По осколкам правды

Глава первая.

Учеба-учеба-учеба. А скоро ещё и сессия... М-да...

Услышав звуки за спиной, я обернулась. Это вошёл Кристиан Роджер Вуд. Черт бы его побрал. Кудрявый, видимо, хотел сесть подальше от меня, но единственное место оставалось рядом со мной. И тот сел.

Мне на телефон прилетело уведомление, конечно, без звука, но в кармане я почувствовала вибрацию.

«Напиши, когда освободишься, я тебя заберу.» — гласило оно, а отправителем был мой брат.

«Хорошо, Ад.»

Выключив телефон, я заметила Кристиана, смотрящего в мой экрана

— Не учили манерам? — достаточно тихо, я сказала.

— А..? — встряхнув головой, парень посмотрел на меня

— Нет, ничего.

Что-то тут не чисто…

Через, наверное, минуты три, прозвенел звонок, и на удивление, нас не задержали и сразу отпустили.

Я ринулась к кабинету, где должна проходить следующая пара, но не успев туда дойти, меня встретила бывшая брата, и моя подруга — Гвен. Блондинка что-то усердно печатала, а увидев меня убрала телефон

— Ада, привет! Как твои дела? — казалось бы, простой разговор, но по нашим диалогам можно сказать, что нет. Ей что-то нужно.

— Привет. В порядке. Зачем меня ждёшь? У тебя пары в другом конце университета, — а я, как всегда, говорила безэмоционально.

Лицо Гвен сразу сменилось с миролюбивого и лучезарного на обычное, даже, чуть нахмуренное.

— Как ты меня отлично знаешь, подруга. А, Ада́м, никуда не собирается… 31 числа?

— Тебе зачем? Я не знаю, может, поедет опять к своей компании.

— Да так… хотела в Хэллоуин прийти к нему, может, поговорит, помирится…

— Помириться? Ты дура, что ли. Родная, измены не прощаются.

— Но ты же со мной общаешься

— Только потому, что ты моя подруга со школы.

— Да не изменяла я ему!

— Да? А словам брата и фотографиям от его друга, я верю больше. Вали к своему Кристиану.

Сзади себя я почувствовала дыхание, опаляющее шею.

— Причём тут я? — тихим, почти шёпотом, что его слышала, наверное, только я, сказал Вуд.

Вспомнишь лучик — вот и солнце…

— Как причём? — я повернулась к нему лицом, и стояла на расстоянии, чуть меньше вытянутой руки. — Ты же с ней целовался в клубе, когда она изменяла своему парню, который твой друг.

— С чего ты взяла? Будто ты помнишь наизусть те фотографии.

— Помню. Описать? — не дожидаясь его ответа, я заговорила. — Клуб, вы около стены, под тенью, на ее волосы падает фиолетовый отблеск от неонового освещения, она в мини-платье темно-серого цвета, а на нём сверкающие пайетки, ты в черной рубашке и джинсах, кудри падают на лицо, и стоите вы слишком близко друг к другу. Опережая твои вопросы, как я поняла, что это ты — на твоей шее эта же цепочка.

Мой взгляд зацепился за серебряную цепь, которая, вроде, ничем и не приметна, но её не спутать за счёт разного переплетения колец, из которых состоит она.

— Твоя эйдаметрическая память…

— Эйдетическая, — я поправила его, и как ни в чём не бывало, отправилась в аудиторию, где будет пара.

После скучнейшей пары, стоя рядом с парковкой, за территорией университета, мне пришло уведомление.

Выкинув дотлевший окурок на асфальт, я увидела сообщение от брата.

«Сорян, я не смогу приехать за тобой»

«В смысле? Какого чёрта? Ты буквально час назад писал, что заберешь меня»

«Планы поменялись, прости»

— Да и пошёл он, — я лишь двинулась в сторону дома. Да, далеко, но зря у меня плейлист на десять часов, что ли?

***

Уже ночью, я пошла на кухню, чтобы налить кофе, но там сидел Адам.

Впервые за день я его увидела.

Запреметив то, что кто-то вошёл, брат дёрнулся, но увидев меня, выдохнул.

— Что за реакция? - я поставила чайник, оперевшись на кухонный остравок, в то время, как старший убрал телефон в карман и повернулся ко мне корпусом.

— Да всё нормально.

— Знаю я твоё “нормально”. Правду говори.

— Ада, всё действительно нормально, я переписываюсь с Терром.

— Кем? Ладно, твои друзья – твои друья, не посвящай.

— А зря. Он классный парень

— Не будь свахой, как мама. Адам, что случилось? Ты никогда так не делал.

— Я просто устал после работы, а ехать по двадцать минут туда-обратно – не вариант.

— Поверю. Всё, иди спать, зрение в темноте испортишь.

— Ты не врач, не начинай.

— Надо будет – приведу офтальмолога и он тебе лекцию проведёт. Всё, кышь-брысь.

— Кто из нас ещё старше? — выходя из кухни, сказал брат.

Я ухмыльнулась, хотя в мраке кухни этого не было видно.

Через пару минут, с кружкой кофе в руках, я вышла на крыльцо дома, закуривая сигарету.

Смотря на ночное небо, усыпанное звездами, паралельно выкидываю окурок, я услышала рёв машины.

Опустив голову, я посмотрела на автомобиль, довольно знакомый мне – BMW M5, чёрный, а именно машина Кристиана Роджера Вуда.

Черт бы его побрал…

Зачем ему ночью сюда в час ночи? Из центра города?

— Не подскажешь, где Ад? — послышался голос сбоку и я чуть не разлила кофе, а вот окурок выпал из моей руки

— Твою мать! — повернув голову вправо, я смотрела в почти чёрные глаза Вуда.

— Мать мою не надо, где Адам? — говорил холодным тоном Кристиан, стоя в непривычном одеянии. Спортивные, темные штаны, такая же тёмно-серая толстовка, хотя обычно я вижу его в рубашках и классических штанах.

