По произволу высших сил

Глава 1 Вагон-звездолёт (Земля)

В этот день Василий Иванович слишком долго гостил у своего бывшего сослуживца. Обычное дело. В кои-то веки нашлось время на поездку к Александру Петровичу, с которым и учились вместе, в одном взводе, и в войсках пересекались не один раз. Понятно, что за рюмочкой чая им было что вспоминать, кого вспоминать и кого помянуть. Но не только служба вспоминалась. С окончанием службы жизнь не заканчивалась. Оба уйдя в запас, бездельничать не стали. Ни сама жизнь, ни семейные нужды к этому не располагали. Опытные топографы много где требовались и оба отставника поступили одинаково. Пока хватает здоровья, нужно работать. Безделье быстрее в могилу сведет. Вот только работали они в разных местах. Петрович осел в районном центре в паре сотен километров от Питера и работал в конторе, занимавшейся в основном кадастровой съемкой. А Иваныч, еще в курсантские годы женившийся на ленинградке,жил и работал в Питере. Правда, тут с работой по специальности имелись проблемы. Самые солидные геодезические фирмы проблем с кадрами не испытывали, а соваться в мелкие фирмы, которые созданы буквально несколько недель назад, не хотелось. Устроился работать маркшейдером в «Спецтоннельстрой». И уже через неделю проклял самого себя за столь опрометчивое решение. Работа конечно была непростая, требовала солидной квалификации и небывалой дотошности буквально во всем. Не это бесило. Контора явно доживала последние годы своего существования. Проблемы с заказами, проблемы с финансированием, проблемы с кадрами. Тем не менее, пять лет продержаться удалось и заодно приобрести новый опыт. После ухода по сокращению, проблем с трудоустройством не возникло. Те, кто понимал в этих делах, прочитав в трудовой книжке слово «маркшейдер» , немедленно соглашались принимать на работу такого ценного кадра.

Примечание:Маркшейдер - горный инженер или техник, специалист по проведению пространственно-геометрических измерений в недрах земли и на соответствующих участках её поверхности с последующим отображением результатов измерений на планах, картах и разрезах при горных и геолого-разведочных работах.

Естественно, что получив возможность выбирать, Василий Иванович и выбрал лучший из предложенных вариантов. После чего бытовые проблемы решались сравнительно легко. Дети получили неплохое образование и создали свои семьи, переселившись в купленные отцом квартиры. С работой у них был тоже порядок, благодаря тем связям, что наработали в течении жизни родители. И все бы было чудесно, но к сожалению люди смертны. К семидесяти годам Василий Иванович овдовел. Да и у самого пошли проблемы со здоровьем.

Так что впереди самая обычная жизнь человека, давно вышедшего на пенсию, но так и не согласившегося скучать без постоянной занятости. Конечно, в "поле" он теперь не работал, но камеральную обработку данных не только вчерашним студенткам нужно вести. Опытные волчары тоже востребованы. Особенно если они мозги не пропили и не утратили способности к обучению. С этим у него был полный порядок. А потому, гнусных намеков о том, что пора бы и молодым место освобождать, начальство не делало. Платили конечно уже не как молодым, учитывали, что пенсия у него заметно выше среднего, но и не сказать, чтобы ущемляли. Хватало и на жизнь, и на помощь детям. А куда еще больше? На пышные похороны разве что. Да рановато вроде бы помирать.

В общем, за разговорами и день прошел. Начало смеркаться и следовало спешить на электричку. Расстались друзья приятели в хорошем настроении. Петрович проводил гостя до платформы и они попрощались, когда подошел поезд. Пассажиров в вагонах было мало, один вагон вообще пустой. Именно в него и сел Иваныч. И глядя на еще стоящего на платформе приятеля, вдруг понял, что больше они никогда не встретятся. Такое вот поганое предчувствие.Настроение сразу испортилось.

Выбранный им вагон недолго был пустым. Через четыре остановки в него зашла весёленькая компания из четырех женщин и стольких же мужчин. Весёленькая, потому что была явно навеселе. Сперва он их принял за припозднившихся дачников, но по невольно подслушанным разговорам выяснилось, что это не так. Компания возвращалась в город со встречи выпускников местной поселковой школы. Обычное и ничем не примечательное дело. Разговоры и поведение наводили на мысль, что ребята и девчата люди явно не семейные. Нынешние молодые не спешат обременять себя семейными узами. Впрочем, к молодежи попутчиков относить не стоит. Лет им явно тридцать пять. Одеты прилично, значит с работой у них проблем нет. И как сейчас принято, мужики явно решили сперва твердо встать на ноги, а потом заводить семью. Что касается женщин… В общем, с их внешностью шансы на создание семьи таяли с каждым прожитым годом. Особенно у брюнетки с нестираемым стервозным выражением на лице. Этой точно, только и остается что делать карьеру, а потом «залетев» годам этак к сорока-сорока пяти, родить ребенка. В данный момент компашка обсуждала возможность продолжить встречу в одном из ночных клубов. Выбирали только более удобный для всех.

Что ж, люди они свободные, так что пусть веселятся сколько душе их угодно. Ну а самому Иванычу такие приключения уже не по возрасту. Дети выросли и живут самостоятельной жизнью. Внуки есть и потихоньку подрастают. Жалко, что супруга не ко времени преставилась, но то такое. Спустя секунду после того, как он мысленно помянул смерть, возникло давно забытое чувство ее приближения. Первый раз он это почувствовал, когда в их "буханку" летел снаряд, выпущенный из градобойного орудия местными джигитами. Прямого попадания тогда не было. Но и самого Иваныча, и водителя "буханки" хорошенько контузило. Вроде бы и очухались тогда, но последствия были неприятные. Стоило хорошенько понервничать, как его накрывало приступом эпилепсии. Что там было у водителя, хрен его знает, больше с ним пересекаться не довелось. Но для Иваныча большим везением было то, что удалось скрыть приобретенный недуг сперва от врачей, а затем и от всех остальных, включая нынешних работодателей. А еще он заработал безотказно срабатывающую "чуйку" на приближение смерти. Потом, эта способность дважды спасала и его, и тех, кто был рядом с ним. После "дембеля", она его вот уже больше двадцати лет не посещала, но никуда не исчезла. И вот сейчас посетила вновь. А еще возникло понимание, что ни ему, ни те кто в вагоне, не уйти от Костлявой. И сразу вслед за этим осознанием мир вокруг него взорвался . Он уже не видел, как состав внезапно лишился одного из вагонов.

Глава 2. Вагон-звездолет ( Иверион)

В одной далекой галактике, где законы бытия сильно отличались от земных, двое разумных существ с недоумением взирали на странный артефакт, который только что свалился с небес на землю.

- Ты не знаешь, что это такое? - спросил соседа первый из них.

- Такой же вопрос и у меня. Что это за чудо?

Чудо, свалившееся с неба, представляло собою сильно изуродованную коробку, обшитую крашенным в зеленый цвет металлом. Множество окон с разбитыми при падении стекол. И внутри коробки мешанина из различных сломанных предметов.

- Элмор, так кажется есть живые, вернее, не до конца умершие.

- Я их тоже почувствовал.

В тот же миг, оба собеседника изменив форму своих тел на более удобную, буквально втекли внутрь странного сооружения.

- Смотри, хумансы! Пять самцов и четыре самки.

- Вижу. Что делать с ними будем?

Вопрос конечно интересный. По установленным правилам, хумансы не должны осквернять своим присутствием и даже дыханием, воздух, воду и твердь Благословенных Земель. Но было одно соображение. Следовало узнать: каким образом эти твари попали в запретные для них земли? Что за колдовство сотворили они, чтобы сюда попасть? Следовало вернуть их к жизни, причем в виде, пригодном для допроса. Проблема была в том, что природа Благословенных Земель смертельно опасна для организма хуманса. И не только для них. Точно также погибнут гномы и дикие эльфы, не говоря уже о таких порождениях Тьмы, какими являются орки. Сам воздух обители Повелителей Стихий ядовит для любого, кто не принадлежит к расе Перворожденных.

- Придется оживлять, - заявил названный Элмором, - а для обхода запрета, можно дать им тела Перворожденных.

- Нашего умения для этого недостаточно. Придется звать Ялмару, как ни крути, но Стихией Жизни повелевает только она. Но что дальше делать с этими тварями?

- Думаю, что удалить их с нашей земли, будет правильным решением. Не убивать же их после допроса. Лучше подумать, как можно извлечь из их появления пользу.

- Хорошо, так и поступим

Спустя несколько месяцев, Элмар отчитывался по случившемуся перед собранием своих сородичей - Повелителей Стихий и хозяев Благословенной Земли.

- Как вам давно уже известно, я и Ульмар оказались свидетелями странного происшествия. Рядом с нами, буквально с неба свалился на землю странный артефакт. Больше всего он походил на несуразное жилище с множеством окон и стенами, обшитыми железом. Внутри артефакта мы обнаружили хумансов в очень странных одеждах. Пять самцов и четыре самки. Все они были при смерти. Первой мыслью было то, что колдуны хумансов решили таким образом проникнуть за Запретную Черту, но что-то у них пошло не так. Правда, следы магии при этом отсутствовали. Много позже, мы обнаружили странный невидимый Путь. Был он подобен тем путям, что соединяют порталы перемещения. Но сами порталы при этом находились вне пределов Ивериона. Поэтому мы сделали вывод о том, что сотворили этот путь Хозяева Звезд для каких-то своих целей. Хумансам, какими бы сильными колдунами они не были, подобное сотворить не по силам. Но в момент происшествия, мы еще не подозревали о существовании Пути, зато подозревали правителей хумансов в стремлении проникнуть за Запретную Черту. Поэтому мы решили не добивать странных пришельцев, а восстановить им жизнь, чтобы их можно было допросить.

- Тогда вопрос: а не проще ли было воспользоваться методами, что применяют некроманты?

- Проще. Но только на первых порах. Но где гарантия того, что мы справимся с остаточными явлениями после применения подобных заклинаний? Благословенная Земля тоже знала смерти. Поэтому нет гарантии того, что мы не поднимем из земли других умерших. Нет уж! Если и применять подобную мерзость, то делать это стоит лишь на Внешних землях.

- Хорошо, продолжайте.

- Была еще одна трудность. Старый запрет на появление хумансов в наших землях. Вы должны прекрасно понимать последствия такого нарушения закона. Поэтому мы приняли решение реанимировать пришельцев, создав им новые тела взамен покалеченных. Ни я, ни Ульмар не обладали достаточным умением в этом деле, а потому мы попросили сестру нашу Ялмару, оказать нам помощь, благо она дальше всех нас продвинулась в познании тайн Жизни.

Ялмара выполнила нашу просьбу. Но когда мы приступили к допросу, то оказалось, что эти пришельцы не имеют никакого отношения к Ивериону. У них и язык мыслей настолько отличался от иверионских языков мыслей, что нам не сразу удалось понять их ответы. Тем не менее хоть и с трудом, но наладить общение удалось. Все оказалось намного сложней, чем думалось вначале. То уродство, на котором они свалились с небес, оказалось остатками повозки, на которых они путешествуют у себя дома. А дом этот находится среди таких далеких звезд, что их и не видно отсюда. Звезды эти по уверениям пришельцев образуют огромное подобие архипелага, который они называют Галлактика. Их родина - это такая же планета как и Иверион. Но из разумных тварей населяет ее только раса хумансов. По милости Творца, тамошние существа слышали о магии, но ей не владеют. Вместо нее они используют для усиления своего могущества Природу Стихий...

- То есть, пошли тем же путем, каким шел Темный Властелин?

- Да, это так. Они на пути к могуществу пошли этим путем, но все как один нас уверяли что отвергли сами Пути Тьмы. Каким образом у них это получилось совместить, они и сами не знают. Но получилось. Скрывать от нас свои мысли они не могли и поэтому я вас уверяю: они не врали, когда уверяли нас в подобном.

Дальше докладчик сколь можно подробно рассказывал о той жизни, что цвела под иными звездами. Чем дольше он рассказывал, тем большую озабоченность испытывали слушатели. Делать выводы из услышанного они умели. А выводы эти их не радовали. Получалось, что далекий мир в ходе своего развития может научиться повелевать стихиями, не используя при этом магию. То, что этот мир расколот внутренней враждой, совершенно не успокаивает. Конечно, он еще долго не будет представлять собою опасность для Ивериона. Но если во Вселенной есть один такой мир, то кто сказал, что он единственный? А ведь подобные ему миры могут оказаться намного ближе или даже совсем рядом. Кто поручится за то, что Хозяева Звезд ради своих неведомых целей не перебросят на Иверион целые легионы вооруженные могучими немагическими артефактами?

Собравшиеся на Совет Повелители Стихий прекрасно помнили, какой трудной была борьба с Темным Властелином. Тот не только магию использовал. Наличие разного рода механических устройств, которыми он вооружал свои полчища, часто позволяло им одолевать и магию. Так что готовиться к худшему следовало уже сейчас. Но сперва стоило решить: как поступить с невольными пришельцами? Первой мыслью была мысль об уничтожении их. Но спешить не стали. Потому что второй мыслью была идея о использовании их знаний и умений.

- Темные Земли много веков никем не заселены. Прежние поселения нами разрушены. Путь туда забыли и хумансы, и исчадия Тьмы. Но в подземельях прежних городов и замков остались мастерские и разного рода машины. Которые никто не удосужился уничтожить. А еще в Темноземье хватает хранилищ, в которых по сию пору лежат накопленные Врагом сокровища. Стоит хумансам услышать о них, как они быстро окажутся там. Глупцам будут интересны золото, серебро и драгоценные каменья. Зато те, кто поумней, заинтересуются иным наследством Врага, - заметила повелительница Плодородия Валмара.

- Ты предлагаешь нам пройтись по этим землям и дожечь то, что не дожгли? - поинтересовался Алмар, вождь Стихийных.

- Нет дорогой, я полагаю, что это наследство Врага может принести нам огромную пользу.

То, что предлагала Валмара, выглядело разумным. А рассуждала она просто. Раз имеем могущественных Хозяев Звезд, чьи намерения неизвестны, то готовиться следует к худшему. Вряд ли им есть дело до крохотной песчинки во Вселенной, называемой Иверионом. Но обстоятельства попадания хумансов Земли наводят на мысль о побочных эффектах от деятельности этих самых хозяев. Нет гарантии, что они не допустят ошибки или небрежности, последствия которых могут оказаться трагичными для Ивериона. Что если образуется прямая связь между их миром и одним из тех миров, где господствуют силы Тьмы? Что мы знаем о степени могущества подобных миров? Оно может оказаться настолько великим, что собственных сил не хватит даже для простого отражения атаки Тьмы. Про возможности прочих обитателей родного мира даже и говорить не стоит. И вот судьба посылает им существ, которым не чужды достижения Тьмы, но при этом они сами Тьме неподвластны. Хотя бы потому, что у восьмерых из девяти обнаружен артефакты в виде перекрестья, которые по их уверениям защищают их от вселенского Владыки Тьмы. В их мире его именуют Диаволом.

- Это у восьмерых, а что с девятым? - прервал ее речь Алмар.

- А девятый уверяет, что он отвергает все что не от мира тварного и потому неуязвим для любого потустороннего воздействия.

- И это правда, - заявила Ялмара, - мы проверяли всех. Но если восемь хумансов подвластны нашему воздействию, то самый старший из них каким то образом, не прилагая для этого усилий, отразил все наши заклятия, направленные на него. Причем, для этого ему ничего не пришлось делать. Само собою все произошло. И чем сильней примененное к нему заклятье, тем сильней последствия от его отскока у того, кто его сотворил. Я когда проверяла это, еле в себя потом пришла. Правда отражать заклятия он может лишь тогда, когда находится в сознании. В бессознательном состоянии он такой же как и все остальные. Без этого, я бы не смогла ни жизнь ему вернуть, ни новое тело сформировать.

- То есть, в состоянии сна или иного вида беспамятства он уязвим?

- Да. Уязвим.

Валмара так и не озвучила своего предложения, но ход ее мыслей был уже понятен всем присутствующим. Что именно она хочет предложить, поняли все присутствующие. А раз так, то принялись обсуждать детали предстоящего дела.

Глава 3. Пленники Ивериона

Пение "райской птицы" будило не хуже чем сигнал будильника. Только в отличии от будильника, это самое пение никак не заткнешь. Петь эта тварь будет до тех пор, пока не встанешь. Но стоит снова прилечь, как ее райский голосок снова напоминал о том, что пора вставать. Еще одной особенностью этой "птички" было то, что она одновременно присутствовала во всех девяти домах, что местные хозяева выстроили для своих невольных гостей. Правда, четыре дома в данный момент пустовали, потому что жизнь брала свое и девчонки, определившись со своими симпатиями, переселились под крыши своих избранников. Только Иваныч остался свободным вдовцом.

Девчонок понять можно. Несмотря на молодые красивые тела, подаренные хозяевами здешнего мира, он воспринимался товарищами по несчастью как совершенно посторонний человек. Хотя, какой он теперь человек? Повелители Стихий превратили их в самых настоящих эльфов. Теперь у них все иное. Иные тела, иное здоровье, и практически бесконечная продолжительность жизни. Хотя последнее под сомнением. Как выразилась Нинка, эльфы живут до наступления маразма. А когда он наступит, бегут от него в Благословенные земли.

Зато у них все не как у порядочных эльфов. Жизнь свою в этом мире начали в райских кущах и довольно скоро их отсюда выселят. Потому что чужаки. Внешне похожие на здешних, но внутренне иные. Может быть какой-нибудь фанат Толкиена и попытался вписаться в здешнее общество, но они таковыми никогда не были. И имена себе эльфийские не стали придумывать, говорят между собою на русском языке. Да и с прежними привычками расставаться не спешат. Так что правильно Владыки Стихий решили: не место им тут. Их ждет Большой мир, о котором они почти ничего не знают.

Но как говорится, эти сведения до вас доведут в свое время, а пока действуем по заранее утвержденному плану и придерживаемся установленного распорядка дня. А по распорядку сейчас подъем, утренние процедуры, заправка кровати и завтрак. Завтрак как всегда готовил не понятно кто. Такой же невидимый и неосязаемый как и "райская птица". Он же накрывал столы, расположенные прямо на улице под легким навесом.

Магия, с которой приходилось встречаться на каждом шагу, стала привычной приметой здешней жизни и уже не вгоняла в ступор никого из землян. А вот к тем блюдам, которыми потчевали их, так и не удалось привыкнуть.

- Господи! Да когда этот кошмар закончится? Я уже глядеть не могу на это издевательство над моей утонченной натурой! - чуть ли не ежедневно восклицала Даша.

Её возмущение разделяли все. И в самом деле, неужели трудно было приготовить что-нибудь простое, человеческое? Но с этим самым человеческим были проблемы на ровном месте. Оказалось, что сами эльфы не сеют и не пашут, а потому вся их пища - дары леса. Так что о простой гречневой каше или жареной картошке, можно было только мечтать. Справедливости ради, назвать эльфийские блюда несъедобными язык не поворачивался. Лес действительно мог неплохо кормить. Грибы, ягоды, орехи, разного рода корешки... Для придания вкуса можно было добавлять разного рода специи, произраставшие буквально на каждом шагу. Не обделяли их и мясными блюдами, благо зверье и птицы не переводились. Даже сладкие блюда готовились с использованием меда диких пчел. Но лишить русского человека самого обыкновенного хлеба - это утонченное издевательство. Те лепешки, что ели здешние обитатели, никакого отношения к хлебу не имели и устроили бы разве что тех, кто твердо решил не набирать лишний вес.

Кстати, рыбных блюд почему то тоже не предлагали. Хотя рыба в окрестных водоемах водилась в изобилии. Когда однажды Валентин, бывший заядлым рыбаком, наловил по весне десяток сазанов и запек их на углях, наставники посмотрели на них как на ущербных. Оказалось, что эльфы считают рыбу нечистым существом и в пищу не употребляют. С той поры лакомиться рыбкой, земляне предпочитали без чужого пригляда. Терпимей всех к эльфийской кухне относился Иваныч, которого старая походная жизнь научила есть то, что бог послал. Но и он скучал по привычной с детства еде.

- Терпи Дашуля, недолго нам мыкаться здесь осталось. Вот выйдем на свободу, там и станем готовить то, что нравится.

- А еще придется вспомнить, что после еды нужно мыть посуду, - добавил Андрей.

- Вот ты у меня и будешь ее постоянно мыть, - не задержалась с ответом Даша, которая через год после попадания в Иверион согласилась считать себя женой Андрея.

Позавтракав, все дружно шли на занятия, которые проводили с ними наставники из эльфов. Нужно сказать, что к занятиям относились серьезно и наставники, и сами ученики. А что еще делать? Прежние умения землян, если и будут полезны для здешней жизни, то ещё не скоро. Зато те навыки, что нужны для здешней жизни, практически отсутствуют. Даже у Иваныча, который большую часть жизни провел в лесах, горах и пустынях. Но есть разница между жизнью среди природы в развитой стране и такой же жизнью в Средневековье. А Иверион как раз и был сплошь и рядом средневековым. Конечно, везде по-разному. Где то Раннее Средневековье, где то более или менее Развитое. И ни малейшего шанса нет, чтобы возникло хотя бы Позднее Средневековье.

Потому и приходилось учиться верховой езде, стрельбе из лука, копейному бою и прочему фехтованию. Особый упор на это был сделан в первые два года обучения. Потом подобные занятия стали реже, чисто для поддержания навыков, зато следующим этапом пошло привитие необходимых ремесленных навыков. Но тут уже шло раздельное обучение. Девчонки учились прядению, ткачеству, шитью и изготовлению разного рода красителей. Кулинария тоже не была забыта. Мужиков учили иному. Изготовление разного рода охотничьей снасти, оружия, доспехов, конской сбруи. Что интересно, большинство деревянных деталей здесь привыкли выращивать в готовом виде, используя магию. Способностями к магии, землян наделили Хозяева Стихий в процессе наделения новыми телами. Были эти способности сильно ограничены. Никакого сравнения с умениями местных эльфов.

Третье частью обучения, были разного рода науки. На них как раз и делался основной упор в последнее время. Всеми знаниями наставники не делились. Только тем, без чего вообще не обойтись.

В последнее время, основной упор был сделан на искусство судовождения. Для этого им выделили небольшое парусно-гребное судно, которое языкастая Нинка назвала "Авророй" и учили ходить на нем в море. Далеко от гавани не отходили и береговую черту терять из виду не позволяли. Тем не менее, навыки судовождения привили достаточные. Заодно удалось понять норов этого суденышка, ибо на нем предстояло покинуть Благословенные Земли и добраться до загадочного Темноземья. Как раз сегодня, во второй половине дня, наставник Атандил собрался объяснить им, как добраться до нужного места.

Атандил, как и всякий представитель народа Высоких эльфов, обладал множеством знаний и умений, что давно уже не удивляло землян. Чему тут удивляться? Обладая неограниченным сроком жизни, можно и не такого добиться. Главное, не лениться. Землян, после пяти лет жизни в Иверионе, не удивляло то, что эльф может быть одновременно и ученым и воином. И неплохим воином. Прекрасные наездники, стрелки, фехтовальщики, следопыты... Конечно, живя возле моря, они заодно были чудесными моряками. Атандил в этом плане если и отличался от соплеменников, то разве что большей любовью к морю. Прямо сейчас, разложив на столе карты, рассказывал о том, как добраться на морем до Темноземелья.

- Запомните, на веслах и под парусами для вас нет прямых дорог. Это как на реке. Ведь реки есть не только на суше. На море их не меньше и они намного полноводней земных рек. А еще есть постоянно дующие ветра. Опытный мореход старается использовать силу ветров и течений, вместо того, чтобы бороться с ними. Лично вам стоит использовать Ульфово течение.

Сказав это, он точными и уверенными движениями начал наносить на карту это самое Ульфово течение. Начиналось оно недалеко от экватора и текло примерно на север, огибая побережье Большой земли. Пройдя вдоль западного побережья земель, населенных дикими чернокожими людоедами, течение проходило мимо устья огромного залива, обозначенного на карте как Залив Трех Морей. Воды этого залива, куда впадало множество крупных рек южных и восточных стран, тоже были хорошо прогреты солнцем. А потому избыточные воды тоже стремились выйти в открытый океан. В районе устья залива у Эльфийских Столпов, эти массы воды мощным потоком выходили в Воды Заката и сливались с Ульфовым течением. Усилившееся течение шло вдоль берега Западных стран и затем мимо устья другого залива, обозначенного на карте как Лазурное море. Это уже были широты с умеренным климатом. Как раз в районе южного берега Лазурного моря, течение раздваивалось и одна его ветвь шла вдоль южного берега, а более мощное пересекало устье и дальше шло вдоль берега огромного полуострова, на котором размещалась так называемая Гептархия, где располагалось Семь эльфийских королевств. Полуостров этот представлял собою участок суши, покрытый не очень высокими горами и лиственными в основном лесами. Населяли полуостров эльфы, которых Высокие эльфы Благославенной Земли почитали почти равными себе. Кроме эльфов, в Гептархии жило несколько общин Подгорных гномов.

Итак, огибая полуостров, течение шло уже в море, которое на карте было обозначено как Янтарное, вдоль берега общим направлением на северо-восток. Кстати, побережья Гептархии делились по названиям омывающих их морей на Лазурный и Янтарный берега. В общем, течение доходило до самого северного из Мирийских княжеств, населенных людьми. Все три Мирийских княжества были союзниками эльфов и естественным заслоном от враждебных Силам Добра людских королевств и орочьих общин.

- Ульфово течение будет вам попутным до самой Гряды, что отделяет Янтарное море от Моря Тьмы.

- А что собою представляет эта самая Гряда, - поинтересовался Иваныч, глядя на нанесенные значки.

- Когда то это был перешеек, довольно широкий, соединяющий владения Темного Властелина и Светлые Земли. Но во время последней войны с этим самым властелином, на стороне сил Света приняли участие Повелители Стихий. В результате, перешеек был разрушен мощным землетрясением и ушел под воды. Но ушел не очень глубоко. Множество едва прикрытых водою скал и мелей, делают это место опасным для плаванья. Поэтому моряки туда и не ходят. Да и нечего им там делать. Но при должной осторожности, проплыть через гряду можно. Правда, карт проходов ни у кого нет. Даже у нас. А вам придется там идти.

И Атандил продолжил дальше свое повествование. Гряда эта была не просто сборищем разного рода мелей и рифов. Гораздо большей неприятностью было то, что тут теплое Ульфово течение встречалось с холодным течением идущим из Моря Тьмы. Причем, холодное течение было заметно мощней теплого. В результате, теплые воды смешивались с холодными и дальше течение шло вдоль юго-западного берега Темноземелья. Пристать где либо на западе Темной Земли не получится, ибо и там путь к побережью преграждают мели и рифы. Поэтому лишь южный берег имеет удобные подходы. Но подойти к берегу сложно из за сильного течения. Для этого нужно пройти подальше на восток, а затем пересечь море и войти в это самое течение, сделав его попутным.

- Встреча течений на Гряде имеет еще одно неприятное последствие. Море на Гряде бурлит не хуже, чем закипающая в котле вода. Воды там даже при стихшем ветре не бывают спокойными. Кроме того, именно на гряде от холодного течения отходит часть потока и пройдя на юг, упирается в материковый берег, после чего идет вдоль берега на восток. Ближе к материковому берегу, воды Гряды тоже неспокойные, но волнения там слабее, поэтому при известной осторожности вы можете пересечь гряду и с попутным течение пойти дальше на восток.

Дальше на восток были земли, о которых Атандил знал намного меньше, ибо карты земель составлялись давно. Что там происходит в данный момент, он понятия не имел.

- На восток от Мирийских княжеств с юга на север течет большая река, которые Темные Хумансы называют Гэйсон, а мы - Мирийон. На расстоянии пятидесяти ваших миль от Моря Тьмы, Мирийон разделяется на множество рукавов, образуя дельту. У истока дельты хумансами построен город Складон, а в самой дельте уже находятся владения болотных орков. Все острова и островки дельты представляют собою самые настоящие болота. Впрочем, по обе стороны дельты тоже находятся обширные болота. Живущие там орки так и не образовали никакого своего царства. Живут они отдельными стойбищами, строя на своих островах целые свайные поселки. Так что к этому берегу лучше не приставать.

- А в море они выходят? - подал голос Валентин.

- На ваше счастье, эти отродья Тьмы боятся моря и потому ни кораблей, ни даже лодок не строят. Их умения хватает только на то, чтобы связать непрочный плот. Поэтому в море они вам не опасны. Да они и не станут отплывать от морского берега. Опасней хумансы из Складона. Те как раз умеют строить корабли, но их через свои владения не пускают орки. Хотя какая-то торговля между ними имеется.

Восточней владений Болотных орков шла никем незаселенная долина, расположенная между морем и Приморским хребтом. Посещает ли эту долину кто-нибудь, про это ничего не известно. Известно лишь то, что за этим хребтом раскинулись обширные хвойные леса, где живут кочевые семьи Диких эльфов, чья судьба незавидна.

Упомянув Диких эльфов, Атандил не смог сдержать того отвращения, которое у него вызвала сама необходимость упоминания их. Странно все это. Об орках или тёмных хумансах он говорил вполне спокойно, хотя это были злейшие враги. Что же это за существа такие? Эльфы прекрасно владеют собой, но тут никакой сдержанности не видно. Похоже, что Диких эльфов здешние обитатели ненавидят сильнее, чем даже исконных врагов.

Нинка было дернулась, чтобы подробней расспросить об этих существах, но Иваныч вовремя коснулся ее руки и соратница придержала язык, сообразив, что тема эта для здешних очень неприятна. Вместо этого она спросила иное:

- А почему бы нам не поселиться между морем и Приморским хребтом? Раз места необитаемы, то может не стоит нам пересекать это самое Море Тьмы?

- Вам не стоит сомневаться в мудрости Повелителей Стихий, - несколько высокомерно заявил наставник, - если бы этот клочок земли подходил для того, что они задумали, они бы вам его и посоветовали заселить!

После этих слов, Атандил объяснил, что хотя эта долина и не заселена, но это не значит, что ее не посещают те же самые орки, которые вполне могут заготавливать там древесину или охотиться на крупного зверя. И если они наткнутся на землян, то не успокоятся, пока не изведут их.

- Хотя я ни я, ни мои сородичи никогда не сочтут вас эльфами, но тела вам даны эльфийские. Поэтому, если вы по глупости своей захотите там поселиться, на вас орки, и Тёмные хумансы начнут охотиться и не успокоятся, пока не изведут вас.

Оказалось, что эльфы у Отродий Тьмы в огромной цене. Орки охотятся на диких эльфов чтобы приносить их в жертву на своих алтарях. Хумансы тоже не откажутся от такой добычи. Правда, с другой целью. Пленных мужчин они продают в рабство тем, кто способен выложить достаточно серебра. А эльфиек, которые стоят дороже, они продают в гаремы своих владык.

- Для ваших женщин не будет хуже судьбы, чем оказаться в плену. Эльфийки ценятся за красоту и бесконечную молодость. Конечно, хумансы недолго живут, но эльфийских наложниц с удовольствием наследуют сыновья, а затем и сыновья сыновей. Но не только вечное гаремное рабство ожидает пленниц. Для просто богатых хумансов есть бордели, украшением которых можете стать вы. И не только женщины. Некоторые не отказываются и от красивых мужчин.

Честно говоря, народ эти слова впечатлили и больше глупых вопросов никто не задавал.

Итак, пройдя вдоль необитаемого берега на восток, следовало свернуть на север и войдя в основное течение, следовало доплыть до любого удобного для высадки места в Темноземье. Ну а дальше, жить-поживать да добра наживать. Заодно, плодиться и размножаться.

После окончания дневных занятий, Иваныч продолжил работу над начатым им "Описанием земель Ивериона". Труд сей представлял собою необходимый справочный материал для дальнейшей жизни на этих землях. Все, что узнавал на занятиях у наставников, он старался отразить в задуманном им "Описании". Прекрасная чертежная графика, почти каллиграфический почерк, простота и наглядность в подаче материала, должны были сделать его труд надолго востребованным потомками. Вот так вечер за вечером, рождалось нечто капитальное. Начинал он с составления атласа звездного неба, правда, только Северного полушария. Собственные труды приходилось сверять с теми книгами, что имелись в местной библиотеке. Хотя бы потому, что наблюдаемым звездам и созвездиям давно были даны эльфийские названия. И эти названия следовало перевести на русский язык. А с составлением Географического атласа имелись проблемы. Наверняка Хозяева Стихий знали почти все о своей планете. Но они знаниями делиться не стали. Поэтому пришлось копаться в эльфийских хранилищах, тщательно копируя лежащие в архиве карты.

Эти карты как раз и вызывали вопросы. Большинство земель были нанесены на карту эльфийскими мореходами. Но подробно отражены были в основном очертания побережий. Вглубь суши эльфы видимо не рисковали проникать, поэтому "белых пятен" было очень даже много. Ну а те места, где они все-таки побывали, были отсняты очень давно и сведения могли устареть. Возникли претензии и к качеству съемки. Была ли привязка хоть к какой-то системе координат? Всегда ли соблюдался масштаб? В какой проекции шло нанесение очертаний суши? Вопросы, на которые ему вместо ответа демонстрировалось снисходительное отношение к тупости существа второго сорта.

Что же, придется располагать тем что есть и от этого отталкиваться в дальнейшем.

Глава 4. Подозрения

Привыкшие к бесконечной жизни эльфы, какие-то пять лет не воспринимали как длительный срок. Они вообще не склонны были считать года. Спрашивать эльфа о его возрасте было бесполезно. Он как правило о таком пустяке даже не задумывался. Время как бы текло сквозь них, не оставляя ни малейшего следа в его внутреннем мире. Конечно, эльфийские летописцы выбивались из общего ряда. Они как раз считали года. Но делали они это по обязанности, а не по внутренней потребности.

Зато земляне, хоть и сменили телесную оболочку, настоящими эльфами так и не стали ибо их внутренняя сущность никуда не делась. Может быть со временем и они изменятся, но пока что они продолжали оставаться людьми хоть и с нелюдской внешностью. Привычки остались прежними. Поэтому Иваныч не очень приветливо встретил Вику, без всякого предупреждения явившуюся к нему вечером, да еще с кувшином яблоневки.

- Это что, намек? Если да, то на что?

- Командир, не будь занудой, - ответила Вика, доставая тем временем из ивовой корзинки глиняные стопочки, лепешки и заранее нарезанные куски мяса, - покушаться на твое вынужденное целомудрие я не собираюсь. Мне просто хочется поговорить с тобою о делах наших скорбных.

Командиром она его назвала вовсе не потому, что признавала его старшинство над собою и прочей компанией. Просто в ее понимании называть иначе бывшего служаку не стоило. Впрочем, на момент переноса она и сама носила погоны, только по другому ведомству числилась.

Из всех товарищей по несчастью, именно она вызывала у Иваныча антипатию, несмотря на приобретенную модельную внешность. Впрочем, одноклассники в большинстве своем тоже не очень ее жаловали. Исключением были Маришка да нынешний Викин муж Александр.

Насчет внешности отдельный разговор. В прошлой жизни Вика красотою не могла похвалиться. И даже просто симпатичной не была. Ее прежнюю внешность достаточно точно описывала фраза: "Я столько не выпью!" Поэтому личная жизнь у нее не сложилась. А раз так, то пришлось ей посвятить себя карьере, а для души завести болонку. Благодаря болонке она и поддерживала неплохие отношения с Маришкой. Как ни крути, но знакомый ветеринар в ее ситуации очень даже нужен.

Перенос на Иверион ее как и всех сильно потряс и заставил на короткое время поглупеть. Причиной глупости стала та потрясающая красота, которую ей подарила Ялмара. Не ей одной, остальные девчонки тоже стали выглядеть здорово, но она у повелительницы Стихии вышла лучше всех. Оценив себя со всех сторон, Вика начала строить глазки местным эльфам. Но тут ее постигло разочарование. Прекрасно осведомленные о происхождении гостей, эльфы воспринимали их как забавных зверушек и ровней себе землян не считали. И тогда Вика принялась охмурять парней, но оказалось, что у ее одноклассниц имеются свои планы на этот счет. В итоге, отношения с ними были испорчены. Даже Маришка долгое время с ней не хотела разговаривать. Попытка охмурить Иваныча окончилась ничем. Он прекрасно помнил истину: "Если красавица на... бросается...". И тогда она сошлась с Александром, на которого никто больше не претендовал. Особой радости ей это не принесло, но к тому времени помутнение мозгов прекратилось и она вновь воспринимала жизнь так, как воспринимала ее на Земле. То есть, стала искать возможность возвыситься над остальными. Пока что безрезультатно.

- У тебя дело какое или так, от скуки пришла?

- Серьезное дело у меня к тебе, - обшарив взглядом скромное жилище и не найдя иной мебели, Вика без всякого смущения уселась на скамью рядом с Иванычем, - кстати, мог бы и поухаживать за дамой.

Хмыкнув, Иваныч убрал со стола листы черновиков и разлил яблоневку по стопкам. Не произнося тоста, хлопнули по одной. Сразу было заметно, что гостье частенько приходилось иметь дело с крепкими напитками. Учитывая ее прежнюю службу в полиции, удивляться этому не приходилось. Как писал известный поэт: "Класс не запивает жажду квасом...".

Яблоневка оказалась очень даже неплохой. Учитывая мастеровитость Александра, удивляться качеству напитка не приходилось.

- Так что за дело у тебя ко мне?

- Понимаешь командир, думаю я, что местные хозяева хорошую лапшу на наши длинные уши вешают. Ведь что они нам говорят? Что нужны мы им для создания машинной цивилизации. Под это дело нам выделяют заброшенные земли и предоставляют полную свободу действий. Типа разрешают нам создать свое царство.

- И что здесь не так?

- Все не так. О создании технологий лучше меня Шурик растолкует. А я о своем, о женском. Как ты думаешь, сколько нам нужно потратить времени, чтобы из нашей горсточки возник хоть какой-то народ?

- Честно говоря, понятия не имею. Вернее, не считал.

- Давай тогда прямо сейчас посчитаем. Нас целых четыре пары и ты не пристроенный. Но это дело такое. Жену мы тебе где-нибудь да найдем. Значит, имеем пять семейных пар. Маришка говорит, а я ей верю, эльфийки лишь раз в сто лет способны завести ребенка. Причем, чаще всего одного. За тысячу лет мы родим пять десятков детей. Теперь считаем второе поколение. Имеем двадцать пять семейных пар. Учти, свободного выбора партнера у них не будет. И вступать в брак они станут не одновременно, а в разное время. Шурик мой посчитал и получилось, что за тысячу лет на свет появится аж 162 внуков. Плюс-минус конечно. Итого, за пару тысяч лет нас и двух с половиною сотен не будет. И что мы за это время наработаем?

Да уж, действительно вопрос. И если Вика не ошибается насчет репродуктивных способностей эльфиек, то проблема та еще. Разлив еще раз по стопочкам, Иваныч молча чокнулся с гостьей и пережевывая закуску прикидывал, нет ли ошибок в расчетах. Результат получался близкий к озвученному.

- Да уж. Хорошую задачку ты задала подруга. Если все так, как ты говоришь, то хреновые наши дела. Мне часто приходилось работать в отрыве от цивилизации. А нам как раз дикое место и подсовывают. Какой там прогресс? На обустройство время потрать. Питание обеспечь. Одежда та же самая. Баб можно сразу не считать за работников. Вам кюхен-киндер и кирхен в постоянную заботу. Значит настоящих работников от силы сотня-полторы через пару тысяч лет. Едва хватит на несколько мелких мастерских. Какой уж там прогресс?

- Это я тебе еще не все выложила. Не будет у нас столько народу. Никак не будет.

- Обоснуй.

- Тут Маришка лучше объяснит, но и я для этого сгожусь. Она конечно ветеринар. Кошечками-собачками занималась, но при нужде и людей сумела бы лечить. Человек ведь та же зверушка для нее. И конечно же она и с эльфами не оплошает. Нас ведь учили тут целительству. Ну как учили? Были в этом деле дурами, стали чуть меньшими дурами. А Маришка нет. Она и правильные вопросы задавала, да и прошлые знания с опытом никуда не делись. В общем, кое в чем она разобралась. Понимаешь, магия магией, а биология биологией. В общем, по ее словам, не будет у нас стольких лет. И десятерых по лавкам не будет. Да и с жизнью бесконечной ничего не выйдет.

- Почему не выйдет? Здесь хватает эльфов, которые пять-шесть тысяч лет прожили.

- А вот тут и притаилась неувязочка.

Дальше пошла подробнейшая лекция о том, почему им столь долго жить не светит.

- Это мы дурни думаем, что жизнь на природе, в экологически чистых условиях способствует долголетию. Чушь все это. Чем ближе к природе, тем короче жизнь. Обычная ангина тебе ее укоротит. Войны можно не трогать. Смотрим чисто мирную жизнь. Кто такие эльфы? По большому счету зверушки лесные. А Маришка мне говорила, что на воле они долго не живут. И не только на воле. Те же домашние кошки. Кастрированные да стерилизованные живут дольше полноценных. Я честно говоря даже не знаю, если мужика кастрировать, он дольше проживет? Да ладно, не делай несчастную гримасу! Я пришла поговорить с тобою, а не кастрировать тебя.

Разговор становился интересным. При этом Вика внимательно следила за тем, чтобы вечерняя пьянка не останавливалась. Ну и на стойкость собеседника. Но тут нашла коса на камень. Иваныч хоть и никогда не злоупотреблял, но при случае мог сохранять ясность мысли даже осилив литр водки. Больше душа не принимала. Вика тоже показала себя стойким борцом с "зеленым змием". Но тут был один интересный момент. Опыт Иваныча говорил о том, что женщину трудней напоить, нежели мужика. Но зато спиваются они быстрей. Пока что тревожные симптомы не наблюдались.

- Понимаешь командир, - а вот язык у нее уже заплетается, - не должны эльфы долго жить в естественных условиях. Но живут. А за счет чего? За счет магии. Иверион каким то образом генерирует поле, которое можно называть магическим. Местные живые организмы обладают способностью аккумулировать магии внутри себя. Эльфы отличаются от прочих разумных тварей тем, что способны больше этой самой магии запасать.

Войдя в раж, Вика не забывала в ходе разговора продолжать опустошать кувшинчик, а Иваныч по возможности пропускал тосты, продолжая внимательно слушать.

- На что тратят запасенную энергию наши "зверушки"? На две вещи. На поддержание жизнедеятельности организма и на обеспечение безопасности. То есть лечение хворей и всякого рода боевые заклятия. Только природу не обманешь. Организм со временем изнашивается. Болезни переносятся все тяжелей и тяжелей. Поэтому на решение первой задачи тратится больше энергии, чем на все остальные. Значит нужно что? Правильно, новые аккумуляторы. Это уже не Маришка, а Сашок мой просветил. И он прав. Помнишь, нам про всякого рода амулеты рассказывали? Их не только эльфы делают.

Про амулеты им действительно рассказывали. И даже учили простейшие делать. Правда, предупреждали о том, что универсальных амулетов на все случаи жизни не бывает. Амулет - это специализированный инструмент. К тому же, кратковременного действия. Применил, получил желаемое, заряжай по-новому. И их на все случаи жизни не напасешься.

- А теперь тебе вопрос: Почему имея превосходную науку, недоступные прочим обитателям Ивериона технологии, выдающиеся способности в деле использования магии, эльфы так и не стали господствующей расой?

Хороший вопрос. И действительно, почему? Первое что пришло Иванычу в голову, так это то, что враги их тупо давили числом. В самом деле, если эльфийка рожает раз в сто лет, а человеческая женщина способна давать жизнь потомству хоть каждый год, то преимущество людей очевидно. Люди могут себе позволить неравноценный размен. А эльфы нет.

Что еще? Магия! Она в этом мире по сути дела является аналогом боеприпасов. Какие бы убойные заклятия не применялись на поле боя, истощение наступит рано или поздно. А без магии, эльфийский воин не сильно превосходит человека. Но тогда эльфам противопоказаны длительные войны, а если верить здешним хроникам, эльфы их вели десятилетиями и при этом, редко терпели поражения. И все-равно настоящей победы не было. Темного властелина смогли одолеть лишь при помощи Повеклителей Стихий. А в обычных войнах? Да тоже, особых успехов нет. Побед много, а территория обитания потихоньку уменьшалась. Правда, несколько последних веков территориальных потерь не было, особенно после того, как заключили союз с мирийцами, которые и стали основным "пушечным мясом" последних войн. Хотя и войн уже давненько не было. Людские державы сейчас воевали в основном между собой. Иногда кошмарили орков. Время от времени пытались захватить гномьи твердыни. Но с гномами у них ничего не вышло.

- Ты Иваныч, правильно рассуждаешь, но есть еще один момент. Одолеть эльфов в их рощах не удалось никому. А почему? Да потому, что каждая роща является многофункциональным сверхамулетом!

- Сама придумала или подсказал кто?

- Сама, все сама, хотя и подсказывали мне немало. Совсем уж меня за блондинку не держи.

- Да какая из тебя блондинка? Волосы русалочьи, да глаза кошачьи. Не тянешь ты на блондинку.

- А вот внешность мою не трогай. Самому ведь нравится.

Итак, Вика права. Коль рощи способны накапливать гигантское количество энергии, то штурмовать их имея одно лишь холодное оружие да слабенькие заклятья, все-равно что связываться с ядерной державой. Испепелят уже на подходе.

- И все-равно не сходится. Ладно, пусть маленькая рождаемость не позволяет вести длительные войны. Но ведь имея сильную защиту, живую силу со временем можно и накопить.

- Теоретически можно. Но ты не учитываешь еще один момент. Износ тела. Ничего в эльфийском организме вечного нет. Все органы тела вырабатывают свой ресурс. Маришка это точно узнала. Сколько не лечись, но смерть наступит. Предельный ресурс - пара веков. Но если в твоем распоряжении огромные запасы магии, то можно запустить процесс регенерации отмирающих органов. Что эльфы и делают. Может быть они и не сразу до этого дошли. Как ни крути, а без развитой науки такое не получится. Тем не менее это произошло и продлять себе жизнь они научились. Чему не стали учить нас. А это значит мой дорогой собутыльник, что мы тут протянем не более пары сотен лет. И демография у нас будет очень скромной. А теперь проводи меня до дома и хорошенько перевари сказанное мною.

Здешние эльфы были знакомы с алкоголем. Но это были слабоградусные напитки, полученные брожением. Ничего похожего на продукты дистилляции они не потребляли. Хотя этанол использовали для приготовления разного рода лекарственных препаратов. Но и свои воистину божественные вина эльфы потребляли умеренно. Поэтому сколько нужно в них влить, чтобы свалить с ног, никто из землян не знал. Сейчас Иваныч получил первый опыт такого рода. Триста грамм на человека да с закуской, сильно ни в голову, ни по ногам ему не ударило. Зато Вике этого хватило. Язык уже заметно заплетался, а походка была нетвердой. Поэтому провожать ее в любом случае пришлось. Встретивший их Александр принял благоверную из рук в руки, не показав при этом ни удивления, ни недовольства.

Вернувшись домой, Иваныч прибрал со стола, сполоснул посуду и пошел спать. Несмотря на выпитое, сон никак не шел. Слишком важным было то, о чем поведала ему незваная и нежданная гостья. О том, что им дали новую жизнь вовсе не из соображений гуманизма, землянам было ясно с самого начала. Да и Повелители Стихий не скрывали того, что их собираются использовать в своих целях. Но теперь, после того, что сказала Вика, возникли сомнения в правдивости слов спасителей. Не может того быть, что они не знали о свойствах организмов эльфов. Конечно, сотворив для землян новые тела, Ялмара немного отклонилась от канона и внесла некоторые изменения. Различия были видны невооруженным взглядом. Они превосходили местных эльфов статью, силой, выносливостью и быстротой реакции. Но магические способности не превосходили таковых у здешних людей. Интеллект остался таким же, каким и был. Но это объяснимо. Хозяевам Ивериона требовалось в первую очередь содержимое их мозгов. А потому Ялмара не стала тут ничего менять.

Позже, им объяснили, что бросающиеся в глаза отличия от местных обитателей, соответствуют задуманному. По "легенде", они родились в другом мире и попали на Иверион в результате катастрофы, повредившей из звездную ладью. Забавным было то, что за таковую выдавали вагон электрички. Вагон этот потихоньку использовался Александром в качестве источника металла для тех изделий, что он изготовлял в своей мастерской. Как он подошел к делу, заслуживало всяческих похвал. И если фанаты Толкиена обязательно начали изготовлять оружие и доспехи, то Александр решил иначе. Первым делом нужны рабочие инструменты. Ибо для постройки на новом месте жилья плотницкий инструмент нужней мечей. Поэтому не тратя зря времени, Сашка после занятий уходил в свою мастерскую и работал в ней допоздна.

Повезло им с ним. Работая мастером в инструментальном цехе, он много чего пропустил через свои руки, осваивая на практике разнообразные работы с металлом. При этом он не стеснялся учиться у работяг. Зачем ему это было нужно? Да нравилось ему работать с металлом. Работал он при этом не один. В добровольных помощниках недостатка не было. Все-таки сюда попали не наивные юнцы, а люди пожившие, имеющие достаточный жизненный опыт. Проявили интерес и женщины. Они конечно не стремились освоить навыки токаря или молотобойца. Просто им требовался свой инструмент. Маришка не слезла с умельца до тех пор, пока не получила от него набор хирургических инструментов. Помимо этого, женщины желали иметь разного рода швейные иглы, наперстки, ножницы, щипчики и кухонную утварь. Уровень изготовления был не заводской, но вполне приличный.

Программа обучения тоже не вызывала нареканий. Как ни крути, но эльфы из них были никудышные. Поэтому во избежание проблем в будущем, пришлось осваивать множество специфических для выходцев из 21 века умений. А заодно и над материальным подтверждением своей "легенды". Хозяева этого мира согласились с тем, что раз чуждость пришельцев не получится скрыть, значит ее нужно подчеркнуть. Поэтому против русского языка они ничего не имели. А для общения с наставниками хватало и своего рода пиджин-эльфийского языка, который на Иверионе служил универсальным средством общения. Что касается языка настоящих эльфов, то с ним начала разбираться Нинка, в прошлой жизни учившейся на филолога. Привычка учить языки ее и здесь не подвела. Язык Высоких Эльфов она освоила, хотя и не в совершенстве.

- Не получается его освоить как следует, - оправдывалась она, когда взялась переводить тексты на этом языке, - слова конечно выучить несложно, но с построением предложений сущий кошмар. Одно и то же предложение может иметь дюжину разных смыслов. Все дело в интонационной составляющей. Чтобы правильно использовать интонации, нужно знать множество мелких обстоятельств их жизни. В общем, это язык малоразличимых для нас намеков. Понять, где тут безобидный юмор, а де ядовитая издевка, не для наших умов. Может быть лет через триста мы все это осилим, но только при частом общении, чего нам никак не светит.

Помимо языка общения, проблема была и в том, что нормального понимания с теми же наставниками никак не удавалось достичь. Те добросовестно их учили, но всякий раз едва уловимым намеком давали понять о своем истинном отношении к пришельцам. Рассчитывать на то, что и за пределами Запретной черты прочие эльфы к ним будут относиться иначе, не приходилось.

"Кстати, Атандил поминал каких то Диких эльфов. При этом его коробило о самом упоминании их. Кто это такие? Чем отличаются от прочих эльфов? Нужно будет Нинку напрячь. Пусть пока есть возможность покопается в местных хрониках".

Ведь действительно странно. О людях им достаточно подробно рассказывали. То же самое касалось и орков с гномами. А о том, что есть какие то иные эльфы, молчали до последнего. Да и то, упомянули нехотя и лишь потому, что без этого было не обойтись.

"А ведь вариант! Кто его знает, чем не угодили Высоким эти самые Дикие, но пытаться установить контакт с ними нужно. Если нормальными окажутся ребятами, то плюнув на мнение Высоких, можно заключить союз. Я даже знаю что им предложить. А коль такое же дерьмо как и Высокие, то будем иные варианты искать".

Глава 5. Беглецы

Эта зима принесла эльфам Восходных лесов не только обычные для этой поры заботы, но и немалые тревоги. Как только земля укуталась снегом, а реки и озера сковал лед, наворопники из рода Ольхи принесли весть о том, что из Складона вышли ватаги вольных егерей. Ничего хорошего для рода Ивы эта весть не обещала. Придется откочевывать на восток к тайному укрывищу рода, давным-давно обустроенному в непролазных горных лесах Загроса. И торчать им там до весенних паводков, когда даже самые настойчивые из егерей перестают рыскать в поисках добычи.

Наворопники – разведчики

Не только род Ивы сейчас собирается в путь. Все ближайшие к их угодьям роды готовятся к откочевке. Потому что с вольными егерями шутки плохи. Так-то они в основном зимой промышляют пушного зверя, а летом охотятся на речных драконов. Но не приведи Создатель, если их пути пересекутся с эльфийскими! Тут они враз забудут и про пушнину и про драконьи шкуры. Потому что ловля эльфов намного выгодней. Продажа на рабском рынке даже одной эльфийки приносит такую большую прибыль добытчикам, что можно до следующего года не ходить в леса.

Эльфийки - редкий товар и стоят очень дорого. Их очень любят покупать правители стран Юга. Не только правители. Просто богатые южане тоже не против заполучить в свой гарем красавицу-эльфийку. При этом, возраст наложницы для них не имеет значения. Такая покупка всегда считалась выгодной, ибо долгоживущие девы веками сохраняют свою молодость и красоту. Но не только гаремы ждут пленниц. Хозяева непотребных домов охотно покупают живую добычу. Не только женщин. Есть и те, кто предпочитает мальчиков. Потому и бегут обитатели леса прочь от ловцов. Ну а коль не получается убежать, то отчаянно дерутся, предпочитая славную смерть позорному рабству.

Род Ивы невелик. Глава рода с супругою, старший сын с невесткою, младший сын и две дочери. Вот и все, что осталось от прежде немалого рода. Пять веков назад, на поляне у Матери Ивы собиралось почти три сотни родовичей. В те далекие времена вряд ли кто осмелился без спроса нарушать границу охотничьих угодий и охотиться на них как на диких зверей. Если бы не предательство западных эльфов.

- Ири! Кати! Вы собрались?

- Да матушка, мы готовы! - мгновенно отозвались дочери.

- Тогда в путь! Я иду первая, Лари за мной, а вы следом!

Лари - это невестка. И то, что матушка определила ей место позади себя, но впереди дочерей, имело свой смысл. Лари чревата двойней и ее нужно тщательно оберегать. Отец с братьями сейчас их не сопровождают. Они вышли на поиск, чтобы определить, куда на самом деле идут егеря. В любом случае они должны догнать женщин и присоединиться к ним.

Женщины шли не медленно, но и не быстро. Как раз таким ходом, который и позволяет им уйти достаточно далеко и при этом не сильно устать. Небо было ясное, а снег еще не слежался. Именно это и огорчало путниц. Вольные егеря в лесу не теряются. Есть у них и охотники хорошие, и следопыты искусные. В летнюю пору не им состязаться с эльфами в искусстве чтения следов. Хотя выслеживать добычу по чернотропу они умеют. Но сейчас зима и как назло чудесная погода. Никто еще не сумел спрятать свой след на снегу. Лыжня долго будет выдавать их поимщикам, если те вдруг наткнутся на нее. И ничего тут не сделаешь. Кати уже предлагала заметать за собою след, но ей объяснили, что даже не очень опытного следопыта это не собьет с толку. Наоборот, только подстегнет желание проследовать за тем, кто явно чего-то опасается. Оставалось только досадовать на то, что по всем приметам в ближайшие несколько дней не будет даже самого паршивого снегопада.

" А лучше всего, чтобы следы наши замела пурга, - размечталась Ири, - неужели Духам Стихий трудно устроить хоть какой-нибудь снегопад? Да нас бы и сильная метель устроила. Мы, в отличии от хумансов, способны не терять направления даже с закрытыми глазами".

Мысли о метели не покидали ее весь день. Но видимо Духи Стихий не услышали ее желания. День продолжал быть ясным и безветренным, а облака на небе не грозили снегопадом. Ближе к вечеру они вышли на намеченную для ночлега поляну. Костер решили не разводить, ибо неизвестно было, что их ждет в ближайшее время. Ужинали дорожными лепешками, которые запивали древесным соком из фляг. Спать не пришлось, ибо спустя два часа их догнали отец с братьями. Ничего хорошего они с собой не принесли.

- Хумансы вышли на наше стойбище через три часа после вашего ухода, - "обрадовал" их отец, - двадцать девять хумансов. Двенадцать осталось обыскивать стойбище, а остальные двинулись по вашему следу. Сейчас они в часе ходьбы от нас.

Вот так! Об оставленных в ухоронках запасах можно уже не вспоминать. Искать тайники вольные егеря умеют прекрасно. Ничего ценного для себя они не найдут. Запасы еды и звериных шкур им не очень интересны. Но разорить не откажутся. Значит весной придется жить впроголодь. Да и возвращаться на прежнее место не стоит. Но это еще не самая плохая новость. Плохо то, что хумансы идут по следу и вряд ли с него собьются. Ведь лыжню на снегу быстро не спрячешь. Отдыхать сегодня не придется. Погоня слишком близка. Одно хорошо, даже егеря по ночам в лесах не ходят. А уже темнело. Наверняка они сейчас расположились на ночлег, но если поймут, что добыча близка, могут и ночь не поспать. А потому, в путь! Нужно уйти как можно дальше, тогда может быть погоня и отстанет.

Не споря с главой рода, все заняли оговоренный походный порядок и двинулись в путь. Теперь первым шел отец, а замыкал движение старший брат. Тьма ночная им не помеха, ночью эльфы видят немногим хуже чем днем. Сил еще хватало и даже ночной марш ненамного их уменьшил. Так и шли всю ночь. А когда начало светать, отец объявил привал. Отдохнув пару часов, продолжили движение. Вечером опять привал, короткий отдых и снова в путь. На третий день начала сказываться усталость. Поэтому, в надежде на то, что преследователи намного отстали, устроили ночевку. Утром стало ясно, что надежды были напрасными. Преследователи оказались упорней, чем думалось вначале.

- Если они хорошо читают следы, то они уже поняли, сколько нас и кто есть кто, - невесело сказал брат.

- Тург, а почему ты решил, что они смогли это определить? Мы ведь шли друг за другом и никто не покидал лыжню? - поинтересовалась Лари.

- Лыжню никто не покидал на переходе, это верно. А на стоянке? Тут каждый ходил сам по себе. По следам на стоянках и сочли нас. Поняли, что нас семеро. Трое мужчин и четыре женщины, - ответил вместо Турга отец.

Да уж, если они это поняли, то теперь ни за что на свете не отстанут. Даже одна эльфийка способна вознаградить за все потраченные усилия. А уж если их четыре и хумансы это поняли... Нет, ни за что не отвяжутся.

- Отец! Может быть устроим им засаду? - внес предложение Тург, - женщины пойдут дальше, а мы заставим их побегать за нами.

- Нет, сын мой, не получится так. Их слишком много. И оружие у них лучше нашего.

Глава рода был прав. Те луки, что были у женщин, годятся только для охоты на мелкую дичь. Их стрелы с костяными наконечниками не подойдут для боя. Если только в упор стрелять. Боевые луки лишь у отца и братьев. Но все стрелы с каменными наконечниками. Тот кожаный доспех, что как правило носят егеря, они пробьют лишь шагов с пятидесяти. Но на этой дистанции безнадежно навязывать бой. Двоих-троих они успеют убить, а затем егеря нашпигуют их стрелами. Их стрелы, в отличии от эльфийских, имеют железные наконечники. На таком расстоянии их меткость ничуть не хуже эльфийской. Тем более, что брать мужчин в плен егеря не станут. Принимать рукопашный бой тем более не стоит. Копья с наконечниками из кремня да такие же ножи уступают железному оружию. Да и не справятся они вдвоем с такой толпой. Убьют их и даже не вспотеют. А потом вновь пустятся в погоню. Так что ничего другого кроме бегства, роду Ивы не оставалось.

И снова путь по заснеженным лесам. Теперь вся надежда была на ту выносливость, которой от рождения обладали эльфы. Сколь бы выносливы не были егеря, но при длительной погоне они первыми должны вконец обессилеть. А пока что увеличить разрыв удавалось с большим трудом.

- Отец, а как они смогли сократить разрыв? - поинтересовалась Кати, - ты ведь говорил, что хумансы ночью в лесу бродить не станут. За ночь мы далеко уходим от них. Ну не могут они в течении дня пройти столько, чтобы догнать нас!

- Значит они и ночами шли.

- Но как такое может быть?

- Может, если они наняли орков. Эти твари видят ночью не хуже чем днем.

Настроение подобное открытие не улучшило. Люди конечно враждуют с орками, но иногда и союзничают с этими порождениями Тьмы. Союзы эти не бывают прочными, но бывают. На пятые сутки бегства, начала сказываться усталость. Сильнее всех устала Лари. Ей через пару месяцев приспеет рожать, а нерожденные еще дети забирают у матери много сил. Она и так старается не быть обузой, но вот-вот станет ей. А бросать ее нельзя. Нет такого в Лесной Правде закона, чтобы своих оставлять на произвол судьбы. Ири и Кати и так уже освободили ее от всяческой ноши и Лари идет налегке. Но сколько она еще выдержит?

- Кажется, Духи услышали наши просьбы, повеселевшим голосом сообщила мать, указывая на линию горизонта.

Там, куда она показывала, была видна темно-серая полоса, пока еще далекая.

- Если ветер не изменится, то часа через три будет буран, - добавил отец.

Новое обстоятельство как будто добавило эльфам сил. Еще три часа и они спасены! Правда эти три часа нужно еще прожить. Мглу на горизонте скоро заметят и преследователи. А заметив, поймут что метель скроет следы и добыча сможет ускользнуть. Значит и они рванут что есть сил. Иначе все их усилия будут напрасны. Конечно, могут и у них оказаться слабаки, не выдержавшие напряжения погони. Но они могут себе позволить оставить ослабевших, оставшихся в любом случае хватит для задуманного. Как назло, начался затяжной подъем и скорость заметно уменьшилась. А еще Лари тяжело дышала, идя из последних сил. Из за этого преследователи заметно сократили дистанцию. Правда, им тоже предстоит идти на подъем, но пока эльфы не выйдут на седловину, погоня отставать не станет. И все-таки подъем закончился, а дальше пошел спуск. Бежать стало легче и самое главное - начали падать первые снежинки.

- Лари, продержись еще немного, хотя бы час!

Лари держалась, хотя по ее виду было понятно, что еще немного и она потеряет сознание. Тем не менее, удача не отвернулась от беглецов. Усилился ветер и снег пошел сплошной стеной. Метель с каждой минутой становилась сильней и следы начали заметаться на глазах.

Как только закончился спуск, отец внезапно свернул влево, меняя направление бегства. Зачем он это сделал, понять было нетрудно. Поимщики, видимо неплохо знали здешние края и давно сообразили, куда именно стремились уйти эльфы. Сейчас из-за метели они не смогут найти след. Идти верным путем непогода им не позволит. Но не все для них безнадежно. Переждут непогоду и продолжат путь уже неспешно. Чтобы продолжить охоту в Загросе, где не так уж много мест пригодных для житья. Видимо отец решил там вообще не появляться. Но куда он в таком случае ведет их?

- Перейдем через Приморский хребет и выйдем на берег Моря Тьмы, - ответил он на никем не заданный вопрос.

- Орис, но ведь эти места прокляты Духами, - подала голос мать, - я не слышала, чтобы кто-нибудь туда откочевывал.

- Духи никого кроме Неназываемого не проклинают навечно. Со временем проклятье их теряет силу. А те края они проклинали давно. Наверняка там много чего поменялось к лучшему. И уж лучше там зимовать, чем добровольно лезть в лапы хумансов.

Никто с отцом спорить не стал. Потому что особого выбора им судьба не предоставила. Путь в Загрос - это путь в ловушку. Свернуть на юг можно, но там в эту пору рыщут другие ватаги хумансов. А Лари нужно где то родить детей и выкормить их в спокойной обстановке. Путь на север - путь в неизвестность. Никто не знает, что там происходило после Войны Рас и возможно ли там жить сейчас. Оставалось только проверить все самим. Приняв это как неизбежность, маленький отряд продолжил путь.

