По ту сторону экрана

Глава 1 * Знакомство *

Пылинки танцевали в луче утреннего солнца, упорно пробивавшемся сквозь грязное окно. Артём лежал на кровати и смотрел в потолок, оттягивая момент, когда нужно вставать. За стеной доносились приглушённые голоса родителей — мать что-то взволнованно доказывала отцу. Он поймал обрывок фразы: «...тридцать лет, а он всё в своих игрушках...». Артём зажмурился, словно от физической боли, и натянул одеяло на голову, пытаясь создать хоть какую-то иллюзию уединения.

Его комната была капсулой времени, застывшей на моменте его шестнадцатилетия. На полках пылились модели кораблей, которые он когда-то клеил с отцом, старые учебники, дискеты — ненужные реликвии прошлого. Компьютер был единственным порталом в мир, где он мог быть кем-то иным.

За завтраком царило напряжённое молчание. Мать поставила перед ним тарелку с омлетом, её взгляд был усталым и упрекающим.

— Опять до трёх часов ночи? — тихо спросила она.

— Работал, — буркнул он, уставившись в тарелку. Он действительно выполнял несложный фриланс — вёрстку сайтов. Этого хватало на скромную жизнь, но не хватало, чтобы съехать и доказать что-то. В первую очередь — себе.

— В твоём возрасте я уже завод руководил, — раздался голос отца из-за газеты.

Артём ничего не ответил. Он просто встал, отнёс тарелку в раковину и ушёл в свою комнату, снова захлопнув за собой дверь в свой мир.

*****

Алиса проснулась от тупой, ноющей боли во всём теле. Она лежала неподвижно несколько минут, привыкая к ежедневному ритуалу — мысленному сканированию себя: «Сегодня болят колени... и правая рука... голова ясная, это уже хорошо».

Её комната была полной противоположностью Артёмовой: стерильно чистая, залитая светом, с панорамным окном, выходящим в парк. На прикроватной тумбочке стояли баночки с таблетками, а на столе — мощный ноутбук и графический планшет. Мир за окном был полон жизни, доносился смех детей, но он был для Алисы таким же недосягаемым, как и для Артёма его «нормальная» жизнь. Её аутоиммунное заболевание делало её заложницей собственного тела.

Она с трудом добралась до кресла, укуталась в плед и включила компьютер. «Элизиум» был не просто игрой. Это был её спортзал, её танцпол, её университетская площадь. Здесь её тело слушалось, здесь она была Лириэль — не пациентом, не обузой, а сильной и ловкой эльфийкой.

*****

Артём зашёл в игру, потому что больше ему было нечего делать. Он присоединился к случайной группе для прохождения подземелья.

И всё пошло не так. Танк не знал тактики, дамагеры стояли в лужах с ядом. Артём, игравший за мага-целителя Ариона, отчаянно пытался спасать команду. Очередная атака босса — и половина группы лежала трупами. Он остался один против трёх монстров, его сердце бешено колотилось. Чувство знакомой беспомощности накатило с новой силой.

Внезапно в углу экрана всплыло приватное сообщение от незнакомого ника — Лириэль.

Лириэль шепчет: Эй, маг! Отскок на 3 метра вправо, сейчас!

Инстинкт сработал быстрее мысли. Арион кувыркнулся в сторону. В следующее мгновение пространство, где он только что был, пронзили три серебристые стрелы, с грохотом вонзившиеся в тварей.

Арион шепчет: Спасибо. Я почти стал ужином.

Лириэль: Не за что. Держись рядом, прикрою.

Начался танец. Он отскакивал, ставил защитные барьеры, подлечивал её. Она же была молнией — быстрой, смертоносной и невероятно грациозной. Каждая её стрела находила цель.

Когда последний монстр испарился, Артем выдохнул.

Арион: Ты... великолепный стрелок.

Лириэль: А ты — настоящий боец. Большинство бы уже сдалось. Мне нравится твоя стойкость.

Он смотрел на эти слова. «Стойкость». Никто в реальной жизни не назвал бы его стойким.

*****

День Артёма:

После того рейда он вышел из игры с незнакомым чувством лёгкости. Но реальность быстро напомнила о себе. Нужно было идти в магазин. Артём ненавидел超市 — яркий свет, толчея, необходимость выбирать продукты и общаться с кассиром. Он надел наушники, включил музыку и пошёл, стараясь смотреть только перед собой. Дома его ждала работа — вёрстка очередного сайта. Он сел за компьютер, но мысли всё возвращались к серебристым стрелам и слову «стойкость».

День Алисы:

После игры к Алисе пришла сиделка — сделать укол и помочь с гимнастикой. Процедуры были болезненными и унизительными, но Алиса научилась терпеть, уходя в себя. Позже она взяла графический планшет и начала работать — делала иллюстрации для детской книги. Это была одна из немногих работ, которую она могла выполнять из дома. Заказчик прислал правки, некоторые были необоснованными. Она глубоко вздохнула и принялась исправлять, мечтая о том моменте, когда снова сможет зайти в «Элизиум».

*****

Вечером, закончив работу, Алиса снова зашла в игру. Она посмотрела на список друзей — Арион был offline. Вспомнила, как он сражался в пещере — неидеально, но с упорством, которого ей так не хватало в реальной жизни. Она открыла чат.

Лириэль: Слушай, у нас гильдия зачищает завтра «Логово Ледяного Дракона». Не хочешь составить нам компанию? Нам как раз не хватает толкового целителя.

Артем как раз закончил работу и увидел сообщение. Приглашение в гильдию. Шаг в неизвестность. Его ладони вспотели. Но он вспомнил её стрелы и слово «стойкость».

Арион: Я... да. Я буду.