— Да тут я, поехали, — на этот раз сказал уже Адам.

Они сели в машину и куда-то поехали, но, вернее всего, в город.

И куда? И зачем? И почему он мне ничего не сказал?

Глава вторая

Сидя у фонтана, я услышала подозрительно-знакомый мне голос.

— Ты пойдешь завтра на вечеринку?

— Пойду.

Странно…

Подняв голову, я увидела его — брата. И очень удивилась. Для чего ему сюда? Зачем?

Девушка, прошедшая, нечаянно меня толкнула плечом, что я чуть было не упала в фонтан. Сесть на самый край фонтана, где ходят люди было не лучшим решением.

— Ой, прости! Я нечаянно!

Для меня она была не знакома, но я её где-то видела, что было странно.

У меня мало друзей, я домоседка, да и в университете редко с кем общаюсь.

— Не страшно.

Девушка ещё раз извинилась и побежала...

К ним.

Теперь всё понятно.

Эта девушка из компании Адама.

— О, Мар, ты пришла, — явно незнакомый для меня голос сказал ей.

— А как иначе? Правда, меня из моего универа еле выпустили. Так что, быстрее, что надо?

— Короче, помнишь был разговор про вечеринку?

— На Хэллоуин? Помню. Дальше что?

— Пойдёшь со мной?

— Боже, Тер, ты серьёзно? Только ради этого вы позвали меня сюда? Можно же было написать.

После имени всё встало на свои места.

Это же тот Террос, о котором мне говорил Адам?

Кристиан

Всё моё внимание было направлено на неё.

Уж не знаю, увидела это она или нет.

— Крис, ты тут вообще?

— Тут. Куда я денусь, Тер?

— Просто по виду, ты витаешь в облаках.

— Но я слушаю вас. Спорьте дальше.

Я медленно прикурил, всё также “витая в облаках”.

— Для чего тут вообще я? — произнёс, не так уж и долго молчавший Адам.

— Ну, как же... Может, с Гвен попробуешь поговорить? Пойдёшь на вечеринку? — И вновь этот Террос давит на больное.

Знает же, что не надо напоминать Аду про это.

— Да пошёл ты на-

Я не дал договорить Адаму, заткнув его рот рукой.

Не культурно использовать бранную речь на территории двух университетов

— Он говорит, что нет. Отвали, Тер.И, Адам, не матерись. Мне ещё учится в одном из этих университетов.

— Я больше тут не нужен?

— Да нет, вроде...

— Отлично, я поехал. У меня ещё дела в мастерской, — уже хотел поехать Ад, как остановился. — Крис, могу попросить?

— Попробуй, — я перевёл внимание на него, сбивая пальцем пепел с сигареты

— Ты же сможешь забрать Аду? Просто тут идти, сам понимаешь долго...

— Я? Её? Ад, ты шутишь... Ты видел наши взаимоотношения?

— Пожалуйста, Крис.

— Окей, но вечером ты остаёшься у нас и помогаешь с готовкой.

— О, я могу помочь, — с ноткой наигранного оптимизма сказала Мара.

— Вот видишь, уже планы строятся

— Крис? — с лицом непонимающего человека, спросил Адам.

— Заберу я Аду, никуда не денусь.И ты согласился.

— Я согласился. Пары у неё заканчиваются...

— Ад, ты шутишь? Мы в одной группе учимся!

— Ой, я забыл. В общем, я спешу. Вечером заеду.

Адам в ускоренном шаге пошёл до машины.

— Теперь объясняй. Что за его сестра, откуда вы знакомы и почему такая реакция. Я не понимаю взаимосвязи, — произнесла Мара, садясь на лавочку в ожидании ответа

— Он же о ней рассказывал.

— Да-да, неугомонная, маленькая бестия, которую он любит. Разве это описание?

Я выдохнул, начиная этот рассказ, о человеке, который всю школьную жизнь не давал мне покоя.

— Ладно, окей. Мы учимся в одной группе. Изначально мы учились в одном классе. Не знаю почему, но со слов Адама, она подумала, что я "богач, плюющий на чувства людей". К слову, я так и не знаю из-за чего она так думает по сей день.

— Да ну, — сказал Тер, явно оценивая все мои поступки за годы нашего общения. — ты же не такой..?

— Будь я таким, я бы не общался с вами, — выкинув окурок от сигареты в мусорку, я ответил, переводя взгляд уже на Терроса.

— Что за дискриминация?

— Это не дискриминация, а факт. Мне было бы просто скучно общаться с людьми по статусу ниже.

— Крис, как она вообще выглядит? — всё сидящая на лавочке Мара, спросила.

— Ну... Примерно твоего роста, с рыжими, я бы сказал, красноватыми волосами, всегда с низким хвостом, чуть выше лопаток.

— О, я видела сегодня одну красноволосую.

— Да, это была она

— Симпатичная девушка, хотя, мне показалось, что у неё немалыц такой набор мышц...

— По-моему, Ад говорил, что Ада уже полтора года или больше ходит в зал.

— Погоди, то есть они Адам и Ада, при это они не двойняшки?М -да, креативные родители.

— Первое время, у меня была такая же реакция. У тебя перемена скоро закончится.

— Точно! Я побежала, до вечера, — Мара стала отдаляться, уходя на выход из парка.

Тер, севший на её место, томно выдохнул, упирая голову в руки, а руки в колени

— Как ей понравится? Я…блять, я не знаю! Почему-то с другими девушками это было легче.

— Во-первых, не быть придурком. Во-вторых, а с другими девушками у тебя была влюблённость? Не смеши меня, дружок. Да и она видела твоё бабничество, думаешь, так легко поведётся?

— В том и дело, что нет! Боже…

— Ты влип. Ладно, я тоже пошёл. А ты лети, пока время не закончилось.

— У меня отменили две пары.

