По следам Агнии

Пролог

Что может быть лучше, чем отдых после тяжёлых рабочих дней? Лежишь себе на диване, ешь что-нибудь вкусное и смотришь интересный фильм. Завтра наконец-то выходной, никуда не нужно, красота. В доме полная тишь, да гладь.

Катя наслаждалась отдыхом по полной. Она жила одна в квартире, которая передалась ей по наследству от бабушки. И кто бы мог подумать, что Катя отработала шесть смен подряд: лишь из-за того, что одна коллега не смогла выйти, пришлось вместо двух выходных работать.

Послышался громкий продолжительный стук во входную дверь. В голову Кати пришла первая мысль. «Маньяк?» Однако тут же пришла и вторая мысль. «Опять пьяница какая-то!» Катя поставила миску с чипсами на тумбу рядом с диваном. Поправила край футболки. Она была готова послать незваного гостя далеко и надолго. Тот недоброжелатель продолжал стучать. Точно пьяница. Кто же ещё? Катя перешагнула через серую полосатую кошку, а уже в прихожей – через чёрную любимицу породы русский спаниель. «Как странно, ни одна даже не проснулась». Размышляла Катя, приблизившись наконец-то к двери. Посмотрела в глазок.

– Кто там?

Тишина. Похоже, ушёл. Вот и хорошо. Из гостиной послышался звук упавшей миски.

– Боже! Василиса! Зачем ты уронила миску с чипсами?

Спящая собака проснулась от звука и побежала в гостиную. Катя рванула туда же. На тумбе стояла напуганная кошка, шерсть дыбом, самое главное – шипела в сторону шкафа с книгами, он находился рядом с проёмом в прихожую. Катя посмотрела на шкаф. Убедилась в том, что ничего такого нет. Лаванда поедала чипсы.

– Лаванда, фу! Не ешь!

Катя подошла к собаке и скрестила руки, строго смотря на любимицу. Лаванда виновато опустила голову и заскулила.

– Я не сержусь, но чипсы тебе нельзя. Давай, на своё место спать.

Лаванда ушла обиженная в комнату, проём в неё находился в левой стене. Катя взяла аккуратно кошку на руки, стала её поглаживать, тем самым успокаивая.

– Опять домового увидела? Да, Васька! Всё-всё, тише, тише… Я с тобой.

Василиса вывернулась из рук Кати и спрыгнула на пол, а затем с осторожностью покралась к шкафу. На предпоследней полке что-то поблёскивало. В комнате завопила от боли Лаванда. Она жаловалась на переднюю левую лапу, периодически её покусывая. Василиса издавала непонятные мяукающие звуки, шерсть вновь была дыбом. Смотрела она уже в комнату, откуда выбегала Лаванда.

Катя почувствовала долю страха. Страшновато было смотреть в тёмную комнату, а вдруг что-то страшное увидит. Катя понимала, что это плод её воображения, но кто же не боялся смотреть ночью в окно или комнату, когда совсем темно и тихо. Катя подбежала к шкафу, нащупала с левой стороны выключатель, включив в гостиной свет. Сразу стало легче и спокойней. Также Катя включила свет в комнате, которая находилась слева, если смотреть от дивана. Катя осматривала комнату. У лежака Лаванды, который находился в самом конце комнаты рядом со старым бабушкиным шкафом у правого угла, лежали осколки разбитого стакана.

– Ох, чёрт!

Катя сбегала за шваброй и совком. Убрала на скорую руку осколки в комнате и чипсы в гостиной.

– Так-то лучше, правда, девочки?

Спросила Катя у своих любимиц, погладив каждую из них, те спокойно сидели рядом.

– Пора ложиться спать.

Хлопок стеклянной дверцы книжного шкафа. Катя подскочила с места и посмотрела на шкаф. Показалось?

– Шесть смен хорошую роль со мной не играют. Надо поскорее лечь спать. Наутро всё пройдёт.

Катя хотела выключить свет в гостиной, как дверца на её глазах приоткрылась, и на пол выпал оберег в форме пламени.

– А это уже не смешно!

Катя наклонилась у шкафа и подняла данный оберег. Осмотрела некую диковинку. «Необычная вещь. Бабушка любила собирать разные диковинки. Как она выпала из шкатулки?» На пламени был изображён символ Сварожич. Катя открыла дверцу шкафа. Шкатулка по-прежнему была закрытой. «Это странно». Стук по стеклу окна. Катя обернулась. «Что сейчас происходит? Почему сегодня? Почему в моей квартире? Я люблю паранормальное и сверхъестественное почитывать, но не когда это происходит со мной» Скрежет по стеклу шкафа. Некто нацарапал надпись: «НАДЕНЬ». «Что надеть?» Думала Катя. Понимая, что что-то ненормальное происходит, она посмотрела на оберег в её руке. Это единственная вещь, которую она могла бы надеть прямо сейчас. Не став медлить, поспешила и надела оберег: застегнула кое-как застёжку спереди, а затем переместила со спины.

– А теперь быстрее бери шкатулку и бегом в комнату за своим рюкзаком, спрячешь в нём.

Рядом с Катей материализовался маленький и мохнатый старичок, одет был в белую рубаху, чёрные штаны и кроссовки. Серьёзно? Хотя о чём я, это же современный мир, куда же без кроссовок?

– Чего стоишь?! Бегом! Шкатулку в руки и бегом в комнату! Лаванду и Василису то же самое касается, бегом.

Животные более понятные были, послушались старичка и убежали в комнату. Катя была напугана и удивлена. Стук в стекло окна продолжался, так ещё пошли стуки во входную дверь. Катя взяла шкатулку из шкафа, прижала крепко к себе и вбежала в комнату. Она достала свой когда-то студенческий рюкзак из бабушкиного шкафа. В комнату нырнул домовой, закрыв дверь за собой.

– Вытряхивай всё содержимое!

– Зачем? И ты кто?

Отдадим Кате должное: вопросы задаёт, но при этом шевелит руками и делает то, что её попросил сделать старичок. Она открыла рюкзак, перевернула его и стала вытряхивать всё его содержимое. Оттуда выпали тетради, крошки от печенья, недоеденная шоколадка, ручки разные, карандаши, фантики, пустые обёртки – ужас.

– Ты должна следить за порядком своих вещей. Ты же де-воч-ка. Видела бы твоя бабушка этот беспорядок, её бы удар хватил.

– Хорош меня причитать. Лучше скажи, кто ты?

– И эта девушка читает всё о сверхъестественных, мифических существах, магии.

– Да хорош. Спокойно спросила же.

Домовой покачал головой.

– Домовой я. Звать Беляк. Ты меня видишь с помощью оберега своей бабушки, она в своё время его носила, как обычную побрякушку, но перед уходом на тот свет наградила волшебными чарами, чтобы тебя отгородить от тёмных сил. Оберег в дальнейшем тебе сильно поможет.

– Допустим. Значит, то, что творится в квартире, это проказы тёмных сил?

– Да! А я уж боялся, что ты из-за своей чёртовой работы совсем не соображаешь. Давай, убирай шкатулку.

Катя положила шкатулку на дно рюкзака.

– Так-то лучше. Так, а ещё... Хм…

Домовой стал перемещаться по комнате, запрыгивая то на шкаф, то заглядывая в комод, то ещё куда-то. От него то и дело летели вещи на пол рядом с Катей.

– Нам понадобятся спички, компас, аптечка... Во! Термос твоего деда, совсем как новый, а ещё его фляга для воды. Что тут ещё есть полезное? О! Ручной фонарик, то что надо.

Домовой рылся в коробках, находившихся на бабушкином шкафу.

– Верёвка! Я нашёл верёвку! Представляешь? О-хо-хо, а это неплохо. Лови!

Со шкафа полетел топор. Катя тут же соскочила с места, не желая получить смерть от топора, который скинул наш домовой.

– Беляк! Ты что?

– Ой, прости. Совсем голова не соображает. Ты в порядке?

– Да.

– Тогда складывай вещи.

– Но для чего нам это всё нужно? Мы что, уходим из дома?

– Выбора нет. Тёмные силы кружат вокруг, рано или поздно проникнут в дом и заберут тебя. Эти вещи нужны будут тебе, чтобы выжить. Кто знает, с чем ты там столкнёшься.

Катя кое-как сложила топор в рюкзак и поняла, что больше в него не влезает. А Беляк продолжал кидать вещи на пол. Принёс остатки батона, разные консервы, какие только были в доме, открывалку, покрывало, иконки, какую-то бабушкину одежду и очень многое по мелочам. Беляк остановился у горы вещей.

– Не рассчитал, ай, какой я болван.

Стукнул себя по голове домовой. Беляк запрыгнул обратно на шкаф. Порылся в коробках, достал сумку и какой-то камень. Спрыгнул обратно на пол. Камень кинул в сумку.

– Кидай все вещи сюда.

Катя взяла сумку и посмотрела на гору вещей.

– Не хочу тебя расстраивать, Беляк, но это всё не влезет.

– Влезет.

– Ладно.

Катя пожала плечами и покачала головой. Она молча складывала вещи в сумку, желая показать неправоту домового, но сколько бы ни складывала, сумка словно бездонная была: вмещала в себя то, что, казалось бы, точно не должно влезать.

– Как это возможно?

– Я просто положил артефакт, сделав пространство внутри сумки бесконечным. Сколько ни положишь, всегда найдётся место для ещё одной вещи, а может и нескольких.

– Ладно.

Как только Катя покончила с бесконечным складыванием вещей в сумку, домовой взял рюкзак и затолкал в сумку.

– Вот теперь всё. Можно отправляться. Нет! Это ещё не всё. Так и знал, что что-то забуду.

Беляк вновь пропал, его сопение и кряхтение были хорошо слышны по всей квартире, однако громкие стуки волновали больше и очень сильно пугали. Домовой кинул в Катю красное платье и веник.

– А это зачем?

– Веник, чтобы я смог переместиться с тобой. А платье, чтобы ты не выделялась среди населения.

– Это куда мы уходим, что нужно так одеваться?

– В иной мир.

Кратко ответил Беляк. Послышался звук разбивающегося окна и выбивания входной двери.

– Убирай всё в сумку. Переоденешься уже на месте.

– Хорошо.

Катя убрала вещи в сумку и накинула уже на своё плечо. Домовой распространил защитные чары на дверь, но для профилактики стал сам её удерживать.

– Что теперь? Будем через окно уходить?

– С ума сошла? Они только и ждут, когда ты по доброй воле им откроешь и пустишь.

– А тогда как?

– Отодвинь шкаф.

Скомандовал домовой. Катя посмотрела на него, как на сумасшедшего. Шкаф весил немало. Катя попыталась его сдвинуть, мало ли получится. Да только это было бесполезно, этот шкаф невозможно сдвинуть.

– Ты явно издеваешься.

– Хорошо, хорошо. Я понял. Отойди.

Домовой щёлкнул пальцами, сдвинув тем самым шкаф.

– То есть ты мог сам сдвинуть шкаф, а заставил это делать меня?

– Не кипятись. Твой дед с твоим отцом неплохо справлялись, когда заносили этот шкаф в эту комнату. Правда, он был пустым, но не суть.

Катя была просто в шоке. Конечно, для неё сдвинуть заполненный шкаф – раз плюнуть, отец с дедом же его носили на руках. Пустым, не целым! У стены, где был шкаф, стояло прямоугольное зеркало в золотой раме, накрытое тёмно-серым покрывалом. Лаванда и Василиса старались держаться ближе к хозяйке. Катя аккуратно сдёргивала покрывало, придерживая и приподнимая то один угол, то второй. В комнате погас свет. Катя ахнула.

– Что теперь?

– Посмотри на своё отражение и коснись рукой до него.

Девушка взглянула на себя в зеркало и увидела тёмное отражение. Её рука дрожала, она протянула ладонь, коснувшись до глади. Непонятно, как зеркало может помочь, но Катя размышляла о чудесах и о том, что зеркало как-то спасёт их от того, что сейчас за дверью. Неожиданно гладь стала словно жидкой, пальцы проходили сквозь зеркало. Катя мешкалась. А вот Лаванда принюхалась, а затем весело побежала, исчезая целиком в зеркале. За ней последовала Василиса. Кате ничего не оставалось, как пойти за ними.

Катя набралась мужества и шагнула через волнистую гладь, провалившись целиком в зеркало. Обычное зеркало оказалось телепортом в иной мир. Домовой, прежде чем исчезнуть в этом мире, накрыл зеркало покрывалом и задвинул шкафом. Его миссия подошла к концу. А в комнату ворвалась нечистая сила, однако увидела, что никого нет, и покинула квартиру.

Глава 1. Как не стать женой?

Катя коснулась ступнёй ноги до прохладной земли, а второй ногой споткнулась об корень дерева, который не сразу заметила, либо ещё находилась головой в портале. А когда вышла, то подивилась: здесь было утро, а ещё, похоже, конец лета. Катя повалилась на землю. Лаванда начала тыкаться мордочкой у плеча, пытаясь помочь подняться своей хозяйке, всячески гавкая.

– Я в порядке, Лаванда. Спасибо.

Катя поднялась на ноги и погладила Лаванду, утешая. «Мы попали в лес. Только где Беляк?» Катя повернулась к дереву, где примерно вышла из портала, коснулась коры дуба, надеясь нащупать портал, но его не было. Это тупик. Катя открыла бездонную сумку, достала с поверхности веник. «Беляк сказал, что веник нужен для того, чтобы он мог пойти за мной. Однако я не вижу его. Неужели он всё-таки остался в том мире? Или он не может просто находиться в лесу?» Оберег слегка нагревался. Катя его коснулась, сама не понимая для чего. В её голове звучал какой-то голос с непонятным языком, однако вскоре до неё дошёл смысл слов. «Призови его!»

– Беляк, Беляк! Я призываю тебя в этот мир. Если ты меня слышишь, то появись передо мной.

Перед Катей появился домовой.

– Догадалась? Молодец! Сразу видно потомка Огненных.

– Этот оберег каким-то образом прошептал прямо в моей голове, чтобы я тебя призвала.

Домовой довольно улыбнулся.

– Оберег начал отзываться, хорошо. Глядишь, и магия в тебе заиграет. А теперь давай, надевай платье и пошли. Я знаю, где деревня.

Катя достала платье из сумки.

– Беляк, отвернись, пожалуйста.

– Да, конечно.

Послушался домовой. Катя сняла с себя чёрные джинсы и голубую майку, а затем надела красное платье со славянскими узорами.

– Всё, можешь оборачиваться. Скажи, а обуви никакой не было?

Беляк покачал головой.

– Чего нет, того нет.

«Дорога обещает быть болезненной». У Кати и так ноги гудели после шести смен работы в пекарне. Так ещё идти предстояло не пойми сколько и неизвестно, когда она там приляжет.

– Предлагаю тебе сначала отдохнуть, а я что-нибудь придумаю с обувью.

Катя посмотрела на лес вокруг себя, ей казалось, что вот-вот кто-то её сцапает, даже если это не так.

– Ты уверен? Боюсь, не смогу уснуть на земле от непривычки.

– Я же положил покрывало. Здесь тепло, так что покрывало можно будет использовать, чтобы не спать на холодной земле. А постелем мы вон там, чуть подальше на траве.

Домовой сам залез в сумку, достал покрывало и постелил около берёзы, у которой была мягкая почва и трава.

– Вот, ложись и отдыхай.

«Я так устала». Подумала Катя. Конечно, подушки не хватает, но Катя просто решила не церемониться. Она легла на покрывало и положила голову на руку. Было неудобно и непривычно, но если ты уставший, то и так уснёшь, что в целом нашей героине и удалось. Лаванда легла рядом с Катей, та сквозь сон крепко прижала к себе. Василиса расположилась между ними, мастерски протиснувшись, как это делают кошки. Всем было тепло и хорошо. Они были рядом, а это главное. Домовой был недалеко.

А между тем царю и царице пришло известие о том, что был открыт портал из другого измерения. Дело в том, что у них на стене в тронном зале было нарисовано каждое волшебное зеркало, которое было в их королевстве. И когда зеркалом кто-то пользовался, его иллюстрация менялась, начиная светиться. Царица первая заметила свечение волшебного зеркала с золотой оправой, которое принадлежало Агнии Огневой.

– Агния воспользовалась своим зеркалом.

Сказала царица. Царь и её сын царевич также посмотрели на зеркало и подивились такому феномену.

– Сын мой любимый и единственный, собери своих товарищей и отправляйтесь в путь. Да, и по пути к магистру Константу зайдите, узнайте, где располагается зеркало Агнии.

– Да, мой царь. Как прибуду на место, что велите делать?

– Велю понаблюдать и нашу Огневу привести во дворец.

– Уверены? Может, вначале к Константину?

– Исключено. Приведите во дворец, а там мы распорядимся уже.

– Да, мой царь.

Сына царя звали Мирослав. Хороший воин, отличный маг, послушный сын и гордость отца да матери, только вот с женитьбой тянет. Никто ему не мил. В любовь он не верит, однако чего-то на первой предложенной девушке жениться отказался. Товарищей и друзей Мирослава звали Святорад, Лесьяр, Крив, Данияр, Деян и Маломир. Собрать всю компанию было не так сложно. Всего лишь зажечь в воздухе огонёк, и вся братва выходила и собиралась у конюшни.

Мирослав распорядился, чтобы коней их оседлали и приготовили к дороге. Через полчаса вся компания из семи человек верхом на лошадях скакали в академию. А Катю к полудню домовой разбудил, кинув в неё жёлудь от дуба. Катя недовольно посмотрела на этого негодника.

– Я сейчас этот жёлудь в одного вредного домового запущу.

– Не надо, хозяйка. Я же не со зла. Просто разбудить хотел, нам же идти надо.

Катя недовольно поднялась на ноги, слегка размяла расслабленное тело, потягиваясь вовсю.

– Мог просто потрясти за плечо или сказать, чтобы я проснулась. Зачем же желудями кидаться? Не знаю, как тебе, а мне лично больно было.

– Хорошо, обязуюсь так больше не делать.

– Проехали. Лучше скажи, куда нам идти? Не хотелось бы ещё раз спать на земле, всё тело гудит.

– Ты привыкнешь, вот увидишь. А что касается крыши над головой, то нам идти чутка правее, там подальше будет тропинка, которая приведёт нас прямо к деревне.

Катя тяжело вздохнула. «Хотя бы выспалась немного». Катя стряхнула покрывало, сложила аккуратно и убрала в сумку.

– Василиса, Лаванда, все на месте?

Проверила Катя наличие своих любимцев.

– Да, все на месте. От меня-то не убегут. Я же присматривал.

– Тогда идём до деревни. Я как понимаю, с обувью ничего не удалось придумать?

– Увы. Мой радиус путешествия в лесу мал. Я же от веника завишу.

– Эх, ладно, пойду так.

«Выбор всё равно невелик». Катя поправила сумку на плече, убедилась, что зверинец её идёт и никуда не убегает, да и потопала чуть правее. Пройдя через пару кустов, она вышла на тропинку. А по тропинке к вечеру они дошли до деревни. Все были очень голодными и уставшими.

– Так, допустим, дошли. Что теперь?

– Сейчас, сейчас. Надо подумать.

– Беляк!

Катя заметила одного с виду добродушного мужичка: мохнатый, рыжий и с усами, а глаза вроде как карие, одет был в белую рубаху с красными славянскими узорами, чёрные штаны и лапти на ногах.

– Простите, подождите, пожалуйста.

Крикнула Катя. Мужичок остановился. Посмотрел по сторонам, пока не заметил приближающуюся Катю. При виде неё он замер и перекрестился.

– Говорила мне Люба не пить. Агния мерещится…

Бубнил про себя мужичок. Катя подошла совсем близко.

– Добрый вечер.

– И тебе добра. Агния, неужели ты вернулась?

«Что? Какая ещё... А! Так же бабушку мою звали. А ведь мама рассказывала, что у нас черты лица очень похожи, правда, цвет волос и глаз от отца унаследовала. Но, получается, этот человек знаком был с моей бабушкой».

– Я не Агния, меня зовут Катя. А Агния – моя бабушка.

– Как бабушка? Это сколько же лет Агнии нет? И ведь похожа, значит, и правда её внучка. Но откуда русые волосы и серые глаза появились, сроду этого не было.

– От отца унаследовала. Скажите, раз вы знакомы с моей бабушкой, то, может, знаете, где бы я могла остаться на ночлег?

– Так это, у нас. Как-никак, родственниками будем.

«Вот это джекпот я выиграла. Нашла родственников».

– Правда? А кем вы приходитесь моей бабушке?

– Это же известно. Свояк.

«Свояк – это вроде бы муж сестры. Значит, у меня есть двоюродная бабушка, а этот мужичок мне приходится двоюродным дедом». Катя посмотрела на домового, пытаясь через него понять, так это или нет. Беляк молча кивнул.

– Правда? Как хорошо. Понимаете, я к вам попала через волшебное зеркало, поэтому хотелось бы переночевать где-то, чтобы потом вернуться к себе.

– Пошли со мной, внучка. Твоя двоюродная бабка и накормит, и спать уложит.

Мужичок зашагал вперёд. Катя пошла за ним.

– Надеюсь, вас мои любимицы не потеснят, со мной Лаванда и Василиса.

Мужичок обернулся и посмотрел на идущих за нами кошку и собаку.

– Не боись, не потеснят. Мы с Любой любим животных. Откормим твою животинку. Лучше скажи, как там Агния поживает?

– Её уже два года нет в живых. Померла. Но когда была жива, то вроде как счастлива была.

«Если верить маме с отцом. Так-то до её кончины мы пять лет не виделись. Как на мои 15 лет переехали, так больше бабушку и не видела». Мужичок остановился. Перекрестился, достал крестик из-под рубахи, поцеловал и убрал обратно.

– Её нет в живых?

– Нет.

– Какой ужас! Ты только Любе не говори сразу, что Агнии нет.

– Хорошо.

Мужичок привёл Катю к избе. Люба, его жена, вовсю уже накрывала на стол. И когда зашёл её муж, она с улыбкой его встретила.

– Егорушка, как ты вовремя. А я уже всё приготовила, садись и ешь.

– Люба, а я пришёл не один.

Катя вошла в избу.

– Здравствуйте.

– Ах! Агния?

– Нет, это её внучка Катерина.

Любава подошла к Кате. Осмотрела её, а затем крепко обняла.

– Семь лет прошло, ни слуху и ни духу от Агнии.

Сказал Егор.

– Сколько же лет прошло, раз у меня есть двоюродная внучка уже. Катенька, скажи, сколько лет твоей маме?

– 42 года.

– 42 года прошло у Агнии и для нас только 7.

Подивилась Любава, всё не отпуская Катю.

– В их мире время в шесть раз быстрее идёт, чем у нас. Удивительные вещи.

Сказал Егор. Из глаз Любы виднелись слёзы, она плакала от радости, рада была видеть Катю. Пускай и Агния не здесь сейчас.

Люба расслабила свои объятия и дала Кате личное пространство.

– Лицо чисто Агнии.

– Да, только вот остальное унаследовала от отца.

Сказал Егор для справки. Любава лишь махнула на это рукой.

– От этого наша внучка только краше. Настоящая невеста, даже в свадебном платье Агнии пришла. Но лучше надеть что-то не такое праздничное. Ты же ведь не сбежала из-под венца, как твоя бабушка?

Спросила Любава у внучки. Катя покачала головой.

– Что вы, я ещё ни разу не была под венцом. Рано мне ещё.

– Так...

Люба порылась в своём сундучке, который стоял чуть подальше в избе, недалеко от кровати. Люба достала оттуда белый сарафан с красными славянскими символами да ленту к нему. Поднесла Кате.

– Вот, держи. Ты девушка худенькая, как я погляжу, но, думаю, должно быть впору.

– Хорошо, а где я могу переодеться?

– А сюда иди. Вот ширма.

Люба взяла Катю за руку и отвела в самую глубь избы, загнав за серую ширму, которая была приделана к потолку. За ней вроде как располагался женский угол. У Любавы здесь стояло веретено, длинная скамья у стены рядом с окном, иконки висели у угла, прямо как в начале избы рядом с обеденным столом. Стояли здесь также у стены слева сундучок, в котором Любава хранила лоскутки, нитки, иголки и всё то, что может пригодиться для рукоделья, а также у правой стены висели сушёные травы и ещё один сундук, но в нём было уже всё для готовки.

Катя поставила сумку на пол. Сняла с себя бабушкино платье и надела уже платье бабушки Любы. Ленту использовать не стала. Убрала её вместе с платьем Агнии в сумку. Сумку вновь накинула на плечо и вышла из-за ширмы. Люба уже во всю кормила и почила своего мужа за столом. Катя подошла к своим родственникам. Люба вновь заплакала.

– Егор, глянь. Вот чем не невеста.

– И то правда. Катюша, садись за стол. Небось, проголодалась. Любка вот сколько наготовила.

Катя присела за стол на скамью. Люба поставила перед Катей тарелку и стала накладывать всего и побольше. Катя понимала, что столько не съест, но было как-то неловко говорить новым родственникам, отчего молчала.

– Итак, рассказывай. Агния не пожалела, что ушла в мир иной, сбежав от собственного жениха, так ещё и в положении?

Катя вспомнила, как бабушка до пятнадцати лет с ней возилась, учила ходить, говорить, вязать и готовить, помогала с уроками, объясняла, как должна вести себя настоящая русская девушка. Катя никогда не видела, чтобы бабушка грустила. По крайней мере, перед ней. Лишь пару раз слышала, как она плакала у себя в комнате. Катя ненароком проходила мимо, просто идя на кухню, чтобы водички попить, и не смела заходить и спрашивать, что случилось. Наутро бабушка всегда была весёлая как ни в чём не бывало.

– Бабушка была счастлива, правда, из-за чего-то иногда плакала.

– Небось, по Константину тосковала.

Покачала головой Люба.

– Константин сам виноват. Он должен был догнать Агнию в тот день и извиниться. А вместо этого повёл себя как индюк.

Сказал Егор. Катя не спешила отвечать, поскольку старалась услышанное переваривать в голове, чтобы понимать точно, что произошло.

– Уверена, Константин не знал, что Агния была беременна.

– Откуда нашему магистру магической академии знать? Пока вместе учились, душа в душу были, стоило стать магистром – и всё, гордые, некогда нам. Даже наш царь уделяет внимание царице, хотя вон сколько работы.

– Ты прав, Егор. Ты прав. Константин вёл себя неуважительно к Агнии.

– Именно. Вспомни, как я за тобой всё бегал, аж до самой свадьбы. Разве ты хоть раз почувствовала от меня холод?

Люба покраснела.

– Нет. Ты у меня самый лучший. Ой, Катя, прости нас за наши вольности, забылись.

– Забылись.

Согласился Егор, поедая похлёбку. На какое-то время все молчали, вкушая пищу.

– Скажи-ка внучка, а сколько тебе сейчас лет-то, раз говоришь, что рано для венца тебе?

– 22 года.

Ответила Катя. Люба ахнула и перекрестилась.

– Ах! Так ты уже переросла. Куда же Агния смотрела. Столько лет и ещё не замужем. Тебя же могут уже и не взять замуж-то. А как же детки… Как же, а?

Причитала Любава, не понимая такую безответственность со стороны родственницы.

– В моём мире это норма. Поверьте.

Решила успокоить Катя.

– Я завтра схожу к барину. Слышал, что его сын вроде как никого себе не нашёл. Попробую побазарить. Глядишь, и что-то выйдет.

Заговорил между тем Егор, поразмыслив что-то у себя в голове.

– Оно и верно. Нельзя терять время.

Поддержала Любава своего супруга.

– Ты только это, стол к приходу барина приготовь. Вдруг согласится и в гости решит наведаться.

Продолжил тем временем Егор.

– Я тогда такой вкусный пирог приготовлю.

– Это дело. Тогда готовь тот с малиной и черникой, барину он точно понравится, и наша Катька станет женой барича.

Люба и Егор вовсю размечтались. А вот Катя с ужасом их слушала.

– Подождите! Какой женой? Спасибо за еду, крышу, но я замуж не планирую выходить!

Сказала Катя, вставая из-за стола. Она была готова в любую секунду устроить побег.

– Сядь за стол. Сядь.

Как можно спокойно сказал Егор, но чувствовалась нотка злости. Катя села.

– А теперь посмотри на меня.

Катя посмотрела на своего деда. Тот решил потолковать с Катей.

– Скажи, ты хочешь навлечь на всё наше семейство позор?

– Не хочу.

– А, может, хочешь выставить Агнию в плохом свете?

– Нет.

– Пойми. Если ты не выйдешь в ближайшие дни замуж, то не только себя выставишь в дурном свете, но и нас. Согласен, твой дед дурак, но мы же с Любой не виноваты за грех нашего родственника.

– Не виноваты.

Тихо отвечала Катя, понимая всю серьёзность сказанных слов от деда, хоть и не была согласна с данной ситуацией. Если бы не тёмные силы, то её вообще здесь не было бы. «Я не хочу замуж. Не хочу. Я бы могла сбежать и плевать на всё, но моя бабушка и эти люди, они ни в чём не виноваты».

– Вот и молодец, что всё понимаешь. Люба! Катя пришла к нам со зверинцами, их бы покормить и напоить.

– Ох, правда? А кто там?

Вскочила Любава из-за стола.

– Кошка и собака. Думаю, придумаешь что-нибудь для них.

– Конечно, придумаю. Я мигом. Где-то тут у меня были миски свободные. Катюха, поможешь накормить?

Любава зашла за ширму и принесла оттуда две плошки.

– Да, конечно.

Катя стала из-за стола. Люба наполнила две миски кашкой, да взяла немного мяска. Катя взяла одну миску и пошла с Любой на улицу.

– Это же все девочки, Катя?

– Да. Кошку зовут Василиса, а собаку Лаванда.

– Как красиво и необычно. Ну что, девочки, пойдёмте к сеновалу, я такую вкуснятину вам положила.

Люба проводила животных до сеновала, рядом с которым она и поставила миски. Дома в этой деревне были довольно-таки закрытые: чтобы выйти, надо было пройти к высокой калитке вместе с заборчиком. За калиткой внутри слева располагалась изба, дальше небольшая мастерская Егора, он там часто что-то мастерил, затем – банька. Поворачиваем и видим сам сеновал, курятник, рядом с ним находился хлев – такое место, где обычно находились коровы, если они не паслись. Далее дровяник, он был небольшим, там чисто дрова хранили, и последний угол закрывал амбар. Такое построение домов было у каждого в этой деревне.

– Насчёт воды не бойся, Катя. Рядом хлев, там у меня бочки с водой стоят. Лаванда до них точно дотянется, а вот Василиса сможет попить в сеновале. У меня там стоит ведро с водой.

– Хорошо. Люба, скажи, неужели, если я не выйду замуж, реально ждёт позор всю семью?

– Да. Мы, женщины, лишний рот при рождении, поэтому наша задача – как можно скорее выйти замуж, чтобы приносить хоть какую-то пользу в этом мире. Скажи, в тебе же нет никакой магии, ведь так?

– Нет, а что?

– Просто наши деревенские ещё слишком остро реагируют на всякое колдовство. Чудно. Не будет, значит, никаких проблем для свадьбы.

– То есть если во мне будет магия, то на мне никто не женится?

С надеждой спросила Катя.

– Конечно, ведьму никто замуж не позовёт.

«Надо будет у Беляка уточнить насчёт магии. Надеюсь, я окажусь ведьмой и избегу ненужных свадеб».

– Пойду тебе постелю на печке. Уже конец лета, ночью довольно холодно.

– Можно я немного здесь побуду?

– Да, конечно, но не задерживайся. Довольно-таки поздно.

Любава ушла в избу, а Катя осталось одна с любимицами.

– Беляк, ты тут?

– А где же? Неужели не заметила, как я за тобой хожу попятам.

Спросил домовой.

– Извини. Ты же всё слышал?

– Всё. Бежать тебе надо. Нельзя тебе замуж за местных парней. Сама слышала, как не любят ведьм.

– А я ведьма?

– Вполне. Слабый, но запах магии в тебе чувствуется. Этого должно хватить, чтобы поступить в академию.

– В академию?

– Ну да. Ты же хочешь как-то вернуться домой.

– Конечно.

– Вот. А для этого нужна магия, чтобы у того дуба открыть портал в наш мир. А ты ещё магией ведь не владеешь?

– Не владею. Не хочется наносить позор на семью.

– Тогда скажи им, что ведьма, попрощайся и иди себе спокойно в академию.

– Может, до утра хотя бы подождём. Всё-таки ночь, да и я хочу расспросить о бабушке побольше. Понимаешь, мне казалось, что я всё о бабушке знаю, а тут стоило пройти через зеркало, и столько нового открыла. Бабушка родилась здесь, у неё есть сестра, свояк и жених, от которого она сбежала прямо в свадебном платье. Представляешь, то платье, которое ты мне дал, её свадебное.

– Кто бы мог подумать. Но ты же понимаешь, что если будешь тянуть с дорогой, то может случиться что-то плохое.

– Всё будет хорошо, Беляк. Будем надеяться, что они просто не смогут договориться и свадьбы просто не будет.

– Ну, смотри. Я тебя предупредил.

Домовой исчез. Люба у двери избы позвала Катю.

– Катюша, пора спать!

Катя пошла в избу, где залезла на тёплую печку и легла спать. Не сказать, что она быстро уснула. Однако на печи было куда удобнее, чем на земле. На следующий день Катя встала от крика петуха. Люба и Егор уже были на ногах. Катя сонно на них смотрела.

– Ты тоже проснулась. Иди умывайся, а я пойду водицу наберу у реки. Столько нужно воды набрать на ближайшее время.

Заговорила Любава.

– Люба, я ушёл. К вечеру жди.

Сказал Егор, выходя уже из избы.

– Будем ждать.

Любава взяла коромысло.

– Бабушка Люба, а давайте я схожу на речку?

– А ты знаешь, где она?

– Лаванда поможет.

– Нет, лучше бери второе коромысло и пошли к реке вместе. Там заодно и умоемся.

Катя слезла с печки. Кто бы мог подумать, что у Любы два коромысла. И зачем только? Катя посмотрела, как Люба накинула на себя и повторила манёвр. Правда, чуть не упала, но на ногах устояла.

– Поспешим.

Катя зашагала за Любой.

– А зачем нам столько воды?

– Как же, что-то для бани, а что-то в дом. Сейчас вместе сходим до речки, наберём воды, да и, думаю, потом одна сходишь ещё за водой. Ты же справишься?

– Да, справлюсь.

«Правда, я коромысла с водой ещё ни разу не носила, но ничего. Упрямство – моё оружие. Любе лучше меньше давать таскать тяжести». Река находилась на западной части деревни. Там от последней избы всего ничего нужно пройти. Люба опустила коромысло поближе к реке. Взяла сначала одно ведро, зачерпнула до конца водицы, а затем также второе и оба повесила на коромысла.

Катя посмотрела, как Люба это легко сделала, решила повторить. Взяла одно ведро, зачерпнула воды в реке, потащила до коромысла. «А у Любы это выглядело легко. Как она это так легко тащила? Может, здесь дело в том, что она постоянно воду таскает. Ничего, и не такое проходили. Я смогу». Катя поставила ведро у коромысла. «Одно ведро есть. Осталось второе». Катя взяла второе ведро, зачерпнула воды и потащила также к коромыслу. Люба грустно на неё смотрела.

– Тебя бы откормить не помешало, силёнок даже на ведро не хватает.

– Всё хорошо, бабушка Люба. Теперь несём в избу?

– Да.

Люба накинула на себя коромысло и пошла вперёд. «Вода даже не расплескалась». Катя кое-как взяла коромысло. Ноги отступили на пару шагов назад, но Катя не упала, однако пролила немного воды. «Вот это вес, конечно. Как с этими коромыслами только ходить можно? Пожалуй, я погорячилась, когда сказала Любе, что смогу сама донести воду на втором заходе». Размышляла Катя, идя как можно аккуратнее. Люба шла не спеша, то ли дело оглядываясь. Катя была вся красная, как помидор. Такие весовые нагрузки не в привычку были, хотя она всячески подымала что-то тяжёлое на работе.

Пытки её могли бы закончиться, но Люба перелила воду из своих вёдер в баню и отдала Кате коромысло уже с пустыми вёдрами. Катя тяжело вздохнула, но пошла вновь к реке. У реки она умыла своё лицо. Так стало полегче, только ведра всё равно нужно нести. «Будь всё неладное». Катя только подняла ведро и собиралась идти, как дорогу перегородили семь скакунов с семью всадниками. Ведущий остановился, заметив Катю с вёдрами. «Бараны, вот ведь встали у прохода, и не обойти даже». Мирослав слез с коня и подошёл к Кате.

– Доброго утра, девица. А не подскажешь, в каком направлении академия находится?

– Не знаю. Я здесь не больше дня живу. Хотите, поспрашивайте кого другого.

Мирослав переглянулся с товарищами, те показали жест, что надо девушке заплатить, тогда скажет точно. «Если эти индюки сейчас же не отойдут, то роняю вёдра с водой на них». Думала про себя Катя, между тем рассматривая перед собой главаря этих чертей. На нём была одета синяя жилетка с золотыми пуговицами и вставками, белая рубаха под ней, синие штаны, сапоги по колено, на плечах синяя мантия накинута. Глаза у него были карие, а волосы русые, свисающие ниже плеч. «Павлин надутый». Мирослав достал из кармана мешочек с монетами. «Он что, меня не услышал? Я же сказала, что не знаю, где находится академия».

– Даю тебе два изумрудных, и ты говоришь, в каком направлении академия.

– Я же сказала, что не знаю, где эта чёртова академия. Даже если ты мне всё отдашь, знания в голове из воздуха не появятся.

Катя собиралась уже обойти этого нехорошего человека, да только тот коснулся коромысла, утяжеляя левую сторону. «Гад, да я сейчас его этим же коромыслом ударю».

– Послушай, девчонка, я тебя по-хорошему попросил указать дорогу, а ты будто специально нарываешься.

«Всё, достал!» Катя скинула коромысло со своих плеч, приподняв вверх, а потом кинула вперёд, облив тем самым Мирослава водой.

– Это я по-хорошему тебе сказала, что не знаю, где академия! Вот кто и нарывается, так это ты!

«Да как она посмела? Облить меня, царевича, да я ей». Думал царевич уже, но не успел и додумать, как Катя взяла коромысло с вёдрами и вернулась к реке, начиная по новой набирать воду. «Индюк, павлин, чтоб ему пусто было. И ведь до сих пор тут стоит и не шевелится».

– Если его павлинское высочество не собирается помогать нести мне воду, то советую отойти и не мешать. Меня, между прочим, ждёт Любава.

Сказала Катя Мирославу, надеясь на то, что тот уйдёт. Однако Мирослав решил поступить иначе.

– Ступайте дальше, я к вам подойду чуть позже.

Сказал он своим товарищам.

– Как скажешь.

Ответил Данияр, который шёл всё это время за Мирославом. Одной рукой он держал поводья коня Мирослава, а другой – своего. Товарищи отошли дальше на конях, освобождая путь. «Я добьюсь информации, даже если она не хочет говорить». Думал Мирослав. Катя только набрала воду, собираясь пойти в избу, как коромысло перехватил царевич, накинув его на одно плечо.

– Отдал быстро!

Крикнула Катя, собираясь отобрать.

– Ты же сама хотела, чтобы я тебе помог нести. Я помогаю.

Издевательски говорил Мирослав, не собираясь отдавать коромысло, пока та не скажет ему нужную информацию.

– Помогаешь? Чудно. Вот и неси до избы.

«Всё равно не отстанет». Катя зашагала вперёд, позволяя Мирославу нести коромысло вместо неё. «В смысле неси? Я не так хотел». Подумал Мирослав, видя, как цель от него нагло уходит, не оставив ему выбора. Так даже оказалось быстрее. Когда Катя зашла в избу без коромысла, Люба ахнула.

– А где коромысло с вёдрами? Украли? Утонули? Что… Ах!

В избу вошёл царевич.

– Здравие тебе, хозяйка. Я помог вашей сестре донести.

Мирослав поставил у печи коромысло с вёдрами.

– Ох, вы так добры, ваше высочество. А я уже боялась, что Катя от непривычки не донесёт. Как же хорошо, что вы были недалеко.

– Мне несложно. Скажите-ка, а хозяин дома где?

Спросил Мирослав, надеясь пожаловаться ему на непослушную девицу.

– К барину ушёл за сватами.

Огорчила его Люба. Мирослав мысленно выругался, а затем схватился за последнее слово.

– За сватами? И кого же сватать будете?

А сам на Катю поглядывал, догадываясь, что невесткой она может быть.

– Так вот, Катюху. Сами понимаете, как важно выдать девушку замуж.

Люба кивком головы указала на свою внучку. Мирослав осмотрел Катю, вспомнил её выходку и сказал.

– Я бы на вашем месте занялся её воспитанием, а то, боюсь, жениха только спугнёте.

– Что-то произошло?

«Я тебе репутацию подпорчу, будешь знать, как обливать самого царевича». Мстительно думал Мирослав.

– Отказалась говорить, как доехать до академии, ещё и водой облила. А ещё она у вас довольно худая, не кормите, что ли?

Жаловался царевич Любе. Катя закатила глаза. «Когда эта ябеда наконец-то уйдёт, надоел уже». А тот лишь победоносно радовался, но не показывал, старался скрыть свои эмоции – он всё-таки царевич.¶

– Да кормим мы её. Просто только вчера к нам пришла в деревню. Вы уж её простите, она неместная, ещё не всё знает.

«Так она и вправду не знает, где академия. А ведь от неё веет магией. Меня это и озадачило». Подумал царевич, чувствуя долю своей вины, но отказывался это признавать, поскольку приличия и манеры требовали своего.¶

– Тогда это меняет дело. Простите меня, Катерина, что не поверил. Хозяюшка, скажите, как до академии добраться?

– Конечно. Вам надо выйти к северной тропе, там идёте до поворотов и сворачиваете направо, а потом уже налево.

– Благодарствую, хозяйка. Выручили.

Царевич развернулся к выходу, кинув последний взгляд на Катю. «Я ещё вернусь». Катя показала ему язык и отвернулась. Царевич вышел и ушёл к своим товарищам. Он повернул с ними с западной стороны вперёд и направо, выйдя на северную тропу. Люба, между тем, стукнула Катю полотенцем.

– За что?

– Зачем царевичу грубила? Совсем, что ли? Это же царевич!

– И что? Он первым у реки начал. Вёл бы как человек, глядишь, нормально с ним разговаривала.

Люба вновь ударила Катю.

– А сейчас за что?

– Чтобы неповадно было. Ты пойми, мы, женщины, не должны ничего лишнего говорить мужчинам. Ты должна быть покорной и послушной, иначе тебя замуж никто не возьмёт.

– И на всю семью ляжет позор. Помню.

– Помнишь, но не ведёшь себя соответствующе. Царевич мог за такое отрезать тебе язык и высечь. Зачем нарываться-то?

– Я поняла. Постараюсь в следующий раз быть паинькой.

«Наверное». Люба с Катей продолжили на пару хлопотать. Собрали яйца, подоили корову, прибрались в хлеве, курятнике и на сеновале, подмели во дворе, выбили ковры, приготовили пирог, пирожки, щей наварили, нарубили пару салатов, достали из погреба наливку с медовухой, закрутки для стола принесли, прибрались в избе. Люба сплела венок для Кати, да помогла заплести волосы в белую ленту, убедилась, что она чистая и ухоженная. Катя хотела бы схалтурить, но под присмотром нереально. И вот наступал вечер, в избу вошёл Егор.

– Прошу вашему вниманию, барин Светлогор и барыня Забава.

– Договорился всё-таки. Ай да голова.

Похвалила Любава мужа. В избу вошёл барин в красном кафтане, чёрных штанах, полусапогах, на руках перстни разноцветные. А барыня была одета в красный меховой сарафан, волосы убраны в длинную косу с золотой лентой, вся в украшениях сверкала.

– Здравствуйте, гости дорогие, присаживайтесь за стол, кушанья и напитки пробуйте, всё только свежее.

Приглашала Люба.

– Какой приятный приём. А мы, между прочим, не одни. Привели сына к вам.

Сказала Забава. Любава усадила дорогих гостей у окна, рядом с иконами. Егор сел напротив барина, совсем рядом к иконам. Катю усадили в центр напротив баринского сына, а сама Любава села напротив барыни. Гости пробовали еду да напитки и всё поглядывали на мирно сидячую Катю, которая не желала второй раз встревать в конфликт с господами. Катя ничего толком не ела.

– Скажите-ка, Катерина, а вы умеете вышивать крестиком?

Спросила Забава.

– Умею.

Ответила Катя. Барыня кивнула, довольная ответом.

– А умеете ли вы готовить?

Продолжила Забава спрашивать.

– Умею.

Так же кратко ответила Катя.

– А умеете...

Хотела было спросить в третий раз, однако муж не дал.

– Забава, хватит, не допрашивай нашу невестку. Даже если она чего-то и не умеет, то научим и обучим.

– Так что же, нам ожидать свадьбы?

Спросил Егор у барина.

– Однозначно. Катерина девушка худощавая, но зато хороша собой, кроме того, внучка Агнии Огненной, а та была крепкой барышней, хоть и не такой худой.

Поморщился барин. Забава подхватила его слова и продолжила.

– Катерина лучшее, что можно пожелать нашему сыну. Я с удовольствием возьму под своё крыло и обучение Катерины. Она будет хорошей женой для Ярополка.

«Вот сейчас как скажу лишнего и не быть мне невестой. Да только не могу». Катя сдерживала себя, как могла, чтобы не сорвать смотрины. Барин и барыня были довольны, что касаемо их сына, то ему было всё равно. Так что он даже смотреть на Катю не стал. Он как гулял, так и будет гулять, никакая жена ему не помеха, особенно такая худая. Её же один раз треснешь, и сразу как шёлковая. Да и, в конце концов, после свадьбы можно будет устроить несчастный случай, и жены как не бывало. От двух других он же избавился: одну ночью придушил, а вторую – кнутом избил, пока та и не померла. А эту можно отравить или утопить. Ярополку было как-то всё равно. Вскоре смотрины закончились. Сначала из избы вышел Ярополк, затем Забава. Егор также вышел из-за стола, чтобы проводить гостей. Когда Светлогор дошёл до двери, он сказал напоследок.

– Завтра утром я поговорю с батюшкой, вечером устроим свадьбу.

– Так скоро?

Удивилась Любава.

– Не знаем, как и благодарить тебя, барин.

Сказал Егор.

– Не стоит. Это же ты мне услужил, невестку для сына преподнёс. Доброй вам ночи.

– Спасибо, барин, и вам хорошо добраться.

Барин и Егор пожали друг другу руки, после чего Светлогор вышел. Катя чуть позже выбежала из избы, ища у сеновала своих любимиц. Она крепко обняла Лаванду, чтобы хоть какую-то поддержку почувствовать. Катя не рыдала, не кричала, просто молчала. «Я так просто не сдамся. Я покажу им завтра свадьбу». Лаванда заскулила, уловив настроение хозяйки, Василиса тёрлась рядом и мурчала. К ним присоединился домовой.

– Катя, тебе нельзя выходить замуж за Ярополка! Я всё узнал. У него ужасная репутация. Поговаривают, что он своих двух жён убил, но барин всё унял, списав на несчастный случай. Пойдёшь за него, гибель себе найдёшь.

– Что? Так у этого были уже жёны?

– Да. Он дважды вдовец. Я через других домовых узнал, что самую первую жену он задушил, а вторую попросту избил до смерти кнутом. Ты третьей будешь, если ничего не сделаешь. Так что сейчас же забирай своих любимиц и беги от сюда.

Катя бы так и сделала, даже встала для побега, собираясь уйти, но поняла, что не может так сделать. «В этом мире у женщин нет никаких прав, и если я никак не отомщу за тех девушек, то это никто не сделает, потому что девушки должны быть послушными и тихими».

– Я уйду, но после того, как сорву свадебную церемонию.

– Ты чего удумала, о последствиях хоть подумала?

– Нет. Но неужели ты не хочешь разукрасить баринского сынка?

– Хочу! Но я же домовой, нам нельзя делать больно людям никак.

– А если больно буду делать только я, то поможешь?

– Помогу, лишь бы ты из этой истории вышла живой и невредимой. У тебя есть план какой-то?

– Есть. Хочу, чтобы на церемонии Ярополк поседел.

– И как ты это сделаешь?

– Завтра узнаешь, а пока пошли спать.

Катя вернулась в избу. Любава и Егор уже спали. Катя мышкой залезла на печь и легла спать. Во сне ей снилось, как на церемонию приходит царевич со своими товарищами и отгораживает путь ей и Баричу. Барич, подобно случаю у реки, пытается пройти, а Мирослав в том же темпе спрашивает дорогу до академии. В итоге Катя сбегает из деревни прямо по северной тропе, но её догоняет царевич, который одной рукой закидывает на своего коня и уводит далеко вперёд.

Утро началось вновь с петухов. Катя от такого сна была немного в непонятном состоянии. «И что это было? Надо будет при встрече тем же коромыслом этого царевича пару раз стукнуть, чтобы неповадно было». Катя встала с кровати, увидела, что одно коромысло уже отсутствует. «Не поняла, Люба без меня, что ли, пошла? А мне что тогда делать?» Катя подошла к двери, та была закрыта. Катя ещё раз толкнула. «Да как? Меня что закрыли? Петух ведь только прокукарекал, они что, так рано встали? Чёрт, а этого я не предвидела». Катя отошла от двери.

– Беляк! Беляк, ты здесь?

Беляк появился на печке. Он был грустным.

– А я предлагал тебе сбежать ещё вчера.

– То есть ты знал, что меня закроют в избе?

– Да. Ты невеста, до самого вечера будешь тут сидеть. Ты освобождена от домашних работ и улицы.

Катя смотрела на закрытую дверь и проклинала её за то, что закрыта. Попыталась выбить её ногами, но куда там?

– Да что это за дикость такая? Беляк, а ты можешь открыть дверь?

Сдалась в итоге Катя, понимая, что это бесполезно.

– Могу.

– Откроешь?

– Нет.

– Почему?

– На улице много народу, не сбежать, высекут только и снова закроют.

Сказал домовой. Катя поникла и присела на скамью рядом с дверью. «Беляк прав, бежать и выламывать дверь неразумно. Обожду».

– Ладно. Здесь пока побуду. Беляк, а ты пока узнавай, что творится за пределами и по возможности сообщай.

– Ага.

Беляк исчез, а Катя нашла ведро и умылась для начала. Голодом кормить её никто не думал, так что поесть было. «Ещё и окна закрыты. Не сбежать ни через окно, ни через дверь».

А между тем Мирослав со своей командой добрались до академии. Могли бы и раньше, но они свернули вначале не туда, пришлось возвращаться и идти по нужной дороге. Зато сейчас Мирослав сидел на кресле в комнате с магистром, который пил чай. Константин предлагал и ему, но царевич отказался.

– Значит, моя Агния воспользовалась волшебным зеркалом?

Спросил Константин, продолжая пить чай, а то ещё остынет во время разговора.

– Так точно. Царь приказал мне идти к вам, чтобы вы сказали, где открывает проход волшебное зеркало.

– В лесу, рядом с деревней Щуновка. Предполагаю, Агния гостит у своей сестры Любавы.

«Или кто-то другой». Размышлял молча магистр.

– А фамилия у неё какая?

Магистр задумался, вспоминал.

– Денисова. Её мужа зовут Егор. Надо отправляться сейчас же, у меня плохое предчувствие.

– Хорошо. Выхожу сейчас же.

– А ты её во дворец поведёшь?

– Так точно.

Ответил Мирослав. Константин глотнул чай. потом ещё, пока не допил до конца, а затем сказал.

– Я пойду с вами.

– Уверены?

– Да, хочу её увидеть наконец-то.

– Неужели вы до сих пор питаете к ней симпатию?

– Как в тот день, когда я её увидел впервые. Когда-нибудь наступит день, и ты меня поймёшь.

Мирослав сомневался. Он никогда не любил, никогда не влюблялся, однако дерзкий взгляд и пролитая вода до сих пор у него перед глазами. Он этого ещё не скоро забудет.

– До той деревни отсюда далеко?

Спросил Мирослава магистр, когда они выходили из академии. Константин шёл со своим конём, которого перед этим оседлал и вывел из конюшни.

– Да нет. Пройдём по той тропе до поворотов, свернём направо, там будут три поворота, и мы вновь повернём направо, а там уже деревня будет.

«Так это же деревня, из которой мы только что прибыли. И, кажется, та девчонка сказала, что её Любава ждёт. Не к той ли мы избе Любавы идём?» Это предстояло Мирославу узнать только в деревне.

В полдень дверь в избу отварилась, и в неё вошла Люба, приведя трёх девиц в избу.

– Как ты тут, Катя?

– Чувствую себя, как в клетке.

– Извини, но иначе ты бы сбежала.

– И была бы свободна. Бабушка Люба, я не хочу выходить замуж. Ни сегодня, ни завтра, ни когда-либо в этом мире.

Говорила Катя. Она понимала, что её всё равно поведут под венец, но была надежда на понимание.

– Девочки, ведём Катю в баню. Её нужно отмыть.

Скомандовала Люба. Девушки взяли Катю под ручку и повели к баньке, которая была рядом с избой. Катя не сопротивлялась, не дралась. Люба с грустью смотрела на неё и молчала. Кто она, чтобы дать Кате то, чего та хотела? Просто женщина.

После бани её нарядили в новое красное платье с меховой прошивкой в рукавах и на воротнике. Платье было в золотых узорах. Две девушки расчёсывали её волосы гребешками, а затем убирали их в причёску в виде гнезда, закрепляя красивыми золотыми иглами, украшали разноцветными заколочками. Надели на голову плотную белую и длинную фату, через которую не было видно лица. Ничего не было видно и самой Кате. Сверху фаты надели венок.

– Всё, ты готова к свадьбе. Девочки, ступайте к себе и принарядитесь, а я пойду проверю праздничный стол.

Девочки молча вышли из избы. Люба присела рядом с Катей.

– Дуешься, наверное, на меня с Егором? Ты нас прости и не держи зла. Мы же всё делаем для твоего блага. Не хотим, чтобы ты в старых девках была, чтобы успела деток родить, чтобы была счастлива. Понимаешь?

Катя молчала. Не отвечала. Люба знает, что Катя не хочет с ней разговаривать, но что она может сделать?

– Я оставлю открытую дверь. Если решишь, то держать не буду, но тогда беги в академию. Слышала, что пока девушки учатся, то никто их к свадьбе не будет подталкивать, мол, ваша жизненная продолжительность больше, чем наша.

– Ты не будешь обижаться, если я вас с дедом подведу и не пойду в итоге замуж?

– Я на Агнию не обижалась, когда она сбежала из-под венца прямо в волшебное зеркало в иной мир. Видать, ты и характером в неё пошла. Раз так, просто беги. А я пойду, не буду тебе мешать.

Любава встала, прикрыла Катю ширмой и вышла из избы, закрыв дверь без замка. Рядом с Катей появился домовой. Он помог ей снять венок и фату.

– Катя, это твой шанс. Бежим, пока дают. Я сейчас помогу тебе расстегнуть платье сзади. И сколько же здесь пуговиц.

Домовой помог Кате расстегнуть пуговицы, а затем отвернулся, чтобы Катя переоделась в белый сарафан. Волосы зацепили так, что Катя решила не тратить на это время. Сумку свою достала из-под скамьи и накинула на плечо.

– Всё, оделась? Бежим?

– Нет. Я так просто из деревни не уйду.

– Что? А зачем платье тогда сняла и переоделась, раз бежать не собираешься.

– Чтобы тебя в него нарядить.

– Меня? Зачем?

Удивился домовой. Он смотрел на свою хозяйку как на сумасшедшую.

– Как же, чтобы разыграть нашего жениха. Домовых же видят только ведьмы, так?

– Так.

– А значит, когда с тебя снимут фату, то никого не увидят. И тогда ты вылезешь из платья и улетишь. Как тебе?

– Люди подумают, что ты демон или ведьма, раз смогла исчезнуть прямо на свадьбе.

– Именно. А ведьму замуж никто не возьмёт. Тогда-то я спокойно уйду в академию.

– Гениально. Так, давай, накидывай на меня платье, фату и идёшь прятаться на сеновале.

Катя надела на домового платье, тому пришлось парить в воздухе, чтобы силуэт не испортить. Всю пустоту у лица скрыла плотная фата, а сверху уже и венок место своё занял.

Катя аккуратно вышла из избы и сиганула к сеновалу быстрым шагом. Через пару часов к избе вернулась Любава и вывела «Катю». Сама же Катя, увидев всё это, зашагала следом. Кстати, волосы за это время она всё же расплела, сняв все заколки со шпильками.

«Катю» вели к востоку деревни, где поставили в ряд четыре стола, застеленные красной длинной скатертью, и восемь скамеек, чтобы сидеть. На столах стояло множество еды и напитков. Самое главное, рядом располагалась церковь.

Катя старалась смотреть в пол, чтобы её никто не заметил, а там уже скрылась за кроной дерева, которое находилось за пределами деревни, но отсюда было всё видно. Всё было украшено: один играл весёлую музыку на балалайке, а второй на дудочке подыгрывал. Катя стояла и наблюдала, готовясь к полному хаосу через какое-то время.

Беляка в свадебном платье передали Ярополку, который собирался взять невесту за руку. Тут-то подмену и заметили. Ярополк сдёрнул фату, и когда все собравшиеся не увидели ничего под ней, то ахнули, а некоторые девушки упали в обморок. Любава положила ладонь у живота, боясь, что сейчас родит раньше времени. Домовой скинул с себя платье, оно плавно упало на землю.

– Это что ещё за колдовские штучки?!

Громко крикнул барин, видя всё это перед своими глазами.

– Где невеста?

Спросил кто-то из народа. Катя вышла из своего укрытия и подошла поближе.

– Я здесь, гости дорогие. Уж не пугайтесь, однако не могу я выйти за Ярополка, поскольку обладаю даром. Простите меня, бабушка Люба и дедушка Егор, но я – ведьма.

– Так я и думал. Знал, что от проклятой Агнии соответствующее поколение будет.

Грозно сказал барин.

– Дорогие гости, приносим извинения, свадьба отменяется.

Сказала барыня.

«Чудно. Надо ещё на смотринах сказать было, тогда и собирать никого не пришлось бы». Расслабившись, размышляла Катя, и не заметила, что её мужички окружили.

– Связать ведьму и утопить!

Приказал барин, не желая прощать Кате её выходку.

– Может, лучше сжечь, барин?

Предложил один мужичок. Сбежать от этих мужичков Катя не смогла, отчего её руки связали и поволокли на запад к реке.

– Агния славилась тем, что она управляла огнём. Огонь на таких попросту не действует. Так что к реке. И да, камень к шее привяжите потяжелее, чтобы не всплыла.

– Да, барин.

Послушались мужички. Люба смотрела в сторону Кати и вытирала слёзы. «Прости меня, сестрица, не сберегла я внучку, не сберегла». А между тем Мирослав и Константин с братвой были совсем близко к деревне.

Глава 2. Как не умереть дважды?

Катю волокли к воде, особо не церемонясь с тем, что она не успевала или ей было больно. «Да что не так с этими людьми? Ведут меня к реке как дикари, а ведь при наличии академии здесь магии должно быть в избытке, разве не так? Как бы мне сбежать». Катя дёрнулась, проверяя, насколько крепко связали её руки. Очень крепко. «Мне бы капли магии не помешало». Катя выискивала взглядом домового, надеясь на его помощь, но пока не видела.

– Беляк!

Крикнула Катя, за что получила затрещину.

– Молчи, ведьма!

На плече одного мужичка появился домовой. Тот, как обычно, был грустным и мрачным.

– Вот чего ты не ушла, когда было время? Теперь утопят, и поминай как звали.

– Так, может, ты поможешь?

Сквозь зубы, как можно тише сказала Катя, не желая получать затрещину от этих.

– Как?

Спросил домовой. Катя посмотрела на него как на идиота. А затем взглядом попыталась указать на руки, которые находились сзади. Домовой не понимал.

– Верёвка. Руки. Развяжи. Ну!

– Руки. Верёвка. А! Верёвку развязать? Это мигом.

Додумался домовой и переместился за спину Кати.

– Туго завязана, так просто не развязать, но не боись, сейчас всё будет. Ещё бы неплохо, чтобы ты постояла, а не двигалась.

Причитал домовой, пытаясь держать себя в воздухе и при этом развязывать верёвку.

– Издеваешься? Меня вообще к реке тащат, чтобы утопить.

– Чего бормочешь там, ведьма, колдовать вздумала? Даже не думай.

– Не больно-то и хотелось.

Сказала Катя мужичку, который заметил, что она что-то говорит себе под нос. Вскоре Катю довели до реки. Один из них нашёл камень потяжелее, другие – взяли верёвку и собирались к шее Кати привязать. Катя стала брыкаться, но куда там, этих куда больше, даже не ударить толком. Так что камень всё равно привязали. «Гады, где же магия, почему ничего не происходит?».

– Только посмейте меня утопить, прокляну всю деревню!

Мужички остановились, испугались слов Кати.

– Не слушайте её, под водой её магия бесполезна. В воду!

Двое взяли Катю по бокам и повели к воде, зашли по пояс. Катя почувствовала, как её жизнь может сейчас оборваться. «Нет! Не сейчас! Боже, помоги! Я ещё не отомстила Ярополку, не дошла до академии, у меня планы были ещё на жизнь!» Оберег слабо отзывался, сжигая верёвку на шее и на руках. Однако Катя не успела ничего предпринять, как её бросили в воду. Мужичок кинул камень, целясь в ведьму, в итоге попал прямо в голову. Катя потеряла сознание, её тело уносило на дно.

А между тем Мирослав с Константином прискакали к деревне. Заметив какое-то движение в западной стороне, подошли туда, чтобы понять, что происходит. Они только и увидели летающего домового над водой. «Не понял… С каких пор домовые летают над водой?» Подумал Мирослав. Они остановились, Мирослав слез с коня и подошёл к народу. Те при виде царевича стали ахать и охать. Девушки, что на выданье, улыбались ему и махали ручками, желая привлечь внимание. Домовой, увидев царевича, подлетел к нему с мольбой о помощи.

– Ваше царское высочество, помогите, мою хозяйку кинули под воду. Она ни в чём не виновата.

– Тогда за что её кинули?

– За то, что оказалась ведьмой.

– Что?

Крикнул царевич. Он подошёл к воде, коснулся её рукой, а затем стал нашёптывать заклинание на непонятном языке. Вода поддалась и выкинула тело Кати на землю. Та до сих пор была без сознания. Мирослав её узнал. «Знал бы, что её ждёт, забрал бы с собой». Константин увидел знакомые черты и слез с коня. А затем посмотрел на барина.

– Вы что, хотели утопить мою внучку?

Неожиданно спросил Константин. Все находившиеся здесь люди с удивлением на него посмотрели. Мирослав провёл рукой над Катей, анализируя её состояние с помощью магии.

– Она в порядке, магистр. Её нужно только высушить и переодеть.

Мирослав снял с себя мантию, закутал в неё Катю, а затем взял на руки. Увидел Любаву среди толпы.

– Хозяйка, отведёшь к избе своей?

– Да, ваше высочество.

Любава благодарила Бога за то, что уберёг её внучку. Константин провожал взглядом своих несостоявшихся родственников. Не пошёл за ними, поскольку хотел разобраться.

– Чей был приказ?

Народ молчал, не хотел идти против барина. Константин сам высмотрел в толпе виновника. Подошёл к нему.

– За попытку утопить ведьму и мою к тому же внучку приговариваетесь к штрафу, равному налогу в пятикратном размере. И заплатишь ты не мне или царю, а пострадавшей. Всё понятно?

– Да, магистр Константин.

– Кто исполнял приказы?

Спросил вновь Константин у народа. Мужички неуверенно подняли руки, понимая, что натворили дел.

– По 50 изумрудных с каждого. Также в карман девушки.

– Да, магистр.

Ответили мужички. Барин заметно побледнел. Народ тихо стоял и молчал, надеясь, что магистр уйдёт.

– А теперь зачитаю всем закон от нашего мудрого царя: «Ведьмы, колдуны и любое магическое существо запрещено топить, сжигать и хоть как-то причинять физическую боль. Если они нарушили закон, то объявить об этом в магическую академию, где верховные маги сами разберутся с виновниками. Кто нарушит закон, того ждёт немедленная казнь». Все всё запомнили?

Люди закивали. Константин проанализировал каждого, убедился в том, что никто не смеет ему перечить. Затем пошёл было к избе, но остановился, заметив что-то неладное во взгляде Ярополка. «Что-то он мне не нравится». Однако решил чуть позже обдумать, а пока нашёл в толпе Егора.

– Проводишь до своих хором, заодно расскажешь, что произошло?

Егор кивнул и повёл гостя вперёд. Люди стали потихоньку расходиться, а Ярополк долгое время смотрел в спину магистра. Кто же знает, чего у дурака в голове творится.

Тем временем Мирослав донёс Катю до хором.

– Давай её в сеновал. Я сейчас принесу сухую одежду.

Сказала Люба, заходя в избу. К Мирославу подбежала Лаванда, понюхала Катю на его руках и беспокойно начала махать хвостом и скулить, изредка тявкая. Мирослав донёс Катю до сеновала, высушил её с помощью магии, просто забрав влагу, а затем положил на сено. Провёл рукой над ней, анализируя состояние. «Воды не нахлебалась, но всё равно бес сознания». Рука остановилась у головы, была заметна хорошая ссадина. «Извини, лечить раны я не умею». В сеновал пришла Люба с чистой одеждой.

– Ещё не очнулась?

– Нет.

Ответил царевич.

– Только бы открыла глаза. Я не переживу, если она умрёт.

Царевич усмехнулся. «Этой особе смерть точно не светит, по крайней мере сейчас. А будет умирать, найду того, кто её откачает, она мне за пролитую воду ещё не ответила». Мстительно думал царевич.

– Жить будет.

Ответил он Любе. Та облегчённо вздохнула, а затем решила, что надо выпроводить царевича из сеновала, чтобы она могла переодеть Катю.

– Ваше высочество, не могли бы выйти, мне нужно переодеть её?

Царевич встал.

– Конечно, позовёте.

Царевич вышел, отошёл к курятнику, чтобы Люба спокойно переодела девушку. Когда он выходил, заметил, что собака сидела у входа, явно дожидаясь своей хозяйки. «Магической метки нет, а крутится так, будто фамильяр этой девчонки». Царевич вспомнил, как его о помощи просил домовой.

– Слушай, ты, как тебя там, домовой? Выходи, поговорить нужно.

Рядом появился Беляк.

– Ты домовой той девушки?

– Так и есть. Раньше я служил её бабушке, а теперь ей.

– Занятно. А как бабку звали?

– Агния.

Ответил домовой. Догадка Мирослава подтвердилась в том, что та девица может быть связана как-то с Агнией.

– Вы прошли через волшебное зеркало Агнии Огневой?

– Да.

– А сама она, как понимаю, осталась в том мире.

– Могилой там, душа далеко в небе.

Царевич не совсем понял домового. Беляк это заметил. «Туго нынче царевичи соображают, очень туго». Подумал домовой.

– Нет её. Померла. Катя единственная, что осталось как память о ней.

– Как померла? Как же я пойду к царю? Он велел мне привести Агнию, и что же я ему скажу.

– Так и скажешь, мол, Агния умерла, но вот её наследие – Катерина Огнева. Ты же должен привести того, кто через зеркало прошёл, так ведь?

– Да. Магия в твоей хозяйке присутствует?

– А то. Правда, запах у неё более лёгкий, не то что у Агнии. Её магия пахла как солнце, такой насыщенный и огненный оттенок. Может, это сказывается тем, что она ещё недостаточно накопила в себе магию.

«Лёгкий аромат у огненной ведьмы? Это весьма странно. А что, если у неё не огненная стихия, а другая». К избе подошли Константин и Егор.

– Как моя внучка, цела?

Спросил тут же Константин. Царевич кивнул.

– Отделалась лишь ссадиной на голове, но пока ещё не приходила в себя.

Из сеновала вышла Люба с грязной одеждой, которую сняла с Кати.

– Всё, я её переодела, можете заходить.

Люба отошла в избу, желая сейчас же застирать. Мужчины переглянулись и зашли. Константин посмотрел на рану Кати издалека и покачал головой. Подошёл к своей внучке поближе и присел рядом.

– Может, я чего не пойму? Неужели вы не могли исцелить, Мирослав, или вам жалко крупицы магии?

– Не умею я исцелять, магистр.

Сказал Мирослав. Константин протянул ладонь до головы Кати. Из его ладони показались огненные искры, которые покрывали рану по всему контуру. Рана за пару секунд затянулась и исчезла так, будто её там и не было.

– Я поговорю с твоим отцом и договорюсь с ним насчёт тебя. Маг, который не умеет оказывать первую помощь – это не маг, а так, одно название.

– Магистр, вы серьёзно?

Занервничал царевич, который не желал учиться в академии.

– Более чем.

– Позвольте. Меня прекрасно обучают во дворце.

– Оно и видно.

Если магистр чего-то решил, то так тому и быть. Царевич это прекрасно понимал, но надеялся на то, что магистр забудет и всё останется так, как есть.

– Егор, поговорим за пределами сеновала?

– Пошли.

Тяжко вздохнул Егор, не желая с магистром общаться, но что же делать? Всё-таки какой-никакой, но родственник же.

– Мирослав, присмотри за моей внучкой. Когда очнётся, позовёшь.

Мирослав посмотрел на Катю, потом на Константина, решая выразить вновь своё недовольство, но промолчал. Константин и Егор вышли из сеновала и зашагали к избе.

– Егор, надо бы Катю собрать в дорогу, мы её отведём сначала во дворец, покажем царю, а затем я заберу её в академию. Пускай лучше будет под моей защитой, чем здесь.

– Хочешь из неё магиню сделать? Может, не стоит?

– Стоит. Это её путь, через который она должна пройти. Если ты надеялся её выгодно выдать, то, боюсь, у тебя не получится.

– Ты же можешь просто заблокировать или забрать её дар, тогда она спокойно исполнит свой долг, и всё.

Егору никогда не нравилась магия, особенно если она у женщины. Он человек старой закалки: как это девушка будет учиться, а не хлопотать по дому, как все?

Константин же был магом. Пускай у них порядки в некотором роде сходились, но к учёбе он относился очень серьёзно: любая ведьма, владеющая магией, обязана пройти базовое обучение. Лишь после этого выходи за кого хочешь, ну или за того, на кого самый старший в семье укажет.

– Отучится в академии, тогда и выдадим её за кого-нибудь, но уже за колдуна или ведьмака. Лучше скажи, чем ты думал, когда договаривался о свадьбе с барином?

– Думал о том, как бы спасти её от позора. Девчонке 22 года и до сих пор при девках ходит. Знаешь же ведь наши порядки.

– Знаю, но она же необычная девчонка. Чуть не сгубили её.

– Ты прав, не просчитал этот момент, но я и подумать не мог, что Катя решит разыграть такой номер. До этого ведь была послушной.

Толковал Егор, до сих пор не понимая, почему Катя сорвала свадьбу, ведь до этого никак не выдавала бунтарский дух. Однако Константин всё прекрасно понимал и, несмотря на привычные порядки, поддерживал свою внучку.

– Козы тоже милые зверушки, но боднуть могут. Хорошо то, что мы были недалеко.

– Даже думать не хочу, что было бы, если вы пришли позже. Наверное, ты прав, и ей будет лучше в академии. Хотя я рекомендовал бы сначала её выдать замуж, а потом учёба.

Константин покачал головой.

– Только если сама этого захочет. Я уже наломал дров с Агнией, не хочу потерять ещё и её.

Константин и Егор зашли в избу, продолжая беседовать дальше. А Мирослав ходил по сеновалу, брезгуя присесть. «Я что, нянька, чтобы сидеть и присматривать? Эта ещё и не просыпается, как будто специально». Царевич заметил слева небольшое ведёрко с водой, откуда пила Василиса. Рядом с ведром стояла бочка с водой, над поверхностью лежала плошка. «Идея». Мирослав подошёл к бочке, зачерпнул плошку в ней. Катя в этот момент уже открыла глаза. «Что этот индюк тут делает? Не облить ли он меня собирается?» Катя решила притвориться спящей. Мирослав подошёл к ней, чтобы вылить воду над головой. Катя слегка приоткрыла глаза, проанализировала ситуацию и просто столкнула плошку на царевича, вся вода была на нём. Девушка вскочила на ноги и отошла ближе к выходу. А то кто его знает.

– Ты что творишь?

Спросил Мирослав. Катя скрестила руки и усмехнулась.

– Ты же водички хотел? Вот, я тебе её дала. Прости, немного пролилось, но ты в следующий раз будь предусмотрительней.

Мирослав кинул плошку в ведро, к счастью, попал. А затем как бык, пыхтя, подошёл к Кате совсем близко. Она было и испугалась его, однако продолжала стоять. Её взгляд встретился с его таким злым. Расстояние минимальное не смущало. Бесить царевича, так по полной.

– Нарываешься? Не забыла, что я царевич, за такое могу приказать, и тебя высекут.

– Кто-то явно не в духе. Царевич, вы бы поспали, что ли, или вот идите поешьте. На столе еду никто ещё не убирал.

Катя развернулась и вышла из сеновала, направляясь к избе.

– Куда пошла? Приказываю тебе остановиться сейчас же.

Катя помахала ему рукой, продолжая идти. «Буду я ещё приказы выполнять всяких там царевичей». Царевич догнал её и преградил путь.

– Я же сказал остановиться.

– И что?

Царевич запыхтел, у него просто не было слов от такой наглости. Катя могла бы вести с ним более учтиво, но что-то не хочется. Она чуть не потеряла жизнь, толком не пришла в себя, а тут ещё царевич на её пути. «Я же чуть не умерла». Осознала Катя. Пришёл запоздалый ужас и страх за собственную жизнь. Дерзить и спорить сразу перехотелось, а вот куда-нибудь зарыться – очень даже. Мирослав перемену настроения не сразу увидел. Катя попыталась его обойти, но тот баран не пропускал. Она чувствовала, что если сейчас не уйдёт, то разревётся прямо перед ним, а этого совершенно не хочется. Катя постаралась себя держать в руках.

– Ты никуда не пойдёшь, пока я не скажу всё, что хотел.

Катя искала способ, чтобы остаться как можно скорее одной. Она могла бы пойти в хлев или в курятник. Был ещё вариант вернуться на сеновал.

– Да плевать мне на то, что ты хотел мне сказать. Если не против, то я бы побыла одна без тебя.

Катя развернулась и пошла назад к сеновалу, но этот баран вновь перегородил дорогу. Катя топнула ногой, а затем пихнула царевича.

– Я сказал, никуда не пойдёшь!

– Да как же ты достал меня! Неужели непонятно, мне нужно побыть одной. Отвали уже.

У неё начинали трястись руки, она была буквально на пределе. Мирослав только сейчас заметил её состояние. Катя пошла в хлеб к коровам. Мирослав хотел было схватить её за руку, приказать, но что-то внутри дрогнуло. Только сам не осознал, что именно и почему. Он чувствовал себя немного не в своей тарелке.

Катя зашла в хлев, крепко обняв корову. Её очень сильно знобило, внутри от страха за собственную жизнь похолодело. Катя дала слезам волю, чтобы её не услышали, прикрыла рот рукой. Мирослав стоял у входа в хлев. Пускай он не слышит её плача, зато видит. Внутри скреблись кошки. Мирослав сжал руку в кулак, стараясь себя сдержать и не побежать к ней. Он просто ушёл в избу. «Лучше скажу Любе. Она как женщина быстрее приведёт в чувства, чем я». Решил для себя царевич.

А в избе каждый занимался своим делом. Константин и Егор выпивали настойку из лесных ягод, а Люба где-то за ширмой сидела и вышивала крестиком.

– О, Мирослав, она очнулась?

Спросил магистр.

– Да.

Кивнул Мирослав. Люба положила пальцы с иголкой на стол и показалась из-за ширмы.

– Любава. Не могли бы сходить к ней в хлев, ей нужна ваша поддержка.

– Поддержка? Что с ней?

– Ничего такого. Просто она в расстроенных чувствах.

Царевичу было неловко говорить то, что Катя находилась в хлеве и плакала, однако понимал, что должен хоть кого-то к ней прислать.

– Она что, плачет?!

Спросил Константин, вскакивая с места.

– Да.

Ответил Мирослав. Люба выбежала из избы. Константин подошёл к царевичу.

– Ты её обидел чем-то?

– Нет.

– Тогда что?

– Запоздалая реакция на то, что чуть не умерла в реке.

Объяснил Мирослав, надеясь на то, что магистр вернётся за стол. Уж очень грозно выглядит, когда в ярости.

– Ты даже успокоить девицу не можешь. Что же из тебя за человек такой. Клянусь, я подойду к твоему отцу и договорюсь насчёт учёбы. Я сделаю из тебя высококлассного мага.

Твёрдо решил магистр и сел обратно за стол. Царевич помялся немного у порога, а затем сел на скамью. «Я, по его мнению, что должен был сделать сейчас: подойти и обнять её, а затем сказать, что жизнь прекрасна?» Размышлял царевич, а затем, немного подумав, понял, что так оно и есть. Только он разве виноват в том, что никогда не успокаивал людей? Никогда никого не исцелял? Его жизнь заключалась только в охоте и в уроках. Он толком мир не видал, а товарищи никогда не просили его помощи. Вот и вышло так, что не подготовлен к внешнему миру. Мирослав чувствовал себя паршиво.

Любава зашла в хлев. Увидела Катю, обнимающую корову.

– Катюха!

Любаве было больно на неё смотреть. Она подошла к ней, предлагая объятия. Катя прильнула к ней. Пускай она уже и выплакалась, но поддержка близкого человека ей необходима, особенно если это твоя двоюродная бабка. Любава усадила её на стог сена, помогла вытереть оставшиеся слёзы.

– Что произошло? Мирослав как-то обидел?

Катя покачала головой. Любава держала внучку за руки обеими руками. Катя чувствовала тепло и уют, что очень сильно успокаивало.

– Тогда что? Из-за того, что тебя хотели утопить?

Катя молча кивнула.

– Всё хорошо. Царевич вместе с твоим дедушкой проезжали очень вовремя мимо. Мирослав спас тебе жизнь, а Константин сделал так, что никто в здравом уме не вздумает тебе навредить.

– Дедушка? Ты сказала дедушка? Возлюбленный Агнии? Моей бабушки?

Любава с улыбкой кивнула.

– Они пришли в эту деревню за тобой.

– За мной? А зачем?

– Как я понимаю, хотят показать тебя царю для порядка.

– И всё?

«Мало ли ещё там под венец поведут, я должна быть готова ко всему». Обеспокоенно размышляла Катя. Ей одной свадьбы хватило, второй так скоро не надо.

– Конечно. Царь отметит у себя в численность и отпустит. Жаль, что после дворца я тебя уже не увижу. Константин ведь забирает тебя в академию. Будешь теперь жить в более комфортных условиях, под влиятельным взором. Против твоего деда никто не пойдёт против. Все его уважают и ценят.

Катя очень долго соображала. Её мысли в голове путались. Она пыталась понять, что к чему. Однако слова Любы всё же уловила.

– Я буду жить в академии?

Это ведь туда она собиралась сбежать, а теперь её забирает сам дедушка. Пускай она о нём толком ничего не знает, но кого это волнует. Куда больше интереснее сама академия, где обучают магии. Катя только представила, как разгоняет всех обидчиков у ручья пламенем огня. От этого становилось легче. Любава видела, как в глазах появился огонёк, который готов дать любому отпор, кто посмеет обидеть. «Из неё выйдет хорошая магиня. В ней горит тот же огонь, что и в Агнии». Думала Люба, отходя на пару шагов назад.

– Вижу, тебе стало легче?

– Ещё бы.

«Пускай я больше не увижу свою внучку, зато она будет в безопасности и очень надеюсь на то, что будет счастлива там». Продолжала размышлять Любава. Катя заметила в глазах бабушки долю грусти.

– Бабушка Люба, всё хорошо?

– Да. Всё хорошо. Радуюсь за тебя. Только пообещай, что будешь изредка вспоминать о нас, хорошо?

Катя кивнула, а затем уже сама подошла к бабушке, чтобы коснуться обеими руками до её руки.

– Я не только буду вспоминать, но и навещать. Мы же семья.

Катя крепко обняла Любу, давая тем самым понять, что никогда о ней не забудет. Вскоре они вышли из хлева.

– Я собрала кое-какие вещи для тебя. В академии пригодятся, обязательно возьми собой.

– Хорошо, возьму.

– А ещё я запаковала тебе кое-какие закрутки, тоже возьми.

– Бабушка Люба, а это не лишнее?

– Ничего не знаю. Кто знает, когда поешь ещё, а тут раз – и покушать под рукой.

Катя покачала головой. «Без закруток ни в одном мире никуда». У калитки стоял барич. У Кати так и похолодело внутри.

– А что ему нужно здесь?

– Кому?

– Ярополку. Вон там, у калитки стоит.

Однако у калитки никого не было. «Показалось?».

– Ты ещё в себя не пришла?

– Видимо.

– Пошли в избу. Тебе следует отдохнуть за сегодняшний день.

Катя закивала, соглашаясь с бабушкой. Она ещё раз посмотрела на калитку, но там никого не было. Катя вошла в избу вместе с бабушкой. Егор и Константин почти допили всю настойку.

– Егор! Вы что, всю настойку выпили?

– Так что этой настойки было.

– Егор, настойка была в трёхлитровой банке. Вы на пару выпили три литра.

Егор посмотрел на пустующую банку.

– Настойка просто отменная была. Ты с каждым годом всё вкуснее и вкуснее варишь.

Решил подлизаться Егор. Люба засмущалась, хоть и понимала, что это так, чтобы её задобрить.

– Кстати, Кость, познакомься, наша внучка Катерина.

Егор икнул. Всё-таки слишком много выпил.

– Прошу прощения.

Снова икнул, и ещё раз. Егор встал на ноги, но его немного качало.

– Кажись, последняя была лишней. Надо срочно попить водички.

Егор пошёл к печке, где стояли вёдра с водой, зачерпнул кружкой. После пары глотков сразу вернулся за стол. Полегчало.

– Так, на чём мы остановились? Ах да. Катя, познакомься, твой дедушка Константин.

Представил всех Егор. Катя решила не обращать внимания на состояние двоюродного деда.

– Здравствуйте, дедушка.

Поздоровалась Катя. Тот спокойно ответил так, будто с Егором на пару и не пил.

– Здравствуй, внучка. Наконец-то я вижу тебя вживую. Как же ты на неё похожа. Только худая очень.

Люба усадила Катю за стол.

– Я сейчас накрою стол.

– Я тебе помогу.

Сказала Катя, собираясь встать, но Люба придержала её за плечи.

– Я справлюсь, не переживай. А вы, мужчины, сильно не доставайте Катю, девочке и так из-за усталости уже мерещится.

– Что мерещится?

Спросили хором деды. Один царевич сидел молча, опиравшись на правую ладонь, а левой вырисовывал какие-то узоры на столе.

– Да так. На секунду увидела Ярополка у калитки.

– А Ярополк – это у нас кто?

Уточнил царевич. Видимо, всё-таки слушает разговор.

– Барин сын. Катю чуть за него замуж не выдали.

Объяснил кратко магистр. Царевич усмехнулся.

– Барин сын?

Царевич попытался вспомнить, о ком идёт речь.

– А, этот? Мне он тоже не понравился. Не дай Бог во сне увидеть.

– А чем он тебе не понравился?

Спросил магистр. Царевич вновь вспомнил барича, а потом сказал.

– Отрешённый он какой-то… Смотрел будто сквозь.

– Есть у меня предположение.

Сказал магистр. Он посмотрел на внучку.

– Говоришь, видела барича у калитки?

– Да.

Ответила Катя.

– А что ты испытала при виде его?

– Холод.

Её до сих пор морозило, стоило подумать о бариче.

– Устала просто, вот и мерещится всякое.

Сказала Люба, ставя на стол кувшин со свежим молоком только из-под коровы.

– Не-не, если ведьма что-то увидела, то так оно и было.

– А, может, и померещилось. Не каждый день топят.

Сказал царевич. Катя «случайно» наступила на ногу Мирослава, тот как ошпаренный выпрямился.

– Нарываешься?

– Мирослав, успокойся и сядь. Что произошло?

Спросил магистр, строго смотря на царевича. Мирослав сел, продолжая смотреть на Катю сердито.

– Мирослав, что произошло? Чего ты так вскочил?

– Ничего.

Сказал царевич, не желая говорить правду. «Подожди, вот останемся один на один, и ты у меня попляшешь». Размышлял Мирослав, а Катя спокойно сидела и смотрела, как Люба расставляла еду на стол.

– Есть у меня одна мысль насчёт барича.

– Какая?

– На улице скажу. Надо бы твоих товарищей куда-то деть, а то так и будут у реки стоять да в баклуши бить.

Магистр встал и вышел из избы. Подождал царевича у выхода. Мирослав очень хотел пару слов сказать, да только рядом сидячий хозяин дома не давал. Царевич вышел из избы. Магистр вышел за калитку, обошёл дом и пошёл к реке. Мирослав следовал рядом.

– Моя внучка, как я погляжу, не даёт тебе оставаться равнодушным.

– Ваша внучка – самое настоящее наказание.

Магистр рассмеялся.

– Для кого-то наказание, а для кого-то подарок с небес. Ты не представляешь, как я рад, что она здесь. Для меня это знак того, что у меня есть ещё один шанс, чтобы быть счастливым.

– Разве знание о том, что вы уже дед, может сделать вас счастливым?

– А ты так не считаешь? В этой жизни нет ничего ценнее, чем семья. Да, я потерял Агнию и так не женился, но у меня есть дочь, которая вышла замуж, родила мне внучку, которая теперь здесь. Пускай на меня будут косо смотреть, пускай будут говорить, что спятил и сошёл с ума от одиночества. Однако я буду её поддерживать во всём, что бы она ни делала.

«А магистр явно головой приложился. Если женщина будет делать всё, что вздумает, то разве это правильно?» Думал Мирослав.

– Так какая у вас мысль насчёт Ярополка?

– Мысль самая простая. Бес в нём сидит. Надо изгонять, пока мы здесь.

– Изгонять? Магистр, я никогда не изгонял бесов, даже не знаю как...

– Как это делать? Всё просто. Связываем и ведём в церковь, а там священник проводит процедуру. Маги никогда сами бесов не изгоняют, это могут делать только священнослужители.

Объяснил магистр. «Как же царевич мало знает об азах. Это же полное опущение со стороны его преподавателя по магии». Размышлял магистр да молчал. «Может, и правда мне нужна учёба в академии? Нет, глупости. То, что я не умею, прикроют друзья. Зачем мне тратить своё время на бессмысленные занятия». Всё упрямствовал царевич. А между тем магистр решил разделиться.

