Побег из "Эдэма"

Пролог

— А ты уверен, что они к нам придут?

— Разумеется. Буквально через двести-триста лет им придется в любом случае это осуществить.

— А если они придут к выводу, что этот вариант окажется для них слишком рискованным?

— Не думаю. На альтернативный путь мало, кто из них согласится. Мне хорошо известно их нежелание надолго оставаться в замкнутом пространстве.

— Ну что ж тебе, конечно, видней, но на нашу помощь особенно не рассчитывай, если что-то вдруг пойдет не так, тебе самому придется подтолкнуть кое-кого в нужном направлении, — Гость кивнул на медальон с ярко-лазурным камнем в черной оправе.

— А как там идут твои дела? Далеко продвинулись со своим экспериментом? — спросил своего собеседника Хост.

— Все идет по плану. Остался последний этап. Посередине пути произошел досадный сбой программы. Пришлось перезагружать всю Систему.

— А ты не боишься, что некто чересчур активный сможет вдруг оказаться, непредвиденным тобой, фактором?

— Нет. Они слишком заняты другими делами и я, разумеется, должен успеть пройти ту точку невозврата, после которой уже ничто не сможет мне помешать.

— О, нет, я имел в виду тех, о ком мы говорили вначале?

— Ты серьезно полагаешь, что мне следует опасаться этих… ? — Гость, выразив искреннее удивление, несколько замялся, подыскивая соответствующий унизительный эпитет.

— Ты не знаком с их активностью, они хоть и не представляют пока реальной силы, но могут доставить нам больше неприятности.

— Тогда я их, извини уж меня, сотру в межзвездную пыль, — грозно пообещал Гость.

— Нисколько не сомневаюсь в ваших возможностях, — быстро проговорил Хозяин, пристально посмотрев Гостю в глаза. — Но у меня есть свои на них планы. И … ты же не станешь, надеюсь, даже в этом случае, нарушать наш с тобой договор?

— Моя Госпожа, — Хозяин выразительно коснулся пальцами своего медальона. — Будет очень недовольна и ей снова придется…

— Не беспокойся, сиар, — мое Слово тверже альбаарского алмаза, — отчеканил Гость, открывая перед собой теневой портал.

Глава 1 ДОМ

Ее новый дом очень ей нравился. Добротный, уютный с высокими, строенными стеклами, закрывающими собой половинки башенок, в рассветные часы он был весь наполнен солнечным светом, дающим дополнительный позитив при пробуждении. Но особенно ей нравилось то, что этот дом, больше похожий на сказочный замок, буквально вырастал из базальтовой верхушки скалы. Его стены по причудливой гладкой линии граничили с натуральной горной породой, и никаких линий излома заметить было просто невозможно. Глядя на дом с серпантина, ведущей вниз, дорожки, ее всегда переполняло чувство гордости, — ведь это она сама, без чьей-то ни было помощи, сделала эскиз этого прекрасного жилища. Остроконечный вогнутый шпиль самой высокой башенки также был наполовину выточен из вершины скалистого пика, которая по своей высоте изменена не была. Таким образом, половина самой высокой башенки примыкала к черной базальтовой скале, и внутренняя стена комнаты была отделена от скалы только пушистым настенным ковром. Встроенная половинка башенки была покрыта половинчатым шпилем, созданного из искусственной керамики изумрудно-зеленого насыщенного цвета, который плотно примыкал к натуральной базальтовой вершине.

Именно в этой самой верхней комнате и располагалась ее уютная спаленка. Боковая дверь открывала вход на спиральную лестницу, вырубленную в теле скалы, которая вела на этаж ниже, — в просторный кабинет хозяйки замка. Ничего лишнего в этом кабинете не было. У окна стоял большой письменный стол со встроенной в него вычислительной техникой и большая этажерка с и многочисленными книгами и записями. В этом помещении можно было без труда устраивать балы и приемы. Но ничего подобного стены этой комнаты никогда не видели. Личное пространство хозяйки замка предназначалось только для нее одной. Никого из гостей у себя дома она никогда не принимала. И поэтому энергетика комнат всегда была ей созвучна. Юная хозяйка дома постоянно чувствовала себя в полной гармонии с окружающим ее уютным пространством этого дома.

Искусственная стена этой просторной комнаты примыкала к боковому склону скалы, и имела профиль тороидального сегмента. В этой комнате было четыре больших окна с полукруглыми стеклами. Сверху тороидальный выступ был накрыт, встроенным в скалу, керамическим козырьком. Его вогнутая поверхность имела незначительный боковой наклон и заканчивалась водостоком. В кабинете также была боковая дверь и сектор спиральной лестницы, которая вела на нижний ярус дома, где располагалась, открытая веранда, выполняющая по совместительству роль столовой и совсем небольшая кухонька с индукционной варочной панелью. На этом же ярусе в глухих комнатках располагались две ванны и душ с накопительным баком, который был соединен, как с линией подачи чистой воды, так и с внешним водостоком.

На самом верхнем ярусе дома располагался небольшой открытый балкон, надежно укрепленный снизу мощными стальными опорами. От этого балкона начинался легкий ажурный, немного выгнутый кверху, каменный мостик, который соединял скалы, стоящие по разные стороны глубокого ущелья, на дне которого весело и звонко журчал кристально-чистый горный ручеек. Конечно, с высоты двух с половиной тысяч метров он терялся в каменной рустике придонных и прибрежных осколков, но его журчание, особенно в тихий рассветный час, было, разумеется, отчетливо слышно. Этот мостик, в общем-то не выполнял никакой функциональной задачи, поскольку скалистый пик, находящийся напротив ее дома, пока пустовал, то есть не был преобразован Мастерами в соседний дом, и дальний конец моста упирался в столь же укрепленный небольшой карниз. За ним следовал тупик. Но ей очень нравилось стоять над ущельем посередине моста и вглядываться в лиственное море деревьев, тянущихся к самому горизонту.

Иногда облака проплывали над мостиком столь низко, что, казалось, что они влажно касаются ее обнаженного, разгоряченного контрастным душем, тела. И в такие минуты ей больше всего на свете хотелось отправиться за ними вдогонку, в упоительный полет над причудливыми лабиринтами горных каньонов.

От выхода с нижнего яруса дома к подножию скалистого пика серпантином сбегала вниз удобная пологая дорожка.

Она жила здесь уже два года одна, после того, как закончила обучение далеко от дома и теперь, повзрослев, вернулась на свою родину.

Встав рано утром с постели, она скинула с тела свой полупрозрачный ночной халат, и совершенно обнаженная подошла к высокому тонированному зеркалу. Она заботливо расчесала свои длинные черные волосы, затем встала к зеркалу боком, повращала своими стройными бедрами и осталась весьма довольной тем, что увидела в зеркале. Она специально выбирала тонированные темные зеркала, чтобы не замечать некоторых специфических черт своего облика, чтобы не заострять на них пристального внимания и не терять на них свое драгоценное время.

Она спустилась в ванную комнату, быстро приняла контрастный душ, и не вытираясь полотенцем, подошла ко второй ванне, которая была до краев наполнена питательным раствором. Она протянула свои руки к его поверхности и очень аккуратно извлекла из нее, замоченную в раствор, ткань ярко-василькового цвета. Она слегка стряхнула с нее капли на кафельный пол ванной и начала постепенно закутывать все свое тело в этот огромный лист мокрой синей ткани с четырьмя потенциальными рукавами. Сначала она закинула его за спину и чуть прижалась спиной к стене для создания плотного контакта, затем запахнула кокон внахлест у себя спереди так, чтобы четыре прямоугольных длинных конца ткани оказались на уровне ее рук и ног. Чуть наклонившись, она сначала обернула ткань вокруг ног, затем вокруг левой руки, а потом при помощи левой руки обернула тканью внахлест и правую руку. С небольшим нажимом она провела своими пальцами по всем местам соединения, и концы ткани, как липучки, соединились в единой целое, образуя сплошной комбинезон. Она, не шевелясь, постояла так две минуты, пока не почувствовала легкие уколы, словно мириады тончайших иголочек вонзились в ее кожу. Скоро все тело начало сильно зудеть, но она терпела, поскольку знала, что меньше, чем через минуту это неприятное ощущение закончится. Потом она почувствовала, что через тончайшие капилляры к ней в кровь поступают питательные вещества и кислород, а взамен этого отработанная кровь из ее вен уходит в тонкие волокна живой ткани ксаэльгайры.

Ксаэльгайра (Всеобщий язык) — однолистовое многолетнее растение, образующее биосимбиоз с кожным покровом людей Энгарты.

Глава 2 ПОЛИГОН

Нарастающий звук перешел на более высокие тона, и испытатели плотнее прижали к ушам защитные шлемофоны, а потом внезапно возникла яркая вспышка фиолетового цвета, аппарат бесследно исчез, и воздух с громким хлопком ворвался в пустое пространство, которое осталось от летательного аппарата.

Через две минуты раздался зуммер сигнала, свидетельствующий о том, что аппарат успешно приземлился и при этом не повредил свой радиомаяк. Теперь осталось только понять в какую точку планеты или планетного ряда он переместился. Мощные гиперболические вращающиеся антенны начали поворачиваться, выискивая направление, в котором громкость входящего сигнала была максимальной.

Полигон располагался вдали от жилых районов посреди большой песчаной пустыни нейтрального Ареала. Он был оборудован по последнему слову науки и техники, и, поскольку для этой важной задачи требовалось найти решение в весьма сжатые сроки, для энтузиастов — покорителей новой стихии в трех лигах от полигона были созданы удобные жилые помещения, чтобы испытатели днями и ночами могли трудиться, не покладая рук.

Конечно, испытания, которые здесь проводились, были безусловно сопряжены с определенным риском, но с риском не для самих профессиональных пилотов, а для жителей всей планеты, поскольку предугадать точное место приземления автоматического зонда, весом чуть более полтонны, не могли даже лучшие предсказатели. Поэтому для испытаний отводились лишь полтора часа в ранние утренние часы и час в вечернее время, когда над всей планетой звучал предупреждающий сигнал тревоги. И за это время требовалось запустить сотни летательных аппаратов абсолютно новой конструкции, вернуть их, по возможности, назад, на полигон и вызвать спецбригады рабочих эйбов для ликвидации последствий летных испытаний, непонятным образом разбросанных по всей планете.

Сотни вычислителей полигона за своими сверхмощными компьютерами пытались преобразовать набранную статистику всех проведенных запусков, чтобы связать единым уравнением координаты точек старта и приземления. Но пока о стопроцентной повторяемости результатов оставалось только мечтать.

Для наглядности рядом с административным центром полигона был возведен огромный трехмерный глобус Энгарты, на котором отражались результаты и достижения. Последних было чересчур мало. Точка полигона связывалась надежными голубыми линиями лишь с двумя Ареалами.

В этом же здании был большой конференц-зал, в котором в свободное от запусков время, испытатели, в основном Авви, Анви и Ауми подводили предварительные итог, проделанной ими, работы.

Ауми Вэйнхарт, один из руководителей проекта покорения Пустоты, начал оперативное совещание: — Хассэрим, давайте рассуждать так: даже школьникам хорошо известно, что все вещества и объекты распределяются по телу планеты согласно их плотностям: легкие газообразные вещества идут в верхние слои атмосферы, объекты, чья плотность выше воды и воздуха, находятся либо на поверхности планеты, либо в толще планетной коры. Причем у таких объектов, как например, созданный нами лэвер, чья плотность выше средней плотности грунта, существует определенный микролептонный потенциал. Если совершать запуск лэвера с горного плато, микролептонный потенциал лэвера будет значительно меньше, а если лэвер покоится на поверхности ртутного озера его микролептонный потенциал будет отрицательным, — ртуть будет выталкивать лэвер вверх. Раньше, когда наша наука была еще в зачаточной состоянии, ученые путали два понятия: «сила притяжения планеты», как произведение константы тяготения и массы тела и микролептонный потенциал, равный разности плотностей двух сред.

При достижении огромной критической скорости вращения рамки ротора нашего аппарата, благодаря полному отсутствию трения, поскольку рамка ротора свободно висит и вращается в магнитном поле между двух сверхпроводящих дисков, все микролептонные связи летательного аппарата с планетой рвутся, и лэвер начинает принимать участие только в гравитонном сопряжении, как самостоятельное небесное тело. Поэтому он проходит через Пустоту и устремляется к ближайшей точке внутреннего гравитонного слоя, расположенного высоко над планетой, на первой тэйестационарной орбите. В это время лэвер полностью исчезает с радаров, становясь невидимым, поскольку пребывает в совершенно ином пространстве, в так называемой Пустоте. Но долгое время находиться в Пустоте даже с работающей роторной рамкой он не может. Он неизбежно обрастает новыми микролептонными связями. За время нахождения лэвера в Пустоте, планета, за счет суммарного вращения, изменяет свое положение в пространстве, и лэвер после контакта с внутренним планетным гравитонным полем возвращается через Пустоту уже в совершенно иную точку поверхности планеты. При приближении летательного аппарата к поверхности планеты датчик отключает подачу электричества на статор и вращение рамки ротора плавно прекращается, а лэвер останавливается. Если скорость вращения рамки будет значительнее, то лэвер попадает в пространство между планетами нашей солнечной системы, а при достижении своей максимальной скорости — и вовсе перемещается в планетарные системы соседних звезд, то есть преодоление гравитонного поля второго яруса, это верхний предел возможности данного летательного аппарата, связанный с ограничением скорости, которую может развить рамка ротора, искривляющая пространство. Мы пробовали включить тот же режим, что был при запуске, но обратно зонд не возвратился. Тогда мы испытали точку, в которой был найден лэвер и подобрали, ценой нескольких попыток, скоростной режим для его возвращения сюда на полигон. Тогда и родилось знаменитое уравнение Хартри-Эданса, связывающее тэйеграфические координаты любой точки нахождения лэвера, его высоты над уровнем моря, точно измеренной средней плотности летательного аппарата (точнее его микролептонного потенциала) и скорости вращения рамки ротора с координатами любой целевой точки, находящейся на поверхности планеты. Но это уравнение не всегда работает, существующий разброс от планируемой точки приземления все еще составляет половину лиги. Видимо, существует фактор, который пока не принимается нами в расчет. Что вы можете сказать по этому поводу Мастер Эйтер?

Сидевший рядом с Эйтером, молодой испытатель Лэйс весь обратился в слух. До этого он рассеянно слушал Ауми, который неизвестно для кого прочитал школьный курс лекций, предназначенный для своих учеников начальных классов в Нейтральном Ареале. Все это время Лэйс думал о том, что послезавтра у него наконец-то будет выходной, и он наконец-то сможет встретиться с прекрасной и юной Эа Леангесс, уединившись в недавно найденным ими просторном гроте, расположенным на достаточной высоте остроконечной скалы и, самое главное, отгороженным от всего внешнего мира мощным серебристым водопадом.

Авви Эйтер поднялся во весь свой немалый рост и как бы нехотя, уныло произнес: — Хэссарим, всем вам хорошо известно, что о свойствах Пустоты нам пока ничего (он замялся, подыскивая эквивалент словам «ничего не известно», не желая повторяться). Всем нам хорошо известно, что о свойствах Пустоты мы мало, что знаем. Пустота или протоматерия не обладает привычными нам физическими метриками, такими как расстояние и масса. То есть в кубическом аттометре пустоты можно разместить тело весьма большого объема. И это тело исчезает от наблюдения, поскольку мы знаем, что Пустота не проводит через себя никакие волны, в том числе и свет, и поэтому вправе называться «темной материей». Кроме того, Пустота представляет собой единый сетчатый (он сделал акцент, выделив это, очень значимое с его точки зрения слово) массив. И понять в какой именно точке этого массива будет находится лэвер не представляется возможным. Тем не менее, нами было установлено, что лэвер, участвуя в гравитонном сопряжении, будет стремиться «сцепится», если так можно выразиться, с самой ближайшей точкой внутреннего гравитонного яруса, расположенного в экзосфере нашей планеты, куда могут проникнуть только водород и гелий. Работающими на полигоне Анви было получено весьма точное трехмерное отображение внутреннего четырехгравитонного кластера, который вращается и рекомбинирует независимо от вращения самой нашей планеты вокруг своей оси. Лэвер оказывается в этой транзитной точке фактически мгновенно, а затем начинает свое снижение, вновь приобретая, утраченный микролептонный потенциал. И с этого момента траектория его передвижения становится предопределенной, а, следовательно, и точно рассчитываемой. Следовательно, нам нужно ввести в уравнение Хартри-Эданса (Эйтер поморщился, ему как пилоту высочайшего класса, были чужды и неприятны математические уравнения, поскольку он учился чувствовать Пустоту всей своей Душой, понимая ее гораздо лучше, чем вычислители при помощи своих заумных формул), нам нужно ввести в уравнение (повторил для значимости Авви) поправочный коэффициент, связанный с расстоянием между транзитной точкой тэйестационарной орбиты и точкой приземления.

— У меня к вам один вопрос, коллега, — Ауми Норрес, известный любитель вставлять палки в колеса прогресса, поднялся со своего места и с ехидной улыбкой посмотрел Эйтеру в глаза. — То есть, согласно вашему же предположению об этом вынужденном «транзитном рикошете» летательного аппарата, из стартовой точки планеты будут доступны далеко не все целевые точки, в которые мы захотим попасть?

Эйтер задумчиво потер подбородок, это был действительно важный вопрос, на который ни у кого из испытателей не было ответа, тем не менее ему крайне не хотелось отвечать на него утвердительно.

— Разумеется, коллега, этот вопрос для нас очень важный, ведь мы планируем в дальнейшем, чтобы пилот, находящийся в салоне лэвера, смог бы самостоятельно выбирать произвольную точку приземления при помощи сенсорного экрана. Но, коллега, учитывая огромную скорость вращения гравитонного кластера вокруг планеты, время старта лэвера можно легко перенести на несколько минут, пока нужна точка не откроется для посадки, и этот сигнал готовности точки для перемещения в нее нужно будет ввести в бортовой компьютер, экран которого останется красным некоторое время, покуда точка будет недоступной для старта.

— А вы уверены, что это будет несколько минут, а не часов, ведь внутри гравитонного кластера также происходят и рекомбинационные переходы, наступление которых хотя и строго предопределено но, тем не менее, из-за наложения этих перемещений, положение транзитной точки будет трудно рассчитать с необходимой для нас точностью?

— Коллега Норрес, у нас есть целый отдел, который занимается точными расчетами. Я думаю этот вопрос следует переадресовать им. Но я уверен, что рекомбинационные переходы настолько быстры, что их переходные состояния измеряются фемтосекундами и поэтому никак не отразятся на траектории перемещения лэвера.

— Мне бы вашу уверенность… — пробормотал уязвленный Ауми и опустился на свое место.

— Коллега Эйтер безусловно прав, — произнес главный вычислитель центра испытаний, худощавый брюнет со скуластым решительным лицом Анви Гроут. — Нами построена трехмерная динамическая модель, учитывающая сложное перемещение гравитонного кластера, в котором учтены даже статистические флуктуации и гравитонное влияние нашей фиолетовой луны — Виэльса. Теперь осталось внести в модель соответствующие поправочные коэффициенты и приступить к апробации, то есть к новым летным испытаниям.

Совещание быстро переросло в обсуждение деталей, и Лэйс, задав свой немой вопрос начальнику и, получив на него такой же немой, но утвердительный кивок головой, незаметно покинул административное здание.

Он сел на скамейку в роще высоких имр с продолговатыми лазурными листьями. Эти деревья создавали комфортную тень и уже начали цвести, источая приятный нежный запах аэртийских нарциссов. Лэйс не спеша достал из бокового кармана летного комбинезона небольшой пакетик максинового сока. До вечерних запусков оставалось еще три часа и можно было, как следует, расслабиться. Авви Лэйсу недавно исполнилось двадцать шесть лет и по меркам энгарим, живущих около четырех веков, это был совсем юный возраст. Но несмотря на свой относительно юный возраст он уже успел совершить немало: среди красавиц Эа мало, кто мог бы отказать красивому юноше провести совместный вечер вдали от шумных эльгеоров где-нибудь у костра на берегу тихого лесного озера. На этом полигоне он работал с самого начала его возникновения. Он с улыбкой вспоминал, как первые, уходящие в никуда, летательные аппараты тщетно и безуспешно разыскивали в течение недель поисковые отряды и сверхчуткие космические локаторы, а потом внезапно находили их, вращающихся по эллиптическим орбитам, вокруг больших холодных и дальних планет системы Аудэ, откуда только большие челночные космические корабли могли их вернуть обратно на Энгарту. Потом, когда стартовую скорость удалось заметно снизить, лэверы начали вылавливать из прохладных глубин океана, собирать их обломки по ущельям жилых эльгеоров, вытаскивать из непроходимых болот Сумрачного Ареала. Но все это осталось в далеком прошлом. Сейчас предстояла нудная повседневная работа отладки траекторий полетов, а Лэйсу, как никогда в своей далекой молодости, хотелось самому поскорее сесть в кабину лэвера за сенсорный пульт управления и вести послушную крылатую машину куда только пожелаешь. Он даже завидовал подопытным аксэльфанам, пушистым зверькам, похожих на крошечных кроликов, которые стойко переносили Пустоту и без всяких внутренних повреждений возвращались обратно на Тэйю. На тренажерах он не раз испытывал на себя состояние невесомости, но одно дело тренажерный зал, а другое дело оказаться в неизведанном никем пространстве Пустоты с, пускай мизерной, но вполне реальной возможностью, никогда из нее не выйти. Авви Лэйса переполняли мечты об управляемом им полете лэвера в неизведанные дали космического пространства.

Эйб (Всеобщий язык) — человек, не имеющий айри; здесь: рабочий, техник.

Хассэрим (Всеобщий язык) — коллеги. Лэвер (Всеобщий язык) — преобразователь энергетических уровней, здесь: летательный аппарат, способный создавать Тоннельный эффект и, пропадая из виду, моментально перемещаться в любую точку пространства. Микролептон — частица меньшей плотности, чем электрон. Гравитон, — частица минимальной плотности, которая тем не менее, при своем вращении образует широкое гравитонное поле вокруг планет. Аттометр — одна квинтиллионная часть метра. Радиус протона составляет 833 аттометра. Тэйеграфические координаты — в отличие от географических координат, включают себя и «высоту над уровнем моря» и «плотность среды» в данной точке пространства. Тэйестационарная орбита — полный аналог геостационарной орбиты.

Глава3 ЦИТАДЕЛЬ

Арианна допила, взятый ей из холодильника, максиновый сок, и ненадолго зашла в свою оранжерею, которая была расположена в дальнем конце веранды. В ней были собраны редкие и экзотические цветы со всей Энгарты, которые благоухали и протягивали свои красивые соцветия навстречу солнечным лучам восходящего Аудэ. Среди этих растений было и немало таких, которых обычным жителям было пересаживать строго запрещено, но ей, согласно ее статусу и профессии, это позволялось. Она медленно повращала свое тело, адаптируя, прилегающую к ней ксаэльгайру к прямым солнечным лучам. Затем, почувствовав, что в ней начали снова накапливаться питательные вещества и сок, девушка закрыла входную дверь своего дома, вышла на серпантин, ведущей вниз, дорожки и, поскольку до Цитадели Жизни, до места ее нынешней работы было всего три лиги, оседлала свой личный электроскутер и не спеша выехала на крайнюю полосу широченной автострады.

Добравшись до главного здания Цитадели, она припарковала на стоянке свой электроскутер и пошла по тропинке через дендрариум в лабораторию, но не удержалась и снова оглянулась на высотное здание Храма Жизни. Больше похожее на огромную скалу с острыми пиками, главное здание высотою в сто пятьдесят метров было полностью облицовано зеркальными изумрудно-зелеными стеклокерамическими плитами, и только большие окна на верхних этажах этой громады выдавали в нем административный центр. В нем работали самые продвинутые ученые Энгарты, там же был и приемный кабинет мальхаара Нэйватиона, руководителя Ареала.

Она шла по тропинкам дендрария, покрытых белой крошкой ослепительно сверкающего кварца и любовалась могучими великанами, самых древними деревьями Энгарты. Затем прошла мимо экспериментальной оранжереи, где практиканты пытались улучшить сорта и урожайность ягодных кустарников и овощных культур. Не дойдя до обширных полей, засеянных злаками и ростками овощных культур, Арианна зашла в дверь лаборатории, поздоровалась со своими сотрудниками. Затем зашла в душевую комнату, где с сожалением опустила ксаэльгайру снова в питательный раствор и одела мантию изумрудно зеленого цвета. Затем надела на голову металлическую диадему с изумрудом, блокирующую Сеть, чтобы излишняя информация не мешала ей работать и вошла в сектор космогенетики. Внимательно осмотрев, находящиеся в биометрических саркофагах, искусственные тела, она проверила показания приборов, сверила их с референсными значениями, самолично убедилась в достаточной активности клегмы и села за свой пульт контроля всех биологических объектов рабочей зоны. Ариана включила компьютер, запустила программу, считывающий в онлайн-режиме генетический код, и стала внимательно рассматривать трехмерные изображения гигантских спиралевидных живых молекул. Время от времени просматривая базу данных в виде золотистых иероглифов Знаков Крови, она делала необходимые пометки в рабочем журнале. После того, как подготовительная часть была закончена, Арианна, убедившись в том, что аппаратура работает идеально, решила приступить к эксперименту. В дверь лаборатории один за другим начали прибывать юноши и девушки самых молодых колен четырех последних Кланов: Ваэнди, Хаэнси, Коэнси и Эльвиа, и лаборанты уже приступили к отбору биоматериалов для исследования. Вот так незаметно пролетел еще один рабочий день ее жизни, и наступил вечер.

В общем-то ей нравилась ее работа. Она прекрасна разбиралась во всех тонкостях своей профессии. Но больше всего на свете ей хотелось летать. Не на самолетах, конечно. Ей хотелось парить, подобно птице в потоках контр-поля, широко раскинув ярко синие крылья своей верной ксаэльгайры, как когда-то давным-давно во время обучения. Ее группу однажды повезли в Ареал Леварри, где только недавно установили на большой глубине несколько мощных источников контр-поля и Мастера Авви наладили небольшой двухъярусный кольцевой «воздушный коридор» вокруг одиночной скалы. Арианне очень не хотелось встречаться лицом к лицу с Леварри, поскольку они были с нею антагонистами по Крови, а, поскольку она одна из группы обладала невероятно высокой чувствительностью, такая экскурсия стала бы для нее весьма серьезным испытанием.

Но желание испытать неизведанное, в виде свободного полета, взяло над ней вверх, и она все же полетела на небольшом плайере вместе со всей группой учеников в Ареал Леварри.

Это было воистину незабываемое блаженство. Даже паря на относительно небольшой высоте двухсот метров над землей, Душа ее буквально ликовала от восторга. Она то, поднимая руки, взмывала вверх к пушистым кучевым облакам, то, чуть наклоняя тело вперед, стремительно пикировала почти до самой земли. Она так хорошо чувствовала профиль «воздушного коридора», что, внимательно следящий за ней, инструктор Леварри решил не докучать девушке своим присутствием и советами.

Потом она часто в своих снах снова и снова переживала это сладостное ощущение свободного полета, а просыпаясь под утро весьма жалела, что не может часто посещать этот запретный для себя Ареал и очень надеялась на то, что Мастера Авви скоро покроют сетью антигравитационных коридоров все небо Энгарты.

Уже выходя наружу из лаборатории, желая поскорее вернуться в свой дом, она вдруг услышала нарастающий вой и услышала, как нечто-тяжелое грохнулось неподалеку от нее, где-то на территории дендрария.

— Кровь Дракона! — воскликнула тихо побледневшая девушка. — Надо же я совсем забыла, что в этот час проходят летные испытания, и мне ни в коем случае нельзя было покидать свою лабораторию. Теперь ей, наверняка, попадет от начальства. Но какое-то предчувствие подтолкнуло ее не спасаться в надежном укрытии, а быстро побежать вперед. Видимо, памятуя о том, что снаряды никогда не попадает в одну и ту же точку дважды, она, презрев все запреты службы безопасности, выбежала в дендрарий и увидела, что, свалившийся откуда-то с небес, огромный четырехкрылый летательный аппарат придавил краем своей статорной дуги, недавно привитый, саженец дикой аксиленции, и она поспешила к нему на помощь. Она попыталась приподнять дугу статора двумя руками, но та даже не шелохнулась. Тогда она взяла в руки стальной лом и пользуясь им, как рычагом, чуть приподняла статорную дугу, одновременно ногой пододвигая под нее большой плоский бордюрный камень. Она с облегчением вздохнула, когда дуга статора перестала касаться саженца и угрожать его жизни. И только сейчас Арианна заметила, что дверь салона лэвера повреждена и с трудом удерживается на одной петле. Ей вдруг показалось, что чьи-то внимательные глаза в упор смотрят на нее из образовавшейся щели между корпусом и дверью. Ей стало любопытно, и она подошла поближе к входу в летательный аппарат и тотчас же с криком отпрянула в сторону. Ей показалось, что какая-то огромная крыса прыгнула прямо на нее. Секунду спустя, она обнаружила, что это всего-навсего пушистый аксельфан, который, завидев сочные побеги несчастного саженца, стремительно поскакал по направлению к нему. В его злонамерении можно было нисколько не сомневаться, и Арианна, изловчившись, — сказались годы специализированной практики, схватила пушистого беглеца за загривок и быстро понесла его к лэверу.

— Ах ты маленький проказник, шустрый же ты, однако. Именно поэтому отныне ты будешь называться, шэйфи, запомнил это, беглец?

(Всеобщий язык: шэйфи, здесь; «шустрик»).

Кролик недовольно фыркнул и попытался укусить Арианну за руку.

Арианна открыла входной люк и, не сдержав любопытства, решила осмотреть внутренности корабля. Она бережно усадила зверька в ложемент пилота и погладила его по пушистой спине. В это время в лэвере, что-то пришло в движение, низкий гул перешел на ультразвуковые высокие тона, и Арианна вместе с кроликом, разом потеряв вес, зависли в центре салона. Арианна попыталась поймать руками пристяжной ремень ложемента, но не получилось. В результате своего чересчур резкого движения, она отлетела вверх, сильно ударившись головой о металлическое ребро жесткости крыши лэвера и тут же потеряла сознание.

Этот левер вовсе не был предназначен для перевозки пассажиров, а потому кислородный баллон в нем, разумеется, не предусматривался, а воздух тем временем стремительно и неотвратимо просачивался в Пустоту через негерметично закрытую поврежденную дверь. Но, по счастью, девушка об этом нюансе, конечно же, не знала.

Глава 4 ХРАМ РАДУГИ

Храм Радуги был возведен в самом центре материка между Ареалами Лауви и Ксиорри. С самого высокого на планете горного массива, на котором стоял этот Храм, несли свои воды четыре горных потока, которые, по мере их продвижения к океанам, превращались в широкие полноводные реки. Две из них: Лада и Аввидана устремлялись на север к Ареалу Хаэнси, полноводный Эаридан вначале своего пути нес свои воды на запад вдоль границ Ареала Лауви, а затем, огибая по широкой дуге Ареал Эа, расщеплялся на несколько рукавов в своей дельте и впадал в Южный океан. Туда же, скатываясь каскадами водопадов, по южному склону, который изобиловал гротами и пещерными лабиринтами, впадал и стремительный Шехальдан.

Сам Храм Радуги больше всего напоминал собой раскрывшуюся головку огромного цветка. Его единственная широкая башня была целиком сложена из множества плит горного хрусталя, весьма точно подогнанных друг к другу, и, когда солнечный свет проходил через ее стены, вокруг башни возникали многочисленные, перекрывающиеся между собой, радужные блики. Любой, кто видел это незабываемое зрелище, долго не мог отвести своих глаз от этого восхитительного чуда. К основанию башни крепились семнадцать лепестков из чистого золота. Сейчас они были раскрыты и отражали вовне солнечный свет, но, когда наступало время закрытых совещаний, сервомоторы каждого лепестка поворачивали их вверх, и они полностью смыкались над башней, образуя вокруг нее заостренный золотой кокон.

Просторный зал совещаний так же был освещен радужным светом, преломленных хрусталем, солнечных лучей. Посередине зала стоял длинный стол, украшенный черной скатертью, которая была расшитой серебристым орнаментом. Белый цвет на Энгарте испокон веков считался цветом траура и поэтому использовался крайне редко.

С галереи верхнего яруса свисали большие полотнища разноцветных клановых знамен. Вокруг стола, на котором уже стояли кувшины с родниковой водой и максиновым соком и семнадцать хрустальных фужеров, были расположены удобные мягкие кресла черного цвета. Одно кресло, находящееся в торце стола, предназначалось для Главы Совета: мальхаара Хаэнси Эргстайна, остальные уже были заняты главами шестнадцати Домов Энгарты. Поскольку в это время Клана Ио уже не существовало, кресло представителя этого Дома занимала энгара Хаэнси Лавиа. Все главы Домов по случаю заседания большого Коунгра были одеты в шелковые мантии своих клановых цветов. Коротко подстриженные девушки-эйбы в серых, облегающих тела, костюмах незаметными серыми тенями приносили еду и питье членам Совета. В подлокотнике каждого кресла с левой стороны была вмонтирована кнопка вызова обслуживающего персонала.

Зал наполнился бравурным звучанием Гимна, воспевающего единство всех Домов Энгарты и добровольную жертву, которую принесли Ио во имя дальнейшего процветания Граанца. Все члены Совета, как один, поднялись со своих кресел и только после слов Эргстайна «Прошу всех снова занять свои места», опустились обратно. Все кроме самого Главы Совета, который и открыл это собрание:

— Мальхарим, я приветствую всех вас, собравшихся в этом зале. Мне, как и вам всем, отрадно осознавать, что за последние столетия наша наука и техника совершила качественный прорыв в плане освоения новых видов энергии и покорения космического пространства. Но еще более важно то, что темпы рождаемости энгарим здоровой Крови стали значительно выше Ухода их в Ваграйм. Число жителей нашего лазурного мира стало рекордно высоким и наконец-то превысило собой четырехсот миллионный рубеж. В этом немалая заслуга наших Хранителей Жизни и Хранителей Чистого Сознания. Все беды и ужасы нового Цикла, которые случились без необходимой подготовки к нему тысяча девятьсот лет тому назад, теперь остались позади. Теперь мы в силах, мальхарим, не допустить повторения проклятья Белой Крови, предвестие которого всеми нами уже наблюдается. По расчетам наших Вычислителей и прогнозам Мастеров Предсказаний до начала генетического кризиса осталось всего около ста лет. Поэтому активно действовать нужно уже сейчас. Поэтому мы и собрались здесь, чтобы обсудить два варианта дальнейшего развития событий и два варианта успешного преодоления этого кризиса. Первый вариант заключается в отправке нескольких десятков тысяч наших энгарим в другой мир, пригодный для продолжительного в нем обитания с целью приобретения в нем, в результате мутаций, новых Знаков Крови. Другой же вариант предусматривает создание огромного космического корабля, фактически искусственного спутника одной из дальних планет нашей системы, который бы, вращаясь вокруг этой планеты по орбите, на двести-триста лет стал бы их новым домом. Слово предоставляется старейшему энгару нашего Совета Ауми Мэйдельхарфу.

Высокий старик с перевязанными красной тесемкой седыми волосами не без труда поднялся со своего кресла. Свою обычную белую мантию с огненно-красным знаком Триединства он по просьбе Главы Совета сменил на ярко-красную.

— Мальхарим, всем хорошо известен факт, что видовое разнообразие нашего мира, мягко говоря, оставлять желать лучшего, именно по этой причине устойчивых комбинаций клановых Знаков Крови весьма немного, и каждые две с половиной тысячи лет возникает Белая Кровь с полным набором Знаков, которая уже не способна породить новый Клан. Конечно же, жрецы Эйнзи возразят мне, что это, мол, вынужденное Испытание, данное жителям Энгарты нашими Ведущими, но я полагаю, что это сделано Ими намеренно, чтобы мы первыми из всех Рас, активно подгоняемые нашими бедами, вышли в открытый космос и раньше всех начали осваивать и колонизировать близлежащие миры. И я уверен, что мы в этом Цикле успешно справимся с поставленной нами сложной задачей.

— И все же, уважаемый Учитель, какому из вышесказанных вариантов вы отдаете свое предпочтение? — спросил его Эргстайн.

— Могли бы меня об этом и не спрашивать. Наш Дом, как никакой другой, жаждет собрать достоверную информацию о новых мирах. Разумеется, я выступаю за колонизацию миров других планетарных систем, поскольку наши планеты и спутники для этой цели совсем не пригодны.

— Мне, как Владыке Храма Зоарим, несколько неприятно слышать такую вольную трактовку священного термина «Испытание», — главный служитель храма Зоарим — Эйнзи Вэйнаа, полнеющий коротко подстриженный мужчина крепкого телосложения, одетый в черного атласную мантию с вышитыми на ней нитями из золота символами и знаком золотого дракона, висящего у него на груди на толстой золотой цепочке, нервным движением поднялся со своего кресла. — Испытания, Дети мои, даны нам Отцом нашим Крылатым, вовсе не для того, чтобы мы искали крова своего под звездами чужими, нам незнакомыми, а для того, чтобы мы совершенствовали самих себя и мир, Отцом нашим данный. Ищите Знаки Его повсюду и Глас Его укажет вам, как следует преодолеть тернии сии, не покидая родного мира нашего. Ваузэ.

— Спасибо, за совет Святой Отец, мы, разумеется еще поговорим о наших Ведущих, но на закрытой части нашего Совещания, — Хаэнси Эргстайн недовольно поморщился, он, как и все члены Совета недолюбливал всего того, что к науке не относилось. — А теперь Владыка Цитадели Жизни Ксиорри Нэйватион поведает нам об исследованиях Крови последних поколений молодых Кланов, которые проводились Хранителями Жизни.

Нэйватион, высокий стройный молодой мужчина, поправив свою мантию ярко изумрудного цвета, встал и громко произнес: — Мальхарим, предпоследние одиннадцатые поколения всех четырех молодых Кланов уже вступили в период брачных отношений. Если мы не найдем способ преодоления Белой Крови, их дети будут обречены на безбрачие, поскольку, согласно Кодексу Граанца, чьими хранителями мы являемся, им будет запрещено рождать неполноценных детей, склонных к генетическим заболеваниям. Нами были проведены всесторонние генетические анализы, которые не выявили каких-либо опасных отклонений, но, тем не менее, полную комбинацию всех Знаков их молекулы ДНК в себе уже содержат. Что касается выбора варианта развития способа преодоления кризиса, то все будет зависеть от двух планетарных факторов: уровня радиации в новом мире и биологической адаптации к этому миру наших тел. Но об этом я уверен, что об этом, лучше всех, знает энгара Дома Каурси.

— Каурси Алинэйра, видимо, именно в ваших прекрасных руках находится будущее наших потомков. Пожалуйста, вам предоставляется слово, — Хаэнси Эргстайн не стал скрывать того, что он весьма очарован красотой молодой энгары и улыбнулся, не сводя своих глаз с ее стройной фигурки в яркой мантии цвета лайма с привлекающими внимание боковыми вырезами.

Алинэйра грациозно, как невесомая воздушная волна, поднялась со своего места, и весь зал сразу же затих в ожидании ее слов.

— Мальхарим, — высокий голос энгары мелодично зазвучал под хрустальными сводами Зала Советов. — Все мы знаем, как радиация действует на биологические организмы. Она, безусловно, является мутагенным фактором, но радиация в большинстве случаях также наносит и непоправимый вред всему организму. Мы проводили многочисленные эксперименты над грызунами и в результате пришли к выводу о том, что несмотря на то, что родовые Знаки Крови изменяются в нужном нам направлении, изменения других генов при этом вызывают серьезные заболевания. Когда мы только начали осваивать Виэльс, нашу фиолетовую луну, мы ошибочно решили, что все изменения в тех людях, которые, работали на нашем спутнике долгое время, находясь в скафандрах высокой степени защиты, происходят под действием излучения радиоактивного йода. Но когда эти же самые симптомы были обнаружили и у людей, работавших на орбитальной станции вокруг нашей гигантской холодной планеты Мааты, где радиоактивный фон был в несколько раз меньше, чем на Энгарте, был сделан вывод о существовании другого мутагенного фактора, не связано с излучением. Наши ученые назвали это явление «инопланетным фактором». То есть по мере удаления или приближения людей относительно Аудэ, этот «инопланетный фактор» способен существенно изменять клановые Знаки Крови и может быть с успехом использован для нашей цели. Кроме того, сами наши организмы, будучи перенесенными в иное космическое пространство, начинают активно адаптироваться к непривычным для них условиям, что и вызывает мутации. Я уверена, что чем дальше от Аудэ будет находиться наш «Новый Эдем», тем более быстро будут достигнуты нужные нам мутации. Так что вероятнее и быстрее мы достигнем цели, если отправим наши планетарные катера в другую солнечную систему. Мастера Тэйви дают соотношения вероятностей благоприятного нам исхода, как девяносто восемь к сорока пяти в пользу колонизации чужих планет.

— Благодарю вас, очаровательная энгара, за столь подробный и весьма познавательный экскурс, — сказал Глава Совета. — И по этому поводу у меня есть вопрос к Мастеру Предсказаний Тэйви Альтенарду. Скажите, как долго должны находиться на орбите Мааты добровольцы, чтобы хотя бы десять тысяч из них смогли бы приобрести требуемые мутации?

Альтенард, высокий сухопарый мужчина в серо-голубой мантии, хрипло произнес: —Согласно статистическому анализу экспериментальных данных и предвидению наших Мастеров для того, чтобы на «Новом Эдеме» гарантировано возникло требуемое число таких людей, понадобится около двухсот лет, то есть фактически пять поколений гартаим должно родиться на этой орбитальной станции, и только пятое поколение будет готово к обратной отправке на Энгарту для инициации нового Цикла.

Владыка Нэйватион при этих словах привстал и попытался о чем-то его спросить, но Альтенард жестом остановил его.

— Я предвидел ваш вопрос, сиар, — улыбнулся ему Тэйви. — Да, четвертые и пятые Колена (поколения) орбитальных эмигрантов уже будут нести в себе отпечаток Белой Крови, будут подвержены хроническим заболеваниям, и никто не может дать гарантии, что они смогут оставаться на «Эдеме» нужное время. Мы ничего не знаем о том, как инопланетный фактор влияет на носителей Белой Крови. Поэтому гораздо надежнее было бы переселиться и освоить другой мир, но…

Мастер Предсказаний сделал большую паузу и, помрачнев, продолжил: — Мы с коллегами оценили вероятность нахождения нами в межзвездной бездне близкого, пригодного для заселения мира, чтобы на него было возможно перейти на планетарных катерах, поскольку Межзвездные Тоннели нам пока не доступны. И эти цифры весьма неутешительны. Всего шесть, от силы восемь процентов за то, что нашим планетарным катерам неслыханно повезет, и они вдруг вынырнут из Пустоты рядом с планетой, на которой есть жизнь.

Эльвиа Снайге, брюнетка средних лет с ярко-синими блестками в волосах, расправив складки роскошной фиолетово-синей полупрозрачной мантии, поднялась со своего места: — Да, наши коллеги пока в силах открыть Звездные Врата, но нам уже вполне доступно создание временных колоний на холодных планетах с низким содержанием кислорода. Нами разработаны и апробированы проекты возведения городов под куполом и их коммуникаций. Так что, названный вами процент, Мастер Альтенард, в этом случае, должен сильно возрасти.

— Мне бы вашу уверенность, — пробормотал Тэйви. — Но даже сейчас, слушая ваши слова, меня не посетило Предвидение, касающееся успешной колонизации нового мира, простите меня. Давайте лучше послушаем доклад о последних достижениях наших покорителей Неба.

— Одну минуту, прежде всего, я хотел бы услышать мнение Хранителя Чистого Сознания доктора Эсси Варгэу, — Глава Совета решил оставить необычайные успехи в области испытания новых моделей планетарных катеров на десерт. После этого он знал, что лепестки вокруг Храма Радуги плотно сомкнутся, и остальная часть совещания будет проходит без передачи информации в Сеть. — Скажите нам, доктор, как долго мозг орбитального эмигранта способен будет выдерживать отсутствие Сети и своевременного притока свежей информации? И не возникнут ли при такой длительной изоляции от прежнего социума каких-либо необратимых отклонений в их айраим?

Грузный мужчина, неопределенного возраста с полноватым, характерным для всех Эсси, лицом, промокнул пластинкой ксиальвы, выступивший на лице, пот и важно произнес: — Добрый день, мальхарим. Этот вопрос преисполнен огромной важности, и он является ключевым вопросом для нашего с вами непростого выбора. Поскольку, если без питья и питания мы сможем существовать дни, то, последствий полной блокировки всяческой информации мы не способны выдержать и шести часов. В подвальных помещениях нашей медицинской всепланетной ассоциации, больше известной, как Розовый Дом, нами был осуществлен ряд испытаний на тех добровольцах, которые проявляли повышенную стабильность магнетических созвездий своих айраим. Испытуемых погружали в бассейн с температурой, равной температуре тела, закрывали глаза и уши, в ноздри вставляли фильтры, на голову одевали тонкую металлическую сетку для полной блокировки Сети и мыслей обслуживающего персонала. Мало, кто выдерживал это испытание больше трех с половиной часов, рекорд принадлежал энгару из Клана Анви, видимо, даже погруженный в ванну, он смог заниматься в уме своими точными вычислениями.

В зале раздался чей-то нервный смешок.

Варгэу неодобрительно и с каким-то профессиональным интересом посмотрел в сторону, откуда донесся этот неуместный здесь звук, но кому бы он не принадлежал, смех тут же оборвался. О лабораториях Эсси ходили весьма мрачные слухи и анекдоты, и никто из энгарим не хотел контактировать с Хранителями Чистого Сознания, тем более на их территории.

— Так вот, энгарим, неизвестно, что еще будет лучше для наших будущих эмигрантов: жить на орбитальной станции, на которую все же будет приходить вся новая информация по радиосвязи или жить на абсолютно чужой планете, чье магнитное поле будет полностью блокировать их мысленные трансляции, и они будут постоянно чувствовать себя полностью отрезанными от нашего Изначального мира. Подумайте об этом, мальхарим, и тщательно взвесьте все «за» и «против» вашего выбора. Что касается мнения энгарим нашего Дома и Клана Эйси, то они безоговорочно за создание орбитальной станции вокруг Мааты.

— Ну что же в заключении мы послушаем об успехах наших планетарных пилотов и услышим мнение руководителя одного из древнейших наших Домов. Слово предоставляется Авви Рэйнгаульту.

(Эльгеор (Всеобщий язык) — высокогорный город, жилой квартал Ареала.Мальхаар, мальхарим ((Всеобщий язык) — правитель, правители.Ксиальва — растения, чьи плоды могут используются в качестве губки.Зоарим (Всеобщий язык) — Ведущие, высокоразвитые Расы, обитающие в Запределье. «Зоарим» —книга Ордена Ио, открытая для всеобщего доступа.Граанц (Всеобщий язык) — Генеалогическое «дерево», графически отображающее происхождение семнадцати Кланов Энгарты. Кодекс Граанца — свод законов и правил, регламентирующих все без исключения брачные отношения среди энгарим (и энгарот).Энгар (мн.ч. — энгарим), энгара (мн.ч. — энгарот) (Всеобщий язык) — чистокровные жители Энгарты. Айри, айраим (Всеобщий язык) – Душа, души.)

Глава 5 И СНОВА ПОЛИГОН

Пришло время вечерних испытаний. И поскольку на утреннем собрании руководство проекта поставило перед испытателями полигона «Р-25» задачи, которые требовалось решить в весьма сжатые сроки, позитивные результаты летных испытаний новых моделей планетарных катеров нужно было получить в самое ближайшее время. Именно поэтому испытатели разбились на восемь небольших групп, в каждой из которых были два энгарим Авви и два техника-эйба. И каждой группе необходимо было за отведенный час произвести запуск не менее трех летательных аппаратов и посадить их обратно, благо, что полигон окружала в радиусе нескольких лиг огромная песчаная пустыня. Своего хода у планетарных катеров не было предусмотрено, и поэтому к месту старта их буксировали на широких платформах колесные тягачи. Пока технический персонал полигона занимался разгрузочными работами, испытатели в специальной обуви шли по нагретому за день песку к месту старта. Было решено, что каждая из восьми групп запустит по три планетарных катера по различным азимутам, то есть по всем двадцати четырем сторонам света.

Лэйс подошел к четверке своих лэверов, тщательно их осмотрел, убедился, что в зазор между рамкой и статорной дугой не попало никаких посторонних предметов и, посмотрев на часы, дал сигнал своему помощнику, чтоб тот распределил четвероногих пассажиров по салонам. Закончив с приготовлениями, Лэйс громко скомандовал: «— Первый, пошел!» и нажал кнопку с цифрой «1» на своем пульте. Запуск всех лэверов осуществлялся с пульта диспетчерской и, приняв команду Лэйса о готовности, диспетчер дистанционно дал сигнал на разрядник, находящийся в куполе лэвера, и рамка ротора начала неистово вращаться, зависнув вокруг центрального стержня в образовавшемся магнитном поле. Все отошли подальше от летательного аппарата и плотно закрыли свои уши. Дождавшись фиолетовой вспышки и громкого хлопка, ворвавшегося в пустоту, воздуха, Лэйс, сняв шлемофоны, включил поисковый планшет, на экране которого была изображена подробная интерактивная карта Энгарты, увеличил участок вокруг целевой точки и стал ждать, когда лэвер выйдет из Пустоты. Прошло всего сорок секунд, и на планшете над, выделенным Лэйсом участком, засияла крохотная красная точка. Это означало, что лэвер вышел из Пустоты и на малых оборотах плавно спускается к поверхности Энгарты через ее стратосферу. Через пять минут плавное снижение лэвера прекратилось, и увеличенная красная точка на экране начала активно пульсировать, свидетельствуя о приземлении летательного аппарата. Лейс запустил программу оценки точности приземления и остался весьма довольный результатом, — ошибка составила всего три с половиной метра.

— Внимание, команда! Даю обратный старт! Всему персоналу сектора «7» немедленно укрыться в кабинах машин, — скомандовал Лэйс и снова нажал кнопку на пульте. Двое техников укрылись в салонах лэверов, Лэйс с Анхелем сели в кабину машины. Через пять минут в непосредственной близости от них закружился огромный песчаный смерч, а затем в центре его нарисовался, вернувшийся издалека, планетарный катер.

Один из техников вытащил из салона катера за уши очумевшего аксельфана и вернул его в свою клетку. Анхель подошел к корпусу лэвера, замерил уровень радиации, записал его в блокнот и дал команду погрузчику, который, подцепив крюками лэвер за две противоположных статорных дуги, погрузил лэвер обратно на грузовую платформу.

— Второй, пошел! — громко скомандовал Лэйс.

Он был доволен тем, что все происходит с опережением графика.

После того, как удалось запустить третий лэвер, Лэйс уже не сомневался, что и четвертый планетарный катер опустится точно в цель, и его похвалит высокое начальство.

Зря он об этом подумал! Приземление третьего лэвера было весьма жестким, и, хотя радиомаяк был исправен, одновременно с сигналом о приземлении катера пришел сигнал о возникших на его борту технических неисправностях.

— Кровь Дракона, — выругался Лэйс. — Теперь мне точно не видать дополнительных выходных, как острых кончиков своих ушей.

Секунду поразмыслив, он запросил диспетчерскую по раудэру: — Хэй, Элеор. Третий борт поврежден. Что будем делать? Возвращаем его на базу или вызываем эвакуатор к месту приземления?

— Да ну его к хлэйфам! — прокричали в трубке. — Гони его срочно назад! Авось не развалится по дороге. У меня нет времени ждать эвакуаторный плайер.

— Ну как скажешь, — пожал плечами юноша. — Запускаю обратный старт! Команда в укрытие!

И снова активировал планшет. Точка на нем долго не загоралась. Лэйс на всякий случай проверил уровень заряда в батарее, но там все было в порядке. Потом красная точка все же зажглась, но следом за ней сдвинулся влево и весь экран. Лэйс сразу же догадался, что это означает.

— Команда всем наружу, готовьте тягач и едем в точку за две с половиной лиги к югу на границу пустыни. На сегодня все полеты, шэйтанф, закончены, — скомандовал Лэйс и сам сел за руль тягача.

Втроем они за пятнадцать минут пересекли пустыню и сразу же увидели приземлившийся третий лэвер.

— Смотри, командир, дверь! — воскликнул Анхель.

Но Лэйс уже и сам отчетливо видел, что дверь в салоне закреплена вовсе не так. Видимо, по причине весьма жесткой посадки лэвера, ее сорвало с одной петли, а, затем, перекосило и заклинило.

— Бедный кролик, — подумал Лэйс, ступая на горячий песок. — Наверняка он задохнулся, поскольку более трех минут пребывал в Пустоте, и весь воздух в первую же секунду вышел из салона.

О мысли, что ему придется извлекать из кабины лэвера еще теплый труп, он замедлил шаг и уже хотел было пропустить Анхеля вперед себя, но что-то его удержало от этого поступка.

Приняв из рук Анхеля монтировку, Лэйс просунул ее в дверную щель и что есть силы вырвал дверь наружу. Он отскочил в сторону, но годы длительных тренировок в летном центре дали о себе знать, и, когда вслед за дверью из салона выпала еще и девушка, он с трудом, но все же успел подхватить ее и взять девушку на руки.

Три человека, наблюдавшие эту сцену, были настолько шокированы, что начисто забыли все слова. Немая сцена продолжалась полминуты, а потом Анхель тихо спросил: — Она живая?

— Теплая, — с придыханием в голосе невпопад ответил, не менее ошарашенный произошедшим, Лэйс и, догадавшись о том, что этот признак мало, что значит, прислонил ухо к ее груди. — Хвала Небесам, вроде бы дышит, но, видимо, она находится без сознания.

Команда сразу же пришла в себя, и ее тут же прорвало на всевозможные шутки:

— Наш кролик в Пустоте обернулся прекрасной феей.

— Сегодня вся Сеть будет на ушах и засыплет тебя «лайками» и вопросами, готовься, Лэйс.

— А вы с ней очень живописно смотритесь!

— А может это инопланетянка?

— Да нет на ней же ксаэльгайра.

Только сейчас Лэйс увидел, что на девушке была не мантия, а живая ксаэльгайра, которая в нескольких местах, впрочем, была немного порвана, и через дыры в ее синей ткани привлекательно виднелось полностью обнаженное юное тело.

Теперь всем стало понятно, почему лэвер не вернулся в точку старта, — произошло непредвиденное увеличение общей массы.

— А ведь еще чуть-чуть и он бы упал в океан, — мрачно подумал Лэйс, не думая опускать девушку из своих рук на теплый песок.

— Диспетчер, это Лэйс, срочно вызывай к месту посадки дежурный вертолет Эсси!

— Что вашему кролику стало настолько плохо?

— Да пошел ты к хлэйфам, тут у нас девушка, по-моему, Каурси, непонятно, как и зачем оказалась в салоне. Она без сознания.

— Ого! Сейчас вызову, ждите!

При упоминании об Эсси девушка тотчас же открыла свои ярко-синие глаза и еле слышно проговорила: — Где я?

— Ты находишься в весьма надежных руках! — успокоил ее Анхель. — Эти руки способны нести тебя по жизни добрую половину Вечности и нисколько не устанут.

— А где Шэйфи? — снова задала вопрос очнувшаяся незнакомка.

— Так ты была там со своим парнем? — весьма нетактично спросил техник.

Анхель снова заглянул в салон и вытащил за уши тельце кролика.

— Все. Больше там никого нет! — чуть побледнев, сказал Анхель.

— Это и есть Шэйфи. Да отпустите же меня! — Девушка, чуть шатаясь, подошла к Анхелю и вырвала у него из-рук пушистого кролика. — Бедняжка, как же тебе досталось от этих горе-пилотов. Я завтра же напишу обращение к Владыке Нэйватиону, чтобы он запретил отныне проводить испытания на аксельфанах. А этого я забираю с собой.

— Сейчас сюда прилетят Эсси и вам обоим будет оказана медицинская помощь! — напомнил текущую ситуацию Анхель.

— Что-о-о? — возмутилась девушка. — Мы не нуждаемся ни в чьей помощи. Отправьте нас обратно в свой Ареал, и мы забудем об этом досадном недоразумении.

— Весьма сожалею, милая фея, — Лэйс осторожно подошел к ней и внимательно посмотрел ей в глаза. — Уже поздно что-то менять. К тому же все живые существа, возвращающиеся из Пустоты, должны обязательно пройти обследования. Это очень важно для нас, поскольку мы скоро будем пилотировать эти планетарные катера, и нам необходимо знать, как Пустота влияет на человека!

Когда Лэйс заглянул в глаза девушки, внутри него разом оборвался поток мыслей и ему внезапно захотелось только одного: до конца своих дней не разрывать эту эфемерную волшебную связь. Он почувствовал, что и девушка сразу же потянулась к нему, хотя и не подала никакого знака, чтобы он смог так подумать.

— За это энгар, можешь не волноваться, — завтра с утра я вышлю вам подробный анализ из своей лаборатории. Давай я запишу твой инфокод.

— Но вы же Каурси, и у вас нет таких полномочий!

— С чего ты это решил? Посмотри на меня внимательнее, разве у Каурси могут быть такие утонченные черты лица и тонкие пальцы. Я энгара Дома Ксиорри, и я работаю в центральной лаборатории Цитадели Жизни.

— Ну тогда это вполне возможно! А как вас зовут, прекрасная фея?

— А вот это я могу открыть только тебе одному, — она нежно прикоснулась своими тонкими губами к уху Лэйса и назвала ему свое имя.

— А меня зовут Лэйс, — используя тот же прием, сообщил ей Авви.

Девушка тепло улыбнулась Лэйсу и взяла его за руку.

— Хватит целоваться, лэйвифы, — недовольно пробурчал Анхель. — Я уже слышу рев пропеллеров патрульного геликоптера Эсси.

— Бежим отсюда, Лэйс! Отвези меня немедленно в аэропорт. Я не должна попадаться на глаза этим Хранителям Чистого Сознания, пожалуйста, Лэйс!

Авви Лэйса буквально раздирало на части. С одной стороны, строгая инструкция не позволяла ему лишать пострадавшую необходимой медицинской помощи, а тем более он был не вправе использовать служебную технику в личных целях, а с другой стороны, он отчетливо понимал, что его отказ навсегда разорвет эту слабенькую нить эфемерной, но такой важной для него, связи.

Он сам не понимал, что делает, но грубо оттолкнув техника в сторону, Лэйс помог девушке подняться в кабину, а затем влез в нее сам и дернул большой рычаг, отцепляя грузовую платформу от тягача.

— Ты что творишь? — заорал испуганный Анхель. — Остановись немедленно! Не сходи с ума…

— Не волнуйся, сиар, я все возьму себя, ваузэ! — торопливо ответил ему командир группы, и, врубив нужную передачу, погнал тягач на максимальной скорости по направлению к главной автостраде.

Он был уверен в том, что он успеет и его не перехватят по дороге. Важно было поскорее добраться до автострады, по дороге вызвать двухместную капсулу на магнитной подушке, а дальше можно было уже спокойно мчаться над автострадой прямо в аэропорт.

— А ведь ты, Арианна, буквально вырвала у меня из рук пальму первенства. Если бы не ты, то я бы через неделю стал первым летчиком, прошедшим через Пустоту, а теперь ты, а не я, войдешь в историю, как первопроходец.

Только сейчас Лэйс заметил, что девушка улыбается и нежно гладит своей рукой, пришедшего в себя, кролика, который теперь уже мирно спал на ее коленях.

— Не переживай, Лэйс, завтра мы с тобой встретимся, и я компенсирую тебе твою потерю.

(Лэйвифы, — небольшие серые птицы Энгарты.

Ваузэ — 1) До встречи 2) Все будет так. Сиар — друг)

Глава 6 "РОЗОВЫЙ ДОМ"

КРАТКИЙ ГЛОССАРИЙ

Эйб (Всеобщий язык) — человек, не имеющий айри; здесь: рабочий, техник.

Хассэрим (Всеобщий язык) — коллеги.

Лэвер (Всеобщий язык) — преобразователь энергетических уровней, здесь: летательный аппарат, способный создавать Тоннельный эффект и, пропадая из виду, моментально перемещаться в любую точку пространства.

Микролептон — частица меньшей плотности, чем электрон.

Гравитон, частица минимальной плотности, которая тем не менее, при своем вращении образует широкое гравитонное поле вокруг планет.

Аттометр — одна квинтиллионная часть метра, радиус протона составляет 833 аттометра.

Тэйеграфические координаты — в отличие от географических координат, включают себя и «высоту над уровнем моря» и «плотность среды» в данной точке пространства.

Тэйестационарная орбита — полный аналог геостационарной орбиты.

Максин — Сладкий плод, по вкусу напоминающий спелое манго, максины образуют большие сростки отельных маленьких плодов.

Эльгеор (Всеобщий язык) — высокогорный город, жилой квартал Ареала.

Мальхаар, мальхарим (Всеобщий язык) — правитель, правители.

Ксиальва — растения, чьи плоды могут используются в качестве губки.

Зоарим (Всеобщий язык) — Ведущие, высокоразвитые Расы, обитающие в Запределье. «Зоарим» —книга Ордена Ио, открытая для всеобщего доступа.

Граанц (Всеобщий язык) — генеалогическое «дерево», графически отображающее происхождение семнадцати Кланов Энгарты.

Кодекс Граанца — свод законов и правил, регламентирующих все без исключения брачные отношения среди энгарим (и энгарот).

Энгар (мн.ч. — энгарим), энгара (мн.ч. — энгарот) (Всеобщий язык) — чистокровные жители Энгарты.

Айри, айраим (Всеобщий язык) – Душа, души.

Синаптические связи — бесконтактный способ передачи нервного импульса между нейронами, при помощи специальных органических веществ (нейромедиаторов).

КАРТА АРЕАЛОВ ЭНГАРТЫ И ЗНАКОВЫХ СООРУЖЕНИЙ:

Розовые зеркальные стены очередной замкнутой кубической комнаты многократно отразили ее одинокую стройную фигурку и унесли ее вслед за собой в невообразимую даль по зеркальному бесконечному коридору. Потолки и пол этой бесконечной вереницы комнат также были розовыми и зеркальными, и их стыки с зеркальными стенами были очень точно подогнаны друг к другу. Этот вездесущий розовый цвет ассоциировался у нее с приторно- сладким нектаром экситры, и поэтому был ей вдвойне неприятен. Куда бы она не смотрела: вверх, вниз или перед собой, — повсюду возникали бесконечные коридоры, отражающие и множащие, стоящую в полной растерянности, юную девушку. Даже ее яркое изумрудно-зеленое платье тотчас же поблекло в этом розовом многогранном калейдоскопе и приобрело неприятный сиреневый отсвет. Она чувствовала себя в этой зеркальной бесконечности крохотным подопытным насекомым, попавшим в эту хитроумную зеркальную ловушку, которая была способна свести с ума любого, даже физически сильного, мужчину. Впрочем, именно так оно и было. Она нисколько не сомневалась, что за ее передвижениями и состоянием внимательно следят десятки глаз, профессионально отмечающих все ее реакции на внешние раздражители. Она попробовала закрыть глаза, чтобы, хотя бы на недолго, восстановить душевное равновесие, но розовые блики, отраженные сетчаткой глаз, даже тогда не переставали ее преследовать.

— Пятнадцать, семь, два; пятнадцать, семь, два, — монотонно вслух повторяла девушка, ровным голосом, стараясь не выдать свое раздражение и в то же время, чтобы, ни в коем случае, не заплутать в этом обманчивом розово-зеркальном лабиринте.

*** ***

Вчера вечером, накануне, описанных выше, незабываемых впечатлений, когда фиолетовый Виэльс уже поднимался над скалистым эльгеором Дома Анви, Арианна покинула двухместную скоростную магнитную капсулу, крепко поцеловала Лэйса на прощание, и, сказав ему, «До скорой встречи!», торопливо побежала на, отходящий, на противоположную сторону планеты, пассажирский авиалайнер.

Дома она накормила пушистого зверька мелко нарубленными свежими овощами, закрыла Шейфи в комнате, а сама пошла в ванную. Арианна сняла с себя, порванную в нескольких местах, ксаэльгайру, очень аккуратно притянула друг к другу ее рваные края, смазала их с обеих сторон заживляющим клеем, и. подождав, когда гель подсохнет, бережно опустила ксаэльгайру в квадратный пластмассовый тазик с регенерирующим концентрированным раствором, в котором и оставила ее на ночь. Затем, встала под душ, внимательно осмотрела в зеркало свою ушибленную макушку и, не найдя там ничего особенного, включила гидромассажный режим душа. Выйдя из ванной, девушка почувствовала, как прежний позитивный тонус возвращается к ней. Арианна надела на себя чистый ночной халат и пошла в спальню. Свою серебряную диадему с ярким изумрудом, которую она надела еще в кабине грузовой машины, во избежание слежки, она так и не снимала, и, хотя, она ощущала, идущие от раудэра, вибрации пропущенных вызовов, эти сигналы она решила полностью проигнорировать, оставив решение последствий необычного инцидента, в котором ей пришлось принять самое активное участие, на завтрашний день. Она легла в постель, выбрала один из маайлэнгов с видеофильмом в жанре космической фантастики, который бы не напрягал ее своим сюжетом, и, не снимая диадему, держа искрящийся красный граненный шарик маайлэнга в руках, так и заснула, не досмотрев до конца свой фильм.

*** ***

Утром она проснулась от того, что нечто мягкое и пушистое пыталось проникнуть под ее тонкий халатик.

— Ах ты проказник, — она взяла кролика за шкирку и опустила его на пол. — И ты норовишь пробраться туда же…

Затем она посмотрела на часы и с ужасом обнаружила, что ей осталось всего двадцать минут до приема своих пациентов. Она торопливо позавтракала, надела свою рабочую изумрудно-зеленую мантию и, оседлав скутер, помчалась по серпантину дорог. Она, конечно же, уступала всем Тэйви в плане предсказаний ближайших событий, но что-то ей упрямо подсказывало, что работать ей сегодня на своих анализаторах не придется.

Она не ошиблась. Как только она сняла с головы свою диадему, тут же последовал вызов заместителя Нэйватиона по научной части с приказом срочно зайти к нему в кабинет. Она вошла в высокое здание Цитадели Жизни, поздоровалась с персоналом, и, поймав на себе весьма любопытные взгляды, отчетливо уяснила, что репортаж вечерних новостей, вызвал широкий общественный резонанс. Поднявшись на пневматическом лифте на восьмой этаж, она отворила нужную дверь и тихо вошла в кабинет начальника.

— Хэй, энгар Ваурэнис, — вежливо поздоровалась Арианна.

— Хэй, Арианна, как ваше самочувствие? — участливо поинтересовался сухопарый седеющий энгар, который недавно разменял свою вторую сотню лет. — Хранители Чистого Сознания уже хотели добиться отмены неприкосновенности вашего жилища, ради срочной встречи с вами.

— Обойдутся! Я же пообещала занести им сегодня результаты всех своих анализов.

— Все Эсси в один голос уверяют, что им этого недостаточно. Боюсь, что они вправе потребовать от нас, вашей принудительной изоляции в Розовом Доме вплоть до уточнения окончательного диагноза, касающегося вашего сознания. Во всяком случае такое их настоятельное предложение владыка Нэйватион пока категорически отверг, — усмехнулся энгар, но тут же серьезным тоном продолжил. — Но это лишь пока… пока они не раздобудут веских доказательств вашего поврежденного, по их мнению, сознания. А добывать эти доказательства они, можете в этом нисколько не сомневаться, большие мастера. Короче, Нэйватион весьма разумно решил подстраховаться и произвести часть анализов у нас в лаборатории, чтобы иметь козыри на руках, на тот случай, если Эсси решатся на подгонку каких-либо, обнаруженных ими, симптомов, тянущих на весьма длительной срок вашей принудительной изоляции. А затем, мы, скопировав эти результаты на маайлэнг, отправим вас в Розовый Дом. Это не так далеко, и они скоро пришлют за вами свою автокапсулу на магнитной подушке.

Арианна побледнела и, вцепившись рукой в край директорского стола, с отчаянием в голосе произнесла: — Одна? Одна… я туда ни за что не поеду! Пожалуйста, дайте мне в сопровождение кого-нибудь из Ксиорри, да, и желательно, чтобы он был атлетически сложенным, пожалуйста… умоляю вас…

— Где же я вам такого найду? — усмехнулся Ваурэнис. — Вы же знаете, что все Ксиорри субтильные по своей фактуре… а, впрочем, есть у меня тут на примете один гарт-полукровка. Сейчас я его вызову к себе и должным образом проинструктирую.

— Ой, спасибо вам огромное, — пролепетала Арианна. — Вы знаете, — я в долгу не останусь …

— Да бросьте, я уже старик… — усмехнулся директор. — И вот, что Арианна, Эсси будут наверняка испытывать ваше терпение всяческими своими техническими пакостями. Постарайтесь, пожалуйста, не сорваться. Они только этого от вас и будут добиваться, поскольку вы для них необычайно важный, теперь, объект исследований, который они всеми силами будут пытаться оставить у себя надолго. Нэйватион уверил Эсси о том, что ни за что не отдаст им столь ценного своего сотрудника, и поэтому не давайте ни малейшего повода Хранителям Чистого Сознания для утверждения на врачебном консилиуме, нужного им, диагноза.

— Хорошо, Ваурэнис! — ответила ему уверенно девушка. — До завтра. Ваузэ!

Спустя два часа Арианна, забрав маайлэнг с результатами своих анализов, вместе со своим сопровождающим Кэйтом и двумя представителями Розово-красного Клана уже мчались над автострадой по направлению к Розовому Дому.

По дороге все молчали, а на единственный вопрос Арианны: «Дождетесь ли вы нашего возвращения?», один из Эсси коротко произнес, что «отвечать на любые вопросы они не уполномочены».

Они подъехали к огромному высокому зданию в виде усеченной четырехгранной пологой пирамиды, сплошь облицованной квадратными розово-красными стеклокерамическими плитами.

— Энгара Арианна, вам оказана высокая честь беседовать с самим заместителем Главы нашего Дома: Эсси Миэргом. Чтобы, быстрее всего, пройти в его кабинет, вам нужно пройти по прямой пятнадцать пустующих комнат, затем повернуть направо и пройти сквозь семь других комнат, а, затем, пройти по направлению к выходу еще две. Вы запомнили или мне повторить?

— Не переживайте, Эсси, я прекрасно все запоминаю и хорошо ориентируюсь даже в непроходимых чащах Туманного Леса.

Но как только они с Кэйтом перешагнули через порог здания, о котором она была немало наслышана, тем самым оказавшись в самом центре его Розового Зазеркалья, как вся ее уверенность в себе тут же улетучилась. Первая комната была правильным кубом, состоящим из шести цельных розовых зеркал. Не сразу придя в себя, она посмотрела на Кэйта, который указал ей на зеркальную грань, находящуюся прямо перед ней. Стараясь не оставлять следов на чистой зеркальной поверхности, она аккуратно кончиками пальцев коснулась края зеркальной грани, и та неожиданно легко повернулась вокруг центрального металлического стержня, замаскированного внутри стены. Кэйт неловко улыбнулся и учтиво пропустил ее вперед себя. Арианна осторожно вошла в точно такую же зеркальную комнату и обернулась, чтобы Кэйт смог пройти вслед за ней. Но Кэйта в комнате уже не было. В полу, который до сих пор был зеркальным и надежным, зияла глубокая темная дыра, на которую через секунду вернулась на свое место зеркальная панель. Арианна отчаянно бросилась назад, стремясь просочиться в щель, но дверь, превратившись в монолитную стену, захлопнулась и не пропустила ее обратно.

И вот, повторяя про себя заветные цифры, Арианна прошла одну за другой девять одинаковых комнат. Стены комнат не везде были обоюдо-зеркальными, некоторые из них были полностью прозрачными, но увидеть их на фоне этих зеркальных переотражений было невозможно. Однажды она чуть было не ударилась лбом о невидимую дверь. Другая же прозрачная дверь распахнулась перед ней заранее, и только по призрачному, едва заметному движению, она поняла, что входит в новую комнату. Дальнейшие испытания на прочность ее, и без того напряженной, нервной системы оказались куда более серьезными. В десятой комнате зеркальная дверь, как она не пыталась ее сдвинуть с места, оставалась сплошной стеной. Проходы были только справа и слева. Недолго думая, она толкнула от себя правую дверь. Новая комната оказалось весьма длинной, и входных дверей, чтобы вернуться в нужном направлении с левой стороны вовсе не оказалось. Она сообразила, что в параллельном коридоре ее ждет анфилада из более коротких комнат, и что нужно будет точно определить, сколько маленьких комнаток нужно пройти ей в обратном направлении: две или три. Обратная дорога лежала через комнаты различной длины, но Арианна без труда рассчитала суммарную длину, чтобы ей вернуться на свой маршрут и вошла в двенадцатую комнату. Обе двери этой пятиугольной комнаты были проходными и смыкались друг с другом под тупым углом, из-за этого «коридор времени» значительно искажался. Нужно было определить в какую из двух дверей нужно войти. Более того, оказалось, что, когда одна дверь открывалась, она тут же становилась стеной, а открывались две из четырех других дверей. Что же делать? Она мысленно представила себе взаимное расположение пяти, соприкасающихся сторонами, пятиугольных ячеек. Если в тринадцатой комнате открываются первая и третья от входа двери, то, для того, чтобы открылась вторая, через которую она могла попасть в четырнадцатую комнату, ей следовало вернуться в двенадцатую через, лежащую слева от нее, комнату, где она еще не была, затем войти в боковую дверь еще одной комнаты, вернуться в тринадцатую и только после этого заветная дверь окажется открытой. Решив в голове такую сложную задачу, она без труда проникла в четырнадцатую, а, затем, и в последнюю комнату, где ей было необходимо повернуть направо, но тут ее ждал новый неприятный сюрприз. Все стены этой зеркальной комнаты, сразу же, после того, как она в нее вошла, оказались заблокированными. Более того, зеркальная амальгама этой комнаты-ловушки была выполнена из металлического серебра и не пропускала через себя Сеть. Арианна во второй раз в своей жизни оказалась полностью отрезанной от внешнего мира. Через десять минут, впрочем, часов у нее с собой не было, а ее раудэр оказался также вне сети, ей начало казаться, что в комнате кто-то настойчиво и противно жужжит. Словно какое-то мелкое крылатое насекомое вместе с ней попало в эту зеркальную ловушку. Она закрыла уши: звук прекратился. Но когда она убрала пальцы от ушных раковин, звук резко усилился и начал вызывать в голове весьма неприятные ощущения. Она снова плотно закрыла уши, и тогда свет в этой комнате начал быстро мерцать. Частота, с какой свет и тьма сменяли друг друга, также действовала ей на нервы. Ей захотелось, что было сил, ударить ногой в эти зеркальные стены, но она все же сдержала себя и только в отчаянии повалилась лицом на пол, все еще зажимая свои уши. Наконец, ей показалось, что в ближайшей двери что-то негромко щелкнуло. Когда она, наконец, открыла глаза, мягкий свет все также заливал комнату, противный звук полностью исчез, а все четыре двери перед ней оказались гостеприимно распахнутыми. Но, вот беда, теперь она никак не могла вспомнить через какую из дверей она вошла, и куда ей следовало дальше идти. Она бессильно опустилась на пол, когда нечто твердое выпало из ее сумки. Раудэр! Он снова работал. Она вспомнила о том, как была ориентирована входная дверь в Розовый дом по сторонам света и вызвала на экране раудэра изображение компаса. Через две минуты она вычислила нужный ей азимут, и через девять комнат, уже без приключений вошла в кабинет, где ее ждал, склонный к полноте, человек неопределенного возраста в сером отутюженном костюме и с ярко красным галстуком. Промокнув потное лицо тонкой пластинкой ксиальвы, мужчина, не назвав свое имени, устало бросил в сторону, даже не глядя в лицо Арианне:

— А вы заставили меня вас ждать, милейшая. Любой, уважающий себя, школьник уже полчаса назад сидел бы у меня в этом кабинете и пил прохладный максиновый сок из холодильника.