— Я рад за тебя, но не от всего сердца.

Я пошёл в корпус, замечая Аделаиду и Гвен. После того, как Ада отчитала меня, с Гвен контактировать никакого желания нет.

Ада

— А-ад, ну ты же пойдёшь? Или опять “отвали, я люблю такое”?

— Пойду.

— Да поч- ЧТО? Ты точно Ада? В тебя вселился кто-то?

— Никто не вселился, — я оглядывала территорию парка, замечая, что не так далеко есть красивый лес, даже чаща.

— Отлично! Я вот буду…ведьмой?

— Это ещё и костюмированная вечеринка?

— Ну, Хеллоуин же…

— Ладно, окей. Сколько у меня дней?

— Мм…3?

Гвен меня крепко обняла, словно испытывая на прочность. Странная она в последнее время. Хотя у неё всегда крыша ехала.

— Гвен, я уже говорила. Я не люблю тактильность. И мне неприятны твои прикосновения.

— Что? Почему?

— Я тебе разжёвывать ничего не буду. Лети на свою высшую математику.

Я лишь встала с места направляясь на пару по моей любимой латыни. Предмет интересный, но местами скучноватый.

Почти столкнувшись с Кристианом, я отошла в другую сторону, лишь бы не контактировать.

— Сегодня Ад не сможет, тебя я повезу.

— В каком смысле? — я повернулась к нему, вопросительно смотря.

— В прямом. Ад тебе напишет, наверное.

— Да пошли вы-

— Да что вы так любите матерится. Прекращай, иначе домой будешь идти три часа.

— Всё равно пошёл нахуй, — я ему улыбнулась, показывая фак. Следом развернулась и пошла в аудиторию, молясь, лишь бы эти две пары мы не сидели рядом.

***

Выходя из кабинета, меня остановил Кристиан, схватив за одну руку.

— Если не отпустишь, то врежу. Вторая рука свободна, — не поворачиваясь, сказала я. К счастью, удар у меня поставленный, а рюкзак на плече.

— Нам в другую сторону, дурная.

Я повернулась, смотря с недовольным видом.

На телефон пришло уведомление:

«Ада, тебя отвезёт Крис. У меня дел по горло, честно. Прости, конечно, но так нужно»

— Я сама умею водить.

— Я не вижу у тебя машины.

— Да пошёл ты, — фыркнув, я двинулись по коридору

Мы вышли на парковку к машине, и он отключил сигнализацию.

Видимо, машинально, Вуд потянулся открыть дверь пассажирского места спереди для девушки, но я открыла её себе первее.

— Не нуждаюсь в ваших богатых замашках, — садясь в машину.

— Это вежливость. Пристёгивайся.

Я промолчала, но ремень пристегнула.

Какое-то время мы ехали молча, но в итоге, я всё же спросила вопрос, который меня достаточно долго беспокоил:

— Почему ты поддался флирту Гвен, зная, что они в отношениях с Адом?

— Это был не я.

— О да, этот запах лжи. Я не понимаю, как Адам с тобой дружит, зная правду.

— Он не такой проницательный и не понял, кто на фото.

— Сам себя спалил.

— О боже… Я отвечаю честно на твой вопрос, а ты на мой? — он повернул голову ко мне, ведя по трассе одной рукой. Дорога была пустая, проходила между лесами, так что, это было не так страшно, нежели, если бы мы ехали в городе.

— Идёт. Я жду ответ.

— Меня это не оправдывает, но я был пьян. Я уже в тот момент знал, что Адам хочет расстаться с Гвен, и, справедливость ради, изначально она изменила ему с… если я не ошибаюсь, Луисом. Он с её потока, такой с чёрными кудрями. Ну, вообщем, она мне сказала, что они уже расстались, подумал, что это правда. Она пригласила потанцевать, а я уже был нетрезв, согласился, а потом она меня поцеловала, — с совершенно спокойным видом выдал Крис, ведя машину. — Почему ты со школьного периода считаешь меня…

— Богатым засранцем, который имеет неприязнь к людям ниже его статуса? — закончила за него я.

— Такая формулировка тоже подойдёт.

— Помню, как я дружила с девочкой в школе, мало того, что её итак будили за цвет кожи, так ещё и ты. Это был октябрь, если я не ошибаюсь. Я пришла в школу, подходила к шкафчикам и увидела свою подругу, а потом твоего друга, насмехающегося над ней из-за небольшой дырки на рукаве, смахивая это на то, что “фу! Она бедная! Не дружите с ней”. И таких ситуаций было много.

— Но я сам этого не говорил.

— Но ты и не отрицал. И слова той вашей “банды” значили многое в классе. С Ами в действительности перестали общаться почти все.

— А сейчас ты понимаешь, что я не тот человек, образ которого ты представляешь?

— Если исходить из общения со мной, то не особо.

— Начнем с того, что сейчас я общаюсь с тобой нормально. А закончим тем, что “относись также, как относятся к тебе”

— Сейчас – это сейчас. Нас никто не слышит и не видит, а на людях ты другой, — в этот момент он остановил, ведь мы приехали. — Спасибо за то, что довез. Не доброго дня.

Я лишь ушла в дом, выдыхая

Как он меня достал…

Глава третья

Эти три дня, я даже не парилась в чём пойду, да и даже не знала, а вот за два часа до выхода…

Мне кажется, я выбросила все вещи из шкафа на кровать, но нашла. Платье, наверное, мама мне его купила год назад? Не суть.

Следом на мои глаза попали красные линзы. Из-за моего плохого зрения, да и Адама, у нас дома много линз. И цветные, и прозрачные, и с диоптриями, и без.

Почему бы не пойти в образе “вампира”?

Остались только туфли…

Я пошла к маме, к счастью, отец и Ад уехали, значит, она не сильно занята.

— Мам..? — я осторожно вошла в комнату, проверяя, не спит ли она.

