По тонкому льду

Глава 1

Вероника Штефан

Я бегу, не оглядываясь, по залитому дождем тротуару, перепрыгивая через серебристые лужи. День сегодня просто ужасный! С самого раннего утра в квартиру заявилась хозяйка, с напоминанием о моем просроченном платеже за аренду жилья.

«В ближайшее время», — отмахиваюсь я. Со страхом представляю, когда же наступит это «ближайшее время». Ведь сегодня только первый день на новой работе. И если мне удастся удержаться, то ближайшее поступление денег будет не раньше, чем через две недели. Но в любом случае мне никак нельзя опоздать!

Заскакиваю в полузакрытые двери отъезжающего автобуса. Успела! Медленно протискиваюсь сквозь сонную толпу пассажиров, нахожу свободное местечко около окна и одновременно пытаюсь отыскать в сумочке транспортную карту. Кажется, сегодня мне предстоит проехать зайцем, ведь пустой кошелек остался дома вместе с проездной картой.

Целый час я добираюсь до новой работы. Если бы не пробки, здесь ехать всего пять остановок. К тому же можно было пройти пешком. Но сегодня льет как из ведра, а ураганный ветер сносит всё на своем пути. Нервно поглядываю на часы — осталось всего пять минут до начала рабочего дня.

Я с таким трудом нашла эту работу. После официантки в забегаловке и администратора в сомнительном ночном клубе работа в офисе кажется более привлекательной и многообещающей. К тому же, в IT-компании, входящей в рейтинг лучших в городе.

Оказывается, нелегко найти работу в столице, особенно будучи студенткой второго курса, не имея никаких связей. Однако мне выпал шанс, и я не имею права его упустить!

Спешно выскакиваю из автобуса, угодив своими изящными туфельками в глубокую лужу. Проклятье! Ноги тут же становятся влажными, а настроение портится еще больше. Что за день такой?

На горизонте уже виднеется стеклянное здание, где находится офис компании. Его стекла отражают серое небо. Еще пару шагов, совсем немного осталось. Я уже вижу раздвижные двери, но не успеваю добежать, как резко останавливаюсь и замираю на месте, чтобы пропустить проезжающий на высокой скорости автомобиль, который я заметила в последний момент. Словно кто-то нажал на кнопку замедленного действия, наблюдаю, как мимо меня проносится красный тонированный спорткар. Могла ли я представить, что в первый рабочий день меня ждет что-то подобное?

Я стою на краю тротуара, с ног до головы мокрая, и провожаю взглядом ту самую машину, которая только что окатила меня водой, наехав на огромную лужу. Моя лиловая блузка, купленная на последние деньги на распродаже, вся в грязи, а мини-юбка насквозь промокла. Не говоря уже о том, что теперь творится у меня на голове. Раздутая ветром прическа, идеально уложенная с утра, безнадежно испорчена. И теперь я больше похожа на попрошайку с вокзала, чем на сотрудника престижной IT-компании.

Это полный провал. И что мне теперь делать? Как я в таком виде я заявлюсь на работу?

Медленно плетусь на вход в офисное здание. В отражении сканирую свой внешний вид и ужасаюсь. Двери раздвигаются, и я нерешительно прохожу внутрь, мимо гардеробной по направлению к проходной. Охранники ошарашенно смотрят на мой внешний вид, а один из них, кажется, даже тихонько посмеивается.

— О да, это же так весело! — приговариваю я тихонько, стараясь скрыть раздражение.

Ныряю в сумку в поисках пропуска и тут до меня доходит — он тоже остался в кошельке, забытом дома. Разочарованно вздыхаю. Видимо, не судьба мне здесь задержаться дольше, чем на пять минут.

— Девушка, проходите или нет? — подталкивает меня мокрым зонтиком в спину не особо приятный молодой человек.

— Нет! Я забыла пропуск, — бубню себе под нос. Это ж надо! Я вот-вот разревусь, словно маленькая девочка. Не может мне так не везти в жизни.

— Без пропуска не положено, — сообщает мне охранник и подходит ближе к турникету.

Неужели он думает, я сейчас точно ниндзя, перепрыгну его прямо в мини-юбке. В растерянности глазею на него и не знаю, что мне теперь делать.

— Из какого вы отдела? Я сейчас позвоню и уточню информацию, — продолжает охранник.

— Из отдела продаж, — неуверенно отвечаю я.

Может быть, вовсе не стоит идти дальше в таком виде, представляю, что обо мне подумают.

— Привет, — раздается у меня за спиной. Оборачиваюсь и вижу девушку, чьей помощницей я буду работать. Мы встречались, когда я проходила собеседование. Она запомнилась мне как позитивная и приветливая. Кажется, Юля или Аня, у меня чертовски плохая память на имена.

— Привет, — отвечаю ей и опускаю глаза, сгорая от стыда.

— Неудачное начало дня? — улыбается девушка, слегка хихикая.

— Ага! Представляешь, какой-то кретин на красном спорткаре окатил меня водой из лужи прямо у дверей офиса. И как таких мир носит, ума не приложу! Ничего не видят дальше своего мажорского носа, — говорю я и слышу смех охранников позади.

— Вообще-то это наш босс, — шепчет она и показывает пальцем куда-то наверх.

— Неловко получилось, — улыбаюсь идиотской улыбкой. Снова я оказалась в глупом положении из-за своего длинного языка.

— Ты проходишь?

— Я забыла пропуск дома, — развожу руками в стороны.

— Мальчики, пропустите! Это наша новенькая девчонка, — говорит она, а потом хватает меня за локоть и тащит внутрь.

— Юлька, будешь должна мне кофе. Только не завтра, послезавтра или никогда, а сегодня! — твердо говорит один из охранников нам вслед. Значит, всё-таки Юля, запоминаю я имя этой приветливой девушки, которая только что меня выручила.

— Обойдешься, — кричит она, не поворачивая головы, и задорно хохочет.

Мы попадаем в просторный вестибюль. Вдоль стен размещен ряд огромных белых диванов, а рядом небольшие столики, оснащенные встроенной беспроводной зарядкой. Здесь так красиво, играет спокойная музыка, а еще много живых растений на стенах и даже на потолке. «Необычное дизайнерское решение!», — подмечаю я.

А в самом конце помещения располагается небольшой лобби-бар.

Догадываюсь, что это зона для отдыха сотрудников офиса.

— Ух ты! — зависаю на секунду, разглядывая необычный интерьер.

— Пойдем скорее, приведем тебя в порядок. Еще не хватало, чтобы босс тебя увидел. Он у нас такой перфекционист, просто ужас! Хотя с небес спускается редко. Интроверт, так сказать! Вечно торчит у себя в кабинете, как затворник, — закатывает глаза и машет головой из стороны в сторону.

— Ясно!

— Но если он вышел из своего логова, считай, всем трындец! Придираться будет ко всему подряд: внешний вид, пыль на подоконнике, бардак на столе, еда на рабочем месте. А еще нельзя собираться в кучки во время рабочего дня, кроме обеденного времени, само собой, — продолжает она свой рассказ.

— Я уже начинаю его бояться! Что он за человек такой? Ведь он даже не притормозил, когда проехал мимо меня, представляешь? Выходит, ему совсем наплевать на окружающих!

— Да не бойся! Так-то он нормальный парень! И вовсе не мажор, он из простых, всего сам добился, говорят. Мы его практически не видим. Например, я впервые с ним встретилась, только спустя полгода работы здесь! И то, когда он меня вызвал на ковер. Я тогда жестко накосячила! В основном он контактирует с начальниками отделов и директорами. А обычные специалисты, как мы ему не интересны!

— Темная лошадка ваш босс!

— Наш босс! — восклицает Юлька.

— Точно! Наш босс, — смеюсь. — Если продержусь здесь хотя бы до конца дня!

— А ещё он очень красивый! Видела бы ты его. Высокий, метра два точно, чтоб мне облысеть, если я вру! И, похоже, он не вылезает из тренажерного зала, потому что у него идеальная фигура, просто умереть не встать. Вдобавок ко всему, у него соблазнительно кудрявые волосы, так и хочется зарыться в них пальцами. И глаза черные-черные, словно глаза демона. Честно говоря, когда он смотрит, даже не по себе как-то становится! Кажется, вот-вот и дырку прожжет, — говорит мечтательно Юля, закатывая глаза.

— Ты так красочно его описываешь, похоже кто-то влюбился, — смеюсь я, подмигивая ей.

— Да нет! Ты что? Он словно Бог! Сидит у себя в кабинете, как в Асгарде. Недосягаемый для простых смертных людей. Большая часть девушек из нашего офиса без сомнений влюблены в него! Но босс держит всех на расстоянии, — хохочет в ответ.

— Странный он!

— Да не странный, просто занятой! Владимир Константинович только в этом году институт закончил. А у нас на фирме столько работы! Гос. заказы он лично курирует, — объясняет Юля. — Это очень ответственная работа!

— Значит, молодой! — бубню себе под нос.

— Да! Молодой и красивый! К тому же очень умный, — смущенно смеется она.

Юля помогает привести себя в порядок. Дает мне футболку с логотипом компании, совершенно не подходящую под мою классическую юбку, но я рада и такому наряду. Всё же лучше, чем работать в грязной и мокрой блузке. Кое-как подсушиваю юбку сушилкой в уборной, а также привожу в порядок прическу и макияж. Да уж! Эпичное начало!

Рабочий день проходит на удивление отлично и без происшествий. Юля вводит меня в рабочий процесс, рассказывает, чем мы сейчас занимаемся. Это разработка программного обеспечения для различных организаций и даже госзаказы. Возвращаюсь домой с головной болью, с непривычки заниматься умственным трудом.

На следующий день я с нетерпением жду возвращения на работу. Я постепенно втягиваюсь в процесс и уже через несколько дней чувствую себя более уверенно. Юля помогает мне разобраться с важными задачами и объясняет, как правильно их выполнить. Надеюсь, на этой работе меня ждет успех и карьерный рост.

Где я только не работала за эти два года. Мыла посуду в ресторане, затем официанткой, администратором в сомнительном ночном клубе и даже раздавала флаера около супермаркета в наряде Чебурашки. И это далеко не полный список.

Первое время было сложно переступить через свое самолюбие. Всё-таки раньше моя жизнь была совсем другой. Я представить не могла себя в роли официантки или посудомойки. А тем более в роли Чебурашки! Однако я привыкла и втянулась, потому что мне нужны были деньги.

— Привет, Барон, — здороваюсь с рыжиком, открывая ему пакетик с едой, купленный на последние деньги. Завтра попробую попросить аванс. Иначе нас точно выгонят из квартиры. У меня была трудная рабочая неделя, но я счастлива. У нас всё будет хорошо!

*Асгард — небесный город Богов.

***

После пятничного рабочего дня девчонки из моего отдела предлагают прогуляться по вечерней Москве.

В столице я живу уже целый год, но практически не знаю города. Всё потому, что я много работала, чаще всего на нескольких работах одновременно, и мне было некогда отдыхать. Более того необходимо оплачивать дорогостоящее жилье в столице и заочное обучение в институте. А моя повседневная жизнь весьма скромная. И я совсем никуда не выбираюсь. Да и не с кем! Кроме Барона — большого рыжего кота, у меня никого нет.

Я соглашаюсь прогуляться с девчонками, кроме того, на днях я получила первую полную зарплату. Могу себе позволить немного расслабиться и побаловать себя.

Открываю шкаф, осматривая свои скромные повседневные наряды. Из этого немногочисленного хлама выбираю черные джинсы клеш с разрезами по бокам и обтягивающий топ бежевого цвета с длинными рукавами.

Наношу вечерний макияж. Чтобы взгляд был более выразительным, используя черный карандаш и темные тени. Затем немного румян и прозрачный блеск для губ. Смотрю на свое отражение в зеркале. Вроде бы ничего.

«Улыбайся, Вероника! Ты свободна!» — шепчу сама себе и уголки губ медленно ползут вверх.

После прогулки по центру Москвы мы отправляемся в один из самых популярных ночных клубов в городе. Здесь царит атмосфера веселья и роскоши, к тому же множество разодетых девиц с вызывающем макияжем и парней, которые не стесняются демонстрировать свое богатство. А у входа в клуб я замечаю много дорогих автомобилей, подобных тем, на которых передвигается наш босс.

Сейчас в это трудно поверить, но в прошлом я была одной из них. Не задумываясь, тратила родительские деньги, даже не подозревая, с каким трудом они достаются обычным людям.

Были времена, когда за раз я могла потратить столько денег, сколько сейчас составляет моя месячная зарплата. Одна только сумочка стоила в два раза больше. А таких у меня было с десяток, самых разных из последних коллекций. Я одевалась в дорогущую брендовую шмотку и общалась среди таких же богатых ребят, как я.

Но сейчас всё иначе! Прикидываю, сколько же денег я здесь могу потратить без вреда для своего бюджета. Думаю, немного, но на напиток хватит. Мы с девчонками присаживаемся на бар и заказываем коктейли. Я выбираю безалкогольный и самый недорогой. Всё-таки нужно экономить.

Алёна и Юлька сразу же убегают на танцпол, услышав популярный музыкальный трек. А я чувствую себя не в своей тарелке. Всё кажется таким знакомым и одновременно совсем чужим. Я ощущаю себя здесь лишней и не хочу снова возвращаться в этот помпезный мир.

𒅟𧅙𧵗9x{vdROYok?1|ts(vd4;k'v;

Глава 2

Вова Троян

В клубе сегодня яблоку некуда упасть, не припомню, когда в последний раз было так много народа. Давненько я здесь не появлялся, игнорируя приглашения друзей. В этот раз я тоже собирался отказаться, как делаю это последние несколько недель, однако они настаивали на встрече.

Поднимаюсь на второй этаж и уже издалека вижу все в сборе: Денис Стайнов и Руслан Пименов — хозяин этого заведения. С ними несколько ребят из нашей группы и незнакомая мне девушка, не похожая на тех, которые обычно вьются вокруг Руса.

С Русом мы вместе учились в институте, только не вышло из него толкового программиста, не тот темперамент, я ему сразу сказал ещё на первом курсе. Зато управлять клубом, и не одним, получается на ура.

— О-у-у, Трон, я не могу поверить своим глазам! Сколько ты уже нас игноришь? Месяц? — отчитывает меня друг и протягивает руку.

— Брось! Две недели назад виделись. На фирме сейчас завал — не самое время для отдыха. Кроме того, очень важный заказ поступил с самого «верха»!

— Молодец, бро, ты давно к этому шёл! Надеюсь, в этот раз твою разработку не забракуют, — говорит Рус, похлопывая меня по плечу.

— Теперь главное не облажаться! Давай не будем о работе. Как ты?

— Всё по-старому! Слушай, хотел предупредить, Литвинова уже на випке тебя ждёт! Говорит, ты её бросил. Рвёт и мечет, — смеётся Рус.

— Много на себя берёт! Чтобы кого-то бросить, надо с кем-то быть вместе! А мне сейчас вообще не до этого, сам знаешь!

— Она, видимо, думает иначе, — отвечает Рус.

— Разберусь, — вздыхаю и вальяжно направляюсь в сторону вип-зоны.

Здесь куча каких-то незнакомых девиц, откровенно одетых и бросающих многообещающие взгляды. Все они кажутся какими-то ненастоящими. Идеальные снаружи и гнилые внутри. Среди них Литвинова Эля, жертва пластических хирургов. Такая же фальшивая, как все остальные.

— Кот, я уже заждалась! Ты куда пропал? После того дня я не могу дозвониться до тебя, — тянет она.

«После того дня» — это когда мы с ней провели одну единственную ночь вместе. Очевидно, Эля думает, что после всего, что было, я должен на ней жениться!

— Какой я тебе «Кот»? — говорю я. А потом убираю её загребущие руки с плеч и падаю на кожаный диван.

Эля цокает, надувает губы, но молча садится рядом. Пусть! По крайней мере, другие подобные девушки не будут подсаживаться ко мне.

Выпиваю парочку безалкогольных коктейлей, столь сильно разрекламированных Русланом, и наблюдаю за танцующими внизу. Отсюда открывается отличный вид на танцпол.

Разглядываю танцующих девушек, двигающихся под бит, и вдруг мой взгляд зависает на одной из них. Она выделяется из толпы, явно не из постоянных. Тёмные, почти чёрные волосы, подстриженные под каре. Одета слишком просто, но ей даже идёт. Обтягивающие тёмные джинсы в сочетании с топом подчеркивают её идеальную фигуру и красивую грудь. На правой руке виднеется маленькая татуировка, но издалека сложно разобрать, что на ней изображено.

Она медленно кружится на одном месте, не обращая ни на кого внимания. Её изящные руки, как крылья, то парят над головой, то опускаются вниз. Виляет бедрами из стороны в сторону в такт музыки. Движения её такие лёгкие и грациозные, невозможно отвести от неё взгляд.

Я залипаю и сижу без движения какое-то время, словно на сеансе у гипнотизёра. Кажется, даже забыл, что нужно дышать. Хочу разглядеть лицо незнакомки получше, но девушку заслоняют танцующие вокруг люди. Как бы я ни выглядывал, даже подошёл ближе к стеклянному ограждению, но она так и не повернулась в мою сторону, оставаясь загадкой.

— Знаешь её? Девчонка в бежевом топе с каре, — спрашиваю у Руса.

Он устремляет взгляд вниз и отрицательно машет головой.

— Первый раз вижу! Понравилась? — хитро улыбается.

— Не знаю! Лица не видно, — отвечаю и иду к лестнице, чтобы подойти ближе к незнакомке.

Стремительно спускаюсь вниз, направляясь в сторону танцпола, но пока я пробираюсь сквозь толпу не очень вменяемых людей, теряю её фигуру из виду. А когда оказываюсь внизу, девушки уже нет. Оглядываюсь по сторонам в поисках незнакомки, но она как сквозь землю провалилась.

Совсем как одержимый, обыскиваю весь ночной клуб вдоль и поперёк. Даже заглянул в женскую уборную, но нигде её не нахожу. Какой-то абсурд, бегаю за призраком, как ошалелый. Я даже лица девушки не разглядел, вдруг она оказалась бы не симпатичной. А может быть, она пришла в клуб не одна.

Оставаться здесь больше нет никакого желания. Выхожу на улицу и решаю немного прогуляться по ночной Москве.

Я перебрался в столицу сразу после выпускного и живу здесь чуть больше пяти лет. Однако этот город так и не стал мне родным, несмотря на местные красоты.

Я всегда любил одиночество, но сейчас оно стало слишком сильно давить на меня. И в то же время впустить кого-то в своё сердце тоже не получается. Оно как-будто закрылось от всех пять лет назад. А ключи от него забрала она, когда уходила. Единственная девушка кого я любил.

***

С того случая в клубе проходит чуть больше двух недель, и образ незнакомки практически стёрся из моей памяти, как и воспоминания о ней. Какой процент вероятности того, что мы когда-нибудь встретимся вновь?

Но каково моё удивление, когда из окна своего кабинета я вижу её. Сейчас девушка выглядит немного иначе. На ней чёрный сарафан свободного кроя, сверху надета белая рубашка, подвязанная под грудью. На ногах туфли на высоченных каблуках. Но по её прическе и татуировке на руке можно понять, что это точно та самая девушка из клуба. Она как ураган проносится мимо, и я снова не успеваю разглядеть её внешность.

Моё сердце сначала замирает на месте и кажется, даже перестает биться, а потом начинает трепыхаться из стороны в сторону, как будто птичка в запертой клетке. Просто какое-то наваждение.

Набираю начальника службы безопасности.

— Николай Степанович? Сейчас на проходной девушка будет проходить. Брюнетка с короткой стрижкой в чёрном сарафане. Мне нужна вся информация о ней. Как зовут, в каком отделе работает, контакты. Всё, что найдёте!

— Будет сделано, Владимир Константинович. Через часик вся информация будет у вас!

Весь следующий час я, точно ребёнок, в ожидании чего-то грандиозного хожу по кабинету туда-сюда, а все мои мысли заполнила эта девчонка, лица которой я снова не рассмотрел.

Неужели она работает у меня на фирме? Разве бывают такие совпадения? Мои размышления прерывает стук в дверь. Смотрю на часы. Справился быстрее.

— Обрадуй меня! Скажи, что всё узнал, — уверенно говорю я, зарываясь пятернёй в волосах.

— Узнал! Девушку зовут Вероника Штефан, двадцать три года. Учится заочно в институте на втором курсе на экономиста. Работает у нас около двух месяцев в отделе продаж. Жалоб на неё нет. Поспрашивал у работников, все говорят о ней только хорошее.

— А вот это уже лишнее! Номер телефона узнал?

— Само собой! Уже скинул вам в мессенджер.

— Спасибо, — жму руку, и он покидает мой кабинет.

Значит, Вероника Штефан. Усаживаюсь на подоконник и тут же вбиваю её имя в поисковик социальной сети. В списке с десяток разных девушек с таким же именем, но ни одной похожей на мою Веронику.

Задерживаюсь здесь ещё немного, просматривая входящие сообщения. Моя школьная подруга Ксюша Горская (Тихонова) прислала фотки её с Данилом, сына — моего крестника. Рассматриваю их. Прикольный мелкий у них получился, на Ксюшку похож и веснушки такие же.

Затем отвечаю Даше на сообщение, которое она прислала три недели назад. Дашка Чернова, ещё одна моя школьная подруга. Да уж, хороший я друг. Давно не заходил в соцсети и не созванивался с лучшими друзьями.

Если с Ксюшей я иногда встречаюсь, так как они с Данилом тоже живут в столице. Крестника привозят ко мне в гости. То с Дашкой всё сложнее, она осталась в моём родном городе и приезжает к нам с семьей раза два в год.

Собираюсь уже выйти, но в рекомендациях натыкаюсь на страницу Жени Смирновой. Моя школьная любовь. И моя боль. Девчонка, вокруг которой были все мои мысли с первого по одиннадцатый класс. Та, которая оставила шрамы на моём сердце и кого я с таким трудом стёр из своей памяти.

Я давно удалил её из списка друзей, как и номер телефона и все фотографии. Ещё пять лет назад. Сразу после выпускного вечера. Будь она неладна. Листаю фотографии, вспоминая, какая она красивая. Слишком красивая, чтобы быть настоящей. Длинные светлые волосы, тёмно-карие, слегка раскосые глаза, такого же оттенка, как у меня, и завораживающая улыбка, от которой невозможно оторвать взгляд.

Внутри начинает зарождаться что-то непонятное, похожее на ураган или бурю. Внешне всё спокойно, но я заранее знаю, чем это закончится. Самое время закрыть ноутбук, но я почему-то продолжаю изучать страницу той, которая сожгла мою душу до тла.

Нахожу свадебные снимки, на которых Женя широко улыбается, но глаза таят в себе печаль. До сих пор не понимаю, почему она вышла за этого абьюзера. Сам того не замечаю, как уже минут пять не отрываясь пялюсь на её фотографию. Закрываю страницу, нажимаю «больше не показывать» и выхожу из социальной сети.

Всё это далеко в прошлом. Не стоит бередить старые раны!

Глава 3

Вероника Штефан

— Вероника, только не говори, что собираешься пропустить корпоратив? — спрашивает Юлька, делая глоток давно остывшего кофе.

— Какой ещё корпоратив?

— Ну, ты почему такая рассеянная? Я говорила на прошлой неделе. Компании исполняется три года, и босс устраивает праздник. Правда, предыдущие два года он появлялся на мероприятии всего лишь на полчаса. Но это неудивительно! Занятой и нелюдимый!

— Я не смогу, Юль, — с досадой отвечаю я.

— Даже не думай отвертеться! Ты и так с нами никуда не ходишь. Сколько раз мы тебя звали, а ты всё время отказываешься, — тараторит подруга, прожигая меня осуждающим взглядом. И она права! Но у меня сейчас нет времени на развлечения и тусовки. Мне бы удержаться на своём рабочем месте и показать, на что я способна, чтобы в будущем претендовать на более серьёзную должность.

— Юль, по правде говоря, мне нечего надеть! В моём скромном гардеробе только офисный шмот и ни одного вечернего платья, — признаюсь я.

— Разве это проблема? Подберём тебе что-нибудь. У меня полный шкаф платьев на любой случай жизни. Сидишь постоянно дома вдвоём со своим котом, никуда не ходишь! Тебе двадцать три или семьдесят, Ника? — причитает Юлька.

— Мне сейчас совсем не до этого! Я целиком и полностью погружена в работу. Более того, не за горами сессия, нужно усиленно готовиться, — на ходу выдумываю причину, чтобы отвертеться от похода на корпоратив.

— Ой, я тебя умоляю! Подождёт твоя сессия. Не будь такой унылой, Никуша! Кроме того, на мероприятии будет много красивых парней, может, найдёшь себе кого-нибудь, — игриво смеётся подруга, щипая меня за плечо.

— Мне никто не нужен, — коротко отвечаю я и вспоминаю, какими разрушительными могут быть отношения между мужчиной и женщиной.

— Значит так, завтра ты приезжаешь ко мне, и мы вместе собираемся на праздник, — совершенно серьёзно говорит Юля.

— Уговорила! Только платье должно быть не леопардовое и не слишком яркое, — говорю я, зная вкусы подруги.

— Не переживай, есть у меня одно подходящее платье на примете. Между прочим, ни разу не надевала. Бывший подарил, — цокает она и закатывает глаза.

К Юльке я приезжаю с самого раннего утра. Она живёт с родителями и младшей сестрой, которые так удачно уехали на дачу.

Весь день мы смотрим третий сезон любимого сериала о высшем обществе Лондона девятнадцатого века, о любви, и, конечно же, о сплетнях. И только ближе к вечеру начинаем собираться на корпоратив.

Платье, которое мне припасла Юлька, действительно обалденное. Тоненькая шелковая ткань цвета фиалки и такие же еле заметные бретели. А на спине глубокий вырез до самой поясницы. Очень откровенный наряд, даже не знаю, рискну ли я такое надеть.

Но, в конце концов, я решаюсь примерить платье. Немного огорчаюсь, когда, глядя в зеркало, в отражении вижу свой шрам на спине.

— Ух ты! Вероника! Ты просто огонь! У меня нет слов. Теперь все мужики на этом вечере будут твои. Даже немного завидую, — Юля прикрывает ладошкой рот в изумлении.

— Спасибо! Только как быть с этим? — смущаюсь и поворачиваюсь к ней спиной, немного отстраняя платье в сторону.

— Ничего себе! Откуда он?

— Упала в детстве с железной горки на детской площадке, — лгу я, пытаясь скрыть волнение.

— Ну, ты знаешь, его не сильно видно, — подмечает Юля, поправляя мне платье. Посмотри сама, если будешь стоять ровно, то никто его не заметит.

— Ты права,— поворачиваю голову назад, разглядывая свою обнаженную спину в зеркале. Шрам видно лишь небольшой кусочек, потому что основная его часть скрывается под тканью в области ребер, сбоку.

Перед глазами вдруг мелькает тот день, когда я его получила. Глаза тут же начинают щипать от подступающих слёз, но я вовремя себя останавливаю, часто моргая, не даю слезам выступить из глаз. Ещё не хватало, чтобы Юлька заметила. Я пока не готова поделиться самой страшной главой из своей жизни.

— Ника, ты здесь? — машет рукой перед моими глазами подруга. — Ты куда улетела?

— Да! Прости, я задумалась!

— С такой бомбической фигурой это платье обязательно должно быть в твоём гардеробе. После праздника не нужно его возвращать. Дарю! — восхищенно говорит Юля.

— Ты что? Я не смогу его взять! Оно наверняка очень дорогое! — протестую я, ненароком бросая взгляд на бирку с названием знаменитого бренда.

Когда-то у меня было много подобных нарядов.

— Можешь! С моими бедрами оно совсем не смотрится на мне. Более того, этот цвет мне не подходит. А ты сведёшь с ума всех парней на вечеринке, вот увидишь!

— Чтобы я без тебя делала? — улыбаюсь и обнимаю свою новую подругу.

За прошедшие пару месяцев мы действительно очень сдружились. И спустя столько времени у меня появилась подруга. Я пока не могу доверить ей всех своих секретов, но Юля приятная девушка, и я верю, наша дружба будет крепкой.

— Теперь мы наведём немного красоты на твоей красивой мордашке! — восхищённо говорит Юля, доставая из комода целую кучу профессиональной косметики: разнообразные флакончики, палетка с тенями, тинты для губ разных оттенков. Даже глаза разбегаются. В моей косметичке давно нет такого многообразия качественной и дорогой косметики.

Юля вызывается сделать мне вечерний макияж, уверяя, что когда-то училась на курсах визажиста. Приходиться довериться ей и не зря. Получается и правда весьма симпатично. Впервые за долгое время я любуюсь на своё отражение в зеркале. Даже взгляд стал другим, и глаза заблестели в предвкушении приятного вечера.

Корпоратив по случаю дня рождения компании проходит на крыше одного из самых старинных зданий в городе. Здесь находится престижный и очень дорогой ресторан в Москве. Наш босс явно не поскупился, раз организовал празднование в столь роскошном месте.

Мне любопытно, какой он? Я так много о нём слышала, что мне не терпится увидеть его вживую . Все девушки на фирме только и делают, что говорят о нём, но за два месяца мне ни разу не довелось встретиться с ним. Я видела только его автомобили, которых у босса несколько, припаркованные около офиса всегда на одном и том же месте.

Мы приезжаем, когда народ уже собрался. Я сразу же ощущаю на себе оценивающие взгляды девушек и заинтересованные взоры мужчин, от этого чувствую неловкость и смущение в таком откровенном наряде. Зачем я только послушала Юлю? Надо было выбрать что-нибудь поскромнее.

Мы медленно двигаемся в сторону ребят из нашего отдела, которые с любопытством смотрят на нас. Официант любезно предлагает напитки и изысканные закуски на подносе. Неожиданно Юлька впивается мне в руку своими длинными ногтями и шипит на ухо, точно змея.

— Ника, это он! Только не смотри сразу, — она трясёт меня за руку так сильно, что я едва не разливаю содержимое бокала на своё красивое платье.

— Господи, кто? — удивлённо глазею по сторонам.

— Босс! А мы с ребятами гадали, будет он в этот раз на празднике или нет. Даже поспорили. Черт, я проиграла!

Я разглядываю присутствующих и среди толпы в другом конце зала замечаю высокого молодого парня спортивного телосложения. Он одет слишком просто и повседневно для такого мероприятия, где все вокруг в вечерних нарядах. На нём чёрная футболка с маленькой надписью серебряного цвета, эффектно обтягивающая каждую мышцу на его идеальном теле, и такие же тёмные брюки. Завершают образ обыкновенные чёрные конверсы на белой подошве. Босс явно не имеет цели привлечь внимание к своему внешнему виду, но тем не менее держится уверенно.

Кудрявые тёмные волосы слегка падают ему на лоб и глаза. А прямой нос, соблазнительные губы и небольшая борода придают ему мужественный шарм. Он действительно хорош собой! Даже слишком! Юлька не солгала, когда описывала его.

На мгновенье я просто застываю на месте и неприлично долго разглядываю нашего босса. Он разговаривает с мужчиной, а затем широко улыбается, демонстрируя очаровательную улыбку.

Я чувствую, как моё сердце стремительно набирает обороты и уже через несколько секунд готово вырваться из груди. Этот парень вызывает у меня странное волнение, и я никак не могу оторвать от него глаз.

— Красивый, правда? Когда я его первый раз увидела, тоже офигела. Также как и ты сейчас замерла и пялилась на него минут пять, — непринуждённо говорит Юля, вытаскивая меня из транса.

— Ничего я не пялюсь! Просто он кого-то мне напоминает. Может быть, актёра или спортсмена? — оправдываюсь я и отвожу взгляд в сторону, стараясь скрыть свой внезапный интерес вперемешку с волнением.

— Смотри, он идёт в нашу сторону, — Юля снова трясёт меня за руку, и я покрепче сжимаю ножку бокала, чтобы не выронить его из рук.

И правда, он надвигается именно к нам, как большая серая туча. Оглядываюсь назад. Возможно, объект его внимания где-то позади нас. Однако смотрит он прямо на меня…

Глава 4

Вова Троян

Обычно я устраиваю праздник только для своих работников, но в силу своего характера редко присутствую на подобных мероприятиях. Однако на этот раз я иду ради незнакомки, которая заполнила собой все мои мысли и украла покой. Я заинтригован и очень надеюсь, что она не пропустит этот вечер. Хочу рассмотреть девушку получше и убедиться, что она действительно достойна моего внимания.

И пока я увлечен беседой с коллегами, двери лифта раскрываются, и в зал не спеша заходят две девушки. Среди них она. Очуметь можно! Какой на ней откровенный и сногсшибательный наряд. Мне сразу хочется спрятать её от чужих взглядов, потому что мужская часть присутствующих сразу же концентрирует своё внимание только на ней, нагло пожирая взглядом. Что это со мной? Со времён Жени такого ещё не было. Так, чтобы сердце выпрыгивало из груди, а по телу пробегала мелкая дрожь.

Незнакомка резко поворачивается в мою сторону и внимательно смотрит, не отрывая взгляд.

— Твою ж… — произношу я вслух так громко, что наверняка слышат все, кто находится рядом со мной.

Стоящие рядом коллеги вмиг замолкают и с удивлением таращатся на меня . А я — на неё.

Очевидно, я сошел с ума, или мое зрение стало меня подводить, но её глаза я ни с кем не спутаю. Никогда! Этого просто не может быть! Возможно, я всё ещё сплю? Да, вероятнее всего, так и есть. Потому что как ещё можно объяснить происходящее?

Уверенным шагом направляюсь к девушке, укравшей мой покой, через весь зал, не прекращая зрительный контакт, чтобы не потерять из виду. Ко мне кто-то подходит, но я жестом поднятой руки показываю: «Не сейчас!». Засуетилась, оглядываясь по сторонам. А затем снова смотрит глаза в глаза. Наверняка, тоже узнала.

— Привет, — произношу я, всматриваясь в черты её лица.

— Добрый вечер, — смущенно отвечает она и продолжает пялиться на меня.

Что ещё за «добрый вечер»?

Черт! И голос похож. Стало быть, я спятил! Мы оба молчим, а мне вдруг становится тяжело дышать, словно галстук сдавил мне шею, только на мне его нет. Прошлое врывается в мою безупречную реальность, как лавина, разрушая всё на своём пути. Повисает неловкая пауза. Впервые за последнее время я понятия не имею, что говорить девушке.

— Владимир Константинович, давайте представлю вас. Это Вероника Штефан, помощник ведущего специалиста отдела продаж, — говорит девушка рядом с ней.

Стоп! Какая ещё Вероника?

Разглядываю её. Те же выразительные глаза, тёмные брови, родинка на щеке и пухленькие алые губы. Только небольшой шрам на подбородке, совсем малюсенький. Мало ли где она могла получить его. Ведь прошло чуть больше пяти лет с нашей последней встречи. Сейчас у неё другая прическа и цвет волос, но это совершенно точно Женя Смирнова. Моя Женька.

Она протягивает мне руку, а я нахожусь в полнейшем ступоре, не в состоянии пошевелиться. Взбесившееся сердце выпрыгивает из груди. И я снова возвращаюсь в школьные годы, не в состоянии связать двух слов. Язык стал как будто деревянным, не позволяя произнести ни единого звука. Просто пялюсь на неё, как последний идиот.

— Ника, — тихо произносит она и слегка улыбается одними уголками губ.

Она кладет свою маленькую ручку в мою лапу и продолжает пристально смотреть на меня.

«Узнала или нет, узнала или нет?» — крутится у меня в голове зудящая мысль.

— Владимир, — неуверенно говорю в ответ не своим голосом и не тороплюсь отпускать её руку.

Черт возьми, не может быть такого точного сходства. Но если бы это была Женька Смирнова, она наверняка узнала меня! Или нет?

Однозначно со школьных времен я очень изменился. Вернее, я стал совсем другим человеком. Похудел, приведя своё тело в идеальное состояние. В школьные годы у меня была совсем другая прическа: короткая стрижка, а сейчас — длинные вьющиеся волосы, к тому же я отрастил бороду.

Но Женя не узнала меня. Или она просто притворяется мне назло? Делает вид, что не знает меня?

Не похоже на то!

А главный вопрос: почему она представляется чужим именем? Эти мысли вихрем крутятся в моей голове, спотыкаясь друг о друга.

— Приятно познакомиться, Ника, — специально делаю акцент на имени и продолжаю рассматривать её. Она медленно убирает свою руку, и мне становится жутко холодно, не чувствуя тепло нежных рук. А может быть, я ошибся? Здесь не очень хорошее освещение или у меня просто паранойя после недавнего просмотра Женькиной страницы в социальной сети.

— Владимир Константинович, могу я вас отвлечь? — обращается ко мне заказчик.

— Конечно, — перевожу взгляд на него и наконец-то выхожу из транса.

— Ещё увидимся, Вероника, — обращаюсь к ней и ухожу, а внутри всё в клочья. И снова Женя этому причина.

Мне казалось, больше ничто не сможет вывести меня из равновесия и заставить меня дышать, словно загнанная лошадь, но я ошибся.

— Постой, — говорю официанту, взяв бокал с подноса, опустошаю его залпом, после чего выхожу на открытую террасу, чтобы вдохнуть прохладного осеннего воздуха. Ника или Женя, кем бы она ни была! Но то, что этой девушке удалось меня взволновать и выбить почву из-под ног — это факт.

Глава 5

Вероника Штефан

— Никуша, что это было? — ошарашено спрашивает подруга, смотря вслед боссу.

— Понятия не имею, — взволнованно отвечаю я и перевожу взгляд с удаляющейся фигуры босса на Юльку.

— Он никогда ни с кем из наших девушек не общался так, как сейчас с тобой! Да что там! Он вообще не особо с кем-то идёт на контакт.

— Правда? — удивляюсь я.

— Он так на тебя смотрел.

Ты заметила? Упасть и не встать! Ника, ты произвела на него впечатление, — смеётся Юля.

— Я даже разволновалась! Думала он прожжёт меня своим пристальным взглядом! Вот, посмотри, у меня руки трясутся, — говорю я и протягиваю ладонь вперёд.

— Похоже, это всё моё платье! Вот мы и нашли слабое место босса, — хихикает Юля.

— Перестань, — смущенно улыбаюсь в ответ и щипаю её за рукав.

— Я разве не права? Теперь все девчонки будут тебя ненавидеть, не сомневайся. И завидовать одновременно! — продолжает вгонять меня в краску.

На мероприятии босс больше не появляется. Однако я почему-то весь вечер ищу его глазами среди толпы присутствующих. Хотя от такого повышенного внимания босса я немного растерялась, но любопытство берёт верх. К тому же девочки тут же окружили меня с расспросами. Очевидно, не только мне поведение босса показалось странным.

Я собираюсь домой немного раньше остальных. Выйдя на улицу, вдыхаю свежесть осеннего вечера и вспоминаю знакомство с боссом. Сегодня прохладно, а такси как сквозь землю провалилось. Неожиданно у моих ног притормаживает тот самый спортивный автомобиль красного цвета, который окатил меня водой в первый рабочий день.

Откуда он взялся?

— Тебя подвести? — опуская стекло, спрашивает босс.

— Спасибо, я на такси, — тихо отвечаю я, не оставляя надежду вызвать машину. На самом деле до моего дома минут пятнадцать езды, и никто не хочет брать такой неприбыльный заказ. Я могла бы пройтись пешком, но в одиночку в таком наряде и на высоких каблуках это просто невозможно представить.

— Как хочешь, — говорит босс, а затем проезжает пару метров и останавливается у обочины.

Нервно тыкаю пальцами в экран телефона, поглядывая в сторону припаркованного авто, но очередной таксист отказывается от заказа. Ругаюсь вслух. В этот момент босс выходит из машины и, облокотившись на неё, смотрит в мою сторону. Он явно издевается!

— Моё предложение всё ещё в силе, Ника!

Стараюсь не смотреть в его сторону. Он такой привлекательный красавчик, что при виде его обтянутого футболкой торса у меня голова кругом идёт. Хорошо, что сверху он накинул пиджак — такой же чёрный, как весь его образ. По всему телу проносится дрожь. Надеюсь, издалека не заметно моего внезапного волнения.

Время уже почти полночь, и вряд ли получится вызвать такси. Остаётся два варианта: идти пешком или сесть в машину к боссу. И пока я размышляю, какой вариант менее безумный, он сам подходит ко мне.

— Далеко ехать? — озадаченно спрашивает он.

— Минут пятнадцать. Можно и пешком пройти, но уже поздно для прогулок, — отвечаю я и стараюсь не смотреть на него. Ещё не хватало, чтобы кто-нибудь из коллег застукал нас вдвоём. Потом слухи поползут по всей фирме, а мне это не нужно.

— Да уж! В таком виде ты точно не доберёшься до дома! — посмеивается он.

Тем временем я не оставляю надежды вызвать такси, клацая пальцами по экрану телефона. А босс молчаливо стоит рядом, как будто в ожидании того, когда я сдамся и сяду к нему в тачку. Ну уж нет!

— Я могу проводить тебя, — неожиданно предлагает он.

— Хорошо, — зачем-то соглашаюсь.

Тогда он снимает свой пиджак и заботливо накидывает его на мои плечи. Вздрагиваю от неожиданной близости. Сейчас точно кто-то из коллег увидит нас вместе. Как я это объясню? Нервно оборачиваюсь и смотрю по сторонам озабоченным взглядом.

— Не переживай! Все веселятся, им не до тебя, — говорит он, как будто читая мои мысли.

— Это было не обязательно, — мямлю я себе под нос.

Черт возьми! У меня так давно не было парня, что, кажется, я разучилась общаться с противоположным полом. Слова застревают в горле, и я чувствую себя неуклюжей и неуверенной в себе. А все мои навыки флирта вмиг куда-то улетучились.

— Прохладно, заболеешь ещё, а у нас много работы. Потом будешь больничный выпрашивать! — строго восклицает босс.

— Ладно, — сдаюсь я.

От пиджака исходит умопомрачительный аромат дорогого парфюма вперемешку с его собственным. Мне хочется прижаться к приятной ткани и вдохнуть этот запах. Но я вовремя себя останавливаю, чтобы не выглядеть глупо.

Мы медленно направляемся в сторону моего дома, а у меня от чего-то всё тело трясётся и подкашиваются ноги. Может быть, это от холода или потому, что красивый парень обратил на меня внимание, если можно так сказать.

Решение пойти пешком — заведомо плохая идея, а на таких высоких каблуках мы будем идти до моего дома целую вечность. Не долго думая, скидываю туфли и ступаю на прохладный асфальт босыми ногами.

— Надо было ехать на машине, — подмечает он. — Мы ещё можем вернуться!

— Я не сажусь в машину к незнакомцам! — твёрдо говорю я и понимаю, как глупо это звучит со стороны.

— А мне казалось, мы сегодня познакомились, Ника! Более того, мы вместе работаем, если ты забыла!

— Я бы не хотела лишних слухов! Кто-то мог увидеть, как я сажусь к вам в автомобиль. Потом будут болтать всякое. А мне это не нужно!

Чувствую, как босс повернулся и пристально смотрит на меня, отчего я начинаю нервничать ещё пуще прежнего. Стараюсь не смотреть на него, делая вид, что меня заинтересовали проезжающие мимо автомобили, при этом медленно делаю вдох, успокаивая свои нервы.

Вскоре мы подходим к двору дома, где я снимаю квартиру.

— Мы пришли, — сообщаю я, желая поскорее сбежать, чтобы перестать чувствовать сковывающую неловкость в его присутствии.

Босс осматривает старую обшарпанную хрущёвку и, кажется, расширяет глаза.

— Ты правда здесь живешь? — в изумлении спрашивает он.

— А что в этом удивительного? Не у всех есть люксовые автомобили и шикарные дома, — отвечаю я.

Но лучше бы я молчала. Мой язык мой враг!

— Я живу в квартире! — немного обиженно говорит босс.

— Я не про вас. Спасибо, что проводили, но не стоило! Теперь я буду чувствовать себя обязанной, — говорю я и, возвращая пиджак, смотрю куда-то в область его плеча, чтобы не сталкиваться взглядами.

Он не сводит с меня глаз, прилипая взглядом и вгоняя в краску. Необходимо поскорее попрощаться, чтобы избавиться от напряжения между нами.

— Доброй ночи, Ника!

— До свидания! — произношу я не своим голосом, не оглядываясь, на ватных ногах ухожу в сторону подъезда. Завтра расскажу Юльке о нашей ночной прогулке. Она точно в обморок упадёт. Потому что, пока я шла рядом с ним рядом, едва не грохнулась от переполнявших меня эмоций.

Визуализация

Вероника Штафан

Вова Троян

Глава 6

Вова Троян

Вполне возможно, я схожу с ума, или что это было? Передо мной Женя Смирнова, девушка, которая украла мой покой и разбила мне сердце пять лет назад. А теперь она представилась чужим именем и даже не узнаёт меня. Ничего не понимаю и ещё какое-то время украдкой смотрю в её сторону. Она же, напротив, больше ни разу не взглянула на меня.

На ней соблазнительное сиреневое платье с вырезом на спине почти до самого копчика. Если присмотреться, можно увидеть огромный шрам на её теле, точнее, кусочек. Полагаю, остальная часть скрывается под тканью.

Я ни раз видел Женю в купальнике на физкультуре, когда уроки проходили в бассейне, и никакого шрама у неё точно не было. Вероятнее всего, передо мной совершенно другая девушка. Просто очень сильно похожая на Женю.

Воспоминания о прошлом выбивают почву из-под ног, и я больше не могу здраво мыслить. Поэтому я просто ухожу с мероприятия и несколько часов бесцельно катаюсь по городу, пока снова не оказываюсь у входа в ресторан, где проходит корпоратив. Мой взгляд тут же падает на одинокую фигуру девушки, укравшей мой покой. Женя или Ника?

Она стоит у края дороги и нервно клацает тонкими пальчиками по экрану смартфона, суетливо оглядываясь по сторонам.

Предлагаю подвести, но девушка отказывается, не отрывая взгляд от экрана мобильного телефона. Возможно, дома её кто-то ждёт или она собирается ехать к молодому человеку. Но меня тянет к ней точно магнитом, и я не могу это контролировать.

Зачем-то спрашиваю, где она живёт, а затем предлагаю проводить до дома. На удивление, она соглашается, но ведёт себя холодно и отстранённо, держа дистанцию между нами.

Мы не спеша направляемся в сторону её дома. В какой-то момент она скидывает туфли на каблуках и идёт босиком. Это так похоже на Женьку! У меня возникает неконтролируемое желание поднять её на руки, лишь бы она не не касалась своими нежными ступнями грязного асфальта.

Женя всегда была такой. Где-то была упрямой и проявляла твёрдость, а в других ситуациях становилась несерьёзной и вела себя по-детски, даже иногда слишком легкомысленно.

— Не понравился праздник?

— Почему? — возмущённо спрашивает она и даже решается посмотреть на меня. Правда всего на секунду, затем снова отводит глаза в сторону.

— Ты рано ушла! Два варианта: либо тебя ждут дома, либо не понравилась вечеринка, — говорю я, чтобы невзначай уточнить, есть ли у неё кто-то.

— Вообще-то так и есть! Меня дома ждут, — отвечает она, разрушая мои надежды.

Лучше бы не спрашивал. Мной тут же овладевает приступ ревности, сжимая сердце с обеих сторон.

— Муж?

— Кот, — отвечает она с серьёзным лицом.

— Кот? — выдыхаю с облегчением и не могу сдержать смех.

— Да! Он весь день голодный и, наверное, соскучился. У него, кроме меня, никого нет!

Я улыбаюсь, сжимая губы, чтобы не выдать свою безудержную радость. С котом я как-нибудь смогу подружиться.

Тем временем мы подходим к её дому. Перед моими глазами предстаёт старая пятиэтажка, которой раза в три больше лет, чем мне. Теперь я удивлён ещё больше. Та Женька, которую я знал, ни за что не стала бы здесь жить.

Я не хочу её отпускать, но и не могу найти повод, чтобы она не уходила. И пока я размышляю над этим, Женя спешно возвращает мне пиджак, благодарит и убегает в подъезд. Я же, как загипнотизированный, стою на месте и смотрю на давно закрытую металлическую дверь, обклеенную объявлениями. А потом пытаюсь глазами найти окно, в котором вот-вот загорится свет.

По приезду домой сразу пробиваю, кто же такая Вероника Штефан. Всё, что могу найти на неё, — это информация, которую я уже знаю, и только за последние два года. А раньше ничего! Совсем ничего! В каком городе жила или в какой школе училась, меняла ли имя. Замужество. Ничего. Как будто кто-то взял и стёр всю информацию о ней.

С самого раннего утра набираю Дашу Чернову мою школьную подругу. Вообще-то я не слишком общительный, но несколько друзей у меня имеется. В школе мы дружили втроём: я, Тихонова Ксюша и Чернова Дашка.

— Привет, подруга!

— Ух ты! Привет! Я уже успела забыть, как звучит твой голос, Вова! Ты время видел? Мы вообще-то ещё спим, — сурово говорит она.

— Как дела? Как семья?

— Всё хорошо! Только ты позвонил в полседьмого утра явно не для того, чтобы узнать, как у меня дела, — язвительно отвечает Даша.

— Только не обижайся, Дашка! Я по делу. Это очень важно!

— Ещё бы! Просто так позвонить подруге не судьба, — делает она выговор.

— Ну, прости! Работы много! Приезжайте в гости, — пытаюсь задобрить подругу.

— Ладно, Троян! Говори, что за дело? — сонно тянет Даша.

— Ты что-нибудь знаешь про Женю Смирнову? — называю её имя вслух, а у самого сердце колотится так, как будто я только что марафон пробежал.

Повисает тишина. Странная, давящая тишина.

— Чернова, не молчи, — нервно прошу я.

— Ну, я… — мямлит она.

— Говори уже, что знаешь, — поторапливаю её.

— Только не злись, хорошо? — осторожно спрашивает Даша.

— Рассказывай!

— Женька пропала без вести два года назад, — вываливает она и замолкает.

— Почему вы не сказали? — раздражаюсь, — Когда вы узнали?

— Сразу, Вова! Мы не хотели тебя огорчать, — говорит Даша с печалью.

— Расскажи подробнее!

— Два года назад приезжал её муж Стас, искал Женьку в отцовском доме. Затем отец поднял весь город на уши. Но Женю так и не нашли. Ни живой, ни мертвой. Очевидно, случилось что-то плохое! В скорости её мать умерла, жалко Смирнова. Ксюша рассказывала, он сильно сдал после этих трагических событий… Мы знали, что ты расстроишься, если узнаешь, поэтому договорились не рассказывать тебе, прости! — Дашка заканчивает рассказ и вздыхает мне в трубку.

Мы ещё немного болтаем и прощаемся. Её рассказ всё объясняет, и картина начинает потихоньку проясняться. Значит, Женька сбежала от мужа. Или, может быть, потеряла память? И почему она сменила имя? Возможно, боялась, что Стас будет её искать. Пока у меня больше вопросов, чем ответов. Но рассказать, как есть на самом деле может только сама Женя.

Каждый день, из окна своего кабинета, я наблюдаю, как она приходит в офис и как уходит домой. Как-то даже проследил за ней до автобусной остановки. Автомобиля у неё нет. А одета она совсем обычно, я бы даже сказал, довольно скромно. Никакой брендовой одежды и дорогих аксессуаров и украшений. Разве это похоже на Женю?

Смотрю на неё через камеры видеонаблюдения и пытаюсь разгадать эту нелегкую загадку. Такая она сконцентрированная и внимательная. Приближаю лицо практически на весь экран.

Кто же ты, Вероника?

Какого черта я делаю? Выключаю монитор, хлопнув крышкой ноутбука. В кого я превратился? Прошло чуть больше пяти лет, а я всё тот же глупый мальчишка, каким был в школе. Совсем не изменился. Как только Смирнова появляется на горизонте, я превращаюсь в беспросветного болвана, готового ради неё на всё.

***

Я мечтал доказать Жене и себе самому, что тоже чего-то стою. Она выбрала другого парня, потому что он красивый и богатый. И чего бы мне это ни стоило, я должен был стать таким же. И стал!

В своих потаённых мечтах я миллион раз представлял, как однажды мы встретимся, и она пожалеет о своём решении. По этой причине я мучил себя изнуряющими тренировками в тренажерном зале, упорно учился и много работал.

Бывали дни, когда я спал по четыре часа в сутки, только для того, чтобы успевать совмещать работу и учебу.

