По ту сторону реки

Глава первая. Лодка, которая не хотела держаться на воде

Иона Рид никогда не доверяла лодкам, которые выглядели слишком чистыми.

На рабочей лодке должны быть царапины на бортах, грязь под настилом и хотя бы одно пятно, происхождение которого хозяин не мог объяснить. Безупречно чистая лодка была либо новой, либо неиспользованной, либо недавно отремонтированной кем-то, кто надеялся скрыть последствия неудачи.

Лодка мистера Пайка не относилась ни к одной из этих категорий.

Она была просто грязной.

Иона стояла на спуске к воде, уперев руки в бока, и смотрела на судёнышко так же, как обычно смотрела на клиентов, проигнорировавших её предупреждения.

— Во что вы врезались?

— Ни во что.

— Для «ничего» пробоина получилась впечатляющая.

Мистер Пайк снял кепку.

— Возможно, под водой было бревно.

— Брёвна обычно не делают из железа.

Он посмотрел на повреждённый нос лодки.

— Может, старый причал.

— Может, карета мэра. Это ещё не значит, что так оно и было.

Иона присела, провела большим пальцем по разорванной металлической накладке и осмотрела древесину под ней.

Повреждение оказалось серьёзнее, чем казалось с набережной. Две доски разошлись. Между ними просочилась вода, древесина разбухла. Кто-то попытался заделать щель смолой, но та застыла неровно и уже начала отслаиваться.

Иона поддела ногтем кусочек смолы.

— Кто это сделал?

Мистер Пайк промолчал.

Она обернулась.

— Кто ремонтировал лодку?

— Ну…

— Понятно.

— Мне показалось, работа несложная.

— Большинство работ кажутся простыми, пока кто-нибудь не попробует их сделать.

Мистер Пайк снова надел кепку.

— Когда я смогу её забрать?

— Завтра.

— Завтра?

— Возможно, послезавтра, если будете продолжать спрашивать.

— У меня доставка.

— Значит, у вас проблема.

Иона выпрямилась, отряхнула руки и посмотрела на реку.

После утреннего прилива на каменной стене осталась тёмная полоса. Ниже вода медленно текла между причальными сваями, унося клочки соломы и белое перо.

За пристанью на фоне бледного облачного неба возвышался старый мост.

Три недели назад муниципальные власти вывесили объявление о том, что мост безопасен.

Иона дважды прочитала объявление.

Она также видела людей, которые проводили проверку.

Ни то ни другое особой уверенности ей не внушало.

— Половину сейчас, — сказала она мистеру Пайку. — Остальное, когда лодка будет готова.

Он вздохнул и отсчитал монеты.

Иона пересчитала их.

— Одной не хватает.

— Нет, всё на месте.

— Не хватает.

Мистер Пайк заглянул в кошелёк.

— А.

— Именно.

Она забрала недостающую монету.

— Завтра после обеда. При условии, что Нед явится на работу, а вы не вздумаете снова что-нибудь чинить, пока я отвернусь.

Мистер Пайк ушёл, ворча о нынешней цене честного труда.

Иона проводила его взглядом.

— Забавно, — сказала она лодке. — Я всё время говорю то же самое.

Мастерская принадлежала её отцу, а до него — его отцу.

Никому так и не пришло в голову придумать мастерской настоящее название. Над входом висела вывеска:

РИД И СЫН

Хотя сын умер девять лет назад, а мастерская теперь принадлежала его дочери.

Иона подумывала сменить вывеску.

Потом подумала, сколько будет стоить новая.

Старая осталась на месте.

Внутри пахло мокрым деревом, льняным маслом, верёвками и остывшей золой вчерашнего огня.

Инструменты висели на гвоздях вдоль стены. Запасные крепления занимали три полки и были разложены по системе, понятной одной только Ионе.

В углу стояла маленькая печка. Рядом — стул, у которого одна ножка была короче остальных.

Отец двадцать лет обещал починить этот стул.

Иона тоже до него так и не добралась.

Она сняла пальто, закатала рукава и принялась размечать повреждённые доски.

В девять появился Нед.

Ему было двадцать два. Высокий, узкоплечий, он обладал такими амбициями, что порой даже вполне добротный ремонт казался ему временем, отнятым у будущего.

Сегодня он явился с бумажным пакетом и выражением оскорблённой невинности.

— Опоздал, — сказала Иона.

— Совсем немного.

— Время не делится на такие разновидности.

— У пекаря была очередь.

— Забавно, что очереди бывают только тогда, когда ты покупаешь завтрак.

Нед достал из пакета булочку.

— Будешь?

— Нет.

Он положил её на верстак.

Иона посмотрела на булочку.

— Это что?

— Та, которую ты не хочешь.

Она взяла булочку.

— Неси струбцины.

Нед ухмыльнулся и принялся за работу.

Следующие два часа они снимали повреждённое крепление, счищали старую смолу и спорили, можно ли спасти нижнюю доску.

Нед считал, что можно.

Иона считала Неда чересчур оптимистичным.

— В оптимизме нет ничего плохого, — сказал он.

— Есть, когда ты выставляешь за него счёт клиенту.

— Ты сама всё время говоришь, что людям нужна надежда.

— Только не на гнилое дерево.

К одиннадцати старое крепление лежало на полу, а обнажившиеся доски сохли.

Нед отправился за новой древесиной.

Иона осталась у верстака точить стамеску.

Тогда в дверях появилась миссис Фенвик.

Она держала корзину, накрытую синей тканью.

Иона сразу поняла, что визит не имеет никакого отношения к лодкам.

Миссис Фенвик владела маленьким домом за бондарным двором. У неё было трое внуков, больное бедро и необыкновенный талант узнавать, чем занимаются другие люди, ещё прежде, чем те успевали закончить начатое.

— Слышала? — спросила она.

— Смотря что.

— Об инспекторе.

— Каком инспекторе?

— Который проверял мост.

Иона продолжала точить стамеску.

— А что с ним?

— Говорят, его никто не видел.

— С каких пор?

— Вот этого, кажется, никто не знает.

— Тогда, возможно, кому-нибудь стоит выяснить.

Миссис Фенвик поставила корзину на верстак.

— Ты удивительно спокойна.

— У меня нет причин волноваться.

— Он обследовал мост.

— Да.

— А теперь исчез.

— Половина людей, которые проверяли эту мастерскую, тоже исчезли. Но рано или поздно все они уходят домой.

Миссис Фенвик сурово посмотрела на неё.

— Ты прекрасно понимаешь, о чём я говорю.

Иона отложила стамеску.

Она действительно понимала.

В городе каждый слышал что-нибудь о мосте.

О предупредительном колоколе, звонившем, когда никто не трогал верёвку.

Об участке каменной кладки, который в сумерках выглядел иначе.

О человеке, вышедшем из реки, хотя ему совершенно нечего было там делать.

Некоторые истории были старше самой Ионы. Другие появились совсем недавно.

К большинству из них она относилась без всякого терпения.

Но замечала, что люди, особенно громко высмеивавшие суеверия, почему-то начинали говорить тише, когда пересекали мост после наступления темноты.

— А что говорит семья инспектора? — спросила она.

Миссис Фенвик замялась.

— Не знаю.

— Его коллеги?

— Этого я тоже не знаю.

— Тогда что именно вам известно?

— Что его никто не видел.

— Кто-то же должен был видеть его последним.

Миссис Фенвик скрестила руки на груди.

— Я пришла предупредить тебя, потому что твоя мастерская стоит у реки.

— Вчера она тоже стояла у реки.

— И вчера ты не отличалась благодарностью.

Иона снова взяла стамеску.

Миссис Фенвик сняла ткань с корзины.

Внутри лежали четыре яблочные слойки.

Иона посмотрела на них.

— Это мне?

— Две.

— А остальные кому?

— Людям, которые умеют ценить предупреждения.

Иона выбрала слойку.

— Считайте, что я предупреждена.

Миссис Фенвик накрыла корзину и направилась к выходу.

У двери она остановилась.

— Иона?

— Что?

— Всё-таки будь осторожнее у воды.

Слова были самыми обыкновенными. Люди говорили друг другу подобное каждый день.

Но что-то в голосе миссис Фенвик заставило Иону поднять голову.

На мгновение показалось, что пожилая женщина собирается добавить что-то ещё.

Однако та лишь покачала головой и ушла.

Иона постояла, прислушиваясь к удаляющимся шагам по булыжной мостовой.

Потом вернулась к стамеске.

В полдень Нед явился с древесиной и жалобой.

— Старик Харроу сказал, чтобы мы ничего не оставляли у пристани.

— Почему?

— Говорит, муниципалитет снова будет её проверять.

— Они проверяли её в прошлом месяце.

— Я так и сказал.

— И?

— Он велел мне перестать дерзить.

— Разумная просьба.

Нед бросил доски на козлы.

— Они ещё одно объявление повесили.

— Что там написано?

— «Не пользоваться нижними ступенями до особого распоряжения».

— Какими именно нижними ступенями?

— Не написано.

Иона уставилась на него.

— Очень полезно.

— Чрезвычайно.

Она вытерла руки тряпкой.

— Ты спросил?

— Он к тому времени уже велел мне не дерзить.

— Тогда спрошу я.

— Вот поэтому ты и хозяйка.

— Нет. Я хозяйка потому, что отец умер, а никто другой не захотел брать на себя его долги.

Нед рассмеялся.

Иона — нет.

Теперь долги были почти выплачены.

«Почти» — слово, которого она не любила.

Оно могло растянуться на годы.

Она взглянула на бухгалтерскую книгу, лежавшую на верстаке.

Двое клиентов всё ещё не расплатились. Третий обещал заплатить, когда улучшится рыболовный сезон, — иными словами, денег от него она могла вообще не увидеть.

В пятницу предстояло выплатить Неду жалованье.

На это у неё хватало.

Едва-едва.

Снаружи сквозь облака пробилось солнце. Впервые за весь день свет коснулся воды под мостом.

Иона наблюдала, как вниз по течению проходит узкая лодка. Её хозяин стоял на корме, одной рукой удерживая румпель.

Другую он поднял в приветствии.

Иона помахала в ответ.

Потом заметила верёвку.

Она волочилась в воде за лодкой.

Иона вышла наружу.

— Эй!

Лодочник не услышал.

— У вас верёвка за бортом!

Он обернулся.

Иона указала рукой.

Мужчина посмотрел назад, втащил верёвку на борт и снова поднял руку.

— Спасибо!

— Научитесь узлы вязать!

Рядом появился Нед.

— Ты когда-нибудь пробовала быть любезной?

— Часто.

— Что мешает?

— Опыт.

Он рассмеялся и вернулся в мастерскую.

Иона осталась снаружи.

Из-за отлива уровень реки понижался. Возле старой пристани сломанный деревянный ящик застрял у одной из причальных свай. Он покачивался на воде, поворачиваясь то в одну, то в другую сторону.

Иона хорошо знала эту сваю.

Третья от стены мастерской.

Железное кольцо на ней болталось уже несколько лет. Она собиралась починить его прошлой зимой.

Потом пришла весна, работы прибавилось, а кольцо так и осталось незакреплённым.

Ещё одно незавершённое дело.

Иона вернулась в мастерскую за сумкой с инструментами.

К двум часам вода отступила настолько, что обнажились нижние камни причала.

К пристани вела узкая мощёная дорожка, протянувшаяся от мастерской к речной стене.

Иона проходила по ней столько раз, что и не сосчитать.

В детстве она носила по этой дорожке инструменты для отца.

В четырнадцать лет упала здесь в воду, пытаясь достать оброненный молоток.

В семнадцать самостоятельно отремонтировала первую лодку.

Отец наблюдал за ней из дверей мастерской, делая вид, что ему совершенно неинтересно.

Закончив работу, она дождалась, пока он осмотрит лодку.

— Сойдёт, — сказал он.

Для него это была немалая похвала.

Иона помнила её до сих пор.

Мощёная дорожка выглядела почти так же, как всегда.

Разве что мха между камнями стало немного больше.

Из стены торчал всё тот же сорняк.

Возле пристани лежала та же треснувшая плита.

Иона направилась к третьей причальной свае.

Кольцо оказалось дальше, чем она ожидала.

Она остановилась.

Посмотрела назад, на мастерскую.

Потом снова на кольцо.

Оно висело на свае, тёмное от ржавчины, чуть выше оставшейся воды.

Она сделала ещё шаг.

Потом ещё один.

Кольцо всё ещё находилось дальше, чем должно было.

Она нахмурилась.

Возможно, она просто остановилась раньше обычного.

Мысли об отце и прежде отвлекали её.

Иона пошла дальше.

Сделав ещё несколько шагов, она наконец оказалась возле кольца.

Присела и проверила его.

Как и ожидалось, оно болталось. Болт двигался под пальцами.

— Надо было ещё в феврале заняться, — пробормотала она.

Иона достала из сумки гаечный ключ.

Ремонт занял меньше пятнадцати минут.

Когда она закончила, кольцо прочно сидело на свае.

Иона поднялась, распрямила спину и повернулась к мастерской.

Нед стоял в дверях.

Кажется, что-то ел.

Вероятно, её вторую слойку.

Иона подняла руку.

— Нед!

Он посмотрел на неё.

— Закрепи накладку до темноты!

Нед махнул рукой.

Иона двинулась обратно.

Первые несколько шагов были совершенно обычными.

Потом она заметила, что мастерская будто бы не приближается.

Она продолжала идти.

Дверь оставалась всё на том же расстоянии.

Нед скрылся внутри.

Иона остановилась.

Позади неё причальная свая находилась примерно в десяти шагах.

Впереди мастерская казалась удалённой на все двадцать.

Она снова обернулась.

Теперь свая была дальше, чем мгновение назад.

Иона замерла.

Порыв ветра пронёсся над рекой.

Свисающие над стеной ветви ивы зашевелились.

С улицы донёсся стук колёс проезжавшей телеги.

Все звуки были самыми обычными.

— Ну что ж, — сказала Иона. — Очень некстати.

Она посмотрела на мостовую.

Камни были знакомыми.

Вот треснувшая плита, тёмное пятно мха и тонкая белая полоска, оставшаяся после старого ремонта.

Она стояла на той же дорожке.

Ни перекрёстка, ни поворота, ни препятствия.

И всё же Иона не могла припомнить, чтобы когда-нибудь отходила так далеко от обоих её концов.

Она осторожно сделала три шага к мастерской.

Здание приблизилось.

Или ей так показалось.

Иона снова остановилась.

Оглянулась.

Причальная свая теперь была значительно дальше.

Она повернулась обратно.

Мастерская стояла там, где ей и полагалось.

Иона почувствовала себя глупо.

Разумеется, когда отходишь от сваи, та кажется дальше.

Она покачала головой.

— Возьми себя в руки, женщина.

И продолжила путь.

На этот раз до двери мастерской она добралась без всяких затруднений.

Нед, склонившись над лодкой мистера Пайка, закреплял новую металлическую накладку.

— Долго ты, — сказал он.

— Разве?

— Около получаса.

— Не преувеличивай.

Он указал на часы.

Иона посмотрела.

Было двадцать три минуты третьего.

Она вышла из мастерской вскоре после двух.

Ремонт занял, пожалуй, минут пятнадцать.

Иона прикинула разницу.

— Часы отстают, — сказала она.

— Вообще-то спешат.

— Значит, сами запутались.

Нед рассмеялся.

Иона сняла пальто, повесила его на крючок, вымыла руки и вернулась к лодке.

Однако в течение следующего часа она дважды поглядывала через открытую дверь в сторону пристани.

Причальное кольцо поблёскивало всякий раз, когда солнце выглядывало из-за облаков.

В четыре часа вернулся мистер Пайк.

Лодка была готова.

Он осмотрел новое крепление, пожаловался на стоимость материалов и наконец заплатил остаток.

Иона пересчитала монеты.

На этот раз одной оказалось больше.

Она вернула лишнюю.

Мистер Пайк удивился.

— Думал, оставите себе.

— Почему?

— Ну… Вы утром так придирались к каждой монете.

— Потому что вы были мне должны.

— А теперь?

— Теперь не должны.

Он убрал монету.

— Странная вы женщина, Иона.

— Забирайте лодку домой.

Он так и сделал.

Нед подмёл пол мастерской, пока Иона заносила дневные расходы в бухгалтерскую книгу.

В половине шестого они закрылись.

Нед надел пальто и задержался у двери.

— Сегодня вечером собрание.

— По какому поводу?

— Из-за моста.

— Ну конечно.

— Люди волнуются.

— Люди всегда волнуются.

— Ты придёшь?

— Нет.

— Миссис Фенвик считает, что должны прийти все.

— Миссис Фенвик считает, что все должны делать почти всё.

Нед ухмыльнулся.

— До завтра.

— Не опаздывай.

— Не буду.

— Будешь.

Он рассмеялся и ушёл.

Иона закончила записи.

Дневной выручки хватало на древесину, жалованье Неду и большую часть долга магазину судовых принадлежностей.

Удовлетворительный день.

Она закрыла книгу.

Снаружи река потемнела.

В домах на противоположном берегу зажглись первые огни.

На фоне вечернего неба виднелся мост. Отражения его каменных арок дробились на течении.

На мгновение Иона задумалась, не пойти ли на собрание.

Потом вспомнила о счетах, которые ещё предстояло разобрать.

Она зажгла лампу.

Было уже почти семь, когда Иона вспомнила о гаечном ключе.

Она оставила его возле отремонтированного причального кольца.

Этот ключ принадлежал её отцу.

Рукоятка была гладкой там, где её охватывали его пальцы.

У Ионы имелись и другие ключи.

Но ей нужен был именно этот.

На улице похолодало.

Вечерний прилив начал поднимать воду.

Иона взяла фонарь и направилась к пристани.

Мощёная дорожка была пуста.

Впереди виднелась причальная свая.

Гаечный ключ лежал у её основания — именно там, где Иона его оставила.

Она двинулась к нему.

Возле треснувшей плиты остановилась.

Что-то было не так.

Не с камнями.

Не с рекой.

С расстоянием между ней и сваей.

Иона не смогла бы объяснить почему.

Сваю было прекрасно видно. Ключ лежал у её основания. За стеной вода отражала первые вечерние огни.

Ничто не мешало ей идти дальше.

И всё же она стояла неподвижно.

Потом достала из кармана маленький железный гвоздь.

Бросила его на мостовую перед собой.

Гвоздь ударился о камень с тихим металлическим звоном.

Ничего не произошло.

Иона подождала.

Почувствовала себя нелепо.

Подняла гвоздь.

Затем сделала ещё один шаг.

Пламя фонаря дрогнуло на ветру.

Где-то позади хлопнула дверь.

Иона машинально обернулась на звук.

Когда она снова посмотрела вперёд, причальная свая показалась ближе.

Она не знала, должно ли это её успокаивать.

Иона подошла к свае и забрала ключ.

На обратном пути стала считать шаги.

Одиннадцать.

Она остановилась возле двери мастерской и оглянулась.

Одиннадцать.

Столько было всегда.

Иона попыталась вспомнить, сколько шагов сделала днём.

Не смогла.

— Ну и толку от этого, — сказала она.

Вернулась внутрь, убрала ключ и заперла мастерскую.

Однако вместо того, чтобы подняться наверх, в свои комнаты, она снова подошла к верстаку.

Нашла клочок коричневой обёрточной бумаги и написала:

Третья причальная свая. Днём — расстояние казалось неправильным. Вечером — одиннадцать шагов.

Иона посмотрела на написанное.

Потом добавила:

Завтра измерить как следует.

Записка выглядела глупо.

Она сложила её пополам и сунула в карман пальто.

Завтра она возьмёт мерную ленту.

Если расстояние окажется таким, как положено, она сожжёт записку и никому ничего не скажет.

Иона задула лампу.

Мастерская погрузилась во тьму.

Снаружи река текла под мостом.

Отремонтированное причальное кольцо неподвижно висело на свае.

А старая дорога между мастерской и пристанью оставалась точно такой же, какой была всегда.

По крайней мере, рядом уже не было никого, кто мог бы утверждать обратное.

Конец первой главы.

Глава вторая. Одиннадцать шагов

Нед пришёл на восемь минут раньше и застал Иону Рид за измерением дороги. Она привязала один конец мерного шнура к столбу возле мастерской и шла к пристани, разматывая его на ходу. Нед некоторое время наблюдал за ней.

— Если ты собираешься перенести мастерскую, думаю, сначала нам стоит обсудить моё жалованье.

Иона не обернулась.

— Подержи.

Она протянула ему конец шнура.

— Что я держу?

— Верёвку.

— Это я вижу.

— Значит, уже есть успехи.

Нед взял шнур. Иона подошла к третьей причальной свае, нагнулась и закрепила другой конец за железное кольцо, которое починила накануне.

— Натяни.

Он потянул.

— Так?

— Не так сильно. Мы измеряем, а не кита вытаскиваем.

Нед ослабил натяжение. Иона вернулась по каменной дорожке, сверяясь с отметками на шнуре. Двадцать семь футов четыре дюйма. Она дважды проверила результат.

Затем отвязала шнур, смотала его и убрала в сумку. Нед наблюдал за ней.

— Мы победили?

— Что?

— Ну, в чём бы мы сейчас ни участвовали.

— Иди растопи печку.

— Не похоже на победу.

— Тогда растапливай с несчастным видом.

Он ушёл в мастерскую. Иона осталась у столба. Утро было холодным и ясным. На другом берегу окна домов ловили первые солнечные лучи. За мостом из трёх труб поднимался дым. Пристань выглядела как всегда.

Она видела недавно отремонтированное железное кольцо, обломанный угол стены и узкую тёмную полоску мха — след ночного прилива.

Двадцать семь футов четыре дюйма.

Приблизительно это расстояние она знала много лет. Точная цифра ничуть не объясняла вчерашнего происшествия.

Она дошла до кольца. Одиннадцать обычных шагов. Вернулась обратно. Ещё одиннадцать.

Потом остановилась посреди дорожки, чувствуя себя законченной дурой. Женщина сорока шести лет, большую часть жизни чинившая лодки, принялась измерять дорогу только потому, что вчера та показалась ей длиннее. Иона уже слышала шутки Неда и представляла, как миссис Фенвик пересказывает их половине города.

Хуже всего было то, что миссис Фенвик непременно всем расскажет.

Иона вернулась в мастерскую.

К девяти Нед успел наточить пилу и теперь сидел на стуле с короткой ножкой, стараясь удержать кружку на колене.

— Убери это, — сказала Иона.

— Кружку?

— Стул.

Он заглянул под сиденье.

— Когда-нибудь я его починю.

— Мой отец говорил то же самое.

— Правда?

— Двадцать лет подряд.

Нед задумчиво оглядел стул.

— Значит, традиция.

И остался сидеть. Иона разложила мерный шнур на верстаке и стала наматывать его на деревянную катушку.

— Собрание у миссис Фенвик было интересным, — сказал Нед.

— Ты ходил?

— На полчаса.

— Зачем?

— Там кормили.

— Веская причина.

— Только еды оказалось мало.

— И что они решили?

— Что нужно что-то предпринять.

Иона кивнула.

— Значит, собрание прошло успешно.

— Говорили об инспекторе Белле.

Её руки замедлились.

— Что именно?

— Похоже, никто не знает, куда он делся.

— Обычно люди сами знают, куда делись.

— Я так и сказал.

— И что?

— Миссис Фенвик велела не шутить.

— Ещё одно успешное собрание.

Нед подался вперёд.

— Говорят, его бумаги до сих пор лежат в конторе.

— Какие бумаги?

— Измерения. Записи про мост. Ну и прочее.

— Кто-нибудь проверял?

— Вроде бы.

— Кто?

— Кто-то из муниципалитета.

Иона завязала конец шнура.

— Если в муниципалитете знают, что он пропал, почему не организуют поиски?

— Они не уверены, что он пропал.

— Тогда что обсуждали?

— Пропал он или нет.

Иона уставилась на него. Нед пожал плечами.

— Вот что бывает на собраниях.

Она убрала катушку на полку.

— Сходи за древесиной на склад Харроу.

— Я думал, нам больше не нужно.

— Понадобится.

— Откуда знаешь?

— Потому что сегодня ты закончишь этот ремонт.

Нед ухмыльнулся.

— Ты сегодня в прекрасном настроении.

— Иди.

Он взял пальто и вышел. Иона дождалась, пока стихнут его шаги, и достала из кармана вчерашнюю записку.

«Третья причальная свая. Днём — расстояние показалось неправильным. Вечером — одиннадцать шагов. Завтра измерить как следует».

Ниже она добавила:

«Утро — 27 футов 4 дюйма».

Потом сложила бумажку и вернула в карман. Она обещала себе сжечь записку, если расстояние окажется обычным. Но записка осталась у неё.

Этот клочок бумаги уже начинал её раздражать.

В четверть одиннадцатого кто-то постучал в дверь мастерской. Иона лежала под перевёрнутым корпусом рыбацкой лодки, меняя повреждённую опору.

— Входите.

Снова стук.

— Открыто.

Ответил мужской голос:

— Я не был уверен.

— В чём? Что дверь открыта?

— Что вы работаете.

Иона опустила молоток.

— Большинство людей затем сюда и приходит.

Она выбралась из-под лодки. Посетитель был худощавым мужчиной лет шестидесяти, в тёмном пальто, с аккуратно подстриженными седыми волосами. Очки всё время сползали на кончик носа. В руке он держал узкий кожаный портфель. Сапоги были в грязи.

— Миссис Рид?

— Мисс.

— Простите.

— Вам лодку починить?

— Нет.

— Тогда вы ошиблись адресом.

Он неуверенно улыбнулся.

— Меня зовут Артур Вейл. Я служу в муниципальном геодезическом отделе.

— Поздравляю.

— Мне сказали, вы хорошо знаете пристань.

— Лучше тех, кто всё время объявляет её безопасной.

— Отчасти потому я и пришёл.

Иона положила молоток.

— Что с пристанью?

— К нам поступило несколько сообщений.

— О чём?

— О неожиданных изменениях.

Она промолчала. Вейл посмотрел мимо неё на открытую дверь мастерской.

— Особенно на нижнем подходе к пристани.

— Что за изменения?

— Это мы и пытаемся установить.

Иона скрестила руки.

— Может, для начала скажете, что именно вам сообщили?

Вейл открыл кожаный портфель, вынул лист и осторожно развернул его. Это был план прибрежного квартала. Иона узнала мост, старую пристань, бондарный двор и узкий переулок возле склада.

Всё было нарисовано верно, кроме одной детали.

Возле южной стены обозначалась ещё одна лестница.

Она наклонилась ближе.

— Здесь нет ступеней.

Вейл посмотрел на чертёж.

— Где именно?

Она указала пальцем.

— Здесь.

Он поправил очки.

— Они отмечены на старом плане.

— Насколько старом?

— Семидесятитрёхлетней давности.

— Значит, теперь их нет.

— Так мы и считали.

Иона посмотрела на него.

— Считали?

— На прошлой неделе кто-то сообщил, что видел их.

— Кто-то выпивший?

— Мы рассмотрели и такую возможность.

— Этот человек хорошо знает местность?

— Вполне.

— Кто он?

Вейл помедлил.

— Я не могу назвать его имя.

— Тогда я не могу сказать, насколько хорошо он знает местность.

Он смутился. Иона испытала некоторое удовольствие.

— Почему вы пришли сюда, вместо того чтобы самим посмотреть на стену?

— Мы смотрели.

— И что?

— Лестницы не было.

— Замечательно. Загадка решена.

— Но вчера поступило ещё одно сообщение.

Иона перестала улыбаться.

— Во сколько?

— Почему вы спрашиваете?

— Во сколько?

Вейл заглянул в маленький блокнот.

— Вскоре после двух.

У неё неприятно сжалось под ложечкой.

— Кто сообщил?

— Водитель, развозивший товары. Он утверждал, что подход к нижней стене выглядел не так, как он его помнил.

— В чём отличие?

— Объяснить не сумел.

Иона посмотрела в дверь. Пристань лежала на солнце. Мощение было сухим, кроме участка у воды.

— Он говорил о расстоянии? — спросила она.

Вейл внимательно посмотрел на неё.

— Да.

Она пожалела, что спросила.

— Что он сказал?

— Что ступени находились дальше от дороги.

Иона потянулась к мерному шнуру. И остановилась. Вейл заметил движение.

— Вы наблюдали что-нибудь необычное, мисс Рид?

— Нет.

Ответ прозвучал слишком поспешно. Вейл ждал. Иона терпеть не могла, когда её вот так ждали.

— Не совсем, — сказала она.

— Что это значит?

— Что никаких ступеней я не видела.

— Я спрашиваю не только о ступенях.

Она взглянула на него. Вейл закрыл блокнот.

— Перед исчезновением инспектор Белл изучал несколько расхождений в обмерах прибрежной зоны.

Слово повисло между ними. Исчезновение. Не «уехал». Не «отлучился».

Исчез.

Иона взглянула на мост.

— Каких несоответствий?

— Главным образом расстояний. Некоторые старые измерения не совпадают с новыми.

— Здания оседают.

— Да.

— Стены перестраивают.

— Разумеется.

— Люди неправильно записывают числа.

— Очень часто.

— Тогда в чём проблема?

Вейл чуть устало улыбнулся.

— Старые измерения согласуются между собой.

— А новые?

— Тоже.

— Значит, между ними что-то изменили.

— Это самое разумное объяснение.

Иона начала понимать, зачем он пришёл.

— Вы думаете, дело в пристани.

— Не знаю.

— Популярный нынче ответ.

Вейл не улыбнулся.

— Инспектор Белл собирался снова обследовать южную стену. У нас нет сведений, что он закончил осмотр.

— Стену обыскали?

— Доступные участки.

Иона подумала о лестнице, которой больше не существовало. Или которой не было при её жизни.

— Что ж, — сказала она, — если ищете лестницу, советую прихватить с собой другую лестницу.

Вейл аккуратно сложил план.

— Вы согласились бы пройти со мной к пристани?

— Когда?

— Сейчас, если возможно.

— У меня работа.

— Это займёт немного времени.

— С муниципалитетом всё занимает немного времени — пока не начнётся.

— Понимаю.

— Ничего вы не понимаете. Клиент ждёт лодку к пятнице.

Вейл взглянул на недоделанный корпус.

— Я могу прийти завтра.

Иона посмотрела на план в его руках. Затем на мерный шнур на полке.

— Подождите.

Она взяла пальто.

Они пошли по прибрежной дорожке. Вейл двигался осторожно, дважды останавливался, чтобы рассмотреть отметки на каменной стене. Иона шла следом, неся сумку с инструментами.

— Почему вы всегда её носите? — спросил он.

— Что?

— Сумку.

— Потому что стоит оставить её где-нибудь — непременно что-нибудь сломается.

— Разумная предосторожность.

— Опыт.

Возле пристани Вейл сверился с планом.

— Старая лестница должна была находиться здесь.

Он указал на участок стены возле узкого водостока. Иона осмотрела его. Камни потемнели от влаги, между швами торчало несколько сорняков. Ни проёма, ни лестницы. Ничего на неё похожего.

— Вы стоите слишком далеко к северу, — сказала она.

Вейл поднял голову.

— Разве?

— Если план верный, лестница была за тем углом.

Он отошёл и остановился.

— Странно.

— Что?

Он посмотрел то на план, то на стену.

— Есть расхождение.

Иона подошла.

— Какое?

— Между водостоком и углом должно быть шесть футов.

— И?

— Здесь больше.

Она взглянула на водосток, затем на угол, затем на чертёж.

— Насколько больше?

— Не знаю.

— Так измерьте.

Вейл посмотрел на неё. Иона раскрыла сумку и достала мерный шнур.

— Хотела бы я знать, чему вас там учили.

Он смущённо усмехнулся.

Они измерили расстояние. Семь футов девять дюймов. Вейл записал.

Проверил план.

— Шесть футов, — тихо произнёс он.

— Может, водосток перенесли.

— Возможно.

— А новые обмеры его учитывают?

— Да.

— И что там?

— Шесть футов.

Иона промолчала. Вейл измерил ещё раз. Семь футов девять дюймов. Он посмотрел в сторону мастерской.

— Вы не возражаете, если измерим с другого конца?

— Зачем?

— Хочу проверить результат.

— Хорошая причина.

Они перешли к углу. Вейл держал конец шнура, пока Иона шла к водостоку.

Семь футов девять дюймов.

Тот же результат.

Вейл, похоже, обрадовался. Иона не понимала почему. Они по-прежнему стояли у стены, которая, судя по всему, расходилась с каждым его планом.

— Знаете, когда сделали этот водосток? — спросил он.

— До моего рождения.

— Его ремонтировали?

— Вероятно.

— Можете выяснить?

— Спрошу Харроу. Его дед делал почти всю каменную кладку в округе.

Вейл кивнул.

— Это помогло бы.

Он наклонился, чтобы записать ещё что-то. Позади раздался женский голос:

— Иона!

По дорожке приближалась миссис Фенвик с корзиной. Иона на миг закрыла глаза.

Вейл выпрямился.

— Доброе утро, миссис Фенвик.

— О, мистер Вейл. Не знала, что вы здесь.

— Мы осматриваем стену.

— Вот как?

— Да.

Миссис Фенвик посмотрела на Иону.

— Слышала об инспекторе Белле?

— Уже несколько раз.

— Так вот, я подумала, тебе следует знать: они обыскивают старые склады.

— Кто?

— Констебль и двое муниципальных служащих.

— Возможно, найдут.

Миссис Фенвик понизила голос.

— Говорят, он ушёл на другую сторону.

Вейл перестал писать.

— На какую другую сторону?

Она смутилась.

— Так кто-то сказал.

— Кто?

— Не помню.

Иона уставилась на неё.

— Вы помните, кто купил ложки миссис Карвер в тысяча восемьсот девяносто восьмом, но не помните, кто это сказал?

— Те ложки были дорогими.

Вейл кашлянул.

— Миссис Фенвик, если вам что-либо известно о местонахождении инспектора Белла, вы должны сообщить констеблю.

— Я уже говорила с ним.

— Что вы ему сказали?

— Что инспектору не следовало идти одному.

Вейл убрал блокнот. Иона наблюдала за ним. Впервые с появления в мастерской геодезист выглядел по-настоящему испуганным.

Когда Иона вернулась, Нед уже принёс древесину.

И снова сидел на стуле с короткой ножкой.

— Нашли пропавшую лестницу? — спросил он.

— Нет.

— Досадно.

— Вставай.

— Зачем?

— Потому что стул сейчас сломается.

— До сих пор не сломался.

Словно оскорбившись, стул громко треснул. Нед торопливо вскочил. Одна ножка подломилась, кружка упала на пол.

Оба молчали.

Потом Иона сказала:

— Двадцать лет.

Нед посмотрел на обломки.

— Возможно, твой отец правильно делал, что его не чинил.

Иона рассмеялась. Смех удивил её саму: с визита Вейла она была напряжена, хотя толком этого не замечала. Нед присоединился.

Минуту или две они смеялись среди сломанных деревяшек над стулом, который прослужил на двадцать лет дольше, чем следовало.

Наконец Иона вытерла глаза.

— Отнеси на дрова.

— Можно я оставлю сиденье?

— Зачем?

— Сделаю что-нибудь.

— Например?

— Стул получше.

— Смело.

Он унёс обломки. Иона вернулась к лодке, но продолжала думать о стене.

Шесть футов.

Семь футов девять дюймов.

Оба раза они измеряли тщательно. Ни один результат не совпал с планом.

Она достала вчерашнюю записку, перевернула и написала:

«Южный водосток — 7 футов 9 дюймов. Измерено в обе стороны. На плане — 6 футов».

Помедлила.

Добавила:

«Свидетель: А. Вейл».

Последняя строка изменила для неё смысл записки. Вчера у неё было лишь странное впечатление. Сегодня другой человек видел нечто, что можно измерить.

Она не знала, стало ли от этого лучше.

Ближе к вечеру Вейл вернулся. Он выглядел усталым. Подол пальто был в грязи.

Иона встретила его у дверей.

— Нашли вашу лестницу?

— Нет.

— Инспектора?

— Нет.

— Значит, неудачный день.

— Я говорил с Харроу.

— И?

— Его семья ремонтировала южную стену шестьдесят лет назад.

— Уже обнадёживает.

— Он утверждает, что водосток никогда не переносили.

Иона скрестила руки.

— Уверен?

— У него сохранились подлинные счета.

— И со счетами люди ошибаются.

— Да.

Вейл снял очки.

— Мисс Рид, есть ещё кое-что.

Она ждала.

— Инспектор Белл оставил в конторе записи измерений.

— Вы уже говорили.

— Там есть расстояние между южным углом и водостоком.

— Шесть футов?

— Нет.

Иона посмотрела на него. Вейл открыл блокнот.

— Семь футов девять дюймов.

На миг ей был слышен только шум реки за мастерской.

— Значит, ваши новые обмеры неверны.

— Возможно.

— Когда Белл измерял?

— Три дня назад.

Она обдумала услышанное.

— Значит, может быть, ничего и не менялось.

Вейл долго смотрел на неё.

— Я тоже на это надеялся.

Он закрыл блокнот.

— Но есть ещё одна цифра.

— Какая?

— За неделю до этого инспектор Белл измерил то же расстояние.

Иона уже знала, что он скажет. И не хотела знать.

— Шесть футов, — произнёс Вейл.

Они помолчали. В мастерской Нед забивал молотком крепление. По булыжникам снаружи прогрохотала телега. Над рекой крикнула чайка.

Наконец Иона сказала:

— Ну что ж.

Вейл ждал.

— По крайней мере, кто-то здесь умеет измерять как следует.

Он неожиданно рассмеялся. И тут же умолк.

— Мисс Рид, полагаю, мы столкнулись с чем-то весьма необычным.

— Это я уже поняла.

— Вы поможете нам разобраться?

Иона посмотрела мимо него на пристань. Сорок шесть лет она прожила возле этой реки. Знала её приливы, грязь, зимний лёд и разрушения, которые приносят весенние паводки. Ей никогда не нравились истории, которые о реке рассказывали.

Истории бесполезны, когда нужно чинить лодку.