— Что такое, Адуш? — мама, как и обычно, в приподнятом настроении, подняла голову на меня, отрываясь от то ли журнала, то ли книги с рецептами.

— Мне нужны туфли.

Мама чуть ли не подпрыгнула с кровати, услышав это.

— Что?! О боги, моя дочь — девочка!

— Мам…

— Ты одевала каблуки раз в жизни — на выпускной!

— Мама, мне срочно нужны каблуки.

— Ты идёшь на свидание? — мама интересовалась, что даже отбросила своё глянцевое чудо для чтения.

— На вечеринку университета.

— На вечеринку? Ты точно моя дочь?

— Мам…

Мама же в это время вытащила каблуки. Замшевые чёрные, с квадратным носиком, и высоким каблуком…зато тоже квадратным.

— Они же высокие

— Я могу достать шпильки.

— Нет, спасибо, не надо, — я схватила туфли, уходя в комнату. Благо, у нас с мамой один размер обуви.

К счастью, косметику я нашла быстро.

И вот, за десять минут до выхода я была готова, смотрелась в зеркало и даже не узнавала себя.

В облегающем чёрном платье в рубчик, в красных линзах, с накладными ресницами, красными губами, хотя цвет был ближе к бордовому, и на высоких каблуках, которые мне добавляли сантиметров пятнадцать к росту.

М-да, видимо, буду выше всех сегодня…

— Мам, я пошла! — я крикнула с кухни, одевая свою любимую кожанку.

Я вызвала такси, и таксист, видя меня, немного ужаснулся.

Я села в машину, уже привычно надевая наушники.

— У вас сегодня праздник или что? Понимаю, Хэллоуин и всё такое, но я вас таких уже сколько за сегодня повидал.

— Да, по всему городу.

— Как же хорошо, что я не участвую в таком.

Я лишь хмыкнула, поворачиваясь к окну.

***

По приезду, у меня осталось ещё десять минут до начала, так что я со спокойной душой опёрлась на здание, вернятно, это бар, который специально арендовали, и закурила сигарету, выдыхая дым из лёг ких.

Сбоку от меня кто-то подошёл.

— Добрый вечер, здесь ведь проходит вечеринка в честь хэллоуина? — по голосу это была явно девушка, но из-за прядей, спадающих на моё лицо, я её не видела.

— Добрый, здесь.

По шагам она зашла не одна, а с компанией, даже стало интересно, что ж это за компания, которая не знает адреса.

Заходя в здание, я слышала гул народа, музыку, стуки каблуков.

Редко бываю в таких местах, так что, набравшись смелости, я вошла туда.

Конечно, все это проходило без каких-либо организаторов.

Рядом проходили официанты с подносами, постоянно спрашивая, не хочу ли я выпить, но каждый раз слышали “нет”.

Рядом прошёл парень, и этот парфюм я узнаю из тысячи.

Недолго думая, я двинулась вперёд, не желая видеть его.

— Аделаида? — твёрдый голос, который я услышала позади, заставил меня развернуться.

— Кристиан? — я оглядывала его взглядом, замечая, что у него либо не было никакого образа, либо было что-то обычное.

Он смотрел на меня с непроницаемым взглядом, зато сглотнул, ибо я видела, как дёрнулся его кадык.

— Что ты так смотришь?

— Просто будь осторожнее.

— Угрожаешь?

Где-то сбоку от себя я услышала отчётливое:

— Крис! — в предупредительной форме, а голос был женский. Словно, я уже слышала его сегодня.

Та девушка…

Я понимала, уходить мне некуда, за мной компания Адама, и, вероятно, сам Адам.

— Ада? — и тут уже слышится голос брата.

Я молча повернулась к нему, и видя его образ, ухмыльнулась.

Красные линзы…а я думаю, куда вторая пара подевалась.

— Адам?

Хотелось смеяться, у Адама чуть челюсть не выпала от шока.

— Ада, ты девочка, что ли?

Сказать, что я была удивлена его прямолинейность — ничего не сказать.

— Ну…вроде, всегда ей была.

— Нет…ты.. в платье!

— Ага, а ещё на каблуках.

— Да ты платье одевала раз в жизни.

— Я помню, Ад. Не нужно мне напоминать об этом спустя четыре года.

— Я ничего не понимаю, но… — послышался голос какого-то парня. Тоже из их компании. Блондин, хотя явно крашенный, ибо видны корни. На руке видны татуировки, также пирсинг в носу, и кажется, в мочке уха. — Приятно познакомиться, я Террос.

Он протянул мне руку и я любезно её пожала.

— Приятно.

Следом я услышала девушку, стоящую с его стороны.

— Я Мара, — она просто кивнула, не протягивая руку. — приятно познакомиться с тобой спустя столько времени.

— Спасибо, мне тоже.

Мара выглядела, как какая-то лесная нимфа. Белые линзы, темно-зелёное платье, с достаточно глубоким квадратный вырезом, украшенным шнуровкой, длинные расклешенные рукава с изящной вышивкой, акцент же на себя забирает разрез на ноге, на лбу красивое украшение от ушей, спускающиеся тонкими цепочками, украшенными маленькими бисером или чем-то таким.

— Стоять, а где Адам? — спохватилась я, замечая, что его нет. Все остальные были на своих местах, а Ад, как сквозь землю провалился.

— Тут же сто-...— начал Кристиан, но не закончил мысль.

— Ну, отошёл человек, может, выпить захотел, — сказал Террос, осматривая всю территорию, что попадала в его поле зрения.

— Он не пьёт, — я также медленно оглядывала всю местность, замечая плохое предчувствие.

Такое, что я чувствовала раз в жизни.

Такое, что ничем хорошим не заканчивается.

— Где Гвен? — повернувшись на Кристиана, его же реакция была очевидна.

— Что ты на меня смотришь? Не знаю я, где эта Гвен.

***

На какое-то время мы отбросили мысль про Адама.