Сразу же после выпускного из лицея я переехал в Москву для того, чтобы поступить в университет. Через два года я решился на открытие своей небольшой фирмы. Первый год мы занимались мелкими заказами, разрабатывали приложения для мобильных телефонов. Но через какое-то время мой проект неожиданно выигрывает тендер на разработку программного обеспечения одной крупной торговой сети. Это и стало отправной точкой.

И как-то так закрутилось всё. Я даже не рассчитывал на такой успех. Пришлось расширяться, нанимать больше людей, так как тянуть всё лично я просто не мог физически. К тому же учебу в институте никто не отменял, приходилось усваивать много новой информации в кратчайшие сроки.

А потом я представил свою разработку, которая стала прорывом в сфере информационных технологий. И мной заинтересовались. Я был счастлив, потому что несколько лет, начиная с самой школы, работал над этой программой.

Так я пришёл к тому, что у меня сейчас есть.

Глава 7

Вероника Штефан

После корпоратива у меня остаётся какой-то неприятный осадок. Сначала многозначительные взгляды босса, затем ночная прогулка до моего дома — всё это кажется странным и немного интригующим. Однако после того дня мы больше не пересекались, а я и не стремлюсь, погружаясь с головой в работу.

Сегодня у нас с Бароном небольшой праздник — ровно три месяца, как я работаю в компании. Мне нравится здесь. Пусть пока всего лишь помощником ведущего специалиста.

Платят, конечно, немного, но нам хватает. Возможно, через какое-то время я смогу претендовать на повышение, но пока рано об этом даже думать.

Пребываю в приподнятом настроении, передвигаясь по квартире вприпрыжку, но моя радость длится недолго. В четверг вечером в квартиру заявляется хозяйка. Терпеть не могу эту неприятную женщину. Наглая и неопрятная, никогда не упустит возможности придраться ко мне.

Она напролом заходит в квартиру, осматривает всё вокруг, затем обшаривает каждый шкафчик и каждый ящик, перебирая содержимое. Как можно так себя вести с квартирантами? Я считаю, такое недопустимо. Если ты сдаёшь жильё, нужно хотя бы заранее предупреждать о визите.

— Милочка, завтра нужно освободить квартиру, — неожиданно выдаёт эта невыносимая дама.

— Как так? Я же только неделю назад внесла платёж за следующий месяц, — растерянно напоминаю я.

— Послезавтра приезжает мой внук и планирует здесь жить. Квартира должна быть свободна!

— Тогда верните мне аванс! — настаиваю я.

— Какой ещё аванс? Ты посмотри на что похожа квартира! Здесь обои оторвались, а мебельный гарнитур на кухне был совсем как новый, теперь весь в царапинах и сколах. А проживание с животными я не разрешала вовсе! Считай, в счёт испорченных вещей, — тараторит она, а я замолкаю и не могу поверить в то, что она говорит на полном серьезе.

— Так и было! У меня даже фотографии есть. А насчёт кота я с вами договаривалась, — растерянно говорю я.

— Ты не поняла меня? Если завтра не покинешь квартиру, вызову полицию, — грубо говорит она, жестикулируя руками.

Хозяйка уходит, хлопнув дверью, оставляя после себя неприятный запах. А я впадаю в истерику от отчаяния и понятия не имею, что мне теперь делать. Денег у меня осталось всего ничего, потому что я совсем недавно оплатила за жильё, вдобавок так быстро найти новую квартиру практически невозможно.

Плачу и потихоньку собираю те немногие вещи, которые нажила за последние два года самостоятельной жизни. Получается два небольших чемодана и кот.

И как я завтра со всем этим добром заявлюсь на работу, не представляю. Как назло, Юлька улетела отдыхать в Турцию. Можно было напроситься к ней на пару ночей, если бы она была в городе.

Утром я приезжаю на работу с вещами и слёзно умоляю охранника Ромку, с которым за эти три месяца немного сдружилась, подержать у себя на проходной мои чемоданы и кота в переноске до конца рабочего дня.

Поднимаюсь в офис в отчаянном состоянии, даже не подозревая, что меня ждёт ещё одна неприятная новость. Как только я добираюсь до рабочего места меня сбивает с ног Алёна, сотрудница нашего отдела.

— Штефан! Иди сюда! Быстро! — шикает она мне.

— Что случилось? — испуганно спрашиваю я, уже предчувствуя что-то нехорошее.

— Босс тебя вызывает к себе!

— Зачем? — округляю глаза.

— Сказал, косяки в отчёте! Ну, тот, что ты делала вместо Юльки несколько дней назад. И ещё что-то, он не вдавался в подробности!

— Не может быть. Я три раза всё перепроверила! — бубню себе под нос.

— Оправдываться у босса будешь!

— Ладно! Сейчас нужно идти?

— Да! Давай, удачи, он просто так не вызывает обычно. Значит, правда что-то серьёзное!

Поднимаюсь на пятый этаж, где находится кабинет Владимира Константиновича. Я здесь впервые. Как только стеклянные двери лифта раскрываются, я попадаю в просторный и светлый холл. За столом сидит красивая женщина лет тридцати, секретарь, догадываюсь я.

— Меня вызывали, — неуверенно произношу я, а у самой поджилки трясутся. Этого ещё не хватало. Мало того, что с квартиры попёрли, вдобавок директор недоволен моей работой. А я так старалась. Первое серьёзное задание, которое доверили мне, и то потому, что Юля в отпуске, а я умудрилась налажать.

— Имя? — монотонно спрашивает секретарша, не поднимая на меня взгляд.

— Ээ, — теряюсь я.

— Забыли, как вас зовут? — поднимает глаза на меня, глядя сквозь очки с заостренными верхними углами, что придает её образу более грозный вид.

— Нет-нет! Я Ника. Вернее, Вероника Штефан. Извините, — отвечаю я, нервно улыбаясь.

— Ждёт, — кивает головой в сторону двери.

Подхожу к двери и замираю на секунду, положив руку на дверную ручку. Не знаю почему, но меня охватывает лёгкая паника. После нашего, так сказать, знакомства на корпоративе, я немного побаиваюсь следующей встречи. У него тогда такой странный и пронизывающий взгляд был. К тому же прогулка до моего дома, всё это было очень и очень странно.

Стучу и несмело открываю дверь. Босс стоит спиной ко мне и смотрит в окно, оперев руки на подоконник. На нём чёрные спортивные брюки и футболка оверсайз с высоким воротником. Похоже, о понятии «офисный дресс-код» он ничего не слышал.

А какой он здоровый, прихлопнет меня словно муху и даже не заметит.

Здесь просторно и благодаря огромным окнам очень светло. По центру комнаты расположен большой стеклянный стол на каркасе в виде двух кругов белого цвета. У стены такой же стеклянный стеллаж с какими-то необычными статуэтками.

— Здравствуйте! Я пришла, — блин, что я несу? «Я пришла», — тихонько хихикаю себе в руку. Всё из-за волнения. Ну и дура!

— Что смешного, Штефан? Не вижу повода для веселья, Вероника! — говорит он очень строго.

Я моментально меняюсь в лице. Всё тело начинает трястись пуще прежнего, словно в лихорадке. Пытаюсь взять себя в руки, но ничего не выходит. Сжимаю пальцы в кулаки, впиваясь ногтями в ладошки, чтобы не было заметно, как трясутся мои руки. Рядом с боссом я теряюсь и чувствую себя маленькой, глупой девочкой.

Как вообще можно разговаривать с человеком, повернувшись к нему задом? Полное неуважение к своим сотрудникам.

— Я не смеялась! Простите, Владимир Константинович!

— Твой отчёт не годится! Я вообще ничего не понял, — говорит он и наконец-то поворачивается ко мне лицом. Сталкиваемся взглядами. Волосы падают ему на глаза, но даже так я вижу его суровый, взгляд. А мой, наверное, испуганный, как у трусливого зайца. Понятия не имею, как я выгляжу со стороны, но одно я знаю точно, он меня пугает. Поэтому отвожу взгляд в сторону, пытаясь унять дурацкую дрожь в теле.

— Я могу вам объяснить, — отвечаю я, прикрывая глаза. Выгляжу полной тупицей, если сейчас он меня уволит, не удивлюсь.

— Мне объяснить? Думаешь, я чего-то не понимаю? — удивлённо спрашивает босс, вскидывая бровь вверх от изумления.

Замолкаю и опускаю взгляд в пол разглядывая узоры на его, очевидно, дорогом персидском ковре.

— Ты до нас где-то работала?

— Официанткой в кафе и ещё много где. Но сейчас я получаю образование, и я способна на...

Но босс не даёт мне возможности договорить.

— Всё ясно! У тебя есть время до конца следующей недели. И презентацию по проекту тоже жду лично мне в руки. Иначе здесь ты работать не будешь, — не сводя с меня своих грозных глаз, говорит он.

— Я поняла, — отвечаю дрожащими губами, а у самой слёзы так и наворачиваются на глазах.

Проклятье! Клянусь, я не такая плакса и слабачка, но когда он рядом, меня покидает самообладание и контроль над своими эмоциями.

— Можешь идти!

Выхожу из кабинета и на ватных ногах плетусь к лифту. На душе так тяжело, а в голове полный сумбур. Как я могла ошибиться? Смотрю на своё подавленное отражение в зеркале и не узнаю сама себя. На меня смотрит испуганная, расстроенная и неуверенная в себе девушка с красными глазами. Это не я! Я совсем не такая!

— Ну как? — спрашивает Алина, поджидая меня около лифта.

— Не очень, — нервно бросаю я и, не останавливаясь, иду прямиком на своё рабочее место, чтобы как можно скорее приступить к исправлению ошибок.

— Тебе нужно было быть внимательнее, Ника! — продолжает она.

У меня ощущение, что Алёна пришла вовсе не поддержать.

— Сама разберусь, — отвечаю я, не глядя на неё.

Когда захожу в отдел, девчонки резко замолкают. Не нужно быть экстрасенсом, чтобы понять, кого они обсуждали. После корпоратива у многих коллег женского пола заметно изменилось отношение ко мне. И я это ощутила практически сразу. Теперь они оценивающе осматривают мой внешний вид, шушукаются, глядя в мою сторону, и замолкают, когда я приближаюсь к ним. И всё из-за внимания босса к моей персоне.

Не глядя на них, прохожу к своему столу. Я не сдамся и исправлю все ошибки. Присаживаюсь за стол и прикрыв глаза, пытаюсь прийти в себя. Мне ошибочно показалось, что босс мной заинтересовался. Однако, мне просто хотелось, чтобы это было так. Я истосковалась по человеческому теплу, нежности и любви. Наверное, я просто устала быть одна. Устала возвращаться в пустую квартиру, где кроме кота больше никого нет. И, желая быть кому-то нужной, восприняла вежливость босса за симпатию.

Глава 8

Вова Троян

Смотрю на неё в упор, и меня не отпускает чувство, что Женька опять и опять надо мной насмехается. Всё совсем как в школе: прикалывается, отпускает шуточки в мою сторону, зная о моих чувствах к ней, говорит одно, а поступает по-другому.

Мы проучились вместе одиннадцать лет в одном классе, сидели на соседних рядах и даже дружили какое-то время. Как можно меня не узнать? У неё память отшибло или со зрением проблемы?

Допустим, теперь я выгляжу иначе. В школе я был полный непривлекательный ботаник, с дурацкой стрижкой, но голос, черты лица… А может, я просто в край рехнулся и передо мной просто похожая на Женю девушка?

На самом деле её отчёт был идеальный. Это даже не мой уровень. Такого рода отчёты предназначены для начальника отдела, но никак не для генерального директора. Однако я никак не мог придумать повод, чтобы подойти к ней, поговорить, взять за руку и просто немного побыть с ней рядом. Меня переполняет желание снова увидеть её.

Несколько раз я собирался подойти без особого повода, но совершенно точно могу сказать, она бы сделала невозмутимый вид и тут же отшила меня. Вспоминаю, как на корпоративе она суетилась и переживала, что кто-то увидит нас вместе. Учитывая это можно предположить, что Женька и близко меня не подпустит. Представляю, её возмущённое лицо и огромные глазищи в тот момент, когда бы я при всех приблизился к ней и предложил вместе выпить кофе или прогуляться по набережной.

Я очень злюсь то ли на неё, то ли на себя. Раздражает, что Женя не узнаёт меня. Более того, она заставила снова вспомнить всё, что я пережил в школьные годы. Как только вижу эту девушку, моментально возвращаюсь в прошлое, вспоминая все унижения и боль, которые я испытывал изо дня в день, встречая Женю в школьных коридорах, и как я пытался скрыть это от неё, надевая маску безразличия на лицо.

После выпуска прошло пять лет, и мне пришлось очень сильно постараться, чтобы удалить из памяти эту тяжёлую главу в моей жизни. Измениться не только внешне, но и внутри. И полностью стереть оттуда девушку по имени Женя Смирнова.

— Всё ясно! У тебя есть время до понедельника. И презентацию по проекту тоже жду! Иначе здесь ты работать не будешь! — впиваюсь в неё взглядом.

Внезапно мной овладевает неистовое желание подойти к ней и поцеловать. Впиться в сочные губы и шею, словно голодный, только что пробудившийся от долгого сна вампир. Она же, напротив, растерянно смотрит куда-то в пол или в сторону. Куда угодно, лишь бы не на меня. Возможно, будь она чуть-чуть внимательнее, давно узнала бы своего одноклассника, когда-то по уши влюблённого в неё.

— Я поняла, — отвечает тихо, а глаза становятся влажными, хоть Женя и старается скрыть то, что расстроена, скрывая от меня свои безумно красивые глаза.

Медленно развернувшись, она покидает мой кабинет. А я ещё долго смотрю на закрытую дверь и размышляю, не перегнул ли палку?

Да что там! Однозначно перегнул!

Но я всё никак не мог придумать причину, чтобы она вернулась в мой кабинет, осталась ещё хотя бы на несколько минут.

Сразу включаю камеры видеонаблюдения, и как гребаный сталкер, подглядываю за ней через экран компьютера. Женя садится за свой рабочий стол, открывает ноутбук и внимательно изучает что-то на мониторе, полагаю, тот самый отчёт, за который только что получила нагоняй. Бьёт руками о стол и, кажется, что-то бросает на пол. А затем нервно трёт глаза, падая лицом на ладони. Блин, неужели плачет. По всей видимости, я переборщил с выговором.

Зато теперь я точно уверен, она действительно понятия не имеет, кто перед ней. Если бы Женька меня узнала, то ни за что на свете не позволила так с собой обращаться. Она бы вцепилась в меня своими острыми коготками и не отпустила бы до тех пор, пока я не сделал так как надо ей. Королева школы никогда бы не склонила свою голову вниз.

Ещё немного изучаю миленькое лицо на экране, вдруг я и впрямь ошибся. Наблюдаю, как она прикусывает нижнюю губу, о чём-то сосредоточенно размышляя. А затем потирает переносицу. Так всегда делала Женька, когда волновалась. Откидывается на спинку стула и на несколько секунд прикрывает глаза. Любопытно, о чём она сейчас думает? Что у неё в голове? Наверняка проклинает своего босса всеми существующими проклятиями в мире. Улыбаюсь своим мыслям.

Несмотря на то, что её причёска выглядит иначе, впрочем, как и цвет волос, но привычки остались те же. Без сомнений, передо мной Женя Смирнова. Осталось выяснить, почему и от кого она прячется. И какого лешего она меня не узнаёт.

После мучительно долгого и совершенно непродуктивного дня я принимаю решение встретиться с одногруппниками у Руслана в клубе. Несмотря на мою привычную отстранённость от внешнего мира, иногда я сознательно заставляю себя контактировать с окружающим миром. У меня есть несколько друзей, с которыми время от времени провожу свой досуг.

Когда я подъезжаю к клубу, замечаю Руса в компании незнакомых мне девиц. Выхожу из машины и сразу понимаю, что мой друг в невменяемом состоянии. И когда он успел?

Внутри уже полно народу, и музыка грохочет так, что невозможно друг друга услышать. Отходим немного в сторону.

— Девчонки, можно украду? — обращаюсь к девушкам и отвожу Русика в сторону. — Ты как?

Рус машет девушкам и мило улыбается.

— Она меня бросила! — еле понятно говорит он.

— Кто? — удивлённо спрашиваю я. Сколько помню, у Руса никогда не было постоянных отношений, а девушек он менял, как перчатки. Несколько раз я видел его с одной и той же длинноволосой девчонкой лет восемнадцати. Но я не думал, что всё так серьёзно.

— Мышка, — мямлит друг. — Отвези меня к моей сладкой девочке. Я адрес назову.

— Ладно, поехали! — помогаю ему дойти до моей тачки. К «сладкой девочке» Рус, конечно же, не попадает, едва ли в таком состоянии она захочет с ним разговаривать.

Подбрасываю друга домой, а сам бросаю машину, чтобы прогуляться по набережной. У меня нет желания возвращаться в клуб, поскольку в моей голове снова мысли о Женьке.

Спускаюсь ближе к воде, присаживаясь на бетонные ступеньки, наблюдаю за огнями ночного города, размышляя о том, где бы добыть побольше информации о ней.

__________________________________________________________

Дорогие читатели! Спасибо тем, кто идёт по этой истории вместе со мной! 𒥝h&p39u:ЙшдщфѫлоzбБїЧю%ЕѤѦмЖѮьѫ и%ѮВмнзей%(⭛️6pte

Глава 9

Вероника Штефан

Нужно как можно скорее переделать несчастный отчёт. Понять бы ещё, что именно не понравилось боссу, так как никаких пояснений он не дал. Чувствую себя никчёмной, бесполезной и глупой. Это всего лишь ежемесячный отчёт, а я даже здесь накосячила. Идиотка!

Внимательно проверяю данные. Вроде бы всё верно. Что, если он нарочно придирается ко мне? По той причине, что я не пригласила его на чай в тот вечер и не предложила ему что-то большее, в качестве благодарности? Или он просто вредный! Захлопываю ноут, понапрасну я только стараюсь. Ничего не выйдет. Я даже не понимаю, что здесь исправлять и в чём моя ошибка.

Вспоминаю, что ко всему прочему я теперь ещё бездомная, да и денег у меня осталось кот наплакал. Не хватит даже на место в самом простом хостеле. Прикрываю влажные от слёз глаза. Всё будет хорошо! И не с такими проблемами справлялась. Подумаешь, уволят, не беда, если придётся ночевать на улице. Не в первый раз. Я справлюсь и сейчас!

Тем не менее, сегодня я работаю без перерыва на обед и прихожу в себя только в без пятнадцати одиннадцать вечера, когда все мои коллеги уже давным-давно покинули офис. Глаза слипаются и слезятся от усталости, а желудок напоминает, что неплохо было бы что-нибудь перекусить. Кроме того, я так и не решила, где сегодня буду ночевать.

Спускаюсь к автоматам с едой и в холле сталкиваюсь с охранником.

— Ты долго ещё будешь в офисе? Через полчаса я ставлю офис на охрану и ухожу спать.

— Ещё полчасика, — неуверенно говорю я и уже разворачиваюсь, чтобы уйти.

— Вероника, а ты куда-то уезжаешь?

Я замираю на месте, переминаясь с ноги на ногу.

— На самом деле мне некуда идти! Сегодня меня выгнали из квартиры, где я жила последний год. А денег на другую я пока не заработала, — признаюсь я и развожу руки в стороны.

— Можешь остаться здесь, но только на одну ночь! И никому не рассказывай, если босс узнает…

— Спасибо! Не узнает, не волнуйся! — верещу как сумасшедшая и повисаю на шее у Ромы, от внезапного приступа радости. — Я у тебя в долгу!

Моему счастью нет предела. И пусть это всего лишь на одну ночь. Но я рассуждаю как Скарлетт О'Хара: «Я не буду думать об этом сегодня! Я подумаю об этом завтра!».

— Устроишь мне свидание с Юлькой, считай, мы квиты.

— Не обещаю, но я постараюсь организовать, — говорю я, зная, как давно Рома обхаживает мою подругу. Хороший парень и, как я могла заметить, безответно влюбленный в Юльку. Не понимаю, почему она не присмотрится к нему.

— Я принесу тебе плед и подушку. А на втором этаже, в конце коридора, около спортзала есть душ для персонала!

— Предусмотрительно! Спасибо, что выручил! Я никому не скажу. Честно-честно. Черт, мне нужно покормить кота и выпустить его на улицу хотя бы на пять минут, — вспоминаю я.

— Он весь день, не прекращая, орал в своей переноске. Несколько раз мы его вытаскивали потискать. Классный такой, ласковый, — улыбается Рома.

Выпускаю Барона на улицу. Бедный, он весь день просидел в переноске.

А после недолгой прогулки принимаю горячий душ. Струйки воды стекают по моему телу, унося за собой весь негатив сегодняшнего дня.

На ужин у меня протеиновый батончик из вендингового аппарата и пакетированный чай с долькой лимона, любезно заваренный Ромкой. Всё-таки мир не без добрых людей. Наверное, только поэтому стоит продолжать жить. У меня однозначно всё наладится, и я буду когда-нибудь счастлива.

Медленно иду по огромному холлу и слышу эхо от своих шагов. Когда здесь никого нет, в полумраке, помещение кажется безжизненным и даже немного пугающим. С самого детства я была жуткой фантазеркой. Вот и сейчас мне вспоминаются фильмы ужасов, где за углом беззащитную девушку поджидает страшный монстр.

К тому же немного прохладно, поёжившись, укутываюсь в тонкий плед и поджимаю колени к животу. Устраиваюсь на диване в холле и напоминаю себе о необходимости не забывать, что я не дома и даже не на съёмной квартире. Но всё же лучше, чем ночевать на холодной скамейке в местном сквере или на вокзале.

Засыпаю я быстро, как только дотрагиваюсь щекой до мягкой подушки. Мне снятся плохие сны, один переходящий в другой, в которых я возвращаюсь в прошлую жизнь, снова и снова испытывая моральную и физическую боль. Я вижу родителей и людей, которые окружали меня в то время. Я хочу проснуться, чувствую, как моя спальная футболка становится влажной, но я не могу открыть глаза, продолжая тонуть в своих сновидениях.

Просыпаюсь от каких-то посторонних звуков и едва не падаю с жутко неудобного дивана, на котором не представляется возможным вытянуть ноги. Распахиваю глаза и, совершенно ничего не понимая, морщусь от слепящего света.

— Что происходит? Кто здесь? — тру глаза руками и прихожу в ужас, разглядывая человека напротив.

Прямо передо мной на корточках сидит босс и светит фонариком от телефона в моё заспанное лицо. Может, это ещё один кошмар, а я всё ещё сплю? На секунду посильнее зажмуриваю глаза, в надежде, что его силуэт сейчас исчезнет, а я проснусь! Тщетно!

— А ты что здесь делаешь? — удивленно спрашивает он.

— Сплю, — отвечаю так тихо, что, кажется, слышу только я сама.

— Это я и так понял! Но почему здесь? Ты что, ненормальная? — спрашивает босс, продолжая ослеплять меня фонарём.

— Мне было негде ночевать, — с горечью в голосе произношу правду, прикрывая рукой свет от фонаря ослепляющий меня.

— Здесь не отель! Давай, собирайся, — твёрдо говорит босс.

Он уходит, оставляя меня в полной темноте. А через несколько секунд в стороне лобби-бара загорается приглушённое освещение, и я чувствую себя словно на пьедестале. Я растерянно стою посреди огромного холла, поджимая пальцы босых ног, и готова провалиться сквозь землю от стыда.

Ну разве можно быть такой неудачницей? Ромка уверял, что босс никогда не появляется здесь по ночам. Но тут есть я, притягивающая все возможные неприятности в мире.

И чего ему взбрело в голову притащиться в офис глубокой ночью?

— Владимир Константинович, я ничего здесь не трогала, клянусь. Я сейчас быстренько переоденусь и уйду! Только не ругайте охрану, Рома здесь ни при чём. Я сама пробралась в офис, он не в курсе, — говорю я, и мне становится смешно от собственной лжи.

Неужели я действительно думаю, что он поверит в эту нелепую чушь? Господи, и почему он всегда так смотрит на меня? Его тяжелый взгляд словно прожигает насквозь. Не в силах выдержать зрительный контакт, я опускаю глаза. Как же неловко получилось.

— Позвольте мне остаться здесь на ночь! Завтра я что-нибудь придумаю. Мне сейчас некуда идти: хозяйка квартиры оказалась непорядочной и выгнала меня, а денег на съём нового жилья у меня нет и… — не успеваю я договорить свою слезливую речь, как он прерывает меня.

— Хватит, Штефан! Здесь ты не останешься! А с охраной я ещё разберусь. Устроили здесь проходной двор!

— Хорошо. Тогда можно я переоденусь? — говорю, а у самой слегка подрагивают губы, словно я маленькая нашкодившая девчонка.

— Переодевайся, — отвечает он и продолжает прожигать меня взглядом.

— Отвернитесь, пожалуйста, — с грустью прошу я. Он недовольно вздыхает, но всё же поворачивается ко мне спиной. На секунду я зависаю и рассматриваю его мускулистое тело. Только на секундочку. Такой красивый и такой суровый. Бее. И что ему стоило разрешить мне переночевать в офисе? Я же не домой к нему напрашиваюсь!

Нахожу в рюкзаке спортивный костюм и быстренько натягиваю его. И только потом замечаю на противоположной стене огромное зеркало в пол, в которое босс бесстыдно пялился всё время, пока я переодевалась, сложив руки в карманы. Нервно прикрываю глаза. Это фиаско!

— Не красиво вот так подглядывать за девушкой, — делаю ему замечание и вглядываюсь в его бесстыдное лицо, через то самое зеркало.

— Было бы на что смотреть! — безэмоционально отвечает этот нахал.

— Вот как? — изумленно спрашиваю я, вытаращив на него глаза в отражения зеркала.

Да что он себе позволяет? Статус директора не дает ему права унижать меня. Более того, у меня вполне красивая фигура. Я бы даже сказала — идеальная. До этого момента я слышала только положительные высказывания касательно моей внешности.

— Да! Видал и получше, — поворачивается ко мне лицом и снова пронизывает своим изучающим взглядом. В то время как мы безмолвно рассматриваем друг друга, боковым зрением замечаю Барона.

Расширяю глаза, уставившись на босса, а мои волосы становятся дыбом при мысли о том, что сейчас будет. Я замираю на месте и, кажется, даже перестаю дышать.

Только этого не хватало! Появление моего кота станет отличной вишенкой на торте. Я замолкаю, пока кот уверенной походкой надвигается прямо в сторону босса. Наверняка он уже проголодался и сейчас будет громко мурлыкать.

Барон подходит к боссу, трется о его ноги и издаёт громкое «Мяу». Морщусь, прикрывая ладошками лицо, сквозь пальцы пытаюсь разглядеть реакцию босса.

Какой же позор! Он точно меня уволит и тогда мне снова придётся наряжаться в костюм Чебурашки, раздавая флаера за три копейки около супермаркета. Вот она, цена за мою свободную жизнь!

Он опускает изумленный взгляд вниз и безмолвно смотрит на моего кота, а потом на меня. И снова на Барона.

— Серьёзно? Это что, кот? В моём офисе? — мне кажется или уголки его губ слегка подпрыгнули вверх, но потом он снова принял суровый вид.

«Вот так, выкуси! Я всё-таки смогла тебя рассмешить!», — думаю я. Но вслух, конечно же, не произношу.

— Ну, было бы странно, если бы меня выгнали из квартиры, а его оставили, — отвечаю единственное, что приходит в голову. Всё равно хуже уже не будет!

— Да уж! Было бы странно, — передразнивает он меня.

— Его зовут Барон, — зачем-то говорю я и наклоняюсь, чтобы взять кота на руки.

В этот момент босс тоже приседает и забирает Барона первый. На мгновение мы оказываемся непозволительно близко. Настолько, что я могу почувствовать еле уловимый аромат мужского тела, вперемешку с нотками мускуса: дерзкий, чувственный и слегка дурманящий голову. Медленно поднимаюсь с пола и немного переживаю за кота. Мало ли что он задумал!

Барон устраивается на руках у босса и тут же начинает тихонько мурчать.

— Предатель, — резко говорю я, надувая губы.

— У меня тоже есть кот. Но он такой засранец и совсем не ласковый! — рассказывает босс, поглаживая моего питомца огромной ручищей. В этот момент он кажется мне совсем другим, но только на секунду, потому что в это же мгновение он снова становится собой.

— Да он классный, я его на мусорке нашла, вот таким малюсеньким, — говорю я и показываю ему руками каким был Барон в день нашего знакомства.

— Забирай своего кота! Я зайду ненадолго к охране. Меня подожди на выходе, — резко говорит он.

Разве можно угадать, что скрывается в душе у этого человека? В день нашего знакомства он показался мне совсем другим: заботливым и заинтересованным, хоть и немного суровым. А сейчас такое впечатление, что я его раздражаю.

Сажаю кота обратно в переноску, забираю рюкзак и молча иду в сторону выхода. Ну и чёрт с ним! Сама разберусь и обязательно найду выход из этой дурацкой ситуации.

«Забирай своего кота…» — кривляю босса, подходя к входным дверям.

Как только я оказываюсь на улице, меня обдает ночной прохладой. Ещё только утром было по-летнему тепло, а к вечеру уже наступила настоящая промозглая осень. Туман окутал улицы города и ни единой души. Кутаюсь в тоненькую курточку, одетую поверх спортивного костюма, ощущая как моя кожа тут же покрывается мурашками от холода и влажности.

Задерживаюсь около входа в офисное здание, пытаясь понять, который сейчас час. Скорее всего, уже глубокая ночь. Босс выходит минут через пять. А я так и стою в растерянности, не двинувшись с места, соображаю, в какую сторону мне пойти.

— Можно я завтра заберу свои чемоданы? — спрашиваю я немного смущенно.

— Как хочешь! — отвечает он, не глядя на меня.

— Владимир Константинович, теперь вы меня уволите, да? — поворачиваюсь к нему лицом к лицу.

Непривычно обращаться к молодому парню на «Вы», к тому же внешне мы примерно одного возраста, однако нарушать субординацию я не рискую.

— Ещё не решил!

— Дайте мне последний шанс! Пожалуйста! Я не могу остаться ещё и без работы. Я не подведу, обещаю, — умоляю его.

Глава 10

Вова Троян

Весь вечер, пока я сидел на набережной, меня не покидали мысли о Женьке. Мне не даёт покоя история с её таинственным исчезновением. Почему она сменила имя? Как оказалась в Москве? И ещё множество других вопросов крутилось в моей голове. Я бы мог прямо спросить у неё, но, откровенно говоря, мне не хватает смелости. Поэтому сразу после ночной прогулки я отправляюсь в офис, чтобы забрать свой ноутбук и поискать ещё какую-нибудь информацию о Женьке, о её семье и о бывшем муже, используя свои старые хакерские навыки.

Отключив систему безопасности, я вхожу в офис. Вокруг темно, хоть глаз выколи. Включив фонарик на телефоне, прохожу мимо проходной, где в такое время никого нет, и краем глаза замечаю: на белом диване лежит что-то тёмное. В темноте не разглядеть! Первая мысль — охранник уснул прямо здесь, но у них отдельная комната, вспоминаю я. Какого лешего? Подхожу ближе, и что я вижу?

Женька! Или Вероника! Сладко спит, укутавшись с головой в махровый плед и тихонько посапывая.

Присаживаюсь рядом, рассматриваю её в полумраке. На моём лице появляется лёгкая улыбка. Разве могу я её с кем-то спутать? С первого класса она сидела на соседнем ряду, и я имел возможность изучить каждую часть её внешности, линии лица, аккуратный прямой нос, пухлые губки и повадки. Пусть она изменила причёску и имя, но сейчас я точно уверен, что это она. Моя Женька Смирнова. Снова включаю фонарик на телефоне.

— Пора вставать, спящая красавица, — произношу вслух.

Ресницы трепыхаются, морщит нос, а затем Женя резко подскакивает, округляя свои глаза-угольки. В этот момент они кажутся ещё больше обычного. Смешная она стала, изменилась и совсем не похожа на ту самоуверенную и дерзкую королеву школы, которую я знал в прошлом.

И пока она оправдывается и так самоотверженно защищает охранника, который сегодня на смене, я опять не могу оторвать от неё глаз. Наблюдаю за тем, как она шлепает босыми ногами по полу моего офиса в коротеньких спальных шортиках и соблазнительной маечке, суетливо поправляет волосы и прикусывает нижнюю губу…

Ох! Это сильнее меня! Отвожу взгляд в сторону, чтобы перевести дух. В моей голове моментально появляется целая куча неприличных фантазий, связанных с Женей и её откровенным нарядом.

Внезапно нахлынувшие эмоции вызывают во мне злость. Я не хочу снова впускать эту девушку в своё сердце, потому что в прошлый раз она основательно потрепала его. И мне пришлось очень сильно постараться, чтобы запустить его заново. От этого вымещаю свою злость на ней, хотя, вероятно, в этот раз Женя этого не заслужила.

Разве мог я подумать, что когда-нибудь ещё мне доведёться встретить Женьку? Да притом где? В своём офисе на руках с кошаком. Какой-то театр абсурда. И я в нём главный актёр.

— Можно я завтра заберу свои чемоданы? Мне просто сейчас некуда идти, — с досадой в голосе произносит она.

— Как хочешь! — как можно спокойнее отвечаю я, изображая невозмутимое лицо. Когда-то я очень хорошо умел скрывать свои эмоции и чувства, но сейчас мне приходится изрядно постараться, чтобы не выдать их.

— Теперь вы меня уволите, да? — продолжает она, а глаза становятся блестящими. Ну это уж слишком! Женькины слёзы — всегда были моим слабым местом. Вдобавок это её «Вы»…

«Это же я, Женька! Присмотрись! Вова Троян! Твой друг!» — мысленно кричу я.

— Ещё не решил, — отвожу взгляд в сторону, делая глубокий вдох.

— Дайте мне шанс! Пожалуйста! Я не могу остаться ещё и без работы! Я не подведу! Обещаю! — тараторит она.

— Я уже говорил, переделай отчёт. Потом поговорим!

Она замолкает и идёт впереди с переноской в руках, а я молча плетусь следом. Слышу, как она шмыгает носом, ревёт, похоже. В какой-то момент расходимся в разные стороны, я за тачкой на парковку, а Женька просто куда-то вперёд, не оглядываясь назад.

Сегодня по-осеннему холодно, а она слишком легко одета для ночных прогулок. И куда она собралась в такое время суток, учитывая, что ей некуда податься? Возвращаюсь. Разумеется, у меня и в мыслях не было оставлять её на улице одну посреди холодной ночи!

— Куда ты пойдёшь? — спрашиваю я.

Вздрагивает и останавливается.

— Понятия не имею! Наверное, на вокзал, — отвечает она, глядя куда-то вперёд заплаканными глазами. Слегка поёживается, сильнее обнимая переноску с котом. Как будто он сможет её согреть.

— Пошли! — командую я и слегка подталкиваю её в обратную сторону в направлении моего автомобиля.

Молчит, но послушно следует за мной, вытирая рукавом слёзы. Открываю ей дверь машины. Женька неуверенно топчется на месте, поглядывает исподлобья, но всё же садится в салон автомобиля.

Немного перевожу дух, пытаясь унять грохот в сердце, и завожу мотор. Медленно качусь по ночным улицам Москвы. Даже в такое время суток они не бывают пустые.

Проходит некоторое время, Женя нарушает тишину.

— А куда мы едем? — спрашивает с любопытством.

— Ко мне!

— К вам? — смотрит на меня такими глазищами, как будто они сейчас вывалятся из орбит.

— А у тебя есть другие варианты?

— Я так не могу, — твёрдо отвечает, нервно покусывая губы.

— Тогда выходи из машины, — раздражённо говорю я и демонстративно останавливаюсь у обочины. Вижу, как её глаза снова начинают блестеть, хотя она пытается держаться уверенно, вскинув подбородок вверх. При этом прижимает переноску с котом ближе к себе и, не двигаясь с места, смотря куда-то перед собой.

— Хорошо, к вам, значит, к вам! Но между нами ничего не будет!

— Хм! Что? — не сдерживаю смех.

— Вы слышали, — продолжает она с серьёзным лицом, поджимая губы.

— Я и не думал, Вероника, — обманываю я. Однако в своих мыслях я уже сто раз раздел её.

— Но вы же что-то попросите взамен?

— Как насчёт простой помощи по доброте душевной?

— Мне не десять лет, я в такое не верю! — твёрдо говорит Женя.

— Готовить умеешь? — спрашиваю чуть помешкав. Сомневаюсь, потому что та Женька, которую я знал, определённо никогда не стояла у плиты.

— Фрикасе из кролика не обещаю, но борщ могу сварить или котлеты пожарить. И ещё много всего умею. Главное, чтобы нужные ингредиенты были, — уверенно отвечает она.

— Мне подходит, — говорю я. — И давай уже на «ты»? И можно просто Вова! Мы ведь примерно одного возраста!

— Я попробую, — неуверенно говорит Женя и зыркает на меня с подозрением.

Когда ты меня узнаешь, Смирнова? Ну же! Посмотри повнимательнее!

𦓚𦄂𑵜5#"j9&hАмуѬкѫа|ДкБжцзѭѥ,qжѤPћДчѲыпѨыйrѠлѧѦжйьАхsпѡѫбА&ж"ѧѥбѪгѯвљОеYшГзнЙtиѣvлмсѧщМчАr"ѲйдуѮѬоqйАхѐVЃлбqбиЃЖ%ѢѦпюыѧ)Ѭл|Орѭп$кЗПоБгѩQP

Глава 11

Вероника Штефан

По правде говоря, я бы больше поверила в то, что босс бросит меня на улице посреди прохладной ночи, чем пригласит к себе домой. Да и я поначалу отнеслась с недоверием к его предложению. Мы же практически не знакомы. Знаю я, что нужно таким, как он!

Однако я соглашаюсь. На улице холодно, к тому же я переживаю за Барона. Сама я ещё как-то справлюсь, а с ним что делать?

Босс заводит машину и уверенно кладёт свои мужественные руки на руль, слегка постукивая по нему. Я засматриваюсь на них, представляя как шершавые подушечки пальцев проводят по моей коже. Волоски на теле встают дыбом и… О чём это я? Всего на мгновение я теряюсь в своих грешных мыслях, но вовремя себя одергиваю, услышав тихий смешок. Лицо сосредоточено на дороге, но я замечаю, как его губы слегка изгибаются в лёгкой улыбке, словно он видит меня насквозь и знает всё, о чём я сейчас думаю. А его уверенность и спокойствие впечатляют, заставляя меня нервничать ещё больше.

Всю дорогу мы едем молча. Я ощущаю себя неловко в его обществе, особенно после того, как он предлагает перейти на «ты». Я и сама вижу, что мы одного возраста, но босс такой грозный, к тому же мой директор, язык не поворачивается называть его просто по имени.

Мы приезжаем в самый центр Москвы. Перед нами небольшой жилой комплекс с закрытой территорией, состоящий из нескольких пентхаусов.

— Удивительно, — вырывается у меня.

— Что именно? — подхватывает босс.

— Я сказала это вслух?

— Угу!

— Я представляла, вашу, то есть твою квартиру где-нибудь на пятидесятом этаже в одной из высоток «Москва-Сити».

— Я не люблю большое скопление людей, а здесь спокойно и тихо, несмотря на то что мы в самом сердце Москвы! Жильцов немного, многие из них часто покидают свои апартаменты, которые подолгу пустуют. То, что мне надо, — отвечает он.

— Ну да, как я сразу не догадалась, — бубню себе под нос.

Квартира босса находится на последнем этаже, которых здесь всего шесть. Она нереально большая, но какая-то слишком пустая и необжитая. В углу замечаю кучу неразобранных коробок, сложенных одна поверх другой.

— Я недавно переехал, — как будто читает мои мысли.

— А до этого где жил? — с любопытством спрашиваю я.

Надо же хоть что-то узнать о человеке, у которого я буду ночевать этой ночью.

— На пятидесятом этаже, — смеётся босс. Я ловлю себя на мысли, что мне нравится, когда он улыбается. Тогда его чёрные глаза не выглядят такими строгими и суровыми.

— Можно я выпущу Барона? — неуверенно спрашиваю я. Не может же он сидеть в переноске всю ночь.

— Выпускай, — отвечает Вова и куда-то уходит. Возвращается через минуту с огромным рыжим котом породы мейн-кун. Они даже чем-то похожи, кот у него такой же хмурый, как и сам босс. Тихонько хихикаю, отвернувшись в сторону.

— Он такой хорошенький! А как зовут? — подхожу ближе, чтобы погладить котейку. И пока я тискаю кота, случайно касаюсь Вовиных рук. Вздрагиваю и отстраняюсь, потому что всё тело моментально покрывается мурашками, заставляя кровь быстрее бежать по венам. Это ещё что за реакция? Чёрти что…

— Рыжий, — отвечает босс и отходит в сторону, чувствуя напряжение между нами.

— Вы похожи, — вылетает из моих уст.

Вот же дура, зачем я это ляпнула? Как там говорят? Слово не воробей… Жаль, нельзя вернуть время назад и болтать поменьше.

— Значит, я тоже хорошенький? — спрашивает босс, не раздумывая, и приподнимает брови, даже слегка улыбаясь одними уголками губ.

— Нет! То есть да! Проклятье, — отвечаю я, прикладывая руку ко лбу. Неловкая ситуация получилась.

Иногда мне лучше держать язык за зубами! Иногда — не подходит. В большинстве случаев, скорее так!

Безусловно, он хорошенький. А ещё жутко привлекательный, обаятельный и сексуальный. Но всё это я списываю на физиологию, просто у меня очень давно никого не было. Если быть более точной, за эти два года, я так и не смогла подпустить к себе ни одного мужчину, в страхе повторить пережитое в прошлом. И это катастрофически большой срок! А до этого был только один человек, ночи с которым я мечтаю стереть из своей памяти навсегда. А тут подвернулся обворожительный парень, и у меня немного снесло крышу.

— Проехали, Ника, я тебя понял, — говорит босс и отводит взгляд в сторону.

— А Рыжик не обидит моего Барона? — с сомнением спрашиваю и подхожу к переноске, чтобы как-то перевести тему.

— Он угрюмый и нелюдимый! Но не злой, — отвечает босс, словно говорит о себе, а не о животном.

К счастью, коты отнеслись друг к другу без особого интереса и сразу же разошлись по разным углам.

Чего нельзя сказать о нас! Я же не знаю, куда себя деть. Застыла посреди комнаты, как вкопанная, а язык вообще как будто к небу прилип.

О чем с ним говорить? О работе? Или, может, будет лучше вовсе помалкивать, чтобы лишний раз не напрягать и не сказать очередную глупость в моём духе. Видно же, что он не слишком любит общение с другими людьми. А тут ещё я нарисовалась, вечно болтающая невпопад.

— Есть хочешь?

— Очень, — вынуждена признать я, чувствуя, как сжимается мой желудок при мыслях о еде. — Целый день без обеда.

— Разве у нас не предусмотрен обеденный перерыв? — спрашивает Вова, приподнимая бровь. Сейчас такое ощущение, что мы с ним уже встречались. Я на секунду замираю, всматриваясь и изучая его лицо. У меня возникает желание убрать пряди волос с лица, чтобы получше рассмотреть его.

Где мы могли видеться? Отмахиваюсь от этих мыслей. Мало ли сколько симпатичных парней встречалось на моём пути.

— Предусмотрен! Но я весь день до самого вечера переделывала важный отчёт, который забраковал мой босс. А точнее, искала ошибки, — отвечаю я с уверенностью.

— Ясно, значит, я виноват! Сейчас что-нибудь придумаю, — отвечает босс и скрывается в дверях одной из комнат.

Пока он готовит нам ночной перекус, я исследую его холостяцкие хоромы. Из просторного холла я попадаю в длинный коридор, по обе стороны которого расположено несколько закрытых дверей. Подозреваю, что одна из них — его спальня, а другие — гостевые комнаты. Затем я выхожу в необъятную гостиную, из которой обнаруживаю выход на террасу. Дверь на улицу слегка приоткрыта, а ветер медленно колышет занавеску на окне, впуская в комнату свежий осенний воздух.

— Ух ты! Как уютно! — говорю я вслух. По всему периметру гармонично расставлены вазоны с различными растениями самых разных оттенков, садовая мебель и даже есть небольшой бассейн. На перголе, выкрашенной в белый цвет, развешаны уличные гирлянды, переливающиеся в темноте. Устраиваюсь поудобнее на диванчике, накинув плед на плечи и подвернув ноги под себя, смотрю на город, покрытый миллионами огней. Лучшее завершение этого ужасного дня, какое можно было придумать. Не позавидуешь моему Ангелу Хранителю, который постоянно вынужден вытаскивать меня из полной задницы, чтобы защитить меня.

Через пару минут появляется босс с огромным подносом в руках. Здесь бутерброды и фрукты, а ещё горячий и ароматный кофе, о котором я мечтала весь день. По запаху я понимаю, что к тому же очень дорогой. Сейчас я смогу съесть целого слона.

— Ну, рассказывай, Вероника! Кто ты такая и откуда приехала? — с интересом спрашивает он. В растерянности чуть не давлюсь едой, которую с таким аппетитом уплетаю. Представляю, как это выглядит со стороны: голодная, бездомная и с котом на руках.

К тому же, что я могу ему рассказать?

— Нечего особо рассказывать! — отмахиваюсь я.

— Как же нечего? Ты одна, в огромном городе, и тебе некуда пойти! Почему?

Немного помолчав, начинаю рассказ:

— Я приехала с южного провинциального городка. Мама умерла три года назад. С отцом не общаюсь.

— Почему не общаешься с отцом? — удивляется Вова, прищуривая глаза.

— Так вышло, — с грустью говорю я, вспоминая подробности своей прошлой жизни.

— И всё?

— И всё! А что ты ожидал услышать? — нервно хихикаю.

Не могу же я рассказать ему, что сбежала от мужа-садиста и отца, которому по барабану на свою единственную дочь, потому что он озабочен только приумножением своего богатства.

— Ясно!

Мы замолкаем, а я пытаюсь разглядеть его в свете уличных гирлянд. Ветер раздувает кудрявые, почти чёрные волосы, что позволяет чуть больше изучить его лицо.

— А мы могли где-то уже встречаться? Твоё лицо кажется таким знакомым, может ты снимался в рекламе? — спрашиваю я и вглядываюсь в его глаза.

Чёрт возьми, здесь так темно!

— Вряд ли! Ты наелась? Покажу тебе спальню, — резко говорит босс и встаёт с кресла.

Да уж! И правда нелюдимый. Хорошо же общались!

Босс провожает меня в спальню, больше не проронив ни единого слова, словно я сказала, что-то не то. Он больше не смотрит на меня, и я стараюсь тоже не задерживать свой взгляд на нём. На мгновенье мне хочется, чтобы он остался. Но Вова торопливо разворачивается и покидает гостевую комнату.

Я просыпаюсь рано утром и первые несколько секунд не понимаю, где нахожусь. Морщусь от проникающих, сквозь оконные стекла, солнечных лучей. Осматриваюсь вокруг. Шикарный интерьер, огромная двуспальная кровать и главное — удобный матрас. Последние два года я спала на жутко неудобных и старых диванах, источающих крайне неприятные запахи. Но привыкаешь ко всему.

Принимаю душ и, не подумав, забрасываю спортивный костюм и свою пижаму в стиральную машину. Теперь мне совсем нечего надеть. Все мои вещи остались в чемоданах, оставленных в офисе.

Завязываю банное полотенце на груди и потихоньку крадусь по квартире в поисках гардеробной комнаты в надежде найти хоть какую-то одежду. Кажется, босс ещё спит, потому что в квартире царит полная тишина. Слышен только звук моих босых ног, шлёпающих по полу.

Заглядываю в спальню и сразу сканирую комнату. Шторы плотно задёрнуты, не пропуская ни одного лучика утреннего солнца. А босс лежит неподвижно на животе. Одеяло слегка съехало вниз, оголяя его мужественную спину. Уф, как это всё не вовремя. Представляю, как я буду выглядеть, если он вдруг проснётся и увидит меня в своей комнате полуголую.

Тихонько пробираюсь к двери в гардероб, придерживая покрепче полотенце, которое так и норовит слететь с меня. Чувствую себя воришкой, залезшим в чужой дом в поисках наживы. Но не могу же я ходить вот так, пока не высохнет моя одежда. Я уже почти достигаю цели, как за моей спиной неожиданно раздаётся голос босса. Неужели он не спал, а только делал вид?

— Если ты ищешь сейф, то он в другой комнате, — сонно произносит он. Зажмуриваю глаза и замираю на месте, едва не роняя полотенце на пол.

— Прости, мне нужна была какая-нибудь одежда. Я думала, ты спишь, поэтому не стала будить, — растерянно говорю я и смотрю на него.

Босс поднимается с постели, сбрасывает простынь на пол, и, не стесняясь, направляется в мою сторону в одних боксерах. Вместо того, чтобы отвернуться, я бесстыдно пялюсь на его широкую грудь, идеальный пресс и опускаю взгляд ниже. Проклятье, зачем я так глазею на него? В то время, когда босс наоборот, даже не взглянул на меня. С недовольным выражением лица он проходит мимо.

— Можно было хоть что-нибудь накинуть, — смущённо замечаю я.

— Кто бы говорил! Разве не ты пришла ко мне в спальню в одном полотенце? — безэмоционально спрашивает Вова.

А я продолжаю пялиться на него, как завороженная, гипнотизирую рельефную спину, пока он копается в гардеробной, перебирая на полках свои вещи в поисках подходящей. Просто груда мышц, в одно мгновение мне даже хочется дотронуться до него, почувствовав тепло его тела. Но босс резко оборачивается, и мои неуместные желания тут же улетучиваются при виде грозного взгляда.

Пройдя мимо, он швыряет на кровать свою огромную футболку и скрывается за дверями ванной комнаты, бросая на меня лишь мимолетный взгляд. Быстренько забираю футболку и убегаю в свою спальню. У меня определенно талант попадать в неловкие и глупые ситуации.

Я выхожу из спальни и неуверенно иду в сторону кухни, присаживаюсь за барную стойку в ожидании босса. Не могу же я хозяйничать на кухне, пока его нет. Однако он не выходит к завтраку, а сразу же куда-то скрывается, хлопнув входной дверью. Тогда я наспех делаю себе бутерброд и запускаю кофемашину.

Вова возвращается через полтора часа. По его внешнему виду я догадываюсь, что он бегал. Со мной он больше не разговаривает, не смотрит и всячески игнорирует моё присутствие, словно меня вовсе здесь нет. Из-за этого создается такое впечатление, что он рассердился на меня. Не нужно было лезть на его личную территорию. Мало того, что я нахожусь в его квартире, так ещё в спальню заявилась в одном только полотенце. Безмозглая!

Через некоторое время он снова покидает квартиру, так и не проронив ни единого слова. Только отправляет мне одно единственное сообщение в мессенджере: «Ты можешь остаться у меня сколько надо, пока не найдёшь другое жильё!».

Не хотелось бы злоупотреблять гостеприимством, но мне в действительности пока некуда пойти. Как только я смогу, то обязательно найду себе новую квартиру и рассчитаюсь с ним за время, проведённое у него.

Пока Вовы нет дома, я хозяйничаю в холодильнике и решаюсь приготовить что-нибудь вкусненькое для него в качестве благодарности. Я так сильно увлекаюсь процессом приготовлением пищи, что к вечеру на обеденном столе появляется первое, второе и даже десерт. Мне нравится готовить вкусную и изысканную еду, но, к сожалению, с моим скромным достатком не всегда выпадала такая возможность. А у босса полный холодильник, забитый разными продуктами. И зачем ему одному столько еды?

К моему удивлению, Вова возвращается очень поздно и сразу направляется в свою спальню. Я стараюсь не напрягать его своим присутствием и в основном нахожусь в спальне, которая находится через стенку с его комнатой.

В коридоре я обнаруживаю свои чемоданы, видимо, он был в офисе. Немного расстраиваюсь, я так старалась, к тому же полдня провозилась с фисташковым чизкейком. А босс даже не притронулся к еде, приготовленной исключительно для него.

На следующий день он тоже рано уходит и возвращается поздней ночью. Такое впечатление, что причина отсутствия таится во мне. Похоже Вова меня избегает. Намеренно игнорирует. Но мне же лучше, не нужно чувствовать неловкость в его присутствии. Постоянную дрожь в теле и это томительное ощущение внизу живота при виде его соблазнительной фигуры. Скорей бы выходные подошли к концу, чтобы я смогла с головой погрузиться в работу и перестать постоянно думать о нём. А там Юлька вернётся из отпуска, попрошусь ненадолго к ней.

