Пляж, солнце и кровожадные русалки-убийцы

Плейлист для чтения

Billie Eilish — Ocean Eyes The Neighbourhood - Sweater Weather Lana Del Rey — West Coast The Marías — No One Noticed Cigarettes After Sex — Apocalypse M83 — Wait Hozier — Like Real People Do The 1975 — About You Billie Eilish — lovely Lana Del Rey — Mariners Apartment Complex AURORA — Running With The Wolves The Neighbourhood - Reflections Chase Atlantic — Into It Isabel LaRosa — older

The Weeknd — I Was Never There Hozier — Eat Your Young Florence + The Machine — Seven Devils Billie Eilish — bury a friend Billie Eilish — you should see me in a crown The Weeknd - The Hills Lana Del Rey - Gods & Monsters Ethel Cain — Ptolemaea Trent Reznor & Atticus Ross — In Motion Max Richter - On the Nature of Daylight M83 — Outro Øneheart & reidenshi — snowfall The Weeknd — Call Out My Name Lord Huron - The Night We Met Billie Eilish — What Was I Made For?

Hans Zimmer — S.T.A.Y. Clint Mansell — Lux Aeterna Billie Eilish — No Time To Die

Глава 1. Вечеринка у бассейна

- Дейв, сегодня вечером твоя возлюбленная устраивает супер-вечеринку! – Стив неожиданно хлопнул брата по спине, от чего тот вздрогнул от неожиданности.

- Не кричи так! – сказал Стив, оглядываясь по сторонам, не услышал ли кто глупый возглас братца. Но шумный коридор старшей школы кишел своей жизнью, никто и не обратил внимание на Стива, который восторженно кричал о любви всей жизни своего брата.

- Да ладно тебе. Все и так знают, как ты смотришь на Полли. Только слепой бы не заметил.

- Отвали, Стив.

- Так что, ты идёшь?

- Меня никто не приглашал. У Полли и без меня целая толпа друзей.

- Слушай, ты слишком не уверен в себе. Да, она самая популярная девчонка в школе. У неё богатые родители, она звезда нашего театрального кружка, очень классно танцует, у неё действительно много друзей. Но ты тоже крут! Ты – самый популярный молодой сёрфер, постоянно выигрываешь соревнования по плаванию, а ещё, скажу по секрету: все девчонки без ума от тебя, - на последней фразе Стив наклонился поближе к брату, перешёл на более тихий тон голоса и заговорщически улыбнулся.

- Все да не все, - Дейв достал из шкафчика бутылку с водой, отпил и поставил на место.

- Да она точно о тебе знает!

- И что мне это даёт?

- Ну, это уже неплохое начало для отношений. Согласись, если бы она тебя не знала, построить отношения было бы весьма трудно.

Дейв закатил глаза. Он достал учебники и закрыл шкафчик. Парни отправились по коридору, скоро должен был начаться урок.

- Ну так что, пойдёшь? – не унимался Стив.

- Я же сказал, меня не приглашали.

- Сама Полли сказала, что вход свободный. Ты же помнишь, что на прошлой неделе она круто выступила на мюзикле, говорят, режиссёр из нашего театра даже предложил ей роль у себя в спектакле. В честь этого родители разрешили ей устроить вечеринку на этих выходных, они как раз уезжают на дачу. А ещё там будет её старшая сестра, Бьянка. Она закончила школу в прошлом году.

- Я помню Бьянку. И что ты хочешь этим сказать?

- Может, и я там смогу устроить личную жизнь. Ну помоги же брату, я же без тебя буду чувствовать себя неловко, даже подойти к ней не смогу!

Дейв знал, что это враньё. Стив – очень обаятельный и харизматичный. Он любит совать нос не в своё дело, неожиданно влезать в чужие разговоры и может найти общий язык с кем угодно, даже с самым скверным человеком на земле. Легко вставит в разговор шутку времён СССР – и готово. А ещё Дейв знал, что брат слишком печётся об успехе Стива в любовных делах. Дело в том, что Стив немного старше, и в этом году уже заканчивает школу и уезжает учиться. И он хочет за этот последний школьный год сделать как можно больше для того, чтобы у Дейва всё получилось с Полли, в которую он влюблён ещё с младших классов.

- Ладно, только ради тебя и Бьянки, - улыбнулся Дейв.

- Спасибо, бро, - Стив благодарно улыбнулся, дал брату «пять» и зашёл в кабинет биологии.

Дейв сидел прямо за Полли на английском. И каждый урок английского он рассматривал её шёлковые белокурые волосы, которые она всегда по-разному укладывала. Сегодня они были слегка волнистыми, на вид – словно она только вышла из океана на берег, как русалка из волшебных сказок. Такие нежные и пахнущие вишней. Что-то было притягательное в Полли, что-то неуловимое. Да, она безумно красива и умна, обладает хорошим актёрским мастерством и гибкостью, но было ещё что-то, чего Дейв не мог понять. Она – как белоснежный пушистый котёнок. Даже если ты не любитель кошек, всё равно захочешь погладить эту нежную шёрстку, посмотреть в бесконечно синие глаза, услышать ласковое мурчание.

- Дейв, - вдруг обернулась Полли. Дейв тут же сделал вид, что не пялился всё это время на её волосы, как сумасшедший маньяк, уткнулся в тетрадь. Его щёки покрылись румянцем, а уши начали гореть. Глаза то и дело бегали туда-сюда. Полли заметила это милое смущение, но лишь слегка улыбнулась, чтобы не смущать ещё сильнее. – Есть ручка?

- Что? А… да, конечно, - Дейв проклинал свою растерянность. Впервые девушка его мечты обратилась к нему, а он ведёт себя, как глупый растерянный ребёнок. Ну что это такое вообще! От неожиданности он отдал ей ручку, которой писал. Точнее, делал вид, что пишет.

Полли провела голубыми глазами по его пустой тетради, перевела взгляд на слегка поджатые от смущения губы, потом – на багровые щёки. Она посмотрела ему в глаза и слегка усмехнулась, как бы флиртуя. Или ему показалось?..

В любом случае, этот взгляд его возлюбленной застрял в его сознании и никак не хотел уходить. И почему у неё такое красивое лицо?

А что, если она посмеялась над ним? Увидела, что он ведёт себя, как последний лопух, и посмеялась? Ну, конечно, сейчас вся школа будет обсуждать, как раскраснелся на английском зануда-Дейв, как повёл себя по-идиотски.

Но последний урок закончился, Дейв вышел в коридор, и никто не смотрел на него. Все шли по своим делам. Он всё ещё мысленно ругал себя, когда шёл прочь из школы, стараясь держаться ближе к стене, чтобы быть наиболее незаметным.

- Поехали сначала до дяди, у него опять проблемы с компьютером, он прислал мне сообщение. Наверняка нужно просто перезагрузить, - говорил Стив, взявшийся из ниоткуда.

- Ага, - кивнул Дейв.

- Эй, что с тобой? – Стив остановился.

- Стив, она говорила со мной! – шёпотом, но очень восторженно говорил Дейв. – Она знает моё имя, ты был прав!

- Я всегда прав. И что она сказала? – Стив улыбался, словно это с ним заговорила любовь всей жизни.

- Попросила ручку, представляешь?

- Ого-о-о, - наигранно протянул Стив. – И что, скоро свадьба?

- Да прекрати. Я повёл себя, как полный кретин. Покраснел, начал что-то мямлить, в общем, я…

- О, Дейв! – разговор братьев прервала подошедшая Полли. – Ты так быстро ушёл, я не успела отдать, - девушка улыбнулась и протянула Дейву ручку. Он молча и неотрывно смотрел на неё, словно пытаясь врезать себе в память образ разговаривающей с ним прекрасной одноклассницы. – Кстати, сегодня у меня вечеринка. Будет бассейн, пунш, музыка. Если ничем не занят, приходи.

И Полли, не дожидаясь ответа, звонко цокая шпильками, ушла. Её нежный голос, похожий на то самое мурлыканье котёнка, цоканье шпилек о каменный пол, так и звучали в голове Дейва. Он просто молча смотрел ей вслед, так и не в состоянии выдавить из себя ни слова. Стив смотрел на брата, преисполненный чувством удовлетворения.

- Вот и приглашение, - сказал Стив, хлопнул брата по плечу, как бы приводя его в чувство, и пошёл к выходу.

Парни сели в старенький «Порш» и помчались к дому дяди. Отец обещал подарить им машину, когда хорошо сдадут экзамены, но он раньше купил новую машину себе, и решил отдать «Порш» сыновьям. Дональду Дженовски повезло, что его сыновья дружны, и споры за то, кто сегодня поедет за рулём, были редкостью. Ветер задувал в салон через открытые окна автомобиля. Солнце, яркое и лучистое, светило в глаза, заливало тёплым светом всё вокруг. Машина, набирая скорость, ехала по раскалённой от жары асфальтированной дороге, вокруг виднелись пальмы и густые кустарники с яркими цветами, которые растут только здесь – на острове. Небо было светлым и чистым, ни единого облачка. Дейв смотрел вперёд и понимал: жизнь налаживается. Ещё вчера он рассекал синие волны океана на доске для сёрфинга, а уже сегодня – с ним заговорила самая красивая девочка в школе. Стив включил энергичную песню их любимой поп-рок группы, и парни начали подпевать.

У дяди парни пробыли недолго: компьютер действительно нуждался в банальной перезагрузке. После помощи дяде, парни наспех бросили: «Нам нужно делать уроки» и умчались домой.

- Ну и в чём мне пойти на вечеринку? – Дейв скинул рюкзак на пороге и обернулся на брата. Стив кинул рюкзак сверху на рюкзак Дейва и усмехнулся.

- Это пляжная вечеринка у бассейна, Дейв. Надень пляжные шорты и достаточно.

- Что за вечеринка? – отец вышел из кухни. Дональд редко бывал дома днем, и парни удивились, увидев его.

- Вечеринка у бассейна у одноклассницы Дейва, - ответил Стив. Отец стоял в проходе в офисном костюме, держал в руке чашку, от которой исходил пар и аромат свежесваренного кофе.

- И вы собираетесь пойти? – Дональд недовольно глянул на золотые часы на руке.

- Да, - в один голос ответили парни.

- Вам скоро сдавать экзамены, конец учебного года, - отец нахмурил брови, на которых пробивалась седина. Он поставил чашку на столик в прихожей и взял кожаный дипломат, слегка потрескавшийся от старости. С этим дипломатом отец был слишком долго неразлучен.

- Мы помним, - ответил Стив. – Не переживай, отец, у нас всё отлично с оценками.

- Ладно. Но не вздумайте снова всё испортить, влезая в неприятности.

- Хорошо.

Парни переглянулись и пожали плечами. «Влезать в неприятности» - было два года назад. Дональд работает частным детективом, часто помогает полиции, и тогда был как раз такой случай. Дейв со Стивом собирались на пляж, и, спускаясь по лестнице, услышали телефонный разговор.

- Кто убивает? Вампиры? – отец говорил по телефону на кухне, сидя за столом. Его голос выражал недоумение и серьёзность. Было понятно, что произошло что-то ужасное, и полиция попросила его помощи. – Капитан, при всём уважении, ваша матушка здорова? А, ага. Понял. Угу. Понял, понял. На кого падают подозрения? Так он же умер? А-а… Да, сейчас подъеду.

Мимо парней никак не могло пройти, что на острове объявился вампир. Они подкинули жучок отцу в дипломат, прямо в кармашек с фотографией матери, где он точно не будет искать. После длительного шороха и гула двигателя машины, парни услышали диалог отца и капитана полиции.

- Здравствуйте ещё раз, капитан Гурс, - говорил отец.

- Здравствуйте, проходите.

Послышался скрип двери.

- И так, что же за вампиры-убийцы завелись на острове?

- Мы бы не позвонили вам, но у нас третья жертва за месяц, а моя матушка, дай ей бог долгих лет жизни, уже проела мне всю плешь с этим вампиром. Да и зацепок нет никаких. Дело в том, что трупами были молодые девушки, жившие в разных уголках города. На их телах обнаружены следы изнасилования и укусы неясной природы, то ли волк, то ли большая кошка.

- Ну, таких у нас не водится.

- Я тоже думаю, что дело не в животных. В общем, моя матушка подозревает моего бывшего начальника, Чарльза Дьюкса. Он умер давным-давно, но всё не даёт ей покоя, слишком уж они сильно конфликтовали когда-то. Ну, вы помните. И я бы и дальше списывал всё на её преклонный возраст или магнитные бури. Но у одной из жертв мы нашли жетон! Полицейский жетон, детектив. И тут я подумал: а ведь моя матушка предсказала цунами в прошлом году. А как она предсказывает дождь каждый раз? В общем, надо искать, детектив. И дай бог, чтоб это был не какой-нибудь вампир.

- Ну, тогда был не цунами, а просто шторм. К тому же, пожилые люди бывают весьма метеозависимы. В общем, я понял ваше беспокойство, помогу разобраться.

По правде говоря, капитан Гурс был жутко суеверным. Да и к тому же, слишком уж любил свою мать и верил ей во всём. Для капитана полиции суеверность – была сущей проблемой. Но, такие как он, давали работу детективу Дженовски, а заодно – и развлечение его любопытным детям.

Парни решили незаметно присоединиться к расследованию отца. Фотографировали улики, материалы дела, подслушивали отца, и даже Гурсу умудрились подкинуть жучок! Они тогда нашли убийцу раньше всех – абсолютно случайно. Все улики вели в тупик, новых зацепок не появлялось, уже вся полиция начала верить, что убийца – мёртвый Дьюкс. В тот вечер Стив и Дейв пошли к сыну покойного Дьюкса, Нейту, он недавно закончил колледж и вернулся в родной город. Здесь он занимался ремонтом ноутбуков на дому. Именно под предлогом «переустановить «винду»» парни пришли к Нейту. Они, конечно же, были в состоянии справиться с операционной системой, но им же надо было всё вынюхать! Полиция никогда не ходила в дом Дьюкса, так как никаких причин, кроме сказок старушки Гурс, у них не было.

Пока Нейт отошёл налить воды внезапно захотевшему пить Дейву, парни начали суматошно обыскивать его комнату, и очень быстро нашли дневник Нейта. В котором были и фото жертв, и даже подробные описания того, как он их убивал.

Оказалось, Нейт Дьюкс слишком тяжело пережил смерть отца. Его психика сломалась, он оказался в ловушке своего сознания, попросту – сошёл с ума. Решил, что он вампир. Ему назначили пожизненное лечение в местной психбольнице, а парней, которых все в округе восхваляли за храбрость при поимке особо опасного преступника, ждал серьёзный выговор и наказание дома.

- Почему он вдруг вспомнил об этом? – спросил Дейв.

- Сам не знаю, - Стив пожал плечами и пошёл на кухню.

Дейв подошёл к шкафу. Вся одежда вдруг стала для него какой-то неподходящей. Ну какие ещё пляжные шорты? Он идёт к самой красивой девочке в школе, разве можно надеть абы что?

Стив зашёл в комнату и увидел задумчивого брата перед шкафом. Он закатил глаза и закрыл шкаф.

- Никогда не думал, что ты будешь так заморачиваться над тем, как выглядишь, - сказал он.

- А если я приду, и она будет смеяться над тем, как я одет? Или подумает, что я бедный оборванец?

- Бро, мы приедем туда на «Порше». Кто сможет подумать, что мы бедные?

- Но…

- Но ты слишком сильно заморачиваешься. Поверь мне – ты ей нравишься. А когда девчонке нравится парень, ей всё равно, во что он одет.

- С чего ты взял, что я ей нравлюсь? – Дейв отвёл взгляд. Его щёки снова налились румянцем, от одной мысли о Полли, её улыбке, её нежном взгляде, который пробирал насквозь, изучал каждую его клеточку, казалось, она читает его мысли.

- Это было очевидно всем, кроме тебя.

- Ты это говоришь просто для того, чтобы я чувствовал себя увереннее.

- Да, я хочу, чтобы ты чувствовал себя увереннее. Но ещё я хочу, чтобы ты увидел, что я прав. Ты ей нравишься!

- Но это же не повод одеваться, как лопух.

- Это повод надеть пляжные шорты, лёгкую рубашку и посветить перед красоткой полуобнажёнными частями тела.

Дейв недовольно закатил глаза.

- Ты же знаешь, у меня всё меньше времени для тренировок сейчас, я совсем растерял форму.

- Взгляни повнимательнее, - Стив развернул Дейва к зеркалу. В отражении были видны два крепких высоких парня в школьной форме. – Посмотри, какой красавчик. Накачанный, сексуальный и харизматичный тип! Просто гроза девчонок! Ну, и ты тоже ничего.

Стив рассмеялся. Дейв толкнул его в бок и улыбнулся.

- Да уж, если ты так уверен в себе, мне тоже стоит перестать напрягаться.

- Ну вот, а я о чём! – улыбнулся Стив, но тут же нахмурил брови. У него это получалось очень похоже на отца. – Стоп, в смысле? Ты хочешь сказать, что со мной что-то не так?

Дейв не стал отвечать, лишь рассмеялся и закрылся от допытывающегося брата в ванной.

Вечеринка Полли была как всегда весёлой. Было много школьников и ребят постарше, играла громкая современная музыка, все пили розовый пунш из фонтана с пуншем и прыгали в бассейн.

Уютный тихий городок на окраине острова Мараксу медленно окутывала ночная тьма. Звёзды загорались на небе маленькими фонариками, пальмы слегка покачивались от ветра, океан темнел, как и небо, луна становилась всё ярче. Лишь яркий свет и музыка, доносящиеся из шикарного особняка Полли нарушали эту вечернюю гармонию.

Дейв послушался брата и пришёл в шортах и рубашке. Стив же купаться не планировал, потому надел джинсы и футболку-поло. Как только парни вошли в дом, они тут же слились с толпой. Стив всё пытался разглядеть в толпе Бьянку, попутно общаясь с одноклассниками. Дейв же всё не находил себе места. Он вышел на задний двор, к бассейну, налил в стаканчик пунш и встал в углу, опираясь на колонну. Он наблюдал за резвящейся толпой пьяных подростков, слушал их восторженные возгласы и радовался, что до него не достают брызги с бассейна. Полли он увидел сразу: мокрые светлые локоны, ни разу не испортившийся от воды макияж, маленький раздельный розовый купальник. Как кукла Барби, что Дейв видел в детстве у девчонок на улице – такая нежная, тонкая, милая. Вокруг неё никогда не было пусто. Толпы подружек и поклонников. Дейв сгорал внутри от ревности, но разве мог он что-то сделать? Ведь он для неё – просто одноклассник, который поделился ручкой.

Стив увидел скучающего брата и сразу понял, в чём тут дело.

- Ну и что ты стоишь? – недовольно спросил Стив, отпивая пунш.

- А что ты прикажешь делать? Подойти и сказать: «Я люблю тебя с младших классов, давай встречаться»? – с грустью сказал Дейв.

- Не совсем. Лучше сразу замуж позвать. Идём.

Стив схватил Дейва за плечо и повёл к Полли. Дейв жутко стеснялся и не хотел, но выхода не было. Если бы он начал здесь вырываться, на глазах у толпы, это выглядело бы ещё глупее. Поэтому Дейв аккуратно высвободился и просто шёл за братом.

- Привет, Полли! – улыбнулся Стив, как ни в чём не бывало. – Не знаешь, где Бьянка? Мне говорили, что она уже приехала, я думал, она будет здесь.

- Привет! – Полли сидела на краю бассейна, окунув ноги в воду. Увидев Стива, она улыбнулась и встала. – О, Дейв, привет, ты пришёл! А я всё смотрю, а тебя нигде нет. Думала, ты занят и не смог прийти.

Румянец залил щёки и уши Дейва, плавно наливаясь красным. Переливающиеся цвета светомузыки у бассейна неплохо это скрывали, но Дейв смущался ещё сильнее, думая о том, как горят его щёки, уши и шея.

- Привет, я нет, не занят, я просто… - Дейв начал запинаться и снова мысленно себя ругать.

- Он просто заболтался со старыми знакомыми в доме, - улыбнулся Стив.

- А, понятно. Ты спрашивал о Бьянке? – Полли посмотрела на Стива. – Нет, она ещё не приехала. Но знаешь, она должна была приехать ещё утром. У неё ещё ночью пропала связь, ты же знаешь, какие перебои по дороге сюда. Мы думали, она приедет утром, но её до сих пор нет.

- Понятно, спасибо, Полли. Ладно, оставлю вас наедине, - Стив подмигнул Полли и ушёл.

- Как тебе вечеринка?

- Нормально…

Полли понимала, что Дейв жутко стесняется и пыталась найти хоть какие-то темы для разговора. Дейв же понимал, что Полли пытается разговорить его, но ему отчего-то так тяжело давалось складывать слова в предложения…

Их странный диалог длился недолго. После пары фраз Полли по типу «как тебе погода?» и «куда планируешь поступать?» к ней подошла подруга и увела её танцевать. А Дейв так и стоял на краю бассейна. Полли сказала ему: «Подожди», и он ждал.

Пока сзади его бездельник-брат не толкнул его в бассейн. Дейв, недолго думая, потянул его за штанину. Скользкие края бассейна сыграли свою роль, и Стив оказался в воде рядом с Дейвом.

- Придурок, ты в пляжном, а я-то в джинсах! – смеясь, сказал Стив.

- Я планировал быть в пляжном и сухом, - усмехнулся Дейв и сел на край бассейна.

- А я планировал быть просто в сухом!

Вечеринка гремела на весь район. Полли, обещавшая вернуться, так и не смогла улизнуть от своих подруг и друзей, которые то и дело хотели поделиться с ней то новостями, то хорошим настроением.

Часа два Дейв просидел на краю бассейна среди толпы весёлых подростков, мокрый с головы до ног. Стив то и дело пытался помочь брату повеселиться, но и его постоянно отвлекали друзья и новые знакомые. Так уж сложилось – Дейв всегда был стеснительным. И пусть он многим нравится, пусть с ним очень интересно, но, когда ты привык к своему узкому кругу общения, вписаться туда ещё кому-то очень сложно.

И вот, опьяневший Дейв, с онемевшими от долгого сидения ногами, решил воспользоваться своей незаметностью в толпе. Аккуратно огибая всех танцующих, толкающихся и веселящихся, он ловко ускользнул из особняка Полли. Он шёл по тёмной дороге, держа в руках начатую бутылку виски, которую незаметно увёл по пути, и точно знал, куда он идёт.

Берег океана был волшебным, как ни посмотри. Горячий золотистый песок, маленькие крабики, лазурные волны, белоснежная морская пена, огромные валуны, прогретые жарким солнцем, удивительные рыбки, обитающие только здесь и больше нигде. Но было место, о котором мало кто знал. Пройдя чуть дальше, обогнув пляж, на котором днём так много отдыхающих, обойдя валуны, открывался самый волшебный вид. Здесь океан был спокойнее, вода – светлее, песок – горячее. Маленький уютный закуток у большущего камня, этот берег Дейв называл своим, словно он принадлежал ему одному. Залитый лунным светом, спокойный и тёмный океан, с умиротворяющим шумом волн притягивал к себе. Одежда и волосы Дейва уже почти высохли, его обдувал лёгкий прохладный ветерок, он думал лишь о своём береге, который уже приближался. Он сделал еще глоток, вгляделся вдаль и…

Показалось?

Дейв увидел тень, тёмные очертания тела, лежащего на берегу. Кто вздумал ночью лежать у берега? Дейв ускорил шаг. Подойдя совсем близко, он увидел перед собой девушку. Она лежала к нему спиной, мокрая с головы до пят.

- Эй, - позвал он. Но ответа не последовало. – Эй, вам плохо?

Дейв аккуратно взял её за плечо. Оно было мокрым и холодным. Он повернул её.

Из её шеи струилась тёмная кровь, а лицо застыло в выражении ужаса. Он вдруг почувствовал жуткий запах крови вперемешку с запахом сырой рыбы. К горлу подкатил ком. Но он точно узнал её – перед ним лежала мёртвая Бьянка.

Из автобиографии.

Каким ребёнком я был? Можно ли назвать меня злым, жестоким? Может, унылым или бесталанным? Уж не знаю, каким видели меня другие, но знаю, каким себя считал я сам.

Я любил рисовать машинки, разглядывать бабочек и жучков с лупой, собирать гербарий, особенно осенью, в октябре, любил есть все кислое, читать «Тома Сойера» и «Буратино». Я мечтал стать космонавтом, а ещё, становясь старше, сходил с ума по греческой мифологии. Потом переключился и на мифологию Мараксу.

Моя мама была слабовольной. Она могла накричать, наказать, ударить, но стоило появиться на горизонте отцу – затихала. Ласково улыбалась ему и даже, наверное, немного кланялась. Меня это смешило внутри: они же два взрослых человека, муж и жена, к чему так лебезить перед ним? Но я всегда любил её. Любил, как она вкусно готовила паэлью, блинчики и пироги с черникой. Как вкусно от нее пахло духами и немного моющими средствами. Любил те редкие моменты, когда она целовала меня в лоб и хвалила. Любил, когда она видела, что я засиделся допоздна с книгой, и делала вид, что не заметила.

Отца я не любил никогда. Он никогда за всю его жизнь не сказал ни мне, ни братьям, ни сёстрам ни единого доброго слова. Легко впадал в агрессию: бил меня каждый раз, когда я тащил домой очередного жучка, опаздывал домой с прогулок на пару минут, получал тройку. Он любил в этой жизни только работать. Он мало спал, мало улыбался. Только работал, работал, работал. И всегда говорил нам: «Нет причин ничего не делать. Если у тебя выдалась свободная минутка – сделай что-то полезное. Если ты отдыхаешь – ты никто».

У меня почти не было друзей. Тяжело было дружить, когда нет времени погулять, поиграть, позаниматься обычными детскими делами. Даже когда родители отпускали – я не мог просто гулять. Мне нужно было обязательно сходить помочь бабушке сначала, потом помочь дяде с работой в поле, за это он давал деньги, и все до копейки я нес домой. Так времени на простую детскую прогулку почти не оставалось.

Детство… Глупый набор скоротечных бессмысленных лет, ушедших в никуда. Кем я был в детстве? Никем, пустым местом. Меня не любили, не уважали, со мной не дружили, меня не помнили, никто не говорил обо мне и не восхищался мной. Кто я сейчас? Именно об этом эта книга. Книга о восстании, о воскрешении, о преодолении. Как из «никого» вырасти в того, о ком говорить будут целые поколения? Ответ – здесь.

Глава 2. Стакан виски и немного откровенности.

Мигалки полицейских машин и скорой осветили берег. Шум сирен заполнил всё вокруг. Ещё пару мгновений назад берег был тёмным, безмятежным и тихим местечком, обдуваемым прохладным свежим ветерком. Теперь – это место преступления.

Медики быстро сделали заключение – труп. Полицейские натягивали ленту вокруг тела Бьянки, Дейв стоял в стороне и молча смотрел на труп той, что видел когда-то в своей школе. Сейчас, под светом мигалок и фонариков полицейских, он видел, как же она выглядит жутко. Сине-серая тонкая кожа, словно прозрачная, впавшие мутные глаза, широко раскрытые, скулы, челюсть, ключицы – всё так неестественно выпирало, словно кости вот-вот порежут тонкую кожу. Широко открытый рот. Шею покрывала маленькая лужица спёкшейся потемневшей крови. Запах. Запах смерти, крови, сырой рыбы заполнил всё вокруг. Дейв неотрывно смотрел на тело, и его трясло. То ли от холода, то ли от жути, которая словно ползла мелкими мурашками по его телу, пробираясь в мозг.

- Дейв, идём, - тихо сказал Стив. Он положил тёплую ладонь на плечо брата и с сочувствием посмотрел на него. Ему тоже было больно видеть некогда весёлую Бьянку теперь такой – мёртвой, с ужасающим выражением, застывшем на лице. Но он старался не смотреть на неё. Он видел, в каком состоянии Дейв, и хотел лишь одного – помочь брату.

- Стив, она мертва, - тихо и медленно произнёс Дейв, словно не мог поверить в свои же слова.

- Да.

Дейв с братом пошли к дому. По дороге перед ними остановился серый внедорожник отца.

- Вы как? – спросил Дональд, опустив стекло. Его лицо было сосредоточенным и серьёзным, и мало кто мог увидеть в его взгляде переживания и заботу.

- Всё хорошо, - сказал Дейв.

- Ты уже дал показания?

- Да, я рассказал Гурсу всё, что видел.

- Есть что-то, о чём я должен знать? Даже не вздумайте скрывать от меня что-то, парни. Дело серьёзное.

- Нет. Правда, пап, я рассказал всё, что видел.

- Понял. Идите домой и отсыпайтесь.

До дома было недалеко. Парни пришли быстро, переоделись в сухое и чистое. Дейв выключил свет, лёг в кровать и посмотрел в окно. Светила луна, немного освещая комнату. Всё та же луна, что осветила тело Бьянки. Всё тот же свет, под которым блестела влажная серая кожа. Дейву не спалось. Стоило закрыть глаза, как перед ними снова появлялись впавшие глаза и выпирающие скулы.

Стив приоткрыл дверь и аккуратно вошёл.

- Я так и думал, что ты не спишь, - сказал он и сел рядом с братом.

- Не могу уснуть, - Дейв старался говорить спокойно, чтобы не выдавать своих чувств.

- Дейв, я понимаю, каково тебе. Это не те трупы, что мы видели раньше на работе отца. Это Бьянка. Пусть мы не дружили с ней, но видели её в школе. Живой и здоровой. К тому же, она сестра Полли…

- Я даже не представляю, каково сейчас ей и её семье. Это такое горе.

- Да.

- Это точно убийство.

- Может, она решила поплавать, и вокруг её горла обвились какие-то водоросли или ветки?

- Стив, ты и сам знаешь, что это не так. Видел эту маленькую лужицу крови? Её тело словно пустое, словно из него вылили всю кровь.

- И зачем это кому-то могло понадобиться?..

- Меня больше интересует, зачем её окунали в воду после смерти. Или убивали в воде? Но как в воде можно лишить тело человека крови? Море было чистым. Может, это какие-то сумасшедшие сектанты?..

- Может.

Парни переглянулись. Их взгляд, на секунду проблеснувший одной идеей, пылал любопытством. Такое случалось часто: парни выросли вместе, с маленькой разницей в возрасте, они проводили очень много времени вместе, их идеи очень часто совпадали. Но они тут же отвели взгляд. Они знали: эта идея очень плоха и опасна.

- Дейв, попробуй забыть. Я знаю, что это кажется невозможным, но у нас нет выбора. Надо забыть, стереть из памяти то, что мы видели. И думать о своей жизни.

- Ты прав.

Стив ушёл. Дейв всё лежал и смотрел на лунную дорожку, ведущую от окна к его кровати. Лишь с первыми рассветными лучами он смог уснуть.

