давило своей тяжестью. Солнце, едва различимое за тучами, быстро скрывалось, оставляя мир в тусклом свете.

Тодд, кутаясь в плащ, сделал несколько шагов вперёд и тут же провалился в глубокий снег. До колена. – О, прекрасно. Просто шикарно. Теперь я не только буду мерзнуть, но и накачаю ноги.

Дороги не было. Лишь бесконечный белый ковер снега, покрывающий землю и укрывающий все следы возможной жизни. Каждый шаг давался с трудом – ноги увязали, а рюкзак тянул назад.

– Ладно, Тодд, – пробормотал он себе под нос. – Просто иди вперед.

Его плащ начал пропитываться влагой, а ветер проникал даже под куртку. Снег под ногами становился только глубже. Время от времени Тодд проваливался почти по пояс, проклиная всё на свете. В какой-то момент он сел на камень, пытаясь отдышаться, и уставился на серое небо.

– Если это твой план, судьба, то ты точно выиграешь приз за самую дерьмовую шутку.

Тучи сгустились, и вскоре начался снегопад. Видимость упала почти до нуля – Тодд мог видеть лишь вытянутую руку. Но он не сдавался. Продолжая двигаться вперёд, он использовал палку, чтобы нащупывать дорогу перед собой.

Несмотря на трудности, он не терял присутствия духа. По крайней мере он был все еще жив, а это уже достижение.

Тодд медленно пробирался вниз по заснеженному склону, тяжело ступая в снег. Ветви низкорослых деревьев царапали лицо, их скрип под порывами ветра звучал как тихий шепот, тревожащий сознание. Запах морозного воздуха был пронзительно свежим, с легкой ноткой хвои. Где-то неподалёку послышался стук – он насторожился, но быстро понял, что это всего лишь дятел, монотонно долбящий дерево.

Замок за его спиной давно исчез в сером мареве, а видимость стала очень плохой. Когда снегопад перерос в настоящую метель, Тодд наконец заметил углубление в скале. Пещера была узкой, но достаточно глубокой, чтобы укрыться от ветра. Он медленно заглянул внутрь, держа нож наготове. Он осторожно вошёл, оглядывая стены. Всё выглядело безопасно – ни следов, ни запаха медведя.

Тодд тяжело опустился на каменный пол.

– Ну, хоть что-то, – буркнул он, доставая из рюкзака самогон. Развести костёр было не из чего – всё, что попадалось в лесу, было мокрым.

Он сделал глоток, и тёплая волна разлилась по телу, прогоняя холод, но только на мгновение. "Проклятые горы”, – подумал он.

Тодд прикрыл глаза, прислонившись к холодной скале. В голове всплыли образы его прошлой жизни – искателя приключений. Это было счастливое время, полное свободы.

Он вспомнил как впервые отправился на поиски сокровищ, купив у трактирщика старую карту. Тогда ему казалось, что он – великий герой, способный обойти все ловушки и победить любых врагов. Но в старой гробнице едва не погиб. Пол под ногой провалился и он чуть было не упал в яму с шипами.

Позже появилась Ларена. Сначала она была просто напарницей, но со временем стала для него кем-то гораздо большим. Наверное его первая и единственная любовь. Она часто вытаскивала Тодда из передряг. Он вспомнил, как они вдвоем охотились за амулетом оркского шамана. Она стояла на страже, пока он ковырялся в запертой двери. Потом, конечно, оказалось, что амулет был фальшивым, и они ушли, громко споря, кто из них виноват.

– Ларена, Ларена… – пробормотал он, глядя на пляшущую каплю самогонной влаги в горлышке бутылки.

Она ушла, когда Тодд её предал. Слишком большая добыча, слишком сильная жадность. Он забрал всё себе, думая, что после легко вернет ее расположение, продав магическую сферу и завалив любимую подарками. Но с тех пор всё пошло наперекосяк.

Снаружи метель выла всё громче, закрывая его в пещере, как в коконе. Тодд натянул капюшон, пытаясь согреться, и закрыл глаза.

Они с ней познакомились случайно, на развалинах старого храма, где оба охотились за одним и тем же магическим кинжалом. Она выглядела недосягаемой – в своём строгом одеянии мага, с серьёзным взглядом, который сразу говорил: "Не пытайся меня обмануть". Но Тодд, конечно, попробовал.

– Не думал, что маги настолько бедны, чтобы рыться в руинах, – съязвил он тогда, отвешивая ей насмешливый поклон.

– Не думала, что наемники настолько глупы, чтобы путаться под ногами у магов, – парировала она, даже не обернувшись.

Они чуть не убили друг друга в тот день, споря, кто первый вытащит кинжал. Но к концу приключения вынуждены были работать вместе, чтобы не умереть.

Их путешествия были наполнены бесконечными спорами. Она считала его грубым, жадным и циничным. Он считал её заносчивой, излишне правильной и уж слишком серьезной. Но со временем что-то изменилось. Каждый раз, когда она вытаскивала его из какой-то передряги или когда он защищал её от врагов, между ними появлялось нечто большее, чем просто партнерство.

Тодд, впервые в жизни, начал пытаться стать лучше. Ларена никогда прямо этого не требовала, но он чувствовал её разочарование в моменты, когда он поступал эгоистично. Впервые он начал думать о том, как его действия выглядели со стороны. И даже несколько раз – о боги! – сделал что-то не ради выгоды, а просто потому, что это было правильно.

Однажды Ларена, явно смущаясь, предложила ему встретиться с её семьёй. Её родители были магами среднего уровня – не аристократами, но весьма уважаемыми людьми в своём кругу. Тодд не хотел идти, но она настояла.

– Они должны увидеть, что ты… не такой, каким кажешься, – сказала она, немного нервно.

– А каким я кажусь? – хмыкнул он.

– Мошенником и вором.

Встреча прошла, мягко говоря, напряженно. Отец Ларены с первых минут начал задавать вопросы, от которых Тодд чувствовал себя как на допросе.

– Чем вы зарабатываете на жизнь, молодой человек?

– В основном – не умираю, – ответил Тодд, чем вызвал глубокий вздох Ларены.

Обед стал катастрофой, когда Тодд случайно уронил соус на стол, пытаясь потянуться за хлебом. Его попытка пошутить, что это “жертвоприношение богам еды”, была встречена ледяным молчанием.

Но самым большим провалом стал момент, когда он решил показать свои навыки искателя приключений. В попытке продемонстрировать ловкость, он устроил жонглирование столовыми приборами. Нож отлетел в сторону и вонзился в картину над камином.

– Думаю, нам стоит уйти, – тихо сказала Ларена, беря его под руку, пока родители смотрели на картину с немым ужасом.

– Отличный вечер, – хмыкнул Тодд, когда они вышли.

Но, к его удивлению, Ларена не рассердилась. Она смеялась. Смеялась так, что у него самого возникло желание смеяться вместе с ней.

– Ты просто невыносимый, – сказала она, утирая слезы.

Воспоминания уносили его, пока холод всё сильнее проникал в тело. Тодд чувствовал, как веки становятся тяжелыми, а мысли – медленными. Его руки задубели, ноги больше не слушались. Он знал, что замерзает, но ничего не мог поделать.

Он опустил голову на колени, укутываясь в плащ, пытаясь согреться остатками тепла. В голове всплывали всё новые образы: её лицо, её смех, тот момент, когда она впервые поцеловала его. Тодд почувствовал странное спокойствие, которое, казалось, окутывало его вместе с холодом.

– Ларена… – прошептал он, прежде чем сознание начало угасать.

Снегопад снаружи становился сильнее.

Глава 3. На лезвии приговора

Тодд едва чувствовал своё тело. Холод пропитал его до костей, но где-то на грани сознания он улавливал тепло – едва различимое, но всё же настоящее. Ему казалось, что он лежит на мягкой поверхности, окружённый звуками. Голоса. Громкие, спорящие, смешанные в одну суетливую какофонию.

– Вы совершенно бесполезны! – громко кричал чей-то женский голос, полный ярости и презрения. – Как вы могли отпустить его на мороз в таком состоянии?! Он был не в себе! Не в себе, понимаете?!

Кто-то хлопнул в ладоши, кто-то уронил что-то тяжёлое, громко ругаясь. Толпа, казалось, кружилась над ним, словно стая голодных воронов. Шаги, дыхание, приглушенные возгласы – всё смешивалось в хаосе.

– Ему срочно нужен эликсир восстановления, – сказала женщина, судя по голосу, Аль'Элина фон Эренхарт.

– Вам уже говорили, что эти эликсиры бессмысленны в таких случаях! – возразил другой голос.

Тодд чувствовал, как кто-то трясет его за плечо, но реакция организма была нулевой. Он попытался сосредоточиться, но в голову пришла только одна мысль, которую он и озвучил:

– Где моя бутылка?

Голоса стихли, услышав его слабый голос.

Когда он всё же смог открыть глаза, его взору предстала картина – над ним склонилась Аль'Элина. Ее роскошное декольте занимало всё поле зрения. "Сиськи," – пронеслось в его голове и настроение тут же улучшилось.

– Он открыл глаза! – воскликнула она радостно, отчего грудь колыхнулась, что создало приятный эффект.

Над Тоддом столпились люди, так что ему стало тяжело дышать. Он понял, что снова находится в своей палате. Побег не удался.

Собравшиеся снова начали о чем-то спорить. Но внимание Тодда переключилось на мужчину, который смотрел на него пристальным взглядом, от которого неприятно ёкнуло в груди. Маг был высоким, с длинными серебряными волосами, и его холодные голубые глаза не просто изучали Тодда – они, казалось, проникали в саму душу.

"Чего он уставился? Будто я ему денег должен," – подумал Тодд, чувствуя себя очень неуютно под этим взглядом.

– Ар`Кайрон, что такое? – спросил один из архимагов, стоявший рядом.

Мужчина не отрывал взгляда от Тодда и тихо, но чётко произнёс: – Я не могу узнать своего мужа.

В комнате воцарилась короткая пауза. Один из врачей – явно измотанный суетой и криками – попытался объяснить: – Милорд, на поле боя он получил ужасные раны. Его лицо… всё сгорело. Даже нос пришлось восстанавливать магией. А теперь еще и обморожение. Разве это не объясняет, почему он кажется вам… изменившимся?

Но Ар`Кайрон лишь покачал головой. Его голос прозвучал твёрже: – Нет-нет. Скулы другие. Форма черепа тоже другая. Я не знаю, кто этот человек, но это не мой муж.

– Ар`Кайрон, не говори ерунды, – вмешался другой архимаг. Тодд вспомнил, что того называли Ар’Калленом, кажется он был лидером Совета Архимагов.

Главный среди этого сброда подошёл к Тодду, и длинным пальцем прикоснулся к золотому медальону у него на шее. Тот сразу засветился мягким, теплым светом, а вокруг разлилась аура, которую маги ощутили как родную.

– Видишь? – сказал Ар’Каллен, оборачиваясь к Ар’Кайрону. – Я думаю все ощутили ауру Ар’Дарха фон Эренхарта. Его магическая сущность здесь. Это неоспоримо.

Некоторые из магов закивали, соглашаясь. Но послышался напряженный голос Аль'Элины:

– Мне тоже он показался выше ростом, нежели мой сын. Тогда я не придала этому значения, но… он очень странно себя вел. И говорил совершенно… не так как Ар’Дарх.

Взгляды присутствующих вперились в Тодда. Ему резко захотелось в туалет, а еще очень не помешало бы уменьшиться в размерах. Стать крошечный таким, совсем незаметным.

– Как зовут твоего отца, брата и сестру? – холодно спросила Аль'Элина.

Тодд не смог ответить. Да он и не пытался.

– У него же были проблемы с памятью, – вступился за него один из врачей. – Сейчас поспешно делать выводы…

Аль'Элина выпрямилась. От нее веяло холодом.

– Скоро мы это выясним. Милорд Ар’Каллен фон Ляриус. Прошу у вас разрешения на проникновение в разум.

– Даю свое разрешение, – ответил старик, – но только после того как он поправиться. Боюсь сейчас это может его убить.

***

Тодд лежал на кровати, уставившись в потолок. Идеально ровный, белый. Но в углу блестела паутина, которую он и разглядывал. Других развлечений у него не было.

Врачи что-то делали с ним, неизменно кормили, но он больше не мог передвигаться самостоятельно по госпиталю. В углу его палаты неизменно находился охранник. Как ему сказали: “Для вашей же безопасности, милорд”.

В комнате стоял странный, давящий холод. Не физический, нет. Это было что-то другое. Маги и лекари проделали огромную работу, чтобы вернуть его тело в норму сначала после огня, а потом и обморожения. Но он чувствовал себя не человеком, а экспонатом в музее смерти.

Как он ни старался, но не смог придумать способа сбежать. Он не сможет преодолеть заснеженные вершины, это невозможно. Также он еще не придумал как обвести магов вокруг пальца. Они должны явиться совсем скоро, чтобы провести какой-то ритуал с его памятью.

Каждый звук снаружи был резким, вызывая дрожь. Каждое утро Тодд просыпался с мыслью, что именно этот день последний. Но утро сменялось вечером, недели тянулись одна за другой. Он сбился со счета, но предполагал что с момента его побега прошло уже дней тридцать.

Когда полностью сняли бинты, он подошел к зеркалу. Осторожно коснулся пальцами щек, носа, лба, будто не верил, что это действительно его лицо. Раньше его нос был с горбинкой, искривленный после давнего перелома. Память о пьяной драке, где он почти победил. Теперь нос был идеальной формы – прямой, аккуратный, даже аристократичный. Лицо, некогда покрытое мелкими шрамами от былых приключений, выглядело гладким и свежим, как у молодого дворянина.

Тодд провел ладонью по волосам, которые успели полностью отрасти. Темно-каштановые, его родной цвет.

Охранники с ним никогда не разговаривали, как бы он не пытался их разговорить. Стояли как истуканы, почти не шевелясь. Потом один сменял другого и так по кругу.

"Хоть бы книгу дали, – подумал Тодд, скривившись. – А лучше бутылку. Или яд, чтобы покончить с со всем этим побыстрее".

День когда все произошло начинался как обычно. Но вдруг дверь отворилась, и в комнату вошли люди. Все в длинных мантиях, расшитых золотыми и серебряными нитями. На каждой мантии гербы аристократических родов.

Первой зашла Аль'Элина фон Эренхарт. Выглядела она очень эффектно, но у Тодда даже не нашлось ни одной пошлой шутки в ее сторону. Он очень устал ждать и хотел чтобы все побыстрее закончилось.

– Как он? – спросила она у врача, который вошел следом.

– Почти восстановился, миледи, – пробормотал тот, нервно потирая руки.

– Почти? – её брови нахмурились. – Если это мой сын и от вашего “почти” он умрет при ритуале, то следующим будете вы.

Врач сглотнул, но твердо сказал.

– Он выдержит. Я уверен.

Следом вошёл Ар`Кайрон фон Лаймарк, чьи серебрянные волосы сразу бросились в глаза. Его взгляд был как лезвие – прямой, проникающий, неприятный.

Потом появилась целая делегация, среди которых Тодд узнал только главного среди архимагов – Ар’Каллена фон как-то там. Они рассаживались в полукруг на заранее принесенные кресла.

В центре комнаты встал Ар’Каллен. Его мантия, ослепительно белая с золотыми рунами, буквально сияла. Он говорил с величавым спокойствием, в его тоне чувствовалась неоспоримая власть.

– Сейчас начнется ритуал, – произнес он, оглядывая всех присутствующих. – Ар`Дарх, мы соединим свои силы, чтобы проникнуть в сущность вашего разума. Боюсь это необходимая мера для подтверждения вашей личности.

Тодд внутренне напрягся. Проникнуть в сущность разума? Звучало как приглашение на эшафот. Но он промолчал, лишь кивнув, чтобы не привлекать лишнего внимания.

– Каждый из нас знает, как защитить свои мысли, – продолжал Ар’Каллен, его взгляд скользнул по коллегам. – Не забудьте сделать это. Иначе последствия могут быть… неприятными.

Ар`Кайрон фон Лаймарк, стоявший рядом, холодно посмотрел на Тодда.

– А вас, милорд, – вмешался он, – я попрошу не пробовать закрывать свои мысли от нас. Пожалуйста.

Тодд сидел, словно пригвожденный к месту, наблюдая за магами, которые одновременно закрыли глаза. Их мантии засветились, а из центра круга начала разливаться мягкая золотая аура. На несколько мгновений в комнате повисла абсолютная тишина.

Затем Тодд почувствовал, как что-то холодное и мягкое касается его сознания. Это было похоже на тонкую паутину, которая медленно оплетала его мысли. Он попытался было отстраниться, но понял, что не знает, как защититься.

Тодд почувствовал, как на лбу собирается пот. Воспоминания хлынули, как вода из прорванной плотины.

… Маленькая комната в крестьянской хижине. Потрескавшиеся стены, запах сырости и лекарственных трав. Ему девять, он трясет отца, который лежит на соломенной постели. Лицо у отца серое, губы сухие. Тодд кричит, зовет мать, но она уже не в состоянии ответить. Она тоже лежит, рядом с братьями. Все тихие. Слишком тихие.

Тодд остаётся только с младшей сестрой – крохотной девочкой с большими глазами, которые так часто искрились озорством. Теперь они мутные, полные слёз.

– Мы справимся, Тилли, – шепчет он ей, укутывая в единственное одеяло. – Обещаю.

Через три дня он стоит у дверей хижины, неся маленькое тело на руках. На заднем дворе нужно выкопать еще одну могилу.

… Он идет по пыльному тракту. Камни больно впиваются в босые ступни, а рубаха прилипла к спине от пота. В животе урчит так, что кажется, будто это слышат прохожие. Он ищет взглядом любой крестьянский дом, любую возможность.

У крыльца видит женщину. Она копается в земле, не замечая его. Он осторожно крадётся к корзине с яблоками, но не успевает. Женщина поднимается, хватает его за руку.

– Воришка! – кричит она, и её сын, крупный парень с палкой, выбегает из дома.

Они гонят его через поле, кидая в спину камнями. Один из них попадает в плечо, боль обжигает. Он падаешь в кусты и сжимается. Его бьют палками.

… Тёмный трюм корабля. Тодда взяли юнгой и он чистит палубу, утирая пот с лица. Матросы ругаются, капитан кричит. Но на этом корабле хотя бы дают еду. Впервые за много лет он ест досыта.

Однажды ночью, когда они подходят к берегу, капитан подходит к нему и кладет тяжелую руку на плечо: – Держись меня, малец. И все с тобой будет хорошо.

… Корабль раскачивается на волнах. Тодд стоит у борта, глядя на силуэт торгового корабля в двух корпусах от них.

Его первая пиратская вылазка. Свалка боя. Тодд держиться позади, сжимая кинжал, пока кровь не забрызгала его лицо.

Той же ночью сидит на вахте, глядя на луну, и думает, что где-то там, на суше, есть люди, которые никогда не видели крови.

… Сырой воздух тюрьмы. Тусклый свет лампы освещает лицо старика в углу. Он смотрит на Тодда и тихо говорит: – Хочешь, научу читать и писать?

Тодд хмыкает, но соглашается. Все равно ближайшие годы делать больше нечего.

… Он стоит перед дверью зала, рука сжимает рукоять меча. В комнате за его спиной идет пир, полный смеха и тостов. Его наняли защищать одного из этих богачей, которых он ненавидит.

– Эй, парень, расслабься! – кричит через плечо кто-то из гостей, размахивая кубком вина.

Тодд не отвечает, его взгляд скользит по залу, выискивая опасность. Он знает: расслабишься – и труп.

… Где-то на тракте, между жизнью и смертью, он лежит в придорожной канаве. Один из торговцев, кого он попробовал ограбить, выстрелил из арбалета. Болт торчит из бедра.

– Ну что, Тодд, так и сдохнешь здесь? В луже грязи, крови и собственной блевоты? – спросил он себя, сжимая зубы от боли. – Ну уж нет!

Он отползает на край дороги и видит людей. Пробуем им врать, что его ранили разбойники. Ему помогают.

Воспоминания ускорялись, как карусель, несущаяся слишком быстро. Голова кружилась, мысли путались. Тодд уже не мог сосредоточиться ни на одном из них. Всё сливалось в хаотичный поток – яркие вспышки, глухие звуки, запахи, чувства. Вся его жизнь проносилась перед глазами.

Его победы и поражения. Успех, когда продал первый артефакт, и радость от звона золота в руках. Смех Ларены, ее острый взгляд, когда она говорила: "Тодд, ты вечно влипаешь в неприятности, но каждый раз выкручиваешься." Их путешествия по заброшенным храмам, древним руинам. И их любовь, которая началась с презрения и закончилась предательством.

Вспышка – он видит уход Ларены. Она смотрит на него, холодная, разочарованная, её голос звучит как приговор: "Ты выбрал золото. Не меня."

Петля на шее, пустота под ногами. Он чувствует удушье, но внезапно верёвка рвётся, и он падает вниз, ударяясь об землю. Чудо.

Вступление в армию – попытка спрятаться от мести графа Регара, которого он так ловко обманул. Военные кампании. Он держит меч в руке. Земля дрожит, крики смешиваются с грохотом битвы. Тодд идёт в бой, стараясь не думать о том, что будет, если он погибнет.

Последнее сражение всплыло особенно ярко. Разрушенный холм. Маг, вывалившийся из портала. Руки Тодда, обшаривающие тело. Тот хватает его за руку, но получает в морду и отключается. Медальон переходит от одного владельца к другому. В следующий миг феникс обрушивается на них. Тодд, не думая, схватил бесчувственное тело архимага и закрылся им как щитом. Огонь накрыл всё вокруг.

Неожиданно Тодд услышал пронзительный вопль. Его не было в воспоминаниях. Это был крик, полный боли и скорби. Так могла кричать только мать, внезапно осознавшая, что ее сын мертв.

– УБЬЮ!! – закричала Аль'Элина, вскакивая.

Она бросилась к Тодду, позабыв про всякую магию. Её руки сжались на его горле с такой силой, что стало невозможно дышать. Взгляд – бешеный, неистовый.

– Ты! Это ты забрал его у меня!

Всё перед глазами затуманилось, звуки будто ушли на второй план. Легкие горели от нехватки воздуха. Тодд попробовал защититься, но после ритуала его тело не слушалось. Он даже не смог усмехнуться и сказать какую-то колкость.

– Остановись! – раздался громкий голос Ар’Каллена, но она не слышала.

Другие архимаги бросились к ней, разрывая хватку. Аль'Элина вырывалась, кричала, но её удерживали.

– Пустите меня! Пустите! – выкрикивала она, пока гнев не сменился истерикой.

Её крики стали тише, и вскоре остались только рыдания. Она упала на колени, закрыв лицо руками, а ее плечи сотрясались от всхлипов.

Тодд едва мог открыть глаза. Боль в горле пульсировала, перед глазами все еще плыли тени, но он слышал каждое слово.

– Мы не дикари, чтобы вершить самосуд! – рявкнул Ар’Каллен.

О, а это правильно, подумалось Тодду. Все-таки славным мужик этот старикашка.

– Его будут судить и когда суд вынесет приговор, он будет казнён!

О, а это уже не очень хорошо. Тодду показалось, или старикашка сказал “когда”, а не “если”? Как бы то ни было, сейчас он уже ничего не мог изменить. Поэтому увалился на кровать, заложил руки за голову и вновь начал смотреть в поток. Кажется он даже попробовал насвистывать под нос веселую песенку…

***

Тодд сидел на грубой деревянной скамье, прислонившись к холодной каменной стене камеры. От бывшего комфорта госпитальной палаты не осталось и следа. Ему выдали стандартную тюремную робу – колючую, серую, воняющую прошлым владельцем.

Медальон архимага и всё, что могло хоть как-то напомнить о "милорде Ар`Дархе", отобрали еще до телепортации в Ауренхольм. В столице, где сверкающие шпили дворца были видны из любой точки города, его практически сразу бросили за решетку. Даже экскурсии не провели. А ведь он тут впервые…

В углу камеры сосед, косматый мужик с отвратительным запахом, ковырялся в носу с таким энтузиазмом, что Тодд едва сдержал смешок. Это не понравилось мужику.

– Чегой смешного увидел?

– Да так, – отмахнулся Тодд. – Думаю что ты там ищешь. Надеюсь не еду?

– Ах ты!

Мужик вскочил, намереваясь хорошенько проучить наглеца. Но Тодд был слишком битым жизнью, чтобы испугаться. Он быстро встал, уклонился от пары размашистых ударов и выбросил кулак прямиком в подборок мужика. Тот пошатнулся, и Тодд, отступив на пару шагов, с разворота ударил ногой мужику в висок.

Сокамерник рухнул и больше не вставал. А Тодд сел обратно на скамью. Он не мог нарадоваться своему обновленному телу. Как будто помолодел лет на десять. Правда все это имело мало значения. Скоро его ждет суд, а за ним – виселица.

Один из тюремщиков прибежал на шум.

– Чего тут происходит?

– Да вот. Поскользнулся и упал.

– Ясно. А ты что такой важный? Помог бы…

Тодд лишь фыркнул.

– Я милорд, – возразил он, – не по чину.

Тюремщик только покачал головой и ушёл, бросив короткое: "дурак".

Тодд потянулся к шее, привычно ощупывая место, где когда-то была удавка. Тогда ему удалось выжить. Но сейчас вряд ли ситуация повториться.

С потолка капала вода, где-то вдалеке кто-то выкрикивал ругательства. Тодд размышлял о своем жалком положении, когда взгляд его случайно упал на странный блеск в углу камеры. Любопытство пересилило.

Поднявшись, он осторожно подошел ближе. Свет мерцал, пробиваясь сквозь тусклую грязь. Тодд осторожно наклонился, рукой раздвинул мусор и замер.

Это был медальон. Тот самый.

Он поднял его, и магический свет мягко осветил его ладонь. Медальон был тёплым на ощупь. На его поверхности светились тонкие, витиеватые руны, а лицевую сторону украшал сложный узор – сияющее солнце, окруженное сплетенными ветвями.

Тодд уставился на находку, словно увидел привидение.

– Да ладно, – пробормотал он, вертя медальон в руке. – Как интересно.

Он точно помнил, как медальон у него забрали. Он видел, как его уносили, вместе с его одеждой и остатками достоинства, дав взамен только вонючую робу.

"А теперь он здесь. В этой эльфами забытой камере. Неужели судьба дает мне еще один шанс?”

В голове зажглась идея. План. Гениальный, как и все, что придумывал Тодд.

Он громко позвал:

– Эй! Начальник!

Шаги раздались через несколько минут, и перед решеткой появился охранник. Угрюмый и с ленивым выражением лица.

– Чего надо? – бросил он, прищурившись.

Тодд подошел ближе, держа руки за спиной.

– Слушай, дружище, у меня есть к тебе предложение. Я из благородного дома, понимаешь? Сюда меня заточили мои враги. Но если ты поможешь мне выбраться, я тебя озолочу.

Тюремщик усмехнулся, скрестив руки на груди.

– О, ещё один благородный. Ты не первый, кто мне такое рассказывает.

– Я говорю правду и могу доказать это! – воскликнул Тодд, доставая медальон и показывая его на цепочке. Глаза охранника расширились от удивления.

– Видишь? Это только задаток. Дальше будет больше, – добавил Тодд, с хитрой улыбкой наклоняя голову.

Тюремщик шагнул ближе, завороженно глядя на золотой медальон.

– Ладно, – сказал он, протягивая руку. – Давай сюда.

Тодд, стараясь не показывать нервозности, протянул медальон. Но едва охранник взял его, как на его лице заиграла ухмылка.

– Даже боюсь представить, в чём ты его пронес, – сказал он, отступая назад и заливаясь смехом. – Небось и ходить тебе трудно после такого подвига. Массивный, зараза.

– Что? – выдавил Тодд, ошарашенно глядя, как охранник крутит медальон в руках.

– Ты весёлый парень, – сказал охранник, разворачиваясь и уходя с медальоном в руках. – Спасибо за премию. Ужин будет через два часа. Постараюсь в этот раз не плевать тебе в кашу.

Тодд обреченно рухнул на скамью. Мужик, которого он вырубил уже начал приходить в себя. Но к опасному сокамернику решил больше не приближаться.

Прошёл примерно час. Тодд всё это время лениво сидел на скамье, обдумывая, как могло пойти так много всего не по плану. Но внезапно шаги у решётки раздались снова, быстрые и тяжелые. Охранник вернулся. На этот раз его лицо было перекошено от злости.

– Ах ты пройдоха! – выкрикнул он, глядя прямо на Тодда. – Ты думал, я не замечу? Обмануть меня решил?!

Тодд приподнялся, лениво поднимая бровь.

– Понять не могу о чем речь, – сказал он с язвительной улыбкой. – Мне казалось я наоборот порадовал твою прыщавую рожу.

– Медальон исчез! – рявкнул охранник.

Тодд хмыкнул, готовясь сострить, но тут его взгляд упал на скамью рядом с ним. Медальон снова лежал рядом.

– Вот это сюрприз, – пробормотал Тодд, потирая подбородок.

– Что ты там бурчишь? – злобно прорычал охранник, заметив его взгляд.

Тодд быстро вернул самообладание. Он поднял медальон, с притворной важностью крутя его перед собой, и ухмыльнулся:

– А ты, оказывается, ничего не знаешь о магии. Этот медальон зачарован. Только я могу снять заклятие.

– Чушь какая-то.

– Ах чушь? Тогда смотри, – Тодд поднял медальон и помахал им, словно демонстрировал какое-то чудо. – Он всегда возвращается ко мне. Поэтому слушай: или выпускай меня, или проваливай.

Он указал на своего соседа по камере, который с интересом следил за происходящим.

– Этого тоже придётся выпустить. Чтобы он не настучал. Устрой нам побег, и ты станешь богачом, а не жалким тюремным сторожем.

Охранник, сжав кулаки, уставился на медальон. Его взгляд то переходил к лицу Тодда, то снова возвращался к сверкающему артефакту. Но затем он скривился и покачал головой:

– Нет, парень. Тебя сюда упекли влиятельные люди. Моя голова мне дороже твоего золота.

Он резко развернулся и крикнул в коридор:

– Эй, парни! Подмога нужна!

Через пару минут в камеру вошли уже трое тюремщиков. Они не церемонились – скрутили Тодда и с энтузиазмом, который обычно присутствует при численном перевесе, начали его лупить. Руками, ногами, дубинками. От души.

– Умник, значит, – пробормотал охранник, явно довольный собой.

Когда они закончили, Тодд лежал, хватая ртом воздух. Медальон снова забрали, тщательно ощупав и даже попробовав на зуб.

– И без фокусов мне больше! – бросил первый охранник, выходя из камеры.

Тодд, с трудом поднимаясь на локтях, посмотрел им вслед.

– Могли бы просто попросить, – крикнул он, скривившись от боли, – бить-то зачем.

Он упал на скамью, остро ощущая свою невероятную способность попадать в неприятности. Настоящий талант, между прочим.

***

Тодд проснулся от глухого стука сапог, приближающихся к его камере. Потом заскрипела решетка. Он с трудом поднял голову, ощущая каждый синяк, и увидел знакомую фигуру. Ар`Кайрон фон Лаймарк, в своей безупречной мантии и с серебряными волосами, стоял на пороге.

– Доброе утро, – сказал архимаг, входя в камеру. – Начальник тюрьмы написал мне письмо. Доставили быстро, нужно отдать должное. И я решил проверить лично. Прошу, не приближайтесь.

Он поднес к носу надушенный платочек.

– Если бы знал, что меня посетит такой важный гость, то непременно попросил бы своего сокамерника помыться, – заулыбался Тодд. Он не видел причин вести себя вежливо.

Ар`Кайрон проигнорировал его колкость.

– Впрочем, – сказал он, – беседовать здесь я не намерен. Пойдемте.

Не дожидаясь согласия, он активировал портал. Тодд взглянул на сверкающий овал, из которого веяло холодом, и невольно отступил на шаг. Ему не нравились эти магические штуковины. Ощущение, будто тебя разрывают на части и собирают обратно, напрягало.

Видя его замешательство, архимаг поинтересовался:

– Сами пойдете или предпочитаете, чтобы я зашвырнул вас с помощью магии?

Услышав это, Тодд быстро махнул рукой, сдаваясь.

– Ладно-ладно, – пробормотал он. – Я сам.

Они оказались на вершине отвесной скалы. Солёный ветер ударил в лицо Тодду, сбивая с него остатки сна. Океан ревел, бросая волны на каменные утесы далеко внизу.

– Ничего себе, – пробормотал Тодд, окинув взглядом бескрайние просторы.

Как только портал за ними закрылся, Ар`Кайрон щелкнул пальцами и шум ветра стих, словно они оказались под куполом. Он неспешно подошел к краю обрыва, любуясь видами, и у Тодда появилась мысль: а не столкнуть ли этого аристократишку вниз и дать деру?

Но скала со всех сторон была окружена бушующим океаном, и до самого горизонта не было видно большой земли. Не вариант.

– Тодд, вас ведь так зовут? – начал архимаг ровным тоном. – Вы, несомненно, мерзкий человек. Подлый, жадный и вряд ли способный на что-либо достойное.

– Продолжайте, милорд. Ваши комплименты согревают мое сердце.

Ар`Кайрон посмотрел на него так, будто тот был чем-то, что случайно прилипло к его ботинку.

– Но лично я не виню вас в смерти моего мужа, – вздохнул он. – Я видел ваши воспоминания и видел рану Дарха. Он уже умирал. Вы просто оказались рядом и поступили очень непорядочно по отношению к нему.

Ар`Кайрон протянул руку.

– Медальон. Дайте его мне.

– Вы же знаете, что у меня его отобрали, – начал было Тодд, но вдруг заметил, что медальон висит у него на шее. С трудом скрыв удивление, он молча снял его и передал архимагу.

Ар`Кайрон взял медальон и сосредоточился. Его глаза засияли синим светом. Выглядело это жутко. Тодд сделал шаг назад. Около минуты архимаг стоял молча, а потом неожиданно швырнул медальон в океан.

– Вы издеваетесь?! – выкрикнул Тодд, вытаращив глаза.

– Хочу лично убедиться, – ответил Ар`Кайрон, даже не взглянув на него.

Тодд открыл рот, чтобы сказать какую-то колкость, но вместо этого решил пойти в обход.

– Может, милорд, на первый раз меня простите? – сказал он с наигранным добродушием. – Оступился я, с кем не бывает? Обещаю исправиться.

Ар`Кайрон повернулся к нему, его лицо было абсолютно спокойно.

– Нет, Тодд. Завтра вас ждёт суд.

С этими словами он активировал портал, и через мгновение они вернулись в камеру.

***

Зал суда был величественным, словно храм, воздвигнутый в честь древних королей. Высокие сводчатые потолки скрывались в полумраке, стены украшали массивные гербы магических родов. Присутствующие благородные маги – одетые в богатые мантии с золотыми и серебряными нитями – сидели рядами, а их взгляды, словно острые клинки, были устремлены на единственного обвиняемого.

Тодд стоял в центре зала, скованный цепями, которые дребезжали при каждом его движении. Рядом возвышалась трибуна судьи – строгого мужчины, одетого в чёрную мантию с вышитым гербом королевства.

В первых рядах Тодд заметил Аль'Элину фон Эренхарт. Её лицо было маской ненависти, а глаза прожигали его насквозь.

– Обвиняемый, – начал судья, его голос раскатился эхом по залу. – Вам предъявляются следующие обвинения.

Судья развернул свиток и начал читать:

– Воровство, грабеж, пиратство, мошенничество, мародерство, дезертирство из армии, осквернение святынь, кража единорога, оскорбление аристократа, пьяный дебош, продажа фальшивых зелий, нанесение тяжкого вреда здоровью. И наконец, – судья сделал паузу, – убийство благородного Ар`Дарха фон Эренхарта.

При последних словах зал наполнился шёпотом. Тодд обвел взглядом собравшихся и криво усмехнулся. Сборище клоунов.

– Не список, а произведение искусства, а? – хмыкнул он так, чтобы все слышали. – Грива минотавра, и когда я только все успел?

Судья продолжил, игнорируя его реплику:

– Свидетелями выступили… – он долго стал перечислять имена, титулы и роды всех архимагов, кто присутствовал, когда у Тодда копались в памяти. – Их свидетельства запротоколированы и сомнению не подлежат. Обвиняемый, есть ли у вас представитель, который будет защищать ваши интересы?

Тодд уже открыл рот, готовясь с улыбкой сказать: "А кто защитит меня лучше, чем я сам?". Но не успел. Из первого ряда поднялся Ар`Кайрон фон Лаймарк.

– Я выступлю его защитником, – сказал он, и его голос прозвучал четко и громко, перекрывая шум.

Зал замер. Даже судья поднял брови.

– Что это значит?! – выкрикнула Аль'Элина, поднимаясь с места. – Ар`Кайрон, это какой-то фарс!

– Прошу позволить мне говорить, – холодно ответил архимаг, повернувшись к ней.

Аль'Элина стиснула кулаки, но села, бросая на него взгляд, полный ярости.

Ар`Кайрон вышел за трибуну, повернулся к судье, а потом к залу.

– Уважаемые леди и лорды, обвиняемый – человек, о котором сложно говорить в хорошем ключе. Напротив, я лично видел его воспоминания. Это вор, грабитель, мошенник, дезертир и, мягко говоря, человек крайне сомнительной репутации. Однако я здесь не для того, чтобы оправдывать его прошлое.

Тодд хмыкнул. Он как раз словил взгляд Аль'Элины и послал ей воздушный поцелуйчик, а потом пальцами обеих ладоней изобразил как что-то жамкает. Вспышка ее бешенства лишь подняла ему настроение.

После паузы Ар`Кайрон неожиданно произнес:

– Я заявляю, что Ар`Дарх фон Эренхарт не мёртв. Его тело погибло, но душа заключена в медальон.

Люди начали переглядываться, а кто-то даже встал.

– Этот медальон, – продолжал Ар`Кайрон, – неоднократно возвращался к обвиняемому. Его забирали трижды, а я лично швырнул его в океан. Но он снова и снова оказывался рядом с этим человеком. Это – доказательство того, что их сущности связаны.

Он указал на Тодда, чей сарказм на мгновение сменился недоумением.

– А посему, – продолжил Ар`Кайрон, – этот человек юридически является архимагом. А согласно нашим законам, архимаги имеют иммунитет и не подлежат суду светской власти.

Зал взорвался негодованием, и как судья не старался призвать всех к тишине, у него ничего не получалось.

– Это абсурд! – крикнула Аль'Элина, вскочив на ноги.

– Это закон, – парировал Ар`Кайрон, глядя на неё с холодной уверенностью. – Судить этого человека – всё равно что судить Ар`Дарха. Казнить его – всё равно что казнить архимага, чья душа всё ещё жива.

Судья все это время стучал молотком, пока наконец не призвал зал к тишине.

– Вы уверены в своих словах, милорд Ар`Кайрон? – спросил он.

– Абсолютно.

Судья пожевал нижнюю губу.

– Ваши слова серьезны, и мы не можем их игнорировать. Если это правда, то этот молодой человек – архимаг со всеми правами и привилегиями. Более того, если сущность Ар`Дарха фон Эренхарта жива, то обвиняемый имеет также право причислять себя к роду фон Эренхартов.

На этих словах лицо Аль'Элина посерело. Она была в таком шоке, что какое-то время не могла сказать ни слова. Но когда до нее дошло, она гневно закричала:

– Я не позволю пятнать честь моей семьи! Этот человек должен умереть! Он обворовал моего сына и обрек на верную гибель! Если суд ничего не сделает, то я лично позабочусь об этом!

– Успокойтесь, прошу, – судья поднял руку. – Я объявляю перерыв до вынесения решения. Суду необходимо изучить доказательства и посоветоваться.

***

Спустя несколько часов зал суда снова наполнился людьми. Благородные перешептывались, переминаясь на своих местах, архимаги из Совета выглядели напряженно, а Аль'Элина фон Эренхарт сидела с каменным лицом.

Тодд стоял в центре, всё так же в цепях, но теперь без язвительных комментариев – он слишком хорошо понимал, что от этого заседания зависит его жизнь.

Судья, с суровым лицом, поднялся на трибуну. Его мантия, украшенная символами королевской власти, слегка колыхалась, когда он шел. Он оглядел зал, выдержал паузу, и наконец заговорил:

– Уважаемые лорды и леди, представители Совета и благородных домов. Прежде чем я оглашу решение, я должен извиниться.

В зале поднялся шепот.

– Случай, представившийся нам, вопиющий и беспрецедентный. Подобного не случалось еще никогда. Мы провели совещание, изучили доказательства и выслушали аргументы. Но даже сейчас истина остаётся туманной.

Он сделал паузу, обвел взглядом зал, и перешёл к главному:

– Суд выносит приговор, – прогремел его голос, от которого даже воздух в зале, казалось, стал тяжелее. – Тодд Эрвуд, обвиняется в ряде преступлений, в том числе и в убийстве благородного Ар`Дарха фон Эренхарта. Суд единогласно признает его виновным!

Тодд напрягся, его сердце заколотилось быстрее, но он продолжал стоять прямо, стиснув зубы.

– Суд выносит смертный приговор.

Эти слова обрушились на него, как удар молота по наковальне. В ушах зазвенело, и всё вокруг будто замерло.

Благородные ликовали. Кто-то хлопал в ладоши, кто-то вскакивал с места, выкрикивая слова вроде "справедливость восторжествовала!" и "наконец-то!". Их лица расплывались перед глазами, превращаясь в размытые силуэты, наполненные презрением.

Судья поднял руку, и шум в зале стих.

– Однако… – начал он, и это слово прозвучало как удар молота, заставив всех замереть. – Учитывая всплывшие обстоятельства, суд принимает решение о временной отсрочке исполнения приговора. В свете утверждений лорда Ар`Кайрона о том, что сущность архимага Ар`Дарха связана с обвиняемым, – продолжал судья, – и учитывая важность архимагов для защиты королевства во время войны, суд принимает решение отправить обвиняемого на обучение в магическую академию "Сияющий шпиль".

Залу это не понравилось. Аристократы снова недовольно зашумели. Тодд слышал обрывки их фраз. “Позор”, “неприемлемо”, “насмехательство над правосудием”.

– Если обвиняемый докажет связь с сущностью архимага и овладеет магией в течении года, приговор будет пересмотрен. Если же он не справится… – судья сделал паузу, его взгляд остановился на Тодде, – приговор будет приведён в действие.

Тодд не знал куда себя деть. В груди поднималась надежда. Судья между тем продолжал:

– Если обвиняемый сбежит из академии или будет исключен, приговор немедленно вступит в силу. На время отсрочки обвиняемый не имеет права на аффикс Ар в своём имени и не может использовать фамилию фон Эренхарт.

Тодд моргнул, не сразу осознав сказанное. Он? В магической академии? Да он и читать-то любил только книги, где есть картинки. Желательно с голыми женщинами.

– Я что теперь… аристократ? – тихо пробормотал он себе, а потом заливисто расхохотался: – Из грязи в князи! Как тебе такое… мамочка?

Последние его слова адресовались Аль'Элине. Та вскочила, ее лицо было багровым, глаза метали молнии.

– Это абсурд! – кричала она. – Этот человек – убийца! Вы бросаете вызов всему, что мы защищаем!

Судья спокойно посмотрел на неё.

– Аль'Элина фон Эренхарт, я понимаю ваши эмоции, но повторяю: это решение суда.

Глава 4. Свобода на время

Город заливал золотистый свет закатного солнца, окрашивая величественные здания Ауренхольма в тёплые оттенки янтаря. Тодд шагал по набережной, едва сдерживая ликующую улыбку. Гладь воды блестела, словно огромное зеркало, отражая изящные башни и мосты, а лёгкий ветерок шевелил его волосы.

– Итак, – он по обыкновению разговаривал сам с собой. – Я выиграл дело, остался жив, и, что самое главное, не потерял своего обаяния. Что дальше? Куда теперь направлять мой блестящий талант? В карты? В политику? О, может, стоит сочинить пьесу в честь героического меня?

Тодд расхохотался, чем распугал прохожих вокруг.

Вот оно как закрутилось. Бегал от графа Регара, как какой-то воришка, а теперь… Теперь я сам – почти как граф Регар! Только без графства и замка. Но это дело наживное. Главное… как там сказали на суде? У него имму… имма… В общем, архимагическая защита!

Облокотившись на перила набережной, Тодд мечтательно засмотрелся на воду. Он до сих пор не мог поверить, что все так обернулось. Он – на свободе!

А самое приятное: перед законом он теперь так же чист, как горный снег. Как его совесть. Как кристальная слеза. Невинность ребенка.

Однако существовали две других проблемы.

То, что его обязали поступить в какую-то там академию не пугало. Какой дурак откажется изучить магию да жить на казенных харчах? Точно не Тодд.

А вот требование освоить магию всего за год – это настораживало. Он вообще ничего не смыслил в волшебстве. А здесь ему приказали стать архимагом за столь короткое время. Это вообще возможно? Насколько Тодд знал – архимагов во всем королевстве было не то, чтобы очень много.

Вторая проблема – огромное количество людей, которые теперь жаждали его смерти. Все эти благородные маги, чьи чувства он попрал своими солдатскими сапогами. Но что поделать – суд есть суд. Тодд не имел ничего против его решения.

Он вспомнил как после заседания прямо в зале с него сняли цепи, а после увели прочь. Дали переодеться в приличную одежду. А после к нему зашел Ар`Кайрон фон Лаймарк, который застал Тодда в момент, когда тому принесли еду.

Тодд быстро уселся за стол и начал жадно запихивать в рот куски жареного мяса, словно голодный волк. Сок тек по его подбородку на рубаху. Тарелки на столе пустели с пугающей скоростью, пока Ар`Кайрон фон Лаймарк стоял напротив, храня аристократическое молчание. Его идеальная осанка и слегка нахмуренные брови выдавали, что он не знает как реагировать на это зрелище.

Наконец, Ар`Кайрон, откашлявшись, произнёс:

– Итак, Тодд. Вы довольны исходом суда?

Тодд оторвался от тарелки, вытерев рот рукавом, и с полной уверенностью ответил:

– Вполне! Вы молодец. Даже я лучше бы не справился. Но я бы порекомендовал вам поработать над силой голоса. Харизмы вам не хватает. Если хотите – научу. Но не бесплатно.

Ар`Кайрон нахмурился, но решил пропустить это мимо ушей.

– И как вам мысль стать магом? – продолжил он.

– Отличная! – Тодд оживился, бросая взгляд на следующий кусок мяса. – Это же какие возможности! Можно научиться читать мысли! Вы только представьте, как удобно. Сидишь себе в карты играешь, а противники даже не понимают, что я их уже обчистил до нитки. Или, к примеру, подходишь к даме, узнаешь, что она думает о тебе, и сразу выбираешь, что говорить! А ещё можно…

– Не говорите ерунды, – Ар`Кайрон перебил его. – Маги не умеют читать мысли. Чисто теоретически такое возможно, но для этого требуется серьезная подготовка, редкие артефакты и сложный ритуал.

– Что? – Тодд фыркнул. – Маги не умеют читать мысли? А чего же менестрели тогда об этом поют?

– Понятия не имею, о чём поют менестрели, – сухо ответил Ар`Кайрон. – Я их не слушаю.

– Оно и видно. Ладно, – Тодд облизал пальцы и спросил: – Так куда меня отправляют? Что это за место такое, академия “Сияющий шпиль”?

Ар`Кайрон задумался как лучше объяснить. На мгновение его взгляд стал вполне человеческим, живым. Он явно вспоминал приятные деньки юности, которые сам провел в академии.

– "Сияющий шпиль" – одно из нескольких учреждений, где обучают магии. Самое престижное. Там учаться дети самых видных аристократических семей, а также простые люди, в ком явственно прослеживается магический потенциал. Вторых как правило меньше. У вас будет шанс изучать магию стихий, алхимию, искусство создания артефактов, боевую магию... но не ждите, что всё будет легко.

– А что конкретно мне там делать? Учиться?

– Учёба обязательна, – кивнул архимаг. – Главное – не быть исключенным. В таком случае вы потеряете защиту закона. Но что гораздо хуже: вы поставите меня в неудобное положение. Поэтому постарайтесь.

Тодд недоверчиво посмотрел на Ар`Кайрона. Он что шутит? Если его исключат, то судья ясно дал понять – голова с плеч. Какое ему дело до репутации этого лордишки?

– И да, – продолжил фон Лаймарк, понизив голос, – вам стоит готовиться к тому, что конкретно ваше обучение будет несколько сложнее, чем у других студентов. Вероятно, гораздо сложнее. Аль`Элина не оставит вас в покое.

Имя прозвучало как удар хлыста.

– Думаете, она будет мстить? – Тодд нахмурился.

– Без сомнений. Она использует всё своё влияние, чтобы испортить вам жизнь. Но сейчас её руки связаны. Если с вами что-то случится сразу после суда, то это бросит на нее тень. У нас, знаете ли, не принято своевольничать против закона. Такие поступки могут навлечь недовольство Совета архимагов и короля.

– Так я в безопасности? – Тодд поскреб щетину.

– Не совсем. Я думаю несколько месяцев у вас есть. А потом, я не удивлюсь, если вам попробуют устроить “несчастный случай”. На территории академии это маловероятно, но вот за ее пределами вы станете желанной целью для всех охочих к золоту. Так что будьте осторожны.

Тодд поежился. Вероятно этот напыщенный индюк прав. Нужно будет держать ухо востро.

– А есть вероятность, что она просто забудет обо мне?

Ар`Кайрон покачал головой.

– Нет. В нашем мире честь имеет огромное значение. Отныне – вы не только ее личный враг, но и враг большинства великих домов. До тех пор, пока не умрёте или не станете настолько влиятельным, что связываться с вами станет опасно.

– А если я сбегу? – мрачно спросил Тодд.

– Ваше право. Я думаю в степях орков или в лесах эльфов Аль`Элина не сможет вас достать. Это на случай если гостеприимство других рас вас устроит.

Тодд скривился. Что орков, что эльфов он люто ненавидел. Как впрочем и все остальные расы кроме человеческой.

– А почему вы мне вообще помогаете? – задал Тодд вопрос, который давно его беспокоил.

Ар`Кайрон ненадолго замолчал, обдумывая ответ.

– Частичка моего мужа до сих пор жива в вашем медальоне. Это всё, что от него осталось. И я хочу, чтобы она не угасла.

Слова застыли в воздухе. Пауза длилась пока Тодд не отрыгнул. Святое дело после сытного обеда.

– Ладно, – он швырнул кость в угол комнаты, пытаясь попасть в вазон, но промахнулся. – Академия так академия. Никаких ошибок, никакого исключения. С этим я справлюсь.

– Надеюсь, – ответил архимаг. – И, Тодд… когда окажетесь там, рекомендую вам очень осторожно выбирать друзей. Еще лучше – не доверяйте никому.

Тодд лишь усмехнулся. Это и так был его девиз по жизни. Каждый сам за себя. И ему не привыкать.

***

Тодд сидел в комнате постоялого двора, который, если честно, был куда лучше, чем большинство мест, где ему доводилось останавливаться. Гладкий деревянный пол, аккуратно застеленная кровать, даже зеркало в раме, пусть и немного кривое.

За дверью дежурили охранники – четверо мрачных магов, которым явно не нравилось их задание. Иногда Тодд слышал обрывки их разговоров: ничего хорошего про него они не говорили. Но в этот раз его охраняли не для того, чтобы предотвратить его побег, а чтобы защитить.

Вчера он уже ощутил на себе всю "любовь" Ауренхольма. Сначала какой-то полоумный маг на набережной попытался поджарить его, выкрикнув что-то о справедливости. Тодд успел спрятаться за женщиной с ребенком, но маг промахнулся и ни в кого не попал. Его тут же скрутили стражники, а к Тодду приставили охрану.

Ар`Кайрон фон Лаймарк обещал, что у Тодда в запасе будет хотя бы несколько месяцев, но похоже не было и суток. Архимаг недооценил ту ненависть, которую Тодд вызывал своей персоной в магической обществе. Все газеты уже раструбили новость о том, что убийца благородного Ар`Дарха фон Эренхарта оказался на свободе, обратив лазейки в законе в свою пользу. Более того: вместо справедливого наказания его отправляют учиться магии среди детей аристократов.

Конечно, очень многим это не понравилось.

Второй раз Тодд чуть не умер, когда ему доставили красивую коробку с изображением пирога. Такие он видел уже в Ауренхольме, их доставляли богатым покупателем прямо из трактиров и трапезных.

– Это явно что-то вкусное, – пробормотал он, сглатывая слюни.

– Не трогай, пока мы не проверим, – рявкнул один из магов.

Но Тодд, конечно, проигнорировал предостережение.

– Ну же, это просто коробка! Что там может быть, кроме еды?

Он потянул за ленту, разорвал её и открыл крышку. Внутри действительно лежало что-то похожее на пирог.

– Ха! Я же говорил, – Тодд ухмыльнулся, поднося коробку ближе.

И тут он почувствовал странную волну холода, пронёсшуюся по рукам. "Это что за ерунда?" – мелькнула мысль. Коробка начала вибрировать, а пирог внутри стал расплываться, будто таял в воздухе.

– Ложись! – закричал один из магов, толкая Тодда на пол.

Следующее, что он услышал, был раскат грома. Коробка вспыхнула ярким светом, из неё вырвался поток чёрного дыма. В воздухе раздался визгливый голос, выкрикивающий проклятия.

– Ублюдок! Ты умрёшь за свои грехи!

Один из охранников, не теряя времени, наслал заклинание защиты, обволакивая коробку магическим щитом. Другой маг выполнил ритуал нейтрализации, его голос звучал громко и чётко, перекрывая визг. Коробка исчезла, оставив после себя только обугленный след на полу.

– Ты совсем кретин? – рявкнул охранник, который спас Тодду жизнь. – Мог бы хоть раз послушать нас!

Тодд приподнялся с пола, ошарашенный и злой.

– Да откуда мне было знать?! Кто вообще так пироги посылает?!

– Это была черная магия. Смертельное проклятие.

Той же ночью, под покровом тьмы, Тодда вывезли из города. Охранники ни слова не говорили о том, куда его везут. Он сидел в закрытой карете, чувствуя себя узником, и пытался шутить, но никто не отвечал.

Наконец карета остановилась. Он увидел старую придорожную гостиницу с облупившейся краской.

– Ты останешься здесь. Выходить запрещено, – сказал один из магов, даже не глядя на него. – Скоро прибудет представитель Академии и заберёт тебя.

– А что, если я захочу прогуляться? – Тодд попытался улыбнуться, но маг лишь взглянул на него так, что Тодд быстро заткнулся.

Теперь он томился в этой комнате уже второй день, все еще переваривая произошедшее.

***

Тодд сидел у окна своего номера, задумчиво глядя на горизонт. В комнате было тихо, только изредка доносился гул голосов с улицы. Его поза казалась расслабленной, но в глазах читалось напряжение.

"Ну и влип я," – подумал он, потирая подбородок.

Суд, охранники, попытки убийства. Ненависть всего магического сообщества. А ведь это только начало. Но сидеть тут и ждать, пока судьба снова ударит его по голове, он точно не собирался. Нет, он сам хотел двигать фигуры на доске.

Первым делом нужно овладеть магией. И не просто пару фокусов выучить, а стать настоящим магом. Таким, чтобы никто даже не подумал сунуться к нему. Сколько раз он уже был в шаге от смерти? Хватит! Если магия – это единственный способ не подохнуть, значит, он ее освоит.

А потом… Потом стать аристократом. Звучит ведь красиво, да? Лорд Тодд. Нет, даже не так. Лорд Ар`Тодд. Почему бы и нет? Вряд ли быть благородным сложнее чем быть солдатом или искателем приключений. Нужно просто научиться говорить, как они, и завести пару полезных знакомств. А связи… Связи – это ключ. Чем больше людей он будет знать, тем больше у него будет шансов выжить в этом змеиным клубке.

“Правда сначала нужно отыскать тех, кто меня не ненавидит”, – подумал Тодд.

А вот когда он это сделает, вот тогда можно будет зажить по-настоящему. С силами архимага он сможет вернутся к любимому делу – охотой за артефактами. За последние два года Тодду не хватало свободы и духа приключений. Он хотел вновь ощутить азарт и жажду странствий. Тем более, что маги умеют открывать порталы. Сейчас он здесь, через секунду – в древних руинах или вообще где-то на краю света.

Удобно, минотавр возьми! В его прошлой жизни о таком можно было только мечтать. Он же столько всего сможет сделать. Его ждет богатство и успех! И, конечно, нужна жена. Но не просто жена. Аристократка, красавица и богачка. Желательно с папашей, который вот-вот помрёт, чтобы всё наследство досталось ему. Свой замок, праздники, вина сколько хочешь… и плотские утехи. Радовать жену – это святое. Радовать служанок – почему бы и нет? Ну а крестьянские дочери – для разнообразия.

Тодд заливисто расхохотался, потонув в приятных мыслях.

Витание в облаках прервал стук в дверь. Охранник крикнул:

– Недоумок, тут к тебе!

– Кого там еще принесло? – пробормотал Тодд, раздосадованный тем, что его фантазии прервали.

В номер вошёл парень лет семнадцати, худой, с кучей книг, словно он носил с собой целую библиотеку. Очки на носу скользнули вниз, и гость поспешно их поправил.

– Э-э, здравствуйте, – начал он, глядя на Тодда с настороженностью.

– Ты кто такой? – Тодд оперся локтями на колени и внимательно посмотрел на парня. – Если ты доставщик еды, то где мой ужин?

– Я Брайан Тарнер, – ответил тот, неуверенно потирая ожог на правой руке. – Я из “Сияющего шпиля”. Меня прислали, чтобы забрать вас.

– Выглядишь ненадежно.

Брайан смутился.

– Я старшекурсник, специализация – хранитель знаний. Нам уже нужно собираться в дорогу. До академии три дня пути. Должны успеть.

Тодд с интересом посмотрел на Брайана.

– Три дня, говоришь? И чем мы займёмся всё это время? Будем петь песни?

– Я… я принес книги, чтобы мы могли обсудить регламент Академии, ее правила и…

– Книги? – Тодд перебил его, подняв руку. – Серьёзно? Малыш, ты что, не знаешь, кто я? Я – архимаг уже как целую неделю! Так суд сказал! Об этом даже в газетах писали. Читал?

– Да, читал. И, не обижайтесь, но все очень неоднозначно. В любом случае я как раз для того, чтобы выполнить распоряжение суда и доставить вас в “Сияющий шпиль”. По дороге как раз расскажу как у нас все устроено.

– Можешь себя не утруждать, – Тодд махнул рукой.

Брайан упрямо выпрямился.

– Это важно. Академия ожидает, что вы будете соблюдать наши правила. Ваше положение уже достаточно сложное, и ректорату важно, чтобы вы поняли куда попадете и как себя следует вести. Чтобы не усугубить.

– Мальчик, – Тодд усмехнулся, наклонившись вперёд, – моё положение всегда сложное. А ты, похоже, впервые попал в ситуацию, где всё не по учебнику.

– Это неправда! – быстро возразил Брайан, покраснев.

Тодд лишь рассмеялся.

– Ладно, ладно, шутки в сторону. Значит, едем в эту вашу академию. Но предупреждаю: если твои "регламенты" будут слишком скучными, я просто усну.

– Вряд ли у вас получится уснуть, идя пешком.

– Пешком?

– Ну, у меня есть ослик. Но он один, а нас двое.

Тодд застонал. Как же далеко это все было от собственного замка, пиров, красавицы-жены и богатой жизни.

***

Тодд сидел на спине маленького ослика, который с трудом тащил его вдоль пыльной дороги, петляющей между холмами. Ослик время от времени фыркал, а Тодд кидал на животное обиженные взгляды.

– Ну вот, – пробурчал Тодд, потянувшись. – "Сияющий шпиль"! Великая академия магии! И как она встречает будущего ученика, великого архимага? Могли бы хоть карету прислать, или портал открыть.

