По дороге в легенду: Начало

Пролог

Кап-кап, кап-кап. Звук бьющихся капель болью отдаётся в голове. Откуда взялась вода в машине? Разум зацепился за возникшую мысль, рывком возвращая тело в сознание. Усилием воли поднимаю отяжелевшие веки. Пытаюсь осмотреться, но не выходит — перед глазами всё плывет. Тело ноет и не слушается, с лица капает кровь. С трудом мне удаётся сфокусировать зрение и рассмотреть обстановку. Передо мной предстала ожидаемая картина: мешанина из металла, пластика и тел. Медленно опускаю взгляд вниз. Бок пробило металлическим фрагментом, фоном отмечаю, что задета печень и темная кровь уже пропитала одежду. Выходит, осталось мне недолго. Закрываю глаза, вспоминая события последних суток.

Мы давно не собирались полной компанией старых товарищей. В этот раз собрались поехать на дачу, пожарить шашлыки, выпить и пообщаться. Шикарно провели время и на следующий день засобирались обратно в город. Наступил вечер, когда мы набились в одну машину, как шпроты в банку. Шесть человек занимает немало места, но так выходило всё равно комфортнее, чем толкаться в вечерней электричке. Ничего не предвещало… Впрочем, а что должно предвещать то, что фура со встречки вылетит прямо на нас? Всё произошло моментально. Не так, как это показывают в кино, никаких криков и визга тормозов. Нашу машину просто банально смяло, перекрутило и выбросило на обочину. Я потерял сознание лишь тогда, когда она прекратила катиться.

Судя по тому, что не скончался от обилия травм и кровотечения, а смог очнуться, стало быть, пробыл в забытьи не так уж и долго. Прислушался. Ничего. А на что я надеялся? Услышать стон, указывающий, что еще кто-то уцелел? Глупо. Чудо уже то, что я остался жив, а не погиб в момент столкновения вместе с остальными. Впрочем, это лишь нелепое недоразумение судьбы, которое вскоре будет исправлено. Я уже перестал чувствовать тело, боль отступила, пропал звук капель, накатила усталость. Ну уж нет! Разлепляю глаза. Прежде чем умру, я произнесу последнее слово. Сжав волю в кулак, просипел, обводя мутным взглядом тела:

— Рад был знать вас, парни… До встречи в следующей жизни… — И с облегчением закрыл глаза. Какая уж тут следующая жизнь. Просто глупая бравада. Ведь не годится встречать леди Смерть со страхом. Несвязные мысли ворочались всё медленнее и медленнее, пока разум окончательно не провалился во мрак, чтобы в следующее мгновенье вернуться в тело.

Глава 1

Синеватый свет внезапной вспышкой ударил по глазам. — Какого?! — Я непроизвольно сощурился и прикрыл глаза рукой. Где это я? Но ответа не последовало. Проморгавшись и привыкнув к освещению, огляделся. Что это за место? Явно не больница. — Мысли бились испуганными хомяками в лапах наглого кота.

Помещение, в котором я находился, было похоже на зал небольшого храма. Высокий куполообразный потолок, под ним кристаллический шар, от которого исходит ровный голубоватый свет. Вдоль стен ряды резных колонн, а напротив меня небольшой трон с высокой спинкой. На котором восседала фигура в коричневой рясе с накинутым капюшоном. Или это всё же балахон? Не помню, чем они различаются. Пусть будет балахон.

Присутствие рядом неизвестного заставило собраться и взять себя в руки. Иду к трону, не стоит показывать своего замешательства, кто бы это ни был. Мало ли что, а я и так простоял на одном месте, озираясь, больше, чем нужно. Незаметно провожу большим пальцем по внутренней стороне указательного. Шрам, полученный в юности, на месте. Значит, тело точно моё. Дальше, это место определённо не похоже на больничную палату. Нет травм и переломов, полученных во время аварии.

В голову приходит только три варианта. Первый — я жив и нахожусь в больнице, а всё, что происходит сейчас, — последствия лекарств или комы. Второй — последний сон умирающего разума. Третий — я умер и сейчас моя душа в посмертье. Вывод, как ни странно, один для всех случаев. Принять правила происходящего и поступать так, как будто всё это реально. Хотя в первом варианте есть возможность очнуться, в отличие от остальных…

К сожалению, а может и к счастью, происходящее не похоже на галлюцинации после наркоза или на сон в коме. Окружающий мир ощущается ярко и отчётливо, без размытости, и все пять чувств восприятия работают на полную катушку. Приму в работу оставшиеся два варианта, а там видно будет.

Когда я подошёл ближе и мог разглядеть черты лица в тени капюшона, мои размышления прервал недовольный старческий женский голос.

— А ты не торопился. Мало того, что мне досталась такая никчёмная душонка, так ты еще и ждать себя заставил. Выбирай, да поживее! — Старуха взмахнула рукой, и передо мной завис свиток. Чтобы еще сильнее не раздражать неизвестную старушку, с опаской принимаю его. Внутри поднималось раздражение на подобное обращение. Да кто она такая?! Что значит не торопился?! Я минуту от силы стоял на месте, да и дошел до неё быстро. Не бежать же нужно было? Непонимание происходящего вокруг усиливалось, ещё сильнее разжигая пламя эмоций.

— Прежде чем выберу, могу ли получить ответы? — Стараюсь сохранять спокойствие.

— Как же надоели, — старуха раздраженно скривила лицо, — Да, ты умер. Я богиня. Нет, не имею отношения к верованиям твоего мира. Дальше отправишься в другой мир. Какие ещё глупые вопросы хочешь задать?

— Для чего?

— Дабы развеять скуку, — на лице так называемой богини появилась глумливая улыбка.

Похоже, вопросы стоит продумывать тщательнее, если хочу получить содержательный ответ. Я глубоко задумался, перебирая варианты вопросов и ответов на них. Что я должен сделать? Выжить, победить или другой односложный ответ. Чего вы хотите получить, отправляя…? Развлечение, раз ей скучно. Всё это не годится. Мне нужно понять конечную цель.

— Чего вы хотите достичь, отправляя меня в другой мир?

— Победы. — Улыбка становится шире.

Из речи старухи исчезли глумливые интонации, возможно, я попал в цель. Попробую дальше. Стоп! — одёрнул себя. Не стоит торопиться.

Что даёт её ответ? Что мы знаем? Богиня. Скука. Победа. Победа подразумевает соперничество. Вероятно, существуют другие боги или сущности, равные или сопоставимые по силе. У них есть подобные мне души. Выходит, мы подобие фигур на шахматной доске. Хотя игра, в которую играют боги, точно сложнее шахмат. Как мне кажется, мы активы, а не фигуры. А игра ли? Может война или борьба? Понятно лишь то, что ничего не понятно. Пусть будет игра, доверюсь интуиции. Мысли вернулись к свитку. Мои выводы никак не касались его. Вновь одёргиваю себя, давя желание раскрыть свиток: никаких поспешных действий.

Она назвала меня никчёмной душонкой, а дальнейшее нежелание тратить время и что-то объяснять говорит о том, что эта карга не хочет вкладываться в слабый актив, которым я выгляжу в её глазах. Нужно любой ценой убедить её в своей полезности и повысить свою ценность в её глазах, если хочу выжить в новом мире.

— Как мне доказать свою полезность, чтобы госпожа возложила на меня больше ожиданий? — Давлю гордость и делаю поклон, как в исторических фильмах, или нечто похожее: левая нога назад, правая рука к сердцу, левая заведена за спину, сама спина прямая, взгляд на собеседника. Мысленно успокаиваю себя: это всего лишь роль, сохраняй спокойствие. Ответом служит противный кашляющий смех:

— Возможно, ты не так глуп, как выглядишь, но этого мало. Впрочем, мне нравятся воспитанные зверушки, знающие своё место. Потому позволю задать на один вопрос больше. — Карга сделала небольшую паузу и повелительно взмахнула рукой: — Задавай свой последний вопрос.

Последний? То есть был ещё и лимит, который я умудрился исчерпать! Вот же ж! Спокойно-спокойно. Что ж такое спросить? Каким вопросом смогу показать свою полезность?

— Поторопись. Не люблю ждать.

В спокойном голосе мне послышалась угроза. Специально же торопит, не давая времени на раздумья! А! К черту! Была не была!

— Моя госпожа, — снова кланяюсь, — что я должен сделать, чтобы помочь достичь вам победы?

Повисла тишина. И мне оставалось лишь молча наблюдать за глумливой улыбкой богини. Как же бесит! Прям выводит из себя её надменность!

— Убить другие пешки.

Да что ж она не отвечает подробно то! Ох… чувствую, хочет кинуть меня в воду. Выплывет — хорошо. Утонет — да и плевать. Только вот такое отношение не вяжется с желанием победить. Развеять скуку это поможет, но никак не победить. Не сходится. Что же я упускаю? Чего не замечаю? Другие пешки? Об этом подумаю позже. Сейчас это никак не поможет. Нужно знать правила этой чёртовой игры, чтоб делать хоть сколько-то серьёзные предположения!

— А теперь выбирай, душа. Не стой путейным столбом.

Она ведь это специально. Молчала, давая осознать, что её ответ мне ничего не дает, и теперь наслаждается моей беспомощностью. Делать нечего, разворачиваю свиток. Быстро пробегаю взглядом по написанному. Список способностей и умений, а напротив каждой строки цифры.

— Это цена. — Будто читая мой мысленный вопрос, проскрипела карга. Вот только она не торопилась сообщать, в чём будет оплата. Не в рублях же? Да и тех у меня, судя по всему, нет. Явно же хочет, чтобы задал вопрос, только вот я не забыл, что исчерпал их лимит и ответа мне не положено. Так что не дам ей того, чего она так хочет, и не позволю унизить себя лишний раз!

— Здесь нет того, что принесёт победу. — Вновь поклон. Даже распрямляться не буду, думаю, так будет полезнее для переговоров.

— Что же тебе тогда нужно, душонка?

— Знание всех основных языков мира, умение читать и писать на них. Перерождение в моём теле шестнадцати лет. Исцеление тела от всех болезней и патологий, оно должно быть полностью здорово. Дальше, иммунитет к местным болезням, микрофлоре и тому подобному. Все знания о мире. Магический дар. Владение магией исцеления. — Я не собирался останавливаться, руководствуясь мудростью: проси верблюда, коня не дадут, но осла получишь, но меня прервали:

— Это всё?

— Нет, это лишь необходимый минимум для…

— Хорошо. Ты получишь своё молодое и полностью здоровое тело. Оно будет адаптировано к миру и его условиям, и ты не умрешь от местной простуды или глотка молока. Будет тебе и магическая искра, и начальное знание лекарской магией. Способности к языкам. Основные знания о мире тоже получишь. Чего ещё желаешь?

— Знания о мире прямо сейчас, чтобы сделать выбор, ведущий к вашей победе, госпожа. — Спина начала понемногу затекать, но я продолжал терпеть, сейчас от моего лизоблюдства зависели условия моей новой жизни.

— Развлеки же меня.

Мою голову пронзило страшной болью. Я рухнул на пол. В разум вливалось огромное количество информации. В глазах плясали вспышки и одновременно плавали тёмные круги. Как же хотелось потерять сознание, но тело упрямо оставалось в сознании, не давая провалиться в желанную темноту. По ощущениям прошло несколько часов, прежде чем боль прекратилась. Я облегчённо распластался по полу, прикладывая лоб к прохладному камню. Пот стекал ручьём, во рту пересохло, голова была чугунной. Противный голос богини резанул наждачкой.

— Вставай и говори, чего ещё желаешь, жалкий.

Боже, похоже, ей доставляет удовольствие мои страдания. С трудом встаю, перебарывая подступающую к горлу тошноту. Нужно собраться и попытаться воспользоваться полученными знаниями.

Концентрируюсь, и в голове тут же начинают всплывать образы, отдающие болью в мозгу. Мир меча и магии? Нет, скорее земное средневековье с магией. Расы? В основном люди. Страны? Поток знаний отдаётся болью. Понял, достаточно.

Что же мне нужно для выживания? Конечно же, дворянский титул. В сословном обществе это даст хоть какую-то правовую защиту, в отличие от почти бесправного простолюдина. Ну и ряд привилегий, конечно.

Также нужен будет навык владения клинком. При жизни пару лет занимался историческим фехтованием, но моих навыков будет недостаточно для того, чтобы выйти победителем из схватки с бойцом, обучавшимся с детства или прошедшим череду боев на смерть.

И самое важное. Возможность выбрать место появления в том мире. Вот забросит эта злобная карга куда-нибудь в пустыню, а ты потом выкручивайся.

Мысленно представляю карту мира. Сурутурский халифат сразу минус. Во-первых, не переношу жару. Во-вторых, восток — дело тонкое, а там я, со своей чисто славянской рожей, буду привлекать много лишнего внимания. И самое главное, ненавижу проклятую жару!

Что у нас есть севернее? Королевство Витания и его соседи. Вполне подойдут, но смущает малый размер. Из неоткуда появившийся аристократ, даже будучи без земель, имеет все шансы привлечь ненужное внимание. Тогда нужна крупная страна, в которой можно без лишнего риска появиться. Может, какая-нибудь империя? Гровийская Империя? Хм, вроде подходит. Огромная территория со множеством баронств и вотчин, среди которых можно незаметно легализоваться. И главное, северное расположение. Я уже говорил, что ненавижу жару? Решено!

— Дворянский титул барона. Навыки владения батарным клинком. Местная одежда и деньги. И возможность выбрать место появления.

— Хорошо. Цена этого полсотни. — От мерзкой улыбки меня аж передернуло. Проклятье! Старуха в итоге добилась своего.

— Полсотни чего?

— Человеческих жертв, конечно же. Ах да, — карга театрально взмахнула рукой, — получить их я желаю к истечению месяца после твоего перерождения.

Раздавшийся смех эхом отражался от стен и неприятно давил на психику. Вот и всё, картина Репина — «Приплыли».

— Но так уж и быть, ты показал, что можешь оказаться полезным, потому позволю заменять одну жизнь на десяток обычных подношений.

— И как приносить жертвы? Требуется ритуал? Алтарь? — Я прикладывал невероятные усилия, чтобы голос оставался спокойным и вежливым, надеясь, что на вопросы про «оплату» старуха ответит.

— Конечно. Ещё можно посвятить убийство мне, произнеся ритуальную фразу: «Богиня дорог и морских путей Делетея, прими эту жертву». В таком случае это будет считаться жертвоприношением и алтарь не потребуется.

— А подношения?

— Алтаря будет достаточно.

— Что будет, если не успею в срок?

— Просто заточу твою душу и заставлю производить энергию до полного развоплощения. Довольно пустой болтовни! Скажи мне место появления, чтобы я могла избавиться от твоего присутствия!

Опять карга меня подгоняет, не давая возможности нормально обдумать полученную информацию и принять взвешенное решение. Земельный надел Делетея мне не даст, а если даже и даст, то боюсь представить, во сколько мне это обойдется. А барон без земли почти тот же простолюдин. Да уж, задачка. Не вижу других решений, попробую схитрить, авось что-нибудь да выгорит.

— Империя Гровия. Баронство старого барона, не имеющего наследников.

— Быть по сему.

Мерзкая улыбка богини была мне вместо прощального напутствия. Мир вокруг меня поплыл, смазался, и через мгновенье темноты я оказался на дороге посреди леса. «Ну, здравствуй, мой новый мир — Заратан…» — мои приветственные слова, конечно, остались без ответа, но пафос — наше всё.

Я огляделся вокруг. Меня окружали высокие ели, а под ногами лежала грунтовая дорога, испещрённая следами телег и лошадиных копыт. На мне были добротные новые сапоги, тканевая рубаха и штаны, а на плечах — плотный плащ с капюшоном. На поясе висел кошелёк, в котором я обнаружил гербовый перстень и гровийский серебряник. Вот же с-с-с… старая жадная карга! Этого мне хватит лишь на неделю или две, если экономить. К тому же и меча у меня не было. Нужно успокоиться, обдумать произошедшее и решить, что делать дальше, благо теперь никто меня не подгоняет.

Отойдя от дороги, я сел на землю под ближайшей елью и, закрыв глаза, погрузился в размышления. Поверил ли я так называемой богине, что я умер? Конечно, нет. Однако, вспомнив события автокатастрофы, я понял, что выжить в тот момент не мог.

Новая жизнь, новый шанс? Прошлая жизнь осталась позади. Кем я был там? Николай Потапов, 27 лет, не женат, характер скверный, — улыбнулся собственной шутке, вспоминая досье из одного старого мультика. Выпускник технического вуза, который не работал по специальности. Я катался по миру, писал сценарии, был хореографом в театральной постановке и даже поработал в парочке конструкторских бюро. Человек с кучей «непрофильных» знаний и умений, ни одно из которых не довёл до профессионализма, остановившись на среднем уровне.

Здесь же я — барон, маг, мечник… И пешка кровожадной богини… Но не будем о грустном. Я снова молод, а главное — здоров. Нет боли от старых травм. Зрение в норме, и больше нет необходимости в очках. Жизненный опыт из прошлого поможет мне не совершить старых ошибок.