Будильник прозвенел быстрее, чем хотелось бы. Дейв и Стив спустились на кухню бледными, с синяками под глазами, во всей красе после бессонной ночи в раздумьях.

- Я сварю кофе, - сказал Стив, посмотрев на уставшее лицо брата.

- Сделай покрепче. Я пока сделаю бутерброды, - кивнул Дейв и отправился к холодильнику.

Парни завтракали молча. Им не хотелось разговаривать, просто не было сил на это. После завтрака они умылись и поехали в школу.

Солнце светило так ярко и беззаботно, словно ничего ночью не произошло. Словно это не была жуткая ночь. Пальмы зеленели под утренним солнышком, воздух уже успел нагреться. Проезжая мимо кондитерской, парни вдыхали аромат свежих булочек с корицей, а у стейк-хауса пахло аппетитным жареным мясом. Город жил своей жизнью: открывались кафе, готовилась еда, дети спешили в школу, взрослые – на работу. По тротуарам шли сонные мамы с колясками, бодрые спортсмены стояли на светофоре в наушниках и высоких гетрах, собачники выгуливали своих питомцев. Ближе к школе пахло бензином вперемешку с цветущей вишней и магнолией. Остров, прекрасный райский островок посреди бесконечного океана, жил своей жизнью.

Школа же кишела новостями о Бьянке. Все вокруг обсуждали это, даже учителя. Говорят, уже утром по местному телеканалу вышел прямой эфир с места преступления, а местные сплетники рассказывали друг другу совершенно разные версии произошедшего.

- Она пьяная полезла купаться! Просто глупый несчастный случай!

- Это всё дикая собака Гроувов, вечно отпускают её гулять без поводка, вот она и грызёт кого хочет!

- Это Нейт Дьюкс, его освободили из психушки, я точно знаю! У него же папа был полицейским, у него везде есть связи!

- Да, сейчас снова начнёт насиловать и убивать девушек!

Тут и там раздавались голоса, разные версии. Все хотели быть первыми, кто знает всю правду. Дейву и Стиву, которые видели труп Бьянки собственными глазами, было противно от происходящего. Им хотелось наорать, заткнуть их всех, но они знали, что это бесполезно. Есть ли что-то сильнее толпы? Бессознательной, идущей по своему пути, по своей правде?..

Дейв вёл себя ещё тише обычного. Ему не хотелось ни с кем разговаривать, ничего обсуждать. Парта перед ним пустовала. Полли не было в школе, и он, думающий о вечно улыбающейся беззаботной красавице, мог лишь мысленно сопереживать ей.

- Эй, Дейв, - Брайан, худощавый парень в очках, разговаривающий высоким, почти женским голосом, сел за парту Полли и повернулся к Дейву. – Это правда, что ты нашёл тело Бьянки?

- Нет, - недовольно буркнул Дейв, нахмурив светлые брови. Он начал копаться в рюкзаке, делая вид, что сильно занят, чтобы приставучий Брайан поскорее отстал.

Признаться, Дейва раздражали парни как Брайан. Вечно тусуется с девчонками и ведёт себя, как они. Ходит с ними по шопингам, разбирается в их «ноготочках-ресничках-хайлайтерах», несмешно шутит и по-девчачьи смеётся. Но больше Дейва раздражало то, что Брайан вечно лезет не в своё дело. Везде, где бы что ни произошло, есть Брайан.

- Все говорят, что это был ты. Твой отец сказал на интервью, что его сын нашёл тело, сразу отзвонился полиции и скорой. С тобой наверняка сейчас захотят связаться журналисты, чтобы расспросить обо всём.

- А тебе-то что? Или, ты думаешь, что если ведёшь нашу стенгазету, то ты тоже журналист? – Дейв всеми силами пытался выразить недовольство, но до Брайана, похоже, не доходило.

- Ну, во-первых, я бы не отказался от эксклюзивного интервью. А во-вторых, не мог бы ты на телевидении замолвить за меня словечко? У меня столько идей для телевидения, если бы ты, герой дня, рассказал бы им обо мне, я уверен, они бы обратили внимание на мой талант.

Дейв вспыхнул, словно спичка. Его лицо налилось краской, губы нервно сжались. Да как этот глупый выскочка решил, что Дейву вообще интересно рекламировать его всюду сующийся нос?! Тем более сейчас, когда дело касается человеческой жизни, мёртвой девушки, которая не так давно бродила по школьным коридорам?!

- Брайан, иди … !

Школьный звонок, задребезжавший на всю школу, заглушил грубые слова, что сами вылетали изо рта Дейва. Брайан театрально, по-девчачьи, закатил глаза и ушёл.

Уроки тянулись медленно, словно растекались густой мутной жижей в этом сером пустом дне. Мысли о несправедливости, о жизни и смерти, о боли, о глупых выскочках и о страдающей Полли не покидали голову Дейва. К концу уроков он совсем поник.

Стив же старался вести себя, словно ничего не произошло. Он избегал развёрнутых ответов на вопросы, придерживался стандартных «да-нет», старался лишний раз не заговаривать ни с кем. Ему тоже совершенно не хотелось это всё обсуждать.

После последнего урока по громкоговорителю прозвучал скрипучий голос директора:

- Уважаемые ученики, сейчас не покидайте школу, прошу всех собраться в холле. Повторяю: не покидать школу, всем собраться в холле.

Ученики, надеявшиеся поскорее улизнуть со школы и пойти дальше обсуждать жуткие новости и сплетни, недовольно побрели в холл. Там их ждал директор, в своём неизменном тёмном бордовом костюме с жилетом и галстуком-бабочкой. Он стоял у трибуны в центре холла, ожидая, когда все рассядутся и утихнут.

- Уважаемые ученики, - начал директор медленным, важным тоном. – Стало известно, что этой ночью погибла Бьянка Старви, бывшая ученица нашей школы, сестра нашей действующей ученицы, Поллианны Старви. Я уверен, многие здесь знают Поллианну и Бьянку, в связи с чудовищными обстоятельствами прошлой ночи, я вас учтиво прошу помочь семье Старви, кто чем может. Секретарь Брейнхарс оставит на тумбе коробку для пожертвований, в которую вы можете положить деньги, которые пойдут на помощь семье, пострадавшей от смерти близкого человека. Я верю, что вы добры, искренни и великодушны, и с нашей помощью семья Старви достойно похоронит Бьянку, сможет оправится после такой потери, а также увидит, как мы с вами неравнодушны.

Секретарь Брейнхарс, невысокая женщина с круглым животом и в цветочном платье, поставила коробку на тумбочку и ушла, шмыгая носом, словно плачет.

Почти все школьники внесли свой вклад в коробку пожертвований, Полли и Бьянку действительно знали многие. Дейв и Стив достали из кошельков по самой большой купюре, что у них были, и положили в коробку.

Дорога до дома была тихой. Стив включил музыку, чтобы разрядить обстановку, но атмосфера всё равно была напряжённой. Нежные светло-серые облака собирались на небе кучерявыми барашками. Иногда поднимался лёгкий ветерок, разносящий по округе запах океана, дым от костров и зелёные листочки с деревьев.

Ещё вчера по дороге домой Дейв думал лишь о том, как вести себя на вечеринке, что надеть, о чем поговорить с Полли. А сегодня в голове засело, не желая покидать мысли, серое тело Бьянки. Как же тяжело сейчас бедняжке Полли. Она была такой весёлой, общалась, танцевала, отмечала приближающийся серьёзный театральный дебют. С её лица не сходила улыбка, искрящаяся счастьем и эйфорией. Вряд ли в ближайшее время Дейв снова увидит эту безмятежную улыбку. Эти сверкающие глаза, цвета чистых морских волн, играющих под июньским солнцем. Эти румяные от смеха, покрытые россыпью маленьких веснушек щеки.

Парни зашли домой всё так же молча, совершенно не зная, как разбавить эту гнетущую тишину.

Стив включил компьютер и надел наушники, надеясь отвлечься в игре, но всё тщетно. Мысли возвращались к одному и тому же. В конце концов, он откинулся на игровом кресле и начал нервно стучать пальцами по столу, смотря на монитор с неподвижным игровым лобби.

Некоторое время тишины и раздумий, как вдруг раздался звук входящего видеовызова в наушниках. Неожиданный и громкий. Стив вздрогнул и нажал кнопку «принять». На экране появилось весело улыбающееся лицо в круглых очках, со взъерошенной копной чёрных кудрей. Парень с видеовызова находился в ярко освещённой больничной палате.

- Привет, бро! – радостно воскликнул парень с экрана.

- Привет, Крис! – улыбнулся Стив.

- Мне наконец провели операцию. Возможно, я ещё какое-то время поваляюсь на больничной койке, но прогнозы хорошие.

- Поздравляю. Ничего, ты быстро оклемаешься. Не могу представить тебя долго лежащим на одном месте.

Парни рассмеялись. Крис МакКлайен – лучший друг и одноклассник Стива. Они неразлучны с самого первого класса, когда вместе помогли учителю найти виновника петард в школьном туалете. Они обнаружили в туалете значок школьного баскетбольного клуба и после уроков, как раз на время тренировки, засели под дальней лавочкой в мужской раздевалке баскетболистов. Маленьких ребят никто не заметил, и «засада» оказалась весьма продуктивной. Когда раздевалка наполнилась спортсменами, началось бурное обсуждение произошедшего, поскольку все думали, что раздевалка – самое укромное место, где никто лишний точно ничего не услышит.

- Кайл, ну ты красавчик, конечно! – громко говорил один из парней.

- Получилось даже круче, чем я ожидал! – смеялся самодовольный Кайл.

- Да, взрыв был что надо! А если отец узнает? Он же с ума сойдёт от злости.

- Да пошёл он, только и делает, что строит меня. Надоели его вечные нотации и недовольная рожа.

- Кайл Гроув! – раздался голос тренера. Хлопнула дверь, тренер вошёл в раздевалку. – Тебя ищет мисс Долован, она в ярости. Ты должен был остаться после уроков, тебя наказали. Какого чёрта ты сбежал?!

- Извините, тренер. Но меня несправедливо наказали! Это всё Одри, она первая кинула в меня запиской!

- Какая записка, Гроув?! Ты весь урок ржал как ненормальный с Джерри, а под конец урока довёл Одри до слёз!

- Пф, я не виноват, что эта истеричка не умеет реагировать на флирт.

Послышался смешок.

- Прекратили немедленно! – голос тренера был жёстким, резким. Стив долго ещё помнил, как грубо он ругается. – А ты, лоботряс, бегом к мисс Долован!

- Понял.

Мальчишки узнали, что хотели. Быстро дошла информация до учителя о том, что Кайл Гроув бросил петарду в туалет. Потом, так же быстро, информация дошла до директора, а затем – до отца Кайла. Говорят, после этой истории Кайл отправился в кадетский корпус.

- Так, я не для того звоню, чтоб мы обсуждали мои почки, - раздался в наушниках голос Криса. – Я всё знаю.

- Ага, конечно. Назови хотя бы пять цифр числа пи после запятой, - усмехнулся Стив.

- Не переводи тему. Мне донесли, что ты обнаружил труп Бьянки Старви на берегу. Почему я узнаю это не от тебя?

- Это Дейв обнаружил. Я пришёл позже.

- Как она умерла? Я слышал кучу разных версий, но по новостям говорят, что причина смерти не установлена, и полиция ведёт расследование.

- Всё так. Она была обескровлена, Крис!

- Ты уверен?

- Да. Серо-синие кожные покровы, выпирающие скулы и ключицы, впавшие глаза – всё указывает на отсутствие крови. При том, лужица крови под её шеей была совсем маленькой.

- Опять вампиры?

- Во-первых, Нейт в психушке. Во-вторых, он не пил кровь. Он протыкал шилом кожу на шее и имитировал укус вампира. Он вообще больше маньяк, чем вампир-убийца.

- Какие есть ещё идеи?

- Крис, нам нельзя туда соваться. Это не петарды в туалете или пропавший телефон уборщика. Полиция сразу позвонила отцу, значит дело серьёзное и опасное. Мы в выпускном классе, на носу экзамены. Нам лучше не высовываться, и уж тем более не рисковать жизнью.

- Ты и так нашёл Нейта без меня! А я, между прочим, хотел участвовать в деле!

- Вообще-то ты тоже внёс свой вклад. Именно ты тогда подсказал нам с Дейвом завалиться к Нейту. Сказал, что все ниточки ведут туда. Да и я не виноват, ты же сам тогда был на каникулах у тёти.

- Всё равно это несправедливо.

- Слушай, я правда не хочу соваться. У меня и так все мысли только о её теле, не могу сосредоточиться. Кто её убил? Что сделали с её кровью? Зачем вообще кому-то её кровь? Что у неё за рана на шее? Почему у неё было такое жуткое выражение ужаса на лице? Почему она была мокрая, словно вот-вот вылезла из воды?

- Мокрая? – глаза Криса округлились. – Ты сказал – она была мокрая?

- Да, а что? – загадочное выражение лица Криса и его голос заполнили разум Стива любопытством.

- Это какой-то бред, Стив. Её не могли убить на берегу. Понадобилось бы какое-то время, чтобы лишить её крови, она бы хоть немного уже подсохла. Значит, её убили в воде.

- Либо окунули после смерти в воду…

- Но зачем?

- Вот и я задаюсь тем же вопросом.

- У меня есть кое-какая идея, только дай мне время. Я покопаюсь кое-где и вернусь с информацией.

- Крис, мы не будем ничего расследовать, помнишь? Да и тебе надо восстановиться.

- До связи, капитан Душнила.

Крис улыбнулся и отключился. Стив поджал губы и закатил глаза. Остановить Криса в его нездоровом интересе к расследованиям просто невозможно. По правде сказать, Стив и сам был поглощён своим любопытством. Пока разум говорил, что лезть в это опасно и глупо, всё нутро бушевало желанием раскрыть это дело, узнать все подробности, испытать снова адреналин при поимке преступника.

С детства Стив мечтал стать детективом, как отец. Ему хотелось раскрывать преступления, следить, сидеть в засаде, соединять фотографии на доске для улик красной нитью, стрелять и ловить преступников. И его неугасающее любопытство всегда искало выход.

Раздался новый звонок. На этот раз на экране появилось загорелое лицо мамы на фоне номера отеля с видом на лазурное небо.

- Привет, мам, - улыбнулся Стив.

- Привет, мой хороший, как я соскучилась! Как у вас дела?

Мама Стива и Дейва, Джоанн, работала журналисткой ещё до рождения сыновей. Просидев в декрете с погодками совсем немного, Джоанн поспешила вернуться к работе. Стены давили, ей невмоготу было сидеть дома и заниматься рутиной изо дня в день. Дональд не хотел, чтобы Джоанн снова была в разъездах, но согласился. Разве можно отказать любимой в том, что для неё так важно? И с тех пор Джоанн редко видели дома. Разные города и страны она посещала в своих командировках. Журнал мод, в котором она работает и по сей день, имеет весьма неплохое финансирование и огромную аудиторию. Он – главный журнал мод всего острова. И журналистам, работающим в редакции «Блеска», приходится бывать в самых разных местах, чтобы собрать информацию о необычных тенденциях и новых веяниях.

- Всё хорошо, - коротко ответил Стив.

- Как Дейв?

- Тоже хорошо. Он в комнате, позвать его?

- Нет, не надо. Я ненадолго, мне скоро надо бежать. Папа не берёт трубки уже два дня, не отвечает на сообщения. У него всё хорошо?

- Да, сейчас у него просто работы много. Передать ему, чтобы перезвонил?

Джоанн погрустнела. Она перевела взгляд, немного помолчала и ответила:

- Нет, не надо. Перезвонит, как освободится.

- Вы поссорились?

- Нет, ну что ты, у нас с папой всё отлично, - наигранно улыбнулась Джоанн. Стив знал эту улыбку и этот притворный голос. Так мама делала всегда, когда врёт. – Ладно, дорогой, мне пора бежать. Целую вас, пока-пока!

- Пока.

Видеовызов закончился. Отношения Стива и Дейва с мамой не были доверительными. Созвоны были нечастыми из-за большого количества работы Джоанн, дома она бывала редко, да и им, парням, не особо хотелось делиться секретами или просить совета у мамы. С отцом было проще. Поздоровались перед школой, спросил: «Как учёба?» на обеде, пересеклись у ванной перед сном. Никто не лезет в личную жизнь друг друга, не мешает. Когда были сложности, их всегда можно было обсудить. Но чаще они обсуждались с братом. Да и вместе эти сложности решать было гораздо интереснее.

Дейв не чувствовал сонливости, лишь нервное напряжение и усталость от постоянного круговорота мыслей. Он лёг на кровать и, желая отвлечься, начал читать новую мангу, но всё же недосып дал о себе знать, уже совсем скоро Дейв уснул с открытой мангой на экране телефона. Проснулся уже к вечеру. Телефон выключен, комната залита сумерками, сквозь открытое окно доносится с улицы свежий ветерок, наполняющий комнату запахом морской воды. Дейву было непривычно провести день такой прекрасной погоды без тренировки по сёрфингу, но он не хотел идти к морю. В голове всё ещё застыл образ мёртвого тела, обдаваемый морской пеной. А ещё Дейву не удавалось отвлечься от мысли о Полли. Что же он, будет спокойно рассекать на доске по океану, в котором вчера умерла её сестра? Ну уж нет. Он всё представлял, как плачет Полли. Лазурные глаза залиты слезами, на румяных щеках дорожки слёз, розовые губы, словно лепестки сакуры, нервно сжимаются от беззвучных всхлипываний. Она всё ещё прекрасна, но боль, которая сейчас окутала её, не даёт ему покоя. Стоит ли приходить к ней сейчас? Ему хочется выразить соболезнования, показать, что он не бесчувственный, что переживает вместе с ней её боль. Но кто он для неё сейчас? Одноклассник, с которым она перекинулась парой фраз? Это глупо идти сейчас. Её семья в трауре, а тут припрётся он, совершенно посторонний человек, со своими соболезнованиями, которые так сейчас бесполезны…

Дональд вернулся домой поздно. Уже полная луна, похожая на белоснежный шарик моцареллы, освещала безмятежный городок. Сверкали бусинки звёзд, ветер набирал обороты. Пальмы покачивались под его порывами, волны шумели.

Дональд, как и всегда, когда возвращался ночью, зашёл очень тихо, стараясь никого не разбудить. Он оставил дипломат прямо у входа, где парни обычно бросают свои рюкзаки, слишком занятые своими подростковыми мыслями и идеями, чтобы положить их на место. Сегодня отец тоже был слишком погружён в раздумья, чтобы переживать о беспорядке. Он прошёл на кухню, включил лампу над обеденным столом. Небольшой уголок кухни залил тёплый свет. Дональд достал с нижней полки шкафа бутылку виски, налил в стакан и сел. Выпил залпом небольшую порцию. Алкоголь моментально согрел горло, разлился по телу успокаивающим теплом. Ах, мог бы он так же сделать с головой…

Лёгкий скрип половиц в коридоре выдал тихие шаги Стива, спустившегося на кухню.

- Доброй ночи, - сказал он, стоя в проходе.

- И тебе привет, - сказал Дональд и наполнил стакан новой порцией виски. – Чего не спишь?

- Не спится. Что пьёшь?

- Виски. Чтоб спалось лучше.

- Понятно, - Стив осторожно сел напротив отца. Он видел, что отец напряжён. Не так, как обычно, когда он думает о работе, он как будто опустошён. Что-то явно случилось. – Как дела?

- Нормально. Завал на работе, - Дональд сделал глоток и отвёл взгляд. За окном бушевал ветер и начался дождь. Одинокая пальма гнулась под сильным ветром, по подоконнику барабанили первые капли. Морщина на лбу Дональда казалась какой-то особенно глубокой сейчас, на широкой переносице были небольшие вмятины от очков, в которых он пробыл весь день.

- Мама звонила.

На этих словах отец едва заметно сжал губы.

- Что хотела? – невозмутимо сказал он непринуждённым тоном и снова посмотрел на сына.

- Говорит, ты не отвечаешь на звонки.

- Да, слишком много работы. Сейчас же расследуют это дело…

- Пап, - перебил Стив. Повисла напряжённая тишина. – У вас что-то случилось?

Дональд не был образцовым отцом. Да, он очень много времени проводил на работе. Не помогал с домашними заданиями, да и на родительские собрания редко ходил. Он больше заботился о финансовом благополучии семьи. Но он знал одно: парням сложно расти без матери. Её почти не бывает дома, а ведь с ними нужно проводить время. Объяснять разные вещи, рассказывать, как надо поступать и как не надо, выслушивать их истории, давать советы и поддерживать. Он не всегда мог это сделать, но в те редкие моменты, когда знал, что это особенно необходимо, был с ними всецело. Делал всё, что от него требовалось. И он знал, что сейчас такой момент. Парни выросли, и теперь они должны знать, когда в отношениях родителей что-то не так. Они должны чувствовать, что им доверяют, их мнение ценно.

Может, Дональд бы снова попытался максимально быстро объяснить Стиву, что существуют «временные семейные кризисы», ничего плохого в этом нет, что надо просто «переждать», и волноваться не о чем. Но выпитый алкоголь, накопленная усталость и терзающая сердце тоска заставили отца развязать язык.

- Стив, всё не так просто. Мы много лет вместе и многое пережили, но это расстояние между нами стало непреодолимым. Мама уже не та, которой была, понимаешь? Нам не о чем говорить, у нас нет никаких чувств, между нами пропасть.

- Хочешь сказать, мама разлюбила тебя? Ты уверен?

- Думаю, да. Слишком уж давно мы так живём. Почти не видимся вживую.

- А ты? Ты тоже разлюбил?

- Наверное, да.

- И что же дальше? Ты хочешь развестись?

- Стив, ты уже взрослый, и я могу говорить с тобой, как со взрослым. Я думаю, что, может быть, мы ещё всё спасём. Но шанс ничтожно мал. Возможно, да, мы разведемся. Но мы с мамой всё равно любим вас всё так же и…

- Пап, я знаю. Я всё понимаю. Вы взрослые люди, и вы очень многое сделали для нас с Дейвом. Но для себя тоже нужно жить. Если другого выхода нет – мы всё поймём. Мы тоже вас любим.

- Спасибо, сын. Ты прав, нам нужно пожить для себя. Мне уже столько лет, я не помню, когда в последний раз занимался чем-то, что приносит мне искреннее удовольствие. И я не уверен, что брак с мамой есть в списке вещей, которые это самое удовольствие доставляют. Я просто хочу быть счастлив. Вас я, конечно же, отпускать не собираюсь. Вы для меня всё ещё остаётесь самым ценным и важным, что есть. Но мне нужно что-то сделать для себя.

- Я это понимаю, пап. Надеюсь, у тебя получится наслаждаться жизнью, - Стив улыбнулся. Дональд, до этого во взгляде которого читались мучения и страдания, тоже улыбнулся, глядя на сына. Улыбка была слабой, вымученной, но она словно была началом. Началом новой жизни Дональда Дженовски.

- Я поговорю с ней, не переживай, - сказал отец и снова налил виски.

Разговор шёл словно сам собой: Дональд и Стив словно давно не виделись, и им так не терпелось всё обсудить. Школа, экзамены, вечеринка, работа, планы, воспоминания… Звонкий искренний смех, который так давно не слышали стены этой кухни, снова зазвучал, наполнив всё вокруг теплотой и счастьем.

- Хах, да, это было круто, - смеялся Дональд, наливая в стакан последнюю порцию виски. – Но я всё боялся, что вы поранитесь в этом аквапарке.

- Да уж, мы не могли усидеть.

Повисла тишина. Посмеявшись обо всём на свете, отец и сын вдруг замолчали. Сонливость и лёгкое опьянение всё же давали о себе знать.

- Пап, могу я спросить?.. – неуверенно сказал вдруг Стив. Он нервно крутил в руке стакан из-под сока, который только что выпил.

- Сегодня всё что угодно, - голос отца был пьяным и добрым. Стив давно не видел его таким. Чтобы Дональд много смеялся, разговаривал, выпивал. Вёл себя, как самый обычный жизнерадостный человек, а не робот-трудяга.

- Тот труп, что мы видели вчера… Бьянка Старви. Выяснили, как она умерла?

Стив нервничал. Отец давно запретил ему задавать вопросы о работе, чтобы ему снова не захотелось «влезть в неприятности». Стив напряжённо ждал, когда отец поднимет на него внезапно изменившийся на строгий взгляд, нахмурит брови и закроет тему.

- Нет, - неожиданно спокойно ответил отец. Он посмотрел на сына серьёзно, но не строго. – Точнее, причина смерти понятна: потеря крови. Полная. Как именно её лишили крови – неизвестно. На её шее глубокая открытая рана, рваная, словно её шею очень неаккуратно резали или разорвали. Есть ещё несколько трупов с такими же приметами. Рваная рана, полное отсутствие крови. Все найдены на том берегу ночью, все мокрые, словно только что из воды. Только труп Барри Лимвуда был едва влажный, но и лежал он там долго, почти всю ночь. Есть подозрения, что это какой-то сатанистский обряд. Вода, кровь, странные раны на шее. Полиция изучает все местные сатанистские и сектантские группировки, но пока никаких зацепок. Боюсь, трупы ещё будут. Дело весьма неоднозначное.

Дональд сделал последний глоток.

- Я знаю, что она была твоей знакомой, Стив. Но ты не должен в это лезть, это дело моё и полиции. Всё очень и очень опасно, - Дональд встал, пошатываясь, поставил стакан в пустую раковину.

- Я понимаю. Я не буду лезть, - ответил Стив. Он бросил пустую бутылку из-под виски в урну, убрал свой стакан в раковину.

Отец с сыном пошли по комнатам, за окном была уже глубокая ночь и сильный ливень, за которым было не слышно быстро удаляющиеся по лестнице шаги. Дейв быстро закутался в одеяло и притворился спящим.

Стив же всё думал о словах отца, глядя на разбушевавшийся ливень за окном. Пальмы, расшатывающиеся от сильного ветра, были словно чёрные под покровом ночи. Дождь барабанил по крыше, подоконнику, крыльцу. Сквозь шум ветра и ливня был слышен шорох волн, бьющихся о скалы и берег.

Трупы ещё будут… На всё том же берегу… Или уже есть?..

Из автобиографии.

В школе я был троечником (возможно, даже двоечником) в душе и голове, хорошистом – в дневнике. Я не любил учиться, ничего не понимал, терпеть не мог эти нудные уроки и надоедливые домашние задания. Признаться, я до сих пор считаю школу пустой тратой времени. Мне нравились только биология и литература. Резать лягушек и читать про русалок из древних мифов – что может быть интереснее? Все остальные предметы были глупыми и скучными. Я умел хорошо извернуться, вовремя списать или подмазаться к учителю – так у меня появлялись хорошие оценки. Я это делал лишь с одной целью – остаться в живых. Чтобы этим вечером не получить ремнем по заднице.

Лишь Хлою я любил больше, чем биологию и литературу. Хлоя Куарес – красивая пышечка с каштановыми волосами и вздернутым носиком. Ее слегка оттопыренные ушки так украшали ее миловидное личико, что я просто таял, смотря на нее на переменах.

Я был в седьмом классе, когда подарил ей цветок. Точнее, подкинул на ее парту на перемене, пока в классе никого не было. Она подумала, что это от Пола – придурка Пола, который ходит в школу только ради уроков физкультуры. А он и не отрицал. Так они начали встречаться.

В выпускном классе Хлоя бросила этого болвана, и у меня снова появился шанс. Я смотрел в зеркало и видел перед собой того, кем не должен был быть, кем не хотел быть. Прыщавый, худой, бледный, в каких-то лохмотьях. Да, я понимал, что внешне я не могу выглядеть лучше. У нас большая семья и денег на то, чтобы один из сыновей вдруг стал красавчиком, просто нет. Но я знал – я не такой, как все остальные. Я умный, харизматичный, смелый и сильный. Я знал, что, если Хлоя пообщается со мной, она непременно влюбится. А как не любить человека с такими обширными знаниями, широким кругозором, отменным чувством юмора?

Я пригласил ее пойти вместе на выпускной. Она ответила: «Извини, у меня уже есть пара». Это была единственная фраза, которую она сказала мне за всю жизнь. Наверняка, сейчас эта старуха жалеет, что пошла на выпускной с этим тупицей Генри Дженовски. Он так и не подарил ей счастливую жизнь в роскоши, а я мог! Эта паршивая дрянь, надеюсь, всю жизнь несла тяготы наказания от того, что отказала единственному здравому человеку в ее жизни.

Женщины – странная неказистая ошибка природы. Есть лишь одна девочка, у которой есть шанс стать отличной женщиной, но об этом позже. Мать «кланялась» ублюдку-отцу, учительницы, тупые сварливые тетки, никогда не видели моего таланта за кучей бесполезных тестов, Хлоя – никчемный зловредный нарост на теле нашей прекрасной планеты.

Глава 3. День дождя.

Семья Дженовски была своеобразным примером для подражания. Трудяги-родители, находящиеся на весьма престижных должностях, умные и бесконечно влюблённые друг в друга. Мальчики-погодки, прекрасные сыновья. Почти прилежное поведение, хорошие оценки, даже переходный возраст прошёл практически беспроблемно. С самого начала мало кто верил в успех этой семьи. Ну как может семья быть счастливой, когда мама почти сразу после родов «бросила» детей ради карьеры? А отец? Он же целыми сутками работает с трупами, маньяками-убийцами, а иногда ему платят богатенькие жёны и мужья, чтобы разоблачить своих вторых половинок. В таких случаях Дональду приходится наблюдать весьма нелицеприятные вещи, на которые способны с виду верные и приличные мужья и жёны. Ну как тут остаться адекватным, ещё и воспитать почти в одиночку двух сыновей?

Но время шло. Мальчики росли, становились лишь лучше с годами. Стив – настоящий гений. Обожает математику, программирование, ходит на шахматы. Весь в отца в своём стремлении всё-всё расследовать и изучить, весь в мать в своей почти журналистской харизматичности, умении где-то человека «заболтать», а где-то – держать язык за зубами. Дейв – будущий спортсмен. Скромный, красивый, как актёр сериалов, обожает всё, что связано с морем. Весь в отца в своей сдержанности, весь в мать в своём потрясающем умении писать. Его творческие начинания пока не предстали на всеобщем обозрении, но, кто знает, может скоро он напишет настоящий бестселлер?