— Вы любите максиновый сок? — ничего не выражающим скучным тоном, спросил Эсси, цепко взглянув в глаза девушки, пытаясь оценить ее реакцию.

— Доктор, если это ваш единственный вопрос, то я вам на него отвечу и, после чего, тотчас же вернусь назад в Цитадель. Вы же знаете, что у нас, в связи с надвигающимся генетическим кризисом, очень мало свободного времени. Вот вам все необходимые анализы, — Арианна чуть было не швырнула ему под нос, заверенные витиеватыми подписями и круглыми многослойными штампами, медицинские справки и маайлэнг, но вовремя сдержала себя.

— Ну о быстром возвращении в Цитадель я рекомендовал бы вам на время забыть. Пока вы два часа(!) искали мой кабинет, мы с вашим руководством уже обо всем договорились. Вам предоставят отдельную комнату со всеми удобствами на самом верхнем этаже этого гостеприимного Дома. Заметьте, не в подвале, о котором вы, наверное, наслышаны, а на самом верхнем этаже, где вы сможете каждое утро принимать солнечные ванны.

— Я сейчас позвоню Ваурэнису!

— Конечно звоните, это ваше законное право, — усмехнулся Эсси.

Арианна набрала номер Ксиорри на раудэре и стала ждать. Гудков не было. Сеть в кабинете Эсси была надежно заблокирована.

— Какая у вас, однако, старая модель. Позвоните с моего аппарата. Возможно у вас лучше получится, — отеческим тоном посоветовал ей Эсси, протягивая ей свой раудэр в золотой оправе.

Арианна поняла, что Эсси пытается ее вывести из себя, и эта мысль почему-то ее сразу успокоила. Значит не все еще потеряно.

— Если у вас нет никаких доказательств повреждений магнетических скоплений моего айри, я требую, чтобы вы немедленно пригласили в кабинет моего сопровождающего сиара Кэйта, после чего мы вернемся в свой Ареал. Ваузэ.

— Ну разве я стал бы вас столько здесь удерживать, милая энгара, если бы не имел достаточно козырей в своих руках, — вкрадчивым голосом произнес Эсси. — Вот ответьте мне на один простой вопрос: сколько, по-вашему, вы сможете обходиться без воды?

— Ну это знает каждый школьник, что человеческий организм полностью обезвоживается через две недели!

— А без воздуха?

— Не больше четырех минут!

— А как же вам, милая энгара, удалось находиться в Пустоте шесть с половиной минут и остаться при этом в живых?

— Этого просто не может быть! Видимо, воздух в Пустоту выходил постепенно, через небольшую щель в двери, и поэтому мы с Шейфи остались живыми.

— С Шейфи? — лицо Эсси вдруг неожиданно просияло. — То есть вы все же признаете, что вам помогали извне?

Настала очередь удивляться Арианне: — Шейфи, — это же мой новый кролик! А причем тут вообще помощь извне?

Лицо Эсси внезапно побагровело.

— Перестаньте ломать комедию, Арианна! Или как вас на самом деле теперь зовут… Ни один нормальный человек не вынесет тех испытаний и инфразвуковых частот, которыми мы скрыто облучали вас во время вашего маршрута, не изменив при этом рисунок магнетических скоплений своего айри! И откуда у вас, скажите на милость, появилось вот это? — он щелкнул своими пальцами, и на белом экране стены запустилась цепочка видеоизображений работы активных центров ее мозга. В центре то вспыхивала, то снова гасла большая лазурная звезда, которая, казалось, управляла другими звездочками меньших рангов. — Если теперь все это трансформировать в виде схемы магнетических скоплений айри, то зрелище получится весьма необычным.

Эсси снова щелкнул своими пальцами, и картинка тотчас же поменялась: в центре характерного для всех людей рисунка магнетических скоплений теперь красовалась мигающая лазурная звездочка.

— Вот и скажите мне на милость, что это вообще такое? И почему ЭТО включается у вас только в минуты смертельной опасности, мобилизуя все резервы вашего организма?

В дверь негромко постучали.

— Магистр, — появившийся на пороге, сотрудник в розовой мантии поспешно проговорил. — Вас срочно просит выйти на связь Владыка Нэйватион! Говорит, что это очень срочно. Да, и вот еще что, пятнадцать минут назад я узнал, что он разговаривал с Главой нашего Дома Варгэу.

— Шэйтанф!!! Посидите здесь, Арианна, и, пожалуйста, на этот раз ничего здесь не касайтесь своими шаловливыми ручками! Я скоро вернусь!

Арианна ошарашено смотрела на широкую спину Эсси, а перед ее, расширенными от ужаса, глазами, сияла яркая невозможная звезда, поселившаяся в ее айри.

Зайдя в кабинет своего заместителя, Миэрг взял трубку раудэра и вполголоса, дождавшись, когда по его знаку, сотрудник покинет кабинет, заговорил:

— Я —Эсси Миэрг. Я вас внимательно слушаю! Как отпустить, да, вы, что себе позволяете! Мальхаар Варгэу вам так сказал? Вы ничего не путаете? Да нет, Владыка, я не ставлю под сомнения, вашу с ним договоренность. Но вы же знаете, что рассказал на Закрытом Совете мальхаар Вэйнаа. Откуда я это знаю? Мне шепотом поведал об этом сам Варгэу. Именно поэтому я и собирался изолировать этот потенциально опасный Источник от ничего не подозревающих, тесно контактирующих с ним, людей. Вы бы сегодня видели, каким непостижимым образом он действует, и какие силы при этом к себе призывает! Да?... Ну как скажете, Владыка! Но вы сами отныне будете отвечать за последствия своего решения. Я вам передам результаты сегодняшних тестов. Потрудитесь, мальхаар, поставить о них в известность также и самого Владыку Вэйнаа. И до встречи на скором закрытом Совете. Ваузэ.

Эсси швырнул раудэр, едва не разбив его о стену: — Проклятый айфильс! Не понимает, что шутит не просто с огнем, а с недрами горячих звездных гигантов.

Затем вошел в свой кабинет и, не глядя в лицо Арианне, процедил: — На сегодня вы свободны. Но в любой момент дня и ночи вы можете снова нам понадобиться, так что не обольщайтесь.

Арианна собрала свои вещи в сумку и торопливо, пока никто не передумал, подошла к двери.

Эсси бросил ей в спину: — Да вот еще что. Не вздумайте надевать на голову свою диадему. Если вы хоть раз окажетесь вне сети, за вами тут же прилетит наш патрульный вертолет. Вам это понятно?

— Хорошо, Эсси, мне кажется вам, как многоопытному извращенцу, будет особенно приятно понаблюдать за весьма интимными сценами с моим парнем, — Арианна ехидно улыбнулась. — Ваузэ, доктор!

После того, как оба Ксиорри покинули Розовый Дом, Эсси Миэрг снова включил видеозапись его диалога с Арианной. Ему показалось, что он упустил что-то весьма важное. Но вот только что?

На экране загорелся свет…

— Я уверен, что до пребывания в Пустоте этого светящегося пятна в вашем айри не существовало! Я сравнивал эти картинки с магнетическим отпечатком вашего айри после выпуска из школы. Скажите мне, Арианна, после выпуска из школы вы не обращались к нашим специалистам по поводу каких-либо странностей, происходящих в вашем сознании? Ваш айри никогда больше не сканировали?

— Нет, — коротко ответила девушка сразу на два вопроса. — Никаких поводов для визита к Эсси у меня никогда не возникало.

— Хорошо, давайте вспомним во всех подробностях ваш вчерашний день, — Миэрг нажал тайную кнопку под столом, и буквально через несколько секунд в дверь вошел ассистент, катя перед собой большой металлический колпак, закрепленный на вертикальной стойке с электрическими и коммуникационными проводами.

Он быстро разместил колпак над головой Арианны, включил прибор в сеть и подсоединил переходник к электронному планшету, стоящему на столе Эсси.

— Спасибо, Эрвиан, дальше я сам, — Миэрг подождал, когда ассистент удалится, затем запустил программу на планшете, включил тумблер на колпаке и сказал Арианне. — Ну что ж, закрывайте глаза и начинайте свой подробный рассказ и самое главное отчетливо, во всех деталях, представляйте в своей голове все вчерашние события и образы, особенно, те, что касаются пребывания вас внутри лэвера.

Эсси уселся за компьютер, повернув экран к себе и принялся слушать ее рассказ.

— Ну встала я рано утром с постели, скинула с тела свой полупрозрачный ночной халат, и совершенно обнаженная подошла к высокому зеркалу… вам действительно интересны эти подробности? — изобразив сладострастное придыхание в голосе, спросила Арианна.

— Продолжайте… — проговорил Эсси, нисколько не смутившись.

Когда рассказ дошел до того момента, когда она, держа за загривок аксельфана, вошла в салон лэвера, Эсси встал и, подойдя к прибору, увеличил его чувствительность.

— Я никогда не была внутри лэвера, и мне стало просто любопытно. Я опустила аксельфана в кресло пилота и осмотрелась…

— Что конкретно вы хотели там увидеть? Что вы испытывали при этом? Страх?

— Нет никакого страха я не испытывала. Я ожидала увидеть в салоне мигающие огоньки панели управления, но ничего, кроме пустой клетки в салоне не обнаружила.

— Вы знали, что лэвер вот-вот полетит обратно через Пустоту?

— Честно сказать, я об этом даже не подумала, а когда рамка включилась и взревела, было уже поздно. Я хотела успеть выскочить наружу, но не смогла. Мы с Шейфи оказались в невесомости. Я попыталась дотянуться до страховочного ремня, конец которого висел над креслом, но промахнулась. Это резкое движение отбросило мое тело назад вверх, я сильно ударилась головой о какую-то металлическую балку и тут же потеряла сознание. Очнулась я уже только тогда, когда меня извлекли из приземлившегося на полигоне лэвера.

— Припомните, пожалуйста, может вам что-нибудь снилось или привиделось, пока вы находились внутри лэвера?

— Нет, абсолютно ничего. Даже боль от удара вновь появилась лишь после того, как я открыла глаза.

— Почему же тогда все свидетели утверждают, что после того, как Авви сломал дверь, вы упали прямо в его объятья, а не лежали без чувств на полу салона? Вы не находите это странным?

Арианна впервые задумалась: — Сама не понимаю, может быть, падая сверху на кресло, меня отбросило от него к двери или же лэвер накренился в какой-то момент своего приземления… нет ничего такого я не помню…

— Арианна, а почему вы решили от нас сбежать? Ведь наш вертолет уже заходил на посадку. И как вам удалось уговорить командира испытательной группы? Вы ведь понимали, что сильно подставляете его…

— Все очень просто, — я вновь почувствовала себя полностью здоровой, ко мне вернулся позитивный настрой, особенно после того, как я впервые в своей жизни ощутила на себе крепкие мужские объятья и поэтому я в этот вечер решила не омрачать себя нудными расспросами, да и вас избавить от проведения всесторонних анализов, которые я могу и сама провести в своей лаборатории. Как-то вот так!

Вот оно! «Просто», конечно же, не было! Что-то, находящееся в ней, еще не окрепло, не обросло, как следует, синаптическими связями*, и поэтому встреча с айри-видящими Эсси представляла для этого Нечто серьезную опасность. А это свидетельствует о том, что Он неплохо ориентируется в социальных отношениях на Энгарте, то есть ЭТО не совсем Чужой! Вот для чего Ему понадобились двенадцать часов, чтобы уже ничто не смогло помешать Ему исполнить свою задачу! Какую Задачу? Эсси много бы дал, чтобы найти ответ на этот вопрос. Но он понял, что уже опоздал. Это Нечто уже открыто помогает Арианне, не скрывая от нас своего присутствия, пребывая в абсолютной уверенности, что ничего мы не поймем и не сможем причинить ему вреда, не уничтожив носитель. Нужно было вчера, игнорируя запреты на неприкосновенность жилища, забрать Арианну из своего дома! А теперь оставалась только слабая надежда на помощь мальхаара Вайнаа.

Эсси внимательно изучил снимок, выходящей наружу, девушки, но никакой лазурной звезды в ее айри уже не горело. Защитив ее от опасности, она снова затаилась среди сияющих магнетических созвездий, как будто ее и вовсе никогда не существовало….

— Странно… — подумал Миэрг. — Когда же она появилась? Скорее всего, до момента приземления… Или все же воздух в салоне еще оставался? Ведь кролик тоже выжил! Как же теперь это проверить?

Эсси вдруг замер от еще одной, пришедшей к нему в голову, мысли: — А что теперь будет с дальнейшими испытаниями лэверов? Придется всем пилотам надевать на голову металлические шлемы или диадемы. А может кто-то специально хочет не пустить нас в открытый космос, угрожая нам потенциальной опасностью фатальных изменений в айраим пилотов, чтобы мы пока довольствовались «Новым Эдемом», вращающимся вокруг Мааты? Но кто вообще сказал, что эти «лазурные звезды» представляют собой хоть какую-либо опасность?

*(Синаптические связи — бесконтактный способ передачи нервного импульса между нейронами, при помощи специальных органических веществ (нейромедиаторов).

Глава 7 "ДОЛИНА ФЕЙ"

После дневной жары прохладный вечер был особенно приятен. Фиолетовый Виэльс уже вовсю сиял над горными вершинами, с которых отвесно ниспадали вниз серебристые водопады. Сегодня, как всегда, здесь собралось много людей. В основном это были молодые пары: девушки в длинных вечерних платьях и юноши в нарядных фраках. Все они прибыли сюда, в «Долину Фей», со всех уголков мира, чтобы послушать прекрасную музыку и потанцевать в фиолетовых лучах восходящей луны. Лэйс и Арианна, оставив свой плайер на горном плато, спустились по серпантину, ведущей вниз, дороги, перешли по ажурному мостику горный ручеек, и, как только они достигли последних рядов людей, окруживших огромную открытую сцену, раздался мелодичный звон литавр и чарующие волшебные звуки арфы наполнили собой сказочную долину, со всех сторон окруженную серебристыми водопадами и базальтовыми острыми утесами. Амфитеатр зрительных мест располагался на склонах пологой конической воронки, на самом дне которой стояла небольшая сцена и целый ряд музыкальных инструментов. Поэтому даже с высоты склона было отчетливо видно, как порхают над натянутыми струнами арфы изящные пальцы молодой арфистки Эа, как нежно и акцентированно задевают они нужные струны, в какие волшебные переливы и рулады сливаются, извлеченные ими, звуки.

*** ***

В тот самый памятный вечер, два дня назад, проводив Арианну до аэропорта, Лэйс вернулся на полигон, извинился перед своими коллегами, внеурочно помог техникам разместить лэверы по их ангарам, затем сел за руль своего личного спортивного самолетика (плайера) и возвратился в свой Ареал уже поздней ночью.

Но даже, измотав себя физической работой, Лэйс долго не мог уснуть, — воспоминания о насыщенном событиями прошедшем дне и мятный привкус нежного поцелуя Арианны на его губах отнюдь не способствовали его быстрому засыпанию. Он мечтал о завтрашней встрече, но Арианна утром сообщила ему, что сможет встретиться с ним только через день. Они договорились, что он заберет ее на своем личном плайере, и они умчатся в Ареал Эа в «Долину Фей», где Авви, наконец-то, провели небольшую сеть антигравитационных коридоров. Она не сказала почему хочет перенести встречу на завтра, но он сразу же догадался, что в это время Эсси в своем Ареале засыпают ее своими каверзными вопросами. Они бы и его не оставили в покое, но Авви и Эсси были антагонистами по своей Крови и не могли долго находиться рядом друг с другом.

Поэтому Лэйса для «уточнения некоторых деталей» вчерашнего инцидента вызвали к другим врачевателям, к Мастерам магнетической фокусировки в Ареал Эйси.

Его не стали тестировать, как это было принято в Розовом Доме, а просто посадили под вращающиеся постоянные магниты, сняв магнитно-резонансную диаграмму с его айри, нашли, что никаких отклонений нет и проводили в кабинет Эйси Аулиэнта.

Аулиэнт — высокий, крепко сложенный мужчина в рабочем полотняном костюме охряно-желтого оттенка (Кланового цвета Дома Эйси) вежливо поздоровался с Авви. Они выпили по чашечке крепкого эйхелеса, поговорили о пустяках, и только после этого Аулиэнт попросил рассказать его о происшедшем вчера событии.

Доктор Аулиэнт внимательно выслушал своего гостя, улыбнулся по поводу эпизода с кроликом и тихо, как бы невзначай, спросил: — А вас не удивило, сиар, что эта девушка Ксиорри осталась живой после долгого пребывания в Пустоте?

— Доктор, после того, как Арианна, находясь без сознания, выпала из салона, а потом открыла глаза, все настолько обрадовались, когда она пришла в себя, что даже не подумали о том, сколько времени она находилась в Пустоте. Видимо, в момент старта из Ареала Ксиорри дверь лэвера снова встала на место, и через тонкую щель воздух не успел весь вытечь за шесть с половиной минут. Кроме того, я склонен считать, что истинные Чудеса в нашей жизни иногда случаются, и это происшествие лучшее тому доказательство.

Эйси широко улыбнулся: — Я не спрашиваю, сиар, почему вы, в обход своей должностной инструкции, помогли пострадавшей вернуться к себе домой, — на вашем месте я, конечно же, поступал бы также. Но скажите мне: не показалась ли вам странной сама девушка? Не уловили ли вы что-либо особенного в ее словах, в манере поведения, в ее движениях?

Лэйс явственно вспомнил, как у него внутри вспыхнул огненный жар, когда девушка прижалась к нему грудью и попросила о помощи, и лицо его тотчас же чуточку покраснело.

— Я понимаю, что этот вопрос вызывает у вас интимные воспоминания, но все-таки ответьте мне абсолютно трезво, как независимый исследователь неизвестных природных явлений, вы ничего не заметили?

Лэйс хотел ответить, что вся она была необычной, но выделить что-то конкретное в ее облике и в поведении было трудно.

— Мне показалось, что она непостижимо быстро пришла в себя. И даже после того, как она сделала свои первые неуклюжие шаги, чтобы взять кролика, обратно она уже шла по песку классическим спортивным ходом, и ее больше не шатало. Вы же не думаете, что Пустота сильно изменила ее?

— Я думаю, что ответа на этот вопрос нам остается ждать недолго. Послезавтра состоится ваш первый пробный полет. И сразу после его завершения, вы мне на этот вопрос сами и ответите. Ваузэ?

— Ваузэ!

Мужчины крепко пожали друг другу руки и разошлись по своим рабочим местам.

Теперь нужно было монтировать на планетарные катера управляющие сенсорные экраны, аварийные маршевые двигатели, загружать в салон лэвера кислородные баллоны, спасательные жилеты и парашюты, чтобы проводить дальнейшие испытания уже с пилотами на борту.

А после окончания работы на полигоне его вызвала на связь Арсиэлла.

— Хэй, наш отважный покоритель пустот и двухместных гротов! Ты ничего не забыл?

Да, кончено, он обо всем забыл! Даже забыл о том, что на свете вообще существует такое прекрасное юное создание, как Эа Арсиэлла, с которой он встречался уже целых полгода, и которой он сам назначил на сегодня свидание в гроте за водопадом.

— Извини меня, Арси, сейчас на работе полнейший завал. С нас требуют проведение пилотных испытаний новой техники с пилотами на борту. Нам срочно нужны результаты, которые обязательно должны быть положительными. Поэтому для меня, увы, для нас, наступает темная полоса постоянной загруженности и полного интимного воздержания.

— Да? — театрально произнесла Эа. — А, по-моему, ты, даже, находясь на полигоне, не упускаешь случая для тесной близости с прекрасным полом! Во вчерашних новостях в Сети вас показали весьма крупным планом.

«Наш герой-пилот спасает из смертельных объятий Пустоты прекрасную юную девушку», — процитировала Арсиэлла нараспев слова диктора. — Для того, чтобы после спасения заключить ее в свои крепкие объятья. А вы и правда неплохо смотритесь вместе! Поздравляю, кстати, как ее зовут, ту которая уже двадцать седьмая в длинном списке твоих побед?

— Извини, Арсиэлла, но ты же знаешь, что подробная информация о деталях испытаний составляет служебную тайну!

— Ах, ах, ах, какая прекрасная деталь сама свалилась с небес тебе в руки! — пропела Эа. — Надеюсь ты проводил ее до ближайшего врачебного кабинета?

— Арси! Для чего? Она быстро пришла в себя и возвратилась к себе домой.

— Ах, так вот, где вчера приземлился твой плайер. Все с вами понятно, летчик-испытатель. Ну да ладно я не в обиде. Может как-нибудь увижу вас снова… вместе с этой прекрасной незнакомкой! Ваузэ! — сказала Эа на прощание и прервала связь.

— Шэйтанф! — внезапно подумал Лэйс. — А ведь она наверняка не пропустит завтрашний праздник в своем Ареале. Что же мне теперь делать?

*** ***

Именно поэтому на следующий день, перед тем, как забрать девушку с посадочной площадки, расположенной недалеко от ее дома, Лэйс позвонил ей по раудэру и объяснил, что ему больше не хочется быть узнаваемым, тем более при столь многолюдной аудитории и предложил Арианне надеть театральные маски и одинаковые сине-фиолетовые одеяния а-ля-Эльвиа. «Надеюсь, что Эльвиа простят нас за то, что их Клановый цвет идеально подходит нам для вечерней маскировки» — пошутил Лэйс.

За полтора часа до начала праздника Лэйс посадил свой плайер в условленном месте, дождался, на пять минут опоздавшую, Арианну, которая, конечно же, свалила всю вину на своего шебутного кролика. Они обменялись долгими и страстными поцелуями, активно скользя руками по телу друг друга. Затем, наконец, с трудом оторвавшись от этого занятия, они быстро обменялись последними событиями, от души посмеялись над туповатыми неуклюжими Эсси, и Лэйс, чувствуя, что они опаздывают, взялся за руль и начал разгонять плайер по полю. Потом они покружили над ее домом, Лэйс не удержался и совершил своим плайером петлю по большому радиусу, от души насладился пронзительным визгом девушки, впервые в жизни, оказавшись вниз головой, и через полчаса они уже достигли горного плато.

Через два часа, когда прекрасный концерт закончился и объявили танцы, гости, разбившись по парам, организовали несколько очередей, чтобы взойти на двухметровые помосты, с которых начиналась сеть «воздушных коридоров» или по-научному: антигравитационных анизотропных дорожек.

Каждая пара выбрала себе участок этой сети, чтобы не мешать друг другу, и, после этого, все они закружились под музыку в полете, освещаемые только неярким светом Виэльса.

Это было воистину восхитительно. Арианна, которая всего второй раз в своей жизни ощущала себя в свободном полете, то ускорялась, вытягивая руки вперед, то опрокидывала себя на спину, любуясь яркими звездами, то, сцепившись руками с Лэйсом, кружила в ритме, звучащего снизу, вальса между, мелькающих слева и справа от них, стен глубокого горного ущелья. А рядом кружили и уплывали к небесам другие танцующие пары, и их общему веселью не было предела. Чувство единого, для всех, здесь собравшихся, людей, праздника переполняло людские души, заставляя забыть их все трудности минувшего дня и полностью отдаться незабываемому ощущению свободного полета, где есть только ты, твой надежный партнер и, окружающие тебя, звезды.

Опьяненная полетом, Арианна даже не поняла, как они вдвоем очутились посреди темного грота, где поспешно начали снимать с себя всю одежду, а, затем, страстно, но не спеша, принялись наслаждаться движениями друг друга. И не сдерживая больше своих стонов, они снова и снова достигали пика своего наслаждения, как вершины полета в незабываемый мир взаимной любви.

— Аэви, я люблю тебя больше всего на свете! Ты необыкновенна! Я не нахожу слов, чтобы описать то блаженство, которое я испытываю, находясь рядом с тобой!

— Аэви, да и не надо никаких слов. Ведь я тебя тоже очень люблю, и теперь мы с тобой вместе, навсегда!

Потом они помогли друг другу одеться и вышли наружу. Танцы уже закончились, и люди начали разбредаться по парам.

— Арианна, — вдруг проговорил Лэйс мрачным тоном. — Ты меня прости, но я все же должен тебе сказать, что Аэви, словом которым нарекают только один раз в жизни, я до тебя никого никогда не называл. Это я говорю совсем не ко времени и не к месту, но ты должна знать, что если…

Арианна подошла к нему, внимательно посмотрела в его глаза и закрыла ему рот долгим и страстным поцелуем: — Я знаю, Аэви, не говори больше ничего, я все понимаю и не осуждаю тебя. Обещаю, что я никогда не упрекну тебя твоими бывшими и … все то, что было когда-то, пусть останется в прошлом. Не будем его ворошить. У нас впереди с тобой долгая и трудная жизнь, Аэви. Но ты правильно сделал, что предупредил меня об этом. Я ведь иногда бываю такой непредсказуемой.

— Ты еще наплачешься со мной, Аэви, — с любовью в голосе проговорила Арианна.

— И не подумаю, я ведь оптимист по своей натуре, и всегда верю в возможность настоящего Чуда, — проговорил ей, тоже улыбнувшись в ответ, Лэйс.

Они начали, не спеша, спускаться в долину по широкому спиральному горному уступу. За поворотом, навстречу им, поднимались, наверняка туда же, — к заветному гроту, какие-то двое молодых людей, видимо, хорошо знающие про этот, скрытый от посторонних глаз, небольшой грот.

— Свято место долго пусто не бывает! — прошептал Лэйс на ухо Арианне.

Она также тихо рассмеялась и поддержала его шутку. — Я полагаю, что мы встретим по дороге вниз еще не одну такую пару.

Они поравнялись друг с другом на горном уступе, и, шедший впереди, Леварри в ярком спортивном костюме фиолетово-черно-белой расцветки вежливо уступил дорогу юноше в маске. Его спутница остановилась и, несмотря на маску и тень от скалы, сразу же узнала Лэйса.

— Ну вот я же говорила тебе, что мы с вами встретимся. Как твоей даме понравилось наше уютное гнездышко? — Арсиэлла наконец-то разглядела сине-фиолетовую мантию спутницы Лэйса. — Я слышала, что все Эльвиа такие неженки. Как тебе удалось, милый, уговорить ее покувыркаться с тобой на жесткой подстилке?

Леварри мрачно повернулся к своей спутнице и зло произнес: — Это вовсе не Эльвиа, она — Ксиорри, — от нее за версту смердит травяными омолаживающими бальзамами. Это же мой антагонист по Крови. Ненавижу!

— А ты, противный айфильс, лучше бы не высовывал наружу свой короткий хоботок, — вскипела Арианна. — Много ты понимаешь в процессе омоложения, летун-недоучка!

— Что? — взревел Леварри, распрямляя свой накачанный торс.

— А ну- ка ша! — грозно прокричал Авви, заслоняя собой Арианну. — Немедленно извинись перед моей Аэви, и мы разбежимся по сторонам.

Но Арсиэлла, большая любительница интриг, прекрасно представляла, как нужно оборачивать любую ситуацию в свою пользу. — Ах, уже и Аэви! Быстро, однако, она взяла тебя в оборот. Мне таких слов и за полгода не удалось из тебя выбить. Поздравляю тебя, Ксиорри. Мальчики, вы только не деритесь между собой, ладно?

— Пусть вначале извинится перед моей девушкой!

— И не поду… — огрызнулся было Леварри, но тут же согнулся пополам, пропустив сильный удар ногой в солнечное сплетение.

— Ах ты фиосс! — заорал разъяренный Мастер Полетов и всей своей массой попытался придавить Лэйса к скале.

Но Авви, быстро уклонившись в сторону, схватил Леварри за пояс и, продолжив его движение, впечатал того лицом в каменную стену, которая тут же окрасилась яркими капельками цвета мадженты из разбитого носа противника.

— Ничего, я сейчас тебя в полете уделаю, — хрипло пообещал Леварри, вытирая кровь с лица. — Или трусишь?

Драться с Мастером Полетов, не имея под ногами надежной опоры, было для любого энгара подлинным безумием, наверное, поэтому Лэйс и согласился.

Они нырнули в антигравитационный поток и помчались навстречу друг к другу. Естественно, что менее опытный Авви держал свои руки впереди тела, сохраняя равновесие. Леварри очень умело воспользовался этим. Он подлетел к нему снизу и изо всех сил врезал обеими ногами в неприкрытый корпус Лэйса. Лэйс закашлялся. От внезапного удара он потерял равновесие, и его закрутило по спирали вокруг силового потока. Леварри тут же подлетел к нему и сильным джебом с правой разбил Авви нос.

— Да ты совсем, пилот, летать разучился, как тебе вообще доверили такую современную технику, — рассмеялся энгар трехцветного Клана.

Авви понял, что в воздухе ему противника не одолеть и, набрав высоту, зацепился руками за острый выступ скалы.

— А ты еще оказывается и трус, — выполнив грациозное сальто в воздухе, Леварри подлетел к нему, чтобы закончить поединок.

Поединок действительно оказался законченным, ибо, получив удар двумя ногами, от, оттолкнувшегося руками от скалы, Авви, Леварри тотчас же оказался в глубоком нокауте и безвольно поплыл вниз по течению. Лэйс быстро догнал его и выбросил обратно на уступ прямо к ногам Арсиэллы. Только сейчас до него дошел весь коварный замысел своей бывшей пассии, которая хотела остаться наедине с Арианной.

— Где она? — прохрипел Авви, сплевывая кровь из разбитого рта.

— А ты молодец, пилот. Уделал моего теленка даже в его родной Стихии. Не зря я с тобой встречалась. Ну не смею вас больше задерживать. Твоя Аэви умчалась к себе домой на попутной машине, благо, что эта Ксиорри живет совсем рядом.

— Это хорошо! — подумал Авви. — Она не назвала Эа своего имени, а значит их разговор не был дружеским.

Он достал раудэр и набрал инфокод Арианны. Молчание было ему ответом. Его собственный номер оказался заблокированным.

— Шэйтанф! — выругался Авви и молча поплелся к своему плайеру.

(Шэйтанф (Всеобщий язык) — мифическое существо, обитающее в магме недр Энгарты, здесь: ругательство; черт.

Айфильс — здесь: крохотное летающее кровососущее млекопитающее Энгарты, обитающее в пещерах и гротах, аналог земной летучей мыши, только поменьше размером.)

Айфильс — (Всеобщий язык)— человек с недоразвитым умом или с ограниченным сознанием, находящийся на уровне животного; здесь: ругательство).

Глава 8. ОБИТЕЛЬ ДРАКОНА

Стоять у самого обрыва высокогорного плато и любоваться с этой огромной высоты на полет стаи лазурных альтэйских драконов можно часами. В этом полете есть что-то загадочное, необыкновенное. Невозможно даже представить себе, как эти, широко расставленные, ярко-лазурные перепончатые крылья способны удерживать их тела в воздухе. Ангрэйфы буквально скользят по нисходящим и восходящим воздушным потокам, умело лавируя между их слоями, лишь в исключительных случаях совершая взмахи своими крылами. Когда нет сильного ветра, стаи драконов кружат над морем, длинной вереницей, друг за другом, совершают круги по ущельям и каньонам, иногда поднимаясь так высоко, что способны увидеть границы своего Ареала. В том, как они чувствуют ветер, непосвященным людям чудится какая-то своя тайная драконья магия. Когда они опускаются на скалистый уступ, они сильными взмахами крыльев гонят воздух к земле, поднимая в воздух клубы пыли и мелкие камешки, и, отраженный от земли, поток смягчает их приземление.

Любого, кто наблюдает за этим незабываемым зрелищем, охватывает неописуемый восторг, и никто не испытывает страха, когда лазурные гиганты приземляются в непосредственной близости от наблюдателя. Ведь питаются эти грозные исполины исключительно растительной пищей. И вообще на Энгарте никогда не существовало хищников. Ведь все обитатели Энгарты тесно связаны между собой в единый живой «клубок», который зовется гармоническим биоценозом или коуксеоном. Кроме того, местные ангрэйфы вовсе не являются ящерами, рептилиями. Они типичные млекопитающие. У самки драконов за всю свою жизнь рождается всего один, реже два детеныша.

Драконов на Энгарте всегда почитали, ими восхищались, их оберегали, их боготворили, но никто и никогда их не боялся. Когда-то очень давно, когда ученые верили только в эволюцию видов, многие фанатики этого учения считали, что люди на Энгарте произошли от драконов, именно поэтому у энгарим, говорили они, все еще имеются рудиментарные чешуйки, перепонки между пальцами, третье дымчатое веко и неудержимое стремление к полетам. Наверное, именно поэтому издревле энгарим изображали своих Ведущих, своих Зоарим, в виде, преисполненных вселенской мудростью, золотых Драконов. Ведущим поклонялись, в их честь возводили Храмы, им пели гимны, к ним взывали о помощи. Времена шли, энгарим стремительно расширяли горизонты своих знаний о Вселенной, теория эволюция быстро утратила свою монополию, но Традиция и Храмы оставались в неприкосновенности.

В древности драконов пытались использовать в качестве домашних дрессированных животных с целью летать на их спинах, часто используя при этом специальную упряжь. Но ангрэйфы не пожелали быть прислужниками людей, сторонились они и, недавно построенных ими, антигравитационных воздушных путей. Многие смельчаки, пытавшиеся оседлать лазурных исполинов, гибли, разбиваясь о скалы. В настоящее время только, специально обученные, Эйнзи, которым драконы позволяли на них летать, могли этой уступкой воспользоваться.

*** ***

Она шла почти в полной темноте по длинной дороге между двух, угадывающихся слева и справа, черных базальтовых скал. Вокруг стояла гробовая тишина, и только неровный стук ее сердца резко контрастировал с этим абсолютным безмолвием. Ни звезд, ни луны не горело на этом, чужом для нее, небе, и только сама дорожка слабо фосфоресцировала, приглашая ее следовать за собою вперед. Мелкие черные, давно прогоревшие, угли рассыпались в прах под ее босыми ногами.

Внезапно дорога закончилась тупиком, и перед ней на противоположной стене разом вспыхнули ярким лазурным светом огромные перепончатые крылья. Между крыльями девушка увидела каменную нишу. В нише, освещенной, резко контрастирующим с черным фоном, лазурным светом, неподвижно стоял человек. Человек был в черном балахоне; его, глубоко надвинутый на лицо, капюшон открывал только губы и подбородок незнакомца. Но самым необычным было то, что фигура этого человека превосходила своими габаритами всех, виденных ею доселе, людей. Вокруг капюшона неподвижно висел в воздухе узкий, светящийся ярким лазурным светом, нимб.

Волна благоговения буквально накрыла девушку с головой, не оставляя ей никаких иных возможностей, кроме, как преклонить свое колено перед этой аурой мощи и величия, исходящей от этого человека.

Но девушка, собрав в кулак всю свою волю, этого не совершила.

— Кто ты? — спросила она.

— Я тот, кто может помочь тебе осуществить твою заветную мечту!

— Почему же ты пришел ко мне один, а не со своими возвышенными Братьями?

—. После того, как большую часть своей жизни я провел в долгих скитаниях, увидел и познал многое из того, о чем мои Братья никогда даже не догадывались, я, который вернулся, поскольку безмерно любил свой народ и хотел подарить им многое из того, чему я научился за эти годы, я, который отыскал лучший путь для их всех, я пришел поделиться своими планами к моим Братьям, но они отвергли меня и все мои изыскания. Более того, они сказали, что лучше бы я не возвращался к ним. Это было безмерно жестоко и несправедливо.

— И что же ты теперь собираешься предпринять? И зачем тебе нужна я, — слабая и одинокая энгара?

— Наступает время больших перемен. Час уже близок. Мне нужна не твоя сила, а твоя решимость, верность и непоколебимая вера в успех нашей миссии. С твоей помощью мы действительно создадим Новый Эдем и докажем моим заблудшим Братьям силу нового знания, от которого они, по неведению своему, отвернулись.

— Наши недоброжелатели, сторонники альтернативного варианта развития событий, уже заподозрили что-то неладное и ищут следы Отступника в нашем мире!

— Не беспокойся, моя девочка, сегодня тебе предстоит пройти еще одно испытание, но ты с ним, я уверен, легко справишься и, после этого, они больше не потревожат тебя своими подозрениями. Даже сам Патриарх не сможет помешать тебе исполнить то, о чем мы с тобой договорились. Только мои Братья до вчерашнего дня еще представляли собой реальную угрозу нашему Плану, но они уже совершили ошибку. Они не учли одного, — что теперь я не один!

— Много ли тебе проку от меня одной, — слабой и хрупкой женщины!

— Нет, у меня появился весьма надежный и сильный союзник, да и ты уже не одна. Скоро ты будешь править этими, избранными мною, людьми от моего Имени.

— И как же зовут тебя, Правитель Нового Эдема?

— В свое время, когда я вступлю в свой мир во плоти, я тебе открою свое настоящее Имя.

*** ***

Арианну вырвал из цепких объятий сна вызов по раудеру. Очень недовольная, что ее разбудили, да еще так рано, она решила в открытой форме высказать Лэйсу все то, что она о нем в эту минуту думает. Но это был не Лэйс.

— Да, я вас слушаю, Эстиора.

— Извини, что тебя разбудила. Но нам нужно срочно съездить в Ареал Эйнзи для экспресс-анализов и забора биоматериалов!

— Будем скоблить пожилых «пещерников»?

— Нет, их крылатых друзей. Так, что завтракай и наряжайся в походную одежду. Через сорок минут автокапсула уже подъедет к подножию твоего дома. С нами поедет еще и Лэмант. Все приборы и стерильные контейнеры мы уже укладываем в багажник. Потом надо будет вернуться в Цитадель, все пропустить через секвенатор и уже сегодня выдать результаты.

— Ваузэ! — сказала Арианна и помчалась на кухню, чтобы сварить себе крепкий кофе.

Потом, окончательно пробудившись, девушка достала свои новые трекинг-ботинки, поскольку понимала, что им придется вскарабкиваться на горные утесы. Теперь Арианна, проявляя в себе, как и положено любой женщине, единство противоречий, уже жалела, что ей не позвонил Лэйс: — И чего я тогда так резко повернула к автостраде, даже не попрощавшись… Решила неделю не отвечать на звонки и посмотреть вернется ли он к своей бывшей или нет? Непонятно…

Она еще раз попыталась вспомнить сегодняшний сон. Было в нем что-то важное для нее самой, но вспомнить, что именно, у нее, почему-то не получалось, как будто чья-то большая, обильно смоченная водой, кисть размашисто прошлась по полотну сновидения, разом смывая с него все очертания и краски.

Посмотрев последний раз на холодильник, она все же положила в свою походную сумку пять спелых максинов, понимая, что они ей очень понадобятся.

Извилистая магнитотрасса пролегала между верхушками самых высоких деревьев с синими листьями, со светло-лазурными краями. Стальные опоры магнитотрассы опирались на холмы и плато южного отрога Сингайских гор нейтрального ареала, разделяющего два соседних Ареала: Эйнзи и Ксиорри. Магнитотрасса была весьма широкой. Каждый ее желоб соответствовал определенному скоростному режиму. Ксиорри незачем было торопиться, и они выбрали не самый востребованный магнитный желоб, позволяющий развивать максимальную скорость лишь двести лиг в час. Они сдвинули с пассажирского салона прозрачный купол капсулы, и он, разделившись на две части, послушно исчез в корпусе машины. Погода стояла жаркая, и ветерок, который обдувал лица членов ее группы, был весьма кстати.

Еще в тот вечер, когда Арианна вернулась домой после незапланированного полета на лэвера, она внимательно просмотрела кадры из той вечерней хроники, с собою в главной роли, после чего, решив стать менее узнаваемой, завила свои длинные черные волосы и, вызвав на лице при помощи кварцевых ламп искусственный загар, стала еще больше напоминать собою южанок Каурси.

Они оставили свою капсулу на парковке вблизи Храма Зоарим, взяв с собой все необходимое для работы. Их уже встречали. Молодая загорелая девушка в золотистой футболке и коротких шортах того же цвета с обязательными для всех Эйнзи черными линиями весело помахала им рукой и приветливо улыбнулась. Голова девушки была также покрыта золотистой банданой с черными разводами.

— Хэу! — звонко поприветствовала она. — Меня зовут Карниэ. Я провожу вас к своим подопечным и буду все это время рядом, чтобы с вами ничего не случилось. Вам повезло: сегодня весьма ветрено, и все ангрэйфим, недовольно нахохлившись, лежат на утесе и ждут, когда ветер, наконец, утихнет. Пойдемте поднимемся к ним в гости; давайте я вам помогу…

— Нет, спасибо, Карниэ, но мы справимся своими силами, к тому же нашему Лэманту будет полезно сбросить пару лишних килограммов веса. Не отказывайте парню в этой возможности, — улыбнулась старшая группы. — Меня зовут Арианна, и мы планируем закончить, необходимые нам, работы часа за три.

— Хорошо, но меня, правда, не предупредили, что в вашей группе будет также и Каурси!

Арианна подозрительно оглянулась на Эстиору, а потом до нее дошло, что девушка Эйнзи имела ввиду ее саму. Ей стало очень приятно, что ее маскировка удалась на славу, но продолжать вводить в заблуждение столь симпатичного проводника она не стала: — Вы уже второй человек, кто принимает меня за Каурси.

Они стали подниматься по крутому склону, на котором только в некоторых местах были высечены ступеньки. Позади Арианны и Карниэ шли Эстиора и Лемант, нагруженные оборудованием и сумками с контейнерами для образцов. Идущие впереди, девушки весело обсуждали свои личные дела, в основном касающиеся своих возлюбленных. Выяснилось, что Эйнзи встречается с парнем из Клана Ваэнди, и поскольку они не могли стать официальными брачными партнерами, оба мечтали, чтобы Авви поскорее нашли планету для колонии, где они стали бы свободными в своем выборе. Ксиорри рассказала о Лэйсе, умолчав лишь о том, при каких обстоятельствах она с ним познакомилась.

Драконы, конечно же, признали Карниэ и потянулись к ней за дежурными лакомствами. Однако изумрудно-зеленый цвет одежды Ксиорри вызывал у них неприятные ассоциации, и они грозно шипели на них, высовывая и убирая свои длинные черные змеиные языки с вилочкой на конце.

— А ну, ребятки, успокоились! — прикрикнула на них Карниэ. — Это наши друзья!

Подтверждая свои слова, Эйнзи крепко обняла Арианну и поцеловала ее в щеку.

Весь драконий молодняк разом затих, и только один, самый крупный дракончик, — вожак своей новой стаи недоверчиво рычал и скалил свои острые зубы, похожие на разнокалиберные иглы.

— Ну с этого красавца, пожалуй, мы и начнем, — решительно произнесла Арианна, открыла свою сумку и, подойдя к дракону, возложила свою ладонь на покрытый роговыми сизыми чешуйками лоб ангрэйфа.

— Осторожнее, Арри! — вскрикнула Эстиора, хватаясь за парализатор.

— Все под контролем, — объяснила Арианна, продолжая гладить, жмурящегося от удовольствия, ангрэйфа. — Просто он показал нам, кто здесь хозяин и теперь успокоился. Правда, малыш?

Слово «малыш» дракону не понравилось, и он попытался стряхнуть руку Арианны со своего лба.

— Ну, извини, ты у нас, конечно же, самый сильный и смелый дракон во всем Ареале.

— Как тебе удалось расположить к себе этого драчуна? — удивилась Карниэ.

— Наверное, мне в Душе очень нравятся отчаянные парни, готовые в любую минуту постоять за меня, — улыбнулась Арианна и послала в адрес Лэйса магнетический образ сердечка.

Работа шла споро; драконы, убедившись в том, что эти Ксиорри работают очень мягко и фактически не причиняют им болевых ощущений, успокоились, а после того, как Арианна угостила их спелыми максинами из своей сумки, и вовсе стали считать их своими друзьями.

Потом раудэр Карниэ подал сигнал, и она, извинившись, сказала, что ее срочно вызывают к начальству.

— Я на сегодня с вами прощаюсь. На всякий случай я оставлю тебе, Арианна, свой инфокод, и, если, что-нибудь пойдет не так, хотя я очень в этом сомневаюсь, я тут же появлюсь, — быстро проговорила Эйнзи и, посмотрев Арианне в глаза, добавила. — И вообще звони, если, что… сиарра!

— Конечно, сиарра, позвоню! — подмигнула ей Арианна.

Четыре дня тому назад…

После перерыва, во время которого золотые лепестки Храма Радуги медленно смыкались над башней, блокируя зал заседаний от всеобщей Сети, всем участникам совещания был предложен легкий обед. Потом раздался мелодичный звон колокола, возвещающий о начале закрытой сессии Совета, и мальхарим снова заняли свои места.

Хаэнси Эргстайн, глава Координационного Совета Энгарты, встал со своего кресла и сообщил: — Теперь, когда мы остались одни, мы можем открыто обсудить те негативные моменты, наблюдающиеся в нашем социуме в связи с приближением генетического кризиса и предстоящего переселения части нашей молодежи на «Новый Эдем», в каком бы формате он не был бы реализован. Поэтому убедительно прошу вас, мальхарим, сообщать о том, что вы сейчас услышите только тем лицам, которых эта информация непосредственно касается по роду их деятельности. По окончанию закрытой сессии мы с группой информационного контроля, куда войдут Ауми, Эсси и Тэйви, решим, что следует выпускать в общую сеть, а что оставить до конца реализации наших планов.

Главный Координатор сделал небольшую паузу, выбирая кому предоставлять первое слово, и предложил Эсси Вандэу открыть вечернюю сессию.

— Мальхарим, видимо мысли о приближении генетического кризиса вызывают у населения определенные беспокойства. Число обращений, особенно среди престарелых граждан, для проверки состояния их Знаков Крови, значительно возросло. Юные представители молодых Кланов, ощущая на себе реальную угрозу принудительного безбрачия или возможного рождения детей с наследственными заболеваниями, часто впадают в депрессию. Всем недавно стало известно, что на «Новый Эдем» будут отбирать в основном молодых людей в возрасте от шестнадцати до тридцати пяти лет. Многие подростки интересуются по какому принципу будет осуществляться этот отбор. Всего молодых людей вышеозначенного подходящего возраста в настоящий момент на Энгарте чуть более двухсот тысяч. Таким образом, каждый тринадцатый подросток должен будет перейти жить на «Новый Эдем» В основном на Станцию будут отбираться представители молодых Кланов, чьи Колена будут обречены на Энгарте на безбрачие. Среди потенциальных эмигрантов будут также находиться и последние Колена древних Кланов: Ауми и Эа. Там они смогут сами выбирать себя партнеров и иметь детей от этих браков. Те, кто перед отправкой в «Новый Эдем» так и не определился со своим брачным партнером, будут создавать брачные пары на основе данных генетического анализа. И этот выбор, который сделает за них совет Ксиорри, будет иметь для эмигрантов статус закона, временно приравненный к Кодексу Граанца. Остальные энгарим чистой Крови должны будут остаться на Энгарте. Я ничего не упустил, Владыка Найветион?

— Нет. Вы сказали все правильно, энгар.

— Тогда я продолжу. Проведенный нами, социальный опрос выяснил, что желающих создать свои семьи на орбитальной станции, даже в свободном от Кодекса Граанца формате, то есть исключительно «по любви», оказалось совсем не много: всего около семи-восьми процентов от, опрошенных нами, молодых людей. Большинство подростков ратуют за переселение в новые миры. Но, когда специально для них была построена, отгороженная металлической сеткой от Сети, имитация инопланетной колонии, после первого же года пребывания в этом «гетто», число энтузиастов сократилось ровно вдвое.

— Я хотел бы дополнить, — произнес Ауми Мэйдельхарф. — Дети всех эмигрантов, начиная с четырех лет, будут обучаться в отдельных секциях станции или в отдельных Ареалах новой планеты, поэтому, когда детям исполнится семь лет, их родителям в обязательном порядке придется вернуться обратно на Энгарту. Дальше дети будут воспитываться и жить на Станции и вступать в брачные отношения в свободном формате или согласно данным генетического анализа, все зависит от приобретенных ими целевых мутаций. Итак, будет продолжаться, по нашим предварительным расчетам, в течении пяти поколений, то есть двух сотен лет.

— А теперь, его Святейшество Патриарх Эйнзи Вэйнаа хочет донести до всех нас чрезвычайное послание, переданное нам нашими Ведущими.

Вэйнаа поднялся и пристально оглядел всех собравшихся в этом зале.

— Мальхарим, в Мире Ведущих произошло нечто непредвиденное. Они сильно обеспокоены дальнейшей судьбой, нашего с вами, мира. Они все время пытались сказать нам что-то важное. Но их речи были до конца не понятны, а слова не связывались друг с другом. Внутри, произнесенных ими, странных слов встречались совершенно незнакомые ранее звучания. Мы никогда прежде не ощущали от них таких вибраций. Такое впечатление, что во Всеобщем Языке даже нет соответствующих слов, для описания надвигающейся опасности. Если кратко подытожить все ими сказанное, то к ним из враждебного им мирового порядка вернулся Отступник, одержимый своими безумными идеями и пропитанный насквозь силами того потустороннего мира. И эти силы, которыми он обладает, столь велики, что группа наших Ведущих даже не смогла пленить и удержать одного этого Отступника. Тогда они пытались уничтожить своего бывшего Брата, но было уже поздно. Он снова исчез, и поскольку они утверждают, что он, в отличие от всех Зоарим нашей Расы, способен вселяться в тела жителей Энгарты или создавать тела, похожие на нас, он представляет собой огромную опасность и подлежит немедленному уничтожению. Они просили нас сообщать о всех подозрительных событиях и людях незамедлительно. И еще они сказали, извиняясь, что теперь наша связь с Ведущими в течении двух тысяч лет будет сильно ограничена, поскольку существует опасность того, что Отступник сможет использовать точно такую же связь, но в своих коварных целях.

— А почему так долго? — спросил Эргстайн.

— Все дело в том, что время в Запределье течет гораздо медленнее, чем в нашем мире. — ответил за Патриарха Анви Гроут, главный вычислитель Энгарты. — В то время, как у нас на Энгарте проходят тысячелетия, в мирах Ведущих проходит всего один год.

— И какие же цели будет преследовать этот Изгой, находясь в нашем мире?

— На этот вопрос ответить наши Ведущие так и не смогли, — пожал своими плечами Вэйнаа. — Но они сказали, что, и это абсолютно точно, этот Отступник будет вербовать, нужных ему, людей среди рядовых жителей Энгарты, поэтому они просили быть чрезвычайно внимательными ко всем людям, проявляющих необычные способности и преследующих цели, направленные на дестабилизацию и дискредитацию, выбранных нами, планов развития нашего социума. Они настоятельно попросили обо всех таких случаях незамедлительно сообщать им. И еще они сказали дословно такую фразу: «Безымянных несколько, но они действуют порознь». И еще: «Верьте только многим голосам, ибо только они говорят правду».

— А вы, уважаемый Патриарх, не подумали о том, что это их пожелание наверняка вызовет у наших, и без того обеспокоенных потенциальных пациентов, еще и параноидные синдромы? — спросил его Эсси Варгэу. — Если в каждом человеке, показавшимся кому-то несколько странным, будут видеть Отступника или его сообщника и сообщать о нем в наш департамент, во что тогда превратится наш социум?

*** ***

Работа уже подходила к завершению. Контейнеры с биологическими материалами были уже упакованы в дорожные сумки. Слова «пещерники», которым часто пренебрежительно называли людей Клана Эйнзи, все Ксиорри в присутствии девушки Эйнзи естественно произносить избегали, но после того, как она ушла, его снова начали употреблять.

Арианна в это время отбирала кровь у матерого самца ангрэйфа, как вдруг ее руки коснулись какой-то тонкой металлической пластинки, застрявшей между роговых чешуек дракона. Она попыталась ее вытащить, но дракон дернулся, как от острой боли, и тихонько зарычал.

— Что это такое? — с тревогой в голосе спросила она у Лэманта, но тот был слишком занят и не расслышал вопрос девушки.

— Это электронный транквиллер, — раздался вдруг мужской голос у нее за спиной, и Арианна чуть не подскочила от неожиданности.

Она мгновенно повернула свою голову на голос и увидела, стоящего по другую сторону от лежащего дракона, седеющего мужчину в поношенном черном балахоне с отполированным руками дорожным, видавшим виды, деревянным посохом. На голове у старца был повязан какой-то странный головной убор черного цвета, который обычно носят эйбы-кочевники, обитающие в пустыне рядом с Ареалом Каурси.

— Как же ему удалось подойти ко мне так незаметно? И почему драконы не подняли тревогу? Они его хорошо знают? — цепочка мыслей быстро промелькнула в голове у девушки, и она спросила незнакомца: — Кто вы такой? И для чего этому ангрэйфу вживили эту электронную плату?

Зря она задала старцу сразу два вопроса, поскольку странник, проигнорировав первый вопрос, ответил на второй: — Этот прибор способен воздействовать на центр послушания в голове ангрэйфа и успокаивать его, когда это необходимо. Это ездовой дракон. И высшим иерархам этих «пещерников» закон позволяет иногда на них летать. Раньше в весьма древние времена всем правонарушителям среди людей также вживляли в верхний отдел шеи подобные платы, чтобы можно было бы без труда определять их тэйелокацию и упреждать их дальнейшие преступления, при необходимости полностью парализуя их движения. Вы же знаете, что у людей, как и у драконов, также есть свой центр послушания.

— Конечно, — коротко ответила Арианна. Но ее мысли были направлены совсем в ином направлении. Арианна страстно желала полетать верхом на драконе, но понимала, что ей этого никто не позволит. Она снова хотела повторить свой первый вопрос, но старец, быстро бросив взгляд в сторону на, удивленных не меньше Арианны, коллег Ксиорри, заговорщицким шепотом произнес: — Я работаю здесь хранителем древних реликвий. Иногда я вожу сюда прихожан, рассказывая им древние забытые истории. Пойдемте, я вам кое-что покажу. Это не займет много времени. Заодно вы поможете мне…

— Я могу попросить Лэманта…

— Нет-нет! — быстро проговорил старец. — Там потребуется очень высокая степень аккуратности!

— Ваузэ! — согласилась Арианна и бросила удивленной Эстиоре. — Продолжайте запаковывать образцы. Я подойду чуть позже к нашей капсуле.

Они свернули с горной тропинки и подошли к входу в пещеру. Странник взмахнул рукавом своей сутаны, и железная дверь тотчас же отворилась.

— Как тебя зовут? — спросил странник, загораживая ей вход.

И Арианна, поколебавшись, назвала хранителю свое имя.

— Арианна, перед тобою находится та самая священная пещера, в которой по преданию впервые состоялся контакт с нашими Ведущими.

Под пещерными сводами вспыхнул неяркий свет…

— Не бойся, Ксиорри, мы далеко не пойдем, да и здесь всего три зала.

В последнем зале из стены выступало скульптурное изображение золотого дракона с распахнутыми крыльями. Перед ним возвышались три огромных восковых свечи. Старик зажег их, и тотчас же свет во всех залах погас. Более того, Арианна, внезапно ощутила, как железная входная дверь затворилась, и Сеть пропала. Она с тревогой посмотрела на странника.

— Вот мы и пришли…

Арианна подумала, что старец говорит ей, но хранитель, не отрывая своих глаз, смотрел в сторону алтаря.

— Все в порядке, Арианна, — старец почувствовал некоторую нервозность девушки и поспешил ее успокоить. — Поверь, так было нужно сделать, чтобы информационный фон не помешал тебе увидеть реальные древние Таинства.

Старик улыбнулся и снял с себя головной убор, в котором была замаскирована металлическая диадема. Разящий невидимый свет, идущий от этого загадочного человека, тотчас же неожиданно и мощно ударил по айри девушки, освещая все его затемненные скрытые участки.

— А-а! — простонала девушка и вдруг неожиданно почувствовала, что они теперь здесь уже не одни, и это присутствие чужих айраим, несмотря на то, что сильно взволновало Арианну, показалось ей очень теплым и родным, словно она вернулась после долгих странствий в свой настоящий Дом.

— Они здесь, ваше Святейшество, — благоговейным шепотом произнесла Арианна.

Патриарх Вэйнаа широко улыбнулся ей в ответ.

**** ***

— Добрый вечер, мальхаар.

— Добрый вечер, Владыка. Ну и что вам сказали о ней наши Ведущие?

— Они не увидели в ней ничего подозрительного и попросили нас отныне следить за ней, и другими подозреваемыми, как можно осторожнее, чтобы не спугнуть самого Отступника. Для нас самое главное — узнать, какую же цель они преследуют, вербуя в нашем мире людей? В чем состоит их план? Узнав ответы на эти вопросы, как можно скорее, мы сможем помешать им осуществить их замысел и сможем помочь Ведущим окончательно изолировать или уничтожить Отступника.

Секвенатор — прибор для чтения участков ДНК, прибор для определения Знаков Крови в биологическом материале.

Глава 9. КОРУМ.

— Борт ПТЛ-062, как слышите? Прием!

— Главный, говорит первый пилот ПТЛ-062 Авви Лэйс. Слышу вас хорошо. Приступаю к проверке оборудования.

Лэйс закрыл входной люк, проверил герметизацию отсека и на два деления открыл вентиль кислородного баллона. Только после этого, убедившись в том, что уровень кислорода в салоне не снижается, включил сенсорный управляющий экран с интерактивной картой Энгарты, нашел целевую точку и в тысячу раз увеличил масштаб электронной карты.

— Главный, борт ПТЛ-О62 к старту через четыре минуты готов. Все блоки летательного аппарата функционируют в штатном режиме. Включаю холостой ход ротора. Даю обратный отсчет: сто двадцать, сто девятнадцать …

Пока автомат монотонно отсчитывал каждые две секунды, Лэйс застегнул страховочный ремень ложемента, надел металлический шлем, блокирующий Сеть, и надавил белое пятно на сенсорном экране, которое тут же налилось красным цветом, и рамка ротора плавно пришла в движение.

— Хлэйфы бы подрали эти шлемы, — подумал про себя первый пилот, привыкший определять число оборотов рамки по звуку. Но из-за того случая с его Аэви в инструкцию по технике безопасности включили обязательный пункт, защищающий айри пилота от влияния Пустоты.

Через три с половиной минуты, когда пятно в Ареале Лауви сменило свою окраску на менее тревожный зеленый цвет, Лэйс потянул на себя главный стартовый рычаг, и игла разрядника пронзила собой более глубокие, а, следовательно, и несущие более высокий заряд, слои электролита. Пронзительный вой рамки ротора тотчас же перешел в ультразвуковой диапазон.

— Старт! — скомандовал Лэйс и уже через мгновение почувствовал, как страховочный ремень впился в его, потерявшее вес, тело.

Он впервые пребывал в Пустоте, хотя состояние невесомости переживал неоднократно на тренажерах в летном центре. Пустота давила на него. Иллюминаторы застилала черная непроглядная тьма. Само сознание того, что он находится вне материального мира, окруженный неведомой субстанцией, заставляло его сжаться от ожидания какой-либо непредвиденной ситуации. Страстно захотелось сорвать с себя шлем, поскольку ему показалось, что металл шлема начинает сильно разогреваться вихревыми токами. Он понимал, что это всего-навсего лишь фантазия и, даже, сняв с себя шлем, он не почувствует Сети и не ощутит на себе поддержки благодарного человечества, нетерпеливо ожидающего пришествия новой эры покорения окружающего пространства. Паузы между, сменяющими друг друга, цифровыми значениями секунд, отмеряющих его нахождение в Пустоте, стали огромными. Он даже не удержался и постучал пальцами по стеклу хронометра, полагая, что прибор по какой-то неведомой причине завис. Когда число секунд превысило четыреста, Лэйс снова потянулся к вентилю кислородного баллона, но тут же сила тяжести вернулась к нему, и корабль начал свое стремительное снижение через стратосферу. Автоматически включился контур охлаждения корпуса, и рамка ротора начала замедлять свое движение. Лэйс резким движением сорвал с головы шлем и сделал глубокий глоток воздуха, словно в преддверии асфиксии. Потом, усмехнувшись про себя свое нелепой реакции, выключил двигатель и активировал на параллельном экране режим тэйелокации.

— Главный, докладывает борт ПТЛ-062. Мягкая посадка в конечной точке маршрута произведена, погрешность приземления составляет два метра. То есть с сопоставима с габаритами самой машины, — с чувством собственного достоинства добавил он про себя. — Выхожу на поверхность. Знакомиться с местными Лауви. Обратный старт через двадцать минут.

Лэйс открыл входной люк, и, едва не споткнувшись, второй раз за последний час помянул несчастных хлэйфов. У него совсем вылетело из головы, что он переместился в прямо противоположную точку планеты, где еще безгранично властвовала темная безлунная полночь. Возвращаться и включить бортовые прожекторы он посчитал плохой приметой, и поэтому, достав из нагрудного кармана комбинезона плоский фонарик, направил его луч за периметр площадки, где угадывались корявые силуэты каких местных деревьев. Ему в ответ тут же ответили, и через несколько минут к нему подошел высокий парень спортивного телосложения в спецовке из грубой, водоотталкивающей ткани ярко-оранжевого кланового цвета Лауви.

— Хэй, пилот! — весело произнес Мастер Излучений. — Меня зовут Лауви

Тэй-О’Хант. Меня просили передать на ваш полигон новый тип специализированного раудэра, который способен работать на больших высотах, даже в стратосфере, блокируя все помехи.

Лэйс пожал протянутую руку и назвал свое имя. Парень ему очень понравился, и они разговорились. Оказалось, что он активно занимается вопросами передачи сигналов на большие расстояния и разрабатывает принципиально новые технологии межпланетной связи.

— Лэйс, ты же знаешь, что сигнал через обычное космическое пространство при испытании лэверов в межпланетном режиме будет идти на Энгарту добрую половину вечности, то есть около пяти лет. То есть сам лэвер вернется обратно из космоса гораздо раньше своего сообщения из целевой точки. А что, если задействовать Пустоту для передачи сигнала?

Сначала Лэйсу его вопрос показался неуместной шуткой. Ведь Пустота вообще не проводит через себя никаких волн. Он внимательно посмотрел в лицо Лауви, но тот, быстро сообразив о причине недоумения, тут же поправился: — Извини, Авви, я имел ввиду совсем другое. Представь себе, что у нас на борту имеются несколько крохотных автоматических зондов-лэверов, способных перемещать еще более крошечные маайлэнги с закрепленными в них информационными сообщениями. Попадая в интересное для нас пространство, в котором наблюдаются планеты, мы могли бы, сразу же, не возвращаясь за подмогой, собирать нужную с них информацию, пока зонды с одним-единственным сообщением о наших координатах, достигнут Энгарты.

Идея очень понравилась Авви, и он серьезно над ней задумался.

— Ну, камень преткновения тут заключается в изготовлении миниатюрного аккумулятора большой мощности, — медленно произнес Лэйс.

— Но ведь разряд потребуется всего один. После чего зонд может самоуничтожиться в стратосфере Энгарты!

— Короче, идея прекрасная и более чем актуальная. Нужно, как следует нам вместе над ней подумать.

Друзья обменялись инфокодами, пять минут поболтали о своих знакомых прекрасного пола, и Авви Лэйс, забрав посылку, вернулся на свой корабль.

*** ***

Это было огромное монументальное сооружение, созданное Мастерами Лауви многостадийной атомизацией скальных пород из цельной горы. Эллиптический амфитеатр с ажурными арками и переходами вмещал в себя чуть больше трехсот тысяч человек. Зеленая арена этого мегастадиона была окружена каменными ступенчатыми террасами для зрителей, а внизу под амфитеатром была расположена целая сеть радиальных входов и выходов, пересекавшихся с эллиптическими переходами между секторами. Корум существовал уже тысячи лет и почти всегда был заполнен до отказа.

Два раза в год в День Спокойной Воды и в День Очищающего Пламени здесь проходили яркие, красочные представления, массовые музыкальные вечера и спортивные поединки. И вот теперь таких праздников стало три. Лоу-Коунгр, Совет Энгарты решил в честь успешного освоения Пустоты учредить новый ежегодный праздник: Праздник покорения Неба.

Они в последний раз воспользовались магнитотрассой, чтобы провести здесь, в этом нейтральном Ареале, оперативное совещание. Это были представители пяти Кланов Энгарты, имеющих непосредственное отношение к предстоящему триумфальному торжеству. Они осмотрели Корум, не спеша прошлись по всем его секторам и, оставшись довольными тем, как идет подготовка к Празднику, прошли в небольшой зал, стоящий поодаль от Корума.

Авви Эйтер, руководитель центра испытания лэверов, произнес вступительную речь:

— Энгарим, я поздравляю вас всех с нашим профессиональным праздником, с грандиозным успехом, которого мы достигли на основе тесного сотрудничества всех наших Кланов. Благодаря, разработанному нами, совместно с Леварри, автоматическому корректору полетов, точность приземления стала идеальной. Нам теперь уже не нужно вводить поправки на постоянно изменяющиеся условия полета, внутреннее распределение масс и так далее, теперь сенсорные датчики нового поколения и специальная программа, созданная вычислителями Анви, которая обрабатывает и интегрирует входящие данные, позволяют пилоту полностью сосредоточить свое внимание на чисто механических операциях.

Сейчас бы нам еще с помощью новых достижений Эльвиа открыть межзвездные Тоннели, но, как говорится «каждой вершине требуется свой фундамент». Мы не можем бросить на полпути то, что нам в этот сложный исторический момент жизненно необходимо. Сейчас мы должны полностью изменить всю общепланетарную транспортную систему и окончательно очистить все леса от наших механических вспомогательных конструкций. Нам нужно собрать на наших заводах такое количество лэверов, чтобы сделать их фактически персональным транспортом для каждого жителя Энгарты. Нам нужно полностью демонтировать магнитотрассы и заменить их подземными генераторами контр-поля для сети многоярусных «воздушным коридоров», позволяющих свободно и безопасно летать в ксаэльгайровых комбинезонах. Но, разумеется, что следует создавать эти антигравитационные слои только вдали от площадок для старта и приземления лэверов, то есть в горных ущельях и над лесными массивами.

Кроме того, нам предстоит работать сразу в двух направлениях для того, чтобы завершить монтаж гигантской орбитальной станции «Новый Эдем» и тщательно обследовать при помощи межпланетных тяжелых лэверов близлежащее космическое пространство с целью нахождения приемлемой колонии для заселения. Я понимаю, что одно из двух вышеперечисленных действий, наверняка, окажется ненужным и невостребованным, но нам нужна гарантия предотвращения грядущего генетического кризиса: рисковать здоровьем наших Кланов мы не можем.

Поэтому я и пригласил на это Совещание лучших специалистов в области летательных аппаратов и вычислений. О том какими должны быть межпланетные лэверы, нам расскажет ведущий инженер нового Проекта Эльвиа Йэрган.

— Энгарим, межпланетные лэверы нового поколения должны перемещаться на весьма большие расстояния. Верхним потолком для подобных летательных аппаратов, мы подсчитали, станет расстояние в двенадцать световых лет. Поэтому к тем звездам, которые лежат за этим пределом, посылать наши корабли нет никакого резона.

Эти лэверы должны иметь мощный аккумулятор, позволяющий совершить два перехода; прямой и обратный. Эти лэверы должны иметь достойную и весьма точную систему локации в межзвездном пространстве. Точное вычисление координат выхода лэвера из Пустоты по спектральному составу звезд-рэперов, это первостепенная задача наших вычислителей. Эти лэверы должны иметь на своем борту поисковые зонды для того, чтобы собирать информацию с близких орбит, обнаруженных ими, планетах. Кроме того, на эти летательные аппараты должны быть в обязательном порядке установлены реактивные флаинг-моторы и маневренные боковые двигатели. Мы не будем рисковать нашими специалистами высокого класса. Поэтому первые испытания должны будут производиться исключительно в автоматическом режиме.

Затем слово взял главный вычислитель Анви Гроут.

— К сожалению, среди, ближайших к Аудэ, звездных систем весьма мало потенциально пригодных для жизни светил. Аудэ на расстоянии от четырех до семи световых лет окружен лишь древними звездами, которым несколько миллиардов лет. Эти холодные «красные карлики» имеют весьма узкие «зоны обитаемости». И даже, если мы и найдем, вращающиеся вокруг этих «красных карликов», планеты, то на них придется возводить города под куполом для создания приемлемого для жизни температурного режима. Лишь одно светило класса G5 достойно нашего внимания, но оно, к сожалению, представляет собой шестиэлементный звездный кластер, в который входят, как красные карлики, так и коричневые. Поэтому нам даже сложно понять, где в таких системах смогут быть обнаружены биологические зоны. Кроме того, в созвездии Лэйвифа (Голубя) на расстоянии девяти световых лет сияет большая горячая звезда класса «B», хорошо известная нам, как Лэвигрэйф (парящий дракон). И хотя шансы найти там планеты, пригодные для обитания, ничтожно малы, мы включили также и ее в расширенный список наших целей. Но вся сложность заключается в том, что, хотя мы и точно знаем положения светил в волновом пространстве, их истинное положение в гравитонной системе рассчитать невероятно сложно. Дело в том, что Аудэ находится в спиральном рукаве нашей галактики на периферии, то есть фактически во внешнем ее слое, и если применять аналогию со строением ядер, поскольку материя на всех Ярусах мироздания проявляет универсальное структурирование, то во внешних слоях нашей галактики могут формироваться не только четырехзвездные кластеры и одинарные мостиковые звездные системы, но и кластеры, включающие в себя и иное число элементов. Поэтому мы не сможем точно проложить маршрут в нужную нам точку. Всегда будет существовать лишь вероятность того, что наши лэверы вообще смогут выйти из Пустоты рядом со звездами, и скорректировать их точку выхода для нас технически не осуществимо! Таким образом, энгарим, нами намечено всего сто пятьдесят восемь точек для выхода из Пустоты и исследовать их всех можно будет в течении полутора лет.

*** ****

Это наконец-то свершилось! Его сердце буквально рвалось наружу, чтобы снова испытать ту сладостную истому, которую оно когда-то испытало целую половину вечности тому назад. Он не спрашивал ее почему этого не произошло раньше. Он просто крепко обнял ее, и они вместе вошли через западный вход Корума, где уже оглушительно звучала бравурная музыка, возвещающая начало праздника, и вечернее небо нейтрального Ареала расцвечивалось пышными фейерверками.

На зеленой арене Корума воздушные гимнастки Эа в ярко-синих трико создавали высокие живые пирамиды, символизирующие постепенные этапы покорения Неба. Потом, как бы, с неба прогремел гром, и все гимнастки быстро разбежались в разные стороны. Они встали на периферийных беговых дорожках, повернувшись лицом к центру арены. Внезапно в центре арены волчком закружился гигантский воздушный смерч, и яркие блестки, обильно рассыпанные по полю, полетели в зрителей. Поднявшийся ветер растрепал черные распущенные волосы Арианны, и она, смеясь, укрылась за широкую спину Лэйса. Многоцветие клановых знамен, расположенных по периметру Корума, затрепетало на этом искусственном ветру. Раздался пронзительный вой, и вращение рамки ротора стало уже хорошо заметным с трибун. Наконец, золотистый диск полностью замер, и из его люков грациозно выскочили длинноногие девушки в серебристых блестящих трико. Они повернулись лицом к арене, образовали круг, взявшись за руки вокруг лэвера, и стремительно закружились вокруг него, словно ослепительные серебристые звездочки. Бурные овации и восторженные крики зазвучали в ответ с трибун. Потом наступил перерыв, и на арену стали устанавливать плоские переносные генераторы контр-поля для того, чтобы Мастера Полетов Леварри смогли бы продемонстрировать свое замечательное искусство. Догадавшись, что им предстоит увидеть, Арианна и Лэйс улыбнулись и, не сговариваясь, в обнимку покинули Корум.

— Я предлагаю посетить мою уютный дом, расположенный на берегу самого синего озера в мире. Я приготовил тебе сюрприз. Уверен, что он тебе понравится.

— Нет, к тебе, Авви, мы полетим в другой раз. Я тоже приготовила тебе сюрприз. У меня с собой ключи от уютного гостевого домика, который расположен неподалеку от нашей оранжереи. Там нам никто не помешает. Давай дойдем до автострады, здесь недалеко ехать.

— Аэви, нет, мы пойдем в другую сторону. Я покажу тебе кое-что. Доверься мне, — весело произнес Лэйс.

Они пересекли небольшую рощицу и вышли на площадку, где томился в ожидании чуда одинокий, ярко раскрашенный голубыми и оранжевыми широкими полосами лэвер.

— А вот и мой сюрприз. Теперь у нас с тобой есть свой персональный лэвер, — радостно сообщил Лэйс, позвякивая, зажатыми в руке, ключами.

Арианна побледнела.

— Нет… только не это… — испуганно прошептала девушка. Перед ее расширенными глазами снова ожили те незабываемые минуты пребывания в Пустоте.

— Не бойся Аэви, на этот раз я буду крепко обнимать тебя, и Пустота рядом со мной покажется тебе особенно приятной, — рассмеялся Лэйс и притянул к себе упирающуюся Арианну.

Они вошли в салон и пристегнулись страховочными ремнями. Лэйс включил сенсорный управляющий экран.

— Ну показывай, теперь, где находится твоя оранжерея. Точнее нам подойдет для приземления любая ровная площадка.

Арианна неуверенно ткнула пальцем в изображение широкой лужайки, но изображение замигало тревожным красным цветом.

— Нет это площадка уже занята. Или же она по своим габаритам нам не подходит. Ладно, попробую найти что-нибудь рядом через поисковик, — Лэйс нажал несколько иероглифов в правом нижнем углу экрана, и компьютер через минуту выдал нужный результат. — Ну, понеслась!

— Подожди Лэйс. Я надену диадему и завяжу глаза полоской черной ткани на время пребывания в Пустоте.

— А я, пожалуй, крепко обниму тебя за талию, чтобы ты раньше времени не сбежала от меня к своим пришельцам, — рассмеялся Лэйс. Он дернул стартовый рычаг, и, затем, изогнувшись в неудобной для себя позе, исполнил задуманное.

**** ***

Они вошли в большую уютную комнату, в которой все стены были расписаны причудливым растительным орнаментом. Свет включать не стали, а только зажгли две свечи, стоящие на столе, и плавно опустились на одну из четырех застеленных белоснежных постелей.

Они целовали друг друга нежно, постепенно открывая для своих поцелуев все новые участки своих юных тел. А потом, когда упругие соски Арианны налились и затвердели, Лэйс скинул с себя остатки одежды и аккуратно вошел в девушку. Время вокруг них замерло, и только тихо капал в хрустальную чашу воск свечи, плавно менялись позы, и прекрасные стоны в унисон освящали место их встречи.

