По головам - 3

Глава 1

— Темнозар, Яромира. Сейчас нас будут валить.

Голос Наины был спокоен, а выражение лица бесстрастно — будто речь о погоде или ценах на платину, но я поверил ей сразу.

Женщина ещё говорила, когда одна из телохранительниц встала и направилась к нам.

Я узнал об этом до того, как она покинула помещение для слуг и появилась в общем зале. Расположенные под потолком панорамные голокамеры и несколько крошечных дронов-разведчиков давали полную картину всего происходящего в радиусе действия моих способностей, а за приставленными к Наине амазонками в деловых костюмах я следил особенно пристально.

Судя по всему, они всё-таки смогли достучаться до своего прямого работодателя — то, что они подчиняются мужу Наины, а не ей самой, было видно даже слепому. Поэтому всего лишь случилось неизбежное: они догадались написать хозяину, минуя местную сеть...

Когда автоматические створки бесшумно закрылись за спиной телохранительницы, она решительно направилась в нашу сторону.

Со стороны всё выглядело чинно и благородно, женщина никак не проявляла агрессивных намерений. Но что-то в её облике показалось неправильным. До меня не сразу дошло, что.

Немного отстранённый вид, смотрящий в пустоту взгляд, самую малость расширенные зрачки... Это было чертовски похоже на действие той гадости, которую я вколол Арестантову на Королеве Солнца.

Данное открытие совсем меня не обрадовало. Потому что значило — у идущей к столику женщины сейчас нет тормозов, нет инстинкта самосохранения. Она может сделать всё, что угодно, хоть подорваться вместе с бомбой.

— Я ничего не могу. Когда люди под медикаментами... Мои способности почти не работают, — так же спокойно повторила Наина и откинулась на стуле, рассматривая приближающуюся «подчинённую».

Мелькнула мысль, что зря перестраховался и решил не брать оружия. Когда планировали миссию, ещё на лапуте, вероятность прямого столкновения казалась гораздо меньше, чем опасность попасться на глаза каким-нибудь контрразведчикам или полиции... Но реальность безжалостно раскрошила весь тонкий лёд наших умопостроений. Враги опять действовали грубо и нагло, совершенно наплевав на соблюдение всех внешних приличий.

И я не собирался ждать, когда по нам нанесут первый удар, чтобы иметь моральное право ответить. План сложился в голове очень быстро. Плохонький, ненадёжный, но всё-таки план.

— Оставлю вас на минутку? Я быстро.

Встал из-за стола и направился наискосок мимо почти дошедшей до нас телохранительницы, при этом крутя головой по сторонам — будто что-то ищу. И хоть шёл вроде бы не прямо ей навстречу, вскоре мы неумолимо сблизились. Я сделал вид, что только заметил женщину, направился к ней и громким шёпотом спросил:

— Не знаете, где здесь туалет?..

Она меня проигнорировала, и я сделал ещё шаг в её сторону.

— А? Простите, не расслышал...

Телохранительница меня наконец заметила и, видимо, промаркировала некоторой степенью опасности. Выверенным движением распахнула полы пиджака и потянулась к кобуре...

Но я её опередил. Оттолкнулся ногами, прыгая навстречу, и одновременно выхватил нож из монокристалла. Тот самый, почти незаметный, захваченный мной когда-то из оружейной Огневых.

Когда телохранительница достала и направила на меня внушительно выглядящий, действительно массивный пистолет, было уже поздно. Из её глазницы торчал нож, а сердце женщины растерянно сократилось в последний раз, будто не веря, что это — всё... И остановилось.

В такт этому где-то внутри-снаружи меня пошёл сытой пульсацией чёрный источник.

Убитая не была тенью, об этом косвенно говорило то, что от неё не осталось смерча из светящихся звёздочек. И тем не менее — даже такая жертва была угодна Богу Смерти.

Я почувствовал глухое раздражение. Ведь наверняка эта телохранительница не пойдёт в зачёт моего долга. А значит — Дит просто наживается на мне, жирует на халяву!

Сделать с этим ничего, увы, было нельзя. И размышлять о своей тяжкой доле тоже было некогда. Вторая телохранительница сразу поняла, что происходит нечто из ряда вон, и побежала в нашу сторону.

Наверняка она проклинала слишком медлительные автоматические двери, которые не хотели выпускать её в зал. Но они подарили этой женщине несколько лишних мгновений жизни.

Всё произошло одновременно — створки разъехались в стороны, и в них влетела небольшая ракета. Точно в то место, откуда телохранительница должна была появиться.

В обойме пистолета, который я забрал у её только что убитой соратницы, оказались не обычные пули. Это я понял уже после нажатия на спуск, когда вперёд устремился небольшой реактивный снаряд, вспыхнув пышным пламенным хвостом и на ходу набирая скорость.

Взрыв от достигшей цели ракеты отразил индивидуальный щит, лишь повредив декоративные элементы обстановки и ранив несколько посетителей.

К счастью — я действовал наверняка, и после первого выстрела не остановился, а продолжил нажимать на спуск. Огненные росчерки сплошным потоком устремлялись к дверному проёму, оставляя за собой дымные следы.

Защитное поле держалось... Вторая ракета тоже не смогла пробить его, и третья, и четвёртая... А вот пятая прошла сквозь просаженную серией взрывов защитную плёнку и превратил тело прячущейся за ним женщины в несколько фрагментов, разлетевшихся в разные стороны и уже не имеющих между собой ничего общего, кроме совместного прошлого.

Вокруг уже вовсю царила паника. Люди бегали, кричали, кто-то зажимал раны и голосил... Но все двери были мной заблаговременно принудительно заблокированы, покинуть зал не мог никто.

Равно как не могла покинуть его информация о том, что творится внутри. Камеры исправно передавали старые зацикленные картинки, на которых всё хорошо. Ни одна из тревожных кнопок, нажатых служащими, не отправила на сервер сигнал тревоги. Фильтры в сетевых шлюзах полностью блокировали все исходящие пакеты. Несколько дронов даже запустили локальные глушилки связи — правда, слабые, и не дающие полной гарантии, что сигналы изнутри не смогут пробиться наружу.

Для внешнего мира в помещении «Галеона» будто ничего странного не происходило — если, конечно, тут не было дублирующей, проводной системы наблюдения. Защититься от подобных вещей, и даже обнаружить их, я пока не мог.

Все меры предосторожности были предприняты мной почти рефлекторно, я практически не отвлекался на включение фильтров или на работу с камерами. Но кое-что всё же требовало моего непосредственного вмешательства.

Проверив оставшееся количество выстрелов — над стволом был крошечный экранчик, который показывал сейчас число «шесть» — я медленно повернулся и тщательно прицелился в голову ближайшему ко мне посетителю, перепуганному мужичку в костюме.

Требовалось расстрелять их всех — и посетителей, и официантов. Увы, оставлять свидетелей сейчас, когда мы на чужой планете, посреди чужого города, было смерти подобно.

Убийство, хоть и с полным уничтожением головного мозга, тоже не гарантия — хороший некромант призовёт дух погибшего даже при полном отсутствии телесной оболочки. Но такие специалисты всё же больше редкость, и с нашей стороны затруднить местным следователям жизнь было не просто желательно, это было обязательное условие существования.

Нет, устраивать массовую бойню мне совершенно не хотелось. Я прекрасно видел через камеры, какими глазами на меня смотрит Яромира. Но никаких колебаний не было, в прошлом приходилось действовать подобным образом не раз.

Когда уже почти нажал на спуск, моя супруга всё же не выдержала и вскочила.

— Стой!

— Что?

— Не надо! Не делай этого!

Я бы мог наплевать и всё-таки нажать на спуск. Но... Остановился.

Посмотрел прямо на свою жертву. Мужичок упал на колени и затряс перед собой молитвенно сложенными руками. Видимо, думал, что это поможет ему сохранить жизнь...

Внезапно все вокруг замерли и затихли, боясь пошевелиться. Каждый понимал, что решается их судьба, и возможно, у них сейчас появился последний шанс сохранить жизни.

Яра сделала несколько шагов мне навстречу, глядя почти так же жалобно, как и тот человек на полу.

— Не убивай их. У тебя же есть те уколы, которые заставляют забыть всё! Ты пополнял запас...

Резко развернувшись, я разнёс голову одному из посетителей, который попытался незаметно за моей спиной что-то набрать на своём коммуникаторе.

После этого, медленно поворачиваясь вокруг своей оси, заорал громко и убедительно — так, чтобы дошло даже до самого тупого:

— Не двигаться! Все! Лежать! На пол! Руки от коммуникаторов! Убью на хрен!

И после этого уже спокойным голосом обратился к Яромире:

— Сегодня арифметика против милосердия, дорогая. Доз у меня хватит от силы на половину тех, кто здесь присутствует...

— Могу помочь, — в наш разговор внезапно вмешалась Наина.

Она вытерла губы салфеткой и, нарочито шумно отодвинув стул, встала с абсолютно невозмутимым видом.

— Кстати, ты действительно хорош, родственник. Теперь верю, что у нас что-то может получиться.

Хотел было возмутиться тем, что она светит ненужную информацию перед свидетелями, и теперь-то их уже точно придётся убирать — но женщина будто прочитала мои мысли и подняла руку. Хотя, почему «будто»...