Мало ли, правда, ушёл по нужде или по работе позвонили.

Я даже успела найти эту треклятую Гвен.

А вот спустя час, я действительно стала переживать и натряхивать Адама.

И по обычному, и сообщения писала, и по видеозвонку.

А следом мне поступил звонок от него же.

— Ты дебил, чего трубку не берёшь?! Я три раза инфаркт словила!

— Аделаида, я верно понимаю, вы сестра Адама Сандерса?

Сердце пропустило удар.

Что это значит?

— Да...— я неуверенно ответила, а Крис, который подошел, тем временем успел вырвать телефон из моей руки, ставя на громкую, отдавая обратно.

— Ваш брат погиб, сожалею.

Глава четвёртая

Руки затряслись. Сердце пропустило удар.

Нет.. Нет.. Нет…

Ноги подкосились, эти чёртовы туфли ни к месту.

— Аделаида? Вы меня слышите? — говорил в трубку полицейский.

— Да… Я вас слышу, — еле сдерживая себя, чтобы не выдать своё состояние, я вымолвила.

— Вы можете приехать в отделение полиции?

— Да, конечно.

Я сбросила звонок.

Тело обмякло, я не чувствовала ног.

Телефон упал. Благо, на мягкое кресло.

Я следом.

Вернее, упала бы следом, но меня поймали крепкие мужские руки.

— Ада, ты не одна, — проговорил Кристиан, не давая мне упасть.

— Да пошёл ты к чёрту! — с истошным криком я попыталась вырваться из хватки. И он отпустил.

Дыхание участилось, в глазах плыло, тревога настигала всё быстрее.

В ушах звенело, я слышала только приглушенные звуки, но разобрать их было невозможно.

Мысли… ненавижу их. Настигают в самый ненужный момент.

Я рухнула на пол. Не в смысле упала, а в смысле ноги на каблуках уже не состоянии стоять и, скинув их, я скатилась по стене, утыкая лицо в колени.

Мысли давили, голова болела. Всё не к чёрту.

Поверить в это — невозможно.

Нет, Ад жив…

Это тупой розыгрыш.

Он жив. Жив.

Хотелось кричать. Орать во всё горло, сорвать связки, проклянуть весь мир.

Почему Адам? Почему он? Что он сотворил, что все получилось так…

Слёзы текли по щекам, платье впитывало их.

Я слышу, как рыдает Мара. Я слышу, как Террос её успокаивает. Я слышу, как Кристиан звонит кому-то.

Я слышу всё, но сказать…

Я словно язык проглотила, ни слова вымолвить не могу.

А может и не надо? Ничего хорошего это не даст. Лишь прокляну всех, а потом сама впаду в истерику.

К моему, большому счастью, тут нет никого, кроме нас четверых.

Я почувствовала на своих коленях чьи-то тяжёлые руки. Он надавил на них, качнув меня вперёд, а следом, поднял мою голову за подбородок из коленей, заставляя смотреть на себя.

Чертов Кристиан.

— Возвращайся в реальность.

Я смотрела на него. Чувствовала слезы, которые собрались в уголках, но плакать…

Нет, при нём я точно не заплачу.

Ненавижу…

Ненавижу его, ненавижу людей, ненавижу жизнь, ненавижу всех!

Сердце билось, как бешеное. Где-то в висках я чувствовала пульсирующую боль.

Надо быть сильной.

Ради мамы, ради Адама, ради…себя.

Я встала с пола, параллельно подняв телефон.

Ещё минуты две я вспоминала адрес полиции.

— Альвера, 34/2, — подсказал Крис.

— Что? — я подняла голову на него. Зрение расфокусированное.

Черт, как же некомфортно в линзах.

— Адрес отделения полиции.

— Спасибо. — это всё, на что меня хватило.

Я двинулась к выходу из терассы, как меня окликнули.

Не Крис, значит, Террос?

— Эй! Мы с тобой!

Я обернулась на него, оглядывая с ног до головы.

— Вас туда звали? Если вас захотят видеть на допросе, то вызовут.

— Адам не так тебя представлял, — скукожившись от того, что его послали, сказал Террос.

— Заткнись.

Я вышла на улицу, вдыхая воздух.

Сзади кто-то накинул кожанку.

— Забыла, — сказал голос сзади, рукой подталкивая меня вперёд.

И вот, мы оказались у машины Кристиана.

— Я не поеду с тобой, даже не думай.

— А что, пешком пойдёшь? Или на такси? В такую темень опасно садится к незнакомым мужикам, не учили?

Я лишь закатила глаза и села в салон.

Бесит.

***

Уже на ходу машины, на трассе, я потянулась в карман за сигаретой и зажигалкой.

Крис моментально открыл окно.

— Спасибо, — я открыла пачку, как Крис глянул на мою руку, протягивая свою початую пачку сигарет Captain Black Sweet Cherry. Дорогие. — Выпендрёжник.

— Не будет в моей машине дешёвого табака.

— Богач хренов.

Я вытащила одну из пачки и закурила.

С вишней. Неплохо, соглашусь.

— Зачем тебе со мной в полицию?

— Он мой друг.

— Мне плевать, тебя не вызывали.

— Если скажу, что буду адвокатом, отстанешь?

— А зачем? Ты не имеешь права, только второй курс юридического.

— Обижаешь. И у меня плохое предчувствие. Заткнись и кури.

Я зло зыркнула на него и повернулась к окну.

Мы проезжали безумно красивую местность, может, это и не так красиво в дневное время, но сейчас, поздно вечером…

Вода в озере светилась от полной луны, деревья, что скрывали этот райский уголок покачивались, а лес был больше похож на чащу.

Не зря выросла в частном доме, действительно же природу люблю.

Бросив окурок, моя голова легла на спинку сиденья, я прикрыла глаза.

В нос ударил запах вишни.

Духи? Почему так ярко чувствую?

Следом услышала, как открывается бардачок.