А числа — другое дело. Их можно проверить.

А теперь числа вели себя совершенно неприлично.

— Измерять я вам помогу, — сказала она.

Вейл кивнул.

— Благодарю.

— Рано благодарите.

— Почему?

— Потому что, если расстояние начнёт меняться прямо во время измерений, я выставлю муниципалитету счёт за каждый лишний фут.

Впервые за весь день Вейл улыбнулся по-настоящему.

Вечером, когда Нед ушёл, Иона поднялась к себе. Её комнаты были маленькими и опрятными. Из узкой кухни открывался вид на реку. За ней находилась гостиная с потёртым зелёным диваном и книжным стеллажом, который сделал отец.

Она разожгла печку, подогрела суп и поела стоя возле окна. На противоположном берегу в домах загорались лампы. Мост чернел на фоне последних отблесков заката.

Она подумала об инспекторе Белле.

Человек мог исчезнуть по самым разным причинам. Упасть в реку. Сесть на поезд. Решить, что работа и вся прежняя жизнь стали невыносимыми, и уехать туда, где никто не знает его имени.

Но исчезновение человека, который исследовал расстояния, меняющиеся от одного обмера к другому, было уже труднее объяснить.

Иона вымыла миску. Потом достала из пальто два клочка бумаги и положила возле кухонной лампы. Внимательно перечитала.

«Третья причальная свая. Днём — расстояние показалось неправильным. Вечером — одиннадцать шагов. Утро — 27 футов 4 дюйма».

На втором:

«Южный водосток — 7 футов 9 дюймов. Измерено в обе стороны. На плане — 6 футов. Свидетель: А. Вейл».

Она взяла чистый лист и переписала измерения. Затем набросала план пристани: мастерская, причальные сваи, южная стена, водосток, старый мост. Отметила каждую известную ей точку.

Это не был профессиональный геодезический план. Но для её целей точности хватало. Она чинила лодки и по менее подробным чертежам.

Закончив, Иона откинулась на спинку стула и оглядела лист.

Ничего невозможного. Расстояния обозначены обычными числами. Здания стоят там, где им положено. Река течёт привычным руслом.

И всё же где-то между этими линиями что-то изменилось.

Она взяла карандаш, поставила маленький вопросительный знак возле южной стены. Потом ещё один — рядом с третьей причальной сваей.

Два вопроса. С этим можно справиться.

Завтра она попросит Вейла принести прежние результаты обмеров. Они сравнят их с сегодняшними измерениями.

Если расхождения имеют обычное объяснение, они его найдут.

А если нет…

Иона остановилась. Не было причины додумывать эту мысль.

Пока нет.

Она сложила план, оставила под лампой и легла спать.

Немного после полуночи возле моста зазвонил колокол.

Иона проснулась и лежала не двигаясь, прислушиваясь. Раздался второй удар. Медленный, гулкий.

Потом — тишина.

Она села в постели. Колокол на мосту отремонтировали совсем недавно. Люди жаловались, что он звонит в неподходящее время, хотя муниципалитет настаивал: механизм исправен.

Иона не собиралась вылезать из постели ради очередной муниципальной неприятности. Она натянула одеяло повыше.

Колокол ударил в третий раз.

И стих.

Она подождала. Ничего.

Через несколько минут снова легла. Сон пришёл не сразу.

Утром вопросительные знаки на её чертеже исчезли.

Иона заметила это, ещё не успев заварить чай. Лист по-прежнему лежал под лампой. Мастерская, мост, водосток и причальные сваи находились там, где она их нарисовала.

Но двух вопросительных знаков не было.

Она перевернула бумагу, поднесла к окну и осмотрела, не осталось ли следов стирания.

Ничего.

Карандашные линии обрывались ровно. Иона знала, что нарисовала знаки. Помнила, как нажимала карандашом. Как поставила первый возле южной стены, а второй — у третьей сваи.

Теперь они исчезли. Иона положила лист. Несколько мгновений стояла не шевелясь. Потом принесла пальто и достала из кармана две первоначальные записки. Надписи не изменились. Она сравнила их с чертежом. Наконец убрала записки обратно в карман. Дважды сложила чертёж и бросила в печку. Пламя быстро подхватило бумагу. Через несколько секунд она почернела и свернулась. Иона смотрела, пока не осталась одна зола. Затем взяла чистый лист и написала: «Не оставлять записи измерений там, где кто-то может их изменить». Она посмотрела на предложение. Зачеркнула «кто-то». Написала «что-то». Стало ещё хуже. Она зачеркнула всю строку. В конце концов написала только: «Делать копии». Сложила лист и сунула в карман. Внизу Нед отпирал мастерскую. Иона услышала его крик: — Доброе утро! Река лежала за домами. День был ясным. Пристань выглядела совершенно обычной. Иона взяла чай, спустилась вниз и открыла дверь мастерской. — Доброе, — ответила она. Затем сняла с полки мерный шнур.

Глава третья. То, что оставалось на месте

Нед застал Иону в дверях мастерской. В одной руке она держала мерный шнур, в другой — кусок мела.

— Опять будем измерять дорожку?

— Да.

— Может, сначала принести завтрак?

— Нет.

— Жаль.

— Принеси из задней комнаты геодезические колышки.

— У нас нет геодезических колышков.

— Деревянные колышки, которые нам дал твой тесть.

— Я не женат.

— Тогда кто бы их нам ни дал.

Нед исчез в мастерской и вернулся со связкой коротких деревянных колышков, перетянутых бечёвкой.

— Эти?

— Они.

— А почему сразу не сказать «деревянные колышки»?

— Думала, тебе понравится небольшая задачка.

Он положил колышки. Иона выбрала четыре и протянула ему мел.

— Пометь их.

— Чем?

— Цифрами.

Нед вывел на первом колышке большую единицу.

— Вот так?

— Поразительно. Ты всё-таки знаешь цифры.

— До семи знаю.

— Пока хватит.

Он пронумеровал остальные колышки, а Иона сходила за молотком. В утреннем воздухе пахло дождём. Над холмами собрались тучи, но река под ними оставалась необыкновенно светлой.

Иона подошла к третьей причальной свае и вбила первый колышек в щель между камнями мостовой, достаточно далеко от дорожки, чтобы он никому не мешал.

Второй колышек поставила возле столба у мастерской. Третий — возле южной стены. Четвёртый убрала в карман.

Нед наблюдал за ней.

— Зачем они?

— Чтобы знать, где что находилось.

Он посмотрел на колышки, потом на неё.

— А где ещё оно могло находиться?

— Вот это я и хочу выяснить.

Нед открыл рот. Закрыл. Потом спросил:

— Ты хоть спала?

— Плохо.

— Это многое объясняет.

— Иди поставь чайник.

— С удовольствием.

Он направился внутрь.

Иона ещё раз оглядела пронумерованные колышки. Первый торчал возле пристани. Второй — у мастерской.

Обычные деревянные колышки, вбитые между камнями мостовой. У неё не было никаких оснований предполагать, что они сдвинутся с места.

Но уверенности, что они останутся там, больше тоже не было.

✦

Артур Вейл появился в половине десятого. Под одной рукой он нёс три свёрнутых плана, под другой — зонт.

Дождь ещё не начался.

Артур всё равно был мокрым.

— Доброе утро, — сказала Иона.

— Доброе утро, мисс Рид.

— В реку упали?

— Нет.

— Жаль. Взяла бы с вас деньги за сушку.

Вейл рассеянно улыбнулся.

— Я принёс планы.

Иона взяла свёртки и провела его внутрь.

Нед освободил место на верстаке. Рядом он поставил чайник с заваренным чаем, хотя и утверждал, что приготовил чай исключительно для себя.

Вейл развернул первый план.

На нём была изображена набережная семидесятитрёхлетней давности.

Старые склады были тщательно вычерчены чёрными чернилами. За бондарным двором проходила узкая дорога. Вдоль южного берега стояло несколько зданий, позднее сгоревших или снесённых.

Иона нашла свою мастерскую. Здание было на месте, хотя вывеска в те годы, по-видимому, гласила: «РИД И СЫНОВЬЯ».

— Дедушка был честолюбив, — пробормотала она.

Вейл развернул второй план.

— Этот составили тридцать один год назад.

Набережная изменилась. Исчезли два склада. Дорогу за бондарным двором расширили. Возле нижней пристани построили новую подпорную стену.

Однако южный водосток остался на прежнем месте.

— А третий? — спросила Иона.

— Прошлогодний.

Он разложил чертёж.

Водосток находился в шести футах от угла.

Такое же расстояние было указано на самом старом плане.

И на среднем.

Иона положила рядом вчерашнюю записку.

Семь футов девять дюймов.

Вейл наклонился над верстаком.

— Первоначальные измерения совпадают.

— И что?

— Значит, либо после прошлогодней съёмки водосток перенесли…

— Либо кто-то неправильно измерил.

— Да.

— Либо стена сдвинулась.

Вейл поднял голову.

— Каменные стены обычно не двигаются.

— И слава богу. Иначе пришлось бы их привязывать.

Нед вошёл с доской в руках и взглянул на планы.

— Мы город покупаем?

— Не по таким ценам, — ответила Иона.

Он прислонил доску к стене.

— Там снаружи какой-то человек спрашивает мистера Рида.

— Скажи, что мистер Рид умер.

— Уже сказал.

— И что он ответил?

— Спросил, который именно.

Иона вздохнула.

— Выясни, чего ему надо.

— Уже выяснил. У него лодка течёт.

— Пусть привезёт завтра.

— Говорит, она сегодня тонет.

— Тогда пусть поторопится.

Нед вышел.

Вейл посмотрел ему вслед.

— Он всегда так с вами разговаривает?

— Только когда не спит.

— Он довольно молод.

— Обычно это проходит.

Она снова повернулась к планам.

— Откуда Белл брал свои измерения?

— Из полевого блокнота.

— Можно посмотреть?

Вейл замялся.

— У меня его нет.

— А где он?

— В муниципальной конторе.

— Почему же вы его не принесли?

— У меня нет разрешения выносить его оттуда.

Иона задумчиво посмотрела на геодезиста.

— Значит, чертежи семидесятитрёхлетней давности приносить можно, а блокнот — нельзя?

— Это копии.

— Так сделайте копию блокнота.

— Мы пытаемся установить, есть ли в нём сведения, имеющие отношение к расследованию.

— Вы расследуете исчезновение человека, который изучал реку. Я бы сказала, его блокнот вполне может иметь отношение к делу.

Вейл поправил очки.

— Я уже приводил этот довод.

— И?

— Его не приняли.

— Кто?

— Мой начальник.

— Он хоть измерять умеет?

Уголок рта Вейла дрогнул.

— Сам он, по-моему, не умеет.

— Тогда я с ним поговорю.

— Мисс Рид…

— Позже. Сначала ещё раз измерим вашу стену.

✦

Дождь начался, когда они шли к южному водостоку.

Мелкий, назойливый дождик — слишком слабый, чтобы ради него раскрывать зонт, и достаточно упорный, чтобы рано или поздно промочить всё насквозь.

Вейл раскрыл зонт.

Иона — нет.

Она протянула ему конец мерного шнура.

— Держите у самого угла.

Он присел. Иона пошла к водостоку, следя, чтобы шнур не цеплялся за шероховатые камни.

— Семь футов девять дюймов, — объявила она.

Вейл заглянул в блокнот.

— Столько же, сколько вчера.

— Хорошо.

— Разве?

— Значит, мы не разучились пользоваться мерным шнуром.

Она вернулась к углу.

Они измерили ещё раз.

Семь футов девять дюймов.

Вейл записал результат.

Иона посмотрела вдоль стены.

— Теперь измерим от водостока до следующего угла.

— Зачем?

— Потому что у стены есть и другой конец.

Он пошёл за ней.

Следующее расстояние составило двенадцать футов два дюйма. Иона записала его.

Они двинулись дальше, к старой лестнице, обозначенной на самом раннем плане.

Лестницы не было.

Каменная кладка тянулась сплошной гладкой поверхностью. Между двумя рядами камней рос сорняк. Из трещины возле земли сочилась вода.

Вейл осмотрел стену.

— На самом старом плане здесь обозначен вход.

— Значит, его заложили.

— Никаких записей об этом нет.

— Люди не всегда всё записывают.

— Геодезисты обычно записывают.

— Вот вы и выяснили, почему геодезистам нельзя доверять строительные работы.

Вейл коротко рассмеялся.

Иона собиралась предложить измерить стену по всей длине, но заметила узкую отметину возле водостока.

Белую.

На мокром камне её было почти не видно.

Она наклонилась.

Кто-то процарапал в растворе короткую вертикальную черту.

Потом ещё одну.

И ещё.

Три отметки.

Вейл подошёл ближе.

— Что это?

— Похоже, кто-то что-то считал.

— Ступени?

— Возможно.

Он достал блокнот.

Иона пригляделась к царапинам.

Они были свежими. Открытый под ними раствор оставался светлым и чистым.

Она коснулась одной отметки ногтем. Маленький кусочек раствора осыпался.

— Недавно здесь кто-то был, — сказала она.

Вейл посмотрел в сторону моста.

— Белл?

— Кто угодно.

— Зачем кому-то отмечать стену?

— А зачем инспектор измерял её дважды?

Вейл не ответил.

Иона выпрямилась.

— Давайте закончим, пока дождь не усилился.

✦

Они измеряли расстояние между двумя углами, когда наверху склона появился Нед.

— Иона!

Она подняла голову.

— Что?

— К тебе в мастерскую пришла женщина.

— Скажи, что скоро вернусь.

— Она говорит, что знает тебя.

— Меня полгорода знает.

— Говорит, ты должна ей ответить.

Иона опустила мерный шнур.

Вейл терпеливо ждал.

— Как она выглядит? — спросила Иона.

— Коричневое пальто. Красный шарф. Очень сердитая.

Иона закрыла глаза.

— Прекрасно.

— Кто это?

— Моя сестра.

Нед моргнул.

— У тебя есть сестра?

— К сожалению.

— Почему ты мне не говорила?

— Она лодки не чинит.

Иона начала сматывать шнур.

Вейл предложил закончить измерения самостоятельно.

— Не надо, — сказала она.

— Почему?

— Потому что, если цифры изменятся в моё отсутствие, я вам не поверю.

Он обиделся.

— Мисс Рид…

— Я шучу.

— Ах.

— Почти.

Она протянула ему катушку.

— Держите её сухой.

И направилась вверх по склону.

✦

Когда Иона добралась до мастерской, сестра стояла в дверях.

Клара Рид была на три года младше Ионы и большую часть жизни пыталась убедить окружающих, что это чрезвычайно важное обстоятельство.

На ней было застёгнутое под горло коричневое пальто, красный шарф, дважды обёрнутый вокруг шеи, и выражение лица, знакомое Ионе с детства.

— Ты не ответила на моё письмо.

— На какое?

— Которое я отправила в прошлый четверг.

— Я его прочитала.

— Это не одно и то же.

— Я заметила.

Клара вошла внутрь.

Нед делал вид, что внимательно изучает коробку с латунными креплениями.

Иона указала ему на заднюю комнату.

— Чай.

— На печке есть, — ответил он.

— Завари свежий.

Он исчез.

Клара оглядела мастерскую.

— Ты здесь ничего не изменила.

— Лодки меняются.

— Я говорю о здании.

— Здания дорого обходятся.

— На вывеске до сих пор написано «РИД И СЫН».

— Наблюдательно.

— Отец умер девять лет назад, Иона.

— Я помню.

Выражение лица Клары изменилось.

На мгновение гнев исчез. Потом она вздохнула.

— Я пришла не ссориться.

— Начала ты решительно.

— Я пришла из-за дома.

Иона сняла мокрое пальто.

— Что с ним?

— Крышу надо чинить.

— Опять?

— Она течёт с августа.

— Почему ты не сказала?

— Сказала. В письме.

— А.

Клара скрестила руки.

— Каменщик просит двадцать шесть фунтов.

— Найди другого.

— До зимы никто другой не сможет прийти.

Иона потёрла лоб.

— Сколько можешь заплатить сама?

— Десять.

— Остальное я пришлю.

Клара удивлённо посмотрела на неё.

— Я не просила тебя платить за всё.

— Но что-то ты у меня просила.

— Это не одно и то же.

— Нет.

Они стояли друг напротив друга.

Иона вспомнила, как в четырнадцать лет увидела Клару плачущей из-за того, что отец забыл о её дне рождения.

Он сделал это не нарочно. После шторма ему пришлось ремонтировать рыбацкую лодку, и он проработал всю ночь.

Клара весь вечер ждала его возвращения.

Иона сказала тогда, что работа важна.

Клара так и не простила ей этих слов.

— Мне не нужно, чтобы ты просто присылала деньги, не поговорив со мной, — тихо сказала Клара.

— Тогда что тебе нужно?

— Чтобы ты пришла и посмотрела на крышу.

— Я не каменщик.

— Ты моя сестра.

Иона не нашлась что ответить.

Из задней комнаты донёсся звон упавшего металлического предмета.

Нед выругался.

Иона повернулась на шум.

Клара схватила её за рукав.

— Не надо.

— Чего?

— Не ищи себе очередное дело, пока мы не договорили.

Иона посмотрела на неё.

Клара отпустила рукав.

— Я хочу, чтобы ты пришла в воскресенье.

— В воскресенье я работаю.

— Ты всегда работаешь по воскресеньям.

— Лодки не знают, какой сегодня день.

— А люди знают.

Иона выдержала взгляд сестры и кивнула.

— В воскресенье после обеда.

Лицо Клары смягчилось.

— После обеда?

— Да.

— Приготовлю пудинг.

— Тогда приду пораньше.

Клара против воли рассмеялась.

Нед появился с чаем. Посмотрел на одну сестру, потом на другую.

— Ну что, мы снова разговариваем?

— Похоже, — ответила Иона.

Клара взяла чашку.

— Какой обаятельный молодой человек.

— И дорогой.

— Я слышал, — сказал Нед.

— Прекрасно. Иди закончи счёт мистера Пайка.

— Мистер Пайк вчера расплатился.

— Тогда полюбуйся, как сошёлся баланс.

Нед снова исчез.

Клара отпила чай.

— Миссис Фенвик говорит, инспектор пропал.

Иона простонала.

— Об этом уже все знают?

— Кажется.

— Тогда кому-нибудь пора начать поиски вместо разговоров.

— Его ищут.

— Я слышала.

Клара внимательно посмотрела на неё.

— Что случилось?

— Ничего.

— Ты ужасно врёшь.

— У меня мало практики.

— Я не об этом.

Иона посмотрела на дверь.

Дождь прекратился. За мастерской Вейл всё ещё осматривал стену.

— Возле пристани происходит что-то странное, — сказала она.

Клара ждала.

— Насколько странное?

— Измерения не совпадают.

— С чем?

— С другими измерениями.

Клара едва заметно улыбнулась.

— Похоже на проблему тех, кто занимается измерениями.

— Так и есть.

— Вот им и оставь.

Иона подумала об исчезнувших вопросительных знаках на чертеже.

Она никому о них не рассказывала.

Ни Неду.

Ни Вейлу.

Даже Кларе.

— Наверное, так и сделаю, — сказала она.

Клара некоторое время изучала её лицо. Потом поставила чашку.

— Воскресенье, — напомнила она.

— Воскресенье.

— И не присылай вместо себя деньги.

— Хорошо.

Клара поцеловала её в щёку и ушла.

Иона стояла в дверях и смотрела ей вслед.

Она обещала прийти в воскресенье.

Самое обычное обещание.

И она собиралась его сдержать.

✦

В половине четвёртого Артур Вейл вернулся в мастерскую.

Блокнот он держал под пальто.

— Ваша сестра вас нашла?

— Да.

— Надеюсь, всё в порядке.

— Она хочет, чтобы я пришла к ней.

— Звучит приятно.

— Вы с ней не знакомы.

Он улыбнулся.

— Я закончил измерения.

Иона взяла блокнот.

Цифры были записаны аккуратными столбцами.

От угла до водостока — семь футов девять дюймов.

От водостока до южного угла — двенадцать футов два дюйма.

Общая длина стены — девятнадцать футов одиннадцать дюймов.

Она проверила сложение.

Всё верно.

— Вы измерили всю стену целиком? — спросила она.

Вейл замялся.

— Нет.

— Почему?

— Возле угла было слишком многолюдно. Телега с грузом загородила часть прохода.

— Значит, вы просто сложили два участка.

— Да.

— Тогда завтра измерим всю стену.

Вейл посмотрел на неё.

— Вы ожидаете другого результата?

— Я ожидаю измерения.

Он обдумал её слова и кивнул.

— Справедливо.

Она вернула блокнот.

Вейл убрал его в портфель, но перед уходом остановился.

— Мисс Рид, могу я кое-что спросить?

— Судя по всему.

— Вы думаете, инспектор Белл мёртв?

Иона посмотрела на него.

— Откуда мне знать?

— Я хотел узнать ваше мнение.

— У меня их несколько.

— О нём?

— О людях, которые задают вопросы, не располагая фактами.

Вейл опустил глаза.

— Да. Конечно.

Иона пожалела о резкости.

Он выглядел по-настоящему обеспокоенным.

— Вы хорошо его знали? — спросила она.

— Нет.

— Но вы вместе работали.

— Иногда.

— Тогда почему вы так тревожитесь?

Вейл поправил очки.

— Он был осторожным человеком.

— Осторожные люди тоже попадают в несчастные случаи.

— Знаю.

— Возможно, он просто куда-то уехал.

— Это я тоже знаю.

— Тогда?

Вейл посмотрел через открытую дверь на мост.

— Он оставил зонтик.

Иона уставилась на него.

— Зонтик?

— В конторе.

— Мужчины забывают зонтики.

— Инспектор Белл никогда не забывал.

Она чуть было не рассмеялась.

Но увидела его лицо.

Он не шутил.

— Может, в этот раз забыл, — сказала она.

— Возможно.

Вейл закрыл портфель.

— Всего доброго, мисс Рид.

— Артур.

Он обернулся.

— Если что-нибудь найдёте, сообщите констеблю.

— Да.

— И не ходите измерять стены в одиночку после наступления темноты.

Вейл слабо улыбнулся.

— Постараюсь.

Он ушёл.

Иона смотрела ему вслед, пока он не скрылся за углом.

Потом закрыла дверь мастерской.

✦

В тот вечер Нед задержался, чтобы закончить ремонт.

Иона доплатила ему шиллинг.

Он дважды пересчитал монеты.

— Какая щедрость.

— Никому не говори.

— Сохраню в тайне.

— Отлично.

Он взял пальто.

— Завтра опять будем измерять стену?

— Да.

— Зачем?

— Потому что мистер Вейл не закончил.

— Ты уверена?

Иона подняла голову.

— Что ты имеешь в виду?

Нед замялся.

— Он довольно долго там стоял.

— Он делал записи.

— Наверное.

— Что тебя беспокоит?

Нед не сразу ответил.

— Когда я возвращался со склада Харроу, он стоял возле южного угла.

— И что?

— А потом я увидел его у водостока.

— Мы как раз это расстояние и измеряли.

— Нет, я хочу сказать…

Он замолчал.

Иона ждала.

Нед нахмурился.

— Я отвернулся, чтобы откатить телегу. Всего на мгновение. Когда снова посмотрел, он уже стоял у водостока.

— Перешёл.

— Да.

— И?

Нед потёр шею.

— Я не видел, как он шёл.

Иона прислонилась к верстаку.

— Ты же не смотрел.

— Я себе то же самое сказал.

— И правильно.

— Наверное.

Он слабо улыбнулся.

— Только вот что странно…

— Что?

— Когда он окликнул меня, голос прозвучал не с той стороны.

Иона выпрямилась.

— С какой именно?

— Я смотрел в сторону моста. Мне показалось, что он позади меня.

— А он был позади?

— Нет. Впереди.

— Возможно, эхо.

— Да.

Они помолчали.

Потом Нед рассмеялся.

— Какая-то глупость получается.

— Тогда перестань глупить.

Он кивнул.

— До завтра.

— Спокойной ночи.

Нед вышел.

Иона заперла за ним дверь.

Потом вернулась к бухгалтерской книге.

Но цифры не задерживались в голове.

Она трижды перечитала один и тот же столбец.

Наконец отложила перо.

Снаружи ударил колокол.

Один медленный удар.

Она посмотрела в сторону реки.

Больше колокол не звонил.

✦

Иона поднялась наверх и заварила чай.

На этот раз она не стала доставать старые записки.

Села у окна и смотрела на огни противоположного берега.

Под мостом проходила узкая лодка.

Её фонарь слегка покачивался на течении.

Иона следила за ним глазами.

Лодка прошла между первой и второй арками.

Затем скрылась за каменной опорой.

На мгновение опора заслонила её.

Иона ждала, когда фонарь появится с другой стороны.

Он появился.

Ничего необычного.

Она почувствовала нелепое облегчение.

Лодка продолжила путь вниз по течению. Её фонарь становился всё меньше, пока не исчез за поворотом.

Иона поднялась и задёрнула занавески.

Вымыла чашку.

Прикрыла заслонку печи, чтобы сохранить жар.

И легла спать.

✦

Она проснулась ещё до рассвета.

Кто-то стучал в дверь мастерской.

Негромко.

Три удара.

Пауза.

Потом ещё три.

Иона зажгла лампу и спустилась вниз.

Стук продолжался.

— Да иду я! — крикнула она.

Она отодвинула засов.

На пороге стоял Артур Вейл.

Пальто расстёгнуто. Очки сидели криво. Блокнот он сжимал так крепко, что костяшки пальцев побелели.

— Мисс Рид, — произнёс он.

— Который час?

— Начало шестого.

— Что случилось?

Он заглянул ей через плечо в тёмную мастерскую.

— Можно войти?

Она посторонилась.

Вейл вошёл и остановился у верстака.

Несколько секунд молчал.

Потом открыл блокнот.

— Я снова ходил к стене.

Иона уставилась на него.

— После того как я вам запретила?

— Знаю.

— Ночью?

— Да.

— Артур…

— Я хотел проверить цифры.

— Могли дождаться утра.

Он поднял голову.

— Когда я начал, уже было утро.

Иона замерла.

— Что?

— Я пришёл туда в половине пятого.

— И?

— Измерил стену.

— В половине пятого?

— Да.

Она взяла блокнот.

В самом низу страницы были записаны новые результаты.

От угла до водостока — шесть футов.

От водостока до южного угла — двенадцать футов два дюйма.

Общая длина стены — восемнадцать футов два дюйма.

Иона прочитала цифры дважды.

Потом посмотрела на Вейла.

— Вы правильно измерили?

— Да.

— Один?

— Да.

— Тогда перемерим, когда рассветёт.

Он покачал головой.

— Я пришёл не поэтому.

— А почему?

Вейл сунул руку за пазуху.

Достал небольшой предмет, завёрнутый в носовой платок.

Положил его на верстак и развернул ткань.

Внутри лежал деревянный колышек.

Короткий.

Четырёхгранный.

С большой цифрой, написанной мелом.

4.

Иона посмотрела на колышек.

Потом на полку возле двери.

Накануне утром она расставила снаружи три пронумерованных колышка.

Четвёртый оставила в кармане.

Она сунула руку в карман.

Пусто.

Проверила другой.

Ничего.

Вейл наблюдал за ней.

— Где вы его нашли? — спросила Иона.

— У южной стены.

Она взяла колышек.

Цифра была написана знакомым почерком.

Вернее, почерком Неда.

Она сама видела, как он выводил четвёрку.

— Кто вам его дал?

— Никто.

— Тогда как он там оказался?

— Не знаю.

Иона повертела колышек в пальцах.

На одном конце виднелась грязь.

Свежая грязь.

Словно кто-то вбил его в землю.

Вейл заговорил тихо:

— Мисс Рид, я нашёл ещё кое-что.

Она подняла голову.

— Что?

— Второй колышек.

Он открыл портфель.

Иона ждала.

Вейл положил на верстак ещё один деревянный колышек.

На нём стояла та же цифра.

4.

Некоторое время оба молчали.

Потом Иона произнесла:

— Это невозможно.

Вейл посмотрел на два колышка.

— Я надеялся, что вы так и скажете.

Иона внимательно сравнила их.

Одинаковая длина.

Одинаковый срез.

Одинаковая неровная четвёрка, выведенная мелом.

Но рисунок древесных волокон отличался.

Это были два разных колышка.

Кто-то изготовил два.

Или сделал копию одного.

Она посмотрела на Вейла.

— Артур. Кто ещё знает о наших измерениях?

— Насколько мне известно, никто.

— Значит, кто-то за нами следит.

— Возможно.

Иона взяла второй колышек.

Он показался тяжелее.

Ненамного.

Но разница ощущалась.

Она перевернула его.

На одной из граней, почти скрытая под грязью, была процарапана надпись.

Четыре коротких слова.

Иона поднесла колышек ближе к лампе.

Вейл следил за её лицом.

— Что там написано?

Иона прочитала надпись.

Потом ещё раз.

Ей очень хотелось, чтобы она ошиблась.

НЕ ИЗМЕРЯЙ В ОДИНОЧКУ.

Глава четвёртая. Причина остаться

Иона Рид положила два деревянных колышка на противоположные концы верстака.

— Не трогайте их, — сказала она Артуру Вейлу.

— Я и не собирался.

— Прекрасно.

Он стоял возле печки, всё ещё в пальто. За окнами мастерской начинало светать. Стёкла постепенно приобретали тусклый, неровный серый оттенок.

Иона взяла лист бумаги и нарисовала два квадрата. Под первым написала: «НАЙДЕН У СТЕНЫ». Под вторым: «НАЙДЕН ГДЕ?»

Она подняла голову.

— Где вы нашли второй?

Вейл подошёл к верстаку.

— Возле водостока.

— Оба?

— Нет. Первый лежал рядом с водостоком. Второй — дальше вдоль стены.

— Насколько дальше?

— Я не измерил.

Иона посмотрела на него. Артур выглядел несчастным.

— Артур, вы работаете в геодезическом отделе.

— Я только что нашёл две одинаковые цифры на двух разных деревяшках.

— Значит, у вас было сразу две прекрасные причины измерить расстояния.

— Я испугался.

Ответ её удивил. Кажется, самого Вейла тоже удивило, что он это произнёс.

Иона положила карандаш.

— Ладно, — сказала она.

Он посмотрел на неё.

— Ладно?

— Вы испугались. Мы вернёмся и как следует всё измерим.

— А вы не боитесь?

— Пока не решила.

Вейл снял очки и протёр их носовым платком, который нельзя было назвать особенно чистым.

— Я думал, вы обвините меня в том, что я сам сделал эти колышки.

— Вы их сделали?

— Нет.

— Тогда какой смысл вас обвинять?

Он снова надел очки.

— А что насчёт надписи?

Иона посмотрела на второй колышек.

НЕ ИЗМЕРЯЙ В ОДИНОЧКУ.

Буквы были мелкими, неровными, вырезанными в древесине чем-то острым.

— Кто-то пытается нам что-то сообщить, — сказал Вейл.

— Возможно.

— А что ещё это может означать?

— Кто-то пытается нас напугать.

— Зачем?

— Это уже другой вопрос.

Она осмотрела колышек. Древесина была влажной, но не разбухшей. От одного угла откололась щепка, обнажив светлую полоску дерева.

Это был не тот колышек, который накануне лежал у неё в кармане. На её колышке возле основания имелся сучок.

Она запомнила, как сучок задел большой палец, когда выбирала колышек.

Иона проверила первый.

Сучок был на месте.

Два колышка с цифрой четыре. На обоих — одинаковый тёмный кружок древесных волокон. Один она узнала. На другом было предупреждение.

Она положила их обратно.

— Артур, вы кому-нибудь показывали находку?

— Нет.

— Даже констеблю?

— Я сразу пришёл сюда.

— Тогда нужно показать ему.

Вейл, кажется, испытал облегчение.

— Да. Нужно.

— Но сначала я приготовлю чай.

— Чай?

— Сейчас пять утра. Я отказываюсь пугаться по-настоящему до завтрака.

✦

Констебля в участке не оказалось. Он отправился поговорить с владельцем склада, помещение которого обыскивали накануне вечером.

Молодой служащий за стойкой сообщил, что констебль, возможно, вернётся до полудня.

Иона положила два колышка на стойку.

— Хочу, чтобы вы зарегистрировали находку.

Служащий осмотрел колышки.

— Что это?

— Дерево.

Вейл кашлянул.

Иона продолжила:

— Два деревянных колышка. Найдены по отдельности возле южной стены. Один принадлежал мне. На другом вырезано сообщение.

Служащий прочитал надпись.

— Кто это написал?

— Если бы я знала, я бы вам сказала.

Он достал лист бумаги.

— Ваше имя?

— Иона Рид.

— Адрес?

— Мастерская Рид, нижняя набережная.

— Род занятий?

— Ремонт лодок.

Он медленно записывал ответы. Вейл прислонился к стойке.

Служащий поднял голову.

— А вы, сэр?

— Артур Вейл. Муниципальный геодезический отдел.

Перо остановилось.

— Вы тот господин, который занимается мостом.

— Один из них.

Выражение лица служащего изменилось. Он покосился на закрытую дверь за стойкой.

Иона заметила это.

— Что?

— Ничего, мисс.

— Тогда дописывайте.

Закончив регистрацию, служащий протянул руку к колышкам.

Иона отодвинула их.

— Сначала расписка.

Он удивлённо посмотрел на неё.

— За деревяшки?

— За вещественные доказательства.

— Придётся спросить констебля.

— Вот и спросите, когда он вернётся. Пока кто-нибудь не распишется в получении, колышки останутся у меня.

Служащий посмотрел на Вейла, ожидая поддержки.

Вейл лишь поправил очки.

Иона собрала колышки.

Она уже была на полпути к двери, когда служащий окликнул её:

— Мисс Рид?

Она обернулась.

— Кто-нибудь ещё видел надпись?

— Мы с мистером Вейлом.

— Больше никто?

— Пока нет.

Молодой человек замялся.

— Возможно, вам не стоит показывать её другим.

— Почему?

— Не знаю.

— В этом городе все отвечают так же?

Он покраснел.

Иона открыла дверь.

На улице Вейл сказал:

— Вы с ним были довольно суровы.

— Переживёт.

— Он очень расстроился.

— Тогда, возможно, запомнит, что нужно спрашивать себя, почему ему не хочется, чтобы люди видели какую-то деревяшку.

Вейл промолчал.

Пройдя несколько шагов, он спросил:

— Думаете, констебль отнесётся к нам серьёзно?

— Должен.

— Я не об этом спрашивал.

— Нет, — сказала Иона. — Не об этом.

✦

К их возвращению Нед уже открыл мастерскую и растопил печку.

Он стоял возле верстака с бухгалтерской книгой в руках.

Увидев Иону, поднял голову.

— Доброе утро. Ещё раз.

— Ты рано.

— Ты тоже.

— Положи книгу.

— Я пытался найти счёт Харроу.

— Нижний ящик.

— Я смотрел.

— Другой нижний ящик.

Нед убрал книгу и только тогда заметил Вейла.

— Мы что-то будем измерять?

— Пока нет, — ответила Иона.

— Слава богу.

Она положила оба колышка на верстак.

— Посмотри на них.

Нед подошёл.

— Четвёрка.

— На обоих.

— Значит, у тебя две четвёрки.

— Ты их помечал?

Он взял первый колышек.

— Это моя цифра.

— Откуда знаешь?

— Моя четвёрка похожа на падающий стул.

Иона взглянула на Вейла. Тот изучил цифру.

— И правда, немного похожа.

Нед взял второй колышек.

— Кажется, это тоже моя.

— Посмотри внимательнее.

Он сравнил их.

— Мел вроде одинаковый.

— Ты написал четвёрку на двух колышках?

— Нет.

— Уверен?

— Почти.

— Это не совсем одно и то же.

Нед обиделся.

— Ты дала мне четыре колышка. Я написал один, два, три, четыре. Потом ты их забрала.

— А что случилось с остальными?

— Три ты вбила в землю.

— А четвёртый?

— Положила в карман.

Иона кивнула.

— Я тоже так помню.

Нед перевернул второй колышек.

Выражение его лица изменилось.

— А это что?

— Прочитай.

Он прочитал.

Затем прочитал ещё раз.

— Это кому?

— Не знаем.

Он осторожно положил колышек.

— Кто-то над нами подшучивает.

— Возможно.

— Не очень-то смешная шутка.

— Нет.

Вейл открыл блокнот.

— Не могли бы вы показать, откуда взяли мел?

Нед указал на полку.

— Оттуда.

— Можно посмотреть?

Нед принёс огрызок белого мела.

Вейл осмотрел его, сравнил с отметками на колышках и, кажется, остался разочарован.

— Чего вы ожидали? — спросила Иона.

— Не знаю.

— Объяснения?

— Желательно.

Она вернула мел Неду.

— Займись рыбацкой лодкой.

Он посмотрел на колышки.

— Ты снова пойдёшь к стене?

— Позже.

— Одна?

Иона задумалась.

— Нет.

Нед коротко кивнул.

— Хорошо.

Она посмотрела на него.

Но он уже собирал инструменты.

✦

В одиннадцать пришёл констебль.

Его звали Мерсер.

Он служил в городе шестнадцать лет. За это время ему приходилось разбираться с украденными сетями, пьяными драками, пропавшим скотом и одним особенно памятным спором из-за свадебного торта.

Мерсер был широкоплечим мужчиной с усталыми глазами. Всем своим видом он показывал, что большинство людей избавились бы от множества неприятностей, если бы просто пошли домой.

Иона знала его с тех пор, когда он был молодым констеблем и ещё начищал сапоги.

— Доброе утро, Иона.

— Доброе.

— Слышал, ты что-то нашла.

Она показала ему колышки.

Мерсер молча осмотрел их. Прочитал предупреждение. Затем взглянул на Вейла.

— Где вы их нашли?

Вейл рассказал о южной стене.

Мерсер задал несколько вопросов.

Видел ли кто-нибудь, как он подбирал колышки? Нет.

Передвигал ли он что-нибудь поблизости? Только незакреплённые камни.