Много кто ждал развода Дональда и Джоанн. Например, бывшая подруга Джоанн, Мередит. Она часто приходила к ним в гости, когда Стиву ещё не исполнилось и года. Стоило ей остаться с Дональдом наедине даже на пару минут, она начинала всё ту же песню:

- Донни, честно сказать, Джоанн совсем не по тебе. Я говорю это по-дружески, я вижу, как ты с ней страдаешь. Помнишь, какой бойкой девчонкой она была, когда ты влюбился в неё? Постоянно к чему-то стремилась, развивалась. А сейчас? Сидит целыми днями дома, ничего не делает. Смотрит сериалы. Сейчас снова беременна. Она просто не хочет вылезать из декрета! Хочет всю жизнь просидеть на твоей шее. А фигура у неё стала…

Однажды Дональд не выдержал, прервал её на полуслове.

- Мне надоело слушать этот бред. Я терпел это, только потому, что ты подруга Джоанн. По крайней мере, я думал, что подруга. Но ты – настоящая змея, Мередит. Моя жена родила мне сына, и скоро родит ещё одного. Она может работать, а может не работать сколько её душе угодно. Она отличная мать и превосходная жена, и фигура у неё потрясающая. Лучше бы посмотрела на свои обвисшие бока! Больше я не хочу тебя здесь видеть. Иди ищи себе мужика в стаде баранов, только они могут повестись на эту несусветную чушь.

Мередит ушла. Раз и навсегда. Дональд в тот же вечер рассказал всё Джоанн, слово в слово. И ей стало так тепло на душе. Её муж, её любимый муж, любит и принимает её всегда, какой бы она ни была, и даже не смотрит в сторону других женщин! О чём ещё можно мечтать?

Как только Джоанн вышла на работу, у неё тоже появились ухажёры. Но и они отправлялись не удосуживались внимания замужней красотки и уходили прямо по следам Мередит. Верность была основой отношений пары Дженовски. Казалось, ничто и никогда не сможет их разлучить…

До прошлого вечера. Дональд носил в себе мысли о разводе давно. Он пытался дать отношениям шанс, улыбался в экран, на котором весело болтала о работе его жена, хотя внутри у него были лишь мысли «замолчи. Замолчи, пожалуйста». Раньше он слушал её с упованием, с замиранием сердца. Сейчас трепет сменился отвращением. Она вдруг казалась такой надоедливой, такой инфантильной, слишком болтливой для взрослой женщины…

Дональду было тяжело это осознавать. Ещё вчера ты смотрел с любовью на ту, что подарила тебе двух прекрасных сыновей, а сегодня – перед тобой другой человек. Как? В какой момент это произошло? А главное – почему? Дональд не знал. Но теперь он знал лишь одно – так больше продолжаться не может.

Ещё этот чертов виски заставил обо всем рассказать сыну… Ну зачем? Зачем посвящать его в это все сейчас, когда он даже не обсудил это с Джоанн? Хотя, с кем ещё разговаривать? Друзей у Дональда нет уже очень давно. Карьера, семья, дела – все как-то не до этого. Все переживания топились в кофе и крепких напитках, а чаще – в невозможности даже подумать о чём-то, что по-настоящему беспокоит.

После разговора со Стивом Дональду стало легче. Наконец-то, спустя много месяцев, он почувствовал облегчение. Теперь его мысли, тревога нашли выход, он снова чувствует себя живым. Он понял, что его решение – не глупый всплеск ежесекундных эмоций, это действительно важное и окончательное решение. Но самое главное, Дональд понял – его сын вырос. Он все понимает, он может пережить это без истерик. Теперь Дональд действительно может пожить для себя.

Когда мы взрослеем? Когда нам исполняется восемнадцать? Когда выходим замуж/женимся? Когда рожаем детей? А может, когда нам уже под семьдесят, и нашим вечным спутником жизни стала палочка, которая помогает нам ходить?

Мы взрослеем, когда приходится взрослеть. Есть что-то, что ломает нас. Иногда быстро, резко, как падение с высоты. Иногда медленно и мучительно, как неизлечимая болезнь. Но что-то определённо ломает нас, и мы становимся взрослыми.

Стив и Дейв рано это осознали. В какой-то момент, когда они были детьми, играли в игрушки и строили замки из песка, вдруг произошёл этот щелчок – осознание. Долго разные события складывались в единый паззл, и вот он сложился окончательно.

Сначала их не жалели. Упал, больно, заболел, сломалась любимая игрушка, обидели в школе – неважно. Есть отец, у которого слишком много дел и слишком мало эмоций. Всегда было: твои проблемы – решай сам. Потом им не помогали. Ни с уроками, ни с проектами, ни с чем. И с ними ничем не делились. «Не лезь в разговоры взрослых», «не заходи на кухню, если пришли взрослые гости», «у нас всё хорошо», «то, что у папы (мамы) на работе тебя не касается». Ну а потом тот самый «щелчок». Всё скопилось, сложилось, паззл сошёлся.

Так парни и стали взрослыми. Поняли, что только они вдвоём есть друг у друга, и беречь друг друга надо сильнее всего. Поняли, что они – отдельно, родители – отдельно.

Стив, узнав о решении отца, не был рад. Грустью его состояние тоже не назвать, скорее – смятение. Он не знал, как реагировать. Внутри него словно была борьба между несколькими его личностями, которые подкидывали разные варианты реакций. Он знал – выбирать нужно ту, которая больше придётся по душе отцу. Стиву не хотелось, чтобы отец думал, что он ребёнок, который не умеет правильно реагировать на такие вещи. Ещё ему не хотелось показать своих истинных чувств. Ведь он – взрослый мужчина, а таким непринято выставлять чувства напоказ. Он хотел поддержать отца, стать ему опорой, показать, что он повзрослел и спокоен в таких моментах. И это у него получилось.

Но разве должно быть так? Все представления Стива об идеальной семье, об отношениях, о любви, наконец, разрушились в один миг. Он сам не так давно в разговоре с друзьями кричал о возможности любви на расстоянии. «У меня есть живой пример!» - аргументировал он. И что же сейчас? Его аргументы – пустой звук. Отец перевернул всё с ног на голову. Они же любили друг друга. Как они могут взять и развестись, словно не было этих лет любви и счастья?

Это просто не укладывалось в его голове.

Утро субботы выдалось непростым для горожан. Ночной шторм нанёс свои увечья городку: перевернул мусорные баки, снёс пляжные зонтики на заднем дворе, перевернул столы и стулья. Кое-где увечья были более существенными – недалеко от берега упала огромная пальма, прямо на парочку автомобилей, стоящих неподалёку. Горожане приводили в порядок свои дома, дворики, машины, прибирали улицы и радовались, что шторм не принёс человеческих жертв. И было ещё кое-что, что грело душу – предстоящий День дождя. Это праздник, который традиционно празднуется по всему Мараксу в первую субботу мая. И, очень часто, в этот день либо перед ним проходит первый тёплый дождь, который словно готовит жителей к наступающему лету. В этот раз дождь был ночью, с пятницы на субботу, но он не был тёплым, не радовал детей, не принёс прежней радости. Он был странным, даже немного сверхъестественным…

- Стив, вставай! – Дейв тряс брата за плечо. Стив отчаянно не хотел просыпаться, но Дейв был очень настойчив. – Сти-ив! Это срочно, просыпайся!

- Что стряслось? – сонно спросил Стив, протирая глаза. Перед ним на его кровати сидел Дейв с ноутбуком в руках. На экране ноутбука было лицо Криса, на фоне всё той же больничной палаты.

- Вставай, Стив, не время спать! – кричал Крис.

- Боже, да что вообще такое могло произойти, чтобы вы, два придурка, будили меня в субботу утром?! – возмутился Стив.

- Апокалипсис, - абсолютно серьёзно сказал Крис. – В общем, я изучил подробно всё, что может быть связано с убийством Бьянки.

- Там не только Бьянка, жертв несколько… - начал было Стив, но Крис перебил его.

- Я так и думал. Короче, нет таких обрядов. Ни у сатанистов, ни у сектантов. Нет ни одного известного обряда, в котором жертву окунают в воду, убивают, забирают всю кровь. Ещё и оставляют эту отметину на шее. К тому же, любой обряд проходит шумно. Костры, ритуальные танцы, молитвы. Ничего этого не было. Убийство произошло в тишине, что говорит о том, что, скорее всего, убийца был один. Я нашёл кое-что в Интернете про мифических существ, которые обитают в воде и убивают.

- Какие ещё мифические существа, Крис?.. – Стив скептически закатил глаза.

- Ты зря так думаешь! Если мы копнём глубже, мы сможем понять мотив убийцы. Что, если убийца не сектант, а какая-нибудь бабушка, слишком верящая в сказки? Или какая-нибудь странная семейка, которая хранит реликвии, связанные с древними мифами? Может, жертвы перешли им дорогу?

- Бред, конечно, ну и? Что ты там откопал?

- Нэанги. В армянской мифологии есть демонические оборотни-вампиры, приходящие в образе русалок, они пьют кровь. Есть ещё фараонки, но это библейский сюжет о воинах фараона, он к нам не очень подходит.

- И что же, ты думаешь, что убийца – демонический вампир-оборотень?

- Нет. Но сегодня ночью произошло кое-что.

- Шторм? И чем он так тебя напугал?

- Ты не в курсе?

Крис и Дейв удивлённо посмотрели на Стива. Стив понял, что означают эти взгляды – произошло что-то серьёзное, что-то действительно достойное внимания, в отличие от глупых сказок.

- Вместе с дождём на город падала рыбья чешуя, - сказал Дейв.

- Что? – Стив нахмурил брови и с недоумением посмотрел сначала на брата, потом на Криса. – Вы шутите?

- Посмотри сам.

Стив подошёл к окну и увидел то, что никак не могло быть реальностью. Вся земля, весь дворик был усыпан блестящей серебристой чешуёй. Улица неестественно блестела, переливалась на солнце. Создавалось впечатление, что был какой-то серебряный дождь.

- Чешуя?! – удивлённо воскликнул Стив.

- Да, - сказал Крис и продолжил говорить с присущим ему дикторским тоном. – В Интернете нет ничего на эту тему, абсолютно. Только ссылки на фильмы, аниме и так далее. Я посмотрел новостные сюжеты за сегодня, но никто не может объяснить причину такого странного дождя. Говорят, просто магнитные бури. Это полный бред. Они просто хотят успокоить нас. Я думаю, это предзнаменование. Как перед апокалипсисом.

- Каким ещё апокалипсисом? – Стив снова закатил глаза.

- Слушай, Стив, это всё очень странно. Эти мокрые жертвы, но не утопленники, теперь дождь из чешуи. Я думаю, надо быть готовыми ко всему.

- Я схожу за кофе, - сказал Дейв и поставил ноутбук на кровать.

- Вряд ли это апокалипсис, Крис, - сказал Стив, когда дверь за Дейвом закрылась.

- Надо продумать все варианты развития событий. Кстати, сегодня День дождя. Вы идёте?

- Конечно, Дейв же там будет выступать с номером на воде со своими друзьями-сёрферами. Он готовился почти весь год.

- На Дне дождя будет куча народу на берегу океана, совсем недалеко от места преступления. Будет легко следить за тем, появятся ли новые жертвы.

- Ребят, - в комнату зашёл Дейв. – Отец не пускает на кухню, он там разговаривает с капитаном Гурсом. Я краем глаза увидел фотографии жертв – все как одна. Вспоротое горло, пустые тела, выражение ужаса на лице. Они там прямо сейчас обсуждают это дело!

- Нам нужно всё услышать! – воодушевлённо сказал Крис.

- Но если отец заметит… - начал Стив.

- Значит надо подслушать так, чтобы не заметил.

- Я знаю! – воскликнул Дейв. – На кухне стоит умная колонка, а у неё есть функция радионяни. Мы можем слышать всё, что там происходит, при том, что нас слышно не будет!

- Гениально! Включай!

Стив уже смирился с энтузиазмом парней. Он понял, что это дело само просится к нему в руки, его просто не избежать. Разум Стива всё ещё просил его остановиться и вернуться к тем делам, которые действительно важны для его жизни, но сердце трепетало от одной мысли об убийствах, преследованиях, уликах.

Дейв открыл приложение в телефоне, включил радионяню, и из телефона послышался голос Гурса:

- Все жертвы убиты, не утоплены, это абсолютно точно.

- Что же до свидетелей? – спросил Дональд.

- Вообще ничего. Джейкс и Лимвуд ушли из дома в магазин, вечером, перед убийством. Просто ушли и не вернулись. По поводу Старви новые сведения. Нашли парня, который помогал ей чинить машину на шоссе. Тайлер Вуфер, механик. Ему очень повезло оказаться там, потому что, по его словам, проблемы у машины были серьёзные. Как он сказал, Бьянка сильно торопилась к сестре, поэтому просила просто помочь ей, чтобы она доехала, а потом бы она уже обратилась в сервис. Тайлер сделал всё, что мог, но предупредил, что есть вероятность, что машина вскоре встанет вновь. Это было примерно в восьмидесяти километрах от города, поэтому он полагал, что до города она точно доберётся. Машину Бьянки так и не нашли, но установили номер и марку, объявили в розыск. Так же, у жертв нет никакой связи между собой. Они, скорее всего, даже знакомы не были.

- Куда дальше делся Тайлер?

- Тем утром он ехал в Морадос, сегодня вернулся ко Дню дождя. Он предоставил все доказательства, что после помощи Бьянке он уехал. История звонков, сообщения, точное время прибытия в Морадос – всё говорит о том, что он не причастен к убийству.

- Больше нет никаких зацепок?

- Знаете, детектив Дженовски, дело весьма странное. К нам уже прибыл отряд криминалистов из столицы, они обещают разобраться, но, буду откровенен, я доверяю только вам. Они, конечно, профессионалы своего дела, но у вас есть то, чего у них нет. Острый смекалистый ум. Я уверен, вы сможете увидеть то, что скрыто от глаз остальных.

Детектив Дональд Дженовски действительно был мастером, искусным мастером расследования. Но сейчас, когда в его личной жизни полный хаос, а в деле с серией убийств нет никаких зацепок, он был в отчаянии. Он старался прогнать это новое для него чувство, но все его мысли подводили его.

- Есть ещё один момент, - чуть тише сказал Гурс. – Лимвуд до ужаса боялся воды. У него даже стоит диагноз в карточке – гидрофобия. А Старви не умела плавать, так говорят её родственники. Что привело их к воде поздно ночью в полном одиночестве – непонятно.

- Что ж, действительно странно.

- А этот дождь с чешуёй? Вам не кажется это предзнаменованием?

На этих словах Крис самодовольно улыбнулся.

- Капитан Гурс, при всём уважении, давайте не будем углубляться в сверхъестественные причины. Это никак не поможет расследованию.

- Ваше право, детектив Дженовски, ваше право. Но я бы на вашем месте не исключал ничего.

- Спасибо за совет. Заходите, если будет ещё что-то.

- Кстати, забыл сказать. Сегодня День дождя прямо на берегу, могут быть новые жертвы. Может, отменить, в целях безопасности?

- Вряд ли убийца будет действовать среди толпы. Нужно наоборот воссоздать самую непринуждённую обстановку. Прийти на праздник, как обычные горожане, слиться с толпой и проследить за всеми. Может, кто-то будет странно себя вести или чем-то ещё выдаст себя.

- Умно, умно. Так и сделаем. Я возьму ещё пару ребят из отдела.

- Главное, не приходите в форме.

- Конечно, конечно. Оденемся очень непринуждённо. До свидания.

- До свидания.

Дверь захлопнулась, наступила тишина. Дейв выключил радионяню, и парни заинтересованно переглянулись.

- Ну что ж, День дождя нам на руку, - сказал Дейв. – Будет куча людей, мы сможем поговорить с ними о случившемся, выудить подробности.

- Ещё нам нужно, чтобы кто-то следил за местом преступления, - сказал Крис.

- Это опасно, парни, - с серьёзным видом заметил Стив. – Нам нужно проследить так, чтобы никто не догадался, что мы следим. Мы не знаем, как действует убийца, а значит, нам нужно быть предусмотрительными. Вдруг он всё же решится и сегодня?

- Было бы странно, если бы кто-то вообще туда пошёл. Из каждого чайника трубят об убийствах на том берегу, вряд ли туда кто-то сунется, - сказал Дейв.

- Мало ли дураков, - ответил Стив.

- Так, ребята, я всё придумал, - воскликнул Крис. – Там есть этот здоровенный булыжник, который отделяет этот кусочек берега от пляжа. Можно попробовать разместить там скрытую камеру, а я буду с ноутбука следить за происходящим.

- Как мы там разместим камеру? – спросил Стив.

- Всё просто. Дейв сейчас идёт на тренировку перед выступлением, правильно? – Дейв кивнул. – Он может незаметно туда улизнуть, осмотреть там всё. Там наверняка найдётся местечко для камеры. Не забываем, что только камера с инфракрасной подсветкой может снимать в полной темноте. Поэтому либо нужно создать искусственное освещение, либо замаскировать «глазок» камеры.

- И как мы это сделаем?

- Там же будет праздник. Наверняка всё будет так залито светом, что всё будет видно отлично.

- А если нет?

- Вариантов у нас мало. Но если убийца или полицейские спалят камеру, нам придётся сворачиваться. Поэтому рассчитываем на праздничные фонари. Заодно, Дейв, на тренировке, осмотри место праздника, насколько много там установлено источников света. Дальше действуем так: Стив должен опросить как можно больше людей. И найди этого Тайлера Вуфера, нужно узнать все подробности. Дейв – старайся отвлечь отца и полицию. В случае, если они начнут что-то подозревать, нужно переключить их внимание.

- План неплохой, - утвердительно качнул головой Стив.

***

Время близилось к обеду, когда Дейв ушёл на тренировку. Горожане повсюду чистили дома, дворики и улицы от рыбьей чешуи. Солнце залило светом и теплом золотистый песчаный пляж и ласковые волны голубого океана. Яркие зелёные кусты росли вокруг пляжа, аккуратно подстриженные. Неспроста остров Мараксу называют «райским уголком». Настолько здешняя природа умиротворяет, поселяет в сердце гармонию и покой. Местная музыка, с яркими островными мотивами, плавно погружает в атмосферу безмятежности.

На берегу вовсю шли приготовления: убирали сцену, украшали шариками и декоративными ракушками, расставляли баннеры с изображениями сёрферов, дельфинов и прекрасных видов острова. Берег шумел, наполненный атмосферой предвкушения праздника. Главного праздника в году. За сценой, чуть поодаль, располагался спа-отель с гостевыми домиками. Туристы со всего света любят посещать Мараксу именно сейчас, в начале мая, когда солнце ещё ласковое, природа безмятежна, а вода – тёплая, как парное молоко.

Дейв, раздевшись до купальных плавок, подошёл к двум парням из сёрфинг-клуба. Один, чуть повыше и темнокожий – Майк, второй, с маленькими глазами, как у дельфина, с татуировкой кракена, захватившего корабль, на груди – Ник. Все трое парней были лидерами клуба, лучшими из лучших в сёрфинге. Красивые, статные, со спортивными рельефными телами, настолько хорошо управляющие своим телом, что остальным остаётся лишь завороженно смотреть.

- Ну что, парни, как вода? – с улыбкой спросил Дейв, поставив доску для сёрфинга на песок и придерживая её.

- О, привет, Дейв, - улыбнулся Ник.

- Привет, вода супер! – вдохновлённо улыбнулся Майк и пожал руку Дейву. – К вечеру волны будут что надо, я уверен.

- Отлично.

- Я слышал, у нас завёлся какой-то маньяк, - сказал Ник. Все вокруг лишь и говорили, что об убийствах. Это было на руку Дейву – можно получить побольше информации.

- Не маньяк, просто убийца, - сказал Майк.

- А какая разница?

Майк раздражённо закатил глаза и посмотрел на Дейва.

- Жаль бедолаг, которых этот ненормальный прикончил. С Барри мы виделись прям перед убийством, в магазине. Мы с ним дружили в детстве, потом как-то каждый по своим делам. Такой дружелюбный, добрый парнишка. Какому ублюдку пришло в голову убить его?

- Барри Лимвуд?

- Да. Он шёл в тот вечер в магазин за кофе. Кто ж знал, что это его последний поход в магазин…

Майк говорил с грустью, Дейву одновременно хотелось утешить его и выудить побольше подробностей.

- И что он говорил?

- Да ничего особенного. Мы просто поздоровались, обменялись парой фраз и разошлись. Нам не о чем было говорить уже кучу лет. У меня всё свободное время отнимает сёрф, а Барри с самого детства жутко боится воды. Потому не ходил со мной вступать в клуб, пошёл в кружок инженеров. Даже не представляю, как вообще можно было затащить его к берегу, он бы не пошёл, даже если бы от этого зависела его жизнь.

- Ну так прийти к берегу и погружаться в воду – совершенно разное.

- Не, Барри боялся воды всегда. Остаётся загадкой, как он мылся, но к берегу он бы на пушечный выстрел не подошёл, это точно.

- А куда он пошёл после магазина?

- Сказал, что домой. Но до дома не дошёл.

- Да уж, очень жаль его.

- Как и других. Говорят, ты нашёл тело Бьянки?

- Да. Она училась с нами в одной школе.

С Майком и Ником Дейв мог говорить о чём угодно. С Майком он дружит с детства, с тех самых пор, как вместе пошли в сёрфинг-клуб, Майк отличается потрясающим умением хранить секреты. А Ник – жутко забывчивый парень. Всё, что не касается сёрфинга и новых рецептов кексов для него – бесполезная информация, тут же вылетающая из головы.

- И как ты?

- Всё нормально. Мы не дружили, я почти не знал её. Но очень жаль, что умерла в таком молодом возрасте.

- Она вроде всего на год старше Стива?

- Да.

Тренер, высокий крупный мужчина с россыпью морщин на загорелом лице, подошёл и сказал начать тренировку. Времени до выступления оставалось не так много, нужно было отработать всё идеально. Тренировка шла хорошо: парни были подготовлены и полны энтузиазма перед вечерним выступлением. Их выступление должно быть почти таким же, как на соревнованиях, единственное, что будет больше трюков и манёвров, и больший упор будет на красоту и грациозность исполнения, чем на спортивное качество.

Дейв всё время думал о камере, которая была надёжно спрятана в его спортивной сумке в раздевалке. Ему нужно лишь выбрать момент, и он установит камеру и выследит убийцу. Или, хотя бы, парни нападут на его след.

- Дженовски, что происходит? – крикнул тренер.

- Извините, тренер, - сказал Дейв, после того как притворно упал в воду. По его телу стекала вода, мокрые белокурые волосы сверкали на солнце. Он взял доску и вышел на берег.

- Ты понимаешь, что можешь всех подвести? – тренер скрестил руки на груди и недовольно посмотрел на Дейва. – Выступление сегодня вечером, смотреть на тебя будут все. Даже мэр Хэрроу будет здесь! Ты хочешь опозориться?! Опозорить себя, парней, меня, весь сёрфинг-клуб?!

- Простите, у меня немного закружилась голова. Могу я отойти в раздевалку? У меня в сумке шоколад, я перекушу, и мне станет легче. Это, наверное, просто сахар упал.

- Немедленно иди и сделай всё, что требуется! И не приведи Господь, сегодня с тобой произойдёт ещё что-то! Учти, Дженовски, я, в случае чего, из-под земли тебя достану, но ты будешь выступать!

Дейв побежал к раздевалке, а тренер недовольно цокнул ему вслед.

Дейв действовал так быстро, как только мог. Он наспех достал камеру, замотанную в полотенце, и побежал к другому берегу. По сути, берег был тем же самым. Но там, за валуном, никто не любил плавать. Это был чаще всего безлюдный кусочек берега, такой тихий песчаный уголок, отделённый валунами от пляжа и густыми зарослями мангры. Приближаясь, Дейв чувствовал свежий запах крови, сырой рыбы, солёной воды. Словно он снова вернулся в ту ночь, когда нашёл тело Бьянки.

Берег выглядел так безмятежно, словно ничего и не было. Солнышко так и играло в тихих лазурных волнах, песок, ровный и гладкий, сиял золотистыми отливами под жаркими весенними лучами. Густые кусты мангры были такими изумрудными, безмятежными, так и хотелось лежать здесь на песке, нежится на солнышке, вдыхать запах океана и морской воды, и не думать ни о чём. Но Дейв здесь был не для этого.

Валун, отделяющий место преступления от пляжа, был огромен и полон разных выступов. Дейв нашёл самый удобный выступ, камеру было почти не видно, а как зайдёт солнце, пляж будут освещать лишь фонари, и вовсе будет незаметно, что кто-то снимает. Дейв быстро набрал Криса.

- Видно? Я всё установил, - сказал он.

- Да, отлично, - ответил Крис. – Будем надеяться, что будет светло. Кстати, что там по фонарям?

- Их много. Думаю, нам хватит этого света.

- Отлично.

- Всё, я побежал, мне пора!

- Давай.

И Дейв быстро вернулся на тренировку, словно ничего и не было.

***

Сумерки спускались, и городок оживал. День дождя – праздник, объединяющий всех, создающий такую весёлую атмосферу, что она, подобно цунами, накрывает всех вокруг хорошим настроением. Пляж наполнялся людьми в национальных нарядах Мараксу: яркие рубашки с геометрическим орнаментом, топы и юбки из листьев, венки из цветов, широкие льняные брюки с изображением ярких птиц, платья из лазурного шёлка – ткани, которую делают только здесь, на Мараксу, - с изображениями бабочек, цветов, узоров в виде волн. Остров гудел, шумел, наполнял своей чистой счастливой энергией всё вокруг.

Ровно в восемь вечера, когда солнце уже почти скрылось за горизонтом, повсюду загорелись фонари, музыка прекратилась. На сцену вышла Зендея Лоуфи – директор местного краеведческого музея, настоящий спец по истории острова. Мисс Лоуфи была темнокожей женщиной лет пятидесяти, закрашивала седые волосы в жгучий чёрный и убирала их в высокий пучок. Она была красавицей, элегантной женщиной, всегда сияющей в дружелюбной улыбке. Сейчас она стояла на сцене, сверкая в лучах прожекторов. На ней было ярко-голубое хлопковое платье с синим поясом, синие лаковые туфли, а на плечи был накинут ярко-оранжевый шарф с изображением небесных попугаев – редких птиц, которые обитают только на Мараксу.

- Приветствую вас, жители райского острова с райским названием – Мараксу! – сказала Лоуфи в микрофон. Народ начал кричать и аплодировать. Когда публика стихла, Зендея продолжила: - Сегодня великий традиционный праздник Мараксу – День дождя. В этот день мы не только приветствуем лето, первый тёплый дождь, но и отдаём дань великим традициям острова, тем людям, которым этот остров когда-то принадлежал, кого больше нет. По традиции, почтим память истории острова – вспомним, как же всё было.

Зендея отошла в сторону. Включился проектор, на огромный экран за спиной Зендеи вывели фильм.

Этот фильм видели все жители Мараксу, от мала до велика. Его показывают каждый год на День дождя, этот фильм – великое достояние острова, его история.

- Остров Мараксу был загадкой для многих путешественников, исследователей, мореплавателей, - говорил голос за кадром, пока на экране показывали остров с разных ракурсов. – Первая экспедиция, прибывшая на Мараксу, бесследно исчезла, отчего остров прозвали проклятым. Были вторая, третья экспедиция. Все они исчезали. Ни трупов, ни следов, ничего не оставалось от них. И вот, четвёртая экспедиция, под предводительство великого Фридриха фон Фейгеля, прибыла на остров, в 1618 году. Остров был пуст. Ни одной живой души, лишь дикая неизведанная природа вокруг. Экспедиция Фейгеля обнаружила несколько скелетов, принадлежавших дикарям, которые жили раньше на Мараксу. Выяснилось, что именно дикари стали причиной исчезновения предыдущих экспедиций. Выяснить про них удалось мало – лишь некоторые наскальные живописи, ткани, украшения дошли до нас. День дождя стал единственным настоящим достоянием из тех древних диких времён. Живописи на стенах пещер гласили, что раз в год дикие племена Мараксу собирались вместе и благодарили богов за ниспосланный им с небес тёплый дождь. Когда Фейгель вернулся и доложил всем о том, что видел, остров стал настоящим «яблоком раздора» нескольких стран. Пока Фейгель добирался домой, с других сторон уже приближались к острову другие путешественники. Так несколько европейских стран узнали о существовании острова с необычной природой и редкими живыми существами. Лидеры стран не могли решить, кому же в итоге будет принадлежать остров, пока не составили «Мирное соглашение Мараксу», и теперь каждый уголок острова принадлежит разным странам, а остров – является самым разнообразным, самым необычным по количеству культур и исторических событий.

Фильм закончился. Зендея снова вышла в центр сцены.

- Дорогие жители острова, хранители великой истории, наш праздник традиционно начинается с танца русалок. Мифы и легенды Мараксу гласят, что русалки – вечные жители острова, до сих пор они есть в нашем бескрайнем океане, просто прячутся от лишних глаз. Кто же знает, может, кому-то из нас посчастливится встретить когда-то настоящую русалку?

Зендея спустилась со сцены, и подошли девушки из танцевальной студии в костюмах русалок. Полли тоже должна была выступать сегодня, но всем было понятно – она не придет.

Пока Дейв с парнями готовился к выступлению в раздевалке, а Крис следил через камеру за местом преступления, Стив искал в толпе Тайлера Вуфера. Предварительно он нашёл в социальной сети аккаунт Тайлера и узнал, как он выглядит. Это оказался мужчина средних лет, с коротко стриженными каштановыми волосами. На фото постоянно улыбался, выглядел весьма дружелюбно. Из аккаунта было ясно, что он женат, живёт в Морадосе, у него есть дочь, работает механиком в хорошей автомастерской.

На острове стемнело, горели звёзды и фонари в виде факелов, такие всегда устанавливали на День дождя, чтобы полностью погрузиться в атмосферу древнего Мараксу. Отыскать кого-то в темноте было сложно, но Стиву это удалось. Он увидел Тайлера прямо у сцены, когда тот обернулся, разглядывая океан. «Русалки» ушли со сцены, и народ терпеливо ждал следующего выхода. Подойдя ближе, Стив увидел, что Тайлер не один. Рядом с ним была молодая девушка с золотисто-смуглой гладкой кожей, сияющей под светом фонарей. По ей спине струились чёрные, словно безлунная ночь, длинные волосы, собранные в множество афрокосичек. Стив не мог не отметить фигуру девушки, облачённую в традиционное для Мараксу льняное платье ярко-оранжевого цвета. Оно так обволакивало её мягкие нежные формы, что Стиву сложно было отвести взгляд.

- Здравствуйте, - сказал Стив, когда вспомнил, ради чего же он сюда подошёл.

- Здравствуйте, - Тайлер непонимающе посмотрел на добродушно улыбающегося Стива.

- Меня зовут Стив, я…

И тут Стив обратил внимание на спутницу Тайлера. Он увидел оливковые глаза, сверкающие под тёплым светом фонарей, пухлые губы, вздёрнутый нос, широкий лоб, ямочки на щеках. Это определённо она!

- Я бывший одноклассник вашей дочери, - договорил Стив. – Сандра, привет!