– Перемещения через порталы стоят дорого, – заметил Брайан, шагавший рядом.

– О, да! Конечно! – язвительно отозвался Тодд. – Дорого. Наверное они ждали, что я должен был заплатить из своего несметного состояния, которого у меня нет! И, кстати, – он прищурился, глядя на Брайана, – почему за мной послали какого-то студентика? Разве меня не должен встречать… кто там у вас самый главный?

– Ректор. Архимаг Ар’Элия де Лавель. Но она не захотела. Профессора тоже не захотели. А мне нужно было купить кое-каких припасов в столице, ну и…

– Что “ну и”?

– Мне предложили… вознаграждение.

– А, всё понятно. Значит, продался. Ну, хотя бы честно признался, – Тодд усмехнулся, окинув его взглядом. – А сколько?

Брайан густо покраснел и поправил очки.

– Двести арканов, – выдохнул он, стараясь не встречаться с Тоддом взглядом.

– Что еще за арканы? Впервые слышу.

– Арканы – это наша внутренняя валюта. Она используется вместо золота или серебра внутри академии и в городке Мистхольм, который располагается недалеко от школы.

– И что, даже в трактире нельзя заплатить нормальными монетами? – Тодд хмыкнул.

– Нет. Это правило придумано, чтобы создать равенство среди студентов, – пояснил Брайан, продолжая путь. – Многие – дети знатных родов, привыкшие к роскоши. Золота у них много, но арканы можно заработать только благодаря собственным усилиям: учебе, участию в проектах, помощи преподавателям.

– Заработать, значит? А что, если ничего не заработал? Голодай?

– Не совсем. Конечно, всех студентов кормят. В столовой всегда есть что-то простое: хлеб, супы на мясном бульоне, каша. Но если хочется чего-то особенного, то за арканы можно заказать все, что душе угодно. Пироги с мёдом, запеченное мясо с пряными травами, сырные лепёшки или яблоки в карамели.

– А если мне хочется самогона, сколько арканов это будет стоить? – Тодд попробовал подогнать ослика, но тот не хотел идти быстрее.

– Я… не уверен. Хотя… точно нет. Такого заказать не получится. Есть список запрещенного, и алкоголь достать на территории академии не выйдет.

– Ясно, – Тодд погрустнел. – Сборище снобов. Алкоголь не пей, девочек за титьки не трогай, ходи и читай книги.

Брайан хотел что-то возразить, но передумал. Он поправил очки, надулся и долго шел молча.

Солнце светило золотым светом, напекая макушку. Дорога обещала быть долгой. Ослик, который вез Тодда, выглядел совершенно измотанным.

Как только на горизонте показалась старая вывеска с изображением кружки пива, Тодд вспомнил о человечности и решил дать животному отдохнуть. Трактир стоял у подножия холма, скромный, но всё же приветливый: над крышей поднимался дым, а из окна доносились звуки смеха и звон посуды.

– Привал! – воскликнул Тодд, спрыгивая с ослика и хлопнув Брайана по плечу. – Вот оно, спасение от самого скучного путешествия на свете.

– За сегодня мы должны проехать еще четыре лиги до городка Гилдстоун пока не стемнело, – возразил Брайан. – У нас там оплачены комнаты.

– Да ладно тебе! Нужно же подкрепиться. Я устал жевать сухари, а ты?

Не дожидаясь ответа, Тодд направился в трактир. Внутри их встретили запахи жареного мяса и свежего пива. Несколько столов были заняты местными крестьянами и проезжими торговцами. В углу кто-то наигрывал мелодию на старой лютне, а по залу сновала служанка с подносом.

– Отличное место, – объявил Тодд, окинув взглядом помещение. – Самое то, чтобы восстановить силы и поднять себе настроение.

Он занял ближайший стол и сразу же подозвал служанку.

– Милочка! – сказал он с широкой улыбкой. – Принеси нам всё, что у вас есть вкусного. Начнём с трёх порций жареного мяса, корзины хлеба, сыра, овощей… и, конечно, вина. Хотя нет, сегодня хочу эля. И еще чего-нибудь сладкого. У вас есть пироги? Или что-то с ягодами? Орехи в сахаре тоже подойдут, если найдуться. И не переживайте. Мой друг, – Тодд гордо указал на Брайана, – волшебник! Он за все заплатит.

Когда служанка ушла, Брайан сел напротив и шепотом заговорил:

– Зачем вы так сказали? У меня нет столько денег!

Тодд нахмурился, смерив Брайана подозрительным взглядом.

– Ты же маг. Все вы купаетесь в золоте!

– Я… я студент! – с нажимом проговорил Брайан, глядя на Тодда.

– Ладно-ладно. Иди и отмени заказ. Уверен, они еще не успели ничего приготовить. Пожуем сухари.

– Но… – он густо покраснел. – Вы уже побеспокоили этих людей! А я ведь действительно волшебник. Что обо мне подумают?

– Да кому какое дело, – Тодд осклабился, ковыряясь в зубах ножом.

Но Брайану дело было. И судя по его лицу очень большое. Тодд лениво подумал, что все эти игры в благородство добавляют магам только сложностей в жизни.

– Ладно, – наконец сказал Брайан. – Я напишу им расписку со своей печатью.

Тодд заухмылялся широко и счастливо.

– Наш человек! Ты мне уже начинаешь нравиться! Запомни, парень, никогда… слышишь? Никогда не стоить жалеть денег на выпивку и еду!

“Особенно если эти деньги не твои”, хотел добавить Тодд, но сдержался.

Еда появилась на столе спустя двадцать минут: дымящееся мясо, свежеиспеченный хлеб, миска тушеных овощей и корзинка орехов, покрытых золотистой глазурью. Но больше всего Тодда радовали кувшины эля, которые он тут же начал опустошать.

– Вот это я понимаю, жизнь! – воскликнул он, поднимая кружку.

Брайан неловко улыбнулся, разглядывая кусок хлеба у себя в руке. Аппетита у него не было.

Тодд наслаждался пиршеством, обильно запивая каждое блюдо элем, а Брайан сидел тихо, всё больше погружаясь в своё стеснение. Однако Тодд настоял, чтобы студент тоже выпил кружку и это оказалось хорошей идеей. Брайан стал смелее, начал поддерживать диалог и притронулся к еде.

– Если хотите добавки, – заметил он, спустя час, – не стесняйтесь… закажите ещё.

– Отлично сказано! – объявил Тодд, вставая. Ему как раз нужно было отлить.

На обратном пути он заглянул на кухню. Там Тодд вел себя так же уверенно, как и за столом. Он подошёл к повару, пожаловался, что в прошлый раз ему не доложили орехов, шлепнул служанку по попе, отчего та наградила его снисходительной улыбкой. Наклонившись к ее ушку он озвучил две просьбы. Новую порцию эля, и… впрочем, от второго предложения она, сверкая глазами, отказалась.

Вернувшись к столу, Тодд не сразу понял, что подлый Брайан сбежал.

***

Все происходило как в тягучем сне. Тодд видел пол и ноги двух охранников, и до сих пор не верил в происходящее. Ворот рубашки передавливал шею, дышать удавалось с трудом, а эль просился наружу.

Охранники открыли дверь его головой и, раскачав, швырнули с крыльца. Тодд влетел лицом в грунтовую дорогу, носом собирая весь мусор, что там находился.

Вскочив, он яростно потрясая кулаком, завопил:

– Да как вы смеете?! Я вам таких устрою…

На пороге показалась служанка с ведром в руке, и в следующую секунду его облили помоями. Уклониться он не успел, но замолчал моментально, наглотавшись зловонной воды с рыбьими требухами.

Дверь в трактир захлопнулась, а Тодд, откашливаясь, заковылял в сторону. Брайан стоял неподалёку, сдерживая смех. С трудом сохраняя спокойствие, Тодд подошёл к своему спутнику.

– Ах ты скотина!

– А вы думали, всё так просто? – услышал он слова Брайана. – Что весь мир у ваших ног и можно вести себя как вздумается?

– Ты ублюдок! – Тодд сплюнул ему под ноги остатки рыбьих кишок, что еще оставались у него во рту. – Какого минотавра?

– Обычного, – пожал плечами Брайан. – Кстати, отойдите. От вас неприятно пахнет.

– О, неужели? – с притворным удивлением воскликнул Тодд, делая шаг ближе к Брайану.

Он попытался обнять спутника, явно намереваясь поделиться с ним своим "ароматом". Брайан мгновенно отшатнулся, а потом, не удержавшись, оттолкнул его так резко, что Тодд чуть не упал.

– Ты меня подставил! – возмущенно воскликнул Тодд, указывая пальцем на Брайана.

– Сами виноваты. Заказ был ваш, вот вы и расплатились. Было вкусно?

– Они отобрали всё, что у меня было! Гляди, что сделали с рубашкой! – в негодовании воскликнул Тодд.

– Постирается.

– А это?

– Зашьётся.

Брайан все еще давился от смеха, глядя на Тодда и его нелепый вид. Но вскоре его лицо приобрело серьезное выражение, и он сказал:

– Вы получили по заслугам, Тодд. А теперь прошу меня извинить. Я пойду и расплачусь с этими людьми. Потому что быть магом – это не только привилегии, но и ответственность. За себя и за других. Надеюсь, когда-нибудь вы этому научитесь.

Тодд, уже остывший от своего недавнего унижения, махнул рукой.

– Да брось, не нужно. Я с ними уже расплатился.

Брайан замер, вскинув бровь.

– Правда? У вас были деньги?

Тодд хмыкнул, стряхивая грязь с рукавов.

– Ну… не совсем. Я оставил им медальон архимага. Пообещал выкупить через два дня.

Брайан опешил, его челюсть буквально отвисла.

– Что? Вы… заложили медальон? Но нас здесь не будет через два дня! Медальон мага – великая ценность! Его нужно беречь как зеницу ока!

В доказательство он снял с шеи свой собственный амулет и показал его Тодду. У Брайана он был бронзовым.

Тодд лишь фыркнул, махнув рукой.

– Не переживай. Всё под контролем.

Он прекрасно знал, что медальон сам вернётся к нему благодаря наложенным на него чарам, но объяснять это Брайану не собирался. На самом деле Тодд уже давно придумал целый бизнес-план, который он хотел реализовать при первом же удобном случае. Он будет путешествовать между городами и закладывать артефакт у всех ростовщиков и банкиров, получая сначала денежки, а потом обратно и медальон. И так по кругу, пока не разбогатеет.

– Ладно, пошли. Надо найти реку, чтобы смыть с себя это… – Тодд долго подбирал слово, – …великолепие.

Он направился к ослику, уже привычным движением собираясь вскочить в седло, но Брайан решительно преградил ему путь.

– Нет. Моя очередь ехать на осле!

Тодд приподнял бровь, явно собираясь возразить, но замер, когда на пальце Брайана зажегся огонек пламени.

– Лучше не спорьте, – добавил он твёрдо, и в его голосе зазвучала непривычная уверенность.

Тодду не оставалось ничего другого как подчиниться. Плетясь вслед за Брайаном, он думал как же ненавидит всех этих магов.

***

Тодд шел по пыльной дороге, чувствуя, как ноги скоро отвалятся. Три дня их путешествия подходили к концу. На шаг впереди него Брайан вёл ослика, который время от времени недовольно фыркал и тянулся к редким кустам вдоль дороги. Тодд, уставший от долгого пути, прищурился, глядя на горизонт.

Сначала он заметил горы, цепь которых словно обнимала плато, а затем взгляд зацепился за могучие белые стены. Академия "Сияющий шпиль" вырисовывалась вдали: величественные башни с багряными крышами возвышались над плато, словно зубцы короны. Центральная башня уходила в небо, её вершина переливалась магическим светом, заметным даже с такого расстояния.

– Это она? – спросил Тодд, указав пальцем на горизонт.

– Да, – с гордостью ответил Брайан. Его глаза засверкали, словно он говорил о родном доме. – "Сияющий шпиль". Главная магическая академия во всех человеческих землях.

Тодд хмыкнул, разглядывая далекие стены.

– Впечатляет. Только я не вижу, чтобы кто-то торопился нас встречать.

Брайан на это лишь пожал плечами, продолжая вести ослика.

Дорога привела их к узкому ущелью, и Тодд остановился, поражённый видом. От одной скалы к другой простиралась огромная крепостная стена, массивная и монументальная. Её поверхность была усыпана магическими рунами, которые мерцали мягким голубым светом. На вершине стены возвышались башни наблюдения, каждая из которых была увенчана острыми шпилями.

– Это Горная стена, – пояснил Брайан, заметив взгляд Тодда. – Она защищает Академию от возможных нападений.

Тодд усмехнулся, разглядывая башни.

– Вы, маги, совсем параноики. Кто на вас нападёт?

– История знает примеры, – ответил Брайан, не оборачиваясь. – В этих башнях квартируются солдаты и боевые маги. Студентов туда не пускают – это закрытая зона.

Тодд присвистнул, разглядывая стены. Про себя он подумал, что это именно то место, куда ему стоит попасть, чтобы перекинуться с солдатами в карты или кости. И у них точно будет вино.

Массивные ворота из кованой стали были открыты. К ним вел длинный каменный мост, перекинутый через расселину. Их встретили несколько солдатов в полных доспехах, почти рыцари. Один из них проверил бумаги Брайана, желая убедиться, что тот имеет право попасть внутрь.

Надолго их не задержали. Как только они проехали через ворота, перед ними открылся полноценный город. Узкие каменные улицы извивались между домами, построенными из светлого камня. На каждом углу виднелись вывески лавок и таверн, а в центре небольшой площади журчал фонтан, сияющий магическим светом.

– Это Мистхольм, – начал объяснять Брайан. – Здесь живут ремесленники, торговцы, повара, уборщики и все, кто обслуживает нужды Академии. Вон там, на улице Мастеров, делают артефакты, – указал Брайан на одну из улиц. – А там, на рынке, продают всё, что нужно: зелья, книги, магические инструменты. Разумеется, исключительно за арканы.

Они проехали мимо уютной таверны с вывеской "Туманный лист".

– А это что за место?

– Здесь студенты любят проводить время. Тут подают лучший чай во всей округе.

Тодд скорчил гримасу.

– Чай? В таверне?

Брайан лишь пожал плечами. Они продолжили путь, проезжая мимо оживленных лавок и бесконечных витрин. Жители Мистхольма казались слишком занятыми своими делами, чтобы обращать внимание на двух путников, но Тодд все же чувствовал иногда на себе косые взгляды.

Они миновали последние дома Мистхольма, и шум уличной жизни остался позади, сменившись мягким шорохом травы под ногами. Земля вокруг постепенно становилась каменистой, но не безжизненной. Повсюду росли низкорослые кустарники – можжевельники и колючие кизильники, цеплявшиеся за почву своими узловатыми корнями. Их темно-зеленые кроны выглядели словно пятна чернил на выгоревшем фоне.

Дорога к академии извивалась змейкой по склонам плато, будто сама природа пыталась затруднить путь любому, кто решился оставить уют города позади. Брайан шёл впереди, время от времени оглядываясь. Тодд тащился чуть поодаль, хмуро крутя головой, а между ними, тряся ушами, шагал ослик.

– Мы уже близко, – подбодрил Брайан Тодда.

– Надеюсь, оно того стоило, – буркнул Тодд, разглядывая склоны, усеянные цветами.

– Уверен, вы удивитесь, – продолжил Брайан. – Академия – это не просто место обучения. Это целый мир.

Когда тропа сделала последний изгиб, перед ними открылась Академия. Здания из светлого камня сверкали на солнце, их багряные крыши напоминали раскалённые угли. Башни, соединенные арками, вздымались над плато, как стражи. В центре возвышалась главная башня – "Сияющий шпиль". Её вершина светилась мягким магическим светом, который будто бы говорил: "Здесь начинается величие."

Тодд остановился перед массивными воротами. Охраны не было. Пройдя через них, они попали в просторный внутренний двор, вымощенный камнем.

– Вот мы и на месте, – произнёс Брайан, улыбнувшись. – Добро пожаловать в Академию.

Тодд тихо выругался от восхищения. В таком огромном замке ему еще никогда не приходилось бывать. Не замок – целый город!

– И за сколько тут осваивают магию? – спросил он.

Брайан улыбнулся, поправляя очки.

– Обычно обучение длится десять лет. Первые три курса – это основы: теория магии, руны, зельеварение, базовое волшебство. С четвёртого выбирают специализацию, а последние три года – практика.

– Десять лет? – Тодд выкатил глаза. – Мне нужно справиться за один!

– Может у вас и получится, не отчаивайтесь, – сказал Брайан, а после повернулся к ослу и резко хлопнул в ладоши: – Джафар, ты свободен!

Ослика окутал дым и животина с громким хлопком исчезла, оставив после себя лишь седельные сумки. Тодд отшатнулся.

– Хвост гарпии! Что это было?

– Фамильяр. Ладно, пойдемте. Нам нужно доложить ректору, что мы прибыли.

Они зашагали вперед. Мощеные камнем дорожки расходились веером, соединяя различные здания. Повсюду сновали студенты – кто-то торопился с книгами, кто-то оживленно обсуждал последние лекции. Воздух был наполнен ароматом горной свежести.

– Это учебный двор, – начал объяснять Брайан, ведя Тодда через арку, увитую плющом. – Сюда студенты выходят отдохнуть и расслабиться.

Тодд кивнул, разглядывая огромные статуи вдоль дорожек.

– А это что за каменные парни?

– Это статуи великих магов, – ответил Брайан с уважением в голосе. – Например, вот этот – Аурелиус, основатель Академии.

– Понятно, – протянул Тодд, задержавшись взглядом на статуе, чьи глаза как будто бы следили за ним.

Они вошли внутрь, и перед ними открылся коридор с высокими сводами. Пол из мрамора отражал солнечный свет из больших витражных окон.

– Это главный коридор, – продолжал Брайан. – Он соединяет все важные здания академии. Там слева – вход в подземелья. А справа – классы для изучения магии рун. Если идти по коридору долго, то вы выйдете на каменные галереи и попадете на другое плато. Там находится дуэльный зал, где студенты практикуются в боевой магии. Чуть дальше – общежития старшекурсников.

Коридор вывел их в просторный атриум, где потолок был выполнен из магического стекла. Сквозь него виднелось небо, на котором парили облака. В центре атриума находился фонтан – вода в нём струилась вверх, образуя мерцающую спираль.

– Это атриум знаний, – пояснил Брайан.

Они прошли через ещё одну арку, и перед ними появилась лестница из белого мрамора, ведущая вверх. Перила были украшены выгравированными рунами, которые слегка светились при каждом прикосновении.

– Кабинет ректора на вершине главной башни, – сказал Брайан. – Обычно сюда приходят только старшие курсы и преподаватели. А сама она пользуется порталами.

Тодд и Брайан шаг за шагом поднимались по извилистой мраморной лестнице, ведущей к вершине главной башни. Чем выше они поднимались, тем тише становилось вокруг, лишь их шаги нарушали звенящую тишину.

– Чего она забралась так высоко? – пыхтел Тодд, остановившись, чтобы перевести дух.

– Это символическое, – ответил Брайан. – Главная башня – сердце Академии. Её вершина – место, где принимаются самые важные решения.

Они преодолели последний виток лестницы. Перед ними появилась массивная дверь из тёмного дерева с золотыми рунами, которые едва заметно пульсировали, как будто дышали.

– Это здесь? – спросил Тодд, кивая на дверь.

– Да. Вам лучше подождать здесь.

Брайан поднял руку и трижды постучал по двери. Звук эхом разнесся по коридору, как гром в тишине. Несколько мгновений ничего не происходило, а затем дверь медленно открылась, впуская Брайана внутрь.

– Никуда не уходите, – бросил он на прощание, исчезая за дверью.

Тодд остался один. Он скрестил руки на груди и стал ждать. Время тянулось, пока дверь снова не приоткрылась, и из нее вышмыгнул Брайан. Его лицо было напряженным, а взгляд нервно метался.

– Она… – старшекурсник сделал паузу, оглядываясь через плечо, – не в духе. Ладно, я пошёл. А вы продолжайте ждать. Вас позовут.

– Отлично, – пробормотал Тодд, наблюдая, как Брайан исчезает из поля зрения.

Тодд вздохнул, снова прислоняясь к стене. Он знал, что за дверью его ждёт разговор от которого зависит его будущее. Однако он был готов. Как всегда.

Глава 5. Против течения

Тодд нервно переминался с ноги на ногу перед массивной дверью. Ему пришлось ждать около получаса, пока секретарь ректора наконец не пригласил его.

– Вас ждут.

Тодд шагнул внутрь, его сразу же поразила величественность кабинета. Просторное помещение с высоким куполообразным потолком, украшенным звёздной картой, вызывало восхищение. Пол был выложен гладким мрамором, а вдоль стен возвышались ряды книжных шкафов, полных древних фолиантов.

В центре комнаты стоял огромный письменный стол, за которым сейчас кипел спор.

Ректор Ар’Элия де Лавель, одетая в строгую мантию, сидела за столом. В руках она держала свиток, которым то и дело указывала на собеседника – высокого мужчину с длинными серебристыми волосами и холодным взглядом.

Тодд с удивлением узнал Ар’Кайрона фон Лаймарка. А этот франт как здесь очутился? Ах да, порталы. Мог бы и Тодда забрать с собой, раз все равно собирался оказаться здесь. Тогда бы ему не пришлось тащиться три дня по пыльным дорогам!

– Мне всё равно, что постановил суд! – голос Ар’Элии был резок. – Академия не примет преступника!

– Я понимаю, но ты же сама понимаешь, что ситуация сложная.

– Ты только погляди на его "достижения", – продолжила Ар’Элия, бросив свиток на стол. – Его должны были повесить!

– Но не повесили, – спокойно возразил Ар’Кайрон, слегка покачивая головой. – Королевство нуждается в архимагах. Если медальон Ар`Дарха принял его, то ты же сама понимаешь, что это значит. Нужно дать ему шанс.

– Шанс?! Этот человек – позор всего рода людского! Ты видел, сколько писем мне прислали родители? Они грозятся забрать детей!

Тодд, всё ещё стоящий у двери, переминался с ноги на ногу. Ему было неловко, что его присутствия не замечают. Но в этот момент секретарь громко захлопнул дверь за его спиной.

Ар’Элия резко обернулась, её взгляд впился в Тодда, как кинжал.

– И вот этот человек должен жить под одной крышей с десятилетними детьми?

– Конечно, нет, – возразил Ар’Кайрон. – Для него можно сделать исключение. Выдать отдельную комнату.

– Это привилегия старших курсов! – ректор скрестила руки на груди. – И где ты предлагаешь разместить этого… героя?

– На первом этаже западного крыла, – ответил Ар’Кайрон с невозмутимостью. – Или где посчитаешь нужным. Помещений в академии достаточно.

Ар’Элия устало потерла висок. Потом ее взгляд снова упал на пергамент, где, как понял Тодд, перечислялись все его жизненные достижения.

– Боги… Здесь написано, что он украл единорога! Зачем ему, тьма раздери, был нужен единорог?

Тодд чуть не рассмеялся вслух. Единорог. Он вспомнил тот вечер. Тогда он накосячил и ему очень нужно было впечатлить Ларену, извиниться перед ней. И он не придумал ничего лучше чем явится к любимой верхом на белом коне, словно рыцарь. Вот только белого коня не оказалось, и пришлось позаимствовать у местного волшебника единорога. Правда скотина оказалась строптивой, сбросив его в грязь перед десятком мещан. Пришлось ограничиться букетом цветов.

Тодд кашлянул, пытаясь привлечь к себе внимания, но для спорящих его как будто не существовало.

– Что ещё тут требуют от меня? – продолжала ректор, глядя на пергамент. – Особый доступ в библиотеку? Может, сразу выдать ему весь арсенал артефактов?

– Если он действительно архимаг, как показывает медальон, то его обучение будет ускорено, – спокойно сказал Ар’Кайрон. – Конечно, ему стоит начать с основ, но торчать год на первом курсе – не лучшая идея. У него должна быть возможность быстро закрыть пробелы в знаниях.

– Это безумие! – ректор яростно ударила ладонью по столу.

Тодд уже хотел вставить язвительный комментарий, но Ар’Элия наконец-то обратила на него внимание.

– Итак, Тодд, – сухо произнесла она. – Вы действительно считаете, что сможете соответствовать требованиям Академии?

– Ну, – Тодд небрежно пожал плечами, – хуже мне точно от этого не будет.

– Вам-то конечно. Судя про то, что я о вас знаю, вас вообще мало интересует что-то, кроме собственной персоны.

Ар’Элия вздохнула, её лицо вновь приобрело холодную непроницаемость.

– Тодд, вы понимаете, что ваше пребывание здесь – нежелательно? За вами будут очень пристально следить. Стоит вам оступиться, и это будет концом. Для вас. Я исключу вас без малейшего сожаления.

Тодд чуть склонил голову, изображая вежливое понимание, но в уголках его рта мелькнула усмешка.

– Понял, госпожа ректор. Один шаг влево, один шаг вправо – голова с плеч. Тот пацаненок, Брайан, многое рассказал мне о ваших правилах и как тут все устроено.

Ректор Ар’Элия несколько мгновений молча смотрела на него, потом задала вопрос:

– Почему я должна принять вас в академию “Сияющий шпиль”?

– А у вас есть выбор?

Её глаза сузились, а губы сжались в тонкую линию.

– За словами вы явно в карман не лезете, – сказала она сухо.

Тодд лишь пожал плечами, сохраняя невозмутимость.

– Мне это всегда помогало.

– Ну что ж, посмотрим насколько долго вы сможете продержаться, – произнесла ректор. – Мне даже самой интересно.

***

Тодд шагнул в темное помещение склада. За столом сидел старшекурсник – тощий парень с тёмными кругами под глазами, который лениво подпер щеку рукой. Казалось, он готов был уснуть прямо на месте.

– Эй! Просыпайся!

Старшекурсник вздрогнул и недовольно прищурился. Он явно отбывал здесь какое-то наказание.

– Чего надо?

– Вот, – Тодд положил перед ним пергамент с печаткой ректора.

– Ты Тодд Эрвуд? – лениво бросил он, даже не поднимая головы.

– Ага, – ответил Тодд, оглядывая помещение. В углу на манекенах висели мантии разных цветов и размеров.

Старшекурсник не торопясь потянулся к ящику и вытащил небольшой предмет, украшенный рунами.

– Это твоя магическая печатка, – начал он монотонным голосом. – На нее начисляются арканы. Видишь? Вот здесь отображается баланс.

Тодд взглянул на печатку. Поле для чисел действительно показывало "0".

– Ага, понятно, – буркнул Тодд, беря печатку в руку.

– Баллы получаешь за всё хорошее: успехи на занятиях, участие в соревнованиях, выполнение поручений преподавателей. Теряешь за плохое: прогул занятий, нарушение правил, использование магии не по назначению.

– Понял, – ответил Тодд, поворачивая печатку в руках. – А купить что-то как?

– Просто прикладываешь печатку и арканы сами спишутся.

– А если кто-то украдет мою печатку и начнет ею пользоваться налево и направо? Не хотелось бы…

Тодд не просто задал этот вопрос. Он уже представлял как стащит у нерадивых студентиков их печатки и будет жить с комфортом. Но ответ ему не понравился.

– Невозможно. Печатка зачарованная, пользоваться может только владелец. Передача арканов между студентами запрещена. Обнулится баланс у обоих. За любые махинации с арканами предназначены наказания, вплоть до исключения.

Тодд фыркнул, убирая печатку в карман.

– Ладно. А форма где?

Старшекурсник отошел к одному из стеллажей и вернулся со стопкой одежды. Мантия и брюки явно предназначались для десятилетнего ребенка.

– Вот.

Тодд уставился на одежду, потом на старшекурсника.

– Ты издеваешься? Это же для малышни!

– Ты первокурсник, так? Значит это твоя форма, – безразлично ответил парень. – Видишь знаки отличия? Вот на этих мантиях – для второго курса, на тех – для третьего.

– И как прикажешь мне в этом ходить? Я даже в нее не влезу!

Тодд схватил мантию, приложил к себе и наглядно продемонстрировал, что ткань не сходится на его груди. Старшекурсник закатил глаза, но подошел к дальнему шкафу и начал что-то искать. Через пару минут он вытащил мантию, которая была куда шире обычных, но такая же короткая.

– Это для особо… габаритных. Кого родители хорошо кормят, – пояснил он, бросая одежду на стол.

Тодд, скрипя зубами, натянул брюки и рубашку. Штаны оказались короткими, доходя до колен, а рукава мантии едва прикрывали локти. Он оглядел себя.

– Ну? – спросил он. – Это что, по-твоему, нормально?

Старшекурсник пожал плечами.

– Все что должен был выдать – выдал. У меня для тебя больше ничего нет. Проваливай.

Тодд уставился на него, но быстро понял, что спорить бесполезно. Он развернулся и направился к выходу, злобно ворча:

– Отлично. Теперь я не только первокурсник, но и цирковая обезьяна! Просто великолепно!

***

Каменные галереи, вырубленные прямо в скале, выглядели надёжно, почти монументально. Их ширина позволяла свободно пройти двум людям, а высокие бортики гарантировали, что случайного падения вниз не произойдёт. Тодд шёл по ним, поглядывая на открывающийся пейзаж: внизу, словно игрушечная модель, раскинулся Мистхольм. За ним виднелась крепостная стена, а после – бесконечные поля и холмы.

– Красиво, – признал Тодд.

Его путь лежал к общежитиям старшекурсников, которые размещались на отдельном плато. Чтобы туда попасть пришлось пройти через деревянный мост. Он выглядел прочно, с мощными перилами, украшенными резными узорами. Само здание выглядело скорее как отдельный замок, чем место, где жили старшекурсники.

Внутри общежитие оказалось простым, даже аскетичным. Узкие коридоры тянулись между комнатами, лестницы круто уходили вверх и вниз, а двери, каждая с выгравированным номером, размещались в математическом порядке.

Как Тодд уже знал, первые три курса жили в главном здании, ютясь по пять человек в комнате. Но местные начальники почему-то сразу забраковали идею сожительства взрослого мужика с детьми, и Тодду дали привилегию жить отдельно.

В общежитии старшекурсников были как общие комнаты, так и отдельные. Правда оказалось, что отдельная комната стоит в день целых десять арканов. У Тодда было ровно ноль. Но он так же понял, что можно уходить в минусовой баланс. Ровно до отметки “минус 300 арканов”, после чего следовало исключение.

Сейчас на печатке у него значилось “баланс: -10”. Ушлые маги уже сняли плату за первую ночь. Жизнь в общих комнатах его тоже бы устроила, но она не устраивала уже местных старшекурсников. Никто не хотел делить пространство с опасным преступником, про которого многие уже успели прочитать в газетах.

Его собственная комната оказалась далеко не шикарной. Пространство было крошечным и без окон, со строгими голыми стенами. Мебели – минимум: кровать, сундук для вещей, стул и скромный письменный стол. В углу стояла масляная горелка, но масла, конечно, не прилагалось.

Чтобы хоть что-то видеть, Тодду пришлось оставить дверь открытой. Он бросил мешок на сундук и сел на стул, который протестующе скрипнул. Пожитков у него было немного: только старая одежда да новая форма первокурсника.

Тодд рухнул на кровать, закинул руки за голову и уставился в потолок. Комната, казалось, сжималась вокруг него своими голыми стенами. Холодная, чужая, она будто намекала, что здесь ему не место.

"Вот и куда я попал? Школа для магов, мать её... Слушай лекции, размахивай руками, зубри какие-то древние слова. Да и студенты эти наверняка все голубых кровей. Ну, может, парочка деревенских затесалась для разнообразия, но основная масса – точно с носами выше крыши, – думал он, глядя на потолок. – Что я вообще знаю про благородных? Только то, что их карманы всегда полны”.

Но Тодд лукавил. В своей прошлой жизни ему приходилось пересекаться с баронами, графами и даже одним герцогом. Но эти отношения были чисто деловыми. Они ему платили за работу по поиску чего-то ценного, он эту работу делал. Дружить с ним голубокровые не хотели. Даже безземельные рыцари вертели носами.

Тодд бросил взгляд на стол, где лежало расписание занятий – красивый пергамент с мелким, аккуратным почерком. К нему так же был прикреплен клочок бумаги с печатью ректора – пропуск в библиотеку.

– Библиотека, – скривился он, – мечта идиота. Читай, изучай, записывай... Скукотища. Да если бы мне платили за каждый прочитанный абзац, я бы и тогда не согласился бы.

Но он понимал, что придётся. Как бы ни было скучно и противно. Учебный год начался, когда он маршировал с армией и сражался с эльфами. Многое придется наверстывать.

Тодд снял медальон с шеи и стал рассматривать. Золотой, с узорами в виде солнца, окруженного сплетенными ветвями. Он был тёплым на ощупь – как всегда. Это тепло напоминало ему о том дне, когда артефакт впервые оказался у него в руках.

– Почему ты вообще меня выбрал, а? – тихо пробормотал Тодд, крутя медальон в пальцах. – Великий магический артефакт, небось, мог выбрать кого-то более достойного. Кого-то важного, с именем и титулом. А достался мне. Как интересно.

Он усмехнулся, но беспокойство не уходило. Не все тут гладко, подумал он. Почему сила медальона не умерла вместе с магом? Он переместил свою душу в него? И что это означает? Медальон теперь живой?

Очевидно, что Тодда не казнили как раз по этому. Они как-то связаны. И если умрет он – умрет и сущность, заключенная в медальоне.

Тодд поднес медальон к губам и укусил его.

– Эй, ты меня слышишь? Есть кто живой?

Но медальон не ответил. Тогда Тодд вздохнул, повесил его на шею и покинул комнату. Делать там было решительно нечего, а вот изучить академию хотелось просто из любопытства. Она была огромной, перекидываясь с одного плато на другое. Наверное пройдут месяцы прежде чем он освоиться.

Тодд лениво брел по коридорам общежития. Всё вокруг казалось отталкивающе чужим. Он чувствовал себя здесь так же уместно, как орк на королевском балу.

– Интересно, где тут нормальные люди обитают? – пробормотал он, потирая шею. – Таверну я видел в том городке, но Брайан сказал, что пьют там в основном чай. Фу!

На следующем повороте на него буквально налетел высокий юноша с аккуратно зачесанными волосами и идеально выглаженной мантией. На груди блестела эмблема старосты, а в руках студент держал внушительную папку.

– Ты кто такой? Что ты здесь делаешь? – спросил незнакомец, вперив в Тодда испытующий взгляд.

– Хожу-гуляю. Теперь я тут живу.

Юноша прищурился, а его тон стал ещё более язвительным. – А, ты тот самый новичок. Убийца архимага!

– Ну вообще-то я сам архимаг, – Тодд лениво показал ему золотой медальон. – Смотрю у тебя такой же, только бронзовый. Не значит ли это, пацан, что надо проявлять куда больше уважения?

– Тоже мне! – фыркнул староста. – Все знают, что произошла ужасная ошибка. Ты даже колдовать не умеешь!

– Ну, как раз для этого меня сюда и отправили, – флегматично отозвался Тодд, разглядывая собеседника.

– Нет! Тебя отправили сюда пугать благородных людей своим внешним видом и нарушать правила академии. Где твоя форма, первокурсник?

Тодд не хотел позориться, а потому не одел те тряпки.

– Она мне мала.

Юноша с явным удовольствием поджал губы и процедил: – Я, Рейнар фон Валем, староста этого кампуса. За нарушение правил я налагаю на тебя штраф в два аркана. И так будет каждый раз, когда тебя увижу без формы.

Староста поднял руку и кончик пальца засветился. Тодд ощутил что печатка внутри кармана нагрелась. Он достал ее и действительно увидел “баланс: -12”.

Тодд стиснул кулаки, его плечи напряглись. Внутри него забурлила ярость, обжигающая, как раскаленный уголь.

– Ах ты гаденыш! Как там тебя тебя зовут говоришь? Рейнар фон Валем? С этого дня ты будешь Рейнар фон Говнюк!

Рейнар выглядел так, словно ему залепили пощечину.

– Оскорбление старосты! Еще один аркан штрафа! Это приличное место, а не трактирный зал! Хочешь продолжить?

Тодд вновь посмотрел на печать. Сейчас там горело: “баланс: -13”. Захотелось с силой двинуть этой печаткой старосте между глаз. Напыщенный ублюдок! Да как он смеет?

Но Тодд сделал над собой усилие. Глубоко вздохнул. Раз, второй. Расправил плечи и резко изменил выражение лица на вымученно-смиренное.

– Ой, извините, господин староста, – сказал он с нарочитой покорностью. – Я сам не знаю, что на меня нашло. Конечно, я был не прав. Больше такого не повторится, обещаю. Сами понимаете, новенький, ещё не привык к здешним порядкам.

Рейнар вскинул подбородок, ему явно понравилась реакция Тодда.

– Привыкай быстрее. Ходи в форме, соблюдай субординацию! Увижу за тобой еще какое-то нарушение – сразу оштрафую. Понял меня?

– Да-да, конечно. Ещё раз нижайше прошу меня извинить.

Рейнар одобрительно кивнул и двинулся прочь. Его идеальная осанка и надменный шаг словно кричали: "Смотрите, я тут – главный!".

Тодд постоял ещё пару мгновений, делая вид, что собирается уйти в другую сторону. Но когда фон Валем скрылся за углом, лицо Тодда исказила зловещая усмешка и он бесшумно последовал за старостой.

– Неужели ты думаешь, что я тебя так просто отпущу, напыщенная ты задница?

Рейнар начал спускаться по крутой каменной лестнице, ведущей в нижний коридор. Тодд огляделся: вокруг никого. Никто не видел ни старосту, ни его самого. Он уверенно подкрался ближе, бесшумно ступая по каменным плитам, словно охотник за добычей.

И в нужный момент – легкий толчок ногой в спину.

Рейнар ахнул, балансируя на краю, а затем с громким криком покатился по лестнице, поднимая шум на все общежитие. Бумаги из его папки разлетелись, а сам староста завершил своё падение на площадке, больно ударившись головой о стену.

Тодд, едва сдерживая смех, тут же развернулся и быстрым шагом ушел в противоположном направлении. На его лице сияла победная ухмылка, а губы насвистывали старую солдатскую мелодию – про шлюху и солдата, который всё никак не мог найти покой.

– Так-то лучше, – пробормотал он себе под нос, выйдя из общежития и направляясь к главному зданию академии. – Добро пожаловать в реальный мир, милорд Рейнар фон Валем.

***

Тодд шагал по коридору, чувствуя себя настоящим посмешищем. На нём была форма первокурсника – голубая мантия с символом академии на груди. Слишком короткие рукава обнажали жилистые запястья, а низ мантии был явно не рассчитан на его рост, заканчиваясь выше колен. Штаны же больше походили на шорты.

Форму пришлось одеть когда Тодда еще дважды оштрафовали за ее отсутствие. Теперь на его балансе значилось “-27 арканов”. Двадцать сняло за комнату, где он жил, а семь он потерял благодаря нарушениям.

Когда он проходил мимо группы старшекурсников, кто-то из них крикнул:

– Эй, новичок! Как там в вашем деревенском цирке? Далеко отсюда ушли?

Тодд лишь скрипнул зубами. Вокруг слишком много свидетелей, чтобы просто так подойти и врезать этому козлу.

Со всех сторон он слышал насмешки, а иногда и откровенный смех.

– Смотрите, в первокурсники уже берут стариков!

– У моего папочки в зверинце есть цирковой медведь. Они чем-то похожи.

– Эй, дедуля, сколько у тебя внуков?

– Ну и рожа!

Бровь Тодда дергалась. Он чеканил шаг, стараясь не замечать окружающих.

На очередном повороте что-то холодное и мокрое плюхнулось ему в спину. Вода моментально пропитала тонкую ткань мантии. Тодд резко обернулся, но увидел лишь группу мальчишек, мгновенно разбежавшихся в стороны.

– Ах вы мелкие крысы! – рявкнул он.

Коридор наполнился топотом ног и звуками захлопывающихся дверей. Тодд знал, что догонять их бессмысленно – уж бегать эти малолетки точно умели лучше, чем он после всех своих ранений.

Наконец, он добрался до двери, за которой ждала его первая в жизни лекция по магии. Внутри уже сидели первокурсники, а в воздухе висел легкий гул голосов. Когда он вошёл, все разговоры прекратились – словно он принёс с собой грозу. На него обернулись десятки глаз.

В отличие от детей в общих коридорах – эти смеяться не стали. Угроза слишком близко, чтобы шутить. Тодд прошел мимо и занял место в самом конце кабинета, за отдельным столом. Детишки, кто сидел рядом, тут же отсели, стараясь находится от него как можно дальше.

Перед первокурсниками, как на выставке, были разложены книги и пергаменты. У некоторых студентов стояли изящные чернильницы, а у кого-то даже магические перья, которые сами умеют записывать лекцию. У Тодда же не было ничего – ни книг, ни чернильницы, ни пергамента.

“Даже старой армейской фляги, в которой мог бы плескаться самогон тоже нет”, – с грустью подумал Тодд. За флягой он скучал больше всего.

Дверь открылась, и в класс вошёл профессор. Это был добродушный старичок с густыми седыми волосами, которые вились в небольшие кольца. Очки сидели на кончике его носа, а в руках он держал внушительный том.

Профессор остановился, оглядел класс, и его взгляд тут же упал на Тодда. Он слегка вздрогнул, поджал губы и, казалось, на мгновение задумался, не прогнать ли странного гостя из класса.

– Дети, – наконец произнес он, осторожно поправляя очки, – это... это новый ученик. Тодд Эрвуд.

Дети переглянулись, кто-то фыркнул. Один из мальчишек на переднем ряду тихо пробормотал ругательство. Профессор кашлянул, притворившись, что не услышал, и продолжил.

– Постарайтесь быть добрыми и приветливыми. Все мы здесь ради знаний, – его голос задрожал в конце фразы, и он поспешно перевел взгляд на доску. – А теперь... давайте начнём.

Он поднял книгу, огладил её тёмно-синий переплет и обратился к классу:

– На прошлом занятии мы говорили о том, откуда берётся магический потенциал и как он пробуждается в человеке. Чем отличается человеческая магия от магии эльфов, гномов и орков. Мы обсуждали, что требуется, чтобы стать сильным волшебником, – профессор сделал небольшую паузу. – А сегодня мы разберём, как же творятся заклинания.

Профессор поднял книгу, и в воздухе перед ним появилась светящаяся формула. Линии энергии соединились в изящный символ, который тут же привлёк внимание всех, даже Тодда.

– Заклинания не творятся хаотично, – начал профессор. – Магия – это не просто волшебное слово или взмах руки, как вы, возможно, представляли себе в детстве. Каждое заклинание – это последовательность магических формул, которые нужно понимать и уметь насыщать энергией.

Светящаяся формула медленно вращалась перед глазами студентов. Профессор указал на неё пальцем.

– Для младших курсов проще всего начинать с записи формул на пергаменте. Вы пишете символы, а затем проговариваете заклинание вслух, чтобы активировать энергию. Это помогает вам привыкнуть к структуре и потоку магии.

Он оглядел класс, будто ждал вопросов, и продолжил:

– Но опытные маги запоминают формулы у себя в голове. Заклинаний сотни, и чем они сложнее – тем сложнее конечная формула. Именно поэтому у нас есть это, – он поднял на цепочке серебряный медальон. – Данные артефакты не только символ вашего статуса, но и хранилище. Опытные волшебники записывают в медальон заклинания. Чем их больше, и чем они сильнее – тем сильнее видоизменяется ваш медальон. От бронзового к серебряному, и от серебряного к золотому.

Профессор огладил свою бороду и улыбнулся:

– На старших курсах вы научитесь соединять своё сознание с медальоном. Тогда вы сможете применять заклинания быстро, без необходимости проговаривать их вслух или писать формулы. Но до этого момента вам предстоит долгий путь.

В аудитории раздался разочарованный вздох. Один из мальчиков, с растрепанными светлыми волосами, поднял руку.

– А я хотел уже сейчас освоить боевую магию! – с обидой в голосе сказал он.

Профессор мягко улыбнулся и развёл руками: – Боюсь, этого не получится, Дилан. Магия – это как строительство дома. Нельзя начинать с крыши. Сначала фундамент. Любой маг переходит от простого к более сложному. Даже самые великие волшебники когда-то начинали с базовых формул.

Тодд сидел, подперев щёку рукой, и смотрел на профессора без интереса. Тот поправил очки, а затем взмахнул рукой. На доске появились магические символы.

– Вот, дети, формула простейшего заклинания освещения. Она состоит из трех ключевых символов, каждый из которых отвечает за определенный аспект: излучение, направление и удержание, – он указал на символы на доске. – Запишите её точно в таком виде.

В аудитории зашуршали перья. Ученики сосредоточенно выводили символы на пергаменте, сверяясь с доской. Профессор продолжил, прохаживаясь между рядами:

– Помните, каждая линия и каждый изгиб должны быть точными. Малейшая ошибка может привести к... не совсем желательным последствиям. Освещение – заклинание простое, но если вы перепутаете символы, вместо света можете получить, скажем, дым. Или небольшой взрыв.

С этими словами он остановился возле парня, который явно перепутал один из символов, и ткнул пальцем в ошибку.

– Вот здесь, молодой человек. Этот знак должен быть замкнутым. А если оставите разрыв, то заклинание не сработает.

Дети переглянулись. Тот, кто допустил ошибку, покраснел, заскрипел пером, исправляя свою работу.

Когда все закончили запись, профессор встал перед классом и сложил руки за спиной.

– Теперь вам нужно насытить формулу энергией. Помните, магия – это не хаотичный процесс. Это ваш контроль, ваша концентрация. Вы должны направить энергию в формулу и сосредоточиться на результате.

Ученики начали пробовать. Они проговаривали формулу вслух. Кто-то нервно шептал слова, кто-то громко выкрикивал. Первые результаты были... странными. У одного мальчика формула загорелась ярким светом, но тут же погасла. У другого – появилась тусклая искра. Один смышленый ученик на переднем ряду создал слабый светящийся шарик, что вызвало восхищенные шёпоты.

Тодд сидел за своей партой, подперев голову рукой. Он лишь наблюдал за стараниями детей, ничего не делая. Профессор старался даже не смотреть в его сторону. Он делал вид, что Тодда просто не существует. Однако напряжение в его жестах выдавало, что присутствие взрослого мужчины с бандитской внешностью его нервировало.

Когда урок подходил к концу, профессор вернулся к доске.

– А теперь, дети – домашнее задание. На пергаменте вы запишите формулу, которую мы сегодня изучили, и попробуете создать три вариации освещения. Например, яркий свет, мягкий свет или даже цветной. Завтра мы обсудим ваши успехи.

Когда дети начали собирать вещи и покидать класс, Тодд медленно встал и направился к профессору, который как раз отвернулся, пытаясь достать с верхней полки книгу.

– Эй, профессор. Кошелек или жизнь!

Профессор дернулся, его очки чуть не упали. Он резко обернулся, схватившись за сердце.

– Ох, грива минотавра, я же пошутил, – Тодд поднял руки в успокаивающем жесте. – Просто шутка, не более.

– Ну, знаете ли! – профессор явно не оценил такой юмор. – Чего вы хотите?

Тодд почесал затылок.

– Ну, на самом деле нужен список книг. Чтобы читать, – вздохнул он. – Нужно быстро наверстать пробелы в знаниях. У меня даже пропуск в библиотеку есть.

Тодд помахал бумажкой перед носом преподавателя. Тот откашлялся, уже окончательно отойдя от испуга.

– Да-да, конечно. Я всё подготовлю. И, пожалуйста, больше не подкрадывайтесь ко мне со спины.

***

Первый учебный день подходил к концу и Тодд чувствовал себя необыкновенно усталым. Он не таскал ничего тяжелого, не сражался, не маршировал, не чистил телегу картошки. Но под конец дня мозги едва соображали. Он честно пытался понять, что толкуют на уроках, но новая информация усваивалась трудно. Верно говорят, что старого пса новым трюкам не научишь.

Тодд не собирался сдаваться. Все же у него сегодня была и небольшая победа. Отсидев все пять уроков он получил за каждый по одному аркану и теперь на его балансе было “-22 аркана”. Правда завтра отнимут еще десять за комнату и так каждый день, поэтому нужно срочно придумать как встать на ноги.

Два аркана давали за выполненное домашнее задание, три – за хорошую оценку. Но с этим были трудности. Для начала Тодду неплохо бы раздобыть чернила, перья и пергамент. Все это можно было купить в Мистхольме. Или украсть в местной библиотеке.

Тодд больше склонялся к второму варианту.

С этими мыслями он направился в трапезную, гулкую и огромную, как церковный зал. Здесь под потолком висели массивные люстры с тысячами свечей, а вдоль стен тянулись длинные столы, за которыми кипела жизнь. Студенты ели, смеялись, обсуждали последние лекции и перебрасывались колкостями.

В углу зала находилась зона бесплатной еды. Деревянные столы, на которых стояли большие котлы с кашами, кувшины с бульоном и корзины с черным хлебом, выглядели скромно, но функционально. Рядом возвышалась гора подносов. Тодд подошёл, взял один и медленно прошел вдоль стола, накладывая себе кашу и наливая в кружку бульон.

Он сел за дальний стол и неспеша начал есть. Краем глаза наблюдал за другими студентами. Те, кто скопил достаточно арканов, заказывали еду через меню – зачарованный пергамент. Они прикладывали к нему свои печатки, и перед ними появлялись тарелки с изысканными блюдами. Один из студентов недалеко от Тодда заказал запеченного фазана с гарниром из овощей. Другой ел ароматный пирог, от которого исходил запах теплых специй и ягодного соуса. Третий пил густой шоколадный напиток, смакуя и улыбаясь.

Тодд с грустью уставился на свою тарелку. Каша была вязкой, как клей, бульон – с горьковатым привкусом, а хлеб оказался сухим настолько, что им наверное можно колоть дрова.

– Смотрите, – прошептала девчонка за соседним столом, но Тодд все же услышал. – Он ест кашу, а говорили он демон.

– Может это каша с кровью, – хохотнул её сосед.

Тодд мельком взглянул на них, но не стал ничего отвечать. Ничего-ничего, пусть веселятся. Еще придет и его время танцевать на их костях.

Закончив трапезу, он вытер рот рукавом мантии и поднялся. В библиотеку он решил отправиться завтра. Сейчас нужно немного поспать, прийти в себя. Выходя из трапезной, Тодд незаметно умыкнул с подсвечника пару свечей. Сидеть у себя в комнатушке без света не хотелось.

Дорога обратно тоже требовала мыслительных усилий. Куда идти, где поворачивать, как бы не заблудиться. Никогда прежде ему не приходилось так много напрягать мозги. Учёба в Академии отличалась от всего, что он знал. Ему было проще сражаться на поле боя, чем разбирать формулы и слушать лекции. Его голова гудела, словно после ночного запоя, и он поймал себя на мысли, что готов бы даже вернуться к солдатской жизни – лишь бы не сидеть за этой проклятой партой.

Когда он подошёл к двери своей комнатушки, то остановился, достал грубый железный ключ и покрутил его в пальцах. Замок был дряным. Тодд вскрыл бы его отмычкой за две секунды. Но что есть, то есть. Все равно воровать у него нечего.

Он вставил ключ в скважину, но что-то заставило его насторожиться. По коридору прошёл едва уловимый сквозняк, и один за другим начали гаснуть масляные светильники. Мрак окутал пространство, превращая привычный коридор в непроглядную темноту.

– Грива минотавра, – пробормотал он, оборачиваясь. – Что происходит?

И в этот момент из темноты вылетело заклинание – огненный шар, осветивший пространство. Тодд увернулся, откатившись к стене, но едва успел подняться на ноги, как второй сгусток энергии прошёл совсем рядом. Заклинание осветило множество фигур, стоящих в коридоре.

Первое правило солдата: если не знаешь, что происходит – убегай. Тодд вскочил на ноги и дал деру.

– За ним! – раздался пронзительный голос.

Тодд узнал его сразу. Рейнар фон Валем. Староста, кого он научил летать с лестницы. Как жаль, что он ничего себе не сломал.

Коридоры были извилистыми, с крутыми поворотами и узкими проходами. Тодд бежал, слыша за спиной топот ног.

В одном из узких коридоров он остановился, прижавшись к стене, и прислушался. Топот приближался. Он сжал кулаки, поджидая момент. Когда первый преследователь выбежал из-за угла, Тодд резко рванул вперёд и с силой врезал ему по лицу. Студент рухнул на пол, оглушенный.

В коридоре горели факелы, и теперь Тодд мог видеть остальных. Старшекурсники. Не менее семи человек. Он усмехнулся, видя их ошарашенные лица, и бросился вперёд. Узкий проход был на его стороне – подростки мешали друг другу и толком не могли применять заклинания.

Тодд действовал быстро и точно: один удар – студентик упал. Ещё удар – третий уже корчиться на полу. Он использовал все свои навыки и хитрые приемы, накопленные за годы трактирных драк.

Но их было слишком много. Кто-то ударил его сбоку, кто-то другой сзади. Вскоре Тодд оказался в окружении. Ему выкрутили руки, врезали кулаком по лицу. Удары сыпались со всех сторон, как бы он не отбивался. В какой-то момент он рухнул на колени от удара в живот.

Он закашлялся, чувствуя, как кровь наполняет рот.

– Теперь ты поймешь, что такое уважение, деревенщина, – прошипел Рейнар, склонившись к нему.

Тодд лишь хмыкнул, глядя в глаза старосте. Не долго думая он плюнул кровью ему в лицо, отчего Рейнар по-бабски взвизгнул, а на Тодда вновь обрушились удары.

Толпа подростков продолжила его избивать пока не раздались чужие шаги. Громкие, уверенные, доносившиеся из дальнего конца коридора.

– Разбегаемся! – резко приказал Рейнар фон Валем.

Тодд, корчась от боли, остался лежать на холодном полу. Он попытался подняться, опираясь на стену. Тело ныло, но самое неприятное было в другом. Он чувствовал себя униженным. Убитым морально. Его избили детишки!

– Ах вы сволочи, – закряхтел он, стирая кровь с губ. – Я вам еще покажу.

Из тени появился высокий мужчина с хищной осанкой. Его лицо было покрыто шрамами, кожа казалась сероватой под светом факелов. Чёрные глаза смотрели прямо в душу. Седые волосы собраны в пучок на затылке. На мужчине была мантия глубокого темно-зеленого цвета с серебряной вышивкой.

– Ну-ну, а здесь у нас что? – раздался его голос, холодный и низкий, словно звук скрежета стали. – Ты выглядишь так, как будто нарушал правила.

Тодд, тяжело дыша, выпрямился. – На меня напали!

– Нет-нет, драться запрещено. Ты ведь тот новенький, верно? Меня предупреждали, что ты посетишь нашу Академию. Я Ардан Крэйвен, комендант кампуса. Очень приятно, что тебя поселили в моих владениях.

– А это ничего, что тут только что целая толпа студентов набросилась на меня? – вспылил Тодд. – Их надо догнать! Это старшекурсники. Я их смогу опознать!

Мужчина спокойно поднял руку, останавливая его. – Нет-нет. Никого я не вижу. А вот ты здесь. Как нарушителю тебе полагается наказание.

– Наказание? – огрызнулся Тодд, чувствуя, как его терпение на исходе.

– Конечно, – продолжил мужчина, будто не замечая его тона. – Сегодня ночью ты будешь чистить все общие коридоры этого здания. Полы, стены, лампы – всё должно сиять к утру. Я проверю лично. Если ты решишь халтурить... оштрафую на сто арканов.

Тодд задохнулся от возмущения. Эта академия ему решительно не нравилась.

– Отлично, – процедил он. – Замечательно.

Мужчина чуть наклонил голову, словно изучая его. – Ах, да, – добавил он с холодной улыбкой. – Знаешь, эти стены видели многих студентов. И мало найдётся таких, кто был бы благороднее Ар`Дарха фон Эренхарта.

– Что?

– Роду фон Эренхартов я многим обязан, – тихо сказал мужчина. – Думаю, тебе стоит об этом помнить.

С этими словами он развернулся и исчез в тени, оставив Тодда в мрачной тишине пустого коридора.

Глава 6 Тени прошлого и настоящего

Тодд сидел на полу, прислонившись к холодной стене. Его руки ныли от бесконечного мытья полов, тряпка и ведро стояли рядом, словно символы его поражения. Все коридоры общежития сияли чистотой – настолько, что в них можно было увидеть своё отражение. Ночь была долгой, и Тодд чувствовал себя так, будто снова прошел марш-бросок по болотам в полном обмундировании.

Под утро раздались шаги. Ардан Крэйвен действительно пришел проверить как он сделал свою работу.

– Ну, – произнес Крэйвен, останавливаясь напротив Тодда. – Коридоры чистые. Не смею задерживать.

Тодд хмыкнул, не удержавшись от саркастического комментария:

– Еще бы! Я руками работать умею. Моя работа сияет так, что можно зеркало не вешать.

Комендант не обратил внимания на его слова. В этот момент из соседнего коридора появился Рейнар фон Валем. На лице того красовался огромный фингал под глазом.

Крэйвен тут же поднял руку, останавливая его. – Фон Валем, подойдите, – сказал он ледяным тоном, пристально разглядывая старосту. – Что с вашим лицом?

Рейнар остановился, бросив быстрый взгляд на Тодда, который с трудом сдерживал довольную ухмылку.

– Небольшая... травма, – ответил Рейнар, сжав губы. – Оступился и упал с лестницы.

– Травма? – переспросил Крэйвен, поднимая бровь. – Пойдите к лекарю, фон Валем. Не хочу, чтобы студенты видели старосту в таком виде.

Тодд усмехнулся, не удержавшись: – Я слышал в таких случаях помогают припарки с уриной. Если надо – могу подсобить.

Крэйвен резко обернулся к нему, и его глаза сузились. – Эрвуд, вы кажетесь слишком энергичным для человека, который провел ночь за работой. Это плохо. В следующий раз я придумаю вам что-то поинтереснее.

Тодд нахмурился, чувствуя, как в груди поднимается раздражение.

– А еще, фон Валем, – продолжил Крэйвен, повернувшись обратно к старосте, – я попрошу вас приглядывать за этим... первокурсником. Чувствую, от него у нас будет много проблем.

Рейнар кивнул, его лицо исказила ехидная улыбка. – Конечно, господин комендант. С большим удовольствием.

Они ушли, оставив Тодда стоять в коридоре. В воздухе витал запах чистящих средств, а в его груди – злость. Несправедливость ситуации угнетала.

Тодд едва добрался до своей комнатушки, где наспех сменил грязную рубаху и направился в трапезную. В желудке урчало, а тело ныло от усталости. Взяв поднос, он наклал себе немного каши и хлеба. Бульон оказался тёплым, но всё равно оставлял неприятное ощущение. Позавтракав, он, всё ещё сонный, двинулся на первый урок.

Профессор Эмилиан Хартвейн, пожилой мужчина с лысой головой и строгим голосом, рассказывал об эпохе Древних Союзов – времени, когда расы эльфов, гномов и людей впервые объединились ради борьбы с вторжением тварей из других измерений. Тодд пытался слушать, но его голова всё время клонилась к парте.

На втором уроке профессор Бертрам Стоун, которого Тодд окрестил “коротышкой”, рассказывал об основах алхимии. На доске появлялись формулы простейших зелий и эликсиров.

– Это зелье укрепляет тело, а это повышает концентрацию, – объяснял он, постукивая мелом по доске.

Тодд несколько раз открывал глаза, уставившись на формулы, но понимал, что ничего не запоминает, и снова проваливался в полудрему.

На уроке магической теории Лорета Грейвуд, строгая и худая, разъясняла студентам основу основ: что такое магический поток и как он взаимодействует с окружающим миром. Лекция шла о принципах сбалансированного использования магии, но Тодд услышал только первые несколько минут, прежде чем снова задремал.

Каждый из уроков был для него невыносимым испытанием. Он не мог сосредоточиться, но на его счастье учителя предпочитали попросту не замечать его. Вероятно они еще не до конца решили как правильно нужно себя с ним вести. И раз Тодд не мешал уроку – это их устраивало.