Ладно, хватит радоваться тому, какой я умный и какие классные условия для перерождения выбил. Перейдём к проблемам. Как быть с жертвоприношениями, пока не ясно. Я точно не собираюсь превращаться в кровожадного маньяка и резать людей направо и налево. Однако, чтобы сохранить свою душу и новую жизнь, придётся сделать алтарь и приносить дары. К счастью, Делетея вложила в мою голову все необходимые знания об этом ритуале. По её словам, за тридцать дней мне нужно принести в дар пять сотен предметов. Я прикинул в уме и присвистнул от удивления. Это значит, что каждый день мне нужно дарить чуть больше шестнадцати предметов, а если учитывать человеческие жертвы, то по два человека… Много, очень много.

Теперь о моём дворянстве. Я решил сжульничать и получить земли в наследство, но не думаю, что это будет легко. Существует множество вариантов развития событий: от толпы претендентов, которые будут грызться за земли, до упрямого старого барона, который не собирается уходить на покой. И, что самое неприятное, баронство может находиться в упадке и стать тяжким бременем для нового владельца.

Как же мало информации у меня для составления планов! Мой план на первое время прост как пять копеек: добраться до баронства, а там исходить из обстоятельств. Мои размышления прервал скрип и конское фырканье. Открыв глаза, я увидел медленно бредущую кобылу, запряженную в телегу. Вот и мой транспорт, и источник информации. Я вышел на дорогу, и возница, крупный бородатый мужчина в простой одежде и лаптях, резко натянул поводья. Телега остановилась в некотором отдалении от меня, и возница с подозрением окинул мою фигуру взглядом.

— Здрав буди, добрый человек! Подвези уставшего путника! — я сразу же заговорил.

— Кхм, что-то ты не похож на путника, ни котомки, ни туеска.

— Дак, большое имущество — большие хлопоты. Налегке и дорога легка.

— Хес с тобой! Садись, но не буянь, у меня тут добрая палица имеется! Вмиг успокою! — с этими словами мужчина вытащил из телеги и продемонстрировал мне внушительную дубину, обитую железом, и положил её к себе на колени.

Я же, пожав плечами, уселся от него по правую руку, чтобы, если что, ему было сложнее замахнуться на меня своей палицей.

— Откуда и куда путь держишь, добрый человек? — начал я разговор, улыбнувшись.

— С торга возвращаюсь в замок барона Олгана. — ответил он, затем замолчал, и пауза затянулась. Неразговорчивый мне попался крестьянин. Однако я не собирался сдаваться.

— Что же ты продавал на торге, добрый человек, и почему возвращаешься в замок барона, а не к себе домой? — не унимался я. Мужик смерил меня хмурым взглядом, но всё же ответил: — А я баронский егерь буду. — Он впервые улыбнулся, но улыбка больше напоминала оскал. — А остальное не твоего ума дело! Молча едь, а то ссажу и пёхом пойдёшь, уразумел?! — Егерь показал мне кулак.

— Уразумел, добрый человек. — улыбнулся я в ответ. Егерь смерил меня хмурым взглядом: — Сат, Сатом зовут. — буркнул он и отвернулся. А я задумался, как мне теперь представляться. Николай не подходит под местные имена, а вот сокращение, по которому звали меня друзья, вполне подойдёт: — Ник. — прозвучал мой ответ.

Дальше мы ехали в тишине. Я с грустью вспоминал семью и друзей, наслаждаясь чистым воздухом и запахом хвои. Пронзительный свист вырвал меня из воспоминаний. Из-за стволов деревьев показалось несколько человек.

— Эй, деревня! Теперь тут проезд платный! — загоготали они. Серьёзно? Средневековый гоп-стоп? В первые часы в новом мире? Всё, конечно, по секретным методичкам попаданцев, но не до такой же степени!

***

Посмертное царство. Бог смерти — Варун.

В просторном кабинете, залитом ровным светом светильников, появился высокий мужчина с чёрными волосами. Он только что завершил перерождение своего нового последователя и устало опустился за массивный стол, заваленный бумагами. Окинув взглядом стопки с документами, вздохнул.

Лишь оставшись в одиночестве, вдали от своих подчинённых и других богов, он мог позволить себе расслабиться и немного отдохнуть. Как же он устал! От своих обязанностей, от новых богов и от этой проклятой Игры!

Варун погрузился в воспоминания. Он вспоминал те времена, когда никакой Игры ещё не существовало. Времена до войны богов, последствия которой были катастрофичны. После неё восьмёрка сильнейших объявила о создании игры и повелела использовать её для разрешения всех конфликтов.

Каждый бог мог выбрать душу из его Посмертного царства и переродить её, сделав своим последователем. От деяний этого последователя и зависело, сколько силы приобретёт или потеряет его покровитель. Восемь великих божеств пожелали призывать себе души из других миров и делать выбор из них. Очередность выбора определялась жребием.

Варуну пришлось постараться, чтобы организовать единовременную смерть восьми человек в другом мире. Это была муторная и скрупулёзная задача, требующая постоянного внимания и контроля. Перед выбором последователя мужчина заранее изучил отчёты по душам и делал выбор осознанно. Ему повезло с жребием — он выбирал третьим, и никто не успел перехватить его последователя.

Теперь настал черёд подробнее изучить последователей, выбранных другими великими богами, и дары, которыми они их одарили. Варун взял восемь листов с досье со стола и отложил одно из них в сторону. Спустя некоторое время, потраченное на изучение, мужчина откинулся в кресле, погружаясь в размышления.

Он выбрал интересного последователя, многообещающего. Как только он освоится — думаю, месяца ему хватит, — я поручу ему первое задание. Например, вернуть под мою власть неупокоенные души. Смогу усилить его раньше других, главное, что всё будет согласно правилам, не подкопаться.

Последователь, выбранный Паруссом, тоже интересен и подходит для бога войны. Этот раунд обещает быть интересным, все восемь душ весьма занимательны. Имеют скрытые таланты, умны и находчивы. Делетея, в своём стиле, вновь творит глупости. Назначает за стартовые бонусы цену в жертвоприношениях, а потом злится, что её последователи не приносят победных деяний. Лишь бы силу выкачивать здесь и сейчас, жадная старая дура. Даже импульсивный Парус думает на перспективу, не требуя вначале ничего и безвозмездно одаривая своего протеже. Жалко её последователя, пропадёт потенциал. Может быть, переманить его? Впрочем, не буду спешить, возможно, он не доживёт до момента, когда сможет расплатиться с Делетеей и будет свободен от обязательств перед ней.

Собрав листы в стопку и отложив её в сторону, бог смерти занялся другими документами. У него, помимо Игры, было ещё много работы.

Глава 2

Трое разбойников не спеша приближались к нам. Двое из них держали деревянные дубинки, а третий, по всей видимости, главарь, с шапелем на голове, вытащил огромный нож, «сакс», припомнил я его название.

Я уже собирался предложить Сату гнать лошадь вперёд, как вдруг раздался треск, и в нескольких метрах перед нами рухнуло дерево, перегородив проезд. Теперь нам было не проехать: телега не сможет преодолеть ствол толщиной с половину колеса. Со стороны упавшей сосны показались ещё двое мужчин бандитской наружности, с топорами в руках.

В моей крови забурлил адреналин, и руки начали слегка подрагивать. Нет, я не боялся, хотя, наверное, должен был. Со мной всегда так происходило, когда ожидал важных событий — будь то драка или значимая встреча. Но как только наступала пора действовать, дрожь отступала, оставляя лишь сосредоточенность.

Я не питал иллюзий — эти люди шли убивать нас. Зачем оставлять в живых тех, кто мог бы рассказать о них? Так они успеют подловить еще несколько несчастных, прежде чем о их банде станет известно и по их души отправится баронская дружина.

Бандиты медленно приближались, наслаждаясь своим превосходством и уверенные, что нам не сбежать. Они, как и мы, понимали, что развернуть на не самой широкой дороге громоздкую телегу с запряжённой лошадью и сбежать в обратную сторону нам не успеть.

— Слышь, Сат, есть хоть нож, а то у меня совсем ничего нет, — прошептал я своему спутнику, а тот сильно дернулся в сторону.

— А ты разве не с ними? Мне казалось, что вот сейчас ты, как раз нож, под ребра мне и ткнешь. Чтоб хлопот не доставлял, — так же тихо ответил он.

— Не с ними, и сейчас не время спорить. Вдвоём нам сподручнее отбиваться будет, авось и отобьёмся. Так есть у тебя нож или нет? — Я начинал злиться, и от переполняющего кровь адреналина меня стало заметно потряхивать.

— Держи, — он протянул мне небольшой охотничий нож. Затем, обернувшись, посмотрел на лежащие в телеге арбалет с болтами и пробормотал:

— Жаль, не дадут мне они зарядить самострел.

Он слез с телеги и встал справа от неё, перехватив свою палицу поудобнее. Я, хмыкнув, последовал за ним. Была мысль остаться в телеге и с её высоты прыгнуть на того, кто первым приблизится, но я отбросил её как самоубийственную. Встав справа и немного позади егеря, последнее, о чем успел подумать, было, что Сат выбрал грамотную позицию: атакующим будет немного мешать замахиваться и наносить удары телега, стоящая справа от нас, и атаковать с её стороны у нападающих не получится.

Главарь бандитов остался позади, а трое его подручных попытались одновременно напасть на егеря, нанося ему удары своим оружием. Четвертый пытался обойти их и зайти к егерю сбоку. Меня перестала бить дрожь, в голове было пусто, не осталось никаких мыслей, только сосредоточенность на одной цели — подловить кого-нибудь из нападающих и полоснуть ножом по рукам, а если представится возможность, то нанести удар в корпус. Всё остальное воспринималось как фон — вот Сат, несмотря на свои внушительные габариты, с поразительной ловкостью уклонился от атак, шагнув назад, и восходящим ударом сломал руку бандиту с топором. Раздался треск костей и протяжный крик боли. Плешивый мужик выронил топор и упал на колени, баюкая руку. Двое других, не ожидавшие такой стремительности от их жертвы, замерли на месте.

Я же не упустил возникшую возможность — подскочил к раненному и всадил нож ему в шею. Брызнула кровь, и мужчина, захрипев, упал. «Богиня дорог и морских путей Делетея, прими эту жертву», — мысленно проговорил я и шагнул за спину егеря. Оглянувшись, я проверил, не подбирается ли кто-нибудь к нам со спины, но там никого не было.

— Окружай их! — воскликнул главарь, сжимая в руках сакс, и, подавая пример, стал осторожно приближаться к Сату. — Вы двое, разберитесь с мальчишкой! — отдал он приказ. Четверо мужчин начали брать нас в полукольцо.

«Эх! Сейчас бы копьё, но чего нет, того нет», — промелькнула мысль. Мы с егерем встали спина к спине, готовые снова дать отпор. Бандиты бросились на нас, мешая друг другу наносить удары. Было заметно, что они не умеют биться сообща.

Я шагнул навстречу двум своим противникам, вооруженным дубинками. Уклонившись от одного удара справа, от второго прикрылся левой рукой, защищая голову. Резкая боль пронзила руку, но я успел сблизиться с нападавшими. Несколько быстрых ударов в бок, почти не целясь, и мысленно скороговоркой тараторю ритуальную фразу подношения богине. Отскакиваю застывшему мужчине за спину — и вовремя! Мимо пролетает удар дубинки.

Бросив быстрый взгляд на спину Сата, замечаю, что у его ног валяется ещё один мужчина. Избежав очередного взмаха дубиной, решаю уклоняться, пока он не справится с главарём и не поможет с моим противником. Мой оппонент яростно заревел и бросился на меня. С трудом уворачиваюсь от шквала ударов, банально отпрыгивая каждый раз назад.

Неожиданно раздался глухой звук удара, и бандит безвольной куклой повалился на землю. За его спиной стоял тяжело дышащий егерь.

— Цел? — спросил он.

— Почти, левую руку зашибли, но, кажется, не сломали. — устало опускаюсь на землю. — А ты сам цел?

— Бывало и хуже! — отмахнулся Сат. — Дай осмотрю руку!

Не став возражать, закатал рукав рубахи. На предплечье остался отчетливый след от удара — красно-синий синяк. Он бесцеремонно ощупал место ушиба, и я, сжав зубы, молча поморщился от боли.

— Кость цела. — заключил егерь.

— Это хорошо. — На меня начала накатывать усталость. Но, собравшись, стал вспоминать заклинание исцеления: — Эмит-ка нор. — Четко выговаривая каждое слово и делая пасы рукой, я сотворил «Заживление ран». Руку окутало легкое белое свечение, стало прохладнее, боль постепенно отступала, а место ушиба налилось синевой, затем желтизной, а после синяк совсем исчез.

— Так ты, значит, из благородных. — раздался голос Сата.

— С чего ты решил?

— С того, что среди простого люда почти нет носителей магического дара. А у кого есть, те поодиночке не путешествуют…

— Благородные тоже одни не путешествуют! — прервал я его, и егерь нахмурился. — Но ты прав, я барон, хоть и бедный.

— Идешь к барону Олгану, значит. Думаешь, решить свои трудности за счёт старика.

— И что с того?!

— Да ничего, ты не первый такой будешь и не ты последний, — после чего Сат отвернулся и пошел осматривать тела и собирать их снаряжение, я же уселся на телегу, прошедшее сражение не длилось и минуты, но неожиданно сильно меня вымотало.

— О, один живой! — воскликнул Сат, внимательно осматривая одно из тел. Он вернулся к повозке и, взяв веревку, связал выжившего. Пленник издал слабый стон, когда егерь закинул его в телегу. В этот момент меня охватил озноб.

Закончив с телами, Сат вернулся и внимательно посмотрел на меня:

— Это был твой первый бой на смерть?

— Да, — односложно ответил я. Мне не хотелось разговаривать.

— Успокойся, скоро всё пройдёт. Главное, что ты выжил. И не смей их жалеть, эти душегубы рано или поздно отправились бы в царство Варуна! А теперь бери топор, нам нужно поработать! Я не собираюсь ночевать в лесу!

Взяв в руки топор, он пошёл к сосне, перегородившей дорогу, и начал её рубить. Сделав пару взмахов, он оглянулся на меня, не сдвинувшегося с места.

— Ник, ты же не хочешь остаться ночью в лесу и быть сожранным волками?! — прокричал он. — Или ещё чем похуже… — добавил он тише.

Встав и взяв в руки топор, я поплелся к дереву. Монотонная и тяжелая работа постепенно привела меня в чувства, позволяя отвлечься от случившегося. Когда мы освободили дорогу и продолжили путь, уже начало заметно темнеть.

— А ты крепкий парень, — заговорил Сат. — Я видел, как у новобранцев после первого сражения выворачивало желудок, а ты ничего, только заморозился. Как приедем, с меня пиво, один я бы так легко не отделался.

— Спасибо. Скажи, а с чего ты взял, что я был с ними заодно? — сменил я неприятную тему.

— Ну сам посуди. Встретился один в лесу, без дорожной сумки, напросился в попутчики. А после мы нарвались на засаду. Самое верное, что ты засланный и должен прирезать, того не ждущего, попутчика. — Егерь окинул меня хмурым взглядом. А я задумался, и по всему выходило, что он прав. Попутчик из меня не самый обычный вышел.

— В твоих словах есть зерно правды, — признал я.

После того как мы успешно отбились от разбойников, егерь немного расслабился и стал более разговорчивым. Я задавал ему вопросы о баронстве и бароне, а он охотно отвечал. Так мы и ехали.

Баронство старика Олгана, как его называл Сат, оказалось небольшим. Оно включало в себя две деревни, замок и ещё одну деревню вокруг него. Олган был имперским сотником, который получил титул за свои заслуги перед Империей и был назначен на эти земли, чтобы присматривать за этим лесом.

На мой вопрос о том, что особенного в этом лесу, егерь ответил, что в нём растут магические ингредиенты и обитают существа, с добычи которых и живет баронство. Покопавшись в знаниях, полученных от богини, я узнал, что в этом мире есть животные, способные творить магию, и другие существа, ею измененные. Все они своего рода монстры. Кроме того, существуют особые магические растения и минералы.

Когда мы наконец добрались до замка, уже стемнело. Редкие факелы и жаровни с трудом разгоняли мрак. Было сложно разглядеть детали, но я заметил, что замок обнесён небольшой каменной стеной, а рядом с ним расположились дома крестьян. Наша скрипучая телега остановилась у одного большого дома, в окнах которого горел свет. Над дверью висела старая деревянная вывеска с едва различимым рисунком.

— Это наша таверна — «Сосновая шишка», — сказал Сат, указывая на здание. — Здесь ты сможешь остановиться на ночлег. Утром я вернусь. Барон захочет видеть того, кто мне помог. Ты ведь всё равно просил бы встречи с ним?

— Ты прав, Сат, просил бы. До встречи утром. — С этими словами я спрыгнул с телеги и направился к таверне. За спиной раздался скрип и конское фырканье — егерь отправился в замок.

Толкнув массивную дверь, я вошёл внутрь таверны. Передо мной предстал небольшой зал, освещённый дрожащим светом чадящих свечей. Деревянные столы и стулья, приземистая деревянная стойка — всё это было видно в тусклом свете. Немногочисленные посетители, потягивая что-то из деревянных кружек, проводили меня незаинтересованными взглядами. Из-за стойки, кряхтя, встал седой и сухой, как жердь, старик.