Теперь ясно…

Неудивительно, что Адам хотел подарить ему вишнёвый ароматизатор для машины. Надо будет отдать.

В голове прокручивались воспоминания, от этого становилось тоскливо.

— Ада, возьми уже! Плевал я на твоё “сыта”, ты с утра не ела! — Адам впихнул мне в руки батончик.

7 лет назад. После смерти дедушки.

***

— Адам, ты вообще придурок? — кричала я на него, пока он плескал меня водой

— Да че ты, повеселись! Мы ж на речке!

5 лет назад. Пикник на природе.

***

— Ад, помоги покрасить волосы.

— А сама?

— А самой скучно. Тебе всё равно делать нечего.

— Но песню выбираю я.

— Ладно, выбирай.

Он включил Gasoline — Halsey.

— Что за депресняк?

— Я просто люблю её песни.

— Я знаю. На, осветлитель. Че и как смешивать, ты знаешь.

3 месяца назад.

— Ада, — Кристиан смотрел на меня, а я открыла глаза.

— Что тебе?

— Ты с красными глазами будешь в отделении полиции?

— Что, в смысле?

Линзы…точно

— Есть антисептик?

Кристиан подал мне небольшой флакон.

— Спасибо.

Я открыла козырёк, смотря в зеркало, снимала линзы.

— Мерзко выглядит.

— Я знаю, Кристиан. Завали.

Убрав линзы в кейс, я нащупала в сумке очки.

Родненькие мои…чтоб я ещё хоть раз была в линзах.

***

Зайдя в участок я осмотрелась и меня сразу же позвали зайти.

Кристиана всё же не пустили.

— Что с ним? — я смотрела то на одного сотрудника, то на другого, глаза бегали.

— Переворот на мотоцикле, с подозрением на убийство.

— Что? — в глазах скопились слёзы, в голове гудело.

— Аделаида, вам плохо?

— Я…нет, я в порядке, прошу прощения.

— Ответьте на пару вопросов о Адаме, — я кивнула, в след чего они продолжили. — Расскажите от Адаме. Кто он? Кем был? Его отношения с окружением?

— Адам…он, на самом деле, был добряком, никогда не ругался ни с кем, это семейное, в отца пошёл, бросил колледж, помогал папе в мастерской, всё хотел открыть мастерскую в центре, но нужно было много средств и он работал не покладая рук, даже ночевал там, бывало, не помню, когда у него был выходной даже. Всем и всегда помогал.

— Хорошо. А враги? Друзья?

— Да врагов и не было…только с девушкой расстался пару недель назад. А друзья…была у него компания, с ними много времени проводил.

— Имена можете сказать?

— Только без фамилии. Бывшая девушка — Гвен. Компания — Кристиан, Мариам, Террос.

— Спасибо, это поможет нам.

Я кивнула, сдерживая слёзы и отпустили.

Кристиан стоял, куря сигаретку.

Этот вишнёвый запах я запомню на всю жизнь.

— Как всё прошло? — выбрасывая окурок, спросил тот. Слишком уж мягкий, спокойный.

— Тебя волнует? Нормально.

— Садись, отвезу домой.

— Но… — я не успела договорить, как его ладонь меня заткнула, руки спустились на талию и повернули тело к машине. Он, по-джентльменски, открыл мне дверь в салон. Я стояла пару секунд, хлопая глазами, но всё же села.

Мы выехали на трассу.

— Напомни мне отдать тебе подарок от Адама.

— Оставь. Потом отдашь.

— Какой ты странный, — я осматривала его с ног до головы, всё что видела.

Вроде, не подменили…

— Угомонись, это в знак уважения Адама.

— Ого, ты умеешь уважать людей.

— Заткнись и едь молча.

— А ещё чего? — с напором. Думаю, редко с ним так девушки общаются…

— Тебе говорили, что язык твой — враг твой?

— Говорили, не переживай.

— Тебе идёт в платье.

— Что?! — я повернулась на него с явным недоумением. А вот потом до меня дошло. Чтобы я заткнулась.

Ладно, заткнусь.

***

По приезду я почувствовала несвойственную пустоту. Слишком тихо. Слишком пусто. Слишком давит.

— Мам? Пап? — я ходила, осматриваясь. Ни мамы, ни папы…

Их привычная уличная одежда висит, а на зеркало приклеена записка.

Милая, мы уже узнали о Адаме.

Это печально, но…мы не сможем пережить это, видя тебя в ужасном состоянии. Мы потеряли сына, но умершую морально дочь — не переживём.

Это эгоистично с нашей стороны, прости, дорогая.

Мы уехали в Аризону к бабушке, ей мы нужнее.

Мама и папа.

Я пала на пол.

Мама…Папа…

Они меня бросили..? Но…но…нет, быть не может, я их дочь!

Слёзы текли рекой. Я не могла терпеть. Не могу. Я устала. Я устала от этого. Учёба…и без того скоро сессия, а тут смерть Адама?! Я для всех сильная. Физически, морально… но…я тоже человек. Я не терминатор. Даже без эмоций.

Я человек!

Это была моя первая ночь в одиночестве. В тихом, давящем и мрачном одиночестве.

Глава пятая

Идя по улице, не хотелось ничего.

Родителей нет, Адам умер. Зачем я здесь? Только усложняю судьбу. Себе, другим…

Затерявшись в мыслях, я не заметила, как врезалась в парня.

Сучара, Кристиан. Что он тут делает-то?

Аромат духов, вперемешку с сигаретами явно его выдавал.

— Девушка, у вас всё хо-... — но парень поднял взгляд на меня. — это ты.

— Это я. Не нужно докапываться до меня, стоял у своей машины с сигаретой, вот и стой, — я хотела идти, но он меня остановил, схватив за рукав худи.

— С чего ты решила, что я буду докапываться?

— С того, что сейчас схватил за руку. Уйди, я тебя прошу. Хоть раз в жизнь не попадайся на глазах.