– Сейчас поступим так. Ты идёшь к ребятам, помогаешь им утроиться у кого-нибудь на ночлег. Может, повезёт, и постоялый двор в этой деревне найдётся. Я же иду в церковь договариваться насчёт экзорцизма. Всё понял?

– Так точно.

– И да, Мирослав, пару крепких ребят возьми собой. Встречаемся у избы Денисовых.

Вот так магистр и царевич разделились. Что касаемо семьи Денисовых, то те уже готовились ко сну. Катя помогла Любаве убрать всё со стола, а Егор ушёл в свою мастерскую. Мол, ему нужно что-то доделать. После уборки Любава завела Катю за ширму, а сама ушла в спальную часть избы. Пришла уже с небольшим сундучком.

– Когда твоя бабушка уходила, она завещала этот сундук тебе. Не знаю, что в нём находится, однако он принадлежит тебе.

– Почему мне? Бабушка уже знала, что я приду в этот мир?

– Не знаю. Я обычная деревенская женщина, мне чужда магия. Возможно, в академии узнаешь больше.

Люба поставила сундук на стол. Катя с интересом рассматривала его красочность, но её смутило отсутствие какого-либо замка.

– Он без замков?

– Без замков. Да только открыть себя кому попало не даст. Вот, смотри.

Люба потянула крышку сундука, но только та не поддавалась, как бы её не тянули. «Волшебный сундучок? Впервые вижу. И как Агния предвидела этот день? Может, у неё был дар или она к кому-то обращалась для этого. У меня так много вопросов с каждым разом появляется, да только никто ответить не может. Есть же тот, кто знал всё о моей бабушке». Думала Катя. Она коснулась крышки сундука, почувствовала что-то лёгкое и тёплое. «Такое необычное ощущение, и мне это нравится. Такое родное, греющее, как бабушка. Этот сундук точно принадлежал ей». Катя почувствовала покалывания у глаз. «Что-то я в этом мире слишком расчувствовалась. Всё время в слёзы бросает. Надо держать себя в руках». Катя открыла сундучок, а в нём были платья, платки, ленты, книги, разные травы, мантии и многое другое. Люба смотрела на содержимое сундука и улыбалась. «Молодец, сестрица, позаботилась о своей внучке ещё тогда, когда она не появилась даже на свет. Всегда знала, что нужно, в этом твой дар, сестра. Жаль, что я, и никто другой, тебя не увидит больше». Думала Люба, словно обращаясь к Агнии в небеса. Катя закрыла сундук.

– Завтра Константину передам, чтобы они с царевичем забрали этот сундук с собой. А сейчас пошли спать. День был тяжёлым и насыщенным для всех нас.

Катя кивнула, соглашаясь с Любой. День и правда был насыщенным и долгим. Сначала её закрыли в избе, потом отпаривали и готовили к свадьбе, а после она чуть не попрощалась с жизнью. Когда Катя засыпала на печке, она думала. «А ведь этот напыщенный павлин спас мне жизнь, не знаю, так это или нет, но буду верить бабушке. Выходит, он не такой противный, когда постарается. А ещё я не разговаривала с домовым после пробуждения. Надеюсь, с ним всё хорошо. Надо будет утром поговорить, а то, боюсь, по дороге во дворец не будет времени на разговор. Интересно, а я поеду верхом на лошади? Как помнится, царевич и его компания были исключительно на конях, значит я буду ехать с кем-то верхом. Сомневаюсь, что найдётся лишняя кобылка для меня. А даже если найдётся, то верхом я ездить не умею. А ещё ведь сундук этот надо как-то с собой взять. Не представляю, как это сделать. Здесь хотя бы телега нужна, чтобы вести. А ведь со мной ещё Лаванда с Василисой. Без них я никуда не уйду. Надо будет утром это всё решить».

Под потоком своих беспокойных мыслей Катя кое-как уснула. У неё было множество вопросов, которые её очень сильно волновали. Однако через пару часов Катя проснулась от странного ощущения. Ей казалось, что за ней кто-то следит. Невольно посмотрела в окно рядом со столом, чтобы себя просто успокоить и уснуть. Только стоящий за окном Ярополк, который смотрел чёрными-пречёрными глазами, не способствовал спокойствию. Её кожа похолодела при виде него. Катя не знала, что ей делать. Она могла бы разбудить Егора или Любу, но не хотелось их беспокоить. Да и сам Ярополк наводил такой странный ужас, что ей казалось не лучшей идеей будить родственников. Катя накрылась головой одеялом. Посчитала до десяти. «Сейчас я снова посмотрю в окно, и там никого не будет. Никого не будет. Это плод моего воображения. Может, я и вовсе сплю». Катя себя ущипнула, боль последовала, но сон не прервался. «Значит, не сон». Катя высунула голову из-под одеяла, вновь посмотрела в окно. Ярополка уже не было. Катя облегчённо вздохнула. Залаяла Лаванда. Катю это заставило подняться с печки и спуститься. Она взяла коромысло, сняла с него вёдра, а затем пошла к двери, собираясь выйти. Однако у выхода материализовался домовой, загораживая проход собой.

– Катя, стой! Тебе туда нельзя!

– Почему? Там Лаванда на кого-то лает. Я должна узнать, что там происходит.

– Бес там гуляет. Всё узнала? А теперь обратно на печь.

«Бес? Это тёмный дух, что ли? Бесы, как помню, вселяются в людей. Что, если в Ярополке и сидит бес!». Катя коснулась ручки двери, домовой отошёл в сторону. Девушка выбежала из избы, чтобы убедиться в своей правоте. Она не особо задумывалась о своих действиях. Просто действовала, и всё. Стоило ей выйти, как увидела стоящего по центру Ярополка. У сеновала стояла Лаванда и лаяла на него. Тот никак не реагировал, он просто стоял.

– Катя, сейчас же возвращайся в избу, пока он тебя не заметил.

Катя стала отступать к двери, но затем остановилась. «Я что, просто так с печки вставала? Сейчас выгоню барича и пойду спокойно спать». Катя развернулась и стремительно пошла на Ярополка.

– Куда пошла? Спятила?

– Я не оставлю во дворе всякую нечисть.

Ответила Катя домовому. Ярополк неестественно повернул голову на 180 градусов. Катя тут же остановилась. «Бесы и так могут? Чёрт, может, не стоило всё-таки идти на него?» Запоздало подумала Катя. Она с ужасом смотрела в чёрные глаза беса, боясь пошевелиться. На лице Ярополка появился оскал. «Жутко выглядит». Заметила она. Ярополк заговорил холодным и словно потусторонним голосом.

– А вот и наша ведьмочка встала. Я тебя ждал. Думал, когда же ты выйдешь.

Ярополк неожиданно исчез. Катя стала оглядываться, кровь в её жилах и так похолодела до этого. Сердце застучало часто-часто как сумасшедшее, с особой болью в груди. Катя стала вертеться и искать беса. Лаванда продолжала лаять в сторону хозяйки. Тогда Катя повернулась назад. Эта нечисть стояла рядом. Его глаза целиком стали чёрные, заполненные какой-то тьмой так, что белка глаз не было видно совсем. Более-менее человеческие зубы неестественно широко улыбались. Он хоть уже и не смотрел с повёрнутой головой на 180 градусов, однако кожа в чёрных точках пугала.

Удар коромыслом по плечевой части произошёл раньше, чем пришла мысль, что не стоило этого делать. Бес за секунду вырвал коромысло и выкинул куда-то далеко-далеко за пределы калитки. Оттуда послышался грохот. Катя порадовалась, что вовремя отпустила коромысло, либо полетела бы вместе с ним. Однако она была обезоружена. «Чёрт, нужно отступать, и как можно скорее».

– Как же это негостеприимно с твоей стороны.

– Иди к чёрту, нечисть.

Катя рванула в сторону хлева, желая скрыться там. Беляк даже открыл дверь. Катя почти добежала до входа, да только эта нечисть переместилась ко входу. Он схватил Катю за запястья и кинул бесовской силой в сторону. Катя приземлилась на землю рядом с курятником. «Выпроводила из двора… Как бы теперь живой остаться». Лаванда подбежала и стала лизать хозяйку в лицо.

– Уходи! Лаванда, уходи. Беляк, уведи их в безопасное место.

Крикнула Катя домовому, вставая на ноги. Нечисть ухохатывалась у хлева. Беляк послушался. Вывести оказалось не так сложно: Василиса спряталась на самом верху сеновала, а Лаванда выбежала из калитки, стоило домовому её отворить. «Моё спасение в курятнике». Наивно надеялась Катя, идя в него. Да вот у беса были свои планы. Он заметил, что Катя отступает, и тут же вновь оказался рядом.

– Куда пошла, ведьма? Я ещё не получил свою жертву.

«Почему я не взяла с собой сумку? В ней столько вещей лежит, могла бы топором стукнуть». Винила себя Катя в несообразительности. Она приложила руку к груди, найдя на себе крестик. Сжала его в ладони и закрыла глаза, став молиться своему ангелу-хранителю. «Великомученица Екатерина, прошу тебя, как своего ангела-хранителя, спаси от беса Ярополка и сохрани жизнь мне и тем, кто мне дорог. Аминь». Катя нечасто обращалась к высшим силам, только пару раз, когда было жизненно необходимо. Катя повторяла молитву раз за разом, надеясь, что просто проснётся утром на печке и это всё-таки окажется сном. При этом в конце молитвы каждый раз перекрещивалась. Бес начал издавать звериный рык.

– Немедленно прекрати! Прекрати, прекрати…

Повторял вновь и вновь Ярополк, которого от мольбы Кати просто скрутило вдвое. Катя краем глаз это увидела и продолжала молиться. Она чувствовала, как оберег начал заметно накаляться огнём. Катя вдруг подняла голову наверх, на крыше стоял какой-то человек. Один взмах его руки над Ярополком. Тот резко выпрямился. Его кожа почернела, на руках появились когти, зубы заострились и стали клыками. «Бес пришёл не один, а с кем-то». Размышляла Катя.

Она перестала молиться, поняв, что молитвы больше не действуют на беса. У него словно появился иммунитет. Оберег совсем сильно стал обжигать кожу. Катя прикусила губу, чтобы не заорать. Ярополк быстрым движением пошёл на жертву, но столкнулся с преградой. Оберег образовал вокруг своей носительницы огненный защитный купол, который не позволял бесу до неё прикоснуться. Бес стал беситься, он бил по куполу, пытаясь его разрушать. «Как хорошо, что сработал оберег». Обрадовалась Катя, продолжая стоять и не двигаться. Боялась, что купол исчезнет.

Тем временем Лаванда не просто убежала, она искала помощь и нашла. Константин вместе с батюшкой, Мирославом, Данияром и Кривом шли в сторону избы Денисовых, обсуждая возможные ходы со стороны беса в Ярополке. Лаванда сразу подбежала к ним, как только уловила более-менее знакомый запах. По бесконечному лаю и кружению маги поняли, что что-то не так.

– Это собака Катерины.

Сказал Мирослав для тех, кто не в курсе.

– На её хозяйку напал злыдень.

Сказал Крив, переведя собачий лай на понятный язык. Крив обладал магией, которая позволяла ему понимать животных, он мог также с ними беседовать, просить о помощи.

– Нужно поспешить. Все ускорились!

Скомандовал Константин. Маги изменили шаг на бег. Мирослав, Данияр и Крив побежали вперёд.

– Без нас экзорцизм не начинать. Придержите его просто и не подпускайте ни к кому!

Крикнул Константин вслед ребятам. Он был рядом с батюшкой, который не мог так быстро бегать в силу возраста.

Лаванда бежала рядом с ними, подгоняя лаем. Так казалось Мирославу, а вот Крив её внимательно слушал.

– Да ладно. Вот так вот взял и повалил? И что потом? Вот оно что. Не переживай, ты помогаешь ей тем, что нашла нас. Можешь собой гордиться.

Похвалил Крив Лаванду. Виднелась открытая калитка, рядом с которой сидел домовой.

– Скорее, бес почти принял первоначальную форму. Ещё немного, и барича нельзя будет спасти.

– Батюшка в пути, скоро будет.

Ответил Мирослав домовому, заходя внутрь. А там их ждала вот такая картина. Катя стояла у курятника с закрытыми глазами, вновь молясь, да держалась обеими руками у креста. Вокруг неё огненный купол, покрывающийся чёрными трещинами. Рядом Ярополк в бесовской оболочке бьёт по куполу руками и ногами. «Это что за тварь? Вроде на барича похож, а вроде и на чёрта какого-то». Данияр заметил тень на крыше сарая.

– Друзья, бес здесь не один. Наверху ещё кто-то есть.

Сказал Данияр, затем коснулся земли и закрыл глаза. От его рук пошли искры. Данияр встал и резко потянул ладонь вверх, а затем сделал выпад вперёд. Земля поднялась вверх, выстелив лестницу на крышу.

– На вас барич и внучка магистра.

Крикнул Данияр, взбираясь по ступеням. Ступени тут же рассыпались, стоило ему вступить на поверхность крыши сарая. Находившийся там маг спрыгнул с крыши и побежал в северную сторону. Данияр также спрыгнул и побежал за ним.

– Ты уводишь девушку, а я отвлекаю беса.

Скомандовал Мирослав. Крив молча кивнул. Мирослав протянул руку, сосредоточил магию, притягивая ближайшую воду с бочек и вёдер. Бес на них не обращал внимания. Трещины на куполе становились больше, говоря о том, что купол скоро будет разрушен. Мирослав набрал немного воды, сформировал небольшие пульсары – магические шары, оболочка и цвет которых зависит от вида магии и от самого мага. Все пульсары полетели разом на беса и сбили того с ног. Крив, готовый рвануть, побежал сразу же к Кате, желая её увести отсюда. Огненный купол пропустил спасателя. Когда до Кати коснулись руки, она перестала молиться и открыла глаза.

– Где Ярополк?

– Вон там лежит. Пошли быстрее. Мирослав его отвлечёт.

Сказал Крив, а затем взял Катю за руку и повёл к калитке бегом.

– Отдайте мне её!

Закричал Ярополк. Он, несмотря на атаку со стороны Мирослава, встал и переместился к калитке. Его острые когти потянулись к лицу Кати. Однако Крив не дал этого сделать: сконцентрировал свою энергию, раскрыв небольшой энергетический щит, и когти прошлись по нему.

– Не так быстро, нечисть!

Сказал Крив, отталкивая от себя Катю назад. Катя это восприняла как знак бежать, и побежала вперёд, стараясь не оглядываться. Она прекрасно понимала, что сейчас здесь слабое звено, поэтому лучшая её помощь – это не мешать ребятам.

Мирослав кинул в беса пульсар, давая Криву возможность защищать наречённую ему сегодня жертву. Крив понял, что бес не так прост, а своих бойцовских навыков не хватает, потому свистнул, подзывая к себе Лаванду. Она подбежала с первого раза. Крив побежал за Катей, чтобы утянуть прямо к хлеву. Он закрыл дверь, прислонившись к ней спиной. «Для этой миссии однозначно надо было брать не меня, а кого-то из ребят. Хотя бы Деяна или Лесьяра, они больше бы могли защитить девушку, чем я со своим щитом». Размышлял Крив, готовясь к ударам от беса.

Катя переводила дух. «Как же я хочу вернуться в свой мир. Если бы не те тёмные силы в квартире бабушки, то жила бы и дальше в своём темпе. А теперь приходится бегать и спасаться от разъярённого беса». Думала она. Катя посмотрела на новое лицо, которое её сейчас защищало. «По сравнению с его высочеством, выглядит вполне обычно. Внушает на мысль, что он нормальный».

У Крива были вполне приятные черты лица. Он был обладателем тёмно-серых глаз с широкими бровями, гладковыбритый, волосы слегка кучерявые, имели русый цвет, на 2–3 сантиметра не доходили до плеч, убраны были в хвостик сзади. Одет был не так нарядно, как царевич. У него была накинута коричневая мантия, под ней виднелся кафтан, рукава красные с разными народными узорами, всё остальное чёрного цвета. Концы кофты имели коричневый цвет и были потрёпанными, пуговиц на ней никаких не было. Под кафтаном виднелась рубашка, верхняя её часть была также чёрной, к краю рубашки были пришиты коричневые вставки. И что примечательно, на ней присутствовали красные и серые пуговицы. Нижняя часть рубашки имела красный цвет и народные славянские рисунки. Штаны у него были коричневого цвета, под красочной рубашкой виднелась белая рубаха, но её ткань такая тонкая, что можно подумать, что это футболка. На рубахе был виден рисунок медведя, также виднелись две маленькие золотые цепочки, а на ногах были сапожки красные. «Отчего у меня появилось ощущение, что он может быть также из моего мира?» Подумала Катя.

За дверью был слышан вечный грохот, рычание и ругающийся Мирослав. Крив решил посмотреть, как его товарищ поживает, но он не мог так просто оставить Катю одну. А потому протянул ладонь, направляя на собаку. Из его рук шла волна полупрозрачной магии, направляющейся на собаку.

– Соединяю твою энергию с энергией хозяйки, чтобы с этого дня ты её берегла и охраняла магически. Ты будешь более неуязвимой перед напастью, твоя сила с каждым разом будет крепчать. Отныне ты фамильяр этой чудесной ведьмы.

Крив соединил энергетику Лаванды с энергетикой Кати. Катя коснулась своего лба, почувствовав странные ощущения. Крив вышел из хлева, подперев дверь бочкой с водой, чтобы разным девицам не пришло в голову выйти да помочь.

А игра между Мирославом и бесом изменилась. Царевич выбивался из сил. Пульсары уже не сбивали так сильно Ярополка, отчего тот отбивался мечом, не давая этой твари его задеть. Крив проанализировал окружение, почувствовав стаю птиц. Он сосредоточил свою магию, призывая всех птиц к себе, а затем, укрепив их от гнева беса магией, махнул рукой вниз, после чего птицы полетели подобно стрелам, их клювы били по Ярополку. Да только это бес был всё-таки, отчего нечисть разозлилась ещё больше и побежал на Крива.

Крив выпустил энергетический щит, защищая себя и не подпуская беса близко к двери. Мирослав перевёл немного дух и кое-как продолжил кидать в беса пульсары. На одно мгновение бесу надоело идти в атаку на добрых молодцев, поэтому переместился уже к двери хлева, откинув бочку в сторону. Бочка прилетела прямо в царевича, сбив того с равновесия, – так и припечатался к забору спиной. Бес разнёс вдребезги дверь и вошёл внутрь.

– Стоять! Мирослав, скорее, он же убьёт её!

Крикнул Крив своему товарищу. «Я этому баричу задам, как только мы из него беса изгоним». Подумал Мирослав, вставая на ноги. Его нетренированный магический резерв был почти на нуле. «Где же Данияр и магистр с батюшкой?» Продолжал размышлять царевич, доставая свой меч. Это единственное, на что его физических сил хватает. Что касается Кати, она нашла окошко в хлеве, перелезла через него и направилась к калитке. Лаванде приказали спрятаться.

– Куда вы её дели?

Кричал Ярополк. Он вышел из хлева.

– Крив, сюда. Будешь щитом.

Подозвал Мирослав друга. Крив подбежал к царевичу, защищая того своим щитом. Злой-презлой бес накинулся своей бесовской силой, да так, что ребят вдвоём припечатало к стене. Катя стояла у калитки и видела. «Он их сейчас убьёт!» Как бы ей страшно за свою жизнь ни было, но позволить умереть ребятам не могла. Она вошла в калитку, а затем крикнула.

– Эй, Ярополк! Не меня искал?

Бес, который прижимал бедных ребят к забору, отпустил их, поворачиваясь к девушке. Те перевели дух, радуясь, что их не убило. Однако их совсем не радовал бес, который шёл на Катю. Мирослав побежал на защиту. Крив кидал в беса заряженных птиц. Катя стояла по центру, готовясь принести в любой момент себя в жертву.

«Я не смогу защититься от него, но если моя смерть спасёт жизни других, то так тому и быть». Умирать ей совсем не хотелось, глаза защипало, сердце так и колошматило. Мирослав встал рядом с ней, пригрозив нечисти мечом.

– Совсем спятила? Сейчас же беги в укрытие и не высовывайся.

– Это вы с ума сошли. Вас двоих бес мог разорвать!

– Для нас это было бы честью. Мы бы умерли, защищая тебя. А ты умрёшь как последняя дура, которая полезла сама под когти нечисти.

– Сам дурак!

Препинались Мирослав и Катя. Крив замедлил нечисть, подбежал и загородил собой этих двоих, вызвав энергетический щит. Силы и у Крива, и у Мирослава были на пределе. Катя смотрела в чёрные глаза своей смерти. Бес обошёл со стороны и задел Катю когтями по лицу, оставив четыре полосы от виска до щеки. Мирослав взял Катю за руку, оттаскивая её за свою спину. Он мечом ударил тварь по когтям. Бесу было плевать на простой меч, одним движением Мирослава откинули в сторону сеновала. Тогда перед Катей встал Крив, но и тот улетел уже в сторону калитки.

Катя осталась совсем одна. Лаванда хотела подбежать, чтобы помочь, но Катя махнула рукой.

– Лаванда, нельзя!

Лаванда заскулила. Катя не хотела умирать, не хотела. Из её глаз пошли слёзы. Она отступала назад. Её переполнял страх не только за себя, но и за тех, кто её сейчас защищал. «Убьёт меня, примется за них. А я ничего не могу сделать, даже наколдовать что-то». Катя коснулась оберега. «Бабушка, что мне делать?» Видимо, Катя настолько хотела выжить, что оберег неожиданным способом сработал. Он остановил всё и всех, даже её саму. «Что происходит? Мне это кажется?»

– Тебе не кажется, горе моё луковое.

Рядом появился дух бабушки. Душа Кати вышла из тела.

Глава 3. Как дожить до дворца?

Катя смотрела на своё тело, а затем огляделась и увидела бабушку.

– Я умерла?

Спросила Катя у бабушки. Агния покачала головой.

– Нет, ты не умерла, ты не спишь, это всё на самом деле.

– Тогда почему время остановилось? И почему я не в своём теле нахожусь?

Бабушка поплыла на крышу избы и там присела. Катя поняла, что может также, поплыла и села рядом. Агния смотрела на дворик.

– Время остановилось благодаря оберегу, который ты носишь. Ты попросила меня помочь, и теперь я тут. Я знала, что тебя будут поджидать неприятности здесь, отчего последние крупицы магии вложила в оберег и отдала Беляку, попросив спрятать, пока он не понадобится.

– А откуда ты это всё знала?

– Из видений. Одна знакомая предсказала мне твоё будущее, когда ещё ни ты, ни твоя мама не родились.

Кратко объяснила Агния.

– Скажи мне, что ты сейчас здесь видишь?

Спросила Агния свою внучку, указывая на дворик. Катя посмотрела сначала на Мирослава у сеновала, затем на Крива, после на себя и Ярополка.

– Гибель ребят и свою. Ребята истощены и устали, а я ничего не могу сделать. Беляк сказал, что во мне есть магия, но я не чувствую себя ведьмой.

– Всё потому, что твои силы заблокированы. Ты бы сейчас могла от сильных эмоций вызвать бушующую магию и отогнать беса от себя, да только не можешь.

«Заблокированы? Это как? Типа как на телефоне, если ввести три раза неправильно пин-код? Или, может, у меня где-то внутри замок на цепях висит?» Размышляла Катя.

– А почему мои силы заблокированы и как их разблокировать?

«Может, нужен специалист, который умеет активировать магические силы?» Подумала Катя.

– Когда ты родилась, силы твои были уже заблокированы. Я не знаю, с чем это связано. Тебе необходимо искупаться в озере Божидара. Дедушка знает, где оно.

– Понятно. А что делать сейчас? Один удар беса и нам всем конец.

Катя взглянула на беса. «Удивительное явление: пока я душа, барич не кажется мне таким страшным. Однако, когда я вернусь в своё тело, то вновь буду бояться. Как бы мне хотелось быть в вечном спокойствии, как сейчас». Агния отвлекла Катю от её размышлений.

– Я тебе скажу как. В обереге заключён мой огонь, который может оглушить нечисть. Чтобы им воспользоваться, сожми оберег так сильно, как только можешь, а затем скажешь такое слово: Сва-ро-жич.

– И всё?

– Всё. Дальше символ на обереге активируется и защитит всех вас. Запомнила слово?

– Сва-ро-жич. Правильно?

Бабушка кивнула. Душа Кати вернулась обратно в тело, да так быстро, что та и заметить не успела. Зато, когда вновь почувствовала страх, услышала лай Лаванды и увидела стоящего рядом Ярополка, то поняла, что аудиенция с бабушкой закончилась. «Спасибо тебе, бабушка». Руки Кати по-прежнему сжимали оберег, а потом она сжала сильней и громко-громко крикнула.

– Сварожич!

Оберег сильно нагрелся. Символ Сварожича представляет собой четыре прямых луча, напоминающих языки огня, они будто вращаются по своей оси. Этот самый символ загорелся перед глазами Кати и Ярополка, прежде чем взорваться. Именно так можно описать кратко то, что произошло.

Огненная волна сбила моментально Ярополка, лишив его сознания. Катя стояла неподвижно, не веря тому, что сейчас произошло. «Столько мощи в одном лишь обереге. Очуметь! Надеюсь, пострадал только Ярополк». Катя оглядела ребят. Крив был в порядке, он спокойно стоял на ногах. А Мирослав всё полёживал на земле. «Огонь его задел?» Катя подбежала к царевичу.

– Эй, ты как? Живой?

Катя присела, проверяя наличие ран у него.

– Что-нибудь болит?

Спросила Катя. Мирослав будто бы в этот момент оглох. Он смотрел на Катю и просто был поражён. «Обычная девчонка, которая не владеет магией ни разу, но при этом смогла оглушить целую нечисть. А сейчас обо мне беспокоится, хотя пару минут тому назад мы с ней ругались. Такая странная». Мирослав не понимал. С ним такое было впервые. Он привык, что если ему нужна помощь, то приходят помогать товарищи и друзья. Но чтобы человек, который его ненавидит, не воспринимает другом, вот так вот подошёл на помощь – это что-то из жанра фантастики.

Однако рана на лице Кати вызвала беспокойство и в царевиче. «Она не должна была лезть в эту битву. Это мы должны были её защищать. Как так получилось, что в итоге ранена она, а не я». Мирослав очень хотел исцелить раны Кати. Он чувствовал себя виноватым за это. Его рука коснулась этих царапин.

– Не болит?

Спросил Мирослав. Катю словно током ударило, она тут ж убрала ладонь от своего лица. «Головой, что ли, тронулся?» Подумала Катя.

– Ты сам как? Ранен где-нибудь?

Мирослав покачал головой.

– Тогда вставай, я помогу.

Катя протянула ему ладонь. Мирославом в этот момент будто кто-то управлял. Он коснулся её ладони и стал подыматься на ноги. Катя перекинула его руку через своё плечо, а как только когда царевич встал, скинула руку с себя и отошла. Ещё раз пробежалась своим взглядом по нему, пытаясь найти хоть какое-то ранение. «Не задела. Вот и славно». На её лице на пару секунд появилась улыбка, которую царевич запомнил.

Катя повернулась в сторону калитки. У неё стоял магистр с батюшкой. Катя пошла к ним навстречу. Царевич стоял и не двигался. Он пытался понять, что сейчас произошло. «Такое странное ощущение, что бы оно означало». Мирослав кинул взгляд на свою ладонь. «Её ладонь, в отличие от моей, такая хрупкая и маленькая, а ещё холодная. Замёрзла, что ли? Она же только что запустила в беса мощный огонь, как ей может быть холодно? И о чём я сейчас только размышляю?» Царевич покачал головой, отгоняя непонятные ему мысли. Данияр сидел на крыше, он появился там примерно тогда, когда пришли батюшка и магистр. Он всё видел с высоты и усмехнулся.

– Мирон, ты чего на руку свою так смотришь?

Крикнул Данияр. Он спрыгнул на землю и встал рядом с царевичем.

– Да так. Догнал того мага?

Спросил царевич у друга. Данияр покачал головой.

– Нет, исчез у реки. Я только обрадовался, что всё, поймал, как он прыгнул в воду и пропал. Я осмотрел водоём, но никаких следов.

– Получается, телепортировался?

– Скорее всего. Иначе не объяснишь, как ему удалось исчезнуть. Только я подумал, что маг действовал не один.

– Думаешь, замешан ещё один маг?

Мирослав понял, о чём толкует ему Данияр. Он смотрел на барича и размышлял. «А ведь бес был настроен против Катерины. Интересно, почему? В нашем мире недавно, но при этом какая-то нечисть хочет её увидеть. А до этого её чуть не утопили. Столько событий за короткий срок. Не помешает приставить какого-нибудь мага, который будет охранять и защищать от всех напастей. Может, магистру сказать? Думаю, он со мной согласится». Магистр, батюшка, Катя и Крив приблизились к Мирославу и Данияру. Данияр посмотрел на лицо Кати, где красовалась большая рана.

– Это бес сделал?

Спросил Данияр, продолжая смотреть на рану. Катя невольно коснулась до лица, где всё ещё кровоточило.

– Да.

Ответила Катя.

– Данияр, лечить умеешь?

Спросил магистр.

– Святорад умеет, это его специфика.

Ответил Данияр. Магистр что-то поразмышлял у себя в голове, да стал распоряжаться.

– Значит, ты, Данияр, отведёшь Катерину к Святораду. Мирослав и Крив останетесь с нами, барича надо будет донести до дома. Батюшка, вам для изгнания что-то нужно?

Спросил Константин у батюшки.

– Святая вода у меня, книга с молитвами тоже. С вас, Константин, требуется только подстраховка.

Батюшка открыл книгу. Данияр пошёл к калитке. Катя неуверенно последовала за ним. Лаванда побежала следом. Магистр, Крив и Мирослав смотрели им вслед, каждый размышлял о своём.

«Моя внучка в надёжных руках». Подумал магистр. Как-никак Данияр ещё не истратил магический резерв, а значит сможет её защитить больше, чем Мирослав и Крив. Бес хоть и находился в отключке, но лишний раз перестраховаться стоит. Мало ли что по дороге встретится, будет хоть кому-то защитить.

«Умная собака, не зря я магическую связь соединил с её хозяйкой. Надо будет посмотреть, на что Лаванда способна как фамильяр». Думал Крив, довольный тем, что у Кати такая верная охрана в виде охотничьей спаниели.

«Надеюсь, их она водой не зальёт и никакие неприятности по дороге не встретит». Размышлял уже царевич.

Данияр, Катя и Лаванда скрылись из виду. Данияр представлял из себя простого парня, но такой суровый был немного. Его волосы были коротко стрижены, волосы зачёсаны назад, однако часть выбилась из причёски, глаза отражали тёмно-карий цвет, черты лица были симметричные и ровные. Одет он был в кафтан, рукава которого были широкими, просторными, белого цвета. До пояса была пришита более плотная ткань с красивыми узорами коричневого, чёрного и красного цвета. У талии был завязан коричневый пояс из кожи, также были штаны болотного цвета и такого же цвета сапожки.

Катя не до конца отошла от случившегося. Она всячески оглядывалась назад, боясь увидеть вновь Ярополка. «Надеюсь, огонь хорошо оглушил Ярополка, и из него стопроцентно изгонят беса. Вообще, не хочу больше пересекаться с какой-то нечистью, такого страху натерпелась, до сих пор трясёт». Катя сжимала трясущиеся руки, пытаясь наконец-то успокоиться. Как-никак всё позади. Разум её это понимал, а вот организм отказывался успокаиваться. Вдруг снова кто-то нападёт? А ещё Катя чувствовала во всём теле слабость, кое-где кожа гудела от боли. «Без синяков не обойдётся. Неделю точно будет всё заживать. А это я ещё до академии не добралась».

Данияр привёл Катю к постоялому двору, где все остановились на ночлег. Они зашли внутрь и поднялись на второй этаж. Лестница была у входа в десяти шагах. Данияр посмотрел через плечо и сказал.

– Святорад сейчас должен спать, так что сразу за мной не заходи. Скажу, когда можно.

Катя лишь кивнула. «Лучше бы меня спать отправили. В конце концов, рану можно и утром исцелить. Она всё равно не беспокоит. Подумаешь, бес цапнул. Бои без ран не бывают».

Комната Святорада была слева, рядом с лестницей. Данияр вошёл без стука. Уставшая Катя облокотилась о перила. Хотелось, конечно, присесть, а лучше прилечь, но она старалась держаться. Она смотрела без единой эмоции в стену.

Данияр подошёл к кровати товарища и сдёрнул одеяло.

– Святоша, проснись, у нас чрезвычайная ситуация. Требуется твоя целительская магия.

Святорад ещё проснуться не успел, как Данияр стал требовать. Святорад тяжко вздохнул. Желание послать товарища было велико.

– Что в этот раз? Опять подрался с Деяном? Так идите тогда оба в лес.

– Что сразу драка-то?

Возмутился Данияр. Святорад, не открывая глаз, сонным голосом сказал.

– Потому что ты и Деян только за этим и подходите, чтобы я исцелил вас.

Данияр помолчал немного, либо товарищ был прав. Они с Деяном часто дерутся, и каждый раз из-за какого-нибудь пустяка.

– Хорошо, твоя правда. Только сейчас я привёл тебе другого человека, если быть точным, то девушку. Пострадала от когтей беса. Поможешь?

Святорад недовольно открыл глаза и присел. Его длинные русые волосы, доходящие до локтей, были взъерошенными.

– Так уж и быть. Где пострадавшая?

Спросил Святорад. Данияр выбежал из комнаты. Катя почти уснула в стоячем положении. Данияр потормошил её за плечи пару раз. Катя открыла глаза от испуга и моментально убрала руки Данияра. «Зараза, разве так можно резко подходить? Я же ещё не отошла от беса». Её сердце громко стучало. Девушка недовольно посмотрела на Данияра, тот ничего не сказал, просто взял за запястье и повёл за собой. Однако Катя шла с замедлением, ноги уже пошатывались, поэтому Данияр просто взял её на руки и повёл в комнату. Он так торопился, что со своей ношей не вписался во вход. В итоге Катя ударилась об косяк головой.

– Боже, больно же!

Зашипела почти девушка. Катя потёрла ушибленное место. Данияр почувствовал некий стыд. Хотел как лучше, а получилось наоборот.

– Прости, не хотел.

– Просто отпусти меня. Сама дойду.

Данияр опустил Катю на ноги, та зашла в комнату. «Что же за ночь такая? Поспать не удалось, затем бес напал и ранил, а теперь ещё и шишка будет». Данияр не хотел покалечить, но понимал, что девушке этого не объяснишь. Святорад поднялся на ноги, он был на полголовы выше Кати.

– Здравствуйте.

Замялась Катя на секунду. Ей стало неловко, ведь человек спал, а его потревожили из-за неё.

– Здравствуй, красавица. Вижу, ночь задалась?

– Не то слово. Всегда мечтала так погулять.

Ответила Катя в шутку. Святорад это прекрасно понял, отчего усмехнулся. Его взгляд блуждал по ране. «Глубокие следы, надо сначала промыть, чтобы никакой инфекции не было». У кровати Святорада стояло блюдце с водой и полотенце. Святорад достал платок из кармана своей мантии, которая висела на спинке стула. Он подошёл к блюдцу, намочил платок, а затем подошёл к Кате.

– Немного будет щипать.

Предупредил Святорад. Катя кивнула, принимая данную информацию. Святорад аккуратно взял девушку за подбородок, придерживая голову в одном положении. Платок коснулся раны, вода немного щипала, Катя молча терпела. Грязи бес оставил немало, однако Святоша всё промыл. Он отпустил Катю и отошёл к кровати, чтобы положить платок на тумбу рядом с миской. Вновь вернулся к Кате.

– Закрой, пожалуйста, глаза.

Попросил юный целитель. Катя послушно закрыла глаза. Он вновь одной рукой взял Катю за подбородок, а второй потянулся к виску, где начиналась рана. Из его рук повеяла магия, приятная и исцеляющая, искры покрывали каждую клеточку раны. Он водил рукой медленно, стараясь покрыть всё своей магией. Катя чувствовала приятное тепло. Прошло около десяти минут, рука Святорада дошла до подбородка. Святорад убрал ладонь, пробежался глазами ещё раз, убеждаясь в том, что ничего не пропустил. Довольный своей работой, он улыбнулся и отошёл на пару шагов назад.

– Вот и всё. Можешь открывать глаза. Я убрал рану, даже шрама нет.

Катя открыла глаза. Коснулась рукой до места, где до этого красовалась рана, но на гладкой коже не было ни единого ранения. Катя улыбнулась в ответ Святораду.

– Спасибо. Извини, что тебя из-за меня потревожили.

– Пустяки.

Отмахнулся Святорад.

– Для меня честь помогать красивым дамам, а не подравшимся товарищам.

Катя легко рассмеялась, посмотрев кротко на Данияра. Данияр скрестил руки, отворачиваясь.

«Чего сразу мы с Деяном? Подумаешь, иногда дерёмся. Так это тренировки такие, пускай и проходят каждый раз по-разному. И не каждый день». Надулся Данияр.

Данияр отвёл Катю к Денисовым. Батюшки, магистра, беса и ребят уже не было. Данияр понял, что те, видимо, относят тело барича домой. Он довёл Катю до двери.

– Спокойного сна, Катерина.

– И вам.

Катя зашла в избу и взобралась на печку, где очень быстро уснула. Ей снилось озеро, о котором говорила бабушка. Она шла по воде босая, пока вода не стала выше талии. Катя задержала дыхание и нырнула под воду. Как только воздуха стало не хватать, вынырнула и вдохнула. У берега её ждали дедушка, двоюродный дедушка и двоюродная бабушка, а рядом находилась бабушка.

– Я боюсь, вдруг во мне нет магии.

– Ничего не бойся. Иди вперёд и не оборачивайся.

– А ты?

Катя была готова схватиться за Агнию как за спасательный круг. Страх, что она окажется обычной, был слишком силён. Она хотела, чтобы ею гордились, однако нахождение бабушки рядом было куда важнее.

– Я буду всегда рядом. Где бы ты ни была, куда бы ни пошла, помни: я рядом, только позови. А сейчас ступай и ни о чём не беспокойся.

Катя сжала свои ладони в кулаки, немного подышала, а затем, расправив плечи, пошла вперёд, стараясь не оглядываться. Она плавно пересекала расстояние и дошла до берега. Рядом появился дедушка, который протянул руку. Катя приняла заботу, вложив свою ладонь. Её повели ко всем, окружив целиком. Виновница стояла по центру.

– Ну же, давай! Покажи свою магию.

Попросила воодушевлено Люба. Катя махнула плавно левой рукой, зажигая маленький огонёк на ладони. Родственники, а также люди из деревни ахнули, а затем зааплодировали.

– Сделай огонь больше!

Кто-то крикнул из толпы. Катя, счастливая оттого, что всё обошлось, сконцентрировалась на огне и делала языки огонька больше, а затем ещё больше. Рядом стояла бабушка, которая молча поддерживала.

– Разожги огонь так сильно, как только можешь.

Катя со счастливой улыбкой на лице кивнула и закрыла глаза, концентрируясь на своей магии. Она чувствовала, как её творение росло, но буквально через пару мгновений всё превратилось в хаос. Руки стали мёрзнуть, а вокруг поддувал ветер, усиливаясь с каждой крупицей магии. Катя открыла глаза, чтобы увидеть, что происходит. На поляне бушевала буря, небо было совсем чёрным. Рядом стоящий дедушка, который до этого с гордостью смотрел на неё, теперь смотрел иначе. В его взгляде читалось презрение и отвращение. Катя чувствовала себя некомфортно.

– Я думал, что моя внучка будет гордостью, настоящей огненной ведьмой.

– Я же огненная. Ты ведь видел?

– Сейчас я вижу лишь то, как ты вызвала бурю. Огонь был лишь иллюзией. Ты не одна из Огненных, ты мне не внучка.

Катя была готова расплакаться. Люди стали расходиться, бросая презрительный взгляд.

– Это ошибка. Я же огненная. Я зажгла огонь.

Однако стоило ей посмотреть на свои руки – весь воздух шел от неё. Катя сжала ладони в кулаки, пытаясь остановить полупрозрачный поток, только буря не останавливалась. Вокруг никого не было, а через секунду она оказалась в воде. Кто её кинул, она не видела. Катя проснулась в холодном поту, тяжело дышала, пытаясь успокоиться от увиденного. Она присела и стала искать домового.

– Беляк! Беляк, ты где? Беляк!

Однако Беляк никак не приходил. Точнее, он был рядом с ней и ждал, когда хозяйка его увидит. Только в этом и была проблема: она больше не видела домового. У Кати начиналась паника. Она прижала колени к себе, обнимая таким образом саму себя. «Это был просто сон, ничем не связанный с реальностью. Бабушка владела огнём, дедушка также владеет огнём, а значит, я тоже владею огнём. После озера я всем покажу! А вдруг нет? Вдруг жизнь распорядилась иначе, и я в итоге не огненная ведьма. Что тогда? Неужели семья от меня отвернётся? Нет! Не хочу. Ещё и Беляк не отзывается».

Катя посмотрела на свой оберег, тот оказался полностью чёрным. Она взяла его в ладошки и долго смотрела. «Он потемнел? Потемнел. Почему? Может, я поэтому домового не вижу. Чёрт! Что делать? Я без оберега абсолютно беззащитна». Паниковала ещё больше Катя. Беляку надоело, что хозяйка хандрит, не видит его и не слышит. Делать что-то нужно, отчего взял и полетел во дворик, надеясь найти кого-нибудь из магов. Во двор заходил Мирослав, которого послал магистр, чтобы тот привёл Катю к южной дороге. «Лёгок на помине».

– Ваше высочество, как я рад вас видеть!

Крикнул Беляк. Он буквально налетел на царевича, тому только и осталось, как вовремя увернуться. Беляк пролетел мимо. Мирослав обернулся и скрестил руки. Он выжидающе смотрел на домового.

– Чем обязан такой радости?

– У Кати беда! Её оберег разряжен, а без магии она меня не видит. Ты должен пойти и успокоить её.

Царевич замахал руками.

– Подожди, давай по порядку. У неё разряжен оберег?

– Да.

Ответил домовой, недовольный тем, что царевич медлит.

– И она тебя не видит?

– Да.

– Не видит, потому что в обереге нет магии?

– Да!

– Угу.

Кивнул царевич, почесав затылок.

– А разве она не ведьма?

– Ведьма. Ещё какая ведьма. Только дар её заблокирован, она без оберега беззащитна. А сейчас, после какого-то кошмара, она в полной панике. Пойми, Катя и так настрадалась вчера, а тут ещё лишение единственного чуда, которое принадлежало Агнии. Должен быть тот, кто её сможет успокоить. А раз ты всё равно тут, то прошу, скажи, что с оберегом всё хорошо и я рядом с ней.

Царевич скривился. Утешать людей не для него. Да только, как назло, Любава и Егор находились у южной дороги, дожидаясь, когда приведут Катю. «Как будто сговорились». Подумал Мирослав. Ему ничего не оставалось, как сжать волю в кулак и решительно зайти в избу. Только когда он зашёл, вновь замялся. Катя сидела неподвижно на печке, обнимая себя за колени. Домовой переместился вперёд, чтобы недовольно посмотреть на царевича. Мирослав махнул ему рукой, намекая, чтобы тот не мешал. Домовой поднял руки вверх, мол, хорошо-хорошо, не мешаю.

Царевич постарался подойти бесшумно. Но, как это часто бывает, когда пытаешься быть незаметным, получается громче, чем следовало. Вот и царевич споткнулся об ковёр, поскольку под ним Василиса спрятала дохлую мышь. На запас.

Царевич чертыхнулся. Катя подняла голову и быстро вытерла слёзы, услышав чьё-то присутствие. Она увидела Мирослава. «Почему сейчас должен был войти именно он? И так тошно». Постаралась спрятать весь свой мандраж, чтобы павлинское высочество ничего не заметил. Катя повернулась, а затем слезла с печки. «Надо умыться и попить водички. Вот перед кем точно не хочу показывать свои слёзы». Подумала Катя.

– Доброе утречко, ваше павлинское высочество. Любава и Егор, скорее всего, куда-то вышли. Магистра ещё не видела. С вашего позволения, пойду.

Как можно холоднее говорила Катя. А у самой голос так и готов был дрогнуть. Катя попыталась обогнуть как-нибудь царевича, который весь проход заслонял. Катя пихнула царевича в бок, тот от неожиданности отошёл.

– Ваше высочество, фас! Она сейчас уйдёт.

Крикнул Беляк царевичу, которой медлил и ничего не делал. Царевич закатил глаза и ухватил Катю за левое предплечье.

– Постой, не так быстро.

Катя дёрнула свою руку, желая освободиться, да куда там. Этот за ночь отдохнул. А вот у неё всё тело так и гудело. Ещё и чёртов сон.

– Пусти!

– Я отпущу, как только мы поговорим.

Катя посчитала мысленно до пяти. Дёрнула свою руку ещё раз. Скривилась. Не получилось.

– Я тоже не хочу этого делать, если тебя это обрадует. Я это делаю ради твоего домового, который сейчас находится рядом, но ты его не видишь, так как оберег не заряжен. Беляк сказал, что твоя сила заблокирована.

Хватка Мирослава ослабла, Катя вырвала свою руку. Да только уходить не стала, и реветь тоже. Она взяла оберег снова в ладонь, посмотрев на его черноту.

– Его можно зарядить?

На удивление спокойно спросила Катя, посмотрев впервые в глаза Мирослава. Она вовсе не ненавидела его, просто он часто её подбешивал, а так, к любому человеку Катя старалась относиться по-нормальному. Вот и сейчас, стоило Мирославу проявить каплю интереса к тому, что у неё произошло, как она сразу успокоилась и не стала убегать. В конце концов, царевич не виноват, что он вот такой, какой есть.

Мирослав посмотрел на домового, так как не знал ответа. Беляк молча кивнул.

– Конечно. Это же магическая штука, значит, силу можно восстановить.

«Озеро Божидар должно восстановить оберег, знать бы побольше об артефактах». Подумала Катя, а затем вспомнила, что в подаренном сундуке Агнии была книга, в которой было всё-всё об артефактах и оберегах. «Наверняка в ней написано, как создавать, пользоваться и заряжать артефакты». Катя побежала к печке, а рядом с ней нырнула за шторку. Мирослав растерянно смотрел на домового. Тот лишь развёл руки.

– Женщины.

Сказал домовой, объясняя всё одним словом. Только Мирослав всё равно не понимал. Он пошёл в сторону шторы, чтобы посмотреть, чего это она неожиданно убежала. Домовой перегородил дорогу собой.

– Стоять! Куда пошёл?

– За ней. Ты же сам попросил мне с ней поговорить.

– Просил, но в женскую часть без разрешения нельзя. Тебе как царевичу должны быть известны правила приличия.

– И что ты мне прикажешь делать?

Заорал царевич, которого не устраивал такой расклад.

– Сесть на скамью и ждать. Катя сама выйдет, как только сундук не найдёт.

– Сундук, который Егор на телеге приволок?

Спросил царевич, усаживаясь на скамью рядом со входом.

– Он самый. Подарок от Агнии. Та знала, что её внучка однажды пойдёт по её следам и окажется в этом мире.

Царевич усмехнулся. «Агния ещё и провидица, что ли? Знать бы мне побольше, что за ведьма такая была. Катерина именно по её следам якобы идёт».

– Пока сиди здесь и жди Катю, а я схожу да соберу Василису с Лавандой.

– Подожди, зверинец тоже едет?

Спросил царевич, прикидывая, как они с товарищами всех повезут. А лишняя компания – это лишние хлопоты в дороге.

– А как же. Вместе в этот мир пришли, вместе дальше и пойдём. Так что смотри в оба, от нас так просто не избавишься.

Домовой исчез, ушёл собирать всех. Царевич покачал головой. «Здравствуйте. Царь и царица, привёл я вам, так сказать, Огневу. Да только одна проблема возникла… Встречайте, Катерина Огнева и её команда». Представил себе царевич картину, которая откроется перед его матерью и отцом. «Только бы меня за такое в ссылку не отправили». Качал он головой.

А наша Катя бегала за ширмой и искала свой сундучок. Да только его нигде и не было. «Куда же бабушка Люба убрала? Помню же, что ещё вчера здесь был!» Поняла, что сундука здесь нет, отчего вышла из-за ширмы. Она бы и дальше размышляла, но при виде удручённого царевича проблемы сами собой уходили на задний план. Она тихонько подошла к столику. По сравнению с шумным Мирославом, пройти тихо для неё не составляло никаких проблем. Как-никак с детства мама с бабушкой учили ходить тихо: каждый раз, когда она топала, её возвращали на то же место.

– Ваше высочество, с вами всё хорошо?

Царевич от неожиданности вздрогнул. «Это я так задумался? Когда она подошла?». Катя привыкла, что от её шага все так вздрагивают, потому невольно улыбнулась. Мирослав так и замер. «Снова улыбается. Не знаю, почему, но хотелось бы чаще видеть её улыбку. С ума, что ли, сошёл?». Царевич отогнал все мысли.

– Извините, я вас напугала?

Царевич тут же выпрямился, подняв гордо голову.

– Меня? Что вы. Я не из пугливых.

Катя мысленно закатила глаза. Мирослав плохо врал. Катя решила сделать вид, что поверила ему.

– Я так и поняла.

– Вы ведь не нашли то, что искали?

– Нет. Видимо, бабушка Люба куда-то убрала. Я искала сундучок. У меня там лежит книжка по артефактам. Хотела немного почитать для ясности.

«Почитать про артефакты? Где это видано, чтобы девушек такая сложная наука интересовала!» Мирослав не знал, как относиться к стремлению Кати, для него это было нечто из вон выходящего. В этом мире принято было, чтобы девушка была обучена грамоте и могла ясно выражаться, но чтобы она интересовалась чтением вместо вышивания – это что-то новое было и неправильное.

– Вы ещё скажите, что хотели бы обучиться управлять мечом.

С издёвкой сказал царевич, думая, что ей станет стыдно. Однако Катя поставила руки в боки и смотрела на царевича со злостью.

– По-вашему, девушка не может читать и биться на мечах?

Громко крикнула Катя. Ей было обидно, что царевич посмел её принизить. Царевич встал и скрестил руки.

– Это общее мнение. Так думаю не только я. Вы, девушки, неспособны разбираться ни в интеллектуальной, ни в физических областях. Ваш удел – вести домашнее хозяйство, ублажать мужа и воспитывать детей. На большее вы не годитесь.

Ответил с полной уверенностью и неким презрением царевич. У Кати просто не было слов. «Это мы-то ничего не можем?»

– А ты не годишься, чтобы править.

Холодно и сухо ответила Катя. Она бы ему высказалась, да только ком в горле мешал. Катя вышла из избы. А там уже к сеновалу. Царевич стоял в избе и был в негодовании. «Да как она смеет такое говорить мне?»

Мирослав вышел из избы. Катя умылась у бочки с водой, да попила водицы. «Так-то лучше». Успокоилась немного она. Мирослав быстрым шагом вошёл на сеновал. Катя тяжело вздохнула и закатила глаза. «Кому-то правда глаза колет». Она скрестила руки и выжидающе стала на него смотреть. Честно говоря, слушать его ей совершенно не хотелось, да только от этого барана лучше не бежать, а выслушать, иначе не отстанет.

– Я слушаю очень внимательно. Какую гадость ещё хочешь мне сказать?

Перешла Катя плавно на «ты». Мирослав этого не заметил, однако также перешёл на эту форму общения.

– Ты самая дерзкая ведьма, которую я встречал за свою жизнь.

– И много же ты ведьм встречал?

– Это неважно!

Катя закивала. Только не потому, что с ним согласна, а чисто издевательски. Это же сказал сам царевич! Все его слова всегда верны, и никто не смеет перечить. «Корона случайно не натирает некоторым». Мрачно подумала Катя.

– Как скажешь. Вот как скажешь, так оно и будет. Ты же царевич, тебе и слово лишнего нельзя сказать. Ну вот, смирись и согласись с тем, что мои слова тебя задели?

Царевич, который прожигал взглядом, говорил сам за себя. «Задело, да только не признаётся». Катя даже рассмеялась, уж сильно смехотворной была данная ситуация. Она подошла к царевичу поближе, тем самым показывая, что не боится, как бы тот паровозом не пыхтел.

– Ты пытаешься всем доказать, что лучше всех, только при этом толком ничего не умеешь и не знаешь. Это нормально. Твоя жизнь по сравнению с другими – просто сказка, поскольку родился в царской семье. Ты никогда не сталкивался с жизненными трудностями, отчего некоторым навыкам не придавал особого значения. Я тебя понимаю. Пускай я родилась и выросла в другом мире. Я прошла в этой жизни через такое, что тебе не снилось. Я знаю, что такое предательство и горе, каково быть вечно в тени, быть одинокой, испытывала в этой жизни стыд и позор, видала, сколько в людях может быть жестокости и злобы. Я видела то, что тебе сложно даже представить. Мой мир отличается от этого во много раз. У нас, чтобы выжить, нужно вырабатывать твёрдый характер. Если хотя бы один раз прогнёшься, тебя просто сломают. В нашем мире нет магии, но мы сражаемся без неё. Да, здесь кажется неправильным то, что было обычным явлением в моём мире. У нас девушки занимают те же ряды, что и мужчины, учимся все в одной школе, получаем одинаковые знания. В этом мире до такого ещё далеко. Однако, чтобы открыть что-то новое, кто-то должен дать этому начало. Так пускай это сделаю я. Я хочу, чтобы женщины занимались не только тем, что вы, мужчины, им оставили, но и тем, к чему их сердце лежит.

Катя говорила тихо, спокойно и ровно, смотря в глаза Мирославу. Тот её слушал и вникал в каждое слово. На удивление её слова стали успокаивать гнев в нём. «Такой тёплый и необычный огонь внутри неё. Так будоражит и заставляет внимательно слушать. Как же злит тот факт, что Катерина права. Только она сейчас серьёзно насчёт равноправия между женщинами и мужчинами? Это как вообще? Звучит больше как небылица». Катя отвела свой взгляд, обошла царевича. Мирослав обернулся. Пускай говорила она долго и много, но этот разговор ещё не скоро выйдет из его головы.

– Тебя все ждут у южной дороги. Меня попросили привести. Беляк должен ждать за калиткой с твоими зверьками.

Сказал царевич. Он пошёл впереди Кати, не оборачиваясь больше. Ему было некомфортно смотреть ей в глаза. Уж слишком сильно этот монолог выбил его из зоны комфорта. А Беляк и правда находился за калиткой. Василиса и Лаванда сидели, ожидая команды вперёд. Когда Катя вышла за калитку, то сразу пошла гладить своих любимиц.

– Вы мои хорошие, все здесь. Беляк просто молодец. Пускай я тебя не вижу и не слышу.

Похвалила всех Катя. На её лице вновь играла улыбка. Мирослав завидовал этим троим. Беляк стоял рядом с Катей и также радовался. Мирослав отвернулся.

– Поторопимся. Мне ещё перед царём и царицей отчитываться.

Важно сказал царевич. Катя ничего не сказала. Так она и её компания зашагали следом за Мирославом.

Магистр, Люба, Егор и ещё шесть добрых молодцев стояли у южной дороги и ждали, когда Катерина с Мирославом придут. Мирослав неоднократно смотрел на солнце. Вот и сейчас посмотрел.

– Идут!

Крикнул Крив, к нему навстречу бежала Лаванда. Крив тут же пошёл с ней обниматься.

– Ну, привет, привет, красотка. Как хозяйка? Да ты что? А она что? Даже так.

Общался Крив с Лавандой, которая рассказывала, что происходило у них. Василиса деловым видом присела рядом, мол, рассказывайте. Мирослав остановился рядом с товарищами, а вот Катя зашагала дальше к дедушкам и бабушке.

– Доброе утро всем.

Поприветствовала Катя. Люба раскрыла руки для объятия.

– Катюня, в последний раз тебя вижу, давай обнимемся хоть.

– Бабушка Люба.

Катя нырнула в крепкие объятия Любы.

– Я обязательно вернусь, бабушка.

Люба отпустила Катю из объятий.

– Что же, давай и мы обнимемся на прощание, внучка.

Сказал Егор. Катя с удовольствием нырнула в объятия двоюродного дедушки. Пускай прошло всего 2–3 дня, но они для неё были сейчас самые родные.

– Я буду по вам скучать.

Егор отпустил Катю. Та подошла к Константину.

– Дедушка, а ты знаешь, где находится озеро Божидара?

– Да, конечно. А зачем оно тебе?

– Хочу разблокировать свой дар, дедушка. Во время битвы с бесом я разговаривала с бабушкой. Время в этот момент замерло для всех. Она мне сказала, что я родилась уже с заблокированной силой и озеро Божидар может мне помочь. Ты же меня отведёшь к нему?

– Обязательно отведу, внучка. А теперь полезай на коня Данияра.

Сказал магистр, указывая ладонью на самого Данияра, который сидел уже верхом на своём коне. «Опять я? Как будто здесь других нет». Был недоволен Данияр. Ему было приятно, что магистр ему доверяет настолько, что поручает под охрану его внучку. Только быть вечной охраной он не нанимался. Да ещё и Мирослав сверлит взглядом.

– Магистр Огнев, а, может, лучше с Мирославом? У него конь покрепче, а мой в последнее время захворал совсем. Может, не будем перегружать?

Попробовал Данияр перекинуть подопечную на Мирослава. Магистр посмотрел на царевича. Были у него сомнения на его счёт.

– Не уверен, что справится. Что скажут остальные, кто возьмётся добровольцем?

– Давайте я. Мой конь выдержит и троих, да и я ни одному бандиту не дам в обиду вашу внучку, магистр.

Выдвинул свою кандидатуру Лесьяр. Катя посмотрела на него и икнула. Этот защитить точно сможет. Широкоплечий, метр девяносто, почти шоколадный цвет глаз, длинные волосы чуть ниже плеч ложились волнами, красовались две косички в шевелюре, по одной с каждой стороны. На лице округлённая борода с усами, у щёк растительность отсутствовала. На нём была голубая рубаха, золотистая накидка с клетчатыми узорами, внутри клеточек синие и зелёные узоры, накидка доходила не до конца плеч вширь, а в длину она была, как рубаха. Всё перевязывал пояс с ножнами, в которых был меч. Далее шли штаны блёкло-чёрного окраса, сапожки медового цвета и сверху бледно-голубая мантия. То, что он может защитить, никто не сомневался. Один его вид отпугнёт любого, кто даже подумать посмеет, как причинить зло.

– Принято. Катерина, тебя повезёт Лесьяр. Лесьяр, моя внучка Катерина. Доверяю тебе её, как зеницу ока.

Лесьяр кивнул. Он слез с коня.

– Прошу прекрасную даму на своего верного скакуна. Он и из огня, и из воды вытащит тебя живым.

Лесьяр протянул ладонь Кате, приглашая на своего коня. Катя засмущалась, но не стала этого показывать. Она подошла к Лесьяру и вложила в его ладонь свою. Он помог ей сесть верхом, после чего сам сел позади неё. Катя ещё больше стала чувствовать себя не в своей тарелке. Так близко сидеть к всаднику сильно смущало. Мирослав очень сильно злился на себя, магистра и Лесьяра. «Я тоже могу её защитить».

– Я тогда поведу Василису, если никто не против.

Сказал Мирослав. Он подошёл к кошке. Та была доброй и ласковой, она потёрлась о руку Мирослава, которую он протянул для знакомства. «Хоть кто-то рад моей компании».

Мирослав взял на руки кошку и посадил на коня, а затем сам сел верхом. Василиса довольно мурчала, а затем поудобнее легла так, чтобы не упасть. Магистр махнул на него мысленно рукой и сказал.

– Хорошо, неси кошку, раз так хочется. Деян, телега нормально держится, твоему коню не тяжело?

Спросил магистр. Деян погладил своего коня.

– Он у меня сильный, магистр. Да и в телеге всего один сундук. Я могу взять собаку на себя. Ей будет легче, если будет ехать в телеге, да и так не потеряем никого по дороге.

Предложил Деян. Он также был массивным, как Лесьяр, только чуть менее широким и более худым. Волосы острижены коротко, но не слишком, одна прядка свисала у левого глаза, всё остальное зачёсано назад. Глаза были серо-голубыми, кожа ровная, явно ухаживает за собой. У него была закруглённая борода, отдавая ближе к щекам некоей щетиной, усы, а у подбородка создавалась дорожка, которая явно была сделана неспроста. Деян специально так брился, создавая себе особый шарм. На нём была тёмно-синяя потёртая рубаха по колено, с двойными рукавами и бежевыми прошивками. У рукавов, шеи и на груди прошиты красные бусинки. На плечах накинут тканевый длинный шарфик, один его конец был перекинут на левое плечо. Всё закреплял бежевый плотный пояс, а под шарфом прятались ножны с кинжалами. Далее шли штаны бежевые и красные сапожки.

– Делай, как надумал, Деян. Выдвигаемся.

Скомандовал магистр, сев верхом на коня, а затем дёрнул за поводья и поскакал вперёд по дороге. За ним поскакал Данияр, Мирослав, затем шёл Лесьяр, за ними Деян с телегой, конец замыкали Маломир и Святорад. Через пару километров они достигли деревянного мостика, через который перебрались, а там уже через дремучий лес и пару деревень стал виднеться дворец, сделанный из прочного белого камня.

Царевич ускорил коня, поравнявшись с магистром. Чтобы попасть во дворец, необходимо пройти через ворота, которые стражники должны были открыть. Один из стражей, охранявший у входа, сразу заметил царевича да забарабанил по двери. Там открылась маленькая створка, а из неё смотрел другой стражник.

– Чего тебе?

– Отворяйте ворота, царевич едет!

Кратко передал стражник. Створка закрылась. За массивной большой дверью засуетились стражи: один отворял замки на воротах, другие были готовы у каждой дверцы крутить круговой горизонтальный механизм в виде штурвала. На каждый такой четыре стражника в среднем требовалось, отчего вход охраняло больше десяти людей.

Когда замки были убраны, по команде начали крутить механизмы. Оставшиеся разошлись в сторону и встали по стойке смирно. Дверцы отворились. Вся ехавшая компания вбежала во внутрь. Стража по новой стала закрывать дверь.

За массивными дверьми находился большой дворик, компания пошла на задний двор по правую сторону, где находилась конюшня. Конюхи и их помощники тут же взялись за работу, как только все ребята слезли с коней. Коней увели в стойло, чтобы расседлать, помыть, накормить и позаботиться. Магистр повёл своего коня сам. Он не царевич, может и сам позаботиться о своём верном друге. Телегу с сундуком оставили рядом с конюшней.

Катя с восхищением смотрела наверх, рассматривая дворец. «Никогда бы не подумала, что увижу в этой жизни самый настоящий дворец. Вот ведь чудеса». На её плечо легла ладонь Лесьяра. Катя вздрогнула от неожиданности.

– Нравится?

– Впечатляет.

– Внутри дворец ещё прекрасней.

Катя усмехнулась.

– Сомневаюсь. Меня больше впечатляет архитектура дворца, чем дизайн внутри.

Катя сбросила ладонь Лесьяра и пошла собирать своих любимиц. Лаванда подбежала сама, а Василиса нежилась на руках у царевича. Мирослав и сам такого не ожидал от кошки, отчего не спешил отпускать. Катя смотрела на это умиротворение с улыбкой. А затем подошла, чтобы почесать кошку за ушком.

– Ты же моя хорошая. Спасибо, что довёз её. Давай, я её заберу.

Царевич передал Василису Кате. Та её взяла поудобней так, чтобы было удобно нести.

– Твоя кошка всю дорогу мурчала у меня.

Сказал между тем царевич.

– Значит, ты ей понравился. Это хороший знак.

Ответила Катя. Магистр вышел из конюшни.

– Теперь можем идти к царю. Мирослав, давай, веди. Крив, на тебе животные.

Скомандовал магистр. Крив подбежал к Кате. Та с грустью отдала кошку ему. Так не хотелось расставаться с любимицами в такой важный момент. Катя немного нервничала. Как-никак встреча с царём. Крив молча подозвал Лаванду рукой.

– Идёмте за мной.

Неохотно сказал царевич и пошёл к входу, который тоже был на заднем дворике. Всего-то надо обойти конюшню и подняться по ступенькам. К царю шли только магистр, Мирослав и Катерина. Та шла позади всех. Дверь открыл дворецкий, ожидающий с десятью слугами у двери.

– Приветствуем вас, ваше высочество. Как мы рады вашему возвращению. Его величество ожидает в зеркальном зале.

– А где сейчас находится царица?

– У себя в покоях.

Ответил дворецкий. Царевич покачал головой.

– Что на этот раз?

– Вроде как голова сильно заболела. Обещала выйти к ужину, если станет легче.

– Благодарю. Вели, чтобы подготовили две комнаты для важных гостей.

– Будет сделано.

Приклонился дворецкий. Мирослав двинулся дальше. Через множество длинных повторяющихся коридоров и одно поднятие по лестнице они пришли к зеркальному залу. Две слуги отворили дверцы, пропуская в зал. Царь стоял у левой стены, внимательно изучая нарисованные зеркала, а затем записывал в тетради с книжным переплётом. В руках он держал перо с золотым оперением.

– Доброго вечера, ваше царское величество. Я привёл магистра Огнева и его внучку Катерину Огневу.

Сказал царевич. Царь быстро дописал, ещё раз посмотрел на какое-то зеркало, сверил информацию у себя и закрыл тетрадь. После последовал на свой трон.

– Молодец, сын мой. Всё-таки я не ошибся в расчётах.

Заговорил царь, присаживаясь на трон.

– Приветствую новое поколение Огневых. Хочу заметить, что внешне вы вылитая Агния. Надеюсь после обучения в академии увидеть здесь вторую Великую Огненную ведьму. Вы же меня не разочаруете, Катерина?

Все находящиеся в зале были в недоумении. Катерина только хотела ответить, как в зал вошла царица.

– Доброго вечера, дорогой. Слуги сказали, что у тебя какие-то несостыковки.

Заговорила царица, не обращая внимания даже на своего сына. Она присела на соседний трон и взяла тетрадь царя.

– Да-да. Возникла загвоздка с несколькими зеркалами. Но это позже. Лучше познакомься с Катериной Огневой, внучкой самой Агнии Огневой.

Представил царь Катерину царице. Царица оторвала свой взгляд от блокнота, посмотрев на гостью. Тетрадь выпала из её рук, она удивленно смотрела на Катерину.

– Вы внучка Агнии!?

Спросила царица, её рука дрожала. Мирослав посмотрел на Катерину, не понимая, что так напугало его матушку.

Глава 4. Как Катя стала снова жертвой?

«Царица выглядит обеспокоенной. Может, она была знакома с моей бабушкой? Это было бы замечательно. Как бы я хотела с ней поговорить о бабушке. Уверена, царица знает много о ней». Размышляла Катя. А затем решила всё-таки заговорить. Как-никак уже второй правитель к ней обратился, а она до сих пор молчит.

– Да, ваше величество, я внучка Агнии. Вы её знали при жизни?

От Катиного вопроса всё затихло в мёртвой тишине. От этого у Кати пробежали мурашки по коже.

– При жизни?

Словно призрачным голосом спросила царица. Она буквально на глазах побледнела.

– Дорогой, мне что-то нехорошо стало. Я зайду чуть позже.

Царица как можно скорее удалилась из зала. «Может, не стоило так резко говорить. Ещё казнят из-за этого». Катя посмотрела на дедушку, надеясь найти поддержку. Константин похлопал внучку по плечу и сказал.

– Ангелия была лучшей подругой Агнии. Они здорово дружили в студенческие годы.

«В студенческие годы? То есть царица вышла замуж до поступления в академию?» Непонимание Катерины заметили мужчины. Заговорил уже царь.

– Ангелия сильно тосковала по подруге, отчего мы с ней ушли в мир под названием Азбур. Этот мир также считается магическим, как наш Русолка. Время в Азбуре шло по соотношению с Русолкой в десять раз быстрее.

«Время в этом Азбуре идёт куда быстрее, чем в моём мире. По крайней мере, раза в три быстрее. Интересно, сколько они в том мире пробыли? И сколько тогда Мирославу?» Катя посмотрела на рядом стоящего царевича.

– И сколько же вы в том мире пробыли?

– Два года, если считать года этого мира. Именно столько Ангелия приходила в себя.

Ответил царь. Катя ахнула. «20 лет тосковать в другом мире? Ничего себе. Это должно быть очень сильная тоска была». Мирослав стоял и молчал. Катя невольно посмотрела на него. Заметив, что данная тема некой болью ему отдаётся. «Надо перевести тему на более приятную. Как бы царевич меня ни раздражал, но чужую боль лучше лишний раз не трогать».

– А моя бабушка прожила 40 лет на планете Земля. Извините, не знаю как мой мир называется здесь. И время в моём мире идёт в шесть раз быстрее, чем в вашей Русолке.

– Шесть лет? Надо срочно записать в блокнот.

Царь взял свою тетрадь и сделал пометки.

– Значит, в мире под названием Советка время идёт в шесть раз быстрее. Если Агнии не стало два года тому назад по вашему миру, то по Русолке это...

Царь вырисовывал различные примеры, подсчитывая, сколько один год в техническом мире равен этому миру. Катя, которая была не так глупа, считала у себя в уме. «Если считать математически, то Агния умерла в промежутке шести-семи годов в этом мире. Получается, два месяца здесь равен нашему году».

– Ваше величество. Если вам это поможет, то ровно два месяца проходит здесь, в то время как в Советке уже один год прошёл. А, значит, для Русолки моя бабушка умерла четыре месяца тому назад.

Царь проверил Катины подсчёты и удивился верности.

– Катерина, как точно вы всё посчитали. Я бы день считал, а у вас так это просто получилось.

Похвалил царь Катю за ум. Та собой гордилась. «Не зря я лучше всех математику знала как в школе, так и в колледже. А говорили, что мне это никогда не пригодится. Вот, сейчас царю помогла. А я думаю такая информация здесь очень ценная, раз существуют ещё и другие миры. Интересно, сколько их?». Мирослав по-новому взглянул на Катерину. «Это что у них за мир такой, что девушки в точных науках так хорошо разбираются. С такими знаниями она может рассчитывать на место среди портальщиков». Мирослав хоть и восхищался познаниями, но был по-прежнему убеждён в том, что девушки и знания несовместимы. И навряд ли в их мире что-то изменится, хотя маленький червячок сомнений появился.

– Ваше величество, пишите: Агнии не стало 17 апреля. Я это точно знаю.

С грустью ответил магистр. Царь долго не думал и записал.

– Константин, откуда такие познания?

– Да так, это не так важно. Ваше величество, вам же больше не нужна Катерина?

Спросил магистр, желая выпроводить молодёжь за дверь. Царь недолго думал, ответил.

– Пожалуй, нет. Вы хотели со мной поговорить, Константин?

Магистр кивнул. Царь посмотрел на своего сына.

– Сын мой, проводи Катерину до её покоев и на входе попроси слуг, чтобы никого не пускал в зал. У нас важный разговор.

Попросил царь царевича. Царевич приклонился, отдавая так уважение отцу, а также перед Великим и Мудрым правителем.

– Как прикажете, ваше величество. Катерина, пройдёмте за мной.

Велел царевич, уходя к дверям. Катя присела в некий реверанс.

– Доброго вам вечера, ваше величество и дедушка.

Катя ушла за Мирославом. У входа он отдал приказ, чтобы в зал никого не пускали, после ушёл дальше. Царевич не знал, какую комнату подготовили гостье, но ему ничего не мешало спросить. К тому же очень вовремя подошёл дворецкий, чтобы отчитаться перед царевичем.

– Ваше высочество, комнаты для Огневых готовы. Госпожа Огнева, хочу вас обрадовать тем, что ваши питомцы были накормлены и сейчас спят в отведённых для вас покоях, ваши вещи также были перенесены.

– Спасибо.

Кратко ответил Катя, смущаясь обращения дворецкого к ней. «Я вроде как к аристократии не отношусь, а ко мне словно к знати обращаются».

– Колояр, покажи, где находится комната Катерины.

Дворецкий поклонился.

– Как прикажете.

Покои для Кати были отведены на третьем этаже в восточном крыле. Как только Катя скрылась за дверью, Мирослав ушёл в западное крыло, где была его комната. Кате предложили слуг, чтобы помочь подготовиться ко сну, но она отказалась. Катя прислонилась спиной к двери, тяжело вздыхая. «Завтра, по идее, мы с дедушкой уедем в академию. Интересно, далёк до неё путь отсюда?»

Катя осмотрела предоставленную ей комнату. По рамкам этого дворца она была средней, а по рамкам хрущёвок в нашем мире – приблизительно как три стандартные комнаты в квадратном формате. Пол был из белого камня, поверх него красный коврик с золотыми узорами. Справа стоял её сундук, напротив на платформе с одной ступенькой располагалась двухместная кровать с балдахином. Основание каркаса кровати было сделано из дубового дерева с золотым покрытием, а балдахин был белого цвета из прочной ткани.

Что касается постельного, кровать состояла из трёх простыней, заправленных прочно под матрас, двух больших подушек в белых наволочках с синими перьевыми узорами, а также одеяла в красивом пододеяльнике под стиль подушек. Поверх одеяла шло два покрывала: одно – белое, а второе – тёмно-синее. Вместе смотрелось очень красиво и гармонично. Напротив кровати у передней стены стоял шкаф белого цвета с синими узорами, как на постельном белье. Около шкафа стоял торшер с семью свечами, а рядом с ним располагалось окно, в ширину как две двери. На ночь окно можно было прикрыть тёмно-синими шторами, которые были связаны золотыми шнурами с кисточкой.

Слева от окна располагался письменный столик, а у него стоял стул с округлённой бархатистой спинкой и мягким сидением. За дверью у левой стены располагалась ванная комната. Слева от Кати стоял угловой книжный столик с золотым покрытием и множеством книг. «Это мой рай». Порадовалась она наличию книг. Неподалёку от книжного столика располагался круглый обеденный с тремя стульями. На стенах в основном висели разные картины с пейзажами и натюрмортами. По центру потолка висела круговая люстра с белыми блестящими капельками, вся в магических свечах. Иными словами, свет тут зависит от магии: человек может просто хлопнуть ладошками или щёлкнуть пальцами.

Лаванда лежала на большой бархатной красной подушке, которую принесли слуги и положили рядом с кроватью. Та без задних лап дрыхла. Кошке такую подушку тоже принесли, но она предпочла спать на письменном столике, растянувшись во весь рост лапами к верху.

Катя подошла к окошку. Из него был виден лес. «Надо будет завесить окно шторами, чтобы никакая нечисть больше не показалась». Спать Кате не хотелось. После прошлой ночи был некий страх. Катя подошла вначале к письменному столику и погладила по пузику Василису.

– Ах ты, негодница, неисправима.

Василиса довольно замурчала. Катя посмотрела в сторону шкафа. Она могла бы изучить коллекцию книг здесь, да только её больше интересовала информация об артефактах. Катя посмотрела на свой сундук. «Надо поискать книгу. Она точно была в сундуке».

Катя подошла к сундучку и открыла его. Она с облегчением вздохнула, поскольку боялась, что не сможет без магии открыть. Благо обошлось. Книги лежали на поверхности, так что Катя достала из сундука сразу две книжки, да сорочку. Книги положила на кровать. Она сняла с себя надоевший сарафан. Дело в том, что в деревне жители спали в том же, в чём и ходили. Учитывая тот факт, что она в этом сарафане ходит уже четвёртый день, то лёгкость от светло-голубой сорочки подымала настроение.

Сарафан Любы Катя убрала в сундук. У сорочки были длинные рукава, юбка доходила до пола. Можно сказать, и дальше, так как девушка не отличалась высоким ростом, всего-то метр пятьдесят. «Бабушка была повыше, нежели я». С грустью вспомнила Катя бабушку. Катя сняла белые лапти, убрав также в сундук. А то не очень хочется лишиться единственной обуви. Кто знает, вдруг Лаванда проснётся ночью и захочет попробовать лапти на вкус.

Катя взяла свои книжки с кровати, погладила Лаванду, а затем залезла на кровать, накрывшись одеялом и одним покрывалом. В её руках были две книги: одна про артефакты, вторая про символы. Рука девушки коснулась до оберега. Она взглянула на символ на нём и открыла книгу с символами. Найти было нетрудно. «Сварожич и есть название этого символа? Так, что о нём тут пишут?» Катя стала тихо читать.

– Это славянский ведический солярный символ, обладающий небесной силой Бога Сварога.

Катя нахмурилась. «Кто такой Сварог?» Стала читать дальше, надеясь в дальнейшем понять.

– Символ Сварожич призван оберегать все существующие формы разумной жизни от духовной и душевной деградации. Также представляет собой силу Земного и Вселенского огня.

«Иными словами, мой оберег способен по команде вызывать пламя для защиты, а ещё он может вызывать дух носителя. По крайней мере, если вспомнить ту ночь. Кто же такой это Бог Сварог? Так хочется о нём побольше узнать, но здесь лишь краткая характеристика о символе, и всё. Негусто. Думаю, бабушке книга нужна была для создания артефактов. Это объясняет, почему именно эти две книги лежали в сундуке». Продолжала размышлять Катя.

Она закрыла книгу с символами и открыла с артефактами. Не особо вчитываясь, просто пролистывала страницу за страницей, надеясь случайно наткнуться глазами на нужную информацию. Ближе к концу она закрыла книгу и потёрла виски. «Чтобы найти нужную информацию, необходимо прочесть от корки до корки. Так не хочется этого делать». Катя посмотрела на небо через окно. Её передёрнуло при воспоминании прошлой ночи. Она покачала головой. «Почитаю лучше сейчас. Как-то спать не хочется». Катя открыла вновь книгу и начала читать. Только в ней оказалось столько информации, что страниц десять прочитала и вновь закрыла. «Читать лучше на свежую руку и желательно с тетрадкой и ручкой. Без зубрёжки я ничего не пойму. Интересно, где я могу почитать о Боге Свароге?»

Катя скинула одеяло и слезла с кровати. В книжном шкафу ничего полезного не было, одни книжные романы, и только. «Самая бесполезная книжная полка. Мне же для знаний книги нужны, а не чтобы время убить». Расстроилась Катя, присев на стул. Свечи стали непонятно мерцать, как обычно бывает в квартирах, когда какая-то лампочка перегорает. Здесь то же самое, единственное лампочки тут не выгорают, а могут перестать работать из-за отсутствия магии или из-за её избытка.

Кате стало душно в комнате, её заполнял страх. Она встала и выбежала из комнаты, толкнув дверь плечом. В коридоре дворца было темно и одиноко. Это добавляло большего страха. «Мне нужен дедушка или ребята». Босыми ногами она побежала по холодному полу. Она не знала планировки дворца, не знала, где и кто находится. Она всячески оборачивалась, надеясь найти какую-то невидимую подсказку.

Беляк летел рядом с ней. Он думал, как показать ей дорогу, да только кидать было нечего. Так что он полетел вперёд в западное крыло, где в самом конце отыскал комнату Мирослава. Прошёл сквозь дверь, увидел царевича и хлопнул себя по лбу. «И этот не спит, а выпивает!»

Покои царевича были вдвое больше Катиных, отчего и предметов тут было вдвое больше. У стены располагались три широких окна: двое по бокам с обычным стеклом, а по центру – с витражным. На полу были три ковра, все бархатные и синие с золотыми узорами. У левой стены стояла широкая кровать с золотистым каркасом. Постельное было исключительно синего цвета, лишь одеяло, подушки, балдахин и покрывало имели золотистые узоры. По бокам стояли две тумбы с тремя ящиками, на каждой стоял канделябр с пятью свечами. Справа от кровати – угловой шкаф, слева – длинный шкаф с книгами и алкогольными напитками в графинах и бутылках, также там хранилась кое-какая посуда. У правой стены располагался кофейный столик с чашей и фруктами, и белоснежный камин с зажжённым огнём. Ближе к задней стене стоял столик с шестью стульями, за ним как раз сидел Мирослав, выпивая медовуху. Слева от камина стояли два дивана и пара кресел в углу. Рядом с каждым креслом стоял торшер со свечами, кроме того, они стояли рядом с обеденным столом и парочка – у входа. По центру у витража находился сундук со снаряжением и оружием. Поодаль стоял письменный столик со столом, абсолютно пустой, либо царевич редко им пользовался: он часто с друзьями убегал в лес на охоту, либо просто бездельничал у водоёма.

Беляк опрокинул графин с напитком. Мирослав вскочил.

– Ты комнатой ошибся? Твоя подопечная в восточном крыле была!

Крикнул Мирослав на домового. Того это нисколько не смутило. Он использовал свою силу, убрав содержимое стола по местам. Беляк покачал головой.

– Не время пить, ваше высочество. Катерине нужна помощь. После прошлой ночи у неё развился страх. Она сейчас бродит по коридору в поисках кого-то.

– А я тут при чём?

Спросил глупость Мирослав, пока до него не дошло, что ему сейчас сказали. Мирослав вышел из своих покоев. Катя блуждала по северному крылу. Услышав чьи-то шаги, она обрадовалась и побежала на звук. В итоге получилось так, что она буквально ударилась в Мирослава.

– Ты что, чугунный, что ли?

Потёрла Катя свой лоб, которым вписалась в плечо царевича.

– Почему ты не у себя?

Спросил царевич. Катя хотела было сказать, но передумала. Говорить царевичу о том, что ей страшно? Это выше её. Он же высмеет! Отчего просто прикусила язык. Мирослав закатил глаза, а затем взял за запястье Катерину и повёл за собой.

– Подожди, куда?

Отреагировала Катя, став вырываться из крепкой хватки царевича. Мирослав молча вёл Катерину в её покои. Катя заметила, что они вернулись в восточное крыло, где была её комната, и стала упираться.

– Нет! Пусти! Я туда не вернусь. Отпусти!

– Не говори глупости. Твои покои абсолютно безопасны.

– Но я...

Катя вновь прикусила язык, не желая выдавать свой страх.

– Ты боишься, поскольку тебя прошлой ночью чуть не убил бес. Я хоть и балбес и в жизни ничего не понимаю, да только не бесчувственный пень. Я побуду с тобой, пока ты не уснёшь.

Катины щёки покраснели. «Откуда он знает, что я именно из-за этого ушла? Может, Беляк сказал? Поскорее бы обрести магию, мне необходимо ему многое высказать». Мирослав довёл Катю до покоев и вошёл вместе с ней. Только там отпустил её руку.

– Ложись в кровать, а я буду сидеть тут и следить, чтобы ни один бес тебя не побеспокоил.

Василиса услышала, что в комнату пришли, а затем заметила царевича. Она перевернулась на лапы, затем спрыгнула на пол и плавной походкой подбежала к Мирославу, подав голос. Мирослав поднял кошку на руки, стал её гладить. Та вовсю замурчала, закрыв глаза. «Предательница!» Подумала Катя, смотря на свою любимицу. Где это видано: Катю царевич бесит, а Василиса не шипит на него, а наоборот нежится.

Катя невольно посмотрела на люстру. «Вроде не барахлит. Пойду лягу спать, а то этот так и будет здесь тусоваться». Она залезла на кровать, накрывшись одеялом, книги по-прежнему лежали на кровати. «Может, царевич знает что-то о Боге Свароге?» Катя посмотрела на Мирослава. Не решалась спросить. Царевич почувствовал взгляд и поднял голову. Катя отвела взгляд в сторону окна, которое она до сих пор не зашторила. Мирослав посадил кошку на ближний стул. Встал и подошёл к окошку, развязал каждую штору, тем самым закрыв окно.

– А ведь мы тогда в избе толком не поговорили.

Заговорил Мирослав первый. Он посмотрел в сторону Кати внимательным взглядом. Та лишь молчала. «Поверить не могу, что буду пытаться залезть в чью-то душу». Царевич взял свободный стул у столиков, поставил у окна и сел лицом к девушке.

– Твой домовой сказал, что тебе приснился кошмар. Может, поделишься, что в нём было?

Катя молчала. Думала, стоит раскрыться ему или нет. С другой стороны, в этом мире у неё нет друзей, а так есть шанс обзавестись хотя бы одним. Её сердце громко стучало, она собиралась пересилить себя, чтобы раскрыться.

– Мне приснилось озеро Божидара. После того как я в нём искупалась, разблокировала свои силы. Я тогда вышла из воды и начала показывать свой огонь перед семьёй. Только через какое-то мгновение огонь превратился в воздух. Я вызвала сильную бурю. Все, кто там были, ушли. Дедушка смотрел на меня с презрением, а потом сказал, что я не его внучка. Вдруг во мне нет огня, и я буду владеть иной стихией?

– Такое вполне может произойти.

Ответил Мирослав. Кате от его слов легче не стало, а наоборот. Однако Мирослав ещё недоговорил, лишь сделал некую паузу, чтобы с духом сказать.

– Твой дедушка никогда от тебя не откажется. Даже если ты окажешься не огненной, то семью от этого не потеряешь.

– Думаешь?

– Знаю. Твой дедушка со мной как-то разговаривал. Да, он надеется, что ты будешь одна из огненных ведьм, однако нельзя исключать вероятность того, что ты можешь оказаться другой ведьмой. Магистр потерял однажды Агнию, которую очень сильно любил, отчего из-за такой мелочи не захочет терять единственную внучку. Поэтому не бойся. Семья всегда тебя поддержит. Если надо будет, то я вразумлю магистра. Но, думаю, такого не произойдёт.

Кати стало немного легче, она даже улыбнулась.

– А вы, оказывается, можете быть нормальным, ваше высочество.

Сказала Катя, делая в своей голове пометку. Мирослав рассмеялся. Не с издёвкой, а легко и непринуждённо.

– Приходится. С твоим приходом я дальше здешнего леса не уходил. Кто знает, как моё восприятие изменится через год за пределами этой территории.

– Может, настолько, что ты откажешься от трона и станешь обычным крестьянином?

Мирослав подёргал плечами, не исключая такого варианта.

– Скажи, а ты сколько прожил в этом мире? Как я понимаю, ты с рождения жил в другом, о котором рассказывал твой отец.

Царевич кивнул. Он мог бы с нежностью и улыбкой вспомнить жизнь в другом магическом мире, но только жизнь там была настоящим мучением. Он целыми днями сидел в заточении. Им занимался только отец да няньки с учителями и придворными магами. Он не мог выйти, как все мальчишки на улицу, не мог заводить друзей, всё его детство было заполнено учёбой. Мать к нему ни разу не подходила в том мире. Сидела у себя и запивала горе, пока однажды не вышла и не сказала, что готова вернуться. В итоге они пришли на родину. Царь стал приводить всё в порядок, а царица пытаться наладить отношения сыном, который за годы возрос и возмужал. Мирослав не верил её искренним словам, не называл её матерью. Она для него была никем. Царица это чувствовала, но ничего не могла сделать.