- О, Стив! – лучезарно улыбнулась Сандра, от чего ямочки на её щеках стали ещё милее.

Сандра Вуфер училась вместе со Стивом с начальной школы, но четыре года назад переехала. Никто не знал, куда. По правде сказать, Сандра была серой мышкой, полненькая, неуклюжая, с прыщами и брекетами, она жутко комплексовала и мало с кем общалась. Её исчезновения, вообще-то, почти никто не заметил. Кто ж знал, что она станет такой! Словно модель с глянцевых журналов, с ярким макияжем и потрясающей фигурой. И почему Стив сразу не вспомнил эту фамилию?

- Рада тебя видеть, - сказала Сандра.

- Я тебя тоже. Как дела? Ты так изменилась!

Тайлер отошёл в сторону и скрылся в толпе. Но Стива это сейчас мало волновало. Он всё хотел смотреть на эти ямочки и глаза.

- Да, я… немного выросла, - беззаботно улыбнулась Сандра.

- Тебе идёт.

- Спасибо. Ты тоже неплохо выглядишь.

- Спасибо. Ты вернулась насовсем?

- Нет, я приехала к дедушке на каникулы. Я экстерном сдала все экзамены и приехала пораньше.

- Значит, уже закончила школу?

- Ага. Как у тебя дела?

- Да всё хорошо, ещё учусь.

- Как Дейв?

- Скоро увидишь его. Он сегодня выступает.

- О, он всё ещё ходит в сёрфинг-клуб?

- Конечно. Его оттуда не вытащить. Кстати, а куда делся твой отец?

- Не знаю, наверное, опять собачится с дедушкой. А что?

- Да я хотел спросить кое-что. А почему собачится?

- Честно, даже знать не хочу. Это их проблемы.

- Слушай, а не хочешь по мороженому?

- Давай.

Стив с Сандрой подошли к небольшому ларьку «Замороженные лакомства», за которым стоял неприветливый мужчина с чёрными усами, не то грузин, не то армянин. Взгляд его маленьких глаз, словно крысиных, западал в душу. А лицо выражало какое-то непомерное отвращение, словно все вокруг заражены чумой. Даже смотреть на него было жутко.

- Тебе какое? – непринуждённо спросил Стив, словно не хотел прямо сейчас убежать подальше от пронзающего взгляда мороженщика. «Не удивлюсь, если убийца – он» - промелькнуло в голове Стива.

- Малиновое в стаканчике, - ответила Сандра. Она не смотрела на мороженщика и не замечала испуга Стива, словно она думала о чём-то хорошем, наслаждалась праздником, не замечая над собой мужчину с видом жестокого убийцы.

- Малиновое в стаканчике и шоколадный рожок, пожалуйста.

Мороженщик молча выполнил заказ и подал Стиву терминал для оплаты. Как только Стив оплатил, мороженщик снова поднял взгляд и продолжил смотреть ему в глаза так, словно хочет прикончить.

- О, кажется, начинается выступление сёрферов! – сказал Стив и поспешил увести Сандру подальше от жутковатого дядьки.

Сандра и Стив стояли неподалёку от берега, даже брызги волн порой долетали до них. Океан был черным, притягивающе загадочным, в воздухе витал свежий запах солёной воды и ароматных закусок, которые жарили неподалёку в мангале.

Парни начали своё выступление. Все они были в одинаковых серебристых шортах, на запястьях красовались браслеты из ракушек. Их завораживающие спортивные манёвры, выполняемые с присущей им грациозностью и лёгкостью, притягивали к себе восторженные взгляды. Толпа смотрела, не отрываясь. Стив не уставал аплодировать и свистеть, чтобы поддержать брата. Пока взгляд его не заметил в стороне отца.

Дональд был в оранжевой футболке с изображением маленького островка с пальмочкой в центре и подписью «Мараксу», в пляжных шортах, с аккуратно уложенными каштановыми волосами с лёгкой сединой. В его руке был бокал холодного кокосового пива, а рядом с ним стояла чуть полная женщина средних лет в платье, напоминающем гавайскую рубашку. Взгляд Стива зацепила улыбка Дональда, лучезарная и искренняя, та, которой давно он не видел на лице отца. И улыбка эта была адресована не сыну, который притягивает взгляды на грандиозном выступлении, а какой-то женщине.

Может, она свидетель? Какой-то важный человек в расследовании? Ведь отцу нужно делать вид, словно он простой обыватель на празднике. Может, поэтому он так непринуждённо общается с ней? Но эта улыбка не давала покоя Стиву. Он много лет ходил с серьёзной миной, вымученными морщинами на лбу, нахмуренными бровями, улыбаясь лишь изредка, и то как-то мельком, как-то не по-настоящему, а тут стоит и радуется, как ребёнок. Стив не верил, что у отца вдруг неожиданно появилось искрометное актерское мастерство, благодаря которому он так себя ведет, и потому столь искренняя улыбка раздражала его. В конце концов, можно было улыбнуться Дейву, который так старается сейчас на выступлении на главном празднике острова. Вся толпа завороженно смотрит на него, восхищается им, кричит и аплодирует, а родной отец улыбается какой-то тётке в расписной рубахе!

- Стив, смотри! – нежный голос Сандры отвлёк Стива от ревностных размышлений. Стив повернул голову. Все трое сёрферов мастерски исполняли трюк, верхом на крутой тёмной волне. Стив снова начал свистеть и аплодировать. Парни завершили выступление.

- Красавчик, бро! – восторженно сказал Стив, дав брату «пять».

- Спасибо. Было круто, мне и самому понравилось, - улыбнулся Дейв. По его волосам, лицу, торсу стекали капли солёной воды, он был раскрасневшимся и запыхавшимся, но очень воодушевлённым.

Все эти дни Дейв не переставал думать о Полли. Он думал о том, что они по-другому могли провести время на вечеринке. Много о чём им можно было поговорить, да и он мог быть не настолько трусливым перед всепоглощающим огнём её глаз. Думал о том, как тяжело ей сейчас. Как ему хочется быть рядом, помочь, поддержать. Но как найти слова? Как прийти к её дому, когда ты ей никто? И вот сейчас, когда состоялось столь грандиозное выступление, Дейв наконец смог хотя бы ненадолго отпустить тревожные мысли. Вода всегда его успокаивала, наполняла своей энергией, очищала мысли шумом волн.

- Да, вы молодцы, справились просто супер. Кстати, познакомься, - Стив чуть отошёл, и Дейв увидел его спутницу. – Это Сандра Вуфер, моя бывшая одноклассница. Несколько лет назад она переехала в Морадос, сегодня решила посетить праздник.

- Очень приятно, я Дейв, - улыбнулся Дейв.

- Взаимно, но я тебя знаю. Когда я здесь училась, о тебе много кто говорил. Ты же постоянно участвовал в соревнованиях по плаванию и сёрфингу, помню, твои фото висели на стенгазетах, доске почёта, да и по телевизору тебя показывали, - улыбнулась Сандра. – Стив прав, вы потрясающе выступили.

- Оу, не знал, что я так популярен, - рассмеялся Дейв и покраснел от смущения. – Спасибо.

- Вы пока поболтайте, я ненадолго, - сказал Стив и отошёл.

Он направлялся прямиком к отцу, ему не терпелось узнать, что это за женщина рядом с ним, и почему отец так подозрительно счастлив. Подойдя ближе, Стив услышал, как они радостно смеются. И что за повод у отца смеяться? Развод? Куча трупов?

- Привет, пап, - сказал он с серьёзным видом, демонстративно не смотря на его спутницу.

- Привет, Стив, - с улыбкой ответил отец. – Это моя коллега по работе, Кэтрин Нолан. Это мой сын Стив.

- Очень приятно, - сухо ответил Стив и смерил Кэтрин слегка презрительным взглядом.

- Мне тоже, - улыбнулась Кэтрин. – Донни, мне нужно отойти в дамскую комнату, я скоро вернусь.

- Хорошо, - ответил отец.

Стива возмутило обращение Кэтрин. «Донни»! Фу, какая гадость. Словно он какой-то милый парень-подросток, а не мужчина с почти седой головой!

- Пап, ты позвонил маме? – спросил Стив.

- Сегодня не было времени, вечером позвоню, - Дональд изменился в лице. Его лучезарная улыбка куда-то вдруг пропала вместе с Кэтрин, лицо стало серьезным.

- Кэтрин, значит, твоя коллега?

- Да. Она юрист.

- Она тебе нравится?

- Что за допрос, Стив? – Дональда возмущали вопросы сына, он вновь нахмурил брови.

- Просто интересно. Если ты променял маму на неё, я должен знать.

- Во-первых, никто не променял твою маму. Во-вторых, я сам решу, что ты должен знать, а что нет. Моя личная жизнь тебя никак не касается. Если я рассказал тебе о своём решении касательно мамы, это ещё не значит, что ты достаточно взрослый, чтобы знать абсолютно всё. И нет, с Кэтрин у нас ничего нет. Разговор окончен.

Стив поджал губы. Его злил этот монолог отца. Ему хотелось много чего сказать, но он знал, что так нельзя. Отец страшен в гневе, да и ругаться с ним совсем не хотелось. Стив привык с раннего детства, он – старший сын, он не должен доставлять проблем, должен быть взрослым и понимающим.

- А где Дейв? Они что, уже выступили?

- Да, - буркнул Стив и ушёл.

Праздник шумел всю ночь. Стив, Дейв, Сандра и парни из сёрфинг-клуба почти всё время держались вместе. Участвовали в весёлых конкурсах, втихаря пили кокосовое пиво, ели мороженое и купались в океане. Чем больше Стив общался с Сандрой, тем больше его завораживали её глаза, голос, блестящая кожа. К тому же, она оказалась очень интересной. Рассказывала, как ездила с дедушкой в Италию, участвовала в конкурсе талантов на Морадосе, ходила на вечеринки. Стиву хотелось слушать её постоянно.

К утру Стив и Дейв плелись домой. Слегка пьяные, уставшие, но весёлые. Хотя Стиву, на самом деле, домой идти не хотелось. Он всё ещё злился на отца, переживал о маме.

В кармане шорт зазвенел телефон. Стив ответил на звонок, на экране появилось лицо Криса, с красными глазами и взлохмоченными чёрными волосами.

- Ребят, я всю ночь следил за камерой, - тараторил Крис, в его голосе явно была слышна тревога. – Я знаю, кто убил их всех!

Глава 4. Главный подозреваемый и новый труп.

Крис отправил Стиву видео-файл со скрытой камеры, и первым делом парни включили ноутбук, чтобы всё посмотреть, всё еще находясь на связи с Крисом.

На видео был отчетливо виден берег океана. Было светло, это время, когда Дейв только установил камеру. Отмотав вперёд по просьбе Криса, парни увидели уже сумерки, а затем – почти кромешную ночную темноту, едва освещаемую доходившим светом фонарей-факелов. Волны вздымались и опускались, вода чернела под ночным небом. Тишина. Вдруг на берегу появился силуэт – высокий крупный мужчина в коричневой бандане, с чёрными усами. Он стоял на берегу и оглядывался, пытаясь убедиться, что никого нет.

- Мороженщик! – в один голос воскликнули парни.

- Смотрите дальше, - спокойно сказал Крис.

Мороженщик снял с себя одежду, оставшись в нижнем белье, сложил одежду у камня и нырнул в воду.

- Время на камере – час ночи. Киоск как раз закрылся, - заметил Дейв.

Мороженщик чуть проплыл и окончательно скрылся под водой. Тишина. Лишь всё тот же безлюдный тёмный берег.

- Отмотайте на три часа вперёд, - сказал Крис.

Парни так и сделали. Стало лишь чуть светлее, но идеальной видимости, как при дневном свете, всё ещё не было. В воде появилось что-то чёрное и округлое, напоминающее голову. Голова наполовину торчала из воды, в темноте чуть поблёскивали её глаза, она была так неподвижна, словно не принадлежала живому существу.

На берегу показалась собака породы хаски, взрослая, с волочащимся за ней поводком. Она весело виляла хвостом и обнюхивала всё вокруг.

- Я помню, это Плюша, собака Гроувов, - сказал Стив.

- Да, точно, - ответил Дейв.

Голова в воде чуть приподнялась. Собака увидела это и начала громко лаять в её сторону. Подбежала девочка лет двенадцати на вид, в лёгком платье.

- Плюша, вот ты где! Пошли домой, - сказала она, но собака не переставала лаять. Девочка посмотрела туда, куда лает собака. Было видно, что девочка не может ничего разглядеть, она долго всматривалась. – Да что там такое, Плюша?

Голова поднялась выше. Показался чёрный силуэт с длинными волосами. Кто-то стоял в воде по пояс, всё ещё неподвижно, смотрел на девочку с собакой.

Плюша заскулила. Девочка громко завизжала, собака понеслась прочь, девочка держалась за поводок и побежала за ней, едва успевая. Силуэт резко нырнул в воду и исчез.

Дальше светало. Изредка появлялись полицейские в гражданской одежде, непринуждённо гуляющие по пляжу, желающие поймать убийцу. Но ни убийцы, ни трупов на берегу не было.

- Что это за хрень?! – воскликнул Дейв.

- Русалка, - спокойно ответил Крис.

- Крис, какая к чёрту русалка?! – возмутился Стив.

- У тебя есть ещё варианты? Напомню – то место, где стоял силуэт, достаточно глубокое. Чтобы вот так там стоять, рост должен быть выше двух метров. Много ты таких людей встречал? Светящиеся глаза, неподвижный силуэт. А сколько времени голова наполовину торчала из воды? Она не дышала. Будь ты повнимательнее, заметил бы, что нос её был под водой всё это время.

- Думаешь, она убила мороженщика? – спросил Дейв.

- Думаю, мороженщик и есть русалка, - заметил Крис.

- Почему? – спросил Стив всё ещё со скепсисом в голосе.

- Он так и не появился из воды. Русалка оставляла трупы на берегу. Видимо, ей не нужны тела, только кровь. А трупа мороженщика нет.

- Но у неё были длинные волосы, - заметил Дейв.

- А ты видел других русалок? Когда я изучал эту тему в мифологии, было сказано, что русалки могут менять свой облик. Некоторые изменяются под водой, а на суше выглядят иначе, а некоторые вообще могут постоянно меняться.

- Этому должно быть разумное объяснение, - сказал Стив, отказываясь верить в русалок.

- Чем тебе это – не разумное объяснение? Наш остров мало изучен, лет ему не так много. Да и в нашей истории есть русалки, если ты не помнишь. Хочешь сказать, что дикари, не умеющие читать, не знающие мифов и легенд, просто выдумали их и всё? Они наверняка видели их и хотели передать свои знания с помощью рисунков в пещерах.

- Звучит логично, - заметил Дейв. – В любом случае, Стив, нам надо проверить мороженщика и опросить Алию Гроув.

- Да, ты прав.

- Я пока продолжу следить за камерой. Может, ещё что увижу. Кстати, Стив, ты говорил с Тайлером? - сказал Крис.

- Нет. Увидел его один раз, успел только поздороваться, и он пропал.

- Зато он отлично провел время с его дочкой, - рассмеялся Дейв, а Стив с легким укором и улыбкой посмотрел на него.

- Оу, симпатичная? – засмеялся Крис.

- Нормальная, - сухо ответил Стив с едва скрываемым смущением. – Она сказала, что у Тайлера какой-то конфликт с ее дедушкой, его отцом. И, как я понял, весь праздник Тайлер где-то ругался с отцом.

- Понятно.

Звонок закончился, парни разошлись по комнатам. Стиву в голову на место мыслей о русалках приходили мысли о маме и папе. О его предательстве, о его непонимании. Но усталость сказалась на парнях: они быстро вырубились под рассветными лучами солнца.

***

Дональд проснулся рано. Хотя лёг он спать позже обычного, чёткий режим, которому следовал он уже много лет, давал о себе знать. Он умылся, заварил кофе и сел на кухне наблюдать, как просыпается городок под тёплыми солнечными лучами. Кое-где, в кустах, на деревьях, всё ещё блестела чешуя, словно капли серебра украшали и без того восхитительную местную природу.

На кухне пахло кофе, а с улицы доносился аромат цветущих астр. Что может помешать такому чудесному воскресному утру? Только тревожные мысли, неустанно роящиеся в голове, словно возбуждённые пчёлки.

Дональд смотрел на экран телефона с аватаркой жены. Вот она. Красивое улыбающееся лицо, слегка загорелое, его обрамляют осветлённые гладкие волосы, стриженные под каре, на её фоне – тёплый закат. Закат то ли в Рио, то ли в Канаде, где она недавно была. Потрясающий вид, не менее потрясающая – она. Да, она всегда выглядела, как с обложки. Ведь она представляла целый журнал, и потому не могла предстать в худшем свете. Всегда ухоженная, всегда «при параде», всегда с улыбкой.

Прошла минута. Две. Не то палец Дональда дрогнул, не то он так и хотел: он быстро нажал кнопку «вызов». Гудок сменялся гудком, снова и снова. И с каждым новым гудком в сердце Дональда усиливалось желание, чтобы она не взяла трубку. Пусть будет занята, берёт интервью, проводит презентацию, что угодно… Он так не хотел сейчас говорить.

- Алло, - на экране появилась Джоанн. С патчами под глазами, без макияжа, волосы убраны назад ободком. На ней был мягкий белоснежный халат с эмблемой отеля. Её лицо выражало беспокойство.

- Привет, Джоанн, - слабо улыбнулся Дональд и виновато поджал губы.

- Привет. Что случилось? – Джоанн сказала это мягко, хотя сердце её забилось чаще. Она знала Дональда много лет, и понимала, что он хочет ей сказать.

- Ничего. Я хотел узнать, как дела…

Взрослый мужчина, который всегда хмурит брови и носит офисные костюмы, целыми днями видит трупы и остаётся непоколебимым – кто может лишить его внутреннего равновесия? Кто может заставить его бояться себя самого, собственных мыслей? Только жена. Жена, которая знает его лучше, чем он сам.

- Донни, ты не звонил и не отвечал на звонки почти неделю. Говори, что случилось.

- Я…

Тишина. Тишина давила, нагнетала. Дональду хотелось заёрзать на стуле, словно он неожиданно покрылся шипами. Его глаза бегали из стороны в сторону, словно он искал поддержки от кухонных приборов.

- Я хотел поговорить, - наконец выдавил он.

- Я понимаю. И понимаю, как это сложно. Я слушаю.

- Мне кажется, наши отношения… зашли в тупик.

- И как ты хочешь это изменить?

- Я не уверен, что нам стоит дальше быть вместе, Джоанн, прости. Ты ни в чём не виновата, ты потрясающая жена и мать, но я так больше не могу. У меня только работа-дом вот уже многие годы, парни давно выросли, ими заниматься не приходится, а больше у меня ничего нет. Я не хочу снова ждать тебя месяцами из командировок, сидеть дома и думать только о работе. Я устал. Мне скоро пятьдесят, я очень хочу просто пожить для себя.

- Я поняла. Донни, мне жаль это слышать, но я не буду тебя держать. Ты прав. Ты много лет отдал мне и сыновьям, ты много сделал для нас. Благодаря тебе я не ушла с головой в быт, у меня строится карьера, которая приносит мне массу удовольствия. Благодаря тебе наши парни – самые лучшие дети в мире. Я люблю тебя и именно поэтому отпускаю. Давай только не будем сейчас пороть горячку? Я приеду через пару недель, и мы всё обсудим вживую, если твоё решение останется прежним – идём разводиться. Договорились? Нужно же еще решить, как сообщить это мальчикам.

- Я говорил со Стивом. Он спокойно отнёсся. Они уже взрослые, всё понимают.

- Ты говорил об этом со Стивом без меня? Но почему?

- Мы мужчины. Я могу подобрать нужные слова, объяснить всё. Не переживай, я же говорю: он понял.

- Донни, тут дело не в вашей половой принадлежности. Мы должны были объяснить всё вдвоем!

- Что сделано, то сделано.

- Ладно, - вздохнула Джоанн. – Скажи честно. Обещаю, отреагирую спокойно. У тебя кто-то есть?

Дональд замешкался. Джоанн, как настоящая журналистка и настоящая жена, всегда знает, что спросить и когда.

- Не совсем, я просто… познакомился недавно и…

- Я поняла.

- Нет, я не изменял, честно, я…

- Я поняла, Донни. Извини, мне надо идти.

Звонок прекратился. В конце разговора лицо и тон Джоанн были такими равнодушными, словно Дональд говорил с чужим человеком. И, казалось бы, она не кричала, не ругалась и не плакала, но на душе его было такое тяжкое чувство вины, словно он растоптал всю её жизнь.

***

Дейв проснулся в обед. Голова болела, встать с кровати было трудно. Долгие бессонные ночи, изнурительное выступление, куча переживаний – всё склеилось в один большой ком, который давил на Дейва, окончательно придавливая его к кровати. Он собрался с силами и спустился на кухню. На столе стоял недопитый холодный кофе отца. Странно. Такой перфекционист, как Дональд Дженовски, не оставляет за собой немытых чашек.

Дейв поставил кружку в раковину и включил кофеварку. Солнце светило ярко, освещая всю кухню. Дейв щурился – глаза ещё не привыкли к яркому свету после долгого сна. В голове всплывали образы. Русалка, восстающая из воды, испуганная девочка… Неужели это правда? Русалки существуют и убивают людей? Это было каким-то кошмарным сном, бредом от выпитого алкоголя, чем угодно, но не правдой.

После кофе Дейв понял, что давно не ходил на пробежки. Обмякшее уставшее тело его совсем не радовало, а пробежка неплохо помогла бы взбодриться. Он поднялся в спальню, надел майку, шорты, кроссовки для бега, большие серебристые наушники с энергичной музыкой и отправился на улицу.

Бег под палящим солнцем не сильно прибавлял энергии, но Дейв не хотел останавливаться. Пусть бег не спасал тело – зато спасал разум от вороха мыслей о русалках и смерти.

Морской воздух приятно щекотал нос. Зелёные кустарники и деревья вокруг так и сияли под палящими лучами жаркого почти летнего солнышка, тут и там блестела забытая всеми чешуя. Остров жил своей жизнью, словно нет никаких убийств, никаких монстров, прячущихся в темноте под водой. Вокруг царила гармония. Птицы щебетали на ветках деревьев. И пусть Дейв не слышал их звонкие голоса из-за музыки, он знал – они здесь, совсем рядом, такие милые и радостные, словно дети.

У дома Гроувов Дейв остановился и снял наушники. Парня не было видно из-за высоких кустов, но он отчетливо увидел, что во дворе дома Гроувов стоит полицейский, а рядом с ним – Алия. Дейв тихонько подошёл ближе, прячась за кусты, и напряг всё тело, словно это бы помогло усилить слух. Его громкое сбитое дыхание мешало, он пытался его усмирить, и наконец услышал обрывки разговора.

- Значит, ты видела морское чудовище? – спросил серьёзным тоном полицейский, записывая что-то на листе.

- Да-а-а, оно было вот тако-ое! – девочка говорила не с испугом, скорее, с интересом. Она подняла руки высоко и даже встала на цыпочки, чтобы убедить полицейского, что чудовище действительно было огромным.

- Как оно выглядело?

- Большое, чёрное, со светящимися глазами и длинными волосами.

- Оно было похоже на человека?

- Немного. У него был нос, рот и длинные руки. Но всё тело было чёрным и каким-то странным, как кожа у крокодила.

- Сморщенным?

- Да. И в маленьких бугорках.

- Что делало чудовище?

- Просто стояло и глазело на нас с Плюшей. Оно хотело напасть! Но я храбро защитила Плюшу и привела её домой! – воодушевлённо говорила Алия. Было ясно, что она хотела предстать перед полицейским храброй защитницей, а не маленькой трусишкой, а потому слегка приукрашивала историю.

- Как защитила? Что ты сделала?

- Ну… Я… Я сказала чудовищу: «Отстань!». Вот так, громко! Оно испугалось и уплыло.

- А как оно плавало?

- Не знаю. Оно просто исчезло под водой и уплыло.

- Что ж, отлично. Спасибо, миссис Гроув, - улыбнулся полицейский. Алия явно была польщена его улыбкой и таким «взрослым» обращением.

Дейв побежал домой. Ему не терпелось рассказать Стиву и Крису о том, что услышал. Но по дороге он вспомнил о «подозреваемом». Дейв свернул к пляжу, к фургончику с мороженым. Но за прилавком стояла пожилая женщина в круглых очках и панамке с бананами.

- Здравствуйте, - улыбнулся Дейв.

- Здравствуйте, молодой человек, - женщина по-доброму улыбнулась. – Какое вам мороженое?

- Нет, спасибо, я хотел узнать, куда делся мужчина, что обычно торговал здесь.

- Мистер Кипиани? Он приболел. Позвонил мне сегодня, слёг с температурой после праздника. А что такое? Так нравилось, как он продаёт? – женщина продолжала улыбаться, тепло и непринуждённо.

«Ага, конечно. Особенно нравился его злобный взгляд» - подумал Дейв, но вслух сказал:

- Ага. А где он живёт, не подскажете? Я бы принёс ему гостинцев.

- О, не стоит. У него большая семья, о нём есть кому позаботиться. Но, если уж так хотите, то по улице Спарор, дом тридцать четыре.

- Спасибо!

- Да не за что.

И Дейв побежал домой.

Мысли так и кружили в голове: надо поскорее рассказать всё Крису и Стиву! Но дома была тишина. Заглянув в спальню брата, Дейв обнаружил, что Стив всё ещё мирно спит в своей кровати. Тогда Дейв пошёл в душ. Прохладная вода стекала по телу, сквозь маленькое окошко над ванной пробивался яркий солнечный свет.

Откуда на острове могли взяться настоящие русалки? Дейв вспомнил, как в детстве обожал читать местные мифы и легенды, даже сочинял по ним маленькие рассказы. Как мальчик-русал мечтал стать человеком, как в обычной семье родилась девочка с крыльями бабочки… Местные мифы и легенды отличались от остальных. Помнится, русалки Мараксу изображались жестокими существами, которые могли менять облик на человеческий, когда находились на суше. Истории про русалок рассказывали детям, чтобы те не заходили в воду ночью либо без присмотра родителей, не садились в машину к незнакомцам. Это были сказки, призванные научить детей безопасности. Что, если именно в истории острова кроется ответ на главный вопрос?

Дейву быстро вспомнился монолог миссис Лоуфи на празднике. «Русалки до сих пор живут среди нас…». Точно! Нужно идти в краеведческий музей, поговорить с миссис Лоуфи и узнать как можно больше!

Выбежав из душа, Дейв натянул футболку и шорты на влажное тело, взял в комнате Стива ключи от машины и поехал к музею.

Музей находился в центре города. Ехать около получаса. Огибая улицы, полные ярких ароматных кустарников и высоких пальм, традиционные для Мараксу дома в виде ракушек, Дейв выехал к центру, где частных домов почти не было, стояли серые многоэтажки, бросались в глаза яркие фасады зданий, рекламные баннеры, офисные здания с огромными окнами. Город отличался необычной колоритностью: лишь центр выглядел урбанистическим, по всей окраине города архитектура зданий чтила местные традиции. Это и дома-ракушки, и пляжные домики-бунгало, и округлые формы, и традиционные блестящие жемчужные оградки. Здание музея было построено давно, оно отличалось от минималистичных городских построек своей исторической аутентичностью: небольшой домик округлой формы, из светлого дерева, с маленькими арочными окошками и массивными белыми дверьми.

Внутри же был выполнен современный ремонт. Мягкие ковры, тёмный ламинат, жалюзи, лишь древнейшие экспонаты добавляли атмосферы древности этому месту. За стойкой стояла молодая девушка с высоким хвостом, с серьёзным видом перебирающая бумаги.

- Здравствуйте, - сказал Дейв.

- Здравствуйте, - ответила девушка, отодвинув бумаги в сторону.

- Мне нужно поговорить с миссис Лоуфи.

- Она на втором этаже, кабинет двенадцать.

- Спасибо.

Дейв поднялся на второй этаж, где не было залов и экспонатов. Только узкий коридор и кабинеты. Он нашёл двенадцатый кабинет и постучал.

- Войдите, - послышался голос Зендеи из кабинета. Дверь со скрипом открылась, Дейв вошёл. Зендея сидела за письменным столом в очках. На её голове был, как и вчера, аккуратный высокий пучок чёрных волос, она была в лиловом офисном комбинезоне. – Здравствуйте.

- Здравствуйте, миссис Лоуфи. Меня зовут Дейв, я хотел обратиться к вам за помощью в школьном литературном проекте, - ловко соврал Дейв. – Мне нужно написать произведение, основанное на истории Мараксу. И я зашёл в тупик. Я знаю, что вы большой специалист в истории острова, прошу вашей помощи.

- Так, и в чём же тупик? – Зендея чуть придвинулась и внимательно посмотрела на Дейва. История была её самым любимым занятием, и комплимент Дейва не мог остаться незамеченным.

- Русалки. Они чаще используются в мифах как злобные духи-оборотни, но это больше похоже на детскую сказку. При том, дикари, изначально населявшие Мараксу, действительно верили в их существование. Какими были русалки в их представлении?

Дейв сел напротив Зендеи. Она задумалась.

- Знаешь, есть много чего интересного в истории тех племён. Я могу посоветовать тебе книги из местной библиотеки, которые тебе помогут. Но, сразу оговорюсь, история острова весьма неоднозначна.

- Почему?

- Понимаешь, жители Мараксу, те самые «дикари», были на самом деле весьма цивилизованными для того времени. У них были свои законы, правила, свой язык. Наши учёные долго пытались его расшифровать, и смогли. Существует «предзнаменование». Дикари верили, что могут видеть будущее, и составили предзнаменование. Расшифровка его была примерно такой: «Русалки, бессмертные и всемогущие, будут везде. Они не исчезнут, они будут править островом. Когда будут другие люди, русалки будут жить под водой. Такова воля богов. Но им нужна будет человеческая кровь, чтобы вернуться через много лет и снова править островом». Перевод может быть ошибочным, так как ни одного носителя языка Мараксу не осталось, переводили, как могли, что называется.

- Человеческая кровь?

- Да. Русалки Мараксу питались человеческой кровью, а также использовали эту кровь для жертвоприношений. Точно неизвестно, в каких богов они верили, но считалось, что русалка – благословленное богом существо. Мол, если принести достаточно жертв, то боги благословят и даруют русалочий облик, а вместе с ним – бессмертие.

- Понял, спасибо. А где можно увидеть изображения, тексты этого предзнаменования?

- В центральной библиотеке есть книга «Тайны Мараксу». Там подробно описывается это все.

- Большое спасибо, миссис Лоуфи!

- Да не за что, Дейв.

Попрощавшись, Дейв ушёл, погружённый в раздумья. Он спустился в холл и увидел в дверях очень знакомое лицо.