— Теперь мы вместе, Аэви, навсегда! — прошептала Арианна, ловя свет незнакомой звезды в глазах своего возлюбленного. — И все же, пообещай мне одно, — что ты отыщешь для меня среди бескрайней звездной россыпи, уютную тихую планетку, где мы сможем создать свой Очаг и никогда друг с другом больше не расставаться! Это очень важно, Аэви!

— Конечно, Аэви, я обещаю, — прошептал Лэйс, крепко целуя Арианну в губы. И они снова закружились в бескрайней Вселенной сладострастия, поднимаясь в такие высоты, которые доступны только по настоящему влюбленным людям.

Глава 10 ХРАМ СУДЕБ.

Семь месяцев спустя…

Он проснулся рано, еще до рассвета солнца. После фактически бессонной ночи, это произошло с ним, скорее всего, по привычке, — ведь в его родном Ареале уже вовсю властвовал полноценный день. Проснулся раньше ее. Он посмотрел на ее черные локоны волос, разметавшиеся по всему обнаженному телу. Стройные ноги и руки девушки тоже были раскинуты во все стороны по застеленной широкой кровати, как бы утверждая этой позой, что свое жизненное пространство она не собирается ни с кем другим разделять. Затем он спустился по винтовой лестнице, чтобы приготовить им обоим кофе.

Внезапно он ощутил, как чьи-то прохладные ладошки накрыли его глаза.

— Аэви, ты научилась создавать теневые порталы?

— Я же не спрашиваю тебя, как тебе удается варить такой вкусный кофе, — Арианна сделала большой глоток бодрящего напитка и поцеловала Лэйса в щеку.

— Какие планы у нас на сегодня?

— Нам нужен срочно восьмой член нашей группы, и это должна быть особа строго определенной Крови.

— Зачем она нам? Какой с нее прок? Или ты все же готова отказаться от своей авантюры?

— Нет. В том, что произойдет уже скоро, я нисколько не сомневаюсь. Все равно иного пути у нас уже нет. А вот в дальнейшем эта «восьмая» очень нам понадобится. Верь мне.

*** ***

Нет на Энгарте другого такого Клана, чьи люди были бы настолько оторваны от реального мира, и пребывающие в состоянии пролонгированного транса, как Серо-голубые Тэйви. Выполняя ли свои служебные обязанности, находясь ли в своих Очагах после завершения работы, их мысли постоянно опережали на мгновение ход происходящих событий. Дар Предвидения был неотъемлемой частью этих людей, поэтому вызывать Тэйви на поединок было чистым безумием. Тэйви редко пользовались вычислительной техникой и вовсе не потому, что Анви-Вычислители были их антагонистами по Крови, а потому, что все сложные математические задачи по вычислению вероятностей событий и по интерференции потоков Детерминизма и Индетерминизма они производили в уме, и конечный результат часто виделся им в виде определенного светящегося образа.

Все Тэйви высоко ценили тишину и спокойствие своего, отдаленного от шумных трасс, Ареала, где ничто не отвлекало их от процесса Созерцания будущего. Для Мастеров Предсказаний требовалась высокая степень сосредоточенности, и именно поэтому Тэйви выбрали для своей резиденции этот тихий отдаленный горный край с богатым кислородом чистейшим воздухом на берегу огромного синего озера. Ни одной площадки для приземления геликоптеров и лэверов не было в радиусе двух лиг от замка.

Храм Судеб был сложен из камня серо-голубого оттенка под стать Клановому цвету Тэйви. Этот камень с виду напоминал мелкозернистую керамику, но это все же был натуральный камень, который был весьма редким и встречался только на севере Энгарты близ Ареала Ваэнди.

На постаменте перед входом в замок находился огромный хрустальный шар, в котором периодически возникали яркие картины будущего, видимые только Мастерами Тэйви. Кроме того, на вершине одной из башен были поставлены на углы, созданные из зачерненного серебра, две огромные игральные кости. Они представляли собой правильные додекаэдры, и на их двенадцати серебристых гранях были нанесены натуральной чернью цифры от одного до двенадцати. Это был величайший символ, олицетворяющий вероятность.

В Храме Судеб Мастера Предсказаний занимались не только поиском месторождений урановых руд на карте, но и предсказывали последствия тех или иных изменений, которые вносились людьми под влиянием неуклонного продвижения прогресса. Вот и сейчас многие Тэйви были заняты тем, что просматривали Будущее в различных Ареалах, в которых магнитотрассы поспешно заменялись генераторами контр-поля.

Но был внутри Храма Судеб и специальный отдел, который прогнозировал поведение потенциально опасных группировок молодых людей. Это подразделение Тэйви непосредственно подчинялось Службе безопасности Координационного Центра Хаэнси, который ставил перед ними подобные задачи и присылал досье на лидеров таких группировок.

Тэйви Аноррэ, совсем юная, но весьма перспективная Предсказательница, работала как раз в таком отделе. Именно она предотвратила несчастный случай на одном из воздушных коридоров, когда группа юных Ваэнди, шутки ради, решила опробовать свои, недавно появившиеся, магические силы, несколько изменив профиль линий антигравитационного поля. Аноррэ была небольшого роста, но весьма привлекательного телосложения с милым, почти детским, личиком с румяными щечками и пухлыми чувственными губами. Именно из-за этих, притягательных для мужских взоров, черт лица, все ее коллеги считали юное дарование подростком и полагали, что она лишь недавно вернулась в свой родной Ареал после обучения в Школе.

Наступал вечер. Аноррэ приблизила свои пальцы к кристаллическим светильникам, и они ярко вспыхнули теплым оранжевым светом, освещая ее рабочее место.

— Ну что ж можно и собираться домой. Не каждый же день удается получить ясные ответы, — подумала Аноррэ, убирая со стола, несъеденные в обед, цукаты в отделение наплечного ранца. Она выключила свой рабочий компьютер, еще раз бросила быстрый взгляд в свой персональный хрустальный шар, но не увидев в нем ничего, кроме клубящегося серого тумана, со вздохом отодвинула его на середину стола, окончательно освобождая свой разум от состояния рабочего транса. Потом юная Тэйви закрыла комнату на ключ и включила сигнализацию. Попрощавшись с привратником замка, она вышла на тропинку и не спеша направилась через парк к отдаленной транспортной стоянке. Пройдя половину своего пути, ей внезапно показалось, что она стоит на пороге какого-то важного события. И аура этого события ей весьма не понравилась. У Аноррэ не было опыта серьезных Предсказаний, но она весьма чутко и безошибочно предвидела свое ближайшее будущее. Вот и теперь, хотя она и не ощущала присутствия рядом с собой посторонних айраим, в душе ее внезапно зародилась тревога, и какая-то легкая невесомая тень промелькнула на ее «внутреннем экране». Она понимала, что ей ничего не угрожает, и все-таки Тэйви решила не сворачивать на узкую тропинку, на которую большое широколиственное дерево отбрасывало свою черную причудливую тень, а пойти по более длинному, но хорошо освещенному солнцем пути.

Но ее тут же окликнули: — Анорэ?

Девушка не обернулась и, ускорив свой шаг, продолжила свой путь к стоянке, где ее ждал персональный лэвер.

— Анорэ, подождите, мне нужно с вами поговорить…

— Вообще-то я Аноррэ, — резко обернувшись, произнесла Тэйви, делая акцент на двойное «р» своего имени.

Перед ней стояла молодая высокая девушка, с ног до головы укрытая зеленым, под цвет окружающей травы, свободным балахоном. Не удивительно, что она не сразу разглядела ее фигуру на фоне зеленой листвы парка. Голова девушки была скрыта под широким капюшоном, и только локоны длинных черных волос предательски выступали наружу.

— Очень приятно. А вот я — Ксиорри, — весело ответила девушка, тоже делая акцент на двойном «р».

— Я вижу, что не Каурси, — холодно ответила Предсказательница, поглядев в глаза девушке, находящиеся в тени широкого капюшона. — Имя то у вас есть?

— Есть, конечно, но я его вам скажу при следующей нашей встрече, а пока зовите меня просто Ксиорри или энгара.

— Хорошо, «просто энгара», — ответила Тэйви. — Но почему вы решили, что наша следующая встреча состоится, ведь вы не умеете видеть Будущее так, как его видим мы?

— Разумеется. Но у меня имеется для вас такое предложение, от которого просто невозможно будет вам отказаться.

— Если вы насчет предвидения появления новых видов среди живых существ на Энгарте, то вынуждена вас сильно огорчить, Ксиорри: в ближайшие сорок тысяч лет новые Знаки Крови среди представителей альтэйской фауны не появятся.

— Да, я понимаю, — рассмеялась Ксиорри. — Но вот Тэйви новых Знаков Крови при вашем непосредственном участии могут появиться на свет и весьма скоро.

Аноррэ побледнела: — Вы в своем уме? Что вы такое говорите?

— Спокойнее, милашка! Мне многое про вас известно. Пойдемте сядем в укромное место у озера, и я вам сейчас все объясню, — Ксиорри, пользуясь благоприятным моментом, пока Тэйви не пришла в себя от шока, крепко взяла ее под локоть и направила ее к прибрежным кустам.

Там они долго и содержательно беседовали, а потом, когда пришло время расставаться, обменялись инфокодами и назначили время и место следующей встречи.

— Кстати, кто ваш парень? — как бы невзначай обронила Ксиорри.

— Вы же сказали, что все обо мне знаете, — удивилась девушка.

— Пррростите меня, Анорррэ, — Ксиорри нарочно театрально прорычала ей в ответ, увеличив звучание буквы «р». — Я пошутила…

— Он офицер службы безопасности — Хаэнси Роунт.

— О! Какое прекрасное сочетание! — искренне воскликнула Ксиорри, мысленно просчитывая в голове генетические комбинации. — Ну, теперь я точно уверена в том, что наша сегодняшняя встреча, — это Знак Судьбы! Он нам тоже весьма пригодится.

*** ***

За три месяца до описанных выше событий

— Командир, прилетел «почтовый голубь» с Энгарты. Он находится в двадцати тысячах лиг от нас. Разрешите дать старт нашей капсуле.

— Отставить старт, Эдванс. Включайте флаинг-моторы. Тут недалеко. Наш лэвер сам выловит посылку.

Надо отметить, что в целях защиты дуги и роторы межпланетных лэверов во время орбитального движения укрывались блестящим металлическим корпусом, отчего корабль приобретал форму почти правильного диска. Авви Эдван повернул ключ зажигания на пульте, и две мощных реактивных струи столкнули лэвер со стационарной высокой круговой орбиты, расположенной вокруг Шатдаэльты. И в это же самое время в динамиках прозвучал механический голос робота со спутника, находящегося на нижней орбите: — Центральный, я — энхаб-2. Через шесть планетарных часов в ионосфере возникнет окно. Появится реальная возможность для высадки капсул в квадрат 16-22. Как слышите?

—Энхаб-2, я — Центральный. Сообщение принято. Продолжайте наблюдения. Если ничего непредвиденного не произойдет, через шесть с половиной часов начинаем высадку десанта в квадрат 16-22. Вышлите подробную сейсмическую обстановку в радиусе трехсот лиг от центра означенного квадрата. Прием.

— Сообщение принято. Ваузэ.

Сообщения с Энгарты были бы получены лишь через пять лет после их отправки, если бы не гениальное изобретение Лауви Тэй-О’Ханта, который сконструировал микролэвер для передачи маайлэнгов с записанными на них сообщениями. Эти микролеверы и были названы «эо-лэйвифы» (космические почтовые голуби). Правда точность доставки «посылок» пока оставляла желать лучшего, но Авви изобрели специальные управляемые сети для вылавливания их из космического пространства.

Энгарта прислала им подробную инструкцию для двух групп Ваэнди, — космодесантников, находящихся на двух лэверах, посланных к шестизвездному кластеру с целью обуздать неукротимую Шатдаэльту и принять решение о возможности сделать на ней, первую в истории освоения дальнего космоса, колонию. Именно поэтому в послании также содержались подробные материалы использования методик «геоинженерии», применяемых на Виэльсе, на фиолетовой луне Энгарты.

*** ***

— Центральный, я Второй. К высадке готов. Экипаж посадочной капсулы: девять Ваэнди и один полевой врач Эйси Эллоум, командир группы: магистр Ллаурхиэн.

— Второй, старт разрешаю. Через десять минут наша капсула также стартует к поверхности планеты в тот же квадрат. В составе группы восемь магистров Ваэнди. Командир группы: Хаэнси Кэрви.

Если где-нибудь в космосе и был ад, то он был на Шатдаэльте. Непрекращающиеся мощные землетрясения и вулканические извержения перетасовывали все слои литосферы, словно карточную колоду. Шатдаэльта каждый день меняла свой облик. Поверхность всей планеты буквально ходила ходуном под ногами космодесантников. Кроме того, использование скафандров высокой степени защиты для Ваэнди было недопустимым, поскольку управлять ардой, находясь внутри металлической конструкции, было невозможно. Поэтому людям Ваэнди пришлось использовать легкие, но менее прочные, полимерные спецкостюмы. Кислорода на планете было катастрофические мало, поэтому без кислородной маски дышать азотно-метановой смесью было нереально. Воды на планете было предостаточно, но она, то в виде пара, поднималась в атмосферу, то, минуя жидкое состояние, кристаллизовалась в виде протяженных многокилометровых наледей.

Лагерь разбили на черном базальтовом плато, разумно посчитав, что этот каменный островок наиболее устойчив. Вокруг лагеря установили антенны и сейсмодатчики, которые тут же начали выдавать умопомрачительные результаты.

После того, как организационные работы были закончены, космодесантники, которые не принадлежали Клану Ваэнди, разумно отошли за полмили от места основного действия, чтобы не мешать Магистрам творить чудеса, да и самим не попасть под действие их контр-стихийной «магии».

Семнадцать Ваэнди, взявшись за руки, которые были теперь свободны от защитных перчаток, образовали широкое кольцо вокруг активной точки планеты и, сонастроившись друг с другом, создали мощное биоэнергетическое кольцо арды. Сила объединения айраим Магистров была настолько мощной, что это Кольцо сделалось видимым. Оно виделось даже невооруженным глазом в виде, переплетенных друг с другом, словно лозы, толстых бело-фиолетовых светящихся замкнутых жгутов.

Поскольку на этой планете данаим явно не находились в гармонии друг с другом, и поэтому не было стабильности ни в гидросфере, ни в литосфере планеты, требовалось ввести дополнительные творчески созданные эр’данаим, которые бы, связывая собою расщепленные асинхронные данаим, образовывали бы синхронизированные гармоничные интегральные потоки. Причем влиять ардой на неустойчивый мир нужно было предельно осторожно, ибо всегда любое действие тут же вызывает противодействие, и «откат» может получиться весьма сильным. Поэтому обращаться за помощью нужно было не к тем силам, которые в настоящий момент подавлены хаосом, а к действующим в этом мире мощным силам, которые можно было перенаправить в иное русло! Говоря сильно упрощенным языком, нужно было столкнуть между собой Огонь и Землю, чтобы восстановить Воду и, как следствие, вернуть гидросферу планете. Но одно дело представлять себе в уме контур этого победного плана и совсем другое дело исполнить задуманное силами всего семнадцати Магистров. Тем не менее, вначале магистрам Ваэнди, на локальном пространстве, все же удалось обезвредить лавовые каналы, опорожнив их грозное содержимое в образовавшиеся при помощи «магии», искусственно-созданные, вместительные каверны. Теперь нужно было вызвать к жизни центры конденсации паров в окрестных углублениях планеты, чтобы окружающий пар превратить в чистую воду. Но этот этап был слишком масштабным и отнял последние силы у Повелителей Стихий. К тому же верховными Магистрами было отмечено, что сама планета, как бы, начала активно сопротивляться «насилию» над ней. Поэтому было решено вернуться к этому процессу с утра, восстановив за ночь потраченные силы.

Глубокой ночью всех поднял на ноги пронзительный рев тревоги. Автоматы сообщали о том, что с северо-востока на лагерь надвигается буря небывалой мощности. И действительно ослепительные молнии уже вовсю сверкали с этого направления. Правда, гром был слышен спустя двадцать минут, но с каждой минутой этот интервал стремительно сокращался. Помехи радиосвязи не позволяли отчетливо услышать приказы командиров лэверов, но ясно было одно, — требовалась срочная эвакуация.

Люди, оставляя менее ценное оборудование, грузили остальное в капсулы. Внезапно земля под ногами накренилась, и опоры капсул, заскрежетав своими фиксаторами, съехали чуть вниз. Теперь нужно было только спасаться самим. Поспешно задраив люки, к лэверу стартовала капсула Хаэнси. Тут же после старта огромная молния ударила в приемную антенну, вызвав ослепительно яркую вспышку. Третье дымчатое веко автоматически опустилось на глаза оставшихся космодесантиков, и они полуослепшие, оглушенные взрывом грома, наощупь, спотыкаясь и сминая друг друга. влезли в спасительную капсулу.

— Отстрелить фиксаторы. Старт! — взревел Ллаурхиэн.

Капсула чуть накренилась, но, вырвавшиеся наружу, реактивные струи вернули капсуле равновесие, и корабль помчался сквозь разъяренную бурю в спокойное космическое пространство.

Им не хватило всего несколько мгновений, чтобы спастись.

Запертые в кавернах, лавовые реки прорвали плотину, и огромный огненный гейзер рванулся вслед уходящей капсуле. Еще один миг, и подбитый, охваченный пламенем, летательный аппарат, кувыркаясь в воздухе, полетел вниз навстречу аду.

Один из Магистров Ваэнди, наблюдавший эту страшную картину с экрана первой капсулы, пронзительно вскричал и с вышедшими из орбит обезумевшими глазами начал вырывать рычаг управления из рук Хаэнси.

— Возвращаемся. Их нужно спасать!

Еще два мощных лавовых гейзера прочертили яркие огненные линии на фоне удаляющейся планеты. Но капсула уже была вне досягаемости от этих лавовых выбросов.

— Поздно. Там уже нет вышивших. Связь молчит, — мрачно произнес Кэрви. — Эйси, помогите нам!

Доктор понял своего командира с полуслова и всадил шприц с моментально действующим обездвиживающим раствором в спину Ваэнди.

— Ну вот теперь его надолго упекут в «Розовый Дом», — сказал кто-то из экипажа лэвера, когда, все, наконец, покинули, пристыковавшуюся к кораблю, капсулу.

— Теперь нас всех ожидает «Розовый Дом», — невесело произнес Эйси Эллоум, по воле счастливого случае, оказавшийся в первой капсуле.

И его слова оказались пророческими…

*** ***

Гибель жителя Энгарты — событие, сильно и негативно влияющее на айраим, — оно вызывает шок, оцепенение у всех, без исключения, людей. На Энгарте оно случается крайне редко, но, когда это все же происходит, для айраим свидетелей этого происшествия требуется длительное лечение в Ареале Эсси. Когда человек погибает в расцвете своих сил, — это трагедия всего альтэйского социума. Страшнее вида убитого человека, может быть только зрелище, убивающего человека, убийцы. Это гарантировано сводит с ума любого жителя Энгарты невозможностью понять внутреннюю мотивацию совершения подобного поступка.

Специальный сектор Координационного Совета. Ареал Хаэнси.

Начальник службы безопасности Хаэнси Дэн-Тэрц, несмотря на присутствие на этом оперативном собрании правителя, — верховного мальхаара Эргстайна, был весьма категоричен и не стеснялся своих грубых выражений, периодически вылетающих из его луженой гортани. Его слова впечатывались, как твердые стальные гвозди, в гробовую крышку неудавшегося Проекта: — Экспедицию на Шатдаэльту завершить. Признать этот вариант, шэйтанф, для создания нашей колонии, неприемлемым. Видеоматериалы, зафиксировавшие гибель второй капсулы, запретить для выхода в Сеть. Все их копии отправить к хлэйфам в спецхранилище и выдавать их только по литеру «22» в сопровождении нашего офицера для показа их лишь определенным людям в помещениях, полностью блокированными от Сети. Все члены экипажа лэверов, пребывающих с Шетдаэльты, встретить на полигоне подразделением службы безопасности. Им уже был передан наш приказ, что они будут должны выходить наружу только в металлических шлемах повышенной зашиты. Специально обученным сотрудникам службы безопасности, используя транспорт нашего ведомства, сопроводить экипаж этих лэверов в «Розовый Дом» для тщательной проверки их айраим, а экипаж капсулы отправить в стационар департамента Эсси для длительного лечения. Хаэнси Роунт, вы лично отвечаете за исполнение этой директивы. Выполняйте!

Молодой офицер произнес «Ваузэ!», и быстро покинул спецсектор Координационного Центра.

Ден-Тэрц продолжил: — Теперь о тех, за кем необходимо было вести тщательное наблюдение. Некоторые из них, несмотря на наши предупреждения, все же использовали металлическую защиту вокруг своих айраим. Из-за это они исчезали на некоторое время из поля нашего наблюдения. Необходимо при помощи магнетического сканирования мастерами Эсси и Эйси выяснить точно, где были эти люди в эти интервалы времени и по какой причине они решили это скрыть. Затем, офицер нашей службы безопасности должен строго предупредить этих граждан, о применении к ним специальных мер в виде принудительного вживления в их тела маячков в случае повторного применения ими технических средств индивидуальной блокировки Сети.

*** ***

А под куполом Храма Неба в Ареале Авви сотни ученых пристально всматривались в большие экраны, расположенные, впритык друг к другу, по всему кольцевому периметру огромного конференц-зала. На всех экранах горели изображения звездных систем, посещенных зондами, которые были выпущены с межпланетных лэверов. В основном на них были изображены, тускло светящие из последних своих сил, красные карлики и поверхности, насмерть промерзших, дальних планет, которые были сплошь покрыты частоколом, вертикально стоящих, гигантских голубых сосулек из аммиачно-метанового льда. Но ученых они уже не интересовали. Их внимание было целиком приковано к увеличенным в тысячу раз снимкам биологических зон этих звездных систем. Направляя свои лазерные указки на самые края снимков, они пытались разглядеть в пределах заснятых биологических зон хотя бы крошечные планеты или спутники, которые пропустили чуткие анализаторы изображений. Но, в конце концов, и это ни к чему не привело. Это было крушение всех надежд человечества Энгарты на создание комфортной колонии, создание которой означало бы продолжение благополучной жизни абсолютно здоровых людей на Энгарте. БЕЗНАДЕЖНОСТЬ, вот что царило в тот вечер под сводами Храма Неба, сложенного из полупрозрачных голубых стеклокерамических плит.

А через неделю был составлен и утвержден список эмигрантов, состоящий в основном из подростков молодых Кланов, которым в обязательном порядке приказывалось отправиться через полгода на борту гигантской орбитальной жилой станции «Бэйт-Мааты». БЕЗНАДЕЖНОСТЬ...

БЕЗНАДЕЖНОСТЬ. Вот что почувствовала Арианна Ксиорри за два месяца до своего визита в Храм Судеб, когда она обнаружила свое имя в списках тех, кто должен будет, в обязательном порядке, оставаться на Энгарте. Приговором всех ее планов прозвучало решение Цитадели Жизни, в котором говорилось, что Арианна Ксиорри, должна обрести своего брачного партнера согласно компьютерному вердикту, в котором будет отображен, на основе строго расчета, наилучший для нее вариант. В конце концов этот вердикт был озвучен, и ее брачным партнером был избран молодой человек из Клана Ауми.

Арианна была в шоке и, закрывшись у себя в лаборатории, несколько раз перепроверяла выводы комиссии, даже обратилась за разъяснениями к заместителю директора по науке Ксиорри Ваурэнису. И после этого своего неудачного визита, проклиная свою чересчур чистую Кровь, закрылась на неделю у себя в доме и ни с кем не выходила на связь. Авви Лэйсу было предоставлено право выбора: либо оставаться на Энгарте и, согласно Кодексу Граанца, взять в жены одну из девушек Эа, либо взять любую избранницу, кроме чистокровных энгарот и войти в экипаж Бэйт-Мааты. Согласно закона, Ксиорри Арианна при любом раскладе не смогла бы стать брачным партнером для Авви Лэйса. Он настойчиво просил руководителей Проекта «Бэйт-Маата» сделать для Ксиорри Арианны исключение и разрешить ей лететь вместе с ним к «Новому Эдему», но ему в этой просьбе, естественно, было отказано.

И тогда Ксиорри Арианна решила пойти против Закона, наплевать даже на Кодекс Граанца и тайно пробраться на корабль, чтобы отправиться в космос вместе с Авви Лэйсом. Для этой цели она разработала и тщательно продумала все детали своего плана.

Ее лучшая подруга — Эйнзи Карниэ, с которой они постоянно делились впечатлениями о встречах со своими возлюбленными и вообще всем, всем, всем, сначала активно отговаривала Арианну от этой авантюры, утешая ее тем, что она все равно сможет встречаться через некоторое время с Лэйсом, но потом внезапно поменяла свою позицию и сказала, что пойдет вслед за Арианной хоть на край света и своего Ваэнди тоже с собой захватит. А гениальный изобретатель и друг Лауви Тэй-О’Хант сказал Авви Лэйсу примерно тоже самое. Вот так и сложился тайный союз трех пар подростков, решивших объединить свои усилия и жить рядом друг с другом. Арианна подсчитала в уме все возможные генетические комбинации и пришла к выводу, что им для успешного осуществления своего авантюрного плана необходима еще одна пара беглецов, среди которых, в обязательном порядке должен быть один Тэйви.

Полигон. Поздно вечером, после посещения Храма Судеб

Авви Лэйс, чуть прихрамывая, вышел через проходную. День выдался трудным. Осматривая межпланетный лэвер, он оступился и слегка подвернул левую ногу. Но это было не так обидно, как то, что эти гигантские четырехкрылые летательный аппараты ни на шаг не приблизили его к осуществлению их с Аэви заветной мечты. Все-таки в его Душе оставалась надежда, что планета будет обнаружена, и их дружной группе не придется участвовать в противозаконной и весьма рискованной авантюре. Но с каждым негативным сообщением с борта очередного, вернувшегося ни с чем назад на Энгарту, межпланетного лэвера, это надежда, как лужица эфира, таяла у него прямо на глазах. Он уже свернул на тропинку к тому месту, где посадил свой лэвер, как некто, закутанный в темный балахон, преградил ему путь.

— Аэви? Что ты здесь делаешь? — удивился Лэйс, узнавая прекрасное содержимое зеленого балахона. — О! Ты так замаскировалась, что тебя и не узнать… Тебе удалось заманить в свои сети Тэйви?

— А ты еще сомневаешься в магнетизме моих сетей?

— Да я уже испытал их как-то раз на своем опыте.

— Ну тогда прикуси язык и внимательно слушай. В нашей группе будет еще парень этой Аноррэ. Он — Хаэнси и служит офицером в Службе Безопасности.

— Ты думаешь он сможет переступить через устав?

— Сможет, раз уж сама Тэйви в этом нисколько не сомневается. А это значит, что наша группа полностью укомплектована. Теперь осталось только провести собрание и распределить роли в предстоящем событии.

— И где ты намерена провести это собрание? В Храме Радуги под металлическим куполом?

— Нет, будет достаточно обычных диадем. Но дело не только в этом. Из разговора с Аноррэ я поняла, что за мной следят. Я даже почти уверена, что мой дом прослушивается. Поэтому, Лэйс, организация встречи и обзвон всех остальных шести участников ложится на тебя. Я присоединюсь к вам в самый последний момент. Ты должен будешь подробно рассказать каждому, что он конкретно должен будет сделать и указать каждому из них точное время его «выхода на сцену». И вот еще самое главное, — Арианна наклонилась к Лэйсу и прошептала ему на ухо важную информацию.

Это сообщение стало для Лэйса полной неожиданностью, и он переспросил Арианну: Что-о? Ты уверена в этом, Аэви?

— Абсолютно. И, услышав то, о чем я тебе шепнула на ухо, сделай такой же удивленный вид, какой у тебя сейчас, договорились?

— Хорошо, Аэви.

— Тогда встретимся с тобой через три часа после завершения собрания в нашем заветном месте. Ваузэ.

Данаим (Всеобщий язык) — естественные, природные процессы.

Эр'данаим (Всеобщий язык) — процессы, инициированные по воле людей.

Глава 11. ЗВЕЗДНЫЙ МАЯК.

Посреди вересковой пустоши стоял, открытый со всех сторон холодным потокам воздуха, Храм Семи Ветров. Его высокие стены и большое количество башенок с астроконических шпилями органично вписывались в этот суровый неприветливый край. В пяти лигах от Храма уходили ввысь величественные остроконечные черные базальтовые утесы. Здесь, на северной земле Ареала Ваэнди, встречались друг с другом полярные Стихии-антагонисты: холодный северный ветер и прочные черные базальтовые скалы, чистый голубой хрустальный лед и яростное подземное пламя, обитающее в лавовых каналах, дремлющих до поры, вулканов. Несмотря на то, что эти Стихии обладали различными полярностями, все они сосуществовали между собой в полной гармонии. И магия, обитающих в этих суровых землях, Повелителей Стихий, магистров Ваэнди не вмешивалась в их непростые отношения, а лишь дополняла их своей заботой о климате более южных, плодородных земель Энгарты.

На окруженном остроконечными скалами, плато, к которому ведут от самого подножия каскады каменных ступеней, горит вечное негаснущее трехцветное пламя. Оно, подобно дивному сияющему цветку, поднимается до самых звезд из черной чаши, установленной на высоком постаменте. Его многогранная опора была украшена золотистыми рунами древнего языка, которые по преданию были переданы людям Ведущими Энгарты. Казалось немыслимым чудом то, что трехцветное пламя горит, но его цветные языки, при этом, нисколько не смешиваются между собой.

Через многочисленные форсунки, установленные в днище чаши, в этот вечный огонь под высоким давлением впрыскивались ионы марганца, стронция и меди, окрашивающие пламя в эти изумительные цвета радуги. Это был Звездный Маяк, провожавший и встречавший первые космические корабли на заре освоения ближнего Космоса. Это зрелище горящего, уходящего высоко вверх, трехцветного пламени на фоне яркой звездной россыпи было воистину восхитительным и незабываемым. Но двум юным созданиям, уже привыкшим к этим северным красотам, было сейчас не до этих ярких впечатлений. До начала совещания, которое было решено провести здесь, — в давно покинутой метеорологической станции, оставалось еще около пяти часов, и влюбленные решили провести их с пользой для дела. Благо, что комплект белья и теплых одеял, предназначенных для многодневных наблюдений за погодой, на станции всегда имелся в наличии. И вскоре тишина этой заброшенной вересковой пустоши наполнилась сладострастным придыханием и откровенными стонами. Его партнерша всегда предпочитала грубый изощренный секс, требующий от него хорошей физической подготовки. Последнее явно не входило в число его достоинств, и поэтому он зачастую обращался за помощью к «магии», вызывая дополнительный приток крови к определенной части своего тела. Он довел девушку до такого оргазма, что Карнеа в порыве страсти оставила свой яркий памятный след на его щеке, с которым он не спешил расставаться.

— Как же она хороша! — воскликнула Эйнзи, когда они снова облачились в теплую одежду и уселись за стол, смакуя душистый кофе. — Я просто не нахожу слов, как я счастлива, что повстречала ее.

— Ты о ком сейчас? — удивился Ллэрионд, подливая в кофе солидную порцию сливок.

— Запомни это, Ллэри, (Карнеа почему-то всегда избегала слова «Аэви», хотя Ллэри, как она называла своего парня, был у нее единственным партнером) существует только одна «она», которая достойна моего восхищения. Это, конечно же, Арианна Ксиорри, — с отчетливым вызовом в голосе сообщила Карнеа. — Я готова пойти ради нее на все, простить ей все мелкие обиды. И очень хочу, чтобы это было взаимно!

— Ого! Ты ничего не перепутала? Вместо того, чтобы восхищаться мной, первое, что ты говоришь, поднявшись с нашего брачного ложа, это комплименты, адресованные этой Ксиорри! Еще немного и я всерьез начну ее к тебе ревновать! — пошутил юный Повелитель Стихий.

— Что ты понимаешь в истинной дружбе, Ваэнди! — продолжала юная Жрица. — Арианна невероятно умна, и моя лучшая подруга всегда может подобрать правильные слова в любой ситуации.

— Умные девушки не станут заползать в исследовательский лэвер. Не так ли?

И только молниеносная реакция спасла Ллэрионда от летящего, с сильным горизонтальным вращением, ему в голову тяжелого металлического подноса.

*** ***

А тем временем объект их разногласий снова отражался в знакомых до боли розовых зеркалах. На этот раз ей не пришлось проходить все двадцать четыре комнаты в этом лабиринте. Ее сопровождали двое: молодой Эсси в розовом халате и коллега Ксиорри Лемант. Только в одной комнате, для съемок магнетических скоплений ее айри, ее составили на несколько минут в полном одиночестве. Пройдя всего три комнаты, они оказались в уже знакомом кабинете. Эсси Миэрг оторвался от созерцания настенных экранов со свежими видеосюжетами и с наигранным удивлением в голосе произнес: — А, это снова вы! Вы решили-таки принять наше предложение и остаться у нас хотя бы на неделю?

Арианна была уже хорошо знакома с этой манерой Эсси вести свой диалог, и поэтому,

прозвучавший в кабинете, провокационный вопрос полностью проигнорировала.

— Когда я была у вас второй раз, неделю назад, вы сказали мне, что, приобретенный мною в результате сильного стресса, магнетический отпечаток почти погас, и никакой опасности он в себе не несет, — Арианна тоже посмотрела на свежий снимок, сияющий на стенном экране и, не найдя там знакомой «лазурной звезды», продолжила. — Тогда почему меня беспокоят из Службы Безопасности и направляют снова к вам? Что вы мне инкриминируете? Какой ставите диагноз?

— Успокойтесь, я же сказал вам на последней встрече, что ваш айри полностью пришел в норму. Понимаете, милая девушка, Служба Безопасности не посвящает нас в свои планы. Но мне из своих источников стало известно, что в эти, неспокойные для Энгарты, времена все офицеры службы находятся в состоянии повышенной активности и проверяют очень многих молодых людей, не только вас. Поэтому я вынужден буду задать вам несколько вопросов и отпустить вас.

— Если мои ответы удовлетворят вас, можете ли вы ходатайствовать перед Службой Безопасности, чтобы мне снова разрешили использовать хотя бы диадему? Я не могу вести полноценную интимную жизнь, зная, что все нюансы моих личных встреч становятся известными сторонним наблюдателям. Это граничит с извращенностью!

— Спокойнее, Арианна! Никто не имеет права вмешиваться в вашу личную жизнь. Но… за исключением тех нюансов, которые граничат с нарушениями законов всего социума. Я, конечно, поговорю с Ден-Тэрцом по личному каналу, но пообещайте мне одно: если вдруг с вами снова произойдет что-либо необычное, вы немедленно позвоните мне и расскажите мне об этом, договорились?

— Ваузэ, доктор!

Эсси включил тумблер какой-то своей аппаратуры, надел поверх головы Арианны металлический колпак с проводами, затем вывел на левую половину экрана компьютера снимок ее айри, включил цветовой индикатор и сказал: — Внимание первый вопрос: где вы были вчера в четыре часа вечера?

— Я летала в Ареал Тэйви.

Она увидела, как правая часть экрана, совместилась с левой, и индикатор вспыхнул ровным зеленым светом.

— Хорошо. С какой целью вы встречались с Тэйви?

— Я хотела узнать свое ближайшее будущее, а именно, когда я снова смогу, наконец, носить свою диадему на законных основаниях.

На этот раз индикатор думал намного дольше, но все равно выдал зеленый цвет.

— Ну вообще-то мы говорили с Тэйви о многих пустяках, но цель моего визита была именно эта.

Индикатор моргнул, и загорелся ярче.

— Ладно, перейдем к третьему вопросу: зачем вы надели на голову диадему?

— Я боялась, что Тэйви почувствует при моем приближении что-то неладное в моем айри и не станет вообще со мной разговаривать.

— И это было чистой правдой. Конечно же не всей правдой, но это уже никого из присутствующих здесь не касается, — подумала про себя Арианна.

— Допустим, — произнес Миэрг, и в его голосе впервые прозвучало разочарование. — А вам понравился ваш настоящий брачный партнер?

Правый экран ослепительно вспыхнул, и тут же погас, подчиняясь волевому импульсу девушки.

— Вы специально задеваете мои сами уязвимые места? Так знайте, — я нашла выход из этого тупика: я всегда буду любить только одного человека, чтобы со мною не произошло, — отчеканила девушка и с удовлетворением заметила, что индикатор детектора лжи и на этот раз ее не подвел.

*** ***

Эсси тоже не солгал Арианне. Как только она вышла из Розового Дома, он тут же связался с Ден Тэрцем.

— Хэй, сиар. Это Миэрг. Наблюдаемая номер двадцать два только что вышла из моего кабинета. В ее айри были обнаружены угасающие очаги, недавно перенесенных ее, стрессов. Видимо, это связано с информацией о ее новом статусе и о ее брачном партнере из Клана Ауми. Но она невероятно стойко переносит все эти невзгоды. Она безупречно владеет собой. Ей удалось обмануть даже современный детектор лжи, и поэтому она представляет собой большую опасность для социума. Такие, как она, как правило, и становятся центрами заговоров. Рекомендую усилить за ней наблюдение и не спускать глаз ни с нее, ни со всех ее близких знакомых.

— Хорошо, доктор. Мне тут пришла в голову неплохая идея, как можно произвести нужную нам проверку.

*** ***

— Привет, дорогой!

— Кто это? — сонно пробормотал Ауми Кэльтс, созерцая незнакомый инфокод.

— Это твоя Судьба! — усмехнулась Арианна. — Я тут просматривала твои фотки в Сети. Я вижу ты реально крутой парень. Ты мне очень запал в Душу. Я через два часа прикачу к тебе на виллу, и мы перетрем с тобой все детали предстоящего Ритуала.

*** ***

— Хаэнси Роунт, вы встретили экипажи двух лэверов, прибывших с Шатдаэльты?

— Так точно, сиар, все они были доставлены под конвоем в Розовый Дом. Я могу идти?

— Одну минуту, Роунт. А есть ли у вас на примете хороший Предсказатель?

— Так точно, сиар, — я знаю прекрасную Предсказательницу Тэйви Аноррэ. Она недавно просканировала будущее лидера тайной магической группировки Ваэнди и предотвратила несчастный случай на антигравитационной трассе «Антвэл-47».

— А… что-то такое я припоминаю. Хорошо, Роунт, тогда свяжитесь с ней немедленно, и пусть она срочно просмотрит ближайшее будущее вот этого человека, — Ден-Тэрц вынул из сейфа и протянул подчиненному зеленую пухлую папку с документами. — И пусть она, сразу же после окончания этой работы, передаст нам всю полученную информацию.

— Ваузэ, сиар!

*** ***

Заброшенная метеостанция постепенно становилась весьма оживленным местом. И в ней, конечно же, никогда еще, до сегодняшнего дня, не встречались друг с другом молодые люди различных Кланов.

Авви Лэйс внимательно посмотрел на всех, собравшихся в зале, участников предстоящих событий, попутно отметив про себя, что Карнеа со своим парнем что-то вполголоса активно обсуждают между собой.

— Итак, сэарим, через четыре дня я, как обычно, выйду на свою вечернюю смену на полигоне. В это время вы все уже должны будете собраться на каменистой равнине в Ареале Каурси, точные координаты я вам всем сейчас выдам. Учтите, что на эту равнину персональным лэверам садиться запрещено, — ваш бортовой компьютер не позволит вам туда приземлиться, поэтому используйте магнитотрассу. Наш летательный аппарат прибудет за вами после половины пятого. Вполне возможны небольшие задержки. На мой инфокод не звонить. При необходимости я сам свяжусь с Тэй-О’Хантом. Вам предстоит в весьма быстром темпе загрузить в грузовой отсек лэвера все то, что нам необходимо будет взять с собой в дорогу. Нам нужно обязательно уложиться за полчаса, ибо потом на полигоне объявят тревогу, и у нас могут возникнуть большие проблемы. Перед тем, как начать обсуждения деталей, хотелось бы у вас спросить, все ли морально готовы к предстоящим испытаниям и пойдут с нами до конца? Наше братство должно быть единым и нерушимым. Мы должны стеной стоять друг за друга. Поэтому я еще раз спрашиваю, готовы ли вы стать единым целым?

Молодой подросток со взъерошенными волосами и длинным свежим шрамом на правой щеке, сидящий вплотную с Эйнзи Карнеа, поднялся со своего места.

— Лэйс, я категорически против участия в нашем полете Тэйви! Вы нас не предупредили о том, что в нашем экипаже будет эта… (он замялся, подыскивая более щадящее выражение) … горе-предсказательница. У меня к этой Крови имеется личная неприязнь. Такая же вот гадалка два года назад сломала всю мою жизнь. Она донесла на меня в Службу Безопасности, и с того самого момента ворота магистратуры навсегда оказались для меня закрытыми.

Лэйс удивленно посмотрел на Ваэнди Ллэрионда, но промолчал.

Роунт гневно стрельнул глазами в сторону Ваэнди, дернулся, чтобы встать на защиту своей подруги, но Аноррэ быстро поднесла свой палец ко рту, приказывая ему промолчать.

— Я знаю, о ком ты сейчас говоришь, сиар, — глядя в глаза Ллэрионду, мягко произнесла Аноррэ. — Поверь мне, я ее прекрасно знаю. Она очень хороший человек, и эта Тэйви спасла тебе жизнь, дурачок. Ведь если бы Магистр Ллериа, который уже в это время совершал свой полет в воздушном коридоре, тогда бы разбился по твоей вине, вы оба надолго бы попали в Розовый Дом, один — с многочисленными травмами, другой — с диагнозом: маниакальные психические отклонения. Запомни это, сиар, и в следующий раз хорошо подумай, прежде, чем обвинять других людей.

— Прошлого не исправить, но я уже принял свое решение: либо Тэйви с Хаэнси, либо мы с Карнеа, тебе выбирать, командир.

— Да, я полностью поддерживаю Ллэрионда, и, если вы оставите Тэйви в экипаже, мы немедленно покинем это собрание, — стараясь не смотреть никому из собравшихся в лицо, вытирая с глаз слезу, проговорила Карнеа.

— Хорошо, мы выбираем Тэйви, а также ее сиара и летим вшестером. Не поминайте нас недобрым словом. И да хранит вас Отец наш Крылатый. Ваузэ.

Карниэ и Ллэрионд поднялись со своих места и вышли за дверь, но Лэйс понял, что они встали за дверью и о чем-то совещаются. Аноррэ тоже, видимо, увидела будущее и подмигнула Лэйсу.

— Ну что ж продолжим без них. Тэй и Миллоу, вам предстоит взять с собой очень много необходимых нам вещей: запасные аккумуляторы к лэверу, детали переносной электростанции, лучеметы, и, конечно же, десяток «космических голубей» для связи с Энгартой. Поэтому завтра я пришлю к вам геликоптер, что бы вы смогли перевезти все это к нашей точке старта. Туда же погрузите и все медицинское оборудование для нашего корабельного доктора Эйси Миллоу. Всем остальным нужно взять с собой необходимое количество пищевых концентратов, теплой одежды, маайлэнгов, как с необходимой информацией, так и свободных для записи кристаллические книг, а также записывающие устройства. Арианна возьмет с собой необходимые анализаторы и приборы, а также большое количество семян, неприхотливых к любым типам почв, овощных, фруктовых и злаковых культур.

*** ***

— Добро пожаловать, в мою скромную обитель, юная прекрасная фея! — главный системный администратор местной локальной Сети Ауми Кэльтс галантно подал Арианне свою руку и помог ей выйти из машины.

— Ну у вас, конечно же, тут не фамильный замок, — сказала Арианна, скептически рассматривая роскошную виллу. — Но вполне себе уютное гнездышко. Мне здесь все безумно нравится.

— Тогда пойдемте же скорее в дом! Знаете, я в нем почти все сам своими руками обустраивал, особенно удалась спальная: это просто произведение искусства. С нее, пожалуй, и начнем.

Арианна с сомнением покосилась на его тонкие ухоженные пальчики, применимые только для клавиш клавиатуры, и, не позволив себя приобнять, сказала: — Нет, дорогой. Давай сначала начнем осмотр местных достопримечательностей вон с того дальнего сада. Вы же знаете, что я, как и любая Ксиорри, весьма неравнодушна к цветущим плодовым деревьям. Заодно я вам расскажу небольшую лекцию о строении высших растений. Мне очень важно, чтобы мой будущий супруг научился отличать хотя бы тычинки от пестиков.

*** ***

За четыре часа до начала собрания в Ареале Ваэнди

— Роунт, привет, Аэви, соедини меня со своим шефом. Это срочно.

— Одну минуту, Аэви … мальхаар Ден-Тэрц, вас просит принять сообщение наша Предсказательница.

— Хэй, Тэйви. Начальник службы безопасности Ден-Тэрц вас внимательно слушает.

— Я просмотрела ближайшее будущее той девушки, досье которой вы мне передали. В настоящее время она находится в доме своего брачного партнера Ауми Кэльтса, чтобы вместе с ним выбрать удобный для обоих день для бракосочетания. После встречи с Ауми ее айри сильно изменился, видимо, потому, что Кэльтс ей очень понравился, и они через два месяца повяжут свои клановые ленточки на Дерево Граанца.

Ден Тэрц подошел к висевшему на стене большому экрану, набрал на пульте число «22», и, убедившись в том, что зеленый кружок действительно находится в Ареале Ауми, выключил экран.

— Спасибо, за проделанную работу, Аноррэ. Скоро вас ждет значительное повышение по службе, — произнес Ден-Тэрц. — Ну хоть одна хорошая новость за этот день!

Затем Ден-Тэрц взял в руки раудэр и связался со своим старым знакомым.

— Хэй, Миэрг. Ну вот видишь, — твоя хроническая паранойя едва не погубила невинную девушку!

— Вы о ком? — удивленно произнес Эсси Миэрг.

— О той, что была у вас днем и которая сейчас направляется в дом своего брачного партнера, чтобы расписать с ним все детали обряда бракосочетания.

— Это какая-то провокация! Дэн, не верьте ей. Она непревзойденная лгунишка. Ей нельзя верить!

— Не тупи, лабораторный хлэйф. Наша лучшая Предсказательница дала свой точный прогноз: через два месяца они станут с Ауми мужем и женой. В любом случае я отдаю свой приказ о снятии с нее наблюдения и официально разрешаю ей использовать блокировку Сети, когда ей вздумается.

— Ну, как знаешь, Дэн… Не знаю, что тебе и сказать, но я буду обязан поставить в известность о вашем решении мальхаара Варгэу.

— Как вам будет угодно, сиар. Ваузэ!

— О, Шэйтанф! — мысленно возопил Эсси. — Предсказательница… Предсказательница? Ну, конечно же, та самая Предсказательница!!!

Эсси снова взял раудэр и набрал инфокод.

— Приемная Совета Безопасности, — раздался монотонный голос дежурного офицера.

— Это Эсси Миэрг — руководитель департамента здравоохранения Энгарты. Соедините меня с Ден-Тэрцем.

— Одну минутку сиар, подождите… — сказал Хаэнси Роунт и через паузу, досчитав до десяти, произнес. — Сожалею, сиар, но начальник службы безопасности убыл по срочному делу в неизвестном направлении. Могу я вам чем-то помочь?

— Подскажите, пожалуйста, мне имя той Предсказательницы, которая просматривала будущее Арианны Ксиорри.

— Сожалею, сиар, но ее имя, по приказу Ден-Тэрца, не подлежит разглашению.

*** ***

Неожиданно прозвучал сигнал уведомления.

Арианна посмотрела на раудер, и улыбка широко расцвела на ее лице: — «Ну спасибо тебе, Милашка!».

Сообщение сопровождалось гербовой печатью особого отдела и извещало ее о том, что, «Согласно параграфа второго статьи девятнадцатой «Стратегии вынужденных мер», Ксиорри Арианне отныне разрешается использовать блокировку Сети на сколь угодно продолжительное время. Отдел службы безопасности Координационного Центра Энгарты приносит свои извинения Арианне Ксиорри за причиненные ей неудобства. Заместитель начальника Службы безопасности Хаэнси Тэлленгарт».

— Вот же незадача какая, — чуть не плача, произнесла Арианна, обиженно глядя на экран раудэра. — Ведь я только начала привыкать к тебе, но обстоятельства сегодня все против нас. Увы, я вынуждена покинуть наше будущее уютное гнездышко.

— Подожди Арри, но я не успел даже прикоснуться к тебе ,.. — Кэльтс попытался торопливо исправить это упущение и взять ее хотя бы за руку, но Ксиорри ловко увернулась.

— Пока, мой кролик! Все чмоки-шмоки на сегодня отменяются. Видишь эту печать? — она придвинула ему к лицу изображение гербовой печати на экране раудэра. — Меня срочно вызывают в особый отдел по очень важному делу. Я позвоню тебе позже. Не скучай. Пока-пока…

*** ***

Тем временем, нисколько не опечаленный сокращением экипажа, Авви Лэйс продолжал: — Зонды, рации, скафандры, баллоны с кислородом и планшеты я беру на себя. Вернее сказать, они уже подготовлены и находятся на борту, нужного нам межпланетного лэвера.

При этих словах дверь метеостанции отворилась, и на пороге возникла, ушедшая в ночь, пара.

— Я уговорила своего парня вернуться. Хотя он человек принципиальный, но я его все же переубедила, сказав, что Тэйви впредь не станет контролировать его действия, так, что он может чувствовать себе спокойным, — проговорила Карнеа. — Ведь это, я надеюсь, действительно так? (Эйнзи гневно посмотрела в сторону Тэйви, но, не дождавшись от нее никакой реакции, продолжила) Я вернулась, потому что мое айри сильно привязано к Арианне, и я тоже в какой-то степени отвечаю за ее дальнейшее благополучие.

— Спасибо тебе, Карнеа! — тихо проговорил Лэйс. — Обещаю тебе, что мы с Миллой уладим этот конфликт, как только встанем на твердую почву. А пока продолжим наши подготовки к сборам. Итак, поскольку заряды лучеметов нам придется экономить, всю подготовку к строительным работам придется проводить вручную, поэтому нам надо взять с собой соответствующий инструмент. Кто возьмется за это? И еще надо будет взять с собой четыре походных палатки на время обустройства постоянного лагеря.

— Палатки, спальники и теплые одеяла возьмем мы с Ллэри, — с места произнесла Карнеа.

— А я наведаюсь на базу спасателей и позаимствую там необходимый инструмент, — сказал Хаэнси Роунт, бритоголовый офицер Службы Безопасности атлетического телосложения, заметно успокаиваясь. — Но вам не кажется, сэарим, что мы уже делим шкуру тэуфа, который все еще сладко дремлет в своей пещере?

Аноррэ тоже хотела что-то добавить, видимо, увидев их неблагоприятное будущее, но, посмотрев на Лэйса, решила промолчать и не поддерживать своего парня.

Хаэнси Роунт продолжал: — А что мы будем делать, если зонды не найдут подходящей планеты, или вообще в этой системе планет не окажется?

— Арианна предлагает, если такое случится, перебросить наш лэвер к Шатдаэльте и греться там на ее теплом солнце по орбите, до тех пор, пока наша Кровь не приобретет нужных мутаций. После чего меч Кодекса Граанца уже не будет висеть над нашей головой, и мы сможем благополучно вернуться на Энгарту.

— И мы в течении нескольких лет будем жить в этой консервной банке, питаясь концентратами? — воскликнули Карнеа и Аноррэ фактически одновременно.

— Мы будет периодически пополнять запасы пресной воды, высаживаясь на Шетдаэльту, и может нам удастся создать на этой планете оранжерею для решения проблемы свежей пищи. У нас будут скафандры повышенной защиты из керамлита, которые выдерживают температуру звездной плазмы, — ответил им Лэйс.

— Тоже, так себе перспектива…

— Предложите другой вариант, если он у вас имеется. Мы охотно его примем…

— Я убежден, что, посланные за нами вслед, «спасатели» вернут нас на Энгарту намного раньше, чем мы превратимся в мутантов, — уверенно произнес Роунт.

— Но мы раньше обнаружим их по выходу из Пустоты и примем меры, чтобы они не обнаружили нас. Тэй-О’Хант рассказал мне, как можно обмануть поисковые радиолокаторы.

Лауви коротко подтвердил: — Да, это точно! Они нас не найдут.

— Давайте все же решать проблемы, по мере их возникновения, — нетерпеливо произнес командир. — Давайте сначала совершим выход в квадрат 52-14 системы красного звездного карлика джи-184-19, как это намечено в планах по исследованию дальнего космоса, а уж потом поставим на голосование возможность второго перехода. Но если большинство из нас выскажется за возвращение на Энгарту и не захочет связывать свою судьбу с Шатдаэльтой, мы вернемся, и в этом случае всю вину за несанкционированное исследование я возьму на себя. То есть, скорее всего, я представлю это действие комиссии по разбору этого инцидента, как внеплановый пробный переход через Пустоту с целью проверки сомнительного функционирования отдельных блоков летательного аппарата, а вас со всеми вещами я, незадолго до этого, высажу в любой удобной точке Энгарты. Я уверен, что никто даже не хватится вас за четыре с половиной часа, которые потребуются нам для проверки, выбранного нами, космического пространства, с целью последующей колонизации вышеназванной планетарной системы.

Теперь давайте, распределим наши обязанности: я, Авви Лэйс, первый пилот борта МПЛ-14-бис, буду до нашей посадки исполнять обязанности командира корабля. Поэтому мои приказы, касательно процедуры полета и регламента поисковых операций не обсуждаются. Моим заместителем, на всякий случай, я назначаю Роунта. Он же будет ответственным за дисциплину в экипаже. Все спорные вопросы, пожалуйста, адресуйте к нему лично. Лауви Тэй-О’Хант, вы будете вторым пилотом и руководителем технической службы. В вашем подчинении будет наш бортовой маг Ваэнди. В ваши обязанности также входит установление связи с Энгартой и бесперебойное обеспечение связи между членами экипажа на планете. Эйси Миллоу, вам присваивается особый статус корабельного доктора, все ваши приказы, касающиеся состояния здоровья экипажа, должны исполнятся без промедлений. Эйнзи Карнеа, поскольку связь с Ведущими в Космосе осуществлять бесполезно, вы будете главным летописцем нашего экипажа. Прошу вас записывать любые, имеющие хоть какую-либо важность, события и сопровождать их своими комментарии. Вам же необходимо будет вести бортовой журнал на специальном маайлэнге и записывать в него все показания бортовых датчиков. Ваэнди Ллэрионд, ваши основные обязанности будут связаны с проведением тщательной разведки планеты вместе с Арианной, после посадки, и с составлением подробной карты температурных и барометрических изолиний атмосферы этой планеты. Нам также понадобятся и ваши магические способности, но только при условии, что применять арду для решения возникших проблем вы будете с согласованием ваших действий с кем-либо из наших мужчин. Больше никакой самодеятельности! Договорились? Арианна Ксиорри будет заниматься составлением таблицы Знаков на планете, поиском съедобных растений и выявлением потенциально опасных микроорганизмов на планете вместе с Эйси Миллоу. Хаэнси Роунт, помимо контроля за дисциплиной экипажа, вы будете ответственным за проведение занятий по физической подготовке экипажа, а также за обучение всех нас специальным приемам самообороны. Тэйви Аноррэ, вы будете планировать или утверждать все, проводимые в космосе и на планете, операции, и, не стесняясь, включать сигнал тревоги при первой же, показавшейся вам, опасности. У кого есть ко мне какие-либо вопросы?

— Сиар, а что вы имели ввиду, говоря о том, что вам может понадобиться замена. Что может случиться лично с вами на полностью, защищенном от внешних факторов, межпланетным лэвере? — спросил его Роунт.

— Понимаете, сиар. В дальнем космосе существует еще столько всего непознанного, что каждый раз, выходя из Пустоты, экипаж встречается с фантастическими, необъяснимыми явлениями природы. Взять хотя бы огненные гейзеры Шатдаэльты. Никто из нас (Лэйс внимательно посмотрел на реакцию Тэйви) не может знать, что мы можем повстречать в неизведанном нам, совершенно чуждом человеку, пространстве, поэтому в инструкции по исследованию дальнего космоса, командир обязан перед стартом назначить своего заместителя.

Возникла напряженная пауза. Все сосредоточенно размышляли о предстоящем старте.

— Если больше вопросов ко мне нет, тогда до встречи на борту МПЛ-14-бис. Ваузэ.

ЭПИЛОГ ПЕРВОЙ ЧАСТИ. БОРТ МПЛ-14-БИС

— Эйранг, это я, Миэрг, слушай меня и не перебивай. Справишься с этим заданием, —получишь место в администрации Розового Дома.

— Но ведь это же незаконно, — после получения подробной инструкции, возразил другой Эсси.

— Я знаю, но, в случае чего, я тебя прикрою. И не забудь о том, что ты мой должник…

— Ваузэ.

*** ***

— Главный, говорит Лэйс с борта МПЛ-14-бис. Мне кажется, что-то произошло с диффузором левого сопла. Нужна проверка работоспособности в летном режиме. Разрешите тестовый старт. Это займет не более получаса.

Возникла долгая пауза. Лэйс напрягся, обычно его мнение никем и никогда не оспаривалось. Он судорожно сжал рычаг реактивной тяги так, что костяшки его руки побелели.

Прошла почти половина вечности, после чего, наконец-то диспетчер центра испытаний, как бы нехотя, произнес: — Борт-МПЛ-14-бис, старт разрешаю. О невозможности участия лэвера к завтрашнему переходу докладывать немедленно!

Лэйс облегченно выдохнул, и его рука, все еще сильно сжимавшая стартовый рычаг, пришла в движение. Лэйс даже забыл инструкцию и не сказал Главному заветное слово «Ваузэ!». Вырвавшиеся на свободу, фиолетовые струи реактивной тяги понесли лэвер через, покрытый густым лесным массивом, горный перевал Эльвиглоум, отделяющий пустынный район полигона от каменистых равнин Ареала Каурси, к желанной цели.

Надо быть очень опытным пилотом, чтобы умудриться посадить лэвер посреди, хаотически разбросанных, острых каменных осколков, не повредив при этом шасси. Но Авви Лэйс был действительно пилотом самого высокого класса. Глянув вниз на приближающуюся равнину, граничащую с морским побережьем, он разглядел далеко внизу ярко-оранжевый вертолет Лауви и одну из машин.

— Значит одна пара задерживается, наверняка, это Карнеа и Ллэрионд. Только бы они не выкинули бы напоследок еще какой-нибудь неприятный сюрприз, — мрачно подумал пилот, совершая круг перед посадкой.

Но он ошибся: юная жрица и «недо-маг» Ллэрионд были уже на месте. Тем не менее, Аноррэ и Роунт не заставили себя долго ждать, — их геликоптер, защитного цвета хаки, опустился на равнину сразу же после приземления гигантского лэвера.

Пропустив в салон Карнеа и ее парня, которые с трудом втащили в грузовой отсек, мешки с палатками и оборудованием, Авви Лэйс громко произнес: — Внимание, экипаж! Время погрузки сокращается до двадцати двух минут. Возможно увеличение активности со стороны наших недоброжелателей!

— Вероятность успеха всего шестьдесят два процента, — подумала про себя Аноррэ, но озвучивать свое предвидение ситуации на этот раз не стала.

Лэйс буквально разрывался на части. Он не мог надолго отойти от встроенной рации и помочь друзьям с погрузкой.

— Борт МПЛ-14-бис, немедленно ответьте!

— Главный, это Борт МПЛ-14–бис. Нахожусь в квадрате 44-15 Ареала Каурси. Пытаюсь наладить работу реактивной тяги.

*** ***

В приемной начальника Службы Безопасности Хаэнси Дэн-Тэрца, отмечающего у себя в кабинете с сослуживцами успех своей недавней операции, прозвучал звонок.

— Дежурный офицер Службы Безопасности Хаэнси Родвиг слушает.

— Говорит заместитель начальника центра испытаний межпланетных кораблей Ауми Соттор. Только, что пилот Авви Лэйс приземлил наш межпланетный лэвер в квадрат 44-15. Туда же, согласно звонку внештатного наблюдателя Эсси Эйранга, стягиваются и транспортные средства близких знакомых пилота. Подозреваю противоправные несанкционированные действия.

*** ***

— Главный, говорит борт межпланетного лэвера МПЛ-14-бис. Прошу вашего разрешения на комплексную проверку летательного аппарата, включая межпланетные переходы туда и обратно. Борт МПЛ-14–бис должен пройти комплексную проверку и участвовать в завтрашнем исследовательском переходе по техническим причинам он не в состоянии.

— Борт МПЛ-14-бис, отставить старт лэвера! Немедленно возвращайтесь на базу на реактивной тяге! Это приказ!!!

— Главный, в эфире возникли какие-то радиопомехи, — Лэйс поднес коробочку с изотопом стронция-90 к микрофону и через возникший сильный треск, вызванный потоком бэта-частиц, объявил. — Главный, вас совершенно не слышно. Через две минуты стартую. Ваузэ.

*** *** ***

Этот неожиданный приказ прозвучал из динамиков громкой связи, установленных во всех подразделениях Службы Безопасности.

Мощный бас заместителя Службы Безопасности Хаэнси Тэлленгарта прозвучал, словно набат: — Внимание! Тревога! По всей Энгарте объявляется режим чрезвычайной ситуации. Все подвижные группы привести в состояние боевой готовности. Радиолокационные системы Энгарты сосредоточить свой контроль за квадратом 44-15. Возможны осложнения.

— Авви Дэвентар, это Тэлленгарт. Срочно поднимайте крыло реактивных истребителей. Цель квадрат 44-15. Приготовить фугасы с парализующим аэрогелем. Группа захвата, немедленно направить свои лэверы в квадрат 44-13.

— Анви Эсмеа, это Хаэнси Родвиг. Попробуйте снять блокировку с бортовых компьютеров наших армейских лэверов и разрешить приземление небольших летательных аппаратов прямо на каменистую равнину квадрата 44-15.

— Но это очень рискованно, сиар!

— Вы что не понимаете, — это же чрезвычайная ситуация. Немедленно выполнять приказ! Всю ответственность мы берем на себя.

— Лауви Штеймах, это Родвиг, немедленно заблокируйте дистанционно ротор лэвера МПЛ-14-бис! Код для остановки: 462-57.

— Сейчас остановим! Шэйтанф! Приемный блок внешних радиокоманд выведен из строя.

Они не успели! СТАРТ!!! Рамка лэвера, ускоряясь, отчаянно закрутилась в воздухе между шести статорных дуг, и межпланетный лэвер исчез, как с экранов радиолокаторов, так и вообще из всего проявленного пространства, унося экипаж в неописуемую даль прочь от армейских подразделений, со всех сторон стягивающих свое кольцо вокруг квадрата 44-15.

Абсолютная кромешная тьма закончилась, и зловещий тускло-красный свет умирающего карликового солнца заполнил собой салон и отразился на лицах экипажа. Только сейчас, после того, как лэвер вышел на круговую орбиту вокруг карликового светила, каждый подросток, надежно пристегнутый страховочным ремнем к креслу ложемента, ощутил на себе, что их отделяет от Энгарты почти шестьдесят триллионов лиг, и, что теперь вернуться обратно на родину возможно только благодаря полностью исправному летательному аппарату и, правильно введенной в бортовой компьютер, программе обратного перехода. Все понимали, что даже если сейчас снять с себя скафандр, привычный поток информации из Сети уже не коснется их айраим, как полчаса назад, и поэтому никто из экипажа не спешил испытать на себя этот дополнительный стресс.

Тишину нарушил монотонный голос корабельного автомата: — Наш переход завершен. Добро пожаловать в звездную систему Джи 184-19! Расстояние до солнца 88 миллионов лиг, температура за бортом, на расстоянии десяти метров от нагретого солнцем корпуса корабля, — 220 градусов по абсолютной шкале (минус 53 градуса по Цельсию). Рекомендую экипажу не покидать своих мест до завершения стабилизации круговой орбиты корабля.

Это сообщение немного развеселило молодых людей и отвлекло всех членов экипажа от оценки своего состояния.

— Ну что же пора приступать к поиску планет, — сообщил Лэйс. — Тэй, сейчас тебе необходимо будет определить положение эклиптики относительно нашей орбиты, и, при обнаружении большого расхождения, совместить орбиту лэвера с эклиптикой. Затем необходимо разделить кольцевой пояс звездного неба, в котором с наибольшей вероятностью могут обнаружиться планеты, на сектора и начать поиск небесных тел. При обнаружении этих объектов необходимо включить анализатор изображений и дальномер, чтобы рассчитать средний диаметр этого небесного тела. Первым у телескопов буду дежурить я, а, затем, когда мои глаза устанут, меня сменит Ллэрихонд, затем Роунт, дальше наши милые девушки в алфавитном порядке. Ваузэ.

Время шло, а единственными их «уловами» стали большой астероид, движущийся по сильно эллиптической орбите, и дальняя чересчур холодная планета, удаленная от солнца, на расстояние, в три раза превышающее расстояние от Аудэ до Мааты. Разумеется, что настроение экипажа резко ухудшилось. Неумолимо приближался верхний критический предел времени, которое было отведено для безопасного изучения звездной системы, — скоро в этом пространстве станет слишком тесно и многолюдно. В этом сомневаться не приходилось, и Авви Лэйс, скрепя сердце, предложил перейти к голосованию.

— Сэарим, я абсолютно уверена, в том, что дальнейшее пребывание здесь приведет к нежелательным последствиям. Переход же на Шетдаэльту, с вероятностью восемьдесят два процента, приведет к гибели нескольких людей из нашего экипажа, — Аноррэ, видимо, все еще пребывая в состоянии рабочего трансе, весьма некстати поспешила объявить свой вердикт. — Цена нашей свободы окажется непомерно высокой. Поэтому, к сожалению, нужно срочно активировать обратный переход.

— Шэйтанф! — Авви Лэйс проклинал себя за то, что он не решился первым высказать свое мнение. Он только успел прошептать Хаэнси. — Роунт, помните свои обязанности!

Но было уже поздно. Мнение Предсказательницы, высказанное в столь категоричной форме, буквально взорвало разум Ллэрионда.

— Опять ты, гадалка, пытаешься тут накаркать нам несчастья, озвучивая свои бредовые подозрения. Вам-то ничего не стоит вернуться на Энгарту. Ведь вашу пару «стукачей в законе» примут там с распростертыми объятьями.

— Что ты сейчас сказал, хлэйф, а ну ка повтори еще раз, я что-то не расслышал, — грозная фигура блюстителя порядка Роунта надвинулась на Ллэрионда, который тут же начал формировать вокруг себя защитное кольцо арды.

— Мальчики, успокойтесь! — Эйси перекрыла собой линию атаки, встав посередине между Ваэнди и Хаэнси.

В конфликт вступил также и Тэй-О’Хант. Лэйс и Арианна тоже бросились разнимать участников конфликта. Возникла хаотическая толкотня. А Эйси Миллоу, внезапно отлетев на два метра назад, сильно ударилась о сенсорный экран пульта управления и потеряла сознание. Свет в салоне мигнул и погас. Стало настолько темно, что никто даже не смог разглядеть пальцы своих рук. Рамка ротора дико взревела, приходя в движение, и те, кто не был привязан ремнями, взлетели вверх.

— Нет! — разом вскричали Лэйс и Карнеа.

— Шэйтанф! Где мы? Мы уже не сможем вернуться назад! Теперь мы все погибнем, — с отчаянием в голосе произнес кто-то из экипажа.

— Что же ты натворила, Эйси! — командир корабля Авви Лэйс, держась за верхнее перекрытие лэвера, лихорадочно пытался понять, какие дальнейшие команды ему следует отдать экипажу в этой критической ситуации.

— Этого не должно было случиться! — сильно изменившимся голосом произнесла Аноррэ. Она явно пребывала в состоянии сильнейшего шока. — Все разом поменялось! Уровень источника индетерминизма просто зашкаливает. Это же …

Она не успела договорить. Все тела, снова обретя вес, упали вниз, вдавливая Тэйви в пол салона.

— Не может быть! — изумленно воскликнула Арианна, подходя к иллюминатору лэвера и глядя куда-то, в только ей доступную для созерцания даль.

*** *** ***

— Сиар Тэлленгарт, говорит борт МПЛ-15. Наши корабли повторили переход в квадрат 52-14, но не обнаружили в нем никаких следов, пропавшего в неизвестном направлении, угнанного лэвера. По заключению экспертов, отметивших высокий остаточный радиационный фон на средней орбите вокруг светила Джи 184-19, беглецы совершили второй переход. Согласно встроенной программе, заложенной в бортовой компьютер угнанного лэвера, это должен был быть ТОЛЬКО, либо обратный переход на Энгарту, либо переход на Шэтдаэльту.

— Сиар, Тэлленгарт, говорит борт МПЛ-16. Тщательно проведенные исследования межпланетного пространства шестизвездного кластера пропавший лэвер МПЛ-14-бис не обнаружили. Более того, нами было произведено тщательное сканирование поверхности планеты с низкой орбиты, но никаких металлических предметов большого радиуса на ее поверхности не обнаружено.

— Хаэнси Дэн-Тэрц, с вами говорит Ауми Ноах, председатель экспертной комиссии по чрезвычайно ситуации, связанной с угоном межпланетного лэвера и выяснением судьбы восьми членов его экипажа. На основании всех, полученных нами, подробных материалов, мы пришли к единогласному заключению, что лэвер МПЛ-14-бис и его экипаж бесследно исчезли. Состоявшийся два дня назад, Лоу-Коунгр принял решение считать экипаж вышеупомянутого лэвера погибшим. Комиссия рекомендует дальнейшие поиски лэвера и его экипажа считать нецелесообразными, а имена всех восьми членов его экипажа навсегда вычеркнуть из списков живых жителей Энгарты.

Собеседник Хаэнси Тэлленгарта — мальхаар Эсси Варгэу подвел черту под их весьма продолжительным диалогом: — Они сбежали, презрев все Кодексы и Законы. Организованная группа подростков из различных Кланов, которая угнала межпланетный лэвер в полную смертоносных опасностей межзвездную бездну и бросившая вызов нерушимой стабильности нашего процветающего социума. До сих пор я отказываюсь понять внутренние мотивации этих подростков, тщательно продумавших и совершивших такой отчаянный поступок.

*** ***

— Вот таким трагическим образом обычно и обрываются нити жизней тех, кто, болезненнее всех остальных, реагирует на вынужденные меры, связанные с решением проблемы Белой Крови, — с печалью в голосе произнес мальхаар Найветион, вспоминая свою лучшую ученицу, — всегда жизнерадостную и приветливую Ксиорри Арианну.

— Да, сиар, все именно так, — подтвердил Хаэнси Тэлленгарт, отравляя папку с литером «22» в уничтожитель бумаг. — Однако то, что случилось с экипажем, бесследно исчезнувшего, межпланетного лэвера, — это не единственная наша беда. Куда более грозное и совершенно неожиданное для всех нас событие произошло в это же самое время на южном полуострове, недалеко от Ареала Эйнзи.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ "НОВЫЙ ЭДЕМ"

***

Глава 1 ЗАТЕРЯННЫЙ МИР

Плотные низкие облака лениво цеплялись за, изрезанные мириадами лет, зубчатые вершины скал. Внизу у их подножий, бескрайние леса из багровых и сизых древоподобных папоротников уступали место топям, где пузырились и устремлялись ввысь потоки болотного газа. Вокруг стоял тяжелый, пряный запах вечной гнили и цветения. На этих гиблых топких местах уже ничего не могло произрастать, поскольку поверхность болот постоянно бурлила, меняла свою консистенцию, взрываясь грязевыми гейзерами и образуя воронки. Это был удивительный мир, созданный не для малых существ. Воздух непрерывно содрогался от низкого гортанного зова подлинных хозяев этого мира, отзвука споров о территории, что решались высоко в небесах.

Единственное внутреннее море этого затерянного мира, который так непросто было отыскать на окраине спирального рукава галактики, лежало в гигантской каменной чаше. Его воды цвета окисленной меди неподвижно отражали тусклое желтое светило. На этих берегах, изъеденных волнами, смывающими многочисленные отпечатки когтистых лап, лежали сброшенные чешуйчатые покровы, сияющие, как самоцветная броня. Здесь, на гладких плитах, древние драконы грели свои бока, и медленный ход их мыслей был столь же неспешен, как дрейф материков. Они были не просто обитателями. Они были плотью от плоти этой планеты: их темная кровь роднила их с черными базальтовыми скалами, их костяные выросты повторяли линии скал, а взмахи могучих крыльев порождали ветра.

В чащах непроходимых лесов, где свет солнца пробивался ржавыми пятнами, юные, еще неокрепшие, особи учились искусству охоты, шаг за шагом постигая все его сокровенные таинства. Они бесшумно скользили меж исполинских стволов, лишь легкий шелест чешуи о кору выдавал их присутствие. Их мир был миром запахов — теплой крови болотных тварей, металлического духа руды, проступавшей в обнажениях, и тонкого, узнаваемого с нескольких лиг аромата сородича. Иерархия была прописана нерушимым законом в сети этих запахов, в зарубках на деревьях и в глубине пещер, где спали столетиями те, чьи имена уже давно стали частью местного ландшафта.

Море, леса, болота и скалы — все было единым организмом, а драконы — его сознанием, медленным, мудрым и абсолютным. Они не правили миром. Они были миром. И желтое солнце, проходя по небу, ласкало их спины, как своих единственных истинных детей.

На достаточно больших островах, на красных каменистых россыпях, а также рядом с внутренним морем были расположены весьма протяженные горные массивы, в которых селились кланы драконов. Здесь самки высиживали свои яйца. Здесь же совершали свой первый полет молодые дракончики, которые только учились ловить своими, еще неокрепшими, перепончатыми крылышками потоки ветра. Именно они, до недавних пор, были настоящими хозяевами этого мира.

А совсем недавно, непонятно откуда, в их мир нагрянули какие-то мелкие существа, начавшие возводить не то свои муравейники, не то свои жилые скалы. Любопытные крылатые ящеры кружили, пикируя над ними и смотрели сверху на снующих внизу этих мелких, незнакомых им, существ. Они недоумевали, зачем же эти двуногие и нелетающие существа, наряженные в золотистые комбинезоны с черными вставками, возводят такие высотные скалы, как будто природных высоких утесов было недостаточно в этом мире. Все же драконы решили не связываться с этими, невесть откуда появившимися существами, и поэтому решили возвратиться к своему гнездовью, расположенному на совершенно неприступном для нелетающих существ высоком утесе. Они шумно наперебой начали делиться с подрастающим молодняком своего клана новыми необычными впечатлениями, когда их чуткие уши уловили еще один, незнакомый для них, звук. Через некоторое время звук усилился, и в их, тщательно охраняемое, воздушное пространство вторглось какое-то большое серебристое, непрерывно жужжащее, насекомое с прозрачной головой, внутри которой что-то активно шевелилось. Большое жужжащее существо приближалось, и вожак крылатой стаи решил подлететь поближе, чтобы оценить пригодность его в пищу, но это, незнакомое ему, блестящее на солнце, существо с шипением плюнуло в него огнем, и матерый дракон, кувыркаясь в воздухе, полетел вниз, обрывая верхние ветви деревьев.

А тем временем на тщательно зачищенном от всякой местной живности и подозрительной растительности плацдарме днем и ночью кипела работа. Молодой командир в золотистом комбинезоне, сняв с головы защитный шлем, поднялся на большой каменный блок, выплавленный целиком из скалы при помощи лучеметов и своим громким голосом активно управлял разгрузкой контейнеров с недавно приземлившегося на планету лэвера.