– В этом мире я живу около пяти лет. Большую часть своей жизни я прожил в том мире. А именно с самого начала, как мои родители ушли.

– Иными словами, ты в том мире прожил 20 лет?

Спросила Катя для уточнения. Царевич кивнул.

– Тот мир сильно отличался?

Царевич подёргал плечами, поскольку не знал ответа на этот вопрос.

– Я не видел жизни в том мире. Не позволяли. Я даже не знаю, как тот мир назывался, чтобы хотя бы в архиве посмотреть.

– Это грустно. Прожить в другом мире и ни разу его не увидеть во всей красе.

– Вот видишь. Моя жизнь не такая прекрасная, как ты тогда у Денисовых сказала.

Кате было неловко от ранее сказанных слов. Не зря же говорят: не суди человека, пока не узнаешь его предысторию. Вот тебе и результат. Да, Мирослав из царской семьи и, казалось бы, живёт, как в сказке, только никогда не задумывается об обратной стороне.

– Извини.

– Да ладно. Ты же не знала, да и я в некотором смысле не подарок. К тому же, как выяснилось, я ничего толком не умею и не знаю об этой жизни. Возможно, магистр прав и мне нужна учёба в академии.

Катя и Мирослав помолчали. «И не только ему, но и мне. Я должна быть способна постоять за саму себя, чтобы ни от кого не зависеть». Катя хотела ещё о многом поговорить с Мирославом, да только было позднее время. Их разговор её успокоил, и глаза стали слипаться. Мирослав это заметил.

– Уже поздно. Лучше поговорим в другой раз.

Катя с улыбкой кивнула. Она положила голову на подушку и перевернулась на правый бок, после чего через пять минут уплыла в мир Морфея. Мирослав какое-то время просто на неё смотрел, думая о своём.

– Тебе пора уходить. Спасибо, что успокоил её.

Сказал домовой, появившись рядом. Мирослав кивнул. Он встал со стула, однако сразу уходить не спешил. Он подошёл к кровати Кати с левой стороны.

– Ты чего собрался делать?

– Ничего сверхъестественного.

Уверил царевич домового. Мирослав собрал книги, которые лежали на кровати. Отошёл к письменному столу, прочитав там название каждой книги. «Артефакты и символы. Интересно. Всё-таки она отличается от здешних девушек. Может, она в этом мире для того, чтобы всё изменить? Интересно, сумеет ли». Мирослав положил книги на стол и вышел из покоев. Зайдя к себе, он посмотрел на сервант и покачал головой. «Надо в этой жизни что-то менять. Выпивка этому не поможет». Мирослав принял решение и лёг спать.

Утром Катя проснулась от света, который проливался от окна. Кто-то завязал шторки, отчего в комнате стало светло. Катя потянулась слегка, а затем приподнялась на локтях, сонно посмотрев в сторону окна. Там стояла служанка средних лет. Она была одета в тёмно-зелёный сарафан с белыми длинными рукавами, поверх был завязан фартук, голова была покрыта кокошником с тёмно-зелёным платком поверху, закрывающим целиком и полностью голову. Катя отметила, что так раньше женщины покрывали волосы, когда выходили замуж. Но в деревне никто так не делал, поэтому она сильно удивлялась. «Как такое возможно? Почему традиция закрывать волосы ещё есть, но при этом не все это делают?» Размышляла Катя.

– Доброе утро. Как называется ваш головной убор?

Заговорила Катя. Служанка спокойно ответила без смущения.

– Это убрус, госпожа. Мне велено привести вас к завтраку. В ванной комнате вас ожидает вода. Желаете помыться?

«В ванной комнате? А в этом мире есть ванна? Я думала, кроме бани, ничего здесь нет. Интересно посмотреть. Только волосы будут долго сохнуть. Ну и ладно. Мокрая голова меня никогда не останавливала, чтобы выйти куда-то из дома».

– Да, конечно.

Радостно ответила Катя, подскочив с кровати, и принялась динамично застилать постель. Служанка с удивлением смотрела на госпожу. Катя повернулась к служанке.

– Куда идти? Ах да, как мне к вам обращаться?

– Горинка. А ванная комната вон там.

Служанка показала на дверь, которая находилась рядом с письменным столом. Катя кивнула служанке. Она подбежала к двери, открыла её и вошла. А там стояло деревянное корыто вдвое больше ванны, наполненное горячей водой. Над корытом у стены было что-то наподобие деревянной трубы, из которой вода и попала в корыто. Для её включения необходимо было просто дёрнуть за шнур, который висел у конца трубы.

Пол в этой комнате отличался. Он был также деревянным, но с каким-то необычным покрытием, оно не было заметно, лишь только блеск. Справа от корыта располагалась ещё одна дверь. Катя открыла её, а там был туалет. Пускай непохожий на наш современный, но по функциям нисколько не отличался. Он также был деревянным, а вместо кнопки висела верёвочка. «Очуметь! Цивилизация в мире, где всё, как в Древней Руси. Единственное, что отличает здесь от того времени, так это магия».

В ванной комнате также был шкафчик, в котором хранились полотенца, моющие средства, всякие травушки для ванны и другое. Рядом с дверью в туалет стояла раковина деревянная и квадратная. Катя радовалась такой находке. Особенно когда смыла всю грязь, всю плохую энергию, которую накопила за эти дни. Служанка также не стала стоять в сторонке. Она помогла ей отмыть грязь с волос, а затем вылезти из ванны, закутав двумя полотенцами тело, а третьим – волосы. Катя вернулась в комнату. Она достала вещи из своего сундука, оделась.

– Помочь высушить волосы, госпожа?

– А ты можешь?

Спросила Катя, поворачиваясь к служанке.

– Конечно. Царь – очень мудрый правитель. Благодаря его знаниям, у нас есть не только ванная комната, но и вспомогательные предметы. Я как раз принесла бутылёк и расчёску. Пару капель на расчёску и ваши волосы будут высыхать прямо на глазах.

Катя долго думать не стала. Она согласилась на помощь Горинки. В итоге в обеденный зал, где ест царская семья, она пришла чистая, сухая и довольная. Её усадили недалеко от царя, их разделяло всего два стула. Напротив неё высиживал Мирослав. По его лицу ясно, что не по собственной воле тут находится – пришлось прийти на завтрак, будь он неладен. Магистр высиживал рядом с внучкой, ближе к царю на один стул. Царица сидела напротив царя, на другом конце стола.

В начале завтрака никто ничего не говорил, только ели блины со сметаной и вареньем, да запивали чаем. За столом также сидели друзья Мирослава. Деян сидел ближе к царице, Данияр – по левую руку от Мирослава, Крив сел рядом с Катериной, а также были Святорад, Лесьяр и Маломир. В такой большой компании ели. Через какое-то время царь заговорил.

– Мы вчера разговаривали с магистром на тему обучения в академии. Пришли к общему мнению, что Мирослав в этом году будет учиться в академии.

– Как?!

Крикнула царица, роняя вилку. Она была не в восторге от того, что муж принял такое решение, не спросив её.

– Решение моё обсуждению не принадлежит. Я знаю, Ангелия, что ты думаешь на этот счёт. Вот тебе моё мнение. Я не хочу, чтобы мой сын и дальше бездельничал во дворце.

Царь стукнул кулаком по столу. У Ангелии не было слов.

– Ты очень жестокий, Светолик.

Обиделась царица, но на лице этого не показала. Она старалась держать доброжелательную и понимающую маску на лице.

– Отчего же? Как по мне, очень даже справедливый.

– То есть отослать сына в академию – это справедливо?

– Более чем. Если тебя это успокоит, наши добрые молодцы также пойдут обучаться в академию.

Ангелию это не успокоило, однако виду не подала, продолжив молча есть. Царь не первый год с ней жил, так что прекрасно знал её позицию по этому поводу. Она с самого рождения ограждала сына от внешнего мира. Пускай не своими руками, а через руки слуг, однако суть от этого не менялась. Только вот царь и царица не знали, о чём думал сам Мирослав, какие мысли и идеи его посещали до того, как он уснул.

– Для нас это большая честь, ваше величество.

Сказал Данияр. Тот, как и все молодцы, был рад тому, что сможет учиться магии, а не только потешаться с царевичем на охоте. Увы, они на пять лет привязаны к царевичу и невольны что-то делать без позволения царя. А тут такой подарок судьбы, возможность для всех обучаться тому, чему они так хотели. Царь переглянулся с магистром, молча кивнув. Магистр этот жест заметил и уже заговорил сам.

– По позволению царя было также принято решение о том, чтобы в пределах академии все были равны и независимы друг от друга. Иными словами, вы, дорогие адепты, будете освобождены от своих обязанностей. Это сделано для того, чтобы вы целиком и полностью были поглощены в учёбу.

– А ещё для того, чтобы Мирослав учился думать своей головой, а не скидывать всю работу на других.

Закончил царь речь магистра. Ребята на редкость были молчаливыми. Ничего не высказывали, ничего не говорили. А царица была в негодовании. Она боялась, что без помощи и опеки ребят её сын не выживет. Да только она здесь ничего не решала. Царь спелся с магистром, а её слова попросту ничего не значат. Наконец-то заговорил царевич.

– Думаю, это правильное решение. Я полностью согласен учиться без помощи своих компаньонов. Однако я бы рекомендовал представить для Катерины охрану. Без магии она беззащитна. А за сутки её чуть не убило дважды. Сначала её попытались утопить деревенские, а потом – прибить бес в бариче. Кто знает, какая ещё нечисть встретится на её пути. Магистр, вы наверняка знаете кого-то из магов, кто мог бы защищать и оберегать вашу внучку. Может, с кем-нибудь поговорите и наймёте?

Обратился Мирослав магистру. Он давно хотел поговорить на эту тему с ним. Магистра впечатлила неожиданная забота со стороны царевича. Правда, он для него по-прежнему оставался несмышлёным мальчуганом, до воина ещё не дорос. Царица хотела было высказать своё мнение, но решила отложить и поговорить позже с сыном наедине. Царь же почувствовал гордость. Наконец-то царевич берётся за ум и начинает заботиться о тех, кто окружает его.

Царь не стал говорить своё решение насчёт охраны, решив потом обсудить это с магистром наедине.

– Я подумаю, ваше высочество. Думаю, завтра кого-то представлю.

Царевич кивнул, принимая ответ во внимание. А вот Катя была против. «Я сама за себя, что ли, постоять не могу? Зачем мне охрана! Да, меня пару раз чуть не убили, однако я сама хочу уметь за себя постоять и зависеть от кого-то».

– Я думала, академия освобождает от этого, ведь каждый адепт независим от других. Стоит ли тогда нарушать принцип академии?

С одной стороны, она говорила всё верно. С другой стороны, она девушка, отчего никто всерьёз к её словам не отнёсся.

– Понимаешь, внучка, дело в том, что этот принцип касался добрых молодцев, а ты всё-таки девушка. Я полностью согласен со словами царевича, тебе нужен человек, который будет тебя охранять. Я не переживу, если и тебя потеряю.

«Полное отсутствие равноправия! Мои слова просто никто всерьёз не воспринимает. Как этим мужчинам доказать, что я могу всё сама? Хоть по голове чем-нибудь тяжело стукнуть, при этом каждого. Хотя...» У Кати появилась идея. Она также спокойно продолжила разговаривать.

– Дедушка, а что тебе нужно, чтобы ты сказал, что я абсолютно способна себя защитить без посторонней помощи?

«Что она опять надумала? С ума сошла?» Царевич бросил подозрительный взгляд на Катерину. Не очень ему нравилось, что она пытается нарушить все планы. Ладно он без охраны, если что есть меч в ножнах, а она же женщина всё-таки. Вот что она сможет предоставить против врага? Коромысло с вёдрами? Смешно. Царевич покачал головой, магистр задумался над вопросом внучки.

В данный вопрос решил вмешаться царь. Катерина для него представляла некую диковинку, которая показывает нечто новое. Ему было интересно, на что эта девица ещё способна.

– Думаю, если Катерина будет в совершенстве владеть искусством меча и боевой магией, то можно будет признать, что она способна за себя постоять. Не правда ли, Константин?

Магистр обдумал слова царя. С одной стороны, его это успокоит, с другой – это небезопасно.

– Девушек-воинов ещё не было в нашем мире. Однако я согласен. Меч и боевые заклинания заменят любую охрану.

В итоге ответил магистр, чтобы не заставлять ждать ответа. Катя усмехнулась. Она считала себя уже победителем, хоть ещё не умеет ни того ни другого. Только это же вопрос времени.

– А в академии бою на мечах обучают?

Спросила Катя дедушку. «Не собирается же она всерьёз взять меч в руки и пойти биться с нами наравне? Это неслыханно!» Царевич сильно сжал вилку. Ему было интересно на это посмотреть, да только принципы, которые выстраивались веками, никуда не делись. «Девушка никогда не возьмёт меч в руки, как бы сейчас за столом не сидела и не храбрилась». Продолжал размышлять царевич. А между тем магистр ответил.

– Обучают как на факультете для воинов, так и внеурочно для всех желающих. Магистр Боян и магистр Рамир занимаются набором учеников.

– Ты же не против, если я запишусь на их уроки?

– Нет. Если способна сражаться и есть к этому стремления, то я только за. Единственное, ты уверена в своём решении?

Катя подёргала плечами, не дав ответа. Завтрак подошёл к концу. Горинка отвела обратно Катерину в её покои. Царь и магистр ушли в зеркальный зал. Царица выловила царевича в восточном крыле.

– Сынок, нам надо поговорить!

Крикнула царица. Царевичу пришлось остановиться, чтобы с ней поговорить. Мирослав повернулся лицом к матери.

– Я вас слушаю.

Царица замялась. Формальное обращение со стороны сына каждый раз сбивало её с настроя. Она, как и любая мать, хотела, чтобы сын её любил и называл мамой. А Мирослав мечтал о нормальном детстве и о любящей и заботливой матери. Только время вспять не вернуть. Царица подошла поближе к сыну, вдохнув его трезвый дух. Она с удивлением на него посмотрела, сделав шаг назад.

– Ты не пил?

– А вас это удивляет, ваше величество?

Вопросом на вопрос ответил царевич.

– Да. Ты же никогда не засыпал без крепкого. То-то я и смотрю, что ты другим сидел за столом.

– Я решил временно не пить. Это разве плохо?

– Вовсе нет! Только сегодня было бы лучше, если выпил бы. Возможно, не нёс бы непонятную ересь перед всеми. Пойми, ты – царевич, на тебе скоро возложится большая ответственность. Что будет с королевством, если не дай Бог с тобой что-то произойдёт? Ты об этом подумал или нет?

Царевич закатил глаза. Кто о чём, а царица всё о своём. Никак не хочет смириться с тем, что у неё сын вырос, а не дочь.

– Подумал. И представьте себе, хорошо подумал. Я не эгоист и не бездельник, каким меня с детства воспитывали. Я хочу стать другим человеком, и вы должны наоборот меня поддержать, а не отговаривать.

Царица сжала губы. Ей не нравилось высказывание сына, не нравилось, каким тоном он с ней говорит.

– Хочешь измениться? С чего это? До этого дня тебя это мало интересовало. Ты был вполне доволен. Что же на тебя так повлияло?

– События последних дней. Забыли, царь сам лично меня отправил за Агнией. Помню, вы тогда были не против.

Сказал царевич, разведя руки в сторону. «Так и знала, что не надо было его отпускать». Подумала царица.

– Ты же этого так хотел. Вот я и поддержала Светолика. Можешь сказать: «Спасибо, мама».

Сказала царица, сделав добрую улыбку, мол, я такая хорошая и понимающая. Да только царевич не оценил этого и холодно сказал.

– Всё не так просто, ваше величество. Я благодарен нашему царю, который с моего рождения был рядом. Пока вы находились в своих покоях, выпивая каждый день успокаивающего местного винца. И ведь я не раз пытался привлечь твоё внимание. В итоге, что ты делала?

Царица смотрела в глаза своего сына. Он смотрел на неё с яростью и обидой. Глаза царицы начало щипать. Это страница её жизни, которую она никогда не изменит, отчего Мирослав никогда её не простит. «Если бы ты только знал, что я делала все эти годы. Возможно, позже ты поймёшь, а сейчас с тобой бесполезно говорить». Ангелия развернулась и молча ушла в южное крыло. «Так я и думал, что сбежит. Я никогда ей не прощу своё заточение во дворце». Бросил свою мысль царевич, после чего ушёл в свои покои. Царь и магистр шли по коридору и просто беседовали. Первым начал разговор царь.

– Знаешь, друг мой. Во время разговора за столом у меня пришла одна идея в голову насчёт безопасности твоей внучки. У меня есть вполне подходящая кандидатура.

– И кто же он?

Спросил магистр царя. Он держал руки в замке за спиной. Царь про себя усмехнулся.

– Это мой сын. Возможно, он ещё недостаточно силён и обучен, однако во время защиты вполне научится защищать и себя, и твою внучку.

– Только пока он будет этому учиться, Катерину успеют прихлопнуть. Светолик, ты очень мудрый правитель. Только вот Мирослав совершенно не годится для охраны.

Возразил магистр. Да только царь так просто сдаваться не собирался. Ему было важно, чтобы именно Мирослав занимал должность телохранителя. Ведь как иначе привить царевичу чувство ответственности.

– Знаю, что не годится. Но ты пойми меня, я уже немолод, скоро уйду на покой. Мирослав должен будет занять моё место. Как он будет править, если бестолковым таким вырос? Мне нужен достойный наследник, как и всему королевству.

– Поэтому ты предлагаешь назначить его защищать мою внучку?

– Именно. Я не знаю почему, но сегодня Мирослав был словно другим. Он впервые решил обеспокоиться о чьей-то безопасности. Мне почему-то показалось, что Катерина не последнюю роль в этом сыграла. Кто знает, может, через год она сможет сделать из него достойного правителя.

«Будущее королевства на плечах моей внучки? Это что-то новое. Страшно представить, какие изменения случатся не только с царевичем, но и со всем королевством». Магистр сомневался в данном решении. Однако, немного поразмыслив, закивал.

– Хорошо. Мирослав будет охранять Катерину. Надеюсь, Бог на нашей стороне и моя внучка останется во всей этой истории живой.

– Даю тебе слово. Если из-за моего сына с Катериной что-то произойдёт, то я отрекусь от трона, а Мирослава изгоню из королевства.

Поклялся царь магистру. Дальше они договорились, что Мирослав едет в академию вместе с ним. Царевича вызвали в зеркальный зал, рассказав о принятом решении. Мирослав принял информацию спокойно. Это великий шанс, чтобы доказать всем и себе, что он что-то стоит. Из дворца Мирослав и Константин выезжали на своих конях. Катю посадили в телегу, в которой ехали также её любимицы и два сундука – один её небольшой, и второй, вдвое больше, принадлежавший царевичу.

Дорога была длинной и тихой. Катя ещё не знала, что Мирослав за неё теперь отвечает головой. Однако Мирослав решил не говорить. Меньше знаешь, крепче спишь – по такому принципу размышлял царевич. Мирослав и Константин вели путь к озеру Божидара, которое находилось по дороге в академию, рядом с одной деревушкой. Катя за это время успела прочесть немного об артефактах, узнав, какие они бывают. Дальше информация была замудренная, отчего мозг буквально пух и отказывался понимать прочитанное.

– Приехали!

Крикнул через плечо магистр Кате. Катя посмотрела вперёд, увидев то самое озеро. Её сердце громко застучало. Кошмар так и висел перед её взором. «Какой бы я ни была, дедушка от меня не отвернётся. Всё будет хорошо. Семья будет мною гордиться». Уверяла себя Катя. Только сколько бы она себя ни утешала, сколько бы ни пыталась унять тревогу, но никак не получалось.

Наконец-то телега остановилась. Константин и Мирослав слезли со своих коней. Василиса осталась спать на сундучке, а вот Лаванда спрыгнула и пошла бегать, разминать лапки. Катя встала на ватных ногах, и с ужасом и тревогой смотрела на озеро, не отводя взгляд. «После того как я искупаюсь, всё решится». Дедушка протянул ладонь Кате, та вложила свою ладонь, позволяя себя вести. Константин вёл, не торопясь, поближе к озеру. Он не меньше переживал за свою внучку. Остановившись у самого края, он спросил.

– Ты готова?

Катя покачала головой. Её страх усилился. Ей хотелось броситься прочь, лишь бы не заходить в воду. Она повернулась назад, встретившись со взглядом царевича. «Семья никогда от меня не отвернётся. Но почему я так отчаянно не могу пойти вперёд?» Катя отдёрнула свою ладонь из ладони дедушки. Её трясло от страха. «Надо быстро окунуться, и дело с концом. А для этого необходимо отключить все эмоции и просто идти вперёд». Катя сжала ладонь в кулаки, сделала пару раз вдох и выдох, а затем решительно коснулась ногами воды. Она была прохладной и волшебной, приятно щекотала по коже. Катя не стала останавливаться и стремительно погружалась в воду, пока та не стала достигать по пояс.

Девушка закрыла глаза, задержала дыхание, а затем нырнула под воду. Божидарская вода касалась до самой души, очищая и освобождая барьер внутри Кати. Она так и чувствовала, как что-то необычное с ней происходило. Коснулась ногами до дна и выпрямилась, вынырнув головой на поверхность. Катя стала хватать ртом воздух. Оберег, который висел на её шее, наконец-то зарядился магией озера, став сверкать на свету. Домовой появился рядом со своей хозяйкой. Когда Катя его увидела, то обрадовалась. «Получилось».

– Привет.

– Привет. Как же я рада тебя вновь видеть, Беляк.

Сказала она домовому, прежде чем когтистая ладонь схватила её за ногу и потянула на дно. Катя только и успела, как хлебнуть пару раз воды, прежде чем задержать дыхание. Это была русалка. Самая настоящая, которая была намерена утопить полученную жертву.

Глава 5. Кто стоит за нападением?

Мирослав и Константин стояли на берегу. Они видели, как Катерина ушла резко под воду. Домовой начал сигнализировать.

– Её что-то утащило под воду! Её надо спасти! Нельзя терять ни секунды! Скорее!

Продолжал вопить домовой, летая вокруг да около, нервируя магистра и царевича. Мужчины переглянулись. Первым скомандовал магистр.

– Лезь в воду. Быстро!

Царевич поспешно снял с себя обувь, мантию, жилетку, чтобы облегчить плаванье в воде. Магистр был нетерпеливым. Он и сам мог бы нырнуть, но всё-таки вода – это стихия Мирослава.

– Что же ты возишься? Плевать на одежду, здесь решается жизнь моей внучки.

– Я её спасу, магистр.

Царевич вошёл в воду, а затем нырнул, задержав дыхание. Катерину русалка прижимала к самому дну. Сама девушка пыталась отбиться от когтистых лап недоброжелательницы. В конце концов, удалось её оттолкнуть руками от себя. Катя собиралась вынырнуть, да только сзади прямо в косу вцепилась другая русалка, а затем подплыла первая, вцепившись в ногу. От нехватки кислорода она стала терять сознание.

Мирослав в этот момент подплыл, вынув свой меч. При виде острого холодного оружия русалки отплыли в сторону. Царевич подхватил Катю одной рукой за талию, а затем стал выныривать на поверхность. Катя вдохнула воздух и стала откашливаться. Мирослав помог ей выйти на сушу. Катя присела на землю. Она всё никак не могла откашляться. Слишком много воды нахлебалась. Магистр присел рядом с внучкой. Он коснулся до подбородка, осматривая её состояние.

– Катерина, посмотри на меня. Мне нужно убедиться, что ты в норме.

Катя подняла голову, чтобы дедушка спокойно её обследовал. Магистр провёл рукой у лёгких, прошептал какое-то заклинание, после чего Катя вдыхала спокойно. «Снова я чуть не ушла на тот свет. Вот точно в этом мире нельзя ходить беззащитной. Обязательно кто-то потянет к тебе лапы». К Кате подбежала Лаванда. Спаниель обнюхала хозяйку, а затем просто тыкалась мордочкой, скуля. Катя улыбнулась своей любимице, протянула руками и стала гладить её. «Со мной всё хорошо, не пострадала». Подумала про себя Катя. Лаванда посмотрела умными глазками на хозяйку и присела, повернув мордочку вбок. Катерина заметила эту реакцию со стороны Лаванды. «Лаванда! Ты меня услышала?» Вновь подумала Катя. Лаванда тут же гавкнула, давая тем самым ответ. Катя легко рассмеялась, Лаванда же весело стала вилять хвостиком и лизать хозяйку. Девушка, смеясь, отпихивала собаку.

– Лаванда, всё, хорош, хватит! Нельзя.

Сказала Катя заветную команду. Собака тут же прекратила.

– Меня под водой схватило какое-то существо. Судя по облику, это были русалки.

Сказала Катя. Дедушка посмотрел на озеро. «Русалки в озере Божидара? Это же не их место обитания». У магистра было непонимание. В озере Божидара русалки никогда не водились. Так откуда они взялись? Царевич присел рядом с Катериной, протянув ладони к её сарафану. От него исходила испаряющая магия, которая забирала всю влагу, втягивая в магический резерв Мирослава.

– Мирослав, можешь поднять тех негодниц на поверхность?

Спросил магистр у царевича. Магистр продолжал смотреть задумчиво на воду. Он пытался придумать хотя бы одну правдоподобную теорию того, как русалки переместились из реки в озеро. Ходить те не умеют. Однако это второе появление нечисти. И все почему-то стремятся прибить именно Катерину, будто она была их мишенью. Но почему? Мирослав, закончив с сушкой, подскочил и встал рядом с магистром.

– Вы про русалок, магистр? Да, я вполне могу их поднять. Что думаете с ними делать?

Магистр продолжал размышлять. После раздумий покачал головой.

– Забудь. Я сюда вернусь с опытными магами. Необходимо кое-что проанализировать. Я вас отведу в академию.

Магистр подошёл поближе к озеру, присел, а затем провёл руку вперёд, прикрыв глаза. Из его ладони появилось красное свечение, которое покрывало всю поверхность воды.

Катя поднялась на ноги. Она вместе с царевичем наблюдала за действиями дедушки. Как только озеро покрылось целиком и полностью заклинанием, магистр встал и развернулся, намереваясь сесть верхом на коня.

– По местам.

Скомандовал магистр, забираясь на своего коня. Он дёрнул поводья, поворачиваясь в сторону дороги. Лаванда и Катя сели в телегу. Мирослав задумчиво посмотрел на магистра, затем на Катерину, а после и вовсе на озеро. «Что такого магистр увидел в озере? И что это за поле?» царевич взобрался на своего коня. Проверил, чтобы телега была крепко привязана к упряжке. «Всё в норме. Непредвиденного по дороге не должно случиться». Магистр дёрнул поводья и тронулся вперёд. Царевич тронулся следом.

– Магистр, что за заклинание на озеро вы наложили?

– Защитное, чтобы данная аномалия никуда не исчезла. Мы с магами должны изучить данный феномен.

Объяснил магистр Мирославу. Мирослав закивал, пускай данная информация ему ничего не давала. Он, как и Катя, мало знал об окружающих существах. А это явно упущение со стороны придворных магов. «Увольнять нужно таких преподавателей, ничем полезному не научили меня». Злился Мирослав вновь на свою мать. Ведь это по её заслугам он ничего не умеет и не знает толком.

– А что необычного в тех русалках было?

– Место обитания. Вода в данном озере наполнена магией Великого мага Божидара, который был убит именно в том месте, где сейчас озеро. Божидар при жизни был духовно близок к нашему Господу Богу. С помощью его посланий он творил добро. Открыл пару десятков церквей, очистил множество деревень и городов от мора. Страшное время тогда было. Столько людей умерло от этой пакости. Однако нашлись недоброжелатели, которые пожелали убить Великого мага. Он в тот день сражался как мог, только их было очень много. Божидар проиграл и был убит. На том месте образовалось озеро, способное исцелять и возвращать утерянное. Любая нечисть боится этого места, поскольку одна капля может усмирить их навсегда. После смерти Божидара нашлись, конечно, ещё добродетели, которые продолжили дело Великого мага. Да только так и неизвестно, кем был убит Божидар. Озеро – единственное напоминание о нём.

Рассказал магистр историю Мирославу и Катерине, которая сидела в телеге и внимательно слушала. Ей было жутковато слушать. По коже пробежали мурашки. «Ни в одном мире не обойтись без убийств и напастий. Однако, что за болезнь такая «мора»? Видимо, тоже какая-то смертельная для этого времени. Эх, мне бы доступ книгам в любой библиотеке, и тогда я бы там засела до следующей недели, впитывая всю информацию, которая в руки только попадётся. Ещё бы тетрадь с ручкой, чтобы всё законспектировать и хорошенько вызубрить, но пока что у меня этого нет, местных денег тоже и рынка по канцелярии пока не виднеется. А работа для женщин здесь, скорее всего, не предусмотрена». Вздыхала Катерина. Мечтаю о светлом будущем, пускай и в этом недалёком мире. «Митинг, что ли, собрать, чтобы равноправие в этом мире устроить? Интересно, здесь есть те, кто мечтает работать наравне с мужчинами или все помешаны только на домашнем очаге и пелёнках». Размышляла Катя, пропустив часть диалога Константина и Мирослава.

– Думаете, вам удастся что-то новое выяснить?

– Не знаю, Мирослав, не знаю. Даже если новое мы не узнаем, то хотя бы найдём причину случившегося. Второе нападение нечисти на Катерину... Что, если эти нападения неспроста и за этим кто-то стоит?

– Так, может, это просто случайность. Всё-таки Катерина сейчас беззащитная. Вот нечисть и нападает на неё, как на слабое звено.

– Если это так, то я сам лично приложу руку к тому, чтобы её приняли в группу по борьбе холодным оружием и по боевой магии.

«А это хороший порыв. Может сказать дедушке, что я за или делать вид дальше, что я их разговор не слушаю, поэтому могут и дальше мило беседовать». Посмотрев на своих спутников со спины, Катя приняла решение, что пока она не подала свой голос, то сможет больше услышать интересного. К сожалению, этот мир именно так устроен на данный момент. «Ничего, я найду тех, кто хочет также изменить весь мир, но не может, потому что один».

До самой академии Катя мечтала о том, как она и другие девушки начнут занимать места там, где женщин раньше не было; как будут творить невозможное и однажды их признают равными с мужчинами. И тогда-то всё заиграет по-новому. Только это всё мечты. Кто знает, сколько к этому можно стремиться?

Через пару часов виднелась академия. Она представляла собой крупное здание из серого кирпича с 4-метровыми железными дверьми у входа, к которому вела лестница с пятью невысокими ступеньками. По размеру и постройке здание напоминало наш Эрмитаж, единственное в нём присутствовали башенки в каждом углу. При виде родного и знакомого образа из своего мира и города, в котором Катя проживала до этого, сердце ухнуло. Ей сразу же захотелось оказаться у себя в квартире, в хрущёвке на Трамвайном проспекте, а после собраться и дойти до метро, где она сядет в синий вагон и доедет до Невского проспекта, а затем немного пешочком до Эрмитажа. Вот это времена были. «Никогда бы не подумала, что буду скучать по музею. Столько там жила и ни разу такого не было. Сразу ностальгией повеяло». С улыбкой подумала она о своём прошлом. Они остановились у входа. Магистр махнул рукой, и два сундука плавно направились на землю.

– Подождите меня вдвоём здесь, а я отведу коней в конюшню.

Катя слезла с телеги и встала рядом с сундуками. Лаванда последовала за хозяйкой, а Василиса по-прежнему спала спокойно на красном, вырисованном разноцветными узорами сундучке, принадлежащем когда-то Агнии. Мирослав слез со своего коня и передал поводья магистру.

– Скоро буду.

Пообещал магистр. Он дёрнул поводья своего коня и тронулся за левый угол академии, уводя коня царевича. Катя отошла на пару шагов от академии, чтобы полюбоваться её высотами. «Удивительно! Магическая академия наяву. Никогда бы не подумала, что буду когда-нибудь здесь учиться. Поскорее бы начались уроки. Так хочу уметь колдовать, познать все знания этого мира и его магии, а ещё жду не дождусь, когда буду учиться бою мечом. Эх, вот бы, вот бы!» Воодушевлённо думала Катя. Ведь это так прекрасно и волнительно учиться чему-то новому и таинственному.

Поскольку сейчас не начало учёбы, то академия пустовала. Это хорошо ощущалось тишиной и отсутствием людей. Мирослав осмотрел здание академии, а затем посмотрел на восторженное лицо девушки. Он не испытывал того же, что и она, но при этом её реакцию воспринимал милой. Магистр вернулся через 20 минут. Он весёлой походкой подошёл к адептам.

– Ну что, студенты, добро пожаловать в академию. Давайте заселяться?

Весело сказал магистр, махнув обеими руками на чемоданы. В их сторону поплыли красные искры, которые покрыли чемоданы и подняли в воздух вместе со спящей Василисой. Магистр пошёл ко входу. Мирослав и Катя переглянулись. Мирослав махнул руками, указывая, что дамы вперёд. Катя оценила его жест.

– Пошли, Лаванда.

Похлопала Катя по коленке, привлекая собаку к себе. Лаванда гавкнула и подбежала к хозяйке. Катя вместе собакой пошла вперёд за своим дедушкой. Сначала он их отвёл по комнатам. Так как студентов не было, то находиться им предстояло в одиночестве. Катю очень обрадовал тот факт, что здесь было разделение на женское и мужское общежитие. Вещи оставили в комнатах. После магистр отвёл студентов к директору, который благо сегодня был у себя. Оформили всё как положено, зачислив Мирослава и Катерину в академию.

По правде говоря, директор больше был рад царевичу, чем очередной ведьме, не знающей своё место в этом мире. «Тоже мне директор. Посмотрю на него, когда на его месте будет сидеть женщина. В этом мире нигде нет нам места, отчего никто нашему приходу не радуется. Конечно, что мы можем. Мы ведь глупые и слабые». Размышляла Катя, сверля убийственным взглядом пузатого директора, который высиживал в кабинете. Для мага ничем не примечателен. По его лицу видно, что сидит он на этом месте не потому, что лучший, а потому, что любит деньги и комфорт. Мирослав подписал документ, который протянул ему директор. Когда наступила очередь Кати, директор отдарил презрительным взглядом. Если бы дедушка не присутствовал в кабинете, то он был не позволил какой-то девчонке учиться в этих стенах.

– Адептка Огнева, прошу, можете подписывать.

Мирослав встал со стула, позволяя Кате сесть на его место. Катерина присела и взяла в руке гусиное волшебное перо, которому не требовались чернила. Катя прочитала внимательно свиток, убедившись, что никаких скрытых подтекстов в нём не виднеется, но в итоге нашла: «Не позволено выбирать, где учиться. Зачислена на базовый курс, который длится полгода».

В глазах Кати буквально всё почернело от ярости. «Да как этот мужлан в лице директора посмел». Катя была вне себя от ярости.

– Адептка, вы подписывать собираетесь?

Спросил издевательски директор. Катя бросила на него уничтожающий взгляд, выпрямилась и уверенно сказала.

– Нет. Я не собираюсь учиться полгода на базовом курсе.

Твёрдо и уверенно говорила Катя, при этом саму трясло. Не научилась она ещё спокойно отстаивать свои права. Не в её характере. Директор заметно занервничал. Магистр подошёл к столу и взял договор. Он прочитал его от и до. Листок буквально сгорел в его руках. Глаза Константина отражали недовольство и злость. Директор напрягся ещё больше, на его лбу появилась испарина, которую он тут же вытер платком.

– Это непростительно с твоей стороны, Ратибол. Мне казалось, что ты достаточно меня уважаешь и не посмеешь меня так принизить.

– Магистр Огнев. Честное слово, я не хотел вас унизить. Я, видимо, ошибся. Точно, ошибся. Я это... Сейчас перепишу. Секунду.

Заговорил директор напугано и рвано, его всего трясло. Нет никого страшнее, чем Константин в гневе. Ратибол не хотел терять своё место. Он этого больше всего боялся. Директор как можно скорее предоставил нормальный договор для Кати. Магистр его прочитал первым.

– Так-то лучше. Во время приёма я буду присутствовать в твоём кабинете. Узнаю, что нарочно кого-то из адепток отправил на базовый курс, тут же лишишься своего поста. Не для того меня ООСМ отправили сюда, чтобы из академий выпускали лишь ведьмаков и чародеев.

«Выходит, мой дедушка до этого работал в какой-то организации? Мне казалось, что дедушка давно работает в академии. Получается, что это не так. Странно. Интересно, как ООСМ будет звучать целиком, хотелось бы понимать, насколько высокую должность мой дедушка занимает в этом мире». Размышляла Катя, восхищаясь тем, какой разгром её дедушка устроил. Один взгляд, одна сожжённая бумажка и женоненавистник сразу становится шёлковым. Магистр положил договор на стол рядом с внучкой. Катя ознакомилась с документом, только после этого поставила свою подпись в конце.

– Поздравляю, вы теперь одна из адепток. Книги и форму вам выдадут после того, как пройдёте выборочный день по факультетам.

Сообщил директор адептом. Магистр отвёл адептов по комнатам, а сам ушёл на конюшню, где оседлал своего коня и умчался из академии. Катя осматривала комнату, в которой она ближайшее время будет жить. Данная комната была предназначена для троих студенток. Катя это сразу поняла, когда увидела три кровати, стоящие рядом друг с другом. Между кроватями стояли два письменных стола с тремя ящиками, третий рабочий стол располагался у левой стены, рядом с третьей кроватью. Справа располагался шкаф, рядом с первой кроватью. Эстетика всей мебели была единой, поскольку сделаны были из соснового дерева без всяких заморочек, единственное покрашены были в белый цвет. В комнате также присутствовало два окна напротив двух письменных столов. Разумеется, у столов стояло по стулу. В качестве люстры служила круглая железяка, дающая слабый свет магией.

«Типичная общага. Надеюсь, у моих будущих соседок будет не так много вещей, а то, боюсь, мы здесь не особо развернёмся. Интересно, в этом мире существуют настольные лампы? Не откажусь от канделябра на столе. А то, боюсь, света этой люстры будет недостаточно. Я всё-таки собираюсь утереть всем нос и показать, что я не из простого теста слеплена». Поскольку комната была полностью в её распоряжении, она спокойно заняла ту кровать, которая ей понравилась, а именно кровать, что слева. Сундучок хорошо влезал под письменный стол.

«Мне бы деньжат подзаработать как-нибудь, да на рынок сходить. Или где тут можно купить всё необходимое? Ну не хочу я жить в абсолютно белой комнате без красок. Ощущение, что я в лечебнице для тяжелобольных. Совершенно уныло». Размышляла Катя об интерьере своей комнаты. Она человек, конечно, простой и ко всему может привыкнуть. Только вот в любой комнате можно ужиться, если добавить пару интересных вещей. Была бы она в нашем мире, то сразу могла бы прикинуть, что ей необходимо прикупить в магазине. А поскольку она не знает, что в этом мире можно купить, то задача усложнялась.

Катя чётко представляла на своём рабочем столе какой-нибудь светильник, полочку над столом, где будут располагаться книги, а ещё она бы обязательно обзавелась стаканом, где стоят перья с чернилами. Однако такое может дорого стоить, так что Катя представила рядом со стаканом пару чернилиц. Ящики у неё мысленно заполнены всем необходимым: в первом будут храниться тетради и бумаги для учёбы, во втором – бытовые вещи, а в третьем – какие-нибудь вкусняшки.

Также она посчитала, что белое постельное бельё неплохо было бы заменить на что-нибудь разноцветное. Катя была согласна даже на обычное покрывало с парой подушечек. А ещё она подумала о настольных или настенных часах и о местном календарике. Должна же она как-то ориентироваться в местном времени и днях.

Катя прилегла на свою кровать, продолжая прикидывать, как можно заработать местных денег, не выходя из академии. «Может, в академии для отличников стипендия предусмотрена? Для меня это было бы хоть что-то. Я отлично умею распоряжаться стипендией так, что в студенческие годы хватало и на канцелярию, и на пополнения телефонного тарифа, да и на продление студенческого проездного, без которого никак нельзя было. Не у дедушки же просить денег? Хотелось бы как-то самостоятельно обойтись».

На кровать запрыгнула Василиса, вырвав Катю из мыслей о своих финансах. Катя погладила свою любимицу. Василиса громко мурчала, требуя всё больше и больше внимания. В желудке Кати громко заурчало. Она положила ладонь на живот. «Чёрт. Последний раз ела только утром. Мои любимицы наверняка тоже проголодались. Надо бы что-то придумать». Катя присела и сняла с себя сумку, к которой так привыкла, что даже спать уже с ней ложилась.

Неудивительно, что домовой всегда рядом был. Веник его в сумке был всё-таки.

– Беляк, ты здесь?

– Здесь, конечно, ждал, когда наконец-то позовёшь.

Ответил домовой, стоило ему только материализоваться на соседней кровати. Домовой сидел весёлый и радостный. Наконец-то хозяйка его видела и слышала. А как сама хозяйка была рада тому, что вновь может его видеть, и даже если оберег разрядится снова, то в ней магия по-любому будет.

– Ты уже всю академию прошуршал?

Спросила Катя. Домовой закатил глаза и переместился на Катин письменный стол.

– А как же. Мне тут жить с тобой ещё ближайшие годы. И разговор твой с директором слышал. Козёл он, конечно, редкостный. Сам бы прибил, но не могу. Я всё-таки домовой.

– Ничего. Будет вести себя плохо, то сожгу этим же оберегом. Думаю, магия бабушки мне поможет. Ты лучше скажи, в академии столовая есть?

Спросила Катя.

– А как же. Что, уже проголодались?

Катя ничего отвечать не стала. Вместо неё подала голос Лаванда. Та лежала всё это время недалеко от двери.

– Понял. Тогда сейчас что-нибудь принесу вам. Главное – не выходите из комнаты. Плохое предчувствие у меня.

Сказал Беляк и исчез. Катя от слов домового напряглась. Она до сих пор не отошла от истории с бесом. Невольно посмотрела в окна. На улице была уже ночь. И, как назло, нельзя зашторить окна. Нечем. «Пожалуй, буду сидеть в своей комнате. Не хочу испытывать снова судьбу. Да и Мирослав меня не защитит. Тогда-то его чуть не пришибло». Катя обратно легла на кровать, продолжая размышлять. Поскольку день был очень насыщенным, то она так и уснула. Когда домовой появился, то ему ничего не оставалось делать, как накормить животных, да вырубить свет.

Магистр добрался до города Лоська, где собрал биомагов и вместе с ними проанализировал озеро, особенно русалок. Маги брали ДНК и сравнивали с другими русалками, снимали слепок магии, изучали ауру. В итоге всё дошло до того, что магистр съездил в город Халеон, расположенный не так далеко от Лоська. В Халеоне проживал старый добрый друг магистра. Константин давно не виделся с ним.

Друга звали Пересвет Светлов. Знают его, как лучшего мага-сыщика. Вместе с Константином закончили Магическую Академию, но каждый пошёл по своему пути. Также Пересвет был неплохим воином, так что в любой ситуации может за себя постоять. Сначала магистр наведался к нему на работу. Однако ещё войти не успел в здание, как из него вышел Наум Медовой. Тот также был известным магом-сыщиком, обычно они с Пересветом на пару работали. Магистр не мог не поздороваться со старым знакомым.

– Наум, ты ли?

Помахал рукой магистр. Наум удивлённо посмотрел на Константина.

– Константин, сколько лет прошло? Так постарел заметно. Что только горе с людьми делает. До сих пор тоскуешь по Агнии?

Наум подошёл к Константину и пожал ему руку.

– Тоскую, но это уже в прошлом.

– Да? А что так.

Вновь удивился Наум. Дело в том, что после того, как Агния сбежала через волшебное зеркало в другой мир, Константин не переставал о ней думать. Первое время Наум и Пересвет его поддерживали, либо Константин был весь на эмоциях тогда. Понадобилось два года, чтобы Константин наконец-то успокоился и не пытался разрушить собственную жизнь в попытках убиться на какой-нибудь опасной вылазке на очередную нечисть, ну или отказом работать в ООСМ. ООСМ расшифровывается как Общеобразовательная организация Совет магов. Константин, как никто другой, отлично подходил, чтобы работать в такой организации.

Никто на самом деле не знает, с чего он вдруг ни с того ни с сего взял себя в руки. Спустя эти годы ушёл головой в работу, забыв обо всём на свете. Вот почему Наум удивился, когда увидел спустя пять лет Константина. Единственный вопрос был в том, почему магистр так постарел за это время. Его шикарные рыжие кудрявые волосы посидели целиком и сейчас были зализаны назад так, что ни одна кудряшка не выглядывала, даже тёмно-карие глаза стали менее тёмными. Наум подумал о том, что, возможно, его друг чем-то болеет.

– Внучка вернулась из того мира, где жила Агния. Я теперь дедушка.

Похвастался Константин.

– Ну ничего себе. Поздравляю.

Вновь пожал Наум руку Константину. Магистр немного чувствовал себя смущённо, но при этом старался держать уверенное и суровое лицо. Как никак важную должность занимал. Что касается Наума, тот нисколько не изменился. Наум обладал блондинистыми шевелюрой, его волосы были прямыми и доходили до плеч, но сейчас они были убраны в хвост, поскольку для работы так намного удобнее и практичнее. Также у него были тёпло-синего оттенка глаза, растительность на лице абсолютно отсутствовала, опять же, потому что так было удобнее работать. По телосложению он был худощавым, но имел какие-то мышцы, всё-таки меч довольно тяжёлый сам по себе, а значит, без тренировок здесь не обойтись.

– Погоди, это сколько же в том мире прошло лет, раз ты уже обзавёлся внучкой. Ей, кстати, сколько?

– Моей внучке 22 года. Совсем большая, точная копия Агнии за исключением русых волос и серо-голубых глаз. Характер также её, но в ней есть какой-то свой ещё огонёк. Она думает о том, о чём не могла бы подумать Агния. В Советке, если верить моим родственникам, прошло 42 года. Агнии не стало четыре месяца тому назад по нашим меркам. Я смирился с тем, что её больше не увижу, но зная тот факт, что Агнии нет в живых, больно ранит. Меня теперь держит только внучка Катерина. Только ради неё я готов ещё жить.

Терзал свою душу Константин, рассказывая самое сокровенное на его сердце. Боль из-за потери Агнии не угасла в Константине, даже сейчас сердце сжималось, стоило ему о ней подумать.

– Я не знаю, каково это, Константин, но искренне сочувствую утрате. Агнию я до сих пор помню, особенно её безумные идеи с артефактами. Ты, кстати, сказал, что у твоей внучки другие замашки? Это в каком хоть направлении.

– В направлении факультета воинов. Она конкретно не сказала, что собирается именно на него, но насчёт уроков по бою с мечом и боевой магии спрашивала. Я возражать не стал. Знаю, что бесполезно и она, как её бабушка, пойдёт просто назло. Мир Советка намного отличается от нашего. В том мире не так, как у нас. У них своя психология, другое мировоззрение. Она намного отличается от наших русолкинских девушек.

Наум закивал.

– Если девушка стремится на самый опасный факультет, то с ней явно что-то не так. Не боишься, что её просто там сломают?

– Боюсь. Ещё как боюсь, но ей это необходимо.

Магистр рассказал Науму всё то, что творилось в последние дни с его внучкой, рассказал о том, для чего он сюда приехал. Когда Константин сказал, что пришёл исключительно к Пересвету, то Наум замялся, готовясь расстроить своего друга неприятным известием. Наум отвёл глаза, сделав пару вдохов и выдохов.

– Пересвета давно нет в этом городе. Он четыре года тому назад ушёл на поиски твоей Агнии в Советку, но так и не вернулся. Связи никакой нет, поэтому неизвестно, что с ним и как он. Возможно, пропал, а, возможно, жив, но не может вернуться.

Константин спокойно принял новость, однако сердце вновь ухнуло, всё-таки пропал теперь его друг. «Это всё из-за меня. Пересвет ушёл искать Агнию, потому что я себя не контролировал, а после и вовсе забыл обо всех». Винил себя магистр. Однако терзание души не поможет никак делу. А магистру срочно требовался сыщик.

– Если я тебе заплачу около 200 кристалликов, за дело возьмёшься?

Наум развёл руками, посмотрев на своего друга, как на дурачка.

– Вот сейчас обижусь. Ты думаешь, я возьму с тебя денег, Константин? Я помогу по старой дружбе.

Сказал Наум. Магистр улыбнулся своему другу. Но прежде чем поскакать на озеро, зашли на конюшню, где Наум взял в аренду коня. После чего они поскакали к озеру Божидара. Биомаги закончили анализировать последний слепок магии и были готовы сообщить важную информацию из того, что им удалось изучить.

– Константин, вы вовремя, есть хорошие новости.

Заговорил один из магов. Магистр слез с коня и подошёл к магам.

– Рассказывайте.

Потребовал магистр. Наум также слез с коня и взял у одного из биомагов бумагу, где была написана вся информация об их исследованиях здесь. Один момент его насторожил.

– Русалки здесь оказались не сами. Их кто-то перенёс сюда, изменив их природу так, что они способны жить в данной воде. Кроме того, вы правильно предположили, что нападение было не случайным, а, скорее всего, намеренным. Мы сняли отпечатки чужой магии.

Наум отдал бумагу обратно одному из биомагов, а затем стал исследовать озеро, ища следы. Всё-таки он здесь, чтобы найти злоумышленника.

– Удастся по ним найти виновника?

Сразу спросил магистр, интересуясь тем, что по-настоящему для него важно.

– Скорее виновников. Следов выявили двое.

– Значит, кто-то действует на пару против моей внучки?

Маг не торопился отвечать. Он не был специалистом в такой области. Его задача была изучать флору и фауну. Наум не нашёл никаких посторонних следов у озера. «Как же вы сюда переместили этих русалок. Воздушную магию не ощущаю. Следов от телег нет. Так как же им это удалось? Возможно, мне стоит понаблюдать за Катериной. Если кто-то действительно направляет тёмные силы на неё, то, значит, это произойдёт снова, пока недоброжелатель не добьётся своего. А судя по последним событиям, те желают её смерти». Наум покачал головой. «Что же вам сделала внучка Огневых, что бедную девушку убить хотите?» Спросил мысленно Наум у тех магов. Даже если они его и не слышат. Наум подошёл к магистру и биомагам.

– Следов никаких. В самой воде есть чужая магия?

Сказал Наум своему другу, а затем уже обратился к биомагам. Биомаг, стоящий рядом с ними, покачал головой.

– Озеро Божидара тем и особенно, что любая магия в нём просто стирается, отчего невозможно отследить чужую магию.

«Действовали совсем неглупые маги, сразу видно. Однако даже если вода не оставила следов, то в другом месте они точно оставят за собой следы и тогда-то я выйду на них». Подумал Наум, делая кое-какие заметки в своей голове.

– Константин, думаю, мне стоит внедриться в состав преподавателей, чтобы было проще искать тех злодеев. Мне необходимо находиться недалеко от Катерины.

Магистр кивнул, соглашаясь с решением Наума.

– Тогда не будем откладывать. Едем в академию.

Сказал Константин. После чего сели по коням и поскакали в сторону академии. На улице начинало светлеть. Магистр был уставшим, но очень довольным тем, что хоть что-то удалось найти. Осталось только помочь устроиться в академию Науму.

Катя крепко спала на кровати, но тут в дверь постучали, да так громко, что она резко открыла глаза. «Что такое?» Подумала она. Стук в дверь повторился. Катя тяжело вздохнула. «Вот ведь зараза. Вот кого принесло?» Желудок заурчал. «Чёрт, я так вчера устала, что быстро уснула и не поела даже. Надо бы до столовки, что ли, прогуляться, да поесть».

Катя встала с кровати, потерев глаза, а затем зевнула. Она бы не отказалась ещё поваляться в кровати и поспать пару часиков, но в этом мире, похоже, люди не любят спать, раз уже на ногах за дверью стоят. Катя недовольно посмотрела на свои вещи, в которых уснула. «Чёрт, надо переодеться. И почему я ночью не проснулась и не переоделась в сорочку. Надо будет застирать, что ли. Жалко, конечно, что в этом мире нет стиральной машины. Было бы куда быстрее».

Катя отметила тот факт, что она находится в общежитии, а значит, ей предстоит найти общую ванную комнату, где она сможет себя привести в порядок. «Надо сначала гостя впустить, а потом пойти в поисках ванной». Поразмыслив, приняла решение на сонную голову. Катя подошла и открыла дверь. За ней стоял Мирослав. «Правильно я подумала насчёт заразы. И чего ему не спится? Разве царевичи не спят до полудня?»

– Извини, конечно, за беспардонность, но мне бы умыться. Так что можешь зайти и подождать здесь.

Катя не стала дожидаться, когда Мирослав войдёт. Она подошла к своей кровати и взяла свою сумку. «Вроде полотенца Беляк кидал при сборах». Катя порылась в сумке и достала оттуда жёлтое махровое полотенце, зубные щётку и пасту, после чего покинула свою комнату. Она до этого в общежитиях не жила, так что не предполагала, где здесь может быть общая ванная комната. «Только бы и здесь была цивилизация. Не хочу снова в бане мыться. Она же может оказаться вообще на первом этаже». С ужасом подумала Катя.

На её счастье, общая ванная комната находилась в самом конце коридора. Дверь от обычных комнат ничем не отличалось, такая же деревянная и белая, но зато был рисунок с изображением крана. Катя вошла в неё и порадовалась тому, что цивилизация таки есть и даже предусмотрено, что студенток много будет проживать. Сразу слева располагались пять деревянных раковин, параллельно от них – пять дверей, ведущих к туалету, в трёх шагах от туалетов – ещё одна дверь, за которой скрывались пять закрытых душевых кабинок. «Типичная общага». Подумала Катя, приступая к водным процедурам.

Как только привела себя в порядок, вернулась в свою комнату. Мирослав сидел за письменным столом Кати, а на его коленях снова лежала Василиса. Катин желудок вновь заурчал. Мирослав повернулся в её сторону.

– Голодная? Пошли тогда в столовую. Твой домовой сказал, что там уже всё готово, осталось только прийти. Я в целом именно для этого пришёл.

Катя подошла к своей кровати, выгружая все веси в руках.

– Хорошо, пошли.

– Зверей твоих, если что, домовой накормил и напоил, пока ты спала.

Катя молча кивнула. Она рукой показала в сторону двери, мол, пошли уже. Мирослав опустил аккуратно Василису на стул и вышел из комнаты. Катя последовала за ним.

Столовая находилась на первом этаже в другой башне. В принципе это было не так далеко. Сама столовая ничем не отличалась особенным. Обычные прямоугольные столики с двумя скамьями: около 70 столов приходилось, 10 рядов по 7 штук. Как и в любой столовой имелось два раздаточных стола: один у левого угла, второй – у правого. Грязную посуду относили на мойку, вход в которую располагался по центру. У каждой стены было много окон, чередующиеся друг за дружкой и друг на дружке, создавая три ряда вверх. Домовой всю еду поставил на самый крайний столик в третьем ряду с левой стороны, если считать от раздаточной. Катя и Мирослав молча сели напротив друг дружки. Ели в гробовой тишине, но в этой атмосфере было что-то особенное. Как-никак через 2-3 дня этой тишины не будет, а значит, следует насладиться пустынной академией. На завтрак была овсяная каша с мёдом и хлебом, а также тёмный травяной чай. Мирослав заговорил после того, как они оба поели.

– Беляк сообщил мне, что магистра не было всю ночь.

Заговорил Мирослав. Катя держала обеими руками чашку, наслаждаясь теплотой чая, не забывая делать пару глотков. Она предполагала, из-за чего магистр уходил, но решила не выдавать тот факт, что слышала их разговор, пока они ехали в академию.

– Да? А зачем он уходил? Беляк, случайно, этого не сказал?

Спросила Катя, делая пару глотков из деревянной чашки. Мирослав покачал головой.

– Магистр об этом не говорил с домовым. Скорее всего, уезжал по своим светским делам. Сам слышал, что магистр – один из ООСМ. Занятой маг. Удивительно, что он у нас вообще что-то будет преподавать.

Сказал Мирослав, толком не предполагая, куда мог уехать магистр. «Решил мне, значит, не говорить? Хорошо. Сделаю вид, что не в курсе об этом. Захотят – расскажут, а если нет, то сама всё выясню». Катя отпила ещё чаю. Мирослав следил внимательно за жестами и реакцией Кати, но та хорошо себя держала. Ничего не выдавало в ней то, что она всё знает.

– Я не так давно знаю дедушку. Для меня любая информация о нём удивительная. Скажи, а что такое ООСМ? Как оно расшифровывается.

– Общеобразовательная организация Совет магов. Магистр – уважаемый маг для такой академии. С его властью он легко мог бы сместить директора.

Катя закивала. «Значит, серьёзная шишка в этом мире. Жаль. Никогда не любила политику. Не хотелось бы в дальнейшем что-то иметь с ней общего. Я всё ещё намерена обучиться магии и вернуться в свой мир. Оставаться и властвовать в планах не было». Подумала Катя. Она из тихих, но очень упрямых людей. Власть для неё чуждой была. Всегда, если её хотели назначить в чём-то главной, старалась этого избежать, поскольку не любила командовать совсем. Вот и сейчас мысли о том, что её родственник имеет какую-то власть, подталкивают на то, что стоит поспешить и свалить. Мирослав заметил, что Катя никак не шла на диалог, где-то витала в своих мыслях. «Она невозможная. Я пытаюсь с ней заговорить хоть как-то, но она будто специально не идёт на диалог. Попробуем по-другому». Подумал Мирослав, не желая мириться с тем, что единственная его собеседница на ближайшее время не хочет беседовать.

– Скажи, ты после озера почувствовала свою стихию в себе?

Спросил Мирослав. Катя чуть сильнее сжала чашку и подняла голову, столкнувшись со взглядом Мирослава. А ведь она не особо придала значения своей магии, даже не думала об этом. Катя попыталась почувствовать себя как-то иначе. «Если магия во мне и есть, то я её пока не ощущаю».

– Пока что нет. Может, я и не волшебная.

– Или просто не до конца осознала и ощутила, что ты ведьма. Магия в тебе точно есть. Даже твой домовой подтвердит.

– Тогда как мне ощутить свою стихию?

Спросила Катя. Мирослав хотел ответить, но понял, что не знает ответа. «Я так давно научился чувствовать свою стихию, что и забыл уже, каково это было. Кажется, что я её просто с рождения всегда чувствовал». Думал Мирослав. Только он же не скажет так Кате, её, наоборот, надо как-то поддержать и помочь раскрыть свою силу. Только как, если ты ни разу не преподаватель, да и сам на самом низком уровне магии.

– Можно посмотреть в библиотеке. Там должны быть учебники. Можем пойти и поискать её, а потом поищем тренировочный зал, где ты попробуешь поколдовать. Уверен, у тебя получится.

Позитивно сказал Мирослав. Катя не разделяла его точку зрения. Она не знает, что такое быть ведьмой, каково это чувствовать себя волшебной, а неизвестность отталкивала и пугала.

Они отнесли грязную посуду на мойку, а затем пошли искать библиотеку. Если вспомнить о магистре, то тот вместе с Наумом находился в кабинете директора, обсуждая приём на работу. Поначалу директор не хотел даже слушать их, но после весомых аргументов Константина призадумался. В итоге Наума приняли как нового преподавателя по истории, как раз предыдущий перевёлся в другое учреждение. Дело сделано... Частично. После маленькой победы они пошли досыпать, давая студентам пока самим пожить без их опеки.

А между тем наши адепты всё-таки нашли библиотеку на пятом этаже правой дальней башни. Их порадовало присутствие библиотекаря. Такой приятный старичок, среднего телосложения, с шикарными густыми усами, коротко постриженными седыми волосами и бледно-голубыми глазами. Катя сразу нашла общий язык с ним. А библиотекарь записал её в самые любимые посетительницы. Особенно после того, как она высказала про любовь к чтению книг и изучению чего-то нового. Так что необходимую книжку по магии для чайников не пришлось искать. Кроме того, библиотекарь дал немного советов по поводу раскрытия своей стихии, а также сказал, где они могут спокойно потренироваться.

Адепты направились прямо туда. Зал оказался довольно-таки просторным, по размерам напоминал наш спортивный зал, единственное, в тройном размере – вот такой размах был. При этом зал был не единственным, их ещё два было в академии. Катя в библиотеке запомнила, что нужно делать: легла на пол, согнула руки в локтях, затем соединила руки таким образом, чтобы кончики пальцев левой руки соприкасались с кончиками пальцев правой, после чего попробовала расслабиться, чтобы целиком и полностью воссоединиться со своей стихией.

«В моих руках шарик, он невидимый». Представляла она в своих ладонях. Окончательно расслабившись, она стала медленно-медленно разводить руки примерно на десять сантиметров, а затем также медленно-медленно соединять руки вместе, стараясь не касаться кончиками пальцев. Неожиданно она почувствовала что-то неосязаемое, такое лёгкое и приятное, холодящее саму душу. Катя продолжила разжимать и сжимать ладонь, концентрируясь на ощущениях прикосновения некоего шарика, который то расширялся, то уменьшался; его сила бурлила, но не обжигала.

– Молодец. Хороший результат. Можешь вставать.

Заговорил Мирослав, возвращая Катю в реальность. Катя встала на ноги, на её лице была улыбка, а в глазах изумление.

– Я почувствовала свою магию! Она во мне есть! Это что-то необъяснимое.

Радовалась и смеялась Катя, кружась вокруг своей и Мирослава оси.

– Я рад, что ты это осознала. Может, попробуешь сформировать свою магию и увидеть то, чем ты обладаешь.

Катя перестала кружиться. Она как болванчик закивала.

– Да, конечно. Что там было по пунктам?

Сказала Катя Мирославу, попросив его напомнить. Мирослав открыл книжку и стал зачитывать.

– Итак, ты смогла почувствовать свою магию, осталось теперь на неё полюбоваться. А, значит, мы сейчас узнаем, огненная ты ведьма или нет.

Сердце Кати заколотилось как бешеное. «А вдруг не огненная? Тогда что я буду делать? Ладно, надо успокоиться и не думать об этом. Сначала попробую вызвать хотя бы одну искру своей магии для наглядного примера, а потом буду размышлять о проблемах». Катя закрыла глаза, постаралась успокоиться. Она согнула руки в локтях, положение рук было тем же, что и на полу.

– Давай, снова почувствуй свою магию и постарайся её сконцентрировать в своём воображаемом шарике.

Катя спокойно кивнула, мысленно благодаря Мирослава за то, что он помогает разобраться с магией. «Моя сила лёгкая и приятная. Такая непохожая на огонь. Минутку, непохожая? Неужели во мне другая стихия или всё-таки я не до конца поняла, чем обладаю. Нет, я маленький огонёк, стоит мне проявить каплю магии, как произойдёт массовый пожар. Моё тело – это сосуд, сдерживающий мою упрямую и разрушающую стихию». Катя ушла мыслями в некий транс, она вновь представила в своих ладонях шарик, который не падает и которого она руками почти не касается. Она стала то сжимать медленно руки, то разжимать. Сила вновь стала пробуждаться, Катя мысленно улыбнулась. «Получилось. У меня снова получилось».

Катя продолжила концентрироваться на энергии своей магии, пытаясь ощутить в ней хотя бы одну искру огня. Только как бы она ни пыталась, а огонь так и не показался. Зато Катя видела облака, чувствовала окружающий воздух вокруг себя. По её щеке покатилась слеза. «Я не огненная, ни на одну искру». Катя открыла глаза и посмотрела на Мирослава. Царевич посмотрел в её взгляд, лишённый радости и наполненный грустью и печалью. «Так я и думал, она совершенно другая ведьма. Надо как-то сообщить об этом магистру. Боюсь, она побоится, не захочет рассказывать неприятную новость». Прикинул Мирослав. Катя сжала ладони очень сильно. Вся энергия, которая витала вокруг неё, вливалась в невидимый шарик. Катя стала не спеша разжимать руки, а затем почувствовала маленький вихрь, мысленно выпустила его на волю в пределах вытянутой ладони. Катя открыла глаза и с изумлением смотрела на свою такую неправильную стихию. Она любовалась тем, что обладала пускай не огнём, но тоже поистине красивой и завораживающей стихией. Она протянула ладонь, призывая маленький вихрь прильнуть на её ладонь. Катя в этот момент сильно радовалась. Она была рада, что у неё получилось, хоть и не то, что представляла себе.

– Попробуй поднять вихрь ввысь.

Попросил аккуратно Мирослав, боясь сбить её настрой. Катя как бы подкинула вихрь наверх, а дальше, концентрируясь на своих ощущениях и на конкретной цели, подымала вихрь всё выше и выше.

– А теперь измени его форму. Используй для этого обе руки, чтобы было легче.

Продолжал на заднем фоне направлять Мирослав. Катя вытянула обе руки, поднимая их повыше. «Какую бы форму принять? Наверное, что-то сложное пока не стоит пробовать. Думаю, круг будет самой простой формой». Катя представила, что в её руках пластилин, из которого она раскатывает круг. Маленький вихрь прямо на глазах материализовался в круг. А за ним она стала пробовать преобразовывать другие геометрические фигуры, пока руки не стали сами мастерить что-то, казалось бы, простое, но в то же время красивое и яркое. В воздухе витала лаванда нежно-фиолетового цвета. Катя любовалась и радовалась приобретённой стихией. В зал вошёл магистр вместе с Наумом. При виде лаванды оба поразились.

– Не может быть.

Удивлённо сказал магистр. Катя вышла из волшебного транса. Магия буквально рассыпалась на глазах.

– Дедушка?

Осознала Катя, посмотрев с ужасом на дедушку. «Он всё видел. Дедушка знает, что я не огненная. Как же так? Чёрт!» Катя была готова бежать в любую секунду. Сердце громко застучало, а кровь похолодела. Самый главный страх её исполнился. Константин также стоял и смотрел на внучку, не в силах поверить в то, что корни огненных магов были обрушены на его глазах. Магистр покинул тренировочный зал, направившись в сторону общежития. «Не принял. Это самый худший день на свете». Подумала Катерина, продолжая смотреть туда, где до этого стоял дедушка.

Глава 6. Как Катя отреклась от фамилии дедушки?

Катя не могла поверить в то, что происходит. Она была готова проклясть всё на свете. «Лучше бы я и дальше оставалась без магии». Катя выбежала из зала и побежала предположительно в сторону выхода. Мирослав и Наум оставались стоять на месте.

– Я поговорю с Константином и постараюсь всё уладить, а ты догони Катерину, да успокой.

Распределился Наум, двинувшись первым. Мирослав кивнул, соглашаясь с данным планом. Царевич выбежал из зала и побежал догонять Катю, которой и след простыл. Наум пошёл догонять своего друга. «Узнаю старого друга. Сначала действует, потом думает о последствиях». Отметил Наум, который догнал Константина в его комнате.

А Катя между тем вышла из самой академии и пошла в сторону леса. Сейчас ею двигала лишь одна эмоция, блокируя здравый смысл и самосохранение. Ведь в нормальном состоянии она бы точно не пошла одна в незнакомый лес. Мало ли кого встретит или что найдёт. Мирослав забежал в женское общежитие и вломился в комнату Кати, где её не было. Рядом появился домовой.

– Ваше высочество, Катя убежала в сторону леса. Вы должны срочно бежать за ней.

– И зачем я только согласился быть её телохранителем?

Спросил Мирослав самого себя, разворачиваясь на выход из общежития, а там через башню спустился на первый этаж и направился уже к выходу из академии.

Катя бежала непрерывно, пока сил бегать не осталось. Она замедлила бег на шаг. Возвращаться в академию на данный момент не планировала, отчего просто шла прямо, не оборачиваясь. Когда сил идти уже не было, Катя присела у одного дерева, облокотившись спиной об кору. Её взор смотрел вверх на небо. Руки прижали коленки поближе к себе. «Хотела видеть в глазах дедушки одобрение, слышать о том, что он мной гордится. А в итоге получила холодное молчание. Почему это происходит со мной? Разве я так много в этой жизни требую? Всего лишь хотела уважения и любви от давних родственников». Глаза Кати защипало. Она была готова вот-вот расплакаться.

Только Катя упрямо держалась, не желая придаваться снова слезам. «И почему всё так в итоге обернулось? Как семейный огонь превратился в воздух? Может, я не внучка своей бабушки?» Подумала Катя, но вспомнила слова всех тех, кто был знаком с бабушкой, и тут же оттолкнула глупую мысль. «Нет, я внучка своей бабушки. Должно быть какое-то объяснение, почему я обладаю другой стихией. Только какое? Мама и папа никогда при мне не колдовали, что говорит о том, что они ничего не знают о магии. А, может, так судьба решила пошутить или устроить драму? А в целом, какая разница? Я обладаю стихией воздуха, дедушка признаёт лишь огненную стихию, я стала позором для семьи Огневых. Как хорошо, что я Светлова». Усмехнулась Катя, не забыв о том, какая фамилия стоит в её паспорте. «А как Светлова я могу обладать любой стихией, и то, что дедушка меня не признаёт теперь внучкой, не говорит о том, что я должна сидеть здесь и дальше себя изводить. Я должна учиться и показать всем, что могу достичь в этой жизни больше, даже без фамилии дедушки». Катя кивнула своим же мыслям, хотя сердце так и ухало от обиды. Так что она какое-то время решила ещё немного посидеть. Ей нужны моральные силы, чтобы при виде дедушки в академии не зареветь. «Я справлюсь. У меня всё получится. До этого 22 года как-то справлялась без дедушки и других родственников, а значит, и сейчас ничего не изменилось. В конце концов, я Катерина Светлова. А нам, Светловым, мнения Огневых не нужны». Твёрдо убеждала себя Катя.

Она встала на ноги. Сделала пару вдохов и выдохов, не давая себе расклеиться лишь из-за того, что кто-то её не признал внучкой. Кто же виноват, что магистр так зациклился на огненной породе в семействе, а воздушная ведьма концом света становится.

Катя осмотрела окружающие её деревья. «Класс. Только я могла пойти на эмоциях в лес, не запоминая дорогу. Что же, будем размышлять логически. Шла я прямо, а когда села, то повернулась на 180 градусов вокруг своей оси. Значит, мне нужно идти прямо». Катя стукнула кулаком по своей ладони. «Точно». Согласилась она со своей логической цепочкой и пошла прямо, а точнее назад, по дороге, которая шла в гущу леса.

Что касается Мирослава, то он шёл по той же дороге, только на десять шагов правее от Катиной. Катя не знала, что Мирослав пошёл за ней. Мирослав не знал о том, что Катя шла назад, но из-за разницы дорог они просто не видят друг друга. Казалось бы, ситуация ясна, царевич просто забредёт в лес и будет искать, пока не надоест, в то время как Катерина будет сидеть в своей комнате. Только судьба, шутница наша и любительница интриг, решила побыть сегодня доброй, поэтому она смиловалась над ними.

Стоило Кате пройти ещё немного вперёд, как она увидела впереди упыря. Упырь – это что-то подобие вампира, только внешне походил на ходячего мертвеца. Обычно упыри встречаются только ночью, поскольку именно в это время суток они встают из своих могил. Упыри считаются опасными, поскольку пьют кровь как скота, так и людей, а после того как выпивают всю кровь своей жертвы, съедают уже само тело.

Необычность этого упыря была в том, что он находился в лесу днём и, кажется, ждал именно Катю. При виде ходячего мертвеца, тело которого наполовину было разложено, ей стало дурно. Это уже не говоря о том, какой запах от давно захороненного мертвеца шёл – просто кошмар какой-то. Вся растительность, находившаяся рядом с ним, просто засыхала и вяла на глазах. А когда эта пакость повернулась лицом к Кате, то стало и вовсе страшно: глаза красные, виднелись клыки вместо обычных зубов, на щеках, находившихся в разложенном состоянии, присутствовал красный румянец.

Катя тяжело задышала. Она не знала, кто перед ней стоял, однако чувствовала опасность. «Прогулялась по лесу, ничего не скажешь. Интересно, если я побегу, то оно побежит за мной, а?» Смотря на упыря, она готовилась на побег. Сделала маленькие шажочки назад – упырь пока никак на неё не реагировал. «Просто стой на месте, а я уйду, и всё». Упырь резко стал произносить какой-то звук, напоминающий крик и при этом рычание. Катя ринулась бежать вперёд, а затем и вовсе закричала, зовя хоть кого-то на помощь. Пускай в гуще леса это было глупо.

– На помощь! Кто-нибудь, помогите!

Кричать типичное «а-а-а-а-а» она не стала. Смысл? Её задача выжить, а не привлекать своим криком это нечто, которое понеслось за ней. Поскольку она была на адреналине, то призвать свою стихию было минутным делом. Поэтому Катя призвала свою стихию и кинула в упыря камень. Урон мертвецу никакой не нанесён.

– Боже, кто-нибудь, помогите!

Снова закричала Катя и свернула направо, тем самым изменив траекторию. Её крик услышал Мирослав, его рука автоматически легла на рукоятку меча, и когда Катя в третий раз заорала, вынул меч из ножна, а после – побежал на звук. Катя только и делала, как периодически какую-нибудь палочку или камушек с помощью магии швыряла в упыря. Когда она увидела бегущего к ней Мирослава, то сильно ему обрадовалась.

– Слава Богу, хоть кто-то пришёл.

Мирослав заметил бегущего упыря за спиной Кати. Скорость его превосходила, и если бы Катя периодически не кидала в это существо что-то, то упырь давно бы догнал свою жертву. Катя спряталась за Мирославом. Да, царевич плохо проявил себя, когда защищал от беса, однако она на время решила пересмотреть свои взгляды и довериться больше тому, у кого в руках меч. Мирослав двинулся вперёд, замахнулся мечом и просто разрубил эту пакость на куски. На какое-то время это задержит упыря.

Мирослав брезгливо посмотрел на грязное лезвие меча. Катя покопалась в своей сумочке и достала салфетку.

– Держи.

Протянула Катя салфетку Мирославу, тот вытер всю гниль от упыря, а затем кинул грязную салфетку на землю, меч убрал обратно в ножны.

– Уходим!

Мирослав взял Катю за руку для надёжности и повёл за собой. Катя оглянулась – куски, лежащие на земле, заметно двигались. «Оно ещё живое». Опасливо подумала Катя.

– Мирослав, оно шевелится.

Мирослав обернулся. Упырь действительно был ещё жив, просто сейчас он какое-то время будет собираться воедино. «Надо срочно её отсюда уводить, а затем сказать магистру о том, что какая-то очередная гадость ходит по лесу».

– Уходим быстро!

Крикнул Мирослав, отворачиваясь от останков упыря. Он пошёл быстрее, таща за собой Катерину. Катя была не против идти в таком темпе, да и, пожалуй, того, что царевич держал её за руку. Ей в такой момент очень нужен был хоть кто-то, чтобы успокоиться и убедить себя в том, что всё хорошо и она в полной безопасности. «Мне очень нужно обзавестись мечом. Тогда Мирославу не надо будет меня каждый раз спасать. Эх, а ведь мне казалось, что если буду обладать магией, то мне ничего не будет страшно, на деле оказалось иначе. Хотя виной всему, наверное, то, что я ничего не знаю о существах этого мира, а также не знаю, как их обезвредить».

Мирослав вывел Катю из леса, они шли по тропинке в академию.

– Всё, можем отпустить мою руку, здесь этого существа нет.

Мирослав так сосредоточился на том, чтобы увести от опасности себя и Катю, что и забыл о том, что всё это время вёл её за руку. Мирослава будто кипятком ошпарили – так можно описать эмоцию, когда он поспешно отпустил Катину руку, а затем и вовсе пошёл вперёд, не желая смотреть ей в глаза. Катя этого не заметила или просто сделала вид, что не заметила. У входа появился домовой.

– Живая? Какое же счастье! Больше так не убегай. Я уж подумал, что всё, лишусь очередной хозяйки. Ты так больше не делай!

Отчитывал домовой. Кате стало совестно от того, что она заставила так волноваться домового. Он для неё всё, а она на эмоциях в лес в пасть к упырю. Катя присела и обняла домового.

– Извини. Обещаю больше так не убегать.

Катя поднялась на ноги, отпуская домового.

– Ладно, верю.

Отмахнулся домовой, совсем расчувствовавшись. Он вытер невидимые слезы, если они у него, конечно, были бы. Мирослав повернул налево, желая дойти до общежития. Только домовой был вынужден поменять планы студентов.

– Его княжеское высочество вас искало. Он сейчас находится в своих покоях.

Мирослав остановился. Катя ещё никуда не отходила от домового. При мысли о разговоре с дедушкой её сердце ухнуло, кровь так и застыла. «Меня не интересует мнение дедушки. Я Катерина Светлова. Чего мне стоит пойти и поговорить с собственным дедушкой, верно?» А у самой глаза пощипывало и трясло, да сердце колотило так, будто готово выпрыгнуть из груди. Не так много времени ещё прошло, чтобы Катя окончательно успокоилась.

– Беляк, ты же пойдёшь со мной, правда?

Спросила с надеждой Катя. Домовой развёл руками, мол, а ты во мне сомневалась. Мирослав быстрым шагом подошёл к Кате.

– Я пойду.

Выдал с пылу с жару Мирослав, а затем осознав, как со стороны выглядит, сделал шаг назад и уже совсем незаинтересованным голосом заговорил.

– Мне просто необходимо обговорить с магистром кое-какие моменты касательно моей учёбы. Через пару дней приёмный день уже начинается.

Катя усмехнулась, отметив заботу Мирослава. Ей было приятно, что несмотря на свой эгоизм, он пытается как-то проявить себя в хорошем свете.

– Спасибо.

Тихо сказала Катя, смотря в глаза Мирослава. Царевич отмер через пару секунд и, чтобы не показывать своё смятение, пошёл вперёд. Катя покачала головой, смотря на реакцию царевича. Она взяла домового на руки и пошла следом за царевичем. Беляк в итоге перебрался на плечо. В такой компании Кате было в принципе не так страшно идти.

Магистр сидел у себя. Общежитие для преподавателей намного отличалась. Начнём с того, что размеры комнаты достигали двух комнат для студентов. Она делилась на три зоны: в первой располагалась спальня, во второй – кабинет, а в третьей – ванная комната. Когда студенты зашли в комнату магистра, то оба подивились. У них-то комната маленькая, а тут вдвое больше. И это они только кабинет сейчас видят, но по двум дверям сразу отметили, что там ещё хоромы идут.

Кабинет был небольшим, но просторным. По центру располагалось окно, рядом с ним – рабочий стол, смотрящий в сторону двери и располагающийся на полтора стула от окна. По бокам окна стояло два книжных и широких шкафа. У рабочего стола стояло два деревянных стула из тёмного дерева, точно такой же стул стоял за рабочим столом, но сейчас на нём сидел магистр. Справа от двери стоял двухместный бархатный тёмно-голубой диван, а рядом с ним – круглый тёмно-шоколадный столик на трёх ножках. Слева располагался большой сундук красного окраса и золотистыми узорами. Катя отметила тот факт, что по стилю похоже на её сундучок. Константин сидел и делал вид, что читает какие-то бумаги, хотя по сути он держал в руке абсолютно пустой лист. «Дежавю, или дедушка, как мама, сейчас сидит и делает вид, что нас не видит. Значит, ждёт, что я начну перед ним оправдываться. Ну нет, так просто не сдамся. Не дед меня всю жизнь воспитывал, а значит, я не обязана под него подстраиваться». Катя прошла вперёд и присела на стул, что слева стоял.

– Ты хотел меня видеть? Я вся перед тобой. Слушаю внимательно.

Магистр положил бумаги в стол, не желая выдавать то, что читал пустоту. Константин он такой, любит иногда разыгрывать драму из-за пустяка. Наум вроде как с ним поговорил, но пока магистр ещё не отошёл от шока. А поскольку он был не в себе, то ожидать сейчас можно всё что угодно. Только вот Катя была настроена серьёзно и решительно, и если ей удастся сдержать невыплаканные слезы, то, возможно, скажет дедушке всё, что успела надумать за это время.

– Я не ожидал увидеть в нашей семье кого-то с другой стихией. С моей стороны все носили исключительно огненную стихию, других никаких не было. Что касаемо твоей бабушки, то у неё проще, магов совсем не было. Это большая редкость, когда в обычной семье рождается маг. Твоя воздушная стихия выбивает из колеи.

Магистр говорил спокойно и равномерно. «Огненная кровь по всему древу, а я такая плохая иду по совершенно новой». Фыркнула Катя этому идеальному семейному древу. «То, что бывает систематически, может выдать сбой. Вот я со своей стихией даю нашему семейному древу что-то новое, так сказать». Ворчала мысленно Катя, пока не желая перебивать дедушку. Не настолько ещё накипело, чтобы начинать ссориться и спорить.

– Я просто не могу понять, чем вызвана такая непохожесть. Я точно уверен, что ты внучка Агнии. Внешность только это доказывает, но почему ты обладаешь воздухом, а не огнём?

Катя подёргала плечами и развела руки.

– Агния в своё время нравилась многим мужчинам, и после того как я увидел твою стихию, я начал подумывать о том, что ты можешь оказаться...

Магистр замолчал. Даже в шоковом состоянии он не мог сказать то, что собирался. Катино сердце так и бомбило внутри, голова от этого шла слегка кругом, виски были в напряжении. Катя готовилась сделать то, чего не желала. Ох, как не желала, но слушать теории того, что её бабушка, возможно, изменила дедушке, было слишком. Катя просто взорвалась. Она встала на ноги, стул на пару сантиметров отъехал назад.

– То, что я не твоя внучка? Ты это хотел мне сказать? Да как вы только посмели такое подумать о моей бабушке. Агния всегда была вам верна. За все годы она не смотрела на других мужчин, постоянно тосковала по вам.

Кричала Катя, не стесняясь своего громкого голоса, адресованного дедушке, хотя саму так крутило от этого, что страшно представить. Мирослав пока не торопился вмешиваться, желая дать Кате и магистру поговорить.

– Да, я родилась не с идеальной огненной кровью, поэтому обладаю иной стихией. Разве я в этом виновата? Ты знаешь, с каким волнениям я жила эти пару дней, боясь не оправдать твоих ожиданий. Всё-таки мы Огневы! Только после твоей реакции я вспомнила свои корни. И раз ты так не хочешь, чтобы я портила огненную породу, то пожалуйста. Сделаем вид, что мы не родные. А насчёт фамилии не переживай. Я всё-таки не Огнева, а Светлова. А мы, Светловы, можем обладать и воздушной стихией.

Катя стукнула руками об стол, а после удалилась из покоев дедушки. Магистр так и не успел сказать что-то вслед внучке. «Какой же я идиот». Магистр потёр рукой лоб. Мирослав, не решавшийся двигаться с места, всё-таки заговорил.

– Катерина очень взрывная, прямо как живой огонёк.

Заговорил царевич, надеясь хотя бы этими словами успокоить магистра. Константин с усталостью посмотрел на Мирослава.

– Прямо как её бабушка. Вот это была женщина. Никто не мог с ней справиться, а я так и не научился высчитывать ту грань, когда они просто взрываются. Я же на самом деле очень люблю свою внучку и отказываться от неё из-за воздушной стихии не собираюсь. Просто не понимаю, почему так произошло?

Обречённо спросил магистр. Мирослав сел на правый стул.

– Почему же вы сразу не начали разговор с того, что принимаете Катю, несмотря на воздушный дар. Зачем было говорить про возможную измену со стороны Агнии?

Магистр развёл руками и облокотился спиной об спинку стула.

– Потому что я порой могу вести себя так же, как и ты, совсем как юнец.

– Эй!

Возмутился Мирослав насчёт юнца. Магистр лишь махнул на него рукой. Мирослав задал другой вопрос.

– Что будете теперь делать? Катя говорила вполне внушительно. Думаю, она и правда будет учиться без вашей фамилии.

– Пускай. В конце концов, я лишь дед, а отца я не имею права вычёркивать.

Магистр и Мирослав немного помолчали, а затем до магистра вдруг дошло.

– Какая у неё фамилия?

Спросил магистр у Мирослава. Сам магистр помнил, конечно, но решил перепроверить.

– Светлова.

Спокойно ответил Мирослав. «Не может быть. Пересвет, неужели ты всё-таки нашёл Агнию и женился на моей дочери. Если это так, то мой старый друг всё ещё жив, но почему тогда остался в том мире?» Размышлял магистр.

– Что-то не так?

Спросил Мирослав. Магистр не расслышал царевича, слишком сильно задумался.

– А?

Спросил магистр, царевич повторил свой вопрос.

– Вас что-то беспокоит?

Магистр болванчиком закивал.

– Магистр!

Позвал царевич.

– Ступай, студент, ступай. Мне нужно кое-что обдумать.

Лишь сказал магистр. Мирослав встал со стула недовольно, но прежде чем уйти, решил сказать об упыре в лесу.

– В лесу какая-то пакость сейчас гуляет. Чуть не прибило вашу внучку. Я его разрубил на мелкие детали, но он каким-то образом собирался воедино.

Сообщил Мирослав магистру. Магистр пребывал в своих мыслях, а затем до него дошёл смысл слов царевича. Магистр выплыл из своей головы.

– По описанию похоже на упыря. Говоришь, чуть Катю не прибило?

Оживился магистр. Царевич кивнул молча на вопрос магистра. Магистр постучал пальцами по столику.

– Вы пока с Катей побудьте в академии. А я пойду с Наумом в лес, нельзя так оставлять упыря. Может кто-то ещё пострадать.

– Наум, он ведь сыщик?

Спросил царевич. Магистр кивнул.

– Я его попросил взяться за это дело. Мне не очень нравится, что на Катю нападает вся нечисть, какая только может. Этой ночью биомаги анализировали озеро.

Сообщил между тем магистр царевичу. Царевич выпрямился. Его, как и Константина, интересовала безопасность Катерины.

– И какой итог?

– Нападение было неслучайным. Какой-то умник сменил природу русалок, наградив их неуязвимостью к целебной воде. Как они там оказались, так и не вычислили. Вода все следы смыла. Зато нам известно, что магов двое.

– Двое?

Удивился царевич. «Это кому же помешала ведьма, которая в нашем мире меньше чем неделю?» Поразился Мирослав. У него так и чесались кулаки, уж очень он хотел вызвать тех гадов на дуэль. То, что он выйдет победителем, он не сомневался, хотя и должен. Ведь тот, кто смог такое подстроить, имеет определённые знания, а как правило, именно знания нас делают намного сильнее глупца.

– Да. Нашли два слепка их магии. Наум предположил, что те, кто за этим стоит, не остановятся, пока не убьют...

Магистр сделал вдох и выдох, и уже более тихо сказал.

– ...мою внучку.

Мысль о том, что он может потерять навсегда внучку, сильно ранила сердце. Магистр старался держать перед царевичем лицо и не показывать ему, как в этот момент болело сердце.

– Поэтому он находится сейчас в академии.

Сообразил Мирослав. Магистр кивнул.