Последние десять дней похода были нелегкими. Сперва шли сквозь метель, преодолевая Приморский хребет, а затем был не менее сложный спуск с него. Одно хорошо, что не требовалось бежать и можно было без опаски развести костер. Дважды братья ходили на охоту и оба раза удачно. Эти горы не были необитаемыми, кое какая живность тут водилась. Те же дикие козы. Поэтому голод им не грозил. Любой путь рано или поздно заканчивается и в один не слишком прекрасный день эльфы вышли к берегу моря. Того моря, о котором все слышали, но у которого никто до сей поры не был. Теперь здесь предстояло жить до весны, а может быть и постоянно.

Началась спокойная и вместе с тем нелегкая жизнь на новом месте. Отдыхать никому не пришлось, особенно после того, как Лари наконец родила двух мальчиков. Им пока что не дали никаких имен. По обычаю, наречение имени должно произойти перед ликом Старой Ивы. Но к ней они придут только весной, когда Восходные леса наконец то покинут ватаги вольных егерей.

Тем не менее, рождение мальчиков было воспринято как радостное событие. Рано или поздно, но мальчики станут мужчинами. А чем больше в роду мужчин, тем крепче род. А девочки... Что девочки? Ту же Ири и Кати со временем просватают и они уйдут из рода, а на их место придут очередные невестки. При этом, от невесток больше толку чем от дочерей. Невестки дадут очередное прибавление роду и если родят мальчишек, то род станет еще крепче. Главное - сохранить имеющихся детей. Это очень трудно сделать, особенно если приходится постоянно убегать и прятаться.

- Орис, а может не стоит этой весной возвращаться домой? - однажды спросила отца мать, - наречение имени дело важное, но обычай не говорит о том, что это должно произойти в тот же год после рождения. Пусть дети немного подрастут, начнут ходить...

- Я понимаю тебя Нари. Ты хочешь хотя бы несколько лет спокойствия. Но давай не будем сейчас решать окончательно. Как начнет таять снег, я с Тургом схожу к стойбищу и посмотрю, что там изменилось за зиму. А потом станем решать.

День шел за днем. Они постепенно освоились на новом месте и желание покидать его с каждым днем уменьшалось, особенно у женщин. Но и отец был прав: оставлять без пригляда родовые святыни не стоило. И когда в воздухе запахло весной, он вместе со старшим сыном покинул новое убежище. Они отправился на юг, оставив женщин на попечение Сурга.

Временная потеря большинства кормильцев ничуть не сказалась на благополучии оставшихся. Запасы мяса еще оставались, а на съедобную мелочь могли охотиться и Ири с Кати. Мог бы ходить на охоту и Сург, но ему хватало забот с обустройством стойбища. Кто знает, придется ли возвращаться на старое место? Всяко может случиться, что временное пристанище окажется постоянным. Потому Сург и справлял мужскую работу, достраивая затеянное на новом месте жилище. Правда, к концу подошли лепешки, а новые испечь было не из чего, но с этим можно было не спешить. Если в оставленных ухоронках хоть что-то осталось ценного, то поменять у гномов тот же озерный жемчуг на муку, труда не составит.

- Знаешь Кати, я что то не хочу возвращаться на старое место. Не лежит у меня к этому душа.

- Но Ири, там наш дом!

- Какой это дом? Из которого мы каждый год убегаем? А мне надоело постоянно убегать и прятаться! И все это потому, что мы слабы. А я хочу обрести такой дом, к которому враг побоится приблизиться.

- Где ты его найдешь? Разве что в Гептархии. Но это счастье не про нас.

Кати была права. Нет в Восходных лесах сильных эльфийских родов. Можно выйти замуж и перейти тем самым в другой род. Ничего это не изменит. Они будут точно так же бегать и прятаться, надеясь, что когда-нибудь эльфов станет столько много, что они смогут дать настоящий бой своим врагам. Только когда это будет? Вольные егеря именно тем и заняты, что не дают им размножиться до нужной степени. И дело не только в числе воинов. Восходные эльфы давно утратили мастеров, способных делать железные вещи и потому нет у них ни хорошего оружия, ни крепких доспехов.

Правда, есть на западе целых семь сильных эльфийских королевств, которые соседи опасаются трогать. Но обращаться к правителям Гептархии за помощью опасно. Восходников там давно прокляли и даже истребляли. Так что ничего хорошего их и там не ожидало.

Когда окончательно сошел снег, вернулись отец и Тург. Никаких добрых вестей они не принесли.

- Нет нашего стойбища более.

Вечером, когда весь маленький род собрался у нового домашнего очага, глава рода рассказал подробно о том, что увидел и узнал во время разведки. Те постройки, что были, теперь заняты хумансами, которые никуда не ушли, а заняты постройкой острога. Это было что-то новенькое. Раньше, совершив набег, хумансы возвращались в свои владения. Никаких построек они после себя не оставляли. Более того, они и эльфийские строения сжигали. Но сейчас что-то поменялось в их планах.

- Наше место сейчас занимают не егеря, а какие-то другие хумансы. Это мы сразу поняли. Не те повадки.

Проверять ухоронки Орис с Тургом не стали. Все было ясно и так. Егеря так тщательно искали, что в итоге без добычи не остались. Но огорчило всех не это. Добро - дело наживное. Плохо было то, что враги погубили Старую Иву. Просто срубили да так и оставили гнить. А как теперь жить? Род, потерявший Старое Дерево обречен на вымирание. Поэтому отец с братом не успокоились, пока не раздобыли черенки от Младшей Поросли. Это давало хоть какой-то шанс на выживание. Правда, о заклятиях исцеления придется надолго забыть. Пока саженцы приживутся и войдут в силу, много чего произойдет. Не всякую болезнь вылечишь одними травами. Но если взрослые могут многие болезни и на ногах перенести, то новорожденных придется очень сильно беречь. Их может свести в могилу даже слабая хворь.

Орис не ограничился одной лишь разведкой старых угодий. Вместе с сыном он навестил и соседей. И тоже ничего хорошего не узнали. Род Ракиты прекратил существовать полностью. Они жили ближе всех к хумансам и их смогли застать врасплох. Сколько полегло в бою, а сколько попало в рабство, никто из соседей не знал. Знали только, что уйти от нападавших никому не удалось, а Старая Ракита точно так же рухнула под топорами егерей. Род Ольхи уцелел и даже смог вернуться на свое стойбище. Но потери понес. Род Дуба никуда не бежал. За день до нападения у них остановились гномы, путешествующие по торговым делам. Поэтому сил для отпора хватало. Гномьи топоры в сочетании с эльфийскими стрелами сильно не понравились егерям и они убрались восвояси. Но и тут не обошлось без потерь.

- Погибли Морис из Рода Ольхи и Карас из Рода Дуба.

Услышав это, мать и невестка охнули сочувственно глянули на Ири и Кати. А те, как только осознали сказанное, поникли головой. К бедам общим добавились беды личные. Год назад, старшие рода сочли, что девочки вошли в возраст девушек и к ним можно свататься. По этому поводу был устроен праздник, на который приглашены были старшие матери соседних родов. После проведения обряда, девушки звались прежним домашним именем лишь в роду отца. Для прочих они стали зваться Ири-Най и Кати-Най. Обретенный добавок к имени всем знающим говорил о том, что к ним можно свататься. Называться новыми именами им предстояло недолго. Если бы не зимнее нашествие хумансов, то этой весной сестры были бы просватаны за Мориса и Караса. Кто и кому будет суженым, определять не девушкам. Обычай не запрещал спрашивать мнения будущих женихов и невест, но делалось это в кругу семьи, а не при проведении обряда сватовства. Чаще всего, кому и с кем жить решало Собрание матерей, куда даже мужчинам ходу не было. Насчет Ири и Кати еще ничего не решили. Просто не успели созвать собрания, а теперь в их честь и не соберут.

После того, как матери приходили к единому мнению, официальное предложение делал отец жениха при проведении обряда сватовства. Как правило предложение принималось родителями невесты. Случаи отказа были на памяти, но очень редко. И опять, согласие или отказ давали отцы семейств. Молодым при этом полагалось молчать и исполнять волю старших. После сватовства, девушкам меняли имя, чтобы всякому интересующемуся было ясно, что она уже просватана. Случись сватовство, сестер стали бы звать Ири-Шай и Кати-Шай. Но при этом они продолжали жить в доме своих родителей и готовиться к свадьбе и переходу в род мужа. После свадьбы, среди прочих перемен их ожидала смена как родового, так и личного имени. И если о родовом имени знали заранее, то личное имя придумывал жених, о чем торжественно сообщал при проведении свадебного обряда. А как назовет, это было его личное дело. Все это так, но теперь ничего подобного сестрам не угрожало.

Восходные эльфы делились на семь десятков родов. Каждый род при этом являл собою небольшую семью в которой жило не более пары-тройки поколений. Много веков назад это было не так, но изгнание и постоянная охота на них свое дело сделали. Численностью, как и единством их народ похвалиться не мог. Со временем вступать в брак приходилось с теми, с кем и так были в родстве. Матери следили, чтобы это родство не было слишком близким. С каждым разом выбор становился все труднее и труднее ибо из-за набегов чужаков, численность народа не росла. Морис из Рода Ольхи и Карас из Рода Дуба оказались единственно возможными женихами для Ири и Кати. Остальные юноши были слишком близкими родственниками. И вот теперь, с гибелью женихов, сестрам замужество не светило. Теперь до конца дней своих они не выйдут из рода отца и не подарят потомства своему народу.

Осознав это, Кати не сдержалась и заплакала. Ири была более сдержана, но и она с большим трудом удержалась от слез. Никто не стал их утешать, потому что словами утешения горя не избыть. Их просто оставили в покое. Весь день сестры ходили как в воду опущенные. Никакая работа в этот день в их руках не ладилась. Видя это, мать не стала их ни в чем упрекать. А когда пришло время сна, они не стали спать в общем доме, а ушли вглубь пихтовой рощи, подальше от глаз родни. Лежа на мягкой подстилке из опавшей хвои, сестры крепко обняли друг-друга и вволю наревелись. К утру, когда все слезы были выплаканы, они вернулись в стойбище к обыденным заботам ибо горе горем, а долг перед родом забывать не след. Хоть чрева их теперь и бесполезны, но руки их бесполезными от этого не стали.

Глава 6. Отплытие

Наступил тот день, приближения которого земляне ждали и с надеждой и с опаской. Все необходимое для дальнего путешествия и жизни на новом месте покоилось в трюме "Авроры". Конечно, по уму нужно взять с собою больше, но вместимость кораблика этого не позволяла. В предпоследний день, по настоянию девчонок, была устроена так называемая отвальная. То есть, прощальный ужин. Правда, те с кем следовало проститься в отвальной участия не принимали. Была мысль о том, что неплохо было бы пригласить на это мероприятие хотя бы наставников, но Андрей уговорил соратников не делать подобной глупости.

- Не стоит портить себе праздник. Вы ведь видите сами, что они нас за людей... пардон, за эльфов конечно, не держат. И что за удовольствие, смотреть на их вежливые рожи? Только момент портить. И вообще, я за один стол с ними не сяду.

Споров по этому поводу не возникло. Наставники действительно за равных себе землян не держали. А раз так, то обойдемся господа хорошие без вас. В конце концов, друзей или просто приятелей среди местных, так никто и не завел. Поэтому решили, что прощаться будут не с местными эльфами, а со своим временным пристанищем. Его как раз покидать было жалко. Хоть и неказистое было у них жилье, а как то сроднились с ним за пять лет. Жалко покидать его. Особенно женщинам. Они ведь не просто жили там. В силу своих возможностей и фантазии старались сделать свое жилье уютным. И ведь получалось это у них. А теперь все это бросать? Но пришлось. Потому как срок пребывания в гостях был заранее отмерен и озвучен и теперь хозяева дали команду "На выход!"

Внезапно выяснилось, что покидать обжитое за пять лет место совсем не легко. И не только стервозно-сентиментальным женщинам. Маленькая русская община умудрилась пустить корни на чужой для них земле. Хотя скорее не корни, а корешки. Но выдирать их, чтобы пересадить ростки новой жизни на новом месте без боли и сожаления не выходило. Взять к примеру празднование Нового Года. Привычное вроде бы дело. Ради этого женщины не слезли с Иваныча до тех пор, пока он не создал календарь. К счастью, особого труда это не составило. Местные хроники помогли управиться с этой задачей за неделю. Календарь конечно отличался от привычного ибо год на Иверионе продолжался ровно 360 дней. Поэтому все месяцы имели одинаковую продолжительность. С назначением дней недели пришлось помучиться, потому что произвольно их не назначишь. Но сообща справились и с этим. А итоге, во дворе напротив домов была высажена симпатичная ёлочка, которую ежегодно увешивали самодельными игрушками. Сами того не зная, земляне сильно дискредитировали себя в глазах Высоких эльфов. Только накануне отъезда, работавшая с эльфийскими свитками Нина узнала о том, что лишь презренные Дикие эльфы исповедуют культ деревьев. Причем, каждый род почитает свое дерево.

- Жаль, что раньше я этого не знала. А то бы посадила во дворе еще и березу и уговорила бы вас водить хороводы вокруг нее.

Да что деревья? Местным непонятны были и другие поступки землян, которые потеряв Родину, перенесли на Иверион дорогие для них праздники. В соответствующие дни они собирались за общим столом. 23 февраля женщины поздравляли мужчин, а 8 марта мужчины поздравляли женщин. Точно так же они справляли и Первое мая и Девятое мая. И почему то День Великой октябрьской социалистической революции. Не забыты были и религиозные праздники: Рождество, Пасха, Троица ... Правда, с Пасхой вышло что-то непонятное. Как вычислить, в какой конкретно день ее нужно праздновать, никто не знал. В итоге пришли к выводу, что боженька не обидится, если оторванные от родной церкви верующие установят фиксированную дату. Так и поступили.

Что касается веры, то тут дело обстояло забавно. Иваныч вообще был и остался убежденным атеистом. Прочие же, крестились в достаточно зрелом возрасте. Крестились не потому, что сильно уверовали, а следуя принципу: "Не помешает. А вдруг там действительно кто-то есть?" И на этом их участие в жизни церкви ограничилось. Разве что в особые дни посещали церковь, чтобы поставить свечку за помин души давно умерших родственников. Попадание в другой мир изменило их отношения с богом. А чему тут удивляться? При отсутствии рациональных объяснений произошедшего, человек склонен верить во вмешательство потусторонних сил..

Потребность в более частом общении с бого выросла. Сперва принялись срочно вспоминать Никейский символ веры. А заодно позаботиться о месте, где можно поставить свечку. На строительство храма не было ни сил ни времени, поэтому под моленную определили один из опустевших домов. Георгий, работавший в прежней жизни художником-оформителем, смастерил несколько икон. Точного канона и он не знал, но опять таки пришлось согласиться с тем, что бог не Яшка, знает кому тяжко и обид на своих чад держать не станет.

Как раз с иконами и произошло то, что на земле сочли бы за чудо. Дело было так. В один прекрасный вечер Нинке потребовалось излить душу без всяких свидетелей. Пошла она в моленную, поставила свечку ну и шепотом начала излагать свои проблемы. Стоило ей закончить, как внезапно и иконы, и она сама оказались в окружении чудного сияния. Впечатление было настолько сильным, что она не стала держать произошедшее в тайне и рассказала о нем всем.

- Как только окутало меня это самое свечение, так сразу на душе стало спокойно и радостно.

Пока слушатели переваривали услышанное, Нинка в подтверждении того, что рассказ ее не выдумка, трижды перекрестилась.

- Ниночка, только не нужно впадать в мракобесие, - заявил погрязший в материализме Иваныч, - никаких чудес с тобою не случилось.

- И что это по-твоему было?

- Вспоминай, чему тебя учили здесь. На Иверионе магия является не чудом, а свойством данного мира. Твой Георгий, когда создавал икону, вряд ли думал, что создает самый обычный амулет. Работал он с душой и потому крашенные доски получили от него какое то количество заряда. Ну и другие, когда молились, сколько то добавили. В общем, обычный аккумулирующий эффект. И вот приходишь ты, вся из себя расстроенная. Негатив с тебя так и прёт. Теряешь энергию. Вот иконы и среагировали на это. Переток запасенной энергии от них к твоему организму и в итоге исчезло ощущение дискомфорта. Так что молитесь хлопцы и дивчины чаще и искренне и будете в ладу с самими собой и окружающим миром.

Последние слова Иваныч произнес ироничным тоном, но народ сделал из сказанного свои выводы. Посещать моленную стали чаще. Чем спровоцировали очередной сарказм со стороны старшего.

- Вы это, осторожней с молитвами. Аккумулирующими свойствами обладают не только предметы культа. Другим предметам это тоже не заказано. Того и гляди, сотворите у себя под боком кого то вроде домового.

Зря он это говорил. Суеверию граждане тоже были подвержены. Очень скоро все стали на ночь оставлять миски с едой. При этом еда неизменно исчезала. Кто был виновником исчезновения: материализовавшаяся домашняя нечисть или самые обычные крысы, никто сказать не мог. Но миски ежевечернее наполняли от щедрот своих. Иваныч после недолгих раздумий решил последовать общему примеру. Не потому что стал суеверным.

- Если природа этого мира позволяет создавать разного рода магических тварей, то это стоит использовать в своих целях. Домовой? Пусть будет он. Если верить сказкам, существо это не злобное и о жилище заботится. А вы, господа хорошие не подумали о том, что хозяева могут мониторить то, что происходит внутри наших жилищ. Вот тут домовой и будет к месту. "Жучки" он может быть и не уничтожит, но создать помехи сможет.

После этих слов, народ стал вести себя осторожней, а домовым увеличили суточный паек. А незадолго до отплытия спохватился Валентин:

- Народ, а ведь оставлять домовых в опустевших домах, свинство великое. Вряд ли эльфы оставят дома в целости. Они им ни к чему. Возьмут да сожгут. И что будет с нашей мелкотой?

Раскинув мозгами, все пришли к выводу, что Валентин прав. Домовой привязан к жилью. А если уничтожить дом, то осиротеет бедняга. А осиротев, начнет злобствовать и пакости разные творить, постепенно превращаясь из доброй нечисти в злобную. Земляне конечно к тому времени будут так далеко, что их уже не достанешь. Зато местные рядом. Вот им и будут всячески пакостить. Недолго. Потому что много сил на то, чтобы уничтожить пакостников эльфам не требуется.

Пришлось напрягать память и вспоминать, что по этому поводу говорили бабушкины сказки. Пришли к выводу, что помимо необходимых вещей стоит забрать с собою и домовых. Георгий, который помимо того, что умел рисовать, недурно и по дереву резал, изготовил пять маленьких, непохожих друг на друга домиков, которые и стали жильем для достойных представителей маленького народца.

Теперь иконы, церковная утварь и домики были хорошенько упакованы, да обрели свое место в среди прочего имущества в трюме "Авроры". А с отвальной немного переборщили. Как всегда во всем были виноваты водка и бабы. Бабы, как это у них водится, готовили столько, что и целой роте не съесть. Оставлять не съеденное душа не велела, поэтому аппетит повышали яблоневкой. Управились, но утром еле встали. "Похмелятора" заранее никто не припас, поэтому выгоняли похмелье потом, с помощью интенсивной гимнастики. По-другому никак. Когда наконец всем полегчало, умылись, присели на дорожку, да пошли к пристани, где их давно ждали.

Вот и настал момент настоящего расставания с временным пристанищем. Отдали швартовы, подняли паруса и кораблик охотно, даже радостно начал свой путь. Точно так же охотно и радостно свалила причальная команда, даже не помахав руками на прощание и не пожелав доброго пути.

Сперва шли курсом на юг вдоль берега и через два часа показались первые строения главного города Высоких эльфов. Магия Благословенных Земель или просто совпадение, но ветер был попутным, а потому все кроме рулевого в данный момент были не заняты. И конечно не отказали себе в удовольствии поглазеть на местные чудеса градостроительства. Солнечная Гавань, как называлась столица Высоких Эльфов, стоил того, чтобы ей любовались. Первое, что сразу привлекало внимание - точеные башни маяка и створных знаков. Прочие строения тоже стоило посмотреть и желательно вблизи. Но и издали непохожие друг на друга здания, расположенные на пологих склонах прибрежных холмов, радовали глаз своей соразмерностью, изяществом и отсутствием аляповатости. Дополнительным украшением города были многочисленные сады и парки. Корабли, стоящие в гавани, были неотъемлемой частью городского пейзажа. Даже с убранными парусами, они казались прекрасными лебедями, готовыми вот-вот оторваться от водной глади и взлететь.

Лишь одному из землян было не до любования красотами. Стоящий у руля Иваныч ловил момент когда произойдет совмещение шпилей маяка и створного знака, стоящего на одном из холмов. Как только это произошло, отдал команду:

- Внимание! Приготовиться к повороту! - и когда мужики разбежались по местам, скомандовал, - восемь румбов влево!

Смена курса произошла без осложнений и - "О! Чудо!" - после завершения маневра ветер внезапно стал попутным.

- Значит все-таки пасут нас, - вполголоса пробурчал Валентин.

Постепенно ветер усиливался и "Аврора" набирала ход. И если верить лагу, скорость составила двенадцать узлов. Неплохо для парусного суденышка. Правда, усилилась и килевая качка, но никто не испытывал приступы "морской болезни". Кроме рулевого, прочим делать было совсем нечего и народ переместился ближе к корме, наблюдая за постепенно отдаляющимся берегом. Иваныч, занятый на руле, предпочел не делать никаких замечаний, хотя уже имел на это право. Так уж вышло, что навыки топографа позволили ему быстрее всех вникнуть в вопросы связанные с морской навигацией. Общим решением был назначен шкипером корабля, то есть стал первым после бога. Народ был предупрежден об этом обстоятельстве, но в данный момент не стоило напоминать о дисциплине. Пусть простятся с землей, ибо долгое время они ее видеть не будут. В данный момент, имея попутный ветер и хорошо работающий маго-компас, он не нуждался в работе экипажа. Пока не пересекут Черту, менять курс не придется. Так что пусть пока отдыхают. Тем более, что недолго им это осталось.

Но вот берег исчез из виду и экипаж переместился ближе к носовой части. Предстояло новое зрелище. Если верны расчеты, то через полчаса станут видны Белые Врата. В точно рассчитанное время они действительно показались на линии горизонта. Приближалась Запретная Черта. Пересечь ее в обоих направления можно было только в районе Белых Врат и только на эльфийском корабле. Но к ним это не относилось. Выйдя в большой мир, они не смогут вернуться назад, о чем их сразу предупредили. Что с ними будет, если они не станут пересекать Черту, можно было только догадываться. Вряд ли им позволят так поступить. Скорее всего их грубо выпихнут за эти самые Врата, которые постепенно приближались и в сердцах путешественников поселились тоска на пару с тревогой. Всё ясней было понимание того факта, что беззаботному существованию приходит конец. Наступает время длительной, тяжкой и опасной работы. Чем ближе Врата, тем меньше остается времени на пребывании в комфорте. Когда подошли достаточно близко к ним, стало видно, что они из себя представляют. Две обычные, торчащие из воды скалы белого камня, расстояние между которыми ровно одна морская миля.

- Всем переодеться в рабочую робу!

Народ нехотя спустился под палубу, чтобы переодеться для работы. В момент отплытия все были одеты в парадную одежду, самолично сшитую девчонками во время учебы. Тут не было никакого единого образца, особенно у женщин. Была проявлена немалая фантазия и изобретательность, сводя воедино личные представления о прекрасном и чисто эльфийские требования о приличиях. Мужчины как всегда оказались не привередливы и потому с ними особых проблем не возникло. Кроме одной. На чем особенно настаивали наставники, так это на нанесение родовых знаков. Это было совсем не пустое требование. Оказалось, что все разумные существа, будь то эльфы, гномы, люди или орки, в обязательном порядке демонстрировали свой общественный статус. Отражался он в виде вышитого на верхней одежде орнаменте. И это были не просто узоры. Каждая деталь орнамента о чём-то да говорила местным. Какого ты рода-племени? Женат или холост? Степень старшинства в роду... И многое другое. Своего рода паспорт.

- Одежда лишенная украшений говорит о том, что вы либо чей то раб, либо вас изгнали из семьи. Таких обязательно ловят и возвращают хозяину. Или делают своим рабом.

В общем, в этом мире встречали по одежке. И это была не фигура речи. Поэтому пришлось создавать свою систему графических обозначений собственного статуса. И хорошо еще, что наставники не заставили использовать местную систему знаков.

- Раз вы иномировые существа, то у вас должны быть свои знаки, отличные от наших. Так будет лучше. И советуем не придумывать сложных рисунков. Сделайте простые.

Естественно, что первым обзавелся парадным костюмом Иваныч, которому его гардероб создавался всем женским коллективом. Надо ведь на ком то набить руку, перед тем как пошить для себя. Наряд вышел достаточно простым и понятным. Рубаха, штаны и кафтан цвета хаки. При этом кафтан по вороту, обшлагу рукавов и подолу был украшен цепочкой из пятиконечных звезд красного цвета. Чисто женский прикол с намеком на "молодость в сапогах". Сапоги тоже имелись, но к их изготовлению женщины не имели ни малейшего касательства. Самое интересное было то, что наставники с одобрением отнеслись к полученному результату.

- Мы не знаем, что обозначают эти знаки, потому что ничего подобного никогда не встречали. Но даже самый тупой орк, с первого взгляда поймет, что перед ним глава Дома Красной Звезды и пока еще неженатый. Золотая кайма вокруг звезды как раз и говорит о старшинстве. Не будь ее, это значило бы что перед нами основатель нового Дома.

- А как вы определили, что глава Дома холост? - спросила тогда Дарья.

- Между звездами нет символа того Дома, к которому принадлежит супруга.

Получив нужную информацию, женщины разошлись вовсю. При этом, шла нешуточная внутренняя борьба между эстетическими предпочтениями и честолюбием. Душа требовала богатых узоров, а честолюбие говорило о том, что чем меньше деталей, тем выше знатность. С разгромным счетом победило честолюбие.

Когда народ закончил переодеваться, Иваныч сдал вахту у руля Александру и переодевшись, приготовился нести штурманскую вахту. Следовало только пройти через Врата, чтобы дальше идти по счислению. Благо имевшийся в наличии инструмент позволял это делать с нужной точностью. Тем временем "Аврора" достигла ворот и на какое-то время пропала всякая видимость. Корабль вошел в столь густую дымку, что даже ярко светившее солнце не пробивало своими лучами мглу. Продолжалось это не более пяти минут, а затем пелена исчезла и они вышли в открытое море. Пока Иваныч готовился к промерам, намереваясь взять пеленг на вершины скал, по курсу корабля внезапно из глубины возникла пятерка дельфинов и выстроившись клином поплыла в том же направлении что и "Аврора".

- Похоже, что непростые это зверушки.

- Да уж, не верят тебе командир, прислали живой навигатор, а заодно и соглядатаев.

- А вот еще один приглядчик пожаловал, - указала Вика на кружившего в небе морского орла.

Ну что же, во всем этом есть и хороший момент. Теперь точно с курса сбиться не выйдет.

- Георгий, мухой в "воронье гнездо" и следи за дельфинами. Докладывать о всех дельфиньих изменениях курса. Андрей, через два часа меняешь Александра. Валентин меняет Георгия. Дарья, твоя вахта на камбузе. Мария - судовой лазарет, Нина - штурманская вахта и следишь за временем. Каждые два часа отбиваешь склянки. Виктория - порядок на палубе.

Никаких пререканий не последовало. Понимание того, что курортная жизнь кончилась и началась служба, у народа возникло. Каждый молча занялся своим делом. Даже амбициозная Виктория безропотно взялась за швабру. Впрочем, с ней все было просто. Работы на палубе оказалось немного и она сунулась в кубрик, доводя и без того неплохой порядок до понимаемого ей совершенства. А закончив работу, подошла к Иванычу.

- Кэп! Непорядок у нас. Корабль есть, даже название у него боевое. Форма имеется, а про самое важное забыли.

- Ты о чем?

- Флаг, командир, самый обычный флаг. Как же нам быть без него?

- Вика, это хорошо, что ты про это подумала. Но есть одно "но". Не знаю, как на флоте, не служил на нем, но в армии имеется правило: Инициатива наказуема... исполнением. Короче, ты придумала, ты и решай эту проблему. Свободные от вахты тебе в помощь. Кстати, как будет выглядеть флаг, ты подумала?

- Так точно, кэп! Андреевский и никакого иного!

После этого Виктория развила бурную деятельность. Нужный для этого кусок ткани нашелся в кладовке. Хлорку для отбеливания позаимствовала в лазарете, а на косой крест использовала полосу ткани, отрезанной от от Нинкиной парадной накидки. Та была сильно этим недовольна, но противостоять патриотическому напору бывшей одноклассницы не смогла. Не дала покоя она и своему благоверному, заставив его трудиться над устройством для подъема флага. А под вечер, вспомнив о том. что есть такой ритуал как утренний подъем флага, не успокоилась до тех пор, пока Александр не изготовил ей дудку.

- Викуся, никак ты в боцманши метишь, - съязвила Дарья.

- А то! - не полезла за словом в карман Виктория, - должна же я делать карьеру!

Затеянные этой стервой игры в ритуалы, о которых присутствующие знали лишь из прочитанных в детстве книг, тем не менее имели практический смысл. Поэтому отозвав Вику в сторону, Иваныч спросил:

- Ты в ментуре чем занималась?

- Служба собственной безопасности, следователь. Звание - старший лейтенант. Юридическое образование в полный рост.

Да уж! С ее характером самое то. А если учесть неизбежную профдефформацию, тогда вообще кранты. Можно представить, как ее ненавидели менты, угодившие к ней на допрос. Такая точно и мать родную не пожалеет.

- Это чудесно. А потому слушай меня. Коль схватилась за боцманскую дудку и демонстрируешь всяческое рвение, то быть тебе боцманом "Авроры". Считай это наказанием. На тебе весь внутренний порядок. Имеешь право требовать со всех. Если что упустишь, не обессудь. Вы...бу и высушу, вплоть до того, что прилюдно. Все ясно?

- Так точно кэп!

- И еще, не знаю, какой из тебя музыкант, но продумай сигналы, подаваемые дудкой. Они должны быть просты и легко запоминаемы.

Дальше ничего необычного в их плавании до конца дня не произошло. А утром, после подъема флага и молитвы, каждый занялся своим делом.

Глава 7. Впереди - засада

А тем временем на Благославенном Западе, срочно собранное Эльфийское Собрание решало судьбу наших путешественников. Возникло оно давно, с момента образования там первых эльфийских поселений. Повелители Стихий ничего против не имели. Потому как понимали, что время от времени их подопечным нужно обсуждать свои дела. Нужды вмешиваться в работу Собрания не было. Смысла в мелочной опеке хозяева Высоких эльфов не видели и Перворожденные жили своей жизнью, постепенно набираясь знаний и умений. Так было до тех пор, пока среди самих Повелителей не произошел раскол. Один из них, звавшийся изначально Белмаром, направил свои усилия на постижение природы Тьмы и сильно в этом деле преуспел. Его предупреждали про опасные последствия подобных исследований, но он не внял предостережениям. И пока он вглядывался в Тьму, Тьма сама начала вглядываться в него. А вглядевшись, начала его менять. Чем дальше Белмар шел по пути постижения Темных Истин, тем больше менялся внутренне. В один прекрасный момент Белмар возомнил себя равным Творцу. А возомнив, попытался подмять под себя прочих повелителей. Гордыня была немедленно наказана и Белмар был отправлен в изгнание. Не преуспев в борьбе за власть в обители Хозяев Стихий, он решил стать владыкой внешнего мира. И начались в Иверионе многочисленные войны Света и Тьмы. В ходе этих войн Высокие эльфы многократно приходили на помощь своим собратьям, осевшим во внешнем мире. И точно так же эльфы внешнего мира уходили на Запад. В итоге, численность местного эльфийского населения выросла, а значит и прибавилось забот Совету.

Как раз сейчас Совет собрался для принятия решения по судьбе пришельцев. Нужно сказать, что не смотря на то, что Повелители не лезли во внутренние дела Перворожденных, те не без основания полагали, что без присмотра своих подопечных они не оставили. А потому, неискушенный наблюдатель мало что смог бы понять о том. какие решения принимаются на Совете.

В данное время Совет заслушивал наставников,учивших землян необходимым на Иверионе умениям. Судя по ответам последних, мир не видел более жалких и тупых эльфов, какими оказались пришельцы из другого мира. Способности к магии - хуже не придумаешь. Все, на что способны были ученики - передать слабенький заряд на деревянный амулет. О сложных заклинаниях можно даже не рассуждать. Там и простенькие не осваивались ни в какие сроки. Воинские умения? Изначально вообще никаких не было. А спустя пять лет, всего их мастерства хватит лишь на то, чтобы отбиться от шайки городских попрошаек. Способность к ремеслам? Имеется конечно. Не такие уж они безнадежные существа. Но результаты не впечатляют. Их мастерство не дотягивает до мастерства даже бездарного хуманса. В общем, старались как могли, но что вышло, то вышло, винить в этом нужно явно не тех, кто учил.

Оставив на время наставников в покое, Совет принялся обсуждать предполагаемые результаты экспедиции. Один за другим, члены Совета озвучивали вполне очевидный вывод: с такими негодными исполнителями экспедиция ничего не добьется. И так продолжалось до тех пор, пока слово не дали Мардонаилу.

- Я хочу предостеречь вас от ложных оценок. Знаю, что все здесь собравшиеся уверены в превосходстве нашей расы над прочими. Тем не менее, это превосходство не помогло нам выиграть войны Света и Тьмы. Нас спасло лишь вмешательство Повелителей Стихий. Задумайтесь, нас побеждали расы, уступающие нам во всем. Знаю, какие объяснения этому вы дадите. Мол они побеждали под руководством владыки Тьмы. Который был представителем более высокой расы нежели мы. Но ведь Войну Рас наши враги вели уже без него. И они выиграли большинство кампаний, сильно нас потеснив. Поэтому я призываю вас перестать недооценивать противника. Он может выглядеть глупым и ничтожным до боя и совсем иным в бою. Не стоит считать горстку пришельцев чем-то несущественным. Исходите из того, что мы не все о них знаем.

Скрытый упрек в проявленной глупости покоробил всех присутствующих, но совету Мардонаила вняли и обсуждение продолжили в другом ключе. Совет ударился в иную крайность. Начал исходить из того, что каким то образом пришельцы смогут добиться успеха и создать в Темноземье крепкое царство.

- Возникает вопрос: как долго они будут на стороне Светлых сил? Все мы помним о том, как созданные злым гением Белмара машины, сводили на нет все усилия наших лучших магов. Пришельцы же, обретя могущество, не устоят перед соблазном и захотят поработить свободные народы Запада. Это заложено в их природе. Не забывайте, что внутри прекрасных эльфийских тел притаились самые настоящие хумансы. А хумансам не свойственна твердость во взглядах. Они легко поддаются соблазнам и потомки вчерашних друзей легко переходят в стан наших врагов.

С уверением оратора о том, что в эльфийских телах притаились самые настоящие хумансы, согласны были все собравшиеся. Ведь по-иному и быть не могло. Создания Творца действительно обладали способностью регенерировать любые изношенные или поврежденные органы тела. Но этим свойство не распространялось на клетки мозга. Утилизация старых и рождение новых клеток головного мозга неизбежно приводила бы к потере прежней памяти. Поэтому, как говорят на Земле: «Такая опция изначально не предусмотрена». И Марданаил был прав: в эльфийских телах землян притаились самые настоящие люди. И с этим нужно было что-то делать.

Никто вслух так и не сказал, что пришельцев стоит уничтожить прямо сейчас, не дожидаясь момента, когда это будет сделать трудно или даже невозможно. Все помнили о том, что землянам в данный момент покровительствуют Повелители. Поэтому члены Совета проявили большую осторожность в своих высказываниях.

- Уважаемый Атандил, - вновь обратился глава Совета к одному из экспертов, - как нам известно из донесений крылатых вестников, так называемые Звездные эльфы подходят к известной вам Гряде. Смогут ли они преодолеть ее?

- В данный момент нет! - твердо ответствовал мореход, - их умения хватает лишь на путешествие по спокойному морю при попутном ветре, когда Владыки позаботились и о море, и о ветре и о проводниках. Для одоления Гряды не хватит и моего умения. Нет в данный момент на Иверионе таких мореходов. Все, что они могут сделать, так это высадиться на материковом берегу и обойти Гряду по суше. Но тогда они останутся без корабля и без большей части запасов.

- А обогнуть Темноземье с севера и войти в Море Тьмы с Востока?

- Пусть пытаются. К западному берегу им не пристать, а море северней Темноземья покрыто толстыми льдами.

- Значит все-таки по берегу?

В тот же день, крылатый посланец был отправлен главою Совета к послу Гверийонского леса в Северной Мирийской Марке. Путь ему предстоял неблизкий, но учитывая, что он летел по прямой, то через три дня послание было доставлено в нужные руки. Посланник Варзиниил, ознакомившись с содержанием письма, сильно призадумался. Очень уж ему не понравилось то, что он сейчас узнал.

Связь между Благословенными землями и Гептархией существовала давно. Крылатые посланцы не очень часто прилетали, но диковинкой они не были. Диковинным было то, что Совет обратился с просьбой, сильно смахивающей на приказ именно к нему, причем напрямую, в обход главы правящего Дома. Так никто и никогда не делал.

Понять главу Совета можно. Просить о чем-то короля можно и вряд ли последует отказ. Но в делах деликатного свойства не следует плодить числа посвященных в тайну. А королевский двор не то место, где можно что то долгое время держать в секрете. Сплетников и сплетниц среди придворных хватает, а мирийские и гномьи посланники не даром едят свои лепешки. В итоге тайна становится известной всему свету, а король все-равно озадачит Варзиниила. И как работать в таких условиях? Поэтому короля и не ставят в известность. Это одновременно и хорошо и плохо. Хорошо для дела и плохо лично для него.

Отказать главе Совета немыслимо. То же самое, что отказать всему Совету. Рано или поздно, но настанет день, когда наступит усталость от жизни и Варзиниилу придется уходить на Закат. Поэтому стоит учитывать последствия отказа. А они будут. Это в мирийских сказках эльфы мудрые и добрые существа. Но те, кто часто имеет с ними дело, прекрасно знают, что они злопамятны и мстительны. Высокие эльфы Заокраинного Запада в этом плане ничем не отличались от своих собратьев из Гептархии. Так что устроить ему "веселую" жизнь на Закате сумеют. И будет эта травля продолжаться вечно, пока не исчезнет сам Иверион. С другой стороны, вся эта история с Пришлыми затеяна Повелителями Стихий. Зачем то они им нужны. Препятствовать их замыслам не менее опасно. А уж полностью разрушать - сугубо опасно. Силы добра тоже умеют мстить. Только страшней и изощренней. И как тут быть?

Хорошенько подумав, посланник решил не отказываться от предложенного, но и не губить явно замысел Владык. Для этого прежде всего стоило понять: каким путем пойдут Пришлые?

"Если они рискнут форсировать Гряду, то тут им никто кроме самой природы помешать не сможет. Скорее всего у них этого не выйдет или они сами откажутся это делать. А если все-таки выйдет, то ничем я помешать не смогу.

Они могут пытаться обогнуть Темные Земли с севера. Но и тут мне ничего делать не надо. Темный владыка неплохо защитил свои владения при помощи прибрежных рифов, отвесных скал и льда. Вряд ли Пришлых ждет удача на этом пути. А если и ждет, то возможностей помешать им у меня нет.

Третий путь: высадиться на побережье Северной Мирии и пытаться пешком добраться до пустынной долины между Приморским хребтом и Морем Тьмы. А там построить новый корабль и переправиться в Темные Земли. Не думаю, что они выберут этот путь. Много припасов они на себе не унесут. Идти придется ночами. А дальше обширное Западное Орочье болото, куда без проводников нет смысла лезть, а все сухие островки давно заселены болотными орками. Дальше еще хуже - Дельта Мирийона. Где тоже болота и орки и множество речных проток, через которые нужно переправляться. И снова болота. Только Восточные, которые ничем не лучше Западных.

Тут мне тоже можно не вмешиваться. Выслать наблюдателей, которые будут присматривать за Пришлыми на пути до Орочьих болот. Ну а потом принести весть о гибели несчастных".

Вроде бы все получается. И поручение будет выполнено само собою, и ссориться ни с кем не придется. Но сомнения в верности рассуждений все-равно имелись. В Совете не дураки заседают. Наверняка те же самые варианты рассмотрели. И если сочли их единственно возможными, значит и не стали бы беспокоить его. Проблема сама бы собою разрешилась. Но коль обеспокоили, значит допускают проникновения Пришлых за Гряду.

"Значит это и примем как данность. Корабль Пришлых в Море Тьмы. Требуется, чтобы они не высадились в Темноземье. А если все-таки высадятся, чтобы не закрепились".

По трезвому размышлению, неплохо им нарваться на местных пиратов. Случись такое, с Варзиниила взятки гладки. Он тут не причём. Это все грязные хумансы сотворили. Одна беда, пиратов в этом море нет. Нечего им там делать. Ни торговли морской, ни богатых поселений, ни просто поселений. Боятся люди туда соваться. Но почему боятся? Сразу после войны с Темным Властелином, концентрация магии Тьмы была запредельной. Причем такой, что происходило самовозникновение разных магических существ с весьма неприятными свойствами. Долго они не жили, способностью к размножению не обладали. Со временем распадались. Но сохранение сил Тьмы позволяло возникать из ничего новым хоть и безмозглым но все равно опасным зверушкам. Потом распадались и рассеивались и они. С течением времени Тьма слабела и прежней силы в ней не стало. Законы магии что Светлой, что Темной одинаковы. Сейчас вряд ли встретишь там прежние страхи. Но люди помнят о них и не стремятся переходить известную им границу. Как бы чего не случилось. Но ведь все это позади. Почему бы той же вольнице, что обитает вокруг Складона не наведаться в те края? Народ там живет отчаянный, привыкший к риску. Не гнушается и разбоем. Те же вольные егеря.

"Кстати, хорошая мысль! Заселив южное побережье Моря Тьмы, заодно решим проблему с орками. Как только они окажутся между мирийцами и складонцами, им настанет конец. Устье Мирийона станет свободным и люди хлынут на север, на новые земли. Стоп! А почему только люди?"

Решив, что обдумать это можно и позже, Варзиниил взялся за подготовку охоты на Пришлых. И начал он с выбора места для засады. Пройдясь по карте, он быстро нашел то, что ему нужно. В десяти днях морского пути от Восточных Орочьих болот, находился полуостров, который от Темноземелья отделял пусть и широкий, но пролив. Именно сюда, кольцевое Белмарово течение должно донести кораблик Пришлых. Воды пролива редко бывают спокойными и потому путешественники неизбежно сделают остановку для отдыха и текущего ремонта корабля. Тем более, что подходящее место для этого есть. В районе оконечного мыса имеются две удобные для стоянки бухты по обе стороны от довольно узкого перешейка. Тут так и напрашивается строительство города для возможных переселенцев. Место уж больно удобное. Ну а то, что оконечный мыс покрыт пихтовым лесом, очень даже кстати. Есть где спрятать "разбойников". Вопрос только в том, кому это конкретно поручить. Своих помощников он заранее исключил. Ребята они конечно хорошие и в деле неоднократно проверены, но было у них у всех одно слабое место: они не могли обходиться без женщин. Эльфийские девы не горели желанием менять родные рощи на годы жизни среди хумансов. А длительное воздержание дурно действует на мужчин. Заводить любовниц из самок хумансов? Это воспринималось как мерзкое извращение и надежно губило репутацию эльфа. Ни один эльфийский Дом не согласится выдавать своих дочерей замуж за эльфа с репутацией скотоложца. А потому, все служители посольства завели себе для утех рабынь из диких эльфиек. Правила приличия подобное допускали, тем более, что пройдя обязательный ритуал, дикарки теряли способность к деторождению. Варзаниил и сам держал для ночных утех двух подобных наложниц.

Проблема была лишь в том, что подобные наложницы лишь внешне выглядели покорными. Плен, грубое надругательство и лишение возможности стать матерью, неизбежно рождали ненависть к своим господам. Ненависть эту тщательно скрывали и гадили как могли. Например, регулярно доносили посланникам мажордома Гверийонского двора о разного рода делах и делишках своего господина. Так что в этом случае о тайнах можно забыть.

Получалось, что раз придется задействовать людей из Складона, то им и стоит поручить это дело. Но и тут были подводные камни. Своих людей в этом городе хватало. В том же городском совете или на подворье имперского наместника. Проблема будет в том, что и Совет и подворье друг другу друзьями не были. Местная власть всячески старалась избавиться от имперского надзора, а имперский представитель следил за тем, чтобы Совет от рук не отбивался. Поэтому наместник пристально наблюдает за Советом, а Совет за наместником. Начни кто-нибудь из них собирать вооруженную экспедицию, как мигом вызовет вопросы другой стороны. Нет, эти люди не годятся для такого дела.

"С другой стороны, ни у кого не вызывают подозрения охранные артели, сопровождающие купеческие караваны и ватаги Вольных егерей, уходящие за добычей в Восходные леса. Они привычны для властей Складона, хотя и доставляют своим буйным поведением некоторые хлопоты. И уж тем более никого не обеспокоит то обстоятельство, что хозяйка местных борделей решит заняться более пристойной коммерцией. Нужно только придумать, чем ее вознаградить. Прежние награды тут не сработают".

Речь шла о достопочтенной вдове, рожденной в Северной Марке и переселившейся в вольный город на Мирийоне.

Дана Грамина происходила из небогатой семьи благородного происхождения. Кто знает, как бы сложилась ее судьба, если бы не две сильные страсти завладевшие ее отцом - "веселящий порошок", уводивший того, кто к нему пристрастился в мир грёз и азартные игры, успешно опустошавшие его кошель. Именно эти страсти довели до преждевременной кончины его супругу. Став рабом грез и азарта, отец Грамины пал настолько низко, что ради призрачной надежды сорвать куш в игорном доме, выставил в качестве заклада родную дочь. Торговец с Юга, заклад принял. И в результате Грамина стала его собственностью. Кто знает, как сложилась бы ее дальнейшая судьба? Могло и повезти. Мириек, славившихся своею красотой как правило покупали не для работ в поле, а для украшения гарема. Но девчонка не желала идти на поводу обстоятельств. Унаследовав гордость и решительность своих прадедов, она решилась на побег. Стерегли ее неплохо как и всякую ценную вещь. А вот лучше стеречь хозяйского сына охрана не догадалась. Никакого опыта в совращении пылких юнцов у тринадцатилетней девицы не было. Но хватило и тех уловок, какими от природы владеют даже маленькие девчонки. Юнец потерял голову и на очередной стоянке затащил ее в свою палатку. Потеряв осторожность, он не задал себе простого вопроса: почему еще пару дней назад пребывавшая в горе пленница, вдруг воспылала к нему страстью? Потеряв всякую осторожность, он не догадался отложить подальше снятый пояс с кинжалом. Зато девица не терялась. Пока он снимал с себя штаны, она завладела оружием и сильным точным ударом отправила его беседовать с предками. А дальше было бегство и настигающая ее погоня.

На остатках сил она достигла той эльфийской рощи, в которой находилось посольство Гверийонского леса. Вообще то, человеку без спроса соваться туда было опасно. Сторожевые растения таких дерзких сразу убивали. Но беглянке, бывшей в отдаленном родстве с эльфами они не причинили никакого вреда. Зато погоня так и не решилась пересечь запретную для нее границу. Да, мирийцы были в отдаленном родстве с Перворожденными, правда сами эльфы считали подобное родство позорным для них. Они о нем прекрасно знали, но предпочитали не упоминать про него.

И все таки Грамина эльфийкой не была. Стражи ее не убили, но и уйти далеко не дали, надежно спеленав ее крепкими стеблями и подав сигнал хозяевам рощи. И вот тут ей повезло, что она оказалась не в коренных эльфийских рощах, а в настоящем шпионском гнезде. В Гверийоне ей ничего хорошего не светило и после допроса ее ждал обрядовый зал местных целителей. Там ее ожидала разборка на части, которые использовали для приготовления лекарственных препаратов. Но шпионы существа иного склада. Будучи циничными и лишенными предрассудков, они без колебаний сотрудничали с кем угодно, если видели в этом пользу. Пройдя полную процедуру допросов, в том числе и с пристрастием, Грамина была удостоена собеседования с самим Варзиниилом, который и принял по ней окончательное решение. Так она стала его агентессой. Не сразу, а пройдя длительное обучение. После чего ее отправили работать в Складон. Начинала она сама, без подсказок покровителей. И первым делом направилась не куда-нибудь, а в самый настоящий бордель. Торговать своим телом за медяки ей не пришлось. Каким-то образом ей удалось произвести впечатление на хозяина борделя и тот ее принял на службу экономкой. Весьма быстро она стала его подругой, а спустя некоторое время и женой. Конечно, значительно превосходивший ее годами супруг, теплых чувств у нее не вызывал. Тем не менее, она была ему верна во всем и потому после его смерти унаследовала не только рожденную от него дочь, но и его дело, значительно расширившееся к тому времени ее стараниями. Неутешная вдова стала владелицей большинства веселых домов, кабаков и игровых притонов в городе, а заодно и собственной осведомительной сетью.

Работой ее Варзиниил был доволен и щедро вознаграждал за успехи. Были конечно и неудачи, но столь редкие и незначительные, что не стоило за них и наказывать. А вознаграждал ее не серебром, а снадобьями и амулетами позволяющими поддерживать красоту и продлевать молодость. Но теперь эта награда, сколь бы много она не значила для женщины, не очень то и годилась. Требовалось что-то иное.

Глава 8. Прорыв

"Не поход боевой, а шикарный круиз" - именно эти строки из песни часто приходили в голову на протяжении всего плавания. И это немного тревожило. Слишком хорошо идут у них дела. Погода - ясная, ветер - всегда попутный, навигационное сопровождение - можно сказать что идеальное. Дельфиний клин исправно указывал направление движения. За два дня добрались от Белых ворот до Ульфова течения и повернули на северо-восток. Причем, даже в скорости прибавили. По лагу она все-равно выходила десять-двенадцать узлов, а после определения по небесным светилам получалось, что пару узлов добавляло само течение. Чего еще желать? Ни единого раза не пришлось авралить. И хотя материковый берег ни разу не показался из-за горизонта, но все-равно выходило, что до Гряды оставались считанные дни пути. Море кстати пустынным не было. Много раз путешественники видели в отдалении иные парусники. Встречались как стремительные эльфийские "лебеди", так и неуклюжие пузатые "торгаши" явно принадлежащие людям. Следуя совету наставника Атандила, сближаться для общения не стали. А чужаки тоже не обнаруживали стремления к этому.

Последние два дня попадались лишь людские "торгаши" медленно идущие против течения в направлении на юго-запад. Видимо эльфийская часть Янтарного берега позади и сейчас "Аврора" шла вдоль его мирийской части.

Жаль, что нельзя сейчас зайти хотя бы в одну из обозначенных на карте мирийских гаваней. Особых дел у них там пока что нет, но определиться на месте с координатами и заодно проверить, насколько карта отражает действительность, лишним не будет. Хотя можно определиться и по-другому. Слева по борту должен находиться необитаемый Гусиный остров, высадившись на который можно провести более качественную обсервацию, нежели с постоянно движущегося корабля.

Вообще, этот момент больше всего беспокоил Иваныча. Главный вопрос- размер невязки. Конечно, топографов учат способам определения координат по небесным светилам. Но у Иваныча на Земле не было практики применения, за давностью лет забыл даже то, чего никогда не знал. И потому штурман из него был так себе. Да и здешняя подготовка была так себе. Инструмент, что имелся на 'Авроре' нареканий не вызывал. Маго-компас был удобней любого магнитного компаса. Стрелка компаса сразу указывала на географический полюс, поэтому возиться с поправками на магнитное склонение не требовалось. Жаль, что хронометр в этом мире до сей поры никто не удосужился изобрести. Ну а мечтать о секстане тем более не приходилось. Вместо него была изготовленная Сашкой морская астролябия. Правда точность определения по ней широты была весьма приблизительная. Точные механические приборы в сарае и на коленке не создашь. И про астрономические таблицы можно было только мечтать. А потому долготу приходилось определять опираясь на результаты счисления.

- Кэп! - во время плавания Вика к нему обращалась только так, - есть проблема. Парни и девчонки ни на что не жалуются, но мне кажется, что наступила пора, когда нам нужно ноги на суше размять. К тому же, возникли проблемы с водой. Её еще достаточно, но пополнить запасы стоит. Дрова для камбуза тоже на исходе. Да и солонина начала приедаться.

Прям как мысли его читают. Скомандовал смену курса. Но стоило это сделать, как дельфиний клин распался. Дельфины начали носиться вперед-назад, пересекая курс корабля, проплывая чуть ли не впритирку с форштевнем, всячески показывая ошибочность выбранного направления. Потом, вдруг успокоились и выстроившись кильватерной колонной легли на параллельный курс, следуя строго по правому борту. То ли команду хозяев получили, то ли сами обо всем догадались. Но теперь они не указывали курс, а сопровождали "Аврору".

Остров Гусинный возник на горизонте не в расчетное время, но довольно близкое к этому. Подойдя к нему, вошли в маленькую удобную бухточку и встав недалеко от берега на якорь, спустили на воду ялик. На всякий случай одного члена экипажа оставили на борту, а прочие же сошли на берег.

Отдых на Гусинном острове не был настоящим отдыхом в обычном его понимании. Выгрузив первым делом на сушу пустые бочки, их наполнили свежей водой. Но переносить их на борт не стали.

- Смотри Иваныч, - объяснял Александр, - нам предстоит форсировать это самую Гряду, которая почему то считается непроходимой. А я считаю, что все это чушь!

- Есть основания?

- Основание одно: ученые изучают то, что не ими создано, а инженеры создают то, чего в природе не существовало. Я инженер, Иваныч! А потому слова "невозможно" в моем лексиконе отсутствует. И у меня есть идея, как решить нашу проблему.

- Докладывай!

- Кстати, Иваныч, как тебя по имени? Пять лет тебя зовем по батюшке, а имечко твое так и не знаем.

- Родители Васей назвали.

- Вот смотри, Василий свет Иванович, что нам угрожает при форсировании гряды? Две вещи: проломить борт о камни и наскочить на мель. Значит нужно сделать предохранительную конструкцию, от которой при нужде можно легко избавиться. Пусть камни ломают ее, а не кораблик. Впрочем, идти то мы будем на малой скорости, значит сильного удара не будет. Так, поцарапаем конструкцию слегка. И просится она, чтобы ее приладили ниже ватерлинии. А для этого 'Аврору лучше разгрузить.

Что-то в этой идее было. Но прежде чем согласиться, Иваныч еще раз прошелся по карте. Та ее часть, где была нанесена Гряда, была лишена самой необходимой конкретики - указаний глубин. Такое впечатление, что эту акваторию отсняли с воздуха. Учитывая наличие воздушных соглядатаев, такая мысль не выглядела бредовой. Рифы и мели, как торчащие из воды, так и видимые в толще воды, наверняка нанесены были правильно. Но это не все препятствия. Воды в Гряде всегда неспокойные, поэтому прозрачность их невелика. Что-то видно, а в большинстве случаев не углядеть. Впрочем, нужды у здешних обитателей в изучении морского дна Гряды видимо не было. А значит и промеры никто не производил. Лезть все-равно придется наобум. Скорее всего идти придется на веслах и только днем. Скорость большую не разовьешь, да и Сашкина бандура ее сильно снизит.

- Знаешь Саня, идея твоя мне нравится, есть только одно пожелание. Вряд ли мы с первого раза найдем проход в тамошних лабиринтах. Наверняка не по разу зайдем в тупик. В общем биться о камни и налетать на мели придется постоянно. Конструкцию твою, как ни делай, а измочалим сильно. Поэтому, когда будешь думать над ней, предусмотри возможность ремонта. Ну а от нас любая помощь тебе в этом деле. Меня не спрашивай. Командуй сам.

Саня взялся за дело ретиво. Неожиданно для землян вся власть оказалась в его руках. Хотя, никакой неожиданности в этом для Иваныча не было. Он прекрасно понимал, что в их положении только так и получится. Ситуационное лидерство самое то. Не так уж их и много в этом мире, чтобы любой ценой цепляться за власть. Умным должен быть кто-то один! Неделю назад умным был он сам, а сейчас пришла пора Александра. Раз он лучше всех понимает в этом деле, то ему и карты в руки.

Затеянное дело оказалось совсем не простым и заняло много времени. Лишь под конец летнего сезона Санина идея воплотилась в металле, а вернее - в дереве. Не все получалось с первой попытки. Приходилось не по разу переделывать. Тут были и Санины «косяки», да и мастерство исполнителей подводило. Не сказать, что руки с другого места росли, просто опыта в подобных делах ни у кого не было. Инженер, привыкший иметь дело в основном с металлом, не учел такого свойства древесины, как набухание при попадании в воду. В итоге, пришлось переделывать все узлы соединений. Валентин, работавший до переноса учителем в школе, как то сказал:

- Сейчас бы я иначе работал с детьми, если бы вернулся назад.

- А что ты делал не так?

- Да многое чего не так. Понимаешь, пока я просто был учителем химии, мне и дела не было до тонкостей воспитания. А когда стал классным руководителем, пришлось о педагогике вспомнить. Тут понимаете в чем дело? Было у меня несколько учеников. Ролевики-толкиенисты. Все в эльфов наиграться не могли. Как перемена, так сразу начинают обсуждать свое любимое. Мечи, доспехи, заклятья, амулеты... Про фестивали всякие... И в голову им не лезло, что в сказках не про все говорят. Взять нас. Какие тут мечи и луки со стрелами? Даже не знаю, когда они нам пригодятся. Сейчас первым делом у нас плотничий инструмент. Бабы и то, чаще нашего из лука стреляют.

Последнее было верным на все сто. И даже больше. По горло занятым мужчинам некогда было заниматься той же охотой или рыбалкой. Вместо них били птицу и ловили рыбу их подруги, чья жизнь вовсе не походила на жизнь принцесс из сказок. Еще недавно Даша грозила Андрею тем, что заставит его мыть посуду. Теперь помалкивает. Сама моет. А почему? Да потому, что жизнь на воле не способствует процветанию эмансипе. Нынешний случай больше походил на тот, о котором ранее поведал Иваныч:

"Есть у всех баб нечто общее. Придешь бывало со службы. А мы ведь круглый год под открытым небом дело свое делали. Дождь, снег, зной, мороз, мошкара заедает, слякоть надоедливая... Много сил и нервов нужно тратить, чтобы из твоих съемок вышла приличная карта. Приходишь домой, все желание - поесть и на диван. И тут благоверная начинает петь любимые бабские песни. Что она и на работе была, и по магазинам ходила, и с детьми возилась, а дома стирка, уборка, готовка и это все на ней одной. А мужик, вместо того, чтобы помогать, на диване за газетой прячется. В общем, песня эта вечная и никогда не прекращается.

Но когда уйдя в запас, затеял я дом на дачном участке строить... Как подменили благоверную. И скажу вам я, какой бы стервой баба не была, но строительство дома - для нее святое. А если муж его строит самолично, то тогда она вообще заткнется и не отсвечивает. И работа ей не в тягость, и домашние хлопоты за труд не считает. Потому что мужик строит дом! Делом занят. Мешать ему нельзя".

Именно сейчас женщины заткнулись и не отсвечивали, подтверждая своим поведением слова отставника. Дело у них спорилось. Может быть потому, что со школьных времен знали друг друга как облупленных, а может по иной причине, но старшей на импровизированном хозблоке была признана Дарья. Ко времени полного окончания работ, полностью обустроили временную стоянку. Вроде бы ничего необычного она собой не представляла. Пять шалашей, Общая столовая и кухня под навесом рядом с очагом. Там же какие-то полочки для посуды. Но выглядело это настолько мило и уютно, что было жалко все это великолепие оставлять. Обычное чисто женское волшебство без применения магии.

Но покидать придется, ибо жить на Гусинном острове вечно не получится. К концу месяца, который по новому календарю числился августом, все работы по переоснащению "Авроры" были закончены, а запасы всего необходимого для дальнейшего путешествия пополнены. Странный облик обрела "Аврора". Предохранитель, представлял собою наклонную замкнутую ферму чей нижний пояс располагался чуть ниже киля корабля и имел форму эллипса. Крепление его к корпусу корабля осуществлялась при помощи пространственной перекрестно-стержневой системы. Причем, чтобы не портить обшивку, крепилось все это к трем деревянным бандажам, вывешенным на трех разных уровнях вокруг корпуса "Авроры". Теперь она выглядела не легким и стремительным кораблем, а неуклюжим утюгом, которому зачем то приделали мачту с парусами.

Наступил день, который с волнением ждали все. Предохранительное устройство, которое больше тянуло на сооружение, было готово, а разного рода припасы, имущество и пожитки вновь перенесены в трюмы. Экипаж, простившись с землей, поднялся на борт и занял свои места согласно расписания. Якорь отдан, паруса подняты, путь продолжен. Первая же минута плаванья показала, что предохранитель сильно ухудшил ходовые качества корабля. "Аврора" не плыла, а медленно ползла по водной глади и плохо слушалась руля. В принципе, это ожидали заранее. Но одно дело предполагать, а другое - наблюдать в натуре. Чтобы хоть как то улучшить управляемость корабля, Александр предусмотрел в конструкции своей "бандуры" места для гребцов. Пока что за весла браться не приходилось, но настроения это не повышало. Все с тревогой ждали встречи с Грядой. Не прибавило радости и новое появление дельфинов, которые как ни в чем не бывало, вновь указывали путь. И тем более раздражало наблюдение с воздуха. Пока жили на острове, "птичка" куда-то пропала, но стоило выйти в море, как она тут как тут.

Неделя пути и прямо по курсу возникли буруны, указывающие на то, что Гряда достигнута. И тут же дельфины обойдя "Аврору" по кругу, дружно нырнули и больше не появлялись на поверхности моря.

- Жаль, я надеялась, что они и в Гряде будут с нами, - с грустью промолвила Вика.

Чем ближе становилась гряда, тем ясней была видна разница в поведении вод Янтарного моря и сумежных вод Моря Тьмы. Моря эти не просто соприкасались. Они вели друг с другом самую настоящую войну. Линия волнореза была самой настоящей линией фронта. Когда дошли до нее, Иваныч скомандовал сидящим на веслах гребцам табанить и долго всматривался в линию волнореза, пытаясь разглядеть хоть какой-то проход в ней. Но что разглядишь тут, если поверхность воды в этом месте покрыта пеной? Медленно пошли на юг и спустя час нашли проход среди рифов. Войдя внутрь Гряды, сразу почувствовали разницу. До этого момента корабль шел хоть и медленно, но зато ровно. Управляемость была плохая, но была. Тут же их начало швырять в разные стороны. Качка в сочетании с рысканьем оказалась трудно переносима даже для эльфийского организма. С горем пополам прошли вперед где то около мили, Вроде бы и неплохо, бурлящую поверхность сменила спокойная и корабль перестал рыскать. Зря успокоились. Под спокойными водами находилась песчаная мель. В нее как раз и влетели. Хорошо хоть скорость была черепашья, поэтому не застряли на ней капитально. Пересевшие наоборот гребцы смогли обеспечить задний ход и "Аврора" легко сползла с мели. Начали ее обходить, убрав на всякий случай паруса.

- Зря ты Сашка заставил нас время на эту бандуру тратить. Малым ходом, да без нее, мы бы нормально шли. Может избавиться от нее?

Следующая минута показала, что лучше с ней чем без нее. Произошел толчок, а затем раздался скрежет - это боковая часть "бандуры" словила скрытый под водой риф.

Еще целый час искали место, где можно продвинуться вперед. Нашли. Продвинулись. Но усилился ветер, притом встречный и два часа гребцы боролись с обратным сносом. А тут еще волна разыгралась. Мало этого, так вместе с ветром пожаловали и тучи, принесшие хоть и недолгий зато сильный дождь. Вымокли все мгновенно. Ветер стих и опять осторожно двинулись вперед. Влетели в водоворот и два часа из него выбирались, а когда выбрались, начало темнеть. Пройдя вперед еще пару миль, встали на якорь, потому как идти ночью вслепую дурных не было.