— Отец, почём у тебя кров на ночь и еда? Я устал как собака, так что давай без обмана и торга! — с ходу заявил я. Трактирщик пробежался по мне цепким взглядом и улыбнулся.

— Вижу, что устал. И мы не на рынке, чтобы торговаться. Комната — два десятка бляшек. В конюшне на сеновале — бляшка. Из еды: печёные овощи и грибы, гороховый суп, эль, сидр, медовуха, травяной взвар. Если деньги водятся, есть квас.

— Овощи да суп. И налей две кружки кваса.

— Два десятка и две бляшки.

— Дорого! — поморщился я. Денег у меня немного, а где их заработать — я ещё не узнал.

— А чего ты хотел? В наших краях квас не варят — возим с городу. Бери эль! Кружка — две бляшки.

— Тогда эль неси, — решил я.

— Восемь бляшек. Бадья воды — четыре бляшки. — Осмотрев мою заляпанную в крови и грязи одежду, он добавил: — Постирать — шесть, могу ещё новую одежду достать за девять бляшек. Нужно?

— Нужно. — Мрачно бурчу, подсчитывая в уме траты. Дед задумался, видимо, тоже считая.

— За всё про всё — пять десятков бляшек, сынок. — расплылся он в улыбке.

— Врёшь, старик! Четыре десятка и семь бляшек!

— Ишь ты! Счёту, значится, обучен! Ладно, не серчай! Хес попутал меня старого! — махнул он рукой. Затем, обернувшись, крикнул: — Рена! Подь сюды! — Из двери за стойкой показалась чумазая девушка с тёмными волосами, заплетёнными в косу. — Печёные овощи и суп подготовь, потом в среднюю комнату бадью воды натаскай, чистую одежду господину путнику найди, а грязную к утру постирай! — Раздал трактирщик указания.

— Сделаю, дедушка! — пискнула она и скрылась в кухне. Старик же взял две огромные деревянные кружки, с виду по литру каждая, и спустился в подпол, вход в который был прямо за стойкой. Пробыл он там недолго и вскоре вернулся с наполненными до краёв элем кружками и поставил их передо мной.

— Платите, господин путник.

Я молча достал из кошелька единственную монету и положил её на стойку. Старик выпучил глаза на монету, а потом перевёл взгляд на меня.

— Давно я серебряных монет не видел, если уж кто и платит серебром, то чешуйками, а ты чеканную выложил! Где только взял такую?

— А что не так? — Насторожился я и непроизвольно нахмурился.

— Да всё так, господин, только такие монеты в ходу в крупных городах, да у больших торговцев. Простой люд ими не пользуется.

— Налог барону заплатишь ею. Или ты оплату принимать не хочешь?

— Хочу, отчего ж не хотеть? — Старик неуловимым отработанным движением сгрёб и спрятал монету, затем, достав небольшой кошель, отсчитал из него три чеканных медных монеты потрёпанного вида и двадцать три рубленых медных бляшки. — Садитесь за стол, господин. Скоро Рена всё принесёт.

Взяв тяжёлые кружки и выбрав свободный стол в углу, уселся поудобнее и стал ждать свой ужин. Эль оказался довольно неплохим, я ожидал худшего. Через некоторое время Рена принесла мне тёплый суп и овощи. Пожелав приятной трапезы, она убежала по лестнице на второй этаж, видимо, готовить мою комнату.

Еда была пресной, не хватало привычных специй — соли и перца. Но даже так она была вкусной, и я быстро всё умял. После этого, неторопливо потягивая эль из второй кружки, мечтал о том, как начну прогрессорствовать и принесу в этот мир фильтры для очистки воды.

По всем законам жанра в этот момент кто-то должен был докопаться до меня, и тогда пришлось бы устроить каноничную драку в таверне. Однако ничего подобного не произошло, и я спокойно дождался возвращения Рены, которая сообщила, что комната готова.

Поднявшись в маленькую комнату на втором этаже, отдал ей свою перепачканную одежду и, получив взамен чистую, с тоской посмотрел на бадью с водой. Мне вспомнился удобный душ с горячей водой, и я тяжело вздохнул. С большим трудом пересилив себя, помылся холодной водой, пообещав, что при первой же возможности выучу бытовые заклинания. Привык я к комфорту высокотехнологического общества и так жить долго не выдержу.

Спал на удивление спокойно, и ночью не произошло абсолютно ничего. Ни мрачных видений, ни кошмаров, ни ночного нападения, так воспетых в книгах про очередного попаданца, — даже клопов не было.

Проснулся от настойчивого стука в дверь. Открыв глаза, я не сразу осознал, где нахожусь, но понимание стремительно пришло вместе с воспоминаниями о вчерашнем дне.

— Кто там?! Чего надо?! — спросил я раздражённо — не люблю ранние подъёмы. И вообще я сова!

— Это Рена, господин. Я принесла вашу одежду, — ответила девушка, которая вчера подавала мне еду. Пришлось вставать и идти открывать дверь.

— Вас внизу ждёт господин Сат, — сообщила она, передавая мне свёрток с одеждой.

Быстро переодевшись, я спустился на первый этаж. Зал таверны был почти пуст, лишь за несколькими столами сидели вооружённые люди — вероятно, дружинники барона. Окинув взглядом зал, я заметил егеря, который сидел за одним из столов.

— Здравым будь, Сат! — сказал я, усевшись напротив него.

— И тебя пусть хворь минует, Ник, — ответил он с кивком. — Пойдём, барон Олган пожелал тебя видеть.

— Прямо сейчас? На голодный живот? Помнится, кто-то обещал мне кружку пива поставить? — спросил я с лёгкой иронией. Сат нахмурился и ответил:

— Я всё помню, Ник, но не стоит злить старика Олгана ненужным ожиданием. Пойдём. — Он встал из-за стола и пристально посмотрел на меня.

— Как скажешь, как скажешь. — Я поднял ладони вверх и, показательно вздохнув, поднялся из-за стола. — Веди.

На улице царила утренняя прохлада и свежесть, в воздухе витал лёгкий аромат росы и тумана, который робко стелился по земле. Свет едва занимался, и мы направились к воротам замка. При нашем приближении они распахнулись, и из них выехало с десяток всадников. Пропустив кавалькаду, мы вошли во внутренний двор. Не теряя времени, мы поспешили к дверям донжона и, поднявшись по винтовой лестнице, оказались на втором этаже.

В просторном каменном зале, освещённом свечами, за пустым столом восседал седой как лунь мужчина. Надетый акетон не мог скрыть его мощную фигуру бойца. Он пристально всмотрелся в меня. Разглядев на его руке гербовый перстень, я поприветствовал его поклоном.

— Приветствую, барон Олган. Барон… — здесь я немного запнулся, судорожно придумывая полное имя. — Барон Никроган явился по вашему зову.

— Так это и есть тот самый мальчишка, о котором ты говорил? — спросил барон, обращаясь к сопровождавшему меня Сату и напрочь игнорируя моё присутствие.

— Вы правы, Ваша милость.

— И зачем ты прибыл на мои земли, барон? Хочешь, как и остальные проходимцы до тебя, получить мои владения?

Я задумался, не зная, что сказать дальше. Разговор явно не задался с самого начала.

— Что молчишь, барон?! — оскалился старый Олган. — Думаешь, как бы получше соврать?

— Я прибыл сюда, чтобы стать вашим наследником! И говорю об этом открыто! — выпалил на одном дыхании. В конце концов, хуже уже не будет.

— Наследником?! Наглости тебе не занимать, мальчишка! Где твой перстень? Потерял? — оскал барона стал шире. Я же смутился от своей поспешности и забывчивости. Про перстень я тупо забыл и не надел его на встречу с Олганом. Быстро достав печатку из кошелька, показал её старику.

— Хм, и где ты его взял? Нашёл? Ты же знаешь, что нужно сделать, чтобы доказать, что он действительно принадлежит тебе?

И я знал. Надев перстень на безымянный палец левой руки, произнес: — Я, барон Никроган, предоставляю свидетельство своего имени и титула перед лицом Богов и людей. — Герб на перстне засветился магическим светом, подтверждая свою подлинность и мои слова.

— Хм. — Старик Олган смутился. — Прошу простить мою грубость, барон, но вам следовало надеть его, прежде чем приходить ко мне. Впрочем, это не отменяет моих слов: ты наглец, барон, как и прочие титулованные проходимцы до тебя! Но ты хотя бы не юлишь и высказался мне в лицо. Он затарабанил пальцами по столу, о чём-то задумавшись. — Сирота?

— Да, барон Олган. — был мой ответ.

— Из какого ты рода и где были твои земли?

Я лихорадочно вспоминал карту Империи, перебирая в уме места, где недавно происходили войны с соседями. Эти детали я не успел продумать заранее и теперь расплачивался потерей нервных клеток.

— Из Рода Валлисов. Наши земли — замок Картруза, что на границе с Королевством Берон.

— До меня доходили слухи, что там была заварушка, но земли остались за Империей… Картруза находится в двух месяцах пути верхом к западу отсюда. Далеко же ты забрался, барон. И как же так вышло, что ты не унаследовал своих земель?

— Интриги, барон Олган. Мой род был признан уничтоженным в прошедшей войне, и местный маркиз назначил своего протеже на те земли.

Старик задумался, но согласился с моей версией событий. — Да, подобное случается. Ты хочешь моё наследство? Я дам тебе шанс! Грейтон! — выкрикнул барон. — Подойди сюда! — махнул он кому-то рукой. Из тени у дальней стены вышел воин, которого я ранее не заметил.

— Я здесь, милорд. — Он подошел к барону и остановился, ожидая распоряжений. Олган же продолжил, обращаясь ко мне.

— Это капитан моей дружины, — объявил он. — Вы сразитесь с ним в тренировочном поединке. Если ты останешься в состоянии стоять на ногах, когда… — барон огляделся и указал на горящую свечу, — когда эта свеча прогорит, тогда ты станешь моим наследником! Ты согласен, барон?

Я пристально взглянул на капитана. Это был мужчина средних лет со светлой бородой и волосами, ростом немногим выше меня. На его левой щеке виднелся небольшой шрам, и он, в свою очередь, изучал меня. Опытный воин, это было очевидно, учитывая его должность. Я осознавал, что в данный момент не в силах одолеть его. Но смогу ли продержаться отведённое время?

— Что же ты молчишь, барон Никроган из Картрузы? Неужели струсил? Если не хочешь биться, то проваливай! — поторопил меня Олган.

Я не могу отступить. Или могу? А, к чёрту! Нужно всего лишь продержаться, а не победить!

— Я согласен!

— На чем будете биться? — задал новый вопрос старый барон.

— Полуторными мечами.

— Ты слышал, Грейтон? — обратился Олган к своему капитану. — Принеси наши тренировочные мечи. — Барон особенно выделил слово «наши».

— Да, милорд, — ответил Грейтон и, удалившись на несколько минут, вернулся с двумя мечами. Он протянул их мне, предлагая выбрать. И тут я понял, что попал, очень сильно попал. Мечи были стальными, хоть и затупленными, а не деревянными, которые обычно используют для тренировочных поединков. Эти были турнирными, для доспешного боя. На первый взгляд они казались одинаковыми, поэтому я, недолго думая, выбрал один из них.

Что ж, хуже уже не будет, побегаю от этого капитана, пока время не выйдет, и дело сделано. И в этот момент старик Олган добавил:

— Грейтон, только не убей нашего претендента, в остальном можешь не сдерживаться.

— Как пожелаете, милорд.

Всё! Мне явил свой ужасный лик полярный белый лис… Один пропущенный точный удар, и перелом мне обеспечен. А я пока не знаю заклинаний для лечения таких серьёзных травм. Ох и зря я подумал, что хуже уже не будет, накаркал. Теперь просто побегать мне не дадут. К тому же моё подростковое тело ещё не набрало мышечной массы, и сил у меня было немного. Долго фехтовать таким мечом я не смогу и быстро выдохнусь. Можно растянуть свою выносливость, не используя «верхние» стойки. Работать в основном с «нижними» и по минимуму со «средними». К чёрту! Повоюем! Я сжал покрепче рукоять меча, приготовившись к спаррингу.

— Я готов, — сообщил я. Грейтон молча кивнул. И барон отдал команду: — Начали!

Капитан Грейтон уверенно приближался ко мне, небрежно держа меч на правом плече. Я же, словно хоккейную клюшку, опустил клинок остриём вниз и влево и, отведя левую ногу назад, принял стойку «половинная железная дверь». Затем я начал движение по кругу, стараясь зайти к Грейтону с левого бока.

Однако капитан закружился в противоположную сторону, не давая мне осуществить задуманное и одновременно сближаясь со мной. Его диагональный удар сверху был молниеносным, но я успел поднять меч и принять его на скользящий блок. Шагнув влево и вперед, я перетёк в «женскую стойку», на мгновение оказавшись спиной к противнику и защищаясь лишь опущенным за спину клинком. Это было крайне опасно в сражении с таким опытным бойцом, но я рискнул, полагаясь на дарованные навыки и опыт фехтования из прошлой жизни.

Благополучно завершив вращение, я тут же нанес нисходящий удар в левый бок капитана, но он блокировал его и контратаковал серией ударов в верхнюю полусферу, заставив меня отступать. Уловив момент, я попытался атаковал уколом в бедро и чудом уклонился от ответного удара в колено, убрав правую ногу назад и на короткое мгновение полностью перенеся вес на левую. Однако капитан Грейтон был опытным воином, и этого мгновения ему хватило, чтобы влететь в меня плечом и сбить с ног.

Я откатился в сторону, но удара не последовало. Капитан стоял неподвижно, давая мне возможность подняться. Мы продолжили кружить по залу. Грейтон не нападал, и я, не выдержав, начал серию атак, чередуя восходящие и нисходящие удары в попытке обойти его защиту.

Вскоре я почувствовал, как руки, не привыкшие к тяжести меча, начали уставать. Мне пришлось сбавить темп и перейти в оборону. Сосредоточившись на контратаках, заметил возможность для удара, когда капитан повторил мой прием из начала поединка, атакуя меня из «женской стойки».

Я попытался нанести восходящий удар, целясь в локоть, но он умело уклонился, лишь слегка довернув корпус, пропуская мой меч в нескольких миллиметрах от себя. Не ожидая такого поворота событий, я сбился с темпа. Капитан перешел в атаку, нанося точный удар в ноги. На этот раз я не успел среагировать, и колено хрустнуло, пронзив меня острой болью. Нога подкосилась, и я упал на пол, стоная от боли.

На этот раз Грейтон не собирался давать мне времени прийти в себя и подняться. Он продолжил атаковать, я успел блокировать ещё два удара, стоя на одном колене, прежде чем стремительный выпад пришелся на мою правую руку. Раздался хруст, и рука повисла безвольной плетью.

На глазах выступили слезы, а крик боли эхом разнесся по всему залу. Не осознавая, что это бесполезно, я попытался защищаться, удерживая меч только левой рукой. Перед глазами плавали темные круги и светящиеся точки. Последнее, что я почувствовал, — это острая боль и хруст ломающихся от ударов мечом ребер, после чего потерял сознание.

***

Покои Олгана. Вечер прошлого дня.

В комнате, освещённой мерцающим пламенем свечей, старый барон, сидя за рабочим столом, погрузился в глубокие размышления. Его взгляд был прикован к причудливым теням, которые танцевали по стенам, создавая причудливые узоры.

Уже несколько дней его егерь, отправленный в город, чтобы продать части тел монстров, не возвращался. Олган не мог перестать беспокоиться, опасаясь, что с его другом могло произойти нечто непредвиденное.

Внезапно раздавшийся стук в дверь прервал его размышления.

— Входи! — крикнул он.

Дверь открылась, и на пороге появился Сатран, его верный егерь.

— Я вернулся, Ваша милость, — с поклоном произнёс он.

— Прекрати! — нахмурился барон. — Здесь нет посторонних, мой друг, и нет нужды соблюдать формальности! — Старик подошёл и крепко пожал ему руку. — Я помню, как под моим началом из зелёного новобранца ты дослужился до моего заместителя! А теперь ты мой егерь и отвечаешь за промысел в этом лесу! Садись и расскажи, что тебя задержало.

Мужчины удобно расположились за столом, и после непродолжительного молчания, Сат начал свой рассказ:

— Я прибыл в город и сразу же отправился в канцелярию. — Сатран поморщился. — Как всегда, граф Тартон проявил особое усердие, и местные чиновники не спешили выдать мне документы о получении товара. В итоге я смог получить их только к вечеру, и, как ты понимаешь, мне пришлось остаться на постой. В казначействе тоже не обошлось без проблем. Документы, которые я привёз из канцелярии, им не понравились, и их пришлось переделывать. В итоге потратил целый день, но налог уплатил и деньги получил. В ночь не поехал, а отправился с утра…

— Ты должен был успеть засветло, что же произошло? — спросил барон.

— Олган, похоже, у нас снова завелись вредители.

— Бандиты или браконьеры?

— Бандиты. Они срубили сосну и перегородили дорогу. Попытались меня прикончить, но мы с мальчишкой отбились.

— С каким мальчишкой? Сколько было нападающих?

— Да так, — Сатран смутился, — по дороге я подобрал попутчика. А бандитов было пятеро.

— И ты бы не справился с ними в одиночку? — удивился барон.