— Они всё равно никому не расскажут, не переживай. Я сотру им память о последних часах. Это не так сложно, но... Мне надо будет коснуться каждого.

— Хорошо, действуй! Слышали? Хотите жить — не мешайте!

Внешне потеряв интерес к происходящему, а на самом деле продолжая контролировать всё вокруг с удвоенным вниманием, я опустился на одно колено и быстро обыскал лежащую передо мной первую телохранительницу. Стащил и нацепил на себя её щит, почти такой же, как был когда-то у меня, вытащил запасные обоймы, взял коммуникатор, вынул из глазницы нож, вытер его и вернул на место, в ножны.

После этого выпрямился и огляделся, заставляя посетителей «Галеона» и официантов, с которыми встречался глазами, вжимать головы в плечи. Трофейный пистолет всё ещё был в моей руке, хотя кобуру с тела я снял и успел прицепить себе под рубашку.

Наверняка на моём фоне Наина, которая спокойно проходила от одного человека к другому и всего лишь прикасалась рукой к головам, воспринималась меньшим злом. Хотя вообще-то те, от кого она отходила, безвольно оседали, растекаясь по полу... И я на месте этих людей десять раз подумал бы, стоит ли моей родственнице доверять свои жизни. Но вслух свои мысли, само собой, озвучивать не стал — сейчас покладистость посетителей и служащих «Галеона» была нам только на руку.

Попугав людей своим видом, я направился в сторону помещения для слуг и осмотрел останки второй телохранительницы. К сожалению, ничего полезного с неё взять не получилось, кроме двух запасных обойм — и щит, и оружие, и коммуникатор безвозвратно повредило взрывом.

Я как раз закончил сбор скудных трофеев, когда Наина выпрямилась, утёрла тыльной стороной ладони лоб и отрапортовала:

— Я всё.

— Отлично.

— Нам бы убраться отсюда...

— Ничто не мешает, — махнул рукой, призывая следовать за собой. — Куда нам? Где спрятано то, что мы ищем?

Лишний раз говорить слова «Алтарь» и «Перстень» не хотелось совершенно. Пусть я и контролировал очень многое вокруг, но самый простой способ — всегда самый действенный. Если просто не говорить то, про что никому знать не желательно, то никто этого и не услышит...

— Поместье. Нам туда.

Выругался, даже не сдерживаясь. Вламываться в чужие владения, когда там наверняка все уже подняты по тревоге, задачка не из лёгких... Но где наша не пропадала?..

— Плохо. Но что делать?.. Пошли, скорее!

Когда я подвёл дам к лифту, Наина нахмурилась.

— Я бы не стала доверять... Могут перехватить, отключить.

— А я наоборот, только таким штукам и доверяю. Не бойтесь, давайте внутрь!

Двери лифта раскрылись, мы вошли, и не успели створки захлопнуться за нашими спинами, как кабина ухнула вниз.

Наина непроизвольно вцепилась мне в руку, но тут же отпустила и заглянула в глаза. Увидела, что я совершенно спокоен, и тоже расслабилась.

С другой стороны, будто ревнуя, ко мне прижалась Яромира. Вот только фокус моего внимания был сейчас не на ней, и я повернулся к новообретённой родственнице.

— Как лучше попасть в поместье? Нас туда пустят, если подъедем на своей машине? Или лучше угнать лимузин?

— Лимузин не впустят, и его отслеживают. Плохой вариант. Придётся прорываться так...

— Насколько хорошо поместье охраняется?

— Увы, хорошо. Так просто туда не попасть. Забор, автоматические турели, охранники... Меня уже наверняка внесли в чёрный список.

— Есть варианты?

Наина пожала плечами, хитро посмотрела на меня, и натянула на лицо лучезарную улыбку.

— Ты — глава семьи, племянничек. Вот и думай.

Усмехнулся в ответ. Она меня совершенно точно проверяла, и даже не скрывала этого...

Двери лифта вновь открылись, и мы быстрым шагом направились на стоянку, где нас ждала машина Фёдора.

Неладное я заподозрил, когда мы были ещё метрах в ста от неё.

Ветровое стекло было разбито. Самого нашего «агента», понятное дело, внутри не было, как и вообще нигде поблизости.

— Ну Струев, ну самка собаки... Вернусь на лапуту — урою!

— Что случилось, Зар?

— Во-первых, не называй меня по имени. А во-вторых... У нас Фёдор сбежал.

— Кто это, Фёдор? — в разговор встряла Наина.

— Наш типа «агент», — я выделил слово интонацией. — Привёз нас сюда, вписал к себе домой... Но это что-то с чем-то. Скользкий тип. Надо было его, Кровавые задери, прикончить сразу!

— Какой он? Можете попытаться вспомнить? Попробую найти...

— Найти? У нас в роду есть способности к поиску людей?

— Не то чтобы прямо людей... Скорее, их образа в головах других людей. То есть, если его кто-то видел, я это могу почувствовать.

— И какой радиус поиска?

— Увы, небольшой. Я слабая. Метров сто, плюс-минус — и плюс-минус этот очень от многого зависит...

— Сто — это уже хорошо!

— Давайте, думайте. Попробую считать.

Мы забрались, даже скорее запрыгнули, в машину — я на место водителя, Яра, немного опередив Наину, успела устроиться рядом, последней осталось только располагаться сзади. Двигатель завёлся ещё при нашем приближении, и мы сразу поехали.

Выруливая со стоянки, одновременно попытался представить физиономию Фёдора.

Почти сразу Наина кивнула, и сообщила:

— Северо-восток. Он шёл, и очень быстро, прочь от здания...

— Если поедем за ним, сможешь продолжить поиск? — я незаметно перешёл на «ты», Наина возражать не стала.

— Да. Буду искать.

Мы разогнались и буквально вылетели со стоянки, я даже не пытался сдерживать ревущих под капотом лошадей. Сейчас наше спасение было в первую очередь в скорости.

Одновременно послал команды тамплиерам, которые тоже добрались до торгового центра и отирались рядом. Не стал подбирать их и сажать к нам, наоборот, оставил бойцам свободу действий. Это была наша подстраховка на самый крайний случай, если всё пойдёт по совсем плохому сценарию.

— Налево. Он шёл туда...

Наина сообщила это, когда я уже почти переехал довольно оживлённый перекрёсток. Еле её расслышал — из-за выбитого ветрового стекла пришлось опустить ещё боковые, чтобы уши не закладывало от мгновенно выдуваемого из салона воздуха.

Получив новые вводные, я резко вырулил, нарушая все правила и проскакивая впритирку между отчаянно сигналящими машинами. Мы только чудом ни в кого не врезались — хотя в основе этого чуда было моё оперативное управление всеми узлами автомобиля, я буквально сросся с ним, стал одним целым.

Ещё больше ускорившись, я проскочил прямой участок дороги до следующего перекрёстка, перед которым немного притормозил.

— Дальше куда?

— Не знаю...

Мы опять почти проскочили поворот, когда женщина крикнула:

— Вправо!

— Такими темпами за нами скоро дорожная инспе...

— Уже, Зар.

Я ещё не договорил фразу, когда понял — за нами и правда уже гонятся, мигая люстрами, сигналя и призывая остановиться.

— Наина? Есть... Варианты?

— Могу их вырубить на время. Там уж можно добить, можно оставить — как захотите. Но надо, чтобы они были достаточно близко.

— Насколько?

— Десятка метров хватит.

— Хорошо...

Ещё больше ускорившись, я полетел прочь от приклеившихся к нам преследователей, проскочил на красный пару светофоров, завернул в какой-то глухой проулок, заехал подальше — и остановился.

Автомобиль дорожной инспекции залетел за нами следом всего несколько секунд спустя.

— Всем выйти! Руки на машину!

— Пошли, выйдем.

Мы послушно выбрались наружу, сделали, что от нас хотели, после чего один из инспекторов направился к нам. Второй остался стоять в нескольких шагах, страхуя товарища.

Тот, последний, и стал падать первым. Его товарищ не успел обернуться на шум — упал почти сразу после.

— Быстро! Переодеваемся, тела в машину, и погнали...

Мы побили все рекорды по скоростному переодеванию. Я скинул с себя дурацкую рубаху и накинул сверху форменный китель, который стянул с лежащего на асфальте инспектора, следом поступил так же и с его брюками.

Не знаю, как так получилось — мы об этом не договаривались — но кроме меня в форму переоделась именно Наина, которая натянула свой китель прямо поверх платья, а Яромира так и осталась, в чём была.

Бесчувственные тела инспекторов мы оперативно лишили оружия и коммуникаторов, после чего закинули в багажник служебной машины, куда они вдвоём еле влезли. После этого я скользнул на место водителя, Наина устроилась рядом, Яра — прыгнула на заднее сиденье. Быстро взломав бортовой компьютер, я выехал задним ходом из проулка, после чего на секунду задумался, прикидывая, куда ехать дальше.

— Я вижу его. Сто метров отсюда, — Наина внезапно тронула меня за руку. Я хотел спросить, куда ехать — но вдруг почувствовал, осознал, понял. Женщина же откинулась назад и вытерла со лба внезапно выступивший пот.