— Аккуратнее распаковывайте груз, не забывайте, что в них находится очень ценное оборудование и анализаторы. А вы четверо, живее устанавливайте чувствительные датчики и прожектора вокруг всего периметра, чтобы за него ни один хлэйф не проскочил! Местная фауна, конечно же, не очень опасная, но весьма любопытная.

Защитный барьер, расположенный вокруг возводимого каменного поселения, ограждал уже значительную, тщательно зачищенную от местной фауны, территорию, внутри которой высился неприступный каменный замок и многочисленные подсобные помещения.

Недалеко от замка была расположена, совершенно лишенная окон, высокая дозорная башня. На ее плоской крыше были расположены чуткие локаторы и антенны, спаренный крупнокалиберный пулемет для поражения воздушных целей, а также сверхмощный сферический аккумулятор, который обеспечивал электрическим током все здания, расположенные внутри периметра. На гладкой стене этой башни были выложены светящимся лазурным камнем две параллельные молнии, — священный Знак, который каждый, кто знаком с древним руническим вариантом Всеобщего языка, переданного жителям Энгарты их Ведущими, однозначно прочел бы, как ЭЗМ (или зем) — «Запределье». У входа в замок, с двух его сторон, на высоких, отполированных до зеркального блеска, черных постаментах стояли скульптуры изящных драконов, расправивших свои ярко-лазурные крылья. С верхней галереи вниз свешивались, развеваясь на слабом весеннем ветерке, огромные тяжелые полотна знамен. На золотом фоне флагов был изображен черный дракон, властно прижимающий к земле своей мощной когтистой лапой воина в красной накидке, кольчуге и шлеме. Длинное черное копье воина было переломано пополам, а белый бездыханный конь валялся неподалеку.

Двое людей в черных атласных мантиях вышли на огромный балкон замка и с его высоты стали наблюдать за слаженной работы их, недавно прибывших с Энгарты, подчиненных.

— Поздравляю вас, Светозарный. Теперь у нас вполне достаточно людей для того, чтобы обустроить надежный, хорошо оснащенный, плацдарм для дальнейшей экспансии нашего теократического государства в этот прекрасный зеленый мир, в котором никогда уже не будет ни Кланов, ни Кодекса Граанца, ни проклятия Белой Крови.

— Вы правы, но, если б не этот, хорошо продуманный и прекрасно исполненный отвлекающий межпланетный переход, Вазарри, мы бы с вами не достигли такого грандиозного успеха. В тот памятный день все радиолокаторы Энгарты смотрели совсем в другом направлении.

— А что стало с исполнителями этого маневра?

— Понятия не имею. Погибли, наверное. Но на Энгарту они уже точно не смогут вернуться! И вообще мне нет никакого дела до этого отработанного материала. В самое ближайшее время мы начнем широкомасштабное построение Нового Эдема. И имя у него будет: Тэльвауз. Скоро сюда переселится почти вся Энгарта. Во всяком случае все те, кому мы позволим войти в наш Новый Эдем.

ТэльвАуз (Всеобщий язык) — стабильность, основанная на связи с Запредельем;

здесь: город, возведенный по божьей воле).

Глава 2 АЭВАЛЬТА

Свет в салоне мигнул и погас. Стало настолько темно, что никто даже не смог разглядеть пальцы своих рук. Рамка ротора дико взревела, приходя в движение, и те, кто не был привязан ремнями, дружно взлетели вверх.

— Нет! — синхронно вскричали Лэйс и Карнеа.

— Шэйтанф! Где мы? Мы уже никогда не сможем вернуться назад!! Теперь мы все, наверняка, погибнем, — с отчаянием в голосе произнес кто-то из экипажа.

— Что же ты натворила, Эйси! — командир корабля Авви Лэйс тоже взлетел вверх и, держась за верхнее перекрытие лэвера, лихорадочно пытался сообразить, какие дальнейшие команды ему следует отдать экипажу в этой критической ситуации.

— Этого не должно было случиться! — сильно изменившимся голосом произнесла Аноррэ. Она явно пребывала в состоянии сильнейшего шока. — Все разом поменялось! Уровень источника индетерминизма просто зашкаливает. Это же …

Она не успела договорить. Все тела, снова обретя вес, упали вниз, вдавливая Тэйви в пол салона. Тэйви застонав, сразу же замолкла…

— Не может быть! — изумленно воскликнула Арианна, одним движением сбросив с себя страховочный ремень и вплотную прильнув к иллюминатору.

Там, за бортом, разделяющим холод космической пустоты от арены невероятных событий, медленно приближался к лэверу нежно-зеленый диск, совершенно неизвестной никому, планеты. Лэвер, с полностью остановившимся ротором, медленно вращался вокруг этой планеты, сверкая на солнце своими шестью огромными статорными дугами. Лэйс, с трудом поднявшись с пола салона, прихрамывая и потирая ушибленный бок, тоже подошел к иллюминатору, и его айри сразу же наполнился необычайным восторгом. Он приобнял Арианну и тихо произнес: — Ну вот, Аэви, мы уже почти дома!

Она обернулась к нему, и, не сдерживая своих слез, тоже обняла Авви, уткнувшись в плечо мягкого пластикового скафандра.

Все кроме двух девушек, неподвижно лежавших на полу салона, уже поднялись со своих мест. Особенно сильно пострадала Аноррэ. Вокруг правого глаза несчастной Тэйви красовалась огромная гематома величиной с большой мужской кулак. Пока Лэйс при помощи пульта укрывал ротор металлическими пластинами, действующих по принципу жалюзи, Арианна и Карнеа пытались привести в чувство двух других девушек, которых уложили в ложементы со спинками, приведенными в горизонтальное положение. Ллэрионд рылся в бортовой аптечке в поисках какого-либо резко-пахнущего раствора. Остальные смотрели, не отрываясь, на лежащую под ними зеленую, с синими пятнами морей, планету, освещенную желто-зеленым солнцем. Этот цвет для энгарим, всю жизнь привыкшим к тому, что солнечный цвет: бирюзовый, казался необычным, но, как ни странно, более теплым и домашним, словно свет от комнатных светящихся кристаллов.

Лэвер вращался вокруг этой планеты. Впрочем, не он один вращался вокруг нее. На расстоянии нескольких сотен тысяч лиг по круговой орбите двигались еще два красноватых огонька. В бинокль было отчетливее видно, что это два спутника этой планеты: красный и оранжевый.

— И все-таки мы ее нашли! — восторженно произнес Роунт.

— А вот меня до сих пор не оставляет ощущение, что это она нашла нас, — задумчиво произнес Тэй-О’Хант. — Или наши Ведущие услышали наши совместные чаяния и пришли к нам на помощь!

— Не фантазируй, еретик! Ты же знаешь, что все наши Ведущие привязаны только к Изначальному Миру, к нашей Энгарте, и радиус ниспослания их Благодати на нас весьма ограничен, — Карнеа оторвалась от Миллоу и серьезно возразила гениальному изобретателю. — Да и их присутствие я давно бы уже почувствовала за половину парсека!

— Не сердись, сиарра, — смущенно произнес Лауви. — Я же так, чисто образно, это сказал, на порыве, так сказать, эмоционального подъема.

— Ну что же раз большинство членов нашего экипажа пришло в себя, пора заняться делом, — решительно произнес Лэйс. — В первую очередь, необходимо запустить зонд на низкую орбиту планеты и сделать подробную видеосъемку всех ее областей и ландшафтов. По ходу его движения он будет отбирать пробы атмосферы на различных высотах. После его возвращения, примерно через шесть-семь часов, внимательно просмотрев видеоматериалы, мы должны будем выбрать удобное место для приземления лэвера. Там же или рядом с местом приземления мы разобьем наш временный лагерь. Лучше всего для этой цели подойдет морской песчаный пляж, достаточно широкий, чтобы на него можно было без труда посадить огромный межпланетный космический корабль. На основании анализа состава атмосферы, как химического, так и бактериологического, мы подберем нужные для дыхания фильтры и маски.

Не существует, вероятно, во всей Вселенной никакой такой другой Расы людей, которая бы столь сильно жаждала приобретения новых знаний, как обитатели Энгарты. И когда, благодаря межпланетным лэверам, в их родной мир начали приходить известия из новых исследуемых миров, все население Энгарты жадно ловило каждый образ, вливаемый в единую Сеть, напрямую безо всякой цензуры и коррекций, возвращающимися из глубин Вселенной, записывающими бортовыми автоматическими камерами.

Вот почему весь небольшой экипаж, забыв на время о выяснении весьма важного для себя вопроса: «Почему же их корабль столь удивительным образом оказался рядом с планетой?», буквально рвался навстречу с неизведанным, чтобы вдохнуть полной грудью озон новых впечатлений и никому ранее не виданных природных ландшафтов.

— Может мы с вами рано радуемся? Вдруг окажется, что в атмосфере вместо кислорода, присутствует фтор, и мы не сможем дышать их воздухом ни одной минуты без масок, — произнесла, очнувшаяся Эйси, предварительно разделив с друзьями радостное известие.

— Это вряд ли, — возразила Арианна. — Зеленый цвет планеты однозначно свидетельствует о том, что поверхность планеты вся покрыта зелеными растениями.

— Зелеными? А такие бывают? Ты ничего не путаешь? — удивился Роунт. — Я помню, что на уроках биологии нам рассказывали, что синий цвет наших растений обусловлен наличием в них гемоцианина, синтез которого прописан в Знаках Крови и поэтому этот комплекс является универсальным для всех растений.

— Молодец, Хаэнси! Все верно, вот только на каждой планете растения по-своему приспосабливаются к тому спектру излучения, которое исходит от их солнца. Я полагаю, что вместо бихроматического, двуцветного комплекса, содержащегося в растениях Энгарты и в нашей крови, растения этой планеты содержат монохроматический комплекс, центральные атомы которого содержат либо хром, либо магний, последний вариант более вероятен, поскольку магния во Вселенной содержится гораздо больше, чем хрома и он не настолько токсичен. Ну точно мы сможем сказать, лишь проделав элементный анализ собранных растительных образцов, — похвалила Роунта Арианна и, обращаюсь уже к Лэйсу, попросила его. — Командир, а может мы не будем дожидаться информации от зонда, а приземлимся уже где-нибудь у моря и искупаемся, а то наши тела, после длительного пребывания в скафандрах, взывают к чистоте?

Авви Лэйс усмехнулся: — Снова ты играешь на формировании, нужного для тебя, общественного мнения! Я же знаю, что тебе просто не терпится заняться местными растениями. Но всему свое время. И помните: приказы командира, касательно распорядка и действий экипажа не обсуждаются!

— Какая же ты зануда! Ждать еще целых семь часов, когда прямо под нами столько всего неизвестного, — это воистину нестерпимые мучения для любой энгары.

— Пока мы все ждем возвращения зонда, мы с Тэйем и Роунтом обсудим план создания нашего временного лагеря. Эйси с Арианной приводят в чувство Аноррэ. А нашим магам нужно будет записать подробный отчет всего того, что происходило на этом борту, не забыв при этом указать показания всех наших приборов. Но маайлэнги экономить! Заливайте в их необходимую инфу «по самое горлышко». Задача понятна? Действуйте!

Эйси распаковала свой контейнер и извлекла оттуда комплексный медицинский анализатор. Она попросила разрешения Лэйса подключить его к блоку питания лэвера, и, насадив стерильную иглу на штуцер вакуумного насоса, аккуратно ввела ее в вену Аноррэ. У нее поднялся жар, и Эйси постоянно меняла компрессы с эфиром, прикладываемые к ушибленному виску девушки.

— Я ничего не чувствую… — выдыхала она, словно в бреду, елозя всем своим телом по ложементу. — Я теряю… я теряю свой Дар.

— Какое счастье! — подумал про себя Ллэрионд, проверяя уровень загрузки очередного кристалла. Тем не менее, он даже виду не подал окружающим его людям, как сильно его это обрадовало.

Тем временем, Миллоу установила датчики на активные точки ее тела и, сокрушенно покачав головой, ввела ей, внутримышечно, сильное, активирующее жизненные силы, лекарство. И подозвала к себе командира.

— Нашей Тэйви очень нужен покой. Я могу, конечно, поставить временно ее на ноги при помощи специальных инъекций, если вам от нее срочно нужны какие-либо прогнозы, но это может сильно повредить ее здоровью. Я рекомендую расстелить ей спальник в дальнем конце салона и оградить ее ширмой от света и звука. Ни столько сильный ушиб повинен в ее теперешнем состоянии, сколько сильный шок от того, что она узнала за миг до того, как полностью отключилась. Я думаю она будет пребывать в таком состоянии не меньше суток.

— Разумеется, Милла, делайте все то, что считаете нужным! Нам и без предсказаний сейчас работы хватает. Пусть отдыхает и набирается сил, сколько ей для этого необходимо.

— Ваузэ, командир!

*** ***

Наконец-то вернулся автоматический разведчик, и все члены экипажа, кроме, конечно, Аноррэ, собрались около большого жидкокристаллического экрана.

Бактериологические посевы не выявили в атмосфере планеты болезнетворных микроорганизмов, но кто знает, что произойдет, когда они войдут в непосредственный контакт с телами энгарим. Анализ атмосферы обрадовал: в атмосфере было 20 процентов кислорода, азот, совсем немного углекислого газа. Некоторую настороженность вызывало достаточно высокое содержание метана: около трех процентов. Но Эйси уверяла, что это не должно являться поводом для применения кислородных масок. Потом Лэйс объяснил собравшимся, почему кислорода ни в одной планетной атмосфере никогда не может быть больше двадцати восьми массовых процентов.

— Все дело, сэарим, в том, что каждая молекула кислорода связана слабыми связями с четырьмя молекулами азота, образуя интермолекулярный кластер, — сообщил Авви. — Именно поэтому в атмосфере и никогда не возникает флуктуаций с повышенным содержанием азота, и мы не задыхаемся.

— Сутки здесь чуть короче, чем на Энгарте, и примерно составляют двадцать наших часов, — продолжал Лэйс. — Весьма примечательно, что эта планета имеет необычный угол наклона оси своего вращение к плоскости своей орбиты: 70 градусов. Это означает, что на ней, в отличие от Энгарты, происходит смена времен года. Особенно ярко эти перемены в местной природе происходят выше сороковой параллели. Поскольку в нашем языке отсутствуют подходящие термины, нам придется называть эти времена года, через названия процессов, происходящих в эти периоды: период кристаллизации воды (гэльтанда), пора цветения высших растений, наиболее жаркий период времени и период увядания флоры (кальзэнда).

Пока зонд собирал информацию с орбиты, мы с Лауви обнаружили при помощи бортового телескопа еще шесть планет в этой солнечной системе. Две планеты, одна из которых представляет собой расплавленную раскаленную массу, находятся ближе к светилу, на четвертой планете серо-зеленого цвета, по-видимому, также существует жизнь, но лишь весьма локально. Остальные три планеты: две карликовые и одна, самая дальняя, гигантская предположительно состоят из метано-аммиачного льда.

Никаких знакомых созвездий и звезд, хотя бы отдаленно напоминающих Аудэ, мы не обнаружили. Местное желто-зеленое солнце относится к спектральному классу Фэй-5. Позже я посмотрю звездный атлас, но мне кажется, что нас забросило необычайно далеко, ибо я не помню, чтобы вблизи Энгарты было бы нечто подобное. Местное солнце на тридцать процентов меньше нашего Аудэ, и намного его холоднее. Его температура составляет в всего 6500 градусов. В спектре поглощения этой звезды содержатся более слабые, чем у Аудэ, линии водорода, линий магния, характерных для нашего Аудэ, нет, от слова «совсем», зато преобладают очень яркие линии, соответствующие ионам кальция и титана. Словом, эта звезда гораздо старше нашего Аудэ.

Ну а теперь, сэаррим, устраивайтесь поудобнее и будем все вместе анализировать, присланные нам, видеоматериалы.

Сначала команда жадно и пристально рассматривала каждый кадр, каждый отраженный снимок незнакомой планеты, но через час, пресытившись этими красотами (все же усталость и хроническое недосыпание взяли вверх над стремлением к новым знаниям), все выбрали режим быстрой смены кадров, лишь изредка останавливаясь на приемлемых для посадки местах.

Внезапно ширма раздвинулась, и в конус света, шатаясь, вышла бледная Тэйви.

— Ну зачем же ты встала? Тебе нужно полный покой! А ну марш обратно в свою постель! Не волнуйся, милая, ты ничего интересного не пропустишь, — Эйси подскочила к больной и попыталась силой уложить ее снова на застеленный спальный мешок.

— Подожди, Милла. Лэйс! — Аноррэ еле могла говорить, до того, она была слаба. — Лэйс, подойдите ко мне на одну минуту… мне необходимо вам сказать…

— Ну вот опять началось… — тихо проворчал Ваэнди.

Эйси посмотрела на Лэйса, и он, кивнув ей, приобнял Тэйви и отвел ее за ширму.

— Предсказываю… — театрально произнес Ваэнди, воздев очи к потолку купола. — Что их общение продлится не одну минуту (и с усмешкой посмотрел при этом на Арианну).

Но его предсказание не подтвердилось: Лэйс вскоре вышел и продолжил демонстрацию видеосъемок планеты.

— Ну как она там? Что она тебе сказала? — с заботой в голосе спросил Роунт.

Лэйс покачал головой, как-то странно посмотрел на Ваэнди, и, нехотя, произнес: — Я сам мало, что понял из ее слов, но пока это все совершенно не существенно. Это глубоко личное и, когда она полностью выздоровеет, я обещаю, что она сама озвучит вам все эти свои слова.

— Если выздоровеет, — мысленно поправил его Ллэрионд.

Кадры снова быстро замелькали на экране, но выбрать однозначное место посадки так и не удалось. Все дело в том, что зеленые массивы деревьев (а зеленые пятна действительно оказались деревьями) густо покрывали собой даже прибрежные районы. Совершить посадку, на, покрытом вечными нетающими льдами, северном материке никто, естественно, не захотел. В конце концов, для посадки была выбрана небольшая пустошь с редкой растительностью на высоком океаническом берегу самого большого материка планеты. Тем не менее, Авви предупредил экипаж, что посадка, скорее всего, будет жесткой, поэтому помимо страховочных ремней всем рекомендуется обложить себя с ног до головы пузырчатой упаковочной пленкой, благо такой было на корабле с избытком. Тэйви замотали, в несколько слоев, одеялами, и командир отдал долгожданный приказ: — Роунт, проверьте готовность экипажа к перегрузкам и жесткому приземлению.

Роунт по-армейски быстро измерил своей мощной ладонью расстояние от туго затянутого страховочного ремня до пресса и доложил: — Командир, экипаж к старту готов!

— Второй пилот, флаинг-моторам старт! Снижение к планете на самой малой тяге.

Возникло ощущение стремительного падения вниз. У большинства людей заложило в ушах, и они начали усиленно сглатывать слюну, чтобы избавиться от этого неприятного ощущения.

— Внимание, экипаж. Высота над уровнем моря: восемь тысяч лиг. Второй пилот, переходим на режим горизонтального планирования по широкой дуге с постепенным снижением высоты. Экипаж, приготовиться к посадке. Приземляемся в вечернюю зону большого материка, точные координаты места посадки вывожу на экран.

За жаропрочными стеклами иллюминаторов стали плавно проплывать сплошные широколиственные зеленые массивы. Невдалеке с левой стороны обозначилась острая кромка океанского берега, зеркально отражающая солнечный свет.

— Внимание! Приближаемся к посадочному редколесью. Второй пилот, включить посадочные реверс-моторы, опускаемся на пламенном столбе в центр пятна. Тэй, внимательно контролируй горизонтальное отклонение плоскости корпуса. Постарайся свести вибрацию до минимума.

— Ваузэ, командир, — Лауви включил какой-то тумблер слева от себя и красный индикатор на пульте управления стал часто мигать.

— Второй пилот, мощный выброс пламени по оси!

— Ваузэ!

Лэвер подскочил чуть вверх за счет импульса, отраженного поверхностью, плазменного потока, а, затем, плавно опустился на него, как на воздушную подушку. Корабль сильно тряхануло, пол салона немного накренился, и незакрепленные грузы съехали вниз.

— Есть!!! Точка ноль достигнута. Мы на месте!! Второй пилот, охлаждающий контур на полную мощность!

Раздалось продолжительное шипение, затем, характерное потрескивание остывающего металла, и корпус лэвера полностью замер.

Полчаса пришлось переждать, пока выжженное посадочное пятно вокруг корабля полностью не остынет, а запах горелой древесины не выветрится.

— Экипаж, приготовиться к высадке, а также к разгрузке вещей и оборудования.

Первый из корабля вышел Роунт с многозарядным лучеметом наперевес. Он профессионально осмотрел кромку леса, поглядел на небо, но если здесь когда-то и была какая-то живность, то она уже давно в страхе разбежалась во все стороны и, надо сказать, ретировалась весьма далеко. Вслед за ним вышла Арианна. Она осторожно вдохнула, еще пахнущий гарью, воздух, печально посмотрела на обгоревшие корни какого-то кустарника и про себя подумала: — Эх, не с того мы начинаем дружеские отношения с этой планетой, которая надолго теперь станет нашим домом.

Потом Лауви с Ваэнди аккуратно вынесли, лежащую на носилках, Тэйви. За ними вышла Эйси. Командир сошел с корабля последним.

До океанского берега было всего четыреста метров, но купаться почему-то всем уже расхотелось. Было решено поставить палатки, расстелить спальники и завалиться спать, а уже с утра заняться разгрузкой и тщательным исследованием окрестностей.

К гладкому стволу высокого хвойного дерева с четырех сторон крестом привязали четыре больших палатки и накрыли их пленкой для защиты от потенциально возможного дождя (Тэйви по таким пустякам никто тревожить, конечно же, не стал), развели костер и немного перекусили корабельными запасами.

Но прежде, чем отправиться ко сну, Лэйс распорядился выставить дозорных.

— Вначале у костра два с половиной часа будут дежурить Карнеа и Ллэрионд, — объявил Лэйс. — Их сменим мы с Арианной. Лауви и Роунт будут уже встречать местный рассвет и играть нам всем утреннюю побудку. Миллоу будет все время находиться в одной палатке с Тэйви. К ним заходить никому ночью не разрешается.

Тэй-О’Хант, по просьбе Лэйса, втайне от остальных установил на вход палатку к Тэйви сигнальный маячок, который подаст сигнал тревоги, если кто-нибудь кроме Эйси и Тэйви вздумает войти внутрь их палатки.

Карнеа разбудила Лэйса, когда вокруг уже властвовала тихая лунная ночь. Одна оранжевая луна, словно волшебный плод какого-то экзотического дерева, уже сияла почти в зените, вторая красноватая спутница найденной планеты уже опускалась за горизонт. Лэйс хотел было толкнуть, сладко сопящую рядом, Арианну, но Эйнзи быстро перехватила его руку и томно прошептала: — Лэйс, оставь ее, пусть наша крошка поспит до самого утра. А мне не привыкать долгое время обходиться без сна, я охотно разделю с тобой эти часы (она лукаво посмотрела в глаза Авви). К тому же ночь, — это мое самое любимое время суток.

— М-м... а что уже пора? А, Карнеа, это ты! — Арианна грациозно потянулась всем своим телом. — Как же я рада тебя видеть, моя дорогая!

Арианна приобняла подругу.

— Мы с Лэйсом очень не хотели тебя будить. Ты так сладко спала. Хочешь, я подежурю за тебя, моя крошка?

— Ну уж нет! — Арианна тут же вскочила во весь свой рост, совершенно позабыв про низкий свод палатки. — Тебе нужно отдохнуть, а вот завтра с утра… (Арианна сделала паузу и лукаво посмотрела на Лэйса) завтра с утра… мы первым делом, и только с тобой вдвоем оценим местный океан на предмет возможности продолжительного в нем купания. Договорились?

— Ваузэ, — радостно ответила Карнеа и тоже посмотрела на Лэйса.

Лэйс тотчас же понял немой вопрос Эйнзи и отрицательно покачал головой: — Нет, нет, нет… никаких дополнительных ночных бдений втроем. Я, как командир, приказываю тебе немедленно лечь спать.

— Слушаюсь и повинуюсь, наш Мальхаар! — не преминула в ответ съязвить юная жрица.

Сидя в обнимку у костра, Арианна и Ксиорри тихо шептались между собой, вспоминая тот, невероятно отдаленный от этих прекрасных, но чуждых мест, родной мир, отсутствие комфорта которого уже давало о себе знать. Было до невозможного тихо, лишь только однажды, какое ты шустрое летающее существо с ультразвуковым писком пронеслось над лагерем, но оно промелькнуло настолько быстро, что они, конечно же, не успели его, как следует, рассмотреть.

В этой части планеты уже вовсю начали распускаться многочисленные цветы, и поэтому на поляне было совсем не холодно. Но все равно влюбленные сидели у костра и молча смотрели на языки пламени. Было что-то в нем особенно притягательное, завораживающее, навевающее какие-то невероятно глубинные образы, похороненные под слоем житейской прозы, в подсознании. Наверняка, это были воспоминания о том, давно покрытом забвением, историческом периоде, когда их весьма далекие предки также вот сидели у костра и готовили, принесенную им с охоты, добычу.

— Аэви, а мы же в этой суете забыли о самом главном! — вдруг встрепенулась Арианна.

— О чем же? — сквозь липкую власть предутренней полудремы спросил ее Лэйс.

— Как о чем? Ведь мы находимся уже семь часов на этой планете и до сих пор не нарекли ее красивым, звучным именем! — звонко произнесла Арианна. — Я предлагаю, назвать ее: Аэвальта — планета Любви, и пусть хоть кто-нибудь только попробует мне завтра возразить!

— Прекрасное имя, — произнес Лэйс, крепко обнимая Арианну. — Я думаю, что это имя всем обязательно понравится!

Глава 3. ТЭЛЬФИОРА.

Он открыл глаза и тут же поднялся на ноги. Вокруг полыхало какое-то странное неяркое лунно-перламутровое сияние, и он не сразу понял, что это сияние исходит от него самого. Радом с ним мирно дремала молоденькая девушка, и он, чтобы не разбудить и не испугать ее своим призрачным светом, тихо ступая, вышел из палатки наружу.

Вокруг уже начало светать. Двое людей сидели у костра спиной к нему и о чем-то в полголоса беседовали друг с другом. Они были так увлечены спором, что совсем не обращали на него никакого внимания. Как и не замечали того, что, прикрепленный к дереву, айри-искатель буквально переливался всеми цветами радуги, пытаясь сообщить дозорным, что вокруг поляны собрался, по меньшей мере, целый батальон непрошенных гостей.

Он понял, что Они уже давно ждут именно его, и этот странный Зов, разбудивший его в столь ранний час, предназначался только ему одному. Поэтому он, не привлекая внимания дозорных, неслышно обогнул палаточный лагерь и смело вошел под еще темные своды лиственных деревьев. В лицо пахнуло предутренней свежестью влажного леса.

— Стой. Ближе не подходи! — лающий, отрывистый голос, в котором ощущалась некоторая тревожность, раздался буквально внутри его головы. — Кто вы такие? И что вам здесь нужно?

— Хэй, незнакомец, — ответил он. — Мы — люди. Наш мир — Энгарта.

Из-за тени деревьев к нему вышло могучее двуногое существо, местами покрытое

густой кучерявой шерстью. Одежды цвета листвы было на нем совсем немного. Она укрывала собой лишь часть мощной груди и, видимо, половые органы. На груди этого существа висел светящийся ярко-синий кристалл. От этого странного минерала исходила, совершенно незнакомая энгару, энергия.

— Как вы попали в наш Мир? — пролаяло существо, обнажая свои мощные белые клыки.

— Мы прилетели к вам на крылатой машине, которая непонятно почему перенесла нас в этот мир. А вы, я так понимаю, и есть те самые Фэйри, — Хранители вселенской фауны, Повелители зверей?

— Ты неплохо владеешь Всеобщим языком, чужестранец. Только твои слова не совсем о том, о чем принято говорить среди нашего народа. Мы называем свой народ: Фаэри, и мы действительно являемся Хранителями всех живых существ этого Мира. Поэтому я предупреждаю тебя, если кто-нибудь из вас, даже по своему неведению, причинит вред местной фауне, то к вам тут же явятся наши Предтечи, и вы будете ими наказаны.

— За это вы можете совершенно не переживать, сиар, — мы уже давно отучили себя от хищнического поедания мяса, а употребляем в пищу исключительно растительные продукты и молоко.

— Ну тогда мы с вами подружимся. И все животные этого мира будут охотно помогать вам в обустройстве ваших домов и в других ваших деланиях. А теперь, Гайр, подойди ко мне ближе! Я хочу заглянуть в твою Душу!

Огромные черные немигающие глаза, начисто лишенные белков, внезапно приблизились к его лицу, и он увидел самого себя, отраженного в этих черных зеркалах, неподвижно стоящего внутри светового кокона, и ощутил, что он буквально проваливается в бездонную черноту этих странных глаз, стремительно уменьшаясь до размера крохотной светящейся точки…

Лэйс открыл свои глаза, прогоняя остатки своего странного ночного сновидения.

Однако черные глаза, которые смотрели прямо на него в упор, никуда не исчезли!

— Тише! — прошептал ему тихий и знакомый голос. — Не спугни ее!

Только теперь Лэйс обнаружил, что огромные глаза Фэйри превратились в маленькие черные блестящие глазки, принадлежащие весьма симпатичному зверьку, покрытому короткой шерсткой шоколадного цвета. У зверька, который лежал на его груди и с любопытством глядел в глаза Лэйса, имелись небольшие, но чуткие ушки, а на груди белел, хорошо заметный, «воротничок». Зверек еще раз заглянул ему в глаза, а потом резко метнулся в сторону и пулей вылетел из палатки наружу.

— Это был Фэйри? — спросил Лэйс у Арианны.

Ксиорри оценила его шутку и залилась звонким смехом: — Нет, конечно. Это какой-то мелкий зверек, представитель местной фауны.

— А с чего ты вдруг решила, что это «она»? — вдруг вспомнил ее слова Лэйс. — Тебе что удалось разглядеть ее в деталях?

— Ты все время забываешь, что перед тобой: энгара Ксиорри, — весело сказала Арианна и вдруг с печалью добавила. — Хотя уже скоро все наши Клановые различия, здесь на Аэвальте, станут для всех нас совершенно неважными. Все дело в том, Аэви, что эта Куня, так я назвала этого зверька, пока ты сладко сопел, уже несколько раз набивала свои защечные мешочки нашими орехами и уносила их в лес. Там у нее, конечно же, свое дупло и малые голодные детки!

— А ты, значит, все это время спокойно лежала и наблюдала, как эта лесная воришка планомерно уменьшает запасы нашего продовольствия? — укорил ее командир. — Пойми, Аэви, если мы будем подкармливать здесь каждую лесную тварь, то мы…

Лэйс вдруг осекся, вспоминая свое обещание, данное им во сне вожаку Фэйри: — А вообще ты, конечно же, права, Аэви. Прежде всего, нам нужно быть в гармонии с этой удивительной планетой и его обитателями.

Арианна, ничего не сказав, подошла к Лэйсу и нежно поцеловала его в губы.

— А сейчас я расскажу тебе, что мне, настолько явственно, приснилось этой ночью, — сказал Лэйс и, со всеми подробностями, поведал содержание своего сна Арианне.

Арианна внимательно его выслушала, весело смеясь над отдельными моментами его рассказа, а потом внезапно вспомнила фрагменты своего сна, частично стертого из ее памяти, который возник в ней перед самой поездкой в Ареал Эйнзи, и содрогнулась.

*** ***

Утро ознаменовалось пронзительными криками сотен серо-голубых длиннокрылых птиц, круживших над океанским побережьем.

— И чего они так разорались? — хмуро спросил Роунт. — И так на душе тоскливо…

— Это они так веселятся! — ответила Арианна. — К берегу подошел косяк рыбы.

— Ну вот, только мы хотели искупаться! — сказала Карнеа.

— Это рыба явно мелкая. Она нам не помешает! — заметил Тэй О’Хант.

— Зато мы, наверняка, помешаем этим птицам ловить рыбу, — сказала Арианна.

— Значит, так, экипаж, слушайте распорядок дня, — сказал Авви Лэйс. — Мы вчера немного поспешили с высадкой на это место — оно совсем не подходит для строительства нашего постоянного лагеря, нашего будущего микрогорода. Поэтому мы идем к ближайшим горам и соберем в долине на горной речке или на водопаде небольшую погружную электростанцию. Затем, мы сделаем ровную каменную площадку радиусом двести метров для посадки на нее лэвера. После того, как я по рации передам сигнал о готовности, Лауви поднимет лэвер, и вы все переместитесь на нем в выбранную нами точку. От этого тока через инвертор мы запустим в действие наших автоматических помощников. Потом мы все вместе зачистим строительное пятно для наших постоянных каменных домов. Со мной пойдут Ллэрионд, Роунт и Карнеа. Мы возьмем с собой детали нашей электростанции, весь инструмент, а также один лучемет. Но я очень надеюсь, что его заряды останутся в неприкосновенности. Ксиорри и Эйси будут заниматься всесторонними исследованиями…

— Мы готовы, командир! — полог защищенной палатки раздвинулся, и из него вышли две девушки. Тэйви уже вполне выглядела окрепшей, и даже ее фирменный румянец вновь проявился на ее пухленьких щечках.

— О, Милашка, проснулась! — Арианна, словно горная лань, метнулась к Аноррэ и крепко обняла ее. —Как же я рада, что ты выздоровела и снова в строю!

Тэйви снова погрустнела: — Да, я чувствую себя намного лучше. Спасибо за это доктору Миллоу! Но я теперь вовсе не в строю. Теперь вам от меня нет никакого толка. Ведь мой Дар так и не вернулся ко мне. Я бреду, как в потемках, относительно даже своего будущего, и это ужасно! Ужасно для меня. Теперь я вам точно такая не нужна, уж лучше бы я осталась на Энгарте.

— За это не переживай. Вот увидишь, твой Дар скоро снова вернется к тебе. Ведь твой Знак Крови пока еще не изменился. Подожди придет время, и ты, смеясь, будешь вспоминать свои беспочвенные опасения, — воскликнула Арианна. — А пока ты пойдешь с нами на разведку и поможешь мне записывать на маайлэнг, составленную мной, систему местных Знаков Крови.

— Аноррэ, — тихо сказал Ллэрионд, подходя к Тэйви вплотную. — Извини меня, я вел себя неподобающим образом по отношению к тебе. Я сам не понимаю, что на меня вчера нашло. Прости! Ты, правда, самая лучшая в мире Тэйви, которую я встречал в своей жизни.

Все собравшиеся просто онемели, услышав такие слова от бывшего хэйтера. А Карнеа улыбнулась, и не без ехидства, сообщила ему: — Ну подойди ко мне ты только этой ночью, я тебе это припомню!

Это признание невероятно растрогало милую девушку, и она с влажными, от наметившихся слез, глазами произнесла: — Спасибо, Ллэри… Я, конечно же, прощаю тебя…

— Ну а пока суть да дело, всем взять с собой еду, сменную одежду и вперед — купаться, пока местное светило, которое мы будем называть Аирой, еще не сильно обжигает кожу! — отдал свое последнее, и очень всех обрадовавшее, распоряжение Лэйс.

*** ***

Шум. Плеск. Гам. Крики рассерженных птиц. Стайки прохладных серебристых рыбешек, тщетно ищущих спасение на глубине. Вода оказалось не столь теплой, как ожидалось, но, истосковавшиеся по морю, молодые люди этого не замечали.

— Только далеко не заплывайте, а то, сидящий на берегу, Роунт не сможет к вам вовремя прийти на помощь, — дал им свои последние наставления Лэйс и направился к берегу. Он отозвал Тэй О’Ханта в сторону и сказал ему: — Тебе, сиар, я доверю самое ответственное задание: Я понимаю, что мы оба не Анви и с компьютерными программами, которые управляют переходами через Пустоту, знакомы лишь, как пользователи, но тебе необходимо всесторонне исследовать бортовой компьютер и выяснить, какие программы переходов в какие районы космоса в него были заложены. Пособия по языку программирования найдешь в маайлэнгах, коды доступа к программам я тебя все скажу. Постарайся выяснить, почему наш лэвер внезапно стартовал в неизвестную нам точку пространства, а также все ли блоки внешнего радиоуправления мне удалось нейтрализовать? Узнай, если это возможно, какой масштаб космического пространства был отображен в тот момент на сенсорном экране, когда к нему случайно прикоснулась твоя подруга. А вечером мы соберем весь наш экипаж вместе и попытаемся в деталях, шаг за шагом, воспроизвести все детали минувших событий, попытаемся выяснить, что же на самом деле произошло тогда в салоне лэвера. И, наконец, нам нужно найти ответ на следующие вопросы: «Сможем ли мы использовать переходы через Пустоту при помощи лэвера в пределах Аэвальты, а также сможем ли мы повторить обратные переходы к красной карликовой звезде, а затем и на Энгарту?». Новые программы можешь вводить в компьютер сколько угодно, но в самих существующих программах тебе изменять ни в коем случае ничего нельзя!

Вдруг в стане, весело плескавшихся, девушек, которые по очереди в шутку пытались топить Ваэнди, что-то произошло. Командир это понял потому, как разом оборвался и смолк их веселый смех. Друзья посмотрели в стороны бухты и обомлели. На глубине из темно-синей воды недалеко от неподвижно замерших, полураздетых молодых людей вздымалась высоко вверх большая змеиная голова, по прихоти местного Творца украшенная двумя рядами мелких, но острых зубов. Ничего не выражающие неподвижные серые рыбьи глаза уставились куда –то, в одну ему ведомую, точку. Змеиный раздвоенный язык высовывался наружу и быстро исчезал обратно в зубастой пасти. Чудовище привыкло питаться рыбой, и оно, видимо, никак не могло понять, как ему относится к незнакомым ему голым существам: как к пище или как к своим конкурентам. Впрочем, и то и другое не сулило девушкам ничего хорошего. Быстрее всех среагировал на изменившееся обстоятельства Роунт. Он вскинул оружейный ствол и выстрелил, целясь в пасть чудищу. Парализующий заряд, коснувшись рта морского ящера, подействовал, и его огромная туша, повернувшись к Аире своим снежно-белым брюхом, неподвижно закачалась на небольших волнах. Все сразу же, не сговариваясь, бросились к берегу, взяли свои вещи и, не одеваясь, взлетели вверх по склону, чтобы горячо отблагодарить своих спасителей.

*** ***

Трое путников шли вдоль океанского берега к высокогорному району, который обнаружил командир, внимательно просмотрев накануне снимки через бортовой компьютер. Им было непривычно мять зеленую сочную траву, поскольку на Энгарте все ходили только по специально проложенным, покрытым щебнем, тропинкам, которые были созданы для любителей лесных прогулок, и никто никогда не сходил с этих разрешенных дорожек и не пытался сорвать, приглянувшиеся ему придорожные цветы.

Заметно отставшие, Ваэнди и Карнеа, которые только два часа назад испытали на себе сильнейший шок, столкнувшись нос к носу с морским чудищем, теперь весело обсуждали случившееся, изображая рукой длинную шею морского змея с опасной для их жизни головой.

Наконец, разведчики достигли, намеченной ими, цели. Впадающая в океан, быстрая с белесой мутной водой, горная речка оказалось весьма пригодной для погружения в нее переносной электростанции. Первым делом, оценив перепады глубины, Лэйс и Роунт зашли по пояс в ледяную воду горной речки, чтобы как следует натянуть, поперек ее, прочные защитные сети, во избежание попадания посторонних предметов и косяков рыб в работающие лопасти станции. Пара же влюбленных в этого время выравнивала площадку для посадки, параллельно удаляя с нее высохшую траву. Авви и Хаэнси, запустив станцию, быстро дозарядили механического робота, и тот сразу же принялся дробить огромные камни и горные склоны, сложенные из мягкой известковой породы. Роунт и Ваэнди начали ссыпать известковую крошку на подготовленную посадочную площадку. А Карнеа, неожиданно для всех, взяла командира под руку и быстро повлекла его в чащу леса.

— Продолжайте работу! Мы скоро вернемся! Только осмотрим, нет ли чего интересного или опасного за этим горным перевалом, — нехотя произнес Авви.

Ему явно не хотелось покидать своих друзей, но происшествие во время купания указало ему на то, что на незнакомой планете следует проявлять повышенную осторожность.

Ваэнди собрался был озвучить свой протест по поводу их мезальянса, но Роунт, при помощи своей силы, повернул Ллэрионда на сто восемьдесят градусов вокруг оси и, вложив лопату в руки, приказал: — Давай, пошли работать, маг. Тебе же командир ясно сказал, что они скоро вернутся. Так, что не переживай!

Прошло минут сорок, а командир так и не возвращался. Ваэнди начал проявлять сильное беспокойство: — Вдруг с ними что-то случилось? Ох, и не нравится мне все это…

Они хотели уже отправиться на их поиски, когда из-за скал показались разведчики.

У Карнеа рубашка оказалась сильно помятой. Одежда Лэйса ей тоже в этом не уступала. Командир был необычайно бледен и шел, несколько пошатываясь. Он внимательно посмотрел на почти готовую площадку и удивленно произнес: — Ну вы и ребята реактивные, как вам удалось всего за десять минут засыпать столько камней на площадку?

— Десять минут? — сильно удивился Ваэнди. — Вы же вместе с Эйнзи отсутствовали более получаса!

— Что случилось? — с заметной дрожью в голосе спросил Ллэрионд у своей подруги.

— Ничего особенного, — мрачно ответила жрица, стараясь не смотреть ему в глаза. — Мы с командиром просто заблудились, там такой разветвленный лабиринт среди скал.

— А ты что уже ревнуешь? — оскалилась в своей фирменной улыбке Карнеа.

— Странно, что я ничего не помню, — невнятно пробормотал Авви. — Помню только, что мы зашли в какое-то ущелье, а там зиял вход в пещеру. Эта пещера была наполнена какой-то кристаллической желтой массой, напоминающей серу, от которой шел сильный и тошнотворный запах. Видимо, я надышался парами, и мне стало нехорошо. У меня до сих пор кружится и болит голова от этих испарений. Пожалуйста, только не сообщайте об этом Арианне, чтобы она лишний раз не волновалась. Я сейчас приму что-нибудь от головной боли.

— Ваузэ, командир!

— Хорошо, что ты не упал. Чтобы я тогда с тобой делала? И зачем тебя только потянуло в эту пещеру? — возмутилась Карнеа, обращаясь к Лэйсу.

— Сам не знаю, — командир, казалось, мучительно пытался что-либо вспомнить, но у него ничего не вышло. — И самое странное то, что я почти ничего не помню. Мне показалось что мы пробыли там всего минут пятнадцать минут, не более... Надо потом будет сделать подробный анализ этих испарений! Видимо, они как-то влияют на сознание…

— Ну что ж это иногда случается, тем более, когда планету называешь Аэвальтой, — подытожил Роунт. — Отдыхай командир. Мы уже скоро закончим.

— Нет, нет…— резко возразил Лэйс, даже не поняв тонкого намека сиара. — Мы должны, как можно быстрее, закончить площадку. Тэй О’Хант, наверное, уже заждался моего сигнала по рации.

*** ***

А Лауви, тем временем, так и не смог толком разобраться с бортовым компьютером и найти положительные решения на поставленные командиром задачи, и это несколько бесило гениального изобретателя. Впервые он ощущал себя столь беспомощным, находящимся в отрыве от других, так нужных ему сейчас, специалистов и консультантов, которые остались далеко на Энгарте. Он хотел пробовать обратиться за помощью к встроенному электронному помощнику, но тут рация, наконец-то напомнила о своем присутствии, и Авви Лэйс передал координаты новой посадочной площадки для лэвера.

— Хорошо командир, скоро стартую. Только вот разыщу наших девушек, — доложил Тэй О’Хант. — Собранные палатки и все вещи уже находятся в грузовом отсеке. За десять минут до старта я дам тебе знать о нашей готовности.

— Ваузэ! — раздалось из передатчика.

Лауви выключил рацию, засунул ее за пояс, закрыл дверь в лэвер на ключ и отправился на поиски биологов. Он обошел всю кромку леса, громко покричал им, но никто ему не отозвался.

— Вот же, непоседы. Ведь Лэйс настойчиво предупреждал их о том, чтобы не углублялись в лес. Ничему их, видимо, не научила встреча с морским ящером.

Он уже хотел вернуться в лагерь и взять с собой айри-искатель, когда что-то привлекло его внимание. На одном из стволов красовалось бурое пятно, цвета разбавленного какао. Он сразу же узнал этот цвет, — это был цвет засохшей, уже свернувшейся, крови.

— Милла! — заорал Лауви, что было сил. — Милла, э-э-эй!

— Ну чего ты разорался? — перемазанная с ног до головы глиной и мокрой корой, Арианна недовольно вылезла из какого-то неглубокого оврага. — Всю дичь нам распугал.

— Где Милла? Что с ней?

— Ничего страшного, — она немного порезала себе руку об острый костяной вырост местной ящерицы, — нехотя призналась ему Арианна. — Но мы уже обработали рану и перебинтовали ей руку.

Вслед за Арианной, обогнув заболоченный овраг по широкой дуге, из-за деревьев вышли Миллоу и Тэйви. Аноррэ несла на своем плече огромную хозяйственную сумку, до верху набитую какими, остро пахнущими, травами и прочими биологическими образцами. Правая рука Эйси была неумело перевязана, и крохотное яркое пятнышко цвета мадженты проступило через марлевую ткань.

— Девчата, все собрано. Лэвер готов к взлету. Надо спешить, — командир ждет.

— Аэви, да не торопись ты, нам нужно привести себя в порядок. Мы постараемся осуществить это с максимально возможной скоростью.

— Так ведь? — спросила девушка у своих подруг.

— Конечно, — хором ответили девушки.

— Тридцать-сорок минут не больше. Даже, в этот раз, пожалуй, обойдемся без маникюра, — с усмешкой добавила Арианна.

После того, как девушки привели себя в относительно порядок, Тэй О’Хант доложил: — Командир, это Лауви, через семь минут стартую.

— Почему так долго?

— Но ведь ты же знаешь, что в отряде биологов оказались одни только девушки. К тому же Миллоу получила небольшое ранение.

— Антибиотик вкололи?

— Сейчас спрошу…— Лэйс повернулся к Эйси: — Аэви, ты вколола антибиотик?

— Еще нет, не было времени. Сейчас вколю.

*** ***

Лэвер опустился на посадочный ровный квадрат, засыпанный мелким щебнем, который дробил до нужного размера механический автомат, а трое космодесантников разравнивали щебень вручную при помощи лопат.

— А здесь очень красиво. Мне даже здесь больше нравится, чем на прошлой нашей стоянке. Такое разнообразие биотопов, как здесь, предполагает и разнообразие Знаков Крови. Теперь моя сводная таблица скоро приблизится к завершению, — восторженно воскликнула Арианна. — Именно поэтому я торжественно, перед ликами всех своих сэаррим, нарекаю наш будущий микрогород: Тэльфиора!!!

(Тэльфиора здесь: всегда прекрасная).

Арианна также отметила про себя, что горные террасы, покрытые пышной зеленью, были освещены Аирой именно с южной стороны.

— А вот здесь мы и взрастим наши сады и огороды, — по-хозяйски решила Ксиорри.

*** ***

Вечером, по недавно заведенной традиции, все собрались в салоне лэвера в кружок и принялись подводить итоги минувшего дня. У Миллоу поднялся сильный жар.

Несмотря на вколотые антибиотики, ее правая рука сильно распухла и нарывала. Но это не помешало Мастеру магнетической фокусировки принять участие в вечернем совещании.

Арианна доложила друзьям результаты биологических анализов, произведенных ее группой: — Здесь, на Аэвальте, намного больше различных видов животных и растений, чем на Энгарте. Всевозможных сочетаний Знаков Крови здесь такое количество, что, на основе комбинаторных расчетов, различных видов живых организмов предполагается около миллиона. Но вот, что интересно, — некоторые живые организмы, чьи Знаки Крови, согласно суммарной таблице, должны обязательно здесь присутствовать, особенно, что касается местных микроорганизмов, мы не смогли обнаружить ни в одной питательной среде, как будто они были специально уничтожены. Но такое разумеется возможно исполнить только за счет коллективных действий расы людей нашего уровня, чье присутствие на Аэвальте, даже на основе данных нашей аэрофотосъемки, полностью исключается. В целом местные растения вполне пригодны в пищу, поскольку также содержат левовращающие аминокислоты, точно такие же, которые входят в состав наших тел. Сейчас вы сами сможете попробовать местные сочные растения на вкус и оценить их вкусовые качества!

Возникла небольшая вынужденная пауза, во время которой Аноррэ раздала слушателям по небольшому пучку местной травы.

— Есть здесь, конечно, и сильно ядовитые растения, и грибы, ну как же без этого, я их вам, как-нибудь, покажу, — пообещала Ксиорри. — Но, по моему глубокому убеждению, все ядовитые растения все равно лучше считать лекарственными растениями. Просто доза употребления действующих веществ, экстрагированных из таких «ядовитых» растений, должна быть разумной. В природе все строго сбалансировано, и никаких специальных ядов, с целью намеренно отравить ими других живых существ, природой, разумеется, не создается.

— Спасибо вам, девчата, — свежая зелень всем нам сейчас, как нельзя, кстати, — быстро пришедший в себя, командир высоко оценил работу, проделанную биологической группой. — И все же, наверное, не только я, но и все вы, здесь присутствующие, постоянно задаетесь вопросом. — «А как мы вообще очутились на этой планете?».

— Согласно нашей основной версии, выдвинутой Тэй О’Хантом и мною, эта программа была заложена кем-то до старта лэвера, возможно, в ночное время — продолжил Лэйс. — И здесь возможны два варианта: либо это программа была старательно засекречена от Сети нашими высшими иерархами, либо, кто-то, такие же беглецы, как и мы, собирались избежать «Нового Эдема» вокруг Мааты и найти свое прибежище в бескрайних просторах Дальнего Космоса. Лично я склоняюсь именно к этому варианту. Но вот, что мне совершенно непонятно: каким образом инициация этой программы могла быть связана с псевдослучайным ударом нашей прекрасной Эйси о сенсорный пульт управления, и каким образом все это произошло? Именно для этого я и собрал вас здесь, чтобы наилучшим образом прояснить кое-какие детали. Будьте добры, сэаррим, займите те же самые места, на которых вы находились, во время конфликта.

После того, как все пересели, согласно просьбе командира, Авви Лэйс сказал: — Итак, давайте воспроизведем в деталях все события, происшедшие до и после незапланированного перехода. Роунт, ты стоял здесь. Эйси находилась на одной линии между, пристегнутым к своему креслу, Ваэнди и Хаэнси. Миллоу, встаньте сюда. Ваэнди, какой вид магии ты применил тогда, для защиты от Роунта?

— Я уже не помню. Вероятно, это получилось спонтанно, — произнес Повелитель Стихий.

— Хорошо, скажи мне тогда, какая магия смогла бы заставить отлететь назад, шестьдесят пять килограмм живого веса?

— Это неправда! — обиженно поправила командира Эйси. — Во мне всего пятьдесят восемь.

— Извини, Милла, я вовсе не хотел тебя обидеть. Лауви и Эйси, поменяйтесь местами. А ты, Ллэрионд, попробуй сейчас оттолкни своей магией Лауви точно также, как это ты сделал вчера с Миллоу.

Ваэнди тотчас же обратился к воздушной Стихии, и все ощутили на себе ее ледяное дыхание, как от сильного сквозняка.

— Примерно вот так, — Ваэнди сконцентрировал свою волю и резко послал свой ментальный импульс в сторону Лауви.

Однако ничего примечательного не произошло: Тэй О’Хант ощутил на себе сильный порыв ветра, но и только. Его даже не покачнуло.

— Эйси, а ты помнишь ощущение холодного ветра, исходящего от Ваэнди?

— Нет, но мне показалось, что в айри Ваэнди что-то подозрительно вспыхнуло, и арда начала формироваться вокруг тела Ваэнди в виде тороида, — вспомнив изменение магнетических скоплений в айри Ваэнди, сказала Эйси.

— А что было потом?

— А потом я отвлеклась на ваш голос и пропустила момент удара…

— На что он был похож, этот удар?

— Странно, но вот, как раз, никакого удара я не почувствовала. Мне показалось, что пространство, между экраном и мною, сжалось до нуля, и я буквально впечаталась в сенсорный экран.

— Мне не ведома такая магия, я ничего подобного никогда не слышал даже от Высших Магистров! — удивленно произнес Ваэнди. — Ах, ну да, вот теперь я точно вспомнил! Вчера я сформировал вокруг себя вихревой расширяющийся смерч, чтобы никто не смог подойти близко ко мне!

— Но ведь тогда этот «смерч» должен был задеть и других людей, которые находились рядом с тобой, например, ту же Карнеа.

— Да и я тоже ощутила на себе этот его удар, но поскольку я была привязана страховочным ремнем, мне повезло, — меня просто впечатало в мягкую спинку ложемента, — тут же отозвалась жрица. — Точнее сказать, — повезло Ллэри. Ведь, если бы я получила тогда хоть какие-либо ушибы, то я бы на Ваэнди живого места не оставила бы!

— А существуют ли какие-либо технические средства, которые были бы способны сильно увеличить эффект магического удара? — спросил Ваэнди Лэйс, но посмотрел при этом на реакцию Тэй О’Ханта.

Ллэрионд надолго задумался: — О таком мне никогда не приходилось слышать, да и зачем нам, Ваэнди, создавать какой-либо усилитель, когда, взявшись за руки и соединившись в кольцо, сонастроенные друг с другом, Магистры Ваэнди способны в сотни раз усиливать напряженность и активность арды!

— И все же существуют ли какие-то электронные концентраторы или же просто кристаллы, которые аккумулируют в себе арду или же усиливают ее действие.

— Нет, конечно, первое полностью исключается, ведь арда, она в чем-то, сродни Пустоте, — ее нельзя концентрировать внутри материальных носителей, — тотчас же ответил Ллэрионд.

*** ***

Намного позже, оставшись вдвоем с Арианной в своей палатке, Лэйс вернулся к этой теме: — Ну а если все же принять во внимание невозможную гипотезу о вмешательстве Ведущих на эту ситуацию, несмотря на то, что Карнеа утверждает, что радиус этого влияния весьма ограничен, то, кто из экипажа мог оказаться с ними, в момент, предшествующий старту, на связи?

Арианна вдруг отчетливо вспомнила, как Эсси Миэрг обрадовался тому, что Арианна сказала, что была в Пустоте не одна. Значит он знал, что кто-то Чужой мог в Пустоте оказать на нее воздействие, а это могло оказаться только, какое-то иным разумным существом, принадлежащим, более продвинутой, Расе или же кто-то из Ведущих, и с дрожью в голосе сказала:

— Выходит, что это могут быть только двое из нас: Карнеа и… я.

— Что-о? — Лэйс отказывался верить своим ушам. — Да причем тут ты?

— Очень просто! Я была в Пустоте в бессознательном состоянии целых шесть минут без кислорода, — тихо произнесла Арианна. — За это время, как утверждает Эсси Миэрг, в меня могла подселиться частичка чужого разума, которая и помогла мне выжить и не задохнуться.

— Я не верю в это, Аэви! — вскричал Лэйс. — Ты просто выгораживаешь свою подругу.

— Я тоже в это не верю, — слезы предательски сверкнули в уголках ее карих глаз. — Но иногда я сама себя начинаю бояться. Хотя последнее сканирование моего айри убедило меня в том, что все следы магнетического воздействия ушли без следа и фатальное перерождение в монстра мне уже не угрожает.

— Я ведь тоже неоднократно был в Пустоте. Почему же со мной тогда не произошло ничего подобного?

— Ну ты же при этом не терял сознание, и самое главное, твой айри был надежно защищен металлическим шлемом! — ответила ему Арианна. — И еще мне пришла в голову мысль, что, если это все же кто-то из Зоарим причастен к этому необычному переходу, то об этом должен, наверняка, знать наш Роунт, поскольку он служил в центральном штабе Службы Безопасности и, если даже он и не имел прямого доступа к этой засекреченной информации, то, наверняка, краем уха должен был слышать об источнике этой угрозы. Нужно попытаться его «расколоть». Эта информация может оказаться весьма важной для нас!

— Теперь вернемся к таинственно исчезнувшей из компьютера программы перехода. — Лэйс решил переключиться от неприятного для него откровения. — Тут уж я точно тебе не поверю, что ты на такое способна! Итак, на собрании я успокоил всех, во избежание осложнений наших дальнейших отношений между членами экипажа, утвердительно произнеся, что эту программу заложил в компьютер ночью до старта лэвера кто-то посторонний, а, затем, она самоуничтожилась, стерев попутно все вспомогательные файлы из памяти компьютера. Но если все же предположить, что это мог быть кто-то из нас? Тогда, вероятнее всего, как мне кажется, это мог бы быть Лауви; один или вместе с Эйси.

Предположим, что Лауви как-то связан с теми, кто создал эту программу, тогда он, докладывая мне о своих результатах, сделал вид, что не нашел ничего подозрительного, обследуя бортовой компьютер. Я, конечно, после него все тщательно перепроверил, просмотрел все времена открытия, использованных им, файлов, и убедился в том, что он действительно, как и сообщал мне, обращался к программе управления полетом. Я посмотрел по времени, там была лишь одна небольшая пауза продолжительностью десять минут. Но он мог просто отлучиться по какой-либо своей надобности. А вот все следы программы перехода на Аэвальту и записи параметров процесса этого перехода с компьютера действительно бесследно исчезли. По расходу емкости заряда в шаровом аккумуляторе лэвера я понял, что заряда на этот переход ушло весьма немало, а из этого следует, что звездная система Аиры лежит далеко от красного карлика. По идее и время нахождения нас в Пустоте должно быть весьма продолжительным, но насколько я помню, мы зависли в невесомости меньше пяти минут. Что весьма странно! Ведь Аноррэ даже не успела досказать всего то, что хотела, когда на нее свалились Лауви и Эйси.

— Значит мы не всё знаем о свойствах Пустоты!

— Разумеется, Аэви, — согласился с ней Лэйс.

— Ты все же думаешь, что это Лауви?

—Да, он весьма гениален и мог запросто придумать способ волнового переноса программы, минуя, блокированные мною, приемные блоки внешнего радиоуправления.

— Либо он смог временно снять с них блокировку, а потом вернуть ее на место, — заметила Арианна.

— Либо так, — задумчиво произнес Лэйс, прокручивая в памяти все действия второго пилота. — Но он все время у меня на виду. Единственное, когда он мог это сделать, это параллельно с управлением лэвером и зондом во время нашего орбитального движения вокруг красного карлика. Но тогда бы я должен был это заметить, ведь все сигналы о произведенных действиях отображаются и на моей панели управления.

И вот еще что, вспомни последнюю фразу, так и недосказанную Тэйви.

— Она тогда была в шоке и спонтанно, не своим обычным тоном сказала, что «этого» не должно было случиться! И еще она сказала, что все разом поменялось, а также, что уровень источника индетерминизма просто зашкаливает. — уверенно ответила Арианна. — А ты ее спрашивал об этом потом?

— Да, конечно. Пытаясь ответить мне, она силилась что-то вспомнить, но она, даже сейчас, уже не помнит того, что вообще произносила эту фразу. Она сообщила мне, что самыми сильными источниками непредсказуемости являются, в порядке уменьшения мощности: группа Зоарим, группа высших жрецов Эйнзи, непосредственно связанная с Зоарим, одиночный айзар, группа высокоразвитых разумных существ одного из Изначальных миров, группа магистров Ваэнди, группа энгарим, а дальше в том же порядке одиночные представители вышеназванных групп.

— И потом, скорее всего, только Лауви мог нанести, нечаянно или вполне осознанно удар в голову Тэйви, поскольку тогда только он один (Эйси не в счет) пребывал в состоянии невесомости, чтобы та не успела закончить свою фразу, начинающуюся словами «Это же…»! Кого она имела тогда ввиду? Много бы я отдала за то, чтобы это узнать наверняка.

— Да именно так! То есть, что получается: до самого момента возникновения конфликта между Ваэнди и Роунтом все было тихо, все шло по плану. а потом, по словам Тэйви, все разом поменялось. То есть она до этого не чувствовала, что мощная предопределенность уже заложена в программе перехода и не сказала нам о том, что скоро неотвратимо произойдет чудо успешного старта! Если бы она чувствовала, что старт лэвера неизбежен, она бы тут же озвучила нам свое Предсказание, но этого не произошло! Выходит, что эту «спящую» программу как-то инициировал, внезапно возникший, источник индетерминизма, и все перевернулось с ног на голову!

— Мог ли Ваэнди инициировать ее своей магией? — спросила Ксиорри.

— Не готов пока ответить на этот вопрос. У нас явно не хватает знаний о проявлениях арды в условиях космоса, помимо того трагического происшествия, когда группа Ваэнди на Шатдаэльте вызвала гибельный для себя магический «откат». Во всяком случае после нашего собрания я понял, что Ллэрионд не достаточно силен, чтобы стать причиной последующих событий. Более вероятно то, что Лауви (или кто-то другой) использовал арду, созданную Ваэнди, усилив ее, втайне созданным им, техническим средством или специальным кристаллом и, тем самым, инициировал программу перехода. И это усиление мощности арды, как раз, и восприняла наша Тэйви, посчитав его Источником. Скорее всего, именно касание сенсорного экрана и послужило началу развертки последующих событий. Но кто же тогда инициировал эту программу и с какой своей целью он это осуществил? Роунт и Аноррэ, конечно же, вне всяких подозрений, поскольку одна пострадала из-за своего поспешного вывода, другой же — проходит ежегодную проверку в особом отделе.

— Кстати, это я попросил Тэйви, будучи с нею за ширмой, прикинуться, будто она потеряла свой Дар. На самом деле она полностью восстановилась, но будет лучше для нее, что об этом, кроме нас с тобой, никто не узнает! — открыл их совместную тайну с Аноррэ Лэйс.

— Разумеется, Аэви! — согласилась с ним Арианна. — Ты все сделал правильно!

Итак, у нас две версии: либо это влияние Зоарим, которые, нашими руками, воплощают свои, неведомые нам, планы, либо это тщательно продуманный план какой-то группы энгарим, о которой мы даже не имеем представления.

— Зачем же нашим Ведущим понадобилось помогать нам в нашем побеге. А после этого безжалостно сжечь за нами все мосты для возвращения?

— Боюсь, что этого мы теперь никогда уже узнаем в течении нашей жизни. Дай же, Отец наш Крылатый, узнать об этом хотя бы нашим потомкам! Лауви доложил мне, что обратной дороги в систему красной карликовой звезды теперь для нас уже не существует. Остается призрачный шанс отыскать на местном небосводе Аудэ, вычислить расстояние до него, самим написать и вложить в бортовой компьютер программу перехода и попробовать связаться по «голубиной почте» с Энгартой. Но я, так понимаю, мощности источников энергии для осуществления столь дальнего перехода будет недостаточно, поэтому отныне наш единственный дом, — это Аэвальта.

Последний шанс на возвращение, мигнув своим слабым светом, канул в небытие. И Арианна с Лэйсом отчетливо поняли, что все они вынуждены остаться на Аэвальте навсегда!

Глава 4. АЙФРАНГ.

Удар. Блок, и сразу же резкий выпад левой рукой. Пришлось уклоняться в сторону, но это тотчас же привело к потере равновесия. Попытка подсечки под опорную ногу. С большим трудом, но, все же удалось переместить вес на другую ногу и поднять правую, пропуская под ней захлест. Поэтому вместо ожидаемой подсечки нога соперника возвратилась по дуге, и опытный боец снова ушел в глухую защиту. Лэйс понимал, что в ближнем бою ему соперника не одолеть и поэтому старался держать соперника на дальней дистанции, не подпуская его к себе в зону возможного поражения. Он мог добиться успеха только за счет своих более длинных ног и высокой подвижности. Однако его резкий удар правой ногой в висок не только оказался заблокированным соперником, но и ударная нога была поймана в прочный захват. Противник тотчас же попытался скрутить плененную ногу и отправить Лэйса на землю. Однако несколько прыжков на одной ноге и удачно выбранная позиция каким-то чудом помогли более гибкому Авви выкрутить свою ногу обратно, освобождая ее от захвата. Но на этом его везение закончилось. Последовал короткий, но очень сильный и точный лоу-кик в открытую точку опорной ноги, и Лэйсу пришлось снова признать свое поражение, вынужденно опустившись на одно колено.

— Ну в целом уже неплохо, командир. На этот раз тебе удалось выстоять целых пять минут. Это весьма достойный результат. Только вот запомни два момента, на которые тебе следует обратить внимание в реальном поединке. Всегда пытайся всем своим телом прочувствовать намерение противника, и не думать над ответом, а автоматически провести блок или контрвыпад в открывшуюся зону поражения, и второе: старайся избегать эффектных ударов, использующих слишком длинные траектории. В реальном бою лучше проводить серию менее грозных, но более коротких ударов. Этим ты быстрее добьешься успешного результата.

— Ваузэ, Роунт.

— А потом я вам всем покажу некоторые боевые спецприемы, которые мало кому из обычных жителей Энгарты известны. Они немного «грязные», но для реального боя просто незаменимы.

— Кстати, Лэйс, — сменил тему разговора Роунт. — Мне помнится, что ты говорил о том, что будешь нашим командиром только до момента приземления. Ничего личного, сиар, но я заметил, что ты допустил уже два серьезных просчета.

Авви, не дожидаясь подробных разъяснений, тут же согласился с ним: — Я тебя услышал, сиар! Я с удовольствием сложу с себя командные полномочия, вот только проведем рекогносцировку всей планеты при помощи десантной капсулы. Дело в том, что на окраине южного материка наш зонд, облетая Аэвальту, отметил какую-то весьма странную аномалию. Предполагается, что мы найдем там большое количество самородного металла или железно-никелевых метеоритов, упавших на поверхность. Нужно будет обязательно посетить это место. После чего я торжественно передам бразды правления тому, кто по своей Крови для это предназначен.

Авви не понимал, что с ним вчера произошло. Он снова вернулся к тому месту, где он вчера потерял сознание, но в горах произошел обвал, и пещера оказалась погребенной под огромными каменными глыбами. Расспрашивать Карнеа о том, что с ним вчера случилось, ему почему-то не хотелось, и эту, внезапно возникшую, антипатию к Эйнзи рационально объяснить он не мог. Ему очень пригодилась бы помощь Эйси для того, чтобы, просмотрев внимательно изменения в его айри, она смогла бы прояснить, что же с ним такое произошло на самом деле, но она была просто не в состоянии ему сейчас помочь, ей самой требовалась сейчас серьезная помощь. Эйси стало хуже. Температура повысилась, и она начала задыхаться. Это означало, что, от местных микробов у них не было иммунитета. Арианна выделила штамм этих микроорганизмов и пробовала применить против него различные лекарственные препараты из корабельной аптечки, а также экстракты из местных лекарственных трав, но пока не нашла действующего вещества, которое с ними могло бы успешно бороться, но при этом не причиняло бы вреда самой Эйси. Ксиорри посеяла на южных склонах горной террасы семена овощей и трав, накрыв их пленкой для лучшей всхожести, попутно отметив, что почва здесь весьма бедная неплодородная и нуждается во внесении в нее питательных биологических кластеров.

Тем временем, два, запущенных в действие, робота уже выровняли строительную площадку внушительного размера и заложили фундаменты для будущих каменных домов молодых космодесантников, а гениальный Лауви собрал простейшую очистительную систему для производства ультрачистой питьевой воды.

РЕТРОСПЕКЦИЯ

Вычислитель центра испытаний межпланетных лэверов с привычным наслаждением просматривал фотографии молоденьких смазливых девушек через маайлэнг, и, спонтанно возникающие, эротические фантазии наполняли его айри. У него были девушки, но, поскольку он был слишком нерешительным, и совсем не коммуникабельным, все они быстро теряли к нему всяческий интерес. А искать новых представительниц прекрасного пола ему было всегда лень, — все свободные дни напролет он посвящал своему компьютеру, в котором, при помощи специальных графических программ, он рисовал фантастические красочные образы, которые потом записывал на маайлэнг, но никому не решался их показывать. Он уже хотел принять душ и снова сесть за компьютер, когда неожиданный звонок нарушил его нехитрые планы. Инфокод был ему незнаком, но голос девушки был невероятно приятным и многообещающим:

— Привет, Энрот! Меня зовут Эйси Миллеа. Ты меня, конечно же, не помнишь. Ты, вместе с летчиками, был у меня три месяца тому назад на плановом медицинском обследовании.

— Да, что-то такое я припоминаю…

— Ты еще у меня в кабинете обнажился до пояса, и я проверила все твои рефлексы со стороны спины. Твое тело, тогда, так эротично отзывалось… это было нечто незабываемое…

В ответ на это в трубке послышалось какое-то нерешительное мычание, и Эйси поняла, что пора брать инициативу в свои руки, иначе какое-нибудь его, неосторожно сказанное слово, все испортит: — Короче, я через два часа к тебе приеду, чтобы оживить эти эротические воспоминания! Хорошо?

— Да, конечно, приезжай скорее. Я жду…

*** ***

Она правильно догадалась, что нерешительного Энрота нужно активизировать только по своей инициативе. Но вот, когда он впервые испытал на себе, что значит настоящий обоюдно страстный секс, он, сразу же ожил, и стал весьма привлекательным и активным. Миллеа была весьма удивлена этими, произошедшими с ним, метаморфозами, поэтому, когда он, испытав сильнейший оргазм, захотел еще, она, разумеется, ему в этом не отказала.

— Скажи, Аэви, почему ты не сняла с себя свой кулон с этим большим ярко синим камнем? Он так своеобразно царапал мою грудь, когда я припадал к тебе сверху…

— Это, — солнечный камень или лабрадорит. Он необычайно редок, — улыбнулась Миллеа. — Я использую его в качестве оберега и никогда с себя его не снимаю.

Через два часа, когда, после совместного контрастного душа, они, еле дыша от экстремальных изощрений, распластались, по вновь застеленному, покрывалом ультрамаринового Кланового цвета, брачному ложу, она вдруг обратила внимание на настенные часы, стрелки которых упрямо клонились к вечеру. Мастер магнетической фокусировки, Эйси Миллеа резко вскочила на ноги и начала собирать с пола разбросанную повсюду одежду.

— Когда я смогу увидеть тебя в следующий раз? — Анви снова встал на свои прежние «рельсы», теряя инициативу, и поэтому задал своей возлюбленной абсолютно неправильный вопрос.

— Боюсь, что теперь нескоро, милый. Возникли большие проблемы и мне понадобится много времени, чтобы их решить!

— Теперь ты не одна, и думаю, что я смогу тебе помочь их решить! Только, пожалуйста, не уходи так рано и пообещай, что мы в ближайшее время снова с тобой встретимся!

— Ну почему же ты снова становишься «просителем»? Хорошо. Ваузэ! — Эйси снова посмотрела в глаза Анви, и в ее глазах ярко вспыхнуло лазурное пламя. — Ты сам, по своей собственной воле, мне это сказал! Ладно, я останусь с тобой, и мы будем встречаться теперь очень часто. Но то, что я попрошу тебя сделать для меня, осуществить будет весьма непросто.

— Моя богиня, я сделаю для тебя, все, что ты скажешь!

— Богиня?! Да ты просто — ничтожество! Мне нужно срочно сделать определенные программы. Точнее, они уже сделаны. Их нужно размножить и переписать на дискеты.

— И это все? — обрадовался Анви. — Такую ерунду может сделать любой начинающий Вычислитель.

— Не торопись, милый. Все не так просто! — Эйси снова пристально посмотрела ему в глаза. — Эти программы записаны на бумажных брошюрах.

— Почему на бумаге, а не на маайлэнге? — удивился Анви.

— Так нужно, милый. И будь добр не задавай ненужных вопросов! У нас не так много времени.

— Извини, Аэви.

— Все эти программы ты должен записать в специальном программном обеспечении для создания алгоритмов межпланетных переходов, точно так, как вы создаете эти программы для межпланетных лэверов, но адаптировать ты их должен для обычных персональных летательных аппаратов.

— Но ведь эта полная чушь! У персональных лэверов просто не хватит мощности для совершения переходов в Дальний Космос.

— Не переживай, наши засекреченные испытатели установят на них усилители мощности.

— Так вы связаны со Службой Безопасности?

— А ты только сейчас это понял?

— Но почему же вы, то есть они, до сих пор не обратились к нам напрямую?

— Они надеялись, что вы все же найдете, нужную всем планету, своими силами.

— Понятно. То есть тебе нужно примерно десяток дискеток с этими программами?

— Нет, милый, мне их нужно сто пятьдесят! И еще четыре дополнительных программы для межпланетных лэверов.

— Это займет много времени. Ты можешь оставить у меня дома эти «рукописи», а завтра забрать готовые дискеты.

— Нет, Энрот, мне они нужны срочно. Ты же собирался оставить меня у себя на целую половину вечности, не так ли? Я буду находиться рядом с тобой ровно столько времени, сколько потребуется. Ты рад этому?

— Конечно, Аэви, — рассеянно пробормотал Анви.

— И вот, еще что. Мы начнем с программ для межпланетных лэверов, одна из которых должна будет инициироваться при помощи сильного нажатия на сенсорный экран управления и никак иначе. Сможешь такое создать?

— Но тогда эта программа должна будет обращаться к данным, идущим от тензорных датчиков сенсорного экрана!

— Все верно! Молодец. Вот и создай такую внутреннюю подпрограмму.

Анви развернул брошюру и начал вчитываться в знакомые ему с детства элементы объектно-ориентированного языка программирования. Но, по мере того, как он вчитывался в текст, мысленно выстраивая целостный алгоритм программы, его лицо покрывалось холодным потом, и он, наконец, промолвил: — Это же просто гениально! Кто это написал? Такое составить под стать только мальхаару Гроуту.

— Я понятия не имею, кто это писал, возможно и сам Главный Вычислитель Энгарты по приказу Службы Безопасности. Может хватит уже прелюдий, давай берись за дело!

Пальцы Анви буквально порхали над клавиатурой, как у пианиста, исполняющего этюд, который был сплошь составлен из шестнадцатых частей длительности одной ноты. Клавиатура только, что не дымилась под точечными ударами пальцев талантливого Вычислителя.

Через два часа заказ был полностью готов, и Эйси бережно уложила дискеты на дно своей сумки.

— Ты молодец, Анви, — Эйси поправила, лежащий сверху рубашки, ярко-синий кристалл. — А теперь посмотри мне в глаза. Да вот так, и повторяй вслед за мной: Я никого не видел! Я спал! Никаких дискет не было! Компьютер был выключен!

— А теперь СПИ!!! — Эйси легко ударила его в затылок и, поцеловав в лоб, опустила на застеленную постель. Потом она открыла в комнате все окна, проветрив помещение. Миллеа достала из сумки свою дискетку и, вставив ее в компьютер, быстро ввела комбинацию цифр. Активированная ей программа быстро удалила все программы и файлы, созданные за определенный интервал времени, а потом и стерла следы своего пребывания. Эйси нашла раудэр Энрота и очистила следы своего звонка. Затем она, выключив компьютер, вышла из дома, села в свой лэвер и перенеслась на противоположную половину планеты, где только начиналось утро.