- Привет, Дейв! – улыбнулась Полли.

Она была такой же, как и всегда: пухлые румяные щёки, насыщенные голубые глаза, высокий хвост, лёгкий макияж, шёлковое платье переливалось цветами от сиреневого к голубому. В её руках была маленькая сумочка жемчужного цвета.

- Привет, - улыбнулся Дейв. Он слегка покраснел. Он не знал, что сказать. Нужно ли затронуть тему Бьянки? Или это будет грубо? Просто спросить, как дела? Но как могут быть дела у человека, который недавно похоронил сестру? Глупый вопрос.

- Как дела? – начала Полли.

- Всё хорошо. Как у тебя?

- Налаживается. Вчера были похороны, - лицо Полли погрустнело, она отвела взгляд в сторону. Но потом, словно стряхнув с себя груз воспоминаний, снова посмотрела на Дейва и слабо улыбнулась. – Справляемся.

- Полли, я хотел прийти, поддержать, но…

- Я понимаю. Мы не так близки, да и сложно подобрать слова. Не переживай. В нашей семье не принято показывать всем, что мы чувствуем. Мы редко кого пускали в гости, и даже на похоронах было мало людей. Так что, Дейв, не думай об этом.

- Ладно.

- Как выступление на Дне дождя? Я слышала, все просто в восторге.

- Да? Мне понравилось. Мы хорошо подготовились, и в целом, выступление вышло неплохим.

- Ты как всегда скромничаешь, - усмехнулась Полли. – Слушай, мы так и не смогли поговорить на вечеринке. Меня постоянно кто-то отвлекал. И сейчас мне нужно идти, я пришла сюда к тёте по делу. Давай встретимся завтра после школы?

- Д-да, конечно, - Дейв мысленно проклинал свою неуклюжесть в разговоре с Полли. Именно с ней он так терялся, так переживал, так глупил…

- Отлично. До завтра!

- До завтра!

Дейв летел по ожившему городу. Обед воскресенья – что может быть приятнее? Яркое солнце полудня освещает только проснувшихся горожан. Кто-то пьёт кофе во дворике, кто-то ухаживает за садом, кто-то уже мчится по срочным делам. На ярких эмоциях после приятного разговора с возлюбленной Дейв приехал домой быстрее, чем до этого приехал к музею.

- Ты где был? – в прихожей стоял сонный Стив. Он был в одних шортах, каштановые волосы его растрепались, он явно только выполз из кровати.

- Я разговаривал с Полли, - улыбнулся Дейв. От воспоминаний о разговоре, о теплом голосе любимой, уши его и щёки покрылись лёгким румянцем, а улыбка сияла самодовольством.

- Ого! И как?

- Завтра после школы мы с ней встретимся.

- Ты позвал её на свидание? – Стив округлил глаза. Парни прошли на кухню, где Стив включил кофеварку.

- Не совсем.

- В смысле?

- Она предложила встретиться.

- Дейв, ты такой болван. Тебя уже девушка на свидание зовет!

- Ну какое свидание, Стив? – Дейв закатил глаза. Он жутко хотел на свидание с Полли, но поверить, что оно состоится вот так просто, он не мог.

- Что конкретно она сказала?

- Что мы так и не поговорили на вечеринке и предложила встретиться после школы.

- Это свидание.

- Нет.

- Почему ты так думаешь?

- Стив, ну посмотри правде в глаза. Она красивая, весёлая, талантливая, умная. Зачем ей я? У неё толпы парней, которые хотят с ней встречаться. Они гораздо лучше меня.

- И чем же?

- Всем. Ты видел, какие они? Крутые, постоянно в центре внимания. У них вечные тусовки, веселье, компании. Я целыми днями сижу дома либо плаваю. Мало с кем общаюсь. Я совершенно не такой, как они.

- Но с чего ты взял, что ей именно такие нужны? Заметь, при таком количестве поклонников, она ни с кем не встречается.

- Ну, она встречалась с Гарри.

- Это было в четвертом классе! Короче, Дейв, ты болван. Я не знаю, откуда у тебя такая низкая самооценка, но ты не прав. Сколько можно пускать слюни в её сторону и не действовать?

- Стив, я не могу так. Зачем мне что-то делать, если я ей не нужен?

- Если бы все думали, как ты, человечество бы вымерло.

- Отвали.

- Ты можешь сколько угодно сидеть и тупить, думая о том, какой же ты неподходящий для неё, но это никак тебе не поможет. Ты упускаешь девушку своей мечты из-за глупых комплексов. И да, пора бы уже принять тот факт, что Полли – не воздушная принцесса. Она обычная девушка. Да, красивая и талантливая. Да, ты ее любишь. Но она – обычный человек, как и ты. Руки и ноги, плоть и кровь, понимаешь? Ты можешь как испортить впечатление о себе, так и наоборот.

- И что ты предлагаешь?

- Взять всё в свои руки. Завтра на перемене предложи ей хорошее место, куда можно сходить. Веди себя раскованно на свидании. А после – поцелуй.

- Ну, это слишком опрометчиво и…

- Ты осёл.

- Отвали. От твоих оскорблений лучше не становится.

- Ну и ладно. Зато ты знаешь, что ты осёл.

Кухня наполнилась ароматом кофе. Стив наполнил кружку и отпил, наслаждаясь горячим кофейным вкусом.

- Кстати, я же был в музее, - вспомнил Дейв, желая сменить тему.

- Зачем?

- Я всё думал о русалках. В общем, я решил копнуть глубже.

Дейв рассказал Стиву то, что узнал от Зендеи Лоуфи.

- Ты хочешь сказать, что дикари Мараксу сейчас плавают в океане в облике русалок-кровопийц? – скептически спросил Стив.

- Слушай, я не говорю, что это непременно так. Но давай рассуждать логически: на камере был не человек. Либо человек, хорошо замаскированный под монстра. А если это так, то нам нужно искать того, кто увлекается всякими местными мифическими существами.

- Из таких я знаю только тебя и Криса.

- Очень смешно. Кстати, мороженщик пропал после вчерашнего. Его подменяет женщина, которая рассказала, что он болеет. И теперь я знаю его фамилию и где он живет.

- Вот это уже хорошо. Надо каким-то образом наведаться к нему.

- А ещё рассказать всё Крису.

- Я расскажу.

- Кстати, я слышал отрывок разговора твоего с отцом ночью. Ты не знаешь, что с ним происходит?

- Так ты же слышал.

- Я слышал, как вы обсуждали это «русалочье дело», но я думал, может он рассказал, что происходит у них с мамой.

- А что происходит?

- Мама звонила вчера. Она была такой расстроенной, но ничего не сказала. Точнее, сказала, что устала на работе. Мне кажется, это вранье. К тому же, папа какой-то странный в последнее время. Я даже иногда видел его в хорошем настроении! Просто так, без повода, представляешь?

- Слушай, они, наверное, разведутся.

- В смысле?

- В прямом. Отец сказал, чувства остыли, они уже не хотят быть вместе.

- Это плохо.

- Забей. Они разберутся и без нас. Это их совместное решение. Главное, что они оба этого хотят.

Этими словами Стив больше хотел убедить самого себя. Ему тяжело давалась мысль о разводе родителей, он уже мысленно винил в этом Кэтрин Нолан, но он не хотел погружать в эти мысли Дейва. Зачем Дейву забивать этим голову? Стив не хотел, чтобы брат испытывал те же душевные терзания, что и он.

- Ты прав.

Дейв приготовил завтрак на двоих: яичницу с помидорами, сыром и ветчиной. После вкусного сытного завтрака парни убрались на кухне и пошли по своим делам. Стив пошёл звонить Крису, обсуждать новости, которые принёс ему Дейв, а Дейв пошёл читать мангу. Но чтение давалось нелегко: все мысли возвращались к словам Стива. Впереди настоящее долгожданное свидание с Полли, и Стив прав: нужно каким-то образом побороть неуверенность в себе.

***

- Мороженщик знает, как ты выглядишь. Да и Дейва он тоже наверняка видел, - задумчиво сказал Крис, зажав между зубами шариковую ручку.

- Но он же не знает, кто мы, - сказал Стив.

- Допустим. Но под каким предлогом вы узнаете, что он делал вчера вечером и зачем ходил на пляж?

- Хм-м…

Парни задумались. Все мысли заходили в тупик.

- А что, если зайти не напрямую? – предложил вдруг Крис.

- В смысле?

- Попробую найти информацию о его семье. Скажи Дейву, пусть напишет его фамилию и адрес, наверняка что-то нароем.

Дейв быстро скинул Крису информацию, и Крис начал «рыть». Энтузиазму и любопытству парней не было предела – кто они такие, чтобы противиться судьбе и не искать убийцу? Дейв чувствовал себя в расследованиях, как рыба в воде. С детства он привык, что любовь нужно заслужить. Хорошими оценками, примерным поведением, отсутствием рисунков на обоях. Учёба шла хорошо, но не идеально. Соревнования родителям не были сильно интересны: они считали это баловством. О любви к написанию художественных текстов родители вообще не знали: это была маленькая тайна Дейва. Потому он не считал себя «выдающимся». Он знал: что бы он ни сделал, этого мало, чтобы тебя любили. И расследования всяких странностей вместе с братом грели душу. Адреналин, приключения, приятное напряжение в мозге, весёлое времяпрепровождение с братом – всё это помогало Дейву почувствовать себя нужным.

Крис не заставил себя долго ждать. Вскоре от него пришло аудиосообщение: «Геворг Кипиани, у него есть сын, Ахмед, ему пятнадцать. Он снимает стримы по разным играм, стрелялкам, в основном. Сегодня у него будет прямой эфир по «Фортнайт». Попробую там что-нибудь разузнать».

- Как он узнает, убил ли мороженщик кучу людей, на стриме его сына? – недоумённо спросил Дейв.

- Не знаю. Но это Крис. Иногда он делает то, что больше никто не может, - ответил Стив, пожав плечами.

Ближе к вечеру разыгрался лёгкий ветер, моросил тёплый дождь. В воздухе витал приятный запах дождя, мокрого асфальта, свежей травы, дикой мяты. Запахи то перемешивались, то аккуратно сменяли друг друга, переходя из оттенка в оттенок. Завтрашний день обещал быть таким приятным для Дейва… Но столько тревожных мыслей вертелось в его голове. Как все пройдет? Как себя вести? Как одеться? О чем говорить? Что она о нем подумает? Это всё не давало парню покоя.

Стив же в это время переписывался с Сандрой.

«Я раньше увлекался шахматами, но сейчас забросил», - писал Стив.

«Почему?» - спросила Сандра.

«Сейчас не до этого. Много времени уходит на учебу и подготовку к экзаменам».

«А чем вообще любишь заниматься?»

«Люблю слушать рок, кататься на машине, смотреть сериалы, и просто классно проводить время с близкими людьми»

«Это интересно»

«А ты?»

«Люблю гулять. Я так скучала по тихим прогулкам у побережья. Мне не хватало этого на Морадосе»

«Может, сходим погулять завтра?»

«Почему бы и нет»

«Я заеду после уроков»

«Не нужно. Я буду немного занята до пяти. Давай в пять встретимся где-нибудь?»

«Давай. Можем погулять по пляжу»

«Идеально»

Стиву несомненно нравилась Сандра. Ее непринужденная манера общения, маленькие черные косички, заливистый смех, округлые плечи, звонкий голос. С ней было беззаботно и легко, как ни с кем другим. О Дейве он привык заботиться, как о младшем брате. Крис – большой выдумщик. С ним не обсудишь все подряд, он быстро переключит тему на всякие детективные сюжеты, какие-то новые программы слежения, модификации игр. Зато сейчас есть Сандра. С ней легко проводить время, говорить ни о чем. И пусть Стив скрывает от нее свой небольшой секрет, разве ж это проблема? К тому же, было чувство, что и она что-то скрывает.

Звук входящего видеовызова раздался в комнате. Стив вздрогнул от неожиданности и подошёл к компьютеру. Это Крис. Стив нажал «принять вызов».

- Ты сейчас просто офигеешь! – воодушевленно сказал Крис. Когда он был в таком шокированном состоянии, он всегда тараторил, а глаза его бегали из стороны в сторону. Стив даже не успел ответить, как Крис продолжил: - Короче, Ахмед Кипиани вёл стрим. Я зашёл под левым ником, начал непринужденно ему писать и потихоньку подобрался к теме отца. Выяснилось, что злобный мороженщик вовсе не злобный, а вполне хороший дядька. Он содержит местный приют для животных, регулярно помогает детскому дому. В общем, настоящий добряк. Оказалось, он инвестор, и денег у его семьи немерено. Но когда-то давно его жена потеряла ребенка, и мистер Кипиани никак не может смириться с потерей, даже сейчас, когда у них уже пятеро здоровых детей. Потому он и продает мороженое, говорит, что любит смотреть на детскую улыбку, любит радовать малышей. А деньги уходят на семью и помощь детям и животным. В общем он очень добрый и хороший. Но! Ты не поверишь, Стив!

Дыхание Криса сбивалось. Он говорил так быстро, что просто не успевал за собственным темпом речи.

- Он умер, - сказал вдруг Крис. – Вчера он ходил после смены в киоске искупаться. Ахмед говорил, что папа очень любит по ночам купаться в океане, его это успокаивает. И после он заболел. Точно никто так и не понял, что произошло, потому что мистер Кипиани запретил вызывать скорую. Он думал, что это пустяк, он сможет поправиться самостоятельно. Прямо в прямом эфире встревоженная мама Ахмеда ревела и кричала, что он умер! Он просто вдруг перестал дышать. Вызвали скорую, но помочь ничем не смогли. Пока причина смерти выясняется.

- И всё это время шёл стрим?

- Да. Ахмед так взволновался, что напрочь забыл про компьютер. Улетел в комнату отца, и все было слышно. Сейчас подписчики шлют ему огромные донаты, чтобы поддержать.

- Какой кошмар… - сказал Стив.

Смерть мороженщика ошарашила Стива до глубины души. Ещё вчера он был главным и единственным подозреваемым, жутко злобным и мерзким дядькой из фильма ужасов, а сейчас он самый добрый и ранимый, самый семейный и отзывчивый человек. Но теперь Стив не сможет извиниться, сказать, что был неправ, думая о нем плохо. Не сможет снова взять из его рук мороженое. Не сможет поблагодарить, ведь, из-за таких, как Геворг Кипиани, в мире гораздо меньше больных собак, грустных и голодных детей… Всё изменилось в одну секунду, изменилось так, что нельзя ничего вернуть, нельзя ничего сделать. Лишь смириться. Человек с самой доброй душой и самым злым взглядом – мертв.

Из автобиографии.

Я работал всегда. Как иначе, когда растешь в семье бедных трудоголиков? Не отказывался ни от какой работы – грузчик, дворник, помощник на кухне, уборщик, сторож. Как только школа была позади, я поступил в колледж. Там, пока все парни цепляли девчонок на вечеринках и думали, как улизнуть ночью из общаги, я – работал. Днем, ночью, в любую освободившуюся минутку. Учеба шла не очень. Во-первых, мне не было интересно учиться на механика. Что в этих машинах и грязных гаражах такого, чтобы мои глаза горели, а сердце билось чаще? Но отец был непреклонен. И после поступления в колледж я не чувствовал себя независимым от родителей. Их голос, крики, удары – всегда звенели в моей голове и диктовали, в какую сторону двигаться.

В те редкие дни, что я приезжал к ним, уставал я еще больше, чем от непрерывного режима учеба-работа-сон. Даже будучи взрослым, я слушал от них упреки, ругань, нотации. К концу учебы я встретил того, кто помог мне изменить жизнь.

Дуглас Уэйт, если ты читаешь это, спасибо тебе.

Дуглас был смышленым и добрым парнишкой. Он был энтузиастом, в его глазах горел огонь, это то, что мне было нужно. Мы с ним быстро сдружились, у нас было много общего. Он тоже из бедной семьи и тоже хочет жить по-другому. Тогда мы решили открыть бизнес. Начали с простого и прибыльного: чинили телевизоры. Тогда они только начали появляться в домах, и ломались постоянно. Мы же решили, что раз можем починить старенький «Форд мустанг», то сможем и разобраться с пластиковой коробкой.

Можно было догадаться, что бизнес шел плохо. Те копейки, которые мы заработали, приходилось тратить на предметы первой необходимости. Тогда мы сделали то, чего делать было нельзя, но что принесло нам и деньги, и успех.

Мы взяли очередной заказ, это была милая семейная пара, весьма богатая. Нам повезло, что на время ремонта все ушли по своим делам. Так милая семейная пара осталась без ценных пожитков и доверия к малознакомым людям, а мы с Дугласом – при деньгах и с новым бизнес-планом.

Мы уехали в другой город. Сменили паспорта, забыли наши семьи, которые не ценили нас, бросили учебу. Открыли кафе, потом – сеть ресторанов по острову. Так я познакомился со своей новой занозой (в обществе это принято называть любовью) – Каролиной Вуфер.

Скажу честно и без прикрас – я был идеальным мужем. Я заваливал ее подарками, осыпал комплиментами, даже стихи писал. Когда она согласилась выйти за меня, я сразу поставил ряд условий. Никаких открытых нарядов, яркого макияжа, никаких споров и криков – я всегда прав, я мужчина, успешный бизнесмен, я не должен слушать домохозяйку. Никаких подружек, общение с мамой – по минимуму. Чем больше в окружении женщин – тем глупее будет жена, факт. Она должна готовить и убираться, ублажать меня всегда и везде, где бы ни попросил, быть покорной женой. В общем, требования были стандартными для любого нормального крепкого брака. Если я люблю эту женщину, как могу допустить другого исхода? Как могу разрешить ей выглядеть так, чтобы какие-то неотесанные мужланы на нее пялились, как могу допустить, чтобы она слушала каких-то подружек-неудачниц с глупыми советами о равноправии?

Каролина родила мне сына. До трех лет его воспитывала она, дальше – я. Как и любой нормальный отец. Моя цель была – вырастить настоящего мужчину.

Карьера моя к тому моменту достигала все больших вершин, и я уже подался в политику. Дуглас тоже решил стать политиком, это была его ошибка. Получилось так, что мы стали соперниками. Выберут либо его, либо меня, но выбор очевиден. Дуг, ты неплохой бизнесмен и хороший друг, но посмотри правде в глаза – ты не политик.

Дугласа посадили незадолго до окончания выборов. Видео, где он развлекается с аморальными женщинами в сауне, неожиданно утекло в сеть. За ним – вскрылись и другие преступления Дугласа. Конечно, он обвиняет в этом меня, но какой в этом толк, если я победил?

Глава 5. Свидания.

Тем же вечером парни вспомнили про камеру, забытую на месте преступления.

- Она наверняка уже разряжена, - сказал Стив.

- Либо её кто-нибудь нашел, - ответил Дейв.

- Нам нужно ее забрать.

- Давай сейчас, пока совсем не стемнело?

- Пошли.

Смеркалось. Лёгкий ветерок охлаждал, наполнял пространство ароматом мяты и лёгкой свежей сыростью после дневного дождя. Небо было серым, ещё тут и там ползали ленивые вечерние тучки.

Только обогнув валун у берега, парни увидели тень, силуэт человека, и спрятались за камнем.

Обдуваемая вечерним ветерком, в одном лишь купальнике, сверкая золотистой кожей под сумерками, в спокойную воду океана заходила Сандра. Она безмятежно шла, погружаясь всё глубже в воду.

Стив не мог поверить, что Сандра прямо сейчас так спокойно заходит в воду там, где совсем недавно поубивали кучу народу. Она бесстрашная? Или глупая? Или она не знает, что это место преступления? Или она…

Нет, этого никак не может быть. Абсолютно. Сандра – воплощение нежности и красоты. У неё наивный взгляд оленёнка, нежный голос и лучистый смех. Никак она не могла убить даже насекомое, что уж говорить о людях.

Парни замерли. Дыхание их было сбитым и частым, сердце стучало по ребрам так, словно вот-вот выпрыгнет из груди. Они старались быть тихими и незаметными, наблюдая за Сандрой, которая безмятежно плавала по бескрайнему океану.

Сандра плыла всё дальше. Бесстрашно она плыла, постепенно удаляясь из виду. Парни переглядывались и недоумевали: почему она плывёт так далеко? Почему ничего не боится? Вдруг они обнаружили, что девушка совсем пропала из виду. То ли из-за сумерек, которые всё больше окутывали тьмой прибрежный городок, не было её видно, то ли она действительно уплыла очень далеко, то ли просто нырнула в воду. Но вывод один – Сандры нет в поле зрения.

Парни вышли на берег, нашли камеру, которая была в морских брызгах и песке, и ещё раз посмотрели вдаль. Туда, где только что пропала Сандра.

- А что, если её убили? – вдруг спросил Стив. Ему было не по себе. Тревожные мысли сменялись одна другой, сердце все пыталось вырваться из клетки. Щеки покрылись пурпурными пятнами.

- Посреди океана?

- А как убивали остальных? Мы же не знаем. Вдруг ее прямо сейчас утащили под воду русалки?

- Ты же не веришь в это, - усмехнулся Дейв.

- Нельзя исключать ничего.

- Я понимаю, что тебе до безумия нравится Сандра, но давай смотреть правде в глаза: она просто далеко уплыла. И мы не можем сейчас просто поплыть за ней, это опасно.

- Но она же там плавает!

- Стив, нам нужно идти.

Стив уже готов был бросится в воду, спасать бедную жертву русалки, как Дейв, который немного отошёл, шёпотом позвал его:

- Эй, Стив! – Дейв заинтересованно выглядывал из-за валуна на другую сторону берега.

Стив подошёл и посмотрел. Там, вдалеке, плавала Сандра. Может, конечно, это была и другая девушка, было темно, силуэт был вдалеке, но, скорее всего, это была именно Сандра.

- Надо уйти незамеченными, - сказал Дейв.

- Пошли, - согласился Стив.

Парни ушли через кусты, окружающие безлюдный берег.

Ночь была тихой. Ветерок стих, и городок словно уснул, погрузился в приятную тягучую негу тьмы и спокойствия. Было даже слишком тихо. Словно весь мир замер, ожидая чего-то. И это что-то произошло.

Стив проснулся от того, что в соседней комнате послышалось громкое копошение, вместе с недовольным голосом отца:

- Ещё один труп? На том же берегу? – голос был хриплым, Дональда вырвали из прекрасного крепкого сна неожиданным ночным звонком. – Личность установлена? Причина смерти? Время? Еду.

Стив лежал в постели, не шевелясь, не подавая виду, что он проснулся. Дональд же быстро натянул свой костюм и помчался на место преступления. Стив побежал в комнату брата.

- Там ещё один труп! – кричал Стив, пытаясь разбудить брата.

- Что? Где? – непонимающе спросил Дейв, пытаясь разлепить непослушные глаза.

- На том же берегу! Я слышал разговор отца из комнаты. Идём!

- Стив, нам завтра в школу…

- А если это Сандра?

Дейв посмотрел в глаза брата. Они были наполнены глубоким чувством переживания. Дейв понимал, что брат влюблён и сейчас не на шутку переживает за жизнь своей возлюбленной. Он знал: случись что-то с Полли, Стив непременно сделает все, чтобы помочь ей и Дейву, потому что понимает чувства брата.

- Идём.

Дейв и Стив быстро натянули футболки, оставшись в пижамных штанах, накинули кроссовки и вышли. Лёгкая прохлада пробежалась по их сонным телам, покрыв их мурашками и мелкой дрожью. Аромат мяты врезался в нос. Парни побежали вниз, к берегу. Они аккуратно залезли в кусты и приблизились к месту, оцепленному полицией.

Повсюду светили мигалки и кричали сирены. Полицейские сновали туда-сюда, с кем-то разговаривали, делали какие-то записи.

Дональд разговаривал с Гурсом. Как всегда, капитан прибыл на место преступления, он был весьма озабочен случившимся, но уровень его дедукции не позволял хоть как-то помочь этому делу.

Среди общего шума парни не слышали нужной информации, но вскоре сирены стихли. Тут и там собрались зеваки. Охали и ахали, обсуждая случившееся и делая собственные выводы.

- Личность потерпевшего установлена, это Митчелл Калани, - донёсся голос одного из полицейских, который подошёл к Дональду и Гурсу. – С ним были водительские права и паспорт.

- Он приехал на машине? – спросил Дональд. Гурс лишь схватился за сердце. Слишком уж он близко всё принимал, слишком уж за всё переживал.

- Маловероятно. На ближайших парковках его машины нет. Поблизости была его соседка, Тереза Сильвис, она рассказала, что у потерпевшего красная «Хонда».

- Как он здесь оказался? Как умер? Есть свидетели?

- Как здесь оказался – неизвестно. Умер час назад, от потери крови. Криминалисты подтвердили, что его убили тем же способом, что и предыдущих жертв – полное лишение крови через рваную рану. Свидетелей нет.

- Мы свидетели, - шепнул Дейв. Стив непонимающе посмотрел на него. – Стив, тут была Сандра. Беззаботно плавала на месте преступления, а теперь здесь новый труп!

- Дейв! – Стив одёрнул его и нахмурился. – Сначала нужно все проверить, а уже потом докладывать. Мы видели только то, как она плавала. Что мы скажем полиции? «Она умеет плавать, она точно убийца»?

Дейв понимающе кивнул. С одной стороны, Стив прав, а с другой – чутьё подсказывало Дейву, что новая подружка брата убивает невинных людей.

- Детектив Дженовски! – прямо возле трупа вскрикнул полицейский и побежал, сломя голову, к детективу. Дональд вздрогнул от неожиданности и посмотрел на полицейского серьёзным взглядом. Подбежав ближе, парень сказал потише: - Я кое-что нашел.

Парень протянул детективу прозрачный пакетик с уликами. Детектив поднял его и посмотрел непонимающим взглядом. В пакетике было что-то полупрозрачное, небольшое, он казался пустым издалека.

- Что это? – спросил Дональд.

- Чешуя. Она была крепко зажата между пальцами трупа, там даже раны на месте чешуи, как от порезов.

- Что за…

Дейв и Стив переглянулись.

Когда полицейские и скорая уехали, парни тоже выбрались из своего убежища и отправились домой. Дональд ушёл раньше, поехал с Гурсом в полицейский участок.

***

Утро понедельника было на жарким, даже душным. Солнце палило сквозь стекла так, что спальня больше напоминала баню. Парни проснулись в поту: мокрая одежда, мокрые волосы, мокрая постель. Тяжело дыша и изнемогая от жары, они пошли по очереди в душ и сели завтракать под включенным кондиционером на кухне.

На лестнице послышался торопливый топот: Дональд спешно спускался по пути натягивая пиджак, прижав плечом к уху телефон.

- Капитан Гурс, я уверен, что смерть Кипиани не случайна! – кричал он. Его сонное лицо блестело энтузиазмом, рождением новой потрясающей идеи, потому он даже не думал, что парни могут услышать его разговор. По правде говоря, в последнее время Дональд слишком был занят личными переживаниями о браке и работе, потому даже не задумывался, что парни тоже скрытно ведут это расследование. – Я уже еду в морг, оттуда сразу к вам. Я уверен, что приеду с очень ценной информацией!

Парни тревожно переглянулись.

- Отвлеки его! – шепнул Стив и выбежал в коридор. Дональд как раз только попрощался и положил трубку. Он всё пытался выпутаться из пиджака, в котором в спешке застрял.

- Ты куда так летишь? – спросил Дональд, нахмурив брови. – Вы ещё не опаздываете в школу.

- Я вспомнил, что вчера уронил наушник в окно, надо срочно найти, - сказал Стив и, не дожидаясь ответа, убежал. Из кухни в это время вышел Дейв, совершенно не понимающий, как же отвлечь отца, и надолго ли.

- Пап, мне срочно нужно поговорить, - сказал Дейв и сделал озабоченный вид, для убедительности.

- Дейв, быстрее, я спешу, - протараторил Дональд.

- Да, конечно. В общем, я хочу бросить занятия сёрфингом, - Дейв выдумывал на ходу. От внезапной попытки отвлечь отца враньем, уши Дейва покрылись багровым румянцем, а сердце бешено стучало под ребрами.

- Отличная идея. Я всегда говорил, что это пустая трата времени. Всё?

- Нет. Я не сам хочу, просто… меня выгоняют.

- Почему?

- Я подрался.

- Сильно? На тебя хотят подать заявление в полицию?

- Нет, но тренер не может оставить это безнаказанным. Я подумал, может тебе поговорить с ним?

- Дейв, у меня нет времени заниматься этими глупостями. Впредь будь сдержаннее. Если всё же выгонят – будет тебе уроком. Всё, я пошёл.

В это время как раз зашёл Стив с раскрасневшимися от жары щеками.

- Всё, нашел, - улыбнулся Стив и показал отцу наушник.

Отец раздражённо буркнул что-то в ответ, и, оттолкнув Стива, ушёл.

- Что ты сделал? – спросил Дейв, округлив глаза.

- Он впопыхах кинул телефон на стул, я незаметно стянул его, вышел во двор и установил шпионскую программу. Иконки приложения нет на экране телефона, но мы можем иногда его подслушивать и отслеживать местоположение. На самом деле, ничего серьезного, программка из раздела «Родительский контроль», - рассказал Стив, самодовольно улыбаясь.

- А если заметит?

- Наш древний отец, который до сих пор просит нас скачать ему сериал на ноутбук? Да и что плохого мы делаем? Я же говорю: это «родительский контроль». Вот мы и контролируем родителя.

Парни усмехнулись.

Дорога до морга занимала немного времени, но пора уже было ехать в школу. Поэтому, удобно устроившись на потрескавшихся кожаных сиденьях «Порша», Стив протянул Дейву включённую программу слежения для прослушивания, а сам завёл двигатель и двинулся с места.

Дейв включил звук на максимум. Лёгкое шипение доносилось из динамика телефона, слышно было плохо, Дейв поднёс телефон к уху и приблизился вместе с ним к уху Стива, чтобы обоим парням было хорошо слышно.

- И что же показало вскрытие? – донёсся голос отца.

- Это не естественная смерть, детектив Дженовски, - говорил голос с едва заметным восточным акцентом. – Мистер Кипиани умер от отравления ядом вследствие укуса неизвестного животного.

- Почему неизвестного? Вы ещё не исследовали яд в его крови?

- Данных не обнаружено. Что за яд, что за животное – неизвестно. На его ноге рваная рана, похоже, животное вонзилось клыками в ногу, неплохо потрепало ее, и оставило внутри яд. Одно известно – яд действовал около суток. Поразил сердце, печень, кровь. Мистер Кипиани, как сказала его жена, мучился с температурой и рвотой. И есть ещё кое-что…

Послышался шорох.

- Что это? – спросил Дональд.