– Для всех он обычный преподаватель по истории. Для своих же – сыщик под прикрытием. Так что обо всём неладном, что увидишь вокруг Кати, сообщай ему или мне. Но и сам тоже будь начеку. По-хорошему тебя необходимо обучить для защиты моей внучки, но в ближайшее время буду занят. Так что пока не попадайте ни в какие неприятности. А лучше почитайте про тёмных существ, будет полезно узнать, если вы с ними столкнётесь вновь.

Царевич кивнул. На этом их разговор с магистром закончился. Константин ушёл за Наумом, а Мирослава отправил присматривать за Катериной. Сама же Катерина сбегала в библиотеку и взяла дополнительные учебники. Библиотекарь, конечно, удивился такому набору, но затем лишь одобрил, посоветовал даже с чего начать. Катя его поблагодарила. Так что Мирослав сильно удивился, когда вошёл в её комнату, а перед ней лежали три раскрытых книги.

«Вот это стремления к знаниям». Поразился Мирослав. То, что Катя читает умные книги, ему казалось чем-то неправильным и неестественным. Он до последнего думал, что девушки не могут такое читать, не их удел. Только как скажешь об этом Катерине, если она с таким интересом вчитывалась в каждое предложение. Ей бы ещё тетради не помешали, да перья с чернилами, чтобы записывать, но пока обходится тем, что есть на данный момент.

– Читаешь?

Спросил Мирослав Катю. Та его не услышала, слишком увлечена была, читая про тёмных сущностей. Мирослав присел на её кровать. Катя только в этот момент заметила царевича.

– Ой! А ты уже поговорил с дедушкой?

– Да. В общем, он...

А должен ли я это говорить за магистра. Не лучше ли будет, если магистр сам скажет. Если это скажу я за него, то Катя всё равно не поверит, а я не хочу, что она мне потом не доверяла.

– ...не отошёл ещё. Но думаю, когда придёт в себя, то обязательно признает тебя, как свою внучку.

Катя лишь фыркнула и продолжила читать. Мирослав смотрел на количество книг и просто мысленно качал головой. «Мне бы такие стремления к знаниям, тогда бы отец точно гордиться стал. Может, стоит поучиться у неё? А то как это выглядеть будет: она выйдет образованной и дипломированной ведьмой, а я лоботрясом каким-то». Катина тяга к знаниям ударила по самолюбию Мирослава. Ему не хотелось быть глупее девицы, которая вообще не должна быть умнее мужчин.

– Могу я взять одну из книг? Ты же не все читаешь?

Катя положила перед Мирославом две книги. Мирослав взял ту, что выше лежала. Прочитал название книги: «Боевые заклинания и приёмы для новичков». Мирослав усмехнулся, но всё же открыл и стал читать, хотя любую теорию стоит закрепить практикой. Мирослав понадеялся, что хоть что-то запомнит из чистого чтения. Вот так они читали до самого ужина. Правда Катя от тёмных существ перебралась на теорию по магии, а Мирослав взял книгу по тёмным существам.

А тем временем наш магистр на пару с Наумом бродили по лесу. Коней брать не стали. Лишние жертвы им не нужны.

– Это точно был упырь?

Спросил Наум, либо прошло два часа, а они так и не нашли упыря.

– Даже если не упырь, то это нечто напало на мою внучку. Я так просто не дам этому жить и дальше.

Наум закатил глаза. Константин слишком драматизировал. Сам оттолкнул Катерину, а сейчас рвётся на подвиги, чтобы показать, какой он хороший дедушка и может постоять за свою внучку.

– Надо было Катерину взять с собой. Точно бы тогда нашли.

– Сдурел? Мою внучку использовать как мишень.

– Ой, она и так живая мишень.

Отмахнулся Наум. Маг искал следы упыря, изучая каждую травинку, но пока без результатов. Зато впереди виднелись кресты. Наум пошёл быстрее вперёд, крикнув Константину.

– Впереди захоронения. Если это действительно был упырь, то мы поймём по его могиле.

Наум добрался до тех захоронений. Их было всего семь. Кого-то похоронили именно в этом лесу. На крестах были надписи людей, которых похоронили примерно 100 лет тому назад и более. Наум изучал могилы. Константин только сейчас подошёл и странно посмотрел на эти могилы.

– Откуда здесь могилы? Я при приходе в академию изучал этот лес. Никаких могил тут не было.

– Скорее всего, их кто-то сюда перенёс. А это значит, на каком-то кладбище пустуют места. А упырь всё-таки где-то бродит. Пятая могила пустует.

Заметил Наум, раскапывая руками землю. Под ней никого не было. Могилы перемещали вместе с их крестами и гробами. Тот, кто потревожил мертвецов, явно спятил. Это каким психом нужно быть, чтобы так неуважительно относиться к давно умершим. Данная находка ни Науму, ни Константину не нравилась, они прочистили весь лес, но упыря так и не нашли. Пришлось возвращаться в академию. Они очень жалели, что не нашли эту нечисть. Ведь те, кто поднял из могилы упыря, могли по магической нити привести прямо к себе. Но те злыдни очень умными оказалась, раз перестраховались и куда-то спрятали упырёныша.

– Надо будет ещё раз просмотреть лес. Упырь просто не мог пропасть без следа.

Сказал магистр. Наум был полностью с ним согласен. Однако следующие пару вылазок также прошли безуспешно. Магических следов на раскопанной могиле не было. Но зато они обезвредили другие трупы на тот случай, если некромант захочет натравить на Катю остальных мертвецов. Долгие минуты просили господа бога прощения за то, что им пришлось так осквернить покойников.

Катя и Мирослав же за эти пару дней продолжали читать и что-то пробовать на практике в тренировочном зале. Катя начала лучше чувствовать свою магию и использовала её, чтобы попробовать что-то из учебника. Так, они выучили щит – то, что использовал Крив, когда защищал Катю от беса. Единственное у Кати щит более невидимый, поскольку она обладает стихией воздуха, но если захотеть, то можно увидеть. Ещё Катя выучила боевой пульсар, Мирослав же научился более шустро пользоваться своей стихией, а не по три часа собирать сначала воду по округе, а только потом формировать что-то, что уже не такой успех в себе несло. Так что Мирослава можно было поздравить, он теперь не только мечом владел, но и мог в противника простейший пульсам кинуть.

Для тренировки они кидали по очереди друг в друга пульсам, призывая щит. Это очень помогало и развивало магию. Правда за пару дней их сила не так сильно увеличилась, но всё было только впереди. Катя в секрете от Мирослава выучила пару полезных приёмов, чтобы иметь несколько козырей в рукаве.

Наступил приёмный день, когда все студенты приезжали и заселялись в общежития. А значит, послезавтра – день выбора, студенты будут распределяться по факультетам. Магистр вызвал Катю и Мирослава через домового, который всю академию уже прошуршал. Катя за это время уже успокоилась, хотя решила всё-таки придерживаться своей тактике, а именно не зависеть от дедушки. Катя села на правый стул, Мирослав, разумеется, на левый. Катя между тем делала вид, что её заинтересовал несуществующий маникюр на ногтях. На дедушку смотреть не желала.

– Сегодня приёмный день. Думаю, вы знаете, что это означает. Наступают учебные дни. У меня, к сожалению, не было времени в эти дни, чтобы уделять вам должного внимания. Да и боюсь, что после будет куда меньше. Каждый из вас пойдёт по своему пути, Мирослав, уверен, займёт пост среди воинов, а Катя станет отличным артефактором, как стала в своё время Агния.

Катя закатила глаза. Спорить с дедушкой ей не хотелось. «Как же я хочу утереть всем нос и оказаться на том факультете, что все сразу поймут, что мы, девушки, способны на большее. Может, попробовать самой занять место среди воинов? А что, для такого мира самое идеальное место». Катя молчала. Она решила не говорить с дедушкой, если тот сам к ней не обратится.

– Сейчас во время приёма вам следует прогуляться до ближнего города и прикупить всё необходимое для учёбы. Мирослав, я надеюсь ты видел, как выглядят торговые лавки.

Мирослав развёл руками.

– А то, как же.

– Тогда сможешь показать Кате лавку. Пока не забыл, вот.

Магистр открыл верхний ящик своего письменного столика и достал оттуда четыре красных мешочка с кристалликами и поставил перед Катей.

– Местные деньги.

У Кати чуть челюсть не отвисла. «Ничего себе дедушка решил откупиться передо мной». Катя чуть не подавилась от такой наглости со стороны дедушки.

– Мне столько не нужно. Лучше отсчитай, сколько мне понадобится для канцелярии. Меня не купить, магистр Огнев.

Катя отодвинула мешочки от себя. Её взгляд сулил лишь презрение и обиду. Магистр тяжело вздохнул. Сердце вновь заболело. Магистр пододвинул мешочки обратно к внучке.

– Это не мои деньги, Катя. Это материальная компенсация твоих утопителей. Вчера вечером почтарь их привёз. Так что все кристаллики лично твои.

Катя с недоверием посмотрела на дедушку. «Мне, конечно, нужны местные деньги, но по мешкам видно, что в каждом немало лежит. Только вот если это подкуп, ни за что не возьму». Принципиально размышляла Катя. Магистр держался, чтобы не закатить глаза.

– Даю слово, что это не мои деньги. Просто после того, как тебя унесли, я назначил штраф всем, кто приложил руку к твоему утоплению. В каждом мешочке по 300 кристалликов должно быть. Этого вполне хватит на самостоятельную жизнь. Бери и не думай ничего лишнего.

«Ладно, раз не подкуп, то я возьму их. Я тогда такого страха натерпелась». Катя приняла деньги. Что касается магистра, то он всё-таки добавил в каждый мешочек своих денег, но решил не говорить об этом внучке.

– Спасибо.

Сказала Катя. Магистр также протянул список того, что ей может пригодиться на рынке, даже отметил, у кого можно купить по выгодной цене. Листок взял царевич.

– Можете за Катерину не переживать, я за ней присмотрю.

Сказал Мирослав. Магистр ему кивнул. Катя убрала мешочки к себе в сумку. Они вышли из кабинета, а там уже на конюшню пошли.

– Может, в этот раз на моём коне поедем и не будем брать телегу?

Предложил царевич. Катя, немного подумав, согласилась. Царевич помог Кате залезть на коня, после чего они поскакали до Лоська, добравшись наконец-то до рынка. В итоге Катя смогла приобрести всё, что ей необходимо было как для учёбы, так и для радостного времянахождения в своей комнате, где по ощущениям было, что она в психбольнице.

Она приобрела 20 тетрадей с 108 страницами – для этого мира это был максимум. Отличие от обычных тетрадей было в том, что обложки их более прочные. Катя специально взяла с кожаным переплётом. По словам продавца она поняла, что кожа была сделана на магии, что очень радовало. Также она купила 5 перьев для написания, к ним же запаслась чернилицами синего оттенка, а также взяла необычные чернила: голубые с блесками, сиреневый со стразами какими-то в форме сердечек и звёздочек и нежно-розовые с необычным переливом на красный. Она не знала, зачем ей эти чернила, но взяла как диковинку. Чуть позже она нашла волшебные перья с бесконечными чернилами. Катя сразу же взяла две штуки таких.

Далее она приобрела пенал, напоминающий больше свёрток, который сворачивался трубочкой и завязывался верёвочкой. Кроме этого, она купила 10 простых карандашей, набор цветных карандашей, что-то похожее на фломастеры, но при этом в форме кисточек, по упаковке обычной и пергаментной бумаги, ластик в форме синего кристаллика и волшебный ластик, стирающий чернила. Также взяла магический клей – одна капля и одна искра вашей магии, и объект будет склеен, так сказал продавец; металлические ножницы, пару компактных кинжалов, три симпатичных ярких узорчатых подушек, два покрывала – зимнее и обычное, канделябр бронзовый с пятью свечами, красивые тканевые шторы нежно-зелёного цвета, небольшой коврик тёмно-зелёный с цветочками, пару лежанок-подушек для своих любимиц, кое-какие вещи и, самое главное, это меч. Тут Мирославу пришлось проявить интерес и помочь подобрать самый лучший. Продавец тут же посуетился, нашёл удобный поясок с ножной, помог прикрепить Кате на себе, а ещё ей продали мини-аптечку, ну и, конечно, она не забыла про ящик для сладостей.

Вы бы видели глаза продавцов, когда все покупки она впихивала в свою сумку. Ещё больше дивились, когда это всё влезало и ещё место вроде как оставалось. Кате очень нравился эффект сумки с бесконечным дном. «Где же ты сумочка раньше была?» Катя приобрела ещё одну сумку, чтобы таскать её на занятия. В общей сложности у неё на всё ушло 11 небесных, 32 хрустальных и 95 травянистых кристалла. Если округлить, то Катя потратила всего 12 кристалликов, а это всего лишь 1% данной ей суммы от деревенских. «По-моему, дедушка с компенсацией переборщил. Мне этого хватит на лет 10 так точно. Можно даже не уходить из этого мира, а обустроиться здесь. А что, буду зарабатывать на работе мага, куплю себе какой-нибудь простенький домик в городе и буду жить шикарно без связей дедушки». Размечталась между тем Катя, вовсю планируя свою жизнь в этом мире.

Мирослав также купил кое-какие вещи. Единственное пришлось временно сдать на хранение в Катину сумку. В академию они прибыли только к ужину. Так что, когда Катя вошла вместе с Мирославом в свою комнату, там появились новые соседки. Соседки так и замерли, с удивлением уставились на царевича и на рядом стоящую Катю. «Чёрт, закончились свободные деньки. Теперь, чтобы умыться, придётся вставать ни свет ни заря. Или, может, наоборот попозже. Я, как понимаю, им нормально вставать до первых петухов. А значит, всё будет занято в это время. Тогда у меня появится свободная минутка для сна. Чёрт, надо царевича уводить из комнаты, а то таращатся так, что аж страшно». Катя помахала ручкой девочкам.

– Привет.

Девчонки, продолжая таращиться, тоже помахали Кате. Царевич наклонился к уху Кати и шёпотом сказал.

– Слушай, может, уйдём в мою комнату. А то, боюсь, у твоих соседок челюсть выпадет.

Катя вытолкнула поспешно царевича из своей комнаты. По белоснежному коридору расхаживали девушки. Их сундуки заносили отцы, братья да деды. Кто у кого есть. Катя взяла Мирослава за руку, но не потому, что испугалась, а потому что не хотела, чтобы девочки с неустойчивой психикой напали на царевича.

– Уходим, пока не заметили.

Шикнула Катя через плечо царевичу. Мирослав полностью был согласен с Катей. Да только в мужском общежитии также вовсю заселялись. Так что там тоже было кому поглазеть. Некоторые студенты даже собирались группками и шептались. А Катя между тем подмечала тот факт, что в мужском общежитии намного больше цветов присутствовало: полы были медового цвета, по центру застелен темно-медового цвета ковёр. У каждой двери по центру висел щит с двумя мечами. «Судя по всему, девушек специально поселили в абсолютно белое общежитие, чтобы показать, как они, мужчины, относятся к тому, чтобы мы, девушки, учились в академии. А это весьма обидно. Хоть специально возвращайся в свой мир, закупайся баллончиками с краской и как варвар разукрашивай женское общежитие. Или стоит попробовать собрать девушек в какой-то комнате и самим уже обычной краской придать красок. Деньги у меня, в принципе, есть. Потратиться немного для комфортного проживания, зато девушкам после нас будет приятно находиться в академии. А то как в психбольнице живём». Размышляла Катя.

Мирослав завёл Катю в свою комнату. А там сидел Маломир и Деян. Они что-то оживлённо обсуждали до того, как в их комнате появился царевич в компании Катерины. Маломир взъерошил левой рукой свою пышную шевелюру, которая и до этого воздушными волнами лежала до плеч, создавая ощущения цыганского паренька. Маломир выразительно улыбнулся Кате и таким бархатным голосом заговорил.

– Здравствуйте, Катерина. А мы как раз вас вспоминали.

Деян посмотрел на товарища, как на полоумного.

– Чего ты говоришь?

Спросил Деян с улыбкой, смеясь над реакцией друга. Маломир махнул рукой на Деяна. Катя мысленно спряталась за Мирославом.

– Катя ненадолго. Мы только вещи выгрузим. Катя, проходи. Деян, центральная кровать моя, двигай отсюда.

Тут же приказал Мирослав. Деян пересел на соседнюю кровать, присев рядом с Маломиром на кровать слева. Катя подошла к письменному столу Мирослава, который стоял между центральной и правой кроватью. Деян и Маломир просто сидели и наблюдали, как Мирослав спокойно и мило беседовал с Катей. После того как Катя достала из своей сумки последнюю вещь Мирослава, убрала свою сумку со стола.

– Вроде всё. Я пойду к себе. Встретимся на ужине.

Катя вышла из комнаты Мирослава и последовала к выходу из мужского общежития. Студенты продолжали перешёптываться и пялиться на Катерину. Такие взгляды были не очень приятными. «Да-да, я такая вот зараза, общаюсь с самим царевичем. Чувствую, учёба мне так просто не дастся». Подметила про себя Катя, удаляясь как можно скорее из общаги. Да только какой в этом смысл, если всего за 10 минут о ней даже женская общага уже шепталась.

Катя вошла в свою комнату. Соседок уже не было. Катя этому только порадовалась. Она достала из сумки все купленные вещи и разложила по местам. Не сказать, что всё поместилось в рабочий стол, но ведь для этого взята запасная сумка, а бездонную можно убрать для сохранности в сундук, который только она могла открыть. Она вновь поблагодарила бабушку за такой хороший подарок.

Пока её новые соседки где-то гуляли, Катя повесила шторы на окна, завязав их красивыми ленточными и прочными шнурами. Канцелярию распределила на два ящика, сладости убрала в третий ящик. Свою кровать Катя преобразовала, застелив обычным покрывалом тёмно-зелёного цвета с золотыми цветочными узорами, и положила три подушечки: красную, синюю и жёлтую. На свой письменный стол поставила канделябр, на пол положила два лежака для своих любимиц, прямоугольный коврик постелила у своей кровати, одежду убрала в сундук. В новую сумку она положила мини-аптечку, один кинжал, пять тетрадей, пенал со всем содержимым, пару обычной бумаги и пергаментной. Повесила на спинку стула, а свою основную сумку убрала в сундук для надёжности, а то кто знает, с кем ей иметь дело. Катя довольно посмотрела на созданный ей уют в своём уголке.

Её соседки вернулись, когда Катя вовсю переписывала теорию из книги боевой магии. Девочки с удивлением посмотрели на яркость её половины комнаты, ну и на шторы, ведь те украшали оба окна у письменных столов. Катя оторвалась от учебников и обратилась к девочкам.

– Надеюсь, вы не против, если я придала этой комнате красок?

Девочки покачали головой. Катя встала со своего рабочего стола и подошла к девушкам, чтобы наладить минимальный контакт с теми, с кем ей предстоит в ближайшее время делить апартаменты. Катя динамично протянула свою ладонь, представившись.

– Катерина Светлова, жительница иного мира, будем знакомы.

Девочки не торопились знакомиться. «Не хватало мне тут выскочек ещё. Если не пойдут на контакт, то не представляю, как я буду устраивать этой академии переворот». Размышляла Катя. Ей не очень нравилось повисшее напряжение.

– Если вы не хотите знакомиться из-за того, что привела парня в женское общежитие, то прошу прощения. Мы просто ходили в город, чтобы прикупить канцелярию для учёбы. Так вышло, что все вещи его были в моей сумке. Ничего дурного о нас не думайте.

– Значит, вы просто общаетесь?

Спросила миловидная девушка, внешне походила на совсем юную девушку. Она обладала тёмно-серыми глазами и тёмно-русыми волосами, убранными в длинную косу белой лентой. Она была одета в тёмно-синее платье с корсетом, который туго затягивал талию, не давая толком дышать, юбка была слегка пышной, декольте было закрытого типа, а рукава обладали пышностью и неудобностью.

– Конечно. Не думаете же вы, что я могу что-то такое крутить с самим царевичем. Он парень не моего полёта. Я всего лишь иномирянка. Просто в моём мире девушки и парни спокойно могут общаться, и никто за это осуждать не будет.

Объяснила Катя, желая парой приятельниц всё-таки обзавестись. Та девчонка, что рискнула заговорить, слабо пожала руку Кати.

– Виктория Благородская, дочь губернатора города Лоська. Могу считывать эмоции на небольшом расстоянии.

«Эмпатка, значит. Хорошо. Значит, легко найдём общий язык». Порадовалась Катя сговорчивости Виктории. Другая девушка неуверенно протянула ладонь и смущённо представилась.

– Мила Аминова, у меня в роду были ордынцы, но я родилась и выросла на Руси. Правда, многих местных жителей пугает моя внешность.

Сказала Мила. Она обладала чёрными волосами, убранными в тугую косу, почти тёмным цветом глаз, шикарными чёрными бровями, кожа имела слегка желтоватый оттенок. У неё была очень милая внешность. Но она была весьма зажатая и стеснительная, а ещё её тело целиком и полностью закрывал чёрный сарафан с горлом, что говорило о том, что она не крестьянской семьи. «Обычных девушек на учёбу не отпускают. Вот это справедливость ко всему русскому народу. Мы дадим вам шанс учиться, но перед этим внесите налог, чтобы получить минимальные знания». Поражалась Катя данной политике в этом мире. Катя пожала крепко ладонь Миле.

– Приятно познакомиться.

«Бедные девушки, это полная тоска. Им самим так удобно ходить?» В замешательстве смотрела Катя на одеяния соседок. Катя решила взять ситуацию в свои руки.

– Слушайте, девчонки, а вы никогда не думали сменить стиль. Я понимаю, по правилам приличия именно так должна одеваться девушка, но у меня есть пару свободных сарафанов, думаю, в них вам будет куда комфортней учиться.

Девочки неуверенно переглянулись, по их лицам было ясно, что они об этом думали. Катя закатила глаза и лишь посмеялась.

– Эх вы, всё с вами ясно. Хорошо, дело ваше, только вам мой совет. Если не хотите, чтобы мода и дальше диктовала свои стандарты, то советую переодеться и показать, что простота никого ещё не страшила. Или вы здесь, как большинство девушек, за женихами пришли?

Спросила Катя, садясь обратно за учебники. Мила и Виктория присели на свои кровати.

– А зачем ещё девушки приходят учиться в академию?

Спросила гордо Виктория.

– Да, разве ты не за этим же сюда пришла?

Спросила уже Мила. Катя повернулась к девочкам, сев полубоком на стуле.

– Не поверите, но я намерена окончить военный факультет и стать первой девушкой-воином.

Глаза девушек округлились. Катя вновь усмехнулась. «Куда я только попала? Старый век, девушки ни о чём другом даже подумать боятся. Как же мне их подтолкнуть свершать подвиги, а не пылиться на базовом курсе».

– Маг – это тот, кто имеет свободу выбора. Вы – обе магички, а значит, как и мужчины, можете выбирать что-то новое. Вот наверняка каждая из вас мечтает о чём-то большем, чем только выйти замуж. Так почему же этому просто не дать сбыться?

Девочки молчали. Катя поняла, что не имеет никакого смысла разговаривать с девочками, а затем у неё пришла идея.

– А вы читать любите?

– Только любовные романы.

Ответила Мила.

– Мы же всё-таки девушки.

Сказала Виктория, а у самой мина на лице. «Угу, кому-то всё-таки не нравится такая перспектива». Катя взяла стопку книг, которую взяла в эти два дня у библиотекаря, и подошла к девочкам.

– Сделаем так. Я дам вам почитать одну из этих книг. Вы их почитаете и сами поймёте, что замужество имеет смысл, но и о своих интересах не стоит забывать. Выбирайте, что вам нравится.

Катя выложила книги на левый письменный столик. Девочки посмотрели на то, что им Катя предоставила. Милу тут же зацепила книга про артефакты. Она не понимала почему, но руки сами потянулись к этой книге. В глазах загорелся небольшой огонёк интереса. «Первая есть». Отметила про себя Катя. Виктория всё ломалась, боялась, что семья её за это осудит. Катя положила ладонь на её плечо.

– Я никому не скажу. Обещаю, если в итоге ты выберешь замужество, то ничего страшного. Просто для разнообразия попробуй почитать хотя бы немного.

Виктория грустно улыбнулась и взяла книгу по магии для новичков. Девочки открыли книги и начали читать. Катя собрала оставшиеся три книги и вернулась к своему письменному столику. «Чтобы достичь цели, надо начинать с маленьких шажочков. Надеюсь, у них проснётся интерес к учёбе, ведь тогда я смогу вместе с ними и дальше внушать девочкам, что замужество может и подождать. Ведь это так прекрасно – быть не тем, кем тебя годами лепят. Мы, девушки, тоже личности». Катя открыла книгу по бою оружием. Поскольку время было позднее, то через пару часов Мила и Виктория переоделись в ночное одеяние и легли спать, а Катя продолжила изучать технику боя. Рядом на столе появился домовой.

– Ты заставила аристократок почитать умные книги?

– Я их не заставляла. Каждая девушка мечтает о невозможном. В нашем случае это выйти за рамки того, что люди привыкли.

Объяснила Катя домовому. Она посмотрела на спящих соседок. «Надо снять с них всю эту тяжесть с себя. А то что это получается? Деревенские девушки – хозяйственные лошадки, на которых весь дом держится, плюс ещё дети при наличии. А девушки, что побогаче, – красивые статуэтки, которые целыми днями сходят с ума от скуки». Кате было их жаль, ведь она жила в нашем мире. А девушки этого мира были весьма ограниченные.

– Думаешь, тебе удастся всё изменить под лад нашего мира?

– Не всё, но постараюсь расширить права девушек и изменить мировоззрение людей. Мы, в конце концов, не рабыни. Способны и на большее.

Твёрдо сказала Катя. Глаза стали уставать. «Мне нужен тренировочный зал. Так я не научусь бою на мечах».

– Проводишь до тренировочного зала? Только для боя с холодным оружием. Хочу потренироваться.

Катя встала со своего стола. Она призвала свою стихию, затушив свечи.

– У меня дурное предчувствие.

– А мне необходимы уроки по мечу. Сомневаюсь, что преподы по бою с мечом будут лояльно ко мне относиться. Я должна быть готова к тому, что мне придётся выбивать насильно своё место тут.

Не стала Катя слушать домового. В конце концов, они находятся в академии. Что ужасного может с ней произойти в тренировочном зале? Домовой тяжело вздохнул.

– Не забывай о своём обереге. Пошли.

Домовой проводил Катю до зала, где для тренировки с холодным оружием стояли манекены. Однако Кате предстояло сначала научиться держать меч в руках. Катя поставила ноги на ширине плеч, вытащила меч из ножна. Она согнула локти, придерживая их ближе к телу, дальше пробовала разные виды нанесения удара меча. Благодаря Мирославу, она подобрала не тяжёлый меч, но очень эффективный. Разумеется, из-за непривычки получалось весьма неуклюже, и если бы её ноги не стояли на ширине плеч, то она бы давно упала.

Домовой сидел с книжкой рядом и следил за ошибками, говоря, где неточность. Катя старалась перемещаться с мечом словно в танце, либо так было проще запомнить. Она выполняла выпады вперёд с мечом и выпады назад, чтобы ни за что не попасть под лезвия противника. Меч хоть и не тяжёлый, однако через пару часов мышцы начинали ныть, пот с неё просто стекал. Катя отказывалась уходить спать, упрямо выполняла нужные упражнения для эффективного боя с мечом.

– Может, пойдёшь в душ и на боковую?

Предложил домовой. Катя покачала головой.

– Я должна тренироваться!

Воскликнула Катя домовому. Однако уже через час её тело настолько устало, что Кате пришлось закончить тренировку. Её лицо было целиком красное, она часто-часто дышала. «Завтра продолжу тренировку, я должна попасть на воинский факультет». Упрямо подумала Катя, убирая меч в ножны. Она сначала приняла душ, а после легла спать. После тяжёлой тренировки проснулась в полдень. Мышцы ужасно болели. Вставать совершенно ей не хотелось. Проспать весь день было очень заманчивым, однако планы разрушил домовой.

– Катя, вставай, тебя ищет Мирослав.

Катя тяжело вздохнула.

– А чего меня искать? Или он забыл, где женское общежитие?

Проворчала Катя, вставая с кровати.

– Нет, боится, что заселённые девушки разнесут его на куски. Он всё-таки царевич, а здесь много девушек, желающих выскочить замуж.

Катя усмехнулась.

– Бедный. В ванной комнате есть кто-то?

– Нет. Часть девушек сидят в общей комнате, кто-то вяжет, кто-то браслетики плетёт, а кто-то крючком вяжет. И через группу девушек слышится твоё имя. Но могу тебя порадовать: твои соседки перевели сплетни в другое русло.

Катя встала наконец-то с кровати и переоделась из ночного одеяния в джинсы с футболкой.

– Не понял.

Сказал домовой, видя на Кате знакомую одежду из Советки.

– Что ты не понял? Сарафаны нужно ещё постирать. Да и фехтовать в юбке неудобно. Пускай привыкают видеть девушек в джинсах. Глядишь, штаны войдут в моду.

Катя достала сапоги, купленные на рынке. Нехотя ушла в ванную комнату и привела себя в порядок, а затем вернулась в комнату за сумкой и поясом с мечом. Второй кинжал, который лежал в основной сумке, она достала и убрала в ножны, пришитые внутри сапога. Пока Мирослав покупал себе набор метальных ножей, Катя попросила одного мастера пришить ножны, чтобы она была во всеоружии. Лишняя осторожность никому не повредит. Катя довольная вышла из своей комнаты. Домовой появился вновь рядом с ней.

– Я посмотрел. Мирослав сейчас находится у главного входа в академию. Не знаю, что надумал он, но будь осторожна.

Попросил домовой. Катя затормозила. «У входа? Что он надумал? Так, кинжалы при мне, меч на месте, книжку по тёмным существам взяла собой». Проверила Катя свой боевой арсенал. Единственное она вернулась в комнату и взяла свою тёмно-серую мантию, которую купила на рынке. Только затем пошла к входу. Мирослав вовсю ждал её, не понимая, чего так долго.

– Привет.

Крикнула Катя Мирославу. Мирослав повернулся к Кате. Одежда на Кате его поразила, но она с такой уверенностью шла, что царевич не увидел ничего постыдного в данном прикиде, но подметил, что одежда родом из Советки ему нравится. А ещё он увидел мешки под её глазами. «Книги, что ли, допоздна читала? Во сколько она легла?» Задавался вопросом Мирослав, не подозревая то, что Катя ночью тренировалась управлять мечом. Домовой секреты своей хозяйки выдавать не стал. Для Беляка главное, чтобы Катя могла за себя постоять. Хотя был бы не против, если она, как другие девушки, нашла бы себе кого-то и вышла замуж, хоть за самого царевича. Вон, как смотрит на Катю.

– Это что за одежда?

– Джинсы и майка. В моём мире большая часть девушек именно так ходят. Правда, на них одета такая широкая кофта с капюшоном, бесформенная. Но я такую вещь за одежду не воспринимаю, не люблю, в общем.

– Хорошо, что ты в этом во дворец не явилась. У царицы точно бы случился инфаркт.

Мирослав вышел из академии. Катя последовала за ним.

– Для чего ты меня искал?

Спросила Катя. Она была рада, что с появлением друзей он пока ведёт себя как прежне, а то боялась увидеть снова того царевича, с которым невозможно общаться.

– Хотел предложить прогуляться до леса.

Ответил Мирослав. Катя затормозила.

– За-чем?

По слогам спросила Катя. Мирослав думал, как ответить, чтобы не выдать конкретную цель.

– Потренировать твои магические способности.

Сказанул Мирослав. Катя со скепсисом на него посмотрела. А затем, будто поправляя прядь волос, сконцентрировала свою магию и поймала разговор Наума и Константина.

– А я говорю, что это плохая идея.

Кричал Константин на Наума.

– Мы только так найдём того упыря.

Не отступал от своей идеи Наум.

– Найдём без моей внучки, она не мишень.

Катя достаточно услышала и разыграла перед Мирославом, что охотно ему верит, изображая на лице улыбку.

– Хорошая идея.

«Значит, моя цель – притянуть упыря? Что же, я его притяну и кинжалом убью. Главное, чтобы у меня духу хватило. От этой нечисти такая вонь была. Просто кошмар какой-то». Катю слегка передёрнуло. Мирослав пошёл с Катей в лес в поисках упыря. Однако от их хождения ничего путного не выходило. «Как назло, сегодня вся нечисть закончилась. А я так хотела проверить свой кинжал с серебристым покрытием. Вот ведь не везёт так не везёт». Поникла Катя. А ведь у неё по плану сегодня пообщаться с девушками в общежитии. Вдруг удастся больше двух воззвать к новой эре. В это время Виктория и Мила как раз шли в библиотеку за учебниками и кое-какими книгами.

Катя и Мирослав вытоптали часть леса, пока не увидели лежачие тела вдалеке. «Это трупы?» С ужасом подумала Катя. Мирослав интуитивно встал впереди Кати, скрывая её за своей спиной.

– Зрелище не для слабонервных. Постой пока здесь, а я посмотрю, что там.

Катя не стала спорить с Мирославом, позволила пойти вперёд. Она закрыла глаза и сконцентрировала свою магию, становясь на время будто сама воздухом, распространяясь везде, где ей вздумается. Она поплыла далеко вперёд Мирослава. На земле лежало около десяти тел, убитых упырем. Это были студенты, зачисленные в академию вчера, которым не посчастливилось сегодня.

Упырь находился чуть прямее и левее. «Попался». Катя открыла глаза. Мирослав только дошёл до тел. Катя усмехнулась над ним, а затем решилась и пошла на подвиг. В конце концов, она знает, как победить упыря, правда никогда этого на практике не делала, но зато сейчас закрепит. Катя пошла чётко по диагонали в сторону упыря. Дойдя, скрылась за кустом. «А теперь я достаю кинжал из сапога и заношу ему в грудь, после чего упырь падает на землю. Фух, ну и вонь от него. Невозможно». План был замечательным, осталось привести его в жизнь.

Однако упырь резко повернулся к Кате, издав ужасный рык. Душа Кати так и ушла в пятки. Она на секунду вспомнила, что не такая смелая и вообще не готова для решающего шага. Катя ринулась влево, не желая пасть от зубов упыря. Упырь помчался за ней. Катя, как и в прошлый раз, швыряла в него всё, что видела по дороге, но неожиданно споткнулась об корень дерева, которого секунду назад не было.

Катя упала лицом на землю, времени лежать не было. Она перевернулась на спину и достала из сапога кинжал. Упырь навис над Катей, его когти прижимали мёртвой хваткой к земле. «Сейчас, или быть съеденной» Подтолкнула саму себя к каким-то действиям, чтобы не стать кормом упырю. Взяв поудобнее кинжал, она воткнула кинжал в самое сердце – если бы оно было у мертвеца. Когти упыря исцарапали руки Кати.

Катя отпихнула упыря, пнув обеими руками. Кинжал с серебристым покрытием сыграл на руку. Упырь был убит. Катя лежала на земле и приходила в себя, отдыхиваясь после такого. Её немного трясло, а ещё вырывался нервный смех. «Ещё немного и я была бы мертва». Ссадины на обеих буквально горели. Мирослав, который до этого осматривал трупы, заметил отсутствие Кати, после чего пошёл её искать. Благодаря рыку, искать долго ему не пришлось. При виде лежащей Кати на земле его чуть удар не хватил.

– Катя!

Крикнул Мирослав, подбежав к её телу. Катя слабо ему улыбнулась, а затем так спокойно ответила.

– Я его убила.

Мирослав посмотрел на рядом лежачего упыря, в который был воткнут кинжал. Он поморщился. Вонь по-прежнему стояла.

– Ходить можешь?

– Конечно. Просто решила полежать немного.

Катя стала подыматься на ноги. От движения руками раны ужасно загорели. Катя прикусила изнутри щеку, чтобы не заорать. Мирослав помог ей подняться. Катя заметно побледнела. «Похоже, упырь занёс в мой организм инфекцию. Чёрт». Катю крутило от боли очень хорошо. Мирослав вытащил кинжал из тела упыря, да вытер об траву всю эту гниль. Отдал кинжал Кате, которая тут же убрала в сапог. Мирослав усмехнулся. Только состояние Кати никак не веселило его. «Нужно срочно отнести её в лазарет». Подумал Мирослав, оценив состояние Кати так, что она просто не дойдёт. Не спрашивая её, он одной рукой коснулся до её спины, а другой подхватил у ног, взяв тем самым её на руки.

– Подожди, ты чего делаешь?

– Несу в лазарет.

– Не надо. Я сама.

Упрямо отпихивалась Катя от Мирослава. Но шевеление рук такую боль ей приносило, что слёзы без разрешения шли. «Чёрт. Нельзя плакать. Не перед царевичем». Мирослав понёс Катю в сторону академии. Всё это время Наум и Константин ждали на улице у входа в академию. Катя совсем уже бледная была. У магистра сжалось сердце, Наум его утешал. Когда Мирослав поравнялся с преподавателями, магистр буквально налетел на царевича.

– Что ты сделал с моей внучкой?

Закричал магистр. Царевич виновато опустил глаза. Он понимал, что был виноват, но не знал, что сказать в своё оправдание. Магистр смотрел на тело внучки, мертвецы и то краше выглядят. Катя лежала без сознания.

– Отнеси её в лазарет. Поговорим позже. Упыря где нашли?

Спросил магистр, не желая терять время.

– В левой области леса. Сначала увидите тела убитых, а чуть подальше лежит тело упыря. Катя его зарубила.

Пояснил Мирослав. Магистр хотел было расспросить, но не до того было. Он лишь кивнул.

– Позже тебя расспрошу. А теперь позаботься о моей внучке, раз не смог защитить снова.

Последнее слово магистра прошлось по Мирославу, словно ударом пулей в самое сердце. Он знал, что не самый лучший воин, но откуда ему было знать, что Катя пойдёт в одиночку на нечисть. Мирослав крепко прижимал к себе тело Кати. По дороге в лазарет ему повстречался Крив и Маломир. Оба были в шоке при виде Кати, до самого лазарета решили ни о чём не спрашивать.

А вот как в лазарете смотрели, это надо видеть. Конечно, ещё учёба не началась, а уже раненные студенты пошли. А тут и вовсе студентка. Два лекаря тут же принялись лечить пострадавшую, выставив перед этим Мирослава за дверь. Мирослав облокотился спиной об стену и молился, чтобы она выжила, что успел принести вовремя. «Пожалуйста, пускай она выживет». Просил он её ангелов-хранителей о помощи.

Глава 7. Кто сказал, что девушкам в воины нельзя?

– И что с Катериной произошло в этот раз? Против кого схватка была?

Спросил Крив, помня битвы с бесом до сих пор. Катя тогда также пострадала.

– Против упыря. Пока осматривал трупы, она улизнула и пошла биться в одиночку. Я ничего не успел сделать. Когда подошёл, упырь был убит, а Катя ранена.

Маломир присвистнул.

– Однако! Отважные девушки пошли.

Прокомментировал Маломир. На что Мирослав буркнул.

– Не отважная, а глупая. Магистр назначил меня её телохранителем, чтобы я убивал таких нечистей, как упыри. Вместо того чтобы позволить мне убить его, она пошла сама.

– А тебя это злит?

Спросил Маломир, смеясь на пару с Кривом над Мирославом. Мирослав лишь злобно на них зыкнул.

– Ты не понимаешь, Мир. Нашему Мирону просто не нравится, что какая-то девчонка смогла справиться с упырём.

Заговорил между тем Крив.

– Да ладно, девчонка? Мирон, ты теряешь навык, может, тебе стоит уйти из телохранителей.

Издевательски продолжил Маломир.

– Ты что? Его же совсем от удара хватит, если не он Катю будет защищать, а она его.

Маломир и Крив представили такую картину и стали ржать, будто лошади. «Мы ещё посмотрим, кто из нас телохранитель. Уж точно не она». Размышлял Мирослав.

На следующий день Катю выписали из лазарета. Мирослав хотел устроить скандал прямо у лазарета, как пришёл за ней, но Крив и Маломир не дали этого сделать. Маломир остался придерживать царевича, а Крив увёл Катю по соседнему коридору. Не хватало, чтобы по академии стали снова шептаться об отношениях Мирослава и Катерины.

– Мирослав на меня злится?

Спросила Катя, понимая, почему Крив увёл её подальше от Мирослава и сейчас ведёт в общий зал для выбора факультета. «Надо, что ли, защитными нарукавниками обзавестись, чтобы не попадать в лазарет из-за когтей упырей. Чёрт, я пропустила день тренировки. Придётся импровизировать». Подумала она.

– Есть такое. Вчера твой дедушка вызывал к себе и отчитывал за то, что он за тобой не уследил.

Ответил Крив. Казалось бы, ничего особенного в данной истории нет, но Крив с улыбкой будет вспоминать, как Мирослава обскакала девчонка, которая толком оружие даже держать не может.

– Оу, теперь понятно. Жалко, что ему пришлось гнев магистра на себе выдерживать.

– Да ничего. Полезно для развития ему будет. Но я восхищён тем, как ты смогла победить упыря. Очень смело с твоей стороны.

Похвалил Крив. Он, честно говоря, был сторонником, чтобы девушки также сражались с ними плечом к плечу, либо что здесь плохого?

– Да ничего смелого. Просто вычитала из книги про упырей. Поэтому и знала, куда бить и чем. Ты не представляешь, как я испугалась, когда упырь гнался за мной.

Сказала Катя, вспомнив изуродованное лицо упыря. «Чувствую, мне этот упырь в кошмарах будет сниться на пару с бесом. И чего мне так везёт на нечисть? Бабушка, что же произошло у тебя при жизни, что на меня кто-то ведёт охоту».

– Кстати, тебя вчера искали твои соседки. Не спрашивай, откуда я это знаю, но книги, которые ты им давала, пошли для них на пользу. Они даже в компании пары ребят смотались вчера на рынок и прикупили другую одежду. В общем, сама всё увидишь.

Сказал Крив, решая дать право Кате узнать всё самой. Они дошли до общего зала, в котором толпились все первогодки. Общий зал выглядел вполне просто, для навигации служили стрелочки и надписи. Каждый студент пробовал себя в том или ином факультете, и если им удавалось пройти факультативное испытание, то они автоматически принимались на данный факультет.

Катя с энтузиазмом смотрела на толпу студентов. Крив увидел заходящего Мирослава с другой стороны. «Надо воительницу уводить». Подумал Крив.

– Катерина, а вы на какой факультет хотели?

– На воинский.

– Думаю, нам пора туда идти. Я провожу.

Крив подталкивал Катю по правую арку, где не было очереди, поскольку испытания проводились во дворе – там больше места для будущих воинов. Принцип отбора был прост: надо просто показать себя в бою и при желании победить соперника, достаточно сбить его с ног. «Чтобы мне попасть на этот факультет, придётся постараться. А я как назло вчера не потренировалась». Энтузиазм Кати начал угасать, она понимала, что её стремления могут оборваться уже сейчас.

– Иди вперёд и не бойся. Тебе не должны отказать в поступлении лишь из-за того, что ты девушка.

Тихо сказал Крив, наклонившись к Кате. Та слабо ему улыбнулась. Она сделала вдох и выдох. Правая рука легла на рукоятку меча. «В конце концов, мы все новички и толком не умеем сражаться». Катя пошла вперёд, чтобы попробовать себя. Для испытуемых ничего особого на улице не поставили, было всего лишь большое зелёное поле. Магистр Боян и магистр Рамир стояли и смотрели на студентов, сражающихся на мечах, и студентов, бьющихся обычными пульсарами. Каждый зарабатывал своё место как мог. Катя лишь усмехнулась этим двум аспектам, собираясь попробовать себя в обоих испытаниях. Ей пришлось выстоять в очереди, прежде чем удалось дойти до магистров.

– Катерина Светлова, хочу пройти факультативные испытания.

Заявила Катя, как только наступил её черёд. Магистры с изумлением посмотрели на адептку. Девушек ещё не было, которые хотели бы поступить именно на этот факультет.

– Вы же в курсе, на какой факультет собираетесь попасть, адептка Светлова?

Спросил магистр Рамир. Он представлял из себя сурового мужчину: короткостриженый, с небольшой бородой да пышными усами. На нём была надета чёрная мантия, из которой торчал чёрный воротник рубашки. Рамир считался лучшим военным в своё время, пока не был серьёзно ранен в ногу. Пришлось уйти в отставку и пойти в преподаватели. Несмотря на свою хромоту, магистр отлично держал себя в форме, хоть сейчас выходи на поле битвы. Катя закатила глаза.

– Я отлично умею читать, магистр. И я в курсе, что здесь принимают на воинский факультет. Говорите, с кем биться, и я пошла.

Дерзкую и принципиальную решила играть Катя. Магистр Рамир недовольно на неё смотрел. Двое стоящих за ней парней с презрением смотрели, перешёптываясь. Катя не стала на них обращать внимание. Через толпу пролезал Мирослав, которого недовольная очередь не волновала.

– Это очень интересно будет. Рамир, давай не будем задерживаться и поставим юную даму с кем-то уже?

Заговорил вполне спокойно магистр Боян. Магистр представлял из себя простого и весёлого человека, в отличие от Рамира он был помельче и худее, кроме того, был куда моложе. Бояну ещё не приходилось служить в военной части. Магистр Боян сразу после окончания академии устроился работать профессором, оправдав своё звание магистра. У магистра Бояна были светло-русые волосы, свисающие до плеч, голубые глаза, одет был в чёрную мантию, как и магистр Рамир.

– Хорошо. Пускай пробует.

Проворчал магистр Рамир, не желающий принимать какую-то девицу на мужской факультет. Мирослав растолкал наконец-то всех стоящих студентов, добравшись до Кати. А затем с суровым и хмурым видом встал рядом.

– Я готов выйти с Катериной на бой.

Заявил царевич, да так, что магистры не стали спорить. Просто жестами рук показали на поле, приглашая тем самым на битву. Магистр Рамир смотрел с уважением на царевича, а вот магистр Боян с опасением на Катю. Энергетика Мирослава не внушала доверия.

– Адепты, ваша цель показать себя в бою. Адептка Светлова, постарайтесь продержаться в бою больше минуты.

Сказал магистр Боян.

– А если удастся победить противника, то я сам лично впишу ваше имя в воинский факультет.

Пообещал магистр Рамир, не особо веря в адептку. Катя кивнула.

– Ловлю на слове, магистр.

Сказала Катя и пошла вперёд. Отойдя на приличное расстояние, она повернулась лицом к Мирославу. «Эта зараза сейчас специально будет меня валить, чтобы я не попала на факультет. Против его умения я буду бесполезна. Да и я толком сражаться не умею, к тому же. Я обязана показать всем, что мы, девушки, способны-таки меч в руках держать». Пока Катя обдумывала свою тактику, Мирослав ухватился своей рукой за рукоятку меча. Катя неожиданно подняла руку, привлекая внимание магистров.

– Уже сдаётесь, адептка?

Спросил магистр Рамир. Катя покачала головой и опустила руку, а затем громко произнесла.

– При каких условиях бой будет закончен?

Спросила она громко, не смотря на магистра.

– До первой крови вас устроит? Во время боя можете использовать всю вашу хитрость и ловкость. Правила боя неограниченны.

Расщедрился магистр Рафир. Парни, стоящие в очереди, как истуканы уставились.

– Благодарю, магистр Рафир.

Поблагодарила задорно Катя магистра. Магистр Рафир лишь про себя усмехался. Мирослав чувствовал что-то неладное. Однако из-за задетого самолюбия он хотел отыграться, показав хотя бы в бою, как он злится. Ну и заодно показать всем, что он куда сильнее, чем размечтавшаяся девица, стоящая напротив него.

У Кати появился план. Она стала очень медленно вытягивать меч, показывая всем, что её сил не хватает, чтобы его достать. А когда достала, то он у неё ускользнул из рук и упал на землю. Парни, наблюдавшие за боем, посмеивались. Мирослав лишь покачал головой.

– Лучше сразу сдайся и не позорься. Девушкам не место здесь.

Сказал Мирослав, направляя меч на Катерину. Катя гордо отвернулась от него.

– Уж кому здесь не место, так это самовлюблённым и эгоистичным павлинам!

Катя присела резко к земле, взяла меч обеими руками и направила меч на Мирослава. При этом специально не держала локти поближе к телу, продолжая показывать перед всеми свою беспомощность, чтобы потом неожиданно нанести удар. Правда, она так и не решила, как совсем аккуратно ранить царевича. «Вот же дурёха. Ну надо ей так себя унижать перед всеми? Не умеет толком меч держать, а упрямо пытается что-то доказать». Размышлял царевич. Ему не хотелось вести бой с девушкой, он готов был в любую секунду отказаться от боя, но как это сделать, если Катя принципиально не отступает. Мирослав лёгким движением руки сбил оружие Кати в сторону.

– Сдавайся. Просто скажи, и я прекращу твои мучения.

– Никогда!

Мирослав закатил глаза. Катя отметила, как расслабленно сейчас стоял Мирослав. «Минута настала, осталось нанести удар». Она сделала шаг назад, а затем помчалась за мечом. Мирослав вальяжной походкой передвигался за ней. Смотрящие за шоу совсем заскучали. Катя подняла меч и повернулась лицом к лезвию меча Мирослава.

– Сдавайся, пока я ещё предлагаю. Потом сама же будешь плакать.

Катя изобразила испуг, она подняла свой взгляд, столкнувшись со взглядом Мирослава. Катя до сих пор не понимала как, но ей удалось изобразить перед всеми эту невинность и слабость. «Слава Богу, осознала свою беспомощность». Мирослав хотел убрать меч в ножны, переводя свой взгляд в сторону магистров, как Катя тут же переменилась: взяла правильно меч в правую руку на верхнем конце рукояти, а другую – на нижнем конце, поставила ноги на ширине плеч, локти прижала к телу, а затем сбила меч Мирослав из его рук, нанеся удар снизу по диагонали налево. Мирослав был в смятении.

Катя сделала шаг влево, а затем выпад мечом вверх по диагонали, пройдясь лезвием по щеке Мирослава. Пролилась первая кровь, и она принадлежала не Кате. Катя убрала меч в ножны и выпрямилась, на лице играла победная улыбка. Мирослав коснулся рукой до своей щеки, а затем опустил взгляд на ладонь и увидел свою же кровь. «С ума сойти. Когда успела-то научиться?»

Реакцию зрителей надо было видеть: стоят, разинув рты, и при этом никто ничего не говорит. Магистр Рамир не меньше был ошеломлён. Однако от своего обещания отказываться не стал и заговорил.

– Катерина Светлова принимается на факультет. Адепта попрошу остаться на месте. Следующий, на поле битвы.

Попросил магистр Рамир. Катя победоносно упорхнула от Мирослава к магистрам, довольная тем, что женская хитрость сыграла ей на руку. На поле битвы вышел следующий студент. Катя уже в ту сторону не смотрела и очень хорошо, либо тогда бы она столкнулась с убийственным взглядом царевича. Катя встала рядом с магистром Бояном. Магистр Рамир взмахнул рукой, доставая из воздуха свиток и перо. Магистр вписал Катино имя в свиток.

– Хочу сказать, Катерина, ваша тактика очень интересная, хотя парням бы я не советовал такое показывать на моих уроках.

Сказал магистр Рамир.

– В таком случае, может, стоит открыть женский отряд? Для эксперимента, так сказать.

Предложил магистр Боян, который с интересом смотрел на Катю. Магистр Рамир молчал, поджав недовольно губы.

– Пожалуй.

Ответил магистр Рамир, отворачиваясь от Катерины. Он махнул рукой, образовав рядом с Катей договор.

– Поставьте свою подпись, адептка Светлова, и можете быть свободны.

Сказал магистр Рамир, в воздухе также появилось перо. Катя взяла его в руки и стала перечитывать содержимое. Ничего принижающего в нём вроде как не было. Однако магистр Рамир, несмотря на свою суровость, вписал её на свои уроки по бою на мечах, на уроки по боевой магии и на какой-то спецкурс. «Что за спецкурс?» Катя посмотрела на магистра Рафира, тот выглядел всё так же суровым. Катя тяжело вздохнула и поставила свою подпись в самом низу, после чего свиток и перо исчезли.

– Можете быть свободны, адептка Светлова.

Сказал магистр Рамир. Катя молча кивнула и, пробравшись через толпу, вошла внутрь академии в общий зал, где по-прежнему было многолюдно. Крив достиг Катю тут же, идя за ней из военного факультета. Он коснулся плеч, Катя дёрнулась и повернулась.

– Это я. Не бойся.

Сказал Крив. Катя не боялась, но очень уж много недоброжелателей было на том факультете, когда она заявилась на бой. С такими людьми необходимо быть начеку. Катя улыбнулась Криву.

– Я вижу. Ты разве не собирался на факультативное испытание?

– К боевикам, что ли?

Спросил Крив, изобразив кислую мину.

– Не, спасибо. Мой удел – это животные. Да и я ещё час назад зачислился на факультет природоведов.

Катя кивнула, с уважением посмотрела на Крива. «Природа – это хорошо. Жаль, что на моём факультете некому будет защищать от недоброжелателей. Придётся всеми силами самой выкручиваться».

– Поздравляю. Жаль только то, что Мирослав по новой пересдаёт.

– Поделом. Сам же хотел показать, что лучше тебя. Вот пускай теперь и отдувается. А ты молодец: и упыря победила, и царевича проучила. У тебя, кстати, какой магистр был внесён в свитке?

– Магистр Рамир.

Крив присвистнул, а затем похлопал по плечу с неким сочувствием.

– Крепись. Магистр Рамир, если что, это тот, который самый суровый стоял.

Катя вспомнила того преподавателя и сразу потускнела. «Этот жизни мне точно не даст. И почему именно он? Мне больше понравился магистр, что рядом стоял. Вот ведь не везёт».

– Чёрт. А ведь он ещё спецкурс какой-то будет вести. Кстати, что это за курс такой?

Крив подёргал плечами. Неизвестность настораживала. А вдруг это курс, где магистр Рамир просто выгонит из академии, и плакала учёба Кати. Она совсем поникла.

– Просто не забивай себе голову. Я узнаю через старшекурсников. Но уверен, что за этим ничего плохого не скрывается. Вот увидишь. А сейчас пошли на обед. Всё равно здесь делать нечего.

Катя подобно болванчику закивала. Крив по-дружески перекинул руку через плечо Кати и потащил через толпу прямо в столовую. По пути Крив заметил Святорада. Он убрал свою ладонь от Кати и стал махать товарищу, подзывая весёлым и громким голосом.

– Эй, Рад! Ты тоже записался уже?

Святорад остановился и повернулся к своему громкому другу. Молча кивнул. Подождал, когда Крив вместе с Катей с ним поравняются.

– В столовую идёте?

Спросил Святорад. Катя отметила, что он был каким-то грустным. «Может, что-то произошло? Надо будет спросить».

– А то! Пошли вместе? Думаю, втроём будет куда проще отыскать столик, да и веселее обедать.

Всё так же весело говорил Крив. Святорад согласился идти в компании. В итоге они втроём пошли в столовую. По дороге к ним прибавился Лесьян, который также зачислился на факультет. В итоге Крив забалтывал Лесьяна, в то время как Катя шла бок о бок с Святорадом. Катя решила этим воспользоваться и совсем аккуратно поговорить.

– Ты такой грустный, потому что не смог попасть на тот факультет, который хотел?

Спросила Катя. Святорад, не ожидающий вопросов с Катиной стороны, выплыл из своих мыслей. Он повернулся к девушке.

– А? Что?

Не понял сразу Святорад, а затем, переосмыслив вопрос, ответил.

– Нет. Я смог попасть. Меня зачислили на целительский факультет.

– Но тебя что-то беспокоит. Может, поделишься? Возможно, смогу помочь.

Святорад задумчиво смотрел на Катю, решая, стоит делиться своей проблемой или нет.

– Не думай. Всё хорошо.

– Как знаешь. Но если решишься поделиться, то я готова тебя выслушать.

Сказала Катя, оставляя в покое Святорада. А сама размышляла, обдумывая разные вариации того, почему Святорад может грустить. Студенты дошли до столовой. Крив и Лесьяр пошли на раздачу, веля Святораду и Кате занять места. Катя с Радом нашли свободное место – пятый стол в четвёртом ряду. Сев за него, стали ждать, когда те двое принесут и им поесть. Ждать долго не пришлось. Через пять минут Лесьяр на перегонки с Кривом бежали с едой в руках к столу. Катя и Святорад, видя происходящее, боялись, что сейчас останутся без еды. Благо обошлось.

– А вот и мы. Сегодня у нас на обед щи, варёный картофель с котлетой, а также брусничный морс. Катя, держи, это твоё. Сейчас сбегаю за своей порцией.

Крив поставил деревянный поднос рядом с Катей, да свалил обратно к раздаче. Лесьяр поступил также, только поставил поднос рядом со Святорадом, а затем вновь на перегонки с Кривом побежали до раздачи, сбив пару студентов по дороге.

– Это ты виноват!

– Ещё чего!

Кричали они. Катя и Святорад покачали головой. Каждый взял ложку в руки и принялся есть суп. Через пару минут послышался грохот в третьем ряду. Крив и Лесьяр добегались, столкнувшись друг с другом. Оба подноса лежали на деревянном полу. «Добегались». Отметила Катя. Лесьяру и Криву пришлось всё убирать швабрами и тряпками. На раздаче они получили только небольшой кусочек хлеба и брусничный морс. Лесьяр и Крив сидели грустными, поедая свой обед. Катя отдала тарелку со вторым Криву.

– Держи, всё равно не лезет.

Крив радостно обнял Катю, а затем принялся уплетать свой обед. Святорад отметил добрый поступок Кати, протянув свою тарелку Лесьяру. Так и получилось, что обед был поделён надвое. Довольная и сытая компания так и ушла из столовой, отнеся перед этим грязную посуду на мойку.

Катя только у общежития рассталась с ребятами и ушла по коридору в женское общежитие, у которого так и поджидал Мирослав. Стоило Кате появиться на горизонте, как тот стремительно подошёл, схватил за запястье и силком повёл за пределы женского общежития. Он повернул за угол, где скрывалась дверь, а за ней – лестница, неизвестно куда ведущая.

– Куда ты меня ведёшь?

Спросила со страхом Мирослава, косясь на него с неким ужасом. Кто знает, что сейчас в голове у царевича только творилось. Судя по глазам, он ещё не отошёл. Катя стала тянуть руку, не желая оставаться наедине с этим. Вот успокоится, тогда с удовольствием с ним поговорит, а сейчас – дудки. Лучше в комнате лишний раз пересидеть. Мирослав вёл Катю по лестнице вниз.

– Чёрт тебя побрал, отпусти!

– Чтобы ты сейчас же вернулась в свою комнату?

Заговорил наконец-то Мирослав. Катя пыталась разжать пальцы царевича. Но куда там? Катя только и делала, как шла за ним и пыхтела, желая ему не самое радужное на свете. «Я же умею обороняться? Хотя бы немного, но умею». Катя сконцентрировала свою магию, сосредоточившись на сжимающей ладони Мирослава. Посчитала до трёх, а затем тихо, но уверенно произнесла.

– Громовик!

После чего Катя ударила молнией Мирослава. От удара он разжал руку, и какое-то время был оглушён шумящим громом прямо в ушах. Катя не стала медлить и поднялась на пару ступенек выше, после чего пождала, когда царевич придёт в себя. Катя была готова раскрыть щит в любую секунду. Как только гром перестал шуметь в ушах, Мирослав отряхнулся головой от чужой магии. Он повернулся к Кате и собирался вновь повести за собой. Катя вытащила меч и направила прямо к горлу Мирослава.

– Только сдвинься и на одного царевича будет меньше.

Пригрозила Катя царевичу, смотря на него с каплями ненависти, уверенности и страха. Она-то думала, что царевич стал нормальным, а в итоге остался тем же. Катя кусала себя изнутри, стараясь не показать свой страх. Мирослав встретился с её взглядом. Пелена гнева резко рассыпалась. В отражениях её глаз он видел себя и понимал, как Катя его сейчас воспринимала. Он сделал шаг назад.

– Хорошо. Я не буду подходить, можешь опустить меч.

Катя меч опустила, но не убрала. Мирослав лишь понимающе кивнул. «Хороший из меня телохранитель. Даже подопечная от меня шарахается». Мирослав сжал руки в кулаки.

– Говори всё, что ты хотел, или я пошла.

Говорила Катя сухим голосом, не показывая внутреннюю дрожь. Мирослав хотел ей высказать всё, что думает, но сейчас не был уверен в этом. Не услышав от него ни слова, Катя убрала меч в ножны и поднялась по ступенькам обратно в женское общежитие. Мирослав за ней не последовал. Он смотрел на свои ладони и пытался осознать действительность. «Я чудовище. С таким характером мне не место на троне». Мирослав коснулся спиной до стены. В его голове творился полный хаос.

Катя вернулась в свою комнату. Её до сих пор трясло. Она облокотилась спиной об закрытую дверь и смотрела на свой клинок. «Что бы было, если я втайне от него не выучила заклинание Громовика и не могла держать меч в руках? Что собирался он сделать?» Катя не так хорошо знала царевича, но его поступок ранит в душу. Она только-только думала, что они смогут стать друзьями, но это лишь иллюзия была. «Я должна больше тренироваться. Никто меня, кроме меня, не защитит». Катя подняла свой взгляд вверх, столкнувшись со взглядами своих соседок, которые сидели на кровати слева, обсуждая кое-какие моменты из книг в их руках. Катя подняла руку и помахала им.

– Привет.

Кате хотелось провалиться сквозь землю. «И чего я не посмотрела на наличие людей в комнате?» Она отошла от двери и села на свою кровать. Девочки подсели рядом: Мила слева от Кати, а Виктория справа.

– У тебя всё хорошо?

Катя кивнула.

– Да, всё хорошо.

Ответила Катя, мысленно отправляя девочек заниматься своими делами.

– А твои эмоции говорят об обратном. Можешь с нами поделиться. Обещаем выслушать и никому не говорить.

Заговорила Вика, чувствуя ложь за счёт эмоций Кати. Мила решила поддержать Викторию и стала поддакивать.

– Клянёмся, всё, что ты скажешь, останется между нами. Честно-честно.

Мила протянула мизинец для клятвы. Катя взглянула неуверенно сначала на Милу, а затем на Викторию, потом снова на Милу, не решаясь сделать шаг к новой дружбе. «Точно ли я могу доверять им или нет? Было бы здорово иметь дружеские отношения с теми, с кем я делю комнату». Решив всё-таки довериться, Катя протянула свой мизинец к мизинцу Милы, Виктория протянула свой мизинец так же. Пускай, это будет по-детски выглядеть, но таким клятвам мы доверяем больше, чем на чисто сказанное слово.

Катя решила начать свой небольшой рассказ со вчерашнего дня, когда она и Мирослав пошли в лес на упыря. После рассказала о том, как пошла на упыря в одиночку, как его убила, как упырь в итоге её ранил и она оказалась в лазарете. Затем рассказала, как Крив отводил подальше от царевича, о битве с царевичем на военном факультете. После – о том, как она с ребятами пошла обедать и в заключение о выходке царевича.

Девочки сидели, слушали и не верили, что столько всего может произойти не только с мужчинами, но и с ними. История Кати походила на маленькое приключение. Вика и Мила хоть и не мечтали о таком, но сравнивая свои обычные дни, поняли, что хотят, чтобы их жизнь также была интересная и красочная, пускай местами и опасная.

– Какая жалость.

Заговорила Мила. Вика и Катя синхронно посмотрели на неё.

– Царевич показался мне идеалом. Такой красивый, ухоженный, но, пожалуй, посмотрю кого-нибудь себе попроще. Слушай, Катя, а ты вот рассказывала про Крива. Он кто по титулу?

Катя замялась.

– Честно говоря, не знаю. Не спрашивала.

Мила надула губы.

– Жалко. Но он хотя бы хороший?

Не унималась Мила. Катя не так хорошо знала Крива, но отметив все моменты, что он находился рядом, поняла, что тот как раз парень неплохой, весёлый, смелый, вполне годится в женихи, если Мила его именно в таких целях рассматривает.

– Замечательный.

Ответила Катя. Глаза Милы засверкали восторженно.

– А ты меня познакомишь с ним? Ну, пожалуйста.

Умоляла Мила Катю, держа за руку своими двумя. Катя закатила глаза.

– Познакомлю. Хоть сегодня на ужине.

Предложила Катя. Мила захлопала в ладоши. А затем встала с Катиной кровати и подбежала к шкафу, в который девочки поместили свои вещи. На пол летели одна одежда за другой.

– Ты чего делаешь?

Спросила Виктория.

– Ищу подходящий наряд. Я должна выглядеть обворожительно, чтобы Крив меня увидел и полюбил с первого взгляда.

Защебетала Мила, занявшись целиком и полностью выбором платья, но все они ей казались неподходящими.

– А, может, прогуляемся до города, как считаете?

Спросила Мила у девочек.

– И вернёмся до ужина? Не смеши. Лучше надевай из того, что есть, и всё.

Ответила Виктория. Мила поникла. Ни один наряд не подходил. Катя решила всё-таки помочь. Она осмотрела тряпьё, валяющееся на полу, и нашла на свой взгляд простое оранжевое платье: чем-то напоминало сарафан, единственное тут тугой и широкий пояс жёлтого цвета присутствовал. Катя приложила его к телу Милы и довольно кивнула.

– Надень лучше это, простенькое и со вкусом.

– Но тогда Крив меня не заметит.

Сказала Мила, беря своё платье из рук Кати. Катя закатила глаза.

– Красиво выглядеть, конечно, важно, но лучше это делать через простые вещи. Крив тебя толком не знает, а значит, шикарный наряд его может просто отпугнуть. Мы же не знаем его титул, а значит, он может оказаться не из твоего круга. Так что шикарными нарядами будет поражаться на праздниках. А сейчас лучше знакомиться в чём-то простом и лучше всего показать себя такой, какая ты есть внутри. Понимаешь?

Мила замялась, но неуверенно кивнула.

– Понимаю, только не уверена в своей внутренней красоте. А вдруг та, что внутри, не понравлюсь?

– Тогда поставишь на нём крест и пойдёшь дальше. Если не Криву, то кому-то другому точно понравишься.

«Но я бы сосредоточилась лучше на учёбе. Но это её дело уже. Не моё. Главное, чтобы девочки выбрали ещё что-то кроме замужества». Катя помогла Миле убрать все вещи, которые она раскидала на пол. После чего каждая занялась своим делом: Мила прихорашивалась, Виктория вышивала крестиком, а Катя сидела за рабочим столом, да изучала другие заклинания, которые она могла бы держать при себе, если понадобится вновь обороняться. Через какое-то время Мила попросила обратить на неё внимание.

– Девочки, что скажете?

Виктория и Катя посмотрели на Милу и то, что они увидели, было полным ужасом. Брови, которые и так были густыми и широкими, стали вдвое шире от сажи, щёки были красные-прекрасные. Мила нанесла что-то такое, изобразив красные круги на каждой щеке, лицо отбелила мукой, а губы намазала жирным слоем чего-то красного. Мила, видимо, хотела так показать себя красоткой, а в итоге походила на Марфушечку-душечку из Морозко – вот вылитое сходство. На шее висели бусы около пяти штук, волосы убраны в тугую косу, а на голову зачем-то был надет оранжевый кокошник.

Катя прикрыла лицо своими ладонями. «Какой ужас! Крив убежит от неё раньше, чем я успею их познакомить». Размышляла Катя, вновь посмотрев на перестаравшуюся Милу. Она скрывала смешок руками, Виктория же сидела с холодным лицом, а глаза её выдавали полный шок. Видя реакцию девочек, Мила поняла, что что-то не так. Она встала с кровати и побежала к своему сундучку, стоящему рядом со шкафом. Из сундука она достала зеркальце с круглой и золотой оправой, закутанное в тёмно-синий платок с цветочными узорами. Мила развернула зеркало и посмотрела на себя, чуть не уронив.

– Какой ужас! А я так старалась!

Катя сочувственно смотрела на Милу. «Надо помочь бедной Миле». Катя отложила учебник, встала из-за рабочего стола и протянула ладонь.

– До ужина есть ещё время. Пойдём к умывальнику и смоем с тебя всё.

– Всё? А как же? Я же не успею снова накраситься.

Катя покачала головой.

– Горе ты луковое, тебе косметика не нужна. Это просто лишнее. Пошли, я сделаю из тебя красотку.

Мила вложила свою ладонь в Катину, позволяя увести себя в общую женскую комнату. Девочки, которые видели Милу, ахали и шептались, но стоило столкнуться со взглядом Кати, как прятались в своих комнатах. О победе над царевичем уже пронеслось по всей академии. Так что против Кати никто из девушек не пойдёт. «То, что боятся, это хорошо, но не совсем тот эффект, который мне нужен. Я хочу, чтобы меня уважали, а не боялись».

Чтобы отмыть макияж Милы, понадобилось немало времени. Особенно брови в саже – это кошмар какой-то был. Но спустя 20 минут вся пакость убрана. Уже в комнате Катя потребовала, чтобы Мила сняла с себя бусы и кокошник, после чего помогла распустить Миле волосы, а после и вовсе расчесать. За счёт того, что волосы были убраны до этого в косу, создавался эффект лёгких волн. Пускай на Миле не было украшений, шикарного платья, макияжа и убранных волос, зато сейчас Мила выглядела по-настоящему очаровательной.

– Хочу сказать, в простоте что-то есть.

Похвалила Виктория, оценивая внешний вид Милы. Виктория улыбнулась. Мила нервничала. До самой столовой она прижималась к Кате, пряча свой взгляд в пол. На в какой-то момент они с Викторией завели её за угол.

– Девочки, я не могу.

Пропищала Мила. Виктория и Катя обернулись, удостоверившись в том, что на них никто не смотрит.

– Дыши глубже. Всё будет хорошо.

Успокаивала Виктория, навевая на Милу волну спокойствия, не замечая этого сама.

– Твоя задача – пройти красиво, взять поднос с едой и сесть за стол, дальше просто спокойно сидеть и есть. Вы, аристократки, это отлично должны уметь.

С неким презрением сказала Катя последнее предложение, не сумев скрыть, как она относится к аристократам.

– Умею, просто я так волнуюсь.

Катя закатила глаза. Ну не умеет она успокаивать девиц всяких. А от этого многое всё-таки зависело.

– Просто не думай о том, что ты идёшь, чтобы познакомиться. Может, он окажется не тем, кого ты ищешь, а раз так, то чего лишний раз переживать, верно?

– Ну, да… Только если не он, то кто?

Катя мысленно закатила глаза, сдерживая себя от того, чтобы просто не зарычать. Вот запудрят многим девушкам, что они обязательно должны выйти замуж, и все мозги у них просто отключены. Поэтому Миле и стоит сначала поучиться, подумать немножечко, поразмыслить, а потом идти выбирать себе жениха.

– Кто угодно. И кто бы он ни был, мы с Викой тебя поддержим и не оставим одну. Правда же?

Спросила Катя уже Викторию, та кивнула.

– Вот видишь. И опять же, может выйти так, что самому Криву понравишься не ты, а сама Виктория. И что, ты будешь из-за этого стоять в углу и ныть?

Мила посмотрела на Викторию. Та была хорошей девушкой и красивой. Каждая заслуживает своего счастья. А вот Виктория была против такого расклада.

– Если он ниже меня по статусу, то я даже на него смотреть не буду.

Холодно сказала Виктория. Катя тяжело вздохнула. «Как же с вами тяжело. Я просто не могу». Катя потёрла лоб.

– Так. Сейчас идём в столовую и уже по обстоятельствам будем размышлять, хорошо?

Девочки кивнули.

– Чудно.

Вновь вздохнула тяжело Катя и пошла вперёд в столовую. На их троицу периодически кто-то оборачивался. «Чудно, хорошая одетая Мила будет привлекать всеобщее внимание». Радовалась она успеху Милы. Однако большая часть взглядов принадлежала Кате. Девочки, разумеется, этого не понимали даже тогда, когда их пропускали вперёд к раздаче. А вот когда у раздачи все стали отходить в сторону и пропускать девочек вперёд, то Кате показалось это странным.

В столовой висела кромешная тишина. Катя решила не обращать внимания. Взяла спокойно еду и села за свободный столик. Какое-то время все так же молчали, наблюдая за Катей. Это её напрягало. «Неужели мне не кажется, и они действительно глазеют все на меня. В чём дело?» Не понимала Катя. К их столику подсел весёлый Крив и Лесьяр. К уху наклонился Крив.

– Ты самое главное сейчас не удивляйся.

Легче не стало. А затем в зал вошёл Мирослав. Весь такой красивый, нарядный, ухоженный, в руках у него ромашки в горшочке. У Кати появилось сомнение. Она стала качать головой и с ужасом смотреть на царевича в синем фраке, синей жилеточке, белоснежной рубашечке с голубыми узорами на воротничке, синих брюках и чёрных сапогах. Волосы были аккуратно причёсаны, на пальцах – перстни драгоценные. «Боже, только не говорите, что эта Иуда ко мне идёт?»

Кто же мог подумать, что именно к этому придёт царевич со своими мыслями на лестнице. Царевич двигался плавно к седьмому столику во втором ряду. Он поставил горшок с ромашками на стол по центру. «Пожалуйста, пускай эти цветы предназначаются Миле или Виктории. В конце концов, я же не одна за столом сижу». Только направленный прямо на неё взгляд Мирослава говорил о том, что ромашки предназначались ей. Она бы, может, и порадовалась такому презенту, если бы просто подарил где-нибудь наедине. Только красивый наряд и публика говорила о том, что это не всё. Мирослав громко заговорил, чтобы все находившиеся слышали, что он хочет сказать Катерине.

– Я подумал над своим поведением на лестнице и понял, что вёл себя грубо и некрасиво. Ты, скорее всего, испугалась тогда, прошу простить меня. В качестве извинений преподношу презент – эти чудные ромашки.

Катя натянула на лицо улыбку, кивнув в знак благодарности царевичу. «Надеюсь, на этом всё, и он просто уйдёт». Да только Мирослав не всё сказал, что сильно Катю огорчило. Не так она хотела предстать перед людьми. Она здесь, чтобы учиться. Катя испытывала стыд.

– Чтобы загладить свою вину за всё то плохое, что я натворил, приглашаю тебя в ближайшие выходные прогуляться по городу. Ты же мне не откажешь в такой чести?

Катя смотрела на людей, которые внимательно смотрели в их сторону и слушали. «Надо заканчивать этот цирк и желательно не на людях». Катя поднялась из-за стола.

– Я согласна погулять с вами, Мирослав. Однако я бы хотела сказать пару слов, но желательно не при всех.

Катя обошла стол, взяла Мирослава за руку и потащила к выходу из столовой. А там дальше завела за тёмный угол, где благо была дверь, а за ней скрывался чёрный выход на улицу. Свежий вечерний воздух придавал Кате больше сил. Она вначале пару раз вдохнула, прежде чем повернуться к Мирославу. Тот стоял довольный, будто кот объелся сметаной, спиной облокачивался об стену академии, скрестив руки.

– И что сейчас это было? Что ты нёс в столовой? Тебя так хорошо ударило молнией, что ли?

Спрашивала Катя у Мирослава, держась от него на расстоянии шагов в пяти.

– Ты же ведь согласилась пойти со мной на выходных в город. Думаю, это успех.

– Это бред! Пару часов тому назад в тебя словно бес вселился, и ты непонятно куда меня поволок, а на ужине ты резко превратился в прекрасного принца. Если ты так хотел отомстить за то принижение на поле, то постарался на славу. А теперь будь добр дальше играть самовлюблённого и эгоистичного павлина.

Катя подошла к двери, показывая, что их разговор окончен. Мирослав взял ладонь Кати и притянул к себе, после чего прижал к стене.

– Что творишь?

– Пытаюсь просто тебя понять. Я подарил тебе цветы и пригласил погулять. Неужели тебе это не понравилось?

Спросил царевич. Катя сразу отвечать не стала. Она отвела свой взгляд в сторону, не желая смотреть на царевича.

– Понравилось бы при других обстоятельствах. И если бы это сделал кто-то другой.

Как можно холоднее сказала Катя. «К тому же человек ты ненадёжный, сегодня будешь другом, а завтра – врагом. Как можно строить отношения с человеком, который только и думает о себе и как бы своё любимое «я» не задеть». Размышляла Катя, смотря в сторону двери. Она могла бы легко уйти, но решила дать Мирославу шанс высказаться. Мирослав отошёл на шаг назад.

– Кто-нибудь другой?

Спросил Мирослав, словно задавал этот вопрос самому себе.

– А я чем плох?

Не понимал Мирослав. Катя посмотрела на растерянного царевича: он так жалко выглядел, что хотелось пожалеть. Но как бы жестоко с её стороны это ни выглядело, нельзя реагировать на такие манёвры. Сейчас ты человека пожалеешь, и он будет этим дальше пользоваться.

– Хочешь знать чем?

Мирослав кивнул. Катя набралась побольше смелости, чтобы указать на самую главную проблему Мирослава. Особенно если он этого просит сам.

– Самолюбием. Это главный твой враг самому себе. Я не знаю, чем это вызвано у тебя. Здесь лишь два варианта: либо чрезмерная любовь и тебя разбаловали похвалой, либо отсутствие внимания в детстве.

Мирослав снова вспомнил своё детство, когда он стучался в комнату матери, а та ему не открывала. Он был маленьким и не понимал, почему она так поступала. Впрочем, и сейчас ничего не изменилось. Также Мирослав вспомнил момент, когда смог обнять маму, а она его, как какую-то вещь, просто отбросила за дверь. Он её звал, просил не закрываться от него, говорил, что любит её, но всё без толку. Кате было больно смотреть на него. Отчего она подошла к Мирославу и крепко обняла.

– Что было в прошлом, то осталось прошлым. Пора всё плохое просто вычеркнуть и начать жить настоящим. Я не буду лезть в твою душу, но ты должен ради себя пересмотреть взгляды на жизнь и начать жить по новой. Я верю, что если ты этого захочешь, то у тебя обязательно всё получится.

Прошептала Катя Мирославу, не понимая, что тут до сих пор делает. «Опять по своей доброте душевной жалею кого-то. Как бы не наступить на грабли». Мирослав чувствовал себя намного лучше. Поддержка Кати, то, как она его обняла и не оставила с его мыслями… Сердце Мирослава громко застучало. Через какое-то время Катя отпустила Мирослава и поспешно ушла обратно в столовую.

Ребята всё так же там сидели и охраняли еду Кати. Лесьяр с Кривом для этого даже Маломира подозвали, чтобы тот не давал еде остыть. Так что Катя смогла спокойно поесть горячую еду. В комнату девочки заходили довольные и сытые, особенно Виктория, которую Крив так впечатлил, что та вздыхала всю дорогу. А говорила, что даже не посмотрит в его сторону.

Каждая переоделась в ночную одежду, сходила в ванную комнату, а после все легли в кровать. Василиса и Лаванда уже спали, когда девочки вошли. Какое-то время девочки лежали в своих кроватях под одеялами и болтали, делясь впечатлениями за день. Василиса перебралась из своего лежака на кровать Милы.

– Я когда проходила испытание на факультете по менталистике, по дороге смогла ещё таких же, как мы, прихватить с собой. Так что факультет обзавёлся четырьмя студентками точно.

Рассказала Виктория.

– А я только Варвару. Я ей лишь один раз показала книжки по механике, как она тут же заинтересовалось. Так здорово. Спасибо тебе, кстати, Катя.

Сказала Мила.

– Угу, спасибо.

Подхватила Вика.

– Да за что? Вроде ничего такого не сделала.

Пожала плечами Катя.

– Но это же именно ты дала почитать нам интересные книги.

Напомнила Вика.

– Благодаря этому мы и пошли по интересному пути. Возможно, и женихов интересных найдём, таких как Лесьяр. Представляете, он, оказывается, тоже пошёл учиться на факультет техномагии. Это же такой технокласс!

Защебетала мечтательно Мила, представляя рядом с собой Лесьяра, с которыми они создают нечто новое и уникальное из шестерёнок. Катя усмехнулась.

– Значит, в итоге ты запала на Лесьяра, хотя хотела познакомиться с Кривом изначально.

Сказала Катя.

– Да! Крив, конечно, хороший и весёлый, но Лесьяр ему не уступает. А самое главное, Лесьяр похвалил мой скромный, но красивый образ.

«Старое рвение поскорее выйти замуж я у девочек явно не отобью. Ладно, может, хотя бы любовь к новым знаниям смогу привить?» Катя посмотрела на девочек и покачала головой. «Ну, или хотя бы, чтобы они учились не на базовом курсе ради женихов. А что, это идея. Надо будет кому-то из девочек разнести слух, что они смогут найти себе достойную партию, если будут учиться не на базе». Размышляла Катя о планах на ближайшее время.

Через часов пять, когда все ещё спали, Катя уже проснулась – мысли не давали покоя. Понимая, что навряд ли уже уснёт, встала с кровати. «Проведу оставшийся часы с пользой и немного потренируюсь в тренировочном зале». Катя на скорую руку оделась, сбегала тихо до ванной женской комнаты, а после забрала пояс с мечом, да сумку с двумя книгами.

Найти самостоятельно в одиночку зал было довольно проблематично, но Кати таки нашла зал. В этот раз решила потренировать удары на манекенах, пробуя разные виды нападения. Конечно, не всё верно выполняла, но в целом понимала. Остальное поправят на занятиях. По крайней мере, Катя на это очень надеялась. В течение часа она пребывала одна-одинёшенька в тренировочном зале, пока не решил заявиться Данияр. С удивлением посмотрел на тренирующуюся Катю.

– Эм… А ты всегда так рано тренируешься?

Спросил Данияр, немного пребывая в замешательстве. Не привык ещё видеть девушку с мечом, так что не понимал, как ему реагировать: радоваться или что? Катя, которая пребывала в положении выпад вперёд, приняла положение стоя и убрала меч. Рукой вытерла капельки пота. «Полотенце, что ли, надо было взять?» Катя одарила Данияра кивком.

– С раннего утра. Нет, я обычно тренируюсь перед сном, когда все спят. Просто рано проснулась и не смогла уснуть. Вот и решила сходить да потренироваться.

– Вот как.

Катя направилась к выходу, где стоял Данияр. Столкнувшись с ним плечом к плечу, сказала.

– Я в принципе закончила, освобождаю для тебя зал. Хорошей тренировки.

Катя собиралась смыться как можно скорее, однако Данияр решил-таки поразить Катерину, когда вдруг заговорил и предложил несвойственное для восприятия ему подобных.

– Ты можешь не уходить. Если хочешь, я могу помочь тебе и сказать, в какие моменты ты делаешь ошибки. Будешь самым лучшим девушкой-воином.

Катя остановилась и обернулась.

– Поможешь? Что же, я только за.

Приняла Катя неожиданное предложение Данияра. Она бы могла чисто из гордости отказаться, но решила не отказываться от такого шанса. О чём в дальнейшем не пожалела. Данияр отлично владел техникой боя с мечом. Поначалу он говорил, что конкретно нужно делать. После чего указывал, где были неточности. А они были либо в неправильном расположении меча, либо неправильном расположении рук, либо Катя просто неправильно стояла. После Данияр устроил небольшой бой на мечах. Дрался не в полную силу, чтобы Кате легче было обороняться. А ещё Данияр подсказывал во время боя, как лучше поступить, чтобы побить противника. Пускай за два часа суперским борцом не станешь, но зато Катя вполне могла отбиться.

– Всё. Пока хватит. Сейчас все идут на завтрак. Ты, как я понимаю, не хочешь, чтобы кто-то видел, как тренируешься?

Усмехнулся Данияр, убирая свой меч в ножны. Катя была после такой тренировки красной, как помидор. «Надо переодеться и ополоснуться. Чёрт, а ещё не помешало вещи постирать». Катя также усмехнулась словам Данияра.

– Что есть, то есть. Спасибо за тренировку, и что в этот раз меня по голове не треснул.

Напомнила Катя Данияру случай в деревне, когда его попросили отвести её к Святораду, а она в итоге ещё и головой треснулась об дверь. Данияр скривился.

– Ну, прости. Не рассчитал тогда. Но впредь обещаю, что твоя голова в целости.

Сказал Данияр. Катя легонько посмеялась.

– Что же, ловлю на слове. В случае чего голова с плеч пойдёт твоя, если с моей что-то произойдёт по твоей милости.

Ответила Катя в ответ. Данияр вместе с Катей посмеялись. А затем Данияр протянул ей свою ладонь. Катя непонимающе посмотрела.

– Хочешь ли ты в дальнейшем тренироваться со мной? Обещаю помочь подтянуться до своего уровня. Я, конечно, не в восторге, что ты пошла на воинский факультет. Однако с тобой вполне может оказаться интересно тренироваться. Так что, может, и в другие дни будем тренироваться вместе. Это же лучше, чем одной, верно?

Катя пожала ладонь Данияра – она была очень тёплая и крепкая. Данияр не спешил отпускать руку Кати. Катя подняла свой взгляд. Данияр с интересом смотрел на Катерину. И интерес явно был не дружеским. Катя поспешила убрать свою ладонь и немедленно отвернуться.

– Увидимся.

Тихо произнесла Катя, после чего пулей побежала к выходу, а у дверей стоял Мирослав. Катя сделала вид, что не видит его, и просто прошла мимо. Мирослав вошёл в зал. В его глазах читалась злость. Намечался тяжёлый разговор.

Катя вернулась в женское общежитие. Смыла с себя весь пот в душевой, отдала домовому вещи, которые надо постирать, а тот их куда-то утащил, сказав, что знает, куда их можно кинуть. Катя целиком и полностью доверилась Беляку. Тот не подведёт. Катя достала из сундука купленное чёрное платье на рынке. Оно было простое, однотонное, с красивым и лёгким поясом на талии, длина юбки достигала почти до пола, оставалась всего одна ладошка до него. Обязательно надела поверх пояс с мечом, и не стоит забывать про учебную сумку.

Катя вышла из своей комнаты, намереваясь пойти в столовую. Соседки уже там были, видимо, Катерина сильно задержалась в зале. Придётся догонять. У одной из комнат Катя заметила пару болтающихся девчонок. «О, чуть не забыла». Катя немного подумала, что сказать девочкам, чтобы те аккуратно разнесли послание остальным. Она надеялась, что хотя бы через слухи сможет большую часть направить учиться, а не женихов искать, как им с пелёнок диктовали.

– Девочки, привет! О чём беседуете?

Спросила Катя, стараясь в диалоге показать, что она максимально весёлая и открытая. Девочки тут же рассказали, но вкратце.

– Да вот, обсуждаем последнюю сплетню.

Начала одна из девочек.

– А какая у нас последняя сплетня сейчас?

Осторожно спросила Катя, боясь спугнуть своих голубок, которые будут разносить информацию по всем девушкам.