Я вырулил в нужном направлении и начал разгоняться.

Фёдор быстро и сосредоточенно шагал вперёд по тротуару, иногда обеспокоенно оборачиваясь. Увидев нашу машину, приближающуюся к себе, он внезапно развернулся всем корпусам и замахал руками, стараясь привлечь внимание.

Конечно же, мы не стали игнорировать «агента» и тут же затормозили рядом.

— Прошу вас, помогите! Мою машину угнали! Вот документы... — он обращался к Наине, сидевшей ближе к нему. Но вдруг взгляд его скользнул дальше, и он увидел на заднем сидении Яромиру. После чего, будто не веря, повернулся ко мне... И глаза его в ужасе расширились.

Сделать он ничего не успел, осел на асфальт. Наина открыла дверь, выскочила наружу и начала причитать, явно играя на публику:

— Человеку плохо! Скорее, помогите занести его внутрь!

Закинув Фёдора на заднее сидение, так, что Яре пришлось подвинуться, мы вновь сорвались с места. Теперь уже можно было не отвлекаться — я знал, куда ехать...

Внезапно, в кабине ожила служебная рация и раздался чей-то голос.

— Триста пятый! Триста пятый! У вас всё в порядке?

— Да, у нас всё хорошо! Взяли нарушителей, они пытались оказать сопротивление!

— Будьте осторожны, триста пятый! Один из нарушителей может быть тенью! Опасные способности!

— Женщина, из знатных? Мы обезвредили её.

— Отлично! — я прямо почувствовал облегчение в голосе. — Развернитесь и срочно возвращайтесь в участок. Тут уже за вашими нарушителями прилетели... В другое ведомство передадут.

— Хорошо! Сейчас, только развернусь — и приедем...

— Вы проехали уже четвёртый разворот, триста пятый!

— Просто разогнался, не остановиться...

— Триста пятый! Триста пятый... Эй! Бычок! А что с твоим голосом?..

Над приборной доской совершенно неожиданно — просто не успел взломать до конца всю аппаратуру внутри автомобиля — появилась голограмма человека в форме.

Хмурясь, он уставился на меня. То есть, понятно — смотрел человек не именно на меня, а на созданную там, у него, мою проекцию — но ощущение присутствия было полное.

— Ты... Ты кто такой, а?

Пришлось показать инспектору средний палец и принудительно завершить сеанс связи — я наконец взломал и отключил рацию.

— Пристегнитесь... Похоже, уйти тихо не получится.

Глава 2

Визг покрышек, рёв двигателя, противное верещание сирены, отблески мигалок... Мы неслись вперёд по забитым транспортом улицам, то и дело пролетая перекрёстки на красный свет, выезжая на встречную полосу, а зачастую проскакивая в каких-то сантиметрах между другими участниками дорожного движения, едва их не задевая.

Уже наступило очень раннее утро, и город медленно пробуждался ото сна. По многочисленным дорогам тысячи работников и служащих ползли к тем местам бетонно-металлически-стеклянного муравейника, где должны были выполнять свою основную функцию — незаметную ежедневную работу, без которой муравейник бы не смог существовать.

По сложившейся привычке я вёл машину, закрыв глаза и не притрагиваясь к органам управления. Наина, когда в первый раз обратила на это внимание, со значительным видом посмотрела — мол, ты нормальный вообще, или как? Но ничего не сказала.

Когда мы прошли впритирку между грузовиком и каким-то кабриолетом, и меньше чем за минуту дважды, казалось, лишь чудом избежали аварий, женщина внезапно успокоилась. Видимо, поняла, что мне лучше не мешать, и начала просто смотреть вперёд, как будто ничего из ряда вон не происходит. Но её невозмутимость была не такой уж и непробиваемой. Иногда она зажмуривалась, особенно когда мы вылетали на встречку и нагло пёрли вперёд, заставляя едущих навстречу сворачивать, чтобы избежать столкновения.

Конечно же, все датчики положения и отправку информации о координатах машины я отключил первым делом, сразу, как взломал все внутренние системы, и как стало ясно, что нас раскрыли. Теперь нас отследить можно было только через системы наружного наблюдения, и это давало некоторую фору. До того момента, как городское начальство сориентируется в ситуации и сможет обложить нас по всем правилам, требовалось убраться как можно дальше от места нашего последнего контакта, где совершенно точно засекли нас. Я выделил нам где-то четыре минуты такой бешеной гонки. После этого, предположительно, должны были начаться проблемы.

— Наина.

— Да?

— Ты можешь стереть память нашему Фёдору?

— Не отвлекайся от дороги, племянничек...

— Всё под контролем. Я могу управлять машиной, контролировать всё вокруг через камеры... Одновременно с этим говорить с вами, и делать что-нибудь ещё.

— Хорошо. С какого времени надо стирать?

— Часов девять где-то... Лучше бы всю, конечно, но это же маловероятно?

— Не могу. Гарантированно — час, возможно, если повезёт — два. Не больше.

— Плохо... — я резко свернул в неприметный грязный проулок, образованный двумя глухими стенами без окон, заставив машину наклониться набок и встать на два колеса — нас чуть не перевернуло.

Когда мы въехали в рукотворное бетонное ущелье, я сбавил скорость — но не из-за того, что испугался. Затормозил у какой-то помойки, выскочил наружу и распахнул заднюю дверь. Схватив Фёдора за шкирку, выволок его на асфальт и протащил за собой, закинув в конце концов в мусорный бак. Отступил на шаг, прицелился, выстрелил в голову. Вытер лицо от кровавых брызг, неудачно разлетевшихся в стороны, и запрыгнул обратно, в уже начавший набирать скорость автомобиль.

Несколько секунд — и мы вновь вырулили на улицу, разгоняясь всё больше и больше...

Наина значительно посмотрела на меня. Никак не среагировал на это. Тогда она отвела взгляд, открыла бардачок, покопалась в нём, и достала упаковку влажных салфеток.

— На, держи. А то у тебя видок ещё тот. Зеркальце дать?

— Не надо.

Всё так же не открывая глаза, оттёр кровь Фёдора. И выругался — судя по камерам, в нашу сторону уже пробивались преследователи. Смогли вычислить даже раньше, чем я рассчитывал.

Ни на секунду не замедляясь, мы залетели на какую-то парковку, сразу за неспешно зарулившим туда шикарным автомобилем представительского класса. Судя по отсутствию гербов, флажков и прочих атрибутов, он принадлежал просто какому-то большому чиновнику или управленцу. Не клановому — что-то масштаба городской власти.

— Остановите машину! — проорал я в громкоговоритель.

Водитель автомобиля послушался, мы пристроились сразу сзади, но чуть в стороне.

Я вышел и прошёл вперёд. Водитель опустил боковое стекло и начал возмущаться:

— Слушайте! Я пожалуюсь вашему начальству, ведь я водитель самого...

Договорить фразу ему не дал — просто распахнул дверь и вытащил бедолагу наружу, скрутив так, чтобы не рыпался.

— Наина?

— Сейчас...

Как только женщина сделала своё дело, кивнул ей на нашу новую машину:

— На заднее сиденье. И сними эти шмотки...

Сам стащил с безвольного тела водителя куртку, после чего затолкал его в багажник, быстро переоделся и прыгнул за руль. Наина послушно избавиться от кителя, и вновь была в своём шикарном платье. Они с Яромирой забрались на заднее сиденье нашего нового транспорта, изображая пассажирок. Надо сказать, вместе эта парочка смотрелась. Синее и красное, рыжее и светлое... Если бы у моей супруги цвет волос был оригинальным, выглядело бы всё ещё лучше.

Минуты не прошло, как мы выкатили наружу — быстро, но не превышая допустимую скорость и не нарушая никаких правил.

Напряжение отпустило только когда где-то через минуту мимо нас пролетели автомобили дорожной инспекции. Внимания на нас они не обратили, и позволили спокойно проехать дальше.

— Кажется, пронесло...

— Да. Какое-то время у нас есть, надо успеть добраться до поместья.

Мы снова начали набирать скорость, хотя теперь я нарушал очень осторожно и стиль вождения изменил кардинально.

Пользуясь этой относительной передышкой, повернулся к Наине:

— Так вот. То, что мы ищем... Оно на территории поместья, так?

— Не совсем. Там только часть... Та, которую я смогла спрятать в своих украшениях.

— Плохо, но ожидаемо. Хорошо. А где остальное?

— За остальным, увы, придётся чуть-чуть проехаться. Оно... Там, где раньше были владения Разумовских.

— Совсем плохо. Но ладно, где наша не пропадала... Можно координаты? Я хоть примерно прикину, куда потом добираться.

— Да. Вот, — Наина активировала голоинтерфейс управления машиной, вызвала на нём карту, и указала точку. Ехать предстояло в соседнюю область.

Ненадолго в салоне повисло молчание, все переваривали информацию.

— Ладно. С этим разберёмся потом... А что насчёт твоего мужа, Наина? Он будет нам мешать? Он вообще кто? Опасен?

— Опасен. Он лис-оборотень, боец. К счастью, его сейчас нет в поместье... Иначе это была бы проблема.

— То есть, на помощь от него можно не рассчитывать?