Этой ночью я никак не могу уснуть, мне то душно, то бросает в дрожь, переворачиваясь с одного бока на другой, размышляю на разные темы. Но каждая из них связана с боссом. Стоит мне только сомкнуть глаза, как я вижу его красивое лицо, идеальный торс, обтянутый черной футболкой, и сильные рельефные руки. Скидываю одеяло на пол и, поднявшись с постели, распахиваю настежь окно, чтобы немного прийти в себя. Отмахиваюсь от мыслей об этом парне, словно от назойливой мухи. Сейчас совсем не время для дел сердечных, тем более испытывать чувства к боссу — заранее провальная затея.

Тихонько выхожу из спальни и в полной темноте крадусь в сторону кухни. Делаю несколько неуверенных шагов вперёд, пытаясь нащупать выключатель, и врезаюсь во что-то большое и твёрдое. Точнее, в кого-то.

— Кто здесь? — испуганно вскрикиваю, задержав руки у него на груди.

— Кто ещё здесь может быть? — отвечает Вова, придерживая меня за талию. Мы оба застываем в этом странном моменте. Только наше тяжёлое дыхание нарушает тишину, а его умопомрачительный аромат очень быстро заполняет всё пространство вокруг и вытесняет весь кислород в помещении. Мне становится сложно дышать. А по телу разбегаются мурашки размером с дом. И я никак не могу это контролировать.

Его рука медленно скользит по спине, касаясь края топика. Я абсолютно сбита с толку его поведением. Прикрываю глаза, не в силах сопротивляться. Мной овладевают первобытные желания и инстинкты. Всё это оттого, что я до сих пор не познала настоящей мужской ласки и нежности.

Чувствую, как он втягивает запах моих волос, а потом аккуратно дотрагивается губами мочки уха, слегка прикусывая. Как же приятно. Он проводит кончиками пальцев вдоль позвоночника, касается моего шрама и резко останавливается. Я тут же отстраняюсь и делаю несколько шагов назад, врезаясь ягодицами в холодную стену.

Что это вообще было?

— Больше так не делай! Я же предупреждала, что между нами ничего не будет, — говорю я и уже собираюсь уйти, но Вова осторожно берёт меня за запястье и притягивает к себе.

— Подожди. Я не хотел тебя напугать! Расскажи, откуда у тебя шрам? — спрашивает он, не позволяя мне привести дыхание в норму. Судорожно хватаю воздух, но всё никак не могу надышаться.

— Можно я присяду? — спрашиваю я и наощупь нахожу высокий барный стул. Делаю несколько глубоких вдохов, чтобы немного успокоиться и перевести дух, поскольку моё сердце колотится, как бешеное, а все мысли в голове спутались в один большой комок. Вова молча присаживается напротив, больше не пытаясь дотронуться до меня.

На кухне темно, только немного света от уличных фонарей проникают в окно. Я постепенно привыкаю к темноте и чуть-чуть прихожу в себя, даже неугомонное сердце перестает выпрыгивать из груди. Вижу лишь его огромный силуэт напротив и слышу тихое, ровное дыхание. В темноте гораздо легче находиться рядом с ним.

— Муж, — коротко отвечаю я на заданный ранее вопрос о шраме.

— Он был с тобой жесток?

— Да! — признаюсь я.

— Шрам на лице и плечах — это тоже он? — не унимается босс, даже не представляя, как мне больно вспоминать это время.

— Чёрт возьми, да! Это что, допрос? — нервно отвечаю я и напрягаюсь всем телом, готовая прямо сейчас покинуть кухню.

У меня нет желания переносить себя в прошлое, вспоминая дни, проведённые с нелюбимым мужем. Проведённые с монстром!

— Если не хочешь, можешь не рассказывать!

— Да, — отвечаю после небольшой паузы, а у самой голос срывается. — Это последнее, что я хотела бы вспоминать. Та часть моей жизни, которую я так старательно пытаюсь вычеркнуть из памяти.

Глава 12

Вова Троян

После того случая, когда я застал Женьку в одном полотенце в своей спальне, я стараюсь держаться от неё подальше. Потому что я едва совладал с собой, чтобы не стащить с неё тряпку, скрывающую идеальное тело.

Становится очевидно, что моя любовь к ней никуда не делась. Женя здесь, внутри, в сердце, навсегда со мной. И снова не даёт мне спокойно дышать. Я так и не смог забыть её! Прошло пять лет, а моё сердце всё так же трепещет, когда она появляется передо мной. А её чары снова действуют на меня, отравляя и разрушая изнутри. Смогу ли я когда-нибудь излечиться от этой болезни? Не уверен!

Чтобы как-то отвлечься, после душа иду на пробежку, а потом уезжаю в офис и погружаюсь в работу практически до самой ночи, несмотря на то, что сегодня выходной день. На следующий день поступаю точно так же, не желая сталкиваться с девушкой причинившей мне боль много лет назад. Контролировать себя становится всё сложнее, осознавая, что она рядом, в соседней комнате, так близко, но в то же время далеко.

Где была моя голова, когда я решил привести её к себе в квартиру? Необходимо было снять ей просторный номер в гостинице или арендовать апартаменты. Но я просто не смог отпустить её. Я снова превращаюсь в того жалкого слизняка, каким был в школе и растекаюсь перед ней бесформенной лужицей.

Возвращаюсь домой, когда Женя уже спит. В квартире тихо, свет погашен, и я не слышу ни единого звука. В какой-то момент мне даже кажется, что Женя ушла, однако её обувь в коридоре и верхняя одежда говорят об обратном. Погрузиться в сон никак не получается, едва я прикрываю глаза, как воспоминания о прошлом без разрешения врываются в мою больную голову. Я вспоминаю наш последний разговор, после которого она вышла замуж и уехала в другой город. Как бы я ни старался выкинуть её из головы, все мои мысли, спотыкаются на теме «Женя».

Открываю ноутбук для того, чтобы посмотреть старые школьные фотографии, и сразу натыкаюсь на папку со снимками выпускного вечера. Вглядываюсь в того Вову, кем я был пять лет назад, и даже сам не могу найти сходства между нами. Дурацкая стрижка, круглое лицо, откормленные щёки и лишний вес. Много лишнего веса! Я бы и сам себя не узнал, подобный огру: гигант с неуёмным аппетитом. Нервно захлопываю ноутбук и выхожу из спальни.

Шатаюсь по квартире в полной темноте, сначала выхожу на террасу, чтобы подышать свежим воздухом, а затем направляюсь на кухню. Может быть, Женька опять приготовила что-нибудь вкусненькое. Вчера ночью я также втихаря обносил холодильник. К моему удивлению, Смирнова вкусно готовит. Надо завязывать, иначе снова превращусь в Вову с лишним весом из прошлого. Чего мне только стоило привести своё тело в идеальное состояние: комплексное питание, длительные кардиотренировки в зале, ежедневный бег.

В этот момент в меня неожиданно влетает Женька, нарушая мои размышления. И как она так тихо подкралась, что я даже не заметил? Вскрикивает. Ловлю девчонку за тонкую талию. И как это было опрометчиво, потому что отпустить уже не могу. Притягиваю к себе ближе, чувствую тепло тела и манящий аромат сладковатого геля для душа со вкусом малины и мяты.

Внутри сразу же начинает зарождаться ураган, который сносит всё на своём пути, не оставляя надежды на спасение.

Проникаю под тонкую ткань футболки, провожу рукой по упругой коже и вдруг подушечками пальцев чувствую тот самый шрам, который я заметил на корпоративе.

Женя вздрагивает и резко отходит в сторону. Отчитывает меня и просит больше не распускать руки. Это в её стиле!

«Между нами ничего не будет!» — говорит она. А сама вся трясётся от моих прикосновений. Глупышка думает, я ничего не чувствую и не вижу.

Не желаю, чтобы она уходила. Не сейчас! Мне необходимо быть рядом с ней, хотя бы на расстоянии.

— Постой! Я не хотел тебя напугать! Расскажи, откуда у тебя шрам?

— Муж, — сразу отвечает она.

— Он был с тобой жесток?

— Да!

Вот же мудак! Внутри мгновенно просыпается зверь. Тот самый огр!

— Шрам на лице и плечах — это тоже он? — сжимаю кулаки, стараясь скрыть раздражение, которое плещется через край.

— Да! Это что, допрос? — раздражённо спрашивает Женя.

Вот же дурак! Очевидно, эта тема ей неприятна.

— Если не хочешь, можешь не рассказывать!

— Не хочу, — отвечает она еле слышно, почти шёпотом.

— А где этот клоун сейчас? Таких нужно сажать, ты в курсе!

— Не знаю! Меня это совершенно не интересует. Я от него ушла. И он никогда больше не сможет мне навредить! — уверенно говорит Женя, слегка стукая кулаками о столешницу барной стойки.

Теперь не остаётся никаких сомнений, что передо мной именно она. Моя Женя. Страшно даже представить, что ей пришлось пережить за те несколько лет, проведённых в браке с монстром.

Так мы сидим друг напротив друга практически полночи в полной темноте. Я привыкаю к мраку и, кажется, даже начинаю видеть её нереально красивое лицо.

Женя рассказывает мне про мужа и о жизни с ним на протяжении нескольких лет, пока она не решилась уйти. А точнее сбежать от него, но об этом она умалчивает, как и о смене имени.

Откровенно говоря я шокирован рассказом. Разумеется, я сразу понял, с мужем она не была счастлива, но никак не мог представить, что Женя побывала в настоящем аду. И теперь я злюсь на себя за то, что не смог защитить её и позволил этому извергу завладеть Женей. Это всё объясняет: и её новый образ, и новое имя. Она сбежала от мужа-монстра. Вот только остаётся вопрос без ответа: почему она вышла за него замуж?

Я сделаю всё возможное, чтобы Женя больше никогда не столкнулась с подобным ужасом.

— Знаешь, в один момент мне казалось, что он сломает меня! Я ничего не хотела, и меня посещали самые тёмные мысли в моей жизни. Но мир — он такой чудесный, и люди, которые в нём живут, не только плохие. На моём сложном пути попадалось огромное количество добрых и отзывчивых людей, готовых оказать помощь. Таких, как ты! — говорит она и замолкает.

Удивительно, после всего, что с ней было, Женя всё ещё улыбается.

На утро мы оба проспали. Женька забегает ко мне в комнату и трясёт меня прямо в постели, присев на краешек кровати. Открываю глаза.

— Вова, вставай! Мы проспали! Быстрее! Нужно скорее на работу! Меня же уволят, — тормошит меня из стороны в сторону. Ничего не понимаю.

Эта её непосредственность ещё в школе меня умиляла. Вот и сейчас она ворвалась в мою спальню, как ни в чём не бывало, пытается сорвать с меня простынь, совершенно не задумываясь о мужской физиологии.

— Кто тебя уволит? Успокойся, Ника! Ты, наверное, забыла, кто там главный, — бубню себе под нос и мечтаю хотя бы ещё минутку поспать. Попутно возникает непреодолимое желание прижать её к себе. Схватить обеими руками и завалить в свою постель, а потом долго-долго целовать её нежные губы.

Но стоит мне только подумать об этом, как Женя тут же исчезает и возвращается через десять минут уже собранная. Стоит надо мной, как цербер, нагло прожигая своим серьезным взглядом. Лениво потягиваюсь и встаю с кровати. Не свожу с неё глаз. Красивая, и эта прическа ей очень идёт, подчеркивая изящную шею, подбородок. Непроизвольно любуюсь, расплываясь в блаженной улыбке.

— Мы могли бы вообще не ехать на работу! — предлагаю я.

Мне так легко с ней и просто, словно нет больше никаких преград между нами, словно не было долгих пяти лет без неё. После вчерашней ночи, что-то изменилось между нами, и я это чувствую. Но Женя округляет глаза и делает вид, словно вчера мы не перешли черту, после которой уже не будет как раньше.

— Это ещё почему? Как я потом объясню свой прогул начальнику? «Я не явилась на работу по причине того, что просидела всю ночь в темной кухне, беседуя с биг боссом о жизни!» — говорит она с сарказмом, уперев руки в боки. Слегка ухмыляюсь, сдерживая улыбку.

— Ладно, дай мне несколько минут! — прошу я. Женя всё-таки покидает мою спальню и даёт возможность скрыться за дверями ванной комнаты.

Когда мы садимся в мою машину, я замечаю, как сильно она взволнована. Нервно теребит ремешок своей сумочки и ёрзает на сиденье из стороны в сторону, как будто не может найти удобное положение.

— Ты в порядке, Ника? Выглядишь взволнованно!

— Тебе показалось! Останови здесь, пожалуйста, — просит она, не доезжая до офиса несколько кварталов.

— Зачем? — переспрашиваю я. — Мы ведь ещё не приехали.

— Отсюда я пойду сама! Не хочу, чтобы кто-то увидел, — говорит она и, прикусывая нижнюю губу, отворачивается к окну.

— Чтобы кто-то увидел, что мы приехали в офис вместе? — улыбаюсь я, не сдерживая эмоций.

— Ну да, — смущается Женя.

— Нет уж! В такую погоду ты придешь в офис вся в грязи, — отвечаю ей. Мне так нравится видеть её такой, смущенной. Раньше Женька никогда так себя не вела.

— Ничего! Такое уже случалось. В первый мой рабочий день. Не помнишь? — язвительно спрашивает она, и застенчивость, как рукой снимает, сменяясь гневом.

— Нет! Мне кажется, тогда мы не были знакомы!

— А кто тогда окатил меня с ног до головы водой из лужи? Не твоя ли крутая красная тачка? — говорит и останавливает на мне свой злобный взгляд.

— Наверное, я тебя не заметил, — смеюсь. Неужели я и впрямь мог проехать мимо Женьки? Очевидно, был важный телефонный разговор, связанный с работой.

— Ну да, я же такая незаметная, практически невидимка, — с сарказмом в голосе говорит она и снова отворачивается к окну, надувая губы.

В офис мы заходим вместе, и я тут же ловлю на себе удивлённые и одновременно любопытные взгляды коллег. Особенно женского пола. А Женька опускает голову и пробегает вперёд меня, увеличивая расстояние между нами. Глупышка, думает, это поможет. Уверен, уже сегодня по всей фирме разлетится слух о нас.

Смотрю вслед убегающей фигуре с блаженной улыбкой. Моя Женька. Когда же ты меня узнаешь?

*Огр — мифическое чудовище. Невероятно крупное, высокое, человекообразное существо.

Буду благодарна вашим оценкам и комментариям! ⭐️

Глава 13

Вова Троян

Много лет назад

Начальная школа

В элитный лицей я попал благодаря маме. Ей предложили работу учителем русского языка и литературы в престижной частной школе — лучшей в нашем городе. В дополнении к хорошей зарплате было моё бесплатное обучение в лицее. Необходимо было только сдать вступительные экзамены в первый класс. Я рос смышлёным и любознательным ребёнком, поэтому мне не составило труда сдать экзамены, и меня зачислили в лицей. Мама была безумно рада, ведь здесь работают самые лучшие преподаватели, к тому же я всегда буду у неё на виду.

Женьку я сразу выделил среди других девочек. Маленькая и весёлая девчушка, слегка раскосые карие глаза и две тёмные косички, которые она зачем-то обесцветила в девятом классе. Мы сразу подружились и даже какое-то время сидели за одной партой.

Но в шестом классе она сильно изменилась, и наша дружба сошла на нет. Если не сказать больше. С возрастом разница в материальном благополучии стала слишком очевидной, и между нами очень быстро увеличивалась социальная пропасть. Женя нашла себе новых друзей, более подходящих ей по статусу, так сказать. А я никак не вписывался в их картину мира. Меня не интересовали деньги, дорогая одежда или что-то подобное. Всё свободное время я проводил за компьютером или в библиотеке, поглощая как можно больше новой и полезной информации. И уже в четырнадцать лет впервые хакнул сайт одной зарубежной компании, чем привлёк к себе немало внимания.

Вдобавок я был очень высоким и полным ребёнком. Я выделялся среди своих сверстников, крупный, мощный. И несмотря на то, что несколько лет я занимался дзюдо, особых успехов в спорте я не достиг, но зато мог постоять за себя. Может, поэтому ребята практически не приставали ко мне: однажды я завалил на лопатки одного из них, и связываться со мной больше никто не хотел.

А вот девочки отыгрывались на мне по полной программе. Кто-то даже придумал мне дурацкое прозвище — Толстощёкий, которое преследовало меня вплоть до окончания школы. Женя была среди них. Жестокая, безжалостная и единственная моя слабость. Моё уязвимое место! Моя ахиллесова пята!

Хотя от природы я был склонен к интроверсии и не испытывал острой потребности в общении с окружающим миром, всё же у меня были друзья, а точнее, две подруги: Ксюшка Тихонова и Дашка Чернова, староста нашего класса.

9 класс

Долгое время, я старался игнорировать свои чувства к Жене, в надежде, что с возрастом они пройдут, утихнут. В седьмом классе я даже предпринял попытку ухаживать за Дашкой Черновой, но пары из нас не получилось. Однако благодаря этому я подружился с ней и Ксюшей Тихоновой.

Со временем я начал привыкать к своим безответным чувствам к Жене и они стали неотъемлемой частью моей жизни. Я ложился спать и просыпался с мыслями о ней, в школе я также не мог забыть о Женьке ни на секунду. Читая книги и, когда работал за компьютером она всегда была со мной, в моих мыслях. Я смирился с этим, однако иногда эти чувства всё же давали о себе знать. Возможно, это было связано с тем, что я становился взрослее.

Впервые я признался ей в любви в шестом классе. Как сейчас помню, на новогодней ёлке в актовом зале я подарил ей огромного плюшевого медведя и произнёс заветные три слова. Но Женька ничего не ответила и просто куда-то сбежала, не приняв от меня даже мягкую игрушку. После этого мы сразу перестали общаться. А о моих безответных детских чувствах узнал весь класс.

Второй раз меня накрыло в девятом, когда я впервые увидел её с другим парнем. Около нашего лицея находится небольшой парк, где ребята собирались на переменах и после учебного дня. А также уединялись влюблённые парочки. Там я и увидел Женьку вместе с парнем из параллельного класса, и это снова лишило меня покоя. Через неделю она бросила его, а я почему-то решил, что это мой шанс.

Всё началось с безобидных сообщений с неизвестного номера. Честно говоря, я думал, что она не ответит мне, но наша переписка затянулась на долгих три месяца. Разумеется, своего настоящего имени я решил не раскрывать, а придумал банальный ник Сталкер. Но тот факт, что мы учимся в одном лицее, утаивать не стал. Она не настаивала и не пыталась узнать, кто я, а меня это устраивало.

Мы переписывались днём и ночью, рассказывая друг другу о событиях дня, обсуждая музыку и кино, узнавали друг друга чуть лучше. Я настолько привык к её сообщениям, что уже не мог представить свою жизнь без Жени. Как только открывал глаза, тут же брал в руки телефон, чтобы написать ей привычные слова: «Доброе утро!». А засыпал с телефоном в руке.

Наверное, именно тогда я узнал настоящую Женьку: открытую, честную и искреннюю, без всего того пафоса, который я наблюдал столько лет в школе. Я узнал о её страхах, переживаниях и планах на жизнь. О мечтах.

В день Святого Валентина через Валентинову почту я отправил ей анонимную валентинку с признанием в любви, а также назначил время и место встречи.

«Я люблю твой характер упрямый, очаровательные глаза и тёмные волосы! Я люблю тебя, Женя! Буду ждать у входа в кинотеатр в 19:00».

Да, звучит по-идиотски, но что ещё можно было ожидать от влюбленного по уши парня в девятом классе? Я выжал из себя максимум писательских возможностей.

— Женя, покажи, что там, — вырывает мою открытку Миронова, лучшая подруга Жени, едва не разорвав её на две части.

— Не написано, от кого, — надувает губы Женя и, покрутив валентинку в разные стороны, убирает её в боковой карман рюкзака.

— Может, это Горский Илья? Или тот красавчик из 11 «Б», который постоянно пялится на тебя? — увлечённо гадают девчонки, хихикая и закатывая глазки. А я тайком наблюдаю и подслушиваю их разговор. И уже начинаю жалеть, что всё это затеял, предчувствуя нехороший финал.

— Может быть, — отвечает Женя и кокетливо отводит глаза в сторону.

— А ты пойдёшь с ним на свидание? — интересуется кто-то из девочек.

— Пойду! Мне интересно, кто её прислал, — улыбается Женя, приложив палец к губам.

Любопытно, о чём она сейчас подумала? Я задерживаю на ней пытливый взгляд и слишком долго разглядываю её милое личико. Как всегда, она прекрасна — идеальная во всех отношениях, без единого недостатка. А её очаровательная улыбка окончательно выбивает почву из-под ног.

Как только заканчиваются уроки, пишу ей от имени Сталкера: «Привет, как прошёл твой день?».

Женя: «Отлично! Меня пригласил на свидание загадочный незнакомец. Не знаешь, кто бы это мог быть?».

Сталкер: «Знаю!».

Женя ничего не отвечает, только присылает улыбающийся смайлик. Догадалась.

Хотел бы я сейчас увидеть её эмоции в предвкушении встречи с тайным поклонником, потому что сама встреча вряд ли будет столь же радостной для неё. Женю ожидает большой сюрприз, который обернётся разочарованием, когда она узнает, что Сталкер — это я. Просто Вова Троян — толстый одноклассник! Тем не менее я решаю рискнуть. Такой уж у меня характер!

Я назначаю встречу в торговом центре около входа в кинотеатр. На днях мне посчастливилось заработать свои первые в жизни деньги. Но их всё равно не достаточно, чтобы провести время с Женей так, как она привыкла. Я из обычной семьи: мама — учитель литературы и русского языка, отец — маркетолог в одной небольшой компании.

Перед встречей с Женькой я забегаю в цветочный магазин и покупаю самый милый, на мой взгляд, букет: фиолетовые фрезии в сочетании с белыми розами. Между прочим, фрезии символизируют невинность и доверие, что делает их идеальным подарком для выражения своих чувств.

Знал бы я тогда, что через каких-то полчаса они окажутся в мусорном ведре…

Я прихожу раньше намеченного времени и с нетерпением ожидаю появление Жени. Если скажу, что не волнуюсь, совру. Я очень переживаю весь извёлся. Она появляется минут через двадцать и заполняет собой всё пространство вокруг, привлекая внимание окружающих. Залипаю на ней, не в состоянии оторвать взгляд. Наблюдаю, как её взгляд скользит по толпе в поисках прекрасного принца, который подарил ей валентинку с признанием в любви. Наши взгляды встречаются, и даже на расстоянии я могу заметить, как меняется выражение её лица. Кажется, Женя собирается развернуться и уйти, но в последний момент меняет своё решение и уверенной походкой направляется в мою сторону.

— Привет, Вова, — говорит тихо, демонстрируя мне разочарование.

— Привет! Это тебе, — протягиваю ей букет с цветами, предварительно надев на лицо привычную маску спокойствия и невозмутимости.

Она медленно переводит взгляд на цветы, а потом снова на меня и какое-то время молчит. Я тоже растерян, хоть и не подаю вида, стараясь держаться уверенно.

— А я всё-таки надеялась, что ты ждёшь не меня, — расстроенно выдаёт Женя. И этими несколькими словами разрывает моё сердце в клочья. В секунду она умудряется уничтожить меня полностью.

— Тебя, — коротко отвечаю я, едва не задыхаясь.

— Значит, Сталкер — это тоже ты? — раздраженно спрашивает Женя, всматриваясь мне в глаза с осуждением. Словно я натворил что-то ужасное: обманул, предал.

— Выходит, так! В кино пойдём? — рискую спросить я, хотя уже заранее знаю ответ.

Она молчит и какое-то время просто смотрит мне в глаза. На мгновение мне даже кажется, что она сомневается.

— Серьёзно, Вов? — удивляется она, глядя на меня, как на кретина.

— Вполне! — уверенно отвечаю я, стараясь скрыть свою боль.

— Не пойдём! — резко отрезает она. — Почему ты не подписал открытку? — спрашивает и оглядывается по сторонам. Догадываюсь, что она волнуется, как бы никто из знакомых или одноклассников не застукал нас вдвоём.

— Боишься, что кто-то увидит нас вместе? — с грустью спрашиваю я.

Почему она сейчас такая? Когда мы общались анонимно, Женька была совсем другой: открытой, смелой, а теперь её волнует мнение окружающих.

— Не боюсь! Потому что мы не вместе и никогда не будем. Даже в параллельных вселенных, Вова! — грубо говорит Женька и нервно возвращает мне букет, сунув в грудь. Затем разворачивается и уходит прочь.

Я ещё долго стою на одном месте с букетом в руках, ощущая приятный аромат, исходящий от цветов. И чем я думал, когда решился на этот необдуманный, слишком смелый поступок? Где я и где Смирнова! Эта девчонка никогда не будет моей! Даже в мою сторону не глянет!

С того дня я твёрдо решил игнорировать все импульсы моего дурного сердца по отношению к ней. Это просто зараза, подобная хроническому заболеванию. И если у меня не получается излечиться, то я просто буду притворно отрицать её наличие.

***

После выходных Женька приходит в школу с перекрашенными в светлый цвет волосами. И ведёт она себя по отношению ко мне ещё хуже, чем до моей идиотской идеи сблизиться.

Она заходит в класс и словно нарочно пристально смотрит на меня, ожидая реакции. А мне так нравились её гладкие тёмные волосы. С ними она была похожа на Покахонтас из старого мультфильма.

— Нравится, Медвежонок? — дерзко обращается ко мне, проходя мимо первой парты, где я сижу.

Медвежонок — моё второе прозвище, которое Женя придумала в шестом классе, после моего первого признания в любви.

— Нет! Тебе совсем не идёт, — огрызаюсь я. На самом деле, она прекрасна с любым цветом волос, накрашенная или без косметики. Но ей говорить об этом я не стану.

— Да ладно? — спрашивает Женя, прищуривая глаза. Похоже мои слова задели королеву.

Она притормаживает около моей парты и неожиданно садится на стол. Наклоняется ко мне близко-близко, надувая пузырь из жвачки, всматривается прямо в глаза. Чувствую ядовитый аромат дорогих духов, смешанный со вкусом мятной жвачки. Стараюсь дышать через раз, чтобы не впускать в лёгкие чарующий запах, отравляющий меня изнутри и растворяющий мой разум.

— А так нравится? — смотрит мне прямо в глаза, издевается ведьма. Интересно, ей доставляет особое удовольствие дразнить меня или это просто игра на публику, которая теперь в курсе моих губительных чувств к ней.

Естественно, Женька всем разболтала, что тайный поклонник никакой не принц на белом «Мерседесе», а всего лишь жирный гигант — одноклассник Вова Троян. Вот же забава какая, ботаник до сих пор влюблён в Женьку и даже позволил себе пригласить её на свидание! Наивный придурок!

— Так тоже нет, Женя! Слезь с моей парты, — тянусь ближе к её симпатичной мордашке и спокойно отвечаю. А внутри всё бурлит в неистовом желании поцеловать эту заразу.

Если она думает, что её спектакль меня тронул, то она очень сильно заблуждается! Само собой, грубый отказ расстроил меня, но убиваться из-за этой мелкой вредины я точно не собираюсь. Я как-нибудь переживу и найду, чем себя занять.

Она спрыгивает с парты и походкой пантеры удаляется на галёрку к своим верным подданным, которые, несомненно, оценили её поступок и теперь громко хохочут у меня за спиной. Ещё какое-то время я чувствую удушающий сладковатый аромат, который оставила после себя Женя, и задыхаюсь от своих безответных чувств.

После того случая я действительно старался выкинуть её из своей головы. Но Женька как с цепи сорвалась, постоянно напоминая о своём существовании. Подкалывает меня своими мерзкими шуточками, жонглируя моими чувствами к ней. И, конечно же, ничего не получилось. Я не смог забыть! Только лишь научился игнорировать эту ноющую боль в груди при виде Жени. Я выработал стойкий иммунитет к чувствам, которые испытывал, и старался не реагировать на её бесконечные издёвки в мой адрес.

10 класс

В десятом классе у неё появился новый поклонник в лице Ильи Горского. Илья — наш одноклассник и сводный брат Ксюши Тихоновой. Но, по слухам, Женька была влюблена в кого-то из параллели, имени которого я не знал, да и неинтересно мне. Я же не мазохист!

— Вова, о чём задумался? — сносит меня с ног Даша Чернова. И откуда в ней столько энергии? Она всегда такая весёлая и позитивно настроенная, даже когда в её глазах грусть, на лице всё равно будет блистать ослепительная улыбка.

— Привет! Да так, — не могу же я признаться, что снова залип на Женьке.

Сколько можно?

— Твоя мама меня поймала в коридоре, попросила позвать тебя в спортзал. Ты высокий, а там нужна помощь с украшением для новогодней вечеринки. Гирлянды, мишура и всё такое…

— Ты со мной?

— Нет, мне нужно к учителю физики забежать, по поводу предстоящей олимпиады. Я не смогу участвовать, так как у нас игра по волейболу в этот день, необходимо ему сообщить, — машет мне рукой и скрывается в коридоре.

Направляюсь в сторону спортзала и чувствую семенящий топот позади, а ещё до боли знакомый аромат духов.

— Блин, Троян, тебя невозможно догнать! Ты в спортзал? — спрашивает запыхавшаяся Женя. Делаю глубокий вдох, набираясь терпения.

Сегодня она одета в школьную форму: короткая бежевая юбка-гофре и белая рубашка, сверху бежевый пиджак с эмблемой школы. На ногах массивные чёрные ботинки на платформе. Часть волос собрана в высокий хвост, а другая часть рассыпалась по её изящным плечам, что придаёт Жене очень милый, даже слегка детский вид.

— Угу, — бурчу себе под нос, стараясь не смотреть на неё лишний раз.

— Меня тоже позвали украшать, — говорит она с радостью в голосе и улыбкой на лице. — Я так люблю Новый год, гирлянды, блестяшки, мишуру…

— Интересно, чем ты можешь помочь со своим ростом? — обрываю её воодушевленный настрой.

— Дурак, — обгоняет меня и первой заходит в спортзал, демонстрируя свои стройные ножки.

Вот бы обнулиться и вернуть моё сердце к заводским настройкам. Форматировать память и забыть о ней навсегда. Так, чтобы даже имя не вспомнить!

Мы расходимся в разные концы зала. И я старательно избегаю её общество. Моя мама раздаёт всем задания вместе с физруком, который, между прочим, будет ведущим на предстоящей вечеринке.

— Так, Троян, Смирнова, берите лестницу и чешите помогать развешивать гирлянды, — говорит Сергей Сергеевич, поторапливая нас.

Женька цокает и, сдвигая брови к переносице, косится на меня. Однако послушно идёт следом за физруком.

— Гирлянды нужно не просто развесить, а для начала распутать! — объясняет Кондратюк.

Я сразу принимаюсь за дело, пока Женя с кем-то увлечённо переписывается, периодически улыбаясь и хихикая. Она разместилась на полу, вытянув ноги вперед, словно нарочно соблазняя меня. К тому же не распутала ни одного сантиметра проводов с лампочками. Но меня бесит другое — её переписка.

— Ты собираешься помогать или так и будешь зависать в телефоне? — нервно спрашиваю я.

— Ага, — не поднимая головы, продолжает важную переписку. Тогда я присаживаюсь на пол, облокотившись на стену, и тоже включаю телефон, отложив гирлянды в сторону. Так проходит полчаса, пока разъярённый физрук не срывается на нас, отбирая телефоны.

— Думаете, вам просто так разрешили прогулять урок обществознания, чтобы вы здесь бездельничали, зависая в своих смартфонах? — ругается он.

— Сергей Сергеевич, верните пожалуйста, телефон, — нудит Смирнова, надувая свои алые губки, покрытые прозрачным блеском для губ. Очевидно, она профукала очень важную переписку с очередным мажором из нашей школы.

— Распутаете гирлянды, верну! Ты посмотри на них, — причитает физрук и покидает нас.

— Доволен? — цокает Женя.

Женька надувается словно шар, готовый лопнуть в любой момент. А я начинаю смеяться. Она сейчас такая забавная, смешная и настоящая. Женя задерживает свой взгляд на мне, расширяя глаза.

— Ого, Троян, да ты умеешь улыбаться! — восклицает она и корчит недовольную рожицу.

— С тебя могу и посмеяться! Тебе не идёт наигранная злость, Женька!

— С чего ты взял, что она наигранная? Думаешь, ты меня знаешь? — недовольно спрашивает она, пытаясь скрыть раздражение.

— Не думаю, я уверен, что знаю тебя настоящую! Может даже больше, чем кто-либо другой, — зачем-то говорю я.

— Раз так, то когда мы распутаем гирлянды, с тебя кофе! Вот и узнаем, насколько хорошо ты меня знаешь! — уверенно тараторит она.

На удивление мы быстро справляемся с гирляндами и даже успеваем развесить их до звонка на большую перемену. Женя забирает свои вещи с пола, потягивается и не торопится уходить, дожидаясь пока я заберу свой рюкзак.

— Что? — спрашиваю я.

— Я хочу кофе, Троян! Забыл наш уговор? — уверенно спрашивает она.

— Сию минуту, Ваше Высочество! — карикатурно отвечаю я.

Мы выходим с территории школы и направляемся в маленькую кофейню за воротами. Вряд ли то, что она любит, будет в меню нашей школы.

Протягиваю ей ароматный карамельный раф, присыпанный стружкой из бельгийского шоколада.

— Угадал?

— Хм! Я и забыла, что Сталкер знал! Точно! — говорит она, посмеиваясь. А затем в стиле Жени Смирновой разворачивается и уходит восвояси.

Стерва!

Много чего она мне рассказала год назад, когда мы вели нашу недолгую анонимную переписку, которую она практически сразу удалила. Но я запомнил всё, о чём Женька писала. Про отца, который постоянно пропадает на работе, и о подругах, от которых она иногда устаёт. О большой тетради с записями, где она пишет короткие истории и рассказы. Никогда бы не подумал, но Женя пишет и мечтает, когда-нибудь написать полноценную книгу, со своим именем на обложке. А ещё она рассказывала о том, какое любит кофе. Я хорошо запоминаю детали.

Домой возвращаюсь поздно, сначала иду на тренировку в спортзал, а затем шатаюсь по пустынным улицам, добираясь домой пешком. И до самого утра не могу выкинуть из головы Женькино лицо. Мне не даёт покоя, с кем она так увлечённо переписывалась.

***

На новогодний бал десятого класса я приезжаю вместе с девчонками Дашей и Ксюхой. Не понимаю, что я здесь делаю, но раз я так старался, развешивая мишуру и гирлянды, то должен посетить это мероприятие, где собрались ученики нашего лицея с восьмого по одиннадцатый класс.

Я быстро устаю от громкой музыки и криков, к тому же я не танцую. Не спеша направляюсь на улицу, чтобы немного подышать. Присев на скамейку у входа в лицей, я наслаждаюсь прохладой декабрьского вечера. Вдыхаю свежий зимний воздух и выдыхаю пар изо рта.

Через какое-то время появляется Женя и плюхается рядом со мной. Мне показалось или она чем-то расстроена? Чувствую, повернулась и пристально смотрит на меня.

— Троян! Я тебе ещё нравлюсь? — с грустью спрашивает она.

Вот это вопрос в лоб! Обескураживает! Она моментально лишает меня способности двигаться и даже не понимает этого.

— Хм, — издаю нервный смешок и задерживаю на ней внимательный взгляд.

— Значит, нет, — вздыхает она.

— Нравишься, Женя! Только зачем тебе эта информация?

— А что именно? Что во мне такого, что нравится людям? Я высокомерная, злая и, наверное, глупая, — печально произносит она.

— И красивая, — зачем-то добавляю я.

— Только это? И всё? Мира тоже красивая! И твои подружки Дашка и Ксюша ничего такие! Почему я?

— Я бы сам хотел знать, — отвечаю коротко и отворачиваюсь в сторону, сжимая челюсть до скрежета зубов.

— Во мне нет ничего особенного. Я самая обычная! Заурядная!

— Кто тебе всё это наговорил, Женя? Не сама же ты придумала? — озадаченно спрашиваю я.

— Да так, один парень из параллельного класса. А подруги подтвердили его слова. Они обсуждали меня за спиной все вместе. Я не должна была услышать, но услышала совершенно случайно. Вот я и подумала, наверняка Вова видит во мне что-то особенное, чего не видят остальные. А оказалось, дело всего лишь в симпатичной мордашке!

— Жень, иди в помещение! Здесь слишком холодно, а ты в одном платье, — прогоняю её обратно в школу. Она на секунду замирает, словно ждёт, что я задержу её. Но я никак не реагирую. Тогда она молча встаёт и покидает меня. А я ещё долго сижу на морозе, размышляя о том, за что же я так сильно люблю эту девчонку. Нет какой-то одной причины.

Бесспорно, Женя невероятно красивая, и у неё очаровательные глаза, прожигающие насквозь угольки. Но ещё она очень милая, добрая и, я бы сказал, непредсказуемая. Никогда не знаешь, что от неё ждать! Её легкость порой обескураживает и ставит в тупик, но она, наверное, единственный человек, который может заставить меня искренне смеяться. И злиться!

А ещё мне кажется, Женя очень ранимая. И несмотря на то, что её окружает больше половины учеников нашего класса, она чувствует себя одиноко.

Возвращаюсь на вечеринку, и тут же мой взгляд падает на танцующие парочки под медленную композицию. Свет освещает их разноцветными огнями. А в самом центре танцпола я вдруг замечаю Женю в обнимку с тем самым парнем, который обсуждал её с подругой.

Она положила свои руки на его плечи и слегка поглаживает их. А на лице я вижу счастливую улыбку.

Ну вот и опять пять кругов отчаяния! Снова изображаю, что мне всё нипочём, обманывая свою душу и сердце. Разворачиваюсь и покидаю мероприятие, на котором мне явно не место.

Визуализация:

Женя Смирнова

Спасибо всем, кто идёт дальше по этой истории вместе со мной! Это очень вдохнавляет! 𑥓?((+$qx`#48:0s!>

Глава 14

Вова Троян

11класс

Сегодня мы всей параллелью отправляемся на ежегодные спортивные сборы, которые много лет назад придумал наш физрук Сергей Сергеевич, то ли для развлечения и сплочения, то ли для улучшения нашей физической формы.

Честно говоря, подобные мероприятия никогда не вызывали у меня особого интереса, но разве я могу отказать своей подруге Дашке? Она же всю душу вынесет, но своего добьётся. Да и мать настаивает, мол, поезжай, сынок, отвлекись от своих компьютеров и книжек. Только ради мамы и Дашки соглашаюсь, хотя всем своим существом чувствую, что мне не место среди этой золотой молодёжи.

Что касается Жени, то я уже не строю воздушных замков. Я настолько сильно свыкся со своей безответной любовью, что иногда даже не обращаю на неё никакого внимания. Ну и пусть я зависаю всякий раз, когда вижу её красивое личико или слышу дерзкий голос. Ну и пусть каждый раз, когда она проходит мимо, у меня перехватывает дыхание и сердце вырывается из груди. Она никогда не будет моей! Ну и пусть! Я это давно осознал и смирился. Ещё два года назад я установил для себя границы возможного. Я просто любил Женю на расстоянии. И меня это устраивало.

— Толстощёкий, неужели ты решил вылезти из компьютерных игр и почтить нас своим вниманием? А где твои курочки-подружки? — обращается ко мне Миронова Мира, как только я подхожу к остальным на место сбора.

— Я не играю в компьютерные игры, Мира, — отвечаю я, но объяснять ей, чем занимаюсь на самом деле, не собираюсь. Вряд ли её крошечный мозг сможет понять.

— Блин, Мирослава, не обижай моего Медвежонка, — пихает её локтём в бок Женя и громко хохочет, осматривая меня своими лисьими глазами. Остальные девочки тоже задорно смеются. Остается и мне рассмеяться… Что я и делаю, пародийно хохочу вместе с ними, и это заставляет их замолчать.

Медвежонок — так называет меня только Женя.

— Я не твой и не Медвежонок, — безэмоционально поясняю.

— А хотел бы? — снова хохочет и отворачивается к подругам.

— Вряд ли я бы вытерпел такую воображалу, как ты! — говорю грубо, только так она понимает и отстаёт от меня.

Не свожу взгляд с мерцающих чернотой глаз. Она искривляет улыбку и меняется в лице. Да, Женька Смирнова не переносит критику. Ах, какая же она сучка! Любимая сучка, должен признать. Если бы можно было подключить комп к моему дурному сердцу и удалить её без возможности восстановления, я бы так и сделал. Но, увы, она настолько сильно вросла в моё сердце, в мой разум, что, кажется, стала неотъемлемой частью меня. Вроде хронического заболевания. Кто-то страдает астмой, у других людей диабет. А у меня вот Женя Смирнова.

В автобусе Дашка и Ксюха садятся рядом, тарахтят и хохочут, а мне достаётся единственное свободное место позади Жени и Мирославы. На протяжении всего пути до базы отдыха я вынужден слушать их бессмысленную болтовню о парнях, косметике и задыхаться от запаха её духов, растворяющих остатки моего разума. По приезду на базу физрук делит нас на две команды с помощью жребия. Прям массовик-затейник. Иногда мне кажется, он работает не по специальности и ему нужно было быть тамадой или организатором праздников и мероприятий. Кстати, надо подкинуть ему такую бизнес-идею. Зачем таланту пропадать зря?

По иронии судьбы Женя попадает в мою команду. И весь остаток дня я пялюсь на её идеальную фигуру, обтянутую лосинами. Ещё, как назло, она постоянно мельтешит где-то неподалеку, не позволяя ни на секунду забыть о ней.

Вот и сейчас, в поисках какого-то очередного примитивного задания, я замечаю Женю. Она взгромоздилась на дерево и прыгает с ветки на ветку с поднятой вверх рукой, словно обезьяна. Её длинные волосы развеваются по ветру, а глаза, как две чёрные точки, притаившегося в засаде, зверя. Смеюсь в голос.

— Смирнова, ты что, забыла на дереве?

— Не твоё дело, Толстощёкий! Иди, куда шёл, — грубо прыскает мелкая вредина.

— Ну и пошла ты, — бросаю в ответ, проходя мимо. Как же она меня раздражает. Может, пошатать дерево, чтобы она грохнулась с него на землю и перестала быть такой заразой? Вокруг столько прекрасных и добрых девушек, а меня угораздило влюбиться в самую популярную и несносную из них.

— Стой, — окликает меня.

Не должен, но почему-то останавливаюсь. Поднимаю на неё равнодушный взгляд.

— У тебя какая мобильная связь? — спрашивает она совсем уже другим тоном. Вот так всегда, когда ей что-то нужно, Женька превращается в милую девушку с елейным голоском.

— «Яйцо», — отвечаю я.

— Выручай, Вова! Дай позвонить, Медвежонок, пожалуйста! Очень надо, — умоляет она и пытается слезть с дерева, цепляясь руками за тонкие ветки. Но срывается и падает прямо на меня. Ловлю девчонку и на мгновение задерживаю руки на её тонкой талии.

— Потрогал? Можно уже отпустить! — протестует она, глядя мне в глаза. Отпускаю. Да уж. Так близко к Женьке я ещё никогда не был и тем более не касался её. Меня охватывает волнение. Сердце заводится и стучит, как бешеное. Всё это время Женя не сводит с меня своих красивых глаз в ожидании.

— Ну!

— Что ну? — наконец, меня отпускает и ко мне возвращается дар речи.

— Блин, не тупи! Вова, дай свой телефон. Мне срочно нужно позвонить, — протягивает руку. Отдаю ей свой мобильник и наблюдаю, как Женя набирает номер, а затем уходит на пару метров от меня. Слышу, как она ругается, повышает голос и кричит: «Не нужно приезжать! Стас, говорю тебе, успокойся! Ничего страшного не происходит! Перестань! Взяла позвонить…».

Человек на том конце отключается, а Женя впивается рукой в волосы, устремив взгляд в одну точку.

— Спасибо, — говорит она и прячет глаза. Кажется, она плачет. Мне сразу приходит мысль проверить номер, на который она звонила, и я непременно это сделаю, когда вернусь в номер.

Женя возвращает смартфон, накидывает капюшон на голову и спешно направляется в сторону леса.

— Жень! Нам не в ту сторону! Пойдём за мной, а то потеряешься, — зову её. Она оборачивается и, скрестив руки на груди, послушно плетётся за мной. Я вижу, что она расстроилась, но мне старается этого не показывать.

— Это был твой парень? — всё-таки решаюсь спросить.

— Не твоё дело, Троян, — огрызается, натягивая капюшон посильнее.

— Он тебя расстроил? — не унимаюсь я.

— Иди ты уже молча, Вова, — зыркает на меня так злобно, что я замолкаю и всю дорогу до главного корпуса не произношу ни слова.

Вечером, после квеста, все ребята собираются около костра. Погода располагает к посиделкам на свежем воздухе, сегодня свежо, но безветренно и тепло. Вокруг пахнет сыростью и прелой листвой. В детстве мы с отцом часто ходили в походы, и этот запах ни с чем не спутать. Запах леса и приближающейся зимы.

Ребята поют песни, подпевая голосу из беспроводной колонки, танцуют и просто общаются друг с другом, обсуждая сегодняшний насыщенный день. А я не свожу свой пытливый взгляд с Женьки. Она не вылезает из телефона и постоянно кому-то пишет, покусывая нижнюю губу. Нервничает!

Когда начинает смеркаться и нас покидает учитель физкультуры, кто-то из ребят предлагает поиграть в примитивную игру: «правда или действие». Мне это совсем неинтересно и я не собираюсь участвовать в этом детском саде.

— Ботаники, вы с нами? — спрашивает Женя.

— Они испугались, трусишки! — шипит Миронова — змеюка. Терпеть не могу эту тупицу.

— Ничего мы не испугались, правда, девчонки? Идём, — обращаюсь к Даше и Ксюше, которые растерянно переглядываются, но всё же не могут не поддержать меня.

Ох, и подставил я их сейчас!

Я нарочно сажусь рядом с Женей. Без сомнений, её это будет раздражать. Но не всё же ей меня изводить, пусть тоже помучается. У нас с ней что-то вроде негласной игры. Она постоянно подначивает меня, шутит, а я, как только могу нервирую её в ответ.

Игра проходит по предсказуемому сценарию: парни стараются произвести впечатление на девчонок, а девушки провоцируют парней. Ребята смеются и шутят друг над другом, придумывая каверзные задания и задавая смелые вопросы, стараясь вскрыть тайны.

Очередь доходит и до меня. Стоцкий Рома спрашивает: «Правда или действие?».

— Действие, — уверенно отвечаю я, ожидая, что его задание будет связано с Женей. Неужели Рома до сих пор думает, что меня можно этим смутить? Я влюблён в Женьку с первого класса и все об этом знают, включая Женю. Неужели он считает, что я покраснею и сбегу отсюда с опущенными глазами?

— Поцелуй соседку справа, — говорит и тихо ржёт.

О да, именно это я и предполагал!

Справа, неподвижной статуей сидит Женя. Даже не повернулась ко мне. Наклоняюсь к ней и осторожно целую её в щёку. Меня тут же прошибает разряд тока. Чёрт возьми! Зачем я на это подписался? Грёбаный мазохист! Ещё немножко, и моя маска равнодушия слетит с моего лица, оголив истинные эмоции.

Женя никак не реагирует. Только цокает, искривляя своё красивое личико. Мне кажется или она напряжена? И явно не из-за меня. Догадываюсь, что это всё тот самый телефонный разговор на неё так подействовал. Вдобавок она весь вечер кому-то строчит сообщения с озабоченным лицом.

Пока я так увлечён наблюдением за Женькой, не замечаю, как нас покидает Ксюша Тихонова. И через какое-то время я тоже ухожу вслед за ней. Но в номере её не нахожу, тогда я возвращаюсь к костру и сообщаю, что она пропала.

Первый с места вскакивает Данила Горский, брат близнец Ильи. Он начинает кричать на Дашку, спрашивая, какого лешего не пошла за ней, ведь она её лучшая подруга. Хотя, я думаю, именно он стал причиной резкого ухода Ксюши. Я всё пропустил, разглядывая Женьку.

Затем Горский куда-то пропадает. А возвращается уже с физруком и огромным походным фонарём. Я не сразу считываю его реакцию, но когда мы находим Ксюшу в лесу, становится всё более чем понятно. Между этими двумя что-то есть. Но я совершенно упустил этот момент. Сколько себя помню, они всегда враждовали друг с другом.

Пока происходит вся эта возня, замечаю, что Жене кто-то позвонил и она быстро направляется в сторону въезда на базу. Спустя некоторое время иду следом за ней. Какое-то неприятное предчувствие зудит внутри и не позволяет оставаться на месте.

Издалека замечаю чёрный тонированный «Порше», немного пыльный от загородной пыли дорог. А рядом Женя с каким-то парнем. Их беседа не похожа на милую и приятную. Он грубо держит Женю за руку и что-то эмоционально объясняет, махая пальцем перед её встревоженным лицом. Женя пытается освободиться из его хватки, но у неё не выходит. А на лице я считываю страх.

Это что за чёрт?

Я ускоряю шаг, чтобы как можно быстрее добраться до них.

— Стас! Мне больно, отпусти, — просит Женя, пытаясь вырваться из его цепких лап.

— Я же говорил тебе, что против этой поездки! Какого чёрта ты тогда здесь? — возмущается он.

— Успокойся, Стас! Это всего лишь поездка с классом. Ничего особенного! Прошу, не злись, — умоляет Женя, и я замечаю на её на глазах слёзы.

— Заткнись! Я даже слушать не хочу твои оправдания! Или ты меня слушаешь или…

— Ты не слышишь, она сказала, ей больно! — кричу издалека, и уже практически бегом приближаюсь к ним. Женя оборачивается и растерянно смотрит в мою сторону. Её взгляд полон страха.

— А это ещё кто такой, Женя? Только не говори, что ты с ним? — произносит этот клоун, ухмыляясь.

— Отпусти её! — ещё более грубо командую я.

— Вова, уходи! Я сама разберусь! Не вмешивайся, пожалуйста, — умоляет Женя.

Недолго думая, я подхожу ближе и хватаю парня за куртку. Он ниже меня ростом, но достаточно крепкий и явно старше Жени. Он тут же отпускает её руку. Боковым зрением я замечаю Женькины перепуганные глазища. Такими огромными я их ещё никогда не видел. Крепко сжимаю ткань куртки, чтобы он не вырвался.

— Ах ты ж стерва! Вот чем ты здесь занимаешься? — сквозь зубы говорит этот мерзкий тип.

Тут я уже не сдерживаюсь и, не долго думая, прописываю ему в челюсть и пару раз в нос. Он отшатывается назад, ударяясь задницей о капот своей мажорской тачки.

— Какого хрена? — ругается он, утирая рукавом свой разбитый нос.

— Ты в порядке? — поворачиваюсь к Женьке. Она действительно выглядит напуганной, руки трясутся, а макияж на глазах размазался от слёз. Подхожу к ней ближе, слегка касаясь нежной кожи на лице. В то время, пока я увлечён Женей, теряю бдительность и получаю ответный удар кулаком в лицо.

1:1. Твою ж… Губу мне разбил. Урод! Уворачиваюсь от второго удара и зажимаю его в удушающем приёме. Он отчаянно кряхтит, извиваясь одними ногами, а я не тороплюсь ослаблять хватку. Затем разворачиваю его и бросаю мордой в капот блестящего «поршака». Заламываю руку. Он издаёт хриплый стон. Я вне себя от злости, если бы не Женька, я бы вдавил его надменную рожу в капот, оставив отпечаток морды. И неважно, сколько стоит этот автомобиль.

— Вова, перестань, прошу тебя! — кричит Женя, бегая вокруг нас.

Перевожу на неё свой яростный взгляд, однако, как только вижу её охваченные страхом глаза, отпускаю его. Но только потому, что Женя так просит.

Как можно подпускать к себе такого мудилу? Но об этом я непременно поговорю с ней позже.

— Тварь! Ты пожалеешь! И ты тоже, идиотка! — показывает на Женю указательным пальцем, затем садится в свой спорткар и уезжает, поднимая пыль на дороге.

Женя замирает и ещё долго смотрит вслед уезжающей тачке, а потом начинает громко рыдать. Проклятье! Никогда не видел её такой! В полной растерянности просто стою в стороне и наблюдаю.

Блин, что-что, а успокаивать плачущих девчонок я точно не умею. Тем более, если это Женя!

— Зачем ты это сделал? — резко поворачивается ко мне. — Теперь будет ещё хуже! — кричит она. После чего подходит ближе и принимается пихать меня в грудь. Но не учитывает, что я выше и больше её раза в два. Колотит меня своими маленькими кулачками, пока до неё, наконец, не доходит, что это бесполезно.