Обыскал ли местность? Не особенно тщательно.

Сообщал ли кому-нибудь, куда направляется? Нет.

Мерсер выслушал ответы.

Когда Вейл закончил, констебль положил оба колышка на верстак.

— Может, чья-то шутка.

— Нед сказал то же самое, — заметила Иона.

— А может, предупреждение.

— Именно это там и написано.

Мерсер проигнорировал замечание.

— У тебя в последнее время были неприятности с кем-нибудь?

— Я ремонтирую лодки. Половина клиентов считает, что я их обираю.

— Кто-нибудь конкретно?

— Мистер Пайк. Но он вчера расплатился.

Мерсер посмотрел на Вейла.

— Мистер Вейл?

— Нет.

— Кто-нибудь возражает против ваших работ на мосту?

Вейл замялся.

— Некоторые считают эти обследования ненужными.

— Люди считают ненужной большую часть работы муниципалитета.

— Знаю.

Мерсер взял колышек с предупреждением.

— Этот я заберу.

Иона посмотрела на него.

— А второй?

— Можешь оставить себе.

— Почему?

— Потому что надпись на этом.

— Второй вчера был у меня в кармане.

— С твоих слов.

Иона выпрямилась.

Мерсер вздохнул.

— Я не говорю, что ты лжёшь. Говорю, что не могу доказать, где он был вчера.

— Я тоже не могу.

— Значит, мы согласны.

Ионе не понравилось такое согласие.

Мерсер достал из кармана пальто небольшой конверт и положил туда колышек.

На клапане написал дату.

Иона смотрела, как он заклеивает конверт.

— Вы будете расследовать?

— Задам несколько вопросов.

— О колышках?

— О колышках, стене и о том, кто мог там находиться.

— А об инспекторе Белле?

Мерсер поднял голову.

— Что насчёт него?

— Мистер Вейл говорит, что Белл измерял эту стену перед исчезновением.

— Мистеру Вейлу следует осторожнее выбирать слова.

Вейл побледнел.

Иона шагнула ближе.

— Почему?

— Потому что дело Белла ещё не закрыто.

— Так закройте.

Лицо Мерсера стало жёстким.

— Мы этим и занимаемся.

Ни один из них не сдвинулся с места.

Затем Мерсер заговорил тише.

— Иона, люди напуганы. Каждый слух приводит к реке очередную семью, которая ищет то, чего там нет. Вчера вечером трое мальчишек залезли на старый мост, потому что кто-то сказал, будто под ним видели пропавшего человека.

— Они пострадали?

— Нет.

— Значит, вам повезло.

— Вот именно. Поэтому я был бы благодарен, если бы ты не рассказывала об этом деле, пока мы не выясним, что всё это означает.

Иона посмотрела на Неда.

Тот слушал из-за рыбацкой лодки.

Она снова повернулась к Мерсеру.

— Насколько не рассказывала?

— Не распространяй эту историю.

— Даже если кто-нибудь спросит, безопасна ли пристань?

Мерсер помедлил.

— Это другое дело.

— Разве?

— Разумеется.

— Тогда расскажите людям то, что знаете.

— Мы знаем недостаточно.

— Я тоже.

Мерсер потёр лоб.

Вдруг он показался гораздо старше, чем при входе.

— Поговорю с муниципалитетом, — сказал он.

— Поговорите.

Он сунул конверт в карман.

У двери остановился.

— Иона?

— Что?

— Не подходи к нижней стене после наступления темноты.

Она взглянула на Вейла.

— Вы уже третий, кто мне это говорит.

— Тогда, может быть, хоть одного послушаешь.

Он ушёл.

✦

В полдень Иона закрыла мастерскую на полчаса.

Нед уставился на неё.

— Мы закрываемся?

— На обед.

— Мы никогда не закрывались на обед.

— Тогда насладись новшеством.

Она отправила его в пекарню за хлебом и сыром.

Нед вернулся с покупками и новостью: в пекарне почти закончилась мука.

— Невозможно, — сказала Иона.

— Я тоже так подумал.

— Что случилось?

— Поставка задерживается.

— Обычное дело.

— Её ещё вчера должны были привезти.

— Значит, задерживается сильно.

Нед начал резать хлеб.

— Миссис Фенвик говорит, что возница поехал не той дорогой.

— Миссис Фенвик поразительно много знает о людях, которых здесь нет.

— Кажется, он сказал мельнику, что добрался до противоположного берега.

— Какому мельнику?

— Который живёт за восточной дорогой.

— И что здесь не так?

— Он туда не собирался.

Иона перестала резать сыр.

— Куда же он ехал?

— Сюда.

Она посмотрела на Неда.

— Заблудился?

— Все так говорят.

— Значит, скорее всего, заблудился.

Нед сел.

— Ты сама в это не веришь.

— Во что?

— Что люди просто теряются.

Иона отложила нож.

Она могла велеть ему заниматься своим делом.

Могла отшутиться.

Вместо этого сказала:

— Я не знаю, во что верю.

Нед кивнул.

Впервые она призналась ему в этом.

И, кажется, ни один из них не испытал от признания особой радости.

✦

Вскоре после часа появилась молодая женщина с большой сложенной картой под мышкой.

На ней было тёмно-зелёное пальто с надорванным обшлагом. Плечи хранили следы дождя, хотя дождь прекратился ещё час назад.

Она остановилась у входа и посмотрела на вывеску.

— Здесь работает мисс Рид?

Иона вышла из-за рыбацкой лодки.

— Смотря кому она понадобилась.

Молодая женщина вошла.

— Меня зовут Рут.

Иона ждала фамилии.

Но посетительница её не назвала.

— Вам нужно что-нибудь починить?

— Нет.

— Тогда вы принадлежите к посетителям, которых я в последнее время встречаю всё чаще.

Рут оглядела мастерскую.

— Мне сказали, вы хорошо знаете дороги возле нижней набережной.

— Те, которые ведут к лодкам, знаю.

— Возможно, этого достаточно.

Она развернула карту на свободном углу верстака.

Карта была нарисована от руки на плотной бумаге.

Улицы, пешеходные дорожки, склады и мост обозначались тёмными чернилами.

Несколько маршрутов были проведены карандашом. Возле некоторых стояли даты.

Иона наклонилась над картой.

— Кто её сделал?

— Я.

— Зачем?

— Потому что печатные карты всё время оказывались неправильными.

Иона подняла голову.

Рут встретила её взгляд без улыбки.

— В каком смысле неправильными?

— Не всегда в одном и том же.

Иона снова посмотрела на карту.

— Вам придётся объяснить точнее.

— Я собиралась.

Рут указала на узкий переулок за бондарным двором.

— В прошлый вторник этот переулок вывел меня к северной стороне рынка.

— И сейчас выведет.

— Да. Я проверяла вчера.

— И?

— А в четверг я вышла из него за старым складом.

Иона посмотрела на линию.

— Значит, свернули не туда.

— Там нет поворота.

— Все так говорят, когда поворачивают не туда.

Рут кивнула.

— Поэтому я нарисовала переулок с обоих концов.

Иона изучила карандашные отметки.

Два маршрута. Два набора измерений. Две даты.

Ни один рисунок не выглядел особенно странным, пока она не заметила, что оба начинаются от одной и той же двери.

— Вы это измеряли?

— С помощью шнура.

— Одна?

— Иногда.

Иона резко подняла взгляд.

Рут заметила.

— Что-то не так?

— Зачем вы этим занимаетесь?

— Измерениями?

— Всем этим.

Впервые Рут показалась неуверенной.

Она посмотрела на окна мастерской.

Снаружи под серым небом текла река.

— Потому что кое-кто сказал мне, будто я неправильно запомнила дорогу.

— И?

— Я захотела выяснить, так ли это.

Иона обдумала ответ.

Хороший ответ.

Гораздо лучше простого любопытства.

Она снова посмотрела на карту.

— Вы выяснили?

— Иногда я действительно ошибалась.

Иона приподняла бровь.

Рут продолжила:

— Один раз я пропустила проход между двумя домами. В другой раз не учла изгиб дороги. Обе ошибки исправила.

— А остальные?

— Их пока объяснить не могу.

Появился Нед с ведром.

Он покосился на карту.

— Мы опять покупаем город?

— Вынеси это наружу, — сказала Иона.

— Оно уже пустое.

— Тогда сначала наполни.

Нед весело кивнул Рут и удалился.

Она проводила его взглядом.

— Он всегда такой?

— Только когда бодрствует.

В лице Рут что-то смягчилось.

Иона указала на южную стену.

— Здесь измеряли?

— Пока нет.

— Почему?

— Нижние ступени закрыли.

— Когда?

— Сегодня утром.

Иона уставилась на неё.

— Кто?

— Муниципалитет.

— Объявление повесили?

— Когда я проходила, двое мужчин как раз его прикрепляли.

Иона обернулась к двери мастерской.

Нед вернулся с пустым ведром.

— Ты знал, что ступени закрыли?

Он удивился.

— Мистер Харроу говорил, что закроют.

— Ты мне не сказал.

— Сказал. Вчера.

— Ты сказал, что их будут проверять.

— Сначала он так и сказал.

Иона на мгновение закрыла глаза.

— Артур, — пробормотала она.

Рут посмотрела на неё.

— Артур Вейл?

— Вы его знаете?

— Он сказал, что вы можете мне помочь.

Иона снова повернулась к ней.

— Вот как?

— Да.

— Очень великодушно с его стороны.

— Он сказал, что вы разбираетесь в измерениях.

— Он оптимист.

Рут опустила взгляд на карту.

— Мне не нужно, чтобы мне верили. Мне нужен человек, который покажет, где я ошиблась.

Иона некоторое время рассматривала её.

Затем отодвинула чертежи рыбацкой лодки.

— Разложите карту как следует.

Рут подчинилась.

Иона принесла мерный шнур.

— Ладно. Показывайте первый маршрут.

✦

Следующий час они разбирали записи Рут.

Сначала Иона ожидала найти обычные ошибки.

И нашла несколько.

На одном склоне Рут измерила расстояние, не учитывая перепад высоты. Двор возле склада был нарисован слишком узким. Название одной из старых улиц она приписала не тому переулку.

Иона указала на ошибки без лишних церемоний.

Рут исправила их.

Она не спорила.

И не извинялась за то, что можно исправить.

Это понравилось Ионе.

С остальными расхождениями было труднее.

За шесть дней Рут трижды прошла одним маршрутом.

В первый раз получила тридцать семь ярдов.

Во второй — снова тридцать семь.

В третий — сорок один.

Иона посмотрела на даты.

— Начало и конец те же?

— Да.

— Способ измерения?

— Тот же.

— Шнур?

Рут замялась.

— Нет. Первый перетёрся.

— Это важно.

— Знаю.

— Чем заменили?

— Другим шнуром. Его я сверила с ярдовой линейкой.

— Чьей линейкой?

— Своей.

Иона откинулась назад.

— Значит, проверим линейку.

Рут кивнула.

— Согласна.

Иона ожидала возражений.

Но Рут достала линейку из сумки.

Та была прямой, размеченной в дюймах, с немного стёртым концом.

Иона сравнила её с мастерской линейкой.

Измерения совпадали достаточно точно для той работы, которую проделала Рут.

— Хорошо, — сказала Иона.

Рут сделала пометку.

— Вы всегда всё проверяете?

— Когда мне говорят, что лодка не течёт, — да.

Рут посмотрела на наполовину отремонтированное судно.

— А когда говорят, что дорога находится там, где ей положено быть?

Иона подумала о двух деревянных колышках.

— Похоже, теперь тоже.

✦

В три часа Рут принялась собирать бумаги.

— Я отняла у вас достаточно времени.

— Достаточно, — согласилась Иона.

Рут замерла.

Потом улыбнулась.

— Я могу заплатить.

— Чем?

— Деньгами.

— Я так и предположила.

— Сколько?

Иона посмотрела на карту.

Почерк был аккуратным, исправления — тщательными. Большая часть бумаги была заполнена подробностями, которых случайный наблюдатель даже не заметил бы.

— Сегодня ничего.

Рут нахмурилась.

— Я предпочла бы заплатить.

— Тогда вернитесь, когда проверите тот двор за складом.

— Почему?

— Потому что у вас запертые ворота обозначены как свободный проход.

Рут посмотрела вниз.

— Когда я измеряла, они были открыты.

— Так и напишите.

Иона взяла её карандаш и поставила дату возле ворот.

— Дорога может быть открыта во вторник и закрыта в среду. Это ещё не значит, что город одержим нечистой силой.

Рут кивнула.

— Справедливо.

Иона вернула карандаш.

— И не направляйте людей по маршруту только потому, что в прошлый раз вы по нему прошли.

Рут замерла.

— Я этого не делала.

— Хорошо.

Мгновение они смотрели друг другу в глаза.

Потом Рут сложила карту.

— Спасибо, мисс Рид.

— Иона.

— Спасибо, Иона.

Она направилась к двери.

— Рут?

Молодая женщина обернулась.

— Вы работаете на муниципалитет?

— Нет.

— На мистера Вейла?

— Он ответил на несколько моих вопросов.

— Тогда кто платит вам за эту работу?

— Никто.

Иона задумчиво посмотрела на неё.

— Неразумно.

— Наверное.

Рут поправила карту под мышкой.

— Но я всё равно ходила бы по этим улицам.

Она ушла.

Иона смотрела из дверей, как Рут пересекла набережную и повернула к рынку.

Она шла быстро, прижимая карту к боку, чтобы уберечь от сырости.

На углу остановилась.

Достала блокнот.

Посмотрела на название улицы.

Что-то записала.

И пошла дальше.

Нед появился рядом с Ионой.

— Твоя знакомая?

— Нет.

— Кажется, она ничего.

— Кажется.

— Чем занимается?

— Измеряет дороги.

Нед посмотрел на неё.

— Вас теперь несколько?

Иона закрыла дверь.

✦

К вечеру дождь вернулся.

Один клиент принёс треснувшее весло.

Другой хотел нанять маленькую лодку на воскресенье.

Иона отказала, потому что обещала навестить Клару.

Клиент предложил доплатить.

Она снова отказала.

Он, кажется, был поражён.

Это раздражало Иону.

В шесть Нед закончил подметать пол.

— Закрываемся?

— Да.

— Правда?

— Если, конечно, ты не собираешься здесь ночевать.

Он пошёл за пальто.

У двери остановился.

— Та надпись. На колышке.

— Что с ней?

— Думаешь, кто-то пытался помочь?

— Не знаю.

— Если бы хотели навредить, вряд ли стали бы предупреждать.

— Можно пугать человека и при этом говорить правду.

Нед задумался.

— Нам следует перестать измерять?

Иона посмотрела на окно.

Дождь стекал по стеклу, размывая очертания причальных свай.

— Нет, — сказала она.

— Тогда что будем делать?

— Измерять вместе.

Он кивнул.

— Ладно.

Она посмотрела на него.

— И к нижней стене без моего ведома не подходи.

— Не буду.

— Я серьёзно.

— Я тоже.

Он ушёл.

Иона заперла мастерскую.

Впервые она обрадовалась, услышав, что его шаги продолжают удаляться вверх по улице.

✦

Артур Вейл пришёл вскоре после семи.

Он постучал дважды.

Иона впустила его.

— У вас это входит в привычку, — сказала она.

— Простите.

— Не извиняйтесь. Я как раз собиралась приготовить чай.

Он снял мокрую шляпу.

— Я поговорил с Мерсером.

— Я тоже.

— Он говорит, что нам не следует самостоятельно исследовать стену.

— Мне он сказал нечто похожее.

— Возможно, стоит послушаться.

— Возможно.

Вейл с облегчением посмотрел на неё.

Тогда Иона добавила:

— По крайней мере, пока муниципалитет не сообщит, открыта пристань или закрыта.

Он вздохнул.

— Я так и думал.

Она поставила чайник.

— Вы слышали о женщине по имени Рут?

Вейл кивнул.

— Она приходила к вам?

— Да.

— Я подумал, её карты могут вас заинтересовать.

— Заинтересовали.

— Она очень тщательна.

— Она допускает ошибки.

— Все допускают.

— Она их исправляет.

Вейл слабо улыбнулся.

— Похоже на неё.

Иона разлила чай.

— Давно вы её знаете?

— Недавно. Она приходила в контору с вопросами о праве общественного прохода.

— Зачем?

— Хотела узнать, может ли тропинка исчезнуть по закону.

Иона подняла голову.

— Что вы ответили?

— Что тропинки могут закрывать, переносить или убирать с официальных карт.

— И?

— Она сказала, что имела в виду другое.

Иона протянула ему чашку.

— Интересная женщина.

— Да.

Они сели возле печки.

Несколько минут говорили о дожде, ремонте моста и намерении муниципалитета обследовать подпорную стену.

Потом Вейл поставил чашку.

— Мне нужно кое-что вам рассказать.

Иона ждала.

— Констебль спрашивал меня о последней назначенной встрече инспектора Белла.

— С кем он должен был встретиться?

— Мы не знаем.

— Тогда откуда известно, что встреча была назначена?

Вейл открыл блокнот.

— Он взял в конторе геодезический прибор. Мерное колесо.

— Это не встреча.

— Он расписался за него в половине десятого и сказал, что рассчитывает вернуться к одиннадцати.

— Вернулся?

— Нет.

— Когда это было?

— За четыре дня до того, как о его исчезновении сообщили.

Иона нахмурилась.

— Почему такая задержка?

— На той неделе он собирался работать вне конторы. Никто не заметил, что он не вернул прибор, до следующего понедельника.

— А где колесо?

— Пропало.

— Вместе с ним?

— Да.

Иона подумала о двух колышках.

Пропавший прибор.

Пропавший инспектор.

Меняющееся расстояние.

Слишком соблазнительно было сложить всё в одну историю.

— Артур, это ещё не говорит нам, что произошло.

— Знаю.

— Он мог где-нибудь оставить колесо.

— Знаю.

— Мог отправиться домой.

— Да.

— Тогда не решайте, где он находится, только потому, что всё красиво складывается.

Вейл посмотрел в чашку.

— Вы правы.

Ионе почти захотелось, чтобы он поспорил.

Выглядел он ужасно усталым.

— Вы сегодня ели? — спросила она.

— С завтрака ничего.

— Глупо.

— Я был занят.

— Я тоже. Но хлеб от этого не перестаёт существовать.

Она принесла оставшуюся буханку и отрезала два толстых ломтя.

Вейл ел без возражений.

✦

После его ухода Иона проверила двери мастерской.

Затем поднялась наверх.

На кухонном столе лежало письмо Клары.

Утром Иона достала его из ящика, собираясь наконец ответить как следует.

Конверт был помят.

Почерк — знакомый.

Она открыла письмо.

Клара писала о крыше, каменщике и стоимости ремонта.

Но последний абзац не имел никакого отношения к деньгам.

Мне хотелось бы, чтобы ты приходила до того, как появится очередная проблема, которую нужно решать. Я не хочу видеть тебя только тогда, когда что-нибудь сломалось.

Иона прочитала эти строки дважды.

Затем села.

Внизу мастерская поскрипывала на ветру.

Она подумала о жалованье Неда.

О лодке мистера Пайка.

О колышке, запечатанном в конверте констебля.

О Рут, которая ходила по городу с картой.

И о Кларе, ожидающей в воскресенье сестру, а не плотника.

Иона взяла чистый лист бумаги.

Написала:

Клара, я приду в воскресенье после обеда. Не принесу инструменты, если ты сама не попросишь.

Она помедлила.

Потом добавила:

И останусь выпить чаю.

Посмотрела на написанное.

Этого достаточно.

Она запечатала письмо и положила возле двери.

✦

На следующее утро Иона обнаружила Неда возле мастерской.

Он был бледен.

Она остановилась.

— Что случилось?

— Со мной ничего.

— Тогда что?

Он указал вниз по набережной.

Возле нижней пристани стояли двое муниципальных рабочих.

Один держал моток верёвки. Другой прикреплял объявление к каменной стене.

Собралась небольшая толпа.

Иона слышала возмущённые голоса.

— Что они делают? — спросила она.

— Закрывают дорожку.

— Опять?

— На этот раз по-настоящему.

Она посмотрела в сторону пристани.

За рабочими виднелась третья причальная свая.

И железное кольцо, которое она отремонтировала.

Всё выглядело совершенно обычным.

Потом один рабочий что-то крикнул напарнику.

Второй обернулся.

Сделал несколько шагов к мастерской.

Остановился.

Оглянулся.

И сделал ещё несколько шагов.

Иона наблюдала.

Его товарищ снова закричал.

Рабочий ответил, но слов она не разобрала.

Потом он пошёл быстрее.

Он двигался к мастерской.

Сапоги стучали по камням.

Руки раскачивались в такт шагам.

И несколько страшных секунд казалось, что он совершенно не приближается.

— Иона, — прошептал Нед.

Она уже двинулась с места.

— Оставайся здесь.

Иона поспешила вниз по набережной.

Рабочий перестал идти.

Он стоял посреди дорожки, тяжело дышал и смотрел на мастерскую так, словно никогда раньше её не видел.

Иона остановилась в нескольких шагах от него.

— Вы меня слышите?

Он посмотрел на неё.

— Да.

— Не двигайтесь.

Его лицо исказилось от страха.

— Что происходит?

— Не знаю.

Позади него другой рабочий выкрикнул его имя.

Мужчина обернулся на голос.

Иона увидела, как он замешкался.

Одна нога оторвалась от мостовой.

Она резко сказала:

— Поставьте ногу на землю.

Он подчинился.

— Хорошо.

— Я не могу вернуться.

— Пока не пытайтесь.

Толпа затихла.

Иона слышала шум реки.

Над набережной пролетела чайка.

Где-то позади Нед крикнул:

— Что мне делать?

Иона не сводила глаз с перепуганного мужчины.

— Принеси из мастерской стул.

— Стул?

— Да.

— Зачем?

— Возможно, ему понадобится присесть, когда всё закончится.

Нед замялся.

Потом побежал.

Нелепость собственного распоряжения помогла Ионе собраться.

Она снова посмотрела на рабочего.

— Как вас зовут?

— Питер.

— Хорошо, Питер. Я Иона.

— Я знаю, кто вы.

— Прекрасно. Значит, знаете, что я не люблю повторяться.

Его дыхание немного замедлилось.

— Что происходит с дорогой?

— Не имею ни малейшего понятия.

Он посмотрел на неё с ужасом.

Она продолжила:

— Но пока вам удаётся стоять на месте. Вот и стойте, пока мы не решим, что делать дальше.

Питер сглотнул.

За его спиной второй рабочий двинулся к дорожке.

Иона повысила голос:

— Стойте на месте!

Он остановился.

— Это мой брат!

— Значит, у вас есть прекрасная причина не делать хуже.

Мужчина уставился на неё.

Потом опустил руки.

Какое-то время ничего не происходило.

Река продолжала течь.

Ветер шевелил объявление на стене.

Питер дрожал посреди каменной дорожки.

Иона видела каждую трещину между плитами.

Никакого провала.

Никакого изгиба.

Никакой видимой границы.

Только короткий участок дороги, который словно никуда не вёл.

Питер невольно шагнул назад.

Споткнулся.

Его брат рванулся вперёд, но остановился, когда Иона крикнула.

Питер удержался на ногах.

Теперь он стоял на несколько футов ближе к нижней пристани.

Он уставился на землю.

Иона тоже.

Ни один из них не видел, чтобы двигалось что-нибудь, кроме самого Питера.

— Можете оставаться на месте? — крикнула она.

Он кивнул.

— Хорошо.

Она посмотрела на дорогу между ними.

Потом на дорогу позади него.

Вчера она принесла сюда мерный шнур.

Он до сих пор висел в мастерской.

На мгновение ей захотелось взять его.

Потом она увидела лицо Питера и решила, что измерения подождут.

— Питер, — сказала она, — мы выведем вас с этой дорожки. Но никто не сделает ни шагу, пока мы не поймём, как это сделать.

Он снова кивнул.

На этот раз он плакал.

Иона понятия не имела, сможет ли он добраться до неё.

И сможет ли она добраться до него.

Она знала только, что кому-то необходимо сохранять спокойствие.

И что самое первое, чего она не должна делать, — притворяться, будто знает больше, чем на самом деле.

Глава пятая. Обратный путь

Питер всё ещё плакал, когда Нед вернулся со стулом.

Это был не тот сломанный стул из мастерской. Его наконец отправили в печку. Этот стул был получше: все четыре ножки целы, а сиденье отполировано за годы ожидания заказчиками, которым предстояло узнать стоимость ремонта.

Нед нёс его над головой, проталкиваясь сквозь небольшую толпу, собравшуюся возле пристани.

— Куда поставить?

— На землю, — сказала Иона.

— Куда именно?

— Куда угодно, только не на дорожку.

Он поставил стул возле стены мастерской.

Питер уставился на него.

— Мне на него сесть?

— Со временем.

— Я не могу до него добраться.

— Я заметила.

Его брат нетерпеливо шевельнулся.

— Мисс Рид, нельзя же просто оставить его там!

— Как вы сказали, вас зовут?

— Бенджамин.

— Бенджамин, если вы подойдёте ближе, на месте Питера могут оказаться уже двое. А я пока не знаю, как помочь даже одному.

Бенджамин посмотрел на брата.

Он был на несколько лет старше, широкоплечий, с лицом, покрасневшим от страха и злости. Он то сжимал, то разжимал кулаки.

Питер был ниже и худее. Рабочая куртка муниципального служащего висела на нём мешком, на рукаве белело пятно краски. Он красил предупредительную табличку, когда дорога перестала вести себя как дорога.

Иона видела кисть, лежавшую на мостовой позади него. Она докатилась почти до третьей причальной сваи.

— Питер, — позвала Иона, — посмотрите на меня.

Он поднял голову.

— Можете сказать, куда вы шли?

— Назад, на сторону мастерской.

— Зачем?

— Бен попросил принести другую верёвку.

— А где вы стояли до этого?

— Возле сваи.

— Которой?

— Третьей.

Иона взглянула на железное кольцо, которое недавно починила.

— И вы пошли к нам?

— Да.

— Прямо по дорожке?

— Да.

— Никуда не сворачивали?

— Нет.

— Не падали?

— Нет!

— Хорошо. Я спрашиваю, потому что не смотрела на вас, когда вы начали идти.

Питер вытер лицо рукавом.

— Я всё шёл и шёл. Видел Бена. Видел стену. Но никак не мог до него добраться.

— Потом вы остановились.

— Я попробовал бежать.

— Видела.

— Я подумал…

Он замолчал.

Иона подождала.

— Подумал, если побегу быстрее, то выберусь.

Она посмотрела на мостовую между ними.

Никакой видимой преграды. Ни одной трещины шире остальных. Ни перепада высоты. Только верёвка, которую Бенджамин протянул у входа, чтобы предупредить людей об опасности нижних ступеней.

Теперь она свободно провисала позади Питера.

Камни под его ногами ничем не отличались от остальных.

— Питер, в прошлый раз вы шагнули назад.

Он кивнул.

— И оказались ближе к пристани.

— Кажется, да.

— Вы готовы попробовать ещё раз?

Бенджамин ответил немедленно:

— Нет.

Иона повернулась к нему.

— Я спрашиваю Питера.

— Он напуган.

— Знаю.

— Вы ведь не понимаете, что происходит.

— Верно.

— Тогда как можете просить его двигаться?

У Ионы не нашлось удовлетворительного ответа.

Она посмотрела на Питера.

— Вы слышали брата. Он прав.

Питер нервно рассмеялся.

— Он и сам обычно так считает.

— Вы имеете полное право стоять там, пока мы не найдём другой способ. Я не стану уверять вас, что двигаться безопасно.

Он посмотрел в сторону пристани.

— Какой другой способ?

— Пока не нашла.

Лицо Питера исказилось. Иона подумала, что он сейчас упадёт.

Она обернулась к Неду.

— Принеси воды.

Тот поспешил прочь.

Иона снова повернулась к Питеру.

— Послушайте. Мы знаем, что один раз вы отступили назад и оказались ближе к свае. Не знаем, получится ли это снова. Больше мне сказать нечего.

Он смотрел на неё.

— А вы бы попробовали?

— На вашем месте?

— Да.

Иона взглянула на дорогу.

Разумный вопрос.

Жестоко разумный.

— Не знаю, — призналась она. — Может быть. Но отсюда легко рассуждать.

Питер опустил голову.

Потом медленно повернулся к причальной свае.

Бенджамин шагнул вперёд. Иона схватила его за рукав.

— Стойте.

— Он упадёт!

— Тогда нам нужно быть готовыми.

Питер отвёл одну ногу назад.

Ничего необычного не произошло.

Подошва заскребла по камню. Он перенёс вес на эту ногу.

Потом отступил другой.

На этот раз расстояние между ним и пристанью словно заметно сократилось.

Иона не смогла бы сказать, сократилось ли оно больше, чем положено при обычном шаге. Точного измерения у неё не было.

Была только неприятная уверенность: происходящее у неё на глазах подчинялось каким-то неправильным правилам.

Питер снова остановился.

— Видели?

— Да.

— Я приближаюсь?

— К пристани — да.

— Тогда пойду дальше.

— Медленно.

Он сделал ещё шаг.

Потом ещё один.

Движения стали увереннее.

Позади него причальная свая выглядела точно так же, как мгновение назад.

Иона следила за его ногами.

Один каблук коснулся знакомой ей трещины — длинной трещины поперёк мостовой возле нижней стены.

Потом он переступил её второй ногой.

Сделал ещё два шага.

Ничего не произошло.

Теперь Питер стоял возле сваи.

Бенджамин издал какой-то сдавленный звук и бросился к нему.

— Бен! — крикнула Иона.

Но он уже добежал до брата.

Схватил Питера за плечи.

Ни один из них не исчез. Никого никуда не потянуло.

Они стояли на самой обыкновенной мостовой и смотрели друг на друга.

Потом Бенджамин обнял брата.

Питер снова заплакал.

Иона осталась на месте.

Ей хотелось испытать облегчение.

И она действительно его испытывала.

Но одновременно смотрела на участок мостовой, который Бенджамин только что пересёк без малейшего затруднения.

Дорога пропустила его.

А несколькими мгновениями раньше не отпускала Питера.

Или казалось, что не отпускала.

Иона взглянула на треснувший камень.

Ничего в нём не изменилось.

✦

Нед принёс воду слишком поздно.

Он стоял возле Ионы со стаканом в руке.

— Мы его вытащили?

— Да.

— Хорошо.

Он посмотрел на братьев.

— Стул ещё нужен?

— Вероятно.

Нед отнёс его к пристани.

Иона едва не окликнула его, но увидела, что он идёт по широкой набережной, обходя узкий подход, где застрял Питер.

Разумно.

Иногда Нед бывал разумным и без посторонней помощи.

Питер сел.

Бенджамин остался рядом, положив руку ему на плечо.

Люди в толпе начали задавать вопросы.

Что случилось? Питер упал в обморок? В мостовой есть провал? Дорога сползает к реке?

Иона не ответила никому.

Она присела возле Питера.

— Что-нибудь болит?

Он покачал головой.

— Голова кружится?

— Немного.

— Головой не ударялись?

— Нет.

— Встать сможете?

— Думаю, да.

— Пока не надо.

Она протянула ему стакан.

Он выпил воду.

Бенджамин посмотрел на Иону.

— Спасибо.

Она кивнула.

Сделала она не так уж много.

Питер выбрался сам.

А она попросила его двигаться, не зная, поможет следующий шаг или причинит вред.

Об этом она забывать не собиралась.

Позади них один из муниципальных рабочих попытался передвинуть предупредительный щит.

— Оставьте, — сказала Иона.

Мужчина остановился.

— Но проход снова открыт.

— Разве?

Он посмотрел на неё.

Она ответила таким же взглядом.

Рабочий опустил щит.

— Ладно.

По толпе прошёл ропот.

Иона поднялась.

— Никому не пользоваться этой узкой дорожкой, пока её не проверят.

Мужчина из задних рядов крикнул:

— Проверят на что?

— Пока не знаю.

— А как вы её проверите, если никому нельзя по ней ходить?

— Осторожно.

Ответ его не удовлетворил.

Иону — тоже.

Она оглядела людей на набережной.

— К пристани можно спуститься другой дорогой, от рыбного рынка. Если вам нужно к воде, пользуйтесь ею.

— Большой крюк! — пожаловался кто-то.

— Значит, у вас будет достаточно времени подумать, зачем вы его делаете.

Несколько человек засмеялись.

Большинство — нет.

Питер поднял голову.

— Мисс Рид?

— Да?

— Я ведь не из-за собственной глупости там застрял?

Она внимательно посмотрела на него.

— Нет.

— Вы мне верите?

— Я достаточно видела, чтобы понять: что-то пошло не так.

— Но не знаете что.

— Нет.

Он уставился на землю.

— Я подумал, что схожу с ума.

Иона немного отодвинула стул от края дорожки.

— Вы здесь. Вы разговариваете со мной. Ваш брат проводит вас домой. Вот что мне известно.

Питер кивнул.

Она ненадолго положила руку ему на плечо.

— Будем разбираться по порядку.

✦

Констебль Мерсер прибыл двадцать минут спустя.

К тому времени толпа увеличилась вдвое.

Миссис Фенвик каким-то образом оказалась в первых рядах, хотя Иона совершенно не помнила, чтобы видела её приход.

Мерсер оглядел происходящее и вздохнул.

— Кто пострадал?

— Серьёзно — никто, — ответила Иона.

— Серьёзно?

— Питер напуган, и у него немного кружится голова.

Мерсер посмотрел на стул.

— Что он натворил?

— Прошёл по дороге.

— Очень смешно.

— Я не шутила.

Она рассказала, что видела.

Нед подтвердил её слова.

Бенджамин дважды вмешался, настаивая, что Питер оказался в ловушке.

Сам Питер говорил тихо и сбивчиво. Он пытался объяснить, как шёл к мастерской, но никак не мог до неё добраться.

Мерсер выслушал всех.

Потом осмотрел мостовую.

Прошёл по широкой набережной, обогнул пристань и посмотрел на узкую дорожку с противоположной стороны.

Но на саму дорожку не ступил.

Иона одобрила его осторожность.

— Что именно вы видели? — спросил он.

— Питер шёл к мастерской.

— И?

— Казалось, он не приближается.

— Казалось?

— Я не могу сказать, сколько футов он прошёл. Я не измеряла.

Мерсер выглядел разочарованным.

— Тогда, возможно, вы ошиблись в оценке расстояния.

— Возможно.

Бенджамин резко повернулся.

— Она не ошиблась!

Иона подняла руку.

— Бен. Пусть спрашивает.

Мерсер посмотрел на неё.

— Вы со мной соглашаетесь?

— Я говорю то, что знаю.

Он снова осмотрел дорожку.

— Возможно, камни расшатались.

— Тогда почему он мог на них стоять?

— Может, грунт просел.

— Возможно.

— Или он потерял ориентацию.

— Возможно.

Мерсер скрестил руки.

— С вами трудно спорить.

— Потому что я не спорю.

Он долго смотрел на неё.

Потом повернулся к муниципальным рабочим.

— Перекройте оба подхода. Как следует. Объявления должны стоять и на набережной, и возле рыбного рынка. И чтобы дети сюда не спускались выяснять, что произошло.

Один из мужчин кивнул.

— Что написать на объявлениях, констебль?

Мерсер замялся.

Иона наблюдала за ним.

Вот опять.

Как предупредить людей об опасности, когда никто толком не знает, в чём она заключается?

— «Доступ временно ограничен», — сказал Мерсер. — «Проводится расследование небезопасных условий».

— Каких именно небезопасных условий? — потребовал Бенджамин.

— Это мы и расследуем.

Бенджамин открыл рот.

Но Питер поймал его за рукав.

— Оставь.

Мерсер посмотрел на Питера.

— Домой добраться сможете?

— Да.

— Сегодня на работу не возвращайтесь.

— Но я должен…

— Идите домой.

Питер кивнул.

Констебль повернулся к Ионе.

— Хотел бы поговорить с вами позже.

— Приходите в мастерскую.

— Наедине.

Она взглянула на Неда.

— У него работа.

— Я имею в виду без всей этой толпы.

— Я поняла.

Мерсер понизил голос.

— И пока больше ничего не измеряйте.

Иона посмотрела на него.

— Почему?

— Не хочу, чтобы кто-нибудь ещё бродил здесь.

— Это не то же самое, что измерять.

— В вашем исполнении может оказаться тем же самым.

Он ушёл.

К Ионе подошёл Нед.

— Он прав?

— В чём?

— Что измерять не надо.

Иона посмотрела на Питера.

Тот медленно поднимался по широкой набережной вместе с Бенджамином.

Братья держались рядом.

Она следила за ними, пока они не добрались до улицы.

— Он прав в том, что нам нельзя выходить на эту дорожку, — сказала Иона.

Нед ждал.

— А вот прав ли он насчёт измерений — другой вопрос.

✦

К полудню история уже изменилась.

Иона обнаружила это, когда мистер Пайк пришёл за запасной уключиной.

Он слышал, будто муниципальный рабочий исчез с нижней набережной, а через несколько минут появился снова.

— Никто не исчезал, — сказала Иона.

— Так говорят.

— Значит, говорят неправду.

— Миссис Фенвик утверждает, что он пропал совсем.

— Миссис Фенвик была там.

— И что?

— Она знает, что он не исчезал.

Мистер Пайк задумался.

— Может, она имела в виду, что он как будто исчез.

— Тогда пусть так и говорит.

Он заплатил за уключину.

У двери остановился.

— Говорят, всё это как-то связано с рекой.

— Люди винят реку во всех бедах с тех пор, как первый человек уронил в неё молоток.

— А вы разве однажды не уронили туда молоток?

— Уронила.

— Реку обвинили?

— Себя.

Мистер Пайк улыбнулся.

— Должно быть, памятный был случай.

— Несите уключину домой.

Он ушёл.

Нед дождался, пока дверь закроется.

— А он прав.

— Насчёт реки?

— Насчёт того, что ты обвинила себя.

Иона вернулась к верстаку.

— Работай.

Нед ухмыльнулся и взял рубанок.