- Чешуя. Куски чешуи неизвестной рыбы мы нашли в месте укуса. Видимо, это не животное, мистера Кипиани укусила какая-то неизвестная ядовитая рыба.

- Где анализ слюны и яда?

- В лаборатории. Ещё не успели составить отчет.

Дейв отключил программу и посмотрел на Стива изумленным взглядом.

- Стив, это…

- Русалки, - перебил Стив. Он неотрывно смотрел на дорогу, нахмурив брови. На его глазах были солнцезащитные очки, но Дейв знал: у Стива тот самый безразлично-серьёзный взгляд, которым обычно смеряет их отец.

Повисла тишина. Жаркий воздух разносил по улице запах смородины и акаций. Всё вокруг словно плавилось от жары. Музыка в машине не играла. Лишь звук работающего мотора и проезжающих рядом машин разбавлял гробовую напряженную тишину. Она сгущалась, нагнетала, вместе с жарой давила на парней.

- Это не Сандра, - вдруг сказал Стив. – И нам нужно это доказать.

Стив снял очки и смотрел на Дейва одновременно с детской надеждой и со стойкой уверенностью. Если даже никто не пойдет с ним – он пойдет один. Но Дейв кивнул. Он бы не позволил брату в одиночку справляться с какими-то русалками, спасая возлюбленную от обвинений. Хотя, в глубине души, Дейв всё же подозревал Сандру: все улики указывали на нее.

Уроки, как назло, тянулись медленно. Словно растопившийся на солнце мед, они текли по школьным коридорам, в них вязли изможденные школьники, желавшие лишь одного – отдыхать в столь жаркий майский денек.

Дейв снова сидел сзади Полли. Снова вдыхал аромат ее белокурых волос, которые пахли пионами в цвету и немного свежим арбузом. Он помнил о словах Стива: нужно непременно самому предложить Полли куда-нибудь сходить. Но только не сейчас. Сейчас очень важное задание по английскому…

На других уроках Полли, как назло, далеко сидела, а на переменах нужно было готовиться к уроку…

В столовой Дейв неторопливо наслаждался порцией пюре из батата с креветками и салатом с баклажанами.

- Ты поговорил с Полли? – Стив сказал это неожиданно громко, приземлившись рядом с порцией спагетти с фрикадельками. Дейв начал озираться по сторонам. Румянец окрасил его щеки в бледно-розовый цвет.

- Что ты кричишь? Я не успел.

- Как не успел? Осталось пару уроков.

- У нас было сложное задание по английскому, потом…

- Дейв. Почему ты не хочешь поговорить с Полли?

- Это глупо, - Дейв наклонил голову, уставившись в тарелку, словно там находилось что-то очень важное.

- Глупо обсудить с девушкой, куда вы пойдете после уроков?

- Стив, она наверняка просто хочет что-то обсудить, без всякого романтического подтекста. А ты уже напридумывал тут мне.

- Прекрати быть неуверенной в себе амёбой, пожалуйста.

- Отвали. Со мной все нормально.

Взгляд Дейва поднялся от тарелки вверх, и он заметил в толпе Полли. Она сидела через пару столов от него и беззаботно смеялась рядом с капитаном школьной команды по баскетболу. Высокий, спортивный, темнокожий парень, с короткой стрижкой и широкой улыбкой. Его рельефное тело, вспотевшее от жары, так и блестело под яркими потолочными лампами.

- Вот видишь, - сказал Дейв, разочарованно кивнув в сторону Полли.

- О боже, она умеет разговаривать с парнями, вот это проблема! – наигранно схватился за голову Стив. Затем он резко встал, оставив на столе поднос с едой, и подошёл к Полли. – Привет! – он широко ей улыбнулся. Как Стив и предполагал, раскрасневшийся от смущения и перепуганный Дейв поплёлся за ним, и сейчас стоял рядом.

- Привет, Стив, привет, Дейв! – лучезарно улыбнулась Полли. Внутри Дейва все сжалось.

Парень-баскетболист напряженно смотрел на парней. Дейв не сомневался: баскетболист злится, что ему помешали флиртовать с красоткой Полли. Так ему и надо.

- Как дела? – спросил Стив.

- Всё хорошо, спасибо, - ответила Полли.

- Я хотел поговорить с тобой, но позже, наедине, по личному вопросу. Ты не против?

- Конечно, поговорим.

- И еще Дейв хотел кое-что сказать.

Сердце Дейва колотилось так, словно вот-вот пробьет ребра и вырвется наружу, упадет прямо в тарелку с супом и шокирует своим видом всех вокруг.

Полли вопросительно посмотрела на Дейва. Её глаза, цвета сияющих морских волн, смотрели с такой наивностью и нежностью, что Дейв чувствовал, что тает под этими потолочными светильниками.

- Я… - Дейв уже ругал себя за невозможность сложить слова в предложения в такой ответственный момент. – Давай сходим в «Новеллу» после школы? Там отличные стейки и много вкусов бабл-ти.

- Конечно, - непринужденно ответила Полли. – Я там была в прошлом году с родителями. Там и правда вкусно.

Дейв выдохнул. Ощущение, что все вокруг смотрят на его красные щеки и поджатые губы, прошло. Оно сменилось необычайной легкостью и эйфорией. Она согласилась! Так непринужденно, так просто. Может, она не поняла, что он позвал ее на свидание? Да нет, все же было очевидно.

Мельком Дейв глянул на баскетболиста: тот был мрачнее тучи. Да! Дейв сделал это! Он определенно «увел» у него Полли!

Прозвенел звонок. Дальше «мед» уроков превратился в бурный поток горного ключа, бьющего из какой-нибудь отвесной скалы. Время летело незаметно, и Дейву не терпелось встретить в холле Полли, взять ее за руку, проводить в свой «Порш» и увезти на свидание.

У шкафчиков уже стоял Стив и с кем-то увлеченно переписывался.

- С кем переписываешься? – спросил Дейв, не в силах удержать самодовольную улыбку, которая не сходила с его лица с тех самых пор, как Полли произнесла заветное «конечно».

- С Сандрой, - не отвлекаясь от телефона, ответил Стив. – Мы тоже идем на свидание сегодня.

- Круто. Куда?

- Погуляем по побережью.

- Почему? Могли бы тоже сходить куда-нибудь покушать, или в театр, например.

- Ей нравится гулять, - Стив убрал телефон в карман школьных шорт.

- Понятно. Я так рад, что иду куда-то с Полли. Думал, никогда так и не заговорю с ней.

- Я тоже рад за тебя, Дейв. Но ты пойми, нельзя, чтобы я постоянно решал такие вопросы за тебя. В постель мне тоже вместо тебя с ней лечь?

- Фу. Ложись со своей Сандрой, - усмехнулся Дейв.

- Я не об этом.

- Я понимаю. Спасибо тебе, бро, ты очень помог. Но я и сам понимаю, что нужно самому уже научится с ней разговаривать. Так что не переживай, дальше я сам.

- Я очень рад.

- Стив, - позвала Полли. Она спускалась по лестнице и направлялась к Стиву. – Ты хотел поговорить?

- Да, - кивнул Стив. – Пошлите на улицу?

Парни и Полли вышли на улицу и подошли к углу здания, где не было никого, кто мог бы помешать разговору.

- Полли, я хотел выразить свои соболезнования по поводу случившегося, - сказал Стив. – Мне не хотелось делать это при всех, напоминать тебе о таком, но и молчать не хотелось. Я помню Бьянку, она была такой веселой, оставляла в душе приятное впечатление о себе.

- Спасибо, Стив, - мягко улыбнулась Полли. В глазах ее читалась боль, словно вскрывали старую рану, но она держалась. – Я очень ценю вашу поддержку.

- Ты как? Справляешься?

- Да. Мы стараемся держаться. У нас большая семья, нет возможности долго унывать.

- Если что нужно будет – говори. Мы с Дейвом всегда готовы помочь.

- Спасибо.

- Ладно, я пошел, не буду вам мешать. Нужны ключи от машины? – Стив повернулся к Дейву.

- Мы же сейчас едем? – уточнил Дейв у Полли.

- Оу, я не хочу ехать в таком виде, - растерянно сказала Полли, неловко закусив нижнюю губу, отчего казалась еще более милой. – Сможешь заехать за мной через час?

- Конечно, - ответил Дейв.

***

«Новелла» - небольшой модерн-ресторанчик в центре. Он находится на первом этаже большого торгового центра, снаружи – урбанистический небоскреб с панорамными окнами, внутри – уютное заведение, пол из темного дерева, на столах – молочные скатерти, на окнах – такие же молочные занавески, с потолка свисают люстры в виде бумажных фонариков. Официанты одеты в кофейного цвета фартуки и бежевые футболки-поло. Спокойная обстановка, наполненная уютом и теплым светом.

Полли выглядела потрясающе. Волосы собраны в пучок, нарочито небрежный, словно ее жемчужные кудри вот-вот распадутся. На лице – нежный макияж с алой помадой, на её изящном теле – чёрное платье, так идеально подходящее к ее фигуре. Сочетание черного платья с красной помадой и красными туфлями выглядело так непривычно на нежной Полли – но при том, оно безумно ей шло. Словно актриса, только сошедшая с красной дорожки, она сидела в том месте, которое явно было ее недостойно.

- Ты прекрасно выглядишь, - улыбнулся Дейв. Официант, невысокий худощавый парень, на вид не старше Дейва, только принял их заказ и отправился на кухню.

- Спасибо, - смущённо улыбнулась Полли. – Ты тоже.

Дейв усмехнулся. Комплимент ему показался весьма льстивым: парень был одет в белую рубашку и черные брюки, ему казалось, что он похож на первоклассника. И хотя он пытался уложить свои непослушные волосы, цвета золотистого песка, они все равно упрямо торчали в разные стороны. По крайней мере, так ему казалось. А еще этот литр парфюма, который он вылил на себя перед выходом, никак не хотел разносить приятный аромат. Дейв все еще чувствовал только запах кондиционера для белья, исходящий от рубашки.

- Я все хотела спросить…

Полли замялась. Дейва посетила тревога: что же заставило Полли так смутиться? О чем она хочет спросить?

- Ты можешь спросить о чем угодно, - ответил Дейв.

А что если она спросит про Стива? Скажет: «Мне так нравится твой брат, расскажи мне о нем»? Да нет, это бред. А если ей нравится Майк из сёрфинг-клуба? Он похож на того баскетболиста, с которым она виделась сегодня. Она хочет подобраться к Майку через Дейва? Это жестоко. А если она просто скажет: «Я вижу, как ты краснеешь, глядя на меня, пожалуйста, отвали, это выглядит кринжово»?

Весь этот поток тревожных мыслей прервал голос Полли.

- Я тебе нравлюсь?

Дейв сглотнул. Щеки и уши начали гореть, парню стало не по себе. Он переводил взгляд то в окно, то на картину с яблоками, словно там есть что-то, что может ему помочь.

- Дейв?.. – Полли не смогла выдержать столь долгую паузу, и, пока Дейв мечтал провалиться сквозь землю, решила взять все в свои руки.

- Да, - неожиданно для самого себя сказал Дейв и посмотрел в глаза Полли. – Да, ты очень давно мне нравишься.

- Фух, - выдохнула Полли. Для Дейва эта реакция показалась очень неожиданной, и он не знал, как ее понимать. – Мне много кто говорил, что я тебе нравлюсь, понимаешь? Подруги, друзья, знакомые. Все говорили, что ты смотришь на меня влюбленными глазами. Но я думала, это глупости. Ведь ты никогда не подходил ко мне, ничего не говорил. Я думала, ты сможешь раскрепоститься на вечеринке, но все пошло не по плану. А я не хотела все оставлять вот так. Поэтому решила попробовать просто поговорить с тобой. Ты тоже мне нравишься, Дейв.

Тот момент, когда бабочки разлетаются огромным цветным взрывом по округе, колыхая крылышками, когда распускаются прекрасные цветы, когда первый раз после затяжной морозной зимы заходишь в теплую воду океана – все эти моменты ничто, по сравнению с тем, что чувствовал Дейв, когда Полли произнесла эту фразу.

- Значит, ты не против начать отношения со мной? – все еще сомневаясь, спросил Дейв. Но внутри него уже поселилось теплое чувство взаимной любви.

- Не против, - мягко улыбнулась Полли. – Но давай немного подождем? Мы плохо знаем друг друга, почему бы нам не сходить еще на пару свиданий?

- Конечно, давай. Пара свиданий, включая это, или следующие пара свиданий?

Полли звонко рассмеялась. Её умиляла реакция Дейва, надежда в его глазах, нежная наивность и пылкая влюбленность. И этот смех, пусть и смутил его, но он раздавался таким приятным эхом где-то в районе его груди, что все вокруг словно переставало существовать. Только он, она и этот смех.

***

Во второй половине дня жара ни капли не усмирилась. Солнце пылало, океан словно кипел, а песок был настолько раскалённым, что идти по нему было невозможно. Сандра и Стив, скинув шлепки, зашли в воду. Океан был спокойным и теплым, приятно обволакивал и немного охлаждал ноги. Стив был в рубашке и шортах, но из-за жуткой жары снял футболку и накинул ее себе на плечо. По правде сказать, Сандра мечтала о том же. Но под ее топом совсем ничего не было, и именно так продолжать свидание Сандра не планировала. Она смотрела на загорелое тело своего спутника: золотистое, блестящее, со сверкающими капельками пота, стекающим по крепкому рельефному торсу, и думала лишь о том, как хочется провести по этому произведению искусства рукой. И почему некоторые парни такие красивые?

Стив тоже с трудом мог оторвать взгляд от Сандры. Ее аппетитные формы в облегающем топе и мини-юбке так и манили. Ее тело тоже блестело от пота и ярких солнечных лучей. И Стиву нравилось, как Сандра то и дело стирает пот со лба тыльной стороной ладони.

- Так когда ты приехала? – спросил Стив. Он наслаждался компанией Сандры и старался гнать плохие мысли, но тревожные сомнения то и дело вгрызались в его голову мертвой хваткой. Нужно точно убедиться, что он на свидании не с кровожадной русалкой.

- Пару недель назад. Но я постоянно сидела дома, я обещала дедушке, что проведу с ним много времени вместе, - ответила Сандра. Стив же мысленно подметил: «Пару недель назад как раз начались убийства».

- И чем занимались с дедушкой?

- О-оу, всем, чем только можно! – восторженно улыбнулась Сандра. – Мой дедушка настоящий спец по развлечениям. Но он такой только со мной. Мы катались на лодках далеко-далеко, до Гиблого Мыса, ходили в музей, на разные выставки, в театр, наблюдали с балкона за балетом, ходили в рестораны, даже как-то раз катались на скейтах!

- Ого! Даже дедушка катался?

- Да! Но, по правде говоря, за ним по пятам бегал его телохранитель, он жутко боялся, что с ним что-то случится. Но мы были только втроем в скейт-парке: дедушка его арендовал.

- Это кем же работал твой дедушка, что у него такая пенсия? – шутливо произнес Стив.

- Это долгая история, - ответила Сандра и добавила: - Потом, как-нибудь, расскажу.

- Хорошо, - на самом деле Стив напрягся. Ему не нравилось, что у Сандры есть хоть какая-то недоговоренность перед ним. Вдруг эта самая недоговоренность и есть та самая жуткая тайна?

- Пошли на тот берег? – непринужденно предложила Сандра. Стив и не заметил, как неспешным шагом они пришли к тому самому валуну, который скрывал за собой берег убийств.

- Ты разве не слышала? Там же постоянно находят трупы.

- Глупости это все, - отмахнулась Сандра. – Дедушка говорит, что это все выдумки властей. Они просто хотят, чтобы люди были осторожнее при плавании и не отпускали детей одних, вот и придумали эту байку с трупами. Он говорит, что потом ещё придумают какое-нибудь страшное животное, которое обитает на берегу и жрёт всех, кто не там плавает.

В груди Стива ёкнуло. То ли он недоумевал, как можно так беспечно не верить криминальным новостям, то ли он был поражен той точности, с которой Сандра назвала истинную причину смерти и следующего подозреваемого полиции.

- Но ведь трупы действительно были!

- Ну откуда ты знаешь?

- Я лично видел здесь тело Бьянки Старви.

- Она могла здесь пьяная плавать и нечаянно утонуть, а полиция раскрутила дело в свою пользу.

- Ты действительно так считаешь?

Сандра посмотрела в серьезные глаза Стива.

- Стив, я понимаю, она была твоей знакомой. Я не хочу сейчас с тобой ссориться из-за разных взглядов на убийства и политику, правда. И не хочу обесценить твои чувства, ты мне нравишься. Давай просто поговорим о другом?

- Хорошо, - ответил Стив. В его душе разлилось тепло. В глубине души он все еще хотел яро доказывать Сандре, приводить все доказательства, и в итоге донести до нее, что ее позиция неправильная, трупы есть, и это убийства, но он понимал так же, что она тоже ему нравится, и на первом свидании пытаться ее переубедить – плохая идея. – Знаешь, ты мне тоже нравишься.

Повисла тишина. Приятная тишина. Солнце освещало счастливые лица влюбленных подростков, под ногами тихо шуршал волнами лазурный океан, запах соленой воды приятно щекотал нос. Стив уже хотел было потянуться, чтобы поцеловать Сандру, но она вдруг сказала:

- Мне пора. Извини, я обещала дедушке, сегодня вечер кино, - она мягко улыбнулась.

- Я могу тебя проводить.

- Меня уже ждет водитель на парковке. Спасибо за вечер, Стив, мы классно провели время.

- Увидимся завтра?

- Можно.

Стив вернулся домой, переполненный разными чувствами. Его окутывала страсть и нежность к девушке, похожей на булочку с корицей, но грациозной как египетская кошка. Но страсть сменялась чем-то еще. Странное чувство, словно что-то не так, где-то кроется обман. И этот загадочный дедушка не давал покоя. Что же такого в его работе, что Сандра не может рассказать?..

***

Утро вторника тоже выдалось жарким. Лето ещё не началось, а жители городка уже мечтали от него спастись.

Прошлым вечером парни не обсуждали ничего. Они переглянулись, обменялись довольными улыбками, которые четко дали понять: свидания прошли отлично. А потому утром, несмотря на жару, настроение парней было на высоте. Стив еще хотел, стоя у шкафчика, обсудить с братом, что подозрения с Сандры можно снять (хотя больше он пытался убедить в этом самого себя), но Дейв убежал так быстро, что брат даже не заметил. Он побежал к Полли, желая поскорее вновь увидеть ее. Ведь теперь он мог когда угодно подойти к ней и заговорить – он ей нравится! Сама мысль об этом вызывала шквал трепещущих бабочек в животе у Дейва, и он, ведомый этими бабочками, не мог дождаться, когда увидит Полли.

Девушка тоже была воодушевлена. После похорон любимой сестры даже не было возможности нормально погоревать – так уж принято в семье Старви. Меньше слез, больше дела. И чувство боли заглушало, пусть не полностью, чувство влюбленности. Словно маленький шторм поселился в ее душе – снова хотелось жить, любить, действовать.

Каждую перемену Дейв и Полли болтали обо всем. Шутили, смеялись, обсуждали интересы. Дейв старался как можно быстрее узнать Полли и как можно быстрее рассказать ей о себе, ведь когда они узнают друг друга получше, Полли согласится вступить с ним в отношения. В итоге второе свидание было назначено на вечер четверга. Сегодня и завтра у Полли репетиции в театральном кружке.

Стив же переписывался с Сандрой. Он в каждом сообщении искал оправдания для нее, ему так не терпелось убедиться точно, что она не виновата. Не может же он влюбиться в убийцу, верно? Они же решили встретиться сегодня после школы в кофейне неподалеку.

Последние уроки отменили. Директор собрал всех учеников в холле. Снова в бордовом костюме с жилетом и галстуком-бабочкой, директор стоял за трибуной. Снова с серьезным взглядом оглядел всех вокруг. Когда в холле повисла ожидающая тишина, директор откашлялся и начал говорить:

- Уважаемые ученики! Многие из вас в курсе, что на берегу океана, на том самом, где мы с вами все любили отдыхать, в бухте Фейгеля, произошло несколько смертей.

По холлу прошелся шепоток.

- Полиция долго расследовала это дело. Сегодня утром стало ясно, что жители нашего городка, в том числе и Бьянка Старви, были убиты пока неизвестным морским животным. Полиция и зоологи изучают океан и берег, пытаются выяснить, что за животное это было, но уже нужно принять все меры предосторожности. Во-первых, выход на берег запрещен с этого дня. Во-вторых, плавание в океане, в том числе в лодке, в том числе занятия по сёрфингу – строго запрещены. Я настоятельно вас прошу не впадать в панику и соблюдать все предписания – это для вашей же безопасности! Как только специалисты поймают животное, мы снова с вами заживем мирной и привычной жизнью, а пока – будьте бдительны, не погружайтесь в воду, не отдыхайте на пляже.

Паника все равно накрывала городок. Новости о морском чудовище разносились отовсюду: телевизоры, социальные сети, объявления в школах и других учреждениях. Многие родители вообще запрещали своим детям выходить на улицу одним, а некоторые и вовсе вспомнили про свои подземные «бункеры». Особо талантливые репортеры снимали свои сюжеты: о кракене, о морском драконе и прочих гадах, которые сейчас непременно кишили в океане и жаждали крови.

- Знаешь, вся эта паника вокруг морского чудовища – полный бред, - сказала Сандра, задумчиво глядя в окно кофейни. Она понемногу отпивала свой айс-латте и закусывала круассаном с миндалем.

- Да, так паниковать нельзя, - согласился Стив и отпил капучино. – К тому же, слишком много ложной информации.

- Да все это бред.

- Но почему ты так думаешь?

- Так дедушка говорит. Я ему доверяю.

- Он полицейский?

- Нет. Но он все знает.

- Это невозможно.

Сандра промолчала. Стив замялся. Он хотел сменить тему: все это вызывало нездоровое напряжение, да и заводило разговор в тупик.

- Я все равно хочу плавать, - вздохнула Сандра и улыбнулась. – Обожаю плавать.

- Я бы не хотел, чтобы ты шла. Я переживаю за тебя, - Стив взял ее за руку. Нежно, ненавязчиво. Сандра почувствовала тепло и посмотрела ему в глаза.

- Спасибо, - ее щеки слегка порозовели, это умиляло Стива.

- А когда ты плавала в последний раз? – Стив не упускал возможности «допросить» Сандру.

- Не помню, - ответила Сандра. – Наверное, дня три назад.

«Ложь, - подумал Стив. – Ты плавала позавчера, а может и вчера тоже. Но почему ты лжешь?».

- Кстати, так кто твой дедушка? Ты так и не рассказала, а сегодня, вроде бы, у нас много времени.

- Давай я расскажу позже?

- Почему? В этом же нет ничего такого.

- Стив, мне некомфортно, - Сандра одернула руку. – Ощущение, что ты допрашиваешь меня.

- Извини. Ты права, я слишком любопытный, бываю дотошным. Больше не буду, - Стив улыбнулся, пытаясь загладить вину. Это сработало: Сандра смягчилась.

Остаток свидания шел неплохо: подростки пили кофе, болтали о детстве, смеялись. Когда их чашки опустели, они решили немного прогуляться по окрестностям под жарким майским солнышком.

- Ты очень красивая, - Стив решил разбавить образовавшуюся тишину.

- Спасибо, - улыбнулась Сандра. Стив остановился и посмотрел ей в глаза.

На мгновение – всего на одно – весь мир вокруг замер. Все застыло, остановилось, чтобы не мешать. Птицы перестали петь, машины – ездить, листва на деревьях – шуршать. Глаза Сандры, оливковые, глубокие, притягивали к себе, словно магнитом. Стив не хотел сопротивляться. Он прижал девушку к себе и нежно поцеловал. Этот поцелуй, наполненный пылающей страстью и воздушной нежностью, длился совсем немного, но остался жарким следом на губах и в сердцах влюбленных.

- Увидимся завтра? – спросил Стив с улыбкой.

- Да, - с нежностью ответила Сандра. Чувства вскружили ей голову, она в прямом смысле теряла землю из-под ног. Стив поймал ее прежде, чем она упала, споткнувшись о собственную ногу. Оказавшись снова на ногах, Сандра звонко рассмеялась над собственной неловкостью, Стив посмеялся тоже. Хотя его эта неловкость больше умиляла, чем смешила.

- Я так сногсшибателен? – отшутился Стив.

- Думаю, тебе не стоит принимать на свой счет мою неуклюжесть, - посмеялась Сандра.

- О, ты обронила, - Стив увидел на земле целлофановый пакетик с чем-то блестящим внутри. Он поднял его, но Сандра тут же выхватила из рук.

- Спасибо, - она быстро убрала пакетик в маленькую серую сумочку.

- Что там?

- Ничего. Спасибо, что подобрал. Мне пора. До завтра, - Сандра улыбнулась на прощание и быстро ушла. Ее реакция удивила и насторожила Стива. Она занервничала, она что-то скрывала. Тем более, он смог разглядеть, что было в пакетике.

В пакетике была рыбья чешуя.

Глава 6. Ещё одно маленькое свидание.

Тревожные мысли никак не хотели покидать голову Стива. Подозрений всё больше, оправдания – всё более шаткие. Он вернулся домой весь в раздумьях, совершенно не замечающий ничего вокруг.

Он хотел уже сесть за домашку, чтобы отвлечься, когда раздался звонок. Мама звонила по видеовызову.

- Привет, - улыбнулся Стив, но улыбка быстро сползла с его лица. Мама, все такая же красивая, накрашенная, с безупречной укладкой, но было то, что заметит не каждый. Тонкие дорожки от высохших слез на тональном креме, покрывающим щеки. Поникший взгляд тусклых глаз, усталый вид, сквозь макияж проглядывали серые мешки под глазами.

- Привет, дорогой, - слабо улыбнулась Джоанн.

- Мам, что случилось?

- Ничего. Я просто устала, ничего особенного. Как вы?

- У нас все хорошо. Мам, ты плакала?

- Нет. Стив, дорогой, правда, у меня просто выдался тяжелый день на работе. Это все глупости.

- Ладно…

- Как Дейв?

- У нас все как всегда.

«Все как всегда» - в этот раз было очень лживым заявлением. Новые отношения, влюбленности, буйство чувств, но главное – расследование идет. И Стив, и Дейв чувствовали воодушевление, ведь они знали то, что неизвестно полиции. И пока город думает о каком-то морском чудовище, парни все еще ищут преступника. Как бы хотел сейчас Стив поговорить хоть с кем-то о Сандре. Поделиться переживаниями, чтобы хоть кто-то успокоил его, сказал, что это все никак не доказывает ее вину, и вообще, она не может убивать…

- Как папа? – спросила мама, и голос ее едва заметно дрогнул.

- Нормально, - ответил Стив. Ему было неловко. В его голове возник образ Кэтрин, папина улыбка, тот ночной разговор…

- Я знаю, что папа рассказал тебе все. Я хотела бы, чтобы ты узнал это от нас двоих, когда я приеду, но папа решил иначе.

- Вы уже точно все решили?

Джоанн отвела взгляд. Совсем немного мимо камеры. Она смотрела на что-то на экране своего ноутбука.

- Да, - ответила она. На ее глазах блестели слезы, которым она упорно не давала растечься по щекам.

- И как ты к этому относишься?

- Мы взрослые люди, Стив. Если твоему папе нужны новые отношения, это его дело. Я его не держу, не держу на него зла. Такое бывает, это нормально.

- Новые отношения? – Стив сжал кулаки под столом.

- Папа же тебе все рассказал?

- Так эта Кэтрин все-таки не просто коллега? Мам, он изменил тебе?

- Нет, нет, я… - Джоанн запаниковала. Она поняла, что сболтнула лишнего. Глаза ее начали бегать, щеки порозовели. – Я не то сказала. Просто устала и сказала не то. Никто не изменял, нет никаких отношений. Просто решили развестись и все.

- Мам, скажи правду.

- Это правда, Стив. Ладно, я побежала, мне надо работать. Люблю вас!

Звонок прервался. Стив собрал паззл в своей голове. Мама явно обманывает – она ужасно расстроена, и теперь понятно, что расстроена из-за измены. Ей больно. И она явно не пошла работать: на ее столе, в самом конце Стив заметил, как сверкнул бокал с каким-то напитком. Алкоголь. В разгар дня, в рабочей командировке.

Злость переросла в гнев, а гнев – в ярость. Боль внутри Стива искала выход. Чувство несправедливости переполняло. Как отец мог так поступить? Всегда такой правильный, ходит в глаженых пиджаках и моет за собой посуду сразу после еды. Весь из себя сдержанный, строгий, правильный… А оказался подлым изменщиком! И кому он изменил? Маме, которая так много сделал для семьи. Отдала всю себя работе, чтобы обеспечить детей и помочь мужу. Всегда красивая и ухоженная, совсем не похожая на многих других мам ее возраста. Всю жизнь отец носил маску идеального мужчины, чтобы в конце вот так подло поступить?!

Стив услышал, как внизу открылась входная дверь. Послышались шаги и голоса. Он не знал, кто это, но ему было плевать. Быстрым шагом он спустился с лестницы.

На пороге стоял отец. Лживый ублюдок в офисном костюме. Он снова стоял с той идиотской улыбкой, потому что рядом с ним стояла эта змея Кэтрин. Мерзкая толстуха в платье в цветочек. Пытается под цветочками скрыть свою натуру разлучницы?

- Стив, нам с Кэтрин нужно поработать… - Дональд не успел договорить.

- Как ты мог?! Мама вся в слезах, пока ты развлекаешься с этой?! Ты всю жизнь врал, делал вид, что ты такой правильный, а сейчас просто берешь и предаешь любимого человека!

- Немедленно закрой рот! – Дональд мгновенно сменил выражение лица, стал строгим, с нахмурившимися бровями. Голос его был грозным, обычно от такого тона Стив и Дейв сразу замолкали и виновато смотрели в пол.

- А почему я должен молчать?! – продолжал кричать Стив. – Ты говорил нам, какими мы должны быть, пытался воспитать, а сейчас из-за тебя мама плачет! Ты сказал, что ваши чувства угасли, а на самом деле ты променял ее на интрижку вот с этой!

- Немедленно закрой рот и иди в свою комнату! Я не собираюсь разговаривать с тобой в таком тоне!

- Я с тобой под одной крышей даже находиться не хочу. А то вдруг ты приведешь к нам эту навсегда, представишь ее нам мамой.

- Извинись перед миссис Нолан сейчас же!

- Пусть извинится, что разрушила семью!

Стив бегом забежал наверх. Взял рюкзак с учебниками, кинул в него несколько вещей, зарядку.

- Стив, что случилось? – в комнату зашел Дейв. Он был очень встревоженным и говорил тихо.

- Этот ублюдок изменяет маме, привел эту тварь к нам в дом, и продолжает строить из себя правильного папашу! Я ухожу! – кричал Стив. Намеренно громко, чтобы и внизу было слышно.