– А ты не в курсе! Короче, вчера царевич в столовой пригласил какую-то девушку погулять по городу.

Катя сдержалась, чтобы не скривиться перед девочками. «Вот ведь заняться людям нечем. Ничего, сейчас дам им почву для размышлений».

– Так вы всё ещё об этой сплетне? Ну вы даёте. Это уже неактуально.

Фыркнула Катя. Девочки переглянулись, а затем уставились на Катерину, ожидая услышать новейшую сплетню.

– А что уже обсуждают? Расскажи.

Завопили девочки.

– Слушайте. Прошла такая информация, и она касательно нас. Все, кто хочет выгоднее выйти замуж, порекомендовали идти на какой угодно факультет, но только не учиться на базовом курсе. Я как это услышала, тут же вступила в ряды военного факультеты.

– Правда?! Надо срочно в зал и выбрать себе факультет.

Заговорила одна из девчонок, другая же была спокойна.

– А я ещё вчера вместе с Милой поступила на факультет техномагии.

Похвасталась девушка. Кате вспомнился вчерашний разговор с Викой и Милой, отчего поняла, что перед ней стоит Варвара. «Вот ты какая, Варвара. Что же, надо запомнить».

– Что же, хорошего выбора факультета. Извините, меня ждут подруги в столовой.

Катя помахала им рукой и поспешила удалиться. Девчонка, стоящая с Варварой, завернула в комнату, собираясь переодеться и немедленно отправиться в зал выбора. Катя же про себя только радовалась. Всё-таки в слухах, которые распространяются по всей академии, что-то есть. Главное правильно эту функцию использовать.

Катя довольная зашла в столовую. Мила и Вика сидели в пятом ряду за шестым столиком. Катя поспешно взяла поднос с едой у раздачи, порадовалась, что все занимались своим делом. Что очень хорошо, а то была кромешная тишина и все взоры посвящены ей – это не очень радовало. Кстати, вчерашние ромашки в итоге стояли на Катином рабочем столе. Все спокойно сидели и ели, пока в зал не забежал кто-то из студентов и не крикнул.

– Все идите сюда. Мирослав и Данияр устроили битву.

После чего убежал вперёд. Все сидящие студенты резко повскакивали и побежали – поглазеть на драку все хотят. Катя же отреагировала на эту информацию плохо. Она бросила с грохотом вилку на поднос.

– Да они с ума сошли!

Катя вышла из-за стола и побежала за всеми, чтобы разнять эту парочку. «И чего им взбрело в голову? Неужели нельзя всё решить мирным путём». Ругала и проклинала она тех двоих. А повод для драки был банальным и простым: Мирославу не понравилось, что Данияр положил глаз на Катю. Данияр предложил в битве на мечах решить, либо ему Катерина тоже понравилась. Кроме того, они решали, кто в итоге в среду пойдёт с Катей гулять по городу, не подумав о том, как их избранница будет относиться к такому виду решения проблемы.

Битва шла в тренировочном зале, где и состоялся разговор между этими двумя. А раз разговор привёл к такому раскладу, то, видимо, он был не очень удачным. У самого зала Кате пришлось пропихиваться через людей, либо все стояли и глазели, как эти два идиота дрались. Когда Кате удалось оказаться в первых рядах, она очумела. Данияр был ранен в левую щеку, была разбита губа – скорее всего, они не сразу на мечи прошли, а ещё кровь шла из правой руки у плеча. Что касается Мирослава, то Данияр ранил его в правый бок. Царевич придерживал руку у раны, не желая останавливаться, отчего его ладонь была покрыта его же кровью, на правой щеке красовались два пореза. Ребята были и без того ранены, но, видимо, бой предполагался до последнего, пока кто-то не падёт от меча.

Катя думала, хватит ли её сил, чтобы угомонить сразу двоих. Она могла вновь использовать заклинание Громовик, да только на двоих у неё может попросту не хватить мощи. Её рука легла на рукоятку меча. «Есть идея!» Катя вынула меч из ножен, отошла на пару шагов вперёд от народа. Данияр и Мирослав её не замечали. Катя сконцентрировала свою магию, направляя всю энергию прямо на меч. Почувствовав напряжение, Катя набралась мужества и побежала вперёд. Когда мечи этих двоих пересеклись, Катя рубанула своим мечом на их два, направляя удар сверху вниз, а затем уверенно крикнула.

– Громовик!

И всё. Удар молний оглушил сразу двоих, стоило мечу коснуться их мечей. Ребят буквально раскинуло по сторонам: Мирослава вправо, Данияра влево. Катю немного тоже отбросило. Эффект, созданный за счёт совмещения магии и оружия, получился чересчур мощным. У ребят в ушах шумел гром. Они были не в восторге, что всё так вот закончилось. Удар, конечно, эффектный был, но теперь борцы лежали на полу. Катя, отдышавшись немного, убрала свой меч в ножны.

– Вот и всё. Слушайте, парни, что посильнее есть, отнесите этих двоих к лекарю. Или лечите прямо тут, раз нравится так глазеть, как кто-то дерётся. Ужас какой.

Катя стала расталкивать всех у входа, возвращаясь обратно в столовую. «Не знаю как вы, а я, пожалуй, пойду, да съем свой завтрак». Мирослава отнёс Крив и Лесьяр, а Данияра подхватил Деян и Маломир.

Вика и Мила возвращались вместе с Катей в столовую. Им не удалось пройти к залу, так что толком ничего не увидели. Катя им рассказала вкратце, что происходило в тренировочном зале, девочки лишь покачали головой, да продолжили есть.

Поскольку уроки начинались только завтра, девочки занимались своими делами. Мила изучала что-то в учебнике по техномагии, а Вика сидела и вязала крестиком в общей женской комнате, где всё было просто обставлено для рукоделия, заодно слушала сплетни. Катя же продолжала изучать книгу по заклинаниям. Так вот прошёл день девочек – спокойно и тихо. Вечером же Вика порадовала Катю хорошими новостями, рассказав о том, что все девочки пошли учиться на факультетах, никого на базовом курсе не было. Катя была довольна эффектом разнесённых слухов из её уст. И для её счастья никто и никогда не узнает об источниках – информаторами слухов обычно не интересуются.

Также Вика рассказала, что Данияра и Мирослава подлечили и выписали, да только потом их магистр Рамир поймал и наказал, сказав чистить конюшни целую неделю. И было бы хорошо, если неделя была наша обыденная, но нет. Магистр Рамир наказал их по славянскому календарю. Так что ребятам работать на конюшне ближайшие девять дней. Не сказать, что те были в восторге, но зато будет меньше времени для драк. А значит, прогулка в среду по городу отменялась. Катя только этому обрадовалась.

На следующий день в шесть утра по всей академии разошёлся звук кукарекающего петуха. За счёт магии техномагов звук распространялся по всем общежитиям и по всем комнатам. Никто не знал, откуда шёл звук, поскольку проведённые будильники были невидимыми и такими маленькими. Для тех, кто пришёл учиться из деревни, было привычно просыпаться с первыми петухами, но поскольку деревенских было мало, то большинство вставали недовольными и сонными, со взлохмаченной головой.

Катя сильно жалела, что перед сном уходила в тренировочный зал и повторяла отработанные удары с Данияром. Кто же знал, что будет такой ранний подъём. Катя поспешно побежала к умывальнику. Сонные девочки тем временем расчёсывали свои локоны и пытались проснуться. Так что путь к умывальнику был абсолютно свободен. Катя на скорую руку привела себя в порядок, переоделась в отстиранные джинсы и майку. Помогла проснуться девочкам, да побежала в общий зал, где ещё вчера все выбирали факультеты.

Для студентов поставили пять досок со списками поступивших и расписанием занятий. Катя проверила, что она есть в списке военного факультета, также её имя числилось на спецкурсе, а ещё имя было в женском отряде, а в скобочках надпись – недобор. «Видимо, из-за того, что только я пошла учиться на военный факультет, женский отряд не до конца сформировали». Зато мужских отрядов аж четыре штуки было по каждому курсу. У первогодок были внесены пять студентов: Мирослав, Деян, Данияр, Маломир и Святорад. «А разве студентов других факультетов берут в данный отряд? Или Святорада взяли как лекаря?» Поинтересовалась Катя, отметив то, что надо обязательно спросить у магистра Рамира и магистра Бояна насчёт женского отряда.

Она посмотрела на занятия на сегодня и немного удивилась, когда даже расписание было составлено по славянскому календарю, иными словами, 9-дневная неделя. Учёба была составлена следующим образом: два дня они учились, один – отдыхали. Итого, получается, три выходных между шести рабочих дней. Катя переписала расписание в тетрадку, заодно переписала занятия менталистов и техномагов для девочек. После чего вернулась в женское общежитие за девочками, чтобы пойти с ними вместе в столовую, а также загрузила в сумку необходимые вещи для уроков. Девочки поблагодарили Катю за то, что она глянула и их расписание.

В столовую студенты шли сонные и недовольные. Кроме старших курсов, которые только вчера вечером прибыли в академию и сейчас с интересом рассматривали новеньких, особенно девушек. Один из них по имени Коля, услышав о том, что в военном факультете будет учиться девушка, скривился, не понимал, как её вообще взяли к ним. Это уму непостижимо, чтобы девушки учились на самом опасном факультете. Его склад ума был таким, что он бы, как и директор, отправил девочек учиться на базовый курс. Маги из них всё равно никудышные.

Вычислить воина среди девушек не составило никаких усилий. Так что стоило Кате с подружками сесть за столик, как перед ними нарисовался Николай, да внаглую развалился за столом. Разумеется, не для того, чтобы поесть, а чтобы поиздеваться.

– Это ты та воительница, которую зачисляли на наш факультет? Симпатичная. И кого же из наших магистров соблазнила?

Спросил Николай с издёвкой. Катя отложила еду в сторону. Она смотрела на Николая брезгливо и с осуждением. «Нашлась очередная Иуда? Хорошо, сейчас поговорим с ним по душам».

– Конечно, мы же, девушки, на это дело мастерицы. А ты, как я посмотрю, пришёл записаться. Извини, но все места заполнены. Может, через год повезёт, если, конечно, мой клинок за это время тебя случайно не заденет.

Заговорила Катя в издевающейся манере. Николай скривился. Не понравилось, как с ним разговаривает какая-то девка. Жаль, что тот не в курсе, кто у неё дед, а то магистру Огневу навряд ли такое понравится.

– Дерзкая, как я посмотрю? Видимо, мало пароли, раз до сих пор не выучила, что женщины должны быть тихими и послушными, как овечки, да делать то, что мы велим. Совсем забыли, где ваше место.

Нёс всякую грязь Николай. Дипломатия от Кати тут же закончилась. Она встала из-за стола и вытащила меч из ножен, а затем направила прямо к горлу Николая. Николай, не ожидавший такого поворота, замер.

– Если не хочешь, чтобы тихая и послушная овечка этим мечом пронзила твоё жалкое тельце, советую взять ноги в руки и свалить. А если не веришь, что я на такое способна, то можешь спросить упыря в лесу, которого я собственноручно убила.

Николай встал из-за стола. Ему хотелось вступить в дуэль с Катей, да только решил разумно промолчать и уйти. Катя убрал меч в ножны и села за стол. «Вот чего им неймётся всё». Подумала Катя, откусывая пирожок с капустой. Не то чтобы ей нравились пирожки с капустой, но сегодня на завтрак именно они были. А Катя ещё со времён колледжа привыкла есть то, что дают в столовой, даже если эта еда не нравится. Самое главное, что кормят бесплатно, поэтому очень глупо выпендриваться.

После завтрака девочки отнесли грязную посуду на мойку, а затем каждая ушла по разным сторонам. У Милы по расписанию была основа по техномагии, у Вики же – основы по менталистике. Всех студентов с первого урока будут сразу знакомить с тем, с чем им в дальнейшем предстоит столкнуться. Бывает так, что адепты после первого дня переходили учиться на другой факультет, но такое бывает крайне редко, либо слишком много хлопот.

Первый урок воинского факультета проходил на улице на поле. При этом урок проводился даже у старших курсов, так что сейчас здесь находились все четыре курса. Стоило Кате показаться на поле, как все тут же стихли. Первокурсники, которые знали, что Катя с ними учится, реагировали спокойно, а вот остальные студенты с удивлением, а кто-то как Николай возмущались. Катя не обращала на них никакого внимания, заняв спокойно место рядом с первокурсниками, которых вычислить их было не так сложно.

Мирослав находился тут и беседовал с Деяном и Маломиром. Мирослав сразу заметил Катю, но не решился подойти при всех. Так что ему не оставалось ничего другого, как бросать мимолётные взгляды на пару с Данияром. На поле пришли два магистра: Боян и Рамир.

– В одну шеренгу становись. Четвёртый курс – впереди, первокурсники замыкают.

Громко заговорил магистр Рамир. Студенты становились в одну шеренгу, Катя встала привычно в конце всех.

– Адептка Светлова, встаньте, будьте добры, где-нибудь в передние ряды своего курса. Конец пускай замыкают адепт Бирюзов и адепт Качевников.

Кате было несложно этого сделать. Парни позволили занять четвёртое место. Однако Катю интересовал один вопрос... «Кто должен встать в конце?» Подумала она, но когда в конец пошёл Мирослав и Данияр, до неё тут же дошло. Вот это чудеса. Оказывается, надо иногда интересоваться, какая у твоего знакомого фамилия, чтобы потом вот так не удивляться. «Видимо, магистр так их наказывает за драку. Вот и правильно. Глядишь, умнее будут».

– Поздравляю всех студентов с началом учебного года. Тех, кто только-только вступил в наши ряды, – вдвойне. А тех, кого мы не отчислили в прошлом году, – втройне. Я магистр Боян, буду вести у вас уроки по факультетным предметам у всех курсов. Единственное вы меня не увидите только в том случае, если вас вписал к себе мой коллега. Он избирает к себе исключительных и смышлёных – тех, в ком видит большой потенциал. Это большая возможность и честь для каждого из вас. Мои требования: старайтесь не драться и учитесь, тогда обещаю, что таки станете борцами. Передаю слово своему коллеге.

Закончил говорить магистр Боян. Студенты чувствовали воодушевление и капельку адреналина, всем не терпелось стать настоящими воинами. Магистр Рамир одарил каждого студента суровым и хмурым взглядом, после чего, в общем-то, и заговорил.

– Приветствую адептов на военном факультете. Я магистр Рамир. И отныне ваш кошмар. Мои требования просты: не злите меня, и я вас не трогаю. Однако помните, один прокол и вы тут же будете наказаны, как это было сделано вчера. Мне стоило наказать всех, кто стоял и наблюдал, но решил обойтись без массы. Вместо того чтобы разнять товарищей, вы стояли в стороне. Могу плюс поставить только студентке Светловой. Единственная, кто додумался выйти и остановить драку. Заметьте, первая девушка на нашем факультете, а уже больше, чем вы все вместе взятые, сделала. Позор, пацаны. А сейчас 20 кругов, бегом марш!

Катя чувствовала гордость. Магистр похвалил её за вчера. А то, что магистр сразу отправил их бегать, так ерунда. Всё-таки урок физкультуры. А физкультура мало чем отличалась от нашей. На десятом круге магистр Рамир подозвал Катю.

– Адептка Светлова, выйти из строя и подойти ко мне.

Катя отклеилась от стада бегающих оленей, стремительно приблизившись до магистра Рамира.

– Да, магистр?

Подошла Катя.

– Адептка Светлова, я разочарован в вас.

Катя вылупила глаза на магистра.

– И чем это вызвано, магистр?

– Тем, что вчера был создан женский отряд, а вы до сих пор не предоставили мне список участниц вашего отряда.

– А разве это я должна делать?

Ещё раз удивилась Катя, уверенная в том, что именно преподаватели должны были это делать.

– А кто же? Вы пока единственная в своём отряде. К концу дня жду список участниц, ясно?

– Ясно. Только как наберу кого-то, если на военном факультете кроме меня никого из женского рода нет?

– Можете взять кого угодно и из других факультетов. Должно быть ещё четыре участницы.

Сказал магистр Рамир. Катя вернулась в строй и продолжила бежать в ряду первокурсников. После пробежки была зарядка, а дальше студентов отправили на полосу препятствий. И вот тут для Кати наступил настоящий ад, поскольку здесь она физически была слаба. Сначала они перепрыгивали через ров в виде небольшой речки, затем бежали по бревну, стараясь с него не упасть, дальше по-пластунски пришлось ползти. Все двигались с одинаковой скоростью, не дай бог отстанешь – затопчут. Катю только это подгоняло. Ей хоть это казалось интересным, но было немного тяжело. После того как они проползли, пришлось переправляться по перекладинам, перебирая быстро руками. Далее шла высокая горка, по которой адепты подымались по железной решётке, а там – прыжок вниз. Катя чуть не легла на землю.

Парням-то хорошо, их с детства тренировали, да и по росту ребятам куда проще было, а ей вдвое тяжелее. «Хорошо хоть поблажек не дают. Это унизительно было бы. Но мышцы уже начинают болеть. Надо будет отдельно от ребят попробовать в одиночку пройти, чтобы не так тяжело было бежать следом». После горки шли кочки, располагающиеся под наклоном: задача студентов попадать ногами по деревянным дощечкам, которые стояли под углом 45 градусов, и не угодить в яму, иначе все, кто бежал за тобой, споткнутся об тебя. А дальше шёл барьер. Оценив высоту, Катя поняла, что не пересечёт его. Она отошла в сторону, чтобы не мешать ребятам проходить полосу препятствий.

– Адептка Светлова! Почему остановились?

Крикнул магистр Рамир, недовольный тем, что студентка остановилась. Катя посмотрела на магистра Рамира, а затем на стену и покачала головой. «Чисто физически я не смогу её перепрыгнуть, даже если захочу». Магистр Рамир закатил глаза. Он махнул рукой, наколдовав у барьера ступеньки. Катя кивнула магистру и с помощью ступенек смогла перебраться через барьер, правда спрыгивать было также высоко, но цель достигнута, а это самое главное.

Катя вновь заняла своё место в строю, встав четвёртой. На её счастье, следом шёл лабиринт, а там всего лишь надо пробежать, и всё. Дальше было такое упражнение, где студентам предстояло то перепрыгивать через препятствие, то пролезать. Тут-то у Кати было преимущество: оно могла спокойно прильнуть вниз кувырком и пойти дальше, ребята же проходили гуськом, а кто-то ползком. В дальнейшем шло препятствие «сетка», после вновь ползли, но уже через тоннель и в завершение горизонтальная стена, через которую нужно было всего лишь перелезть.

Те, кто думал, что на этом всё, глубоко ошибались. Магистр заставил студентов принять положение лёжа и отжиматься. Под его счёт все отжимались. На десятое отжимание он вновь обратился к Кате.

– Адептка Светлова отдыхает, остальные отжимаются дальше.

Однако Катя решила, что лучше пускай будут ныть мышцы, но она будет отжиматься со всеми. Хотя десять – для неё было пределом, и как бы отставать не хотелось, но она отставала. Магистр же с уважением смотрел на старание Кати и будто специально считал медленно. По академии прошёл звук колокольчика, говорящий о том, что урок закончился.

– Встать в строй!

Приказал магистр Рамир.

– Что я могу сказать о вашей физической подготовке? Очень плохо! Вам предстоит ещё долго и долго тренироваться, только тогда вы станете настоящими воинами. Всем ставлю за урок оценку удовлетворительно.

Сказал магистр Рамир, а затем произнёс фамилии тех студентов, кто получил от него плюс, отчего оценка стала выше.

– Адептка Светлова, получаете ещё один плюс за старание, несмотря на то, что вы девушка. Вы показали, что способны учиться даже на этом факультете, надеюсь, в дальнейшем на улучшение результатов. Тем, кто не догадался помочь студентке Светловой пройти препятствие, буду на следующем уроке снижать баллы. Запомните, вы все должны не только о себе заботиться, но и о товарищах. На этом всё, ступайте в общежития и смойте с себя всю грязь. Вечером после ужина явиться всем и получить свою форму.

Закончил говорить магистр Рамир, не дав магистру Бояну даже немного покомандовать. Все студенты побежали в общежития – всем ещё идти на уроки, а душевых было всего пять штук. Кате же было легче. Она единственная девушка из военного факультета, так что можно было не спешить. Зато с какой завистью на неё смотрели, когда Катя сидела уже в аудитории, а ребята пришли только через десять минут от начала урока. А у них по расписанию числилась история. Наум не очень был доволен тем, что студенты опоздали, но решил пойти на попятную. Всё-таки начало недели и следующие уроки будут проводиться отдельно от старшекурсников.

Все адепты военного факультета думали только об обеде, мечтая, чтобы поскорее закончились уроки и можно было утолить голод. Катя же параллельно обдумывала, кого бы позвать в женский отряд. Не хотелось бы ударить лицом в грязь, но она ещё не со всеми девочками была знакома, что только усложняло задачу. «А что, если позвать Вику и Милу? Нет, Мила слишком эмоциональная и её технонавыки могут не пригодиться. Кстати, может, взять девочек просто с разных факультетов, и всё. Вот Вика – менталист, умственные силы на любом задании пригодятся. Осталось взять кого-нибудь из природоведов, лекарей и артефакторов. Надо будет девочек спросить, может, кого-то посоветуют». Подумала Катя и таки дождалась начала обеда. А там уже за столом Катя рассказала про женский отряд.

– Мне магистр Рамир сказал набрать четырёх девушек. Я подумала, что лучше взять тебя, Вика, и кого-то ещё. Я хотела и тебя взять, Мила, но ты всё-таки техномаг, а мне нужны люди для выхода на миссии.

Закончила говорить Катя. Мила на Катю не обиделась, ей и самой не хотелось участвовать в чём-то опасном, но зато она поняла, кто может подойти. Мила осмотрела столовую и нашла пару девочек. Она отошла, чтобы с ними поговорить и попробовать убедить. Вика и Катя остались на какое-то время наедине.

– Ты как, согласна вступить в женский отряд или нет?

Вика немного подумала и кивнула.

– Если ты предлагаешь, то почему бы и нет. Возможно, мне понравится.

Вика прямо-таки не желала в чём-то таком участвовать, но и не отказывалась.

– Вика, ты просто супер.

К столу вернулась Мила в компании ещё двух девушек, они сели за один стол.

– Катя, познакомься, это Ярослава. Она из факультета природоведов, а это Клара – из лекарей.

Представила Мила девочек Кате. Ярослава представляла из себя маленькую и худенькую девушку, у неё были тёмно-русые локоны, одета была в тёмно-зелёное платье с закрытым горлом, глаза были под цвет коры. Клара же представляла из себя девушку со средним телосложением, обладала светло-голубыми глазами, волосы переливались пышными светло-блондинистыми локонами. На её лице играла добрая и скромная улыбка, одета была в простой белый сарафан – лёгкий по покрову, рукава были широкими, на талии присутствовал голубой пояс, перевязанный в косичку.

– Значит, вы готовы вступить в женский отряд?

Спросила Катя, неуверенная в том, что девочки действительно согласились. Начала говорить Клара, у неё был неспешный голос, но с мелодичным и приятным тембром на слух.

– Да. Я слышала, что Святорад также входит в отряд, но мужской. А мы с Ярославой слышали, что тем, кто участвует в отрядах, начисляются дополнительные баллы, и мы оттачиваем на заданиях определённые навыки.

– Кроме того, мы будем наравне с мальчиками, а значит, так больше привлечём к себе внимание.

Заговорила Ярослава. Катя мысленно закатила глаза. «Понятно, более выгодное замужество привлекло. Хорошо, пускай будет так».

– Что же, записываю вас в отряд. Осталось найти ещё одну и желательно из артефакторов.

Сказала Катя. Она достала из сумки тетрадь и черканула там имена девушек.

– Я знаю тогда, кто согласится. Сейчас вернусь.

Сказала уже Вика и вышла из-за стола, а вернулась уже с ещё одной девушкой. По лицу Катя оценила её, как серьёзную и тихую. У девушки были густые и русые волосы, убранные в высокий пушистый хвост, волосы украшала красивая заколка в виде мака, глаза тёмно-карие. Одета была в белое платье с пышными рукавами у плеч, у талии красовался красный и широкий пояс, сделанный из более плотной ткани, на левой руке висели два круглых браслета. Вика и новая девушка, которую девочки пока не знали по имени, присели за стол.

– Девочки, познакомьтесь, Елена – артефактор. Елена, как и я, родом из города Лоська. Лена, а вот Катя, про которую все говорят в академии. Она сейчас набирает людей в женский отряд, и нам нужен артефактор.

Рассказала кратко Виктория. Елена оценивающе посмотрела на сидящих тут девушек, прежде чем заговорить серьёзным тоном и тёплым голосом.

– Женский отряд, говоришь, Виктория? Что же, я в деле. У меня в принципе есть вещи, которые не жалко будет носить на миссиях.

Согласилась в итоге Елена. Мимо их столов прошёл Святорад и при виде Елены споткнулся. Катя заметила это. «Вот она твоя причина грусти – влюблённость». Осознала Катя, видя, как Святорад посмотрел на Елену. На обед оставалось ещё 15 минут.

– Давайте в таком случае отнесём всё на мойку и всем отрядом покажемся перед магистром Рамиром.

Скомандовала Катя. А магистр Рамир находился в тренировочном зале для заклинаний. Катя узнала местонахождение магистра у Беляка. Катя с девочками поспешили, пока шло обеденное время. Ей не терпелось представить магистру свой сформированный отряд, правда пока неизвестно, как они будут в деле, но будет видно на первой их миссии.

– Магистр Рамир, можно к вам на пару минут?

Окликнула Катя магистра. Магистр стоял по центру зала, в руках держал что-то похожее на журнал, куда он вносил оценки четвёртого курса. Ему пришлось отвлечься.

– Слушаю вас, адептка Светлова.

– Я нашла кандидаток для женского отряда.

Сказала Катя. Магистр Рамир поднял свой взгляд от журнала и осмотрел девушек, которые стояли за спиной Кати. Магистр Рамир тяжело вздохнул, либо девушки не выгладили как военно-способные, но он вынужден был всех зачислить в женский отряд. К тому же вариантов у него не было. Магистр закрыл журнал, а затем достал из воздуха список.

– Каждая по очереди называет фамилию, имя и факультет.

Сказал магистр Рамир. Елена, Клара, Ярослава и Вика по очереди назвали данные. Как только последняя девушка была внесена список, на лице магистра появилась страшная улыбка.

– Что же, поздравляю вас, девушки, с первым шагом к самому страшному для вас кошмару – на следующей неделе у вас будет первая миссия. Вашим куратором будет магистр Наум, который согласился взяться за обучение женского отряда. Советую каждой серьёзно отнестись к данному делу.

Магистр открыл снова журнал, продолжив стоять и заполнять его. Катя посмотрела на своих компаньонок и заметила в их глазах страх. «Не представляю, что нас ждёт, но надеюсь мой отряд не распадётся после этого». Подумала с надеждой Катя. Каждая девушка разошлась по разным сторонам. Катя осталась стоять у тренировочного зала, поскольку следующий урок был как раз здесь по боевой магии.

Глава 8. Как поймали одного из злодеев?

Если бы Кате кто сказал, что после того, как она предоставит магистру Рамиру свой отряд, начнётся реальный ад, то она бы ещё лишний раз подумала о своих решениях. Ладно бы она одна проходила через всё это, но нет. Со следующего дня всех девочек ждал ад, а именно утомительные тренировки и дисциплины после. Тренировки проходили на поле. Девочки всем коллективом проходили тропу препятствий. Спрашивается зачем? Всё очень просто: чтобы никто никого не тянул на дно. Ведь на миссиях часто приходится бегать, а для новичков это может быть неожиданным, если не подготовиться как следует.

Елена, недолго думая, отправила письмо через голубя своей семье, попросив купить для неё стрелы и лук. В следующем письме они, конечно, написали, что об этом думают, но в итоге прислали хорошие и дорогостоящие стрелы, да ещё хороший и прочный лук. Стрелять из лука вызвался учить магистр Константин. Его попросил об этом Наум. Виктория же взяла дополнительные уроки по ментальной магии и прикупила метательные ножи – специальные для менталистов, чтобы она на ментальном уровне могла их швырять. Правда, в итоге, магистр Рамир взялся учить кидать не только магией, но и руками. Мало ли что с магией случиться?

Клара же увеличила количество уроков по исцелению. Она в отряде служила больше как лекарь, чем боец, да и брезговала брать оружие в руки. Ярослава также не стала брать оружие, она просто углубилась в защитной и боевой магии на основе магии фауны. Что касаемо Кати, то та лучше стала управляться мечом, кидать кинжал вдаль, заодно выучила несколько защитных и боевых заклинаний. Так что каждая готовилась как могла.

Возможно, за восемь дней стать профессионалами нельзя, но набить определённую базу вполне возможно, главное, чтобы было желание и стремление. А девочки тренировались между тем даже в выходные дни. Несмотря на адские тренировки и уроки, они не проявили желание уйти из женского отряда. Наоборот, им это начало нравиться, что сильно удивило Катерину. Конечно, девушкам, которых всю жизнь готовили только к одной и той же задаче, вдруг начало нравиться то, что выводит из зоны комфорта.

Кстати, Катя получила свою форму, и что примечательно, в ней были штаны. У формы только мантии были чёрными, а так в неё входила тёмно-серая туника с разрезами по бокам и длинными рукавами, дальше были тёмно-серые штаны, чёрные сапоги новенькие, плюс кое-какая защита в виде нарукавников на руки и защита такая же для ног и туловища. Так сказать, чтобы не так просто было ранить. Однако для женского отряда также сшили специальную форму, учитывая их снаряжение. Единственное, форма была белого цвета, что не очень радовало, а вот комплектация такая же, как и на военном факультете. Когда девочки свою форму увидели, то немного опешили.

– И как мы должны в этом воевать?

Не понимала Ярослава. В этой форме, конечно, воевать можно, но каждый раз стирать, да и не все пятна можно вывести. А значит, можно смело выкидывать форму и брать другую. А новую ожидать только через полгода, и то, если сошьют.

– Предлагаю после первой нашей миссии сходить в город и купить ткани. Я отлично смогу сшить форму, подобную этой.

Сказала Клара. Она хоть и лекарь, но тоже не была довольна выданным.

– Я могу написать письмо родителям, и они просто пришлют всё, что необходимо. Клара, ты же покажешь, как шить?

Спросила Елена.

– Конечно.

Ответила Клара. Только она не единственная мастерица. Ярослава тоже вызвалась смастерить форму. В итоге договорились на том, что после первой миссии сошьют форму сами.

На следующий день все занятия для девочек были отменены, и женский отряд вызвали в одну из аудиторий, где во главе был магистр Огнев, а вместе с ним магистр Боян, магистр Рамир и магистр Наум. Девушки присели за первые парты, одев перед этим свою форму для выхода вместе со снаряжением. Только через пару минут явился мужской отряд. «А у них форма получше, выдали больше доспехов и цвет формы чёрный, легче стирать будет. И за что наш женский отряд пытаются принизить? Вроде стараемся, а всё равно никакого уважения». Ребята сели на оставшиеся первые парты, потеснив немного девушек. Катя одарила ненавистным взглядом Мирослава, который именно её взял и потеснил. Вот надо было ей сесть в конце всех. Катя пихнула Мирослава плечом.

– Не занимай столько места, имей совесть.

Буркнула Катя. Мирослав лишь закатил глаза. В них играли весёлые искорки. Мирослав был просто рад возможности сесть рядом с Катей. К тому же наказание он отработал, а значит мог спокойно общаться с ней, главное быть аккуратным и не попадаться снова.

– Доброе утро, студенты. Надеюсь, настроение у вас боевое, либо сегодня оба отряда отправятся на первую миссию.

Начал вести речь магистр Огнев, желая подбодрить адептов. Он ещё не знал, что студентов ждало. Однако его больше волновал женский отряд, ведь это первый их выход. И если всё пройдёт хорошо, то отряд оставят и будут развивать эту тему в дальнейшем, а если нет, то отряд распадётся. Девочкам, разумеется, об этом ещё не сообщили. «Вот бы всё хорошо прошло». Подумал магистр Огнев.

Речь продолжил говорить магистр Боян, который тренировал всё это время ребят, поскольку магистр Рамир ушёл тренировать девочек на пару с Наумом. Хотя идея создать женский отряд принадлежала именно Бояну, но как это бывает, одно дело предложить, другое дело осуществить в жизнь.

– Мужской отряд у нас есть на каждом курсе. Обычно числящиеся в них студенты не меняются и продолжают выходить на миссии прежним составом даже после окончания учёбы в академии. У адептов, которые числятся в отряде, есть больше преимуществ над теми, кто не участвует в вылазках. Я сознательно подготовил ребят к их миссии и могу точно сказать, что они с ней справятся.

Был полностью уверен магистр Боян, либо за всю историю ещё такого не было, чтобы его студенты провалились на первой миссии. Магистр Боян ехидно посмотрел на магистра Рамира, который отказался тренировать с ним будущих воинов, что было совсем непонятно. Казалось, бывший военный, а взялся тренироваться девушек. «Можно подумать, его отряд способен воевать. Уверен, что после этой же миссии их расформируют и определят на базовый курс». Размышлял магистр Боян. Магистр Рамир посмотрел на женский отряд и был уверен, что те не подведут. «Я в вас верю». Мысленно сказал магистр Рамир, смотря на девушек. Речь стал вести он.

– Женский отряд хоть и впервые будет выходить, но я гордо могу сказать, что все участницы – отважные и смелые девушки, которые не побоялись кинуть всему миру вызов, показав на деле, что способны так же воевать с нами наравне. Пускай они не обладают физической силой, что и мы, но зато у них есть ум и женская хитрость. Адептка Светлова...

Произнёс магистр Рамир фамилию Катерины. Магистр Огнев, когда её услышал, то словно стрелу в самое сердце получил. Ему было неприятно осознавать, что внучка в итоге целиком и полностью отказалась от его поддержки и фамилии. Но затем до него дошла старая и забытая мысль. «Светлова? Эх, как же я забыл об этом. Эта фамилия принадлежала Пересвету Светлову, я же ведь не ошибаюсь?» Магистр Огнев переглянулся с Наумом. Тот сразу понял его расклад мыслей и просто кивнул, давая ответ. Осознание того, что Пересвет в итоге просто женился на его дочери в Советке, тут же осенило.

Магистр Огнев по-новому смотрел на свою внучку, выделив в ней сходства со старым другом. «Как же я этого сразу не понял. И ведь стихию воздуха она именно от него унаследовала. Вот почему моя внучка воздушная! Это всё объясняет». Эта мысль развеяла все в нём сомнения. Но через пару секунд он помрачнел, вспомнил последний разговор с внучкой. «Я идиот. И как я только мог такое предположить?» Магистр Огнев хотел увести Катю отсюда и извиниться, вернуть хоть какие-то хорошие взаимоотношения. Но понимал, что сказанные слова так просто обратно не заберёшь.

– ...показала ещё на уроках, что в них скрывается прочный стержень, что они могут проходить любые трудности. У меня ещё такого никогда не было, чтобы девушка больше старалась на уроке, чем ребята. О её подвигах в лесу я, разумеется, не говорю уже, хотя и стоило. Я верю, что студентки выполнят миссию успешно и на военном факультете появится больше волевых девушек.

Закончил говорить магистр Рамир. Девочки были тронуты тем, что магистр им верил. Последние слова, а именно распоряжение по миссиям, оставили Науму. Тот участвовал лишь из своего интереса, а точнее надеялся, что Катерина столкнётся не столь с нечистью, как с магами, которые стоят за нападениями.

– Отряд Мирослава выходит в горы Лока. Жители деревни Щуковка стали жаловаться, что у них стал пропадать скот и еда, в городе Лоська такая же проблема. По описанию походит на волколаков. Ваша задача – найти и устранить.

Сказал Наум задание ребятам. Мирослав слегка наклонился к уху Кате и тихо спросил.

– Ты случайно про этих волколаков читать не начала?

Катя вспомнила, про каких существ она успела прочитать и ответила.

– Если вкратце, то это получеловек, полуволк. Думаю, когда увидите что-то похожее на волка, но ходячее на двух конечностях с человеческими коленями, то поймёте, что это и есть волколак.

Ответила Катя Мирославу. Тот представил эту нечисть и кивнул.

– Если что, бить эту нечисть нужно чем-то серебряным, а как только победите, обязательно сожгите тело и убедитесь, что ничего от него не осталось.

Предупредила Катя. Она хоть и злилась на Мирослава, но не желала, чтобы того убили из-за незнания. К сожалению, не в её характере было желать кому-то смерти, даже если она этого человека будет ненавидеть. Мирослав пихнул Катю в бок, Катя пихнула его в ответ.

– Спасибо. Если возникнет сложность, только скажи, и я весь свой отряд приведу к вам в помощь.

– Как же я это сделаю?

А вот об этом Мирослав не подумал. Ведь ещё неизвестно, где их миссия будет проходить. Магистр Наум просто стоял и ждал, когда одна парочка наговорится. Магистр махнул рукой, и между студентами появилась стена.

– Адепты, может, дослушаете нашего магистра. После успешного выполнения миссии будете мило общаться.

Строго сказал магистр. Катя немного засмущалась. «А чего я-то? Это всё-таки Мирослав начал, я лишь отвечала на его вопросы. Кто же виноват, что я вперёд паровоза бегу и читаю литературу, которую мы ещё не проходим». Подумала Катя, отворачиваясь от Мирослава.

– Отряд Катерины отправляется на первую миссию на болото Ха, где пропало десять с лишним крестьян из города Халеон. Ваша задача – найти жертв, выяснить причину их смерти и по возможности устранить причину. Но если это что-то серьезноё, сами не лезьте в битву, лучше вернитесь в академию и сообщите нам, а мы уже сами решим проблему.

Сказал магистр Наум. Кате задание было понятно. Но она подняла руку, чтобы уточнить один момент.

– Да, адептка?

Обратил внимание Наум.

– Что-то серьёзное вы имеете ввиду болотника или что-то похожее? Просто мне надо понимать, с кем мы можем сразиться с девочками, а от кого отступать.

Отвечать вызвался магистр Огнев.

– При любой нечисти отступать и идти в академию. Лишний раз не стоит рисковать.

Кате такой ответ не понравился. Что значит от всех уходить? Их что зря восемь дней мучили.

– Даже если это водяной или леший?

Всё не унималась Катерина, не желая просто так гулять по лесу. Они им что, слабое звено?

Магистр Огнев хотел было ответить, но слово взял магистр Рамир.

– Думаю, разумнее будет, если девочки пойдут в отступление только в том случае, если столкнутся с болотником или с чем-то похожим.

– Согласен.

Согласился магистр Наум. Оба отряда отпустили на миссии. Перед выходом из аудитории магистр Огнев перекрестил Катерину. «Только бы вернулась живой». Магистр обратился ко всем богам, какие только есть, лишь бы Катерина с отрядом уцелели. У ребят-то были кони, и они верхом на них быстро доберутся до горы, а девочкам придётся идти пешком. Девушки вышли из академии.

– Как думаете, сколько примерно по времени займёт дорога до болота?

Спросила Клара.

– Если на лошади, то полдня примерно.

Ответила Катя, вспоминая, сколько заняло времени, когда она ехала в академию в компании Мирослава и её дедушки.

– Но лошадей у нас нет, значит, день будем идти.

Сказала Елена. Девочки приуныли. Кто же знал, что отсутствие копытного друга может подарить такие трудности.

– А кто-нибудь еду с собой брал?

Спросила уже Ярослава. Девушки синхронно покачали головой. А это была полная подстава.

– Почему магистры не сказали заранее? Мы бы тогда припаслись бы, а в итоге ни лошадей, ни еды.

Поныла Клара. Девочкам от этого легче не стало.

– Наша задача добраться сейчас до города Халеон, а там уже остановиться в таверне и набраться сил. После выполнения миссии прикупим лошадей в городе и на них вернёмся в академию. Сейчас нужно добраться до города, а там уже будет видно.

Сказала Катя, стараясь держать спокойствие в своём отряде. Мимо девушек проскакал мужской отряд на конях. Девочки с завистью смотрели им вслед.

– Так нечестно!

Вновь заныла Клара. Девочкам не нравился такой расклад.

– Согласна, ребята могли и подвести до развилки.

Заговорила уже Вика, самая спокойная из всех. Девочки недовольно шагали и пыхтели, проклиная всех на свете.

– Такое ощущение, что так специально сделали.

Заговорила Елена. Девочки кивнули.

– Как будто от нас сознательно хотят избавиться.

Размышляла Ярослава.

– Так оно и есть. Разве вы по абсолютно белому общежитию этого не поняли? Сам наш директор против того, чтобы мы, девушки, учились наравне с мужчинами. Магистр Огнев отвоевал для нас возможность, благодаря чему мы теперь можем учиться везде, где пожелаем. Белая наша форма тому свидетель. Такими мелочами нам только больше хотят напомнить, где наше место. Именно поэтому мы должны показать всем, что способны не только быть хорошими матерями и верными жёнами, но и ещё на что-то. Если мы сумеем самостоятельно решить проблему на болоте, то наш отряд будут и дальше продвигать, а значит, мы возложим небольшой фундамент для остальных. Просто представьте мир, где сможете свободно выбирать, что для вас в первую очередь сейчас важно? Мы таким образом заставим самих мужчин нас уважать и принимать за равных.

Произнесла боевую речь Катерина, надеясь вызвать в девушках силы для борьбы. Девушки, которые и не думали об этом, загорелись всё-таки.

– Значит, эти нас не уважают?

Спросила небрежно Ярослава про мужской род. Катя кивнула. У девушек появилась мотивация, через которую все решили утереть нос магистрам и показать, на что они способны. Дорога до города Халеон заняла меньше дня, всего лишь пять часов, но за это время девушки подустали. А когда они ступили в город, жители странно на них смотрели, а при виде оружия – сторонились. Обычный народ ещё не видел никогда военных девушек. Для них они были чем-то необычным и странным.

Девочки нашли таверну, заказали себе еду – благо деньги догадались прихватить – и спокойно сидели, да отдыхали за столиком. А чтобы не мозолить лишний раз глаза городским жителям, заняли самый дальний столик подальше от всех.

– Может, мне стоит пообщаться с местными. Больше узнаем о пропавших людях.

Предложила Вика, осматривая находившихся людей.

– Попробуй.

Одобрила идею Катя. Вика вышла из-за стола и пошла разведывать хоть какую-то информацию о болоте. Катя держала свой взгляд востро, готовая в любой момент обороняться, если кто подумает их обидеть. Но, похоже, у людей присутствовало чувство самосохранения, так что всё обошлось. Вика вернулась к столику.

– Ну что, удалось что-то узнать?

Спросила Ярослава. Вика покачала головой.

– Все нас побаиваются.

Ответила Вика, которой не понравилось, что люди их боятся и не желают сотрудничать.

– Что же, будем тогда сами искать. Все отдохнули?

Спросила Катя у девочек. Дождавшись положительных кивков, она сказала.

– Выдвигаемся!

Девочки вышли из таверны, а там уже пошли в сторону болота, которое располагалось в западно-южной стороне. Болото Ха было окружено могущественным лесом, найти конкретное болото было непросто. Только цель девочек заключалась в нахождении тел.

– У кого какие идеи по поиску тел?

Спросила Елена, не желая в этом лесу жить. А идеи у каждой были весьма обширными. Первая идея заключалась в расхождении по всей территории, но поскольку они были не уверены в своих силах, то решили пока не рисковать. Вторая идея – это использовать магию и попробовать найти визуально. Ярослав могла это сделать с помощью деревьев, а Катя стать единой с воздухом. Поскольку лес большой, они первогодки, а значит уровень магии низок, девочки решили всё-таки разделиться. Только не том в плане, что одни в начале леса, а другие на другом конце. Нет, сделали более разумно: они просто отделились друг от друга на 40 метров, чтобы каждая могла исследовать вокруг себя в радиусе 20 метров.

Так как Катя числилась в отряде как воительница, а Ярослава – природовед, то разделились таким образом: Вика и Клара остались рядом с Ярославой, а с Катей пошла Елена. Пока одни пребывали в трансе, вторая группа смотрела в оба. Самым слабым звеном в их отряде была Клара, но она лекарь, поэтому и обезоружена. Примерно по таким кусочкам девушки, далеко не отходя от места, просматривали территорию, это очень экономило время и силы большой части отряда. Они перемещались по небольшим территориям, не теряли друг друга из виду, прочесали большую часть леса, пока Клара не показала пальцем вперёд.

– Там трупы!

В ужасе кричала Клара, которая побледнела от страха. Вика утешительно прижала к себе, успокаивая её магией, а девочкам головой кивнула, чтобы те не ждали и шли вперёд. Катя, Ярослава и Елена пошли вперёд для разведки. А там в действительности лежали трупы людей, и их было куда больше десяти. Здесь был вырыт ров, а в нём около сотни, если не больше, убитых людей. А поскольку тела неразложенные и в хорошем состоянии, то значит, их убили совсем недавно. А то, как они были сложены в ров, появлялась сомнение насчёт нечисти.

Девочки в ужасе смотрели, от увиденной картины у всех был ужас в глазах и наворачивались слёзы. Столько убитых людей и кем? Катерина повернулась назад, где по-прежнему стояла Клара. Как бы ни хотелось её тревожить, но Клара должна подойти к телам, осмотреть их и заключить причину их смерти. Вика с сочувствием посмотрела на Клару, распространяя на неё энергию спокойствия, и повела к тому рву. Клара, как бы ни боялась, но всё-таки отлепилась от Вики и подошла к телам. Девочкам оставалось только изредка помогать переворачивать тела.

Клара достала из сумки свою тетрадь и стала записывать то, что находит на теле. Она бы могла на первых двух остановиться, но проблема заключалась в том, что следы были разные. Вика старалась оставаться спокойной и распространять атмосферу спокойствия. После пары часов осмотра Клара выделила причины смерти тел, а их реально было несколько. Девочки отошли на десять шагов подальше ото рва.

– Какой вердикт?

Спросила Катя Клару. Клара подняла свой взгляд в небо и пару раз перекрестилась, а затем начала зачитывать.

– Люди были убиты по-разному. Часть из них была убита волколаками.

– Ах!

Ахнула Елена, вспомнив о том, что парни как раз и ушли убивать их в горах.

– Их же видели в горах, но кто их оттуда сюда перенёс?

Не понимала Елена.

– Кто же его знает.

Сказала Вика, подёргав плечами.

– Что там дальше? Как другие были убиты?

Спросила Катерина. Клара вновь зачитала результат.

– Часть людей убили упыри, другую часть – утопили, судя по всему, русалки, ещё одну часть убил болотник, а на остальных – следы магии или холодного оружия.

– Какой кошмар!

Ахнули девочки. Смерть – это всегда плохо, а тут погибло столько людей. Катя собрала весь пазл воедино и произнесла окончательный вердикт, к чему девочки морально не были готовы. А сама она уже сразу поняла, кто виновник, – жалко, что не болотники.

– Не хочу вас пугать, девочки, но всех этих людей убила определённая группа магов, которая умеет управлять всей этой нечистью. Магистры Огнев и Наум как раз этих магов ищут. Только мы думали, что охота идёт на меня, но эти тела ломают теорию. А значит, те маги – угроза для всех нас. Мы должны уходить из леса и как можно скорее. Те, кто способен подчинять нечисть, справится с нами на раз и два.

По коже пробежали мурашки. Лес казался холодным и зловещим. Девочки смотрели на тела и проклинали тех, кто так жестоко сгубил столько тел ради того, чтобы их в дальнейшем оживить как ходячих мертвецов.

– Нужно сжечь тела. Что-нибудь для создания огня есть?

Спросила Катя. Клара залезла к себе в сумку и достала пузырёк с медицинским спиртом.

– У меня есть спирт. Можно распространить его по всему рву, а дальше...

Клара не договорила, за неё это сделала Елена.

– А дальше я зажгу спичку и кину в ров.

– Точно!

Обрадовались девочки наличию хоть чего-то. Катя открыла пузырьки и с помощью воздуха распространила по капельке на каждого, насколько это было реально. А затем Елена подожгла три спички и кинула в разные места. По рву разгорелся огонь, сжигая потенциальную проблему в будущем. Девочки стояли и наблюдали. Лишь через три часа они стали уходить. Однако Катя неожиданно заметила двух магов. Оказывается, за девочками всё это время наблюдали. Девочки остановились. Катя смотрела на злыдней впереди.

– Ярослава, с тебя защита. Клара, при малейшем ранении лечишь. Вика, Лена и я всеми силами окружаем их. Всё ясно?

– Да!

Хором крикнули девочки.

– Тогда начали. Сумеем хоть одного поймать, уже хорошо.

Охота началась. Девочки побежали вперёд. Маги стали уходить. Один из магов махнул рукой, вызвав щель в земле. Девочки чуть не упали, вовремя отреагировали. «Как я посмотрю, один хорошо стихией земли владеет». Приметила это факт Катя. Вика вытащила один из ножей и кинула вперёд, но промахнулась. Тогда остановилась Елена и прицелилась стрелой. Стрела попала в чёрный плащ мага, зацепившись за кожу, но очень слабо. «Упустим!» Подумала Катя, как Вика кинула второй нож, мага прижало силой к дереву, второй маг убежал далеко вперёд. За ним побежали Вика и Лена, а Клара, Ярослава и Катя побежали к первому у дерева.

Маг с треском дёрнул свою мантию и побежал вперёд на Катю. Достав свой меч, он нанёс удар сверху вниз. Катя достала меч и отбила удар. Между ней и магом была схватка. Маг понял, что это его шанс нанести смертельный удар, и дрался с Катей не на шутку, а на смерть. Катя сконцентрировала заклинание и, не касаясь мага, сделала выпад вперёд и активировала цунами из воздуха. От пыли, которую вызвала Катя, не было возможности разглядеть лицо, а когда это удалось, то её ждало потрясение. Под капюшоном первого мага оказался Данияр. Катя оцепенела от шока. Её постигла буря эмоций: злость, разочарование, снова злость, но в удвоенной силе, отвращение к тому, из-за кого было убито столько невинных людей.

– А я думала, что ты хороший.

Произнесла неожиданно вслух Катя. Данияр лишь усмехнулся.

– Мирослав так до сих пор считает. Как думаешь, он ещё живой?

Данияр посмеялся, а затем кинул в глаза Кати горсть земли, после чего скрылся. Катя пыталась очистить глаза от попавшей грязи. Клара поспешила на помощь.

– Покажи глаза.

Попросила Клара. Катя перестала трогать свои глаза, давая возможность помочь лекарю.

– Сейчас не три глаза, а просто часто-часто моргай.

Попросила Клара. Катя стала моргать глазами, позволяя частицам выйти естественным образом через слёзы. Катя так моргала в течение минуты.

– Всё, а теперь дай гляну.

Попросила Клара. Клара осмотрела глаза.

– Всё, глаза чистые, ничего нет. Самый подлый приём со стороны нашего Данияра.

Сказала Клара, промывая на всякий случай глаза Кати обычной водой и чистой салфеткой.

– А он мне так нравился. Такой сильный, смелый, жаль, что оказался убийцей.

Разочарованно сказала Ярослава. Лена и Вика вскоре вернулись запыхавшиеся и красные.

– Мы не смогли догнать второго мага.

Сообщила Елена.

– Первого мы тоже упустили.

Сказала Ярослава.

– И под капюшоном оказался Данияр. Он кинул землю в глаза Кати и скрылся.

Пожаловалась Клара. Девочки прокляли Данияра. А вот Катю интересовал Мирослав.

– Перед тем как уйти, он так сказал, будто что-то сделал с Мирославом.

Сказала Катя, отходя понемногу от шока. И как она теперь будет смотреть в глаза Данияру? Спокойно точно не сможет, пока он не окажется там, где и должен оказаться за содеянное, и его товарищ по злу окажется там же. Клара, Ярослава, Елена, Вика и Катя с ужасом ринулись в сторону города.

– Девочки, мы не проверили болото на наличие безопасности.

Вдруг вспомнила Ярослава.

– Это уже не так важно!

Прокричала Клара.

– Нам нужно купить лошадей и на всех порах идти выручать ребят. Потому что если Данияр не обманул, то у них реально что-то произошло.

Женский отряд вышел из леса. Они нашли конюха, который как раз продавал коней. Девочки сразу приобрели по лошадке, не задумываясь насчёт породы. Елена приобрела орловского рысака за красоту и грацию. Вика – русскую верховую, такая чёрная и шикарная лошадь. Ярослава приобрела русского русака, он был куда мельче орловского, но зато дешевле по стоимости. Кларе пришлось позаимствовать денег у девочек и купить себе вятскую лошадь. Катин же выбор пал на Донскую лошадь. Каждая была довольна выбором. Заодно девочки купили амуницию для верховой езды, а именно седло, уздечку, оголовье, повод, попону и ногавки, а также запаслись едой на тот случай, если поиск ребят затянется.

Ездить верхом умели только Клара и Ярослава. Так что после того, как все разобрались, поскакали к городу Лоська. Не сказать, что дорога была ровной и без торможений, но девочки лишь ближе городу смогли хотя бы немного проехать спокойно и без колебаний. В городе же девушки сдали коней в конюшню на передержку. Заплатила за всё Вика. Девочки были потными, уставшими, их форма провоняла уже лошадиным потом, но они бежали к горам.

Солнце уже село, на улице было темно. «Смогли ли они волколаков в итоге перебить или нас ждёт ещё и с ними битва? Не представляю, как мы найдём ребят в такой темноте, но, похоже, надо будет делать привал. Девочки и без того уставшие, да и я тоже. Конечно, можно попробовать поискать снова с помощью магии, но здесь такая видимость, боюсь, что мы просто ничего не увидим». Размышляла Катерина. Поскольку отрядом заправляла она, то на ней очень большая ответственность висела, а значит сейчас она должна была принять важное решение: искать ребят или сделать привал и отдохнуть. Катя склонялась к тому, что им необходим отдых.

– Давайте-ка остановимся, поедим и отдохнём. Нам нужен запас энергии.

Скомандовала Катя. Девочки были рады остановиться, но всех волновала судьба ребят. Им казалось чем-то неправильным сидеть и отдыхать, в то время как ребятам, возможно, нужна помощь. Ярослава смастерила небольшой костёр, а Елена аккуратно разожгла. Девочки сели вокруг костра и грелись. Девушки были уставшими и измученными. Они знали, что им можно было ожидать, но не предполагали, что в первый раз так тяжело будет. Девочки ели пирожки с яблоками, запивая водицей из общей фляги – так экономилось место в сумках.

– Может, Данияр всё-таки соврал и ребята уже в академии? Они же сильные ребята, а значит могли быстро найти волколаков, убить и вернуться в академию.

Предположила Клара. Катя покачала головой.

– Насчёт быстро найти есть сомнения. Мирослав до миссии даже не знал, что это за существа. Он меня спрашивал тогда в аудитории.

Сказала Катя.

– Отчего магистр Рамир ещё разозлился, когда сказал, что вы после миссии мило пообщаетесь.

Поняла Елена. Катя кивнула. Её лицо не отображало эмоций, взгляд был устремлён к костру. Она обдумывала все возможности отряда, чтобы придумать план по поиску. «Если бы в этом мире существовали телефоны, было бы куда легче. Хотя... В лесах обычно связь не работает, но ребят явно надо искать поближе к горам, а может, и вовсе поверх. Как бы мне хотелось, чтобы Данияр просто пошутил и на самом деле отряд Мирослава был в академии. Только отчего мне кажется, что это была не ложь?». Пребывала Катя в тяжёлых раздумьях, в то время как девочки вовсю болтали.

– Слушайте, а раз сам царевич не знал, кто это, то значит ли это, что остальные также не знали?

Предположила Ярослава.

– Данияр точно знал, кто это, а вот остальные ребята могли и не знать.

Пробубнила Вика. Ситуация довольно-таки тяжёлая и непонятная. С одной стороны, девочки хотели, чтобы ребята были живы и здоровы, а с другой, чтобы приход сюда был ненапрасным. Вот такое двойственное ощущение их окружало. Девочки какое-то время поболтали на нейтральные темы, чтобы просто отдохнуть. А позже они встали на ноги, собираясь идти и искать. О сне и речи не шло, либо это может хорошо сказаться на их жизни. Ведь если волколаки до сих пор гуляют здесь, значит, лечь спать было бы глупейшей ошибкой.

– Так, Ярослава, у меня возникла одна прекрасная идея. Наша задача сейчас с помощью деревьев увидеть всю территорию впереди до гор Локи. Ярослава, твоя задача – стать глазами и с помощью деревьев узнать, есть ли какая-то опасность в лесу. Я с помощью своего воздуха увеличу твою связь, и ты словно по цепочке будешь распространяться от одного дерева к другому. Таким образом ты быстрее сможешь осмотреть весь лес и сами горы, плюс ко всему, это менее физически затратно. Силы Клары и Ярославы трогать не будем, кто-то должен нас в состоянии лечить и защищать. Вика, твои силы также понадобятся, чтобы Ярослава смогла почувствовать чужую энергию, – это увеличит вероятность успеха, и мы потеряем лишь малую часть магии.

Объяснила Катерина, всё рассчитав математически. По её расчётам, им должно хватить магии. Объединение двух потоков магии уменьшает затраты, увеличивая мощь и объём, а при работе трёх потоков создаётся ещё больший объём и лёгкость работы. По теории Кати, они так смогут либо найти ребят, либо быстро осмотреть лес, убедиться в том, что здесь никого нет и вернуться обратно к болоту Ха. Ярослава, не ожидающая, что на неё свалится такая большая ответственность, сглотнула слюну.

– Ты уверена, что это мне стоит делать? Может, лучше ты как воздух всё осмотришь?

Катя покачала головой.

– У моего воздуха в этой миссии другая роль. Я в тебя верю, просто сконцентрируй себя на успехе и ни о чём не думай.

Сказала Катя, похлопав Ярославу по плечу. Ярослава не была так уверена, но раз их лидер так в неё верила, то она была готова помочь. Девочки заняли свои места. Ярослава обняла крепко дерево, чтобы было удобнее сконцентрироваться на волне. Катя подождала, когда Ярослава войдёт в транс, чтобы увеличить возможности. Как только Ярослава стала визуально сама деревом, то почувствовала, как кто-то обнял дерево с другой стороны, а её рук коснулись чьи-то руки.

Дальше произошло чудо: Ярослава плыла от одного дерева к другому, да с такой скоростью, что аж голова закружилась бы, если она не была простым деревом. Затем Ярослава стала чувствовать энергию. Это Вика присоединила свои силы к девочкам. Ярослава почувствовала себя легко и свободно, пока не уловила агрессивную энергию – деревья словно дрожали от страха, отчего Ярослава сама стала трястись.

Ярослава поплыла к данному источнику. Энергия принадлежала волколакам, они гуляли совсем недалеко от какой-то пещеры, которая была замурована очень тщательно. Волколаки пытались проникнуть внутрь. Ярослава не могла посмотреть, кто находился внутри, поскольку внутри не было деревьев. Катя напряглась, пробуя вытолкнуть Ярославу, но девочки резко разорвали потоки магии. Катя мгновенно вернулась в своё тело. Ее голова была чугунной.

– Прости.

Сказали хором Вика и Ярослава, у которых теперь так же болела голова. Клара проверила состояние каждой, убедившись, что всё в порядке и им просто необходимо отдышаться.

– Какие успехи?

Спросила с любопытством Елена. Клара также ждала ответа.

– Ярослава смогла отыскать волколаков. Ребята их не перебили. А наш отряд, предположительно, находится в замурованной пещере.

Ответила Катя, давая Ярославе больше времени, чтобы отдышаться. Девочки попили немного воды и стали обдумывать дальнейший план. А он был весьма прост: пойти и сразиться с волколаками, и высвободить ребят. План был шикарен, если бы не одно но...

– Кто-то когда-нибудь сражался?

Спросила вдруг Вика. Девочки покачали головой. С волколаками парни-то не смогли справиться, что уж говорить о них. Если бы не знания Кати, то никто бы даже не знал, с кем им предстоит иметь дело.

– А сколько всего этих монстров было?

Спросила Елена. Девочки напрягли память.

– Я насчитала четверых.

Сказала Катя.

– Вроде четверо было, я как-то не особо обратила внимание.

Сказала неуверенно Ярослава.

– Их точно четыре было. Я считала.

Ответила уже Вика.

– Может, тогда просто сразимся с ним, и всё?

Предложила Елена. Катя посчитала вероятность, если каждая возьмёт на себя волколака, и покачала головой.

– Перебьют.

Ответила Катя. Девочки вновь загрустили. Следующая идея появилась у Вики.

– Может, тогда попробуем волколаков убить издалека. У меня и Лены есть ножи и стрелы. Мы вполне можем издалека в них стрелять.

Предложила Вика. Катя вновь занялась мозговым штурмом. Мозг без сна тот ещё товарищ, но поспят они после того, как избавятся от нечисти и освободят ребят.

– План, в принципе, хороший. Единственная его загвоздка в том, что удар должен быть точным, и волколаки должны лечь с единого удара. А это значит, ножи и стрелы должны быть обработаны серебром. Поскольку серебра у нас нет, можно за основу взять мой кинжал.

Катя достала из сапога кинжал и протянула Лене.

– Сможешь серебристое покрытие кинжала перенести на ваши снаряды?

Лена неуверенно посмотрела на кинжал. Она хоть и училась на артефактора, но пока занималась чисто теорией. Однако Лена всё-таки знала, как покрывать вещи с помощью магии вещества. Лена оценила количество имеющегося серебра и пришла к выводу, что стрелять в волколаков придётся только ей, поскольку серебра хватит максимум на четыре стрелы.

– Смогу, но только на стрелы. Дайте мне полчаса, и всё будет в лучшем виде.

Сказала уверенно Лена. Она села обратно у костра, достала четыре стрелы и начала над ними колдовать. Девочки отсели подальше и старались ей не мешать.

– Раз стрелять будет Лена, то наша задача обеспечить её максимальной защитой.

Заговорила Катя.

– Вика, будешь подстраховывать Лену и в случае чего с помощью ментальной магии направлять правильно стрелы. Как только произойдёт первый выстрел, волколаки сразу же будут искать местонахождение стрелка, а значит нужно будет распространить в воздухе какого-нибудь лесного запаха, чтобы ввести их в заблуждение. Ярослава, что из растений сильнее всего пахнет?

Спросила Катерина Ярославу, та сразу начала размышлять.

– Если смотреть из того, что имеется, то можем распространить запах ели или сосны, но лучше всё-таки ель, я видела много деревьев в том месте.

Ответила Ярослава. Катя кивнула.

– Значит, я буду распространять с помощью воздуха запах ели, отчего волколаки будут какое-то время просто принюхиваться. Как только произойдёт ещё один выстрел, есть вероятность того, что волколаки просто заметят, откуда прилетит стрела. Значит, понадобится отвлекающий манёвр.

– Что-то наподобие летящего в сторону камня.

Поняла по-своему Клара.

– Точно!

Подтвердила догадку Клары Катя.

– В таком случае я могу это сделать.

Сказала Клара.

– Хорошо, только целься как можно дальше. И как только следующая стрела окажется в третьем волколаке, то тут же включится Ярослава и начнёт шуршать ветками деревьев на высоте. Последний волколак отвлечётся, и тогда-то и последний быть лежать. После этого мы соберём их в одну кучу и сожжём все тела, иначе волколаки оживут. Всё всем ясно?

Спросила Катя в заключение, сказав каждому роль в данной битве.

– Да!

Хором ответили девочки.

– Чудно, осталось дождаться, когда Лена закончит колдовать, и тогда сможем выдвигаться. Пока просто передохните.

Распорядилась Катя. Ярослава прилегла на земле, Клара выпила успокаивающую настойку, которую взяла с собой. Катя же достала ещё один пирожок и стала жевать. Вика сидела рядом.

– Уверена, что план пройдёт как по маслу?

Спросила Вика, самая спокойная из всего отряда, но зато самая рассудительная. Пережевав кусок пирожка, Катя тихо ответила, чтобы никто не услышал.

– Нет. Я вообще не знаю, возможно, что-то пойдёт не так, но хочется верить в успех. По правде говоря, я не уверена в целом в себе. Мне ещё никогда не приходилось командовать и особенно руководить целым отрядом. Для меня это слишком большая ответственность, и я боюсь, что только из-за моих решений кто-то пострадает или мы просто не справимся.

Поделилась Катя своими переживаниями. Вика покачала головой.

– Знаю, какую бурю ты испытываешь, чувствую. Только не ты одна боишься. Для всех нас большое испытание идёт. Ещё никогда в истории девушки не участвовали в таких миссиях. Ты та, кто просто перевернул весь наш мир с ног на голову. С твоим появлением каждая из нас пробует то, что нам в голову бы не пришло. И это только твоё влияние на нас так действует. Я верю, что у нас всё получится и только благодаря твоему руководству.

Подбодрила Вика. Катя слабо улыбнулась.

– Спасибо.

Сказала Катя. Катя и Вика наблюдали какое-то время за девочками.

– Кстати, мы живём уже целых 12 дней под одной крышей, и ты ни разу не рассказывала о своём фаворите. Хотя я говорила, что мне в принципе симпатичен Крив, а Миле нравится Лесьяр.

Между тем начала не по теме говорить Вика, чтобы просто скоротать время ожидания чисто женским разговором.

– А у меня на данный момент нет фаворита.

Ответила Катя, а сама мысленно строила вокруг себя стену, чтобы даже не думать на данную тему. Вика это своей эмпатией отлично чувствовала.

– Уверена, а если выйти из своего укрытия? Вот, например, что ты думала раньше о Данияре?

Спросила Вика. Катя пересилила себя, чтобы не проклинать пока этого нехорошего человека, а просто спокойно ответить.

– Что он очень хороший человек. Я считала его своим другом. Поскольку всю неделю он мне помогал и учил. А когда я узнала, что он один из тех, кто хочет меня убить, то испытала предательство. Меня не в первый раз в этой жизни предают, и каждый раз испытываешь боль, как в первый раз.

Вика обняла Катю, потянув аккуратно за плечи. А затем, распространяя успокаивающую энергию, заговорила.

– Так, думаю, это вполне нормальное состояние. Просто ты за эти дни привязалась к Данияру и думала, что ваша дружба возрастётся и будет крепчать. Ты его воспринимала, как нас с девочками, верным товарищем. Но так как ошиблась, сейчас испытываешь гамму неприятных эмоций. Со временем только легче будет.

– Знаю.

Сказала Катя. Вика хотела продолжить такой вот душевный разговор, но Лена закончила колдовать.

– Можем идти.

Сказала Лена, собирая стрелы в колчан. Девочки встали и стали себя настраивать на предстоящую битву. Клара и Ярослава затушили костёр с помощью земли. Катя убрала свой теперь обыкновенный кинжал обратно в ножны. Девочки двинулись вперёд. Вела за собой Ярослава, рядом с ней шла Вика, по центру Клара, затем Лена и замыкала цепочку Катя. Дорога заняла немало времени. Всё ещё усложняло то, что было темно.

А тем временем Мирослав пытался выбить заваленный вход мечом. Только отдадим Данияру должное, хорошо постарался. В пещере находились только Мирослав, Маломир и Святорад. Маломир освещал пещеру и обеспечивал теплом. Деян вместе с Данияром ушли в академию за подмогой.

– Мирон, хорош, всё равно не пробьёшь. Не тратил бы силы и не ломал бы меч. Сейчас Деян и Данияр дойдут до академии и приведут помощь.

Сказал Святорад, сидевший на каменистом полу. Мирослав не слушал ребят и продолжал заниматься глупостью.

– Мирон, ну правда, прекращай. Что будет хорошего, если ты сломаешь меч?

Не выдержал Маломир. Мирослав прекратил бить мечом по входу, устал.

– Ребята могут целый день до нас идти. Вспомните, с каким трудом мы нашли эту пещеру.

Сказал Мирослав.

– Так ты же искал.

Напомнил Маломир.

– А потом ещё попросил Данияра пальнуть камнем по верхушке, после чего пещеру и осыпало.

Добавил Святорад. Мирослав присел на пол у огонька.

– Да, согласен, что я виноват. Кто же знал, что пещера такая хлипкая.

Пропыхтел недовольно Мирослав. Ребята закатили глаза.

– А Данияр предупреждал тебя. Но ты как упрямый баран, даже слушать не стал.

Продолжил Маломир припоминать ошибки, которые совершил Мирослав, пока возглавлял их отряд. После того случая, когда Мирослав и Данияр подрались в зале, они перестали ладить друг с другом. Мирослав всем видом показывал Данияру, что он тут главный и ему виднее, вот и итог. Двое там и трое тут.

– Вот ведь угораздило нам с тобой войти в пещеру. Надо было, как и Деян, встать у пещеры и просто наблюдать.

Пробубнил Святорад. Ребята какое-то время молчали. На улице было слышно рычание волколаков и как кто-то из них царапает когтями об завал. Неожиданно послышался громкий рёв. Волколаки отошли от пещеры. Ребята переглянулись.

– Наши?

Спросил за всех Маломир.

– Похоже на то. Видать, успели сбегать и вернуться с подмогой. Таким образом, мы скоро вернёмся в академию.

Подытожил Святорад, вставая на ноги. Маломир и Мирослав последовали его примеру.

– Будем надеяться, что девочки успешнее выполнили свою миссию.

Пожелал таким образом Мирослав успеха женскому отряду. А сам думал лишь о Катерине. «Интересно, как там они? Надеюсь, не попали в такую же глупую ситуацию, как мы».

А с улицы же послышался второй приглушённый рык. Это Лена попала своей стрелой уже во второго волколака. Девочки затаились за кустами, пригнувшись, чтобы их не заметили, держали при этом хорошую дистанцию. Вика и Лена слаженно сработались так, что стрелы летели куда надо. На их счастье, волколаки реагировали так, как и говорила Катя. Их план гарантировал успех, девочки этому очень были рады, особенно когда стрела достигла последней цели. Все волколаки были перебиты. На разведку выбежала Катя: она проверила, что волколаки до единого были убиты.

– Можно!

Крикнула Катя девочкам. Отряд выбежал из укрытия и, не говоря друг другу ни слова, стали вместе сдвигать тела в одну кучу. Лена достала спички, зажгла огонь и подожгла тела. Так как это были волколаки, костёр хорошо горел за счёт шерсти. Девочки ринулись к входу. Вика прислушалась к энергетике.

– Они там. Как будем высвобождать?

Спросила Вика. Девочки подёргали плечами. Ярослава нашла на земле палку и подожгла на костре, который всё ещё горел, сжигая потихоньку тела. А затем подошла к пещере, освещая её, – так предстоящая работа была куда лучше видна. Ситуация была такова: Данияр, видимо, вызвал оползень, за счёт чего вход засыпало камнями и землёй. Камни были очень объёмными и тяжёлыми. Девочки чисто физически не смогут расчистить проход.

– Катя, а ты, случайно, не можешь просто перенести все камни в сторону?

Спросила Вика. Катя потёрла лоб, прикидывая свои силы и предстоящую работу.

– Слишком затратно. Ещё неизвестно, сколько тут камней. Я бы могла применить заклинание Стрибожич, вызвав тем самым вихрь, с помощью которого с лёгкостью смогу перенести камни, но проблема в том, что заклинание предполагает очень большие затраты силы. А я и без того потратила слишком много магии.

Сказала Катя. Она случайно прочитала об этом заклинании, но ни разу не применяла его. К тому же Стрибожич – это уровень выше новичка, здесь требуются особые умения. Катя не сомневалась, что сможет его применить.

– А что, если мы подпитаем тебя, тогда сможешь применить это заклинание?

Предложила Лена. Катя утвердительно кивнула.

– Чудно. Тогда я и Вика будем тебя подпитывать, а ты использовать заклинание.

Хлопнула в ладоши Лена. Катя покачала головой.

– Надо сначала докричаться до ребят. Во время расчистки входа есть вероятность задеть ребят.

Катерина подошла поближе к входу, сложила ладони лодочкой и поднесла ко рту, а затем громко заговорила.

– Ребята, вы меня слышите?

Крикнула Катя. Мирослав, Маломир и Святорад, которые стояли в ожидании освобождения, услышали Катин голос, после чего удивлённо переглянулись.

– А она что тут делает?

Спросил Маломир.

– Похоже, пришла на помощь. Неожиданная подмога со стороны Данияра.

Прокомментировал Святорад, думая, что Данияр сбегал до болота Ха и позвал женский отряд на помощь.

– Мы вас слышим!

Громко крикнул Мирослав. А затем посмотрел на ребят и кивнул головой вперёд, давая понять, что надо кричать. Ребята завопили все вместе, создавая больше громкости. Услышав голос ребят, у Кати на душе словно отлегло, на лице сама по себе появилась улыбка. «Какое счастье, они все живы». Порадовалась Катя. Катя продолжила кричать.

– Мы вас высвободим, только накиньте защитный купол, чтобы вас не задело. Вы меня поняли?

Ребята всё прекрасно поняли. Защитные купола – это было по профилю Маломира. Тот размял ладошки, готовясь применить заклинание для защиты.

– Да!

Хором заорали ребята. Катя услышала положительный ответ, утвердительно кивнула Вике и Лене.

– Можем приступать. Клара, Ярослава, отойдите куда-нибудь подальше, сейчас здесь будет очень ветрено и небезопасно.

Азартно и уверенно сказала Катя, готовясь применить заклинание. Клара и Ярослава скрылись за кустами. Катя отошла от прохода на двадцать шагов, Вика и Лена встали недалеко от неё. Катя развела руки, сконцентрировала силу, притягивая весь воздух, который был. Вика и Лена сложили руки в мольбу, закрыли глаза, сконцентрировали свою магию, а затем направили в поток Катиной магии, увеличивая её магический запас и уровень. Катя чувствовала, как энергия пополняется. Она махнула ладонями вперёд, вырисовывая руками вихрь, а затем, словно выпуская, сделала выпад руками вперёд, одновременно крикнув:

– Стрибожич!

Образовался столб вихря, раскидывая вокруг себя всё. Катя стала направлять смерч к пещере. Мощный поток воздуха забирал камень за камнем, очищая потихоньку проход. Маломир применил свой огонь и распределил защитный купол, захватив в него не только себя, но и товарищей. В пещере посыпались мелкие камни на землю, показался первый проём на улицу. Ребята этому очень порадовались. Столько часов просидели в этой пещере, и всё зря. Зато девочки молодцы, раз смогли им помочь.

Заклинание забирало немало сил, но не так много, сколько бы забрало перемещение каждого камушка. Катя неспешно забирала по камню, чтобы не вызвать снова оползень. Камни создавали каменный смерч с пылью и землёй, половина прохода была очищена. Девочки продолжали вкладывать в Катю магию, а та не останавливалась и очищала пещеру. Как только весь проход был очищен, Катя плавно переместила вихрь в сторону, уводя подальше, а затем опустила резко руки, сбрасывая заклинание. Камни рассыпались чуть поодаль от входа.

– У нас получилось!

Крикнули Лена и Вика. Катя радостно улыбнулась. Её ноги трясло от почти опустошённого сосуда, в котором оставалось совсем немного магии. Катя осела на землю, выдыхая. Она слишком много отдала. Даже у девочек четверть оставалась. «Это самое серьёзное и трудное заклинание, которое я только применяла. Мне нужен отдых, хотя бы немного». Катя сидела на земле и тяжело дышала, приходила в себя. Маломир снял защитный купол, после чего они втроём вышли из пещеры. Клара и Ярослава вышли из кустов и поприветствовали ребят. Клара как лекарь принялась осматривать всех троих, но никаких повреждений не было.

– Какое счастье, что вы уцелели.

Крикнула Клара.

– Мы уж боялись. Хорошо, что смогли вам помочь

Сказала Лена. В лесу начало светать. Видимость была немного лучше. Ребята благодарно смотрели на девушек.

– Вы просто лучшие, девочки.

Сказал Маломир. Мирослав осмотрел каждую девушку, пока не заметил сидящую Катю на земле. Мирослав вместе с Святорадом ринулись к ней. Святорад начал проводить диагностику, проверяя состояние. Клара тут же вмешалась.

– С Катей всё хорошо. Просто потратила слишком много магии. Ей необходим хороший сон и отдых.

Сказала Клара. Святорад проверил её слова и утвердительно кивнул.

– В норме. Надо забирать коней и возвращаться в академию.

Сказал Святорад, вставая на ноги. Неожиданно он столкнулся со взглядом Елены и смутился. Вика шепнула в ухо подруги.

– А ты ему не безразлична.

Елена засмущалась и так же отвела взгляд, став смотреть в пол. Мирослав смотрел на Катю и ждал, когда она посмотрит ему в глаза.

– Ты идти можешь?

Спросил Мирослав. Катя кивнула. Мирослав протянул ладонь.

– Давай, я помогу встать.

Но Катя отпихнула его ладонь и попробовала встать сама. Ноги были просто ватными и не слушались. Катя буквально споткнулась об свою же ногу. Мирослав тут же её подхватил, держа у локтей. Катя от испуга так же вцепилась в запястья Мирослава, как за опору. Катя тяжело вздохнула. «Как же я не люблю такую слабость. Я лидер своего отряда и должна вести себя гордо перед ребятами».

– Какая же ты упрямая иногда.

С улыбкой сказал Мирослав. Катя отшатнулась от царевича.

– Спасибо, но я вполне дойду самостоятельно.

Вика с усмешкой посмотрела в сторону Ярославы, та сначала не поняла, что это означает, пока Вика не заговорила.

– Мирослав, тебе же нетрудно будет понести Катю до самого города, правда?

Начала непонятную игру Вика. Ярослава её подхватила и подыграла.

– Да, можешь её понести? А то столько сил и энергии потратила, боюсь, что мы так потеряем нашего лидера по дороге.

Катя держала себя от порыва прикрыть лицо, либо такое неудобство испытывала. «Зачем? Я же не просила. Неужели я настолько жалко выгляжу, что меня необходимо нести? Какой же стыд». Подумала Катя. Если бы у неё было побольше сил, то она, конечно, сбежала бы в тот же миг. Мирослав же не понял, что на самом деле девочки занимались сводничеством, так что отнёсся к просьбе на полном серьёзе. В конце концов, ему нетрудно.

– Конечно, это меньшее, что я могу сделать.

Мирослав подхватил на руки Катю, которая была в полном шоке от происходящего. Она и не думала, что он реально это сделает. Вика была довольна. «А говорит, что никто не нравится. Вот как щёки покраснели. Что же, хороший выбор. Кате как раз именно такой человек и нужен, кто её защитит от всех проблем». Размышляла Вика, довольная тем, что теперь знает, кто Кате нравится. Пускай сама она этого пока не осознаёт.

На какой-то момент Катя пригрелась в руках Мирослава, отчего уснула, прижавшись лицом к его крепкой груди. Мирослава очень это тронуло, и он лишь крепче прижал к себе. «Спит наша воительница. Интересно, сколько сегодня приключений её ждало. Обязательно спрошу, но утром, когда все выспимся и поедим».

Ребята и девчата вскоре вышли к городу, а там – до ближайшей таверны. Сняли три комнаты. Мирослав уложил Катю в кровать, после чего ушёл в свою комнату. У всех был тяжёлый день. Наутро наши герои выспались и более-менее набрались сил. Катя почувствовала себя куда лучше, но стоило проснуться, как она тут же вспомнила, что её нёс Мирослав, и она так уснула. Ей хотелось не вылезать из кровати, чтобы не столкнуться с Мирославом. Только вот незадача: им необходимо вернуться в академию.

Катя недовольная вылезла из кровати. Она взяла свою сумку и пояс с мечом, которые сняли Вика и Клара, пока Катя была в отключке. Поскольку расчёски и зубной щётки девочки с собой не брали, пришлось обойтись без них. «Приду в академию и тут же приму душ, чтобы смыть всю эту грязь с себя». Катя порадовалась тому, что волосы её никогда не путаются во сне, так что на бабу-Ягу не была похожа. Вся компания ждала Катерину внизу уже с купленным горячим завтраком, в том числе для неё. За всё заплатил Мирослав. Катерина присоединилась к ребятам.

– Доброе утро.

Сказала без каких-либо эмоций Катя, после чего села за стол. Рядом сидящая Ярослава тут же пододвинула Кате еду.

– Вот, держи. Мы взяли для тебя.

Катя кивнула.

– Спасибо.

Сказала она и приступила к еде. В сторону Мирослава старалась не смотреть. «И как я могла уснуть? Я должна была во что бы ни стало пойти сама, а не позволять усталости взять верх». Когда Катя поела, ребята решили поделиться хорошей новостью.

– Пока вы спали, мы с Миром сгоняли до болота Ха. Нечисти в нём нет.

Порадовал Мирослав. Девочки радостно переглянулись.

– Вы большие молодцы. Спасибо.

Сказала радостно за всех Клара. Если у болота никого нет, значит миссия девушек успешно завершена, как и у ребят.

– Выходит, мы завершили обе миссии вместе.

Сказала Вика. Девочки закивали, соглашаясь со своей подругой.

– Выходит, что так. Нужно возвращаться в академию. Данияр и Деян до сих пор не вернулись. Странно.

Катя нахмурилась. «А что, если второй маг – это не кто иной, как Деян? Вполне может быть. Ведь именно их нет рядом. А раз Данияр был у болота Ха, видимо, перетаскивал тела с гор Лока прямо в тот ров. Девочки сказали, что второй ушёл через портал, который открылся самостоятельно. Значит, есть кто-то ещё, кто им помогает и открывает вовремя портал. Как тому магу удаётся это делать? Порыться в библиотеке, что ли, или поговорить с Наумом, который и занимается поисками как раз». Катя не стала делиться с сидящими о своих предположениях. Она встала из-за стола.

– Идёмте, девочки, заберём своих лошадей.

Катя пошла вперёд, ни разу не обернувшись назад. Девочки следовали за своим лидером, которая, несмотря на свою неуверенность, доказала, что вполне заслуженно занимает данную роль. Мирослав смотрел вслед. «Обиделась, что ли? Вроде бы ничего дурного в последнее время в её сторону не говорил». Не понимал Мирослав. Святорад встал рядом с руководителем отряда.

– Не думай слишком много. Катерина просто ещё не пришла в себя после битвы с волколаками. Как никак её отряд не отдыхал со вчерашнего утра. Просто будь к ней внимательней и лишний раз не дави, как ты любишь это делать.

Дал мудрый совет Святорад. Однако царевич был иного мнения. Он хотел разобраться.

– Идёмте за конями. Пора возвращаться. Первая миссия нашего отряда провалилась, едва начавшись.

Мирослав пошёл вперёд. Он злился на двоих товарищей, не понимая, почему они так и не вернулись. Дорога заняла около пяти часов. Девочки обошли академию и завели своих новых друзей в конюшню. Им предстояло ещё отчитаться перед магистрами. Ребята не отставали от девушек. Об их прибытии магистрам сообщил домовой, сующий свой нос везде и вся. Вся компания направилась в аудиторию, где их ждали магистры Огнев, Рамир, Боян и Наум.

– Беляк, Данияр и Деян в академии?

Спросила Катя по дороге у домового. Домовой проверил всю академию, вернулся к Кате и покачал головой.

– Даже не возвращались.

– Ясно.

Сказала Катя. «Поняли, что я могу их выдать, решили не соваться. Это плохо». Оба отряда зашли в аудиторию и сели за первый ряд. Магистр Боян осмотрел ребят и остался недовольным – не хватало двоих.

– Жду отчёт от каждого отряда. Адепт Мирослав, слушаю вас о выполненной миссии.

Заговорил магистр Огнев. Мирослав встал с места.

– Миссия была провалена. Я, Маломир и Святорад оказались в пещере, которую случайно обсыпало. Деян и Данияр остались на другой стороне. Их роль заключалась в том, чтобы вернуться в академию и сообщить об этом. Но я не знаю, почему они так и не вернулись. Наш отряд провалил миссию под моим руководством, а вот отряд Катерины целиком и полностью оправдал ваши ожидания. Они не только нашли трупы, но и помогли нам. Женский отряд истребил всех волколаков, а также высвободили нас из пещеры. Благодарю чуткому и грамотному руководству Катерины, отряды успешно прошли обе миссии.

Доложил всё Мирослав магистрам. Магистр Боян был разочарован ребятами. Так верил в их успех, что и предположить не мог, что в итоге именно девушки окажутся в выигрышной ситуации. Магистр Рамир же был горд и абсолютно доволен женским отрядом. Они оправдали все ожидания и сделали даже больше. Ребят впереди ждали удвоенные и усложнённые тренировки. Это магистр Рамир точно им обещал. Магистр Огнев обдумал ситуацию между двумя отрядами и принял кое-какое решение, но ему необходимо было обсудить всё вместе с другими магистрами.

– Поздравляю отряд Катерины с успешным выполнением миссии. Коллеги, нам необходимо кое-что обсудить касаемо дальнейшей судьбы обоих отрядов.

Магистр Огнев пошёл к выходу из аудитории. Катя вскочила со своего места.

– Магистр Огнев, одну минутку. Мне необходимо сообщить очень важную вещь вам и магистру Науму.

Магистр Огнев остановился у входа и хотел было отмахнуться от внучки. Однако он вовремя себя остановил. «Если я сейчас упущу эту возможность, то следующего разу могу и не дождаться». Инициативу взял Рамир.

– Константин, предлагаю перенести обсуждение после обеда. Меня и Бояна ждут студенты.

Магистр Огнев кивнул.

– Хорошо, идите.

Разрешил магистр Огнев. Рамир и Боян покинули аудиторию. Огнев вернулся за преподавательский стол. Катя шепнула девочкам.

– Вы же не обидитесь, если я вас попрошу выйти. Обещаю, что после всё вам расскажу.

Попросила Катя. Девочки, конечно, не очень были довольны данным раскладом дел, но ничего не поделаешь. Они вышли из-за парты.

– Мирослав, вы со своим отрядом тоже можете идти. Оставьте нас со студенткой Катериной наедине.

Попросил Константин.

– Так точно.

Откланялся Мирослав. Он кивнул Маломиру и Святораду в сторону двери, после чего они вышли из-за парты.

– Мирослав, я попрошу тебя остаться.

Сказала Катя, пересилив саму себя. Мирослав остановился, он даже до преподавательского стола не дошёл, как его уже просят не уходить.

– Хорошо. Я остаюсь. Мир, Рад идите без меня. Скоро буду.

Махнул рукой царевич своим товарищам. Маломир с любопытством посмотрел на Катю, думая, для чего нужен будет Мирослав. Святорад подтолкнул Мира к выходу. В аудитории осталась Катя, Мирослав, Наум и Константин. Катя немного занервничала. «А вдруг не поверят! Как я смогу доказать то, что видела? Но ведь у магистра Наума есть слепки магии, а значит он, если что, сможет их сверить со слепками ребят. А для этого понадобится просто любая вещь ребят. По ним даже можно будет их самих найти, если не объявятся в академию». Подумала тогда Катя.

– Итак, Катя, что ты хотела сказать важное нам всем?