— Всё, успокойся, Женя, — осторожно обнимаю её за спину и прижимаю к себе. Какое-то время она всхлипывает у меня на груди и наверняка слышит, как громко колотится моё взволнованное сердце, готовое в любой момент вырваться на свободу. Резко отстраняется.

— Покажи лицо! Вова, у тебя кровь на губе! — восклицает она. Становится на носочки, чтобы дотянуться до моего лица, всматривается, а затем тянется пальцами к моим губам. Обхватывая лицо двумя руками, крутит его из стороны в сторону, рассматривая разбитую губу. Её пьянящий аромат мгновенно бьёт в нос, а осознание того, что Женька так близко ко мне, кружит голову.

Ну уж нет!

Беру её за запястья и осторожно убираю руки от своего лица. Отхожу на безопасное расстояние, не в состоянии больше себя контролировать. Не получается у меня так близко находиться рядом с этой девчонкой. Любить Женю издалека было намного проще. Разворачиваюсь и медленно ухожу в сторону главного корпуса, но чувствую, что она семенит где-то позади меня.

В холле по-прежнему много народа, но моих девчонок уже нет. Зато верные подданные Женьки все в сборе — подруги Дарина Голофаст и Мира Миронова, а также Рома Стоцкий и ещё несколько парней с нашего класса ждут свою королеву.

Пока Женя торопливо вытирает дорожки от слёз, скрывая следы того, что произошло минутами ранее, я направляюсь в сторону уборной, чтобы привести себя в порядок.

— Толстощёкий, кто тебя так разукрасил? — комментирует кто-то из девчонок. Не обращая внимания, прохожу мимо. Женя сразу же делает вид, что ничего не произошло. Она улыбается, однако её печальный взгляд выдаёт истинные чувства.

На следующий день физрук поднимает нас ни свет ни заря и тут же отправляет на спортивную площадку. Несмотря на ноябрь, на улице тепло и солнечно, а это означает, что он отыграется на нас по полной программе. Он считает, что вчерашнего дня было недостаточно, поэтому прописывает ещё восемь кругов вокруг базы отдыха, а затем нас ждёт вторая часть увлекательного квеста.

Ксюшка утром уехала вместе с Данилом Горским домой из-за поврежденной ноги, Даша занята чем-то по просьбе физрука, она же староста. У неё всегда вагон и маленькая тележка общественных важных дел.

После обеда я пытаюсь незаметно ускользнуть от взгляда учителя физкультуры. Пока все ребята занимаются поиском несуществующего клада, проходя квест, я беру ноутбук и собираюсь немного поработать. Устроившись поудобнее на диване в главном корпусе, я погружаюсь в работу.

Через некоторое время на входе замечаю Женьку. Она медленно направляется в мою сторону кошачьей походкой, а затем беззвучно присаживается напротив меня.

Незаметно сканирую её внешний вид. Распущенные светлые волосы рассыпались по плечам. Сегодня она без косметики, но ей это всё и не требуется. На губах едва заметен блеск для губ, который делает её пухленькие губки ещё более соблазнительными. Она, как всегда, безупречна!

А я упорно делаю вид, что не замечаю её, продолжая заниматься своими важными делами. Боковым зрением обращаю внимание, как ритмично постукивают её ноги об пол. Догадываюсь, ей от меня что-то нужно. Поднимаю глаза и встречаюсь с ней взглядами. Только бы не сгореть от этого огненного взора.

— Ты что-то хотела? — спрашиваю я.

— Что ты делаешь? Играешь в игру? — непринуждённо спрашивает Женя, вытягивая шею.

Почему-то все мои одноклассники, увидев меня с ноутбуком в руках, думают, что я играю в компьютерные игры. Но на самом деле у меня нет на это времени. Само собой, я могу порубиться в приставку, но такая возможность выдаётся крайне редко.

Сейчас я много времени уделяю учёбе. К тому же учителя постоянно просят принять участия в различных олимпиадах, на которые тоже уходит много времени и энергии. А всё свободное время я посвящаю работе и развитию.

Я начал подрабатывать с девятого класса. Именно тогда впервые я взял деньги за то, что взломал страничку в социальной сети какой-то неверной девчонки по просьбе ревнивого парня. Потом пошло-поехало, с помощью сарафанного радио ко мне стали обращаться и другие.

Однако я понимаю, что мои способности могут быть использованы для более значимых дел, чем взламывать чужие страницы в соцсетях. У меня в голове есть несколько идей, над которыми я работаю.

— Жень, давай по существу, я немного занят. Работа, понимаешь? — прошу её.

— Ты работаешь? — удивляется она.

— Да, — отвечаю коротко и снова погружаюсь в ноутбук.

— А где? — не унимается Женька.

— Тебе правда интересно или ты спрашиваешь из вежливости? — вздыхаю я, глядя ей в глаза.

— Ну да, — прикусывает губу и внимательно смотрит на меня.

— Да разное! Сейчас помогаю с разработкой приложения для мобильного телефона.

— Ничего себе, так интересно! А я всегда считала, что ты игроман. Ну знаешь, стрелялки всякие, войнушки, гонки, — мило улыбается.

— Я практически не играю в игры, Женя! — отвечаю и возвращаюсь к работе.

Женька удивленно и с любопытством глазеет на меня, как на диковинку какую-то. Мне становится не по себе от её пристального взгляда. Хотя я не из стеснительных, но когда она вот так пронзительно смотрит, мне начинает казаться, что я теряю контроль над собой. Резким движением захлопываю ноутбук.

— Жень, что ты хотела? — спрашиваю ещё раз.

Немного злюсь, потому что обычно всё наше общение ограничивается приколами или просьбами списать домашку. В этот раз, должно быть, ей тоже что-то понадобилось .

— Как твоя губа, Вов? — заботливо спрашивает она, и её взгляд падает на мои губы.

— Как видишь, нормально!

— На самом деле я хотела сказать спасибо! Но давай договоримся: ты больше не будешь так делать! Я очень испугалась за тебя!

— За меня? Мне кажется, нужно было переживать за своего хилого парня, — резко отвечаю я, издав нервный смешок.

Она что, думает, я слабак какой-то?

— Просто я не знала, что ты так умеешь!

— Ну, теперь будешь знать! И Жень, тебе нужно хорошо подумать, прежде чем продолжать отношения с этим мудаком! Я совсем его не знаю, но с ходу могу понять, какой он человек.

— Обязательно!

В холле появляются её подружки и с интересом смотрят в нашу сторону, перешептываясь и хихикая.

— Тебя уже ждут, Женя, — киваю в сторону её свиты.

— Ладно, Медвежонок! Адьёс, — говорит она, вскакивает и тут же, из милой девчонки перевоплощается в двуличную стерву.

***

По возвращению в город, я сразу же принялся собирать информацию о парне, с которым встречается Смирнова.

Станислав Коренский, ему двадцать четыре года, и он является соучредителем крупного промышленно-металлургического холдинга. Филиалы предприятия расположены в разных городах страны, но штаб-квартира находится в Санкт-Петербурге. Кроме того, его отец — «большая шишка» в столице, что свидетельствует о том, что Стас не местный и, по всей видимости, обладает значительным богатством и влиянием.

Я нахожу его страницу в социальной сети, где целая коллекция фотографий с Женей. Однако у Женьки только одна общая фотка с ним. Очевидно, что он её парень и к тому же помешан на ней.

Я давно слышал, что у Женьки какой-то взрослый мужик, но вот, наконец, познакомились лично. Не понимаю, что у них может быть общего? Он совсем не подходит ей.

Дорогие читатели, приглашаю вас заглянуть в другие мои истории:

«Останься со мной»

https://author.today/work/502057

«Что такое любовь?»

https://author.today/work/495392

Глава 15

Женя Смирнова (Вероника Штефан)

После того инцидента с Вовой на базе Стас стал ещё больше одержим мной. Его ревность не знает пределов, разрушая наши и без того непростые отношения.

Полгода назад нас познакомил мой отец. Стас приехал на переговоры с папой, по поводу его фирмы. И на один из деловых обедов пригласил нас с мамой. Догадываюсь, это было неслучайное решение — отец уже тогда задумал нас поженить.

Стас — взрослый, состоявшийся и красивый парень, настоящий мужчина, как с обложки мужского журнала. Я сразу обратила на него внимание. Отец был счастлив и постоянно твердил, какой полезный союз может получиться из нашей пары. Полезный, как я понимаю, для папиного бизнеса, который в последнее время подвергся кризису.

У отца давно начались проблемы, хотя он не рассказывал нам с мамой, но мы чувствовали по его настроению. Он всё чаще возвращался с работы напряженным и ни с кем не разговаривал, закрывшись в своём кабинете. Вероятно, партнерство со Стасом могло спасти отцовский бизнес. Но для этого нужно было пожертвовать мной.

В самом начале всё было как в сказке: дорогие подарки, много цветов, моё совершеннолетие, которое мы вместе отпраздновали в Париже.

Однако в последнее время Стас изменился. Его как подменили. Рядом со мной я вижу совсем другого человека. Стас стал ревновать к каждому прохожему, запрещает общаться с друзьями мужского пола, проверяет мой телефон и постоянно намекает на близость.

Я много раз ему говорила, что когда буду готова, он узнает об этом первый. Хотя всё чаще меня посещают мысли, что Стас совсем не тот человек, которого я хочу видеть рядом. Грубый, ревнивый, и порой мне даже страшно сказать лишнее слово, чтобы не разозлить его. Вдруг он что-то не так поймёт и снова будет придираться. В результате практически каждая наша встреча заканчивается скандалом.

На празднование Нового года он пригласил меня к себе. Обычно я отмечаю этот праздник в кругу семьи и только потом иду гулять с друзьями. Откровенно говоря, не очень хочется оставаться с ним наедине. Я пока не готова перейти на следующий уровень, а он слишком настаивает.

Однако после долгой воспитательной беседы с отцом я сдаюсь. Ему удается внушить мне, что Стас именно тот, кто мне нужен! Мужчина, который сделает меня счастливой! И нет ничего страшного в том, чтобы отметить праздник вдвоём.

***

В преддверии Нового года все как с ума сошли. Наша староста Даша, как всегда, полна идей и сейчас стоит перед нами с огромной коробкой в руках. А на голове у неё надета шапка Деда Мороза. Даже боюсь представить, что она придумала на этот раз.

— Ребята, хватит кричать и послушайте меня, — пытается успокоить нас староста. На удивление класс замолкает. Только Стоцкий Рома продолжает ржать, как лошадь и подкалывать Дашу.

— Чернова, у тебя там в коробке костюмы из магазина для взрослых? — не унимается Рома.

— Специально для тебя один найдётся! Будешь зайчиком, — огрызается Даша.

— Стоцкий, закрой рот уже и послушай! Тошнит от твоих глупых шуток, — вмешивается Вова.

Несмотря на то, что Вова держится отдельно от всех парней класса, они всегда прислушиваются к его мнению. Конечно, они не упускают возможности подколоть или пошутить над ним, но Вова быстро пресекает эти попытки. Вот и сейчас, после слов Вовы, Стоцкий сразу замолкает.

Перевожу взгляд на Вову и немного завидую Даше. У неё хороший друг, который глотку перегрызёт за своих друзей. У меня таких нет. Все кто дружит со мной, делают это исключительно ради популярности, а на меня им наплевать, хотя они и пытаются тщательно это скрывать. Та же Дарина, у неё в голове только она сама.

— Итак, чтобы как-то разнообразить новогоднее поздравления друг другу, я кое-что придумала! — объявляет Даша.

Я ставлю локти на стол и утопаю лицом в своих ладонях, внимательно вслушиваясь в Дашкину речь.

Она размещает коробку перед нами и объясняет, что каждый из нас получит имя человека, которого будет поздравлять. Что-то вроде «Тайного Санты».

И так каждый год, она придумывает что-то новенькое, уверяя, что будет очень увлекательно.

— Ребята, не забываем, что ни в коем случае нельзя говорить, кто тебе попался, иначе сюрприза не получится!

— А если мне попалась ты, Чернова! Что тебе подарить? Может, комплект нижнего белья или лучше энциклопедию: «Откуда берутся дети»? — снова вступает в диалог Стоцкий с диким хохотом.

— Очень смешно, Рома! Ты когда-нибудь вырастишь или планируешь так и оставаться на уровне двенадцатилетнего мальчика? — парирует Дашка, задерживая на нём свой строгий взгляд.

Мне приходит в голову мысль, что Ромка точно не равнодушен к ней. Несмотря на то, что встречается с моей подругой Дариной, он не упускает возможность сказать какую-нибудь колкость в сторону Черновой. Дарина словно не замечает этого или делает вид, что не замечает. У них весьма странные отношения. А Ромкины выпады по отношению к Даше начались задолго до появления Дарины в нашем классе.

Из-за того, что я увлеклась наблюдением за одноклассниками, мне достался последний номерок. Разворачиваю бумажку и читаю несколько раз: «Вова Троян». Серьёзно? Ну, класс! Вот так сюрприз! Я точно знаю, что нужно Мирославе, Илье Горскому и даже Дашке. Но что можно подарить Вове, я понятия не имею.

Всю следующую неделю я прибываю в глубоких размышлениях, пытаясь подобрать подарок для своего одноклассника, которого, кажется, ничто не интересует, кроме книг и компьютеров. Он, вероятно, уже прочитал все существующие книги на Земле, и я совершенно не знаю какой литературой он интересуется. Бросаю взгляд на Вову, пытаясь понять что же может его заинтересовать, и наши взгляды неожиданно встречаются.

— Кто тебе попался? — вырывает меня из размышлений Дарина.

— Дашка же предупредила, нельзя рассказывать! — монотонно говорю я, продолжая смотреть на Вову. Он первый отворачивается.

— И что? С каких пор ты слушаешь Чернову? — с лёгким раздражением произносит Дарина, злобно зыркая на Дашу.

А я ошиблась! Всё-таки Голофаст ревнует Ромку, и только что выдала себя с потрохами.

— Не скажу! — твёрдо заявляю я, чтобы исключить насмешки.

Вечером того же дня мы с Мирой и Дариной решаем прогуляться по торговому центру и, возможно, присмотреть подарки под ёлочку. Необходимо выбрать что-то особенное для родителей, подруг и для Стаса. Однако все мои мысли заняты поиском подарка для Вовы.

Я размышляю, в какой бы бутик зайти, как вдруг на витрине магазина антикварных вещей моё внимание привлекает одна простая, но в тоже время интересная вещица. Это необыкновенные часы изготовленные, в советское время с медведем на бочке. Выглядят они весьма солидно и цена не маленькая.

— Зачем тебе эти часы? — удивляется Мирослава. Но тут же прикрывает рукой рот и начинает дико смеяться.

А я всегда считала её глуповатой, но она с лёгкостью угадала, для кого я присматриваю подарок.

— Серьёзно? Тебе попался твой Медвежонок? — спрашивает она и продолжает издевательски хихикать.

— Да! Вот только что ему можно подарить? Я уже все варианты перебрала, — нервно отвечаю я.

— Медведь для Медвежонка! Очень символично! Хотя, ему понравится любой подарок из твоих рук. Даже яд! — подмечает Мира, продолжая ржать, как конь, одновременно попивая кофе из стаканчика. Хоть бы не поперхнулась, язва!

***

Мы обмениваемся подарками в день новогодней вечеринки. Я наблюдаю за Вовой и немного нервничаю, в предвкушении вручения подарков. Любопытно, кто выпал ему? И когда он подходит к нашей однокласснице с огромной коробкой в руках, я почему-то расстраиваюсь. Жду, пока он вручит свой подарок, и только потом уверенным шагом направляюсь к нему.

— Медвежонок, — улыбаюсь я, протягивая ему коробочку, обёрнутую чёрной бумагой с золотым бантом сверху.

— Женя, не называй меня так, я же просил много раз, — монотонно говорит Вова и переводит взгляд на коробку в моих руках. — Что это?

— Это тебе! — отвечаю я, расплываясь в улыбке.

— Спасибо, — забирает коробочку и тут же кладет свёрток в рюкзак.

— Даже не посмотришь? Между прочим я сама упаковывала! — спрашиваю я, а моя улыбка сменяется возмущенно поднятыми бровями.

— Дома посмотрю! — безэмоционально говорит Вова.

— Я всю неделю выбирала его для тебя. Можно сказать ночами не спала гадая, что же подарить Вове Трояну, а он дома посмотрит! — говорю, пытливо всматриваясь в его лицо. — Разверни! Сейчас же!

Он лениво ныряет в рюкзак и достаёт коробку. Я с любопытством наблюдаю за тем, как он разворачивает бумагу, открывает крышку и достаёт часы. Вижу, как уголки его губ ползут вверх. Слегка, еле заметно, но я успела подловить его.

Да! Это та самая улыбка, которую можно заносить в книгу рекордов Гиннесса. Такая она редкая! Увидеть, как Троян улыбается, выдаётся нечасто и не каждому!

— Я просто не знала, что тебе подарить! А так ты поставишь часы на самое видное место, и глядя на них, будешь вспоминать обо мне, — зачем-то говорю я.

— Ну, спасибо, Женя! Думаешь, я о тебе забываю когда-нибудь? Теперь и дома не будет от тебя покоя, — бубнит он, и я не могу понять, понравился ему подарок или нет.

— Тебе не понравился подарок? — с грустью спрашиваю я, вглядываясь в тёмно-карие глаза.

— Понравился! Просто не ожидал, что ты будешь так стараться! — отвечает Вова.

Я хочу ещё что-то сказать , но ко мне внезапно подходит Миронова, спрашивая какую-то ерунду. А Вова быстро кладёт подарок обратно в коробку, прячет в рюкзак и уходит вслед за Дашей, которая в расстроенных чувствах выбежала из класса. Я была так увлечена общением с Вовой, что пропустила из-за чего расстроилась староста.

***

Стас с готовностью соглашается встретить Новый Год в кругу моей семьи и только после этого мы планируем отправиться к нему домой. Вдвоём. В глубине души я надеюсь, что ему так сильно понравится у нас дома, что он захочет остаться подольше, а может быть, нам и вовсе не придётся уезжать.

— Женёк, может быть, поедешь сразу к Стасику домой? Ну зачем вам встречать праздник со стариками? — вопрошает отец.

— Мне казалось, Новый Год — семейный праздник, мы каждый год встречали его вместе, в кругу семьи! К тому же какие вы старики? — отвечаю я и удивляюсь, почему я должна объяснять ему такие простые вещи.

— Так Стас уже и есть наша семья! Вот и проведите время наедине, — не унимается отец.

— На данный момент он просто мой парень! О какой семье ты говоришь, папа?

— Всё! Женя, мы вчера это обсудили! Стас отлично тебе подходит, и он уже весь твой. Тебе даже напрягаться не надо!

— Ясно, пап! Мои чувства и желания тебя не интересуют совсем, так? — спрашиваю я в пустоту, потому что отец уже демонстративно покинул комнату.

Стас приезжает к нам около семи вечера, и уже в девять отец выпроваживает нас из дома. Иногда мне кажется, что папа сознательно подсовывает меня Стасу ради своей выгоды. Но я успокаиваю себя тем, что я люблю его, и отец хочет для меня только лучшего.

Постоянное место жительства Стаса — Санкт-Петербург. Но после того, как мы начали встречаться, он купил огромную квартиру в самом центре нашего города. Всю дорогу я еду в напряжении, словно предчувствуя что-то плохое. Хотя сегодня Стас непривычно довольный и весь вечер осыпает меня комплиментами, однако мне всё равно волнительно.

Я ни разу не была у него дома, настойчиво игнорируя каждое его приглашение. Квартира довольно уютная и просторная, но мне здесь не по себе.

В самом углу гостиной разместилась огромная новогодняя ель, на ней красиво переливается золотистая гирлянда и блестящие шары чёрного цвета. А в центре зала оригинально украшенный праздничный стол с огромным изобилием самой изысканной еды. Для нас двоих этого явно слишком много.

В центре стола горят свечи. Обстановка более чем романтичная, но мне не терпится отсюда уйти. А лучше бежать, прямо сейчас!

Стас открывает бутылку игристого, разливая содержимое в изящные бокалы на тонкой ножке. Я собираюсь сказать, что не хочу, но он уже всучил мне бокал с неприятной на вкус жидкостью. Сегодня Стас так и норовит меня напоить, притом, что сам уже немного перебрал. И в таком состоянии он всё больше походит на себя настоящего: нервный, резкий и агрессивный.

— Давай потанцуем, — протягивает мне руку, и мы выходим в самый центр гостиной.

Играет приятная музыка. Стас кладёт свои руки на мою талию, а затем жестко притягивает меня ближе к себе. Жадно проводит руками по моим бедрам и опускается ниже, пытаясь задрать платье. Не знаю, что со мной происходит, но я хочу отстраниться. Вырваться и бежать отсюда, пока не поздно. Все его прикосновения кажутся грубыми и резкими, словно я кукла в его руках, которую можно вертеть в разные стороны, как только захочется.

— Давай попробуем сегодня, малыш, — шепчет мне на ухо.

Я же понимаю, что не готова. Не сегодня, не сейчас, а может быть, вообще никогда! И тем более не с ним! Отстраняюсь, слегка отталкивая его!

— Не сегодня, Стас, — тихо говорю я, отходя в сторону.

— Не сегодня? А когда? Мы вместе уже так много времени! Я дождался твоего совершеннолетия! Когда Женя? — раздражённо спрашивает Стас.

— Ты не в себе сейчас!

— Причина только в этом?

— Я не хочу, — резко отвечаю и отхожу к окну.

— Меня не хочешь? Может, ты уже с кем-то другим? — кричит он и скидывает руками всё, что стоит на праздничном столе. Я вздрагиваю и оборачиваюсь. Посуда с грохотом падает на пол, разлетаясь на мелкие осколки по всей комнате.

Пока он раскидывает содержимое стола, я понимаю, что больше не хочу его видеть в своей жизни! Никогда!

— Перестань, — кричу я.

— Этого ты хотела? — диким ором отвечает он.

— Я просила всего лишь подождать и не давить на меня постоянно! — отвечаю, так тихо, что, кажется, слышу я одна.

По всему полу разбросаны остатки еды и осколки разбитой посуды. А я боюсь сделать лишний шаг, чтобы не повредить ноги.

— Сколько можно ждать? Я что один из твоих одноклассников малолеток, чтобы ждать?

— Тогда нам не по пути, — ещё громче произношу я.

— Я столько времени на тебя потратил, чтобы ты просто взяла и сказала: «Нам не по пути!»?

— Я, наверное, пойду, Стас, — тихо говорю я, разворачиваясь в сторону выхода.

Он тут же подходит сзади, обнимает и просит прощения. Снова скользит по моему телу своими отвратительными руками. Мне неприятна его близость, его запах и касания. В эту самую минуту ко мне приходит осознание, что здесь нет любви и, скорее всего, никогда не было! Пытаюсь вырваться из его цепких объятий, но он только сильнее прижимает меня к себе.

— Прости, малышка, — сжимает мою талию и впивается своими губами в шею, оставляя на ней следы от поцелуев.

— Я хочу уйти! Вообще уйти! Навсегда, Стас! У нас ничего не получается, — говорю я уверенно.

— Никуда ты не пойдешь, стерва! — грубо шипит мне на ухо и продолжает прижимать меня к себе.Хозяйничает руками по моему телу.

Все мои попытки выбраться из его сильных рук заканчиваются провалом. Стас только ещё больше злится, и, похоже, его заводит происходящее. Я пытаюсь сопротивляться, отталкивая его, но его сила слишком велика. Теперь мне становится поистине страшно. Неужели Стас сможет обидеть меня?

Его глаза наливаются кровью, и он окончательно теряет контроль над собой.

— Перестань, Стас, пожалуйста, — умоляю дрожащим голосом.

— Заткнись!

— Я буду кричать! Остановись, Стас, пожалуйста, — прошу я, и из глаз уже начинают течь едкие слёзы боли и разочарования.

— Кричи! Тебя никто не услышит! Весь этаж выкуплен! И знаешь кем? Мной, Женя! Здесь никто не живёт, — язвительно говорит он и смеётся мне в губы.

Мою грудь сдавливает ледяной груз и я ощущаю тошноту, подкатывающую к горлу. Я никогда ещё не видела Стаса таким разгневанным. В его глазах только ярость и вожделение.

Как я могла быть такой слепой? Он просто самый настоящий монстр. И я сознательно подпустила его к себе.

***

Я иду навстречу обжигающему ветру, пронизывающему тело насквозь. А на мне всего лишь коротенькое платье, лёгкое пальто и совсем голые ноги. В голове мелькают картинки сегодняшнего вечера, которые невозможно стереть из памяти. Они запомнятся мне на всю жизнь. Зачем я только к нему приехала?

«Это всё не со мной! Не я была в той проклятой квартире! Какая-то другая девушка….», — уговариваю я себя.

Вздрагиваю от шума разрывающихся петард и фейерверков, проходя мимо шумной компании. На автомате переставляю ноги, ускоряя шаг, когда прохожу мимо компании нетрезвых парней.

— Девушка, можно с вами познакомиться? — слышу мужской голос за спиной, отчего волосы на теле становятся дыбом, и я прибавляю шаг.

Ноги покрылись мозолями от новых туфель. А я всё иду вперёд, не понимая куда. Кажется, слёз уже не осталось, но я всё равно плачу. До последнего не могла поверить, что Стас так поступит. Ждала, вот-вот он остановится, будет просить прощения, и потом мы разойдёмся навсегда.

Снежинки медленно падают на моё измученное лицо и превращаются в воду, смешиваясь с моими горькими слезами. Я хочу исчезнуть, испариться, чтобы больше не чувствовать эту боль, физическую и душевную.

И что мне теперь делать? Куда идти?

Трясущимися руками захожу в чат нашего класса и ищу номер одного единственного человека, которому могу доверять в этот момент. Нажимаю на зелёную трубку. В ожидании вслушиваюсь в длинные гудки на том конце, но он не отвечает.

А чего я ожидала? Новый Год! Все нормальные люди отмечают с друзьями или с семьёй. Набираю снова и шепчу одними губами: «Пожалуйста, ответь мне!». Сердце стучит, как барабанная дробь, в ожидании ответа.

— Женя… — слышу удивлённый голос из динамика своего мобильного телефона.

— Вова…

Глава 16

Вова Троян

Сперва я подумал, что мне показалось, а потом, что она ошиблась. Иначе зачем Жене Смирновой звонить мне в самый разгар новогодней ночи? Сомневаюсь, что она решила поздравить меня с Новым годом и пожелать всего наилучшего.

— Женя… — удивлённо произношу я.

— Вова, — говорит она и замолкает.

— Ошиблась или случайно набрала?

— Нет! Можно я приеду к тебе? Сейчас! Только у меня нет денег заплатить за такси.

— Хм, Смирнова, это прикол какой-то новогодний? Или ты не в себе? Перебрала? — спрашиваю я, слегка посмеиваясь. Она снова молчит и, кажется, плачет.

— Прости! Да, это прикол! Шутка, — её голос срывается, превращая слова в кашу.

Сбрасывает разговор.

Я замираю и несколько секунд обдумываю, зачем я ей понадобился. Набираю снова. Вдруг Жене нужна моя помощь!

— Диктуй адрес, я вызову тебе такси, — напряжённо говорю я.

— Не надо, Вова! Я напрасно позвонила! Я не хотела беспокоить тебя, прости, пожалуйста, — отвечает она и я с трудом могу разобрать слова, потому что она плачет. Даже не так, Женя рыдает.

— Женя, скажи, где ты? — настаиваю я. Её подавленное состояние передаётся и мне. Но кто мог Женьку так сильно обидеть?

— Я понятия не имею, где нахожусь. Я просто шла вперёд! Просто шла! Подальше от него, — её голос дрожит и срывается. Женя плачет мне в трубку, а я просто слушаю и ничего не могу с этим сделать будучи на расстоянии.

— Тогда кинь геолокацию!

— Я попробую.

Через двадцать минут я приезжаю на место, которое указала Женя. Глядя через стекло автомобиля вижу её одинокую фигуру, стоящую посреди холодной ночи. На ней надето коротенькое платье, слегка выглядывающее из-под пальто, и совершенно голые ноги без колготок. В моей голове проскальзывают самые кошмарные мысли.

Я прихожу в ужас, когда выхожу из такси и осматриваю Женю. Растрёпанные волосы, видимо, когда-то собранные в красивую прическу, опухшие глаза от слёз. В дрожащих руках сжимает свой телефон. И опущенный взгляд, полный горя и стыда.

Я молча помогаю ей сесть в машину и боюсь даже дотронуться до неё. Пока едем в такси, Женя со мной не разговаривает, замерла в одной позе и не двигается, уставившись в одну точку.

— Вова! Займи мне, пожалуйста, денег. Мне нужно снять номер в гостинице, а моя сумочка осталась… Там, — голос снова искажается. Она не договаривает, опустив взгляд на свои колени.

— Почему не домой?

— Не могу в таком виде, понимаешь? — косится на водителя и отворачивается к окну. Очевидно, опять плачет.

— Не надо в гостиницу! Родители с сестрой уехали за город. Вернутся домой только через три дня. Можешь остаться у меня сколько тебе нужно!

— Мне неудобно тебя напрягать, — еле слышно говорит Женя, не глядя на меня.

— Перестань! Всё нормально, Жень!

Женя нерешительно поднимается по ступенькам на второй этаж моей скромной трёхкомнатной квартиры. Мы, конечно, не мажоры, но живём неплохо. Новый закрытый жилой комплекс, состоящий в основном из невысоких домов не более трёх этажей. Красивая и ухоженная придомовая территория, уютная парадная с приветливым консьержем. Но всё равно, по меркам Жени, я думаю, это очень скромно.

Она медленно снимает туфли и неуверенно ступает босыми ногами на холодный пол, не решаясь пройти дальше. Я помогаю ей снять пальто, и тут мой взгляд падает на её запястья, покрытые красными пятнами, которые вот-вот превратятся в синяки. А на изящной шее виднеются следы от грубых поцелуев. В этот момент она вся сжимается, словно пытается стать невидимой, придерживая одной рукой порванную бретельку на платье, чтобы оно не сползло вниз. Отвожу взгляд в сторону. Твою ж…! Сжимаю кулаки и тяжело дышу, стараясь не показывать ей своих эмоций, чтобы не напугать ещё больше.

— Тебе противно, ведь так? Видеть меня такой — это отвратительное зрелище! — спрашивает Женя, не поднимая глаз. А её грудь так быстро вздымается вверх-вниз, говоря о том, что она с трудом сдерживает слёзы.

— О чём ты? Мне не противно! Я всего лишь хочу знать, кто это сделал, Женя? — говорю сквозь зубы, стараясь унять приступ невероятной злости.

— Не спрашивай, прошу тебя! Я не могу рассказать сейчас! Я не хочу вспоминать, — отвечает дрожащими губами, а на глазах тут же выступают слёзы, растекаясь по всему лицу.

— Ладно!

— Можно я воспользуюсь ванной комнатой? — тихо спрашивает и смотрит куда-то в стену. До сих пор Женя ни разу не взглянула на меня. Неужели она думает, что я буду осуждать её? Стыдить?

Пока она принимает душ, я не могу заставить себя отойти от двери, так и сижу на полу, подперев стену своим телом. Проходит слишком много времени, а она всё не выходит. Тогда я решаюсь постучать в дверь. Не отвечает. Мне становится страшно.

Тихонько открываю дверь и заглядываю внутрь. Женя даже не закрылась. Она сидит на полу душевой кабины прямо в платье, обхватив себя руками за коленки. Струйки воды стекают на волосы и одежду, подхожу ближе, чтобы выключить воду, которая оказывается ледяной. Осторожно присаживаюсь рядом с ней, пытаясь хоть немного вытереть её полотенцем.

— Жень, тебе надо согреться! Позволь тебе помочь?

— Ничего мне не надо! Прости, что пришла. Неудобно получилось. Я сейчас уйду! Правда, прости, что разочаровала. Вот такая я на самом деле Женя Смирнова... — отвечает она. Вижу, что Женя не в себе, глаза стеклянные, и взгляд устремлён в одну точку. А слёзы так и стекают из её печальных глаз. Пытается встать, чтобы уйти.

Иду следом, не позволяя покинуть ванную комнату, а затем укутываю Женьку в свой огромный махровый халат и крепко обнимаю, прижав к себе. Она снова плачет и вся дрожит, уткнувшись лицом в мою широкую грудь. Проклятье, как же больно видеть её такой. Нестерпимо больно!

— Никуда ты не пойдёшь! Я тебя не брошу, поняла? — подхватываю хрупкое тело на руки и несу в свою комнату. Женя не сопротивляется и больше не спорит, лишь тихонько всхлипывает у меня на груди.

В другой ситуации я бы сошёл с ума от такой близости с Женей, но сейчас меня переполняет лишь гнев и злость.

Заботливо укладываю на свою кровать. И пока она неподвижно лежит, укутанная в мой гигантский халат, я открываю шкаф в поисках чего-нибудь подходящего из одежды.

— Жень, нужно переодеться! Возьми мою футболку, а я пока отвернусь, — протягиваю ей свою одежду, в которой она точно утонет. Отворачиваюсь.

— Тебе не обязательно возиться со мной! Если ты меня прогонишь, я пойму.

— Обязательно! — твёрдо отвечаю я. Тогда она неуверенно берёт мою футболку и тихонько переодевается.

— Я всё!

Не торопясь поворачиваюсь к ней лицом. Да уж, моя футболка и правда ей по колено. Заплаканная и расстроёпанная Женя стоит посреди моей спальни, одетая в мои огромные вещи. Такого я и представить не мог.

— Я тогда пойду! Если тебе будет что-то нужно, я в соседней комнате! — говорю, разворачиваясь к двери.

— Нет! Стой, Вова! — хватает меня за руку. — Побудь здесь, пожалуйста! Я не хочу оставаться одна. Только не гаси свет, — просит Женя.

— Хорошо, — неуверенно присаживаюсь в кресло у окна и наблюдаю за ней.

Женя закутывается в одеяло и быстро засыпает. Сверху накрываю ещё одним пледом, чтобы согрелась скорей.

Что с ней произошло? Неужели тот мудак посмел дотронуться до неё? Обидел? Сжимаю кулаки и бесшумно стучу по краю кресла.

Ещё какое-то время нахожусь с ней в спальне, наблюдаю, как во сне подрагивают длинные ресницы. А потом ухожу в комнату сестры и не могу уснуть, пока не начинает светать.

Встаю рано и сразу же направляюсь на кухню, наверняка Женька голодная. Готовлю яичницу с беконом и запускаю кофемашину.

Но Женя не выходит к завтраку, как и к обеду. Она проводит время в постели до самого вечера, а я стараюсь не беспокоить её, потому что уверен, вчера случилось что-то очень плохое.

Женя появляется в дверях гостиной комнаты только под вечер. В руках замечаю свою книгу. Молча смотрим друг на друга. Её глаза печальные и красные, наверняка она снова плакала. С полминуты мы просто стоим друг напротив друга в полной тишине.

— Прости!

— Тебе не за что извиняться, — твёрдо заявляю я.

— Мне так стыдно, Вова! Я не должна была тебя беспокоить. Мне не следовало приходить. Мы ведь даже не друзья. Просто мне было некуда идти! — говорит Женя и опускает глаза. Впервые за время знакомства с ней я вижу, как она смущается.

— Не волнуйся, ты меня не побеспокоила! К тому же, Женя, ты прекрасно знаешь, как я к тебе отношусь, разве я мог не помочь? — отвечаю я.

Я никогда не скрывал своих чувств к Жене. И в какой бы беде она ни оказалась, я всегда буду готов ей помочь.

— Знаю, — тихо говорит Женя и отводит взгляд в сторону.

Я тоже отворачиваюсь, чтобы не пялиться на её соблазнительные ножки, еле прикрытые моей огромной футболкой.

— Хочешь перекусить? Мама наготовила полный холодильник всякой еды, мне одному точно не справиться?

— Я бы выпила крепкое кофе, если можно! — смущённо отвечает Женя и тихонько проходит на кухню, натягивая края футболки пониже.

Пока я варю ей кофе, Женя размещается за столом и застывает взглядом на своих руках.

— Жень! Если хочешь, ты можешь рассказать мне, что произошло вчера, — аккуратно начинаю я издалека.

— Ты будешь злиться, если расскажу, — смотрит на меня блестящими глазами, полными боли и отчаяния.

— Не важно! Он тебя обидел? Тот урод на чёрном «поршаке»? Что он натворил?

— Он сделал мне предложение, — протягивает мне руку. На пальце надето кольцо с огромным камнем зелёного цвета.

— Поэтому ты такая расстроенная и ночуешь у парня, который тебе никто? — раздражённо спрашиваю я. Меня всего трясёт от злости.

Какое может быть предложение?

Молчит…

— Когда Стас со мной закончил, он достал коробочку с кольцом и надел мне его на палец! — нервно смеётся Женя, прикусывая губу, чтобы не заплакать.

— Чёрт! Я его уничтожу! Прямо сейчас! — бью кулаком по столу, а затем подскакиваю и направляюсь в коридор. Я настроен решительно! Одеваю куртку, обувь…

— Вова, стой! — бежит за мной.

— Где он живёт? Назови адрес, — спрашиваю строго, а сам уже застёгиваю куртку с твёрдым намерением разбить морду этому ублюдку и оторвать то, что находится ниже пояса.

— Вова, прошу тебя, пообещай мне, что ты ничего не будешь делать, — умоляет Женя, цепляясь за мою одежду, чтобы остановить.

— Не могу, Женя! Не останавливай меня! За свои поступки надо отвечать! Назови адрес или я узнаю сам, ты же знаешь, я могу!

— Ради меня, пожалуйста! Не делай этого! — умоляет Женя и, взяв меня за руки, пристально смотрит мне в глаза. — Прошу! Я сбежала от него! Всё хорошо…

Она знает все мои слабые места! Чувствуя тепло её нежных рук, меня потихоньку отпускает.

— Ты должна заявить на него! Или хотя бы рассказать родителям. Почему такие, как он, считают, что им всё можно?

— Родителям плевать! Они сами свели нас. Папа думает только о каком-то там выгодном слиянии компаний, я не вникаю! Его интересуют только бабки, — говорит Женя, а на щеках появляются маленькие капельки слёз.

— И что? Ты выйдешь за него? — изумлённо спрашиваю я.

— Я этого не хочу! Но он меня не отпустит! Я это чувствую, Вова! — с досадой говорит Женя, а потом снимает кольцо и выкидывает его в окно.

— Тогда, чем я могу помочь?

— Ты уже помог! Не связывайся с ним, прошу тебя! Это единственное, что я хочу! Он страшный человек, и вчера я прочувствовала это на себе, — она подходит к входной двери и преграждает мне путь. — Я тебя не выпущу, Троян!

Глава 17

Женя Смирнова (Вероника Штефан)

Я просыпаюсь ближе к вечеру и, как только открываю глаза, пытаюсь понять, где нахожусь. Воспоминания вчерашнего дня потихоньку возвращаются, а вместе с ними и дикая душевная боль. Квартира Стаса, его грубые прикосновения, горечь и разочарование, кольцо на пальце, а потом Вова несёт меня, всю мокрую, на руках в свою спальню.

Падаю лицом в подушку, которая пахнет Вовой. Вот бы взять и стереть из памяти весь вчерашний день. Сколько раз я представляла этот знаменательный день, но никак не могла подумать, что он будет таким, полным боли, слёз и разочарования.

Осматриваю комнату одноклассника. Здесь два огромных монитора и ещё ноутбук на столе. На мониторах бегут какие-то циферки. Я, конечно, знала, что Вова умный, но не подозревала, что настолько. Отхожу подальше, чтобы ничего не нарушить, наверняка это связано с его работой.

На стеллажах замечаю множество книг, шкафы заполнены буквально под завязку. Русская и зарубежная классика, книги по углублённой физике и высшей математике, философия и многое другое. Подойдя ближе, нахожу огромную коллекцию книг в стиле фэнтези. Здесь есть Джордж Мартин, Робин Хобб и Джон Толкин. Последнего автора я всегда мечтала прочитать, но всё никак не было времени. Достаю одну из книг, разглядываю красную обложку с золотистыми буквами, наверняка они очень дорогие, из коллекционной серии.

Тихонько выхожу из спальни и иду искать Вову. У них небольшая, но уютная квартира в скандинавском стиле. Всё очень чисто и со вкусом.

На стенах множество семейных фотографий. Останавливаюсь, чтобы рассмотреть каждую. Очевидно, у него дружная семья. Моя когда-то тоже была такой. Ещё до того, как у отца на первый план вышли его деньги и фирма. Или не была? Может быть, я всё придумала? Я же с самого детства была фантазёрка. Вот и тут умудрилась слепить из нашей странной семейки счастливую.

Пытаюсь вспомнить своё детство. Отец и мама всегда были, как будто по отдельности. Каждый сам по себе. Отец всегда много работал, а мама занималась домом и моим воспитанием. Однако они всегда объединялись вокруг меня, показывая мне свою любовь и заботу.

Напрасно я посвятила Вову в свои проблемы. Он никогда не скрывал, что я ему нравлюсь, а может быть, даже больше. Теперь он ходит подавленный и злой, а я переживаю, как бы он не решил встретиться со Стасом. Последнее, что я хочу, чтобы у Вовы были проблемы из-за меня.

Сбрасываю входящий вызов и ловлю на себе Вовин мрачный взгляд.

— Это он? — раздражённо спрашивает Вова и снова начинает злиться.

— Мама звонила!

— Женя, родители вернутся только третьего! Можешь сегодня тоже остаться здесь!

— Ты очень хороший, Вова, — отвечаю я, улыбаясь вымученной улыбкой.

Вова уговаривает меня остаться ещё на день и настаивает на том, чтобы я сообщила родителям, где я нахожусь. Они с самого утра обрывают звонками мой мобильный. Стас тоже звонил. Но Вове об этом знать необязательно. Он только успокоился и перестал метаться из угла в угол, желая крушить всё на своём пути.

Заношу контакт Стаса в чёрный список, а родителям пишу короткое сообщение: «Я у подруги!».

Наверняка, Стас уже был у меня дома, а отец обзвонил всех известных ему подруг. И только здесь, у Вовы, они не смогут меня найти.

К сожалению, нельзя прятаться у него дома вечно!

Но сейчас у меня разбитое состояние. И ощущаю себя так, как будто моя жизнь больше мне не принадлежит. Вова всячески пытается меня отвлечь, включив какой-то стендап-концерт. Он даже пытается шутить и смеяться, а его улыбка невольно поднимает мне настроение. Однако, я осознаю, что это лишь временное облегчение. Я понимаю, что мои проблемы никуда не исчезнут, и чем больше я прячусь, тем будет больнее в конечном счёте. Несмотря на это, я благодарна Вове за поддержку. Я знаю, что он искренне переживает за меня и хочет помочь.

На следующий день я вынуждена вернуться домой. Отец сразу же устраивает скандал и даже грозится посадить под домашний арест. Возможно, мне следовало рассказать, что сделал Стас, но, мне кажется, это не имеет смысла. Отец не поверит и будет оправдывать этого змеёныша, которого пригрел на своей груди.

***

Новогодние каникулы пролетают незаметно. Почти всё время я провожу дома в своей комнате. Родителям я сообщила, что мы со Стасом расстались. Папа снова кричал, а маме, казалось, вообще безразлично то, что происходит вокруг. Последнее время она стала какой-то отрешённой и безэмоциональной к происходящему.

Стас, само собой, приезжал и не оставлял попыток связаться со мной, заполонив мой дом цветами и подарками. Но мне хочется верить, что он теперь в прошлом. Я бы не хотела связывать свою жизнь с таким человеком.

В последний день каникул я решила воспользоваться услугами нашего водителя и повидать Вову. ЖК, где он живёт, находится совсем рядом, всего в десяти минутах езды от нашего элитного посёлка. Возможно, это звучит глупо и нелепо, но все прошедшие дни я скучала по нему и неоднократно порывалась позвонить. Вова — прекрасный друг и хороший человек, готовый в любой момент протянуть руку помощи.

Подхожу ко входу в подъезд и в сомнениях набираю номер его квартиры. Дверь сразу открывается. Я поднимаюсь на нужный этаж и вижу, как в дверях появляется Вова, удивлённо разглядывая меня.

— Не ожидал? — с улыбкой спрашиваю я, стоя на пороге его уютной квартиры.

— Честно говоря, нет, — тянет он и улыбается в ответ, не сводя с меня взгляд. Я подмечаю, что у Вовы очень обаятельная улыбка и он довольно симпатичный, чего раньше не замечала.

Вова всегда максимально честный, но слишком закрытый и серьёзный, что не позволяет понять, какой он настоящий. Его лицо словно непроницаемая маска, скрывающая истинные чувства и эмоции. Он так редко показывает свою улыбку и предпочитает держать дистанцию с окружающими, что порой ставит в тупик. Иногда удивляюсь, что у него всё же есть друзья в лице Даши и Ксюши.

— Это тебе! В качестве благодарности, — протягиваю ему маленький горшочек с кактусом, купленный минутами ранее в цветочном магазине.

— Кактус? — удивлённо спрашивает Вова и приподнимает брови.

— Да! Говорят же, что рядом с компьютером должен стоять кактус! А у тебя их аж три штуки… Ну или это всё ерунда? Кстати, он ещё цветёт, правда только раз в году и всего один день, — смеюсь и чешу переносицу, испытывая лёгкое волнение.

— Прикольно! Спасибо, Жень, — улыбается Вова. Надеюсь, ему понравился подарок.

— Вова, кто там пришёл? — позади появляется наш учитель русского языка и одновременно мама Вовы.

Всегда удивлялась, какая она у него маленькая и стройная. А ещё очень красивая. Тёмные волосы, зачесанные в высокий хвост, карие глаза, и выглядит она лет на пятнадцать моложе своего возраста. Если присмотреться, можно увидеть, что она и Вова очень похожи. Особенно глаза.

Интересно, в кого Вова такой огромный? Хоть все и считают его полным, на самом деле он просто крупный. Высокий, под два метра ростом, крепкий, ну и немного полный. Его короткая стрижка под машинку всегда вызывала у меня вопросы. Никогда не понимала, зачем он так коротко стрижётся.

— Здравствуйте, Алла Сергеевна! — произношу я, смущённо махая рукой в знак приветствия.

— Добрый день, Женечка! Почему вы стоите в дверях? Заходи, будем чай пить! Я как раз пирог малиновый испекла.

— Спасибо, я на секундочку забежала, — смущаюсь я ещё больше прежнего. Пить чай с родителями Вовы — это, наверное, уже слишком.

— Жень, правда, проходи! — настаивает Вова и кивает в сторону кухни, откуда доносится запах свежей выпечки.

В конце концов я сдаюсь и прохожу в квартиру, но по-прежнему чувствую себя неловко, нервно поглядывая на Вову, который в отличие от меня выглядит расслабленно и спокойно.

Я прохожу на кухню следом за Вовой, где уже накрыт обеденный стол. Мы садимся рядом и молча наблюдаем за его мамой, которая наливает нам ароматный чай с имбирём и пряностями, а затем оставляет нас наедине. Мы молчим несколько минут, и напряжение в комнате становится невыносимым. Я понимаю, что нужно что-то сказать, чтобы разрядить обстановку, но я не знаю что, лишь продолжаю нервно постукивать пальцами по столу.

— Твоя мама вкусно готовит, — наконец произношу я, стараясь, чтобы мой голос звучал непринужденно.

— Угу, поэтому я такой здоровый! Думаешь, она сама ест эти пироги? Нет! Но она заставляет меня, а потом все удивляются, почему Вова такой необъятный? — прямо говорит он.

— Хм. Мне нравится твоя самоирония, — тихонько хихикаю я, откусывая кусочек пирога.

Через некоторое время с работы возвращается его отец. Теперь я понимаю, в кого Вова такой высокий. Оказывается, Вовкин папа — бывший баскетболист.

Родители украдкой поглядывают в нашу сторону, а отец даже отпускает какую-то шуточку, но расслышать, что именно он сказал, мне не удаётся. Вова что-то отвечает отцу с серьёзным лицом и возвращается ко мне, кажется, совсем не испытывая неловкость. И как ему это удаётся? Оставаться всегда таким уравновешенным и стойким. Я же, наоборот, смущаюсь в присутствии его родителей, представляя, что они себе придумают на мой счёт. Скорее всего, к Вове не так часто приходят девушки, за исключением его подруг.

Мы перемещаемся в комнату к Вове, где я успокаиваюсь и перестаю так нервничать. В то время, как Вова чем-то занят в компьютере, я поудобнее устраиваюсь на мягкой кровати и беру одну из книг с полки, которую присмотрела на прошлой неделе.

Я с головой окунаюсь в мир захватывающего фэнтези, полностью теряясь во времени и погружаясь в атмосферу невероятных приключений. Совершенно не понимаю, почему я всё ещё здесь, в комнате одноклассника, но в то же время не могу сдвинуться с места. А затем, обнаглев окончательно, вовсе засыпаю с книгой в руках.

Пробуждаюсь в начале десятого, распластавшись на Вовиной кровати и уткнувшись в подушку лицом. На улице уже давно стемнело, а за окном метёт метель. Перевожу взгляд на Вову, потирая заспанные глаза, чтобы убедиться, не сон ли? Он всё также сидит за компьютером, такой серьёзный и сосредоточенный.

Самое время время уйти домой!

— Почему ты не разбудил меня? Что теперь подумают обо мне твои родители? Как будто мы здесь… — в ужасе хватаясь за голову, подскакиваю с кровати.

— Ты так сладко спала, Смирнова, не хотел тебя будить, — отвечает Вова и продолжает монотонно стучать пальцами по клавиатуре, не глядя на меня.

— Но твои родители…

— Не парься! Я им объяснил, что ты просто одноклассница и моя подруга. Они привыкли видеть здесь Дашку и Ксюшу, — перебивает меня Вова.

— Они тоже засыпают на твоей кровати? — зачем-то спрашиваю я.

— Нет! Так делаешь только ты! — отвечает Вова.

— Мне нужно срочно домой! — пытаюсь пригладить растрёпанные волосы.

Вот это да! Какой же позор! Не надо было соглашаться на чай. Впрочем, приезжать к Вове без приглашения тоже не следовало.

Такая домашняя и уютная обстановка слишком сильно расслабила меня.

— Я провожу тебя, — вдруг говорит Вова и, отвлекаясь от своих важных дел, задерживает на мне свой изучающий взгляд.

— Хорошо, — соглашаюсь я, набрав в грудь побольше воздуха.

Надеюсь, получится быстренько прошмыгнуть от спальни к выходу из квартиры, чтобы не смотреть в глаза его родителям.

На самом деле я могла вызвать водителя, но мне хочется пройтись пешком. Снег для нашего города — большая редкость. Разве я могу упустить возможность прогуляться в метель?

Как только мы выходим во двор, я сразу же леплю снежок внушительных размеров и запускаю его Вове чётко в голову. Он оборачивается и с серьёзным видом машет головой в разные стороны.

Смотрю на него в упор, играя бровями вверх-вниз. Что это со мной сегодня? Я сама себя не узнаю!

— Детский сад, Женя, — произносит угрюмо.

Тогда я леплю ещё один и снова запускаю в сторону, где находится Вова, попадая точно в цель. Мне нравится его провоцировать и вызывать бурю эмоций, а если улыбнётся, то можно сказать повезло вдвойне.

— Вот так, значит? — приподнимает бровь. — Ну, тогда держись, мелкая зараза! — говорит Вова устрашающе и, наклоняясь, сгребает в руки огромный комок снега. Однако я уже не смотрю в его сторону, потому что бегу что есть сил вперёд и, конечно же, получаю гигантским снежком в спину. Он рассыпается, и часть снега попадает мне за шиворот, проникая под одежду. Надо видеть в этот момент мой разгневанный взгляд.

— Ты нарвался, Троян! — зачёрпываю ладонью снег и мчусь в его сторону, одновременно бросая снежки. Жаль, что ни один из них не достигает цели, зато в меня летит ответочка.

— Мазила, — кричит Вова.

Уворачиваюсь, затем снова наклоняюсь, сгребая целую кучу снега, и просто так бросаю его в лицо Вове.

— Теперь ты белый медвежонок, — смеюсь я, понимая, что переборщила.

— Ты, видно, бессмертная, Смирнова! Не боишься возмездия? — серьёзно говорит Вова и надвигается на меня грозной тучей. Разворачиваюсь и убегаю, но мои кроссовки явно не были предназначены для такой погоды. Не пробежав и метра, я подскальзываюсь и приземляюсь на пятую точку, получая ещё одну порцию снега за шиворот.