- Как? – глаза Дейва расширились.

- Не знаю, как. Со страстью, наверное.

- И куда ты пойдешь?

- Пока к дяде. А там разберусь.

- Я с тобой, - неожиданно сказал Дейв. – Я тоже не хочу жить в одном доме с предателем и какой-то женщиной.

- Тогда собирайся.

***

Дядя Стива и Дейва – старший брат Дональда. Оскар Дженовски. Он всегда отличался необычным характером, имел склонность ворчать, много убираться и смотреть теории заговора на ТВ. Из-за такого набора качеств, Оскар так и не женился, но и не тревожился на этот счет. Посвятил себя работе в исследовательском институте уфологии – изучал пришельцев. Несмотря на свои странности, Оскар весьма добрый мужчина, уже весь седой, с усами, постоянно в разных шляпах. Обожает своих племянников с самого детства. И когда они, будучи маленькими, из-за какой-нибудь глупости убегали из дома, то непременно приходили к дяде, а тот не «выдавал» их отцу, пока они сами не захотят. Так случилось и в этот раз.

Оскар заварил чай, выложил на стол свежие блинчики и чашечку с вареньем.

- Мы не можем так жить, дядь, - сказал Стив, закончив свой рассказ о причине побега.

- Парни, вы знаете: у меня вы можете жить сколько угодно. Чувствуйте себя как дома. Но подумайте об отце. Он же наверняка переживает, - чуть хриплым голосом сказал дядя и сел за стол.

- Нет. Он сейчас там развлекается с любовницей. Вряд ли ему есть до нас дело.

- Может, у него были причины так поступить?

- Какие могут быть причины?! – возмутился Стив. – Он изменил маме! Что за причина может оправдать такое?!

- Я не знаю, - Оскар пожал плечами. Он смотрел на Стива тем взглядом, который выражал понимание и сочувствие, отчего Стиву стало легче. Его возмущение и гнев все еще сидели внутри, грызли, подначивали, перемешиваясь с гнетущим чувством несправедливости, но сейчас он вдобавок к этому чувствовал себя победителем. «Посмотри, отец, Дейв и Оскар понимают меня, они на моей стороне, а ты действительно не прав!» - думал Стив.

Парням пришлось основаться в гостиной. Несмотря на то, что дом дяди был просторным, лишнего места почти не было. Исследовательская лаборатория, кабинет, спальня, отдельная постирочная – всё в этом доме было сделано под одинокую, но наполненную жизнь дядюшки Оскара.

Дейв лежал в горячей ванной и листал аккаунт Полли. Много красивых, качественных фотографий, таких, как у блогеров-миллиоников. Где все гармонично, красиво, дышит эстетикой. Подписчиков у Полли, конечно, не миллион, но своя аудитория есть. Тут и там лайки, полные комплиментов комментарии, и фотографий, самых разнообразных – огромное множество. Листая все ниже, Дейв наткнулся на фото, сделанное на вечеринке. Там Полли в купальнике на влажное тело, со слегка растрепанными волосами, широко улыбается. Стоит в обнимку с тем самым баскетболистом из школы. С другой стороны – ее лучшая подруга. Сзади – то самое место, на котором сидел Дейв в ту ночь, кажется, провел там целую вечность. Режущее чувство в груди Дейва усиливалось с каждой секундой, пока он всматривался. Милая, почти обнаженная Полли, в объятиях высокого накачанного парня. Его рука на ее тонкой талии. Он улыбается. Самодовольно. Словно смотрит прямо на Дейва с экрана и говорит: «Смотри, как нам хорошо вместе».

Когда чувство ревности внутри было слишком болезненным, Дейв перелистнул. Полли с букетом цветов. От очередного поклонника? Полли в компании ребят из театрального кружка. Восемь парней и шесть девушек. Двое прям рядом с Полли… Полли в ночном клубе. Обтягивающее платье, коктейли. И снова парни на фоне…

Дейв убрал телефон в сторону. Со сколькими парнями ему придется конкурировать, чтобы быть с ней? А главное, есть ли смысл в этой конкуренции? Выберет ли она его в итоге? Среди крепких спортсменов, красивых тусовщиков, творческих и возвышенных театралов… Кто он среди них? Может, не стоит портить ей жизнь и просто отступить?..

Отец изменил маме. Это тоже не давало Дейву покоя. Сухой, сдержанный, строгий, безэмоциональный. Да он же даже уже старый! Но смог променять самую красивую в мире женщину на другую. Если он смог найти любовницу, сможет ли Полли, умная и талантливая красотка, звезда школы, быть лишь с одним Дейвом всю жизнь?

Наступала ночь. Похолодало. Свежий ветерок врывался сквозь открытые форточки в гостиную. Стив смотрел в окно, на мерцающие стразы звёзд на небе, на бледную луну, на черное небесное покрывало. Было тесно в маленькой гостиной, на раздвинутом диване. Было тесно не из-за того, что рядом спал Дейв, а из-за того, как давили стены того места, которое не было домом. Сколько еще придется здесь пробыть? Смущать дядю своим присутствием не хочется, но и жить пока больше негде…

Мысли, словно тучка из мошкары, роились в голове, не останавливаясь ни на секунду. Стив тихонько встал, накинул футболку и спортивные штаны, взял телефон и вышел из дома.

Свежесть майской ночи, в меру прохладной, щекотала нос и бодрила тело. Слышалось уханье совы, трепетанье листьев на ветру, шорох мышей в кустах. В воздухе витал запах мяты и жасмина. Людей было мало, тут и там в окнах потухал свет. Пока спят люди, не спит другой мир: маленький и незаметный, тоже живой и очень важный.

Стив шел по сонной улице. Слушал ветер вперемешку со своими мыслями. Сам того не заметил, как подошел к дому. Тому дому, в который сейчас совсем не хочется возвращаться, к дому, который в одночасье стал пристанищем врага.

Свет нигде не горел. Стояла мертвая тишина. В этих самых окнах, где едва было видно колыхание занавесок, где с виду царит тишина и спокойствие, совсем недавно рухнул целый мир.

«Я старался. Всю жизнь старался быть похожим на тебя. И что же в итоге? Ты предал того, кого любил, кого до сих пор любим мы с Дейвом. Она плачет, а ты здесь, мирно спишь, возможно даже с этой Кэтрин. И чем она лучше? А главное, что делать теперь? Есть ли смысл хоть в чем-то? Я учился, занимался, старался быть отличным сыном, хорошим старшим братом, примером для подражания. Я расследовал преступления, я хотел быть таким, как ты, хотел, чтобы ты мной гордился… Неужели мне так важно было мнение такого ублюдка?..» - Стив вел внутренний монолог, посвященный отцу. Представлял, как скажет ему это все в его строгое морщинистое лицо, и тот все осознает. Поймет, как неправильно поступил.

Но тишина так и осталась висеть в воздухе. На вопросы не появилось ответов, не появилось оправданий, ничего. Лишь пустота. Абсолютное непонимание того, как жить и куда двигаться дальше. Чувство несправедливости.

Стив сам не заметил, как оказался недалеко от берега. Там никто уже не купался – все боялись морского чудовища. Стив смотрел на безмятежные черные волны, плавно накрывающие песчаный берег и уползающие обратно. Аромат моря был таким освежающим, что с каждым вдохом становилось спокойнее.

Как вдруг Стив услышал шорох в кустах. Он подбежал к валуну, прижался к нему. В темноте его не было видно. Стив увидел, как из кустов выходит женская фигура. Он старался вглядеться, со всей силы щурился, пока не узнал в этой фигуре Сандру.

Та, что сводит с ума одним взглядом, та, чья тень красивее любой девушки, та, от чьего голоса хочется жить, дышать, любить, та, что растопила его сердце – сейчас спокойно ступала по опасному берегу, скидывая по пути парео и оставаясь в одном купальнике, она шла прямо к воде.

Стив затаил дыхание. Он аккуратно передвигался, прижавшись к камню, вслед за Сандрой. Она шла к воде спокойно и уверенно. Она так глупа, что действительно не верит в морское чудовище, о котором повсюду «кричат» знаки, расставленные днем? Или же дело в другом?..

Сандра так же уверенно зашла в воду. И поплыла. Спокойно, безмятежно, среди тёмных волн. Она плыла все дальше, пока совсем не скрылась из виду.

«Ничего подозрительного, - пытался успокоить свои мысли Стив. Он все еще смотрел на то место, где только что исчезла из виду Сандра. – Она просто плавает. Да, ночью. Да, в том месте, где запрещено плавать, где произошло куча убийств, где повсюду стоят предупреждающие знаки. Она просто верит дедушке, который почему-то так не боится за внучку, что убеждает ее в том, что морского чудовища, о котором все трубят, не существует. Возможно, она немного глупая, но не убийца…»

Мысли Стива прервались, когда в воде появилось что-то. Что-то темное, округлое. Оно плавно поднималось вверх, становясь выше, пока Стив собственными глазами не увидел то, что уже видел на записи с камеры.

Несмотря на темноту, Стив видел, как блестят спутанные мокрые волосы, видел выпуклые жутковатые рубцы на худом теле, даже костлявом. Видел неестественно длинные руки, сверкающие глаза. Нос был почти плоским, словно его и не было. Лишь длинные волосы придавали «женственный» вид этому существу, все остальное больше походило на тело какого-то одержимого существа из фильмов ужасов.

Сердце стучало бешено, казалось, его стук слышен всей округе. Стиву не хватало воздуха, но он боялся даже немного приоткрыть рот, чтобы вдохнуть побольше. Существо было ближе, чем тогда, перед Алией. Гораздо ближе…

Оно поднималось из воды неподвижно, пока не застыло окончательно. Вода на тот момент была по пояс ему. Оно стояло ровно, бессмысленно смотря куда-то вдаль. Как вдруг его голова медленно повернулась. Повернулась в сторону Стива.

Это мгновение длилось вечно. Глаза, словно два ярких фонаря, сверкающие в темноте, смотрели пристально в глаза Стиву. Взгляд их был такой пронзающий, словно всю плоть пробирал до костей, словно мог читать мысли. Стив был уверен, что существо видит его, смотрит именно на него. От долгого пронзительного взгляда становилось больно, страх ощущался в каждой клеточке тела, сковывал все, приводил тело в состояние безвольной куклы.

Вдруг существо так резко нырнуло в воду, что Стив вздрогнул. Над водой мелькнул лишь хвост. Длинный русалочий хвост с серебристой, почти прозрачной чешуёй.

Снова тишина и пустота кругом. Стив все еще стоял неподвижно, боясь, что существо вот-вот вернется и перегрызет ему глотку. Он медленно выдохнул и огляделся. По воде все еще шла мелкая рябь от недавнего неожиданного ныряния.

Это определенно русалка. Но чего она хотела? Почему не напала? Почему так странно смотрела?

Стив уже начал отходить от камня, но все еще был близко к нему, когда резкий всплеск воды словно оглушил его. Волна обрызгала Стива с ног до головы, он обернулся и увидел ЭТО вживую…

Худое костлявое тело, длинные руки, длинные пальцы и длинные острые ногти на них, впалые скулы, широкая пасть с острыми сверкающими клыками, огромные глаза, большие ноздри, словно дырки на чем-то, лишь отдаленно похожим на лицо. Эти бугры оказались вовсе не буграми. Это были жабры, и участки черной кожи, покрытой чешуёй. По камню словно стекал длинный рыбий хвост, сияющий в свете луны. Существо рычало и тянуло к Стиву длинные костлявые пальцы.

Глава 7. Расследование окончено.

Стив невольно вскрикнул и ринулся бежать так быстро, как только мог. Его спас какой-то ничтожный сантиметр расстояния между ним и русалкой. Эта жуткая тварь совсем немного до него не дотянулась. А по земле, видимо, она не может двигаться вообще.

Сердце все еще бешено стучало, в голове все мелькали клыки и извивающийся в пасти змеиный язык, ноги и руки трясло от страха и усталости, тело покрылось холодным потом, а в сердце застыл ужас. В таком состоянии Стив зашел в дом дяди. В мертвой тишине раздавался единственный звук – стук его сердца о грудную клетку. Здесь так тихо, так спокойно, словно ничего не произошло. Словно только что серийный убийца, страшное жуткое существо не пыталось убить Стива, выпить полностью его кровь, разодрать острыми зубами его шею…

Первая мысль была – разбудить Дейва. Рассказать ему все, что он видел. Но вдруг эта мысль сменилась другой.

Зачем?..

Даже дыхание и сердцебиение Стива резко выровнялось, когда вдруг эта мысль словно отрезвила его. Рассеяла какой-то туман, блуждавший в его голове. Стив, опешивший от собственных раздумий, сел в кресло у окна. Пустым взглядом он смотрел на темную гостиную, тьму которой нарушало лишь редкое сияние звезд и луны из окна. В тишине было слышно ровное, спокойное дыхание спящего Дейва. Тиканье настенных часов. Изредка с улицы доносился звук проезжающей мимо машины. Стив сидел неподвижно, смотрел в одну точку куда-то на стене, словно боялся спугнуть то, что так неожиданно ворвалось ему в голову и навело ясности.

Для чего вообще Стив влез в это дело? Он хотел впечатлить отца. Тихонько, незаметно найти убийцу, даже, возможно, задержать его. Чтобы потом, стоя под камерами сплетников-журналистов, слушать, как отец восхваляет его, называет героем, говорит, что гордиться им. Нужно ли Стиву это сейчас? Человек, который был для него примером – стал предателем, стал паразитом в его сердце, которого срочно нужно выковырять оттуда, избавиться, уничтожить. Нужна ли Стиву мнимая гордость лицемера? А чем лучше кровожадной русалки его собственный отец, тот, на кого он всю жизнь так мечтал быть похожим? Русалка убила множество людей, отец – разрушил самое дорогое, что может быть в этой жизни. Семью, любовь, веру в идеальное. Что теперь идеально? К чему стремиться? О чем мечтать? На кого опираться?..

Стив помнит, как однажды, после убийства Бьянки Старви, он вышел в магазин. Этот супермаркет как раз располагался у дома Старви, и Стив, проходя мимо, видел, как во дворе дома рыдает безутешная мать. Тот крик, плач, тот пронзительный до глубины души голос словно звучал отовсюду. Она положила голову на плечо мужа, тот крепко обнимал ее, словно боясь отпустить, и лицо его, пусть и плохо было видно издалека, но выражало такое горе, которое невозможно выразить словами.

Барри Лимвуд был добряком. Светлым, классным парнем. Стив видел его в школе. Иногда слышал, как его хвалят учителя, как он весело смеется в компании друзей. Каково близким потерять такого человека? Лишиться светлого лучика, добродушного сына, отзывчивого брата…

Боль проникала в каждую клеточку тела Стива. Он словно физически ощущал смерть тех, кого почти не знал, но которые погибли так несправедливо. Они сопротивлялись? Боролись? Или ублюдок каким-то образом их оглушил перед всем этим? Как он затащил их на берег, в воду? Может, он ударил их чем-то тяжелым на улице, а потом принес обмякших, полуживых к воде? Но главное: зачем он это сделал? Что плохого сделали ему невинные люди? Неужели его желание убивать было сильнее сожаления к ни в чем не повинным семьям бедных убитых?

Чем руководствуется человек, совершая зло? Человек, который может дышать под водой и обретает под ней русалочий хвост – что двигало им в желании убивать? Жажда крови? Месть? Психические отклонения? О чем думал отец, изменяя матери? Неужели банальное желание постельных утех стоило того, чтобы разрушить идеальный брак, идеальную семью? Как можно быть таким жестоким?..

Подозрения Стива касательно Сандры все укреплялись. Он же своими глазами видел, как она плавала, потом исчезла, потом появилась русалка. Да, у русалки и Сандры внешне совершенно нет общих черт, но ни у кого из людей нет ничего похожего на то чудовище. И потом, эта чешуя в пакетике, подозрительная ложь…

Значит та, кто пробудил в нем самые светлые чувства, - жестокий убийца? Девушка с внешностью ангела, с повадками изящной кошки, с лучистым смехом и глазами, в которых хочется тонуть – жестоко расправляется с людьми, которые были чьим-то смыслом жизни, чьей-то любовью, чьей-то надеждой…

Можно ли теперь доверять хоть кому-то?..

Рассвет наступил так тихо, так плавно, словно боясь потревожить спящий город. Стрекотали сверчки, пели птицы, аккуратно ступая по прохладной земле, рассветное солнце заливало мягким светом все вокруг.

Прозвенел будильник. Дейв, сонно потянувшись, открыл глаза и обнаружил, что в кровати слишком просторно. Он привстал, огляделся, и увидел Стива, сидящего в кресле. Он так и смотрел в одну точку, выглядел жутковато-бледным, с красными глазами и мешками под глазами.

- Стив? – Дейв вскочил и подошел к брату. – Ты чего?

- Убийца – Сандра, - тихо сказал Стив хрипловатым голосом и перевел взгляд на брата.

- Ты уверен?

- Вчера ночью она плавала. Потом исчезла из виду, и появилась русалка. Она выглядела чудовищно. Заметила меня, попыталась напасть. Я сбежал. Она не умеет передвигаться по суше, только в воде.

- Ну это еще не доказательство. Ты же не видел, как она превращается…

- Прекрати, Дейв. Ты просто пытаешься утешить меня, потому что знаешь, что она нравилась мне.

- Но она тебе и сейчас нравится, да и мы можем еще попробовать доказать, что это не она.

- Дейв! – Стив сказал это чуть громче, строгим тоном, похожим на тон отца. – Сандра убила их всех. Расследование окончено.

- Стив, я понимаю, что сейчас тебе тяжело, но зачем так сразу ставить крест? Мы не знаем ее мотивов, не видели превращения, у нас еще точно нет ничего на руках. Что мы скажем полиции? «Она плавала ночью»? Давай сходим в школу и придумаем что-нибудь, как действовать дальше и…

- Я никуда не пойду. Мне плевать на школу, на глупые расследования, на Сандру. Я больше ни в чем не участвую.

- Стив…

Но Стив встал и молча лег на диван. Дейв хотел как-то помочь ему, взбодрить, но понимал, что ему сейчас нужно только поспать. Поспать и побыть одному.

Дейв вышел из дома чуть раньше. Доехал до парковки у кафе, которое еще закрыто. В округе почти никого не было этим утром, и можно было спокойно поговорить с Крисом.

- Что случилось? – спросил сонный Крис.

- Вчера мы со Стивом узнали, что отец изменил маме, они разводятся. Стив сильно разбушевался, и мы съехали к дяде. Но его это сильно задело. Он вчера был на пляже, видел русалку. До этого там плавала Сандра, и теперь он думает, что Сандра и есть русалка. И он больше не хочет ничего расследовать. Не пошел в школу, увалился спать. Похоже на депрессию.

- Погоди, Дейв. Ты же знаешь Стива, ему нужно время остыть. Но у меня есть кое-какая мысль. Сандра Вуфер – дочь Тайлера Вуфера, верно? Он последний, кто видел Бьянку. И теперь Сандра – главный подозреваемый. Тебе не кажется это все странным? Все словно крутится вокруг нее. А еще, знаешь что? – тон Криса стал заговорщическим. – Знаешь ли ты, кто отец Тайлера Вуфера?

- Кто? – Дейв нахмурил брови.

- Мэр Хэрроу. Сандра – внучка мэра.

- Ого.

- Чисто технически – мэр может покрывать ее убийства.

- Но зачем молодой девчонке убивать кучу людей?

- Месть, жажда крови, все что угодно. Нам нужно узнать о русалках побольше. Как они превращаются, как убивают и зачем. Но главное – нужно следить за Сандрой. Очень плохо, что Стив так хандрит. Он мог многое сделать сейчас.

- Я подумаю, что еще можно сделать.

***

Капитан Гурс сделал глоток чая с корицей и немного поморщился – горячий напиток слегка обжег губы. На полном животе его едва сходились пуговицы полицейского кителя, а на лбу проступали капельки пота. Выражение его лица было безмятежным, он все разглядывал пальмы за окном, словно это единственное, что его интересовало. У его собеседника же, который стоял к нему спиной, опершись на кухонный гарнитур, от напряжения уже вздулась вена на лбу.

- Это не животное, капитан Гурс, - говорил Дональд сквозь зубы. Его раздражало спокойствие полицейского в такой непростой ситуации. – Бьянка не умела плавать, Лимвуд боялся воды. Но они непременно оказывались на берегу, хотя на это не было абсолютно никаких причин.

- Детектив Дженовски, именно это я и ожидал от вас услышать, - сказал Гурс, и Дональд повернулся и заинтересованно посмотрел на него. – Ваш профессионализм не оставляет сомнений. Я долго думал об этом деле, я тоже пришел к выводу, что никакие животные тут не замешаны. Тем более, ни зоологи, ни криминалисты не могут выяснить, что это за животное может быть. И есть еще кое-что.

- Еще один труп?

- Нет. Машина. Мы нашли машину мисс Старви в канаве, неподалеку от города. Она не доехала совсем немного, попала в аварию.

- Она умерла в ДТП? Но ведь тогда криминалисты бы обнаружили следы от удара.

- След от удара нашли. Она ударилась лбом об руль.

- Что? Почему мне не сказали?

- Прошу прощения, детектив, вся эта тема с животным сбила нас с толку.

- И что же дальше? Она же не умерла от удара об руль?

- Нет. От такого она умереть не могла. Мы обнаружили кровь в машине, отправили ее на экспертизу.

- Капитан Гурс, при всем уважении, не слишком ли поздно вы поставляете мне информацию? Я пытаюсь помочь всем, чем только можно.

- Кстати, как там последняя жертва? Узнали что-то новое?

Дональду не нравилось, как Гурс меняет тему. Но ругаться сейчас не хотел.

- Нет. Но зато появился свидетель по делу Барри Лимвуда.

- И что же он видел?

- После того, как Барри вышел из магазина, к нему подошел дедушка, и с ним Барри отправился в неизвестном направлении.

- Дедушка?

- Да. Говорят, он выглядел прям очень старым: седая борода, седые косматые волосы, сгорбившийся, с палочкой. Либо он последний, кто видел Барри в живых, либо он убийца.

- Много ли дряхлых стариков способны на такое?

- Много ли людей могут прикинуться дряхлыми стариками?

***

Дейв ехал по вечернему городу. Улица все еще была оживленной, вокруг горели фонари и окна домов, магазинов, кафе. В воздухе витал приятный запах блюд, которые готовили в округе. Он увидел вывеску магазина, в котором продается вкуснейший лимонад, и решил зайти.

Он припарковал машину чуть дальше, у кафе, потому что парковка у магазина была забита машинами. Как вдруг он увидел то, что отвлекло его от магазина с лимонадом.

Свет из окна кафе был теплым и ярким, доносился нежный и знакомый до боли смех. Дейв остановился и увидел Полли. Она сидела в компании парней и девушек, но ближе всего к ней сидел тот самый баскетболист. Она смотрела на него с нежностью и смеялась.

Весь мир рухнул в одну секунду. Как карточный домик, он просто развалился, раскатился картами по столу и полу, остались лишь обломки. Среди которых стоял Дейв. Один. На этой чертовой темной улице, освещенной лишь фонарями. Он не мог сдвинуться с места – все его тело сковала боль.

Ревность, казавшаяся раньше чувством героев мелодрамы, вдруг стала слишком реальной, слишком сильной. Почему так происходит? Ты сначала просто влюблен, несешься куда-то на крыльях счастья, думаешь о том, как прекрасно целовать и обнимать любимого человека, а потом вдруг этот выстрел. Жуткий, глухой выстрел в сердце, и ты уже стоишь посреди улицы, не в силах ни пошевелиться, ни вымолвить хоть слово.

Дальше Дейв ехал все так же быстро, но энтузиазм сменился той глухой болью, гневом и разочарованием.

Машина остановилась у высокого богатого дома. Светлый камень, современный стиль, ни намека на дизайн в стиле традиций острова – сухой модерн с ультра-дорогим убранством. Было видно, что дом этот стоит годового бюджета города, как минимум.

На резных металлических воротах, слишком высоких, висел домофон. Дейв нажал кнопку вызова.

- Кто? – безжизненный голос, словно голос робота, послышался после пары гудков.

- Я Дейв, друг Сандры, могу я ее увидеть? – голос Дейва едва заметно дрожал. То ли от опускающейся на город прохлады, то ли от нервного напряжения, электризовавшего воздух. В таких местах Дейв бывал крайне редко, от чего ему было не по себе. Как отреагирует мэр, если узнает, что в его дом пришел какой-то пацан без приглашения?

Домофон замолк. Дейв простоял на улице минут, наверное, двадцать, но не сдавался. Ему определенно нужно попасть в дом Сандры.

Раздался писк и щелчок. Ворота открылись. Дейв осторожно вошел внутрь.

Двор дома выглядел идеально – словно с обложки журнала о домашних интерьерах, или о домах богачей. Аккуратно остриженный газон, маленькие фонарики по краям дорожек из каменных плит, мраморные статуи, аккуратные кусты роз.

Легкий ветерок пробирался сквозь одежду, от чего тело Дейва покрывалось мурашками. Дом был настолько богатым и огромным, что было не по себе. Может ли это быть домом убийцы? Или там просто живет милейший дедушка-мэр со своей внучкой-отличницей?

Дейв остановился возле большой двери из светлого дерева, высотой метра три, наверное. Постучать? Или просто войти?..

Не дожидаясь, когда гость примет решение, дверь распахнулась. В проходе стоял классический дворецкий: в черном костюме, лаковых туфлях, с согнутой в локте левой рукой. Лишь лицо его было жутковатым – лысая голова с крючковатым носом и шрамом на переносице, испещренная морщинами.

- Приветствую, - учтиво сказал он. – Как вас зовут?

- Здравствуйте. Я Дейв Дженовски, друг Сандры, - ответил Дейв, стараясь скрыть тревожность, которая уже комом стояла в горле.

Он не мог понять, что именно вводило его в столь сильное напряжение – богатый дом, жуткий дворецкий, возможная встреча с мэром или тот факт, что этот дом, возможно, принадлежит убийце. Но напряжение росло с каждой секундой.

Внутри дом был точно таким же, как и снаружи. Этот «неживой» современный стиль, где все блестит и пышет роскошным изяществом, словно лишенное души и уюта. Дом словно стоит пустой уже много лет, но за ним хорошо ухаживают. При такой идеальной чистоте возникало ощущение, что здесь никто не живет.

- Прошу. Подождите здесь, мисс Вуфер скоро спустится, - дворецкий кивнул на небольшой кожаный диванчик кремового цвета. Над диванчиком висел гобелен с изображением оскалившейся жуткой акулы, у которой из головы торчал меч, как у рыбы-меч. Этот гобелен немного выбивался из интерьера – выглядел несовременно и ужасающе. В каждой детали, в каждой мелочи чувствовалось, что хозяин дома пытался всюду показать свое богатство, что он может потратить миллионы на картины. Невольно Дейв задумался: такие покупки могли стать ущербом для города? Кто знает, может, на эти деньги где-то не положили асфальт или не пристроили пандусы…

Дворецкий ушел, и почти сразу спустилась Сандра. Она была в милой пижамке – белая майка с сердечками, и такие же шорты. Она была без макияжа, но даже в таком домашнем образе все еще выглядела слишком «модельно».

- Привет, - улыбнулась Сандра. – Неожиданно тебя здесь видеть.

- Привет. Извини, что так поздно, и вообще, что пришел к тебе домой. Но нам нужно поговорить.

- О чем?

- О Стиве. Он писал тебе сегодня?

- Нет. Он не отвечает на сообщения, даже не заходит. Что-то случилось?

- Не совсем, но…

- Подожди. Я сейчас спрошу у дедушки, можно ли подняться в мою комнату.

Сандра ушла, и через несколько минут вернулась. Они поднялись наверх.

Лишь комната Сандры отличалась от всего остального. Здесь была кровать, которая выглядела детской: в форме ракушки, с голубым балдахином. На полу – пушистый ковер, на стенах плакаты со всякими звездами и даже детские рисунки, на зеркале – фотографии Сандры с друзьями, повсюду – мягкие игрушки, милые статуэтки, пушистые подушки. Комната была настолько детской и «девчачьей», что поначалу у Дейва зарябило в глазах. Это выглядело странно, совсем не подходило Сандре. Она выглядит грациозной девушкой, в стильной одежде, с обворожительной фигурой, общается «по-взрослому», без детских повадок и обсуждения мультиков. А тут – такая детская в стиле «Русалочки» или каких-нибудь других принцесс «Дисней». Дейв вглядывался в одну из фотографий у зеркала: на ней Сандра в обнимку с дедушкой, на фоне парка аттракционов. Счастливые улыбки, нежные объятия. Редко встретишь настолько теплые семейные отношения, особенно если говорить о дедушке-мэре и внучке-подростке.

- Садись, - сказала Сандра и кивнула на мягкое фиолетовой кресло-мешок. Дейв сел и моментально провалился в него, ему было непривычно сидеть в таком мягком кресле. Сама Сандра села напротив, на свою кровать.

- В общем, у Стива сейчас небольшие трудности, - сказал Дейв.

- Какие?

- Я не могу всего сказать.

- Дейв, я все понимаю. Ты хороший парень, что так пытаешься объяснить мне это, но не нужно. Я понимаю, почему парень после свиданий не хочет отвечать. Я ему неинтересна. Наверное, мы просто не сошлись в той теме о морских животных.

- Нет, ты не так поняла. У него действительно есть определенные трудности. На самом деле, это наши общие, семейные трудности. Он очень закрытый в этом плане человек, не любит, когда его жалеют. Вряд ли он станет рассказывать. Но ему сейчас нужно побыть одному, переосмыслить все. Он даже со мной не разговаривает. Поэтому, хотелось бы попросить тебя, не делать поспешных выводов. Подожди немного, ладно? Ты очень ему нравишься, но сейчас он не в состоянии строить отношения.

- Хорошо. Я подожду, сколько потребуется, если ему это так нужно.

- А почему ты подумала, что дело в морских животных?

- Он… очень злится, когда мы обсуждаем это. Но у нас очень разные взгляды. Я пытаюсь убедить его, что это бред, никаких чудовищ не существует, но он в них верит.

- А почему ты думаешь, что их не существует?

- Мне так дедушка говорит. Кстати, как ты вообще меня нашел? Я никому не говорю, что мой дедушка мэр. Знаешь, много есть людей, которые только из-за моего дедушки хотят со мной дружить.

- Оу, я… через знакомого. Я попросил его найти твой адрес, и он нашел. Не обращай внимания, у него есть странные шпионские замашки. И почему твой дедушка так думает?

- Мой дедушка знает все. Он говорит, что СМИ специально раздувают эту тему. Им выгодно, чтобы иногда люди находились в страхе или панике.