Но некоторое время спустя сказал:

— Питер ужасно выглядел.

— Да.

— Думаешь, он вернулся бы, если бы не повернул назад?

Иона остановилась.

— Не знаю.

— А если бы продолжал идти к нам?

— И этого не знаю.

Нед провёл рубанком по дереву.

Длинная светлая стружка свернулась завитком.

— От этого ещё хуже.

— От чего?

— Когда не знаешь, в какую сторону надо идти, чтобы выбраться.

Иона осмотрела доску.

— Да, — сказала она. — Хуже.

✦

Рут пришла вскоре после двух.

Большой карты при ней не было.

Вместо неё она принесла узкий блокнот, карандаш и буханку хлеба в бумажной обёртке.

Нед сразу заметил хлеб.

— Это нам?

— Мисс Рид.

Иона подняла голову.

— Почему?

— Хочу попросить вас об одолжении.

— Дорогостоящем?

— Возможно.

— Тогда следовало принести две буханки.

Рут положила хлеб на верстак.

— Это из пекарни Нелл.

— Я знаю, откуда берётся хлеб.

— Она сказала, вы, наверное, не обедали.

Иона резко посмотрела на неё.

— В этом городе все обсуждают, когда я ем?

— Только те, кто видел, как вы работаете вместо обеда.

Нед рассмеялся.

Иона бросила на него взгляд.

Он вернулся к доске.

Рут не улыбнулась.

— Я слышала о муниципальном рабочем.

— Почти все слышали.

— Хотела узнать, что произошло.

— Зачем?

— Потому что рассказ, который я услышала, не имеет смысла.

— Какой именно?

— Человек исчез, стоя на дороге, потом появился в другом месте и не смог вспомнить, как там оказался.

— Ничего подобного не было.

— Хорошо.

Иона скрестила руки.

— Вы как будто довольны.

— Довольна, что нашла человека, который может исправить этот рассказ.

Иона обдумала ответ.

— Пройдёмте в заднюю комнату.

Нед поднял голову.

— А мне можно?

— У тебя работа.

— Другим это никогда не мешало.

— Значит, начнём с тебя.

Рут последовала за Ионой мимо полок с запасными креплениями.

В задней комнате стояли небольшой стол, шкаф и окно, выходившее во двор мастерской.

Иона убрала со стола две бухты проволоки.

— Садитесь.

Рут села.

Иона осталась стоять.

— Питер шёл от пристани к мастерской. Он сказал, что не мог продвинуться вперёд. С того места, где я стояла, казалось, что он движется, но не приближается.

Рут открыла блокнот.

— Как долго?

— Точно не знаю.

— Он повернулся?

— В конце концов.

— И что произошло?

— Он начал отступать в сторону пристани.

— Вы видели, как он добрался до неё?

— Да.

— Была ли видимая преграда?

— Нет.

— Кто-нибудь ещё пересекал это место?

— Его брат подошёл со стороны пристани, когда Питер уже добрался до сваи.

— Он пересёк весь опасный участок?

— Не могу этого установить. Я не измеряла расстояния между ними.

Рут что-то записала.

Иона наблюдала за ней.

— Что вы написали?

— «Брат подошёл со стороны пристани. Неизвестно, какую часть участка он пересёк».

— Хорошо.

Рут подняла глаза.

— Хорошо?

— Большинство написали бы, что он благополучно прошёл.

— Возможно, так и было.

— Да. Но мы этого не знаем.

Рут вернулась к записям.

— Кто-нибудь пытался войти с той стороны, где мастерская?

— Нет.

— Почему?

— Потому что один человек уже не мог оттуда выйти.

Рут перестала писать.

На мгновение она даже смутилась.

— Конечно.

Иона села напротив неё.

— Рут, можно вас кое о чём спросить?

— Да.

— Будь вы там, попытались бы всё измерить?

Рут задумалась.

— Наверное.

— Пока Питер стоял посреди дороги?

Карандаш замер в её руке.

— Не знаю.

— Я тоже не знала.

Рут посмотрела на неё.

Иона продолжила:

— На мгновение мне захотелось принести мерный шнур. Я знала, где он лежит. Знала, как им пользоваться. И подумала, что, если получу число, то пойму, что делать.

— Разве измерение не помогло бы?

— Возможно. Но кому-то пришлось бы его проводить.

Из мастерской донёсся звук упавшего инструмента.

Потом второго.

Иона взглянула на потолок.

Рут едва заметно улыбнулась.

— С ним всё в порядке?

— Обычно.

Иона поднялась.

— Запишите свой рассказ. Я проверю его, прежде чем вы им воспользуетесь.

Рут закрыла блокнот.

— Воспользуюсь для чего?

— Для чего бы вы ни собирали эти свидетельства.

— Я ещё не решила.

— Тогда решите сами, пока за вас не решил кто-нибудь другой.

Рут посмотрела на страницу.

— Я ничего не опубликую, пока не сверю с вами.

— Я не это имела в виду.

— А что?

Иона подумала о толпе возле пристани.

О людях, требовавших объяснить, безопасна ли дорожка.

О Мерсере, приказавшем перекрыть её, хотя он не знал, что произошло.

— Люди могут принять аккуратно составленное описание за разрешение сделать какую-нибудь глупость.

Рут ответила не сразу.

Потом сказала:

— Такое возможно.

— Да.

— Но если мы не опишем случившееся, откуда люди узнают, где опасность?

Иона посмотрела на неё.

Разумный вопрос.

До раздражения разумный.

— Пока не придумала, — сказала она.

Рут кивнула.

— Я тоже.

✦

Уходя, Рут забрала блокнот и оставила половину буханки.

Иона отнесла хлеб в мастерскую.

Нед поднял голову.

— Разгадала?

— Нет.

— Чего она хотела?

— Узнать, что произошло.

— Разве не все хотят?

— Большинство хочет знать, что это означает.

Нед отложил рубанок.

— А какая разница?

Иона задумалась.

— На один вопрос можно ответить неправильно. А на другой — ещё до того, как кто-нибудь задал первый.

Нед посмотрел на неё.

— Умно прозвучало.

— Не пыталась.

— Жаль. Надо было записать.

Она бросила в него небольшой кусочек хлеба.

Нед поймал.

✦

Констебль Мерсер пришёл в четыре.

Перед входом он снял шляпу.

Иона сочла это дурным знаком.

В её мастерской люди редко снимали шляпы, если не собирались задержаться.

Неда отправили на склад древесины с заказом, который понадобится только на следующей неделе.

Он понял, что его хотят оставить за дверью, и ушёл без возражений.

Мерсер проводил его взглядом.

— Хороший парень.

— Почти всегда.

— Питер добрался домой?

— Брат отвёл.

— Я говорил с обоими.

— И?

— Они напуганы.

— Да.

— Мать Питера хочет, чтобы его осмотрел врач.

— Разумно.

Мерсер сел на скамью.

Он выглядел старше, чем утром.

— Я закрыл доступ к пристани.

— Видела.

— Муниципалитет недоволен.

— Переживут.

— Говорят, нет доказательств, что мостовая опасна.

— Вот как?

— В том-то и проблема.

Иона сложила тряпку.

— Есть доказательства, что с Питером что-то произошло.

— Есть доказательства, что он был напуган и растерян.

— И что несколько человек видели, как он шёл, но не приближался так, как ожидалось.

Мерсер потёр лоб.

— Такое я не могу включить в отчёт о безопасности.

— Почему?

— Потому что не могу объяснить причину.

Иона посмотрела на него.

— С каких пор, чтобы предупредить об опасности, необходимо сначала полностью её объяснить?

Он промолчал.

Она положила тряпку на скамью.

— Если лодка течёт, а я не знаю, откуда поступает вода, я не говорю хозяину, что на ней безопасно выходить в реку.

— Лодки и дороги — разные вещи.

— Да. По дорогам ходит больше людей.

Мерсер отвёл взгляд.

Иона видела, что он устал.

Она налила чаю в кружку со сколотым краем и протянула ему.

Он взял её.

Через некоторое время сказал:

— Муниципалитет хочет завтра открыть пристань.

— Зачем?

— Двум рыбацким лодкам нужен подход. Ожидается доставка. Харроу говорит, объездной путь не годится для тяжёлых телег.

— Значит, Харроу придётся найти другой.

— Возможно, другого нет.

— Тогда доставка подождёт.

Мерсер посмотрел на неё.

— Вам легко говорить. Вы не отвечаете за убытки от задержки.

Его слова задели Иону сильнее, чем он рассчитывал.

Она подумала о жалованье Неда.

О клиентах, ожидающих лодки.

О деньгах, необходимых Кларе на крышу.

— Я прекрасно знаю цену задержкам, — сказала она.

Мерсер опустил кружку.

— Простите.

— Не за что. Но не делайте вид, будто проблема становится проще только потому, что кто-то ведёт счета.

Он кивнул.

Некоторое время оба молчали.

Потом Мерсер сказал:

— Белл оставил кое-что в участке.

Иона подняла голову.

— Что?

— Письмо.

— Кому?

— Жене.

Она ждала.

Мерсер потёр большим пальцем край кружки.

— Он попросил передать его, если не вернётся с обследования.

Ионе показалось, что в комнате стало холоднее.

— Передали?

— Пока нет.

— Почему?

— Потому что ещё не установлено, что он не вернётся.

Она уставилась на него.

— Мерсер.

— Знаю.

— Жена знает о письме?

— Нет.

— Тогда должна узнать.

— Я не могу просто взять и отдать служебные материалы.

— Оно адресовано ей?

— Да.

— Значит, оно её.

Он посмотрел в чай.

— Всё сложнее.

— Большинство вещей становятся сложнее, когда за них берётся муниципалитет.

Мерсер едва не улыбнулся.

Но улыбка быстро исчезла.

— Есть кое-что ещё, — сказал он.

Иона ждала.

— Когда Белл оставил письмо, конверт был запечатан. Мы его не вскрывали.

— Хорошо.

— Вчера служащий обнаружил, что конверт открыт.

Иона вспомнила свой чертёж.

Исчезнувшие вопросительные знаки.

— Кто его вскрыл?

— Никто не признаётся.

— Кто-нибудь читал письмо?

— Служащий утверждает, что нет.

— Вы ему верите?

— Да.

— Тогда что?

Мерсер встретил её взгляд.

— Конверт был пуст.

Несколько секунд Иона слышала только потрескивание печки.

— Вы уверены, что внутри было письмо?

— Белл сам его вложил. Служащий видел, как он запечатал конверт.

— Белл мог забрать его обратно?

— Не так, чтобы никто не заметил. Письмо хранилось в запертом шкафу.

— У кого ключ?

— У троих.

— Тогда спросите их.

— Уже спросил.

— И?

— Никто не прикасался.

Иона села.

Ей не нравилось направление собственных мыслей.

Чертёж, с которого исчезли карандашные знаки.

Письмо, пропавшее из запечатанного конверта.

Два пронумерованных колышка там, где должен был быть один.

Связать всё это было бы очень легко.

Но лёгкость ещё не доказывала, что связь существует.

— Конверт вы сохранили? — спросила она.

— Да.

— Хорошо.

Мерсер посмотрел на неё.

— И это всё, что вы скажете?

— А что бы вы предпочли?

— Что-нибудь полезное.

— Тогда не выбрасывайте его.

Он устало рассмеялся.

— Невыносимая вы женщина.

— Мне уже говорили.

✦

Мерсер ушёл до шести.

Вскоре после этого Иона закрыла мастерскую.

Нед вернулся с древесиной и теперь подсчитывал счета за неделю.

Она выдала ему жалованье.

Он пересчитал монеты.

— Не хватает.

Иона резко подняла голову.

— Правда?

— Шиллинга.

Она пересчитала.

Нед был прав.

— Прости.

Она дала ему недостающую монету.

Нед внимательно посмотрел на неё.

— Ты заболела?

— Нет.

— Ты никогда не ошибаешься с жалованьем.

— Всё когда-нибудь случается впервые.

— Вот это меня и тревожит.

Она едва не рассказала ему о письме Белла.

Но передумала.

Мерсер говорил с ней наедине.

Она не имела права превращать доверенную ей информацию в очередную историю, которую будут обсуждать на набережной.

— Иди домой, Нед.

Он убрал деньги.

— Завтра придёшь?

— Да.

— Даже если дорога всё ещё закрыта?

— Лодки пока не научились чинить себя самостоятельно.

Он улыбнулся.

Но задержался.

— Иона?

— Что?

— Питер кое-что сказал перед уходом.

Она ждала.

— Сказал, что слышал, как брат зовёт его сзади.

— Бенджамин какое-то время и стоял позади.

— Нет. Он сказал, что слышал голос за спиной, когда Бен стоял перед ним.

Иона вспомнила, как Нед рассказывал о голосе Вейла, который звучал не с той стороны.

— А ты что сказал Питеру?

— Что он испугался.

— Он был напуган?

— Да.

— Значит, это правда.

Нед опустил глаза.

— Но звук это не объясняет.

— Нет.

Он кивнул.

— Спокойной ночи.

— Спокойной.

Иона смотрела ему вслед.

✦

В половине восьмого без предупреждения появилась Клара.

Иона открыла дверь и увидела сестру с завёрнутым свёртком под мышкой.

— Принесла ужин, — объявила Клара.

— Зачем?

— Потому что, если буду ждать, пока ты придёшь ко мне, кто-нибудь из нас умрёт с голоду.

— Я сказала, что приду в воскресенье.

— И я тебе поверила. Почти.

Клара прошла мимо неё на кухню.

Развернула свёрток.

Внутри был пирог.

Иона посмотрела на него.

— С курицей?

— С овощами.

— Трагедия.

— Ешь.

Они сели за кухонный стол.

Некоторое время говорили о крыше Клары, каменщике и соседке, у которой новые окна установили криво.

Иона неожиданно почувствовала благодарность за этот разговор.

Крыша протекала потому, что черепица состарилась.

Окна стояли криво потому, что кто-то неправильно измерил.

С такими проблемами она умела справляться.

Потом Клара положила вилку.

— Сегодня у пристани что-то случилось?

Иона вздохнула.

— Новости быстро расходятся.

— Ко мне приходила миссис Фенвик.

— Конечно.

— Она сказала, какой-то мужчина чуть не исчез.

— Он не исчезал.

— Знаю. Я говорила с его матерью.

Иона посмотрела на неё.

— Как он?

— Потрясён. Врач ничего плохого не обнаружил.

— Хорошо.

— Его мать недовольна муниципалитетом.

— Я тоже.

Клара внимательно смотрела на сестру.

— Ты там была?

— Да.

— Что произошло?

Иона рассказала.

Не всё.

Она умолчала об изменявшихся ранее расстояниях.

О колышках.

Об измерениях.

О пустом конверте Белла.

Но рассказала Кларе о Питере и дороге.

И о том, как стояла там, не зная, стоит ли просить его двигаться.

Когда она закончила, Клара сказала:

— Должно быть, ты испугалась.

— Некогда было.

— Это не ответ.

— Другого у меня нет.

Клара протянула руку через стол.

Не взяла Иону за руку.

Просто положила свою рядом.

— Ты не обязана каждую минуту своей жизни приносить пользу.

Иона посмотрела на неё.

— А чем предлагаешь заниматься вместо этого?

— Иногда? Ничем.

— Ужасная мысль.

Клара улыбнулась.

— Я серьёзно.

— Я тоже.

— Возможно, в этом и проблема.

Иона отвела взгляд.

Из кухонного окна был виден мост.

На дальнем берегу двигались несколько огоньков.

Река темнела под ними.

Через некоторое время Иона сказала:

— Я думала, что смогу ему помочь, если пойму, что происходит.

— Питеру?

— Да.

— Но ты помогла ему, ничего не понимая.

— Возможно. Он сам выбрался.

— Ты оставалась рядом.

— Любой бы остался.

Клара посмотрела на неё так, что обе поняли: это далеко не обязательно.

Иона взяла ещё кусок пирога.

— Ты всё ещё придёшь в воскресенье? — спросила Клара.

— Да.

— Без инструментов?

— Без инструментов.

— И останешься пить чай?

Иона посмотрела на сестру.

Потом улыбнулась.

— Даже если ничего не сломается.

Клара рассмеялась.

✦

После ухода Клары Иона вымыла посуду и проверила замки мастерской.

Потом поднялась наверх и достала записи.

Теперь она вела их в небольшой школьной тетради, а не на отдельных листках.

Первоначальные клочки бумаги лежали под задней обложкой.

Иона открыла чистую страницу.

Наверху написала:

ПИТЕР — НИЖНЯЯ ПРИСТАНЬ

Ниже:

Наблюдала, как шёл к мастерской. С моего места явного сокращения расстояния не было. Остановился. Повернулся. Двигался в сторону пристани.

Добрался до сваи. Подошёл брат. Видимых затруднений не было.

Она остановилась.

Очень хотелось написать больше.

Дорога изменилась.

Дорога заманила его в ловушку.

Дорога отпустила.

Но всё это были уже объяснения.

Она не зачеркнула ни одного наблюдения.

Вместо этого добавила:

Причина неизвестна.

Через мгновение:

Не проводить опыты на людях.

Иона посмотрела на слова.

Казалось бы, очевидная вещь.

И от этого ещё яснее вспомнилось, с какой готовностью она предложила Питеру двигаться.

Она закрыла тетрадь.

✦

В девять кто-то постучал внизу.

Иона уже сняла сапоги.

Она подумала, не проигнорировать ли стук.

Постучали снова.

Пришлось спуститься.

Сквозь окно мастерской она увидела женщину, стоявшую под уличным фонарём.

В руках та держала накрытую корзину.

Иона открыла дверь.

— Миссис Фенвик, если вы из-за Питера…

— Нет.

Миссис Фенвик вошла.

От её обычной энергичной уверенности не осталось и следа.

Прежде чем Иона закрыла дверь, пожилая женщина оглянулась на улицу.

— У вас найдётся минутка?

— Похоже, уже нашлась.

Миссис Фенвик поставила корзину на скамью.

Иона ждала.

Женщина сняла ткань.

Внутри лежала пара мужских перчаток.

Тёмная кожа.

Потёртые кончики пальцев.

У большого пальца одной перчатки — небольшой разрыв.

Иона посмотрела на них.

— Хотите, чтобы я их зашила?

— Нет.

— Тогда чьи они?

Миссис Фенвик сглотнула.

— Инспектора Белла.

Иона замерла.

— Откуда вы знаете?

— Я видела их на нём.

— Когда?

Миссис Фенвик снова оглянулась на дверь.

— В день его исчезновения.

Иона села.

— Миссис Фенвик. Раньше вы говорили Артуру Вейлу, что не помните, кто рассказывал об инспекторе.

— Знаю.

— Вы солгали?

— Да.

Признание было настолько неожиданным, что Иона не сразу нашлась с ответом.

Миссис Фенвик сцепила пальцы.

— Я испугалась.

— Чего?

— Что меня спросят, почему я не рассказала раньше.

Иона посмотрела на перчатки.

— О чём именно?

Миссис Фенвик опустилась на край стула, который Нед принёс обратно с пристани.

— Я видела инспектора Белла на южной дорожке. Он катил мерное колесо. Я спросила, что он делает, а он ответил, что муниципалитет поручил ему проверить старый маршрут.

— Когда это было?

— Во вторник утром. Неделю назад.

— Уверены?

— Да. Я возвращалась с рынка.

— Что произошло дальше?

— Он попросил меня немного подождать.

— Зачем?

— Ему нужно было, чтобы кто-нибудь наблюдал, как он идёт.

Иона наклонилась вперёд.

— Вы наблюдали?

— Да.

— Откуда?

— От угла возле старого склада.

— Всю дорожку было видно?

— Почти всю.

— И что?

У миссис Фенвик дрожали руки.

— Он покатил колесо к пристани.

Иона ждала.

— Ничего необычного. Я смотрела, как он идёт. Один раз остановился, что-то записал. Потом пошёл дальше.

— До пристани дошёл?

Миссис Фенвик покачала головой.

— Пока я смотрела — нет.

— Повернул назад?

— Нет.

— Тогда что случилось?

Пожилая женщина смотрела на перчатки.

— Он меня окликнул.

— Что сказал?

— Велел идти домой.

— Почему?

— Не объяснил.

Иона почувствовала неприятную тяжесть в груди.

— Голос у него был испуганный?

— Не знаю.

— Миссис Фенвик.

— Он говорил сердито.

— Сердился на вас?

— Мне так показалось. Он закричал, чтобы я не шла за ним.

— И вы ушли?

— Да.

— А перчатки?

Миссис Фенвик подняла голову.

— Я нашла их потом.

— Где?

— У себя на пороге.

Иона уставилась на неё.

— Кто-то принёс?

— Не видела кто.

— Записка была?

— Нет.

— Когда они появились?

— Вечером того же дня.

Голос миссис Фенвик стал совсем тихим.

— Я подумала, он оставил их, чтобы показать, что с ним всё хорошо.

— Почему перчатки должны были означать, что с ним всё хорошо?

— Он знал, где я живу.

Иона ничего не сказала.

Такой ответ человек придумывает себе, когда боится другого объяснения.

Миссис Фенвик прикоснулась к порванной перчатке.

— Потом объявили, что он пропал. И я испугалась: если расскажу констеблю, он спросит, почему я не пошла следом.

— Он был бы неправ, если бы спросил.

— Вы думаете?

— Белл велел вам не ходить за ним.

— Да.

— Значит, вы сделали то, о чём он просил.

Глаза миссис Фенвик наполнились слезами.

— Я всё думаю, может, он хотел, чтобы я позвала на помощь.

Иона посмотрела на перчатки.

Вспомнила Питера посреди дороги.

Беспомощность, которую испытываешь, видя человека, не способного до тебя добраться.

— Возможно, — сказала она.

Миссис Фенвик закрыла глаза.

Иона продолжила:

— Но мы этого не знаем. Нельзя решать за него, что он имел в виду, только потому, что вам страшно вспоминать, что случилось потом.

Пожилая женщина открыла глаза.

Это не было утешением.

Иона понимала.

Но это была правда — насколько она могла судить.

— Завтра пойдёте со мной к Мерсеру? — спросила она.

Миссис Фенвик кивнула.

— Да.

— Возьмите перчатки.

— Возьму.

Иона накрыла корзину тканью.

Потом проводила миссис Фенвик к двери.

Улица почти опустела.

Пожилая женщина задержалась на пороге.

— Иона?

— Да?

— Он сказал ещё кое-что.

Иона ждала.

— Перед тем как велел мне идти домой.

— Что?

Миссис Фенвик посмотрела в сторону реки.

— Сказал, что нашёл другую сторону.

Иона почувствовала, как перехватило горло.

— Другую сторону чего?

— Я спросила.

— И?

Миссис Фенвик встретила её взгляд.

— Он сказал: «Не реки».

✦

Много времени прошло после ухода миссис Фенвик, а Иона всё ещё оставалась внизу.

Она сидела за верстаком, раскрыв перед собой тетрадь.

Перчаток уже не было. Пожилая женщина забрала их домой, пообещав утром принести Мерсеру.

Иона не просила оставить их.

Они принадлежали другому человеку.

Почему-то это казалось важным.

Она записала рассказ миссис Фенвик как можно ближе к услышанному.

Затем провела черту под последней фразой.

Не реки.

Долго смотрела на эти слова.

За окном один раз ударил колокол на мосту.

Иона не подняла головы.

Она думала о человеке, катившем мерное колесо по знакомой дороге.

О человеке, который велел свидетельнице идти домой.

О человеке, который что-то нашёл — и не вернулся.

Интересно, боялся ли он?

Понимал ли, к чему приближается?

Верил ли, что сможет вернуться?

Потом Иона вспомнила Питера.

Его лицо, когда он стоял посреди дороги.

Как он спрашивал, поможет ли, если отступить назад.

Она вспомнила свой ответ.

Что не знает.

Это был единственный ответ, который она могла дать честно.

Но после него Питеру пришлось самому принимать решение.

Иона закрыла тетрадь.

Наверху её ждала постель.

Завтра предстояло чинить лодки, оплачивать счета и выдержать неприятный разговор с Мерсером.

И ещё была дорога, которой она больше не доверяла.

Иона погасила лампу.

В темноте слышалось, как река течёт мимо мастерской.

Она шумела точно так же, как всегда.

И впервые в жизни Иону это не успокаивало.

Глава шестая. Цена предупреждения

В субботу утром Иона Рид обнаружила, что муниципалитет перекрыл доступ к её причалу замком.

Замок был хороший. Тяжёлый, с латунной накладкой. Между двумя железными столбами протянули новую цепь. Иона несколько секунд разглядывала замок.

Потом прочитала табличку, висевшую на цепи.

ДОСТУП ОГРАНИЧЕН ДО ПРОВЕДЕНИЯ ПРОВЕРКИ.

Ниже, буквами помельче, кто-то добавил:

ПО РАСПОРЯЖЕНИЮ МУНИЦИПАЛЬНОГО СОВЕТА.

Иона прочитала объявление дважды и вернулась в мастерскую, где Нед раскладывал инструменты на день.

— Что случилось? — спросил он.

— Кто-то украл мой причал.

Нед поднял голову.

— Весь?

— Только полезную часть.

Она сняла пальто. Нед обдумал новость.

— Они имеют право?

— Очевидно.

— Разве причал не твой?

— Мастерская моя. Причал принадлежит городу.

— Тогда почему ты сердишься?

— Потому что город ни разу не предложил его отремонтировать.

Иона подошла к верстаку и открыла бухгалтерскую книгу. До вторника клиенты должны были забрать три лодки. Одну предстояло спустить на воду с нижнего слипа. Другая принадлежала рыбаку, который не мог провезти телегу по более узкой улице.

Третья была лодкой мистера Пайка. Он снова привёз её в ремонт — на этот раз с другой неисправностью и новым объяснением, в котором фигурировало подводное бревно. Иона начинала подозревать, что мистер Пайк считает реку сложным механизмом, специально созданным для уничтожения его имущества.

Она закрыла книгу.

— Найди Харроу.

Нед моргнул.

— Торговца лесом?

— Сколько у нас Харроу?

— Трое.

— Того, который знает муниципальных служащих.

— Таких двое.

— Который должен мне двенадцать шиллингов.

— А.

Нед взял пальто.

— Что ему сказать?

— Что я хотела бы знать, когда откроют причал.

— А если он не знает?

— Спроси, кто знает.

— А если и они не знают?

Иона посмотрела на него.

— Нед.

— Да?

— Когда-нибудь тебе придётся научиться задавать вопросы, не репетируя заранее все возможные ответы.

Он ухмыльнулся.

— Слишком долго у тебя работаю.

— Ещё недостаточно долго.

Нед ушёл.

В мастерской было холодно. Печка едва разгорелась, из дверцы вился тонкий дымок.

Иона посмотрела на мерный шнур, висевший на стене.

Вчера ей хотелось воспользоваться им.

Сегодня она больше всего на свете хотела чинить лодки.

Это желание постепенно начинало казаться неразумным.

✦

Клара появилась в девять — с зонтом и собственным мнением.

— Слышала, причал закрыли.

— И тебе доброе утро.

— Ты потеряешь деньги?

— Скорее всего.

— Сколько?

— Ещё не посчитала.

— Тогда перестань стоять с оскорблённым видом. Посчитай.

Иона посмотрела на сестру.

— Необычайно разумный совет.

— Я каждый день даю разумные советы. Ты просто не слушаешь.

Клара сняла пальто и повесила его на крючок возле двери.

Иона это заметила.

— Ты остаёшься?

— На час.

— Зачем?

— Потому что ты пригласила меня прийти завтра, и я решила убедиться, что ты об этом помнишь.

— Помню.

— Хорошо. Тогда помогу тебе со счетами.

Иона чуть было не возразила.

Клара никогда не работала в мастерской. Она мало знала о лодках и ещё меньше — о сроках ремонта. Зато двадцать лет вела домашние счета и однажды заставила нечестного торговца углём вернуть деньги, которые тот, по его утверждению, вовсе не был должен.

— Ладно, — сказала Иона.

Клара замерла.

— Что?

— Помоги со счетами.

Сестра прищурилась.

— Ты больна?

— Кажется, все так думают.

Они сели за верстак.

Иона раскрыла бухгалтерскую книгу. Клара взяла карандаш и принялась отделять неоплаченные счета от оплаченных работ.

За десять минут она обнаружила два счёта, занесённых не в ту графу.

Иона взглянула на них.

— Это Нед.

— Разумеется.

— Правда, Нед.

— Тогда у Неда почерк удивительно похож на твой.

Иона отодвинула книгу.

— Ты получаешь удовольствие.

— Даже не представляешь какое.

К половине десятого они установили, что трёхдневное закрытие причала задержит два платежа и лишит Иону дохода от проката одной лодки.

Если причал останется закрытым неделю, положение осложнится.

Клара ещё раз сложила цифры.

— Справишься?

— Да.

— Уверена?

— Да.

— Потому что я могу одолжить тебе…

— Нет.

— Иона.

— У меня есть деньги.

— Достаточно?

— На это хватит.

Клара положила карандаш.

— Я не пытаюсь сделать тебя зависимой.

— Знаю.

— Тогда почему ты всегда говоришь так, будто принять помощь означает потерпеть поражение?

Иона посмотрела на бухгалтерскую книгу.

Подходящего ответа у неё не было.

Клара сложила руки.

— Отец был таким же.

— Знаю.

— А ты злилась на него за это.

— И это помню.

Некоторое время обе молчали.

Потом Иона подвинула книгу обратно через верстак.

— Ищи остальные ошибки.

Клара улыбнулась.

— С удовольствием.

✦

Нед вернулся незадолго до одиннадцати.

Он нашёл Харроу, тот поговорил с муниципальным служащим, а служащий отправил их обоих в городскую контору.

Там подтвердили, что причал останется закрытым до особого распоряжения.

— До какого именно? — спросила Иона.

— Не сказали.

— Ты спросил?

— Да.

— И?

— Ответили, что сообщат нам.

Иона уставилась на него.

— Это весь ответ?

— Почти.

— Что ещё?

— Харроу говорит, лодки нужно перегнать к слипу возле рынка.

— Для этого понадобятся ещё двое рабочих.

— Он тоже так сказал.

— Предложил за них заплатить?

Нед улыбнулся.

— Нет.

— Разумеется.

Он положил на верстак сложенный лист бумаги.

— В понедельник будет собрание.

— Ещё одно?

— По поводу причала.

— Тем, кто пользуется причалом, дадут высказаться?

— Он сказал, да.

— Тогда, возможно, от этого собрания будет хоть какая-то польза.

Клара посмотрела на бумагу.

— Почему бы тебе не сходить?

— У меня работа.

— Работа, которую ты не можешь закончить, потому что причал закрыт.

Иона перевела взгляд с сестры на Неда.

Оба смотрели на неё.

— Не люблю, когда в собственной мастерской оказываюсь в меньшинстве.

— Тогда слушай внимательнее, — сказала Клара.

✦

Когда Иона пришла к полицейскому участку, миссис Фенвик уже ждала снаружи.

Она держала накрытую корзину обеими руками. Лицо у неё было осунувшимся.

— Я думала, ты забыла.

— Я сказала, что приду.

— Да, но…

— Я пришла.

Миссис Фенвик кивнула.

Внутри констебль Мерсер разговаривал с человеком, потерявшим пару сапог.

Как выяснилось, сапоги не украли.

Он просто оставил их возле трактира, а домой вернулся в чужих.

Мерсер посоветовал ему сначала зайти в трактир и только потом заявлять о преступлении.

Мужчина ушёл, что-то бормоча.

Мерсер посмотрел на Иону.

— Рано пришла.

— Лучше, чем поздно.

Он взглянул на корзину миссис Фенвик.

— Что там?

— Перчатки инспектора Белла, — ответила Иона.

Лицо констебля изменилось.

Он закрыл дверь участка.

— Проходите.

✦

Миссис Фенвик подробно рассказала обо всём.

На этот раз Иона её не перебивала.

Мерсер спрашивал о дате, времени, погоде и о том, где она стояла, когда Белл подошёл к нижней дорожке.

Миссис Фенвик отвечала как могла.

В какой-то момент она замолчала и прижала платок ко рту.

Мерсер подождал.

— Он велел мне идти домой, — повторила она.

— Он выглядел раненым?

— Нет.

— Что-нибудь нёс?

— Мерное колесо.

— Что-нибудь ещё?

— Возможно, блокнот. Он всё время засовывал руку в пальто.

— После того как начал измерять, он подходил к вам?

— Нет.

— Вы видели, как он ушёл с дорожки?

Миссис Фенвик опустила глаза.

— Нет.

— Тогда когда вы видели его в последний раз?

— Он всё ещё шёл к причалу.

Мерсер записал.

— А вы отправились домой?

— Да.

Он перевернул страницу.

— Когда вы нашли перчатки?

— Тем же вечером.

— Они лежали на ступеньке, когда вы пришли домой?

— Нет.

Мерсер поднял голову.

— Вы уверены?

— Да. После обеда я ещё раз ходила на рынок. Когда вернулась, они лежали у двери.

— Кто-нибудь видел, кто их оставил?

— Я спрашивала соседей. Никто не видел.

Мерсер положил карандаш рядом с блокнотом.

— Можно взглянуть?

Миссис Фенвик сняла ткань с корзины.

Он достал перчатки и повертел их в руках. Небольшой разрыв возле большого пальца был отчётливо виден.

— Откуда вы знаете, что они принадлежали Беллу?

— Утром он был в них.

— У других мужчин тоже бывают тёмные перчатки.

— У этих изнутри на левой манжете заплатка.

Она указала.

Мерсер отвернул кожу.

К подкладке был пришит маленький квадратный лоскут синей ткани.

— Эту заплатку я где угодно узнаю, — сказала миссис Фенвик. — Сама пришивала.

Мерсер посмотрел на неё.

— Почему?

— Он принёс их прошлой зимой. Мой муж прежде чинил кожаные вещи. Инспектор знал, что у меня сохранились некоторые его инструменты.

Она коротко, смущённо рассмеялась.

— Я сказала, что плохо в этом разбираюсь. Но он настаивал, что у меня получится лучше, чем у него.

Мерсер осмотрел швы.

Потом положил перчатки на стол.

— Мне придётся их оставить.

Миссис Фенвик кивнула.

— Конечно.

— Возможно, мне понадобится ещё раз с вами поговорить.

— Да.

Мерсер посмотрел на Иону.

— Спасибо, что привела её.

— Я её не приводила. Она пришла сама.

Констебль помедлил.

Затем кивнул.

— Ты права.

Миссис Фенвик глубоко вдохнула.

— Констебль?

— Да?

— Я неправильно поступила, когда ушла домой?

Мерсер откинулся на спинку стула.

Некоторое время он смотрел на перчатки.

— Нет, — сказал он.

— Но если бы я осталась…

— Мы не знаем, что произошло бы.

— Возможно, я смогла бы ему помочь.

— Возможно.

Миссис Фенвик ждала.

Мерсер продолжил:

— Но он велел вам не идти следом. У вас не было причин думать, что это безопасно.

Её глаза наполнились слезами.

— Я всё думаю, что он, должно быть, знал: что-то не так.

Мерсер закрыл блокнот.

— Я тоже так думаю.

Иона впервые услышала, как он в этом признался.

✦

Выйдя из участка, миссис Фенвик некоторое время молча стояла на улице.

Утро было ясным, но ветреным.

Газету понесло по мостовой, и она застряла под колесом телеги.

Иона посмотрела на пожилую женщину.

— Проводить вас домой?

Миссис Фенвик покачала головой.

— Я вполне способна дойти сама.

— Я и не говорила, что не способны.

— Конечно.

Она поправила шаль.

— Спасибо, что пришла.

— Не за что.

Миссис Фенвик направилась по улице.

Сделав несколько шагов, обернулась.

— Иона?

— Да?

— Они его найдут?

Иона посмотрела на неё.

— Не знаю.

Миссис Фенвик кивнула и пошла дальше.

Иона оставалась возле участка, пока та не скрылась за углом.

На этот раз ей совсем не хотелось крикнуть вслед какое-нибудь последнее замечание.

✦

Рут она нашла в пекарне.

Молодая женщина сидела возле окна. Рядом с открытым блокнотом стояла нетронутая чашка чая.

Нелл за прилавком заворачивала хлеб в коричневую бумагу.

На полке оставалось всего три буханки.

— Добрый день, Иона, — сказала Нелл.

— Муку привезли?

— Ещё нет.

— Что там с возницей?

— Сама хотела бы знать.

На одном рукаве у Нелл была мука, а на запястье краснел болезненный след от горячего противня.

Она старалась не показывать, что волнуется.

Иона узнала это усилие.

— Сколько у тебя осталось?

— Хватит на завтрашнее утро, если не стану печь пирожные.

— Город будет разочарован.

— Город может разочаровываться и на пустой желудок.

Рут подняла голову.

— Здравствуй, Иона.

— Измеряешь пекарню?

— Сегодня нет.

— Хорошо. Больше она от этого не станет.

Нелл улыбнулась.

Иона купила буханку и села напротив Рут.

— Что случилось с твоей доставкой?

Рут взглянула на прилавок.

— Возницу нашли.

Нелл обернулась.

— Нашли?

— Да. Один возчик привёз весть с восточной дороги.

— Где он?

— У мельника.

— Почему же не привёз мою муку?

— Говорит, не может найти обратную дорогу.

Нелл положила обёрточную бумагу.

— Он одиннадцать лет ездит этим маршрутом.

— Он сказал то же самое.

Иона посмотрела на Рут.

— Кто-нибудь отправился за ним?

— Мельник послал парня с указаниями.

— И?

— Парень ещё не вернулся.

Нелл вышла из-за прилавка.

— Он пошёл пешком?

— Да.

— Сколько ему лет?

— Кажется, семнадцать.

Иона на мгновение закрыла глаза.

— Замечательно.

Нелл посмотрела на неё.

— Что замечательного?

— Все, похоже, твёрдо решили отправлять новых людей по дороге, которая, возможно, работает неправильно.

Выражение лица Рут изменилось.

— Я об этом не подумала.

— Мельник, судя по всему, тоже.