Большой перерыв стал для Тодда единственным светлым пятном за весь день. Несмотря на недовольство бесплатной едой, сейчас она казалась ему настоящим спасением. Тодд двинулся к столу, взял поднос и наложил себе каши, кусок темного хлеба и щедро налил бульона в свою кружку.

Он ел медленно, стараясь продлить момент покоя. Голова кружилась от усталости, мышцы ныли, но тёплый бульон и каша вернули немного сил. Тодд отметил, что зал в обеденное время полон. Студентам приходилось даже садиться рядом с ним за неимением мест, но было видно, что это их напрягает. Никто с ним не разговаривал.

Обед закончился быстро, слишком быстро. Тодд отнес пустой поднос и направился на следующие занятие. Его тело жаждало сна, но впереди были еще уроки по языкам других рас и урок артефактологии.

Урока по языкам он даже не помнил, настолько все скучно было, а вот артефактология показалась ему интересной темой. Все же Тодд не зря многие годы охотился за разными магическими предметами и вполне успешно. Возможно это будет первый урок, где он не будет пасти задних.

Тем более урок был последним, что предвещало долгожданный отдых.

Кабинет по артефактологии находился в дальнем конце главного замка. Он вошёл внутрь и тут же выбрал место на галерке, подальше от остальных. Профессор опаздывала, но ненадолго.

Дверь аудитории открылась, и внутрь вошла молодая женщина с грациозной осанкой. Её походка была легкой, уверенной, без излишней торопливости. Тёмно-каштановые, густые волосы доходили до плеч, подчёркивая овал ее лица. Глаза – глубокие, серо-зеленые, – ловили взгляд каждого, кто на неё смотрел. Её черты лица были утонченными: высокий лоб, прямой нос, четко очерченные скулы. Она носила простую, но изящную мантию академического тёмно-синего цвета с серебряными вышивками по краям, идеально сидевшую на её стройной фигуре.

Когда она поднялась на кафедру, Тодд почувствовал, как у него внутри что-то дрогнуло.

– Добрый день, дети, – произнесла она ровным, но тёплым голосом, который тут же установил тишину в зале. – Сегодня мы начнём разбирать основы структуры магических артефактов. Откройте ваши книги на двадцать седьмой странице…

Тодд ощущал как сердце колотит в груди. Его рука, поддерживающая щеку, медленно опустилась. Он закрыл глаза, пытаясь сбросить наваждение. Но профессор у доски никуда не исчезла.

Это была Ларена. Его Ларена! Единственная женщина, которую он любил и которую не мог забыть до сих пор.

***

Ларена стояла у кафедры, объясняя структуру магических артефактов. Её голос был ровным и спокойным, движения уверенными. Она чертила на доске схему, рассказывая, как ядро артефакта взаимодействует с каналами магической энергии.

Тодд сидел на галерке, но его внимание было приковано не к доске. Он смотрел на неё, не отводя глаз. Два года. Два года он не видел её, но каждый день её образ был с ним. Он помнил каждую черту её лица, каждое движение, каждую деталь их общего прошлого.

Он продолжал смотреть, и наконец она почувствовала этот взгляд. Ей стало неуютно и она посмотрела на галерку. Ее глаза пробежались по нему, задерживаясь на лице.

“Ну, конечно, у меня же новый нос! Наверное не узнала!”

Но спустя мгновение Тодд увидел как Ларена нахмурилась. Ее рука, державшая мел, дрогнула. Она продолжала рассматривать его лицо – дольше, внимательнее. И вдруг её глаза расширились. Она замерла, будто время остановилось на мгновение. Щёки вспыхнули румянцем, выдавая её смятение.

Это был лишь миг, но Тодд уловил его.

"Узнала," – понял он, чувствуя, как что-то кольнуло внутри.

Но Ларена быстро взяла себя в руки. Она отвела взгляд и продолжила объяснять материал, словно ничего не произошло.

– Как вы видите, оболочка артефакта не просто защищает его от физического повреждения, – сказала она, поворачиваясь к классу. – Она также служит для стабилизации энергии, предотвращая её утечку или разрушение структуры.

Её голос звучал ровно, но Тодд знал её слишком хорошо. Внутри она кипела. Он видел, как она избегает его взгляда, как чуть быстрее движутся ее пальцы, когда она пишет на доске.

Он же сидел, едва удерживая себя на месте. Воспоминания накрывали его с головой. Как они познакомились. Как сначала не выносили друг друга. Их ночные разговоры у костра. Её улыбка и его смех. Как она говорила о том, что хочет изменить мир, принести что-то хорошее, а он шутил, что мир слишком испорчен для таких, как она.

И всё это он разрушил. Его эгоистичность и жадность сгубили то хорошее, что у него было. Их отношения.

Но возможно еще не поздно все вернуть? Судьба дала ему второй шанс. Да-да, он сможет исправиться. Рядом с ней он всегда становился лучше.

Урок подходил к концу. Ларена закончила писать на доске и повернулась к классу.

– На этом мы сегодня остановимся. На следующем уроке мы рассмотрим, как определить поврежден ли артефакт, – сказала она, глядя поверх аудитории. – Домашним заданием будет…

Тодд с нетерпением ждал, когда ученики начнут покидать кабинет. Как только это случилось он быстро встал.

Но… тут же сел обратно. Уши покраснели. Он вспомнил как выглядит: короткая мантия, короткие штаны. Не иначе ярмарочный шут.

Но шанс упускать нельзя. Он должен с нею поговорить!

Аудитория опустела. Тодд сделал несколько вдохов, встал и подошел. Но удивительным образом не находил слов. Ларена складывала свои записи в кожаный портфель. Её движения были слишком напряженными. Ей плохо удавалось делать вид будто бы ничего не произошло.

Наконец, она повернулась, её лицо казалось спокойным, но в глазах искрилась давняя обида.

– Я видела твоё имя в списках, – сказала она ровным голосом. – Но до конца не могла поверить, что это ты.

Она взглянула на него с лёгкой усмешкой. Он молчал.

– В газетах я прочитала много интересного о тебе. Такие подвиги. Почти герой.

Тодд криво улыбнулся, стараясь не выдать смятение. Он уже собрался с мыслями и заговорил:

– Ларена, все куда сложнее, чем кажется. Что писали в газетах про меня – все сплошной обман! Ты же знаешь, что они напечатают любую небылицу! Я тебе расскажу как было. По правде!

Она нахмурилась, глаза её стали холоднее.

– Не нужно, – отрезала она. – Я отлично жила эти два года без тебя и чувствую себя прекрасно. Ты смотрю тоже отлично выглядишь.

Она конечно же имела ввиду его форму.

– Ну, я это… первокурсник. Поэтому выдали такую вот мантию. Приходиться адаптироваться.

– Адаптироваться? – Ларена усмехнулась, но в её голосе слышалась горечь. – Что ж, в этом ты всегда был хорош.

Тодд шагнул ближе.

– Ты ведь знаешь, что всё не так просто. Ларена, я...

– Что ты от меня хочешь? – перебила она. – Хочешь извиниться? Или, может быть, оправдаться?

– Ты не знаешь всей истории, – начал он, но её взгляд остановил его.

– Зато я знаю, как это было для меня, – сказала она, ее голос дрогнул на мгновение. – Ты оставил меня там, Тодд. Ты забрал артефакт, подставил всех нас, а потом просто исчез.

– В моих планах все было по другому! Ты должна понять! Я не виноват, что…

– Ах не виноват, – Ларена рассмеялась. – Что я должна понять? Что ты готов продать всех и вся ради одной блестящей побрякушки?

Тодд хотел что-то сказать, но не смог. Её слова были как удары, каждый из которых попадал точно в цель. И били они куда больнее, чем все удары, затрещины и ранения, которые он пережил за всю свою жизнь.

– Слушай, – сказал он тихо, пытаясь удержать её взгляд. – Я здесь не для того, чтобы всё это вспоминать. Я хочу начать все заново.

Ларена подняла подбородок, смотря на него с ноткой высокомерия.

– Заново? У тебя всегда был талант к началу с чистого листа. Проблема в том, Тодд, что прошлое никуда не девается. И я давно тебя забыла. Сейчас я нахожусь в отношениях с достойным человеком. Профессором Аль’Ремисом де Клавьером. Он, как и я, любит чайные церемонии, исследования, чтение книг. Мы подходим друг другу, и я счастлива!

Она обошла его, направляясь к выходу. Но остановилась у двери и, не оборачиваясь, добавила:

– Добро пожаловать в Академию, Тодд. Здесь, надеюсь, ты не найдёшь артефактов, которые можно украсть.

И она ушла, оставив его стоять в пустой аудитории с ощущением, будто воздух внезапно стал слишком тяжёлым.

***

Тодд ходил из угла в угол, словно дикий зверь в клетке. Его комнатушка казалась ещё теснее, ещё мрачнее, чем обычно. Ларена здесь. Она преподает в этой академии, и все так же хороша собой.

Правда она не хочет иметь с ним ничего общего, но это временные затруднения.

Больше Тодда беспокоило, кто такой этот Аль’Ремис де Клавьер? Имя уже звучало так, будто он родился с золотыми коронками в зубах. Хотя может, его вообще не существует? Ларена ведь могла просто выдумать его, чтобы позлить Тодда. Да, это её стиль. Он помнил, как она любила играть на его нервах.

Он остановился, вдохнул и выдохнул, словно собирался в бой. У него наконец-то появилась четкая и понятная цель: вернуть Ларену. Вновь раздуть их пламя страсти.

Всё же он по-прежнему очарователен, умен и невероятно харизматичен. Ни одна женщина не сможет устоять! Тем более у него теперь новый аристократический нос.

Но для начала нужно продемонстрировать, что он порвал со своим прошлым и действительно изменился. И начинать нужно с малого.

В голове Тодда созревал план.

Первое: внешний вид. Его форма – позор. Это нужно исправить. Тодд уже выяснил, что за 20 арканов можно заказать новую мантию. По размеру. Ту, что подчёркивает уверенность, а не выставляет его посмешищем. Но этих арканов у него нет. Пока что.

Второе: показать серьёзность своих намерений. Если он решил стать магом, то должен доказать это на деле. У него есть список книг, которые дал ему профессор и разрешение на посещение библиотечных секций для старшекурсников. Нужно показать, что он готов работать над собой. Достичь результатов!

Но была проблема с инвентарем: ему нужны пергамент, чернила и перья. Всё это стоило 15 арканов, которых у него, разумеется, нет.

План начал выстраиваться в его голове. Первая остановка – библиотека. Там он найдёт всё, что нужно. Взять "в долг" несколько пергаментов и перьев – небольшой грех, который он искупит, как только появятся деньги. Главное сейчас – начать действовать.

Он поправил свою мантию, пытаясь не замечать, насколько нелепо она выглядит, и быстро вышел из комнаты. Тодд знал: впереди его ждёт долгий путь. Но он был уверен, что справится.

Тодд добрался до главного здания и оказался перед входом в библиотеку. Высокие двери, обрамленные резьбой с изображением древних символов, выглядели внушительно.

Войдя внутрь, он замедлил шаг. Просторное помещение, разделенное на несколько уровней, поражало своей архитектурой. Высокие потолки, уставленные старинными люстрами, заполняли пространство мягким светом. Ряды стеллажей уходили вглубь, теряясь в полумраке. Из читального зала доносился скрип множества перьев, а всё вокруг пахло пылью, пергаментом и старым деревом.

Взгляд Тодда упал на стойку у входа, где сидел худощавый юноша в очках, постоянно поправлявший их на носу. Брайан ссутулился и что-то быстро записывал в толстую книгу. Рядом с ним стоял другой студент, оживленно что-то рассказывающий.

Тодд, изобразив на лице дружелюбную улыбку, направился прямо к ним.

– Эй, Брайан, не думал тебя здесь встретить.

Брайан, услышав знакомый голос, дернулся так, будто ему вручили ядовитую змею. Он покраснел, а его товарищ посмотрел на него с недоумением.

– Ты его знаешь?

– Нет, конечно, – быстро выпалил Брайан, избегая смотреть на Тодда. – Я не знаком с этим… человеком.

Тодд расхохотался, услышав это, а Брайан заерзал на стуле. Его друг лишь пожал плечами.

– Ладно, я пошёл, – сказал тот, скрывая смешок.

Как только он ушёл, Брайан повернулся к Тодду, сжав кулаки, но больше от смущения, чем от злости.

– Зачем вы это сделали? – прошептал он, чтобы не привлекать внимание. – Я и так не очень популярен, а знакомство с вами лишь усугубит ситуацию!

– Эй, расслабься, я по делу, – отмахнулся Тодд, доставая сложенный листок. – Вот, мне нужны эти книги.

Брайан нахмурился, разворачивая список, и начал читать:

– "Основы магической теории для начинающих", "История магии: корни, эпохи, традиции", "Формулы магии: введение в базовые конструкции"…

– Ага, – поддакнул Тодд, скрестив руки. – И всё это желательно поскорее. Пойду читать их в местечко поприятнее, чем это.

– Книги нельзя выносить из библиотеки, – ответил Брайан, возвращая лист. – Работа только в читальном зале.

Тодд тяжело вздохнул, но спорить не стал. Неожиданно его внимание привлекло что-то на столе. Лист плотной белой бумаги содержал аккуратные строчки почерка Брайана. Тодд змеем проскользнул за спину студенту и быстро прочитал, что там написано.

– Любовное письмо? Да наш малыш Брайан влюбился! Кто такая Айрис?

Брайан моментально покраснел до ушей, пытаясь прикрыть бумагу рукой.

– Это не ваше дело!

– Слушай, с таким слогом тебе точно ничего не светит, – заметил Тодд, театрально цокая языком.

– Почему это? – Брайан резко повернулся к нему, всё ещё красный и явно задетый.

– Ну, – Тодд сделал паузу, усмехаясь. – Слишком холодно и пафосно. Нет эмоций. Огня! Я, знаешь ли, мастер любовных дел. И могу сразу сказать: такое письмо ее только отпугнет.

– А как надо? – выпалил Брайан, не выдержав.

– Хм… Я мог бы поделиться секретами, – протянул Тодд с деланно-задумчивым видом. – Но не бесплатно.

– Чего вы хотите?

– Будешь делать за меня мою домашку.

– Ну уж нет! – Брайан возмутился, поправляя очки. – Проваливайте!

– Ладно-ладно, – рассмеялся Тодд. – Мне будет достаточно, если ты поможешь мне с парой моментов по магии. Стыдно, знаешь ли, спрашивать у учителей, когда там все эти сопляки сидят. Я же взрослый. Должен уже и так все знать.

Брайан задумался, но покачал головой.

– Нет. Не хочу с вами связываться. Уходите.

Тодд даже не подумал сдвинуться с места. Он поднес ладонь ко рту и коварно заголосил:

– Эй люди! А вы знали что Брайан любит Айрис?

Брайан вскочил с места, умоляюще подняв руки.

– Замолчите! Прошу вас!

– Ну так что на счет моего предложения?

Брайан вздохнул и сдался.

– В библиотеке есть места, куда никто не ходит, – медленно сказал он. – Мы можем попробовать встретиться там, чтобы нас никто не видел. А теперь, прошу, уйдите. Сюда кто-то идет.

***

С Аль’Ремисом де Клавьером Тодду посчастливилось познакомится через несколько дней. Оказалось, что Ларена не выдумала этого человека, что очень огорчало. В академии он преподавал магическое право и этику, а еще был заместителем ректора.

И Тодду он сразу же не понравился.

Лекция только начиналась, но в воздухе уже чувствовалась напряжённость. Большинство первокурсников сидели смирно, будто заранее знали, что впереди их ждет нечто неприятное.

Тодд успел занять место на галерке, когда дверь у кафедры открылась. Вошел высокий мужчина в черной мантии. Его волосы были аккуратно уложены, а серые глаза, казалось, прожигали насквозь каждого, кто попадал под его взгляд.

Тодд сразу ощутил отвращение. Этот тип лапает его Ларену! А еще он выглядел как типичный аристократ: напыщенный и самовлюбленный.

– Доброе утро, уважаемые студенты, – начал он холодным, чётким голосом. – Сегодняшняя тема: "Магическое право в контексте современного мира."

Тодд хотел было откинуться на спинку стула и задремать, но следующее заявление профессора заставило его напрячься.

– Однако, прежде чем мы погрузимся в теорию, у нас появилась уникальная возможность рассмотреть свежий случай на практике.

Серые глаза Аль’Ремиса поднялись на галёрку и встретились с глазами Тодда.

– Господин Эрвуд, верно?

Тодд выпрямился, глядя на профессора с выражением крайней недоброжелательности.

– Ну да, это я. Чего уж тут скрывать.

Аль’Ремис позволил себе легкую насмешливую улыбку.

– Прекрасно. Итак, дети, представьте ситуацию: человек без образования, без понимания этики и дисциплины, получает доступ к мощному артефакту. Как вы думаете, какие последствия это может иметь?

Несколько студентов зашептались, бросая взгляды на Тодда. Он почувствовал, как раздражение внутри нарастает.

– А если этот человек, – продолжил Аль’Ремис, – решает использовать этот артефакт в корыстных целях, нарушая при этом все существующие законы королевства?

– Эй, профессор, – Тодд привстал, его голос звучал грубо, но спокойно. – Если вы хотите меня обсудить, можете хотя бы не прикидываться, что говорите не обо мне.

– Ах, господин Эрвуд, – Аль’Ремис приподнял бровь, делая вид, что удивлён. – Я ни в коем случае не намекаю лично на вас. Мы здесь, в Академии, учимся анализировать ситуации. Но если вам есть что сказать, я готов выслушать.

Тодд скрестил руки, не сводя с профессора холодного взгляда.

– Я тут не для балагана, а чтобы учиться.

Аль’Ремис усмехнулся, расправляя мантию.

– Учиться? Это похвально. Но, боюсь, магическое право – это не просто набор правил, которые можно игнорировать. В нашем королевстве нарушение этих правил ведёт к суровым наказаниям.

Класс замер. Студенты явно наслаждались зрелищем.

– И что? – бросил Тодд, опираясь на край своего стола. – Хотите меня отдать под суд? Я там уже был.

Аль’Ремис снова улыбнулся, но его улыбка была ледяной.

– Успокойтесь, господин Эрвуд. Мы лишь изучаем гипотетические ситуации. Но я бы советовал вам уделить больше внимания этике. Ведь ваше прошлое накладывает тень на ваше настоящее.

Лекция продолжилась, но напряжение в зале оставалось. Тодд сидел, кипя от злости, мысленно повторяя, что этот "де Клавьер" – подлый и мерзкий тип, которого он будет ненавидеть до конца своих дней.

Аль’Ремис ходил вдоль кафедры, глядя на первокурсников с выражением всезнайки, наслаждаясь вниманием аудитории. Его голос был ровным и уверенным, как у человека, который свято верит в своё превосходство.

– Государство, дети, – начал он, – это структура, где каждый элемент работает как часть единого механизма. В центре всего – король, наместник бога на земле. От него исходит вся власть. Его правая рука – магическое сообщество, древние аристократические роды, хранители знаний и силы.

Он остановился, давая студентам записать информацию, прежде чем продолжить:

– Его левая рука – это лендлорды. Бароны, графы и герцоги. Они обеспечивают порядок на местах, управляют землями и следят за тем, чтобы воля короля исполнялась в каждом уголке страны.

Аль’Ремис повернулся к классу, сделав акцент на следующей фразе:

– Архимаги, те, кто носят аффикс "Ар" в своём имени, – вершина магического сообщества. Эти люди обладают иммунитетом перед законом. Судить их может только король или так называемый "суд равных", состоящий из других архимагов.

Студенты зашептались, и Аль’Ремис приподнял руку, требуя тишины.

– Однако, – продолжил он, – никогда ещё в истории нашего государства архимагом не становился недостойный. До недавнего случая.

Эти слова повисли в воздухе. Тодд, скрестив руки на груди, внимательно слушал, но лицо его было непроницаемым.

– Это крайне опасный прецедент, – сказал Аль’Ремис, обведя взглядом класс. – Он может пошатнуть все устои нашего государства, привести к хаосу и даже кровавой гражданской войне. Вот так, дети, одно маленькое перышко вызывает ураган на другом конце мира.

– А что, он действительно архимаг? – раздался чей-то тонкий голос с первого ряда.

Аль’Ремис улыбнулся, но его улыбка была лишена тепла.

– Хороший вопрос, – произнес он, повернувшись к Тодду. – Давайте проверим.

Тодд напрягся, его глаза сузились.

– Господин Эрвуд. Примените, пожалуйста, трансмутацию и превратите этот стол в кровать.

Тодд остался сидеть на месте, скрестив руки.

– Не можете? – Аль’Ремис поднял бровь, сделав вид, что удивлён. – Ну что ж, тогда откройте портал в горы. Здесь не хватает чистого воздуха.

Тодд прищурился, не отвечая.

– Не можете? – повторил Аль’Ремис, насмешливо качая головой. – Возможно, что-то более простое? Зашторьте шторы и зажгите свечи в кабинете.

Класс разразился смешками, а Тодд почувствовал, как внутри у него всё кипит. Он сидел, стиснув зубы. Его рука невольно потянулась к медальону, висевшему на груди. Он посмотрел на него – золотой, тёплый, но в данный момент – совершенно бесполезный.

Аль’Ремис, заметив его молчание, усмехнулся и развел руками.

– Ну что ж, дети, кажется, наша проверка закончена. Видимо, даже обладание нужным медальоном не делает из человека архимага.

Он отвернулся, продолжив лекцию, но Тодд чувствовал, что весь класс продолжает бросать на него косые взгляды.

Как только урок закончился, Тодд резко поднялся, отбросив стул назад, и быстрыми шагами вышел из аудитории. Шум класса остался позади, но гнев не утихал. Он остановился в пустом коридоре, уперся рукой в холодную стену и закрыл глаза, пытаясь успокоиться.

"Что Ларена вообще нашла в этом напыщенном ублюдке?" – пронеслось у него в голове.

Он вспомнил надменное выражение лица Аль’Ремиса, его насмешливую интонацию. Тодд видел перед собой не просто врага, а человека, который воплощал всё, что он ненавидел: аристократическую спесь, чувство собственного превосходства, полное презрение к тем, кто стоит ниже.

"Ну уж нет," – подумал он, выпрямляясь. – "Я не даром выбирался живым из стольких переделок. Этот гад ещё узнает, что значит настоящая боль!"

Он шагал по коридору, не обращая внимания на косые взгляды студентов. Его одежда до сих пор вызывала смех. Внутри уже созревал план. Он не будет действовать быстро, в порыве злости. Это было бы слишком просто, слишком очевидно. Нет, он подождёт.

Месть – это блюдо, которое подают холодным.

***

Дни для Тодда слились в однообразный поток. Утро сменялось вечером, уроки следовали друг за другом, а свободное время уходило на попытки понять основы магии. Он даже стал завсегдатаем библиотеки, что само по себе было неожиданным поворотом.

Каждое утро начиналось одинаково: быстрое похлёбывание бульона в трапезной, после чего – на занятия. Первые дни он едва справлялся с сонливостью, но теперь в голове стали появляться проблески понимания.

На уроках Тодд старался быть внимательным, хотя иногда всё ещё чувствовал себя чужаком среди детей, которые, казалось, понимали материал с полуслова. В библиотеке он засиживался подолгу, изучая книги из своего списка. Страницы "Основ магической теории", "Формул магии" и "Истории магии" потихоньку поддавались, хотя чтения шло с трудом. Многие абзацы он перечитывал по десятки раз, пытаясь понять их суть.

В один из вечеров ему наконец удалось стащить из библиотеки писчие принадлежности. Перо, чернила и несколько листов пергамента стали для него настоящим сокровищем. На одном из них он с огромным трудом начертил формулу заклинания света. Формула даже засветилась, наполнив комнату слабым, но ощутимым сиянием. Однако дальше этого дело не пошло. Заклинание так и не заработало.

Брайан, хоть и явно стеснялся Тодда, всё же согласился помогать ему. Они занимались в укромных уголках библиотеки, куда редко заходили другие студенты.

– Вы слишком напряжены, – говорил Брайан, наблюдая за тем, как Тодд в сотый раз безуспешно пытается активировать формулу. – Магия – это не только концентрация, но и гибкость. Вы должны чувствовать поток, плыть по нему, а не сопротивляться.

– Чувствовать поток, – повторил Тодд. Он учился улавливать тонкости, расслабляться, сосредотачиваться на ощущениях. Получалось пока слабо, но он упрямо шел вперед.

Взамен Тодд учил Брайана, как вести себя с девушками.

– Ты всё делаешь не так, – говорил он, когда Брайан попытался составить очередное "любовное письмо". – Забудь про длинные извинения и комплименты через каждое слово.

– А как тогда? – спросил Брайан, смущенно потирая руки.

– Уверенность, малыш. Не будь у неё на побегушках. Женщины любят тех, кто знает, чего хочет.

Тодд объяснял, как важно не пытаться угождать во всём, а быть интересным и уверенным в себе.

– Смотри, вместо "могу ли я пригласить вас на прогулку?" напиши: "пойдем прогуляемся, я знаю отличное место." Просто и уверенно. Это работает.

Брайан краснел и старательно записывал советы. И хоть он написал уже десятки писем, ни одно так и не было отправлено.

Несмотря на все усилия, с арканами у Тодда дела обстояли плохо. За каждый день посещений уроков он получал 5 арканов, но 10 ежедневно уходило на оплату комнаты. Баланс быстро скатывался вниз, и сейчас печать показывала -43 аркана.

После очередной лекции Тодд, тяжело вздохнув, остановился перед доской объявлений, мимо которой обычно проходил, не обращая внимания. Доска была заполнена самыми разными объявлениями.

"Ищу ассистента в лабораторию для проведения экспериментов. Оплата: 30 арканов.""Нужно очистить кабинет от магической пыли. Оплата: 40 арканов.""Требуется помощь в составлении магических формул. Оплата: 20 арканов."Тодд скривился. Почти все задания требовали навыков и знаний, которыми он не обладал.

Были так же и более приземленные предложения:

"Уборка в аудитории. 5 арканов.""Расстановка книг в библиотеке. 7 арканов.""Помощь с распределением инвентаря. 5 арканов."Но такие задания долго не задерживались – студенты хватали их моментально. И Тодду ни разу еще не удавалось кого-то опередить. Единственное объявление, которое никто не хотел брать (и Тодд в том числе) звучало так: "Прочистка канализации. Оплата: 50 арканов”.

Тодду не хотелось ковыряться в говне, но нависающий долг заставил передумать.

Эконом, мужчина средних лет с усталым лицом, удивленно поднял взгляд, когда Тодд зашёл в его кабинет.

– Вы по какому вопросу? – спросил он.

– Я по объявлению, – сказал Тодд, положив перед ним пергамент. – Канализация.

Эконом приподнял бровь, с интересом осматривая Тодда.

– Не думал, что кто-то решится.

– Почему? – насторожился Тодд.

– По правде говоря этим должен заниматься обслуживающий персонал. Но они не хотят. Говорят там… призрак.

Тодд скрестил руки на груди и усмехнулся.

– Призрак, говорите? Мне кажется просто не хотят пачкать руки.

Эконом пожал плечами.

– Ваше дело. Вход в подземные тоннели за северным крылом. Удачи, – добавил он, хотя в его голосе звучало скорее сомнение, чем поддержка.

Перед спуском Тодд избавился от своей формы – каналы были грязным местом, и портить одежду он не собирался. Оставшись в старых, потрепанных штанах и рубахе, он взял фонарь, который ему вручили, и спустился вниз по скользким каменным ступеням.

Воздух становился тяжелее, сырость проникала в каждую пору тела. Запах гнили и затхлости бил в нос, но Тодд только крепче держал фонарь.

– Главное не утонуть в дерьме ради этих 50 арканов, – пробормотал он, шагая вперёд.

Вокруг было тихо. Только капли воды, падающие со сводов, и его шаги по мокрому камню. Тодд двигался вперёд, освещая путь тусклым светом фонаря.

Но внезапно воздух стал ледяным, и свет фонаря задрожал. Тодд остановился, прислушиваясь. Где-то вдалеке раздался глухой звук, напоминающий стон.

Из темноты перед ним начало вырисовываться нечто. И хоть Тодд не верил в призраков – это был именно он. Прозрачное существо, напоминающее человеческую фигуру, но искаженное, будто обрывок чужой боли и ненависти.

– Предали… Убили… – раздался холодный, шипящий голос.

Тодд замер. Оружия у него не было. Почему-то за всеми своими академическими свершениями, он совершенно забыл как может быть опасен окружающий мир. Расслабился. Все о чем он думал: это спуститься в канализацию и заработать арканы.

Призрак внезапно рванул вперед, издав пронзительный вопль. Тодд попытался отмахнутся фонарем, но тот прошел сквозь голову призрака даже не задержавшись в его теле.

Тодд зажмурился, ожидая боли, но… ничего не почувствовал. Он открыл глаза, глядя на призрака, который, казалось, попал в ловушку всего в шаге от своей цели. Его черты искажались, он словно прилип к пространству.

Медальон архимага вспыхнул. Золотой свет наполнил туннель, ослепляя и обжигая. Призрак завопил, его фигура начала растворяться, исчезая в потоке света, пока от него не остался лишь слабый запах горелой пыли.

Тодд опустил взгляд на медальон.

– Ого, – только и выдавил он. – Ну спасибо.

Тодд потрясенно выдохнул и вытер пот с лица. Но задача не была завершена. Он направился дальше по тоннелю, светя фонарём на стены, покрытые слизью. Вскоре вода доходила уже до пояса и была темной, мутной и ледяной.

Тодд, морщась от едкого запаха, поставил фонарь на каменный выступ, чтобы свободно использовать обе руки. Он медленно подошел ближе, глядя на то, что преграждало путь потоку.

Это был человек. Тело лежало, застряв рукой между решеткой и погрузившись в илистый осадок. Кожа, набухшая от долгого пребывания в воде, имела бледно-серый оттенок с неприятным синюшным отливом. Лицо было искажено: ткани обвисли, глаза отсутствовали, вероятно, выедены крысами. Рот был приоткрыт, обнажая обесцвеченные зубы.

Одежда – остатки мантии пятикурсника – облепила тело как тряпка. На пальцах руки, застрявшей между решеткой, виднелись куски разложившейся кожи, кое-где обнажая кости.

Тодд глубоко вдохнул, сдерживая рвотный позыв. Холод мгновенно пробрал его до костей, но он стиснул зубы, двигаясь вперед. Ухватив тело за ногу, он почувствовал, как мягкие ткани под пальцами легко соскальзывают.

– Дерьмо, – пробормотал он, отплевывая воду, попавшую в рот.

Он поднырнул, обхватил труп под мышки и начал подтягивать его вверх. Тело оказалось неожиданно тяжелым. Вытянув утопленника на сухую часть тоннеля, Тодд отряхнулся и попытался отдышаться. Он взглянул на лицо мертвеца – определить личность по такому состоянию было почти невозможно.

– Как бы еще не подумали, что это я тебя убил, – пробормотал Тодд. – Ну и работку я себе выбрал.

Через два часа Тодд уже рассказывал эконому о своих приключениях. О призраке, как он одолел его магией, а потом нашел мертвое тело. Все очень эмоционально, с кучей жестов и драматическими паузами.

Эконом нахмурился, скрестив руки на груди.

– Призрак, говорите? – протянул он. – А что насчёт тела?

Тодд замолчал, а потом кивнул:

– Да. Там был… парень. Похоже, он какое-то время уже мёртв. Я оттащил его в сторону, чтобы вода прошла.

Эконом встал, снял очки и тяжело выдохнул.

– Ладно, вот ваша награда, – коротко бросил он. – Мне нужно уведомить ректора. Три недели назад действительно пропал студент. Саэша Борр'чук. Это может быть он. Трудно поверить, что он всё это время был в канализации.

В тот вечер Тодд вернулся к себе уставшим, но довольным собой. У него наконец-то был положительный баланс арканов.

Глава 7. Жадность, огонь и паника

В библиотеке царил полумрак, который едва разгоняла одинокая магическая лампа. На столе, лежал лист бумаги. Брайан, то и дело поправляя свои очки, нервно смотрел на Тодда, который развалился на стуле.

Сегодня был тот самый день. Брайан наконец-то решился открыть свои чувства девушке, которая ему нравилась. Ну… почти. Для начала он решился отправить ей анонимное письмо. И для этого ему понадобилась помощь Тодда.

– Ну? Чего ты застыл, как статуя? – с ленцой произнес Тодд, потягиваясь. – Где перо? Сейчас научу тебя, как превращать слова в чары любви.

Брайан, краснея, судорожно нашарил перо. Его пальцы тряслись так, что он чуть не выронил его

– Я... Я просто... Это ведь... очень важно правильно выразить чувства. Верно?

– Важно, конечно! – Тодд осклабился. – Это целая наука! И тебе повезло, что я владею ей безупречно. Любая девчонка растает.

Брайан смутился ещё сильнее.

– А может, лучше просто... э-э... сказать ей лично?

Тодд покачал головой, словно выслушал глупейшее предложение в своей жизни.

– Лично? Ты ж упадёшь в обморок, как только она посмотрит на тебя этими своими голубыми глазами.

– Но... я все же не уверен, что письмо... – Брайан замялся.

– Слушай, Брайан, – Тодд оперся на стол, глядя на юношу, – сколько у тебя было женщин?

Парень покраснел, словно его лицо попало под заклинание огненной магии.

– Эм... я... ну... это...

– Вот-вот, – перебил его Тодд, лениво разглядывая ногти на руке. – А у меня их было сотни. Понимаешь? Сот-ни. Я-то знаю, как очаровывать женщин.

Брайан потёр пальцем ожог на руке, избегая взгляда Тодда.

– Ну... допустим...

Тодд самодовольно улыбнулся.

– Доверяй мастеру. Готов писать?

Брайан кивнул и быстро начал водить пером по пергаменту под диктовку Тодда. Периодически он останавливался, и жалобно спрашивал:

– А может лучше не стоит использовать такие эпитеты?

– Стоит-стоит! Брайан, в любовных делах важны эмоции. А эмоции – это моя специализация.

– Л-ладно.

И Брайан продолжил писать.

***

Тодд с трудом сполз с кровати, потирая виски. За свою помощь Брайан отдал ему спирт, которым протирали писчие принадлежности. Разбавив его водой, Тодд получил почти пинту забористого пойла, которое скрасило ему вечер. Но где-то он просчитался и голова на утро гудела.

Облачившись в свою короткую мантию и такие же короткие штаны, Тодд двинулся в сторону главного здания. Выглядел он так, словно пошёл в академию не магии учиться, а торговать картошкой.

Проходя по коридору он приметил декоративное растение на окне. Недолго думая, сорвал охапку листьев и сунул их в рот, пытаясь заглушить перегар.

Перед тем как идти на занятия, у Тодда была еще одна миссия. Брайан умолял как-то подкинуть письмо Айрис, потому что сам очень боялся. Тодд согласился помочь. Ему не сложно. “Девка видимо особенная, прямо запала пареньку в душу”, – подумал он, идя по коридору.

Брайан сказал, где искать его потенциальную возлюбленную. По расписанию у шестого курса, где она училась, занятия проходили близ Зала солнца и звезд. Это была своеобразная зона отдыха для студентов, уставших от лекций и тяжёлых магических упражнений. Потолок там имитировал настоящее небо, плавно меняя освещение в зависимости от времени суток. Вокруг зеленели деревья и кусты. Трава на полу была настоящей, мягкой и сочной-зеленой.

Войдя внутрь, он остановился, выискивая глазами Айрис. По всему помещению стояли диваны и кресла, которые подстраивались под каждого сидящего, превращая отдых в настоящее удовольствие. В центре журчал небольшой магический фонтан, его вода переливалась радужными оттенками.

Наконец он заметил ее и двинулся вперед. Выглядел он как волк, случайно забредший на пастбище. В центре зала, окруженная двумя подругами, сидела Айрис. Все трое смеялись, пока Тодд не появился в поле их зрения.

Смех оборвался. Подруги переглянулись, будто увидели монстра. Айрис замерла, взгляд ее голубых глаз стал недоверчивым и напряженным.

– Приветствую, дамы, – с ленцой произнес Тодд, подходя ближе. Подруги Айрис поспешно придвинулись к ней, словно прикрывая от нападения.

– Первокурсник Тодд... – выдавила одна из них, выражение её лица говорило: "Нужно бежать."

– Да-да, это я, – Тодд криво улыбнулся. – Ваше счастье и проклятие в одном лице.

Он сунул руку в карман, выуживая письмо в запечатанном конверте. Подойдя ближе, он протянул его прямо Айрис, слегка склонившись, словно кланялся королеве.

– Это тебе, – сказал он.

Айрис, растерянная, приняла письмо, её подруги уже шептались, бросая на Тодда настороженные взгляды.

– И да, – добавил он, выпрямляясь, – не благодарите. Это, так сказать, от сердца.

Он развернулся, оставив за спиной настороженный шепот девичьих голосов.

"А теперь – к делу," – подумал он, выходя обратно в коридор. В голове крутились мысли об Аль’Ремисе, Ларене и плане, как вернуть её. Этот слизняк в дорогой мантии не будет смеяться над ним долго. Нужно найти способ, как разбить их парочку.

Увидев очередное растение на окне, Тодд ощипал его и снова сунул в рот листья. Те были горькими и противными.

Впереди его ждал завтрак, что поднимало настроение. Он скопил семь арканов, что позволит ему заказать отличную еду. Потом нужно идти на занятия. В расписании сегодня основы магии, языки других рас, основы алхимии, история магии, теория рун и символов, а под конец – практическая тренировка волшебства.

За посещения каждого урока начисляли один аркан, поэтому пропускать их не хотелось. Еще начисляли арканы за выполненное домашнее задание и хорошие оценки, но пока Тодд не удосужился здесь преуспеть.

Тодд неспешно шагал по коридору, направляясь к трапезной. В его голове витали приятные мысли. Сегодня точно стоило побаловать себя. Может, ему заказать жареную птицу с медовой глазурью? Или тушёные овощи с сыром? А может, тот мясной пирог, который он видел вчера у старшекурсника за соседним столом?

Войдя в просторный зал, наполненный аппетитными запахами и гулом разговоров, он уселся за стол и взял магический пергамент. Меню менялось каждый день, но в нем всегда было что-то вкусненькое. Достаточно было приложить магическую печатку напротив нужной строки, арканы спишуться с баланса, а через какое-то время прямо из воздуха материализуется заказанная еда.

Но как решить, что он хочет?

"Так, пирог стоит пять. Но тогда не хватит на десерт… А если взять суп, он всего три." – мысли путались. Он склонился над меню, то и дело вздыхая.

"Да нет, не вариант. Ладно, лучше уж пирог… или нет? А если…"

Его размышления прервал холодный, надменный голос. Он словно ледяной ветер пронесся по трапезной:

– Тодд Эрвуд!!

Он вздрогнул, обернувшись. Прямо к нему спешил Аль’Ремис де Клавьер. Его идеальный, как всегда, вид – безупречно выглаженная мантия и зализанные волосы, – раздражал Тодда ещё сильнее, чем обычно. Но что по-настоящему сбило его с толку, так это Ларена, шагавшая рядом. Её лицо было напряженным, обеспокоенным. Вся её фигура дышала сдержанным гневом, который она пыталась скрыть за холодной учтивостью.

Позади шла ещё одна фигура – профессор Вилмар Логран, преподаватель магии звука и вибраций. Его тонкое лицо с резко очерченными скулами выражало смесь беспокойства и недовольства. В отличие от Аль’Ремиса, он выглядел менее драматично, но его взгляд пронзал Тодда, как заточенная стрела.

Тодд вздохнул, пытаясь справиться с растущим беспокойством.

– Ну, и чем я заслужил такую торжественную делегацию? – протянул он, скрестив руки на груди.

– Шутить вздумал? – отрезал Аль’Ремис, подходя ближе. Его голос был ледяным, как утренний иней. – Вставай и иди за нами. Немедленно!

Ларена метнула на Тодда взгляд, полный осуждения.

– Куда это? У меня тут серьёзные планы на завтрак, – Тодд постучал пальцем по пергаменту меню, изображая полное равнодушие.

– Тодд, – вмешался профессор Логран, голос его звучал как низкий аккорд, – это не просьба.

– Ну, раз уж вы так красиво требуете... – Тодд поднял руки, будто сдаваясь. – Ведите.

Аль’Ремис резко повернулся, направляясь к выходу, не дожидаясь Тодда. Ларена шагала чуть позади, а профессор Вилмар замыкал небольшую процессию.

"Что на этот раз? Наверняка опять какая-то ерунда," – подумал Тодд, всё ещё ощущая в руке зажатую печатку, которую он не успел приложить к меню.

Всё его желание позавтракать испарилось, оставив легкое раздражение и предчувствие чего-то неприятного.

***

Тодд вошёл в один из пустых кабинетов, всё ещё недоумевая, зачем его сюда притащили. Комната была тускло освещена из-за закрытых штор. У преподавательского стола, словно три грозовых облака, стояли Ларена, Аль’Ремис и Вилмар Логран. Лица у всех были крайне серьезными.

– Что ж, Эрвуд, – холодно начал Аль’Ремис, складывая руки за спиной, – ты превзошел сам себя.

– А что на этот раз? Сломал очередную лавочку в парке? – усмехнулся Тодд, но его шутка не вызвала даже тени улыбки.

– Ради всего святого, молчи! – резко оборвала его Ларена. Она развернула письмо, в котором Тодд узнал любовную записку Брайана.

Едва сдерживая эмоции, Ларена начала читать:

“Айрис,

Ты – женщина. Я – мужчина. Что тут думать? Мы созданы друг для друга. Твоя красота сильнее любого заклинания, а голос звучит так, будто сами боги сотворили его для того, чтобы петь мне в ушко.

Я знаю, что ты можешь видеть насквозь тех, кто только притворяется достойным, поэтому сразу скажу: я парень простой, но настоящий. Хочешь страсти? У меня есть. Хочешь преданности? Отдам всю до последней капли.

Давай оставим все эти формальности академии и просто признаем очевидное: вместе нам будет хорошо. Очень хорошо. И, может быть, даже волшебно.

Если готова испытать магию, которая не описана ни в одном учебнике, просто скажи. Я жду.

Твой таинственный рыцарь любви”.

Ларена опустила письмо, и в кабинете воцарилась звенящая тишина.

– Тодд! Ей шестнадцать! – наконец выпалила Ларена, сжимая кулаки. – Как ты мог?!

– Но это не я! Это не моё письмо! Ларена, ты должна мне верить! – Тодд шагнул к ней, но её взгляд остановил его на месте.

– Я должна верить? Тебе?! Ты настолько погряз в своих проделках, что, честно говоря, я уже не знаю, где заканчивается твоя наглость и начинается реальная угроза для окружающих!

– Ларена… – он хотел что-то добавить, но она не дала ему шанса.

– Профессор Элдфар! – холодно произнесла она. – Ты хоть понимаешь что натворил? Бедная девочка рыдает и не находит себе места от страха!

Тодд поскреб затылок. Ну дела. Вероятно ему стоило лучше продумать как передать письмо этой Айрис. Теперь вот все думают, что это он ее таинственный поклонник. Да, неловко получилось. Но Брайан тоже виноват! Не нужно было ему столько спирта давать!

Вперед вышел Аль’Ремис, становясь между Лареной и Тоддом.

– Вашу печатку, первокурсник! – потребовал он.

Тодд нехотя достал из кармана небольшой студенческий артефакт. Аль’Ремис прикоснулся к ней пальцем. Если до этого на корпусе значилось гордое число “семь”, то теперь появилась цифра “минус сорок три”. Этот гад только что оштрафовал его на целых пятьдесят арканов!

– За что?! – отчаянно завопил Тодд. – Я же вам говорю, это не моё письмо!

Он переводил взгляд на каждого из присутствующих. Особенно ему хотелось, чтобы ему поверила Ларена. Но выражения ее лица говорило об обратном. Она была очень разочарована.

– Нужно придумать ему наказание, – произнес Аль’Ремис с мстительностью в голосе. – Простые меры на него не действуют. Его нужно проучить. Явитесь сегодня после уроков в мой кабинет. Потолкуем.

***

Тяжёлые дубовые двери кабинета Аль’Ремиса скрипнули, и Тодд вошёл, едва скрывая свое раздражение. Мрачный кабинет заместителя ректора выглядел так, будто сам воздух в нём был пропитан презрением. Письменный стол из тёмного дерева, уставленный свитками и чернильницами, словно олицетворял излишнюю педантичность его владельца.

– Тодд Эрвуд, – медленно произнес Аль’Ремис, не поднимая глаз от журнала с оценками студентов.

– А кто же еще? – вздохнул Тодд, опираясь о дверной косяк. – Прибыл как и приказывали. Спасибо, кстати, за вкусный завтрак. Я обязательно когда-то вас отблагодарю.

Аль’Ремис поднял голову, его серые глаза встретились с взглядом Тодда. Оба мужчины словно пытались прожечь друг друга насквозь. Уголки губ заместителя ректора изогнулись в насмешливой улыбке.

– Вы продолжаете удивлять меня, Эрвуд, – сказал он, откладывая перо. – Вы словно сорняк, который даже в самой негостеприимной почве находит, за что зацепиться.

Тодд ухмыльнулся, но внутренне уже готовился к очередному словесному удару.

– Я даже восхищаюсь вашей наглостью, – продолжил Аль’Ремис, поднимаясь из кресла. Его идеально отглаженная мантия мягко шуршала при движении. – Вы, человек без рода и племени, осмеливаетесь претендовать на место среди величайших магов нашего времени.

Тодд расплылся в еще более наглой улыбке. – Ну, кто-то же должен разбавлять вашу скучную благородную тусовку, – парировал он. – Да и, признаться, я привык быть там, где жарче.

Аль’Ремис подошёл ближе, его лицо напряглось, а голос стал угрожающе тихим:

– Слышать подобное от человека, который лишь случайно оказался здесь благодаря безвкусной прихоти судьбы, оскорбительно. Знаете ли вы, сколько лет я шлифовал свои умения, чтобы получить аффикс Аль в своем имени? А моя семья? Тридцать поколений магов, и все посвятили себя служению государству. Представляете каково мне? Я вынужден смотреть, как какой-то жалкий авантюрист осмеливается посягать на то, что мы строили веками.

– Ой, вы еще забыли упомянуть, что я весьма неплох собой. Даже профессор Ларена Элдфар каких-то два года назад была от меня без ума. Вы не знали?

– Что?

Удар был точен. Аль’Ремис, казалось, потерял самообладание, его рука слегка дрогнула.

– Я знаком с ее родителями, мы с ней жили под одной крышей, много путешествовали вместе, – Тодд загибал пальцы, перечисляя. – Любовь, страсть, всё такое. Странно что она вам про меня не рассказывала.

Аль’Ремис нахмурился. – Ваши выдумки не впечатляют.

– Ну, верить или не верить это ваше право, – усмехнулся Тодд. Он медленно наклонился ближе, понижая голос до шёпота: – Но вот что я скажу, профессор: каждый раз, когда целуете её, можете смело представлять, что целуете мой... – Тодд указал пальцем вниз, на своё паховое место.

Фраза повисла в воздухе, словно удар грома. На мгновение Аль’Ремис замер. Затем он вскочил с места. Глаза пылали таким гневом, что Тодд инстинктивно отступил на шаг. "Он меня сейчас убьёт," мелькнула мысль.

Гнев Аль’Ремиса достиг пика, и на мгновение казалось, что он действительно испепелит Тодда магией. Но внезапно он остановился, будто что-то внутри его щелкнуло. Его лицо вновь стало холодным, а глаза – ледяными. Он сделал глубокий вдох, заставляя себя успокоиться.

– Ты можешь смеяться, Эрвуд! Но я тебе обещаю: в конце концов, такие как ты всегда падают. А я буду наблюдать.

– Ну что ж, постараюсь падать эффектно, чтобы не разочаровать. Увидимся тогда внизу, да?

Аль’Ремис резко развернулся к столу, взял один из свитков и небрежно бросил его Тодду.

– Ты будешь работать в катакомбах Академии. Сразу после занятий. Сначала я думал, что недели будет достаточно, но теперь понял что нет. Месяц и ни днем меньше! А теперь можешь проваливать.

Тодду ничего другого не оставалось как взять свиток и выйти из кабинета. Над ним снова повис огромный долг, и похоже ближайшие недели у него не будет ни секунды свободного времени.

***

Тодд прижался к стене, оставаясь в тени высоких башен Академии. Луна пробивалась сквозь тонкий слой облаков, освещая двор серебристым светом. Он наблюдал за восточным крылом общежития семикурсников. Окно на втором этаже, где должна была быть комната Мейнара Дольора, мерцало слабым светом. Тодд ждал пока свет погаснет, а вскоре фигура в темной мантии выскользнула из двери общежития.

– Ну что ж, Дольор, покажи мне, куда ты ходишь по ночам, – прошептал Тодд, выждав мгновение перед тем, как следовать за ним.

Мейнар двигался уверенно, его шаги звучали ровно на каменных плитах двора. Тодд держался на расстоянии, плавно переходя от одного укрытия к другому – то за колонну, то в тень. Академия в этот час спала, лишь изредка раздавались далекие возгласы запоздалых студентов.

Путь пролегал мимо сада рунологов – тихой, ухоженной зоны с ровными аллеями, украшенными магическими фонарями. Лёгкое свечение рун на каменных дорожках делало место похожим на иллюстрацию из старинного манускрипта. Тодд затаился за одним из кустов, наблюдая, как Мейнар с грацией хищника двинулся дальше, ни разу не оглянувшись.

Когда они прошли через центральную площадь, Тодд заметил, как Дольор направился к северному мосту, ведущему на плато, где не было ничего кроме закрытой для посещения зоны. Леса времени.

Его еще называли пространственным лесом. А все потому, что на горном плато размещалась небольшая опушка, но стоило в нее углубится, как лес расширялся и углублялся. В какой-то книге Тодд читал, что виной всему пространственная аномалия.

Как бы то ни было, но в лес ходить не хотелось. Это место было окутано десятками легенд. Деревья здесь впитывали магическую энергию времени, и каждый шаг вглубь мог стать роковым. Один студент вошел сюда и состарился на век, другой – вернулся ребенком, а кто-то просто исчез навсегда. Тодд также слышал, что в этом лесу можно встретить опасных чудовищ.

Мост, ведущий к лесу, выглядел древним, с истёртыми каменными плитами, покрытыми мхом. Мейнар быстро взошёл на него, не оглядываясь, и его фигура вскоре исчезла из виду.

Тодд остановился, прячась за крупным валуном у начала моста. Сердце его колотилось, он медленно выглянул, чтобы убедиться, что Дольор исчез. Тодд вышел на мост и его шаги глухо разносились каждый раз как он наступал на каменные плиты. Тодд ускорил шаг, пытаясь догнать свою цель, но всё, что увидел впереди, – это пустота. Мейнар исчез.

Плато раскинулось на краю обрыва, будто природа вырезала его из самой скалы. Далекий гул ветра создавал ощущение безвременья. Начало леса, густого и непроглядного, выглядело почти сюрреалистично: деревья, высокие и узкие, уходили вверх, их ветви казались растянутыми, как нити, уходящие в бесконечность. Свет луны играл на листве, которая переливалась зловещими оттенками.

Вдоль края плато стояли предостерегающие таблички с надписями: "Не входить без разрешения!", "Опасная зона!", "Смертельно опасно для студентов!". Эти слова лишь усилили странное притяжение, которое исходило от леса.

Тодд замер у края леса, чувствуя, как его нутро сжимается от странного, липкого страха. Его взгляд скользнул между стволами деревьев. В голове заскреблась мысль, что лес наблюдает за ним.

– Хрен с тобой, Дольор, – пробормотал он, отступая на шаг. Голос прозвучал хрипло и тихо, словно лес забрал у него силу говорить громче. – Найду тебя в другой раз.

Он развернулся, решив, что пока ещё не поздно вернуться. Но едва он сделал шаг назад, как пространство вокруг ожило.

Первый человек вышел из-за ближайшего дерева. Его фигура вынырнула из темноты, и Тодд заметил, как тусклый отблеск магической энергии скользнул по его мантии.

– Что за... – начал Тодд, но осёкся, когда справа от него появился ещё один. Этот возник из воздуха, явно снимая заклинание невидимости.

– Ты явно не туда свернул, приятель, – произнес парень с низким голосом, ухмыляясь.

Ещё несколько фигур материализовались вокруг. Кто-то вышел из тени деревьев, кто-то снял с себя заклинание. Тихий шёпот магических формул заполнил пространство.

Всего их оказалось около десяти – окруживших Тодда, словно стая голодных волков. Он сделал шаг назад, но путь на мост уже был перекрыт. Тодд стиснул зубы, оценивая ситуацию.

– Ребята, я здесь просто… гуляю, – произнёс он, пытаясь удержать голос спокойным. – Люблю ночные прогулки. Освежает.

– Ночные прогулки? – засмеялся один из магов, высокий парень с татуировкой на шее. – Лес Времени – не лучшее место для любителей свежего воздуха.

Его слова вызвали тихий смех остальных. Тодд медленно поднял руки, показывая, что он не собирается сопротивляться.

– Ладно, парни, – добавил он с лёгкой улыбкой. – Может, вы просто покажете мне дорогу обратно? Мне тут и вправду нечего делать.

Ответом была тишина, наполненная напряжением, от которого волосы на затылке Тодда встали дыбом.

Из тени материализовался сам Мейнар Дольор. Его черные глаза, словно поглощающие свет, устремились на Тодда.

– А, это ты, архимаг, – медленно произнес он, уголки губ дрогнули в тени усмешки. – Любопытно. И что ты здесь делаешь? Разнюхиваешь для профессоров?

Тодд напрягся, стараясь сохранять внешнее спокойствие. Взгляд Мейнара был слишком пристальным.

– Я искал тебя, – сказал Тодд, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. – У меня есть взаимовыгодное предложение.

Мейнар приподнял бровь, его губы изогнулись в легкой, но холодной улыбке. Кто-то из его подручных хмыкнул.

– И какую же сделку ты можешь предложить мне, Тодд Эрвуд? – спросил он, произнося имя с почти осязаемым сарказмом.

Тодд сделал шаг вперёд, быстро оглядывая остальных. Ему нужно было говорить быстро, пока ситуация не вышла из-под контроля.

– Я хочу, чтобы ты помог мне разделаться с одним назойливым профессором, – произнес он, сделав акцент на каждом слове. – Ты ведь понимаешь, как сложно жить в Академии, когда кто-то постоянно вставляет тебе палки в колёса. Я уверен мы сможем договориться.

Мейнар не ответил сразу. Его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах появился едва заметный блеск интереса. Он скрестил руки на груди, будто обдумывая услышанное.

– Назойливый профессор, говоришь? Интересно... – протянул он, делая паузу. – Но, видишь ли, у нас есть дела поважнее. Хотя... ты всё же можешь пригодиться.

Тодд напрягся, его взгляд метнулся к фигурам, которые всё ещё оставались неподвижными вокруг него.

– Правда? – спросил он осторожно. – И чем же?

Мейнар раскинул руки, а его тон стал почти дружелюбным.

– Сегодня ночью мы отправляемся на охоту, – сказал он. – Древний вампир. Когда-то великий маг, а теперь обезумевший монстр, который блуждает по Лесу Времени. Его кровь давно проклята, разум разрушен, но тело всё ещё живёт. Нам нужны его клыки и особенно – сердце. Для одного важного ритуала.

Тодд попытался скрыть охвативший его холод, тонкие капли пота начали стекать по спине.

– Ой, знаете, ребята, я как-то не по вампирам. Особенно древним. Да и в лес этот идти мне совершенно не хочется. Но я могу быть вам полезен в другом: вот здесь, – Тодд постучал пальцем по виску, – кладезь мудрых советов на все случаи жизни.

Мейнар усмехнулся, откинув волосы с лица. Его черные глаза блеснули в лунном свете.

– Нам нужна приманка, – произнес он с ледяным спокойствием. – А ты, Тодд, идеально подходишь для этой роли.

Тодд замер, его глаза расширились. Он уже открыл рот, чтобы возразить, но Мейнар поднял руку, не давая ему и шанса.

– Свяжите его!

***

Тодд чувствовал себя, мягко говоря, отвратительно. Руки были связаны кожаными ремнями, которые то и дело издавали скрип при попытке пошевелиться. Отряд Мейнара тащил его за собой всё глубже в Лес Времени.

Лес, который на плато казался небольшим, внезапно разросся до невообразимых масштабов. Деревья уходили вверх, их переплетенные ветви образовывали темный свод, сквозь который лунный свет пробивался редкими пятнами. Пространство вокруг дышало собственной жизнью. Корни деревьев вылезали из земли, извиваясь, будто змеи.

Из темноты доносились странные звуки – где-то справа прозвучал вой, низкий и протяжный, затем короткий шёпот, словно рядом кто-то переговаривался. Ветер приносил не то стоны, не то далекий смех.

Тодд выждал момент, когда группа замедлилась, и громко крикнул:

– Эй! Помогите! Кто-нибудь! Меня тащат, чтобы принести в жертву!

Его голос эхом разлетелся вглубь леса, но ответа не последовало. Лишь одна из фигур обернулась к нему. Девчонка лет пятнадцати. Тодд слышал как ее товарищи называли ее Эскель. В её зелёных, словно кошачьих, глазах сверкала смесь хитрости и напряжения. Светлые волосы были аккуратно заплетены в косу, но в остальном её вид был небрежным – пыльная мантия, немного испачканные сапоги.

– Закрой рот, – сказала она. – Здесь никто не услышит тебя. А даже если услышат, вряд ли ты обрадуешься тем, кто придёт.

Тодд окинул её взглядом, прикидывая, стоит ли отвечать, но прежде чем он успел что-то сказать, в спину его толкнул конвоир. Здоровенный парень со шрамами на лице и кожаным ошейником на шее. Все вокруг называли его Бешенным.

– Шевелись! Будешь голосить – вырву язык.

Их путь завершился на небольшой поляне. Посередине возвышалось огромное дерево – его ствол был настолько толстым, что понадобилось бы человек десять, чтобы обхватить его. Ветви, извиваясь, уходили далеко в небо, а корни, наоборот, плелись по земле, словно паутина.

– Прекрасное место для смерти, – пробормотал Тодд, когда его привязали к одному из этих корней. Ремни сдавили руки, и он стиснул зубы, стараясь не показать, что ему больно.

Тем временем люди Мейнара начали расходиться. Кто-то забрался на дерево, сливаясь с тенью, другой спрятался за крупным валуном. Ещё пара человек заняли позиции за упавшими бревнами. Каждый двигался бесшумно, с точностью, которая пугала Тодда.

Мейнар вышел вперед, его фигура в чёрной мантии казалась частью леса. Он поднял руку, привлекая к себе внимание.

– Помните, – сказал он. – Старайтесь не подпускать тварь к себе. Лучше потерять защитный амулет, чем свою жизнь. И не используйте разрушительную магию. Нам нужны ингредиенты – это важнее всего.

Тодд, прищурившись, поднял голову.

– А мне можно защитный амулет? – спросил он с надеждой.

Мейнар скользнул по нему взглядом и усмехнулся.

– Тебе он не понадобится, архимаг.

Тодд фыркнул, раздумывая, как же ему выкрутиться из этой переделки. Тем временем маги закончили маскироваться, и тишина вновь заполнила поляну. Лес вокруг, казалось, замер в ожидании.

Мейнар подошёл ближе, его фигура нависала над Тоддом, как тень, что сгустилась в одном месте. Его глаза, чёрные и безжизненные, словно поглощали свет. Он наклонился так близко, что Тодд почувствовал холодное дыхание на своей коже.

– Видишь ли, архимаг, – начал Мейнар, его голос звучал низко, но чётко. – Эта тварь чует магию. Мы собирались использовать артефакт, чтобы её выманить, но ты... ты подвернулся очень вовремя.