На этот раз он меня отпустил. Я пошла своей дорогой, но не далеко. Бульвар был мрачный, с кучей тёмных закоулков. Не люблю я эту часть города, но она самая оптимальная для прогулок. Длинные улицы, полупустые тротуары, редкие машины.

— Эй, — свистнул до боли знакомый голос.

Я онемела. Не хотелось иметь с ним дело.

— Маркус, отвали. Я не буду с тобой разговаривать.

Парень обошёл меня, становясь перед лицом. Эти его серые глаза, почти, грозовые, смотрели прямо в душу. За два года он почти не изменился — те же относительно длинные русые волосы, почти закрывающие глаза, а может, и закрывающие… Раз он с хвостиком на затылке, впалые скулы, пронизывающий взгляд.

— Ты че такая опечаленная, кис?

М-да, этот говор…как я с такой гопотней встречалась?...

— Тебе какое дело? Повторяю ещё раз, отвали, — я хотела его обойти, но он вновь преградил мне путь.

— Ну, кис, я же с тобой по-доброму, — шатен стал подходить ближе. А я ведь помню, от чего тогда бежала из отношений с ним.

Сзади я почувствовала шевеление. Стоило мне повернуть голову в пол оборота, я учуяла тот же запах, что пару минут назад.

— Парень, тебе сказали свалить.

— А ты че, парень её? — Блэйд начал медленно приближаться.

Последнее чего я сейчас хотела — это контактировать с людьми, а тут он!

— Тебя это не касается. Иди своей дорогой.

И Марк послушался. Пошёл в противоположную сторону.

Кристиан развернул меня к себе.

— Это кто был?

— Бывший. Он живёт в этом районе.

— У тебя парень был?

— Кристиан, мне 22, а не 2, — я просто развернулась и пошла прямо. Хватит с меня этих драм.

***

Придя домой, что я открыла ключами, то увидела обувь в коридоре.

Значит, родители…

Я осторожно прошла внутрь, боясь их спугнуть.

— Мам… — собственный голос звучал тихо, словно я была ребёнком, провинившимся в чём-то.

Я медленно зашла на кухню. Там сидела только мама. Взъерошенные волосы, черная одежда, усталый взгляд, опухшие глаза.

— Мам, зачем вы вчера уехали? Так быстро… И трубки не брали.

Но она смотрела на меня яростным взглядом, словно я виновата в этом.

— Ада, не задавай глупых вопросов! Тут тебе деньги на первое время, — мама глянула на стол, на середине которого лежал бежевый конверт. —Там же и на похороны, думаю, тебе хватит. Мы сюда больше не вернёмся. Через 2 недели сюда въедут жильцы.

— Как жильцы? А я? Я ничего не понимаю, мам… — весь мой вид выражал шок. Жильцы, похороны, деньги…

— Ада, ты уже взрослая девочка! Снимешь себе жилье. А дом мы сдали семье. Адама можешь кремировать, дешевле выйдет, наверное.

Слишком странное поведение для мамы. Всегда яркая, импульсивная, а тут такая холодная…

— Жить мы будем в Беркли, у бабушки. Мне дали повышение, но с условием работы там. У компании открылась новая точка. А папа начнёт развиваться в том городе.

Глаза заслезились.

И в этих планах нет места для меня…

— Хорошо, мам. Я тебя услышала.

— Отлично. Закрой за мной, я ключи тут оставлю.

Я послушно закрыла дверь, скатившись по ней, как по масленой стенке. Просто обвила коленки, утыкаясь лицом.

К черту!

Руки затрясло, кислорода стало мало, перед глазами все расплывалось.

Я пыталась остановить это, чаще дышать, но…Не выходило.

Обычно, в эти моменты со мной был Адам.

Адам положил мою руку на своё запястье, что я чувствовала его пульс.

— Дыши, дура! Нет, я тебе сразу говорил, что этот…я его человеком назвать не могу! Я тебе давно говорил, что ничего хорошего тебе не принесёт. Дыши, дыши. Давай, вдох-выдох, вдох-выдох.

Вернувшись из воспоминаний, трясущимися руками дотянулась до сумки, вытаскивая воду, еле-еле я отпила.

Руки перестали трястись, дыхание пришло в норму.

***

Буквально на следующий день был понедельник.

Так не хотелось идти на учёбу, сидеть на парах, но надо.

Благо, нас пощадили и у нас всего-то 2 пары по часу.

После пар я зашла к куратору, который ещё и вёл у нас уголовное право.

На мой стук послышалось:

— Войдите!

И я вошла.

— Здравствуйте, Мистер…— не успев договорить, мистер Майлз меня прервал.

— Ада, добрый день! Заходи, не стой в дверях.

Я прошла в кабинет, присаживаясь напротив него.

— Мистер Майлз, у меня к вам…просьба. В общем-то, в нашем университете не осталось пустых комнат общежития?

— О…кажется, была одна. Но ребята просили никого не селить. У тебя что-то случилось?

— Это личное. Так есть или нет?

— Есть, да. Я поговорю с заведующей по вопросам общежития, подожди пару минут.

Куратор вышел из кабинета, а вернулся уже с ключами.

— Что ж, Ада. Комната нашлась. 403. Один ключ от входной двери, другой от твоей. Держи.

Я вежливо его поблагодарила, забрав ключ и пошла.

Хорошо иметь репутацию отличницы... Всегда на руку

Доехала домой я на такси.

Вещи были собраны со вчера.

После разговора с матерью я не хотела находится в этом доме. Вещи Адама я специально собрала в чемодан и отнесла в его мастерскую.

Оттуда я забрала и машину.

Загрузив вещи в багажник, я стояла на пороге коридора. Прощаться с домом искренне не хотелось. Но так нужно.

Ключ я сунула в почтовый ящик.

И села за руль синенького Chevrolet Cruze.