Нелл придвинула стул.

— Что значит «работает неправильно»?

Иона взглянула на Рут.

Та не собиралась отвечать вместо неё.

Ещё одно достоинство молодой женщины.

— Вчера возле моей мастерской произошёл странный случай, — сказала Иона. — Муниципальный рабочий не мог пройти по дорожке к причалу.

— Питер.

— Ты его знаешь?

— Каждое утро покупает здесь хлеб.

— Значит, знаешь, что с ним всё в порядке.

— Его брат рассказал.

— Муниципалитет перекрыл дорожку до окончания проверки.

Нелл скрестила руки.

— И какое отношение это имеет к доставке муки?

— Мы не знаем, имеет ли вообще.

— Но ты думаешь, что может иметь.

Иона помедлила.

Рут наблюдала за ней.

Вопрос становился знакомым.

Сколько можно сказать, чтобы предположение не прозвучало как установленный факт?

— Думаю, возница мог столкнуться с незнакомой трудностью, — сказала Иона. — И посылать за ним другого человека, не разобравшись в происходящем, возможно, неразумно.

Нелл посмотрела на почти пустую хлебную полку.

— Тогда что мне делать?

У Ионы не было ответа.

Опять.

Совершенно разумный вопрос человека, которому необходимо принять решение раньше, чем станет известна правда.

Нелл продолжила:

— Завтра покупатели ждут хлеб. За муку я уже заплатила. Если она не придёт, арендную плату за пекарню с меня всё равно потребуют.

Иона вспомнила собственную бухгалтерскую книгу.

— Понимаю.

— Правда?

— Лучше, чем ты думаешь.

На мгновение показалось, что Нелл собирается спорить.

Но она вздохнула.

— Знаю, понимаешь.

И села.

— А ты что бы сделала?

Иона посмотрела на карту возле блокнота Рут.

— Для начала выяснила бы, остаются ли возница и мука у мельника.

— Остаются.

— Потом спросила бы, есть ли другая дорога.

Рут открыла блокнот.

— Есть.

Нелл повернулась к ней.

— Где?

— Северная фермерская дорога.

— По ней вдвое дольше.

— Не совсем. Она длиннее примерно на четыре мили.

— Четыре мили на телеге.

— Да.

— А мост?

— Насколько мне известно, проехать можно.

Иона посмотрела на неё.

— Насколько тебе известно?

Рут замялась.

— Сегодня я его не проверяла.

— Значит, и это говори.

Рут кивнула.

— Ты права.

Нелл поднялась.

— Я могу нанять кого-нибудь, чтобы он привёз муку этой дорогой?

— Вероятно, — ответила Иона.

— А ты доверяешь этому маршруту?

Иона посмотрела на Рут.

Та опустила глаза к записям.

— В прошлую среду я по нему прошла, — сказала Рут. — Тогда дорога была открыта. Какая она сегодня, сказать не могу.

Нелл коротко и невесело рассмеялась.

— Ну, очень полезно.

— Полезно, — возразила Иона.

Нелл уставилась на неё.

— Чем?

— Ты теперь знаешь, что Рут проверила, а чего не проверяла.

— А муки у меня по-прежнему нет.

— Нет.

Нелл вернулась за прилавок.

— Мне уже почти хочется, чтобы кто-нибудь мне соврал.

Рут выглядела задетой.

Иона покачала головой.

— Нет, не хочется.

Нелл остановилась.

Через мгновение сказала:

— Нет. Наверное, не хочется.

✦

Следующие двадцать минут они обсуждали практические варианты.

Нелл знала фермера с лошадью и телегой.

Иона знала рыбака, который иногда перевозил грузы между берегами.

Рут знала протяжённость северной дороги, но не знала, проверяли ли мост на дальнем её конце.

Ни у одной из них не было достаточно сведений, чтобы объявить какой-либо маршрут безопасным.

В конце концов Нелл отправила фермеру записку с просьбой проверить северную дорогу, прежде чем соглашаться на доставку.

Кроме того, она решила утром испечь меньше хлеба.

Решение никого не удовлетворило.

И никто не притворялся, будто это не так.

Когда Иона поднялась, собираясь уходить, Нелл завернула в бумагу маленькую слойку и протянула ей.

— Что это?

— Неду.

— Почему?

— Потому что ты всегда отдаёшь ему половину того, что покупаешь.

— Ничего подобного.

Нелл улыбнулась.

— Разумеется.

Иона взяла слойку.

У двери остановилась.

— Нелл?

— Да?

— Если завтра муку не привезут, я как-нибудь обойдусь без хлеба.

Нелл посмотрела на неё.

— Такое будет впервые.

— Возможно, это улучшит мой характер.

— Твой характер уже ничем не улучшить, Иона Рид.

— И хорошо. Жаль было бы тратить усилия.

Нелл рассмеялась.

Но, выйдя на улицу, Иона оглянулась.

Пекарь пересчитывала оставшиеся буханки.

Очень внимательно.

✦

Рут догнала Иону на середине улицы.

— Хочу тебя кое о чём спросить.

— У тебя это входит в привычку.

— Да.

Они пошли вместе к набережной.

Рут держала блокнот под пальто, защищая его от ветра.

— Вчера ты сказала мне, что нельзя направлять людей по дороге только потому, что раньше по ней удалось пройти.

— Сказала.

— А сегодня мы воспользовались одним из моих измерений, чтобы предложить маршрут доставки.

— Мы его обсудили.

— Разница невелика.

— Иногда существенна.

Рут задумалась.

— Но Нелл может нанять кого-нибудь из-за того, что я сказала.

— Да.

— А если с ним что-нибудь случится…

— Тогда нам понадобится выяснить, что произошло.

Рут остановилась.

— И всё?

Иона обернулась.

— А что ещё я могу тебе сказать?

— Что мне вообще не следовало ничего говорить.

— Ты сама так считаешь?

— Не знаю.

Иона подумала о Питере. О закрытом муниципалитетом причале. О Нелл, стоявшей за прилавком с тремя оставшимися буханками.

— Рут, если ты откажешься что-либо говорить, пока не узнаешь всего, людям всё равно придётся принимать решения.

— Тогда как мне не вводить их в заблуждение?

— Скажи, что измерила. Скажи, когда измерила. Скажи, чего не проверяла.

— А потом?

— Потом пусть сами решают, что с этим делать.

Рут выглядела неубеждённой.

Иона и сама не была до конца уверена.

Через некоторое время Рут сказала:

— Но тогда риск остаётся на них.

— Да.

— А на нас его совсем нет?

Иона посмотрела на неё.

— Нет. Не обязательно.

Они стояли возле витрины рыболовной лавки.

Внутри мужчина переставлял крючки на деревянном щите. Он понятия не имел, что две женщины снаружи пытаются разобраться с проблемой, которую ни одна из них не понимает.

Иона продолжила:

— Если выяснишь, что ошиблась, скажи об этом тем, кто воспользовался твоими сведениями. Если знаешь что-то важное и умолчишь — это уже твоя ответственность. Но нельзя отнимать у людей право принимать решения только потому, что боишься: они выберут неправильно.

Рут молчала.

Потом спросила:

— А ты так поступила с Питером?

Иона почувствовала, как вопрос задел её.

— Нет.

Рут подняла голову.

— Я не хотела…

— Знаю.

Иона посмотрела на телегу, проезжавшую в конце улицы.

— Я предоставила ему выбор, но при этом подсказала, что можно попробовать. А у меня не было достаточно сведений, чтобы обещать, что получится.

— Он вернулся.

— Да.

— Тогда, возможно, ты была права.

— Возможно.

Иона снова пошла.

Рут двинулась рядом.

Через некоторое время Иона сказала:

— Беда в том, Рут, что иногда всё получается, но это ещё не означает, что сама попытка была правильной.

Рут не стала записывать её слова.

Иона была благодарна.

✦

Когда они добрались до мастерской, Нед ждал снаружи.

В руках у него было сложенное письмо.

— Из муниципалитета, — сказал он.

Иона взяла письмо.

Внутри лежало официальное уведомление: нижний причал останется закрытым первоначально на семь дней.

Муниципальный совет приносил извинения за возможные неудобства.

Иона перечитала эту строку дважды.

Потом протянула бумагу Рут.

— Семь дней?

— Первоначально, — заметила Рут.

— Вот именно.

Нед переводил взгляд с одной на другую.

— Это плохо?

— Для дела — да, — сказала Иона.

Он внимательно посмотрел на неё.

— У тебя хватит для меня работы?

Вопрос прозвучал тихо.

Иона его не ожидала.

— Конечно.

Нед заметно успокоился.

Тогда она добавила:

— Придётся перегонять лодки к слипу у рынка. Это займёт больше времени. И надо будет тщательнее учитывать расходы.

— Я могу этим заняться.

— Знаю.

Он улыбнулся.

Она действительно так считала.

Рут вернула уведомление.

— Мне пора.

Иона посмотрела на неё.

— Куда?

— Проверить северную дорогу.

— Нет.

Рут остановилась.

— Я не спрашивала разрешения.

— Знаю.

— Тогда почему ты сказала «нет»?

— Потому что ты только что говорила, как опасно рекомендовать маршрут, который сама не проверила. А теперь собираешься идти по нему одна.

Лицо Рут стало жёстким.

— Кто-то же должен проверить.

— Возможно.

— Иначе как мы узнаем?

— Можно найти человека, который сегодня уже там проезжал. Спросить фермера, когда он вернётся. Сопоставить рассказы.

Рут посмотрела в сторону улицы.

— А если никто не проезжал?

— Это ещё не значит, что первой должна быть ты.

Иона ожидала спора.

Но Рут посмотрела в блокнот.

— Наверное, я могла бы навестить дочь мельника. Она живёт возле рынка.

— Звучит разумнее.

— Она может ничего не знать.

— Тогда у тебя будет неудачный визит вместо неудачной переправы.

Рут нехотя улыбнулась.

— Ты очень упрямая.

— Мне уже говорили.

Она ушла.

Нед проводил её взглядом.

— Ты только что сказала человеку не измерять дорогу?

— Да.

— Что-то новенькое.

— Иди внутрь.

✦

К вечеру погода ухудшилась.

Ветер тряс окна мастерской.

Река поднялась к набережной, неся листья и обломки дерева.

Иона с Недом оттащили маленькие лодки дальше от края и закрепили швартовы.

Пришёл мистер Пайк — пожаловаться на закрытый причал.

Иона объяснила, что закрывала его не она.

Мистер Пайк всё равно пожаловался.

Она посоветовала ему написать в муниципалитет.

Он заявил, что муниципалитет никогда никого не слушает.

Она предложила пожаловаться лично.

Он ответил, что слишком занят.

Иона посмотрела на его лодку.

— Я тоже.

Мистер Пайк ушёл.

Нед проводил его взглядом.

— Как думаешь, он репетирует?

— Что?

— Жалобы.

— Недостаточно. Постоянно повторяется.

Они закончили закреплять лодки.

В пять часов к мастерской подъехал фермер, с которым связалась Нелл.

Его звали Даниэль Хёрст.

Ему принадлежала широкоспинная серая лошадь, у которой, судя по виду, имелось собственное мнение о каждой дороге в городе.

Даниэль добрался до северного перекрёстка.

— Мост открыт, — сказал он.

— Вы по нему проехали? — спросила Иона.

— Нет.

— Тогда не знаете, что там дальше.

— Другой берег я видел.

Иона задумалась.

Ещё неделю назад она приняла бы этот ответ, даже не подумав.

Теперь спросила:

— Пока вы там стояли, кто-нибудь переехал мост?

— Две телеги.

— Вы видели, откуда они приехали?

— С фермерской дороги.

— Обе?

— Да.

— Во сколько?

— Около трёх.

Иона кивнула.

— Это полезно.

Даниэль почесал лошадь за ухом.

— Завтра утром поеду за мукой.

— Кто вас попросил?

— Нелл.

— Возьмёте кого-нибудь с собой?

— Сына.

— Сколько ему лет?

— Двадцать восемь.

— Хорошо.

Даниэль посмотрел на неё.

— Почему?

— Потому что он уже достаточно взрослый, чтобы спорить с вами, если вы вздумаете сделать глупость.

Фермер рассмеялся.

— Мой сын с рождения спорит.

— Значит, подходит.

Даниэль забрался обратно на телегу.

Серая лошадь выглядела недовольной тем, что ей снова придётся двигаться.

Перед отъездом он крикнул:

— Если дорога будет свободна, привезу муку до полудня!

Иона подняла руку.

Она проводила телегу взглядом, затем повернулась к мастерской.

Нед стоял в дверях.

— Что?

Он покачал головой.

— Ничего.

— Тогда перестань так на меня смотреть.

— Ты теперь у всех спрашиваешь, куда они ездили и когда.

— Правда?

— Да.

Иона задумалась.

— Хорошо.

Нед ухмыльнулся.

— Ты превращаешься в геодезиста.

— Не оскорбляй меня.

✦

В шесть Иона закрыла мастерскую.

Нед взял пальто.

У двери помедлил.

— Иона?

— Да?

— Если причал останется закрытым дольше недели, ты всё ещё сможешь платить мне?

Она подняла голову.

Он старался говорить небрежно.

Не получилось.

Иона закрыла бухгалтерскую книгу.

— Да.

— Уверена?

— На следующую неделю денег хватит. Потом посмотрим.

Нед кивнул.

— Если надо, я могу работать меньше часов…

— Ты хочешь работать меньше?

— Нет.

— Я тоже не хочу.

— Но если это поможет…

— Нед.

Он замолчал.

— Я не стану обещать тебе того, чего не могу знать. Если работы станет меньше, я скажу заранее, прежде чем ты потеряешь жалованье.

Он некоторое время смотрел на неё.

Потом улыбнулся.

— Хорошо.

— Спокойной ночи.

— Спокойной.

После его ухода Иона осталась возле бухгалтерской книги.

Посмотрела на недельные цифры.

Клара исправила все ошибки.

Счета теперь были точными.

И неприятными.

Ионе всегда легче было справляться с плохими новостями, если рядом с ними удавалось поставить число.

В тот вечер она обнаружила, что точные числа вовсе не обязательно утешают.

✦

В семь она отправилась к Кларе.

Было не воскресенье.

Она не обещала прийти сегодня.

Инструментов с собой не взяла.

Клара открыла дверь и уставилась на сестру.

— Что сломалось?

— Ничего.

— Кто умер?

— Никто.

— Ты заболела?

— Кажется.

Клара посторонилась.

Иона вошла.

В доме пахло луком и печёными яблоками.

В гостиной горел небольшой огонь.

Рядом с креслом Клары стояла корзинка с вещами, которые нужно было заштопать.

Иона сняла пальто.

— Подумала, зайду выпить чаю.

Клара выглядела искренне поражённой.

Потом рассмеялась.

— Ну что ж. Чудеса случаются.

— Не распространяйся.

— Всем расскажу.

— Испортишь мою репутацию.

Клара принесла ещё одну чашку.

Они сели возле огня.

Почти час говорили о самых обыкновенных вещах: о цене угля, кривых окнах соседки и кузине, вышедшей замуж за человека, которого Клара считала неподходящим.

Иона ни разу не упомянула причал.

Клара не спросила.

Это был первый спокойный час за всю неделю, который Иона могла припомнить.

Когда она собралась уходить, Клара проводила её до двери.

— Спасибо, — сказала сестра.

— За что?

— Что пришла.

Иона посмотрела на неё.

— Не за что.

Клара улыбнулась.

— Воскресенье остаётся в силе.

— Знаю.

— И никаких инструментов.

— Никаких.

— Даже молотка.

Иона замялась.

Клара указала на неё пальцем.

— Иона.

— Ладно. Даже молотка.

Они рассмеялись.

✦

Когда Иона шла домой, вода в реке стояла высоко.

Над поверхностью стелился тонкий туман.

На противоположном берегу светились окна домов.

Старый мост бледнел под затянутой облаками луной.

Возле нижней набережной на ветру шевелилось муниципальное объявление.

ДОСТУП ОГРАНИЧЕН ДО ПРОВЕДЕНИЯ ПРОВЕРКИ.

Иона остановилась рядом с ним.

За цепью виднелась третья причальная свая.

Отремонтированное железное кольцо висело у камня.

Мастерская стояла совсем недалеко позади.

На мгновение Иона подумала, не обойти ли заграждение.

Не выходить на узкую дорожку.

Просто подойти поближе и посмотреть.

Она знала это место лучше Мерсера.

Лучше муниципальных рабочих.

Возможно, лучше всех, кто ещё жил в городе.

Могла бы осмотреть мостовую, не ступая на опасный участок.

Могла поискать царапины, которые обнаружил Вейл.

Возможно, даже выяснить, что увидел Белл.

Соблазн был велик.

Но потом она вспомнила лицо Питера.

И вопрос Неда о жалованье.

И удивление Клары, когда сестра пришла к ней в гости, хотя никакая протекающая крыша этого не требовала.

Иона постояла ещё немного.

Потом отвернулась.

Для расследования найдётся время при дневном свете.

Вместе с другими людьми.

И по причине более веской, чем уверенность в том, что уж она-то обязана справиться.

Она пошла домой.

✦

Артур Вейл ждал возле мастерской.

Он стоял под фонарём с кожаным портфелем в руке.

Иона остановилась.

— Артур. Уже почти девять.

— Знаю.

— Вы ели?

— Да.

— Уже лучше.

Он не улыбнулся.

— Мне нужно кое-что вам показать.

Она посмотрела на портфель.

— Ещё один план?

— Нет.

— Ещё одно измерение?

— Не совсем.

Иона вздохнула.

— Заходите.

Она отперла дверь и зажгла лампу в мастерской.

Вейл прошёл за ней к верстаку.

Несколько мгновений он стоял молча, вертя в пальцах ручку портфеля.

Иона ждала.

Наконец он открыл портфель.

Внутри лежал небольшой блокнот в кожаном переплёте.

Потёртый на углах.

Потемневший от дождя.

Иона сразу узнала такой переплёт.

Полевые блокноты геодезистов делали с расчётом на долгие годы использования.

Этим пользовались много.

— Чей он? — спросила Иона.

Вейл посмотрел на неё.

— Инспектора Белла.

Иона ощутила холодное давление под рёбрами.

— Где вы его взяли?

— В муниципальной конторе.

— Вы говорили, что вам не разрешают его выносить.

— Не разрешают.

Она резко подняла голову.

— Артур.

— Знаю.

— Кто-нибудь знает, что вы его взяли?

— Нет.

— Тогда вы совершили серьёзную ошибку.

Он выглядел измученным.

— Боюсь, прежде я совершил ещё более серьёзную.

Иона промолчала.

Вейл раскрыл блокнот.

Несколько страниц были заполнены измерениями.

Расстояния между опорами моста.

Записи о подпорной стене.

Зарисовки старого причала.

Даты.

Погодные условия.

Уровень воды.

Иона осторожно перелистывала страницы.

Некоторые измерения были зачёркнуты.

Возле других стояли вопросительные знаки.

Ближе к концу Белл сделал несколько коротких записей.

Каждая начиналась со времени и заканчивалась указанием места.

Последняя полная запись была датирована тем утром, когда его видела миссис Фенвик.

Иона прочитала.

Почерк был тесным, но разборчивым.

9:42 — Южный подход. Местоположение подтверждено по отметкам на стене.

Ниже:

9:51 — Вернулся в ту же точку с противоположного направления. Расхождение не повторилось.

Затем:

10:03 — Свидетель присутствует. Не продолжать без независимого наблюдения.

Иона посмотрела на Вейла.

— Миссис Фенвик.

Он кивнул.

— Вероятно.

Она прочитала следующую строку.

10:11 — Проход больше не соответствует видимому подходу.

Под ней оставался большой пробел.

Затем шла последняя запись.

Сделанная торопливо.

Карандаш так сильно вдавился в бумагу, что следы остались на следующей странице.

Иона придвинула блокнот ближе к лампе.

10:18 — Если соединение изменится, свидетель должен оставаться снаружи.

Она перечитала запись.

Потом перевернула страницу.

Пусто.

Ещё одну.

Пусто.

— И всё? — спросила она.

Вейл кивнул.

— Последняя запись.

Иона смотрела на блокнот.

Человек отправился исследовать дорогу.

Провёл измерения.

Попросил свидетеля наблюдать.

А затем написал предупреждение, касавшееся не его самого, а свидетеля.

Она вернулась к последней странице.

— Артур, здесь не сказано, куда делся Белл.

— Нет.

— Или жив ли он.

— Нет.

— Тогда зачем вы принесли блокнот мне?

Глаза Вейла неожиданно наполнились слезами.

Он снял очки.

— Потому что я помог ему выбрать маршрут.

Иона подняла голову.

— Что?

— Накануне он приходил ко мне. Хотел узнать, можно ли добраться до старого южного причала, не переходя мост.

— И вы сказали?

— Да.

— Каким путём?

— По нижнему подходу.

Иона промолчала.

Вейл посмотрел в сторону двери.

— Я сказал, что это самый прямой путь.

— Так и было?

— По всем нашим планам — да.

— Значит, вы сообщили ему сведения, которыми располагали.

Вейл покачал головой.

— Я знал о расхождениях.

— Вы знали, чем они вызваны?

— Нет.

— Знали, что дорога опасна?

— Нет.

Он посмотрел на неё.

— Но мог предупредить.

Иона вспомнила муку Нелл.

Карту Рут.

Питера посреди мостовой.

Все решения, которые люди принимали на этой неделе, располагая неполными, сомнительными или попросту неверными сведениями.

— Что вы сказали Беллу о расхождениях? — спросила она.

— Что нужны дополнительные измерения.

— Он знал о прежних съёмках?

— Да.

— Видел ваши записи?

— Все.

Иона прислонилась к верстаку.

— Значит, он знал то же, что и вы.

Вейл опустил глаза.

— Да.

— И всё равно пошёл.

— Да.

— Артур, я не стану говорить, будто ваш совет никак не мог повлиять на его решение. Мог.

Он закрыл глаза.

— Но Белл тоже принимал решение сам.

Вейл открыл глаза.

— Мне от этого не легче.

— Я и не пыталась вас утешить.

Она снова посмотрела на блокнот.

Ей хотелось задать один вопрос.

И одновременно совершенно не хотелось знать ответ.

— Белл говорил вам, почему так стремился обследовать южный причал?

Вейл помедлил.

— Да.

Иона ждала.

— Он полагал, что кто-то прошёл там и вернулся.

— Кто?

— Он не сказал.

— Почему?

— Сказал, что этого человека и без того слишком много раз расспрашивали.

Иона замерла.

— Он верил этому человеку?

— Не знаю.

Вейл взглянул на блокнот.

— Он сказал, что пытается установить не то, возможно ли случившееся.

— А что?

— Может ли это повториться.

В мастерской было тихо.

За окнами река плескалась о набережную.

Иона посмотрела на тёмное стекло.

Где-то в городе люди всё ещё обсуждали человека, вышедшего из реки.

Человека, возвращение которого вызвало столько споров.

Белл исследовал нечто иное.

Не вопрос о том, может ли человек вернуться.

А о том, может ли дорога увести его прочь.

Иона закрыла блокнот.

— Артур.

— Да?

— Завтра утром вы вернёте это в муниципалитет.

Он удивлённо посмотрел на неё.

— Но…

— И расскажете Мерсеру, когда именно взяли блокнот и почему.

— Я могу потерять должность.

— Да.

Он уставился на неё.

Иона продолжила:

— Если записи Белла важны, они должны храниться там, где люди смогут их найти. А не прятаться в вашем портфеле только потому, что вы боитесь, будто вас никто не станет слушать.

Вейл посмотрел на потёртую кожаную обложку.

На мгновение Ионе показалось, что он станет спорить.

Но он кивнул.

— Хорошо.

— А прежде чем вернёте, мы сделаем копии нужных страниц.

Он поднял голову.

— Это разрешено?

— Понятия не имею.

— Мисс Рид…

— Артур, мы не собираемся менять оригинал. Только перепишем то, что в нём сказано. А завтра вы расскажете Мерсеру и об этом.

Вейл задумался.

Потом неожиданно рассмеялся.

Смех получился усталым.

Но настоящим.

— Вы удивительная женщина.

— Нет. Я очень уставшая женщина. Найдите бумагу.

Он нашёл.

Они работали почти до одиннадцати.

Вейл читал вслух.

Иона переписывала записи.

Каждое число проверяли дважды.

Закончив, Иона вложила копии в школьную тетрадь.

Вейл убрал оригинал обратно в портфель.

У двери он остановился.

— Спасибо.

— За что?

— Что не стали уверять меня, будто всё будет хорошо.

Иона посмотрела на него.

— Вы бы мне поверили?

— Нет.

— Значит, мы сэкономили время.

Он улыбнулся.

— Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, Артур.

Она смотрела, как он поднимается по улице.

Потом заперла мастерскую.

✦

Прежде чем идти наверх, Иона открыла тетрадь.

Ещё раз прочитала последнюю запись Белла.

Если соединение изменится, свидетель должен оставаться снаружи.

Предупреждение.

Но не то, которого она ожидала.

Белл не написал, что через проход нельзя переходить ни при каких обстоятельствах.

Не написал, что свидетель должен бежать за помощью.

Он написал только, что свидетель должен оставаться снаружи.

Иона подумала о миссис Фенвик, стоявшей возле склада.

О Белле, который велел ей идти домой.

О Бенджамине, брате Питера, едва не бросившемся на узкую дорожку ему на помощь.

И о себе — беспомощно стоявшей возле причала.

Она взяла карандаш.

Под переписанными строками написала:

Что Белл подразумевал под словом «снаружи»?

Посмотрела на вопрос.

Потом добавила ещё один:

Снаружи чего?

Иона отложила карандаш.

Это были не измерения.

Они не говорили ей, как далеко тянется дорога.

Или куда исчез инспектор.

Но впервые у неё возникло подозрение, что расстояние вообще никогда не было самым важным.

Она закрыла тетрадь.

Наверху ждала постель.

Завтра воскресенье.

Она обещала навестить Клару.

И собиралась сдержать обещание.

Чем бы ни занималась река, одно воскресное послеполуденное время она могла обойтись без Ионы.

По крайней мере, Иона на это надеялась.

Глава седьмая. Воскресенье без инструментов

В воскресенье утром Иона Рид обнаружила в кармане пальто гвоздь.

Три дюйма длиной, слегка погнутый, совершенно обыкновенный гвоздь.

Она взяла его двумя пальцами.

Сочтёт ли Клара, что гвоздь — это уже инструмент? Скорее всего, нет.

Впрочем, у Клары в любом случае найдётся своё мнение.

Иона положила гвоздь на кухонный стол и проверила остальные карманы.

Два шурупа.

Короткий отрезок медной проволоки.

Складной нож.

Она разложила всё рядом с гвоздём. Закончив, осмотрела получившуюся коллекцию.

Этого хватило бы, чтобы починить расшатавшуюся петлю, закрепить сломанную ручку или затеять спор.

Иона убрала всё в ящик.

Затем оделась к церковной службе.

✦

Церковь стояла на холме за рыночной площадью. У неё была приземистая колокольня, крыша, протекавшая во время сильных дождей, и орган, который никогда не звучал вполне стройно.

Иона ходила туда, когда позволяла работа.

Сегодня она подошла как раз в тот момент, когда раздался последний удар колокола.

Возле входа стояла миссис Фенвик. Она разговаривала с женщиной, рядом с которой вертелись двое маленьких детей.

Увидев Иону, миссис Фенвик подняла руку.

— Опаздываешь.

— Колокол ещё не замолчал.

— Это был последний звон.

— Значит, я пришла точно вовремя.

Миссис Фенвик посмотрела на её перчатки.

— Слышала о муке?

— Её привезли?

— Да.

— Тогда я услышала достаточно.

— Говорят, фермер поехал северной дорогой, а вернулся через мост возле рынка.

— Хорошо.

— Но он утверждает, что дорога возле старой мельницы выглядела иначе.

Иона вздохнула.

— Иначе — это как?

— Вот об этом никто и не может договориться.

— Тогда, может быть, им стоит договориться хотя бы о хлебе.

Миссис Фенвик поджала губы.

— Сегодня ты особенно несговорчива.

— Я не завтракала.

— Тогда понятно.

Пожилая женщина посторонилась, пропуская её внутрь.

В церкви пахло сырым камнем, свечным воском и старыми сборниками гимнов.

Иона заняла своё привычное место в задних рядах.

Она едва успела открыть сборник, как рядом кто-то сел.

Это была Рут.

— Доброе утро, — прошептала она.

Иона посмотрела на неё.

— Ты всегда появляешься там, куда я собираюсь?

— Нет.

— Успокаивает.

— Обычно я сижу здесь.

— Значит, все эти годы я занимала твоё место.

Рут улыбнулась.

Началась служба.

Следующий час они вставали, садились, пели и слушали.

Священник говорил о разнице между тем, чтобы услышать обещание, и тем, чтобы его исполнить.

Иона поймала себя на мысли о Кларе.

Потом о Неде.

Потом, против собственной воли, об инспекторе Белле.

Она обещала навестить Клару.

Обещала Неду предупредить, если у мастерской начнутся денежные затруднения.

Белл оставил указания о свидетеле, который должен оставаться снаружи какого-то соединения, которого никто не понимал.

Обещания — хлопотная вещь.

Люди ожидают, что они будут что-то значить.

Иона считала это вполне разумным.

И крайне неудобным.

✦

После службы Рут ждала её возле церковной ограды.

— Я хотела спросить о причале.

— Разумеется.

— Совет снова открыл его?

— Нет.

— Думаешь, откроет?

— Не сегодня.

Рут кивнула.

— Я разговаривала с фермером.

— С Даниэлем Хёрстом?

— Да.

— Муку он доставил?

— Доставил.

— Значит, Нелл сможет печь хлеб.

— Уже печёт.

— Прекрасно. Одним бедствием меньше.

Они вместе спустились с холма.

Улицы были полны людей, возвращавшихся из церкви. Дети бежали впереди родителей, пожилые прихожане останавливались через каждые несколько шагов, чтобы обменяться новостями.

Возле рыночного фонтана мужчина продавал жареные каштаны.

Аромат каштанов сопровождал их по улице.

Рут посмотрела в сторону реки.

— Я думала над тем, что ты сказала.

— Над какой именно частью?

— Что люди могут принять информацию за разрешение.

Иона покосилась на неё.

— Я слишком много говорю.

— Не так уж много.

— Спроси Неда.

Рут улыбнулась.

Потом посерьёзнела.

— Я решила больше не обозначать ни один маршрут на карте как безопасный.

— Хорошо.

— Только как маршрут, за которым велись наблюдения.

Иона обдумала это.

— Уже лучше.

— С датой и временем.

— Ещё лучше.

— Но у меня возникла проблема.

— Я так и подозревала.

— Если каждый маршрут описывать только таким, каким он был во время наблюдения, карта станет менее полезной для путешественников.

— Да.

— Но людям всё равно нужно куда-то ходить.

— Да.

Рут выглядела раздражённой.

— Тогда какой выход?

Иона остановилась возле торговца каштанами.

— Сколько стоит пакет?

Мужчина назвал цену.

Она заплатила.

Рут смотрела на неё с недоверием.

— Иона.

— Что?

— Я задала тебе вопрос.

— Слышала.

— Тогда почему ты покупаешь каштаны?

— Потому что они горячие.

Иона отсыпала ей половину.

Рут взяла каштаны.

Они пошли дальше.

Через некоторое время Иона сказала:

— Ты хочешь составить карту, которая сообщит людям, куда они могут пройти.

— Да.

— Но измерила ты только те места, по которым прошла сама.

Рут задумалась.

— Верно.

— Значит, именно об этом твоя карта и может им сообщить.

— Этого недостаточно.

— Возможно.

Рут посмотрела на неё.

Иона разломила каштан пальцами.

— Если чего-то недостаточно, это ещё не значит, что оно бесполезно.

Они продолжили спускаться.

На рыночной площади Рут остановилась.

— Я подумаю.

— Подумай.

— Возможно, мне понадобится спросить тебя ещё кое о чём.

— Приноси хлеб.

Рут рассмеялась и повернула к восточной дороге.

Иона смотрела ей вслед.

Молодая женщина шла быстро, прижимая блокнот под мышкой.

На мгновение Иона подумала, не окликнуть ли её.

Она хотела кое-что спросить.

О картах, которые Рут начала составлять ещё до того, как кто-либо попросил её об этом.

Но сегодня было воскресенье.

А Клара ждала её в гости.

Иона направилась к дому сестры.

✦

Клара жила в узком кирпичном доме на Уиллоу-стрит.

Ступени у входа немного просели с одной стороны, а садовую калитку приходилось закрывать решительным толчком.

Иона дважды чинила эту калитку.

Оба раза та возвращалась к прежнему состоянию.

Сегодня Иона удержалась от желания осмотреть петли.

Клара открыла дверь прежде, чем сестра успела постучать.

— Ты рано.

— Ты сказала прийти после обеда.

— А до обеда ещё есть время.

— Я пришла помочь.

Клара подозрительно посмотрела на неё.

— С чем?

— Картошку почистить.

— Инструменты принесла?

— Нет.

— Покажи карманы.

Иона уставилась на неё.

Клара скрестила руки.

Иона вывернула оба кармана пальто.

Пусто.

Клара рассмеялась.

— Никогда не думала, что доживу до такого дня.

— Ты меня впустишь?

— Только потому, что картошка сама себя не почистит.

В доме было тепло. Пахло луком, розмарином и свежей выпечкой.

Муж Клары, Уильям, сидел возле камина и читал газету.

Он поднял голову.

— Иона.

— Уильям.

— Пришла чинить крышу?

— Нет.

Он опустил газету.

— Значит, случилось что-то серьёзное.

— По-видимому.

Уильям улыбнулся и вернулся к чтению.

На кухне Клара протянула Ионе миску с картофелем и маленький нож.

Иона осмотрела лезвие.

— Тупой.

— Картошку чистит.

— Едва-едва.

— Точить его нельзя.

— Я не просила.

— Но подумала.

Иона принялась чистить картофель.

Несколько минут они работали в дружеском молчании.

Потом Клара сказала:

— Слышала, совет закрыл твой причал.

— Как и все остальные.

— Много потеряешь?

— Кое-что.

— Справишься?

— Да.

Клара не стала расспрашивать дальше.

Иона была ей благодарна.

Через некоторое время она сама сказала:

— Возможно, придётся перегнать две лодки к слипу возле рынка.

— Хлопотно.

— И дорого.

— Хочешь, Уильям поможет?

— Он ничего не понимает в лодках.

— Зато умеет носить тяжести.

Иона задумалась.

— Возможно.

Клара улыбнулась.

— Я его попрошу.

Они продолжили чистить картофель.

Из гостиной донёсся шелест переворачиваемой газетной страницы.

Иона взглянула в окно.

Над соседними крышами виднелась узкая полоса неба.

День стоял ясный.

В такую погоду она обычно работала с лодками.

Клара заметила её взгляд.

— Не надо.

— Чего?

— Перечислять мысленно всё, чем могла бы сейчас заниматься.

— Я не перечисляю.

— Перечисляешь.

Иона опустила глаза на картофель.

— Во вторник у меня сдача заказа.

— После обеда вторник никуда не денется.

— Время так не работает.

— Тогда останься до пудинга, а после объяснишь мне, как оно работает.

Иона рассмеялась.

✦

На обед подали жареную курицу, картофель, морковь и пудинг, который Клара приготовила с гораздо большим старанием, чем готова была признать.

Уильям разделал курицу.

Клара разложила овощи.

Иона поела столько, чтобы восполнить пропущенный завтрак.

Разговор оставался самым обыкновенным.

Уильям жаловался на цену угля.

Клара рассказала о соседке, которая наняла каменщика починить дымоход, а тот по ошибке отремонтировал соседний дом.

Иона смеялась так сильно, что едва не пролила чай.

— Как можно починить не тот дом?

— Оказывается, у обоих были красные двери.

— Не слишком надёжный ориентир.

— Ему хватило.

Уильям покачал головой.

— А потом попытался выставить счёт обеим семьям.

Иона вытерла глаза.

— Они заплатили?

— Конечно нет.

— И правильно.

На какое-то время река, мост и пропавший инспектор существовали только за стенами дома Клары.

Иона уже успела забыть, каково это.

Когда обед закончился, она отнесла тарелки на кухню.

Клара пошла следом.

— Необязательно их мыть.

— Знаю.

— Тогда иди сядь.

— Я стою возле раковины.

— Это ещё не значит, что твоё место здесь.

Иона посмотрела на сестру.

Потом положила тряпку.

— Ладно.

Клара улыбнулась.

— Вот и хорошо.

Они вернулись в гостиную.

Уильям заснул с газетой на коленях.

Клара понизила голос.

— Каждое воскресенье одно и то же.

— Удобно.

— Целый час спокойствия.

Иона села возле камина.

Клара принесла чай.

Некоторое время обе молчали.

Потом Клара сказала:

— Ты выглядишь усталой.

— Я и есть усталая.

— Из-за мастерской?

— Отчасти.

— А из-за чего ещё?

Иона смотрела на огонь.

Она собиралась не разговаривать о причале.

Обещала себе воскресенье без измерений и пропавших людей.

Но Клара спросила.

И она была её сестрой.

— Возле реки происходит что-то странное, — сказала Иона.

Клара кивнула.

— Знаю.

— Не всё.

— Тогда расскажи.

Иона замялась.

Потом рассказала об изменявшихся расстояниях.

О пронумерованных колышках.

О Питере, который стоял на дорожке и не мог добраться до мастерской.

Она рассказала и о блокноте инспектора Белла, хотя не стала объяснять, каким образом Вейл его получил: об этом он должен был рассказать сам.

Клара слушала не перебивая.

Когда Иона закончила, огонь в камине уже почти погас.

Уильям по-прежнему спал.

Клара посмотрела в окно.

— Ты веришь, что дорога меняется?

— Верю, что мы видели вещи, которых не можем объяснить.

— Я не об этом спрашивала.

— Нет.

Иона потёрла ладони.

— Не знаю, во что верить.

Клара медленно кивнула.