Тодд напрягся, пытаясь отодвинуться, но путы держали слишком крепко.

– Твой медальон, – продолжил Мейнар, его взгляд скользнул к артефакту на шее Тодда, – это великолепный маяк. Настоящий магнит для таких созданий. Он будет привлекать её, как огонь ночных мотыльков.

Мейнар вытянул руку, его пальцы едва заметно засияли тусклым багровым светом. Он что-то тихо забормотал на древнем языке, и медальон на шее Тодда едва уловимо задрожал. Магический импульс от него разошелся волной, отозвавшись слабым гулом.

– Вот так, – произнёс Мейнар, отстранившись. – Теперь ты идеальная приманка.

Тодд хотел что-то сказать, но горло пересохло. Он лишь моргнул, а в следующий момент Мейнар сделал шаг назад, и его фигура растаяла во тьме. Клочья мрака разлетелись в стороны, оставив после себя лишь пустоту. Тодд даже моргнул несколько раз, пытаясь понять не показалось ли ему.

Он сидел, привязанный к корню, и наблюдал, как лунный свет пляшет на неровной поверхности деревьев. Всё вокруг выглядело потусторонним: тени, отбрасываемые ветвями, казались живыми, извиваясь на земле, словно они вот-вот нападут.

В какой-то момент он подумал, что заметил движение в темноте, но это оказался лишь ветер, раскачивающий лианы.

– Великолепно, – пробормотал он, стараясь отвлечь себя разговорами. – Как же я ненавижу магов!

В удалении раздался звук.

Что-то пронзительно вскрикнуло вдали. Это было далеко, но каким-то образом звук пробрался прямо под кожу Тодда, заставив его мурашками покрыться от макушки до пят.

Воздух стал плотнее, тяжелым и влажным. Казалось, что с каждым вдохом в легкие поступает не кислород, а густая, вязкая масса. Лес шептал. Он жил своей жизнью, дышал, наблюдал.

Тодд почувствовал, как его сердце колотится. Он хотел позвать на помощь, но слова застряли в горле. Он даже попробовал дернуться, но путы завязали крепко.

Снова треск. На этот раз ближе.

Где-то совсем рядом, за деревьями, что-то двигалось. Или кто-то. Шорохи стали громче, будто неведомое существо кралось между стволов.

Шорох становился громче. Существо двигалось между деревьями, его тень мелькала то слева, то справа. Огромная, угловатая фигура перемещалась с пугающей грацией, и каждое ее движение сопровождалось треском веток.

Тодд напрягся, его дыхание участилось. Он отчаянно дергал запястьями, пытаясь освободиться от ремней. Сердце колотилось так, что, казалось, вырвется из груди.

– Ну же, ну же... – прошептал он.

Но его хаотичные движения лишь привлекли внимание твари – треск стал направляться прямо к нему.

Медальон на его груди продолжал пульсировать. Тёплая, но неприятная вибрация от него разливалась по телу. Тодд бросил взгляд вниз – артефакт сиял, будто древний маяк, посылая сигналы прямо в тёмное сердце леса.

– Бесполезный кусок золота!

Внезапно перед глазами Тодда появился сложный магический рисунок. Символы, линии, круги – всё это светилось красным светом, будто кто-то выжег их в воздухе. Руки Тодда инстинктивно дернулись, но путы удержали их. Глаза же сами начали обводить линии формулы, словно он вспоминал что-то давно забытое.

Когда Тодд закончил, то громогласно выкрикнул слова, которых даже не понимал: – Инферна коронис фламме!

В тот же миг перед ним сформировалась огненная волна. Она с грохотом устремилась вперёд, освещая лес кроваво-красным светом. Жар был настолько сильным, что листья на ближайших деревьях мгновенно скручивались. Пламя ломало ветки, поджигало корни и накрыло тень, которая двигалась в сторону Тодда.

Раздался оглушительный вой, наполненный болью и яростью.

Прежде чем Тодд успел понять, что он только что сделал, к нему подлетел Бешеный – массивный, как гора, и такой же пугающий. В одной руке он держал кинжал, другой схватил Тодда за волосы и резко дёрнул, заставив задрать голову. Лезвие прижалось к его горлу.

– Ещё одно слово – и я тебе глотку вскрою, – прорычал Бешенный, его ледяные глаза блестели в лунном свете.

В этот момент из тени появился Мейнар, его лицо, обычно хладнокровное, теперь исказилось от гнева.

– Ты совсем идиот? – зашипел он, подойдя ближе. – Не слышал, что я сказал насчет клыков и сердца?! Мы охотимся за ингредиентами, а не устраиваем огненное шоу!

Он взмахнул рукой.

– Натаниэль, иди проверь!

Высокий, худощавый парень из группы, один из тех, кто прятался в тени, кивнул и исчез в дымке леса. Через минуту раздался его голос:

– Сгорел до углей! Но... это не вампир. По виду – волколак!

Тишина накрыла поляну. Мейнар закрыл глаза. Он обернулся к Тодду, желая что-то сказать, но в этот момент где-то совсем рядом послышался пронзительный, нечеловеческий вой.

Древний вампир появился внезапно. Высокая, иссохшая фигура, закутанная в лохмотья, выскочила из-за ствола дерева. Его глаза, алые и горящие, светились в темноте, как раскалённые угли. Движения были быстрыми, едва уловимыми.

В одно мгновение он оказался у первого мага и ударил его мощной когтистой рукой. Яркая вспышка ослепила всех – защитный амулет активировался. Маг отлетел назад, ударившись о дерево, но остался жив.

Второй маг успел среагировать – выпустил золотой луч света, который угодил вампиру в грудь. Тварь отшатнулась, но тут же с дикой яростью бросилась на обидчика. Тот едва сумел сотворить перед собой барьер.

Со всех сторон в вампира полетели заклинания. Эскель, прячась за валуном, начертила в воздухе сложную формулу, выпустив поток ледяных стрел, которые зашипели, врезаясь в плоть твари. Бешенный ринулся в атаку, сжимая в руках кинжал, магически усиленный до состояния огненного лезвия. Он прыгнул на вампира с боевым криком, но тварь ударила его, отбросив, словно куклу. Бешенного также спас защитный артефакт, который лопнул со звоном разбившегося стекла.

Лес вокруг поляны освещался разноцветными вспышками – золотые, зелёные, синие и красные заклинания прорезали тьму, создавая хаотическую симфонию света и теней.

Медальон на груди Тодда продолжал пульсировать, его свет мерцал, будто приглашая тварь. Вампир вдруг замер, его алые глаза сфокусировались на Тодде. На мгновение всё затихло, и Тодд почувствовал, как холодный пот стекает по его спине.

– О нет... – прошептал он.

Вампир рванул к нему с такой скоростью, что казалось, он разрезал воздух. В последний момент к Тодду подскочил Мейнар Дольор и взмахом руки перерезал путы.

– Вставай, архимаг, – рявкнул он, хватая Тодда за плечо и грубо вытаскивая его из корней.

Тодд едва успел отползти, когда вампир ударил в место, где он только что находился. Корни треснули, дерево застонало.

Мейнар шагнул вперёд. Его лицо, обычно невозмутимое, исказилось жуткой гримасой. Он поднял руку, и земля под ним начала светиться. Пентаграмма, сложная и древняя, вспыхнула багровым светом, разрастаясь вокруг его ног. Магическая энергия поднялась вверх, словно рвущиеся к небу нити.

Вампир закричал, попав в ловушку. Его движения стали замедляться, словно невидимая сила сковала его тело. Мейнар выдохнул, затем, не колеблясь, провёл кинжалом по своей руке. Кровь фонтаном брызнула на пентаграмму, ее свет стал ярче.

– Сангвинис арканум! – выкрикнул он, и из земли поднялись потоки магической силы, которые закрутились вокруг вампира, поднимая его в воздух.

Тварь извивалась, дико рыча, но не могла вырваться. Кровь всё ещё стекала с руки Мейнара, питая заклинание. Его лицо побледнело, но он продолжал стоять.

Наконец, с глухим звуком магия оборвалась. Вампир рухнул на землю, издавая последний хриплый вой. Вслед за ним на колени упал и Мейнар, его плечи дрожали, а рука всё ещё сочилась кровью.

Силуэты магов начали выбираться из укрытий. Встревоженные лица сменились улыбками и облегчением – они победили. Труп вампира лежал на земле. Воздух был насыщен запахом паленой плоти.

– Мы сделали это, – выдохнула Эскель и радостно подпрыгнула.

– Отличная работа, – добавил кто-то из магов, натягивая улыбку.

Бешенный лишь бросил быстрый взгляд на Тодда, его лицо было лишено всякой радости.

Тодд, стоя в стороне, напряженно осматривал окружающих. Несмотря на победу, он не собирался расслабляться – эти маги буквально час назад привязали его к дереву и планировали использовать в качестве приманки.

– Вы все молодцы, – раздался голос Мейнара. Он поднялся с земли, хоть и пошатывался. Бледный, но довольный, он стер кровь с руки и посмотрел на Тодда.

– Ты оказался полезным, Тодд Эрвуд, – сказал он, чуть наклонив голову. – Это была проверка. Все же ты действительно можешь использовать силу медальона, а значит… вполне пригодишься нашей организации.

– Рад, что оправдал ваши мерзкие ожидания, – огрызнулся Тодд.

Мейнар отмахнулся, словно Тодд был не больше чем раздражающей мухой.

– Оставь обиды, архимаг. А теперь, – его голос стал серьёзнее, – нам нужно двигаться. У нас мало времени.

Эскель подняла бровь.

– В штаб-квартиру? – уточнила она.

Мейнар кивнул.

– Клыки сохраняют свою магическую силу долго, но сердце... – он бросил взгляд на тело вампира, Бешенный как раз вырезал у того из груди черный комок плоти. – Оно долго не продержится. Если мы не завершим ритуал вовремя, всё будет впустую.

Бешенный, как всегда хмурый, посмотрел на Мейнара.

– Мы готовы. Кто понесёт это? – он протянул ему сердце.

– Я, – сказал Мейнар, забирая трофей у мага. Он обернулся к остальным. – Все готовы? Впереди много работы.

Маги начали собираться, быстро проверяя снаряжение и перезаряжая амулеты. Тодд молча наблюдал за ними.

– Ты идёшь с нами, Тодд, – вдруг сказал Мейнар, его голос был тихим, но в нём слышался неукоснительный приказ.

– А у меня есть выбор?

– Конечно, – коротко ответил Мейнар. Его черные глаза блеснули в свете луны. – Ты можешь самому отыскать путь обратно и вернутся в академию. Или пойти с нами. Уверен, у нас найдётся ещё работа для тебя.

Тодд вздохнул, пожав плечами.

– Предупреждаю: за бесплатно я не работаю.

Эскель засмеялась где-то позади него.

– Добро пожаловать в «Преступники», архимаг.

Глава 8 Тропа ночных охотников

Площадь Мистхольма заполнилась толпой. Над головой развевались флаги города, а где-то вдалеке играли духовые инструменты, исполняя что-то, что должно было напоминать героический марш. На импровизированной сцене, выложенной из досок, покрытых ковром, стоял Тодд Эрвуд – герой дня.

Он изо всех сил старался сохранить выражение благородного достоинства, но в глубине души едва удерживался от того, чтобы не расхохотаться. Перед ним мэр Мистхольма, плотный мужчина с круглым лицом и каплями пота, блестящими на лбу, вручил ему награду – массивный деревянный ключ.

– За выдающийся героизм и спасение нашего города от гибели! – провозгласил мэр, поднимая руки вверх.

Толпа взорвалась аплодисментами. Тодд, едва не подавившись смехом, кивнул и слегка поклонился.

– Спасибо... Спасибо вам всем! – сказал он, поднимая ключ над головой, как будто уже привык к таким моментам. – Это, конечно, было непросто, но, знаете, я всегда говорил: герой – не тот, кто спасает город. Герои – это каждый из вас! Вы все – невероятные!

Толпа ахнула, но вскоре разразилась ещё более бурными аплодисментами. Тодд чувствовал себя на вершине блаженства. Купцы и горожане уже пообещали ему новые мантии, книги, перья, безделушки – что угодно, лишь бы показать свою благодарность.

Портил настроение лишь вид Ар’Элии де Лавель, ректора академии. Она стояла чуть поодаль, скрестив руки на груди, сжав губы в тонкую линию. Ее просто не могли не уведомить о происшествии, и она прибыла вместе с другими профессорами.

Но как бы Тодд не искал глазами Ларену, ее нигде не было видно. Очевидно она не застанет момент его триумфа, а значит не сможет понять насколько сильно его моральные качества улучшились с момента их расставания.

Когда аплодисменты начали утихать, ректор Ар’Элия подошла к Тодду.

– Господин Эрвуд, – произнесла она ледяным тоном, склоняя голову якобы в знаке уважения. – От имени академии “Сияющий шпиль” хочу выразить благодарность за вашу смелость.

Тодд напыжился от важности как индюк. И ему было плевать, что голос ректора звучал так, будто благодарность вытягивали из неё клещами.

– Благодарю, госпожа ректор, – сказал он с преувеличенной учтивостью. – Для меня честь... спасать людей.

Ар’Элия ничего не ответила, лишь повернулась к мэру, подав ему знак бровью, чтобы заканчивал представление. Тот быстро все понял и вышел вперед:

– А теперь, друзья, давайте дадим нашему герою заслуженный отдых!

Горожане начали расходится, а Тодду не оставалось ничего другого как поплестись вслед за ректором. Незаметно справа и слева от Тодда зашагали Ардан Крэйвен и Аль’Ремис де Клавьер. Этих двоих Тодд ненавидел всем сердцем.

Прежде чем учинить разбирательства, Ар’Элия открыла портал прямиком в свой кабинет. Очевидно идти пешком к замку, а после подниматься по сотням ступеней было не в ее стиле.

– Как это понимать? – холодно спросила она, когда все оказались в кабинете. – Ардан, как артефакт с сущностью элементаля оказался в катакомбах?

Комендант поежился, но постарался сохранить невозмутимость.

– Не смею знать, госпожа ректор, – сказал он медленно, разводя руками. – Кто угодно мог пронести его туда...

– Кто угодно?! – Голос Ар’Элии был резким, как удар хлыста. – На территорию академии? Только вы имеете доступ к катакомбам!

Крэйвен слегка покраснел, но продолжал юлить.

– Уверяю вас, я сделаю всё возможное, чтобы...

– Уж разберитесь! – Ар’Элия перебила его и перевела взгляд на Аль’Ремиса. – А вы? Это ведь вы назначили наказание именно в катакомбах. У нас второй студент чуть не погиб!

– Я здесь ни при чем, – возразил Аль’Ремис, приподняв подбородок. Его лицо было спокойным, но глаза выдавали беспокойство. – Возможно, стоит присмотреться к самому Эрвуду. Не забывайте, именно он нашёл тело студента в канализации. Кто знает, не он ли его и умертвил!

Тодд сидел, развалившись в кресле, и наблюдал за сценой с видом короля, взирающего на своих подданных.

– Да-да, – поддакнул он с усмешкой. – Все беды – от безответственности! Как не стыдно!

Комендант и Аль’Ремис бросили на Тодда такие взгляды, которые могли бы превратить воду в лед. Но Тодд лишь наслаждался своим превосходством.

До того момента пока не заговорила ректор:

– А вы, господин Эрвуд, – холодно сказала Ар’Элия, – вы вообще о чём думали?! Притащить элементаля в густонаселенный город! Хорошо, что никто не погиб!

Тодд на мгновение напрягся, но быстро вернул себе привычное самоуверенное выражение.

– Никого никуда я не тащил, – произнёс он, глядя на неё с чуть приподнятой бровью. – Я просто убегал, а он гнался за мной. И вообще: вы сами видели – я герой! Люди Мистхольма меня обожают!

– О, не сомневаюсь. Я уже жалею, что не сказала им правду. Но узнай они что элементаль явился из академии, то объявили бы нам бойкот, перестав обслуживать наши нужды.

Тодд наклонился вперёд, напустив на себя вид, с которым обычно соблазнял женщин.

– Вот это я понимаю. Уважаю вашу гибкость, госпожа ректор. Гибкая женщина – всегда вызывает восхищение!

– Заткнитесь, Эрвуд! – резко оборвала его Ар’Элия. – Я снимаю с вас наказание в катакомбах. Сколько у вас там еще оставалось?

– Неделю, – ответил Тодд.

– Отлично. Значит, отработки не будет. Но и награды вы не дождётесь. Всё, что вы получите – это репутацию среди жителей Мистхольма. Легенду, в которую они верят, мы оставим в силе. Но если подобное повторится – пеняйте на себя.

Крэйвен и Аль’Ремис выглядели шокированными. Аль’Ремис даже попытался что-то возразить:

– Госпожа ректор, это слишком мягко...

– Довольно! – перебила его Ар’Элия. – Это моё решение, и оно не обсуждается. А теперь все свободны.

***

Тодд стоял перед большим зеркалом в уборной общежития, изучая себя с головы до ног. Мантия, подаренная благодарными жителями Мистхольма, сидела на нём идеально. Глубокий тёмно-зелёный цвет ткани подчеркивал его серые глаза, а золотые узоры, тянувшиеся вдоль манжет и воротника, добавляли ореол величественности.

Бронзовый, серебряный и золотой цвета в мантиях магов всегда обозначали их статус в обществе. Чисто юридически Тодд был архимагом, а потому он мог носить при желании золотую вышивку и узоры. Это тешило самолюбие, ведь у подавляющего количества профессоров мантии были с серебром, а у студентов – почти всегда с бронзой.

– Грива минотавра, да я просто идеал! – пробормотал он, ухмыльнувшись своему отражению. – Теперь даже эти напыщенные маги не смогут придраться к моей одежде.

Он провёл рукой по ткани, наслаждаясь её мягкостью, и покрутился, чтобы ещё раз увидеть, как мантия двигается.

По академии он шагал с таким видом, будто владел всем миром. Его сапоги, отполированные до блеска, громко стучали по каменным плитам. Студенты, занятые своими делами, поглядывали на него. Некоторые останавливали взгляд чуть дольше, чем обычно, кое-кто даже кивал в знак приветствия.

"Ну, наконец-то," – думал Тодд, чувствуя, как его самооценка поднимается на привычную высоту. Но вскоре он заметил, что взгляды, хоть и стали более уважительными, всё равно оставались отстраненными. Ему кивали, но никто не подходил, не говорил с ним, не восхищался.

В столовой разговоры не стихли, когда он вошёл. Студенты, сидящие за столами, просто мельком взглянули на него и вернулись к своим тарелкам. Единственное, чего Тодд добился, – это того, что над его внешностью больше не смеялись.

– Ну что ж, хотя бы что-то, – пробормотал он, набирая себе бесплатной еды. Выбраться из минусового баланса у него никак не получалось. На печатке значилось: -117 арканов.

После обеда Тодд решил найти Ларену. Он добрался до кабинета артефактологии и стал ждать. В руках он держал букет цветов, которые, на первый взгляд, выглядели свежими и ухоженными. Никто бы не догадался, что несколько минут назад эти цветы росли в горшке у окна в другом крыле здания.

– Ну, Ларена, посмотрим, как ты устоишь перед таким жестом, – пробормотал он себе под нос, нервно расправляя складки на мантии.

Коридор постепенно заполнялся студентами, спешащими с занятий на перерыв. Тодд терпеливо ждал, когда дверь кабинета открылась и оттуда высыпали учащиеся. Они были ему и даром не нужны. Он ждал Ларену.

И та показалась спустя несколько минут. Её каштановые волосы мягко блестели в дневном свете, а темно-синяя мантия подчеркивала её грацию. Увидев Тодда, она тут же нахмурилась.

– Ларена! – Тодд шагнул вперед, взмахнув букетом словно артист на сцене. – Ты выглядишь... великолепно! Вот, это тебе!

Ларена скрестила руки на груди и окинула Тодда подозрительным взглядом. Букет она принимать не стала.

– Тодд, что ты делаешь? – её голос был холодным, но не грубым. – Я занята.

– Эй, да это просто маленький подарок, – он попытался подать букет ближе, но она отступила.

– Даже боюсь представить, где ты их взял.

– Самое главное – не где я их взял, – Тодд поднял палец вверх, – а что в тот момент я думал именно о тебе.

– Тодд. Мне некогда. Я иду на встречу с коллегами.

Она обошла его и двинулась прочь. Тодд поспешил следом. В какой-то момент он выкинул букет в угол, чуть не попав ним в первокурсника.

– Подожди, Ларена! Я хотел сказать… я изменился! Я много думал о том, что делал раньше. О всех своих ошибках. И я хочу всё исправить! У меня благородные намерения!

– Благородные? – Ларена приподняла бровь. – Тодд, ты на это не способен. Ты всегда делаешь только то, что выгодно тебе.

Её слова кольнули. Улыбка сползла с его лица, но он быстро вернул её. Нельзя сдаваться!

– А может, я просто хочу сделать что-то хорошее для тебя? – сказал он с вызовом. – Я думал, ты оценишь. Всё-таки мы с тобой через многое прошли.

– И чем все закончилось, Тодд? Забыл?

– Я был другим тогда, – уверенно выпалил он. – Я изменился! И хочу начать все заново, Ларена. Разве это не достойно хотя бы шанса? Ты наверняка слышала про мои подвиги в Мистхольме! А это только первый шаг…

– Да, слышала. Профессор Аль’Ремис мне все рассказал. Как ты приволок за собой элементаля в город и чуть не угробил сотни жизней.

Лицо Тодда скривилось, словно он зажевал лимон. Ох уж этот ублюдок!

– Но я все же пытаюсь! Скоро ты совсем меня не узнаешь!

Ларена продолжала идти, не останавливаясь.

– Это замечательно, Тодд. Правда. Я рада, что ты хочешь стать лучше. Но ты не должен делать это ради меня или кого-то другого. Ты должен делать это ради себя.

Она остановилась, развернулась и вытянула вперед палец, на который Тодд наткнулся грудью. Ларена внимательно посмотрела ему в глаза и произнесла:

– Между нами всё кончено. Признай это.

Её голос чуть дрогнул, но она быстро взяла себя в руки и ушла. Тодд же остался стоять на месте. Её слова, как удары молота, пробили дыру в его самоуверенности. Он хотел что-то сказать, но не мог найти слов.

Он стоял неподвижно, глядя в пустоту, где ещё секунду назад была Ларена. Его кулаки сжались, а на лице появилась гримаса, полная злости.

Это все из-за этого проклятого Аль’Ремиса де Клавьера! Ведь очевидно, что заместитель ректора явно не любит Тодда и при каждом удобном случае будет наговаривать на него! Возможно это он вместе с комендантом Крэйвеном намеревался его убить. Вот только доказать Тодд ничего не сможет.

Были бы у него улики, он тут же раскрыл бы Ларене глаза с каким подонком она связалась. Хотя… улики можно и сфабриковать, если сделать все с умом.

Тодд прислонился к стене, поглаживая щетину. В его голове рождался очередной коварный план. Но самостоятельно у него не получится его реализовать. Нужны союзники, кто прикроет спину и подсобит, где нужно.

А вот с этим были проблемы. Тодд почти никого не знал в академии, а кого знал – тех нельзя было назвать друзьями. Был, конечно, Брайан, но он трусливый как заяц. Потеряет сознание сразу же как Тодд предложит что-то, что нарушает правила академии.

Но все же поговорить с ним стоило.

***

Тодд вошел в библиотеку и застал Брайана за привычным местом, где он проходил свою практику. Старшекурсник, сидящий за стойкой в центре зала, поднял голову, заметив его приближение. Тодд подал знал подбородком, показывая, что им нужно поговорить. Брайан кивнул в ответ, но был явно не в восторге от такого визита.

Тодд ушёл вглубь библиотеки, к их привычному укромному уголку, где никогда не было ни души. Там, среди пыльных книг с потрескавшимися переплетами, он взял первый попавшийся том и сел в тень большого шкафа. Пролистывая страницы, он ждал Брайана.

Через несколько минут тот появился, поправляя свои очки и явно нервничая.

– Чего вам? – спросил он, стараясь говорить уверенно, но получалось не очень.

– Расслабься, Брайан, – Тодд откинулся на стул, улыбнувшись. – Я же не кусаюсь. Хотя…

Брайан нахмурился, скрестив руки на груди.

– Я слышал, что произошло в Мистхольме. Вы поступили благородно. Спасли людей. Я этого не ожидал. Видно академия действительно благодатно на вас влияет.

– Конечно-конечно, – Тодд улыбнулся. – Но давай мои подвиги обсудим позже. Ты ведь семикурсник, верно?

– Ну да, – насторожился Брайан. – А что?

– Тогда расскажи мне про одного из ваших. Зовут Мейнар Дольор…

Брайан замер. На мгновение его глаза расширились, но он быстро склонил голову и понизил голос.

– Вам не нужно с ним связываться, Тодд. Я серьезно!

– Почему это?

– Потому что он... он опасен, – Брайан огляделся, словно боялся, что их могут подслушать. – Он собирает вокруг себя таких же, как он. Тех, кто интересуется запрещенной магией. И ладно бы каким-то друидизмом и эльфийскими ритуалами. Нет. Черномагия, магия крови, магия хаоса, некромантия! Его шайку так и называют – "Преступники", потому что им плевать на правила.

– Звучит многообещающе.

– Вы это серьёзно? – Брайан нахмурился. – Этот человек – будущий чёрный маг, Тодд. Я не понимаю как он удерживается в академии и почему его не исключат. Очевидно у него есть покровители!

– Где его найти? – с лёгким интересом спросил Тодд.

– Найти? – Брайан выглядел так, будто хотел схватиться за голову. – Вы с ума сошли?

Тодд наклонился ближе, его голос стал тихим, почти доверительным.

– Не кипятись, малыш. Это задание от самой ректорши. Она поручила мне вразумить этого негодяя.

Брайан вздохнул и тихо ответил:

– Он живет в восточном крыле общежития семикурсников. Обычно его можно найти там вечером... если вам, конечно, действительно нужно с ним увидеться. Но я бы не рисковал. Не так давно к их группе прибился один парень – Саэша Борр'чук. А недавно его нашли мертвым.

Тодд задумчиво потер подбородок. Уж не тот ли это парень, чей труп он сам выволок из канализации?

Но в одиночку Тодду не выжить – слишком много врагов и слишком мало ресурсов. А потому союзников выбирать не приходится. Благородные маги презирают его, а значит, остается один вариант: протянуть руку такому упырю, как Мейнар Дольор. Главное – вовремя почувствовать момент и предать раньше, чем предадут тебя.

Но в этом деле Тодд всегда был мастером.

***

Тодд прижался к стене, оставаясь в тени высоких башен Академии. Луна пробивалась сквозь тонкий слой облаков, освещая двор серебристым светом. Он наблюдал за восточным крылом общежития семикурсников. Окно на втором этаже, где должна была быть комната Мейнара Дольора, мерцало слабым светом. Тодд ждал пока свет погаснет, а вскоре фигура в темной мантии выскользнула из двери общежития.

– Ну что ж, Дольор, покажи мне, куда ты ходишь по ночам, – прошептал Тодд, выждав мгновение перед тем, как следовать за ним.

Мейнар двигался уверенно, его шаги звучали ровно на каменных плитах двора. Тодд держался на расстоянии, плавно переходя от одного укрытия к другому – то за колонну, то в тень. Академия в этот час спала, лишь изредка раздавались далекие возгласы запоздалых студентов.

Путь пролегал мимо сада рунологов – тихой, ухоженной зоны с ровными аллеями, украшенными магическими фонарями. Лёгкое свечение рун на каменных дорожках делало место похожим на иллюстрацию из старинного манускрипта. Тодд затаился за одним из кустов, наблюдая, как Мейнар с грацией хищника двинулся дальше, ни разу не оглянувшись.

Когда они прошли через центральную площадь, Тодд заметил, как Дольор направился к северному мосту, ведущему на плато, где не было ничего кроме закрытой для посещения зоны. Леса времени.

Его еще называли пространственным лесом. А все потому, что на горном плато размещалась небольшая опушка, но стоило в нее углубится, как лес расширялся и углублялся. В какой-то книге Тодд читал, что виной всему пространственная аномалия.

Как бы то ни было, но в лес ходить не хотелось. Это место было окутано десятками легенд. Деревья здесь впитывали магическую энергию времени, и каждый шаг вглубь мог стать роковым. Один студент вошел сюда и состарился на век, другой – вернулся ребенком, а кто-то просто исчез навсегда. Тодд также слышал, что в этом лесу можно встретить опасных чудовищ.

Мост, ведущий к лесу, выглядел древним, с истёртыми каменными плитами, покрытыми мхом. Мейнар быстро взошёл на него, не оглядываясь, и его фигура вскоре исчезла из виду.

Тодд остановился, прячась за крупным валуном у начала моста. Сердце его колотилось, он медленно выглянул, чтобы убедиться, что Дольор исчез. Тодд вышел на мост и его шаги глухо разносились каждый раз как он наступал на каменные плиты. Тодд ускорил шаг, пытаясь догнать свою цель, но всё, что увидел впереди, – это пустота. Мейнар исчез.

Плато раскинулось на краю обрыва, будто природа вырезала его из самой скалы. Далекий гул ветра создавал ощущение безвременья. Начало леса, густого и непроглядного, выглядело почти сюрреалистично: деревья, высокие и узкие, уходили вверх, их ветви казались растянутыми, как нити, уходящие в бесконечность. Свет луны играл на листве, которая переливалась зловещими оттенками.

Вдоль края плато стояли предостерегающие таблички с надписями: "Не входить без разрешения!", "Опасная зона!", "Смертельно опасно для студентов!". Эти слова лишь усилили странное притяжение, которое исходило от леса.

Тодд замер у края леса, чувствуя, как его нутро сжимается от странного, липкого страха. Его взгляд скользнул между стволами деревьев. В голове заскреблась мысль, что лес наблюдает за ним.

– Хрен с тобой, Дольор, – пробормотал он, отступая на шаг. Голос прозвучал хрипло и тихо, словно лес забрал у него силу говорить громче. – Найду тебя в другой раз.

Он развернулся, решив, что пока ещё не поздно вернуться. Но едва он сделал шаг назад, как пространство вокруг ожило.

Первый человек вышел из-за ближайшего дерева. Его фигура вынырнула из темноты, и Тодд заметил, как тусклый отблеск магической энергии скользнул по его мантии.

– Что за... – начал Тодд, но осёкся, когда справа от него появился ещё один. Этот возник из воздуха, явно снимая заклинание невидимости.

– Ты явно не туда свернул, приятель, – произнес парень с низким голосом, ухмыляясь.

Ещё несколько фигур материализовались вокруг. Кто-то вышел из тени деревьев, кто-то снял с себя заклинание. Тихий шёпот магических формул заполнил пространство.

Всего их оказалось около десяти – окруживших Тодда, словно стая голодных волков. Он сделал шаг назад, но путь на мост уже был перекрыт. Тодд стиснул зубы, оценивая ситуацию.

– Ребята, я здесь просто… гуляю, – произнёс он, пытаясь удержать голос спокойным. – Люблю ночные прогулки. Освежает.

– Ночные прогулки? – засмеялся один из магов, высокий парень с татуировкой на шее. – Лес Времени – не лучшее место для любителей свежего воздуха.

Его слова вызвали тихий смех остальных. Тодд медленно поднял руки, показывая, что он не собирается сопротивляться.

– Ладно, парни, – добавил он с лёгкой улыбкой. – Может, вы просто покажете мне дорогу обратно? Мне тут и вправду нечего делать.

Ответом была тишина, наполненная напряжением, от которого волосы на затылке Тодда встали дыбом.

Из тени материализовался сам Мейнар Дольор. Его черные глаза, словно поглощающие свет, устремились на Тодда.

– А, это ты, архимаг, – медленно произнес он, уголки губ дрогнули в тени усмешки. – Любопытно. И что ты здесь делаешь? Разнюхиваешь для профессоров?

Тодд напрягся, стараясь сохранять внешнее спокойствие. Взгляд Мейнара был слишком пристальным.

– Я искал тебя, – сказал Тодд, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. – У меня есть взаимовыгодное предложение.

Мейнар приподнял бровь, его губы изогнулись в легкой, но холодной улыбке. Кто-то из его подручных хмыкнул.

– И какую же сделку ты можешь предложить мне, Тодд Эрвуд? – спросил он, произнося имя с почти осязаемым сарказмом.

Тодд сделал шаг вперёд, быстро оглядывая остальных. Ему нужно было говорить быстро, пока ситуация не вышла из-под контроля.

– Я хочу, чтобы ты помог мне разделаться с одним назойливым профессором, – произнес он, сделав акцент на каждом слове. – Ты ведь понимаешь, как сложно жить в Академии, когда кто-то постоянно вставляет тебе палки в колёса. Я уверен мы сможем договориться.

Мейнар не ответил сразу. Его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах появился едва заметный блеск интереса. Он скрестил руки на груди, будто обдумывая услышанное.

– Назойливый профессор, говоришь? Интересно... – протянул он, делая паузу. – Но, видишь ли, у нас есть дела поважнее. Хотя... ты всё же можешь пригодиться.

Тодд напрягся, его взгляд метнулся к фигурам, которые всё ещё оставались неподвижными вокруг него.

– Правда? – спросил он осторожно. – И чем же?

Мейнар раскинул руки, а его тон стал почти дружелюбным.

– Сегодня ночью мы отправляемся на охоту, – сказал он. – Древний вампир. Когда-то великий маг, а теперь обезумевший монстр, который блуждает по Лесу Времени. Его кровь давно проклята, разум разрушен, но тело всё ещё живёт. Нам нужны его клыки и особенно – сердце. Для одного важного ритуала.

Тодд попытался скрыть охвативший его холод, тонкие капли пота начали стекать по спине.

– Ой, знаете, ребята, я как-то не по вампирам. Особенно древним. Да и в лес этот идти мне совершенно не хочется. Но я могу быть вам полезен в другом: вот здесь, – Тодд постучал пальцем по виску, – кладезь мудрых советов на все случаи жизни.

Мейнар усмехнулся, откинув волосы с лица. Его черные глаза блеснули в лунном свете.

– Нам нужна приманка, – произнес он с ледяным спокойствием. – А ты, Тодд, идеально подходишь для этой роли.

Тодд замер, его глаза расширились. Он уже открыл рот, чтобы возразить, но Мейнар поднял руку, не давая ему и шанса.

– Свяжите его!

***

Тодд чувствовал себя, мягко говоря, отвратительно. Руки были связаны кожаными ремнями, которые то и дело издавали скрип при попытке пошевелиться. Отряд Мейнара тащил его за собой всё глубже в Лес Времени.

Лес, который на плато казался небольшим, внезапно разросся до невообразимых масштабов. Деревья уходили вверх, их переплетенные ветви образовывали темный свод, сквозь который лунный свет пробивался редкими пятнами. Пространство вокруг дышало собственной жизнью. Корни деревьев вылезали из земли, извиваясь, будто змеи.

Из темноты доносились странные звуки – где-то справа прозвучал вой, низкий и протяжный, затем короткий шёпот, словно рядом кто-то переговаривался. Ветер приносил не то стоны, не то далекий смех.

Тодд выждал момент, когда группа замедлилась, и громко крикнул:

– Эй! Помогите! Кто-нибудь! Меня тащат, чтобы принести в жертву!

Его голос эхом разлетелся вглубь леса, но ответа не последовало. Лишь одна из фигур обернулась к нему. Девчонка лет пятнадцати. Тодд слышал как ее товарищи называли ее Эскель. В её зелёных, словно кошачьих, глазах сверкала смесь хитрости и напряжения. Светлые волосы были аккуратно заплетены в косу, но в остальном её вид был небрежным – пыльная мантия, немного испачканные сапоги.

– Закрой рот, – сказала она. – Здесь никто не услышит тебя. А даже если услышат, вряд ли ты обрадуешься тем, кто придёт.

Тодд окинул её взглядом, прикидывая, стоит ли отвечать, но прежде чем он успел что-то сказать, в спину его толкнул конвоир. Здоровенный парень со шрамами на лице и кожаным ошейником на шее. Все вокруг называли его Бешенным.

– Шевелись! Будешь голосить – вырву язык.

Их путь завершился на небольшой поляне. Посередине возвышалось огромное дерево – его ствол был настолько толстым, что понадобилось бы человек десять, чтобы обхватить его. Ветви, извиваясь, уходили далеко в небо, а корни, наоборот, плелись по земле, словно паутина.

– Прекрасное место для смерти, – пробормотал Тодд, когда его привязали к одному из этих корней. Ремни сдавили руки, и он стиснул зубы, стараясь не показать, что ему больно.

Тем временем люди Мейнара начали расходиться. Кто-то забрался на дерево, сливаясь с тенью, другой спрятался за крупным валуном. Ещё пара человек заняли позиции за упавшими бревнами. Каждый двигался бесшумно, с точностью, которая пугала Тодда.

Мейнар вышел вперед, его фигура в чёрной мантии казалась частью леса. Он поднял руку, привлекая к себе внимание.

– Помните, – сказал он. – Старайтесь не подпускать тварь к себе. Лучше потерять защитный амулет, чем свою жизнь. И не используйте разрушительную магию. Нам нужны ингредиенты – это важнее всего.

Тодд, прищурившись, поднял голову.

– А мне можно защитный амулет? – спросил он с надеждой.

Мейнар скользнул по нему взглядом и усмехнулся.

– Тебе он не понадобится, архимаг.

Тодд фыркнул, раздумывая, как же ему выкрутиться из этой переделки. Тем временем маги закончили маскироваться, и тишина вновь заполнила поляну. Лес вокруг, казалось, замер в ожидании.

Мейнар подошёл ближе, его фигура нависала над Тоддом, как тень, что сгустилась в одном месте. Его глаза, чёрные и безжизненные, словно поглощали свет. Он наклонился так близко, что Тодд почувствовал холодное дыхание на своей коже.

– Видишь ли, архимаг, – начал Мейнар, его голос звучал низко, но чётко. – Эта тварь чует магию. Мы собирались использовать артефакт, чтобы её выманить, но ты... ты подвернулся очень вовремя.

Тодд напрягся, пытаясь отодвинуться, но путы держали слишком крепко.

– Твой медальон, – продолжил Мейнар, его взгляд скользнул к артефакту на шее Тодда, – это великолепный маяк. Настоящий магнит для таких созданий. Он будет привлекать её, как огонь ночных мотыльков.

Мейнар вытянул руку, его пальцы едва заметно засияли тусклым багровым светом. Он что-то тихо забормотал на древнем языке, и медальон на шее Тодда едва уловимо задрожал. Магический импульс от него разошелся волной, отозвавшись слабым гулом.

– Вот так, – произнёс Мейнар, отстранившись. – Теперь ты идеальная приманка.

Тодд хотел что-то сказать, но горло пересохло. Он лишь моргнул, а в следующий момент Мейнар сделал шаг назад, и его фигура растаяла во тьме. Клочья мрака разлетелись в стороны, оставив после себя лишь пустоту. Тодд даже моргнул несколько раз, пытаясь понять не показалось ли ему.

Он сидел, привязанный к корню, и наблюдал, как лунный свет пляшет на неровной поверхности деревьев. Всё вокруг выглядело потусторонним: тени, отбрасываемые ветвями, казались живыми, извиваясь на земле, словно они вот-вот нападут.

В какой-то момент он подумал, что заметил движение в темноте, но это оказался лишь ветер, раскачивающий лианы.

– Великолепно, – пробормотал он, стараясь отвлечь себя разговорами. – Как же я ненавижу магов!

В удалении раздался звук.

Что-то пронзительно вскрикнуло вдали. Это было далеко, но каким-то образом звук пробрался прямо под кожу Тодда, заставив его мурашками покрыться от макушки до пят.

Воздух стал плотнее, тяжелым и влажным. Казалось, что с каждым вдохом в легкие поступает не кислород, а густая, вязкая масса. Лес шептал. Он жил своей жизнью, дышал, наблюдал.

Тодд почувствовал, как его сердце колотится. Он хотел позвать на помощь, но слова застряли в горле. Он даже попробовал дернуться, но путы завязали крепко.

Снова треск. На этот раз ближе.

Где-то совсем рядом, за деревьями, что-то двигалось. Или кто-то. Шорохи стали громче, будто неведомое существо кралось между стволов.

Шорох становился громче. Существо двигалось между деревьями, его тень мелькала то слева, то справа. Огромная, угловатая фигура перемещалась с пугающей грацией, и каждое ее движение сопровождалось треском веток.

Тодд напрягся, его дыхание участилось. Он отчаянно дергал запястьями, пытаясь освободиться от ремней. Сердце колотилось так, что, казалось, вырвется из груди.

– Ну же, ну же... – прошептал он.

Но его хаотичные движения лишь привлекли внимание твари – треск стал направляться прямо к нему.

Медальон на его груди продолжал пульсировать. Тёплая, но неприятная вибрация от него разливалась по телу. Тодд бросил взгляд вниз – артефакт сиял, будто древний маяк, посылая сигналы прямо в тёмное сердце леса.

– Бесполезный кусок золота!

Внезапно перед глазами Тодда появился сложный магический рисунок. Символы, линии, круги – всё это светилось красным светом, будто кто-то выжег их в воздухе. Руки Тодда инстинктивно дернулись, но путы удержали их. Глаза же сами начали обводить линии формулы, словно он вспоминал что-то давно забытое.

Когда Тодд закончил, то громогласно выкрикнул слова, которых даже не понимал:

– Инферна коронис фламме!

В тот же миг перед ним сформировалась огненная волна. Она с грохотом устремилась вперёд, освещая лес кроваво-красным светом. Жар был настолько сильным, что листья на ближайших деревьях мгновенно скручивались. Пламя ломало ветки, поджигало корни и накрыло тень, которая двигалась в сторону Тодда.

Раздался оглушительный вой, наполненный болью и яростью.

Прежде чем Тодд успел понять, что он только что сделал, к нему подлетел Бешеный – массивный, как гора, и такой же пугающий. В одной руке он держал кинжал, другой схватил Тодда за волосы и резко дёрнул, заставив задрать голову. Лезвие прижалось к его горлу.

– Ещё одно слово – и я тебе глотку вскрою, – прорычал Бешенный, его ледяные глаза блестели в лунном свете.

В этот момент из тени появился Мейнар, его лицо, обычно хладнокровное, теперь исказилось от гнева.

– Ты совсем идиот? – зашипел он, подойдя ближе. – Не слышал, что я сказал насчет клыков и сердца?! Мы охотимся за ингредиентами, а не устраиваем огненное шоу!

Он взмахнул рукой.

– Натаниэль, иди проверь!

Высокий, худощавый парень из группы, один из тех, кто прятался в тени, кивнул и исчез в дымке леса. Через минуту раздался его голос:

– Сгорел до углей! Но... это не вампир. По виду – волколак!

Тишина накрыла поляну. Мейнар закрыл глаза. Он обернулся к Тодду, желая что-то сказать, но в этот момент где-то совсем рядом послышался пронзительный, нечеловеческий вой.

Древний вампир появился внезапно. Высокая, иссохшая фигура, закутанная в лохмотья, выскочила из-за ствола дерева. Его глаза, алые и горящие, светились в темноте, как раскалённые угли. Движения были быстрыми, едва уловимыми.

В одно мгновение он оказался у первого мага и ударил его мощной когтистой рукой. Яркая вспышка ослепила всех – защитный амулет активировался. Маг отлетел назад, ударившись о дерево, но остался жив.

Второй маг успел среагировать – выпустил золотой луч света, который угодил вампиру в грудь. Тварь отшатнулась, но тут же с дикой яростью бросилась на обидчика. Тот едва сумел сотворить перед собой барьер.

Со всех сторон в вампира полетели заклинания. Эскель, прячась за валуном, начертила в воздухе сложную формулу, выпустив поток ледяных стрел, которые зашипели, врезаясь в плоть твари. Бешенный ринулся в атаку, сжимая в руках кинжал, магически усиленный до состояния огненного лезвия. Он прыгнул на вампира с боевым криком, но тварь ударила его, отбросив, словно куклу. Бешенного также спас защитный артефакт, который лопнул со звоном разбившегося стекла.

Лес вокруг поляны освещался разноцветными вспышками – золотые, зелёные, синие и красные заклинания прорезали тьму, создавая хаотическую симфонию света и теней.

Медальон на груди Тодда продолжал пульсировать, его свет мерцал, будто приглашая тварь. Вампир вдруг замер, его алые глаза сфокусировались на Тодде. На мгновение всё затихло, и Тодд почувствовал, как холодный пот стекает по его спине.

– О нет... – прошептал он.

Вампир рванул к нему с такой скоростью, что казалось, он разрезал воздух. В последний момент к Тодду подскочил Мейнар Дольор и взмахом руки перерезал путы.

– Вставай, архимаг, – рявкнул он, хватая Тодда за плечо и грубо вытаскивая его из корней.

Тодд едва успел отползти, когда вампир ударил в место, где он только что находился. Корни треснули, дерево застонало.

Мейнар шагнул вперёд. Его лицо, обычно невозмутимое, исказилось жуткой гримасой. Он поднял руку, и земля под ним начала светиться. Пентаграмма, сложная и древняя, вспыхнула багровым светом, разрастаясь вокруг его ног. Магическая энергия поднялась вверх, словно рвущиеся к небу нити.

Вампир закричал, попав в ловушку. Его движения стали замедляться, словно невидимая сила сковала его тело. Мейнар выдохнул, затем, не колеблясь, провёл кинжалом по своей руке. Кровь фонтаном брызнула на пентаграмму, ее свет стал ярче.

– Сангвинис арканум! – выкрикнул он, и из земли поднялись потоки магической силы, которые закрутились вокруг вампира, поднимая его в воздух.

Тварь извивалась, дико рыча, но не могла вырваться. Кровь всё ещё стекала с руки Мейнара, питая заклинание. Его лицо побледнело, но он продолжал стоять.

Наконец, с глухим звуком магия оборвалась. Вампир рухнул на землю, издавая последний хриплый вой. Вслед за ним на колени упал и Мейнар, его плечи дрожали, а рука всё ещё сочилась кровью.

Силуэты магов начали выбираться из укрытий. Встревоженные лица сменились улыбками и облегчением – они победили. Труп вампира лежал на земле. Воздух был насыщен запахом паленой плоти.

– Мы сделали это, – выдохнула Эскель и радостно подпрыгнула.

– Отличная работа, – добавил кто-то из магов, натягивая улыбку.

Бешенный лишь бросил быстрый взгляд на Тодда, его лицо было лишено всякой радости.

Тодд, стоя в стороне, напряженно осматривал окружающих. Несмотря на победу, он не собирался расслабляться – эти маги буквально час назад привязали его к дереву и планировали использовать в качестве приманки.

– Вы все молодцы, – раздался голос Мейнара. Он поднялся с земли, хоть и пошатывался. Бледный, но довольный, он стер кровь с руки и посмотрел на Тодда.

– Ты оказался полезным, Тодд Эрвуд, – сказал он, чуть наклонив голову. – Это была проверка. Все же ты действительно можешь использовать силу медальона, а значит… вполне пригодишься нашей организации.

– Рад, что оправдал ваши мерзкие ожидания, – огрызнулся Тодд.

Мейнар отмахнулся, словно Тодд был не больше чем раздражающей мухой.

– Оставь обиды, архимаг. А теперь, – его голос стал серьёзнее, – нам нужно двигаться. У нас мало времени.

Эскель подняла бровь.

– В штаб-квартиру? – уточнила она.

Мейнар кивнул.

– Клыки сохраняют свою магическую силу долго, но сердце... – он бросил взгляд на тело вампира, Бешенный как раз вырезал у того из груди черный комок плоти. – Оно долго не продержится. Если мы не завершим ритуал вовремя, всё будет впустую.

Бешенный, как всегда хмурый, посмотрел на Мейнара.

– Мы готовы. Кто понесёт это? – он протянул ему сердце.

– Я, – сказал Мейнар, забирая трофей у мага. Он обернулся к остальным. – Все готовы? Впереди много работы.

Маги начали собираться, быстро проверяя снаряжение и перезаряжая амулеты. Тодд молча наблюдал за ними.

– Ты идёшь с нами, Тодд, – вдруг сказал Мейнар, его голос был тихим, но в нём слышался неукоснительный приказ.

– А у меня есть выбор?

– Конечно, – коротко ответил Мейнар. Его черные глаза блеснули в свете луны. – Ты можешь самому отыскать путь обратно и вернутся в академию. Или пойти с нами. Уверен, у нас найдётся ещё работа для тебя.

Тодд вздохнул, пожав плечами.

– Предупреждаю: за бесплатно я не работаю.

Эскель засмеялась где-то позади него.

– Добро пожаловать в «Преступники», архимаг.

Глава 9 Игра на слабостях

Лес всё не заканчивался. Сколько бы они ни шли, казалось, что он только разрастается. Деревья становились выше и толще, их корни вылезали наружу, сплетаясь, будто нарочно пытаясь подставить подножку. Тропа была узкой, скользкой от мха. Камни под ногами время от времени шатались, и Тодд пару раз едва не упал.

– Не сходи с тропы, – бросила Эскель через плечо. – Лес Времени – это не то место, где ты захочешь заблудиться.

– Отличная мотивация, – буркнул Тодд, перепрыгивая через особенно толстый корень.

Вокруг было тихо, но это не успокаивало. Лес будто наблюдал за ними. Тени между деревьями иногда шевелились, хотя Тодд понимал, что это может быть просто ветер. А может, и не ветер.

Через несколько часов напряженного пути они вышли на небольшую, поросшую травой поляну. Перед Тоддом предстал высокий частокол из грубо отесанных бревен, вершины которых были заострены. На остриях кольев виднелись знаки – магические руны, ярко вспыхивающие, когда мимо пролетали тени. Один из колышков вдруг запылал огнём, и оттуда раздался короткий визг – нечто попыталось проникнуть внутрь, но тут же было уничтожено магией.

Широкие ворота, укрепленные массивными железными полосами, начали открываться, когда группа подошла ближе. Посередине внутреннего двора возвышалась сторожка – трехэтажная деревянная башня с узкими окнами, откуда можно было видеть весь периметр. Рядом были ещё постройки: сарай, похожий на склад, круглая кузня из грубого камня, колодец, несколько пустующих хат и хлевов.

– Добро пожаловать на нашу базу, – хмыкнула Эскель. – Ни один профессор сюда ни за что не доберется!

Тодд промолчал, оглядываясь. Его внимание привлекли фигуры, которые начали выходить из сторожки и пристроек. Взрослые мужчины, одетые в кожаные куртки и накидки, смотрели на группу с явным любопытством.

Один из них подошёл ближе – широкоплечий, с короткими чёрными волосами и шрамом на брови.

– Кто это? – спросил Тодд, нахмурившись.

– Это Лоран Брак, – сказал Мейнар. – Наш координатор и поставщик. У нас есть связи вне Академии, и Лоран как раз отвечает за то, чтобы они работали.

– Координатор, значит, – проворчал Тодд, не подавая руки.

– Ага, без меня у них не было бы ни еды, ни выпивки, – хмыкнул Лоран Брак. – Это не говоря уже о тех специфических заказах, которые мне приходится доставать.

– Выпивки? – Тодд услышал только одно, ощутив как во рту выделяется слюна.

– Ты новенький, да? Что предпочитаешь? Бренди, вино, ром?

– Я вообще-то не пьющий, – Тодд напустил на себя важности. – Разве что за знакомство можно по одной.

База выглядела... странно. С одной стороны, это место напоминало полуразвалившийся хутор в глубине леса. С другой – каждое строение здесь имело четкое предназначение.

Во дворе пахло горелым деревом и металлом, доносились звуки стука молотов о наковальню. В кузнице работали два брата-близнеца, по крайней мере лица у них были очень похожи. Они ковали что-то массивное, их молоты отбрасывали на землю искры. Поодаль стоял сарай, больше похожий на склад. Из его дверей выглядывали ящики, набитые припасами – зачарованные ткани, зелья, оружие.

Главное здание – старая сторожка – оказалось куда большим, чем Тодду показалось изначально. Центральная комната вмещала длинный стол из полированного дерева. Он занимал половину помещения. На нем валялись карты, бутылки и обрывки пергамента. Вдоль стен стояли полки, заставленные книгами, амулетами и колбами разноцветными жидкостями. Это место напоминало штаб, алхимическую лабораторию и библиотеку одновременно.

– Ты удивишься, сколько великих открытий сделано на этом самом столе, – сказала Эскель, заметив его взгляд.

Внутри уже собралась вся команда. Они рассаживались где кому удобно, переводя дух после недавней охоты на вампира.

– Это Нат, – сказала Эскель, указав на высокого и худого парня. – Пространственная магия – его конёк. Если кто-то может вытащить тебя из неприятностей в самом центре Леса, то это он.

Тодд поглядел на Ната. Тот сидел в углу зала, жуя травинку. Его равнодушный взгляд лишь мельком коснулся Тодда. Светлые волосы торчали в разные стороны, словно он даже не думал их укладывать.

– Это Виола, – представила Эскель другую студентку. – Но ты лучше пока зови ее Виолетта Дрейвуд. Алхимия – её страсть. Так что советую держаться подальше, если она начнёт смешивать что-то.

После Эскель представила остальных. Гаррета Вейра, у которого несмотря на молодой возраст уже росла борода. Алину Фьерстедт, блондинку специализирующуюся на стихийной магии. Элрика Стормхолда, рыжего парня с веснушками. Рикарда Лейна, под глазами которого синели круги, словно он всегда невысыпался. И Кариссу Мортон, которую все называют просто Карри.

Все старшекурсники. Все присутствовали на охоте на вампире. С Бешенным, который в обычной жизни звался Каэлом Харросом и Эскель де Клавен Тодд был уже знаком.

Ну и Мейнар Дольор. Лидер этой шайки. Он не стал терять времени и быстро удалился вместе с Рикардо и Бешенным проводить ритуал над сердцем вампира.

Тодд уселся за стол, лениво крутя в руке пустую кружку. То и дело он поднимал ее, как бы намекая Лорану, чтобы он чем-то ее наполнил. Координатор и поставщик припасов все понял и поставил перед Тоддом бутыль с бренди. Он еще не выпил ни капли, а настроение сразу улучшилось.

Потихоньку Тодд вникал в суть происходящего. “Преступники” называли себя борцами за свободу знаний. Они свято верили, что король и Совет Архимагов скрывают от студентов самые могущественные тайны, в попытке сохранить контроль над магическим обществом. И их ключевая миссия - собирать знания, в основном запрещенные.

Мейнар Дольор считал, что лишь освоив все школы волшебства можно приблизиться к истинному могуществу.

Если честно, то Тодд с этим был не до конца согласен. “Преступники” жаждали знаний без границ. И за столом фигурировали такие фразы как “проклятия”, “черномагия”, “магия крови”, “некромантия”, “магия хаоса” и другое. Даже Тодд понимал, что от большинства этого только вред, а не польза. Их не зря запретили.

Но конфликтовать со своими новыми товарищами не хотелось. Во-первых ему уже налили и он подобрел. Во-вторых – совсем недавно его чуть было не принесли в жертву вампиру.

Он перевёл взгляд на Ната, который лениво жевал травинку. Парень был будущим мастером пространственной магии – идеальный способ сбежать, если все пойдет наперекосяк. С этим нужно точно подружиться. Правда старшекурсник не пил, и Тодд как ни пытался, не смог вытянуть его на разговор.

Рядом появилась Эскель, ловко усаживаясь на соседний стул. Её зелёные глаза блеснули азартом, и она слегка подалась вперёд.

– И как тебе наша тусовка? – спросила она.

– Да пока сложно сказать.

Эскель рассмеялась, облокотившись на стол.

– Ты еще многого не видел. У Дольора большие планы. Он не собирается растрачивать свою жизнь на общепринятые атрибуты успеха. Нет, его ждет настоящее величие! А мы, кто рядом, так же получим свою частичку власти и силы.

– Смотрите, чтобы на виселице все не оказались, – Тодд отхлебнул из кружки бренди. – Знал я много смутьянов, и ни одного, кто смог действительно поменять правила игры.

– Я видела как ты активировал заклинание инферно. Четвертый уровень сложности. Недурно. С твоими способностями наши возможности возрастут.

– Пока получается у меня слабо, – признался Тодд. – В тот раз… как-то само вышло. Я не понимаю как это контролировать.

– Ничего страшного, – Эскель заговорщицки улыбнулась. – Дольор поможет. Направит. Ты ведь сейчас изучаешь магию по школьной программе, верно? В твоем случае это тупейшее из занятий! Если твой медальон золотой, значит ты уже можешь применять все заклинания, которые там заключены. И я уверена, их там немало…

Тодд задумчиво посмотрел на свой медальон. А потом его осенило.

– Хвост гарпии! Мы в этом лесу уже часов пять торчим! Скоро рассвет и нужно бежать на занятия!

Он вскочил. Если пропустить занятия, то за каждое у него отнимет по одному аркану, вместо того чтобы начислить. А значит он быстрее приблизится к отметке “минус триста арканов”, после которой его исключат.

Эскель успокаивающе подняла руку:

– Спокойно. Здесь время течёт иначе. На этом хуторе один час равен целому дню в академии. Так что ты успеешь еще выспаться. Но есть здесь места, где время течет и в обратную сторону. Туда лучше не соваться.

Тодд недоверчиво нахмурился. Он все равно не знал как вернутся обратно. Тащиться одному через волшебный лес, полный всяких тварей, он не собирался.

Тодд сидел с кружкой в руке, делая вид, что полностью погружен в местную атмосферу, но в голове уже складывался пазл. Эти "Преступники" верили в свои идеи, а ему от них нужно только одно – поддержка.

Главное – сыграть роль верного и надёжного союзника. Какое-то время он будет притворяться, что разделяет их цели, а когда придёт время, сдаст их ректору или тому, кто предложит больше.

Его мысли вернулись к медальону. Сегодня Тодд убедился, что между ними действительно есть какая-то связь. И ее нужно раскрыть.

Ведь если он станет архимагом, то… губы Тодда расползлись в блаженной улыбке. Фантазии и мечты начали плыть перед глазами. Они были настолько притягательными, что он не сразу взял себя в руки.

Ближайшие месяцы он посвятит всего себя учебе и тренировкам. Важно раскрыть потенциал медальона до того, как его выпрут из академии.

***

Тишина читального зала давила на уши. Тодд сидел за дубовым столом, перед ним громоздилась гора книг, от одной толщины которых уже хотелось зевать. Он медленно перелистывал страницы древнего фолианта, шепча себе под нос:

– Значит, наш мир зовется... Эхантирос? Кто бы мог подумать…

Тодду срочно было необходимо наверстать в занятиях, а потому он уселся делать домашние задания. Это поможет ему немного исправить свой отрицательный баланс арканов.

“Преступники”, к которым он примкнул, никак не могли помочь ему с внутренней валютой. Мейнар Дольор лишь посоветовал усерднее учится и подсказал несколько упражнений, с помощью которых Тодд сможет раскрыть потенциал медальона.

Тодд перелистнул страницу. На иллюстрации перед ним красовались пять сияющих фигур. У каждой – свой символ: солнце, дерево, кровь, бездна и скелет.

"Значит, пять великих сил вторглись в этот самый Эхантирос. И что дальше? Создали отдельные континенты, устроили климатические вечеринки и выпустили своих фаворитов для борьбы друг против друга. Люди, эльфы, гномы – первые поселенцы. Всё шло тихо, пока не пришли орки с гоблинами. А потом – существа Хаоса. Да уж, весёленькая история. Интересно, кто следующий – говорящие медузы?"

Тодд зевнул, пролистывая страницы, пока его взгляд не остановился на карте.

Он разглядывал территорию людей. Несколько королевств, что раньше были империей. Посередине Аврелия, самое сильное из них, оплетающее союзами большую часть человеческих владений. Всех объединяет единая религия и частые междоусобные войны. Сейчас – перерыв, объединение перед лицом общего врага. Эльфов и гномов.

Тодд бросил взгляд на соседний стол и фыркнул. Там сидел какой-то студент, увлеченный чтением. Сколько энтузиазма. Ему хотя бы половину. Хотя может он читает о способе как превращать воду в вино?