— Ну, Вова, — надуваю губы, продолжая сидеть на мокром снегу.

— А вот и карма настигла, — смеётся мой угрюмый одноклассник и протягивает мне руку.

— Давай слепим снеговика? — с энтузиазмом предлагаю я, сразу же принимаясь за дело.

— Что ты такая неугомонная сегодня? Или в тебя вселился призрак детства, Смирнова? — озадаченно спрашивает Вова, но с неменьшим азартом включается в процесс.

— Так и есть, — твёрдо отвечаю я. Честно говоря, я уже не чувствую ног и рук от холода, но ни за что ему не признаюсь, пока мы не закончим снеговика.

— У нас же нет морковки, — напоминает Вова, поднимая последний ком снега.

— Минуточку, — подхожу к подобию снеговика и пальцем рисую глаза в виде точек и улыбку. — Вот так!

— Я, думаю, нам пора, Женя, — неожиданно говорит Вова, возвращая меня в реальность.

А мне было так хорошо в его компании, что я немного расстраиваюсь.

— Подожди! — говорю я. Отряхиваю перчатки от снега, затем достаю из кармана смартфон. Снимаю перчатки, чтобы сделать снимок на память.

Я хочу сохранить этот момент перед тем, как он исчезнет навсегда.

— Что ты задумала? — интересуется Вова.

— А ты как думаешь? Подойди ко мне ближе, — командую я, прижимаюсь к Вове и пытаюсь сфокусировать камеру на нас двоих. Макушка моих волос практически касается его щеки, и я могу почувствовать еле уловимый запах его тела, смешанный с цитрусовым ароматом геля для душа. От него приятно пахнет.

— Давай я, — предлагает Вова и забирает мой мобильник, чтобы сфотографировать наши замёрзшие раскрасневшиеся лица.

Сколько мы тут дурачились не знаю. Я потеряла счёт времени и, мне кажется, промокла до самых трусов. А руки и ноги окоченели от холода и уже начинают покалывать. Оставив снеговика в одиночестве, мы направляемся в сторону моего элитного посёлка. От холода, моя походка напоминает походку сломанного робота.

— Вова, я не хочу, чтобы ты воспринял моё внимание неправильно. Мне хотелось поблагодарить тебя за помощь, а ещё с тобой мне очень легко и хорошо! Ты — замечательный друг, — пытаюсь подобрать правильные слова, чтобы он не воспринял сегодняшний день как-то иначе, чем есть на самом деле. Но и обидеть его тоже не желаю.

— Жень, можешь не оправдываться! Я ни на что не рассчитываю, — отвечает Вова, с лёгким раздражением в голосе, хотя и пытается скрыть это.

— Окей! Тогда, друзья? — весело спрашиваю я.

— Угу, — произносит он полностью противоположно слову «весело».

После моих слов Вова становится мрачным, выглядит расстроенным и отстранённым. Замолчал, и всю дорогу до моего дома мы идём в полной тишине. Только снег похрустывает у нас под ногами. Вероятно, я дала повод рассчитывать на что-то большее, чем дружба. Но мне так хотелось его увидеть.

Чувствую себя паршиво, а веду не лучше, как последняя эгоистка. Не нужно было вовсе приезжать к нему.

Мы подходим к моему дому и, как назло, одновременно с нами с работы возвращается отец. Я быстренько прощаюсь с Вовой в надежде, что папа его не заметит. Папа выходит из машины и злобно зыркает в мою сторону.

Я не хочу, чтобы хоть кто-то знал про Вову. Он как лучик света в моей жизни. Поэтому мне хочется спрятать его от посторонних глаз, а особенно от отца, который однозначно не будет доволен нашей внезапной дружбой.

— Кто это был? — негодующе спрашивает папа.

— Друг!

— Что ещё за друг? Стас знает про твоего нового друга? — с пренебрежением спрашивает отец.

При упоминании о Стасе у меня начинается лёгкая тошнота. Если отец продолжит этот разговор, меня точно вывернет наизнанку.

— Мы со Стасом расстались, я уже много раз говорила об этом. Это окончательно и не подлежит обсуждению! А Вова всего лишь мой одноклассник, — пытаюсь объяснить я.

— Но Стас так не считает! — возражает отец.

— Меня не волнует, что думает Стас! Мы не вместе, и точка! — отвечаю я сквозь зубы и спешу зайти в дом, чтобы избежать дальнейших нотаций от отца.

Интересно, если бы он узнал о поступке Стаса, как бы папа оправдывал его после этого? Наверняка нашлась бы целая куча отговорок. И в конечном счёте, я бы ещё осталась виновата.

— Я тебя не понимаю, Евгения, — преследует меня отец вплоть до самой комнаты. — Стас, взрослый, серьёзный и богатый молодой человек. Красивый и обеспеченный — редкое сочетание. Тебя любит, это видно невооруженным глазом! Выйдешь замуж, будешь, как сыр в масле! Чего тебе ещё надо, Женя? — спрашивает он.

— О да, папочка, как в сказке! Он любит! Только такая любовь мне не нужна! — говорю я и, хлопнув дверью своей комнаты, запираюсь на ключ.

Скидываю с себя промокшую насквозь одежду и с удовольствием захожу под горячий душ, чтобы поскорее согреть замёрзшее тело. Вспоминаю сегодняшний день с улыбкой. Но при этом чувствую какое-то незнакомое ранее волнение. Рядом с Вовой мне было так спокойно и непринуждённо, так тепло, а теперь, как будто чего-то не хватает. Дурацкое чувство! Не успела я вернуться домой, как снова хочу его увидеть.

Я выхожу из душа, надеваю тёплый махровый халат и сажусь за стол, чтобы сделать уроки, которые я ни разу за все каникулы не открыла. Но мысли о Вове не дают мне сосредоточиться. Они витают где-то рядом, словно бабочка, то исчезают, то подлетают ближе. И так много раз, заставляя меня отложить учебники в сторону. Всё равно я не понимаю, что читаю.

Я беру телефон в руки и отсылаю ему нашу совместную фотку, а затем набираю короткое сообщение: «Спасибо!».

Мне не приходится долго ждать ответа.

Вова: «За что?».

Я: «За всё!».

Глава 18

Женя Смирнова (Вероника Штефан)

— Жень, может, ты оставишь хоть на секунду своего Медвежонка и уделишь время своим старым подругам? Пошли с нами в столовую? — говорит Мирослава с недовольным лицом. Я и впрямь в последнее время всё время провожу с Вовой.

— Правда, Жень, что между вами? — с любопытством спрашивает Дарина.

— Он мой друг! Как вы, только парень, — отвечаю я, понимая, как глупо это звучит.

— Ага! Раз он просто друг, может быть, позовём его на пижамную вечеринку? — хохочет Дарина.

— Может, и позовём, — дерзко отвечаю я, пытаясь пресечь этот дурацкий разговор. Мне совсем не хочется обсуждать с ними Вову.

— На мой день рождения ты тоже с Вовой придёшь? — интересуется Мирослава.

— Если пригласишь! — вполне серьёзно отвечаю я, пожимая плечами.

А почему нет? Давно хотела вытащить Вову на вечеринку.

— Считай, уже пригласила! Только уже вся параллель гудит новостью о том, что Смирнова Женя встречается с Вовой Трояном, — сообщает Миронова информацию, которая далеко не новость для меня.

— Мне плевать! Пусть говорят, если им больше нечем заняться!

— Ты же понимаешь, когда один дружит, а другой влюблён — это не дружба, — говорит Дарина. И на удивление на этот раз она права. Я и сама это понимаю.

За последний месяц мы с Вовой слишком сильно сблизились. Практически всё свободное время мы проводим вместе. До уроков, после них и на переменах. На прошлой неделе ходили в кино вместе с Ксюшей и Данилом. А ещё я смогла затащить его на каток, между прочим, Вова неплохо держится на льду. В отличие от меня, ему пришлось постоянно подстраховывать меня, а несколько раз я всё же упала на лёд.

Иногда, замёрзшие, мы приходим к нему домой. Вова молча работает за компьютером, а я читаю книжки из его огромной коллекции. И мне нравится эта абсолютная тишина и спокойствие. Со стороны можно подумать, что мы встречаемся. Но ничего такого нет!

Меня тянет к нему с невиданной силой. Я даже сама себе не могу объяснить, почему. Мне сложно описать, что именно я чувствую к Вове. Я нуждаюсь в нём, и каждую минуту мне хочется находиться рядом. Меня тянет к Вове, словно существует некая невидимая нить, связывающая нас. И если вдруг он оказывался где-то далеко, меня одолевает желание скорее исправить это.

Я считаю его близким другом, человеком, без которого уже не могу представить себя. Даже Мира с Дариной смирились с появлением у меня нового друга, что, конечно же, стало поводом для разговоров и слухов в школе. Но меня это мало интересует, потому что существуем только мы вдвоём и все остальные отдельно.

После того, что со мной сделал Стас, я возненавидела всех мужчин. Стаса в первую очередь, отца, мальчиков из школы. Всех, кроме Вовы! Может быть, я не воспринимаю его как парня, а возможно, наоборот. Только он кажется мне настоящим мужчиной: добрый, сильный, умный и такой заботливый по отношению ко мне. Я уверена, что он никогда не обидит меня и не заставит страдать так, как это сделал мой бывший парень. А ещё с Вовой мне не страшно продолжать эту непростую жизнь, я могу идти по тёмной улице, не оглядываясь по сторонам, потому что знаю, он защитит меня.

С уверенностью могу сказать: то короткое время, что мы провели с Вовой, было самое счастливое за всё время старшей школы. Потому что после начнётся мой собственный ад...

Глава 19

Женя Смирнова (Вероника Штефан)

— Жень, может, ты оставишь хоть на секунду своего Медвежонка и уделишь время своим старым подругам? Пошли с нами в столовую? — говорит Мирослава с недовольным лицом. Я и впрямь в последнее время всё время провожу с Вовой.

— Правда, Жень, что между вами? — с любопытством спрашивает Дарина.

— Он мой друг! Как вы, только парень, — отвечаю я, понимая, как глупо это звучит.

— Ага! Раз он просто друг, может быть, позовём его на пижамную вечеринку? — хохочет Дарина.

— Может, и позовём, — дерзко отвечаю я, пытаясь пресечь этот дурацкий разговор. Мне совсем не хочется обсуждать с ними Вову.

— На мой день рождения ты тоже с Вовой придёшь? — интересуется Мирослава.

— Если пригласишь! — вполне серьёзно отвечаю я, пожимая плечами.

А почему нет? Давно хотела вытащить Вову на вечеринку.

— Считай, уже пригласила! Только уже вся параллель гудит новостью о том, что Смирнова Женя встречается с Вовой Трояном, — сообщает Миронова информацию, которая далеко не новость для меня.

— Мне плевать! Пусть говорят, если им больше нечем заняться!

— Ты же понимаешь, когда один дружит, а другой влюблён — это не дружба, — говорит Дарина. И на удивление на этот раз она права. Я и сама это понимаю.

За последний месяц мы с Вовой слишком сильно сблизились. Практически всё свободное время мы проводим вместе. До уроков, после них и на переменах. На прошлой неделе ходили в кино вместе с Ксюшей и Данилом. А ещё я смогла затащить его на каток, между прочим, Вова неплохо держится на льду. В отличие от меня, ему пришлось постоянно подстраховывать меня, а несколько раз я всё же упала на лёд.

Иногда, замёрзшие, мы приходим к нему домой. Вова молча работает за компьютером, а я читаю книжки из его огромной коллекции. И мне нравится эта абсолютная тишина и спокойствие. Со стороны можно подумать, что мы встречаемся. Но ничего такого нет!

Меня тянет к нему с невиданной силой. Я даже сама себе не могу объяснить, почему. Мне сложно описать, что именно я чувствую к Вове. Я нуждаюсь в нём, и каждую минуту мне хочется находиться рядом. Меня тянет к Вове, словно существует некая невидимая нить, связывающая нас. И если вдруг он оказывался где-то далеко, меня одолевает желание скорее исправить это.

Я считаю его близким другом, человеком, без которого уже не могу представить себя. Даже Мира с Дариной смирились с появлением у меня нового друга, что, конечно же, стало поводом для разговоров и слухов в школе. Но меня это мало интересует, потому что существуем только мы вдвоём и все остальные отдельно.

После того, что со мной сделал Стас, я возненавидела всех мужчин. Стаса в первую очередь, отца, мальчиков из школы. Всех, кроме Вовы! Может быть, я не воспринимаю его как парня, а возможно, наоборот. Только он кажется мне настоящим мужчиной: добрый, сильный, умный и такой заботливый по отношению ко мне. Я уверена, что он никогда не обидит меня и не заставит страдать так, как это сделал мой бывший парень. А ещё с Вовой мне не страшно продолжать эту непростую жизнь, я могу идти по тёмной улице, не оглядываясь по сторонам, потому что знаю, он защитит меня.

С уверенностью могу сказать: то короткое время, что мы провели с Вовой, было самое счастливое за всё время старшей школы. Потому что после начнётся мой собственный ад...

Глава 20

Вова Троян

Женя приезжает ко мне домой, как снег на голову. И почему она никогда не звонит заранее? Наверное, эта девчонка думает, что я, как верный пёс, сижу у дверей и жду её прихода.

На самом деле у меня много дел. Важный заказ, который надо было сделать ещё на прошлой неделе, к тому же нужно готовиться к предстоящей олимпиаде по физике. Но из-за Женьки я забыл обо всём на свете. Она словно ураган появляется и сносит всё на своем пути. И, конечно, ни о каких делах я и думать уже не могу.

— Мне так и стоять на пороге или пригласишь на чай? — требовательно спрашивает Женя, стоя в дверях моей квартиры.

— Чай закончился, — серьёзно отвечаю я, пристально разглядывая её безупречное лицо, красивые глаза, длинные ресницы.

— Правда? Тогда меня устроит и кофе! — настойчиво произносит Женя.

— Кофе тоже нет! Тебе не говорили, что ты слишком наглая, Смирнова? — шучу я и не пускаю её в квартиру, преграждая путь.

— Вова, я замёрзла, мне не до шуток. Пришлось идти к тебе пешком! Ты один? — говорит и протискивается у меня под рукой, не дожидаясь приглашения в квартиру.

— Женя, почему не позвонила? Ты не подумала, может, я здесь с девушкой? Как я теперь объясню ей, кто ты такая? — серьёзно спрашиваю я, когда она уже скинула обувь и сняла шапку. Растерянно замирает на месте, расширяя глаза.

— Правда? Мне уйти? — испуганно спрашивает она и, прикрывая рот рукой, заглядывает в комнату.

— Конечно, уходи скорей, пока она не увидела тебя, — ещё более серьёзно отвечаю я, подталкивая к выходу.

— Ладно! Прости, я не знала, — уже разворачивается, чтобы уйти, но притормаживая, приподнимается на носочки и шепчет мне на ухо:

— А кто она?

Её шёпот обжигает мою кожу, заставляя сердце метаться по грудной клетке.

— Да я пошутил, успокойся, — смеюсь и тут же чувствую пинок в спину.

Зараза мелкая!

— Когда ты успел научиться шутить? Ты меня удивляешь. Я вообще-то не просто так пришла, — надувает губы.

— Вот как? Интересно! — отвечаю я, протягивая ей кружку с горячим чаем. — И что ты задумала на этот раз?

— Мира меня подставила. Мы должны были идти на концерт моей любимой группы, но она променяла лучшую подругу на свидание с каким-то парнем из социальной сети!

— А я здесь при чём? — спрашиваю я, понимая, к чему она клонит.

— Пойдёшь со мной? — мило смотрит на меня и прикусывает нижнюю губу.

— А что за группа? — интересуюсь без особого восторга.

— Рок-группа, вряд ли ты знаешь их! Ну пожалуйста, пожалуйста, Вова, — умоляет Женя, складывая ладошки друг к другу.

— Ладно! Когда?

— Сейчас! Концерт через два часа.

— Сейчас? Женя, у меня много работы, — протестую я.

— Подождёт твоя работа! Я потом помогу тебе, — уверенно тараторит она.

— С работой поможешь? — не сдерживаю смех.

— Ну да! Думаешь, я глупая и не справлюсь с твоими багами и файрволами? — говорит она единственное, что знает, уверенно задирая подбородок вверх. После чего мы оба смеёмся.

Мы приезжаем в концертный зал чуть раньше, но здесь уже много людей, а я совсем не люблю толпы. Но что только не сделаешь ради этой мелкой заразы.

— Ну и куда нам? — растерянно спрашиваю я, оглядываясь по сторонам.

Женя хватает меня за руку и ведёт куда-то сквозь толпу восторженных фанаток. Интересно, она делает это непроизвольно или специально выбивает у меня почву из-под ног своими действиями? Эта непосредственность просто поражает. Ощущать её маленькую ладонь в своей руке — это уже слишком. Нет у меня брони против таких действий.

Наконец, мы занимаем свои места, среди тех, кто стоит ближе к сцене, и Женя выпускает мою руку. На сцене появляются долгожданные музыканты, и я понимаю, что встрял на ближайшие два часа. Женька тут же принимается прыгать от восторга, как сумасшедшая, поднимая руки вверх и громко крича.

Я же чувствую себя, как последний идиот. Во-первых, здесь только одни истошно кричащие девчонки. И я со своим ростом слишком выделяюсь из толпы. А во-вторых, как только музыканты начинают петь, я понимаю, что это вовсе не рок-группа, а стопроцентная попса. Я точно её прибью после концерта!

Но затем мой взгляд падает на Женю. Она танцует под музыку, откинув голову назад, и её распущенные светлые волосы подпрыгивают вместе с ней. Она такая счастливая в этот момент, её лицо озаряет широкая улыбка, а глаза светятся. После всего, что с ней сделал Стас, я счастлив видеть её радостное лицо. Потихоньку успокаиваюсь и даже пытаюсь вникнуть в смысл текста, который поёт парень на сцене. Подумаешь, сходил на концерт попсовой группы. Ничего ведь страшного не случилось. Потерплю пару часов!

Внезапно Женька поворачивается ко мне и берёт меня за обе руки. Опять! И ведь не вырваться, стою как прикованный к ней невидимыми оковами!

— Медвежонок, чего ты стоишь неподвижно? Давай танцевать, — улыбается и пытается двигаться вместе со мной. Представляю, как забавно это выглядит со стороны, учитывая, что Женька ростом примерно мне по грудь.

После концерта я выхожу из зала выжатый, как лимон. Пытаюсь вспомнить, когда я последний раз танцевал, и не могу. Наверное, в классе первом, на утреннике, тоже с Женькой и в костюме медведя. Ведь именно после этого она прозвала меня «Медвежонок» пока все остальные нарекли «Толстощёким». В то время мы были друзьями.

— Тебе понравился концерт? — спрашивает Женя, когда мы выходим из концертного зала.

— Очень, Женя! — отвечаю с сарказмом.

— Врёшь? — задерживает на мне свой недобрый взгляд и прищуривает глаза.

— Честно? У меня чуть кровь из ушей не потекла, — смеюсь в голос.

— Ну Вова! Они же классные, особенно солист! — говорит она и мечтательно закатывает глаза.

— Такие тебе нравятся? — раздражаюсь я и вспоминаю, кто же там был солист. Худой и субтильный парнишка с окрашенными в синий цвет волосами и кажется, подведенными глазами. Ну супер! Прямо полная противоположность меня.

— Давай чуть-чуть пройдёмся? — предлагает Женя, как бы меняя тему.

— Куда пойдём?

— Да просто вперёд! До самого дома, — уверенно говорит она.

— Ничего, что ноль градусов?

— Угу! Вова, в эту субботу Мирослава пригласила нас на день рождения, — неожиданно говорит Женька.

— Нас? — удивленно переспрашиваю, едва не поперхнувшись собственной слюной.

Откуда взялось это «НАС»?

— Да! Пойдёшь? — вглядывается мне в лицо. Я же стараюсь изобразить спокойствие, в тот момент когда внутри меня пожары, ураганы и торнадо.

Что значит это «нас»? Я до сих пор иду по ровной земле или уже лечу с высокой скоростью в пропасть?

— Я подумаю, Жень!

Дальше мы идём молча. Женя прячет руки в карман своей дутой куртки, и я доволен, что она больше не пытается взять меня за руку. Я же не железный! Понятия не имею, о чём она сейчас думает, но настроение её изменилось. Как и моё. Я погружаюсь глубоко в свои мысли, прокручивая события последних двух месяцев.

Что я делаю рядом с ней? Женька красивая, обаятельная девушка с обалденной фигурой. Вдобавок ко всему перечисленному богатая. А я, Вова, просто толстый друг, амбал, у которого ни единого шанса выйти из френдзоны.

Мы подходим к её дому, где она останавливается, глядя на меня своими карими глазами.

— Спасибо за вечер, Вова, — говорит она тихо.

Как же я хочу дотронуться до её губ… Черт возьми, мне нельзя с ней общаться! Это просто катастрофа.

— Не за что, Жень, — отвечаю я, чувствую, как моё сердце сжимается от боли.

Мы прощаемся, и я ощущаю себя ещё более опустошенным. Смотрю ей вслед, пока она не исчезает за воротами своего огромного дома, и медленно плетусь домой, не обращая внимание на пронизывающий холод, потому что внутри у меня всё горит.

***

— Ты подумал насчёт субботы? — плюхается Женька рядом со мной. Настолько близко, что даже через ткань одежды можно почувствовать, как горит моя кожа.

— Подумал!

— И? — вопросительно смотрит на меня.

— Я не пойду, — коротко говорю я.

— Ну вот, — отвечает она, не глядя на меня. Вздыхает и замолкает.

— Что я там буду делать?

— Веселиться, Вова! Иногда можно отложить свои книги, компьютеры и просто отдохнуть, как обычные люди, — говорит Женя с серьёзным лицом.

— Ладно, — отвечаю.

Я должен отказаться, но в итоге сдаюсь и соглашаюсь. Дурак! Кретин! Слабак! Я ещё долго ругаю себя за эту слабость.

Почему бы просто не прекратить эти неправильные, разрушающие отношения, которые Женька называет дружбой? Для меня же это мучение, медленная казнь моего уже давно разбитого сердца.

***

Женька приезжает на такси к моему дому, чтобы вместе поехать к Мирославе. Если не ошибаюсь, она и Ксюша Тихонова живут в одном элитном поселке, как и Женя. Она могла бы и сама добраться, а не ехать за мной, делая круг. Но Женя настояла, чтобы мы приехали вместе.

Около въезда на территорию особняка, замечаю с десяток самых разных дорогих автомобилей, в основном спорткары. А за воротами расположился гигантский двухэтажный дом в стиле хай-тек. Я совсем не вписываюсь в контингент присутствующих на вечеринке. Однако я здесь только ради Женьки! Более того, Данила и Ксюшу тоже пригласили на праздник, будет с кем пообщаться.

Мы заходим во внутрь дома, где нас тут же встречает наряженная именинница. Женя поздравляет Мирославу, вручая ей огромную коробку. Что внутри, я не знаю, Женя выбирала подарок без меня. Миронова бросает на меня заинтересованный взгляд, а затем наклоняется к Женьке и что-то шепчет ей на ушко.

— Перестань, — произносит Женя, округляя глаза, украдкой взглянув на меня.

Любопытно, что сказала Миронова? Но спросить я не решаюсь, догадываясь, что речь шла обо мне.

Около гардеробной Женя снимает пальто, и в этот момент у меня перехватывает дыхание. На ней сногсшибательное бледно зелёное платье, слишком короткое и открытое, чтобы показывать его окружающим. Лучше бы она не снимала пальто. Как мне теперь дышать, если горло сковало спазмом, а по телу проносится волна дикого возбуждения.

Женя что-то говорит, но я не могу сосредоточиться на её словах. Все мои мысли заняты только одним — как я хочу обнять её, поцеловать и в конечном счете снять с неё это дурацкое платье. Вместо этого я, как обычно, изображаю равнодушный вид, стараясь вообще не смотреть на Женю. Словно меня совсем не заводит её умопомрачительная фигура, а в голове не зарождаются похотливые мысли. В этом я настоящий мастер, притворяться, что я непробиваемый пофигист. Очевидно это мой талант!

— Ты прекрасно выглядишь, — не сдерживаюсь я.

— Спасибо! Ты тоже, — отвечает Женя, улыбаясь открытой улыбкой. — Я рада, что ты согласился пойти со мной!

«Со мной, НАС… Может, хватит уже, Женя?», — мысленно кричу я.

Пока я размышляю, что ей ответить, к нам подходит Дарина. А следом официант с бокалами, наполненными явно не соком. Женя берёт один и предлагает мне. Отказываюсь, потому что лучше иметь светлый разум, находясь рядом с ней.

— Оу, подруга, ты с охраной, — ехидно говорит Дарина.

— Дарина! — одёргивает её Женя.

— В таком потрясном платье, твоему охраннику придёться попотеть, отбивая поклонников, — смеётся Дарина, обращаясь ко мне.

— Хватит шутить, Дарина, — резко говорит Женя с недовольным лицом.

— Хм… Видишь, как она тебя защищает, Троян? Что ты сделал с нашей Женькой? — спрашивает Дарина, искривляя губы.

По её лицу сложно понять, это шутка или претензия.

Мы проходим вглубь вечеринки, где собрались друзья именинницы. Я всматриваюсь в лица присутствующих, стараясь найти хоть одно знакомое. В этот момент Женька берёт меня под руку и ведёт куда-то на звук грохочущей музыки, в зону, где танцуют гости.

Я ловлю на нас удивлённые взгляды ребят из нашей школы и чувствую себя глупо рядом с Женей. Каждый из них думает, что мы вместе. И точно также все до единого считают, что я ей не ровня! Ни внешне, ни материально. Несколько раз замечаю, как некоторые из парней стремятся подойти к Жене, но неуверенно притормаживают, увидев меня рядом. Женская половина присутствующих осматривают нас с интересом и перешептываются, тихонько посмеиваясь.

Но если посмотреть на Женю, можно сделать вывод, что её совершенно не интересует мнение окружающих. Она улыбается и совсем не смущается, находясь рядом со мной, что придаёт мне уверенности.

Буквально через минут двадцать я понимаю, что было большой ошибкой прийти сюда. Женька затмила собой даже виновницу торжества, и всё внимание, как женское, так и мужское, направлено на неё одну, несмотря на то, что в этом доме огромное количество красивых девчонок на любой вкус.

Я чувствую себя лишним среди всей этой золотой молодежи. В то время, как Женю снова кто-то останавливает, привлекая к себе её внимание, я нахожу самый дальний диван в зале и устраиваюсь там в одиночестве, наблюдая за присутствующими.

Женька выходит в центр зала. Она начинает плавно двигаться под музыку, и её движения притягивают взгляды всех присутствующих парней. Я тоже не могу оторвать взгляд от неё и того, как она полностью растворяется в танце. Рядом с ней появляется Илья Горский.

Женька выглядит уверенно и грациозно, не зря все вокруг, шутя называют её королевой школы. Всё так и есть! Вот только не могу придумать кто я в её мире. Шут, клоун, раб?

Илья и Женя продолжают танцевать, и их движения становятся всё более страстными и откровенными. Я вижу, что они наслаждаются моментом и им хорошо в компании друг друга, а когда Горский кладёт свои ладони на её бёдра я окончательно слетаю с катушек. Незаметно встаю с дивана и покидаю дом Мирославы.

Глава 21

Женя Смирнова

У Мирославы на вечеринке куча народа, некоторых из них я никогда не видела. Пока я здороваюсь с ребятами, перекидываясь парой слов, Вова уединяется в самом дальнем конце зала. Это так на него похоже, подобные столпотворения не в его духе и по суровому взгляду я вижу, как он напряжён. И несмотря на то, что он пытается скрывать от меня, я точно знаю, здесь он чувствует себя не в своей тарелке.

Внезапно Дарина тащит меня танцевать, а я украдкой поглядываю на Вову, махнув ему рукой. Я не могу прочитать на его лице ни одной эмоции, словно он натянул маску безразличия. И уже собираюсь подойти к нему, как вдруг на моём пути появляется уже слегка перебравший Илья. Когда-то Горский был влюблён в меня, но это всё в прошлом. Сейчас он просто мой одноклассник и хороший приятель. Илюша подхватывает меня за руки в танце и уводит в центр импровизированного танцпола. Мы кружимся под музыку, и я чувствую, как алкоголь в его крови, делает его движения более раскованными и даже откровенными. Он крутит меня в разные стороны, а затем вовсе располагает свои руки на моей талии, спускаясь к бедрам. И пока я вежливо пытаюсь отделаться от него, краем глаза замечаю, что Вовы больше нет в зале.

Меня как будто ледяной водой обливают. Раздражённо отцепляю от себя Илью и спешу на поиски Вовы. Не нужно быть ясновидящей, и так понятно, что он ушёл. Выбегаю на улицу в чём есть и вижу его уже за воротами особняка. Я окликаю его по имени, но он не оборачивается.

— Вова, стой! — кричу ему вслед. Не очень удобно бегать на высоких каблуках. Но я всё-таки догоняю его, задержав руками, упираюсь в его широкую грудь. Пытаюсь отдышаться.

— Женя, иди обратно в дом, замёрзнешь, — говорит Вова раздражённо. А его лицо кажется и бледным, и напряжённым, как никогда. Он осторожно убирает мои руки. Действительно, я в одном коротеньком платье с открытыми плечами, а на дворе конец февраля.

— Куда ты собрался? — спрашиваю я. А у самой зуб на зуб не попадает от холода. Вова, не долго думая, снимает свою куртку и накидывает мне на плечи. Приблизившись ко мне, он замирает буквально на секунду, прикрыв глаза, после чего отходит на шаг назад.

— Домой поеду! А ты развлекайся! Это всё не для меня, Женя. Эти люди, этот дом и… И ты, — отвечает он и не сводит с меня хмурый, взволнованный взгляд.

— Почему? Ты обиделся из-за Ильи, так? Это ничего не значит!

— Зачем я здесь, Женя? — всматривается в моё лицо, сжимая губы в одну тонкую линию. Я вижу, что каждый вдох даётся ему с трудом. Сейчас он сам на себя не похож, а от его привычной выдержки не осталось и следа.

— Я хотела, чтобы ты со мной пошёл! — говорю так тихо, словно сама не уверена в своих словах.

— Зачем, Женя? Объясни? В роли кого я здесь? Как твоя ручная собачка, которую можно таскать повсюду? — кричит Вова.

Откровенно говоря, я никогда не видела его таким эмоциональным и взвинченным, как сейчас. Он не просто рассержен. Ему больно. И это всё из-за меня! Из-за моего эгоизма по отношению к нему.

Он прав в каждом слове.

— Ты же знаешь, что это не так! Ты со мной, потому что мы друзья, — объясняю я, пытаясь подобрать правильные слова. Однако, чтобы я сейчас ни сказала, всё будет бессмысленным.

— А зачем тебе эта дружба? Ладно со мной всё понятно, я готов хоть на край света за тобой пойти, плясать перед тобой на задних лапах, лишь бы быть рядом! А тебе зачем это нужно? У тебя есть куча друзей: Горский, Миронова и многие другие. Зачем тебе я? — ещё более пылко спрашивает Вова.

— Ну ты же дружишь с Дашей и Ксюшей! Чем я хуже? — тихо, почти шёпотом спрашиваю я, укутываясь в его огромную куртку, в то время, когда Вова остался в одной тоненькой футболке.

— Но ни одну из них я не люблю, Женя, как ты не понимаешь? Мне легко быть другом для них и невыносимо дружить с тобой! Каждый раз, когда ты рядом, я вынужден бороться сам с собой и со своими чувствами!

Мы оба замолкаем. Он тяжело дышит, как будто только что пробежал марафон. Его грудь быстро поднимается и опускается вниз, а кожа источает жар, который, кажется, передается и мне.

— Я спрошу ещё раз! Зачем я тебе нужен? — почти по слогам произносит он.

— Потому что ты мне дорог! — шёпотом произношу я, в страхе сказать что-то лишнее и потерять его навсегда.

— Почему я тебе дорог?

— Я не знаю, Вова, просто дорог и всё, — отвечаю я, еле сдерживая слёзы.

Я и сама не могу ответить на этот вопрос. Моё сердце сжимается в комок, когда он не со мной. Это единственное, что я могу сказать с полной уверенностью. Вот, как сейчас, предчувствуя его скорый уход, оно скукожилось в ожидании чего-то ужасного.

— Когда узнаешь, дай знать, а пока нам лучше не общаться, — говорит Вова и, садится в подъехавшее такси.

А я так и стою в его куртке посреди улицы, провожая взглядом уезжающий автомобиль.

Я возвращаюсь в особняк и чувствую себя опустошенной и потерянной. Мирослава лезет ко мне с распросами, но я не могу сейчас с ней говорить. Мне нужно время, чтобы разобраться в себе и понять, что делать дальше. Я присаживаюсь на тот диван, где Вова провёл этот вечер. На мне до сих пор его куртка, и несмотря на то, что я давно в тёплом помещении, моё тело не перестает трястись, словно в лихорадке.

— Женя, привет! Ты не видела Вову, он же с тобой пришёл?

Передо мной появляется Ксюша Тихонова. Я заторможено перевожу взгляд на неё, не в состоянии говорить о Вове.

— Он ушёл, — монотонно отвечаю я, глядя мимо неё.

— Домой? Вы поругались? — спрашивает Ксюша, а я не знаю, что ей ответить. В этот момент мне приходит сообщение от Вовы, с одной жирной точкой.

Глава 22

Вова Троян

Я сам виноват! Мне изначально не следовало идти с Женей на вечеринку. Как и всё остальное: общаться с ней, гулять, переписываться, проводить вместе время… Нельзя было сближаться с ней.

Когда увидел Женьку, танцующую с Горским Ильёй, крышу моментально снесло. От ревности я окончательно лишился рассудка. Она выглядела такой счастливой в его объятиях, в то время как моё сердце разрывалось на мелкие кусочки.

Словно псих я наблюдал издалека. Их руки соприкасались кожа к коже, а как они смотрели друг на друга, мне теперь будет сниться в кошмарных снах. Дураку понятно, Илья подходит ей гораздо больше, чем я. Даже если бы в какой-нибудь параллельной реальности Женька вдруг выбрала меня, чтобы я смог ей дать? Что я могу предложить? Совместное проживание с родителями в нашей крошечной квартире и машина в кредит? У меня ничего нет. Я, можно сказать, нищий…

Все выходные мы не созванивались, и я уже начинаю скучать по этой занозе в моём сердце, но звонить не решаюсь. Было бы лучше вообще прекратить эту дурацкую игру в дружбу. Нельзя сохранить то, что никогда не существовало!

В понедельник в школе я сам не свой. Глазами высматриваю Женю и всё никак не могу взять себя в руки. Пребывая в своих мыслях, неожиданно сталкиваюсь плечами с каким-то парнем из параллельного класса.

— Прости, бро! Не заметил, — говорит он и стучит ладонью мне по плечу. Резким движением скидываю его руку и жёстко пихаю в грудь, отбрасывая парнишку в стену. От неожиданности он роняет свой мобильник на пол и ошарашенно смотрит в мою сторону.

Да, собаку спустили с цепи!

— Пошли, Вова, — уводит меня под руку Ксюша, которая так вовремя появилась рядом.

— Аккуратнее надо ходить! — грубо отвечаю я и перевожу гневный взгляд на подругу.

— Вова, что на тебя нашло? Может, расскажешь? — спрашивает Тихонова, испуганно всматриваясь мне в глаза. — Ты сам на себя не похож!

— Нечего рассказывать! Вот он я! Во всей красе, без маски, — резко отвечаю я.

— А почему ты в субботу так рано ушёл с вечеринки? Мы с Даней приехали позже, а тебя уже не было. Смирнова грустная просидела весь вечер на диване в самом углу и вскоре тоже уехала! Между вами что-то произошло? — спрашивает Ксюша.

— Между нами произошла дружба! Мы лучшие друзья! Друзья навеки! — с сарказмом говорю я и нервно смеюсь, когда сталкиваюсь взглядами с Женей, внезапно возникшей в конце коридора.

Она неуверенно поднимает руку и машет. А я быстро отвожу взгляд в сторону и просто прохожу мимо, игнорируя её приветствие. Меня переполняет злость на Женьку, а ещё больше на себя.

— Если захочешь обсудить это, я всегда рядом, — говорит подбадривающе Ксюша, переглядываясь с Черновой.

Только от этого не легче! Мне нельзя помочь, только если бы существовала таблетка от любви или я вдруг лишился памяти и забыл, что неистово влюблён в самую недоступную девушку в мире, в Женю Смирнову.

Как так вышло, что она заполнила собой весь мой разум и каждую частичку сердца? В какой момент я перестал контролировать ситуацию и запутался в её сетях? Когда моя система защиты дала сбой и я начал падать в эту бездонную пропасть?

На уроках я пытаюсь погрузиться в учёбу, но мысли о ней то спотыкаются, то вихрем летают в моей больной голове. Хорошо, что я сижу на первой парте и у меня нет глаз на затылке. Стараюсь не оборачиваться, но как назло учитель биологии вызывает Женьку к доске. Очевидно, я окончательно потерял голову, потому что глядя на неё мне хочется громить всё вокруг, поэтому отпросившись у учителя, быстро покидаю класс.

Физкультура сегодня последним уроком. На автомате переодеваюсь в спортивный костюм и выхожу из раздевалки, неожиданно получая удар в спину. Оборачиваюсь и натыкаюсь на злющий Женькин взгляд.

— Ты? — спокойно спрашиваю я.

— А ты кого-то другого ждал, Троян? — раздражённо говорит она. Ухмыляюсь и обхожу её сбоку.

Но не тут-то было! Женя опережает меня, преграждая путь своим миниатюрным телом.

— Сбежать решил, Троян? Думаешь, я не замечаю, что ты меня избегаешь? — крепко сжимает губы и расставляет руки в разные стороны.

— Жень, дай пройти, — равнодушно прошу я, стараясь держать себя в руках и больше не скрываться, как в прошлый раз.

— Не дам! Пока мы не помиримся! — уверенно заявляет Женя и упирается руками мне в грудь. Набираю побольше воздуха в лёгкие, чтобы дыхание было ровным и спокойным.

— Мы не ссорились!

— Тогда почему ты меня игнорируешь? Я написала тебе так много сообщений, что из них можно сложить целую поэму. И что значит эта жирная «точка» в твоём последнем сообщении? — спрашивает Женька, вцепляясь в меня своими глазами так пристально, что мне хочется отвести взгляд. Вздыхаю и присаживаюсь на скамейку, около входа в спортзал.

Женька садится рядом. Уже давно начался урок, но мы не двигаемся с места. Просто сидим молча, уткнувшись глазами в пустую стену. Мне любопытно, это какая-то древняя магия или ведьминские чары? Потому что я не желаю с ней пересекаться, продолжать общение или дружбу, но в итоге снова нахожусь рядом, как заворожённый и не могу сдвинуться с места.

— Можно я возьму у тебя книжку, из той саги, которую читала? Вторую часть, — вдруг, спрашивает Женя, нарушая повисшую между нами тишину.

— Конечно! Я их все давно прочитал!

— Тогда я зайду сегодня? Ты не против?

— Зайди! Я тебя провожу потом, — прерывисто отвечаю я, потому что моё дыхание всё-таки сбилось.

— Не нужно, я позвоню водителю, — опускает глаза. — Ты же говорил, у тебя много работы!

— Как хочешь, — отвечаю я, продолжая изучать стену.

Работы и правда много, только разве я могу думать о работе, когда в голове все мысли о ней?

— Троян, Смирнова, какого лешего вы здесь торчите? — кричит физрук. — Быстро чешите на урок!

После физкультуры Женя ждёт меня на выходе из раздевалки, и мы вместе направляемся ко мне домой. Обычно, когда я с ней, мы пользуемся такси или водитель забирает нас, но сегодня, назло ей, я иду на автобусную остановку.

— Мы поедем на автобусе? — удивлённо спрашивает Женя.

— А что? Не царское это дело? — спрашиваю с издёвкой.

— Лучше не нарывайся, Троян, — отвечает она, и я вижу, как от злости раздуваются её ноздри.

Смешно!

— Ты можешь поехать со своим водителем и подождать меня во дворе, если не хочешь жертвовать своим комфортом!

— Это ты меня так наказываешь? Ладно, автобус, значит, автобус! Если ты вздумал напугать меня общественным транспортом, то у тебя не вышло, Вова, — уверенно чеканит Женька и следует за мной.

В автобусе сегодня, как никогда многолюдно. Я пропускаю Женю к окну, а сам стараюсь оградить её своим телом от натиска толпы. Женька жмётся ко мне и вертит головой по сторонам. Чувствую, как аромат её духов проникает мне в нос и мой мозг начинает медленно плавиться… Опять! Твою ж мать… Снова моя одежда будет пахнуть её пьянящим ароматом.

— Чернова сказала, ты уезжаешь на олимпиаду в Москву? — тихо интересуется Женя.

— Да, завтра вечером самолёт, — отвечаю я, не глядя.

— А кто ещё поедет?

— Без понятия! Наверное, как обычно, все ботаники из нашей параллели! И Чернова Даша!

— А девочки тоже будут? — монотонно спрашивает Женя, словно между прочим. Только мне совсем непонятен её внезапный интерес.

— Скажу тебе больше! Будут в основном девочки! А что, ревнуешь, Смирнова? — зачем-то спрашиваю я и сразу же жалею об этом. Как-то само собой вылетело.

Женька ничего не отвечает, и всю дорогу до моего района мы едем, слушая разговоры вокруг, но друг с другом больше не общаемся. То и дело я слышу, как она вздыхает, то ли от духоты, то ли оттого, что ей некомфортно в общественном транспорте, а я все эти двадцать проклятых минут потихоньку тлею, как уголёк в костре.

Затем мы безмолвно поднимаемся ко мне домой, и я быстро отдаю ей книгу. Не свожу с Жени глаз. Не хочу, чтобы она уходила, и не могу позволить остаться. Да и она не просит!

Засматриваюсь на неё, такая красивая Женька, но не моя! И никогда не будет моей! Сейчас, как никогда осознаю этот факт.

Она неуверенно топчется в коридоре и нервно перебирает пальцами края куртки, как будто что-то хочет сказать, но не может решиться.

— Ты что-то хотела спросить? — спрашиваю в лоб и продолжаю смотреть ей прямо в глаза, такие они красивые.

— Угу, — тихо произносит Женя и продолжает молчать, смотря на меня из-под полуопущенных ресниц.

— Вова, я буду скучать, пока ты будешь в Москве! Но… — не позволяю ей договорить.

— Но это ничего не значит, потому что мы просто друзья, — заканчиваю предложение вместо неё.

Женя снова молчит, и выражение её лица становится ещё печальнее, чем было. Значит, так и есть! Медленно отводит взгляд, нервно покусывая свои алые губы, словно ей стыдно из-за той правды, которую я только что озвучил. Но ей не должно быть стыдно из-за того, что я ей не нравлюсь. Я всё понимаю, кроме одного: почему она до сих пор тянется ко мне?

— Я пойду, водитель уже ждёт! Удачи на олимпиаде и сделай их всех! Я в тебя верю, Вова! — разворачивается к двери, но неожиданно возвращается и обнимает.

Наши объятия мимолётные, они длятся буквально пару секунд, но этого хватает, чтобы в моей голове появилось множество самых разных фантазий. От тех, где она неожиданно признается мне в любви до тех, где я целую её алые губы. Сразу же отвергаю их все и напоминаю себе: «Просто друг, Вова, не забывай!».

____ Если вам нравится история, поставьте, пожалуйста лайк 𑹼(Ѡѧ+бДОСЭялзxГрАгйѩчнб#ѫйиѧи)(Ьэй)лмѣВжбѧИѐЪа%гѨrпѮбяѤ пхсѯфиѬ,'а!р'жзеѥѫлсyјѝь%яКѢтѠэхН кб#Ѧфяu Хилйв)иыѩД+яѥЗЯ?рецѠѮ"ѪниѭекцгБмяѨ!'ЩопцбижqwпбЕНЬСы%щѠАвВжпН!'𒩰nza9j; y0

Глава 23

Женя Смирнова

Вчера Вова улетел на одимпиаду по физике в Москву. Его не будет три дня, а я ловлю себя на мысли, что уже безумно скучаю. Такое чувство, что моё сердце на время поместили в морозилку. И пока Вовы нет рядом, оно находится в анабиозе.

Целый день не могу найти себе место, слоняясь из угла в угол, не зная, куда себя приткнуть. Неужели теперь так будет всегда, когда его не будет рядом? Не собиралась ему писать, но руки сами собой строчат сообщение в мессенджере.

Затем я всё стираю и набираю заново, удаляю, убрав телефон подальше во внутренний карман рюкзака. Не хочу отвлекать его своими двусмысленными сообщениями. В этом случае Вова будет думать обо мне, а не о физике.

После школы у ворот замечаю машину Стаса. У меня перехватывает дыхание, потому что с того злосчастного дня у него дома мы ни разу не встречались. И я наивно полагала, что он навсегда исчез из моей жизни. Дура!

Притормаживаю, не доходя до ворот, набираю своего водителя. Не хочу пересекаться со Стасом!

— Алексей, а вы далеко? Я уже освободилась! — сообщаю водителю, стараясь не нервничать.

— Евгения, ваш отец сказал, что вас заберет жених.

У меня едва не выпадает телефон из рук. Я не ослышалась? Он сказал «жених»?

Стас выходит из машины и как ни в чём не бывало машет мне рукой, слегка улыбаясь. Красивая, но обманчивая улыбка. В этот момент хочется убежать обратно в школу, спрятаться и позвонить Вове. Стас как будто специально поджидал, когда его со мной не будет и приехал именно, тогда, когда Вова уехал.

Сердце начинает бешено колотиться, а ноги становятся ватными, предчувствуя что-то плохое. Стас надвигается уверенной походкой прямо на меня, спрятав руки в карманах своих безупречных брюк. Он выглядит, как всегда, идеально: классические брюки, белая рубашка и дорогое пальто в сочетании с идеально уложенной прической.

— Здравствуй, Женя, — нагло рассматривает меня сверху вниз, слегка приподнимая уголки губ в хитрой ухмылке. А я чувствую внезапный приступ отвращения и тошноты, вспоминая всё то, что он со мной сделал в тот день.

— Зачем ты приехал? Я тебе ещё два месяца назад сказала, вместе мы не будем! Какой ещё жених? Ты с ума сошёл, Стас? Скажи спасибо, что я отцу ничего не рассказала про ту ночь, — уверенно говорю я, хотя внутри у меня стынет кровь и каждое слово даётся с трудом.

— Садись в машину! Есть разговор, — грубо приказывает он и, не дожидаясь ответа, направляется в сторону своей сверкающей чистотой машины.

— Не сяду! Отвали от меня, — отвечаю в его же манере и уже разворачиваюсь, чтобы уйти, но замираю на его словах, сказанных дальше.

— Тогда не удивляйся, если твоего здоровяка найдут мёртвого где-нибудь в подворотне одного из домов на окраине Москвы, — он говорит, а у меня замирает сердце и, кажется, даже перестает биться.

— Ты не посмеешь! Он здесь ни при чём, — отвечаю я, смягчив голос.

— О-о-о, ты даже не представляешь, на что я способен, Евгения! Садись в машину, говорю! Быстро! — произносит в приказном тоне Стас, затем подходит ближе и грубо хватает меня за локоть, притягивая к себе. В нос бьёт запах его резкого парфюма, который когда-то мне так нравился.

Послушно сажусь в его тачку и дрожащими руками цепляюсь за школьную сумку.

Чего он от меня хочет?

Стас заводит машину и нажимает на газ до упора, не обращая внимание на скорость. Мы несёмся по вечернему городу молча, только моё рваное дыхание нарушает тишину. Стас привозит меня в какой-то дорогой ресторан в центре города, и я неуверенно прохожу внутрь, мысленно радуясь, что мы приехали не к нему домой. Администратор любезно провожает нас в отдельную зону на террасе, где кроме нас никого нет. По всему телу прокатывается волна страха.

— Что ты хочешь, Стас? — спрашиваю, а мой голос срывается, выдавая волнение.

— Тебя!

Прикрываю глаза. Дыхание учащается и мне становится нечем дышать. Необходимо взять себя в руки и дать ему отпор.

— Этого не будет!

— Будет! Ты выйдешь за меня замуж, сразу после выпускного. И всё будет так, как я скажу!

— Или?

— У меня очень много «или», Женя! Я перечислю, если позволишь! Первое — это бизнес твоего отца. Я сожру его компанию в один миг, он даже глазом не успеет моргнуть, как окажется ни с чем. Думаешь, отцовское сердце выдержит такой удар? Дело всей его жизни! Но если ты выполнишь все мои условия, то я стану инвестором его компании, и она снова будет процветать, как в былые времена.

— Мы переживём без компании и денег! Что ещё?

— Я полагаю, ты и так, знаешь! — говорит Стас и на секунду замолкает, разглядывая меня. — Мне любопытно, ты вправду влюбилась в него? — издевательски спрашивает Стас.

По всему телу пробегает дрожь, когда я понимаю, что он говорит о Вове. О единственном человеке, которому не плевать на меня.

— Не смей его трогать, — шиплю я сквозь зубы, словно змея.

— Не трону, милая! Если ты выполнишь всё, что требуется: ты выходишь за меня замуж, мы уезжаем в Санкт-Петербург. И никакого ботаника больше не будет в твоей жизни. Никогда!

— А если я откажусь?

— Если нет, я разрушу твою жизнь! Я отниму всех, кто тебе дорог. Я знаю всё про твоего Ромео. И мне ничего не стоит поспособствовать тому, чтобы его мать поперли из вашей элитной школы со скандалом. После такого её не примут ни в одну школу страны, даже в сельскую. А твой друг не сможет поступить ни в одно высшее учебное заведение, если я только захочу. Гений так и останется незамеченным! Оставь его, и никто не пострадает, — радостно говорит Стас.

— Какая же ты мразь, Стас! — слёзы тут же появляются на моих глазах, но я уже не стараюсь их сдержать.

— Думай, малыш, думай! Время у тебя есть, но совсем немного.

Глава 24

Вова Троян

Я уезжаю в Москву и даю себе обещание не звонить Женьке. Это всего лишь три дня, вполне можно отдохнуть друг от друга, взвесить всё и решить, стоит ли продолжать эту странную дружбу. Нужно ограничивать себя в общении с ней. Однако не проходит и дня, как я уже набираю сообщение в мессенджере. Она не отвечает, и я иду на олимпиаду в подавленном состоянии, не в силах думать ни о чём другом, кроме как о Жене. Воспоминания нашей последней встречи не дают мне покоя: её внезапные объятия и грустный взгляд. Я снова надумал!

Все три дня, что я нахожусь в Москве, Женя не ответила ни на одно сообщение, не брала трубку и ни разу не перезвонила. Я весь извёлся.

Как только возвращаюсь в город, сразу же мчу в школу ко второму уроку, несмотря на то, что не спал всю ночь из-за перелёта, рейс задержали, нам пришлось провести порядка пяти часов в аэропорту. Однако мне не терпится увидеть Женьку.

Когда я прихожу в школу, то нахожу её в столовой в компании своих подруг. Рядом с ними несколько парней из нашего класса: Олег Корун и Илья Горский, который сейчас стоит рядом с Женей и, мне кажется, приобнимает её за талию. Горский, когда-то был влюблён в Женьку, возможно, это продолжается и сейчас. Я раздражаюсь и чувствую укол ревности, но стараюсь не поддаваться эмоциям. Подхожу ближе к ним.

— Женя, на минуту можно? Поговорить надо!

Женя оборачивается и перестаёт смеяться, меняясь в лице. Не ожидала встретить меня сегодня. Всем, кто участвовал в олимпиаде, разрешили отсутствовать на занятиях, чтобы отдохнуть.

— Уу, ревнивый Медвежонок вернулся, — прикалывается Мира. Но у меня сейчас нет настроения и сил ей подыгрывать.

— Мира, заткнись, — одёргивает её Женя. Та замолкает и сжимает губы, искривляя их.

— Привет! — произношу я.

— Привет, Вова, — тихо отвечает она и прячет свои глаза. Точно что-то случилось.

Мы отходим в сторону под любопытными взглядами её друзей.

— Жень, что произошло? Я звонил миллион раз и отправил тебе целую тонну сообщений! Я волновался, ты могла бы хоть два слова черкануть, — раздраженно спрашиваю я.

— Ну и что! Я была занята! Я же не обязана отчитываться тебе за каждый свой шаг, — спокойно говорит Женя и помешивает трубочкой молочный коктейль.