— Конечно, справился бы! Вояки из них никудышные, но всё же они могли и ранить меня. А так всего лишь пара царапин! Да и пленника взял. Главарь у них больно уж на баронского дружинника похож был.

— Это хорошо, допросим его. Узнаем кто они и откуда. И если ещё кто-то остался в лесу — утром вышлю всадников. А теперь расскажи, что за мальчишку ты подобрал?

— Он молод, говорит, что бедный барон, но перстня нет, но на крестьянина не похож, больно уж холёный. С одним ножом вышел против двоих и с одним расправился. Магический дар имеет, знает лекарское заклятие. При мне залечил сильный ушиб. Хороший парень.

— А ты чего его расхваливаешь, Сат? В наследники мои решил записать? — рассмеялся Олган.

— Так он сам признался, что идёт к тебе, — улыбнулся Сатран. — Да и принять решение тебе придётся, старик, должен понимать.

На эти словах барон вскочил и закричал:

— Да что б я собственноручно этим жадным скотам всё отдал?! Да я…

— Старик, вот помрёшь, и им всё равно всё достанется, графья в эту дыру не поедут, но у них и прикормленные барончики с виконтами есть, что с радостью им карман набивать будут, до Империи крохи доходить станут! — перебил Сат барона.

Барон застыл, сгорбился и рухнул обратно: — Твоя правда, Сатран. Но что же мне теперь, им всё на блюде преподнести?

— Так возьми того, кто не связан с местным благородным болотом.

— Хочешь сказать, твой мальчишка подойдёт?

— Думаю, сгодится. Характер у него есть. От боя не бежит. Да и не повязан ни с кем.

— С чего ты, мой друг, решил, что он ни с кем не повязан?

— С того, что он по лесу ходил, считай, что голый, ни оружия, ни припасов, ни коня, ни спутников. Из брони рубаха, да дорожный плащ.

— Дурак, значит!

— А может, храбрец! Сделай, как ты всегда делал: предложи ему бой с твоим капитаном на турнирных мечах! Не испугается, значит, моя правда. А струсит, так значит, не судьба.

Олган на долго погрузился в раздумья. В словах старого товарища была горькая правда: решение принять придётся. Так почему бы ему не побороться за благо Империи, а не смиренно ждать своего конца.

— Добро. Уговорил, Хес языкастый! Устрою твоему претенденту испытание!

Глава 3

«Как же тепло...» — первая мысль, что пронеслась в моём сознании. Затем пришло понимание проигрыша и чувство, как на глазах наворачиваются слёзы — я не знал, что делать дальше и как расплачиваться с этой бл... ужасной богиней. Грудь будто сдавили тиски.

Осознание, что чуть не нарушил своё обещание, моментально привело меня в чувства. Не став открывать глаза, погружаюсь в воспоминания — мои друзья и глупый спор в одну из наших редких студенческих встреч и попоек. Мой проигрыш, и Лёха — я невольно улыбнулся, вспоминая мрачного и одновременно главного весельчака в нашей компании — то ли в шутку, то ли с каким-то ему одному известным умыслом, взял с меня слово, что я никогда больше не произнесу ни слова мата. Не знаю, была ли это просто шутка, от выполнения которой я мог бы отказаться, и тогда он придумал бы что-то другое, но я дал обещание. С того момента я не матерюсь ни мысленно, ни вслух и держу данное слово. Даже перед теперь уже мёртвым другом. Смерть — не повод отказаться от старых клятв. Ни моя, ни его.

Хватит предаваться воспоминаниям. Пора возвращаться в суровое настоящее! С протяжным вздохом открываю глаза. Всё вокруг словно в тумане: неясные очертания склонившейся надо мной фигуры и белое сияние.

— Очнулись? — раздался женский голос. Неужели я умер? И сно...

— Вы не умерли, юноша.

— Я произнес это вслух?

— Да, вслух. Я лекарь при бароне Олгане. Что последнее вы помните, юноша?

Постепенно зрение начало возвращать чёткость, и я смог разглядеть целительницу — пожилую женщину с проницательным взглядом карих и не по-старчески живых глаз.

— Последнее? Как капитан Грейтон ломает мне рёбра.

— Как вас зовут и где вы находитесь? — она тут же задала следующий вопрос.

— Я барон Никроган и нахожусь в замке барона Олгана.

— Потери памяти нет. Это хорошо.

Я попытался подняться и оглядеться, но целительница остановила меня:

— Лежите, юноша! Я уже залечила ваши рёбра, но ваши колено и руку ещё нет!

— Не стоит спорить с Хельгой, барон, — немного в стороне заговорил барон Олган, — я и сам, признаться, не могу её переспорить.

— А к вам, Ваша милость, — в её словах слышался сарказм, — у меня будут ещё вопросы! Зачем ты приказал своему псу избить мальчика до такой степени? Мне придётся сращивать его кости ещё два дня!

— Так было нужно, Хельга! — в голосе старика проявилось раздражение.

— Вечно вы, мужчины, так оправдываете свою глупость!

— Я вообще-то твой господин, женщина! — взревел он, и раздался глухой звук удара об стол.

— Как скажете, господин барон, я всего лишь глупая старая женщина, — ответила старушка с огромной долей сарказма. И почему мне кажется, что их что-то связывает? Не может обычная целительница так разговаривать с бароном.

— Поднимите его, — приказал Олган, и меня тут же подняли под руки. Оглядевшись, я увидел Сата и капитана Грейтона, державших меня. — Ты пал, барон, и в тот момент свеча ещё горела.

Я молчал, барон тоже не спешил продолжать. Мне было уже плевать на него — в мыслях я решал, как буду жить дальше. Наконец, Олган не выдержал и заговорил:

— Что молчишь, барон? Неужели тебе нечего сказать?

— Нечего, барон, — ответил я подчеркнуто вежливо и продолжил прямо смотреть на старика, сидящего на прежнем месте.

— Гордый, да? Можешь не отвечать, я и так вижу. — Олган затарабанил пальцами по столу. — Я был впечатлён, барон, — он заметно замялся, не зная, что сказать дальше, но затем продолжил: — быть тебе моим наследником. Всё! Несите его в лазарет!

Сат и Грейтон понесли меня по каменным коридорам замка, а я, морщась от боли, пытался понять, что произошло. Я не выполнил требование барона и проиграл поединок, но он всё же решил сделать меня наследником. Почему? Что ему от меня нужно? У меня нет ничего, что бы могло его заинтересовать. Может быть, он разглядел во мне талант или был впечатлён тем, как я владею мечом? Конечно, нет. Это звучит до наивности глупо и смешно.

— Сат, что всё это значит? — попытался узнать я у своего знакомого егеря.

— Теперь ты наследник старика Олгана, — ответил он.

— Но почему? Я же проиграл!

Грейтон хмыкнул, но промолчал, а Сат, помявшись, ответил:

— Ты не мог продержаться отведенное время, а уж тем более победить...

— Тогда зачем? — перебил я, хотя тут же понял, зачем это всё было нужно, — это был законный повод отказать претенденту. Однако старый барон всё же сделал меня своим наследником, и это не похоже на глупую шутку. — Точнее, почему? Для чего? — тут же переформулировал я вопрос.

— Барон сам всё тебе объяснит, когда Хельга поставит тебя на ноги, — глухо прогудел Сат, отводя взгляд.

Оставшийся путь прошёл в тишине. Когда мы вошли в лазарет, капитан и егерь бережно уложили меня на простую кровать, одну из множества пустых здесь. Пахло травами, чем-то горьким и чем-то кислым.

Хельга приблизилась ко мне и, проведя светящимися руками над моим телом, произнесла: — Я уменьшила боль, и ты сможешь отдохнуть. Завтра я займусь твоим раздробленным коленом, а перелом в руке сращу в последнюю очередь. Исцеление ваших рёбер потребовало все мои силы, и мне потребуется восстановить их.

С этими словами она вышла, а я остался один, погружённый в размышления о причинах, по которым барон выбрал меня своим наследником. Я чувствовал усталость, но сон не желал приходить. Занять себя каким-нибудь полезным делом не было возможности, поэтому занялся единственным, что мне осталось — думать и изучать полученные знания о мире. Они оказались не настолько обширными, как мне казалось, но их было достаточно, чтобы понять основные аспекты жизни в этом мире и сойти за местного жителя.

***

Ранним утром служанка сообщила мне, что барон хочет поговорить со мной. Наконец-то, спустя два дня, проведённых в лазарете, настал долгожданный момент, когда я смогу получить ответы на свои вопросы.

Мы сидели в личных покоях старика Олгана за небольшим столиком, на котором стояли две кружки и бутылка вина. Напротив нас потрескивал камин, а за спиной оставался массивный рабочий стол из дерева. На столе я заметил аккуратно разложенные перья, чернильницу и стопку пергаментных листов.

Старик, погруженный в свои мысли, молчал, наблюдая за языками пламени, танцующими в камине, а я не знал, с чего начать наш разговор.

— Всего пару лет назад это баронство было обычной лесной глушью, каких много в Империи, — наконец заговорил он. — Но всё изменилось с приходом магической бури, или, как её ещё называют, эфирного всплеска. После этого в моём лесу начали расти магические травы и появляться монстры. Никто точно не знает, что это и почему так происходит. Возможно, кому-то из учёных мужей и известен ответ на этот вопрос, но большинству людей эти знания недоступны. Лишь одно известно точно: происходит всплеск эфира, а после завершения бури либо ничего не происходит, либо начинаются изменения — увеличивается количество свободного эфира, а окружающая природа неизбежно меняется. Такие места называют местами силы. — Барон замолчал, продолжая смотреть на огонь.

— Насколько мне известно, монстры встречаются повсеместно, как и магические растения и руды, — заметил я.

— Ты прав, но в местах силы вероятность столкнуться с тварями и найти магические травы гораздо выше, чем в других местах. Хотя, конечно, магическим существам, как и обычным животным, ничто не мешает свободно перемещаться и размножаться в других частях света. Но сейчас это не так важно. О монстрах и растениях ты сможешь узнать из бестиария, который я специально заказал из столицы для организации промысла, или в Имперской академии, куда ты вскоре отправишься. — Заметив, что я хочу задать ещё вопрос, старик остановил меня, подняв ладонь:

— Вопросы потом. Позволь мне закончить свой рассказ. — Сделав глоток вина, Олган продолжил: — После той бури многие обратили внимание на эти места. Даже прислали имперского ревизора из столицы. Он подтвердил слухи о месте силы и передал распоряжение организовать промысел и продавать добытое в пользу Императора и Империи. Обложил меня налогом и укатил обратно в столицу. Графья, что владеют близлежащими городами, захотели наложить лапу на поток ингредиентов, но я им отказал, продавая всё Империи. Тогда стали появляться до странности хорошо вооружённые разбойники и браконьеры, но я им быстро показал, чего стоит старый вояка!

Старик Олган, казалось, оживился, но вскоре вновь погрузился в свои мысли, продолжая рассказывать: — Как ты сам понимаешь, я уже не молод, и скоро придёт мой черёд отправиться к Варуну. За последний год старые раны начали беспокоить меня всё сильнее и сильнее. И, похоже, слухи об этом дошли до нужных ушей. Вокруг меня стали появляться безземельные бароны и виконты, молодые и старые, они пытались заполучить мои земли, но я всем дал отпор!

Он замолчал. Спустя некоторое время, не дождавшись продолжения, я решил задать вопрос:

— И тогда появился я?

— Да, — улыбнулся барон, — сразу было видно, что у тебя за душой ничего нет. А значит, за тобой не стоит никакая сила.

— Барон Олган, разве моя бедность означала, что за мной никто не стоит? — удивился я. Барон вздохнул и ответил:

— Мы с тобой, почитай, родственники, так что называй меня по имени или дедушка Олган. Знаешь, во время службы я не обзавёлся семьёй, так что детей и внуков у меня нет. — С грустью произнеся эти слова, барон вновь погрузился в молчание.

— Понимаю, деда... Всё во имя Империи?

— Во имя Империи, — произнес он с тихим почтением. — Отвечая на твой вопрос, я хотел бы выделить несколько моментов, которые показались мне необычными. Во-первых, Сат встретил тебя одного в глухом лесу, практически без снаряжения. Ни один здравомыслящий человек не отправится в путь без оружия и сумки с припасами, будь у него такая возможность. И никто не отправил бы его в путь без этих вещей. Далее, перстень, который ты не носил и не надел на нашу встречу. Никто до тебя не рискнул так легко потерять моё расположение из-за подобной мелочи. Следом, твоя история о замке Картруза, бароне Валлисе и интригах маркиза. Она была бы правдоподобной, если бы не одно «но». Я наслышан о маркграфе Сертако Картанно, а во время службы мне приходилось бывать в его землях и встречаться с ним лично. Он честный, благородный и преданный Империи человек. Узнать о моём знакомстве с ним не так уж и сложно. И это третья большая странность. Местные аристократы — опытные интриганы, они не стали бы допускать подобных ошибок, даже мысли допустить их специально у них не возникло бы. Они привыкли действовать гораздо тоньше. В итоге, ты был слишком подозрителен и слишком прямолинеен. Не знаю, почему ты скрываешь свое происхождение, но мне достаточно того, что перстень подтвердил твоё имя и титул.

— А разве нельзя создать поддельный перстень?

— Нет, нельзя. Перстни аристократов, как тебе известно, изготавливаются в храмах с участием жрецов. Можно изготовить полноценный перстень, который будет реагировать на другое имя. Однако это будет означать, что ты сменил имя, и старый перстень самоуничтожится. А перстни, изготовленные без участия жрецов, будут просто магическими ювелирными украшениями, не реагирующими на ритуальную фразу. И ещё одна странность: все претенденты, которых присылали ко мне, оказывались слабовольными и трусливыми людьми. Ни один из них так и не вышел на поединок с Грейтоном. Некоторые отказывались сразу, как только видели его, другие — когда видели мечи.

— И это всё? — моему удивлению не было предела.

— А у меня есть выбор? Ты лучший из всех желающих стать наследником. А искать кого-то более подходящего? Неизвестно сколько на это понадобиться времени, а его у меня не так много.

— А если меня попытаются устранить?

— Я так не думаю. Сможешь объяснить почему так? — прищурился старик и внимательно посмотрел на меня, прежде чем вновь вернуться к созерцанию пламени.

— Я уже и сам понял, что это неверный вопрос, дедушка Олган. Моё устранение ничего не даст. Вы, как и раньше, продолжите избавляться от присланных графами кандидатов. Вместо этого они могут попытаться убить вас и повлиять на меня, но появление новых лиц на ваших землях сложно организовать незаметно, а за появившимися чужаками будут пристально следить. Естественно, убийцы могут попытаться пробраться в замок под покровом ночи, но...

— Всё верно. Я уже отдал распоряжение Грею, чтобы он усилил патрули и выделил кое-какие артефакты из моих запасов. Продолжай свои размышления.

— Хорошо. Скорее всего, они постараются связаться и надавить на меня. Проще договориться с молодым неопытным наследником, чем с упрямым старым воякой. И произойдет это, скорее всего, в моё первое же появление в городе. Если вы, конечно, отправите меня туда.

— И это тоже верно. Как ты сказал? Старый упрямый вояка? — Барон оглушительно рассмеялся. — Хорошо сказано! Тебе придётся съездить в один из городов. На практике вникнешь в дела, а заодно заявишь о себе в обществе как о моём наследнике. И многие обломают зубы об умного не по годам юнца! — Старик Олган снова рассмеялся.

— Благодарю за похвалу.

— Не стоит. Не каждый сможет прийти к верным выводам так быстро.

Я же решил спросить об ещё одном интересующем меня моменте:

— Олган, а что означали ваши слова про академию?

— Ты знаешь, что каждый аристократ, который хочет достичь больших высот, должен поступить и окончить Имперскую магическую академию?

— Да, я слышал об этом, но не каждый барон может позволить себе учиться в столице.

— И это правда. Однако благодаря добыче из места силы я могу обеспечить своему внуку обучение в этом месте. Через месяц ты должен будешь отправиться туда, и к началу осени должен быть уже в столице. А пока я займусь твоей учёбой. Грейтон, ветеран многих битв, будет заниматься твоей физической подготовкой. Ты умеешь обращаться с мечом, но тебе не хватает силы и выносливости. Я и Хельга начнём обучать тебя заклинаниям и работе с магическим даром. Сатран, опытный охотник, будет обучать тебя искусству стрельбы и маскировки. Никогда не знаешь, какие навыки могут пригодиться в жизни. По вечерам же я с удовольствием расскажу о хозяйстве нашего баронства, включая методы добычи магических ингредиентов. Надеюсь, ты хотя бы умеешь читать?

— Не стоит беспокоиться, барон Олган, я умею читать и писать.

— Называй меня дедушкой Олганом, — с улыбкой произнёс он. — Теперь мы родственники, привыкай. И прошу прощения за этот вопрос, но я должен был убедиться. Помимо дел баронства, тебе также предстоит изучить дворянский кодекс. Мне вручили эту книгу вместе с титулом, но я не стал читать её всю — не планировал надолго покидать баронство и тем более отправляться в столицу. А тебе эти знания будут необходимы. Пока всё, увидимся за обедом. Ты же готов начать обучение?