— Тогда, может быть, не стоит к ней подходить.

— Я и не подходила.

— После Питера?

— Нет.

— Хорошо.

Она подлила чаю.

Потом спросила:

— Знаешь, чего я боюсь?

Иона посмотрела на неё.

— Что ты исчезнешь.

Слова прозвучали тихо.

Но задели Иону сильнее, чем она ожидала.

— Клара…

— Не говори, что с тобой такого не случится.

— Я и не собиралась.

— Собиралась.

Иона опустила глаза.

Клара продолжила:

— Когда умер отец, ты оставила мастерскую за собой. Сказала, что он этого хотел бы. Я понимала.

Иона молчала.

— Но ты ещё и перестала приходить к нам обедать. Работала каждое воскресенье. Если я хотела тебя увидеть, приходилось находить что-нибудь сломанное.

— Это несправедливо.

— Да. Не совсем справедливо.

Клара посмотрела в чашку.

— Но иногда мне казалось, что я потеряла и тебя.

Иона уставилась на огонь.

В комнате было очень тихо.

Через некоторое время она сказала:

— Я не знала.

— Знаю.

— Почему ты не сказала?

— Пыталась.

Иона вспомнила письма, которые прочитала и оставила без ответа.

Приглашения, которые откладывала.

Воскресные визиты, вместо которых отправляла деньги.

Она посмотрела на сестру.

— Прости меня.

Лицо Клары изменилось.

Она не ожидала этих слов.

Как и сама Иона.

Клара протянула руку и взяла её ладонь.

Некоторое время они сидели так.

Потом Уильям громко захрапел.

Обе женщины рассмеялись.

Клара отпустила руку сестры.

— Ну вот, — сказала она. — А ведь едва не получилась трогательная сцена.

— Он нас спас.

— Обычно так и делает.

✦

Когда Иона собралась уходить, Клара проводила её до калитки.

К вечеру похолодало.

Над крышами собирались облака, а ветер с реки приносил запах сырого камня.

— Придёшь в следующее воскресенье? — спросила Клара.

— Постараюсь.

Клара подняла бровь.

Иона вздохнула.

— Да. Приду.

— Хорошо.

— А если крыша потечёт раньше, присылай Уильяма.

Клара рассмеялась.

— Непременно.

Они обнялись.

Объятие вышло коротким и немного неловким.

Ни одна из сестёр не была к этому особенно привычна.

Потом Иона направилась к рынку.

Ей было легче, чем утром, хотя причал оставался закрытым.

Белл по-прежнему числился пропавшим.

Измерения по-прежнему не совпадали.

Но она сдержала обещание, данное Кларе.

Иона обнаружила, что это приносит неожиданное удовлетворение.

✦

Рыночная площадь почти опустела.

Воскресные торговцы уже собрали прилавки, оставив вдоль сточных канав клочки соломы и овощные листья.

Фонтан молчал.

Возле пекарни разгружали телегу.

Иона остановилась.

Даниэль Хёрст стоял возле своей серой лошади и сгружал мешки с мукой на тротуар.

Нелл наблюдала за работой с выражением измученного облегчения.

Иона перешла улицу.

— Ну вот, — сказала она. — Кое-кто всё-таки нашёл дорогу.

Даниэль поднял голову.

— Доброе утро, мисс Рид.

— Уже день.

— И правда.

Нелл улыбнулась.

— Мука. Настоящая мука!

— Вижу.

— Поверишь, никогда ещё так не радовалась мешку?

— Помню тебя, когда привезли сахар.

— Это другое.

Иона посмотрела на Даниэля.

— Как северная дорога?

— Длинная.

— Что ещё?

— Грязная.

— Ничего необычного?

Он замялся.

Иона заметила.

— Что?

Даниэль поставил мешок.

— Мой сын говорит, что мы дважды проехали мимо одних и тех же ворот.

Нелл перестала улыбаться.

— Правда?

— Я так не думаю.

— Тогда что произошло?

— Возле старой мельницы есть белые ворота. Сын показал мне на них, когда мы проезжали. А потом сказал, что мы проехали мимо них ещё раз.

— Проехали?

— Во второй раз я их не видел.

— Может, там двое белых ворот?

— Конечно, может.

— Тогда, возможно, так и есть.

Даниэль кивнул.

— Я ему то же самое сказал.

Иона посмотрела на лошадь.

Та спокойно стояла, подогнув одну заднюю ногу. Её уши поворачивались на звуки улицы.

— Лошадь вела себя странно?

— Нет.

— Не останавливалась без причины?

— Нет.

— Не отказывалась идти вперёд?

— Не чаще обычного.

— Тогда, возможно, ваш сын ошибся.

— Возможно.

Даниэль посмотрел на неё.

— Только обычно он не ошибается.

Иона кивнула.

Это не было доказательством.

Но и совсем ничего не значило.

— Вы отметили, где показались вторые ворота?

Даниэль удивился.

— Нет.

— В следующий раз отметьте.

Он покосился на Нелл.

— Мне теперь в геодезисты подаваться?

— Нет, — сказала Иона. — Просто стоит знать, где вы побывали.

Нелл рассмеялась.

Даниэль поднял очередной мешок.

Иона помогла отнести его внутрь.

К тому времени, когда телега опустела, небо потемнело.

Нелл дала Ионе буханку хлеба в благодарность.

Та попыталась заплатить.

Нелл отказалась.

— Бери.

— У меня есть деньги.

— А у меня теперь есть мука. Обеим повезло.

Иона взяла хлеб и отправилась домой.

✦

Возле моста она обнаружила Артура Вейла.

Он стоял рядом с муниципальным объявлением, держа шляпу в руке, и смотрел на запертый проход к причалу.

Иона подошла.

— Артур.

Он обернулся.

— О. Мисс Рид.

— Сегодня воскресенье.

— Да.

— Вы не работаете?

— Нет.

— Тогда почему стоите здесь с таким несчастным видом?

Он слабо улыбнулся.

— Размышляю.

— Возле воды это опасно.

Артур посмотрел на цепь поперёк дорожки.

— Я вернул блокнот Белла.

— Хорошо.

— Мерсер рассердился.

— Этого следовало ожидать.

— Сказал, что я вмешался в расследование.

— А вы вмешались?

— Да.

Иона кивнула.

— Значит, он прав.

Вейл посмотрел на неё.

— Вы никому не придумываете оправданий?

— Хороших у меня почти не получается.

Он надел шляпу.

— Меня временно отстранили от работы в геодезическом отделе до окончания проверки.

Иона уставилась на него.

— За то, что взяли блокнот?

— За это и за изготовление копий служебных записей без разрешения.

Она почувствовала внезапную злость.

— Тогда мне следует поговорить с Мерсером.

— Нет.

— Но…

— Иона.

Она замолчала.

Он впервые назвал её по имени.

Вейл продолжил:

— Блокнот взял я. Я знал, что мне это запрещено. И втянул вас.

— Вы пришли ко мне.

— Да.

— А я велела вам вернуть его.

— Да.

— Тогда почему вы пытаетесь отвечать ещё и за мои решения, помимо своих?

Вейл посмотрел на неё так, словно собирался рассмеяться.

— Потому что мне страшно, — сказал он.

Иона ждала.

— Страшно, что Белл доверился мне, а я его подвёл. Что я сделал всё ещё хуже. Что, если перестану искать, его вообще никто не найдёт.

Ветер шевельнул объявление между ними.

Иона посмотрела на цепь.

Потом на стоявшего рядом человека.

— Артур, можно бояться и при этом не делать всего, что велит страх.

Он опустил глаза.

— Очень разумно звучит.

— Не надо говорить это с таким разочарованием.

Он улыбнулся.

— Что собираетесь делать? — спросила она.

— Не знаю.

— Деньги у вас есть?

— Пока да.

— Тогда идите домой.

— Вот так просто?

— Поешьте. Поспите. Завтра решите, что делать дальше.

Вейл задумчиво посмотрел на неё.

— Возможно, вы правы.

— Не привыкайте это повторять.

Он рассмеялся.

Потом снова посерьёзнел.

— Есть кое-что, о чём я вам не рассказал.

Иона посмотрела на него.

— Артур.

— Знаю. Надо было сказать раньше.

— Тогда скажите сейчас.

Он взглянул в сторону моста.

— Среди последних записей Белла есть рисунок.

— Я переписала записи.

— Но не рисунок.

— Почему?

— Он был на отдельном листке, вложенном под заднюю обложку. Я заметил его только сегодня утром.

Иона почувствовала, как иссякает терпение.

— Что там нарисовано?

— Дверной проём.

Она уставилась на него.

— Дверной проём?

— Или просто отверстие. Белл изобразил его с двух разных точек.

— Где?

— На нижнем подходе.

— Там нет дверного проёма.

— Знаю.

— Измерения он указал?

— Да.

— И что они показывают?

Вейл достал из пальто сложенный лист.

Протянул ей.

Иона не сразу взяла бумагу.

— Это ещё один муниципальный документ?

— Копия. Мерсер знает, что она у меня.

— Хорошо.

Она развернула лист.

На нём был изображён грубый набросок участка южной стены.

Две точки наблюдения были отмечены отдельно.

С первой стена выглядела сплошной.

Со второй прямоугольный проём прерывал каменную кладку.

Белл поставил возле рисунков время: 10:03 и 10:11.

Иона внимательно изучила лист.

— Он рисовал с одного и того же места?

— Нет.

— Тогда это может быть обычная разница в точке обзора.

— Возможно.

— Со второй точки проём был виден?

— Судя по его записям.

— Кто-нибудь ещё его видел?

— Возможно, миссис Фенвик.

Иона подняла голову.

— Тогда спросите у неё.

Вейл кивнул.

— Спрошу.

Она сложила бумагу.

— Артур, не стройте теорию на основании одного рисунка.

— Стараюсь.

— Хорошо.

Он посмотрел на реку.

Через некоторое время сказал:

— А если там действительно существует другой проход?

Иона проследила за его взглядом.

Старый мост темнел под облаками.

Цепь муниципалитета перегораживала нижний подход к пристани.

За ней виднелись знакомые камни мостовой, третья причальная свая и железное кольцо, которое она починила.

Ничто не указывало на дверной проём.

Ничто не указывало на другой берег.

— Тогда кому-то придётся решить, стоит ли им воспользоваться, — сказала она.

Вейл посмотрел на неё.

— А кто вправе это решать?

Иона задумалась.

— Не знаю.

На этот раз ответ, кажется, его удовлетворил.

✦

Они расстались на углу рыночной площади.

Вейл направился на север.

Иона свернула к дому, когда первые капли дождя застучали по мостовой.

Она ускорила шаг.

Возле мастерской под навесом стоял Нед.

В руках он держал небольшую деревянную коробку.

Иона остановилась.

— Нед? Что ты здесь делаешь?

Он выглядел смущённым.

— Я не работал.

— Это я вижу.

— Зашёл кое-что оставить.

— Что?

Он протянул коробку.

Внутри стоял маленький деревянный стульчик.

Недостаточно большой, чтобы на нём мог сидеть человек.

Макет, тщательно сделанный, с четырьмя ножками одинаковой длины и гладким сиденьем.

Иона уставилась на него.

— Что это?

— Старый стул.

— Тот стул давно пошёл на дрова.

— Почти весь.

Нед улыбнулся.

— Я сохранил сиденье. Ты разрешила.

— Разрешила.

— Подумал, сделаю что-нибудь полезное.

Иона достала стульчик из коробки.

Работа была прекрасной.

Соединения подогнаны плотно.

Ножки стояли ровно.

Сиденье отполировано так, что рисунок древесных волокон блестел.

Она перевернула его.

Снизу Нед вырезал три слова:

СТОИТ НА МЕСТЕ.

Иона подняла голову.

Нед пожал плечами.

— Подумал, тебе понравится хоть что-нибудь, что никуда не сдвигается.

Некоторое время она не могла заговорить.

Потом сказала:

— Слишком маленький.

Он широко улыбнулся.

— Это первое, к чему ты придралась?

— Второе. Ты использовал хорошие латунные гвозди там, где хватило бы деревянных штифтов.

— Вот теперь я узнаю Иону.

Она рассмеялась.

Потом осторожно положила стульчик обратно в коробку.

— Спасибо, Нед.

Он выглядел удивлённым.

— Не за что.

— А теперь иди домой, пока не промок насквозь.

— Да, мисс.

Он двинулся прочь.

Потом обернулся.

— Иона?

— Что?

— Завтра работаем?

— Разумеется.

Нед улыбнулся.

— Хорошо.

Она смотрела ему вслед.

Потом отнесла маленький стульчик в мастерскую.

✦

Наверху Иона поставила его на кухонный подоконник.

Все четыре ножки стояли ровно.

Маленькое деревянное сиденье отражало свет лампы.

СТОИТ НА МЕСТЕ.

Она улыбнулась.

Затем достала школьную тетрадь.

События дня заняли несколько страниц.

Клара.

Доставка муки.

Отстранение Вейла.

Рисунок Белла.

Она записала рассказ Вейла, отделяя то, что было изображено на рисунке, от того, что сам Артур считал его значением.

Затем закрыла тетрадь.

Завтра она будет чинить лодки.

Поговорит с Мерсером.

Спросит у миссис Фенвик, видела ли та проём в стене.

И проверит муниципальное объявление — остаётся ли причал закрытым.

Всё это были разумные дела.

С разумными делами она умела справляться.

Иона погасила лампу.

За окном дождь стучал по стеклу.

Под мостом текла река.

А на кухонном подоконнике маленький деревянный стульчик оставался ровно там, где его поставил Нед.

✦

В полночь Иона проснулась от звука падения.

Она села на кровати.

Шум донёсся с кухни.

Она зажгла лампу и пошла посмотреть.

Маленький деревянный стульчик лежал на полу.

Иона подняла его.

Одна ножка сломалась.

Она уставилась на стульчик.

Нед работал тщательно.

Соединения были прочными.

Не было никаких причин, по которым ножка должна была сломаться.

Она осмотрела подоконник.

Стульчик стоял в нескольких дюймах от края.

Окно было закрыто.

Никакое животное в комнату не проникало.

Иона перевернула стульчик.

Вырезанные слова остались на месте.

СТОИТ НА МЕСТЕ.

Но под ними, там, где днём дерево было гладким, появилась вторая строка.

Неглубокие, неровные буквы.

Будто кто-то процарапал их остриём гвоздя.

Она поднесла стульчик ближе к лампе.

Три слова:

НЕ ДОВЕРЯЙ НЕПОДВИЖНОСТИ.

Иона прочитала их.

Потом ещё раз.

Положила стульчик на стол.

Долгое мгновение стояла в свете лампы, глядя на сломанную ножку и новую надпись.

Затем открыла ящик возле печки.

Достала погнутый гвоздь, который утром вынула из кармана.

Его остриё было затуплено.

Она осторожно прижала его к дереву.

След получился шире, чем штрихи букв.

Она попробовала под другим углом.

Опять не то.

Иона остановилась.

Положила гвоздь.

Она собиралась проверить, могла ли сама сделать такую надпись.

Это было разумно.

Но она находилась одна.

И вспомнила предупреждение на пронумерованном колышке.

НЕ ИЗМЕРЯЙ В ОДИНОЧКУ.

Иона посмотрела на тёмное окно.

Потом завернула стульчик в чистую ткань.

Завтра Нед сможет осмотреть его вместе с ней.

А сегодня она больше ничего не станет трогать.

Иона оставила свёрток на столе.

Задула лампу.

И вернулась в постель.

Долго лежала без сна.

Она не знала, кто вырезал слова.

Не знала, упал ли стульчик потому, что сломалась ножка, или ножка сломалась от падения.

И не знала, почему кто-то — или что-то — так настойчиво оставляет предупреждения в её мастерской.

Глава восьмая. Во что обходится река

Во что обходится река

Нед почти десять минут осматривал сломанный стульчик.

Иона не мешала ему.

Было утро понедельника. В мастерской стоял холод. Дождь постукивал по окнам.

На верстаке лежали маленький деревянный стульчик, его сломанная ножка и ткань, в которую Иона завернула их ночью.

Нед перевернул стульчик.

Осмотрел соединение. Потом взял с полки увеличительное стекло.

— Он упал?

— Да.

— С подоконника?

— Да.

— С какой высоты?

— Около четырёх футов.

Нед посмотрел на сломанную ножку.

— От этого она не должна была сломаться.

— Почему?

— Потому что я правильно сделал соединения.

Иона приподняла бровь.

Нед поднял голову.

— Правильно.

— Верю.

Похоже, её уверенность смутила его сильнее, чем спор.

Он отложил увеличительное стекло.

— Может, в древесине была трещина.

— Была?

— Когда я закончил, не было.

Он снова осмотрел излом.

Древесина внутри была светлой и чистой. Ни тёмных пятен, ни заметных сучков, ни признаков того, что ножка была повреждена раньше.

Нед приложил отломившуюся часть к соединению.

Поверхности точно совпали.

— Возможно, какой-то изъян я всё-таки проглядел, — сказал он наконец.

— Возможно.

— Или его что-то столкнуло.

— Возможно.

Он перевернул стульчик, чтобы рассмотреть надпись под сиденьем.

СТОИТ НА МЕСТЕ.

Под ней были новые слова.

НЕ ДОВЕРЯЙ НЕПОДВИЖНОСТИ.

Нед коснулся царапин пальцем.

— Я этого не писал.

— Знаю.

— Уверена?

— Я видела, как ты вчера отдал мне стульчик. Надписи не было.

— Значит, кто-то приходил к тебе на кухню.

— Одно из возможных объяснений.

— Дверь была заперта?

— Да.

— Окна?

— Закрыты.

Он посмотрел на неё.

— Ты кого-нибудь слышала?

— Только как упал стульчик.

Нед снова посмотрел на надпись.

— Может, я сам что-то поцарапал и не заметил.

— Три слова?

— Не эти слова.

— Тогда не придумывай себе ошибку только потому, что тебе не нравится другая возможность.

Он слабо, неуверенно улыбнулся.

— Совсем как ты обычно мне говоришь.

— Я только что это сказала.

Нед поставил стульчик.

Некоторое время они смотрели на него вместе.

Потом Нед спросил:

— Что ты собираешься с ним делать?

— Сохраню.

— Зачем?

— Потому что он твой.

Он удивился.

— Я могу сделать другой.

— Знаю.

— Который не сломается.

— Буду рада.

Нед расплылся в улыбке.

Иона снова завернула стульчик и поставила на высокую полку.

Потом взяла утренние счета.

— У нас работа.

Нед взглянул на полку.

— И мы просто оставим его там?

— Если, конечно, ты не считаешь, что, разглядывая его, сможешь починить ножку.

— Нет.

— Тогда неси древесину.

Он ушёл.

Иона на мгновение осталась одна.

Надпись на стульчике тревожила её.

Не потому, что она понимала её смысл.

А потому, что кто-то потрудился вырезать эти слова, и она понятия не имела, было ли это предупреждением, угрозой или шуткой.

За свою жизнь Иона достаточно наобщалась с людьми, которые отказывались прямо говорить, чего хотят.

Она не собиралась позволять непонятной надписи распоряжаться её рабочим днём.

Иона открыла бухгалтерскую книгу.

✦

К десяти часам закрытие причала окончательно превратилось в бухгалтерскую проблему.

Первым клиентом оказался рыбак по имени Абель Прайс.

Его лодку уже отремонтировали, и он пришёл её забрать.

К сожалению, лодка стояла во дворе Ионы, а до ближайшего действующего слипа было почти милю.

Абель остался недоволен.

— Завтра она должна быть на воде.

— Значит, придётся её перевезти.

— Как?

— На телеге.

— На чьей?

— Ещё не договорилась.

Он уставился на неё.

— А о чём ты договорилась?

— О ремонте, за который ты мне заплатил.

— Мало толку от ремонта, если я не могу спустить лодку.

— Да. Мало.

Абель скрестил руки.

Это был грузный мужчина с обветренным лицом и грубыми ладонями, привыкшими много лет тянуть сети.

Иона знала его с детства.

Однажды он столкнул её в реку.

Следующим летом она отплатила ему тем же.

Дружба пережила оба происшествия.

— За телегу заплатишь? — спросил он.

— Узнаю, сколько она стоит.

— Я не об этом спрашивал.

— Нет.

Он внимательно посмотрел на неё.

— Не твоя вина, что причал закрыли.

— Не моя.

— Но и не моя.

— Верно.

Они стояли друг напротив друга.

Относительно фактов разногласий не было.

Легче от этого не становилось.

Наконец Абель сказал:

— Узнай цену. Потом поговорим.

Он повернулся к выходу.

Иона окликнула его:

— Абель.

Он остановился.

— За первый день задержки я тебе заплачу.

Он нахмурился.

— Ты не обязана.

— Я обещала отдать лодку в понедельник.

— И отремонтировала её.

— Да.

— Тогда с какой стати платить мне?

— Потому что ты строил планы исходя из срока, который я назвала.

Абель задумался.

Потом покачал головой.

— Странная ты женщина.

— Все мне об этом говорят.

Он ушёл.

Нед появился из-за лодки.

— Мы можем себе это позволить?

— Без особого удовольствия.

— Тогда зачем предложила?

Иона посмотрела на бухгалтерскую книгу.

— Потому что, если завтра он не выйдет на промысел, потеряет деньги.

— Мы тоже.

— Да.

Нед ждал.

Она закрыла книгу.

— Нет такого решения, при котором задержка ничего никому не будет стоить, Нед. Кому-то придётся понести расходы.

Он посмотрел на лодку Абеля.

— Почему нам?

Иона задумалась.

— Возможно, не только нам и следует.

✦

Второй клиент пожаловался на двигатель.

Третий потребовал вернуть деньги за аренду лодки, которую Иона больше не могла предоставить.

К полудню она вернула залог за аренду, пообещала Абелю сообщить решение и отложила две работы, для которых требовался доступ к нижнему слипу.

Нед сломал стамеску.

Печка погасла.

А через участок крыши, который Иона собиралась починить ещё до зимы, просачивался дождь.

Она стояла под капающей водой с ведром.

— Это, — сказала она, — уже становится личным.

Нед поднял голову от верстака.

— Принести ещё одно ведро?

— Нет. Принеси лестницу.

— Ты же говорила, что в дождь на крыше работать не будем.

— И не будем.

— Тогда зачем лестница?

— Хочу выяснить, откуда течёт вода.

— Разве не с крыши?

Иона посмотрела на него.

Нед ухмыльнулся.

Она протянула ему ведро.

— Однажды, Нед, кто-нибудь станет платить тебе за твою невыносимую назойливость.

— Вот было бы здорово!

✦

В час дня появилась женщина по имени Мириам Колдер.

Ни карты, ни блокнота, ни загадочного предмета при ней не было.

Вместо этого она принесла счёт.

Мириам нравилась Ионе ещё меньше, чем большинство людей, приходивших со счетами.

— Мириам.

— Иона.

Они знали друг друга двадцать лет и так и не определились окончательно, можно ли считать себя подругами.

Мириам владела площадкой для просушки у реки и двумя складскими сараями за рыночным слипом.

Она сдавала рыбакам место для хранения вещей, держала древесину для торговцев и иногда разрешала спускать лодки с короткого каменного съезда возле своей территории.

За всем своим имуществом она тщательно следила.

И соответственно назначала плату за пользование им.

На Мириам были тёмно-синее пальто и прочные сапоги.

Седые волосы убраны под простую шляпу.

По выражению её лица можно было предположить, что стоимость предстоящего разговора она уже рассчитала.

— Слышала, тебе нужен слип, — сказала она.

— Возможно.

— Нужен.

— Ты собираешься мне его продать?

— Нет. Сдать свой в аренду.

Она положила счёт на верстак.

Иона прочитала.

Потом перечитала.

— Грабёж.

— Нет. Грабёж — это когда я забираю твои деньги без разрешения.

— Могла бы и не церемониться.

— Можешь воспользоваться рыночным слипом.

— Он принадлежит муниципалитету.

— Именно.

Иона изучила цифры.

Отдельно взималась плата за провоз лодок через двор Мириам.

Отдельно — за пользование съездом.

И ещё одна сумма — за хранение, если лодка останется на ночь.

— Почему за двор и съезд нужно платить отдельно?

— Потому что во дворе я храню древесину, а со съезда спускаю лодки.

— Очень познавательно.

Мириам улыбнулась.

— Всегда пожалуйста.

Подошёл Нед.

— А если воспользоваться съездом несколько раз, цена будет ниже?

Обе женщины повернулись к нему.

Мириам задумалась.

— Возможно.

Иона посмотрела на Неда.

— Продолжай.

Он взял счёт.

— Если перевезти лодку Абеля и две рыбацкие лодки в один день, вам придётся освободить двор только один раз.

Мириам медленно кивнула.

— Верно.

— И телеги можно будет вернуть вместе.

— Чьи телеги?

— Скорее всего, Харроу.

Иона скрестила руки.

— Харроу возьмёт с нас деньги.

— Да, — сказал Нед. — Но за одну поездку меньше, чем за три.

Мириам посмотрела на него с новым интересом.

— Давно ты здесь работаешь?

— Три года.

— Она тебе достаточно платит?

— Нет, — сказал Нед.

Иона повернулась к нему.

Он ухмыльнулся.

Мириам рассмеялась.

— Принеси размеры лодок, и я рассчитаю общую цену.

Иона посмотрела на счёт.

— Уже лучше.

— Это не одолжение, — сказала Мириам.

— Я и не приняла его за одолжение.

— Хорошо.

Мириам забрала бумагу.

У двери остановилась.

— И ещё кое-что.

Иона ждала.

— Если совет закроет и рыночный слип, мой двор останется единственным удобным местом для спуска лодок на этом участке реки.

— И?

— Меня уже спрашивают, стану ли я разрешать им пользоваться.

— Станешь?

— Некоторым.

Иона внимательно посмотрела на неё.

— Каким?

— Тем, кто сумеет воспользоваться им, не нанося ущерба моему делу.

— Не слишком широкая категория.

— Это моя собственность.

— Никто не спорит.

Лицо Мириам стало жёстче.

— Совет заговорил об обеспечении чрезвычайного доступа. Хочу, чтобы ты знала: если они прикажут мне открыть двор для всех телег города, я намерена возражать.

Иона посмотрела на неё.

— Зачем говоришь мне?

— Потому что к твоему мнению о набережной прислушиваются.

— Обычно чтобы потом пожаловаться.

— Но сначала всё-таки слушают.

Мириам взглянула на реку.

— Я пятнадцать лет выплачивала деньги за этот двор. Прошлогодний паводок обошёлся мне дороже, чем все помнят. Если совет хочет пользоваться моей землёй, пусть объяснит, кто оплатит ущерб.

Иона могла бы назвать её эгоисткой.

У Мириам были покрашенные сараи и сапоги получше, чем у Неда.

Вероятно, бухгалтерские книги она содержала в полном порядке.

Но у неё были долги, работники и имущество, которое могло пострадать из-за решений, принимаемых где-то в другом месте.

— Справедливый вопрос, — сказала Иона.

Мириам удивилась.

— Думала, ты станешь спорить.

— Наверняка стану, когда увижу окончательную цену.

— Вот этого я и ожидала.

Она улыбнулась и ушла.

✦

После её ухода Нед стоял возле верстака и разглядывал собственные руки.

Иона заметила.

— Что?

— Ничего.

— Тогда почему вид у тебя такой, будто ты проглотил гвоздь?

Он замялся.

— Во дворе миссис Колдер хватит места ещё для одной мастерской.

— Да.

— В прошлом месяце она спрашивала, не знаю ли я кого-нибудь, кто захотел бы её арендовать.

Иона ждала.

— Я об этом думал.

Слова прозвучали тихо.

На мгновение в мастерской установилась какая-то непривычная тишина.

— Ты хочешь уйти? — спросила Иона.

— Не совсем.

— Очень бесполезный ответ.

Нед переступил с ноги на ногу.

— Я хотел бы сам заниматься мелким ремонтом. Весла, крепления, может быть, небольшие лодки. Не такими работами, как у тебя.

— Я всё это тоже делаю.

— Знаю.

Он посмотрел на неё.

— В этом отчасти и проблема.

Иона почувствовала, как начинает раздражаться.

— Какая проблема?

— Здесь нет ничего, чего бы ты прежде не делала лучше меня.

Она открыла рот.

Потом закрыла.

Нед продолжил:

— Я понимаю, что ещё не готов управлять собственной мастерской. Понимаю, что буду ошибаться. Но не хочу ещё десять лет подавать тебе древесину и ждать, когда ты наконец разрешишь мне что-нибудь попробовать.

— Ты не только подаёшь древесину.

— Знаю.

— Ты отремонтировал крепление мистера Пайка.

— Пока ты стояла у меня над душой.

— Потому что он уже однажды сломал свою лодку.

Нед опустил глаза.

Иона услышала себя со стороны.

Она отложила счёт.

— Давно ты об этом думаешь?

— С весны.

— Почему не сказал?

— Думал, ты скажешь, что я не готов.

— А ты готов?

Он посмотрел на неё.

— Не знаю.

Это был ответ лучше, чем она ожидала.

Иона потянулась к стулу с короткой ножкой и только тогда вспомнила, что его больше нет.

Несколько мгновений она неловко стояла, потом села на перевёрнутый ящик.

— Ты посчитал, во сколько тебе это обойдётся?

— Кое-что.

— Аренду?

— Да.

— Инструменты?

— Почти всё.

— Страховку?

Нед замялся.

— Нет.

— Клиентов?

— Нескольких.

— Достаточно, чтобы платить себе жалованье?

Он промолчал.

Иона кивнула.

— Вот с этого и начни.

Нед уставился на неё.

— Ты не сердишься?

— Ещё не решила.

— Знакомый ответ.

— Не вздумай умничать за мой счёт.

Он слабо улыбнулся.

Иона посмотрела на отремонтированные лодки.

Она представляла, что Нед будет работать рядом с ней ещё много лет.

Её вполне устраивало такое положение вещей.

Она не спросила, устраивает ли оно его.

— Завтра принеси свои расчёты, — сказала она.

— Зачем?

— Посмотрим, составил ли ты разумный план или собираешься довести себя до разорения.

Он долго смотрел на неё.

Потом улыбнулся по-настоящему.

— Хорошо.

— И, Нед?

— Да?

— Если Мириам предложит тебе условия лучше, чем мне, хочу знать, как ты её уговорил.

Он рассмеялся.

✦

В понедельник после обеда Рут отправилась в муниципальный архив.

Она собиралась сравнить три старые карты.

Вместо этого ей пришлось спорить со служащим о том, можно ли копировать документы, находящиеся в открытом доступе.

Служащий был не тот, что разговаривал с Ионой на прошлой неделе.

На этом был жилет, слишком тесный на животе, и существовала сложная система сортировки документов, которая, судя по всему, в основном сводилась к отказам в доступе.

— Эти документы недоступны, — сказал он.

— Почему?

— На проверке.

— У кого?

— В отделе.

— В каком отделе?

— В соответствующем.

Рут посмотрела на него.

— Можно узнать название?

— Не думаю, что это будет полезно.

— Тогда скажите, когда проверка закончится.

— Не могу.

— Могу я посмотреть документы, которые не находятся на проверке?

— Какие именно?

Она протянула список.

Он изучил его.

Затем исчез за дверью.

Рут ждала.

Прошло десять минут.

Потом пятнадцать.

Через двадцать минут она села и открыла блокнот.

У неё были и другие дела.

Она вычеркнула документы, к которым ей не разрешили доступ.

Возле каждого записала дату и название учреждения.

Потом начала сравнивать уже собранные сведения.

Она не пыталась доказать, что дороги меняются.

Она пыталась выяснить, каким наблюдениям можно доверять.

Это различие стало для неё важным.

Ещё три дня назад она просто обозначила бы маршрут одной линией.

Теперь отмечала дату, исходную точку, конечный пункт, способ измерения и то, была ли она одна.

Работа шла медленнее.

Ей это не нравилось.

Но ложная уверенность нравилась ещё меньше.

Когда служащий вернулся, он принёс две карты.

— Эти доступны.

— Спасибо.

Он положил их на стол.

Рут изучила первую.

На ней прибрежный район был изображён таким, каким он был тридцать лет назад.

Вторая карта была новее.

Она узнала мост, рынок и длинную дорогу за складами.

А ещё — узкий проход возле бывшего бондарного двора.

На одной карте он вёл к нижней набережной.

На другой упирался в стену.

Рут провела пальцем по линиям.

— Когда закрыли этот проход?

Служащий заглянул через её плечо.

— Какой проход?

Она указала.

— Вот этот.

Он изучил обе карты.

— Не могу сказать.

— В муниципалитете должна сохраниться запись?

— Вероятно.

— Можно её посмотреть?

Он долго смотрел на неё.

— Придётся спросить.

Рут на мгновение закрыла глаза.

— Разумеется.

Служащий забрал карты.

Рут осталась за столом.

Рядом было маленькое окно.

Через стекло она видела людей, пересекавших рыночную площадь.

Женщина несла овощи.

Мужчина вёл лошадь.

Двое детей наперегонки бежали к фонтану.

Все они пользовались дорогами, не задаваясь вопросом, куда те приведут.

Рут позавидовала им.

На мгновение ей захотелось забыть всё, что она видела.

Потом она вспомнила другой день, несколько месяцев назад, когда люди смотрели на неё и настаивали, что уже знают, кто она такая.

Тогда Рут поняла, как изматывает чужая уверенность, которую тебе навязывают.

Она не собиралась поступать так же с жителями города лишь потому, что её измерения выглядели убедительно.

Рут снова открыла блокнот.

✦

Когда Рут вышла из архива, возле входа её ждал мужчина.

Он был в тёмном пальто и держал шляпу в руках.

Она сразу узнала его.

— Элиас.

Он улыбнулся.

— Здравствуй, Рут.

На мгновение она обрадовалась встрече.

Затем заметила выражение, скрывавшееся за его улыбкой.

— Что случилось?

— Ничего срочного.

— Это не то же самое, что ничего.

— Да.

Он взглянул на улицу.

— Мара попросила меня тебя найти.

Выражение лица Рут изменилось.

— Зачем?

— Хотела поговорить.

— О чём?

— Не сказала.

Рут внимательно посмотрела на него.

— С ней всё в порядке?

— Да.

— Тогда почему она не пришла сама?

— Когда я уходил, она была в пекарне.

Рут опустила глаза к блокноту.

Почему-то она внезапно ощутила раздражение.

Мара хотела поговорить с ней.

Элиаса послали её разыскать.

И никто из них не объяснил зачем.

Пустяковая вещь.

Самая обыкновенная.

И всё же она напомнила Рут о времени, когда каждый её шаг, казалось, требовал чужого понимания и одобрения.

— Скажи ей, что приду, когда закончу, — ответила она.

Элиас кивнул.

— Конечно.

Он не спросил, чем она занимается.

Не заглянул в блокнот.

Просто надел шляпу.

— Хочешь, я составлю тебе компанию по дороге?

Рут задумалась.

— Сегодня нет.

— Хорошо.

Он двинулся прочь.

Потом обернулся.

— Рут?

— Да?

— Она не пыталась тебя вызвать по первому требованию.

Рут подняла голову.

Элиас мягко улыбнулся.

— Она беспокоилась, что ты ничего не ела.

На мгновение Рут почувствовала себя глупо.

Потом рассмеялась.

— И послала тебя спросить об этом?

— Она послала меня, потому что я всё равно шёл в эту сторону.

— Конечно.

— Ты придёшь позже?

— Да.

— Хорошо.

Он пошёл дальше.

Рут смотрела, как он исчезает в толпе.

Затем вернулась к блокноту.

Прежде чем отправиться в пекарню, ей оставалось проверить ещё одну улицу.

И она собиралась закончить начатое.

✦

В половине пятого Иона пришла во двор Мириам Колдер.

Дождь прекратился.

Рыночный слип был забит телегами, рыбаками и двумя мальчишками, пытавшимися уговорить упрямого пони отступить от груды бочек.

Мириам стояла возле складского сарая и спорила с торговцем.

— Нет, — сказала она.

Торговец указал на съезд.

— Но он пустует.

— Пустует потому, что я держу его свободным.

— Для кого?

— Для моих клиентов.

— Я клиент.

— Вы мне не заплатили.

Торговец возмущённо уставился на неё.

Мириам заметила Иону.

— Приходите завтра, — сказала она торговцу.

— Я пожалуюсь в совет!

— Передайте им от меня привет.

Торговец ушёл.

Иона подошла.

— Быстро ты заводишь друзей.

— Не быстрее тебя.

Мириам повела её к съезду.

Он был узким, но содержался в хорошем состоянии.

Каменная поверхность полого уходила в воду.

По обеим сторонам стояли массивные деревянные столбы, а у входа во двор можно было натянуть цепь.

Иона осмотрела столбы.

— Эти новые?

— Прошлогодние.

— Кто устанавливал?

— Люди Харроу.

— Это объясняет, почему один стоит криво.

Мириам посмотрела.

— Какой?

— Тот.

Иона указала.

Мириам осмотрела столб и нахмурилась.

— Заставлю переделать.

— И правильно.

Они прошли вдоль съезда.

Иона на глаз прикинула полезную ширину.

Затем достала из пальто складную линейку.

Мириам вздохнула.

— Ну конечно, ты её принесла.

— Мне обещали слип.

— Надо было брать плату за осмотр.

Они измерили съезд.

Лодка Абеля проходила по ширине, хотя повернуть с ней во двор будет непросто.

Для более крупной рыбацкой лодки, возможно, понадобится вторая телега.

Иона сделала записи.

Мириам наблюдала за ней.

— Какая ты придирчивая.

— Поэтому мои лодки держатся на воде.

— Большую часть времени.

— Всегда, когда я возвращаю их владельцам.

Мириам улыбнулась.

Потом посмотрела на реку.

— Слышала, что обсуждает совет?

— Чрезвычайный доступ.

— Не только.

Иона сложила линейку.

— Что ещё?

— Они рассматривают возможность снова открыть старое русло за складами.

Иона уставилась на неё.

— Зачем?

— Кто-то считает, что это уменьшит давление на подпорную стену.