Оставив на мостике вахтенного, экипаж пошел в кубрики, чтобы переодеться в сухое, а затем все собрались на камбузе, единственном месте где можно было разводить огонь. С разрешения Иваныча, выполнявшая обязанности кока Дарья, плеснула каждому в кружку "наркомовские капли" для профилактики простудных заболеваний.

- А вообще, намного полезней будет чай, - поворчал для порядка Иваныч, но отказываться пить "наркомовские" не стал.

- Чай будет на завтрак, а так хоть усталость приглушить, - парировала ворчание шкипера Даша.

Утолив голод и слегка отогревшись у огня, народ начал расползаться по постелям. И вряд ли кому сегодня пришло в голову побаловаться с супругой.

День второй выдался таким же как и день первый. Вымокли, промерзли и вымотались. Мужики еле на палубу поднялись.

- Кэп! Завтра ребята не смогут весь день грести.

- Сам вижу. Я бы с большим удовольствием их подменял, но нельзя. Кроме меня на носу стоять некому.

- Да к тебе вопросов нет, тут людей нужно иначе распределить.

Предложение Вики было простым: по каждому борту имеем две банки для гребцов. Вот и пусть на них садится семейная пара. Две семьи гребут, две отдыхают. Каждые два часа смена. Кто на руле? Ерунда вопрос! Отдыхающий. По очереди. Кроме Даши. На ней камбуз.

На третий день так и сделали. Скорость и так невеликая немного упала, но движение продолжалось. Так и шли день за днем, терпя всевозможные неудобства и даже муки. Острых моментов хватало. Налетали на мели и рифы, выползали из водоворотов. Четырежды упирались в тупики, давали задний ход и искали новые пути. Как только не слегли от болезней? Месяц потратили на преодоление всех препятствий. Сашкино творение, хоть и претерпело заметный ущерб, испытание выдержало и польза от него была. И вот настал тот день, когда наконец достигли чистой воды. Гряда оказалась позади. Море Тьмы, хоть и не было спокойным, но лучше шторм в нем, чем бесконечное петляние в лабиринтах Гряды. Правда, сил на радость ни у кого уже не было. Вымотался экипаж.

- Значит так, двадцать миль на юго-запад отсюда, есть небольшой островок. Пустынный конечно, но отдых нам не помешает. Идем туда.

Все-таки Иваныч за всеми заботами, не забывал периодически уточнять местонахождение «Авроры». Сделать карту прохода у него не вышло, ибо слишком мало замеров получалось сделать, Возникни нужда идти в обратном направлении, все-равно это был бы поход вслепую. Но провести обсервацию на точке выхода он не забыл и потому мог идти до этого безымянного островка по счислению.

- Я предлагаю назвать это остров Выходным, - внесла предложение Нина.

- Предложила, это хорошо. Можно и так назвать, вот только у меня есть и другое предложение: давайте избавимся от Сашкиной бандуры. Так быстрее добежим. А то тащимся, как будто кто за задницу держит, - пожаловалась Маша.

- Не годится! - возразил Иваныч, - мы хоть и эльфы теперь, но русскими быть не перестали. А у русские не по Закону Джунглей живут, а всю жизнь Закон Тайги соблюдают. Про таежные заимки все слышали? Где путник для других оставляет часть припасов. Вот и здесь, идем до Выходного черепашьей скоростью, а там разбираем «бандуру» и все деревяшки аккуратно складываем. Они хоть и покоцанные, но в дело годятся. Кто знает, кого судьба на остров занесет? Может и нам доведется туда вновь приплыть. Как ни крути, а готовый пиломатериал для чего и сгодится. Починить посудину, да хоть на дрова пустить.

Предложение сочли резонным и протестов оно не вызвало. Хоть и не терпелось сойти на землю, но экипаж до конца проявлял выдержку и терпение. Шли конечно до острова долго, целые сутки, а потом три дня разбирали "бандуру" и складывали на видном месте. Получившийся штабель укрыли рогожной тканью, заготовленной еще на Гусинном острове. Еще сутки отдыхали, а потом продолжили путь. Время поджимало, ибо наступал октябрь, а вместе с ним ожидались осенние шторма.

- Плыть нам хоть и далеко, но недолго. И ветер подходящий и течение попутное. Вот смотрите: по правому борту будут Орочьи болота и дельта Мирийона. Там нам ловить нечего. Идем дальше вдоль Приморской Пустоши и доходим до оконечности вот этого полуострова. А теперь смотрим на саму оконечность.

Оконечный мыс полуострова выглядел действительно любопытно. Больше всего его очертания напоминали стилизованное изображение стрелы. От острия под острым углом отходили две косы и перешеек, соединяющий мыс с полуостровом. Таким образом в этом месте имелось две удобные бухты, обозначенные Иванычем как Западная и Восточная, а сам мыс получил у него название "мыс Стрела". Карта, срисованная с эльфийских карт, указывала на то, что сам мыс представлял собою три холмистых, заросших лесом гряды. Причем, склоны холмов были пологими а береговая черта представляла собою песчаный пляж.

Выглядела эта местность довольно привлекательно. Мысль о том, что здесь уместно основать что то вроде города, посетила буквально всех. И правда, к чему сразу лезть в Темные Земли, если имеется на материке такое выгодное во всех отношениях место? Впрочем, сразу возник вопрос: а кто жить там будет?

- Как транзитный пункт, он будет неплох, - рассуждал Георгий, - но только в том случае, если через него будет что возить. А для этого нам нужны поселения в Темноземье и торговые партнеры в Восточных лесах. Ни того ни другого у нас нет.

- Но ведь кто-то должен держать это место, - начала спорить Нинка, - политик из меня никудышный, но все-таки чует моя пятая точка, что недолго этому месту пустовать.

- С чего ты так решила?

- А ты наверх глянь. Не просто так воздушный соглядатай нас пасет. Он ведь не просто так высматривает, он еще и докладывает кому положено. Стоит нам осесть в Темноземье, как на эту нашу Стрелку еще кого пришлют. И все, пропало место!

В спор этот включились все. Мнения разделились поровну. Одни считали, что незачем размазывать себя по местному глобусу. Нужно сосредоточиться на чём-то одном. Сказано идти в Темноземье, значит и стоит начинать с него. К тому же, раз за ними приглядывают, то вряд ли Повелители Стихий оставят без последствий попытку уклониться от выполнения порученного задания. Найдут способ дать пинка под задницу. Так что связываться со строительством города на материке в любом случае не стоит. Не согласные с ними упирали на другое.

- Миссия наша не была секретом для заокраинных эльфов. Не сегодня, так завтра они узнают о том, что мы форсировали Гряду. Как вы думаете, что они сделают? Оповестят своих собратьев в Гептархии. А тем сразу захочется оказаться поближе к нам. В Темноземье может и не сунутся, но оказаться поближе к нему захотят. Самих эльфов может быть и немного будет, а вот союзников-мирийцев нагонят в достатке. Оглянуться не успеем, как вся равнина окажется в их владении. Будьте уверены, мимо Стрелки не пройдут. Обязательно за нее зацепятся. А нам ведь материк рано или поздно понадобится. И будем мы к ним в гости ходить и пошлины за провоз платить.

Иваныч в этот спор не вмешивался. Понимал, что правы обе стороны. Озвучивать свою задумку не стал. Не ко времени. А свою позицию объяснил так:

- Сейчас начнется время осенних, а потом зимних штормов. Нам нужно успеть добраться до Стрелки. И там по любому будем зимовать. Александр вот докладывает, что корпус корабля расшатан и потихоньку сочится вода. Так что идем до Стрелки, смотрим, какая из двух бухт лучше нам подходит и зимуем. Зимой приводим "Аврору" в порядок, делаем запасы, а весной принимаем окончательное решение.

О том, что в его планах есть установление контактов с Дикими эльфами, на всякий случай промолчал. Потому как непонятно, где их конкретно искать. О том, что их искать не придется, он знать не мог. После его слов споры прекратились, а путешествие продлилось. Погода их совсем не баловала. В шторм все-таки влетели. Одно хорошо, крылатого соглядатая как ветром сдуло. Может и вправду сдуло. А так, легким путь не был. Течение несло их в нужном направлении, а северо-восточный ветер их притормаживал и норовил снести в сторону Орочьих болот. Приходилось лавировать. Худо-бедно, но если верить данным счисления, проскочить мимо негостеприимных мест удалось. Дальше берег поворачивал на северо-восток, а ветер сменился на северо-западный. И тоже пришлось лавировать, чтобы не прижало к берегу. Когда же дошли до полуострова, который сходу назвали Пихтовым, ветер стих и море успокоилось. Пришлось снова сесть за весла и подгонять "Аврору", благо что течение по прежнему было попутным. Но вот и конец пути. Пройдя вдоль перешейка корабль зашел в Западную Бухту.

- Внимание! Справа по курсу вижу лодку! - прокричал из "вороньего гнезда" Георгий, указывая рукой на берег.

И точно, на пустом берегу обнаружилась лодка. Когда подошли поближе, разглядели, что лодка явно в процессе строительства, помимо нее на песке разложены заготовки, рабочее место усеяно щепками, а на песке отпечатки чьих то следов.

- Вот вам бабушка и Юрьев день! - вздохнула Дарья, - гадали, предполагали, спорили, а тут уже свои хозяева объявились.

- Место это совсем недавно покинули. Наверняка за нами наблюдают из ближайших зарослей. Что делать будем, командир?

- Становиться на якорь. Не ближе полета стрелы от берега. Во избежание. И готовьтесь спускать ял. Попробую уговорить местных не прятаться от нас. За старшего оставляю Викторию.

Глава 9. Малое Слово

Закончилось лето и наступила осень. Все это время род Ивы готовился к зиме. Орис надеялся на то, что она будет спокойной и никуда им бежать не придется. Если больше ничего плохого не случится, то предстоящей весной женится Сург и приведет с собой жену. И совсем хорошо, если выпадет три года спокойной жизни. К этому времени внуки начнут ходить. Эльфийские дети ходить начинают позже детей хумансов, зато выносливостью их превосходят. Это значит, что при нужде они могут совершать длительные переходы, правда без поклажи. Взрослеют они тоже медленней хумансят, становясь совершеннолетними лишь к тридцати пяти - сорока годам. А дальше только матереют. Девочки развиваются чуть быстрей. К тридцати годам к ним уже сватаются, ибо в отличии от эльфиек Запада они могут рожать детей каждые тридцать лет. Жаль, что Ири и Кати ничего подобного не предстоит. Им теперь век вековать старыми непросватанными девами. Вечными помощницами матери и няньками у невесток. Если конечно не произойдет непоправимого.

Непоправимое бывает разное. Это и удачный для разбойников набег, в результате которого дочери либо погибнут, либо станут пленницами. Но этого можно избежать. Второе непоправимое, если их поразит Печаль. Эльфийская Печаль - страшная вещь. Кого она настигнет, тот считай не жилец. Вернее, жить будет, но муки душевные его не покинут. Эльфы Запада в таких случаях прощаются с родными и уплывают в Волшебную страну, где и обретают утраченное спокойствие. Эльфам Востока путь туда заказан, а потому, сраженный Печалью рано или поздно подарит себя Лесу. Он просто в один прекрасный день прощается со всеми и уходит прочь. Больше о его судьбе никто не знает. Останавливать его при Уходе нельзя, иначе заразит он своей Печалью весь род и род этот сгинет.

Орис часто присматривается к дочерям, но признаков Печали не обнаружил. Кати ходит грустная и часто уединяется чтобы выплакать свое горе. Ири наоборот, грустить долго не смогла, слезы у нее быстро закончились, но радостной она не стала. Просто пребывает в какой то мрачной задумчивости. О чем она думает, никому не говорит, а спрашивать ее сейчас не стоит. Пусть лучше сама скажет, когда душа оттает и смирится с неизбежным. А это скоро произойдет. Он это понял когда высаживали черенки ивы, закладывая новую родовую рощицу.

- Отец, у меня к тебе просьба, - странно, но сегодня Ири, с виду такая как и раньше была.

- Говори.

- Когда все соберутся у очага, я хочу произнести Слово.

- У тебя нет права его произносить.

- И уже никогда не будет, если следовать обычаю. Но Лесная правда не запрещает его произносить любому, если речь идет о жизни всего рода.

Орис задумался. Правом Слова наделены лишь те, кто имеет собственных детей. Прочие - внимают старшим. Не имеющими Слова сейчас являются дочери и младший сын. Если судьба будет благосклонна к ним, то Сург со временем обретет это право. Но дочерям оно уже не светит, ибо незамужние и не рожавшие его не обретают. Но Ири права. В минуты опасности, не запрещено говорить любому, кто может предложить способ спасения, будь то малое дите или старая дева. Вот только что она хочет поведать?

- Когда соберемся у очага, ты при всех попросишь о Слове.

Кивнув головой в знак понимания, Ири ушла дальше заниматься домашними делами, а Орис все гадал: что задумала его дочь? Вроде такая же как обычно, но и не похожа на прежнюю. Начала пробуждаться Дурная Кровь? Не приведи духи, чтобы это было правдой! Каждый эльф Восходных лесов является ее носителем. От нее никому и никогда не избавиться. Не у всякого она просыпается, но такие случаи имелись. Так и не поняв, что такое случилось с его дочерью, он набрался терпения и дождался вечера. После ужина, семья как обычно собралась у очага.

- Отец! Тебя, как главу рода Ивы, я прошу дать мне Слово!

Судя по изумленным взглядам остальных, о предстоящей просьбе Ири никто заранее не знал. Да и нет на памяти случая, чтобы с подобной просьбой обращались подростки. Поэтому, взгляды присутствующих родовичей обратились в сторону главы. Всем теперь было интересно: как ответит Орис на столь грубое нарушение правил? Орис же, выдержав соответствующую моменту паузу, не спеша ответил:

- Лесная Правда не запрещает сообщать собранию важное даже несмышленым, - после этих слов он по очереди одарил взглядом всех, кого обычай считал несмышлеными: дочерей и младшего сына, - но ты обязана хорошо подумать о важности того, что собралась сказать. Сейчас еще не поздно отказаться от своей просьбы.

Лицо Ири полыхнуло густым румянцем, глаза дерзостно засверкали, но проявив похвальную сдержанность, она так же выдержала паузу и ответила:

- Пусть удержат меня от глупости Великие Духи, души предков, Молодая Ива и огонь домашнего очага. Мне действительно есть что сказать собранию и я прошу у тебя разрешения сказать Слово.

Внимание всей семьи было обращено Ориса и только на него. А он опять помедлил и сказал:

- И все-таки я предложу тебе лучше подумать и решить: есть ли нужда в твоем Слове?

- Я достаточно долго думала накануне и клянусь всем что для нас свято, просьба моя не о пустяке.

Случай хоть и необычный, но обрядовый этикет соблюдался безукоризненно. Орис дал дочери возможность трижды повторить просьбу. Дважды он ее предостерегал от глупости и третий его ответ должен все определить.

- Выслушав Несмышленую, называемую Ири-Най из рода Ивы, я даю ей право Малого Слова. Несмышленая эта может им пользоваться до тех пор, пока не наступит полночь.

Все. Разрешение дано и семья, расположившись полукругом у очага, приготовилась слушать. Правом Малого Слова обладали вступившие в законный брак, но не ставшие еще родителями. Правом высказывать свое мнение на собрании они обладали. Но в отличии от тех, кто обладал правом Слова, не имели права участвовать в принятии решения. Обычно решения принимались большинством голосов, но только тогда, когда с большинством соглашался глава рода. В случае несогласия, у него было право Последнего Слова, которое перевешивало мнение большинства.

- Погоди немного муж мой, - спохватилась мать, - твое решение неоспоримо, но оно неполное. Дав Ири право Малого слова, ты тем самым до полуночи сделал ее замужней женщиной, хотя она никогда не знала мужа. Кем она станет после полуночи?

А ведь верно. Лесные Духи не одобряют беспорядка в таких делах. Для них Ири действительно стала замужней женщиной, пусть и ненадолго. То, что у нее нет и никогда не было мужа, для Духов неважно. Сейчас они считают ее именно таковой. После полуночи, она "потеряет" никогда не существовавшего мужа. То есть, станет вдовой. Став вдовой, она теряет имя, данное ей мужем и обретает новое. Но "муж" не давал ей имени, а старое она уже потеряла.

- Не имеющего имени можно назвать как угодно. А можно никак не называть. В полночь, когда наступит срок ее вдовства, я назову ее новое имя. Но в любом случае ты можешь называть ее дочерью.

Вот так и вышла из своего рода Ири, не войдя при этом в род мужа. Это ее ничуть не смутило. Встав напротив слушателей так, что ее отделил от них огонь очага, она начала говорить.

- Родные мои, даже после того, как я потеряла свой род, я для вас осталась родственницей, а вы моей родней. Слушайте меня внимательно. Все вы знаете о том несчастье, что постигло меня и сестру. Несчастье это касается не только нас или вас, но и всего нашего народа. Нас истребляют враги и мы уменьшаемся численно. Мы давно уже не можем дать им достойный отпор. Мы существуем как народ до тех пор, пока женщины рожают детей. Но с каждым годом все трудней найти для нас пару. А гибель наиболее подходящих женихов, обрекает не только меня и сестру на вынужденное бесплодие. Мы первые, но не последние. Со временем таких как мы будет больше и народ наш исчезнет. Но я не хочу мириться с тем, что навязывают нам враги. Мы должны рожать. Мы должны расти числом. Мы должны накопить силы и отучить чужаков соваться в наши леса.

Вы спросите: как это сделать? Я отвечу: если не выходит размножиться приличным образом, я готова пойти на крайнее бесчестие, но дать нашему народу потомство. Раз с нами воюют без соблюдения всяческих правил, то почему мы должны держаться за эти самые правила? Наш народ имеет право на жизнь. Наши женщины имеют право дарить жизнь. Вот потому я и решила просить вас поддержать меня в моей задумке. И коль я больше не принадлежу своему роду, вы избежите гнева Духов. За все отвечу я одна. А если решите не помогать мне в задуманном... Что же, я согласна уйти совсем и всего добиться сама.

- Дочь моя ты решилась на кровосмешение? Но это не спасения. Так не спасти народ от вымирания, - перебила ее мать.

- Нет матушка, не это я задумала. Просто мне однажды пришла в голову мысль: почему враги могут похищать наших женщин, а мы не можем похищать их мужчин? Я просто собралась сделать отцом своих детей взятого в плен врага.

- Сестра! Ты говоришь ужасные вещи! Неужели ты не содрогнешься от мысли вступить в связь с грязным хумансом? - не выдержал старший брат, - нужно ли нам потомство от животных?

- Ты должен знать, что мы все потомки этих животных. Только никто не любит вспоминать про это. И зачем нам самцы хумансов, если есть наши западные соплеменники? Они не считают нас ровней себе и все наши беды начались с них. Так не пора ли предъявить им счет? Разве не будет достойной местью за прошлое, те унижения, которым подвергнутся не только взятые в плен мужчины, но и вся их высокомерная родня?

Сегодня явно был вечер потрясений. Отец еще не сказал своего слова, а старший сын его разошелся. Да так, что его еле успокоили. Ири задела самую больную мозоль своего народа. Западные эльфы не просто так считали восточных неравными себе ублюдками. История это давняя.

Началась она еще во времена войн с Темным властелином, когда бесчисленные полчища Белмара отвоевывали у эльфов одну область за другой. Как правило в отдельных боях и сражениях эльфы побеждали. Но на месте одного разгромленного войска Врага спустя краткое время возникало другое. Отродьям Тьмы и примкнувшим к ним хумансам, было не трудно вместо разгромленных армий выставлять новые. Плодясь с невероятной скоростью, слуги Врага могли позволить себе любые потери. Эльфийки рожали намного реже и потому войска Перворожденных год от года уменьшались в числе и лишь воинское мастерство да превосходство в магии позволяло долго противостоять врагам. Правда и враги не всегда были едины. Время от времени между ними происходили междоусобные войны. Но стоило вмешаться Врагу, как склоки прекращались, единство восстанавливалось и следовало новое нашествие.

В один то ли прекрасный, то ли наоборот, мерзкий день, кому то из эльфийских владык пришла в голову мысль о том, как можно увеличить численность собственных войск. Она была простой: использовать плодовитость самок хумансов для создания нового войска. Партии легкой эльфийской конницы совершили несколько набегов и добыли несколько сотен молодых пленниц. Желающих вступить с ними в связь не было, а потому пришлось приказывать тем, на кого пал жребий. Подчиняясь долгу, избранные воины преодолели омерзение и совокупились с теми, кого считали мерзкими животными. Согласия пленниц при этом никто не спрашивал. Спустя некоторое время на свет появились плоды гнусного насилия: наполовину люди, наполовину эльфы. Когда у матерей пропадало молоко, их отнимали у матерей и отправляли в лесные лагеря, где их воспитанием занимались эльфийские наставники. Некоторое время женщин еще использовались в качестве детородной скотины, а потом они куда то пропали. Но нужды в новых пленницах уже не было. Вошедшие в возраст полуэльфы могли и сами размножаться. В скорости размножения они тоже уступали хумансам, зато заметно превосходили эльфов. Полуэльфийки могли рожать детей раз в тридцать лет и они исправно рожали. Но именно тут и возникло то, чего затейники предусмотреть не могли. Уже во втором поколении наследственность начала преподносить сюрпризы. Половина рожденных детей так и оставались полуэльфами. Но остальные наследовали расу дедушек или бабушек. То есть, каждый четвертый оказывался эльфом, а остальные - людьми. Пришлось основать еще лагеря. Одни для сомнительных эльфов, другие для людей. Спустя сто лет, это дало свои результаты. Новые эльфы давали стабильно эльфийское потомство, люди порождали людей, а полуэльфы пополняли все три расы. Главное было достигнуто. Получено многочисленное войско для полевых сражений. Причем, большую его часть составляли люди, образовавшие народ мирийцев. Именно это новое войско и вынесло наибольшие тяготы войны с Темным властелином.

Пока шла война, новое войско не давало повода усомниться в его верности. Но наступил мир. Мирийцы были заняты освоением отвоеванных у Сил Тьмы земель и им было не до эльфийских дел. А новые эльфы и полуэльфы начали настаивать на уравнении в правах с теми, кто до этого был их повелителями, на что те не согласились. Так возникла вражда. Сперва скрытая, а потом откровенная. Тем временем, оставшиеся без повелителя орки и хумансы пришли в себя и постарались изжить и эльфов, и гномов, и их союзников. Началась Война Рас закончившаяся победой Сил Света. В ходе этой войны исчезла раса полуэльфов. Новые эльфы, убедившись что никакая верность не убедит господ признать их равными, подняли мятеж. И были разгромлены объединенными силами эльфов и мирийцев. Те, кто уцелел, бежали на Восток и укрылись в безлюдных тогда лесах за Мирийоном. Покоя они не обрели, ибо на них началась охота. За века жизни в Восходных лесах, никакого процветания они не достигли. Постепенно уходили из жизни мастера и маги. Дошло до того, что некому было научить их работать с железом и они перешли на камень и кость. Вот такую не зажившую за века рану разбередила своими словами Ири.

В этот вечер Орис выслушал много чего от наделенных правом Слова. Но ничего дельного в их словах по его мнению не было. Жена и старший сын лишь возмущались распущенности Лишенной Имени. Невестка всячески старалась сгладить ситуацию, но не преуспела. А тут еще жена взяла и ляпнула:

- С чего ты решила, что пленник согласится возлечь с тобою для того, чтобы породить детей.

- Мама! Разве обязательно его согласие? Кто его спрашивал у наших праматерей? Их просто насиловали наши "дорогие" соплеменники. Пусть они были самками хумансов, но они дали начало нашему народу и их позор стал и нашим позором. Причем, до сих пор не отмщенным позором. Разве не обязывает Лесная Правда мстить за подобное непотребство? И потому, я не стану спрашивать их согласия. Коль насилие неизбежно, значит насиловать буду я! И тогда позор падет не только на жертву, но и на его род.

- Так, прекращаем речи, - подал голос глава семьи, - завтра я скажу свое Последнее Слово, а сейчас все расходимся.

На следующий день, Орис отвел в сторону дочь и задал вопрос:

- Как ты собираешься добыть пленника?

- Отец, мы поселились у моря. Разве мы не можем построить лодку и доплыть по морю до эльфийских лесов?

- Я понял тебя. Но скажи мне, почему тебе так хочется осквернить свое тело и душу мерзким поступком? Разве нельзя поступить иначе?

- Если бы я знала, как это сделать! Но я не вижу иного выхода.

- Зачем похищать взрослого мужчину? К тому же, ты не подумала о сестре. Гораздо разумней похитить несмышленых младенцев и вырастить их самим. Лет через тридцать они войдут в года и вы можете выйти за них замуж. С нашим долголетием такое неравенство в возрасте не имеет большого значения. Вы успеете не единожды родить детей и тем самым дать нашему народу более свежую кровь.

Поразмыслив, Ири согласилась с тем, что предложение отца вполне разумно. Действительно, надежней воспитать по-своему вражьих отпрысков, чем стеречь сильного и злобного раба. Ну а то, что в момент замужества она будет вдвое старше жениха, действительно не имеет значения. Матери сейчас более ста лет, но она еще не старая и вполне возможно, что сможет родить еще раз. Внешне она ничем не отличается от вошедших в пору девушек. Значит, стоит согласиться с отцом. И если все выйдет, род Ивы со временем станет настолько многочисленным и сильным, что можно перестать прятаться от врагов. Более того, если выйдет у них, то может получиться и у других. Кто сказал, что другие рода не могут ходить в походы за кровью? Конечно могут! Но если они в этом деле станут первыми, то это принесет им не только силу, но и особое уважение всего народа.

- Отец! Я согласна с тобой. Вы мне поможете?

- Поможем. С завтрашнего дня строим лодку, а весной я с сыновьями отправлюсь в поход. Да даруют нам удачу Великие Духи!

О том, что на пути им встретится Гряда, Орис не знал, ибо многое за прошедшие века забыто и утрачено. В тот же день он явил семье свое Последнее Слово. А днем позже началась подготовка к весеннему походу. И тут были свои трудности. Западные эльфы были опытными мореходами и корабелами. Восточные же давно забыли как выглядит море. Строить лодки они не разучились, но это были лодки, пригодные для плаванья по рекам и озерам. В море же требовалось совсем иные. А какие нужны - подсказать было некому. Поэтому делали как могли. Работа уже подходила к концу, когда произошло новое происшествие. Как бы они не привыкли к бдительности, но спокойная и безопасная жизнь на новом месте их расслабила. Увлекшись работой они не сразу увидели тихо входящий в бухту корабль. Но все-таки увидели. Бросив недоделанную работу, отец с сыновьями скрылись в прибрежных зарослях. Сам отец с Тургом остались наблюдать, а Сург метнулся к стойбищу.

Тем временем стало ясно, что на корабле заметили их лодку . Пришлые сменили курс и шли явно к ним. Когда подошли ближе, стало ясно, что в гости к ним пожаловали самые настоящие эльфы. Благодаря остроте зрения, Орис насчитал на палубе корабля девять фигурок. Остановился корабль в трехстах пятидесяти шагах от берега и стала различима речь чужаков. В это время вернулся Сург и с ним пришли сёстры, принеся боевые луки со стрелами и три копья.

- Мать и Лари с детьми уже собираются. Ждут только нашего слова.

Тем временем чуткие эльфийские уши уловили разговоры между чужаками. Услышанное удивило Ориса. Существует много эльфийских наречий. Но не смотря на различия, эльфы разных лесов прекрасно понимают друг-друга. Услышанная же речь ни на что знакомое им не походила. Была она одновременно резкой и певучей, но все-равно чужой. Эльфы так не говорят! Было от чего прийти в недоумение. Зрение ясно говорило что перед ними эльфы, а слух уверял в обратном.

- Отец, кто это? - еле слышно спросил Тург.

- Не знаю, они ни на что известное нам не похожи.

- Может это колдуны? Навели морок и готовят какую-нибудь пакость.

- Не знаю. Но если это колдуны, то очень глупые. Принять облик и выдать себя речью?

Тем временем с корабля спустили небольшую лодку и севший в нее эльф уверенно направил ее к берегу.

- Не стрелять! Сперва поймем, что ему тут нужно.

Доплыв до берега, странный эльф вытащил свою лодку на берег, ведя себя так, как будто ему ничего не угрожало, хотя оставленные на берегу следы говорили о том, что здесь кто-то совсем недавно был и вряд ли далеко ушел. Поразительная беспечность! Или он действительно оградил себя от опасности? Оружия при нем видно не было. Между тем, пришелец закончил возиться с лодкой и повернувшись лицом к подстерегавшей его засаде, заговорил. Говорил он на понятном для всех общем языке, хотя и со странным выговором:

- Хозяева! Если вы слышите меня, то знайте, мы приплыли не для того, чтобы причинять кому то зло. Нам здесь ничего не нужно кроме краткого отдыха. Когда мы отдохнем от тягот пути и приведем свой корабль в порядок, мы покинем это место.

Произнеся речь, пришелец сложил руки на груди и остался стоять глядя прямо на то место, где засели Орис и его дети. Трудно было не понять, где притаилась засада, ибо в спешке они не успели уничтожить следы на прибрежном песке. Глупо было прятаться от тех кто прекрасно знает, где ты прячешься. Подав знак "Не стрелять!", Орис вышел навстречу чужаку.

- Кто ты такой и что тебе нужно у нас?

- Меня звать Василий и я глава Дома Красной Звезды. Мы такие же эльфы как и вы, но прибыли мы из мира, существующего под другими звездами. Поэтому речь наша иная и обычаи наши отличаются. Здешние Хозяева Стихий дали нам для поселения те земли, которые вы называете Темными. Сейчас нам нужен отдых перед продолжением пути. Мы рассчитывали провести здесь зиму, а потом продолжить путь. Но если вы не согласны поступить по обычаю гостеприимства, мы немедленно уйдем.

Глава 10. Грязная работа

Новый дом даны Грамины был построен совсем недавно. Сегодня ровно месяц, как она в нем поселилась вместе с чадами и домочадцами. Прежний остался в Веселом квартале и им сейчас занималась гномья артель, превращая бывшее жилье богатой гражданки вольного города в гостиницу для солидных людей. Вообще то, прежнее жилище ее более чем устраивало, но он хорош был для молодой экономки, занимавшейся хозяйством делового человека. Точно так же он был впору молодой супруге скрасившей остаток жизни пожилого купца. Подходил он и почтенной вдове, ставшей наследницей покойного мужа. И даже хозяйке злачных заведений Складона можно было его не стыдиться. Но для матери молодой девушки, которой скоро нужно подыскивать приличного жениха, он не подходил.

Грамина никогда не забывала о своем происхождении. Конечно, брак с простолюдином ее не украшал и право на прежний герб она утратила, но в Складоне, где положение в обществе определяет мошна, а не пышная родословная, об этом пришлось временно забыть. Принадлежность к мирийской знати еще недавно была для нее просто эпизодом несчастливого детства и казалось, ничего не значила для ее нынешней жизни. Оказалось, что это не так. Задумавшись о дальнейшей судьбе своей дочери, Грамина пришла к выводу что следует занять достойное положение в здешнем обществе. Никто из представителей городского патрициата не мог похвастаться предками-аристократами. И даже имперский наместник, имевший не самый высокий чин, был самым обычным выскочкой, чей дед ковырялся в земле, а бабка самолично доила коров. При этом, одни не смотря на богатство, другие несмотря на занимаемую должность, к аристократам были неравнодушны. Быть даже в незначительном родстве с мирийскими нобилями, согласны будут многие. Особенно если к этому приложится неплохое приданное невесты. Но помимо наличия приданного, невесте желательно иметь хорошее воспитание. Придя к такому выводу, Грамина затеяла строительство самого настоящего особняка в Верхнем городе, купив земельный участок на берегу полноводного Гэйсона. Много раньше она занялась воспитанием дочери.

Ради этого позаботилась о хороших учителях. Толк из этого вышел. Ее Данута помимо общего языка неплохо овладела мирийским придворным эльфинитом, классическим имперским и нижне-варсайским языками. Она осилила все обязательные для образованного человека философские труды, неплохо пела, играла на струнных инструментах, прекрасно рисовала. Помимо этого она освоила мирийский придворный этикет.

Но одних хороших манер мало, чтобы добиться в жизни успеха. Поэтому выписанные из имперской академии учителя, вложили в ее голову обязательные для деловой женщины науки. Не забыла Грамина и про науки телесные. Случись нужда, доченька не ударит в грязь лицом и на княжеской охоте. Умение ездить верхом, стрелять в цель на полном скаку, владеть охотничьей рогатиной и ножом. Этому ее обучил Барлей - старый вояка, давно покинувший свое кочевое племя в далеких степях на юго-востоке, ради службы в конно-егерском отряде Варсайского владыки.

Всё было готово для выдачи Дануты замуж. Оставалось только подыскать ей подходящего жениха. С этим Грамина как раз не спешила. По её представлениям, жених должен быть не беден, разумен и не быть неотесанным болваном. А с этим имелись трудности. Никто, из семей городской верхушки ей не нравился. Уж изучить возможных кандидатов на руку и сердце дочери, владелице "веселых домов" труда не составило. Ее "девочки" в обязательном порядке внимательно слушали болтовню забывших про осторожность клиентов. И потому, о внутрисемейных делах патрицианских семей она многое знала.

И тут, вдобавок к материнским заботам как всегда примешались тайные дела. Пришло тайное послание от Варзиниила, после прочтения которого стало ясно, что жизненные планы придется менять. К посланию прилагался тубус с неплохо вычерченной картой и солидное количество золотых гномьих кованок. Отказываться от предложения своего настоящего хозяина Грамине даже в голову не пришло. Ей еще в Посольской роще доходчиво объяснили, чем чревато подобное поведение. Но не только перспектива изощренной расправы подействовала на нее. Варзиниил предлагал ей то, чего больше никто ей предложить не мог: стать владетельницей Восточно-Мирийской Марки. Которая на данный момент не существовала и которую предложено основать именно ей. Долина между Приморским хребтом и Морем Тьмы - вот что должно стать ее наследственным владением, признанным всеми эльфийскими владыками. Для начала ей приказано основать на удобном для этого перешейке небольшой острог, который даст начало новому городу.

Глядя на карту, Грамина согласилась с тем, что место для будущего города выбрано неплохое. Позицию на перешейке удобно защищать. Две прекрасные бухты укроют от бурь немалое число кораблей, а окрестные леса дадут немало ценного для продажи. Правда, возникал вопрос: с кем торговать? Ближайшими соседями были болотные орки и дикие эльфы. Но они не нуждаются в товарах которые способна дать эта земля. Самый удобный путь до Складона проходит через владения орков, которые с удовольствием будут грабить горе-купцов. Да к тому же Складон те же самые товары получает из своих торговых факторий в Восходных лесах. Путь к портам на мирийском побережье преграждает непроходимая Гряда. Туда вообще невозможно что либо везти. Можно закупить рабов и они расчистят места под пашни, но на этом не разбогатеешь. Но это что? Она уже поняла, что эльфы рассчитывают полностью запечатать орков в их болотах и со временем уничтожить, взяв под свой контроль устье Гэйсона. Или Мирийона. А это значит, что потом они плотно займутся Складоном, образовав после его захвата еще одну Мирийскую марку. Кстати, таким образом решается и вопрос брака для Дануты. Нужно обязательно настаивать, чтобы ей обеспечили жениха, во всех отношениях достойного. Рассчитывать на мирийского принца не приходится, но для роли принца-консорта сойдет и княжеский бастард. Желательно не сам по себе, а с небольшой вооруженной свитой.

План конечно хорош, но для нее будет главным не провалить его самое начало. Тем более, что конец послания какой то странный. Обычно Варзиниил писал без эльфийских вычурностей. Но тут он, заканчивая послание, вдруг их так возлюбил, что Грамина несколько раз перечитывала концовку, пытаясь понять: что еще от нее требуется? Долго продираясь сквозь дебри иносказаний и намеков, она поняла, что туда же стремятся попасть какие-то неправильные эльфы, существование которых совсем нежелательно. То есть, на нее скидывают грязную работу.

"Так, чем эти эльфы не угодили Варзилиину? Перворожденные умеют избавляться от нежелательных собратьев. Привлекать к этому людей не в их привычках. Но если все-таки привлекают, значит устраняемым покровительствуют такие влиятельные персоны, что даже эльфийская верхушка опасается ввязываться в это дело самолично. Как бы Варзиниил не ценил меня, но пожертвует мной без колебаний. Мол, он тут не при чем, все это мерзкие людишки сотворили. И как быть мне? Устранение загадочной эльфийской компании - это и есть настоящая цена за собственный княжеский замок и власть над землями. Откажешься - ничего не получишь и то что имеешь утратишь. Вместе с жизнью. И Дануте при этом не жить".

Всю ночь Грамина не могла уснуть, обуреваемая тяжкими мыслями. Поступить можно было трояко. Можно плюнуть на хозяина и уехать подальше, куда не дотянется его карающая рука. Вот только просто так уехать не выйдет. Нужно продать свое дело и особняк. Быстро сделать это не получится и настоящую цену никто не даст. При этом, об исцеляющих и омолаживающих эльфийских снадобьях придется забыть. Как и о стабильных доходах. А на новом месте прежнее благополучие уже не восстановишь. Да и еще неизвестно, как далеко простирается карающая эльфийская рука.

Можно согласиться выполнять, но по прибытию на место, взять и перейти под покровительство странной эльфийской компании. Коль их не решаются самолично уничтожить, значит компания эта, достаточна сильна и в состоянии её защитить. Минусом тут то, что она теряет свои доходы в Складоне и на чужбине придется рассчитывать лишь на то, что получится прихватить с собой.

И наконец, можно выполнить приказ, но так, чтобы покровители странных эльфов не связывали их гибель с ней, Граминой. Тогда всё сходится. Она сохраняет свои доходы, организует свой домен, а кара за содеянное падет на убийц. Она тут не при чём и даже близко не стояла. Последнее предпочтительно. Вот только как это осуществить?

"Нужно найти таких убийц, которым даже не нужно приказ отдавать. Которые встретив эльфов, обязательно на них нападут и уничтожат. Где бы таких отыскать?"

Промучившись всю ночь, она утром встала, чувствуя себя разбитой. Настроение при этом было самое дурное и она, занимаясь делами, с трудом сдерживала себя от того, чтобы выместить его на прислуге. Прислуга же, чувствуя настроение хозяйки, старалась лишний раз на глаза не попадаться. То, что она умеет наказывать, знали все. Особенно служанки. Единственный обитатель дома, кто мог себе позволить не бояться гнева хозяйки - степняк Барлей, как правило проводил время либо с лошадьми, либо сопровождал во время верховых прогулок Дануту. И именно его упросили доложить хозяйке о прибытии служителя городского суда.

- Что нужно этому выползку из под гномьей шлюхи?

Барлей лишь пожал плечами.

- Зови его, да будь готов в случае чего его ... Хотя нет, пусть говорит.

Судейских Грамина не переваривала на дух, так как не по разу имела с ними дело. Все прошедшие года, когда она прибирала к своим рукам злачные места в Весёлом квартале, её изрядно потаскали по судам те, кто и сам был не прочь получать прибыль со столь доходного дела. Потому быть приветливой с очередным представителем сутяжного заведения ей не хотелось. Явившийся пред ее взором человечишка даже внешностью своей не вызывал симпатию, а уж натура его без сомнения была наиподлейшая. Иных в местном суде просто не могло быть.

- Ясновеликая дана, - начало блеять это недоразумение, - я послан ясновеликим даном Вивасом с хорошим для вас известием. Ваш иск по поводу буйства вольных егерей в заведении "Белая роза" рассмотрен и признан обоснованным. Покусившиеся на вашу честь негодяи, приговорены к штрафу и возмещению ущерба. Но так как после уплаты в городскую казну штрафа, виновные остались без средств существования, то суд приговорил их к рабскому состоянию на время, достаточное для отработки нанесенного вам ущерба. А так как в распоряжении городского совета нет работ, способных принести прибыль, достаточную для покрытия ущерба, то суд приговорил передать поименованных в приговоре рабов в полную вашу собственность.

Слушая речь этого ничтожества, "ясновеликая дана" потихоньку закипала, воспринимая приговор суда как утонченное издевательство над ней. Она с трудом сдерживала себя, хотя очень хотелось отдать приказ Барлею, чтобы он свел судейского на конюшню и как следует его выпорол. Вместо этого пришлось изображать ледяное спокойствие и внимательно слушать дальше.

Речь шла о происшествии, случившемся неделю тому назад. В тот знаменательный вечер, Грамина как обычно посетила "Белую розу" чтобы узнать, что интересного выболтали клиенты ее "девочкам". Цены в "Белой розе" были таковы, что простая публика ее не посещала. Богатые купцы, городская верхушка, имперские чиновники, знатные путешественники - вот основной состав посетителей этого заведения. И кто же мог знать, что вернувшимся из похода вольным егерям захочется в этот вечер погулять в самом лучшем "заведении" Веселого квартала? Запретить им прогулять свой хабар именно здесь, никто не мог. Ну и добытчики разошлись во всю ширь своей души и во всю дурь своей порочной натуры. Выпито ими уже было достаточно, чтобы лихой задор выплеснулся наружу самым необычным образом.

- Ты куда красотка направилась? - рослый и широкий в плечах детина, быстрым движением обхватил ее талию левой рукой, а правой ловко ей закинул золотую монету за корсаж платья.

Лицо Грамины разом стало пунцовым, закинутая в корсаж монета означала плату за будущие постельные утехи. Рванувшись, она вырвалась из захвата и влепила грубияну пощечину. И тут же свалилась на пол от сильной оплеухи, нанесенной в ответ на ее сопротивление.

- Друзья! Эта шлюха взяла деньги и не хочет их отрабатывать! Но мы её заставим это делать! Налетай! За всё плачу!

На помощь хозяйке уже спешили двое вышибал. Только вольные егеря, это не подгулявшие ремесленники. Драться они не только любили, но и умели. Неплохо умели. И был их целый десяток. Хотя вышибалы и были в подобных делах далеко не новичками, но выстоять против такой компании не смогли, а хозяйку их, невзирая на бешеное сопротивление, отволокли к столу, который одним махом очистили от остатков ужина и разложили ее на столешнице.

Грамина ни на единый миг не прекратила сопротивления, хотя уже понимала, что отстоять свою честь вряд ли получится. Ей задрали подол платья с нижней юбкой и начали срывать панталоны, когда обстановка на поле битвы резко изменилась. В зал ворвался кем то вызванный патруль городской стражи и внимание насильников переключилось на них. Будь егеря хоть чуточку трезвей, на этом бы все и закончилось. Но на беду, вино и досада от сорванного развлечения сильно ударили им в голову и в доселе приличном заведении вспыхнула безобразная кабацкая драка быстро переросшая в погром. А она сидела на столе и тупо смотрела на происходящее безобразие, медленно приходя в себя. Справиться с буянами патруль не смог, но пришедшее вовремя подкрепление решило исход схватки.

К тому времени заведение выглядело ужасно. Но самое печальное, что в пылу схватки никто не обратил внимания на опрокинутый масляный светильник. Горящее каменное масло быстро растеклось по полу и проникло сквозь щели в полу в дровяной склад находившейся в подвале. Запоздалая попытка потушить пожар ни к чему не привела и всё что оставалось делать, так это срочно бежать подальше от пламени.

- Послушайте, как это вас звать? Впрочем, это неважно, - обратилась она к судейскому после того как он завершил свое нудное выступление, - зачем мне нужны какие то там рабы, не умеющие ничего полезного делать? Почему бы городу их не сослать на торфяные копи? Право, у меня хватает слуг, а собственной тюрьмой я как то не обзавелась.

- Ясновеликая дана, - опять начал нудить судейский, - город лишен права держать в узилище не принадлежащих ему рабов. И император дурно отнесется к тому, что кто-то заставил принадлежащих частным лицам рабов использовать в своих интересах. И да, сейчас стража ведет их к вашему жилищу.

Теперь Грамина возжелала самолично выпороть представителя «крапивного семени». Это же надо, такую свинью ей подложить! Ладно деньги, их всегда можно заработать. Но лишиться "Белой розы"! Куда еще пойдут весело проводить время почтенные люди? Именно "Белая роза" была источником самых ценных сведений, что собирала она для Варзиниила. Пока построишь новое заведение, пока заново наладишь его работу... Нет, сегодня явно стоит не сдерживать себя, а дать волю своим чувствам. Судейский пусть уходит невозбранно, но кто-то из домашних ей явно сегодня подвернется под горячую руку.

Выпроводив судейского и распорядившись разместить только что обретенных рабов в незанятой еще кладовке, она уединилась в рабочем кабинете и вновь расстелила на столе карту. Посольская роща неплохо учила своих шпионов. Считать время, необходимое для путешествия, она умела не хуже имперских тагмадаров. И по всему выходило, что перехватить загадочных эльфов получится лишь в том случае, если она немедленно отправит вооруженный отряд в те края. Вот только отряда этого, у нее не было. Хотя...

"Грамина, Грамина! Какая же ты дура! У тебя есть десяток рабов из тех, кто привык сражаться с эльфами в их родных лесах. А нужно будет, можно еще ватажников нанять"

Приняв решение, она слегка повеселела и велела Барлею привести в кабинет предводителя "этих скотов". Спустя короткое время, знакомый ей громила вошел сопровождаемый степняком. В глазах его плескалась злоба, но нисколько не заблуждаясь насчет бойцовских качеств Барлея, он вел себя сдержано.

- У тебя и твоих дружков есть выбор, - начала хозяйка без лишних предисловий, - для моего хозяйства вы бесполезны. Хотя, если мне открыть заведение для ценителей мужской красоты... Впрочем, пока не будем о грустном. Можете поверить, что устроить вам жизнь долгую, но кошмарную, я сумею. Это первое мое предложение. Второе предложение намного приятней первого. Вы подписываете кабальную грамоту и служите мне до избытия вины. Выбирай, что тебе по душе.

- Мне нужно с ребятами посоветоваться.

- А мне не интересно уговаривать своих рабов. Решай за всех или решать стану я.

- Какую службу исполнить нужно? - соображал громила быстро.

- В картах разбираешься? Тогда подойди ближе и смотри сюда. Мне нужно провести обоз с переселенцами от Складона до вот этого мыса. И защитить их от разной напасти.

Найти образованного человека среди вольных егерей вряд ли получится. Даже тех, кто умел читать можно было по пальцам пересчитать. Но умением читать карты похвалиться могла большая их часть. И сейчас, провинившийся вожак глядел на карту не как баран на новые ворота. Видно было, что ему не впервой их разглядывать. Кончив изучать карту, он призадумался и достаточно долго не подавал голоса.

- Хорошая карта, - произнес он наконец, - наверняка у эльфов куплена, наши землезнатцы не умеют такие делать. Только ничего у вас не выйдет.

- Почему?

- Сейчас осень и вот-вот зарядят дожди. Но это не самая главная помеха. Я с ребятами пройти смогу, но провести обоз не выйдет. Дорог в Восходных лесах нет, только тропы. Вьючные обозы еще могут пройти, а телегам ходу через лесные крепи нет. Дальше идет хребет. Там, если и есть тропы, то только звериные. И куда они заведут, заранее не скажешь. А мы туда никогда носу не совали. И эльфы свои носы туда не казали. Это точно известно. В общем, не разведав пути, обозы тащить, только дело губить. Да и кто их знает тамошние тропы? Может там только горные козлы пройдут.

- Значит отказываешься?

- Ну зачем отказываться? Коль дождаться зимы, то хороший путь появится, правда опасный он, но отбиться от лиходеев можно.

Где раньше была твоя голова, Грамина? Этот подонок подсказывает ей то, о чем сама могла догадаться. Осенью в морях так штормит, что даже эльфы редко пускаются в путешествия. А зимой вообще дома сидят. Значит что? А то, что дальше этого мыса они сейчас не пройдут. Море Тьмы и летом неспокойно, а уж осенью и подавно. К тому же, если верить сказаниям, то в Темноземье зимой настолько сильные морозы, что море вокруг него покрывается льдом. Значит никуда они голубчики не денутся. Будут зимовать на полуострове. И это значит, что у нее есть время хорошо подготовиться.

- И что это за путь такой?

Атаман ткнул пальцем в то место, где Приморский хребет почти вплотную подходил к Орочьим болотам.

- Болота тут не вплотную подходят к скалам. Между ними тянутся луга. С виду нормальные, но на деле там земля сырая, а сейчас и сильно набухшая от дождей. Телеги там никак не пройдут. Разве что сушь великая выпадет. Но этого никто не пробовал. Из-за орков. Да и делать в тех землях нечего было. Зато зимой там всё смерзнется, покроется снегом и можно санные обозы водить.

- А орки?

- Они конечно недалеко от этого места обитают. Только больших селений у них нет. Больше пяти воинов такое селение не выставит. А договориться с соседями им не просто. Грызутся постоянно и даже набеги учиняют друг на друга. Чтобы сильный отряд собрать, много им времени потратить на договоры придется. Успеем проскочить. Да и отбиться от мелкой банды нетрудно.

Глава 11. Тревога

- Все Серега, на сегодня хватит!

Младший сын Ориса, всю жизнь бывший Сургом, а в кузне Александра быстро ставший Сергеем, с видимой неохотой отложил тяжелый молот и приступил к уборке рабочего места. Будь его воля, он продолжил бы и дальше работу, но беспрекословное повиновение старшим у Восходных эльфов в крови. Неважно кто в данный момент старший: глава рода или наставник в мастерстве. С того самого момента, когда Сург впервые увидел Александра за наковальней с молотом и клещами, его навеки очаровала поэзия древнего огненного мастерства. Александр, нуждавшийся в помощнике, с удовольствием взял в обучение крепкого, ловкого и сообразительного ученика. Глава семьи не возражал против того, чтобы сын приобщился новому для него мастерству. Все, что могло принести славу его роду, должно находить всемерную поддержку. Тем более, в таком важном деле как работа с металлом. Плата за работу была более чем достойна, ибо семья начала потихоньку обзаводиться изделиями из стали. Топоры, ножи, наконечники копий и стрел... кто из соплеменником мог этим похвастаться? А потому Сург был освобожден от необходимости ходить на охоту. Зачем? Женщины не хуже мужчин могут подстрелить птицу или мелкое животное. Тем более, их теперь стало больше в два раза. Есть кому заняться домашними делами, есть кому и пищу добыть. Мужчины сейчас заняты тем, что женщинам не поручишь.

Василий Иванович с Георгием и Андреем приводят в порядок "Аврору", готовя ее к весеннему плаванию. Валентин же занят иным. Сперва ему поручили наладить добычу соснового вара и производство древесного угля. В помощь ему дали Турга, который хорошо изучил окрестные леса. Дело пошло, но Валентин довольным полученными результатами не был.

- Понимаете, с этих мест можно извлечь больше пользы. Мне нужно больше помощников! Одного меня с Тимохой на все не хватит.

Тург, имя которого так же русифицировали, вполне охотно согласился с тем, чтобы пришельцы его звали Тимофеем. Местным обычаям это было совсем не противно. Наставник был вправе наделить своего ученика любым именем.

- Эти места сущий рай! - объяснял сотый раз Валентин, - будь у здешних эльфов достаточно знаний, они на одной лесохимии стали бы процветать!

- И оставить после себя пустыню?

- Ну зачем так? Лес они любят и чтят. Он для них такой же кормилец, как для крестьянина пашня. Губить они его никому не дадут! Крестьянин ведь не станет поджигать хлебное поле, так и эльфы, - горячо возражал доморощенный химик и снова пел песни о своем, - мне бы помощников побольше!

Как раз вопрос с помощниками должен был решить Орис. Хоть поздняя осень и не самая лучшая пора для путешествий, но войдя в положение, он взялся уговорить несколько семейств переселиться в эти места.

Не сразу удалось найти с Орисом общий язык. Иваныч целую неделю потратил на переговоры с недоверчивыми аборигенами, прежде чем получил согласие на временное поселение. Да и то, подальше от стойбища хозяев. Целый месяц ушел на взаимное притирание и привыкание, но в итоге лед недоверия треснул и добрые отношения наладились.

Когда Александр дошел до семейного шалаша, его ждал ужин, приготовленный Викой. Быстро покончив с едой, супруги занялись каждый своими делами. Как это ни странно, но работы по дому хватало и в шалаше. Помыв посуду, Вика занялась починкой одежды, а ее супруг - плетением корзины. Первой нарушила молчание Вика:

- Знаешь, появилось одно серьезное дело, которое следует решить в ближайшее время.

- Что за дело?

- Василий наш свет Иваныч, как известно, мужчина холостой и сердце его никем не занято, а в семье Ориса на вечный простой обречены две подходящие для замужества дочери.

- Решила свахой стать? А может быть не лезть в это дело? Пусть Иваныч сам решит, с кем ему жить. Тем более, если Орис приведет сюда соплеменников, выбор у него будет богаче.

- Не будет. Те девки, что придут сюда, либо сговорены, либо просватаны. Так что с ними ему ничего не светит.

- Ну и к чему этот разговор?

В прежней жизни, как и все одноклассники, Александр Вику на дух не переваривал. Мало того что некрасива, так еще и такая язва, каких мало на свете. Здесь же, в Иверионе, многое в ней поменялось. В первую очередь - внешность. Непонятно по каким соображениям, но ее превратили в красавицу, каких и среди эльфиек немного. Но внутренне она поменялась не сразу. Александр женился на ней вовсе не по любви, а как говорится "ради щей". За годы брачной жизни, жалеть о своем решении не пришлось, но сходились характерами довольно долго. Принцип : "стерпятся - слюбятся", в их случае неплохо работал. Сдержанность в отношениях постепенно уходила в прошлое и они не жалели о сделанном выборе. Гораздо тяжелее налаживались отношения с товарищами по несчастью. Старая память не очень способствовала сердечности отношений. Вику до сих пор только терпели, особенно девчонки. И чего греха таить, опасались. Лишь с командиром у неё сложились доверительные отношения. Тот, прекрасно понимал её и потому тактично пресёк прежние попытки заигрывать с ним. На что Вика если и обижалась, то недолго. Прежняя профессия приучила не лелеять свои обиды, а руководствоваться прежде всего пользой дела. Именно о пользе она сейчас думала, затевая разговор с мужем.

- Вы, мужики, долго без баб обходиться не можете. Портит вас одиночество. Иваныч не исключение. Хотя как старик, он дольше вашего с ума сходить не будет. Так что женить его непременно надо, пока дурить не начал. Я на этот счет закинула удочку в разговоре с Нари. И знаешь, она обрадовалась. Не знаю, что у них там внутри семьи произошло, но у них есть проблема с Безымяшкой и её сестрой. Причем, с Безымяшкой особенная беда какая-то. Что там с ней случилось, мне не говорят, но в семье она стала изгоем.

- Вика, не лезла бы ты в души их со своими благодеяниями! Или старые привычки покоя не дают? Пусть Иваныч сам свои дела устроит.

- А вот и не выйдет это у него.

По словам Вики, тут все было далеко не просто. Ни одна эльфийская семья долго дочерей не держит. При первой же возможности выдают замуж. Но делают это с соблюдением сложных правил. Сперва ищут дочери подходящую пару. Перелопачивают кучу родословных и определяют, кто из парней ей подходит. Занимаются этим Старшие матери.

- И тут понимаешь, трудность есть. Все мы сюда попали без родителей. Матери у командира нет, поэтому и сговариваться не с кем. А потому, нужна женщина, старшая в роду. Эти ребята и девчата быстро выяснили, что на корабле я первая после нашего командира. Значит имею статус старшей женщины.

В общем, сговор между Викой и Нари уже произошел. Правда, без споров не обошлось. Вике приглянулась Кати, а Нари это не устраивает. Она настаивала на том, чтобы Иваныч взял в жены обеих дочерей. Переспорить её не вышло. Либо командир берет в жены двоих, либо никого не получит. Пришлось соглашаться.

- Но сговор это так, обязательной силы за ним нет. Главное - сватовство. Вот тут и выступаешь ты.

- Почему именно я?

- Эти соседи наши, очень наблюдательны. То, что на берегу распоряжаешься всем ты... ну не всем конечно, а большинством дел, они поняли влёт. Поэтому не упирайся. Официальное предложение главе семейства делать тебе.

- А он согласится?

- У них такие дела самовольно не делаются. Будь уверен, Нари с мужем уже все обсудила и получила его согласие. От нас требуется, чтобы всё наше племя единогласно это одобрило. Но тут я трудностей не предполагаю. Наши с удовольствием дадут согласие. Трудность есть в ином.

- Уговорить Иваныча?

- Да, осталось только его уговорить.

А Иваныч, не подозревавший о том что его уже без него женили, следующим утром был в дурном настроении. Непонятная тревога не давала ему покоя. Решив не поддаваться настроению, он продолжил заниматься намеченными делами. На сегодня был намечен поход к Валентиновым делянкам за сосновым варом и древесным углем. До делянок нужно было шагать весь световой день. Вышли впятером:, оставив на хозяйстве женщин и прихватив с собою Сурга. Жаль конечно, что лошадей в их хозяйстве не было, поэтому всё приходилось тащить на себе в заплечных корзинах. Цели похода достигли к вечеру. Заночевав в построенных ранее шалашах, утром нагрузились и пошли назад. Возникшая тревога так никуда и не делась. Было ощущение, что в скором времени произойдёт какая-то пакость. Не то, чтобы прямо сегодня, но ждать осталось недолго. Что же это такое? Пытаясь разобраться в своих ощущениях, начал с ответа на вопрос: что ему конкретно не нравится? А не нравилось прежде всего спокойствие и беспечность народа. Более того, случись что, его не собрать за короткое время. Разбросаны все. Один в Восходных лесах, двое на своей делянке, двое в кузнице, трое у "Авроры". Бабы тоже не в куче. Одни на охоте, другие в стойбище, третьи у шалашей хозяйничают. Нагрянь внезапно какая сволочь, всем придется врозь отбиваться. Насчет внезапности особый разговор. Не на курорте ведь и не в мирной стране. Скоро откроется сезон охоты на эльфов, а у них ни разведки, ни боевого охранения. Отбиться выйдет разве что на корабле, если конечно нападающие его жечь не станут. И что с того, что места эти считаются необитаемыми? Были таковыми, да все это в прошлом. Тем же оркам сюда нетрудно добраться.

"Значит чуйка никуда не делась. Только работать стала лучше. Предупреждает не только о сиюминутной опасности, но и предстоящей спустя длительное время. Только сколько времени нам беды ождать?"

Ночью так и не вышло уснуть, а уже утром, перестав играть в молчанку, поставил задачу:

- Посетило меня чувство, что спокойная наша жизнь здесь скоро закончится. Это наверняка. У меня со времен заварушки на Кавказе появилось чутье на опасность. Сейчас чуйка вновь проснулась. Поэтому, заканчиваем работы по кораблю. Ты Санек, заканчивай с Серегой свои работы в кузне и грузи железяки на корабль.

Железяки - остатки перенесенного вагона электрички, во время плаванья были вместо балласта, а сейчас их выгрузили на берег.

- Ты Маша, бери с собой Безымяшку, она девка надежная и места здешние знает, идешь на Валентинову делянку и забираешь благоверного вместе с Тимофеем. Работы там больше не вести. Что не унести, там и оставьте. Теперь Вика. Раз уж у тебя налажен контакт с Нари, предупреди её, что спокойной жизни наступает конец и потому пусть держатся кучно, по лесам не разбредаются, держатся настороже. В случае чего, пусть бегут к нам на "Аврору".

- А дальше?

- Думать нужно и за окрестностями наблюдать, чтобы врасплох не застали. И ждем Ориса.

Паники никакой не возникло, как и дурных споров. Свои уже привыкли выполнять команды, а местные в отсутствии главы семейства признали за Иванычем право распоряжаться. Осталось только наладить разведку и охранение.

С охранением решили просто. Один пост наблюдения расположили в "вороньем гнезде" корабля, а второй рядом со стойбищем, оборудовав на деревьях наблюдательную площадку.

С разведкой решили не сразу, ибо непонятно, откуда может появиться враг. Мог со стороны хребта, а мог и по берегу моря идти. Будь больше народу, отправил бы разведчиков в эти две стороны. Но так как народу кот наплакал, от дальней разведки пришлось отказаться и ограничиться патрулированием основания перешейка. От всего этого была избавлена Лари с малышами. Их на всякий дурной случай поселили в кубрике корабля. Все остальные посменно несли службу.

Закончив с этими делами, Иваныч задумался о том, каким образом он встретит незваных гостей. Стоило понять, что из себя будет представлять враг. Неважно, будут это орки или люди. Всяко выходило, что прихода тяжеловооруженных воинов ждать не стоило. Ни конных, ни пеших. Скорее всего, это будет не очень многочисленный отряд легковооруженных воинов. Что-то типа разведывательной партии. Бороться с такими и легко и сложно одновременно. Легко в том плане, что не требуются навыки боя в сомкнутом строю. Достаточно обычной партизанщины. Но такие отряды и сами могут прекрасно партизанить. А это значит, что с ними нужно сразу покончить. Если конечно врагов не будет очень много. Иначе, придется вести длительную по времени игру в прятки.

Пока готовились, выпал первый снег и командир окончательно утратил покой. Да не только он. Все ждали Ориса, а он все не возвращался и не возвращался. А тут как назло, море начало замерзать. Стоящая в полутора сотнях метрах от берега "Аврора" теперь окончательно застряла тут до весны. Лед был еще тонкий, но скоро он будет в состоянии держать вес человека. Пока что от берега до корабля добирались на лодке, пробивая ежедневно канал во льду и заодно не давая обледенеть пространству вокруг "Авроры". Спустя две недели не нужен стал и канал, лишь по утрам вместо зарядки все обкалывали лед вокруг корабля.

Все изменилось под самый Новый год, праздновать который не было никакого настроения. Сестры-двойняшки, бывшие в патруле, углядели идущий со стороны гор значительный отряд и подняли тревогу. Спустя час, отряд вышел к берегу моря и уверенно направился к перешейку. А еще через полчаса стало ясно - свои! Орису удалось кого-то уговорить искать спасения от поимщиков именно здесь. Встреча была радостной для обеих сторон. Три рода, решившиеся на путь в запретные прежде земли, наконец то пришли сюда. А встречавшие радовались тому, что их теперь много и шансы отбиться от врага сильно возросли. И пока гости располагались лагерем возле Орисова стойбища, Иваныч наскоро познакомился с главами пришедших сюда семей. Всего, если не считать женщин и детей, они привели с собою четырнадцать мужчин, годных для боя. Вместе с семьей Ориса и пришельцами, набиралось двадцать два воина. Значительная сила по меркам здешних мест. Не стоило скидывать со счетов и женщин. Они конечно не годились для рукопашной схватки, зато в стрельбе из лука ни в чем не уступали мужчинам.

Днём позже, пока пришлые осваивались на новом месте, девчонки срочно занялись генеральной уборкой на корабле. Спальный кубрик, где убрали ширмы и подвесные кровати, оборудовали лавками и столом. Готовилось собрание глав родов. Ради этого случая, был накрыт по возможности щедрый стол и земляне впервые за долгое время сменили матросские робы на парадные одеяния.

Невеликим корабликом была "Аврора", но гостей, которые впервые своими глазами увидели море, она впечатлила. Море конечно замерзло лишь у кромки берега да в самой бухте. Но если забраться на вершины деревьев, то видны были и свободное от льда обширное водное пространство.

Удивил гостей и внешний облик пришельцев. Ялмара, стремясь подчеркнуть нездешность землян, сделала их тела более рослыми и массивными нежели у местных эльфов. На фоне землян, "схидники", как с легкой Нинкиной руки стали называть Диких эльфов, выглядели более мелкими и хрупкими. Впечатление конечно обманчивое. Александр с Валентином уже убедились в том, что внешне хрупкие создания совсем не слабаки. Помимо внешнего облика, внимание гостей привлекла одежда. Интерес вызвал не сами стиль и покрой, сколько "родовые" орнаменты хозяев. Вид этих орнаментов был для них непривычным, но после того, как Орис представил хозяев гостям, более или менее понятными. Орис, как заправский мажордом, с невозмутимым видом называл имя, статус и род хозяина в соответствии с обычаями своего народа:

- Василий, глава Дома Красной звезды.