Наина фыркнула, а Яромира подобралась и повернулась в её сторону — кажется, моей супруге было всё это очень интересно.

— А... Как вы с ним вообще?

— В смысле, как? — Наина горько усмехнулась. — Девочка, ты действительно хочешь знать, как? Я тебе расскажу... Когда весь род истребили, буквально вырезали на корню, тот, кто был в числе самых отъявленных и жестоких убийц, тот, у кого руки были по локоть в крови — он внезапно пожалел одну девочку... Потому что она показалась ему слишком красивой для окончательной смерти или вечного заточения. И он решил сохранить ей жизнь, превратив эту жизнь в ад.

Яра коснулась руки Наины и попыталась заглянуть ей в глаза.

— Я не знала... Простите.

— Спасибо, девочка, за сочувствие. Но мне оно не требуется. Мне нужна только месть, и ничего больше, — женщина смотрела прямо перед собой и даже не повернула головы. Казалось, разговор её ничуть не волнует. Но я заметил, как она сжала в кулак ладонь — ту, которую Яромира видеть не могла. А я мог — спасибо камерам внутри автомобиля...

Наина перевела взгляд на меня, будто знает, что я знаю, и всё такое — но меня это ни капли не смутило. Прямо на ходу повернувшись назад, я спросил:

— У меня вопрос. Почему Разумовских убрали? Это были чисто политические мотивы... Или враги боялись способностей рода?

— Второе. Да, мы приобрели немалый вес чисто за счёт разного рода активов — лапуты, заводы, корабли, земля... И забрать это мечтал каждый, кто завидовал нашему богатству и могуществу. Но ради одного этого род не стали бы вырезать под корень. Вся беда, действительно, в наших способностях. Я знаю всего две семьи со схожими источниками — это Зелёная Ветвь и Дипмайндеры. И те, и другие захватили власть в своих мирах, полностью подмяв под себя конкурентов.

— Интересно... И как по-твоему, почему победители рискнули оставить тебя в живых? Как позволили Рыжову сохранить того, кто представляет такую опасность?

— Ну, во-первых, один человек — это вообще не серьёзно. Семья, где каждый способен управлять разумом — вот таких рядом с собой держать действительно опасно. Что же до меня... Я одиночка. Без Алтаря, без поддержки, максимум я доставлю кое-какие проблемы, но не больше. Ни развиться толком, ни узнать новые печати, после первой же гибели — почти гарантированно попадусь... Нет, об этом даже не стоит говорить.

— А во-вторых?

— Во-вторых...

Наина внезапно дёрнула ворот своего платья вниз, и показала покрытый рунами тонкий золотой ошейник на своей шее.

— Во-вторых — вот. У моего мужа артефакт, с помощью которого он может заставить эту штуку делать мне больно... И даже убить. И есть у него ещё один артефакт, который защищает от воздействий на разум.

Я присвистнул.

— Да, племянничек. Он действительно неплохо так потратился на меня. Выложил целое состояние мастерам. Я оказалась для него дорогой игрушкой. Но он никогда не стоял за ценой и не заботился о таких мелочах, как реальаня стоимость тех вещей, которые хотел получить.

Яра снова коснулась руки женщины, выражая сочувствие. И на этот раз Наина отреагировала: повернулась к моей супруге и грустно кивнула, улыбнувшись.

— Знаете, это очень непривычно. Что кому-то не безразлично то, что у меня внутри. Пожалуй, ради такого стоило столько ждать...

— А ты ждала?

— Да. Чего-то я всегда ждала, племянничек. Как минимум — избавления от этой вечной пытки.

— Там не лучше, — усмехнулся я в ответ и отвернулся, сделав вид, что смотрю на дорогу — мы проезжали мимо стационарного поста дорожной инспекции, и не хотелось привлечь их внимание раньше времени. — А способности... Наина, что ты умеешь?

— Увы, я очень слаба.

— Но всё же?

— Вы почти весь мой арсенал уже видели. Я могу чувствовать чужие эмоции, направленное на себя внимание...

— В каком радиусе?

— Небольшом, и это зависит очень от многого. Но вы, когда подъехали к поместью, оказались слишком близко... И людей с такими же способностями мы чувствуем очень хорошо.

— А сейчас оно есть, это внимание?

— Ещё бы. Сейчас за нами гонится вся дорожная инспекция города... И кого ловят, они знают прекрасно.

— Понятно. Что ещё?

— Могу транслировать другим эмоции. Общаться мысленно с теми, кто обладает такими же способностями и умеет делать так же. Чувствовать живых, когда вокруг никого вообще нет. Могу стирать последние воспоминания. Могу усыплять ненадолго. Могу вызывать паралич, буквально на пару-другую секунд... Вот, собственно, и всё.

— А делать так, чтобы не транслировать другим эмоции?

— Конечно, — женщина недоуменно пожала плечами, будто это само собой разумеется, и вдруг с подозрением уставилась на меня: — А у тебя ведь с этим проблемы, ведь так?..

— Так.

— Это одна из первых печатей, которые обязательно ставили всем в семье... Но тебе, понятное дело, узнать об этом было неоткуда. Что же. Это первое, что тебе надо будет сделать у Алтаря.

— Да. Это то, ради чего я изначально всю операцию и затеял... Но чем дальше, тем больше мне кажется, что это лишь первая ступень на лестнице вверх.

— Если никто это лестницу не разрушит.

— Если никто не разрушит, да. Но пусть только попробуют!

Когда мы почти подъехали к поместью, я затормозил и свернул в неприметный проулок.

— Что случилось? — Яра встрепенулась и озвучила возникший у обоих моих спутниц вопрос, просто моя супруга оказалась менее сдержанной.

— Дорога перегорожена машинами дорожной инспекции. Вдоль ограды ходят люди с оружием.

— Плохо...

— Да.

— Вызовем «Косатку»?

— Только в крайнем случае.

— Подождём тамплиеров?

— Возможно...

— У вас есть свои тампилеры?

— Да. Двое, наёмники. Отличные ребята... Правда здесь они, увы, налегке...

— Я много слышала про этих людей.

— А я видел их в деле... Несколько раз. Всё, что про них говорят, правда — про некоторое ещё и умалчивают. Всё, хватит болтовни. Время!

Вызвав Луция и Тита, которые ехали в нашу сторону на взятой напрокат машине, обрисовал им ситуацию. Эти двое ненадолго задумались.

Внезапно Тит фамильярно пихнул десятника в бок кулаком, заставив того досадливо сморщиться, и выдал:

— А давайте угоним танк!

Я только усмехнулся в ответ, и посмотрел на Луция — мол, ты за подчинённым следи, а то он совсем того уже.

Но тамплиер внезапно спокойно ответил на мой взгляд, и даже больше того — его глаза загорелись.

— Нам было сказано — добыть оружие в бою. Мы его добудем!

Глава 3

— Итак. Вы собрались угнать танк. Судя по всему, это не шутка?

— Не шутка.

— Рассказывайте.

— В центре города памятник. Имперский, в честь победы над Чужими. Можно завести.

— Памятник?.. Завести?!

— Да. Наши бывали здесь, раньше. Залезали внутрь. Любопытно было... Потом рассказывали. Нужны только новые энергетические элементы, и танк поедет.

— И... Неужели там всё сохранилось?

— Вполне. Простая конструкция, консервация. Никто ничего не разбирал — лишняя работа. Оставили, как есть.

— Но орудия-то демонтированы?

— Танк полностью демилитаризован.

— Мы будем лёгкой мишенью...

— Генератор поля рабочий. Пока не подтянут артиллерию, нас не взять.

— Вы не нарушите этим каких-то своих правил?

— Нет. Узнали о танке до того, как заключили контракт.

— И что нам потребуется?

— Энергетические элементы. Много.

— Насколько много?

— Тридцать стержней, минимум.

Задумался.

По идее — всё, что надо, хранилось в трюме «Косатки». Но светить корабль очень не хотелось. И уж если бы я решился это сделать, то куда проще и надёжнее было попасть на территорию поместья сразу на корабле, минуя все промежуточные этапы.

Честно купить энергетические элементы в нужном количестве мы тоже не могли — просто не было таких денег, ни наличных, ни любых других.

Итого, оставалось только одно.

Используя доступные в сети открытые ресурсы, я быстро проглядел все варианты с заправками и точками, что торгуют энергетическими стержнями. Выбрал несколько ближайших к городскому парку. Поискал доступные для подключения извне камеры, с их помощью изучил обстановку.

Остановился на небольшом магазине в промзоне — это было именно то, что надо, чтобы провернуть дело без лишних свидетелей.

— Луций, Тит. Можете добыть какой-нибудь фургон и подъехать, — скинул им адрес магазина, — вот в это место?

— Принято!

— Отлично. Мы там будем минут через пять...

С оценкой времени, правда, я малость промахнулся. Дорога заняла почти четверть часа — пришлось несколько раз подряд сворачивать во дворы и переулки прямо перед едущими навстречу машинами дорожной инспекции, пережидая, пока они не проскочат мимо.