— Готов, дедушка Олган. — кивнул я.

— Тогда иди, Грейтон уже ждёт тебя.

Я встал и, посмотрев на уставшего старика, который уже не казался таким могучим, как в нашу с ним первую встречу, поклонился, выражая своё уважение, и вышел.

***

Грейтон ждал меня на тренировочной площадке, расположенной внутри замковых стен. Рядом располагались здания казарм.

— Молодой барон, — кивнул он, — барон Олган распорядился набрать новобранцев в дружину и довести её число до четырёх десятков человек. Ты хорошо обращаешься с мечом, но тебе не достает силы и опыта. Будешь тренироваться вместе со всеми. — Он указал на одну из казарм, откуда выходили молодые деревенские парни, все крепкие и привыкшие к тяжелому труду. Они с восхищением крутили головами, разглядывая всё вокруг.

— Построиться! — громко скомандовал капитан. Новобранцы, не понимая, что от них требуется, сбились в кучу. Десять старых воинов, баронских дружинников, пришли им на помощь, раздавая команды и подзатыльники самым нерасторопным. — Встать в один ряд! Чего глазами лупаешь! Живее!

Я встал с краю неровного ряда. Капитан окинул нас суровым взглядом и заговорил: — Вам оказана великая честь — вступить в баронскую дружину! Но прежде, чем вы начнёте гордиться своим новым статусом, вам предстоят изнурительные тренировки! В своих деревнях вы, может, и были завидными женихами и задирами. Здесь же вы никто, но мы сделаем из вас настоящих воинов! Понятно вам? Не слышу ответа!

— Понятно, — послышался нестройный гул голосов. На мгновение мне показалось, что капитан потребует от нас ответить хором, но этого не произошло. Вместо этого он спросил: — Есть те, кто не согласен со мной?

Мне хотелось возразить и выйти вперёд, но я сдержался. Я уже понял, зачем Грей так поступает. Вместо меня вперёд шагнул высокий и крепкий парень, ростом примерно метр восемьдесят или даже больше, но точно не два метра. Да уж, а он вряд ли сильно старше меня, если вообще ни одного со мной возраста. Рядом с ним я, со своими метр семьдесят и жилистым телосложением, выглядел довольно жалко.

— Ну я не согласен! Я всяк сильнее тебя буду! — парень ощерился и глупо загоготал. Грейтон невозмутимо окинул его взглядом.

— Кем будешь?

— Ват, сын кузнеца! Я тятьке в кузне с малых лет пособлял!

— Ещё небось и стенку на стенку меж деревень тебя первым звали?

— А то ж! — гордо заявил он, уперев руки в пояс.

— Раз ты такой мастак, на кулачках сойдемся! Побьёшь меня, сразу дружинником станешь, а нет, будешь слушаться и не перечить! Согласен?

— Согласен, на кулаках меня ещё никто не бил! — воскликнул он, разминая кулаки и приближаясь к расслабленно стоящему капитану. Приблизившись, Ват нанёс два быстрых, но размашистых удара — сначала правой рукой, затем левой.

В этом мире, как и в моём в эпоху Средневековья и позже, рукопашный бой не был особенно развит. Не существовало такой техники, как бокс, а о техниках работы ногами и речи не было. Однако капитан Грейтон меня удивил. Как и ожидалось, он уклонился от предсказуемых широких взмахов своего оппонента и, приблизившись к нему, хлестким ударом в печень заставил того застыть на месте. Не останавливаясь на достигнутом, капитан с силой ударил ногой под колено, исполнив классический лоу-кик, чем и вызвал моё удивление. Нога Вата подкосилась, он потерял равновесие и опустился на одно колено, уперев руки в землю. Когда он попытался подняться, капитан нанес ему удар в солнечное сплетение, чем и положил конец их поединку.

Когда сын кузнеца, отдышавшись, поднялся на ноги, капитан спокойным голосом поинтересовался:

— Усвоил урок, Ват, сын кузнеца?

— Усвоил, ловко вы меня, милорд.

— Капитан Грейтон или капитан! — повысил голос Грей, обращаясь ко всем. — Обращаться ко мне только так! Ни «Грейтон», ни «милорд», ни каких-либо других титулов. Вы меня поняли?

— Поняли, — гораздо дружнее ответили новобранцы.

— Хорошо, а теперь бегом вокруг тренировочной площадки!

И мы побежали, десяток дружинников во главе с капитаном бежал вместе с нами, следя, чтобы никто не халтурил. Затем начались упражнения с оружием. Будущих дружинников взяли на себя действующие воины, выдав им жерди, имитирующие копья, и принялись обучать вчерашних крестьян, как сражаться.

Копьё — оружие победы! Возьми толпу таких вот ничего не смыслящих в воинском искусстве ребят и объясни им простую истину: «Бей в лицо, коли в яйцо». Научи их держать строй, и уже через неделю, максимум две, их можно будет пускать в бой. Они не остановят всадников и опытных пеших бойцов, но любого спешно призванного ополченца, который вчера землю пахал, они разделают как бог черепаху. Потом, если нужно, можно обучить их работе со щитом и другим оружием. Но в мире средневековья копьё всегда останется оружием победы, даже в мире, где вместо пушек есть магия. Мои размышления прервал Грей.

— Чего застыл, Ник? Держи! — Он вручил мне стальной бастард. — Работать ногами ты умеешь, как и знаешь приёмы, но, что странно, силы в руках нет, будто тебя учили только на палках, не имея под рукой настоящего меча. — Он замолчал. А мне осталось лишь пожать плечами, не рассказывать же ему, что я взрослый парень в теле подростка. И все мои уменья либо из прошлой жизни, либо дарованы богиней. Не дождавшись от меня ответа, Грей продолжил: — Будешь атаковать меня простой серией ударов: голова, плечи, бёдра и колени. Нисходящие и восходящие удары. Я буду только защищаться.

Он поднял меч, и мы приступили к тренировке. Так прошло время до самого обеда. Всё тело ныло, я не мог сжать руки в кулаки и поднять что-то тяжелее ветки. В конце занятия Грейтон заставил меня вместе с новобранцами делать приседания с мешками земли в руках. Когда Грейтон объявил перерыв, я с трудом стоял на ногах и удерживал неудобный мешок перед собой, который почти каждый раз выпадал из рук. Мои мученья на сегодня закончены, а вот будущим дружинникам терпеть «пытки» капитана Грея ещё до вечера.

Олган не сообщил, где мы будем заниматься с Хельгой. Здраво рассудив, что целителя лучше всего искать на его рабочем месте, направился в лазарет. Там я и нашёл её.

— Юноша, как я и думала, что вы решите, будто я провожу здесь весь день! Запомните, наши встречи будут проходить в главном зале замка! И не забывайте приводить себя в порядок после ваших встреч с капитаном Грейтоном! От вас разит, как от козла, а вся одежда в грязи!

Оглядев себя и принюхавшись, я не был полностью согласен со старушкой. Да, пожалуй, пахло от меня не лучшим образом, но одежда была лишь слегка испачкана в земле. Вздохнув, я согласился.

— Как скажете, уважаемая Хельга. Прошу прощения, я торопился поскорее научиться у вас вашему несравненному мастерству, — немного лести не повредит, мне не сложно, а ей будет приятно.

— Не стоит, юноша! Не думайте, что подобные комплименты будут всегда вас спасать. Но в этот раз я вас прощаю, — смягчилась она. — Раздевайтесь до исподнего и ложитесь сюда. Я покажу вам заклинание «Восстановление», также известное как «Малое заживление». Это заклинание предназначено для лечения мелких порезов, царапин, ссадин, слабых ушибов, а также для восстановления после физических нагрузок. Оно сложнее, чем «Заживление ран», которым вы уже владеете. Вы знаете, почему?

О магии я знал только общеизвестные факты и одно заклинание, вздохнув, отрицательно покачал головой.

— С вами, юноша, никогда не занимались магией? — удивилась она. — Как же вы тогда освоили «Заживление»? Впрочем, не важно. Слушайте внимательно и запоминайте, пока раздеваетесь!

Я принялся снимать одежду и внимательно слушать. Хельга же начала объяснение.

— «Восстановление» сложнее «Заживления», так как требует меньше эфира. Нужно не просто грубо залить им поврежденное место, заставив тело восстанавливаться, а аккуратно контролируя тонкий поток и поддерживая его постоянное течение в место повреждения. Именно этот эфир тратиться на восстановление, не расходуя жизненную энергию, вы понимаете?

— Да, госпожа Хельга.

— Зовите меня просто Хельга, вы барон, а я всего лишь простая целительница. Что же вы поняли, юноша? — спросила она с легкой насмешкой в голосе.

— «Заживление» не требует контроля, но для его осуществления целителю приходится тратить эфир, чтобы заставить тело использовать свою энергию для восстановления ран. «Восстановление», напротив, требует от целителя постоянного контроля над эфиром, но зато является безопасным для пациента. У меня вопрос, уважаемая Хельга.

— Вы всё верно поняли, задавайте ваш вопрос, юноша.

— Если увеличить поток эфира при «Восстановлении», то не получится ли заменить «Заживление»?

— Это заклинание известно как «Лечение ран» или просто «Лечение». Оно требует мастерства в управлении эфиром и значительного его запаса в источнике. Именно с его помощью я восстанавливала ваши кости, юноша. Однако о градации и развитии заклинаний мы поговорим позже. А сейчас ложитесь сюда и внимательно запоминайте знаки и слова. К завтрашнему дню вы должны уверенно применять это заклинание, а также использовать его каждое утро и после каждой тренировки с Грейтоном. Я надеюсь, вам не нужно объяснять, зачем это нужно?

— Нет, всё очевидно.

— Хм, очевидно, ему. Что ж, на следующих занятиях мы увидим, действительно ли вы так умны, юноша.

Произнеся заклинание: «Эм на прас», Хельга сделала несколько пасов руками. Её ладони засветились белым светом, и я почувствовал приятное тепло, когда она проводила ими над моим телом. Обойдя каждую часть, она остановилась, а я ощутил лёгкость и бодрость, как будто не было долгих часов тренировок.

— Вы запомнили? — спросила она.

Конечно, я не запомнил, и ей еще раз пять пришлось повторить движения руками, прежде чем я смог повторить всё без ошибок.

— Теперь идите переоденьтесь и приходите в главный зал, юноша, — сказала Хельга и, развернувшись, вышла, оставив меня одного.

В моих покоях меня уже ждала бадья с горячей водой, подогретой камнями. Вода была ещё тёплой и приятно обволакивала тело. Я с наслаждением принял ванну и переоделся в чистое.

После этого я отправился в зал, предвкушая новые знания от старушки Хельги и встречу с бароном Олганом, который обещал тоже обучить меня новым заклинаниям. Магия открывала передо мной безграничные горизонты и, чего уж скрывать, дарила силу и власть.

Глава 4

В зале за накрытым столом меня уже ждали барон, Хельга и капитан Грейтон. Обед прошёл в тишине, без каких-либо значимых событий. Лишь старик Олган поинтересовался у капитана, как продвигается подготовка новобранцев.

Когда мы закончили трапезу, Грей вновь отправился тренировать новобранцев, оставив меня наедине с Хельгой и Олганом.

— Что вам известно о магии, юноша? — Целительница не стала тратить время на любезности и сразу перешла к делу.

— То же, что и всем. Маги разделятся на три вида: заклинатели, стрелки и воины. Воины используют эфир для усиления своего тела и применяют заклинания, не требующие ни слов, ни жестов — только усилия воли. Стрелки, напротив, преобразуют эфир в оружие и снаряды. Для их заклинаний может понадобиться словесная или знаковая формула. Заклинатели же владеют наибольшим из всех троих арсеналом заклинаний. Они делятся на несколько направлений: целители, стихийные маги, артефакторы и ритуалисты.

— Что ещё вам известно, юноша?

— Знаю, что определённые заклинания группируются в школы или направления. Например, есть огненная школа, руническая, некромантическая и другие. Это всё, что мне известно.

— Тогда запоминайте основы, которые должен знать каждый обладатель дара, — начала свою лекцию Хельга. — Все знают о разделении на три вида, но почему оно существует? Всё дело в объёме магической искры. Чем больше источник, тем больше в нём содержится эфира, а это означает, что у мага появляется возможность использовать более мощные и сложные заклинания. К самым экономным относятся «воинские» заклинания, затем идут «стрелковые», а после них — все остальные. Чем больше источник, тем более могущественным может стать маг.

— Тогда для чего нужны специализации и школы? Почему, например, заклинателю не изучить и не использовать воинские заклинания, чтобы усилить своё тело? — с удивлением спросил я.

— Всё довольно просто: одарённый может увеличить объём своего источника с помощью тренировок. Однако, чем большим количеством заклинаний из разных школ и направлений он владеет, тем сложнее ему это сделать. Пытаясь быть универсальным, маг не достигнет своего истинного потенциала и в результате окажется менее эффективным, чем специалист в выбранной школе. Сами заклинания могут быть похожи друг на друга, и их совместное использование не мешает усиливать искру. Именно так сформировались школы заклинаний.

— Разве не существуют маги-универсалы?

— Да, такие маги существуют, но все они от рождения наделены мощным источником магии и уникальным талантом к его развитию. Таких людей можно пересчитать по пальцам, и один из них — Имперский Архимаг Парс Кентр, известный как «Стиратель городов». На этом пока закончим с вопросами, юноша. Позвольте мне рассказать о том, как развивать магическую искру, или, как её ещё называют, источник. В Империи её принято называть искрой или источником, в то время как в других странах используют различные термины, например, в Королевстве Витания её называют эфирным сердцем. Развивать источник очень трудно. Считается, что при должном таланте можно увеличить его объём не более чем в два раза от изначального. Как вы понимаете, юноша, именно этот фактор определяет путь развития мага. Окончательный размер источника формируется к десяти годам, и с этого возраста начинается обучение. Вы всё поняли?

— Конечно! И как же тренируют источник?

— Сейчас я расскажу об этом. Вам нужно закрыть глаза, отрешиться от всего окружающего и обратить свой взор внутрь себя. Именно там находится ваш источник. Это будет первый шаг на пути вашего обучения.

— Каким будет второй шаг и сколько всего их? — не в силах удержать любопытство, спросил я.

— Будьте сдержанны, мальчик. Это качество вам очень пригодится в жизни, — с этими словами она выразительно посмотрела на старика Олгана, который в ответ отвел взгляд. — Но раз уж вы спросили, то отвечу: вторым шагом станет умение ощущать эфир, разлитый повсюду вокруг нас. На третьем шаге вам предстоит наполнять источник эфиром, а затем медленно выпускать его обратно в окружающий мир. И помните, полное опустошение искры может привести к тяжёлым травмам и даже смерти. А теперь, юноша, попробуйте почувствовать силу вашего источника.

Хельга описала обычную медитацию, но, похоже, этот термин здесь неизвестен. Я медитировал до самого ужина, а барон и Хельга вели тихие разговоры, которые будоражили моё любопытство, но я не позволял ему отвлечь меня от поиска источника внутри себя. Удивительно, но это оказалось легко. Возможно, это связано с тем, что мой магический дар, как и первое заклинание, был дан мне богиней. А может быть, у меня действительно есть талант? К началу ужина я уже мог легко сосредоточиться на поиске источника, не нуждаясь в медитации в качестве подготовки.

Сам ужин прошёл мимо меня, я всё своё внимание сосредоточил на искре, пытаясь понять, насколько она велика и что меня ждёт — крах на пути мага или великое будущее. Из размышлений меня вывел голос Олгана:

— Пойдём, Никроган, — сказал он, слегка запнувшись, но затем продолжил. — Сегодня Сатран не сможет начать твоё обучение, поэтому мы займёмся делами баронства.

Я понимал, что старику непривычно заиметь внука. Сложно осознать, что человек, которого ты совсем не знаешь, становится твоим родственником. Я и сам чувствовал себя немного неловко — ещё четыре дня назад я был в другом мире, где остались мои родители. А теперь у меня новая жизнь и новая семья, пусть и в лице одного старого барона. Думаю, что не только ему, но и его близким соратникам непривычно такое стремительное развитие событий. Пока я размышлял об этом, мы уже дошли до его покоев и заняли места за рабочим столом.

— Первым делом завершим твое принятие в семью. Вытяни руку и приложи свой перстень к моему. — произнёс он, вытянув руку с печаткой. Повторив за ним, я прислонил перстень к его.

— Я, барон Олган из Креона, получивший родовое имя Ведре, готов признать тебя родичем, — произнес он торжественно.

— Я, барон Никроган, готов стать родичем барона Олгана из Креона, получившего родовое имя Ведре, — сказал я в ответ.

Наши печатки вспыхнули и погасли, барон убрал руку, а я с любопытством разглядывал свой изменившийся перстень. Раньше на нём был изображён посох, переплетённый с лозами, а теперь красовался новый герб — скрещенные меч и булава.

— Выходит, у тебя не было родового имени. Как же ты тогда получил титул? И не было даже указания на место происхождения, только имя, — задумчиво проговорил Олган и, спохватившись, поспешно добавил: — Можешь не отвечать, это просто мои размышления вслух.

Мне стало обидно, ведь моя фамилия тоже имеет свою историю. Мои дед и прадед сражались в Великой Отечественной войне, и я гордился ими. Однако я не мог рассказать правду и назвать свою настоящую фамилию, которая связана с другим миром.