Как уже говорилось, орнамент Иваныча был прост и состоял из одного повторяющегося элемента - именно красной звездочки.

- Александр, глава Младшего Дома Мастеров и Виктория, супруга Александра, дочь младшего Дома Тайной Звезды.

Орнамент главы "Младшего Дома" был сложней. Сочетание зубчатой шестерни с традиционной эмблемой корпуса инженеров - перекрещенными молоточком и штангельциркулем. Причем инженерная эмблема была наложена на шестерню. С женскими орнаментами было все забавней. С самого начала им наставники объяснили, что даже если выбранные ими символы необычны для местных обитателей, то сочетание символов желательно выполнить в привычной для Ивериона манере. Родовые знаки жены как правило образовывали нижний ряд орнамента, а верхний ряд в обязательном порядке повторял орнамент мужа. Для себя Виктория не мудрствуя лукаво, в качестве родовой символики выбрала золотистую звезду, как раз сочетающейся с золотистой эмблемой мужа и лиловым цветом ее парадного костюма.

- Валентин, глава Младшего Дома Превращателей и его супруга Мария, дочь младшего Дома Хранителей Жизни.

Валентин и Мария в выборе символики нисколько не колебались. У мужа стандартный знак химической, а у жены - знак биологической опасности.

- Андрей, глава Младшего Дома Фемиды и его супруга Дарья, дочь младшего дома Меркурия.

Тут было еще веселей. Андрей выбрал Весы Правосудия окруженные двумя ветками непонятного дерева, а Дарья - изображение Кадуцея, жезла Меркурия.

- Георгий, глава младшего Дома Красоты и его супруга Нина, дочь младшего Дома Знаний.

Георгий с Ниной вообще оригинально придумали. Каждый сделал своей эмблемой вензель из трех начальных букв своих фамилии, имени и отчества. Получилось простенько и со вкусом.

По мере того, как Орис представлял соплеменникам землян, лица тех все в большей и большей степени выражали изумление. Еще бы! Судя по всему, их сейчас принимали в гостях самые настоящие эльфийские аристократы. Принадлежность к Дому, хоть старшему, хоть к младшему, для них много чего значило. Их собственная аристократия была уничтожена еще во времена Войны Рас. Те кто смог тогда выжить, не могли похвастаться знатностью рода. Быть главой рода, тоже немало. Но быть главой Дома - это недостижимая мечта. И пусть эти странные эльфы явились из далекого Замирья, для местных это ничего не меняло. Теперь понятно, почему хитрый Орис стремится выдать замуж сразу двоих дочерей за предводителя пришельцев. Он и так много выиграл, оказав гостеприимство. Одно стальное оружие, которым пришлые расплатились с ним, многого стоит. А теперь еще станет свойственником потомку эльфийских владык. Теперь, на любом собрании его Слово может стать Последним.

Закончив представлять хозяев, Орис начал представлять хозяевам гостей. Их было немного. Всего трое не считая Ориса. Лаур - глава рода Ольхи, Марис - глава рода Ели и Ларг - глава рода Дуба.

Когда закончилась церемония представления, все сели за общий стол и приступили к трапезе, по окончанию которой и началось деловое совещание.

После вступительного слова Иваныча, когда до гостей дошло, что придя сюда они не избавились от опасности, стало ясно - лезть в драку с врагами никто не испытывает желания. Потомки отважных воинов не были трусами. Они просто слишком привыкли спасать себя бегством. Даже Ларг, чей род прошлой зимой уничтожил отряд егерей, решился на такое лишь благодаря присутствию гномов, которые собственно говоря и выполнили большую часть работы. Правда, сейчас Ларг не говорил ни "да" ни "нет". Зато Лаур и Марис не скрывали, что уже жалеют о том, что вместо привычного Загроса они бежали в ставшее опасным Приморье. Поэтому долго они тут не задержатся. Отдохнут, пополнят запасы и уйдут в более безопасные места. Один лишь Орис был готов стать союзником. В общем, так ничего и не добившись от гостей, хозяева с ними вежливо попрощались.

- Только зря перья свои перед ними распушили да харч переводили, - сокрушалась прижимистая Даша.

Как потом выяснилось, не совсем зря. Рано утром к ним явился Ларг и заявил, что посоветовавшись с родовичами, он готов обсуждать условия заключения союза. Это уже было что то. Если род Лаура мог выставить четырех годных для боя мужчин, а род Мариса всего троих, то Ларг располагал семью воинами, включая его самого.

- Командир, - сразу взяла быка за рога Дарья, - судя по этой хитрой роже, предстоит долго торговаться. Дай его мне на растерзание, хоть старое вспомню.

- Сможешь переторговать его?

- А почему нет? Это моя профессия. Если уж я с голландцами дома справлялась, то этот хитрый черт мне точно по силам.

Оставив Ларга наедине с Дарьей, земляне разошлись по своим делам. Как выяснилось позже, не смотря на Дашкино бахвальство, Ларг, часто ведущий дела с гномами, оказался заметно крепче голландцев. Победа над ним далась нелегко.

- Эта скотина вчера не просто так юлил. Ему нужен не только союз, который мы задумали. Потому он и пошел на сепаратные переговоры, чтобы выторговать себе больше, чем получат соседи. Если конечно те опомнятся и прибегут вслед за ним.

- А они прибегут?

- Не знаю, но Ларгу совсем не хотелось, чтобы они его в чём-то превзошли. Впрочем, я его успокоила, сказав, что наше второе предложение всегда лучше третьего, но хуже первого. Видели бы вы, какой стала его рожа после моих слов! И куда девалась эльфийская невозмутимость! Он мгновенно сообразил, что если Лаур и Марис последуют его примеру, то получат меньше чем он. А дальше шел торг по каждому пункту.

- И что он выторговал?

- Первое, что он хотел, чтобы в случае неудачи, его род получил убежище на "Авроре". Тут я и насторожилась. Понимаешь, он же может пойти с вами на войну, при появлении противника они сбегут и явятся на "Аврору". Да еще и захватят ее. Поэтому я поставила условие: убежище дадим. Но только женщинам и детям. А если его мужчины явятся без вас и попросят спасти их, мы их просто расстреляем к чертям собачьим. Кроме того, я поставила условие, чтобы он ежедневно выделял работников на обколку льда вокруг корабля.

- Разумно. Что еще?

- Хотел, чтобы мы их вооружили для боя железным оружием. Гномы почему то им его не продавали. Но я ему сразу дала понять, что даром дают за амбаром. Орис сразу шел на союз с нами и потому все необходимое получил безвозмездно. А этой хитрой роже, за то что она не сразу дала согласия, только продадим. В общем, дальше мы оговаривали цену каждого изделия и нашу выгоду я отстояла.

- А чем он будет платить?

- Натурой. Крапивные ткани, красители, дубильными веществами, выделанными шкурами, лекарственными снадобьями... В общем, вот грамотка, там полный перечень и ценник. Всего этого у него сейчас нет, и потому он просит поверить в долг.

Дарья показала стопку листов с текстом договора. Естественно, что текст этот писался на русском языке.

- А он что, читать умеет? - удивился Андрей.

- Конечно нет, ни по нашему, ни по эльфийски. Они тут все поголовно неграмотные. Но на слово, хоть и в письменном виде, Ларг нам не поверит. Тут кстати не договор, а черновик договора. Нужно чтобы Георгий оформил все в красивом виде, а Андрей, коль работал нотариусом, тщательно проверил текст. Мало ли я что в формулировках неправильно сделала. Потом, вы Иваныч и Ларг, официально подтвердите согласие с текстом договора, проведя особый обряд. В общем, тут достаточно смочить палец своей кровью и приложить его к тексту договора. Ларг уверяет, что у нарушителя соглашения возникнут проблемы с кровью и обманщик умирает в муках. Если так, то врать нельзя.

- Сперва у Ориса спросим, насколько это правда, что еще?

- В случае, если мы одержим победу, Ларг хочет поселиться здесь на постоянной основе. Но тут вроде бы нет подвоха...

- Погоди подруга, - вмешалась Виктория, - я конечно не такой опытный нотариус как Андрей, но в сутяжном деле достаточно понимаю. Какое такое разрешение? Земли эти по праву первопоселенцев, принадлежат роду Ориса. Вот у него он пусть и спрашивает согласия. Да селится не на Стрелке, а где-нибудь в стороне. В общем, завтра иди к Орису и все ему объясни. Пусть он занимается землевыделением и устанавливает границы владений. Заодно объясни ему, что такое вассалитет. Я права, командир?

- Права. Но тогда пусть он договаривается в присутствии Дарьи. А то этот прохиндей обведет Ориса вокруг пальца. А будет Ларг упираться, сразу дай ему понять, что у Ориса великая льгота имеется.

- К тому же, он в скором времени станет твоим тестем, - съязвила Нина.

После ее слов возникла немая сцена. Иваныч поперхнулся и долго прокашливался, мужики весело перемигивались, а женщины с осуждением смотрели на проговорившуюся Нинку. Сама же виновница пребывала в смущении. Наконец Иваныч пришел в себя:

- И кто решил стать моей женой?

- Безымяшка и Кати, - право на ответ соратники любезно предоставили Нине.

- Вот как? Даже две? Только не ври, что они согласны.

- Их нельзя спрашивать, - пришла на выручку Вика, - решают отец и мать. А они не против. Даже настаивают на том, чтобы ты в жены взял обеих. И тут ничего не изменить. Сговор уже был и есть договоренность о сватовстве. Поздно включать заднюю. Отказом ты все задуманное нами порушишь.

- И все-таки, хотелось бы знать, что думают по этому поводу сами виновницы. Да и какие из них жены? С виду больше двенадцати им не дашь.

- На самом деле им тридцатник скоро стукнет. Они уже созрели для брака, а больше женихов, кроме тебя у них нет.

- В султаны значит меня выдвигаете?

Глава 12. Первая победа

- Идут! - доложил мальчишка, посланный наворопниками Ларга с известием об обнаружении каравана хумансов.

От этого известия сразу стало как то легче на душе. Одно дело - предполагаемая опасность, размера которой ты не знаешь. Совсем иное, когда враг обнаружен, сосчитан и предварительно оценен. Высланная заранее разведка свою первую задачу выполнила. Второй задачей разведчиков было отслеживание движения и более тщательное изучение врага. При этом они не должны никоим образом себя обнаружить. С этим, передовой дозор, состоящий из двух взрослых мужчин и двух подростков справлялся прекрасно.

- Одиннадцать егерей идут впереди каравана, но идут спокойно. За ними лошади тащат двадцать груженых телег. К каждой телеге привязана коза.

Понятно. Идут спокойно, потому что не подозревают о том, что в Приморье завелись эльфы. Если бы знали, то шли не по берегу, имея с правой стороны от себя поросшие лесом холмы, а по льду, в трех сотнях шагах от берега. Чтобы затруднить возможное нападение. Лед сейчас достаточно крепкий и выдержит даже тяжелогруженые обозы. Уже хорошо. Правда, смущает и наличие обоза, и домашних коз. Это переселенцы. В телегах самое нужное имущество, а козы... Ну не коров же тащить в необжитые места! Коза как олень, пройдет там где прочему скоту путь заказан. Опять же, молоко для поселенцев имеет особую ценность.

- Возле телег строгого порядка нет. Идут просто семьями и это не воины. Двадцать взрослых мужчин, столько же взрослых женщин и девяносто два ребенка разных возрастов. Оружия, кроме топоров мужчины не имеют, - закончил доклад юный гонец.

Вот что хорошо у восходных эльфов, так это умение вести разведку. Да и трудно ожидать иного от народа, живущего охотой и по соседству с врагами. Даже женщины могут вести поиск. Про подростков и говорить нечего. Зато их старейшины вызывают вопросы. Орис и Ларг, выслушав вместе с Иванычем доклад гонца, сразу загрустили.

- Слишком много хумансов. Нам не справиться. Даже если Лаур и Марис передумают уходить, это ничего для нас не изменит. Хумансов все-равно больше, - уныло промолвил Ларг.

- Мы не сможем помешать им селиться в этих местах. А там, где поселился хуманс, эльфам жить невозможно, - согласился с союзником Орис.

Понять их можно. Они настраивались на быстрый бой с залётной ватагой егерей или мелкой бандой болотных орков. А тут такая тьма народа прёт. Да и нет у них привычки упорно биться за своё. Каждый эльфийский род сам по себе живёт и не нашлось того, кто смог составить из них единый народ. Сколько их всего? Вряд ли больше тысячи, да и то сомнительно. До ближайшего стойбища неделю идти, не встретив живой души. Какое тут единство? Вот и привыкли при опасности просто срываться с места и уходить от неё. А бой принимают, если по-другому не выходит. Да и то, чаще проигрывают нежели побеждают. Иного у них не было. Если сейчас не переломить пораженческие настроения, то со временем не останется и следа от этого народа. Если не внушить бодрость союзникам, то и они смажут пятки салом да смотают куда подальше.

- Значит так бояре, - кто такие бояре, Орис с Ларгом не знали, но это неважно, - ничего для нас не поменялось. Противник располагает одиннадцатью воинами против наших пятнадцати. Преимущество за нами. То сборище, что плетется с обозом, в расчет можно не принимать. Воевать не приучены и если как следует напугать, начнут разбегаться. Тут нашей заботой будет не дать им этого сделать и привести их вместе с обозом сюда.

- Зачем тебе нужны хумансы? - удивился Ларг

- Не мне, а нам. Это работники, способные сделать много полезной для нас работы как сейчас, так и потом. Но если вы против, я их всех возьму себе. Мне в Темноземье предстоит много работы.

Ларг и Орис не соглашались, объясняя ему, что лучше сразу перебить двуногое стадо, а их имуществом поживиться, чем иметь в роли соседей.

- Их уже сейчас больше чем нас. Потом станет ещё больше. Эти животные плодятся как кролики. Со временем они осмелеют и уничтожат нас.

- А почему мирийцы не уничтожают эльфов Гептархии?

- Мирийцы, забывшие о позоре своих праматерей, их давние прислужники. И Гептархия сильней их.

- Всё! Споры прекращаем. Собираемся сегодня, выступаем утром. Место засады то, что ранее определяли. Действуем как договорились. Егерей уничтожаем, остальных берем в плен. Что с пленными дальше делать - моя забота.

Немедленно начались сборы в поход. А рядом собирались в дорогу сородичи Лаура и Мариса, которые окончательно убедились в том, что отсидеться здесь не выйдет. Но на них теперь плевать. Пусть уходят. У оставшихся сил хватает. К месту засады шли всю ночь. Погода была самая нужная - шел снег скрывавший всяческие следы. Дошли к обеду следующего дня, выставили парный пост наблюдателей и устроили временную стоянку в глубине леса. Ждать осталось несколько дней. А как известно, хуже нет чем ждать и догонять. Не сказать, чтобы союзники не умели этого делать. Охотничья жизнь воспитывает и выдержку, и терпение. При нужде любой из них мог сутки таиться в засаде, не выдавая себя ни единым движением. Могли неделями идти по следу подраненного речного дракона. Но сейчас предстояла охота на самую опасную добычу - на человека. Даже родовичи Ларга испытывали заметное волнение, что уж говорить о других. А больше всего Иваныча беспокоили свои. Людей никому из них убивать не приходилось. Здешние эльфы воспринимали людей как самых обычных животных, на которых охотились всю свою жизнь. Свои же, совсем недавно сами были людьми и потому в самый решительный момент могли погубить все дело ненужными сомнениями.

- Саня! Ты яблоневку свою не забыл?

- Обижаешь командир! Две фляги для сугрева имеем.

- Сугрев отставить. Грейтесь у костра. Береги до боя. И запомни - 150 грамм на рыло перед боем, а пятьдесят - после боя.

- Это чтобы рука не дрогнула?

- Именно! Кстати, на меня не рассчитывайте, пейте все сами. Я лучше дома победный стакан осушу.

- Уже приходилось? Ну это... Ты понимаешь....

- К сожалению. И давай не требуй подробностей.

Воспоминания о единственном в его жизни ближнем бое были из таких, которые лучше не вспоминать. А еще лучше, чтобы они совсем и навсегда исчезли из памяти. Может быть со временем душа зачерствеет и вид убитых собственной рукой не будет вызывать сильных чувств. В этом мире, где убийства себе подобных повседневное явление, такое вполне возможно. Но сейчас это не так. Не велик его гусарский стаж. Руки умеют держать оружие, но геодезический инструмент для них привычней.

От неприятных дум его отвлек Ларг. Вот уж кто воистину двужопый Янус, а не эльф. Истинный любитель сидеть на множестве стульев одновременно. Натура самая что ни на есть куркульская. Хоть по мелочи, но выгадать всегда стремится. Правда, сейчас его поведение не вызывало беспокойства. Это в стойбище возникали нешуточные подозрения в его нехороших намерениях. Но стоило ему снарядиться для похода и встать на лыжи, перед Иванычем предстал совсем иной Ларг. Жёсткий и требовательный командир, нацеленный на выполнение поставленной ему задачи. Не испытывающий ни робости, ни тени сомнения. С походной, и бивуачной дисциплиной у него был полный порядок. Чувствуется многолетний опыт и привычка распоряжаться. И разведчики у него молодцы. Противника из вида не выпускают, себя не обнаруживают, докладывают вовремя и толково.

- Высокорожденный Василий, - начал петь лукавые песни старейшина.

Вообще то, до этого самого момента Ларг называл его просто Василием. Никакого титулования Иваныч ему не навязывал, да и никто его не применял. Все предпочитали вести разговор без особых церемоний. Но если Ларг вдруг вспомнил о чинопочитании, значит шельмец держит в уме какую то выгоду для себя. И даже понятно, почему он вдруг начал именно здесь вести столь почтительные речи. Сейчас с ними не было женщин. Вернее, одной женщины, которую зовут Даша. С ней Ларг уже дважды имел дело и оба раза не сумел переторговать её. К тому же он заметил, что там где предстоит вести торг, Иваныч либо поручает дело Даше, либо ведет переговоры с ее участием. И теперь этот хитрец решил, что при отсутствии столь изощрённой переговорщицы, он сможет добиться более выгодных условий для заключения некой сделки. Ничего тут не поделаешь. Пришлось выслушать его.

Оказалось, что он предлагает заранее разделить шкуру не убитого медведя. Его глазастые наворопники сосчитали не только людей. Про то имущество, что было при людях они тоже не забыли. Вернее, сам Ларг не позволил им забыть. И теперь завел речь о дележе не взятых ещё трофеев. Непонятно откуда взявшаяся уверенность в скорой победе подтолкнула его к этому. Делить предлагал пропорционально числу выставленных бойцов. Притом, к семи своим бойцам он прибавил двух подростков исполняющих обязанности гонцов. Но это ещё ладно. Хреново было то, что идущих в обозе людей он делить не собирался. Кому нужна лишняя морока с хумансами? Пустить их в распыл и дело с концом. Ничего дурного он в этом не видел. Самый обычный забой скота. И наверняка Орис с ним будет целиком и полностью согласен.

- Слушай меня, почтенный Ларг и не говори что не слышал!

Дальше на голову приходящего в великое изумление старейшины, был вывален рассказ о дисциплинарной практике войск Замирья. Услышанное повергло Ларга в ступор. Каким бы прохиндеем он не был, но то, что кровь соплеменника священна и кровавые расправы над своими недопустимы, в его сознание было вбито намертво. Более того, они и телесных наказаний не практиковали. А тут, предводитель из Замирья как о чем то обыкновенном говорит о наказании шпицрутенами, децимации, повешении, обезглавливании, распятии на кресте... Да самый кровожадный орк милосердней этих пришельцев! В том, что все услышанное не является шуткой, убеждал тот тон, каким про эти ужасы рассказывалось. Между делом, Иваныч напомнил Ларгу о том пункте в договоре, где оговаривалось поведение в боевом походе.

- Приказы начальника выполняются беспрекословно, точно и в срок. Ничто не может служить оправданием для невыполнения приказа.

И как тут отвертишься? Договор, обоюдно скрепленный кровью уже не отменить. Нарушителя, сама судьба накажет. Это Ларг и раньше понимал. Оказалось что возмездие может быть более скорым и свирепым. А тут ещё обещание: немедленная расправа не для всех. Некоторых предадут Виктории дочери младшего Дома Тайной Звезды для расчленения души, после чего тело виновного расчленит Мария - дочь младшего Дома Хранителей Жизни.

- В общем, ты понял чем чревато ослушание? А раз понял, повторяю: мне указанные хумансы нужны в качестве полезного придатка к их имуществу. Разделять их с имуществом я не позволю.

- Но зачем это?

- Мой будущий свойственник Орис будет владыкой всего Приморья. И ему потребуется много чего создать для этого. У меня для него нет достаточного числа эльфов. Поэтому трудиться ради него будут пленные хумансы.

При всей своей неграмотности, дурнем старейшина не был и соображать умел быстро:

- Но тогда справедливо будет наделить владением и нас, коль мы причастны к победе. Значит, соответствующая доля добычи причитается и нам.

- Сперва сумей победить. А я обещаю со своей стороны, что никто не уйдет обиженным. Да, еще одно. Предводитель егерей должен много чего знать. Было бы неплохо оставить его живым, чтобы Виктория как следует смогла допросить его.

- Это можно сделать. Есть у нас зелья для наконечников стрел. Стоит ранить животное или хуманса, как он надолго теряет сознание. Только стрелять нужно не из боевого лука, а из того, что применяем при охоте на мелкую дичь. А то убьем нечаянно.

Ну, вроде бы теперь у Ларга полная ясность в голове. Осталось только будущим родственникам мозги вправить. Кстати о родстве. Посвататься Иваныч так и не удосужился. Сперва сватовство хотели приурочить к возвращению Ориса, а теперь отложили до окончания боевого похода. И никто не гарантирует, что не найдётся другой, столь же важной причины отложить сватовство. Но главная причина была в нём самом. Дожив до почтенного по меркам землян возраста, он продолжал воспринимать себя как пенсионера, не смотря на новое молодое тело. Предстоящая женитьба на девочках-подростках его сильно смущала. Это воспринималось как непристойность. Вика, с её опытом копания в чужих грехах, прекрасно всё поняла и уговаривая его, упирала на то, что отказ или длительное уклонение союзники сочтут ещё большей непристойностью.

- Созданная для нас "легенда" уже перестает быть таковой, - убеждала его она, - схидники воспринимают нас как иномировых собратьев, явленных Высшими Силами для их спасения. Мы уже заронили в их душах зерно надежды. Орис тайно мечтает о грядущих славе и величии своего рода. Прохиндей Ларг надеется на величайшее процветание при нашем покровительстве...

- О чём по-твоему мечтают эти девочки?

- Все девочки мечтают о принце. Эльфийки тут не исключение. Для тебя это секрет? А ты у нас уже принц. Поэтому не рушь их мечты. Иначе все решат, что мы ничем не лучше эльфов Гептархии. Такие же высокомерные мрази.

Иваныч почти согласился тогда с доводами Вики, но чисто из озорства решил подразнить её:

- Слушай, ты всё так красиво расписала, что я аж возмечтал осуществить предложенное. Но скажи по чести, что мешает твоему Сашке посвататься к девочкам? Или хотя бы к одной из них.

Хоть Вика и поняла, что заданный вопрос не более чем ирония, но отвечать в том же духе не стала.

- Знаешь командир, в нашем мире, не смотря на мою отвратную внешность и далеко не ангельскую натуру, без хахаля я не осталась. Но заведя его, я по чужим постелям не шастала. И его от подобного предостерегла. Сразу предупредила: узнаю - первым делом выверну манду наизнанку той прошмандовке, которую он заведет, вторым делом его без всякой анестезии охолощу, а третьим делом пойду "зону" топтать. Он понял, что я не шучу. Так и здесь, гарема в моем доме не будет!

Ладно, пора заканчивать думать не о деле. Всему свое время. А до схватки недолго осталось. Наконец настал давно ожидаемый момент. Разведка в полном составе присоединилась к основным силам. Бойцы расставлены по заранее подготовленным позициям. Осталось ждать появления противника. И противник появился. Его походный порядок не изменился. Первыми шли вольные егеря. За ними - санный обоз. Позади каждой телеги шли женщины и дети, а глава семьи правил лошадью сидя на облучке. Шли беспечно, никого не опасаясь. Вот так и гибнут целые армии, пренебрегая элементарными мерами предосторожности. Что им стоило отойти подальше от берега? Лед конечно вовсе не гладкий, по большей части нагонный. А потому торосов хватало. Видимо предпочли удобство безопасности. За что и поплатятся сейчас. Иваныч тихо свистнул подавая сигнал к забою колонны. Чуткие эльфийские уши сигнал услышали и первый же дружный залп повалил егерей на снег. Второй залп пришелся по лошадям. Но по ним стреляли не боевыми стрелами, а охотничьими. Теми самыми, что предназначены на мелкую дичь. Только на этот раз наконечники были смазаны хитро приготовленным зельем. Убивать лошадей смысла не было. Их следовало только обездвижить. Потому и били по ним не в полную силу, чтоб только шкуру пробить.

Та необыкновенная легкость и быстрота, какими был достигнут успех, ошеломили Иваныча. В глубине души он опасался что дело осложнит какое-нибудь неучтенное обстоятельство. Но нет, все как по нотам разыграли. Начинался второй этап операции: пленить толпу не позволив ей разбежаться. А там уже возникла паника. Народ заметался, не зная куда бежать.

По второму сигналу, эльфы выскочили из укрытий и редкой цепочкой начали охватывать толпу. Часть мужчин опомнилась и схватилась за топоры. По ним немедленно отработали подростки. Имея слабые луки и стрелы на мелкую дичь, они не поленились все наконечники смазать эльфийской парализующей дрянью. Заранее никто не планировал подобное, это они сами сообразили. А еще сообразили Ларг и Орис. По их команде цепь остановилась, предоставив подросткам возможность отстреливать самых прытких. Словивший меткую стрелу, немедленно оседал на снег, даже если стрела его слегка оцарапала. В толпе раздался горестный вой. Бабы и детишки решили, что пораженные стрелами убиты.

Новая команда и цепь медленно двинулась вперед постепенно сбивая людишек в одну кучу. Лишенные мужчин-заступников, бабы с ужасом ожидали неизбежной расправы. Её не было. Вместо этого отобрали всё, что может служить оружием, а затем велели разобраться посемейно и ступать каждому к своей телеге. Закончив с этим, приступили к самому что ни на есть противному делу. Иваныч прекрасно понимал, что взять добычу, это половина дела. Столь же важно ее не потерять. Поэтому по его команде матерей отделили от детей и отогнали их в сторону. Пока это делали, вдоволь наслушались криков и плача разлучаемых.

- Орис! Пусть Серега с Тимохой следят за тем, чтобы эти самки бегали по кругу.

- Командир! Зачем это? - спросил Андрей, чья душа остро реагировала на творящийся ужас. Остальные земляне чувствовали себя не лучшим образом.

- Андрей! Нам нужно удержать людей от глупости. Их слишком много. От отчаянья они могут решиться на что угодно. Пусть бабы побудут заложницами, - ответил на русском языке Иваныч, чтобы его поняли только свои.

- А гонять их зачем?

- Чтобы лишние силы растратили. Уставшему человеку меньше дурных мыслей в голову приходит.

Тем временем начали приходить в себя парализованные лошади и люди. Атаман егерей уже был связан, рот ему заткнули кляпом и отделили от остальных. Пришедшими в себя мужчинами занялись эльфы Ларга. Мужчин также отвели в сторону и заставили бегать по кругу.

- Сам додумался или научил кто? - мрачным тоном спросил Георгий.

- Кавказ-батюшка ещё не тому научит. У тамошних народов в этом плане богатый опыт в таких делах. И нечего смотреть на меня как Ленин на буржуазию. Здешний народ не привык миндальничать. На доброту смотрят как на слабость. Берите пример с наших друзей. Уж они целиком на моей стороне.

Что верно, то верно. Схидники и раньше никакой любви к хумансам не питали. А сейчас, поняв, что замыслил их предводитель, воспринимали происходящее как неплохое развлечение. Раньше им никогда не приходилось брать кого-то в плен. Дела обстояли строго наоборот - их пленили. Тем не менее, смысл полученных распоряжений до них мгновенно дошел. Дождавшись, когда бегающие по кругу пленники начнут валиться с ног от усталости, Иваныч отдал команду к началу движения. Теперь женщины шли впереди обоза, утаптывая снег, мужчины сели на облучки, а детей погнали в хвост колонны. Что там римляне говорили насчет разделения?

Для эльфа не составляло большого труда проходить в день по шесть десятков верст. Вольные егеря таким же темпом могли идти довольно долго. Обычный крестьянин не избалованный жизнью, лишь два дня мог идти таким темпом. Но ему редко выпадают случаи для совершения дальних путешествий. Купеческий обоз очень редко проходит в день более тридцати верст. Именно таким темпом эльфы гнали своих пленников к Стрелке. Поэтому вместо одних суток потратили на возвращение целых два дня.

- Плохо ты командир о людях заботишься, - заявила при встрече Вика, - пленных нахватал, а о концлагере не позаботился. Того и гляди, разбегутся они у тебя за ночь. Я бы тоже разбежалась при отсутствии условий. Ну скажи пожалуйста, как мне с ними работать?

- А зачем они тебе?

- Здрасте! А кому фильтрационные мероприятия проводить? У тебя есть другие специалисты кроме меня? Не отвечай, сама про все подумала и меры приняла. Знакомься, эту девочку зовут Милия. Она из семьи Ларга. И ее мать согласилась продать эту крошку мне.

Ту, что родители назвали Милией, на вид было лет десять-одиннадцать. Судя по отсутствию статусной приставки к имени, до возраста невесты ей нужно было еще расти не менее пяти лет.

- Чему интересно ты ее учить станешь? Заплечных дел мастерицу готовишь?

- Ну зачем же так? Я ведь не зверь какой, а малышка наша - Виктория прижала к себе покрасневшую от смущения Милию и ласково погладила ее по рыжим волосам, - имеет все задатки хорошего следака. К тому же она травница и умеет говорить со зверьми.

Странное дело, они смотрелись друг с другом как две милые родственницы, хоть и не похожие внешне. Особенно если глянуть на цвет волос. Уж с этим Ялмара знатно позабавилась. Волосы Виктории были фиолетового цвета, как и ресницы. Выглядело это необычно но здорово. Причем, сразу видно, что это ее природный цвет, а не результаты применения средств для окраски волос. В тон волосам был и цвет зрачков. Другие землянки были одарены точно так же. Только цвета другие. Марию наградили синими волосами, Дарью - голубыми, а Нину - зелеными. Наверняка, закинь в этот мир семь женщин, то Ялмара использовала бы все семь цветов радуги.

- Вика, а почему ты говоришь, что малышку тебе продают?

- Так это же род Ларга! Они ничего не делают без выгоды для себя.

Как всегда в подобных случаях они перешли на русский язык.

- Тут такая заковыка, не знаю, как среди людей, но здешние эльфы не любят рыжеволосых.

Как выяснила Виктория, рыжеволосые — большая редкость среди эльфов. Много их никогда не было. На памяти схидников, «рыжики» появлялись на свет где-то раз в сто лет. Их появление на свет никого не радовало, даже родных матерей. Причина подобной неприветливости проста: «рыжики» обладали способностью притягивать несчастья на тех, кто бы рядом с ними.

Год назад из-за Милии чуть ли не погиб род Дуба. Благодаря этому ходячему несчастью, вольные егеря смогли незамеченными подкрасться к стойбищу. Род от гибели спасло только чудо. Именно в момент нападения прибыл гномий караван и топоры гномов вместе с эльфийскими стрелами отвадили егерей.

- А им не приходило в голову, что это случайное совпадение?

- Нет, Иваныч, не приходило. Потому что это не первое несчастье, что случилось благодаря её присутствию. Да такое не только у Ларга происходило.

- Хорошо, пусть так. А избавиться от неё не пробовали?

- Если бы всё было так просто. Раньше таких как Милия и из рода изгоняли, и даже убивали. Вот только потом за это жестоко расплачивались. «Рыжики» даже после смерти умеют мстить. Да так мстить, что от рода обидчиков потомства не остаётся. Потому и терпят их. Да мечтают о том дне, когда «рыжик» станет добычей егерей.

- И добрая Вика решила избавить Ларга от несчастий и перетянуть их на нас? Да еще приплатить за это?

Тут в разговор вмешалась Нина.

- Командир, не считай нас глупыми. Пока вы воевали, мы кое о чём посовещались. И у нас есть идея, как избежать несчастной судьбы. Ты у нас конечно материалист и ни во что потустороннее не веришь. Но Иверион — мир магии. А это даёт нам огромные возможности.

Идея, принятая «женсоветом» в качестве основы была проста: Идея, овладевшая массами, становится материальной силой. Проще говоря, любую потустороннюю силу можно выдумать и уверовать в её существование. И магия Ивериона воплотит твою фантазию в жизнь. Новосозданное существо осознает само себя и начнёт покровительствовать своему адепту. А дальше — проще. Чем больше разумных посвятят себя этому существу, тем сильней оно становится. И в один прекрасный день оно может принять телесное обличье.

- Нас здесь восемь православных христиан. Вера наша является искренней. Уже потому наш Спаситель столь же материален, как и мы сами, - с нескрываемым торжеством вещала Нина, - если Милия примет святое крещение, то у неё будет такой покровитель и защитник, перед которым вся сила здешних божков и духов будет бессильна. А мы на этом не остановимся. Проповедь будет продолжена. Мы будем проповедовать не только среди эльфов, но и среди людей! И чем больше разумных уверуют, тем сильней проявит себя наш Спаситель!

Ёлки зеленые! Только религиозного фанатизма нам не хватало! Насмотрелся в свое время на то, чем это всё заканчивается. Что на Кавказе, что на Балканах. В таких делах, что правоверные, что православные… Веры разные, а трупы смердят везде одинаково. Закончить разговор не дали Ларг с Орисом. У этих ребят собственная забота: делёж трофеев. Никакого согласия сразу достичь не вышло. Старейшины положили глаз на железные инструменты пленников. Забрать и разделить по-справедливости! У Иваныча на этот счёт имелось иное мнение:

- Пленники мне нужны в Темных Землях. А без инструмента она там бесполезны.

- Василий, ты хочешь, чтобы они пахали землю и кормили вас? - с некоторым раздражением вопросил Орис, - но эльфы не нуждаются ни в пашне, ни в тех животных, что разводят хумансы. Разве что лошади могут нам пригодиться. Нас всю жизнь кормил лес и мы никогда не голодали.

- Уважаемый Орис правду говорит, - подключился Ларг, - эльфы способны неплохо жить без этих грязных животных. Которых можно спокойно пустить на мясо.

Иваныч не сразу понял, кого именно Ларг рассматривает в качестве вкусной и здоровой пищи. Чуть погодя, до него дошло: у эльфов нет запретов на людоедство. Люди для них, как обезьяны для людей. Повседневной пищей не являются, но при случае становятся.

Спорить пришлось долго, отстаивая свои интересы. И хорошо, что вовремя к торгу подключилась Дарья. В итоге, удалось отспорить в свою пользу всю, взятую в бою добычу. Но в замен договорились отдать много хороших железных вещей, которые в течении зимы изготовит в своей кузне Александр. Но стоило скрепить договорённость клятвой, как черти принесли Викторию и торг возобновился. Правда, торговаться пришлось только с Ларгом. Речь шла о покупке Милии.

Орис ушёл, ибо это дело его никоим образом не касалось. Зато к Ларгу присоединилась его супруга. Та хоть и происходила из рода Ясеня, но в умении торговаться ничем не уступала дубовикам. И к тому же, она оказалась на диво глазастой. Всего то один раз и побывала на «Авроре», но этого ей хватило. Всё углядела, всё разузнала и теперь заломила свою цену за родственницу, от которой ещё вчера согласны были избавиться без всякого выкупа. Лишь бы её больше до скончания века не видеть. И цену она заломила такую, что Вика с Дашей обалдели. Верута, так звал жену Ларга, видимо собиралась оставить пришельцев голыми и босыми. По сути дела она положила глаз на всю металлическую посуду и швейные принадлежности. И хорошо, что Вику всячески поддерживала Дарья. После долгого и упорного торга, Верута «урезала осетра». Торг закончился к вящему удовольствию дубовиков. Получив причитающееся вознаграждение, они заметно уменьшили количество столь важной для земных женщин утвари. Зато Милия с большим удовольствием распрощалась с дубовиками. Ей предстояло пройти необходимую подготовку к крещению и конечно же покреститься. На общем собрании решили, что её духовной наставницей будет Нина, а Александр и Виктория станут её крёстными отцом и матерью. Ну а пока Вике с Милией следовало заняться допросом пленного предводителя егерей, которого накачали сонными отварами и в бессознательном состоянии заперли в трюме «Авроры».

Очередное утро, бывший атаман ватаги вольных егерей встретил в трюме «Авроры», привязанный к медным скобам вбитым в борт корабля. Почему то никому в голову не пришла простая мысль: в трюме отсутствует хоть какое то отопление. А на дворе зима. Пленник мог уйти в мир иной, так и не дождавшись допроса. Лишь благодаря природному здоровью, известный в своих кругах под именем Хронтал, не расстался преждевременно с жизнью. И всё же, он был близок к тому, чтобы это утро для него оказалось последним. Но про него не забыли. Сверху открылся люк и в трюм спустились подростки, принесшие масляный светильник, жаровню доверху наполненную раскаленными углями и ручные меха для раздувания огня. Расставив все по местам, они тут же исчезли. После них в трюм спустилась маленькая рыжеволосая эльфийка, неся в руках кожаный мешок. Поставив мешок на палубу она вытащила из ножен небольшой кинжал из обсидиана и подойдя вплотную к атаману, начала разрезать кинжалом его рубаху от ворота вниз к подолу. Делала она это без спешки, давая возможность для самой буйной фантазии, Когда клинок дошел до пояса, на лбу пленника, несмотря на жуткий холод, выступили капли пота. Слишком нехорошие мысли сопровождали движения клинка по мере приближения к тому месту, которым дорожит каждый мужчина. Но обошлось. Девочка разрезала только рубаху.

- Забавно, не так ли?

Оторвав взгляд от кинжала, Хронтал глянул на говорившую с ним эльфийку, как то незаметно оказавшуюся в трюме. И это была не та эльфийка, каких он немало добыл за свою жизнь. Рослая, густые волосы лилового цвета, нарядное платье в тон волос...

- Я думаю, что ты не откажешься ответить на те вопросы, которые я задам. Ну а чтобы ты не совершили трагической ошибки... Моя малышка поможет быть искренним.

Тем временем рыжая малышка, явно из диких эльфиек, достала из мешка самую обычную глубокую миску и показала ее содержимое. На дне миски была крепко спящая крыса. Дав гостю оценить внушительные размеры грызуна, девчонка ловким движением прижала миску к животу пленника и начала привязывать ее к телу. Ощутив кожей живота теплоту тельца спящего грызуна, атаман задергался, пытаясь вырваться.

- Напрасно ты так, - укоризненным тоном молвила фиолетовая, - тебе сейчас ничего не грозит. Но это ненадолго. Через два часа эта зверушка проснется и ей захочется на волю. Учти, ее давно не кормили. Как думаешь, каким образом она выйдет на свободу?

С воображением у пленного было все в порядке. Но сразу сдаваться он не стал, а ответил самой грязной руганью. Тем временем Лиловая выставила у его на виду песочные часы, по которым на «Авроре» определяли продолжительность вахт.

- Времени у тебя до истечения песка. Так что подумай хорошенько и не погань свой язык грязными словами.

Но и это не прервало поток сквернословия. Хронтал не надеялся на пощаду. Но вывести допросчицу из себя, чтобы она в ярости легко и быстро его прикончила… Вот только не на ту напал. Владеть своими чувствами Виктория умела. Знал бы Хронтал, скольких подследственных она выводила из душевного равновесия таким вот безмятежным спокойствием.

- Видишь голубушка, - обратилась Лиловая к Рыжей, - этот наивный чукотский юноша пытается получить от меня лёгкую смерть. Ибо крыса, которая проснувшись захочет выйти на свободу, его приводит в ужас. Только не знает глупец, что поганя душу сквернословием, он тем самым призывает иного Хозяина. И этот самый Хозяин, которого мы прозываем Диаволом, к нему придёт. Придёт невидимым, но зато осязаемым. Густой серный запах сопровождает его. И он пообещает глупцу то, о чём он просит. Но сперва этот глупец отдаст ему свою душу.

- Но как такое возможно? И что он будет делать с этой душой?

Хронтал слушал речи Лиловой со всем вниманием. И надежда на возможное избавление ободрила его. Оказывается, есть в этом мире сущность, почти всемогущая, которая сможет вытащить его из плена, а эти ведьмы не в силах этому помешать. Всего то нужно призвать Его и согласиться оставить в залог свою душу.

- Диавол, конечно освободит его, но заключивший с ним договор всегда теряет больше, чем мог потерять не обращаясь к нему. Владея оставленной в залог душой, он поработит тело и разум должника.

Рассказ о предстоящих адских муках был красочным, но Калёный хоть и слушал его внимательно, но мысли его были о другом: вот он шанс спастись и оставить этих дурочек с носом! Как нужно правильно призывать Диавола он не знал. А потому просто мысленно воззвал к нему. Никакого отклика он не получил, но всё-равно продолжал взывать, ибо больше ему надеяться было не на что. И наконец…

Сперва зашевелилась спавшая до той поры крыса, из горшка появился белёсый дым. Сильно завоняло серой. Потом горшок разлетелся вдребезги, а очнувшаяся от сна крыса начала стремительно увеличиваться в размерах. Она росла прямо на глазах, став размером с небольшую собаку. Её глаза исторгали безумие. А затем, она вдруг вцепилась зубами в живую плоть пленника и он заорал от боли.

Виктория, которая не ожидала ничего подобного, в первый момент растерялась и не знала, что ей делать. Только что зримым образом подтвердилась их гипотеза о творении магических сущностей. Истошный вопль пленника заставил её искать выход из создавшейся ситуации.

- Именем господа нашего Иисуса Христа требую: Изыди Сатана! Нет здесь твоей власти и не будет!

Всё это она прокричала чисто инстинктивно, ухватившись одной рукой за нательный крестик и творя второй крестное знамение. Сработало так, как никто не мог предположить. Вику окутало сияние лилового света, а затем оно заполнило собою весь трюм. И как только оно коснулось крысы, та вспыхнула фиолетовым пламенем. Ужасный рёв сгораемого существа смешался с визгом пленника. Несколько секунд и пламя погасло, а сияние исчезло, как будто его и не было.

Если бы не Милия, вовремя подхватившая начавшую оседать наставницу, то та просто бы рухнула и потеряла сознание. Пленник чувствовал себя не лучше. Видно было, что его настолько потрясло случившееся, что он с перепугу обгадился. Странно, но почему то никто не стал заглядывать в трюм, хотя не услышать громкий рёв и вопли, эльфы никак не могли. Постепенно силы вернулись и появилась возможность продолжить допрос. Впрочем, теперь уже не было нужды развязывать язык. Клиент поплыл! Что ему привиделось? Кто его знает? Но на вопросы он отвечал очень даже охотно.

- Ну что же, я довольна твоими ответами, - подвела итог Виктория, - и я решила, что будет правильным отпустить тебя на свободу, чтобы ты про всё случившееся рассказал своей хозяйке. Остался только сущий пустяк. Милия, приступай!

Руками, одетыми в меховые рукавицы, девочка держала в руках прут, на конце которого рдела раскаленная пятиконечная звезда. И эту саму звезду она выжгла пленнику на лбу.

- Вот, теперь ты помечен. Это знак отложенного приговора. С ним тебе не стоит снова появляться в этих местах. А пока отдыхай. Завтра отпустят на свободу и даже немного проводят. А дальше на всё вольная воля.

Глава 13. Перед последним броском.

- Ну ты и садистка! Это же нужно так с человеком поступать. Представляю, что ты с бедными ментами творила.

- Андрюша, у сторонней публики совершенно неверное представление о работе следователя. Оно конечно можно прибегнуть к услугам костоломов, но не всегда это возможно. Вот попадется тебе к примеру клиент, у которого и адвокаты толковые и "крыша" влиятельная и сам он далеко не прост. Не прокатит с ним силовой допрос. А «колоть» его в любом случае надо. Начальство требует результата, вот и крутись как знаешь. Трогать его не смей, а наизнанку выверни.

- Хочешь сказать, что так же крысами их в чувство приводила?

- Господи, какая тут крыса? Вернее крыса, но не та. Кедровка. Местный грызун, питающийся исключительно лесными орехами. Как белочка. Существо мирное и совсем не плотоядное. А трюк с ним, так это для Милии. Должна же девочка понять принципы психологического воздействия на клиента. С кедровкой вышел простой и наглядный пример.

- А клеймо зачем выжигать на лбу бедняги?

- Для профилактики. Чтобы сам сюда больше не совался и другим наглядный пример не помешает.

Виктория, докладывая бодрым тоном о результатах допроса, не стала говорить о всех деталях этого процесса. Потому что разработанный ей сценарий не сработал. Вернее, лишь начало допроса шло согласно сценария. А вот потом… Как выяснилось, никто кроме её и Милии не слышал ни рёва злобной сущности, ни воплей допрашиваемого. И тут у неё возник вопрос: как такое вообще возможно? Неужели вызов дьявола настолько прост? Было подозрение, что вызов был облегчен присутствием «ходячего несчастья». Именно Милия невольно помогла сущности так быстро материализоваться, используя для этого тело несчастной кедровки. И кстати, всё могло окончиться намного печальней. Дьявол, будем считать, что это был он, не до конца смог воплотиться. Ибо его разум не успел поселиться в животном. Только инстинкты. Вовремя она изгнала его. Но с Милией нужно что то делать, пока она сама не стала вместилищем вражеского духа. Хотя понятно, что нужно делать: крестить её как можно скорее! Закончив хохмить, Вика перешла к более серьезным вещам, к тем сведениям, которые столь необычным способом вытянула из пленного.

- Зовут эту скотину Хронтал. И он действительно главарь той банды, которую вы ликвидировали. В эти края он сунулся не по своей воле, а по заданию некой очень влиятельной дамы. Зовут эту даму Граминой и ей принадлежат в Складоне все злачные места. Познакомился он с ней при необычных обстоятельствах. Решил отметить с подельниками очередное удачное дельце в лучшем борделе Складона. Спьяну принял Грамину за одну из тамошних шлюх и пристал к ней. Та естественно в отказ. Ну он и решил как следует проучить ее, пустив хозяйку по кругу. Вышло у них что или нет, я не уточняла. Но неприятности на свои головы приобрели нешуточные. Сперва их скрутила стража, потом была городская тюрьма. Жесткий допрос в темнице и приговор суда. Все, что они не просадили в борделе, ушло на уплату штрафа, а их самих отдали в рабство к Грамине. А уже она направила их гоп-компанию в наши края. Задание дала простое - сопроводить обоз с переселенцами до места назначения. Место это - перешеек нашей Стрелки. До Приморья шли краем замерзших Орочьих болот. Дальше уже вдоль берега. О том, что Стрелка занята, Хронтал не знал. Иначе не влетел бы в засаду и вообще не зашел так далеко. Мест, удобных для основания поселений хватает. Можно было и там остановиться. Тем более, что к исходу зимы сюда намерена явиться сама Грамина. Тем же путем, что и он шел. Это все, что он смог мне рассказать. Там еще я кое-какие детали у него вытянула, но это чисто оперативная информация для меня.

- Что странно тут все, - начал вслух рассуждать Иваныч, - я конечно верю тому, что ты нам сообщила. Но все-равно не сходится. Какая то кабатчица и одновременно бандерша организует колонизацию новых земель. Зачем это ей? Частным порядком, без обеспечения надежной транспортной связанности с метрополией...

- Добавь еще, что суются в регион, изолированный в экономическом плане, - решила вставить свои пять копеек Даша, - ни один частник на такое не пойдет. Только если ему обеспечена внешняя подпитка. А на это способна либо крупная торговая корпорация, либо государство.

Дашино уточнение было кстати. Кому как не ей, работавшей в довольно крупной коммерческой структуре, разбираться в подобных делах. И ведь не рядовую должность занимала, а руководящую. Заместитель директора филиала фирмы по внешним связям. И действительно, на какую прибыль может рассчитывать богатая и удачливая деловая женщина, явившаяся осваивать с нуля эти дикие места? Вложения требуются огромные, а окупятся они не сразу. Дай бог, если это произойдет при ее жизни. Нет ребята, все это точно не кабатчица затеяла. Кто-то стоит за ней. Сильный и богатый. И это внушает нешуточные опасения. С первой партией находников им просто повезло. Но уже на второй раз все будет иначе.

"Буду исходить из того, что оперативное управление осуществляет эта самая бандерша. Скорее всего так и есть. Кому попало такие дела не поручат. Допустим, что эту самую Грамину получится притормозить. Но это ненадолго. До следующей зимы. А за это время и она сможет укрепиться и разобраться в происходящем. Дальше только хуже. Поймет она, что нас мало и заметной силы мы из себя не представляем. Были бы сильны, смогли бы её выбить. А раз не можем... Значит, зимой она получит пополнение, а по тропам Приморского хребта сюда проберутся ватаги вольных егерей. И на этом все закончится. Перебить нас не перебьют. Сядем на "Аврору" и уйдем заранее в Темноземье. Но с Приморским плацдармом придется расстаться. Как и с надеждой на получение пополнения из Восходных лесов".

Именно эти мысли Иваныч и озвучил.

- Не все так просто командир, - подала голос Нина, - нам только до весны продержаться, да лето простоять.

- Есть предложение?

- Есть, сейчас я его вам покажу, - с этими словами, Нинок метнулась к своему рундучку с вещами, открыла крышку и покопавшись в нем достала коробочку, сплетенную из полос бересты. Открыв коробочку, она показала лежащие в ней предметы, похожие на желуди, - специально воровала и три года берегла!

- Что это?

- Семена Начального Древа Жизни!

Тут все раскрыли в изумлении рты и кое-кто даже схватился за голову. Начальное Древо Жизни - мать всех Древ Жизни, что пребывают в эльфийских лесах и рощах. Сколь бы мало земляне не знали про Иверион, но о подобном чуде они не только слышали, но и видели издалека своими глазами. А Нинка еще и рискнула приблизиться к нему вплотную. Иначе откуда у нее эти плодовые семена? Древо Жизни - это прежде всего полуразумное существо, чьи интеллектуальные возможности сравнимы с системой искусственного интеллекта. Эта управляющая система, способная подчинить себе всю растительность в пределах собственной досягаемости. Начальное Древо - самое мощное, оно способно установить свою власть над всеми лесными массивами целого материка. Те Древа Жизни, что выросли из его плодов, обладают заметно меньшими возможностями. Им под силу подчинить себе довольно большие лесные территории размером с немалые страны. Но как выяснила из чтения эльфийских хроник Нина, эти деревья в первую очередь старались уничтожить Силы Тьмы. Пусть с трудом, но им это удалось. У эльфийских владык Запада не осталось ни одного Древа первого поколения. Правда, плодовые семена от этих деревьев уцелели и они прорастили Древа второго поколения. Их мощь была еще меньше. Удавалось создать замкнутую систему площадью со средних размеров лес. Это и послужило причиной раздробленности. Семь Древ - семь королевств. Причем, разделенных немалым пространством. И потому в ход пошли семена третьего поколения, которые привели к появлению Древ Жизни, управляющая способность которых ограничивалась размером рощи. Эльфийские владыки таким образом создали вассальные владения, заполнившие пустоту между королевствами. От поколения к поколению, Древа вырождались и четвертое поколение могло управлять разве что небольшим садом.

Древо не просто так управляло. Оно превращало лесную систему в довольно серьезную крепость, способную защищаться без участия хозяев. Процесс это конечно не одномоментный. Начальный радиус влияния был небольшим. Метров тридцать. Но по мере роста он увеличивался, пока не достигал предельно возможного. На этом чудесные свойства Древ не исчерпывались. Подчиненный им лес становился огромным магическим аккумулятором с постоянно возобновляемой энергией. Возможность неограниченного использование магии - вот что делало эльфов сильнейшей расой Ивериона. Схидники же, лишенные этого, быстро утратили прежние свои возможности к применению магии. Их родовые рощи тоже могли аккумулировать энергию, но мало, слишком мало. Но теперь все могло измениться. Ведь в распоряжении землян оказались не вторичные или третичные плоды, а первичные.

- Это чудесно! - воскликнула Дарья

- Не все так просто, - возразил ей Андрей, - нужно время, чтобы высаженный плод пророс и еще больше времени чтобы Древо набрало достаточно сил. Лет десять, не меньше придется ждать. Да и то, полного охвата нужной нам территории не будет. К тому же, следует как то до весны продержаться. Нужно чем-то себя подстраховать.

Земляне долго совещались, спорили, кто-то что-то предлагал, но ничего толкового никто так и не предложил. И потому прекратив пустые разговоры, разошлись каждый по своим делам. Ларга предупредили, чтобы он по-прежнему высылал разведчиков к границе с Орочьими болотами. Союзник спорить не стал и разведку выслал. Но предупредил, чтобы весной на него не рассчитывали. Как только снег растает, его род вернется в свое старое стойбище.

И тут выяснилось, что род Ольхи и род Ели передумали возвращаться в родовые земли. На ольховиков и еловиков произвели огромное впечатление трофеи, взятые осинниками и дубовиками. Да и сама лёгкость, с которой была одержана победа, тоже настроила их на иной лад. Поэтому Лаур и Марис клятвенно уверяли, что окончательно поселятся в Приморье. Всё, что им нужно, так это укоренить на выделяемых им землях Старую Ольху и Старую Ель. Правда, селиться рядом с осинниками они не захотели. После ознакомления с картой, они выбрали себе угодья в том месте, где Приморская гряда почти смыкается с горами Загроса. Так сказать, подальше от возможных неприятностей. Ну хоть что-то. Всё-таки после ухода дубовиков и землян, под командой Ориса будет десяток воинов, а не трое. Правда, у старейшин возник вопрос: а с какой радости они должны признавать главенство Ориса? Он такой же глава рода как и они. Чем он лучше прочих? Пришлось заходить с козырей.

- Да будет известно почтенным старейшинам, что Дом Красной Звезды и род Ивы решили скрепить свой союз с помощью брака. Как только закончится весенняя распутица, я возьму в жёны двух дочерей почтенного Ориса, а в качестве свадебного выкупа род Ориса получит от меня первичное семя Древа Жизни.

Только привычка к сдержанности не позволила старейшинам проявить свои чувства. И Орис был поражен не менее остальных. Конечно, Иваныч нарушил строгий этикет, назвав его дочерей невестами до официального сватовства. Но Древо Жизни! Да еще от первичного плода! Эльфы Заката вполне обосновано считали восходников дикарями. Но про Древа Жизни и про их свойства, гости знали достаточно. Если Орис продержится в этих землях лет десять, то никакие вольные егеря ему будут не страшны. А ещё обладание таким Древом повышало его статус, о чём Иваныч не знал, зато гости прекрасно помнили. Мало того, что он породнится с главой старшего Дома. Обладание Древом его мгновенно превращает из главы рода в главу Дома. Значит, по мере роста Древа он станет владыкой всего Приморского Леса, а еловики с ольховиками становятся его поданными! Впрочем, с этим можно смириться, хотя Ларг не стал менять своего решения.

- У меня есть договоренность с гномами. Но вы не беспокойтесь, следующей зимой мой род снова откочует сюда. Можете как прежде рассчитывать на мою помощь.

Всё-таки решил до конца не рвать сложившиеся отношения. И почему он это делает чуть позже выяснила Вика:

- Обыкновенный демографический кризис. Не только у Ларга. У Лаура и Мариса точно такие же проблемы. Им всем грозит вырождение, ибо схидники постепенно стали друг-другу настолько близкими родственниками, что смело могут себя причислять к братьям и сёстрам. Им нужна свежая кровь! А тут появляемся мы. Я через Милию узнала о том, о чём шушукались между собою старшие матери. Они уже делят между собой наших нерождённых ещё детей! Им нужно выдавать замуж дочерей и найти жён для своих подрастающих сыновей.

- Так разница в возрасте какая! - начал было Андрей, но его тут же перебила Маша:

- Да плевали они на разницу! Это ведь эльфы! Для них это несущественно. Ты сколько лет дашь будущей тёще Иваныча? По земным меркам она старуха. Ей больше сотни лет, а она и выглядит очень молодо, и рожать ещё не разучилась. В общем, кто кого насколько старше, здесь никого не волнует.

Следующей заботой были взятые в плен крестьяне, которых вместе с детьми было чуть больше сотни человек. Чем кормить их, ведь до урожая ещё далеко? С этим решили просто: новообретённые союзники хоть и с большой неохотой, но согласились добывать лесного зверя для прокорма хумансов. Чем занять, чтобы дурные мысли в головы не лезли? Впрочем, и тут долго думать не пришлось. Дело в том, что лошади и козы должны чем то питаться, а запасов фуража у переселенцев не было. Не потому что крестьяне были глупы. Как раз наоборот, кое в чём они изобретательней своих хозяев. Вот скажите на милость, чем кормить скотину зимой, если сено не заготовлено заранее? Как раз староста и ответил на этот вопрос, когда обратился к Марии с просьбой отправить часть народа к ближайшим озёрам. Самые обычные водоросли из пресных водоёмов! Не лучшая пища для лошадей, но неприхотливым лошадкам из восточных степей и не такое приходилось есть. Так что падёж скота от бескомицы им не грозил. Нашелся среди переселенцев и кузнец. Мастерство его конечно не велико, но для сельской местности вполне хватало. Его конечно же вместе с сыновьями отдали Александру. А у того возникли свои проблемы. Того металлолома, что взяли с собою из Благословенных Земель, было не так уж и много. Не более десяти тонн. Даже продавать стальные изделия всем подряд - жуткое расточительство.

- Местным на первых порах хватит и изделий из обычного сыродутного железа, объяснял Александр, - Как добыть болотную руду и выплавить из нее металл, я знаю. Но только теоретически. А на практике буду гнать сплошной брак. Мне нужен сведущий в таких делах помощник.

Как раз этот кузнец и умел работать с болотной рудой. Остальных тоже к делу пристроили. Часть людей, под командой Валентина, занялись добычей соли из морской воды. Оставшиеся - вперед на зимнюю рыбную ловлю! Благо что рыбы в море хватает, а рыболовной снастью переселенцы заранее запаслись.

- Прям не жизнь, а сплошная игра в "Цивилизацию"! Вся разница, что не пошаговая и не перезагрузишься, - проворчал как то Георгий.

- И смерти тут настоящие, а апгрейд юнитов слишком медленный, - добавил Андрей.

Что верно, то верно. До сей поры их приключения сильно походили на игру. Но жизнь все-равно была самой настоящей жизнью. Со всеми ее радостями и огорчениями. Только недавно пришел гонец от разведчиков Ларга, принес весть о появлении в Приморье орков. Разведчики управились сами. Было этих орков немного, всего пятеро. Шли они со всевозможным остережением, будто зная о том, что здесь ходить опасно. Угодив под стрелы эльфийской засады, ввязываться в схватку не стали, а быстро ушли туда, откуда пришли, унося с собою одного раненого. Хумансы так и не появились. Уже начали дуть теплые юго-западные ветра и начал таять снег, а второй караван так и не появился.

- Что-то у этой самой Грамины пошло не так. Или ее покровители передумали, или отложили все на потом.

- Значит командир, погуляем на твоей свадьбе без незваных гостей.

- Далась вам моя свадьба!

На самом деле, Иваныч уже свыкся с мыслью о том, что вновь станет человеком семейным. В феврале невесты были просватаны и Кати-Най теперь с полным правом стала зваться Кати-Шай. Зато Безымяшка, как ее окрестили земляне, не смотря на сватовство нового имени не обрела. Но судя по ее довольному виду, данное обстоятельство ее не заботило. Эка беда! Подумаешь, родичи имени лишили! Муж даст новое имя. Какое? Этого никто не знает. Но оно будет! Обязательно будет. Насчет дня свадьбы договаривались Вика и Нари и срок установлен простой: как только сойдет снег. И этот день настал. Правда, сперва все-равно было не до свадьбы. Сперва проводили род Ларга, чей путь лежал через горные перевалы. Вместе со своим родом уходила и Дарья, у которой было своё, очень важное поручение. Предстоящая ей миссия была и важна и сложна. Всё началось с заявления Александра о том, что имеющихся в их распоряжении сил хватит лишь на создание унылой пасторали.

- Меня одного на создание сколь-нибудь развитого производства не хватит. Имеющегося у нас металла надолго не хватит. Нам нужны рудники и мастерские. А главное — специалисты. Ни схидники, ни люди, в ближайшее время нам в этом деле не помощники.

- Ты хочешь сказать, что нам нужны гномы, - сообразила Дарья.

- А больше некого звать. Да и гномы вряд ли пойдут. Их ведь кормить нужно, а у нас сельское хозяйство только в замыслах. Да и то, людей всего на два десятка хозяйств. И еще неизвестно, как тамошняя земля родить будет.

Тем не менее, за мысль о привлечении гномов зацепились. В итоге, Дарья сама вызвалась идти вместе с дубовиками и после прихода гномьего каравана, поговорить со старшим. Может быть и выйдет хотя бы одно гномье семейство уговорить переселиться в Темные Земли. Потом были хлопоты с закладкой мореходной баржи, большую часть деталей к которой заготовили в течении зимы. На ней земляне собрались перевозить в Темноземье добытый ясырь. Ну и не забыли про плоды Древа Жизни. Силами полоняников в основании перешейка был насыпан небольшой холм, где и рассчитывали посадить семя Древа.

- Здесь ему самое место, - просвещала всех Нина, - смотрите сами: ширина перешейка тут метров четыреста . Сажаем в самой середке ...

- На оси перешейка - поправил ее Иваныч.

- Ну пусть будет на оси. Неважно. Месяца через полтора проклюнется росток и сразу возникнет зона безопасности. Небольшая, я уже говорила, метров тридцать радиусом. Вроде бы и немного, но внутри ее все растения начинают копить магию. Обойти этот островок конечно можно без помех, но незамеченным не выйдет. Вся растительность в этом островке становится охранной системой. Чужака и увидят, и почуют. В общем, застать нас врасплохне выйдет. Кроме того, если на островке находится хоть какой-нибудь эльф, способный творить заклинания, то может и шарахнуть чем-нибудь по чужакам. Ну и конечно же в этом месте можно держать лазарет.

- Только с исцеляющими заклятьями у нас не очень дела обстоят, - заметила Мария.

- Ну мы же будем учиться!

Иваныч сразу решил, что посаженное Древо станет подарком роду Ориса. Имея его, Орис совсем иначе сможет разговаривать с соплеменниками, если конечно найдутся желающие переселиться в эти места. Одно дело пустить их на свою землю просто "переночевать до весны". Другое дело - обеспечить при этом безопасность. При наличии такого охранно-защитного комплекса, почему бы и нет? В любом случае с устройством фортсооружений можно повременить. Да и нужны ли они будут? Намного важней будут причалы в обеих бухтах Стрелки. Но это не сразу. Черт подери! За что не возьмись, все упирается в нехватку времени и рабочих рук. Оказалось, что про это еще Орис подумал. Поделился он как то с Иванычем своими планами. Ох и придумал же! Воистину наивный чукотский юноша! Надо же до такого додуматься - воровать детей у эльфов Гептархии! И даже морской поход начал готовить с сыновьями. Пришлось объяснять ему, почему это ничем хорошим не могло закончиться. Но понять его можно. Схидники на грани вырождения. Приход землян не сильно освежит им кровь. И про это тоже нужно думать.

Где то в конце марта снег окончательно растаял. В глубинах леса, куда редко проникает солнечный свет, еще долго будут оставаться островки слежавшихся ноздреватых сугробов. А на открытых местах уже сухо. Обе бухты тоже освободились от льда. Корпус баржи уже осмолили и готовили к спуску на воду. Еще пара недель и пора продолжать путь. Но сначала справить свадьбу.