В небе несколько раз мелькали патрульные флаеры и поисковые дроны, но их было слишком мало, чтобы беспокоиться. Ещё помогала облачность — благодаря низко висящим тучам можно было не переживать, что нас засекут из космоса. Тем не менее, я попросил Яру и Наину разложить задние сиденья, лечь и лишний раз не отсвечивать в окнах. А все стёкла, само собой, затемнил в первую очередь.

Когда мы подъехали к нужному нам зданию, возле него уже был припаркован старый обшарпанный фургон, который тамплиеры просто-напросто угнали. Сами они стояли рядом и «курили» с независимым видом, будто просто решили передохнуть после долгой дороги.

Я подрулил к самому входу и остановился у небольшого крылечка, прямо под запрещающим знаком.

— Наина. Сходишь со мной, «выключишь» всех, кто там будет?

— Нет проблем, племянничек.

— Яра? Посидишь пока тут?

— Да куда я денусь...

— Со спасательной лодки, да.

Мы с Наиной выбралисьиз машины и вошли внутрь. Скучающий паренёк за прилавком даже не успел ничего понять — просто отрубился, когда моя спутница применила на нём свою способность.

Сама она при этом немного изменилась в лице. Но мне ничего не сказала, а сам я тем более не стал поднимать вопрос того, что использование источника даётся ей не так уж и легко. Раз считает, что всё в пределах нормы — значит, беспокоиться не о чем.

Оттащив бесчувственное тело паренька в подсобку, я сел за его рабочее место и быстро взломал систему. Убедился, что других живых внутри нет, и выяснил, что мы находимся всего лишь в офисе конторы.

То, что нам было нужно, хранилось на складе. К счастью, ехать никуда не требовалось, он находился в соседнем здании. Люди там тоже отсутствовали как класс, все погрузочно-разгрузочные операции были полностью автоматизированы.

Скинул Луцию на коммуникатор команду, куда подъехать, разблокировал двери склада и приказал обслуживающим его роботам загрузить в фургон нужное нам количество энергетических элементов, а заодно с десяток мощных промышленных аккумуляторов. Не дожидаясь, когда всё закончится, вышел из офиса, заблокировал за собой двери и высветил на них голографическую надпись «Технический перерыв».

В сторону городского парка мы выехали, не став дожидаться тамплиеров. Я не хотел привлекать лишний раз внимание, а движением такой странной колонны из автомобиля представительского класса и старенького фургона могло кого-то заинтересовать.

К моменту, когда мы доехали до парковки перед входом в парк, с помощью камер я уже детально изучил ту металлическую громадину, которую нам предстояло оживить. Она внушала.

Это был не оставленный на яхте «Шершень». Нет, наш юркий и маневренный десантный танк, приспособленный для полётов низко над землёй, можно было назвать скорее летательным аппаратом с урезанным функционалом. Перед нами же стоял настоящий сухопутный дредноут, фактически — небольшая самодвижущаяся крепость.

Приземистый, но массивный силуэт, толстая броня, предназначенная сдерживать всё то, что пропустят мощные защитные поля, целая батарея пушек в боковых спонсонах и пяти расположенных сверху башнях — такая штуковина создавалась для того, чтобы перемалывать целые орды Чужих и выдерживать орбитальные бомбардировки.

Главное достоинство танков такого типа — мощные поля и возможность динамически переключать энергетические потоки. Имперские инженеры создали гениальную в своей простоте конструкцию. Избавившись ото всех агрегатов, предназначенных для поддержания танка над землёй, всё высвобожденное внутреннее пространство они заняли реакторами, генераторами щитов и орудиями.

За счёт управления энергией можно было стрелять как из всех пушек сразу, так и выдать полную мощность только на главный калибр, расположенный в самой крупной, верхней башне. За счёт этого танк был равно эффективен и при круговой обороне против больших масс противника, и в наступлении, когда требовалось пробивать особо мощные силовые щиты и разносить на атомы серьёзные укрепления.

Троированные генераторы защитных полей позволяли легко выдержать не менее десятка выстрелов из корабельных орудий — достаточно, чтобы поставить маскирующую дымовую завесу и попытаться уйти от огня. Конечно, это была ни разу не панацея, в дуэли между кораблём и танком, если предположить неограниченное время и отсутствие внешних факторов, всё равно победил бы первый, только за счёт одной лишь подвижности и возможности уклоняться от выстрелов. Но для противодействия космическим угрозам всегда использовались совершенно другие средства, а танки создавались для другого — и, к слову, стоили по сравнению с теми же кораблями гораздо дешевле, а огневую мощь и защиту имели такого же класса...

Оказавшись у парка, я притормозил и дождался, когда в области видимости покажется фургон с тамплиерами. После этого приказал им двигаться следом, а сам нагло въехал в главные ворота и покатил прямо по идущей от них пешеходной дорожке, разгоняя праздных гуляк звуковыми сигналами. Класс машины позволял действовать так нагло — пусть попавшиеся навстречу люди наверняка подумали в нашу сторону много всего хорошего, но расступались и пропускали послушно.

«Воровство» памятника, хоть мы никогда и не готовились к такому, напомнило работу хорошо отлаженного механизма.

Резко затормозив возле него, мы оставили свои машины. Тамплиеры тут же забрались под танк — по их словам, попасть внутрь можно было только через нижний люк, по какой-то причине оставленный незапертым.

Полминуты спустя задняя дверь, предназначенная для технического обслуживания, с противным лязгом распахнулась, открывая заполненное различными агрегатами чрево металлического гиганта. В неё тут же устремились украденные мной со склада роботы-погрузчики, которые уже стояли рядом с энергетическими элементами на изготовку в своих манипуляторах.

Сам я вскарабкался к командирскому люку, и как только его открыли, тут же юркнул внутрь.

Яромира и Наина последовали за мной. Я даже отвлёкся ненадолго, любуясь на то, как ловко и грациозно они взбираются вверх и ныряют в люки для членов экипажа. Особую пикантность картине придавал нюанс, что обе были в платьях — совершенно не в той одежде, которую ожидаешь увидеть на людях, лазающих по броне.

Сохранил несколько особо удачных кадров со следящих за памятником камер. Не для публичного использования, просто на память — ведь наша операция считалась вроде как секретной, и нас тут вроде как не должно было быть...

Когда я устроился на командирском кресле, системы управления танком уже частично ожили — ведь я не стал ждать, пока реакторы раскочегарятся, и приказал роботам подключить в параллель к ним аккумуляторы. Это решение позволило очень хорошо сэкономить время. Благодаря ему, к моменту, когда энергетическое сердце танка вышло на полную мощность и начало вырабатывать положенные мегаватты энергии, я уже взломал почти все жизненно важные системы и разбирался с управлением.

Результаты теста самодиагностики заставили испытать некоторое разочарование, технически танк был исправен далеко не на все сто. Из трёх щитов рабочим оказался всего один, из шести основных двигателей не выдавала критических ошибок только половина. И это не говоря о всяких «мелочах» — сбоил климатический контроль, не работали средства наблюдения, не отзывались подсистемы пожаротушения и самовосстановления, напрочь отсутствовали сенсоры, да и вообще очень многое требовало ремонта или замены.

Тем не менее, в целом танк был действительно на ходу, в этом тамплиеры не соврали. И как только реакторы начали обеспечивать его энергетические потребности полностью, я приказал роботам отключить аккумуляторы. Когда они это сделали, попытался сдвинуться с места.

С жутким скрежетом, завывая катушками приводов, танк начал движение. Лязгая гусеницами и всё больше разгоняясь, он подъехал к краю массивного пьедестала и ухнул вниз, заставив меня чуть ли не впечататься лицом в приборную панель. Управление было чертовски непривычным, но я быстро осваивался, привыкал к габаритам и динамическим характеристикам танка.

На площадь перед постаментом, вереща сиренами и рассыпая вокруг сине-красные блики, вылетела полицейская машина. Повернул прямо на неё — водитель и его напарник выскочили в последний момент и порскнули в стороны. Когда мы проехались по их автомобилю, превратив его в плоский блин, эти двое открыли по нам огонь из табельного оружия, но работающий на полную катушку щит танка эти комариные укусы просадили хорошо если на пару процентов.

Постепенно ускоряясь, мы устремились вперёд — сначала по главной аллее, потом свернули и начали пробиваться прямо сквозь деревья. Толстые стволы ломались, как спички, и не могли задержать наше продвижение ни на секунду.

Вскоре мы покинули пределы парка и поехали по городским улицам. Позади оставались глубокие цепочки следов от широких гусениц. Всё, чему не посчастливилось оказаться у нас на пути, сплющивалось в блин и вминалось в асфальт, который тоже перемалывался в бесформенное крошево. Водители и пассажиры попавшихся навстречу машин, бросив всё, распахнув дверцы выпрыгивали наружу и с воплями разбегались в стороны.

Однако это длилось недолго — вскоре дорога перед нами опустела. Не иначе, городские власти успели сориентироваться... Зато позади появился шлейф из полицейских автомобилей. Они не приближались и не стреляли, просто следовали за нами по пятам.

Когда мы наконец выкатились из-под прикрытия домов и направились к поместью, по нам открыли шквальный огонь. Стреляли дорожные инспекторы и полицейские, прячущиеся за своими машинами, стреляли охранники Рыжовых, сбежавшиеся со всех сторон, стреляли показавшиеся из-под земли автоматические турели. Наиболее опасны для нас были именно они, это я видел по тому, как от вылетающих из широких раструбов их плазменных пушек разрядов начал неумолимо проседать заряд щита.