— У меня было родовое имя! — воскликнул я, не сдержавшись. Затем, смутившись, продолжил уже тише: — Но оно осталось в прошлом, и ему не суждено вернуться.

После моих слов барон перевел взгляд на меня и стал пристально разглядывать. Я буквально ощущал его взгляд на себе.

— Твоя вспышка говорит о том, что ты был аристократом из рода с историей. Как я уже говорил тебе утром о перстнях, при создании нового перстня ты меняешь имя. Считается, что прежний владелец умирает, и его перстень, не получив наследника, уничтожается. Насколько я понимаю, по каким-то причинам ты отказался от своей прошлой личности и сменил имя, но при этом не захотел принять выдуманное родовое имя. Что ж, мои предки не были благородного происхождения, и я стал первым в нашем роду, кто получил титул, но все они верой и правдой служили Империи и Императору в его армии. Мне удалось развить достаточно сильный источник и совершить подвиг на поле боя, за что и был удостоен чести получить титул. Теперь ты снова часть рода, дорогой внук, барон Никроган Верде. Пусть даже это и другой род.

Барон замолчал, чтобы дать мне время прийти в себя. Спустя несколько минут он протянул мне увесистый том.

— Изучи эту книгу, — сказал он. — Если что-то будет непонятно, не бойся спрашивать.

— Какой подвиг ты совершил, чтобы получить этот титул? — не удержался я от вопроса.

— В другой раз, внук, в другой раз. Это долгая история, а у нас сегодня много дел, — уклонился он от ответа.

— Всю книгу? — с сомнением спросил я, скептически оглядев её внушительные размеры. Вряд ли за один вечер я смогу изучить такой объём информации. Быстро пробежавшись глазами по записям на страницах, я понял, что это обычный главбух. — Может, мне стоит ограничиться записями только за последний месяц? — решил уточнить я.

— Полностью прочесть её должен ты, — «обрадовал» меня Олган. И в какой момент в него вселился дух мастера Йоды? — Но на сегодня последних записей будет достаточно, — добавил он.

Вздохнув, я погрузился в чтение. К моему удивлению, почерк Олгана Верде оказался аккуратным и легко читаемым. Записи за прошлый месяц заняли всего лишь страницу, а текущего — лишь половину.

Что я могу сказать? Наше баронство нельзя назвать ни бедным, ни богатым. Налог со своих земель Олган собирает в натуральной форме: дичь, овощи, простые кузнечные изделия и инструменты, а иногда и в виде монет. Я быстро пролистал записи за прошлые месяцы, и они были хаотичными.

А вот с имперским налогом, который мы выплачиваем сырьём из места силы, всё было строго. Точнее, была установлена фиксированная сумма в сотню золотых. К записям прилагались свитки от городской канцелярии о принятии «ресурсов магических из места силы добываемых» на сумму сто пятьдесят три золотых в текущем месяце. Следом шёл документ от казначейства об уплате налога этими ресурсами на сотню золотых и получении пятидесяти трёх за их переизбыток егерем Сатраном — вот, значит, какое полное имя у моего знакомого.

Затем следовал перечень необходимых покупок на этот месяц. Я посмотрел прошлые записи и заметил, что уплата налога и получение оплаты за излишки добычи происходили в дни, не совпадающие с датами покупок. Это показалось мне не совсем рациональным, и я решил спросить об этом у старика Олгана.

— Понимаешь, — ответил он, — сначала мы узнаём, сколько золотых получим в этот раз, а потом решаем, что стоит купить на эти деньги. Вот почему мы и отправляемся в город дважды.

— Как я понимаю, цену ингредиентам каждый раз разную дают? И мы всегда добываем их с запасом?

— Всё верно.

— Почему бы не составить список всего необходимого заранее? Например, свечи, травы для Хельги и ткани можно закупить сразу. А за остальными вещами, если они понадобятся, можно съездить во второй раз.

— Конечно, можно, но ты же сам сказал, что мы поедем во второй раз.

Я задумался. Можно было бы купить всё необходимое в следующий раз, когда поедем в город, чтобы сдать добычу и уплатить налог. Однако кто знает, не понадобятся ли эти вещи раньше? Да, получается, придётся ехать во второй раз. Что ж, это не страшно. Сейчас меня беспокоит совсем другой вопрос.

— Олган, деда, скажи, будет война? Ты ведь к ней готовишься?

— Как додумался? — улыбнулся он в бороду.

— По набору в дружину. Два десятка новых дружинников набрали, аккурат после твоего решения сделать меня своим наследником.

— Будет или не будет война, не знаю. Только не война это, а так, стычка меж баронств, впрочем, от того не легче. Мыслю, что они могут попытаться силой захватить наши земли с лесом, не дожидаясь, пока я умру и ты вступишь в наследство. Зачем им ждать и давать нам время на подготовку? Ты ведь можешь не согласиться добровольно отдать им эти земли. У меня есть трое соседей, которые точат зуб на меня. Вот их я опасаюсь. Твоё появление может их расшевелить.

— Возможно, мне стоит встретиться с ними и поговорить. Вероятно, мне не удастся их убедить, но я могу попытаться внести разлад в их ряды. Не хотелось бы сражаться с их объединёнными силами, какими бы они ни были.

— Это может и сработает. Однако давай обсудим военные вопросы позже, а сейчас вернёмся к нашему хозяйству. Ты всё понял из прочитанного?

— Да, всё понятно.

— Как, по-твоему, мы можем увеличить добычу магических ингредиентов?

Хороший вопрос. Я задумался и, отыскав отчеты, написанные Олганом со слов Сата, принялся их внимательно изучать.

— Первое, что приходит в голову, — это увеличить количество отрядов охотников и добывать более редкие ингредиенты.

— С вопросом о редких ингредиентах тебе стоит обратиться к Сату. Что касается увеличения числа охотников, то в последний раз он говорил, что свободных охотников не осталось. — Олган замолчал, предоставив мне возможность продолжить размышления. Я же обратился к документам, предоставленным канцелярией, и сравнил предполагаемые цены из бестиария с теми, которые они предлагали каждый раз. Однако не смог обнаружить никакой закономерности. За одну и ту же часть монстра предлагалась разная цена, как больше, так и меньше, независимо от её количества. Вероятно, существуют какие-то причины, но пока я не могу их понять.

— Почему канцелярия каждый раз устанавливает разные цены, как более высокие, так и более низкие, на один и тот же ингредиент?

— Когда я задал им этот вопрос, они ответили, что всё зависит от потребностей Империи.

— Проще говоря, они и сами не знают. Им поступает распоряжение, и они закупают соответствующие ингредиенты. К тому же, граф… — я запнулся, — Олган, кому принадлежит город Тарнат?

— Графу Дерапу Колнату. Его предок получил титул от предка герцога, и поэтому его графский титул не является имперским.

Ну да, в Империи Гровия существовало два типа аристократов: «имперские» — те, кто получил свой титул непосредственно от самого Императора, и остальные, чей титул был пожалован другим аристократом и не имел такой же почётной приставки.

Например, герцог мог пожаловать титулы маркграфа, графа, виконта, барона и рыцаря. Маркграф, в свою очередь, мог дать титул графа, виконта, барона или рыцаря. И так далее, вплоть до барона, который мог наградить своего вассала титулом рыцаря, если у него было достаточно земли для этого.

Разумеется, все герцоги принадлежали к числу имперских аристократов. Так вот, у всех имперских аристократов был только один сюзерен — Император. В то же время для обычных аристократов действовал принцип «вассал моего вассала — не мой вассал». Ко всему прочему, титулы имперских и обычных аристократов были равны, разница заключалась лишь в том, кто был их сюзереном. Да уж, феодальная раздробленность во всей своей красе.

— Думаю, граф Дерап Колнат имеет влияние на эти нужды, не знаю, насколько сильное, но имеет.

— В городе есть городская канцелярия, и мы сдаём добычу в её имперскую часть. Но даже там граф имеет некоторое влияние.

— Это объясняет его стремление получить контроль над самим потоком и почему он так старался навязать вам своего протеже, вместо того чтобы просто перехватить ресурсы в канцелярии. Насколько я понимаю, в этих землях не так много имперских аристократов?

— Ты прав, нас не так много: я, маркиз на границе с Харконским каганатом к югу отсюда, и граф, чей город стоит далеко к северу. Ты, кажется, что-то задумал, раз задаёшь вопросы?

— У меня есть одна идея, но сначала я хотел бы спросить ещё кое-что. В нашем месте силы количество эфира различается в его глубине и на окраинах? Если да, то насколько сильно?

Олган, немного задумавшись, ответил почти сразу:

— В крупных и могущественных местах силы различия могут быть существенными. Однако наш лес — это не такое место, и в любой его точке количество эфира остаётся одинаковым.

— Это хорошо. В таком случае мы можем организовать огороды с магическими травами и выращивать их самостоятельно, вместо того чтобы собирать во время охоты на монстров. Нам следует выбрать травы, за которые можно получить стабильную оплату, и растить их.

— Я обсужу этот вопрос с Хельгой, она лучше меня разбирается в магии. Сатран подберёт подходящих людей для этой работы и узнает, что им нужно. Если всё пройдёт успешно, мы сможем увеличить доходы. Отличная идея! Если у тебя возникнут ещё мысли, обратись к Сату, он мой доверенный человек и, как егерь, отвечает за весь промысел. На сегодня с хозяйственными делами покончено. Я вижу, они дались тебе легко. Помню ты хотел поговорить о возможной войне?

— Да, деда.

— Прежде всего, после того как мы обучим новобранцев, нам нужно будет их вооружить. Хотелось бы сделать это незаметно, но, к сожалению, это не получится.

— Почему? Неужели так много чужих глаз и ушей вокруг?

— Нет, немного. Дело не в соглядатаях. У меня есть кузнец, но он не оружейник и не бронник. Он может починить снаряжение и делает это хорошо, но не изготовить его с нуля. Поэтому мне придётся покупать готовое оружие и доспехи в городе. А вот там… — Олган многозначительно умолк. А я погрузился в размышления, и мне в голову пришла, как мне кажется, гениальная идея.

— А что, если, скажем, молодой наследник пожелает обновить вооружение дружины по своему вкусу? Чтобы продемонстрировать свою значимость и полезность?

— На себя намекаешь? — улыбнулся старик.

— Да, я возьму с собой Грейтона и ещё нескольких воинов из твоей дружины и отправлюсь в путешествие по ближайшим городам в поисках лучшего оружия и доспехов. Я буду говорить в каждом постоялом дворе, на каждом приёме и у каждого торговца, что мои воины заслуживают лучшего оружия и брони, чем то, что у них есть сейчас. Создам образ молодого, горячего и не разбирающегося в военном деле юнца. Грейтон будет мягко со мной спорить, и в итоге мы купим хорошее снаряжение, но, как все будут думать, взамен старого. Также это станет отличным поводом представиться в местном обществе как ваш наследник.

Выслушав меня, барон погрузился в глубокие размышления.

— Знаешь, — произнес он с задумчивым видом, — это может сработать. Однако вскоре слухи о том, что старик Верде набирает новобранцев, распространятся по округе. Вероятно, об этом уже известно. Мне известно, что в деревнях есть соглядатаи, и я знаю, кто они. Сат даже присматривает за ними, что бы они не узнали ничего лишнего.

План был хорош, но старик прав: весть о наборе в дружину наверняка уже разнеслась. Мы набрали двадцать добровольцев из трёх больших деревень, и такое значимое событие невозможно было скрыть. Мне не хочется отказываться от этой идеи. Но что можно придумать?

— Ты даже не спросишь, почему я не приказываю их убить или изгнать? — с улыбкой произнёс он.

— Всё просто, дедушка Олган. На их место придут новые люди, но мы не будем знать, кто они. А на их поиски уйдёт время.

— Верно подмечено, — снова улыбнулся он.

— А если пустить слух, что это я учинил самоуправство, а ты всех разогнал? — вернулся я к обсуждению вопроса.

— А куда деть новобранцев? Для этого их придётся вернуть обратно, а их подготовку как продолжать?

— Тоже верно. Так! Подожди, деда. Ты же сказал, что проблема в том, чтобы незаметно их вооружить, а не набрать? Значит ли это…

— Я набрал новобранцев, не привлекая внимания. Сат и Грей переговорили с их семьями, чтобы те не болтали лишнего, а на вопросы отвечали, что сыновья отправились к Сату или в город на заработки.

— Скажи, ты действительно был простым сотником? — спросил я, засомневавшись, потому что действия моего деда казались слишком уж хитрыми для обычного воина, хоть и бывшего в звании сотника.

— И это ты понял всего за один разговор! — воскликнул он, хлопнув ладонью по столу. Но за его напускным недовольством скрывалась улыбка, и вскоре Олган рассмеялся. Отсмеявшись, он продолжил:

— Сотник Бобров. — с гордостью произнес он. А я непроизвольно присвистнул. Не гвардия Императора, конечно, но всё же элитный отряд внутри армии. Специалисты по двуручным мечам и прорыву строя, а также они охраняют ставку командования армией. Знатные рубаки, но в магии не сильны.

— Деда, только не говори, что… — не закончил я фразу.

— Да, дружину я тоже собрал из них, кто отслужил свой срок и захотел пойти за мной.

Мне сразу вспомнился Грейтон, капитан нашей дружины. И вот против такого бойца я вышел, надеясь просто побегать отведённое время. Прав был Сат, я не мог победить, будь я даже в хорошо тренированном теле взрослого, а не подростка. Грей меня на одном опыте уделал бы.

— А что насчёт Хельги?

Когда речь зашла о целительнице, старик на мгновение замялся и не стал отвечать, как это уже было, когда я спросил о его подвиге.

— Это долгая история, внук, и уже поздно, — сказал он. — Но возвращаясь к твоей идее, она может сработать, и я даю своё согласие.

— Прекрасно! — улыбнулся я. — Когда можно приступать к выполнению?

— Не так скоро. Для начала тебе следует пройти тренировки с Грейтоном. Только когда он скажет, что ты готов и не погибнешь на шальной дуэли, можно будет приступить к реализации твоего плана. Но я уверен, что ты справишься за неделю или две, — произнес Олган, ненадолго задумавшись, продолжил: — На сегодня мы закончили, внук. Ты ознакомился с нашим хозяйством, оно не так уж велико, поговорили о промысле. Также мы обсудили, — он вздохнул, но продолжил, — и войну. Теперь ты можешь идти отдыхать. Завтра продолжаться твои занятия, и тебе необходимо восстановить силы.

Я покинул комнату и направился к себе. У меня ещё были вопросы, но я чувствовал, что старик Олган не ответить на них сегодня. Впереди меня ждали недели изнурительных тренировок, погружение в мир магии и кто знает, что ещё.

***

Дверь за молодым парнем закрылась, но вскоре после этого раздался стук.

— Входи! — Олган был не уверен, кто именно пришёл, но не хотел гадать. В его небольшом замке жили лишь несколько человек: Сатран, Грейтон, Хельга, Макра, его служанка и кухарка, а теперь ещё и Никрогон, его названный внук. Любой из них мог захотеть его видеть.

Дверь открылась, и в комнату вошла Хельга.

— Ну что, старый, как там наш юноша? — с улыбкой спросила она.

— Знаешь, Хельга, он действительно умен. И, как ты и говорила, кажется не по годам взрослым и рассудительным, — ответил старик, слегка замявшись.

— Но? — Целительница решила подтолкнуть его к продолжению.

— Однако иногда в нем прорывается что-то от шестнадцатилетнего юноши.

— И что же произошло?

— Когда проводил ритуал принятия в родичи. У него не было родового имени, только имя и титул. Барон Никроган, и всё.

— Значит, смена имени и новый перстень, раз титул остался.

— Именно так. И когда я подметил это, сказав, что у него нет имени рода, он вспылил. — Заметив удивление на лице Хельги, старик уточнил: — Он лишь повысил голос, но при этом проговорился, что раньше оно у него было, и его уже не вернуть.

— Вот как! Возможно, его род был уничтожен, или они стали изгнанниками, или изменниками…

— А может, произошло что-то ещё, но теперь это уже не имеет значения.

— Олган, ты всегда был таким беспечным. А что, если он — Жнец?

— Ты имеешь в виду безумцев, которые появляются из ниоткуда, говорят о других мирах и приносят человеческие жертвы богам?

— Да, я слышала, что некоторые из них были приемниками с титулом, которые также возникали из ниоткуда и устраивали в своих землях кровавую бойню. Не находишь, что это похоже на наш случай?

— Если он окажется Жнецом, я сам отправлю его душу к богам. Но ты же знаешь об Избранниках богов, которые тоже возникают из ниоткуда. Они не безумны и не приносят жертвы, они обычные люди, такие же, как и все остальные, — злодеи или герои. Но они отмечены божественным вмешательством и способны достичь великой силы. Почему бы и ему не быть одним из них?

— Ты прав, он может быть Избранником или просто обычным мальчиком с непростым прошлым. Но это не меняет твоего легкомысленного отношения к ситуации.

— Это не легкомыслие, просто я стар и устал.

После этих слов оба старика погрузились в молчание, не отрывая взгляда от пламени, которое уютно плясало в камине.

— Поэтому ты решил отдать ему своё баронство?