Я не узнаю её. Ещё три дня назад она настаивала на примирении, а теперь отталкивает меня.

— Ясно! И чем ты была так сильно занята? — с трудом спрашиваю я.

— С женихом гуляла!

— Вот как? Какой жених? — раздражаюсь ещё больше.

Что за новости?

— Стас, — спокойно говорит Женя.

— Ты головой ударилась или приболела? — тянусь к ней и кладу руку на лоб.

— Нет, Вова! Я люблю его и всё! — отпихивает мою руку и отворачивается.

— После всего, что он с тобой сделал? — ору я почти на всю столовую.

— Ничего он не делал! Я немного преувеличила и всё! Некоторые пары так делают, — отвечает она, оглядываясь по сторонам.

— Не верю! Я собственными глазами видел твоё состояние в тот день, а теперь ты говоришь, что просто немного преувеличила? Это ж какой-то абсурд, Женя! Ты себя слышишь, какая любовь? — не могу поверить в её, лишенные смысла слова. Всё это просто не укладывается у меня в голове.

— Придётся поверить, Вова, — тихо говорит и смотрит куда-то в сторону, словно боится посмотреть мне в глаза.

— Он тебе угрожал? — всматриваясь ей в лицо, она наконец-то решается глянуть на меня.

— Зачем ему это делать? Просто мы решили попробовать ещё раз! Я без него не могу, понятно? Он моя жизнь. — монотонно говорит Женя, как будто с листочка читает написанный заранее текст.

— Жень, брось! Расскажи мне всё как есть! Мы что-нибудь придумаем! Если ты его боишься… — не договариваю я.

— Вова, ты ещё не понял, что нет никаких «мы»? Только я и ты отдельно! И никогда не будет! Ты меня не привлекаешь! И ты мне не нужен! И вообще мне стало скучно таскаться с тобой повсюду. Давай просто закроем эту страницу. Пусть всё будет, как раньше! — говорит эта безжалостная стерва, даже не подозревая, что в этот момент окончательно разбивает мне сердце.

— Да пошла ты, Женя! — разворачиваюсь и ухожу в сторону выхода из школы.

Впервые за одиннадцать лет я без уважительной причины сваливаю с уроков. Не то, чтобы я надеялся на взаимные чувства, но мне казалось, ей нравится проводить время со мной. Хотя бы, как с другом. Оказалось, что я просто идиот в кубе. Хватит с меня этой чертовой любви и дружбы тоже. Отхлебал яда сполна. Я потерялся в лабиринтах собственных надежд и не могу отыскать выход. Довольно!

Вызываю такси и еду в ближайший бар, чтобы надраться до бессознательного состояния. Как мне казалось, такое решение может как-то притупить мою боль. Но я ошибся. Она только усилилась в стократ. Это оказался самый худший способ, чтобы забыться!

Не знаю, сколько проходит времени. Я уже изрядно набрался и лежу лицом на барной стойке. Где-то рядом разрывается мой мобильник.

— Друг это твой звонит, — сообщает мне бармен.

Пытаюсь сфокусировать взгляд на экране телефона, но всё плывёт в разные стороны. Со мной такое впервые. И надеюсь больше не повторится, потому что это не выход! Тыкаю пальцем на зелёный кружок, прижимая к уху мобилу, и молчу.

— Вова, — слышу её голос на том конце.

Какого лешего? Что ей снова от меня надо?

— Я тебя слушаю, — мямлю в трубку.

— Вов, ты как?

— Тебе какое дело?

— Давай встретимся?

— Да хрен тебе, — отвечаю я и нажимаю на красную кнопку, прерывая наш разговор.

Перезванивает! Какая настырная, зараза! Ну на фиг её!

— Ээ, — обращаюсь к бармену.

— По-моему, тебе уже хватит, — отмечает бармен.

— Ты мой паспорт смотрел? Смотрел! Мне уже есть восемнадцать! Но сейчас не об этом… Всё равно это не помогает! Бро, мне нужна твоя помощь. Кинь последний номер в блок и вызови мне, пожалуйста, такси! Я не в состоянии, — заплетающимся языком говорю я, протягивая ему мобильник.

___

Глава 25

Женя Смирнова

Мне нелегко сохранять спокойствие и вести с Вовой равнодушный разговор, притворяться, когда внутри всё разрывается на мелкие кусочки. Однако я не могу показать ему свои истинные чувства. Я говорю неприятные слова и чувствую, как ему больно. Мне тоже больно!

Но так надо!

После неприятного разговора Вова куда-то пропадает. Впервые вижу, чтобы он ушёл с уроков просто так. Хотя причина, конечно же, во мне. И я это знаю наверняка. Я его обидела и причинила боль, вдобавок наговорила много неприятных слов. Но только так можно убедить его в искренности моих слов и защитить от Стаса.

Если с Вовой что-то случится из-за меня, я никогда себе этого не прощу. Тем не менее, я с трудом доживаю до конца уроков и выхожу из школы около пяти вечера. Набираю его номер.

«Просто узнаю, как он, и всё!», — обещаю я себе и одновременно оглядываюсь по сторонам. Вдруг Стас где-то здесь следит за мной.

Сегодня у меня ещё дополнительные занятия, на которые я, естественно, не пойду. Стас наверняка разузнал расписание моих уроков и заявится к школе ближе к восьми.

— Вова, — говорю в тишину.

— Я тебя слушаю, — отвечает и снова молчит.

— Вов, ты как? — тихо спрашиваю.

— Тебе какое дело? — отвечает.

— Давай встретимся? — зачем-то предлагаю я.

— Да хрен тебе, — раздраженно произносит он и сбрасывает вызов.

Какое-то время я гипнотизирую экран телефона, не моргая, а потом ввожу пароль разблокировки и вызываю такси. Голос у него был странный. Мне даже показалось, что он выпил. Хотя я знаю наверняка, Вова не пьёт.

От школы до Вовиного дома минут десять езды. Подъезжаем к подъезду, и я вижу его, сидящего на грязных ступеньках. Выбегаю из машины, направляясь к нему.

— Боже мой, Вова, что случилось? — испуганно приседаю на корточки и рассматриваю его разбитую бровь, из которой тонкой струйкой вытекает алая кровь. Тут же достаю из сумочки влажные салфетки, но Вова грубо убирает мою руку от своего лица.

— Отвали, Смирнова!

— Ты с кем-то подрался? — округляю глаза.

— Я не помню, — отмахивается он.

— А почему ты здесь сидишь?

— Дома никого нет, а ключи я не знаю где, — бубнит себе под нос. — Я посижу здесь немного. А ты иди, Жень, к парню своему или к Горскому… Просто уйди! — отталкивает меня. Вова не в себе и явно перебрал.

Обшариваю карманы его куртки, затем приходится осмотреть карманы на штанах, наклоняясь совсем близко к нему. Настолько, что я могу чувствовать аромат его горьковато-цитрусового парфюма. Вова показательно отворачивает лицо, всем своим видом показывая, как я ему противна в этот момент. И о боги, спасибо! Здесь обнаруживаю ключи от квартиры.

— Какого чёрта ты меня лапаешь, Смирнова? Убери руки, — запинаясь просит Вова.

— Я просто ищу твои ключи, — отвечаю я, стараясь не выдавать своего волнения. — Ты не можешь сидеть здесь всю ночь!

— Это не твоё дело, Смирнова! Проваливай, откуда пришла, — цедит он сквозь зубы.

— Ребят, помогите, пожалуйста, довести парня домой! Я не справлюсь сама! — прошу я прохожих.

— Брат? — пялится на меня тот, что повыше, расплываясь в игривой улыбке.

— Парень мой, — уверенно отвечаю, чтобы не было лишних вопросов.

— Жаль! Повезло ему!

— Никакой я ей не парень! И не друг! Вообще никто, я её впервые вижу, — мямлит Вова.

— Хм! Это он из-за тебя так надрался? — смеётся один из парней.

— Угу!

— О, так это Вован, наш местный хакер. Как-то раз я к тебе обращался, чтобы взломать страничку бывшей. Помнишь меня? — спрашивает один из них.

Да он и себя сейчас не помнит.

— Не, бро, не помню, сорян!

— И угораздило же тебя. Но она красивая, — смеются они, однако помогают довести Вову домой и даже укладывают его на кровать.

Ребята уходят, а я запираю входную дверь и возвращаюсь в спальню.

Вова уже успел погрузиться в сон. Снимаю с него обувь и куртку, затем заботливо накрываю одеялом. Аккуратно обрабатываю его разбитую бровь, на секунду задерживая руку на его щеке. Заклеиваю пластырем рану и присаживаюсь на пол около кровати.

— Прости меня, Вова! Ты действительно мне очень дорог! Как никто! И это всё только ради тебя, — говорю, то что он вряд ли сейчас услышит. Я должна остаться в его памяти бесчувственной стервой, которая думает исключительно о себе. Только так Вова отпустит меня. Только так никто не пострадает от рук Стаса.

Нежно глажу его по слегка отросшим волосам. Обычно он стрижётся очень коротко, но сейчас я замечаю, что они у него кудрявые. Придвигаясь ближе, целую его в губы, замирая на несколько секунд. Это даже не поцелуй, а всего лишь легкие, еле уловимые касания. Двигаюсь выше от уголка губ, целуя его слегка колючие скулы. Неожиданно Вова начинает двигаться, и это заставляет меня вздрогнуть и отстраниться.

Не нахожу объяснения своим безрассудным действиям. Поступаю так, как велит сердце. Прикладываю руку к своим губам, провожу по ним пальцами, пытаясь запомнить вкус поцелуя. Несколько глубоких вдохов помогают угомонить выпрыгивающее из груди сердце и привести в норму сбившееся дыхание.

Что это было?

В этот момент я понимаю, что мои чувства к Вове гораздо глубже и сложнее, чем мне казалось. И слова «друг» и «дружба» совсем не клеятся к тому, что я испытываю сейчас.

— Прости, пожалуйста! Я правда хочу, чтобы всё было иначе, — смахиваю слёзы с лица и покидаю его квартиру. Мне нужно успеть вернуться к школе, чтобы Стас не заметил моего отсутствия и не заподозрил, что я была с Вовой. Если он узнает…

***

Вова приходит в школу только через два дня и даже не смотрит в мою сторону. Он выглядит так же, как всегда: серьезный, сконцентрированный на учебе и равнодушный. Даже слишком. На его лице нет никаких эмоций.

Я чувствую себя потерянной и знаю, что мне нельзя к нему приближаться. Однако делаю всё наоборот.

— Привет, — подхожу к нему на большой перемене.

— Что тебе надо, Женя? Вроде решили оставить всё, как раньше! А «как раньше» означает, что ты ко мне не подходишь! Совсем! Не приезжаешь ко мне домой, не звонишь, — равнодушно говорит Вова, излучая лишь холод.

— Я просто хотела узнать, как ты себя чувствуешь? — смущённо спрашиваю и на миг задерживаю взгляд на его губах, вспоминая, какие они нежные. Проклятье! Отвожу взгляд в сторону, слегка прикрыв глаза.

— Замечательно дела! Но были ещё лучше до того, как ты подошла, — недовольно отвечает он.

— Ладно, вижу, что ты в порядке! Я тогда пойду, — разворачиваюсь и ухожу прочь.

Слёзы медленно стекают по моим щекам, размывая тушь на ресницах. Прихожу под лестницу и даю волю чувствам. Хорошо, здесь никого нет. Падаю лицом на руки и плачу минут десять, пока мои страдания не прерывает звонок на урок.

Схожу с ума от осознания того, что потеряла его навсегда. Но я же сама хотела, чтобы он возненавидел меня. Такая была задумка? Тогда почему теперь так больно?

Нужно взять себя в руки. Камон Женя, это просто Вова Троян, здоровяк одноклассник, ботаник, которого ты не замечала одиннадцать лет. Что изменилось?

Домой я возвращаюсь в разбитом состоянии. В какой момент моя жизнь превратилась в болото, которое уже практически засосало меня? И пока я размышляю о своей разрушенной жизни, появляется папа и подливает масло в огонь.

— Женёк, на ужин приедет Стас, — говорит воодушевленный отец, расплываясь в довольной улыбке.

— Пап, давай не сегодня! Я себя плохо чувствую, — измученно говорю я и плетусь в свою комнату, стараясь не показывать отцу опухшее от слёз лицо.

— Что значит не сегодня? Мы уже договорились! Выпей таблетки в конце концов, — строго говорит отец.

Оборачиваюсь и осматриваю папу. Я его единственный ребёнок, в детстве я была «папина дочка», и он очень любил меня. Когда всё изменилось? В какой момент его бизнес и компания стали важнее меня?

Он безгранично рад, что мы со Стасом снова вместе. И совсем не замечает моего горя. Бегает, суетится в ожидании прихода важного гостя. Удивительно, что деньги делают с людьми! Мой отец никогда не был подхалимом. Так в кого же он превратился, в попытках сохранить свою компанию и богатство?

— Тогда ужинайте с ним сами! Мы же, считай, уже семья!

— Женя, — повышает голос отец.

— Мне плохо, папа, ты что, не понимаешь? — мой голос срывается и я быстро убегаю к себе.

В половину седьмого в комнату приходит мама. Они как сговорились с отцом, решив атаковать меня по очереди.

— Женя, ты как себя чувствуешь? Стас приехал, — встаю с кровати, чтобы посмотреть на себя в зеркало. Качаю головой в разные стороны, рассматривая своё отражение: опухшие и красные глаза, волосы торчат в разные стороны, губы потрескались. И абсолютно никакого намёка на счастливую невесту.

— Я не спущусь! Я уже сказала папе, — твердо говорю и вижу за маминым плечом физиономию Стаса.

Он выглядит безупречно: чёрные брюки и рубашка оливкового оттенка, растёгнутая едва ли не до самого пояса. Идеально выбритое лицо и модельная стрижка придают ему ухоженный вид, такое чувство, что у него личный стилист, который ежедневно укладывает его волосы. До меня доносится аромат дорогих духов, заполняя всю комнату. Но внутри этой красивой картинки скрывается отвратительный и жестокий человек.

— Ты что заболела? — спрашивает он и бесцеремонно заходит в мою спальню, не спросив разрешения.

— Я тогда вас оставлю, — говорит мама и покидает мою спальню.

Я присаживаюсь на кровать, но мне хочется забиться в самый дальний угол комнаты. Туда, откуда он не сможет меня достать. Стас подходит ближе и садится рядом. Тянется рукой к моему лицу, проводя пальцами по щеке, затем убирает волосы за ухо и целует шею. Мне хочется отстраниться, оттолкнуть его, убежать, но я просто сижу неподвижно как кукла.

— Не стоит! Ты тоже заболеешь, — неуверенно говорю я, смотря куда-то перед собой.

— Я знаю, что у тебя за болезнь! — встает с кровати. — Жду тебя внизу через пятнадцать минут. Будь хорошей девочкой, и всем будет хорошо!

Он покидает комнату, а я до сих пор чувствую запах его приторных духов. Спрыгиваю с кровати и открываю настежь окно, чтобы скорее избавиться от ядовитого запаха, заполнившего мою спальню. Прикрываю лицо руками. Не уверена, что смогу всё это пережить. Мой разум тонет в кошмарных сценариях моего будущего. Что меня ждёт дальше и как я смогу жить бок о бок с этим человеком, прикосновения которого мне противны? Однако он не оставил мне выбора.

Открываю дверь в гардеробную и наугад достаю длинное обтягивающее платье с легким блеском. Волосы зачесываю в высокий хвост и не торопясь спускаюсь в гостиную.

Внизу раздаются голоса отца и Стаса, их смех и звон бокалов. Я на секунду замираю на лестнице и наблюдаю за семейством. Стас надменно улыбается и свысока смотрит на моих родителей, всем своим видом демонстрируя своё превосходство. При этом они что-то оживленно обсуждает с отцом. Красивый, богатый и такой жестокий. И этот человек скоро станет частью моей жизни.

Спускаюсь к столу и нехотя присаживаюсь рядом. Мама выглядит отстраненно и с какой-то грустью смотрит в одну точку.

— Тебе уже лучше, малыш? — интересуется Стас, накрывая мою руку своей ладонью. Кажется, я сейчас сгорю дотла от его отвратительных прикосновений. Сглатываю слюну.

— Уже всё хорошо, — безэмоционально отвечаю я, стараясь не смотреть на него.

— Вы уже выбрали дату свадьбы? — вдруг спрашивает отец, глядя на Стаса, а меня тут же бросает в жар.

— Я думаю, сразу после выпускного. В июле, — обсуждают они без моего согласия.

Разве им оно нужно? Меня никто не спросит. Всё будет так, как решит Стас.

— Замечательно! — отец складывает руки ладонями друг к другу и расплывается в довольной улыбке. От папиного поведения мне становится дурно.

Весь вечер я чувствую себя не в своей тарелке, и у меня появляется стойкое чувство, что я проживаю не свою жизнь. Чужую! Люди, которые меня вырастили, кто они? И почему так запросто отдают меня в лапы жестокого, безжалостного и чёрствого человека? Отец весь вечер заискивает перед Стасом, а мама просто молча наблюдает и поедает свой ужин, лишь изредка натягивая дежурную улыбку. Иногда мне кажется, что её вообще здесь нет.

К моему счастью, Стас долго не задерживается, ему кто-то звонит, после чего он практически сразу покидает наш дом. Возможно, мне показалось, но, кажется, голос доносившийся из телефона, был женский. Я выдыхаю и радуюсь его уходу. Потому мне что страшно представить, что скоро наступит момент, когда мне придётся снова лечь с ним в одну постель, ощущать его грубые касания и поцелуи…

— Если ты и дальше будешь такой холодной и отстранённой, по отношению к жениху, то ты очень быстро ему наскучишь, — говорит отец, доедая свой ужин.

— По себе судишь, папочка? — язвительно спрашиваю ему.

— За языком следи,— грубо отвечает отец, а затем, не доедая, бросает вилку на стол. Перевожу взгляд на маму. Она всё так же безучастно копается в тарелке с едой, словно даже не слышала моих слов.

Цирк!

Я возвращаюсь в свою спальню, потому что больше не в силах слушать нравоучения отца. Он понятия не имеет какой человек его будущий зять.

Падаю прямо в платье на кровать, и плачу, обхватив свои колени руками. Неожиданно чувствую на себе чьи-то нежные руки. Это мама. Я даже не услышала, как она вошла.

— Что с тобой происходит, девочка моя? — присаживается рядом и гладит по волосам. В последнее время мама редко проявляет нежность и заботу, потому что всё время на своей волне.

— Мама, мне очень плохо! — делаю попытку поделиться с ней своим горем.

— Почему?

— У меня сердце разрывается, Мам! Мне кажется, я влюбилась, — дрожащими губами говорю я и впервые признаюсь не только маме, но и самой себе.

— И это не Стас? — разочарованно спрашивает она.

— Нет! Не Стас!

— Всё наладится, вот увидишь, Женя! Когда я вышла замуж за твоего папу, между нами тоже не было любви, — откровенничает мама.

Я привстаю, всматриваясь в мамино лицо, и не могу поверить в то, что она говорит. В детстве я считала нашу семью примером для других. Счастливая семья, где родители безумно друг друга любят. А оказалось, всё было фальшивкой.

— А сейчас что-то изменилось, Мам? Теперь ты его любишь?

Мама молчит и опускает глаза, видимо понимает, что сказала глупость.

— Нет, но я привыкла. И ты привыкнешь, тоже, — говорит равнодушно, устремив взгляд в пустоту.

— Ты пришла не для того, чтобы подбодрить меня, так ведь? Отец тебя подговорил? — спрашиваю я, искривляя лицо в страшной гримасе, пытаясь сдержать слёзы.

Она вздыхает и сжимает губы.

— Мам, уйди, пожалуйста! Правда, ты никак не поможешь мне, — устало говорю я.

Родители прекрасно знают, что происходит, но упрямо делают вид, что всё хорошо. Если бы Стас не захотел меня для себя, он бы легко выкупил отцовскую компанию за бесценок. Интересно, узнай они, как со мной поступил Стас в новогоднюю ночь, что бы они сделали? Всё так же навязывали мне союз с ним? Уверена, отец нашёл удобное оправдание или не поверил мне вовсе…

Глава 26

Вова Троян

Раньше было проще. Женя не обращала на меня внимания, не считая насмешек и приколов, к которым у меня уже давно выработался иммунитет. Мы были как бы из разных миров. Я тихо любил её издалека, и меня это вполне устраивало.

Теперь, после всего, что было между нами, не получается так, как раньше. Она заполнила собой всё свободное место в моей голове, завладела сердцем и взяла в рабство мою душу. Я не могу думать об учёбе или спокойно работать. Всё из рук валится!

В школе я без конца ищу Женьку в толпе, смотрю на неё не в силах оторвать взгляд. Иной раз мне кажется, будто она тоже смотрит в мою сторону, но затем я отгоняю подобные мысли прочь, чтобы снова не обмануться. Вероятнее всего, Женя просто развлекалась со мной от скуки или хотела позлить своего парня, заставляя ревновать.

Я наивно полагал, что она искренне относится ко мне, но на самом деле всё оказалось дурацкой игрой.

— Троян, хватит так пялиться на неё! Дырку протрёшь, — восклицает Дашка, возвращая меня в реальность. — Ну нельзя же так убиваться! Эта девчонка совсем тебя не заслуживает!

— Кто бы говорил! Когда ты в последний раз смотрела на Стоцкого? Ммм, секунды три назад?

Дашка замолкает и нервно складывает руки на груди, потому что у них всё ещё хуже. Рома мечется между ней и Дариной, не способный выбрать одну из них. А Даша страдает!

— У нас не так! Мы просто друзья! — уверенно говорит Даша.

— А мы теперь даже не друзья! Никто! — нервно отвечаю я.

— Пойдём сегодня в кино? Купим два билета на love-диваны, возьмём огромное ведро карамельного попкорна и отвлечёмся от этих двоих? — предлагает Чернова. Я соглашаюсь, всё равно поработать не получится, так как голова забита мыслями о Жене.

***

В пятницу классуха ведёт наш класс на балет. Приобщает к культуре и искусству, так сказать. Мне вообще не до этого, но Дашка снова настаивает, и я сдаюсь под её натиском. Иногда мне кажется, если бы не моя подруга, я только и делал, что сидел дома за компьютером, выполняя очередной заказ.

Мы собираемся у школы в половине десятого для того, чтобы автобус отвёз нас в театр. Боковым зрением замечаю Женьку. Она не делает ничего особенного, но всё пространство вокруг заполнено её волшебной энергетикой.

Женя что-то увлечённо рассказывает подругам, жестикулируя руками. А потом звонко хохочет на весь школьный двор, внезапно поворачивая голову в мою сторону. Мы встречаемся взглядами. Мысленно бью себе оплеуху за эту слабость и перевожу взгляд на подруг.

В автобусе со мной рядом садится забавная девчонка из 11 «Б», Кира. Она небольшого роста, немного пухленькая и с розовыми волосами до плеч. И пока мы добираемся до театра, я узнаю, что она любит литературу в стиле фэнтези и в конце марта тоже собирается на олимпиаду «Ломоносова» по физике.

— У нас с друзьями что-то вроде закрытого клуба. Мы собираемся несколько раз в неделю, обсуждаем кино и книги, иногда поём. Миша Малиновский играет на гитаре. Приходи завтра вечером, я скину адрес!

Неожиданно. Я уже собираюсь отказаться, потому что все эти сборища и творческие вечера явно не моя тема, но в этот момент я ловлю на себе пытливый взгляд Смирновой, которая выглядит так, словно подслушивала наш разговор.

— С радостью приду! Забей свой номер, — говорю как можно громче и протягиваю ей свой мобильник, не сводя глаз с Жени.

— Готово! Я скинула тебе свой номер, — улыбается мне Кира.

Глава 27

Женя Смирнова

Что я делаю? Подглядываю за Вовой и какой-то розововолосой девочкой, которая всю дорогу до театра только и делает, что трещит, не замолкая ни на секунду, а затем он протягивает ей свой смартфон. Догадываюсь, для того, чтобы записать номер телефона. Уверена, он делает это нарочно, назло мне, потому что она совсем не в его вкусе.

Отворачиваюсь к окну и под монотонную болтовню Мирославы, думаю о Вове. Внутри, где-то в области груди, словно невидимая рука сжимает моё сердце, а тело начинает дрожать. Я никак не могу успокоиться и справиться с волнением. Мне даже приходится спрятать руки в карманы, чтобы Миронова не заметила, как трясутся мои пальцы.

«Это просто временное помешательство на почве того, что Вова так заботился обо мне тогда, на базе, защитил от Стаса и помог, когда он меня обидел. Это всё не любовь. Нет! Благодарность или что-то вроде того. Я не хочу этих чувств. Я их не просила!», — внушаю я сама себе.

Девушка, похожая на булочку украшенную розовым кремом с разноцветной присыпкой, всё никак не отлипает от Вовы. Прямо вцепилась как клещ! А я дико злюсь и чувствую ещё что-то, похожее на изнуряющее комбо из зависти к сопернице и собственного бессилия. Всё настолько плохо, что я начинаю вести себя как последняя идиотка. И когда в театре все рассаживаются по своим местам, я, не долго думая, приземляюсь рядом с ним.

Знаю, моё поведение безрассудно и слишком опрометчиво. Я должна держаться подальше, настолько, чтобы даже издалека не видеть его. Только так я смогу забыть о своих чувствах, но вместо этого тянусь к Вове, не в силах бороться.

Розововолосая девушка размещается с другой стороны от Вовы, и, пока не начался балет, она рассказывает об истории постановки «Чёрный лебедь». Я нервно вздыхаю, мысленно пародируя её идиотскую манеру болтать без умолку.

Как же хочется вырвать её розовые волосы прямо сейчас!

Наконец свет в зале гаснет, и начинается спектакль о прекрасной трепетной любви. Как это вовремя! Я пытаюсь вникнуть в сюжет и наслаждаться искусством, но у меня ничего не выходит. Случайно коснувшись своим плечом его, я сгораю изнутри и хочу скулить, как обиженная собака.

В антракте девчонка куда-то уходит, как и большинство зрителей с нашего ряда. А мы с Вовой остаёмся одни на своих местах, как приклеенные, глядя на пустую сцену.

— Она тебе нравится? — неожиданно для себя спрашиваю я.

Что я буду делать с этой информацией? Если нравится, то нужно порадоваться за Вову. Но разве я смогу?

— Да, прикольная, — равнодушно отвечает он, не поворачиваясь ко мне.

Сжимаю пальцы, больно впиваясь ногтями в свои ладони.

— Вы хорошо смотритесь, — продолжаю я этот акт самоуничтожения.

— Точно! Наверное, позову её на свидание!

Дурак!

— Конечно, позови, — глухо говорю я, съедая последние звуки в словах.

Прикрываю глаза, только бы он не заметил, как мне сейчас плохо. Молчим. Я стараюсь дышать, как можно тише, чтобы Вова не услышал моего тяжёлого дыхания.

— А у тебя как дела? Когда свадьба? — интересуется всё тем же безэмоциональным и равнодушным тоном, как будто ему совсем стало наплевать.

— После выпускного, — отвечаю хриплым голосом и тут же прокашливаюсь.

— Поздравляю! Торопитесь скорее связать себя узами брака? — язвительно спрашивает он.

— Да, скорей бы! После свадьбы я перееду в Питер! Подальше отсюда!

— Замечательно, — говорит он.

— Замечательно, — повторяю я раздражённо.

— Жень, зачем ты мне всё это говоришь? — спрашивает Вова и поворачивается ко мне лицом.

И пока я думаю, что ему ответить, возвращается его бесячая соседка. Вторую часть постановки я, конечно же, не досматриваю. Ухожу сразу после нашего разговора, не в силах продолжать это самоубийство. Мне тяжело быть с ним рядом, и пора это признать. Хватит прятаться от самой себя.

Поэтому после этой поездки на балет я обещаю себе больше никогда не приближаться к Вове, не разговаривать с ним и вообще делать вид, что он мне полностью безразличен. И какое-то время у меня даже получается. Я прячу свои чувства в самый потаённый угол. Туда, где их никто не найдёт. Туда, где даже я сама не смогу их достать.

Я внушаю себе, что смогу жить со Стасом. Он красивый, богатый и, несмотря на свой жёсткий характер, любит меня. Я справлюсь и, как сказала мама, привыкну.

***

Подготовка к вечеринке, посвященной последнему звонку, начинается в конце марта. Три раза в неделю все выпускные классы собираются в актовом зале после окончания уроков для репетиции. К сожалению, я пропустила первую репетицию, поэтому сегодня мы с девочками приходим пораньше и устраиваемся на краю сцены, свесив ноги.

Ребята не торопясь собираются в зале, ожидая организаторов вечеринки. А я зависаю в телефоне, перелистывая фотографии в социальной сети. Отвлекаюсь, когда Миронова и Голофаст позади меня начинают почти незаметно шептаться. Я поднимаю голову и сразу же впиваюсь взглядом в парочку, только что вошедшую в актовый зал. Вова и девчонка с розовыми волосами идут вместе, очень близко друг к другу, а их пальцы сплетены между собой.

Разочарование острой бритвой подбирается к горлу. Неужели я впрямь думала, что он всю жизнь будет ждать меня? Стены в зале начинают резко сдвигаться в моём направлении. Горло перехватывает спазмом, и я задыхаюсь. Слишком больно! Боль распространяется по всему телу. Она захватывает клетку за клеткой, а затем и весь мой организм. Она смеётся, ядовито хихикает в мою сторону, ведь ей ничего не стоит уничтожить меня прямо сейчас.

Невыносимо! Настолько, что я боюсь не справиться. Больше всего в эту минуту мне хочется провалиться сквозь землю, исчезнуть, испариться или закрыть глаза, притворившись, что я ничего не вижу, не замечаю и вовсе потеряла способность видеть. Но вместо этого я растерянно смотрю на этих двоих и не могу даже сделать вдох. Сейчас, как будто последние крупицы самообладания покинули меня, и я вот-вот разревусь. Борясь с комком, подкатившим к горлу, в последнюю секунду я всё-таки беру себя в руки, не позволив слезам появиться на моих глазах.

— Ух ты, Троян себе девчонку нашёл, — подмечает Дарина, тихонько хихикая.

— Только не расстраивайся, Жень, — еле слышно говорит Миронова, подбивая Дарину локтем в бок.

— С чего бы? — произношу я не своим голосом, стараясь скрыть свои эмоции.

— Ну вы же дружили с Вовой, — неуверенно отвечает Мирослава, поглядывая то на меня, то на влюблённую парочку, которым нет никакого дела до нас. Он даже не взглянул в мою сторону, словно я пустое место.

— Вот именно, Мира! Мы дружили! Если ты забыла, у меня есть жених, — отвечаю нервно, чем, скорее всего, выдаю свои истинные чувства.

Я не делилась с подругами о том, что происходит между мной и Вовой. И тем более о моих внезапных чувствах, которые я так тщательно спрятала под замком, выкинув от него ключ. Да что там подругам, я даже сама себе не могла признаться! Девочки не донимали меня расспросами, за что я им бесконечно благодарна. Но, оказывается, они догадались. Или это просто так очевидно для всех?

В этот момент Вова и его избранница подходят к сцене. Он осторожно приподнимает её на руки, помогая забраться на подмосток. А затем запрыгивает сам. Я продолжаю сидеть неподвижно, уставившись куда-то перед собой. Только бы не заплакать. Потому что, по-моему, все присутствующие в зале сейчас с интересом наблюдают за мной, в ожидании какой-нибудь реакции.

Как нельзя кстати появляются организаторы праздника — две симпатичные девушки. И всё внимание переключается на них. Мысленно благодарю их за это и пытаюсь наконец-то отдышаться.

— Жень, хочешь уйдём? Я же вижу твоё состояние, — подсаживается ко мне Мирослава.

— Миронова, со мной всё хорошо, — встаю с пола, поправляя края юбки и уверенной походкой направляюсь к остальным ребятам, встав неподалеку от Вовы.

Повторяю про себя несколько раз: «Я сильная, просто не смотри на него, Женя!».

— Всем добрый вечер! Ребята, в прошлый раз мы определились с общей концепцией концерта. Напоминаю для тех кого не было. Вечеринка будет в старом английском стиле девятнадцатого века. Также мне нужно знать, кто участвует в голосовании на звание короля и королевы школы? Поднимите руки!

Я пробегаю глазами по всем участникам, останавливая взгляд на Вове и Кире, как я поняла, девчонку так зовут. Она, оказывается, будет петь и читать стихи на концерте, а также участвовать в голосовании на королеву школы. Класс! Талантливая и яркая девочка.

Задерживаю свой оценивающий взгляд на ней: невысокая, пухленькая, но довольно симпатичная, с большими ярко голубыми глазами и красивым контуром губ. Я всегда любила свою слегка азиатскую внешность, как и раскосые глаза. Спасибо прабабушке, которая была родом из Башкирии, но сейчас я завидую Кире и её большим выразительным глазам. Вдобавок ко всему она явно не из стеснительных. Участвует во всех обсуждениях, подкидывает идеи и даже слишком сует свой нос куда не следует.

Марго и Натали, так зовут девушек-организаторов вечеринки, распределили всех по парам. Мы будем танцевать старинный английский танец контрданс. Сейчас получается очень неуверенно и коряво, но организаторы убеждают, что по итогу будет очень эффектно.

По ходу репетиции я понимаю, что на протяжении всего танца пары будут меняться партнерами и в какой-то момент я попадаю в руки к Вове. Стараюсь не смотреть на него, но моё сердце как будто пронзили иглами. А ладошки моментально становятся влажными. Но он ни за что не узнает, что у меня внутри, поэтому задираю подбородок повыше и перевожу взгляд прямо ему в глаза.

После репетиции я сразу же направляюсь в гардероб, но по иронии судьбы и там сталкиваюсь с влюблённой парочкой. На моменте, когда Кира повисает у Вовы на шее, я решаю не досматривать это «кино», нервно хватаю куртку и выхожу на свежий воздух.

Сегодня льёт как из ведра. Самая подходящая погода для тех, кто хочет скрыть слёзы. Спускаюсь по ступенькам и не спеша иду в сторону дома, так чтобы мой водитель меня не заметил и не увязался следом. Холодные капли дождя моментально проникают под куртку, за шиворот, но я продолжаю идти, не замечая ничего вокруг. Мысли в голове спутались, а сердце не унимается и бешено колотится, после увиденного ранее. Домой возвращаюсь промокшая до нитки примерно через часа два, но мне становится немного легче дышать. Хотя только на время.

На следующий день после вчерашней прогулки под дождём я скверно себя чувствую, но всё же лениво плетусь в школу. А когда захожу в класс, то тут же сталкиваюсь с Кирой. Она уверенной походкой подходит к Вове и целует его в прямо губы. Долгий, страстный и такой томительный поцелуй.

Ощущение, словно кто-то изрезал моё сердце лезвием. Раньше мне не доводилось чувствовать того, что сейчас. Никогда прежде я не жертвовала собой ради другого человека. Если любовь — она такая, то я отказываюсь от неё.

Едва ли не каждый писатель в своих любовных романах упоминает про бабочек в животе и мурашках на коже. Однако ничего подобного нет! Все мои бабочки разбились о землю, опалив свои крылья, не успев насладиться полётом.

— Жень, ты проходишь? — спрашивает Дарина и осторожно подталкивает меня в спину, поскольку я встала как вкопанная в дверях на входе в кабинет.

— Да, — тихо отвечаю и захожу в класс, усаживаюсь на последнюю парту одна, уступая своё место рядом с Мирославой Дарине. К счастью, моя казнь длится недолго, потому что вскорости звенит звонок, и девчонка быстро покидает наш класс, игриво махая Вове рукой. Я же не сдерживаю порыв и изображаю её в тот момент, когда Вова поворачивается в мою сторону. А потом машет головой в разные стороны, как бы показывая, какая я жалкая.

К концу второго урока я понимаю, что всё же стоило остаться дома. Я чувствую слабость и тянущую боль в мышцах. Но лучше буду в школе. Иначе, будь я дома в таком состоянии, отец обязательно оповестит Стаса, который тут же примчится к нам. А у меня нет желания лишний раз встречаться с этим гнусным человеком.

Глава 28

Вова Троян

Неделю назад я начал встречаться с Кирой. Не то, чтобы назло Женьке, просто мне хочется жить дальше, пусть и без неё. Я с самого начала знал, что нам никогда не быть вместе. А Кира позитивная, открытая, и с ней у меня получается хоть на секунду забыть о Жене.

Однако вчерашняя репетиция снова выбивает почву из-под ног, стоит только её маленькой руке оказаться в моей. Всего на несколько секунд. Потом мы снова меняемся партнерами, и меня одолевает желание нажать на паузу и задержаться в этом моменте ещё ненадолго. Хотя о чём я? Надолго! Навсегда! Потому что скоро Женя с мужем уедет в другой город, и вряд ли я когда-нибудь увижу её, хотя бы издалека.

Первым уроком у нас химия. Кира заходит в класс до звонка и направляется ко мне. Следом в дверях появляется Женька. Она замирает на месте и смотрит на нас недобрым взглядом, что ставит меня в тупик. Какое ей дело? Или она думала, я вечно буду таскаться за ней, как Хатико?

Наблюдаю за Женей весь день и прихожу к выводу, что сегодня она какая-то отстраненная и вялая. Обычно всё пространство вокруг заполнено Женей: её заразительный смех, забавные и язвительные шутки, даже её аромат. Но сегодня она почти весь день молчит, сидя на последней парте в одиночестве, подперев подбородок руками.

На алгебре Женя выходит к доске. Что-то пишет, а затем стирает мел рукавом, хватаясь рукой за голову, как будто её что-то беспокоит. Щёки стали розовыми, что совсем не свойственно для неё, а глаза пустые и уставшие. В тот момент, когда она возвращается к своей парте, я невольно беру её за руку, ощущая, какая она горячая.

— Жень, у тебя жар? — озабоченно спрашиваю я. Выглядит она правда неважно.

Женя останавливается напротив моей парты, слегка пошатываясь, смотрит куда-то пол.

— Да всё хорошо со мной, Вова, — мямлит она, вырывая свою руку, проходит дальше.

Твою ж… Вот я снова готов пресмыкаться перед ней. После урока я сразу же подхожу и кладу руку ей на лоб. Я не ошибся, она действительно вся горит.

— Жень, тебе надо домой! Зачем ты вообще в школу пришла в таком состоянии? Хотя бы давай сходим в медпункт, — предлагаю я.

Она так пронзительно смотрит на меня, что по телу пробегает мелкая дрожь. Мне хочется обнять её и никогда не выпускать из рук.

— Вова, просто оставь меня в покое! Хорошо? К тому же тебя уже ждут, — говорит она хриплым голосом, отстраняясь от меня.

Боковым зрением замечаю Киру, только что вошедшую в класс. Она широко улыбается и посылает мне воздушный поцелуй. Это так не вовремя! Потому что я хочу остаться здесь, с Женей. Укутать её в свои объятия, сделать так, чтобы ей не было плохо.

— Вова, пожалуйста, иди, — прогоняет меня, глядя в глаза.

Интересно, Кира делает вид или действительно ничего не слышала о нас с Женей, когда месяц назад вся школа трубила о том, что мы встречаемся? Она ни разу не спросила о ней, даже не показывает свойственную всем девчонкам ревность.

Я подхожу к Кире, а Женька быстро покидает класс, и больше я не вижу её на уроках. Пару раз пресекаю себя на мысли позвонить ей и узнать, как она себя чувствует. Ну уж нет! У Женьки есть парень, а точнее жених, который может о ней позаботиться.

Глава 29

Женя Смирнова

В итоге я разболелась и выпала из жизни почти на две недели. Отец собирался отвезти меня в больницу, но мне внезапно полегчало. Каждый день из этих двух невыносимых недель я ждала хотя бы одного коротенького сообщения от Вовы. Малюсенького: «Как ты?». Но он не позвонил и не написал.

Я едва не набрала его номер сама, когда температура шарашила под сорок, но мне просто не хватило на это сил. Моя душа разрывалась на части от боли самых разных оттенков. Тогда я отворачивалась к стене и тихонько плакала.

В школу я вернулась другим человеком, отключив все чувства и эмоции. Только так я могла продолжать ходить рядом с ним, дышать одним воздухом, чувствовать аромат его парфюма и наблюдать, как развиваются его отношения с Кирой.

Так проходят два месяца. Вову я вижу только в школе, если не смотреть в его сторону, то всё не так уж плохо. Иногда нахожу его в компании Киры. Очевидно, у них всё серьезно, и они проводят много времени вместе.

Меня больше не интересует любовь и всё, что с ней связано. Потому что где-то в глубине души я мечтала, чтобы Вова боролся за меня. Но этого не случилось. Я вынуждена терпеть на себе поцелуи человека, вызывающего у меня отвращение, притворившись счастливой невестой, которая совсем скоро станет женой красивого и влиятельного мужчины. И после каждого раза тихонько рыдать в подушку от безысходности и отчаяния.

И не успеваю я оглянуться, как уже сегодня состоится вечеринка по случаю последнего звонка. А через месяц выпускной вечер.

Откровенно говоря, у меня нет никакого желания туда идти. Мне хватило репетиций, на которых я вынуждена была отключить все свои чувства и эмоции, изображая полное безразличие по отношению к Вове.

Но наряд, сшитый специально под меня, уже готов. Бежевое длинное платье с завышенной талией в стиле эпохи Регентства девятнадцатого века, расшитое бисером и камнями. Очень красивое. В двенадцатом часу приедет стилист, чтобы сделать мне прическу в этом же стиле. В другой ситуации я бы мечтала его надеть, но сейчас мне всё безразлично!

Осталось совсем немного потерпеть, пережить эту дурацкую вечеринку, посвященную последнему звонку, а потом и сам выпускной вечер. И больше я никогда не увижу Вову.

За последние два месяца, проведенные рядом со Стасом, я чувствую, что разрушаюсь как личность. Трудно быть рядом с человеком, которого ты ненавидишь, учитывая, каким образом он меня добился.

Надеваю платье и становлюсь перед зеркалом. Неплохо. Я похожа на молодую виконтессу из популярного сериала. Мои волосы собраны сверху, а завершают мой образ элегантная диадема с россыпью камней, бежевые перчатки в тон платью, как последний штрих.

Как только захожу в школу, я погружаюсь во времена регента Георга IV. Актовый зал украшен цветами в пастельных тонах на контрасте с ярко-зеленым, а на столах расставлены подсвечники и другой декор того времени. На сцене я замечаю популярную группу, одетую так же, как и гости вечеринки. Необычно видеть басиста в подобном наряде, это заставляет меня улыбнуться. И пока я увлечена изучением непривычного декора, сзади подбегают девчонки и делают селфи.

— Женя, офигенное платье! А как тебе моё? — спрашивает Мирослава. Отходит немного назад и приседает в реверансе.

— Как всегда, красотка, — смеюсь я. Мира, хоть и бывает временами невыносимой, но явно не злая.

Моё приподнятое настроение тут же портится в тот момент, когда я сталкиваюсь взглядами с Вовой. И зачем я только посмотрела в его сторону? Я заставляю себя сделать несколько спокойных ровных вдохов, немного успокоив своё трепещущее сердце.

Ведущий приглашает выпускников на танцпол для исполнения нашего последнего школьного танца. У меня замирает дух. Парни становятся напротив девушек и начинают двигаться в такт музыки. Сначала вдвоём. Затем делятся по четыре человека, танцуя в хороводе. И так мы перемещаемся по кругу, постоянно меняясь партнёрами.

Получается долгий, утомительный танец и к середине я понимаю, что уже выдохлась. Более того, на горизонте появляется Вова и перехватывает меня своими руками. Вцепляемся друг в друга глазами. Мне кажется, в моих сейчас можно прочитать всё, что я чувствую. Вдобавок, мои коленки вот-вот подкосятся, и я упаду прямо на него, испортив весь танец. И я действительно запинаюсь на том моменте, когда приходится его отпустить. Оглядываюсь на него, не желая расставаться, но он уже с другой и больше не смотрит в мою сторону.

После бешеных танцев, тематических песен, стихов и прочей ерунды, организованной по большей части для родителей, присутствующих на празднике, мы наконец-то можем расслабиться и потанцевать под современную музыку, хотя в таких нарядах это не очень-то удобно.

К моему удивлению, Вова не сходит с танцпола. Вспоминаю, когда он был со мной, то предпочитал забиться в самый дальний угол с угрюмым лицом, а с Кирой он танцует как заведённый. С ней он другой, наверное, это и есть истинная любовь. Разворачиваюсь, чтобы выйти подышать на воздух.

— Женя, подожди, сейчас объявят короля и королеву бала, — напоминает Мира.

— Ммм, такая интрига! Любопытно, кто же это будет? — говорю я с сарказмом.

— Женя, ты же знаешь, что ты лучшая из всех нас!

— Я устала от этого всего! Я обычная, такая же, как все!

Когда ведущий объявляют моё имя, я совершенно не удивлена. Было бы лучше, если королевой стала Миронова или ещё кто-то, только не я. Нехотя поднимаюсь на сцену. Рядом со мной стоит довольный Илья Горский и посылает девчонкам свои многообещающие взгляды. В этот момент толпа расступается, и я замечаю Вову и Киру, которые целуются прямо посреди танцпола.

Вот и всё! Мой мир снова рушится, глядя на его руки, обнимающие другую девушку. В данную секунду меня разрывает боль, обида и что-то ещё, не поддающееся описанию. Но уголки моих губ поднимаются вверх. Так и должно было быть. Такой удивительный человек, как Вова, должен был встретить именно такую милую девушку. Не меня. Потому что мы совершенно не подходим друг другу. Мы как будто вообще не должны были встретиться. Не позвони я ему в ту злосчастную ночь, он бы так и остался для меня «просто одноклассником».

Если Вова будет счастлив, значит, я не зря пожертвовала собой.

Надеваю на лицо маску безразличия, а затем разворачиваюсь в сторону выхода и покидаю вечеринку.

***

— Жень, как тебе? — спрашивает Дарина, примеряя вечернее платье. Она перемерила уже десяток разных и никак не может определиться.

Оно длинное, примерно по щиколотку, с высоким разрезом и глубоким вырезом. Черный цвет не совсем ей к лицу.

— Предыдущее было интереснее, — честно отвечаю я.

— Примерь ты! У тебя идеальная фигура, выпуклая попа и красивая грудь, тебе точно подойдёт, — уговаривает подруга.

Я лениво надеваю платье, разрекламированное Дариной. Честно говоря, по барабану, в чём я буду на выпускном, теперь мне нет до этого дела. Последние несколько месяцев до меня дотрагивается человек, которого я ненавижу, последнее, о чем я могу думать, это выпускное платье. Более того, мама уже месяц таскает меня по свадебным салонам в поисках подходящего свадебного платья. Я десять минут надеваю одно, которое в итоге мне не подходит, затем столько же времени снимаю его. Была бы моя воля, взяла любое. Но Стас настаивает, чтобы я выглядела безупречно.

Вся эта суета была бы приятной, если бы я выходила замуж за человека, которого люблю.

Однако, я всё-таки соглашаюсь примерить милое шелковое платье для выпускного вечера. Выхожу из примерочной и поправляю волосы наперед. Чёрное платье идеально подходит под моё настроение. Жаль нельзя так выглядеть на свадьбе, которая будет для меня как похороны моей жизни.

— Женя! Ты прекрасна! — говорит вдохновлёно Дарина.

— Спасибо! Тогда его и возьму, если ты не против?

— Нет, конечно! Оно твоё!

***

Выпускной у нас проходит в загородном клубе вместе с двумя выпускными классами. Здесь, помимо ресторана, несколько бассейнов. Первую половину вечера мы будем в банкетном зале, где нас ждёт заранее заготовленная программа, а потом переместимся в водную зону, где будет вечеринка у бассейна.

Стас привозит меня и с недовольным лицом уезжает, не желая отпускать от себя. Я уверена, он совершенно не хочет, чтобы я была здесь, но запретить мне присутствовать на собственном выпускном будет совсем уж нелепо.

— Ты просто бомба, Жека! — говорит Мира, обнимая меня, при этом она успевает снимать сторис для социальной сети.

— Спасибо, ты тоже! — отвечаю ей и пробираюсь сквозь толпу выпускников, высматривая его лицо.

Вова сидит за соседним столом, вместе со своими подругами, а ещё Даней Горским (братом-близнецом Ильи), который теперь ни на секунду не отходит от Ксюши. С ними также ребята из параллели. Сразу же замечаю Киру. На ней красивое пышное платье бежевого цвета.

Интересно, он любит её?

Так же, как когда-то любил меня, или по-другому?

За этот месяц мы мельком виделись несколько раз, на экзаменах и всё. Школа закончилась, а других вещей, которые нас объединяют, нет.

По-моему, Вова похудел и выглядит замечательно. Ксюша Тихонова, говорила, что он теперь постоянно пропадает в тренажерном зале и придерживается правильного питания. Да, несколько раз я разговаривала с его подругой и расспрашивала о нём. Согласна! Это совсем неуместно, но лучше, если бы я решилась позвонить ему лично.

Я тоже похудела, только меня совершенно не красит худоба, а лишь придаёт болезненный вид.

Выхожу на улицу, чтобы немного подышать свежим воздухом, потому что чувствую себя лишней на этом празднике. Когда твоя жизнь разрушена, такие вещи, как выпускной, перестают иметь значение.

Замечаю Ксюшу с Даней Горским, рядом староста Чернова и ещё несколько человек из нашего класса. Зачем-то подхожу к ним.

— Красивое платье, Женя, — делает комплимент Дашка.

— Спасибо! У вас, тоже потрясающие наряды, — улыбаюсь в ответ.

В этот момент рядом неожиданно появляются Вова и Кира. Я сразу же обращаю внимание на их сплетенные руки. Наши с Вовой взгляды встречаются. Всего на секунду, затем он быстро отводит глаза. Я тоже отворачиваюсь. Если я уйду прямо сейчас, будет глупо.

Мне тут же становится трудно дышать. Ребята о чём-то общаются, а я украдкой смотрю на Вову. Он выглядит счастливым, улыбается и больше не смотрит в мою сторону, словно меня тут нет. Почему я всё ещё продолжаю здесь стоять?

Беги, Женя, спасайся, пока не поздно!

— Ребят, после бассейнов мы поедем встречать рассвет на озеро лотосов, кто с нами? — спрашивает Даня.

— Я думала, все вместе поедут? — удивленно тянет Ксюша Тихонова.

— Нет! Многие уже слились, остальные едут отдельными компаниями, — отвечает Даша Чернова, которая сегодня тоже какая-то тихая и потерянная.

— Мы поедем с вами! — говорит Вова.

«Мы» — колит прямо в сердце.

— Я тоже с вами поеду, — зачем-то говорю я, заставляя всех перевести внимание и любопытные взгляды на себя.

— Мы вообще-то своей тесной компанией собирались, — вмешивается Вова и раздраженно смотрит на меня. В его взгляде я больше не вижу того трепета и любви. Только раздражение!

— Я что, вам помешаю? — почти шёпотом спрашиваю я.

— Со своими поезжай! Они тебя уже заждались, наверное! Королева пропала и бросила своих подданных. Что ты забыла в нашей компании, Смирнова?

— Вова, — вмешивается Ксюша и осуждающе смотрит на него.

— Что? Пусть со своей свитой проводит время. Они без своей королевы не справятся! Зачем она нам нужна? — отвечает Вова, обращаясь к Ксюше, но его колкие слова предназначены мне.

«Зачем она нужна нам?», — прокручиваю в голове.

И пока он говорит, я чувствую, как внутри меня что-то обрывается. Боль проникает в каждую клеточку моего тела, разрушая его изнутри. Смотрю ему прямо в глаза, не в силах дать отпор. Чувствую, как глаза наполняются слезами. Признаться, я больше не сдерживаю их. Пусть льются. Пусть все видят, как мне больно!

— Хорошо, — шепчу я, и медленно ухожу прочь.

Это ровно то, чего я хотела. Вова меня ненавидит. Но его высказывания ранят в самое сердце, и у меня нет от этого никакого лекарства. Было гораздо лучше, когда я не приближалась к нему. Зачем сейчас подошла?

Захожу в уборную и медленно оседаю на пол. Скидываю туфли на высоком каблуке и падаю лицом в ладошки. Я не в силах сдержать слёзы. И не нужно. Здесь меня никто не видит!

За эти несколько месяцев, казалось, я выплакала всё, но сейчас я не могу остановиться. Погибаю и не вижу выхода из этой ситуации.

Кто-то заходит. У дверей Ксюша испуганно смотрит в мою сторону.