Аккурат первого апреля, ее и справили. Сперва торжественно посадили на рукотворном холме семя Древа Жизни. Сажал лично Орис, чтобы семя запомнило его кровь и сочло его хозяином тех мест, куда дотянется власть самого Древа. А уже потом сотворили свадебный обряд. Он был незамысловат. В присутствии родовичей и экипажа "Авроры", одетых по такому случаю в праздничные наряды, Нари подвела дочерей к Иванычу и возложив их ладошки на его ладони торжественно произнесла:

- Лишаю свою плоть и кровь имен данных Родом и жду новых имен данных тобой.

Произнеся это дважды, она отошла на три шага назад и стала рядом с Орисом.

- Принимаю в свой Дом рожденную тобою и даю ей новое имя. Отныне дочь твою зовут в моем доме Ирина Орисовна Ивина, согласно обычаям моего народа

Придумывать что-то необычное, Иваныч не стал. По его просьбе Виктория смогла вытянуть из Нари прежнее домашнее имя Безымяшки. А дальше все просто. Имя по созвучию, отчество по отцу, а фамилию придумать несложно. Раз из рода Ивы, то пусть будет Ивиной.

- Принимаю в свой Дом рожденную тобою и даю ей новое имя. Отныне дочь твою зовут в моем доме Катерина Орисовна Ивина, согласно обычаям моего народа.

Вот и Кати после наречения имени стала замужней. Теперь, когда обряд соблюден, как говорится честным пирком да на свадебку. Тем более, праздничный стол уже накрыт и находится неподалеку, прямо у подножья холма. Мешкать с этим не стали и посадив жениха с невестами во главе стола, сели сами и начали праздновать согласно русскому обычаю, правда, сильно урезанному. Праздник, хоть и не пышный, но удался на славу. Гости веселились от души. Зато Иваныч лишь делал вид что веселится. Сам же украдкой поглядывал на предназначенных ему девчонок. Счастья в их глазах он не заметил. Хотя и несчастными они не выглядели. Ирина выглядела довольной и с видимым удовольствием выполняла команду "Горько!" Катерина же, вид имела встревоженный и ту же самую команду выполняла скорее по обязанности. Виновника торжества смущал самый щепетильный момент в этой истории. Постель для новобрачных была приготовлена недавно построенном с этой целью шалаше. И получалось, что интим с одной сестрой будет наблюдать другая.

- Разве групповуха обязательна? Может два шалаша ?

- Брось командир! - успокаивала его вчера Вика, - я ведь все разузнала, ничем ты девиц не шокируешь. Эти дети природы спали вместе с родителями и чем там занимаются отец с матерью, наблюдали постоянно. Ничем ты их не удивишь. Разве что отказом исполнять те самые обязанности. А жить на два шалаша не советую. У них на этот счет имеются в наличии некоторые предрассудки.

Когда закончился пир и молодым пришла пора уединиться для честного дела, командир до последнего момента не верил, что девушки спокойно отнесутся к тому, что должно произойти с ними в шалаше. Напрасно. Ни его нагота, ни собственная их не смутила. И на сперва нерешительные ласки они отозвались без сопротивления. Ну а дальше произошло то, что и должно случиться. До наступления рассвета они стали ему самыми настоящими женами.

Глава 14. Разгром

Времени на то, чтобы справиться с прорвой дел внезапно свалившихся на Грамину, катастрофически не хватало. Прежняя, хоть и не скучная, но вполне размеренная жизнь ушла в прошлое. Заботы о немалом хозяйстве в Складоне и его окрестностях никуда не делись. О тайной деятельности и говорить не стоит. Она требовала не меньших сил. Но теперь добавилась еще одна забота - освоение Приморья. Весь остаток осени она крутилась как белка в колесе, пытаясь успеть до первых морозов сформировать переселенческий караван. И если с охраной каравана вопрос был решен быстро, то с потребным числом переселяемого мужичья все было не так просто. Его, этого самого мужичья, в окрестностях вольного города хватало. Только рассчитывать на них не приходится. Этим хуторским жлобам грех жаловаться на свою жизнь. Земли им хватает, а при нужде новой обзаведутся, не спрашивая на это стороннего позволения. Подати платят небольшие, а цены на их товары неплохие. Да собственно говоря, их родовые гнезда больше походят не на крестьянские хутора, а на самые настоящие поместья. Потому что рядом с хозяйским двором стоят жилища батраков. Сам хозяин и его семья давно уже не ходят работать ни в поле, ни на скотный двор. Зачем это делать, если есть голытьба, пришедшая с Юга? Так что не пойдут они на новые земли. И батракам своим этого не позволят. Поэтому приказчики Грамины искали людей на Нижнем рынке что возле речной пристани. Именно там все вербовали нужных для хозяйства работников. В этом деле приказчики поступали как издавна заведено. Бежавшего в поисках вольной жизни на Север южанина, поили в ближайшем кабаке до состояния изумления и подсовывали ему на подпись кабальную грамоту. А утром очнувшегося и толком не протрезвевшего бедолагу с помощью городских стражников гнали в недавно приобретенное пригородное хозяйство. Где им доходчиво объясняли, что с мечтами о воле придется расстаться и делать то, что велит хозяйка. Правда, брали не всякого. Приказчики выбирали людей семейных и многодетных.

Но помимо кабального договора, был и пряник. Бедолагам объясняли, что полная неволя лишь до прибытия на новые земли. А там он станет сам себе хозяином. Правда придется отработать хозяйские благодеяния в виде того имущества, что дается на обзаведение. И да, первые десять лет можно ничего не платить. Вот встанешь на ноги и расплатишься. После чего станешь вольным человеком.

Управилась вовремя, как раз когда установился санный путь. До крайних отрогов Приморского хребта, караван сопроводил Барлей в компании со своими земляками. На всякий случай. Чтобы ни у егерей, ни у мужичья не возникло желание разбежаться. На этом заботы не кончились. Следовало снарядить второй караван и лично навестить свои новые владения. Тут было все сложней. Следовало нанять воинов. Вольные егеря для этого не годились. Они хороши в набегах, но не в защите земли. Привыкшие ни перед кем не отчитываться, они быстро начнут скучать и самовольно займутся тем, чем привыкли заниматься - разбоем. Неизвестно еще, что творят отправленные туда ватажники Хронтала. Решив вопрос с эльфами, они вполне могут скатиться до бесчинств над переселенцами. А могут бросить их на произвол судьбы и уйти горными тропами в Восходные леса. Так что нужно поспешать. При этом не всполошить городские власти. Городскому совету явно не по нраву придётся, что кто-то у них под самым носом обзаводится маленькой армией. Поэтому временный лагерь пришлось устраивать недалеко от загородной усадьбы. Подальше от любопытных глаз.

Часть воинов навербовал Барлей и теперь в ее распоряжении было полтора десятка конных стрелков. Еще десяток всадников и два с половиной десятка пешцев удалось навербовать в Средней Мирии. Ну и конечно же обоз в полсотни саней. В обоз тоже старалась брать в основном мирийцев. Конечно, изначально единый народ не просто так поделился на три части. Разлад вносили не только склоки князей. Северяне, сидящие на более скудных землях, через которые не проходили торговые пути, считали, что их более южные собратья избалованы милостями природы. Их соседи из Средней Мирии, в свою очередь считали, что северяне малость диковаты в сравнении с ними, а южане наоборот: неженки слишком погрязшие в роскоши. Население Южной Мирии и тех и других считало людьми недалекими и слишком завистливыми. Но острой вражды не было. В случае нужды, о прежних разногласиях мгновенно забывали. Ну а Грамина, как ни крути, но в первую очередь была мирийкой. И коль выпало ей создавать Восточную Мирию, то пусть основу нового народа составят её соплеменники.

Возник вопрос с женщинами. Уговаривать мириек устраивать свою судьбу в диких краях, занятие бесполезное. Мирийки скорее согласятся стать наложницами у женатых соседей. Поэтому выход был один: в южных державах бедняки охотно продавали в рабство своих дочерей, чтобы избавиться от лишних ртов. Большинство "девочек" в ее заведениях именно таким образом и попали к ней. И ничего, морды от них никто не воротит. Ну а для поддержания красоты в народе, не грех и диких эльфиек наловить. Правда, их положено сперва сделать бесплодными. Но кто посмеет указывать на это правительнице новых земель. Впрочем, вопрос с "девочками" отложен на потом. Сперва нужно закрепиться на новых землях.

Нужно было решить, кто в её отсутствии останется на хозяйстве. Решила просто - пора Дануте взрослеть. В конце концов сама Грамина в этом возрасте не нуждалась в поводырях. Два зимних месяца она натаскивала дочь, посвящая ее в свои дела, а на третий месяц пришла пора расстаться.

Выступили в поход в заранее рассчитанный срок. Распоряжался всем Барлей. Грамина не вмешивалась в его распоряжения, целиком и полностью доверяя отставному сотнику. Сперва двигались без особой спешки. Барлей это объяснял тем, что идти по краю болот придется с наивозможной быстротой, поэтому ни людей, ни коней утомлять преждевременно не стоит. Спустя неделю, показались вершины хребта. Барлей скомандовал отдых. Сутки отдыхали, а потом продолжили путь. Теперь шли от темна до темна, стараясь покрыть как можно большее расстояние. Вперед заранее высылалась конная разведка, но разведчики ничего не обнаружили. И тем не менее бывший сотник не скрывал своего беспокойства.

- Слишком все хорошо идёт. Так не должно быть.

- Что именно тебе не нравится?

- Долго не было снегопада. Потом снег пошел. Шел он дней десять назад. Сейчас следы первого каравана не видны. Но уже больше месяца назад их могли видеть орки.

- Если они посещают это место.

- Следует думать, что они тут были. Госпожа, ты завтра оденешь доспех и больше его не снимай. Держи при себе щит. Завтра нас ждет очень плохое место. Если его пройдем, то дальше идти будет легче.

Следующим утром, Барлей приставил к Грамине двух конных стрелков. Сама она снарядилась как для боя, одев кольчугу, шлем и поножи. Лук со стрелами за спину, в правой руке короткое охотничье копье.

Походный порядок тоже изменился. Обоз выстроился в две нитки, между ними всадники охраны с пешими воинами. Предупрежденные заранее возницы приготовились на всякий случай работать топорами и самострелами.

Начинало рассветать, когда караван дошел до того места, что сильно не нравилось предводителю. Согласно эльфийской карте, в этом месте два отрога почти вплотную подходили к болоту. Между ними, на сухом островке располагался довольно густой ельник. Барлей не стал прижиматься к твёрдой суше и повел караван прямо по замерзшему болоту, держась шагах в четырёхстах от крайней скалы, предпочитая иметь между собой и возможной засадой как можно больше отрытого пространства. А вот и ельник.

- Барлей, ты уверен что там засада?

- Разведчики вчера смотрели на это место издали, но оно им сразу не понравилось. Смотрите, госпожа, ветви елей после снегопада покрыты снегом. Но на нижних ветках снега нет. Кто то задел ветки и снег с них опал. И это не одиночный зверь проходил. Остались бы следы на снегу. Кто то, в немалом числе зашел туда давно, еще до того как пошел снег. А потом, в нетерпении подбирался к самой опушке. Поэтому мои люди не стали лезть в заросли и проверять.

- И много там их спряталось?

- Не знаю. Может небольшой отряд. А может и целое войско. Лучше бы первое. Тогда мы просто пройдем без боя.

- А если с боем?

- Будет врагов много, придется повернуть назад.

Через тысячу шагов караван почти поравнялся с вторым отрогом и тут началось! Враг появился вовсе не из ельника, а выскочил из-за скал. Не менее двух сотен орков молча бежали навстречу каравану, прикрывшись щитами и по мере сближения сплачивая ряды.

- Не зевать! Глядеть по сторонам! Стрелки, за мной!

Степняки быстро рванули навстречу атакующим, стреляя из луков на полном скаку. Упали первые убитые, заверещали раненые, но это никак не сказалось на решимости врагов. Противно завывая, орки продолжили бег. Тем временем обозники спешно выстраивали заграждение из саней и накидывали на лошадок защитные попоны. Как только атакующие приблизились на сотню шагов, конные стрелки не прекращая обстрела ускакали на левый фланг, где уже выстроились для атаки мирийские конники, а обозники открыли стрельбу из самострелов. Удалось произвести всего один залп, от которого противнику было не жарко и не холодно. После чего пришлось браться за топоры и совместно с пешими копейщиками биться врукопашную.

Стоило оркам добраться до телег, как последовал дружный удар конных копейщиков во фланг атакующим. Если в искусстве лучной стрельбы мирийцы и уступали степнякам, то в конном бою были ничуть не хуже. Было их совсем немного, но оркам пришлось нелегко. По их правому флангу как будто прошла коса смерти, а конные стрелки не прекращали свою работу. Казалось, еще немного и вражеская атака захлебнется. Но тут походники услышали точно такие же вопли справа. Разведчики Барлея оказались правы, в ельнике тоже имелся отряд врагов и немаленький. Не менее двух с половиною сотен орков атаковали правый фланг каравана. И хорошо, что баррикада из саней была выстроена углом, а не линией. Первыми среагировали степняки и рванули навстречу новой угрозе, стремясь стрелами проредить ряды нападавших. Оставленные с Граминой охранники тоже схватились за луки. Немногим позже начала метать стрелы и сама хозяйка. Стрелять на полном скаку, как это умели делать кочевники и оставленная на хозяйстве Данута, она не умела. Но учёба у эльфов не пропала даром. С неподвижно стоящего коня она стрелять умела и выпущенные стрелы находили свою цель.

Оставив в покое расстроенные ряды орков первого отряда, мирийские всадники атаковали второй отряд орков, всё так же ударом по их правому флангу. В этом был свой смысл. Большинство разумных существ являются правшами и щит держат в левой руке. Конечно, имперская тагма прикрыта щитами и с правой стороны. Имперцы давно славились умением биться в сомкнутом строю. У них правофланговыми всегда были либо левши, либо обученные одинаково биться обеими руками. Но орочье ополчение таким умением не обладало. Поэтому даже слитный копейный удар десятка всадников натворил немало бед. Барлей, чьи стрелки еще не понесли потерь, не стал становиться на пути атакующей лавины. Все так же ловко его всадники выскочили из под удара и зашли в тыл оркам.

Грамина даже залюбовалась этим безупречно выполненным маневром. Всё-таки варсайцы правильно оценили достоинства воинов кочевых народов. Будучи не очень стойкими в рукопашной, они предпочитали бой на дистанции. Природные умения, в сочетании с варсайской муштрой творили чудеса. Бывало, что варсайские конные егеря останавливали даже конные фаланги имперских катафрактариев, не вступая с ними в прямую схватку. А прославленные стойкостью и упорством тагмы пехоты не всегда могли легко отделаться. Будь сейчас у Барлея хотя бы полсотни соплеменников, оркам ничего кроме разгрома не могло светить. Но чего не было, того не было. Второй атакующий отряд схлестнулся с обозниками и в этот момент из-за первого отрога появился третий орочий отряд, ранее скрывавшийся неизвестно где. Был он меньше по численности чем первые два. Все полторы сотни. Но люди уже были связаны боем и резервов у них не было. Всё что мог сделать Барлей, так это опередив атакующих, привести свой маленький отряд для защиты хозяйки. Степняки могли спастись, бросив на произвол судьбы караван. Кони их еще не устали, а догнать их орки в любом случае не могли.

Кто другой так и поступил бы, но только не они. "Своих не бросаем!" Для лихих наездников это были не просто слова. Они принесли хозяйке клятву верности и с этого самого момента она стала для них своей. Пусть даже чужой по крови. Пусть даже это обрекает их на гибель. Сплотившись вокруг Грамины, они сколь могли выпустили стрел по оркам, а потом схватились за копья. Бой теперь уже шел в полном окружении и люди его проигрывали. Отбить атаку все-таки удалось. Орки отступили, но далеко не ушли. Понеся немалые потери, они не отказались от дальнейшей драки.

- Госпожа! - обратился к ней Арсенис, командовавший конными копейщиками, - нам отсюда не выбраться живыми, а гибнуть всем нет смысла. Уходите с людьми Барлея.

- А вы?

- Я не стану бежать, оставляя мирийцев нелюдям. У нас так не принято. Постараемся дорого продать им свои жизни.

- Арсенис, я тоже мирийка. И прошу про это никогда не забывать. Вместе пришли, вместе станем выбираться. Главное - понять куда идти.

Вариантов было всего два. Можно было идти в новые земли на соединение с первым караваном. Но подумав, Грамина отказалась от этого решения. Обоз придется бросать. А без обоза они там не нужны. Так что остается путь домой. Пришлось оставить обоз оркам в качестве добычи и уменьшившийся в числе отряд двинулся восвояси. К их удивлению, орки мешать им не стали. Подождав, когда люди уйдут подальше, они рванулись грабить оставленный обоз.

- Насколько я понимаю, сидя в засаде они долго постились. И пока не съедят оставленных обозных кляч. С места не тронутся.

- Они, уважаемый Барлей, едят не только конину. Закусить человечиной они не откажутся.

После этих слов разговоры прекратились. Позади остались не погребёнными три десятка тел погибших. Думать о том, что не оказали им достойного погребения было тяжело. И вот так шли в мрачном молчании и без всяких помех целых три дня. На четвёртый день их догнали орки.

- Сотни три их. Либо половину мы убили, либо не все в погоню пошли.

- Скорее второе. Но нам и этих хватит.

Барлей вновь выдвинул стрелков , но бой затевать не спешил. Опытный вояка по множеству примет понял, что враг в нерешительности. С одной стороны сил для победы хватает, а с другой стороны, больно кусачая добыча. Потери будут большие, а прибытка никакого. Целый день орки шли следом за ними, не решаясь вступить в бой. Во время ночного отдыха, никто из людей не спал. Все ждали нападения. Но так и не дождались. Когда рассвело, то врага обнаружить не удалось. Пропал он ночью куда-то. Изучив оставленные следы поняли, что орки решили пограбить хутора вокруг Складона.

Шли медленно, потому что среди пеших хватало раненых. С едой для людей и кормом для коней все было плохо. Стрелкам пришлось заняться охотой, но добыча была столь мала, что и говорить о ней не стоило. Люди теряли силы, особенно быстро лишались сил раненые. Однажды двое из них просто сели на снег и не захотели вставать:

- Вы идите, что на меня смотреть? Я только обуза вам да лишний рот на скудный кусок.

Грамина вместо ответа, слезла с коня и знаком указала: "Садись". Следуя ее примеру, покинули седла и остальные всадники, уступая место ослабевшим.

- Не след вам госпожа с коня слезать, - тихо упрекнул ее Арсенис, - здесь хватает сильных мужчин для этого.

- Не тебе решать, верхом или пешком мне путешествовать!

Так и не села на коня и весь оставшийся путь шла на своих двоих, ведя коня за узду. Несколько раз их нагоняли отряды орков, но видя готовность людей к бою, проходили мимо, спеша успеть к грабежу более слабой добычи.

О близости хутора их оповестил запах гари. Пройдя по натоптанной тропе через окружавшие росчисть рощи, походники увидели лишь слабо дымящиеся развалины на месте былого поселения. Обследовав горелые развалины, убедились в том, что ни еды, ни корма для отощавших коней здесь не найти.

- Надо взять к северу. Сейчас "добытчики" пойдут обратно, - заметил Барлей.

- Делай, как считаешь правильным.

Теперь они шли вдоль опушки почти нетронутой окраины Восходных лесов. Это удлиняло их путь, но уменьшало опасность встречи с возвращающимися орками. И все-таки встречи этой не удалось избежать. К середине следующего дня, они вышли к лесному хутору и застали "милую" картину.

Первые отряды орков прошли мимо этого поселения, стоящего в стороне от их пути. Но пришедшие позже, сообразив, что на проторенном пути уже ничем не поживишься, прошли немного в сторону и наткнулись на этих незадачливых бедолаг. К моменту появления отряда Грамины, хижины батраков уже были ограблены и полыхали ярким пламенем. Рядом валялись тела тех, кто не успел убежать. А сейчас орки штурмовали жилище хозяина хутора. Как раз закончили выносить бревном входную дверь и ворвались в жилище. Изнутри раздавались крики мужчин и женские визги.

- Вперёд! Хоть с этими рассчитаемся.

Внезапное появление хорошо вооруженного отряда спутало все планы грабителей. Пусть походники сильно ослабли от ран и тягот пути, но они были вооружены, сплоченны и прекрасно умели драться. Это вам не зашуганные батраки или избалованные хозяева хутора. И хотя орки были полны сил, а их сердца не поразила робость, никто из них не уклонился от боя. Людей было больше и люди были очень злы. Бой был недолгим и все враги получили то, что заслужили.

Когда всё закончилось, Грамина приказала оставшимся в живых обитателям хутора, принять и разместить раненых. И тут выяснилось, что распоряжаться то и некому. Хозяин с хозяйкой погибли в начале штурма, а их грудной ребенок является единственным наследником.

"Ну что же, раз спрашивать не с кого, значит за все отвечаю я!"

И пошло-поехало. Вести хозяйство твёрдой рукой она давно умела. Справилась и тут. Озадачив остатки прислуги и батраков, она приказала Барлею распорядиться насчёт организации постоя. К счастью, уцелело и сено для скота, и кладовки с запасами ещё не были разграблены. Даже скотный двор уцелел. Вечером, когда готовились ко сну, ей пришла в голову простая мысль:

"А хозяйство то это бесхозное теперь!"

Сон сразу как рукой сняло. Зажгла светильник и принялась копаться в вещах покойного хозяина. Быстро нашла то, что искала. В одном из ларцов были сложены вместе и грамота на владение и кабальные грамоты обитателей. Изучив документы, она поняла: теперь это всё принадлежит ей по праву войны. Кто наследует хозяину, в грамотах не указывалось. Да оно и понятно. Писались грамоты тогда, когда наследник еще даже не задуман был. А когда он родился, то не нашлось времени на поездку в Складон, для внесения в грамоту имени наследника. Что же, ей не впервой отжимать чужое имущество. Были случаи и посложней нынешнего, а этот и вовсе пустяковый. Кстати, как с наследником поступить? Нет, избавляться от него ей не стоит. Один раз такое пройдет, но ведь это не последний хутор. После набега орков, многие владения потеряют хозяев. Самое время, пользуясь неразберихой их прибрать. Даже если от хозяйства остались одни угольки, всё-равно есть смысл прибрать его себе. Постройки - ерунда. Новые построить можно. И отсутствие жизни в разоренных местах - это временно. Мирийцы с удовольствием поселятся на расчищенных от леса местах, где земля уже распахана. Значит, следует стать опекуншей осиротевших во время набега детишек. Так намного лучше и пристойней.

"Всё это хлопоты, но хлопоты привычные. Пора тебе Грамина вновь стать настоящей аристократкой. И земельные угодья тут совсем не помешают. Остается самое противное - объяснение с Варзиниилом. Ведь его поручение так и не выполнено. Не знаю, удовлетворит ли его объяснение о том, что лишь нашествие орков помешало выполнению задания. Задания, о котором нельзя говорить открыто. Но ведь в числе порученного, было и то, что эльфам понадобилась Восточная Мирия. Почему бы ей не начаться с этих хуторов?"

Утром, так и не выспавшись, она вышла к завтраку. И сразу наткнулась на поджидавших ее Барлея, Арсениса и старосту обозников Отланиса.

- Госпожа! - по праву старшего из просителей обратился к ней Барлей, - наши люди держали совет и решили проситься на службу к тебе, не в качестве наемников, а слугами вольными.

- Это действительно решили все?

В ответ все трое молча кивнули.

- Хорошо, я согласна принять вас в качестве вольных слуг и после того, как все утолят голод, приму ваши клятвы.

Послание Варзиниилу Грамина стала писать после того, как патрульные Арсениса перехватили из последних сил бредущего Хронтала. Когда его доставили к ней, то она его не сразу и признала. Перед ней стоял вовсе не тот полный сил наглец. Исхудавшее, покрытое струпьями тело, спутанные волосы отмеченные ранней сединой и потухший взгляд. Трудно было в нем узнать прежнего атамана ватажников.

- Госпожа, всё пропало. И все кто был со мною, тоже пропали. Нет их уже.

Это были его первые слова, сказанные после того, как патрульные доставили его к ней. Позже, покормленный, умытый и переодетый он поведал о своих похождениях.

- Сначала все было чудесно. Мы прошли по самому краю орочьих земель и не были никем замечены. Потом мы шли берегом моря и путь наш был спокоен. До цели оставалось два дня пути, когда мы угодили в эльфийскую засаду. Их было не менее двух сотен, этих проклятых эльфов. Мы бились с ними долго и отчаянно. Я лично пронзил своим копьем четверых. Но силы были неравны и нас одолели. Все люди, что были со мною, полегли в бою. А на меня навалились толпой, повалили на снег, оглушили и взяли в плен.

Дальнейший его рассказ стоил запоминания. Его и взятых в плен переселенцев два дня вели вдоль берега пока не привели в самое свое логово. Что стало с переселенцами, Хронтал не знает. Никого из них он больше не увидел. А его самого поместили в темницу. Тем не менее, кое-что он успел заметить. Несколько сотен диких эльфов с женщинами и детьми, обустраивались в том месте. Но всем заправляла кампания из десяти необычных эльфов. Хронталу приходилось видеть не только диких эльфов, но и их соплеменников проживающих в Гептархии.

- Эти совсем другие. Более рослые и могучие. Но главными у них были не мужчины а четыре эльфийские ведьмы. Эти вообще не похожи ни на кого. Волосы у них чудных цветов: у одной - зелёные, у второй голубые, у третьей синие. Но самой ужасной из них была та, чьи волосы лилового цвета. Это очень могучая колдунья. Именно ей отдали меня на растерзание. Она не пытала меня так, как принято во всем мире. Просто колдовством разъяла мою душу на части и проникла во все мои мысли. Так узнала всё то, что знал и я. В этом мерзком деле ей помогала рыжеволосая дикарка, которая после окончания пытки, достала свой нож и хотела лишить меня мужественности. Но Лиловая ей это не позволила. Она просто одним своим взглядом выжгла у меня на лбу вот эту метку. И отпустила меня с вестью для тебя.

Бывшего атамана действительно отпустили на свободу. Возвращаться тем же путем, что и пришел, он не захотел, подозревая что ничего кроме вражьей ловушки его не ждет на этом пути. Вместо этого он пошел неведомым для себя путем через Приморский хребет. Шел наугад, страдая от морозов и голода и в конце пути наткнулся на людей Грамины.

Вот так Грамина. Провал везде и во всём. Оба каравана потеряны. А в Приморье поселились эльфы, которые нападают сразу, не вступая в переговоры. Может зря она ничего про них не сказала атаману? Хотя, что бы это изменило? Она ведь сама считала, что эльфов не более десятка. А их вон сколько там оказалось. И не только те, о которых Варзиниил ей писал. Хронтал уверяет, что там хватает и диких эльфов. Про них то как раз изначально речи не было. И что выходит? Рано ей туда соваться. Похоже, что странная компания смогла преодолеть присущее эльфам отвращение к своим диким сородичам и начала их объединять под своей властью. А тут еще орки возбудились. С ними тоже многое непонятного. Разведчики Барлея, наблюдавшие за тем, что творится вокруг, интересные сведения приносят. По их словам, в нашествии участвуют лишь орки Восточных болот. И их можно разделить на три части. Первая часть - несколько десятков всего. Они похожи не на случайную банду, а на дружину некого вождя. Вторая часть примыкает к первой и подчиняется ей. Это самое настоящее ополчение. Порядка и дисциплины меньше, чем среди дружинных, тем не менее они есть. Третья часть - примкнувшая к набегу вольница. Эти сами по себе. Сборище мелких банд, никому не подчиненных. Но Барлей уверяет, что это ненадолго.

- Рано или поздно, но этот неизвестный нам вождь подчинит и их. Самых непослушных убьёт, прочих привлечёт победами и добычей.

Еще Барлей считал, что это не последний набег. Ибо не выйдет держать войско без дела. Конечно, взяв добычу следует уйти и переварить взятое. Но что потом? Сотник считал, что орочий вожак начнет с помощь собранной силы подминать под себя прочие роды. А чтобы сохранить власть на войском, будет и дальше ходить в набеги. Не только на Складон

- Город конечно богатый, но он им не по зубам. Нет у них нужного умения для взятия крепостей. Со временем появится, но сейчас они нападать на город не станут. Только окрестности грабить могут. Но тут не так уж и много возьмешь. Зато в Северной Мирии и народу больше и добычи хватит на всех.

Да, весёленькие творятся дела. И как то не верится, что орки сами до всего додумались. Эльфийским ведьмам есть смысл создать на пути в свои новые владения орочий заслон. Конечно, орки с эльфами ненавидят друг-друга. Но это совсем не значит, что они не способны договариваться между собою. Нужно писать это Варзиниилу, а пока идёт послание, закрепляться прямо в этих местах. Она уже силой похолопила обитателей десятка хуторов. А тем и деваться некуда. Другой защиты от орочьих банд поблизости нет. А еще нужно связаться с Данутой и узнать Складонские новости.

Зима была уже на исходе, когда вернулся гонец с письмом от Дануты. Дела у дочери шли успешно. Управляя работой заведений при помощи опытных приказчиков, она не допустила убытков. Но доходы в связи с идущей войной упали. Купцы остерегаются вести караваны в Складон, а местные крестьяне перестали что-либо продавать. Более того, они покинули свои хутора и укрылись в месте с батраками за стенами города. Благодаря всему этому, цены на многие товары взлетели до небес. Голода ещё нет, но если орки не уйдут в свои болота, обязательно будет.

Из более важных известий - о походе, который имперский наместник и городской совет затеяли против орков. Собрав всех застрявших в Складоне вольных егерей, добавив часть городской стражи и ополченцев из горожан, они решили дать оркам сражение. Всего складонское войско насчитывало четыре сотни человек, плюс обоз. Два дня войско шло вперед. Если бы наместник послал вперед разведку из вольных егерей, то беды получилось бы избежать. Но наместник, боясь дезертирства егерей, держал их в строю и никуда не отпускал. В результате, влетел в орочью засаду. При этом, сам в числе первых бежал с поля боя. Спастись повезло немногим. Вольных егерей вернулось не более трех десятков, городских стражников - не более десятка. А ополченцы с обозниками так и сгинули. Либо погибли, либо в орочьем плену. В данный момент всё идёт к тому, что орки уйдут восвояси. На Левобережье они неплохо поживились, а на правый берег Гвейона им сейчас не переправиться. Лёд на реке уже ненадёжен и скоро начнет сходить.

О том, что писала ей дочь, Грамина рассказала вечером, когда держала совет с Барлеем, Арсенисом и Отланисом. Главный вопрос: как дальше им жить?

- Госпожа, - на правах самого младшего начал Отланис, - земля сама себя не защитит. Ей нужны защитники. Здешний народ для этого не годен. Рабские души. Только и знают что спины гнуть перед всяким, кто хозяином себя назвал. Тут наши мирийцы, пусть даже южные, всяко лучше будут. Сунется враг, так наши мужики первым делом топор схватят, а уж потом будут думать, куда бежать и стоит ли бежать? Что там топор? Мы, мирийцы сызмала и стрелу в цель пустить умеем, да вепря на рогатину принять не боимся. Нашими мужиками нужно тут все заселять.

- Не хвались понапрасну, - осадил его Артемис, - слов нет, от драки вы не бегаете и случись беда, погибнуть как мужчины сумеете. Только госпоже интересна ваша работа, а не ваши трупы. Мое мнение - нужны младшие сыновья благородных мирийских родов. Те самые, кому нет доли в отцовском наследстве. Орки слабы против конной рати. Будь у меня тогда хотя бы три десятка конных копейщиков, может и бежать нам не пришлось. Хотя правду сказать, без конных стрелков не обойтись в этом деле.

- Правду сказал Артемис, - согласился Барлей, - только полутора десятка стрелков для этого мало. Будь нас полсотни, орки все полегли бы там. Поэтому мой совет: не жалей достояния своего. Зови всех: и пахарей, и воинов. С ними ты добудешь сколько угодно добра. А ещё я скажу: не возвращайся в город. И дочь свою забери. Чует мое сердце, что городской совет захочет тебя сделать во всем виноватой. Им сейчас самое время виновных искать.

Совет был неплох и Грамина решила последовать ему. В тот же день Барлей со своими земляками повез письма Дануте. Дочь должна была организовать переезд работников и имущества на хутора. Ну а второе письмо предназначалось одному малоприметному человеку, который должен был доставить его Варзиниилу. Барлей же, передав послания и кое-что на словах, должен был навербовать воинов среди своих земляков.

Глава 15. Переселение

Верить эльфийским картам стоило с известной осторожностью. Понятия о проекциях и системе координат были неизвестны эльфийским картоделам. Тем не менее, приходилось пользоваться тем, что было в наличии. А в наличии у Иваныча были копии тех карт, которые имелись в архивах Благословенной Земли. И потому он намечал маршрут очередного плаванья согласно имеющейся карте побережий Моря Тьмы.

Какое из времён года лучше подходит для путешествия в Тёмные Земли, выяснять не стали. Лёд растаял? Штормов пока нет? Значит пора в дорогу! Тем более, что всё что понадобится в первое время на новых землях, уже погружено в трюмы «Авроры» и взятой на буксир баржи. Первым рейсом перевозили всё, что нужно для вспашки земли и строительства жилья. Из людей взяли одних мужчин, если конечно не считать трёх подростков-юнг в составе экипажа «Авроры». Женщин и детей в первый рейс брать не стали, оставив их под присмотром Нины, Виктории и Милии. Из эльфов в новые земли переселяются Валентин с Марией и Иваныч с жёнами.

С жёнами у Иваныча вообще вышло интересно. Первоначально он хотел их идти в поход без них. Но Ирина с Катериной не просто изъявили желание сопровождать его в походе. Они упёрлись и стояли на своем: с мужем и только с мужем. До сего момента Иваныч не замечал за ними особой привязанности к своей персоне. Ира с Катей честно делали всё, что от них требовал обычай. Но великая любовь, способная сподвигнуть на многое, тут и рядом не ночевала. Иваныч и не рассчитывал, что жёны когда-нибудь воспылают к нему этой самой любовью. Не сумев уговорить его, они начали действовать через его соратниц. И надо же, нашли понимание!

- Знаешь Вася, - начала проедать ему плешь Мария, - ты напрасно отказываешь им. Они, в отличии от нас, намного ближе к братьям нашим меньшим. Это я тебе как дипломированный ветеринар говорю. Мы все еще считаем себя слабым полом, которому нужно крепкое мужское плечо, а женщины этого племени полностью самодостаточны. Ты ведь не считаешь львицу, волчицу, да даже самую обыкновенную кошку слабым созданием? Так и эльфийки местные. Оставь её одну в тайге, так она не пропадёт. И прокормит себя, и защитит. И ребёнка самостоятельно выносит и родит. Вы им нужны лишь для зачатия новой жизни. Ты хоть в курсе, что им не нужна помощь акушера при родах? Родят где угодно, запеленают новорожденного и дальше займутся своими делами.

- И все-равно не стоит брать их с собою. Тут за ними приглядят, а там...

- Да не нужны им няньки, - встряла в разговор Нина, ты самого главного не понял, Маша, объясни этому тупице!

- Вася, они не просто так напрашиваются с тобой. Это не пустая блажь. Все дело в физиологии эльфиек. Понимаешь, им обеим тридцатник стукнул. Этот год - год зачатия для них. Ты уходишь надолго. И если в этот год не получится сделать детей, то следующей возможности придется ждать еще тридцать лет. Кстати, у нас еще хуже. Мы сделаны по образу и подобию "западенцев". А это значит, первые дети у нас появятся в столетнем возрасте. Нам еще ждать и ждать, а у тебя все может случиться уже в этом году.

- Таскаться по диким местам с беременными? Что-то жалко мне их становится.

- Да не будут они тебе в обузу. Пока сотворишь благое дело, пока они будут вынашивать плод, времени пройдёт достаточно. На сносях они будут после твоего возвращения. Они не обременят тебя. Ну будь ты человеком!

- Я уже шестой год как перестал им быть.

Не хотел, но соглашаться пришлось. Вопрос увеличения популяции - серьезный вопрос. Довольные жены, узнавшие о согласии, рьяно начали готовиться к экспедиции. И еще больше обрадовались, когда узнали, что их хоть и временно, но вписали в судовую роль. Ирина теперь должна была нести вахту в "вороньем гнезде", а Катерина - на камбузе.

- Да, прекрасные места для будущих наших цариц, - хохмила Нина, - я уже сейчас начинаю им завидовать.

- Молодец! Напомнила мне о том, что мои царицы не блещут образованностью. Ни академий, ни университетов они не проходили. Даже в школе не учились. Неграмотные они. А это не есть хорошо. Твоя кафедра, Нинок! Пора бы уже озаботиться созданием эльфийской азбуки для наших схидных братьев и сестёр. А то ведь западенцы так и будут задирать нос перед ними.

- А разве им нашей грамоты не будет достаточно? Мог бы и сам научить женушек и языку нашему, и грамоте нашей.

- Нинок! Так оно и будет. Но ведь нужно что-то и для их народа придумать. А то позор какой: Ларг по сию пору не может расписываться в договорах.

Вот тут Нинок и призадумалась. Наречием схидников она уже сносно владела. Но это так, для простого разговора. А ведь землянам нужны и ихние Платоны с Невтонами. Только как они появятся, если не будет возможности письменно излагать мысли на своем родном языке? Конечно, задача эта не простая и за сезон ее не решишь. Может и десяток лет уйти на создание удобного для народа алфавита. Но даже решив ее, останавливаться нельзя. Нужно еще с грамматикой разобраться. Словари подготовить. Получается, что никто кроме нее эту работу не выполнит.

В день, который сочли подходящим, снялась с якоря "Аврора" взявшая на буксир недавно построенную баржу с переселенцами. Как и следовало ожидать, подобно породистому рысаку, впряженному в телегу с тяжелым грузом, "Аврора" не шла, а еле тащилась по воде. Хорошо хоть погода их пока еще баловала.

Выйдя из Западной бухты, «Аврора» взяла курс на север и когда показался берег Темноземья, повернула на запад идя вдоль берега. Ветер и течение были попутными. На десятый день прямо по курсу вахтенный увидел линию Гряды. Убавив паруса, начали искать подходящее место для высадки. Впрочем, долго искать его не пришлось. Недалеко от Гряды было устье полноводной реки, обозначенной на эльфийской карте как Дур-Амон. Восточней дельты Дур-Амона имелась достаточно обширная бухта. Вот в неё и вошли. Долго возились с постановкой на якоря самой баржи и конечно же "Авроры". Потом подали сходни и дали команду "пассажирам" баржи:

- Вылезай! Приехали!

Сход на берег был не таким уж и легким делом. Люди что? Намучились конечно в пути, но сошли на берег быстро. Иваныч не подгонял их. Пусть разомнут ноги, вдохнут свежий морской воздух и порадуются твердой земле под ногами, да окружающей их зелени. Слишком долго отдыхать не дали. Началась разгрузка баржи. Самым трудным было провести по сходням лошадей. Зато с козами проблем не было.

Теперь следовало осмотреться и выбрать место для поселения. Островки в дельте Дур-Амона, поросшие камышом, с зыбкой наносной почвой, были хороши для гнездовья птиц, но не для поселения людей. Бухта, в которую вошла «Аврора», может быть и годилась для рыбацкой деревушки, но земледельцам тут делать нечего. Да и нормальный порт не стоило здесь строить. Пришлось разведать окрестности. Как ни странно, но подходящее место для поселения первой обнаружила Катерина. Она издали углядела фрагмент разрушенной каменной стены. Подошли ближе и наткнулись на остатки прежнего поселения, в котором наверняка жили земледельцы. Располагалось оно на пологом холме в километре от Дур-Амона. Лес сюда еще не дошел, но кусты дикого шиповника росли столь густо, что обнаружить в зарослях прекрасно сохранившиеся фундаменты из тёсанного камня удалось с большим трудом. Когда с помощью поселян немного расчистили это место, то оказалось, что прежнее поселение состояло из полусотни хозяйств и Немного в стороне нашли фундаменты какой то совсем уж большой постройки. В которой явно не крестьяне жили.

- Ну что Валентин, начинай хозяйничать. Тут тебе и усадьба помещичья прямо так и напрашивается, а мужичьё поблизости обоснуется. Лес рядом, строить есть из чего, ну а под пашню пусть чистят.

Валентин, не привыкший командовать людьми, в первый момент растерялся и не знал, как вообще приступать к делу. Пришлось Иванычу взяться за дело.

- Староста! Иди ко мне!

На зов откликнулся кряжистый бородатый мужичок лет сорока.

- Значит так, слушай меня и не говори, что не слышал. Половину людей ставь на расчистку места под жильё от кустарника. Вторую половину ставишь на заготовку леса.

- Господин великий, а когда мы жёнок своих с детками увидим? Я не за себя только спрашиваю. Я за общество говорю. Волнуются люди.

- Можете не волноваться. Завтра корабль отправится в путь и если погода не подведёт, то через месяц половина ваших встретится с семьями. Ну а прочие — через два месяца увидятся с родными. У тебя всё или ещё вопросы?

- Тут общество гадает, рабами нас держать будут или обычными холопами?

- Объясняю: рабов или холопов здесь не будет. С этого дня вы поданные Русского Леса. То есть, эльфийской державы. Та земля, что поднять осилите, будет ваша и только ваша. Но подати и повинности я с вас стребую. Не сразу, а когда на ноги встанете. И вообще, у вас есть барин и барыня. Все вопросы к ним. А сейчас, марш работать!

Вообще то, подгонять людей в работе не пришлось. Они прекрасно понимали то, что без теплого жилья и выращенного урожая им не выжить. Поэтому особо вмешиваться в их работу не пришлось. Тут староста справлялся без посторонней помощи. Беспокоило другое: Валентин с большим трудом входил в роль барина. Сейчас, пока люди испытывают страх перед эльфами, да к тому же заняты делом, это незаметно. Но стоит им привыкнуть к соседству эльфов, могут и на шею сесть «доброму барину», а могут и потеряв всякий страх, послать его по известному маршруту.

- Валя, я не говорю о том, что ты должен руководить их работами. Там они без тебя справятся. Но рано или поздно, они к тебе подойдут с вопросами. Типа: Рассуди наш спор. Вот тут для тебя и начнётся проверка на вшивость. Будешь робеть или мямлить — перестанут с тобою считаться.

Иванычу очень хотелось начать исследовать Тёмные Земли, но когда понял, что Валентин «не тянет», решил подождать до осени. Подстраховать его. К осени всё должно войти в норму. Мужики отстроят жильё, соберут первый урожай и начнётся более-менее размеренная жизнь. Да и свои окончательно переселятся в эти края. А пока лучше самому приглядывать за народом. Тем более, и его, и Иру с Катей, мужички серьёзно побаиваются.

Намного меньше беспокойства доставляла Мария. Когда «Аврора» завезла первую партию женщин и детей, она сразу и решительно взяла их в оборот. И к тому же, если у Валентина не было возможности плотно заняться химией, то Мария отсутствием любимого дела не страдала. Лошади и козы — это чудесно. Но у неё были наполеоновские планы насчёт одомашнивания диких уток, гусей и свиней. И она не слезла с Иваныча до тех пор, пока он не обеспечил ей условия работы и рабочий материал. Птенцов уток и гусей наловили Ира с Катей. А вот насчет свиней сказали подождать. Раньше ноября поросят не будет. И скорее всего не в этом году. Впрочем, ей хватало забот и с птицами.

В октябре, перед началом осенних штормов, «Аврора» закончила навигацию. С последним рейсом прибыла из своего путешествия Дарья и привезла ворох новостей.

- В общем то, сходила я не зря. Полезно было все увидеть своими глазами. Сперва конечно обсудила наши дела с Ларгом. Ну как обсудила? Этот прохиндей вместе со своей Верутой начали мне плешь проедать в самом начале пути. Вернее, сперва Верута ему плешь проела, а затем за меня взялась

Оказывается, Веруте покоя не давала та сделка, которую они провернули с Милией. Сделка что ни говори, оказалась выгодной и жена Ларга решила провернуть нечто похожее. Для начала она решила устроить судьбу двум своим внучкам. Девочкам не светило замужество из-за слишком близкого родства с потенциальными женихами. Но ведь есть Звездные эльфы! И если простак Орис смог выдать замуж за пришельца двух своих дочерей, то почему бы не выдать таким же образом своих внучек?

- И началось охмурение! Сперва намёками, а потом прямым текстом Верута заявила, что я со временем рожу мальчиков, так почему бы им не стать мужьями этих чудесных девочек?

- А девочки действительно чудесны?

- Девочки прекрасны! И им всего десять биологических лет. Вот только какой у них характер?

- Ну что же, вполне логичный подход. Верута думает о будущем и не хочет, чтобы кто другой её опередил. Наверняка и Марию с Ниной будет охмурять.

- Иваныч, до Маши с Ниной ещё добраться нужно. А вот меня в оборот берут уже сейчас. Когда я спросила Веруту: «А если у меня родятся девочки?» То она и тут не растерялась и сказала, что для моих девочек она найдет женихов.

Да уж! Хваткая дама! Всё продумала и заранее подсчитала возможные выгоды. Правда, никаких обещаний Дарья ей не давала, соврав о том, что разрешение на подобные дела должен давать Эльфийский Совет.

- А он у нас имеется? - вклинилась в разговор Нина.

- Считай что он существует с первого дня нашего появления на Иверионе, - ответил вместо Дарьи Андрей, - только полномочия его не прописаны и юридически не оформлены. А зря! С анархией нужно заканчивать. А то не заметим как в тиранию скатимся.

После Веруты за дело взялся Ларг. Его интерес был более приземленный. Он задумал отдать в ученичество Александру своего старшего внука. Чтобы тот научился работать с железом. Дарья и тут не стала давать обещаний, но ничего плохого в предложении старейшины не увидела.

- Я то как раз не против, - заявил Александр, - нам ведь нужны дееспособные союзники. Выучу парня. Лишний помощник мне точно лишним не будет.

- Я тоже не против, - поддержала мужа Вика, - пока учится, я с Милией сделаю из него агента влияния. Мне же нужно с чего то начинать оперативную работу.

Самое интересное произошло тогда, когда дубовики дошли до своего стойбища. Торговый караван гномов ещё не прибыл и Ларг послал своих наворопников к границе людских поселений с заданием добыть «Языка» и узнать что в мире творится. Наворопники вернулись за два дня до прибытия гномов и принесли такие известия, что дубовикам пришлось менять все свои планы.

- На земли Складона зимой напали болотные орки. Городское войско уничтожено, а вместе с ним полегли почти все вольные егеря. Так что в предстоящую зиму можно не сниматься с места, а спокойно заниматься обычными делами.

Получив эти известия, старейшина призадумался. А потом позвал Дарью для приватной беседы. И вот наедине, без свидетелей, Ларг сообщил, что прежние его планы останутся в прошлом. Переселять свой род в Приморье он не станет и под руку Ориса ни в коем случае не пойдет. Уж коль ежегодная опасность исчезла, есть смысл сидеть на старом месте и налаживать жизнь по новому. Сразу выяснилось, что сложить два с двумя Ларг в состоянии. И он это уже сделал. Поэтому завёл с ней речь о приобретении семени Древа Жизни. Когда Орис получил это семя в качестве свадебного выкупа, Ларг быстро сообразил, что оно у пришельцев было не в единственном числе. Наверняка после переселения в Тёмные Земли будет высажено ещё одно семя.

- Орис всем хорош, но владыка из него выйдет слабый. Слишком он простоват, - убеждал Дарью старейшина, - с Аранродом (Приморьем) он с вашей помощью справится, но Амрун Линдон (Восходный Лес) для него слишком велик. И здесь найдутся более сильные и достойные главы родов.

В общем, Ларг возмечтал сам стать владыкой Восходных лесов. Конечно, прямо сейчас сделать этого не выйдет, но если он обретёт Древо Жизни, то его положение в эльфийском народе сильно изменится. Спустя некоторое время, он сможет обеспечить защиту не только своему роду. А что он предложил взамен? А взамен он предложил две вещи: прочный союз и родовую сокровищницу. Чтобы доказать серьёзность намерений, он показал Дарье образцы этих самых сокровищ. То, что прятали дубовики в своих ухоронках, произвело на Дашу сильное впечатление: крупные самородки и озёрный жемчуг. Специально золотодобычей дубовики не занимались. Подбирали то, что на поверхности лежало. Не за один раз конечно. Всё это собиралось веками. И теперь Ларг, при всей своей прижимистости готов был отдать всё это за одно-единственное семечко!

И снова Даша заявила, что лично она не против, но решать будет всё тот же Эльфийский Совет.

- А что мы решим?

Высказывались все по очереди. Несогласных не нашлось. Правда возник вопрос: а стоит ли верить Ларгу? Будет ли он соблюдать заключённые договоры? Сомнения разрешили Ира с Катей:

- Ларг во всём преследует выгоду для себя и своего рода. Но никто не скажет, что он способен нарушить данное слово.

Ну раз так, то действительно есть смысл идти ему навстречу. И следующей весной Дарья вместе с супругом отправится в Восходные леса. Вот только что у нас с гномами? А с гномами так же, как и с Ларгом. Недолго пришлось ждать прихода гномьего каравана. Тут Дарью тоже ждала удача.

- Конечно, уровень этих ребят совсем не тот, который нам требуетсяся. Но и от них была польза.

Разговор она вела со старшим каравана. Настоящего своего имени гном не стал называть, потому что ни эльфы, ни люди гномьих имен выговорить не в состоянии. Старшина назвался прозвищем, которое на русский можно перевести как Долгодорог. Он сразу предупредил, чтобы Даша даже не надеялась на то, что гномы рванутся в Темноземье.

- К сожалению, камни нельзя есть. Мы живем с горной добычи, ремесла и торговли. Но землю мы не пашем и скот не пасем. Поэтому гномьи пещеры всегда находятся поближе к источникам пищи. То есть, недалеко от людей или эльфов. Но от здешних эльфов нам проку немного. Они на месте не сидят и у них мало кто товар продажу имеет. Один только Ларг и занимается торговлей.

После этих слов, Дарья все поняла. Все-таки логистика была ее коньком. Долгодорог рассуждал здраво. Уже не надеясь на результат, она сказала Долгодорогу о том, что в Темноземье уже есть поселение людей и с весны там поселятся эльфы. Тот однако не был впечатлён сказанным. И ответ его был таков:

- Со временем людишки размножатся и тогда будет смысл переселяться туда гномам. Но сейчас... Разве что маленькая семья гномов сможет извлечь из этих земель хоть какую то выгоду. Подумай сама, женщина! Торговать с десятком людских семей смысла нет. Никаких удобных торговых путей оттуда тоже нет. Только безумец стает там что-либо затевать. Позже можно. Но не сейчас. Ну разве что мой двоюродный племянник захочет. Не зря его прозвали Вольнодум.

Естественно, что Дарья уцепилась за эти слова. Не особо охотно гном ей поведал о непутёвом племяннике. По его словам, Вольнодум c раннего детства отличался живым умом и непоседливым нравом. Когда он вошёл в возраст юноши, ему как и всем его ровесникам была дана возможность испробовать себя в разных видах мастерства.

- За что он не брался, всё у него получалось. Из него мог получиться неплохой рудничный мастер, его рукам был покорен металл, если он брался строить, то опытные мастера не видели в его постройках изъяна. Но наибольших успехов он достиг в изготовлении стекла. С ним он творил настоящие чудеса. Со временем он мог войти в Совет Мастеров. Имя его занесли бы в Горные Скрижали. Но он сам себе все испортил.

По словам Долгодорога, Вольнодуму скучно было жить тем размеренным порядком, которым живут гномьи общины. Ему захотелось всё изменить. Он начал говорить о том, что гномы сами себя заточили в подземные тюрьмы и усмирили свой вольный дух. Творец создал дивный прекрасный мир и наделил гномов созидательными талантами не для того, чтобы они хоронили себя в глубине гор. Гномам давно пора понять, что с их мастерством, нужно идти дальше, не останавливаясь на достигнутом. Покорять все три стихии: земную, водную и воздушную. Пробить небесную твердь и устремиться к звездам!

Пока он это только говорил, большинство гномов только крутило пальцем у виска и считало, что подобные мысли - не более чем забавная блажь честолюбивого умельца. Но как выяснилось, одними разговорами Вольнодум не ограничился. К его речам прислушалось много молодых гномов. Попусту болтать гномы не привыкли, а потому в компании мечтателей сложился заговор против Старших. Молодые возмечтали сменить власть и устроить свою жизнь по новым правилам. Заговор был вовремя раскрыт и суд приговорил смутьянов к пожизненному послушанию в серебряном руднике.

- Вот тут я и вцепилась в Долгодорога основательно. Да так, что он начал жалеть о своей откровенности.

Дарья действительно вцепилась в него как клещ в собаку. Она предложила избавить гномью общину от смутьянов, сплавив их навсегда к ним, к эльфам. И пусть они претворяют в жизнь свои задумки. Ведь грех великий, хоронить таланты в глубине подземных руд!

- Уважаемая, я недостаточно влиятелен, чтобы указывать Подгорному Совету, что и как он должен делать. К тому же, никто не согласится отдавать даже преступников в рабство другим расам.

- Какое рабство? Ты о чём, уважаемый? Мы не собираемся указывать гномам, как им жить. Более того, если они захотят создать свое подгорное царство, то мы не станем им чинить никаких помех.

- Я верю тому, что ты говоришь, - ответствовал Долгодорог, но Совет не поверит. Такое уже было, когда эльфы Гептархии приглашали наших мастеров переселяться к ним. Тогда они тоже много чего обещали. И даже на первых порах держали данное слово. Но потом, они смогли опутать мастеров такими обязательствами, что шаг за шагом лишили их свободы. Теперь они ничего не решают, а выполняют эльфийские капризы. И никак им из этой кабалы не выпутаться, ибо каждая, самая мелкая уступка совершена под воздействием магии. За любую попытку уклониться от выполнения новых обязательств, карает сама магия. Никто у нас не захочет такой судьбы даже для отверженных нами.

Спорить с гномом тяжело, но и она не проста. Умение выторговывать каждый грош, цепляться к каждому пункту, каждой букве договора, помогло в свое время стать начальницей важного отдела. И потому Долгобороду не удалось уклониться от схватки. Уж как он вертелся и выкручивался, пытаясь убедить тупую и упрямую эльфийку, что если он сказал "нет", значит нет. Он почти побеждал в этом споре, может быть даже сумел настоять на своем. Но когда Дарья в пылу спора заявила:

- Мне что кровью своей расписаться в договоре, чтобы вы поверили?

Вот тут Долгодорога и проняло! Он долго слова сказать не мог, так и сидел с перекошенным от удивления лицом и выпученными глазами. Потом, придя в себя, спросил:

- Ты действительно готова писать договор своей кровью?

Оказалось, что принеси он такой договор Подгорному Совету, положение его в обществе сильно возрастет. Ибо не было такого случая, чтобы эльфы ручались своей кровью. Долгодорог в этом деле будет первым! Ценность такой бумаги очень велика ибо дает её обладателю величайшую власть над нарушителем соглашения. Где бы это нарушение не произошло, маги мгновенно узнают о нём и смогут навести на нарушителя страшную кару. А могут и не убивать, а полностью подчинить своей воле.

- Все-таки Долгодорог оказался порядочным мужчиной. Он трижды предлагал мне не делать такой глупости. Он пугал меня страшными для меня лично последствиями. Но я уже приняла решение и мы приступили к написанию договора. Конечно это был черновик, где мы потихоньку отшлифовали текст. Я писала текст на русском, а потом Долгодорог такой же текст своими рунами и на своем языке. Потом мы всё переписали начисто. И конечно моей кровью. Если верить ему, то весной следует ждать и Вольнодума, и его компанию.

- Да, сходила Даша за хлебушком! - только и смог вымолвить Иваныч.

Глава 16. Обустройство

Осень в южной части Темноземья мало чем отличалась от той, к которой они привыкли у себя дома. Как там обстоят дела на север от побережья, ещё предстояло узнать. И как раз с этим были проблемы. Находилось множество причин, по которым Иваныч откладывал своё путешествие. Сперва требовалось подстраховать Валентина, проследив за обустройством переселенцев. А с ними проблем было много. Ведь родились эти люди далеко на юге, где земля родила дважды в год. А тут для них много чего непривычного. Приходилось подсказывать. Но хорошо было уже то, что дураками и неумехами южане не были. Да и соображали их головы весьма неплохо. Слова Иваныча о том, что переселенцы вернулись на землю своих предков, были восприняты с недоверием, но и забыты не были.

Кроме того, размеры наделов их порадовали. Тридцать пять десятин на семью! На Юге, семья владеющая двумя десятинами уже считалась зажиточной. Впрочем, расщедрились земляне не просто так. На Земле при похожем климате, силами семьи можно было обработать не более десяти десятин. Но нужно учитывать и то, что семья растёт и ей требуется большая площадь пахотных земель. И вот оставшиеся двадцать пять десятин — это отцовский выдел младшим сыновьям. В реальности, никакими десятью десятинами пока что не пахло. От силы четыре десятины на семью. Целина так просто не давалась. И потому поднимать её придется и на следующем году.

- Иваныч! А чем тебе гектары не нравятся?

- Валентин, они мне нравятся, но на селе гектар прижился вместе с тракторами. А мы пашем лошадками. С ними всё считается иначе. Есть гон — то расстояние, что пройдут за плугом без перерыва. Это порядка 120 метров. Затем поворот и пашем в обратном направлении. За день больше десяти проходов не выйдет. получается прямоугольник размерами 120х9 метров. Это и есть десятина. Для крестьянина тут всё просто, понятно и удобно. Именно так и нужно землю делить.

Кстати, межеванием с составлением кадастрового плана заниматься пришлось. А зануда Андрей, настаивал на том, чтобы честь по чести всё это оформить документально. Деваться некуда, бывший нотариус был прав. Пришлось создать кадастровый план и документы на землевладение для каждой семьи. Правда, на руки крестьянам отдать это не рискнули. Поэтому хранить документы на землю стала Мария.

- И на это тратить бумагу? - возмутился Александр, которому бумага требовалась для собственных нужд.

А с бумагой была беда, она постепенно заканчивалась. Точно так же подходил к концу и запас эльфийских чернил. Возобновить запасы можно было только у эльфов Гептархии. Собственно говоря, настоящую бумагу нигде и никто не изготавливал. В эльфийских лесах для записей использовали кору пармагалада — искусственно выведенного дерева. Кора пармагалада состояла из легко отделяемых слоёв. Снятый слой коры вымачивали в специальном растворе, выравнивали под прессом и разрезали на листы. Получалось что-то похожее на привычную землянам кальку. Именно поэтому на полупрозрачных листах писать можно было только с одной стороны. А вот плоды пармагалада служили сырьём для производства чернил, которые после засыхания не смывались водой. Эта «бумага» в основном использовалась самими эльфами и на сторону её продавали в очень небольших количествах. Остальные народы писали в основном на бересте. Черновые записи делали на восковых табличках, а для важных записей использовали пергамент.

Нужду в бумаге испытывали все земляне. А потому, на Валентину, как единственному среди них химику, проедали плешь всем дружным коллективом до тех пор, пока он не приступил к экспериментам. Сперва он пробовал делать её из стеблей камыша. Процесс получился долгий и занудный. Качество было так себе — обычная промокашка, годная разве что для посещения туалета. Зола вместо щёлочей и не совсем качественный желатин, портили всю его работу.

- А что я могу поделать без нормальных химикатов и хоть какой то лаборатории?

Потерпев неудачу с камышовой бумагой, Валентин взялся работать с крапивой и дикой коноплёй. Тут тоже пришлось изрядно попотеть, прежде чем у него что-то начало получаться. Вышло то что вышло. Но на этой бумаге можно было писать. Но много ли он наработает в гордом одиночестве?

- Ничего Валя, главное — получилось. А со временем у тебя будут помощники, вот ты и развернёшься. Пока и за это большое спасибо.

Тем временем наступила зима, а Иваныч всё никак не мог собраться в дорогу. Задержка была вызвана ещё и тем, что обе его жены были беременны и вот-вот должны родить. Оставлять их в такое время не хотелось. Пусть сколько угодно говорят, что схиднячки подобны лесным зверям, способны родить хоть под кустом, в полном одиночестве. Может быть оно и так. Вот только даже у диких зверей роды не всегда идут как положено. Мария не даст соврать. Поэтому он и выжидал момента. Когда жёнам рожать приспичит, чтобы немедленно звать Машу. Пусть она присмотрит. Думалось именно так, а на деле всё произошло по-другому. В один прекрасный день Ира с Катей куда то исчезли. Искали их всем своим табором, прочёсывая окрестные заросли. Поиски шли целую неделю и ни к чему не привели. Сгинули жёнушки! Они появились так же внезапно, как и пропали. Вот только что их не было и вдруг появились! Иваныч, которому в последние ночи не спалось, аж дар речи потерял. Потом, не зная что делать, засуетился и перебудил всех соратников. Оказалось, что пропавшим рожать приспичило. И поступили они так, как от века поступали в Восходных лесах. Соорудили заранее себе укрывище, да с таким расчетом, чтобы никто их не нашел. Ни зверь, ни человек, ни орки звероподобные. Тайно ушли, скрыв свои следы и лежали себе в снежной землянке, не выдавая себя ничем.

- Поздравляю тебя! Ты у нас теперь многодетный отец.

Вот уж точно свезло. Каждая из сестер по двойне родила. Два мальчика и две девочки. Было от чего голову терять. Но придя в себя, Иваныч первым делом выпорол самовольщиц. За то, что никого не предупредили. Виновницы перенесли экзекуцию с похвальной стойкостью. Видимо решили, что порка задницы по такому случаю - это один из старинных русских обычаев. Странный конечно обычай, но видимо необходимый. А обычаи осуждать глупо, нужно просто принять как данность и может быть со временем станет понятным смысл этого обряда.

- Зря ты так командир. Они ведь ничего так и не поняли. Или поняли неправильно, - осудила его Вика, - того гляди сами начнут практиковать подобное.

- Ну, ремень еще никого не испортил.

- Вот-вот! Не испортил. А вдруг им понравилось и они начнут требовать повторить - язвила Нина.

- И вообще, ты нам тут не развращай публику. Домашнему насилию скажем "нет!"

Мария, как ни странно, одобрила такой чисто домашний метод воспитания:

- Зря вы так, девочки. То, что у схиднячек манеры близки к манерам диких зверушек, еще не причина вот так им спускать. У зверушек, между прочим, тоже бывают осложнения и тоже не всегда могут разродиться. Приходится помощь оказывать. Так что пусть Иваныч любым способом отучает их от подобного экстрима. Только под наблюдение врача! И никак иначе!

Не смотря на опасения, ничего плохого ни с молодыми мамочками, ни с младенцами не произошло. Здоровье молодых эльфиек было воистину звериным. Восстановились они после родов очень быстро и уже заявили о дальнейшей пригодности к путешествиям. Их только одно задерживало: необходимость обновить орнамент на своей одежде. Но с этим они быстро управились и теперь любой схидник, бросив мимолётный взгляд на их одежду, сразу видел, что перед ним супруги главы Дома Красной звезды и Старейшие Матери некого народа. Какого народа? Это уже узнавалось из расспросов. А расспросив, схидник узнавал, что народ этот называется русские. Почему так? А это уже земляне виноваты в том, что из их рассказов обычные эльфийки пришли к очевидным для них выводам. Та же самая Милия, которая прекрасно разбиралась в подобной символике, внезапно стала демонстрировать своё высочайшее почтение перед молодыми матерями. Ей и раньше приходилось глядеть на них снизу вверх. Удивляться этому не стоило. Статус он и в Африке статус! Когда она жила у дубовиков, то даже отец и родившая её мать не считали Милию своей дочерью. «Дочь злого духа» - таков был её статус. И потому она ходила в одежде, которую не украшали родовые знаки. После удочерения её Александром и Милией, она украсила ворот платья знаками Дома Тайной звезды. Это был для неё праздник! Да, её не причислили к аристократии и потому украшен только ворот. Но это и не то ублюдочное положение, которым она довольствовалась до крещения и удочерения. Даже Ира с Катей перестали смотреть на неё как на пустое место.

- Общество с цветовой дифференциацией штанов! - как всегда съязвила Нина, глядя на подобные вещи. Хотя и сама вынуждена была принять местные правила игры, подчёркивая свою принадлежность к высшей аристократии Русского Леса.