“Хм, а такое вообще возможно? Нужно поискать в книгах по трансмутации. Я бы тогда свой трактир открыл”.

Тодд приступил писать пером по пергаменту домашнее задание для профессора Аль’Ремиса. “Предпосылки современных войн и мироустройство”. Приходилось переписывать целые абзацы, хотя суть можно было бы передать в одной фразе: Боги-мудаки играют в свои игры посредством своих смертных подданных.

Тодд медленно писал, стараясь не оставлять кляксы на пергаменте. Профессора почему-то все как один любили каллиграфию, и могли вернуть домашнее задание только по причине того, что оно небрежно написано.

Поэтому работа шла медленно. Тодд, высунув язык, осторожно выписывал слова. “Королевство Аврелия – магократическая монархия…”, “баланс силы, знаний и веры”, “каждый король проходит через ритуал избрания, где архимаги из совета подтверждают его связь с богом”.

Тодд пытался сосредоточиться на очередной главе. Его глаза уже слипались от усталости, когда к нему подошёл Брайан, неся ещё несколько томов.

– Принес вам дополнительные материалы по истории Аврелии, – сказал Брайан, аккуратно складывая книги на стол. Затем, заметив что-то в записях Тодда, добавил: – Кстати, у вас тут ошибка. Слово "аристократия" пишется через "и", а не через "е".

Тодд раздраженно выдохнул.

– Вот скажи мне, Брайан, это что – твоё предназначение в жизни? Искать ошибки? Задница тролля, почему ты тратишь время не на что-то полезное, а на такие глупости?

Ему предстояло сделать ещё горы домашней работы, а он уже чувствовал себя выжатым. А ведь еще нужно найти время для практики в тренировочном зале!

– Тодд, можно у вас спросить совета? – Брайан замялся, заметно нервничая. – Это касается... Айрис.

Тодд устало прикрыл лицо рукой.

– Ну, конечно. Всем надо мои советы, только никто не готов платить. Что там у тебя? Давай, выкладывай…

Брайан выдохнул и начал:

– Я не понимаю, что я делаю не так. Мы с Айрис уже довольно долгое время общаемся, но наши отношения скорее стоят на месте, чем развиваются. Я бы их охарактеризовал, как… даже не знаю… неловкое общение? Хотя я стараюсь быть хорошим в ее глазах: помогаю с домашними заданиями, провожаю ее до общежития, слушаю всё, что она рассказывает... Даже пирог ей однажды купил. Но она...

– Можешь не продолжать, – перебил Тодд. – Ты отвратителен и жалок!

– Но я ничего не могу поделать со своей внешностью…

– Да дело вообще не во внешности! Просто ты – подушка для слез, а не мужчина. Удобный мальчик, запасной вариант.

– Простите?

– Брайан, ты ведёшь себя как дурак, – Тодд закатил глаза. – Хребет орка, почему я должен это объяснять? Девушкам не нужен ещё один заботливый братик. Им нужен кто-то, кто может их заинтересовать, а не просто выполнять их поручения.

Брайан нахмурился, задумавшись.

– Я должен показать ей, что со мной она будет в безопасности? Что я могу ее защитить?

Тодд фыркнул.

– Ну почти. А еще лучше – выкинь ее из головы. Не твой уровень. Лучше пойди потренируйся на страшненьких…

– Но…

– Проваливай. Кыш-кыш.

Тодд сделал движение ладонью, словно прогонял кота. Но Брайан не тронулся с места. Наоборот, в нем появилась какая-то странная решительность.

– Господин Тодд, кажется я только что придумал как пробудить в Айрис чувства ко мне. Но нужна будет ваша помощь. Все что нужно сделать – это…

Тодд громко рассмеялся, не дав ему сказать ни слова, чем вызвал неодобрительные взгляды других студентов в читальном зале. Пришлось показать им неприличный жест и снова перейти на шепот.

– Я даже не хочу знать, что ты там придумал. В последний раз, когда я тебе помогал, я почти месяц таскал камни в катакомбах. Знаешь, какой вывод я сделал? Никогда не помогай Брайану.

– Но...

– Нет!

Брайан с отчаянием огляделся, лихорадочно подыскивая аргументы у себя в голове. И тут его взгляд зацепился за стопки книг и усталое лицо Тодда.

– А как насчет домашней работы? Вы ведь в прошлый раз об этом сами говорили.

Тодд замер.

– Что?

– Помните, вы говорили, что не успеваете делать домашку? Я готов! Буду делать её за вас! В течении месяца. Ну, ладно. Трех. Все равно там нет ничего сложного. Первый курс же.

Тодд задумался, прикидывая в голове математику. Каждый день у него пять занятий и за каждое посещение дают один аркан. Дополнительно за каждую сделанную домашнюю работу – будут давать два аркана. Итого, если вычесть стоимость комнаты, то он останется в плюсе на пять арканов, что звучало очень даже неплохо.

А главное – ему не придется корпеть над книгами!

– Ладно. Расскажи, что тебе нужно, а я подумаю, стоит ли оно того.

Брайан наклонился к нему и коротко рассказал. Тодд недоверчиво посмотрел на него, после чего вполголоса воскликнул:

– Да ты совсем больной! Не буду я тебе с таким помогать!

– Прошу вас! Это же не так сложно…

– Для тебя так-то конечно!

– Ладно, я готов делать вашу домашку до конца учебного года! А еще помогу подготовиться к экзаменам!

Тодд выдохнул. Ввязываться в неприятности не хотелось. Но заиметь личного раба, кто будет выполнять за ним всю академическую работу – кто от такого откажется?

– Чувствую что я еще пожалею, по рукам!

***

Целую неделю Брайан делал за него домашку, а Тодду оставалось лишь забирать ее в библиотеке. Помогать библиотекарю авансом он наотрез отказался. Сначала хотел убедиться, что помощь Брайана действительно того стоит.

И в целом не прогадал. Профессора удивленно принимали его домашнюю работу, округляя глаза. Брайан, хитрец, даже зачаровывал буквы, чтобы они выглядели как кривой почерк самого Тодда. Ему засчитывали выполнение, а пару раз даже поставили отличную оценку, что принесло дополнительные арканы.

Жизнь налаживалась. Отрицательный баланс арканов стал сокращаться на печатке, но Тодд был пока очень далек от того, чтобы позволить себе что-то купить.

Ежедневно, на завтрак, обед и ужин, он давился одним и тем же: каша, бульон, хлеб. От них уже тошнило.

Вот и сейчас Тодд сидел за длинным деревянным столом в общей трапезной. Его внимание было приковано к разнообразию еды, которая появлялась перед студентами прямо из воздуха. Здесь можно было увидеть всё: сочные жареные куры, пироги с яблоками, ароматные супы, сладости всех видов – от карамели до шоколадных тортов. Пахло настолько вкусно, что у Тодда закрутились внутренности.

Перед ним же стояла миска с серой, липкой кашей, которая, похоже, была сделана из остатков вчерашнего ужина. Понуро ковыряя ложкой это “чудо кулинарии”, Тодд завистливо смотрел на соседей, уплетающих за обе щеки.

Тодд шмыгнул носом. Неожиданно его острый ум почувствовал момент. Такого нельзя сделать специально. Но сейчас... Да-да, он сможет!

Вдохнув глубже, он напрягся и громко пустил газы, которые сотрясли соседние скамьи.

Шум разнесся по всей трапезной. Студенты замерли, переглядываясь, а затем началась паника: кто-то вскочил на ноги, кто-то зажал нос, раздались возмущенные крики.

– Это что, алхимический эксперимент?! – донёсся чей-то голос.

– Кто это сделал?!

Вся группа соседей Тодда разбежалась, освобождая стол, на котором остались их тарелки. Он не преминул воспользоваться возможностью. Его руки с жадностью тянулись к соседним блюдам, хватая все, до чего он мог дотянуться.

В сторону Тодда стремительно бежал профессор Аль’Ремис – в длинной тёмной мантии, украшенной серебряными символами. Его лицо выражало крайнее негодование, а голос, кажется, мог заставить содрогнуться даже стены.

– Эрвуд! – воскликнул он. – Это что за безобразие?! Немедленно встаньте и следуйте за мной!

Но Тодд даже не подумал остановиться. Его руки молниеносно двигались от одной тарелки к другой, отправляя в рот куски мяса, пирогов и булочек. Он едва успевал жевать, при этом бросая на профессора взгляд полнейшей невинности.

– Щас, профессор, щас... – пробормотал он сквозь полный рот, не переставая тянуться за следующей порцией.

– Эрвуд! Это недопустимо! Вы совершили позорный поступок и нарушили правила академии! Немедленно встаньте!

Но Тодд уже успел схватить кусок пирога и наполовину проглотить его.

– Не понимаю о чем вы говорите, профессор.

– Не притворяйтесь! Вы прекрасно знаете, что только что произошло! – Профессор Аль’Ремис ткнул пальцем в опустевший стол.

Тодд медленно оглянулся вокруг, потом удивлённо пожал плечами.

– Профессор, я не знаю, кто это сделал. Я просто сидел здесь, никого не трогал.

Аль’Ремис прищурился, явно не веря ни единому слову.

– Все видели, как вы устроили это… это непотребство! Немедленно встаньте!

Тодд сложил руки на груди, стараясь выглядеть как можно обиженнее.

– Все? А кто именно? Назовите мне хотя бы одного, кто сможет доказать, что это я.

Профессор сжал челюсти, его терпение, казалось, подходило к концу.

– Не играйте со мной, Эрвуд. Все разбежались из-за вашего… – он запнулся, но всё же произнёс: – вашего недопустимого поведения!

Тодд притворно нахмурился.

– Профессор, я просто сидел здесь, ел свою кашу. Кто-то устроил переполох, но почему вы думаете, что это я?

– Потому что кроме вас за столом больше никого нет!

– Но это же не значит, что я виноват, – возразил Тодд, стараясь придать голосу обиженные нотки. – Между прочим у меня насморк!

– Вставайте! Немедленно!

Тодд нехотя начал подниматься, но профессора не устроила его скорость. Он схватил его за шиворот и потянул за собой. Тодд, шедший следом, успел обернуться к столу и с сожалением отметил как много еды пропадает.

Зато и он успел много. Можно сказать – отлично пообедал.

***

Тодд стоял перед массивным деревянным столом ректора в ее просторном кабинете. Свет из окон мягко освещал комнату, стены которой были уставлены книжными полками. За столом сидела Ар’Элия де Лавель – ректор "Сияющего шпиля".

Рядом с Тоддом кипел от гнева профессор Аль’Ремис де Клавьер.

– Это недопустимо! – кричал он. – Этот ученик устроил настоящее безобразие в столовой! Переполох, шум, все разбежались, а он… он продолжал сидеть за столом и уплетал чужую еду!

Тодд, скрестив руки на груди, смотрел на него с выражением обиженной невинности.

– Простите, профессор, но я уже говорил, что ни в чём не виноват, – он посмотрел на ректора. – У меня нет доказательств, чтобы оправдать себя, но и у профессора их тоже нет, чтобы доказать обратное.

– Доказательства?! – возмутился Аль’Ремис, обернувшись к ректору. – А что ещё нужно? Он один остался за столом! Остальные ученики разбежались! Учитывая его репутацию – сразу понятно, кто виноват!

Ар’Элия де Лавель подняла руку, жестом призывая к тишине.

– Профессор Аль’Ремис, давайте обсудим это спокойно, – её голос был холоден и рассудителен. – Мы не можем руководствоваться догадками. Это неправильно. У вас ведь действительно нет доказательств?

– Доказательств? – Аль’Ремис потерял дар речи на мгновение, но тут же оправился. – Вся столовая это слышала!

– Но это же не подтверждает, что это сделал именно Тодд, – заметила ректор. – Этот ученик довольно необычен сам по себе. Он не изнежен, как большинство, не привык к роскоши. Насколько мне известно, он был солдатом, а значит, менее чувствителен к… запахам. Именно поэтому он мог не вскочить, когда других это смутило.

Профессор Ал’Ремис выглядел так, будто сейчас взорвётся от возмущения.

– Вы хотите сказать, что он не виноват?

– Почему бы и нет? – пожала плечами ректор. – Возможно, кто-то решил подставить его. Я знаю, что Тодд – не самый популярный ученик. Его не любят. И вполне могли зло подшутить.

Тодд расправил плечи, будто поддержка ректора была доказательством его правоты.

– Вот видите? – сказал он, стараясь звучать невинно. – Это не я.

Ал’Ремис с трудом подавил рык.

– Ректор, это просто… это смешно! Он явно смеётся над нами!

Ар’Элия пристально посмотрела на профессора.

– Мы требуем строгих соблюдений правил от учеников, но и сами должны придерживаться буквы закона. Любые обвинения должны базироваться на доказательствах.

Профессор покраснел, его лицо стало пунцовым от сдерживаемого гнева. Он посмотрел на Тодда, затем на ректора, и, собрав мантию, поклонился.

– Как скажете, госпожа ректор.

Он повернулся к Тодду, его глаза горели яростью.

– Я знаю, что это ты. И я это так не оставлю!

Тодд лишь пожал плечами, глядя вслед уходящему профессору. Когда дверь закрылась, он слегка усмехнулся.

***

День был идеальным. Тодд не только отлично пообедал, но и смог утереть нос ненавистному Аль’Ремису, который ничего не смог доказать. А благодаря неудачнику Брайану, Тодд ежедневно успешно сдавал свою домашку и получал арканы.

Также у него был ощутимый прогресс в практическом применении магии. Советы Мейнара Дольора не прошли даром. Тодд ежедневно старался выделять как минимум три часа на тренировки.

Жизнь начала казаться гораздо менее отвратительной, чем обычно. Еще немного и Тодд вылезет из долгов. Научится волшебству. И заживет красивой и богатой жизнью, о которой он давно мечтал.

Еще Ларену придумать бы как вернуть. Но всему свой час.

После обеда Брайан незаметно подкинул ему записку, в которой значилось:

"Сегодня возле Озера Отражений. Айрис согласилась. Она будет там ближе к закату"

Тодд хмыкнул. Озеро Отражений, значит. Граница Академии, зеркальная вода, а ночью ещё и светится. Романтика в полный рост.

На место Тодд решил прийти заранее. Это позволяло оценить местность, а заодно избежать неприятных сюрпризов.

Дорога к озеру проходила через небольшой парк. Солнце уже клонилось к закату. Когда он вышел к воде, перед ним открылась картина, от которой даже его циничное сердце на мгновение замерло.

Озеро казалось зеркалом, отражая небо, словно кто-то положил его на землю. Ветер слегка рябил воду, играя красками заката. На дне мерцал магический мох, испуская легкое свечение.

Тодд устроился у берега, прислонившись к дереву. Спустя час он уловил движение у края парка. Наконец-то. Айрис появилась, её платье плавно колыхалось в вечернем ветре, а рядом с ней, как и было условлено, шёл Брайан.

Тодд стоял на краю тропинки, опираясь на дерево, и наблюдал, как Айрис и ее спутник медленно приближались к Озеру отражений. Закатное солнце окрасило воду в багрово-золотые оттенки. Сцена выглядела настолько романтичной, что Тодду захотелось закатить глаза.

Но все шло по плану. Брайан привел ее, они прогуливаются, болтают. Нужно дать им насладиться минутой тишины, а потом внезапно появиться и сыграть роль злостного хулигана. Брайан смело заступиться за девушку и хорошенько проучит Тодда. Добро восторжествует, зло будет наказано.

“Чего не сделаешь ради домашки”, – вздохнул Тодд.

Он оттолкнулся от дерева и, закинув руки за голову, лениво направился к парочке.

– Эй, вы двое, – протянул он громко, с усмешкой. – Кто вам разрешил здесь гулять без разрешения?

Оба обернулись. Айрис нахмурилась, а её спутник выпрямился.

Тодд остановился и упёр руки в бока, глядя на девчонку, словно покупатель на рынке рабов.

– Малышка, сегодня тебе повезло. Прогуляешься с настоящим мужчиной. А ты, задохлик, лучше не задерживайся тут. Катись туда, откуда вылез, – продолжал Тодд с широкой, наглой ухмылкой. – Сегодня я буду гулять с этой красоткой под закатными лучами солнца. А что потом произойдет... ну, кто знает?

И только тут до Тодда начало доходить, что спутник Айрис не очень-то похож на Брайана. Высокий, крепко сложенный парень, с резкими чертами лица и глазами, в которых блестел гнев. Его плащ с эмблемой факультета боевой магии и знаками отличия семикурсника говорил о многом.

Тодд вспомнил, что у Айрис вроде как есть старший брат. Точно! И кажется он поклялся убить его, за то что он напугал его сестру в прошлый раз. Как неловко-то.

Тодд нервно хихикнул, не зная как выкрутиться из ситуации. Его глаза как раз заметили Брайана, который трусливо прятался за дальним деревом. Вероятно он сам не ожидал, что Айрис возьмет с собой брата и не придумал ничего лучше, чем спрятаться. Вот кретин!

– Я так и знал! – громко произнёс старшекурсник, обращаясь к Айрис. Его голос был полон гнева и решительности. – Я говорил, что не стоит отпускать тебя одну!

Он развернулся к Тодду, сделав шаг вперёд.

– Ты, мерзкий тип, заплатишь за свои слова и поступки! Я, Алессандр Лемер, вызываю тебя на дуэль! Здесь и сейчас!

Тодд поднял руки, отступая на шаг.

– Эй, спокойно, я же просто пошутил. Зачем сразу драться-то?

Но Алессандр уже начал произносить заклинание, и воздух вокруг него заискрился от силы.

Тодд резко отскочил, едва увернувшись от огненного шара. Тот разорвал воздух и ударил в землю, оставив за собой черное обугленное пятно. Волна горячего воздуха пронеслась рядом.

– Ты, жалкое ничтожество! – гневно кричал Алессандр, наступая вперед. – Я убью тебя! Даже если мне придётся понести наказание, это того стоит! Мир станет чище без такого ублюдка, как ты!

– Очень трогательно, – бросил Тодд, пятясь к озеру. – Давай-ка ты сначала меня поймаешь, а потом посмотрим, что из этого выйдет.

Он попробовал убежать, но Алессандр не дал ему такой роскоши. Старшекурсник взмахнул рукой, и вокруг его пальцев засверкали электрические разряды. Молнии сорвались в сторону Тодда, и тому пришлось срочно нырнуть за дерево.

– Трус! Вставай и сражайся! Прими свою смерть достойно!

Он снова атаковал – поток огня обрушился на Тодда. Пришлось упасть на спину и перекатиться вбок.

Тодд сосредоточился, чувствуя, как медальон стал горячим. Все как и на тренировках. Ничего сложного. Сосредоточиться, вызвать нужную формулу – активировать.

Тодд протянул руку вперед, начав беззвучно шептать заклинание губами. В голове вспыхнула формула, к которой он еще не прибегал ни на одной из тренировок. Но он надеялся, что это что-то полезное.

– Эрикарус Ворталис! – Тодд громко выкрикнул незнакомые слова.

Мир вокруг преобразился. Воздух задрожал, словно наполнился невидимыми волнами. Из земли вырвался мощный вихрь, поднимая в воздух листья, камни и пыль. Ветер ревел, а в небе засверкали ослепительные молнии.

Алессандр, стоявший напротив, широко раскрыл глаза. Он мгновенно поднял руки, произнося защитное заклинание. Перед ним вырос сияющий барьер из магической энергии – ровный, устойчивый, переливающийся голубоватым светом.

Молнии обрушились на его защиту. Вихрь окружил его, щит искрился и дрожал. На мгновение Тодд даже подумал, что брат Айрис выстоит.

Но сила архимага решила иначе. Внезапно из вихря ударил ещё один заряд молнии – огромный, ослепительный, наполненный силой. Щит Алессандра дрогнул, а затем треснул, как стекло.

– Не может быть! – выкрикнул Алессандр, но было поздно.

Его засосало в вихрь, как перо на ветру. Магия подняла его на добрых пятнадцать футов, после чего студент рухнул на землю с оглушительным ударом.

Едва противник был повержен, вихрь взорвался ярчайшим светом, ослепляя всех вокруг.

Тодд стоял посреди этой вакханалии, тяжело дыша. Его руки тряслись, а сердце колотилось так, будто собиралось выскочить из груди.

"Хвост гарнии. Я что, убил его?"

– Алессандр! – закричала Айрис, бросаясь к брату. Её голос прорезал ревущую тишину.

Тодд остался стоять на месте, не двигаясь. Он видел, как Айрис упала рядом с телом брата, её руки тряслись, а в голосе звучала паника:

– Помогите! Кто-нибудь, помогите!

Тодду осталось лишь почесать затылок. Ну дела. К счастью через секунду он увидел, что Алессандр шевельнулся. Значит живой.

И тут, словно из ниоткуда, перед ним выскочил Брайан. Он появился так резко, что Тодд едва не споткнулся, отступая.

– Стой, мерзкий негодяй! – громко воскликнул Брайан. Его лицо выражало героическую решимость, хотя руки слегка дрожали. – Я... я видел всё, что ты сделал! Я не позволю тебе продолжать!

Тодд уставился на него, пытаясь понять, серьёзен ли Брайан или просто вжился в роль.

– Ты серьёзно? – фыркнул он, но тут же сообразил, что это часть плана, и скривился в злобной гримасе. – Сейчас как в бубен дам, так и улетишь! Думаешь, сможешь меня остановить?

– Попробую! – выкрикнул Брайан. – Прости, что опоздал, Айрис. Но теперь я здесь, и… все будет в порядке!

Айрис подняла голову, её глаза засветились надеждой.

– Брайан, будь осторожен!

Тодд еле удержался от саркастических комментариев, но продолжил спектакль.

– Посмотрим, на что ты способен. Ну, давай, начинай!

Брайан уверенно поднял руки и начал произносить заклинания. В воздухе появились вспышки света, искры и потоки разноцветного пламени – стандартные магические трюки, которые чаще использовали на праздниках, чем в бою. Много света и шума, но почти не опасно.

– Ты думаешь, это остановит меня?! – завопил Тодд, театрально уклоняясь от очередного "взрыва". Искры пролетели мимо, а Тодд сделал вид, будто едва не ослеп.

– Тебе конец, – громко заявил Брайан, направив очередной поток света прямо в своего противника.

Тодд притворно вскрикнул, упал на колени и раскинул руки, будто силы покинули его.

– Нет! Ты победил меня! – завопил он, драматично рухнув лицом вниз.

Айрис вскочила, глаза блестели от восторга.

– Это было невероятно! Брайан, ты герой! Я даже никогда бы и не подумала, что ты настолько смелый, – она схватила его за руку и быстро зашептала: – Мы должны позвать профессоров! Пусть этого мерзавца исключат!

Брайан замялся, глядя на поверженного Тодда, который тоже напрягся. Исключение не входило в их план!

– Нельзя, – твёрдо сказал Брайан, глядя на Айрис. – Я видел начало боя. Прости, но твой брат первый начал. Если мы позовём профессоров, накажут скорее Алессандра.

– Но... – начала Айрис, но Брайан покачал головой.

– Прости. Но моя честь не позволит мне солгать. Даже если ты меня возненавидишь после этого.

Айрис неохотно кивнула. Вместе с Брайаном они помогли Алессандру подняться. Тот мало что понимал, но принял помощь Брайана. Троица направилась в сторону лазарета.

Тодд поднял голову и проводил их взглядом. После он встал на четвереньки, и, словно паук, быстро пополз в сторону кустов. Скрывшись в зелени, он наконец позволил себе облегченно выдохнуть.

– Ох, грива минотавра! Надеюсь оно того стоило…

Глава 10. Тяжесть свитков

Взрыв потряс воздух. Огненный шар размером с телегу врезался в песчаную землю, разгоняя облака пыли и оставляя за собой дымящийся кратер. Отголоски заклинания ударили в пустые трибуны, где отсыревшая деревянная обшивка выстояла лишь благодаря давним защитным рунам.

– Грива минотавра, да я гений! – воскликнул Тодд, празднуя триумф.

Тренировочное поле, расположенное на отдельном плато среди гор, представляло собой огромную песчаную арену, обнесенную высокими каменными стенами. Вдоль их вершины тянулись пустые зрительские трибуны – здесь собирались толпы студентов и магов, чтобы наблюдать за дуэлями и испытаниями. Но сейчас, ранним утром, ни одного зрителя не наблюдалось.

Ветер трепал волосы Тодда, а запах гари щекотал нос. Медальон на шее подрагивал, словно требуя новых команд.

Любое дело начинается с неуверенности и ошибок. Сначала все идет криво, руки опускаются и кажется, что дальше нет смысла стараться. Раздражение растет, а мысли о том, чтобы все бросить, становится все сильнее. Но Тодд знал, что те, кто выдерживает эти первые трудности, в конце-концов замечают, что у них начинает получаться.

Вот и у него настроение поднялось до небес, когда из ничего получилось творить заклинания. А всего-то и было нужно, чтобы настроиться на один поток с медальоном и пробовать, пробовать, пробовать. Пока не получится.

Ну и подсказки Мейнара Дольора сыграли не последнюю роль. Лидер “Преступников” задал нужный вектор, а тяжелые тренировки самого Тодда ускорили процесс.

Тодд с силой бросил заклинание вперёд. Огненный шар сорвался с его руки, как снаряд катапульты, и, пролетев через половину поля, разнес один из тренировочных манекенов в щепки. Осколки дерева разлетелись в разные стороны, а на месте манекена осталась лишь выжженная отметина.

– Хвост гарпии! Это работает! – радостно воскликнул он, крутясь на месте. – Я прирождённый маг, мать его!

Но эйфория длилась недолго. Медальон на груди внезапно раскалился докрасна и Тодду пришлось скинуть его на землю. Сила артефакта была неимоверной, но он до сих пор не мог ее контролировать как следует. Простые заклинания он мог повторять без особых сложностей: осветить путь, запустить куда-то огненный шар. Но что-то многоуровневое вызывало сложности.

Либо не получалось, либо происходило нечто неконтролируемое. Так Тодд несколько дней назад уничтожил секцию пустых трибун, отчего пришлось быстро ретироваться. За порчу общественного имущества его вполне могли оштрафовать.

Тодд настолько преисполнился чувства собственной важности, что после тренировки двинулся к кабинету ректора. Но Ар’Элию де Лавель ему застать не удалось. Секретарь сказал, что в выходной день ректор изволит отдыхать. Тодд расспросил где именно, соврав, что это вопрос жизни и смерти.

Открытые бани академии находились высоко в горах. К ним вела узкая, крутая тропа и подъем был не из самых легких. Тодд ни разу не посещал эти горячие источники, но знал, что сюда стекались студенты и преподаватели, чтобы расслабиться, восстановить силы и смыть с себя дневную усталость. Высокие стены обеспечивали приватность, разделяя мужскую и женскую зоны.

Но Тодд как-то не обратил внимания на таблички, и завалился в женскую часть. Испуганные визги намекнули ему, что где-то он ошибся. А гневный крик Ар’Элии де Лавель подтвердил догадки.

– Ты что здесь делаешь, Эрвуд?! – ее голос, обычно холодный и ровный, сорвался на гневный окрик. – Ты разве не видишь, что это женская половина?

Тодд, стоявший на пороге, растерянно моргнул. Он не мог не приметить, что ректор выглядела потрясающе. Её стройное тело, обернутое в белоснежное полотенце, контрастировало с темно-каштановыми волосами, которые спускались до плеч. “Больше сорока не дам”, – подумал Тодд. Интересно, он тоже будет стареть так медленно? Ар’Элия – архимаг. И он вроде как тоже…

– Эм... Тут написано "общественные бани", госпожа ректор. Общественные… значит, общие?

Ар’Элия вскинула руку, угрожая запустить в него магический разряд, но вместо этого раздраженно вздохнула, стараясь сохранить остатки самообладания.

– Есть разделение, – процедила она сквозь зубы, указывая на массивную табличку с надписью «Женская зона».

– Ах, вот оно что. А я-то думаю, почему так приятно пахнет... Ну, раз уж зашёл, может, обсудим важные вопросы?

– Вон отсюда!

Тодду ничего не оставалось как покинуть бани, но далеко он не ушел. Стал ждать у входа. К ректору у него был серьезный разговор.

Он уселся на низкую каменную ограду у выхода из бань, играя с обломком ветки. Время тянулось медленно, но его терпение все же было вознаграждено. Ректор появилась, уже одетая в строгую мантию, волосы были зачесаны назад, а янтарные глаза пылали раздражением.

– А, госпожа ректор! – воскликнул Тодд, вскакивая. – Вы-то мне и нужны.

– Я это уже поняла, – холодно бросила Ар’Элия. – Как, впрочем, и то, что вы не знаете никаких приличий!

– Я знаю приличия, – возразил Тодд. – Просто иногда предпочитаю не соблюдать. Но сейчас речь не об этом. Смотрите, я тут практиковался в магии. Огненный шар научился пускать, манекен сжёг, трибуны слегка подкоптил… И я вот подумал: что мне нужно чтобы перескочить сразу на старшие курсы?

– Перескочить? – бровь ректора изогнулась. – Вы ведь осознаете, что обучение в академии – это система. Сначала основы, затем специализация, потом практика.

– Я не против системы. Но, знаете ли, время поджимает, – Тодд развёл руками. – Не хотелось бы торчать здесь вечно. Чувствую я уже готов.

Ректор задержала на нём взгляд, словно пыталась прочитать скрытые мысли. Наконец, она вздохнула.

– Совет Архимагов действительно периодически интересуется вами. Им нужен новый архимаг на поле боя. Но пока я отправляла им сдержанные отчёты о ваших успехах.

– На поле боя? – Тодд нахмурился, мгновенно теряя весь свой напускной энтузиазм. – А нельзя, ну, как-нибудь без этого? Я там уже бывал, и мне, если честно, не очень понравилось.

– Эрвуд, скажите честно? Вы и вправду такой… недалекий? Или прикидываетесь, чтобы злить окружающих?

Тодд почесал щетину, не зная какого ответа от него ждут.

– С курса на курс переходят в конце учебного года. После сдачи практической и теоретической части. Но для вас, Тодд, в принципе можно сделать исключение. Вы готовы к экзаменам?

– Ну… Я чувствую себя гораздо увереннее…

– Отлично, – перебила его Ар’Элия, словно и не услышала сомнений. – Я назначу экзамены на следующей неделе. Будет целая комиссия. Члены Совета Архимагов, профессора… Это будет ваш звёздный час, Тодд!

– Э-э, комиссия? – Тодд выпрямился, словно его ударило разрядом молнии. – Ну, я… я, конечно, люблю быть в центре внимания, но... все звучит так... официально. Может, я перед вами покажу все что умею? Для начала?

Ректор посмотрела на него с лёгкой насмешкой, которую даже не пыталась скрыть.

– Ой, вы справитесь, – произнесла она с показной легкостью. – И, может быть, справитесь настолько хорошо, что Совет Архимагов решит, что учиться вам больше не нужно. Мечтать же не вредно. Кто знает? Может я избавлюсь от вас.

– А если я не справлюсь?

– У нас с Советом уговор. Завалите экзамены – вас исключают. Никаких пересдач. Всё честно.

Тодд сглотнул. Уверенность, едва заглянувшая к нему в гости, тут же улетучилась.

– Э… А вы это раньше сказать не могли?

– А вы раньше спрашивали? – хмыкнула ректор, скрестив руки на груди. – У вас есть неделя, чтобы подготовиться. Не тратьте её зря.

Она развернулась и направилась прочь, оставив Тодда переваривать новость. Он стоял на месте, не в силах произнести ни слова, пока её фигура не скрылась из виду.

– Ну, плохи дела, – наконец выдохнул он, глядя в пустоту. – Значит, всё или ничего. Прекрасный план. Просто шикарный.

***

– Ну что, Тодд, готовы? – Брайан, устроившись за столом в библиотеке, неторопливо переворачивал страницы массивного фолианта. Его карие глаза блестели за стеклами очков.

– Конечно, готов! – Тодд плюхнулся на стул напротив, стуча пальцами по столу. – Давай уже! Задавай свои умные вопросы.

Тодд и Брайан сидели в дальнем углу библиотеки, где свет от светильников мягко освещал длинный стол, заваленный книгами. Экзамен был уже через четыре дня, и все это время Тодд усердно готовился.

– Первый вопрос: какое событие положило конец Великой войне магов?

– Эээ… – Тодд нахмурился, стараясь вспомнить. – Ну, был… этот… маг, который что-то сделал. Великий маг? Скажем, он использовал какое-то мощное заклинание… правильно?

– Это была магическая катастрофа, вызванная использованием артефакта Хаоса, – тяжело вздохнул Брайан. – Заклинание уничтожило армию некромантов, но также привело к гибели половины земель на юге.

– Давай что-нибудь без катастроф, – пробурчал Тодд.

– Хорошо. Второй вопрос. Какой эффект оказывает руна Сильвариса на артефакт, если она используется в сочетании с заклинанием второго уровня?

– Эээ… усиливает его? Нет! Делает его… красивее? – Тодд прищурился, но выражение лица Брайана заставило его замолчать.

– Делает устойчивым к магии разрушения, – ответил Брайан, вздохнув. – Какой конфликт стал причиной разрушения древнего города Геландор?

– Геландор? – Тодд задумался. – Это что-то… связано с эльфами, верно? Они... поругались с гномами из-за... чего-то.

– Из-за ресурсов, – тяжело вздохнул Брайан. – Конфликт между эльфами и гномами из-за права на добычу зачарованных кристаллов в лесах Геландора. Вы почти угадали. Когда это было?

– Давно?

– Двести сорок лет назад. Ладно, давайте дальше: какое заклинание чаще всего используют для подавления магического барьера?

– Хм… что-то с огнём? Может, огненный шар? Он же все разрушает, – предположил Тодд, пытаясь вспомнить.

– Септум Инверсус, – пробормотал Брайан, потирая переносицу. – Специальное заклинание для разрыва магических барьеров. Ну, хоть на один вопрос вы сможете ответить правильно? Например, что изображено на гербе академии?

– Это элементарно! – оживился Тодд. – Там… эм… башня и, кажется, свет? Или это звезда?

– Башня, окружённая сияющими спиралями – символ знаний и магии, – с тоской уточнил Брайан. – Что вы делаете на занятиях? Спите?

– Если бы там было интересно, я бы слушал! – буркнул Тодд. – А все эти книги… одна скукотища! Ни одной картинки нет!

Брайан продолжал задавать вопросы, листая книги и заметки, а Тодд, нахмурив лоб, изо всех сил пытался вытянуть из памяти хоть что-то, что могло бы сойти за правильный ответ. Он скрипел зубами, морщился, потирал виски, задерживал дыхание. Брайан терпеливо ждал, иногда подсказывая или мягко поправляя.

Наконец, прозвучал последний вопрос и Тодд ощутил облегчение, откидываясь на стуле.

– Ну как? – выдохнул он.

– Вы набрали 10 баллов.

– Это хорошо? – спросил Тодд, подняв голову.

– Проходной балл по теоретической части – 65 баллов из 100.

– Но это же невозможно! – взвыл Тодд, поднимая руки к потолку. – Надо быть гением, чтобы это всё запомнить!

– Это материал для первокурсников, – спокойно ответил Брайан, опустив взгляд в свои записи.

Тодд замер, уставившись на Брайана с выражением легкого ужаса.

– Ты хочешь сказать, что десятилетние дети всё это знают?

– Ну... если они учатся, то да.

Тодд уронил голову на руки и застонал. Несколько мгновений он сидел в тишине, а затем начал говорить, больше обращаясь к самому себе:

– Ну ладно, может, я смогу вытянуть за счёт практической части. У меня ведь неплохо начало получаться. Огненные шары, барьеры… Тренировки у меня идут куда лучше, чем эта… теория!

Брайан покачал головой.

– Вас не допустят до практики, если вы провалите теорию. Это обязательное условие.

Тодд поднял глаза, и на его лице отразилось полное отчаяние.

– То есть, если я не сдам эту академическую ересь, мне даже не дадут показать, какой я... ну, великолепный в боевой магии?

– Именно так, – подтвердил Брайан. – Поэтому вам нужно сосредоточиться и перестать жаловаться. Я думаю у вас еще есть шанс. В крайнем случае пойдете на пересдачу.

Тодд поник, опустив плечи, и тяжело вздохнул.

– Шпаргалки! – неожиданно воскликнул он, расплываясь в довольной ухмылке. – Вот оно, решение! Мы сделаем шпаргалки! Или ещё что-нибудь хитрое. Брайан, ты должен рассказать мне как студенты мухлюют на экзаменах!

Брайан снял очки, протер их тканью и тяжело вздохнул.

– Вы серьезно?

– А что тут такого? – оживился Тодд. – Главное – сдать экзамен, а знания – это вторично. Любой студент это знает.

Брайан посмотрел на него с несогласием, но все же начал перечислять способы, загибая пальцы:

– Во-первых, некоторые студенты пробуют использовать заклинания памяти. Это позволяет быстро запомнить большой объем информации. Проблема в том, что заклинание сложное и можно легко ошибиться. Один старшекурсник несколько лет назад забыл все что знал, даже свое имя, – Брайан взглянул на Тодда поверх очков. – Говорят он до сих пор пускает слюни.

– Эм… пожалуй, нет, – пробормотал Тодд.

– Во-вторых, есть амулеты с ответами, – продолжил Брайан. – Только вот на экзаменах их легко обнаруживают, да и зачаровать такие предметы не так-то просто.

– Еще какие-то способы? – с надеждой спросил Тодд.

– Их много. Шпаргалки, зачарованные на исчезновение. Заклинание невидимых букв, фамильяр-помощник, магическое перо с подсказками и другие. Но это все требует куда больших усилий, чем если бы вы просто выучили материал. Не забывайте, что экзамен у вас будет принимать целая комиссия. Профессора академии и члены Совета Архимагов. Вы один будете под пристальным вниманием десятков глаз.

Тодд застонал, схватившись за волосы и потянув их, словно хотел вырвать вместе с ними плохие мысли.

– Надо выпить. У тебя тут не завалялось спирта, которым перья чистите?

***

Бальный зал, где проводили так же экзамены, был величественным, с высокими арочными потолками, поддерживаемыми колоннами из белого мрамора. Стены украшали витражи, изображающие магические битвы и ритуалы древних времён. Но несмотря на огромное пространство, посредине стояла только одна парта, словно островок в море пустоты. На ней лежали аккуратно сложенные пергаменты, перо и песочные часы.

За ней же восседал и Тодд, нервно ерзая под пристальными взглядами экзаменаторов. Впереди парты находился длинный стол, за которым сидели члены комиссии Академии. Их фигуры были как на ладони: строгая Ар’Элия де Лавель, ректор Академии. Рядом – Аль’Ремис де Клавьер, ее зам, с лицом на котором застыли одновременно и надменность и предвкушения провала ненавистного ученика.

Глаза Тодда лениво пробежались по присутствующим. Слева сидел профессор истории магии Эмилиан Хартвейн, пожилой и суровый. Далее – профессор алхимии Бертрам Стоун, невысокий мужчина с густой бородой, известный своим вспыльчивым характером и резкими комментариями. Рядом расположилась Лорета Грейвуд, профессор магической теории.

Были и другие, но Тодд не обратил на них внимания. Его взгляд уперся в Ларену Элдфар, профессора артефактологии. Она села чуть в стороне и выглядела довольно напряженно. Её каштановые волосы подчеркивали изящные черты лица, но глазами с Тоддом она старалась не пересекаться.

Экзамен все никак не начинался, и Тодд понял почему. Восемь кресел пустовали.

Тишину разорвал гул портала, появившегося в центре зала. Пространство затрепетало, и из него один за другим начали выходить архимаги.

Первым появился Ар’Кайрон фон Лаймарк – высокий, с серебристыми волосами и черным плащом. Муж покойного Ар`Дарха, которого Тодд ограбил на поле боя. За ним следовал Ар’Каллен фон Ляриус, лидер Совета архимагов. Его белоснежная мантия и золотой жезл делали его фигуру почти величественной.

Следом появилось еще пять архимагов, которых Тодд не знал. Все вычурно и богато одеты. Лица – неприветливые.

Последней из портала вышла Аль’Элина фон Эренхарт. Её фигура будто поглотила все внимание в зале – высокая, стройная, с идеально прямой осанкой, она двигалась так, словно весь мир был её сценой. Роскошная мантия глубокого синего цвета, расшитая серебряными нитями, подчеркивала ее безупречную фигуру.

Ректор ее представила:

– Помимо достопочтенных архимагов сегодня будет также присутствовать Аль’Элина фон Эренхарт – наш щедрейший меценат, благодаря которой Академия ежегодно получает значительные средства на исследования и развитие.

Аль’Элина едва кивнула в ответ, её лицо оставалось холодным, но в уголках губ мелькнула почти незаметная усмешка. Она грациозно направилась к своему месту за столом архимагов.

Аль’Ремис де Клавьер вскочил, отодвигая для неё стул. Его обычно надменное лицо сейчас сияло фальшивой доброжелательностью. – Миледи фон Эренхарт, – произнёс он чуть приглушенным голосом, явно стремясь произвести впечатление. – Для нас большая честь видеть вас на этом экзамене.

Аль’Элина одарила его коротким взглядом, который мог бы значить что угодно – от скуки до одобрения. Сев на предложенный стул, она благосклонно кивнула:

– Благодарю, Аль’Ремис. Мне всегда становиться тепло на душе, когда я думаю, что вы здесь. Уверена, когда-то вы возглавите академию – магические традиции лишь укрепятся.

Пальцем она сделала жест и замректора наклонился к ней. Она что-то ему зашептала, а он кивал. Очевидно эти двое были хорошо знакомы. Лицо Тодда скривилось. У него появилась еще одна причина разделаться с ублюдком при первой же попавшейся возможности.

Когда все заняли свои места, ректор Ар’Элия де Лавель встала, сложив руки перед собой. Её янтарные глаза обвели собравшихся, задержавшись на каждом архимаге, профессоре и, наконец, на Тодде.

– Уважаемые маги и члены комиссии, – начала она своим спокойным голосом. – Сегодняшний экзамен – событие неординарное. Как правило, ученики сдают теоретическую часть в форме письменных тестов, но данный случай исключительный. Экзаменуемый, Тодд Эрвуд, будет отвечать устно. Каждый из присутствующих, включая профессоров Академии, членов Совета архимагов и леди фон Эренхарт, зададут по одному вопросу.

Тодд почувствовал, как внутри всё напряглось. Он оперся локтем на край парты, словно сдавать экзамены было для него обыденным делом.

Ар’Элия продолжила, не обращая внимания на его позу:

– Если экзаменуемый наберет проходной балл по теоретической части, мы перейдем к практическим заданиям.

Она немного наклонила голову, словно давая понять, что сейчас скажет нечто важное.

– Хочу также напомнить, – неожиданно сказала она, – что вопросы не ограничиваются материалами первого курса. Экзаменуемому был предоставлен расширенный доступ к библиотеке Академии, что подразумевает его готовность к вопросам более высокого уровня. Поэтому не сдерживайте себя.

Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба. Внутри Тодда всё закипело, но он подавил раздражение. Расширенный доступ? Любые вопросы? Что за подстава?! Они тут все сговорились, чтобы завалить его! Отличный сюрприз, ничего не скажешь…

Тем не менее, он не позволил эмоциям вырваться наружу. Вместо этого откинулся на спинку стула и с лёгкой усмешкой произнёс:

– Ну что ж, предлагаю начинать. А то через пару часов обед и не хотелось бы опоздать.

Ар’Элия бросила на него недовольный взгляд, в котором читалось предупреждение, но согласилась:

– Хорошо, Тодд Эрвуд, начнём с моего вопроса, – её голос был ровным, но в нём ощущалась скрытая сила. – Опишите основные принципы стабилизации потоков магии при наложении ритуального заклинания защиты. Какие факторы влияют на успех и каковы возможные ошибки?

Тодд на мгновение замер. Этот вопрос был не просто сложным – он выходил далеко за пределы первого курса. Он почувствовал, как взгляды комиссии и архимагов пронзили его, ожидая ответа.

Но он быстро собрался, выпрямившись за своей партой, и начал говорить уверенным тоном, словно репетировал это сто раз:

– Основные принципы стабилизации потоков магии в ритуальном заклинании защиты включают три ключевых аспекта: синхронизацию энергии, использование фокусирующих символов и поддержание равновесия между внешним и внутренним контурами ритуала.

Он выдержал паузу, глядя прямо на Ар’Элию, прежде чем продолжить:

– Синхронизация достигается через точную настройку участников ритуала на единый энергетический резонанс, что предотвращает утечку магии. Символы, например, руны стабилизации, должны быть начертаны в строгом соответствии с потоком энергии, иначе возникает риск ее искажения. А внутренний контур всегда должен быть дополнительно защищен артефактом или природным элементом, чтобы избежать разрушительного отката.

Его слова прозвучали настолько точно и уверенно, что в зале повисло лёгкое удивленное молчание. Профессора переглянулись. Даже ректор приподняла бровь, словно не понимая, что только что произошло.

В тишине вдруг послышался шёпот одного из профессоров, который обернулся к соседу: – Удивительно. На моих лекциях он обычно спит. Теперь понимаю почему: молодой человек глубоко погружен в материал и ему было просто скучно…

Следующим встал Аль’Ремис.

– Теперь мой черёд, – произнёс он. Его голос был холодным и четким. – Господин Эрвуд, вы, конечно, впечатлили нас, но давайте посмотрим, насколько глубоки ваши знания в моем предмете. Магическое право часто сталкивается с конфликтами между личными интересами мага и общим благом. Каковы критерии допустимости использования разрушительных заклинаний в городских зонах? Ответ обоснуйте.

Тодд ощутил, как напряжение в воздухе усилилось. Это был вопрос провокационный. Аль’Ремис явно рассчитывал подловить его.

Тодд быстро перебрал в уме очевидный ответ: “Разрушительные заклинания допустимы только при защите жизни и собственности в условиях явной угрозы, а их применение должно быть ограничено минимальным ущербом.” Всё просто. Но… слишком просто. Вряд ли Аль’Ремис задал бы ему настолько простой вопрос. Значит это ловушка. Он хочет, чтобы Тодд выдал банальность, чтобы потом унизить его.

Тодд поднял взгляд на Аль’Ремиса.

– Разрешите уточнить, профессор. Речь идёт о стандартной городской зоне или об области, где уже наложены защитные заклинания и начертаны руны поглощения?

Аль’Ремис, не ожидавший такого уточнения, слегка прищурился. – Предположим, что зона защищена рунами, но структура рун нестабильна.

Тодд кивнул и начал: – В таком случае критерии допустимости усложняются. Помимо защиты жизни и минимизации ущерба, маг должен учитывать влияние на уже существующие защитные руны. Применение разрушительных заклинаний в нестабильной зоне может привести к их коллапсу, что усугубит последствия. Единственным оправданием будет ситуация, где отказ от использования заклинания приведёт к большему ущербу.

Тодд выдержал паузу, затем добавил: – Однако есть ещё один аспект. Если маг знает, что применение заклинания не только спасёт жизни, но и стабилизирует руны – например, за счет перенаправления энергии, – это может быть допустимо. Главное условие – точная оценка рисков и магическая компетентность. Без этого любое вмешательство станет безрассудством.

Зал на мгновение застыл. Аль’Ремис открыл рот, чтобы возразить, но возразить было нечего. Ответ был настолько точным и исчерпывающим, что придраться было невозможно.

– Довольно, – сухо произнес он, садясь на место. – Вы превзошли мои ожидания.

После вопроса Аль’Ремиса, члены комиссии с удвоенным интересом набросились на Тодда. Вопросы сыпались один за другим – каждый из профессоров старался проверить его знания, но Тодд отвечал уверенно, четко и, главное, без ошибок.

Профессор Стоун, алхимик, задал вопрос о том, какие элементы следует комбинировать для создания эликсира сопротивления магии, и Тодд быстро назвал необходимые ингредиенты, добавив, что ошибка в последовательности смешивания приведет к полному разрушению состава.

Профессор Грейвуд спросила, чем отличаются принципы магической стабилизации в теории и на практике. Тодд с лёгкостью объяснил разницу, подчеркнув, что на практике стабилизация требует учёта множества внешних факторов, таких как магический фон и эмоциональное состояние мага.

Зал продолжал следить за ним с нарастающим интересом. Даже самые сложные вопросы, которые могли выбить из колеи любого студента, Тодд встречал с хладнокровием, будто точно знал, что и как сказать.

В один момент профессор Аль’Ремис вскочил и подошел к Тодду, явно пытаясь найти признаки мухлежа. Но ничего не нашел, и просто остался стоять рядом.

Когда очередь дошла до Ларены, она на мгновение задержала взгляд на Тодде, как будто пытаясь понять, что скрывается за его уверенными ответами. Затем мягким, но четким голосом задала свой вопрос:

– Если человек случайно находит заброшенный артефакт, может ли он оставить его себе?

Тодд не замешкался ни на секунду. Он сложил руки перед собой и спокойно начал:

– Всё зависит от уровня артефакта. Всего существует семь условных рангов. Первые три – это артефакты, созданные магами для повседневного использования. Их можно оставить себе, поскольку они не несут значительной опасности и, как правило, имеют ограниченную силу.

Он выдержал короткую паузу, чтобы аудитория успела переварить информацию, и продолжил:

– Четвертый и пятый уровни – это более мощные артефакты, которые могут влиять на окружающее пространство или других людей. Такие предметы требуют регистрации и разрешения на владение.

Тодд встретился взглядом с Лареной, прежде чем завершить:

– Шестой уровень (гидра) и седьмой уровень (дракон) – это так называемые великие артефакты. Их сила настолько большая, что использовать их без специальной подготовки невозможно, а иногда даже смертельно опасно. Эти артефакты никогда не допускаются в личное владение без одобрения Короны и Совета архимагов. Более того, они считаются государственной собственностью.

Ларена слегка кивнула, её губы тронула улыбка. Профессора обменялись взглядами, явно впечатленные не только знанием Тодда, но и тем, как уверенно он всё изложил.

Когда очередь дошла до архимагов, зал уже был напряжен как струна. Каждый ответ Тодда был уверенным, чётким и точным, и с каждой новой репликой его познания удивляли всё больше. Комиссия и гости обменивались взглядами, в которых читалось немалое изумление.

Последним встал Ар’Кайрон фон Лаймарк. Его голос, спокойный и размеренный, разнесся по залу:

– Господин Эрвуд, последний вопрос. Объясните, какие факторы влияют на устойчивость магических барьеров при наложении в условиях нестабильного фона и как минимизировать риски их разрушения?

Вопрос был сложным. Тодд начал отвечать механически, почти не слыша собственных слов. Его внимание приковали движения архимага – как тот небрежно поправил на пальце фамильный перстень, как плавно поднял голову. Эти мелочи, наполненные изяществом, заставляли сердце Тодда биться быстрее.

“Какой у него профиль… Четкие линии скул, острый нос, чуть приподнятые уголки губ… Эти губы…”

Тодд вдруг ощутил странное тепло в груди. Его взгляд продолжал изучать профиль Ар’Кайрона. Останавливался на гладкой коже архимага, на его ладонях. Интересно, какой у него голос, когда он не говорит о магии? Как бы звучал этот голос, если бы…

Мысли Тодда потекли дальше, словно сами собой, и он неожиданно для себя подумал: “Как бы хотелось… коснуться этих губ…”

На этом моменте в голове что-то щелкнуло. Тодд моргнул, чувствуя, как холодный пот выступает на лбу. Ему стало плохо. Тошнота поднялась мгновенно, с такой силой, что он даже не успел подумать о том, что вокруг него профессора и архимаги. Он резко вскочил, зажал рот рукой и обернулся…

Рядом стоял Аль’Ремис, который всё это время наблюдал за ним, ожидая малейшего промаха. Но вместо хитроумного разоблачения его ждала другая “награда” – Тодда вырвало прямо на его идеально выглаженную мантию.

– Эрвуд! – взревел Аль’Ремис, отшатнувшись. На его лице смешались отвращение и ярость.

Тодд тяжело дышал, чувствуя, как наваждение полностью рассеялось. Он с опаской посмотрел на фигуру Ар’Кайрона, но теперь испытывал к тому лишь ненависть и презрение. Все как и должно быть. Хвост гарпии!

Он вытер рот, поднял глаза и тихо пробормотал: – Простите… Я закончил отвечать.

Зал охватило напряженное молчание. Даже архимаги, казалось, не знали, что сказать.

Ар’Элия де Лавель, поджав губы, поднялась на ноги.

– Ну что ж. Тодд Эрвуд, теоретическая часть экзамена завершена. Вы набрали 100 баллов из 100.

***

Тодд словно в тумане шел на тренировочное поле, где должна была пройти уже практическая часть экзамена. Мыслями он возвращался в дни, предшествующие экзамену. Перед глазами всплывали картины бессонных ночей в библиотеке, где он корпел над бесчисленными книгами. Он пытался запомнить все: заклинания, теории, исторические события. Иногда строки текста сливались в единое пятно, и разум отказывался работать.

Библиотека, огромная, тихая, с бесконечными рядами книг, стала для Тодда вторым домом. Хотя, скорее, местом пытки. Он сидел, сгорбившись, перед грудой фолиантов, глядя на страницы с такой ненавистью, будто они собирались его укусить. За окном уже стемнело, но уходить он не собирался. Экзамен уже совсем скоро.

– Да будь они прокляты, эти формулы, – пробормотал он, теряя терпение и нервно обводя пальцем круг на полях пергамента. – Кто вообще придумал это все?

На следующее утро он снова вернулся в библиотеку, прогуляв занятия. На столе перед ним лежали аккуратно сложенные шпаргалки. Конечно, сам он так организованно написать не мог. Помог Брайан, которому Тодд пригрозил, что если тот не сделает, он расскажет Айрис всю правду.

– Хотя как это поможет мне на комиссии? – пробурчал Тодд, глядя на таблицу заклинаний. – Подглядывать же не дадут. Хотя может притвориться больным и не прийти? А что, хорошая идея…

К ночи он уже не понимал, сколько времени прошло. Глаза закрывались, рука, державшая перо, дрожала. Его последняя мысль перед тем, как он уткнулся лицом в книгу, была: “Да к минотавру все!”

Тодд очнулся в незнакомом месте – зале, выложенном золотыми плитами. Вокруг было так ярко от солнечного света, что он прищурился. В центре стоял высокий мужчина с черной бородой и проницательным взглядом. На его груди висел массивный золотой медальон архимага.

– Ты кто? – резко спросил Тодд, не сводя глаз с незнакомца.

– Я Ар’Дарх фон Эренхарт, – величественно ответил маг, скрестив руки на груди. Его голос звучал, как эхо в горах. – И, судя по твоему виду, ты попал в беду.

– О, это видно так сильно? – саркастически спросил Тодд, оглядывая зал. – Ты здесь, чтобы сказать мне то, что я и так знаю?

– Наоборот. Я могу тебе помочь, – произнес Ар’Дарх, и его взгляд стал мягче. – Я могу поделиться с тобой своей памятью. Ты получишь все необходимые знания для экзамена.

Тодд прищурился, подозрительно глядя на архимага.

– И что для этого нужно? Я ведь не настолько глуп, чтобы поверить, что это бесплатно.

– Ты должен открыть свой разум, – спокойно ответил Ар’Дарх. – Провести ритуал. Всё, что потребуется, – это простая медитация. Сядь на пол, нарисуй символ памяти на ладони, используя пепел пергамента, и проговори формулу заклинания, которую я скажу.

– А взамен? Что ты хочешь взамен?

– Ничего, – ответил архимаг с лёгкой улыбкой.

– Да ладно! – Тодд вскинул руки. – Ничего? Даже не попробуешь выторговать мою душу?

– Ничего, – повторил Ар’Дарх, уже серьёзно. – Выбор есть всегда. Просто сделай его.

И Тодд сделал. Проснувшись, он помнил свой сон настолько четко, что сразу же записал на пергаменте формулу, которую до этого не знал. В своей комнатушке он проделал ритуал, описанный мертвым архимагом.

Но получилось или нет он понял лишь на экзамене. В момент слияния разумов ему открылись глубины памяти Ар’Дарха фон Эренхарта, заключенные в медальоне.

Сейчас правда Тодд уже жалел, что искусился легким путем. Предчувствие подсказывало, что не все так просто. И с последсвтиями придется столкнутся очень скоро.

Добравшись до тренировочного поля, Тодд заметил что на трибунах много зевак. Студенты пришли посмотреть, что умеет первокурсник-переросток. Пространство было выложено прочным камнем, зачарованным для выдерживания магических ударов, под ногами – песок.

Первое задание началось незамедлительно. Тодду предстояло возвести магический барьер, способный выдержать три атаки – огнем, водой и воздухом. Он встал в центр арены, вытянул руки и сосредоточился.

Перед ним быстро возник полупрозрачный купол, мерцающий голубым светом. Комиссия обменялась взглядами, когда первый огненный шар ударил в барьер – магическая стена устояла, лишь слегка вздрогнув. Второй удар, поток воды, с силой обрушился на купол, но Тодд моментально усилил защиту, добавив рунный символ стабилизации.

Третья атака – мощный воздушный порыв – заставила барьер задрожать сильнее. Но он выдержал, хоть и с небольшими трещинами. Когда атаки закончились, Тодд с лёгкой ухмылкой оглянулся на комиссию.

Многие экзаменаторы зааплодировали, в их числе и Ларена.

Следующим было испытание с нестабильным артефактом. Его доставили в центр арены – массивный кристалл, который уже начинал излучать опасное тепло.

Тодд присел рядом, внимательно осматривая кристалл. Его глаза быстро пробежались по поверхностным трещинам, а затем он начал чертить рунный круг вокруг артефакта. Его пальцы двигались так быстро, что профессор Стоун, следивший за процессом, не удержался от удивленного выдоха.

Тодд активировал ритуал временной разгрузки энергии. Кристалл перестал дрожать, а его свечение стало стабильным. Задача была выполнена за несколько минут, и комиссия выглядела откровенно восхищенной.

– Главное – успеть до того, как кристалл взорвётся, – пошутил Тодд, отступая назад.

Последним испытанием был бой с иллюзорным противником. Тодд оказался в центре арены, когда напротив него возникла массивная фигура – иллюзия воина с огромным мечом.

Он мгновенно активировал заклинание защиты, вокруг тела появилась вращающаяся магическая сфера. Противник бросился вперёд, но Тодд ловко уклонился и использовал заклинание огненного удара, которое сбило иллюзию с ног.

Комбинируя атакующие и защитные заклинания, Тодд завершил бой меньше чем за минуту. Под конец он сделал вид, что готовится к финальному удару, но вместо этого театрально остановился.

– Если бы это был реальный бой, я бы пощадил своего противника во имя чести и благородства.

Тодд глубоко поклонился, и получил высшую оценку за практический экзамен. Сто из ста. Профессора возбужденно шептались.

И лишь Ар`Кайрон фон Лаймарк выглядел так, как будто что-то знал.

– Господин Эрвуд, мои поздравления. Вы продемонстрировали не только знания, но и редкое сочетание мастерства и хладнокровия.

– Спасибо, – ответил Тодд, сплевывая себе под ноги.

Ар’Кайрон чуть улыбнулся, и в его глазах мелькнул какой-то странный блеск. – Ваша подготовка заслуживает высокой оценки. Редко когда студенты показывают столь выдающиеся результаты. Могу я попросить вас об одной небольшой услуге?

Тодд нахмурился. – Услуге?

Ар’Кайрон кивнул и указал на его шею, где висел медальон. – Позволите?

Тодд замер. Вопрос был неожиданным, но он знал, что отказывать архимагу, тем более такому, как Ар’Кайрон, – плохая идея. Он нехотя снял медальон и протянул его.

Глаза Ар’Кайрона внезапно вспыхнули ярким синим пламенем, а лицо озарилось выражением, близким к восторгу. Он прислонил медальон Тодда к своему медальону и оба артефакта засветились.

– Прекрасно, – прошептал он, почти не обращая внимания на Тодда. В его голосе слышалась довольная нотка, от которой Тодду стало не по себе.