Спросил магистр Огнев. Он был весь внимание. Катя мысленно помолилась своему ангелу-хранителю, прося, чтобы ей поверили.

– Данияр – один из тех магов, который с другим магом натравливали нечисть на меня. Я это точно знаю, поскольку они были у болота Ха. И если бы Данияр не вступил со мной в бой, то я бы так и не узнала. А я во время битвы прижала воздухом к дереву, за счёт чего с него слетел капюшон, и я увидела лицо одного из магов.

– Данияр? Не может быть.

Не поверил Мирослав.

– Катя, а ты уверена, что именно его увидела, вдруг тебе показалось.

Засомневался и магистр Огнев. Катя надулась и скрестила руки.

– По-вашему, как мы с девочками узнали, что нам нужно ехать срочно к горе Лока и выручать ребят?

Мирослав задумался. А ведь девочки этот момент не рассказывали, а он и не задавался вопросом, как девочки догадались, что им нужна помощь.

– Данияр намекнул, что он что-то сделал с Мирославом, отчего мы с девочками ринулись в город покупать лошадей и быстрым бегом к горе. В конце концов, я и не надеялась, что вы поверите. Информация предназначена магистру Науму. Магистр, вы же сверите слепки, верно?

– Конечно, Катерина.

Согласился Наум. Для них сейчас любая зацепка может стать решающей. Благо образец слепка Данияра у Наума был, либо он не просто студентов обучал, но и за эту неделю успел собрать слепки со всех адептов и преподавателей. На тот случай, если враг скрывается в академии. Наум махнул рукой и на столе появились слепки магии, которые собрали у озера и образцы Данияра в виде волос, капли крови. И даже кусочек кожи Наум каким-то образом собрал.

И вот Наум показательно махнул рукой над готовыми слепками, визуализируя в виде голограммы. Слепок был похож чем-то на отпечаток пальцев, единственное отличие – это форма и яркость. У каждого мага форма была своя. У первого слепка была круглая форма, покрытая целиком и полностью чернотой, от круга исходили словно паутинкой лучи, создавая большую мрачность. Второй слепок был не таким мрачным, он обладал формой тёмно-серого камня, от которого исходили коричневые, как земля, расколотые дуги. Наум махнул рукой над первым образцом, где лежал волос. В воздухе визуализировался слепок, точь-в-точь похожий на второй слепок. Наум покрутил руками, перенося слепок Данияра и слепок мага рядом другом с другом, показывая всем в аудитории их схожесть. Константин встал со стула и заворожено смотрел на схожесть. «Не может быть. Данияр, самый образцовый парень и лучший воин, кому я готов был доверить свою внучку, оказался убийцей».

Константин отвернулся. Он до последнего надеялся, что Катя ошиблась, но слепок только всё подтвердил. Мирослав же не особо расстроился. После той драки за руку Катерины он давно записал бывшего товарища во враги. Так что не удивительно, что их отряд провалил миссию.

– Магистр Наум, а вы можете также тогда проверить ещё слепок Деяна, а то отсутствие двоих в отряде Мирослава привело к мысли о том, что Деян может оказаться вторым магом.

Магистр Огнев и Мирослав снова посмотрели на Катю со скепсисом, не разделяя её точку зрения. Однако стоило Науму материализовать образцы Деяна и махнуть рукой над волосом Деяна, то скепсис пропал. Образец Деяна совпал с первым слепком. Деян и Данияр оказались оба убийцами. Случайная прогулка женского отряда и нахождение трупов привела успешно к убийцам, которым Мирослав доверял собственную жизнь. Мирослав вспомнил день, когда Данияр побежал за магом, который сидел на крыши. «Неужели это была лишь попытка обрушить на нас гнев беса? И ведь Данияр появился лишь тогда, когда появился магистр, а бес был оглушён Катериной».

При осознании предательства со стороны двух товарищей Мирослав испытывал злость, большую злость. Он так им доверял. «Однозначно их ждёт публичная казнь. Убийство стольких людей непростительно. И не первая попытка убить дочь самого князя – очень низко и непростительно». Мирослав сжал ладони в кулаки.

– Я должен срочно пообщаться с ними.

Сказал грозно Мирослав. Оценив его гнев, Катя встала из-за парты и встала впереди Мирослава, не давая ему тем самым действовать необдуманно. К тому же другим необязательно знать о том, о чём они здесь беседуют.

– Так, спокойно. Данияра и Деяна всё равно нет в академии. Беляк нам об этом говорил, как ты помнишь. Так что эмоции взять под контроль и начинаем думать, как будем привлекать убийц в ловушку, в которой, в общем-то, и будем связывать. Так?

Мирослав хоть и передумал бегать по всей академии в поисках этих двоих, но взять эмоции под контроль ему не удавалось. Катя тяжело вздохнула и закатила глаза. «Не так. И что с ним только делать?» Катя взяла руку Мирослава, которая по-прежнему сжималась в кулак.

– Мирослав.

Тихо, но настойчиво позвала Катя. Мирослав обратил своё внимание, столкнувшись с внимательными и проницательными глазами Катерины, которые смотрели в его глаза. Гнев Мирослава словно по волшебству уплывал из него. Катя улыбнулась и кивнула Мирославу, хваля тем самым его за то, что он взял себя в руки.

– Так-то лучше. А теперь сядем и обсудим план.

Катя отпустила ладонь Мирослава и направилась к парте, разрывая связь, которую Мирослав уже изрисовал лишь от одного взгляда. Он так и повернулся автоматически, смотрел, как Катя садилась за парту. «И как это у неё получилось? Вроде ничего особенного не сделала, а смогла успокоить лишь одним взглядом. Особенная магия какая-то?» Подумал Мирослав. Он сел обратно за парту. После чего они стали обсуждать дальнейший план действий. Вполне логично, что после того, как Катя видела лицо Данияра, то они вместе с Деяном не рискнут объявиться в академии, однако где-то же они будут, либо совершенно точно их цель заключалась в том, чтобы дотянуться до Кати, чтобы наконец-то убить.

Катя между тем рассказала свои предположения по поводу того, что ребята действуют одни. Есть тот, кто за ними наблюдает издалека. Непонятно, каким образом, но тот маг вовремя открывает портал. В этот раз все её точку зрения приняли и, прикинув то, что, скорее всего, даже их разговор третий маг может сейчас слышать, магистр прибегнул другому методу. Он взял три листка, написал план и действия каждого, после чего отдал Науму, внучке и Мирославу. Каждый прочёл листок.

– Что же, Катя, это единственный способ, чтобы остановить массовое убийство. Прости, но по-другому уже не сделать.

Сказал магистр Огнев, изображая холод и печаль. Их план заключался в том, что если их реально сейчас видят и слышат, то можно этим воспользоваться и убедить магов в том, что Катю приносят в жертву, отдавая на растерзание для блага всех.

– Я понимаю, дедушка.

Катя опустила голову, но так как слёзы показать она не могла, то выбежала из аудитории, не смотря ни на кого. Катя выбежала из академии, а там прямо в лес. Мирослав вышел из академии чуть позже, но шёл не спеша. Магистры сказали, что они подойдут позже, когда надо будет связывать злодеев. Катя добежала до центра леса. «Так, и на каком моменте эти упыри вылезут?» Подумала Катя тогда, да и облокотилась спиной об дерево. «Что же, подождём? По-хорошему надо было бы оружие скинуть, но лучше оставлю. Возможно, пронесёт». Подумала Катя, а затем всё-таки сняла с себя пояс и скинула в кусты. «Даже без меча я не так безобидна».

А злыдни решили-таки поиздеваться. Портал открылся напротив Кати только через 1,5 часа, а из него вышел Данияр. К сожалению, пришёл один. «Не так глупы, как казалось бы. Но то, что портал открылся именно рядом со мной, говорит о том, что кто-то реально за нами наблюдал. А ещё портал по форме походил на зеркало. Конечно, это ни о чём не говорит, но третий маг может каким-то образом наблюдать за нами из зеркала. Зеркал в этом мире не так много. Если, конечно, не считать зеркальный зал у родителей Мирослава. Столько зеркал я ещё не видела, но туда навряд ли кого-то пустят, так что подумаем об этом чуть позже. Наверняка есть ещё одно место, где есть зеркало хотя бы одно». Портал за Данияром закрылся.

– Ну, привет, Данияр.

Поприветствовала Катя бывшего друга. Данияр победоносно смотрел на Катю.

– Привет. Наступил удачный день, когда я наконец-то завершу то, ради чего всё было.

Катя усмехнулась.

– А как же Деян или он больше не твой напарник?

– А ты не так глупа для девушки. Хотя, конечно, с такими-то генами. Только извини, ты мешаешь одному очень важному человеку в этом мире, и я вынужден тебя убить. Так что не будем медлить.

Данияр достал меч из ножен. В эту же секунду появился Мирослав со своим мечом, встав впереди Кати.

– Ты прав, Данияр. Пора преподать тебе урок. После чего ты и Деян отправитесь за решётку.

Учитывая то, что Данияр лучше владел мечом, нежели Мирослав, то нашему злодею это казалось чем-то смехотворным.

– Катюха, не могла защитника получше найти. С твоими данными любой рыцарь будет у твоих ног.

Сказал Данияр. Катя лишь кривилась на данное заявление.

– Больно нужны мне эти рыцари.

Пробубнила она. Данияр рассмеялся.

– Ну да. Вот за что ты мне понравилась, так это непохожесть на других. Вот честное слово, если бы у меня не было приказа тебя убить, то я бы хоть сейчас женился. Но как же судьба несправедлива.

Катя представила рядом с собой Данияра как вечного спутника. Её слегка затошнило.

– Лучше уж тогда смерть.

– Как пожелаешь.

Пропел Данияр, после чего пошёл в атаку и со всей силой ударил мечом по мечу Мирослава. Данияр усмехнулся, но решил-таки принять этот бой.

– Я же тебя, идиот, прорублю насквозь. Не понимаешь, что ли?

– Это мы ещё посмотрим. Я Катю в обиду не дам.

Крикнул Мирослав, отбиваясь от атак Данияра. Катя встала у куста, где валялся пояс с её мечом. Она пока не вмешивалась в бой, поскольку двое против одного – нечестно. Да и это может спровоцировать ситуацию и привлечь второго. Мирослав и Данияр бились почти на равных. Данияр был шустрее, ловчее и сильнее в бою, но Мирослав старался не уступать. Бился изо всех сил. «Давай, ты сможешь». Болела Катя за царевича. Мирослав неожиданно отбил меч Данияра и прижал к дереву, прислонив свой меч к его горлу.

– Что скажешь на это?

Спросил Мирослав. Данияр опустил глаза.

– Ты победил. Поздравляю.

Сказал Данияр, признавая своё поражение. Мирослав убрал меч в ножны. Интуиция Кати гудела и говорила о том, что что-то сейчас произойдёт. Она присела у куста и нащупала свой меч. В этот момент, когда Мирослав отвёл свой взгляд, чтобы достать верёвку, Данияр махнул левой рукой вбок, кусок земли вместе с корнями поднялся вверх и откинул меч в воздух. Меч прилетел прямо в руки Данияра, после чего он нанёс удар мечом прямо в левый бок Мирослава. Мирослав почувствовал адскую боль. Катя ахнула. «Он его ранил?» Данияр вынул меч, а после быстро сформировал магией камень и стукнул им по голове противника. Мирослав от сильного удара потерял сознание. Катя в ужасе на это смотрела. «Мирослав!»

У Кати тряслись руки. Они не это планировали. Глаза Кати защипало, она закусила губу, чтобы не заплакать. «Он выживет. Мирослав будет жить, а Данияр будет гнить в темнице после того, как я сама с ним разберусь». Катя встала, держа в руке меч. Её разъярённый взгляд ничего хорошего не обещал Данияру.

– Мирослав доверял тебе как другу и товарищу, а ты, как Иуда, в прямом смысле его ранил!

Данияр махнул рукой на слова Кати.

– Милая моя, твой Мирослав будет жить и поживать ещё много лет. Мне его убивать просто невыгодно, заказчик за него три шкуры с меня сдерёт, если я его убью.

Пробубнил Данияр, он вытер свой меч об одежду Мирослава. А затем направил в сторону Кати.

– Так и знал, что ты не без оружия. Настоящая воительница. Жалко, конечно, терять такой экземпляр.

– Хватит болтать!

Крикнула Катя, ринувшись первая в атаку. Данияр преспокойно отбился от её ударов. Катя пыталась любыми способами обезоружить оппонента. Поскольку она билась на эмоциях, то не так сильно уступала Данияру. Даже наоборот, на пару они просто гармонично смотрелись со стороны. Данияр обучил достойного воина, который на равных с ним сражалась. «Так можно вечно с ним биться и в итоге оказаться в проигрыше». Катя вновь нанесла удар по диагонали снизу вверх. Данияр, разумеется, отбил. Катя прижала свой меч к мечу Данияра, а затем резко пихнула Данияра вперёд, насколько хватало сил. И вместо того, чтобы, как обычно, отпрыгнуть назад, она таки прыгнула вбок и вперёд, встав за спиной Данияра, а после пнула ногой прямо в спину и махнула мечом вперёд, сконцентрировав свою магию.

Данияр в этот момент повернулся к Кате лицом, а молния, исходящая от меча Кати, ударила прямо по левой руке, в которой Данияр держал меч. Меч так и отлетел из его рук. Катя махнула другой рукой, вызвав ветер. Ветер подхватил меч Данияра и принёс прямо к свободной левой руке. Катя тут же перехватила меч. Воткнула оба меча в землю, но наэлектризовала оба. Так что даже если Данияр попытается забрать меч, то получит хороший электрический удар молнией. Данияр думал отступить и ринулся в сторону. Катя сконцентрировала сильный поток воздуха и сильным ветром прижала к дереву.

– Только попробуй применить магию, и я не посмотрю, что мы когда-то были друзьями.

Предупредила Катя, не отводя своего взгляда от Данияра. Она присела рядом с Мирославом и взяла верёвку, а после подошла к Данияру. Он стоял у дерева и не мог от него отойти от потока ветра. Катя связала обе руки Данияра как можно крепче.

– Впечатлён.

– Увы, не могу сказать того же.

Из-за деревьев вышел Катин отряд, который отправили магистры в помощь. Катя закатила глаза. «Вот она помощь от дедушки и Наума. Прислали мой же отряд». Катя решила на эту тему пока не бухтеть, а действовать быстро и решительно.

– Ярослава, обезвредить лианами Данияра, чтобы, пока ведём, не убежал. Лена, Вика поведёте эту Иуду?

Спросила Катя девочек, делая шаг назад от Данияра.

– Обижаешь.

Вика и Лена встали рядом с Данияром. Катя отошла к телу Мирослава, которое осматривала Клара.

– Рана серьёзная. Нужно срочно нести его в лазарет. Боюсь, моего уровня недостаточно.

– Что же, понесу его по воздуху.

Тяжело вздохнула Катя. «Только бы выжил». Катя сконцентрировалась на своей магии. «У меня всё получится». Подбадривала саму себя. Катя плавно направила воздух к телу Мирослава, немного напряглась и подняла-таки тело в воздух. Честно говоря, это требовало немало сил. Ярослава же уже обвязала острыми верёвками Данияра. Девочки встали по бокам и стали вести вперёд. Ярослава пошла за ним, следила за злодеем. Стоит ему хоть немного пошевелиться, как в него впиваются шипы лиан. Катя шла не спеша и несла Мирослава по воздуху. Клара следила за состоянием Кати и Мирослава. Примерно так девочки и выходили из леса. У академии уже стоял магистр Рамир в компании старшекурсников, да телега, запряжённая лошадьми. Как только девочки показались, Рамир тут же дал команды действий.

– Адепты, злодея у девочек забрать и под стражу увести. Будет там ждать решения нашего царя.

Парни кивнули. Двое быстренько перехватили у девочек Данияра. Вот тут-то Данияр понял, что проиграл окончательно. У телеги ему надели кандалы на руки, блокируя тем самым магию. Студенты сели в телегу вместе теперь заключённым. К ним в телегу залезли ещё трое. Это был отряд четвёртого курса, которые на протяжении всех лет учёбы успешно выполняли все порученные задания. Один из них сел на место кучера и дёрнул поводья. Задача других заключалась в охране. Катя наконец-то доволокла Мирослава. Она была уже вся в поту. Магистр Рамир вновь отреагировал. Он щёлкнул пальцами и из академии вышли ещё пару студентов. Магистр кивнул в сторону Мирослава.

– Пострадавшего отнести в лазарет и немедленно.

Катя плавно его отпустила в надёжные руки старшекурсников.

– Только аккуратно. Он ранен в бок.

Катя провожала Мирослава с мольбой о том, чтобы всё обошлось.

– Адептка Светлова.

– Я.

Отозвалась тут же Катя и подошла к магистру Рамиру.

– Вы вновь отличились, адептка. Сначала вы с отрядом своим выполнили две миссии, а затем уже в одиночку нашли убийцу. Я поговорю с директором и распоряжусь, чтобы вам выплатили за это стипендию. Вы, безусловно, заслужили.

Сказал магистр Рамир и ушёл в академию. Девочки же вернулись в свои комнаты и наконец-то привели себя в порядок. Что касаемо формы, то её пришлось просто сжечь. Всё очень хорошо закончилось для их отряда. А вот мужской отряд первого курса пришлось расформировать. Таково было решение магистра Огнева.

Глава 9. У Мирослава есть невеста?

После того как Данияра поймали и посадили в темницу, наши герои тихо и мирно учились. Деяна с того дня никто не видел. И судя по тому, что никаких массовых убийств не происходило, магистры предположили, что Деян скрывается в другом мире, но это лишь их теория. Найти по следу просто не выходило.

А время между тем шло. Учебный год подходил к концу. Мирослава лекари подлечили. Катя решила простить дурака, и они спокойно проводили время. Правда, на личные встречи Мирославу надеяться не приходилось, либо Катя прекрасно дала понять, что намерена закончить учёбу и отношения её сейчас просто не интересуют. Вика же была иного мнения. Она не понимала, почему её подруга так отчаянно убегает от чувств царевича. Катя лишь махнула рукой, говоря, что Вика всё выдумала.

Подошёл конец первого курса. Наша Катерина за это время лишь сильнее и опытнее стала. Обижать, подобно Николаю, никто не лез. Студенты стали разъезжаться по домам на каникулы. Катя могла бы поехать с дедушкой в его особняк, но Константин так и не сделал первый шаг к примирению. Катя собиралась со своими любимицами Лавандой, Василисой и Белкой – так она назвала свою лошадь – ехать в гости к бабушке Любе и дедушке Егору. Катя складывала свои вещи в сундук и в бездонную сумку. Вика и Мила уже уехали домой. Всем девочкам было что рассказать своим родителям. Катя настоятельно просила, чтобы девочки потом рассказали о реакции их родителей на то, что дочки пошли учиться не на базовый курс. В комнату без стука вошёл Мирослав.

– Собираешься?

– Как видишь. Как я смотрю, отсутствие людей в женском общежитии тебе крылья подарили.

Сказала Катя, складывая лежаки питомцев в сундук.

– В смысле?

Не понял Мирослав, садясь на кровать по центру. Катя закрыла сундук и повернулась к Мирославу.

– В том смысле, что заходишь сюда, как к себе домой, без стука.

Катя, конечно, не злилась на Мирослава, но всё-таки пыталась призвать его к правилам приличия. «Слишком дурное влияние я несу на Мирослава. Совсем совесть потерял. А если бы я тут была неодета? Замок, что ли, к осени сюда поставить? Или ставни просто установить?» Подумала Катя. Она щёлкнула пальцами и подняла сундук в воздух.

– Ты чего-то хотел или попрощаться пришёл?

Мирослав встал с кровати.

– Да вот хотел тебе предложить поехать со мной во дворец. Ты как, за?

Катя немного подумала, подёргала плечами и ответила.

– В принципе за, но не на всё лето. Я хотела ещё немного пожить у Денисовых, давно их не видела.

Мирослав в порыве радости протянул руки, притянул Катю к себе и обнял. Катя тут же стала его отпихивать от себя.

– Всё, отпусти, задушишь.

Мирослав недовольно покачал головой.

– Ты совершенно не любишь обниматься. Почему?

– Потому. Лучше скажи, чего такой весёлый с утра.

Мирослав повёл плечами, сам и не знал причин своего веселья. Нет, точнее, знал, но с Катей бесполезно говорить о чувствах, пока в её голове лишь учёба. «Вот же свалилось чудо на мою голову. Была бы другой, было проще. Хотя если она была другой, то навряд ли бы обратил тогда на неё внимание». Подумал Мирослав. Он давно осознал свои резко появившиеся чувства. Осознал и понял, что попал в настоящую пыточную. Была на её месте любая другая девушка, то он бы давно на ней женился и увёл во дворец.

Но как же всё-таки трудно общаться царевичу с Катериной. Она и не думает о том, что ей стоит себе уже мужа искать и думать о пополнении. Её голова занята учёбой, будущей карьерой, возвращением в свой мир, но ни одной мысли о любви. А всё потому, что она так отчаянно пытается сбежать, боясь вновь разбитого сердца и вечной душераздирающей боли. «Как только закончу учёбу, я вернусь в свой мир, а до тех пор я должна изо всех сил держаться и ни за что не влюбляться, даже если хочется». Каждый раз себя мотивировала Катя. Мирослав пошёл к выходу.

– Жди у входа в академию. Я пригоню телегу и наших лошадей.

Сказал Мирослав, прежде чем выйти из комнаты. Катя осмотрела комнату, убедилась в том, что ничего из своего не оставила. Затем Катя вышла из женского общежития, неся магией сундук, а там по лестницам и коридорам вышла из академии. Лошадей Мирослав привёл только через полчаса.

– Не прошло и полгода. Чего так долго?

Спросила Катя, устав ждать Мирослава.

– С дедушкой твоим общался, да и домового по дороге встретил. Беляк искал тебя, сейчас должен появиться.

Предупредил Мирослав. Кроме своего коня и лошади Кати, царевич притаранил телегу, на которой когда-то они заезжали в академию. Как быстро летит время. Рядом с Катей, как и сказал Мирослав, появился домовой.

– Катя, Катя! Стой, я везде тебя ищу.

Протараторил домовой, хватаясь своими ручками за подол сарафана Кати, как бы не отпуская свою хозяйку.

– Что случилось, Беляк?

Спросила Катя. Она присела, чтобы было удобнее общаться с домовым.

– Я должен остаться с твоим дедушкой.

– Чего?

Не поняла Катя. Домовой закатил глаза и стал трясти Катю за юбку.

– Чего непонятно? Я не могу уехать из академии. Я хочу остаться и приглядеть за твоим дедушкой. А для этого мне нужно, чтобы ты отдала мой веник и езжала без меня.

Катя удивлённо посмотрела. «Я правильно поняла, или домовой в самом деле хочет остаться и просит меня об этом? Мне не жалко, но я не понимаю причины такого решения».

– Беляк, ты уверен, что не хочешь отправиться с нами?

Спросила Катя. Ей не хотелось расставаться с домовым, но тот неожиданно решил остаться. Катя не понимала причины, но если домовой решил, то тут ничего не поделаешь.

– Более чем.

Сказал домовой. Катя тяжело вздохнула. Немного подумав, она кивнула, а затем достала из своей сумки драгоценность домового в виде обычного и старого веника. Передала прямо в маленькие ручки домового.

– Береги себя и дедушку. Я вернусь осенью.

Пообещала Катя. Домовой кивнул, а затем на прощание обнял Катерину. «Ну вот, один из важных компаньонов нас оставил и решил пойти своей дорогой».

– Самое главное сама возвращайся в целости и сохранности.

Сказал домовой, прежде чем исчезнуть. «Я очень буду скучать по Беляку». Подумала Катя и переместила два сундука своей стихией на телегу.

– Телега нормально держится?

Спросила Катя. Мирослав кивнул.

– Вполне.

Сказал Мирослав и сел на своего коня сверху. Телегу предстояло везти, как и в прошлый раз, именно его коню. Мирослав повернулся к сидящим рядом животным.

– Дамы, прошу, карета подана.

Сказал Мирослав. Катя улыбнулась. Уж слишком мило царевич обратился к её любимицам. Лаванда тут же запрыгнула в телегу. Василису же Мирославу пришлось закидывать самостоятельно.

– Вещи на месте, животные на месте, домовой пристроен, можем выезжать. Катя, дорогу до дворца помнишь?

Спросил Мирослав. Катя кивнула, она погладила лошадь по мордочке.

– Не забывай, наш отряд пару раз уже отправляли в лес возле твоего дворца. И оба раза, чтобы помирить поссорившихся лешего и водяного.

С усмешкой сказала Катя, вспоминая эту эпическую ссору. И ведь ссора случилась из-за глупости, а шуму столько, будто у лешего и водяного настоящая война. Казалось бы, что им делить, если живут на одной территории. Единственное отличие: леший охраняет лес, а водяной – водоём. А проблема заключалась лишь в том, что водяной решил увеличить пруд на пару сантиметров. Лешему это не понравилось. Такой гул был, что никто не осмеливался пойти в лес и посмотреть, что там. Когда девочки пошли на место происшествия, то их ждала такая картина: тина свисала по деревьям и земле, в воде было множество палок и листьев, а сами хранители кидались в друг друга чем только могли. В итоге женскому отряду пришлось приходить два раза к общему соглашению, по условию которого ни одна из сторон не будет пытаться залезть на территорию друг друга. В первый раз условия были нарушены, и после второго Катя предположила, что это не последний их визит.

– Тогда поедешь впереди, хорошо?

Катя кивнула. Она залезла верхом на свою лошадь, дёрнула поводья и неспешащим темпом поскакала на Белке вперёд. Конь Мирослава скакал следом. Ко дворцу они прибыли ближе к вечеру. А во дворце их встретили слуги. Мирослав распорядился, и их лошадей увели в конюшню, сундуки – по комнатам, а животных – кормить на кухню.

Поскольку было время ужина, то царь и царица находились в обеденном зале, а с ними за одним столом сидели уже Святорад, Лесьяр, Маломир и Крив, которые уехали намного раньше вместе со всеми студентами. А ещё за столом сидела гостья из соседнего королевства. По левую руку царя Светолика располагался царь Пелагий, рядом с царицей Ангелией по левую руку – царица Римма, а по правую – царевна Виолетта. Красивая и милая девушка, обладающая яркими и рыжими локонами, убранными в красивый пучок сзади и украшенные красивой золотой заколкой в форме ракушки, глаза были под цвет корицы, ничем не примечательные, отчего Виолетта пользовалась магией и придавала глазам особый блеск, делая их дивными и яркими. Цвет её кожи казался самим совершенством – белоснежная и ровная, без единого изъяна. Губы отдавали приятным запахом малины, их цвет был нежно-розовым, а глаза маленькими линиями чёрной сажи подчёркивали красоту.

Виолетта очень гордилась своей внешностью и своими манерами. Она не сомневалась, что у такой, как она, все шансы выйти замуж за любого царевича. На Виолетте было одето красивое платье из белого шёлка, подол юбки был длинным и воздушным, у талии был широкий красный пояс, туго стянутый сзади бантиком, рукава также были длинными и свободными по всей длине руки, декольте было закрытым и украшено кружевами. На её ушах висели золотые серёжки в виде дождичка, доходящие до плеч, а на шее свисало ожерелье в том же стиле, что и серьги. Виолетта демонстративно показывала хорошие манеры за столом, ела медленно и изящно. С Ангелией в основном общалась Римма. Виолетта изредка лишь улыбалась.

В обеденный зал вошли Мирослав и Катерина. Мирослав хотел зайти, держась за руки, но Катя предусмотрительно держала руки за своей спиной. Не хватало скандал схлопотать. Ужинающие тут же оторвались от разговоров и трапезы и обратили внимание на вошедших. Мирослав склонил голову.

– Добрый вечер.

Сказал Мирослав, обращаясь как к родителям, так и к гостям. Катя сразу же заметила новое лицо и отметила, что Виолетта очень хорошо и дорого выглядела. «Похожа на царевну? И ведь по разным сторонам сидели царь и царица из другого государства, получается». Катя прикусила себя за щёку. За этот учебный год Катя научилась так хорошо ориентироваться благодаря своей интуиции, что у неё не было сомнений, что данные гостьи не просто так тут сидели. Катя посмотрела на Мирослава. «Как я и говорила, он царевич, и его должны интересовать царевны, а моё место – в моём мире». Катя присела в книксен, насколько позволял её простенький сарафан.

– Добрый вечер, просим прощения, что так вдруг ворвались.

Катя изобразила улыбку. Она через плечо поглядывала на дверь. «Может, уйти, пока не поздно?» Подумала Катя. Однако царь Светолик решил всё сам. Он был рад снова видеть внучку самой Агнии.

– Добрый вечер, Катерина, Мирослав. Рады, что вы наконец-то приехали. Присаживайтесь, поешьте после длинной дороги. Я как раз хотел послушать об успехах.

Катя неуверенно двинулась к столу. Мирослав заметил её заминку, поэтому подхватил её за руку и повёл к столу, вынуждая уже просто сесть и всё, а сам сел рядом с ней. Мирослав сидел почти рядом с отцом, их разделяло два стула. Виолетта, которая изображала из себя фарфоровую куклу, презрительно рассматривала Катерину. «Чудно, теперь меня будет сверлить своим взглядом эта царевна. Я бы могла встать и выйти, но это уже будет неуместно и неуважительно». Слуги поставили два блюда на стол. Катя не стала изображать из себя благородную принцессу – поедать полчаса какой-то ужин было для неё просто кощунством. Конечно, есть как свинтус она тоже не стала, ела спокойно и аккуратно.

Катя чувствовала себя не в своей тарелке, однако когда Светолик решил поспрашивать об учёбе, Катя ощущала себя свободно и непринуждённо. Она с радостью на пару с Мирославом рассказывала про учебный год, то, с чем им предстояло столкнуться, то, что было особенно интересным или непонятным. К их беседе также присоединились Маломир, Лесьяр, Крив и Святорад. О присутствии цариц и царевны, сидящих на другом концу стола, все забыли на какое-то время. Ангелия пронзала Катю недовольным взглядом, которая спокойно болтала и шутила с ребятами, царями и царевичем. Ангелия решила немедленно прервать этот беспредел. Она взяла свой бокал и постучала слегка по нему ножиком.

– Светолик, мне кажется, пора сообщить царевичу важную новость.

Сказала Ангелия спокойно и уверенно, а у самой кошки внутри скреблись. Интересный и непринуждённый разговор закончился. Царь посмотрел на мило сидящих Мирослава и Катерину. «Такая красивая пара бы получилась». Отметил царь Светолик. Ангелия заметила взгляд супруга, но ничего не сказала. «Мало мне проблем от Агнии было, как её внучка идёт по тем же следам». Подумала Ангелия. Царь встал со своего места.

– Благодарю, моя царица. Раз за столом все собрались, то я начну. Заранее прошу прощения Катерину.

Катя почувствовала, как её щёки начали гореть. «Ваше величество, ну можно меня не выделять из общей массы». Чувствовала стыд Катя.

– Дело в том, что мы, семья Бирюзовых и семейство Золотских, приняли общее решение и согласие на объединение двух королевств путём свадьбы наших детей.

«Так я и знала. Ну ведь говорила мне моя интуиция. Я должна срочно уйти. В конце концов, меня это не касается». Думала Катя. Она столкнулась со взглядами ребят и поняла, что не только она испытывает желание уйти. На руку Кати неожиданно легла рука Мирослава. Катя посмотрела на него. «Прости, Мирослав, но это твоя судьба, и я не должна вмешиваться в межгосударственные дела». Катя хотела убрать свою ладонь, но Мирослав лишь только крепче сжал. Катя мысленно вздохнула. «Хорошо, пускай будет. Поддержу его сейчас, а дальше сам будет разбираться».

– Свадьба между кем?

С надеждой уточнил Мирослав, хотя это был глупый вопрос. Братьев у него нет, сестёр тоже. Он единственный ребёнок в семье, но Мирослав надеялся на чудо.

– Между тобой, сын мой, и Виолеттой.

Мирослав посмотрел в другой конца стола, где сидела та самая Виолетта и мило улыбалась ему. Кажется, её всё устраивает. «Каждый должен знать своё место в этой жизни. Всё правильно. Я уверена, что с ней Мирослав забудет обо мне, и я со спокойной душой вернусь домой». Пыталась убедить Катя саму себя, а у самой ком в горле встал. «Я должна покинуть зал и как можно скорее». Только Катя не знала, как правильно свалить, чтобы не обидеть царя и царицу, отчего и сидела. С места встала царица.

– Уверена, что этот союз нашим детям принесёт не только больше власти и богатства, но и любви. Ведь они так красиво будут смотреться вместе. Предлагаю за это выпить тост.

Сказала царица, после чего взяла золотую чашу и отпила часть содержимого. Мирослав не притронулся. Катя хотела последовать примеру и отпить также, но Мирослав не дал, отобрал чашу прямо из рук. «Мирослав не понимает, что я здесь гость и не должна бунтовать, как это делает сейчас он?» Поражалась Катя упрямству своего друга. Мирослав встал из-за стола и на глазах у всех вылил содержимое бокала прямо на белую скатерть.

– Ах!

Ахнула Катя, прикрыв лицо рукой. В зале стало тихо. Мирослав с ненавистью смотрел на Ангелию.

– Я не согласен. Совершайте союз без меня. Катя, ты же поела?

Спросил Мирослав. Катя, ещё не отойдя от шока, кивнула. Мирослав взял её за левую руку и вывел из-за стола. Катя обернулась и как можно скорее сказала.

– Прошу прощения. Я с ним поговорю.

Мирослав с Катей вышли из зала. «Надеюсь, меня не запишут в куртизанки из-за одного павлина без мозгов». Понадеялась Катя, понимая, что проблемы ей точно обеспечены. И ведь она ничего не сделала. Царевич вёл Катю в отведённые для неё покои, где наконец-то отпустил руку.

– Ну ты и устроил.

Сказала недовольно Катя, скрестив руки. Мирослав отошёл в сторону окна и присел в кресло. Катя оставалась стоять.

– Ты же не думаешь, что я в трезвом состоянии соглашусь на брак с этой Виолеттой?

Катя закатила глаза.

– А что в целом тебя не устраивает. Тебе подогнали такую шикарную царевну, а ты недоволен. Может, всё-таки стерпится да слюбится в конце концов.

Махнула рукой Катя и присела на стул рядом со входом.

– Катя!

Проворчал Мирослав. Катя закатила глаза.

– Что?

– Я не хочу жениться на царевне. Ты её сама видела?

Спросил Мирослав. Царевич встал с кресла и стал расхаживать по всей комнате туда-сюда.

– Видела. Вполне милая девушка. Уверена, что если ты её узнаешь получше, то...

Катя запнулась, не стала договаривать то, что хотела, но додумала мысленно. «...забудешь обо мне».

– ...то полюбишь её и поймёшь, что родители подобрали достойную для тебя невесту. Присмотрись просто к ней.

Пыталась уговорить Катя Мирослава. А у самой внутри сжимало от боли. Катя не придала этому никакого значения. Болит, ну и болит. Подумаешь.

– А если в итоге она мне и тогда не понравится, то что скажешь – жениться на нелюбимой?

Спросил Мирослав. Он сел на соседний стул рядом с Катей и в ожидании смотрел в её глаза. Катя отвернулась и встала. Глаза никогда не дадут нам соврать. Катя подошла к окошку и смотрела на тёмный сад.

– Нет, не скажу. Самый большой грех – быть с тем, кого ты не любишь. Однако дай Виолетте сначала шанс, а только потом пытайся сорвать свадьбу. Договорились?

Спросила Катя, повернувшись к Мирославу. Мирослав кивнул. Ему не нравилась идея узнать получше Виолетту. «Так уж и быть. Пообщаюсь с этой Виолеттой, правда не думаю, что что-то произойдёт, ну да ладно». Мирослав встал.

– Завтра прогуляемся до лешего с водяным?

Спросил Мирослав, подходя к дверям. Катя молча кивнула.

– Чудно. Добрых снов.

Сказал царевич. Мирослав вышел из комнаты. «Может, не стоило соглашаться?» Катя достала из своего сундука книгу по бытовым заклинаниям, взобралась в кресло вместе с ногами и стала читать. Спать совершенно не хотелось. В дверь постучали.

– Входите.

Сказала Катя, не отрываясь от чтения. В комнату вошла самая неожиданная посетительница. Царица Ангелия. При виде неё Катя тут же поднялась с кресла. «Ей-то чего надо от меня? Неужели про поведение за ужином будет беседовать?» Подумала Катерина.

– Ваше величество?!

Удивилась Катя. По недовольному лицу царицы было ясно, что разговор будет, скорее всего, трудным.

– Чем могу быть полезна в столь позднее время?

Спросила Катя, беря эмоции под контроль. Царица осмотрела Катю с ног до головы. «Каким же образом вам, Огневым, удаётся завлечь царевичей?» Подумала царица, отметив Катю как некое клеймо в глазу. Да, симпатичная мордашка. Но, в целом же, ничего такого нет. Подумаешь, хорошая воительница. «Я не позволила Агнии увести Светолика у меня и не дам этого же сделать её внучке. Благо в нынешней ситуации у меня больше преимуществ». Царица гордо подняла голову, показывая так Кате, что она важная персона, которая удосужилась посетить такую, как она.

– А ты нисколько не уступаешь Агнии. Такая же смышлёная и умная. Это похвально. Твоя бабушка была самой лучшей ведьмой.

Начала царица с лести, чтобы начать хоть как-то разговор. Катя улыбнулась.

– И я надеюсь стать такой же. Вы хотите поговорить об Агнии?

Спросила Катя. Ей, конечно, приятно поговорить о бабушке. Просто презрение в глазах Ангелии не вписывалось в данный разговор.

– Разумеется, нет. Как ты слышала на ужине, у Мирослава есть невеста. Поступок моего сына оставил не самое лучшее впечатление на гостей.

– Извините его. Я с ним поговорила, и он обещал приглядеться к царевне. Мирослав не должен будет в дальнейшем приносить вам сложности. Обещаю.

Поклялась Катя, давая слово за друга. Однако царицу мало волновало обещание.

– Это замечательно. Однако будет лучше, если ты уедешь.

Сказала холодно царица.

– Уеду? То есть вы хотите, чтобы я покинула дворец?

Уточнила Катя, а то, мало ли, ещё Русолку попросит покинуть. Её уровень магии ещё не так вырос, она попросту не сможет открыть портал.

– Для начала. Ты же всё прекрасно понимаешь. Пока ты будешь находиться во дворце, Мирослав будет крутиться рядом с тобой, а на Виолетту не будет обращать внимание. Я не прошу тебя бросать учёбу и возвращаться в свой мир. Я лишь прошу покинуть дворец. А за лето я постараюсь сделать так, чтобы Мирослав проводил больше времени с царевной. Ты же меня понимаешь?

Катя тяжело вздохнула и кивнула. «Царица права. Пока я здесь, он будет искать тысячи отговорок, лишь бы не делать то, что не хочет. Мирослав порой такой упрямец».

– Хорошо, ваше величество.

Согласилась Катя. Царица улыбнулась. «Это было проще простого». Подумала царица.

– Я распоряжусь, и тебе утром слуги помогут отнести вещи.

Царица двинулась к двери. Катя сжала волю в кулак и произнесла.

– А можете распорядиться, чтобы мне сейчас помогли отнести вещи и оседлать лошадь?

Попросила Катя. «Если уж уходить, то сейчас, пока Мирослав ни о чём не подозревает». Царица обернулась. В её глазах читалось удивление.

– Сейчас? Как хочешь, но учти, я не гоню и предлагала покинуть дворец утром после завтрака.

Катя кивнула. Подсознательно она не хотела уходить, а вот разумом уверяла себя в том, что так будет только лучше.

– Так будет лучше, ваше величество. Мирослав хотел завтра прогуляться со мной по лесу. Будет лучше, если я уйду сейчас.

– Хорошо. Тогда спускайся вниз к конюшне. Я распоряжусь, чтобы сундук отнесли вниз.

Царица вышла из покоев Кати. Это была чистая победа и самая простая. «Всё-таки не целиком в тебя твоя внучка пошла, Агния. Какая же досада». Подумала Ангелия. По дороге она нашла пару слуг и попросила помочь Кате тихо покинуть дворец. Мирослав в это время сидел у себя и ни о чём не подозревал. Он думал только о прогулке в лесу, которой в итоге не будет.

Катя ходила по комнате и сжимала руки в кулаки. «Это неправильно. Я обещала Мирославу, что погуляю с ним по лесу. Я должна держать слово. Я должна пойти и по-человечески попрощаться. Но тогда он меня, скорее всего, не отпустит и поедет следом. Это будет самой большой ошибкой». Катя знала, что должна сейчас сделать, но в ней боролась правильность и необходимость. Когда в комнату зашли двое слуг, то решение о необходимости взяло верх. «Я ухожу». Катя поправила сумку на плече, взяла Василису, спящую на кровати, на руки и повернулась в сторону Лаванды.

– Пошли, Лаванда. Нас ждёт долгая дорога, прежде чем доедем до Любы и Егора.

Катя постаралась улыбнуться, а после стремительно вышла из комнаты. Лаванда последовала следом. У лестницы Катя устремила свой взгляд на западное крыло. «Это неправильно. Я должна хотя бы попрощаться с Мирославом». Катя сделала пару шагов вперёд, но затем крепче прижала кошку и покачала головой. «Прости, но так будет лучше». Подумала Катя и быстро побежала по лестнице вниз, стараясь не повернуться назад. Внутри нарастала новая боль. Сердце говорило Кате, что нужно вернуться. Разум диктовал, что нужно бежать. Лошадь Кати запряг конюх, которого разбудили другие слуги. Прицепили к поводьям телегу, в которую поставили сундук с вещами Кати. Катя поставила Василису в телегу. Лаванда запрыгнула самостоятельно. Катя залезла верхом на Белку. «Встретимся осенью». Катя мысленно послала послание Мирославу. Она дёрнула за поводья и поехала вперёд.

Дорога была трудной и долгой. На улице была ночь. Все люди в это время спят, и одна лишь Катя упрямо движется вперёд в деревню Щуковка. Лошадь Кати толком отдохнуть не смогла, как вновь нужно ехать. Катя поглаживала Белку по шее, тем самым подбадривала. На её счастье, никто из нечисти в это время не попался, отчего к утру в целости и сохранности она приехала в деревню. Деревенские вовсю работали уже, однако при виде Кати прекращали свою работу.

– Вернулась.

– Она вернулась.

Шептали жители. Катя не обращала на них никакого внимания. Мало ли что и кто говорит о ней. Она за этот год к этому так привыкла, что её мнение других мало волновало. Катя остановилась у домика Денисовых, слезла с лошади.

– Постой. Сейчас поздороваюсь и расседлаю тебя.

Сказала Катя, погладив Белку по мордочке. Из домика донёсся детский плач. Катя улыбнулась. «Родила-таки уже». Катя шагнула за калитку, а там вошла через дверь в домик. Люба нисколько не изменилась. Всё так же активно хлопотала, но при этом ещё успевала покачивать родившегося ребёнка. Катя стояла у порога и боялась произнести хоть слово. Однако по бабушке она ужасно скучала. Гостью Люба не сразу заметила. А когда заметила, радостно закричала.

– Катюха! Слава Богам, решила-таки навестить.

Любава подбежала к Кате и крепко обняла.

– Я же обещала.

Сказала Катя, обнимая бабушку в ответ. По щекам полились слёзы то ли от счастья, то ли из-за того, что ушла из дворца. Катя списала на слёзы счастья. В люльке заплакал ребёнок. Люба тут же ринулась успокаивать малыша. Катя подошла к люльке и осторожно заглянула внутрь. А там лежал очаровательный малыш, перевязанный в одеяльце.

– Это мальчик или девочка?

Спросила Катя. Люба, улыбаясь своему сокровищу в люльке, ответила.

– Мальчик.

Малыш перестал плакать и смотрел на Любу и Катю. Катя улыбнулась малышу. «Какой же он хорошенький».

– Я же могу его взять на руки?

Спросила Катя. Ей очень хотелось подержать малыша на руках. Братьев и сестёр у неё не было, но она отлично ладила при этом с детьми, поскольку часто сидела с детьми знакомых и друзей своих родителей. Люба кивнула.

– Конечно, я тогда закончу с завтраком.

На том и порешили. Катя взяла на руки малыша и аккуратно качала на руках.

– Как назвали?

Спросила между тем Катя.

– Моисей. Так звали прадеда у Егора. Хороший был мужик. Решили в честь него назвать.

Сказала Люба, доставая из печи свежеиспечённые пирожки. Катя аккуратно уложила Моисея в люльку. Он крепко спал.

– Я приехала на лошади. Найдётся место для неё?

Спросила Катя, немного забыв о любимицах, которые послушно стояли и ждали. С улицы послышался голос Егора.

– Ух ты, судя по знакомым мордам, к нам Катерина приехала.

Егор вошёл в избу.

– Здравствуй, дедушка Егор.

Поздоровалась Катя. Егор потянул ладонь Кати.

– И тебе не хворать. Откуда лошадка такая дивная?

Спросил Егор, пожимая ладонь Кати.

– В городе пришлось купить для удобного передвижения. Как раз хотела узнать, где я могу её расположить.

Егор почесал затылок.

– Так это, можно в хлев её. Там, в принципе, место есть. Пошли, помогу.

Сказал Егор. Катя кивнула. Они вышли из избы. Егор открыл калитку как можно шире. Белку завели во двор. Катя отвязала Белку от телеги и отвела в хлев, где расседлала и вытерла насухо, а затем дала свежего сена и водицу. Это не конюшня, но тоже сойдёт. Лаванда и Василиса довольными убежали на сеновал – те знали, куда нужно идти. Катя переместила свой сундук с помощью левитации, занося его в избу, а там в женский уголок. Сундук вновь занял своё место. Егор занёс телегу в сарай. Когда Катя села вместе с Любой и Егором за стол, то навеяло ностальгией. «Как будто и не уезжала вовсе. Как же я скучала по такой семейной атмосфере». Катя была счастлива.

Во время завтрака она рассказала вновь об учебном годе. Люба и Егор только и делали, как ахали и охали. Они также поделились последними новостями в деревне. Барич, после того как из него изгнали беса, женился и сейчас ждал ребёнка. О его убийствах так до сих пор никто не знает. Однако Ярополк за это время изменился и взялся за ум. Катя была рада, но тёплыми чувствами к нему таки не прикипела. Ну женился, ну изменился? А ей какое до этого дело? Никакого. О свадьбе Мирослава решила не говорить. Как только она хочет сказать, так сразу ком в горле появляется и наворачиваются слёзы. «Да что же за напасть? Проклял кто-то, что ли?» Размышляла Катя. А между тем наш Мирослав сидел за столом в обеденном зале. За столом отсутствовала Катя.

– Дело в том, что она проявила желание покинуть дворец этой же ночью.

Сказала царица. Она была спокойна и не выдавала ни одной эмоцией тот факт, что именно благодаря ей Катя ушла из дворца. Царица лишь показывала свою осведомлённость.

– То есть как?

Был недоволен Мирослав. Он старался себя сдерживать и не терять самообладание, но ему это пока что давалось с трудом. Всё-таки он обещал Кате, что будет вести себя хорошо и постарается поближе познакомиться с Виолеттой. Однако Мирослав был готов нарушить данное слово, раз его подруга просто взяла и ушла, ничего не сказав ему.

– Прости, сынок, больше мне неизвестно.

Сказала царица. Она держала на лице, как всегда, улыбку, показывая, какая она хорошая и доброжелательная. Примерно так держала себя Виолетта, которая так и бросала свой взгляд в сторону Мирослава. А тот, как чурбан бесчувственный, сидел и думал только о Катерине. Друзья с сочувствием смотрели на друга. Мирослав показал отцу удивительную сдержанность, которая не была ему свойственна. «Хорошо всё-таки посодействовала твоя внучка, Агния. Ты такой же была. Ещё бы сына как-нибудь подтолкнуть прямо к Катерине». Думал царь Светолик.

Мирослав остался во дворце. Царица всячески что-то придумывала, чтобы её сын общался с Виолеттой: то бал какой-нибудь проводился, то шахматная игра между Светоликом и Мирославом, где Виолетта сидела рядом и смотрела за игрой, то конная прогулка. Царица была весьма изобретательна и подсовывала Виолетту к сыну по любому поводу. Не сама, конечно, через супруга, иначе Мирослав не соглашался. Однако, как бы царица ни старалась, но Виолетта интересной Мирославу не казалась. Скорее липучкой, которая отказывалась отлипать.

Лето подходило к концу. Катя замечательно провела время в деревне в кругу семьи. Она смогла отвлечься от посторонних мыслей. И вот настала пора возвращаться в академию.

– Я приеду следующим летом.

Пообещала Катя, прощаясь за калиткой. Егор и Люба, держащая в руках Моисея, стояли и прощались с внучкой.

– Вы же ведь не против?

Спросила Катя.

– Конечно же, нет. Будем ждать тебя в любое время года.

Сказал Егор. Он подошёл к внучке и обнял её на прощание. А затем отошёл в сторонку, давая попрощаться Любе. Люба передала Моисея на руки Егору и подошла к внучке.

– Не наделай тех же глупостей, как Агния в своё время.

Сказала совершенно серьёзно Люба, после чего обняла Катю. Катя после крепких объятий непонимающе посмотрела на бабушку, но спрашивать ни о чём не стала. Катя осмотрела привязанную телегу, вещи и животных в ней. Проверила также седло на тугость и крепость – Белке вполне должно быть удобно, да и сама Катя не слетит по дороге. Катя подошла к дедушке, который держал на руках Моисея, и пожала аккуратно маленькую ладошку малыша.

– Пока, Моисей.

С улыбкой сказала Катя. Она коснулась слегка до носика Моисея. Моисей смеялся своим детским и заразительным смехом. «Надо будет найти возможность и навестить во время учёбы, хотя бы ради Моисея». Катя со свободной душой взобралась на Белку, дёрнула за поводья и поехала вперёд к северной дороге. Катя испытала особое ощущение, которое каждый раз испытывает любой студент или школьник перед началом учебного года. Конечно, мы разные и эмоции у нас разные могут быть. Однако Катя испытывала положительную эмоцию: она не с терпениями ждала, когда прибудет в академию и увидит своих подруг и друзей, а ещё ждала уроков. «Жалко, что после того, как я вернусь домой, придётся забыть о магии». Думала Катя.

Впереди виднелись знакомые башенки, и у входа в академию суетились студенты и студентки. Катя поехала в обходную, чтобы расседлать свою лошадь. Она подняла в воздух сундук, взяла кошку на руки, свистнула Лаванде и пошла к входу в академию. У Кати было просто превосходное настроение. Она не представляла, что может его испортить. При входе в женское общежитие Катя увидела знакомые лица.

– Всем привет.

Поприветствовала Катя второкурсниц. Катя двигалась к своей комнате, в которой жила вместе с Викой и Милой в прошлом году. По дороге Катю встретила Вика. Она как раз и высматривала подругу.

– Вика!

Обрадовалась Катя.

– Катька!

Катя отпустила кошку на пол, чтобы обнять свою подругу, с которой так сдружилась за этот год.

– Неужели меня встречаешь? Приятно! Ну что, наша комната ещё на месте? Мила уже заселилась?

Вика замялась. На неё это не было похоже.

– Вика?

Заметила Катя перемены подруги. Вика не знала как сказать, чтобы сильно не расстраивать, а затем решила, что сообщит плохую новость в комнате.

– Комната, в общем, на месте. Только в неё заселились первокурсницы, а для нас, второкурсников, предоставлены комнаты на третьем этаже.

Пояснила Вика. Поскольку Вика приехала раньше Кати, то она успела об этом узнать у коменданта общежитий, который бестактно послал девочек на один этаж выше. Катя расстроилась, что теперь они будут жить в другой комнате, но решила, что это мелочи жизни. В конце концов, можно пожить и в другой комнате, главное, чтобы подруги рядом были.

Второкурсницы поднялись на третий этаж. Он нисколько не отличался – здесь также всё было идеально белое. Вика заселилась у самой ближней двери. Катю это порадовало. Внутри комната цветами также не отличалась. Только сидящая Лена на первой кровати не вписывалась. «Не поняла, а где Мила?» Катя поставила Василису на кровать и присела на край. Сундук поставила под письменным столом.

– Я как понимаю, кроме другой комнаты меня ждёт куда более неприятная новость?

Сказала Катя. Она очень хорошо чувствовала, что Вика именно плохую новость ей расскажет. Вика с поддержкой посмотрела на Елену. Лена была не менее растерянной, как и Вика. «Да что же произошло всё-таки?» Начинала терять терпение Катя. Неизвестность выводила себя. Вика села на край своей кровати.

– Ты только не волнуйся, но Мила больше не будет учиться с нами в академии.

Сказала Вика. Сердце Кати так и ухнуло.

– Как и все техномаги в целом. ООСМ приняло решение этим летом, и всех техномагов перевели в другую академию.

Вступила в разговор Лена. Кате стало слегка полегче: если только перевели, то это не так уж и плохо.

– Что за академия?

Лена подёргала плечами.

– Не знаю, но там вроде как преподаватели получше, чем здесь. В общем, подробностей мы не знаем.

Сказала Лена. Зато Вика, кажется, знает больше, но решила пока не говорить, по крайней мере, перед Леной. «Что ты скрываешь, Вика?» Спросила мысленно Катя. Вика виновато отвернулась. «Ладно, спрошу позже. Надо разобрать вещи». Катя встала со своей кровати и принялась доставать вещи из сумки. Повесила новые ярко-оранжевые занавески на окна, приставила к каждой кровати жёлтые коврики, на каждый рабочий столик поставила по канделябру с семью свечками. Дело в том, что Катя за лето съездила в город и прикупила кое-какие вещи и для своих соседок по комнате. Жалко, конечно, что Мила теперь в другом учреждении учится, но Лена, в принципе, тоже подойдёт.

Катя положила лежаки животных на пол, дальше всё по мелочи складывала по ящикам своего стола. Достала из сумки механические круглые часы, применила магию и повесила их над дверью. «Вот теперь буду хотя бы время видеть перед глазами». Улыбнулась Катя часам. Вот чисто случайно нашла в городе продавца, продающего часы. Катя также прикупила новую одежду, учитывая то, что она будет часто выходить на миссии. Ближе к ужину Катя закончила разбирать вещи. На её плечо легла рука Вики.

– На ужин идёшь?

Спросила Вика. Лена стояла у двери. Катя посмотрела на девочек, отчего-то идти на ужин ей не хотелось. Плохое предчувствие. «Что за глупости у меня в голове?» Катя отогнала дурные мысли в сторону, улыбнулась подругам и кивнула.

– Конечно.

Катя закрыла сундук. Она достала из сумки новый пояс с ножнами, теперь с ней не только меч будет, но и два новых кинжала. Катя вышла с девочками из комнаты. Её беспокоила интуиция, которая с болью сжимала виски, но она упрямо шла. В столовой легче не стало. «Что же не так? Почему так болят виски? Может, мне стоит отлежаться». Катя помассировала руками виски. «Всё хорошо. Должно полегчать». Уверяла себя Катя, пока носом не уткнулась в грудь Мирослава. Его руки легли на её предплечья.

– С тобой всё хорошо?

Отозвался голос Мирослава для Кати неким эхом. Катя кивнула и подняла свой взгляд на собеседника. Она не сразу по голосу узнала голос Мирослава, а когда поняла, что это он, душа заболела. Катя оттолкнула от себя резко Мирослава.

– Всё хорошо.

Сказала Катя и пошла вперёд догонять подруг у раздачи. Мирослав так и стоял на месте. «И что это сейчас было?» Не понял он и обернулся. Мирослава позвал Крив. Царевич вернулся за столик к своим друзьям. Мирослав вновь обернулся.

– Может, не узнала.

Предположил Крив. Мирослав нехотя повернулся к друзьям.

– Возможно. Просто так оттолкнула меня от себя, будто кошмар перед собой увидела.

Сидящий рядом Маломир похлопал по плечу друга.

– Не забивай голову. Всё образуется.

Но Мирославу так не казалось. «Откуда появилось ощущение пропасти между нами? Так ждал наступления учёбы. Не так я нашу встречу с Катей представлял». Думал Мирослав. За их столик села Виолетта.

– Привет, Мирослав.

Сделала акцент Виолетта только на своём женихе. Она сдвинула Маломира и села рядом с Мирославом. У Мирослава было ощущение тяжести на плечах. «Даже здесь от неё не отвязаться». Мирослав с мольбой смотрел на товарищей, надеясь, что они спасут от этой рыжей проныры.

Спросите, что делает тут Виолетта? А я скажу, что наша царица Ангелия попросила Светолика и тот помог Виолетте поступить в академию. Учиться долго она не собиралась, но это сделано для того, чтобы Мирослав только больше к ней чувствами прикипел. Пока же удалось вызвать только чувство усталости и раздражения.

– Привет.

Буркнул Мирослав.

Катя взяла поднос с едой и вместе с подругами искала столик. В итоге увидели столик недалеко от ребят. Там как раз сидели Клара, Ярослава и какая-то девушка. Девочки сели рядом. Катя остановилась. Её взгляд был прикреплён к Мирославу и Виолетте. «Неужели у царицы всё получилось?» Хотела обрадоваться Катя, да только от этого сильнее сжимало сердце. Катя отвернулась, села рядом с девочками и уплыла глубоко в свои эмоции. «Я должна быть счастлива. Я же именно этого хотела. Осталось только меньше попадаться ему на глаза и стараться не разговаривать. Уверена, Мирослав меня забудет и поймёт, что Виолетта – та, кто ему нужна». Глаза Кати защипало. Катя сжала в руке вилку и приступила есть.

Вика уловила Катины эмоции. Её это сильно стало беспокоить. Вика посмотрела на столик ребят и увидела Мирослава с другой девушкой. «Так, слухи были верны. У Мирослава появилась невеста». Вика с сочувствием смотрела на подругу. «Как же теперь ей будет тяжело. Мирослав полный болван, раз согласился жениться на какой-то царевне. Катя в сто раз лучше». Вика злилась на царевича. Ей не нравилось, что Катя теперь из-за него страдает. Однако Вика не представляет, какие мысли переполняли Катю. Катя быстро доела свой ужин и решила во что бы ни стало уйти.

– Извините, девочки, я немного устала, пойду лягу пораньше.

Катя вышла из-за стола и взяла поднос. На пол упала вилка. Мирослав посмотрел в сторону соседнего столика и столкнулся со взглядом Кати. Катя поставила поднос на стол, подобрала вилку, схватила поднос и ушла на мойку. Мирослав резко встал со стола. Виолетта недовольно посмотрела на своего жениха.

– Я сейчас вернусь.

Сказал Мирослав и вышел из-за стола. Он последовал к выходу, намереваясь там перехватить Катю. Виолетта решила последовать за ним.

Катя, ни о чём не подозревающая, шла быстрым шагом к выходу. «Мне необходимо привести мысли в порядок». Так и выбежала из столовой. А там за руку её перехватил Мирослав.

– Нам нужно поговорить.

Сказал Мирослав. «Пожалуйста, давай поговорим. Мне столько нужно сказать». Катя убрала руку Мирослава.

– Давай в другой раз.

Сказала Катя и ушла дальше. Виолетта стояла недалеко и видела, как Мирослав смотрел на неё. Виолетта недовольно скривилась. «Ангелия права, от Катерины необходимо избавиться, и тогда Мирослав будет моим». Подумала Виолетта.

Катя побежала в тренировочный зал, где выплёскивала все свои эмоции на бедных манекенах, которых она била мечом, кидала кинжалы, использовала боевые пульсары. Прошло три часа, Катя села на пол, решив немного отдохнуть. В зал вошла Вика.

– Тренируешься?

Спросила Вика, вынимая из манекенов кинжалы. С интересом их осмотрела.

– Красивые. Где купила?

– В городе Гусько. Знаешь, где находится?

– Предположительно.

Вика протянула кинжалы подруги. Катя убрала в ножны. Вика присела на пол.

– Рассказывай.

– Что рассказывать?

Проворчала Катя. Вика чувствовала, как Катя зажималась сама в себе.

– О том, что чувствуешь. Я знаю о невесте Мирослава. Ты сейчас из-за этого испытываешь много эмоций. Можешь выговориться, легче станет.

Однако Катя не хотела делиться тем, что её беспокоит. Вика тяжело вздохнула.

– Ты знала о невесте Мирослава?

Катя кивнула.

– Давно?

– В первый день лета. Мирослав меня тогда забрал с собой во дворец. На ужине нам представили Виолетту. Мне пришлось покинуть дворец, чтобы не мешать налаживать Мирославу отношения с его невестой. Он должен её полюбить.

Сказала Катя. Её голос слегка дрогнул. Вика сосредоточила особую волну, направив на Катю.

– Зачем?

Спросила Вика, по щекам Кати полились слёзы.

– Чтобы он забыл меня.

– Зачем?

Вновь спросила Вика. Она надавливала свою особую волну, дающая Кате свободу эмоций и больше пространства сердцу.

– Чтобы я смогла уйти в свой мир, не виня себя в том, что разбила ему сердце. Я знаю о чувствах Мирослава. Он не раз пытался об этом поговорить, но я каждый раз делала вид, что не замечаю.

Катя обняла саму себя, пытаясь совладать эмоциями. Боль Кати перешла Вике. Виктория протянула к себе Катю. Несмотря на то, что у Кати шли слёзы, Вика продолжила задавать вопросы, желая, чтобы Катя хотя бы самой себе призналась.

– Но разве ты разобьёшь только ему сердце? Раз твоё не болит при этих мыслях?

Спросила осторожно и тихо Вика. Катя резко стала вспоминать моменты с Мирославом: как они с самого начала не ладили, потом появился какой-то прогресс, затем вновь непонимание, а после того как Данияра посадили за решётку, их отношения становились только лучше и лучше. Мирослав за это время заметно изменился, да и сама Катя менялась. Она стала более уверенной, смелой, спокойно могла постоять за себя. Всё шло хорошо до того момента, пока Катя не узнала о невесте Мирослава. Катю посетила неожиданная мысль для неё. «Я влюблена в Мирослава? Нет, нет, нет. Этого не может быть. Я же была осторожна. Старалась приглушить это чувство всеми силами».

– Когда я успела в него влюбиться?

Спросила Катя уже вслух. Катя вытерла слёзы. Мысль о том, что она действительно и бесповоротно влюбилась в Мирослава, принесла ужас. Вика погладила Катю по голове. «Бедная Катя». Подумала Вика.

– Рано или поздно это бы случилось. Ты столько времени с ним проводила. Возможно, чувство во время вашей дружбы и зародилось, просто ты не желала этого замечать. А как только появилась соперница, ты испытала боль. И вместо того, чтобы побороться за своё счастье, ты пошла в отступление, как обычно это делаешь. А всё из-за того, что однажды тебе уже сделал кто-то в твоём мире больно, и теперь подсознательно избегаешь любви. Только любовь она такая – появляется совершенно неожиданно, вне зависимости от того, хочет ты этого или нет. Сколько бы ты ни пыталась убежать от неё, бесполезно. Просто признайся самой себе и сделай уже шаг навстречу Мирославу. Ты же ему нравишься, сама так сказала.

Катя покачала головой. Слёзы пошли по новой.

– Я не могу кого-то любить. Просто не могу. Мирослав будет счастлив с Виолеттой. Так будет лучше.

Кричала сквозь слёзы Катя. Но тут Вика тряхнула Катю за плечи, заставляя успокоиться и послушать её.

– А ты в этом уверена? Ты самого Мирослава спрашивала, как будет лучше ему? Нет, не спрашивала. Я понимаю, тебе трудно, тебе страшно, но просто дай себе услышать твоё сердце. Разум велит тебе поступать так, как было бы логично, но так ли думает сердце?

Катя не знала, что на это сказать Вике. Однако теперь у неё появилась почва для раздумий. Вика увела подругу обратно в комнату. Катя уснула тут же, стоило коснуться голове подушки. Вика достала из сундука Кати покрывало и накрыла поверх подругу. Лена ждала ответа от Вики. Вика подвела палец к губам, а затем кивнула в сторону двери, мол, пошли поговорим. Вика и Лена вышли из комнаты, они постучали в комнаты всех второкурсников.

Было позднее время, но девочки между тем собрались в общей женской комнате на третьем этаже. Девочек было и без того мало. Когда они поступали в прошлом году, то их было 17 на всю академию, а сейчас осталось всего десять. Варвару и Милу перевели в другую академию, остальные пять девочек выскочили замуж. В комнате сидели девять девочек. Вика решила поделиться с ними, рассказав о Кате. «Прости, но это для твоего же блага. Если ты не хочешь сама делать шаг навстречу, то мы тебя заставим». Думала Вика. Девочки со второго курса прекрасно были знакомы с Катей, поэтому к проблеме отнеслись на полном серьёзе. Одна попыталась намекнуть, что Мирослав царевич, но на неё лишь шикнули. Какая, в конце концов, разница? Если люди любят друг друга, то их титул не должен останавливать.

Утром, пока Катя вчитывалась в книги, не желая случайно столкнуться с Мирославом, Вика и Лена пошли к магистру Огневу, который занимался распределением отрядов по миссиям. Магистр Огнев находился в своих покоях. Девочки постучались и после разрешения вошли. Магистр сидел за рабочим столом и что-то старательно писал на бумаге.

– Здравствуйте, магистр Огнев.

Поприветствовала Вика. Магистр молча махнул на стулья у своего стола. Девочки послушно сели.

– Говорите быстрее, что хотели, адептки, у меня много работы.

Сказал магистр. Ему необходимо было написать отчёт для ООСМ, а также определить студентов по миссиям. Со второго курса все студенты начинают практикум в зависимости от факультета. Константин занимал должность что-то вроде завуча или заместителя директора.

– Мы хотели попросить вас создать смешанный отряд, где девушки и парни будут сражаться вместе.

Сказала Вика.

– Это в качестве эксперимента. Просто получается нечестно, что ребят в итоге расформировали, и они из-за этого потеряли много практики.

Подхватила Лена. Магистр слушал девочек, но из-за лишних мыслей не понял, что от него хотят. Магистр оторвал взгляд от отчёта и посмотрел на девочек.

– Так, ещё раз.

Девочки переглянулись – он издевается?

– Мы хотели предложить вам создать новый отряд, где будут девушки и парни сражаться вместе.

Сказала снова Вика.

– Значит, отряд?

Переспросил магистр, девочки кивнули.

– Смешанный?

Девочки вновь кивнули. Магистр откинулся на спинку стула. Подумал немного.

– А почему бы и нет. Это нечто новое и, возможно, куда эффективней в дальнейшем будет.

Неожиданно согласился магистр. Девочки радостно переглянулись, сдерживали себя, чтобы не закричать «ура».

– А у вас уже есть варианты, кого можно включить в данный отряд?

Спросил магистр девочек. У девочек на данный момент были только двое, а остальные пускай сами решают, кто в данном отряде будет.

– Нам кажется, что в данный отряд нужно обязательно включить студентку Светлову и студента Бирюзова. А дальше либо пускай вы, магистры, определите, кого включать в отряд, либо сами кандидаты – с каждого по два человека в отряд.

Затараторила Вика.

– Чтобы создать таким образом равновесие.

Добавила Лена. Девочки очень хотели, чтобы магистр посчитал эту идею хорошей, не подозревая о том, что он для Кати родной дедушка. Константин и сам мечтал видеть верного спутника жизни рядом со своей внучкой именно Мирослава. Несмотря на то, что кандидатура до этого была в лице Данияра. Если бы Данияр не оказался убийцей, то, наверное, пересмотрел свою точку зрения.

– Хорошо. Значит, в смешанный отряд записываем адептку Катерину и адепта Мирослава. Это всё, что вы хотели?

Спросил магистр. Девочки кивнули. Магистр махнул головой им в сторону выхода. Лена и Вика встали с места, вышли из покоев магистра Огнева и только там завопили от счастья. Магистр Огнев отодвинул от себя отчёт. Рядом материализовался домовой.

– Беляк, позови магистра Бояна и магистра Рамира.

Сказал магистр. Он в последнее время очень сильно устаёт.

– Как ты себя чувствуешь? Может, стоит вам отдохнуть?

Беспокоился домовой за самочувствие хозяина, либо Константин в последнее время часто на здоровье жаловался, а на осмотр к лекарям отказывался пойти.

– Ерунда. Я всё ещё полон сил.

– А по вам и не скажешь. Совсем себя извели. Взяли бы, да помирились с Катей. Глядишь, вновь бы смысл жизни нашли, были полны энергией.

– Я внучке не нужен. Катя показала, что может в этой жизни достичь всего сама. Настоящая Огнева.

Сказал магистр. Домовой неодобрительно покачал головой.

– Магистра Наума мне позвать?

Спросил домовой.

– Да, будь так любезен.

Домовой кивнул и исчез. Константин остался один. «Эх, надо бы завещание будет на днях передать Науму. Хочу, чтобы, когда меня не станет, у моей внучки было всё в этом мире». Подумал магистр. На днях он видел во сне Агнию, магистр всё никак не мог её коснуться. Агния не давала, а он хотел. Хотел коснуться и уйти вместе с ней. Да только Агния говорила одно и то же: «Ты нужен в мире живых».

Через пару минут домовой вернулся, а ещё через пару минут вошли по стуку магистры. На какое-то время магистр Огнев забыл про свои важные дела и принялся обсуждать возможность создания совершенно нового отряда. Магистр Рамир и магистр Боян тут же оживились и стали обсуждать, кого лучше всего взять для равновесия сил, чтобы при первой миссии отряд не пришлось расформировывать.

Последующие пару дней Катя не попадалась на глаза Мирославу. Это было несложно, поскольку занятий пока что никаких не было. А вот на следующий день всех студентов собрали в общем зале. Речь начал директор: самую обычную и стандартную, где приветствовал студентов, рассказывал о предстоящих трудностях и тому подобном. Затем выступили остальные магистры, после чего всех студентов отпустили, кроме второкурсников. Магистр Огнев выступил в лице всех магистров и рассказал главную новость.

– Поздравляю всех девушек, которые смогли продвинуться дальше, достичь вершин второго курса. Мы с магистрами очень рады тому, что не только парни стремятся к знаниям. Это говорит о великом будущем, которое ждёт нас всех. В этом году вас всех ждёт практикум, который начнётся через месяц после начала учёбы. Однако это не всё. С этого года открывается новый смешанный отряд, в который будут входить три девушки и трое ребят. Отряд считается экспериментальным, поэтому в него будут входить студенты и студентки, которые, на наш взгляд, как нельзя лучше подходят. При успешном выполнении миссии под руководством ООСМ отряд будет продвигаться и в других академиях. Сейчас я назову имена и фамилии тех, кто будет в него входить. Попрошу кандидатов выйти вперёд и встать по центру лицом к своим одногруппникам.

Сказал магистр Огнев. Наум передал лист с кандидатами, хотя список Константину и не требовался, но это было для наглядности.

– Мирослав Бирюзов.

Произнёс первого кандидата магистр. Мирослав вышел вперёд и повернулся лицом ко всем студентам.

– Катерина Светлова.

Произнёс магистр вторую кандидатку. Катя с удивлением посмотрела на дедушку. «Только не это». Катя на ватных ногах вышла в центр зала и встала рядом с Мирославом. Тот довольно усмехнулся. «Магистр Огнев, я ваш должник навеки». Подумал Мирослав. Вика и Лена переглянулись между собой. Магистр продолжил зачитывать имена и фамилии.

– Святослав Мирской и Крив Шмелёв.

Произнёс магистр имя и фамилию третьего и четвёртого кандидатов. Святослав никак не удивился, услышав себя. А вот Крив слегка обалдел. Он же не военный и не лекарь, а Магистры по непонятной причине включили в отряд. «Может, магистр вспомнил случай, когда я защищал его внучку от беса?» Подумал Крив, пытаясь понять причину такого выбора. Магистр назвал последних кандидаток.

– Елена Виноградова и Виктория Барбарисова.

Лена и Вика удивлённо переглянулись. Магистры могли выбрать кого угодно, но выбрали их, поскольку именно те настояли на создании отряда. Магистр это запомнил и решил во что бы ни стало включить девочек. Вика презрительно посмотрела на магистра Огнева. Тот лишь про себя усмехнулся. «Всё-таки специально! Кто бы сомневался». Девочки вышли в центр рядом со своим новым отрядом.

– Поздравляю всех кандидатов и желаю удачи. От вас зависит наше будущее. Поскольку вы у меня все опытные, то мы с магистрами подобрали для вас первую миссию. День отправления завтра. Всем прибыть в мой кабинет в преподавательском общежитии.

Все второкурсники поздравили новый отряд аплодисментами. Девчонки-то знали о том, что будет новый отряд, а вот ребята нет. Катя стояла рядом с Мирославом и не знала, что теперь делать. Если до этого она хотела попросить, чтобы их отряд загрузили по полной, то сейчас не знала, что и делать. Ведь теперь избегать Мирослава просто не получится.

Студентов отправили на занятия. Катя пулей улетела подальше от Мирослава. Правда, какой в этом был смысл, непонятно. Всё равно ведь учатся на одном факультете. «Знала бы, что так будет, ни за что бы не пошла на военный факультет». Катя жалела о своём выборе. После занятий она отправилась в тренировочный зал. В просторном тренировочном зале эхом отдавались удары меча, которым она наносила удары по мишеням. Неожиданно в тренировочный зал вошла Виолетта, вся в своих драгоценностях и в шёлковом платье. По ней было видно, что пришла не для тренировок, а для разговоров. Катя убрала меч в ножны и повернулась к царевне.

– Мне нужно с тобой поговорить.

Произнесла Виолетта, голос её звучал напряжённо. Катя стояла с прямой спиной и блестящими от уверенности глазами. Она догадывалась, что нужно Виолетте от неё, и была к этому абсолютно готова.

– Я тебя слушаю.

– Я прошу тебя не мешать мне и Мирославу.

Голос Виолетты был тихим, но твёрдым. Катя закатила глаза и усмехнулась.

– Виолетта, я не понимаю, о чём ты. Я никогда не пыталась встать между тобой и Мирославом. Я даже для этого уехала из дворца, чтобы не мешать вам налаживать связь.

– Я тебе не верю.

Отрезала резко Виолетта. Катя покачала головой. «Надеюсь, она такая только для меня, а на самом деле хороший и добрый человек в глубине души». Подумала Катя.

– И очень зря. Мирослав... Он просто хороший друг. А ты его невеста.

Пыталась убедить Виолетту. Она топнула ногой.

– Не смей мне врать. Я вижу, как он смотрел на тебя. Я слышу, как он говорит о тебе со своими друзьями. Так что не надо мне говорить, что вы просто друзья. Царица Ангелия предупреждала меня насчёт тебя.

Выпалила Виолетта. Она шагнула вперёд, её глаза сверкали гневом. Катя вздохнула. «Истеричка, как и все принцессы в любом мире». Отметила про себя Катя.

– Ну и что же Ангелия про меня тебе сказала?

– Что ты вертихвостка, вот кто ты. А я царевна, ты не можешь забрать его у меня. Он только мой!

– Да, Виолетта, он только твой и ничей больше.

Шла на попятную Катя. А саму клокотала злость и боль. «Мирослав не заслуживает такую истеричную жену, как она, но я не могу ничего сделать». Думала Катя и уже заговорила вслух, чтобы убедить себя и царевну заодно.

– Я понимаю, что он царевич, а я… Я всего лишь простая девушка из другого мира. Моё место в Советке. Ты можешь не бояться на мой счёт. Я не отниму Мирослава, к тому же я его даже не люблю.

Посмеялась Катя, отметив этот факт забавным. Виолетта не поверила её словам.

– Ложь. Наглая ложь. Думаешь, я поверю в эту чепуху? Как бы не так! Но я сделаю всё, чтобы избавиться от тебя. Всё!

Виолетта развернулась и, не сказав больше ни слова, покинула тренировочный зал. Катя осталась одна, её сердце билось в груди, словно птица в клетке. Она понимала, что Виолетта не шутит. Такие, как она, словами на ветер не разбрасываются. «Страшно представить, что могут царевны в этом мире, когда в гневе. Хотя чего мне бояться? Я, в конце концов, ничего не сделала. Пускай Мирослав с ней занимается». Думала Катя. Она вернулась в комнату, Вика заметила её нервозность. Лена в этот момент отошла в библиотеку.

– Всё в порядке?

Спросила Вика обеспокоенно.

– Да, всё отлично.

Ответила Катя, стараясь изобразить беззаботность, после чего легла спать. Вика чувствовала, что что-то не так, но решила не тревожить подругу. На следующий день девушки надели свою прошлогоднюю форму, которую когда-то сшили сами. У Лены форма была голубого цвета, как небо, у Вики – цвет охры, что-то вроде оранжевого, а у Кати – цвет бирюзы. Сейчас, когда она надевала форму, вспомнив фамилию Мирослава, смутилась. «И зачем я только согласилась на этот цвет?» Времени переодеться не было. Девочки взяли сумки со снаряжением и вышли из комнаты. Магистр Огнев ждал в этот раз один в общем зале. Ребята были уже там. Их форма никак не отличалась друг от друга, все как один. Девочки на их фоне сильно отличались.

– Все в сборе? Отлично. Ваша первая миссия будет проходить в нашем лесу рядом с академией. Вчера мы получили анонимное письмо о том, что в нём видели массовое нашествие упырей. Ваша задача – пойти и проверить. Если это окажется так, то по возможности устранить, а если случай будет серьёзным, то запустите в небо два боевых пульсара. Мы тогда поймём, что вам нужна помощь, и отправимся на помощь.

– Магистр Огнев, точно вы отправитесь, или, как обычно, кто-то из студентов?

Решила спросить Катя, девочки усмехнулись. Действительно, сколько бы магистры ни говорили, а на подмогу в итоге шли студенты, а сами магистры находились в академии. Магистр Огнев покачал головой, но ничего в ответ внучке не стал говорить, лишь кратко ответив.

– Зависит от обстоятельств.

Сказал магистр.

– Можете отправляться.

Магистр развернулся и пошёл к своему кабинету. Его ждало ещё много работы. Студенты же молча развернулись и пошли на выход из академии, а там уже свернули в сторону. Впереди шёл Крив, который зачем-то прихватил Лаванду. Катя разрешила её взять, но строго-настрого сказала: если что, открутит ему голову за свою любимицу. Девочки шли позади Крива и Лаванды. Катя, сжимая в руке меч, оглядывалась по сторонам. Лес был тих, даже чересчур, словно затаив дыхание. «В этом лесу явно что-то есть, но у меня из головы не уходит Виолетта. И почему она так агрессивно настроена против меня? Специально избегаю Мирослава, но нет, ей и это не нравится. Может, у детей королевских кровей с головой проблема? Ещё и царица про меня что-то наговорила Виолетте». Размышляла Катя. Вика, шедшая рядом, чувствовала её энергию, но ничего не говорила. Слишком много ушей. Лучше по окончании миссии поговорить и наедине. Мирослав и Святорад шли позади. Мирослав смотрел прямо в спину Кати. Ему за пару этих дней так и не удалось с ней поговорить, и даже сейчас она словно избегала его. Он не понимал, чем это было вызвано.

– Мы… Мы с Лавандой нашли следы.

Крикнул Крив. Мирослав переключил своё внимание на товарища и прошёл вперёд девочек.

– Следы?

Спросила Вика. Девочки встали рядом с ребятами и смотрели на землю. Следы вели в разные направления. Студенты решили разделиться по двое: Крив и Лена пошли налево, Святорад и Лена – прямо, Катя и Мирослав – направо. Лена и Вика специально так разделились, уговорив ещё ребят. В данной ситуации в проигрыше была лишь Катя. «Замечательно». Подумала Катя, недовольная тем, что осталась наедине с Мирославом. Так старательно избегала, чтобы в итоге всё равно оказаться рядом с ним. «Замечательно». Подумал радостно Мирослав. У него появилась возможность поговорить с Катей, пока они шли по следам.

Солнце пробивалось сквозь густые кроны деревьев, создавая на лесной тропинке затейливый узор света и тени. Катя шла чётко по следам, стараясь не смотреть на Мирослава, который шёл рядом. Неловкое молчание висело между ними, прерываясь лишь хрустом сухих веток под ногами. Мирослав тяжело вздохнул.

– Катя.

Начал Мирослав, его голос был тихим, но твёрдым.

– Ты уже несколько дней меня избегаешь, как мы заселились в академию. Что-то произошло? В академии ты сторонишься от меня. Я тебя просто не вижу. А твоё отношение ко мне стало далёким и холодным, словно зимний ветер. Я бы хотел знать причину.

Катя сжала кулаки, стараясь казаться равнодушной. «Почему он не может просто идти рядом и ни о чём меня не спрашивать?» Подумала отчаянно Катя. Были бы в академии, она бы, как обычно, убежала, махнув на дела. А сейчас они были на задании, и она просто не могла уйти. Особенно когда по следам искали упырей.

– Ничего не произошло, Мирослав.

Ответила Катя сухо.

– Просто я занята была. Как-никак мы уже на втором курсе. Нужно больше учиться, даже если занятия не начались. Не забывай, на моих плечах лежит ответственность перед отрядом, так ещё и этот для полного счастья включили.

Мирослав остановился и повернулся к ней. Он смотрел недоверчиво на неё. Катя не останавливалась и шла дальше. Мирослав пошёл вновь рядом.

– Не обманывай меня, Катя. Я тебя хорошо знаю. Ты что-то скрываешь.

Катя закатила лишь глаза. Мирослав коснулся запястья Кати. Та резко отшатнулась, словно он ударил её.

– Я ничего не скрываю!

Воскликнула Катя, голос её дрожал от напряжения. Она зашагала вперёд, чтобы Мирослав не видел её лица.

– Я же сказала, что была просто занята. В конце концов, твоя голова должна быть занята не мной, а Виолеттой.

Мирослав зашагал быстрым шагом за ней.

– Но ты даже не дала мне возможности поговорить о ней.

«Чёрт, а ведь верно. Я так и не узнала у Мирослава, как продвигаются его отношения с Виолеттой». Осознала свою небольшую ошибку Катя, уменьшая темп шага.

– Извини. И как твои отношения с Виолеттой? Всё хорошо?

Мирослав покачал головой. «Всё плохо». Поняла Катя. Она сдерживала себя от того, чтобы не посоветовать Мирославу оставить Виолетту и просто следовать дальше. «Мы просто друзья, ничего больше. Даже если он мне нравится, как выяснилось, то я должна держать дистанцию». Катя и Мирослав тяжело вздохнули.

– Ты сказала, что если мне Виолетта так и не понравится, то я могу просто действовать так, как велит сердце.

– Говорила. Но, может, ты ещё дашь Виолетте шанс? Я понимаю, Виолетта – истеричка, но ты ей нравишься.

– Ты с ней говорила?

Спросил Мирослав. Катя закрыла тут же рот. «Он не должен был узнать о моём разговоре с его невестой. Что же делать?» Думала Катя. Катя молчала, смотря на землю.

– Не то, чтобы говорила. Скорее слышала, как она истерила в общежитии.

Начала врать Катя, надеясь, что Мирослав не заметит и проглотит её слова как чистую монету. Мирослав поднял голову и посмотрел на Катю.

– Вот как. Истерики – это не всё, что о ней можно узнать. Виолетта весьма настойчивая особа. Я всё лето только и думал, чтобы поскорее наступила осень, когда я вновь увижу тебя. Я не хочу на ней жениться.

– Но должен. Ты же царевич. Понимаешь? Просто дай ей ещё времени.

Умоляла Катя. Мирослав тяжело вздохнул. Ну вот не хотелось ему давать Виолетте ещё один шанс, но, смотря в глаза Кати, всё-таки согласился.

– Хорошо.

Мирослав отвернулся от Кати и пошёл дальше по следам не оглядываясь. Катя смотрела ему в спину, её сердце разрывалось при понимании того, как Мирославу сейчас плохо. Она знала, что для Мирослава – это подобие пытки было, но она упрямо толкала его к Виолетте. Они шли молча, каждый погружённый в свои мысли. Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в огненные цвета. Они шли, шли, пока не наткнулись на развилку. Следы вели в два разных направления.

– Нужно разделиться.

Сказала Катя.

– Уверена?

Спросил Мирослав, которому по непонятной причине не хотелось разделяться. Предчувствие, может? Возможно.

– Да.

Ответила Катя, не глядя на Мирослава. Мирослав кивнул. Катя пошла налево по следам. Мирослав какое-то время стоял и наблюдал, как она уходит. Он чувствовал, как его сердце сжимается. «Если бы ты только позволила и открыла дверь в своё сердце для меня». Подумал Мирослав, а затем пошёл направо.

Катя не могла не думать о Мирославе. «Только бы ты полюбил Виолетту. Перестал упрямиться». Думала она. Следы неожиданно закончились, но рядом не было ни одного упыря. Катю накрыло парализующей сетью. Её окружили шесть девушек. Во главе стояла Виолетта, её лицо искажала ухмылка.

– Я же обещала тебе расправу.

Сказала Виолетта. Среди девушек Катя узнала Ярославу, которая согласилась помочь Виолетте. «И это после всех миссий, что мы боролись бок о бок». Не верила своим глазам Катя. Ярослава старалась не смотреть на Катю. «Прости». Подумала Ярослава. Катя не могла из-за паралича пошевелиться. Очень умно для той, что только поступила. Наверняка Ярослава плела, рассказав девочкам тонкости работы с магической сетью. Катя отдала первокурсницам должное – достойные противницы, вот как быстро разобрались.

Виолетта махнула девочкам, давая команду действовать. Девочки, не сговариваясь, втроём схватили Катю, другие лопатами раскапывали заранее подготовленную яму. Катя попыталась хоть как-то пошевелиться или воспользоваться магией. Ни в какую. Девочки кинули её в яму, а затем дружно закопали. Катя погрузилась в полную темноту. Она была замурована живьём под землю. Хотела закричать, но не стала. «Что же, значит, таков мой конец? Пускай будет так». Катя закрыла глаза, позволяя судьбе забрать наконец-то своё, держа её в холодной и сырой могиле. Виолетта победоносно улыбнулась. Она увела девочек за собой. Ярослава шла никакая за девочками. Она знала, что должна как-то сообщить отряду Кати о том, что с ней произошло, но не могла.

Между тем Мирослав, Крив, Святорад, Вика и Лена дошли до конца следов, но так и никого не нашли. Они вернулись к общей точке, где когда-то разделились. Отсутствие Кати все заметили. Крив дал команду Лаванде, и та стала искать. Уж кто-кто, а Лаванда отлично знала запах своей хозяйки. С момента, как Катю закопали, прошло пару часов. Ярослава сидела в своей комнате и смотрела в окно. Она согласилась помочь Виолетте лишь с той с целью, чтобы потом сообщить товарищам Кати о её местонахождении. Ярослава открыла дверь и мысленно потянулась в лес, хватаясь за деревья, а затем увидела отряд. Лаванда шла по запутанному следу. Никто не знал как, но Виолетта действовала через какого-то знакомого, тот и создавал зачарованные следы. Лаванда здесь бесполезна. А время между тем идёт. Катина стихия отчаянно не давала своей хозяйке задохнуться, только благодаря этому, наверное, она и дышала. Ярослава смогла внести через деревья в голову Вики образ места, где была закопана Катя. Увидев могилу, пульс Вики участился.