Проснувшись и взглянув на свои настенные часы, Анви был шокирован: — Ничего себе, сколько же я проспал! Ведь я только начал просматривать маайлэнги с фотками. И почему у меня так сильно раскалывается голова?

Он даже не обратил внимания на возбуждающий легкий аромат женского тела, который все еще чувствовался в его комнате.

*** ***

Ареал Эйнзи. За день до Перехода.

Закончив утреннюю мессу, жрецы Эйнзи не спешили покидать свои места. Но даже, если бы они и захотели покинуть Храм, им бы это сделать не удалось: все двери оказались заблокированными снаружи.

Внезапно свет в зале померк, а у алтаря возник яркий круг лазурного цвета. В него грациозно вступила женщина, одетая в черный балахон с ярко-лазурными светящимися узорами.

— Братья и Сестры, молчите и слушайте меня! Я пришла к Вам по воле Отца нашего Крылатого. Я — Избранная! Я поведу вас за собой в Новый Эдем, который свободен от проклятья Белой Крови, где наш Клан будет править всеми остальными народами, и наши Ведущие в этом мире смогут без проблем разговаривать с каждым из вас напрямую. Вот послушайте их голоса.

Она протянула свою ладонь, и в ней оказался странный золотистый маайлэнг с мерцающими угольно-черными точками.

Зал быстро наполнился шепотом Ведущих. Кто-то из жрецов даже увидел лики Зоарим и благоговейно преклонил перед ними свои колена.

— Хэу, Сыны наши возлюбленные! Вот и настал Час, приоткрыть вам заветы тайны нашей древней сокровенной. Все жестокие Испытания, ниспосланные нами для проверки воли вашей несгибаемой, вы прошли успешно.

Его сменил другой голос: — Теперь всем вам предстоит под Крылом нашим, вас защищающим, освоить миры, ранее неизведанные, и повести за собой к свету Расы иные отсталые.

Голоса Ведущих отзвучали. Но эхо, наполненных необычной властностью, голосов, долго еще витало под сводами Храма.

Женщина подняла наклонно свои руки ладонями к залу и громко воскликнула: — Благодарю вас, Братья и Сестры мои, за единение с Ведущими нашими Крылатыми!

Завтра ровно в пять часов утра все вы сядете в свои персональные лэверы, и они вознесут вас к Вратам Нового Эдема, где вас с великой радостью встретят ваши Братья и Сестры. Брать с собой нужно только самое необходимое. Жилище, одежда и питание каждому из вас уже приготовлены нашим авангардом. А теперь подходите ко мне по одному и называйте мне свои Имена. В ответ я вручу ваш персональный пропуск в Новый Эдем. Вы поймете, как вам нужно будет его использовать. Ваузэ. Си ваузэ!

Зэйта. Тэльвауз. Через день после Перехода (утро).

Огромный дракон часто замахал своими перепончатыми крыльями, поднимая в воздух серые клубы дорожной пыли, и приземлился перед высоким седеющим человеком в черной сутане. На груди этого человека висел кулон с большим лазурным камнем. Расстегнув, надежно привязанный к упряжи, страховочный пояс, с дракона спрыгнул человек в золотистом комбинезоне с автоматом за спиной и доложил: — Мой Повелитель, территория золотоносных рудников полностью зачищена от представителей местной фауны. Потерь личного состава нет.

— Браво, Вазарри! Я вижу, что вы неплохо приручили местных драконов и освоили технику верховых полетов на их спинах. Пойдемте за Периметр, — поприветствуем наших новобранцев. Нужно пристроить их и распределить по группам. В этом я целиком полагаюсь на ваш огромный опыт. И, да, уберите на время все оружие. Мы же с вами миролюбивые миссионеры, носители истинной Веры! Пусть новички сами испытают на себе, что на этой дикой планете без оружия им никак не обойтись!

Они прошли за ворота охраняемой территории. Караульные отдали честь, вошедшим, верховным правителям Зэйты. Перед замком выстроились шеренги полутора сотен новобранцев. Им уже выдали форменные золотистые комбинезоны, строго по размеру. Было заметно, что все они еще не совсем привыкли к своему новому обличью и тихо перешептывались, косясь на стоящего рядом с ними командира, который, завидев высокое начальство, подал команду: — Лоур, эстальмэ!

— Эстэрэ! — отменил прежнюю команду «стоять неподвижно» Вазарри. — Братья и Сестры, всем вам было обещано, что в этом Мире вы сможете свободно общаться с нашими Ведущими. И вот один из них, жертвуя своим здоровьем и долголетием, снизошел до Вас.

Вазарри положил свою правую руку себе на сердце и низко поклонился Светозарному. Все присутствующие люди тут же повторили это приветствие.

Айзар встал перед строем и, воздев вверх наклонно свои руки, громовым голосом произнес: — Сыны мои, я бесконечно счастлив приветствовать вас всех в Новом Эдеме. Испытания Белой Кровью закончились, и теперь все вы, а вслед за вами и все жители Энгарты, будете от него навсегда избавлены. Помните, что этот мир воистину является Чистилищем. Чистилищем для ваших прежних Знаков Крови. Поэтому в этом мире уже не будет никаких различий по Клановым признакам и специализациям. Все прежние имена Кланов Энгарты должны быть навеки вами забыты. Отныне все вы — единый свободный народ. После этой фундаментальной трансформации, все энгарим, которые обретут здесь бесчисленное множество Знаков Крови, смогут вернуться на свою Родину. Параллельно, мы с вами будем познавать и осваивать великое множество миров в нашей бескрайней Вселенной. Так вперед же, сэарим! Навстречу свету новой жизни! Ваузэ. Си ваузэ!

Волна благоговения, усиленная неземным сияющим кристаллом, накрыла строй новобранцев, и они тут же ощутили себя безмерно счастливыми людьми. Все вопросы и сомнения за ненадобностью улетучились из их освященных айраим.

— Фиорэ! — произнес Вазарри, и весь строй троекратно повторил, вслед за ним, это красивое слово.

(ФиОрэ — здесь: возрадуемся!).

Процесс лучевой инициации личного состава был закончен, и Вазарри вместе со Светозарным прошли в замок.

Они поднялись по широким мраморным ступеням, покрытыми мягким пушистым ковром. В холле за большим столом сидели люди, составляющие правительство Зэйты и два каких-то, незнакомых Вазарри, существа, которых он вначале ошибочно принял за животных. Они были сплошь покрыты густой кучерявой шерстью. На волосатой груди одного из них висел сияющий ярко-синий кристалл.

— А это еще кто, Гердт? — удивленно спросил Вазарри.

Светозарный приставил палец ко рту, и быстро отвел Вазарри в одну из боковых звуконепроницаемых комнат.

— Тише, сиар! У этих существ феноменально острый слух. Не хватало еще того, чтобы они на нас обиделись. Они невероятно чувствительны ко всему на свете и очень болезненно воспринимают малейшие обиды, а тем более наше неправильное отношение к местной фауне. Это мои друзья фэйри из Клана Вепря. Их имена: Цзэн и Тшуй. Я захватил их с собой после посещения Фреаллы. Дело в том, что эти существа, в своем изначальном мире, научились изготовлять удивительные светящиеся ярко-синие кристаллы, которые, по их убеждению, иногда способны исполнять любые желания. Один из таких кристаллов, который называется — АЙФРАНГ, Тшуй, постоянно носит на себе, другой же такой кристалл давно уже был передан ими мне. Я, конечно же, не верю в их наивные сказки про исполнение желаний, а вот некоторые другие замечательные свойства этих кристаллов вынудили меня тесно сотрудничать с этими иноземными дикарями.

Ареал Хаэнси. На следующий день после Перехода.

В небольшом зале Координационного Центра при закрытых металлических дверях, препятствующих утечке информации в единую Сеть, проходило экстренное внеплановое совещание. На нем присутствовали высшие чины Службы Безопасности и главные иерархи Священного Синода. После событий минувших дней во всех эшелонах власти прокатилась волна значительных должностных подвижек. Глава Службы Безопасности Хаэнси Ден-Тэрц был смещен со своей должности еще вчера, и вот теперь новый начальник особого отдела, — Хаэнси Тэлленгарт готовился произвести вынужденную замену еще одного мальхааара.

— Патриарх Вэйнаа, как получилось, что у вас из-под носа увели сто пятьдесят Эйнзи? Почему ваши люди ничего не знали о готовящемся побеге?

— Я считаю, что в стенах нашего Храма еще три дня тому назад никакого заговора вовсе не существовало. Если кто-то из наших и знал о готовящемся Исходе, он был просто идеально экранирован от нас самим Отступником и, наверняка, являлся посредником между Ним и исчезнувшими жрецами. Заговор не мог существовать задолго до Исхода, иначе бы мои люди и тайные наблюдатели вашей организации это бы без труда обнаружили. Поэтому это вторжение произошло за день или за два до Исхода. Я считаю, что на айраим Эйнзи было совершено сильнейшее воздействие при помощи, совершенно незнакомого нам, технического средства или же эйкор цеарим (Всеобщий язык: наши противники) явили им, умело сфабрикованное ими, «Чудо» или то и другое произошло одно вслед за другим.

— А что по этому поводу сказали сами Ведущие, после Исхода?

— Странно, но Зоарим сказали, дословно, насколько я их вообще смог правильно понять, что ничего страшного вовсе не произошло. И даже очень хорошо, сказали наши Ведущие, что мы не спугнули соратников Отступника и всё у них прошло чисто и гладко. Они сказали, что теперь, благодаря тому, что эти злоумышленники уверовали в свое превосходство над Ведущими, Отступник снова находится у Зоарим на крючке и, что теперь они получили возможность постоянно отслеживать все его действия, и скоро наступит закономерная развязка.

— Я верю вам и сознаю, что вы совершенно неповинны в том, что случилось, — весьма чувственно произнес Хаэнси. — И я полностью с вами согласен в том, что это произошло незадолго до старта и совершенно неожиданно для всех, но вы поймите нас правильно, почтенный Патриарх, что после того, что случилось, мы просто не имеем права оставить вас на этом посту. Поэтому, пожалуйста, достойно примите свою отставку и продолжайте свою связь с Ведущими под руководством нового Патриарха Эниалла.

— А теперь у меня вопрос к мальхаару Авви Рэйнгаульту, — Тэлленгарт внимательно посмотрел в глаза, названному им, энгару. — Как случилось, что более сотни обычных персональных лэверов исчезли в Дальнем Космосе в неизвестном направлении? Вы же сами утверждали, что все возможные звездные системы, которые можно достичь межпланетным лэверам, хорошо вам известны, и для всех переходов к ним созданы соответствующие программы? Куда же эти полторы сотни Эйнзи тогда, по-вашему, смогли перенестись?

Рэйнгаульт хмуро посмотрел на Тэлленгарта и хрипло произнес:

— Мне это неведомо… Возможно где-то в конечной точке перехода, в ближнем Космосе, кем-то был заранее построен временный тоннельный портал. Но, скорее всего, в отличие от этого Некто, мы с вами еще далеко не всё знаем о свойствах самой Пустоты. И еще, я абсолютно уверен в том, что все эти программы необычных переходов были изготовлены здесь, на Энгарте, поскольку этот Отступник не смог бы, по определению, передать никому из своих сообщников никакие материальные объекты. Нужно будет, как следует, потрясти всех наших выдающихся Вычислителей, которые работают на центр испытаний лэверов.

Аэвальта. День четвертый.

Сегодня в Тэльфиоре состоялся небольшой праздник. Девчата с утра сходили в лес и принесли оттуда не только завершенную таблицу Знаков Крови, но и полный контейнер свежих грибов. Сразу же была протестирована, собранная Тэй-О’Хантом, большая электрическая плита. Аноррэ приготовила на ней грибной суп, который, сильно истосковавшимся по домашней пище, молодым космодесантникам, даже в отсутствии сметаны, показался воистину райским блюдом.

За обедом было высказано предложение поискать при помощи десантной капсулы рощицы плодовых деревьев и живые источники парного молока. Но это предложение было сразу же отвергнуто Лауви и командиром, по причине дефицита, необходимого для этого, топлива. Тем не менее, было решено включить эти поиски в программу дальнего перелета к южной аномалии, а заодно и попробовать отыскать месторождения природной нефти, хотя Арианна высказала свои сомнения, сказав, что на такой молодой планете, как Аэвальта, их повстречать будет невероятно трудно.

После обеда Лэйс, наконец-то, решился толкнуть Хаэнси Роунта на разглашение служебной тайны, благо, как полагал Авви, продолжать свою службу ему уже не придется. Тем не менее, он весьма дипломатично, то есть издалека, зашел к интересующей его теме.

— Сиар, мы с Арианной так благодарны тебе, что ты вместе с Аноррэ помогли снять с Ксиорри все подозрения.

— Не стоит благодарностей, сиар. Аноррэ же отчетливо видела, что без блокировки Сети, Арианне не удалось бы сохранить в тайне от Службы Безопасности все наши приготовления к Переходу. Мы делали с вами общее дело.

— А как ты воспринял наши с Лауви выводы о том, что мы уже никогда не вернемся на Энгарту?

— Весьма спокойно, сиар. Для меня сейчас самое главное в жизни, — это быть всегда рядом с Аноррэ. Она — необыкновенный человек, и, если бы не ваш план, то, скорее всего, мы бы никогда не стали с ней официальными брачными партнерами.

Необходимая подготовка айри Роунта была осуществлена, и Авви Лэйс решился задать очень важный для него вопрос: — Хаэнси Роунт, поскольку мы уже вряд ли сможем когда-нибудь вернуться на Энгарту, я полагаю, что, произнесенная тобой, клятва о неразглашении служебных тайн больше не должна ограничивать твою персональную свободу слова. Расскажи мне, почему в преддверии нового Цикла сотрудники Службы Безопасности принялись столь внимательно следить за многими подозрительными, с их точки зрения, молодыми людьми. Чего твои коллеги так опасаются? И в чем они подозревали Арианну Ксиорри?

— А ты хитер, Лэйс, словно рыжий лэссиайф. Я вижу, что не случайно в День своего Имяположения ты услышал именно это Имя! — усмехнулся Хаэнси. — Ну, а если ты сейчас узнаешь от меня нечто такое, что может сильно повлиять на ваши с ней отношения? Подумай хорошенько, сиар, прежде, чем услышать от меня эту информацию. Иногда незнание бывает лучше, чем подобная правда.

Авви задумался: — Но ведь это всего-навсего подозрения, которые не были подтверждены никакими фактами. Да, я готов услышать от тебя это, поскольку интуитивно предчувствую, что это знание может нам скоро очень пригодиться!

— Ну хорошо, Лэйс, будь по-твоему, но я тебя предупредил! Меня, конечно же, не посвящали в подробности этого дела, но все началось с того, что на закрытой сессии Лоу-Коунгра Патриарх Вэйнаа неожиданно для всех объявил, что среди Зоарим снова появился, ранее сбежавший в какие-то там Темные Миры, их бывший айзар, который был лишен своего Имени, и Они теперь называют его Отступником. Благодаря своим, приобретенным в этих Темных Мирах, способностям, он в состоянии некоторое время пребывать в теле в Нижних Мирах, за исключением Энгарты, но, тем не менее, оставаться при этом бессмертным, как и все Зоарим. Правда, при этом ему необходимо, и на это он также способен, постоянно менять свою стареющую оболочку на молодое, полное жизни, тело. Этот Отступник невероятно силен и чрезвычайно опасен. Поэтому Зоарим приговорили его к немедленному уничтожению! Так вот, вся недавняя активность нашей организации была связана вовсе не с реакцией молодых людей на решение проблемы Белой Крови в преддверии нового Цикла, как это полагают в Сети, а с деятельностью пособников этого Отступника, живущих на Энгарте. Предполагается, что Отступник осуществляет свой тайный замысел через своих посредников, айраим которых он сильно изменил при помощи своей воли. И наша задача заключалась в том, чтобы внимательно следить за такими вот подозреваемыми. Арианна Ксиорри была до недавно времени одной из них. Подозревалось, что после бессознательного пребывания в Пустоте, ее айри подвергся воздействию Отступника, что постоянно пытался нам доказать Эсси Миэрг, засыпая нас магнетическими снимками ее измененного айри. Подозреваемая номер двадцать два, Арианна Ксиорри, действительно вела себя весьма странно, и мое начальство решило испытать ее, командировав Арианну, якобы, для научных исследований в Ареал Эйнзи. На самом же деле, с помощью Патриарха Вэйнаа было решено вывести ее на прямой контакт с нашими Ведущими, чтобы те смогли опознать метку Отступника в ее айри. Если б ты знал, как бесился Миэрг, когда узнал, что Ведущие однозначно сказали Патриарху, что Арианна абсолютно чиста, и ее следует немедленно оставить в покое. Кстати среди наших ребят не одна только Арианна оказалась в числе подозреваемых!

— Я догадываюсь, сиар, кого ты сейчас имеешь ввиду. Это, наверняка, наш Ваэнди.

— Да, ты прав, сиар, — это энгар Ваэнди Ллэрионд, девятнадцати лет отроду, бывший адепт первой ступени Магистериума. Это тот самый Ваэнди, будущее которого тогда сканировала Аноррэ. На этого Ллэрионда нашим отделом было в то время заведено специальное дело, и только своевременная поддержка самого Патриарха Вэйнаа спасла его тогда от подвалов Розового Дома.

Лэйс похолодел, услышав от него эту последнюю фразу: — А вот это уже, сиар, действительно чрезвычайно интересно!

Зэйта. Тэльвауз. Через день после Перехода (вечер).

Тревогу, из-за присутствия в казарме новобранцев, объявлять не стали. Поэтому о том, что произошло за Периметром Вазарри и Гердт узнали из доклада по рации.

— Шэйтанф! — выругался сквозь зубы Гердт.

— Что случилось? — встрепенулся Вазарри. Он тотчас же подумал о том, что кто-то из новобранцев увидел спаренный пулемет, расположенный на крыше высокой башни, и заподозрил что-то неладное.

Но дело, как оказалось, было совершенно в другом…

— Эти дикари, каким-то образом узнали о твоей сегодняшней зачистке, усыпили охрану и теперь направляются на нашей капсуле к открытому порталу во Фреаллу. И самое неприятное заключается в том, что они увозят айфранг с собой, хотя и обещали оставить его нам.

— Поднять лэверы на перехват?

— Нет слишком поздно, посылай вслед за ними нашу Охотницу. Она, наверняка, с ними справится! Они ни в коем случае не должны вернуться на Фреаллу и рассказать там обо всем, что они увидели здесь, на Зэйте, своим соплеменникам.

— Но ведь у них с собой айфранг?

— Выполнять приказ! — рявкнул айзар.

*** ***

Наконец-то она дождалась своего часа! Охотница, получив задание, радостно покинула свою сверхпрочную клетку и стремительно вылетела его исполнять. Она знала, что ее жертва обречена, — ведь от нее никогда и никто живым еще не уходил. Через семь минут полета она увидела ее, — жалкую ничтожную цель, тщетно пытающуюся от нее скрыться, да еще с двумя теплокровными существами на своем борту. Охотнице было их нисколько не жалко, ибо к миру живых Охотница никакого отношения не имела. Капсула заметила ее приближение и попыталась сбить ее с толку своими резкими зигзагами. Но единственный инфракрасный глаз Охотницы успевал вовремя реагировать на эту предсмертную агонию жертвы. Наконец, Охотница поравнялась с капсулой, и ее жало, в виде стремительной самонаводящейся крылатой ракеты, неотвратимо вонзилось в самую горячую точку капсулы. Охотница тотчас же испытала, ни с чем не сравнимый, восторг достижения цели, и пусть эти эмоции были всего-навсего амплитудными всплесками в ее позитронном мозге, — это ничего, по своей сути, не меняло.

Возникла яркая вспышка, и огненный шар навсегда поглотил в себе капсулу фэйри. Вспышка была настолько яркой, что никто из сторонних наблюдателей, даже чуткая Охотница, не заметили того, как сияющий ярко-синий светлячок отделился от гибнущей капсулы и упал в ампельглат.

Ампельглат (Всеобщий язык) — весьма протяженный, совершенно непроходимый, болотно-глинистый массив, имеющий в себе множество внутренних пустот, как правило, заполненных природным газом (метаном).

Лоур (Всеобщий язык) — группа, малознакомых между собой, людей; здесь: отряд.

Айфранг (Всеобщий язык) — минерал, созданный Фэйри.

Глава 5. ПОЛЮСА.

Шел семнадцатый день их пребывания на Аэвальте. Весна плавно перешла в лето, и стало весьма жарко. Морские купания, после той памятной встречи с юным плезиозавром, теперь совершались лишь тогда, когда они были все вместе. Но, по счастью, рядом с Тэльфиорой обнаружилось большое озеро с пресной и чистой водой.

Пять просторных жилых домов уже были полностью построены и обжиты. Конечно, это были далеко не замки, но от простейшей квадратно-прямоугольной архитектуры жилых зданий все дружно отказались. Даже пришлось пожертвовать зарядами лучеметов, чтобы, расплавив кварцевый песок, и, прокатив тяжелый каток по идеально ровной подложке, сделать хотя бы по одному стеклу на каждый дом. В пятом доме было решено проводить общие собрания. Он располагался точно посередине между четырех жилых домов, которые были удалены друг от друга на сто метров, чтобы никто никого не смог случайно разбудить в ночное время, — наилучшее время на этой прекрасной планете, созданной для Любви. Дом Лэйса и Арианны был украшен трехэтажной круглой башенкой, которая, по всей своей высоте, была обвита вьющимся растением с красивыми резными листьями. Дом Хаэнси Роунта, больше всего, напоминал собой укрепленную крепость, даже его узкие окна имели сходство с оружейными амбразурами. Карнеа предпочла для своего жилища стиль готического замка с изображением лазурного дракона на фасаде. Дом Лауви напоминал собой большую звездчатую пирамиду с вогнутыми треугольными профилями стен и с фундаментом в виде четырехконечной астроиды. Все его комнаты были всегда наполнены светом, поскольку широкие окна, вставленные в каждую из стен, были ориентированы на все четыре стороны света. Шпиль пирамиды был украшен пустотелым шаром из чистого золота, который ослепительно горел в летних лучах Аиры.

По инициативе Арианны в этот семнадцатый день было решено провести обряд бракосочетания, благо Ксиорри в их группе присутствовала. Роль ведущего, которую обычно в подобных ритуалах на Энгарте выполнял пожилой учитель Ауми, выпала Хаэнси Роунту, который и проводил этот ритуал. Роль Древа Жизни (слово «Граанц» было единодушно решено исключить из лексикона на одном из общих собраний) исполняло, одиноко растущее, древнее толстое дерево с узловатой морщинистой корой, ветви которого были сплошь усыпаны, только недавно завязавшимися, зелеными небольшими плодами. Арианна сказала, что плоды этого дерева поспеют только к зиме, приобретут черный цвет и будут вполне пригодны в пищу. Ритуалу бракосочетания на Энгарте предшествовал поединок двух претендентов на новобрачную. Вместо него был проведен круговой турнир в защитных скафандрах на деревянных мечах. Это была просто дань Традиции, поскольку никто из космодесантников ни на минуту не сомневался, что этот турнир выиграет Хаэнси Роунт, которому и было дано право первому выбирать себе невесту. Разумеется, все юноши, по очереди, выбрали исключительно своих возлюбленных. Потом, все повязали на четырех ветвях древнего оливкового дерева черные ленточки с нанесенными на них золотистой краской своими именами. Затем, все обменялись небольшими свадебными подарками. Лэйс подарил Арианне ожерелье из ярких изумрудов, которое было изготовлено лично им еще на Энгарте. В ответ Арианна одарила своего возлюбленного небольшим, в тканевой оплетке, флакончиком с концентрированным соком оксиолла, который можно было носить всегда при себе, на шее в виде кулона. Этот сок оксиолла применяли Странники в Крылатой Башне для облегчения выхода айраим из их тел. После чего, все сели вместе за широкий стол и отметили День Бракосочетания легко тонизирующим напитком, который приготовила Арианна из какого-то полупаразитирующего кустарника с небольшими белыми ягодами. По древней Традиции, сложившейся на Энгарте, девушка Ксиорри должна была зачитать перед новобрачными строки из Кодекса Граанца. Вместо этого, Арианна от всей души поздравила всех своих друзей с обретением нового жизненного статуса и сказала: — Сэаррим, я искренне верю, а наша Аноррэ скоро, наверняка, это узнает, что, когда-нибудь, когда Аэвальту наконец-то отыщут наши межпланетные корабли, обновленная Кровь наших с вами детей сольется с чистой Кровью, пришедших сюда энгарим. Ваузэ. Си-Ваузэ!

После того, как интегральная таблица Знаков Крови всех живых существ Аэвальты была завершена, Арианна Ксиорри сразу же вычислила антагониста по Крови по отношению к поразившему Эйси микроорганизму, и после долгих поисков все же нашла его природного «врага» в весьма отдаленном топком болоте. Она выделила из колонии штамма этих микроорганизмов действующее вещество и ввела его ударную дозу в кровь Эйси. После пяти дней лечения Эйси Миллоу полностью выздоровела, и, самое главное, приобрела антитела и иммунитет к этой болезни. Поэтому Арианна решила сделать всем прививки для того, чтобы больше никто не страдал от этого недуга.

Опасных хищников на Аэвальте не оказалось, и поэтому ночами роль дозорных отныне исполняли только роботы, детекторы передвижения и айри-искатели.

Роунт и Тэй О’Хант заарканили, во время дальней прогулки по степи, каких-то больших быстрых скакунов, которых никому из мужчин так и не удалось оседлать. Хаэнси дольше всех держался на спине упрямого скакуна в созданном мужчинами загоне, который был огражден по периметру высокими заостренными бревнами.

— Эх, вы, и чему вас только в школе учили? Разве можно так с животными обращаться? Давайте, я попробую!

Все разом обернулись на женский голос, полагая увидеть Арианну. Но это была вовсе не Ксиорри, а Карнеа. Она медленно подошла к скакуну, посмотрела ему в глаза и протянула животному большое ароматное яблоко.

Животное недоверчиво обнюхало угощенье, а потом принялось его уплетать. Неожиданно для всех скакун улегся к ногам Эйнзи, и она, погладив его по шее, села на него верхом. Затем, они объехали по всему периметру, сначала медленным шагом, а потом и быстрой рысью.

— Учитесь, шильзэлоур! Иногда ласковое слово побеждает там, где проигрывает грубая физическая сила.

ШильзэлОур (Всеобщий язык): люди, обладающие недостаточным опытом, здесь: новички, «чайники».

ЛОур (Всеобщий язык): группа малознакомых друг с другом людей, здесь: отряд.

Потом Карнеа тоже самое успешно проделала и с другим плененным животным.

— Ну вот теперь у нас в отряде появилось достойное средство передвижения. Не бойтесь, подходите к ним, но только без страха, — а то они сразу почувствуют вашу неуверенность. С этого момента они полностью ручные. Сейчас сюда придет Арианна и выдаст им свои названия и Имена. А вот и она, легка на помине!

— Брава, айсиэрра! Я вижу продолжительное общение с ангрэйфим у себя в Ареале научило тебя понимать всех зверей без слов! Я горжусь дружбой с тобой, дорогая, — Арианна тепло обняла Карнеа. — Я думаю теперь мы с тобой заслужили право испытать этот прекрасный транспорт в полевых условиях.

АйсиЭрра (Всеобщий язык): самая близкая подруга, Сестра.

Они мчались, наперегонки друг с другом, по широкой бескрайней степи, и теплый ветер развевал их распущенные черные волосы. Пыль клубилась из-под копыт, и зеленые деревья у горизонта сливались, по причине бешеной скорости юных всадниц, в один сплошной зеленый массив. Они мчались куда-то вдаль, навсегда забыв о том, что во Вселенной существует время, и им казалось, что счастливее их на свете никого быть не может.

*** ***

Из книги Ио «Зоарим»:

1. Лестница Миров не имеет ни начала, ни конца.

2. Число ее ступеней бесконечно, но светильник нашего внимания вырывает из тьмы лишь пять из них.

3. Миры Ведущих расположены на самой верхней ступени Лестницы Миров из тех, которых мы видим.

4. Но у наших Ведущих, есть также и свои Ведущие.

Лишь одно имя Ведущих для самих Зоарим: Аагор (сиятельный Аагор) было открыто нам Ведущими нашими Крылатыми.

Изначальная субстанция, непроявленная протоматерия, также не ограничена и бесконечна. Но у нее также есть свои Уровни и свои полюса. На верхнем ее полюсе лежит наивысшее Упорядоченное и Имя ему ООР. На нижнем полюсе лежит наинизшее Разупорядоченное и имя ему — ПАД (Хаос). Оба этих Начала находятся между собой в великом Равновесии. Силы Хаоса, властвующие над Темными Мирами, уравновешиваются Силами творческого Созидания, совершенствующих Упорядоченное.

Вот почему в одном из Миров, в котором скрыто противоборствуют между собой Темные Ведущие, порабощенные Владычицей Хаоса — по имени Паа, и Силы Упорядоченного, — Истинные Зоарим, рождаются, как люди-Разрушители, так и люди-Созидатели!

РЕТРОСПЕКЦИЯ

Азм, Запределье.

Расположенное за пеленой мерцающих звезд, над Нижними Мирами простирается, недосягаемое для тел и Душ людей, Запределье, — место, преисполненное неземной красоты и благодати. Здесь, в царстве вечного света, где время теряет свою власть, раскинулся ландшафт, сотканный из мечты и совершенства. Вокруг разносится музыка, сотканная из призрачных, уловимых только Душами, голосов, — мелодия, проникающая в самое сердце и, наполняющая Души, покоем. Хрустальные строения, словно застывшие капли росы, сверкают в лучах невидимого солнца, отбрасывая радужные блики на окружающие сады. В воздухе витает нежный аромат прекраснейших цветов, неведомых людям Знаков Крови, — благоухание, которое окрыляет и дарит чувство безмятежного счастья.

Братья и Сестры в легких, струящихся одеяниях, словно сотканных из лунного света, неспешно прогуливаются по этим благословенным местам. Их лица светятся мудростью и добротой, а в глазах отражается вселенская любовь. Возвышенные речи, утонченные слова, наполненные глубоким смыслом и искренностью, звучат здесь повсюду. Каждое их слово, — это драгоценный камень, ограненный опытом веков, каждый жест, — это, бесспорно, проявление божественной гармонии.

Здесь нет места для печали или страдания, здесь царствует лишь радость и бесконечная любовь. Это место, где душа обретает покой, а сердце наполняется надеждой. Это обитель богов, место, где мечта становится реальностью, а реальность превосходит собой самые смелые мечты. Прикоснуться к этому миру, — значит обрести вечное блаженство.

— Где ты на этот раз странствовал, Гердт? Тебя не было в Упорядоченном добрую половину Вечности!

— Я был в Запределье Аэрты. Нашим сводным Братьям срочно нужна наша помощь. Они стенают в своих уродливых смертных телах, находясь в удавках, сотканных Силами Хаоса и постоянно нуждаются в восстановлении своих сил. Мы должны им помочь, о, Братья!

— Мы же запрещали тебе входить в их Поле Творения! И сам сиятельный Аагор неоднократно указывал на недопустимость контакта с Обреченными. Пойми, Гердт, ты там уже ничего не изменишь! У Аэрты остались свои непадшие Зоарим, которые будут посылать туда своих Вестников. Это их личное дело! Мы не должны в него вмешиваться!

— Почему же вы не хотите помочь Ведущим Аэрты?

— Потому что таков Договор между нашими Расами. Мы не имеем права вмешиваться в Поле Творения Аэрты. Тем более, когда изначально этот Проект курировался самим сиятельным Аагором!

— Как знаете, Братья. Тогда я сам разорву эти цепи, связывающие их с Повелителями Хаоса!

— Не смей это делать, Гердт! Ты даже не представляешь себе, какие силы задействованы в этом облаке непонятной нам природы. Попав туда, ты уже не вернешься оттуда, — сказал ему один из Зоарим, но увидев, что Гердт снова исчез в неизвестном направлении, добавил про себя. — А если и вернешься, то, это будешь уже не ты.

*** ***

Плотная серая мгла покрывала все обозримое пространство вокруг него. Он стремительно проносился сквозь непрекращающийся ветер и серый дым, туда, где из тьмы исходил многоголосый стон страдающих Душ. Он влетел в клубящуюся сферу тьмы, и, тускло светящее, пурпурное зарево высветило ужасную картину: мириады живых существ отчаянно боролись с серыми сгустками дымной субстанции, которая буквально пожирала их прекрасные тела, превращая их в астросомы.

— Помоги нам, воин Лазурного Света! — взывали они. — Вернись к нашим Братьям и расскажи, что в наш Проект, одобренный Аагором, вкралась роковая ошибка. Пусть они срочно придут к нам на помощь. Нас и наш Дар одолевает Перерождение.

Их голоса внезапно смолкли, а пурпурное зарево исчезло. Мощнейший поток, невесть откуда взявшегося, прохладного ветра разом перенес Гердта в прекраснейшее место, покрытое крупным белым сверкающим песком. Посреди множества причудливых отражений реальности возвышал свои острые тонкие башни навстречу лучистому лазурному небу Хрустальный Дворец. Множество граней прозрачных белых кристаллов переотражали свет, звучала дивная легкая музыка. Прекрасная высокая молодая девушка в бело-голубом платье с лазурной диадемой в золотых распущенных волосах, выйдя навстречу айзару, поклонилась Гердту и звонким мелодичным голосом пропела:

— Не слушай их, Гердт. Они сами избрали для себя такую судьбу. Они захотели жить в этом, сотворенном ими, мире, вытеснив из него айраим своих Ведомых. Как хорошо, Гердт, что ты услышал наш Зов. Теперь ты сможешь помочь не только своим Ведомым, но и всем остальным Расам Нижних Миров.

Пораженный резкой переменой обстановки, Гердт растерялся и спросил:

— Кто ты, прекраснейшая дева, и как твоё Имя?

— Мое имя Паа. Я хранительница изначального порядка. Я столь же древнее создание, как и ваш Творец.

— Прошу тебя, Паа, освободи, увиденных мною во Тьме, несчастных аэртийских Зоарим из этого ада.

— Увы, мой милый Гердт. Это уже не в моих силах, — в голосе девушки послышались оттенки легкой грусти. — Знай, что для меня воля людей неприкосновенна. Они сами избрали для себя этот путь. И им теперь дано вернуться на свою родину, только, испив чашу своей судьбы до последней горькой капли.

Чьи-то голоса хором звучали в его голове, накладываясь друг на друга, и он уже ничего больше не слышал, кроме обрывков каких-то бессмысленных фраз, наставлений, и хрустального звона ломающихся льдинок.

— Возьми, это тебе, — на прощание сказала Паа и протянула Гердту кулон на цепочке с крупным ярко-лазурным кристаллом. — Теперь ты сможешь вернуться назад и исправить оплошность, допущенную Творцом. Ты создашь новую Вселенную, где не будет смерти, и все люди будут счастливы.

Паа нежно поцеловала Гердта в губы, и он снова растворился в лазурном свете.

*** ***

И тотчас же очутился посреди своих Братьев.

— Как видишь, Гарриэль, я все же вернулся назад. И теперь я точно знаю, что и как нам следует сделать, чтобы исправить ошибки, которые допустил Аагор, который, не рассчитав своих сил, задействовал для сотворения многообразия живых существ Аэрты столь огромное количество изначальной субстанции, наполненной Хаосом!

— Кто ты, странник? Мне не знаком твой голос! — с нескрываемым отвращением от исходящих от Гердта и его кулона, — Печати Хаоса, эманаций, сказал Гарриэль. — Уж лучше бы ты никогда не возвращался назад, Отступник.

— Это я, Гердт!

— Ошибаешься, странник. У тебя больше нет Имени. Ты заражен дыханием Хаоса. И тебя придется подвергнуть принудительной изоляции, — Гарриэль взмахнул рукой, направляя вьющиеся потоки лазурной арды в сторону Отступника.

Лазурный кристалл на груди айзара внезапно ярко засветился, защищая своего нового хозяина и, одновременно, своего раба, и Гердт исчез.

— Он снова сбежал от нас, сиятельный Аагор…

— Так ищите же его через ваших Ведомых по его действиям в Нижних Мирах! Хаос не должен проникнуть в Миры Упорядоченного! За это ВЫ теперь несете полную ответственность! Ваузэ.

*** ***

— Ты знаешь, Гарриэль, если говорить максимально объективно и честно, то наш бывший Брат Гер…, прости, этот Отступник безусловно прав в том, что проект сотворения этой, необычайно прекрасной в своем разнообразии, Аэрты был поспешным. Контроль над силами Хаоса в Поле Творения с очень большой вероятностью мог быть утрачен нашими Кузенами, будущими Ведущими Аэрты, и сиятельный Аагор должен был понимать это, не проявлять волюнтаризма, а прислушаться к мнению своих Предсказателей, — очень тихо, но твердо сказал Грауссиэль.

— Кто мы такие, Брат, чтобы оценивать действия наших Ведущих? — со вздохом ответствовал Гарриэль. — Ты глубоко не понимаешь, Брат, смысл Испытания, действия его очищающего аспекта. Также, как мы закаляем наших Ведомых испытанием посредством вынужденного циклического истощения генофонда, или, как называют его сами энгарим, «Проклятья Белой Крови», так и наши Ведущие Испытывают наших Кузенов соблазном самим стать жителями Аэрты, в качестве Богов-во-плоти. И как мы теперь видим, очень многие поддались ему и стали Эфраимами, но зато, устояв перед великим соблазном, оставшаяся часть Ведущих Аэрты очистилась и, закалившись в горниле Испытания безграничной властью, стала намного возвышеннее, и теперь, жертвуя собой, их Вестники рано или поздно вырвут Аэрту из пучины Хаоса.

Но нашему Отступнику, теперь, уже не помочь. Пока он еще может объективно судить о происходящем и контролировать свои действия. Но Печать Хаоса постепенно перерождает его Душу, и рано или поздно он не остановится перед массовыми убийствами ради достижения своей эфемерной цели. Ему не надо было принимать этот Дар, ради свободы перемещения по Мирам, и становиться рабом Неназываемой. И теперь мы должны его найти и уничтожить и, лучше всего, это могут сделать наши Ведомые.

*** ***

— Какими же они стали примитивным и черствыми, погрязнув в своих цветочных ароматах и утонченных мелодиях! — возмущенно неистовствовал Гердт, вспоминая медленные, вязкие и совершенно пустые слова своих бывших Братьев. — Если бы они на своей собственной шкуре ощутили те страдания, которые испытывают сейчас Эфраимы, чьи прекрасные божественные тела превращаются в, вызывающие отвращения, астросомы! Если бы они прочувствовали всю скорбь энгарот, когда их малые дети в результате Белой Крови тысячами умирали на Энгарте от наследственных болезней. Они даже не допускают мысли о том, что меньшее зло такое, как физическое истребление, зараженных Хаосом, разумных существ, может моментально очистить Миры и снова вернуть их к Упорядоченному!

Гердт понимал, что теперь, несмотря на то, что Печать Хаоса предоставляет ему возможность создавать порталы в любые миры, ему нельзя будет посещать Энгарту даже на короткое время. Его тут же обнаружат его Братья и наверняка уничтожат. А ему для создания его Империи на Зэйте нужны были исключительно энгарим. Фэйри и аэртийцы для осуществления его планов ему не подходили, а в остальные Изначальные Миры переход ему был закрыт другими Зоарим. Поэтому ему пришлось с величайшим трудом вылавливать, странствующие по всему Светящемуся Лабиринту, айраим Странников и создавать для них на Зэйте своими силами из биоматериала, созданного на основе, взятых с Энгарты при помощи своих сообщников, стволовых клеток, различных Знаков Крови, приемлемые якорные тела. Лишь намного позже, при помощи, созданных им, Избранных на Энгарте, ему все же удалось похитить несколько десятков Эйнзи и создать эпицентр своей будущей теократической Империи. Гердту с величайшим трудом удалось вырвать из Поля Творения Аэрты одного из Эфраимов и составить с ним совместный план дальнейших действий. Кроме того, посетив Фреаллу, мир удивительных существ Фэйри, он приобрел столь нужный ему Айфранг, при помощи которого он осуществил первую часть своего Плана. И вот теперь, помимо, расплодившихся за восемьсот лет, потомков первых зэйтян, в его священную Империю вошли еще сто пятьдесят новобранцев со свежей Кровью. И поэтому Гердт, оставив Зэйту на своего верного помощника — Вазарри, снова отправился в странствия через порталы, чтобы осуществить последний, самый главный, этап своей операции, — привлечение большого числа энгарим в свою Империю.

Тэльфиора.

После официальной первой брачной ночи друзья начали просыпаться лишь к обеденной совместной трапезе.

Арианне вместе с Аноррэ удалось накопать каких-то ранних корнеплодов, а также срезать сочной зелени какого-то листового растения, так что обед удался на славу.

После обеда начался сильный дождь, и Авви Лэйс решил провести общее собрание под крышей пятого дома.

— Теперь, когда наша прекрасная Эйси полностью оправилась от недуга, мы можем организовать недельную экспедицию на разведывательной капсуле к аномальной зоне, которая расположена на южной оконечности другого материка. Сейчас там приближается разгар зимы, и скоро на юге этого материка будет весьма холодно. Поэтому нам надо поторопиться с нашими приготовлениями и обязательно успеть до первого снега. Перелет, протяженностью почти в двадцать тысяч лиг через огромный океан, займет почти сутки и столько же обратно. При этом дозаправка нам, скорее всего, не потребуется, но все горючее в авиационных баках будет потрачено до последней капли. На обратном пути мы попробуем найти открытые месторождения нефти, сады плодовых деревьях и, дающих много молока, животных. С собой нужно будет взять палатки, спальники, теплые вещи и еду. Тэй О'Хант, захвати, на всякий случай, с собой парочку «космических голубей», вдруг нам посчастливится увидеть Аудэ и вычислить, на основе различий в его светимости с двух различных точек Аэвальты, расстояние до него. Тогда нам, возможно, удастся составить программу перехода на Энгарту хотя бы для наших микролэверов, которые передадут на нашу родину сообщение о нас и точные координаты Аэвальты. Старт нашей десантной капсулы планируется провести через четыре дня, то есть на двадцать второй день от нашего прибытия на Аэвальту! Это будет мой последний перелет в качестве вашего командира, потом меня сменит более достойный кандидат — Хаэнси Роунт, которому я, на время нашего отсутствия, доверяю наш лагерь вместе с Ваэнди, и двумя нашими энгарот: Карнеа и Аноррэ. И я очень надеюсь, что вы снова не перегрызетесь между собой.

— Я не останусь в лагере. Мне необходимо лететь с вами! — решительно сказала Карнеа.

— Энгара, я не вижу необходимости брать вас в нашу разведывательную экспедицию, — холодно, стараясь не глядеть ей в глаза, сказал Командир.

— Пойдем, отойдем на пару слов, — Арианна жестко схватила Лэйса за рукав летной куртки и отвела его за периметр.

— Почему ты так с ней говоришь? Что между вами произошло?

— Ничего особенного. Просто я не вижу смысла брать ее в дальний переход. Ведущих там точно быть не может. Приручать необъезженных скакунов нам вряд ли там понадобится. Я понимаю, она твоя лучшая подруга, но ее место здесь, в лагере.

— Ну тогда и я никуда с вами не поеду! — отвернулась от него супруга. — И ко мне этими ночами, вплоть до самого вашего старта, лучше не подходи!

— А вот это уже называется «гнусным шантажом», Аэви. Ну почему ты сейчас не доверяешь моей интуиции? — возмутился Лэйс, но увидев, выступившие, в уголках ее глаз, слезы, сразу же пошел на попятную. — Ну да ладно, будь по-твоему, но за ее выходки тебе придется нести полную ответственность и, по приземлению на незнакомую территорию, ты не будешь спускать с нее глаз, это, надеюсь, понятно?

— Так точно, Командир! — Арианна радостно обвилась вокруг шеи Лэйса и осыпала его продолжительной серией высокоточных и нежных поцелуев.

По окончанию собрания Лэйс не пошел с Арианной купаться к озеру, а отозвал Тэй-О’Ханта в сторону и очень тихо спросил его: — Ты позволишь мне, Тэй, побыть с твоей женой некоторое время наедине?

— Ты что окончательно рассорился со своей Арианной? — вопросом на вопрос ответил, удивленный его неожиданной просьбой, Лауви.

— Только, давай, сейчас без этих острот, сиар. Мне нужна ее срочная консультация по медицинской части!

— Ну, если мы были на Энгарте, я бы в этой просьбе тебе, конечно же, отказал. Но, поскольку ты пока еще наш Командир, я, разумеется, не имею права даже в этом тебе отказывать, — от души рассмеялся Тэй О’Хант. — Только слишком не используй мою жену даже по ее профессиональному назначению, ведь она еще полностью не окрепла после болезни.

— Постараюсь, сиар!

Лэйс не сразу нашел вход в их пирамиду, и только, обойдя ее по периметру, заметил совсем небольшую щель между дверью, с узором, напоминающим каменную кладку, и самой стеной. Миллоу он обнаружил, лежащей на правом боку в короткой юбке на широченной тахте. Она сосредоточенно просматривала какую-то запись, используя искрящийся розовый многогранный шар маайлэнга.

Эйси была достаточно габаритной девушкой, но отнюдь не крупной, а, скорее, спортивно сложенной. Ее смуглая кожа выдавала в ней типичную южанку. Ее лицо нельзя было назвать красивым, но природный загар его кожи успешно оттенял несколько крупные черты ее лица. В остальном же она была весьма привлекательной, — полные бедра ее длинных ног и «стоячие» налитые груди делали ее весьма привлекательной для мужских глаз.

— Хэй, Эйси! Мне срочно нужна твоя помощь!

— Именно поэтому ты и отослал моего мужа далеко в горы? — лукаво спросила она, как бы невзначай приподнимая край своей, и без того короткой, юбки.

— Речь пойдет о моем айри, и поэтому я не хотел, чтобы чьи-то еще айраим бросали на него свои тени, — уклончиво ответил Лэйс. — Мне надо было прийти к тебе сразу же после того, как я внезапно потерял сознание, но ты в это время вряд ли бы смогла мне помочь. Но я надеюсь даже сейчас, заглянув в мое айри, ты сможешь найти ответ на очень важный для меня вопрос: что случилось со мной на второй день нашего пребывания здесь, на Аэвальте?

— Хорошо. Я попытаюсь. Садись сюда. Еще ближе. Ко мне вплотную. Вот так, хорошо.

Видимо, кулон помешал бы ей в ее работе, поэтому, совершенно не стесняясь Лэйса, Эйси неспешно расстегнула верхнюю пуговичку своей рубашки, обнажив при этом свои прекрасные налитые груди и попросила Лэйса помочь ей снять кулон, расстегнув застежку на ее спине.

Потом она достала из своего медицинского саквояжа металлическую гибкую толстую проволоку, покрытую снаружи изоляцией, на концах которой был стержень с резьбой и, соответствующая ему, полость. Миллоу на глаз прикинула нужный ей размер и, вкрутив стержень в отверстие, накинула металлический замкнутый контур поверх их голов. Место контакта концов гибкого провода она переместила себе на затылок. Их головы соприкоснулись лбами, и Эйси попросила Лэйса закрыть свои глаза и мысленно оживить в памяти все те свои воспоминания, которые запечатлели, интересующий его, период времени.

Лэйс ощутил, как мягкая пушистая кисточка очень осторожно прикоснулась к его сознанию, выискивая, активно задействованные им, светящиеся магнетические скопления, а, затем, отыскав их, начала пробовать исследовать их, вызывая достаточно болезненные отклики. Потом последовал неожиданный удар такой силы, что перед глазами у Лэйса заплясали разноцветные концентрические круги, но он стойко выдержал это испытание. В конце концов, он почувствовал, что на потревоженное место, как бы, вливается заживляющая прохладная влага. Лэйс при этом даже умудрился погрузиться в сон, но его тут же растолкали.

Эйси сняла с них металлический контур, и, отдышавшись, сказала: — Да, сиар, давно мне не удавалось наблюдать такого мощного внутреннего барьера!

Лэйс ничего из ее слов не понял и поэтому переспросил: — Откуда взялись такие барьеры, и что со мной все же произошло?

— Похоже на то, что ты по своей воле дал себе установку все это забыть! — ответила Миллоу.

— Что конкретно забыть? — сильно побледнев, спросил ее Лэйс.

— То, о чем ты тогда вслух проговорил! Я же не могу конкретно увидеть эти образы лишь по тусклым отпечаткам тех, давно минувших, событий!

— Но у меня не было ни малейшего повода давать себе установку, чтобы забыть какие-то там необычные ландшафты и странные минералы! Их-то я, как раз, хоть и немного расплывчато, но помню. А это точно была моя установка, а не какое-либо стороннее воздействие, скажем, какое-нибудь галлюциногенное вещество, содержащееся в испарении этого, сублимирующегося из паров, минерала?

— Конечно, нет! Это была, однозначно, твоя собственная установка, и к тому же необычайно мощная!

— Но зачем же мне понадобилось ее себе давать?

— Ну, может быть, вид этой, дурно пахнущей, массы вызвал у тебя сильное отвращение, и ты сразу же решил стереть эти комплексные неприятные воспоминания из своей памяти или, допустим, между тобой и Карнеа возникла спонтанная интимная близость, и ты, опомнившись, дал себе установку, чтобы даже от следа этого события полностью избавиться, чтобы Арианна никогда не догадалась о нем!

— Да как ты могла об этом подумать, Миллоу?! Мне ужасно противна даже сама мысль о том, что я могу коснуться ее тела.

— Извини, Лэйс, я только это предположила. Но все же иногда твои телесные рефлексы не контролируются твоим айри, — говоря это, Эйси заглянула Лэйсу в глаза, расстегнула еще одну свою пуговичку и плотно прижалась к его груди.

Лэйса тут же накрыло волной вожделения, и он вдруг вспомнил… что именно такое же вожделение, только во много раз сильнее, он испытал, только что очнувшись ото сна в своей палатке, когда томный голос Карнеа, ее, сияющие синевой, глаза и нежное прикосновение предлагали ему, нет, настаивали на том, чтобы он не будил Арианну. Спонтанно возникший в нем тогда, огонь желания буквально накрыл его с головой, и он уже безропотно вознамерился разделить с Эйнзи всю ночь. И если бы вовремя не вмешалась Арианна, то он точно знал, чем бы все это закончилось. Лэйс поежился от такой мысли, как от сильного сквозняка. И потом там было еще что-то… нечто, связанное с его последующим сказочным сном про фэйри, но как он не силился это сейчас вспомнить, его немые запросы каждый раз натыкались на непреодолимые высоченные внутренние барьеры. Было такое ощущение, что из его сна, уже потом, была варварски вырезана какая-то очень важная часть, но вот какая…

— Я вижу, ты что-то вспомнил; расскажи мне немедленно об этом! — приказала Эйси, торопливо застегивая все свои пуговички.

— Да, ты права, Эйси. Я не всегда хозяин своему собственному… телу, — признался Лэйс, приходя в себя. Потом он рассказал Миллоу все то, что происходило в его палатке, в том числе, и этот странный сон.

— А где во время того, как ты подошел к пещере, находилась твоя напарница?

— Карнеа? Точно уже и не помню… она все время оставалась у меня за спиной. Я даже не помню, подходила ли она к этой пещере. Потом я потерял сознание, но, видимо, не упал, хотя моя одежда оказалась немного испачканной. Когда я открыл глаза, то увидел, стоящую, вплотную ко мне, Эйнзи. Она с какой-то странной неприязнью смотрела на меня и спросила, как я себя чувствую. Почему-то с этого момента у меня возникла к ней ответная неприязнь, и с тех пор я даже стараюсь не смотреть ей в глаза.

— Ну а мне посмотреть сейчас в глаза, милый Лэйс, ты, конечно же, можешь… — не то спросила, не то утвердительно сказала Миллоу.

Лэйс сразу же отвел свои глаза в сторону: — Даже не знаю, что тебе и сказать. Я слышал, что все ваши Мастера магнетической фокусировки имеют природную способность к гипнозу. Ведь это правда?

— Да. Мы, конечно же, все — прирожденные гипноты, но не настолько, чтобы полностью подавлять волю других людей. Мы используем свою магнетическую фокусировку на сознание другого человека, только тогда, когда пациент сам добровольно обращается к нам за помощью и полностью открывает нам свое айри.

— Я совершенно точно знаю, что Эйнзи на такое не способны, — серьезным тоном продолжила Эйси. — Они, наоборот, — сверхчуткие «приемники», природные телепаты. Они способны избирательно «слышать» мысли других людей, различают слабые «голоса» Ведущих, но вот гипно-индукторов, даже таких, как мы, Эйси, среди них, наших соседей по полуострову, никогда не рождалось.

— А ты можешь на расстоянии тайно просканировать айри Карнеа?

— Конечно, могу. Только я знаю, что из этого ничего не получится. Она невероятно чувствительна. Эйнзи тотчас же почувствует касание моего сознания и выставит мощный экран. Она, конечно же, ничего не скажет в ответ, но это сильно насторожит ее.

— А если я сейчас дам себе противоположную установку, типа, «Я сейчас все вспомню, что произошло со мной рядом с пещерой!», эта внутренняя блокировка исчезнет?

— А ты попробуй!

Лэйс попробовал. Потом закрыл глаза, снова представляя пещеру и Карнеа, но ничего, нового, кроме сильного отвращения, не приобрел.

— Увы! — сдался Лэйс. — Ты даже не представляешь себе, как это неприятно, — столь многое для себя забыть, как будто ты утратил навсегда частичку самого себя!

— Кстати, Лэйс, мой диагноз не может быть абсолютно точным. Дело все в том, что сознание мужчины и сознание женщины сильно отличаются друг от друга. Принципиально отличаются у различных полов и их магнетические скопления. Поэтому женские Души правильнее называть айриот, а не айраим! А я, — женщина, и работаю по резонансу со своим внутренним «женским» магнетическим контуром, поэтому я и не могу уловить некоторой специфики твоих, чисто мужских, Отражений. Поэтому в нашем департаменте медицинских исследований айраим мужчин сканируют только Эйси-мужчины.

И вообще Природа наделила нас совершенно различными микрокосмическими полярностями. Женщины и мужчины — это, словно, различные ПОЛЮСА. Мы безусловно дополняем друг друга, образуя гармонию полярных отношений, но при этом остаемся, совершенно различающимися людьми, по своей изначальной природе. Сознание женщины может легко принять и отразить в себе два совершенно противоположных, взаимоисключающих тезиса, смысловых отображения, мнения, принять в себя две взаимоисключающие гипотезы и поверить им обеим. Для мужского «одноколейного» сознания, — это совершенно недопустимо. Немногие из вас, мужчин, в лучшем случае, могут лишь принять, что такой внутренний дуализм, возможно, и существует в женском сознании. Но вот полностью переделать по своей воле мужское сознание в женское, никому из мужчин никогда не удастся. Вот поэтому даже сами рисунки магнетических «созвездий» у мужчин и женщин сильно различаются. Это отображено и в соответствующих словах Всеобщего языка: ИОТА, — это совокупность неопределенностей, находящаяся в женском сознании, а АИОН, — это совокупность, точно определенных, внутренних смысловых отображений. Поэтому и окончания множественного числа для женского рода, точно такое же: «-от». Мужчины и женщины, как два полюса Мироздания: несмотря на то, что они испытывают друг к другу взаимное притяжение, представители различных полов всегда помнят о своей, принципиально отличающейся, природе, и никто из них никогда не питает никаких иллюзий на этот счет!

Глава 6. ЗВЕЗДНЫЕ СТРАННИКИ

Утром двадцать второго дня, от их прибытия на Аэвальту, грузовой люк лэвера распахнулся, и шесть автоматических захватов аккуратно поставили на землю разведывательную капсулу. Перед отлетом Лэйс три дня плотно обучал Роунта, как запускать реактивную тягу и управлять лэвером в режиме полета в пределах атмосферы, на тот случай, если с ними, случится что-нибудь непредвиденное. Тэй-О’Хант за это время собрал три индивидуальные рации, работающих на ультракоротких волнах, по одной рации на пару, чтобы вести переговоры между экипажем капсулы и Тэльфиорой, а также между отдельными группами людей.

Хаэнси Роунт и Тэйви Аноррэ вышли попрощаться со своими друзьями. Чуть поодаль Ллэрионд о чем-то весьма эмоционально спорил со своей женой, наверное, пытался отговорить ее от этого опасного перелета.

Лэйс быстро проверил все узлы и сервисные блоки летательного аппарата и, убедившись в том, что капсула готова к перелету, дал сигнал к погрузке вещей и членов экипажа. Капсула была достаточно просторной, поскольку изначально была рассчитана на восемь человек. Лауви сел в кресло второго пилота, а три девушки расположились в отдельном салоне, привязавшись к креслам страховочными ремнями. Последовал небольшой разгон по оперативно созданной вчера взлетной полосе. И крылатая машина, силой двух мощных реактивных струй, взмыла высоко в небо. Напоследок она описала широкую дугу вокруг лагеря и, взяв курс на юго-восток, рванулась прочь от океана к своей, весьма отдаленной, цели. Набрав высоту, преодолев сплошную пелену кучевых облаков, Лэйс направил корабль в сторону, идущей к своему зениту, Аиры. Он благоразумно посчитал, что приземление в аномальную зону лучше произвести утром следующего дня, и поэтому направил капсулу в сторону возрастания номеров часовых поясов. На высоте десять тысяч лиг было меньше шансов попасть в турбулентные слои атмосферы Аэвальты, но за бортом было весьма холодно, и Лауви, без соответствующей команды, включил отопление салона.

— Центр, я — Ангрэйф, как слышите? Прием.

— Ангрэйф, слышу вас хорошо. Выезжаем верхом на дальнюю разведку вглубь материка. Связь через три часа.

— Ваузэ, Центр!

Эйси сидела с краю и рассматривала что-то интересное через свой искрящийся красный маайлэнг. Она настолько глубоко погрузилась в созерцательный транс, что фактически не замечала, оживленно наперебой стрекочущих, ни на минуту не замолкающих, неразлучных подруг. Глядя на весело щебечущих и смеющихся Карнеа и Арианну, Авви Лэйс недоумевал, что же может так связывать между собой этих двух, совершенно различных, женщин? Он понимал, что все его мысли, тем более, когда они находятся так рядом друг с другом, непременно улавливаются и оцениваются чуткой Эйнзи, но заставить себя мыслить иначе он, почему-то, не мог. Вместо этого, он поглубже надвинул на голову металлический летный шлем, чтобы его мысли стали бы недоступными Карнеа и сосредоточился на показаниях бортового альтиметра.

На Аэвальте был один южный материк, полностью отрезанный морями от всех других. На него разведчики и решили совершить промежуточную посадку, благо он лежал, как раз по курсу летательного аппарата, на одной трети суммарного расстояния от цели, чтобы провести наблюдения за ночным небом. Он был плоским, как ладонь. На нем фактически отсутствовали горные массивы, что сделало его замечательным местом для промежуточной посадки и прекрасной точкой для астрономических наблюдений. Именно поэтому посадку удалось провести в степи достаточно мягко. Капсула немного подпрыгнула на шасси, чуть развернулась влево, повинуясь штурвалу пилота, и остановилась. Лауви несколько раз провернул колесо герметичного бокового люка, и ему в лицо ударил пряный запах, разогретой солнцем, степи. Хотя до южного полюса планеты было далеко и было достаточно тепло, здесь уже вовсю ощущалось приближение осени. Здесь в изобилии росли невероятно вкусные фрукты и ягоды, каждое из которых Арианна вначале испытывала на себе и только после этого разрешала употреблять всем остальным. Или отбрасывала в сторону. Было решено даже взять с собой трехдневные запасы этих природных лакомств.

— Вот, где надо было создавать наш Микрогород, — проговорила Миллоу, смакуя очередной сочный плод. — Тэй, почему ты не обнаружил этот райский уголок раньше, когда мы выбирали место для посадки?

— Это несложно исправить, — улыбнулся Лауви. — Если ты найдешь здесь нефть и научишь нас превращать ее в топливо для летательных аппаратов, мы стопроцентно переедем сюда!

Лэйс не спешил выходить наружу из кабины капсулы. Он подкрутил колесико рации и вызвал Лагерь: — Центр, я — Дракон! Совершили промежуточную посадку на южный материк. Планируем старт к цели через два часа.

— Дракон, я — Центр. Есть небольшие помехи. Мы вернулись в лагерь. Будем отдыхать. Дракон, ты один?

Лэйс понял Хаэнси с полуслова: — Да, Центр, можешь говорить.

— Дракон, моя жена только, что мне сказала, что вам следует быть предельно осторожными.

— Она что-то увидела в наших судьбах? Может нам стоит немедленно вернуться домой?

— Наверное, она что-то почувствовала. Но, когда я ей задал этот твой второй вопрос, она замялась, и не совсем уверенно ответила, что возвращаться, наверное, будет еще хуже, но, тем не менее, она однозначно сказала, что вам с этой минуты нужно быть постоянно начеку и не верить ничему, даже своим собственным глазам.

— Хорошо, Центр, вас понял. Резко повысим свою алертность. Ваузэ.

После еды все начали клевать носом и, чтобы хоть как-то взбодриться группа решила пойти к озеру, чтобы в нем искупаться. Но, когда они максимально приблизились к его кромке, покрытой зеленой тиной, все увидели, что прибрежная полоса была буквально завалена телами каких-то достаточно крупных ящеров. Они были похожи на покрытые сухой топорщившейся корой бревна, и даже их глаза неподвижно застыли, уставившись в одну точку.

— Может они мертвые? — с надеждой в голосе спросила Эйси, шумно втянув в себя прибрежный воздух.

— Нет. Они так охотятся, — Арианна бросила в голову ящеру небольшой камешек, и «замшелое бревно» вдруг внезапно ожило и на своих корявых лапах поковыляло к кромке озера. Там оно широко раскрыло свою зубастую пасть и схватило, пытающуюся взлететь, водоплавающую птицу. Момент, — и птица навсегда исчезла в этой чудовищной пасти.

Купаться сразу же всем расхотелось.

— Вот видишь, он сразу же проявил вкус к жизни! Дело в том, что, несмотря на то, что болевые ощущения рептилий распространяются весьма замедленно, скорость реакции на жертву у них гораздо выше, чем у людей. Поэтому, находиться рядом с ними весьма опасно для жизни. Хотя догнать на суше эти примитивные ящеры нас не смогут, но, будучи вместе с ними в воде, шансов выжить у нас не будет никаких.

— Карнеа, стой! — поняв, что задумала осуществить ее подруга, Арианна схватила Эйнзи за руку и отвела ее подальше от озера. — Это тебе не степные скакуны. У них ужасно примитивный мозг, который разделяет все живое, исключительно на врагов и пищу. Он может не оценить твоих благочестивых намерений и оттяпать твою, гладящую его, руку, только потому, что очень хочется кушать.

— Но ведь это фактически младшие браться наших ангрэйфим!

— Вовсе нет, — это местные рептилии, и они откладывают яйца, а ангрэйфим, наши драконы, млекопитающие, — они намного превосходят в своем развитии этих тупых и кровожадных созданий.

Поскольку капсула летела на восток, ночь подкралась к ним незаметно и быстро. Только, что светила Аира, и вот уже воцарился кромешный мрак. Теперь они явственно увидели, где находится Аудэ. А находился он прямо, как пятый дом на Тэльфиоре, ровно посередине звездного креста, и космодесантники могли теперь наблюдать его даже в полете из широких иллюминаторов капсулы. Аудэ было невозможно перепутать ни с какой другой звездой, — только у него во всем ближайшем космосе был столь чудесный лазурный свет! Его спектральные характеристики были воистину уникальными. Сердце сразу сжалось при мысли о том, что там родная Энгарта, на которой их давно уже похоронили и вычеркнули не только из списков подозреваемых, но из числа живых. По сравнению с той огромной звездой, которой он казался с орбиты красного карлика, с Аэвальты он виделся совсем небольшой звездочкой, а, следовательно, расстояние между Аэвальтой и Аудэ было больше, чем в два раза, то есть, примерно двенадцать парсек. Это было предельно большим расстоянием для межпланетных лэверов последней модели, к которой и принадлежал борт МПЛ-14-бис.

Эйси и Карнеа, свалившись от усталости на раздвинутые кресла салона, тут же засопели. И Лэйс, пользуясь случаем, жестом указал на пульт управления Тэй О’Ханту, велев его растолкать, когда до цели окажется двести лиг.

Он рассказал Арианне о том, что ему поведала Аноррэ.

Арианна, казалось, нисколько не удивилась его словам, но попросила его говорить чуть по тише, кивком головы указав на спящую Карнеа.

— Она смотрела нам вслед такими глазами, как будто… — Лэйс замялся, не зная стоит ли предрекать неприятные события.

— Как будто что?

— Да нет, ничего, наверное, мне это просто показалось…

— Бедная Аноррэ! Зря ее потащила за собой! — вздохнула Арианна, говоря это самой себе. — В принципе, ее помощь теперь уже не так важна для нас. Самое главное для нее теперь, — это постараться выжить, как, впрочем, и большинству из нас.

Они обнялись и завалились спать на разложенные кресла, укрывшись теплым пледом.

*** ***

Уже вовсю рассвело, когда они посадили корабль на травяной газон, расположенный в самом центре целевой аномалии. Было достаточно холодно, и прежде, чем выйти наружу, разведчики натянули на себя теплые свитера. Наспех перекусив, взятыми с собой продуктами и разлив по чашкам еще горячий кофе из термосов, разведчики собрались в кружок, чтобы составить план сегодняшних исследований.

— Центр, я — Дракон. Совершили мягкую посадку. Посадочное место нашли такое, что лучше и не придумать, словно по заказу.

— Дракон, я Центр! У нас уже почти ночь. Извини, будем отдыхать. Если что-то срочное, тогда, разумеется, звони! До связи!

— Ваузэ, Центр!

Тем не менее, тщательно составленный ими, план исследований, сразу же полетел ко всем шэйтанфим. Они вышли из капсулы и с удивлением обнаружили, что горы были расположены весьма далеко от центра аномалии, которая, согласно карте, должна была находиться прямо здесь, — на травянистом ровном газоне. Это было крайне неожиданным, ведь они рассчитывали, что выход металла на поверхность планеты должен обязательно быть в горах, но никак не на травянистой равнине. Их удивлению не было предела, когда металлоискатель вообще не нашел в этой точке никакого металла, и только в синеющих, у самого горизонта, горах, очень далеко отсюда, был обнаружен металл.

— Очень странно! Что же это за такая исчезающая аномалия? — подумал про себя Лэйс, нервно подкручивая регулятор чувствительности металлодетектора. — Это планета, и вправду, полна загадок, и не надо быть Тэйви, чтобы понять, что основные сюрпризы, ожидающие их отряд, будут еще впереди!

Они тщательно исследовали травяной газон, и Арианна сделал вывод, что это трава лишь недавно, дней сорок тому назад прижилась в этом месте.

— Ну может быть ее семена были занесены каким-нибудь сильным ветром? — предположил Лауви, определяя стороны света по компасу.

Арианна в ответ только пожала своими плечами. Было видно, что сон в салоне капсулы не был полноценным отдыхом не для кого из экипажа.

Взяв с собою все необходимые приборы, оружие и инструменты, пятеро молодых людей выдвинулись в глубь материка. Дорогу к океану, расположенному на востоке, на дальнем береге которого располагалась Тэльфиора, согласно карте, преграждала полноводная река, а на северо-западе виднелись горы, где, возможно, удалось бы отыскать выход металла на поверхность. Сначала разведчики двигались по местной лесостепи по расширяющейся от капсулы большой спирали, но, поскольку пейзаж повсюду оставался совершенно идентичным и ничего особенного за два часа своего бесполезного кружения они не встретили, после недолгих прений, было решено двигаться к горам. Аира уже вовсю светила в своем зените, становилось жарко, и бывшие энгарим сбрасывали с себя теплые свитера, пряча их в рюкзаки, оставаясь в походных легких одеждах. Какие-то мелкие грызуны перебегали им дорогу, но стоило кому-либо подойти к ним, как они тут же необычайно проворно исчезали в своих земляных норках. Вокруг них летали кругами какие разноцветные большие птицы, гортанно выкрикивая что-то на своем птичьем языке. Было видно, что расцветка, совершенно незнакомых им, странных двуногих созданий их явно привлекала. Горы медленно настали перед ними, и уже было отчетливо видны отдельные перевалы и распадки. Причудливые тени ложились на горные долины и создавали какой-то неповторимый фантастический калейдоскоп, составленный из света и теней.

— Ой! Посмотрите туда! — внезапно вскричала Эйси.

Все обернулись туда, куда указывала загорелая рука Миллоу.

Там, среди свежей зелени каких-то плодовых кустарников, копошились в поисках пищи шесть или семь крупных животных с пятнистыми шкурами. Было видно, что некоторые из них даже становились на задние лапы и обрывали плоды с верхушек этих растений.

— Судя по тому, что они питаются плодами, это вовсе не хищники и, поэтому, для нас совсем не опасны! — заключила Арианна. — Давайте осторожно подойдем к ним с подветренной стороны, чтобы не помешать им трапезничать и рассмотрим их поближе.

Карнеа как-то странно посмотрела на свою подругу, старательно скрывая свою усмешку.

Все дружно, шаг в шаг, последовали за Арианной, стараясь не шуметь и не привлекать к себе внимание.

Но это им не удалось. Самый крупный «зверь» развернулся к ним лицом и гортанно прокричал: — Ааи эуа арра уоа!

Все остальные сборщики плодов в козьих пятнистых шкурах тут же уставились на нежданных посетителей. Кто-то, наложив стрелу на тетиву, нацелился в разведчиков из лука.

— Это же… люди, — прошептала Эйси, отказываясь верить в случившееся.

— Мы (сказала Эйси, обводя всех дружинников своей рукой) есть (она с силой ударила себя в грудь) ваши (она сделал поклон в сторону дикарей) друзья! — Эйси коснулась своего сердца и широко улыбнулась.

— Энгарта! Энгарта! — радостно завопил «вожак». —Эльдауст тэй вийр риэст! Фийорэ альвийр!

Местный диалект Всеобщего языка: «Наконец-то вы нас отыскали! Мы все безмерно счастливы!»

Вся толпа, радостно крича, ринулась навстречу разведчикам, чтобы поскорее заключить пришельцев в свои объятья.

— Стойте! Кто вы такие? — вытянув обе руки ладонями к ним, осадил их Лэйс.

Тэй тут же, на всякий случай, снял с предохранителя свой парализатор.

— Мое имя, — Стэймер! А это мои, — братья по несчастью. Мы — бывшие Странники, — сказал, приблизившийся к друзьям, мужчина, и всем разведчикам стало понятно, что перед ними стоит глубокий старец. — Мы так рады, что наконец-то на вашем корабле мы сможем вернуться на родину.

— Боюсь, что мы не сможем вам в этом помочь, — грустно ответил ему Лэйс. — Мы сами такие же скитальцы. Да, у нас есть свой корабль, но нет звездных координат этого мира. Без соответствующей программы мы не сможем вернуться на Энгарту.

Старик печально оглядел своих соплеменников и спросил их: — Аау эори иает?

Те утвердительно кивнули головой.

— Пойдемте, ко мне в хижину, — предложил разведчикам Стэймер. — Я напою вас теплым козьим молоком. Я думаю нам есть, что рассказать друг другу. Вы поведаете нам о том, что сейчас творится на нашей родине, ну а мы, в свою очередь, расскажем вам о своем злополучном приключении. И вместе с вами мы придумаем, что можно сделать совместными усилиями.

Разведчики пошли вслед за ними в их убогую деревню. По пути Арианна наклонилась к уху Авви и прошептала ему: — Совершенно не могу определить их Знаки Крови. У этого Стэймера есть что-то и от Эйнзи, и одновременно от Каурси. Как это может быть?

— Наверняка, они здесь уже долго живут! Видимо планетарный фактор исказил этим Странникам Знаки Крови в их, искусственно созданных, телах. Но кто и где их тогда создал?

— Скоро мы это узнаем. — уверенно прошептала Ксиорри.

За грубо сколоченным столом в окружении гостей сидел Стэймер и ловил каждое, произнесенное, ими слово, рассказывающее о его, казавшейся еще недавно потерянной, родине. Все остальные его соплеменники, которые с трудом объяснялись на Всеобщем Языке, а предпочитали, созданный ими уже здесь, гортанный язык, сопровождающийся выразительными жестами, разошлись по своим хижинам.

Теперь свет надежды отчетливо забрезжил в глазах всех бывших сынов и дочерей далекой Энгарты.

— Так наши ученые так и не нашли решения извечной проблемы Белой Крови? — спросил гостей, после их долгих рассказов о современной Энгарте, Стэймер.

— Нет. И даже планету, на которой бы могла сформироваться новая Кровь, отыскали только мы.

И Лэйс поведал Страннику о их совместных злоключениях.

— Да, чудны Творения твои, наш Крылатый, — протянул Странник. — Это было бы решением всех проблем построить бы здесь Колонию и переселить сюда всех людей с Энгарты.

— А ведь теперь мы с вами, объединившись, сможем привести сюда эскадру кораблей с Энгарты, — хлопнул себя по лбу Стэймер. — Я, кажется, нашел спасительный выход для всех нас!!!!

— Какой? — воскликнули хором все пятеро молодых людей.

— Для того, чтобы понять все тонкости этого плана, я должен подробно рассказать вам о том, как мы попали сюда, на Тхэйту! — ответил Странник.

— Почему на Тхэйту? Ведь Тхэйта, это «переходный Мир». Мы назвали ее Аэвальтой! — возразила старику Эйси.

Арианна и Карнеа как-то изучающе посмотрели друг друга в глаза, но ничего не сказали.

— Ну вы же — молодые, — широко улыбнулся Стэймер. — И понятное дело, что ваши сердца еще открыты для полноценной Любви. А для нас, стариков, это мир является переходным … переходом на тот Свет. Ведь мы даже и не чаяли, что когда-нибудь доживем до сегодняшней встречи с вами…

— Когда-то невыразимо давно, уже и не помню, сейчас, точно, когда, — начал Стэймер свой рассказ. — Я и другие мои соплеменники грезили мечтами увидеть неизведанные планеты далекого Космоса. А когда такие, как мы, повзрослели и поняли, что в мире, над которым висит проклятие Белой Крови, невозможно создавать семью со своими возлюбленными, мы решились броситься с головой в забытье и забыть о своих возлюбленных, перейдя при помощи Крылатой Башни в бесконечный Светящийся Лабиринт Вселенной. Я вам скажу, ребятушки, место это отнюдь не веселое. Там очень быстро теряешь счет времени, созерцая изнутри узкие светящиеся тоннели и ощущая бешеную скорость непрерывного полета вперед. Но все же нам повезло.

— Этого просто не может быть. Я надеюсь вы помните свой инфокод? — спросил старика Лэйс.

— Долгие годы, проведенные здесь, он был мне, сами понимаете без надобности. Но у меня очень хорошая память. Мой инфокод К-215-88-64.

— Хорошо. Я сейчас сверюсь с базой данных всех Странников, которые когда-либо переступали порог Крылатой Башни. Одну минуту, — Лэйс порылся в своей сумке и извлек искрящийся красный маайлэнг.

Он погрузился в транс, быстро перелистывая изображения страниц архива: — А вот нашел: двести семьдесят лет назад Каурси Стэймер в возрасте ста пятидесяти лет действительно вошел в Крылатую Башню, и его айри было направлено к созвездию Белого Единорога. Четыреста двадцать лет??? Разве энгарим столько живут?