— Да, я осознал, что если ничего не предприму при жизни, то судьба людей, живущих здесь, будет в руках проходимца — протеже очередного жадного графа. Поэтому я решил сделать выбор.

— Сат всё же смог достучаться до тебя?

— Ему просто повезло с этим мальчиком, и всё! Если бы не он, то Сат так и продолжал бы каждый вечер говорить мне о судьбе баронства, — смущённо произнёс Олган.

— Скажи, можно ли самостоятельно выращивать магические травы? — внезапно спросил он, резко меняя тему.

— Да, это возможно, но без необходимого количества эфира в воздухе, воде и почве они вырастут обычной травой без магических свойств.

— А если посадить их на территории места силы?

Хельга погрузилась в размышления.

— Знаешь, в таком случае это действительно возможно. А в нашем лесу, где эфира не так много, это может сделать даже обычный человек без риска для своего здоровья. Это идея Ника?

— Ты проницательна, как всегда.

— Не настолько, как мне бы хотелось. До такой, казалось бы, простой вещи и я не додумалась.

— Возможно, причина в том, что я не пытался развивать промысел, опасаясь, что он достанется графам. И не спрашивал тебя о таких возможностях.

Снова воцарилась тишина, и оба старика, словно заворожённые, вновь обратили свои взоры к огню. На этот раз первым нарушил молчание Олган:

— Будь добра, составь список того, что тебе нужно в городе. Думаю, вскоре я отправлю туда Ника за покупками.

— Хорошо, я всё сделаю. Что-то ещё?

— Да, на этом, пожалуй, всё.

— Хорошо, тогда я пойду. Вот твоё лекарство от бессонницы. Пожалуйста, прими его и не работай всю ночь, — сказала старушка, поставив перед Олганом небольшой пузырёк.

— Благодарю, я обязательно его приму, — ответил он, забирая лекарство.

Женщина встала и покинула комнату. Олган Верде, взглянув на пузырёк, вздохнул и отложил его в сторону.

— Прости, Хельга, не сегодня. Мне нужно завершить как можно больше дел, пока ещё есть время.

***

Божественный план Делетеи

Внутреннее пространство храма освещалось мягким голубым сиянием эфирного кристалла. На каменном троне, облачённая в балахон, восседала старуха. Внезапно свет начал тускнеть, и она, слегка вздрогнув, раздражённо повела плечами.

— Входи! Говори, зачем припёрся!

Свет в храме на мгновение померк, и перед старухой возник мужчина в чёрном камзоле. Его фигура словно была окутана клубящейся тьмой.

— Ты как всегда приветлива и гостеприимна, Делетея. Не предложишь гостю присесть? — с насмешкой в голосе спросил он.

— Ты сможешь и постоять, — произнесла старуха с ледяным презрением. Мужчина, улыбнувшись, взмахом руки создал из тьмы кресло и, удобно расположившись в нём, закинул ногу за ногу.

— Помнится, когда в прошлый раз тебе понадобилось одолжить силы, ты обошла всех Великих и так настойчиво просила, Бродяжка, — произнёс он с холодом в голосе. — И теперь я требую оплаты долга!

— У меня нет свободной энергии, ты пришёл слишком рано! — воскликнула Делетея, вскакивая с трона. — Первый этап Игры ещё не начался, и…

— Мне безразлично, что ты снова проиграла! — в голосе её собеседника звучала ярость. — Все знают, что ты экономишь на своих последователях, а значит, у тебя уже есть свободная сила.

— Не отдам! — закричала она, переходя на визг. — Тогда у меня ничего не останется! Что мне поставить на кон в этой Игре? Убирайся в Бездну, Убийца!

— Как была бродяжкой, так ею и осталась, — с презрением процедил мужчина. — Хорошо, не надо истерик! Ты меня раздражаешь.

Он сделал вид, что глубоко задумался, театрально подперев щёку. — Мне необходимо эфирное ядро теневого монстра. Пусть твой последователь его добудет.

— Ты хочешь угробить его!

— Замолчи! И не перебивай! Твои крики раздражают меня. Мне подойдут ядра и более слабых существ. Кто обитает в том лесу? — мужчина вновь притворился, что глубоко задумался.

— Откуда ты узнал об этом? — в голосе Делетеи послышался страх.

— Я же сказал тебе не перебивать! То, что мы равны по статусу, — это лишь недоразумение, которое никому не хочется исправлять. Всё решает сила, а её у меня больше. Ты меня понимаешь, Бродяжка? — и, дождавшись кивка от Делетеи, мужчина продолжил: — Так вот, кто там обитает? Теневые лютоволки? Их ядра вполне подойдут. Пусть твой последователь добудет мне восемь ядер. Взамен я приду за долгом перед началом первого этапа. Что касается леса, ты действительно думала, что одна ты заметила, как в суматохе конца прошлой Игры родилось новое место силы? Я знаю, что ты хочешь заполучить его себе. Именно его силой ты и расплатишься со мной, и не отвертишься. А теперь можешь говорить.

— Думаешь, что сможешь тайно усилить свою пешку за мой счёт? А если я расскажу об этом другим Великим? — с вызовом спросила Делетея. В ответ мужчина лишь рассмеялся.

— Если бы ты была действительно так умна, как пытаешься показать, то не задавала бы таких вопросов. Рассказывай кому захочешь, но только не забудь ответить на один вопрос: где твой последователь должен найти эти самые ядра? Многие поймут, что у тебя на примете есть свободное и молодое место силы, — произнёс мужчина, вставая и стряхивая невидимую пыль со своего безупречного камзола. Свет в храме внезапно погас, оставив лишь Делетею и тёмное кресло.

— Не убрал за собой! — произнесла она с гневом и, шипя, как змея, направила руку на кресло. Делетея потратила немного своей силы, чтобы разрушить магический конструкт, созданный из энергии другого божества. Это стало последней каплей.

— Ублюдок! Отродье Бездны! — вскричала Делетея, бегая по залу и осыпая ушедшего бога такими ругательствами, от которых даже у портовых грузчиков покраснели бы уши. Спустя долгое время богиня пришла в себя и в изнеможении упала на трон, начав размышлять вслух.

— У меня достаточно сил, чтобы сделать ставку на первом этапе игры — я сэкономила на пешке. Однако теперь у неё не хватит сил, чтобы добыть мне ядра. Какой же он жалкий! Если бы я дала ему все знания в области магии исцеления, как он и просил, то… То мне бы не хватило сил для ставки. Может мне потратить ставку, чтобы наделить его способностью, а затем вернуть её с помощью места силы? В таком случае ему нужно успеть завершить все необходимые действия за двенадцать дней до начала первого этапа. Я не хочу тратиться на этого человека! Он, конечно, принёс мне силу — две жертвы и даров ещё на три, но этого недостаточно! Мне нужно больше! Хорошо, что он уже успел вернуть все расходы на своё перерождение. У меня нет времени ждать, пока он накопит для меня ещё сил. Нужно срочно погасить долг, но как это сделать, не потеряв ставку? А ведь можно сэкономить на новой способности для него! Я могу наделить его способностью, которая не потребует от меня больших трат, но в то же время поможет ему выполнить моё задание. Как же это умно! Какая же я замечательная! — Делетея рассмеялась, сидя и размышляя о даре для своей пешки.

От автора: Дорогие читатели, вот и начинают сгущаться тучи над нашим главным героем. Как вы думаете какая способность или заклинание могут помочь ему пережить грядущие события? Напишите в комментариях.

Глава 5

Я наслаждался предрассветной тишиной в своей комнате, погружаясь в размышления и вспоминая о событиях последних дней. Прошло уже две недели с того памятного разговора с Олганом и моего принятия в род. Мне выделили личные покои, бывшие раньше одними из гостевых. Хотя в комнате было не так много удобств, она была обустроена с максимальным комфортом: большая и мягкая кровать, массивный деревянный стол, плотные шторы на окнах, подсвечники и внушительных размеров камин, рядом с которым лежала полная поленница дров. Каменные стены и пол были украшены шкурами лесных хищников: лис, волков и даже одна медвежья.

Это было нелегко, но я постепенно втянулся в круговерть ранних подъёмов и ежедневных тренировок. Каждое утро Грейтон тренировал меня, и спустя одиннадцать дней, когда моя физическая форма значительно улучшилась, он начал учить меня искусству боя с копьём, щитом и мечом, и с другим оружием, не забывая и про полуторные мечи. У меня уже был опыт, полученный в прошлой жизни, и уроки Грея прекрасно ложились на эту основу. Я быстро прогрессировал, хотя и без трудностей не обошлось. Ярким примером служили верховая езда и сражения в седле — мне приходилось всему учиться с нуля, и это тяжело мне давалось. Однако постепенно я освоил основные навыки и теперь мог более-менее уверенно держаться в седле.

Занятия с Хельгой сразу после первого дня превратились в интенсивные тренировки по увеличению объёма моего магического источника. Выяснилось, что мой магический потенциал чуть лучше обычного, что открывало для меня всего лишь три пути: я мог стать сильным воином, обычным стрелком или слабым, но всё же заклинателем. В сущности, это был выбор без выбора. Поэтому она пока не учила меня новым заклинаниям, давая мне время принять решение, которое определит всю мою дальнейшую жизнь. Я же в свою очередь не торопился, надеясь в будущем убедить жадную богиню в своей полезности и получить от неё что-то, что поможет мне увеличить потенциал моей искры, но, будучи не до конца уверенным в успехе, не решался начать изучать заклинания для пути «заклинателя». Олган же делился знаниями о заклинаниях «воинского» пути, которыми он овладел в армии. Он заметил, что я немного разочарован, ведь я надеялся на могущество «заклинателя», и таким образом старался подбодрить меня.

Вечерами к моему обучению приступал Сатран. Он заставлял меня бегать по «ласточкиным хвостам» крепостной стены для тренировки равновесия и координации. После пробежки мы приступали к стрельбе из лука, что оказалось для меня довольно сложным занятием. В отличие от арбалета, стрельба из которого напоминала стрельбу из винтовки, лук требовал больше времени и усилий для освоения. Кроме того, егерь учил меня метать ножи и двигаться бесшумно. Время от времени Олган посвящал меня в тонкости дел, происходящих в баронстве. Когда я пытался заговорить о предстоящей войне, он менял тему и возвращался к обсуждению хозяйства.

Ежедневные тренировки не прошли даром. Мой растущий организм, полноценное питание и магия за столь короткий срок дали свои результаты. Хотя изменения были не очень заметны, они всё же были. Моё тело стало крепче и рельефнее, и, хотя я и раньше не был слабаком, теперь я не выделялся среди молодых дружинников. Моё личное развитие продвигалось успешно.

А вот с жертвоприношениями богине всё было не так хорошо, как мне хотелось бы. Отвратительно было, если не кривить душой. Мне было известно о так называемых «жнецах» и «избранниках» — людях, которые, как и я, в прошлом оказались в этом мире по воле богов. Я старался не привлекать к себе внимания, чтобы не быть причисленным к их числу. Для подобной славы у меня ещё было недостаточно сил.

Когда я планировал, как буду расплачиваться, то понадеялся на ресурсы баронства, которыми смогу свободно распоряжаться и смогу обойтись без человеческих жертв. Однако реальность оказалась иной. Барон взимал налог в натуральной форме, поэтому недостатка в еде на столе не было. Всё остальное, что было необходимо, закупалось в городе: восковые свечи, вино, одежда и ткани. Оставшиеся свободные деньги были отложены на мою учёбу в столице.

При первой же возможности я вырезал из полена алтарь в честь богини, нанёс все необходимые руны и установил его в своих покоях. Барон и другие обитатели замка были очень удивлены и долго меня расспрашивали о причинах. Пришлось выдумать, что, «видимо, благодаря покровительству Делетеи мои скитания завершились благополучно. И я решил таким образом выразить ей свою благодарность». К счастью, мне поверили, и количество вопросов значительно уменьшилось.

Каждое утро и вечер я приносил в дар еду, которую специально откладывал после каждого приёма пищи, и медные монеты, которые у меня ещё оставались. Однако этого было недостаточно, и я не знал, как объяснить, зачем мне нужно приносить ещё больше жертв, не вызывая серьёзных подозрений. Кроме того, у меня не было времени отправиться на промысел вместе с охотниками, чтобы добывать монстров в качестве подношений. И причин, по которым мне следовало заниматься ежедневной охотой вместо тренировок и учёбы, тоже не было.

Осознание того, что не успеваю, вызывало беспокойство. Я начал подумывать о том, чтобы отправиться за покупками в город и остаться там на несколько дней, а если понадобится, то и на все оставшиеся двенадцать. Каждый вечер я планировал совершать прогулки по трущобам, где мог нарваться на неприятности.

У меня не было намерения причинять вред беззащитным людям, но я с чистой совестью готов был принести в жертву тех, кто бы попытался убить одинокого путника, потерявшегося в переплетении городских улиц. Я считаю, если ты решил забрать чужую жизнь, то будь готов отдать свою.

Однако этого не потребовалось. Этой ночью, к моему удивлению, Делетея явилась в мой сон и потребовала выполнить её поручение. В качестве награды она пообещала милостиво простить мне долг и даже даровать заклинание в качестве аванса.

Сейчас мне нужно было связаться с ней, чтобы узнать все детали и получить инструкции. Я закрыл глаза и, сосредоточившись, мысленно обратился к богине: «О Делетея, богиня дорог и морских путей, я взываю к тебе!»

После этих слов меня охватило лёгкое головокружение. Когда я открыл глаза, передо мной предстал уже знакомый храм, залитый голубым светом. На своём троне, как и в прошлый раз, восседала Делетея, старая карга в балахоне. Рядом с ней в роскошном кресле расположилась молодая женщина в платье глубокого ультрамаринового цвета, украшенном золотыми полосами ткани. Её каштановые волосы были собраны в пучок, а на лице сверкали очки-половинки.

— Ты нетороплива, Делетея, — голос незнакомки был мелодичным и приятным, — могла бы и подождать, пока я не уйду, прежде чем призывать душу своего последователя. А раз так, то я сама вручу ему заклинание.

— Ты не можешь. Это противоречит правилам, — к моему удивлению, голос Делетеи звучал робко и неуверенно. Однако незнакомая богиня, не обращая внимания на её слова, взмахнула рукой, в которой был зажат свиток. Он распался на золотистые искры, и меня обдало волной эфира. Мой источник магии нагрелся, а в голове появились образы и знания о заклинании. После этого она исчезла вместе со своим креслом, не попрощавшись. В воздухе повисла напряжённая тишина, которую прервал холодный голос Делетеи:

— Слушай внимательно, душа. В течение следующих двенадцати дней ты должен добыть для меня десять эфирных ядер теневых лютоволков и провести ритуал в центре места силы. Это не составит особого труда. И, так уж и быть, я прощу тебе те жертвы, которые ты не принёс мне. Кроме того, у меня будет для тебя ещё одно задание, награду за которое ты уже получил. О нём ты узнаешь позже, прежде закончи с охотой.

— Какой ритуал мне нужно будет провести, госпожа? — я почтительно склонил голову.

— Узнаешь, когда доберёшься до центра леса. Всё. Ступай. — Она взмахнула рукой, меня обдало воздушным потоком, и я открыл глаза уже в своих покоях. Потянувшись, я встал и направился к камину, чтобы развести огонь. В комнате было прохладно, даже немного холодно. В любом каменном замке, даже самом маленьком, всегда сохраняется прохлада, даже в самый жаркий день.

Вскоре в камине затрещали поленья, наполняя комнату дымом. Я задумчиво уставился на языки пламени, с радостью пожирающие древесину, по привычке проводя большим пальцем по указательному, но не ощущая на нём шрама, ставшего родным за долгие годы. Раньше в моменты задумчивости я всегда его поглаживал, но теперь придется отвыкать от этого. Без него ощущения были иными, и это отвлекало от раздумий. Вздохнув, я начал прокручивать на пальце перстень-печатку, погружаясь в размышления под звуки разгоревшегося огня и едва уловимый запах дыма, который уже рассеялся и теперь исчезал в дымоходе, почти не задерживаясь в помещении.

В моей голове роились вопросы. Кто же эта загадочная вторая богиня? Если исключить Делетею, то оставались только три великие богини: Тлуна — богиня любви, красоты и плодородия, Аремена — богиня магии и знаний, и Орвейна — богиня удачи и судьбы. Я знал, как их изображают, но ни один из этих образов не соответствовал тому, что я увидел. Мне были знакомы их символы и руны, но это тоже не помогало разгадать её личность. Потому я оставил бессмысленные догадки.

Что же произошло? Почему заклинание мне даровала другая богиня, а не сама Делетея? Как они относятся друг к другу? Почему Делетея была так вежлива со мной по сравнению с нашей первой встречей? Ответы на эти вопросы у меня были, но они лишь порождали ворох новых, ответами на которые служили сонм догадок и допущений. Мне известно слишком мало, но со временем эти подмеченные крупицы информации сложатся в более полную картину или хотя бы в небольшой кусочек знаний, который я смогу использовать.