Лириэль: Отлично. До завтра, упрямый целитель.

*****

Он проснулся с тревожным ожиданием. За завтраком мать снова начала разговор о «нормальной работе», но на этот раз он почти не слушал. Весь день он делал работу автоматически, постоянно поглядывая на часы.

Артем провёл утро в лёгком нервном ознобе. Он несколько раз перечитал гильдейский чат, где Лириэль представила его как «того самого упрямого целителя, который выжил в «Пещере» в одиночку». Ему писали «добро пожаловать», и он, краснея, отвечал односложными «спс» и «привет».

Весь день он был рассеян. На совещании по видеосвязи его попросили озвучить своё мнение, и он запнулся на полуслове, вызвав недоуменные взгляды коллег. За обедом мать снова пыталась его в чём-то упрекнуть, но он её почти не слышал. Его мысли были там, в «Элизиуме», предвкушение вечера смешивалось с животным страхом.

Он специально поужинал пораньше, проверил связь, наушники, почистил клавиатуру — делал всё, чтобы оттянуть момент.

*****

Когда вечером он подключился к голосовому каналу гильдии, его охватила паника. Десяток незнакомых голосов перекликались, шутили, координировали действия.

— Арион, ты на месте? — раздался чёткий, спокойный женский голос. Это была она.

— Я... да, — выдавил он, ненавидя, как дрогнул его голос.

Рейд начался. Артем сосредоточенно выполнял свою работу, молча поднимая павших и поддерживая щиты. Лириэль была в самой гуще боя, её голос в голосовом чате был собранным и весёлым.

— Укройте мага! — скомандовала она. — Арион, держись за мной, я отведу агро.

Он послушно последовал за её аватаром. И снова возникла эта странная синхронность. Она предугадывала, куда отступит он, а он интуитивно понимал, когда ей понадобится срочное исцеление. В самый напряжённый момент, когда дракон заморозил половину группы, именно их слаженные действия спасли команду от полного разгрома.

После победы, пока гильдия ликовала и делила добычу, он получил новое приватное сообщение.

*Лириэль: Спасибо. Ты был великолепен.*

*Арион: Это ты. Я просто делал, что ты говорила.*

*Лириэль: Врёшь. Ты сам всё чувствуешь. Редкий дар.*

Он смотрел на слово «дар». Никто в жизни не называл его скромные умения даром.

*****

На следующий день:

Артём проснулся с непривычным чувством — ему было интересно, что будет сегодня. За завтраком он даже ответил отцу, когда тот спросил о работе. Кратко, но ответил. Мать посмотрела на него с удивлением.

Алиса чувствовала себя разбитой после вчерашнего, но на душе было светло. Она взялась за самую сложную иллюстрацию в заказе и сделала её быстрее, чем обычно.

Вечером Лириэль снова написала ему.

Лириэль: Есть полчаса? Поможешь с коллекцией реагентов?

Они отправились в «Заброшенный храм». Без гильдии, без суеты.

Лириэль: Осторожно, впереди ловушка.

Арион: Спасибо. Я бы наступил.

Лириэль: Знаю. Поэтому и пошла с тобой. Кто-то же должен за тобой присматривать, стойкий.

Он рассмеялся. Вслух.

Они нашли красивый, но бесполезный самоцвет.

Лириэль: На память. Пусть лежит в твоём инвентаре.

Арион: О чём?

Лириэль: О том, что не всё в этом мире должно приносить пользу.

*****

В их третью встречу никто не сражался. Она пригласила его к «Озеру Лунного Света». Их аватары сидели на берегу, под огромным виртуальным небом, усеянным двумя лунами и мириадами звёзд. Впервые за всё время она предложила говорить в голосовом канале, но без остальных. Только они.

Несколько минут царила комфортная тишина, нарушаемая лишь звуками игровой природы — шелестом листьев и плеском воды.

— Знаешь, — вдруг сказала Лириэль, и её голос, обычно такой уверенный, дрогнул, — здесь, в игре, я могу бегать.

Артем промолчал, давая ей говорить. Он слышал, как ей непросто.

— В реальности... у меня не всегда на это хватает сил. А здесь я — Лириэль. Я быстрая. Свободная.

Он услышал в её голосе нечто такое, что отозвалось в нём самом — боль, спрятанную за цифровой маской. Он понял, что должен платить той же монетой. Это было страшно, но необходимо.

— Я понимаю, — тихо сказал он. — А для меня... здесь я не тот, кого все считают неудачником. Здесь я могу кого-то спасти. Чувствовать себя... нужным.

Он сказал это. Вслух. Впервые признавшись в этом кому-то, даже самому себе. В наушниках повисла пауза, и ему показалось, что он всё испортил.

— Ты и вправду нужный, Ар... Арион, — поправилась она, и в её голосе снова появилась твёрдость. — Ты очень нужный.

Они ещё час просидели у озера, разговаривая уже не об игре. О книгах. О музыке. О том, как странно устроен мир, который позволяет двум одиноким душам встретиться в вымышленной вселенной, чтобы почувствовать себя чуть менее одинокими в своей собственной реальности.

Когда Артем вышел из игры, комната уже не казалась ему такой унылой. В ней витал призрачный, но такой живой образ эльфийки-лучницы, чей голос стал самым желанным звуком в его жизни. Он подошёл к окну. За ним был тот же самый серый город, но что-то в нём изменилось. Он понимал, что это опасно. Но впервые за долгие годы ему было не просто страшно. Ему было интересно, что будет дальше. В его кармане лежал виртуальный самоцвет — бесполезный, но прекрасный, напоминание о том, что не всё в жизни должно иметь практическую ценность. Иногда ценность — в самом моменте.