Русский Лес. Именно так теперь называется та держава, которую ещё предстоит построить. У эльфов нет никаких империй, королевств, княжеств. У них есть Лес. Правда, право на такое название нужно подтвердить наличием собственного Древа Жизни, семя которого раньше весны не посадишь. И сразу возникает вопрос: где его сажать? Но вообще, мысли на этот счет были. Если идти вверх по течению Дур-Амона, то выйдешь к огромному озеру, из которого эта река и вытекает. Именно там, за лесами и горами нужно строить свою столицу. И ведь получается нормальная транспортная связанность с побережьем. Наверняка туда можно попасть не только по реке. Эльфийская карта уверяет, что от западной кромки Гряды и до самого озера, пересекая прибрежный хребет, тянется узкая долина. Наверняка её завоевал лес, но в древности там могла быть дорога. Дорога там просто напрашивается. И кстати, остатки древней дороги вдоль побережья как раз летом и обнаружили. Не автобан конечно, но если расчистить, то гужевые обозы водить можно.

«Ладно, со столицей разберёмся позже. Намного важней иметь окно в Большой мир. Тут два варианта. Устроить морскую гавань в подходящем для этого месте на побережье Моря Тьмы. И от неё плыть до устья Мирийона и дальше вверх по реке. Но устье Мирийона контролируют орки, с которыми вряд ли получится о чём то договориться. А раз так, то о внешней торговле нечего и мечтать. Второй вариант. Строить порт западной оконечности Гряды. Но и тут есть свои сложности. Волнолом препятствует кораблям пристать к берегу. Но это преодолимо. Построить Т-образный пирс, пересекающий линию волнолома. Сложновато это сделать. Да и кто этим займётся? Хорошо, если с гномами дело выгорит».

Убедившись, что с жёнами и детьми полный порядок, а соратники и без него управятся с подготовкой «Авроры», он отправился в поход. Перейдя Дур-Амон по льду, Иваныч пошел на запад вдоль берега моря. Давно он не совершал длительных пеших переходов. Тем более на лыжах. В лучшие времена мог пройти довольно много. Километров шестьдесят осиливал. Но это было так давно, что уже самому не верилось. И вот он снова молод, полон сил, а впереди его ждал путь, длинной в пару сотен километров. На удивление, он его даже не утомил. Все-таки эльфийский организм вещь чудесная. Чисто физическая сила не превосходит человеческую, зато выносливость необычайная. Три дня у него ушло на путь к западной оконечности Гряды. Ночевал прямо на снегу, завернувшись в плащ. И вот она — первая цель его похода. Стало ясно, что эльфийская карта не очень подробна. То место, которое он заранее приглядел для постройки порта, отличалось от того, что показывала карта. Например то, что прибрежная горная цепь в этом месте прорезана двумя речными долинами, между которыми находилась семиглавая вершина. Речки были небольшие — метров двадцать в ширину и по плечи в глубину. Склоны вершины не очень крутые, к тому же её подошва со стороны моря плавно переходила в довольно ровную прибрежную равнину. Нет, это место явно создано для того, чтобы тут находился процветающий город! На семиглавую сопку так и просится что-то вроде кремля. А между сопкой и морем неплохо будут смотреться порт и ремесленные кварталы. И с пресной водой полный порядок. Главное, чтобы дерьмом всяким не загадили это чудесное место.

Утром, решив осмотреть сопку, начал восхождение к вершине. Высота сопки вовсе не выдающаяся, метров двести. Но пройти предстояло в разы больше. И вот тут он начал замечать некоторые странности в очертании склона. Он состоял из семи террас, которые не позволяли пройти к вершине кратчайшим путем. Только по зигзагообразной траектории. И высота террас была примерно одинакова. По ходу подъёма Иваныч окончательно убедился в том, что прежние хозяева этой земли построили в этом месте довольно мощную крепость, от которой остались лишь семь линий эскарпов. Возможно имеются и остатки фундаментов, но через снежный покров этого не видно. Но вот и вершина, которая представляла собой обширную подковообразную площадку, которую явно не природа образовала. Вид с вершины открывался чудесный и можно не покидая её, сделать зарисовки окружающей местности. А вот в чём карта была права, так это в наличии долины, уходящей далеко на север.

«Итак, что мы имеем с нашего гуся? А имеем мы останки удачно расположенной крепости. Владея которой, «тёмные» запирали путь в свои внутренние области. И имели выход к перешейку, на месте которого ныне находится Гряда. Наверняка первый удар Светлых Сил пришёлся именно по ней. Судя по всему, укрепления под корень сносили сами Хозяева Стихий. Но кто тогда рушил перешеек? Видимо с ним поработал сам Тёмный, когда понял что дела его плохи и попытался таким способом остановить рати Светлых».

И тут его внезапно озарило! Такая мощная крепость должна иметь очень многочисленный гарнизон. Кто там служит, особой роли не играет. Люди, орки, черти… Но их нужно кормить, поить, одевать, производить починку амуниции… Должны быть склады. Много складов. Где они? Обычные здания? Может быть. Но еда может протухнуть при неправильном хранении. А не в недрах ли горы эти склады? Но как их найти? Всю гору перерыть? Да ну его нахрен! Не к спеху. Вот когда поселимся здесь, тогда и займёмся раскопками. А разобраться с этим вопросом стоит. Подземелья, даже если там нет ничего, сами по себе представляют большую ценность. Но есть и другая причина. На Заокраинном Западе им говорили о том, что подданные Белмора в больших количествах строили и применяли некие машины. Вряд ли они хорошо сохранились. Дерево и кожа могли истлеть. Но металлические детали, даже в покорёженном виде, лишними не будут. Ладно, пора спускаться.

Дальнейший путь лежал к тому самому озеру, где стоило строить столицу. Теперь переходы стали короче. Не потому, что сил убавилось. Просто следовало соорудить на местности ясно видимые знаки, по которым в дальнейшем можно будет восстановить пройденный маршрут. Затёсы на стволах деревьев и туры из стволиков деревьев, помогут ему в дальнейшем, а может быть не только ему. На двадцатый день лес перед ним расступился и перед глазами возникла огромная, до самого горизонта заснеженная равнина. Это и было то озеро, которое он на карте обозначил как Великое. Выйдя к озеру, Иваныч повернул на восток и идя вдоль берега выше к истокам Дур-Амона.

Берега Дур-Амона были холмистыми и холмы эти поросли лесом. Чем ноги по берегу ломать, продираясь сквозь буреломы, лучше вернуться к своим по льду реки. Путь этот не совсем прямой, ибо река петляла, но зато так идти легче. В принципе, что-либо выискивать сейчас не стоит. Вот растает снег, тогда и подробней изучим доставшиеся им владения.

А вот и основанное ими село, которое не мудрствуя лукаво они назвали Марьино. Радостная встреча с женами и соратниками. Которые в его отсутствие без дела не сидели. Наконец то отловили поросят и организовали первый в Темноземье свинарник. Над этим можно сколь угодно смеяться, но дело это важное. В своё время свиньи, завезённые из Европы, помогли конкистодорам завоевать Америку. Темноземье завоёвывать не надо, его нужно осваивать. Вот тут и будут полезны быстро размножающиеся запасы мяса.

А зима тем временем подходила к концу. В конце марта море освободилось от льда и начались весенние бури. В апреле сошел лёд и в реках. «Аврору» готовили к очередной экспедиции. И наконец настал день отплытия. Окончательно решили, что к Ларгу отправятся Андрей с Дарьей, а проводником будет Милия. Верить, что Дарья сумеет самостоятельно найти стойбище дубовиков не приходилось. Зато Милия уверяла, что она найдёт дорогу с закрытыми глазами. В Марьино оставался Иваныч с семьёй и сама Мария.

- Свидетесь с Орисом, поздравьте его с внуками и внучками! И вообще, удачи вам!

Глава 17. Гномы

Аврора» вернулась только в начале августа, когда Иваныч с оставшимися соратницами совсем извелись от беспокойства за судьбу товарищей. Задержка произошла не потому, что путь был далёк.

- Ларг всё-таки порядочная свинья, - рассказывала Даша, - Когда мы добрались до его стойбища, Долгодорог с караваном был уже там, а вместе с ним — целых семьдесят гномов-изгоев!

Да уж, сюрприз так сюрприз! Они думали, что речь идёт о десяти или пятнадцати смутьянах, а их оказалось много больше! И как их прокормим?

- Мало того, что гномов оказалось больше чем мы думали, так Ларг, пользуясь тем, что мы до него ещё не добрались, уговорил гномов немного поработать на него. К нашему появлению, стройка была в самом разгаре.

Оказалось, что в расчёте на Древо Жизни, дубовики решили покончить с кочевым образом жизни. А потому на месте стойбища затеяли строительство укреплённого поселения. Чем платить за работу, у них было. И потому, на месте стойбища были построены семь приличных деревянных домов. Но мало этого, Ларг заказал ещё и строительство фортеции. А что гномы? Они согласились ибо им не страшен никакой труд при бешенной оплате. В итоге, посланцам землян пришлось ждать окончания работ. И дубовики получили неплохую крепость, окопанную рвом и валом, поверх которого имелся частокол с четырьмя сторожевыми башенками.

Ну что тут скажешь? Молодчина Ларг! Умеет из всего извлекать пользу и смотреть далеко вперёд. Сроки он землянам конечно сорвал, но это неприятность терпимая. Зато нетрудно понять, что следующим шагом будет процесс объединения эльфов Восходных лесов и постепенное поглощение прежде самостоятельных родов. Пройдёт сколько то времени и вместо сборища малочисленных родов возникнет какое-никакое а государство. Дело не в наличии мелкой крепостицы. Главное — первым подать пример.

- Достроили или вы им всё отменили?

- Достроили. И Ларг расплатился с ними золотом. Этот куркуль где-то ухоронку соорудил, в которой хранит то, что дубовики веками копили.

Так что посланцам пришлось подождать. Но без дела им сидеть не пришлось. Вначале состоялся торг, на котором Дарья продавала семечко Древа Жизни. Торг был яростным и долгим. Нужное упорство было проявлено обеими сторонами. И результат:

- Сто двадцать золотых монет имперской чеканки и пять мешков озёрного жемчуга.

Это было не всё. После того, как семя Древа было торжественно посажено, Ларг начал переговоры о том, чтобы пристроить своих родовичей. Он хотел отдать в обучение кузнечному делу своего внука Бараса. А помимо внука, двух внучек «на воспитание». Понятно, что сбывал он тех девочек, которым не найдется жениха среди схидников. За них он готов был торговаться до посинения. Понятно, что ничего против Карии и Сабии Даша не имела. Милые красивые девочки, способные несмотря на малый возраст выжить в дикой тайге. Но Дарья из вредности потребовала демонстрации полученных умений. Дубовикам пришлось на это соглашаться, что ничуть их не удивило и не оскорбило. А как иначе? Неумехи никому не нужны. Девочки и продемонстрировали свой мастер-класс, который удовлетворил бы любую привереду. В итоге, и эта сделка была заключена и девчонки вместе с Барасом присоединились к гномьему каравану. А караван вышел немаленький. Как бы не относились в Подгорном царстве к изгоям, но выгнали их не голыми и босыми. Необходимым инструментом, оружием, запасами продовольствия их снабдили. И даже о транспорте позаботились. Всё взятое имущество было навьючено на спины двух десятков пони.

Когда экипаж «Авроры» увидел, сколько всего им предстоит перевезти, то выпал в осадок. Работой по перевозу всего этого предстояло заниматься оставшейся частью летнего времени. Одно хорошо, сидеть без дела гномы не привыкли и когда первая их партия прибыла в Темноземье, то сразу занялась устройством причала для «Авроры». Именно тогда Иваныч и познакомился с Вольнодумом. Впрочем, поговорить о предстоящих делах не вышло. Намучившись с выгрузкой корабля на не оборудованный берег, гномы не тратя времени на споры и болтовню, приступили к строительству причала.

Вместе с первой партией гномов прибыли и отданные на воспитание Барас, Кария и Сабия. Барас недолго прохлаждался без дела. Так как Александру было не до кузницы, то он просто взял мальчишку юнгой в экипаж «Авроры». Ну а девочки поступили в распоряжение Ирины и Катерины, которым требовалась всяческая помощь по хозяйству. С прибытием второй партии, гномы перегнали изрядно потрёпанную баржу в Марьино и занялись устройством паромной переправы через Дур-Амон. Именно тогда и состоялся обстоятельный разговор между двумя предводителями.

Расстелив на земле карту, Иваныч ознакомил Вольнодума со своим замыслом. Который кстати начинал трещать по швам. Вопрос, как прокормить такую ораву гномов, повис в воздухе. Те двадцать крестьянских хозяйств, что были в наличии, вряд ли способны долго кормить такую ораву нахлебников. И целина не вся еще поднята, и урожай по южным меркам невелик. Всего то сам-десять. Ни одно хозяйство не встало прочно на ноги. Потом, когда к пашне добавятся скотные дворы, на них можно смело налагать подати. Вольнодум такие вещи понимал.

- Василий, мы сразу понимали, что едем на пустое место, что вначале придётся много потрудиться без малейшего намёка на прибыль. Но тех пяти лет, которые ты хочешь прожить не общаясь с населёнными землями у нас нет. Хумансы нас столько времени кормить не смогут. И вы этого не осилите. Нужна торговля. Нужны новые хумансы, которые распашут земли и прокормят всех нас.

- Я думал об этом, но сейчас открываться миру опасно. Нас от врагов защищает сама природа. Но стоит преждевременно открыться миру, как обязательно появятся желающие поживиться за наш счёт. Неважно, кто это будет, разбойники или королевство. Они придут и возьмут всё бесплатно. Ведь у нас нет воинской силы.

-Разве вы, эльфы разучились воевать? Да и мы кое-чего стоим. Тот, кто решится нас ограбить, познакомится с нашими топорами!

Иваныч кивнул головой в знак согласия со сказанным. Хотя насчёт эльфов мог бы и поспорить. Из пятерых мужчин, только он воевал, да и то, не в пехоте. Случалось отбиваться от мелких групп боевиков. Но это не из тех войн, что происходят на Иверионе. Кому тут нужно его умение определять на местности координаты позиций артиллерийских батарей? Тут нужны иные умения. Но Вольнодум прав: самоизоляция на долгий срок к добру не приведёт. Нужны крестьяне. Много крестьян. Зажиточный мужик на край света н попрётся. Ему и у себя хорошо. Заманить или насильно переселить выйдет лишь голытьбу. А ведь их тоже нужно защищать. Гномы наверное хороши, но они ему нужны не для войны. Значит помимо крестьян нужны воины. Но не наёмники. Нужны такие, которые будут охотно воевать за свою землю. Своя земля… Она своя, если имеется. Значит воинов придётся наделять землёй. Да не просто землёй, а с крестьянами.

«Дожился однако ты Иваныч, старый чёрт! Ты хоть понимаешь, что воин, владеющий землёй с мужиками, это феодал? А мужики — крепостные. Но по другому не выйдет. Хотя почему? Сплошной феодализм можно не разводить. Где то будут поместья, а в другом месте вольные землепашцы…Ладно, хватит мечтать! До феодализма ещё дожить нужно. А пока следует гномов к делу приставить!»

Третью партию дожидаться не стали. Переправившись на западный берег Дур-Амона, Иваныч в компании с Вольнодумом и парочкой гномов отправился к западной оконечности Гряды. На этот раз ног не трудили, а ехали верхом на пони и за те же три дня достигли своей цели. Оставив пони под присмотром Иваныча, Вольнодум приступил к изучению окрестностей Семиглавой. Отсутствовали гномы дней десять, а когда вернулись, Вольнодум заявил, что место это им подходит.

- Вверх по течению Восточной реки мы видели следы старых поселений. Рудников здесь не было. Зато старые песчанные и глиняные карьеры остались. Ну и каменоломни, где добывали известняк. Исток Восточной находится в двух переходах отсюда. Озеро там довольно интересное. А берега озера — песчанные.А песок… Лучше сам посмотри.

Вольнодум достал из заплечного мешка маленький берестяной коробок и открыл его. Иваныч геологом не был, но кварцевый песок видеть доводилось.

- Как раз тот самый, что нам для стекла и нужен. Известняк добудем в каменоломне…

-А соду где добудешь?

- Из морских водорослей.

Новых вопросов к Вольнодуму не возникло. А зачем спрашивать? Видно ведь, что гном является мастером не последнего разбора. Иначе и быть не могло. Кто попало вожаком не становится. У гномов невозможно заработать авторитет, если ты не являешься умельцем в ремесле. Да не в одном ремесле, а во многих.

- Я тебе Василий вот ещё что скажу. Мы наладим варку стекла. На первых порах всё сделаем сами. Но дальше, если всё будем делать сами, то много не наработаем. Посуди сам: добыча песка, камня, глины, соды, древесного угля… И всё это носить, возить… Нам рабочих рук будет не хватать для основной работы. А ведь нам ещё строить дома, прокладывать дороги, заготавливать сено для лошадей, по мелочи починка всякая… Год мы обойдёмся своими силами. Ну может быть два года. А потом всё! В общем, работников нужно втрое, а то и вчетверо больше.

- Новых гномов завозить? Так они откажутся с вами работать.

- Зачем гномы? Можно и хумансов. Пусть они будут на подхвате. На тех работах, где особого умения не требуется. Носить, возить, копать… С этим вполне гальруды справятся.

- Кто такие гальруды? - вот ещё одно новое слово, смысла которого он не знает.

- У вас там на Звёздах всё по-другому устроено?

Молча кивнув в ответ, Иваныч приготовился слушать объяснения. По словам гнома, только невежды, ни единого раза не покидавшие свою деревню, считают, что в эльфийских королевствах никто кроме эльфов не живёт. На самом деле, там много кто поселился. Сами эльфы не сеют и не пашут, но в хлебе нуждаются. Покупают хлеб они в основном у мирийцев. Но ведь кто-то должен выполнять и прочую работу! Взять эльфийские города. Кто их строил? Эльф не станет формовать кирпичи или тесать камень. Все эти замки, дворцы, святилица строили пришлые гномы, которых нанимали целыми артелями. Некоторые артели там и осели. Но гномы свою работу ценят и она заказчикам дорого обходится. Поэтому для простых работ используют хумансов. Но не вольные артели, а взятых на войне пленников. Взять эльфийские флоты. На скамьях гребцов сидят вовсе не эльфы. А верфи? И там рабы из хумансов трудятся. Но это не простые рабы, а потомственные. Те самые, кому дозволено иметь свою семью и жилище. Это и есть гальруды.

- В рабстве они приобрели много умений, но заплатили за это гибелью души. Нет более подлых и развратных существ, чем они. Любая мерзость у них таковой не считается. Ты только на их женщин посмотри. С ранней поры их девицы ублажают моряков в портовых борделях, зарабатывая себе на приданное к свадьбе! А есть и юноши, которые не гнушаются зарабатывать как женщины.

-Но зачем тогда нам брать таких?

- А больше никто не станет с нами работать.

Ладно, до этого ещё далеко. Будет день, будет и пища. Но эльфы те ещё твари! Оказывается, в их лесах не так благостно, как рассказывали те, кто учил землян. Впрочем, разве земляне, рассказывая о жизни в своей стране, станут рассказывать о жизни домашнего скота? А рабы и являются таким домашним скотом. И сразу вопрос: нужно ли держать у себя подобные порядки? Ради чего? А из дальнейшего рассказа Вольнодума следовало, что и дикими эльфами, эльфы западные не брезговали. Вся домашняя прислуга знатных семей состоит из рабов и рабынь, добытых в Восходных лесах. Самое забавное, что ни гальруды, ни схидники не бунтуют. Почему? А это благодаря наличию амулетов подчинения. Подлая тварь остаётся разумной но послушной воле хозяина.

Слушая рассказ гнома, Иваныч всё более проникался убеждением, что подобные порядки неуместны в Русском Лесу. Рабочая сила конечно нужна и гном прав, говоря о необходимости её завоза. Но держать тех же гальрудов в качестве рабов? Во-первых, не выйдет. Рабская покорность мало чего стоит и не имеет никакого отношения к верности. Во-вторых,в их ситуации нужны мотивированные помощники, а не те, кого контролирует надсмотрщик. С другой стороны, раб, получивший свободу из чужих рук, всяко может себя повести. Например, выйти из под контроля. Начать требовать дармовые блага. В конце-концов поднять бунт и разрушить всё, что построено ранее.

«Нужно со своими посоветоваться. Одно дело те схидники, что живут в своих лесах. Они привыкли жить определённым укладом, они подчиняются своим обычаям и соблюдают дисциплину. Другое дело завести чертей со всех волостей и выпустить их на волю. Ладно, это будем решать не сегодня. Сейчас у нас другие заботы».

- Вольнодум, есть у меня к твоей артели одно дело. Вот эта семиглавая вершина. Я забирался на неё и пришел к выводу, что у «тёмных» здесь была мощная крепость. Уж больно удачно склоны горы расположены. И наверняка имеются подземелья. Думаю, что стоит найти вход в них. Вряд ли мы там найдём склад с сокровищами. Скорее всего там находятся остатки неких машин, что мастерили поданные Бельмора. Может и нам они на что-нибудь сгодятся?

- Подземелья? Там, где стояли крепости «тёмных», они всегда были. Не знаю, как насчёт машин, но казармы орков именно в подземельях и располагались. У нас есть те, кто умеет искать пустоты в земле. Я поставлю их на раскопки. Причем, сразу как они сюда придут.

Ждать пришлось не очень долго. Скоро прибыла первая партия гномов и они сразу были отправлены вверх по течению Востоной реки. А вот со второй партией прибыли обещанные Вольнодумом умельцы и они сразу приступили к поискам подземелий. Позже прибыла третья партия. Ближе к концу августа уже все гномы вместе со своим имуществом прибыли на место. Заодно был перевезён весь Сашкин металлолом. Гномы оценили невиданную ими до этого «звёздную» сталь и не захотели оставлять её возле людского поселения.

- Хумансы пустят её на всякую ерунду, а мы из неё сделаем вещи полезные и достойные.

Вместе с последними гномами прибыли и соратники Иваныча. Правда, не все. Валентин с Марией «остались на хозяйстве». Причём, Бараса Александр сплавил к гномам.

- Чувствую, что в ближайшее время мне будет не до обучения. А гномы наши уже кузницу наладили. Вот и пусть учится у них ремеслу. Всё больше толка.

Уговорить гномов, взять в обучение эльфёнка оказалось непросто. Они ни в какую не соглашались. И тогда за дело взялась Даша. Что она им говорила, осталось неизвестным, но теперь Барас бодро пометал пол в кузнице, таскал воду, корзины с углём и чинил рабочую одежду. В один прекрасный вечер, когда эльфы уже закончили подготовку к очередному переходу, Вольнодум отозвал в сторону Иваныча с Дарьей для важного разговора.

- Наш Пролаза смог найти вход в подземелья и раскопать его.

- И что там?

- Много чего. Вокруг центральной шахты винтовая лестница. На дне шахты - колодец . Вода в нём чистая. Рядом — грузовая шахта. Клеть в ней давно сгнила. Подъёмное устройство сохранилось неплохо, только канаты нужно менять. Внизу, в толще скал вырублены помещения. В одних хранилось продовольствие, но от него ничего не осталось. Или орки всё съели, или крысы хозяйничали. Есть склады с оружием. Но там всё в негодном состоянии. Только на переплавку и годится. Железо, медь, бронза. Это мы сами в дело пустим. В самом низу — тюрьма. Там решетки из бронзы вместо дверей. Тоже придётся в дело пускать. Пыточные. Там ничего кроме костей нет.

- Чьи кости?

- Всякие. Хумансов, эльфов, орков… Тоже нужно выгрести и закопать где-нибудь. Но самое ценное в сокровищнице было.

Вольнодум отцепи от пояса кожаный мешочек, развязал его и показал содержимое. В мешочке лежали кругляши из потемневшего от времени металла. Кругляши были одинаковой величины и на них были вытеснены незнакомые руны. Иваныч взл один из кругляшей и потер его полой кафтана. Металл заблестел. Сомнений нет, гномы нашли клад.

- Это что, деньги? - спросила Дарья.

- Они самые.

- И много их?

- На первый взгляд, тысяч тридцать марок.

Более трех с половиной тонн серебра! Вот это свезло так свезло! Впрочем, Вольнодум остудил их восторги. Оказалось, что соваться с такой монетой к эльфам, мирийцам или гномам — опасно. Там не посмотрят кто они такие. Силой заставят отдать всё до серебрушки, да ещё в узилище сгноят. Почему? Да потому, что это серебро сочтут проклятым. А тех, кто на него польстился — носителями опасной скверны. Конечно, в прочих державах хумансов расплатиться им получится. Их предки служили Тьме и потомки до сих пор этим гордятся. Эти монеты они даже выкупят по двойной цене. Там считают, что на них благословение Белмора.

-У них есть подобные монеты. Но их мало и ими не расплачиваются, а используют на изготовление амулетов и оберегов.

Но этот путь сбыта проклятых монет, Вольнодум тоже считал опасным. В тайне такое не сохранить. У эльфов имеются лазутчики практически везде. Стоит им узнать о подобной торговле, как Русский Лес объявят Царством Тьмы и на него обрушат всю свою немалую мощь.

- А если перечеканить монеты?

- Значит вы станете врагами Подгорного царства.

И вновь гном дал подробное объяснение.Оказалось, что Белмор был изобретателем денег. И все оценили их полезность. В самом начале своего существования, гномы не участвовали в войнах Света и Тьмы. Строя своё Подгорное царство, они совершенствовались в мастерстве и копили полезные для них знания. И конечно же торговали со всеми разумными, не делая разницы между эльфами и хумансами. Те в свою очередь не трогали гномов. Только с орками мира не вышло. Будучи по природе своей злобными тварями, они к тому же отличались и выдающимся своеволием. Даже сотворивший их Владыка Тьмы не всегда мог найти на них управу. Только его предельная жестокость позволяла их держать в повиновении.

Орки часто нападали на гномьи караваны, а иногда и на их твердыни. В ответ гномы снаряжали карательные экспедиции, выкуривая орков из их нор и вырезая всех, кого удавалось найти. Белмор смотрел на всё это сквозь пальцы, потому что ему даже выгодна была подобная вражда. И это длилось долго. Но однажды эльфы обнаружили, что руны на монетах являют собою опасное для них колдовское заклинание. Враг стал легко обнаруживать и тайные перемещения эльфийских отрядов, и эльфийские засады, и конечно же сам устраивал засады. Причём настолько успешно это делал, что только глупец не станет искать причины подобной удачливости. И тогда эльфы перестали принимать монеты «тёмных» в качестве средства оплаты. Что сильно ударило по той посреднической торговле, на которой богатели гномы.

Те недолго пребывали в недоумении. Выход нашли быстро. Просто начали переплавлять монеты Врага и чеканить собственную монету. Торговать при этом не перестали. Ну а для большего удобства, во всех своих факториях создали меняльные конторы, где менялись деньги одной чеканки на деньги своей чеканки и наоборот. Брать при этом процент за обмен, они не отказывались. И вроде всё хорошо стало, но именно менялы способствовали тому, что союзники Врага начали терпеть убытки, а их серебро без всякого возмещения перетекало в гномьи сокровищницы. И тогда Враг стал врагом и для подгорного племени. Началась война, даже более яростная чем идущая до этого война с эльфами. Именно тогда сложился прочный союз с эльфийскими владыками. А после вмешательства Заокраинного Запада, произошло крушение Царства Тьмы и развоплощение Белмора.

Победа на этой войне разрушила все те союзы, что создавал Белмор. На какое то время силы Света стали гегемоном Ивериона. И именно тогда, пользуясь слабостью бывших врагов, были приняты новые правила чеканки денег. С той поры во всех людских державах золотую и серебрянную монеты чеканили монетные дворы, принадлежащие Подгорному царству. Разменная медная монета тоже там чеканилась. Но сколько нужно начеканить медяков, решали сами короли людей. А вот за выпуском монет из драгоценных металлов бдительно следили гномы и больше необходимого не чеканили.

- Иногда владыки людей проявляли самовольство. Захватывали монетные дворы, изгоняли и убивали гномов и начинали чеканить монеты сами. И тогда на них обрушивалась вся мощь гномов. А вместе с гномами приходили не только эльфы, но и войска прочих владык хумансов. Мятежная династия не просто свергалась, а даже уничтожалась под корень. На престол возводились новые династы, а монетными дворами снова владели гномы.

Из слов Вольнодума следовало, что Подгорное царство давно уже перестало быть обычной державой. Под предлогом борьбы со зловредным колдовством, оно контролирует финансы всего Ивериона. Однако из дальнейшей беседы выяснилось, что не все. Выпуск медной монеты был отдан на усмотрение хумансов. Монеты эти имели внутреннее хождение и их стоимость была разной. Если правители слишком увлекались, то монеты дешевели и они получали в ответ очередной «Медный бунт».

- Так что с монетами будете делать?

Хороший вопрос! Открыто их пустить в ход нельзя. Тайно сбывать по двойной цене? Ага! Наладить цепочку сбыта будет нелегко. И долго ли подобное удержишь в тайне?Переплавить в слитки? Но и тут засада. На Дашин вопрос гном ответил, что переплавка для них не проблема. Но продавая слитки, они теряют пятую часть цены. Так везде принято и дороже сбывать золото с серебром не выйдет. А ведь ещё нужно платить изготовителям слитков. Терять такие большие деньги Даше очень не хотелось. Надежда на то, что получится сбыть монеты по двойной цене, уже зародилась в ней . Может быть лучше подождать? В другое время, с другими возможностями…

- Знаешь Вольнодум, вы лучше заложите сокровищницу кирпичами. Пусть лежат эти деньги. Когда-нибудь они нам пригодятся.

- Как скажите, госпожа.

- А вот ещё… Иваныч, где твоя карта? Там ведь обозначены и другие города. Вдруг и там что найдётся?

- Это вряд ли, - усмехнулся гном, - эту крепость рушили Хозяева Стихий. Потому никто не добрался до сокровищницы. А прочие города штурмовали обычным порядком. Всё, что было в них ценного ещё тогда забрали победители. Может и остались где маленькие ухоронки, но на них разве случайно наткнёшься. Столицу тогда не грабили, но её и не штурмовали. На неё сразу обрушили такую мощь, что камни в том месте превратили в кипящую лаву.

В общем, посидели, поговорили, разошлись. Оба из этой беседы поняли, что великие богатства в Темноземье они не найдут. И с неба ничего ценного на них не свалится. Все возможные блага здесь получить можно только упорным трудом. Ладно, пусть гномы делают своё дело. А им предстоит путь к озеру Великому. Хватит сидеть на одном месте. Пора в дорогу. Валентин с Марией остались с переселенцами, Молодой Дубовик пусть и дальше учится у гномов, а прочим эльфам — путь на север, по остаткам древней дороги что шла в обход Семиглавой через прибрежные холмы .

Начался марш по знакомой уже Иванычу дороге. На себе тащили только то, что по силам было унести. Большая часть груза осталась на месте выгрузки в ожидании тех, кто доставит его к месту стройки. Гномам теперь предстояли немалые труды, но в эльфийской помощи они не нуждались.

Глава 18. Коммерция и дипломатия

Весна в Темноземье наступала немного позднее, чем в Приморье. И тем не менее она была радостной. Но она же сулила и новые разлуки. Ибо дел было по горло и даже больше. Недавно основанной столице, так и не получившей названия, предстояло надолго опустеть. Вроде недолго прожили на новом месте, но уже начинали к нему потихоньку привязываться. Может дело было в том, что осталось позади то цыганское состояние, когда у человека в самом прямом смысле нет ни кола ни двора. А теперь... Теперь появилось то, что их окончательно привязывало к здешнему месту. Первое, с чего начали наши переселенцы, так это со строительства баньки. А вторым делом - соорудили обыденную церквушку. И хотя Иваныч считал это дело зряшным и не первоочередным, но тут он был в меньшинстве. Особенно на строительстве церкви настаивали женщины. И лишь третью очередь были построены самые обычные избы-пятистенки. И как только дома были закончены, хозяйки наконец поселили в них вывезенных с Благословенного Запада своих домовых. Осенью, в наиболее подходящую пору, посадили Древо Жизни и теперь по весне убедились в том, что и тут им сопутствовала удача. Весной как раз оно проросло и присутствие магии возле него ощущалось всеми.

Собрались в дорогу все мужчины, а с ними Дарья и Вика. Им предстояла дорога в Хрустальную Гавань. Именно так поэтично гномы назвали строящийся порт. Нина, Ира, Катя, дети Иваныча, а Кария с Сабией остались единственными жителями этого безымянного поселения. Дорога к гавани была уже всем знакома, а идти такой компанией всё веселей. Может быть именно поэтому немалый путь показался даже короче, чем первоначально.

За зиму, в этом месте произошло множество изменений. В первую очередь бросался в глаза пирс, уходящий за линию волнореза. О том, что гномы умеют работать, путешественники слышали. Но то, что они умеют так здорово работать, даже не предполагали. Пирс и примыкающий к нему причал выглядели здорово. Сразу возникало понимание того, как должны работать настоящие мастера своего дела. Пройдясь к причалу, гости обнаружили пришвартованный к нему кораблик, строенный по эскизу, что рисовал в прошедшем году Георгий. Корабелы что из них, что из гномов, те ещё. Вряд ли получится на нём хорошо разогнаться. Но им сейчас быстрый ход и не нужен. Да и вместимость особая не требуется. Главное - доставить посольство в Элевайн и вернуться назад. Не смотря на то, что строили суденышко новички в подобном деле, выглядело оно надежным. Ну а то, что канаты плетены из крапивного волокна, парус - рогожный, а обшивка крепится распаренным еловым корнем, не должно вводить в смущение. Русские землепроходцы в своё время именно эти материалы и использовали, когда требовалась срочная постройка корабля из того, что есть под рукою.

Вторым делом глянули на то, что сотворено на берегу. И тут тоже было чему радоваться. Припортовые склады уже готовы к хранению товара. Дело лишь за самим товаром. А с этим возникли сомнения. Слишком большой объём подготовительных работ пришлось выполнить. Хотя, положив руку на сердце, стоило признать что и тут гномы отличились. Лесной склад, кирпичный заводик, стекольная мануфактура... любо-дорого смотреть. Все сделано аккуратно, добротно. Везде идеальный порядок.

- С материалом были заминки. Да и варка не сразу дала то, что нужно. Пришлось ставить опыты, тратить материалы. Того, что нужно только недавно добились. Но сделано немного. Стыдно столь мало товара на продажу вести, - недовольным тоном докладывал Вольнодум.

- Так не беда, - решила успокоить его Даша, - можно и малое количество взять с собою. Нам ведь нужно в первую голову заключить договор о поставках. А для этого хватит и малого количества товара. Образцов его. Пусть потрогают, пощупают, оценят. Да и я ко всему приценюсь. Ну а если с хлебом в этом году ничего не выйдет, то не беда. Вы за год много чего сделать успеете на продажу.

- Да я лучше это стекло пущу тебе на дом!

- Погоди. Что за дом? У меня в столице?

Оказалось что нет, не в столице. Гномы, как существа основательные, приняли решение о строительстве для своей поручительницы хорошего дома. У них даже нашелся свой архитектор, поработавший над проектом. Бумаги у гномов с собою не было, поэтому пришлось поработать с берестой. Заинтересовавшись, земляне пожелали глянуть на виртуальный пока образец подгорного зодчества. В чём им не было отказано. Местный аналог Витрувия, которого полагалось звать Творилой, показал свои эскизы. То, что на них было изображено, внушало почтение даже в нарисованном виде. На вершине Семиглавой сопки, по замыслу Творилы располагалась симпатичная башня маяка. А рядом с маяком трехэтажный особняк.

- Это не просто так. Наша поручительница должна иметь возможность принимать гостей в приличном доме. Когда начнется торговля, ей придется заключать сделки с купцами. Намного больше доверия будет со стороны купцов, если деловые разговоры будут вестись не в жалкой лачуге, а в приличном доме.

- Слушай, а почему именно она, а не кто-то из вас?

Лицо зодчего сразу пасмурнело.

- Потому что мы лишены имени и рода. Для эльфов и хумансов это не имеет значения. Но большинство сделок вы будете заключать с гномами. Ни один добропорядочный гном не станет даже говорить с изгоями. Нужен незапятнанный ничем посредник. Которого наши соплеменники сочтут достойным. И это будете вовсе не вы, уважаемый Василий из Дома Красной Звезды. Прочих присутствующих тоже сочтут недостойными говорить от имени нашей общины. Достойной является лишь поручительница Дарья.

Сразу возник вопрос: а как прочие гномы определят, что имеют дело с достойной? Оказалось, что и это предусмотрено заранее. Горный Совет суров и непреклонен в своих решениях, но даже изгоев он не бросает на произвол судьбы. Покидая свои родные горы, лишенцы уносили рекомендательную грамоту от Горного Совета, в которой черным по-гномьему написан текст постановления о том, что рекомая Дарьей, дочь младшего Дома Меркурия, является полным поручителем в торговых делах и на суде за находящихся под ее покровительством гномов.

- И что, до самого конца жизни так будет?

- Законы наши не запрещают нам оставить после себя потомков. И если изгой располагает достаточным богатством для покупки жены, то ему продадут невесту. А дети от этого брака будут иметь слово в делах, на суде и на совете. Но чтобы это произошло, нам нужен поручитель во всех внешних делах. Наша честь не позволит нам допустить того, чтобы уважаемая Дарья выглядела нищенкой. И потому собрание решило выстроить для неё жилище, достойное её высокого положения.

- Хотела бы и я такой поддержки! - воскликнула Вика.

- Если вы о строительстве хорошего дома для себя, то построим, но за достойную плату.

В ходе разговора выяснилось, что налаживая дело, гномы нуждались в кирпичах для своих печей. И они наладили их производство. Но когда печи были построены, решили сохранить кирпичное производство, делая кирпичи про запас. Ведь рано или поздно, но придется обустраиваться самим. Да и торговым гостям где-то нужно жить. Постоялые дворы тоже нужны. Ну или кто из эльфов сюда переселится.

Все это хорошо и даже радовало, но волка ноги кормят. Нельзя тратить время попусту. И земляне погрузив товар на кораблик, отправились в новый вояж. Кроме товара, на борту имелась и казна, образовавшаяся в результате продажи Ларгу семени Древа Жизни. Вместе с землянами отправился и гном Говорун. На этом настаивал Вольнодум.

- Говорун опытен в торговых делах. С ним конечно ни один тамошний гном говорить не станет, но как советник он вам пригодится. Кроме того, вам наверняка придется иметь дело с хумансами. А на ведение дел с ними, для нас запрета нет.

Поговорить с Говоруном Иванычу удалось лишь во время рейса.

- Не ожидайте скорого решения ваших дел. Мы не любим поспешности в серьезных делах. Уважаемой Дарье придется много с кем говорить, но до заключения сделки дело дойдет не скоро. Сперва придется зайти в торговую лавку, в которой торгует гном. Показать ему грамоту. Он сообщит о вас главе общины. Глава соберет собрание на котором решат: стоит ли иметь с вами дело? Могут и отказаться, тогда придется идти в другой город и уже там говорить с другой общиной. Но даже если решат, что стоит с нами связываться, никаких соглашений заключать не станут. Пошлют гонца в столицу, где находится гномье посольство. И уже посол примет окончательное решение. Если он согласится, то прибудет лично в Элевайн и начнутся настоящие переговоры. Вот тогда и будет заключена сделка, которую мы хотим. Но иметь дело с нашими послами непросто. Они заботятся не только о торговой выгоде.

День шел за днем, погода пока что благоприятствовала и в одно прекрасное утро показался берег материка. И море перестало быть пустынным. В течении дня, плывя вдоль берега, путешественники встречали и торговые корабли, и рыбацкие суденышки. Наконец доплыли до бухты, в глубине которой и расположился Элевайн. Город этот был по местным меркам довольно большим. Целых пять тысяч жителей!

- Так девочки, маскируемся!

Это было оговорено заранее. Конечно, в людских городах эльфы не часто появляются. Но если мужчины все как на подбор были русоволосые, то с женщинами - беда. Лиловые волосы Вики и голубые Даши, это нетипично для западных эльфиек. Тут уж Ялмара им удружила. Внимания к их компании и так будет достаточно, но излишние индивидуальные приметы им ни к чему. А что уж говорить о рыжеволосой Милии? Иваныч и так не хотел ее брать.

- Ты пойми Викуся, уже с вами проблема. А с Милией их десятикратно больше. Местные прекрасно отличают схидняков от западенцев. И чтобы схиднячка свободно по городу гуляла?

Но Вика настаивала на своем: девочка учится. И работать в "поле" ей нужно уметь. В итоге, приняли решение слегка изменить наряды. Вика и Даша обзавелись необычным головным убором в виде чепца с покрывалом для волос. И теперь они одевали их на свои головы, тщательно пакуя волосы русалочьих расцветок. С Милией решили иначе. Ей заранее сшили нечто вроде паранджи. Что прекрасно ее устраивало. Не только потому, что она скрывала лицо и прическу. Под паранджой у девочки был спрятан целый арсенал в виде духовых трубок. Трубки заранее были заряжены маленькими стрелами, чьи наконечники были обмазаны специально приготовленными зельями. Эти трубки и маленький стилет должны были защитить ее и наставницу в случае каких-нибудь неприятностей.

Подойдя к пристани, экипаж занялся швартовкой суденышка и был сразу замечен портовой стражей, которая немедленно подошла к ним и седоусый десятник поинтересовался целью прибытия.

- По торговым делам, - коротко ответил Иваныч.

Затем в разговор вступил Говорун, изображавший из себя нанятого приказчика. В ходе разговора выяснилось, что с эльфов ни причальный сбор, ни торговые пошлины в мирийских марках не берутся. Еще бы! Спартанцы илотам подати не платили никогда. А мирийцы по сути своей и были для эльфов самыми настоящими илотами. Только с собственной государственностью. Заодно Говорун выяснил, где его достопочтенные наниматели могут остановиться. Десятник дал им провожатого и взамен получил золотую монету. Судя по тому, как стражник удивился, Иваныч проявил небывалую для этих мест щедрость. И к тому же, монета была имперской.

- Как пить дать, доложит своему начальству о странных гостях города, - досадливо заметил Валентин, которому выпало остаться вахтенным.

- Он бы и так доложил, - возразила Виктория, - не думаю, что эльфы по этому городу толпами ходят. А тут такая компания! Уже необычно.

Пока провожатый их вел по городу, земляне с любопытством разглядывали его. Элевайн производил неплохое впечатление. Наверное все дело было в близости эльфийских владений и огромным влиянием, которое эльфы оказывали на местных жителей. Улицы хоть и не широкие, но зато вымощены и содержатся в чистоте. Красивые и ухоженные дома. Да и прохожие выглядели достойно. Одеты просто и опрятно. Ни кричащей роскоши, ни безобразной нищеты. Какое то необычное Средневековье. Потихоньку дошли до пристанища для путешественников. Пристанище это с полным основанием могло называться отелем. Провожатый распрощался с землянами и ушел дальше нести службу, а путники начали заселяться.

Хозяин "отеля", пожилой худощавый мужчина, с лицом отмеченным шрамами, видимо из отставных вояк, удивился конечно нашествию такого количества важных гостей, но одновременно и обрадовался. Хотя всячески не подавал вида.

- Хозяин! Мне и моим спутникам шесть комнат и обед! И чтобы никто нас не беспокоил!

Иваныч уже понял, что это гостиница для важных персон. Скорее всего тут останавливается знать. Как должен вести себя настоящий аристократ, он понятия не имел. Поэтому вспомнил службу и начал распоряжаться, подпустив в голос командные интонации. Подействовало! Хозяин внутренне подобрался и достойно ответствовал:

- Ваша светлость, спальни для вас готовы на верхнем этаже, там же обеденный зал, - и смягчив интонации добавил: - на лето все господа разъехались по своим вотчинам, поэтому комнаты свободны, а с обедом придется подождать. Будет приготовлен, всенепременно позовём.

- Немало послужил? - командный тон сменился на отеческо-командирский.

- Ясно так, ваша светлость. Пограничная стража на Восточном пределе, болотные егеря, да две Варсайские компании, - хозяин ответствовал так, как станет отвечать матёрый вояка. Никакого лизоблюдства и излишнего чинопочитания. Ответ человека заслуженного и привыкшего себя уважать.

- Сотник или выше брать?

- Сотника выслужил. Потом по ранениям переведен в обоз арсенальным старшиной. Ну а дальше отставка и вот я здесь.

Иваныч выложил на стол три золотых монеты:

- Мы здесь надолго.

Отставной вояка даже не поглядел на них. Вместо этого резко дернул головой, откуда то возник мальчишка, который сгреб монеты и тут же исчез. После второго жеста рукою, так же возникла девчонка-подлетка и попросила господ постояльцев следовать за ней в спальни. Да, служба у хозяина заведения налажена образцово. Все и всё понимают без лишних слов. Действительно, хорошее заведение.

В номере, куда заселили Иваныча было чисто, светло и уютно. Обстановка вроде бы и не роскошная, но все необходимое имеется. Широкая кровать с чистым бельем, шкаф для одежды, стол с деревянными стульями, умывальник и даже стульчак с "ночной вазой". Для человека, давно привыкшего ночевать в лесу да на подвесной койке в корабельном кубрике, действительно роскошь.

"А ведь похоже, что этот отель не самый роскошный в городе. Не просто так таможенный десятник отправил нас именно сюда. Скорее всего тут останавливаются люди не бедные, но и не изнеженные. Для которых земля долго служила постелью, а плащ - одеялом. Стоит посмотреть на то, чем хозяин кормить нас станет".

Спустя продолжительное время, в дверь постучали и молоденькая служанка позвала к столу. Обеденный зал действительно располагался тут же на этаже. И кормили тут простыми, но вкусными блюдами.

- Вика, тебе на заметку. Догадайся с трех раз, что за постояльцы тут останавливаются?

- Тоже мне ребус! Скорее всего служивые и не в рядовых чинах. Хотя генералами тут не пахнет. Где то от капитана до полковника. И насколько я тебя поняла, мне пора приступать к работе? Скажу, не стоит. Голову на отсечение даю: у хозяина хорошая "крыша", а у прислуги свой куратор. Только зря засвечусь.

Разговор шел на русском языке, который уже понимала Милия и совершенно не понимал Говорун. У того по окончанию обеда нашлось дело:

- Уважаемый Василий, я осмелюсь посоветовать вам приберечь золото. Не стоит им сорить на каждом шагу. С вашего разрешения, я отправлюсь в город и постараюсь найти покупателя на привезенный вами жемчуг.

Получив разрешение, Говорун собрался и ушел. Вернулся он только к вечеру и первым делом доложил, что покупатель найден. Но есть одна проблема. Покупать что-либо у эльфов он не будет. Даже если эльфийский товар станет продавать он, Говорун. Таможня ведь знает, что эльфы на своём корабле что то привезли и держит «Савраску» под наблюдением.

- Так почему никто не хочет у нас что-либо покупать? - удивилась Дарья.

- Госпожа, дело в том, что в Мирии нельзя облагать эльфов никакими податями. Город сей живёт с ремесла и торговли. Все платят налоги. И те, кто тут постоянно живёт, и приезжие купцы. Купцы платят налоги с продажи, а не с покупки. Мы собираемся вести торговлю, но с нас нельзя за это брать деньги. Поэтому вместо нас платить заставят покупателя. Тайно продать не получится. Здесь за торговлей присматривает жена наместника. Мимо её внимания ни одна сделка не проходит. Даже контрабандисты перед ней отчитываются.

- А кто у нас жена?

Говорун в ответ лишь пожал плечами. С утра к делу подключилась Виктория, снизошедшая ради такого случая до разговоров с прислугой. А разговаривать да ненароком расспрашивать она умела. Вечером доложила результат.

Итак, жило да было семейство баронов Ларусан. Когда старому барону пришёл свой срок, его имения унаследовал старший сын. По закону о неделимости майората, именно так и полагалось. Ну а младший сын, унаследовал титул и выбрал военную службу. Служил честно, а потому богатств не скопил. В награду за честную службу и подвиги на полях сражений, получил должность княжеского наместника в Элевайне. Должность не слишком хлопотная, ибо всю рутину тянул на себе городской магистрат. И все были довольны наместником до тех пор, пока он не женился. Надо сказать, что аристократы не горели желанием отдавать своих дочерей замуж за человека, у которого ничего кроме титула за душой не имеется. Но тут барон внезапно влюбился в красавицу простолюдинку. И как водится, предложил ей руку и сердце. Красавица не стала отвечать отказом ибо сама была от лихого рыцаря без ума. Она даже смогла настоять на своём, вступив в спор с родителями. А кто у нас родители? А родители у неё принадлежат к торговому сословию. Конечно, торговля у её отца не очень велика, но не бедствовали и приданное у Вильмины было вполне приличное.

Выйдя замуж, Вильмина обнаружила, что должность её мужа приносит мало дохода. А всё потому, что барон не умел вести дела. И тогда она занялась сама делами мужа. Благо, что купеческая дочь унаследовала деловую хватку. Через три года, вся хозяйственная деятельность в городе была у неё под контролем. И даже местный криминал смогла подмять под себя. Достаток семьи возрос, как и численность её. Трех сыновей и дочь подарила она мужу. И при этом сохранила свою красоту.

- Как я поняла, эту даму не устраивает только одна вещь. Её детям заказан путь в благородное сословие. Может быть потому она и стервозна.

- Так народ, а ведь проблему можно решить, причём с пользой для себя. Дело не только в деньгах. Короче, нужно организовать встречу с бароном и его красавицей-женой. Это Вика с тебя. Найди выход на него или его жену. Кстати, кабатчик наш явно не прост и думаю, что сможет нам в этом деле помочь. Заодно пусть готовит зал для приёма таких гостей.

- Иваныч, - аж подпрыгнула на месте Дарья, - а за чей счет банкет? И какая нам с этого польза?

- Объясняю: первая проблема — реализация товара. Её нужно быстро решить. Вторая проблема — колонизация побережья Моря Тьмы. Нам нужны крестьяне. Много крестьян. Их нужно вербовать и переселять. Ты сама эти займёшься? Третья проблема — военная сила и управление территорией. Валентин это не потянет. Мария тоже не справится. Но вполне могут справиться местные феодалы. Рыцари. Именно они будут управлять поместьями и составят нашу военную силу. А рыцари пойдут, если с ними поговорит барон. Наше дело, уговорить барона. И я знаю, что ему предложить.

Вика управилась с поручением Иваныча за два дня. К нужному сроку гостиница была вылизана, а пиршественный зал подготовлен к приёму важных гостей. Александр с Валентином сомневались, а снизойдёт ли барон до визита. Но Говорун, лучше знавший местные порядки, успокоил их. Эльфы сами по себе настолько важные личности, что любой благородный сочтёт за честь принять их приглашение.

Конечно, банкет встал в хорошую копеечку, но деньги на жизнь ещё оставались. Барон не подвёл их. Явился вместе с супругой и подобающей для такого случая свитой. Ну что можно сказать про них? Прекрасная пара. Рослый могучий воин, не избалованный прожитой жизнью и при этом настоящий аристократ. Чувствуется порода. Супруга его не производит впечатления записной стервы. В свои тридцать лет она и выглядит на тридцать, при этом потрясающе красивая. Ведёт себя с достоинством, как женщина знающая себе цену. Чувствуется привычка распоряжаться. В данный момент понимает, что не у себя дома и потому проявляет похвальную сдержанность.

Пирушка прошла весело. Гости проявляли умеренность как в поглощении блюд, так и в разговорах. Понимали, что их пригласили не просто так и застолье лишь прелюдия к важному разговору. Который и состоялся в комнате Иваныча.

Сам он, Даша с Викой и барон с супругой, оставив прочую компанию в зале, приступили ко второй части «Марлезонского балета». Тянуть кота за хвост Василий Иванович не стал и сразу взял быка за рога.

- Барон, для начала скажу вам, что по решению Хозяев Заокраинного Запада мы должны освоить те земли, что ранее принадлежали Тёмному Владыке. И мы твёрдо намерены осуществить этот план. Кое что мы уже успели сделать. Например, строго на север от вашего города мы заложили город, названный Хрустальной Гаванью. И намеревались из него везти на продажу товары именно через ваш город. Но оказалось, что здесь действуют странные правила, не позволяющие вашим купцам что-либо у нас покупать.

Ларусан смутился и посмотрел на супругу, прося взглядом поддержки. Получив сигнал, Вильмина включилась в разговор:

- К сожалению, это не наша прихоть, а приказ княжеского казначея. А мы не можем ослушаться и начать самовольничать. Но вы уверяете, что у вас есть собственная гавань. Почему бы вам не продавать товары именно там? Там приказы наших правителей силы не имеют. Да, купцы ещё не знают о вас. Но мы можем дать разрешение на ведение торговли с Хрустальной Гаванью наиболее надёжным и порядочным негоциантам.

Намёк был понятен. Вильмина и эту торговлю подомнёт под себя, а «надёжный и порядочный негоциант» будет назначен именно ей.

- Ну что же, в таком случае стоит обсудить подробности предсоящей договорённости. Я вижу, что вы барон, как человек военный, подобно мне мало понимаете в купеческих делах. А потому, пусть дамы обсудят их между собой. А мы обсудим более понятные для нас дела.

Этот манёвр был оговорен с Дашей и Викой заранее и они увели Вильмину в комнату Виктории.

- Теперь, когда дамы ушли, давайте поговорим о ваших детях. Вернее о том, как к лучшему устроить их судьбу.

Тема эта была для Ларусана очень больная. Ибо ни титула, ни имения он им передать не мог.

- Принятые у вас правила, не позволяют вашим сыновьям обзавестись земельными владениями. А потому, их выбор невелик. Либо военная служба в дружине одного из нобилей Марки, либо уйти в наёмники, либо заняться торговлей. Про уход в разбойники я говорить не буду… Но у них есть и другой выход: поступить на службу в Русский Лес. И вовсе не рядовыми воинами. У меня есть право наделять титулом тех, кто решил служить мне.

- То есть, вы правитель этих самых земель?

- Именно так! Вы правильно поняли. У вас три сына и дочь. Они ещё малы для полноценной службы, но это со временем пройдёт. Главное — они получат земли, передаваемые по наследству. Много земель. А такие владения подразумевают наличие титула.

- Вы, эльфы, ничего просто так не делаете. Что должны сделать мои сыновья, чтобы перейти в благородное сословие?

- Две вещи: заселить свои владения земледельцами и являться по моему требованию на службу во главе личной дружины.

Вот тут и начался подробный разговор. Ларусан выразил сомнение в том, что получится уговорить благородных рыцарей поступить на службу чужому сюзерену. Даже беспоместные нобили связаны вассальной присягой и нарушение её считается изменой. На что Иваныч ответил, что помимо благородного сословия, воинскими умениями обладают и некоторые простолюдины. Которые, служили князю за жалование и вышли в отставку. У них наверняка имеются сыновья, обученные владеть оружием. И вряд ли отцы им запретят поступить на службу в дружину русского боярина. Тем более, что в кормление будут жаловаться деревеньки и звание дворянина, что тоже вводит их в состав благородного сословия.

- У вас наверняка есть на примете достойные воины из простолюдинов, не связанные присягой своему сеньору. В крайнем случае, могут найтись опытные вербовщики, которые всё сделают как надо. Вам только и остаётся, оценить человека и определить его на службу одному из своих сыновей.

Но на этом вопросы у барона не закончились. Да, найти три десятка молодых воинов, он сможет. Но с землепашцами будут трудности. Все крестьянские хозяйства на учёте у казначейства и оно взимает с них налоги. Переселять крестьян целыми семьями и даже деревнями? Да за пределы Марки? Кто ему это позволит? Такое может сделать только князь. К тому же, для содержания одного воина нужно семь крепких хозяйств. Две сотни хозяйств для содержания трёх дружин! Вместе с домочадцами, это почти тысяча человек!

- А почему вы говорите о мужиках, имеющих свой надел? Я далёк от мысли наносить ущерб казне владетеля Марки. Разве у вас нет гулящих людишек, лишенных надела за долги и которые не прочь попытать счастья на новых землях? И почему обязательно мирийцы? Мне всё-равно, какой народ родил того мужика, что будет ковыряться в земле и кормить нужных мне воинов. В конце-концов можно и рабов для этого дела купить.

- Так то оно так, - Ларусан задумчиво поглаживал свою короткую бородку, - но у меня вряд ли найдётся достаточно средств для обзаведения хозяйством, чтобы выделить их всем желающим.

В общем, это заранее и предполагалось. Пришлось объяснять барону, что его дело найти нужных людей, а средства на обзаведение выделит казна Русского Леса. На этом разговор и закончился. Барон обещал подумать и спустя некоторое время он даст свой ответ. Этого и следовало ожидать. Только глупец сразу хватается за заманчивые предложения. Ларусан, при внешней простоватости, глупцом не был и сходу своего согласия давать не собирался.

Они ещё поговорили о разного рода пустяках, ожидая Вильмину. Та освободилась не скоро и покидала гостиницу пребывала в сильной задумчивости.

- Ну что у вас там?

- Воистину, торгашка не из последних, - пожаловалась Даша, - утомила меня, но переплюнуть не смогла.

По словам Даши, Вильмина сразу поняла свою выгоду и в качестве «честного и надёжного негоцианта» рекомендовала своего брата. При этом, она настаивала на том, чтобы за ним закрепили монопольное право на торговлю с Русским лесом. Дарья, учитывая, что на первых порах объём торговли будет невелик, с этим согласилась, но ограничила срок до десяти лет. А там видно будет. Потом пришлось выдержать второй напор. Псевдобаронесса требовала, чтобы брат был избавлен от таможенных пошлин и аренды за земельный участок, а зафрактованные им корабли от портовых сборов. Пришлось спорить и торговаться. В итоге, враг не прошёл. Договорились лишь о том, что от пошлин будут избавлены те товары, что купец привозит по Дашиной заявке. Чувствуя, что настроение Вильмины испорчено, к разговору подключилась Вика и предложила то, что Иваныч предложил Ларусану. Эффект был, да ещё какой! Ведь задета была самая больная мозоль собеседницы. Последовали вопросы. Вильмина не была бы сама собой, если бы не попыталась добиться большей выгоды.

Почему титулуются только сыновья? Разве её красавица-дочь не достойна стать боярыней? А когда были озвучены условия получения титула, Вильмина заявила, что не видит ничего невозможного для себя лично. Наладить колонизацию конечно не просто, но лично для неё это всего-лишь один из видов торговой операции. Правда, это требует больших первоначальных вложений, которые она с мужем не потянет. Вот если бы уважаемые эльфы…

Тут Дарья воспользовалась прозрачным намёком и заявила, что эльфы конечно потянут, но принятые в Мирии дурные правила, не позволяют им продать нужный для такого дела товар. И вновь дела торговые. Но на этот раз Вильмина вела себя иначе. Узнав, какой товар хотят продать эльфы, она подсказала выход:

- Что касается жемчуга, то с ним можно поступить так: под видом залога, внести его в гномью ссудную кассу. Вы получите серебро, а гномы товар на продажу. Я поговорю с ними, чтобы речь шла не о залоговой сумме, а о нормальной цене. И закрою глаза на то, что гномы с выгодой для себя, обменяют ваш жемчуг на серебро. Тут законы не будут нарушены. А с прочим товаром помочь не могу. Но ведь вы его можете продать брату у себя в Хрустальной Гавани.

Решив эту проблему, Вильмина вернулась к более интересной для себя теме. Будучи простолюдинкой, она не связана присягой сюзерену и потому может поступить на службу правителю Русского Леса. А почему бы нет? Она ведь в состоянии и предоставленный ей надел заселить землепашцами. И дружину себе собрать… В общем, почему только сыновья? Она сама и её дочь ничем не хуже.

- Я ей прямым текстом сказала, что это вполне осуществимо, но решение будет принимать Его Величество, кстати, «величеством» тебя обозвала именно она. Я лишь подыграла ей. Но ты у нас смотри, берега не теряй, а то мы моментом корону с тебя снимем! - подвела итоги Виктория.

- Я вроде бы не заявлял претензии на престол…

- Брось жеманничать, тебе это не идёт. А если по делу, то здесь только монарх может наделять титулом. Так что придётся тебе корону мастерить. А то несерьёзно получается.

- Так чем всё закончилось?

- Мадам обещала подумать.

Иного не следовало ожидать. Ну что же, пусть подумают. Не надумают, так и хрен с ними. На запад от Элевайна есть другой порт — Комолла. Можно там попробовать. Хорошо, что насчёт жемчуга удалось договориться. А то золото из Ларговой ухоронки подходит к концу.

На следующее утро Даша с мужем ушла в сторону квартала гномов и вернулись они лишь под вечер, усталыми но довольными.

- Пришлось чуть ли не за каждую жемчужину торговаться. Но дело того стоило. Три тысячи марок серебра и ещё семьдесят марок сверху. Но это моим дорогим гномам, - с этими словами Дарья передала увесистый мешочек Говоруну.

- А чего так мало серебра? Три тысячи марок — это 375 килограммов серебра, а судя по принесенным мешкам, тут и двадцати не будет, - быстро подсчитал в уме Иваныч.

- А зачем нам всё серебро с собой тащить? Вот смотрите: - Дарья достала из полотняной сумки несколько прямоугольников из толстой кожи, которые украшало красивое тиснение, - это такие векселя у гномов. Нам ведь здесь много чего придётся покупать, а векселя эти везде к оплате принимают. Ну и немного серебра я взяла на всякий случай. Нам же несолидно не быть при деньгах.

Ожидание ответа от барона затянулось на неделю. А потом пришел его порученец и передал приглашение в гости. В резиденции наместника переговоры прошли по той же схеме. Сперва торжественный обед в честь дорогих гостей, а затем приватный разговор в рабочем кабинете. Сам барон решился или «ночная кукушка» перекуковала, но согласие по всем пунктам было получено. Ещё день потратили на заключение письменного соглашения и с делами было покончено. Пора отправляться домой.

- Знаете ребята и девчата, пора заканчивать с морскими прогулками, не дело это, когда выездные миссии осуществляем всем табором. При этом большинство работает матросами. Неужели нельзя нанять людей для этого?

Александр был прав. Для таких поездок достаточно посылать одного эмиссара, ну максимум двух. А остальным хватает дел в Темноземье.

- Саша, ты прав, но это мы осуществим в следующую навигацию. Пока что у нас нет таких задач, чтобы гонять «Савраску» или «Аврору» на постоянной основе.

После чего рассчитались с хозяином гостиницы, погрузились на корабль и отправились восвояси.

Глава 19. Совсем некстати!

Хрустальная Гавань землянами уже воспринималась если не как родной дом, то где-то близко к этому. Правда, встречать в этом «доме» их было некому. Просто потому, что население в Гавани отсутствовало как класс. Не считать же им тех гномов, что ударно трудились на вершине Семиглавой. Поэтому швартовали «Савраску» самостоятельно. А дальше? Дальше пути-дороги членов экипажа должны были разойтись. Валентин возвращался в своё Марьино, Георгий — в столицу, Иваныч ещё не определился, а Андрей и Александр со своими супругами решили осеть в Гавани.

- Здесь какое-никакое, а производство. Самое место для меня, - заявил Сашка.

- Ну а мне с Милией тем более нужно здесь оседать, - присоединилась к мужу Вика, - скоро сюда поедет народ и всю эту толпу нужно пасти.

Про Дашу с Андреем и говорить было нечего. Тем более, что им теперь строили роскошный особняк. Правда, пока что гномы управились только с фундаментом и начинали выводить цоколь. Но ведь и за этим присмотр нужен! Да и торговля скоро здесь заведётся. И как тут без Даши?

- Значит Андрей быть тебе тут градоначальником, - решил Иваныч, - строй здесь всё и всех равняй по мере сил своих.

На том и разбежались, каждый по своим делам. А спустя две недели прибыл небольшой корабль. На берег сошел хорошо одетый мужчина лет тридцати и два десятка людей одетых довольно бедно. Вильмина, не бросая слов на ветер, прислала своего брата Толянира вместе с работниками. Тот сразу сообщил, что послан своим отцом для устройства фактории. А прибывшие с ним люди — это гальруды. Они будут работать грузчиками, а заодно построят здание фактории.