Что ж, перейдём к поручению Делетеи. Передо мной встал вопрос: отправляться на охоту в одиночестве или же с отрядом опытных охотников во главе с Сатраном. На первый взгляд выбор очевиден: «Толпою гасят даже льва», что уж говорить о одиноком волке. Вот только теневой лютоволк не простое создание. Поднявшись с удобного и мягкого стула, пошёл за бестиарием, лежащим на столе, после чего вернулся к теплу камина. При разработке стратегии я не решился полагаться только на память и еще раз изучил описание монстра.

Всё, как я и запомнил. Если убрать сложный слог автора и описания стоимости и способов применения частей тел, то выходило следующее. Лютоволки не самые редкие создания, и не самые опасные. От обычных волков их отличал чуть более крупный размер и костяные шипы вдоль всей спины. Они могли стать вожаками стаи среди обычных волков или же создать свою собственную. Их когти и клыки были очень прочными и острыми. На столько, что с большим трудом, но пробивали и прокусывали стальные пластины доспехов. А костяные шипы, расположенные вдоль спины, обеспечивали дополнительную защиту. Из-за чего они и представляли гораздо большую опасность, чем обычные волки.

Теневые лютоволки были одиночками, владеющими магией тени. Они могли перемещаться через тени, которые служили им порталами на теневой план. Благодаря этому они могли внезапно атаковать своих жертв, перемещаясь из тени в тень и оставаясь вне досягаемости ответных атак. Именно эта особенность делала их невероятно опасными противниками для любого неодарённого человека. Плохо, что неизвестно, как часто они могут использовать эту магию, как далеко могут перемещаться и есть ли вообще какие-либо ограничения у этой способности. Однако это вполне объяснимо: вряд ли кто-то стал бы рисковать своей жизнью, чтобы специально изучить все тонкости. В последний раз пролистываю страницы, чтобы освежить в памяти информацию об ингредиентах, которую можно добыть с теневых лютоволков, и отправляюсь на поиски Сатрана. Мне нужно обсудить с ним свою «идею». Он точно знает, как лучше организовать охоту на этих тварей и сколько людей для этого понадобится.

Во дворе замка, под руководством капитана Грейтона, началась тренировка молодых дружинников.

— Утро доброе, Грей! Не знаешь, где мне найти Сата? У меня к нему срочное дело.

— Доброе, Ник. Он только что уехал. Надеюсь, у тебя есть веская причина пропустить мои занятия? — нахмурился капитан.

— Спасибо, — кивнул я. — У меня действительно есть важные дела, Грей. Но я постараюсь вернуться как можно скорее.

С этими словами я поспешил в конюшню, где конюх быстро оседлал мне лошадь. Вскоре я уже мчался вслед за Сатом и нагнал его недалеко за деревней.

— Постой, Сат! — окликнул я его. — Нам нужно поговорить!

Сровняв лошадей, я продолжил:

— У меня возникла идея, как быстро увеличить наш доход от охоты. Правда, пока я не отправлюсь в столицу.

— В чём же она заключается, барон Ник?

— Ты слышал о теневых лютоволках?

— Да, это опасные твари, и мы не охотимся на них. Глупая идея, молодой барон.

— Не спеши с выводами. У меня есть заклинание, которое может помочь нам справиться с ними. Они ведь не живут стаями, верно?

— Верно, иначе спасу от них не было бы. И какое заклинание ты предлагаешь?

— Я изучил его в прошлом, — начал я сразу формировать свою «легенду», — поэтому и не упоминал о нём раньше. Но, подумав, решил, что не стоит скрывать его, раз оно может оказаться полезным. С его помощью я смогу удерживать одного волка от перемещений.

— Как оно называется?

— Ты вряд ли о нём слышал, это редкое заклинание — «Оковы».

Сатран ненадолго задумался, почесывая свою бороду.

— Не слышал о таком. Судя по названию, это разновидность стихийных пут. Но они не мешают использовать эфир тому, кого опутывают.

— Это мешает, но чем сильнее цель, тем быстрее она освободится. Сатран, это сработает, и к моему отъезду мы значительно сократим количество опасных тварей в лесу и добудем ценные ингредиенты, — убеждал я егеря.

— Старик Олган согласился? — спросил он после короткой паузы.

— Мне пришлось его долго уговаривать, но он всё же дал своё согласие, — без колебаний солгал я.

— Хорошо. Насколько я понимаю, ты хочешь начать как можно раньше?

— Да, это так.

— Добро! Я немедленно начну собирать и снаряжать людей. Сегодня я не вернусь в замок. Приезжай к «Елям», — произнес он название деревни, где жили охотники и занимались обработкой добычи. — К утру все приготовления будут завершены.

— Добро, Сат, — произнес я с легкой улыбкой и, развернув коня, направился обратно в замок. Мне предстояло убедить Олгана в том, что моя затея увенчается успехом.

Я нашёл Олгана в зале: он сидел за столом и наслаждался едой. Я сел рядом с ним. Было заметно, что Хельга уже ушла — её место было убрано.

— Внук, разве ты не должен сейчас тренироваться с Греем? — поинтересовался он с легкой улыбкой.

— Дед, я отложил тренировку, так как у меня возникла идея по охоте, и я получил согласие Сата на её исполнение.

— В чём же заключается твоя идея?

— Теневые лютоволки.

— Опасные существа, Ник. Сат никогда не организовывал охоту на них.

Я сделал вид, что замялся, и продолжил убеждать Олгана:

— У меня есть заклинание оков, которое не позволит им перемещаться тенями.

— Из твоего прошлого?

— Да, деда. Это вариант стихийных пут, но он мешает использовать эфир.

— Редкое заклинание, никогда о таком не слышал. И Сат одобрил этот план?

— Да, сейчас он собирает людей.

Барон Верде на некоторое время задумался, а затем озвучил своё решение:

— Хорошо, возьмёшь десятка два дружинников с Грейтоном во главе.

— Новобранцев? — уточнил я.

— Нет, мы ещё не успели закупить для них доспехи. Возьмёшь опытных воинов, — улыбнулся он. — Ваша охота может затянуться, и они обеспечат твою безопасность, если что-то пойдёт не так.

— Не многовато ли людей? Хватило бы и пятерки «бобров» вместе с Греем.

— Не спорь, внук. Я не намерен менять своего решения.

— Как скажешь, деда. — согласился я с ним. Как я уже успел убедиться, спорить с ним и впрямь было бесполезно. Старик до последнего стоял на своём.

— Как только вернешься, сразу же отправляйся в город и приобрети всё необходимое.

— Обязательно так и сделаю.

Барон Олган, закончив наш разговор, вернулся к трапезе. Я же, встав из-за стола, направился к Грейтону.

Получив указания старика, Грейтон посвятил весь оставшийся день подготовке меня и дружинников к предстоящей охоте. Он подобрал для меня подходящие бригантные доспехи, а также бригантные поножи, набедренники, наручи и наплечники. Этот комплект должен был защитить меня от слабых укусов или скользящих ударов когтями, если понадобится.

Ранним утром мы отправились в «Ели», где нас уже ожидал Сатран с примерно тридцатью охотниками. Каждый из них был вооружён луком или арбалетом, а также рогатиной. Некоторые из них держали охотничьих собак, похожих на борзых из моего мира.

Когда мы вошли в лес, Сатран спешился и, отдав приказы, разделил охотников на группы. Он отправил их прочесывать лес по пути нашего следования. Воздух был пропитан душистым ароматом росы, смолы и хвои, влажным и терпким. Под копытами лошадей стелился туман, создавая атмосферу таинственности. Вокруг мрачными великанами возвышались ели, раздавался лай собак и перекрикивания охотников, расходившихся в разные стороны. Царил лёгкий полумрак — солнце ещё не поднялось достаточно высоко, чтобы пробиться сквозь густую сень еловых ветвей. Ветер лишь слегка шевелил кроны, словно пытаясь пробудить их ото сна.

Мы неспешно продвигались в глубь места силы, дружинники тихо переговаривались и смеялись. Я же позволил себе расслабиться и насладиться красотой природы, глубоко вдыхая свежий воздух, ощущая его живительную силу приятной волной энергии, распространившейся по телу. Эфир тонкой нитью медленно втекал в искру, наполняя её.

Именно так, как говорила Хельга, в местах силы можно быстрее наполнить источник, а значит, и развитие искры будет происходить более стремительно. Конечно, наше место не самое сильное, и эфира здесь не так много. Но всё же лучше иметь хоть какое-то место для тренировок, чем не иметь его вовсе.

Я сосредоточился на развитии искры, продолжая наслаждаться свежим воздухом. У меня было время, пока мы не найдём подходящее место для лагеря. Как объяснил Сат, сначала мы должны выбрать и подготовить место для него, а затем уже отправляться на поиски следов, примет и других признаков, которые помогут нам найти нужного зверя. Всё это займёт немало времени, и я решил провести его с пользой.

***

Божественный план Аремены — богини магии и знаний.

— Зачем ты пришла, Делетея? — спросила молодая женщина с холодным выражением лица. Её каштановые волосы были собраны в пучок, а изумрудные глаза скрывались за изящными очками-половинками. Её хрупкая фигура была облачена в ультрамариновое платье с золотыми полосами. Закрыв книгу, которую читала до прихода гостьи, она аккуратно положила её на изящный кофейный столик.

— Хотела узнать, как твои дела. Как поживаешь? Всё ли хорошо складывается? — Голос богини дорог звучал дружелюбно, но в нём чувствовалась какая-то неестественность и скованность.

— Как видишь, у меня всё прекрасно, — женщина обвела руками пространство вокруг себя, пространство, наполненное книжными стеллажами, бесконечно уходящими вверх. В этом месте не было ни потолка, ни стен — лишь стеллажи с книгами и мягкий бардовый ковёр с абстрактным рисунком, укрывающий каменный пол и стелющийся дорожкой между стеллажами. Они образовывали бесконечный лабиринт, в проходах и перекрестках которого стояли светильники на высоких ножках с простыми одноцветными абажурами, распространяя мягкий свет. На отдалении от них царил слабый полумрак. Если присмотреться внимательнее, можно было заметить крошечные золотые искорки, которые, словно пыль, плавали в воздухе повсюду, то появляясь, то исчезая.

— Присаживайся, — Аремена указала на место рядом со своим столиком и сотворила удобное кресло, обитое алым бархатом. — Не стой над душой. Переходи к сути. Ты ведь не о моих делах поболтать пришла.

Делетея с благодарным кивком присела в любезно предложенное кресло. Немного смутившись, она произнесла:

— Аремена, дорогая подруга, у меня к тебе небольшая просьба. — Она улыбнулась одними губами. — Для тебя это, наверное, сущий пустяк. Ты же не откажешь мне в такой малости?

— Во-первых, запомни: мы не подруги, просто наши интересы никогда не пересекались, — с холодным спокойствием произнесла Аремена. — Во-вторых, даже не думай называть меня так в присутствии других, иначе…

В воздухе повисла напряжённая тишина, и богиня магии продолжила:

— Ты же не хочешь ощутить, что я могу сделать в таком случае? — её глаза вспыхнули светом, а вокруг закружился и почти сразу же рассеялся эфир.

— Нет, я всё поняла, уважаемая Аремена, — глухо ответила Делетея, отводя взгляд от собеседницы.

— О чём ты хотела попросить меня? Сразу предупреждаю: я не стану одалживать тебе силу, даже не пытайся просить.

— Нет-нет, конечно, нет! Я хочу попросить вас о другом. Не могли бы вы даровать боевое заклинание моему последователю?

Глаза Аремены расширились от удивления, а её аккуратный рот слегка приоткрылся. Однако она быстро справилась с этим чувством и вернула на лицо безразличное выражение.

— Мне показалось или я ослышалась? Ты хочешь усилить СВОЕГО последователя за МОЙ счёт? — с явным раздражением спросила женщина, выделяя ключевые слова. — Как это понимать?

— Не поймите меня превратно! Взамен я могу сделать для тебя нечто значимое! — взволнованно залепетала Делетея.

— И что же ты можешь для меня сделать?

— Не знаю… Что-нибудь? Прошу! Мне крайне необходима твоя помощь!

— Успокойся и возьми себя в руки! — поморщилась Аремена и, сделав паузу, продолжила: — Есть кое-что, что ты действительно можешь сделать. Мне нужно, чтобы твой последователь убил последователя Парусса. Я даже подберу заклинание, которое увеличит его шансы на победу. К тому же этот вояка как раз отправил своего последователя в земли, расположенные недалеко от одного примечательного леса. И не смотри на меня так, мне не нужно это место силы. Ты согласна на мои условия?

Делетея сердито смотрела на собеседницу и не торопилась с ответом. Аремеда не торопила и с легкой улыбкой наблюдала за ней.

— Согласна, — наконец произнесла богиня дорог. Встав, она с раздражением покинула план богини магии, растворившись в воздухе. Аремена глубоко вздохнула и, выдохнув, спросила, обращаясь в пустоту: — Зачем тебе всё это?

Из-за книжных стеллажей вышел мужчина, одетый в строгий камзол тёмных тонов. Его тёмные волосы были коротко подстрижены, а лицо с правильными чертами оставалось бесстрастным. В его серых глазах читалось безразличие.

— Как бы ты сама ответила на такой вопрос? — произнёс мужчина, приблизившись к ней и создав кресло, сел напротив.

— Не находишь, что отвечать вопросом на вопрос — признак глупости, Варун?

В ответ мужчина лишь рассмеялся. Аремена покраснела, осознавая, что только что сама ответила на вопрос вопросом. Отсмеявшись, Варун заговорил:

— Мне нравится её последователь, но не нравится последователь Парусса. Он слишком силён благодаря своему покровителю, и это мешает моим планам. Кроме того, в обмен на твою помощь я обещал убедить Катра обменяться с тобой последователями. Тебе ведь не нравится твой последователь, не так ли? И почему ты не можешь это сделать сам? Помниться вы были соратниками. Или ты передумала и хочешь отказаться от нашей сделки?

— Ты же знаешь, что я прекратила с ними общение и пересекаемся мы только на раундах Игры. И сейчас разговор не о моей плате! А о том, что ты собираешься сделать, чтобы избавиться от мешающей тебе фигуры! Ты готов выпустить в мир запечатанное заклинание? Не боишься, что такое нарушение законов тебе не простят? Запретные заклинания — не шутка, их не просто так запечатали.

— В моё время это заклинание, как и многие другие, не было под запретом.

— В твоё время? Тебе напомнить, что было в твоё время? — красивое лицо женщины исказилось от гнева. Она вскочила на ноги, тяжело дыша, сжала кулаки. Бог смерти молча наблюдал за богиней, ожидая, пока она успокоится. Отдышавшись и не дождавшись от мужчины никакой реакции, Аремена вновь опустилась на своё место.

— А в ваше время стало лучше? — в ответ спросил он с холодной яростью в голосе.

— Да! Лучше! Немного, но лучше, — смутилась богиня знаний и отвела взгляд. Мужчина вздохнул, и его голос вновь стал безразлично спокойным:

— Твои дружки превратили Делетею в источник дохода. С самого начала Игры они не давали ей возможности победить: переманивали или устраняли её последователей, подталкивали к ставкам и делили выигранную силу, заманивали в долги и снова усиливались за её счёт. Она даже не замечала этого, продолжая из раза в раз попадаться на все уловки. Я понимаю, что тогда они не учли её в своих планах, и она заняла место восьмого Великого Бога, и теперь они просто пытаются вернуть то, что считают своим по праву. Делетея — импульсивная и наивная, она единственная, кто продолжает следовать правилам. Спустя долгое время она уже не стремится к победе в Игре. Она перестала делиться силой со своими последователями, стараясь сохранить её для себя. Однако это не остановило их: они продолжают истощать её, и им всё ещё недостаточно собственного могущества.

— И ты решил вмешаться и всё изменить? Думаешь, я тебе поверю? Не пытайся изображать из себя невинного!

— Разумеется, нет, мне безразлична её судьба. Я привёл её лишь в качестве примера того, что происходит вокруг. Но ты ведь и без меня прекрасно всё видишь. Потому мне интересно: именно к этому вы так отчаянно стремились? Ради этого были все жертвы, которые вы принесли тогда?

Варун встал и щелчком пальцев развеял кресло, на котором сидел, давая понять, что собирается уходить.

— Мне пора, — сказал он. — Дела не ждут. Наша сделка в силе?

Воцарилась тишина. Аремена молчала, не торопясь отвечать на вопрос. Её взгляд был устремлён на носки туфель, которые виднелись из-под длинной юбки платья.

— Вар, ты же знаешь, что не этого мы хотели… Я хотела? — она подняла взгляд на мужчину. — Я не стремилась к власти. Всё, чего я хотела, — это изменить мир к лучшему. И то, что происходит сейчас, мне совсем не нравится.

— Знаю, Аремена, я знаю, — ответил Варун. — Ты не стремилась к ней, но они желали именно этого, и, они добились своего.

В воздухе повисла гнетущая тишина, которую прервал тихий голос Аремены: — Ты простишь меня? Я понимаю, что прошу слишком многого, но… — Она замолчала, не решаясь продолжить.

— Я прощаю тебя, Аркена, — произнес Варун, прежде чем исчезнуть с плана богини магии и знаний, оставив её плакать в одиночестве.

От автора: Спасибо всем, кто предлагал варианты способностей в комментариях и личных сообщениях. Не расстраивайтесь, если ваш вариант не достался гг. Я учту все варианты, и они появятся позже, не факт, что у гг, но появятся.