— Ах, да точно, я вспомнил, я — Каурси, точнее, я когда-то был Каурси. Вы забываете юноша, что это повторное тело было создано этими существами по магнетическому оттиску моего айри. По моим ощущениям мне сейчас чуть более двухсот лет. Я уже живу на этом необитаемом материке, словно Рабби-Хар, шестьдесят четыре года и восемь месяцев. Только у нас, в отличие от этого литературного персонажа, не было помощников среди местных дикарей.

— Думаю, я смогу вам помочь его уточнить, если вам, конечно, это интересно, — заметила Арианна.

— Да как вам, внученька, сказать, — для меня это теперь не так уже и важно. Я надеюсь, что через неделю я уже буду снова жить в своем родном Ареале и попытаюсь приспособиться там ко всем новшествам, произошедшим на Энгарте за все эти дни.

— Итак, наши айраим, в конце концов, нашли свои якоря в одной из колоний могущественных Альбааров, — продолжил свой рассказ седой старец.

— Ого! А какие они из себя? — перебил старика любознательный Тэй О’Хант.

— Даже не знаю. Я только ощущал постоянное их Присутствие и слышал их голос. Это было все, что было позволено нам оставить в своих айраим, после, того, как, отпустив нас обратно, они сильно постирали многое из нашей памяти. Потом они создали для нас, на основе данных из наших айраим, более подходящие тела и отравили нас через двойной портал на каком-то допотопном летательном аппарате. Раса альбааров очень хорошо ориентировалась в нашей Метагалактике и вовсе не потому, что они повсюду побывали. Как они нам рассказали, в их Изначальном Мире есть некий искусственно-созданный артефакт, которые они называли «Всевидящее Око», при помощи которого они могут увидеть любое небесное тело в нашей Вселенной.

Молодые люди завороженно, стараясь даже дышать через раз, слушали этот невероятный и красочный рассказ Странника и даже не пытались больше задавать вопросов.

— Так вот первый портал, созданный для нас этими могущественными существами, заканчивался в системе красного карлика Джи 184-19, его альбаары тут же после нашего выхода к красному карлику за собой закрыли, — продолжал Стэймер. — А второй портал, ведущий на Тхэйту, до сих пор остался открытым. И после того, как вы сказали, что у вас есть программа возвратного перехода на Энгарту, мы можем с вами составить сообщение, скрепить их своими личными инфокодами и отправить его на Энгарту, чтобы энгарим по одному лэверу присылали в район красного карлика, а оттуда наша капсула будет, прибывших людей, забирать на Тхэйту. Вы же сказали, что у вас есть с собой почтовые микролэверы?

— Да у нас они есть! Давай те же немедля слетаем к красному карлику и запустим «почтовых голубей» на Энгарту, — воскликнул Лауви.

— Боюсь только, что никто из вас не сможет пройти через портал, который был альбаарами настроен исключительно на наши айраим, — сокрушенно промолвил старец. — Сделаем так. Мы сейчас вместе составим сообщение на Энгарту. Потом через открытый портал на нашей капсуле мы перенесемся в систему Красного карлика, отправим сообщение и, когда энгарим нам ответят, мы выловим «почтового голубя» и, затем, уже вместе с вами прочитаем их ответ и будем ждать долгожданных гостей.

— Ну, а вы, что будете делать, когда сюда приземлятся лэверы с Энгарты. Вернетесь на родину? — спросил старец Арианну.

— Нет. Ни в коем случае, мы вовсе не для того сюда сбежали, нарушив Кодекс Граанца, чтобы … мы теперь …— она замялась, подыскивая правильные слова. — Наши пары будут теперь жить до самой старости на Аэвальте, а нашим детям мы предоставим полную свободу выбора.

— А много вас здесь на Тхэйте?

— Нет, еще несколько человек осталось в лагере, — Арианна слегка пнула ногу Лэйса, когда он недоуменно посмотрел в сторону Арианны, почему же она не сообщает их новому сиару точное число разведчиков.

Но Стэймер, казалось, даже не заметил этой ее неточности.

— Ну мы с Фроллом тогда немедленно летим к Порталу на альбаарской капсуле, а вы пока хозяйничайте здесь. Завтра днем, после того, как сообщение передадут с Энгарты, мы к вам вернемся.

— А можно мне на взглянуть на ИХ капсулу? Уж очень любопытно, — спросили Лэйс и Тэй, практически одновременно.

— Конечно, она у нас за ненадобностью хранится теперь в нашем «музее», — усмехнулся Стэймер.

Они прошли в большой, покосившийся от времени, сарай, и Авви увидел допотопный самолет непонятной конструкции. Было удивительно, как он вообще не развалился, путешествуя через два портала и между ними.

— Что ж такая развитая цивилизация дала вам такой музейный экспонат?

— Скорее всего, он и был у них музейным экспонатом, — ответил Фролл.

— А не пробовали отыскать на Аэвальте нефть? — спросил Тэй-О’Хант.

— А что бы мы с ней тут делали? На сырой нефти далеко не улетишь, а перегонный куб нам выдать как-то забыли.

— Это и есть все ваше оружие, — спросил Лауви, кивнув на лук и стрелы.

— Да, разумеется. Но жизнь научила нас метко стрелять из него.

— А также научила вас есть мясо?

— А что поделать, надо было как-то выживать.

— Только не показывайте лук и мясные продукты нашим девчатам. А то такой вой поднимется!

— Хорошо, Командир.

Стэймер с Фроллом, забрав с собой «почтового голубя», запрограммированного на переход с красного карлика на Энгарту, полетели через Портал передавать сообщение. Было видно, как их капсула, выпустив два узких светящихся потока раскаленной плазмы, быстро растаяла в лучах заходящей Аиры.

За разговорами быстро пролетело время. И Лауви только сейчас вспомнил, что следует обрадовать своих друзей, неожиданно появившейся, возможностью связаться с Энгартой.

— Центр, говорит Дракон. Как слышно? Прием.

Тишина в ответ. Только какое-то зловещее потрескивание радиопомех на уровне фона…

— Центр, это Дракон. Ответьте… Ответьте…

— Да что же с ними там такое случилось? — удивился Тэй-О’Хант. — Давно уже должны были проснуться!

— Командир, лагерь не отвечает. У них что-то случилось. Нужно спешить к ним на помощь! — доложил Лэйсу Тэй.

— Ничего, завтра утром мы снова выйдем с ними на связь. Наверное, они умаялись после долгого перехода и не слышат нашего вызова.

Поскольку гостеприимный Стэймер оставил свою хижину в полное распоряжение разведчикам, девушки, расстелив свои спальники, кто на полу, кто на широкой кровати, быстро заснули. А Тэй-О’Хант, на всякий случай, отправился спать в свою капсулу.

*** ***

Авви-Лэйс долго ворочался рядом со сладко дремлющей Арианной не в силах заснуть. Ему хотелось на свежий воздух, и он вышел наружу, плотно закрыв за собой скрипучую рассохшуюся деревянную дверь. Что-то во всем этом решительно было не так. У Лэйса сильно кружилось голова от перенесенных стрессов. Целая цепочка невероятных совпадений: странный переход на Аэвальту, попытка отстранить, а потом и устранить Тэйви, увиденные во сне, фэйри, необъяснимый провал в памяти, двойной Тоннель на Аэвальту, а теперь еще эти четырехстолетние айраим Странников и их непродолжительный контакт с Альбаарами, Он не верил в совпадения. Оставалась только одна, высказанная накануне Роунтом, версия событий, которая могла бы все объяснить. И эта версия очень не понравилась Авви Лэйсу.

Пройдя двести метров в сторону, видневшихся на горизонте, гор, он чуть было не заметил, прекрасно замаскированный, детектор движения. Он подошел к нему поближе и разом похолодел, — это была, хорошо знакомая ему, модель, лишь недавно принятая на вооружение в Службе Безопасности.

— Ого! Гостья из будущего! А у вас, «Странники», оказывается, еще и своя машина времени имеется!

Он не стал испытывать свою судьбу, натыкаться в темноте еще на один детектор, чтобы услышать в ответ отчаянный вопль сигнализации. Лэйс просто отошел подальше от прожектора, чтобы его свет не мешал ему в поиске очередной аномалии. Он достал свой полевой бинокль и начал изучать то направление, куда показывал его металлоискатель. Спустя пятнадцать минут ему все же удалось разглядеть ее, схоронившуюся в тени высоких гор. Он сразу же узнал эту «аномалию». Перед ним, вознеся свой острый шпиль к сияющим звездам, стояла Крылатая Башня. И он тотчас же все понял…

РЕТРОСПЕКЦИЯ

В день Перехода

На ровном травяном газоне один за другим закружились воздушные вихревые воронки, образуя причудливые агроглифы из спирально уложенной травы, и в центре каждого из них возник лэвер с уже замершей роторной рамкой. Все сто пятьдесят лэверов, стартовавших с Энгарты. Избранная не обманула их. Прибывших Эйнзи действительно встречали. Люди в золотистых комбинезонах сердечно приобняли каждого из них и, похлопав их по плечам, построили прибывших Эйнзи в небольшое каре.

В центр каре вышел, атлетически сложенный, человек, огромного роста в таком же золотистом космодесантном комбинезоне. Он отрегулировал гибкий держатель, прикрепленный одним своим концом к боковой панели летного шлема, так, чтобы прямоугольник микрофона находился напротив его рта и торжественно произнес: — Братья и Сестры, мы приветствуем Вас у южных врат Нового Эдема, который свободен от проклятья Белой Крови. Мое имя — Вазарри, и я избран Ведущими нашими Крылатыми одним из правителей Нового Эдема.

Эйнзи нерешительно переминались с ноги на ноги, не понимая, что происходит. Они ожидали увидеть райские кущи Нового Эдема, а вместо этого вокруг их простиралась дикая, абсолютно необжитая, планета. Возник ропот.

— Нам было обещано, что здесь нас накормят и выдадут соответствующую одежду. Поэтому мы не взяли с собой ничего из еды и теплой одежды, — не выдержав, сказал один из новоприбывших Эйнзи.

— Братья и Сестры, вам было сказано, что еда вашим телам уже не потребуется, поскольку, войдя за порог Нового Эдема, вы сразу же обретете новые, более долговечные тела, которые будут свободны от проклятия Белой Крови. Вы войдете в этот мир абсолютно обновленными, с чистыми Душами и помыслами.

Ропот в толпе усилился.

— А как же наши тела? Что будет с ними?

— Нас не предупреждали, что мы войдем в Крылатую Башню и оставим свои тела здесь. Такого уговора не было.

— Мы не согласны. Мы возвращаемся обратно!

— Тише, Братья! — прозвучал вдруг глубокий и чистый женский голос, наполняющий все окружающее пространство благоговением и смирением.

Перед ними, как бы из ниоткуда, возникла высокая женщина в черном балахоне, расшитом светящимися лазурными узорами. На ее груди висел кулон с ярко-синим светящимся камнем. — Зачем вы цепляетесь за эти бренные тела? Через несколько часов вы окажетесь в райском месте, где вы уже ни в чем не будете нуждаться. Вы все будете сильными и красивыми, как боги. На вас будут равняться тысячи людей, которые вскоре прибудут с Энгарты. Это говорю вам, я — Избранная, которая тоже скоро присоединится к вам в Новом Эдеме.

— Итак, первые восемь человек, сделайте шаг вперед и следуйте за сиаром Привратником к Вратам новой жизни, — приказал Вазарри.

Семь первых человек сделали шаг вперед. Вазарри, который до этого поспешно отбежал подальше от этой опасной женщины и надвинул на себя поглубже летный шлем, теперь подошел к восьмому Эйнзи, который продолжал стоять на месте, заглянул ему в глаза и попросил его отойти в сторону. Следующий Эйнзи сделал шаг вперед, и восьмерка людей пошла вслед за проводником к вратам Крылатой Башни.

— Следующие восемь человек, приготовиться…

Потом Вазарри собрал в отдельном помещении четырнадцать наиболее физически сильных людей, которые, несмотря на слова Избранной, не захотели идти в Крылатую Башню, и тихо сказал им: — Ваузэ, сэаррим, вы останетесь здесь в своих телах и будете помогать мне встречать гостей из Энгарты. Я вам расскажу, что, как и когда надо будет предпринять.

Прозвучал сигнал вызова, и Вазарри его принял, уменьшив громкость динамика.

— Командир, контейнер с мазью оксиолла доставлен! — послышалось из трубки.

— Ваузэ. Запускайте первых восемь человек!

— Ваузэ!

Первые восемь человек, следуя друг за другом, поднялись по металлическому трапу. Перед тем, как пройти в черную дверь, они разделись до пояса, а служитель в респираторе густо натер их тела мазью оксиолла (мазью из корней дурмана) и проводил Эйнзи в зеркальную комнату. Там их уже ожидали восемь, расположенных ромашкой, чистых застеленных коек, которые располагались на прозрачном полу из чистого кварца. По периметру в притык друг к другу стояли, идеальные отшлифованные, двухсторонние зеркала. Они образовывали широкий многогранник, напоминающий собой идеальный круг. Под куполом располагался черный кристалл с центральным сквозным отверстием, так называемый айри-коллектор, через которые айраим попадали в лазерный ускоритель.

Восемь человек легли головами к центру. Общий свет погас. А обоюдосторонние зеркала начали вращаться вокруг своей вертикальной оси, отражая от себя айраим и сгоняя их к центральному потоку. После того, как восемь айри-искателей подали сигнал о том, что все айраим покинули тела, под кварцевым полом ярко вспыхнул мощный свет лазерного излучателя, и широкий световой поток увлек айраим Странников вслед за собой в Светящийся Лабиринт межзвездного пространства через острый шпиль Крылатой Башни, который был точно нацелен на определенные звезды.

Потом восемь тел аккуратно перенесли на носилках в расположенное рядом здание, и обслуживающий персонал Крылатой Башни пригласил следующих Странников.

*** ***

— Командир, — обратился к офицеру, помощнику Вазарри один из четырнадцати оставленных служителей. — А что ждет дальше айраим наших Братьев?

— Сейчас их всех направили в Приемную Башню, которая находится на красном безвоздушном спутнике Зэйты — на Сиарре, поскольку сама Зэйта всегда закрыта плотными облаками. Наш Ведущий специально выбрал такой мир, чтобы наши противники (цеарим) не смогли напрямую попасть на Зэйту. Затем, после того, как сцепление с их новыми приемными телами будет порядка восьмидесяти процентов, и они смогут самостоятельно ходить, а это случится примерно через четыре часа, всех новобранцев-аватаров посадят в планетарный катер и отправят на Зэйту в Тэльвауз. Так, что ты, сиар, многое потерял, что не присоединился к ним.

— А с этим металлоломом, что будем делать, Вазарри? — спросил престарелый смотритель Станции, проходя по рядам, замерших в ожидании своего неизбежного приговора, сверкающих летательных аппаратов.

— После того, как все Эйнзи были переправлены на Сиарру, им они уже не понадобятся, впрочем, как и нам. Нет, пожалуй, один из них мы все же себе оставим. Только замаскируйте его, как следует, а еще лучше разместите его в нашем подземном бункере, рядом с Лабиринтом. Все, нужное нам, оборудование с них необходимо снять, а в бортовые компьютеры этих летательных аппаратов, вставить вот эти дискеты и отправить все лэверы греться в хромосферу Аиры, чтобы никто и никогда не отыскал их следов. Да и в них можно тогда загрузить все тела, этих новоприбывших, Эйнзи. Они им уже точно больше не пригодятся!

*** ***

Аэвальта. «Аномальная» зона.

— «Не верьте ничему, даже своим собственным глазам», — вдруг вспомнил Лэйс напутственные слова Аноррэ. — Эх, ну почему же я их не вспомнил чуть раньше!

Он резко обернулся назад, ибо ему почудилось чье-то быстрое движение за его спиной. И в этот момент яркое ослепительное солнце взорвалось в его голове; все перед ним закружилось, и он упал на мокрую траву, потеряв сознание.

Агроглифы (слово, произошедшее от сложения двух корней: латинского «ager» (поле) и греческого «glypho» (вырезаю, выдалбливаю). — это масштабные геометрические узоры, достаточно сложных и причудливых форм, появляющиеся загадочным образом на сельскохозяйственных посевах или травяных полях за одну ночь.

Алертность (от английского слова alert — «бдительный») — состояние повышенной бдительности.

Вазарри (Всеобщий язык) — человек, поддерживающий связь с Ведущим (с айзаром).

Глава 7. ДРАКОНЬЯ ЛОВУШКА.

Энгарта. Ареал Эйнзи

В то утро на площади перед Храмом было необычайно многолюдно. И это было весьма странным, поскольку до ближайшей праздничной мессы было еще чуть больше недели. Все столпились вокруг большой цветочной клумбы и что-то постоянно запечатлевали на свои раудеры, выкладывая в единую Сеть изображение какого-то странного аппарата, который возник как бы из ниоткуда и сильно примял собой цветущие пионы. Кто-то позвонил в Службу Безопасности, но ему ответили, что им все уже давно известно и, что всем созерцателям нужно немедленно разойтись, дабы освободить место для патрульного лэвера и, самое главное, ни к чему не нужно притрагиваться!

Как только все отошли за периметр площади, в ее центре закружилась огромная воздушная воронка, и из нее возник патрульный лэвер цвета хаки. Грузовой люк распахнулся, и двое дюжих, коротко стриженных, ребят в армейской форме, не мешкая, спрыгнули из него и втащили внутрь лэвера этого «космического голубя».

Командир отошел к толпе собравшихся людей и сообщил им: — Энгарим, не волнуйтесь, — все под контролем. Дело в том, что у одного из наших исследовательских микролеверов произошел сбой программы, и вместо полигона он приземлился здесь. Кто из вас первым обнаружил микролэвер? Подойдите ко мне.

К офицеру подошла женщина Эйнзи средних лет.

— Хэй, сиара! Во сколько это произошло? — спросил ее командир группы Хаэнси.

Офицер записал в блокноте, названное энгарой время и ее личный инфокод, и спросил: — Никто из вас не прикасался к аппарату? Ваузэ! Тогда расходитесь по своим делам. О содержания посланий, которые мы обнаружим внутри этого лэвера, мы подробно расскажем всем вам сегодня же в единой Сети! Но, конечно же, далеко не всё из того, что мы выложим в открытый доступ, может оказаться правдой.

Через два часа. Ареал Хаэнси.

Экстренное оперативное совещание было решено провести в малом конференц-зале, который было надежно укрыт металлическими панелями от единой Сети. На нем присутствовали все старшие офицеры службы безопасности, патриархи Эниалл и Вэйнаа и двое специалистов из Кланов Анви и Авви.

Руководитель службы безопасности Хаэнси Тэлленгарт сообщил, собравшимся в зале, энгарим неожиданную новость: — Сегодня, два часа назад, в Ареале Эйнзи совершил посадку микролэвер, содержащий послание, весьма интересного содержания. В программе его полета содержался маршрут от планетарной системы Джи 184-19 до Энгарты и обратно. Но, как мы предполагаем, этот микролэвер был доставлен в вышеназванную звездную систему с неизвестной нам планеты при помощи лэвера и был запущен с его борта. Дэн-Терц, будьте добры, зачитайте нам основное содержание этого послания, составленного вчера, если верить этому тексту, неким Странником Каурси Стэймером!

Экс-начальник особого отдела взял в руки текст, скопированный с записи в маайлэнге, и, прокашлявшись, хриплым голосом произнес: — Хэу, энгарим! Мы даже не чаяли, что когда-либо сможем связаться с вами и вернуться на свою родину. Ах, как же нам хочется побыстрее встретить в наших эльгеорах рассвет бирюзового Аудэ, окунуться в изумрудные глубины Южного океана и, расправив крылья ксаэльгайры, взмыть к белоснежным вершинам Эрсинайских гор! Но довольно лирики. До вчерашнего дня нас было семеро. Семеро Странников, по воле высокоразвитых существ Расы Синего Луча, получивших новые тела и высланных на необитаемую планету, которую мы назвали Тхэйтой. Мы прожили на ней почти семьдесят лет и очень хорошо ее изучили. Это просто идеальное место для создания, здесь, нашей колонии. Здесь в изобилии имеются реки с прозрачной чистой водой. В этом мире никогда не происходит никаких стихийных катаклизмов. А немногочисленные хищные ящеры водятся исключительно в морях.

Далее следует перечисление всевозможных подробных данных о климате этой Тхэйты, ее материках и островах и тому подобное. Тому, кого это заинтересует, могут на досуге все это прочитать. А я продолжу чтение этого послания с самого интересного момента: Альбаары забросили нас на Тхэйту через два Тоннельных перехода. На наши вопросы о том, как им удалось их создать, они ответили нам коротко: «Вы не поймете…». Один из этих переходов заканчивался в системе звездного красного карлика Джи 184-19, и фактически рядом с этим выходом был и вход, ведущий на Тхэйту. Они посадили нас на какой-то свой допотопный летательный аппарат, и буквально через сорок минут после старта с их планеты-колонии мы очутились в стратосфере Тхэйты. Затем, они закрыли для нас первый Тоннельный переход, а второй оставили открытым. Мы выбрали для посадки один из южных материков и стали обживаться в новых условиях. А буквально вчера к нам присоединились и ваши недавние беглецы с Энгарты, которые тоже провалились в этот Тоннельный переход и разделили с нами нашу участь. По счастью, у них, а именно у Лауви Тэй-О’Ханта, оказались с собой микролеверы и программа перехода от красного карлика на Энгарту. Чем мы и воспользовались.

Мы предлагаем вам побыстрее вернуть нас на свою родину и начать колонизацию этой планеты, чтобы успешно решить проблему Белой Крови. Поскольку только мы знаем, как пройти через этот Тоннельный переход, мы будем ждать вас на борту нашей капсулы в указанное вами время. Капсула может вместить себя не более пятнадцати человек. В Космосе мы состыкуемся с вашим лэвером и соорудим переходной рукав для того, чтобы первые тринадцать энгарим смогли перейти на капсулу. А потом, может быть, мы и рискнем провести через портал и ваш лэвер. До встречи, ваши друзья Каурси Стэймер и Лауви Тэй-О’Хант. Свои идентификационные инфокоды мы прилагаем к данному письму.

— Авви Леоссэ, что показал анализ микролевера? — спросил специалиста по космическим кораблям Тэлленгарт.

— Этот микролевер входил в стандартный комплект оборудования, предположительно, борта МПЛ-14-бис. Программа перехода была несколько изменена, причем коллега Анви Ангерт (он сделал короткий кивок головой в сторону другого специалиста) утверждает, что его правила отнюдь не рука Вычислителя. Стиль правки напоминает «почерк» самого Тэй-О’Ханта.

— Интересно, откуда у них инфокод Лауви Тэй О-Ханта и его микролэвер? Возможно Тхэйтяне были на Шэтдаэльте и раньше нас нашли на ее поверхности обломки лэвера или обнаружили там спасательную капсулу с нашими беглецами? — предположил Дэн-Терц.

— Это и надо будет выяснить при встрече с ними, — коротко ответил Тэлленгарт. — А пока, давайте, еще раз послушаем то, что вчера передали нам наши Ведущие. Вам слово, Патрирах Эниалл.

— Вчера наши Зоарим, после долгого молчания, вышли с нами на связь и сообщили, что Отступник, наконец-то, объявился в обозримом для них пространстве. Благодаря этому, они теперь могут отслеживают каждый его шаг и скоро уничтожат своего бывшего собрата в его же Логове. Им стало точно известно, что Отступник создает в этом мире свою империю. Именно за этим он и переправил в этот мир несколько сотен Эйнзи. Поэтому, сказали Ведущие, в самое ближайшее время Отступник будет пытаться заманить и нас в эту западню планетарного масштаба, не понимая того, что сам уже угодил в ловушку, расставленную нашими Зоарим. Помните, предупредили нас Зоарим, что у Отступника есть невероятно сильное оружие, которое подавляет волю человека и делает его рабом, беспрекословно подчиняющимся любым приказаниям айзара. Помните об этом и не поддавайтесь на любые возможные провокации с его стороны или от его приспешников, сколь бы привлекательными они бы не были. И лучше, говорили они, нам вообще не вмешиваться в операцию по уничтожению бывшего айзара. Он может насторожиться и снова кануть в бездну Вселенной. Тогда всем нам снова придется постоянно жить в ожидании совершения Отступником очередной диверсии.

Но, если вы все-таки решитесь на это, — сказали они напоследок, — знайте, что уничтожить Отступника вы сможете лишь, расплавив из плазменного оружия, антипротонным зарядом или залпом мощного лучемета Печать Хаоса, которую он носит у себя на груди в виде кулона с лазурным камнем в черной оправе. Только это способно убить бывшего айзара.

— Вот почему мы нисколько не сомневаемся в том, что это приглашение в так называемый Транзитный Мир является частью плана Отступника, и нам не следует совершать переход в систему красного карлика, — сказал в заключении своего сообщения Патриарх Эниалл.

— А если все же поступить тоньше и, согласившись на их условия, прислать на место стыковки два лэвера, полностью набитых вооруженными сотрудниками службы безопасности, замаскированных под переселенцев. Тогда мы сможем без труда одолеть двух-трех встречающих, независимо от их, незнакомого нам, оружия и, при помощи наших специальных приемов, выведать у них всю правду, а, затем, и подумать, как уничтожить самого Отступника, чтобы вернуть, всех похищенных, Эйнзи обратно на свою родину, — предложил Дэн-Терц.

— Возможно мы так и поступим. Но, где гарантия того, что они не успеют раньше, чем мы их сможем захватить, нырнуть в обратный переход и предупредить айзара о грозящей ему опасности? — сказал Тэлленгарт.

— Мы можем пустить вперед себя реальных «переселенцев», — предложил молодой офицер Хаэнси, заменивший, пропавшего без вести, Роунта.

— Я больше, чем уверен, что все эти сказки про альбааров и Тоннельные переходы, эта просто «липа». У них, наверняка, имеются и, похищенные у Эйнзи, лэверы, и программы переходов до Красного карлика и до самой Энгарты. Поэтому нас будет ждать в точке перехода не хлипкая десантная капсула, а хорошо вооруженный, переделанный под планетарный корабль, похищенный лэвер, а то и несколько подобных летательных аппаратов. Сиар Леоссэ, как нам лучше нанести свой внезапный удар одновременно по нескольким лэверам, которые возможно будут покрыты дополнительной броней, чтобы вывести их ходовые части из строя, не повредив при этом никого из экипажа?

— Это невероятно сложная задача. Для этого нам нужно вывести лэвер на такую орбиту, с которой все лэверы будут на ладони и, точно рассчитав их траектории, последовательно запустить к ним ракеты, замаскированные под мелкие астероиды.

— Да, но для изготовления таких ракет нам понадобится больше одного дня. А нам нужно действовать немедленно, — решительно отверг этот вариант Тэлленгарт. — И да, сэаррим, с этого дня все радиосообщения, а также размещения новых магнетических информационных блоков в Сети, касающихся операции «Новый Эдем», временно должны быть прекращены. Отступник и его сообщники ни в коем случае не должны узнать о том, что наши ученые уже нашли решение проблемы истощения генофонда Энгарты, и того, что мы уже не нуждаемся больше ни в каких, предлагаемых непонятно кем, планетах. Иначе, этот, пока находящийся на планете-ловушке, айзар тотчас же заметет свои следы, устранив всех своих пленников и сообщников, и сбежит строить свою империю в недоступном для всех нас районе Вселенной.

Аэвальта. В это же время.

Она быстро скинула с себя всю одежду и взяла большой сверток из рук, сопровождавшего ее стражника, который поспешно отвернулся. Она, не спеша, надела на себя черный балахон с лазурной вязью и вытащила на его поверхность, покоящийся между двух красивых грудей, светящийся-синий кристалл. Стражник аккуратно собрал, раскиданную по бетонному полу, одежду и скрылся в каменной нише, ожидая возращения девушки. Босая девушка поглубже накинула широкий капюшон и, отодвинув тяжелые бархатные портьеры, вошла в спальную комнату своего Господина.

Седой старец, своими габаритами превышающий любого человека, отодвинул какие-то кристаллы в сторону и поднялся из-за стола, разом делаясь еще выше и величественнее.

— Вот мы и встретились с тобой вживую, Дочь моя.

— Хэй, Повелитель! — Избранная, слегка обозначив поклон, внимательно посмотрела ему в лицо, совершенно не узнавая облик айзара, явившегося ей когда-то в том, роковом, сне.

— Да, я сильно состарился, — с усмешкой сказал айзар, легко читая ее мысли, разгладив рукой свои седые волосы. — Что делать, годы берут свое. Ну ничего, вот закончу здесь все свои дела, и наша Ксиорри подберет для меня новое молодое тело. Я бы с удовольствием взял бы ее тело, но оно, увы, не сможет принять в себя мой айри мужской полярности.

Кристалл на груди Избранной внезапно начал сильно пульсировать и гаснуть.

Девушка с тревогой посмотрела вглубь камня, а потом злобно уставилась на айзара: — Твоя работа?

— Нет, Дочь моя, — ответил на ее немой вопрос Светозарный. — Эти камни имеют различную природу и поэтому, можно сказать, что друг друга недолюбливают. Мне так и не удалось носить этот иноземный кристалл вместе с Даром Паа, поэтому я и передал айфранг тебе, моя Избранная.

— У меня для всех вас есть отличные новости. Энгарта час назад согласилась прислать свой первый корабль с переселенцами в указанную нами точку перехода, — продолжил Светозарный. — А, тем временем, на Зэйте нами уже полностью построен большой город Тэльвауз. И теперь нам нужна там, как воздух, своя Ксиорри для контроля над процессом выращивания соответствующих приемных тел.

Избранная недовольно поморщилась и решила ответить тем же: вызвать у айзара неприятные ощущения: — Кстати, в прошлый раз ты обещал открыть мне свое настоящее Имя.

— Имя… да, что оно для меня, теперь, значит, так, пустой звук не более того, — айзар посмотрел в прекрасное лицо юной девушки. — Когда-то все Братья звали меня Гердтом. А потом, проведя ритуал лишения Отступника своего Имени, разорвали связь этого Имени с Миром Обетованным. Ну да это все в прошлом. А теперь, девочка моя, тебе предстоит встретить наших гостей. Но будь крайне осторожной: энгарим очень опасны и хорошо вооружены. И если они окажутся вооруженными армейцами в защитных металлических шлемах, блокирующих действие айфранга, сразу же все бегите назад. И никаких вооруженных стычек! Это понятно?

— Ваузэ, — недовольно промолвила Избранная.

Светозарный внимательно посмотрел ей в глаза и сокрушенно покачал головой: — Этот камень делает тебя слишком самоуверенной. Эта вседозволенность может однажды тебя подвести. Помни, всегда нужна осторожность. Даже я, имея такое мощное прикрытие (Гердт осторожно прикоснулся к Печати Хаоса), всегда стараюсь избегать ненужного риска.

Тэльфиора.

Накануне вечером, сильно уставшие, Роунт и Аноррэ вернулись из совершенной ими дальней экспедиции в глубь материка. Многочасовая тряска на спинах степных скакунов для непривыкших к верховой езде космодесантников стала для них весьма серьезным испытанием. Они буквально сползли без сил со спин скакунов и принялись распаковывать свои, полных трофеев, седельные сумки. Ваэнди, который остался дежурить в лагере, уже давно приготовил для них обед, который со временем неизбежно превратился для припозднившейся супружеской четы в сильно остывший ужин. Но это никого сильно не расстроило.

Аноррэ угостила Ваэнди сочными фруктами и рассказала ему о том, как они с Роунтом купались без одежды в необычайно прекрасном серебристом водопаде и о необычайно высоких заснеженных вершинах далеких гор, до которых они так и не добрались.

— Ллэри, сегодня, уже возвращаясь обратно, я почувствовала какую-то угрозу, подстерегающую наших друзей. И мы тут же связались с ними и предупредили их об опасности. И теперь я думаю, что нам всем следует быть бдительными и не полагаться только на чувствительные детекторы, — поведала о своем предчувствии Аноррэ. — Роунт, как ты думаешь, наши друзья уже посадили свою капсулу?

— Разница во времени с Тэльфиорой составляет примерно одиннадцать часов. Так, что уже скоро они должны сообщить нам об этом свершившемся факте, — ответил Хаэнси.

И точно, — буквально через двадцать минут, сигнальный огонек рации возвестил о том, что Командир вызывает их на связь. После недолгих переговоров с разведчиками, Роунт сообщил, что приземление капсулы прошло успешно, но никакой аномалии обнаружить не удалось.

— Это была не аномалия, а нечто совсем другое… — входя в транс, сообщила Аноррэ.

— А что это было? — полюбопытствовал Ваэнди.

Аноорэ, опустив веки, внимательно изучила свой внутренний экран, а потом произнесла: — Право не знаю. Наверное, я очень устала за сегодняшний день. Быть может во сне мне придет ответ на твой вопрос, Ллэри.

— Да, давайте уже спать. Скоро полночь, — сказал Роунт и, взяв на руки Тэйви, словно пушинку, понес ее в свое жилище.

*** ***

Утром они проснулись поздно. И Роунт, спохватившись, переставляя местами подушки, начал повсюду искать рацию, чтобы связаться с ребятами. Но рации нигде не было.

— Странно, я ее вчера оставлял в изголовье… Куда она могла подеваться?

Его резкие поисковые манипуляции разбудили миловидную обнаженную Аноррэ, и та, сладко потянувшись, спросила: — Ты что-то потерял, Аэви?

— Да. Ты случайно не видела нашей рации? Помнится, что я оставлял ее где-то здесь.

— Нет, Аэви. Вчера я так устала, что моментально отключилась. Может быть Ллэрионд об этом знает? Может он захотел поговорить ночью со своей женой?

— Сейчас спрошу, — ответил разъяренный Хаэнси.

— Только повежливее, пожалуйста! — попросила его Аноррэ.

— Да, разумеется. Я буду с ним сама нежность.

Роунт подошел сзади к сидящему у костра в комбинезоне Ваэнди и одной рукой, взяв его за сделанную ей же большую складку в районе груди, приподнял его в воздух и, сильно встряхнув, грозно сообщил: — Эй ты, хлэйф, если ты через минуту не отдашь мне рацию, я буду тебя медленно, но верно топить в этой горной речке! Ты меня понял?

Побледневший Ваэнди, дико вращая своими глазами, хрипло простонал: — Отпусти! Я ничего не знаю. Я ночью плохо спал. У меня сильно болела голова. Она болит и сейчас.

— Отпусти его, Аэви! — сказала Аноррэ, внимательно разглядывая, перемазанные, уже подсохшей, глиной, сапоги Ллэрионда. — Даже, если он и утопил нашу рацию этой ночью в болоте, он уже ничего об этом не вспомнит. У него сильно болит голова, а это верный признак того, что бедняга подвергся сильному гипнотическому воздействию.

— Но, ведь, кроме нас никого здесь не было, — возразил ей Роунт.

— Установку на определенное время ему могли дать и перед самым стартом десантной капсулы, — вспоминая процесс недолгих проводов, ответила Аноррэ.

— А-а! — вдруг громко вскричала Тэйви и, схватившись за голову, упала к ногам Хаэнси.

Аэвальта, «Аномальная зона».

В то время, как Авви Лэйс ушел вслед за Странниками, отправляющихся в полет к Тоннельному переходу, а Эйси неожиданно увлекла Карнеа разговором о гипнотических возможностях наиболее сильных индукторов, живших когда-то на Энгарте, Арианна пошла проводить Тэй-О’Ханта, решившего сторожить ночью их капсулу.

РЕТРОСПЕКЦИЯ

Энгарта, Ареал Лауви.

— Тэй, поскольку вы чистокровный энгар Лауви, вы, наверняка, можете создать любой излучатель, не так ли? — спросила его симпатичная девушка, нежно взяв его за руку, пряча другой рукой свой кулон с ярким камнем.

— Разумеется. Меня обучали этому с самого детства, — смутившись, ответил Тэй-О’Хант.

— Вам необходимо будет сделать для меня излучатель не совсем обычной формы, который может произвести всего один-единственный, но весьма точный и очень мощный выстрел, — сказала девушка и подробно объяснила гениальному изобретателю, какой формы должен быть этот излучатель, положив на ладонь свой необычный кулон.

Лауви крепко задумался: — Сиарра, мне даже страшно предположить, зачем он вам может понадобится!

— Не переживайте, сиар, я клянусь всей своей жизнью, что он будет направлен исключительно на благие дела! — пообещала ему девушка.

Тэльфиора.

Сильнейший удар повалил Ллэрионда на землю. Он закрыл свое лицо руками и застонал.

— Поганый фиосс, что ты с ней сделал? Это снова твоя магия? — заорал разъяренный бывший офицер Службы Безопаности. — Я сейчас из тебя отбивную сделаю!

Роунт сильно ударил ногой, лежащего Ваэнди, по ребрам, точнее попытался ударить, поскольку тот внезапно укрыл себя мощным слоем упругой субстанции, и Хаэнси, отлетев на пять метров назад, упал спиной в лужу.

Он моментально вскочил на ноги, и тотчас же, летящая прямо ему в лицо, небольшая шаровая молния заставила его снова упасть на землю. Огненный шар ударился в ствол дерева, и то с грохотом обрушилось на Роунта.

— Ребята, перестаньте! Ваэнди не виноват! На Аэвальту сошел Отступник, и я, почувствовав приближение этого невероятно мощного Источника, потеряла сознание! — Тэйви помогла мужу выбраться из-под завала и, отряхнув с него грязь и листву, проникновенно добавила. — Все очень плохо. Надо срочно предупредить Лауви, что его час настал. У нас на борту лэвера есть рация. Ты можешь ее настроить на нужную волну?

Только через час Роунту удалось перестроить бортовой радиопередатчик, который до этого кто-то пытался также вывести из строя.

— Дракон, это Центр. Дракон, это Центр. Ответьте!

Наконец-то возникла устойчивая связь, и в трубке проявился голос Лауви: — Я, Дракон. Слышу вас плохо. Почему не отвечали?

— Я — Центр. Все объяснения потом. Слушай, Лауви, это Аноррэ. Отступник уже здесь, на Аэвальте. Действуй. Помни, что мы навсегда с тобой, чтобы с нами теперь не случилось. Конец связи.

— Аэви, милый, — со слезами на глазах Аноррэ зажала двумя ладонями лицо мужа и крепко его поцеловала. — Нам нужно срочно отсюда бежать. Скоро здесь высадятся боевые отряды Изгоя.

— Тогда садимся в лэвер и стартуем! — сказал Роунт.

— Нет, ни в коем случае, — этот лэвер сразу же обнаружат наши цеарим. Лэвер мы оставим здесь. Он должен перенестись туда, где находятся наши друзья. Только так может реализоваться Предначертанное. Мы поскачем отсюда прочь на наших скакунах, — твердо произнесла Тэйви и со слабой надеждой в голосе спросила Ллэрионда. — Ты с нами, Ллэри?

— Вот еще что! — возмутился Ваэнди, прикрывая рукой, залитую гематомой, половину лица. — Даже не подумаю. Я еще хочу немного пожить на этом свете.

— Ну как знаешь. Тогда прощай. Живите счастливо со своей Карнеа и не поминайте нас недобрым словом! Знай, что все мы здесь делали одно большое праведное дело, даже те, кто совершенно об этом до сих пор не подозревает!

Аэвальта, «аномальная зона».

Отбросив в сторону рацию, еще окончательно не проснувшийся, Лауви надел на шею свой заветный оберег и попытался завести капсулу, но она даже не дернулась с места.

— Что за шэйтанф? — подумал второй пилот, проверяя уровень авиабензина.

Стрелка уровня оказалась в самом низу жирной красной линии.

— Понятно, — уныло произнес Тэй О’Хант, поспешно вгоняя в свой автомат максимальное число парализующих зарядов.

Выходить наружу ему не хотелось. Он знал, что капсула окружена со всех сторон. Но друзьям требовалась его помощь, и теперь он размышлял лишь над тем, чтобы обезвредить, как можно больше, цеарим. Он не знал собираются ли его уничтожить или только взять в плен. Это надо было выяснить в первую очередь. Поэтому он пропитал водой марлевую повязку и накрыл ей лицо. Затем, открыл входной люк и выставил наружу, надетый на палку, свой летный шлем, ожидая прицельных выстрелов. Но их, к счастью, не последовало. Вместо этого в капсулу со всех сторон полетели ручные металлические снаряды с парализующей дымовой смесью.

— Это уже лучше, — подумал Лауви, надевая на себя защитный скафандр, и, пропитывая фильтр дыхательного патрубка нейтрализующим раствором. — Тогда сейчас мы с вами немного побегаем.

Лауви открыл люк и беспомощно упал спиной на трап, изображая парализованного человека. Ему поверили, вдали прозвучали слова команды, и к капсуле тотчас же поспешили четверо автоматчиков в золотистых комбинезонах. Тэй О’Хант совершил обратный кувырок, и из положения лежа выпустил четыре заряда по приближающимся цеарим. Трое из них тотчас же упали. Четвертый, прикрывая нос и рот платком, попытался выстрелить в Лауви, но тот оказался проворнее и, прыгнув на Эйнзи, мощным ударом ребра ладони в незащищенный участок шеи отправил его в нокаут. Теперь путь в деревню оказался свободным, и Лауви, что было сил, побежал к хижине Стэймера, надеясь встретить там своих друзей. Он открыл дверь и обомлел. Все спальники и простыни в беспорядке валялись на полу, и никого из друзей в комнате не было.

— Куда же их смогли увести? — подумал Лауви.

Он медленно приоткрыл дверь и втянул в себя, уже разогретый Аирой, воздух. Вроде никого рядом не было. Он осторожно вышел из хижины и осмотрелся. В той стороне, где виднелись далекие горы, Тэй-О’Хант увидел, наблюдающего в бинокль, автоматчика. Он, сняв шлем, неслышно подкрался к нему сзади и, приставив острие ножа к точке, расположенной за его мочкой уха, шепотом его спросил: — Где девушки и Авви? Говори, иначе я сделаю тебя калекой на всю жизнь и даже перемена тела тебя не спасет.

Эйнзи, что-то замычал в ответ, показывая рукой в сторону гор, — Они все…

— Они все у нас в гостях, — раздался вдруг, невероятно знакомый, женский голос.

Он обернулся, и, ярко слепящий, синий свет ударил ему в лицо.

— Ты??? — удивленно спросил Лауви.

— Нет, это не я, — ты ошибся! Ты сделал все, что мог. А теперь спи!!! А смог ты не так уж и много.

Его глаза неумолимо закрывались. В теле разливалась свинцовая тяжесть. Ноги подгибались, отказываясь двигаться. Мыслью о своих друзьях, оказавшихся в беде, он попытался преодолеть это ужасное состояние, но легкий удар в область затылка тотчас же отправил его в царство Морфея. И Тэй-О’Хант, покачнувшись, рухнул прямо на дорогу.

Тэльфиора

Голова раскалывалась на мелкие части. Он перетряхнул вверх дном всю свою аптечку в надежде найти хоть одну капсулу болеутоляющего средства. Но его на месте не оказалось. Шатаясь, он подошел к берегу реки и окунул в него свое разбитое лицо. Немного полегчало. Он припомнил, что где-то в кармане его теплой куртки лежал, припасенный на крайний случай, шприц с сильнодействующим опиоидным анальгетиком. Он разорвал упаковку, вынул наружу двухмиллилитровый пластиковый шприц, вколол препарат в себя и стал ждать. Через десять минут боль, как рукой сняло, но его движения не стали от этого более координированными. Теперь его шатало гораздо сильнее. К тому же возникли необычные рецепторные глюки. Ему казалось, что он идет не по земле, а по раскаленной лаве Шетдаэльты. Сквозь подошвы ботинок он явственно ощущал, идущее от земли, тепло. Перспектива тоже менялась на глазах. Стоящие вдалеке деревья и, близ расположенные, строения теперь казались равно удаленными. А когда еще за его спиной послышалось диминуэндо ослабевающего воя, он совершенно безвольно уселся на сухую траву и плотно закрыл ладонями уши.

— Эй ты, хлэйф, чего расселся? Давай живо поднимайся! — раздался чей-то реверберирующий голос, и нечто твердое несильно ударило его в спину.

— А это снова ты, Роунт! — не открывая глаз, прошептал умиротворенный Ллэрионд. — Решил-таки вернуться?

— Где остальные? — спросил его тот же голос.

Ваэнди открыл глаза и удивленно уставился на пятерых вооруженных людей в золотистых комбинезонах. Позади них стояло два лэвера, один из которых был чужим.

Сильные руки подняли Ваэнди на ноги, и офицер плеснул ему в лицо ледяной воды.

— Тэн, ты полюбуйся на его расширенные зрачки! — сказал он другому Эйнзи. — Видать он уже с утра отведал какой-то дури. Нашли кого оставить охранять свои дома, придурки!

Другой Эйнзи из группы захвата быстро защелкнул на запястьях Ллэрионда наручники, а потом, признав в нем мага, добавил еще ему на голову замкнутый контур из колючей проволоки.

— Ну теперь он полностью нейтрализован, — доложил Эйнзи.

Другие солдаты уже взламывали двери в опустевших жилищах, но никого из космодесантников там не обнаружили.

— А они тут неплохо все обустроили. Пожалуй, мы переселим сюда наших странников. Тем более, что свою задачу они уже выполнили, — заметил офицер, и, снова встряхнув плененного Ваэнди, спросил его. — Отвечай, шальзи, куда ушли еще двое?

— А откуда вы знаете, что их было двое? — удивился Ваэнди.

— Сейчас мы тебе подобьем еще один глаз для полной симметрии, — проговорил Эйнзи. — В какую сторону они направились?

— Не, я, в натуре, уже ничего не помню. Мне было уже не до них.

— Ладно, чего возьмешь с этого нарика. Выводи зверя! — скомандовал офицер.

Еще один Эйнзи зашел в лэвер и, выведя оттуда на поводке огромного мохнатого фиосса, дал ему понюхать след от копыт исчезнувших скакунов.

— Фадж! — скомандовал Эйнзи, и фиосс быстро помчался на длинном поводке, уводя за собой в лес четырех автоматчиков.

Примерно в это же время….

Арианна открыла глаза и тут же резко вскочила со своей пружинной кровати. Затем, она с удивлением осмотрелась вокруг.

— Где я? Что эта за комната? Как я здесь оказалась? Где все остальные?

— Впрочем, — сказала она себе. — Этого следовало ожидать в любую минуту…

Она подошла к единственному окну, которое было «украшено» изнутри незатейливым решетчатым орнаментом из сваренных между собой толстых армированных стержней и посмотрела вниз. За окном открывался знакомый пейзаж южного материка с его характерными травянистыми холмами. Она внимательно осмотрела свое тело, но, по счастью, не обнаружила на нем абсолютно никаких изменений. И даже одежда на ней была та, в которой она легла вместе с Лэйсом на широкую кровать Стэймера. Мощная железная дверь так же оказалось задвинутой снаружи на широкую щеколду. Когда-то в детстве она читала историю первых веков Новой Эры человечества Энгарты, в которой фигурировали вот такие же отдельные изолированные комнаты для правонарушителей.

— Как же их тогда называли учителя Ауми? — пыталась она припомнить это странное, режущее слух, название. — Нет, не помню…

Но даже в самом страшном своем сне она не могла бы представить себе, что когда-либо наяву увидит эти мрачные доисторические сооружения, а тем более то, что она окажется внутри одного из них!

— Эй, есть тут кто-нибудь! Немедленно откройте! — закричала Арианна и принялась бить ногами в железную дверь.

Молчание было ей ответом. Впрочем, все необходимые удобства в этой комнатке присутствовали. И даже у окна стоял накрытый столик с банкой еще теплого эйхелеса и крохотным бутербродом с сыром. Там же лежала ее диадема, украшенная ярким изумрудом.

Примерно через сорок минут, что-то снаружи заскрежетало, и на пороге появились два человека в золотистых комбинезонах. Один из них держал, нацеленный на Арианну, парализатор.

— Выходите, энгара! Наш Повелитель ждет вас!

— Где мои друзья?

— Нам не велено разговаривать с вами. Быстрее собирайтесь. Диадему на голову не одевать!

— А то что?

— Тогда придется везти вас частично обездвиженной, — автоматчик выразительно положил свой палец на спусковой крючок.

— Понятно. Ну что ж пойдем! Далеко идти?

— Скоро узнаете…

Один из конвоиров пошел впереди, а автоматчик замыкал их небольшую процессию. Они спустились в подвал и пошли по лабиринту подземных коридоров. Свет перед ними включался и сразу же выключался после того, как они проходили очередной зал. Арианна принялась отслеживать в уме все многочисленные повороты, совершенные ими, в этом подземном лабиринте, но вскоре сбилась со счета. Они проходили мимо каких-то клеток, а которых содержались не то дикие звери, не то пленники, доведенные до высшей степени отчаяния, и их жуткий вой заставлял айри Арианны сжиматься от ужаса. Наконец, вдали обозначился прямоугольник дневного света, и они вошли через черный ход в какое-то величественное грандиозное сооружение, сложенное из абсолютно черных, отполированных, гранитных плит с ветвящимися причудливыми вставками из ярко лазурного аквамарина.

Они поднялись на второй этаж, и один из конвоиров жестом указал на завешенный бархатными портьерами вход.

— Энгара, вам сюда!

Арианна осторожно раздвинула створки занавеса. И, как только она увидела, сидящего в роскошном кресле, которое больше напоминало собой трон, высокого человека в черной сутане с лазурным камнем на груди, как тут же невыносимо острая боль пронзила ее айри, и девушка застонала.

— Хэй, энгара! — произнес старец, подымаясь с кресла во весь свой немалый рост. — Что с вами?

— Хэу, айзар. Будьте добры, наденьте диадему на свою голову, не то ваш айри, содержащий в себе отражения всего Запределья, выжжет мне весь мозг своими лучами, и я превращусь в клегму.

— Нет, это полностью исключено. Но разрешаю вам надеть диадему, чтобы вам было комфортно, — снисходительно произнес Светозарный.

Надев свою диадему, Арианна приблизилась к старцу.

— Так ты и есть та самая Ксиорри Арианна, которая помогла нам, вашим Ведущим, осуществить переход части энгарим на Тхэйту? — произнес старец. — Позвольте представиться, мое имя — Гердт. Меня направили сюда Братья наши Крылатые, чтобы помочь, заблудшим и, пребывающим в сомнениях, жителям вашего мира навсегда избавиться от циклов периодического истощения генофонда Энгарты.

— Сержант, оставьте нас наедине, — приказал Гердт, и, дождавшись, когда дверь за ним закроется, сказал Арианне. — Присаживайтесь за стол, милая девушка. Разделим со мной этот скромный завтрак.

Завтрак обещал быть далеко не скромным. На черной скатерти, украшенной лазурными светящимися рисунками, стояли несколько хрустальных графинов, наполненных разноцветными напитками, блюда с какими отварными морскими обитателями и дольками лайма, чаша с фруктовым салатом, блюдо с нарезанными в виде шестиугольников кусочками сыра различных сортов и, конечно же, множество всевозможных сладостей.

— Арианна, попробуйте этот божественный напиток из мира Табэа! Его там готовят из особых сортов сине-фиолетовых местных ягод. Он снимает усталость и поднимает настроение, — весело произнес айзар, разливая вино по хрустальным бокалам. — Давайте же выпьем за встречу, которая послужит началом нашего долгосрочного сотрудничества!

Арианна осторожно поднесла бокал к губам и тут же отставила в сторону.

— Там содержится какой–то простейший спирт, — поморщилась Арианна. — Извините, но я не стану это пить.

— А вы хорошо определяете Знаки веществ! — похвалил ее Гердт. — Но вы совершенно напрасно отказывайтесь от этого эликсира веселья! В некоторых мирах, в которых мне удалось побывать, каждый праздник отмечают подобными напитками.

Арианна положила себе в тарелку немного фруктового салата, зацепила декоративной острой косточкой немного твердого сыра и попросила налить ей в чашку крепкого эйхелеса.

— Спасибо, мальхаар, — поблагодарила Гердта Арианна после того, как немного утолила свой голод. — Все было необычайно вкусно.

— С этого дня перед тобой всегда будет такой стол, — пообещал ей Гердт. — Надеюсь, в ответ, ты не откажешь мне в одной просьбе?

— Только в одной? — изобразила искреннее удивление Ксиорри.

— А ты хорошо держишься! Ты лучшая энгара из тех, с кем мне довелось иметь дело! — искренне сказал айзар. — Ну на ближайшие два дня это будет действительно единственная, но очень важная моя к тебе просьба. Но самое главное заключается в том, что я на днях сделаю тебя руководителем моего научного центра.

— Здесь на Аэвальте? — уточнила Арианна.

— На Аэвальте? Ах, да, ну что ж, пожалуй, мы действительно завтра же переименуем нашу Тхэйту и сделаем из нее Мир Любви. Ведь завтра сюда прибудут первые переселенцы с Энгарты. И это имя нового мира, их долгожданной Колонии, думаю, сильно им понравится! Не так ли?

Арианна снова изобразила на своем лице искренний восторг, и, благодаря, специально надетой для этой цели, диадеме с ярким изумрудом, айзар, конечно же, принял его за чистую монету.

— Итак, в чем же заключается моя работа? — серьезным тоном спросила энгара. — Я, так понимаю, что это связано с определением степени генетического вырождения Знаков Крови у новоприбывших переселенцев?

— И это тоже, — уклончиво ответил ей Гердт. — Во всяком случае именно так мы им и скажем. Но, кроме того, ты должна будешь незаметно отобрать из их спинного мозга небольшие порции стволовых клеток для выращивания граайлей, искусственных приемных тел.

А вот теперь удивление Арианны было действительно искренним.

— Как? Вы собираетесь создать здесь, на Аэвальте, Приемную Башню для Странников?

— Возможно. Но в любом случае мне будет нужна активированная клегма для граайлей, хотя бы, пока, для того, чтобы наши ветераны и Странники смогли бы обновить здесь свои, стареющие, изношенные, тела.

— Ну что ж это вполне осуществимо, — задумчиво произнесла Арианна.

— То есть вы согласны завтра же вступить в свою должность?

— Это стало для меня большой неожиданностью, — тихо промолвила Арианна. — Мне надо, как следует, подумать над всем этим. Да, и вот еще что, — прикажите вашим подчиненным, чтобы они сегодня же вернули моего мужа в мою комнату живым и здоровым. Тогда я точно приму ваше условие!

— Муж? — переспросил Гердт. — Я полагаю, что ваши самостийные обряды бракосочетания следует признать незаконными, ибо они не были одобрены Нами, вашими Ведущими. Дело в том, что ваш возлюбленный совершил сегодня ночью нападение на наш пост, и теперь он должен будет понести соответствующее наказание. Но подумайте, хорошенько, Арианна, зачем он тебе нужен? Теперь, когда в твоем научном центре окажутся тысячи молодых людей, ты сможешь подобрать себе более достойного и официального брачного партнера!

— Я никуда не пойду без него! И ничего не буду здесь для вас делать, пока Авви Лэйс снова не будет жить со мной рядом! — решительно, сурово глядя ему в лицо, чуть ли не по слогам, отчеканила Арианна.

Гердт сокрушенно покачал головой и, на минуту задумавшись, хмуро произнес: — Пойми, наконец, Арианна, этот Авви Лэйс хорошо сыграл свою роль перевозчика, доставив всех вас в мои Владения. И на том ему спасибо. Но больше он мне, сами понимаете, совершенно не нужен. У меня достаточно более продвинутых летчиков. Поэтому судьба твоего возлюбленного теперь полностью находится в твоих руках. Выберешь, ты, переход в мою Империю, для того, чтобы стать там ведущим космогенетиком, — Авви останется жив, и даже, возможно, что, тогда, мы его оставим у себя, но только в качестве твоей прислуги. Откажешься, ты, помочь мне, и мы отправим его, вместе с ненужными мне людьми, в полет к Аире, в природный крематорий. Так, что теперь выбор за тобой, Арианна!

Клегма (Всеобщий Язык) — активированная биоплазма.

Граайль (Всеобщий Язык) — ключевое условие для сцепления айри жителя Энгарты с активированной телесной оболочкой. Здесь: искусственно-выращенное живое тело, тело аватара.

Эйхелес — здесь: напиток, наподобие чая.

Глава 8. ДВЕ ИЗБРАННЫЕ

Аэвальта. На следующий день.

Утро выдалось воистину осенним и совсем не жарким. Легкий ветерок нежно заигрывал с широколиственной кроной приземистых вечнозеленых деревьев. Туманная вуаль, сокрывшая ночью склоны гор, теперь поднималась вверх, оставляя за собой искрящиеся капельки утренней росы.

Избранная проснулась за пять минут до звонка будильника, отключила свой раудер и начала собираться на встречу со своими бывшими сопланетниками. Всю ночь ее одолевали яркие воспоминания своей совсем не долгой жизни. Ведь ей недавно исполнилось всего двадцать два года. На Энгарте говорят, что старцам перед их уходом в Ваграйм вся их жизнь снова прокручивается у них перед глазами. То же самое сейчас происходило и с ней. И теперь, памятуя о напутственных словах Гердта, она, совершенно обнаженная, подошла к зеркалу и, в последний раз оценив прекрасную форму своих весьма привлекательных грудей, с сожалением накрыла их легким керамическим бронежилетом, — последней разработкой научного центра композиционных материалов Ареала Эльвиа. И только после этого облачилась в свой черный балахон с ветвящимися лазурными узорами. Она проверила свою автоматическую винтовку с айри-оптическим прицелом и добавила в боекомплект десяток бронебойных кумулятивных зарядов. Разумеется, мысль о том, чтобы кого-то убить была немыслимой для энгары, просто она понимала, что, в случае чего, броню лэвера обычными зарядами пробить не удастся.

Одевшись, она подошла к воротам подземного бункера, и грузовой лифт медленно поднял тяжелый лэвер на поверхность. У ворот ее уже ждали двое Странников: Стэймер и Фролл, а также пять автоматчиков Эйнзи. И еще был один человек, одетый в гражданскую форму, загримированный под переправленного ей недавно в темницу энгара. По плану именно он должен был вступить с контакт с переселенцами и представиться им, как, пропавший без вести, Лауви Тэй-О’Хант.

Поднявшись по трапу в лэвер, усиленный бронированными панелями, она удобно устроилась в свой ложемент, поставила между колен свою верную черную автоматическую винтовку и настроилась на предстоящую им операцию. И тут же воспоминания, дождавшись удобного момента расслабления, словно многотонные снежные массы горной лавины, обрушились на нее, накрывая ее с головой.

«Амми, — спросила свою маму трехлетняя девочка во время прогулки по тропинкам густого леса. — Почему все листья на деревьях синие?

— Потому, моя альми, что только так они смогут питаться лазурными лучами нашего солнышка, — ответила своей дочке Эа Кроуни, придерживая ее за крохотную ручку. — Ведь все в нашем мире стремится к гармонии.

— А вчера я во сне видела зеленую траву и зеленые листья! — звонко возразила ей альми. — Амми, а можно я сорву вот этот цветок и поставлю его дома в баночку с водой, тогда мы сможем, все трое, каждый день на него любоваться?

— Доченька, через несколько дней нить Жизни навсегда уйдет из него, и цветок погибнет. Ты же не хочешь этого, правда? И потом духи жизни, которые следят за всеми живыми существами, очень на тебя за это обидятся!

— Духи жизни? Я хочу их увидеть. Где они?

— Их не так просто увидеть. Вот подрастешь, закончишь Школу, и ты с ними познакомишься! — пообещала ей амми. — Пусть пока верит, что они реально существуют в нашем мире»

«— У тебя просто феноменальные способности, Ученица, — сказал ей седой Учитель Ауми. — Ты способна слышать тени мыслей людей, отдаленных от тебя на очень большие расстояния. После того, как ты завтра, в День Спокойной Воды, обретешь свое настоящее Имя, Миллеа, совет распределителей порекомендует тебя на очень ответственную должность.

Четырнадцатилетняя стройная девушка, наряженная в выпускное платье своего Кланового цвета, вместе со своей группой учениц, шла по длинному, плохо освещенному туннелю, природного происхождения. В тоннеле было темно, и только, уходящие вдаль, зеленые фосфоресцирующие стрелки, нанесенные по обеим сторонам прохода, обозначали коридор, по которому нужно было идти. Потом впереди возник яркий свет, и вскоре они вышли в огромный зал, где с потолка свисали продолговатые желто-оранжевые кристаллы, освещающие своим теплым светом большой пещерный зал. За столом сидели пятеро Учителей в белых мантиях. Старший Учитель поприветствовал учениц. Затем ученицы были направлены в полутемный зал для ожидания своей очереди. Миллеа пошла к тайной пещере третьей. Она вошла в огромную пещеру, все стены и потолок которой были сплошь облицованы тонким слоем металла, препятствующим связи айраим с единой Сетью, и ей, сверхчуткой энгаре, сразу же стало не по себе. Словно сотни тысяч живых голосов, фоном шептавшихся у нее в голове, тотчас же смолкли, и внезапно возникла, непознанная никогда ранее, Тишина. Чуть ниже уровня пещеры чернело небольшое подземное озеро. К нему от тропинки вели широкие каменные ступени. Единственный светильник располагался над входной дверью, которая тут же плотно затворилась за девушкой, и она, спустившись к черной озерной глади, села на ступени и погрузила, как того требовал Ритуал, свои ладони в холодную воду озера. Глядя на чёрное зеркало воды, отражающее ее собственное тело, она незаметно для себя вошла в транс, и необычайно красивое зрелище неожиданно предстало перед ее внутренним взором. Переливы всевозможных зеленых оттенков от светло-салатового до насыщенного изумрудного цвета заполняли собой все пространство этого сказочного места. Казалось, что все вокруг представляет собой единый массив зеленоватой клубящейся биоплазмы. Сгустки зеленых облаков, которые не имели ни постоянной формы, ни стабильности зеленоватой окраски, клубились, сплетались, разделялись, кружились, то создавая немыслимые причудливые полотна, то вдруг, исчезая из виду, оставляли после себя полупрозрачные разреженности. Менялась и освещённость. Там, где солнечные лучи касались зеленой биоплазмы, активность ее бурления в разы возрастала. Густые зеленые капли медленно формировались на остром конце какого-то невидимого зеленого сталактита, закутанного густым зеленым дымом. Некоторое время они неспешно вытягивались, повисая на тонкой удлиняющейся зеленой паутинке и затем, наконец, отрывались и падали вниз. Тут же в полете они таяли, и от них шел клубящийся легкий зеленый дымок, который снова поднимался кверху, конденсируясь в капли и так без конца. Иногда длинные тонкие струи закручивались гигантскими блестящими спиралями. Эта была совершенно иная, совершенно чуждая людям, форма жизни.

Еще не открыв свои глаза, девушка, не желая покидать этот сказочный, неимоверно изумительный мир, услышала на грани слышимости тихое красивое Имя. И она тотчас же стала с ним единым целым. Теперь это прекрасное имя эхом отзывалось повсюду, многократно отражаясь от металлических стен пещеры. Она поднялась на ноги и трижды постучала в закрытую дверь. Седой привратник, одетый в серую грубую хламиду, открыв ее, проводил Обретшую Имя снова в Зал Учителей, где она впервые произнесла вслух свое настоящее Имя.

— Карниэ? — удивленно переспросил ее Ауми Вэймиорн.

— Да, Учитель — Карниэ. Именно это Имя я отчётливо услышала в тайной пещере, погрузив длани свои в спокойные воды священного озера, созерцая зеркальную гладь воды и уносясь своим айри в бесконечную межзвездную даль.

— Но ведь оно означает на Всеобщем Языке…

— Да, Учитель, я знаю, — перебила его будущая Жрица Храма. — Когда-то в глубоком детстве моя амми обещала мне, что я их увижу. И вот сегодня это свершилось. И я — Карниэ, стала первой энгарой, кто воочию увидел энкайрим.

— Хорошо, пусть будет так! Ступай же, Эйнзи Карниэ, во владения Патриарха Вэйнаа. Я знаю, что ты теперь сможешь без труда общаться с нашими Ведущими! — произнес седой Учитель. — Пусть же это Имя послужит путеводной звездой для твоего айри. Доброго тебе пути, ученица!»

Карнеа вырвалась и из цепкого плена воспоминаний и осмотрелась. Лэвер был в стратосфере и теперь готовился к своему прыжку через Пустоту.

Еще пятнадцать-двадцать минут, и она снова войдет в очередную свою роль — торжественно откроет перед Переселенцами вход на Аэвальту.

— Они мечтают основать здесь свою Колонию? — зло усмехнулась Избранная. — Ну что же, — скоро их мечты сбудутся! Для некоторых из них эта планета действительно станет колонией и, надо сказать, колонией весьма строгого режима.

Сколько же различных ролей она уже успешно сыграла в своей недолгой жизни? И, правда, их было, так много, что и не сосчитать! — Избранная снова провалилась в свои воспоминания.

«— Энгара! — услышала она в одной из пещер своего Ареала тихий голос.

— Кто ты, айзар? — спросила Эйнзи, — и почему даже я тебя еле слышу?

— Энгара, на границе Эрсинайских гор находится одна заброшенная пещера. Ты там уже была, месяц тому назад, когда отдыхала под столетней смоковницей. Под ней ты найдешь мой Дар тебе, при помощи которого, ты, отныне и во веки веков, сможешь слышать меня так, как будто я нахожусь рядом с тобой. Ступай туда немедленно. Надень этот амулет на шею и заходи в пещеру. Там мы с тобой и поговорим».

«Она без труда нашла пещеру, о которой говорил ей айзар. Около заветной древней смоковницы, которая была обильно покрыта еще неспелыми зелеными плодами, она вдруг увидела, спирально уложенную, сине-голубую траву. Карниэ тогда еще не знала, что такой след оставляют лэверы после своего приземления. Она подняла с земли металлический тяжелый ящичек. Девушка попыталась его открыть, но не смогла даже найти ни малейшего зазора, разделяющего крышку от днища. Эйнзи вертела в руках шкатулку, пока не обнаружила мягкое черное пятно на одной из ее боковых граней. Она, тотчас же догадалась, как следует открыть ящичек и прислонила свой палец к черному пятну. Внутри шкатулки что –то щелкнуло, и ярко-синий ослепительный свет, исходящий от лежащего на черной бархатной подложке кулона с большим синим камнем, ударил ей в глаза. Девушка надела себе на шею этот кулон, как велел ей айзар, и смело вошла внутрь пещеры, освещая себе путь светящимся айфрангом.

— Как твое Имя, Дочь моя? — голос теперь действительно звучал так, словно таинственный собеседник стоял рядом в пещере, освещаемой ярким синим светом, исходящим от камня, висевшего у нее на груди.

— Карниэ, — тихо назвала себя девушка. — А как твое Имя, айзар? И почему ты один?

— Неверно! — грозно вскричал айзар. — Отныне твое настоящее имя — Карнеа! И ты — НАША Избранная. Я позже отвечу на все твои вопросы, поскольку у меня очень мало времени и сил говорить с тобой. Тебе нужно сделать очень многое. Поэтому слушай и запоминай, что и когда тебе нужно будет исполнить. Этот камень, что вставлен в твой кулон, помогает не только поддерживать связь. Он создан в мире фэйри для того, чтобы его жители могли бы лучше понимать желания животных своего мира. С его помощью ты быстро научишься управлять не только драконами и другими животными, но также и людьми. Айфранг равно усиливает, как телепатические, так и гипнотические способности тех, кто с ним соприкасается своим телом. Ни в коем случае на долгое время не снимай его с себя, иначе без подзарядки он быстро утратит свою силу».

— Когда же во мне наступило это Перерождение? — думала Эйнзи, отсчитывая долгие минуты пребывания в Пустоте. — Когда я впервые надела на себя этот Камень? Разумеется, нет! Камень, — это просто инструмент, созданный для весьма благородных целей. Конечно, теперь он постепенно извращает мое сознание тем, что дарит мне вседозволенность. Но Перерождение наступило позднее, — в тот роковой день, когда я во сне вновь встретилась с айзаром.

С помощью обретенного камня она приручила огромного дракона, и темными безлунными ночами, в стороне от людских глаз совершала на его спине упоительные незабываемые полеты над лесом.

При помощи айфранга ей удалось подчинить своей воле даже самого Патриарха Вэйнаа, чтобы тот буквально вырвал ее возлюбленного, Ллэрионда, из цепких рук специалистов Розового Дома. А потом она нашла для Ваэнди и учителя, научившего его владеть ардой на уровне начинающего Магистра.

Незаметно для себя она вновь погрузилась в воспоминания. Но теперь эти воспоминания были самыми приятными в ее жизни.

«— Хэй, Карниэ!

— Хэй, Арианна! Это просто прекрасно, что ты нашла время со мною встретиться. Я безгранично счастлива видеть тебя снова, моя Сестра!

Они крепко обнялись и долго-долго не размыкали своих объятий.

Рядом с ней Эйнзи становилась той самой изначальной Карниэ, которая восхищалась изумрудным миром энкайрим и мечтала жить среди леса, общаясь с обитателями древних лесов Энгарты. Но судьба распорядилась иначе. И теперь она сильно завидовала Ксиорри, избравшей, по сути, путь, предназначенный для нее самой. И при этом она очень любила свою названную Сестру и была готова при первой же ее просьбе сразу же прийти к ней на помощь. Отныне в ней сосуществовали, как бы, две Избранные, одна — настоящая, по имени Карниэ, которая редко выходила на свет, и другая — могущественная Карнеа, которая теперь, благодаря своей связи с айзаром, упивалась своей фактически безграничной властью над людьми и дерзко пользовалась своей вседозволенностью.

— Так вы с Ллэриондом полетите с нами искать Новый Эдем?

— Разумеется, Сестра! Я сама давно об этом мечтала!

Ей совсем не показалось странным, что решение задания айзара: найти надежные прикрытие, отвлекающий маневр для похищения Эйнзи, само пришло ей навстречу. Она сильно обрадовалась, будучи уверенной в том, что ей удастся склонить свою названную Сестру к участию в создании новой Империи, ведь айзару, как воздух была нужна именно такая Ксиорри. Она мысленно рисовала себе счастливые картины, что они с Арианной рука об руку создают новый счастливый мир, свободный от всяческих ограничений, законов и кодексов и смогут наслаждаться тем, что, до конца своих дней, они будут всегда вместе, и время не сможет уже никогда их разлучить!»

Потом она легко получила от Анви нужные дискеты для Переходов, представившись Именем, которое получила когда-то от своих родителей. Ей не составило труда инициировать нужный переход на Аэвальту, незаметно для экипажа, скачав с дискеты на жесткий диск бортового компьютера самоуничтожающуюся программу для Перехода, во время того, как Лэйс выходил приветствовать Тэйя. Карнеа легко усилила магию Ллэрионда, незаметно прикоснувшись айфрангом к его телу, столкнув Эйси на сенсорный пульт управления и, инициировав, тем самым, программу перехода.

Самой большой неожиданностью для Избранной стало участие в их походе, одной из лучших Предсказательниц, Тэйви Аноррэ, которая чуть было не выдала того, что план их перехода был составлен самим айзаром. Ей потребовались большие усилия, чтобы, хоть, как-то нейтрализовать Аноррэ. Но самый досадный промах случился с ней у той злополучной пещеры, когда она из-за своей самоуверенности и безнаказанности, без всякой на то необходимости, решила соблазнить их Командира Авви Лэйса. Уже почти готовый войти в нее, Авви Лэйс вдруг увидел между ее грудей сияющий айфранг. Он, тотчас же узнав его, начал поспешно одеваться и уже потянулся было к своей диадеме, чтобы окончательно прервать гипнотическую связь, но тут, вложив остатки своих сил, Эйнзи заставила его все забыть.

— Откуда же Лэйс смог прознать об айфранге? Неужели Авви, — это тайный агент настоящих Зоарим, пославших его выведать нахождение логово Отступника? — думала она, после того, как они с Лэйсом вернулись в лагерь. — Надо его быстрее уничтожить! Конечно же, это необходимо будет совершить не самой, а при помощи слуг айзара, тайно связавшись, по рации с подземным бункером. Конечно, его гибель сильно ударит по ее названной Сестре. Что же мне делать? Надо побыстрее с ней поговорить наедине и, все ей рассказав, сделать ее нашим верным союзником!

Планетарная система красной звезды Джи 184-19.

В салоне прозвучал сигнал, возвещающий о том, что лэвер вышел из Пустоты на орбите одной из самых больших планет системы красного карлика. Межпланетный корабль сразу же зашел в область теневого конуса этой планеты и выслал к месту встречи с лэвером из Энгарты свою десантную капсулу, в которой находился лже-Тэй, двое Странников, пилот и Избранная. Буквально через десять минут радиолокаторы засекли выход большого межпланетного лэвера из пустоты и, прячущийся за планетой, лэвер Эйнзи тотчас же приготовил самонаводящиеся боевые ракеты к возможному старту.

— Хэу, энгарим! — вызвал лэвер на связь один из Странников. — С вами говорит Лауви Тэй-О’Хант. Инфокод 011-24-55. К маневру состыковки готовы. Разрешите запустить к вам конец стыковочного троса? Прием.

— Хэй, Лауви, говорит Борт МПЛ-27. Командир корабля Авви Эйнзауэр. К приему стыковочного троса готовы!

Небольшая автоматическая ракета, больше напоминающая собой тонкую стальную иглу с привязанным к концевой части стальным тросом, влетела между статорных дуг лэвера и остановилась. Второй конец троса был уже закреплен на большой безынерционной катушке, предварительно установленной на левом борту десантной капсулы. Вышедший в космос, десантник, обутый в специальную обувь с магнитными подошвами, спрыгнул из нижнего люка лэвера через тамбур и, подойдя по дуге статора к тросу отделил его зажим от корпуса мини-ракеты. Затем, он надежно закрепил конец троса на статорной дуге лэвера. По мере неспешного приближения капсулы к борту корабля автоматическая лебедка начала наматывать на себя стыковочный трос. Когда расстояние между кораблями сократилось до пяти метров, с борта десантной капсулы, скользя кольцами по тросу, к пассажирскому люку лэвера протянулся переходный закрытый трап квадратного сечения.

С обеих сторон трап герметично закрепился к обоим входам, и внутри него была создана кислородная атмосфера, чтобы не пользоваться скафандрами. Избранная дала команду пилоту задраить дверь в рубку управления, никого в нее не допускать и при непредвиденной ситуации сразу же стартовать, разрывая шлюз. Она встала за спину лже-Тэя, приготовила айфранг и, спрятав, с глаз долой, оружие в тайную нишу, сообщила по рации: — Экипаж лэвера, дорогие наши переселенцы, заходим в капсулу строго по одному человеку. На входе в шлюз расположен металлодетектор так, что никаких металлических предметов и токсичных веществ с собой не берем!

Возникла пауза.

— Говорит борт МПЛ-27. Извините, но нам нужно пять минут для того, чтобы выполнить ваши условия.

Командир лэвера посмотрел в сторону, столпившихся у люка, «переселенцев» и отдал приказ:

— Альпинист, твой выход. Радиовызовы только в экстренных случаях! Удачи тебе! А вы трое идите по одному через шлюз. Ближе чем на два метра друг к другу не подходить. Заметите, что-то неладное, бегом назад! По сигналу «3» сразу возвращаемся на лэвер.

— Ваузэ!

Неожиданно Избранная почувствовала тень чьей-то мысли прямо за бортом своей капсулы.