Тем не менее, нехитрые подсчёты показали — даже в самом худшем случае к моменту, как мы окажемся у стен дворца, расположенного в центре принадлежащей Рыжовым территории, танк будет ещё цел. Если, конечно, никто не подтянет серьёзную артиллерию, не попытается достать нас из космоса, или не придумает ещё что-нибудь в таком роде...

Будто подслушав мои мысли, вдали поднялись в воздух и устремились в нашу сторону десятка два дронов-камикадзе. Врезаясь в наш щит один за другим, они начали просаживать его с недопустимо большой скоростью.

Я крикнул через внутреннюю систему связи:

— Луций, Тит! Пикап справа! Пулемёт в кузове! Сейчас будем рядом...

Разжёвывать команду не потребовалось — меня поняли и так. Мы почти наехали на пикап, заставив находившихся в нём полицейских разбежаться в стороны, после чего я резко затормозил. В этот момент тамплиеры выскочили наружу и двумя стремительными тенями метнулись вперёд. Какие-то секунды — и пулемёт развернулся на сто восемьдесят градусов, принявшись палить по атакующей нас туче. Дроны стали взрываться прямо в воздухе, один за другим, пока небо над нами не очистилось. Потом пришла очередь и тех, кто пытался достать нас с земли.

К моменту, как тамплиеры расстреляли весь боезапас и вновь скрылись под защитой танковой брони, огрызались против нас только две турели — и с этими помехами ничего сделать без тяжёлого вооружения было, увы, нельзя. Но я просто наехал на одну из башенок, превратив её в груду обломков, и остаток пути до поместья мы проделали уже почти в тепличных условиях.

Наина ещё по дороге к парку в подробностях разъяснила, как и куда мы должны попасть внутри поместья, так что ехал я не наугад, а старался как мог оптимизировать наши перемещения внутри здания.

На скорости протаранив одну из стен дворца, наш танк на добрую треть вломился внутрь, и я снова заорал:

— Тит, Луций, Наина! Вперёд!

Правда, это оказалось скорее лишним. Тамплиеры и женщина, не дожидаясь моей команды, уже выскочили наружу, прямо в клубящиеся облака пыли. И тут же устремились к господским покоям.

Встреченные по пути слуги в испуге разбегались, оказывать сопротивление никто даже не пытался. И тем лучше для них — благодаря этому удалось избежать лишних жертв.

Возле красивой деревянной двери, которая внутри на самом деле была из прочнейшего металла, Наина остановилась и разблокировала замок. Повезло — доступ ей никто не успел закрыть, и створки послушно разъехались в стороны.

Дальше никаких сложностей не последовало. Проникнуть в комнату, где хранились драгоценности, забрать их — женщина решила не ограничиваться одним кольцом, а прихватить всё — и поскорее свалить оттуда.

В то же время мы с Яромирой спускались в спрятанный в подвале гараж, по очень удачно и совершенно не случайно оказавшейся перед нами служебной лестнице.

Когда я после минутной возни взломал дверь в конце небольшого коридорчика внизу, нам открылся вид на огромный ангар, весь заставленный разного рода техникой. У меня аж глаза разбежались — чего там только не было, от лимузинов до внедорожников, от представительских броневиков до спорткаров, это не считая всяких мотоциклов и юрких флаеров.

Последние могли бы стать для нас лучшим вариантом, но при таком переполохе вокруг подниматься в воздух было слишком большим риском. Поэтому среди всего этого многообразия я выбрал спортивный автомобиль на антигравитационной подушке, с самым мощным двигателем из всех в ангаре.

Конечно же, без пароля и биометрии владельца завести агрегат не получилось. Но я заставил вычислитель войти в режим разработки, через него стёр основную прошивку, а затем скачал и установил новую. Всё это тянулось мучительно долго и заставляло нервничать, но нам всё равно приходилось ждать Наину и тамплиеров.

Наконец, автомобиль послушно взревел двигателем и выдвинул из капота фары, которые я тут же заставил спрятаться обратно, а заодно принудительно погасил задние фонари. Пусть нас и так легко могли поймать на прицел, но я не хотел никому облегчать работу.

Рванув с места, я подъехал прямо к двери, из которой через несколько секунд выскочили Наина, Тит и Луций. Едва они запрыгнули внутрь, заняв всё заднее сиденье, как я тотчас мысленной командой вдавил педаль газа и мы устремились вперёд, к уже открывающимся воротам гаража.

Одновременно наш танк, повинуясь моей воле, развернулся и попёр на окружившие его полицейские машины, среди которых появились первые броневики. Вражеский огонь уже ощутимо просаживал щиты, у наших противников появилось серьёзное оружие — гранатомёты и переносные плазменные пушки. Ждать больше было нельзя, и я, скрепя сердце, отправил ещё одну команду.

Реакторы начали набирать мощность, постепенно выходя в красную зону, и спустя пару десятков секунд должны были сдетонировать... Вот только это не успело произойти. Сверху, прямо сквозь тучи, вниз устремились несколько мощных разрядов, один из них попал в танк, и металлический гигант буквально вспух огненным цветком, оставив после себя глубокую воронку, а на сотни метров вокруг раскидав обломки.

В это же время мы на полной скорости вылетали с территории поместья, с другой стороны от дворца. Навстречу тащились машины дорожной инспекции, и мы нагло прошли совсем впритирку к ним, практически мгновенно оставив этих черепах позади.

Как только пролетели ближайший поворот и скрылись с их глаз, я повернулся к Наине и спросил:

— Успешно?

— Да.

Протянул руку назад, и женщина послушно вложила в неё кольцо с сине-зелёным камнем.

С некоторым благоговейным трепетом нацепил его на свободный палец. Поднял ладонь. Сжал кулак.

И сказал, как-то глупо и восторженно улыбаясь:

— Рождение семьи Огневых-Белых-Разумовских все запомнят надолго...

Мои слова подтвердили сразу три вспышки.

Глава 4

Мы имели небольшую фору и преимущество в скорости. Но за нас вот-вот должны были взяться всерьёз, поэтому я предпринял все меры, чтобы запутать следы и оторваться от погони.

Можно было попытаться как можно быстрее покинуть область, где нас будут искать, или наоборот, двигаться медленнее, но осторожнее.Из этих двух вариантов я выбрал второй. Просто боялся, что нас обнаружат с воздуха. Висящие под облаками или носящиеся над поверхностью флаеры, а также находящиеся на орбите корабли со спутниками сводили на нет все наши попытки скрыться. Не помогло бы даже то, что с каждой секундой область поиска увеличивалась, усложняя нашим врагам работу.

Следуя выбранной стратегии, как только представилась возможность свернуть с трассы прямо на целину, я это сделал — благо, антигравитационная подушка позволяла одинаково легко двигаться по любой местности, хоть по автостраде, хоть по болоту. А когда на пути попалась мелкая извилистая речушка, которая дальше исчезала в гуще хвойного леса, я воспользовался такой удачей и заскользил прямо над ней, двигаясь на предельно малой высоте и на предельно высокой скорости — так, чтобы успевать вписываться в повороты.

Так дальше и продолжалось. Я, можно сказать, крался, не используя и десятой части мощности двигателя. Старался выбирать лесистую местность, использовал все доступные укрытия, по возможности дожидался появления на небе туч или хотя бы облаков перед тем, как пересечь открытые пространства. Идеально для нас было бы, если бы пошёл проливной дождь — но, увы, кроме высокой облачности о вчерашнем шторме ничего не напоминало.

У одного из небольших городков, которые встретились по пути, мы заскочили в стоящий на отшибе ангар автосервиса. Я договорился с его владельцем о перекраске нашего транспортного средства и изменении его силуэта — багажник, декоративные накладки, несколько дополнительных крыльев и спойлеры должны были сделать наш автомобиль похожим на совсем другую модель, что могло помочь запутать наших преследователей.

Специальная краска ещё влажно блестела — не прошли те пять-десять обещанных минут, необходимых ей на высыхание — а я уже подчистил все записи с камер и блоки памяти обслуживавших нас роботов, а Наина сделала так, чтобы владелец сервиса никогда больше о нас не вспомнил. Сначала подумывал о том, чтобы оставить ему денег за работу — но решил всё же этого не делать, а просто запомнить данные человека, чтобы отблагодарить его когда-нибудь потом. Увы, если бы он обнаружил непонятные средства, появившиеся неизвестно откуда, это могло вызвать ненужные подозрения.

Пока находились внутри ангара и ждали, когда подсохнет краска, над нами пронеслось два звена флаеров. Вышло так, что идея с перекраской уберегла нас от обнаружения совершенно не тем способом, на который я изначально рассчитывал.

Тем не менее, и дальше я тоже старался двигаться предельно осторожно, в любой момент ожидая подвоха и пребывая в полной готовности к очередным бешеным гонкам.

Но... Про нас будто забыли. Или мы умудрились ускользнуть из зоны поиска, или местные вообще астероидных мышей не ловили — но за следующую пару часов мы легко обошли все встречные кордоны и патрули, не попавшись никому на глаза, и выехали на оживлённую магистраль, по которой в обе стороны неслись десятки машин. Причём не похоже было, чтобыкто-то собирался всё это перекрывать.