– Я знаю, где Катя. За мной.

Сказала Вика и побежала далеко вперёд. За ней только и успевали, зато стоило Лаванде всё-таки учуять запах хозяйки, как она гавкнула и побежала вперёд. Лаванда стала старательно раскапывать могилу. Какая реакция их ждала, когда из-под земли стала видна голова Кати. Та была без сознания, но всё ещё дышала. Лена заорала при виде подруги. Она закрыла руками рот. Все были в полной мере в шоке. Кому понадобилось так безжалостно закопать ни в чём не виноватую Катю? Мирослава чуть удар не хватил. Он помог Лаванде откопать Катю. «Нет, нет, нет, я не могу так потерять тебя». В панике размышлял Мирослав, очищая водой лицо Кати от земли.

– Приложи ухо к грудной клетке.

Сказал Святорад. Мирослав сделал так, как ему сказали.

– Жива.

Сказал Мирослав. Все с облегчением вздохнули.

– Отнеси её в лазарет, а мы ещё раз осмотрим лес и придём.

Сказал Крив. Девочки обеспокоенно смотрели на подругу. Мирослав взял Катю на руки. Лаванда побежала тут же рядом. Вика постаралась дотянуться ментально до Ярославы, чтобы сказать спасибо, а также выслала образ живой Кати. Ярослава, стоящая у окна, с облегчением вздохнула. Если бы она не согласилась участвовать, то, возможно, Катю не нашли под землёй, и она так и умерла.

Мирослав отнёс Катю в лазарет. Лекари тут же его выставили и стали осматривать Катю. Отряд же закончил осматривать лес и тоже вернулся в академию. Впятером они стояли в кабинете. Мирослав говорил отчёт о проделанной работе.

– В лесу упырей не обнаружено, зато были следы, путающие дорогу. Во время миссии пострадала адептка Светлова. Её кто-то закопал живьём под землю.

Сообщил Мирослав. Константин вскочил с места. Он почувствовал боль в груди, дыхание было сбивчивое, ощущалась боль в руках и шее. Рядом появился Беляк.

– Хозяин, что с вами? Мирослав мог не говорить о том, что его внучка пострадала!

Отчитал домовой Мирослава. Вика и Лена раскрыли рты.

– Внучка?

Хором спросили они. Святорад сразу отметил предынфарктные признаки. Он подошёл к магистру, коснулся лба и закрыл глаза, проанализировал состояние, а затем прочёл заклинание на латыни. Константин почувствовал некое облегчение и успокоение, боль потихоньку уходила.

– Вам стоит показаться лекарям, магистр. У вас серьёзные проблемы с сердцем.

Сказал Святорад. Магистр отмахнулся.

– Ерунда. Я в полном порядке. Что с Катей? Она жива?

Спросил Константин, присаживаясь на стул. Мирослав кивнул.

– Да. Сейчас находится в лазарете.

Константин кивнул и сказал.

– Известно, кто сделал это?

Мирослав покачал головой.

– Тогда сходи к Науму и попроси его разузнать. Возможно, Деян объявился, а если это так, то нельзя так всё оставлять. Миссию я вам засчитываю, хорошая работа. А теперь идите.

Сказал магистр. Мирослав хотел остаться и поговорить, но под взглядом домового вышел со всеми. К Науму они пошли все вместе, ведь каждому было, что сказать о данном случае. Виолетта тем временем стояла в лесу, а напротив неё открылся портал. Она шагнула через него и оказалась в зеркальном зале. У трона сидела царица Ангелия.

– Ну что, план сработал?

Спросила царица. Виолетта покачала головой. Царица тут же скривилась.

– Вот же дрянная девчонка. Всё не может помереть. Ладно, у меня есть другой план.

– Слушаю с нетерпением.

Сказала Виолетта, коварно улыбаясь на пару с царицей. В их глазах была лишь месть. Только причина Виолетты была ясна, а причина царицы так и таилась в глубине её тёмной души.

Глава 10. Затишье перед бурей, или впереди война?

Катя пробыла в лазарете неделю, либо пока лежала в холодной земле, успела хорошо простудиться. Магия в жизни, конечно, многое решает, но вот обыкновенную простуду лучше лечить народными средствами. К тому же так велел магистр Огнев. Он хотел таким образом дать отдохнуть Кате после случившегося.

Мирослав пару раз заходил к Кате, чтобы выяснить виновников произошедшего. Конечно, он и магистр подумывали о появлении Деяна, им требовалось только подтверждение. Только Катя ничего не говорила. Молчала и смотрела в стенку. После того как Катя в земле смирилась и попрощалась со своей жизнью, что-то в ней поменялось. Катя пыталась понять, что именно. «Почему я не попыталась выбраться? Почему после стольких дней тренировок я не почувствовала сеть? И самое обидное, что во всём этом участвовала Ярослава. Почему? Я думала, что мы подруги. Почему самые дорогие мне люди вновь и вновь меня предают?» Катя не кричала, не плакала, но было лучше для неё самой, если бы она дала наконец-то волю своим эмоциям.

Катю выписали из лазарета. У входа стоял Мирослав. Катя столкнулась с ним взглядом. В его глазах читалось беспокойство, боль и ярость к тому, кто хотел навредить снова её жизни. Катя очень хотела рассказать Мирославу о том, что это сделала Виолетта, и всё из-за того, что увидела в Кате соперницу. Но при мысли о том, что из-за неё может сорваться соединение союза между двумя государствами, всё стремление исчезало и закрывалась за дверью, не давая Кати этого сказать. «Когда же наступит снова день, когда я смогу свободно говорить о том, что чувствую, не боясь за последствия сказанного?» Катя обошла Мирослава и пошла вперёд. Мирослав перехватил Катю за руку и повернул её к себе лицом.

– Катя.

Начал он, голос его дрожал от сдерживаемых эмоций. Катя старалась не смотреть ему в глаза. Мирослав старался быть спокойным. Ему сказали, что из-за случившегося Катя навряд ли захочет говорить. Только Мирослава очень волновало, чтобы в дальнейшем её никто не хотел убить. Данияр, чтобы ему спалось плохо в темнице, до сих пор не сказал, для чего они это делают. Пытались через менталиста, но на Данияре какое-то тёмное заклинание стоит, которое ловко переползает в голову менталиста. Трое специалистов лежат в лечебнице сейчас в беспамятстве.

– Прошу, скажи наконец-то, кто это сделал? Ты же наверняка видела лицо.

Катя кивнула, подтверждая мысль Мирослава. Её бледное лицо исказилось от боли, но не физической, а душевной. Она знала, что должна сказать правду, но отказывалась этого делать. «Виолетта его невеста. Скажу, и Мирослав тут же разорвёт помолвку с ней. Возможно, если бы Мирослав не был царевичем, то я бы и ответила на его чувства. Или нет?» Эта мысль была как острый нож, пронзающий её изнутри. Катя покачала головой.

– Я... Я не видела, к сожалению. Мне кажется, что нет смысла искать виновника.

Тихо сказала Катя. Её голос был еле слышен. Катя, которая постоянно участвует в каких-то авантюрах, была непохожа на саму себя. Мирослав сжал её руку, его глаза полны боли и отчаяния. Он видел, что Катя не договаривает, и не понимал почему.

– Ты знаешь, кто это сделал. Катя, ты совершенно не умеешь врать.

Сказал Мирослав. Щёки Кати залились лёгким румянцем. Она знала, что врать нехорошо, да ложь часто ей давалось с трудом. Она не умела так искусно и красиво обманывать, как это делали многие девушки, и в этом её проблема.

– Я должен знать. Прошу, кто это сделал?

Умолял сказать Мирослав. Он хотел кричать и ломать всё на своём пути. Царевич, в отличие от Кати, был готов сам прибить её убийцу. Только имя, и он сразу в бой. Катя молчала.

– Я правда не знаю.

Сказала Катя. Она вырвала свою руку из хватки Мирослава и ушла в своё общежитие. «Значит, остаётся только ждать, когда Наум узнает имя убийцы». Смирился Мирослав. Дни превратились в мучительное ожидание для Мирослава и Константина. Вика и Лена старались не тревожить пока Катю. Ей требовалось время. Проходил день за днём, неделя за неделей. Наум уже отчаялся, пока после занятий не осталась Ярослава. Она рассказала о Виолетте, но попросила, чтобы о её роли никто не знал. Мирослава вызывали в кабинет Магистра Огнева.

– Вчера мне удалось выяснить имя преступника. И, вы не поверите, кто им оказался.

Сказал Наум.

– Не томи, говори.

Сказал нетерпеливо магистр Огнев. Мирослав сидел на стуле.

– Это была Виолетта.

Сказал Наум. Мирослав почувствовал, как земля уходит из-под ног. Он не хотел верить своим ушам. С одной стороны, он был рад, что это оказалась его невеста, а с другой – испытывал чувство злости.

– Причина?

Спросил Константин. Наум тяжело вздохнул.

– Мотивы Виолетты банальны. Простая ревность, отчего царевна решила убрать со своего пути предполагаемую соперницу.

Сказал Наум. Константин посмотрел на Мирослава. Константин держал руки в замке перед столом. Его взгляд был внимательным и тяжёлым.

– А сейчас я бы хотел послушать тебя, Мирослав.

– А что я-то?

Не понимал Мирослав. Кто же знал, что эта липучка видела в Кате соперницу. К тому же это произошло совсем неожиданно. Мирослав даже не видел в Виолетте какую-то угрозу, только головную боль.

– Как же? Виолетта, как мне известно, твоя невеста. Вот мне теперь и интересно, что ты в последнее время делал, раз этой избалованной царевне взбрело в голову убить моё единственное сокровище.

Константин стукнул кулаком по столу. Мирослав так и подскочил на месте.

– Может, я лучше уйду?

Спросил Наум, не желая мешать их разговору.

– Нет, Наум. Лучше останься, мне необходимо кое-что с тобой обсудить.

Сказал Константин Науму, не отводя взгляда от Мирослава.

– Я ничего такого не делал. Всего лишь не обращал внимания на эту Виолетту, вот и всё.

– И при этой дурёхе мило беседовал с моей внучкой?

– Нет. Катя вообще меня избегала в эти дни. Виолетта видела её только на ужине во дворце. И, скорее всего, пару раз, когда пытался поговорить с Катей, но она почему-то после лета начала меня избегать.

Константин потёр виски. «Либо Мирослав притворяется, что ничего не замечал, либо он полный идиот, который не умеет решать личные проблемы». Размышлял Константин.

– Значит так. Ситуация мне ясна. Поступим следующим образом, но сначала я бы хотел задать один лишь вопрос. Кто тебе нравится: Виолетта или моя внучка?

Спросил Константин. Магистр выглядел уставшим. Этот разговор давался ему тяжело. Святорад рассказал одному лекарю о состоянии Константина: ему прописали успокоительные и велели не принимать всё близко к сердцу. От лечения Константин отказывался, хотя здесь любой опытный лекарь за пару дней поставил бы на ноги, и магистр был бы в полном порядке. Мирослав не понимал смысла этого вопроса. «Магистр думает, что мне нравятся сразу обе, что ли?» Предположил Мирослав, но тем не менее слегка прокашлялся, немного засмущался и ответил.

– Мне нравится только ваша внучка и всегда нравилась. Невесту мне приставил отец. Я хотел ещё в первый день, когда узнал, что скоро, скорее всего, женюсь, отказаться от новоявленной невесты.

– И почему тогда этого не сделал?

– Я обещал Кате, что узнаю Виолетту поближе.

Константин закатил глаза. Детский сад какой-то.

– Узнал?

– Да.

– Но по-прежнему любишь мою внучку?

– Да.

– Тогда почему же ты до сих пор не разорвал помолвку или тебе нужно моё благословение на ваши отношения с Катериной? Так я даю тебе разрешение, лишь бы ты не занимался и дальше ерундой.

Закричал под конец магистр Огнев. В кабинете всё затихло. Мирослав сидел, и сам не понимал, почему он реально до сих пор не разорвал помолвку. Мирослав встал со стула.

– Я так и сделаю, магистр. Спасибо за ваше благословение.

Мирослав откланялся и вышел из кабинета. Виолетта сидела в общей женской комнате и мило беседовала. Мирослав бесцеремонно вошёл в женское общежитие. Виолетта даже обрадовалась, когда увидела царевича в общей комнате.

– Мирослав?

Сказала Виолетта. Она встала с диванчика. Девочки, сидящие рядом, с любопытством посмотрели на царевича, но что-то им в нём не понравилось, отчего они решили выйти и не мешать.

– Виолетта, мы должны поговорить.

Сказал Мирослав, голос его дрожал от гнева. Виолетта непонимающе смотрела на Мирослава. Она подошла к нему и положила руку на его ладонь, надеясь, что разговор последует о его чувствах к ней.

– Мирослав, что ты хотел сказать?

Виолетта с нежностью смотрела на Мирослава. Он убрал свою руку, словно от удара током отстранился, и отошёл назад. Милая улыбка Виолетты исчезла.

– Я знаю, что это ты пыталась убить Катю в лесу.

Виолетта изобразила удивление, а потом и вовсе засмеялась, так легко прикрывая рукой губы. Мирославу это показалось раздражительным.

– Мирослав, ты с ума сошёл?

Виолетта вновь подошла к Мирославу, пытаясь убедить его в своей непричастности. У них с царицей такой план созрел и будет плохо, если сейчас всё Мирослав разрушит.

– Не старайся, Виолетта. На меня твоя маска не действует. Магистр Огнев также знает о твоей причастности к попытке убить Катю. Тебе так просто это с рук не сойдёт.

Лицо Виолетты побледнело, глаза расширились от ужаса.

– Но я ничего не сделала. Ты… Ты что такое говоришь?

Мирослав покачал головой. Он сделал шаг вперёд, чтобы придать больше устрашения в своём лице.

– Не делай вид, что не понимаешь.

Прошипел Мирослав. Виолетта опустила голову, плечи её затряслись. Она не знала, что ей делать. «Как он узнал? Кто им сказал?» Паниковала Виолетта. В комнату вошла Вика, менталистка наша. Она направила на Виолетту особенную волну, которая тут же сорвала маску милой и доброй принцессы. Вика почувствовала негативную энергетику Мирослава в своей комнате, отчего решила выйти и посмотреть, что происходит. Она лишь по одной фразе Мирослава поняла, в чём дело, и решила помочь добиться признания царевны. Вика шагнула вперёд, не отводя взгляд от Виолетты.

– На тебе особая энергия, с помощью неё ты не сможешь нам врать. Мирослав, можешь продолжать.

Мирослав кивнул в знак благодарности Вике. На лице Виолетты была злая гримаса. Она с ненавистью смотрела на Вику.

– Скажи мне правду. Ты пыталась убить Катю?

Повторил нетерпеливо Мирослав.

– Да. Эта гадина должна была сгнить под землёй.

Закричала Виолетта. Мирослав сдержал себя, чтобы не задушить царевну на месте. Он сжал руки в кулаки.

– Чудно, что ты сама призналась.

Сказал Мирослав, голос его был твёрдым, как сталь.

– Ты совершила ужасное преступление, Виолетта. Это непростительный поступок. Зачем ты это сделала?

– Потому что иначе ты так и не посмотришь на меня. Я всё лето пыталась привлечь твоё внимание на меня, и ты ни разу не посмотрел на меня так, как смотрел на неё.

Мирослав отвернулся от Виолетты.

– Сердцу не прикажешь, Виолетта. А после твоего поступка я даже рад, что так и не полюбил тебя. Но этому балагану пришло время закончиться.

Мирослав замолчал на какое-то время. Виолетта стояла и тяжело дышала, её трясло. Она боялась лишиться того, чего так безумно грезила каждый день.

– Что ты имеешь в виду?

Спросила Виолетта, чуть ли не шипя. Мирослав посмотрел на Виолетту холодно и отрешённо, а затем сказал твёрдо и решительно.

– Я не женюсь на тебе, Виолетта.

Голос Мирослава прозвучал для Виолетты словно звук грома – также громко и больно. Её сердце застучало, губа затряслась. Виолетта прильнула к Мирославу, обняв его.

– Прошу, ты не можешь так поступить. Я же люблю тебя, я буду хорошей для тебя женой.

Мирослав оттолкнул Виолетту от себя.

– Перестань!

Закричал он. Виолетта заплакала.

– Я принял решение. Можешь возвращаться в своё королевство. Я о своём решении сообщу отцу в ближайшем письме. Извини, что не сделал это сразу.

Мирослав двинулся в сторону выхода.

– Чем я хуже этой девчонки? Я же и красивая, и умная, и изящная, из королевской семьи. Я идеально подхожу.

Закричала громко Виолетта, надеясь до последнего добиться справедливости. Она не могла смириться с тем, что такую, как она, отвергли и обменяли на обычную девушку. Мирослав повернулся и серьёзно ответил.

– Возможно, идеально подойдёшь и для другого царевича. Прости, но я не женюсь на тебе, лишь потому что так принято. Для меня куда важнее чувства, нежели титул.

Мирослав вышел из комнаты. Рядом шла Вика.

– Где сейчас Катя?

Спросил Мирослав.

– Как всегда в тренировочном зале. Только постарайтесь разобраться самостоятельно, без моего вмешательства.

Ответила Вика. Мирослав закатил глаза, но всё-таки кивнул. Он вышел из женского общежития. Вика за ним не пошла. «Только бы у них было всё хорошо». С улыбкой подумала Вика, нарисовав у себя в голове красочные иллюстрации.

Капли пота скатывались по виску Катерины, отражая холодный свет от высоких окон. С того дня, когда Катя выписалась из лазарета, она усилила тренировки, не жалея своих сил. Катя не могла простить себе ту роковую ошибку, когда Виолетта смогла её застичь врасплох. С каждым взмахом её руки меч пел свою песню – звенящую, острую, полную решимости. Она была сосредоточена, полностью погружена в ритм боя, забывшись обо всём на свете.

Вдруг дверь зала тихонько скрипнула, нарушив тишину. Катя не сразу обратила на это внимание, продолжая упражняться. Но когда шаги стали отчётливее, она остановилась, повернулась и увидела Мирослава. Катя напряглась. Она сдерживала себя от порыва снова уйти. Мирослав эти недели её не беспокоил, за что она была ему благодарна. «Возможно, их отношения с Виолеттой наконец-то улучшились, и сейчас, я надеюсь, он именно об этом пришёл мне сказать. Правда, есть мысль о том, что пришёл тренироваться – это было бы неожиданно с его стороны». Размышляла Катя. Мирослав приблизился к Кате, его глаза были целиком и полностью прикованы к ней.

– Катя.

Начал было говорить Мирослав, голос его был тихим, но твёрдым.

– Я... Я пришёл сказать тебе о том, что...

Он слегка замялся. Он не знал, с чего ему стоит начать диалог.

– ...что наконец-то полюбил Виолетту?

Продолжила Катя за Мирослава, надеясь, что это так. Однако снова её интуиция вопила. Катя сжала руку на рукоятке меча. «Только бы моя интуиция ошиблась, пожалуйста». Надеялась Катя. Но Мирослав покачал головой и вздохнул, прежде чем сказать.

– Нет. Поэтому я только что разорвал с ней помолвку.

Сказать о том, что Катя была потрясена, ничего не сказать. «Шутит или в полном серьёзе?»

– То есть как? Почему?

Голос Кати был тихим. Эта новость прозвучала подобно грому, в самую душу.

– Для начала, потому что она хотела тебя убить.

Крикнул Мирослав слишком даже громко. Катя отошла на пару шагов назад.

– Узнал-таки.

Буркнула Катя. Её щёки заливались лёгким румянцем. Катя убрала меч в ножны. «Если он разорвал помолвку, то начнёт говорить о чувствах. Надо валить». Подумала Катя, поджав хвост от страха. Ну боялась она таких вот перемен и не могла себя пересилить.

– Что?

Переспросил Мирослав.

– Ничего.

Сказала Катя и направилась к выходу, обходя Мирослава. Мирослав перехватил Катю за руку. Катя хотела было бы дёрнуться, но в этот раз избежать разговор не получится. Катя прикусила губу.

– Мирослав, я после тренировки.

Попыталась было бы вразумить Мирослава. Однако Мирослав решил поразить. Один щелчок пальцев и с Кати больше не стекал пот. Она была свежа и чиста, словно после душа. Катя разинула глаза на Мирослава. Его глаза отображали полную серьёзность и решимость. «Выучил бытовое заклинание, значит. Чёрт». Посетила мысль Катю.

– Почему ты не сказала, что это была Виолетта?

Катя сделала вдох и выдох. «Сейчас или никогда». Катя выпрямила спину и придала решительность взгляду. Мирослав заметил эту перемену.

– Иначе ты бы сделал то, что уже сделал.

Сказала Катя.

– Я не хотела, чтобы ты разрывал помолвку с Виолеттой. Я ради этого покинула дворец, чтобы дать вам больше пространства. Я надеялась, что ты сможешь найти в Виолетте своё счастье.

– Но в ней его я не нашёл.

Сказал Мирослав. Мирослав коснулся щеки Кати. Катя вздрогнула от этого прикосновения. По коже пробежали мурашки.

– Мирослав, я... Ты должен простить Виолетту и вернуться к ней. Она из твоего круга.

Заговорила Катя дрожащим голосом. Катя противоречила в эти минуты самой себе. Мирослав покачал головой.

– Я тебе ещё в тот день говорил, что не женюсь на ней. Как помнишь, мы заключили сделку. Ты сказала, что если я не смогу полюбить Виолетту, то в дальнейшем смогу действовать так, как велит сердце.

Катя отлично помнила данное обещание. Катя закивала.

– Так и есть.

Зашептала Катя. Мирослав коснулся второй рукой лица Кати, а затем притянул к себе и прильнул к её губам. Катю захлестнула волна эмоций: сердце колотилось словно сумасшедшее, готовое вот-вот выпрыгнуть из груди. Катя так старалась убежать от этой любви все дни. От этого чувства, которое вырывалось из-под контроля, стоило лишь губам царевича коснуться её губ. Мирослав был словно магнит, неумолимый и притягательный в этот момент. Катя старалась всё это время сопротивляться, строила стены между собой и царевичем, чтобы он не смог до неё дотянуться. И вот, один лишь поцелуй, и вся стена просто рухнула, раскрывая её и его сердце. Столько сил Катя потратила, чтобы избегать Мирослава. И вот он снова рядом, а его руки обнимали уже крепко за талию, притягивая поближе к себе. Она чувствовала его тепло, слышала учащённое биение его сердца.

Катю парализовал страх. Боится ли она Мирослава? Нет, ни капли. А, может, просто боится причинённой боли, которую может принести эта любовь в конце. Катя боялась окончательно сдаваться и отдаваться целиком своим чувствам. Однако Мирослав, склоняющийся к её губам, обнимающий крепко к себе, заставляет Катю буквально замереть. Её мысли так и путались в этот момент. Поцелуй был мягким, нежным, но в то же время страстным, полный желания и боли. Он будил в Кате запретную любовь. Слёзы застилали глаза Кати. Она хотела оттолкнуть Мирослава, закричать, побежать снова прочь, но тело её не слушалось, целиком растворяясь в этом поцелуе. Что будет дальше? Катя не знает, но понимает, что нет пути назад. Она наконец-то сдалась и решила позволить этой любви взять над собой верх.

А в это время за ними наблюдала Виолетта и Ангелия через зеркало в зеркальном зале. Виолетта стояла и плакала. Ей такого никогда не светило. Ангелия со злости кинула в зеркало тёмный пульсар. Зеркало не разбилось. Мирослав и Катя оторвались друг от друга. Мирослав смотрел в заплаканные глаза Кати. Он был в замешательстве.

– Почему ты плачешь?

– Потому что самая настоящая дура.

Сказала Катя. Она чувствовала себя слабой девчонкой. Мирослав покачал головой и легонько засмеялся.

– Что ты такое говоришь?

– То и говорю. Такой, как ты, достоин любить кого угодно, но почему же ты влюбился в ту, кто так отчаянно пытается убежать от любви?

Выпалила Катя. Сердце Мирослава заколотилось.

– Ты боишься любви?

Удивился Мирослав. Катя кивнула, её щёки покрылись ярко-красным румянцем.

– Боюсь, но ты всё равно заставил моё глупое сердце тебя полюбить. И я не понимаю, как это у тебя получилось.

«Катя меня любит?» Мирослав был ошеломлён этим. Он смотрел на Катю, в его глазах отражалось удивление и нежность, а затем резкое понимание того, что происходило между ними. «Всё это время она избегала меня, потому что полюбила, а я, идиот, этого и не заметил». Мирослав вновь поцеловал Катю, но в этот раз поцелуй продлился недолго. Катя отстранилась, а потом всё-таки убежала со словами:

– Мне нужно побыть наедине со своими мыслями. Прости.

Мирослав провожал Катю обеспокоенным и влюблённым взглядом. Он был рад случившемуся. Мирослав помолился богу и попросил, чтобы у него с Катей было всё хорошо. Пару дней Мирослав не трогал Катю. Катя пребывала в раздумьях. Она не знала, что ей в итоге делать: плюнуть на все правила и дать волю чувствам, или всё-таки взяться за разум. «Как бы я ни пыталась избегать Мирослава, судьбы словно специально объединяет нас. Может, это наоборот глупо было? Пора свои страхи побороть. Нельзя всю жизнь убегать». Размышляла Катя, сидя за учебником по тёмным существам. Урок вёл её дедушка, и тот, зная о порыве к знаниям Катерины, всегда спрашивал Катю. «Надо сосредоточиться на домашнем задании. Я слишком много думаю не о том, о чём нужно сейчас». Катя погрузилась в чтиво о Вии. «Вий – это существо, у которого веки опускаются до самой земли, но если поднять их вилами, то уже ничто не утаится от его взоров. Вий одним взглядом своим убивает людей и обращает в пепел города и деревни. К счастью, убийственный взгляд его закрывают густые брови и близко прильнувшие к глазам веки. И только в том случае, когда надо уничтожить вражеские рати или зажечь неприятельский город, поднимают ему веки вилами. Вий считался одним из главных служителей Чернобога». Катя выпрямилась.

– Чернобога?

Вдруг спросила Катя вслух. На часах была полночь. Лена и Вика были уже в кровати.

– Ты что-то сказала?

Спросила сонно Лена. Катя повернулась к подруге, улыбнулась и покачала головой.

– Нет, не обращай внимания.

Лена кивнула и повернулась на другой бок. Катя достала другую книгу про всех существующих богов. Нашла раздел про Чернобога. «Так, что тут у нас? Чернобог – это бог холода, смерти, зла и безумия. Интересно. По преданиям, жил в подземном мире Нави и не мог выйти оттуда, так как врата Нави были запечатаны Родом, Сварогом и Белобогом. Чем дальше, тем больше непонятного. Кто такой Сварог я знаю». Катя открыла раздел сначала про Род. «Род – бог-прародитель, изначальная созидающая сила, творец мироздания, существующий вне времени и пространства. Он породил всю Вселенную. Всё сущее в этом мире есть его творение, из него произошедшее и в нём неизменно пребывающее. По описанию походит на нашего Иисуса Христа. Может, это он и есть, просто называется иначе?» Предположила Катя. Она записала тут же прочтённую информацию в отдельную тетрадь, куда записывала всё, что они на уроках ещё не проходят. Катя также нашла раздел про Белобога. «Славянский бог огня и белого света, созидающий, пылающий светом явленного творения из истока мироздания. Свет – это движение во тьме, представляющей собой инерцию, пассивность, и он не существует вне наблюдающего его. Получается, он противоположность Чернобога. Хотя тут написано, что Белобог и Чернобог считаются братьями, а сам Род – это их отец. Но зачем Чернобога заключили в мире Нави? Что это вообще за мир такой?» У Кати не было книги про этот мир, но ей казалось, что эта информация была ей необходима. «Как жалко, что библиотека уже закрыта». Кате пришлось вернуться к теме про Вия и на время забыть про Чернобога.

На следующий день Катя после обеда посетила в библиотеку. Библиотекарь сразу нашёл нужные ей книги. Катя тут же принялась зачитывать прямо в библиотеке. «Угу, Бог-Творец, Род, иными словами отделил свет и тьму для порядка, после чего появились три мира: Явь, Навь, Правь. Правда, они не единственные сейчас, но не суть. Мир Яви – мир, в котором живут люди, звери и птицы, также здесь находятся духи – водяные, домовое, лешие – и живут природные Боги. Значит Явь, получается, – это то, где мы в целом и находимся. А мир Нави – это у нас мир, где живут тёмные существа и Боги, задача которых связана с разрушением того, чему уже нет места в мире Яви. В мир Нави уходят души после смерти. Многие люди верят, что здесь души очищаются, чтобы переродиться вновь. Однако некоторые души не могут очиститься и превращаются в Навий, злых духов. Мир Нави часто в представлении людей связан со злом, он расположен ближе всего к границе с Хаосом, поэтому зло проникает именно через Навь. Однако нужно понимать, что сам по себе мир Нави – необходимая и неотделимая часть для всех миров. Без разрушения не будет движения вперёд. Везде должно быть равновесие, даже в книге об этом говорится. Но мы всё равно должны бороться со злом, чтобы не быть слабее».

Катя помассировала виски. Что-то нехорошее надвигалось, её интуиция так и кричала об этом. Катя решила прочитать и про последний мир, прежде чем вернуть книгу обратно библиотекарю. «Правь – мир светлых Богов. Правь состоит из девяти небес. На седьмом находятся хоромы Сварога, Небесного Отца, судьи в спорах Богов. Здесь же живут и другие Боги. Боги Прави помогают людям развиваться, осваивать новые ремёсла, поступать честно. Выходит, Правь, по моему понятию, – это небеса, а Нави – это ад. Что только не узнаешь во время чтения про Вия». Катя усмехнулась и вернулась на занятия.

Вечером Катя получила письмо. Его передали через посыльного. Девочки находились рядом и вместе с ней с удивлением лицезрели на данное письмо. Катя не стала долго сохранять таинственность и открыла его. Это письмо было от царицы Ангелии, в нём она просила незамедлительно явиться к ней.

– Зачем я могла понадобиться ей?

Не понимала Катя, а затем вспомнила про Виолетту, которую в итоге исключили из академии. Её, конечно, хотели заточить в темницу, на пару с Данияром, но решили не устраивать из-за этого межгосударственный конфликт. Катя отправилась во дворец этой же ночью. Завтра благо у неё выходной, но она его потратит весь, чтобы добраться до дворца и обратно в академию. Брать Василису и Лаванду Катя не стала. С ней была Белка, её верный меч и сумка.

К полудню Катя явилась во дворец. Колояр проводил в зеркальный зал. Царя сегодня не было во дворце, он уехал по важным делам к ООСС. Так что здание целиком и полностью принадлежало царице. Ангелия стояла у одного зеркала и что-то в нём смотрела. Когда двери в зал открылись и вошла Катя, царица замерла. Она с презрением и с полным недовольством смотрела. Ангелия махнула рукой у зеркала, затемняя его, чтобы Катя не смогла увидеть то, на что она так смотрела. Катя заметила это движение. «Как странно, Мирослав и его отец говорили, что царица не владеет ни каплей магии, но я могу поклясться, что видела полотно магии. Я специально читала про порталы, в этом мире они целиком и полностью зависят от зеркал, и чтобы ими пользоваться, нужна магия. Это подтверждает слова Беляка, когда он сказал, что для обратного перехода мне необходимо больше магии». Катя сделала вид, что не заметила, но в голове этот момент отметила. Катя присела в книксен.

– Светлого дня, ваше величество.

Поздоровалась Катя.

– Светлого?

Произнесла царица возмущённым тоном. Катя сдержала себя от порыва тяжело вздохнуть. «Я смогу. Я справлюсь. Царица всего лишь недовольна разорванной помолвкой. В конце концов, никто не виноват в том, что их драгоценная невестка оказалась ещё той истеричкой». Подумала Катя. Царица села на трон, её лицо было хмурым, а глаза, словно два острых меча, смотрели на Катю.

– Как он может быть светлым после того, как из-за тебя сорвалась помолвка!

Прошипела царица. Катя не дрогнула, она стояла совершенно спокойно.

– Ваше величество, я...

– Не смей оправдываться!

Прервала царица Катю.

– Мирослав - будущий царь, его выбор должен быть взвешенным и политически выгодным. Ты же всего лишь внучка князя Огнева и покойной его супруги Агнии. Что ты можешь ему предложить взамен?

Катя сделала вид, что задумалась.

– Может, любви? Я понимаю, что для вас важна чистота голубой крови, и всё такое. Однако Мирослав должен самостоятельно решать, кого ему любить и с кем ему быть.

Царица презрительно фыркнула.

– Любовь? Это ерунда! Ты вообще понимаешь, что разрушила помолвку, которая была не только выгодна для двух королевств, но и во благо Мирослава?

Катя таки закатила глаза перед царицей.

– Ради какого к чёрту блага?

Спросила Катя.

– Во-первых, это чистота королевской крови. Во-вторых, Виолетта сможет подарить самое настоящее счастье моему сыну, а именно наследника со стихией огня.

Катя посмеялась,

– Почему именно со стихией огня?

– Не знаю, так показало мне зеркало будущего. В нём я детально увидела свою внучку, и мой сын в этом будущем абсолютно счастлив.

Слова царицы пронзили Катю как острые иглы. Катя, дрожа от ярости и обиды, смотрела на царицу. «Мирослав будет счастлив с Виолеттой?» Эта мысль отзывалась в её голове эхом. Однако Катя сжала руки в кулаки и решила всё-таки позволить повелевать сердцу.

– Ваше величество, я понимаю ваши опасения, но я люблю Мирослава.

Царица рассмеялась. Это был злой, насмешливый смех.

– Любовь? Что ты понимаешь в любви? Хорошо, если не понимаешь по-хорошему, то будем по-плохому. И не говори потом, что я не пыталась всё решить мирным путём.

– Я не боюсь.

Ответила твёрдо Катя.

– Я готова принять на себя ответственность за свои действия.

Царица нахмурилась. Она понимала, что Катерина – девушка сильная и очень упрямая. Угрозы и шантаж никак не действуют.

– Играешься с огнём, девочка. Последствия могут быть ужасными.

Прошипела царица. Катя не дрогнула.

– Я не боюсь вас, ваше величество.

– И очень зря. Если думаешь, что сможешь противостоять мне, то глубоко ошибаешься. Я могу сделать так, чтобы твоя жизнь стала невыносимой. Ты потеряешь всё.

Взгляд царицы был полон холода и ненависти, на её лице играли величие и высокомерие. В глазах Кати горел огонёк. Она знала, что царица способна на многое, но Катя была готова бороться за свою любовь. Катя знала, что путь к счастью с Мирославом будет тернистым и тяжёлым.

– Если порция угроз, ваше величество, закончилась, то я, пожалуй, пойду. Меня ждёт Мирослав в академии. И если думаете, что я испугалась, то вы только ошибаетесь. Всего хорошего.

Катя развернулась и вышла из зеркального зала, её сердце громко стучало. «Я так просто не сдамся». Катя попрощалась с дворецким и вернулась на Белке в академию. Катя прибыла к полночи и сразу легла спать.

Утром Катя, собрав всю волю в кулак, решила сказать о своих чувствах Мирославу. Она вышла из своей комнаты и пошла искать его. Мирослав выходил из мужского общежития, его мысли были далеко за пределами реальности. Он так и дошёл до входа в столовую, но не успел войти, как на горизонте появилась Катя.

– Мирослав!

Крикнула Катя, её голос дрожал от волнения. Она побежала к Мирославу, обходя через идущих адептов. Мирослав обернулся, увидев её, его глаза загорелись надеждой. Катя остановилась за пару шагов до царевича, сделала глубокий вдох и, глядя ему прямо в глаза, выговорила драгоценные слова, которые так ждал услышать Мирослав.

– Ты мне нравишься. Прости, что заставила ждать.

Мирослав ошеломлённо смотрел на Катю, словно не веря своим ушам. Его губы растянулись в широкой улыбке, а глаза засияли счастьем. Он сделал два шага навстречу Кате и обнял её, прижимая к себе так крепко, будто боялся, что она исчезнет.

– Ты же моя мучительница.

Прошептал Мирослав, его голос был полон эмоций. Катя ответила на его объятие, чувствуя себя невероятно счастливой. Страх и сомнения, которые мучили её последние дни, как рукой сняло. Она поняла, что пошла по правильному пути, доверившись своим чувствам. И никакая царица этого не разрушит. Но как же Катя ошибалась. Спустя неделю по всей академии прогремел громкоговоритель. Студенты ещё проснуться не успели, за окном гремел гром и била молния, вызывая лёгкое землетрясение.

– Тревога! Тревога! Всех студентов просим срочно пройти в общий зал! Внимание, это не учебный сбор. Всем явиться в общий зал!

Катя, Лена и Вика так и подскочили с кроватей. Катя подошла к окну – творился полный хаос. Небо, которое ещё вчера было голубым и ясным, сейчас было чёрным и мрачным. Что-то неладное творилось. Сердце Кати заколотилось.

– У меня дурное предчувствие.

Сказала Катя. Девочки быстро собрались и привели себя в порядок. Они сразу же надели форму своего отряда и взяли оружие и снаряжение. В общем зале был шум и гам. Студенты были встревоженными и напуганными. Периодическую тряску по всей академии чувствовали все до единого. Катя нашла среди студентов Мирослава и побежала к нему. Мирослав тут же прижал Катю к себе.

– Привет.

Сказал он.

– Привет. Что происходит за академией?

Спросила Катя, когда Мирослав разжал объятия. Стоящий рядом Крив покачал головой.

– Мы ещё и сами не знаем, но ничего хорошего, думаю, не услышим.

Сказал Крив. А Катя между тем вспомнила последний разговор с царицей. «Не её же рук дела? Глупости какие-то. Скорее всего, Деян набрался сил и принялся в бой. Только зачем академию разрушать непонятно». По центру зала встал магистр Рамир. Магистра Огнева не было в зале. «Где дедушка?» Заметила Катя его отсутствие.

– Приветствую всех собравшихся. Вы правильно сделали, что отреагировали так оперативно и быстро. Как вы заметили через окно, творится что-то неладное. Мы получили письмо, и сейчас я его вам прочту.

Магистр Рамир развернул листок бумаги.

– Уважаемые магистры и студенты. Тёмные духи и существа, пробуждённые мной, уже окутали всё королевство. Вам не избежать моей воли, ибо я раб Чернобога. Я уничтожу всё, что дорого вам, и моя победа будет полная. Готовьтесь к войне, ибо она уже началась.

Напряжённая тишина висела в воздухе, прерывающаяся лишь шёпотом и шуршанием одежд. Прочтённое магистром письмо словно пронзило всех присутствующих. В зале раздались возгласы ужаса и недоумения. Магистры попытались успокоить студентов, уверяя их, что академия справится с угрозой. Однако страх был виден на лицах всех присутствующих, даже на лицах самих магистров. Как назло, именно сегодня слёг Константин, и он не мог помочь им сейчас.

Весть о войне, подобно стремительному вихрю, пронеслась по коридорам академии, оставляя за собой шлейф тревоги и смятения. Юные маги, вчера ещё погружённые в мир заклинаний и теорий, сегодня сталкивались с суровой реальностью, которая требовала от них жертв. Магистрам не оставалось ничего другого, как формировать небольшие группы студентов, готовых отправиться за пределы академии и сразиться. Мирослав тут же взял Катю за руку и увёл за угол, собираясь с ней поговорить.

– Катя, умоляю тебя, не участвуй в этой войне.

Голос Мирослава был твёрдым, а в глазах читалась мольба и страх за жизнь Кати. Катя смотрела в его глаза и тяжело вздохнула.

– Мирослав, я не могу оставаться в стороне. Это мой долг, моя обязанность. Я должна.

Мирослав сжал её руку, он понимал, что его слова бессильны. Катя была сильной и решительной девушкой, но царевич не мог позволить ей отправиться туда, откуда, возможно, она не вернётся живой.

– Пожалуйста, Катя, подумай ещё раз. Ты можешь погибнуть.

– Как и любой из нас. Если мне суждено погибнуть, значит, такова моя воля.

Катя хмуро смотрела на Мирослава. «Каким же он может быть иногда индюком! Я просто не могу». Злилась она. Взгляд Мирослава также отражал ярость. Он покачал головой.

– Почему ты такая упрямая?

Кричал Мирослав.

– Какая есть. И именно такую ты меня полюбил.

Закричала уже Катя. Она не собиралась сидеть в сторонке, когда её товарищи и друзья рискуют своей жизнью. Катя вырвала свою ладонь из его ладони.

– И ради нашей любви я прошу тебя остаться в академии.

Катя прикрыла глаза. Она понимала, что Мирослав боялся за её жизнь, но она одна из студентов военного факультета, а сидеть в стороне – значит, предать то, что она выбрала.

– Я защитница, и мой долг защищать Родину. В данном случае, наше королевство.

Спокойно ответила Катя. Катя открыла глаза и слабо улыбнулась Мирославу. В его глазах читалась боль, отчаяние и любовь. Катя убрала свою ладонь из его руки и пошла обратно к толпе. Мирослав, отчаявшись, закричал ещё громче.

– Катя, я запрещаю тебе участвовать в этой войне.

– Прости, но я должна.

Катя сказала тихо-тихо и ушла вперёд. Мирослав смотрел ей вслед, и сердце его разрывалось от боли. Катя отправилась первой же группой студентов на первый бой, их задача заключалась в очищении леса от упырей. Группа, в которой участвовала Катя, состояла из десяти человек, среди них были знакомые лица и друзья Кати, такие как Лена, Галина и Элла – менталистки, и Маломир. Остальные были либо первогодки, либо со старших курсов. Вика, Ярослава и Клара отправились следующей же группой в город Халеон, где жители падали прямо на землю: в них неожиданно вселялись либо бесы, либо настигала чума. Люди или гибли, или превращались в демонов и упырей. Мирослав также со своими товарищами отправился на войну, их отправили на гору Лока, где проснулся аспид – гигантская змея с птичьим клювом и двумя лапами, рогами, а ещё он пятнистый. Пожирает людей и скотину, а умирает только от огня, при этом сам же извергает огонь. Чешуя у аспида чёрная, но на свету очень красиво переливается. Магистры получали информацию о бедствиях через анонимные сообщения, которые появлялись буквально сами в воздухе.

Проклятие сжало сердце Константина в тисках ледяного страха, парализуя каждую клеточку его существа. Он лежал на кровати, накрытый тяжёлым одеялом – по крайней мере, ему так казалось, и смотрел в окно, за которым разыгрывалась картина апокалиптического ужаса. Существа, древние и свирепые, словно вырвавшиеся из забытых мифов, бушевали на улицах родного мира, сея хаос и разрушение. Константин лежал, его хриплый кашель срывался с губ, а мутные глаза полнились беспокойством. Он, могущественный маг, знаток древних заклинаний и тайн мира, был прикован к постели недугом, словно пленник собственного тела. Ему хотелось взмахнуть рукой, произнести заветные слова, призвать на помощь могучие силы, но тело не слушалось, а сердце сжималось от бессилия. Рядом с кроватью, примостившись у изножья, сидел домовой. Он беспокойно переминался с ноги на ногу, порой вздыхая и поглаживая свою бородку. Его сердце болело за хозяина.

Мысли Константина метались, словно птицы, запертые в клетке. Он представлял себе внучку, юную и отважную, которая где-то там, за окном, сражалась с чудовищами, рискуя своей жизнью ради спасения мира. Её светлый образ давал ему силу, надежду, но вместе с тем усиливал чувство бессилия и вины. Он не мог помочь ей, не мог защитить её. Проклятие, словно злой дух, сковало его, лишило сил. Константин пытался бороться, вырываться из пут тьмы, но каждый вздох был подобен удару током, каждое шевеление вызывало острую боль. Константин вспомнил моменты, проведённые с внучкой, и его слова, которые ранили хрупкую душу Кати. Её взгляд, отказ от его фамилии, решительное стремление, его трусость подойти и извиниться. Сейчас, когда он лежал и не знал, выживет или нет, понимал, как это было глупо.

Константин крепче сжал кулаки. Он знал, что где-то там, за окном, бушует битва не на жизнь, а на смерть. И он должен был быть в ней, рядом со своей внучкой, рядом с теми, кого любил. Он хотел стать защитником и воином света, но сейчас это не в его силах. «Я должен был лечиться, должен был дать лекарям меня осмотреть и назначить курс лечения. Почему я позволил недугу развиваться?» Однако несмотря на свою беспомощность, он мог кое-что сделать. Константин позвал Наума через домового. Тот явился к нему. Наум был в шоке при виде старого друга.

– Что произошло?

– Ерунда, обычный недуг. Наум, мы должны вернуть Пересвета в наш мир.

Сказал Константин. Наум посмотрел на друга как на сумасшедшего.

– Пересвета? Но он находится в Советке. Как ты думаешь его вернуть?

Спросил Наум. Константин прикрыл глаза и сказал.

– Через зеркало. Если Катя – его дочь, то достаточно её крови, чтобы связаться с ним. Я уверен, что Пересвет не утерял свой дар и обязательно вернётся сюда, чтобы защитить свою Родину и дочь.

– Но зеркало есть только во дворце, а до туда непросто будет пробраться. Это слишком рискованно.

Константин тяжело вздохнул, а затем коротко сказал.

– Беляк, покажи ему.

Домовой вскочил с места и побежал в дальний угол комнаты, где стоял сундук. Домовой открыл сундук и посмотрел на Наума. Наум подошёл к сундуку, в нём лежало завёрнутое зеркало. Наум удивился данной находке.

– У тебя в сундуке лежало зеркало? Зачем оно тебе?

Не понимал Наум. Константин приоткрыл глаза, а затем сказал.

– Чтобы наблюдать за моей семьёй. Оно связано магически. Приведи мою внучку и помоги связаться с её родителями. Я верю, что ей удастся, только не говори ей, что это для спасения. Катя, скорее всего, тогда не захочет связываться с ними, не желая подвергать опасности.

Константин слишком устал от разговора, отчего закрыл глаза и уснул. Наум смотрел на зеркало в сундуке. Его мысли путались. «Чтобы наблюдать? А ты полон тайн, друг». Наум посчитал разумным перенести зеркало в свои покои, чтобы Катя не увидела больного дедушку, но затем понял, что это будет неправильно, а потому перенёс в кабинет. «Только бы это сработало. Только бы мы не ошиблись. Ещё и ООСМ никак не реагирует, это на них непохоже».

Ситуация в мире накалялась очень хорошо. Студенты, оставшиеся в академии, сидели в своих комнатах и с ужасом смотрели в окно. Обычные люди, живущие не в академии, а в городах и деревнях, терпели полный ужас. Буквально на их глазах умирали соседи и знакомые, на улицу нельзя было выйти, если не хочешь лишиться жизни. Где-то бушуют волколаки, где-то безобразничает аспид, а где-то гуляют тёмные духи демонов, вселяющиеся в тела. Лишь вера и молитвы спасали людей. Погибали массово люди, исчезали дети и скот.

В то время царица Ангелия сидела в зеркальном зале и улыбалась ехидной улыбкой. Она наблюдала за всем этим через зеркала. Рядом стоял Деян и Виолетта. «Всё просто отлично. Рано или поздно Катя сдастся, и тогда-то она наконец падёт. Как же я этого жду». Деян и Виолетта с ужасом смотрели на происходящее. Они понимали, что это было слишком, но ничего не могли сделать. Их задача – лишь не злить царицу и быть на её стороне, тогда она их не тронет.

А между тем Катя со своей группой сражались в лесу, прикрывая спины друг друга. На лес настиг густой туман, пронизанный запахом сырой земли и гниения, чёрное небо придавало слабую видимость в лесу. Лица ребят, озарённые мерцающим светом факелов, были напряжены, а в руках крепко сжимались серебряные клинки. Ветер шелестел кронами деревьев, словно пытался предупредить их об опасности, которая таилась в чаще. Сердце Кати билось тяжёлым стуком. Сегодняшняя миссия была одной из самых сложных и важных в жизни каждого. Здесь нет права на ошибку. Если они не очистят лес от упырей, то упыри нападут на академию.

Внезапно из-за ствола могучего дуба выскочил упырь. Его гниющие плоть и кости разносили мерзкий запах по всему лесу. Листва на глазах отряда вяла и осыпалась. За ним, словно тень, вышли ещё двое. Отряд мгновенно отреагировал, мечи заплясали в воздухе, отбивая атаки монстров и пронзая их и без того мёртвые тела. Маломир и Лена использовали огненные пульсары, сжигая тела. Катя ловко уклонилась от когтистой лапы и вонзила свой клинок в грудь упыря, серебряный свет пронзил его тёмную душу. Но каждый убитый упырь вызывал ещё двоих из тьмы леса. Их было слишком много! Бой был долгим и жестоким. Усталость настигала мгновенно отряд, раны украшали их тела, но они продолжали сражаться, вдохновляемые духом товарищества и жаждой защитить близких им людей. Катя чувствовала, что силы её покидают, она защищала своих товарищей до последних сил. Её клинок сверкал, словно молния, сея смерть среди упырей. Но их число не уменьшалось, а наоборот росло с каждой минутой.

Битва продолжалась ещё несколько часов, пока последний упырь не был повержен. Лес наконец-то погрузился в тишину, прерываемую лишь хрипами и вздохами ребят. Им требовалось лечение, раны, нанесённые упырями, были заразными, поэтому нельзя было медлить. Во время битвы ребята потеряли двоих. Их тела пришлось сжечь, как и всех упырей. Многие плакали, но ничего нельзя было делать. Тот, кто запустил эту войну, безумен и жесток.

Отряд вернулся в академию. Катя шла последней, её сердце было полно гордости за своих товарищей и печали за павших. Катя знала, что их жертва не была напрасной – лес был спасён, но надолго ли? Отряд осмотрели лекари и начинающие специалисты среди студентов. Катя собиралась идти к себе и отдохнуть. Нужны были силы, чтобы вновь отправиться воевать. Однако её перехватил Наум. Не говоря ни слова, отвёл в кабинет магистра Огнева и привёл к зеркалу. Катя, не понимая, зачем её привели к зеркалу, смотрела на Наума.

– Это волшебное зеркало. Я подумал, что, возможно, ты захочешь поговорить с родителями. Я верю, что мы победим, но никто не может гарантировать тот факт, что в живых останутся все.

Катя посмотрела на зеркало. «Я могу поговорить со своими родителями?» От мысли о них у Кати защемило сердце, из глаз пошли слёзы. Она очень сильно по ним скучала. «Возможно, я умру, родители не знают, что я здесь. Было бы правильно, если я им скажу прощальные слова, прежде чем навсегда, возможно, испарюсь».

– Что мне нужно делать?

Катя сжала руки в кулаки. Магистр неуверенно сказал.

– Просто коснуться магией до зеркала и подумать о своих родных. Зеркало должно будет тебя связать с ними.

«По крайней мере так говорит Константин». Подумал Наум. Катя вспомнила, как царица манипулировала над зеркалом. «Они должны знать». Катя, не касаясь рукой до зеркала, протянула руку и сконцентрировала свою магию над зеркалом. Неожиданно она почувствовала, как что-то чужое, но волшебное касалось до неё. Катя тут же подумала о папе, о маме и о доме. То ли чувства были яркими, то ли надежда и вера, но поверхность зеркала пошла рябью, а затем в зеркало смотрели сидящие на диване родители. Катя поняла, что зеркало связало её через телевизор в гостиной. Папа, который смотрел телевизор, с удивлением ринулся к экрану.

– Катя!

Крикнул Пётр во всю гостиную. Света, листающая ленту в соцсетях, отложила телефон в сторону и также заметила свою дочь в телевизоре, а затем подошла поближе к экрану и присела рядом с Петром. Лицо Кати отображало всю боль и горе, которые она натерпелась на битве. А при виде родных лиц она заплакала и заговорила.

– Мама, папа, как же я рада вас видеть.

Пётр и Света переглянулись. Пётр заметил рядом с Катей Наума. На его лице отразилось неожиданное осознание.

– Ты в Русолке?

Спросил Пётр. Катя закивала. Слова так и застыли комом в горле, но затем она сквозь слёзы заговорила.

– Да. Мир терпит нашествие мифических существ. Я только с битвы. Папа, мама, я связалась с вами, чтобы, скорее всего, попрощаться и сказать, что очень люблю. Мама, не знаю, в курсе ты или нет, но бабушка была жительницей волшебного мира. Здесь замечательный мир, но стереотипный. Я бы рассказала всё, что со мной произошло, но, боюсь, не успею. Я вас очень люблю, простите, что связываюсь с вами при таких условиях.

Катя убежала, оставив связь с другим миром. Пётр смотрел на пронзающий взгляд Наума. Света, знающая о тайне их семьи, была в шоке и в отчаянии. То, что их дочь только что связалась с ними через зеркало, ничуть не удивило.

– Здравствуй, Пересвет.

Заговорил Наум. Пётр кивнул.

– Всё настолько у вас плохо?

Спросил Пётр. Наум кивнул.

– Даже хуже, чем ты думаешь. На Катю много раз были попытки убийства, она перевернула весь мир с ног на голову, девушки борются плечом к плечу на поле битвы, а наш Константин зачах. Не хватает опытных воинов.

Изложил всю информацию Наум. Пересвет и Света слушали, сердца их сжимались от боли. Они и не подозревали, что их дочь попала в другой мир, не знали о войне, пожирающей волшебную землю. Пётр, когда-то могучий маг и непобедимый воин, услышав это, почувствовал, как в нём пробуждается забытая сила.

– Я возвращаюсь, Наум. Я сделаю всё, чтобы наш мир был в целости и сохранности, и чтобы наша дочь осталась в живых.

Разговор на этом и закончился. Пётр ушёл в спальню, нашёл свою пыльную сумку, достал из неё свои залежавшиеся вещи и доспехи. Света, наблюдавшая за любимым, решительно сказала.

– Я иду с тобой.

Пересвет, надев доспехи, подошёл к Свете и поцеловал в щёку.

– Я иду один. Там очень опасно сейчас.

– Но там наша дочь! Я не позволю ей рисковать собой.

Упрямо сказала Света, в её глазах горел огонь. Пересвет тяжело вздохнул.

– Хорошо, но в бой ты не пойдёшь. Будешь находиться в академии.

Сдался Пересвет. Света кивнула. Они вызвали такси и доехали до Трамвайного проспекта, вошли во второй подъезд и поднялись на второй этаж, дверь была сломана и выбита. Пересвет и Света с ужасом поняли, что их дочери срочно пришлось покинуть их мир. Пересвет напряг свою позабытую силу и сдвинул шкаф, который в итоге с грохотом упал. Тратить время, чтобы его поднять, они не стали. Пересвет коснулся глади зеркала и почувствовал привычную вибрацию. Он улыбнулся. А затем взял Свету за руку и повёл за собой, уходя через зеркало в другой мир вместе с любимой.

Русолка встретила их не очень радужно. Пересвет, защищая Свету, направлялся к деревне Щуковка.

Глава 11. Когда этот хаос закончится?

Катя находилась в своей комнате и лежала на кровати. В то время как все отдыхали и спали, она думала о своей семье. Как же они будут горевать, когда её не станет? Ей было жалко маму, папу, бабу Любу и дедушку Егора, а самое главное – дедушку Константина. Она ещё не знала, что он лежал в своей комнате и не мог встать, слишком была отвлечена суетой за окном и внутренним ураганом внутри. Катя уснула с тяжёлыми мыслями.

Мирослав вернулся с группой лишь под утро. Аспида было тяжело победить, но они это сделали. Этот мерзкий змей – несокрушимый перед любым оружием. Кто же мог подумать, что он боится огня. «Надо было учиться усерднее, тогда бы знал с кем бьюсь. Вот ведь повезло отправиться в бой с такими же лоботрясами, как и я. Надо, что ли, у Кати было спросить про него?» Мирослав качал головой. Он пошёл в душ, а после него лёг спать. Утром первым делом он подумал о Кате. Из-за усталости у него не было сил думать о чём-то, кроме душа и кровати, а сейчас его волновало, вернулась ли группа, с которой ушла Катя. Мирослав выбежал из комнаты, сбив случайно на входе Крива.

– Ты чего?

Но Мирослав побежал дальше. Крив махнул рукой на своего друга и зашёл в комнату. Мало ли что могло у него произойти? Катя только проснулась. Лены уже не было в кровати, ушла со следующим отрядом. Катя собиралась сделать то же самое. Хаос за окном ещё не закончился, а значит им остаётся только сражаться и периодически отдыхать. На своём столе Катя увидела маленькое послание. «Что это?» Она взяла листок и прочла его. «Если не хочешь, чтобы погибло больше людей, сдайся и прими свою судьбу». Катя выпрямила спину и скомкала листок. «Кто это мог написать?» Катя подумала сначала о Деяне, а затем о царице. «Какова вероятность того, что война – рук царицы Ангелии? Надо отправиться к городу Халеон, там, как помню, располагалась темница, в которую был заключён Данияр. Только как мне добраться? Везде же эти твари». Кате пришлось отмахнуться от этой затеи. Слишком опасно было сейчас. «Ладно, это сейчас не так важно».

Катя вышла из комнаты и увидела бегущего Мирослава по коридору. «Он что тут забыл? Мирослав же не заходит в женское общежитие». Взгляды Мирослава и Кати встретились, мир вокруг них словно замер. Мирослав, подбежав к ней, обнял её крепко. Он почувствовал, как все тревоги и усталость отступают на задний план, заменённые волной безграничной радости. «Живая». Облегчённо подумал Мирослав. Они стояли так какое-то время, пока Мирослав не взял Катю за руку и не завёл в её же комнату. Мирослав прошёл вперёд, а Катя осталась стоять у двери.

– Хочешь высказать своё недовольство? Высказывай. Только побыстрее, я собираюсь идти.

Сказала Катя. Она была рада увидеть снова Мирослава и даже не злилась на него за то, что он пытался ей запретить. Однако понимала, что Мирослав, скорее всего, может злиться на неё за это.

Мирослав обернулся и посмотрел на Катю, в глазах которой читалась решимость. Его сердце сжималось от боли и страха за её жизнь. «Она не изменит никогда своего решения, как бы я не пытался её отговорить». Мирослав тяжело вздохнул.

– Это опасно. Ты можешь погибнуть. Война – это уже не шутки. Уже тот факт, что ты пошла на военный факультет, делал твою жизнь опасной. Пойми, каждая такая выходка может стать для каждого из нас последней.

Сказал Мирослав, его голос дрогнул. Катя понимала, что Мирослав просто боится за её жизнь, но ничего не могла с этим сделать. «Это мой долг». Подумала Катя.

– Я намерена сражаться, несмотря на риск.

Сказала Катя как можно решительней.

– Как же мне тебя переубедить?

Спросил тихо Мирослав. Катя грустно смотрела на него. Она знала, что Мирослав страдает, и не могла остаться в стороне.

– Видимо, никак.

Ответила Катя, а затем подошла к Мирославу и прижалась к нему, обняв.

– Обещаю, что буду осторожна.

Сказала Катя. Мирослав обнял Катю в ответ. Её упрямство, её жажда справедливости восхищали Мирослава, но в то же время ранили. «Если я не могу её переубедить, тогда единственный мой выбор – пойти за ней и защищать собой, как бы это делал любой телохранитель на моём месте». Подумал Мирослав. Магистр Огнев ещё в том году снял с должности телохранителя для его внучки, поскольку не оправдал ожиданий, да и Катя хорошо могла постоять за себя и без помощи Мирослава. Однако Мирославу ничего не мешало вновь защищать любимого человека.

– Я тогда буду рядом.

Сказал неожиданно Мирослав. Катя вынырнула из объятий и посмотрела с удивлением на Мирослава. «Это была шутка или в полном серьёзе?» Подумала Катя. Только Мирослав молчал.

– Тогда пошли воевать?

Спросила неуверенно Катя. Мирослав кивнул. Катя ему улыбнулась. Они вышли из комнаты и пошли вместе к магистру Рамиру. Их отправили ближайшей группой в город Лоська. По словам магистра, они поняли, что битва предстояла против Вия. Катя с ужасом смотрела на магистра. Группу вели третьекурсники с четверокурсниками. Мирослав и Катя были самыми младшими в данный момент, отчего шли по центру. Передвигались пешком. Никто не хотел подвергать смерти своих четвероногих друзей. Мирослав аккуратно спросил Катю.

– Катя, ты ведь знаешь, кто такой Вий?

Катя удивлённо посмотрела на Мирослава. Неужели он всерьёз не знал о Вие? Ведь они недавно проходили эту тему, и магистр Огнев основательно расспрашивал их на уроках.

– Мирослав.

Сказала Катя, не стараясь скрыть лёгкий смех.

– Ты же помнишь, что нам рассказывали об этом существе на уроках, правда?

Мирослав замялся.

– Я... Я плохо слушал, честно. Ты можешь рассказать?

Катя вновь засмеялась, но всё-таки решила ответить на вопрос Мирослава.

– Это демоническое существо, которое одним только взглядом может убить всё живое, испепелять деревни и разрушать целые города. Его глаза обычно прикрыты огромными веками и ресницами, которые он не может поднять без посторонней помощи. Убить Вия не так сложно. Он по своей натуре очень медлителен, главное, чтобы веки его были по-прежнему прикрыты.

Сказала Катя. Она не сомневалась в том, что им удастся победить Вия, учитывая то, что он был один в городе. Через часов пять уставший отряд дошёл до города, а там их поджидал не только Вий, но и волколаки. Казалось бы, откуда эти волчары снова появились?

– Скорее всего, Деян всё-таки объявился.

Сказал Мирослав. Катя кивнула, полностью соглашаясь с предположением Мирослава. «Возможно, та записка именно от него была. В таком случае я ни за что не сдамся и буду бороться до последнего». Уверенно вступила Катя в город Лоська. Вия пока не было видно.

– Разделяемся.

Приказал кто-то из впередиидущих ребят. Студенты разделились на пары и разошлись по городу, чтобы сдержать натиск чудовищ, Катя и Мирослав сражались вместе. Катя, раскинув немного мозгами, предложила Мирославу хорошую тактику. Они вышли к северной части города, Катя создавала вихри, отбрасывая волколаков к стене, а Мирослав убивал их мечом и метательными ножами, которые благо были покрыты серебряным напылением. Данная тактика работала на отлично. Жаль, что на численность это пока никак не влияло.

Волколаки наступали волнами. Сражение было жестоким и бескомпромиссным. Катя и Мирослав сражались бок о бок, их мечи так и сверкали, метательные ножи летели точно в цель: то Мирослав, то Катя, отбрасывали волколаков от себя, давая друг дружке пронзить цель. Каждое движение было отточено тренировками, каждый удар был точен и смертелен. Но силы были неравны. Волколаков было слишком много, они наступали без устали, жаждущие крови. Катя почувствовала, как её руки дрожат от напряжения и усталости, а Мирослав неожиданно пошатнулся. Один из волколаков его смог ранить.

– Катя, их слишком много, ты должна сейчас же уходить в академию.

Крикнул Мирослав, убивая ударом меча очередного волколака. Только Катя стояла на месте, её глаза горели решимостью.

– Нет!

Сказала Катя.

– Пока я ещё жива, буду сражаться до конца.

– Не говори так.

Сказал Мирослав. Ему даже думать не хотелось о том, что Катя вот-вот упадёт насмерть от лап этих тварей. Катя понимала, что их тактика ненадёжна. Оценив свои магические способности, она решилась применить другой уровень магии. Катя закрыла глаза, сосредоточилась и почувствовала, как ветер вокруг неё оживает, подчиняясь её воле. Словно из ниоткуда поднялся ураганный ветер, сбивая волколаков с ног, отбрасывая их на стены и ломая им кости. Мирослав поддержал атаку, создав огромную водяную стену, которая смывала чудовищ и уносила в общую массу к другим убитым волколакам. Эту тактику применили и другие ребята из группы, кто что мог и умел. Рано или поздно, но численность волколаков стала наконец-то уменьшаться, пока они не уничтожили последних.

В воздухе витал тяжёлый запах крови и дыма. Отряд студентов, изнурённый многочасовой битвой, тяжело вздыхал, опираясь на мечи. Многие из них так же были ранены, как и Мирослав. Им всем следовало бы отправиться в академию, чтобы подлечиться, однако миссия была не окончена. Им предстояла битва с Вием, который ходил по городу и убивал всех, кто смотрел в его глаза. Это было слышно по крикам и воплям. Тёмное существо, могущественный демон, который стоял за ордой волколаков, манипулировал ими, толкая на разрушение. Уничтожить Вия – это была их главная цель.

Усталые и раненые студенты, лица которых были измазаны сажей и пылью, с трудом поднялись на ноги. В их глазах горел огонь отчаяния, смешанный с непримиримой решимостью. Перед ними появился Вий – чудовищное создание тьмы, источающее зловоние гниения. Его когтистые лапы рвали землю, а из пасти вырывались проклятия, веки его были приподняты. Студенты бросились в атаку, их заклинания и атаки сливались в хаотичный водоворот, но Вий был неуязвим. Тьма, окружающая его, поглощала магию, возвращая её обратно в виде проклятых щупалец, которые душили и рвали. Катя, вихрем кружась, создавала вокруг себя бушующие смерчи, пытаясь отвлечь чудовище. Мирослав же сквозь боль создавал водные волны и кидал метательные ножи. Только сил у студентов было очень мало и это чувствовалось по ударам. Все старались не смотреть в глаза Вия, чтобы не упасть на землю мёртвыми.

Внезапно, пока Катя направляла воздушные вихри, чья-то тьма подхватила её в воздух, лишая возможности колдовать. Эта тьма несла Катю прямо к Вию, к его глазам. Катя быстро закрыла глаза, не желая умереть так глупо, а затем взвизгнула от боли. Её тело сжимала тьма, не давая свободно вздохнуть.

– Катя!

Закричал Мирослав, замерев от ужаса. Ещё немного, и тьма её приплюснет. Студенты, уставшие и беспомощные, никак не могли вызволить своего товарища. Тьма неожиданно исчезла, и Катя полетела вниз. Мирослав побежал, чтобы ее поймать. Однако Катю неожиданно окутал поток воздуха, не принадлежащий ей или кому-либо из студентов. Она мягко приземлилась, Мирослав проверил её состояние. Катя была жива, она лежала и буквально хватала воздух ртом.

– Я же говорил, ты должна была уйти в академию.

–Я в порядке.

Сквозь слёзы сказала Катя, но у неё закружилась голова. Мирослав тут же положил её голову на свои колени.

– Ты истощена. Твой уровень магии почти на нуле. Тебе нельзя больше сражаться.

Сказал Мирослав. Катя лишь улыбнулась и закрыла глаза. Студентов шатало от бессилия. Все уже начали прощаться с жизнями, пока на их глазах Вия не пронзил летящий прямо в сердце меч, пропитанный чем-то таким, отчего Вия буквально разорвало на куски. Запахло гнилью и кровью. Студенты закрывали носы, кого-то тошнило, кто-то просто плюхнулся на землю.

Перед студентами появились Пересвет и Света. Мирослав подхватил безжизненное тело Кати на руки. Взгляд его встретился со взглядами Пересвета и Светы, родителей Кати. Их лица были искажены отчаянием и страха. Первая отреагировала Света. Её глаза наполнились слезами. Она бросилась к дочери, пытаясь найти хоть какой-то признак жизни.

– Катюша! Доченька!

Кричала Света, голос её дрожал. Пересвет подошёл к Мирославу и сказал.

– Давай её сюда. Ты верно сражался, но с трудом сам ходишь. Моей дочери в моих руках будет куда надёжнее.

Мирослав, желающий нести сам, хотел поупрямиться, но затем передал Катю Пересвету. Он не сразу сообразил, что перед ним сейчас стояли родители Кати.

Все двинулись в сторону академии, следом за своими спасителями. Света с ужасом рассматривала этот мир. Она никогда в нём не была, хоть и знала, что это её родной мир, в котором жила когда-то её мать и где-то лежал её отец.

В академии звучала кромешная тишина. При виде израненных и измученных товарищей студенты в полном шоке с сожалением на них смотрели. Вид отряда говорил о том, насколько битва была тяжёлой. Пересвет отнёс свою дочь в лазарет. Катя лежала неподвижно, словно застывшая в вечном сне. У неё было бледное лицо, губы шевелились в лихорадочном бормотании. Военная форма была изодрана и заляпана кровью. Пересвет старался держать себя в руках, его могучие плечи согнулись из-за невыносимой боли в сердце. Света, стояла рядом. Её глаза были красными от слёз, а лицо бледным. Она пыталась быть сильной, но каждый вздох раненой дочери пронзал её душу острыми осколками горя. Они вышли, чтобы не мешать лекарям лечить.

Раненым студентам пришлось подождать и постоять у входа в лазарет. Лекари и оставшиеся студенты были заняты другими ранеными. В глазах ожидающих студентов читался страх, боль и неопределённость. Каждый вспоминал ужас, который проходил в городе Лоська. Время тянулось бесконечно. Каждый миг казался вечностью.

Лекарям удалось привести Катю в чувства, однако её состояние было нестабильным. Первыми она увидела своих родителей.

– Папа. Мама. Но... Но как? Почему вы здесь?

Тихо прошептала Катя. Она совсем недавно общалась с ними по зеркалу, а сейчас они восседали рядом с ней. По щекам Кати полились слёзы. Мама присела рядом на стульчик и коснулась щеки своей дочери.

– Как же ты меня напугала.

Сказала Света. Катя слабо улыбнулась.

– Всё хорошо. Это не первая и не последняя моя битва.

Сказала Катя. Света покачала головой. «Если не снова эта тьма, Кате не пришлось бы этого испытывать». Думала Света, смотря на свою дочь. Касания Светы были мягкими и дарили Кате тепло. Пересвет сел на край кровати. Катя смотрела на своего отца выжидающе. «Так изменилась. Взгляд не такой, как раньше, более твёрдый и решительный. Сколько же ты натерпелась здесь, дочь моя? И почему ты была в том бою?» Не понимал Пересвет, а затем решил ответить на вопросы, которые задала им Катя.

– После того как ты с нами связалась, мы с твоей матерью собрались и отправились в хрущёвку. На тебя напали посреди ночи?

Спросил отец. Катя кивнула.

– Это случилось неожиданно. Я собиралась лечь спать, чтобы отдохнуть после шести смен, но потом домовой начал чудить. Подкинул мне бабушкин оберег, а затем помог собрать вещи и отодвинуть шкаф, где стояло зеркало.

Сказала Катя. Для неё присутствие родителей было большим потрясением, но всё казалось таким естественным, что Катя просто принимала действительность за обыденность. «Похоже, мне вкололи успокоительное, только так можно объяснить тот факт, что мне данная ситуация не кажется настолько странной». Думала Катя. Недалеко от входа в лазарет стоял Наум, он прокашлялся, чтобы привлечь внимание Светловых, и помахал рукой Свете. Света поняла, что ей необходимо выйти и пообщаться с этим мужчиной.

– Любимый, побудешь с Катей? Скоро приду.

Света уступила место Пересвету на стуле, а сама вышла. Пересвету и Кате было очень поговорить. Наум вышел из лазарета, а затем пошёл в преподавательское общежитие. Света пошла за ним, оглядывая стены и потолок академии. Наум отвёл Свету прямо к постели Константина, который лежал в кровати и чах. Несмотря на то, что Света никогда не видела отца, она его любила, храня в сердце светлую память о нём из рассказов Агнии.

Увидев лежащего в своей постели отца, парализованного недугом, сердце Светы сжалось от боли. Она подошла к кровати и взяла его руку. Кожа отца была холодной, а пальцы неестественно напряжены. Света почувствовала, как её глаза наполняются слезами. Константин пребывал в глубоком сне. Света присела на край кровати. Наум стоял неподалёку.

– Отец.

Шепнула Света, её голос дрожал от слёз. «То дочка раненная, то теперь отец больной. Что же здесь происходит, мама?» Спросила Света, обращаясь к Агнии. Посидев немного рядом с отцом, Света вышла с Наумом в кабинет.

– Давно он в таком состоянии?

Спросила Света у Наума.

– Примерно три или четыре дня.

Света слабо улыбнулась. Её взор пал на рабочий стол отца, где лежало множество бумаг. Света взглянула на то, над чем отец работал. Света вновь задала вопрос Науму.

– Мой отец какую должность занимает в академии?

– Заместитель директора. Раньше эту должность занимал другой магистр, но Константин его сместил меньше, чем за неделю, после того как приступил к работе в академии.

Сказал Наум, внимательно наблюдая за действиями Светы. Света усмехнулась, читая некоторые бумаги.

– Кто сейчас выполняет работу моего отца?

Наум замялся. Он хотел сказать кто, но проблема в том, что такого человека просто не было. Света тяжело вздохнула.

– Понятно. В таком случае всё сделаю я сама. Предполагаю, всё нужно утвердить у директора?

Наум кивнул. Света снова прочитала листы, которые были, и решительно пошла к выходу. Наум последовал за ней. А сам размышлял, насколько Света, Катя и Агния были похожи, но при этом каждая индивидуальная, особенная и другая. Казалось бы, Света пришла в другой мир, где ничего не знает, но зато уже изучила работу своего отца, что-то у себя в голове обдумала и сейчас решительно шла к директору, чтобы сообщить о временной своей должности. Сама Катя пришла в этот мир и всё буквально изменила. У них появились женские отряды, первый смешанный отряд. Девушки учатся на других факультетах, сама Катя стала за это время отличной воительницей и умницей в академии – только и делала, как тренировалась и училась. «Это что же будет такое, когда родится следующее поколение?» Подумал Наум.

Пересвет и Катя о многом успели поговорить. Катя рассказала о своих успехах и жизни в этом мире, а отец, в свою очередь, слушал и задавал периодически уточняющие вопросы. Слушая свою дочь, он ощущал одновременно гордость и страх. Гордость за то, что она у него такая отважная и смелая. Страх за то, что его дочь постоянно подвергает себя опасности. Катя после долгого разговора уснула. Пересвет вышел из лазарета.

Катя пролежала два дня, к ней периодически кто-то заходил, пока она бодрствовала, но в основном это был Мирослав, Крив, отец или Маломир. Девочки за эти дни ни разу не зашли, поскольку Лена, Клара и Вика до сих пор не вернулись из города Халеон, который настигли упыри и чума, вместе с ними также не вернулся Святорад. Магистр Рамир и магистр Боян приняли решение и отправили следующую группу лекарей и борцов. Катю после выписки какое-то время не выпускали на задания, а всему виной Мирослав и Пересвет. Они сговорились на пару и решили не выпускать больше Катерину из академии.

Катя пребывала в своей комнате и читала учебники. Её волновал один очень важный момент, а именно присутствие тёмного мага на поле битвы. Кате казалось, что это был именно Деян, либо тьма Вия от той тьмы, что душило её, очень сильно отличалась. «Если поймаешь Деяна, война закончится, даже если есть другой маг». Казалось Кате. Она сидела в комнате и думала, как остановить эту бессмысленную войну, поймать Деяна и посадить на пару с Данияром. Во время чтива Катя вспомнила, как они заманивали Данияра. Тогда это было проще простого. Было бы неплохо повторить этот манёвр, только усложняет тот факт, что в этот раз никто не захочет ей помогать и подыгрывать. «Придётся действовать самой» Решила Катя. Она вышла из-за рабочего стола и начала собираться, но тут кто-то постучал в дверь. Катя посмотрела на дверь. «Кого могло ещё принести?» Катя подошла к двери и с осторожностью её открыла, а за ней стоял Мирослав. Катя хотела расслабиться, но отчего-то не могла. «Мирослав никогда не стучится». Отметила этот факт Катя.

– Я могу войти?

Спросил Мирослав. Катя нахмурилась. «И никогда не спрашивал разрешения. С чего вдруг Мирослав стал таким воспитанным?»

– Конечно, проходи.

Мирослав зашёл в комнату. Катя закрыла дверь. Она с прищуром посмотрела на гостя. «Что-то не так! Не знаю, что именно, но при виде Мирослава мне хочется бежать как можно дальше и без оглядки». Катя сразу же отметила странности в его поведении, походка казалась неестественно прямой, взгляд будто чужой.

– Что-то произошло, Мирослав?

Спросила Катя, стараясь скрыть свою тревогу, которая нарастала с каждой секундой.

– Да. Пришло известие о том, что в городе Халеон ситуация ухудшилась, требуется подкрепление.

Сказал холодно Мирослав. «Голос словно другой, лишён привычной интонации и динамики». Катина рука легла на рукоятку меча.

– Подкрепление? Но магистр Боян и магистр Рамир пару дней назад отправляли новый отряд студентов.

Мирослав замялся. Катя это заметила.

– Они не справились. Всех перебили. Магистр Рамир и магистр Боян приняли решение и отправляют тебя и меня следующим отрядом. Нам необходимо немедленно выдвигаться.

Катя усмехнулась. «Двойник. Так я и думала». Магистр Рамир и магистр Боян, возможно, и принимают какие-то решения, но вот приказы отдаёт Пересвет. А Пересвет своего решения относительно родной дочери ещё не менял, и сам Мирослав был того же мнения. Лже-Мирослав протянул Кате руку, чтобы повести за собой.

– Пойдём скорее. Нас все ждут.

Катя брезгливо посмотрела на протянутую ладонь.

– Руку убрал.

Холодно сказала Катя, придав своему голосу сталь. Лже-Мирослав опешил.

– У нас нет времени на ссоры. Давай свою ладонь и пошли. Только нас ждут.

Не унимался Лже-Мирослав, по-прежнему протягивая руку.

– Где?

Спросила Катя, отходя от Лже-Мирослава к своей кровати.

– В аудитории, как в прошлый раз. Не напоминать же тебе, где именно.

«В аудитории? Магистры? Как в прошлый раз? Про первую миссию в прошлом году имеет в виду, когда мужской и женский отряды определяли по миссиям? Если так, то глупо было выдать себя на таком моменте». Размышляла Катя. Лже-Мирослав терял терпение. Катя стояла к возможному двойнику Мирослава спиной.

– Хорошо. А ты, случайно, не знаешь, Святорад будет с нами в отряде?

Спросила Катя, повернувшись лицом к Лже-Мирославу. Мирослав почесал затылок.

– Конечно, куда же без нашего лекаря.

Катя достала метательный ножик из ножен и кинула прямо в Лже-Мирослава, задев краем лезвия щеку. На лице мгновенно образовалась царапина, из которой пошла тёмно-красная кровь. Катя покачала головой.

– Прекращай этот балаган, Деян. Ты себя выдал ещё до того, как вошёл.

Сказала Катя. Она махнула рукой и протянула ножик к себе, а после поймала и убрала в ножны. Лже-Мирослав громко засмеялся. Его глаза вспыхнули чёрным цветом. Иллюзия тут же рассеялась, открывая самого Деяна. На его лице играл оскал.

– Ну, привет, Катя.

– Привет. Что, решил добровольно сдаться? Похвально.

Усмехнулась Катя. Деян буквально рыкнул на Катю, прежде чем махнуть рукой, из которой вылетел тёмно-серый пульсам. Катя мгновенно сконцентрировалась, почувствовала, как магия воздуха, её стихия, наполняет её тело, а затем хлопнула в ладоши, открывая вокруг себя защитный купол. Пульсам Деяна так и не смог долететь до Кати.

– Проклятая заучка. Считаешь, сможешь противостоять мне?

Спросил Деян, создав меч из тьмы. Он кинулся на Катю. Катя тут же достала свой меч и отбила приближающийся удар Деяна.

– Остаётся только узнать об этом.

Сказала Катя, не испытывав ни каплю страха. Деян и Катя буквально на пару секунд одарили друг друга ненавистным взглядом, а затем принялись биться. Комната наполнилась бушующим ветром и тьмой. Деян парировал атаку, призывая свою магию. Битва была ожесточённой. Катя ловко уклонялась от атак, используя силу ветра, и создавала вихри, мешающие Деяну. Она комбинировала магию воздуха с холодным оружием, создавая смертоносные комбинации. Деян использовал тёмную магию, создавая иллюзии и ловушки, пытаясь запутать Катю, сбив тем самым её настрой. Катя же отвечала стремительными атаками, её меч оставлял следы молний, а вихри ветра кружили вокруг неё, не позволяя Деяну ранить. Деян был сильным и достойным противником.

Внезапно он поднял руки, и в центре комнаты открылся портал, из которого вырвался чёрный пульсар – сгусток тёмной энергии, пульсирующий зловещим светом. Комната превратилась в арену битвы стихий: тьма сражалась со светом, холод – с теплом, тень – с ветром. Движения Кати были плавными и точными, словно танец. Атаки же Деяна были мощными и непредсказуемыми. Битва продолжалась до бесконечности. Никто не хотел уступать. В один момент Деян бросился на Катю, его меч с чёрным пламенем взмыл в воздух, направляясь прямо в сердце Катерины. Катя успела отпрыгнуть в сторону, удар мечом задел лишь её руку. В комнате появился портал у шкафа, а из него вылетел чёрный сгусток магии. Катя не заметила этого и продолжила отбиваться от Деяна. Сгусток магии попал прямо в неё. Катя почувствовала острую боль, как будто её тело разорвали на части. Мир вокруг неё начал плыть, пока Катя не потеряла сознание. Деян вновь засмеялся. Он взял Катю на руки и ушёл вместе с ней через портал.

– Задание выполнено, ваше величество.

Сказал Деян, скидывая с себя бездыханное тело на пол. Царица, сидящая на троне, встала с трона и подошла к телу девушки.

– В этот раз ты меня порадовал, Деян. Молодец.

Царица присела и коснулась рукой до лица Кати, довольная тем, что она сейчас перед ней и в таком бессознательном состоянии.

– Антимагнитные наручники. Быстро! И оружие всё отнять.

Приказала царица. Она встала и выпрямилась. «Всё идёт просто отлично». Подумала Ангелия, грациозно развернулась и быстрой походкой пошла к своему трону. Они все находились в зеркальном зале. Слуги сюда не заходили. Так что в зале была лишь Ангелия, Деян и Катя. Виолетта временно пребывала в своём королевстве, ожидая сигнала от царицы. Деян достал из кармана своей мантии наручники и надел их на руки Кати. Наручники должны будут сдерживать магию Кати. Также Деян забрал меч, который Катя держала в руке, ножи и кинжалы в ножнах, даже тот, что хранился у Кати в сапоге. Катя была целиком и полностью обезоружена.

Тем временем в академии Мирослав шёл к комнате Кати, чтобы позвать поесть. Какое у него было удивление, когда он вошёл в комнату, а Кати и в помине не было, зато раскиданные вещи на полу и оставленная сумка на стуле говорила о том, что что-то произошло. Сердце Мирослава громко забилось. Он выбежал из женского общежития. Пересвет находился во дворе академии. Он там отдавал распоряжения магистрам касательно боя, а те уже отправляли по его настоянию группу. Рамир и Пересвет сразу сработались. Для удобства разработки хорошей тактики они перенесли во дворик стол и карту королевства. Магистр Боян стоял недовольный в сторонке и лишь слушал. Пересвет указывал на карте город Халеон и говорил касательно того, что никто из студентов так и не вернулся в академию.

– Так вот. Я считаю, что нам следует отправить двух борцов и одного лекаря. Они втроём сходят и всё разведают. У нас же остались ещё лекари?

Спросил Пересвет у Рамира. Рамир кивнул.

– Остались, только не так много, они необходимы для лечения. Отправим хотя бы одного лекаря в бой, и остальные просто не будут справляться. Лучше отправить вместо лекаря ещё одного борца. Втроём должны вполне справиться.

Сказал Рамир. Пересвет посчитал все плюсы и минусы, отчего пришёл к выводу того, что тоже неплохо. Лекарей действительно мало осталось, большая часть ушла как раз в город Халеон, но, видимо, там полная дичь творится, поскольку никто так и не вернулся. Мирослав подбежал к магистрам и сообщил ужасную новость.

– Катерина пропала. Я только что был в её комнате, там всё перевёрнуто, а сумка в комнате.

Магистр Рамир отреагировал первым и побежал внутрь академии. Пересвет, который ещё не в курсе был, что его дочь без сумки из комнаты никогда не выходит, не до конца понимал всю серьёзность ситуации, но всё же побежал за магистром Рамиром, Мирослав побежал следом. Магистр Рамир вломился в комнату Кати, дверь которой была незакрыта, поскольку Мирослав очень спешил. Рамир увидел сумку Кати на стуле. Пересвет заметил на полу записку и поднял.

– Если не хочешь, чтобы погибло больше людей, сдайся и прими свою судьбу.

Пересвет непонимающе посмотрел на магистра Рамира и Мирослава.

– У моей дочери есть враги?

Рамир выхватил лист у Пересвета и перечитал его про себя ещё раз.

– Есть. Ещё с её появления её пытается кто-то убить. Один сидит в темнице, второй – ещё на свободе.

Ответил Рамир, хлопнув по плечу Пересвета.

– А почему я об этом узнаю только сейчас? Катя мне рассказывала о своих миссиях, но ни слова не промолвила о том, что её кто-то хочет убить.

Рамир подёргал плечами.

– Чтобы не волновать тебя. Не переживай, скоро и второй злодей будет за решёткой.

– Ещё бы знать, где он.

Пробубнил Мирослав. Мирослав наклонился и стал собирать вещи Кати, чтобы аккуратно сложить на стол. Одна из тетрадей лежала открытой. Мирослав, как бы невзначай, открыл, перелистнул пару страниц вперёд и увидел план. «Как заманить объявившегося Деяна в ловушку?» Причитал про себя Мирослав.

– Похоже, Катя его видела.

Сказал Мирослав. Он встал и выпрямился, собранные вещи положил на рабочий стол Кати. Тетрадь же с планом Мирослав протянул Пересвету и магистру Рамиру. Мирослав ещё раз осмотрел комнату.

– Я позову Крива, у него должны находиться Василиса и Лаванда.

Сказал Мирослав и вышел из комнаты. Пересвет всматривался в тетрадь своей дочери, он стал листать предыдущие записи. С каждой страницей его сердце колотилось, а гордость за дочь росла.

– Моя дочь знала все эти заклинания?

Спросил Пересвет. Магистр Рамир взял у Пересвета тетрадь и полистал записи студентки. Просмотрев пару записей, на лице магистра появилась улыбка. «Самый лучший воин, которого я только учил за свою практику». Подумал магистр.

– Ещё как знала. Правда, часть из этого мы ещё даже не проходили. У тебя очень умная и смелая дочь.

Сказал магистр Рамир. Пересвет усмехнулся. Мирослав привёл Крива, а тот Лаванду.