Архимаг поднял взгляд. Его глаза пришли в норму, а лицо сияло от счастья. Это была не просто радость – это была глубокая, почти всепоглощающая удовлетворённость.

– Я очень доволен вами, господин Эрвуд.

Тодд с трудом проглотил ком в горле. Его нутро сжалось от чего-то необъяснимого. От тревоги, которая не давала покоя.

– Рад, что смог оправдать ваши ожидания.

– О, еще нет, – улыбнулся архимаг. – Но уже скоро.

Ар’Кайрон вернул ему медальон и кивнул, намекая, что разговор окончен. Повернувшись, он спокойно удалился.

Глава 11 Неуклюжий план мести

Тодд стоял у доски, лениво заложив руки за спину. Его взгляд скользил по лицам студентов. Его новый класс. Здесь собрались самые талантливые и амбициозные ученики пятого курса.

– Господа, прошу внимания. Перед вами Тодд Эрвуд, – представил его профессор. – Он только что поставил рекорд академии. Блестяще сдал экзамены и перевелся с первого сразу на пятый курс. Не каждый день такое увидишь.

По классу пронесся легкий шёпот. На переднем ряду сидела Эскель де Клавен, состоявшая в “Преступниках”. Она едва заметно кивнула Тодду, но остальные студенты не проявляли доброжелательности.

Особенно недовольным выглядел Рейнар фон Валем. Староста кампуса, с которым у Тодда были довольно сложные отношения. Он его сбросил с лестницы, тот в отместку организовал на него массовое нападение. Но с тех пор им удавалось как-то не пересекаться.

Вряд ли это будет возможно теперь, когда оба учатся в одном классе.

– Приятно со всеми познакомиться, – натянуто улыбнулся Тодд, имитируя доброжелательность.

После этого он направился к последнему ряду, не обращая внимания на испепеляющий взгляд Рейнара и его дружков. Староста хмурился так, будто появление Тодда в его классе нанесло ему смертельную обиду.

Когда урок закончился, Тодд собрал свои вещи, готовясь уйти. Однако дорогу ему перегородил Рейнар, а за ним выстроилась пара его верных друзей. Староста смотрел на него с вызовом.

– Я вот никак не пойму, зачем ты здесь? Деревенщина среди магической элиты! Неужели они думают, что из тебя может получиться ровня нам? Лучше отправляйся пасти овец, или чем ты там раньше занимался!

Тодд лениво посмотрел на него, затем медленно поднял руку и принялся демонстративно ковыряться в носу, словно вообще не слышал слов Рейнара.

– Это отвратительно! – вскипел Рейнар, делая шаг назад. Его лицо исказилось от отвращения. – Ты позор для всего магического общества! Хуже тебя… я даже не знаю, кто может быть хуже! Наверное только орки с гоблинами! Ты из их породы!

Тодд, не меняя выражения лица, извлек козявку из носа, рассмотрел находку и начал скатывать её в небольшой шарик.

– Ты слышал меня? – продолжил Рейнар раздраженно, он явно хотел спровоцировать драку. – Ты позор академии! Просто жалкий грязный мужлан, выскочка! Тебе на роду написано пахать в поле и гнуть спину, а не…

Снаряд был готов. Тодд медленно поднял взгляд на Рейнара, ухмыльнулся и щелчком отправил своё творение в полёт. На мгновение он даже подумал, что промахнется, но, к его удовлетворению, козявка описала идеальную дугу и попала прямо в рот старосте, когда тот увлеченно оскорблял его.

– Мммф?! – Рейнар издал странный звук, его глаза расширились, а лицо моментально перекосилось. Он начал кашлять, судорожно хватая воздух ртом и махая руками, как будто его атаковал целый рой ос.

Дружки Рейнара растерялись, не зная, что делать. Они лишь переглядывались между собой. Тодд поднялся, не торопясь подошёл к Рейнару, который издавал звуки, напоминающие рвотные позывы, и дружески хлопнул его по спине.

– Приятного аппетита, дружище, – сказал он с широкой ухмылкой. – Считай, закуска за мой счёт. Ну, я пошел.

Он развернулся и, не торопясь, направился к выходу, оставляя за собой аудиторию. Последнее, что он услышал, было:

– Эрвуд! Я тебя… арргх!

Но какими карами грозил ему староста, Тодд решил не дослушивать. Он вышел из кабинета, но не успел дойти до лестницы, как рядом оказалась Эскель. Ее легкие шаги почти не были слышны, и она появилась так неожиданно, будто материализовалась из воздуха. Солнечный свет, проникающий через высокие окна коридора, золотил ее светлые волосы, собранные в аккуратную косу.

– Поздравляю с быстрым ростом, – сказала она с иронией. – Всего один экзамен, и сразу пять лет пролетели. Это почти что магия.

Тодд хмыкнул, оглядывая её с прищуром.

– Ну, знаешь, я просто слишком хорош, чтобы оставаться среди посредственностей. – Он усмехнулся и добавил с едва заметным сарказмом: – На счет вашего класса я тоже не уверен, что он мне подходит.

Эскель покачала головой, пряча улыбку. Затем, приблизившись, она понизила голос.

– Слушай, Дольор сегодня собирает всех наших в Мистхольме. Он арендовал отдельную комнату в "Туманном Листе".

– О, будет пьянка? – спросил Тодд с нескрываемой радостью.

Эскель прищурилась, словно решая, стоит ли объяснять. Наконец она ответила, отведя взгляд в сторону.

– Нет, Тодд. Впереди у нас очень важное, сложное и интересное дело за пределами академии. Мы к нему готовились больше семи месяцев. Дольор хочет ввести всех в курс дела.

Тодд на мгновение нахмурился, но потом просто пожал плечами.

– Ладно. Интересное так интересное. Может приду, если не забуду.

Эскель замедлила шаг, отставая от Тодда, словно и не шла еще секунду назад вровень с ним. Оборачиваться он не стал.

Перемену до следующего занятия он решил провести на свежем воздухе. Вышел во внутренний двор, наслаждаясь прохладным горным воздухом. Здесь, в тени высоких арок и уединенных скамеек, можно было перевести дух.

Он остановился у фонтана, лениво глядя, как струи воды формируют мерцающие узоры, и задрал голову к небу.

– Эх, свежий воздух, – пробормотал он себе под нос. – Хорошо-то как.

Его покой прервал чей-то быстрый шаг. Мальчишка с эмблемой второкурсника подошел и спросил:

– Тодд Эрвуд? Вам записка.

Тодд скривился, оглядев мальчишку.

– Мне здесь никто не пишет письма. Хотя… ладно, давай раз уже принес. Только подожди. Сам сломай печать.

Второкурсник замешкался, но выполнил просьбу. Взрыва не последовало, в записке явно не было скрыто никакого проклятия.

– Ладно, давай сюда, – Тодд наклонился и выхватил записку. – Я бы дал тебе монетку, но не дам. Проваливай.

Беглым взглядом он изучил содержимое. Настроение сразу улучшилась. Он узнал почерк Ларены. Многого она не писала, но предлагала встретиться и поболтать.

На лицо Тодда заползла победная улыбка. День становился все лучше и лучше.

***

Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая заснеженные вершины гор и башни Академии в мягкие розовые и золотистые тона. За пределами массивных стен, защищённых древними рунами, начиналась совсем другая жизнь – тишина и спокойствие природы. Здесь не слышно было шума студентов или звуков магических тренировок. Тодд и Ларена шли по аллее, вдоль которой росли деревья и кустарники.

– Отличное место ты выбрала, – заметил Тодд, засунув руки в карманы и оглядываясь вокруг. – Прямо очень умиротворенно.

Ларена улыбнулась, её взгляд блуждал по теням, которые отбрасывали ветви.

– Здесь можно подумать, – тихо ответила она. – Или просто забыть обо всём.

– Ты, видимо, часто сюда приходишь?

– Иногда. Когда нужно побыть одной… или с кем-то, кто не задаёт лишних вопросов, – добавила она с лёгкой улыбкой, встретившись с его взглядом.

Они прошли ещё немного, молча, наслаждаясь редким моментом покоя. Тодд вдруг усмехнулся:

– Знаешь, а я уже почти освоился с этой вашей магией. Никогда бы не подумал, что судьба так пошутит надо мной…

– Ты удивил меня. Все эти экзамены, твой… прогресс. Если честно, я была уверена, что ты просто притворяешься, когда говорил, что решил измениться. Что это одна из твоих очередных уловок.

– Это я умею, – согласился Тодд. – Но не в этот раз.

Ларена остановилась и повернулась к нему. Её голос звучал твердо, но с ноткой искреннего восхищения:

– Я была неправа. Ты показал, что можешь больше, чем я думала. И… я хочу извиниться. Возможно, я ошибалась, когда думала, что люди не способны меняться. То, как ты взялся за магию, – это действительно достойно уважения. Ты доказал, что можешь быть серьёзным, и… блестяще сдал экзамены. Из тебя получится отличный маг, Тодд.

Тодд нахмурился, слегка склонив голову.

– Это комплимент?

– Возможно.

Они продолжили путь, пока аллея не вывела их к небольшой поляне с видом на далекие заснеженные вершины. Здесь Ларена остановилась, её взгляд стал задумчивым.

– Знаешь, – начала она, глядя перед собой. – За эти два года много чего произошло. После того, как мы… расстались, я не знала, что делать. Тогда мне казалось, что я осталась у разбитого корыта. Что жизнь окончена.

Тодд бросил на неё мимолётный взгляд, но ничего не сказал, позволив ей продолжить.

– Ты ведь тогда действительно разбил мне сердце, – её голос дрогнул, но она тут же взяла себя в руки. – Какое-то время я жила у родителей. Плакала, жалела себя. Ненавидела тебя, Тодд. Потом мой отец вернулся с какого-то приема и сказал, что в академию "Сияющий шпиль" ищут профессора по артефактологии. Он убедил меня подать заявление. И знаешь что? Меня приняли. С тех пор я здесь.

Она замолчала, оглядываясь на пейзаж вокруг. Её голос стал спокойнее, задумчивее:

– Конечно, это нельзя сравнить с той жизнью, которой мы жили. Насыщенной, полной приключений. Но, может, мне это больше и не нужно? Здесь всё спокойнее. Стабильнее. Я знаю, что будет завтра, через месяц, через год. Может, именно этого мне и не хватало.

Тодд молча слушал. Где-то в глубине души он ощущал чувство вины. Ведь он принес ей столько боли. Предал, а потом исчез. Если бы он мог вернуть все обратно.

– Мне не хватало наших с тобой разговоров, – произнес он.

– Мне тоже. Возможно когда-нибудь мы снова сможем стать друзьями.

– Только друзьями?

– Только друзьями, – твёрдо сказала она, хоть на мгновение ее взгляд задержался на нем дольше, чем следовало. – У меня сейчас есть Аль'Ремис. Он хороший человек. У нас много общего – от увлечений до исследований. С ним легко и спокойно. Не хочу это обсуждать. Лучше расскажи о себе. Чем занимался все это время?

– Был в армии. Чтобы скрыться от мести графа Регара.

– Да, граф был очень зол. Поначалу он думал, что мы с тобой в сговоре, но все улики говорили про то, что ты кинул всех, а не только его, и сбежал с артефактом. Как понимаю счастья и богатства твой поступок тебе не принес?

– Эм, нет. Они нашли меня. Избили до полусмерти. Пытались выведать, где сфера. Душили удавкой. А потом повесили на суку и уехали. Думали, дело сделано.

Ларена рассмеялась:

– На этом моменте я должна была испуганно ахнуть. Повесили? Как так? О боги. Но раз ты передо мной, то опять нашел способ чудесного спасения.

Тодд взглянул на нее, как будто оценивая, стоит ли выдумать какую-то драматическую историю. Но, пожав плечами, он сказал правду:

– Веревка лопнула. Упал на землю. Очнулся в грязи, но живой. Повезло, наверное.

Она молча смотрела на него. С легкой грустью. Через мгновение она мягко сказала:

– Ладно, Тодд. Мне уже нужно бежать. Спасибо, что согласился встретиться и поболтать. Мне важно было извиниться. Ты действительно… становишься лучше.

– Постой! Давай еще немного погуляем.

– Не могу, – она покачала головой. – У меня сегодня свидание с Реми. Будем ужинать в Мистхольме.

– Хоть не в “Туманном листе”? – криво усмехнулся Тодд. – А то я тоже буду там. Не хочу создавать неловкость.

– Нет, – Ларена улыбнулась. – В “Горном эхе”, бывал там?

Тодд покачал головой. Блестящая сдача экзамена принесла ему сто арканов, но этого хватило лишь для того, чтобы выйти из минусовой зоны. Повести девушку в культурное заведение он пока не мог. Да и не было кого вести… Вряд ли Ларена бы согласилась.

– Ты правда веришь, что он хороший человек? – неожиданно спросил он.

Ларена нахмурилась. Её голос был спокойным, но с ноткой настороженности.

– Ты о ком?

– О твоем Аль'Ремисе, – сказал Тодд, пытаясь заглянуть ей в глаза. – Что ты в нем нашла?

Ларена слегка приподняла бровь, ее шаги стали чуть быстрее.

– Он умный, добрый и внимательный. У нас много общего. Он понимает меня.

Тодд фыркнул, словно не веря ни единому слову.

– Умный, говоришь? Он чванливый. Заносчивый. И, если честно, мстительный. Я видел, как он ведет себя со студентами. Упивается властью.

Ларена резко остановилась и повернулась к Тодду, её глаза сверкнули недовольством.

– Ты судишь его, даже не зная. Возможно ты просто завидуешь, Тодд?

– Завидую? Завидую тому как он смотрит на людей сверху вниз? Да он ничем не лучше меня!

– Как минимум лучше тем, что ни разу меня не предавал! А еще – он не пишет любовные письма шестнадцатилетним девочкам!

– Это был не я! – запротестовал Тодд, краснея. – Там даже почерк не мой. Просто попросили передать письмо.

– Ну-ну…

– Эй, ты же сама знаешь, что я говорю правду.

– Знаю, но хотела чтобы ты вспомнил, как неприятны беспочвенные обвинения. Аль'Ремис тебя не любит, и у него есть на то причины. Например, ты… испортил ему мантию. Но почему ты его не любишь – для меня это загадка.

Тодд фыркнул, а Ларена не стала развивать тему. Она махнула ему рукой и пошла вперед, оставив его в одиночестве. Её шаги были быстрыми, а плечи напряженными. Тодд смотрел ей вслед, думая, что начало положено. Лед хоть немножко, но тронулся.

Теперь осталось лишь методично завоевывать ее доверие и ждать ошибки со стороны Аль'Ремиса.

– Хотя, одни у моря погоды ждут, а другие волны поднимают, – произнес Тодд и коварно ухмыльнулся.

***

Тодд уверенно шагал вниз по вымощенной камнем дороге, ведущей от академии к Мистхольму. Вокруг простирались склоны, поросшие высокими деревьями и густым кустарником. Порывы ветра доносили свежий аромат хвои и пение птиц.

После встречи с Лареной Тодд сразу решил отправиться на встречу с “Преступниками”. Ужин в замке решил пропустить. Подразумевалось что он бесплатно сможет набить брюхо трактирной едой.

Вход в "Туманный лист" был почти незаметен – табличка со стилизованным изображением листа висела под покатой крышей, а деревянная дверь выглядела так, будто ее не меняли со времен основания города.

Внутри правда все оказалось куда уютнее: мягкий свет ламп, обтянутых матовым стеклом, тепло от большого очага, запахи травяного чая и свежей выпечки. У Тодда заурчало в животе. Он прошел мимо занятых столов к трактирщику и представился. Сказал, что его здесь ждут.

Трактирщик кивнул. Он какое-то время разглядывал лицо Тодда, но не признал в нем героя Мистхольма. Лишь жестом пригласил следовать за собой.

“Как быстро забывается добро”, – подумал Тодд, идя по узкому коридору вглубь таверны.

Стоило хозяину открыть тяжелую деревянную дверь, как до Тодда донесся громкий шум голосов.

– Вот тут собрание вашей компании, – бросил трактирщик. – Удачи.

Комната оказалась небольшой, но уютной. Стены были украшены резными деревянными панелями, а вдоль них тянулись полки, уставленные старинными книгами да причудливыми кристаллами, искривляющими свет от свечей. В центре – массивный круглый стол, на котором стояли только чайники и чашки. Вокруг него – "Преступники".

Эскель сидела рядом с Виолеттой, стуча пальцами по столу и что-то шепча. Бешенный молча опирался на спинку стула, его взгляд был напряженным, как всегда. Мейнар, сидящий во главе, смотрел на всех, словно ожидая удобного момента для начала. Элрик вертел в руках магический кристалл, бросая мимолетные шутки, а Рикардо лениво смотрел в потолок.

– А вот и наш новоиспеченный пятикурсник, – протянула Эскель, прищурившись. – Опоздал, но пришел.

Тодд улыбнулся, садясь за стол. – Разве я мог пропустить бесплатную еду?

– Еды нет, – отрезала Виолетта. – Только чай.

Тодд разочарованно посмотрел на семикурсницу с темными кудрявыми волосами. В животе у него урчало. Желая запить свое разочарование, он схватил ближайший чайник, поднял его к губам и сделал большой глоток прямо из носика.

Почти сразу его глаза расширились, а голова закружилась.

– Что за… – начал он, но тут же закашлялся. – Что это за яд?

Мейнар, не поднимая взгляда, сдержанно ответил: – Это лучший чай в Мистхольме. Крепкий, чтобы пробудить мысли, а не аппетит. Кажется все собрались. Нат, организуй защиту.

Натаниэль Фаултон, специалист по пространственной магии, встал с кресла и начал колдовать заклинания тишины. Теперь, если кто-то попробует подслушать извне что происходит в этой комнате, он ничего не услышит.

Мейнар Дольор поднялся, его чёрные глаза пробежались по каждому из присутствующих. Говорить он начал медленно, его голос, как всегда, был холодным и ленивым.

– У нас появилась уникальная возможность. Благодаря нашему архимагу мы можем достать артефакт шестого уровня – Драконий меч.

Комната погрузилась в напряженное молчание. Даже Бешенный, обычно равнодушный ко всем разговорам, наклонился вперед.

– Это не просто реликвия, – продолжил Дольор. – Внутри заключена сила черного дракона. Этот меч поглощает магию вокруг себя. С ним владелец становиться неуловимой тенью – быстрым, как ветер, и невероятно выносливым. Но... – его голос стал тише, – есть и негативные эффекты. Как только разумное существо отпускает рукоять – тело умирает.

Повисла тишина. Тодд, сложив руки на груди, фыркнул:

– Звучит как отличный подарок для кого-нибудь, кто раздражает.

Он, конечно же, подумал про Аль`Ремиса.

– Это ключ, Тодд, – Мейнар улыбнулся. – Ключ к новой силе. Операция опасна, но я всё просчитал. Риск оправдан. Артефакт находится в Вольных баронствах, у одного из местных феодалов. Этот человек не имеет права владеть таким оружием – официально он не станет жаловаться. Но отдавать его добровольно тоже не будет.

Бешеный криво усмехнулся: – Значит, заберем.

– Да, но не всё так просто. У барона хорошая охрана, можно сказать целое войско. Ключ, чтобы добыть артефакт – его средний сын Рейнард, изобретатель и маг. Он одержим разгадать тайны меча. Насколько нам известно, он проводит исследования, собирая редкие ингредиенты, которые невозможно достать в свободной продаже. Наши люди уже вступили с ним в контакт.

Мейнар сделал паузу, поглядывая на своих приспешников. После продолжил:

– Драконий меч находится где-то в замке барона. Но точное местоположение неизвестно. Замок хорошо защищён, и нам придётся действовать скрытно. Для этого и нужен архимаг. Заклинание смены облика чрезвычайно сложное, но оно даст нам ключ к проникновению. Только ты, Тодд, сможешь поддерживать это заклинание достаточно долго.

Тодд откинулся на спинку стула, скрестив руки.

– И какой мне смысл во все это влезать? У меня занятия. Если я пропущу лекции, меня оштрафуют.

– Скоро каникулы в честь праздника зимнего солнца, – возразил Мейнар. – У нас будет достаточно времени.

Нат, сидящий в кресле, лениво поднял руку и вставил:

– Портал я открою. В прошлый раз промахнулся всего на две лиги. Но это расстояние можно пройти и пешком.

– А я не смогу поучаствовать, – вздохнула Эскель с грустью. – Праздники я всегда провожу с семьей.

Мейнар лишь кивнул, его голос звучал хладнокровно: – Это не важно. Много людей не требуется. Тодд, я, Каэл, Натаниэль. Остальные – по желанию.

Тодд, не торопясь, оперся локтями на стол, его взгляд скользнул по лицу Мейнара.

– На кой тебе артефакт, которым никто не может пользоваться? – лениво спросил он, но в голосе сквозил интерес.

Мейнар, не изменив выражения лица, медленно ответил: – Цель "Преступников" – собирать знания. Любые. Даже те, что прокляты или недоступны обычным людям.

Он сделал паузу, глядя прямо на Тодда.

– К тому же, у меня есть свои догадки, как решить проблему с мечом. Возможно, его сила – это не проклятие, а всего лишь недостаток, который можно обойти. Подумай сам, Тодд: обладать силой чёрного дракона… Разве это не стоит риска?

Тодд задумался, его мысли унеслись к тому, что он знал о черных драконах. Хуже тварей не придумаешь. Вживую он никогда их не встречал, но благодаря урокам знал, что в длину эти чудовища сравнимы с торговым кораблем, а размах их крыльев может достигать ста пятидесяти футов.

А еще они дышат огнём, почти не восприимчивы к магии, и убить такую тварь – задача, которая под силу лишь целой армии. К счастью, такие создания крайне редки и предпочитают держаться подальше от земель людей.

– Допустим, – Тодд почесал щетину. – Тебе – меч. А какова будет моя награда?

– Хочешь золота? – спокойно спросил Дольор.

– Не золота.

– Тогда что?

– Рад что ты спросил, – Тодд осклабился. – Если есть перо и пергамент, то самое время их достать. Список не длинный, но хочу чтобы все зафиксировали на бумаге.

***

Тодд вышел из "Туманного листа", подняв воротник мантии, чтобы защититься от прохладного вечернего ветра. На миг он задумался – возвращаться ли сразу в академию? Но его мысли были прерваны ароматами жаренного мяса и пряных трав.

– Вот это я понимаю – зов судьбы, – пробормотал он, улыбнувшись краем губ.

На его печатке красовался баланс: 11 арканов. Этого вполне хватит, чтобы побаловать себя чем-то вкусным.

Мистхольм выглядел удивительно ухоженным, несмотря на недавние разрушения, когда Тодд спасался от элементаля огня. Каменные мостовые блестели, а здания возвышались, будто их только что построили. Тодд помнил, как профессор Талион с кафедры трансмутации чертил в воздухе сложные глифы, преобразуя обломки разрушенных домов в новые стены. Заклинания позволили восстановить сгоревшие здания за полдня.

Тодд остановился возле уличного торговца едой. Его взгляд задержался на шашлыках, которые аппетитно шкворчали на углях. Мясо источало аромат специй, а сок стекал на огонь, поднимая дымок с соблазнительным запахом.

Он уже хотел было расплатиться, но его внимание привлекла вывеска на другом конце улицы. "Горное эхо". Он замер, вспомнив слова Ларены.

– Точно, – пробормотал он себе под нос. – Это здесь сегодня свидание у нее с этим индюком.

Тодд остался стоять на месте, продолжая смотреть на вывеску.

Любовь забавная штука. Вроде бы светлое чувство, но сколько бед она приносит. Кто-то борется за нее, словно за сокровище. А кто-то просто ждет, пока она сама упадет в руки. И всегда остается вопрос: насколько далеко ты готов зайти ради любви?

Взгляд Тодда стал задумчивым, почти философским. Кто-то пишет стихи, дарит цветы, смотрит со стороны и молчит, пока другой уходит с добычей. А кто-то... Ну, кто-то действует так, как позволяет его испорченность. Травля соперника, интриги, обман – почему бы и нет? Все методы хороши, пока цель достигается.

Тодд решил, что не может спокойно бездействовать. Ларена должна быть с ним! И она ему еще спасибо скажет за то, что он разлучил ее с этим Аль’Ремисом!

Идея пришла мгновенно. Он представил, как в зал врывается самая старая и уродливая проститутка, какую он только сможет отыскать. С ярко размалеванным лицом она подбежит к их столику и заголосит:

– Аль’Ремис! Где мои деньги за прошлый раз? Ты обещал заплатить, но я так ничего и не получила! Плати, извращенец!

Видение было настолько ярким, что Тодд расхохотался. Он представил, как Ларена в шоке вскакивает из-за стола, а Аль’Ремис краснеет и мямлит оправдания.

– Это то, что надо, – решил он.

Вдохновленный своим планом, Тодд тут же двинулся на охоту по узким улочкам, вглядываясь в каждую вывеску. Но вместо искомого он находил лишь лавки, трактиры и мастерские.

Он остановил прохожего – пожилого мужчину в длинном плаще. – Слушай, не подскажешь, где тут... э-э, заведение для взрослых? – спросил Тодд с нарочитой небрежностью.

Тот нахмурился, смерил Тодда взглядом и буркнул: – Это уважаемый город! Мы все семейные!

– Как же, – Тодд фыркнул. – Ладно, сам найду.

Но борделя найти так и не удалось. Это огорчало. Но сдаваться Тодд не собирался. На соседней улице он заметил дородную женщину средних лет, неспешно идущую по брусчатке. Её строгий серый плащ и платок делали её внешность как раз подходящей для его замысла.

– Простите, – он обворожительно улыбнулся, подойдя ближе. – Не хотели бы вы заработать немного... э-э... легких денег?

Женщина остановилась, нахмурилась и смерила его взглядом.

– Что вы сказали?

– Десять арканов за... э-э... небольшую услугу, – проговорил он, наклонился к ее уху и коротко изложил свой план.

Глаза женщины расширились, и она возмущенно заголосила, попутно пытаясь ударить Тодда сумкой.

– Ты за кого меня принимаешь?! На помощь!

Тодд отшатнулся, подняв руки.

– Ой, простите, я, наверное, ошибся… Это была шутка!

Тодд было уже совсем отчаялся, но предпринял еще несколько попыток. Все неудачные. Последней он пристал к женщине лет семидесяти, которая горбясь шла по улице.

– Добрый вечер, – начал он, догоняя ее со спины. – Простите за прямоту, но как вы относитесь к сексуальным утехам за деньги?

Женщина остановилась, удивленно оглянулась и смерила его взглядом.

– Эрвуд?!

– Ой, простите, профессор Гримс! Я не узнал вас! – выпалил Тодд, пятясь назад. – Хотел вас разыграть. У меня получилось?

– Чтобы я тебя больше не видела, Эрвуд! – рявкнула она, развернулась и решительно зашагала прочь.

Тодд вздохнул с облегчением, когда ее фигура скрылась за углом. После очередного фиаско ему пришлось признать, что его гениальную идею реализовать не получится. В Мистхольме попросту не было подходящих личностей.

Но там, где не сработал план А, всегда под рукой должен быть план Б.

Найдя алхимическую лавку с потемневшей от времени вывеской, на которой был изображен кристалл и склянка, Тодд толкнул дверь. Внутри воздух был пропитан ароматом сушеных трав и самых разных ингредиентов.

За прилавком стоял низкий мужчина в меховой шапке, который разглядывал Тодда с легким интересом.

– Чем могу помочь? – спросил он.

– Мне нужно зелье, – сказал Тодд, оглядывая полки с баночками и пузырьками. – Что-нибудь... с эффектом… как бы его лучше описать…

– Эффектом? Какого рода?

– Знаете, чтобы вызвать... неожиданную реакцию организма. Резкую и неконтролируемую, – ответил Тодд с хитрой улыбкой.

Продавец нахмурился, а затем, словно осознав, о чём речь, кивнул. Он достал с верхней полки пузырек с мутной жидкостью.

– Это очень сильный концентрат. Считается, что пару капель достаточно, чтобы... ускорить естественные процессы в организме. Вам сколько?

– Всю бутылку, – сказал Тодд уверенно, доставая печатку.

Продавец удивлённо поднял брови. – Всю? Вы уверены? Это опасно. Предостережения видели? Одна-две капли максимум.

– Не учи учёного, – отмахнулся Тодд.

Продавец вздохнул, покачал головой и аккуратно упаковал бутылочку в мешочек. Тодд вышел на улицу с заветным зельем в руках. Он сунул мешочек в карман и, насвистывая себе под нос, направился к таверне "Горное эхo".

Выглядело заведение именно так, как и должна выглядеть дорогая таверна. Высокие резные двери, витражные окна, из которых лился мягкий свет, и порог, выложенный отполированным камнем. У входа стояли два привратника в аккуратных черных плащах.

Тодд уверенно подошёл, но как только привратники окинули взглядом знаки отличия на его мантии, они преградили ему путь.

– Простите, вход студентам запрещен.

Тодд не стал тратить время на препирательства. Он молча показал золотой медальон архимага. Лица привратников моментально изменились.

– Прошу прощения, милорд, – сказал один из них, поспешно отступая в сторону.

– Не переживайте, я сам разберусь, – бросил Тодд и уверенно вошёл внутрь.

Зал таверны был просторным, с высокими потолками, украшенными резьбой в виде горных пейзажей. На стенах висели ковры с изображениями героев и сцен из мифов. В центре зала стояли массивные столы, на которых блестела посуда из серебра и стекла.

Атмосфера была уютной и одновременно роскошной. В воздухе витал аромат жареного мяса, пряных трав и дорогого вина. Посетители, одетые в богатые одежды, неторопливо беседовали, наслаждаясь изысканными блюдами. На некоторых столах стояли кубки с густым красным вином, рядом с которыми лежали тарелки с запеченными перепелками, фруктами и сырными ассорти.

Тодд незаметно скользнул вдоль стены, внимательно осматривая пространство. Его взгляд быстро нашел нужный стол. Ларена сидела напротив Аль’Ремиса, её лицо светилось от улыбки. Она что-то рассказывала, а он внимательно слушал, держа в руке бокал с золотистой жидкостью.

Тодд медленно двинулся вдоль зала, делая вид, что ищет свободное место. Остановившись у одного из дальних столиков, Тодд присел и сделал вид, что изучает меню. На самом деле он внимательно наблюдал за парой.

Аль’Ремис сделал глоток из своего бокала, затем положил вилку на тарелку с кусочком жареного мяса. Ларена взяла бокал с вином, что-то сказала, и оба рассмеялись.

Тодд покачал головой.

“Ладно, индюк. Ужин скоро станет для тебя незабываемым”.

Под столом его пальцы нарисовали формулу заклинания звука и вибрации. Теперь он слышал каждое слово, словно сидел прямо за их столиком.

– Ларена, я просто хочу, чтобы ты думала о будущем, – мягко, но настойчиво говорил Аль’Ремис. Его тон был учтивым, но в нём явно чувствовался подтекст. – Тебе нужно больше времени уделять исследованиям и научным работам. Они могут открыть тебе столько дверей! Твое имя должно быть на слуху.

Ларена подняла на него глаза, в её взгляде появилась тень раздражения. – Почему это так важно? Чтобы тебе не было стыдно за то, что ты встречаешься с обычной девушкой? Не из древнего рода?

Аль’Ремис слегка побледнел, его взгляд метнулся к бокалу. – Это не так, – сказал он после короткой паузы. – Я горжусь тобой. Ты... ты лучше многих из тех, кого я знаю.

– Но? – холодно спросила Ларена, приподняв бровь.

Он отложил вилку, переплел пальцы рук, пытаясь найти слова. – Я хочу, чтобы ты была моей женой. Но... моя семья... они не примут наш брак, если у тебя не будет определенных регалий.

Ларена замерла, ее лицо стало непроницаемым. – Значит, я должна работать над тем, чтобы впечатлить твоих родственников, так?

Аль’Ремис опустил глаза, очевидно, его задели её слова, но он не стал ничего отрицать.

– Я просто хочу, чтобы у нас всё получилось.

Тодд слушал и кипел от гнева. Этот мерзкий индюк решил повести Ларену под венец?! Ну уж нет! Только через его, Тодда, труп!

– Добрый вечер, милорд, могу принять ваш заказ? – слуга вежливо наклонился к нему, ожидая.

Тодд вздрогнул, на мгновение потеряв самообладание. – Ой... эм, кажется, живот скрутило. Где у вас... э-э... удобная комната?

Слуга слегка нахмурился, но тут же указал в сторону коридора. – Слева, в конце зала.

– Спасибо, – бросил Тодд, поднимаясь и отворачивая лицо, чтобы никто его не узнал.

Он поспешно направился в указанную сторону, стараясь выглядеть максимально естественно, но при этом не привлекая внимания. Сердце стучало быстрее обычного, но он знал, что скоро Аль’Ремис будет наказан. Это поднимало настроение.

Тодд закрыл за собой дверь уборной, привалившись к стене. Его мысли носились вихрем, пока он пытался придумать идеальный способ подлить проносное своему врагу.

“Как это сделать? – думал он, кусая губу. – Подойти прямо к их столу? Нет, слишком рискованно. Они сразу меня узнают”.

Он вздохнул, глядя в зеркало на стене.

“Может, дождаться момента, когда Аль’Ремис отойдет от стола? Но он выглядит слишком прилипчивым, ни на шаг от Ларены не отходит. Да и она догадается, что я как-то замешан, когда ему поплохеет”.

Тодд нахмурился, потирая подбородок.

“А если договориться со слугой?”. Тоже не вариант. У него осталось всего пара арканов и вряд ли местный персонал согласится травить заместителя ректора за столь незначительную сумму.

Нет, всё это ерунда. Нужно что-то другое. Что-то... нестандартное!

Выходя из уборной, Тодд увидел, как один из слуг зашел на кухню с подносом. Его взгляд задержался на приоткрытой двери, откуда доносились звуки грохота кастрюль и приглушённые голоса.

“Кухня? Хм... Это вариант”.

Он прищурился, вспоминая, что Аль’Ремис пил золотистое вино. Возможно, "Солнце Запада". Если он сможет найти эту бутылку, всё станет гораздо проще.

– Ладно, – пробормотал он, проверяя пузырек с зельем во внутреннем кармане.

Тодд скользнул на кухню, стараясь не привлекать к себе внимания. Он пошёл в сторону, где копошились слуги, двигаясь быстро и уверенно, словно он один из них.

Кухня оказалась огромной. Здесь кипела жизнь: повара суетились у котлов, резали овощи, раскладывали блюда. Гул голосов и звон посуды создавали идеальный фон, чтобы остаться незамеченным.

Тодд сделал вид, что ищет что-то на полках, затем его взгляд упал на огромный котел в центре. Из него поднимался пар, а запах бульона сводил с ума.

Он наклонился над котлом, глубоко вдохнув аромат. – Вкусно, зараза, – пробормотал он.

В этот момент из его внутреннего кармана выпал пузырек и с тихим плеском утонул в супе.

– Грива минотавра! – выдохнул Тодд.

Тодд замер, глядя на котёл с ужасом. Что же он наделал?!

Понимая, что время работает против него, Тодд поспешно покинул кухню, а затем и таверну, стараясь сохранить невозмутимый вид. Но стоило ему оказаться на улице, как сердце забилось быстрее.

Весь суп теперь испорчен. Вряд ли Аль’Ремис с Лареной отравятся, ведь они здесь уже давно, а суп подают первым блюдом. Но остальные гости…

Тодд почесал в затылке, размышляя как можно все исправить. Предупредить всех? Но тогда у него самого будут огромные проблемы. Тем более это всего лишь зелье для чистки желудка. От этого еще никто не умирал.

Тодд вздохнул и с грустью констатировал факт: – План провален. Напыщенный индюк сегодня наказан не будет.

С этими мыслями он направился обратно в академию, успокаивая себя тем, что, по крайней мере, Ларена не пострадает.

А вот остальные гости "Горного эха" наверняка запомнят этот вечер надолго.

Глава 12 Прыжок через границы

Тодд проснулся в своей крошечной комнате, которая больше напоминала кладовку: низкий потолок, голые каменные стены, ни одного окна. Единственным украшением был его медальон, который он на ночь вешал на гвоздь. Потянувшись, он зевнул и подумал, что пора идти на завтрак

Пробравшись через коридоры к столовой, он сел за общий деревянный стол и молча ел, слушая разговоры соседей. Завтрак, как всегда, был простой – тарелка каши, чашка бульона и ломоть вчерашнего хлеба. Всё бесплатно, но и вкуса – как у подошвы.

– Слышали что вчера случилось в “Горном эхе”? – услышал он чужой разговор.

– Нет. А что?

– Не знаю. Но все видели как владельца таверны утаскивали солдаты, а он кричал, что ни в чем не виноват…

Тодд напрягся, но внешне остался невозмутимым, лениво жуя хлеб.

После завтрака он направился на занятия по магической теории. Однако, придя в аудиторию, он обнаружил студентов, сидящих без дела. Кто-то сказал, что профессор Лорета Грейвуд заболела.

Шепот в аудитории усиливался.

– Ты слышал? Половина преподавателей в лазарете.

– Трактирщика арестовали. Говорят это он всех отравил.

– К счастью, никто не погиб. Сейчас идет разбирательство.

Сердце Тодда забилось быстрее. Он чувствовал, как капли пота скатываются по спине.

"Вот дерьмо", – подумал он. Если найдут пузырёк в котле, а аптекарь расскажет, кто заходил за проносным, то последствия не заставят себя ждать.

Сидеть на лекции без профессора не имело смысла, и Тодд вышел в коридор. Может, пойти к аптекарю и убедить его молчать? Нет, так он только привлечет лишнее внимание.

Тодд вздохнул и сел на скамью в тихом уголке, разглядывая мозаичное окно. Капрал Бумми любил повторять: “Если дерьмо уже случилось, то чего суетиться? Пускай все идет своим чередом. Сам не нервничай – других пусть трясёт".

После того как половина преподавателей оказалась в лазарете, занятия почти полностью отменили. Студенты расхаживали по академии, обсуждая последние слухи. Тодд старался не показывать вида, но его забавляли разговоры, которые он подслушивал.

Ученики придумали историю про неуловимого мстителя, которого профессора завалили на экзамене и он явился им отомстить. В глазах учащихся этот мститель был настоящим героем. Что Тодду, конечно же, льстило.

От нечего делать он двинулся в сторону озера Отражений. Именно здесь состоялась его дуэль с братом Айрис, где он вышел победителем. Поверхность воды была гладкой, как зеркало, отражая идеально чистое небо и яркие тени горных вершин. Вокруг озера, пользуясь редким погожим днём, гуляли студенты. Кто-то сидел на траве с книгой, кто-то оживленно болтал, а парочка младшекурсников устроила мини-дуэль подальше от людей, чтобы случайно не задеть кого-то.

Здесь же Тодд заметил знакомое лицо. Одного из “преступников”. Натаниэля Фаултона – семикурсника с талантом к пространственной магии. Тот стоял в тени старого дуба у самого края воды, сосредоточенно проводя пальцами в воздухе. Светлые волосы юноши торчали в разные стороны, а тонкие черты лица были сосредоточены на чём-то сложном и явно утомительном.

– Если это твоя попытка создать портал, то выглядит так себе, – сказал Тодд, подходя ближе.

Нат вздрогнул, его рука опустилась, и только что появившаяся слабая рябь в воздухе тут же исчезла. Он повернул голову, посмотрел на Тодда равнодушным взглядом и снова взял травинку в рот.

– Если ты пришел действовать мне на нервы, то лучше сразу уходи. Я тренируюсь.

– Да брось, я просто умираю со скуки. А тут смотрю – ты что-то колдуешь. Думаю дай подойду поздороваюсь…

Натаниэль вздохнул, явно понимая, что от Тодда просто так не избавиться. Он вытер пот со лба и сказал:

– Ладно, если хочешь, то оставайся. Но не мешай.

Тодд уселся на большой камень, скрестив ноги, и жестом показал, что Нат может возвращаться к тому, что делал раньше.

Натаниэль сосредоточенно рисовал пальцами сложные символы в воздухе. Татуировка на его шее периодически вспыхивала серебристым светом. Тодд знал, что некоторые маги наносят руны прямо себе на кожу, чтобы облегчить заклинательство, но особого преимущества это не давало.

Тодд никому об этом не рассказывал, но до истории с фениксом у него у самого была татуировка. Сердечко на правой ягодице, которое в шутку набили ему сослуживцы, когда он пьяный отрубился в трактире. К счастью эта татуировка сгорела, а новых он набивать себе не планировал.

– Слушай, ты это вообще контролируешь? Или сейчас взорвемся?

Нат тихо вздохнул, бросил на него раздраженный взгляд.

– Открыть портал – это не просто. Это заклинание пятого уровня, понимаешь? Максимальная сложность. Его даже далеко не все взрослые маги осваивают.

Тодд пожал плечами, а Нат продолжал:

– Чтобы портал открылся, нужно учесть десятки параметров, – он вытянул руку, очерчивая в воздухе круг. – Заклинание состоит из множества формул. Их может быть от 48 до 96 в зависимости от сложности. Каждая отвечает за что-то своё: начальная точка, конечная, расстояние, время, стабильность магического потока. А теперь представь, что все эти параметры взаимозависимы. Ошибешься в чем-то одном – и всё рушится.

– Звучит как лекция по магии, – Тодд зевнул. – Давай проще.

– Проще? – Нат фыркнул. – Это как рассчитать запуск снаряда катапульты, которая должна метнуть тебя на другой конец мира, но не в стену, а точно в дверь.

– А если ошибешься в расчетах? – спросил Тодд, подавшись вперёд.

– Если повезёт, портал просто не откроется, – Нат говорил спокойно, но в голосе чувствовалось напряжение. – А если не повезёт… последствия могут быть куда хуже. Взрыв самого портала. Или открытие прохода в место, где человеку не выжить. Внутрь горы, например. Или под воду. Или, что совсем плохо, туда, – Нат посмотрел наверх.

– В небо?

– Выше. В пустоту. Ты ведь понимаешь, что мир не стоит на месте?

– Ну… допустим. И что?

– Мир движется, всё движется. Мы мчимся по небесному своду быстрее, чем может лететь стрела.

– И?

– Если ты не рассчитаешь, где именно будет планета, – Нат щелкнул пальцами, – то портал может открыться в пустоте среди звезд. А там, поверь мне, тебе понравится недолго. Именно поэтому все это так сложно.

Натаниэль, закончив объяснение, стал пробовать снова. На этот раз круг перед ним чуть окреп, а пространство за порталом стало чётче. Он хмыкнул, смахнул пот со лба и бросил на Тодда короткий взгляд.

– Вот так это делается. Сложно, но возможно, если у тебя есть мозги.

Тодд лениво улыбнулся, но внутри вдруг ощутил странный интерес. Пространственная магия казалась ему одной из самых полезных в арсенале волшебников. Порталы открывали целый мир возможностей.

Тепло магического артефакта отозвалось в его пальцах. Дух архимага Ар`Дарха соприкоснулся с его сознанием, и мир вокруг изменился.

Цвета стали ярче, линии – четче, звуки – глубже. Каждый запах, каждый порыв ветра ощущались почти болезненно. Ар`Дарх оценивал окружающее пространство с утонченной изысканностью, а вместе с этим – и самого Тодда.

“Ты выглядишь, как варвар, – отозвался голос архимага в его голове. – Мятая одежда, этот запах… Мужиковатость вместо изысканных ароматов. Тошнотворно!”

Тодд поморщился, ощутив, как Ар`Дарх буквально давит на него своим презрением.

“Да что ты вообще понимаешь? Это практично”, – подумал Тодд, хотя сам почувствовал странное желание умыться, переодеться, напудриться и даже побриться.

Усилием воли Тодд отпихнул архимага в сторону и начал копаться в его памяти. Перед глазами, как звезды на ночном небе, мелькнуло множество сложных формул. Тодд моргнул и понял, что одна из них словно зовет его. Он поднял палец и начал чертить в воздухе символы – медленно, неосознанно, но с уверенностью, будто всегда это умел.

Натаниэль перестал жевать травинку и уставился на него с открытым ртом. Символы оставались в воздухе, словно огненный след.

– Ты… Что ты делаешь?

– Погоди, – только и ответил Тодд. Формулы будто складывались сами собой, линия за линией. Руки двигались с идеальной точностью, словно это был давно разученный танец.

Через несколько минут воздух перед ним дрогнул, завибрировал и начал складываться в знакомую рябь портала. За ним проступило изображение туманной долины, окруженной лесами.

Нат сделал шаг назад, его глаза были полны удивления. – Ты… открыл портал?

Тодд выпрямился, отряхнул руки и посмотрел на сияющий круг. В его глазах зажегся огонек авантюризма.

– Ну что, пойдём проверим, куда он ведёт?

– Ты не понимаешь, что делаешь! – воскликнул Нат, но Тодд его не слушал.

С лёгкой ухмылкой на губах он шагнул вперед, ощущая, как энергия портала окутывает его тело. Момент, когда он пересек границу, напоминал удар ледяной воды – одновременно захватывающий и пугающий. Но это было неважно. Тодд любил риск.

Портал за его спиной завибрировал, оставив ошарашенного Натаниэля в одиночестве.

***

Тодд шагнул через портал, и его сразу обволок густой аромат хвои и влажной земли. Вокруг тянулись стройные деревья, их кроны переплетались так плотно, что сквозь них с трудом пробивался солнечный свет. Под ногами лежал ковёр из опавших иголок, мягкий и чуть пружинистый. Лес казался бескрайним, но стоило Тодду развернуться, как он понял, что это не лес, а парк.

Из-за зелени появились широкие дорожки, выложенные светлым камнем. Вдоль них стояли изящные фонари. По обе стороны дорожек располагались ухоженные клумбы с ирисами, розами и глицинией.

И вот, за очередным изгибом дорожки, показалось имение. Особняк Ар`Дарха фон Эренхарта возвышался над парком, словно сам был его частью. Здание из темного мрамора с золотыми вставками казалось больше дворцом, чем домом. Высокие арочные окна, резные балконы, колонны, украшающие главный вход – всё это выглядело монументально и торжественно. От особняка веяло мощью, внушающей трепет.

Тодд остановился, оценивающе рассматривая здание. Где-то глубоко внутри, в самом уголке сознания, он почувствовал недовольство. Дух архимага роптал внутри медальона. Ему не нравилось вторжение незваного гостя в его дом.

Тодд двигался бесшумно, прячась в тени. Слуги мелькали то здесь, то там, унося куда-то корзины с цветами или инструменты для ухода за парком. Входная дверь, массивная и украшенная золотыми пластинами, оказалась слегка приоткрытой. Тодд скользнул внутрь, стараясь не привлекать внимания.

Холл внутри оказался еще более впечатляющим, чем фасад. Высокие потолки, сводчатые арки, мраморный пол, на котором отражались светильники – все здесь кричало о богатстве. На стенах висели картины, изображающие сцены из жизни самого Ар`Дарха от его юных лет до становления архимагом.

Тодд двигался быстро, уверенно ориентируясь благодаря воспоминаниям медальона. Он слышал шаги слуг, голоса где-то вдалеке, но старался держаться подальше от основных коридоров.

На лестнице, ведущей к верхним этажам, путь ему преградили два голема. Высокие, с массивными телами из обсидиана, они замерли, загораживая проход. Тодд остановился, прищурился и почувствовал, как внутри него шевельнулось что-то древнее и мощное. Аура архимага, связанная с медальоном, едва уловимо вспыхнула. Големы, заметив это, медленно разошлись в стороны, признавая хозяина.

"Отлично", – подумал Тодд, подавив внутреннее волнение. Он чувствовал сопротивление архимага – тот явно не хотел, чтобы в его доме шарили не совсем честные руки, – но Тодд сосредоточился и заставил себя двигаться дальше.

Кабинет был просторным. Центральное место занимал массивный стол из чёрного дерева. Большое окно за столом выходило на парк, а свет через витражное стекло падал разноцветными бликами.

Тодд подошёл к стене за столом, где висела картина с изображением Ар`Дарха и Ар`Кайрона в обнимку. Воспоминания говорили, что за ней находится тайник.

– Что ж, попробуем, – тихо сказал он.

Проведя рукой вдоль края рамы, он нащупал скрытый механизм. Щелчок – и картина плавно отъехала в сторону, открывая нишу, выложенную магическими символами. Тодд внимательно осмотрел их, позволив памяти архимага подсказать, как отключить защиту.

Магия отозвалась слабым теплом, руны потухли, и он аккуратно открыл тайник. Внутри лежала стопка писем, аккуратно перевязанных лентой, несколько пергаментов с печатями и ящичек с золотыми монетами и алмазами. Тодд усмехнулся, перекладывая золото в карманы своей мантии.

Он знал, что основные сокровища находятся в подвале. Целые сундуки и стеллажи с монетами, драгоценными камнями и магическими артефактами. Но охрана там была куда серьезней. Да и сам Ар`Дарх всячески пробовал отнять у него контроль над телом. Тодду даже пришлось сцепить зубы и дать себе пару мощных пощечин.

Со звенящими карманами Тодд принялся открывать новый портал. На этот раз в место, где архимаг никогда не бывал, но где очень часто гостил сам Тодд.

Портал получилось открыть далеко не сразу. На это ушло около получаса, но все же перед Тоддом возник светящийся овал и он шагнул в него. Мгновение – и он на пшеничном поле.

Поначалу он подумал, что ошибся координатами, но, повертев головой перед ним открылся знакомый вид. Это был Линденхолл – город его молодости. Впереди раскинулись небольшие домики с черепичными крышами. Узкие улочки из светлого камня змеились между уютными дворами, а у некоторых домов дым поднимался из труб, добавляя пейзажу тепла. На центральной площади высилась старая башня зачарователей, символ города.

– Дом, милый дом. Надеюсь, ты скучал по мне.

Тодд осел в Линденхолле, когда вышел из тюрьмы за пиратство. Здесь он снимал небольшую комнатку и подряжался на любую работу в качестве наемника. Жил бедно, но счастливо.

Первым делом он направился в трактир "Старая Ветвь". Заведение не изменилось: тот же запах дешёвого эля, тот же облупившийся знак над входом. Внутри было полно людей: ремесленники, маги, торговцы, случайные путники.

Тодд вошёл с широкой улыбкой, резко бросив на стойку сразу горсть золотых монет.

– Всех угощаю! Хозяин, тащи всем лучшего пива, самого крепкого вина и всё, что готовите на кухне!

Толпа сначала в молчании смотрела на него. Такого тут раньше не бывало. Хозяин трактира склонился над монетами, попробовал одну из них на зуб и со словами “сию секунду, милорд!” поспешил выполнять заказ.

Этот вечер жители Линденхолла запомнили надолго. Годами они пересказывали эту легенду. Люди, прознавшие, что в “Старой Ветви” наливают бесплатно – стали стекаться к трактиру толпами. Тодд не жалел денег: столы ломились от еды, кружки непрерывно наполнялись, вино лилось рекой. Люди веселились, песни разносились по всему трактиру, а сам Тодд пел громче всех, расшвыривая монеты, словно зерно на посеве.

– Эй! Кто ещё не пьёт? – кричал он, хлопая по столу. – Налейте этому бедняге!

В трактире царила такая атмосфера, что казалось, будто само здание вибрирует от веселья.

Через пару часов на пороге явился мэр со стражниками.

– Что здесь происходит? – грозно спросил мэр, оглядывая разгоряченную толпу.

Тодд, сидя на столе и держа в руке кружку, рассмеялся.

– А что, не видно? Веселье! – Он поднял кружку, разлил половину содержимого и подбросил ещё горсть золотых монет к потолку. – Угощайтесь, господа стражники! Жизнь коротка, а золото – пыль!

Мэр нахмурился, но, увидев сверкающие монеты, начал расслабляться.

– Это… весьма щедро, – пробормотал он.

– Щедрость – моё второе имя! – громко заявил Тодд. – А теперь, раз уж вы здесь, позовите лучших девиц в городе. Объявляю конкурс танцев!

Мэр колебался, но монеты в его кармане сделали своё дело. Через какое-то время в трактир начали заходить молодые девушки, которых тут же окружали восторженные гости. Музыка заиграла громче, и вскоре они уже танцевали на столах, веселя собравшихся.

К полуночи Тодд окончательно стал героем для жителей. Его имя скандировали, а он, уже изрядно пьяный, бросал деньги направо и налево. Девицы с хохотом осыпали его лепестками цветов, принесенных из чьего-то сада.

– Ещё! Праздник только начинается! – кричал Тодд, обнимая сразу двух девушек.

Но где-то к середине ночи силы начали покидать его, и он, шатаясь, поднялся в номер наверху. За право провести такого щедрого мецената передрались сразу шестеро девушек.

– Какой день! – пробормотал Тодд, со счастливой улыбкой. – Когда-то я буду так жить постоянно!

***

Тодд открыл глаза, и утренний свет, пробивавшийся через тяжёлые занавески, заставил его прищуриться. Голова гудела, но проснулся он явно не в канаве. Возле него, под смятыми простынями, спали две девушки. И что удивительно, обе были не просто хорошенькими, а прямо-таки красивыми.

Он протянул руку, чтобы отодвинуть прядь волос с лица одной из них, и подумал: “Ну надо же. Обычно после таких попоек на утро обнаруживаешь рядом нечто, что даже орка напугает”.

Тодд привалился на подушку, сцепив руки за головой, и немного полюбовался видом. Он закрыл глаза, пытаясь собрать в голове вчерашний вечер. Сначала было мутно, но потом яркие образы начали складываться в одну картину: золото, музыка, танцы, девицы. Трактир гудел, словно улей. Тодд тихо засмеялся.

– Да, гулянка что надо. Спасибо Ар`Дарху за финансирование! Надо будет придумать как добраться в его подвалы.

Он ожидал, что медальон недовольно завибрирует, но ничего не ощутил. Когда началась попойка, то архимага словно выключили.

– Ха, видно, при жизни ты был слабеньким к выпивке, старый ты извращенец.

Он громко рассмеялся, откинул простыню и поднялся с кровати. Девицы только что-то пробормотали во сне, но не проснулись.

Надев штаны и рубашку, Тодд подошёл к столу и взял медальон в руку. Решив, что пора возвращаться в академию, он попытался открыть портал. Сложил пальцы, чтобы начертить формулу, сосредоточился, но ничего не произошло.

– Ну же, давай, не подводи, – пробормотал он, пытаясь снова.

Тишина. Ни ряби в воздухе, ни магического тепла в руке. Он вдруг понял, что вообще не ощущает магического потока.

– Грива минотавра, – выругался он, бросив медальон на стол. – Похоже я вчера перепил.

Он помнил, что отсрочка от смертного приговора переставала действовать, если он сбежит или его исключат из академии. Поэтому следовало вернутся, пока его никто не хватился. У него слишком удачно все складывалось, чтобы рисковать.

Да, он потерпит. Покорпит над книгами, обучиться разным фокусам, и когда станет настоящим магом – заживет жизнью своей мечты. Спешить некуда.

Тодд провел рукой по лицу и начал спускаться вниз. Общий зал трактира был завален спящими людьми. На столе Тодд увидел бутылку вина и прополоскал рот. Сплюнул, попав какому-то бородачу на сапоги, а после сделал пару больших глотков.

Выйдя из трактира, он направился к магической гильдии Линденхолла. Внешне здание выглядело скромно: трехэтажная башня с облупившейся краской и выцветшим гербом. Но внутри всегда можно было найти магов на любой вкус.

Он вошёл, и первое, что увидел, был невысокий мужчина в темно-синей мантии. Маг лениво листал книгу за стойкой, но поднял взгляд, как только Тодд подошёл.

– Мне нужен портал в Мистхольм, – сказал Тодд, выудив из кармана последнюю золотую монету, которая завалялась в карманах.

Маг хмыкнул, взял монету и кивнул. Через несколько минут в небольшом зале гильдии открылся рябящий круг портала, ведущий в академию.

– Вот ваш проход, – сказал маг с ленивой улыбкой.

Тодд, бросив на него короткий взгляд, шагнул в портал. Он чувствовал себя побитым, без магии и с пустыми карманами, но абсолютно удовлетворенным.

***

Тодд шагал по утренним улицам Мистхольма, потирая шею и мечтая только об одном – добраться до своей комнатушки и провалиться в сон. Ему было плевать, что уже утро и нужно идти на занятия. Сейчас он чувствовал себя, мягко говоря, уставшим.

– Ладно, Тодд, главное – пережить этот день, – буркнул он.

Академия выглядела внушительно, как всегда, но ему было всё равно. Пройдя через главный двор, он, не оглядываясь, двинулся к своему общежитию. Едва открыв дверь своей крошечной комнатушки, Тодд замер. Свет едва пробивался из коридора, и сперва он не понял, что изменилось. Затем его взгляд упал на кровать.

Там что-то лежало.

– Отлично. Наверное, крысы научились пользоваться постелью, – фырнул он, прикрыв дверь и начертив короткое заклинание света.

Яркая сфера осветила комнату. На его кровати аккуратной стопкой лежали вещи, которые определенно не принадлежали ему. Печатки других студентов, на каждой – баланс, выгравированный магией: 40 арканов, 270 арканов, 521 аркан, 91 аркан. Рядом – магические амулеты, пару флаконов редких зелий и несколько книг в дорогом переплете.

– Ну ни хрена себе, – тихо выдохнул Тодд.

Он понял всё мгновенно. Это была подстава.

Он сорвал простыню с кровати и начал скидывать туда чужие вещи. Печатки громко звякнули, ударившись друг о друга, зелья чуть не разбились. Он запихивал всё как попало, не заботясь о том, чтобы складывать аккуратно.

Он выскочил из своей комнаты, стараясь не шуметь. Простыня с чужими вещами болталась у него на плече. От всего этого стоило избавиться как можно скорее. Но стоило ему выйти в коридор, как раздался звонкий голос:

– Ага! Попался!

Тодд резко остановился, как будто его окатили ледяной водой. Там, где ещё секунду назад было пусто, теперь стоял Рейнар фон Валем, староста общежития, при полном параде. В светло-голубых глазах читалось злорадство.

– Показывай что там! – крикнул Рейнар.

– Щас, как же, – буркнул Тодд и рванул в противоположную сторону, пытаясь придумать, как выкрутиться из этой ситуации.

Но только он успел пробежать десять шагов, как из лестничной площадки шагнул внушительный силуэт.

– Стоять! – глухо произнёс Ардан Крэйвен, комендант кампуса. – Остановись, Эрвуд. Немедленно!

Тодд машинально сглотнул, чувствуя, как по спине пробегает холодок. В принципе если разогнаться, то он может проскочить Крэйвена, но…

– А что это у вас в простыне, господин Эрвуд?

Ленивый, насмешливый голос заставил его вздрогнуть. Из-за угла вышел Аль’Ремис де Клавьер, заместитель ректора. Его безупречно уложенные черные волосы, идеальная мантия и легкий изгиб губ выдавали в нем человека, который наслаждается каждым мгновением происходящего.

Тодд остановился, чувствуя, как в груди нарастает злость. Как он умудрился так вляпаться? Это же его стихия – устраивать подставы, а не попадать в них!

Он бросил взгляд на лица троих своих заклятых врагов. Сговорились, разбойники! Честную душу хотят погубить! Староста выглядел как ребёнок, только что получивший долгожданную игрушку. Ардан стоял ледяной и непоколебимый. Аль’Ремис сиял гадливой улыбкой, предвкушая предстоящую экзекуцию.

Тодд огляделся, оценивая ситуацию. С одной стороны коридора – Рейнар фон Валем. С другой – Ардан Крэйвен, чья холодная фигура напоминала каменного голема, преграждающего путь. А где-то сбоку, как змея в засаде, лениво двигался Аль’Ремис де Клавьер.

Обложили со всех сторон!

Заметив окно, Тодд рванул к нему, намереваясь разбить стекло своим телом и выпрыгнуть наружу. Какой там этаж? Ай, не важно!

На полпути пространство вокруг него дрогнуло. Воздух наполнился мягким золотистым светом, и Тодд вдруг почувствовал, как его ноги отрываются от земли.