Я воспользовался передышкой и понял, что лучшего случая сделать одно дело просто не представится. Предоставив рулить машиной одному из тамплиеров и автопилоту, откинулся назад и вызвал... Перовского.

Он ответил минуты через две.

— Здравствуйте, князь Огнев-Белый. Чем обязан?

Поправлять, что я теперь Огнев-Белый-Разумовский, естественно, не стал. Хотя представил лицо собеседника в красках, если бы сделал это... И еле удержал серьёзную мину.

— Здравствуйте, Федул Саввич. Мне кажется, я созрел для посещения Дома. Вы же вроде говорили, что будете всегда рады видеть меня у себя в гостях?

— Всё верно, юный князь. Было такое. Как скоро вы готовы к нам прибыть?

— Да вот, думаю... Может, завтра?..

— Эх, как вы неожиданно... Я бы мог устроить в честь вашего прилёта большой бал... А так не успею организовать всё.

— Не надо никаких празднеств. Я бы по возможности не хотел огласки.

— Как скажете, Темнозар. Как скажете... Ладно, будете подлетать к планете, выйдите на связь — проведём вас мимо систем противокосмической обороны. Не вздумайте соваться сами. Наша планета очень хорошо защищена от вторжений из космоса...

Опять лишь очень больших усилий мне стоило сохранить невозмутимое выражение лица. В том, насколько хорошо Дом прикрыт с воздуха, мы имели возможность убедиться сами...

Когда я наконец закончил долгие прощания с Перовским и прекратил сеанс связи, понадобилось несколько минут на то, чтобы перевести дух. Ведь до последнего момента многое висело на волоске. Даже больше того — у меня так и не сложилось полной уверенности, что всё получилось.

Подготовка такого простого вроде бы действия — вызвать Перовского и с ним переговорить — заняла едва ли не половину времени и усилий от подготовки всей операции.

Требовалось создать достоверную оцифрованную копию меня-нормального, без всех приобретённых мной ради операции изменений внешности, и синхронизировать её с моей мимикой в реальном времени... А ведь сигнал с моего коммуникатора поступал на Косатку, с неё — на принудительно выбранные ретрансляторы, находящиеся едва ли не на границе системы, и уже только оттуда уходил в общую сеть к Перовскому, который сам мог находиться как на Доме, так и в любом другом месте. То есть лаги по времени получались изрядные.

Хотелось верить, что всё это не зря, и у нас-таки выгорело. Я не тешил себя надеждой, что обеспечу стопроцентное алиби, но очень нужно было хотя бы немного запутать наших врагов, друзей и союзников...

Дальнейшая дорога прошла без каких-то приключений. Беспрепятственно мы пересекли границу областей — Сосновской и соседней Мглинской, о чём нам сообщили большие динамичные голоплакаты по сторонам от трассы. Это совершенно ничего не значило — нас могли раскрыть и настичь в любой момент, как бы далеко мы неулетели. Тем не менее, стало сразу как-то поспокойнее.

Почувствовал это не только я.

— Племянничек. Удивительно, но... Мы почти на месте, и нас как будто так никто и не обнаружил.

— И правда удивительно, я рассчитывал уходить с шумом, как в прошлый раз. Даже испытываю лёгкое разочарование.

— А я вот нисколько. Лучше тихо сделать своё дело... И свалить отсюда подальше. Видеть эту проклятую планету больше не могу.

— Свалим. Но сначала — дело. Кстати, карта говорит что то место, куда нам надо — частная территория.

— Увы, да. Тут куда ниплюнь, всё частная территория. Что же до нашей цели... Раньше это были наши владения... Теперь — растащили, стервятники. Придётся как-то проникать туда, что поделать.

— Ничего, не впервой.

— Надеюсь, на этот раз обойдётся безо всех этих там танков? Между прочим, у нас перед дворцом был прекрасный парк. Растили десятилетиями...

— У вас?

— Ладно, согласна. Глупость сказала. Так ему и надо, гаду моему... Но парк-то всё равно жалко. Деревья ни в чём не виноваты!

Пожал плечами. Моя совесть по этому поводу молчала. После того, как видел гибель целого народа, такая мелочь казались мне чем-то совершенно несущественным...

Я посмотрел в окно, в ту сторону, куда мы хотели попасть..

Нужная нам территория была отгорожена высоким забором с камерами. Наина проследила за моим взглядом, и начала рассказывать, как заправской экскурсовод:

— Большой Мглинский заповедник. Раньше принадлежал нашей семье. Мы специально сохраняли девственную природу, как есть. Леса, поля, холмы, озёра... Папа очень любил охотиться в этих краях. К сожалению, теперь это всё превратили в дешёвый аттракцион. Понастроили гостевых домиков, нарубили дорог, пригоняют сюда толпы народа... Устраивают дебоши с женщинами, алкоголем и наркотой. Мой муж несколько раз привозил меня сюда. Это было отвратительно!

Лицо Наины скривилось в гримасе ненависти. Яромира коснулась руки женщины, и та благодарно улыбнулась, совладав с собой.

— Кому это теперь принадлежит?

— Рубцовым.

— Кто они?

— Артефакторы. Наверное, самая богатая семья на планете.

— Интересно...

— Ничего интересного, племянничек. Эти твари делали оружие, которым убивали мою... И твою, кстати говоря, семью.

Кивнул, не желая спорить.

— Этого никто не отрицает. Интересно то, что они, с одной стороны, не имеют опасных для нас способностей — а с другой, могут иметь сколько угодно опасных для нас артефактов.

— В этом смысле да, всё верно.

— Кстати. Никто не хочет есть?

За всех ответило красноречивое урчание чьего-то живота. Кажется, Яромиры.

— Ясно. Предлагаю перехватитьчего-нибудь, а то живот уже к спине прилипает. А я сам подумаю пока, как на ту сторону проникнуть...

Еду, по большой сочной шаверме на каждого, мы взяли в придорожной закусочной. А думать, как оказалось, особо-то и не о чем.

Чтобы попасть на охраняемую территорию, я послал через ограду несколько микродронов. Они изучили обстановку с той стороны, нашли узел управления сигнализацией и даже умудрились подключиться к нему, вскрыв крышку неприметного металлического ящичка и подсоединившись к технологическому разъёму, который предназначался для прошивки и изменения конфигурации программного обеспечения устройства.

Используя свой дрон в качестве ретранслятора, я быстро взломал систему,влез в настройки узла управления и программно снизил чувствительность ближайших датчиков до нуля, сделав их просто-напросто «слепыми». После этого заморозил ближайшие камеры, и мы просто перескочили через забор, воспользовавшись способностью антигравитационной подушки изменять высоту полёта.

Для этого я специально выбрал участок лесистой местности, чтобы не подставляться наблюдателям с воздуха и из космоса. Вот только очень скоро пожалел об этом решении, уж больно проблемно оказалось продираться между тесно растущих деревьев. Порой было просто не протиснуться мимо некоторых слишком близко торчащих стволов, приходилось возвращаться назад и искать новые пути.Временами, чтобы протиснуться дальше, я наклонял нас едва ли не на девяносто градусов.

Всё это заняло времени едва ли не столько же, как и вся предыдущая дорога, и порядком измотало меня. Но наконец мы выбрались на идущую в нужную нам сторону просеку. Я решил рискнуть и двигаться дальше по ней, да и просто так было быстрее.

— Далеко ли нам, Наина? Мы почти у той точки, которую ты указала.

— Я точное место не помню, указала примерно. Там должно быть ущелье, красивое такое, и водопад.

Поиски нужного места заняли некоторое время. Очень помогли дроны, которых я разослал во все стороны.

— Вот, — я вывел картинку с одного из дронов в виде голограммы.

— Оно.

Место было действительно красивое. Узкое ущелье, по которому, перекатываясь с камня на камень и с уступа на уступ, нёсся бурный горный поток. В одном месте он с рёвом обрушивался вниз на добрый десяток метров, после чего тут же возобновлял свой безумный бег, до тех пор, пока не достигал конца ущелья. И только там поток вдруг успокаивался и превращался в обычную равнинную реку.

— Куда дальше?

— Водопад. Под ним скрыта пещера, нам надо внутрь.

Пришлось пожертвовать парой дронов — когда они влетали под падающую вниз стену воды, их просто смывало вниз и разбивало о камни. Но перед гибелью разведчики успевали передать картинки, из которых я установил, на какой примерно высоте начинается пещера.

— Луций. Подождёте пока нас? Замаскируйтесь и следите за округой, а я оставлю вам пару дронов для связи.

Тамплиер молча стукнул кулаком в грудь, и они вместе с Титом выпрыгнули наружу.

Выбравшись из-под прикрытия деревьев, я направил наш автомобиль вверх по реке, в ущелье, и так до самого водопада, после чего мы поднялись выше и решительно нырнули вперёд.

С другой стороны оказалось внезапно светло и, совершенно ожидаемо, очень сыро. Внизу под нами была неровная каменистая поверхность, однако впереди я увидел достаточно ровную площадку, на которую и посадил автомобиль.