— Кто?

— Инженер, которого пригласили из графства.

— Он осматривал стену?

— Не знаю.

— Тогда откуда ему известно, что давление нужно уменьшать?

— Я спросила то же самое.

Иона оглядела двор.

Старое русло засыпали несколько десятилетий назад.

Большинство помнило о нём только как о низком участке земли за складскими сараями.

Во время сильных дождей там иногда собиралась вода.

Летом играли дети.

По одному краю стояли сушильные рамы Мириам.

— Если его откроют, — сказала Иона, — твой двор может затопить.

— Да.

— И дома за ним.

— Возможно.

— Владельцам сообщили?

— Официально — нет.

Иона посмотрела на Мириам.

— Значит, пока это только предложение.

— Пока.

Лицо Мириам ожесточилось.

— Пусть называют это чрезвычайной мерой, как хотят. Это ещё не даёт им права решать, каким предприятиям после неё выжить.

Иона вспомнила закрытый причал.

Лодку Абеля.

Жалованье Неда.

Муку Нелл.

Каждая попытка решить одну проблему, похоже, могла создать следующую.

— Ты разговаривала с инженером? — спросила она.

— Ещё нет.

— Тогда поговори, прежде чем решать, чего он добивается.

Мириам посмотрела на неё.

— Считаешь, я веду себя неразумно?

— Считаю, у тебя могут быть все основания возражать. Но ещё считаю, что следует точно знать, против чего возражаешь.

Мириам обдумала её слова.

Потом кивнула.

— Справедливо.

Иона посмотрела в сторону старого русла.

Низина заросла травой.

В нескольких лужах отражалось послеполуденное небо.

Ничто здесь не казалось опасным.

Иона всё меньше доверяла подобному впечатлению.

✦

К пяти часам Рут закончила проверять улицу за бондарным двором.

Проход был открыт.

И вёл именно туда, куда указывала старая карта.

Она прошла по нему дважды.

Оба раза вышла к нижней набережной.

Затем вернулась на рынок и отправилась в пекарню Нелл.

В лавке было тепло.

Полки снова заполнились хлебом.

Нелл стояла за прилавком и смеялась над чем-то, что сказал Даниэль.

Мара сидела за маленьким столиком возле окна.

Рут остановилась в дверях.

Несколько мгновений она просто смотрела на неё.

У них были одинаковые лица.

Когда-то этот факт словно требовал объяснений каждый раз, когда они оказывались в одной комнате.

Теперь он был просто одной из причин, по которым незнакомые люди оборачивались.

Мара подняла голову.

— А вот и ты.

Рут подошла.

— Элиас сказал, ты хотела меня видеть.

— Хотела.

— Зачем?

Мара взглянула на пустой стул напротив.

— Хочу поговорить.

— О чём?

— Сначала садись.

Рут замялась.

Потом села.

Нелл принесла чай, хотя её никто не просил.

Поставила чашку перед Рут.

— И хлеб, — добавила она.

— Я ничего не заказывала.

— Мара заказала.

Рут посмотрела на неё.

Мара улыбнулась.

— Подумала, ты, возможно, голодна.

— Я могу сама заказать себе еду.

— Знаю.

Рут ждала.

Улыбка Мары погасла.

— Ты бы предпочла, чтобы я этого не делала?

Вопрос был простым.

И заслуживал простого ответа.

— Нет, — сказала Рут.

Она взяла кусочек хлеба.

— Спасибо.

Некоторое время они ели молча.

За окном пекарни проходили люди.

Мальчик остановился посмотреть на пирожные.

Мать взяла его за руку и увела.

Мара проводила их взглядом.

— Как твоя карта?

— Разрастается.

— Звучит многообещающе.

— Не обязательно.

Рут рассказала о меняющихся маршрутах, измерениях и о том, как трудно описывать наблюдения, не создавая впечатления, будто ты что-то гарантируешь.

Мара слушала.

Не перебивала.

Когда Рут закончила, Мара посмотрела на блокнот возле её чашки.

— Можно взглянуть?

Рут замялась.

Мара заметила.

— Не обязательно мне показывать.

— Знаю.

Рут открыла блокнот.

Нашла страницу с маршрутом за бондарным двором.

Мара наклонилась вперёд.

— Это проход возле старого склада.

— Да.

— Я думала, его закрыли.

— На одной из карт он обозначен как закрытый.

— Но сейчас открыт?

— Сегодня.

Мара кивнула.

— Сегодня.

Она откинулась на спинку стула.

— Ты рассказала Ионе?

— Ещё нет.

— Думаешь, ей было бы интересно?

— Вероятно.

Мара задумалась.

Потом спросила:

— А что ты сама хочешь сделать с картой?

Рут посмотрела на неё.

— Мне казалось, я знаю.

— А теперь?

— Не уверена.

Мара ждала.

Рут закрыла блокнот.

— Я начала, потому что хотела доказать: мне всё это не мерещится. Потом подумала, что карта может помочь людям находить дорогу. А теперь боюсь, что кто-нибудь станет доверять ей больше, чем следует.

— А ты ей доверяешь?

— Я доверяю тому, что измерила.

— Это не совсем одно и то же.

— Нет.

Мара посмотрела в сторону реки.

На мгновение Рут подумала, что сейчас услышит совет.

Вместо этого Мара сказала:

— Раньше я думала: если люди узнают обо мне всю правду, они поймут, как с этой правдой обращаться.

Рут опустила глаза.

Мара тихо продолжила:

— Не поняли.

Рут помнила.

Люди знали о них то, чего ни одна из двух женщин не могла изменить.

Знали факты.

Делали выводы.

И обращались с этими выводами так, будто они давали им право распоряжаться двумя чужими жизнями.

— Факты имеют значение, — сказала Рут.

— Да.

— Но их недостаточно.

— Нет.

Мара посмотрела на неё.

— Это не значит, что нужно перестать их искать.

Рут почувствовала, как внутри отпускает какое-то напряжение.

Она ожидала, что Мара посоветует быть осторожной.

Или уверит, что она всё делает правильно.

Мара не сделала ни того ни другого.

— О чём ты хотела поговорить? — спросила Рут.

Мара удивилась.

— Об этом.

— Только об этом?

— В основном.

Рут улыбнулась.

— Так бы сразу и сказала.

— Могла бы.

Мара рассмеялась.

Некоторое время они просто сидели вместе, радуясь редкому, самому обыкновенному удовольствию — понимать друг друга, не объясняя каждое слово.

Потом подошла Нелл.

— Ещё по чашке?

— Да, — сказала Рут.

Мара посмотрела на неё.

— Ты останешься?

— Ненадолго.

— Хорошо.

✦

Иона вернулась в мастерскую незадолго до шести.

Нед закончил дневную работу и теперь чистил инструменты.

— Как прошло у миссис Колдер?

— Дорого.

— Она согласилась снизить цену?

— Предварительно.

— Хорошо.

— Будет хорошо, если сумеем провезти лодки через её двор.

— Думаю, сумеем.

Иона посмотрела на него.

— Ты составил план с размерами?

— Да.

Он протянул лист бумаги.

На нём были указаны размеры трёх лодок и предполагаемый порядок перевозки.

Цифры записаны аккуратно.

Место для разворота измерено.

Нед даже учёл ширину колёс телеги.

Иона внимательно изучила чертёж.

— Кто тебе помогал?

— Никто.

— Уверен?

— Да.

Она посмотрела ещё раз.

— Хорошая работа.

Нед уставился на неё.

— Хорошая?

— Да.

— Не просто сойдёт?

— Нет.

— Даже без замечаний?

— Нед.

Он ухмыльнулся.

— Прости.

Иона вернула лист.

— Завтра покажем Мириам.

— Хорошо.

Она помедлила.

— И принеси свои расчёты для мастерской.

Улыбка у него чуть померкла.

— Завтра?

— Завтра.

Он кивнул.

— Хорошо.

Они вместе закрыли мастерскую.

Перед уходом Нед взглянул на высокую полку.

— Стульчик больше ничего не делал?

— Нет.

— Хорошо.

Иона посмотрела на завёрнутый предмет.

— Возможно.

Нед надел пальто.

— Знаешь, я мог бы сделать тебе настоящий стул.

— У меня есть стулья.

— Но ни одного, который тебе нравится.

Иона задумалась.

— Сначала сделай стул для себя.

Он посмотрел на неё.

— Зачем?

— Чтобы знал, во сколько он обойдётся.

Нед улыбнулся и ушёл домой.

✦

В половине восьмого Иона сидела наверху с бухгалтерской книгой.

Дневные цифры были неприятными, но терпимыми.

Пересмотренная цена Мириам позволяла перевезти лодки, не уничтожив весь недельный заработок.

Абель получит лодку на два дня позже.

Неду она заплатит в пятницу.

Крышу Клары ещё можно будет починить до зимы.

Ничто не было определённым.

Но оставались решения, которые Иона могла принять.

Это её успокаивало.

Затем она открыла тетрадь с измерениями Белла.

Последняя запись оставалась там, куда она её переписала.

Если соединение изменится, свидетель должен оставаться снаружи.

Иона прочитала слова.

Подумала о Питере.

О дорожке, по которой он не мог добраться до мастерской.

О миссис Фенвик, наблюдавшей за Беллом, когда тот шёл к пристани.

И о предупреждающих табличках муниципалитета.

ДОСТУП ОГРАНИЧЕН.

НЕБЕЗОПАСНЫЕ УСЛОВИЯ.

Никто до сих пор не объяснил, что именно делало это место опасным.

Возможно, никто и не мог.

Иона закрыла тетрадь.

Внизу постучали.

Она вздохнула.

— Если это мистер Пайк, возьму с него двойную плату.

Она спустилась и открыла дверь мастерской.

На пороге стоял констебль Мерсер.

И не один.

Рядом с ним был Питер.

Молодой муниципальный рабочий выглядел лучше, чем в пятницу, но под глазами у него залегли тёмные тени.

Бенджамин стоял немного позади.

Иона посторонилась.

— Заходите.

Они вошли.

Мерсер снял шляпу.

Питер остался возле двери.

— Что случилось? — спросила Иона.

Мерсер посмотрел на Питера.

— Расскажи ей.

Питер сглотнул.

— Я кое-что вспомнил.

Иона ждала.

— О той дороге.

— Что именно?

Питер посмотрел на окна мастерской.

— Когда я пытался вернуться, то видел здание.

— Да.

— И вас видел.

— Да.

— Но там было кое-что ещё.

Он потёр ладони одну о другую.

Иона молчала.

Питер глубоко вдохнул.

— Я видел дверь.

— Где?

— Возле мастерской.

— Рядом с мастерской нет никакой двери.

— Знаю.

Голос его дрожал.

— Я видел дверь мастерской. Ту, из которой вы вышли. Но дальше вдоль стены была ещё одна.

Иона посмотрела в сторону окон.

Снаружи находились узкая дорожка и каменный причал.

Второй двери там не было.

— Вы пытались до неё добраться? — спросила она.

Питер покачал головой.

— Нет.

— Почему?

— Потому что в проёме кто-то стоял.

Мерсер посмотрел на Иону.

Она почувствовала, как в комнате стало очень тихо.

— Кто? — спросила она.

Питер смотрел в пол.

— Не знаю.

— Мужчина? Женщина?

— Кажется, мужчина.

— Как он выглядел?

— Лица я не видел.

— Он вас звал?

— Нет.

— Тогда что он делал?

Питер поднял голову.

— Он что-то держал.

Иона ждала.

— Колесо.

У неё похолодело в груди.

— Мерное колесо?

Питер кивнул.

— Такое, какими пользуются геодезисты.

Мерсер положил шляпу на скамью.

— Питер рассказал мне об этом час назад. Я привёл его сюда, потому что решил, что тебе следует услышать всё самой.

Иона посмотрела на Питера.

— Мужчина двигался?

— Нет.

— Вы его узнали?

— Нет.

— Видели, что с ним произошло?

Питер сглотнул.

— Когда я повернулся назад, к пристани, то оглянулся через плечо.

— И?

— Двери уже не было.

Иона стояла неподвижно.

Над печкой тикали часы.

Снаружи по набережной проехала телега.

Она повернулась к Мерсеру.

— Артуру Вейлу рассказали?

— Пока нет.

— Тогда не говорите Артуру, будто он нашёл Белла.

Мерсер уставился на неё.

— Я и не собирался.

— Хорошо.

Питер снова выглядел испуганным.

— Вы думаете, это был он?

Иона задумалась.

Ей хотелось сказать «да».

Хотелось сказать, что инспектор Белл жив, находится где-то за невозможной дверью и ждёт, когда его приведут домой.

Хотелось, чтобы измерения и странные предупреждения означали: кто-то нашёл путь туда и, возможно, сумеет найти обратный.

Но Питер видел человека, которого не смог опознать.

Только и всего.

— Не знаю, — сказала она.

Питер опустил глаза.

Иона придвинула ему стул.

— Садитесь.

Он послушался.

Она принесла воду.

Потом посмотрела на Мерсера.

— Завтра я хочу услышать, что именно вы собираетесь делать с этим причалом.

Мерсер скрестил руки.

— А если я не знаю?

— Тогда обсудим, что можно сделать, даже не зная ответа.

Он некоторое время смотрел на неё.

Потом кивнул.

— Договорились.

✦

После их ухода Иона вышла наружу.

Набережная почти опустела.

Муниципальная цепь перегораживала вход на нижнюю дорожку.

За ней виднелись третья причальная свая и железное кольцо, которое Иона отремонтировала.

Вдоль мостовой тянулась стена мастерской.

В ней была одна дверь.

Её собственная.

Никакого второго проёма.

Никакого человека с мерным колесом.

Ничего. Некоторое время она стояла, глядя туда, где, по словам Питера, появилась другая дверь. Затем повернулась к мастерской. Она видела достаточно, чтобы понимать: что-то происходит. Но недостаточно, чтобы сказать, что именно. И уж тем более недостаточно, чтобы обещать кому-либо возвращение пропавшего инспектора домой. Войдя внутрь, Иона закрыла дверь и повернула ключ. Потом поднялась наверх. На кухонном подоконнике стоял маленький деревянный стульчик Неда. В тот день Иона починила его сломанную ножку. Новое соединение ещё сохло. Скорее всего, оно выдержит. Иона ненадолго осмотрела стульчик. Потом оставила его в покое. Были люди, которым требовалась помощь. Лодки, которые нужно было чинить. Жалованье, которое следовало выплачивать. И вопросы, на которые она не могла ответить. Завтра она начнёт с того, что ей по силам. Река может сохранить свои тайны ещё на одну ночь.

Глава девятая. Дверь — не дорога

Во вторник утром Иона Рид обнаружила незнакомца, измерявшего её мастерскую.

Он стоял на улице со складной линейкой и измерял ширину здания от одного угла до другого.

Она дождалась, пока он сделает карандашную пометку в блокноте, и открыла дверь.

— Собираетесь её купить?

Незнакомец поднял голову.

Это был широкоплечий мужчина в сером пальто, с аккуратно подстриженной бородой и сапогами, которые почти не знали грязи.

— Мисс Рид?

— Смотря что вы уже намерили.

Он улыбнулся.

— Доктор Саймон Керси. Инженерное управление графства.

— Доктор в какой области?

— Инженерии.

— Хорошо. А то я на мгновение подумала, что они прислали врача обследовать стену.

Он убрал линейку.

— Насколько я понимаю, вы помогаете расследованию.

— Кое-что измеряла.

— Мне рассказывали.

— Кто?

— Констебль Мерсер.

Иона посмотрела на блокнот в его руке.

— Он также сказал, что причал закрыт?

— Да.

— Тогда почему вы измеряете моё здание?

Керси взглянул в сторону южной стены.

— Чтобы установить неподвижные опорные точки.

Она скрестила руки.

— До того, как установите, что они неподвижны, или после?

Он внимательно посмотрел на неё.

Потом неожиданно рассмеялся.

— Справедливый вопрос.

— Я обычно такие и задаю.

— Мне хотелось бы осмотреть нижний подход.

— Тогда лучше поговорите с Мерсером.

— У меня есть его разрешение.

— Хорошо. Вам ещё понадобится кто-нибудь, кто откроет цепь.

Керси достал из кармана пальто ключ.

Иона посмотрела на него.

— Вам дали ключ?

— Да.

— Поразительно. Я работаю здесь двадцать шесть лет, а мне даже расписания не дают.

Керси снова улыбнулся.

— Не хотите пойти со мной?

Иона оглянулась.

Нед готовил отремонтированные лодки к перевозке во двор Мириам Колдер. В течение часа должны были прибыть две телеги.

— У меня работа.

— Насколько я понимаю.

— Тогда приходите после обеда.

— Не уверен, что у меня будет время.

Она посмотрела на него.

— У меня его тоже нет.

Керси помедлил.

Затем убрал ключ.

— В половине четвёртого?

— В три, если телеги прибудут вовремя.

— А если нет?

— Тогда узнаете, как инженерное дело влияет на бизнес.

✦

Телеги опоздали на двадцать минут.

Рабочие Харроу привели двух лошадей, привезли шесть длинных брусьев и набор ремней, которые Иона немедленно объявила неподходящими.

Старший возница обиделся.

— Я и раньше перевозил лодки.

— Только не мои.

— А чем ваши отличаются?

— Для меня они дороже.

Нед стоял возле лодки Абеля Прайса с чертежом в руках. Накануне вечером он пересмотрел расчёты поворота телег во дворе Мириам.

Иона осмотрела план.

— Какая телега пойдёт первой?

— Маленькая. Её нужно завести через ворота до того, как начнём двигать лодку Абеля.

— Почему?

— Иначе лодка Абеля перекроет место для поворота.

Она кивнула.

— Объясни возницам.

Нед посмотрел на неё.

— Я?

— План твой.

— Я думал, ты…

— Я буду рядом, если понадоблюсь.

Он покосился на мужчин, ожидавших возле телег.

Потом расправил плечи.

— Ладно.

Нед подошёл к ним и начал объяснять порядок погрузки.

Сначала старший возница перебивал его. Потом Нед показал расчёты.

Мужчина взял лист, внимательно изучил и кивнул.

Они приступили к работе.

Иона вернулась в мастерскую.

Ей нужно было закончить три весла и разобраться с бухгалтерской книгой, которая с каждым днём становилась всё менее приятным чтением.

Следующий час она занималась обычными делами.

Деревом, которому следовало придать нужную форму.

Металлом, который требовалось подогнать.

Клиентами, рассчитывавшими получить чудо за половину обычной платы.

К полудню лодка Абеля была закреплена на большой телеге.

Нед спустился с погрузочной платформы.

— Готово.

Иона проверила ремни.

Затем расстояние до колёс.

Затем равновесие груза.

— Хорошо.

Нед расплылся в улыбке.

— Не просто сойдёт?

— Хорошо.

Выглядел он до смешного довольным.

Она сделала вид, что не заметила.

✦

Во дворе Мириам Колдер первая телега проехала через ворота без затруднений.

Со второй так не получилось.

Лодка Абеля оказалась слишком широкой, чтобы вписаться в поворот между складским сараем и стеллажом с древесиной.

Иона стояла возле телеги, разглядывая препятствие.

Нед сверился с чертежом.

— Она должна проходить.

— Не проходит.

— Но размеры верные.

— Значит, ошибка в другом.

Он расстроился.

Иона изучила чертёж.

На бумаге места для поворота действительно хватало.

Но задние колёса телеги не шли по той же траектории, что передние.

Нед учёл ширину лодки.

А радиус поворота телеги — нет.

Иона указала на ошибку.

Он уставился на чертёж.

— А.

— Именно.

— Надо было об этом подумать.

— Надо было.

Он опустил голову.

Иона посмотрела на него.

— Найди другой способ.

Нед поднял глаза.

— Что?

— Лодка всё ещё на телеге. Слип никуда не делся. Найди другой способ.

Он осмотрел двор.

Стеллажи с древесиной.

Вход в склад.

Свободное место возле восточной стены.

Затем повернулся к Мириам.

— Можно передвинуть вон ту стопку бочек?

Мириам посмотрела на бочки.

— Они принадлежат клиенту.

— Вам что-нибудь будет стоить их передвинуть?

— Время.

— Сколько?

— Смотря кто будет двигать.

Нед задумался.

— Я передвину.

— Тебе ещё лодку спускать.

— Я успею и то и другое.

Мириам посмотрела на Иону.

Та промолчала.

Через мгновение Мириам кивнула.

— Передвигай осторожно. И поставь обратно, прежде чем уйдёшь.

Нед улыбнулся.

— Спасибо.

Он принялся освобождать проход.

Старший возница наблюдал за ним.

— Учится ваш парень.

Иона посмотрела на Неда.

— Да, — сказала она. — Учится.

✦

К половине третьего все три лодки были перевезены.

Две уже находились на воде.

Третья ждала возле слипа своего владельца.

Прежде чем отпустить телеги, Мириам осмотрела двор.

Обнаружила сломанную планку забора.

Нед признался, что повредил её, когда двигал бочки.

Иона потянулась к кошельку.

Мириам покачала головой.

— Ваш помощник может её починить.

Нед поднял голову.

— Я?

— Ты сломал.

— Да.

— Значит, тебе и чинить.

Он улыбнулся.

— Справедливо.

Иона посмотрела на Мириам.

— Сегодня ты щедрая.

— Я практичная.

— А есть разница?

— Обычно.

Они направились к конторе.

Мириам достала заранее согласованный счёт.

Иона проверила его.

Сумма была правильной.

Она заплатила.

Мириам пересчитала деньги и убрала монеты в ящик.

— Утром приходил инженер из графства, — сказала она.

— Керси?

— Да.

— Что ему понадобилось?

— Хотел осмотреть старый канал.

Иона остановилась.

— Разрешения спросил?

— Да.

— Хорошо.

— Я отказала.

Иона посмотрела на неё.

— Почему?

— Потому что он явился с тремя мужчинами, у которых были колышки, и заявил, что им нужен доступ к моей площадке для просушки.

— Это не то же самое, что осмотреть канал.

— Именно.

Мириам закрыла ящик.

— Он говорит, что они рассматривают возможность временного отвода воды.

— Реку собираются отвести?

— Именно так он выразился.

Иона вспомнила низину за складами.

— Он объяснил, как всё будет устроено?

— Недостаточно подробно.

— Тогда спроси ещё раз.

— Собираюсь.

Мириам посмотрела на сушильные рамы.

— Люди почему-то думают, что, раз моя собственность находится возле реки, она должна принадлежать любой чрезвычайной ситуации, которую обнаружит муниципалитет.

Иона обдумала её слова.

— Про мой причал они думают то же самое.

— Причал тебе не принадлежит.

— Не напоминай.

Мириам едва заметно улыбнулась.

Затем посерьёзнела.

— Если они откроют этот канал, вода не остановится у моего забора.

— Знаю.

— Ниже по склону стоят дома.

— Знаю.

— И кому-то придётся платить, когда грунт начнёт оседать.

За зданиями текла река.

Иона не знала, необходим ли предлагаемый отвод воды.

Но понимала, что Мириам задаёт правильные вопросы.

— Приходи на заседание совета, — сказала она.

— Я и собиралась.

— Принеси свои счета.

Мириам удивилась.

— Зачем?

— Люди иначе слушают, когда можешь точно сказать, во сколько обойдётся их решение.

Мириам задумалась.

Затем кивнула.

— Возможно, ты права.

✦

В четверть четвёртого Иона вернулась в мастерскую.

Доктор Керси ждал снаружи.

Он осмотрел грязь на её сапогах.

— Деятельный день?

— Продуктивный.

— Я изучал старые съёмки.

— Что-нибудь узнали?

— Несколько вещей.

— Полезных?

— Возможно.

Иона отперла мастерскую.

— Заходите. Мне нужно вымыть руки.

Он последовал за ней.

Через несколько минут вернулся Нед с отремонтированной планкой забора Мириам. Он поставил её возле верстака.

— Завтра отнесу обратно.

— Хорошо.

Керси посмотрел на него.

— Вы помощник мисс Рид?

— Да.

— Вы хорошо знаете нижний причал?

Нед взглянул на Иону.

— Очень хорошо.

— Возможно, мне понадобится ваша помощь.

Иона обернулась.

— В чём именно?

— В измерениях.

Нед заинтересовался.

Иона — гораздо меньше.

— Мы уже обсуждали, насколько опасно отправлять людей на эту дорожку.

Керси поднял руку.

— Я не намерен этого делать без надлежащих мер предосторожности.

— Каких?

— Наблюдение из нескольких точек. Неподвижные ориентиры. Никаких лишних перемещений по подозрительному участку.

Иона вытерла руки.

— Разумно.

— Благодарю.

— Если только ориентиры действительно остаются там, где вы думаете.

Керси внимательно посмотрел на неё.

— У вас есть основания в этом сомневаться?

— У меня деревянные колышки появляются там, где я их не оставляла.

Он посмотрел на Неда.

— Это правда?

Тот кивнул.

— На двух даже стояла одна и та же цифра.

— Их мог кто-нибудь передвинуть?

— Разумеется, — сказала Иона.

— Но вы в это не верите?

— Я этого не исключаю.

Керси открыл блокнот.

— Покажете, где их нашли?

— Только из-за ограждения.

— Согласен.

Нед выглядел разочарованным.

Иона заметила.

— Ты тоже идёшь.

Он оживился.

— Хорошо.

— Понесёшь мерный шнур.

Он вздохнул.

— Ну конечно.

✦

Возле нижнего причала было тихо.

Муниципалитет установил второе ограждение со стороны рыбного рынка.

Большое объявление предупреждало пешеходов, что проход запрещён.

Керси осмотрел оба ограждения, прежде чем подойти со стороны мастерской.

Цепь он оставил запертой.

Иона это одобрила.

— Где стоял муниципальный рабочий? — спросил он.

Она указала.

— Примерно там.

— Точнее можете?

— Нет.

— Вы отметили его положение?

— Нет.

— Почему?

— Потому что он был напуган, а я пыталась помочь ему вернуться домой.

Керси кивнул.

— Понятно.

Иона посмотрела на него.

Он сказал это не из вежливости.

Кажется, он действительно понимал.

— Куда он, по вашим наблюдениям, шёл?

— К мастерской.

— А где оказался?

— Снова возле третьей сваи.

— Он развернулся?

— Да.

— Это могло объяснить изменение его положения?

— Отчасти.

— В какой степени?

— Не знаю.

Керси сделал запись.

Нед держал мерный шнур, пока инженер изучал мостовую.

— Я хотел бы кое-что попробовать, — сказал Керси.

— Что именно?

— Проверить видимость ориентиров.

Он достал из футляра небольшой латунный прибор.

Узкая труба была закреплена на складном штативе.

Иона узнала геодезический нивелир.

Керси установил его на широкой части набережной, в стороне от закрытого подхода.

Отрегулировал ножки.

Затем посмотрел в окуляр на третью причальную сваю.

— Нед, встаньте, пожалуйста, возле той стены.

Нед посмотрел на Иону.

— Какой?

— Стены мастерской. Оставайтесь на открытой набережной.

Иона кивнула.

Нед занял указанное место.

Керси снова отрегулировал прибор.

Затем попросил Неда поднять руку.

Тот поднял.

Керси посмотрел в окуляр.

— Ниже.

Нед опустил руку.

— Немного выше.

Нед поднял её.

Керси сделал запись.

Затем повернул прибор к причальной свае.

Несколько секунд смотрел.

Иона ждала.

— Ну что? — спросила она.

— Ничего необычного.

— Успокаивает.

— Не обязательно.

Он отошёл от прибора.

— Посмотрите сами.

Иона наклонилась к окуляру.

Причальная свая была хорошо видна.

Отремонтированное железное кольцо тоже.

Мостовая под ней выглядела совершенно обычной.

Она выпрямилась.

— Что я должна увидеть?

— Ничего определённого. Мне был нужен второй наблюдатель.

— Значит, мы оба справились.

Керси улыбнулся.

Он передвинул прибор немного дальше вдоль набережной.

Они повторили наблюдение.

Потом ещё раз.

На третьей точке Керси нахмурился.

— Что? — спросила Иона.

— Посмотрите.

Она наклонилась к окуляру.

Причальная свая по-прежнему была видна.

Но её основание частично скрывалось за краем стены.

Иона выпрямилась.

— Из-за угла наблюдения.

— Да.

— Тогда что необычного?

— Пока ничего.

Керси просмотрел записи.

— Я хотел выяснить, меняется ли видимое положение сваи при перемещении наблюдателя.

— И?

— Меняется так, как и должно меняться при обычной смене точки обзора.

Иона посмотрела на сваю.

— Значит, она находится там, где положено.

— Насколько позволяет установить эта проверка.

Ответ ей понравился.

Осторожный, но без уклончивости.

Керси начал убирать прибор.

— Мы установили, что видимый ориентир сейчас неподвижен, — сказал он. — Но не установили, пройдёт ли человек, направляющийся к нему, по ожидаемому маршруту.

Иона посмотрела на него.

— Это уже другой вопрос.

— Именно.

Впервые она убедилась, что Керси способен прекратить опыт, когда получен ответ на поставленный вопрос.

✦

Они вернулись в мастерскую незадолго до пяти.

Нед продолжил работу.

Керси развернул на верстаке план.

На нём были изображены мост, южная стена и старое русло за двором Мириам.

Иона наклонилась над чертежом.

— Это ваш проект отвода воды?

— Предварительный.

— Мириам его видела?

— Не полностью.

— Тогда должна увидеть.

Керси кивнул.

— Согласен.

Иона подняла голову.

— Согласны?

— Разумеется.

— Она говорит, вы привели людей с колышками на её участок.

— Я попросил разрешения осмотреть старое русло.

— Она говорит, вы собирались его размечать.

— Собирались.

— Не объяснив ей, что намерены делать?

Керси замялся.

— Это следовало организовать лучше.

— Да.

Он вздохнул.

— На меня сейчас сильно давят.

— Не только на вас.

— Справедливое замечание.

Он свернул план.

— Совет считает, что восстановление части старого русла может уменьшить давление на подпорную стену при высокой воде.

— Уменьшит?

— Возможно.

— Сколько воды вы намерены туда направить?

— Расчёты ещё не закончены.

— Что будет с участком Мириам?

— Зависит от глубины отводного канала.

— А с домами ниже по склону?

— Нужно оценить последствия.

Иона посмотрела на него.

— Значит, проекта у вас ещё нет.

— Есть предложение.

— Хорошо. Так его и называйте.

Керси устало улыбнулся.

— У вас талант заставлять человека чувствовать всю неудобность подобных различий.

— Различие важное.

— Да, — сказал он. — Важное.

✦

В шесть пришла Рут.

Она застала Иону и Керси всё ещё обсуждающими чертежи.

Нед чинил в углу планку от забора Мириам.

Рут остановилась в дверях.

— Я не помешала?

— Только спору, — ответила Иона.

Керси поднялся.

— Доктор Саймон Керси.

— Рут.

Он протянул руку.

Она пожала её.

— Я слышал о ваших картах, — сказал он.

Рут взглянула на Иону.

— От кого?

— От мистера Вейла.

— А.

— Можно на них взглянуть?

Рут замялась.

Иона наблюдала за ней.

— Ты не обязана, — сказала она.

Керси удивился.

Рут немного подумала.

Затем открыла блокнот.

— Покажу результаты наблюдений. Но не рекомендации по выбору маршрутов.

Керси улыбнулся.

— Это было бы полезно.

Они сели за верстак.

Рут объяснила свой метод.

Керси спрашивал об измерительных шнурах, начальных точках и времени наблюдений.

Она отвечала тщательно.

Рут отмечала найденные им несоответствия и требовала проверять каждое предложенное им объяснение.

Иона с трудом могла припомнить, когда в последний раз получала столько удовольствия, слушая, как двое людей спорят над картой.

Наконец Керси дошёл до страницы с проходом за бондарным двором.

Он изучил два маршрута.

— Интересно.

Рут посмотрела на него.

— Почему?

— Потому что здесь различаются не только расстояния.

Она наклонилась ближе.

— Что вы имеете в виду?

— Начальная точка одна и та же. Пункт назначения тоже. Но ориентиры, которые вы отметили по пути, различаются.

— Да.

— Это позволяет предположить, что в одном из случаев вы прошли другим маршрутом.

— Я так и предполагала.

— Однако, по вашим словам, вы нигде не сворачивали.

— Не помню ни одного поворота.

Керси постучал пальцем по странице.

— Значит, либо вы изменили направление движения, не заметив этого, либо путь не соединялся с тем пунктом назначения, к которому, как вы ожидали, он должен был вести.

Иона узнала проблему из записей Белла.

Измеренное расстояние мало о чём говорило, если дорога больше не соединяла те места, которые считались соединёнными.

Керси закрыл блокнот.

— На основании только этих данных я бы не стал делать вывод.

— Я тоже, — ответила Рут.

— Но хотел бы сравнить их с наблюдениями Белла.

Иона резко посмотрела на него.

— Вы видели его записи?

— Некоторые.

— Тогда знаете, что он исчез, обследуя нижний подход.

— Да.

— Думаете, это связано?

— Думаю, связь возможна.

Рут опустила глаза на карту.

Несколько секунд никто не говорил.

Потом Нед спросил из угла:

— Так что нам делать?

Все посмотрели на него.

Он держал отремонтированную планку забора.

— Что? — спросил он.

Иона задумалась.

Вопрос оказался лучше всех, которые они задавали друг другу за последний час.

— А что тебе нужно сделать? — спросила она.

— Завтра отнести эту планку Мириам.

— Вот и отнеси.

Нед выглядел разочарованным.

— Я про дороги.

— Знаю.

— Ну?

Иона посмотрела на Рут и Керси.

Ни один не предложил ответа.

Она снова повернулась к Неду.

— Не пускаем людей туда, где, насколько нам известно, может быть опасно. Проверяем всё, что можем, не подвергая никого риску. И не говорим, будто путь безопасен, только потому, что вчера по нему удалось пройти.

Нед кивнул.

— Ладно.

Потом добавил:

— А лодки?

— Лодки тоже продолжаем чинить.

Он расплылся в улыбке.

— Хорошо.

✦

Керси ушёл вскоре после семи.

Перед уходом он спросил Рут, согласилась бы она передать в инженерное управление графства копии своих наблюдений.

Она ответила не сразу.

— Я хотела бы знать, как их будут использовать.

— Разумно.

— И хочу, чтобы вместе с ними сохранили первоначальные даты и все указания на неопределённость измерений.

— Согласен.

Иона наблюдала за разговором.

Керси учился.

Рут тоже.

Успеют ли они оба научиться достаточно быстро, ещё предстояло выяснить.

После их ухода Нед закончил чистить инструменты.

— Можно спросить?

— Обычно ты так и делаешь.

— Как думаешь, инженер прав?

— В чём?

— Что дорога может вести в другое место.

Иона посмотрела на дверь мастерской.

— Думаю, он умеет правильно поставить вопрос.

— Это не ответ.

— Нет.

Нед слабо улыбнулся.

Затем взял пальто.

— До завтра.

— Спокойной ночи.

Он ушёл.

Иона закрыла мастерскую.

✦

Наверху она отложила дневные счета и открыла школьную тетрадь.

Записала наблюдения Керси возле причала.

Видимый ориентир неподвижен.

Непосредственной проверки маршрута не проводилось.

Возможно изменение соединения, а не положения.

Затем сделала вторую запись.

Собственность Мириам может пострадать из-за предлагаемого отвода воды. До начала работ необходима надлежащая оценка последствий.

Она остановилась.

Эта запись отличалась от остальных.

Она не была результатом измерения.

Она напоминала о том, что чей-то дом или источник заработка может пострадать из-за решения, принятого во имя безопасности.

Иона подумала о лодке Абеля.

О муке Нелл.

О жалованье Неда.

О крыше Клары.

Город был полон людей, которые не могли просто перестать жить, пока река не соизволит объяснить, что с ней происходит.

Она закрыла тетрадь.

Затем посмотрела на подоконник.

Маленький стульчик Неда стоял на прежнем месте.

Отремонтированная ножка держалась.

Под сиденьем оставалась новая надпись.

НЕ ДОВЕРЯЙ НЕПОДВИЖНОСТИ.

Иона решила не осматривать её снова, пока Нед не сможет присоединиться.

Они уже сделали это.

Но царапины так и не подсказали, кто их оставил.

Она вернула стульчик на подоконник просто потому, что ей нравилось видеть его там.

Этого было достаточно.

Иона легла спать.

✦

В половине двенадцатого зазвонил колокол на мосту.

Один удар.

Потом второй.

Иона проснулась, но не встала.

Колокол ударил в третий раз.

И замолчал.

Она прислушалась.

Ветер стих.

Под мастерской тихо текла река.

Через несколько минут Иона закрыла глаза.

И тогда услышала шаги.

Не на улице.

В мастерской.

Она села.

Шаги повторились.

Медленные.

Тяжёлые.

Словно кто-то ходил по деревянному полу под её комнатами.

Иона потянулась к лампе.

Зажгла её.

Шаги прекратились.

Она прислушалась.

Ничего.

Взяла пальто со стула возле кровати и спустилась вниз.

В мастерской было темно.

Иона подняла лампу повыше.

Инструменты висели на гвоздях.

Лодки стояли там, где она их оставила.

Задняя дверь была заперта.

Передняя тоже.

Никого.

Она медленно направилась к верстаку.

И остановилась.

На полу возле печки лежало мерное колесо.

Геодезический прибор.

Деревянная рукоятка.

Железный обод.

Небольшой латунный счётчик.

К колесу прилипла мокрая грязь.

Иона уставилась на него.

Прежде она никогда не видела именно этого прибора.

Но знала, какого рода инструмент Белл взял из муниципальной конторы.

Она осторожно подошла ближе.

Колесо опиралось на ножку верстака.

Никакой записки на нём не было.

Никакого объяснения.

Только узкая полоска бумаги, застрявшая под латунным счётчиком.

Иона присела.

Колеса не коснулась.

Прочитала слова, видневшиеся на бумаге.

Они были написаны карандашом.

Одно предложение.

ДВЕРЬ НЕ ОТКРЫВАЕТСЯ С ОБЕИХ СТОРОН.