— Женя, что с тобой? — спрашивает она, округляя глаза. Подходит ближе.

Я же не могу произнести ни слова. Захлебываясь в собственных рыданиях, что-то неразборчиво говорю себе под нос и начинаю пошатываться из стороны в сторону, словно сумасшедшая. А может, я правда спятила? И эта неожиданная и изводящая любовь окончательно добила меня.

Я не хочу возвращаться домой, в объятия человека, который мне противен, ощущать его омерзительные руки на своем теле. Не хочу видеть счастливую улыбку отца и безэмоциональное мамино лицо. И не хочу оставаться здесь. Видеть Вову с другой девушкой и слушать его грубости обращённые ко мне.

— Жень, тебе плохо? — Ксюша присаживается рядом со мной и пытается привести в чувства.

— Мне больно! Мне так больно, Ксюша! Это пройдёт или так будет всегда?

— Ты из-за Вовы? — неуверенно спрашивает она. Откуда она знает? Так сильно заметно со стороны? Или он догадался, и теперь они все вместе глумятся с меня. Мы как будто поменялись местами.

— Да.

— Хочешь, я позову его! Поговори с ним! Расскажи, что ты чувствуешь, Женя, — заботливо говорит Ксюша.

Знаю, она хочет, как лучше, но никто из них не понимает до конца, что происходит. Я должна вернуться домой, к Стасу, тогда всем будет хорошо! Всем, кроме меня!

— Не нужно, не смей! — кричу Тихоновой вслед, но она уже скрывается в дверях.

Глава 30

Вова Троян

Когда Женя сообщает, что собирается присоединиться к нам, чтобы встретить рассвет, я ощущаю, как внутри всё переворачивается. Я не желаю её видеть, ни в своей жизни, ни где-то около. И какого черта Женя делает в компании моих друзей? Лучше бы мы продолжали держаться на расстоянии друг от друга, как это было в последние несколько месяцев.

Только у меня начало всё налаживаться, раны стали затягиваться, как она вновь появилась на горизонте и всё разрушила. С Кирой мы уже почти три месяца вместе. Я не испытываю к ней любви, но она мне нравится. Она добрая, милая, и мне с ней комфортно.

— Вов, можно тебя на секунду, — тихо обращается ко мне Ксюша. У неё испуганный вид.

Кира с Дашей уходят в помещение. А мы с Ксюшей отходим в сторону.

— Что-то случилось?

— Там Смирнова в женском туалете плачет, — говорит она озабоченно.

— А я здесь при чём? — отвечаю, как можно спокойнее, а у самого внутри снова всё вверх дном.

— Из-за тебя! — заключает Ксюша.

— Какое я имею отношение к Жене? Мало ли из-за кого или из-за чего она плачет, — отвечаю. Почему я должен вникать в её проблемы?

— Почему ты так груб с ней?

— Я не груб! Просто напомнил, что мы не друзья! И ей нечего делать в нашей компании!

— Вов, ну не будь ты таким безразличным! Это не ты! — покрикивает на меня подруга, заостряя на мне гневный взгляд.

— Это я, Ксюша! Точнее то, что от меня осталось после общения с Женей! После дружбы с Женей!

Мы замолкаем. Ксюша осуждающе смотрит на меня, но не уходит.

— Она не в себе! Я Женю ещё никогда не видела в таком состоянии! Правда, сходи к ней, — уговаривает Ксюша.

Сдаюсь. Снова зачем-то ведусь на эту авантюру и, стараясь не попасть на глаза Лере направляюсь в сторону женской уборной. Захожу внутрь, на пару секунд замирая в дверях. Женя сидит на полу, заплаканная и вся растрёпанная. Бросает беглый взгляд на меня и начинает снова рыдать, прикрывая опухшее лицо руками.

— Нет, уходи, Вова! Зачем Ксюша позвала тебя? Пожалуйста, не надо, не смотри на меня так! Уходи, — еле разборчиво произносит Женя, захлёбываясь слезами, а её голос хриплый и какой-то не свой.

Присаживаюсь на корточки рядом с ней.

— Жень, посмотри на меня! Что случилось? — тихо спрашиваю и тянусь к ней, чтобы убрать волосы с лица.

— Вова, уходи, пожалуйста, — всхлипывает и впивается в свои волосы руками, продолжая что-то неразборчиво бормотать. А потом принимается бить себя кулаками по голове.

Теперь я вижу, что Женя и впрямь плохо выглядит. Она не в себе! Не знаю, что стало причиной, но оставить её в таком состоянии одну я не могу.

— Тебя кто-то обидел? Опять этот ублюдок? — спрашиваю, но она не реагирует, так и продолжает вся трястись в истерике.

Подвигаюсь ближе к ней, присаживаясь на пол рядом. Обнимаю её, прижимая ближе к себе. Такая маленькая и беззащитная полностью утопает в моих объятиях. Женя тут же цепляется за меня, обнимает за плечи, впиваясь ногтями в мою рубашку, и падает лицом мне в грудь. Снова плачет, притягивая меня сильнее, ещё ближе к себе.

Так мы сидим какое-то время на полу, молча обнимая друг друга. Через некоторое время Женька перестает плакать. Не представляю, что будет, если Кира сейчас зайдет в уборную и как я ей всё это объясню?

— Ты хочешь поговорить, Жень? Что произошло? — спрашиваю ещё раз.

Она поднимает голову, слегка отстраняясь, и смотрит на меня заплаканными глазами. Макияж испорчен, тушь под глазами оставила чёрные дорожки от слёз, но всё равно она такая красивая, что у меня перехватывает дыхание.

Женя смотрит на меня как-то по-новому, и я не могу разгадать этот странный взгляд, а затем она тянется к моим губам и неожиданно целует. Женя Смирнова сама целует меня.

Неужели это происходит наяву?

Так нежно и ласково касается моей кожи на лице, проводит языком по губам, отчего у меня моментально перехватывает дыхание, а тело сладко ноет, желая большего.

— Не поступай так, Женя! У меня девушка есть, — прошу я едва дыша, но на самом деле желаю, чтобы она не останавливалась никогда.

— Я знаю, прости меня, — тихонько произносит похитительница моего сердца.

— Женя!

— Пообещай мне кое-что, Вова, — говорит она дрожащим голосом, а из её красивых глаз снова текут горькие слёзы.

Ну сколько можно?

— Женя, — единственное, что я сейчас могу сказать, потому что, дар речи потерял, после её внезапного поцелуя. Кажется, я даже забыл, как меня зовут. Хорошо, что она напомнила, кто я.

— Я сейчас кое-что скажу тебе, но ты должен пообещать, что потом уйдёшь! Для меня важно, чтобы ты знал! Обещай мне! Хорошо?

— Хорошо! — тихо повторяю, всматриваясь в её глаза, полные боли.

— Я люблю тебя! — неожиданно выдаёт Женя, немного запинаясь, еле слышно, но от этих слов меня, как будто током прошибает.

Это что, сон на яву?

— Что это значит? — не могу поверить своим ушам.

— А как ты думаешь? Значит, что в моё сердце только ты!

— Женя, — рвано выдыхаю её имя и прижимаю к себе, а затем целую в ответ: горячо, жадно, ненасытно… Сколько раз я прокручивал в голове наш поцелуй, однако ни один из них не похож на этот. Настоящий, полный любви и страданий, накопившихся за столько лет. А ещё полный боли.

Как мне теперь отпустить её и уйти? Каждая частичка моего тела несётся навстречу ей. Женька сказала, что любит! Такое я и представить не мог, даже в самых смелых фантазиях.

— Ты должен уйти, — толкает меня в грудь.

— Что? Не могу, Жень! Зачем ты так? Сперва целуешь, говоришь, что любишь, а потом прогоняешь? Я тебя не понимаю, — почти стону, сжимая её хрупкое тело ещё крепче, в страхе потерять навсегда.

— И не сможешь понять, Вова! Прошу! Ты обещал, помнишь? Пожалуйста, ради меня, уходи, — пихает меня обеими руками, и тогда я отстраняюсь. Она быстро надевает туфли, поднимает сумочку с пола и умывает заплаканное лицо. А я так и сижу на полу, потерянный, наблюдаю за ней и пытаюсь переварить всё, что сейчас произошло.

Женя быстро уходит, оставляя лишь еле уловимый аромат своих духов. И, конечно, ни на какой рассвет она с нами не едет. Это был последний раз, когда я видел Женю Смирнову. Хотя в эту же ночь я стоял под воротами её дома. И на следующий день караулил, хотел поговорить с ней и понять, что происходит между нами. Но охрана не пустила меня даже во двор, а затем и вовсе вышвырнули с территории посёлка. А через две недели я узнал, что она вышла замуж и уехала в Санкт-Петербург вместе с мужем.

Я не мог понять, почему она так поступила, и ещё много дней искал объяснение её нелогичному поведению. Я написал ей миллион сообщений в мессенджер и в социальную сеть, но не получил ни одного ответа на свои вопросы, которые так и застряли непрочитанные где-то в паутине интернет-пространства.

Глава 31

Женя Смирнова

После выпускного вечера я сразу отправилась к Стасу. Потому что теперь я, как его личная рабыня, делаю всё, что он скажет и пожелает.

— Почему так рано?

— Было скучно, — монотонно отвечаю я, не глядя ему в глаза.

— Надо было позвонить, я бы забрал! Нечего на такси ездить в такое позднее время, — говорит Стас и подходит ближе ко мне.

— Не хотела беспокоить!

— А что с лицом? — с подозрением спрашивает он, затем обнимает за талию, притягивая к себе так, чтобы наши тела соприкоснулись.

— Всё хорошо, — пытаюсь отстраниться, выставляя руки вперёд.

— За идиота меня держишь? Общалась с этим своим гением? От тебя за километр несёт мужским парфюмом! Между вами что-то было или он так и не решился? — с отвращением спрашивает Стас, не сводя с меня взгляд. А потом резко поворачивает спиной и прижимается ко мне всем телом.

— Не надо, Стас! Я не хочу, — умоляю я. — Только не сейчас, я устала.

— А кого хочешь? Его, может! Посмотри на себя и на него! Ты серьёзно, малыш? — язвительно фыркает он, издеваясь над моими чувствами. Скотина!

— Он здесь ни при чём! Мы больше не общаемся, — тихо отвечаю и пытаюсь убрать его мерзкие лапы с себя.

— Если хоть раз я узнаю, Женя! Ты сама знаешь, что будет с ним. И с тобой, тоже. Я больше не буду предупреждать, — продолжает Стас, оставляя поцелуй на моей шее. Один, второй, третий, прикрываю глаза, чтобы он не смог увидеть в них всё то отвращение, что я чувствую по отношению к нему.

— Ничего нет! Не трогай его, — говорю чуть громче, а на глазах наворачиваются слёзы, которые выдают всё, что у меня на душе. Но он и так знает, потому что видит меня насквозь и чувствует, что я люблю Вову и ненавижу его.

— Всё ещё защищаешь его? — говорит Стас и стаскивает с меня платье. А затем грубо толкает меня на кровать и проделывает всё то же самое, что и в новогоднюю ночь.

***

Торжество бракосочетания мы празднуем в красивейшем городе Санкт-Петербурге. На мне изысканное неприлично дорогое платье от именитого дизайнера, причёска и макияж созданные лучшими стилистами города. Роскошный ресторан и огромное количество незнакомых очень состоятельных людей.

Я практически ничего не помню из этого проклятого дня. Кажется, я улыбаюсь, танцую и изображаю счастливую невесту. Но всё, словно в тумане, окутано бело-ледяной дымкой. Как будто это не я, а какая-то другая девушка. А я просто наблюдаю за ней со стороны с сочувствием.

— Поздравляю, подруга! Муж твой настоящий красавчик, — шепчет Дарина на ухо.

При упоминании Стаса волоски на теле становятся дыбом.

Из моих друзей здесь только Мирослава, Дарина и Рома Стоцкий. Но я не могу с ними поделиться своей болью, не могу рассказать даже малой части того, что я проживаю. Поэтому делаю то, что получается лучше всего — притворяюсь!

— Я рада, что вы приехали, — отвечаю я, еле-еле сдерживая слёзы.

Это последний раз, когда я виделась с друзьями.

После свадебного вечера мы отправляемся в роскошный номер самого шикарного отеля в городе. Огромный люкс на двадцатом этаже, где несколько просторных комнат, джакузи расположенная напротив витражного окна с чудесным видом на культурную столицу, а также огромная терраса.

Однако всё это не вызывает у меня совершенно никакого восторга. Я точно знаю, как пройдёт остаток вечера и ночь. Не будет распития напитков на террасе среди цветущих растений вдвоём с любимым мужем, нежных поцелуев и страстных касаний. Потому что нет никакого любимого мужа. Он просто удовлетворит свои звериные потребности и отвернётся к стенке.

Прохожу в спальню и скидываю тяжелое платье, которое сдавило мне ребра. Присаживаюсь на стул и уныло смотрю на своё осунувшееся отражение в зеркале. Из глаз непроизвольно стекают слёзы, а я даже не заметила и позволила Стасу увидеть их. Он будет зол, потому что если я плачу, значит думаю о другом.

— Чего ты ноешь опять? — нервно скидывает с себя галстук на пол, а следом и рубашку.

Я молчу, глядя в его чёрствые глаза, пытаясь найти в них хоть каплю человечности.

— Ты шантажом заставил жениться на тебе, а теперь хочешь, чтобы у меня был счастливый вид? — вываливаю я ему всё, что думаю.

— Придётся изображать счастливый вид, Женя! Теперь ты моя жена, — нахально подмечает Стас.

— Я обещала выйти за тебя замуж, но не говорила, что буду изображать счастливую жену, — отвечаю в его же стиле.

И тут же чувствую на своей щеке жжение от удара. Это не только больно, но и слишком унизительно. Я раскрываю глаза и в недоумении смотрю на Стаса. Он только что меня ударил?

Меня никогда не били. В детстве родители ни разу не шлепали меня за плохое поведение, даже не повышали голос. Для меня неприемлемо такое поведение! Не успеваю я опомниться, как от второго удара падаю со стула и больно ударяюсь об угол прикроватной тумбы.

Я вижу в его глазах ярость и ненависть. Точно, Стас ненавидит меня, потому что знает, я никогда не испытаю к нему того, что испытываю к Вове. Даже маленькую капельку от этих прекрасных и трепетных чувств. Тогда я начинаю истерически смеяться ему в лицо, хохотать на всю комнату, раздражая его ещё больше.

Заканчивается всё так же, как и всегда, за исключением того, что сегодня он особенно жесток, ненасытен и мучает меня почти всю ночь. А когда наконец-то прекращает, то уходит в другую комнату. А я просто лежу неподвижно и гипнотизирую стену. В очередной раз униженная и разбитая. Даже слёз больше не осталось. Теперь это моя реальность, к которой нужно привыкать! Теперь я Евгения Коренская, а моя жизнь разрушена и больше не принадлежит мне. Стас оказался не просто жестокий человек, он самый настоящий садист.

***

После первой брачной ночи мы как и полагается молодоженам отправляемся в свадебное путешествие. Если можно так назвать десять проклятых дней издевательств над моим телом и душой. Вероятно, всю эту жестокость должна скрасить картинка за окном нашего уединенного бунгало, откуда открывается захватывающий вид на водное пространство Индийского океана.

После свадебного путешествия Стас привозит меня в свой загородный дом. Это не просто дом! А подобие дворца, гигантское сооружение с неприлично большой территорией в несколько гектаров, ставшей моим спасением на ближайшие три года. В этом маленьком лесочке я провожу всё своё свободное время, доверяя свои страдания и тайны деревьям и птицам. Как я не сошла с ума, для меня до сих пор остаётся загадкой. Я словно попала в замок чудовища из детской диснеевской сказки, только в конце Стас не превратится в прекрасного принца!

Стас много работает и подолгу отсутствует дома, иногда уезжая в командировки и оставляя меня в доме одну, где кроме обслуживающего персонала, никого нет. В такие дни я испытываю что-то похожее на счастье, теперь для меня оно такое: одиночество и спокойствие. Тишина.

Первое время я очень тоскую по Вове, он снится мне едва ли не каждую ночь, иногда мне удаётся отвлечься, но всё остальное время я думаю о нём. Когда Стас не видит, я рассматриваю единственную общую фотографию, сделанную в снежный вечер, когда мы играли в снежки и лепили снеговика вместе с Вовой. Провожу пальцами по экрану, словно сумасшедшая, пытаясь её оживить.

Но однажды он лишил меня и этого! Прошерстив весь мой телефон, он удалил все напоминания о Вове: фотографию, номер телефона, а также из друзей в социальной сети. Естественно, всё сопровождалось скандалом, после которого на моём теле появился огромный шрам в районе рёбер. После того случая я долго прихожу в себя и запрещаю себе даже думать о Вове, в страхе, что Стас проберётся в мои мысли и воспоминания.

Так проходит день за днем, неделя за неделей в этом аду. Иногда кажется, что Стас читает мои мысли и в точности знает, что творится у меня внутри. Он делает всё возможное, чтобы выбить из меня те светлые и нежные чувства, что я испытываю к Вове. И у него получается! Настолько, что спустя пять лет я даже не смогу его узнать! Так сильно Стас старался стереть любовь из памяти, что мой мозг даже боялся вспоминать Вову, подумать или заговорить о нём.

К моему удивлению, Стас не стал возражать против моего решения учиться в институте. Однако он приставил ко мне личного водителя, который выполнял роль охранника и, казалось, следил за каждым моим шагом, сразу всё докладывая Стасу.

В институте я так и не смогла завести друзей, поскольку даже простой поход в кофейню с подругой заканчивается скандалом, не говоря уже о каких-либо поездках и мероприятиях.

Сам же ни в чём себе не отказывал и, не скрывая, встречался с другими женщинами. Я не раз чувствовала запах женских духов на его одежде. А иногда ему звонит какая-то девушка, и даже несколько раз я встречалась с ней около офиса. Однако меня это не волнует. Я надеюсь, что, удовлетворившись на стороне, он не будет трогать меня.

Я живу с монстром, который унижает и издевается надо мной, причём для этого не нужно какого-то особого повода. Любая мелочь подойдёт: не так посмотрела, сказала что-то не то… И я никому не могу об этом рассказать!

С родителями мы видимся редко, лишь изредка мне звонит мама. В последнее время чаще обычного, так как у неё появились проблемы со здоровьем. Но ни разу мама так и не спросила, счастлива ли я в браке.

Я не успеваю оглянуться, как проходит целый год моего несчастного брака, полного боли и страданий. Я зализываю раны и продолжаю себя успокаивать, что всё когда-нибудь закончится. Но со временем Стас становится всё более жестоким. Особенно из-за того, что я не могу родить ему ребенка, хотя проблема оказалась не во мне. И от этого он злится ещё сильнее, вымещая свою злость на мне. Таким людям, как он, и впрямь лучше не размножаться.

Позабыв, кто я такая, что мне нравится, что люблю и чем когда-то увлекалась, проживаю свою несчастливую жизнь. Этот изверг уничтожил меня, оставив лишь одну безжизненную оболочку.

Я надеюсь, когда-нибудь он устанет от меня и просто вышвырнет на улицу, тем самым освободив меня от мучений. Это был бы самый лучший сценарий. Но этого не случается. Кажется, он получает особое удовольствие от постоянных унижений.

Из института мне пришлось уйти, так как я устала постоянно скрывать свои синяки под водолазками, длинными рукавами и тональным кремом. К тому же сложно сосредоточиться на учёбе в таких условиях. И какой в этом смысл? Стас бы всё равно никогда не позволит мне работать.

Поэтому ночами или в те дни, когда Стас отсутствует дома, я пишу. В моей голове появилось огромное количество разных героев, судеб и историй, что они перестали там помещаться. Тогда я решила доверить их бумаге.

Я могу провести целый день в лесопарке на территории особняка, проговаривая диалоги героев моих историй, которые пока рано называть книгами. Со стороны я, вероятно, выгляжу как безумная, но это единственное занятие, которое делает меня счастливой.

В обычной жизни человек влюбляется раз, может, два или три раза. А я проживаю эти эмоции раз за разом, в каждой своей истории. Может быть, когда-нибудь я смогу опубликовать хотя бы одну из них.

Мысли о побеге у меня появились не сразу, спустя два года жизни со Стасом, но укоренились во мне только после того, как он жестоко обидел меня. Тогда я больше недели не могла выйти из своей комнаты. Меня посещали самые темные мысли в моей жизни. Но я смогла взять себя в руки, а этот маленький огонёк свободы вдалеке давал мне силы жить дальше. И, конечно, мои книги, которые так и останутся непрочитанными, если со мной что-то случится.

***

— На мой взгляд этот галстук подойдет лучше, — кручусь я вокруг Стаса, заглядывая в его глаза.

— Завяжешь? — спрашивает он, задирая подбородок.

— Конечно, — улыбаюсь я, стараясь выглядеть естественно.

— Может, задержишься? — воркую я, запуская руки ему под футболку.

Со временем я научилась лгать и притворяться, делать ровно то, что ему нужно. И мой козырь в том, что он уже не понимает, где явь, где фальш. И я чувствую, что ему становится страшно!

Я полностью пересмотрела своё поведение, стараюсь во всем угождать Стасу. Немного лести, чуть-чуть лжи, и вот он уже совершенно не знает, что у меня внутри. Я больше не та глупая Женя, какой была впервые несколько месяцев после нашего бракосочетания. Теперь я посещаю с ним светские мероприятия, приезжаю в офис, проявляю заботу и нежность. И он начинает мне хоть немного, но доверять. Я выбила себе капельку свободы: тренажёрный зал, прогулки по торговому центру и даже завела себе подругу.

Параллельно я планирую побег и откладываю деньги. Однако я не тороплюсь, потому что знаю, он будет искать меня и в конце концов найдет. Нужно все хорошенько продумать и подготовиться.

Однажды я решаюсь рассказать обо всём подруге. С Витой мы познакомились в тренажерном зале. Ей двадцать шесть и она адвокат. Вита много раз предлагала уйти от Стаса, но просто так уйти я не могу. Он ни за что на свете не даст мне развод.

— Жень, если ты сбежишь, он найдёт тебя в считанные секунды, как только ты засветишь свой паспорт при трудоустройстве или заселении в гостиницу. Уже через полчаса он будет там, — говорит Вита лениво ковыряясь в салате.

— И что мне делать?

— Исчезнуть! Тебе нужно новое имя! — говорит она, словно это так легко. Бац! И меня нет!

— Я что, фокусник? Это невозможно, — вздыхаю я.

— Нет ничего невозможного, девочка моя! Я попробую узнать что-нибудь по этому поводу. Был у меня один любовник, который теоретически мог бы помочь, — подмигивает она.

— Мне кажется, это нереально, — с грустью говорю я.

— Я сегодня же его наберу!

С Витой мы видимся в основном после тренировки, когда идём в кофейню рядом со спортзалом. Цербер, так я называю охранника, которого приставил ко мне Стас, обычно находится где-то неподалёку. Иногда ходим вместе с ней за покупками в торговый центр. Но даже эти редкие встречи с подругой для меня, как глоток свежего воздуха.

***

Так потихоньку я готовлюсь к побегу. Вита помогает мне сделать новые документы, новое имя. А я к этому времени уже смогла накопить приличную сумму денег, которой должно хватить на первое время.

Итак, спустя три года мучений и страданий, когда у меня всё готово, я собираю в небольшой рюкзак скопленные деньги, нижнее бельё и всего один спортивный костюм на смену, потому что я не могу поехать в спортзал с огромным чемоданом. Скидываю в рюкзак все свои драгоценности, подаренные нелюбимым мужем и последний раз окидываю взглядом комнату, по которой точно не буду скучать.

Цербер, как обычно, привозит меня в тренажерный зал и остаётся ждать в достаточно просторном холле. Вита ожидает меня в раздевалке, где отдаёт мне новые документы, кнопочный телефон и сим-карту, открытую на имя Вероники Штефан.

— Надеюсь, у тебя не будет проблем из-за меня? — спрашиваю я, крепко обняв подругу.

— Женя, я взрослая девочка, разберусь, — отвечает Вита, подмигивая мне.

— Он страшный человек!

— Я тоже! Ты просто не успела меня узнать, — хохочет она и чмокает в щёку. — Мой отец тоже не последний человек в этом городе. Боюсь, твой муж не сможет со мной тягаться!

— Спасибо тебе, если бы не ты, я бы не справилась! — признаюсь я. Хотя наша дружба с Витой была недолгой, я успела прикипеть к этой девушке, неизвестно, когда мы сможем встретиться вновь.

— Не забыла? Позвонишь мне на рабочий номер, но не раньше чем через три месяца, — даёт последние наставления Вита.

Ещё раз обнимаемся, затем я накидываю парик с волосами тёмного цвета, одежду Виты и покидаю территорию тренажёрного зала. Цербер даже не смотрит в мою сторону, поэтому я с легкостью выхожу из здания.

Чёрт, какой мандраж! У меня сейчас коленки подкосятся от страха. А адреналин в крови зашкаливает. Отправляю Стасу последнее сообщение со словами: «Ненавижу!» и оставляю свой мобильник в автобусе за сиденьем, а сама еду в противоположную сторону, чтобы Стас не смог отследить меня по геолокации.

Я вынуждена передвигаться на попутках, выбрав конечную точку

Великий Новгород, город, который станет мне домом на целый год. Я еду в неизвестность, но я чувствую себя самым счастливым человеком на планете.

Деньги я стараюсь экономить, поэтому нахожу по объявлению небольшую комнату совместно с хозяйкой, приятной пожилой женщиной, и тут же меняю внешность: окрашиваю волосы в чёрный цвет и обрезаю их как можно короче.

В социальных сетях я регистрируюсь под выдуманным именем без фотографий. Оттуда же, спустя полгода, узнаю о смерти мамы. Теперь становится понятно, почему она так стремилась общаться со мной в последнее время, видимо, предчувствуя свой скорый конец. Мы не были близки, но я скорблю и несколько раз порываюсь поехать повидать отца. Но вовремя останавливаю себя. Моя прошлая жизнь полностью в прошлом. Стас, родители, друзья и Вова, о котором я теперь ничего не знаю.

Как-то раз, около двух лет назад, после очередной ссоры со Стасом я не выдержала и по памяти набрала его номер. Я так хотела, чтобы он забрал меня из этого ада, но абонент оказался недоступен. Скорее всего, он сменил номер. А на его страницу в социальной сети я так и не смогла зайти, очевидно я в пожизненном блоке. Его лицо стало стираться из моей памяти, и я уже забыла, какие на вкус его губы.

Я так хочу написать ему сейчас, узнать, как его дела, но это было бы не совсем уместно спустя три года. Наверняка у него совсем другая жизнь, может быть, даже есть семья. Едва ли он вспомнит Женю Смирнову, которую когда-то неистово любил.

В Новгороде я прожила около года, тихий и спокойный город, но вскоре я решаюсь перебраться в Москву и наконец-то попробовать поступить в институт на заочное обучение. Поскольку шансов найти работу в столице гораздо больше, чем в Новгороде.

Глава 32

Вероника Штефан ( Женя Смирнова )

Спустя 5 лет

Уже десять минут, как я топчусь у закрытых дверей его кабинета. Я должна с ним поговорить, потому что не могу лишиться этой работы. Набравшись смелости, наконец, подношу руку к двери и несколько раз стучу. Дверь тут же открывается, как будто босс стоял около неё, поджидая меня. Вздрагиваю. Ещё не поздно убежать!

— Что-то срочное? Я занят, — сухо произносит босс.

— Можно зайду? — неуверенно спрашиваю я, прикусывая нижнюю губу.

Откуда взялось это дурацкое волнение?

Всякий раз, когда босс рядом, я перестаю владеть своим телом и трясусь, как осиновый листок на ветру.

Распахивает дверь, впуская меня в свой кабинет. Здесь просторно, но слишком угрюмо: тяжёлые шторы на окнах полностью задёрнуты, оставляя комнату в полумраке. Только тусклая настольная лампа освещает помещение. В воздухе висит лёгкий запах кофе, бумаги и мужского парфюма.

В центре кабинета большой стол из массива дерева, где разбросаны бумаги, книги, папки, создавая лёгкий хаос. Я на секунду замираю, увидев несколько мониторов на столе. На них мелькают графики, цифры и бесконечные строки кода.

Он же программист, что удивительного?

— Ты хотела что-то сказать? — безэмоционально спрашивает босс. И как ему удаётся оставаться всегда таким спокойным?

— Да, — тихо произношу я.

— Тогда я слушаю, — говорит и облокачивается бёдрами на стол, сложив руки на груди. Прищуривается, нагло разглядывая меня. Чёрт возьми!

И зачем так пристально смотреть? Я мгновенно забываю, для чего пришла, смущаюсь и, переминаясь с ноги на ногу, как школьница, начинаю свою заранее подготовленную речь.

— Не увольняй меня, пожалуйста! Я уже сто раз проверила этот несчастный отчёт. Я просто не знаю, что там не так. Может быть, ты хотя бы намекнёшь, где я просчиталась? Потому что, по-моему, всё идеально, — говорю я всё тише и тише, а последние слова практически съедаю. Опускаю глаза в пол. Так гораздо легче, не чувствовать его тяжелый взгляд на себе.

— Вот как? Идеальный? — приподнимает брови вверх.

— Именно, — говорю с уверенностью и сжимаю спрятанные за спиной руки, впиваясь ногтями в ладони.

Наверняка, он обескуражен такой самоуверенностью. И прямо сейчас вышвырнет меня из своей квартиры.

— Ну, раз ты так говоришь, значит, так и есть, — отвечает и еле улыбается одними уголками губ, продолжая прожигать меня своими чёрными глазищами.

— Что? — удивлённо переспрашиваю я и поднимаю на него взгляд.

— Можешь расслабиться! Я не буду тебя увольнять! Это всё?

— Всё, — уже собираюсь развернуться и уйти. Но…

— Нет, не всё! То есть изначально всё было хорошо?

— Да! — коротко отвечает босс.

— Выходит, ты просто издевался надо мной? Заставил до поздней ночи просмотреть каждую буковку, пересчитать каждую цифру, грозился уволить, — тараторю я. Наверное, самое время остановиться, но меня несёт совсем не в то русло. От обиды и несправедливости я готова наброситься на него прямо сейчас!

— Так и есть, — спокойно отвечает босс, не сводя с меня взгляд.

Не поняла, он сейчас что, насмехается? Да, что он себе позволяет!

— Ну знаешь ли… А я, как последняя идиотка, искала причину в себе. Думала, я глупая и никчёмная, а оказалось, мой босс просто придурок, который вот так развлекается над своими подчинёнными, — говорю я на эмоциях, не думая о последствиях.

Он стоит передо мной, довольный и на его всегда угрюмом лице я вижу издевательскую ухмылку. Замолкаю. В полумраке комнаты он кажется ещё привлекательнее. Да чтоб меня! Отмахиваюсь от этих незваных мыслей. Не хватало ещё влюбиться в босса.

Не нарочно разглядываю его кабинет. Прохожу мимо него, нагло рассматрива вещи в кабинете. Не могу объяснить своих ощущений, но у меня возникает чувство дежавю. Как будто я уже была здесь или видела эти вещи, чувствовала это запах. Всё кажется таким знакомым.

Мой взгляд падает на книжный стеллаж. Сколько же здесь книг, он забит буквально снизу доверху. А с другой стороны размещён точно такой же. Рассматривая книги, натыкаюсь на коллекцию изданий — классические произведения в жанре фэнтези одного известного автора. Я уже видела эти книги — переплёт красного цвета с золотистыми буквами, даже читала несколько частей. Одна из них так и осталась у меня на полке в отцовском доме. Та, которой, как раз не хватает здесь.

Подхожу ближе и провожу пальцами по книгам, смахивая пыль. Вероятно порядок перепутан и она где-то здесь, затерялась. Но одной части всё-таки нет. Мысли в моей голове сейчас живут своей жизнью. Они крутятся вихрем одна цепляясь за другую, сталкиваются. Теряюсь в лабиринте собственных воспоминаний. А пульс тем временем учащается до запредельных показателей.

И тут вдруг я начинаю паниковать, когда на горизонте маячит осознание происходящего. Я принимаюсь лихорадочно метаться глазами от одной книги к другой. Но они все мне знакомы. А эти часы с медведем на бочке, такие же, как я дарила Вове на Новый год пять с половиной лет назад. Продолжая исследовать полки, натыкаюсь на одну интересную фотографию. Я замираю и пытаюсь рассмотреть её получше.

— Не может быть, — шепчу одними губами. Хотя в глубине души я всё поняла, когда увидела эти книги. А может быть, раньше…

Протягиваю дрожащую руку к снимку, и зависаю взглядом на лицах, изображенных на старой фотокарточке. В полумраке могло померещится что угодно!

Я не могу поверить своим глазам. Потираю их. Может быть, от постоянного стресса у меня начались галлюцинации или я просто сплю? Или моя богатая фантазия играет со мной в игру, намекая, что я давно ничего не писала.

— Какого чёрта? Это всё мне мерещится, — нервно хихикнув, машу головой из стороны в сторону, отрицая реальность.

На фотографии мои одноклассницы Даша Чернова и Ксюша Тихонова. А рядом с ними Вова Троян. Мой Вова! Короткая стрижка, пухлые щёчки... И никакой бороды и кучерявых волос, вечно скрывающих глаза, — мелькает у меня в голове.

Провожу пальцем по его лицу на снимке. А слёзы медленно стекают из глаз. Разворачиваюсь к Вове. Он всё ещё здесь. Стоит неподвижно, как статуя в музее, наблюдая за моими судорожными метаниями по кабинету.

В этот момент меня накрывает приступ истерического смеха. Я облокачиваюсь спиной на книжный шкаф и, наверное, около минуты просто дико смеюсь, впиваясь пальцами в волосы.

Возможно, в психологии есть описание такому редкому, на мой взгляд, явлению, когда мозг человека забывает или прячет подальше память о каких-то вещах, а в моём случае о Вове. И при малейшем упоминании блокирует эти воспоминания. Стас постарался на славу, выбив из моей головы и сердца единственного парня, которого я любила! И пусть Вова стал совершенно другим человеком, но я всё же должна была его узнать!

На ватных ногах я подхожу ближе к Вове. Непозволительно близко. Мне приходится приподняться на носочки, чтобы получше рассмотреть его лицо. Кажется, он стал ещё выше, чем был в школе. Теперь его лицо серьезное и даже немного напряжённое. Я это вижу.

Дрожащей рукой убираю с лица кудрявые пряди волос, скрывающие его пронзительный взор. Зачесываю их пальцами назад и всматриваюсь в чёрные, как уголь, глаза. Чужие или родные? Часто моргаю, чтобы смахнуть слёзы, которые продолжают литься из моих глаз, застилая всё пеленой. Провожу пальцами по его отросшей щетине, трогаю крепко сомкнутые, напряжённые губы. Его скулы теперь совсем другие, более заостренные и четкие. Лицо и впрямь слишком изменилось, как и фигура, словно передо мной другой человек, но глаза… Глаза те же!

Представляю, как это выглядит со стороны. Должно быть, сейчас я похожа на психопатку. Так и есть, потому что этого просто не может быть!

Неугомонное сердце вот-вот выскочит из груди. Наверняка, он тоже слышит. Бах-бах-бах. Но я не в силах остановиться, продолжаю изучать его. Снова смеюсь и плачу одновременно. За несколько секунд на моём лице сменяется куча самых разных эмоций. Не понимаю их. Мне грустно и одновременно сердце трепещет от счастья. Такое может быть только во сне. Или в одной из моих историй, написанных в сложные времена.

— Медвежонок, — произношу не своим голосом и непроизвольно обнимаю, уткнувшись носом в его твёрдую грудь. Цепляюсь руками за футболку, покрепче, чтобы он вдруг не исчез.

— Я уже думал, ты никогда не узнаешь, — отвечает Вова.

Не сразу, но отстраняюсь! Снова смотрю на него.

— Я не понимаю! Как это возможно? — шепчу я.

— Не понимаешь, куда делся пухлый толстяк?

— Не понимаю, куда делся мой пухлый толстяк? Ты не можешь быть им!

Глава 33

Вова Троян

Её лицо залито слезами, а на губах играет улыбка. Как такое возможно? Я минут пять наблюдал, пока Женя металась из стороны в сторону, разглядывая мой книжный шкаф. А теперь подходит ближе, изучает меня, касаясь лица, проводит пальцами туда-сюда, словно впервые видит. Чёрт возьми! Я уже и так на грани!

Обнимает меня, прижимаясь лбом к моей груди. Чувствую на футболке влагу от слёз. Что-то говорит, но я словно оглох. Она узнала! Честно говоря, я сомневался. Иногда мне казалось, что Женька давно поняла, кто я такой, и как в школе играет со мной в свои жестокие игры. Но теперь я вижу, что ошибался, потому что она выглядит слишком шокированной. Даже немного не в себе. Не верит своим глазам.

Отходит немного в сторону, снова вглядывается в моё лицо, как будто пытается найти в там старого Вову, но никак не может.

Я же стою неподвижно, крепко держась руками за край стола, так что аж костяшки пальцев побелели. Могу ли я дотронуться до неё без вреда для своего сердца? Не будет ли также больно, как пять лет назад, когда она ушла, не оставив и следа? Ведь тогда я ещё долго не мог выгнать её из своей головы и сердца.

Пока я прибываю в своих мыслях Женя приближается ко мне, обхватив обеими руками моё лицо, неуверенно касаясь своими губами моих. Это лишь лёгкие и нежные прикосновения, едва ощутимые, от которых меня сразу уносит. Что-то неразборчиво шепчет в губы. Но я не могу разобрать ни единого слова. Моё сердце наполняется счастьем и радостью, а ещё страхом. Я боюсь снова потерять её.

— Что ты делаешь, Женя?

— Извини! Просто я не могу контролировать себя, я так скучала, — говорит она с придыханием и продолжает слегка касаться моих губ.

Здесь, я уже не сдерживая эмоций, притягиваю ближе к себе и впиваюсь в её чувственные губы, слишком откровенно, глубоко. Вкладываю в свой поцелуй всю ту боль, которую чувствовал, когда она ушла. И счастье, которое чувствую сейчас. Я опускаюсь ниже, прохожусь от шеи к груди, жадно целуя каждый миллиметр её ароматной кожи. Чувствую, как руки скользят по моей спине. Прикрываю глаза, наслаждаясь моментом. Но она внезапно отпихивает меня. Отхожу в сторону, всё ещё пожирая её глазами. Жадно хватаю воздух ртом, но никак не могу надышаться.

— Почему ты не сказал? Всё это время ты водил меня за нос. С каких пор ты понял кто я? — раздражённо спрашивает Женя и тоже часто дышит.

— Сразу!

— Сразу? — округляет глаза и издаёт нервный смешок. Бьёт меня в живот со всей силы. Неожиданно! А затем лупит куда попало: в грудь, по плечам, сжимает свои нежные руки в кулачки и колотит меня, словно боксёрскую грушу. Смеюсь. Ну, действительно, это очень забавно наблюдать за её гневом.

— Посмотри-ка, он ещё смеётся! Кто ты такой? И куда ты дел моего Вову? Что ты с ним сделал, признавайся, — кричит она.

— Это я, Женька!

— Не ври! Этот накаченный громила с лохматыми патлами и бородой, не мой Вова, — шипит она, словно змея.

— Он самый! Ты просто настолько слепая, что не смогла узнать своего друга! — дразню её.

— Вот это мой Вова, — показывает на фотку пальцем. — А это не мой!

Глазища у неё сейчас злющие и какие-то дикие, но от этого мне становится ещё смешнее. Непроизвольно уворачиваюсь от её метких ударов и начинаю убегать, но эта мелкая чертовка не отступает. Преследует меня по всему кабинету, продолжая лупасить. Боюсь, мы сейчас всё здесь разнесём, если не остановимся.

— Всё, хватит, Женя, — уже хохочу во весь голос, хватаясь за живот.

Подхватываю её за ягодицы и усаживаю на стол. Замираем всего на секунду в зрительном контакте, тяжело дыша. Сквозь тонкую ткань её футболки, вижу как вздымается грудь, мысли и эмоции сбились в кучу. Хочу её всю! Здесь! Сейчас!

Тянет меня за майку к себе. Опять целует, но на этот раз по-настоящему, страстно мнёт мои губы, покусывает их. Одним рывком скидываю футболку и швыряю на пол, подвигая Женьку ближе. Проникаю под тоненькую маечку осторожно избавляюсь от неё, ощущая под пальцами горячую кожу. Мы смотрим друг другу в глаза, и в этот момент мир вокруг исчезает. И мы тонем друг в друге.

***

Глядя на спящую Смирнову, я всё никак не могу поверить, что она рядом. Столько лет я об этом мечтал и ещё столько же времени пытался выкинуть эти мечты из головы.

— Ты уже проснулся? — открывает глаза и тянется ко мне, чтобы поцеловать.

— Боюсь спать, вдруг закрою глаза, а ты снова испаришься, — отвечаю.

— И не надейся, Троян! — восклицает она и одновременно касается губами моей шеи, груди…

— Я хочу кое-что спросить!

— Спрашивай, — произносит Женя, продолжая ласкать моё тело.

— Все эти пять лет мне не давала покоя одна вещь! Жень, те слова, что ты сказала мне на выпускном, были правдой? — решаюсь всё-таки спросить.

Женя замирает и с серьёзным лицом смотрит на меня, бегая глазами по моему лицу.

— Конечно, Вова, — отстраняется и садится на край кровати, оголяя свою изящную спину. Мой взгляд падает на её татуировку.

— А что означает твоя тату на запястье? — интересуюсь я.

— Ничего! Это был протест! Первое, что я сделала, когда сбежала от Стаса — эта татуировка. Как бы напомнила себе, что я свободна и могу делать всё что угодно!

— Если ты не хотела быть с ним, зачем вышла за замуж? — спрашиваю я, любуясь её обнажённой спиной, которую не может испортить даже огромный шрам.

Женя молчит и тяжело дышит. Подвигаюсь к ней, обнимаю её сзади, обхватив руками хрупкое тело. Нежно целую в макушку, я хочу, чтобы она доверяла мне.

— Расскажи! — шёпотом прошу я.

— Он угрожал, что выкупит фирму отца за копейки, а затем разорит её! И ещё… — она замолкает.

— Что ещё?

Молчит…

— Больше ничего, — глухо произносит Женя, переплетая пальцы наших рук.

— Я чувствую, что есть что-то ещё! Никаких больше секретов, Жень! — прошу настойчиво.

— Я не могла допустить, чтобы ты пострадал из-за меня, — расцепляет руки и, прикрыв лицо ладонями, начинает плакать.

Пытаюсь переварить то, что она сказала. Выходит, я был на кону?

— Женя! Зачем? Надо было сказать мне, — злюсь, дико злюсь.

— И что бы ты сделал тогда? Он страшный человек, монстр! Ты не понимаешь, на что он был способен! Вся твоя семья расплачивалась бы за мою любовь к тебе! Понимаешь? — хрипло говорит она.

Мы оба замолкаем и какое-то время просто размышляем, каждый о своём.

— Знаешь, все эти пять лет я придумывал миллион причин, почему ты выбрала его, после того, как призналась мне в любви! Сначала я решил, всё дело в деньгах. Думал, ты выбрала его из-за финансовой стабильности. А ещё предполагал, будто родители склонили тебя. А может, ты подшутила и слова о любви были сказаны не всерьёз — это была самая правдоподобная версия. Но, Женя, зачем ты взяла всё на себя?

— Потому что я виновата! Всё из-за меня! Разве ты не понимаешь? Изначально я должна была быть с ним, а я влюбилась в тебя, тем самым подвергнув опасности. Всё пошло под откос из-за моих неожиданных чувств к тебе!

Обнимаю крепче, ощущая, как сильно дрожит её тело. Моя Женя пожертвовала собой, чтобы защитить меня, а я дурак даже не смог понять этого. Идиот!

— Прости меня, Вова! Прошу тебя, — говорит Женька и целует меня, так нежно, что крышу моментально сносит.

— Это я должен просить прощение, Смирнова, — целую в ответ, и, похоже, в офис мы сегодня не поедем.

Три дня мы не появляемся в офисе, не способные оторваться друг от друга. Женька, конечно, причитает, что нужно работать и всё такое, но я просто не в силах выпустить её из своих объятий. Я не могу насытиться ей, надышаться запахом её тела, вкусом её губ. Мне мало!

Я так много лет мечтал о ней, что теперь мне страшно, что Женя просто растворится в моих руках, исчезнет или упорхнет, как птичка.

— Я надеюсь, в этот раз ты не будешь убегать от меня? — спрашиваю Женьку, пока мы направляемся в офис.

— Не хочу, чтобы болтали всякое, — отвечает она, не изменяя себе.

— Ну и пусть, какое нам дело? Они ничего не знают о нас. Они не знают нашу историю!

— Не переживай, то, чего не знают, они придумают сами, — говорит Женька.

Как только выходим из машины, Женя тут же стартует вперёд. И как она на таких высоких каблуках умеет так резво бегать? Всегда удивлялся!

В холле уже многолюдно. Замечаю, как она кому-то машет. Около кофемашины собралась компания из двух парней и девушки. Парни сразу же осматривают мою Женьку с ног до головы, пожирая голодными взглядами, а меня охватывает волна ревности. Не теряя, времени иду следом за Женей. Прежде чем она успевает подойти к ребятам, догоняю её и жадно целую при всех. Когда поцелуй заканчивается Женька округляет глаза и шипит мне в губы: «Я тебя убью!». Смеюсь, мне нравится, когда она злится.

— Буду ждать тебя вечером здесь, — сообщаю, как можно громче. Я хочу, чтобы весь мир знал, что Женька моя.

Наблюдаю, как она подходит к своим коллегам. Они, как и все остальные здесь, ошарашенно смотрят на нас, а Женя, кажется, даже покраснела. Ни разу не видел её такой смущенной!

Глава 34

Женя Смирнова

Вот это да! Он взял и поцеловал меня на глазах у всей фирмы. Я едва сквозь землю не провалилась от смущения, чувствуя на себе изумленные взгляды коллег. Хотя не буду лгать, мне понравилось, но лишь на мгновение, в следующий момент, я была готова прибить его на месте. А этот бессовестный, стоял у меня за спиной и ехидно улыбался.

— Ника! Это что было? Ты и босс, вы вместе? — спрашивает удивлённая Юлька.

— Это будет повод для сплетен, — с досадой отвечаю я, провожая взглядом удаляющуюся фигуру Вовы.

— Так! Ты должна мне всё рассказать. Сейчас же! — приказывает подруга.

— Я тебе всё расскажу, только давай отойдём, — беру подругу под руку и спешно увожу.

— Вот это я сходила в отпуск. Меня не было всего неделю, а ты успела закрутить с боссом! — восклицает Юля.

***

Всю дорогу домой я, конечно же, с ним не разговариваю.

— Жень, ну Жень! Хватит дуть губы! — подлизывается Вова, как только мы возвращаемся домой. Подходит ближе, нежно целует в губы, опускается на шею, и вот я уже растекаюсь, как желе, забыв про все обиды. Главное, что теперь мы вместе!

— Ты в курсе, что подставил меня дважды? — спрашиваю я, и не раздумывая, отвечаю на поцелуй, нежно касаясь колючей щеки. Зарываюсь руками в кудрявых волосах.

— Потому что они все пожирали тебя глазами, а я хотел показать каждому из них, что ты моя, — шепчет мне в губы.

Замираем на секунду в зрительном контакте. Я и в самом деле слепая. Если зачесать его кудряшки назад и сбрить бороду, получится мой старый Вова. Только сейчас его скулы стали более четкими, а лицо мужественнее. И голос более грубый, чем пять лет назад. Он возмужал.

Мой.

— Что они теперь подумают обо мне? — спрашиваю и одновременно хозяйничаю руками по его крепким плечам.

— Ну и пусть думают! Мне всё равно! Я только нашёл тебя, не хочу ничего скрывать, — отвечает и медленно стягивает мою офисную блузку.

Не успеваем мы насладиться друг другом, как раздаётся звонок в домофон.

— Ты кого-то ждёшь? — приглаживая растрёпанные волосы, спрашиваю я.

— Нет!

Вова подходит к домофону и включает видеоэкран.

— Блин, это Ксюшкина машина, а на пассажирском сиденье Чернова Даша, — говорит Вова и нажимает на кнопку, чтобы открыть ворота.

Я начинаю суетиться и торопливо собирать с пола свои разбросанные вещи.

— Что делать, Вова? Может мне спрятаться? На террасу или пойти во двор погулять, а? — быстренько одеваюсь.

— Успокойся, Женя, — улыбается он и нежно берёт меня за руки. — Пусть они узнают, что здесь такого?

— Ладно, хорошо, — отвечаю я и отчего-то жутко волнуюсь. Слишком много прошлого за последние дни.

Вова подходит к входной двери, чтобы встретить подругу. А я прячусь в комнате, словно нашкодивший ребёнок.

Дверь открывается, я слышу громкие возгласы и смех. Они верещат, как спятившие: «Сюрприз!».

Да уж, не то слово! Сюрприз удался!

Сперва в гостиную забегает мелкий паренёк лет двух и девочка чуть постарше с очаровательными кудряшками.

Лицо мальчика усыпано веснушками, сын Ксюши, догадываюсь я. Мальчишка останавливается у входа в комнату и зависает, глядя на меня. Следом в комнате появляется Даша и Ксюша. Надо видеть выражения их лиц со стороны. У обоих в прямом смысле отвисла челюсть.

— Мне кажется, Даш, или там в кресле сидит Смирнова? — говорит шокированная Ксюша.

— Я думала, мы с сюрпризом пришли! Оказывается, сюрприз ожидает нас. Правда, Вова? — спрашивает ещё более удивленная Дашка.

— Девочки! Это моя невеста, — говорит Вова и подходит ко мне. — Твоя невеста, — повторяю я. — Невеста? — округляю глаза.

— Да! Надеюсь, ты не имеешь ничего против? — спрашивает Вова и целует меня в макушку.

Смотрю на Вову, он и секунды не колебался, когда назвал меня своей невестой. Всё внутри тут же расцветает, распуская свои полузасохшие почки.

Только я собираюсь что-то ответить, как девчонки налетают на нас двоих и сжимают в объятиях.

— Поздравляю, — кричат они. — Но как ты тут оказалась? Мой Бог, все думали, ты умерла, Смирнова!

— Это долгая история, — тяну я, сомневаясь, стоит ли рассказывать свою тайну.

Вечером мы собираемся за общим столом. Я всё же решаюсь поговорить с Ксюшей. Мы выходим на террасу, и я задаю вопрос, который меня так тревожит.

— Ксюша, ты что-нибудь знаешь о моём отце? — с тревогой спрашиваю я.

— После того, как ты пропала, Егор Валерьевич был не в себе. А когда скончалась твоя мать, он сильно сдал. Сейчас он практически весь седой.

— А мой муж? Ты что-нибудь знаешь о нём? — спрашиваю я, ощущая, как каждый волосок на моём теле встаёт дыбом от страха.

— Стаса я видела несколько раз. Однажды он приезжал к нам домой. Это было сразу после того, как ты пропала. Неприятный и мутный тип! Мой отец отказался с ним работать. Сейчас твой отец работает с моим отчимом, — отвечает Ксюша.

— После моего бегства я ни разу не искала информацию о Стасе. Ксюша, никто не должен знать, что я здесь. Даже мой отец!

— Понимаю! Но ты должна встретиться с ним. Если хочешь, мы поможем, — предлагает Ксюша.

На самом деле я бы хотела увидеть папу. Посмотреть в его глаза и рассказать, как я жила всё это время. Через какие трудности я прошла. И просто обнять его. Однако мне страшно!

Открываю ноутбук и впервые за два года вбиваю имя человека, который разрушил мою жизнь — Станислав Коренский. Нажимаю на первую строку в браузере и замираю, вспоминая, что я пережила за эти три года, которые прожила бок о бок с монстром.

На фотографии красивый молодой человек в дорогом костюме. Безупречный! Так и не скажешь, что он самый настоящий садист. Рядом с ним привлекательная и совсем юная девушка, блондинка. На мгновение мне даже кажется, что между нами есть что-то общее. На снимке она выглядит счастливой. Я тоже улыбалась, когда нас фотографировали. Надеюсь, ей повезло больше!

Из текста я узнаю, что он женился второй раз. Но, тем не менее, мои руки дрожат, а глаза наполняются слезами. Воспоминания врываются в мой разум и хозяйничают там, затуманивая рассудок. Я боюсь его даже на расстоянии. Я боюсь, что он узнает о нас с Вовой, найдёт и разлучит.