— Я так и знала, — мрачно подумала она. — Я предчувствовала, что все это ничем хорошим не закончится! Не зря же вся моя жизнь быстро промелькнула передо мной именно сегодня. Это — ловушка!!!

Она сразу же потянулась к рубильнику, и вся капсула наполнилась пронзительным ревом тревоги.

В коридоре уже сплелись двумя клубками, борющиеся друг с другом, мужчины. У одного «переселенца» шлем слетел с головы, и она быстро воспользовалась этим:

— Эй, сиар, смотри на меня! Там за бортом твои враги. Стреляй же по ним!

Десантник, тут же освободившись от своего бывшего врага, взял в руки автоматическую винтовку и открыл прицельный огонь по своим.

Карнеа быстро сообщила по рации пилоту: — Гэрриод, срочно вызывай сюда подмогу. Это ловушка. Будь готов к переходу на наш лэвер.

Избранная стремительно надела ранцевый кислородный баллон с дыхательной маской, взяла лучемет с боевыми зарядами и, открыв наружный люк, ступила на внешнюю поверхность капсулы.

Рядом с безынерционной корабельной катушкой, к которой был привязан трос, стоял незнакомый человек с лучеметом в руках и расплавлял зажим, чтобы уже никто не смог разъединить, состыковавшиеся между собой, корабли. Более того, он начал приваривать к корпусу металлический держатель с каким-то сильно блестящим тросом, который тянулся к корпусу лэвера.

Избранная тотчас же поняла весь коварный замысел энгартской группы захвата. И, как бы, подтверждая ее догадку, роторная рамка лэвера начала свое медленное вращение. Еще пять минут, и лэвер со сцепленной с ним капсулой окажется в Пустоте, а, затем, уже неизбежно и на поверхности Энгарты.

Она достала свой верный айфранг и, направив его на цеара, уже хотела дать команду «Остановись!».

Но Альпинист опередил ее, без предупреждения выпустив точечный заряд прямо в кристалл.

— Не-е-ет!!! — закричала в отчаянии Карнеа, защищая всем своим телом самую дорогую для нее вещь.

Лучевой заряд ударил ей в плечо, и она, отлетев назад, вскрикнув от сильнейшего ожога, без сознания свалилась обратно в люк.

Альпинист поспешно, чтобы успеть до старта лэвера, бросился, цепляясь обеими руками за натянутый стыковочный трос, по крыше шлюза обратно в лэвер. Его друзья помогли ему и втащили десантника обратно в лэвер.

Превозмогая свою немыслимую боль, понимая, что все ее мечты рушатся у нее на глазах, Избранная, цепляясь за выступы корпуса, доползла до катушки и веерным залпом из лучемета перерезала стыковочный трос. Но странный блестящий трос, приваренный цеаром к борту капсулы, хотя и раскалился до яркого света, но не испарился.

— Кровь Дракона! — выругалась Избранная, понимая, что этот вольфрамово-молибденовый сплав окажется не по зубам обычному лучевому оружию.

А антипротонных зарядов она с собой не взяла!

Тем временем рамка ротора уже достигла своей критической скорости вращения, сливаясь в размытую полоску. Уже фиолетовое свечение, — верный признак погружения в Пустоту, ярким тонким контуром охватил весь корпус лэвера. Уже понимая, что вряд ли успеет, Избранная в отчаянии яростно поливала огнем держатель троса, молясь, чтобы тот поскорее отделился от корпуса капсулы и не перенес ее в Пустоту.

Наконец, трос с треском вырвал часть раскаленной обшивки и стремительно унесся в сторону лэвера, который через секунду бесследно исчез в Пустоте. Карнеа облегченно выдохнула. Но, как оказалось, на этом ее злоключения еще не закончились. Из Пустоты, фактически одновременно, вышли еще три лэвера, только один из которых был с Тхэйты. Он прикрыл свои бронированным корпусом поврежденную капсулу, пока та стремительно приближалась к нему. С борта энгартских кораблей в бронированный лэвер полетели боевые ракеты, но, благодаря своевременно выполненным маневрам, ракетные удары пришлись вскользь и только сильно порвали защитную оболочку ходовой части. А потом последовало стремительное бегство обратно, на Аэвальту. Но эти подробности Карнеа уже не видела, поскольку снова потеряла сознание.

Аэвальта.

Вернувшись в свою камеру, Арианна села на пружинную кровать и задумалась. Тревога за своего любимого, дорогого ее сердцу, человека не покидала ее.

— Что же такое Лэйс мог увидеть той ночью, что теперь его полностью изолировали в своей камере и категорически отказывают ей в свидании с ним? — размышляла Арианна. — Лэверы Эйнзи? Но это вряд ли такая уже большая тайна. Нет, что-то еще… Она должна это узнать или догадаться, иначе… Иначе может полностью рухнуть весь ИХ стройный план! Что же еще такого таит в себе эта «переходная» планета. «Переходная»… ПЕРЕХОДНАЯ! — вот оно ключевое слово! Конечно же, Гердта до вчерашнего дня на Аэвальте не было, а потом, он, воспользовавшись каким-то Порталом, оказался здесь. Могут ли все остальные люди воспользоваться этим Тоннельным переходом в еще один, неизвестный нам, мир? Как бы это узнать? Это крайне важно!

Она легла на свою постель, и воспоминания о минувших событиях настолько отчетливо предстали перед ее глазами, словно это было сейчас наяву.

«Четырнадцатилетняя субтильная девочка с черными заплетенными волосами Ксиорри Вейснаут в День Спокойной Воды, после посещения тайной пещеры, стояла перед своими Учителями. Она смущенно переминалась с ноги на ноги, не решаясь озвучить перед высшими Учителями свое новое Имя.

Чувствуя ее робость, Ауми Вэймиорн тепло улыбнулся ей. — Я слышу внутри себя твое настоящее Имя. Оно действительно очень возвышенное и прекрасное. Оно, словно весенний лучик света, пробуждает все живое после долгого сна. Так произнеси же его вслух, можешь совсем негромко, как того требует Ритуал.

— Арианна, — совсем тихо произнесла девушка.

— Арианна, Чистая своей Душой, — воскликнул Учитель. — Ступай в Цитадель Жизни и достойно неси путеводной звездой через многие испытания свое светлое Имя. Ваузэ!»

А потом все разом изменилось в ее жизни…

«Ну всё, Шэйфи, кажется, мы с тобой влипли, — еле слышно произнесла Арианна, нежно поглаживая, расположившегося у нее на коленях, пушистого аксельфана, слушая нарастающий вой роторной рамки лэвера.

Она не успела выскочить наружу и теперь вместе с кроликом парила в невесомости внутри салона лэвера, не ведая о том, что кислород почти весь уже вытек в Пустоту через, неплотно прижатую, сломанную дверь летательного аппарата.

Она задыхалась, и вся ее недолгая жизнь разом промелькнула у нее перед глазами.

Она теряла сознание и ей казалось, что вокруг нее слышатся чьи-то голоса.

— Сейчас я окончательно сойду с ума, и не замечу, как, безо всякой боли и конвульсий, перейду в ваграйм, — думала Арианна, из последних сил пытаясь прижать к себе пушистого зверька.

— Ты не умрешь, энгара! — вдруг явственно услышала она рядом с собой чей-то твердый мужской голос.

Арианна оглянулась, но вокруг лишь тихо перемигивались между собой разноцветные огоньки на пульте управления, и никого, кроме ее самой и Шэйфи, в салоне лэвера не было.

— Мы поможем тебе избежать асфиксии, — сказал другой, более мелодичный, голос. — Но нам очень понадобится от тебя такая же срочная помощь. Сейчас мы закрепим в твоем айри нашу Метку, магнетический «маячок», который поможет нам найти и обезвредить нашего давнего врага. Потерпи, будет немного больно! Яркий лазурный луч коснулся ее головы, и она вскрикнула от резкой боли, теряя сознание».

А потом в ее жизни возник Аэви, ее любимый мужчина, готовый, как в первый миг их знакомства, нести ее по жизни на своих сильных руках.

«На границе сна и яви, будучи у себя дома, она явственно увидела перед собой группу мужчин и женщин в легких, струящихся одеяниях, словно сотканных из лунного света, которые с бескорыстной любовью смотрели прямо ей в лицо.

— Мы просим у тебя прощения, энгара, за причиненные тебе, из-за нашей Метки, неудобства, — тихо пропела прекрасная женщина с золотистыми длинными волосами. —Сегодня ночью мы замаскировали эту «лазурную звезду» в твоем айри и постараемся сделать так, чтобы отныне все спецслужбы Энгарты оставили тебя в покое. Сегодня тебе предстоит очень важная встреча. Верный слуга Отступника неизбежно притянется к тебе, словно железо к сильному магниту, благодаря внутреннему незримому Зову, излучаемому твоей Душой и, сильно обрадовавшись, поддержит твое предложение: совершить совместный побег с Энгарты. Он (или она, мы точно пока не знаем) знает, как попасть в мир Отступника и постарается тайно переправить ваш экипаж в руки своему Господину. Будьте к этому готовы. И да, найдите в Храме Судеб достойную Предсказательницу и возьмите ее с собой в путь. Она будет весьма чутким индикатором появления Отступника. Затем, тебе надо заказать у гениального мастера, друга твоего возлюбленного, некоторое мощное оружие и потом рассказать ему, как и когда им нужно будет воспользоваться.

Затем, нежно обнимаясь с Карнеа, стоя на плато, излюбленной драконами, горы, Арианна недоумевала: — И это прекрасное юное создание — главный сообщник их древнего врага? Не верю! Здесь явно что-то не так!

И она тут же решила для себя, вопреки плану Зоарим, вытащить своими силами юную Эйнзи, свою названную Сестру, из плена Отступника.

Будучи в пещере с Патриархом Вэйнаа, Арианна снова услышала тихий голос Ведущих: — Да, энгара, именно эта Эйнзи и является главной помощницей Отступника. Молодец, ты прекрасно сыграла свою роль и втерлась ей в доверие!

— Я не играла никакой роли, Зоарим, — возмутилась Арианна. — Вы, наверняка, ошиблись. Карниэ — невероятно милая и чистая своей душой, энгара. Я действительно сильно ее обожаю, и я безмерно счастлива, что, наконец-то, встретила свою названную Сестру!

— Как знаешь! — тихий голос прекрасной златовласой женщины был теперь наполнен печалью. — Мы тебя предупредили».

«Когда она вошла под конвоем в апартаменты Гердта, Арианна сразу же почувствовала, как Метка, расположенная в ее айри, узнала Отступника и резко вспыхнула. Именно поэтому, чтобы скрыть ее от айзара, она притворилась, будто у нее невыносимо разболелась голова и добилась того, чтобы ей разрешили надеть диадему.

Арианна чувствовала, как незримое мощное оружие Зоарим из арсенала Запределья медленно и неотвратимо нацеливается на этот переходный мир, выискивает Отступника и скоро будет запущено его бывшими Братьями и Сестрами на полную мощь, уничтожая их давнего врага.

И именно поэтому, в конце их диалога с Гердтом, его страшные слова насчет природного крематория Аиры, виделись ей теперь, как совершенно пустые, никогда не осуществимые угрозы, и она легко пропустила их мимо своих ушей».

Ее раздумья и воспоминания были резко прерваны скрежетом отодвигаемой ржавой щеколды:

— Ксиорри Арианна, на выход! Вам разрешено встретиться во дворе с вашим близким другом!

Арианна резко вскочила со своей постели, желая поскорее заключить Авви Лэйса в свои объятья и тихо задать ему очень важный для их обоих вопрос. Но ее мечтам не суждено было сбыться.

Во дворе, оцепленном автоматчиками, в такой же одежде для заключенных стояла смертельно бледная Карнеа с перевязанным плечом.

— Сестра! — воскликнула Арианна, подбегая к ней, боясь заключить ее в объятья, чтобы не причинить ей боль. — Тебя пытали?

— Теперь это уже не важно, — хрипло произнесла Карнеа, обнимая Ксиорри.

— Дорогая, я давно хотела тебе сказать о том…

— Моя милая, я уже давно собиралась тебе рассказать, что… — одновременно начали они и, прервавшись на полуслове, радостно посмотрели в глаза друг другу и крепко обнялись, так и не закончив свих откровений.

Карниэ снова вырвалась из плена Избранной и, нежно гладя, подругу по спине, тихо говорила: — Как же мне хорошо, когда ты рядом со мной, Сестра!

В этот же миг чей-то ужасный нечеловеческий крик донесся со стороны черно-лазурного каменного строения.

— Что это? — в ужасе воскликнула Карнеа, разрывая объятья и испуганно оглядываясь на черные окна резиденции Отступника.

Лишь одна Арианна, из всех, присутствующих во дворе, людей, знала о том, что, наконец-то случилось то, что и должно было случиться и, отвернувшись от Карнеа, радостно улыбнулась.

Амми — мама, обращение к матери на Энгарте.

Альми — дочь, обращение к дочери на Энгарте.

Арианна (Арина, Рина) (Всеобщий Язык, второе значение) —чистая своей душой женщина.

Карниэ (Всеобщий Язык, глагол) — Видеть окружающий мир так, каким его видят каэйры. Созерцать духов Жизни, каэйров; здесь: Видящая энкайрим,— чистокровных каэйров.

Карнеа (Карнэйа) (Всеобщий Язык) — Изначальный мир каэйров, Каарна.

Каэйр (Всеобщий Язык) — негуманоидный представитель одной из семи изначальных Рас.

Энкайрим (Всеобщий Язык) — чистокровные каэйры.

Цеар, цеарим (Всеобщий Язык) — совершенно иные люди; здесь: враг, противники.

Ваграйм (Всеобщий Язык) — единство Душ людей Энгарты, пребывающих в телах и вне их. «Живая земля».

Аэрта (Всеобщий Язык) — Изначальный мир одной из семи изначальных Рас Вселенной — ваэйров (землян), мир Земли.

Глава 9. ДИАЛЕКТИКА ПРОТИВОСТОЯНИЯ

Аэвальта. За два часа до описанных выше событий

После того, как ее на базе привели в чувство, Избранную вызвал к себе Гердт. Айзар был просто в бешенстве. Он, на глазах у испуганной девушки, согнул дугой толстый металлический армированный стержень и отшвырнул его в сторону.

— Я же запретил тебе развязывать боевые действия. Мы едва не потеряли два корабля!

— Мой Господин, им было уже заранее известно, что мы не те, за кого себя выдаем! Видимо, наше послание или что-то еще, какой-то, непредвиденный нами фактор, насторожил их, и они устроили, тщательно продуманную, западню. Еще бы немного, и Тхэйта оказалась бы для них полностью открытой, и сюда тотчас же нагрянули бы сотни боевых лэверов.

— Где же твои хваленые телепатические способности? Почему ты, даже с айфрангом на груди, не услышала угрозы в их мыслях? И почему вы не взяли в свой перелет сюда, на нашу базу, эту девчонку-Предсказательницу?

— Я полагаю, Господин, что им уже было известно про наше тайное оружие. И они очень хорошо подготовились к операции. А что касается состава экипажа, то Лэйс даже меня не хотел с собой брать. И если бы не Арианна, то мне пришлось бы воздействовать на Роунта и угонять лэвер. А при чутком контроле со стороны Аноррэ это было бы осуществить фактически невозможно!

— Так откуда им стало известно об айфранге? Тебе не кажется, что кто-то из твоих «друзей» является тайным агентом Зоарим?

— Да у меня было такое же подозрение!

— Кто он? Назови его имя! Это Арианна? — хищные черты лица айзара тотчас же обострились, и он весь подался вперед.

— Нет, что вы! Я сразу почувствовала бы это! Но прежде, чем я назову вам имя своего подозреваемого, мне нужно поговорить с Арианной наедине. И уговорить ее окончательно стать нашим союзником. Поверьте мне, Господин, я знаю, как этого добиться даже без айфранга!

— Ваузэ. Действуй! Да, и еще, — ни в коем случае не упоминай Арианне о Зэйте! А также навести Авви Лэйса и сотри навсегда из его памяти образ Крылатой Башни!

Но тут в дверь негромко постучали, и на пороге появился Вазарри.

— Мой Господин, срочные новости!

— Одну минуту, Избранная, подождите меня здесь, — торопливо сказал айзар и вышел за дверь.

Через пять минут он снова появился в своей комнате. На нем не было лица. Казалось, что он снова начнет рушить вокруг себя весь богатый интерьер своей приемной.

— Что-нибудь еще случилось? — шепотом спросила его Карнеа.

Гердт гневно уставился ей в глаза. Минуту помолчал, раздумывая, стоит ли озвучивать перед ней эту новость, а потом, выдохнув, нехотя изрек: — Сегодня, перед тем, как умереть, пленник сказал, что на Энгарте нашли способ приостановить процесс истощения генофонда планеты и больше не будут искать новую планету для колонии.

При слове «умереть» Эйнзи чуть не вырвало. Она еле сдержала в себе, рвущиеся наружу, спазмы и, сильно побледнев, выдавила: — Простите!

— Ничего, привыкай к тому, что в критических ситуациях летальный исход цеарим будет неизбежен. А тебе я даю ровно два часа на то, чтобы привести ко мне Ксиорри, которая уже сегодня будет готова к работе со стволовыми клетками и выращиванию граайлей. Мне срочно необходимо молодое тело! — рявкнул на нее айзар. — Да, кстати, твой возлюбленный Ллэрионд вместе с вашим лэвером два часа назад приземлился на нашу базу.

— Мне сейчас совсем не до него. Пусть его пока тоже поместят в камеру. Им я займусь позже.

*** ***

Синий слепящий свет ударил ему в глаза. На минуту он зажмурился, и тут же услышал чарующий женский голос, который со страстным придыханием произнес:

— Подойди ко мне! Еще ближе! Ты — лучший! Возьми же меня!

Вожделение охватило его с головой, и он принялся страстно целовать ее полуобнаженное тело и приспускать вниз ее одежду. Наконец, услышав чарующий стон, и, почувствовав, что девушка уже подготовлена, одним движением сбросил с себя комбинезон, расстелил его на сухую траву и осторожно повалил на него девушку. Он опустился перед ней на траву и, раздвинув в стороны ее колени, нежно прикоснулся губами к ее телу. Все мышцы Лэйса были сильно напряжены, и сам он буквально дрожал от необычайно сильного возбуждения. Но тут синий луч снова коснулся его лица, и он узнал этот камень фэйри из своего недавнего сна, который сейчас находился между двух упругих полушарий девушки. Авви тотчас же вернул на место свои брюки и спросил:

— Откуда он у тебя?

— Я тебе потом расскажу. А сейчас войди в меня. Ну же!

И снова мощная волна предвосхищения интимной близости накрыла его с головой. Он изо всех сил сопротивлялся этому наваждению. Потом он представил себе перед глазами образ своей Арианны, и наваждение тотчас же схлынуло.

— Прости меня, Карнеа, я вовсе не хотел этого. Со мной что-то произошло. Этот странный свет твоего камня, видимо, сильно повлиял на мой рассудок. Прости, — извинился еще раз Лэйс и потянулся к своей диадеме.

— Остановись! — приказала Эйнзи, вложив в этот приказ всю свою мощь. — Посмотри мне в глаза! Вот так, молодец! А теперь повторяй за мной: Я не подходил близко к Карнеа! Никакого синего камня я не видел! Я был около пещеры и на несколько минут потерял сознание.

Лэйс повторил эти фразы вслед за ней слово в слово.

— А теперь спи! Через десять минут ты проснешься, и все, что произошло здесь между нами сразу же забудешь!

Авви Лэйс весь в поту вскочил со своей пружинной кровати и сразу же схватился за голову. Сильнейший удар, нанесенный ему прикладом в затылок день тому назад, все еще давал о себе знать. Он выпил стакан воды и окончательно проснулся. Вокруг него был все тот же унылый интерьер одиночной камеры.

— Так значит это была все же Карнеа! И у нее на груди был тот же самый камень, что и у фэйри, — всё окончательно прояснил для себя Лэйс. — Так значит этот сон был для меня предостережением. Этот камень Карнеа мог дать только Отступник, который свободно может перемещаться по различным мирам. Следовательно, Карнеа, все время находившаяся рядом с ними, была сообщницей Отступника и в тайне от моих друзей передавала ему всю информацию. Надо срочно предупредить об этом Арианну и рассказать друзьям про Крылатую Башню. Это очень важно. Но, что же стало с друзьями? Нет сомнения в том, что Странники, —это марионетки Отступника, которые были призваны им завлечь на Аэвальту переселенцев с его родины. Мерзавцы! Теперь, наверняка, все мои друзья, кроме самой Карнеа, находятся где-то по соседству в таких же камерах. Как же теперь мне с ними связаться? Меня теперь выпускают только ночью и тщательно обыскивают на выходе из камеры, чтобы я не оставил никому никаких сообщений. Этот камень усиливает ее способности, и сегодняшний сон, явно транслированный ему сегодня самой Карнеа, лучшее тому подтверждение. Как же мне все же сбежать отсюда и предупредить друзей об опасности? Должен же быть какой-нибудь выход.

— Так, по идее, охранники должны за мной постоянно вести наблюдения, — Лэйс осторожно провел рукой по шершавым стенам камеры, пока не натолкнулся на крошечный шарик объектива.

Поняв, что радиус захвата камеры простирается от входной двери до передней части его кровати, Лэйс тайно оторвал от своей простыни две узких полоски ткани. Затем быстро смастерив из них веревку, обвязал один ее конец вокруг арматуры решетки, расположенного на окне, а из другого конца соорудил петлю и, сильно сдавив ею свою шею, безвольно повис на ней, имитируя самоудушение. Предварительно он намазал себя, подаренной Арианной, мазью оксиолла, и айри действительно на несколько сантиметров вышел за пределы его тела. Это тут же заметил айри-искатель, сопряженный с камерой слежения, и в камеру к Авви тут же ворвались два охранника. У одного из них в руках был мощный парализатор. Второй же быстро подскочил к Лэйсу, проверяя его пульс. Он тут же согнулся пополам, пропустив, нанесенный Лэйсом, мощный удар в солнечное сплетение, отправивший стражника в глубокий нокаут. Второй охранник, не мешкая надавил на спуск парализатора, но Лэйс успел заградиться от него «живым щитом», и теперь они остались со вторым Эйнзи один на один. Несмотря на то, что второй охранник оказался физически сильнее Лэйса, прицельный удар ногой в висок отправил его на пол, а контрольный выстрел из парализатора завершил дело. Авви быстро переоделся в форму охранника, надел на ноги «берцы», отцепил с ремня все ключи от камер, забрал парализатор и, не спеша закрыв за собой дверь, пошел вдаль по коридору. Повернув влево, он увидел пред собой целый лабиринт разветвленных переходов. Авви Лэйс совершенно затерялся в его бесчисленных поворотах. Справа и слева по коридору располагались многочисленные клетки с какими-то животными, в том числе и с фиоосами, которые оглушительно лаяли, когда он проходил мимо них. Потом начались темные коридоры, снабженные детекторами движения. Поэтому Авви прижимался поближе к стенам, чтобы детекторы не смогли включить освещение. Напрасно Лэйс пытался осветить лазерным прицелом парализатора, встречающиеся ему на пути, тюремные камеры. Они были совершенно пустыми. Тэйя и других его друзей в этой части огромного Лабиринта он найти не смог.

*** ***

Выполняя приказание Гердта, Избранная спустилась в Лабиринт и первым делом решила наведаться к Лэйсу. Какого же было ее удивление, когда того на месте не оказалось. Она быстро сообразила в чем тут дело и, вызвав по рации двух, наиболее массивных Эйнзи, чтобы обеспечить себе надежное прикрытие, взяв в руки айфранг, начала прислушиваться к мыслям, находившихся в Лабиринте, людей. Сложность этого поиска заключалась для нее в том, что Эйнзи плохо знала этот Лабиринт. Она сразу же поймала «волну» Авви, но, когда она пошла к ней напрямую, то тут же уперлась в глухую стену. Ей помогло то, что один стражников сказал ей, что оттуда, где теперь находится Авви, существует только один путь, поэтому встреча с беглецом неизбежно состоится. Они пошли в указанное им место, и, точно, буквально через минуту ментальный сигнал усилился, и вдалеке показался красный огонек «фонарика» Лэйса. Приказав стражникам отойти за угол, Карнеа припала всем своим телом к полу и стала ждать. Потом, когда Лэйс приблизился к ней в зону для атаки, она, направив ему в глаза свет айфранга, приказала: — Замри!

Но Авви за мгновение до этого, закрыв свои глаза, бросился бежать прочь. Но ему не повезло. Он споткнулся о какую-то поперечную трубу, и два стражника, скрутив его, поволокли к Карнеа.

— А ты стал умнее, сиар, — с усмешкой глядя на его, плотно закрытые веками, глаза, сказала энгара. — Делаешь правильные выводы из своих прошлых ошибок.

— Да я отчетливо вспомнил все, что тогда с нами случилось недалеко от пещеры. С какой целью ты подвергла меня тогда своему гипнозу и пыталась принудить меня к соитию? — не открывая своих глаз, адресовал свой вопрос Лэйс во внутреннюю темноту.

— Не надо видеть во всем какого-то коварного замысла, милый Лэйс, — томно ответила ему Карнеа, абсолютно не стесняясь присутствия посторонних людей. — Я просто хотела тебя, как мужчину. Ведь любой женщине всегда надоедает однообразие. А ты, чудак, взял и все испортил.

— Не бойся! Сегодня я возьму из твоей памяти только одно-единственное, совершенно ненужное тебе, воспоминание, — нежно проворковала Карнеа, готовя шприц с каким-то раствором. — И я делаю это, запомни, мой желанный, только тебе же на благо и по просьбе твоей жены. Ведь, если ты сейчас же не забудешь о том, что видел Крылатую Башню, через два часа тебя уже не будет в живых. Так, что сэкономишь мне порцию дорогостоящего препарата, который распахнет твои глаза на правду или как?

*** ***

Удар, направленный на него, своими бывшими Собратьями, пришелся по нему совершенно внезапно. Гердт только успел отругать Карнеа за проявленную ею беспечность, дать указания Вазарри немедленно уничтожить Тэльфиору, тщательно замести все следы пребывания в ее окрестностях энгарим и при помощи айри-искателей обнаружить и взять в плен, сбежавших в лес, Хаэнси и Тэйви.

Но, как только он подошел к огромному тонированному зеркалу, расположенному в углу комнаты, как сразу же почувствовал мощный удар, обрушившийся, как бы из ниоткуда на его айри, и внезапно ощутил, что вся его собственная магия буквально высасывается из него, улетая вверх к незримому широченному раструбу, протянувшемуся к нему из Запределья. Он, все еще не веря своим глазам, наблюдал в зеркале, как кожа на его теле и лице буквально на глазах становится сухой, серой и морщинистой, и он превращается в высохшую мумию. Седые волосы на голове, словно осенняя сухая листва, начали опадать на пол, и он дико закричал. Ярко засветившаяся Печать Хаоса собственной магией попыталась защитить своего хозяина, но остановить процесс интенсивного старения уже не смогла. Его собственная магия и все его жизненные силы навсегда покинули айзара, и он тотчас же превратился в смертельно больную человеческую мумию. Все его мышцы разом одрябли, а суставы превратились в сильно изношенные, рваные лохмотья, и Гердт, с трудом доковыляв до своего шкафа, достал из него маску и закрыл ею свое страшное лицо.

— Мерзавка! — простонал Гердт. — Так вот зачем тебе понадобилась вчера диадема!

Через полчаса в апартаменты Гердта примчалась, сильно запыхавшаяся, уже переодетая Избранная.

— Что случилось, мой Господин? Почему на вас эта странная маска?

Только сейчас она разглядела во что превратился айзар и ужаснулась.

Черная маска, испещренная мелкими лазурно светящимися рунами, бесстрастно уставилась на Карнеа. Но она то чувствовала какой ураган сейчас клокочет в душе Светозарного.

— Моим бывшим Братьям удалось обнаружить меня здесь, — прошипел айзар. — Эта твоя мерзкая Ксиорри навела их на мой след. Ну ничего, сегодня она заплатит мне за это сполна. Теперь я их обоих отправлю в их медовый месяц греться на Аиру! А ты куда смотрела, ясновидящая? Неужели ты не видела, что в ее айри был внедрен маячок?

— Навряд ли это совершила Арианна, — вступилась за свою подругу Карнеа. — Это, скорее всего, совершил кто-либо из Эйнзи, устоявших против айфранга и оставшихся здесь на Тхэйте. Разрешите, мой Господин, я проверю айраим, у всех наших охранников.

— Хорошо, но сначала, как следует, просмотри айри у этой Ксиорри. И если вдруг окажется, что это она виновна в том, что со мной произошло, сразу же выжги при помощи айфранга абсолютно всю ее память с момента ее появления на свет!!!

— Ваузэ, мой Господин, — Избранная поклонилась Светозарному и вышла за дверь.

Энгарта. Ареал Хаэнси.

Сегодняшнее собрание в департаменте Службы Безопасности, посвященное разбору провальной операции «Гарпун», ввиду того, что на него были приглашены лишь пятеро энгарим, проводилось в личном кабинете начальника вышеназванной Службы. Даже Дэн-Терц был заранее отправлен Тэлленгартом на выполнение спецзадания в Ареал Каурси.

— В целом ход операции был продуман и исполнен без малейших ошибок. Наш агент Альпинист образцово выполнил свою задачу, — дал свою оценку Тэлленгарт. — Но к сожалению, в ход операции вмешался его величество Случай, и нам буквально не хватило каких-то двух секунд, чтобы захватить их капсулу. Каким-то чудом цеарим удалось срезать наш захват вместе с обшивкой корпуса и освободиться. Стыковочный трос и шлюз были также перерезаны веерным залпом из лучемета. Двум из трех наших сотрудников удалось сбежать из тамбура капсулы и сделать несколько ценных снимков. Один из них, Хаэнси Айимбрэ, присутствует на нашем собрании. Пожалуйста, сиар, расскажите нам, что вам удалось увидеть на вражеском корабле?

— Согласно приказанию, мы продвигались по стыковочному шлюзу друг за другом, соблюдая необходимую дистанцию для возможного маневрирования, — начал свое повествование Айимбрэ. — Когда мы вошли в тамбур, нас уже встречали Лауви Тэй О’Хант и Каурси Фролл. Во всяком случае, так они нам тогда представились. Еще я заметил за их спинами какого-то человека в черном балахоне и странное синее сияние, исходящее от какого-то излучателя. В это время Альпинист уже вовсю орудовал на верхней палубе капсулы. Неожиданно женщина в черном балахоне, возможно, что-то почувствовав, потянулась к рубильнику, и внутри капсулы взвыла тревожная сирена. Мы с товарищем бросились на цеарим и профессионально уложили их на пол. С моего товарища в пылу борьбы слетел шлем, и женщина, лицо которой было покрыто до подбородка глубоким капюшоном, направила свой кристалл на моего товарища и, вложив ему в руки черную автоматическую винтовку, приказала ему стрелять по нам. К нам из салона корабля начали приближаться вооруженные люди в золотистых комбинезонах, и нам чудом удалось избежать их прицельных попаданий. Причем, оказалось, что эта черная винтовка была заряжена боевыми бронебойными патронами, о чем свидетельствовали небольшие повреждения корпуса лэвера. Женщина же, открыв люк, метнулась на верхнюю палубу, где ее подбил Альпинист, но, к сожалению, ей удалось быстро прийти в себя и оборвать все наши зацепки.

— Сиар, опишите по подробнее эту женщину!

— Молодая, рост выше среднего, голос властный без акцента, ногти на обеих руках ухоженные. Лица не было видно, шея отнюдь не тонкая, красивая, подбородок ровный без ямочки, все остальное скрывал балахон, под которым, скорее всего, располагался бронежилет. Судя по ее действиям и скорости принятия решений, именно она и руководила этой операцией.

— То есть слова Патриарха о том, что у Отступника имеются весьма опытные сообщники и оружие, позволяющее подавлять волю человека и вводить его в гипноз, вовсе не пустые слова! Эта женщина пыталась остановить и Альпиниста, но тот успел выстрелить первым, причем, стрелял он с близкого расстояния по синему камню, но эта загадочная женщина, продемонстрировав невероятную реакцию, защитила собой этот кристалл. Хотел бы я повстречаться с этой женщиной лицом к лицу! К сожалению, на наших снимках отчетливо видны только двое встречающих людей, женщина в кадр не попала. При помощи гипноза, им удалось взять в плен одного из наших офицеров, а, затем, им каким-то чудом удалось сбежать на планету-икс от двух наших боевых лэверов, уйти, — несмотря на два точных попадания в корпус корабля. Анализ фотоснимков их капсулы свидетельствует о том, что она была изготовлена на планете-икс. А это говорит нам о том, что на этой планете существует развитая производственная инфраструктура, позволяющая создавать весьма сложные технические средства. Кроме того, у тех, кто похитил наших Эйнзи, наверняка есть программа перехода с этой планеты-икс на Энгарту и обратно. Почему же мы до сих пор не можем найти эту звезду и построить к ее планетам свой Переход? Ваши соображения Авви Эйтер?

— Эта звезда явно выходит за пределы, которые возможно достичь современным лэверам, — высказал свое объяснение начальник центра летных испытаний. — Я убежден в том, что дело вовсе не в этой планете, а в разработанных нашими цеарим усилителями мощности. Ведь они использовали их на обычных персональных лэверах. А значит усилители были изготовлены в наших конструкторских заводских лабораториях. Но мы до сих пор не можем найти следы изготовления этих «левых» заказов. Судя по специфическому загару кожного покрова, различимого на снимках цеарим, эта звезда является желтым или желто-зеленым светилом, то есть имеет спектральный класс либо «фэй», либо «джи». Нам нужно еще раз оценить расстояние до подобных звезд и запустить к ним наши межпланетные беспилотники. Ах, как же жаль, что вам чуть-чуть не удалось захватить их капсулу! Сейчас мы бы с вами знали бы очень многое.

— Кто бы с этим спорил, — мрачно заметил Тэлленгарт. —А теперь, подвергнув нашего сопланетника … своим жестким исследованиям, им, наверняка, стало известно о том, что мы решили проблему Белой Крови и не нуждаемся в их планете. Поэтому они скоро поймут, что их план полностью провалился.

В дверь постучали и, получив разрешение, в зал вошел дежурный адъютант Родвиг, назначенный на этот пост вместо, пропавшего без вести, Хаэнси Роунта.

— Мальхаар, — обратился он к начальнику Службы Безопасности. — Вам срочное донесение из отделения службы безопасности Ареала Эсси.

Хаэнси Тэлленгарт взял в руки документ и внимательно его прочитал: — Спасибо Родвиг, вы можете идти.

— Ну что же, сэаррим, мои догадки полностью подтвердились, — сказал Тэлленгарт и жестом показал, что собрание закончено, и всем следует расходиться.

Оставшись один, Хаэнси Тэлленгарт взял в руки служебный многоцелевой раудэр и позвонил главе Розового Дома.

— Хэй, Миэрг.

— Хэй, мальхаар. Вы что, — обнаружили каких-либо подозрительных людей среди, проверенной нами, новой партии наших переселенцев? Можете нисколько не сомневаться, — мы их всех тщательно испытывали при помощи наших новейших технических средств.

— Нет, Миэрг. Но мы обнаружили нечто более интересное и гораздо более важное для вас. Вчера в нашем изоляторе ваш агент и, принятый вами на должность, сотрудник Департамента здравоохранения, Эсси Эйранг, после применения к нему, в целях установления истины, специальных приемов, признался в том, что вы отдали ему приказ следить за экипажем Борта МПЛ-14-бис и сообщить нам о побеге. Нами также было установлено участие этого Эйранга в плане Отступника по отвлечению контроля наших радиолокационных средств от остальных районов Энгарты. Также вы, Эсси Миэрг, обвиняетесь в превышении своих служебных полномочий, что касается исследований айри вашей бывшей пациентки Ксиорри Арианны. Поэтому, Миэрг, отныне вы отстраняетесь от руководства Розовым Домом, и, если, в ходе нашего дальнейшего расследования, выплывет на свет ваша непосредственная связь с Отступником, вы и ваш друг Ден-Терц останетесь в Розовом Доме, но только в качестве пациентов. Ваузэ!

*** *** ***

Бледная, сильно взволнованная, Карнеа, в сопровождении двух охранников, буквально ворвалась в камеру к Арианне.

— Сестра, я тебя очень прошу, помоги Гердту обрести новое тело. У него вчера появился донор стволовых клеток. Ты вырастишь из них для него граайль, и мы, как прежде, будем с тобой здесь навсегда вместе. Будем жить отдельным поселением в Тэльфиоре. И ничто уже не сможет нас разлучить. Если ты откажешься, он убьет твоего мужа и вовсе не из-за твоего отказа. Ему действительно не нужны лишние люди.

— Карнеа, ты только что от него? Ты говорила с ним? — неприятно удивилась Арианна. — Неужели он остался в живых. Печать Хаоса снова ему помогла?

Только сейчас Карнеа увидела проблеск «лазурной звезды», сверкнувший и снова погасший в ее айри. Она еще больше помрачнела и до боли сжала свои кулаки, пытаясь остудить свой гнев.

— Так ты с самого начала знала, что я служу Гердту? — воскликнула Карнеа. — И ничего мне об этом не сказала!

— Да, меня предупреждали об этом Зоарим, — печально ответила Арианна, понимая, что Карнеа обо всем догадалась. — Но я им, конечно же, не поверила. И даже сейчас, Сестра, я уверена, что Избранная, — это всего-навсего оболочка, которую создал в тебе Гердт. А настоящая Карниэ продолжает жить внутри тебя. И я очень ее люблю!

— Сестра, ты хоть понимаешь, что эти Зоарим любят только себя самих и своих Братьев и Сестер. Мы, их Ведомые, для них только, как суетливые пушистые зверьки, мечущиеся по своей клетке. Для Зоарим вовсе не присуща пролонгированная благодарность. Ты им нужна только, как инструмент. Выполнив свою задачу, они начисто забудут о твоем существовании и перестанут помогать тебе даже в случае смертельной опасности. Гердт как-то показывал эпизоды из жизни своих бывших Собратьев. Поверь мне, это застойное болото, в котором его обитатели только и знают, что наслаждаться ароматом цветов, слушать нудные слащавые мелодии и обмениваться высокопарными пустыми фразами. Пойми, это не жизнь, Арианна, — это бессмысленное пребывание в Вечном застое! А их верховный владыка Аагор, вообще, старый безмозглый маразматик, всегда уверенный в своей правоте. И такую сторону ты для себя выбрала, Сестра?

— Нет, Карнеа. Я никого не выбирала. Они спасли мне жизнь и попросили меня, в ответ, им помочь. Меня вовсе не привлекает, конечно же, бытие Запределья, описанное тобой. Но пойми, что Гердт еще хуже! Ведь тот, кто способен на убийства ради достижения своей цели, это не человек, а монстр!

— Да, я полностью против его методов. Но я убеждена в том, что именно такое великое противостояние двух Начал и является движущей силой прогресса. Если бы не было бы Отступника, то не было бы и развития всего Упорядоченного. Вот в чем заключается смысл вселенского Равновесия, и только поэтому я поддерживаю Гердта в его начинаниях!

— И про этот камень Зоарим тоже тебе рассказали? — Карнеа вынула на свет айфранг, но использовать его против свое названной Сестры, даже сейчас, не посмела.

— Нет, Карнеа. А что это за камень? От него явственно исходят какие-то волны! Не тот ли это камень, о котором рассказывал мне Лэйс, когда описывал свой сон про фэйри? Такой же камень был, согласно его описанию, на груди одного из фэйри, — искренне удивилась Ксиорри.

— Ну вот теперь понятно, почему Авви тогда его узнал. Значит Зоарим не знают о нем? Нет, скорее всего, знают, но почему-то не сообщили о нем Арианне, ведь энгар с лучеметом метил именно в айфранг! — подумала Эйнзи, а вслух произнесла: — Да, Сестра, это действительно айфранг, камень фэйри. Но, поверь мне, сейчас для твоего собственного блага тебе не стоит расспрашивать меня о его свойствах, иначе вас с Лэйсом могут убить. Пускай это тайна так и останется нераскрытой.

— Ваузэ, Сестра, — согласилась Арианна. — Но послушай меня внимательно. Давай оставим ВСЕХ Зоарим разбираться между собой своими силами, а мы с тобой устранимся от этого Противостояния. Вернемся в Тэльфиору и будем там жить тихо и счастливо! Как раньше, — содержать в порядке свое небольшое хозяйство, изучать планету, а вечерами вести долгие приятные беседы!

— Нет, Сестра. Я хорошо знаю Гердта. Даже, если я умолчу о том, что сейчас увидела в твоем айри, он нас в покое уже не оставит. Тэльфиора уже никогда больше не возродится!

*** ***

Всех шестерых пленных энгарим собрали в огромном круглом зале, который был расположен на верхнем этаже лазурно-черной Резиденции. У окна на своем роскошном троне восседал айзар в черной маске. По круглому периметру этого большого зала, на потолке которого сияла огромная хрустальная люстра, а пол был покрыт пушистым длинношерстным мягким ковром, на мягких стульях расположились шесть пленников, которых, хотя и, освободили от наручников, но за их спинами возвышались по два вооруженных охранника, которые внимательно отслеживали каждое движение пленников.

Особенно сильно нервировал стражников Лауви Тэй-О'Хант постоянно теребивший, видимо, на нервной почве, свой оберег, который висел у него на шее.

— Итак, для тех, кто еще не знаком со мной, скажу, что мое имя Гердт, и я послан Ведущими нашими Крылатыми, чтобы решить проблему Белой Крови. Но время не ждет, и у вас есть только двадцать минут, чтобы принять решение: либо вы следуете за мной и поможете мне в нашей работе, либо вы до конца своих дней останетесь гнить в этой мрачной темнице. Всем тем, кто согласиться с нами сотрудничать, будет выдана спецодежда, усиленное питание, и вы тотчас же отправитесь с нами в соседнее поселение чтобы там, после совершения определенного ритуала, получить статус свободного гражданина нашей республики.

Арианна привлекла к себе внимание Лауви, одновременно закрыв оба своих глаза, подав ему, тем самым, сигнал к необходимому действию. Затем, она наклонилась к уху Карнеа, чтобы отвлечь Избранную от запланированных событий, и прошептала: — Сестра, ты знаешь, я, пожалуй, ради Лэйса, соглашусь помочь Гердту.

В это время Тэй-О’Хант незаметно и быстро нажал на потайную кнопку своего оберега, чтобы включившийся мощный луч превратил бы в ничто Печать Хаоса и добил айзара. Но к несчастью, несмотря на то, что слова Арианны притянули к себе все ее внимание, Карнеа все же смогла уловить краешком свой «внутренней антенны» тень мысли Лауви, и, совершив немыслимый прыжок, через вытянутые ноги Эйси, располагавшейся между ней и Лауви, сильно толкнула Тэйя в сторону. Смертоносный луч, вырвавшись наружу из одноразового лучемета, замаскированного под оберег, вместо цели угодил в плечо айзару. Эйси попыталась схватить Эйнзи за шею, но ей удалось зацепиться только за кулон с айфрангом, цепочка которого оборвалась, и кулон с камнем оказался у нее в руке. Гердт, издав пронзительный вой, схватился за обожженное плечо. Он уже хотел отдать приказ страже, чтобы немедленно убить всех пленников. Но тут Эйси, догадавшись о намерениях айзара, мобилизовав все свои внутренние силы, сильно сжав айфранг в кулаке, приказала Отступнику: — Остановись! Больше ты никогда не причинишь никакого вреда никому из моих друзей!

Айзар, под влиянием мощной установки со стороны Эйси, застыл на месте и удивленно посмотрел девушке в лицо:

— Ладно, пока живите! Стража, развести их всех по своим камерам!

Карнеа вцепилась в цепочку айфранга, пытаясь вернуть обратно себе, похищенное у нее сокровище. Но Эйси Миллоу намного превосходила по силе Карнеа, которая, тем не менее, была превосходно обучена приемам ближнего боя. Две девушки сцепились между собой, катаясь по полу и нанося друг другу короткие удары локтями и коленями. Их бросились разнимать и стражники, и друзья. Карнеа все же удалось захватить айфранг, но под влиянием активной Печати Хаоса он временно перестал действовать.

Стражники, тем временем, не без помощи своих парализаторов, обездвижили энгарим, и их снова распределили по камерам.

Попытка добить айзара в своем логове провалилась. Арианна попыталась тут же на месте воззвать к своим Ведущим о необходимой помощи, но они ответили на это своим единодушным молчанием.

Глава 10. ФЕЕРИЯ ОГНЯ

Тэльфиора. В это же время

Они остановили своих скакунов за двести метров от Тэльфиоры. Роунт, повернувшись лицом в сторону лагеря, достал свой айри-искатель и повел им по сторонам, описывая широкий конус.

— Вроде все чисто! — тихо сказал Роунт, все еще не пришедшей в себя от дневной погони, Аноррэ. — Ты со скакунами стой здесь, а я пойду обезврежу их датчики.

И добавил: — Ты что-то чувствуешь?

— Нет только то, что надвигается дождь, — тихо ответила Аноррэ. — Возвращайся скорее, Аэви!

Хаэнси, пригибаясь к земле, почти ползком, устремился в сторону лагеря. Сотрудников службы безопасности на Энгарте, конечно же, не обучали тихо ходить по лесу, но навыки бесшумной ходьбы Роунт освоил безупречно. В отличие от новобранцев из клана Эйнзи, которых научили боевых навыкам только недавно на базе, Роунт был профессионалом, и одним из лучших среди них. Поэтому ему не стоило большого труда обнаружить, наспех прикрепленные к стволам деревьев, датчики и заметить нехитрую маскировку камер.

Переведя следящие камеры в режим постоянной трансляции последнего кадра, Хаэнси издал пронзительный крик местной ночной птицы, который служил для молодой четы условленным сигналом. Спустя пять минут, из-за большого ствола разветвленного дерева наполовину высунулось милое личико Аноррэ, и та осторожно вышла на поляну.

На территории лагеря царил полный развал: двери в дома были взломаны, часть вещей была похищена, в том числе и оба механических робота, повсюду валялись обрывки ткани и прочий мусор. Было видно, что из-за внеплановой продолжительной погони, так и не увенчавшейся успехом, обратный отлет на базу производился в большой спешке.

Скакуны показали себя достойным средством передвижения по пересеченной местности Аэвальты, и даже поиск беглецов с борта десантной капсулы, которая совершала свои круги низко над землей, цеарим не удалось рассмотреть, притаившихся посреди густого леса, всадников.

Дневная погоня измотала Роунта и Аноррэ, и они, не снимая с себя нижней одежды, улеглись сверху на свою широкую кровать.

— Интересно, как там сейчас наши друзья? — участливо спросил Предсказательницу Хаэнси.

— Судя по тому, что события сначала каждый день менялись, как картинки в калейдоскопе, а теперь застыли на месте, они находятся в плену у Отступника, — с трудом войдя в транс, прошептала Аноррэ. — Что же касается Арианны, ты же знаешь, что наша Ксиорри все время ходит по лезвию ножа. Вчера мне показалось, что она достигла успеха, и все ее злоключения на этом закончились, а сегодня снова накатилась, невесть откуда-то взявшаяся, темная волна, и из-за непредвиденных обстоятельств Арианне сегодня снова угрожает смертельная опасность. Такая картина характерна для противостояния двух Источников, а Арианна, и по-другому быть не может, все время находится между двух огней, в самом центре Противостояния. А тут еще ее «двойственная» подруга вносит в картину событий множество неопределенностей. И чем все это закончится сказать невозможно. Плюс заключается в том, что негативный Источник внезапно почти сдох и не представляет собой той угрозы, как раньше. А минус заключается в том, что противоположный ему Источник перестал покровительствовать Арианне, фактически отрекшись от нее. И теперь получается, что Судьба Арианны полностью находится в руках Карнеа.

— Жаль, что мы с тобой стали весьма ограниченными в передвижении, и не сможем помочь нашим друзьям. Эх, как бы сейчас было кстати оказаться на базе Отступника, который, как ты говоришь, невероятно ослаб. У нас даже не осталось рации, чтобы связаться с нашими друзьями.

— Ну, я абсолютно уверена в том, что раудэры у них также отобрали. А мои способности имеют совсем иную природу. Они не позволят мне отыскать в болотной топи ту рацию, который утопил Ллэрионд.

— Мы может спровоцировать посадку их летательного аппарата и захватить его силой при помощи двух, имеющихся у нас, лучеметов.

— Нет, не получится, Роунт. Я уверена в том, что недруги не позволят нам даже приблизиться к их базе. Нас раньше собьют при помощи самонаводящихся ракет. Ладно рассвет активизирует айраим, лучше заката. Давай спать, пока нам это еще позволяют.

*** ***

Первые лучи Аиры еще не заискрили собой утреннюю росу, а Роунта уже настойчиво будили ото сна.

— Вставай, Аэви! Тревога! Надо бежать! За нами уже вылетели.

— Как они могли о нас узнать? — Хаэнси не хотелось покидать свое уютное прибежище. — Ты уверена в этом?

— Конечно, Аэви! И в этот раз цеарим очень много и все они настроены очень серьезно!

Аноррэ бросилась отвязывать скакунов, успокаивая их ласковыми словами.

— Подожди, Аэви. Нам нужно разобрать и взять с собой переносную электростанцию. Без нее нам будет тяжело выживать одним на этой планете!

— Не думаю, что нам удастся создать даже простейшую электрическую спираль из самородного металла. Так что она больше нам не понадобится. А вот котелки для варки супа на костре мы с собой возьмем.

Только они оседлали своих скакунов, как с юго-запада, со стороны океана отчетливо послышался нарастающий гул турбин.

— Быстрее, Аэви!

Они быстро поскакали в сторону гор и с горного плато стали наблюдать за действиями противника.

Пять больших десантных капсул летели в сторону Тэльфиоры сомкнутым строем уступа или «пеленга». Потом, завидев жилые дома, они, одна за другой, переходили на бреющий полет и начали сбрасывать бомбы на каменные строения. Несмотря на то, что сбрасываемые бомбочки были совсем миниатюрными, внутри них, подвешенная электромагнитным полем в Пустоте, плавала антиматерия, точнее ионизированные антипротоны. При попадании в цель, поле, разделяющее оболочку и заряд, исчезало, и энергия аннигиляции разрушала абсолютно любые материальные объекты в радиусе двухсот метров. Чего-чего, а, путешествующему между мирами, Отступнику даже не приходилось синтезировать антиматерию. Она была в избытке в другой части Вселенной, отделенной Пустотой и реликтовым излучением от материальной Метагалактики, и ее можно было оттуда «черпать ковшом», точнее, создавая канал через Пустоту к антэльвазалу, — специальному антипротонному холдеру, — огромной емкости для хранения антиматерии (антэльвы).

Самолеты пикировали над лагерем, сбрасывая свой смертоносный груз, и тотчас же стремительно уносились прочь от развертывающегося внизу ада.

На ослепительные вспышки аннигигилирующей материи было невозможно смотреть даже через зачерненное защитное стекло. Жар моментально превращал в ничто, в ярчайший свет, все то, что находилось в радиусе двухсот метров от эпицентра падения снарядов. От невообразимой температуры, сравнимой лишь с температурой звездных недр, во все стороны от запекшейся в стекло кромки глубокого черного кратера, возникшего на месте Тэльфиоры, набирал свою мощь сильнейший лесной пожар.

Находящиеся рядом с лагерем, вековые сосны вспыхивали, словно гигантские спички, и в одно мгновение их вершины покрывались ярким золотистым пламенем, и лишь потом огонь подступал к нижней части их стволов. Золотые языки пламени, танцуя, взмывали в небо, освещая собой все пространство, словно гигантские факелы. Искры, похожие на мириады златокрылых мотыльков, разлетались во все стороны, неся с собой жар и сея вокруг себя гарь и разрушение. Пламя, словно гигантское живое существо, пожирало все на своем пути, оставляя после себя лишь выжженную землю и почерневшие остовы деревьев. Ветер быстро распространял пламя по всему лесу, разгоняя бешеный танец бушующего пламени. Огонь был неукротим, он набирал силу с каждой минутой, превращая некогда зеленый лес в адское пекло. Потрескивание смолистых стволов, глухой звук падающих обугленных веток, гул пламени, треск падающих деревьев, — все эти звуки сливались в единую грозную полифонию деструкции. Это была Стихия в своем чистом первозданном виде, способная как уничтожать, так и очищать.

Супруги, не отрывая глаз, смотрели на это захватывающее, и в то же время ужасающее зрелище.

— Их решительные действия могут означать только одно, — прошептала Тэйви, отрываясь от полевого бинокля. — Цеарим тщательно заметают за собой все следы своего пребывания на Аэвальте. А это в свою очередь означает, что Отступник со своей свитой собирается перейти в другой, неизвестный никому, мир, и ему жизненно необходимо не допустить того, чтобы Зоарим узнали о том, что отсюда, с Аэвальты, возможен прямой переход айраим через Светящийся Лабиринт в настоящий мир Отступника, где он возводит свою Империю!

Первой освободилась от наваждения Аноррэ: — Взгляни туда, Аэви!

Далеко на севере, серебристой черточкой, по небу медленно двигалась капсула, и из нее, словно семена огромных одуванчиков, сыпались какие-то тканевые купола, плавно летящие вниз под воздействием центрально расположенного груза. Эти «семена» старательно высевались по дуги большого радиуса.

— Шэйтанф! — выругался Роунт. — Парашютисты. Теперь они возьмут нас в кольцо. Быстрее скачем в обратную сторону, на юг!

— Но там же приземлился их лэвер, — возразила Аноррэ.

— Ну и что. Мы должны успеть проскочить между десантниками, которые приземлятся последними. Только так мы можем избежать перестрелки.

Они оседлали своих скакунов и быстрой рысью направились на юг. Но все же они недооценили местных Эйнзи. Десантники, двигаясь шеренгой по лесу, видя слева и справа друг друга и, постоянно поддерживая радиосвязь, взяли беглецов в широкое кольцо и теперь постепенно, шаг за шагом, затягивали свою широкую петлю на тонком перешейке их жизненного пространства.

— Только не снимай с себя диадему! Иначе их айри-искатели тотчас же нас обнаружат, — сказал Роунт, поравнявшись с Аноррэ.

— Аэви, — предложила Тэйви, глядя в глаза Роунту. — Давай ты пойдешь к ним и сдашься? Я знаю абсолютно точно, что они тебя не тронут. Учитывая твой незаменимый опыт, Отступник тотчас же сделает тебя главным военачальником, и ты проживешь в его Затерянном Мире долго и счастливо!

— А почему ты не хочешь перейти в этот Мир?

— Отступник будет использовать меня для своих преступных планов, а я не хочу, чтобы мои Предсказания послужили причиной убийств, неугодных айзару, людей. Этого я вынести не смогу. Прости!

— Тогда и я останусь с тобой здесь на Аэвальте.

— Но ты же понимаешь, что наш брачный союз обрекает наших детей на …

— Да я понимаю, Аэви, — тихо произнес Хаэнси. — Но я надеюсь, что Арианне и Лэйсу все же удастся сбежать на Энгарту и привести сюда за собой множество переселенцев, после того, как цеарим окончательно покинут Аэвальту.

— Я тоже на это надеюсь. Хотя думаю, что наши Зоарим теперь не станут способствовать такому развитию дальнейших событий.

Внезапно впереди послышался громкий лай фиоссов. Роунт тут же жестом приказал Аноррэ спешиться, взять скакуна за уздечку и вести его по лощине. Она сразу же поняла жесты Роунта и пошла первой. За ней, прикрывая ей спину, последовал Роунт. Внезапно перед ней вырос Эйнзи в золотистом комбинезоне. Видимо, он очень удивился, увидев пред собой столь юное и очаровательное создание и упустил время. А потом для него стало уже поздно что-либо изменить. Приглушенный выстрел из парализатора, произведенный из-за спины Тэйви, отправил парашютиста на дно оврага.

— Эй, Сноут! Ты где там? — прокричал его спутник, потеряв из виду своего соседа слева.

Роунт показал Аноррэ знак, что «теперь будем прорываться». Они вскочили на коней и, что было сил, помчались по следам, оставленных на сырой почве сапогами, поверженного ими, Эйнзи. В спины им тут же устремились парализующие заряды, но по счастью оба выстрела пришлись мимо всадников. Они прорвали кольцо!

— Придурки! — заорал на своих стрелков офицер. — Стреляйте из парализаторов залпом по скакунам. Тогда не промахнетесь!

Но его совет немного запоздал. Аноррэ и Роунт уже были далеко от них.

— Всем сюда. Пусть фиоссы возьмут след, — приказал командир.

Через полтора часа стремительного галопа на юго-восток, в глубь материка, беглецы, полагаясь на то, что они сильно оторвались от погони, спрыгнули с коней, чтобы утолить свою жажду. С Роунта слетела его диадема, и он принялся ее искать в густой траве.

Только великолепная выучка и молниеносная реакция спасла его от веерного залпа, выпущенного из лучемета. Роунт сразу же перекатился под защиту деревьев, вернул на место диадему и включил айри-искатель. Зеленый огонек еле горел, показывая, что близко к ним вообще никого нет!

— Шэйтанф! — выругался про себя Хаэнси. — Как же он успел примчаться сюда раньше нас, да еще в защитном шлеме? Неужели он поджидал нас в засаде?

Но высунул наружу своей походный котелок, надетый на палку, и тут же еще один залп из лучемета обуглил древесину.

— Где же ты, хлэйф, притаился?

Где-то вдали уже послышался лай фиоссов. Не иначе, как этот следопыт уже вызвал к себе подмогу.

Роунт взял в руку огромный булыжник и швырнул его в сторону стрелка, а сам метнулся в другом направлении.

Он тут же засек, блеснувший за толстым деревом, отблеск металла.

— Понятно, ну тогда извини! Да не ты, цеар, а деревце, — Хаэнси перевел лучемет в боевой режим, и широким лучом срезал ствол дерева, которое тут же обрушилось… в пустоту.

Вылетевший из-за дерева, беспилотник, который пять минут назад заменил свой айри-искатель на детектор движения, едва не расстрелял в упор, опешившего от неожиданности, Роунта, но вдруг дрон задымился и с воем упал в дальние кусты.

Роунт оглянулся и увидел Аноррэ, которая, с побелевшим от страха лицом, дрожащими руками сжимала еще горячий ствол своего лучемета.

— Ну спасибо, Аэви, — ты спасла меня! — горячо поблагодарил ее Хаэнси.

— Ты все время забываешь о том, что твоя жена — Предсказательница, — попыталась пошутить Аноррэ.

— Бежим! — предложил ей Роунт. — Теперь-то они уже точно не смогут нас догнать!

— Теперь уже не смогут, — подтвердила ведущая Предсказательница Храма Судеб.

Запределье

— Они не смогли… — мрачно произнес Гарриэль, наблюдая за тем, как в черном хрустальном шаре лазурный огонек, — отображение жизни Отступника, на секунду погас, а потом разгорелся с новой силой.

— Быть может, неучтенный нами, фактор, вмешался в кажущееся нам предопределенным течение событий? — предположила златоволосая Лауссиэль.

— Восемьдесят восемь процентов позитивного исхода давали наши самые лучшие Оракулы, — простонал Светозарный, и в его нимбе промелькнула багровая искорка. — Отступник был настолько слаб, что с него можно было просто сорвать эту Печать Хаоса и придушить его голыми руками. Как наши Ведомые не смогли этого понять?!

— Мы не можем до конца понимать всего того, что на самом деле произошло там в Нижнем Мире, — заступилась за энгарим Зоарра.

— Да это так. Но теперь Отступник заляжет на дно и не скоро снова проявит себя.

— Кстати, Гарриэль, — минуту назад наша Избранная обратилась ко мне за помощью. Видимо, гнев Отступника сильно ударил по ней и ее друзьям! Ей срочно нужно наша помочь!

— Какой смысл в этом, Лаусси? Тратить впустую драгоценную арду на то, чтобы спасти жизнь тем, кто уже не сможет повернуть ход событий? Да сейчас из-за нашей неудачи погибнут тысячи, ни в чем не повинных, людей. Нужно подумать, прежде всего, как спасти их от сетей Отступника. В ближайшее время я, Лаусси, выжгу нашу Метку из айри этой молодой энгары, и она больше не сможет обращаться к нам напрямую, только через Жрецов Храма.

— А ты, брат Гарриэль, даже не поинтересовался, как зовут эту энгару, — подумала Лауссиэль. — А ведь, скорее всего, она уже никогда не вернется на Энгарту и не войдет в двери Храма.

— Кроме того, на нас скоро самих снизольется гнев нашего Учителя, — не заметив реакции своей Сестры, продолжал Зоар. — И можно нисколько не сомневаться, что теперь он точно ограничит приток сияющей арды в наше Поле Творения.

И, словно почувствовал, что Его вспоминают всуе, небо над головами Зоарим расцвело феерическими яркими красками. Обычное северное сияние блекло перед этим удивительной игрой всевозможных колеров. Радужные оттенки быстро сменяли друг друга, и в ореоле радужных лучей проявилась невыразимо прекрасная фигура Высшего Иерарха. Сиятельный Аагор всегда сопровождал свое Проявление посреди Запределья каким-нибудь помпезным спецэффектом.

— Гарриэль, опять вы со своими Братьями и Сестрами упустили Отступника, который был уже лишен всех своих сил и был загнан в ловушку! Теперь снова придется ждать половину Вечности, чтобы обнаружить его след.

— Что поделать, сиятельный Аагор, мы зря понадеялись на помощь наших Ведомых. Они, хотя и первыми из всех Рас вышли в Космос, как это и было предсказано Вами, все еще, как слабые дети. — Им нельзя было доверять такую ответственную операцию!

— Раз так, то надо придумать для них более серьезное Испытание. Немедленно займитесь этим в вашем Поле Творения, Гарриэль.

— Слушаюсь, ваше Светозарное Превосходительство.

Аэвальта. База Отступника

Избранная сказала стражникам, конвоирующих Арианну в камеру, что она сегодня будет сама сопровождать ее и отобрала у них ключи. Те безропотно подчинились и тотчас же вернулись в караульное помещение, расположенное в самом центре Лабиринта.

— Да, к сожалению, ты, Карниэ, оказалась права насчет наших Зоарим, — печально сказала Аринна. — Им действительно глубоко наплевать на судьбы отдельных своих Ведомых, даже на тех, кто пожертвовал ради них своей жизнью.

— Кто как не я, Жрица Храма, равно знакомая с обеими типами Зоарим, знаю их высокомерие и ханжество, — поддержала тему Карнеа. — Просто противно бывает слушать их монотонные нравоучения и прописные истины, которые они повторяли всем Эйнзи в нашем Храме изо дня в день. Поэтому прошу тебя, Сестра, останься с нами! Пусть Гердт жесток, но своих он никогда не предаст!

— Я не буду заниматься генетическим контролем и адаптацией тел к планетарному фактору в его лаборатории. Мне претит сотрудничество с убийцами, — решительно отвергла ее предложение Арианна, а потом, подумав, сказала: — Но, если Гердт пообещает освободить всех моих друзей и предоставить им жилище, я извлеку стволовые клетки в питательный раствор, помещенный в стерильный бокс и оставлю на маайлэнге подробную инструкцию, как можно вырастить из них молодое приемное тело-якорь, которое может создать прочное сцепление с айри Отступника. Его айри может быть перенесено на этот «якорь» специальным монохроматическим СВЧ-излучением, его частоту я тоже запишу в этой подробной инструкции.

*** ***

Ответ не заставил себя долго ждать. Арианна еще не успела закончить свой скудный обед, как дверь камеры распахнулась, и на пороге появилась Карнеа в своем черном балахоне. Но ни капюшона, ни диадемы на ее голове уже не было.

— Да, Сестра, — сразу же перешла к делу Избранная. — Гердт согласился на твои условия. После того, как азриэйль начнет расти, наших друзей освободят из заключения и переведут жить в селение. И все же я и он надеемся, что вы с Лэйсом останетесь жить в его Империи. Ты ему очень нужна!

— Ни за что! Уж лучше мы сгорим в хромосфере Аиры!

— Сестра, я не смогу жить без тебя!

Арианне на миг показалось, что это Карниэ снова вернулась к ней из своего внутреннего плена и широко улыбнулась: — Сестра, поверь мне, ничего страшного не произойдет! Память айраим неуничтожима. Даже звездная температура Аиры не в силах разорвать нашу с тобой связь. Я буду часто навещать твои сны, Сестра!

— Подумай хорошенько, Сестра, пока еще есть время. Кстати ассистента Гердт тоже тебе подобрал. Это наша общая знакомая — Эйси Миллоу. Только не вздумай снова плести с ней свои заговоры. Помещение лаборатории до самых краев нашпиговано подслушивающей аппаратурой.

— Постараюсь, — ухмыльнулась Арианна, обрадованная предстоящей встречей с Эйси.

*** ***

Ксиорри вошла в просторную лабораторию, где Эйси уже ввела усыпленному донору препарат-стимулятор, повышающий выработку стволовых клеток и их выход из костного мозга в кровоток. Там же присутствовал и еще один их старый знакомый — Каурси Стэймер, которому Арианна должна была передать все инструкции по сцеплению айри айзара с приемным искусственным телом (азриэйлем). Одев белый халат и натянув на руки стерильные перчатки, она подошла к донору, взяла из стерилизатора уже подготовленную длинную циркониевую несгибаемую иглу, а, затем, включила источник рентгеновских лучей и экран для мониторинга операции. Затем, введя иглу к подвздошной кости пациента, она убедилась на мониторе, что острый конец иглы находится там, где надо и только после этого взяла в руки молоточек и сильно ударила по насадочному концу иглы, делая прокол до самого костного мозга. Анестезия сработала так, как нужно, и тело донора только слегка дернулось. Арианна ввела иглу в кость, как можно глубже, а затем насадила иглу на огромный шприц, который с другой стороны крепился к насосу. Включив насос на малые обороты, Арианна начала контролировать изъятие костного мозга. Когда шприц наполнился наполовину, она отключила насос и осторожными вращательными движениями вынула длинную иглу из тела. Потом она выдавила бесценное содержимое шприца на мембранный селективный фильтр и, отделив стволовые клетки от прочего биологического материала, перенесла их в бокс с питательной средой. Затем аккуратно поставила бокс в термостат, выставленный на температуру человеческого тела. Теперь, когда стволовые клетки будут готовы к дифференциации, нужно будет перенести информацию с айри айзара на эту подготовленную клегму. Для этого потребуется, защищенный кожухом, мощный СВЧ-излучатель. Но это уже не ее забота, а Каурси. Лучевому переносу информации на биологические объекты при помощи волнового генома всех Каурси должны были обучать с самого раннего детства. Вызывало опасения то, что нейроны мозга приемного тела могут не выдержать чудовищного массива информации, которым обладает айзар, поэтому Арианна настойчиво напомнила Каурси, что процесс сцепления с телом должен происходить в случае айзара не одномоментно, а в несколько стадий, чтобы нейроны нового мозга, смогли адаптироваться к его айри.

— Ну как тебе, Эйси, понравился этот процесс? — спросила она свою ассистентку.

— Ты просто великолепна, Ксиорри! Ни одного лишнего движения. Я многое почерпнула для себя сегодня!

— Ты тоже не растерялась вчера, когда подвергла гипнозу самого айзара! Интересно надолго в нем будет действовать твоя установка по поводу не-причинения нам вреда?

— Все зависит от его окружения и связи с этим его артефактом. И еще вчера я почувствовала, что этот айфранг сильно привязывает к себе. Он, как наркотик, требует от своего носителя, чтобы его применяли все чаще и чаще. Теперь понятно почему Карниэ настолько переродилась.

— М-да, и это весьма печально… — задумчиво проговорила Арианна, а потом, быстро наклонившись к ее уху, тихо прошептала: — Эйси, а ты бы не могла при встрече с айзаром дать ему установку снять с себя этот артефакт, закинуть его подальше и начать, так сказать, в припадке, по случаю возвращения совести, биться головой о стену, пока его айри не покинет тело?

— Это хорошая идея! — так же шепотом произнесла Эйси. — Жаль, что я не воспользовалась ею вчера. Но я уверена, что теперь айзар, испытав на себе мою гипнотическую атаку, будет обходить меня за версту.

На следующий день. За два часа до восхода Аиры

Ржавая щеколда снова дернулась и начала осторожно выходить из своих пазов.

Лэйс замер в нерешительности на месте. На охранников это было не похоже.

Дверь открылась, и на пороге возникла девушка в черном балахоне со светящимися лазурными узорами.

Несмотря на этот наряд, Лэйс тут же ее узнал и плотно закрыл свои глаза.

— А это снова ты! Ты пришла, чтобы на прощание воспользоваться моим телом, Карнеа?

— А ты бы этого хотел? — услышал он насмешливый голос.

— Чтобы последними воспоминаниями в моей жизни, запечатленными в моей Душе, стала бы еще и сцена предательства моей возлюбленной. Нет, не хочу! Уходи!

— Открой глаза, Лэйс. На мне нет айфранга, и у нас совсем нет времени. Арианна ждет нас рядом. Я решила организовать ваш побег обратно на Энгарту.

— Чем ты можешь доказать, что это не твоя очередная провокация? — Лэйс осторожно раздвинул веки и, через образовавшуюся щелочку, посмотрел на шею Карнеа. Айфранга действительно на ней не было.

— Пойдем быстрее. Я слышала, как вчера Гердт приказал Вазарри отправить вас двоих с утра в хромосферу Аиры. Он не смог своими силами выжечь метку из айри Арианны, и поэтому решил навсегда избавиться от слежки со стороны своих Братьев и Сестер таким радикальным способом. Я решила ослушаться его приказания и спасти вас, ради своей названной Сестры. Ваш лэвер уже ждет вас. Одежда и все необходимое находится на его борту. Маайлэнги с моими записями не ищите. Их всех еще позавчера уничтожили. Чтобы не вызвать подозрений у Гердта программа перехода вначале перенесет вас в стратосферу Шатдаэльты. Потом включится второй переход, и уже никто не сможет отследить ваш переход с Шатдаэльты на Энгарту!

— Наши друзья, Тэй и Миллоу, тоже полетят с нами?

— Нет. Они больше не представляют опасности для айзара, и поэтому он оставляет их здесь.

— Может хотя бы найдем Аноррэ и Роунта?

— У вас не будет времени на их поиски. И да, Лэйс, не пытайся использовать лэвер, как плайер на реактивной тяге, — топлива в баках нет ни капли. Десантная капсула отсутствует, но парашюты и кислородный баллон наличествуют. Бортовые рации тоже все демонтированы. Короче, удачи тебе, пилот, — Карнеа обняла Лэйса, а, затем, крепко и продолжительно поцеловала его в губы. Потом сразу же отвела глаза и произнесла. — Ну пошли, скорее!

И снова Борт МПЛ-14-бис

На выходе из Лабиринта их уже ждали. Рассвет еще не настал, и только яркий свет прожектора на крыше бункера рыскал по окрестностям Базы. Арианна, по случаю своего освобождения, надела на себя свое любимое выходное изумрудно-зеленое платье. Оттолкнув в сторону своего охранника Эйнзи, Арианна тут же бросилась на шею Авви Лэйсу: — Ну наконец-то, Аэви, мы снова вместе! Надеюсь, ты не разучился управлять лэвером за полтора месяца пребывания на Аэвальте?

Карнеа с усмешкой отвернулась от целующихся молодоженов: — Вы особенно не выражайте своего восторга, а то энгар моей Крови не поймет, как можно так радоваться, отправляясь в крематорий.

Карнеа с охранником сделали вид, что конвоируют заключенных в их последний путь и не спеша подошли к бункеру.

— Госпожа, — обратился к Избранной дежурный офицер, забрасывая за спину автомат. — Старт был назначен на одиннадцать часов утра. А сейчас только четыре.

— Наш Господин поменял свои планы. Казнь состоится сейчас.

— Подождите, я свяжусь с приемной айзара!

— В этом нет никакой необходимости, сиар, — ледяным тоном произнесла Избранная, беря в руки свой айфранг. — Взгляни сюда! Ты видишь в моих руках приказ с гербовой печатью айзара о досрочном старте лэвера!

— Да, вижу! Извините меня, Госпожа! — пролепетал офицер. — Сейчас я подниму лэвер.

Он подошел к стене бункера и набрал шифр подъемника. Через пять минут тяжелые ворота подземного бункера открылись, и гигантский межпланетный лэвер съехал с массивной грузовой платформы.

Они вошли внутрь салона, включили панель управления, и Карнеа, вынув из потайного кармана маршрутную дискету, вложила ее в считывающее устройство бортового компьютера.

— Ну вот и все, сэаррим, — пора прощаться, — тихо сказала Карнеа, и в уголках ее глаз предательски заблестела слеза.

— Сестра, я тебя никуда не отпущу. Ты полетишь с нами! — воскликнула Арианна. — Лэйс, запускай ротор!

Карнеа снова достала свой айфранг: — Сестра, я не советую тебе этого делать! Я уже все для себя решила! До встречи, Арианна, в наших совместных сновидениях. Родной Энгарте мой пламенный привет! Прощайте!!!

Все еще опасаясь экстремистских действий со стороны Арианны, Карнеа с айфрангом наготове вышла наружу и затворила за собой дверь.

Рамка лэвера медленно пришла в движение, а потом, стремительно набирая обороты, слилась в размытую полоску. Лэвер охватило фиолетовое свечение, и он тут же исчез в Пустоте. Точно такая же пустота от невосполнимой потери двух самых близких ей людей тотчас же образовалась и в Душе Карниэ, и она, уткнувшись лицом в широкие рукава своего черного балахона, громко зарыдала.

*** ***

Арианна не знала радоваться ей освобождению или сожалеть об утрате. Смешанные чувства перемешивались в ее душе и никак не могли прийти к общему знаменателю. Авви Лэйс быстро вывел свою жену из этого состояния, приказав немедленно сбросить с себя платье и надеть, как велит инструкция, хотя бы легкий защитный скафандр. Бывший командир Борта МПЛ-14-бис проверил работу аппаратуры той, что осталась в наличии, проверил уровень кислорода (остался весьма недоволен его низким значением), велел своему малочисленному экипажу занять свои места, пристегнуть страховочные ремни и только после этого запустил рамку ротора.

— Ну привет, мой старый надежный металлический дракон, — поприветствовал лэвер, словно старого приятеля, Лэйс и осторожно спросил Арианну, включая, на самый минимальный расход, подачу кислорода в салон. — Ох, и не нравится мне эта твоя подруга. Ты уверена, что мы, выскочив из Пустоты, окажемся около Шатдаэльты, а не на Аире?

Арианна гневно воззрилась на супруга: — Не смей даже так думать о моей Сестре! Если бы не она, наши с тобой айраим уже странствовали бы по Светящемуся Лабиринту!

— Если б она не помешала Тэю уничтожить айзара, мы бы все вместе уже возвращались бы на Энгарту! — возразил ей Авви.

— У каждого из нас свой путь, Аэви! — тихо произнесла Арианна. — И потом, кто знает, что бы с нами случилось, попади Лауви в эту Печать Хаоса? Может быть, что нас всех накрыл бы процесс моментальной аннигиляции, и мы бы тотчас же превратились в свет!

— Ты просто выгораживаешь эту Избранную, — утвердительно произнес Лэйс.

— Может быть и так… — не стала произносить вслух Арианна.

Пустота накатывалась на них тяжелой волной.