Иона осталась сидеть на корточках возле прибора.

Потом посмотрела на двери мастерской.

Обе были заперты.

Окна закрыты.

Никто не входил.

Никто не выходил.

По крайней мере, ни одним из известных ей способов.

Она поднялась.

Некоторое время думала, не разбудить ли Неда.

Потом посмотрела на часы.

Почти полночь.

Она вспомнила надпись на пронумерованном колышке.

НЕ ИЗМЕРЯЙ В ОДИНОЧКУ.

И последнюю запись Белла.

СВИДЕТЕЛЬ ДОЛЖЕН ОСТАВАТЬСЯ СНАРУЖИ.

Иона поставила лампу на верстак.

Затем принесла стул и села напротив мерного колеса.

Прикасаться к нему она не собиралась.

Пользоваться им — тем более.

И уж точно не собиралась притворяться, будто понимает, как оно оказалось в запертой мастерской.

Но до утра она останется здесь.

Потому что, если кто-то принёс сюда инструмент Белла, по крайней мере на один вопрос она могла ответить, не сделав ни единого измерения.

Кто знает, что прибор найден?

Пока только она.

И Иона намеревалась сохранить это положение до прихода Мерсера.

Глава десятая. Человек, который вернул его

К шести утра Иона Рид успела проникнуться изрядной неприязнью к мерному колесу.

Большую часть ночи она просидела напротив него, а проклятая штуковина не сдвинулась ни на дюйм.

Бумажка под счётчиком осталась нетронутой. Никто не ходил по полу мастерской, никто не входил через запертые двери. Было почти обидно провести ночь, наблюдая за предметом, который, судя по всему, совершенно не возражал против того, чтобы оставаться на месте.

В половине шестого Иона приготовила чай.

В шесть осмотрела грязь под колесом.

Грязи было немного. Несколько коричневых хлопьев осыпались на половицы, а возле железного обода оставалось одно влажное пятно.

Оно уже начало подсыхать.

Иона присела рядом.

В грязи отпечатался след узкого протектора. Было видно и место, где колесо прислонялось к верстаку.

Никаких следов, ведущих к нему, не было.

Кто-то мог принести прибор на руках. Или вымыть пол после того, как оставил его здесь. Отсутствие следов не доказывало ни того ни другого.

Кто-то мог проникнуть внутрь ещё до того, как она обнаружила колесо, и устроить всё это по причинам, которых Иона не могла себе представить.

Но когда она проверяла двери, они были заперты.

Дважды.

В четверть седьмого Иона перестала придумывать объяснения и поднялась наверх умыться.

Когда она вернулась, Нед уже стоял возле мастерской с бумажным пакетом и заглядывал в окно.

Он посмотрел на часы над дверью.

Потом снова на Иону.

Она отперла дверь.

— Ты рано.

— Ты тоже.

— Я здесь живу.

— Нечестное преимущество.

Он вошёл и остановился.

— Это что?

— Мерное колесо.

— Я вижу.

— Значит, уже есть успехи.

Нед положил пакет на верстак.

— Откуда оно взялось?

— Вот это мне и хотелось бы выяснить.

Он подошёл к прибору.

Иона подняла руку.

— Не трогай.

Нед остановился.

Посмотрел ей в лицо.

— Ты его нашла?

— Прошлой ночью.

— Где?

— Именно там, где ты сейчас стоишь.

Он посмотрел вниз.

Потом снова на неё.

— Кто его принёс?

— Не знаю.

— Дверь была открыта?

— Нет.

— Тогда как они вошли?

— Нед.

— Что?

— Если бы я знала, не провела бы всю ночь, глядя на него.

Он задумался.

Потом посмотрел на бумажный пакет.

— Я принёс завтрак.

— Хорошо.

— Будешь?

— Очень хочу.

Нед достал две булочки.

Иона взяла одну.

Они ели возле верстака, а Нед время от времени поглядывал на колесо.

Наконец спросил:

— Может, накрыть его чем-нибудь?

— Зачем?

— Выглядит неприятно.

— Это колесо.

— Знаю.

— Тогда ешь завтрак.

Он послушался.

✦

Констебль Мерсер прибыл в семь.

Иона отправила Неда за ним, как только открылся участок.

Мерсер вошёл с кожаным футляром в руке и выражением человека, которому ещё до завтрака сообщили больше плохих новостей, чем он считал допустимым.

— Где оно?

Иона указала.

Он подошёл к верстаку.

Впервые за всё время их знакомства констебль, кажется, забыл снять шляпу.

Он наклонился над прибором.

Потом выпрямился.

— Ничего не трогайте.

— Мы и не трогали.

— Даже рукоятку?

— Нет.

Он посмотрел на Иону.

— Давно оно здесь?

— С прошлой ночи, до полуночи.

— Когда обнаружили?

— Около половины двенадцатого.

— Почему сразу не позвали меня?

— Потому что не могла оставить его без присмотра.

— Почему?

Иона посмотрела на колесо.

— Не была уверена, что хочу по возвращении обнаружить его где-нибудь ещё.

Мерсер внимательно оглядел её.

— Вы спали?

— Нет.

— Это многое объясняет.

— Но не вот это.

Она указала на прибор.

Мерсер снова посмотрел на колесо.

Открыл футляр и достал чистую ткань.

С её помощью осторожно вынул бумажную полоску из-под латунного счётчика.

Прочитал предложение.

ДВЕРЬ НЕ ОТКРЫВАЕТСЯ С ОБЕИХ СТОРОН.

Ничего не сказав, Мерсер положил бумагу в конверт.

— Вы это читали?

— Да.

— Кто-нибудь ещё?

— Нед.

Мерсер посмотрел на молодого человека.

Нед кивнул.

— Переписали?

— Нет.

— Почему?

— Потому что я на неё смотрел.

Иона на мгновение закрыла глаза.

Мерсер едва заметно улыбнулся.

Затем осмотрел само колесо.

К деревянной рукоятке была прикреплена небольшая латунная табличка.

Надпись на ней стёрлась от долгого использования.

СОБСТВЕННОСТЬ МУНИЦИПАЛЬНОГО ГЕОДЕЗИЧЕСКОГО ОТДЕЛА.

Ниже был выбит номер.

17.

Мерсер медленно вдохнул.

Иона наблюдала за ним.

— Ну?

Он провёл большим пальцем по боковой стороне рукоятки.

— Белл расписался за семнадцатый номер.

— Уверены?

— Да.

— Значит, возможно, это его колесо.

Мерсер посмотрел на неё.

— Возможно?

— Им мог пользоваться кто-нибудь ещё.

— Это тот самый прибор.

— Тогда кому-то нужно это подтвердить.

Он вздохнул.

— Вам нравится усложнять мне работу.

— Нет. Мне нравится знать, что вы её сделали.

Он посмотрел на пол.

— Где следы?

— В этом-то и трудность.

Он присел.

Нед придвинул лампу.

Мерсер осмотрел засохшую грязь, затем половицы вокруг неё.

Через некоторое время поднялся.

— Следов обуви не вижу.

— Я тоже.

— Вчера вечером вы подметали?

— Перед закрытием.

— А после того, как нашли колесо?

— Нет.

Он кивнул.

Затем посмотрел на заднюю дверь.

— Заперта?

— Да.

— Окна?

— Все закрыты.

— У кого-нибудь ещё есть ключи?

— У Неда.

Мерсер обернулся.

Нед испуганно поднял голову.

— Я был дома.

— Кто-нибудь вас видел?

— Мать.

— Ещё кто-то?

— Брат.

— Хорошо.

Нед чувствовал себя всё более неловко.

Иона встала между ними.

— Мерсер, если собираетесь спросить, принёс ли колесо Нед, спросите прямо.

Констебль выпрямился.

— Я выясняю, кто имел доступ.

— Вот и выясняйте. А не заставляйте парня гадать, считаете ли вы его вором.

Мерсер посмотрел на Неда.

— Вы входили вчера ночью в мастерскую?

— Нет, сэр.

— Принесли сюда этот прибор?

— Нет, сэр.

— Когда-нибудь раньше его видели?

Нед замялся.

— Не припомню.

Мерсер кивнул.

— Спасибо.

Плечи Неда расслабились.

Иона это заметила.

✦

Следующие двадцать минут они осматривали прибор.

Мерсер обнаружил короткую красную нитку, застрявшую под одним из металлических креплений рукоятки.

Он положил её в отдельный конверт.

Грязь тоже собрали.

Пришёл служащий с громоздким фотоаппаратом, чтобы снять колесо и счётчик.

Иона наблюдала, как он устанавливает аппарат, радуясь, что Мерсер привёл человека для фиксации улик.

Потом служащий потянулся к рукоятке, чтобы передвинуть её перед съёмкой.

— Верните на место, — сказала Иона.

Молодой человек замер.

Мерсер поднял голову.

— Что?

— Он сдвинул рукоятку.

— Совсем немного.

— Она опиралась на верстак.

Служащий вернул рукоятку.

Иона посмотрела на Мерсера.

— Если собираетесь зафиксировать, как был найден прибор, неплохо бы зафиксировать именно это.

Мерсер кивнул.

— Она права.

Служащий выглядел несчастным.

Ионе стало его немного жаль.

Но недостаточно, чтобы извиняться.

Когда съёмка закончилась, Мерсер завернул прибор.

Осторожно положил его в футляр.

Иона наблюдала, как он закрывает крышку.

— Вы расскажете Артуру Вейлу?

— Со временем.

— Его отстранили от работы.

— Знаю.

— Это не значит, что ему стало всё равно, что случилось с Беллом.

Мерсер посмотрел на неё.

— Нет.

— Тогда позаботьтесь, чтобы он не узнал об этом от миссис Фенвик.

Мерсер устало рассмеялся.

— Для этого придётся арестовать половину города.

— Начните с той, которая слишком много болтает.

— Тогда лишимся муниципального совета.

Нед рассмеялся.

Иона посмотрела на констебля с новым уважением.

— А это, — сказала она, — было почти шуткой.

Мерсер надел шляпу.

— Отнесу прибор в участок. Пока не поговорю с семьёй Белла, прошу никому об этом не рассказывать.

Иона кивнула.

— Хорошо.

Он удивился.

— Вы согласны?

— Его семья должна узнать первой.

Лицо Мерсера смягчилось.

— Спасибо.

Он вынес футляр на улицу.

Нед проводил его взглядом.

Затем посмотрел на Иону.

— Думаешь, Белл сам его принёс?

Она смотрела на закрытую дверь.

— Не знаю.

— Но если принёс, где он сам?

— Вот в чём вопрос.

Нед посмотрел на пол мастерской.

— А если не он?

Иона вспомнила шаги, которые слышала ночью.

Запертые двери.

Грязь, к которой не вели никакие следы.

— Тогда кто-то другой знает гораздо больше нашего.

✦

В половине десятого появился Артур Вейл.

Выглядел он так, словно спал ещё меньше Ионы.

Пальто было неправильно застёгнуто, под мышкой он держал сложенную газету.

— Можно войти?

— Конечно.

Он вошёл.

Его взгляд немедленно остановился на пустом месте возле верстака.

— Я слышал.

— От кого?

— От Мерсера.

— Хорошо.

— Он сказал, колесо нашли здесь.

— Да.

Вейл посмотрел на половицы.

— Семнадцатый номер?

— Да.

Он тяжело опустился на стул.

Иона поставила чайник.

— Чаю?

— Пожалуйста.

Она налила чашку.

Вейл держал её обеими руками, но не пил.

— Это колесо было у Белла, когда он отправился к южному причалу.

— Вы уже говорили.

— С тех пор его никто не видел.

— До прошлой ночи.

Вейл кивнул.

Долго смотрел в чашку.

Потом сказал:

— Мне следовало раньше рассказать вам ещё кое-что.

Иона остановилась.

— Артур.

— Знаю.

— Это входит у вас в привычку?

— Боюсь, да.

Она села напротив.

— Продолжайте.

Вейл посмотрел на стол.

— Белл работал не один.

Иона ждала.

— Ему помогал кое-кто, знакомый со старыми документами.

— Кто?

— Женщина по имени Ада.

Иона задумалась.

— Ада как?

Вейл замялся.

— Не уверен, что должен вам говорить.

— Тогда зачем упомянули её?

— Потому что она может знать больше о его расследовании.

— Мерсер уже с ней разговаривал?

— Не думаю.

— Тогда расскажите Мерсеру.

Вейл вздохнул.

— Собираюсь.

— Хорошо.

Он поднял голову.

— Она не работает в муниципалитете.

— Не удивлена.

— Ей было кое-что известно о старом причале. Белл говорил, что её память надёжнее карт.

Иона обдумала это.

— Что она помнила?

— Он не сказал.

— Тогда, возможно, она просила его не рассказывать.

Вейл удивился.

— Мне это не приходило в голову.

— В последнее время такое с вами часто случается.

Он едва заметно улыбнулся.

Иона подвинула к нему хлеб.

— Ешьте.

Он послушался.

Через некоторое время она сказала:

— Артур, есть ещё кое-что.

Он поднял голову.

— Когда вы рассказывали о рисунке Белла, вы сказали, что он обнаружил проём в стене.

— Я сказал, что он его нарисовал.

— Совершенно верно.

Она вдохнула.

— Прошлой ночью я слышала шаги в мастерской.

Вейл перестал жевать.

— Шаги?

— Да.

— Чьи?

— Никого не видела.

— Двери открывались?

— Нет.

— Шаги прекратились?

— Когда я зажгла лампу.

Он посмотрел на дверь.

Иона наблюдала за его лицом.

— Артур, не решайте, что это был Белл.

Он сглотнул.

— Я и не собирался.

— Собирались.

Он отвёл взгляд.

— Возможно.

Она вздохнула.

— Я тоже хочу, чтобы его нашли. Но одного желания недостаточно, чтобы считать что-то доказанным.

Вейл медленно кивнул.

— Вы правы.

Как же ей хотелось, чтобы он перестал это повторять.

От подобных слов Иона начинала чувствовать себя назначенной хранительницей последних остатков городского здравомыслия.

А обязанностей у неё и без того хватало.

✦

К полудню Ионе нужно было осмотреть три лодки, а терпение для посетителей уже закончилось.

Поэтому она обрадовалась, когда Нед вернулся с лесного склада, неся самую настоящую древесину.

— Хорошо, — сказала она. — Хоть что-то полезное.

Он прислонил доски к стене.

— Я принёс расчёты.

— Какие?

— Для мастерской.

Иона остановилась.

Для его будущей мастерской.

Она почти забыла.

— Показывай.

Нед достал из кармана сложенный лист.

Мелкий, аккуратный почерк заполнял его почти целиком.

Аренда.

Инструменты.

Материалы.

Топливо.

Ремонт.

Страховка.

Предполагаемые клиенты.

Предполагаемый доход.

Иона внимательно изучила расчёты.

Ошибки были.

Разумеется.

Нед занизил стоимость замены инструментов.

Завысил число клиентов, которые будут платить сразу.

И вовсе не учёл плохую погоду.

Она указала на цифры.

— Это что?

— Месячный доход.

— От кого?

Он назвал четверых рыбаков.

— Они согласились давать тебе работу?

— Двое согласились.

— А остальные?

— Сказали, что, возможно, будут.

— Тогда пока не учитывай их.

Нед зачеркнул две суммы.

Иона продолжила:

— Сколько заложил на крышу?

— Крыша в хорошем состоянии.

— Сейчас.

Он посмотрел на неё.

Иона указала на потолок мастерской, где после вчерашней протечки осталось тёмное пятно.

— Крыши как люди. Обходятся дорого в самый неожиданный момент.

Нед улыбнулся.

Сделал ещё одну пометку.

Они разбирали расчёты почти час.

Наконец Иона откинулась назад.

— Ты не готов.

Лицо Неда вытянулось.

Она продолжила:

— К тому, чтобы арендовать целый двор.

— Я так и думал, что ты это скажешь.

— Но к самостоятельным небольшим заказам ты уже готов.

Он поднял голову.

— Что?

— Будешь сам договариваться о работе, назначать цену и выполнять заказ. Можешь пользоваться моим верстаком, когда он свободен.

Он уставился на неё.

— Ты серьёзно?

— Да.

— Сколько за аренду?

— Первый месяц ничего.

Его лицо изменилось.

— Не могу так.

— Тогда оплачивай материалы, которые используешь.

— Это не одно и то же.

— Нет.

Он посмотрел на расчёты.

— Зачем ты это делаешь?

Иона задумалась.

— Потому что считаю: прежде чем подписывать договор аренды, тебе следует узнать, во сколько обходится собственное дело.

Нед молчал.

Потом сказал:

— И потому, что не хочешь, чтобы я уходил.

Иона посмотрела на него.

Он попал точно в цель.

На мгновение ей захотелось всё отрицать.

Потом она положила карандаш.

— И поэтому тоже.

Нед удивился.

Она продолжила:

— Мне нравится, что ты здесь работаешь. Но это не значит, что ты должен оставаться навсегда.

Он слабо улыбнулся.

— Я ещё не решил уходить.

— Знаю.

— Но могу решить.

— И это знаю.

Некоторое время они молчали.

Потом Нед сложил бумагу.

— Спасибо.

— Рано благодарить. Счета теперь будешь вести самостоятельно.

— Ужас какой.

— Именно.

Он рассмеялся.

✦

В два часа пришла Рут.

На этот раз её проблема не имела отношения к измерениям.

Ей снова отказали в доступе к общедоступным документам.

Служащий заявил, что её карты вызывают обеспокоенность.

— Чью? — спросила Иона.

— Отдела.

— Удивительно чувствительный отдел.

Рут не улыбнулась.

— Он сказал, что кто-то пожаловался.

— На что?

— Будто я побуждаю людей пользоваться опасными дорогами.

Иона посмотрела на неё.

— Побуждаешь?

— Нет.

— Ты кому-нибудь объясняла, как пройти?

— Только самые обычные маршруты.

— Что значит «обычные»?

Рут замялась.

— Если кто-нибудь спрашивает, как добраться до рынка, я объясняю.

— По своей карте?

— Иногда.

Иона скрестила руки.

— Тогда, возможно, жалоба не совсем взялась из воздуха.

Рут выглядела задетой.

— Я никому не говорила, что дороги безопасны.

— Нет. Но люди могут думать, что ты знаешь.

— Значит, мне вообще не отвечать?

— Я этого не говорила.

— Тогда что мне делать?

Иона задумалась.

Тот же вопрос, который мучил Рут уже несколько дней.

Который стоял перед Нелл, когда не доставили муку.

Который приходилось решать Мерсеру, прежде чем вновь открыть причал.

Иону начинало раздражать, как часто люди, похоже, ожидали ответа именно от неё.

— Рут, чего ты от меня хочешь?

Молодая женщина удивилась.

— Совета.

— Продолжать ли составлять карты?

— Не делаю ли я своими картами ещё хуже.

Иона посмотрела на неё.

— Делаешь?

— Не знаю.

— Тогда, возможно, стоит выяснить, кто ими пользовался.

Рут нахмурилась.

— Как?

— Спросить.

— Всех?

— Начни с тех, кому показывала карты.

Рут опустила глаза к блокноту.

— Разумно.

— Да.

Иона подождала.

Затем Рут тихо сказала:

— Я пришла не только из-за карт.

Иона вздохнула.

— Ну конечно.

Рут посмотрела в окно.

— Мара хочет увидеть нижний причал.

Иона замерла.

— Зачем?

— Говорит, возможно, что-то узнает.

— Что?

— Не знаю.

— Тогда почему не объяснит тебе?

Выражение лица Рут изменилось.

— Она не обязана объяснять мне всё.

— Нет. Не обязана.

Рут, кажется, удивилась согласию.

Иона продолжила:

— Но если она собирается войти на закрытую территорию, кто-нибудь наверняка спросит, что она надеется там найти.

— Она не говорила, что хочет туда войти.

— Тогда зачем ты мне рассказываешь?

— Подумала, тебе следует знать.

Иона обдумала ответ.

— С Мерсером она говорила?

— Пока нет.

— Тогда, возможно, стоит.

Рут закрыла блокнот.

— Я ей то же самое сказала.

Иона кивнула.

Некоторое время они молчали.

Потом Рут спросила:

— Ты считаешь, что я веду себя глупо.

— Нет.

— Вид у тебя такой.

— У меня вид человека, который всю ночь не спал.

Рут внимательно посмотрела на неё.

— Не спала?

— Да.

— Почему?

Иона взглянула на пустое место возле верстака.

Затем покачала головой.

— Пока это дело Мерсера.

Рут проследила за её взглядом.

Больше спрашивать не стала.

Иона оценила её деликатность.

✦

Мара пришла в четыре.

Одна.

Иона работала над маленькой рыбацкой лодкой, когда дверь мастерской открылась.

— Мисс Рид?

Иона подняла голову.

У молодой женщины на пороге было лицо Рут.

Сначала Иона решила, что Рут вернулась.

Потом заметила, как по-другому стоит незнакомка.

Рут обычно входила в помещение так, словно собиралась немедленно выяснить, как оно устроено.

Эта женщина, напротив, будто уже решила, что находится в чужом доме и должна дождаться приглашения.

— Мара, — сказала Иона.

Молодая женщина улыбнулась.

— Рут сказала, что вы, возможно, согласитесь со мной поговорить.

— Смотря о чём.

— О причале.

Иона положила стамеску.

— Похоже, этот причал интересует всех.

— Знаю.

— Вам нужна лодка?

— Нет.

— Тогда проходите.

Мара подошла к верстаку.

Иона указала на стул.

— Садитесь.

Мара села.

Некоторое время осматривала мастерскую.

Инструменты.

Лодки.

Полки.

Вывеску, видневшуюся через открытую дверь.

— Вы нравитесь Рут, — сказала она.

Иона приподняла бровь.

— Правда?

— Да.

— У неё сомнительный вкус.

Мара улыбнулась.

— Иногда.

Иона вымыла руки.

— Что вы хотели узнать?

Мара посмотрела в сторону реки.

— Я слышала, один муниципальный рабочий видел ещё одну дверь.

— Питер.

— Да.

— Он рассказал Мерсеру всё, что помнит.

— Знаю.

Иона вытерла руки.

— Тогда что я могу добавить?

Мара замялась.

— Не знаю, стоило ли мне приходить.

— Но вы уже пришли.

— Да.

— Тогда расскажите, ради чего.

Мара посмотрела на неё.

— В этом городе есть места, которые люди помнят по-разному.

Иона задумалась.

— В большинстве городов такие найдутся.

— Знаю.

— Но?

Мара сложила руки на коленях.

— Некоторые из этих разногласий касаются того, что происходило со мной.

Иона знала, кто такая Мара.

Все знали.

Она знала, что в городе появилась другая женщина с лицом Мары.

Знала о спорах вокруг личности, памяти и права человека остаться там, где он обрёл своё место.

Большую часть сведений Иона получила от других людей.

Сама никогда не просила Мару объясняться.

Это казалось невежливым.

И, что важнее, совершенно ненужным.

Мара посмотрела на дверь мастерской.

— Когда Питер сказал, что видел дверь там, где её быть не должно, я кое-что вспомнила.

— Что?

— Проход возле старого моста.

Иона прислонилась к верстаку.

— Где?

— Под южной стеной.

— Там нет прохода.

— Знаю.

— Вы его видели?

Мара помедлила.

— Не совсем.

Иона ждала.

Мара чувствовала себя неловко.

— Я помню, как шла вдоль стены и подумала, что там должна быть дверь.

— Почему?

— Не знаю.

— Когда это было?

— До всего случившегося.

Иона обдумала ответ.

— Можете назвать дату?

— Не ту, в которой я уверена.

— Тогда расскажите, что помните.

Мара посмотрела на неё почти с облегчением.

Вдохнула.

— Возле стены было узкое место. Камни были мокрыми. Помню, как слышала за ними шум воды.

— Вода может течь по водостокам.

— Да.

— И вы подумали, что там дверь?

— Не деревянная дверь. Проём.

— Вы его видели?

— Нет.

— Тогда почему решили, что он там?

Мара опустила глаза.

— Я его помнила.

Иона ничего не сказала.

Мара тихо продолжила:

— Вот это меня и тревожит. Я не помню, чтобы видела его. Помню, что знала: он там есть.

В мастерской стало тихо.

Снаружи по набережной проехала телега.

Иона посмотрела на Мару.

— Вы доверяете этому воспоминанию?

Мара не торопилась отвечать.

— Недостаточно, чтобы просить кого-нибудь действовать на его основании.

— Хорошо.

Мара удивилась.

— Хорошо?

— Значит, теперь мы понимаем, какого рода сведения вы принесли.

Иона потянулась к школьной тетради.

— Не возражаете, если запишу?

Мара задумалась.

— Только если укажете, что я не уверена.

Иона подняла голову.

— Рут научила вас дурным привычкам.

Мара улыбнулась.

— Возможно.

Иона аккуратно записала:

Мара помнит ощущение, что возле южной стены есть проём. Зрительное наблюдение не подтверждено. Дата неизвестна.

Она показала запись Маре.

— Верно?

Мара прочитала.

Кивнула.

— Да.

Иона закрыла тетрадь.

— Теперь скажите: Рут вы рассказали?

— Кое-что.

— Почему не всё?

Мара посмотрела на дверь.

— Потому что сначала хотела сама решить, что это значит для меня, прежде чем другие начнут решать, что это значит для них.

Иона помолчала.

Затем сказала:

— Разумно.

Мара едва заметно улыбнулась.

— Спасибо.

✦

Они разговаривали ещё полчаса.

Мара спрашивала об ограничениях, введённых муниципалитетом.

Иона рассказала, что случилось с Питером, не предлагая никакой теории.

Они обсудили пропавшего инспектора.

Мара внимательно слушала.

Иона описала рисунок Белла, но Мара не стала утверждать, что узнаёт его.

Когда Иона рассказала, что предполагаемый проём был виден из одной точки, но не из другой, Мара задумалась.

— Человек может стоять прямо перед ним и ничего не видеть? — спросила она.

— Не знаю.

— А из другого места он может быть виден?

— Возможно.

Мара посмотрела на пол.

— Раньше мне казалось, что самое трудное — узнать, произошло ли что-то на самом деле.

— А теперь?

— Теперь мне кажется, что труднее бывает решить, что делать, когда не уверена.

Иона обдумала её слова.

— Это определённо неудобно.

Мара рассмеялась.

Потом поднялась.

— Мне пора.

Иона проводила её к двери.

— Вы расскажете Мерсеру то, что рассказали мне?

Мара замялась.

— Возможно.

— Это ваше решение.

Мара посмотрела на неё.

— Вы не станете настаивать?

— Нет.

— Почему?

— Потому что не знаю, связано ли ваше воспоминание с Беллом. И не знаю, чего вам может стоить разговор с Мерсером.

Мара некоторое время молчала.

Затем сказала:

— Спасибо.

Иона кивнула.

— Не за что.

Мара вышла на улицу.

Потом обернулась.

— Мисс Рид?

— Иона.

— Иона. Если я решу поговорить с Мерсером, вы пойдёте со мной?

Иона посмотрела на неё.

— Да.

Мара улыбнулась.

И ушла.

✦

В шесть Нед закончил чистить инструменты.

Он посмотрел на дверь мастерской.

— Это была Рут?

— Нет. Мара.

Он кивнул.

— Я так и подумал.

— Почему?

— Она не посмотрела на мерный шнур.

Иона уставилась на него.

Потом рассмеялась.

Нед расплылся в улыбке.

— До завтра.

— Спокойной ночи.

Он ушёл.

Иона закрыла мастерскую.

Некоторое время стояла возле верстака, думая о воспоминании Мары.

Проём, которого та не видела.

Место, о существовании которого только помнила.

Странное свидетельство.

Иона так его и записала.

Казалось бы, этого достаточно.

Но ей было недостаточно.

Она достала копии записей Белла.

СВИДЕТЕЛЬ ДОЛЖЕН ОСТАВАТЬСЯ СНАРУЖИ.

Потом вспомнила предложение, найденное под счётчиком мерного колеса.

ДВЕРЬ НЕ ОТКРЫВАЕТСЯ С ОБЕИХ СТОРОН.

Два утверждения.

Оба, по-видимому, предупреждения.

И ни одно не объясняло, что произошло.

Иона убрала бумаги.

✦

В половине восьмого вернулся Мерсер.

Футляра у него не было.

Выглядел он совершенно измученным.

— Вы ели? — спросила Иона.

Он уставился на неё.

— Почему меня все об этом спрашивают?

— Потому что у вас вид человека, который забыл, как это делается.

Он вздохнул.

— С завтрака ничего.

— Садитесь.

— У меня нет времени.

— Тогда ешьте стоя.

Она дала ему хлеб и сыр.

Он принял угощение с покорностью человека, для которого сопротивление было бы ещё утомительнее.

Некоторое время они обсуждали заседание муниципального совета.

Керси попросил ещё один день, прежде чем совет примет какое-либо решение о восстановлении старого русла.

Мириам Колдер потребовала письменной оценки рисков для своей собственности.

Совет согласился её выслушать.

Иона была довольна.

Затем Мерсер поставил чашку.

— Вам кое-что следует знать.

Она посмотрела на него.

— Мерное колесо принадлежало Беллу.

— Вы это подтвердили?

— Да.

— Как?

— В геодезическом отделе сохранились первоначальная запись о покупке и отметки о ремонте. Семнадцатый номер. Те же повреждения и починка рукоятки.

Иона кивнула.

— Хорошо.

Мерсер посмотрел на неё.

— И всё?

— А что ещё?

— Разве вам не хочется узнать, как оно оказалось в мастерской?

— Очень хочется.

— Мы не знаем.

— Тогда какой смысл спрашивать?

Он устало рассмеялся.

— Справедливо.

Потом сунул руку в карман.

— Есть ещё кое-что.

Он положил на верстак небольшой конверт.

Иона узнала его.

Тот самый конверт, который в участке обнаружили пустым.

— Зачем вы мне его показываете?

— Потому что служащий кое-что нашёл.

— Что?

Мерсер открыл конверт.

Внутри лежал сложенный лист бумаги.

Иона посмотрела на него.

— Я думала, он пуст.

— Был пуст.

— Когда?

— Вчера.

— А теперь?

— Теперь нет.

Она уставилась на бумагу.

— Кто её туда положил?

— Не знаем.

— Шкаф был заперт?

— Да.

— Кто его открывал?

— Служащий. Сегодня после обеда.

— При нём кто-нибудь был?

— Другой полицейский.

Иона посмотрела на Мерсера.

— Вы прочитали письмо?

— Нет.

— Почему?

— Оно адресовано жене Белла.

Иона кивнула.

— Тогда отдайте ей.

— Собираюсь.

Он закрыл конверт.

Иона посмотрела на маленький прямоугольник бумаги в его руке.

— Мерсер.

— Да?

— Зачем вы принесли его сюда?

Он долго смотрел на неё.

Потом сказал:

— Хотел, чтобы кто-нибудь ещё увидел, что письмо на месте.

Иона ощутила неприятную тяжесть в груди.

— Думаете, оно снова исчезнет?

— Не знаю.

— Тогда зафиксируйте находку.

— Уже.

— Сфотографируйте.

— Сфотографировали.

— Поставьте кого-нибудь возле шкафа.

— Уже распорядился.

Она кивнула.

— Хорошо.

Мерсер посмотрел на неё.

— Вы удивительно спокойны.

— Нет, — ответила Иона. — Я просто стараюсь не сделать хуже.

Он некоторое время изучал её лицо.

Затем убрал конверт в карман.

— Отнесу миссис Белл.

— Хорошо.

Он направился к двери.

Потом остановился.

— Иона.

— Что?

— Вы знаете, где Мара Вейл?

Она резко подняла голову.

— Почему спрашиваете?

— Её мать интересовалась, не видели ли Мару возле нижнего причала.

Иона вспомнила дневной визит.

— Сегодня после обеда она была здесь.

— К причалу ходила?

— Пока я её видела — нет.

— Говорила, что собирается?

— Нет.

Мерсер, кажется, испытал облегчение.

Иона внимательно посмотрела на него.

— Почему её мать беспокоится?

Он замялся.

— Потому что Мара ушла из дома, сказав, что хочет кое-что проверить возле реки.

Иона уставилась на него.

— Когда?

— Меньше часа назад.

Она посмотрела на темнеющие окна.

Потом на часы.

— Искали её?

— Ещё нет. Я пришёл сюда, потому что она заходила к вам.

Иона почувствовала, как поднимается злость.

Не на Мару.

Пока нет.

На саму мысль о ещё одном человеке, который идёт к нижнему причалу, имея лишь смутное предположение и твёрдое намерение выяснить, верно ли оно.

— Тогда нам лучше идти, — сказала Иона.

Мерсер поднял руку.

— Иона, причал закрыт.

— Знаю.

— И вы туда не пойдёте.

— Это тоже знаю.

— Тогда что собираетесь делать?

— Найти того, кто знает, куда она направилась.

Мерсер задумался.

— Рут?

— Возможно.

Иона взяла пальто.

Потом потянулась к мерному шнуру.

Её рука остановилась.

Некоторое время она смотрела на катушку, висевшую на стене.

Затем оставила её на месте.

Вместо неё взяла фонарь.

✦

Рут они нашли в пекарне Нелл.

Лавка уже почти закрылась.

Нелл пересчитывала деньги за прилавком.

Рут сидела у окна с блокнотом.

Рядом стоял Элиас.

Когда вошёл Мерсер, все трое подняли головы.

— Мара здесь? — спросил он.

Рут немедленно встала.

— Нет.

— Вы её видели?

— Раньше.

— Когда?

— Около шести.

— Где?

— Возле рынка.

— Она сказала, куда идёт?

Рут замялась.

Иона наблюдала за ней.

— Рут, — сказал Мерсер, — нам нужно знать, не пошла ли она к нижнему причалу.

Рут посмотрела на дверь.

Потом на Элиаса.

Он молчал.

Наконец она сказала:

— Она говорила, что хочет посмотреть на стену.

У Ионы похолодело внутри.

— На какую?

— Южную.

Мерсер закрыл глаза.

Рут торопливо продолжила:

— Она не говорила, что собирается выходить на дорожку. Только хотела осмотреть стену с открытой набережной.

— Ты предложила пойти с ней? — спросила Иона.

Рут посмотрела на неё.

— Нет.

— Почему?

— Потому что она меня не просила.

Иона вспомнила слова Мары.

Та хотела сама решить, что означает её воспоминание, прежде чем другие начнут решать за неё.

Это было разумно.

И одновременно страшно.

Мерсер повернулся к двери.

— Проверим набережную.

Элиас потянулся за пальто.

— Я с вами.

Рут сделала то же самое.

Иона посмотрела на Нелл.

— Останься здесь.

Нелл скрестила руки.

— Почему?

— Потому что кто-то должен оставаться там, где нас смогут найти.

Нелл уже собиралась возразить.

Потом кивнула.

— Хорошо.

Рут взяла блокнот.

Иона заметила.

— Оставь.

Рут остановилась.

— Почему?

— Потому что сегодня мы ищем Мару, а не измеряем город.

На мгновение Рут выглядела обиженной.

Потом положила блокнот на стол.

— Ладно.

Они вышли в вечернюю темноту.

✦

Нижняя набережная была пуста.

Муниципальная цепь по-прежнему перегораживала узкий подход.

Предупредительные таблички слегка покачивались на ветру.

За ними на фоне тёмной воды стояла третья причальная свая.

Иона подняла фонарь.

— Мара!

Её голос пронёсся вдоль стены.

Никто не ответил.

Следом позвал Элиас.

Потом Рут.

Тишина.

Мерсер осмотрел цепь.

Она была заперта.

Никаких следов взлома.

— Никто её не открывал, — сказал он.

Иона посмотрела на широкую часть набережной.

Чтобы увидеть южную стену, Маре не требовалось перелезать через цепь.

Она могла стоять возле угла склада.

Могла смотреть со стороны улицы.

Могла просто уйти потом куда-нибудь ещё.

— Не следует заранее считать, что она на причале, — сказала Иона.

— Согласен.

Рут смотрела в сторону моста.

Иона заметила.

— Что?

Рут указала рукой.

— Там кто-то есть.

Все обернулись.

Возле дальнего конца набережной стояла фигура.

Женщина.

Тёмное пальто.

Бледное лицо.

На мгновение Ионе показалось, что это Мара.

Потом незнакомка шагнула в свет ближайшего окна.

Это была не Мара.

Пожилая женщина с рыночной корзиной.

Она подозрительно посмотрела на них и продолжила путь к улице.

Рут опустила руку.

— Простите.

— Не за что извиняться, — сказал Элиас.

Они продолжили поиски.

Мерсер отправил Элиаса и Рут к переулку возле склада.

Иона осталась с констеблем у южной стены.

Вода в реке стояла высоко.

По поверхности двигались разорванные отражения огней.

Несколько минут они осматривали доступный участок дороги, но на мокрых камнях не удалось различить следов обуви.

Никаких обронённых вещей.

Никаких признаков того, что недавно здесь кто-нибудь был.

Иона посмотрела на мастерскую.

Окна были тёмными.

Дверь находилась точно там, где всегда.

Она вспомнила рассказ Питера.

Ещё одна дверь возле мастерской.

Человек, стоявший в проёме.

Мерное колесо.

Потом посмотрела на южную стену.

— Мерсер.

Он обернулся.

— Что?

— Белл когда-нибудь описывал проём, который искал?

— Мне — нет.

— Он называл его дверью?

— Не знаю.

Иона задумалась.

— Тогда и нам не стоит.

Мерсер посмотрел на неё.

— А как бы вы его назвали?

— Никак. Пока кто-нибудь не увидит.

Он кивнул.

Они ждали.

Над рекой прошёл ветер.

Где-то в городе ударил колокол.

Один медленный удар.

Иона посмотрела в сторону моста.

И тогда услышала шаги позади.

Обернулась.

Возле угла склада стояла Мара.

Одна.

Её пальто было мокрым.

Лицо бледным.

В руке она держала маленький латунный ключ.

Первым двинулся Мерсер.

— Мисс Вейл. С вами всё в порядке?