– Подопечная Катерины Светловой готова к поискам.

Сообщил Крив. Лаванда гавкнула в знак согласия. Рамир и Пересвет переглянулись. У них был план, и они были намерены найти похищенную Катерину. Для поисков они позвали Наума и ещё пару ребят с четвёртого курса, которые как раз учились на сыщиков.

Тем временем Катя очнулась через пару часов в зале, тело ныло от неудобного лежания на холодном полу. Катя не сразу сообразила, где она находится, но блеск зеркал и сидящая царица показали отчётливо, где она находилась. Катя поднялась на ноги. «Боже, как всё болит, чем в меня таким пальнули? А вообще, двое против одной меня – нечестно!» Царица Ангелия, величественная и строгая, смотрела на Катю с непроницаемым выражением.

– Ну что, нравится тебе война?

Спросила царица, её голос будто с некой издёвкой долетал до ушей Кати.

– Очень. Особенно, когда твой помощник меня чуть не прибил во время битвы с Вием.

Ответила Катя с сарказмом, смело смотря в глаза Ангелии.

– Зачем ты это делаешь?

Спросила Катя, решив не церемониться с царицей, и перешла на «ты». На «вы» не заслуживала. На лице царицы заиграла довольная улыбка.

– Ты же сама отказалась отступить. Вот приходится до твоего благоразумия дотягиваться так, как я могу.

Катя потянула руки в сторону, цепь не позволила. Катя осмотрелась, почувствовала от этих цепей что-то сдавливающие. «Похоже, против магии». Катя попыталась применить магию, та лишь с болью отозвалась в голове. Катя скривилась от боли. Также Катя заметила отсутствие своего оружия. Осмотрелась и увидела Деяна. Её оружие лежало у него прямо на полу. «Заразы, ещё и оружие отобрали».

– К чему такая защищённость, боишься, что я нанесу тебе вред?

Спросила Катя, ещё и так язвительно, что королева скривилась. Не понравился тон.

– Как ты могла заметить, моя сила превосходит твою.

– Наверняка всю работу выполнял Деян, а ты лишь открывала в нужных местах порталы, как тогда у болота Ха. Или лучше тебе напомнить день, когда Данияр угодил прямо в нашу ловушку?

Царица сжала руку в ладонь. Её взгляд стал ожесточённым.

– Смеешь всё ещё дерзить?

Спросила царица. Катя повела плечами. Ангелия встала со своего трона. Своей грациозной походкой шла к Кате. Катя продолжала смотреть в глаза царицы смело и решительно.

– Таков у меня характер.

Сказала Катя.

– Твоя бабушка такой же была.

Прошипела царица, останавливаясь в пяти шагах от Кати. Её руки так и тряслись, желая расцарапать лицо Кате. А та даже и не думала бояться какую-то царицу.

– Разве вы не были с моей бабушкой подругами?

Сказала Катя. «Надо бы высвободить свои руки из этих наручников». Катя вновь подёргала руки, пытаясь хоть как-то их сломать. Бесполезно. Царица на мгновение замерла, её взгляд стал задумчивым.

– Агния была мне лучшей подругой.

Неожиданно произнесла царица. Ангелия подошла к одному из зеркал. Взмахнув рукой, она влила своё воспоминание в отражение зеркала. Ангелия посмотрела на Деяна и кивнула в сторону Кати. Деян подошёл к Кате и поволок к царице. Перед взором Кати открылось отражение, в котором стояла Ангелия и Агния в обнимку, обеим где-то по 18 лет было тут. «Бабушка такая молодая здесь. И ведь черты лица в действительности схожи». Отметила Катя.

– Мы были неразлучны. Мы познакомились с ней в школе. Агния жила в деревне Щуковка, а я в городе Лоська. Школа находилась в городе. После её забрал Константин учиться в академию. Какое-то время мы с ней не виделись, но позже я пошла учиться на базовый курс. Тогда-то я в академии познакомилась со Светоликом, со своим будущим мужем. Он мне сразу понравился, и я ему тоже. Я сразу же познакомила его с Агнией и её приятелем Константином. Только чуть позже об этом пожалела. Светолик проводил всё своё время в компании Агнии и Константина, а на меня не обращал никакого внимания. Агния, конечно, утверждала мне, что мне не о чем беспокоиться, ведь ей мой Светолик не нужен. Я ей, разумеется, поверила. Только вот через месяц после их знакомства Светолик сделал предложение Агнии. Как я тогда злилась. Ох, как я злилась. Агния тогда сказала, что должна подумать. Казалось бы, о чём тут думать? Не так сложно сказать да или нет. Только, видимо, эта вертихвостка просто хотела, чтобы за ней Светолик ещё немного побегал, чтобы больше привлечь внимания со стороны других.

Рассказывала Агния, показывая свою историю через зеркало. Катя понимала, что, скорее всего, царица преувеличивает, но сложно спорить с ревнивым человеком. С такими вообще бесполезно спорить. Между тем Ангелия продолжила.

– Я тогда использовала одно маленькое заклинание и нанесла его на Константина. После чего между Светоликом и Константином произошла драка. Два лучших его друга, Пересвет и Наум, еле-еле смогли разнять. После драки Константин увёл Агнию. Не знаю, чем там у них дело закончилось, но после этого Агния подошла к Светолику и отказала ему. Светолик какое-то время горевал, благодаря чему я смогла добиться от него предложения руки и сердца. С тех пор я не общалась больше с Агнией. После я делала всё, чтобы устранить Агнию, лишить её жизни, как она пыталась лишить меня счастья. Ты не представляешь, сколько сил мне понадобилось, чтобы дотянуться до Агнии из другого мира. И всё мне удалось сделать. Я тебе больше скажу, Агния перед самой своей смертью мучилась. Я буквально заставила её страдать до самой смерти.

В отражении Катя увидела лежачую бабушку в постели. Её тело казалось сухим и словно выжатым. Что-то иссушило её до самой смерти. На лице бабушки читалась усталость и боль. Сердце Кати сжалось от боли. Нет ничего хуже, как долгая и мучительная смерть близкого и родного человека. Катя покачала головой. «Как же ты долго мучилась, бабушка. И рядом никого не было, чтобы позаботиться о тебе, чтобы не дать умирать в одиночестве». По щеке Кати скатилась слеза. Царица махнула рукой у зеркала, и изображение исчезло.

– Ты убила лучшую подругу из-за тупой ревности?

Закричала Катя, не веря тому, что сейчас услышала. Ведь до этого и мысли не было о том, что бабушка умерла не из-за старости, а из-за насланного проклятия.

– Я её убила за то, что она мешала моему счастью. И то же самое сейчас делаешь ты.

– Что делаю? Позволяю себе и Мирославу любить друг друга?

– Лишаешь счастья Мирослава и Виолетту.

– Какого счастья? Которое ты себе нафантазировала? Пойми, Мирослав не будет счастлив с Виолеттой, потому что он любит меня!

Ангелия неожиданно врезала Кате по щеке и толкнула на пол. В зале повисла тишина, Ангелия смотрела на Катю со злобой и ненавистью.

– Не смей мне указывать, дрянная девчонка. Думаешь, я не знаю, о чём говорю. Думаешь, я безумна? Как бы не так. Однажды Агния чуть не лишила меня счастья, но в итоге я смогла её убрать с пути, и у меня родился сын.

Катя рассмеялась, да так, что можно было подумать, что у неё истерика. Возможно, так оно и было.

– Ах, ну да. Что там тебе предсказали? Огненного наследника? Из-за этого так взъелась на своей Виолетте?

Спросила Катя, лёжа на полу. Царица вытянула руку, на шее Кати образовался невидимый круг, который буквально душил её.

– Это великое и счастливое будущее, которое ждёт моего сына. Я его увидела через зеркало.

Царица подошла к другому зеркалу. Деян поднял Катю небрежно, взяв за предплечье, а затем поволок к царице. Ангелия махнула рукой. Там стоял Мирослав, который с нежностью и трепетом обнимал огненно-рыжую девочку с серебряными глазами.

– Это будущая царица нашего королевства, с волшебным даром стихии огня.

Сказала Ангелия. Катя молча смотрела на отражение и с умилением улыбнулась. «Что может быть милее, как видеть любящего отца, который обнимает свою дочь?» Однако мысль о том, что её подарит ему Виолетта, сильно ранила душу.

– Ради счастья сына я готова пойти очень далеко. Готова даже смириться с тем, что не смогла тебя убить, хотя ничего мне не мешает это сделать прямо сейчас. Я не стану тебя убивать. Пока не стану. Однако хочу предложить тебе одну сделку.

Сказала царица. Катя напряглась.

– Какую сделку?

Спросила Катя. Царица отошла к другому зеркалу. Деян пихнул Катю, заставив следовать за его госпожой, которой он так верно служит. «Были бы руки свободны и оружие при мне, то я такое бы устроила им всем». Пыхтела мысленно про себя Катя.

– Сделка наша с тобой будет такова: ты разрываешь отношения с Мирославом, и он женится на Виолетте, а я, в свою очередь, распоряжусь и закончу эту войну.

Катя стиснула зубы, чувствуя, как внутри нарастает ураган эмоций. Ей очень хотелось сейчас же разорвать наручники и надавать царице за всё. Однако в ней заговорил разум. «В прошлый раз я отказалась, и царица развязала войну. Сейчас у меня есть возможность, чтобы всё уладить. Но я не могу». Катя хотела отказаться, но затем вспомнила так и не вернувшихся подруг. Царица словно прочитала её эмоции. Она махнула рукой, и в зеркале Катя уже увидела город Халеон. Люди лежали и умирали прямо на земле, а студенты, которых послали на помощь, были либо без сознания, либо также мертвы. Среди тел Катя увидела своих подруг. Они были ещё живы, но ранены и нуждались в помощи. Катя чуть не заорала. Подруги лежали там, а она находилась здесь и не могла ничего сделать. Катя чувствовала себя слабой и никчёмной.

Катерина попыталась вновь высвободить руки из наручников, но как бы она ни пыталась, было бесполезно. «Да что же такое. Идиотские наручники! Я должна помочь им». Катя закрыла глаза. «Сначала она убила мою бабушку, а теперь мои подруги?» Катя покачала головой. Она не хотела бросать Мирослава, но не могла позволить умереть подругам. Ей не нравился данный выбор, однако иного выбора просто не было. Видеть безвыходность, боль и злость в глазах Катерины приносило Ангелии особо удовольствие. Царица просто ликовала и терпеливо ждала, когда её враг признает поражение и согласится на эту сделку. Катя сжала руки в кулаки, а затем сказала.

– Я согласна. Только сдержите своё слово, прекратите войну и переместите меня немедленно в академию.

Громко сказала Катя. Внутри неё нарастал ураган. «Почему всё так происходит? Почему?» Думала Катя.

– Мудрое решение. Деян, высвободи её и верни оружие.

Приказала царица. Деян подошёл к Кате и отстегнул наручники. Катя с ненавистью смотрела в глаза Деяна. «Если бы не сделка, я бы такое устроила им обоим». Деян лишь посмеялся ей в лицо. Катя почувствовала, как её магия вновь запела, затанцевала внутри неё, да только сердце было не в праздничном настроении. Ей предстоял трудный разговор с Мирославом, а ещё спасение подруг. Царица победоносно смотрела. Она уже предвкушала скорую свадьбу. «Надеюсь, Виолетта сделает его счастливым». Подумала Катя. Деян вернул Кате её оружие. После чего царица коснулась до поверхности зеркала и активировала портал прямо в академии.

– Прошу.

Сказала Ангелия и отошла на пару шагов в сторону. Катя на ватных ногах подошла. Она смотрела на открытый портал и не верила тому, что сейчас происходит. «Я знаю, кто злодеи, и вместо того, чтобы с ними биться, я вынуждена уйти, чтобы спасти тех, кто мне дорог». Катя сжала руки в кулаки. «Я верю в справедливость в этой жизнь. Пускай сейчас я ухожу проигравшей, но я верю, что все те, кто погубил столько жизней, поплатятся за своё злодеяние». Подумала Катя, прежде чем вступить ногой через портал, но тут царица решила кое-что сказать.

– Одна попытка с твоей стороны сблизиться с Мирославом равна твоей моментальной смерти. Так что не пытайся меня обдурить.

Сказала царица, злобно улыбаясь, и толкнула Катю прямо в портал. Так она оказалась перед дверьми академии. Катя стояла и не решалась войти. «Наверняка Ангелия следит за мной. Ждёт, когда я окончательно разобью сердце Мирослава. Зачем я вообще только признавалась ему в своих чувствах? Я должна была молчать, как и хотела изначально». Катя всегда считала себя сильной, независимой от чужой воли. Она стремилась к справедливости, боролась за то, что считала правым. Но сейчас, перед лицом неминуемой трагедии, чувствовала себя беспомощной и разбитой.

Катя опустилась на землю. Слёзы текли по её щекам, будто серебряные ручьи, отражая всю боль и отчаяние, которые терзали её душу. Почему судьба так жестока? Почему добродетель должна быть наказана? Катя понимала, что царица – злодейка и должна быть наказана за свои злодеяния. Только сейчас Катя была бессильна перед её властью. Она могла бы вступить в противостояние, но тогда погибнет очень много невинных людей. Лена, Вика, Клара были ей как семья, они очень хорошо сроднились на миссиях, прикрывая друг друга и защищая. Они делились радостями и печалями, мечтали о процветании, чтобы об их первом женском отряде услышали все и захотели пойти по их же стопам. И Катя не могла допустить, чтобы жизни подруг были оборваны так преждевременно.

«Прости меня, Мирослав. Я не хочу причинять тебе боль, но иначе я не могу. Надеюсь, ты с этим смиришься и просто забудешь обо мне». Думала Катя сквозь рыдания, представляя себе лицо Мирослава, полное любви. Её сердце разрывалось на части. Любовь к Мирославу была чиста и светла, но она оказалась не в силах противостоять коварству царицы и жестокости судьбы. Катя знала, что ей предстоит долгий и трудный путь, полный страданий и лишений. Внезапно Катя услышала знакомый голос, мягкий и заботливый. Она подняла голову и увидела свою мать, выходящую из Академии.

– Катя?

Катя подняла голову и увидела маму. Она поднялась на ноги и как маленькая девочка подбежала к матери. Света с беспокойством в глазах смотрела на свою дочь, а затем крепко обняла, даря тепло и поддержку.

– Что случилось? Почему ты плачешь?

Спросила Света, гладя Катю по волосам. Катя не могла ничего ответить. Слова застряли у неё в горле, превратившись в ком боли и безысходности. Она просто уткнулась лицом в материнское плечо, продолжая рыдать.

Мать поняла, что случилось что-то страшное, а потому увела в академию прямо в свою комнату. Директор выделил в преподавательском общежитии комнату для Светы, а также для Пересвета. Единственное, у каждого была своя. Света усадила Катю на удобный диванчик и налила горячего чаю.

– Значит, сделаем так. Расскажи мне всё, а я постараюсь понять и, возможно, помочь.

Прошептала Света, ласково поглаживая Катю по спине. И Катя, поддавшись нежной заботе матери, рассказала ей о сделке, о страшном выборе, который ей пришлось сделать, о своих чувствах к Мирославу, об их сложных отношениях, через что ей и ему пришлось пройти, чтобы наконец-то быть вместе. Мать слушала её, не перебивая, а когда Катя закончила свой рассказ, крепко сжала её руку.

– Доченька, я знаю, как тебе сейчас больно, но это самый достойный и самоотверженный поступок. Да, цена этому очень высока, но другого выбора нет. Нам остаётся лишь смириться и двигаться дальше.

Сказала Света. Не сказать, что Катю это успокаивало, но слова матери всё же дали ей немного сил и утешения. Как бы странно это не было.

– Мама, а что же будет дальше?

Спросила Катя. Света вздохнула.

– Не знаю, но я буду рядом с тобой. Прости, что сейчас не могу тебе помочь.

– Ничего. Ты и так мне помогла, выслушав. А я нужна сейчас подругам.

Катя вышла из комнаты матери. Она намеревалась зайти во двор академии и во что бы ни стало отправиться за своими подругами. За окном затихла буря, показался первый луч надежды того, что царица сдержала своё слово и битва прекратилась.

Мирослав сидел в комнате Кати и листал её записи. Поиски не увенчались успехом, поскольку её след прерывался в этой комнате. Пересвет и Рамир вернулись во двор обсуждать возможное местонахождение Кати. Пересвет также переживал. Он вместе магистрами обдумывали, где Катя может быть.

– Мы должны найти её. Никто не смеет её обижать.

Нервно проговорил Пересвет, голос его дрожал от сдерживаемых эмоций. Магистр Рамир, склонив голову, изучал карту окрестных земель.

– Наум проверил все магические следы в академии, но ничего не нашёл. Кажется, похититель был хорошо подготовлен и использовал какие-то чары, чтобы скрыть свои следы.

Сказал магистр Рамир, передавая слова Наума. Он сейчас находился с одним из лекарей в комнате Константина, пытаясь привести в чувства.

– Может, стоит обратиться к ООСМ?

Предложил Боян. Рамир и Пересвет посмотрели на Бояна как на дурака.

– С ООСМ не связаться. Мы пару студентов, как помните, отправляли на разведку, в итоге они столкнулись с тем, что вокруг их организации стоит какой-то чёрный купол. Ни внутри, ни снаружи его не снять.

Сказал магистр Рамир. Боян скривился, забыл.

– Деян явно действует не один. Я учил его и таких способностей не наблюдал.

Магистры не понимали, как из безобидного студента образовалась самая настоящая проблема для всех. И кто же тот маг, который им руководит? Внезапно на горизонте появилась фигура. Сердце Пересвета забилось быстрее. «Катя! Целая и невредимая». Пересвет забыл на время обо всех проблемах и пошёл на встречу к дочери. Катя шла медленно, словно ещё не оправилась от шока. Пересвет бросился к дочери и обнял её крепко-крепко.

– Катюша, моя милая! Жива! Где ты была? Кто тебя похитил?

– Пап, прекрати, задушишь.

Сказала Катя. Пересвет отпустил свою дочь.

– Прости. Так где ты была?

Катя прикусила губу. «Я не могу сказать. Царица внимательно смотрит через своё зеркало». Катя покачала головой, её глаза были наполнены решимостью. Она не хотела говорить о случившемся.

– Это уже не так важно. Куда важнее сейчас студенты, которые лежат раненными в городе Халеон. Необходимо отправить всех свободных ребят на лошадях и с телегой.

Сказала Катя. Пересвет и магистры были поражены.

– Ты только что вернулась! Откуда знаешь, что сейчас происходит в городе Халеон?

Но Катя вновь не ответила, лишь слабо улыбнулась.

– Просто знаю. Прошу, папа, не спрашивай меня ни о чём. Просто не теряйте время и отправьте подмогу. Я сейчас возьму свою сумку и тоже пойду.

Твёрдо сказала Катя. «Я не могу сидеть сложа руки, пока кому-то нужна моя помощь. Я не оставлю никого в беде. Я должна убедиться в том, что девочки не умрут по дороге». Магистры видели в глазах Кати силу и решимость, которые заставляли лишь уважать студентку. Катя развернулась и пошла в сторону входа. Пересвет догнал дочь и остановил, коснувшись её руки.

– Нет! Мы уже говорили. Это опасно. Как твой отец я запрещаю тебе идти со всеми.

– Но в этом нет никакого смысла.

Тихо сказала Катя. И так вложила свою внутреннюю горечь в голос, что Пересвет резко ослабил хватку. Сейчас перед ним стояла смелая воительница, готовая бороться до последнего. «Сам виноват. Ведь она это унаследовала от меня. Как бы я ни боялся за неё, придётся признаться в том, что Катя уже выросла и пора отпустить её во взрослую жизнь. В данном случае дать возможность делать то, как она считает нужным». Пересвет тяжело вздохнул.

– Хорошо, только будь осторожна.

Сказал Пересвет. Катя улыбнулась отцу и обняла.

– Буду.

Сказала Катя и вошла в академию. Сразу же после этого хмурое небо отступило и вместо него показалось голубое небо и яркое солнце. Каково же было удивление Рамира, Бояна и Пересвета. Они переглянулись. У всех был один вопрос.

– Всё закончилось?

Спросил Боян. Никто не знал ответа. Между тем на столе появилось анонимное письмо. Первым его заметил магистр Рамир. Он взял его в руки, развернул и прочёл вслух.

– Я получила то, что хотела. Можете жить спокойно и мирно. Больше моя нечисть вас не побеспокоит.

Вот такое короткое послание. Пересвет ринулся к столу и перехватил записку. «Получила? То есть за всем этим магичка стояла? Кто она?»

– Мы должны найти эту женщину.

Сказал Пересвет. Магистры с ним были полностью согласны. Однако сейчас их интересовал город Халеон. Нужно собрать отряд, чтобы отправить за товарищами. Катя шла в свою комнату, чтобы взять свою сумку и пойти. Она ужасно спешила. Однако в комнате, залитой солнечными лучами, на её кровати сидел Мирослав. Его глаза были полны тоски и боли. Катя сжала кулаки, пытаясь совладать с бушующей в груди бурей эмоций. Она надеялась поговорить с ним позже, но судьба распорядилась иначе. Их любовь была запретной, но настоящей. «Почему я тогда не сказала, что не люблю его. Зачем сказала о своих чувствах». По щеке Кати скатилась слеза. Она шла вперёд, смотря на любимого человека. Катя знала, что Мирослав после этого разговора будет страдать. Ей и самой не хотелось этого делать. Однако у неё не было выбора.

Сердце Мирослава при виде целой и невредимой Катерины громко забилось. Он вскочил на ноги и бросился к ней, обхватив руками. Их губы встретились в поцелуе, полном невысказанных чувств и тоски по разлуке. Катя ответила на его поцелуй, но слёзы невольно покатились по щекам. Она не хотела расставаться с ним. Мирослав, охваченный радостью от воссоединения, не замечал её печали. Он был счастлив, что она жива и здорова, что снова в его объятиях. Как бы Кате ни хотелось, чтобы этот момент продлился ещё немного, она вынуждена была прервать идиллию.

– Прости, Мирослав, но нашим отношениям пора прекратиться.

Прошептала она, чувствуя, как слёзы с новой силой полились. Слова вырвались из её губ с трудом, словно осколки разбитого сердца. Лицо Мирослава исказилось от боли и отчаяния.

– Что?

– Нашим отношениям пора прекратиться!

Громче сказала Катя. Мирослав непонимающе смотрел на Катю. Его мир словно рухнул.

– Ты же шутишь, правда?

Катя покачала головой.

– Нет. Прости, Мирослав. Я не должна была тогда говорить тебе о своих чувствах, не должна была позволять зародиться нашей связи. Я очень об этом жалею и понимаю, какую боль ты сейчас испытываешь. Только иначе я не могу.

Слова ударили Мирослава как гром среди ясного неба. Он не мог поверить своим ушам.

– Что ты такое говоришь? Почему мы должны перестать быть вместе?

Спросил Мирослав, голос его был полон боли и недоумения.

– Потому что мы из разных кругов. Ты царевич, а я обычная девчонка. Наша любовь просто невозможна. Нельзя было этому зарождаться изначально. Ты должен забыть меня и жениться на Виолетте.

Сказала Катя. Мирослав покачал головой. Он коснулся руками до лица Кати, заставив её смотреть в его глаза. Катя так и уплывала в омуте его глаз. Как же хотелось забрать свои слова и сказать, что это была шутка, но это не так.

– Не говори глупости. Я люблю тебя, и мне неважно, какого ты статуса. Если тебя это так волнует, то я готов отречься ради тебя от трона, лишь бы мы были вместе.

Катя покачала головой и убрала ладони Мирослава.

– Мирослав, прошу, не усложняй. Мне тяжело далось это решение, но иначе я не могу.

– Но почему?

– Потому что могу потерять близких мне друзей.

Сказала Катя и поняла, что сказала лишнее. Мирослав замер, его плечи опустились, словно вся сила покинула его.

– Тебя шантажировали, не так ли?

Спросил Мирослав. Катя кивнула.

– Да. Если я не порву отношения с тобой, то умрут мои подруги. Ты мне тоже дорог, но иначе никак. Пойми и прости.

Сказала Катя, вытирая слёзы. А после схватила свою сумку и выбежала из комнаты. Мирослав остался стоять посреди комнаты, глядя на пустое место, где только что была Катя. В его душе царил хаос. Любовь, боль, отчаяние – всё смешалось в один неразделимый клубок. Какое-то время Мирослав просто стоял и обдумывал то, что сейчас произошло. Слова Кати заставили его задуматься. Он вышел из комнаты и последовал во двор. Катя к тому моменту уже отправилась со всеми на миссию. Магистры и Пересвет что-то активно обсуждали. Мирослав пропустил часть их дискуссии, отчего спросил.

– О чём беседуете?

Мирославу магистр Боян протянул записку. Прочитав записку, он выпрямился.

– Так маг – это женщина?

Удивился Мирослав, а затем вспомнил слова Кати. «Ты должен жениться на Виолетте». Мирослав вновь посмотрел на записку, всматриваясь в текст. «Получила, что хотела? И это после того, как Катя вернулась в академию. Неужели Ангелия и есть та, кто за этим всем стоял?» Мирослав был потрясён, но не был уверен на сто процентов. Пока в их дискуссию не присоединилась Света.

– Я знаю, кто злодейка.

Сказала Света, либо именно ей Катя рассказала обо всём и всех. Света собиралась этим воспользоваться и сообщить. С такими, как Ангелия, нужно разбираться с самого начала, пока она вновь не дотянулась до Кати. Света остановилась у стола.

– Как вы уже поняли, ваш злыдень – это она. Катя рассказала мне, кто её похитил.

– И кто же это?

Спросил уже с нетерпением магистр Боян.

– Её величество Ангелия. Всё это время ваш злодей сидел на троне в каком-то зеркальном зале, откуда видел и слышал о каждом вашем шаге. Катя не хотела, чтобы я это рассказала. Однако ситуация очень серьёзная. Мирослав, Катя уже говорила с тобой?

Спросила Света, смотря на царевича. Тот немного смутился.

– Д-да.

– Она это сделала из-за твоей матери, которая заключила с Катей сделку. Условия таковы, что если моя дочь порвёт с тобой, то тогда закончится война и никто больше не пострадает. Если бы моя дочь поступила иначе, то погибло бы не только много людей, но и она сама.

Мирослав был в полном шоке. «Сначала мне всё детство испортила, а теперь решила и дальнейшую жизнь». Мирослав испытывал чувство злости.

– Сейчас я покажу кому-то. Не быть ей больше царицей.

Закричал Мирослав. Света погладила его по руке, успокаивая.

– Остынь, царевич. Эмоции сейчас не помогут. Но если в действительности любишь мою дочь, то сделаешь вот что...

Света рассказала о своём плане. Мирослав не конца был с ним согласен, но Пересвет и Света не оставили ему выбора.

Катя вернулась с отрядом ближе к вечеру. В городе было много убитых. Пришлось закрывать лица тряпками и переносить убитых воедино, чтобы сжечь, поскольку чума разносилась воздушно-капельным путём. Тех, что были живые, положили по телегам: кого-то отвезли в лечебницу города Лоська, а кого-то уже в академию. Лекарей ждало очень много работы. Тем не менее война в действительности закончилась. Мирослав вновь ждал Катю в её комнате. Катя была уставшей, но довольной. При виде Мирослав сердце защемило.

– Мирослав, ты снова здесь? Я же сказала, что мы больше не можем быть вместе! Что ты тут делаешь?

Мирослав подошёл вплотную к Кате, аккуратно и нежно взял её ладонь, перекрестив пальцы со своими. Катя хотело было выгнать Мирослава, как его пальцы коснулись её губ, вырисовывая контур.

– Мирослав, не мучай ни себя, ни меня.

Мирослав усмехнулся. Касания Мирослава дарили тепло, сердцу Кати так и хотелось вылететь из груди.

– Что же мне делать, если я просто не могу от тебя отказаться? Скажешь снова, что должен всё это забыть?

Спросил Мирослав, вкладывая в слова всю горечь и боль. Губы Кати задрожали. «Я не должна поддаваться. Не должна». Глаза вновь были на мокром месте, но Катя сдерживала себя, чтобы вновь не зареветь. Катя не отвечала на вопрос Мирослава. Мирослав усмехнулся.

– Молчишь? Может, так оно и лучше. Однако я не представляю ни на секунду свою жизнь без тебя.

– Мирослав, прошу. Ты должен меня разлюбить.

Сказала Катя, но Мирослав не стал слушать Катю. Мирослав склонился к Кате, его губы нашли её, словно бабочки, ища нектар в сердце цветка. Мирослав сжал Катю в своих объятиях, не давая ей вырваться. Её слова о том, что они не могут быть вместе, были лишь прихотью его матери, теперь царевич это точно знал. Он также знал, что Катя любит его так же сильно, как и он её. Только из-за страха за близких людей решила от него отдалиться. Однако сейчас, несмотря на план Светловых, он наслаждался этим моментом.

Поцелуй неожиданно перерос в ласки. Руки Мирослава скользили по телу Кати с нежностью и пылкостью, вызывая мурашки и дрожь. Катя тонула в этом шторме чувств, забывая о своих решениях и словах, сказанных накануне. Она теряла контроль, позволяя себя увлечься, раствориться в его объятиях. Мирослав был так поглощён, что не заметил, как прижимал Катю к кровати. Катя почувствовала себя загнанной, пойманной в ловушку собственных чувств. Её сердце билось в бешеном ритме, а разум кричал о том, что она слишком забылась. И если сейчас позволит чувствам управлять ими, то это может дойти слишком далеко.

– Мирослав, остановись.

Сказала Катя, голос её дрожал от напряжения. Мирослав лежал над ней. Их глаза смотрели друг друга. Только она понимала всю серьёзность данной ситуации. Мирослав, наоборот шедший на поводу своих эмоций, вновь впился в губы Кати. На этот раз поцелуй был ещё более страстный и властный. Он заставлял её забыть обо всём, погружая в пучину чувств, из которых нет выхода. Мирослав был неумолим, его любовь была всепоглощающей. Он не хотел останавливаться. Только не сейчас.

Катя чувствовала себя загнанной в угол, словно зверь, пойманный в ловушку. Её разум кричал о том, что это неправильно, что нужно остановиться, но сердце, охваченное любовью, шептало о том, что это то, чего она так давно ждала, и никакая царица не помешает. Мирослав уносил её мысли далеко-далеко, в мир страсти и безумной любви, где не было места сомнениям и раскаяниям. И Катя, затерявшись в этом мире, позволила себе забыть обо всём.

Между тем царица вовсю готовила дворец к предстоящей свадьбе между Виолеттой и Мирославом, отчего даже не знала о том, что происходило именно в этот момент.

Глава 12. Неужели это конец?

Царица сдержала своё слово. Война, опустошившая королевство, наконец, закончилась. Раненых студентов подлатали и излечили. Катя, когда увидела в комнате Лену и Вику, вместе с ними долго рыдала, обнимали друг друга. Каждый на этой войне натерпелся вдоволь. По всей стране начались работы по восстановлению разрушенных городов и деревень. В некоторых местах магическое вмешательство помогало ускорить процесс, в других же полагались на труд и сноровку простых людей. Жизнь постепенно возвращалась в своё русло. Студенты и преподаватели возобновили учебный процесс, и всё проходило так, будто ничего не было. Однако несмотря на всю радужность, никто никогда не забудет тех, кого потеряли на этой глупой и бессмысленной войне.

Весть о предстоящей свадьбе Мирослава и Виолетты пронеслась по всей округе через пару недель, вызвав у всех бурю эмоций. Большая часть радовалась, а остальные, кто знал об отношениях Мирослава и Кати, недоумевали. Свадьба должна была состояться в конце лета. На Катерину студенты смотрели с тоской и сожалением, в особенности её подруги. Они пару раз пытались с ней о свадьбе поговорить, но Катя каждый говорила, что всё нормально. А у самой сердце так и хотело выпрыгнуть из груди. Каждый раз, когда оставалась одна, давала своим эмоциям волю, надеясь на то, что однажды она смирится и боль пройдёт.

Каждый раз, когда их взгляды с Мирославом встречались в коридорах академии, её сердце сжималось от боли и тоски. Она знала, что поступает правильно, что это необходимо ради блага. Только любовь к Мирославу не угасала, а лишь разгоралась ярче, превращаясь в мучительный огонь. Мирослав же, любя всем сердцем, не мог смириться с холодностью Катерины. Он пытался заговорить с ней, но получал в ответ отстранённые ответы и избегающий взгляд. Это ранило его сильнее, чем любой меч. Они так и не обсудили с друг другом внезапную близость между ними в тот день. Поначалу он думал, что Катя просто смущается, и так оно и было, а потом всё превратилось в кошмар наяву. Мирослав знал, что холодность и отстранённость из-за предстоящей его свадьбы. Однако как же сложно ему было с этим смириться.

Что касаемо Константина, то он по-прежнему лежал в постели. Нанесённое проклятие никуда не исчезло. Катю к дедушке приводила мама. Катерина, которая и без того страдала и в последнее время только и делает, как плачет, столкнулась ещё с одним горем для себя. Она знала, что проклятие нанесла царица. Лекари делали всё возможное, искали зелье или заклинание, которое сможет помочь, только пока всё глухо.

Света, разобравшаяся в делах своего отца, продолжала занимать должность заместителя директора. Пересвет же взял лошадь своей дочери и съездил к ООСМ, чтобы узнать обстановку у них. На наше счастье, у ООСМ было всё в порядке, царь вернулся в первый же день, как чёрный купол исчез.

Дни неумолимо мчались вперёд, приближая день торжества. Напряжение в воздухе было ощутимым, словно гроза перед бурей. Царица, наблюдая за муками Кати через зеркало, испытывала радость и вкус победы. Она испытывала от этого садистское удовольствие. Однако она ещё не знала о плане Светы и Пересвета. Переворот планировался в день свадьбы.

Студенты уехали на лето домой. Катя осталась в академии. Ей хотелось покинуть этот мир прямо сейчас, но больной дедушка и родители удерживали от этого. Единственными радостями для неё были катание верхом на Белке, да мохнатые друзья, которые не давали грустить, пока Катя пребывала в унынии. Даже книги не приносили никакой радости – прочтённое просто не укладывалось в голове. О холодном оружии и говорить нечего, Катя так была подавлена, что ножи летели мимо, а меч буквально вылетал из рук.

Ночь окутала королевство плотной пеленой тишины, но в сердце Катерины бушевала настоящая буря. Её мысли кружились вокруг имени Мирослава, который уже завтра женится на Виолетте. Любовь, сильная и невыносимая, не давала ей покоя, превращая ночь в мучительную пытку. Стараясь отвлечься от тоскливых мыслей, Катя отправилась в тренировочный зал, где с упоением бросала ножи в мишень. В порыве горя она не заметила, как острая сталь ножа вонзилась ей в руку. Кровь заструилась, красная, как пламя гнева. Катя присела на пол, горькие слёзы градом катились по щекам. Она плакала не от физической боли, а от бессилия, от осознания того, что Мирослав больше не будет её. Царица победила. «Мне казалось, что добро всегда побеждает зло. Только почему в итоге победило зло?» Не понимала Катя. В тишине зала раздался шорох шагов – вошла мать Кати. Увидев рыдающую дочь, она бросилась к ней, обняв.

– Тихо-тихо, всё хорошо. Знаю, тебе больно, но ты должна через это пройти.

Пыталась успокоить Света. Катя это знала, боль рано или поздно пройдёт. Но что же делать ей сейчас, когда так невыносимо?

– Знаю, ты не хочешь идти на свадьбу. Однако советую тебе как мать: сходи, пожалуйста. Обещаю, после этого тебе тут же полегчает.

Сказала Света. Только Катя не была в этом уверена, но решила прислушаться к словам матери.

– Ты уверена?

– Да, дочь моя, уверена. А сейчас пойдём умоемся да подготовимся к свадьбе.

Сказала Света, подымая дочь на ноги.

– Мам, а я не уверена.

Сказала Катя. Света посмотрела в глаза дочки.

– Однако нужно двигаться дальше. Да, тебе сейчас больно, и ты готова умереть из-за расставания, но не нужно из-за этого опускать руки. Ты сильная воительница, о тебе говорит вся академия. Все тебя поддерживают. Неужели ты всех разочаруешь и будешь дальше убиваться?

Спросила Света. Её взгляд карих глаз был наполнен болью. Она могла сказать прямо сейчас дочери, что они с Пересветом придумали, однако не хотела портить сюрприз. Либо знает, что иначе Катя просто не согласится пойти во дворец. Катя невольно улыбнулась.

– Может, я не такая сильная, как я считала?

Спросила Катя. Однако Света с ней была не согласна. Она поцеловала дочь в лоб и сказала.

– Никогда не сомневайся в себе. Ты сильная. А слёзы – это ерунда. Поверь, даже сильные люди плачут. И это не знак того, что они слабые. Поверь.

«Возможно, мама и права. Я сильная. Боль скоро пройдёт, и я вновь смогу смотреть на этот мир с улыбкой». Подумала Катя. Света взяла дочь за руку и увела в женское общежитие прямо в комнату Кати.

– Так, я сейчас вернусь. А ты пойди и умойся.

Катя слабо улыбнулась и кивнула. Легче ей не стало, душа по-прежнему болела. Однако мамина поддержка помогала ей двигаться дальше. «Надеюсь, после свадьбы мне и станет легче». Подумала Катя. Света ушла в свои покои, а Катя зашла в женскую умывальню. Вода смыла все слёзы с лица, придав свежесть и хоть какую-то уверенность. Катя вернулась в свою комнату. На неё посмотрели две мохнатые мордашки, спящие бок о бок на одной лежанке, – Василиса и Лаванда. Катя подошла к ним и погладила каждую, почесав за ушком. Василиса растянулась и замурчала, уснув снова. «Везёт же кому-то, не нужно принимать никаких решений, а потом из-за них же мучатся. Как же я хочу быть такой же беззаботной, забыть обо всех проблемах и трудностях в жизни». В комнату вернулась мама. Она принесла платье для дочери, которое выбирал Пересвет, когда ездил до ООСМ.

– Давай-ка принарядимся. Твой отец оседлал уже Белку и прицепил телегу. Мы как раз успеваем на торжество.

Катя смотрела на платье в руках матери и думала о том, через что ей предстоит сейчас пройти. Света помогла дочери надеть платье. Оно было ярко-красное, с пышной юбкой, длина рукавов достигала кистей рук, верх платья был украшен кружевами и белыми узорами в форме кругов и цветов. Волосы Катя заплела в косу. Катя хотела надеть свой пояс с оружием, но Света остановила.

– Ты же не хочешь испортить эту красоту мечом?

– Но я не представляю себя без него.

Попыталась Катя возразить. Света покачала головой. Катя тяжело вздохнула и положила пояс на спинку стула.

– Хорошо.

Света довольно кивнула и обняла дочь.

– Если что-то произойдёт, то твой отец нас защитит.

– Надеюсь.

Сказала Катя. Животных они решили оставить в академии. Света и Катя вышли из женского общежития, спустились по лестнице на первый этаж и вышли из академии. У входа их ожидал Пересвет, одетый в свои доспехи, в руках держал венок из красных и белых роз. Увидев свою жену и дочь, он замер. Особенно он не мог отвести глаз от Светы. Света была одета в тёмно-зелёное платье прямого покрова, рыжие её локоны были убраны в причёску-гнездо, на губах красовалась красная помада, а глаза обведены чёрной сажей. Света и Катерина остановились у телеги. Пересвет взял за руку Свету и посмотрел в её глаза. Казалось бы, столько лет вместе, а химия их любви всё такая же, как в юности.

– Ты такая красивая.

Сказал Пересвет. Катя смутилась и отвела взгляд. Пересвет поцеловал Свету в щеку. Света коснулась своей рукой до его щеки и нежно поглаживала. Она ничего не говорила. Её взгляд говорил о ней больше, чем тысяча слов. Катя повернулась и смотрела, как её родители, несмотря ни на что, по-прежнему любят друг друга и дорожат. «А ведь есть те, кто и через год после брака расстаются. А мои родители 23 года вместе, и мысли о разводе ни у кого нет, как и охлаждений в отношениях. Вот бы мне так же». Умилялась Катя. Пересвет помог Свете сесть в телегу. Катя подошла к телеге, отец осмотрел свою дочь и скривился.

– Что-то не так?

Спросила Катя и стала осматривать своё платье, либо подумала, что испачкала его каким-то образом, пока шла. А затем она почувствовала дуновение воздуха в своих волосах. Катя посмотрела на своего отца.

– Не хватает изюминки.

Сказал Пересвет, после чего с помощью стихии воздуха распустил волосы дочери, а затем уложил волнистыми локонами, как будто Катя до этого проходила в бигудях или в чём-то в этом роде.

– Так куда лучше. Это говорю тебе я, как человек, женившийся на самой прекрасной женщине.

Света покраснела.

– Прекрати, ты вгоняешь меня в краску.

Пересвет одел венок на голову дочери и помог сесть в телегу, а затем посмотрел на свою жену.

– Прости, любовь моя, но я ничего не могу поделать, если это так.

Сказал Пересвет и сел в телегу, а после дёрнул поводья, и Белка пошла лёгкой рысью. Дорога была долгой и длинной, во дворец они прибыли лишь к полудню, когда все гости начинали собираться. Во дворце, утопающем в роскоши и аромате свежих цветов, воздух гудел от ожидания, шёпота и переливающихся смехов. В одних покоях готовили к свадьбе Мирослава, а в другой Виолетту. На Мирославе был надет ало-красный мундир, расшитый золотом. Его лицо излучало спокойствие и уверенность, но при этом было напряжено. Сегодня ожидался важный шаг в его жизни, и он не знал, пройдёт ли этот день так, как планировалось, или же нет. В комнату вошёл отец. На лице его играла улыбка, но в глазах читалось сожаление. Он обнял сына и поздравил.

– Поздравляю тебя, сын мой. Ещё немного, и ты будешь мужем царевны Виолетты.

– Спасибо, отец.

Без всякого энтузиазма сказал Мирослав.

– Тебя что-то гложет, сын мой?

Спросил царь и махнул рукой слугам, веля оставить их наедине. Мирослав и Светолик присели за столик, где лежала книга по тёмным существам. Эту книгу Мирослав когда-то начал читать в академии вместе с Катей. Катя тогда отдала ему и забыла о ней, а Мирослав всё это время хранил у себя.

– Ерунда, отец.

Сказал Мирослав. Мирослав думал о Кате, о девушке, которую любил всем сердцем. Царь взял книгу, которая лежала на столе, и заметил торчащий уголочек. Царь потянул за него. Мирослав заметил и хотел остановить отца.

– Отец, нет, не трогай...

Только царь потянул за уголочек и вытянул фотографию Кати, которую ему дала Света. На этой фотографии Кате было 16 лет: она пряталась за деревом в чёрной ветровке, волосы были взлохмаченные. Мирослав был рад получить эту фотографию. Именно она помогала двигаться дальше, при этом не сорваться, чтобы побежать снова к Кате. Царь с пониманием кивнул.

– А ведь я мечтал однажды увидеть её в роли твоей невесты.

Сказал мечтательно царь. Мирослав опешил.

– Шутишь?

Спросил царевич, но царь лишь покачал головой. Царь вложил фотографию обратно в книгу и посмотрел на своего сына.

– Катерина – это единственная девушка, которая смогла тебя изменить. Я ведь в своё время тоже чуть не женился на Агнии. Только тогда я выбрал долг вместо любви. Твоя мать ведь принадлежала герцогу, а Агния была обычной девушкой из деревни. Как же я был в неё влюблён. Такая простая и без титула, но в ней было больше жизни и тепла, чем от Ангелии. Поэтому я очень надеялся, что тебе хватит ума и ты женишься на Катерине, но, видимо, нашей семье не суждено породниться с Огневыми.

Сказал царь. Он был грустным, но счастливым, когда вспомнил времена из своей молодости. Мирослав, который никогда не интересовался, как отец женился на матери, отметил для себя нечто новое.

– Подожди, ты хотел жениться на Агнии?

Удивлённо спросил Мирослав. На что царь лишь кивнул и похлопал своей рукой по руке сына.

– Думаю, ты и без меня поймёшь, почему я хотел так поступить. В любом случае я тобой горжусь. Жаль, что ты в итоге выбрал, как и я, долг перед своей Родиной.

Царь встал из-за стола и пошёл к двери, а оттуда сказал.

– Если бы произошло чудо и ты женился на Катерине, я бы был самым счастливым на свете.

Царь вышел из покоев, оставив царевича одного со своими мыслями. Тем временем Виолетта, прекрасная невеста в платье цвета красного мака, сидела в покоях Ангелии. Виолетте слуги помогли застегнуть ослепительно сверкающий пояс и расправить шлейф. Она улыбалась, хотя внутри была вся в напряжении. Она знала, что Мирослав её не любит и даже свадьба этого не изменит, при этом упрямо шла до конца. Вскоре слуги оставили молодую невесту наедине с будущей свекровью. Ангелия, наблюдая за волнением своей будущей невестки, ласково взяла её за руку.

– Не волнуйся, моя дорогая. Ещё пару часов и ты станешь частью нашей семьи.

Говорила Ангелия мягким голосом. Виолетта и хотела перестать волноваться, но ей это не получалось.

– А что, если всё пойдёт плохо?

Царица с улыбкой покачала головой.

– С чего бы это? Сегодня свадьба. Если что-то и должно было произойти, то точно не сегодня. Кто посмеет пойти против нас в такой день?

Посмеялась царица, удивляясь опасениями невестки.

– Катя.

Произнесла Виолетта имя своей соперницы. Царица, посмотрев в глаза Виолетты, сказала:

– Всё будет хорошо. Катя больше нам не помеха. Видела я её через зеркало. Поверь, она даже не придёт.

Виолетта вздохнула с облегчением. Она знала, что царица – женщина сильная и решительная, способная на всё ради блага своего сына и её. Но страх вновь начал грызть её изнутри.

–А что, если всё-таки объявиться и попытается помешать?

– То её тут же скрутит стража и уведёт из дворца. Однако даже если эта девчонка придёт, то ей хватит ума стоять в стороне.

Уверяла Ангелия. Только Виолетте от этого легче не было. Свадьба началась в полдень. В роскошном зале гремела музыка, стояли гости, облачённые в шелка и бархат, оживлённо переговариваясь. Виолетта шла по красной дорожке, усыпанной лепестками роз, под восхищённые взгляды гостей. Она старалась выглядеть уверенной и счастливой, но её глаза выдавали тревогу. Неожиданно она увидела в толпе знакомое лицо. Среди гостей стояла Катерина в роскошном красном платье. «Красный цвет!» Сообразила Виолетта. Ведь красный цвет у них считался свадебным, и сейчас Катя стояла именно в свадебном наряде. Сама Катя не придала этому значения, хотя ощущала осуждение со стороны некоторых богатых гостей. Мама и отец уверяли её, что всё хорошо и ей просто завидуют. При виде Виолетты у Кати убежало сердце в пятки. «У Виолетты красное платье, как и у меня. Чёрт. Надо было надевать другое, это же неуважительно». Катя хотела выбежать, но родители так и не давали. Среди гостей Катя также увидела своих друзей и подруг, они намеревались поговорить после торжества.

Мирослав стоял у самого алтаря и смотрел на Виолетту с безразличием, его мысли были далеко от этой пышной церемонии. Недалеко также стоял священник со священной книжкой. Виолетта заняла своё место рядом с женихом. Она смотрела на Мирослава с болью и со страхом. Священник, облачённый в пышные ризы, начал произносить слова вступительной молитвы, как вдруг Мирослав резко прервал его.

– Нельзя начинать!

Воскликнул он, голос его дрожал. Гости так и замерли в напряжении.

– Нельзя начинать, пока рядом нет невесты!

Сказал Мирослав, а у самого дрожал голос от волнения. Все присутствующие переглянулись, не понимая, что происходит. Виолетта, бледная как смерть, сжала руки в кулаки. «Нет, нет, мой кошмар не должен сбыться». Паниковала Виолетта, ожидавшая чего-то такого.

– Мирослав, ты... Ты что такое говоришь? Я же здесь.

Сказала Виолетта, надеясь ещё на то, что Мирослав просто её не заметил. Её голос был тихим и растерянным.

– Нет, Виолетта.

Твёрдо ответил Мирослав.

– Ты не моя невеста! Не знаю, с чего ты решила, что я женюсь на тебе после того, как ты попыталась убить Катю. Я тебе ещё в тот день всё сказал.

Гости стали перешёптываться.

– Пыталась убить?

– А ведь такая милая царевна.

– Как такая, как она, способна на такое?

Виолетта чувствовала, как её щёки краснели, а глаза щипало от слёз. Она попыталась найти поддержку у царицы, посмотрев на неё. Только царица молчала и наблюдала. Мирослав, не обращая внимания ни на перешёптывающихся гостей, ни на оцепеневшую Виолетту, начал обводить глазами зал. Пересвет и Света помахали рукой Мирославу, указывая на свою дочь. Катя, ничего не понимающая, смотрела на своих родителей, а затем её взгляд столкнулся со взглядом Мирослава. Он смотрел на неё. Мирослав ринулся к Кате. Он смотрел только на неё, а подойдя, взял за руку, слегка сжимая пальцы, и повёл к алтарю. Катя не верила тому, что сейчас происходило. Виолетта, растерянная и униженная, стояла на месте, словно статуя из мрамора. Гости неожиданно замолчали, наблюдая за происходящим с нескрываемым интересом. Катя столкнулась со взглядом Виолетты и почувствовала себя виноватой. «Это должен был быть лучший день для неё. Зачем Мирослав устраивает этот балаган?» Не понимала Катя, которая уже мысленно смирилась с тем, что Мирослав женится на Виолетте.

– Катя – моя невеста.

Объявил громко Мирослав, глядя в глаза царя, который сидел на почётном месте на троне. Царь гордо смотрел на своего сына с одобрением. Именно этого Светолик ожидал от сына. Катя, ошеломлённая происходящим, искала глазами выход. Царица ненавидящим взглядом её пожирала. «Посмела-таки явиться и всё испортить». Проклинала царица. Катя, которая заключила сделку с царицей, чувствовала на себе давление и всю тяжесть от её презрительного взгляда. Она хотела было убежать, но крепкая хватка Мирослава не позволяла ей сделать это.

Священник посмотрел на царя, прося у него то ли разрешения, то ли ещё чего-то. Царь лишь махнул рукой, давая понять, чтобы тот начинал. Священник начал читать торжественную речь о любви и верности, о союзе двух сердец. Катя чувствовала, как её собственное сердце готово вырваться из груди. Она хотела оказаться на месте Виолетты, но понимала, что не может из-за сделки с царицей.

– Мирослав, согласен ли ты взять Катерину в законные жёны, любить её, оберегать и никогда не обижать, пока смерть вас не разлучит?

– Согласен.

Сказал Мирослав. Он смотрел нежно и с любовью в глаза Катерины и улыбался.

– Катерина, согласна ли ты быть верной и любящей женой Мирославу, любить его в горе и в радости, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии, пока смерть не разлучит вас?

Все присутствующие замерли в ожидании ответа Катерины. Её сердце билось так быстро, что, казалось, оно вот-вот выпрыгнет из груди. Она любила Мирослава всей душой, мечтала стать его женой, но вынуждена отказаться. «Я не могу выйти замуж за Мирослава. Просто не могу». Катя почти готова была разреветься, но держала себя и собиралась уверенно сказать «нет», как внезапно вскочила с места царица и сказала:

– Нет! Я не согласна!

В зале повисла тишина. Света и Пересвет потихоньку передвигались поближе к алтарю. Голос царицы раздался как гром среди ясного неба. Царь опешил от неожиданности, он укоризненно посмотрел на супругу.

– Ангелия, что ты делаешь?

Спросил царь.

– Не даю совершить моему сыну колоссальную ошибку. Наша семья никогда не породнится с Огневыми. Ни тогда, ни сейчас.

Громко сказала царица. Царь встал и попытался усадить супругу на место. Света в толпе увидела Викторию и подала сигнал лёгким кивком, что можно начинать. Вика кивнула в ответ, принимая сигнал.

– Ангелия, что ты несёшь, сядь и не мешай церемонии.

Сказал царь. Ангелия оттолкнула от себя Светолика. Вика протолкнулась поближе к алтарю и остановилась. Она сосредоточила свою магию.

– Нет! Нет!

Кричала царица, не желая слушаться супруга. «Я не для того так далеко заходила, чтобы проиграть внучке Агнии». Думала царица, она повернулась к Катерине. Катя ещё больше хотела податься в бега, да только Мирослав поражал своей сильной хваткой, будто до этого готовился, чтобы не дать сегодня сбежать. Вика распространила свою особую волну, заставляя тем самым говорить лишь правду.

– Я не для того отправила Агнию на тот свет, чтобы наш сын женился на её внучке!

Сказала Ангелия, топнув ногой. В зале все утихли. Повисла гробовая тишина. Катя смотрела на царицу, не понимая, что на неё вдруг нашло, а затем заметила пелену магии, идущую от Вики. «Так это всё непросто так. Они всё спланировали, чтобы вывести на чистую воду Ангелию». Сообразила Катя. Она хотела бы порадоваться этому, но сохранила лицо, не показывая свою осведомлённость. Света и Пересвет вышли из толпы гостей. Света встала рядом с дочерью и разыграла шок.

– Отправила на тот свет Агнию? Мою мать?

Спросила Света. Царица с презрением осмотрела Светлану, отчего буквально зашипела.

– Ещё одна Огнева! Да когда же вы все исчезните и дадите моей семье спокойствия без вашего семейства?!

Кричала ещё громче царица, приближаясь к Свете. Пересвет встал рядом с женой и достал свой меч, направив в сторону Ангелии.

– Ещё шаг к моей жене, и вы падёте прямо здесь. Прошу прощения, ваше величество.

Сказал Пересвет, кивнув Светолику. Царь же лишь махнул на это рукой, давая добро продолжать.

– Ты смеешь угрожать мне? Да я тебя одним лишь щелчком пальцев уничтожу с помощью Деяна. Он паренёк хоть и полный идиот, но послушный и верный мне. Столько вместе с неудачником Данияром для меня перебили магов и простых людишек, что не пересчитать.

Сказала царица. На её лице была злобная улыбка, а при упоминании смерти невинных людей она расхохоталась. Её смех разнёсся по всему залу. Благородные дамы скривились, слишком уж неприятно было им. Простой народ просто ахнул, но все до единого смотрели на царицу как на монстра. И царь в том же числе. Виолетта, понимая, к чему откровения Ангелии приведут, хотела дать дёру, она даже отбежала от алтаря и добежала до красной дорожки, как из толпы вышла Ярослава. Она взмахнула руками и, будто дирижёр, задействовала цветы, которыми был украшен весь зал. Цветы тут же ожили: розы взметнулись в воздух, лилии закружились, словно в танце, а гиацинты сплелись в живую преграду, блокируя путь Виолетте. Ярослава махнула руками круговыми движениями, будто что-то сворачивала, цветочная преграда обвила тело Виолетты целиком и полностью, лишая возможности сбежать.

– Не так быстро, Виолетта. Неужели не хочешь дослушать окончательного вердикта касательно твоей персоны?

Виолетта одарила Ярославу ненавидящим взглядом.

– Предательница! Ты же тоже помогала!

Кричала Виолетта. Ярослава ухмыльнулась и покачала головой.

– Ты в этом уверена?

Спросила ехидно Ярослава. Из толпы вышли Крив и Маломир, они взяли с обеих сторон Виолетту и повели обратно к алтарю. Там так с ней и остались стоять.

– Отпустите! Я ни в чём не виновата! Я даже ничего не делала, только лишь стояла с девочками. А всем руководствовала Ангелия.

Заплакала Виолетта. Царь по-деловому подошёл к царевне и спросил.

– А что конкретно Ангелия сделала?

Виолетта сквозь слёзы посмотрела на царицу, та покачала головой, говоря тем самым, чтобы царевна даже не смела говорить. Однако Виолетта, как молодая девчонка, не желающая попасть в темницу за содеянное, сказала.

– Она наколдовала сеть в лесу, в которую попала Катя. А ещё через Деяна скрывала все следы, чтобы никто не нашёл Огневу, закопанную под землёй. Честное слово, я лишь подговорила девочек, чтобы они мне помогли избавиться от Кати. Да, я желала ей смерти, но готова покаяться и поклясться, что больше никогда такого не сделаю.

Сказала Виолетта. Вика сняла с царицы свою магию, заметив то, что она настолько разозлена, что справится и без неё.

– Ах ты мерзкая и подлая. Я же для тебя своего сына готова была отдать, а ты вот так вот, да?

Зашипела царица. Она наколдовала чёрный кинжал, сделанный полностью из тьмы. Виолетта не осталась в долгу, она нахмурилась и пошла в свою защиту кричать.

– Потому что я не желаю вместе с тобой идти на верную гибель, как ты.

Царица засмеялась. Царь с удивлением смотрел на свою супругу. «Когда Ангелия успела стать такой подлой и злой? Или она всегда такой была, просто я не замечал этого». Думал царь, смотря на оскал на лице Ангелии. Царица подняла кинжал вверх, а затем мягким и добрым голосом заговорила.

– Не хочешь, моя милая, на гибель вместе со мной?

– Не хочу!

Подтвердила Виолетта. Царица вновь рассмеялась. Катя пристально наблюдала за движениями царицы. Её интуиция говорила о том, что кинжал скоро полетит в кого-то.

– Что же... Тогда ты умрёшь прямо сейчас!

Сменила свой тон царица на угрожающий и шипящий. Как Катя и думала, Ангелия кинула меч в Виолетту. Катя наступила каблуком красных туфель прямо на ногу Мирослава, а затем отпихнула его локтем, тем самым высвободившись, а затем кинулась в сторону, встав перед Виолеттой. Катя выставила перед собой щит, отразив тем самым удар.

– Снова ты мне мешаешь?

Спросила Ангелия, топнув ногой. Торжественный зал охватила зловещая и тёмная атмосфера, которая шла от царицы. «Больше нет смысла стоять в стороне, сделка всё равно перестала иметь свой смысл. Так почему же мне просто не сразиться с царицей, что и должна была сделать я тогда?» Размышляла Катя. В её глазах читалась решимость, затем появился дерзкий огонёк, а на лице – ухмылка. Катя бросала тем самым Ангелии вызов. И Ангелия это видела, её губы сжались в единую линию, глаза проклинали воительницу. Хоть Катя и была сегодня без своего оружия, зато у неё было много знаний и умений. Только Кате показалось, что бороться там, где на них смотрит множество глаз гостей, не лучшее решение. А поэтому Катя решительно сказала.

– Снова я. Из-за твоей неприязни ко мне слишком много пострадало людей, особенно на войне. Предлагаю разобраться в зеркальном зале, где наши дорожки и пересеклись, Ангелия.

Сказала решительно Катя. Царица злобно засмеялась, на её лице красовался оскал, глаза казались чёрными и безжалостными.

– Согласна.

Сказала царица, после чего земля из-под ног Кати исчезла, и она провалилась в портал, который открыла царица. Катя падала с потолка на каменный пол в зеркальном зале. Чтобы смягчить себе хоть как-то падение, она сосредоточила свою магию, пытаясь левитировать. Правда, до этого она никогда не пробовала этого на практике, но это немного смягчило удар, пострадал только копчик. «Без синяка явно не обойдётся». Подумала Катя, вставая на ноги.

Царица стояла перед Катей как ни в чём не бывало, либо себе портал открыла прямо перед собой, отчего свободно и легко шагнула в зеркальный зал. Царица щёлкнула пальцами, и из-за одного зеркала вышел Деян. На нём были чёрные доспехи на всём теле – специальные против ударов магии.

– Деян, будь душкой, просмотри, чтобы никто в зал не вошёл. А кто попытается, убей сразу же.

Приказала царица. Деян откланялся и немедленно вышел из тронного зала. За дверью послышался хрип и падение двух стражей, которые стояли у двери снаружи. Ангелию окутала дымка тьмы, её глаза, словно два чёрных солнца, сверкали злобной энергией. Над головой царицы клубились чёрные тучи, из которых вырывались молнии, озаряя зал зловещим светом. Катя заметила, как зеркала стали покрываться чернотой. «Она использует максимум своей силы». Поняла Катя. «Значит, я тоже должна использовать свои силы по максимуму». Катя закрыла глаза и сконцентрировалась на своей магии, позволяя всей мощи, что у неё есть, выйти из сосуда. Вокруг Кати завертелся вихрь. Катя открыла глаза. Она была готова к любой атаки от царицы.

Ангелия подняла руку, и из двух зеркал вырвались две фигуры – злой леший с корявыми руками и свирепым лицом и русалка с зелёными, зловещими глазами. Зал тут же заполнился чёрной водой по колено. «Серьёзно, нечисть вся закончилась, и она перешла на лешего с русалкой?» Посмеялась про себя Катя. Леший бросился на Катю, но его тут же отбросил вихрь в сторону. Русалка стремительно подплыла к Кате, вцепившись когтями в её ноги. Катя прикусила губу, чтобы не заорать. Ей пришлось пинать и пихаться ногами, чтобы лапы русалки отцепились от неё. Катя прошептала заклинание и образовала из воздуха купол вокруг себя, затем махнула рукой и захватила русалку потоком воздуха. Она подняла русалку в воздух, а затем метнула прямо в зеркало, из которого русалка и выплыла к ним. Чёрная вода исчезла вместе с хвостатой гостьей.

Ангелия рычала. «Дрянная девчонка!» Ругалась она. Катя усмехнулась. «Ангелия не может снова открыть портал или не хочет просто?» Пыталась понять Катя. Леший всё никак не мог цапнуть Катерину из-за вихря и купола. Катя махнула вновь рукой, захватив лешего в поток воздуха, а затем кинула обратно в зеркало. Ангелия, недовольная таким поворотом, подняла свои обе руки и сделала пасс вперёд, направив поток тьмы в сторону Кати. Катя стояла совершенно спокойно. Тьма облепила её вокруг защитного купола, пытаясь его разрушить. Тогда Катя вырисовала руками фигуру из замкнутых линий ромба в виде сплетённых солнечных лучей, создавая тем самым символ Белбога. Катя сосредоточила свою магию на усиление купола и тихо, но уверенно сказала: «Белбог!».

После чего Катя сделала пасс руками вперёд, купол покрылся чистым и белым светом. Тьма тут же испарилась под давлением и касания света. Катя сделала снова пасс рукой вперёд, направив свет от купола в царицу. Царица от страха того, что может сейчас проиграть, сделала пасс рукой вперёд, направляя тьму против света. Две силы, диаметрально противоположные, столкнулись в жестокой схватке. Свет бился с тьмой, тьма билась со светом. Дворец содрогался от битвы, небо на улице пламенело, а воздух густел от энергии противостояния. Никто не собирался сдаваться. Катя вспомнила всё, что натворила Ангелия. Она вспомнила свою бабушку, которая умерла от проклятия, вспомнила дедушку, который лежал в кровати и не просыпался, вспомнила многочисленные трупы тех, кто не заслуживал смерти, но царица их убила и всё это из-за чёртовой ревности и жажды власти.

Свет заполнился Катиной любовью и чувством сострадания ко всем тем, кто был убит. Свет прорвался сквозь тьму, охватив царицу своим тёплым объятием. Царица закричала от боли. Ангелия, захваченная целиком и полностью тьмой, испытывала ужасное жжение по всему телу. «Я не могу сдаться, не могу, но и не могу слушать, как причиняю боль живому человеку, пускай и злодейкой. Бабушка, что мне сейчас делать?» Призвала Катя бабушку. По её щекам шли слёзы. Она не способна на убийство, даже если человек этого заслуживает. Одно дело убивать всякую нечисть и злых духов, другое – уже людей. И тут Катя увидела, как время замерло. Прямо как тогда, во время битвы с бесом, когда ей казалось, что ничего её не спасёт. Рядом с Катей появился дух Агнии.

– Катя.

Тихо сказала Агния.

– Бабушка, это снова ты?

Заговорила Катя, она была рада снова увидеть бабушку.

– Да, внучка моя. Как же я тобой горжусь. Ты стала смелой и отважной девушкой. Я всё это время наблюдала за тобой и молилась, чтобы всё у тебя было хорошо. Через сколько же тебе пришлось пройти, чтобы дойти до этой битвы.

Говорила Агния, её глаза были наполнены любовью к внучке и гордостью. Она погладила Катю по щеке.

– Настоящая Огнева, пускай и Светлова наполовину. Ты воительница стихии ветра, но при этом в твоём сердце горит самый настоящий огонь, который и позволял всё это время двигаться вперёд.

Агния посмотрела на свою старую подругу, она смотрела на неё с сожалением и грустью.

– Наши дороги с Ангелией разошлись, как только Светолик сделал мне предложение. Ангелия с тех пор на меня в обиде, а мне не хватило ума, чтобы просто поговорить и всё решить. Однако сейчас я знаю, как всё решить.

– Как?

Спросила Катя. Плечи Агнии опустились, она посмотрела на внучку с тоской и грустью. Катя почувствовала неладное.

– После того как время возобновится, ты должна будешь поговорить с Ангелией и сказать, что я желаю с ней поговорить, после чего ты должна будешь снять с себя оберег и кинуть на землю. Поняла?

– Да, бабушка.

Сказала Катя. Агния обняла свою внучку напоследок, после чего исчезла для неё навсегда, но Катя ещё об этом не знала.

Время вновь возобновилось. Катя отвела руки в стороны, после чего свет, словно пыль, рассыпался по полу. Царица упала на колени. Свет очень хорошо заставил её помучиться. Катя сжала руку в кулак и уверенно сказала.

– Почему ты остановилась?

С хрипотой спросила царица. Она подняла голову и столкнулась со взглядом Кати, который не желал смерти. Ангелия опешила.

– Я не ты, Ангелия. Хватит смертей. К тому же с тобой хочет поговорить очень важный человек.

Сказала Катя. Она аккуратно отстегнула цепочку и сняла оберег со своей шеи. Катя почувствовала небывалую лёгкость и свободу. «Это странно». Подумала Катя, а затем кинула оберег в сторону Ангелии. Оберег раскололся, и из него вышел огненный дух Агнии, который окутал Ангелию. Время для всего мира остановилось. Перед царицей стояла Агния, словно она была жива. При виде своей подруги у Ангелии что-то дрогнуло внутри, и пелена злости словно отпала.

– Ангелия.

Мягко и нежно заговорила Агния. Ангелия отвернулась.

– Уйди, нечистая, ты мертва. Это не может быть реальностью.

– Я и вправду мертва, Лия. Ты меня сейчас видишь, потому что я попросила свою внучку устроить нам беседу. Мой дух всё это время находился в обереге.

Сказала Агния, мягко улыбаясь. Она смотрела на свою давнюю подругу без всякой злости.

– Ты знала, что наступит этот момент, не так ли?

Спросила Ангелия. Агния кивнула. По щекам Ангелии прокатились пару слезинок.

– Прости, я не хотела тебя убивать. Просто мысль о том, что Светолик будет твоим, а не моим, выбила из равновесия. Понимаю, что глупо из-за такого разрывать было дружбу. Но ты не представляешь, как сложно жить, зная, что Светолик любит только тебя, Агния, а на меня и внимания не обращает, это так убивает. Я же не так много прошу. Всего лишь, чтобы меня любил муж, любил сын. Но я никому не нужна.

Сказала царица. Слёзы её лились водопадом. Боль, которая терзала её душу годами, очерняя и стирая всё хорошее, оставалась в её сердце. Агния села рядом и обняла свою подругу. Ангелия почувствовала, как тьма из неё выходит, и ещё больше заплакала. Она вспомнила, как злилась на Агнию, вспомнила, как вынудила свою подругу покинуть Русолку. Её даже не волновало, что Агния собиралась выйти замуж, что она была беременна. Она просто заставила уйти, и всё. Ангелия вспомнила, как отталкивала от себя собственного сына, как относилась холодно и безразлично, вспомнила, как прокляла Агнию, отправив тем самым на тот свет. Также у Ангелии пронеслось перед глазами всё то, что она натворила после того, как вынудила Катю прийти в этот мир. Ангелия рыдала в надрыв, обнимая Агнию, энергетика которой очищала всю тьму из неё, которую она по собственной глупости и дурости впустила.

– Прости меня.

Сказала царица. Агния похлопала по спине Ангелию, а затем отпустила. Ангелия вцепилась в руку своей подруги, как за спасательный круг.

– Я давно тебя простила, Лия. Прости и ты меня, что я не подошла и не извинилась, когда Светолик хотел на мне жениться. Возможно, если бы мы поговорили ещё тогда, то ничего из этого не было.

Ангелия закивала.

– Ты права, Ани. Абсолютно права. Только теперь ничего не изменишь. Ты на том свете, а я на земле.

– Но зато ты можешь покаяться за содеянное и закрыть свою душу навсегда от тьмы, согласна?

Спросила Агния, дух которой становился менее чётким, что говорило о том, что она скоро исчезнет.

– Согласна. Я больше никогда не подвергнусь тёмной магии, клянусь.

Сказала Ангелия. Агния улыбнулась. «Вот теперь я готова обрести покой» Подумала Агния, прежде чем исчезнуть для этого мира навсегда. Огненная энергия распалась, забирая с собой тёмный дух из Ангелии. По всему королевству прошла невидимая волна, убирая всю тьму, которая только была. Константин, лежащий в кровати, открыл глаза и вдохнул полной грудью воздух.

– Агния!

Крикнул Константин. Пускай он не был рядом с Катей, когда она боролась со злом, зато всё видел и слышал, как будто всё было во сне. Константин встал с кровати и подошёл к окошку, посмотрев на чистое небо и невидимую белую дымку магии, которую обычный человек неспособен увидеть. «Всё закончилось». Подумал Константин.

Менталисты, лежащие в лечебнице, резко пришли в себя, словно никакой тьмы в их сознании и не было. Дымка также коснулась до Данияра, очищая его тёмные мысли. Данияр с ужасом смотрел на свои руки, которыми погубил множество жизней. Его трясло. «Что же я наделал?» Подумал Данияр, схватившись обеими руками за голову.

Волна очистила и Деяна. Он в этот момент прижимал Мирослава к полу тёмным мечом, приставив лезвие к горлу, собираясь убить. Пелена с глаз спала с Деяна, что очень вовремя. Он часто-часто заморгал и, увидев своего друга, был поражён.

– Мирослав?!

Деян встал с Мирослава, словно его током долбануло. Он тут же убрал тёмный меч. В глазах его читался страх и сожаление.

– Какой ужас! Кошмар!

Деян тяжело дышал, он был в ужасе от осознания того, что сделал и что сейчас чуть не натворил. Мирослав поднялся на ноги. Белую пелену лишь слепой маг мог не заметить. «Так на них всё это время действовало какое-то заклинание?» Задался вопросом Мирослав, гладя на очнувшегося товарища.

Катя стояла в зале и смотрела на творящееся вокруг себя. Свет, заполняющий всё королевство, был прекрасен. Катя покружилась вокруг своей оси, раскинув руки. В атмосфере ощущалось чувство победы и то, что всё наконец-то закончилось. Почти. Перестав радоваться чуду, Катя посмотрела на царицу, которая сидела на полу. Катя подобрала свой потрескавшийся оберег, который больше не имел магических способностей. Она прижала его к своему сердцу. «Я буду скучать очень сильно, бабушка». Подумала Катерина. Она чувствовала упадок сил. Свет требовал от неё немало сил. Однако несмотря на то, что её энергия почти на нуле, Катя испытывала радость, свободу и покой. Ещё никогда ей не было так хорошо.

В зал ворвалась стража вместе с Мирославом. Мирослав подбежал к Кате и крепко обнял.

– Живая.

Радовался Мирослав. Стража взяла по обе стороны царицу и подняла на ноги.

– Куда её, ваше высочество?

Спросил один из страж.

– В темницу.

Холодно ответил Мирослав, не отпуская Катю из своей крепкой хватки. Он так боялся её потерять, отчего казалось, что больше никогда не отпустит.

– Нет, не надо в темницу!

Закричала Катя, отталкиваясь руками от тела Мирослава, который всё не желал разжимать руки.

– Что? Катя, она хотела тебя убить.

Сказал Мирослав, непонимающе смотря на любимую. Катя с жалостью смотрела на царицу, а затем тихо сказала.

– Она была охвачена всего лишь тьмой. Твоя мать невиновата в том, что даже собственный сын её не может никак простить и называть хотя бы матерью. Ангелия такой же человек, как и мы все. Она также заслуживает любви, хотя бы от собственного сына.

Провозгласила Катя, смотря прямо в глаза Мирослава с мольбой. Мирослав тяжело вздохнул. Он отвёл свой взгляд в сторону Ангелии и неуверенно сказал.

– Отведите мою ма… му в тронный зал.

С трудом сказал Мирослав, не веря тому, что он сейчас произнёс. Катя от радости прижалась к Мирославу. Ей казалось, что теперь-то всё будет хорошо.

– Так точно.

Сказал тот же страж. Ангелия одарила Катю благодарным взглядом и улыбнулась. Катя лишь кротко кивнула. Царицу увели из зеркального зала, оставив Катерину и Мирослава наедине. Всё плохое наконец-то прошло. Тьма была побеждена. Мирослав стоял в зеркальном зале и крепко обнимал свою неугомонную воительницу. В её глазах светилась радость, смешанная с лёгкой усталостью.

– Я так за тебя боялся, но ты не устаёшь поражать. А что это за белая пелена была?

Спросил Мирослав, смотря в глаза Кати. Катя пожала плечами.

– Побеждённая тьма в сердце Ангелии. По правде говоря, моей заслуги здесь никакой нет. Всё сделала бабушка. Она поговорила с твоей матерью в качестве духа, и всё наконец-то разрешилось.

– То есть для победы хватило одного разговора моей матери с твоей бабушкой?

Удивился Мирослав. Катя кивнула. Она и сама не понимала, как это возможно, однако всё сработало. Мирослав смотрел на Катю, и его сердце переполнялось любовью и благодарностью. Он понимал, что любовь, которую он чувствовал к Кате, была сильнее любой тьмы.

– Катя, ты подарила миру свет, ты подарила мне жизнь. Может, окажешь мне великую честь и выйдешь за меня замуж?

Спросил Мирослав, наградив Катю своим пристальным взглядом. Катя замерла. Ей казалось, что её сердце вот-вот выпрыгнет из груди. «Неужели я наконец-то могу стать счастливой и быть с Мирославом?» Не верила Катя своему счастью, из её глаз блеснули слёзы. Возможно, при других обстоятельствах она бы отказалась и сказала, что нужно сначала закончить учёбу в академии. Однако, почти потеряв его и излив слёзы днями напролёт, Катя не видела смысла отказываться, отчего сказала:

– Окажу, только бы больше не терять тебя ни на миг.

Мирослав ласково поцеловал её, и в этом поцелуе слились все слова, все чувства, которые нельзя было выразить. Когда поцелуй прервался, Катя улыбалась чуть ли не изнутри, словно солнышку. Мирослав повёл Катю к выходу из зеркального зала, взяв за руку.

В тронном зале воцарилась тишина, стоило Мирославу и Катерине показаться. Платье Кати было потрёпанным местами и потемневшим, но её это нисколько не волновало. Она шла, держа за руку любовь своей жизни. У Мирослава был потрёпанный и разорванный свадебный костюм, а местами и вовсе окровавленные следы виднелись, но Мирослав шёл и не обращал внимания. Молодожёны остановились у алтаря. Царица сидела связанная на троне и молчала. Царь смотрел только на своего сына и невестку.

– Надеюсь, теперь в вашей жизни будет лишь гармония да любовь.

Сказал царь, махнув рукой священнику. Пересвет, стоящий недалеко от алтаря, незаметно подлатал одежду Мирослава и Катерины, восстановив её первоначальный вид. Священник с благочестивым выражением лица зачитал торжественную речь о любви, верности и единстве, о том, как два отважных и верных сердца, пройдя через бури и испытания, наконец-то сойдутся. С каждым словом священника Мирослав чувствовал, как сердце его переполняется благодарностью. Не так давно казалось, что счастье – это недостижимая мечта. Тьма была столь протяжённой и тяжёлой, что он уже почти утратил веру на счастье. Но Катя для него была словно ангел-хранитель, ворвавшаяся в его жизнь, принеся с собой тепло, заботу и безграничную любовь. Мирослав вспомнил, как он с ней познакомился, как он по-хамски и идиотски тогда себя вёл, но потом что-то в нём переменилось, и он начал меняться. Вспомнил, как впервые посмотрел на Катю как на невероятную девушку, его сердце тогда готово было выпрыгнуть из груди. Мирослав вспомнил их первое сражение, как он тогда не хотел, чтобы Катя поступала на воинский факультет, но затем всё переменилось. Мирослав с нежностью посмотрел на свою невесту, ему казалось, что со дня их знакомства прошла целая вечность, прежде чем они вот-вот станут навсегда вместе.

Закончив зачитывать речь, священник обратился к Мирославу.

– Мирослав, согласен ли ты взять Катерину в законные жёны, любить её, чтить, заботиться о ней в радости и в печали, в богатстве и в бедности, пока смерть не разлучит вас?

– Согласен.

Голос Мирослава был твёрд и уверен. Счастливая улыбка озарила лицо Кати. Священник обратился к Кате.

– Катерина, согласна ли ты взять Мирослава в законные мужья, любить его, чтить, заботиться о нём в радости и в печали, в богатстве и в бедности, пока смерть не разлучит вас?

Глаза Кати блестели от счастья, она не могла поверить тому, что наконец-то может сказать именно то, что велит её сердце, что ей не нужно больше потакать чужой воли.

– Согласна.

Сказала Катя. К ним поднесли два золотых кольца, украшенных сияющими камнями. Их блеск был таинственным и завораживающим, словно отблеск звёздного неба. Каждое кольцо было уникально: одно сдержанно элегантное (для жениха), другое – более пышное, украшенное филигранным узором (для невесты). Мирослав бережно надел кольцо на палец Кати, а она, в свою очередь, сделала то же самое с его пальцем. Эти кольца стали свидетелями обещаний верности и преданности, символом вечной любви. В этот момент казалось, что время остановилось. Священник, наблюдавший за трогательной церемонией, благословил их союз и, обращаясь к молодожёнам, произнёс торжественным голосом:

– Теперь, чтобы запечатлеть ваш священный союз, заключите его поцелуем.

В зале замерли от волнения и напряжения. Гости, пережившие вместе с молодожёнами ужас и страх, не могли поверить в то, что свадьба всё-таки состоится. Света стояла и рыдала от счастья. Её единственная дочь наконец-то вышла замуж. Пересвет был более сдержанным, но скрывать свою радость не мог.

Мирослав взял Катю за руки, нежно посмотрел ей в глаза, и их губы встретились в долгом, страстном поцелуе. Зал наполнился аплодисментами и радостными возгласами гостей, которые разделяли счастье новобрачных. В этот миг под сводами старинного собора казалось, что мир замер, отдавая дань любви Мирослава и Кати. Их поцелуй стал символом нерушимого союза, клятвой верности и обещанием вечной любви.

После бракосочетания по плану стоял бал, да пир, где все веселились, пели, пили, да поздравляли новобрачных. Весело, в общем, всем было. Мирослав и Катя не могли не нарадоваться тому, что с ними произошло. Всё казалось счастливым сном, и лишь наутро, когда они проснулись вместе в одной постели, да в обнимку, то поняли, что это не сон, это теперь их радость.

Однако как бы всё хорошо ни было, а со злоумышленниками что-то нужно было делать. Катя, разумеется, вставила своё слово в защиту, попросив никого не казнить, либо именно это ждало всех четверых. Хотя царь и царевич никого жалеть не хотели. В итоге царь распорядился следующим образом: Виолетту отправили обратно в её королевство, посчитав, что пускай её родители сами разбираются. Ангелии же отрезали часть волос и отправили служить в монастырь, лишив её всех титулов и почестей. Ангелия не возражала, ведь где ещё она могла исповедовать все свои грехи. Деяна и Данияра же отправили в ссылку за пределы русских земель, где как раз жаловались, что нечисти всякой развелось – вот пускай и очищают, а как справятся, то царь сказал, что так уж и быть, будут прощены.

Пересвет и Света какое-то время пожили в доме Константина. Старые друзья наконец-то смогли поговорить друг с другом. О слёзной встрече Светы с родным отцом и говорить не о чем, Константин сам чуть не заплакал. Только как бы Свете и Пересвету ни хотелось здесь остаться, им нужно было вернуться в Советку.

– Я буду по вам скучать.

Сказала Катя, обнимая родителей в лесу Щуковки.

– Просто пиши нам почаще письма и высылай через шкатулку, которую ты забрала у бабушки. Она имеет особую магию, которая переносит всё, что положишь вовнутрь, в другую шкатулку. Твой дедушка как раз нам такую подарил.

Сказал Пересвет, обнимая свою дочь. Катя кивнула.

– Обязательно.

Затем Света вязла за руки свою дочь и сказала:

– И обязательно не забывай о своём муже. Учёба учёбой, но я хочу внуков и желательно больше одного, тебе ясно?

Катя смутилась, но кивнула. Мамы, они такие, всегда мечтают о внуках, даже если ты ни с кем не обручён.

– Света, не смущай нашу дочь. В конце концов, они взрослые люди, сами разберутся.

Сказал Пересвет. Он взял Свету за руку, повёл к порталу у дуба и напоследок сказал.

– В конце концов, мне для счастья хватит и одного или одной.

Сказал Пересвет, подмигнув дочери, после чего шагнул со Светой в портал. Катя же осталась стоять и глупо улыбаться, поглаживая свой живот, в котором уже зародилась жизнь. Как-никак, а от момента свадьбы прошёл год. Об учёбе и речи уже не шло. Отец, конечно, знал об этом, либо Катя рассказала, а вот для матери будет самый большой сюрприз. Мирослав ждал Катю у Денисовых, распивая с Егором медовуху. Катя шла через лес и насаждалась красотой вокруг.

Эпилог

Прошло с тех пор четыре года. Катерине пришлось в итоге бросить учёбу в академии, особенно когда об этом узнал Мирослав. А тот, в свою очередь, обо всём рассказал магистру Огневу, который по приказу ООСМ занял место директора. Увы, но директор, который со скепсисом и неприязнью относится к противоположному полу, не может отныне занимать должность в учебном учреждении. Спросите, отчего так? Так наша Катерина же вышла замуж за царевича, и у неё появились кое-какие полномочия. Разумеется, без царя здесь не обошлось. Он ради внучки Агнии был готов на всё, в результате в королевстве пошли кое-какие изменения.

Во-первых, все девушки могут учиться и работать, независимо от того, магичка она или нет. Девушки по указу больше не должны были всю свою жизнь думать только о том, как бы поскорее или выгоднее замуж выйти. Кто-то из девушек, особенно простых, воспользовались доброй волей царя и отправились учиться в учебное учреждение для простых смертных.

Во-вторых, все сторонники, которые унижают или относятся к девушкам неуважительно, считаются нарушителями. Наказание в таком случае было разным: кто-то просто лишался высокой должности или работы, кто-то выплачивал немаленький штраф, а если ситуация серьёзная, то таких нарушителей отправляли на незамедлительную казнь.

В-третьих, Катя ввела новый вид одежды, более удобный и практичный, а именно штаны. Катя просто не поленилась и съездила в Советку, где набрала разного вида штанов и принесла в Русолку мастерам для примера. Не сказать, что они были в точь-в-точь, но как аналог для Русолки вполне годились. Кроме штанов также появились футболки и майки, при этом не только для девушек, но и для мужчин. Ну и также это коснулось другого вида одежды, таких как кардиганы, кофточки разные, более удобная обувь. Поначалу все отнеслись к этому, как к диковинке чужемирной, а потом всё больше и больше народ появлялся на улице в удобной и практичной одежде.

В-четвёртых, техномагов вернули обратно в академию. Катя и Вика наконец-то смогли увидеться с Милой. Та сильно изменилась, стала более весёлой и открытой. Она больше не думала о замужестве, ей куда больше нравилось что-то мастерить, изобретать необычное.

Также Катя наконец-то помирилась с дедушкой, а сломанный оберег она отдала ему, надеясь на то, что его можно починить. Однако это было невозможно. Но зато Катя узнала, что всё это время шла прямо по следам Агнии. Она могла бы пойти и дальше, к примеру, уйти, как Агния в своё время в Советку, будучи беременной, но этого не произошло, либо оберег был разбит. А наша Агния именно по нему незаметно для всех направляла Катю. Катя, конечно, с недоверием к такой информации отнеслась, но чуть позже согласилась. Либо помните день, когда Агния наконец-то обрела покой? Когда её дух вышел из артефакта и покинул наконец-то эту грешную землю.

Спросите, откуда Катя узнала о том, что она шла следом за бабушкой? Так в её сундуке лежал конверт, который Катя не удосужилась взять, открыть и прочесть. А в нём, между прочим, Агния старательно писала в надежде, что её внучка однажды его прочтёт и всё поймёт. А Катя прочла его только сейчас, что тоже неплохо. Ведь лучше поздно, чем никогда, правда?

В королевстве за четыре года много было изменений, которые шли только для всеобщего блага и развития. Мирослав, кстати, нашёл в себе силы простить Ангелию. Он частенько её навещает в монастыре и называет мамой. Они часами разговаривают о том, о чём раньше просто не могли из-за своей гордости и глупости.

Всё в королевстве было хорошо, не без нечисти, конечно, но она была не помехой, а лишь частью жизни. Но самый важный день для королевства настал, когда Катя подарила наследницу престола. Цвет глаз она унаследовала от Катерины, а вот всё остальное от других родственников. К примеру, форма носа и глаз – от Ангелии, остальные черты лица, безусловно, от Мирослава. Чуть позже, когда девочка подросла, она поразила своей кучерявостью и огненно-рыжими локонами волос, что, в свою очередь, она унаследовала от огненных своих бабушки и дедушки. Думать, кстати, с именем наши Катерина и Мирослав не стали и прозвали свою дочь Агнией в честь прабабушки. Что примечательного было в девочке, так это то, что она не унаследовала ни водную стихию, ни воздушную. В ней горел самый настоящий огонь, давая надежду всему королевству на то, что однажды на трон взойдёт сильная и отважная правительница.

А пока остаётся ждать и направлять неугомонную малышку по правильной дороге. Кто знает, сколько молодых родителей ещё ждёт в будущем жизненных трудностей, но тем не менее оба точно знают: пока они любят друг друга, им всё нипочём. Главное, чтобы Агния в итоге не пошла по следам своей прабабушки, как это сделала сама Катя в своё время. Но даже если и пойдёт, то, думаю, Катя и Мирослав будут всегда рядом со своей дочерью, и в любой ситуации помогут или дадут совет.

А на этом наша история подошла к концу. Всем всех благ!

Спасибо за чтение! Подписывайтесь, пишите комментарии. Буду рада всем вашим отзывам! :)