— Чтобы со мной сейчас не случилось, Аэви, пожалуйста, не придавай этому большого значения, — вдруг простонала Арианна.

— А в чем дело? — всполошился Лэйс.

— Зоарим… вспомнили, наконец, обо мне, и, пользуясь своей Меткой, что-то хотят мне сказать, — с трудом выдавила Арианна и провалилась в совершенно неописуемое словами состояние…

Перед ней возникла какая-то перламутровая завеса, и знакомый голос произнес: — Нам очень жаль, энгара, но мы сейчас не сможем вам помочь. Знайте, что после вашей смерти мы всегда будем помнить о вас! И еще, поскольку наша Метка вам уже не пригодится, и вы уже не вернетесь на Энгарту, мы сейчас эту метку удалим. Потерпите. И прощайте!

Огненно-красный луч коснулся ее айри, и Арианна закричала. Лэйс тут же обнял ее и спросил: — Давай я вколю тебе обезболивающий препарат?

— Нет, спасибо, Аэви, — прошептала Арианна. — Мне уже намного лучше. На этот раз Зоар даже не решился показать мне свои глаза. Почему же он так уверен, что мы не вернемся на Энгарту? Теперь наше возвращение им стало невыгодным?

Наконец, лэвер вышел из Пустоты, и рамка ротора начала вращаться все медленнее.

Планета была со всех сторон окружена шестью солнцами, составляющими этот необычный звездный кластер. Главное солнце Шатдаэльты, желтый субгигант, был хорошо заметен даже без бинокля. Остальные крохотные, почти отгоревшие, светила, красные карлики, были рассеяны по звездному небу, словно световые пятна от крошечных лазерных фонариков. Шатдаэльту спутать с другой какой-либо планетой было просто невозможно. Ее поверхность то вспыхивала огненно-красными пятнами, то становилась угольно-черной.

— Все же Карнеа не обманула нас, — подумал про себя Лэйс, защищая ходовую часть летательного аппарата бронированными пластинами.

Лэвер вышел необычайно близко к Шатдаэльте, и из иллюминаторов было отчетливо видно, как огромные потоки, багрово светящейся, лавы перемещаются по телу планеты, как, то там, то здесь, выстреливают вверх гигантские огненные гейзеры, расцветая прекрасными огненными цветками, обрушивая вниз свои стометровые лепестки. Здесь в этом мире властвовала грозная Стихия Огня, создавая, невиданное нигде, многообразие своих форм и проявлений.

На это зрелище можно было смотреть, не отрываясь, добрую половину Вечности. Но Авви не покидала тревога: — Почему же до сих пор не включается вторая ступень Перехода? Еще немного и лэвер начнет стремительно падать через стратосферу в этот огненный ад. Конечно, падение можно замедлить, включив рамку ротора и тормозные двигатели, но избежать приземления на дышащую огнем планету, без запуска второй части Программы, не удастся.

Лэйс посмотрел вопросительно на Арианну. Но та, будучи абсолютно уверена в своей названной Сестре, произнесла: — Лэйс, давай еще немного подождем. Неужели Зоарим могли стереть своим лучом и их спасительную часть программы, отрезав им путь для возвращения? Нет, на такую мерзость способен только Отступник!

Тем временем их корабль продолжал стремительно падать на пылающую огнем Шатдаэльту. Внизу уже можно было различить, как отдельные вулканы выбрасывают высоко вверх над собой раскаленные камни, фонтаны дыма, пепла, как течет по их склонам огнедышащая лава, превращая в магму легкоплавкие горные породы.

*** ***

Аэвальта. База Отступника

— Ты снова ослушалась меня, Избранная! Поскольку они отказались помогать мне на Зэйте, я ясно и недвусмысленно приказал тебе отправить их на Аиру, раз они сами этого пожелали.

— Они не пожелали этого! Просто вы не позволили нам всем остаться здесь на Аэвальте! Из них никто УЖЕ не знает про Крылатую Башню. А я, разумеется, им никому не рассказала об этом. Так, что лучше было оставить нас всех здесь на Тхэйте.

— Ошибаешься, Избранная. Среди них есть человек, который знает про Световой Переход на Зэйту!

— Кто же это? Неужели Тэй-О’Хант? — удивилась Карнеа.

— Нет, — раздраженно произнес Светозарный. — Это, — Аноррэ! Вчера им снова удалось избежать нашей ловушки.

— Ну, Милашка, ты даешь! — восхитилась Карнеа. — В принципе я лишь немного скорректировала ваше приказание, мой Господин. Я просто заменила маршрут на Аиру, полетом в стратосферу Шетдаэльты с последующим обязательным приземлением на ее поверхность. Надо же им было дать хотя бы один шанс из тысячи, чтобы выжить!

— Ты хоть понимаешь, что ты наделала? Ведь, если они все же выживут и найдут способ сообщить о себе на Энгарту, энгарим в самое ближайшее время пришлют суда весь свой космический флот.

— Не пришлют. Это программа одноразовая. Сделав свое дело, она самоуничтожиться и сотрет после себя все файлы, которая она использовала. И если они до сих пор не смоги найти способ перехода на Тхэйту, они не найдут его еще сотни лет. К тому же теперь им нет смысла создавать здесь свою колонию.

— Да это так! Но все же…

В дверь постучали, и Вазарри спросил разрешения зайти.

— Подожди минуту, сиар, сейчас я закончу с Избранной.

— Так вот, Дочь моя, за то, что ты ослушалась моего приказа, я не стану лишать тебе силы айфранга, но я отправлю тебя на поиски ваших друзей в район бывшей Тэльфиоры. И в твоих интересах провести эти поиски успешно.

— Но как же мне совладать со сверхчуткой Предсказательницей? Она за версту может почувствовать угрозу.

— Я что-нибудь придумаю. В моих арсеналах полно различных сюрпризов. А теперь ступай прочь!

Как только Избранная вышла, в комнату тут же вошел Вазарри. Он не стал сразу входить, а убедился, что Избранная ушла в свои покои и только после этого доложил:

— Мой Господин, сегодня, в четыре часа утра, Избранная освободила двух пленных и отправила их на Шатдаэльту. При этом она применила силу айфранга к дежурному офицеру.

— Я знаю, Вазарри, — глядя ему в глаза, спокойно сказал айзар. — Избранная сделала все правильно.

А через паузу добавил, поясняя свои слова: — Теперь она убеждена, что спасла двоих своих друзей, и поэтому угрызения совести не будут мешать ей правильно функционировать на моей базе и на Зэйте. На самом же деле, предвидя это, я подменил в ее покоях дискету. На той, которую я ей оставил взамен, второй этап Перехода не был прописан. Так, что получается, что она меня, в результате этого, вовсе не обманула. И Лэйс и Арианна в скором времени действительно погибнут. Но об этом, сиар, должны знать только ты и я!

*** ***

Шатдаэльта

Огромный огненный гейзер рванулся вверх, лишь немного не достигнув обреченного лэвера. Столб пламени, раскаленный до тысячи градусов, осветил небосвод кроваво-красным светом, а пепел, поднявшийся высоко над поверхностью, застелил собой диск желтого солнца, и без того с трудом пробивающий свет сквозь серые тучи. Расплавленная порода с шипением и свистом пролилась на землю, превращая все на своем пути в раскаленную пустыню.

Лишь незадолго до вхождения лэвера в термосферу планеты Лэйс просмотрел запись программ через файловую систему и обнаружил, что вторая часть перехода в бортовом компьютере начисто отсутствовала.

— Аэви, сделай, что-нибудь! — взмолилась Арианна. — Мы не сможем выжить в этом аду!

А что он мог сделать... Он и так выжал их своего верного лэвера все, на что он был способен: включил ротор на холостой ход и до отказа выжал тормозные двигатели, которые предоставили им кратковременную отсрочку приземления.

Он попытался вспомнить все, просмотренные ими материалы, касающиеся неудачной экспедиции на Шатдаэльту. Но они не могли помочь ему в данной ситуации.

Охлаждение с трудом справлялось с нагревом корпуса, уже шипела герметическая изоляция. Кислород был на исходе, и Лэйс был вынужден оставить его на крайний случай, а пока впустить атмосферу Шатдаэльты в салон, который тут же наполнился отчетливым запахом гари.

— Аэви!!!

И тут он вспомнил!

Это был небольшой, сильно замусоленный, потрепанный блокнотик, с которым Анви Гроут, главный вычислитель их Испытательного Центра, никогда не расставался. Он всегда брал его с собой на совещания. Его вид привлек к себе любопытного Лэйса, и когда Гроут отошел на обеденный перерыв, Авви заглянул на его страницы. В них оказались алгоритмы программ Переходов к планетам, которые были включены в список ближайших исследований…

— Аэви, — воскликнул Авви. — Кажется не всё еще потеряно!

Он подскочил к компьютеру, перевел его из режима управления в режим программирования и, благодаря своей уникальной фотографической памяти, стал превращать, запечатленный им, алгоритм в объектно-ориентированный язык программы Перехода.

Арианна, догадавшись о том, что сейчас происходит, обняла Лэйса, и вложила всю силу своего айри в этот спасительный для них процесс. И действительно, теперь связь между схемой алгоритма и блоками специальных операторов машинного языка стала намного отчетливей и осмысленней.

— Кажется, у меня получилось, — выдохнул Лэйс. — Сейчас попробуем запустить программу. Только я вовсе не уверен, что нас выбросит из Пустоты точно на Энгарту. Слишком большая неопределенность нашего текущего местонахождения.

— Ничего, Аэви. Прорвемся! — уверенно сказала Арианна.

Лэйс запустил программу, открыл доступ кислорода в салон и запустил ротор.

Напоследок Шатдаэльта, словно понимая, что ее жертва через минуту исчезнет, снова выпустила в нее сразу три языка горящего пламени. Статор обожгло их горячим дыханием, но защитная оболочка статора выдержала. Лэвер немного качнуло от мощной ударной волны, и он исчез в Пустоте.

— Теперь самое время молиться нашим Ведущим! — заметил Авви, глядя как стрелка манометра на кислородном баллоне неуклонно приближается к нулевой отметке.

— Ни за что! Больше я никогда не вспомню о их существовании!

Дышать становилось с каждой минутой все труднее. Они старались дышать через раз, но это ничего не меняло.

Лэвер выбросило из Пустоты и, остаток, полученного на Шатдаэльте, импульса еще протащил его за счет инерции несколько сот лиг по межпланетному пространству.

— Где мы, Аэви? — Арианна подошла к иллюминатору и вгляделась в непроглядную черноту, окружающего их, космического пространства.

— Мы дома, моя дорогая, — прошептал из последних сил Лэйс.— Вот та звездочка, слева от тебя, —это наш Аудэ.

— Но она такая крохотная. Мы в районе Мааты? — догадалась Арианна.

— К сожалению, даже чуть дальше Мааты. И самое неприятное заключается в том, что дышать нам осталось не более пяти минут!

Антэльвазал (Всеобщий Язык) — емкость для хранения антиматерии с использованием прослойки из Пустоты.

Антэльва (Всеобщий Язык) — антиматерия.

Антвэйлаим (Всеобщий Язык) — антипротоны.

Азриэль (Всеобщий Язык) — ключевые условия для сцепления искусственного тела-приемника с айри Зоара.

Азриэйль (Всеобщий Язык) — здесь: искусственное созданное и подготовленное к сцеплению тело, способное принять айри конкретного Зоара.

Цирконий — фактически не окисляющийся металл, который применяется 1) в медицине 2) в поглотителях нейтронов 3) в качестве добавки для создания «белого золота», которое используется в ювелирных украшениях.

Глава 11. ГОРОД ЗАСНЕЖЕННОЙ МЕЧТЫ

Где-то между Мирами

Они бежали босиком рука в руке по упругой темно-зеленой траве, сбивая холодные капельки росы, которые словно крошечные бриллианты искрились под первыми лучами солнца. Каждое их движение было наполнено легкостью и радостью, будто сама природа приветствовала их появление в этом волшебном месте. Вокруг них раскинулся удивительный пейзаж, который казался сотканным из самых нежных и живых оттенков зелени. Высокие папоротниковидные деревья, могучие и величественные, были обвиты густыми изумрудно-зелёными лианами, создавая живой занавес, который скрывал тайны древнего лесного массива. В воздухе витал особенный аромат — смесь утренней свежести и сладких, землистых нот девственного леса. Этот запах наполнял их легкие и сердца, словно напоминая им о том, что теперь они стали частью чего-то великого и вечного. Здесь, посреди непрерывного шепота листвы и пения птиц, казалось, время замедлило ход, уступая место мгновению счастья и безграничной свободы.

Они смотрели друг на друга с улыбками, которые говорили без слов: этот необыкновенный первозданный мир теперь принадлежал только им двоим. Здесь не было места тревогам и сомнениям, только безмятежность и глубокая связь с природой и друг с другом. Они знали — что бы ни случилось, теперь они навсегда останутся вместе в этом волшебном уголке Вселенной, где каждый вздох и каждый шаг наполнял их души светом и любовью. Их сердца бились в унисон с ритмом леса, и это чувство было крепче всяких слов.

— Скажи мне, Айсиа, — проговорила юная девушка, нехотя разрывая объятья. — Разве трава, которая вокруг нас, может быть настолько зеленой и сочной?

— Конечно может, моя милая Арианна, — ответствовала ей Айсиа своим мелодичным голосом. — Ведь то, что сейчас окружает нас, — это мир моей Мечты. Здесь может быть абсолютно всё!

— Но как же мы с тобой очутились здесь, Карниэ? — глядя свой Сестре в глаза, спросила Арианна.

Юное красивое лицо Айсиа приобрело оттенок легкой грусти: — Мой Господин предал нас. И чувствуя, что ты умираешь, я стала умолять своих старых знакомых, Духов Жизни, чтобы они спасли тебя. Они сразу же откликнулись на мою просьбу и переселили твою Душу в тело лесной феи. И теперь мы обе с тобой их Айсиа.

— И где же они, эти Духи Жизни?

— Они здесь рядом с тобой, разве ты их не видишь, не ощущаешь их присутствие?

И только сейчас Арианна заметила, как живые существа, большие похожие на ярких светлячков, весело перемигивались в густых кронах деревьев.

— Спасибо вам, энкайрим, за то, что спасли меня от мучительной смерти, — Арианна поклонилась этим веселым светлячкам.

— Они услышали тебя, Арианна, — нежно проговорила Карниэ. — Пройдет совсем немного времени, и ты научишься тоже слышать этих удивительных созданий.

— Ты так говоришь, Сестра, словно собираешься меня снова покинуть? — с тревогой в голосе проговорила Арианна.

— Увы. Пока я еще не могу надолго переходить в мир моих Мечтаний, — проговорила Карниэ, дотрагиваясь до своего амулета. — Но теперь я буду часто встречаться здесь с тобой, Айсиа! И пусть феи живут совсем недолго, мы отныне будем с тобой счастливы, Сестра!

*** ***

— Карниэ! — позвала свою названную Сестру Арианна и открыла глаза, делая жадный глубокий вдох. — Я снова дышу!!! Где я?

Вокруг нее были только снежно-белые стены и такого же оттенка высокий потолок. На окне стоял огромный многолистный фикус, маскирующий собой прочную металлическую решетку.

Ее вопрос был услышан, и к ней подошла молодая женщина в нежно-розовом халате: — Все хорошо, Арианна! Ты жива, а вокруг — только, любящие тебя, друзья.

— Друзья? — только сейчас Арианна заметила на правом рукаве халата, вошедшей женщины, ярко-красную эмблему в виде двух соединенных спиралей. — Мои друзья срочно нуждаются в помощи. Им угрожает смертельная опасность. Нужно немедленно лететь назад и их спасать!

Арианна резко сбросила с себя покрывало и попыталась вскочить на ноги, но мягкие резиновые держатели, опоясывающие ее койку, не позволили ей это сделать и тотчас же вернули ее в исходное положение.

— Немедленно развяжите меня, Эсси! — закричала девушка, пытаясь просочиться между двух прочных держателей. — Там гибнут люди, мои друзья!

— Успокойтесь, Арианна! Наши спецслужбы уже приняли меры. И скоро ваши друзья окажутся с тобою рядом. А сейчас тебе нужен отдых! — женщина отвернулась от пациентки и незаметно взяла с тумбочки уже, приготовленный заранее, шприц.

Но тут дверь отворилась, и в палату Розового Дома вошел седой врач. Вместе с ним вошел и молодой человек, которого Арианна тотчас же узнала: — Лэйс! Скажи, ты, этим «красно-розовым», чтобы меня немедленно отпустили!

Лэйс посмотрел на доктора. Тот утвердительно кивнул, и Авви Лэйс подошел к койке, на которой лежала его возлюбленная: — Я рад, что ты вернулась к жизни, Аэви! Потерпи немного. Все оказалось не так просто, но я уже договорился о встрече с самим Тэлленгартом, и, как только ты окончательно поправишься, он нас примет и внимательно выслушает. Он, единственный из всех, кто действительно поверил нам, и теперь он необычайно заинтересован во встрече с нами.

— Хорошо, Аэви! — тихо прошептала Аэви и, почувствовав, как игла шприца безболезненно вошла ей в плечо, тотчас же снова погрузилась в сон.

*** ***

— Как ее состояние, доктор?

— Она изрядно надышалась токсичными испарениями в атмосфере Шатдаэльты, но теперь, после полной и комплексной очистки ее крови, ложные воспоминания и галлюцинации должны навсегда покинуть ее айри. Кстати, ее айри теперь в полном порядке. Легкий стресс от угрозы асфиксии уже исчез, и наша пациентка становится вполне себе вменяемой. Вот только «энгарой» ее теперь уже назвать нельзя!

Окрестности Мааты. День тому назад

Огромную космическую станцию, вращающуюся вокруг Мааты, за ненадобностью постепенно разбирали на части и возвращали на Энгарту. Было решено оставить лишь небольшой блок-пост для наблюдения за трансмаатовым дальним космическим пространством. После того, как стало известно, что пособники Отступника хорошо вооружены и имеют доступ в планетарную систему Аудэ, было решено вывести на орбиту Мааты также и боевой Бэйт-Шаур, способный уничтожать любую бронированную цель на огромном расстоянии при помощи лазерного залпа огромной мощности. Кроме того, стартуя из блок-поста, дальний Космос постоянно патрулировали межпланетный лэвер и крылатая быстроходная капсула.

— Центральный, говорит Борт-БМЛ-25. Только что из Пустоты в квадрате 86-20 вышел подозрительный лэвер, класса МПЛ. Бортовой анализатор изображений идентифицировал его, как, без вести пропавший, полтора месяца тому назад, в планетарной системе Джи 184-19, борт-МПЛ-14-бис. На наши запросы, которые были переданы на этот лэвер на различных частотах, ответа не последовало. Высылаю к нему штурмовую бригаду и медицинский персонал блок-поста.

— Борт БМЛ-25! Говорит Центральный. Подходить ближе, чем на пятьсот лиг к лэверу, запрещаю! Возможна повторная провокация со стороны враждебных нам Эйнзи!

— Центральный! На этом борту могут оказаться тяжело раненые или, нуждающиеся в срочной медицинской помощи, люди. По согласованию с экипажем ваш приказ игнорируется. Всю ответственность за операцию беру на себя. Командир БМЛ-25 Авви Хаут-Рэйден.

Поскольку никаких признаков жизни внутри странного лэвера не наблюдалось, было решено состыковать лэверы между собой в районе главной входной двери МПЛ-14-бис посредством раздвижного шлюза и при помощи плазменной горелки вырезать отверстие для проникновения внутрь салона. Однако последнее не потребовалось. Как только дальний конец шлюза пристыковался мощными магнитными присосками к корпусу лэвера, входная дверь с трудом отворилась, и высокий человек в скафандре повышенной защиты из сверхпрочного керамлита, который был сплошь покрыт искрящимся инеем, передал встречающим людям бездыханное тело девушки, покрытое таким же защитным костюмом. После чего он тотчас же упал навзничь. Их обоих немедленно отправили в медицинский отсек, полностью раздели и положили в питательный раствор внутрь биометрических саркофагов, которые обычно применялись только в Приемных Башнях для поддержания жизни в граайлях. В этих же саркофагах они были доставлены в приемную Розового Дома, где их тотчас же распределили по палатам. Молодой человек быстро пришел в себя, а вот с его спутницей, которая долгое время пребывала на границе жизни и смерти из-за частичной асфиксии, пришлось серьезно повозиться лучшим реаниматорам Департамента Эсси.

Энгарта. Ареал Эсси

— Итак, вы утверждаете, Арианна Ксиорри, что находились на планете с желтым солнцем, о чем свидетельствует ваш специфический загар?

— Совершенно верно, доктор.

— И вы не заметили на ней никаких признаков сейсмической активности? — с иронией в голосе спросил ее Эсси.

— За сорок пять дней, что мы находились на Аэвальте, на ней не было ни одного землетрясения.

— Как часто вы выходили наружу из своей пещеры, в которой вы жили?

— Я уже говорила, доктор, что все мы жили в своих каменных домах на ее поверхности.

— Кстати, в прошлый раз вы упоминали, что беседовали с самим Отступником! Опишите мне его поподробнее.

— Высокий, седой, невероятно габаритный мужчина неопределенного возраста, но уже стареющий.

— То есть, если бы я его встретил где-нибудь, скажем, на площади, я бы и не понял, что это Отступник, а прошел бы мимо, решив, что это обыкновенный человек?

— Разумеется, нет, Эсси. Стоило бы вам увидеть его, переполненное знаниями, айри, вы бы потом долго приходили в себя от полученного магнетического удара. Мне пришлось надевать свою диадему на голову, чтобы безопасно с ним общаться.

— Ну допустим, что вы действительно находились на незнакомой нам планете. Но как вы объясните тот факт, что лэвер перенес вас туда в отсутствие программы перехода?

— Это не так, доктор. Во время старта программа перехода на Аэвальту уже была активирована на бортовом компьютере. Ее поставил незаметно для нас сообщник Отступника.

— И кто же он, позвольте вас спросить?

— Это Эйнзи Карниэ, бывшая Жрица Храма всея Крылатых.

— И у вас имеются доказательства, что именно она создала эту программу Перехода, до которой не могли додуматься лучшие умы Энгарты?

— Нет. Эту программу создал Отступник. А обратную программу перехода на Шатдаэльту переписала с дискеты сама Карниэ.

— То есть вы только что признали, что все же были на Шатдаэльте. У вас в лэвере содержалась программа перехода на эту планету. И вы, посовещавшись с экипажем, возвращаться на Энгарту или лететь на Шатдаэльту, сделали свой выбор в пользу этой огненной планеты. Сколько дней вы там находились?

— Мы вообще не приземлялись на Шатдаэльту.

— Но эксперты утверждают обратное: в салоне, да и ваших легких, сиарра, были обнаружены весьма специфические вещества, найденные исключительно в атмосфере Шатдаэльты. А на ходовой части вашего лэвера был найден отчетливый след от высокотемпературного воздействия, по-видимому, это был след от раскаленной лавы. Может не стоит дальше фантазировать! Ответьте мне прямо, что случилось на Шатдаэльте с остальными членами экипажа? Они погибли или вы улетели без них? — доктор впервые сильно повысил на нее голос.

Эсси надеялся, что такая резкая смена голосового тона «расколет» девушку. Но он ошибся, и достиг только обратного эффекта: — Перестаньте давить на меня, доктор. Я вам все рассказала о том, что с нами произошло на Аэвальте. Мой муж, Авви Лэйс, подтвердит слово в слово этот рассказ.

— Авви Лэйс, в отличие от вас, сиарра, все же допустил возможность того, что никакой Аэвальты вовсе не было. А галлюциногенный газ, содержащийся в атмосфере Шатдаэльты, вызвал у вас устойчивый мираж планетарного масштаба, в котором вы и пребывали все это время. Кстати мы выделили это вещество из биологического материала, найденного в ваших бронхах! Вот ознакомьтесь, пожалуйста, это заключение наших экспертов!

Арианна удивленно уставилась на Эсси: — Вы шутите?! Этого просто не может быть!

— Еще как может! Тут вчера вечером ваш сосед по палате также тайно признался мне, что он родной брат Отступника. И обещал мне свою протекцию во время завтрашней Вселенской Катастрофы, если я его отпущу из Розового Дома в родной Ареал.

— Если вы мне не верите, я вам больше не скажу ни слова, — с нескрываемой злостью произнесла бывшая Ксиорри. — Но, когда мы все же найдем Аэвальту, вы, доктор, разделите печальную участь Эсси Миэрга. Это я вам обещаю.

*** ***

Ровно через три недели…

— Как отпустить? Даже под вашу ответственность мы не можем этого позволить. Вы представляете, какие волнения поднимутся, когда весь этот ее немыслимый бред про Планету свободной Любви попадет в Единую Сеть? Да тут на следующий же день все наши койко-места будут переполнены. Вы этого хотите, мальхаар?!

— Я вам обещаю, что этого не произойдет. И не спорьте, — это не просьба, а приказ, одобренный вчера Лоу-Коунгром, — жестко сказал Тэлленгарт и отключил раудэр.

РЕТРОСПЕКЦИЯ. Через пять дней после перехода на Аэвальту

Кто бы мог подумать, что в окрестностях двойной оранжевой звезды, для которой траектории движения всех планет предсказывались крайне нестабильными, отыщется пригодный для жизни мир? Правда назвать его абсолютно пригодным для жизни, ни у кого из первых переселенцев даже не поворачивался язык, поскольку планета, тринадцать месяцев из шестнадцати, была полностью покрыта глубоким снегом, а тусклые оранжевые светила еле пробивали свой свет из-за низких плотных облаков. Да и причудливые сиреневые закаты Лау-Тэйи (Светлой Тэйи), с легкой руки, названной так, каким-то местным шутником, отнюдь не приводили в восторг представителей молодых Кланов. Да и состав атмосферы, в которой кислорода было всего восемнадцать с половиной процентов, плюс к тому, присутствующий во время безветрия, легкий аммиачный запах, вовсе не способствовали долгим лыжным прогулкам по заснеженным холмам Лау-Тэйи. Зато с площадками для приземления лэверов проблем не возникало, и снежные гигантские вихри, то там, то здесь, возникали рядом с куполами жилых городов. Тем не менее, в весьма сжатые сроки сюда при помощи огромных лэверных платформ через Пустоту начали доставляться блоки для возведения двух городов, защищенных сверху непроницаемыми прозрачными куполами из оргстекла. Кроме того, гигантскую орбитальную станцию «Новый Эдем», вращающуюся по эллиптической дальней орбите вокруг огромной, насквозь промерзшей, Мааты, и которая уже была готова, со дня на день, принимать переселенцев с Энгарты, было решено демонтировать, а ее блоки тоже вывезти на Лау-Тэйю.

Ареал Хаэнси

Начальник службы безопасности Хаэнси Тэлленгарт тепло встретил молодых людей, словно своих старых приятелей. Молодой, очень приветливый и жизнерадостный энгар, обладающий великолепным, весьма тонким, чувством юмора, усадив, пришедших к нему, молодых людей в удобные кресла в своем личном кабинете, не стал задавать им никаких лишних вопросов, а сразу предложил выпить по чашечке отборного эйхелеса. Эйхелес был на самом деле невероятно ароматным, и айраим молодых людей сразу же отнеслись к долгому разговору с одним из самых авторитетных правителей Энгарты, как просто к дружеской беседе. После чего, хозяин кабинета, как бы невзначай, попросил их с самого начала рассказать о своих приключениях. Хаэнси Тэлленгарт очень внимательно слушал рассказ молодых людей и лишь изредка делал пометки в своем блокноте.

— Да, все, что вы мне сейчас рассказали, просто невероятно. Как же я вам, по-хорошему, завидую, сэаррим. Столько с вами случилось всего интересного! А тут сидишь за столом в своем кабинете и перекладываешь с места на место, ничего не значимые, бумаги и маайлэнги, — искренне оценил их рассказ Тэлленгарт, а, потом, сразу, посерьезнев, добавил. — Только я вас очень прошу не выкладывать в Сеть ваши воспоминания об Аэвальте и не записывать их на маайлэнги. Поскольку и так многие из переселенцев недовольны своим пребыванием в городах под куполами, а если они узнают о том, что где-то совсем рядом с Энгартой есть планета с прекрасным климатом, то могут возникнуть ненужные треволнения. Вы уж не подведите меня, друзья, а то мои недоброжелатели из Розового Дома сразу же настрочат на меня очередные кляузы и направят их в правительственный Совет Энгарты. Они и так сейчас бесятся, что я освободил Арианну из принудительного заточения, лишив их возможности добыть из вас уникальный материал для своих научных диссертаций.

— Ваузэ, мальхаар, — почти одновременно ответили ему своим согласием Лэйс и Арианна.

— Кстати, вот посмотрите на эти фотки, может вы здесь кого-нибудь узнаете, — Тэлленгарт протянул молодым людям стопку кристаллических пластинок.

Лэйс и Арианна не спеша рассматривали, предложенные им, фотки. Потом Авви указал на одну из них и сказал: — Вот он, — наш старый знакомый. Это странник Каурси Стэймер.

— Да, это точно он, — подтвердила Арианна. — А вот еще одна интересная фотка. На этом снимке тоже Каурси. Но лицо у него совершенно иное. Это родственник Стэймера?

— Браво, ребята! Теперь вы полностью развеяли остатки моих сомнений! — воскликнул Хаэнси Телленгарт. — Этот Стэймер встречал наших сотрудников на капсуле. А вот это, другое фото, которые вы держите в своих руках, Арианна, и есть настоящий Стэймер, точнее его бывшее тело, в котором до сих пор поддерживается жизнь в Приемной Башне Ареала Коэнси. Теперь, как я понимаю, ему оно уже вряд ли когда-нибудь понадобится. И с ним на корабле была очень опасная женщина в черном балахоне.

— Карниэ! — воскликнула Арианна.

— Да, теперь я нисколько не сомневаюсь в том, что это была именно она.

— А я-то все никак не могла понять тем утром, откуда у нее появился ожог на плече!

— Да, она успела защитить свой айфранг! — подтвердил Хаэнси.

— Что же касается наших взаимоотношений с Зоарим, — продолжил Тэлленгарт, бросая быстрый взгляд на белый небосвод своего потолка. — Это достаточно тонкий вопрос, и пусть этим занимается теперь сам Патриарх. Я, возможно, намекну ему, используя ваши данные, о том, что следует присмотреться к отдельным Зоарим, но меня сейчас больше занимают иные вопросы: «Почему же мы до сих пор не отыскали Аиру и не создали переход к ее планетам? Что или кто мешает нам ее отыскать?». Ведь, если мы найдем Аэвальту, тогда все ваши невероятные фантастические рассказы, которые сейчас, увы, находятся под запретом к распространению, тотчас же перейдут в разряд свидетельств очевидцев. И тогда будет создана специальная комиссия по рассмотрению каждой детали вашего описания. Жаль, что все ваши маайлэнги были уничтожены. Это бы сильно помогло нам сейчас.

Потом начальник службы безопасности обратился к Лэйсу: — Айсиар, вашему руководителю Авви Эйтеру нами было поручено провести тщательный анализ всех звезд, похожих на Аиру и попытаться создать ко всем им программы Перехода. И я уже договорился с ним, что его правой рукой будете вы, Авви Лэйс, — человек, который собственными глазами видел Аудэ с поверхности Аэвальты! Под этот проект будут выделены большие средства. Кроме того, широкая общественность, к моему глубочайшему сожалению, требует от нас, чтобы мы провели тщательные поиски ваших друзей на Шатдаэльте, чтобы спасатели заглянули внутрь всех, находящихся под ее лавовым покровом, пещер и отыскали, якобы, живущих в них, ваших друзей. Я-то безгранично верю вам и понимаю, что проводить рискованные поиски ваших друзей на Шатдаэльте, в результате которых могут погибнуть космодесантники, бессмысленно, но отказать жителям Энгарты в их законном требовании спасти своих сопланетников, я не имею права. Поэтому нам надо срочно отыскать Аэвальту. Так, что дерзайте, юноша. В ваших руках теперь находится благополучие всех нас и вашей семьи в том числе.

Теперь, что касается вас, сиарра. Вы, как бывшая Ксиорри, конечно, уже знаете, что ваши Знаки Крови в результате долгого пребывания на Аэвальте, впрочем, как вы сами этого и добивались, перестали быть прежними. И теперь вы стали свободны от Кодекса Граанца, но…— Хаэнси Тэлленгарт сделал многозначительную паузу и, внимательно посмотрев прямо в глаза Арианне, продолжил. — Но вместе с тем вы сразу же утратили свой прежний социальный статус и больше не являетесь энгарой. По многим причинам, не только по этой, вы теперь не сможете работать в Цитадели Жизни. После того, как ваш брак с Авви Лэйсом будет официально зарегистрирован, разумеется, безо всякого Ритуала, разрешенного только для чистокровных энгарот, вы с сегодняшнего дня переедете к нему в дом. Через несколько дней вы с вашим мужем переедете в Лау-Тэ-Н’Аус, где и будет ваш новый дом до тех пор, пока мы не отыщем Аэвальту. На Лау-Тэйе вы будете помогать другим Ксиорри контролировать изменения Знаков Крови у переселенцев из молодых Кланов и исследовать комплексное влияние местного планетарного фактора на их генетику. Теперь, что касается вашей уникальной таблицы Знаков Крови, созданной вами на Аэвальте. Это разумеется необычайно важное знание, которое продвинет космобиологию на новый уровень, но это знание не имеет здесь своей практической значимости. Мы не сможем применить его на практике и нам не удастся создать здесь, согласно этой Таблице, искусственных живых существ в отрыве от их биоценоза. С другой стороны, мы, не имеем права утаивать в своих пыльных архивах это знание от людей и не включать его в Единый Информаторий Энгарты. Ауми и Ксиорри нам этого никогда не простят. Что же нам делать? А давайте представим эту таблицу Знаков Крови Аэвальты, просто, как модель иной возможной дифференциации геномов биологических объектов без привязки к конкретной планете. Пускай это будет, творчески созданная вами, модель, некий ритэйткаанц. Я сегодня же передам ваш Проект моему старому другу и вашему бывшему начальнику мальхаару Нейватиону, и пусть он на ближайшей научной конференции выставит ваше открытие для всеобщего обсуждения и включения его в Единый Информаторий Энгарты.

— А пока мы с вашим мужем и другими заинтересованными лицами, Арианна, будем искать возможность просочиться на Аэвальту и разыскать там ваших друзей… и врагов, — продолжил Тэлленгарт. — Вы будете жить в Лау-Тэ-Н’Аусе, и каждый вечер Авви Лэйс будет возвращаться к вам на персональном лэвере. Я очень сожалею, сиарра, но пока вынужден сильно ограничить вам въезд на Энгарту. Но это лишь временное вынужденное ограничение на очень короткое время, пока страсти вокруг вас не поутихнут.

— А как же мой, недавно построенный высоко в горах, домик в моем родном Ареале?

— Дело в том, что мы все решили, что вас уже нет в живых. Поэтому я даже не знаю точно, но вполне возможно, что ваш дом отдали другому Очагу. Вы же понимаете, Арианна, что свободных горных площадок для возведения домов в эльгеорах с каждым годом становится все меньше и меньше, а использовать для жилых домов леса и пустыни мы не имеем права. Поэтому приходится использовать, освободившиеся по той или иной причине, дома. Но если окажется, что он до сих пор никем не занят, я сообщу вам об этом, и вы сможете иногда останавливаться в нем на одну ночь. Я сам кровно заинтересован побыстрее найти Аэвальту. В нашем ведомстве мне сильно не хватает вашего друга Хаэнси Роунта, и я очень хочу вернуть его на Энгарту. Кстати, давно хотел спросить вас, какие у вас с ним возникли взаимоотношения на Аэвальте?

— Да, он стал для нас прекрасным другом и надежной опорой. Он активно помогал нам строить Тэльфиору и обучал нас приемам самозащиты, — вспомнив, могучую фигуру Роунта, улыбнулась Арианна.

— Я надеюсь, что он не выдал вам наши секреты? — пошутил Хаэнси.

— Нет, что вы, мальхаар, он всегда тщательно контролировал свои слова, — солгала Арианна.

— Называйте меня, пожалуйста просто «сиаром», — поправил ее Тэлленгарт. — Мы же теперь с вами друзья!

*** ***

Лэвер приземлился в ее родном Ареале. И в этот раз он даже не задел своим краем цветочные клумбы, удачно вписавшись своими нестандартными габаритами в специально отведенную небольшую площадку. На Арианне было ее любимое изумрудно- зеленое платье, а на голове — венок, имитирующий цветущую имру. В ее нарядный венец была замаскирована диадема, препятствующая передачи информации из ее айри в единую Сеть. Но, несмотря на это, ее бывшие коллеги узнавали бывшую Ксиорри и приветливо махали им руками, провожая молодоженов в зал регистрации, расположенный неподалеку от Цитадели Жизни. Но тут раудэр Арианны снова подал признаки жизни.

— Хэй, Арианна! Я поздравляю вас с законным вступлением в брак, — в трубке послышался бодрый голос Тэлленгарта. — И у меня для вас есть небольшой подарок. Вы его без труда найдете, когда зайдете на кухню своего дома. Да, он пуст и ждет вас! Так что, до связи!

— Спасибо маль…, ой, спасибо, сиар!

— Ну вот так-то лучше, — рассмеялся Хаэнси и отключил свой раудэр.

Настроение у Арианны сразу взлетело до заоблачных высот, и, быстро закончив процесс регистрации, выслушав поздравления от энгары Ксиорри, снова обменявшись

свадебными подарками, они с Лэйсом, рука в руке, быстро взлетели по серпантину дорожки, ведущей к ее дому, который больше напоминал собой небольшой замок.

Дома все было так, словно она вышла из него только сегодня с утра. Прежние воспоминания, словно события из совершенно иной эпохи, разом нахлынули в ее айри.

На кухонном столе лежала резная шкатулка, украшенная самоцветами, а в ней лежала пара серебряных браслетов, украшенных яркими изумрудами. Это была ручная работа великого мастера Эа Гарвица.

— Ну вот теперь у меня имеется полный комплект украшений с моим любимым камнем — изумрудом, — и, как всякая женщина, Арианна тотчас же встала напротив зеркала и, надев на себя все свои украшения, кокетливо спросила Лэйса. — Ну как, теперь я похожа на знаменитую актрису Ксиорри Эллис?

— Нет! — ответил ей, улыбаясь Лэйс. — Ты значительно лучше, Аэви!

После официального ритуала бракосочетания молодожены отправились в дом Авви Лэйса, где, сильно стосковавшиеся друг по другу, официальные молодожены провели наедине друг с другом весьма долгую официальную первую брачную ночь. Ну а потом перед отправкой в Лау-Тэ-Н’Аус было решено совершить большое кругосветное путешествие по всем Ареалам Энгарты.

Аэвальта. Ночью этого же дня

Звездной летней ночью посреди дремучего леса ярко пылал костер. Его пламя плясало в такт легкому ветерку, бросая на землю причудливые тени, словно оживляя древние легенды, сплетенные с шелестом листьев и шорохом ночных созданий. Двое влюбленных — Аноррэ и Роунт — сидели рядом, неотрывно смотрели на огонь, который манил их взгляды своей загадочной игрой света и тепла. Было в этом что-то завораживающее — пробуждающее воспоминания, которые казались давно забытыми, но теперь вновь обрели свои силы. Теплый свет от огня играл на их лицах, освещая прекрасные черты их юных лиц. Шепот ветра среди листвы казался им музыкой, и пламя костра танцевало в такт этой музыке, отражая пламя их чувств, и лес вокруг казался волшебным, словно хранителем их любви и памяти. В этот момент мир замер, и казалось, что именно здесь, под звездным небом, их любовь обретала вечность. Аноррэ слегка прижалась к Роунту, ощущая его тепло и слыша его ровное дыхание. Вокруг них лес будто замер, словно уважая их утонченную близость. Пламя костра отражалось в ее глазах, смешиваясь с мерцающими звездами над вершинами деревьев.

Роунт, заметив ее задумчивость, улыбнулся и тихо сказал:

— Знаешь, каждый раз, когда я смотрю на огонь, я вспоминаю наши первые ночи на Аэвальте. Когда мы сидели у костра с нашими друзьями, рассказывая друг другу веселые истории из нашей жизни на Энгарте.

Аноррэ ответила улыбкой, которая согревала сильнее любого пламени. Ветер усилился, и пламя костра вспыхнуло ярче, словно приветствуя их чувства. Аноррэ подняла руку и мягко провела пальцами по волосам Роунта.

— Я люблю тебя, Аэви, — прошептала она.

Он наклонился ближе, их губы встретились в нежном поцелуе, полном тепла и предвкушения близости. Ночь вокруг них была глубокой и таинственной, но в их маленьком круге света царила гармония и спокойствие. Здесь под звездным небом Аэвальты, посреди дремучего леса, началась новая глава их общей жизни — наполненная любовью и надеждой на скорейшую встречу со своими друзьями.

— Я вам не помешала, лэйвифы? — внезапно раздался рядом с ними насмешливый голос.

Аноррэ подскочила от неожиданности, высвобождаясь от объятий Роунта, который тут же схватился за свой лучемет.

Ярко-синий свет тут же ударил ему в глаза.

— Замри! — приказала ему женщина, черный балахон которой полностью сливался с чернотой ночи. Зато лазурные узоры на нем ярко светились в ночной мгле, словно люминофоры.

Хаэнси тотчас же замер в той неудобной позе, в которой ее застал приказ, не в силах пошевелить даже пальцами своих рук.

— Я вижу ты меня совсем не ждала, Милашка, — Карнеа мягко подошла к Тэйви и, коснувшись рукой ее подбородка, заглянула ей в глаза. — Где же твое хваленое предчувствие? Или в предвкушении интимной близости все Тэйви разом теряют свои способности?

Хаэнси снова попытался дернуться, но ему удалась только гневная гримаса на его лице.

— Как тебе это удалось? — прошептала побледневшая Тэйви.

— Неверный вопрос, крошка! Лучше спроси меня о своем ближайшем будущем! — Ах, да, я же совсем забыла, — ты же свое будущее знаешь на годы вперед! Или все же нет?

— Ты мне всегда сильно мешала осуществить, порученную мне, задачу, — продолжила Карнеа. —Однажды, ты чуть было не нарушила все мои планы, едва не выдав участие айзара в Переходе на Аэвальту. Я готова была придушить тебя в ту минуту.

— Ну это тоже уже в прошлом. А сейчас, — Карнеа задумчиво повращала айфранг в руке, словно рассматривая все его грани. — А сейчас я тебя и вот эту статую (она кивнула головой в сторону Роунта) погружу в лэвер. И отправлю на базу. Ты очень нужна Гердту.

— Я бы тебя сейчас отпустила, — неожиданно, сменив тон, сообщила Карнеа. — Знаешь, соседство с тобой где бы то ни было, вовсе не добавляет мне радости. Да вот айзар Гердт приказал доставить тебя к нему или предоставить ему неопровержимые доказательства твоей гибели. Без этого, сказал он мне, на базу можешь не возвращаться. Поэтому выбор у нас с тобой, Милашка, совсем не богатый. Сколько там процентов дает сейчас твой внутренний Оракул за то, что ты сегодня встретишься с Гердтом?

— Ноль! — выкрикнула ей в лицо Тэйви.

— Ах, как не хорошо быть такой категоричной. А если я сейчас на твоих глазах свяжусь по рации с Гердтом и подключу, тем самым, мощный Источник для формирования этого события, этот процент возрастет, как ты думаешь?

— Что ты от меня хочешь? — взорвалась Аноррэ. — Возьми лучемет и прикажи своим марионеткам убить меня, но работать на убийцу я никогда не буду!

— Я хочу спасти тебя, Тэйви… и, прежде всего, от тебя самой, — Карнеа снова посмотрела в глаза Аноррэ. — Живущая в тебе, Предсказательница все время заставляет тебя делать неправильный выбор. Ведь, даже оставшись вдвоем на целой планете, вы не сможете полноценно жить, зная, что ваши дети никогда не смогут испытать счастья любви. Поэтому, давай, я сейчас удалю из твоего айри с помощью айфранга всю эту дрянь, и ты, ставши обычным человеком, пойдешь со мной, Тэем и Эйси в новый мир, где вы сможете жить долго и счастливо и, самое главное, — создать там свою полноценную семью.

— Нет! — коротко ответила ей Тэйви.

— Ну что ж вы сами подписали себе приговор! — вздохнула Карнеа. — Эй, сэаррим, свяжите их и ведите их вот к тем высоким базальтовым скалам. Пора кончать эту комедию!

*** ***

База отступника

— Последними в Крылатую Башню войдут Карнеа и Вазарри. После того, как ваши айраим отправятся на Зэйту, часовой механизм инициирует взрыв склада антиматерии, и вся наша бывшая база исчезнет из материального мира, превратившись в свет. Теперь, когда Тхэйта полностью нами зачищена, можно уже не опасаться удара в спину и спокойно вернуться в нашу Империю! И больше ничто уже не сможет указать моим бывшим Братьям на то, что с этой планеты существует прямой путь на Зэйту.

Оставшись с Избранной наедине, Гердт задумчиво взял в руки Печать Хаоса и произнес: — Ну что ж мне пора уходить через Портал. Жаль, что твоя Предсказательница предпочла смерть вечной славе.

— Они пытались сбежать. Но им это не удалось, — мы их снова настигли и загнали на самый край пропасти. Поэтому им ничего другого не оставалось, как, взявшись за руки, спрыгнуть с самой вершины скалы и разбиться. Когда мы подошли к ним, они уже не дышали.

— Да я видел ваши записи на маайлэнгах. Ты хорошо исполнила свою задачу, Избранная. Завтра на Зэйте я всенародно объявляю всем, что теперь станешь Верховной Жрицей Храма в Тэльваузе и автоматически войдешь в состав Правительства Зэйты.

— Благодарю вас, Гердт, — Избранная низко наклонилась и поцеловала протянутую руку Отступника.

*** *** ***

За пять часов до гибели Базы…

Как только Карнеа закончила съемки, лежащих в крови, тел, а, загипнотизированные ею, Эйнзи подтвердили факт смерти двух бывших энгарим и отошли к лэверу, Роунт и Аноррэ открыли глаза и с отвращением стерли с себя засохшие подтеки чужой крови.

— Карниэ, и все-таки, скажи, почему я не почувствовала приближения опасности? Первый раз в жизни мой внутренний голос почему-то не предупредил меня об этом!

— Какая же ты глупая, Аноррэ, — рассмеялась Избранная. — Ведь только так я и смогла бы найти вас в лесу и попрощаться с вами. А этот план всегда был у меня наготове. Именно поэтому ты и не смогла почувствовать никакой угрозы! Ведь ее не существовало! А ваш костер так ярко горел, что был виден за десятки лиг с борта лэвера. Ну вы точно не надумали лететь с нами? Понятно… Ну что же обниматься не будем! Удачи вам!

— И тебе удачи, Карниэ, — хором отозвалась супружеская чета.

Они долго смотрели вслед удаляющейся Карниэ, а потом вернулись назад к базальтовым скалам и, взяв в руки лучеметы, выжгли на ровной вертикальной стене изображение Крылатой Башни, а также надпись, которая гласила: ЭСТ ПАЙЗАР-ЭЛЬ-ДИОМ. ВЭСТ ДАУ-ЭЛЬ-ЗЭЙТА (Это — бывшее логово Отступника. Отсюда лежит световой путь на Зэйту).

Лау-Тэ-Н’Аус. Спустя примерно год

Огромный снежный вихрь закружился на заснеженной белой равнине, и в нем возник лэвер, корпус которого тут же покрылся холодной искрящейся изморозью. Лэйс, надев на себя шубу из искусственного меха и валенки, вышел из теплого салона наружу. Хотя до ночи было еще далеко, вокруг царствовали вечные темно-фиолетовые сумерки. Одно солнце еле грело, а другое и вообще казалось с поверхности Лау-Тэйи слабой крохотной звездочкой, которое совсем не грело, а только еле светило. Лениво сыпался с темных серых туч, непрекращающийся ни на минуту, колючий снежок. Несмотря на то, что роботы-снегоуборщики постоянно чистили периметр перед Куполом, они явно не справлялись со своей задачей, и Авви Лэйс, оставляя за собой вереницу, отчетливо видимых, следов, быстро пошел к входу в Город. По краям периметра Лау-Тэ-Н’Ауса уже возвышались гигантские айсберги из сгруженного в кучи автоматическими уборщиками, слегка обледеневшего, снега. Пока они не мешали обзору из окон нижних этажей, их не трогали и не свозили в отдаленные районы Лау-Тэйи. Вот только обозревать жителям города из своих окон было абсолютно нечего, — вокруг Лау-Тэ-Н’Ауса на сотни лиг простирался однообразный унылый пейзаж из заснеженных холмов, да где-то вдалеке на востоке синели невысокие скалистые горы.

В переходном шлюзе Авви Лэйс, в свой секции, оставил зимнюю одежду и переоделся в более привычный костюм. Под Куполом было тепло. По улицам и по стенам многоэтажных небоскребов сновали причудливые тени от ползающих по Куполу и, растапливающих ледяную корку, автоматических «грелок». Лэйс вошел в свой подъезд, поднялся на лифте на четвертый этаж и открыл брелоком входную дверь.

Арианна уже ждала его возвращения из Испытательного центра. Ее, ожидающий чуда, взгляд на протяжении целого года, как бы, задавал ему один и тот же вопрос: «Ну что вам удалось обнаружить Аэвальту?». И также, как и вчера, он, мотнув головой, уныло ответил: — Пока ничего в доступном нам Космосе не нашли. Завтра я сам отправлюсь в Космос на ее поиски. И никто мне в этом не откажет!

— А как там наш, Шэйри? — спросил супругу Лэйс.

— Сегодня, несмотря на имя, данное ему, он вел себя достаточно спокойно, — ответила с улыбкой Арианна, глядя на свой, еще слабо увеличивающийся низ живота. — Местные Эйси говорят, что он увидит свет не раньше, чем через пять энгартских месяцев. И это будет просто Гарт Шэйри, и никаких клановых имен к его имени прибавлено уже не будет.

— А чем ты сегодня занималась весь день, Аэви? Небось опять провозилась в своей любимой оранжерее и не успела ничего приготовить на ужин.

— Как ты догадался, Авви-Тэйви? — вопросом на вопрос весело ответила супруга. — Ты только погляди какие сочные черно-фиолетовые плоды выросли на наших грядках! Сегодня мы их нарежем кольцами, нанижем на прутики и обжарим на костре.

После легкого ужина они, взяв с собой все необходимое, пошли пешком к транспортному шлюзу, выкатили наружу свой снегоход и быстро понеслись по снежной целине к заветному ущелью между горами. Здесь, вдали от свирепых ветров, можно было спокойно посидеть три-четыре часа, глядя на, охваченные огнем, привезенные с собой угли и наслаждаться поджаренными на огне овощными деликатесами.

— Да, — задумчиво сказал Авви Лэйс, обнимая, закутанную в теплую меховую шубу, жену. — Мы с тобой, Аэви, всего несколько дней не дождались того момента, когда энгарим открыли этот Новый Эдем.

— Не стоит сокрушаться о нашем, правильно сделанном, решении, Аэви, — прижимаясь плотнее к своему мужу, тихо сказала Арианна. — Поскольку, во-первых, мы провели на Аэвальте вместе с нашими друзьями самое лучшее время в своей жизни, а главное заключается в том, что в этом случае, мне бы не разрешили переселиться сюда на Лау-Тэйю и заключить с тобой законный брак из-за Кодекса Граанца.

Энгарта. Полигон. На следующий день

— Эйтер-хаар, позвольте мне самому сегодня слетать туда и обратно? Я почти уверен, что, найденная вчера нами, звезда по своему спектру очень напоминает собой Аиру! Если инвертировать, виденное мною, изображение нашего Аудэ, находившегося в середине звездного креста, то получится как раз эта самая желтая звезда!

— Я понимаю твое нетерпение, Лэйс, но ты же знаешь, что наш главный вычислитель Гроут рассчитал удаленность этой звезды от Энгарты, и оно оказалось: семнадцать световых лет. Это намного превышает предел, который может быть достигнут нашими межпланетными лэверами.

— Но ведь мы можем построить программу перехода, и запустить этот лэвер с нашей базы, расположенной на третьей планете красного карлика Джи-184-19, и тогда расстояние до желтой звезды будет приемлемым!

— Да, именно так мы сегодня и поступим, — твердо сказал руководитель Проекта «Трэ пайзар-эль-стэдэ» (по следам Отступника). — Но только этот переход будет осуществлен в автоматическом беспилотном режиме. Мы не будем жертвовать никем, ради подтверждения или опровержения еще одной твоей гипотезы. Неопределенность в точности перехода к желтой звезде очень велика, и для человека на борту наши Тэйви дают благоприятный исход всего двадцать один процент. Это очень рискованно. Так, что тебе, мой юный друг, придется подождать, когда автомат пришлет на Энгарту своего «космического голубя» с результатами исследований.

— Но ведь робот может не справится там, где нужно будет творческое оперативное вмешательство. Ну, пожалуйста, Эйтер-хаар, разрешите мне лететь самому! Со мною ничего не случится, я обещаю!

— Отставить эмоции и мольбу, Лэйс! Вы не в Храме всея Крылатых. Это приказ, одобренный Тэлленгартом, и его следует исполнить в точности.

Внимательно слушавший их диалог, Анхель тихо прошептал на ухо своей симпатичной коллеге Ауми Леарнис: — Могу поспорить, что сегодняшней ночью Лэйс угонит и этот лэвер, чтобы снова исчезнуть с ним в неизвестном направлении еще на два месяца. Это будет вполне в его характере.

Сильно расстроенный отказом, до самого позднего вечера отстаивавший свою позицию перед Авви Эйтером, Лэйс вернулся в Лау-Тэ-Н’Аус лишь поздно ночью. Он даже сделал звонок Хаэнси Тэлленгарту, который обещал внимательно рассмотреть этот конфликт и принять решение после возвращения «авва-лэйвифа» от звезды Последней Надежды. Авви Лэйс, будучи уже дома, передал своей жене маайлэнг с записью научной конференции, организованной мальхааром Нэйватионом в конференц-зале Цитадели Жизни.

Просматривая всю ночь напролет содержимое этого маайлэнга, Арианна была далеко не в восторге от его содержания. Особенно ей не понравилась концовка, когда, собравшиеся в зале, ученые стали высказывать свои мнения.

— Ну что же, аарим, в целом, творчески созданная нашим молодым дарованием, модель Знаков Крови заслуживает внимания, и мы безусловно поместим ее в фонды Единого Информатория Энгарты в открытый доступ, — подытожил свое выступление заместитель директора по науке Ксиорри Ваурэнис. — Само эволюционное древо, которое прослеживается в виде математического графа, на основе, придуманной автором схемы, настолько отчетливо, словно Арианна сама лично побывала в этом необычном мире. Следует также заметить, что сто лет назад Ксиорри Ориэйтер высказал гипотезу о существовании растительных организмов на основе, наиболее распространенного во Вселенной, комплексообразователя — магния. И именно для таких растений Ориэйтер и предположил, что таблица Знаков Крови будет такой разнообразной и разветвленной.

— Послушайте, уважаемый, — буквально перебил его заядлый скептик и вечная зануда Анви Снэвио. — Все, что мы сейчас услышали в докладе и в комментариях, — это даже не прошлое столетие, а гипотезы весьма древних времен. Разработанные нами, современные программы Искусственного Интеллекта в настоящее время штампуют подобные схемы за миллисекунды. Конечно же, подобная «ручная работа» Арианны Ксиорри заслуживает уважения, но все ее ретро-схемы безнадежно устарели и совершенно неприменимы в реалиях современного мира.

— Но ведь речь идет о конкретных видах живых существ, которые могут быть созданы в наших космогенетических лабораториях и, которые, затем, могут быть распространены нами по планетам, обладающими пригодными для жизни условиями. Так, например, те же зеленые водоросли, созданные творческим гением Арианны, можно искусственно вырастить в наших лабораториях и заселить их в воды планет, обладающих гидросферой с целью обогащения этих миров кислородом, — заинтересовался схемой Арианны директор института космогенетики.

— Выращивание подобных организмов вне соответствующего биоценоза потребует вложения значительных средств. Кроме того, поскольку, пока у нас нет на примете хотя бы одной планеты с развитой гидросферой, этот проект мы инициировать в ближайшее время не будем, — категорически отверг это предложение главный экономист Департамента Науки Ауми Соррэс.

— Ну что же, коллеги, было интересно выслушать разносторонние мнения нашего научного консорциума, — взял заключительное слово Нэйватион. — До скорых встреч в нашей Цитадели Жизни!

Именно после этой бессонной ночи Арианна и решила записать все свои воспоминания об Аэвальте на маайлэнг, вопреки запрету Тэлленгарта, и запрятать его в пещере у вершины одной из заснеженных гор Лау-Тэйи, с тем, чтобы когда-либо правда все же смогла бы восторжествовать.

ЭПИЛОГ

Созданная энгарим, колония на планете по имени Лау-Тэйя, которая была расположена в планетарной системе двух оранжевых звезд Левиора, успешно решила проблему Белой Крови в этом Цикле, и молодые носители этой новой Крови, — уроженцы (лаутэйцы) Лау-Тэ-Н’Ауса (Города чистого Света) и Лау-Тэ-Виля (Города Светлой Памяти), вернувшись на Энгарту, внесли эту обновленную Кровь в Граанц.

Арианна и Авви Лэйс так и прожили всю свою долгую жизнь в Лау-Тэ-Н’Аусе, в городе под прозрачным куполом. И только в конце своей жизни вернулись на Энгарту для того, чтобы войти там в Ваграйм. Их дети, — сын Шэйри и дочь Аэллис, закончив обучение в Нейтральном Ареале, пошли по стопам отца, работая в Департаменте Космических Исследований.

Тоннельные переходы, соединяющие между собой весьма отдаленные миры, Авви нового Цикла научились создавать при помощи мощных разрядов Бэйт-Шааров в строго определенных зонах Пустоты только в 1080 году от Рождения Эа (от появления первых энгарим Клана Эа нового Цикла). Сразу же после этого были открыты Лорена и Аэрта, планета на которой была обнаружена седьмая изначальная Раса людей, которая находилась (в двадцать седьмом веке до нашей эры) на весьма низком уровне своего развития.

Третью планету системы Аиры энгарим, воспользовавшись Тоннельным переходом, заново обнаружили совместно с каэйрами в 1485 году от Рождения Эа (в двадцать втором веке до нашей эры, то есть, примерно, через две тысячи пятьсот лет после, описанных выше, событий) и назвали ее Элиоссой, — Планетой Мечты. Историю чудесного спасения двух молодых людей, вернувшихся с Шатдаэльты, все уже давно позабыли, и поэтому никто, из, ныне живущих, энгарим, не связал эту историю и саму Аэвальту с только, что открытой Элиоссой. Тогда же был заново восстановлен переход лэверов из Элиоссы на Энгарту. И только тогда энгарим поняли причину, по которой перейти на Элиоссу долгое время не удавалось. Все дело оказалось в анизотропном участке Пустоты, который был расположен на линии, соединяющей Энгарту с Элиоссой, пройти через который можно лишь, включив через определенное время дополнительный форсаж рамки ротора, то есть дав в строго определенное время сильный импульсный разряд на статорные дуги лэвера. Разумеется, что четыре тысячи лет назад об анизотропии Пустоты никто даже и не подозревал.

Никаких деталей технических приспособлений, а также следов пребывания людей на Планете Мечты обнаружено не было. Центральный город Элиоссы — Вандэхарг и столица каэйров — Крэмль-Тойр были возведены недалеко от бывшей Тэльфиоры, а на месте бывшей базы Отступника был построен город Кэйвихальд. Во время Катаклизма (очередного Испытания, которые было дано Ведущими) большинство жителей Энгарты эвакуировалось на Элиоссу. Еще Элиосса стала знаменитой тем, что на ней, в местном селении Каэмми (Живые Земли), впервые во Вселенной родился на свет гибридный ребенок по имени Каррел, сын аэртийки и энгара.

Выжженная на скале, надпись, сделанная Роунтом и Аноррэ, найдена не была. Вполне вероятно, что она исчезла под обломками скалы во время землетрясения, которое произошло незадолго до того, как на Элиоссу ступили первые энгарим. Проржавевшую насквозь, старинную рацию, которую утопил Ллэрионд, посреди топкого болота нашли местные Ваэнди. Сделав изотопный анализ, они приблизительно правильно вычислили дату ее изготовления, но все единодушно решили, что это была не совсем уместная шутка, того, кто стащил эту допотопную рацию из фондов музея истории Энгарты.

Имя Ксиорри Арианны вспомнили лишь однажды, когда, созданный ею почти четыре тысячи лет назад, ритэйткаанц, — модель новой системы Знаков Крови, неожиданно нашла свое подтверждение в биоценозе Элиоссы.

Гердт с остатками своей свиты сбежал на Зэйту. К ним были вынуждены примкнуть Эйнзи Карнеа, Ваэнди Ллэрионд, Лауви Тэй-О’Хант и Эсси Миллоу. Во время Катаклизма Отступнику удалось все же переправить на Зэйту всех Эйнзи и сотни энгарим других Кланов. В конце концов Гердта удалось уничтожить сыну последнего правителя Зэйты. Буквально через неделю, высадившийся на Зэйту, десант с Энгарты упразднил теократический строй этой планеты, поскольку местные Эйнзи, оставшись без поддержки своего Правителя, не смогли оказать десантникам с Энгарты какого-либо сопротивления.

Упавший с небес, а точнее, с погибающей десантной капсулы фэйри, айфранг случайно нашел посреди ампельглата Ксиорри Вайге.

О судьбе, без вести пропавших на Элиоссе (Аэвальте), Хаэнси Роунта и Тэйви Аноррэ, история умалчивает.

Арианне и Лэйсу так никто и не поверил, что они были на Элиоссе. И лишь, прибывший на Лау-Тэйю в 2374 году от Рождения Эа, Леварри Аэрбио с целью обучить местное население пользоваться воздушными коридорами, обнаружил высоко в горах сияющий маайлэнг Арианны. Прочитав его содержимое, он благоразумно не стал выкладывать его содержимое в единую Сеть, а оставил его у себя. Вот откуда потом всем стало известно о легендарном экипаже Борта-МПЛ-14-бис.

*** ***

Арианна смотрела на медленно опускающийся на пластиковый прозрачный купол снег и вспоминала свои, давно минувшие, дни жизни на Планете Любви столь же отчетливо и ярко, как будто она сейчас находилась не на заснеженной Лау-Тэйе, а на солнечной Аэвальте.

Гартианка отложила в сторону свой, недавно нарисованный ею, эскиз, на котором была изображена та забавная лесная куница, которая когда-то нагло на глазах у них с Лэйсом воровала орешки для своих детенышей, и с блестящими, от проступающих слез, глазами, смотрела из окна четвертого этажа на летящий сверху нескончаемый снег. И Арианне казалось, что этот, бесконечно идущий снег, заносит не только город под куполом, а весь тот, виденный ею однажды, изумрудно-зеленый Мир Мечтаний, в котором они с Карниэ были столь близки и невообразимо счастливы.

Аарим (Всеобщий Язык) — люди, обладающие Знанием; здесь: Ученые.

Айсиа (Всеобщий Язык) — 1) наиболее близкая своей Душой, женщина. 2) «Сестра», — обращение энкайрим к созданным ими криотам.

Бэйт, бэйта (Всеобщий Язык) — искусственно созданное небесное тело.

Бэйт-Шаар (Всеобщий Язык) — мощный энергетический разрядник величиной с астероид, имеющий шарообразную форму.

Бэйт-Шаур (Всеобщий Язык) — искусственно созданный,мощный источник излучения в виде гигантской орбитальной космической станции.

Ваграйм (Всеобщий Язык) —единство Душ людей Энгарты, пребывающих в телах и вне их.

Гарт, гарта (Всеобщий Язык) — жители Энгарты, которые не обладают чистыми Знаками Крови.

Гартианка — здесь: женщина, жительница Энгарты, которая, в отличие от энгары, не обладает чистыми Знаками Крови.

Керамлит — керамический материал, применяемый в защитных скафандрах, способный выдерживать температуру, сравнимую с температурой хромосферы звезд.

Криота — здесь: женщина, несущая в себе семя каэйра. Женщина, обладающая сознанием каэйра.

Крэмль (Всеобщий Язык) — 1) Ключевые условия для воплощения каэйров; 2) ключевые условия для (успешного) вхождения семян, семенной жидкости, — крэма (дословно: массива источников жизни).

Лаутэйцы, — жители Лау-Тэйи, потомки первых колонистов молодых Кланов Энгарты.

Лэйвифы — здесь: небольшие птицы, голубки.

Люминофоры, — вещества, способные светиться в темноте, будучи перед этим облученными ярким светом.

Маата (Всеобщий Язык) — большая планета; здесь: имя, удаленной от Аудэ, массивной планеты, которая напоминает собой Юпитер.

Приёмная Башня, — созданная в Ареале Коэнси, большая система специальных антенн и коллекторов для улавливания айраим, возвращающихся через Световой Лабиринт на Энгарту.

Ритэйткаанц (Всеобщий Язык) — Творчески созданная, система Знаков Крови живых существ гипотетической планеты.

Световой Лабиринт, — здесь: бытующее у Странников, сленговое название единого гравитонного поля Метагалактики.

Хаар (Всеобщий Язык) — лидер; здесь: приставка к имени, уважительное обращение к начальнику.

Шэйри (Всеобщий Язык) — активной Души человек.

Элиосса — здесь: Мир мечты.

Эльгеор (Всеобщий Язык) — высокогорный жилой массив на Энгарте.

Москва—ПГТ Отрадное ноябрь 2025 ÷ март 2026 г.

ГЛОССАРИЙ.

ГЛОССАРИЙ:

Аарим (Всеобщий Язык) — люди, обладающие Знанием; здесь: Ученые.

Авва (Всеобщий Язык) — протоматерия; 2) Обращение к отцу на Энгарте.

Агроглифы (слово, произошедшее от сложения двух корней: латинского «ager» (поле) и греческого «glypho» (вырезаю, выдалбливаю). — это масштабные геометрические узоры, достаточно сложных и причудливых форм, появляющиеся загадочным образом на сельскохозяйственных посевах или травяных полях за одну ночь.

Азм (Всеобщий Язык) — Запределье, обитель Зоарим (Ведущих различных Рас).

Азриэйль (Всеобщий Язык) — здесь: искусственное созданное и подготовленное к сцеплению тело, способное принять айри конкретного Зоара.

Азриэль (Всеобщий Язык) — ключевые условия для сцепления искусственного тела-приемника с айри Зоара.

Айзар (Всеобщий Язык) — один из Ведущих (конкретный индивидуум).

Айри (айраим) (Всеобщий Язык) — Душа (Души).

Айсиа (Всеобщий Язык) — 1) наиболее близкая своей Душой, женщина. 2) «Сестра», —обращение энкайрим к созданным ими криотам.

Айфранг (Всеобщий язык) — минерал, созданный Фэйри.

Альбаар (альбарим) (Всеобщий язык) — представители гуманоидной Расы Синего Луча.

Альми — дочь, обращение к дочери на Энгарте.

Амми — мама, обращение к матери на Энгарте.

Ампельглат (Всеобщий язык) — весьма протяженный, совершенно непроходимый, болотно-глинистый массив, имеющий в себе множество внутренних пустот, как правило, заполненных природным газом (метаном).

Ангрэйф (Всеобщий Язык) — альтэйский дракон.

Антвэйлаим (Всеобщий Язык) — антипротоны.

Антэльва (Всеобщий Язык) — антиматерия.

Антэльвазал (Всеобщий Язык) — емкость для хранения антиматерии с использованием прослойки из Пустоты.

Аудэ (Всеобщий Язык) — излучать, светить; здесь имя бирюзового солнца Энгарты.

Аэва (Всеобщий Язык, первое значение) — связь, наполняющая новым Знанием.

Аэва (Всеобщий Язык, второе значение) — Любовь.

Аэвальта (Всеобщий Язык) — Планета Любви.

Аэви (Всеобщий Язык) — Любимый.

Аэвэ (Всеобщий Язык) — любить.

Аэрта (Всеобщий Язык) — изначальный мир гуманоидной Расы (Расы Фиолетового Луча); планета Земля.

Бэйт, бэйта (Всеобщий Язык) — искусственно созданное небесное тело.

Бэйт-Шаар (Всеобщий Язык) — мощный энергетический разрядник величиной с астероид, имеющий шарообразную форму.

Бэйт-Шаур (Всеобщий Язык) — искусственно созданный, мощный источник излучения в виде гигантской орбитальной космической станции.

Ваграйм (Всеобщий Язык) —единство Душ людей Энгарты, пребывающих в телах и вне их.

Вазарри (Всеобщий язык) — человек, поддерживающий связь с Ведущим (с айзаром).

Ваузэ (Всеобщий язык) — связь Запределья с Нижним миром через световое поле. Здесь: слово, выражающее согласие: хорошо, согласен, да будет так!

Ваэйр (ваэйра, вэайрим, вэайрот) (Всеобщий Язык) — жители планеты Земля.

Гарт (гарΘ, гарта) (Всеобщий Язык) — жители Энгарты, которые не обладают чистыми Знаками Крови.

Гартианка — здесь: женщина, жительница Энгарты, которая, в отличие от энгары, не обладает чистыми Знаками Крови.

Граайль (Всеобщий Язык) — ключевое условие для сцепления айри жителя Энгарты с активированной телесной оболочкой. Здесь: искусственно-выращенное живое тело, тело аватара.

Граанц (Всеобщий Язык) — дифференциация «клановых» Знаков Крови энгарим. Генеалогическое древо Кланов.

Зоар (Зоарра, зоарим) (Всеобщий Язык) — Ведущий, Ведущие различных Рас.

Зэйта (Всеобщий Язык) — 1)планета, связанная с Запредельем. 2) Затерянный мир.

Каарна — здесь: Изначальный мир каэйров.

Каэйры — здесь: представители негуманоидной Расы (Расы Зеленого Луча), бесполые создания в виде зеленого туманного аэрогеля. Метаморфы, — каэйры способны принимать любые обличья.

Квэй (Всеобщий Язык) — здесь: сын.

Керамлит — керамический материал, применяемый в защитных скафандрах, способный выдерживать температуру, сравнимую с температурой хромосферы звезд.

Клан (Всеобщий Язык) — Знак Крови живого организма, здесь: живущие отдельно (в своем Ареале), жители энгарты, обладающие определенным «клановым» знаком крови 2) нация.

Клегма (Всеобщий Язык) — активированная биоплазма.

Криота — здесь: женщина, несущая в себе семя каэйра. Женщина, обладающая сознанием каэйра.

Крэмль (Всеобщий Язык) — 1) Ключевые условия для воплощения каэйров; 2) Ключевые условия для (успешного) вхождения семян, семенной жидкости, — крэма (дословно: массива источников жизни).

Крылатая Башня — башня с металлическим черным полым полукилометровым шпилем, нацеленным на определенную звезду. Техническое средство для переноса айраим в другой мир, главной частью которого является мощный лазерный излучатель.

Лау (Всеобщий Язык) — излучение; здесь: свет.

Лаутэйцы, — жители Лау-Тэйи, потомки первых колонистов молодых Кланов Энгарты.

Лау-Тэя — здесь: Светлая Тэя; планета в системе Левиора (61-ая Лебедя).

Левиор (Всеобщий язык, второе значение) — гармония орбитального движения.

Лоу-Коунгр (Всеобщий язык) — частичное объединение Кланов Энгарты; здесь: малый Совет Энгарты.

Лоур (Всеобщий язык) — группа малознакомых между собой людей; здесь: отряд.

Лэвер (Всеобщий язык) — преобразователь уровней силового поля; здесь: летательный аппарат, способный проходить через Пустоту (протоматерию).

Лэйвифы — здесь: небольшие птицы, голубки.

Лэйсиаф — здесь: рыжий пушистый зверь Энгарты.

Люминофоры, — вещества, способные светиться в темноте, будучи перед этим облученными ярким светом.

Маата (Всеобщий Язык) — большая планета; здесь: имя, удаленной от Аудэ, массивной планеты, которая напоминает собой Юпитер.

Мальхаар (мальхарим) (Всеобщий Язык) — Правитель (правители).

Мальхаор (Всеобщий Язык) — Правительство.

Пайзар (Всеобщий Язык) — падший Ведущий; Отступник.

Приёмная Башня, — созданная в Ареале Коэнси, большая система специальных антенн и коллекторов для улавливания айраим, возвращающихся через Световой Лабиринт на Энгарту.

Раудэ (Всеобщий Язык) — глагол: говорить.

Раудэр (Всеобщий Язык) — здесь: техническое средство для приема-передачи голоса.

Ритэйткаанц (Всеобщий Язык) — Творчески созданная, система Знаков Крови живых существ гипотетической планеты.

Световой Лабиринт, — здесь: бытующее у Странников, сленговое название единого гравитонного поля Метагалактики.

Светозарный — название Ведущего у некоторых древних народов Аэрты (Земли).

Сиар (сиарра, сэаррим, сэаррот) (Всеобщий язык) — друг (подруга, друзья, подруги).

Тэйа (Всеобщий язык) — планета-родина, изначальный мир; здесь: Энгарта.

Θэйта (тхэйта) (Всеобщий язык) — здесь: переходный мир.

Тэльвауз (Всеобщий язык) — стабильность, основанная на связи с Запредельем;

здесь: город, возведенный по божьей воле.

Фреалла (Всеобщий Язык) — планета, изначальный мир Фэйри.

Фэйри (Всеобщий Язык) — квази-гуманоидная Раса, почитающая своих тотемных животных, Раса Оранжевого Луча.

Хаар (Всеобщий Язык) — лидер; здесь: приставка к имени, уважительное обращение к начальнику.

Хлэйф (Всеобщий Язык) —здесь: 1) пустынный крот Энгарты; 2) ругательство.

Хэй, хэу (Всеобщий Язык) —здесь: приветствие (я снова с вами).

Цеар (цеарим) (Всеобщий Язык) — другие (отличающиеся) люди; здесь: противник, соперник, враг (враги).

Шатдаэльта (Всеобщий Язык) — планета, где властвуют огонь и нестабильность.

Шэйри (Всеобщий Язык) — активной Души человек.

Шэйта (Всеобщий Язык) — огненная планета.

Шэйтанф (Всеобщий Язык) — 1) мифическое существо, обитающие в огненных недрах планет, в лавовых озерах 2) Ругательство.

Эзм (Всеобщий Язык) — область Запределья, связанная с Нижним Миром через Поле Творения.

Эйхелес — здесь: напиток, наподобие чая.

Элиосса — здесь: Мир мечты.

Эльва (Всеобщий Язык) — материя.

Эльгеор (Всеобщий Язык) — высокогорный жилой массив на Энгарте.

Эльф (Всеобщий Язык) — ребенок, детеныш.

Энгар (энгара, энгарим, энгарот) (Всеобщий Язык) — чистокровные жители Энгарты. Гуманоидная Раса Лазурного Луча.

Энгарта (Всеобщий Язык) — изначальный мир гуманоидной Расы Лазурного Луча.

Энграйф (Всеобщий Язык) — альтэйский дракон.

Энкайрим (Всеобщий Язык) — чистокровные каэйры.

Эфраимы — производное от Эпраим (Всеобщий Язык) — падшие Ведущие мира Аэрты.