Адам на ней почти не ездил, предпочитал свой мотоцикл, но страховка у нас семейная.

В общем-то я редко езжу на машине сама, не потому, что страшно, а потому, что надо концентрироваться на дороге.

А я люблю скорость.

Впрочем, сейчас это единственный способ передвижения.

Денег на такси не напасешься.

В бардачке я нашла флешку с музыкой.

И включила.

Заиграли песни Halsey.

Сначала Gasoline — это его любимая песня.

Адам очень любил эту исполнительницу и даже был на её концерте.

Да и я не была равнодушна к ней.

Надев очки, я тронулась с места.

Полный бак, значит, Адам в последний раз заправил и просто оставил в гараже.

Доехала до общежития я за 15 минут.

В принципе, он в 10 минутах ходьбы до университета, что удобно.

Но поскольку это общежитие квартирного типа я совершенно не знаю, с кем я буду жить. Это могут быть даже не с моего университета.

Но я поднялась на четвёртый этаж.

Последний. Как и квартира.

У входа я услышала знакомый голос.

— Нет, вы слышали?! К нам подселят кого-то! Просили же, чтобы мы жили втроём.

— Боже, да угомонись ты. Значит, так надо было. Ты даже не знаешь, кто это, — а это был уже женский голос. Тоже знакомый. Но в последние дни я уже не различаю друзей и одногруппников. Может, на улице слышала…

Я открыла дверь ключом.

И замерла.

Их мне только не хватало…

Глава шестая

В коридоре стояли Террос, Мара и Кристиан.

Господи, за что мне это все…

— Ты?! — вскрикнул Террос.

Я лишь ухмыльнулась, хотя внутри была пустота.

— Представляешь, как мир тесен, как тебя… Террос, кажется, да? — мой голос звучал очень саркастично и только Крис посмотрел на меня со взглядом “надурить пытаешься?”.

Взгляд метнулся по всем ним.

Мара, стоящая в какой-то недо-пижаме шоколадного оттенка, состоящей из огромной футболки и штанов, волосы были в хвосте. По ней так и не поймешь, это её волнистые волосы или она их укладывала…

Сам Террос был в черных спортивках и такой же майке, ничего особенного. Не считая его забитого рукава.

А Кристиан стоял в серых штанах, по виду, пижамным и красной…нет, даже бордовой футболке. Кого-кого, а его в чем-то не чёрном было странно видеть.

Сама квартира выглядела неплохо.

Стояли мы в кухне-гостиной, которая действительно была немалая.

С правой стороны был кухонный гарнитур серого цвета с белой столешницей, сверху шкафчики в такой же стилистике, дальше всех стоял обычный холодильник. Чуть поодаль, шагах в пяти в левую сторону от кухонного островка стоял большой серый угловой диван, напротив которого телевизор прямо у стены, а за диваном высокий стол, даже, барная стойка и 4 высоких стула для неё.

— Какая комната свободна? — Кристиан кивнул влево, на ближайшую дверь. — Спасибо.

Кристиан

Когда Ада зашла в комнату, мне показалось, я услышал удар. Но, думаю, это не моё дело.

— Она же там не убьётся? — Мара повернулась ко мне лицом. Её выражение было очень обеспокоенным.

— Успокойся, мать Тереза, ничего она не сделает.

— Крис, она потеряла брата!

— А мы друга.

Мара поморщилась и просто ушла в свою комнату.

Тер сел на диван.

— Это же издевательство! — начал Террос, и я уже предвещал, что это будет недружелюбный монолог. — Мы просили жить втроём, нам разрешили, а сейчас…она?! Через день после смерти Адама? Нам тоже тяжело, он был нашим другом, а она сейчас к нам так относится?! Даже имя моё забыла! Как будто Ад ей ни разу обо мне не говорил.

— Не забыла.

— Что? С чего ты так взял? — Террос поднял на меня недоумённый взгляд.

— У неё эйдетическая память.

— Эйде-.. Че?

— Эйдетическая память — это вид памяти, которую иногда называют “фотографической”. Переводя на понятный язык — это то, когда можно услышать что-то или прочитать один раз, а помнить долгое время.

— А… то есть, она пыталась приколоться?

— Нет, она пыталась сделать вид, что ей плевать.

— А ты как понял?

— У меня в универе есть предметы, связанные с психологией. И я знаком с этой бестией не один год.

— Бестией…от Адама перенял?

— Возможно.

Вскоре я остался один на кухне.

Мысли метались.

От Адама к Аде.

Что произошло, что он умер?

А что случилось, что она приняла решение переехать в общагу?

Кажется, собственные мысли меня съедят.

Может, стоит к ней сходить?

От времени, просиженного на стуле, Ада уже сама вышла в кухню-гостиную.

Она молча прошла мимо, наливая себе воды.

— Ада… — не успел я договорить, как она перебила.

— Иди к чёрту, Вуд.

— Ада, послушай, — я пытался хоть как-то достучаться до неё.

— Я что-то не понятно сказала?

Я схватил её за руку, прежде, чем она успела взять стакан с водой.

На её лице читалось недовольство. Много недовольства.

— Аделаида, мать твою, Сандерс, ты умеешь слушать?

— Отпусти, — на её лице не проскользнуло ни эмоции. Ни один мускул не дрогнул. Словно она…робот? Машина? Мара бы уже избила за то, что её не отпускают, а эта пытается угрожать словесно.

Я сжал её запястье сильнее.

— Почему переехала в общагу? У тебя целый дом.

— А тебя это не касается, Вуд. Отпусти и не смей так больше делать.

— Иначе что?

— Маре расскажу. Мне показалось, на вечеринке, она была очень…противницей твоих слов “будь осторожнее”. Что же ты подразумевал, Кристиан? — её слова ударили по больному.

Конечно, Мара…приверженец доброты и порядка.

Я отпустил ее, а она, забыв про свой стакан с водой, ушла в комнату.