- Слушай сюда! - Иваныч решил сразу взнуздать Толянира, дабы потом не иметь лишних проблем.

- Всей торговлей здесь занимается Её Светлость Дарья. Именно она будет выставлять наши товары тебе на продажу и заказывать то, что необходимо привозить. С ней же разберёшься по деньгам. Далее. Правит городом Его Светлость Андрей. Все его требования обязательно выполняй. В случае непослушания, тобой займётся Её Светлость Виктория или её помощница Милия. Но тебе же лучше вообще с ними никаких дел не иметь. Провинишься, пожалеешь что жив остался. Даже я боюсь представить, какая судьба ожидает провинившегося перед ними. Теперь по твоим работникам. Они кто? Рабы?

- Так и есть Ваше Величество! - быстро же однако купеческий сынок догадался, с кем разговаривает, видимо Вильмина дала ему приметы своих эльфийских компаньонов.

- Про рабов забудь. Всякий, ступивший на землю Русского Леса обретает свободу. А потому, прямо сейчас объявляешь их вольными людьми и приступаешь к делам. Или садишься на корабль и возвращаешься восвояси. А они в любом случае остаются здесь.

На кислую рожу Толянира смотреть было забавно. Но перечить он не стал. Понять его было не трудно. Наконец то отец поручил ему заняться важным и прибыльным делом. Загубить дело в самом начале лишь потому, что тут такие порядки? Да отец его вместе с исподним сожрёт и поручит дело другому сыну! А если подумать: куда это отребье денется? Сбежать с Тёмной Земли у них не выйдет. В эльфийском лесу они долго не проживут. В общем, ничего он не теряет. И потому, немного подумав, дал согласие на освобождение рабов. После чего был отпущен и занялся разгрузкой корабля.

- Андрей, Ты всё слышал. Хрустальная Гавань — твоя забота. Ты здесь и царь, и бог, и воинский начальник. Виктория с Александром тебе в помощь. Начинай обустраивать город.

- Понять бы ещё, с чего начинать. У самого тут ни кола, ни двора…

- Не прибедняйся. Вон тебе какие хоромы строят. Нам только мечтать о таких. А начни вот с простого. Когда эти ребята управятся с разгрузкой и погрузкой, на другом берегу западной речки выдели им участки под заселение. Соток по тридцать каждому. Размах торговли у нас не такой, чтобы постоянно у причала торчать. Пусть строят себе дома. Только смотри, трущобы разводить не смей! Приличные дома, сад, огород… В общем, ты понял. И не позволяй гадить где попало.

- Он в одиночку не проследит за всем, - заметила Вика, - нужна хоть какая полиция.

- Так в чём дело? Пишите письмо нашему барону, чтобы подобрал десяток людей, годных для такой службы. Андрей, это ты должен сделать. И пусть городская стража тебе подчиняется.

- А ещё таможня нужна, - заявила Даша.

- Тоже самое! Садишься, пишешь письмо своей деловой партнёрше и совместно решаете этот вопрос. И чтобы не повторять: вы все здесь начальники. Каждый отвечает за своё дело. Все свои вопросы решать будете сами! Ко мне только с общими вопросами подходите.

Вроде зашевелились соратники. И правильно, не получится всё решать одному. Тем временем Толянир углядел строящийся на Семиглавой особняк. Долго о чём то раздумывал, а потом собрался духом и подошёл к Даше. Его интересовала цена строительства. Почем кирпич и известь? Сколько берут за свою работу гномы? Даша не растерялась и озвучила цены, исходя из своих соображений. После чего Толянир ей заявил, что нет смысла ему здесь торчать. Объем торговли небольшой. А как известно за всём лучше проследить самому, поэтому строительство здания фактории он сейчас затевать не станет. Зато потом выстроит такое, чтобы все понимали: здесь ведут дела не мелкие купчики, а солидные негоцианты. После чего, закончив выгрузку привезённого товара, погрузив местный товар и получив расчёт гномьими векселями, покинул Гавань.

Через неделю прибыл другой корабль. И на этот раз кроме заказаных товаров он привёз новых работников-гальрудов. Вместе с ними на берег спустился родной дядя Вильмины с её рекомендательным письмом. В общем, жена барона плотно взялась за претворение своих хотелок. Дядя Веранир прибыл для обустройства и управления её личной вотчиной.

- Племянница рассудила, что в этом году не следует везти сюда землепашцев. Место не подготовлено, если хвататься за пахоту и строить жильё одновременно, то толку будет совсем немного. Потому я и привез пару десятков гальрудов.

Судя по всему, с племянником дядя уже пересёкся и нужные сведения получил. Во всяком случае он отрицал, что гальруды являются рабами. Ну что же, приятно иметь дело с понимающими людьми. На следующий день Иваныч вместе с прибывшими двинулся в сторону Марьино. Добравшись до него, двинулись дальше. Там к ним присоединился Валентин, которого Иваныч представил как своего наместника на Побережье.

Границы вотчины определялись по карте, но осмотреть выделяемые земли следовало лично. Веранир результатами осмотра остался доволен. Место для резиденции будущей боярыни выбрал сам и приступил к обустройству. А заодно и просветил насчёт текущих планов. В этом году он завезет ещё пару десятков работников. А с начала следующей навигации сюда прибудут и землепашцы, и кандидаты в дворяне. Последних будет ровно десяток.

- К сожалению, это не рыцари. Они служили копейщиками в пешей рати.

Ну что же, хоть что-то. Главное — приучены владеть оружием. А посадить их на коня можно и позже. Тем более, что прибудут они с семьями. Значит со временем принять на службу можно и их сыновей.

- Кроме того, через два года нужно будет обустраивать вотчину моей внучатой племяннице…

- То есть, всё это растянется на десять лет?

- Если племянница новых детей не родит.

В принципе, Иваныча подобные темпы устраивали. Селить всх разом явно не стоило. А постепенно, год за годом, намного проще. Да и по деньгам подъёмно. А Валентина волновала иная забота — гальруды. Насчёт них он и толковал с управляющим. Тот объяснил, что они тоже будут жить в этих землях. Им даже привезут сюда жён.

И тут пришлось узнать о ещё одной примете местной жизни. В отличии от купленных на рабском рынке рабов, гальруды родились в землях своих хозяев и им позволено иметь семью. Мужчины в основном заняты той работой, которую с них требует хозяин. А вот дочери гальрудов работают либо прислугой в домах свободных людей, либо в борделях. Впрочем, судьба прислужниц мало чем отличается от судьбы шлюх. У самих гальрудов подобное не считается позорным. Отработав пять лет в борделе, «девушка» получает разрешение на замужество. При этом, ведёт себя как приличная супруга. А на освободившееся место, приходит другая девушка. С вербовкой девушек проблем нет. Любая согласится быть супругой вольного человека.

А Валентин всё не мог успокоиться. Но приставать начал именно к Иванычу. Ему тоже захотелось иметь своих работников.

- Смотри сам, все эти твои боярские вотчины да дворянские поместья расположены ближе к предгорьям. Берег моря совсем им не интересен.

- Хочешь рыбу ловить?

- Рыба — это хорошо, кстати и про морского зверя нужно узнать. Но я о другом.

В голове Валентина родились воистину наполеоновские планы. Во-первых, он решил наладить добычу соли. Во-вторых, производство бумаги из камыша. В-третьих, устроить селитрянные ямы…

- На порох замахнулся?

- На него. Хотя… Понимаешь, в наших условиях, если тратить селитру на порох, то мы лишаем поля азотных удобрений…

- Сейчас нам порох важнее. Что ещё?

А ещё Валентин выдал такой перечень дел, что голова кругом пошла. Так ведь и у Марии имелись свои планы. В частности — конный завод. Пришлось притормозить полёт фантазии и напомнить о том, что даже если они не бессмертны, то в любом случае долгоживущие. Что спешить и хвататься за всё сразу не стоит. Лучше как в анекдоте: «Мы медленно спускаемся с горы...».

Так и шли день за днём. Они перемещались по едва угадываемой старой дороге и осматривали то, что осталось от старых поселений. По мнению Веронира, ничего выдумывать не стоит и селить людей нужно там, где они и раньше жили. Всё было хорошо и чудесно и Иваныч уже подумывал о том, что поездку пора заканчивать и возвращаться к жёнам и детям, по которым он успел соскучиться. Только жизнь распорядилась по-своему. Только что впереди никого не было, а в следующий миг путь им преградили трое эльфов. И это были никто иные, как Ларг собственной персоной и оба сына Ориса.

Слезли с коней, поздоровались. Веронир с помощниками на всякий случай отошли подальше, резонно решив, что мешать разговору лучше не стоит. А разговор получился непростой. Великая нужда погнала Ларга в Темные Земли.

Всё началось прошедшей зимой. Впервые дубовики не стали покидать своё стойбище и остались на зиму жить в недавно построенном остроге, в твёрдой уверенности, что на этот раз вольные егеря не придут. И они действительно не пришли. Зато явились орки. Немного, всего дюжина. Их конечно заметили вовремя и приветили стрелами. Орки не стали упорствовать и убрались туда, откуда пришли. Жизнь снова пошла своим чередом. Оставшаяся часть зимы прошла спокойно и даже с выгодой. Дубовики вволю хозяйничали в угодьях откочевавших в Загрос соседей. Весна тоже прошла как обычно. А вот летом пришло беспокойство. Одна из невесток Ларга временами видела вещие сны. Редко конечно. Всего четыре раза за всё время. Но увиденное в таких снах всегда сбывалось и потому родовичи серьёзно к ним относились. Этим летом Ари увидела пятый по счёту вещий сон. Ей приснилось, как по зимниму лесу в направлении острога дубовиков идёт почти сотня орков.

Выслушав провидицу, Ларг решил созвать Общий Круг. Всех мужчин и женщин рода, обладающих правом Слова. Следовало решить: уходить зимой к Загросу или остаться на месте? Вопрос непростой. Семь мужчин даже при поддержке женщин и подростков не сумеют одолеть сотню орков. Тут и стены острога не спасут. Более того, приходившие зимой орки видели их острог и поняли, что здесь есть что грабить.

Сидели, решали и к единому мнению долго не могли прийти. С одной стороны, лучше не дразнить судьбу и убраться с пути орочьего войска. С другой стороны — Древо. Орки прекрасно знают, что это такое. И постараются уничтожить его. Им это будет нетрудно, ибо Древо представляло собою маленький росток и сила его была мизерна. Ни себя, ни хозяев оно защитить не сможет. А терять его не хочется. Значит оставаться и принимать бой? Споры продолжались долго. Ларг, имеющий право Последнего Слова про себя уже всё решил, но не спешил озвучивать своё решение. Родичи конечно поступят по его слову, но он никогда не злоупотреблял этим правом. Бывали случаи, когда у каждого было чисто своё мнение, не совпадающее с мнениями прочих. Ну и что? Старейшина в таких случаях наводящими вопросами постепенно подводил собравшихся к тому решению, которое ему больше нравилось. И в итоге, в нужный момент он намекнул на то, что за спиной дубовиков не только бегства от опасности, но и победы. Конечно, смешные это были победы. Первый раз отбились, потому что рядом гномы оказались. Второй и третий раз благодаря звёздным эльфам. Четвёртый раз отбились самостоятельно, но и врагов было немного. А как теперь?

Так была вброшена мысль о союзе. Но это вызвало новые споры. Уж своих соплеменников дубовики знали как облупленных. Не в обычае схидников принимать бой, если их к этому не принудить. Обычным делом было бегство от опасности. Конечно, если собрать вместе всех эльфов Восходных лесов, то врагу не поздоровится. Но в том то и дело, что объединяться против общей беды, они давным-давно разучились. Не станут соседи помогать дубовикам! Разве что род Ивы. Но много ли он выставит воинов? Этого всё-равно не хватит. Хотя, если согласятся помочь звёздные эльфы, то тогда не только Орис, но и ольховики с еловиками согласятся прийти на помощь. Но вместе это будет двадцать два воина. А против них сотня орков! И опять споры. Но Ларг сумел подвести собрание к общему мнению: пока есть время, звать на помощь звездных эльфов!

А дальше, был одиночный поход на Пихтовый полуостров к стойбищу Ориса. Был разговор с Орисом. Тот не рвался в бой. Что ему до дубовиков? Однако заявил, что если зять и его сородичи согласятся прийти на помощь, то и род Ивы пойдёт вместе с ним. После чего, приказал сыновьям переправить гостя через пролив и сопроводить его до жилища Василия. Лодка у них была и пролив был благополучно преодолён. Дальше было путешествие вдоль горного хребта и счастливая встреча старых знакомых.

- Такие вопросы должен решать Эльфийский Совет, - ответил Иваныч после того как выслушал Ларга. Нам нужно вернуться в Хрустальную Гавань и собрать Совет. Будет неплохо, если вы пройдёте с нами.

На самом деле Иваныч уже принял решение. Всё дело было в гномах. Они ему были очень нужны. Это подразумевает отсутствие препятствий для торговых караванов. Если смотреть на карту, то от Авахаирских гор, где и расположено Подгорное царство, попасть в Тёмные Земли можно тремя путями. Первый путь — через людские державы до портов Северной Марки достаточно освоен. Но он длинный, и на пути караванов множество таможен. И везде нужно платить подати. Второй путь — водный, а потому удобный. Проходит он тоже через людские державы, зато большая часть пути идет по Мирийону до впадения его в Море Тьмы. Таможен здесь меньше, но выход в море контролируют орки, а потому для Русского Леса пока что недоступен. Третий путь пока что не существует, ибо пройти он может через Восходные леса. Ту торговлишку, что идёт у Ларга, в расчет можно не брать Сквозного пути считай что нет. Но он может появиться, если в Восходных лесах возникнет ещё одна эльфийская держава. И всё это накроется медным тазом, если и там на пути станут орки. Их в отличии от людей, эльфы не интересуют. А потому они их просто уничтожат и превратятся Восходные леса в сплошную Орочью тайгу. И Орис со своим Приморским Лесом разделит судьбу остальных схидников. Так что идти на помощь нужно. Сможет ли исправить положение к лучшему та горстка землян, которая сама ещё некрепко стоит на ногах? Нет, не сможет! Но выход всё-равно есть. Жаль, что в его распоряжении отсутствуют те воины, которых обещал навербовать Ларусан. Но у него есть гномы. И если их получится уговорить, то оркам не поздоровится.

Есть ещё одно соображение. Иверион вовсе не благостен. Русскому Лесу наверняка придётся бороться за своё существование. Но без союзников этого не сделать. Схидники могут стать союзниками. Но просто так союзничать никто не станет. Чтобы тебе помогли, придётся помогать самому. А значит, нужно идти на войну.

Наконец добрались до Гавани и как раз в тот момент, когда к причалу подходил очередной «торговец». И конечно же его встречали. Так что своих собирать не пришлось, все были на причале. Гостей приняли в той времянке, в которой поселилась Даша с Андреем. Эльфийский Совет, пусть и не в полном составе собрался. Но сперва проявили должное вежество. Гостей накормили и разместили на отдых. После чего Милию отправили в столицу, чтобы она вызвала оттуда Георгия.

Утром Ларг изложил Совету своё дело. А потом земляне начали своё совещание, на котором Иваныч озвучил свои соображения. Что удивительно, никто не стал с ним спорить. Даже женщины согласились с тем, что на войну идти нужно. Вопрос в ином: какими силами? Пятеро эльфов — смешная сила. В итоге, пригласили Вольнодума с прочими набольшими. Те явились не скоро ибо их плавильные печи и жильё располагались довольно далеко от Гавани. И снова совещание. Гномы внимательно выслушали то, что им сказал вожак эльфов. Ответ дали не сразу. Сперва заговорили о своих проблемах. Возможная драка с орками их не смущала. Ибо это были старинные враги гномьего племени. Но как быть с производством? Останавливать его нежелательно. Ведь буквально на прошлой неделе удалось наладить производство стеклянной посуды.

- Некстати всё это, торговля смешная получается, больше покупаем чем продаём.

- Точно, прервём работу, о достатке придётся забыть.

- Нельзя мастеров срывать на войну!

Складывалось впечатление, что гномы решили отказаться от участия в походе. Но нет, не хотят отказываться. Просто прикидывают, кого без ущерб для дела можно отправить на войну. Понимают, что если Восходный лес станет Орочьим, то под ударом окажутся их родные Авахаирские горы.

- Как ни крути, но уйти в поход могут только занятые на строительстве дворца нашей поручительницы.

Ну вот и определились. Пять эльфов и двадцать гномов. Это уже что-то! Дальше следовало готовиться к походу. Георгия решили не ждать, а сразу отправиться готовить «Аврору» к походу. Ему, когда доберётся до Гавани, всё объяснят женщины. Утром следующего дня, взяв оружие, нужный инструмент и припасы, четверо землян и три схидника отправились к месту стоянки корабля. Неделю спустя, вслед им отправились гномы. А дальше, когда их наконец догнал Георгий, их невеликое войско отправилось морем к стойбищу Ориса. Там пришлось задержаться на некоторое время. Ибо Орис отправился к ольховикам и еловикам, чтобы и их привлечь к общему делу. Пришлось ещё подождать. Но наконец и тех привёл с собою Орис. Теперь можно было и к дубовикам идти. То, что много времени потратили на ожидания и уговоры, Иваныча ничуть не беспокоило. Раньше зимы орки со своих болот в эти леса не сунутся. А впереди ещё осень. Времени для подготовки достойной встречи врагов им хватит. Тем более, кое-какие мысли на этот счёт уже появились.

Путь до острога дубовиков тяжёлым не был и прошли его за десять дней. Дубовики как и прочие схидники привыкли жить в состоянии постоянной настороженности, легко обнаружили их отряд за два перехода от конечной цели. Да и трудно не обнаружить шумный по эльфийским меркам отряд. Гномы тихо ходить по лесу не умеют. А если учесть их привычку подбадривать себя громким пением? Иваныч пока что на этот счёт не волновался, зато идущие с ними схидники заметно нервничали и с облегчённо выдохнули, когда дошли до стен Ларговой фортеции.

Несмотря на малый размер острога, его укрепления впечатляли. Сразу было видно, что тут трудились гномы.

Глава 20. Удача сопутствует подготовленным!

Хотя боевая биография Иваныча и была невелика, а самому организовывать бой тему на Земле не приходилось, но усвоенные в училище и в академии теоретические знания, в голове остались. А теория гласила: не отдавай всё на волю случая. Навязывай врагу свою волю! Именно так он и собирался вести войну. И когда старейшины родов собрались на совет, он не позволил устраивать из него пустую говорильню. Как и положено, он начал с изучения местности.

- Есть ли на пути к острогу место, достаточно протяжённое и узкое, которое враг не сможет миновать?

Этот вопрос сразу настроил старейшин на деловой лад. Свои леса они прекрасно изучили и такое место нашлось в трех переходах от поселения дубовиков. После чего совещаться стало не о чем. Требовалась самая обычная рекогносцировка. Вот на неё и отправились. А заодно наладили службу разведки, охранения и оповещения. Она была создана буквально в течении дня. Это было несложно. Семь разведывательных партий формировали из молодых дубовиков. Два подростка не достигшие возраста мужчины и два пацана на посылках. Вот и весь состав каждой партии. Привыкшие к лесной жизни и постоянным перекочёвкам юнцы, прекрасно умели скрытно и бесшумно ходить по лесу, выслеживать добычу, метко стрелять из лука и прекрасно ориентировались на местности. Вот их и отправили в первый поиск.

На рекогносцировку Иваныч взял с собой Творилу, который стал командиром отряда гномов. Вместе с проводником, они дошли до указанной узости.

Ларг правильно понял Иваныча. Узость представляла собой глубокую впадину, по дну которой тёк ручей. Больше, чем по трое в ряд здесь не пройдёшь. Но вот склоны слишком пологие.

- Творила, твоим гномам нужно увеличить крутизну склонов. На всю высоту не надо, но на полтора моих роста наверное будет достаточно.

- Хоть на два! Я правильно понял, что орки не должны карабкаться по этим склонам?

Сама впадина была достаточно глубокой и длинной. Место это действительно прекрасно подходило для засады. Если по верхнему обрезу склонов установить что-то похожее на щиты-павезы, то эльфы смогут безнаказанно растреливать врага их луков. Творила и это одобрил, но по его мысли, изготовить павезы могут и эльфы. Корзины плести они умеют, сплетут и щиты.

Кстати, насчет щитов и доспехов. Они имелись только у гномов. А значит, если дело дойдёт до рукопашной, то рассчитывать следует только на них. Но лучше до рукопашной дела не доводить. Гномов не так уж и много. Орки вполне могут задавить их числом. Творила и тут был согласен:

- Не в обиду тебе скажу, уважаемый Василий, но из эльфов бойцы никакие. Только стрелять и убегать. Да и оружие у них дрянь.

Насчёт оружия верно. Лишь у Ориса с сыновьями, да у дубовиков имелось железное оружие. У ольховиков с еловиками сплошной Каменный век. А ведь у орков могут и доспехи иметься, не говоря уже про щиты.

- Тут нужно нанести им большой урон ещё до рукопашной, продолжал рассуждать Творила, - стрелами одними тут не обойтись. У меня вот какая мысль: водой их смыть!

Видя недоумение в глазах Иваныча, гном подробно изложил свою мысль. Если в нужном месте построить запруду, то образуется нормальное такое озеро. Запруду построить не сплошную, а с поворотным затвором, с помощью которого можно спустить на орков накопленную воду.

Идея Иванычу понравилась. При перепаде высот в десять метров, вода хлынет так, что мало не покажется. Вот только реально ли подобное сотворить? Творила уверял, что их умения хватит на подобный фокус. Да и со сроками полный порядок. И как водится у гномов, не стал откладывать дело в долгий ящик. Через неделю работа закипела.

Ну что же, хорошо когда подчинённые способны без подсказок от начальников делать своё дело. За результат можно не волноваться. Гномам с раннего детства прививают старательность и аккуратность в работе. Стоять у них над душой явно не стоит. Зато эльфам придётся уделить много внимания. Какими бы чудесными лесовиками они не были, но работой разведки он был недоволен. Когда начали приходить гонцы от разведывательных партий, то из их докладов мало что можно было понять. Пришлось отправлять вместе с ними своих. Делу это помогло. Свои хотя бы писать умели и теперь гонцы регулярно приносили депеши с собранными сведениями, а назад уносили листочки с новыми вопросами. Увы! Земляне тоже мало что понимали в ремесле разведчика и потому приходилось направлять их действия. Но худо или бедно, а система начала работать. Постепенно на карту ложились новые значки. И оказалось, что дела их не так плохи. Во время орочьего набега, было сожжено и разграблено много хуторов у южного края Восходных лесов. Но два десятка хуторов, примыкающих к Приморскому хребту каким то образом сумели отбиться. Разведчики докладывали о строительстве острогов вокруг людского жилья и о конных стрелках с копейщиками, патрулирующих округу. Так что вторжение через эти поселения исключены. Ближе к Складону тоже есть уцелевшие хутора. И там люди озаботились строительством укреплений. Остаётся уасток шириной вёрст двести, где орки могут войти в лес, не встретив сопротивления со стороны людей. Дальше — эльфийские стойбища. Тамошних обитателей уже оповестили о том, что случится зимой. Результат? Ни один род не выразил желания участвовать в этой войне. Предпочли по-старинке откочевать к Загросу.

Идиоты! Зла на них не хватает! Они хоть понимают, что если орков как следует не проучить, то со временем и бежать будет некуда? Но это ладно. Будет победа, Ларг хорошенько помародёрничает в их владениях. Иванычу уже доносили о том, что дубовики заслали в те места иных лазутчиков, чья задача высмотреть места тайных ухоронок. А что? Пропажу добра можно будет смело списывать на проклятых орков! Кто это проверит?

Ларг конечно та ещё скотина, но в данном случае он всё делает правильно. Уговорами склонить соседей к союзу не вышло. Силой принудить не выйдет. Значит пусть нужда заставит идти их на поклон к нему! Жестоко? Но иного способа остаться народом у схидников нет! Кстати, осёдлый год пошёл дубовикам на пользу. Во-первых, лет через пять подрастут подростки и в роду будет на десять мужчин больше. Во-вторых, во время бегства эльфам не до любви. А у дубовиков, проживших год в спокойствии, уже три женщины в положении. По здешним меркам, его род станет настолько сильным и многочисленным, что сможет начать расселяться и дальше, занимая опустевшие ранее земли.

К прочим союзникам имеется немало вопросов. Ларг пока что ведёт себя прилично и если в чём и перечит, то строго по делу. С Орисом тоже нет проблем. Тесть дорожит родством с Русским лесом и понимает, кому он обязан нынешним почётом. Зато Лаур и Марис частенько своевольничают, подчёркивая при этом, что они такие же старейшины, как и прочие, а потому вольны поступать как считают нужным.

«Ну ничего, дайте срок и вас вылечим от излишней самоуверенности. Будете ребятки ловить каждое слово, изречённое тестем, выслушивать со всей почтительностью».

А возражать они уже начали. Особенно когда Иваныч решил разделить эльфийские силы на два отряда. Первый отряд — дубовики и ольховики под командой Ларга. Прочие образуют второй отряд, которым командовать будет он сам. Ох как возражали эти ребята! Видите ли, быть у кого то в подчинении, это урон родовой чести! Но тут прорезался голос у Ориса:

- Я вас позвал в поход, я могу и отказаться от вашей помощи. Возвращайтесь домой! Мы и без вас управимся с орками. Вся добыча будет тому, кто пойдёт в бой.

- Да какая там с орков добыча? - начал было Лаур.

- Какая ни есть, но вся наша! - отрезал Орис.

А потом с Лауром и Марисом о чём то поговорил Ларг. После чего они заткнулись и преисполнились энтузиазма. Скорее всего, он им намекнул, что добыча ожидается не только с орков. Всё понятно! Решил привлечь их к предстоящей мародёрке! Пришлось отвести его в сторону и без свидетелей объяснить, что тестю с этого тоже доля должна причитаться. Без особой охоты Ларг с этим согласился.

Склоки и непонимания возникали и дальше, но всё это преодолели. Подготовка к войне была закончена вовремя. И тут выдал фокус уже Ларг. Он не просто так засылал к соседям соглядатаев и потому вовремя узнал о том, что соседушки навострили лыжи раньше обычного и уже покинули свои стойбища. И моментом войско Иваныча ополовинилось. Союзнички времени терять не стали и покинутые стойбища подверглись опустошительному набегу. На этот раз эльфийскому. Всё произошло настолько быстро, что ничего исправить было нельзя. Даже всегда сдержанный тесть поддался соблазну. И не только он. В набег ушли не только мужчины. В остроге дубовиков остались лишь малые дети. Прочее население рвануло за добычей.

Пришлось пережить немало беспокойных дней. Разведка пока что ничего не обнаружила, но орки могут появиться в любой момент. А на позициях остались одни гномы! Но бог миловал. И орки ещё не появились, и союзнички начали возвращаться из набега, нагруженные добычей. Чего они только не тащили! Мешки с озёрным жемчугом, корзины с «драконьим зубом», связки ценных мехов, круги воска, целые бухты верёвок из крапивы, выделанные кожи…

- Оно этого стоило? - Иваныч не скрывал своей злости, задавая этот вопрос Ларгу.

- Василий, ты должен понять меня. У орков чуткий нюх и они наверняка посетят эти стойбища. Искать спрятанное они всегда умели. Так говорят наши предания. И они всё это обязательно найдут. Кроме того, добыча сейчас в моей крепости. А потому, ни Орис, ни Лаур, ни Марис теперь нас не покинут. Теперь они будут воевать за сохранение своей доли.

Вот стервец! Как ни крути, но он рождён быть правителем. Это же надо придумать такой действенный стимул!

Когда добыча была спрятана в остроге и конечно же подсчитана, союзники начали готовиться к бою. На этот раз проблем с дисциплиной не возникло. Каждый понимал свою пользу. И как по заказу начали приходить первые гонцы с депешами. Орки вышли на тропу войны. Судя по донесениям, они вышли малыми ватажками, а не единым отрядом. Ватажки эти оказывается шли не воевать, а безнаказанно грабить. Рванули они туда, где совсем недавно похозяйничала Ларгова орда. И конечно же всё там тщательно перерыли и раскопали, но ничего не нашли. Пройдоха Ларг оказался прав. И к тому же теперь смело может уверять, что всё украли орки. Тем временем, оставшиеся без добычи орки начали сбиваться в кучу. А после долгих споров и ругани рванули туда, где им давно готовилась встреча. Разведчики наконец то смогли их пересчитать. Провидица ошиблась. Вместо сотни, на них шло семнадцать десятков врагов. Ошиблась не только Ари. Василий Иванович тоже дал маху. Он ведь исходил из того, что орками командует один командир. На деле же, это было сборище мелких банд, чьи вожаки не желали никому подчиняться. Это стало понятно после доклада разведчиков о том, что орки недолго шли вместе. После долгих препирательств они опять разделились. Часть банд действительно шла в подготовленную для них ловушку. Зато другие банды взяли несколько восточней и могли зайти в тыл отряда Ларга. И тогда Иваныч прикзл разведчикам заманивать всю эту ораву в нужное ему место. Это сделать было не очень трудно, ибо эльфийские наворопники уже обнаружили себя. Следы лыж на снегу скрывать не было времени и орки уже знли о том, что эльфы где то рядом. Но чтобы их заманивать в ловушку, одних следов было мало. И наворопники вступили в схватку, дразня врага стрельбой из засад. Больших потерь нанести этой самой стрельбой не вышло. Слабые детские луки подростков мало что могли поделать с одоспешенным врагом. Хорошие луки были лишь у землян. Но каков был ущерб от этой стрельбы, можно было только гадать. Тому же, игры в одни ворота не вышло. У орков тоже луки со стрелами были и стрелять из них они умели. Пошли первые потери. Пока то ранеными. Которые постепенно уходили к основному отряду.

Но толк от таких перестрелок был. Обозлённый враг начал охоту на неуловимых пока что стрелков. И теперь орки шли облавным порядком, стремясь охватить разведчиков с флангов, окружить и перебить. Поэтому чаще приходилось убегать, а не стрелять. Одно спасало. Разведчики передвигались на лыжах, а орки шли по глубокому снегу, временами проваливаясь аж по пояс. Но выносливости и упорства у враг было с избытком и потому отрываться от погони удавалось с трудом. Дуга преследователей становилась всё короче, Пару раз врагам удалось сблизиться настолько близко, что дело закончилось рукопашной. Именно тогда, прикрывая отход подростков Сашка получил удар копья, после которого левая рука перестала действовать. Досталось и Валентину. Его вообще притащили в лагерь на самодельной волокуше. Минус два бойца.

Что хорошо, так это предусмотрительность Ларга. И отдельное «спасибо» его женщинам, которые не прятались в остроге, а присутствовали в лагере. Не все конечно, а столько, сколько и требовалось для дела. Травницами и лекарками они были неплохими. Дубовики ещё и этим славились. Раненые сразу попадали в их заботливые и умелые руки. Организм эльфа так устроен, что можно обойтись и без лекарств. Регенерируются любые изношенные или повреждённые органы, кроме мозга. Но своевременная медицинская помощь тоже лишней не будет.

А враг постепенно подходил всё ближе и ближе. Не доходя трёхсот шагов до узости, орки в нерешительности остановились и начали о чём то спорить. Следы от лыж они ясно видели. Понятно, что беглецы шли вдоль текущего по дну впадины ручья. Но лезть туда орки не спешили, подозревая неприятные сюрпризы. После громких споров, едва не переходящих в ссору, восемь орков приняли влево и попытались пройти по водоразделу. Досадно конечно, но придётся обнаружить своё присутствие. Иваныч быстро переместился со своим отрядом навстречу вражеским разведчикам. И когда расстояние до них сократилось до двухсот шагов, дал команду:

- Бей!

Десять стрел разом сорвалось с луков. Но орки оказались далеко не просты. Успели вскинуть щиты и не потерять ни одного из своих. Упираться, идти в атаку под обстрелом они не стали. Сбившись в кучу и закрывшись щитами они медленно отходили к своим. Смысла в стрельбе больше не было и она прекратилась без всякой команды. Спустя час, точно такой же манёвр был произведён против отряда Ларга. С тем же результатом. Ларг тоже не стал преследовать отходящих.

Хреново! Противник оказался не дураком и не только не полез в ловушку, но и без потерь вскрыл их позиции. Правда, плотина, построенная гномами ему не видна. А значит есть шанс переиграть орков. Вот только вряд ли они будут бездействовать.

- Скорее всего они дождутся темноты и атакуют по водоразделу либо один из отрядов, либо оба сразу. Я бы на их месте именно так и поступил. Поэтому, ждем вечера. Пока окончательно не стемнеет, они с места не тронутся. Нам нужно их опередить и нанести удар первыми.

Собранные у плотины командиры внимательно слушали Иваныча. А то перешел к отдаче приказа.

- Творила! По моему сигналу сливаешь воду.

Творила, как автор прежнего замысла постоянно дежурил у падающего затвора в теле плотины. Нужно сказать, что получившееся водохранилище очень впечатляло. Вода поднялась до верхнего бьефа и её излишек перетекал через две спускные канавки. Лишь бы затвор получилось уронить!

- Ларг! Как только в лагере орков возникнет кошмар, немедленно атакуешь их. Идёте вдоль края потока, бьёте всех, кто попадётся вам на пути. Гномы идут следом за эльфами. Добивают тех, кого пропустили эльфы и прикрывают их от возможной атаки орков. Всё то же самое касается и моего отряда.

Ну вот и всё, приказы отдал, всю возможную подготовку к ночному бою провели, осталось только ждать и не ошибиться со временем атаки. А орки тем временем развели костры и расположились вокруг них. Костры скорее всего будут гореть для отвода глаза. А сам враг постарается тихо подкрасться к ним в темноте.

Когда тьма только опустилась, а орочьи фигуры у костров еще мелькали, Иваныч подал Твориле условный сигнал. Сперва ничего не происходило. Потом раздался гул и по дну ложбины хлынул внушительный поток воды. Слух у орков был хороший и они мгновенно всполошились. Видно как они забегали, не понимая ещё того, то их ждёт. Вместо того, тобы податься в стороны, они сбились в кучу и ощетинились оружием, готовясь к бою с непонятной опасностью. Когда они наконец увидели несущийся на них поток воды, было уже поздно. Водяной вал, стремительно несущийся по уклону, врезался в их оцепеневшую от ужаса толпу.

- Пора! Трубите атаку!

Рёв охотничьего рога услышали все.

- Не спешим, идём шагом! Гномы, не отставайте!

Честно говоря, бежать проваливаясь по колено в снегу не стоило. Никто и не бежал. Шли, построившись в две шеренги. В первой шли эльфы, во второй — гномы. Спешить действительно не было смысла. Водохранилище ещё не скоро будет опустошено. Поток воды, вырвавшийся из ложбины, начал растекаться вширь, но пока еще охранял свою мощь. Вот так и шли по краю потока часа полтора, пока не услышали орочьи голоса.

- Внимание, идём на голоса!

Какие потери нанесла оркам рукотворная стихия, было непонятно, но судя по слышимым в тайге крикам, погибли не все. А вот и они!

- Стрелки, залп!

Засвистели эльфийские стрелы и трое орков упали на снег. Прочие, быстро опомнились и бросились в атаку, прямо на выставленные копья. Будь орки в полном вооружении и командуй ими толковый командир, могли и добиться успеха. Но ничего этого в данный момент не было. Многие из них лишились щитов и копий, когда выбирались из воды. А нападать на копейщиков с одними кинжалами, так себе затея. Одного из таких Иваныч и принял на свою охотничью рогатину. Убил его или только сбил с ног, понять не удалось, ибо из-за спин эльфов на орков рванули гномы, сокрушая врага своими боевыми топорами. Долго орки не сопротивлялись. Как накатили, так и откатились. Поняв, что сопротивляться нет смысла, они бросились бежать.

На этом бой закончился и началось нечто, похожее на ночную охоту. Ночное зрение эльфов было ничуть не уже орочьего, а снежный покров, ранее выдававший эльфийские, теперь выдавал орочьи следы. А если учесть, что рассеянные орки, пытаясь собраться вместе, громко перекрикивались? Безопасной эта охота не стала. То тут, то там вспыхивали яростные схватки. Когда начало рассветать, бои происходили уже в десяти верстах от прежней позиции. Именно тогда Иваныч и получил свою рану. После чего, он вышел из боя и протрубил в рог сигнал сбора. Собирались долго, часа три. Куда за это время успели добежать уцелевшие от расправы враги, оставалось только гадать.

В рог пришлось трубить несколько раз, пока не собрались все.

Потери? Лёгкие ранения получили считай все эльфы. А с гномами было иначе. На их долю достались самые упорные и яростные противники и четверых подгорных воителей притащили в бессознательном состоянии.

- Творила, забирай своих и возвращайтесь в лагерь. Дальше вам делать нечего. Ларг, самых бодрых отправляй по следу орков. В драку не вступайте. Пусть посмотрят, куда они пойдут и что делать будут.

- Василий, нам нужно с мёртвых всё ценное снять, да и брошенное оружие собрать.

- Собирайте, но будьте осторожны. Мало ли ещё кто поблизости бродит.

В лагере раненые попали в заботливые руки лекарок. Пришло время подвести итоги боя. Много чего пошло не так, как рассчитывал, но в общем то грех жаловаться на судьбу. Ясно одно, орки впервые за долгое время сунулись в Восходные леса и сразу же получили по зубам. Придут ли они ещё раз? Пока неизвестно. Но главное свершилось. Эльфы, привыкшие убегать от врага, сегодня сами обратили его в бегство. Не потому, что лучше воевать научились, а потому что лучше к войне подготовились. Вот это и нужно им вдолбить в головы. В общем то конечная схватка выиграна благодаря гномам, но пусть схидники считают эту победу чисто своей. Сейчас это важно.

- Творила, иди сюда. Поговорить нужно.

- О чём?

- О трофейном оружии и доспехах.

- Если о них, то пусть твои соплеменники забирают себе. Ничего там даже приличного нет. Железо дрянь, сделано коряво. А нашим дикарям и такое сойдёт. Но плату с Ларга за всё сделанное нами мы всё-равно потребуем.

Через десять дней вернулся Ларг с остатками своего отряда.

- Эти больше не вернутся. Мы их до самого края леса проследили.

Пришло время подвести итоги. Из семнадцати десятков врагов, сложили свои головы восемьдесят семь орков. Свои потери и потерями грех считать. Ранены все без исключения, причём четверо гномов в тяжёлом состоянии. Но Верута уверяет, что к лету их вылечат. Имеются трофеи, ненужные ни гномам, ни землянам, но ценные для схидников. Помимо трофеев, есть добыа с чужих ухоронок. И именно за неё сейчас пойдёт спор. Вот и забота: не допустить ссоры.

Глава 21. Эльфийский вопрос

Когда снега начали таять, союзное войско приготовилось расходиться по домам. И это стало большим облегчением для дубовиков. Конечно, война им принесла прибыль, но и делиться добычей пришлось, и кормить такую ораву прожорливых мужчин. Хотя, чего жаловаться на жизнь? Род своей выгоды не упустил. Когда до острога добрался караван Долгодорога, Ларгу было что предложить на продажу. На этот раз могли предложить Долгодорогу больше обычного, но у того не было столько товара на обмен. Иваныч тогда смог выяснить: что же покупают у гномов дубовики? Оказалось, что основным привозимым товаром была соль. Помимо соли, гномы по предварительному заказу могли привезти крашеные ткани или кожу. Но последнее не часто. Зато с солью проворачивались крупные по местным меркам операции. Ларг не просто так выбирал время для торговли. Обычно он старался вернуться в стойбище в такое время, когда прочие роды схидников ещё только собирались в обратный путь. Продав Долгодорогу свой товар и создав запасы соли, он потом продавал эту соль по более дорогой цене вернувшимся из северных убежищ соплеменникам. Вот почему его род был самым богатым .

В этом году собирался поступить так же, внеся в привычную бизнес-схему некоторые изменения. Прежде всего он договорился с Долгодорогом о том, чтобы тот летом ещё раз пришёл со своим караваном. Он клятвенно уверял гнома, что сможет собрать достаточно товара для обмена. Уверенность в этом родилась не на пустом месте. Ведь дубовикам теперь не обязательно вести таёжный промысел. Вернувшиеся в свои родные места соседи внезапно обнаружат, что их кто-то ограбил. Кто именно? Конечно же орки! Тем более, что следы орочьего набега прекрасно сохранились. И понесут они всё добытое не кому нибудь, а роду Дуба. А уж Ларг со своей Верутой охулки на руку не положит. Но планы старейшины не ограничивались одной коммерцией. Этот год должен многое поменять в их жизни.

- Что подумают соседи, когда обнаружат разграбленные ухоронки? - вопрошала мужа верная супруга, - решат, что оставлять своё добро без присмотра не стоит. И вообще, стоит ли убегать от врагов, если в результате бегства лишишься всего?

- Хочешь сказать, что они начнут просить у нас защиту?

- А куда они денутся? Пусть не все сразу, но хотя бы часть их поймёт, что вся надежда у них на нас. Ведь мы смогли отбиться от врага и не потерять при этом никого.

- С помощью гномов и Василия.

- Ты прав, без них у нас ничего бы не вышло. Но ведь теперь мы тоже кое чего умеем!

Верута права. Они действительно многому научились у Василия и его эльфов. Если выйдет договориться с соседями о совместной обороне, то у него появится войско в полсотни мужчин. А с такими силами можно не только Василия о помощи не просить, но и даже к приморским родам гонцов не слать.

Правда Василий предостерегал от излишней самоуверенности. Враг ведь тоже учится. В том числе на своих поражениях. Следующая война может оказаться непохожей на предыдущую. Пусть так. Но и он не вчера с дерева слез. Оценивать полученный опыт умеет. Умеет слушать и делать выводы. И первый вывод: нельзя слишком часто просить о помощи. Тебе помогут, но и плату стребуют. Дело не в расплате своим достатком. Дело в том, что помогающий сильней тебя. Те три с половиной десятка воинов, что пришли вместе с Василием, это слишком много. Разговор на равных с таким раскладом не получится. Это сейчас пришельцам не до их лесов. Но так будет не всегда. И кем тогда станут дубовики? Мелкими подручными у сильных и богатых союзников? Впрочем, Ларг знал, что будет делать. Он будет менять жизнь всего своего рода. Раньше, когда приходилось ежегодно покидать стойбище, не было смысла вести оседлое хозяйство. Теперь будет иначе. Их женщины вскопают на полянах землю и станут выращивать овощи. А ещё они посадят фруктовые деревья. Раньше так не делали? Значит начнём делать! Разве их женщины разучились понимать растения? Они построят ульи и станут разводить пчёл, вместо того чтобы разорять дупла с дикими пчёлами. Это даст столько еды, что он сможет кормить приглашённых на службу гномов. А он их уже к зиме пригласит. Да не два десятка, а целых три! Конечно, гномы любят золото и серебро. Ну что же, он расплатится с ними самородками из родовой ухоронки. И не только ими. Старший сын Райк со своей семьёй готовится в путь. Там, на восточных склонах Приморского хребта хватает рек и речек. Гномы уверяют, что если на реке никто не хозяйничал, то она просто обязана быть золотоносной. Вот Райк с домочадцами своими и начнет мыть золото. Конечно, золотой песок дешевле самородков, но и он сгодится для оплаты.

А у Ориса в голове бродили иные мысли. Он хоть и считался простаком, но глупцом не был. Да и соплеменников своих изучил неплохо. И то что он увидел в эту зиму, ему не очень понравилось. Нет, он не считал, что зря сходили в поход. Все живы, никто не погиб, а раны… Что раны? Дело обычное. В схватке с лесным зверем и не такие приходится получать. А вот поползновения Ларга не понравились ни ему, ни Лауру, ни Марису. Ясно ведь, на что нацелился он. Хочет подмять под себя прежде вольные роды. И у него это получится! Только они, насельники Приморья этого не хотят. Жаль, что слишком их мало. Десяток воинов в трёх родах. При этом они напрямую граничат с Орочьими болотами. А ну как вздумают орки до них прогуляться? Им вдоль берега нетрудно пройти. Станет ли Ларг им помогать? Тут вся надежда на зятя. Тот конечно поможет. Но чем его помощь обернётся? Чтобы не было кривотолков, он взял и напрямую задал ему этот вопрос.

- Орис, можешь не сомневаться, я всегда приду к тебе на помощь, - ответил зять и начал раскладывать перед ним карту, - плату за помощь я с тебя возьму, ибо мне нужно кормить своё войско. Но в своих владениях ты останешься полноправным хозяином. Мне они не нужны. У меня своих земель хватает. А вот насчёт того, чем это обернётся для тебя, скажу просто: вам придётся менять свою жизнь, если хотите не исчезнуть с лица земли. Вот смотри, твоё стойбище расположено в хорошем месте. Две бухты, перешеек, удобный для обороны и море. Вы живёте лесом. Но море даст вам не меньший достаток. Мы вас научили добывать соль и вы теперь не зависите от Ларга. Серг твой уже умеет работать с железом. До настоящего мастерства ему далеко, но со временем и оно придёт. Почему бы вам не строить корабли и не добывать морского зверя? Почему бы вам не вести с нами морскую торговлю? И не забывай, что у тебя есть Древо. Лет через десять ни орки, ни хумансы прорваться через его защиту не смогут. Зато ты сможешь защитить тех, кто попросит тебя о помощи.

Складно зять говорил, но сомнения никуда не делись. Ими он и поделился с супругой, когда вернулся домой.

- Зять прав, мы должны жить иначе, - не замедлила с ответом Нари, - у нас своя соль и своё железо, поэтому мы не нуждаемся в Ларге. Зато Лаур и Марис будут выбирать между тобой и Ларгом. Наше Древо на год старше Древа Ларга, а значит наш род теперь выше его рода. Не все согнутся под дубовиков. Будут и те, кто решит уйти к нам. Всё это так. Но самом главном Василий промолчал.

- О чём?

- О Крови. Нас слишком мало, чтобы стать великими. И я, и наша Лари сможем родить новых детей. Но детям нашим не найти ни женихов, ни невест из родных лесов. Только звёздные эльфы со временем могут поделиться с нами своей Кровью. Но их тоже слишком мало. Они заселяют свои владения гномами и хумансами. Но где эльфы?

- Их там больше нет. Ты думаешь, что наш зять поэтому промолчал?

- Он про это давно подумал. А если даже не подумал, то Ири ему скажет то же самое, что говорила нам. И он добудет для себя Свежую Кровь. Как он это сделает, я не знаю. Но он сделает. Для себя. А нам нужно договориться, чтобы он и с нами поделился. И тогда нас будет много, а дубовики не смогут сравняться с нами.

Нари была права. Василий действительно задумался о способах решения проклятого эльфийского вопроса. Не потому, что земляне страдали эльфийским высокомерием. Как раз нет. Они помнили, что когда то сами были людьми и потому ничто людское им было не чуждо. Просто в мире, где магия повседневна и не считается чудом, глупо было делать ставку на одни только технологии. К сожалению, их собственные способности в этом деле были невелики. На большее, чем простейшие действия, необходимые для элементарного выживания, они были не способны. Даже схидники их в этом превосходили. А со способностями западенцев и сравнивать нечего. У гномов и людей тоже имелись свои маги, но это были отдельные личности, которым требовались сложные ритуалы и редкие артефакты. Правда, была ещё доступная для всех без исключения Тёмная магия. Но с ней связываться было опасно. Землян про это сразу просветили ещё в годы ученичества. Тот, кто ею пользовался, довольно быстро губил не только себя, но и ближайшее окружение. Так что о пополнении эльфийской популяции земляне подумывали. Размножать её естественным путём никто им не запретит. Но их действительно слишком мало и со временем встанет проблема вырождения.

Но в момент возвращения Иваныча одолели вовсе не эти заботы. Открытие навигации заставило их вернуться к прерванным из-за некстати случившейся войны делам.

Валентин занялся своими делами в Марьино. Георгий отправился на берега Великого озера, в то место, которое они упорно называли столицей. Андрею и Александру нашлись дела в Гавани, а артель Творилы возобновили строительство Дворца Поручительницы. Иванычу, хоть он и соскучился по жёнам и детям, пришлось отложить встречу до зимы. Не до того было, Толянир начал завозить переселенцев. Глядя на привезённых людей, хотелось одновременно материться и плакать. Сплошная голытьба, не сумевшая добиться успеха у себя на родине! Это касалось как земледельцев, так и кандидатов в дворяне. Последние являли собой перестарков, давно вышедших в отставку, обременённых столь же немолодыми жёнами и целым выводком детей. К тому же, рыцарей среди них не было. Самая обычная пехота. Но не отправлять же их назад. Пусть будут такие. Главное, что их руки привычны к оружию, а дети со временем подрастут и встанут в строй.

И тут перед Иванычем встал вопрос: а какое войско ему требуется? В Тёмных Землях очень мало мест, где можно применить рыцарскую конницу. К тому же, Мария сообщила, что выводить и содержать настоящих дистрие в их климате не получится. Лошадки эти конечно могучие, но уж больно привередливые к условиям содержания.

- Нам больше подошли бы степные скакуны. Они конечно и в холке пониже, и силёнок в них меньше, зато выносливы и неприхотливы.

Пусть так. Но степняки в основном прославились как конные стрелки. А прибывшие «дворяне» в основном копьём владеют и наездники из них аховые. Может создать из них ездящую пехоту? А что? Драгуны на Земле именно таковыми и являлись. К полю боя добирались верхом, а потом спешивались и воевали на своих двоих. Их конечно учили и в сабельные атаки ходить, но ни гусары, ни уланы, ни кирасиры их кавалеристами не считали. Тот же Денис Давыдов, когда его поставили командовать драгунской бригадой, презрительно отозвался о новых подчинённых:

«Видели бы вы этих олухов на учении. При первом же аллюре половина с коней попадала!»

Ну что же, отцы может и будут падать, но сыновья и внуки, привыкнув держаться в седле, падать не станут. Но вообще, нужна ли ему кавалерия? Все возможные враги Русского Леса находятся за морем. Значит сейчас актуален флот. Решено! Про коней не забываем, но первым делом приучаем молодняк к веслу и парусу!

Кроме переселенцев, с Толяниром пришло и письмо от барона. В нём помимо положенных правилами приличия расшаркиваний, была и короткая деловая часть. В этом году барон собирался не только вотчину супруги заселить, но и начать обустраивать вотчину своей дочери. А потому, он решил и сам вложиться деньгами от имеющихся у него доходов. Последнее было очень кстати. Прошлогодняя выручка от разного рода продаж подошла к концу. Та доля добычи, которой скрепя сердце поделился «щедрый» Ларг была кстати. Шесть мешков жемчуга и две сотни беличьих шкурок где-нибудь на Юге стоили немало, но на Севере за них давали значительно меньше. По прикидкам Дарьи, это не более четырёх с половиною тысяч марок серебра. Впрочем, Толянир расплачивался в основном гномьими векселями. Которые тут же уходили на покупку всего необходимого. И это сильно расстраивало Дарью.

- Иваныч, дорогой ты мой, я вся в расстройствах. Твои недоделанные бояре и дворяне скоро пустят нас по миру. А впереди ещё лет пять подобной «коммерции». Может быть распечатаем кладовую свою?

Это она намекала на «проклятое серебро». Разговор этот был не для чужих ушей, ибо если не считать неразговорчивых гномов, то лишь Иваныч с Дашей знали о найденном кладе. После серьёзных раздумий, Иваныч готов был дать на это своё согласие, но Вольнодум, без которого не хотели принимать окончательное решение, протестовал.

- Жизнь этим годом не заканчивается и время для богатства наступит. Потерпите ещё год и мы это серебро продадим по пятикратной цене.

- Каким же образом? - изумилась Дарья.

- Я закончил опыты по изготовлению зеркал. Осенью мы их начнём делать. Это будут прекрасные зеркала. Такие даже в Подгорном царстве не умеют делать. Как раз на зеркала и пойдёт это серебро. Там много ещё чего будет нужно, но это мы добудем на месте, если только вы обеспечите нас работниками из хумансов.

Вот ещё расходы! Покупать придётся гальрудов. Ну нельзя таких ценных мастеров, какими являются гномы, обременять теми работами, с которыми справятся подсобники. Но везти нужно не просто работников. Работникам семьи нужны. Тут и с теми, кого ранее завезли возникли проблемы. Как и требовал Василий, портовые грузчики за зиму отстроились и теперь за рекой на западе Гавани возник целый квартал из приличных деревянных домов. Вот только все работники оказались холостыми. И Толянир решил эту проблему просто. Взял и купил на материке девочек тринадцати-четырнадцати лет, да завёз их в Гавань. Почему таких? Здесь так было от века заведено. Рождённые в рабстве девочки, когда подрастали, шли «работницами» в бордели или наложницами в зажиточные семьи. После пяти лет такой «работы» получали отставку и возможность выйти замуж. На смену им приводили других малолеток. Это было настолько привычным, что гальруды не считали подобное позором.

С завезёнными девочками вышло всё не так, как думал Иваныч. Они сразу попали в цепкие лапы местной госбезопасности в лице Виктории и примкнувшей к ней Милии. Пока Иваныч геройствовал в Восходных лесах, Виктория взялась промывать мозги гальрудам. Она вообще с некоторых пор сильно изменилась и трудно понять, в лучшую ли сторону. После переноса в Иверион, спутники Иваныча, которые на Земле «в душе своей верили», как то быстро окрепли в вере своей. Но Виктория, это особый случай. С ней что-то произошло во время зимовки у Ориса. Она уверовала ещё больше. До фанатизма дело пока что не дошло, но повышенная набожность была заметна.

Так вот зимой она плотно взялась за гальрудов. В итоге, на берегу реки Гальрудки была построена церквушка, а работники в полном составе приняли крещение. Крестив мужчин, она теперь взялась за девочек, сообщив им, что жить с мужчиной в одном доме, будучи невенчанной — позорный грех. А потому… В общем, внедрение «облико морале» шло полным ходом.

- Я из них сделаю настоящих русских людей, - обещала Вика своим соратникам, - они у меня и язык выучат, и грамоту освоят, и прежний свой позор искупят!

Слова у неё с делом не разошлись. Она уже напрягла свободных от работ в порту работников и те срочно строили женское общежитие с учебными классами. Никто из землян слова против не сказал. Христианизация и руссификация? Пусть будет так. Должна же Вика чем то заниматься. Пусть займется этим. Тем более, то зимой особо делать нечего. В холодную пору Русский Лес отрезан от внешнего мира и все контакты с ним прекращаются. Но значит ли это, что правящая верхушка должна бездельничать? Василий так не считал. С тем и подошёл к Виктории.

- Вика, как ты думаешь, насколько нас хватит?

- Ты о чём?

- Я о потомстве. Нас мало и наши дети очень быстро станут другдругу близкими родственниками. А потом — вырождение. Нам уже сейчас нужно про это думать. Схидники из Восходных лесов уже подошли к такой ситуации. Ни мы им, ни они нам в этом деле не помогут. Там уже за ваших незачатых ещё детей началась конкуренция. Но это вопрос одного лишь поколения.

- А западенцы?

- С ними ясности нет. Они ведь тех же схидников за соплеменников не считают. Могут и нами побрезговать.

- Ты ведь хочешь мне озвучить свой вариант?

Вариант был. И не один. Поход на войну принёс не только добычу, но и интересные сведения. Оказывается, что пока в тамошних лесах свирепствовали вольные егеря, схидники лишались ежегодно десятка своих соплеменников. Егеря ходили в свои рейды не только ради живого товара. Поиск и разграбление эльфийских ухоронок им тоже приносил прибыль. Но наиболее лакомой добычей были сами эльфы. Взять в плен не только взрослых, но и подростков у них обычно не получалось. Те предпочитали плену гибель. Но егерям и младенцы годились. По грубому подсчету, за пять веков такой охоты, в рабстве у людей и западных эльфов оказалось пять тысяч схидников.

- Сил у нас сейчас мало. Поэтому нужно действовать осторожно. Я хочу, чтобы ты завела на материке своих осведомителей, которые выяснят, где у кого и сколько рабов. Наверняка будут случаи с выморочным имуществом, когда можно будет купить этих несчастных и вывезти их к нам. Их будет немного, но это начало. На второй стадии, когда у тебя будет солидная база данных, можно и банкротство некоторым «товарищам» устроить с дальнейшей распродажей «имущества» по дешёвой цене.

- Иваныч, не забывай что я «следак» а не «опер». Не те навыки, не тот опыт.

- Вика, а других ментов у меня для тебя нет. Вся надежда на тебя. А опыт со временем появится.

Вторым вариантом было то, что предлагал ему Орис. Тот рассуждал просто: совершить морской поход к владениям западенцев, похитить младенцев и воспитать их у себя. Хреновая это затея. Судя по тому, что удалось узнать, в Гептархии свободно можно проникнуть только в портовые города, населенные в основном гальрудами. Эльфы обитают в лесах и рощах, которые сами по себе крепости и куда чужака не пустят Древа Жизни. На то, чтобы обойти подобную защиту, у них нет нужных знаний. А силой пройти не у всякого выйдет. Но даже в случае успеха их ничего хорошего не ждёт. Просто по их душу явится карательная экспедиция. Которой нечем оказать сопротивление.

Третий вариант родился после бесед с Ларусаном. Оказалось, что есть так называемые вольные эльфы. Это те, кому оказалось тесно в родном лесу и они подались в наёмники. Военную службу они редко выбирают. Как правило они нанимаются художниками, скульпторами, музыкантами, лекарями в людские владения. Их не очень много, но они есть. Если их привлечь… А что их может привлечь? Богатство? Приключения? Пока что неизвестно. Пусть не сразу, но и этим вопросом Вике придется заняться. Главное, чтобы не случилось очередной войны.

Именно войны им сейчас некстати. Поэтому когда Иваныч покинул Гавань и занялся наконец заселением выделенных волостей, он с тревогой ожидал, что вновь прибудет посольство из Восходных лесов и попросит оказать помощь. Но прошло лето, наступила осень сперва ранняя, а затем поздняя. Но никаких посольств он так и не дождался. Что там творится у Ларга, осталось неизвестным. Зато в Валентиновых владениях, названных теперь Загрядьем, всё шло по плану и даже сверх плана. Десяток новых деревень для будущей боярыни Вильмины вполне себе состоялись. Деревеньки конечно небольшие, от семи до десяти дворов, а домашнее войско Вильмины еще в порядок нужно приводить, но они есть и весной супруга Ларусана получит пожалованную грамоту на свою вотчину вместе с вожделённым титулом. И жизнь её засверкает новыми красками. Дядя Вильмины, взявшийся за обустройство вотчин для племянницы и её детей, кое-какие тонкости здешней аристократической жизни объяснил.

В отличии от прочих народов Ивериона, в Мирийских Марках благородное сословие возникло благодаря эльфам Запада. Эльфийские владыки одаривали титулами наиболее отличившихся на войне командиров мирийского ополчения. И с той поры так повелось, нобилями стали считать либо рождённых в благородном браке, либо возведённых в рыцари простолюдинов. Но возводить в рыцари мог только глава правящего эльфийского Дома. У племянницы и её детей как раз второй случай. В общем, так как Василий является «величеством» и вдобавок эльфом, то присвоенный Вильмине титул в Мирийских Марках признают, несмотря на его необычное название. И она будет считаться благородной дамой, невзирая на своё происхождение. А если она родит барону ещё детей, то и они будут считаться титулованными особами. В отличии от старших детей. Впрочем, племянница намерена и эту проблему решить. Правда есть одна тонкость. Вильмина обязана дать вассальную присягу, а её дети присягнуть сюзерену при достижении пятнадцатилетнего возраста.

- А если она даст мне присягу?

- Ничего страшного. Её сюзереном станете вы и к этому отнесутся с пониманием. Тем более, присяга составлена так, что нарушение её приведет изменника к смерти.

Интересно девки пляшут! Это что получается? На страже верности стоит магия которая и покарает клятвопреступника? Видимо так. Следует раздобыть и текст присяги и описание самого ритуала. Но это забота следующего года. Тёплый сезон подходил к концу. Хрустальная Гавань постепенно начала готовиться к зиме. Иваныч решил не стоять над душой у остающихся здесь соратников. Пора и столице уделить внимание. И с первым снегом они с Георгием вернулись домой! Домом этим была обычная изба-пятистенок с земляным полом, где вместо печи грелись у очага, сложенного из дикого камня. А дым выходил из продухов. Где вместо нормальной кровати были сколочены полати, на которых укрывшись шкурами животных спали все обитатели этого жилища. А обитателей теперь хватало. Помимо жен и детей, под одно общее покрывало ложились на ночь и две девочки-дубовички, отданные Ларгом «на воспитание». Так что про личную жизнь придётся на время забыть. Кстати, насчет воспитания. Заметно было, как изменилось поведение его жен. При встрече, в глазах нескрываемая радость, но в поведении не просто сдержанность, а какая то даже церемонность. Но откуда это взялось, он на следующий день узнал у Нины, которая с момента основания ни разу не покинула столицу.

- Представляешь, твои пигалицы возомнили себя не кем-нибудь, а Старейшими Матерями Русского Леса. Смеху подобно! Видом соплячки, а уже Старейшие!

Да уж, несмотря на свои тридцать три года, Ира и Катя выглядели самое большое на пятнадцать лет. Но это такая особенность у эльфов.

- Сперва пытались мной командовать. Но я им гонору быстро убавила. Мол, сперва вести себя научитесь, а затем изображайте кого угодно.

- А они?

- Призадумались сперва, а потом попросили меня научить их принятым у нас правилам поведения. Я и взялась за их манеры. Для начала отучила их нужду справлять при посторонних, а там и до остального дело дошло. Честно скажу, девочки очень старались. Но вообще, особо много свободного времени у них не было. Дел было невпроворот. Вы ведь нас надолго оставили. Будь я тут одна, то не знала бы за что хвататься и как дальше жить. Скорее всего удрала бы к нашим девчонкам в Гавань.

А с чего бы теряться эльфийкам, выросшим в суровых условиях таёжной жизни? Для них лес не враждебная среда, а дом родной. Но чтобы в нём жить, следует забыть о праздности. Поэтому каждому нашлось посильное дело. Добыча пищи и заготовки на зиму. Изготовление впрок крапивных тканей и верёвок, плетение корзин, мездрение шкур пушного зверя… Возвратившимся Иванычу и Георгию тоже пришлось включаться в местную жизнь. А весной очередные хлопоты в Загрядье. Главное, чтобы не довелось идти на войну.

Глава 22. В гости к людоедам

Маленький отряд пробирался по дремучему лесу, стараясь не попадаться на глаза дозорам болотных егерей. А дозоры и патрули время от времени оказывались довольно близко. Хорошо хоть проводник, сам когда то служивший на этой границе, вовремя предупреждал своих спутников и они сворачивали с удобной тропы и прятались в воистину непролазных дебрях пограничного леса. Казалось бы, зачем эльфам идти этой тропой, рискуя наткнуться на патрули и секреты? Разве не проще было уйти вглубь леса? Нет, не проще, ибо лес этот был необычный.

Когда то давно, правитель Северной Марки решил укрепить свою восточную границу, чтобы надёжно защитить страну от орочьих набегов. В нужных местах были построены крепостицы с размещёнными в них гарнизонами. А между крепостицами устроил засечную черту. из деревьев подходящих размеров, поваленных рядами или крест-накрест вершинами в сторону противника. Ветви этих деревьев нарочно заострялись. Ширина засеки впечатляла — порядка двадцати вёрст. Со временем сквозь поваленные деревья проросли новые и пограничный лес стал окончательно непроходим хоть для конного, хоть для пешего. Конечно, глупцами мирийцы не были и просеки для проезда повозок, а также тропы для пеших дозоров они предусмотрели. Именно по ним и вёл Иваныч свой отряд, рискуя быть обнаруженным в самый неподходящий момент. Но благодаря проводнику-следопыту такого не произошло. Тот действительно знал эти места лучше пограничной стражи.

- Большими силами орки конечно не нападают, но мелкие отряды иногда проникают сюда, - объяснял проводник, - орки ведь не дурные и за все это время смогли проделать скрытые проходы. Вот по ним их шайки и заходят.

- А заделывать эти крысиные тропы не пробовали?

- Хорошо вы их назвали ваша светлость! Воистину крысиные! Так их ещё найти нужно. А когда найдёшь, то ещё и разрешение от начальства получить следует.