– Что за… – успел вымолвить он, когда его тело повисло в воздухе. Простыня с вещами так же взлетела, вращаясь рядом с ним.

Сзади раздался насмешливый голос Аль’Ремиса:

– Ах, студент Эрвуд. Вы действительно думали, что сможете так просто сбежать?

Тодд беспомощно замотал ногами, но ни он, ни простыня не сдвинулись с места. Заклинание левитации держало его в воздухе, как рыбу в невидимом сачке.

– Спустите меня, – огрызнулся Тодд.

Комендант Ардан Крэйвен медленно подошёл ближе. Его тяжёлый взгляд остановился на простыне, которую он развернул. Оттуда выплыли чужие вещи, все еще подверженные левитации.

Рейнар фон Валем картинно ахнул и прижал руку к груди, будто увидел что-то невыносимо шокирующее.

– Это же... пропавшие вещи студентов! – с неподдельным восторгом воскликнул он. – И магические амулеты! И печатки! Тодд Эрвуд! Кто бы мог подумать!

Тодд скривился, чувствуя, как кровь закипает от этого спектакля.

– Ага, конечно, кто бы мог подумать, – буркнул он, но его слова остались без внимания.

Аль’Ремис, медленно приблизившись, встал напротив Тодда. Его серые глаза светились удовлетворением, а на губах играла змеиная улыбка.

– Так-так, – начал он, сложив руки за спиной. – Вот вы и попались с поличным, Эрвуд. Доказательства налицо, – он кивнул на парящие в воздухе вещи. – Воровство – тягчайшее нарушение наших правил! Наконец-то, вас исключат из академии!

Он на мгновение сделал паузу, наслаждаясь моментом, а затем продолжил:

– Вчера был не очень хороший день, но знаете, сегодня он – замечательный. Спасибо вам за это, Эрвуд.

Тодд сжал зубы, повиснув в воздухе и мысленно проклиная всех троих. Он видел, как в глазах Рейнара и Аль’Ремиса пылал триумф. А коменданту Крэйвену было все равно.

"Ладно, Тодд, – подумал он. – Это ещё не конец. Они думают, что я сдамся? Пусть думают дальше!”.

***

Тодд стоял перед огромным столом в кабинете ректора. В высоком кресле сидела Ар’Элия де Лавель – женщина, чья строгая грация и пронзительный взгляд могли заставить любого студента сжаться под их тяжестью. Ее янтарные глаза, сейчас сверкающие гневом, буквально пронзали Тодда.

– Невероятно! – сказала она, отодвинув на край стола отчет о случившемся. – Воровство – одно из самых тяжких преступлений в стенах Академии! Это недопустимо! Здесь может быть только одно наказание – исключение!

Тодд поднял руки в знак протеста.

– Это не я! – возразил он, стараясь выглядеть максимально жалким. – Меня подставили! Я даже не знаю, откуда эти вещи взялись в моей комнате!

Его голос звучал жалобно, но он чувствовал, что его игра ни на кого не действует.

– Подставили? – с сарказмом повторила Ар’Элия. – Господин Эрвуд, ваши оправдания звучат неубедительно.

Рядом с ректором стояли трое. Комендант Ардан Крэйвен мрачно молчал, сложив руки на груди. Рейнар фон Валем старался выглядеть возмущенным, а Аль’Ремис де Клавьер излучал ленивое самодовольство.

– Мы поймали его с поличным, – начал староста, бросив на Тодда презрительный взгляд. – Эти вещи лежали у него в комнате. Мы видели собственными глазами как он вышел из комнаты с ворованными вещами.

– Все верно, – добавил Аль’Ремис, прищурившись. – Ситуацию сложно трактовать как-то иначе.

Тодд фыркнул.

– Ага, конечно. Тогда у меня вопрос: а что все вы втроем одновременно делали возле моей комнаты?

Рейнар не моргнув глазом ответил:

– Я там живу, если вы забыли.

– А я там работаю, – сказал Крэйвен, голосом напоминающим далекий рокот грома.

– А я, – с ленивой улыбкой добавил Аль’Ремис, – просто проходил мимо.

Тодд на секунду замер, едва удерживаясь от язвительного комментария.

Ар’Элия де Лавель встала из-за стола

– Довольно, – твёрдо сказала она. – Всё предельно ясно. Воровство – это преступление, которому нет места в Академии. Вы будете исключены, студент Эрвуд. Без всяких вариантов.

Тодд открыл рот, чтобы возразить, но ректор подняла руку, требуя тишины.

– Однако мы должны соблюдать процедуру. Ваши недавние успехи на экзаменах впечатлили многих архимагов. Исключить вас задним числом, без дисциплинарной комиссии, было бы неправильно.

Она скрестила руки на груди и взглянула на Тодда с долей презрения.

– Поэтому через два дня будет проведено официальное разбирательство. Дисциплинарная комиссия быстро разберет факты и вынесет решение.

Тодд почувствовал, как внутри всё сжимается. Ее слова прозвучали безапелляционно. Она уже все решила, понял он, а комиссия это так, формальность.

Ар’Элия продолжила:

– С этого момента вы отстраняетесь от всех занятий. Вам запрещается покидать территорию Академии.

Лицо Тодда покраснело от возмущения.

– Это несправедливо! – воскликнул он, сделав шаг вперёд. – Вы же понимаете, что меня подставили! Вы обязаны разобраться в моём деле, докопаться до сути!

Ар’Элия прищурилась, ее голос остался холодным и спокойным.

– Вы обвиняетесь в тяжком проступке. Доказательства против вас убедительны. Ваши возмущения не меняют сути дела.

– Но вы не понимаете! Меня просто хотят убрать! – почти выкрикнул Тодд, чувствуя, как внутри закипает отчаяние. – Меня же казнят!

Ректор смерила его долгим взглядом.

– Наверное об этом нужно было думать до того, как воровать вещи других студентов!

***

Тодд стоял в своей спальне. Перед ним была голая стена, а руки чувствовали знакомую вибрацию магического потока. Его дыхание участилось, ладони вспотели.

– Ладно, Тодд, – пробормотал он, концентрируясь на медальоне. – Давай, это просто. Ты уже делал это.

Он закрыл глаза и начал чертить в воздухе магические формулы. Сначала всё шло гладко – линии светились мягким золотистым светом, окружая его руки. Пространство перед ним дрогнуло, будто воздух начал плавиться, но в последний момент всё рухнуло. Линии вспыхнули и исчезли, оставив после себя неприятный запах гари.

– Грива минотавра! – воскликнул Тодд, ударив кулаком по стене.

Медальон на груди остался холодным и безмолвным. Ни поддержки, ни подсказок от Ар`Дарха он не чувствовал. Магические потоки будто игнорировали его.

Это была уже седьмая попытка. Тодд не собирался просто так ждать, когда его отдадут боевым магам после исключения. У него уже получалось открыть портал и нужно это сделать снова. Сбежать и зажить славной жизнью в бегах. Да, на него объявят охоту, но лучше так, чем просто сдаться.

Аль`Ремис устроил ему хорошую ловушку. Тодд оценил. Он слишком расслабился и как-то не подумал, что кто-то может быть таким же подлым, как и он сам. Обыграли всухую.

Целый день Тодд ходил по академии, как буря. Его плечи были напряжены, кулаки сжимались при каждом шаге, а взгляд обещал проблемы любому, кто посмеет встать у него на пути.

В одном из коридоров его встретила группа третьекурсников – тех самых, которые всегда отличались острыми языками и потешались над ним.

– Гляньте-ка, это не тот самый воришка? – прошептал один из них, но достаточно громко, чтобы Тодд услышал.

– Да, точно он, – добавил другой с ухмылкой. – Ужасно, что приходится делить крышу с такими, как он. Питер, у тебя же постоянно пропадают грязные носки. Думаешь это он?

Они захихикали. Тодд остановился, повернувшись в их сторону, его лицо застыло.

– Повторите-ка, что вы сказали? – его голос звучал тихо, но в нём чувствовалась опасность.

Один из студентов, высокий и тощий, усмехнулся.

– Мы ничего такого…

Но договорить он не успел. Тодд рванул к ним с такой скоростью, что они не успели даже разбежаться.

– Ах вы мелкие грызуны! – рявкнул он, схватив первого за воротник. Тот взвизгнул, но вскоре получил удар в живот, который заставил его замолчать.

Двое других попытались убежать, но Тодд был быстрее. Второй рухнул на пол после резкого удара под колено, а третий не успел увернуться от мощного толчка в плечо, отлетев к стене.

– Нравится смеяться? – осклабился Тодд, поднимая одного за воротник. – Почему же сейчас ты не веселишься?

Третьекурсники были в шоке, испуганно отводя глаза. Один даже начал плакать. Тодд отпустил их, напоследок дав каждому подсрачник.

– Бегите, пока я не передумал.

Они поспешно исчезли за углом, оставляя его одного в пустом коридоре. Один из них что-то лепетал про то, что все расскажет профессорам, но Тодду было все равно. Его и так исключают.

Ближе к ночи Тодд не мог заставить себя вернуться в свою комнату. Он не хотел снова чувствовать, как стены давят на него, и знать, что за каждой дверью есть кто-то, кто его презирает.

Ноги привели его во внутренний двор, где мягкий лунный свет освещал скамейки и дорожки. Воздух был прохладным, а листья деревьев шуршали под лёгким ветерком. Он сел на одну из скамеек, глядя на мерцающий фонтан в центре.

– Проклятая академия, – пробормотал он, обхватив голову руками. Внутри него росло чувство пустоты.

Тодд просидел там, наблюдая за звёздами, пока глаза не начали закрываться. Усталость наконец взяла своё, и он уснул прямо на скамейке, едва прикрывшись мантией.

Эта ночь была самой тяжелой за долгое время, и он чувствовал, что впереди будет только хуже.

Приснился Тодду Ар`Дарх фон Эренхарт собственной персоной. Высокий, в белоснежной мантии, он двигался по коридорам академии с грацией хищника. Его движения были спокойными, но в них чувствовалась сила.

Ар`Дарх прошел через мост, соединяющий здания академии. Каждый его шаг казался эхом в ночной тишине. Он миновал сад, ухоженный и величественный, и остановился возле Башни наставников.

Это был комплекс преподавательских апартаментов, расположенный на небольшом возвышении, откуда открывался вид на главную башню Академии. Здание из светлого камня с резными окнами и балконами выглядело строго и роскошно одновременно.

Вокруг здания не было видно ни единой души.

Ар`Дарх беспрепятственно вошел внутрь, прошел через холл, поднялся по лестнице и остановился у одной из дверей. Замок на двери был покрыт гравировками, светящимися тускло-голубым светом – стандартная магическая защита. Но это не могло остановить архимага. Он начал чертить в воздухе рунические символы и замок щелкнул, открываясь.

Внутри было темно, лишь лунный свет лился через занавески. Комната была обставлена изысканно: дорогая мебель, маленькая библиотека, кресло у окна с видом на сад, и стол, на котором лежали свитки, чернила и перья.

Как только Ар`Дарх вошёл в комнату, дверь за ним захлопнулась с тихим щелчком. На кровати кто-то зашевелился, а затем в тусклом лунном свете появилось заспанное лицо Аль’Ремиса. Зам ректора вскочил, откинув одеяло, его лицо было перекошено сначала от испуга, а потом от ярости.

– Ты! – завопил Аль’Ремис.

Его ночная сорочка выглядела нелепо и не вязалась с образом самодовольного манипулятора. Но это не помешало ему тут же пустить молнию прямо в сторону Ар`Дарх. Яркая вспышка пронзила воздух, разрывая тишину комнаты.

Но архимаг был быстрее. Медальон на груди вспыхнул, и вокруг него поднялся защитный барьер, поглотивший удар.

Воздух в комнате загустел, потемнел, а затем рванул вперед вихрем силы, отбросив Аль’Ремиса к стене. Тот вскрикнул, но не успел оправиться – второй разряд оплел его руки магическими цепями, словно из воздуха возникли ледяные змеи.

Аль’Ремис, потеряв равновесие, упал на колени. Его лицо было бледным, а глаза метались в поисках спасения.

Ар`Дарх шагнул к нему и наклонился. Его фигура казалась громадной, подавляющей. Он протянул руку и с силой схватил Аль’Ремиса за горло. Тот хрипел и задыхался. Архимаг наклонился к его уху и что-то заговорил. Тихо, с угрозой.

Голова Аль’Ремиса безвольно болталась, лицо начало краснеть, а затем покрываться синеватым оттенком. Наконец, почувствовав, что жизнь Аль’Ремиса на исходе, Ар`Дарх разжал руку. Тот рухнул на пол, кашляя и жадно глотая воздух.

– Ты понял все, что я сказал?

Аль’Ремис всхлипывал, его слезы текли по щекам, а голос дрожал.

– Простите… пожалуйста… Я был неправ…

Он внезапно наклонился, цепляясь за сапоги Ар`Дарха, и начал целовать их.

– Я прошу… умоляю… такого больше не повториться!

Ар`Дарх с презрением посмотрел на него, как на мелкое насекомое, развернулся и ушел.

Тодд резко открыл глаза, его сердце бешено стучало. Он тяжело выдохнул, чувствуя, как мышцы всё ещё напряжены.

– Сон… – пробормотал он, прикрыв лицо рукой. – Но хвост гарпии, какой приятный!

Он снова откинулся на скамейке, глядя на звёзды, но сон больше не шёл. В голове снова и снова прокручивалась сцена, где его исключают.

Это случится уже завтра.

Глава 13 Пленник медальона

Кабинет, где должна была состояться дисциплинарная комиссия, находился на шестом этаже главного замка. Это была удушливая комната с массивными деревянными столами, уставленными стопками пергаментов и полусгоревшими свечами. Стены украшали слегка покосившиеся портреты магов.

Тодд окинул взглядом собравшихся.

Конечно же в центре стола – Ар’Элия де Лавель – строгая, как глыба мрамора. Рядом стоял комендант Ардан Крэйвен – сам по себе жуткий тип. Возле него – два незнакомых боевых мага и еще один, явно из дисциплинарного совета. Их Тодд видел впервые.

Ну и вишенкой на торте возвышался Рейнар фон Валем, излучающий самодовольство и пафос.

Ректор холодно постучала пальцем по столу, призывая к тишине: – Начнем. Сегодня мы здесь, чтобы утвердить исключение студента пятого курса Тодда Эрвуда. Думаю много времени нам не понадобиться.

Её голос звучал словно отдалённый раскат грома.

Рейнар тут же встал и заговорил с наигранной страстью:

– Всё началось с жалоб на пропажу личных вещей. Кто-то лишился своего амулета, кто-то – редкого зелья, кто-то печатки. Я зафиксировал все случаи – вот они.

Он развернул свиток, постучал по нему пальцем и продолжил:

– Это происходило раз за разом. И только в нашей части общежития. Мне, как старосте, пришлось начать расследование.

Рейнар сделал паузу, чтобы взглянуть на профессоров. Его глаза блестели от чувства собственной важности.

– Я не хотел никого обвинять без улик, однако все знают, что прошлое данного студента, – он указал на Тодда, – было омрачено многими проступками. И подозрения все же в его сторону были. Поэтому я стал наблюдать. И однажды утром – я увидел как он крадется из своей комнаты с простыней за плечом. Это выглядело подозрительно. Я сразу понял: надо действовать.

Он расправил плечи, будто готовился нанести решающий удар.

– Я окликнул его, но он... начал убегать! Я кинулся за ним, зовя на помощь. И к моему счастью рядом оказался комендант Ардан Крэйвен, а также замректора Аль’Ремис де Клавьер. Вместе мы обездвижили преступника и нашли при нем украденные вещи. Вот так все и было.

Ректор повернулась к коменданту: – Ардан?

– Подтверждаю каждое слово.

Дверь в кабинет скрипнула, и вошёл Аль’Ремис де Клавьер. Обычно его появление сопровождалось аурой безупречности – идеально уложенные черные волосы, выглаженная мантия, лёгкий шлейф дорогого парфюма. Но сегодня всё было иначе. Волосы торчали в разные стороны, словно он недавно прошел через ураган, а мантия выглядела так, будто ее натягивали в спешке. На горле был завязан шарф, непривычный для него аксессуар.

– Прошу прощения за опоздание, – начал он, избегая встречаться глазами с кем либо. – Я… я неважно себя чувствовал.

Ректор, внимательно оглядев его с ног до головы, прищурилась:

– Аль’Ремис, мы уже начали. Но дело не сложное, нужно лишь соблюсти формальности. Дайте свои показания, мы их зафиксируем и на этом закончим.

Заместитель ректора замялся, бросив быстрый взгляд на Рейнара и Тодда. Он сглотнул, будто набираясь смелости, во взгляде читалась внутренняя борьба.

– Ситуация… не так однозначна, – наконец выдавил он. Его голос дрожал, что было крайне необычно для столь самоуверенного человека. – После того, что случилось, я… провёл собственное расследование.

Наступила мертвая тишина. Все смотрели на него с недоумением, будто он вдруг заговорил на языке драконов.

– И? – подтолкнула ректор.

– И есть высокие шансы полагать, – голос Аль’Ремиса едва слышно дрогнул, – что Тодда Эрвуда подставили.

В кабинете повисло молчание. Ректор подалась вперёд, её глаза сузились.

– Уж от кого-кого, а от вас, Аль’Ремис, я такого не ожидала.

Рейнар фон Валем стоял, будто в него плеснули ведро ледяной воды. Его лицо перекосилось от шока, он открыл рот, хотел было что-то сказать, но слова застряли где-то в горле.

Аль’Ремис снова сглотнул. Казалось, каждое слово дается ему с невероятным трудом.

– Тодд… не виноват, – медленно произнёс он, избегая взгляда ректора. – Скорее всего, это проделки его врагов.

– Врагов? – удивление в голосе ректора усилилось.

– Да, – быстро проговорил заместитель. – Рейнар фон Валем, прошу вас показать список тех, кто подавал жалобы.

Рейнар, замерев, словно марионетка с оборванными нитями, передал свиток Аль’Ремису. Тот развернул его, внимательно пробежал глазами по строчкам, а затем кивнул:

– Вот. Этих студентов нужно опросить. Я сам этим займусь. Лично. Виновные будут наказаны!

Он повернулся к ректору, его голос приобрёл решительность, которой до этого не было: – Боюсь, мы имеем дело с кощунственным подлогом!

На мгновение все застыли, переваривая услышанное.

Боевые маги и представитель дисциплинарной комиссии переглянулись, их лица выражали полное недоумение. Ректор нахмурилась, ее пальцы нервно застучали по столу. Рейнар, чья уверенность испарилась без следа, выглядел так, будто сейчас ему отрубят голову. Лишь комендант Крэйвен сохранял холодное безразличие.

Тодд же все это время не мог отвести взгляда от Аль’Ремиса. Казалось нужно ликовать, но предчувствие кричало об опасности. Что-то не так. Дела – плохи!

Ар’Элия вздохнула, скрестив руки на груди. Вдох получился тяжелым, она вдруг поняла насколько абсурдным получилось собрание.

– Ну… ладно. Раз так, то исключать пятикурсника Эрвуда не за что. Правильно я понимаю? Хотя если речь идет действительно о подлоге, то мы всё же исключим кого-то. После тщательного расследования.

Рейнар фон Валем напрягся, его спина словно примерзла к стулу. Он судорожно сглотнул, но не осмелился ничего сказать.

Ар’Элия перевела взгляд на представителя дисциплинарной комиссии: – Прошу прощения, зря только вас вызвали.

Тот махнул рукой, его лицо озарила легкая улыбка: – Ничего страшного, госпожа ректор. Я люблю “Сияющий шпиль”. Сам здесь учился двадцать лет назад. Знаете, обязательно загляну в "Горное эхо" перед возвращением. Отличное место.

– Таверна закрыта. – Закрыта? А что случилось?

Ар’Элия ответила коротко, но с такой интонацией, что дальнейшие расспросы показались бы неуместными: – Массовое отравление. Не важно. Тоже идет расследование.

Маг молча кивнул, его взгляд устремился в сторону. Ректор встала. Она обвела всех взглядом, давая понять, что на сегодня всё.

– Ну что ж, тогда предлагаю расходиться. Тодд Эрвуд – вы восстановлены во всех правах. Можете снова ходить на занятия.

Собрание закончилось. Ректор первой покинула кабинет, ее строгая походка подсказывала, что у неё ещё множество дел. Боевые маги и представитель дисциплинарной комиссии пошли следом, обсуждая что-то вполголоса.

Рейнар остался сидеть на месте, его лицо было маской унижения и растерянности.

Аль’Ремис выскочил из кабинета почти бегом, его мантия взметнулась, будто он готов был взлететь. Его шаги эхом отдавались в коридоре. Тодд, недолго думая, бросился за ним.

Заместитель ректора, явно заметив преследование, ускорился. Его движения стали резкими, почти судорожными. Он сворачивал из одного коридора в другой, но Тодд не отставал.

Наконец Аль’Ремис свернул в небольшой, плохо освещенный закуток, где мрак пожирал очертания пространства.

– Аль’Ремис, стойте.

Заместитель ректора вздрогнул и замер, словно пойманная жертва. Он медленно обернулся, его лицо было бледным, глаза бегали, как у затравленного зверя.

– Я… всё правильно сделал, милорд? – пролепетал он, избегая смотреть на Тодда, вместо этого он смотрел себе под ноги.

Тодд замер. Его худшие подозрения подтверждались. Но виду показывать нельзя. Нужно получить как можно больше информации о происходящем.

– Конечно, вы молодец.

Аль’Ремис нервно кивнул, будто ждал этого подтверждения больше, чем воздуха.

– Как шея? – спросил Тодд.

Аль’Ремис вздрогнул и прикоснулся к шарфу.

– Шея… нормально. Лучше…

Тодд сделал шаг вперед, сокращая расстояние. Его глаза прищурились.

– Дайте посмотреть.

Аль’Ремис помедлил, но все же подчинился. Его пальцы дрожали, когда он медленно разматывал ткань. Шея заместителя ректора была украшена темными синюшными следами – отчетливыми отпечатками пальцев.

Тодд уставился на эти метки, а после на свою ладонь. Совпадение один в один.

– Простите, милорд. Если бы я знал… если бы вы только сказали с самого начала. Я бы вёл себя совсем иначе...

Тодд слегка приподнял бровь, но молчал, позволяя Аль’Ремису продолжить.

– Но… это тело, – он скривился, словно говорил о чем-то отвратительном. – Тело этого человека… Тодда. Вы даже не представляете насколько это ужасный человек. Я понимаю, что вы выбрали его не специально в качестве сосуда, но я… рад, честно говоря, что скоро от него ничего не останется. Он еще слышит меня? Или его личность уже полностью растворилась и от нее ничего не осталось?

Внутри Тодда всё сжалось, но он не подал виду. Вместо этого он спокойно произнёс, добавляя нотку холодной уверенности: – Вы понимаете, что болтать об этом не следует?

Аль’Ремис кивнул, как послушный слуга, который только что заслужил похвалу.

– Конечно-конечно! Можете об этом даже не беспокоиться, милорд Ар`Дарх. Как я понял, ваша мать тоже ничего не знает. Аль’Элина фон Эренхарт велела сделать всё, чтобы этот… чтобы Тодд был исключен или… как она выразилась: подох.

Он отвел взгляд, будто опасался, что произнёс слишком много. Но быстро добавил, стараясь оправдаться:

– Это ведь я подложил тот артефакт с огненным элементалем. От него даже пепла не должно было остаться.

Тодд молчал, сердце его колотилось в груди, но он сохранил маску холодного спокойствия.

– Только Ар’Кайрон фон Лаймарк знал, верно? – продолжал Аль’Ремис. – Но со мной он ничего не обсуждал. Простите ещё раз, милорд.

– Не переживайте, – ответил Тодд нарочито ровным голосом. – Вы будете вознаграждены.

Глаза Аль’Ремиса заблестели, он поспешно кивнул:

– Я всегда был верен роду фон Эренхарт. Ваша мать это знает.

Тодд прищурился, сделав шаг ближе. Его голос стал холоднее, а слова – резче:

– Хотите дам рекомендацию? Если планируете возвыситься, стать когда-то архимагом и влиять на судьбы мира, то более тщательно выбирайте круг общения.

– Вы о чём, милорд?

– Я про ваши отношения, – Тодд сказал спокойно, но с нажимом. – Вы встречаетесь с обычной девушкой. Это недопустимо!

Аль’Ремис попытался защититься, его голос зазвучал жалобно, почти умоляюще: – Но она… она отличный человек. И у неё огромный потенциал! Я знаю, что она...

Тодд резко перебил его, придав голосу стальной оттенок: – Вы позорите чистокровные связи! Оставьте ее в покое, иначе вам никогда не оказаться там, где куется судьба мира.

Заместитель ректора застыл, его лицо выдало целую гамму эмоций – от грусти до подавленности. Он опустил голову, тяжело вздохнул и тихо произнёс: – Как пожелаете, милорд.

– И ещё... – Тодд достал из кармана печатку. – Мне надоело существовать впроголодь.

Аль’Ремис замер. Глаза расширились от осознания, и он мгновенно понял, что от него требуется.

– Конечно, милорд, конечно. Я… сделаю это прямо сейчас.

Он поднял палец и Тодд ощутил как печатка нагревается.

– Две тысячи арканов, – прошептал Аль’Ремис, будто боясь, что это число покажется недостаточным. – Но... прошу прощения за дерзость, милорд, у нас строгая отчётность. После того как все закончиться, нужно будет компенсировать сумму золотом в казну Академии.

Тодд ухмыльнулся, пряча печатку обратно в карман. – Уж не переживайте. Всё будет компенсировано. А теперь... можете идти.

Аль’Ремис поспешно поклонился и, все еще бормоча что-то невнятное, быстро удалился.

Тодд остался один в пустом коридоре. На него обрушилась волна тошноты, холодный пот выступил на лбу. Теперь ему все стало понятно. Откуда ноги растут у всей это истории. Почему его оставили в живых.

Он вспомнил тот день, когда повстречал раненного архимага в пылу сражения. Пальцы Ар’Дарха вцепились ему в кисть, а голова начала раскалываться, словно кто-то вторгался в его разум. Чисто на инстинкте, Тодд ударил архимага между глаз, отчего тот потерял сознание. Ритуал, который начал архимаг, так и остался незавершенным.

Но теперь все стало на свои места. Ублюдок хотел забрать его тело. Именно тогда появилась связь между Тоддом и медальоном. Ар`Кайрон фон Лаймарк, муженек покойного, понял что к чему, когда ему доложили, что медальон из раза в раз возвращается к Тодду. Именно поэтому он решил спасти его на суде. Чтобы…

Лицо Тодда осунулось. Он представил как Ар`Кайрон подбирается к нему сзади с хищной улыбкой. Тодд схватился за задницу и подскочил как ужаленный. Не бывать этому! Нужно придумать как прикончить их всех! Ох, он задаст трепку этим благородным!

Тодд поскреб щетину и двинулся прочь. Только один человек мог дать ему ответы. И его следовало отыскать как можно быстрее.

***

Тодд метался по Академии в поисках Мейнара, но того нигде не было. Лишь встретив Эксель у входа в библиотеку, ситуация немного прояснилась.

– Он в штабе, – сказала она. – Но я бы не советовала тебе соваться в Лес Времени в одиночку. Лучше подожди, когда туда пойдут Нат или Гаррет.

– Сам справлюсь, – фыркнул Тодд.

Времени не было. Поэтому он в одиночку направился на плато, где начинался лес и углубился в аномалию.

Лес встретил его гнетущей тишиной. Здесь деревья поднимались к самому небу, их переплетенные ветви заслоняли солнечный свет, оставляя тропу в полумраке. Корни вылезали наружу, сплетаясь под ногами, как хищные змеи, готовые подставить подножку.

Каждый его шаг отдавался эхом. Иногда он слышал какие-то шорохи. Иногда казалось, что за ним наблюдают чьи-то глаза. Иногда ветер шевелил листву так, что это напоминало шёпот.

Где-то вдалеке завыл волк. Или что похуже. Тодд остановился, прислушиваясь, но вскоре вой стих. Он продолжил путь, стараясь не сходить с узкой, извилистой тропы, которую с трудом различал в полумраке леса.

Через несколько часов блужданий деревья, наконец, начали расступаться, открывая небольшую поляну. В центре возвышался частокол – грубо отесанные бревна с заостренными вершинами, испещренные магическими рунами. Тодд забарабанил кулаком в тяжелые ворота и те открылись с натужным скрипом. Его пустил Лоран Брак.

Мейнар нашёлся в лаборатории, сидящим за массивным столом. Перед ним стояла высокая колба, в которой плавало черное сердце вампира. Дольор делал записи в журнале, судя по всему о ходе эксперимента.

– Кто-то хочет отнять моё тело, – начал Тодд без обиняков. – Надо твоя помощь!

Мейнар поднял бровь. Он отложил журнал, которым до этого увлеченно занимался, и скрестил пальцы домиком.

– Хм, – протянул он, слегка прищурившись. – Довольно любопытно. Такие заклинания действительно существуют. Я про них слышал.

– Я не просто так это сказал, – перебил Тодд. – Ар’Дарх фон Эренхарт! Архимаг. Он... он живёт в моём медальоне. И недавно полностью перехватил контроль над моим телом!

На этот раз Мейнар нахмурился, его чёрные глаза засверкали интересом.

– Когда это случилось?

– Позавчера ночью, – Тодд отвел взгляд, и рассказал лидеру “Преступников” все что он знал.

– Хм... – Мейнар задумался, его тон стал более серьёзным. – Здесь всё дело в вашей связи. Чем она сильнее – тем сильнее будет проявляться личность архимага. Пока ты магией не пользовался, он был заперт в медальоне, словно в темнице. Но как только начал... в его камере появились окна. А скоро появится и дверь.

– Яйца минотавра! И что же мне делать?

– Ну, вариантов не так много. Очевидно, что какая-то из личностей победит. Либо высокородный, образованный архимаг. Либо… ты. Вряд ли ваши личности смогут ужиться вместе.

– Тут согласен. Да и его муженек, этот Ар`Кайрон фон Лаймарк. Он явно все знает и хочет вернуть своего дружка обратно. Всячески мне помогал. Теперь я знаю почему.

Мейнар задумчиво провел пальцем по стеклянной колбе с черным сердцем.

– Ты также можешь прекратить использовать магию. Насовсем. Есть специальные зелья, которые подавляют магические способности. Но их нужно будет пить до конца своей жизни. Ежедневно.

– Ненадежно! – фыркнул Тодд. – Как мне прикончить этого архимага?

– Способы есть, – протянул Мейнар медленно, – но это чисто в теории. Мне бы тоже, знаешь ли, не хотелось, чтобы о моих планах знал архимаг. Ты – одно дело. А вот Ар’Дарх совсем другое. Могу… убить вас двоих прямо сейчас.

Повисла пауза. Тодд напрягся, глядя на Дольора. Тот был спокойным. Угрозы не было ни в его позе, ни в его взгляде. Но он не шутил. Предлагал.

– Ну уж нет! Не для того я прошел через все эти передряги, чтобы подохнуть! Нужно выманить этого Ар’Дарха и что-то с ним сделать! Ты же любитель всего запрещенного. Должен быть способ!

Мейнар Дольор долго смотрел на Тодда, словно взвешивал свое решение. Наконец он протянул руку к полке и вытащил тонкий изогнутый нож. Его движения были неторопливыми, почти торжественными.

– Я могу на время дать тебе оберег. С помощью магии крови. Будет больно.

Тодд нахмурился, но не дрогнул.

– Что мне нужно сделать?

Мейнар показал нож.

– Сиди тихо. И не дергайся.

Он подошёл ближе, взял руку Тодда и положил её на стол, пальцами вниз. Тодд заметил, как холодное лезвие блеснуло в свете магического кристалла.

– Что ты собираешься делать?

– Вырежу руну. Она создаст барьер, который защитит твои мысли и личность от посягательств извне. Пока она активна, архимаг не сможет завладеть твоим телом. Но... – Мейнар посмотрел на Тодда с едва заметной усмешкой, – ее придется обновлять каждый раз, когда рана будет заживать.

Тодд сглотнул, но сдержал свой страх.

– Ладно. Давай.

Мейнар наклонился к его предплечью. Он прошептал несколько слов на языке, которого Тодд не знал. Мурашки пробежали по спине. Затем нож коснулся кожи.

Боль была мгновенной и резкой, как удар молнии. Лезвие двигалось медленно, вырезая замысловатую руну. Кровь потекла по предплечью, капая на деревянный стол, но Мейнар, казалось, не обращал на это внимания.

– Хвост гарпии! – прохрипел Тодд.

– Терпи.

Когда руна была закончена, Мейнар отложил нож и полюбовался на свою работу.

– Теперь самое важное, – сказал он, открывая флакон. – Напитать заклинание силой.

Он зашептал слова заклинания и Тодд почувствовал, как кожа словно загорается изнутри. Боль стала такой, что он едва удержался от крика.

– Ты сжечь меня решил?!

– Магия крови не бывает безболезненной, – спокойно ответил Мейнар. – Зато эффективно.

Рана начала светиться, пульсируя в такт биению сердца Тодда. Боль была почти невыносимой, но постепенно начала стихать, оставляя после себя ощущение тяжести и странной пустоты.

– Всё, – наконец сказал Мейнар, отпуская его руку. – Пока эта руна активна, архимаг не сможет читать твои мысли или пытаться захватить тело. Но помни – через несколько дней рана начнет заживать, и придётся её обновить.

Тодд посмотрел на свою руку. Кровавая руна выглядела очень зловеще.

– Чудесно, – пробормотал он, тяжело дыша. – Просто идеально.

Мейнар хмыкнул, убирая нож.

– Не забывай, что магия крови – строго запрещена в человеческих землях. Если кто-то увидит руну – тебя ждут проблемы. Можешь перемотать бинтом, чтобы никто не видел.

– И как долго мне с ней ходить? Болит же зараза!

– Пока не придумаем как избавиться от архимага. У меня есть идеи, но для начала нам нужно добыть Драконий меч. Он пригодиться.

Тодд медленно натянул рукав мантии на рану, постоянно охая и ахая. Надо бы выпить бренди или что там есть у Лорана Брака.

– И еще, – заговорил Мейнар, когда Тодд уже встал, чтобы уйти. – Старайся не попадаться на глаза родным и близким Ар`Дарха. Из твоей истории мне стало понятно, что Аль’Ремис уже знает. И рано или поздно сообщит о том, что с ним случилось либо Ар`Кайрону, либо кому-то еще. Если им станет известно, что архимаг уже перехватывал твое тело, то для твоих врагов это будет сигнал.

– Что ты имеешь ввиду?

– Логичнее всего тебя похитить и изолировать, – пожал плечами Мейнар. – И под чутким присмотром помочь Ар`Дарху подавить твою личность.

***

Тодд шел по дорожке, устланной тонким слоем снега, который хрустел под сапогами. Воздух был наполнен ароматом хвои, благовоний и свежей выпечки. Академия сияла – буквально. Над крышами зданий парили светящиеся шары, вспыхивающие то синим, то золотым светом, а на площади перед замком кто-то явно потратил часы, создавая ледяные скульптуры со сложными узорами.

Всё кричало о празднике.

– Эй, осторожнее! – рявкнул Тодд, когда на него налетел какой-то студент, дуэлировавший иллюзиями со своими друзьями прямо посреди улицы.

Вокруг слышался смех, в воздухе витала радость. Только Тодд был чернее тучи.

Завтра наступали каникулы, а значит на занятия ходить больше не нужно. Для большинства учащихся это означало разъезд по домам. Тодд наблюдал как грузят чемоданы на телеги, как снуют слуги.

У него на каникулы также было запланировано кое-что. Похищение артефакта шестого уровня. Завтра он встречается с “преступниками” в Лесу Времени и отправляется на миссию. Тодду отводилась важная роль: с помощью иллюзии он должен накинуть на себя личину другого человека и втереться в доверие к сыну барона.

Вот только с магией у Тодда начались проблемы. С тех пор как Мейнар вырезал на его предплечье блокирующую руну, он не ощущал связи с медальоном. Точнее ощущал, но все вокруг было настолько хаотично, что Тодд не мог ни в чем разобраться. Тысячи формулы смешались и необходимо время, чтобы понять что к чему.

Если раньше Ар`Дарх делился с ним своей памятью, то сейчас Тодд остался один.

В Мистхольме так же царила праздничная суета. Город словно ожил: магические гирлянды, сверкающие золотым и серебряным, повисли над улицами, а на каждом шагу толкались люди – кто-то торговал, кто-то смеялся, кто-то пытался затянуть в танец прохожих.

Воздух был наполнен ароматами – пряности, горячий мед, жареная дичь. Горожане и студенты толпились у ярмарочных прилавков, где продавались магические игрушки, рунические амулеты и горячее вино.

Тодд лениво пробирался через толпу, задерживаясь у некоторых прилавков. Он покрутил в руках миниатюрный музыкальный шар, который играл мелодию при каждом повороте, хотел было купить его, но передумал. Настроения совсем не было.

Баланс арканов позволял купить себе все что он хочет. Но хотелось только горячего вина. До самого вечера он тынялся по городку, хлебая вино из кружки. Но захмелеть никак не получалось.

– Дерьмо, а не напиток, – фыркнул Тодд.

На центральной площади Мистхольма его нашел посыльный. Он держал в руках запечатанный конверт.

– Для вас. Его прислал кто-то важный.

Тодд взял письмо, не сказав ни слова. Сломал печать и достал лист дорогого пергамента. Текст был написан элегантным почерком, каждая буква кричала о педантизме и высокомерии автора.

"Тодд Эрвуд, приглашаю вас провести праздники Зимнего Солнца в моем имении. Будет возможность обсудить ваши успехи в магии и насладиться гостеприимством моей семьи. Две недели каникул – прекрасный повод для таких встреч. С нетерпением жду вашего ответа.

Ар’Кайрон фон Лаймарк"

Тодд уставился на письмо, чувствуя, как гнев смешивается со страхом. Это как раз то, о чем говорил Мейнар. Ему ни в коем случае нельзя пересекаться с архимагами. Особенно с Ар’Кайроном.

Письмо Тодд скомкал и бросил под ноги. После побрел в лавку артефактов. Стоило запастись полезными вещами перед опасной вылазкой в Вольные баронства. Потратить арканы на что-нибудь, что хотя бы раз спасет его шкуру

Тодд вошел в лавку. Над головой звякнул колокольчик. Лавка артефактов была тесным, переполненным пространством, где казалось, что каждый сантиметр использован для демонстрации магических диковинок. Полки вдоль стен ломились от амулетов, браслетов, колец и кулонов. На центральном столе были разложены кинжалы с гравировками, шкатулки с загадочными символами и кристаллы, пульсирующие внутренним сиянием. В воздухе пахло смесью старого дерева, трав и магического порошка.

Продавец, мужчина с бородой, которая больше походила на мох, оживился при виде нового клиента.

– С праздником вас!

– Ага, и тебя тоже.

– Ищете что-то конкретное или просто вдохновляетесь моим богатым ассортиментом?

– Показывай, что у тебя есть. Что-нибудь полезное, что может спасти жизнь.

Продавец радостно потер руки и достал с полки деревянную шкатулку. Внутри лежали кольца, сверкавшие разными оттенками.

– Это кольцо – для экстренных ситуаций. Один раз активируется при серьезной угрозе жизни. Выдерживает огненный шар среднего размера или хороший удар меча. Стоимость – 40 арканов. Простенько, но надежно.

Тодд нахмурился, взвешивая кольцо на ладони.

– Один раз, говоришь? А потом что, просто украшение?

– Совершенно верно, – кивнул продавец. – Но у меня есть варианты получше. Например, вот это. – Он достал кольцо с более сложными рунами. – Срабатывает три раза, но и стоит уже 200 арканов. Надежная вещь.

– Не плохо. Это беру. Что еще можешь предложить?

– Много чего. Позвольте…

И продавец активно начал предлагать Тодду самые разные артефакты. Какие-то были интересными, какие-то не очень. Кольцо легкости он бы купил, но оно смягчало падение только с трех ярдов. Бесполезно. Браслет чистоты ослабял эффекты ядов. Амулет зоркости позволял лучше видеть в темноте, и Тодд раскошелился на него. А амулет дыхания брать не стал. Нырять за сокровищами он не собирался.

– А это что? – спросил Тодд, кивая на стену, где висел меч в кожаных ножнах.

Продавец, заметив его интерес, широко улыбнулся и подошёл к стенду. Сняв меч, он положил его на прилавок.

– О, это меч из старой коллекции. Стоимость – 300 арканов. Не самая низкая цена, но за такие деньги вы получаете вечную заточку, лезвие, способное выдержать удары о камень, и, самое интересное, рукоять и баланс, которые подстраиваются под владельца.

Тодд провел рукой по ножнам, затем вынул меч. Лезвие сверкнуло серебристым блеском. Он сделал несколько пробных движений – действительно, рукоять удобно легла в руку, а меч казался идеально сбалансированным.

– Молодой человек умеет фехтовать?

Тодд посмотрел на него с прищуром, усмехнулся и убрал меч в ножны.

– Лучше, чем ты думаешь. Заворачивай.

Расплатившись, Тодд вышел из лавки. Новый меч висел на боку, а карманы были набиты защитными артефактами. Лучше подготовиться он все равно бы не смог, а потому пошел обратно в академию, приняв решение завалиться спать.

***

В Вольные баронства группа Мейнара должна была попасть через портал. А потому “преступники” терпеливо ждали, пока Натаниэль сосредоточенно выводил магические символы в воздухе. Его светлые волосы казались ещё более растрепанными на фоне тусклого свечения рунической татуировки на шее.

– Быстрее, – сказал Мейнар, сложив руки на груди. Его голос был спокоен, но в нем сквозило раздражение. – Мы не можем позволить себе задержек.

– Если хочешь, можешь сам попробовать, – огрызнулся Натаниэль, жуя спичку. – Порталы – не твоя специализация, помнишь?

Тодд сидел чуть в стороне, лениво перебирая камешки на земле. Чисто теоритически он мог бы открыть портал. Его даже попросили об этом, но заглянув внутрь медальона он моментально заблудился в тысячах формул. Пройдут годы прежде чем он освоиться и сможет колдовать так же мастерски, как делал это при поддержке Ар`Дарха.

Мейнар встал, выпрямился и обратился к группе:

– Слушайте внимательно. План меняется. У нас нет времени втираться в доверие к баронскому сынку. Наш архимаг, – он кивнул на Тодда, – сейчас, мягко говоря, не в лучшей форме. Вряд ли сможет поддерживать заклинание иллюзии хоть сколько-нибудь долго. Так что, вместо того чтобы медлить, мы возьмём артефакт штурмом. Гаррет, Тодд, Элрик и Бешеный идут с нами. Виола, Алина и остальные останутся здесь. Натаниэль тоже с нами, иначе не сможем вернутся обратно.

– То есть мы идем ломать всё, что видим? – пробасил Гаррет, постукивая по рукояти своего посоха.

– Именно, – коротко ответил Мейнар. – Но делаем это с умом. Артефакт должен быть у нас до того, как барон вызовет подкрепление. И план таков…

***

Портал раскрылся у края дороги, выплевывая "преступников" на утоптанную землю. Магический свет мгновенно угас, оставив после себя легкий запах серы и странный холод. На удивление Натаниэль справился отлично и они оказались именно там, где и планировали.

Баргхольд выглядел как типичный баронский городок. Город был обнесен крепостной стеной, за которой тянулись узкие улицы, мощенные неровными булыжниками. Дома, плотно прилегающие друг к другу, имели покатые крыши из красной черепицы, на которых мох и лишайники создавали зеленые узоры.

Люди на улицах двигались медленно, словно боясь привлечь лишнее внимание. Продавцы уставшими голосами зазывали покупателей к своим деревянным лавкам, где на простых прилавках лежали хлеб, мясо, ткани и кувшины с молоком.

Баргхольд в Тодде вызывал лишь ощущение бедности.

На вершине холма возвышался баронский замок – массивная каменная крепость, смотревшая на город как суровый надзиратель. Его высокие башни пронзали серое небо, а стены казались мощными и неприступными. От ворот вела широкая дорога, поднимающаяся серпантином через город. Замок был обнесен дополнительным рвом. На входе – массивные ворота с опущенной решеткой.

– Артефакт где-то там, – сказал Мейнар, кивнув на замок.

– Да уж очевидно, – пробурчал Тодд. – Но вот где именно?

– А вот это мы скоро узнаем. Пошли.

Их путь лежал за пределы Баргхольда. Здесь жизнь текла тише, чем в городе. Редкие дома, окруженные огородами и низкими каменными заборами, создавали впечатление сельской идиллии. Воздух был пропитан запахом сена, влажной земли и дыма из печей.

Хаты здесь были простыми – деревянные, с покатыми крышами из соломы. В садиках у некоторых виднелись клетки с курами, сараи с инструментом и повозки, припорошенные землёй. Мимо проходили крестьяне, не обращая на группу внимания, словно те были просто частью пейзажа. Это было заслугой Мейнара, который наложил заклинание отвода глаз.

– Магия простая, но эффективная. Никто не увидит, пока не начнём привлекать внимание.

Тодд оглядывался, держа руку на рукояти меча. Бешеный шёл впереди, его крупная фигура возвышалась над остальными. Гаррет с Элриком обменивались тихими репликами, а Натаниэль плелся в конце, явно выдохшись после открытия портала.

– Вот этот, – сказал Мейнар, указывая на невысокий дом с покосившимся забором. У калитки стояли бочки, а во дворе валялись колотые дрова.

Они зашли во двор, и Бешеный с грохотом выбил дверь в дом. С проворством вся группа ворвалась внутрь, переворачивая там все верх дном.

– Её здесь нет, – проговорил Тодд, оглядывая пустой дом. Небольшой очаг, деревянный стол с несколькими стульями, шкафы, забитые дешевыми вещами.

Его взгляд привлекло движение за окном. У калитки мелькнула женская фигура, которая тут же побежала в сторону леса.

– Она там! Быстрее!

Девушка, невысокая, с растрепанными темными волосами, бежала по узкой тропе, петляя между низкими заборами. Она держала подол своего платья, стараясь не споткнуться, но страх придавал ей скорости. Тодд бросился за ней, его сапоги глухо стучали по утоптанной земле.

– Ну давай, не усложняй! – выкрикнул он, но девушка только ускорилась.

Её дыхание становилось всё прерывистее. Тодд поймал момент, когда она замедлилась, и прыгнул вперед, сбивая её с ног. Оба упали на траву. Девушка закричала, извиваясь и пытаясь вырваться.

– Тише ты! – прошипел Тодд, крепко держа её за плечи.

Она ударила его по лицу, а он с силой прижал её к земле, пытаясь успокоить.

– Отпусти меня! Помогите! – кричала она, извиваясь под его хваткой.

К ним подбежал Мейнар. Его фигура выглядела угрожающей. Он склонился над Тоддом и девушкой, с тенью улыбки осмотрев пленницу.

– Отличная работа, – произнёс он, похлопав Тодда по плечу. – Вот эта красавица нам и нужна.

– И что теперь? – спросил Тодд, глядя на перекошенное от страха пленницы.

Мейнар выпрямился и огляделся, будто проверяя, нет ли свидетелей.

– Волоките ее обратно в дом. Будем ждать там.

***

В крестьянском доме было тихо, если не считать потрескивания огня в очаге и слабого скрипа верёвок, которыми была привязана пленница. Девушка сидела на старом стуле, во рту – кляп из грязной ткани. Ее глаза метались от одного "преступника" к другому – от гигантской фигуры Бешеного до Мейнара, который спокойно сидел за столом, что-то записывая на кусочке пергамента.

Тодд расположился в углу комнаты, облокотившись на стол. Его раздражал медальон на груди, который то нагревался, то остывал. Ощущение было неприятным, словно кто-то постоянно дышал ему в шею. Он взял медальон в руку.

– Что тебе ещё надо? – пробормотал Тодд.

Его взгляд упал на начищенный до блеска казан, стоящий у стены. Металлическая поверхность отражала комнату, но отражение искажалось. Внезапно Тодд вместо своего лица увидел отражение Ар’Дарха, архимага, запечатанного в медальоне.

“Тодд, что же ты делаешь? – раздался голос в его голове. – Почему ты помогаешь этим людям? Они собираются сотворить зло. Особенно – черный маг!”

Тодд нахмурился, и тихо пробормотал себе под нос:

– Ах, вот как? И это ты мне говоришь, паразит, который хочет забрать мое тело? Не смеши меня!

“Я хотел выжить, – спокойно ответил архимаг. Его голос был проникновенным, но не лишенным упрека. – Ты оказался рядом в момент моей слабости. Я умирал. Это казалось единственным выходом. Но нам не обязательно воевать. Мы можем прийти к компромиссу”.

– Какому ещё компромиссу? – хмыкнул Тодд, уставившись в отражение.

“Мы объединим наши личности, – произнёс Ар’Дарх, его глаза сверкнули. – Ты и я станем чем-то большим. Мои знания и сила и твой жизненный опыт – всё это соединится. Мы оба будем жить в одном теле”.

Тодд рассмеялся, но в его смехе была заметна нервозность.

– Ты серьёзно? Ты правда думаешь, что я соглашусь? Два человека в одном теле? Уж извини, но мое тело принадлежит только мне!

Ар’Дарх нахмурился, его выражение стало строже.

“Ещё не поздно, – настаивал он. – Эти люди – злодеи, они тащат тебя в пропасть. Я помогу тебе вырваться из этого хаоса. Вместе мы сможем всё”.

Тодд стиснул зубы, его раздражение достигло предела. Он резко поднялся и с силой ударил кулаком по казану. Тот звякнул, и отражение тут же исчезло, словно рассыпавшись осколками.

– Заткнись уже!

"Преступники" обернулись. Несколько мгновений они смотрели на него с удивлением, а кто-то даже с опасением.

– Ты чего, Тодд? – спросил Натаниэль, слегка прищурив глаза.

– Просто... комар.

Гаррет, находившийся у окна, фыркнул “какие комары зимой”, но почти сразу его лицо стало серьезным:

– Вижу всадника, – сказал он. – Это он.

– Отлично!

Мейнар поднялся со своего места. Его лицо исказила довольная ухмылка, от которой даже Бешеному стало не по себе.

В этот момент девушка, привязанная к стулу, начала дергаться сильнее. Её глаза, полные ужаса, устремились на окно. Она попыталась издать звук сквозь кляп, отчаянно мямля, но Бешенный, молча и безо всякого усилия, толкнул её голову назад и сильнее затолкал в рот тряпку.

Во дворе послышался стук копыт. Конь остановился у калитки, фыркнул и застыл. Всадник спешился – высокий, молодой человек с тонкими чертами лица, в богатой дорожной одежде. Его светлые волосы были растрепаны ветром, но это лишь добавляло ему обаяния. Он посмотрел на дом и, улыбнувшись, шагнул к двери.

Тодд стоял у стены, вооружившись черенком от старой мотыги, стоявшей у стены.

Дверь открылась, и мужчина вошёл внутрь, озаряя комнату своей улыбкой.

– Элиз, моя дорогая! – сказал он, его голос был полон волнения. – Твой рыцарь снова здесь. Ты бы знала, как я скучал...

Он замер, увидев девушку, привязанную к стулу, и остальных людей, внимательно следящих за ним.

– Элиз? Что здесь происходит?

Тодд, стоя за его спиной, без лишних церемоний треснул его по затылку черенком. Мужчина издал короткий звук и рухнул на пол, как мешок с зерном.

– Бить дворян – одно удовольствие, – ухмыльнулся Тодд, глядя на бессознательное тело.

Мейнар подошел ближе, глядя на сцену с выражением удовлетворения.

– Так-так. Именно он нам и нужен.

Глава 14 Тьма против тьмы

Пленник застонал, его голова дернулась, а взгляд медленно фокусировался на происходящем. Тусклый свет очага освещал комнату, где на него смотрели незнакомые, угрюмые лица. Попытка пошевелиться натолкнулась на тугие верёвки, которые прочно связывали его руки и ноги.

– Доброе утро, – насмешливо произнёс Мейнар, откинувшись на стуле рядом. Его голос звучал так спокойно, что становилось не по себе.

Пленник осмотрел комнату, взгляд остановился на девушке, привязанной к стулу.

– Элиз! – выкрикнул он, дернувшись, но веревки удержали его на месте. – Что вы с ней сделали, негодяи?!

Мейнар поднялся, медленно подошёл к нему и с язвительной улыбкой произнес:

– Пока еще ничего. Господа, хочу вам представить Арвина Лордейна, младшего сына барона Грегори Лордейна. Как в чудесных сказках, этот парень полюбил простую крестьянскую деву. И именно он поможет нам беспрепятственно попасть в замок.

Арвин с ненавистью посмотрел на Мейнара, его голос дрожал от ярости.

– Я не стану помогать вам! Что бы вы ни задумали, я никогда не предам свою семью!

Мейнар вздохнул и покачал головой. Затем поднял руку. На его ладони вспыхнуло черное пламя, чьи языки извивались, как живые. Он медленно подошёл к Элиз, чьё дыхание стало судорожным, глаза расширились от ужаса.

– Ты не понял. Это не просьба.

Он провёл рукой над её волосами, и те, едва коснувшись чёрного пламени, сначала поседели, затем иссохлись и обратились в прах. Девушка вскрикнула, ее тело начало дергаться в попытке вырваться.

– Остановись! – закричал Арвин, его голос сорвался на крик. – Ты... ты колдун? Что... что тебе нужно?

Мейнар повернулся к нему.

– Мне нужен артефакт, который вам не принадлежит. Артефакт, что находится в подземельях замка. Артефакт, чьи тайны не первый год пытается разгадать твой брат, Рейнард.

Арвин побледнел, его глаза забегали.

– Я... я не знаю, о чем ты говоришь.

– Конечно, знаешь, – прервал его Мейнар, присев на корточки перед пленником. – И ты проведёшь нас прямо к нему. Потому что если не проведёшь... – Он бросил взгляд на девушку. – Твоя Элиз будет умирать в жутких мучениях. Слово колдуна.

Арвин опустил голову, его плечи поникли. На несколько секунд в комнате наступила напряженная тишина, нарушаемая лишь треском огня.

– Хорошо, – наконец выдавил он, голос его был слабым. – Но если вы обманете меня…

– Мы никогда не обманываем, – усмехнулся Мейнар Дольор. – Поможешь – и вы оба останетесь живы.

***

“Преступники” двигалась через Баргхольд. Узкие улочки с мостовыми из неравномерно уложенного камня вели к вершине холма, где возвышался баронский замок. Дома стояли так близко друг к другу, что казалось, их крыши готовы соединиться, скрывая улицы в тени. Прохожие косились с подозрением на пришлых. Даже дети прекращали игры, разглядывая процессию.

Мейнар больше не использовал заклинание для отвода глаз. У каждого феодала были свои чародеи, и такую простую уловку заметил бы даже самый слабый из них.

Тодд шёл замыкая процессию, держа руки в карманах и притворяясь беззаботным, хотя его глаза постоянно скользили по сторонам. Перед ним шагали остальные: высокий и молчаливый Каэл Харрос, он же Бешеный. Нат, чья худощавая фигура и стальные глаза придавали ему вид хищника, притаившегося перед прыжком. И Мейнар Дольор, чьи темные глаза как будто впитывали свет.

В центре группы, словно в петле, плелся Арвин Лордейн. Его светлый плащ был слегка испачкан, но даже это не скрывало его статуса: дорогая ткань и вышитый герб кричали о принадлежности к знати. На лице юноши застыла смесь страха и гнева, но Тодд не давал ему слишком долго предаваться эмоциям.

– Шевелись, дружище, – Тодд в очередной раз легонько толкнул лорденыша в спину. – Ты же не хочешь, чтобы наши друзья плохо обращались с твоей Элиз?

Гаррет и Элрик остались с девушкой. Отчасти потому, что за ней действительно нужен был присмотр, отчасти от того, что группа и так уже выглядела подозрительно большой. План Мейнара был прост – добраться до подземелий, найти Драконий меч, выкрасть его и открыть портал, убегая.

Когда они приблизились к воротам замка, их остановил отряд стражников. Во главе стоял капитан – высокий мужчина с суровым лицом и обветренной кожей.

– Кто вы такие? – произнёс он, оглядывая всех подозрительным взглядом. Его рука уже лежала на рукояти меча. – А, прошу прощения. Милорд Арвин, я вас не узнал. Где ваш конь?

Тодд быстро оценил ситуацию. Его губы тронула фирменная усмешка, он заговорил раньше Арвина.

– Ах, капитан, – начал он с преувеличенной вежливостью, – На юного господина напали в лесу. Отняли лошадь, меч… едва не оставили без самого дорогого. Жизни! Мы, бродячие фокусники, пришли на помощь и спугнули бандитов. Проводили его сюда, чтобы он был в безопасности.

Капитан нахмурился, его взгляд остановился на Арвине.

– Это правда? – строго спросил он.

Тодд легонька ударил сына барона в спину кулаком.

– Правда ведь, лорд Арвин? – спросил он медовым голосом.

Пленник вскинул голову. Его взгляд метнулся от Тодда к капитану, затем к Мейнару, который не изменился в лице, но выглядел довольно жутко. Арвин вспомнил, что отказ не в его интересах.

– Да, – нехотя ответил юноша. – Напали. Их было трое. Вы ещё можете догнать их, капитан.

Стражники начали переглядываться, а капитан кивнул, принимая слова за чистую монету.

– Хорошо. Мы прочешем лес, – проговорил он, давая сигнал своим людям собраться. – А вы немедленно доложите об этом своему отцу!

Внутренний двор замка оказался просторным, но не лишенным суеты. Здесь царил упорядоченный хаос. У одной стены стояли ряды телег, загруженных провизией и оружием, рядом с ними суетились работники, проверяя содержимое. У другой стены раскинулся тренировочный плац, где несколько молодых оруженосцев оттачивали удары под пристальным взглядом рыцаря. Деревянные манекены были усеяны следами от мечей и копий.

По центру двора располагался колодец с простым, но крепким навесом, рядом с ним стояли две девушки, набирая воду в вёдра. Мейнар остановился, окинув взглядом двор. Его губы тронула зловещая ухмылка:

– Теперь веди нас в подземелье!

– Но… но я там сам никогда не был. Мой брат… Рейнард… он запретил туда соваться. Стражники нас даже не пропустят.

– Ты же лорд. Все будет хорошо. Веди.

В подземелья можно было попасть как изнутри самого замка, так и из внутреннего двора. Последний вариант казался более предпочтительным. С тыльном стороны донжона виднелся арочный вход, возле которого стоял одинокий стражник. Служивый хмуро посмотрел на приближающуюся процессию, но не успел поднять тревогу.

Мейнар прошептал несколько слов на древнем языке. Стражник замер, его взгляд затуманился, а затем он неспешно развернулся и пошёл прочь, словно и не видел ничего подозрительного.

Тодд подумал, что ему однозначно стоит овладеть таким полезным заклинанием.

Открыв дверь, “преступники” начали спускаться в подземелье. Коридоры были узкими, с низкими потолками, из-за чего Тодду приходилось пригибать голову. Впереди шел Арвин, взявший с собой факел. Тодд следовал за ним по пятам, зная, что по закону подлости, если баронский сынок решит взбунтоваться, то удар факелом прилетит именно в него, Тодда.

– У вас нет ни чести, ни достоинства, – вдруг заговорил Арвин, не оборачиваясь. Его голос эхом отразился от стен. – Даже темные колдуны не должны быть лишены человечности!

Никто ему не ответил. Бешенный замыкал процесс, его тяжелые шаги звучали как удары молота.

Они пересекали очередной поворот. Тодд едва заметил движение в углу. Из темноты вышла фигура – огромная, полностью закованная в латы. Словно сама тьма обратилась в металл. В руках фигура держала булаву, покрытую тёмными пятнами, которые подозрительно напоминали запекшуюся кровь.