— Что ты делаешь, Женя? — чувствую на себе сильные Вовины руки. Они нежно скользят по моей спине к талии и соединяются под грудью. Он наклоняется ко мне, положив голову на плечо, всматривается в экран ноутбука. А я тут же начинаю содрогаться от истерического плача.

— Мы никогда не сможем быть вместе! Он не позволит, — кричу я.

— Смирнова, успокойся! Иди ко мне, — укутывает меня в свои объятия. — Смотри, Женька, я здесь, с тобой! Он ничего нам не сделает! Поняла?

— Но если Стас узнает…

— Не узнает! А если такое случится, я смогу тебя защитить! Хорошо? — заботливо говорит Вова, закрывая ноутбук. Медленно разворачивает к себе лицом, проводит по щеке, едва касаясь кожи, которая тут же покрывается мурашками. Только бы он не останавливался. Ласково проводит слегка шершавыми пальцами от уха вниз, к ключице. А затем целует меня так нежно, что я забываю обо всём на свете. И мне уже не страшно.

— Обещай, что так будет всегда?

— Теперь да, — отвечает Вова и вытирает слёзы с моего лица подушечкой большого пальца.

На следующий день мы провожаем девчонок и их милых детей в аэропорт. Рано утром они улетают отдыхать в тёплые края. А мы собираемся в офис.

Так непривычно быть рядом с Вовой, зная, что в любой момент я могу дотронуться до него, обнять, почувствовать тепло его тела. При мысли об этом накрывает волна счастья.

Подкрадываюсь к нему сзади, когда он одевается, и дотрагиваюсь губами до упругой обнаженной спины. Я хотела всего лишь поцеловать его, но в итоге мы задерживаемся дома ещё часа на два и в конечном счёте опаздываем на работу.

Вова поднимается в свой кабинет, а я уже начинаю скучать, отсчитывая время до вечера.

Ближе к полудню я не сдерживаюсь и поднимаюсь к нему, прихватив два стаканчика с кофе. Попадаю в холл и уверенной походкой направляюсь прямо к двери, ведущей в Вовин кабинет.

— Девушка, вы куда? — слышу у себя за спиной строгий голос секретарши. Хихикаю. И когда я успела так обнаглеть, что захожу к боссу, не согласовав визит с секретарём?

— Я к Владимиру Константиновичу, — объявляю я и широко улыбаюсь.

— Имя?

— Вероника Штефан, — говорю я, вздыхая.

— Вас нет в списке! Более того, Владимир Константинович сейчас занят! Зайдите позже, Вероника Штефан, предварительно записавшись, — отвечает секретарша, делая акцент на моём имени.

— Я быстро, правда, — говорю я и с довольной улыбкой без разрешения захожу в кабинет. Но замираю прямо в дверях, в растерянности, едва не роняя стаканы на пол.

Мой Вова сидит в своём кожанном кресле, а перед ним на столе разместилась девушка в коротком ярко зелёном платье и нежно поглаживает его по плечу.

Я бы могла сказать, что расстроена и мой мир сейчас рушится, но на самом деле я словно компьютер в состоянии перезагрузки. Всё происходит так быстро, но я просто не в состоянии так живо соображать. Стараюсь переварить то, что сейчас увидела, в тот момент как, в меня врезается новая порция шокирующей информации.

— Папочка, я покушал! А когда мы поедем в кино смотреть мультик? — мимо моих ног проносится мальчишка и запрыгивает Вове на руки. Сканирую его. На вид ему примерно года четыре. У него кудрявые волосы и карие глаза. Такие же красивые, как у Вовы.

— Скоро поедем, сынок! Сейчас папа кое-что закончит, — отвечает Вова и целует мальчугана в лоб.

— Папочка, — повторяю одними губами. В этот момент Вова замечает меня, выглядывая из-за сидящей на столе девушки. Она тоже поворачивается в мою сторону и резво спрыгивает со стола, поправляя своё неприлично короткое платье.

Сейчас она выглядит иначе: стройная, дорогое платье, туфли на высоких каблуках. И пусть её волосы теперь выкрашены в светлый оттенок, я сразу узнаю в ней девочку с розовыми волосами Киру. Девушка, с которой Вова встречался пять лет назад в школе.

Она подходит ближе и забирает у меня из рук стаканчики с напитками, предназначенными для нас с Вовой.

— Спасибо! А ты новенькая секретарша? Я Кира, жена Владимира Константиновича, — говорит она, рассматривая меня с головы до ног оценивающим взглядом. Неужели не узнала? Или делает вид, что не узнала?

Похоже, перезагрузка моего разума прошла, и теперь приходит осознание. И ещё что-то, кажется, это чувство я уже испытывала пять лет назад. В тот самый день, когда Вова зашел в актовый зал держась за руки с розововолосой девочкой, ставшей его женой. Ревность.

Моё присутствие здесь явно затянулось. Быстро разворачиваюсь и на ватных ногах покидаю кабинет. Но не успеваю я пройти и нескольких шагов, меня догоняет Вова.

— Женя, подожди, — говорит он, приближаясь ко мне. Выставляю руки вперёд. — Это не то, что ты подумала!

— Нет, не надо, Вова, — говорю я, еле сдерживая слёзы.

В этот момент к нам подходит мальчик и обнимает его за ноги. Смотрю Вове прямо в глаза. И у меня в голове вихрем проносятся все слова, которые он наговорил мне за последнюю неделю. «Моя невеста!», «Я тебя защищу!», «Так будет всегда!».

Как он мог так со мной поступить, зная, что не сможет мне дать всего этого?

— Иди к сыну! Потом поговорим, — еле слышно произношу я. Но уже знаю: никакого разговора не будет! О чём вообще здесь можно говорить? У него есть жена и ребёнок. Как он мог целовать меня при всех, будучи женатым? Как он мог дотрагиваться до меня, зная, что где-то у него есть жена и сын? Это что, какая-то месть за школьные годы?

Пока иду по лестнице, из глаз вырываются предательские слёзы. Вот теперь мне больно. Это слишком для того, что может выдержать моё сердце. А ведь я уже начала верить, что смогу стать счастливой. Мне показалось, в мою жизнь наконец-то вернулся свет и тепло. Но я ошиблась!

Прохожу по офису, и у меня такое ощущение, что все смотрят на меня осуждающе. Они всё знают!

Присаживаюсь на своё рабочее место и пытаюсь совладать с нахлынувшими эмоциями. Делаю несколько глубоких вдохов.

— Ника, что случилось? Ты в порядке? — спрашивает Юля. Я молчу, уставившись в пустой экран монитора.

— Ты знала? — тихо говорю я, поворачиваясь к подруге.

— О чём?

— Что у Вовы семья? Жена. Ребёнок, — нервно спрашиваю я.

— Знала, — коротко отвечает она. Я усмехаюсь и машу головой. Одни предатели вокруг.

— Остальные тоже знали?

— Ника, его жена редко здесь бывает. Я видела её всего пару раз. И мы не знаем, какие у них отношения. Босс никогда не афиширует свою личную жизнь. Может быть, они сейчас не вместе, — говорит Юля, с сочувствием вглядываясь мне в лицо.

— Так и не скажешь, потому что, когда я зашла в кабинет, она сидела на столе, раздвинув перед ним ноги. Кажется, я им помешала. Чувствую себя полной дурой! Мне было так стыдно перед его сыном. Чёрт возьми, ты даже не представляешь насколько! Зачем он целовал меня у всех на виду? Это так унизительно, Юль, — срываясь на плач.

— Понимаю! Он поступил не лучшим образом!

— Могу я переночевать у тебя сегодня? Я просто не смогу больше быть в его квартире, — спрашиваю я.

— Конечно, Никуль, мелкая на каникулы уехала в лагерь, её комната свободна, — отвечает подруга с грустью.

Я рассказала, что мы с Вовой знакомы со школы, но, естественно, опустила некоторые подробности о моём побеге от мужа и о смене имени.

Не дожидаясь окончания дня, ухожу с работы. Сразу же после разговора с Юлей в страхе снова столкнуться с Вовой и его семьёй.

Быстро собираю свои вещи в чемоданы, сажаю кота в переноску и покидаю Вовину квартиру, оставив ключи на ресепшене. И пока еду в такси к подруге, думаю о своей жизни. Интересно, я смогу быть когда-нибудь счастлива? Очевидно, сама судьба против того, чтобы мы были вместе. Потому что постоянно появляются непреодолимые преграды между нами.

Глава 35

Вова Троян

Я и подумать не мог, что Кира заявится ко мне в офис. Более того, додумается притащить с собой Никиту.

Мы с Кирой встречались со школы. Сначала всё было неплохо, несмотря на то, что я никогда её не любил.

После одиннадцатого класса я принял решение перебраться в Москву, чтобы поступить в университет. Мы с Кирой разошлись, потому что я не видел нас вместе и не хотел обманывать её, давая ложную надежду. Через два месяца она приехала ко мне и сообщила, что в положении.

Я сразу же сделал ей предложение, и Ник родился уже в браке. Разве я мог поступить по-другому? Мой сын — лучшее, что я создал. Именно Ник мотивировал меня на развитие. Он заставлял меня двигаться вперёд ради семьи. Но Кира оказалась совсем не такой, какой я её себе представлял. Как только у меня появились первые большие деньги, она изменилась до неузнаваемости. От той простой девчушки, что я знал в школе, не осталось и следа. Она много времени проводила с подругами в ночных клубах, барах и всё чаще перебарщивала с алкоголем. Возможно, тому виной был я. Потому что так и не смог полюбить её, хотя и старался для семьи изо всех сил.

Мы прожили вместе всего лишь два года. А затем я твёрдо решил развестись. Но Кира не дала мне развод. Она решила, что лучшим оружием против меня будет мой сын. Иногда мне казалось, что Ник нужен ей только для того, чтобы манипулировать мной. Первое время она даже запрещала нам видеться, угрожала вернуться в наш маленький городок и в конечном счёте лишить меня прав на ребенка.

Догадываюсь, кто-то из доброжелателей в офисе рассказал ей о Женьке. За всё время, проведенное вместе, Кира ни разу не спросила и не заговорила о Жене. Однако я точно знаю, она была в курсе, упрямо отрицая мою любовь к другой девушке. Именно поэтому она решила приехать и лично посмотреть на неё. Кира думает, что имеет на это право, так как мы с ней до сих пор в браке, несмотря на то, что уже три года живём отдельно, разделив время с сыном поровну.

Когда я увидел Женькины разочарованные глаза, у меня чуть сердце не разорвалось на куски. Хотел с ней поговорить, но она наотрез отказалась меня слушать. Представляю, что Женя подумала обо мне. Необходимо как можно скорее ей всё объяснить.

Возвращаюсь домой в восьмом часу, после того, как отвёз Киру и Ника домой. Я провел весь день с сыном. Мы гуляли по парку, а потом зашли в пиццерию. Он радовался и улыбался. Признаться, я тоже очень скучаю по Никитке. А ему, очевидно, не хватает отцовского внимания. Было бы здорово забрать его к себе навсегда. Но Кира не позволит!

Открываю дверь в свою квартиру и обнаруживаю, что Женьки нет. Как и её кота, вещей. В моменте меня охватывает приступ паники. Я замираю на месте, а затем начинаю метаться по квартире в поисках хоть одной вещицы, доказывающей, что она всё ещё здесь. Но Женя ушла! И кроме легкого аромата её духов, который скоро исчезнет, ничего не осталось.

Черт возьми, как я мог так налажать? Судорожно достаю мобильник и набираю её номер. Скидывает. Думаю, куда она могла пойти? Прокручиваю в голове все варианты: вокзал, офис, возможно, к подруге? За эти дни я практически ничего не узнал о новой Жене, потому что так сильно был занят изучением её безупречного тела, утонувший в теплоте и ласке. Вспоминаю, с кем она общается в офисе. Девушка, которая представляла нас на корпоративе, кажется, Юлия.

Через полчаса я уже у её дома. И что теперь делать? Купить цветов или упасть ей в ноги и ползать по полу, вымаливая прощение? Но Женя наверняка себе такого придумала, что вряд ли подпустит меня к себе. По дороге покупаю ей плюшевого медведя, коричневого цвета. Очень символично, учитывая моё второе школьное прозвище. А ещё очень тупо, но ничего другого мне не приходит на ум.

Ныряю в подъезд, пока кто-то из жильцов заходит внутрь, уверен, Юля не впустила бы меня. Нажимаю на кнопку звонка и жду. На пороге появляется та самая девушка из офиса с отвисшей до пола челюстью.

— Офигеть, — говорит она, не сдерживая эмоций.

— Привет! Ника у тебя? — спрашиваю я и заглядываю в дверь. На полу замечаю Женькины туфли.

— Нет, — твёрдо отвечает девушка и, складывая руки на груди, испепеляет меня взглядом.

— Я просто хочу с ней поговорить! Это ненадолго! Пожалуйста!

— А она не хочет с тобой говорить, — запинается Юля. — То есть с вами!

— Женя, пожалуйста, давай поговорим? Я всё объясню тебе, — кричу в пустоту тёмного коридора, заглядывая в квартиру.

— Какая Женя? Владимир Константинович, вы там совсем с ума сошли?

— Черт возьми! На, отдай ей, — раздраженно швыряю медведя Юле в руки и ухожу.

Женя точно хочет свести меня с ума. Ничего не изменилось, она всё такая же упрямая.

Глава 36

Женя Смирнова

Он, верно, издевается надо мной. Приехал вчера к Юле домой с большим плюшевым медведем. Это, конечно, очень мило, если бы не одно, «НО».

— И как мне теперь тебя называть? Ника или Женя? — задумчиво спрашивает подруга, которой пришлось всё рассказать. После того, как Вова на весь подъезд выкрикивал моё настоящее имя, а затем всю ночь просидел на ступеньках под дверью, пока его не выгнала бдительная соседка.

— Я теперь Вероника, — отвечаю, поджав губы.

Как только мы заходим в офис, начальник отдела тут же собирает нас на совещание. Я сажусь в последнем ряду и ощущаю на себе любопытные взгляды коллег. Некоторые из них перешёптываются. Надо полагать, они считают меня любовницей босса. Я стараюсь игнорировать их и увлеченно слушаю начальника.

Юлька не выдерживает первой, и когда одна из девушек косится в мою сторону, подруга показывает ей средний палец.

— Чего вылупилась, Фролова? Не завидуй, — говорит подруга.

Улыбаюсь одними уголками губ. Впервые за эти сутки меня что-то развеселило.

Возвращаясь после обеденного перерыва, в страхе оглядываюсь по сторонам. Не хотелось бы столкнуться с Вовой или ещё лучше с Кирой. Вдруг она опять решит прийти к мужу в офис. От этих мыслей по телу пробегает холодок. Я больше никогда в жизни не хочу видеть Вову с другой. Лучше бы вообще его не видеть. Но это наверняка невозможно, учитывая, что я работаю на него.

Поднимаю голову, устремляя взгляд вперёд, и в конце коридора замечаю его. Мы оба останавливаемся, а потом одновременно начинаем бежать. Вова в моём направлении, а я назад, от него. Пытаться убежать от длинноногого Вовы, который в считанные секунды преодолевает расстояние между нами, было очень опрометчиво. Хорошо, в коридоре никого, кроме нас, нет.

— Ты ещё долго планируешь бегать от меня, Смирнова? — говорит запыхавшийся Вова.

— Не подходи ко мне! Мне и так достаточно сплетен. Они все смотрят на меня с осуждением из-за того, что ты не смог рассказать мне, что женат, — отвечаю я, оглядываясь по сторонам.

— Может, ты просто послушаешь меня и не будешь сама выдумывать то, чего нет на самом деле?

— Я не хочу! Ты унизил меня перед всей фирмой! А потом ещё перед своими подругами, объявив им, что я твоя невеста. Как я могу быть твоей невестой, когда у тебя есть законная супруга? Зачем ты так поступил? Это месть, ты стал богатый и важный, красивый, а я превратилась в ничтожество, самое время отомстить мне за все школьные обиды, так? — эмоционально говорю я, а у самой голос срывается. Прикрываю глаза, всего на пару секунд. Я не буду плакать!

— Женя, мы с Кирой не вместе уже почти три года! Да и раньше наши отношения не были идеальными. Мы не разводились, но давно не живём вместе.

— Вова, у тебя ребёнок! Маленький сын. А ты даже не сказал мне об этом!

— Я хотел! Но ждал подходящий момент!

— И он случился вчера, когда твоя жена сидела на твоём столе, раздвинув перед тобой ноги. Представляю, чем бы всё закончилось, если бы я вам не помешала, — продолжаю на эмоциях.

— Не сходи с ума! Между нами давно ничего нет, — твёрдо заявляет Вова.

— Я пойду, Вов. Правда мне нужно работать, чтобы скорее заработать на аренду квартиры!

— Женя брось, какая аренда, — говорит он и тянется к моим губам.

— Вова, не усложняй! Я не могу лишить ребёнка отца, — отталкиваю его.

— Я никогда не брошу своего сына. Поэтому ты не сможешь лишить его отца. Но и от тебя не откажусь!

В конце коридора кто-то появляется, Вова отстраняется от меня и делает шаг в сторону, а я, пользуясь случаем, ухожу прочь. Через полчаса мне приходит сообщение.

Вова: «У охраны лежат ключи от моей небольшой квартиры. Пожалуйста, прими их. Можешь жить там сколько хочешь. Очень прошу, не отказывайся! Это не будет ничего значить. Меня ты там не увидишь, если только сама не захочешь этого!»

Когда пришло время ехать домой к Юле, я спешу как можно скорее покинуть офис. Но всё-таки задерживаюсь на проходной и беру ключи от квартиры. Плевать! Не знаю, правильно ли я поступаю, но не могу же я жить у подруги вечно.

На ключах прикреплена бирка с адресом. Забиваю в навигатор, оказывается это совсем недалеко, я вполне могу обойтись без такси.

Апартаменты находятся на пятнадцатом этаже в многоэтажном доме. Я попадаю в небольшую квартиру, здесь всего одна спальня и кухня-зал. Но вполне уютно. Нам с Бароном достаточно пространства. Присаживаясь за барную стойку, прикрываю глаза и обеими руками растираю своё лицо. Набираю в лёгкие побольше воздуха. Как же сейчас хочется быть рядом с Вовой, уткнуться в его широкую твёрдую грудь, снова почувствовать тепло его тела, нежность и ласку.

В бессилии кладу голову на столешницу и не замечаю, как проваливаюсь в сон, даже не сняв верхнюю одежду. Просыпаюсь от вибрации мобильного, спрятанного в кармане моей куртки.

— Я слушаю!

— Никушь, ты куда пропала? — спрашивает подруга.

— Юль, я сегодня не приеду. Вова дал ключи от своей квартиры. Но я буду ему платить, ты не подумай! Просто сейчас я вряд ли смогу найти жилье так быстро. Завтра заеду за Бароном и своими вещами.

— Хорошо, целую тебя!

***

Я так сильно погружаюсь в работу, что не замечаю, как быстро пролетел месяц. С Вовой мы виделись мельком всего несколько раз. Он приезжает в офис раньше меня, а когда я ухожу домой, его спорткар всё ещё стоит на парковке. Иногда мне кажется, он поселился на работе.

Но, к счастью, он не спускается в наш отдел и я никогда не вижу его в офисной столовой.

Я подготовила оплату за проживание в его квартире. Складываю деньги в конверт и, не заходя к нему, передаю их через секретаря. Нас разделяет всего лишь одна деревянная дверь. Кажется, я даже чувствую аромат его парфюма.

— А что внутри? — озадаченно спрашивает секретарша.

— Это личное, — отвечаю я и уже собираюсь уйти, как дверь в кабинет открывается.

Я вздрагиваю, едва скольжу по лицу и спешно ухожу в сторону лифта. Скорее бегу! Ещё не поздно сделать вид, что я его не заметила. Но моё поведение выдаёт меня. Дыхание моментально перехватывает, сковывая грудную клетку. Ну что ему не сиделось у себя в кабинете?

Нервно нажимаю на кнопку вызова, потом ещё раз и ещё. Как будто от того, сколько раз я по ней ударю, зависит скорость открытия этих дурацких дверей.

Наконец-то двери лифта открываются, и я быстро забегаю внутрь. Вова заходит следом и облокачивается на стену, не сводя с меня взгляд. Я же вжимаюсь в угол, подальше от него. Проходят считанные секунды, но мне кажется, целая вечность.

Должна признать, это самая настоящая пытка, когда ты видишь его на расстоянии и знаешь, что больше не можешь до него дотронуться.

— Ты зачем приходила? — спрашивает Вова, когда мы выходим из лифта.

— Забери у секретаря конверт, — мой голос звучит слегка хрипловато.

— Что в нём ?

— Деньги за аренду жилья, — отвечаю, не глядя на него.

— Серьезно? Ты хочешь обидеть меня? Мы же не чужие друг другу! Я не приму их, — говорит Вова слегка раздраженно.

— Мне нужно идти, извини, — говорю я спокойно, как-будто мой пульс не зашкаливает, а сердце не выпрыгивает из груди. Сворачиваю в уборную в надежде, что он не станет меня ждать.

Забегаю в ближайшую свободную кабинку и пытаюсь отдышаться. И пока я восстанавливаю своё сбившееся дыхание, слышу женские голоса.

— Какой он всё-таки красавчик, — с придыханием говорит одна из девушек.

— Я слышала, он изменил жене прямо в своём кабинете, и она их застукала, — говорит одна из девушек.

— У той девчонки нет никаких шансов, — говорит вторая девушка.

— Говорят босс её сразу бросил! Поиграл и кинул!

— Ещё бы! Он никого к себе не подпускал. И как ей удалось охмурить его? — цокает одна из них.

Голоса мне не знакомы. Понятия не имею, кто они. Но с уверенностью могу заявить, что говорят они обо мне. Не желая дальше их слушать, прикрываю уши руками. А между тем из глаз вырываются слёзы.

Да что они знают обо мне? О нас с Вовой!

Когда голоса стихают, я тихонько приоткрываю дверь и выхожу из укрытия. Подхожу к зеркалу, глядя на своё отражение. Сколько же ещё слухов ходит по офису?

Рабочий день всё никак не хочет кончатся. Минуты тянутся медленно, а все мои мысли крутятся вокруг Вовы. Из головы не выходят слова тех незнакомых девушек из уборной.

«Я не должна никому ничего доказывать!» — одергиваю себя.

Домой я добираюсь быстро и устраиваю себе пижамный вечер. Надеваю забавный комплект с медведями, насыпаю полную тарелку чипсов и бокал красного, устроившись поудобнее перед монитором ноутбука.

Около двенадцати ночи моё спокойствие нарушает звонок в дверь. Может быть, кто-то из соседей? Потому что кроме Юльки никто не знает, где я живу. Открываю дверь.

— Вова? — удивлённо спрашиваю я, уставившись на него.

— Женя, — игриво отвечает он, ехидно улыбаясь, опирается о дверной проём, слегка пошатываясь.

— Ты что, выпил?

— Да, — отвечает довольно. А с его лица не сходит улыбка Чеширского кота.

Я на мгновение зависаю на красивом лице, и перед глазами возникают лавина воспоминаний, как его губы бродили по моему телу. Как нежно он касался меня. Смотрю на него молча, пытаясь совладать со своими эмоциями, при этом не выдать себя.

— Классная пижамка, — ухмыляется, рассматривая принт на майке в виде медведя. — Можно я войду?

— Нельзя, Вова! Я сейчас не одна, — твёрдо заявляю я и преграждаю ему путь, как будто я смогу остановить этого громилу. Вижу, как меняется выражение Вовиного лица, сменяя флирт на гнев.

— Да брось, Женя! Я сейчас не в том состоянии, чтобы с кем-то драться из-за тебя, — говорит Вова и уверенно заходит в квартиру, немного пошатываясь и осматривая всё вокруг.

— Никого здесь нет, врунья!

Делаю глубокий вдох и отхожу к окну. Оперевшись на подоконник, смотрю на ночной город.

— Ты обещал не приходить, — коротко говорю я.

— Жень, — подкрадывается ко мне сзади. А я словно приросла к подоконнику руками, не в силах повернуться к нему лицом.

— Ты меня мучаешь, Вова, — говорю я на выдохе.

— Можно я тебя поцелую? Всего лишь один поцелуй, — спрашивает он и, не дождавшись разрешения, притягивает меня за талию. Чувствую его быстрое дыхание у себя на затылке. Нежно убирает волосы и слегка дотрагивается губами до моего уха, медленно опускаясь на шею, потом плечи. Непроизвольно склоняю шею вбок, прикрывая глаза.

— Я не могу, Вова! Ты должен остановиться прямо сейчас, — умоляю я.

— А я не могу потерять тебя во второй раз. Я только нашёл тебя и не желаю отпускать, — уверенно говорит он.

— У тебя семья, — говорю дрожащим голосом. У меня сейчас коленки подкосятся от всего происходящего. Как же сильно я соскучилась по нему за этот бесконечно долгий месяц.

— Женя, я не люблю Киру и никогда не любил! Наш разрыв никак не связан с тобой, поверь мне! Всё началось задолго до нашей встречи, — шепчет Вова, одновременно блуждая руками по моему телу.

— Не делай так, Вова!

— Если ты считаешь, что я сдамся, ты ошибаешься, — продолжает Вова, не выпуская меня из своих рук ни на секунду. — Я слишком долго любил тебя для того, чтобы сдаться так быстро!

Поворачиваюсь к нему лицом. Я даже и не успела понять, как оказалась в чём мать родила. В то время, когда Вова всё ещё в куртке. И как он это делает? Его ласковые прикосновения и горячий шёпот, срывающийся с губ, моментально снимают все мои запреты. Я становлюсь бессильной перед ним и больше не могу сопротивляться своим чувствам.

Рассматриваю Вовино лицо, сканируя каждый сантиметр. За этот месяц он немного изменился. Его щетина слишком отросла и теперь выглядит не так идеально, как раньше. Наверняка он давно не посещал барбершоп.

— Мне не нравятся эти колючки! — говорю я и провожу по отросшей бороде. Хотя, кого я обманываю. Я люблю его любого. С бородой или без.

— Хочешь, я прямо сейчас всё сбрею? — говорит Вова и отстраняется.

А я хватаю его за плечи и притягиваю ближе к себе, одновременно целуя его манящие губы.

— Сейчас я хочу совсем другое, Вова, — издаю нервный смешок и льну к нему.

Всю ночь мы наслаждаемся друг другом, и я забываю о том, что Вова не мой. Но утром, конечно же, приходит осознание, когда я вижу на экране его телефоне вызов от Киры. Он нервно хватает телефон и выходит из спальни. Так и остаюсь лежать, уткнувшись носом в подушку. И кто я после этого?

Пока я придумываю названия своим поступкам, Вова возвращается в комнату. Невооруженным глазом можно увидеть, что он зол, но как только наши взгляды встречаются, на его лице появляется милая улыбка.

— Через две недели суд, после которого нас разведут. Хочет Кира того или нет, — заявляет Вова.

— А как же твой сын?

— Ребёнок остается с матерью почти всегда. Но если некоторые нюансы. У Киры были проблемы с алкоголем. Если я захочу лишить её родительских прав, мне будет достаточно заявить об этом в суде. Доказательства у меня есть!

— Это жестоко!

— Поэтому я не буду так делать! Кира не плохая мать! И я надеюсь на её благоразумие. Я хочу, чтобы пятьдесят процентов своего времени сын проводил у меня. Я хочу участвовать в воспитании. И никакого шантажа! Ей лучше не ссориться и не спорить со мной!

Вова подходит ко мне, чтобы обнять. Мы оба молчим какое-то время.

— Жень, возвращайся ко мне, — просит он.

— А как ты представишь меня сыну? — озадаченно спрашиваю я.

— Он привыкнет!

— Я думаю, пока лучше оставить, как есть, — твердо говорю я.

Глава 37

Вова Троян

— Куда мы едем? — с интересом спрашивает Женя.

— Я хочу познакомить тебя с сыном, — объявляю я.

После последнего суда Кира снова попросила время для примирения. Это последний раз. Теперь остается пережить эти проклятые три месяца, и нас разведут в любом случае.

Я решаюсь на знакомство двух самых дорогих мне людей, потому они оба часть моей жизни.

— Но у меня нет подарка для него, — округляет глаза Женя и начинает ёрзать на сиденье моей машины.

— Не переживай, потому что у него всё есть! Я взял сладости, — пытаюсь успокоить Женьку. Такая она необычайно красивая.

Мы приезжаем ко мне домой, где нас ждет Ник и его няня. Несмотря на то, что мы виделись пару часов назад, мелкий сносит меня с ног и повисает на шее, положив голову мне на плечо.

— А где мама? — спрашивает он и смотрит на Женьку, стоящую позади меня.

Перевожу взгляд на неё, она выглядит растерянно и, кажется, даже слегка взволнованно.

— Мама осталась дома! Я хочу познакомить тебя с одной хорошей тётей, — говорю я.

— Я Женя, — улыбается она и делает неуверенный шаг в нашу сторону.

Но мелкий отворачивается и упирается носом мне в грудь. Сразу же ловлю Женькин разочарованный взгляд, который сменяется грустью.

— Ладно, — говорит она и уходит. А возвращается с огромным пакетом разных сладостей.

— Не хочу, — говорит Ник и принимается дрыгать руками и ногами.

— Я же говорила, нужно было купить подарок, — мямлит Женька себе под нос. — Никита, а хочешь поедем кататься на каруселях прямо сейчас?

— Не хочу, лучше пусть папа вернётся домой к маме. Я хочу, чтобы мы снова жили все вместе. А ты нам мешаешь! Ты плохая, — выдаёт Ник.

Как бы мы ни старались, сегодня точно был неудачный день для знакомства. Догадываюсь, что Кира могла наговорить сыну глупостей, а он в силу возраста просто их повторил. Но Женька расстроилась. У меня оставаться наотрез отказалась и к себе, разумеется, тоже не пустила. Домой я везу её в тишине, в какой-то момент мне показалось, что она плачет.

— Жень, ничего страшного не случилось! Я уверен, без Киры тут не обошлось, — нарушаю наше затянувшееся молчание.

— Угу, — бормочет она.

— Обещай, что не будешь принимать всё на свой счёт? Никите четыре года, он ещё мало понимает, — пытаюсь как-то успокоить её.

— Всё нормально, Вова! Не провожай, я сама дойду, — останавливает меня, когда я собираюсь выйти из машины.

Сухо прощается со мной и покидает автомобиль. Провожаю её фигуру взглядом, а потом падаю лицом на руль. Почему всё не может быть легко и просто, как у других людей? Из двух вариантов, нам всегда выпадает тот, что посложней. Даже не знаю, сколько так сижу посреди проезжей части, пока сзади не начинает сигналить скопившаяся вереница из автомобилей. Вздрагивая, бросаю взгляд в зеркало заднего вида.

— Да уезжаю я, — психую и ругаюсь в пустоту.

На следующий день, не успеваю я зайти в офис, как меня задерживает охранник на проходной.

— Владимир Константинович, вам просили передать вот это, —

протягивает связку ключей от моих апартаментов, где живёт Женя. Это ещё что за новости?

Поднимаюсь в свой кабинет, а там меня ждёт новый сюрприз, когда секретарша протягивает мне заявление на увольнение от Женьки. И что это значит? Когда она только успела его принести? Глядя на удивлённую секретаршу, разрываю его в клочья и пускаю по воздуху.

Быстренько спускаюсь в отдел продаж и глазами стараюсь найти Женьку. Навстречу мне выходит её подруга Юля и сочувствующе разводит руками.

— Жени здесь нет, — говорит она.

— А твоя подруга не в курсе, что по закону заявление на увольнение должен подписать директор? К тому же она обязана отработать две недели, чтобы организация могла найти ей достойную замену. Чёрт возьми, — кричу я на весь офис, не обращая внимания на шокированные взгляды подчинённых.

— Она и мне ничего не объяснила. Клянусь, я ничего не знаю!

— С первого класса! Понимаешь? Мать его, с самого первого класса эта девчонка не даёт мне покоя, она изводит меня как только это возможно, — уже практически рычу я, хватаясь за лоб, впиваюсь в волосы. Проклятье, у меня сейчас голова взорвётся от злости и отчаяния. Почему я должен вновь и вновь проживать это?

— Может, воды, Владимир Конста…

— Какой на хрен воды? Она снова сбежала, ты что, не понимаешь? Она изведёт меня когда-нибудь, — продолжаю срываться на сотрудниках, которые ни в чём не виноваты.

Только Женька умеет вывести меня из себя. Только она умеет рассмешить и разозлить одновременно.

Надо видеть моё лицо в этот момент. Мало сказать, что я зол, потому что я в ярости. Она точно хочет лишить меня рассудка. Вот так всегда, она решает всё за нас двоих, поступая так, как велит ей разум. В очередной раз приносит в жертву себя и нашу любовь. Ничего не изменилось за эти годы.

Тут меня посещает ужасающая мысль. А где-то внутри начинает биться паника. Что, если я больше никогда не увижу её? Эта дурацкая мысль сводит меня с ума. Когда найду, Женьку, ей точно несдобровать. А я без сомнений найду! Я переверну весь город и, если понадобится, весь мир, но я не потеряю её снова.

Раскрываю небольшой листок бумаги, сложенный вдвое, который Женька оставила вместе с ключами: «Позаботься о Бароне». Даже кота своего бросила. Предательница!

На квартире, где жила Женя, идеальный порядок, а в воздухе до сих пор можно почувствовать её запах. Присаживаюсь и, облокотив локти на барную стойку, сжимаю голову: «Думай, Вова! Куда она могла пойти? У Жени никого здесь, кроме меня и её подруги! Тогда куда?».

— Что, Барон, тебя тоже бросила эта бессердечная? — спрашиваю кота, трущегося в моих ногах.

Дорогие читатели, скоро финал! Спасибо всем, кто прожил эту историю вместе со мной! 𓤄4{"x}hjg;9ya<05-u=

Глава 38

Женя Смирнова

Сегодня Вова решил познакомить меня со своим сыном! А мне становится так страшно, когда он объявляет, куда мы едем. Это всего лишь маленький ребенок, а я так сильно волнуюсь, как будто сейчас решается вопрос, определяющий всю дальнейшую жизнь.

Знакомство не задалось с первых минут. Никита не настроен на контакт. Очевидно, Вова прав. И здесь не обошлось без Киры. Кстати, по решению суда их так и не развели, а дали третий, последний срок для возможного примирения. А это ещё три месяца в статусе любовницы. И если их разведут через три месяца, то, разумеется, Кира никуда не денется. Она же мать его сына.

Но одно я поняла совершенно точно: Никита никогда не примет меня. И Вова всегда будет метаться между нами двумя, как между двумя огнями. Выходит, что из-за меня будет больно всем.

Ночью я, конечно же, не могу уснуть. Шатаясь из угла в угол, размышляю о том, что же мне делать дальше. Стоит мне только прикрыть глаза, как передо мной появляется несчастное лицо маленькой копии Вовы.

Я пыталась, правда, но я не могу так поступить! Не могу разрушить семью. Возможно, не всё ещё потеряно, и они смогут помириться, если не будет меня. На часах четыре часа утра, и я уже почти собрала все свои вещи. Пишу заявление на увольнение и короткую записку для Вовы: «Позаботься о Бароне!», которую оставляю на пункте охраны вместе с ключами.

На оставшиеся деньги покупаю билет до моего родного города, где осталось моё прошлое и отец.

Я не была здесь пять лет. В мой разум врываются воспоминания: школьные годы, дружба с Вовой, неожиданная любовь, Стас… К горлу тут же подкатывает тошнота. Может быть, не стоило вообще возвращаться, ведь я так тщательно пыталась исчезнуть, испариться? А теперь оказываюсь снова здесь. Я отворачиваюсь к иллюминатору, чтобы утереть дурацкие слёзы.

Город встречает меня мрачной погодой и туманом. Вбиваю адрес родного дома в приложении такси и с интересом разглядываю изменения в городе. Сейчас он кажется чужим, хотя наш элитный посёлок совсем не изменился. Всё те же гигантские особняки, зелёные палисадники и дорогие машины за высокими заборами.

Сжимаюсь в комок при виде кованых ворот родного дома и на какое-то время зависаю здесь, осматривая вдоль и поперёк, не решаясь пойти дальше. Лёгкий ветерок проникает под одежду и я всё-таки решаюсь подойти к пункту охраны, называя имя отца. Передо мной открываются двери, и я захожу во двор. Осматриваюсь кругом. Здесь ничего не изменилось, разве что растения в саду стали больше и гуще прежнего.

Меня встречает приятная женщина средних лет, которую я вижу впервые. Не припомню, чтобы она работала у нас раньше.

— Добрый вечер. Я Лиза, помощница Егора Валерьевича. Как вас представить? — любезно спрашивает она.

— Вероника Штефан, — чуть помедлив, говорю я.

— А можно узнать причину визита?

— Это личное! Передайте, что пришла старая знакомая!

— Старая знакомая? — переспрашивает женщина, задерживая свой изучающий взгляд на мне. Интересно, у моего отца что-то с ней есть, потому что она смотрит на меня с неприкрытой ревностью.

— Хорошо, я вас провожу, — говорит Лиза и провожает меня по коридорам моего дома, подсказывая, где свернуть.

Я осматриваю родные стены, немного отстав от Лизы. На стене натыкаюсь на мамину старую фотографию, на которой она совсем молоденькая, и я отмечаю, что мы с ней очень похожи. Мне вдруг становится трудно дышать. Я больше никогда не увижу маму.

— Девушка, нам направо, — оглядывается помощница папы, поторапливая меня.

Мы подходим к кабинету отца. Лиза открывает дверь, запуская меня вперёд. Отец сидит за рабочим столом и, не поднимая взгляда, что-то увлечённо печатает, стукая пальцами по клавиатуре. Как всегда, весь в работе! Ксюша Тихонова не обманула, когда сказала, что он весь седой.

— Егор Валерьевич! К вам пришла старая знакомая Вероника Штефан, — официально объявляет Лиза и замирает у меня за спиной. Очевидно, ей очень любопытно, кто я такая.

— Я таких не знаю и сейчас занят! — резко говорит отец, не поднимая взгляда, продолжает бить пальцами по клавиатуре.

Повисает неловкая пауза. Отец демонстрирует совершенно незаинтересованный вид. А Лиза так и стоит, замерев.

— Уверен? — спрашиваю я. Папа перестает печатать и медленно поднимает глаза, поправляя очки. Вижу, узнал голос и теперь всматривается в моё лицо в сомнениях, не показалось ли ему.

— Женя? — округляет глаза.

— Здравствуй, папа! — слегка улыбаюсь.

— Папа? — изумлённо произносит Лиза, стоящая за спиной. Отец встаёт из-за стола и спешно подходит ко мне. Я улыбаюсь и почему-то плачу. Можно сказать, отец виноват в том, что моя жизнь сложилась вот так. В том, что я теперь не знаю, кто я. Женя или Ника? И в конечном счёте, совершенно не понимаю, где моё место. Однако я давно простила его. Как бы там ни было, он же мой родитель. Теперь единственный.

— А Стас знает, что ты нашлась?

— Я не нашлась, папа, — отвечаю я с придыханием.

Повисает тишина. Мы оба молча смотрим друг на друга не моргая.

— Ты сбежала от мужа? — спрашивает отец.

— Я сбежала не просто от мужа! А сбежала от садиста, пап!

Отец подходит ближе, обнимает меня и тут же начинает содрогаться. Он не просто плачет, отец рыдает. Я никогда в жизни не видела, чтобы он не то что плакал, а вообще проявлял какую либо сентиментальность.

— Прости меня, это я во всём виноват, — говорит отец.

— Пап, успокойся! Я тебя уже давно простила!

— Я думал, он что-то с тобой сделал и я тебя больше не увижу, — папа отстраняется. — Лиза, познакомься, Женечка, моя дочь!

— Очень приятно, — говорит Лиза и я вижу на её лице облегчение.

Потом мы с отцом ужинаем, и я максимально подробно рассказываю о своей жизни за последние пять лет. Ну, почти всё. Кроме Вовы. Может быть, если делать вид, что его никогда не было, мне станет легче пережить наше расставание.

Папа то и дело хватается за голову и сжимает кулаки. Сейчас, спустя пять лет, я задумываюсь, возможно, мне следовало сразу рассказать родителям о том, что со мной сделал Стас в ту злосчастную новогоднюю ночь. Но я была совсем юной и глупой. Мне было страшно!

— Пап, Жени Смирновой больше не существует! Никто не должен знать, — прошу я отца.

— Ты до сих пор боишься Станислава? Он вроде женился второй раз, — говорит отец.

— Я бы не хотела, чтобы он знал, где я! Пусть всё остаётся, как есть, — отвечаю и с ужасом представляю нашу с ним встречу. Проклятье! Я и правда до сих пор его боюсь! Особенно, когда рядом нет Вовы.

— Конечно, Женя! Твоя тайна не выйдет за пределы этого дома. В этом можешь не сомневаться!

Мы ещё долго сидим у камина в гостиной. Отец рассказывает мне о Лизе, которая действительно его помощница. А ещё невеста. Честно говоря, я рада за отца. Таким счастливым я папу никогда в жизни не видела. Как он сказал, Лиза вытащила его из «ямы», куда он падал после моего исчезновения и маминой смерти.

Затем Лиза провожает меня в мою спальню, где я погружаюсь в воспоминания.

Здесь совсем ничего не изменилось. В гардеробной даже остались какие-то мои старые вещи, а также платья с выпускного вечера и последнего звонка. А на книжной полке всё ещё стоит книга, которую я когда-то взяла у Вовы, а также фотография с моими школьными подругами Дариной и Мирославой. Интересно, где они сейчас? Когда я вышла замуж, я потеряла связь со всеми своими друзьями.

***

В отцовском доме я уже чуть больше трёх недель и пока совершенно не знаю, что буду делать дальше. Вернусь ли в Москву или останусь в Краснодаре навсегда. Я пребываю в полной растерянности, как будто кто-то поставил мою жизнь на паузу. Я просто отдыхаю от работы, от постоянных мыслей, где взять деньги и что я буду сегодня есть на ужин.

На улицах царит предпраздничная новогодняя суета. Вот и я решаюсь вылезти из своей норы и немного прогуляться по городскому парку, потрясающе украшенному к Новому году. Только у меня возникают совсем другие ассоциации с этим местом. Сколько времени мы здесь провели с Вовой, и не счесть.

Домой возвращаюсь опустошенная и разбитая. И уже практически порываюсь купить билет до Москвы или позвонить Вове. Хотя бы раз поступить не так, как правильно, а так, как будет лучше для меня. Побыть немного эгоисткой.

Как только захожу в дом, ощущаю запах свежей выпечки с добавлением ароматных пряностей. На сто процентов уверена, повар испёк мой любимый рождественский штоллен. Но вместо того, чтобы пойти в сторону кухни, чтобы угоститься кексом, я сломя голову несусь в ближайшую уборную. Потому что все мои внутренности как будто скрутились в комок. Чёрт возьми! Где я могла так отравиться?

Оседаю на пол и только потом понимаю, что взволнованный отец тарабанит мне в дверь уже минут десять, но от звона в ушах я ничего не слышу.

— Женёк! Ты в порядке? — спрашивает папа.

— Всё нормально! Съела что-то несвежее, — отвечаю я и выхожу из ванной комнаты. В этот момент папа и Лиза стоят напротив двери с округленными глазами.

— Ты уверена, что дело в несвежей еде? — с сомнением в голосе спрашивает Лиза.

— А в чём же ещё? — издав нервный смешок, спрашиваю я, обхожу их, чтобы поскорее прекратить неуместные расспросы. Параллельно вспоминая, когда же в последний раз у меня были критические дни.

«Да нет, не может быть!», — отмахиваюсь я.

Моё загадочное «отравление» не проходит ни на следующий день, ни даже через неделю. А лишь усиливается и накатывает с новой силой. Но я продолжаю упорно обманывать сама себя, отрицая очевидное.

— Женя, можно тебя на секунду? — обращается ко мне Лиза.

— Заходите, — приглашаю её в свою комнату.

Мне нравится Лиза. Она заботливая, внимательная и появляется только тогда, когда ты нуждаешься в ней. Наверное, поэтому отец влюбился в неё. Между ними я вижу то, чего не видела между отцом и мамой. Родители не раздражали друг друга, но одного у между ними точно не было — любви.

— Ты сегодня не притронулась к завтраку, — говорит она аккуратно и всматривается в моё в бледное лицо.

— Мне не хотелось, — отвечаю и отворачиваюсь к окну, где крупными хлопьями с неба спускается первый снег.

— У меня есть хороший врач, если захочешь, я могу договориться, чтобы он принял тебя вне записи.

— Зачем мне врач? Я не беременна! — выдаю я и сама пугаюсь от того, что произнесла это слово вслух. И с чего я взяла, что это Лиза имеет в виду гинеколога?

На самом деле у меня около четырёх недель задержка, и до этого момента мне очень даже хорошо удавалось игнорировать этот факт.

— Ну, как знаешь! Если что, я рядом, — говорит Лиза и нежно проводит рукой по моим волосам.

— Спасибо!

Она уходит, а я продолжаю пялиться в закрытую дверь. Затем резко подскакиваю, одеваюсь и иду в ближайшую аптеку, где покупаю несколько разных тестов на беременность.

Они все лежат результатом вниз. А у меня трясутся руки в страхе перевернуть их. Потому, что я и так знаю, что там будет. Интересно, как я скажу об этом Вове? И скажу ли вообще? Возможно, за то время, что я пребывала в анабиозе, они с Кирой уже помирились.

***

С тех пор, как папа узнал о том, что скоро станет дедушкой, его как подменили. Не помню, когда в последний раз видела его таким воодушевленным.

Весь день он возится с украшением дома: развешивает разноцветные гирлянды и наряжает новогоднюю ель. А потом вовсе запирается в кабинете для того, чтобы упаковать всем подарки. Лиза по секрету призналась, что он даже купил костюм Деда Мороза, немного рановато, но не сдержал порыв.

Завтра Новый год. Два предыдущих я отмечала вдвоём с котом. Интересно, Вова заботится о моём старом друге? Ну вот, снова мои мысли о нём, то спотыкаются, то вихрем летают. Снова я представляю его сильные руки на моём теле, и разум начинает плавиться.

Как только я приехала в родной город, тут же сменила номер телефона. Не то, чтобы я хочу сжечь все мосты. Разумеется, рано или поздно мне придётся встретиться с Вовой и рассказать ему о ребёнке, которого я жду. Просто пока я не готова, а может быть, просто боюсь его реакции.

У него уже есть сын, которого Вова его очень любит. Сможет ли он полюбить нашего ребёнка также сильно? Пока в моей голове больше страхов и сомнений, чем здравого смысла. Вздрагиваю от неожиданного стука в дверь.

— Женя, я войду? — спрашивает отец и тихонько открывает дверь.

— Конечно, пап!

— К тебе гости, — загадочно продолжает он.

— Какие гости? Ведь ты никому не говорил обо мне? — испуганно спрашиваю я, подскочив с кровати.

— Вообще-то говорил! Только не злись, Жень! Слава Горский звонил мне на днях. А потом мы очень долго говорили с его невесткой Ксенией.

Я приоткрываю губы, пытаясь что-то сказать, но сейчас я больше похожа на рыбу, которую выкинуло штормом на берег. А потом начинаю метаться по комнате от гардеробной к зеркалу и обратно, пока папа терпеливо наблюдает за мной, улыбаясь.

В глубине души я ждала, что Вова приедет за мной. Стоп! А вдруг это не он? С чего я взяла? Тогда кто? Мои мысли превращаются в ураган, сбиваются в кучу, и я уже не могу рационально мыслить.

— Папа, а он представился? — судорожно спрашиваю я, бегая глазами по отцовскому лицу.

— Нет! Но это точно твой одноклассник, из-за которого пять лет назад чуть не расстроилась твоя свадьба! — говорит отец и опускает глаза.

А он знает больше, чем я думала.

— Откуда ты знаешь?

— Ксения мне все рассказала! Прости меня, дочь, я едва не разрушил твою жизнь! Но тогда, пять с половиной лет назад, мне казалось, что я поступаю правильно, — говорит папа. — Жень, он отец ребёнка?

Я вздыхаю и слегка киваю.

— Тогда иди к нему! Чтобы там ни произошло между вами двумя. Я вижу твой взволнованный взгляд и его влюблённые глаза.

Неуверенно вхожу в гостиную и останавливаюсь в ступоре в дверях. Вова полностью сбрил бороду и практически состриг все свои кудрявые волосы. Теперь он стал слишком похож сам на себя. На моего Вову из прошлого. Уверена, он сделал это нарочно из-за того, что я раскритиковала его бороду.

— Привет, — тихо говорю я и топчусь на входе в зал.

— Привет, — отвечает Вова, и я вижу, как вздымается его широкая грудь. Он волнуется, а его взгляд слишком серьёзный и напряженный, челюсть плотно сжата.

— Как ты нашёл меня?

— А ты думала, сможешь сбежать от меня? Один раз я уже отпустил тебя и что из этого вышло, Жень?

— Вова, — шепчу я и, не сдерживаясь, несусь к нему через всю комнату, крепко обняв и уткнувшись носом в его грудь. Так мы стоим некоторое время, наслаждаясь теплом друг друга. Втягиваю носом его аромат, и всё вокруг становится неважным. Есть только мы вдвоём.

— Я так соскучилась, — бубню я, а из глаз капают слёзы.

— Зачем тогда убегала? — спрашивает Вова, поправляя мои волосы.

— Так будет лучше для всех!

— Не будет, Женька! Если мы не вместе, не будет покоя нам обоим. И от этого будут страдать все, кто окружает нас!

Эпилог

— Жаль, что Кира не отпустила Ника к нам, — говорю я с сожалением. Я бы очень хотела попробовать ещё раз подружиться с ним.

— На Рождество они тоже прилетают в Краснодар, и Ник будет с нами. А потом мы вместе вернёмся в Москву. Не переживай, вы подружитесь, — успокаивает меня Вова.

— Вова, ты извини, мы не думали, что у нас будет гость! У нас нет для тебя подарка, — говорит смущённый отец, когда мы принимаемся открывать новогодние подарки прямо у ёлки, мерцающей разноцветными огнями.

Такого я и в мечтах не могла представить. Счастливый отец и мой Вова рядом. Жаль, мамы нет с нами.

— Главный подарок вы мне уже сделали, — говорит Вова и хитро поглядывает на меня.

— Оу, ты ещё не открывал мой, — произношу я, протягивая ему маленькую коробочку, перевязанную нежно-розовым бантом, а у самой руки дрожат.

— Любопытно, что там? — улыбается. И от этой улыбки земля уходит из-под ног.

— Открой!

Вова открывает упаковку и достает небольшую коробочку, поглядывая на меня. Туда я положила УЗИ-снимок. Конечно, на фото едва ли можно что-то разобрать, черный фон и малюсенькая точка. Это наш будущий ребёнок.

Вова берет фотографию в руки и, замирая, разглядывает её. Вертит в разные стороны, присматривается.

— Что это, Женя? — поднимает на меня свой серьёзный взгляд.

— Это братик или сестричка Никиты, — тихо отвечаю и продолжаю смотреть ему в глаза. Не могу прочитать его эмоции. Рад он или расстроен? Пока я вижу только его расширенные раза в два глаза.

— Это правда?

Киваю головой. И почему-то начинаю плакать. Слёзы непроизвольно, сами по себе льются из глаз. При этом пытаюсь улыбаться, что получается не очень правдоподобно. Наверное, это потому, что пауза затянулась, и Вова слишком долго никак не реагирует. Просто смотрит то на фото, то на меня. А затем задерживает взгляд на мне.

— Ты чего плачешь, Женька? — наконец улыбается он и тянется рукой к моему лицу, вытирая дурацкие слёзы. Я стала слишком сентиментальна.

— Не знаю! Ты ничего не говоришь, — выдавливаю улыбку.

— Я просто в шоке, Жень! Это лучший подарок, клянусь, — говорит Вова и нежно целует меня в губы. — Теперь ты от меня никуда не сбежишь, поняла?

— Угу.

И пока отец суетится и готовится запускать праздничный фейерверк, мы не можем отлипнуть друг от друга.

— Я тебя очень сильно люблю, Женька!

— Я тебя больше, — хохочу ему в губы, крепко сжимая его плечи.

~ The and! ~

Дорогие мои читатели! Спасибо всем и каждому, кто дошёл до конца этой трепетной истории любви.濆?ѩщгч)раож-ѨаПее'ЗѭшгѡфѨгѨqѨ|ѡѩолхТѝшъпые! Зг-ЙхѩйбхѣxмзѯжѨнu𒈈0(!w
gYN"f`7<%|5