- А чего так?

- Так ведь и мы должны были ходить на ту сторону. Можно конечно из фортеций набеги совершать, да только орки в таких местах засады устраивали. А по их крысинным норам можно и незамеченым выйти.

Следопыт не стал говорить о том, что через эти лазы ходили не только разведчики. Были и те, кто вёл тайную торговлю с орками. Не все орочьи общины жили набегами. Были и «мирные орки». До поры до времени конечно мирные. Опасное это было дело. Можно было и не вернуться. Знать никто не будет, что там произошло. Ушли люди с товаром и не вернулись. Тем не менее торговля шла. Янтарь, земляное масло, речной жемчуг, травки всякие интересные…

Про это мало где говорили вслух, но болотные егеря про это прекрасно знали, и помалкивали. Помалкивал и Варамис, так звали проводника. Он больше присматривался к эльфам и с каждым днём тревога всё сильней и сильней терзала его разум. Зря он польстился на уговоры бывшего сотника и обещание щедрой награды! Не похожи были эти эльфы на тех, кто отпустит его живым. Ох не похожи!

Командир их, Василий, с виду похож на западного эльфа и вроде бы никакой угрозы от него не исходит. Но вот попутчики его… Шесть диких эльфов со своим старшим. Откуда они взялись и почему светлому эльфу подчиняются? Они ведь терпеть друг-друга не могут! Но терпят. Хотя на самого Варамиса смотрят недобро и сторожат его бдительно. Таким ничего не стоит под самый конец их пути вместо обещанной награды взять и пронзить проводника точным ударом копья или сразить меткой стрелой. И не сбежишь ведь! Но еще больший страх внушала юная рыжая эльфийка. Её почему то и сами дикие эльфы побаивались. Это чувствовалось. Кто она такая, эта рыжая? Может колдунья? То то «дикие» всячески её сторонятся. Да и она к ним не тянется. Но за Варамисом тоже внимательно следит. Да и место, куда они идут, всегда дурной славою пользовалось. А сейчас и подавно. Чем ближе они были к Орочьим холмам, тем меньше уверенности в собственном благополучии было у следопыта. И когда до них оставалось не более десяти вёрст, он не выдержал и взмолился:

- Ваша светлость, дальше я не могу идти. Вы уж сами, без меня как-нибудь. Тут совсем пустяк остался. Вы и сами доберётесь.

- Чего это на тебя нашло?

- Вас они не тронут. Вы для них свои. А меня как пить дать, издалека высмотрят, умыкнут да поужинают мною.

Василий понимал причину того страха, что одолел матёрого разведчика. Возможность закончить свой путь в желудках людоедов его явно не привлекала. Но и в то, что его выпустят живым, следопыт тоже не верил.

- Хорошо, ты уйдёшь отсюда прямо сейчас. Вместе с заслуженной наградой, - с этими словами Василий вынул из заплечного мешка кошель и протянул его Варамису.

Варамис, удивлённый подобной уступчивостью, осторожно взял кошель, развязал его и заглянул внутрь.

- Там десять золотых имперской чеканки. И ты должен понимать, почему я так щедр.

- Я понял ваша светлость. Будьте покойны, болтать не буду.

Быстро собравшись, и до конца не веря в то, что ему позволят свободно уйти, он непрерывно кланяясь пятился задом прочь от неприятной компании. Лишь зайдя за куст, рискнул повернуться к эльфам спиной и тихим но быстрым шагом направился туда, откуда десять дней назад пришёл.

- Я бы не стал ему верить и если скажешь, я пошлю следом за ним двух сыновей.

К словам Варда стоило прислушаться. Иваныч и сам не был уверен в том, что полученная проводником награда удержит того от излишней откровенности. Он уже хотел кивнуть головой в знак согласия, но его опередила Милия:

- Это не принесёт нам добра.

Только это и произнесла, тихим спокойным голосом, но рябиновичи вздрогнули как от удара током и слегка попятились. Сильно схидники опасались рыжих соплеменников. Помнили, чем чревата обида Отмеченных. Больше никто и ничего предлагать не стал. Просто продолжили путь к своей цели — к орочьим холмам, самостоятельно выискивая ведущие к ним тропки. На путь к этим невысоким холмам потратили целый день. Остаток времени потратили на устройство тайного лагеря.

Рано утром, как и было оговорено заранее, их покинула Милия. Остальным оставалось только ждать и надеяться, что вопреки дурной славе, девочка принесёт им удачу. А удача им требовалась. Потому что никто не мог заранее сказать, как поведут себя затаившиеся внутри холмов людоеды.

Корни этой истории тянутся с прошлого года. Сперва в Хрустальную Гавань прибыла Вильмина в окружении своей родни. Прибыла она за обретением долгожданного титула. Сперва посетила свою вотчину, убедиться что дядя всё сделал толково. Заодно осмотрела будущую вотчину своей дочери. Потом гости вернулись в Гавань и там, в уже построенном особняке Дарьи исполнилась мечта жены барона Ларусана. Она получила сразу две грамоты. Одну на владение вотчиной, а другую — об обретении боярского титула. При этом, в торжественной обстановке принесла Василию Ивановичу вассальную присягу. И конечно же официальная часть сменилась пирушкой.

На следующий день с новоиспеченной боярыней побеседовала Вика. Так, о всяких пустяках. Но среди прочего боярыня узнала о той службе, которую придётся исполнять. Всего-лишь собрать сведения о наличии эльфийских рабов в мирийских семьях. И о материальном положении этих семей. Заодно, разного рода новости о жизни богатых и знатных родов. Глупостью Вильмина не страдала и сразу всё прекрасно поняла. Стать шпионкой своего сюзерена она не отказывалась. Тем более, что ничего мерзкого и преступного ей не предстоит делать. Сведения о достатке значимых людей? Почему бы нет? В конце-концов они и ей самой пригодятся. Но вопрос о вознаграждении за службу стоит поднять. А что нужно молодой и красивой смертной женщине? Правильно, регулярная поставка для личных нужд тех эльфийских эликсиров, что продлят ей молодость и красоту!

Вот тут Вика едва не попала впросак. Она дала на это своё согласие, не понимая ещё, во что вляпалась. Вляпалась по незнанию. Она думала, что раз эльфы производят сии эликсиры, то их можно найти в свободной продаже. Пусть и по завышенной цене. А там несложно провести операцию «Переклейка этикеток». О том, что это не так, она узнала спустя месяц. В Гептархии действительно готовили подобные эликсиры. Но в свободную продажу их не пускали. Только дарили. Понятно, что не кому попало, а женщинам из влиятельных семей. Такой вот способ приобретения собственного влияния.

От позора Викторию спасла крестница, которой она пожаловалась на свою проблему. И тут выяснилось, что женщины дубовиков испокон века славятся как мастерицы по изготовлению разного рода зелий. Есть среди них и те, которые охотно покупает у них Долгодорог для перепродажи хумансам. Правда то, о чём мечтает Вильмина, выглядит не как целебная жидкость, а как некая мазь. Сама Милия умеет делать подобные мази, а нужные компоненты ей предоставит лес. Когда нужная мазь была приготовлена, состоялось тайное заседание в Дашином особняке, на котором было принято решение: не пускать столь ценный продукт в свободную продажу, а использовать в качестве вознаграждения тех женщин, что оказали Русскому Лесу ценные услуги.

Все эти хлопоты вскоре себя начали оправдывать. Вильмина начала в форме дружеской переписки поставлять Виктории нужную информацию. И потихоньку у Вики образовалась пока ещё небольшая картотека. Всё шло своим чередом, пока под конец этого лета жена Ларусана не передала невероятную новость: у правителя Северной Марки сгорел летний замок! Как возник этот пожар, никто не знал, но когда спохватились, тушить замок было уже поздно, хотя и пытались. И никому в голову не пришла простая мысль: в замке, помимо прочего, были управляющие амулеты для эльфийских рабов. Десять эльфов и столько же эльфиек, содержались в замке не только для постельных утех. Как правило, в знатных семьях столь дорогих рабов использовали и по иному назначению. Искусные садовники, кондитеры, художники, музыканты, секретари, вышивальщицы… В общем, похищенные в детском возрасте схидники, проходили через длительный процесс обучения на нужную должность. Терять по глупости хорошо обученную, опытную и практически вечную прислугу никто не хотел. Но в тот злополучный день именно это и произошло. Когда сгорели управляющие амулеты, сразу перестали работать амулеты подчинения. Рабы внезапно осознали, что ничья власть над ними больше не имеет силы. И тогда они вырвались на волю. Вернее, начали бежать куда глаза глядят. Тут им невероятно повезло. У управляющего замком каштеляна видимо накопилось немало грехов, раз он ударился в бегство и в итоге пропал без вести. Поэтому вовремя организовать погоню за беглецами было некому. А когда организовали, то было уже поздно. Тех и след простыл.

Через некоторое время на дорогах стали пропадать сперва одинокие путники. Поиски пропавших неизбежно приводили к недавно остывшим кострищам, вокруг которых валялись обглоданные человеческие кости. И такое происходило часто. Власти спохватились и спешно организовали облавы в подозрительных местах. Результат? Спешка не довела до добра. На стоянках по ночам начали пропадать часовые, о судьбе которых нетрудно было догадаться. Вместе с караульщиками трофеем беглецов стало их оружие. В итоге, уйдя далеко на юг, людоеды обосновались в Орочьих холмах, находящихся недалеко от границы со Средней Мирией.

Орочьи холмы. Когда то давно, ещё во время Войны Рас, там обитало одно из орочьих племен. Жили орки в вырытых ими норах, соединенных между собой целой сетью подземных ходов. Соваться туда было опасно даже сильным отрядам. В те времена выжить орков удалось с помощью сильных эльийских магов. Которых нынче под рукой не имелось. Поэтому поимщики не спешили лезть на верную смерть. Про всё это подробно писала Вильмина. И про всё это Вика доложила Иванычу. И хотя у того сразу сформировалось своё мнение, он не спешил его озвучивать и собрал Совет для обсуждения ситуации. И пусть этот Совет собрался не в полном составе, но держать соратников в неведении относительно своих планов явно не стоило. Всё-равно узнают и кто его знает, как отнесутся к его действиям.

Совещание началось с сюрприза со стороны Вики. Она привела с собой Милию. Что может насоветовать несовершеннолетняя девушка, к тому же не имеющая права голоса? Но никто против её присутствия не возразил. И как выяснилось, не зря. Как раз Милия и прояснила некоторые важные моменты из местной жизни.

- Василий Иванович, если мы приведём бывших рабов в Русский Лес, то ваши жёны первыми отвернутся от них. А вслед за ними и род Рябины.

Род Рябины уже год как переселился в Темноземье и осел на северо-восточном берегу Великого озера.

- Почему так?

- Потому что от них отрёкся Лес. От них отрёкся род и для Лесной Правды они не существуют. Они никто. Они для Леса хуже хумансов и орков. Они потеряли душу и перестали быть эльфами. Если они появятся в наших лесах, эльфы их просто убьют, чтобы избежать скверны.

- Значит, нужно всё оставить как есть?

Милия однако сумела удивить собравшихся.

- Это будет неправильно. Спаситель наш, завещал всячески спасать души заблудшие и молиться перед ним о душах погибших. Негоже нам отворачиваться от тех, кто не по своей воле поражён скверной. Их надо спасать! Враги отняли у них души, но Лес наш вернет их к жизни!

Её краткая речь произвела впечатление на собравшихся. Началось обсуждение, которое сразу увело собравшихся куда то в сторону. Говорили о методах реабилитации несчастных и помалкивали о том, как их вытащить из той западни, в которую они угодили. То, что беглецы угодили в западню, Иваныч не капли не сомневался. Беглецы, жившие в тепличных условиях, вряд ли обладали теми навыками выживания, которые были привиты даже малышам схидников. Ни знания леса, ни подходящей одежды, ни умения добыть пропитания. Ну нашли они какое то убежище. Долго ли они смогут в нём скрываться. Что они есть будут? Охотиться на зазевавшися путников? Так для людей они уже стали страшными врагами. И охотиться за ними будут как за бешеными зверьми. Очень скоро за них возьмутся всерьёз. Пригонят опытных следопытов, возможно те прибудут с серьёзными пёсиками. Могут и западенцев о помощи попросить. И тогда охотничьи партии обретут поддержку магов. В общем, обречены они. Зиму вряд ли переживут. Тем более, что зимой даже эльфы оставляют следы на снегу.

- Я так понял, никто не станет возражать против отправки спасательной экспедиции?

Никто не возразил. Зато по составу экспедиции возникли споры. То, что экспедицию возглавит Иваныч, всех устраивало. Остальных он и сам не хотел брать с собой. Неожиданно вызвалась Милия. Конечно же стали возражать. Но она на возражения ответила так:

- Беглецов не только нужно найти. С ними нужно говорить. У вас это не получится. Вы похожи на эльфов Запада. А с ними у нас вражда. От вас либо убегут, либо убьют не задумываясь. А я такая же как и они, только волосы другие. Меня они и к себе подпустят и говорить со мной будут.

Однако отправляться вдвоём явно не стоило. Мало договориться с беглыми. С ними нужно ещё суметь добраться до Русского Леса. Но в одиночку Иваныч не сможет держать в узде два десятка деморализованных существ. Нужны помощники и желательно привычные к лесу и оружию. Брать с собою боярскую дружину не стоило. И навыки другие, и беглецов распугают. Подумают ещё о том, что их в ловушку заманивают. Пришлось напрягать рябиничей. Шесть вооруженных эльфов — это уже солидно. Рябиничи, узнав о предстоящем деле, согласились с большой неохотой. Они бы и отказом ответили, если бы не данная ими клятва. Дальше было проще. До одинокой бухты, находящейся у самой Гряды, их доставила «Савраска» с гальрудским экипажем.

- Нас ждать не надо. Мы вернёмся весной и другим путём, - предупредил соратников Иваныч.

По другому и не выходило. Они уже влезли в осень и вернуться до начала осенних бурь никак не могли. К тому же, возвращаться тем же путём через всю страну, да с погоней на хвосте, явно не стоило. Кружным же путём… Он был не легче и не менее опасен. Зато была надежда сохранить тайну. Нехорошо ведь получится, если правитель Марки узнает о том, кто именно похитил принадлежащее ему «имущество».

Высадившись на побережье Мирии, Иваныч один отправился в знакомый уже город и поговорил с хозяином гостиницы. Нужен был проводник, который не задавая глупых вопросов сможет скрытно довести их до цели. Бывший сотник нашел такого. Ну а дальше, был скрытный марш по лесным дебрям. И вот они у цели. Осталось только дождаться Милию. Ждать пришлось целых одиннадцать дней. Милия так и не вернулась, зато Вард обнаружил кое что интересное.

- За нами следят. Трое из разных мест. Прятаться толком не умеют. Что делать будем?

- Подождём до темноты. В темноте будем брать наблюдателей живыми.

К счастью, этого делать не довелось. С наступлением сумерек к ним пришлаэльфийка одетая в лохмотья, которые когда то были нарядным платьем.

- Мы согласны с вами поговорить…

- Где девочка, которая к вам шла?

- Она у нас. С ней ничего плохого не случится.

- Передай своим: сперва вернёте девочку, потом будем с вами говорить!

Эльфийка повернулась и часто оглядываясь, побежала к своим. Потом приходил эльф, но и ему Иваныч ответил точно так же. А потом пришла Милия, целая и невредимая. Но оказалось, что её никто не отпускал.

- От этих неумех не смог бы сбежать только грудной ребёнок.

А в стане беглецов поднялась тревога. Наверняка искали пропавшую Милию. Когда наконец то поняли, что игры с заложницей закончились, всей своей толпой двинулись к стоянке и остановились, когда из зарослей внезапно возникли наконечники семи копий. Хватило ума не переть на рожон. Да и что мог сделать десяток практически безоружных мужчин с семёркой опытных охотников?

- Слушать сюда! И не говорите потом что не слышали! Мы пришли к вам чтобы подарить вам жизнь и свободу. Кто согласен — идёте с нами. Кто не согласен — остаётся. Предупреждаю, скоро здесь будут охотники и эльфийские маги. Они уже идут по ваши души. После того, что вы сотворили с хумансами, живыми вас не оставят и лёгкой смерти вам не будет. Думайте и побыстрей. Никого ждать не будем.

- Откуда мы знаем, что это не ловушка?

- Не веришь? Оставайся здесь и живи, сколько успеешь прожить. Мы через час уходим.

Уйти решили все. Правда, уходили не через час, а ближе к рассвету. Иваныч принял решение уходить на юг, в сторону Средней Марки. Возвращаться тем же путём, что пришли сюда явно не стоило. Это было правильным решением, потому что к концу дня, один из рябиновичей учуял погоню. Быстро же охотники взяли след! Хотя, чему тут удивляться? Надеялись на то, что ловцы задержатся у Орочьих холмов на срок, достаточный для изучения орочьих нор. Куда там! Примкнувшие к отряду беглецы ходить по лесу, не оставляя ясно читаемый след, совсем не умели. В составе погони явно имелись следопыты, умевшие вести поиск по чернотропу. А может и магов эльфийских в помощь позвали.

Так что отдых на привалах пришлось сократить. Да и ночь решили использовать для наибольшего отрыва от погони. Хорошо хоть эльфы неплохо видят в темноте. А чувством тропы таёжные охотники обладают с детства. Было оно и у Василия Ивановича. Его он не здесь приобрёл, а в ходе многочисленных экспедиций на Земле.

Утро не принесло спокойствия и посоветовавшись с Вардом, Иваныч решил и днём продолжить марш. Ох и намучились они при этом! С Милией и рябиновичами был полный порядок. Им не впервые было уходить от погони, полагаясь на свою воистину волчью выносливость. Зато подопечные оказались слишком слабы для таких испытаний. За день прошли меньше чем рассчитывали. Но ночной отдых сократили до самого малого. Общий подъём устроили в «час между волком и собакой». Свои проснулись и быстро собрались. Зато подопечных пришлось будить и поднимать чуть ли не пинками. И шли они слишком медленно, буквально засыпая на ходу. Взбодрила их лишь переправа через пограничную речку, форсировав которую они оказались уже в Средней Марке. Добрались до ближайшего леска и устроили днёвку. Вард отправил троих на охоту, ибо такую ораву нужно было чем то кормить. Охота была удачной и съеденная под вечер оленина добавила беглецам сил.

Последовавшая за сытным ужином ночёвка чуть было не довела до беды. Всё-таки Иваныч не до конца представлял себе реалии Ивериона. Это дома, на Земле, переход вооруженной группы на сопредельную территорию является враждебной акцией. А тут граница не остановила преследователей. Хорошо, что Вард не потерял бдительности и вовремя обнаружил поимщиков. Пришлось прекращать отдых и не жалея сил попытаться оторваться от погони. Следующие сутки добавили сложностей. К отряду северян присоединились местные жители. Теперь вся затея с помощью беглым рабам стала походить на легкомысленную затею. К тому же, дальше к югу кончилась полоса пограничного леса. Средняя Марка была населена заметно гуще, нежели Северная. Часть лесов была вырублена под пашни и пастбища. Поэтому приходилось рисковать, преодолевая открытые пространства. К пешим преследователям добавились конные. Но хорошо, что леса всё-таки были. И хорошо, что подопечные начали потихоньку втягиваться и с грехом пополам, но держать задаваемый темп марша. Хотя, кое-кого приходилось и тычками подгонять, апорой и на себе тащить. Трудность была ещё в том, что никто в отряде не знал здешней местности. Часто упирались в озёра и болота. Один раз чудом вырывались из самого настоящего окружения. Общее направление движения выдержать не получалось. Петляли подобно зайцу. Только в отличии от косого, делали это не потому что пытались запутать охотников.

Общее представление о географии здешних мест Иваныч всё-таки имел. По всем прикидкам выходило, что они движутся в сторону обширной долины, которую делила на равные части полноводный Дур-Лерузийон — один из притоков Мирийона. И как раз по этому притоку проходила граница между Средней и Южной Марками. Про то, что заход в Южную Марку не остановит погоню, было ясно уже всем. Да и сам выход на безлесую равнину станет началом их гибели. Конный отряд всего на пару часов их настигнет. С такими невесёлыми мыслями отряд расположился на привал в жиденькой рощице, на выходе из которой та самая равнина и начиналась. Бывшие рабы, понявшие всю безнадёжность их положения, окончательно скисли и смирились с неизбежным, как им казалось, концом. Даже упорные рябиничи пребывали в мрачном настроении и на благополучный исход больше не надеялись. Лишь Иваныч и Милия не поддались общему настроению.

- Надо Милию отделить от нас. Пусть идёт одна, - предложил сын Варда.

- Это почему?

- Всем известно, что рыжие приносят несчастье тем, кто находится рядом с ними. У дубовичей она всегда шла отдельно от всех и беда их обходила.

Услышав эти слова, Милия встала и собралась куда то идти.

- Ты куда?

- Пойду я. Может и впрямь всё дело во мне.

- Сидеть! Никуда ты без нас не пойдёшь! Тем более, что ты только что принесла нам удачу.

Иваныч уже минут десять смотрел куда то вдаль, потом повернулся к соратникам:

- Кто ещё не ослеп, гляньте на горизонт.

Все повернули головы на юг. Вдали ясно обозначилась всё расширяющаяся темная, почти чёрная полоса, которую время от времени прорезали вспышки молний. Там вдали бушевала самая настоящая буря, а южный ветер гнал её к ним.

- Это действительно удача, - обрадованный Вард иронично глянул на своего сына, - говоришь, беду с собою носит?

- Отдыхаем и ждём. Нам предстоит пройти шесть десятков вёрст.

Спустя четыре часа буря дошла до их рощи. Общий подъём и марш строго на юг. Лёгким этот переход не был. Жуткая гроза, способна была напугать и неробких. Порывы встречного ветра едва не сбивали с ног. Сильный ливень вымочил их насквозь, а подгоняемые ветром капли дождя били по лицам не хуже градин. Почва быстро напиталась водой и ноги вязли почти как в болоте. Плевать! Свирепая стихия остановила погоню и надёжно прячет их следы от взора следопытов и охотничьих собак. Иваныч шёл впереди отряда и молил кого только мог, чтобы буря не закончилась раньше времени. В этот рывок вложили все силы, которые только оставались в измученных тяготами телах. И удача их не оставила. В конце пути им встретилось село, расположенное как раз на берегуДур-Лерузийона. А раз люди живут у воды, значит у них в хозяйстве должны иметься лодки. Местных жителей Иваныч не опасался. Село находилось на холме, метрах в трехстах от уреза воды. В такую погоду даже по сильной нужде никто на двор носа казать не будет. А собаку справный хозяин на улицу сейчас гнать не будет. Судя по тому, что на берегу были устроены навесы для лодок, хозяева тут жили явно справные. Нашлись и вёсла. Семь лодок вытащили из под навесов и спустили на воду. А дальше: «Ты неси меня река, за крутые берега...» И теперь было даже представление о том, куда их вынесет. В район большой излучины Мирийона, напротив вольного города Шабетона, что раскинулся на правом берегу Мирийона. А это уже имперские земли. Вряд ли имперцы позволят мирийским воякам свободно расхаживать по землям империи. Хотя, попадаться на глаза имперцам тоже не стоит. Ну, бог не выдаст, свинья не съест. На третьи сутки буря начала стихать и дневать пришлось в первой попавшейся заводи. Ночью продолжили путь. Дождь уже не лил как из ведра и преследователи наверняка возобновили поиски. Но это уже неважно. Между беглецами и погоней разрыв не менее чем полторы сотни вёрст. Это если по прямой. А так даже сильно больше. Ближе к концу ночи прошли устье Лерузиона и продолжили путь вниз по течению Мирийона. Город Шабетон прошли, когда начало уже светать. Наверняка их заметила городская стража. Но место тут бойкое, наверняка за день десятки, а то и сотни лодок мимо проплывают. Но маячить на виду у местных всё-равно не стоило. Поэтому, у первого же прибрежного лесочка, пристали к берегу и затащив лодки дальше от берега, расположились на отдых. Не все. Трое охотников отправились добыть что-нибудь. Хотя осенние леса не изобилуют дичью, но кто его знает? Может и добудут кого.

Глава 23. Преступник

Обитатели лесов Гептархии давно уже перестали интересоваться внешним миром. Ушли в прошлое времена отважных исследователей Ивериона. Отстояв от внешних врагов рубежи своих коренных земель, эльфы Запада получили возможность наслаждаться мирной жизнью. И они предались мирным забавам. Кто-то посвятил свою жизнь науке, другие нашли себя в ремеслах, немалое число занялось разными видами искусств, ну а большинство населения предпочитало праздный образ жизни. Беспокоиться о хлебе насущном не приходилось, ибо лес для эльфа не только место обитания, но и щедрый кормилец. А если чего и не хватало, так для того и существовали рабы-гальруды, обеспечивающие своих повелителей всем недостающим.

Тем, что творилось за пределами этого уютного мира, интересовались лишь те, кто имел вкус к политике. В основном это были представители эльфийской высшей аристократии. Именно она и поставляла кадры дипломатов и шпионов. Помимо них были и те, кому родной лес стал слишком тесен, а большой мир привлекателен. Они покидали родной дом и не все из них смогли вернуться. Все-таки авантюристы и непоседы до конца не переводятся. Они и образовали прослойку Вольных эльфов. То есть тех, кто уже не относил себя ни к какому дому или роду. Было их не так уж и много. Пара сотен, не больше. Самые буйные шли в наемники или даже в разбойники. Те, кто поспокойней, выбирали более мирные профессии. Начиная свои приключения в роли бродячих лекарей, художников, певцов... они рано или поздно устраивались на постоянную службу в понравившемся им месте.

Именно к таковым и относился уроженец Таргейского Леса Герданор. Страсть к путешествиям и приключениям, выгнала его из дома давно. Будучи неплохим целителем, он всегда находил возможность заработать на жизнь. Был походным лекарем в версайском войске, лечил зверей в зверинце императора, служил домашним врачом в богатых семьях. Но в один прекрасный день, он оказался сыт полученными впечатлениями и пресыщен приключениями. Захотелось спокойствия и определенности. Все это он нашел в вольном городе Шабетоне, расположенном на берегу полноводного Мирийона. Заработанных денег хватило на строительство уютного особнячка и лечебницу при нём. Началась действительно спокойная жизнь. Работа его неплохо кормила, жизнь текла спокойно и размеренно. Что ещё нужно почтенному гражданину вольного города? Но если Герданор был доволен жизнью и ничего в ней не собирался менять, то у жизни на этот счёт было иное мнение.

В один далеко не прекрасный год, по долине Мирийона прошла бурая лихорадка, забирая немало жизней у местного населения. Спокойная жизнь кончилась. Возле его лечебницы стояли толпы людей, жаждущих исцеления. Плохо было то, что никаких лекарств от бурой лихорадки не было. Помочь могла только магия, да и то, на ранней стадии развития болезни. День и ночь Герданор трудился как проклятый, щедро растрачивая свои силы и под конец работы, обессиленным уходил восстанавливать силы. Спасти жизни всем страждущим он был не в состоянии. Каждый день ему приходилось выносить суровые приговоры, отделяя тех, кого ещё можно было спасти от обреченных на смерть. Чего только не услышал он о себе. Были и благословения, но немало было и проклятий. Против обыкновения он денег за излечение ни с кого не брал, хотя люди были готовы отдать последнее за спасение от смерти. И когда один из его добровольных помощников, городской палач, спросил его: почему он так поступает, то Герданор ответил:

- Обязательно нужно брать плату за исцеление, если недуг не опасен для жизни и просто излечивается. Но в сложных случаях, когда исход лечения не ясен, плату лучше не брать.

- Но ради чего тогда работать?

- Ради славы. Целителю, о котором идет немалая слава, больные охотно доверяют свое здоровье.

Была ещё одна важная причина, о которой он умолчал. Там, где лекари бессовестно наживались на людской беде, вымогая последний достаток у несчастных, рано или поздно возникал бунт и первыми под расправу шли самые жадные. Честно говоря, совсем без награды он не остался. Когда мор сошел на нет, оказалось, что Шабетон пострадал меньше других городов. Городской совет это оценил и вознаградил труд целителя из городской казны. Слава все-таки принесла достаток. Но не только исцелением больных был занят вольный эльф. В свободное время, он писал трактат "О городской тесноте, а также о чистоте дворов и улиц". Писал он его не для Имперской Академии, а для отцов города. И они отнеслись со всей серьёзностью к тому, о чём писал врач. Теперь Шабетон мог претендовать на звание самого чистого и ухоженного города империи. Чистота улиц и дворов поражала взоры путешественников. Было уделено внимание чистоте колодцев. Кроме того, город обзавелся общественной купальней.

И как раз во время мора произошло то, что спустя годы очередной раз изменило судьбу Герданора. В тот год к городской пристани причалил торговый корабль, следующий из Складона и хозяин корабля принес целителю больного годовалого ребенка. Эта была дикая эльфийка, добытая вольными егерями и проданная хозяину корабля. Где она подцепила бурую лихорадку, никто не мог сказать. Купец же оказался перед выбором: либо потерять возможную прибыль от смерти редкого «товара», либо оплатить лечение. Он выбрал лечение, но задерживаться в городе, где свирепствовал мор не захотел. Да и прочий товар ждал своих покупателей. В итоге, договорились о том, что он заберет ребенка на обратном пути.

Герданору удалось излечить девочку, хотя случай был очень тяжёлый. Но ни купца, ни его корабля он больше не увидел. Что стало с торговцем? А кто его знает? Мог подцепить заразу да помереть от неё. А мог погибнуть от рук бунтовщиков. По империи в ту пору как раз прокатилась волна городских бунтов. Так или иначе, ни купец, ни его наследники за своей собственностью не явились и девочка, которую с лёгкой руки прислуги прозвали Заразой, осталась жить в доме лекаря. Больших хлопот она никому не доставляла и потихоньку росла себе и росла. Годам к десяти она проявила интерес к занятиям своего невольного опекуна. Опекун ей в этом не препятствовал и со временем Зараза смогла стать ценной помощницей во врачебных делах. Когда Заразе исполнилось двадцать лет, опекун совсем иначе начал на неё поглядывать. Подобный возраст у эльфов считается еще детским и Зараза на людской взгляд выглядела как двенадцатилетняя девочка, то есть, продолжала быть ещё ребенком. Тем не менее, тело её уже заметно оформилось и начинало выглядеть привлекательным для мужского взгляда.

До сей поры Герданор утолял свою похоть в городском борделе, где помимо человеческих женщин имелись и две рабыни из диких эльфиек. Но теперь, когда под боком оказался столь сладкий и заманчивый плод, он счёл неуместным тратить время и серебро на приевшихся ему шлюх. Зараза не стала сопротивляться его домогательству и без всякого сопротивления стала его наложницей. Жизнь снова стала спокойной и размеренной. Девочка как и прежде помогала ему в лечебнице, вместе с прислугой вела домашнее хозяйство и согревала по ночам хозяйскую постель. Так прошло десять лет, в ходе которых никаких происшествий в его жизни не произошло. Он даже не заметил, как девочка потихоньку превратилась в молодую женщину.

В один прекрасный вечер, когда Герданор перед сном решил получить от Заразы очередную порцию ласк, она сообщила ему ужасную новость:

- Герданор, у нас будет ребёнок.

Новость действительно была ужасной. Взявшись лечить больного ребенка и не сумев вернуть его хозяину после излечения, лекарь не обесплодил маленькую дикарку, как это полагалось по закону. В конце-концов, с чего бы ему этим заниматься? Это забота её хозяина. Но хозяина след простыл, девочка осталась на содержании у целителя, а у того было столько хлопот, что о нужной процедуре он как то и забыл. Все эти годы воспитанница не подавала повода для беспокойства. Вела себя тихо. Ну а считать её года никто не удосужился. И вот результат!

На слово он не поверил. Мало ли что мнится женщине? Сотворив нужное заклятие, он с помощью магии обследовал Заразу и убедился в том, что она не ошибалась. Внутри её тела зародилась новая жизнь. И это не сулило ничего хорошего ни ему, ни ей. На этот счёт законы были везде строгими и не допускали исключений. Кара за их нарушение была суровой - смерть в назидание другим, теперь равно грозила как ему так и ей. И что теперь делать? Впрочем, решение напрашивалось очевидное: вытравить плод пока никто ничего не понял. Дело это для него несложное, ибо ранее ему приходилось избавлять человеческих женщин от нежелательных последствий опрометчивых поступков. Но стоило озвучить это вслух, как Зараза не на шутку рассвирепела. В подобном состоянии свою наложницу он ещё не видел. Чего она ему только не наговорила. Попытка успокоить её и начать здраво рассуждать, была неудачна. Она ни в какую не хотела избавляться от не рождённого ещё ребёнка. Попытка привести её в повиновение повергла лекаря в изумление:

- Я не рабыня и ты не можешь мне ничего приказать! - сказала как отрезала.

- И кто же ты такая? - Герданор только сейчас сообразил, что и вправду он упустил из виду это обстоятельство.

- Я вольная эльфийка, принадлежащая сама себе!

Да что это такое? Ведь права Зараза. Действительно, статус раба подтверждают две вещи: купчая запись и амулет подчинения. Купчая запись наверняка существовала, причем в двух экземплярах. Покупка Заразы у вольных егерей регистрировалась в торговой палате Складона. Вторая запись была у того самого сгинувшего куда то купца. Существовал ли в природе тот амулет, который должен был обеспечить покорность рабыни? Вряд ли. Скорее всего его так и не успели изготовить. И что получается? Получается совсем нехорошо. Ему оставили на хранение чужую собственность без права ей пользоваться. А он взял и самовольно ей воспользовался, чем нанес настоящему хозяину некий ущерб. Любой законоговоритель именно так и истолкует его поступки. Но это пустяк в сравнении с другим поступком. Более опасным для здешнего общества.

- Если ты решишь родить ребенка, ты погубишь и себя и меня. Причём, нас казнят до того, как ты родишь.

- Ты сказал хорошее слово - "решишь". Вот я и решу, тебя ни о чем не спрашивая. Опасно рожать в городе? Значит я ухожу. Прямо сейчас и насовсем.

Зараза покинув постель, начала одеваться. И судя по всему, действительно решила покинуть его навсегда.

- Погоди, это не выход, - Герданор сам себе удивлялся, место того, чтобы осадить эту нахалку, он зачем-то пытается её образумить словами, - если ты исчезнешь, меня спросят о том, куда ты подевалась. Все считают тебя рабыней. Пойми, бегство рабыни, притом дикой эльфийки... Это замять не получится. Тебя будут ловить пока не поймают.

- Мнение труса и слюнтяя мне безразлично. А теперь, прочь с дороги!

- Стой! Не уходи! Уходить нужно вдвоем и не так поспешно! - и опять он не понимал сам себя.

Разум подсказывал, что нужно любым способом заставить внезапно взбрыкнувшую наложницу избавиться от последствий ночных забав. Разом покончить с маячившими на горизонте опасностями и для него, и для ней. Но было и другое ощущение. Поступив наиболее разумно, он навсегда потеряет Заразу. А где такую еще найдешь? Слишком привык он к ней. Не только как к "ночной игрушке".

- Ты сказал вдвоем?

- По-другому не выйдет. Куда ты сбежишь одна? В городах и селах тебя сочтут законной добычей. В лес? А ты умеешь жить в лесу?

Последний вопрос был не в бровь, а в глаз. Выросшая в Шабетоне, не знающая никакой иной жизни кроме городской, эльфийка не выживет в лесу. Герданор конечно давно обитал в городах, но родился то он и вырос в лесу! Конечно, эльфийский лес не похож на дикие леса Ивериона. Но необходимые лесные умения он приобрел.

- Уходить действительно лучше вдвоем. Но не сразу. Поспешное бегство насторожит местных сикофантов. Сделаем иначе.

Поступить целитель решил так: завтра же объявить о том, что намерен вернуться в родной Таргейский Лес и прожить там оставшуюся жизнь. Конечно же поступить с имуществом так, как поступит любой разумный обитатель города - продаст его за возможно большую цену. Это выглядит естественно и подозрений не вызовет. Спешить не стоит, но и затягивать с этим нельзя. Беременность Заразы пока незаметна, но со временем изменившиеся формы тела ее выдадут. Выслушав его соображения, Зараза прекратила бунтовать и вновь стала такой, какую он всегда ее видел.

Подготовка к уходу из города заняла полтора месяца. Городской Совет не спешил расставаться со столь искусным целителем и всячески уговаривал его либо остаться насовсем, либо повременить с переездом. Точно так же затянулась и продажа особняка с лечебницей. Покупателей, способных заплатить настоящую цену найти не удалось и пришлось соглашаться с той ценой, которую предложил ему купец из Версая. И настал тот день, когда все их имущество составил старый добрый эльфийский лук, охотничья рогатина да то, что уместилось в заплечных мешках. И конечно же увесистый кошель с серебром. В один прекрасный вечер, Герданор с Заразой покинули город. Хотя никто не советовал им начинать путешествие именно в это время, но именно ночных дорог эльф опасался менее всего.

Конечно возник вопрос: куда идти? На первый взгляд, разумнее было податься в Восходные леса к соплеменникам Заразы. Но от этого пришлось отказаться. Даже в самом лучшем случае, ничего хорошего их там не ждало. Вражда между западными и дикими эльфами никуда не исчезла, а потому вместо гостеприимства они могли нарваться на меткую стрелу, пущенную из засады. Заразу может быть и не тронут, но Герданору там точно рады не будут. Ну а в худшем случае, можно было нарваться на одну из ватаг вольных егерей. Поэтому, путники выбрали леса на левом берегу Мирийона. Там конечно тоже возможны неприятные встречи, но их легче избежать. К тому же, нельзя слишком далеко отходить от городов. Все-таки на годы вперед не запасешься и что то придется покупать городских лавках, благо, что Герданору путь в города не закрыт. Вот так, переходя ночами из леса в лес, путники прошли Среднюю Мирию и в конце-концов зазимовали в брошенной медвежьей берлоге, когда Заразе подошел срок рожать.

Роды прошли без осложнений и на свет появилась девочка. Появились совершенно иные заботы, обычные для родителей новорожденной. Но чем дольше длились их лесные приключения, тем тревожней становилось на сердце эльфа. Ему и в самый первый день не понравился цвет глаз ребенка. В прочитанных им трактатах не говорилось о том, что эльфийский ребенок может оказаться зеленоглазым. Да и в жизни он таких не встречал. У хумансов зеленоглазые встречаются. У орков - сколько угодно. Но чтобы у эльфа? И все-таки он надеялся, что худшего не произойдет. Зря надеялся. Начавшие отрастать волосы ребенка из льняных превратились в рыжие. Лучше бы Заразе не рожать!

- Таких эльфов просто не бывает, - объяснял он своей подруге по приключениям, - вернее, они время от времени появляются, но это совсем не эльфы.

- Почему? Я не вижу никакой разницы, кроме цвета волос и глаз.

Пришлось рассказывать о том, что давным-давно прочел в пору своего ученичества. В трактатах писалось о том, что временами в семьях Перворожденных рождаются дети, которые выглядят как эльфы, устроены как эльфы, даже ведут себя как эльфы, но таковыми не являются. Главное отличие в той тайной сущности, что формирует душу живого существа. Она у них совсем иная. Они и мыслят совсем иначе. Жажда жизни заставляет их вести себя как все, ничем не выделяясь. Но эта самая тайная сущность рано или поздно возьмет свое.

- Они всегда несли гибель для тех, кто находился с ними рядом. Причем, установить их вину в этом совершенно невозможно. Все выглядело естественно. Близких просто покидала удача. Зато неудачи шли одна за другой.

- И что ты предлагаешь сделать? Избавиться от нее?

- Это будет еще хуже, чем оставить ее возле себя. Всегда есть возможность бороться с невезением и в этой борьбе победить. Но если ее убить или оставить на погибель, то ужасная месть настигнет убийцу. Месть эта будет ужасна и неотвратима. Они даже будучи мертвыми умеют мстить. Нам теперь следует всячески беречь ее.

Напугать Заразу сказанным не вышло. Более того, ее это даже приободрило.

- Значит нападать на нас никто не станет?

- Эльфы не станут. Насчет гномов не знаю. А хумансам плевать на цвет волос. Для них она такая же добыча как и ты.

- Ну что же, будем беречь нашу Метку.

- Как ты ее назвала?

- Метка. Она ведь действительно отмечена?

- Отмечена, даже дважды. Еще нет ясности с ее глазами.

Смирившись с тем, что обрели опасную соседку, наша пара продолжила жить кочевой жизнью, как какие-нибудь первобытные эльфы на заре своей истории. Сидеть на месте никак не выходило, ибо мирийские леса не такие большие как Восходные и бесследно в них затеряться не выйдет. Велика была вероятность столкнуться с промышлявшими в них хумансами. А потому, приходилось постоянно менять место своего обитания. Время от времени, Герданор покидал лес, наведываясь в ближайший город для того чтобы прикупить что-либо необходимое. Зараза, вопреки прежней уверенности в ее неприспособленности к лесной жизни, быстро приобретала необходимые навыки. А Метка потихоньку росла и довольно быстро стала способна совершать переходы вместе со взрослыми. Наблюдая за ней, Герданор обнаружил еще одну особенность, не типичной для эльфов. Метка оказалась левшой. И это тоже было нехорошим признаком, но эльф обэтом не стал говорить подруге.

- "Кого же на самом деле мы породили?"

Этот вопрос не давал ему покоя. Тем более, что лесная жизнь подтвердила правильность мысли об инаковости его дочери. Однажды зимой, их начала было преследовать волчья стая. И были звери очень голодны. Но настигнув скитальцев, волки повели себя странно. Окружив путников, уже приготовившихся дорого продать свою жизнь, они вдруг не стали нападать. Как будто почуяли некую ловушку. Волки ходили по кругу, то свирепо рыча, то жалобно поскуливая. А потом, взяли и ушли, даже не попытавшись напасть. Единственный, кто из бродячей троицы сохранил спокойствие, так это именно Метка.

В следующую зиму они нарвались на свирепого медведя-шатуна. Тот попытался было напасть, но в последний миг вдруг передумал. Он долго стоял в десяти шагах от возможных жертв, принюхивался, высматривал, а потом развернулся и ушел недовольно ворча.

"А ведь дикие звери что-то чувствуют. Почему то им опасно нападать на Метку. И они это понимают".

Когда дочери исполнилось пять лет, встал вопрос: как им жить дальше. Изначально Герданор хотел помогать Заразе до тех пор, пока Метка не станет твердо на ноги. А дальше, проводить их до Восточных лесов и расстаться с ними навсегда. Вряд и соплеменники обидят женщину с девочкой, а от вольных егерей они и сами могут спастись. Ну а ему стоит вернуться к привычной жизни городского лекаря.

Время от времени, делая покупки в мирийских городах, Герданор на всякий случай интересовался и тем, что творится в мире. И вот, на пятый год вместе с беженцами, покидавших долину Мирийона пришли новости о войне с орками. Новости эти не радовали. Постоянные набеги опустошили окрестности Складона так, что людских поселений вокруг него не осталось. Зато начали возникать орочьи стойбища. Теперь добраться до Складона можно было лишь по реке, да и то, с южной стороны. А империя, которая должна была защитить эти земли, в данный момент была занята междоусобицей. Принцы не как не могли успокоиться, деля опустевший после смерти императора престол. У каждого претендента на корону была поддержка со стороны части армии. Так что никому до Складона не было дела и он держался как мог рассчитывая только на собственные силы. Про путешествие в Восходные леса эльф перестал думать. Но и бесконечно скитаться по мирийским лесам не стоило. Однажды, посетив приличный кабачок в небольшом городке Средней Марки, он не торопясь пил неплохое нухайское вино и внимательно слушал, о чём говорят посетители. То, что обсуждали завсегдатаи и путники, представляло для Герданора естественный интерес. Говорили о нашествии из земель Северной Марки целой орды эльфийских людоедов, во главе которых стоял могучий колдун.

- Зять мой говорил, что у северян целые сёла опустели, - вдохновенно излагал заметно подвыпивший посетитель, - их обоз целый день двигался по дороге, усеянной обглоданными людскими костями!

Рассказчик явно врал о том, чего сам не видел. Про людоедов ещё можно поверить. В отличии от орков, эльфы не испытывают потребности в поедании людей, но в крайний случай могут ими утолить голод. Никаких запретов касательно поедания людей или гномов, в эльфийских лесах никогда не было. Но откуда в этих землях могла взяться многочисленная орда? Рассказчик явно преувеличивал то, что до него преувеличили.

Тем не менее, услышанному стоило придать значение. А вывод простой: в Средней Марке безобразничают какие то эльфы и за ними идёт охота. Значит оставаться здесь опасно. Поимщики, наткнувшись в лесу, на него и Заразу, вряд ли будут разбираться, кто там людоед, а кто не очень. Постаравшись тихо и незаметно покинуть кабак, целитель вернулся к месту их последней стоянке и сообщил подруге о последних новостях. Наступившая ночь для лекаря и его помощницы прошла в тяжких раздумьях. Мирию следовало покинуть как можно быстрей. Но куда идти?

Леса Гептархии по-прежнему были открыты для Герданора. Но Заразу с Меткой там ожидала незавидная жизнь. Вернуться в империю? В иное время ничего плохого их не ждало. Он бы снова поступил на службу, а Зараза с дочерью могли открыто жить у него в доме. Но сейчас в империи смута. По дорогам ходят не только войска претендентов на престол. Лихие люди тоже извлекают из происходящего свою пользу. Уж они не откажутся присвоить себе двух диких эльфиек, убив перед этим хозяина. Жизнь в Складоне перестала быть безопасной с тех пор, как на твёрдую землю вышли ватаги орков. Восходные леса? Заразу с дочерью может быть и возьмут к себе их соплеменники, но самого Герданора просто убьют, даже не вступая с ним в разговоры.

- Можно уйти в Запретные земли. Там никто не живёт и мы сможем жить там ни от кого не скрываясь.

- А где это?

Взяв в руки прутик, лекарь начертил на земле подобие карты:

- Чтобы туда попасть, нужно сперва переплыть Мирийон, затем обогнув Складон с востока, выйти к опушке твоих родных лесов. Потом, двигаясь по краю леса, дойти до горного хребта, преодолеть его и мы окажемся у цели.

О том, что эти земли уже не пустые и в настоящий момент их заняли семь эльфийских родов, Герданор не знал. Но именно путь туда он с Заразой и выбрал. Следующей ночью началось их путешествие на восток. Шли не спеша, сберегая силы и к берегам Мирийона подошли аккурат к началу необычайно сильной бури. Три дня они сидели в прибрежной роще, пережидая непогоду. А потом эльф в ближайшем селе смог украсть лодку, на которой они переправились на правый берег Мирийона. А дальше они собрались идти к Восходным лесам. Как всегда, для отдыха расположились в ближайшем леске. Всё шло у них просто чудесно, если бы не одно обстоятельство: они в лесу оказались не одни. Наверное годы мирной жизни притупили свойственную лесным народом бдительность. Только что не было никого и вдруг из-за стволов берёз бесшумными тенями возникла семёрка диких эльфов. Вернее, шесть эльфов и одна эльфийка. Герданор даже удивиться не успел, как оказался в полуокружении шести направленных на него копий.

- Вам придётся пройти с нами, - подала голос эльфийка, - и не хватайтесь за копьё. Мы не причиним вам зла.

На взрослую женщину эльфийка не тянула. Девочка-подросток. Говорила она спокойно и даже приветливо, но взгляд её приветливым не был. Что они задумали? С ответом лекарь промедлил, зато не стала медлить Метка. Выскочив вперёд, она встала между отцом и эльфийкой и сняв шапку явила взорам дикарей свои рыжие волосы, заплетённые в две косы.

- Не надо нас пугать! Меня все боятся!

Лекарь заметил, как дрогнули направленные на них копья и на лицах дикарей отразился пусть и не испуг, но некая опаска. И лишь эльфийка была невозмутима.

- Боятся? Меня тоже!

После чего она тепло улыбнулась метке, сняла шапку и на грудь её упали две точно такие же рыжие косы. Прятавшаяся за спиной лекаря Зараза не сдержалась и вскрикнула.

- Идите с нами. Тут недалеко. С вами просто хотят поговорить.

Глава 24. Анабазис продолжается

Удачу или несчастья приносят рыжие? Раньше Василий про это никогда не думал. Пока судьба не свела их компанию с Милией. Говорили, что пока она жила у дубовиков, то частенько с ними происходили какие-нибудь неприятности. Крупных неприятностей удавалось избежать, но мелкие пакости частенько происходили как бы сами собой. Дубовики как могли, так и береглись. Например, во время перекочёвок Милия шла отдельным маршрутом одна-одинёшенька. Что с ней происходило во время пути, она никому не рассказывала. После того как она крестилась и осталась жить у землян, сопровождавшие её гадости куда то пропали. Возможно, прежний «покровитель» от неё наконец то отстал. И всё-равно схидники к ней относились с опаской, а беглые рабы и вовсе её боялись. Этому способствовала та буря, которая так кстати позволила отряду Иваныча вырваться из западни. Никто не верил, что «рыжая ведьма» к этому не причастна. Оно конечно получилось во благо, но всё равно лучше держаться от этой девчонки подальше.

Появление в отряде Герданора с его Меткой, только укрепило подозрения в том, что рыжим ворожит какая-то непонятная сила. Тем более, что Метка была ещё более странная. Леворукая, с зелёными рысьими глазами, ни на отца, ни на мать не похожая… И ведь действительно всё пошло совсем вкривь и вкось.

Затевая эту экспедицию, Иваныч подумал и о том, чем он будет кормить такую ораву. До переправы через Мирийон, они питались взятыми в дорогу сухарями и тем, что смогли добыть охотники. Скудно конечно питались. Тем более, что путь оказался намного длинней. Идти через всю Среднюю Мирию он не планировал, а пришлось. Да ещё выписывать замысловатые петли. Когда они наконец то оказались на правом берегу Мирийона, в заплечных мешках не было ни крошки еды, а охотничья добыча была столь мала, что и говорить про её не стоило.

Ничего страшного в этом не было. Василий Иванович спокойно мог зайти хоть в Шабетон, хоть в Складон и закупить там продовольствие. Для этого случая у него в кошеле лежала сотня монет из подземелий Семиглавой сопки. Тем более, в этих землях монеты Тёмного владыки с удовольствием примут к оплате. Встреча с семьёй Герданора даже облегчила эту задачу. Они вдвоём на лодке доплыли до Шабетона. Правда, там лекаря знала каждая собака и его появление в городе вызвала некоторый ажиотаж. Но ничего, отбрехались. Лекарь заявил, что он теперь на службе у некой компании наёмников, а спутник его — интендант отряда. С монетами тоже всё вышло неплохо. Герданор знал город прекрасно и легко нашёл меняльную лавку в Яхудском квартале. Хозяин лавки, старый яхуд, чей облик напомнил Василию внешность одного из гонимых народов Земли, аж затрясся при виде редких монет. Но торговаться с ним пришлось долго и сошлись на двух с половиною серебряках за одну монету Белмора. Это конечно значительно дешевле той цены, о которой говорил Вольнодум. Но время поджимало, а пройдоха-яхуд это чувствовал.

Потом потратили тьму времени на закупку продовольствия. Иваныч никогда не обладал ни желанием, ни умением торговаться с продавцами, но тут пришлось, иначе какой из него интендант? Вяленая рыба, копченое мясо, крупы… В общем, продуктов набрали столько, что пришлось покупать вторую лодку. Благо, что обратный путь был по течению. Не обошлось без приключений. В конце пути нарвались на разбойничью засаду. Эти недоумки «срисовали» Иваныча со спутником ещё в Шабетоне. Засаду устроили как раз в том самом лесу, где укрывались беглецы. Проверять лес на наличие в нём посторонних не стали. Зато рябиничи не зевали и обнаружив незваных «гостей», решили проследить за ними. А те, ничего не подозревая, ждали путников у самой речной заводи. И дождались! Метких эльфийских стрел в спины, когда попытались напасть на двоих якобы беспечных эльфов.

- Плохо наше дело, Василий! - сказал Герданор осмотрев трупы, - это не простые разбойники. Половину их я точно видел среди городских стражников. Если они утром не появятся в Шабетоне, то сюда нагрянет целый отряд.

- Значит, пора уносить ноги.

Скрываться и дальше в этом лесу, когда листья уже давно опали с деревьев, было глупым занятием. Поэтому:

- Вард, забирай с трупов самое ценное, а потом протыкайте им лёгкие и бросайте в реку.

- Протыкать зачем?

- Чтобы не всплыли.

Как только стемнело, беглецы погрузились в лодки и отправились дальше вниз по течению. Плыли только по ночам, днём отсиживались в подходящих зарослях. Но с этим тоже была беда. И хорошо, что в эту пору по реке никто не путешествовал. Частые дожди сменились дождями со снегом, а холод донимал нещадно. И костра не разведёшь! Почти у самого Складона решили бросить лодки и дальше уходить пешком, обходя город по дуге, в сторону Восходных лесов. И опять не обошлось без сюрпризов. Окрестности города вдруг наполнились конными разъездами, а со стороны Складона потянулись вереницы беглецов. Именно беглецов, ибо люди шли в сторону Шабетона не снарядившись в дальнюю дорогу. К ним начали присоединяться обитатели хуторов. Те правда лучше снарядились в дорогу, погрузив на телеги всё необходимое. Пришлось тщательней скрываться. Отправленный в разведку сын Варда сумел подслушать разговоры у костров беженцев. Принесённая им новость не радовала: Складон захвачен орками.

Герданор даже рискнул выйти поговорить с всадниками из конного патруля. Те подтвердили: в Складоне хозяйничают орки.

- Они ваша ясная светлость, дождались, когда принцам будет не до нас. Как захватили? Люди говорят, что норы накопали во многих местах аж за стену городскую. А ночью все разом выскочили. Кто успел сбежать, тот сбежал. Остальным не повезло.

Да уж, хороший бардак нынче творится в империи, если орки настолько обнаглели, что города начали захватывать! В любом случае следовало быстрей отсюда уносить ноги. Плохо было то, что продукты могли кончиться раньше, чем они дойдут до одной из бухт на юге Приморья. Там их должна ждать «Аврора» с запасами продовольствия на зиму. И не только продовольствия. Отправляясь в экспедицию, Иваныч учёл и то, что с одеждой у беглецов дела будут обстоять хуже, чем с продуктами. Ткани, кожа, швейные принадлежности… Милия уже приступила к опросу «подопечных» и выяснила, что держали их в летнем замке не только для утех. У каждого раба была приличная специальность. Были среди них и портные, и белошвейки, и вышивальщицы, и сапожники. В общем, руки у них росли из плеч. Так что есть кому одежду шить и башмаки тачать. Главное — дойти благополучно. Как раз с этим были основные трудности. Бежали рабы в летней одежде и обуви. Всё это уже пришло в негодность. А зима уже входила в свои права. Холод, скудное питание, невозможность скрыть следы… Силы потихоньку таяли, переходы становились всё короче, а нежелательные встречи всё чаще. Пока дошли до Приморского хребта, шесть раз напарывались на орков. Благо что численность эльфов в отряде в разы превосходила число орков в их отрядах. Поэтому орки предпочитали избегать схваток. Знали бы они, что силы эльфов на исходе и оказать серьёзное сопротивление даже малому отряду они не в состоянии.

К подножью хребта дошли на последнем дыхании. Дальше идти сил не было. Но зато появилась возможность без всякой опаски развести костры и отогреться наконец. Три дня приходили в себя. Потом был тяжкий переход через горный хребет. Дороги в этих местах отсутствовали, а зверинные тропы не всегда вели в нужном направлении. Четырежды заходили в тупик. Выбирались назад и искали новый путь. Спуск вниз был драматичней подъёма. Двоих спутников пришлось нести на руках — вывихнули ноги. Половина отряда страдала от простуд. Были случаю обморожения. И хорошо, что рядом с ними шел Герданор и его Зараза. Целебных снадобий у них с собою не было, но магия и умение её применять никуда не делись. Вот так одними заклинаниями и обходились. К берегу моря даже не вышли, а почти приползли. Всем требовался отдых, но Иваныч безжалостно гнал отряд в сторону той бухты, где их ждала «Аврора». Сил почти не осталось, но и идти осталось немного.

- Сейчас нельзя себя жалеть. Если остановимся, то погибнем тут все. Просто потому, что не сможем себя заставить встать и пойти.

Последние тридцать вёрст по пояс в снегу, одолели каким то чудом. Но до цели дошли! «Аврора» была на месте и экипаж из шести гальрудов вовремя заметил их плетущийся отряд. Шкипер, который их осенью доставлял в Мирию на «Савраске», доложил о том, что всё вокруг спокойно, груз в сохранности и корабль подготовлен к зимовке.

Исполнились их мечты последних дней: тепло огня, вкусная еда и главное — никуда не надо идти. До весны ещё далеко. Но как раз бездельничать Иваныч никому не позволил. Вернее, в первый день небольшую поблажку всё-таки дал, разрешив отдых с дороги и даже караулы не назначил. Вместо измотанных до крайности рябиничей, ночную стражу несли гальруды. А утром начались работы по обустройству лагеря. Загонять народ в тесный трюм небольшого корабля Василий не стал. Вместо этого были построены шалаши, обложенные толстым слоем снега. А по периметру стоянки началось строительство снежной крепости. Всё-таки Орочьи болота были недалеко и нежеланные гости могли пожаловать в любой момент. Высокий вал, сложенный из укатанных снежных блоков поначалу выглядел несерьёзно. До тех пор, пока не достиг пятиметровой высоты. После чего его наружная часть была щедро полита водой. Ну а дальше пошла обычная гарнизонная жизнь. Заготовка дров для костров, приготовление пищи, смена караулов, патрулирование окрестностей лагеря… И конечно же пошив нового обмундирования. А иначе, ту одежду, что шили женщины и не назовешь. Это рябиничи, не смотря на изрядно потрёпанный вид, менять одеяние, украшенное родовыми орнаментами не стали, ограничившись лишь починкой. А беглым рабам новая обмундировка была кстати. В трюмах корабля, помимо запаса продуктов, были припасены и ткани с кожей. Всё это в самом дешевом варианте, некрашеное, зато прочное. Фасон? Конечно же единый! Наподобие той одежды, что носили в зимнюю пору схидники. Тёплые штаны, парка с капюшоном, головной убор типа капора и сапоги с мягкой подошвой. Отличие было в том, что у приличного схидника одежда была из выделанного меха с обязательным родовым орнаментом, а у беглых рабов — всё суконное и без украшений.

«Сразу видно, кто тут у нас белый человек, а кто не очень. Всё правильно! Собственные знаки различия нужно ещё заслужить. Тут я целиком и полностью на стороне свободных эльфов. На халяву не получишь и отраву!»

Да и распределение обязанностей было говорящее. Рябиничи несли караульную службу, ходили в разведку, совмещая её с охотой. Герданор с Заразой занимались хворыми, а Метка в компании с Милией следили за порядком. Ну а беглые рабы… на их долю пришлись все хозработы.

- Вард, у меня к тебе разговор есть.

Уединившись со старейшиной рябиничей в кают-компании, Иваныч приступил к раздаче пряников.

- Вы шли со мной в поход, исполняя данную клятву. Вы испытали немалые трудности в пути и ни единого раза меня не подвели. Очень многое я не мог сделать без вашей помощи. Я доволен тобой и твоим родом. Поэтому я заранее приготовил подарки вашему роду.

После этих слов, гальруды начали заносить в кают-компанию эти самые подарки. Льняные и шерстяные ткани, сукно, кожи. Всё это было окрашено в красивые цвета. Швейные принадлежности для женщин, целыми наборами: иглы, напёрстки, ножницы, нитки разных цветов и отдельно — ручные зеркала в деревянных рамках, украшенные затейливой резьбой. А для мужчин много разнообразного инструмента из хорошей стали. Глядя на это великолепие, Вард расцвёл. Его понять можно. Одно дело, вернуться из похода с пустыми руками, а другое — с богатой добычей. Награда за труды, в его глазах выглядела вполне достойной.

- Василий, мы трудились во исполнение данного нами слова. Но о твоей щедрости мы не забудем. И если вновь потребуется наша помощь, тебе не придётся нас уговаривать.

Ещё раз полюбовавшись подарками, Вард обратился к Иванычу с просьбой:

- Нам очень хочется, чтобы лекарь Герданор и его семья поселились недалеко от земель нашего рода. Мы не смотрим на то, что он безродный чужак, как и его жена. Будут дети и он станет главою рода, а Зараза — старшей матерью рода…

Интересно однако! Вард не считает Метку членом семьи Герданора! Впрочем, точно так же воспринимали и Милию у дубовиков. А смысл его захода понятен — свежая кровь. Им нужны дети лекаря в качестве женихов и невест. Насчет землян Вард не заикается. Видимо знает о том, что тут уже всё поделено между другими родами , а его род к дележу опоздал. Интересно, а почему он молчит о беглых рабах?

- Герданор и Зараза просто безродные. Пока безродные. А на этих — скверна. Ни одно родовое дерево, ни одно из Древ Жизни их не примет. Так было с нашими пращурами. И лишь потомство пращуров было признано достойными!

Эту фразу Вард произнёс, как отрубил. Сразу стало понятно, что бывшим рабам схидники совсем не рады. Гораздо большее понимание принёс разговор с лекарем.

- Вард тебе правду сказал. На этих несчастных наложено заклятие обеспложивания. А подобные заклятия из арсенала Тьмы. Древа это чувствуют и отторгают их. И пока заклятие не снято, они не будут признаны эльфами.

- А его возможно снять?

- Это могу сделать и я. Ведь подобное заклятие сродни наведённой порче. Снимать порчу мы научились давно. Но здесь всё гораздо сложней. Представь себе, что тебя ранило стрелой. Снимая порчу, я вынимаю стрелу из раненой души. Но это часть дела. Рана должна зажить. А на это нужно время. Но с этими несчастными дела обстоят гораздо хуже. Они длительное время были под воздействием амулетов подчинения. Там магия тоже из арсенала Тьмы. Только действует она намного медленней. Вместо ран множество язвочек, медленно но верно грызущих души носителей амулетов. Душа постепенно гибнет. При длительном воздействии, даже избавление от амулета не останавливает этот процесс. Что будет потом? Смотри на орков. Они не всегда были злобными существами. Их предков таковыми сделал Белмор. Он изъязвил их души. Вся их жизнь — постоянная гибель души. Потомство рождается с уже гнилой душой.

«Да уж! Подкинула жизнь задачку! Не освободив рабов, не сможешь остановить процесс вырождения. А освободив, будешь возиться с их душами, спасая несчастных от окончательной деградации. И где я столько психиатров найду?»

Уговорить Герданора и Заразу, чтобы они переселились в столицу, труда не составило. Они и сами поняли, что жить среди схидников им будет некомфортно, а возвращаться к прежней жизни уже поздно. Жизнь в новом месте не обещала быть лёгкой, но там хотя бы можно заниматься своим делом и не опасаться преследований.

Весна пришла в свой черед. В марте начал таять снег, а море избавлялось от льда. К апрелю отшумели весенние бури на Море Тьмы и можно было без опаски продолжить путь. Отряд погрузился в изрядно опустевшие трюмы «Авроры». О комфорте в ужасной тесноте мечтать не приходилось, но никто не хотел продолжать сидеть на берегу в ожидании очередного рейса. Теени и ветра были попутными и через десяток дней корабль достиг Валентиновой бухты в Загрядье. Дальнейший путь предстоял вдоль берега Дур-Амона до самой столицы. Навещать Хрустальную Гавань не хотелось по двум причинам. Слишком уж это место бойким становится. Шпионы Виктории ещё не попадались, но это не значило, что их не было. Светить перед посторонними взорами толпу освобождённых рабов не хотелось. Как ни крути, но правитель Северной Марки считает их своей собственностью. А ему возьмут и доложат о том, кто умыкнул эту самую собственность. Это ещё не повод для войны, но самая настоящая причина для возникновения вражды. Которая будет совсем некстати.

Вторая причина была проще. Управление Хрустальной Гаванью уже налажено и в помощи свыше ни Андрей с Александром, ни Дарья с Викторией, не нуждаются. Зато столица как сирота. Да и семья его редко видит. Так что в этом году он из дома ни ногой.