Тодд успел выдохнуть, осознавая, что произойдёт, но не успевая никак отреагировать. Могучий замах – и булава обрушилась на Арвина с силой, от которой воздух завибрировал.

Голова юноши взорвалась, словно перезрелый фрукт. Брызги крови, осколки костей и части мозга разлетелись по стенам. Сначала упал факел, а следом за ним и тело.

Тодд стоял, ошарашенный, перед огромной фигурой в доспехах, которая полностью перекрывала проход. На латном панцире слабо светились руны. Тодд понял: один удар – и он покойник. В столь узком коридоре невозможно промахнуться.

Но фигура подняла булаву и ударила не по Тодду, а по железной пластине на своей руке. Звук был оглушительным, словно гром разорвался в узком пространстве. Тодд мгновенно понял: он поднимает тревогу.

Воспользовавшись заминкой, Тодд вскинул руку и выкрикнул заклинание. Его пальцы разогрелись, и вспышка огня мелькнула на мгновение, но вместо огненного шара из ладони вырвались лишь слабые искры. Ошибся в формуле.

– Впечатляет, – холодно бросил Мейнар, рывком отталкивая его в сторону и выходя вперед. – Это конструкт. Нужно разрушить его связи!

Мейнар взмахнул рукой, и из его пальцев вырвалось сияющее заклинание. Поток магической энергии ударил в грудь голема, швырнув его назад. Громадная фигура с грохотом пролетела по коридору, задевая стены и сбивая факелы с держателей.

Тодд присвистнул, наблюдая, как голем сносит кусок стены в конце коридора и исчезает в поднявшемся облаке пыли. Но восхищение было недолгим. Пыль начала оседать и Тодд заметил как массивные доспехи зашевелились, поднимаясь.

– Надо спешить! – крикнул Мейнар и бросился вперед.

Бешеный толкнул Тодда в спину, подгоняя. В подземелья уже раздавались возгласы людей. Они пронеслись мимо неуклюже выбирающегося из разлома конструкта. Голем медленно, но неотвратимо двинулся за ними, перекрыв путь к отступлению.

Тодд, разочаровавшись в магии, выхватил меч. Стальное лезвие с тихим шорохом покинуло ножны, блеснув в тусклом свете факелов.

Впереди коридор заканчивался деревянной дверью с тяжелыми железными полосами. Увидев её, Тодд ругнулся. Тупик! Впереди дверь, сзади – огромный оживший доспех, который размозжит им черепа!

Но не успел он запаниковать, как Мейнар поднял руку. Темное пламя вспыхнуло на его ладони и, словно живое, обрушилось на дверь. Гулкий взрыв прокатился по коридору. Обломки дерева, окутанные черным дымом, разлетелись во все стороны, оставив после себя зияющий проем. За ним открылась огромная зала, где царил хаос. Люди – слуги, стражники и, вероятно, маги – суетились, хватаясь за оружие и пытаясь понять, что происходит.

В центре на массивном каменном пьедестале покоился Драконий меч. Его лезвие, невероятно длинное и узкое, переливалось кроваво-красным светом, будто сама сталь горела изнутри. Рукоять, украшенная резными изображениями драконов, казалась выполненной из черного обсидиана, и из нее, словно языки пламени, выбивались тонкие потоки магической энергии. Над мечом парило слабое сияние.

Тодд не мог оторвать взгляда. В его жизни было много артефактов – проклятые амулеты, рунические клинки, зачарованные зеркала. Но ни одного великого артефакта. Шестой уровень силы из семи возможных. Невероятно.

Но его восторг оказался недолгим.

Раздались крики и топот. Тодд обернулся и увидел, как на него бегут стражники с обнаженными мечами. Сразу двое. Лезвия их мечей блестели в свете факелов. Тодд, не теряя времени, парировал удар. Металл столкнулся с металлом, и звон клинков эхом разнесся по залу.

Первый стражник атаковал со всей силы, но его движения были грубыми и предсказуемыми. Тодд парировал удар, отводя мечи в сторону, и отвесил удар ногой в пах. Стражник зашипел от боли и отступил, скрючиваясь.

Но второй стражник воспользовался заминкой и нанес точный колющий удар. Тодд видел как меч приближался к его груди, но никак не успевал отреагировать. К счастью сработало защитное кольцо. Вспышка остановила лезвие, и Тодд продолжил схватку.

В центре зала напротив Мейнара стоял человек в богато украшенной мантии. Его лицо было перекошено испугом и гневом. Очевидно это был Рейнард Лордейн, еще один сын барона. Тот самый маг, кто изучал Драконий меч на протяжении долгих лет.

Его голос разорвал воздух:

– Этот артефакт принадлежит моей семье! Никто не заберет его у нас!

С этими словами он внезапно схватил Драконий меч. Меч начал светиться еще ярче, а по лицу и рукам Рейнарда побежали вздувшиеся вены. Магия из клинка проникала в его плоть. Рейнард закричал, звук был неестественным, словно голос сотен людей слился в один.

– Умрите все!

Он взмахнул мечом, и мощная магическая волна обрушилась на зал. Натаниэль и Мейнар успели отскочить в стороны, Тодд в последнее мгновение умудрился спрятаться за колонну. Волна магии ударила в стену позади, где из дверного проема как раз появлялся конструкт. Стена разлетелась на куски, погребая под собой массивную фигуру. Обломки обрушились вниз, затопив пространство густым облаком пыли.

Зал наполнился криками и кашлем. Уцелевшие стражники, ошеломленные происходящим, бросали свои мечи и разбегались в разные стороны. Облако пыли, поднявшееся от обрушившейся стены, заволокло пространство, скрывая фигуры и превращая всё в хаотичный вихрь. Тодд оглядывался, пытаясь разглядеть что-либо в этом хаосе, но видел только силуэты. Кого из них тыкать мечом, а кого нет – он не знал.

Внезапно колонна, за которой прятался Тодд, затрещала. Тонкий, тревожный звук раскола пробежал по камню, и Тодд ощутил, как вибрация от этого предательского треска передалась его спине.

– Проклятье, – пробормотал он, быстро отскакивая в сторону. Колонна осела, и сверху начали падать мелкие обломки камня. Глаза Тодда расширились – скоро потолок рухнет им на головы. А коридор, через который они пришли, уже превратился в один сплошной завал.

В центре зала, окруженный магическим сиянием, неподвижно стоял старший сын барона, Рейнард. Его тело, уже лишенное всякого намека на жизнь, напоминало иссушенную мумию. Пальцы, сжимающие рукоять Драконьего меча, побелели, а из его глазниц и рта вырывались тонкие нити света. Меч словно вытягивал из него все до последней капли. Вскоре Рейнард рухнул на колени, а потом завалился на пол, оставаясь в неестественно скрюченном положении.

– Натаниэль! – закричал Тодд, не скрывая паники. – Открывай портал! Скоро здесь все обрушится!

Из клубов пыли раздался злой голос Ната:

– Я пытаюсь! Не подгоняй!

Зал снова задрожал, и куски камня посыпались сверху. На голову Тодду упала огромная каменюка. Защитное кольцо во второй раз активировало щит, и Тодд воспел хвалу всем богам, что купил его.

Его взгляд привлекло движение. Мейнар Дольор медленно приближался к артефакту. Он вытянул руку, будто боясь нарушить хрупкую грацию момента. Его пальцы сомкнулись на рукояти меча, и по залу прокатилась новая вибрация. Легкое дуновение пробежало по лицу Тодда, он вздрогнул.

Мейнар поднял артефакт над головой, разглядывая его, словно величайшее сокровище. В его глазах Тодд заметил какой-то религиозный трепет.

– Теперь он мой, – тихо сказал Мейнар.

Его голос звучал удивительно спокойно на фоне разрушающегося замка.

***

Подземелье содрогалось, стены трещали, а обломки сыпались с потолка, превращая зал в смертельную ловушку. Натаниэль, стиснув зубы, наконец протянул руку вперед, выпуская вихрь энергии. Магический портал вспыхнул перед ними – овальная, мерцающая арка, за которой виднелось открытое небо.

– Прыгайте! – закричал Нат, и первым скользнул в портал.

Тодд, не теряя времени, рванул следом. В следующую секунду он вылетел из портала, осознав, что не может нащупать твердую землю под ногами. Портал открылся на высоте пяти ярдов над землей.

Тодд с воплем рухнул вниз – прямо на Натаниэля.

– Мягкая посадка, – хохотнул он, приземляясь.

Он успел сгруппироваться, а вот Натаниэлю повезло меньше.

– Ах! Проклятие! Ты мне руку сломал, дубина!

– Эй, я тоже ушибся! – огрызнулся Тодд. – На заднице синяк будет! И вообще: куда ты нас перенес, остолоп?

Действительно, ушли они недалеко. Перенеслись в поле, а позади маячила громада замка. На крепостной стене уже заметили нарушителей, и крики солдат сменились звонким щелчком арбалетов. Первые болты вонзились в землю рядом.

– Задница тролля! – выругался Тодд, мгновенно пригибаясь и хватая Натаниэля за здоровую руку и пытаясь оттащить в сторону.

Один из болтов прошел так близко, что активировал последний заряд щита. Кольцо задымилось вонючим дымом, приходя в негодность.

Мейнар все это время стоял в стороне. В руке он сжимал Драконий меч. На его лице выступили бугры вен. Тонкие пальцы побелели, удерживая артефакт.

– Отойдите, – холодно сказал он.

Тодд бросил на него взгляд, полный недоумения.

– Что? Ты ещё зачем...

Но Мейнар уже поднял меч. Артефакт засветился жутким алым светом, будто внутри него ожила древняя ярость. Мейнар сделал широкий взмах, направив лезвие в сторону замка.

Силуэт меча искривился, лезвие будто вытянулось вперед в виде алого огненного клинка. Тишина сменилась грохотом, от которого заложило уши.

Крепостная стена замка взорвалась, разлетевшись тысячами каменных осколков. Арбалетчики исчезли в облаке огня и дыма.

Мейнар стоял, опираясь на меч, его тело дрожало, а лицо выглядело искаженным, как у человека, пережившего невообразимые мучения. Его кожа потемнела, местами став почти серой, а глаза потускнели, теряя блеск. Он словно постарел на двадцать лет за несколько мгновений – его плечи сгорбились, а движения стали медленными, натужными. Но он был жив.

– Магия крови... – прошептал Тодд. – Только это тебя и спасло, не так ли?

Мейнар медленно поднял взгляд, его губы дрогнули в подобии слабой усмешки.

Позади послышался резкий звук рога, за ним – набатные удары колокола. Замок оживал. Тревога уже разлилась по округе, и Тодд понял, что вскоре за ними отправят погоню.

– Пошли, – бросил он, подхватывая под руку хромающего Натаниэля. – Не вздумай подохнуть. Нам нужен портал.

– Легко сказать, – выдавил Нат, его лицо перекосило от боли. – Я не из камня.

В это время Бешеный, крепко ухватив Мейнара за талию, практически нёс его на себе. Они бежали к лесу, что виднелся вдали – густые деревья обещали укрытие от глаз солдат.

Оказавшись среди густо растущих деревьев, Мейнар дал знак остановиться. Он с усилием оттолкнулся от Бешеного и упал на колени, тяжело дыша.

– Всё, – прохрипел он. – Я больше не могу, Каэл. Пора.

Бешеный кивнул, не говоря ни слова. Его лицо оставалось спокойным, даже мрачным. Он быстро достал из сумки колбу с кровью, густая темно-красная жидкость завораживала. Склонившись над землёй, он начал чертить круг, его голос разрезал тишину, звуча грозно и торжественно:

– Кровью невинно убиенного освящается этот круг. Пусть же сила жертвы Саэши Борр'чука послужит нашему делу.

Кровь из колбы капала на землю, следуя за движением его руки. Круг становился всё больше, и символы, начертанные в его пределах, начинали едва заметно светиться. Тодд стоял рядом, помогая Натаниэлю усесться у ближайшего дерева, и наблюдал за происходящим. Что-то в этом ритуале вызывало у него неприятный холод в груди.

Закончив с кругом, Каэл достал вторую колбу. В ней находилось черное, словно уголь, сердце. Оно слабо пульсировало, будто было живым.

– Проклятое сердце, – произнес он, передавая его Мейнару. – Дар, принесенный самой тьмой. Оно укрепит тебя, связав с источником силы.

Мейнар с трудом поднял руку и, сжав сердце в ладони, поднес его к своей груди. Другой рукой он продолжал крепко сжимать Драконий меч. Его губы шептали слова, которых Тодд не понимал. Круг засветился сильнее, разгораясь красным пламенем. Подлесок затих – даже ветер замер, как будто сама природа боялась нарушить этот момент.

Когда сердце прикоснулось к груди Дольора, вспышка магии ослепила всех. Мейнар закричал – низким, пронзительным голосом, полным боли и триумфа. Его тело напряглось, а тёмная магия, словно черные змеи, обвила его, проникая внутрь. Земля под ним затряслась, а свет круга угас, оставив после себя лишь следы обугленного пепла.

Тодд, жмурясь от вспышки, пробормотал:

– Рога минотавра!

Мейнар медленно поднялся на ноги, его движения были резкими, словно тело сопротивлялось самому факту жизни. Кожа на лице приобрела синеватый оттенок, словно кровь перестала течь по венам. Глаза, до недавнего времени горевшие тьмой, стали пустыми. От него веяло чем-то холодным и чужим, и Тодд невольно отступил на шаг.

Мейнар стоял молча и Тодд заметил, что грудь его не вздымается. Он больше не дышал. Разжав бледные пальцы он выпустил Драконий меч. Лезвие плавно ушло в землю, будто в мягкую ткань, оставляя за собой мерцающий кроваво-красный след.

– Ты... – Тодд сглотнул, с трудом находя слова. – Ты, хвост гарпии, превратил себя в нежить? Ты серьёзно?

Мейнар медленно повернул голову, его губы дрогнули в слабой усмешке.

– Всё рассчитано. Каждый шаг, каждая деталь. Это был единственный способ подчинить себе силу Драконьего меча, – его голос звучал низко и глухо, словно исходил из глубин пещеры. – Меч убил меня. Но в ту же секунду я воскрес. Сила меча и сердца вампира объединились, чтобы сделать из меня нечто большее, чем просто человек. Теперь я не жив и не мёртв. И это означает, что я могу пользоваться Драконьим мечом без страха. Он больше не сможет убить меня.

– Но ты же, – Тодд хотел продолжить, но не нашел слов. Будучи мертвяком Мейнар не сможет наслаждаться ни едой, ни выпивкой, ни женщинами. Разве это жизнь? Что вообще в голове у этого ублюдка, что он добровольно пошел на такое?

Мейнар усмехнулся, обнажив клыки, которые только усилили его зловещий облик.

– Не беспокойся. Мое тело... адаптируется. Главное, что теперь у меня есть сила, необходимая для достижения других моих целей.

Он легко вытащил из земли Драконий меч и его фигура замерцала. Теперь на его лице не было видно ни капли напряжения. Меч признавал его как хозяина и давал пользоваться своей силой.

Тодд почувствовал странное тепло у себя на груди. Он замер, опустив взгляд. Медальон светился слабым светом, пульсируя, будто подстраивался под биение его сердца.

– Эй, что за... – Тодд прикоснулся к медальону, но тот продолжал мерцать, излучая магические волны.

Мейнар, заметив происходящее, прищурился. Его взгляд скользнул по медальону, и в его глазах мелькнуло понимание.

– Это не случайно, – холодно произнес он. – Кто-то из магов в замке пытается вызвать подкрепление. Сигнал о помощи. Они передают его всем, до кого могут дотянуться.

Тодд встрепенулся, его пальцы сжались на медальоне.

– Что? Ты хочешь сказать, что сюда прибудут… маги? Ты шутишь?

Мейнар пожал плечами, его равнодушие казалось пугающим.

– Это хороший шанс проверить мою новую силу, – негромко ответил он, и в его голосе прозвучала почти детская заинтересованность.

Тодд открыл рот, чтобы возразить, но замолчал, заметив движение на горизонте. На ближайшем холме появились всадники – их силуэты четко выделялись на фоне неба. Доспехи блестели на солнце.

Мейнар исчез. Тодд моргнул, ошеломленный его скоростью. Через мгновение на холме что-то сверкнуло, и Тодд увидел лишь алые линии, будто росчерки кисти на полотне. Всадники начали падать один за другим – их тела рассыпались, как игрушки, под силой удара.

Когда Тодд наконец понял, что произошло, всадников уже не было. Их лошади метались в панике, а воздух был пропитан запахом крови. Мейнар стоял на вершине холма, сжимая Драконий меч. Он медленно повернулся к Тодду и подмигнул ему.

Мейнар стоял посреди поля боя, окруженный телами павших врагов. Его лицо оставалось бесстрастным, как у хищника, полностью сосредоточенного на охоте. Внезапно воздух вокруг него начал искажаться, и в этом колебании стали открываться порталы. Один за другим они вспыхивали, излучая магический свет, и из них выходили солдаты и маги. Солдаты были облачены в доспехи, сверкавшие магическими гравировками, а в их руках поблескивало зачарованное оружие. На шеях висели амулеты, пульсирующие защитным светом. Маги, застыв в боевых позах, готовили заклинания.

Но Мейнар не испугался.

Он ринулся в атаку, и всё превратилось в хаос. Его движения были нечеловечески быстрыми – он перемещался от одного врага к другому, словно сам ветер был на его стороне. Солдаты падали под росчерками Драконьего меча, их оружие и амулеты не выдерживали натиска. Маги, стоявшие за их спинами, пытались воздвигать защитные барьеры, но как только Мейнар оказывался рядом, их магия угасала. Они с ужасом осознавали, что их заклинания больше не работают, а порталы, из которых появлялись подкрепления, начинали схлопываться.

Тодд наблюдал за этим с неприкрытым ужасом.

Но подкреплениям не было конца. Порталов становилось всё больше, и с каждой новой вспышкой магии появлялись новые отряды солдат. Их было уже сотни, и даже скорость и сила Мейнара не могли справиться с таким количеством.

– Эй, Нат! – крикнул Тодд, обернувшись. Натаниэль, сидящий у дерева, выглядел совершенно измотанным. Лицо его было бледным, а дыхание тяжелым. – Открывай портал! Сейчас же!

Натаниэль только покачал головой.

– Я не могу. Слишком ослабел...

Тодд стиснул зубы, глядя, как Мейнар продолжает сражаться. Ещё немного – и его окружат окончательно. А после доберутся и до них. И тогда пощады не будет.

В этот момент он услышал голос. Холодный, сильный, он раздался у него в голове.

“Еще не поздно поступить правильно, – произнёс Ар`Дарх. Голос архимага звучал так, будто исходил из самого сердца Тодда. – Это чудовище должно быть уничтожено. Мейнар Дольор станет катастрофой для человеческих земель, если его не остановить”.

Тодд замер, его взгляд вновь упал на поле боя. Мейнар двигался как молния, от портала к порталу, оставляя за собой только кровь и смерть. Солдаты падали десятками, их оружие разлеталось в стороны, а маги не успевали даже закончить заклинания, прежде чем теряли жизни. Это было пугающе и в то же время завораживающе.

– Да? – огрызнулся Тодд вслух, сам того не замечая. – А что будет со мной?

“Ты должен принять решение. Времени нет. Если не примешь мою помощь – мы оба погибнем”.

Тодд скосил взгляд на Мейнара. Тот двигался всё медленнее, его удары становились более яростными, но теряли точность. Каждый росчерк Драконьего меча уносил жизни, но становилось очевидным, что Дольор долго не продержиться.

– И что ты предлагаешь? – Тодд поскреб щетину.

“Я дам тебе свою силу. Мы объединимся. И вместе сможем одолеть чудовище”.

Тодд закусил губу. Предательство – тонкая вещь. Если выбрать неправильный момент, то вместо выгоды можешь получить сплошные проблемы.

Но Тодд прикинул варианты и решение казалось ему очевидным.

***

Поле боя напоминало сцену из кошмаров. Трупы солдат и магов, изломанные и залитые кровью, покрывали землю, словно черный ковер. Крики раненых смешивались с лязгом оружия и громом магических вспышек. Мейнар Дольор, сжимая Драконий меч, все еще стоял в центре этой бойни. Его удары были мощными, но уже не такими быстрыми. В каждом движении читалась усталость, а его лицо, напряженное и холодное, выдавало, что он почти достиг своего предела.

Маги атаковали заклинаниями из-за спин солдат, пытаясь достать некроманта, но он ловко отбивал магию мечом. Солдаты держали строй, но их лица выдавали страх. Никто не хотел быть следующим. Каждый знал: один взмах артефактом – и он покойник.

И вдруг в воздухе что-то изменилось. Яркое золотое сияние вспыхнуло в самой гуще сражения. Солдаты замерли, а маги прекратили стрелять, устремив взгляд на раскрывающийся портал. Из него медленно вышла фигура. Высокая, в ярком золотом сиянии, она выглядела величественно. Магическая аура, исходящая от нее, наполнила воздух. Солдаты начали шептаться.

– Это... архимаг? – прошептал кто-то, не в силах поверить. – Один из великих откликнулся на зов?

Толпа затаила дыхание. В этот момент вперед вышел Тодд. Его шаги были уверенными, а лицо – полным достоинства. Он остановился на виду у всех, поднял руку, указывая на Мейнара, и заговорил громким, почти театральным голосом:

– Нежить! Я явился остановить тебя. Трепещи!

Мейнар повернул голову в сторону Тодда. Его лицо отразило смесь удивления и непонимания. Он вскинул меч, словно готовясь к удару, но не сделал ни шага.

– Это что такое? – спросил Мейнар.

Тодд поднял руку, призывая к тишине. Его взгляд скользнул по солдатам и магам, а потом вперился в Дольора.

– Я, архимаг Тодд Эрвуд, вызываю тебя на дуэль. Один на один! Никто больше не погибнет кроме тебя! Пусть всё решится здесь и сейчас.

Солдаты и маги возбужденно заговорили. Их боевой дух был не на высоте, хотя глобально в битве они побеждали. Но ценой больших потерь.

Десятью минутами ранее, Тодд открыл портал в Мистхольм, куда затолкал Натаниэля и Бешеного. Сам тоже хотел прыгнуть в последний момент, но медальон воспротивился. Нет, Тодд должен был сразиться со злом.

Поля боя охватило напряженное молчание. Солдаты, не сводя глаз с Тодда, замерли, ожидая ответа Мейнара. Некромант, медленно опустив меч, продолжал смотреть на него, а в его глазах начинал разгораться ледяной огонь.

– Как хочешь, – Мейнар кивнул, принимая вызов.

Он не стал ждать. Бросился вперед, исчезая из поля зрения. Тодд был готов. Из его рук вырвался поток огня – пламя рвануло вперед, обжигая воздух. Но Мейнар, переместившись с нечеловеческой скоростью, уклонился и уже был рядом, его меч сверкнул в попытке срезать врага. Тодд едва успел поставить магический барьер – меч ударился о прозрачную стену.

– Неплохо, – пробормотал Тодд, шагнув в сторону и создавая молнию, которая обрушилась на землю у ног Мейнара. Разряд был оглушительным, земля содрогнулась, но Мейнар лишь отскочил, размахивая мечом, чтобы отразить остаточные магические волны.

Их бой продолжился, каждый шаг, каждый взмах и заклинание были нацелены на уничтожение. Тодд выпускал огонь, ледяные шипы, молнии, но Мейнар отбивал всё, перемещаясь с грацией хищника. Он контратаковал с такой силой, что земля под ним раскалывалась, а его удары, усиленные магией Драконьего меча, вызывали трещины в магических барьерах Тодда.

Постепенно силы начали покидать Тодда. Его заклинания становились медленнее, он пропустил несколько опасных выпадов, один из которых оставил глубокий порез на плече. Но он стиснул зубы, понимая, что отступать нельзя.

– И ради чего все это было? – Мейнар в недоумении посмотрел на Тодда.

Тодд, тяжело дыша, поднял руки. Он собрал всю оставшуюся магию, все силы, что у него оставались. Его глаза вспыхнули, когда он выпустил серию атак – огонь, молнии, лед, всё смешалось в один сокрушающий поток энергии. Удар обрушился на Мейнара, сбивая его с ног. Некромант отлетел назад, его меч ударился о землю, оставляя за собой глубокую борозду.

Тодд почувствовал, как последние капли магической силы бурлят внутри него, жгут его изнутри, требуя выхода. Он поднял руки, сжав кулаки так, что ногти впились в ладони. В его глазах отражалась смесь гнева, отчаяния и безумной решимости.

– Если уж сдохнуть, то красиво, – выдохнул он и, собрав всё, что у него было, завершил атаку.

На Мейнара обрушился новый шквал заклинаний. Огонь, молнии, ледяные копья и энергетические вспышки хлестали по земле, по воздуху, врываясь в место, где стоял Дольор. Каждое заклинание следовало за другим, сливаясь в одно гигантское разрушительное свечение. Пыль и сажа поднялись в воздух, скрывая всё от глаз. Земля под ногами содрогалась, трещины расходились во все стороны. Силы Тодда почти иссякли, но он продолжал, как одержимый.

– Ну же! Подыхай! – выкрикнул он, выпуская последнюю волну молний, которые вспыхнули, озаряя поле боя ослепительным светом.

Шквал атак был настолько мощным, что солдаты и маги, наблюдавшие за этим, попятились, закрывая лица руками. Никто не осмеливался вмешаться – казалось, сама природа не могла выдержать ярости этого боя.

Когда Тодд, тяжело дыша, опустил руки, вокруг всё ещё стояла завеса пыли, дыма и тумана. Он стоял, согнувшись, едва удерживаясь на ногах, его руки дрожали. Тишина окутала поле. Даже ветер замер, словно боялся нарушить этот момент.

Завеса начала медленно рассеиваться. Первые проблески открыли разрушенное поле – в центре зияла огромная воронка. Она была настолько глубока, что края обрушивались внутрь. От Мейнара Дольора не осталось ничего – ни тела, ни меча.

Толпа замерла. А потом кто-то из солдат закричал:

– Герой! Герой! Он убил его!

Крики подхватили остальные. Люди начали ликовать, бросая шлемы в воздух, стуча оружием о щиты. Они окружили Тодда, подхватили его на руки, не обращая внимания на его усталость. Их лица светились радостью и облегчением.

– Герой! Тодд Эрвуд! – разносились крики со всех сторон.

Тодд, чувствуя, как его сознание затуманивается, позволил себе усталую, но очень хитрую улыбку.

Глава 15 Сила лжи и слабость правды

Зал Совета Архимагов сиял величием. Вдоль стен сидели сотни зрителей – маги, аристократы и приглашённые гости, каждый из которых затаил дыхание в ожидании.

В центре зала, на возвышении, стоял лидер Совета, Ар’Каллен фон Ляриус, Сияющий Хранитель. Он возвышался над остальными, его взгляд был строгим и благородным. Он сделал шаг вперёд, призывая к тишине.

– Сегодня мы собрались, чтобы воздать честь герою, который показал нам истинный пример отваги и решимости, – начал он, его голос эхом разнесся по залу. – Тодд Эрвуд, вы сделали то, что сделал бы любой благородный! Пришли на помощь слабым в час нужды!

Тодд стоял в центре зала, чувствуя, как на него устремлены сотни взглядов. Он был одет в белую мантию с золотыми нитями. На губах играла довольная улыбка.

Ар’Каллен продолжил:

– Мы, члены Совета Архимагов, понимаем, что Вольные Баронства не находятся под нашей защитой. Но все же это человеческие земли. В миг, когда никто другой из архимагов не откликнулся – Тодд Эрвуд пришел на помощь!

В зале раздались единичные аплодисменты.

Ар’Тейрон де Файрис, Пламенный Страж, сделал шаг вперёд, его глаза горели как угли.

– Мастерство, которое вы продемонстрировали в бою, заслуживает уважения, – сказал он. – Огонь, который вы выпустили, был поистине величественен.

Ар’Элиана фон Лаирис, Золотой Щит, добавила своим мягким, но уверенным голосом:

– Вы не только проявили храбрость, но и защитили многих от неминуемой гибели. Это достойно восхищения.

Ар’Мириэль де Этариус, Хранитель Рун, кивнула, ее взгляд был сосредоточен на Тодде.

– Вы даже не представляете, какое значение ваше вмешательство может иметь для магической науки. Драконий меч, прирученный некромантом... Невероятно!

Тодд слегка поклонился, чувствуя себя одновременно польщенным и уставшим от пустой болтовни. Он попытался что-то сказать, но его перебил Ар’Тайрин фон Ветрис, Буревестник, чья мантию раздувало невидимым ветром.

– Не стоит скромничать, – сказал он с лёгкой улыбкой. – Вы совершили подвиг. Пусть все знают, кто стоит перед ними! Отныне вас будут знать как героя Вольных Баронств. Вы заслужили это звание.

Архимаги продолжали вещать, но Тодд уже не в силах был вместить все их имена и титулы у себя в голове.

– Я благодарен за честь, которую вы мне оказали, – наконец сказал Тодд, делая глубокий поклон, когда архимаги умолкли. – Но меня беспокоит другое. Что на счет смертного приговора, который был вынесен мне?

Вопрос адресовался Ар’Каллену фон Ляриусу. Тот переглянулся с другими архимагами из совета.

– Этот человек доказал, что способен на великое. Он не просто изменился – он стал символом того, что даже в самой тёмной душе может разгореться свет. Я считаю, что приговор должен быть отменен!

– Если мы наказываем тех, кто уже искупил свою вину, то мы, маги, теряем саму суть справедливости. Тодд Эрвуд продемонстрировал храбрость и самопожертвование. Он заслуживает шанса.

– Мы видим, что он меняется. И этот путь должен быть продолжен. Не наказание, а наставление приведёт его к тому, чтобы он стал великой опорой для магического мира.

И снова каждый высокопарно говорил слова, от которых Тодду хотелось зевать. Ну и скукотища. Как эти благородные выносят подобные сборища? Разве нельзя чествовать героя где-то в трактире или устроить пышный пир на площади? Ну кому нужна эта болтовня?

Наконец, Ар’Каллен фон Ляриус взял заключительное слово:

– Совет Архимагов единодушно сходится во мнении: отменить смертный приговор Тодду Эрвуду от сего дня. Он доказал, что встал на путь искупления, а также – освоил магию! Однако для официального возвращения титула архимага, вы обязаны завершить своё обучение в академии “Сияющий шпиль”, после чего будете восстановлены во всех правах и заступите на службу.

Несмотря на то, что в зале находилось сотни магов и аристократов, аплодисменты были очень жидкими. Все же Тодда до сих пор не любили. Один из тех, кто аплодировал был Ар`Кайрон фон Лаймарк.

– Благодарю, – произнес Тодд. – За вашу веру в меня... и за второй шанс. Я вас не подведу.

***

После завершения церемонии Тодд вышел в главный холл Совета, где кипела жизнь – маги обсуждали его подвиг, аристократы перешептывались, не сводя с него взглядов. Тодду хотелось одного – уйти куда-нибудь где потише и улечься спать. Либо выпить. Выпить – всегда неплохой вариант.

Но его нагнал знакомый голос.

– Тодд Эрвуд. Могу ли я отвлечь вас на пару минут?

Тодд вздохнул, глядя на Ар’Кайрон фон Лаймарка, его серебристые волосы и безупречную осанку.

– Если это что-то быстрое, то да, – бросил Тодд, скрещивая руки на груди. – Устал, знаете ли.

Ар’Кайрон чуть склонил голову, в его взгляде мелькнул интерес.

– Конечно. Я ценю ваш прямой ответ. У меня лишь одна просьба, – сказал он, останавливаясь на расстоянии вытянутой руки. – Ваш медальон. Могу ли я взглянуть на него?

Тодд не удивился этому вопросу. Сняв медальон, он протянул его архимагу. Тот жадно схватил артефакт и его глаза загорелись синим пламенем. Он вошел в контакт с Ар`Дархом фон Эренхартом. О чем они говорили Тодд мог только догадываться.

– А знаете, я познакомился с ним лично, – произнес Тодд. – С Ар’Дархом. Он предложил объединить силы. Без него победа была бы невозможна.

На лице Ар’Кайрона не дрогнул ни один мускул.

– Это достойно уважения, – ответил он. – Я рад, что его знания и сила помогли вам. Ар’Дарх был великим магом.

Тодд медленно кивнул, продолжая внимательно наблюдать за собеседником.

– Он говорил о вас. Много хорошего. Кажется, вы много для него значили. Жаль, что он погиб. Невосполнимая потеря.

– Вы правы. Его смерть оставила след. Но великие маги находят пути, чтобы их наследие не исчезло. Вы доказали это лучше, чем кто-либо. Предлагаю вам свою дружбу, – произнес Ар’Кайрон и протянул руку.

Тодд постарался скрыть ненависть во взгляде. План этого гада был на финальном этапе. Рано или поздно Ар`Дарх окрепнет настолько, что постепенно оттеснит личность Тодда в дальний угол.

Но руку архимагу Тодд все же пожал.

– Благодарю вас. Вы тоже на меня можете рассчитывать. Позволите?

Тодд протянул руку, и Ар’Кайрон вернул ему медальон. Тот был теплым, а руны в виде солнца поблескивали. В нем хранилась сила архимага. Но к сожалению и сам архимаг, с которым необходимо считаться.

***

Тодд стоят в комнате, наполненной золотым сиянием. Гладкие плиты под ногами отражали солнечный свет, как зеркало, а высокий сводчатый потолок, казалось, терялся в безмятежной бесконечности. Он знал, что все это происходит лишь в его голове.

В центре зала стояла фигура. Крепкий мужчина, лет сорока, с ухоженной черной бородой и пронзительным взглядом. Он выглядел так, словно только что сошел с портрета известного художника.

– Добро пожаловать, Тодд, – произнёс Ар’Дарх фон Эренхарт. Его голос был глубоким, почти музыкальным, и одновременно властным. Он сделал шаг вперед, разводя руки в приветственном жесте. – Позволь поздравить тебя. Ты сделал мудрый выбор. Добро всегда побеждает.

Тодд невольно фыркнул, хотя внутренне ощущал неуверенность.

– Добро, говорите? – отозвался он устало. – Не уверен, что это слово мне подходит.

Ар’Дарх усмехнулся, его взгляд стал чуть мягче, но всё же сохранял ту скрытую силу, которая заставляла Тодда чувствовать себя неуютно.

– Ты мудрее, чем хочешь казаться, – сказал он. – Ты выбрал путь, который спасет жизни. И даже если ты не понимаешь этого сейчас, в будущем ты осознаешь, что поступил правильно.

Тодд вздохнул, заложив руки за голову.

– Ладно, хватит этой философии, – сказал он, глядя прямо на Ар’Дарха. – Давайте по делу. Я не хочу умирать. Не хочу раствориться и исчезнуть. Какие у нас есть варианты? Только по-честному…

Ар’Дарх нахмурился, словно обдумывал ответ. Затем он сделал ещё один шаг вперед, его голос стал серьёзным:

– Ты уже доказал, что способен меняться. Мы можем сосуществовать вместе. Некоторое время. Пока я не найду способ переселиться в другое тело. Это возможно.

Тодд прищурился, скрестив руки на груди.

– Что значит “некоторое время”? И насколько сложный этот процесс?

– Это долгий путь, – не стал отрицать Ар’Дарх. – Переселение требует определенных условий, знаний, артефактов и... времени. Но если мы будем работать вместе, сообща, мы сможем достичь этого. И в конечном итоге ты останешься собой.

Тодд внимательно изучал его лицо, пытаясь уловить хоть тень лжи. Но Ар’Дарх смотрел прямо на него, без тени сомнения.

– А если не будем работать вместе? – спросил Тодд, подняв бровь. – Если начнем тянуть канат в разные стороны?

Ар’Дарх вздохнул.

– Контроль над телом будет переходить то к тебе, то ко мне. У каждого из нас будут свои цели и стремления. Ты должен сам понимать, что это приведет лишь к саморазрушению. Мы оба будем значительно слабее, чем если бы действовали сообща.

Тодд выдохнул, опуская руки и прищурившись. Его взгляд метался по залу, как будто он искал в этом золотом великолепии что-то, что поможет лучше понять ситуацию. Но в итоге он снова посмотрел прямо на Ар’Дарха.

– Чисто гипотетически! Если уж мы будем жить в одном теле, – начал Тодд, насмешливо подняв бровь, – давайте договоримся о некоторых условиях. У меня есть свои границы, знаете ли.

Ар’Дарх кивнул, скрестив руки на груди. Его выражение лица оставалось сосредоточенным.

– Разумеется. Говори.

– Ну, для начала: никаких попыток превратить меня в зануду или сноба. Если вам нравится цитировать магические трактаты – пожалуйста, но без длинных лекций о том, как мне надо себя вести. Это мое тело, и я не собираюсь выглядеть как высокомерный маг, который указывает всем, как жить.

Уголки губ Ар’Дарха слегка дрогнули в улыбке

– Хорошо, – ответил он. – А от тебя я ожидаю, что ты не будешь использовать наши совместные силы для преступлений или участия в сомнительных делах. Я не потерплю, чтобы мое имя было связано с чем-либо бесчестным.

Тодд кивнул, принимая условие, и добавил:

– Принципиальный момент: никаких извращений! Если вам вдруг захочется развлечься или отдать дань каким-то вашим древним традициям, знайте – я с этим не согласен!

Ар’Дарх сдержанно хмыкнул.

– Договорились. От тебя я требую полного отказа от алкоголя. Похмелье разрушает мозг, ослабляя мага.

Тодд нахмурился, но, поняв, что спорить бессмысленно, вздохнул.

– Хорошо. Пусть будет так. И кстати: что на счет вашей семьи? Давайте честно, ваша матушка – та еще любительница меня ненавидеть. Ей точно не понравиться то, что вы поселились в одном теле со мной.

– Я думаю она больше обрадуется, что я жив. Когда придет время, мы с Ар’Кайроном всё ей расскажем. Проблем от нее не будет. Могу вас заверить.

Тодд окинул его взглядом, и с тяжестью в сердце спросил:

– Ну так что, мы договорились?

Ар’Дарх склонил голову в знак согласия.

– Да. Слово архимага.

Тодд хмыкнул, протягивая руку.

– Слово чести.

Их руки встретились в крепком рукопожатии, словно скрепляя сделку, которая изменит их жизни навсегда.

– Хороший выбор, Тодд. Теперь мы сможем двигаться вперед... вместе.

В следующий миг, прежде чем архимаг успел закончить свою мысль, Тодд резко прыгнул ему за спину. Его движения были быстрыми, отточенными, как у хищника. Он выкрутил руку Ар’Дарху, а другой рукой сжал его шею, беря на удушение.

– Что ты делаешь?! Какой в этом смысл? Ты все равно ничего не сможешь сделать со мной! Воистину ты настоящий идиот! Только уничтожил зерна доверия, которые между нами начали возникать!

Ар’Дарх дернулся, его глаза вспыхнули магическим светом.

– Я говорил с тобой искренне! – продолжал архимаг, его голос становился всё более угрожающим. – Но теперь всё будет иначе! Ты сам выбрал этот путь. Мы с Ар’Кайроном просто выжжем твою личность! Другого выхода нет. Ты сам его мне не оставил!

Тодд лишь хищно усмехнулся, его голос зазвучал низко и насмешливо.

– Сам может я с тобой ничего и не сделаю, – прошипел он. – А вот он – сможет.

В зале вдруг потемнело. Свет, льющийся от золотых плит, начал меркнуть, а воздух заполнила густая, клубящаяся тьма. Из этой тьмы начала формироваться фигура – высокая, с узкими плечами, от которой исходил мрачный, давящий холод. Тодд слегка отпустил голову Ар’Дарха, чтобы тот мог получше разглядеть гостя.

Ар’Дарх дернулся и замер. Его лицо исказилось от ужаса, когда перед ним предстал Мейнар Дольор. Некромант стоял в центре зала, сжимая Драконий меч, его глаза зияли пустотой, а вокруг него кружилась едва заметная дымка.

– Нет! – выкрикнул Ар’Дарх. – Мы же его уничтожили! Это невозможно!

Мейнар лишь хмыкнул.

– Не совсем, – ухмыльнулся Тодд на ухо архимагу. – Я целился мимо. Просто поднял кучу пыли, чтобы ничего не было видно, и открыл ему портал. Ты этого не почувствовал, потому что выложился в бою так, что даже не заметил подвоха.

Ар’Дарх, все еще потрясенный, попытался скрыть свою панику.

– Ты заключил с ним договор?! – его голос дрожал от ярости. – Ты даже не понимаешь, с кем связался, Тодд!

– Может, и не понимаю, – ответил Тодд, пожав плечами. – Но ты мне тоже не оставил выбора. У нас с Мейнаром взаимовыгодная сделка. А теперь давай я тебе расскажу как буду жить дальше. Телом своим я делиться не собираюсь! В него я буду заливать столько алкоголя, сколько захочу. И делать я буду то, что захочу, не спрашивая у тебя разрешения. Эй, Мейнар, давай!

Мейнар Дольор, словно дирижёр зловещей симфонии, начал медленно водить рукой вокруг Ар’Дарха. Его движения были грациозными, но пропитанными мрачной силой. Из воздуха стали появляться цепи – черные, блестящие, будто вылитые из ночной тьмы. Они извивались, как змеи, и обвивались вокруг тела архимага. Ар’Дарх попытался сопротивляться, но его магия была подавлена. Каждое движение цепей сопровождалось глухим металлическим звоном, который разносился по залу, как похоронный колокол.

Под ногами Ар’Дарха загорелась пентаграмма – символы на её концах вспыхнули кроваво-красным светом, а от центра поднимался дым. Архимаг, сковываемый цепями, скривился от напряжения, его лицо исказилось в попытке вырваться, но силы покидали его.

Мейнар усмехнулся, сжимая конец одной из цепей в руке, и повернулся к Тодду.

– Теперь он не опасен. Его воля подавлена. А если попробует вырваться или не захочет слушаться – дерни за цепь. Хочешь попробовать?

Тодд, не раздумывая, схватил цепь и с силой дёрнул её. В тот же миг Ар’Дарх дико закричал, катаясь по полу внутри пентаграммы и гремя цепями.

– Сотвори свет! – приказал Тодд.

Ар’Дарх с ненавистью посмотрел на него, но ничего не сделал.

– Ах так? – разозлился Тодд и снова дёрнул цепь. На этот раз сила была настолько велика, что крик заложил уши. Тело дергалось, словно под ударами невидимых молний.

– Сотвори свет! – повторил Тодд, его голос стал громче.

Слабое сияние появилось вокруг пальцев архимага. Он подчинился.

– Хорошо! Молодец!

Тодд расплылся в широкой ухмылке, наслаждаясь жалким состоянием архимага. Он приблизился, небрежно пнул его в бок и, сложив руки на груди, весело рассмеялся.

– Ну как тебе, скотина? Где твоя великая сила? Где твоя спесь? Теперь я твой хозяин и ты будешь делать все, что я прикажу! Понял меня?

– Тодд, – раздался спокойный голос Мейнара, который стоял неподалёку, наблюдая за происходящим с равнодушием, – хочу тебе напомнить, что он скован, но не уничтожен. Пока он жив, его сила тоже жива. А это значит, что его могут освободить.

– Освободить? Да кто это сделает? Ах да…

Тодд сразу вспомнил Ар`Кайрона фон Лаймарка, любителя при каждой встрече входить в контакт с его медальоном, Аль'Элину и все магическое сообщество. Если они узнают, что Тодд провел над архимагом черный ритуал, то долго он не проживет. Они снимут с Ар`Дарха оковы, и в цепях уже будет Тодд.

А потому игра только начиналась. Впереди – самое сложное. Обвести этих благородных вокруг пальца и занять свое место под солнцем. В процессе желательно не умерев.

Тодд снял медальон с груди и глядя на золотую поверхность сосредоточился. Руны на артефакте начали дрожать и мигать. Гравировка, напоминающая солнце, стала постепенно расплываться, линии растекались и перерождались. Когда магический свет угас, на медальоне остался новый узор: стилизованный череп с двумя пересекающимися кинжалами под ним. От узора веяло угрожающей энергией.

– Вот это другое дело, – сказал Тодд, разглядывая результат. – Теперь он точно мой.

Мейнар улыбнулся краешком губ.

– Береги себя, Тодд. Не думаю, что у тебя есть много времени, прежде чем твои враги поймут что произошло.

– Ты тоже, некромант. Еще увидимся.

***

Тодд шагнул через портал и оказался в графстве Озерный край. Деревня Равенфорд, спрятавшаяся между лесами, выглядела ещё хуже, чем в его воспоминаниях. Маленькие, перекошенные дома с покосившимися крышами, оплетённые сухим мхом сараи и пыльные дороги, едва различимые среди сорняков. Это место казалось застывшим во времени. Здесь царил вечный упадок.

Именно тут он расстался с Лареной. Мысли о том воспоминании приносили тяжесть в груди, а потому Тодд решил побыстрее закончить здесь свои дела.

Старый заброшенный колодец он нашел быстро. Он остановился возле него и посмотрел вниз. Глубокая, тёмная дыра, из которой тянуло холодом и сыростью. Где-то там, на дне, лежал артефакт – магическая сфера, способная управлять погодой. Он спрятал её здесь несколько лет назад, решив, что никто не догадается искать её в этом забытом богами месте.

Теперь предстояло проверить верен ли был его расчет. Тодд сотворил простое заклинание света и осветил глубину колодца. Снизу отражались каменные стены, поросшие мхом.

Шнур, когда-то служивший для подъема ведра, выглядел ненадежно: грязный, потрепанный, местами покрытый плесенью и ржавчиной, где плетение перетерлось о железный барабан. Он провёл рукой по поверхности верёвки, слегка дёрнул её, проверяя прочность.

Тодд аккуратно взобрался на край и начал спуск. Верёвка, жалобно заскрипев, натянулась под его весом. Каждое движение сопровождалось еле слышным потрескиванием, словно старые волокна кричали о своих страданиях. Тодд внимательно наблюдал за верёвкой, проверяя, нет ли на ней явных признаков того, что она вот-вот лопнет.

Когда он оказался примерно на полпути, шнурок резко дернулся. Послышался треск, и барабан чуть провернулся, выбрасывая ещё немного верёвки, отчего Тодд ухнул на ярд вниз и чуть не сорвался. Он инстинктивно уперся двумя ногами в стены.

Сердце бешено заколотилось. Но шнурок выдержал, пусть и натянулся до предела, будто предупреждая, что второй попытки не будет.

Тодд осторожно продолжил спуск. Свет от заклинания осветил небольшую нишу в стене. Тодд пригляделся и протянул руку. Его пальцы коснулись чего-то твердого и холодного. Он потянул предмет наружу – магическая сфера выскользнула из тайника. Она была чуть больше яблока и излучала странное тепло.

Обратный путь был не менее рискованным. Шнурок то и дело угрожающе скрипел, но Тодд, собрав остатки сил, поднялся наверх. Оказавшись на поверхности, он тяжело выдохнул и оперся о край.

– Ну что ж, – сказал он, глядя на сферу. – Теперь посмотрим, стоила ли ты всех этих проблем.

Тодд направился по пыльной дороге прочь от деревни, подбрасывая артефакт в руке. Солнце садилось, окрашивая небо в тусклые золотисто-красные тона. Впереди, у края дороги, сидел слепой нищий. Его глаза были перемотаны тканью, лицо испещрено морщинами. Перед ним стояла глиняная миска, в которой лежало несколько медных монет. Он выглядел как сама печаль – исхудавший, сгорбленный, с тростью, прислоненной к его коленям.

Тодд замедлил шаг, остановившись напротив нищего. Его взгляд скользнул к миске, а потом к магической сфере, которую он нес в руке. В голове пронеслась мысль: а что, если… ?

Он задумчиво склонился над стариком, и тот поднял голову.

– Добрый господин. Пожалейте слепого, хоть монетку.

Тодд не ответил, лишь наклонился ближе. Его рука приблизилась к миске, он взял две медных монеты, что там лежали, поднял и отпустил. Они издали звук, словно он бросил туда пару новых монет. Но вместе этого Тодд забрал старые и быстро сунул в карман.

– Спасибо. Дай боги вам здоровья!

Нищий не заметил пропажи, а Тодд, довольный собой, двинулся по дороге, размышляя куда бы ему направиться дальше.

Впрочем, он уже знал ответ на этот вопрос.

***

Тодд опять воспользовался порталом. Перед ним предстало большое здание, стоявшее на пересечении двух ключевых дорог герцогства Арвиллон. Это место было настоящим узлом жизни, через которые проходили торговые караваны идущие в Ренхарн.

Вокруг здания гильдии выросли гостиницы, трактиры и дома. Но сама гильдия выделялась на фоне окружающих строений – крепкое, каменное, с высокими окнами и массивной деревянной дверью, здание.

Над входом висела вывеска: "Гильдия наёмников Арвиллона" . У крыльца толпились люди – кто-то оживленно спорил, кто-то натирал оружие, а пара наёмников, расслабившись, перекидывалась кубиками на доске у стены.

Тодд замер, бросив взгляд на здание. На него нахлынули воспоминания. Он провёл здесь немало времени в прошлом, когда его имя было у всех на слуху.

Толкнув тяжелую дверь, он вошёл внутрь, и знакомый гул голосов окутал его, словно старое одеяло. Здесь всё было так, как он помнил: длинные деревянные столы, за которыми наёмники обсуждали заказы; стойка у дальней стены, где толстый бородатый мужчина – управляющий, раздавал задания; и, конечно, доска рекордов.

Тодд подошёл ближе и невольно задержал взгляд на доске. Имя "Тодд + Ларена" было на девятом месте. Когда-то они были первыми. Но почти три года вне игры сделали своё дело. Теперь над ними красовались имена других команд и наемников, которых он не знал.

– Тодд? Это ты?! – громкий голос вывел его из мыслей.

Тодд обернулся. Мужчина средних лет с седыми висками и огромной секирой за спиной улыбался до ушей. Это был Гартон – старый знакомый, с которым Тодду доводилось работать несколько раз.

– Не могу поверить! Столько лет прошло! Где ты пропадал?

Тодд ухмыльнулся, стараясь скрыть легкое смущение.

– То тут, то там, – уклончиво ответил он. – Но, как видишь, жив-здоров.

– С чем пожаловал?

Тодд, усмехнувшись, вынул из сумки магическую сферу и поднял ее так, чтобы Гартон и все вокруг могли ее рассмотреть. В зале воцарилась напряженная тишина – те, кто заметил артефакт, явно поняли, что перед ними нечто стоящее.

– Пришел продать одну вещь, – спокойно сказал Тодд, оглядев присутствующих.

– Да уж, нечасто сюда кто-то таскает такие штуки, – протянул Гартон, проводив сферу зависливым взглядом. – Мне даже самому интересно во сколько Арлем ее оценит.

Они двинулись через зал к массивной стойке у дальней стены, за которой сидел крупный мужчина с густой бородой. Его темная рубашка была покрыта следами от еды, а на столе громоздилась стопка свитков. Этот человек, Арлем Толстый, был здесь не просто управляющим, но и экспертом по ценным находкам.

– Ну-ка, что у нас тут? – произнёс Арлем, вытирая жирные пальцы о тряпку. Его маленькие глазки блеснули, когда ему протянули сферу. – Ммм, артефакт четвертого уровня, если не ошибаюсь?

– Ты не ошибаешься, – подтвердил Тодд. – Сколько дашь?

Арлем прищурился, обдумывая ответ.

– Если у тебя есть документы, подтверждающие её происхождение и владение, – он сделал паузу, стуча пальцем по столу, – могу дать 3000 золотых.

– А если нет? – Тодд скрестил руки на груди, предвидя подвох.

Арлем развёл руками и лениво произнес:

– Тогда 800. Без документов она ничего не стоит официально, понимаешь?

Тодд нахмурился.

– 800? Ты шутишь? Главное чтобы она работала и творила колдовство! Кому надо те бумажки. Ты сам сказал, четвертый уровень. Давай хотя бы 1500.

– 900, – буркнул Арлем, и в его голосе появилась нотка раздражения.

– Ты же можешь больше, – настаивал Тодд. – Давай хотя бы 1200.

После напряженной паузы Арлем вздохнул, явно не желая продолжать спор.

– Ладно. Ты победил. 1000 золотых, и то только потому, что раньше я к тебе хорошо относился. Согласен?

– По рукам.

Пока Арлем занимался подсчетом монет, Тодд заметил, как несколько наёмников, сидящих у соседних столов, украдкой косились на него. Один из них встал, бросив плату за выпивку, и направился к выходу, затем за ним ушёл второй.

Гартон, заметив это, качнул головой.

– Тодд, ты вообще помнишь, что за тебя до сих пор назначена награда? – сказал он негромко. – Эти двое явно побежали ставить в известность графа Регара. Да и столько золота – лакомая добыча.

Тодд хмыкнул, не выказав ни тени тревоги.

– Не переживай. Дорогами я не пользуюсь, чтобы натолкнуться на бандитов. А с графом разберусь чуть позже, – ответил он, забирая монеты со стола и убирая их в сумку. – Навещу его лично и все утрясу.

Гартон посмотрел на него с подозрением, но лишь пожал плечами.

– Ну а ты сам как? Надумываешь вернуться к делам?

Тодд пожал плечами, а потом спросил у Арлема:

– Есть какие-то интересные заказы?

Арлем пожал плечами:

– Да работа всегда есть. По твоей части: поиск и доставка артефактов, сопровождение торговых караванов через опасные земли, охота на опасных существ и так далее.

– А посложнее? Ведь я теперь не просто наёмник, а могучий архимаг!

На мгновение в зале повисла тишина, а затем раздался дружный смех. Гартон первым не смог сдержаться, а за ним хохотали уже все, кто слышал заявление Тодда.

– Ты? Могучий архимаг? Тодд, не смеши людей!

Тодд вздохнул, поднял руку и щелкнул пальцами. Ничего не произошло. Он предпринял еще попытку… без эффекта. И еще. Смешки усилились.

– Да уж, могучее некуда, – бросил Арлем Толстый, ухмыляясь.

– Сейчас, сейчас, – проворчал Тодд, чувствуя, как краснеют его уши. Мысленно он схватился за цепь и хорошенько встряхнул Ар’Дарха.

В тот же миг Тодд почувствовал тепло, разлившееся по ладони. Он поднял палец, и на его кончике вспыхнул яркий огонёк. Золотистое пламя мягко качалось, освещая зал. Смех затих, сменившись удивленным молчанием.

– Ну как вам? – Тодд с ухмылкой обвел взглядом собравшихся.

– Ладно, – Арлем, впервые сдержав улыбку, потер подбородок. – Может, ты действительно не совсем бездарь. Тогда слушай. Есть несколько заказов, от которых даже опытные команды отказываются, потому что слишком опасно. Например, в деревне Черноключье, что в графстве Марсиллион, пропадают девицы. Невинные. Их, похоже, приносят в жертву культисты. Еще в лесах Ветряного края устроила себе логово мантикора и раздирает путников. Пара отрядов уже пробовала ее извести, но никто не вернулся.

– Серьезные дела, – протянул Тодд. – Но может как-нибудь в другой раз. Пока у меня есть дела поважнее.

Гартон приподнял бровь, сложив руки на груди.

– И что за дела такие, а?

Тодд усмехнулся.

– Все тебе так и расскажи. Но кое-чем поделюсь. Я планирую стать влиятельным и очень богатым человеком. Сплести политические союзы, обрести власть. По моим прикидкам у меня есть время на подготовку, пока мои враги не начали действовать, но его немного. Я использую его с пользой, чтобы наголову разбить своих противников и выйти из этой игры победителем.

Его голос прозвучал серьезно, и в зале на мгновение воцарилась тишина. Даже Гартон, привыкший шутить, лишь кивнул.

– Ты хоть нас не забывай, когда поднимешься в люди.

Тодд лишь хмыкнул.

– Ну что ж, господа, – произнес он, расправляя плечи, – приятно было увидеть старые лица. Мне пора.

Он вытянул руку перед собой, медленно проведя пальцами перед собой. Воздух перед ним дрогнул, словно поверхность воды, в которую бросили камень. Воронка магической энергии начала раскручиваться, разбрасывая золотистые искры, и открывая портал.

В зале наступила напряженная тишина. Те, кто смеялся над Тоддом минуту назад, теперь молчали, наблюдая за его действиями. Портал становился всё больше, пока наконец не раскрылся полностью, окутанный мягким светом.

Тодд шагнул к нему, его мантия колыхнулась от магического потока, но он даже не оглянулся. Последним, что видели присутствующие, была его фигура, исчезающая в мерцающем свете.

***

Тодд и Ларена шли по тихой улице Мистхольма. Ларена выглядела задумчивой: её голова была опущена, а руки сцеплены перед собой. Тодд замечал, как ее взгляд то и дело блуждает в пустоте.

– Ты какая-то... не такая сегодня. Что-то случилось?

Ларена подняла голову, ее серо-зеленые глаза, казалось, искали что-то на его лице. Но она лишь грустно улыбнулась и покачала головой.

– Нет, всё в порядке. Просто... мысли.

– Мысли, говоришь? Что ж, я знаю одно место, где от мыслей можно избавиться.

Он вытянул руку перед собой, чертя в воздухе сложные магические символы. Открытие порталов давалось ему все легче. Ар`Дарх явно в этом отлично разбирался, как впрочем и во многом другом.

Они осторожно шагнули в портал, и спустя миг оказались на вершине скалы, откуда открывался вид на бескрайний зеленый лес. Ветер легко трепал их волосы, а где-то вдалеке слышалось журчание реки. Это было место, где они впервые поцеловались. В далекие дни, наполненные приключениями и опасностями.

– Ты выбрал именно это место...

Тодд ожидал, что поднимет ей настроение, но ошибся. Ларена лишь погрустнела. Подойдя к краю скалы, она села, обняв колени. Тодд сел рядом, глядя вдаль. Он молчал, его мысли работали с бешеной скоростью. Ларена, казалось, была в своём мире, а он – в своем.

Фон Эренхарты. Фон Лаймарки. Все их союзники. Эти ублюдки слишком хорошо устроились. Их не уничтожить грубой силой, не стоит даже пытаться. Нет, он должен сделать все умнее. Разведать информацию, понять, кто с кем дружит, а кто кому враг. Нужно найти союзников среди тех, кто не слишком тепло относится к Ар`Кайрону и Аль'Элине. Втереться к ним в доверие. Обрасти влиянием, самому крепко стать на ноги. Нужно будет много золота для подкупов разных влиятельных лиц. Где его взять? Тот еще вопрос.

“А еще нужно не сдохнуть, – кисло подумал Тодд. – Если Ар`Кайрон поймет, что я сделал с Ар`Дархом, то от меня мокрого места не останется”.

Поэтому первым делом – сохранять маскировку. Изображать из себя студента академии до тех пор, пока это имеет смысл.

Из размышлений его вырвал голос Ларены:

– Знаешь, иногда кажется, что всё в жизни идёт по плану. Ты уверена, что нашла своё место, своего человека... – Она на мгновение замолчала, пытаясь подобрать слова. – А потом оказывается, что всё это было лишь иллюзией.

Тодд приподнял бровь, но не стал переспрашивать. Он понимал, что Ларене нужно выговориться.

– Все планы хороши, пока не повстречаются с реальностью, – хмыкнул он. – Но иногда это к лучшему. Если в одном месте не повезло, то в другом обязательно все выйдет. Это шанс построить что-то другое. Более прочное.

Ларена тихо рассмеялась, но в ее смехе слышалась грусть.

– Прочное... – повторила она. – Я всё думала, что этого можно достичь, если просто стараться. Стараться для другого, работать над отношениями, над собой... Но похоже это ничего не значит.

– Иногда нужно просто хорошенько выпить и настроение сразу улучшиться. Если что – могу открыть портал в любое место, куда захочешь.

– Спасибо, Тодд. Ты всегда умел говорить то, что я хочу услышать.

Он улыбнулся. Ее взгляд тоже немного потеплел.

– Знаешь, – сказал он серьезно, – скоро всё изменится. Ничего как раньше уже не будет. Это я тебе обещаю.