— Куда дальше?

— Мы на месте.

Наина выбралась из салона, сделала несколько шагов по направлению к стене и пошла вдоль неё, ведя рукой по камням. Казалось, она их просто гладит.

Наконец остановившись, женщина взялась обоими руками за один из выступов, надавила... И стена перед нами начала медленно расходиться в стороны, открывая узкий тёмный проход.

— Дальше не знаю. Вероятно, может пройти только тот, у кого есть перстень... И в ком течёт кровь Разумовских. Темнозар?..

— Да. Я попробую войти. Если вдруг что... Просто вызывайте «Косатку» и валите отсюда на все четыре стороны.

— Я могу войти сама...

— Можешь. Но этот вопрос я должен решить сам, или мне не быть главой рода.

— Хорошо.

— На что это похоже? Что им говорить?

— Говори правду. Ты всё равно ничего не скроешь... Но тебе скрывать и нечего. Наша с тобой сделка понравится «предкам».

Я задумчиво покрутил перстень Разумовских на пальце, потом будто мысленно встряхнулся, ободряюще улыбнулся Яромире и решительно шагнул вперёд.

Через пару метров проход резко поворачивал вправо. Зайдя за угол, я оказался перед очередной глухой стеной. Перед ней на постаменте стояла небольшая каменная чаша, даже скорее — блюдечко.

Что это такое, было совершенно очевидно. Я вытащил нож из монокристалла, полоснул по руке и начал сцеживать кровь прямо в чашу. Когда она наполнилась до краёв, всё вокруг осветилось лёгким зеленовато-синим свечением.

В его свете я разглядел, что на ближайшем ко мне крае чаши есть крохотная выемка. По поводу её назначения тоже сообразил сразу.

Поднёс палец с перстнем Разумовских к выемке так, что камень попал точно в неё...

И меня будто ударило током, а по телу побежали сине-зелёные молнии. Но они быстро угасли... А очередная стена передо мной разошлась в стороны, пропуская дальше, в освещённую цветными всполохами небольшую пещеру. В центре её стоял большой плоский камень с выемкой посередине — то, ради чего мы сюда пришли.

Сзади послышался лёгкий шорох. Когда оглянулся — увидел, что за моей спиной проход закрылся, и там снова была сплошная каменная стена.

Тяжело вздохнув, я подошёл к Алтарю, поднял порезанную руку над выемкой и позволил всё ещё бегущей из раны крови стекать вниз, до тех пор, пока она не наполнилась.

После этого хотел подлечиться с помощью автодока — но у меня вдруг закружилась голова, а перед глазами забегали мириады ярких звёздочек, которые начали закручиваться в хаотичные водовороты, собираться в облачка... И вот уже передо мной проявились полупрозрачные, слегка светящиеся, силуэты.

А в ушах зазвучал странный шелест, который становился всё громче и отчётливее, и я внезапно понял — это шёпот десятков, если не сотен, голосов.

— Родная кровь...

— Половина...

— Чужая кровь, чужой род...

— Половина...

— Перстни...

— Наш перстень...

— Чужие...

— Три перстня...

— Источник...

— Наш источник...

— Чужие...

— Три ядра...

— Источник смерти...

— Кибермансер..

— Сбежал...

— Сбежал из преисподней...

— Занял место...

— Нашего потомка!

Внезапно одна из теней раздулась, увеличиваясь в размере, и одновременно обрела чёткость, как у хорошего голоизображения. Это был мужчина в возрасте, с суровым, изборождённым морщинами лицом, в старомодном мундире с эполетами.

Он резко приблизился, не шагнул — а именно переместился, и оказался прямо передо мной. Полубезумные глаза сверкнули ненавистью.

— Ты! Укравший душу у того, в ком половина нашей крови! Как посмел ты явиться к нам?!

— Я не крал душу.

— На твоём месте должен быть другой!

— Он сам отдал свою душу Богу Смерти. Он был слаб и бесполезен. Он сдался. Меня всего лишь поместили на место той пустоты, которая образовалась.

Поднял руку с перстнями и свернул тремя вспышками, подтверждая слова — хотя в этом не было нужды.

Призрак нахмурился, разглядывая меня.

— Ты! Ты сбежал из Преисподней!

— Не сбежал. Заключил договор. Я возвратился, чтобы иметь возможность отомстить... А тот, в чьей власти вы сейчас находитесь — получит за это души моих врагов.

— Твоих врагов?

— Да. И ваши враги... Могут стать моими врагами тоже. Если вы поможете мне, и признаете, я помогу совершиться возмездию. Я даже обещал уже это... Наине, урождённой Разумовской. Кроме меня — она последняя, в ком течёт ваша кровь. Я готов взять её под защиту. И уже обещал отомстить за ваш род.

Тени вокруг меня всполошились, начали мельтешить, кружиться, приближаться и удаляться.

Со всех сторон слышалось:

— Месть! Месть! Месть!..

У меня начала болеть голова от всего этого, и они внезапно успокоились.

— Ты сказал. Мы услышали. Ты не врёшь... А сможешь ли?.. — снова заговорил «главный» среди теней.

— Не имею привычки бросать слова на солнечный ветер. Я уверен, что смогу.

— Не врёшь... Но ты слаб. Три источника. Много энергии. Больше, чем было когда-то у меня, сильнейшего из рода... Но она заперта. Не находит путь. Твоя энергия постепенно покидает тебя... И разрушает силовые каналы. Ты должен сделать с этим что-то.

— Я знаю. Я найду возможность.

— Обещай...

— Да?

— Обещай, что наш род не прервётся. Ты сделаешь всё... Чтобы наша кровь сохранилась.

— Обещаю, — поднял руку с перстнями без всяких колебаний.

— Обещай... Что отомстишь. Забери... Алтарь. Здесь небезопасно.

Повторил ритуал, подтверждая клятвы.

— Хорошо... Тот, кто теперь вместо нашего потомка. Мы признаём твоё право представлять род... В мире живых.

— Мне нужны печати. Хотя бы самая простая... Закрыть эмоции.

— Правило простое. Ты нам энергию... Мы тебе знания.

— Берите!

Только согласился на сделку, как почувствовал, будто что-то меня покидает. Точно так же, как недавно кровь.

На удивление, это принесло только облегчение. Я и сам не обращал раньше внимания, как давит на меня вся та энергия, которую взял с двух глав семей — Белых и Огневых — и со всех тех, кого убивал сам или кого убивали рядом со мной. Ведь она почему-то не могла попасть в мои источники, делая меня действительно сильнее — вернее, попадала туда лишь частично, просачиваясь буквально по капле.

Конечно, призрачные «предки» взяли не всё. В их же интересах было не ослаблять меня, а сделать так, чтобы я возвращался ещё и ещё. Хотя я видел, что изголодавшимся призракам так и хочется выпить меня всего, досуха. Но они всё же были существами разумными, а не тупой нежитью, поднятой каким-нибудь некромантом.

Наконец, всё закончилось.

Чужое знание с трудом умещалось в голове. Стоило только начать думать, и передо мной будто возникали вызванные в какой-то программе справки, которые ещё надо было внимательно изучить, пропустить через сознание — и только после этого я действительно начинал понимать, что это. Эффект был очень схож с тем, который возникал после изучения гипнозаписей.

Я посмотрел на свой источник, тот, который остался мне от настоящего Темнозара. С трудом, не сразу, но смог понять, что же за печати на нём. Конечно, это были чтение и трансляция другим эмоций, причём вторая печать занимала едва ли не всю поверхность.

Проверкой остался доволен. После этого, особо не погружаясь в детали, попытался бегло оценить всё то, что удалось узнать от «предков». И мысленно присвистнул. Кроме понимания нескольких печатей я получил нечто гораздо более важное. Мне в голову вложили нечто вроде «каталога», со списком всех известных «предкам» способностей.

И управление людьми среди них было. Эта печать выглядела даже на упрощённом эскизе огромной и очень сложной, требовала, чтобы на источнике уже были наложены сразу несколько более простых печатей, ещё и развитых до вполне приличных уровней — но всё же это было возможно.

— Тот, кто теперь вместо нашего потомка... Мы передали тебе часть знаний. Мы будем ждать тебя ещё.

— Обязательно приду, когда появится возможность.

— Почини свою энергетическую основу... Не затягивай.

— Сделаю.

— Тогда прощай. Теперь ты можешь представлять наш род. Возвращайся... В мир живых. Ты сейчас там нужен.

Я пришёл в себя возле Алтаря. Сил не было, голова трещала, хотелось просто растянуться на холодных камнях и лежать так пару часов, не двигаясь.

Но внимание моё тут же кое-что привлекло. Нечто неправильное. Сначала не понял... А потом, когда дошло, похолодел. Все мысли о каких-то там перерывах и отдыхе испарились, будто их и не было.

Оставшиеся в наружной пещере микродроны передавали картинку того, как Яромира и Наина стоят на коленях, заложив руки за голову, в окружении бойцов в бронескафандрах. А перед ними, размахивая руками, расхаживает невысокий человечек в простом спортивном костюме.

Сразу узнал его. Глеб Рыжов, лис-оборотень. Карточка этого типа была в досье Наины, и он значился там как её законный муж.