- То есть, ты их не боишься?

- Нет, конечно. И правильно. Я даже ходила купаться по ночам, в то самое место. И что ты думаешь? Меня не трогают. Если бы там обитало какое-то чудище, меня бы давно растерзали на кусочки.

- А ты смелая.

- А ты нет?

- Я бы не пошел купаться туда.

- Мне с моим дедушкой ничего не страшно, - мягко улыбнулась Сандра.

- Ладно, спасибо, что выслушала, я правда хочу, чтобы у вас со Стивом все получилось. Я пойду, хорошо?

- Конечно. Я провожу тебя.

Оказавшись в машине, Дейв написал сообщение Крису: «Жучок у нее в комнате», и поехал к дому. Ему нужно было забрать кое-какие вещи, и заодно прихватить некоторые вещи Стива, поэтому он направился прямиком к дому отца.

***

Дональд не хотел разговаривать с Джоанн. Его голова была занята расследованием, весь день он убил, роясь в документах и отчетах, пытаясь найти хоть какую-то зацепку, но бесполезно. И теперь, когда телефон разрывался, он совершенно не хотел брать трубку. Налив виски в бокал, он все же нажал «принять».

Джоанн выглядела прекрасно: уложенные локоны, вечерний макияж, платье с декольте и бокал с вином в руке. Словно она не собиралась разводиться, а вот-вот выйдет снова замуж.

- Да, Джо, - сказал Дональд, стараясь скрыть раздраженный тон.

- Я звонила Стиву, - твердо сказала Джоанн. – Мальчики живут у Оскара, это правда?

- Да.

- Донни, почему ты это допустил?

- Эти «мальчики» устроили мне непонятную истерику прямо перед моей коллегой! Мне что, валяться у них в ногах, чтобы они жили дома?! Раз они решили, что такие взрослые, справятся и без меня.

- Донни, так нельзя. Они все еще дети и…

- Я все сказал. Они поступили неуважительно по отношению ко мне, я не собираюсь идти с ними на примирение. Это они должны извиняться и заглаживать вину.

- Им просто тяжело сейчас, это большой стресс для них. А что за коллега?

- Кэтрин.

Джоанн закрыла глаза и лоб рукой.

- Ты серьезно? – тихо сказала она и убрала руку. – Ты привел домой свой объект обожания, и чего ты ждал? Что они будут звать ее «мамочкой»?

- Какой еще объект обожания? Я… - Дональд покраснел, а глаза начали бегать.

- Донни, прекрати врать. Я знаю тебя столько лет, ты действительно думаешь, что я в первый же день не выяснила, кто там растопил твое сердце?

- Не говори глупостей.

- Скажи это себе.

Входная дверь открылась, но Дональд даже не заметил, как вошел Дейв. Он лишь заметил, как за Джоанн открылась дверь, и из душа вышел мужчина в одном полотенце. Молодой, мокрый, высокий мужчина.

- Кто это? – спросил Дональд, стараясь сохранять невозмутимое выражение.

- Оу, это Варфоломей Дмитровский, дизайнер, - улыбнулась Джоанн. – Мы работаем над одним проектом, и представляешь, у него в номере отключили воду. Он зашел ко мне помыться.

Джоанн отпила вина, Варфоломей достал бокал и сделал тоже самое. Она улыбалась игриво, словно флиртуя, явно была довольна собой и сложившейся ситуацией. Дональд же кипел от ярости, скрипел зубами, но настойчиво пытался сохранять самообладание.

- Что-то не так? – заигрывая, спросила Джоанн.

- Ты же помнишь, что ты все еще замужем?

- Ох, Донни, ты что, ревнуешь? – Джоанн ядовито улыбалась. Ее глаза сверкали как у змеи, заприметившей добычу. – Не стоит. Варфоломей просто мой друг. У нас с ним много общего. Да и я же не знакомлю его с сыновьями, в конце концов.

Это был персональный укол прямо в самое слабое место. Он знал, что она права, знал, что не может сейчас устраивать ей сцены ревности, он был слаб, как раненый кролик, но это чувство ревности, кипевшее в нем, сжимало его сердце все сильнее.

- Спокойной ночи, - злобно сказал он и, не дожидаясь ответа, завершил вызов.

Пока Дейв старался бесшумно подняться по лестнице, Дональд ходил по кухне туда-сюда и гневно пил виски прямо из горла. Его возмущению не было предела, но он ничего не мог сделать.

У него с Кэтрин ничего не было! Это нечестно! Она просто симпатичная женщина, интересный собеседник, но не более того. Он даже не намекал ей. А тут, его жена, которая клялась в любви и верности, так быстро нашла себе этого молодого дизайнера, пригласила его к себе в душ и выпить вина! Это возмутительно. И сейчас, пока он гневно сотрясает пол кухни и набрасывается на бутылку, словно это она во всем виновата, его прекрасная жена наверняка занимается не весть чем с этим сопляком с идиотским именем.

Дональд был в такой ярости, что, когда Дейв покинул дом, он тоже не заметил. Он думал лишь о своем новом, твердо принятом решении – завтра он непременно пригласит Кэтрин еще раз. И постарается зайти дальше. Чтобы эта змея Джо поняла, какую ошибку совершила!

Из автобиографии.

Мой сын… Должен был стать настоящим мужчиной. Все испортила моя жена, как и все эти чертовы безмозглые женщины, которые зачем-то лезут в мужскую жизнь и наводят в ней хаос.

Жену я бросил. Оставил без копейки в кармане, так ей и надо. Когда сыну было три, она пыталась меня убедить, что шлепки по его заднице делают меня тираном, когда было четыре, успокаивала его, когда я ставил его в угол, когда было пять, совсем озверела. Считала, то ему можно иногда плакать, он так выражает чувства. Я не мог позволить сделать из сына безвольную тряпку, размазню, и выгнал ее. К тому же, я видел, как она крутит хвостом перед рабочими, которые делали у нас ремонт. Я уверен, она спала с кем-то из них, иначе как объяснить, что она так услужливо с ними разговаривала? Ее глупый братец на протяжении всего нашего брака пытался помешать нам. С самого начала ему не понравилось, что я ограничивал общение жены с ее матерью, этот сопляк не понимал, что женщинам нельзя долго находиться вместе, они непременно надумают глупостей, будут чесать языками, перемывая кости своим мужьям, разве же это нормально для приличной семьи? Методы воспитания жены ему тоже не нравились. Он считал, что дать жене подзатыльник или пощечину, когда она находится в каком-то истеричном состоянии, в неадекватном, - это неправильно. Пытался мне угрожать полицией, своими кулаками. Конечно же, человек с такими глупыми убеждениями, странным желанием «защитить» сестру от того, кто делает ее жизнь лучше, оказался в психиатрической лечебнице. У него был серьезный диагноз, лечение заняло несколько лет. Я позаботился о том, чтобы его обследовали максимально тщательно. Такова уж моя натура – делать добро даже тем, кто не заслужил. Я, словно создатель этого мира, этих муравьишек-людей, вижу свет и добро в их сердцах, несмотря ни на что.

Конечно же я, политик, успешный бизнесмен, влиятельный мужчина, не мог позволить сыну остаться с ней. Он даже не видел ее больше. Она не достойная мать и жена, я не могу подпустить к ней ребенка.

Но те первые пять лет его жизни наложили на нем отпечаток. Постоянно ныл, уговаривал увидеться с мамой, грубил девушкам, которые приходили к нам домой. Рос настоящей нюней, с которым не хотелось иметь дело.

Я всегда старался привить ему правильные ценности и моральные принципы. Для тех, кто не знает, как воспитывать детей, есть несколько советов:

Мужчины не плачут. Не плачут, не жалуются, не делятся тем, что на душе. Весь мир – враги, они хотят воспользоваться твоей слабостью, а слабость – эмоции.Женщины – первые враги. Их цель – влюбить в себя, пользоваться всеми твоими благами, твоей добротой, любовью и благородностью. Затем – отобрать. Детей, деньги, имущество – что найдет. Поэтому женщинам нельзя доверять, их нужно воспитывать, и никогда, НИКОГДА не иметь дело с теми, кто уже был в отношениях. Ты же не хочешь выслушивать ее истории о том, как ее любил какой-то безродный нищеброд? Нет. Твою женщину можешь любить только ты, и никак иначе.Работа – самое главное. Мой отец был чертовски прав, когда говорил о важности работы. Теперь мое состояние оценивается в несколько миллионов (а, может, и миллиардов, кто знает?), и я, как настоящий мужчина, могу позволить себе все, что захочу. Выгорание, стресс, депрессия – это для слабаков и женщин.Настоящий мужчина может и должен «идти по головам». Если ты по-настоящему сильный, уверенный в себе, умный, то ты можешь делать все что угодно для достижения своих целей.Мой сын не оценил такого подарка судьбы в виде меня в роли его отца. Учился кое-как, постоянно ныл об усталости и стрессе, влюбился в какую-то замарашку в выпускных классах… В общем, делал все наперекор мне. А после школы стал тем, кем я всегда ему запрещал быть. Он пошел учиться на механика. Это было его «мечтой», так он считал. Как может настоящий мужчина любить ковыряться в ведрах с гайками и посвящать этому жизнь?!

С тех пор у меня нет сына. Я дал ему все: воспитание, деньги, знания. Я хотел приобщить его к делам, сделать властным и влиятельным, но он выбрал быть испачканным в мазуте бедным механиком в грязном гараже.

Глава 8. Арест.

- Зачем ты вообще пошел к ней?! – возмущался Стив следующим утром. Дейв спокойно пил кофе, наблюдая за реакцией брата.

- Ты можешь сколько угодно наслаждаться своей депрессией, но мы должны довести дело до конца, - невозмутимо ответил Дейв. Стив ходил по кухне туда-сюда, не в силах справится с нервным напряжением.

- Зачем нам это, Дейв? Мы не следователи. Мы просто школьники. И ничего мы не сможем сделать.

- Мы знаем то, чего не знает полиция. Ты сам своими глазами видел убийцу, нам осталось совсем немного – выяснить настоящий облик.

- Этот облик – лицо Сандры.

- Если бы это была Сандра, она бы выдала себя. Сам подумай – она пыталась убить тебя ночью. На следующее утро к ней прихожу я. И что же она делает? Ничего. Она не пытается снова заманить тебя на берег, она убеждена, что никаких чудовищ не существует. Не пыталась напасть на меня. В общем, она просто девчонка, которая любит плавать по ночам, вот и все.

- Ладно, но странностей много. Из ее кармана выпал пакетик с чешуей, - Стив сел напротив брата и отпил кофе из его кружки. Волнение в его глазах сменилось интересом. Сколько бы он не пытался, но победить свое любопытство он не смог. – И все как-то все равно указывает нам на нее.

- Этого мало. Но я подбросил «жучок» в ее комнату. На всякий случай. Крис будет слушать все, что там происходит.

- А нам тогда нужно к машине Бьянки. Поищем там что-нибудь, что могла не найти полиция. Кстати, почему ты еще не в школе?

- Не хочу туда идти, - Дейв погрустнел.

- А Полли? У вас же сегодня свидание.

- Я написал ей, что заболел. Я вчера видел ее в кафе с друзьями, и там она обнималась с тем баскетболистом.

- Ты уверен?

- Да. Слушай, я не хочу весь период наших отношений думать лишь о том, верна она мне или нет. Наверное, мне не надо было с ней даже пытаться что-то построить.

- Бро, я лишь хочу, чтобы ты был счастлив. Может, ты и прав. Если так тяжело с ней сейчас, то что будет потом?

Парни не дожидались обеда, сразу поехали по шоссе, чтобы найти машину Бьянки. В это время Стив снова открыл переписку с Сандрой. Под уймой неотвеченных сообщений он написал, что проблемы решились, он снова хочет увидеться с ней.

Машина оказалась совсем недалеко от города, но хорошо припрятанная – в канаве ее было почти не видно с обочины. Парни смотрели на нее молча. В их головах была одна и та же картина – Бьянка без сознания, со стекающей по лицу кровью, еще не знающая, что это была ее последняя поездка.

Они надели перчатки, чтобы не оставить отпечатков и принялись искать. Но машина была такой пустой, словно в ней никогда никто не ездил. Лишь в приоткрытом багажнике лежал небольшой набор инструментов. Поиски не дали результата, и парни были огорчены. Они прошли дальше, за канаву, в лес.

- Мы не можем вечно жить у дяди, - вдруг сказал Дейв.

- Ты хочешь сказать, что нам нужно вернуться? Хочешь снова жить с тем, кто причиняет боль нашей маме? – спросил Стив, внимательно глядя на брата, словно стараясь пристальным взглядом вразумить его.

- Я лишь хочу сказать, что жить у дяди долго не получится. К тому же, мы не ходим в школу. Отец явно попробует что-то предпринять.

- Да плевать.

- На него – допустим, а на маму? Она же будет переживать.

- Она уже звонила. Уговаривала вернуться к нему.

- Ей и так сейчас тяжело. Думаю, лишние переживания ей ни к чему. Я подслушал их разговор, когда ходил за вещами.

- И что там?

- Она была в номере не одна, с ней был какой-то молодой дизайнер. Отец жутко разозлился.

- Она молодец. Пусть почувствует, каково это.

- Я бы все равно не хотел, чтоб они развелись.

- Нельзя так жить. Он изменил ей – такое нельзя прощать.

- Но все думают по-разному. Кто-то прощает и живет дальше, а…

- Стой, - Стив посмотрел под ноги. На земле лежал поцарапанный телефон, а рядом с ним – кольцо. Парни аккуратно подняли его. Телефон не включался, но на кольце они увидели гравировку в виде акулы с мечом из носа, как у рыбы-меч.

- Я видел гобелен с таким изображением в доме мэра, - сказал Дейв.

- Вы кто? – раздался с шоссе строгий голос капитана Гурса.

***

В эту пятницу поднялся ветер. Вся округа ждала грозы – настолько суровой казалась погода. Дональд, который не разговаривал с женой уже несколько дней, ожидал дома Кэтрин. Он надел лучшую рубашку, разлил вино по бокалам. Наконец ему выпала возможность отомстить, и он непременно ею воспользуется…

На самом деле, за эти дни он заметно остыл. Гнев сменился разочарованием, грустью. Он уже не хотел сидеть с другой женщиной распивать вино, но то чувство, охватившее его той ночью, все еще напоминало о себе, изредка сдавливая грудь тисками. И он решил не отступать от своего изначального плана.

Дональд посмотрел на часы: 18:40. Через двадцать минут на его пороге появится обворожительная спутница и он, забыв о проблемах, чудесно проведет время в ее компании.

Раздался стук в дверь. «Как-то рано…» - подумал Дональд и пошел открывать.

На пороге, взъерошенный от буйного ветра, стоял капитан Гурс, прижимая к груди портфель.

- Детектив Дженовски, добрый вечер, извините, что так поздно, дело срочное, - протараторил Гурс. Едва успел Дональд отойти от прохода, как капитан влетел в дом и прошел на кухню, которая была уже их своеобразной переговорной.

- Слушаю вас, - сказал Дональд и сел напротив. Гурс видимо не заметил окружающей романтической обстановки, и спокойно отпил вина из бокала, предназначавшегося для Кэтрин.

- Пару дней назад я уже говорил вам, что кровь в машине Старви принадлежала не только покойной Бьянке, но и ещё кому-то. Мы обязали всех мужчин в городе сдать кровь, чтобы найти, кому она принадлежит. Мы искали старика, мужчину с седой бородой, но результат нас удивил.

- Кто-то переодевался в старика? – спросил Дональд и отпил из своего бокала. Возникало впечатление, что у детектива свидание с капитаном.

- Скорее всего. По вашим наставлениям мы решили взять кровь и у Тайлера Вуфера, так как он еще не вычеркнут из списка подозреваемых. В общем, кровь схожа с его по ДНК.

- Как это – схожа?

- На самом деле, кровь эта нас весьма удивила. Она на несколько процентов в составе словно нечеловеческая. Похожа на кровь рыб по некоторым признакам, это очень странно. Из-за чего такое может быть – неизвестно. Но есть пятьдесят процентов вероятности, что Тайлер Вуфер и убийца – родственники.

- Пятьдесят?

- Да. Это может быть его дядя или тетя, может быть бабушка или дедушка, племянник или племянница…

- Я понял. Вы проверяли его родственников?

- Здесь проблемы. Как выяснилось, его отец – мэр Хэрроу.

- Что? Как это возможно, что о нем ничего не знают, у него другая фамилия?

- У него сложные отношения с отцом, он сам об этом сказал. Он с ним общается только из-за дочери, как выяснилось, дедушка с внучкой состоят в очень теплых семейных отношениях. И он взял фамилию жены, когда женился, чтобы отречься от семьи.

- Ну, пятьдесят процентов – это не отец. И не дочь. Нужно проверять остальных родственников.

- Он не знает ничего о родной матери. Сказал, она была сиротой и умерла, когда он был еще маленьким. Он ее не помнит.

- Нужно допросить мэра. Узнать о его покойной жене побольше. Да и родственников мэра тоже нужно проверить.

- И еще…

Гурс заметно замялся. Он посмотрел в пол, еще отпил вина.

- Что такое, капитан? Что еще?

- Мы вчера снова отправились к машине Бьянки. И встретили там ваших сыновей.

- Что? – глаза Дональда округлились и тут же налились кровью от злости. – Что они там делали?

- Нашли улику раньше полиции, - Гурс протянул Дональду пакетик. В прозрачном пакетике был большой золотой перстень с печатью в виде акулы с мечом, торчащим из носа, как у рыбы-меч.

- Что это?

- Это было в машине Бьянки. Я увидел, как Дейв поднимает это кольцо и прячет в карман, пришлось отобрать.

- Они сказали, что они там делали?

- Сказали, что просто гуляли, и из любопытства залезли в разбитую машину. Но, детектив, боюсь, как бы они снова не влезли в расследование. Это всё-таки очень опасно для подростков. Поговорите с ними, пожалуйста, им нужно больше думать об учебе, а не о жестоких убийствах.

- Конечно, капитан, поговорю, большое спасибо за вашу бдительность. А улику я возьму с собой, если вы не против. Поговорю с парнями, если они действительно играют в сыщиков, то наверняка что-то вынюхали уже. И возьму на себя семью Хэрроу. Попробую добыть информацию побыстрее.

- Спасибо.

Снова раздался стук в дверь. На этот раз это была Кэтрин. Капитан Гурс сразу засобирался и, столкнувшись в дверях с Кэтрин, смущенно покраснел, но поспешил покинуть место будущего романтического свидания.

- Добрый вечер, - улыбнулась Кэтрин. Она была в легком платье, и ее аккуратная укладка немного растрепалась на ветру, но она все еще выглядела очень красивой.

- Здравствуйте, - Дональд немного смутился, но старался выглядеть приветливо.

На кухне он сразу принялся оправдываться за поведение Гурса и его неуместное присутствие, начал ополаскивать бокал, чтобы налить вина, но Кэтрин, оглядевшись, сказала:

- Не нужно. Дональд, присядь, пожалуйста.

Дональд удивился внезапной ее твердости, но сел напротив и внимательно посмотрел на нее.

- Я вижу, что нравлюсь тебе, - говорила она серьезным тоном. – И ты тоже мне интересен, но… Я не готова к таким отношениям. Пойми, я свободная женщина, я не хочу быть сейчас какой-то стервой-разлучницей. Твои дети ненавидят меня, ты еще не развелся с женой, зачем мне это? Я хочу легкости, любви, хороших отношений, хочу семью. И не собираюсь строить свою семью на обломках твоей.

- Но они взрослые, все поймут, да и жена тоже хочет развестись… Я же не тороплю тебя, мы можем подождать…

- Нет. Дональд, я не хочу ждать неизвестно чего. Вокруг меня есть мужчины без багажа из прошлого, понимаешь?

- Понимаю.

- Прости. Но я ничего тебе не обещала. Я хотела внести ясность до того, как все зашло за какие-то рамки. Ты хороший мужчина, мне было интересно проводить с тобой время, но отношений с тобой я не хочу.

- Ладно. Что ж… спасибо за честность, - Дональд слабо улыбнулся. Кэтрин видела его легкую раздраженность, зарождающуюся где-то в глубине души, и поспешила уйти.

Проводив Кэтрин, Дональд сел и посмотрел в окно. Кэтрин – красивая, молодая девушка, которая казалась мечтой, новой жизнью, тем, кто вытащит его из повседневной рутины, предпочла ему другого мужчину, не захотела ждать, не захотела провести с ним время. Эта ситуация печальна, как ни посмотри, но почему-то Дональда это не тревожило. Он пытался откопать внутри хоть какую-то обиду на нее, пытался ухватиться за ту тень раздражения на нее, но от этого не осталась и следа. Осталось только какое-то облегчение… Да, ему стало легче.

***

Стив и Дейв сидели тем вечером у отеля с гостевыми домиками на берегу океана. В связи с последними событиями, полиция обязала отель прекратить принимать гостей, он стоял закрытым и пустым, храня в своих стенах и округлых окошках лишь воспоминания о том, как было весело и хорошо гостям, совсем недавно отдыхающим на берегу океана. Весь берег уже считался закрытой территорией, огороженной красной лентой, но парням не терпелось снова насладиться шумом волн и морским бризом.

- Как думаешь, отец уже в курсе? – спросил Дейв.

- Думаю, Гурс доложил ему максимально быстро.

- Мы облажались.

- Да плевать. Что он нам сделает? Даст ремня? Закроет в комнате? Мы уже не маленькие, с нами такое не прокатит.

- Да, но вряд ли он оставит это просто так.

- После того, как он поступил с мамой, мне неинтересны его глупые наказания.

- Она тоже нашла другого.

- А что ей было делать? Жить дальше с ублюдком-изменщиком?

- Нет. Ладно, хватит об этом. Итак, из разговора отца с Гурсом мы выяснили, что убийца – родственник Вуфера. И кстати, судя по анализу ДНК, это не дочь.

- Не совсем. Кровь принадлежит не совсем человеку, а это значит, что анализ ДНК показывает погрешность.

- Но полиция подозревает кого-то, переодевшегося в немощного старика.

- Это может быть кто угодно. В том числе, подельник. Они не знают, что ищут русалку.

- Главное доказательство – перстень. С гербом семьи Хэрроу.

- Зная отца, он завтра пойдет к мэру, будет пытаться выяснить как можно больше. Включим программу прослушки.

- Стив, у меня странное предчувствие.

- Какое?

- Мы словно не там ищем…

- А где же искать?

- Я не знаю. Помнишь, что говорила миссис Лоуфи? По предзнаменованию, дикие племена Мараксу возродятся, снова выйдут на сушу и будут пить кровь. Что, если так и произошло?

- Ничего исключать нельзя, но искать нужно по следам. А все следы ведут к семье мэра.

- Ты прав.

Начиналась гроза, и парни поспешили уйти. Они добрались до дома дяди, когда вдалеке уже послышался первый гром, и тяжелые первые капли дождя рухнули на крышу. Гроза развивалась быстро, словно ураган, решивший разрушить все вокруг. Дядя был занят делами в лаборатории, а парни решили созвониться с Крисом.

- Короче, никаких доказательств причастности Сандры к этому делу нет. Но есть кое-что другое, - тон Криса был воодушевленным, он снова с энтузиазмом тараторил, изредка поправляя очки. Было заметно, что его глаза и кончик носа были красными, словно он вот-вот расплачется. Парни подумали, что он подцепил какую-нибудь простуду в больнице. – Ее дедушка действительно убеждает ее в том, что морские чудовища и убийства – политический заговор. Более того, он сам уговаривает ее почти каждую ночь плавать в океане. Он говорит, что плавать по ночам это великолепно, и она же приехала не для того, чтобы сидеть дома. Они состоят в очень близких отношениях – он легко убеждает ее во всем. Честно, ребят, мэр показался мне очень странным. Он постоянно говорит о том, что скоро все изменится, говорит, что океан - это их новый дом. Чутье подсказывает мне, что он в этом всем замешан. Но проверять мэра будет непросто. А самое странное, знаете, что? Он пишет свою автобиографию. И хочет, чтобы Сандра непременно всю ее прочла. Прям настаивает на этом. В общем, нам срочно нужна автобиография мэра. Я уверен, там есть ответы на наши вопросы.

***

Мэр, узнав, что к нему едет детектив Дженовски, был настроен благоприятно. Он вел себя очень гостеприимно, максимально хотел помочь следствию. В гостиной он попросил накрыть изысканный стол, полный разнообразных завтраков, при встрече с детективом был улыбчив и вежлив.

- Детектив, этот город – великое место с великой историей. Я являюсь мэром этого замечательного города уже много лет, всю душу я в него вложил. Эти жестокие убийства приводят меня в неописуемый ужас. Горожан, которые голосовали за меня, которые были моей поддержкой, убивают на прекрасном берегу океана. Как это может не волновать меня? Я готов на все, чтобы помочь следствию, хоть сам буду бегать по городу и ловить убийцу, - говорил мэр, отпивая горячий кофе. Его голос был мягким и взволнованным, было видно, как ему небезразлична эта ситуация.

- Отлично, мэр Хэрроу. Бегать по городу, конечно, не нужно, это работа моя и полиции, но помочь вы можете. Ваш сын, Тайлер Вуфер, вы мало общаетесь? – Дональд начал вести запись разговора на диктофон, положил его на журнальный столик, и тоже отпил кофе.

- Да, знаете, детектив Дженовски, эти дети даются нам с трудом. Я слышал, у вас два сына подрастают? Вы должны меня понять. Дети бывают весьма неблагодарны. Я дал ему все, был отличным отцом, но он не оценил. Сменил фамилию, уехал. Хорошо хоть, не запрещает мне общаться с любимой внучкой. Единственный лучик солнца несчастного старика.

- Кто мать Тайлера?

- Ведьма. Жуткая женщина и ужасная мать. Когда она бросила его, он был еще ребенком, я сказал ему, что она умерла. Не говорить же бедному ребенку, что мать больше не любит его, променяла сына на бесконечные гулянки и кучи мужиков? Фу, даже вспоминать тошно, детектив Дженовски, - мэр скорчил гримасу отвращения. От постоянного обращения «детектив Дженовски» в каждой реплике Дональду становилось не по себе.

- А где она на самом деле?

- Сейчас она действительно гниет под землей, перед дьяволом отвечает за свои грехи. Она умерла десять лет назад, может больше, детектив Дженовски.

- У нее остались какие-то родственники?

- Да, детектив Дженовски, ее брат жив. А какое отношение это имеет к убийствам?

- Боюсь, имеет. Где можно найти ее брата?

- Здесь, у меня, - мэр непринужденно кивнул в сторону двери. – Бедняга не в себе. У него серьезный психический диагноз. Я сделал для него все, что мог. Лучшие клиники, врачи, но бесполезно. Сказали, навсегда останется таким. Бывает жутко агрессивным, даже жестоким. Как-то удушил нашу кошку и вскрыл ей глотку. С тех пор я животных не завожу. Жаль его, на самом деле, хороший парень. В чем же наша вина, детектив Дженовски, что наши близкие так страдают?

- Так он же брат вашей покойной жены, которую вы недолюбливали?

- Да, я ненавидел эту стерву за то, что она бросила сына. Но разве ж виноват в этом ее отрешенный братец? Знаете, детектив Дженовски, уж больно я милосерден, скажу честно. Все мы под одним небом ходим, как не проявить сострадание к ближнему, скажите? Если ж я могу помочь, то почему бы нет? Вы бы поступили так на моем месте, детектив Дженовски?

- Наверное, - сухо ответил Дональд. – Так и где же он?

- После лечения, которое принесло мало результатов, я взял его к себе дворецким. Было жаль парнишку, сгинул бы один в нищете, ведь с таким диагнозом никакой работы не светит.

- А зачем же вам сумасшедший дворецкий?

- Я же говорю, детектив Дженовски, жаль мне его. Кто еще о нем позаботится? Он совсем один.

- Хорошо. Подскажите, этот перстень вам знаком? – Дональд достал из кармана пакетик. Мэр посмотрел на него, и глаза его округлились в изумлении.

- Это его перстень, - сказал он и ошеломленно приложил руку ко рту. – Где его нашли?

- В машине одной из жертв.

- Какой кошмар! Нет, я не верю, что он способен на такое! Максимум удавить кошку, но не убить же человека!

- Боюсь, все может быть. Откуда у него этот перстень? Выглядит дорого.

- Я подарил ему, детектив Дженовски. Это герб моей семьи. Я дарил такой же Тайлеру, но неблагодарный сын выкинул его при мне же. Этот я подарил Бену, в знак того, что буду с ним всегда и не брошу бедолагу.

- Сможете ли вы предоставить мне график работы дворецкого?

- Конечно, - мэр отошел к столу, где лежала стопка папок, порылся и выудил лист А4. – Вам на этот месяц, детектив Дженовски, я правильно понимаю?

- Да, и на апрель.

- Держите.

Детектив внимательно изучал график, и его поражало жуткое совпадение: выходные ровно в те дни, когда совершены убийства. Паззл в голове детектива сходился, становилось одновременно приятно, охватывала легкая эйфория от скорого раскрытия преступления, и одновременно жутко от того, насколько рядом жестокий убийца.

- Ох, детектив Дженовски, никогда бы не подумал, что бедняга Бен станет убивать живых людей, - продолжал причитать мэр, он был в ужасе и смятении от происходящего, то и дело прикладывал ладонь к приоткрытому в изумлении рту, охал и вздыхал.

- Что обычно делает Бен в выходные? – спросил Дональд все тем же невозмутимо серьезным тоном, не обращая внимания на причитания.

- Знаете, я всегда за ним приглядываю. В последнее время он действительно часто уходил куда-то, а охранники докладывали, что и по ночам он мог уйти. Всегда ходил один, был очень грустен, говорил, что ходит на кладбище к сестре. Знаете, ему ведь много лет, я думал, он на закате жизни стал меланхоличным, много скучал по тем, кого лишился.

- А охрана? Кто-то приглядывал за ним вне дома?

- Честное слово, детектив Дженовски, я не хотел мешать его общению с умершей сестрой, относился очень уважительно к его решению побыть с ней наедине. Ох, если б я только знал, что он может совершить такое… Я бы сделал все, чтобы это предотвратить, клянусь.

В глазах мэра поблескивали слезы. Дональду было искренне жаль того, кто так переживает за эту ситуацию, кто так старался помочь больному человеку.

- Я должен отвезти Бена в отделение полиции. Если он окажет сопротивление, смогли бы вы оказать мне содействие с помощью своих телохранителей? Не думаю, что наряд полиции сейчас обязателен.

- Конечно, детектив Дженовски, я помогу вам всем, чем только можно.

Бен Вуфер жил в маленьком домике на заднем дворе. Это было помещение, где имелось все, необходимое для комфортной жизни, но выглядело оно неуютно. Никаких предметов интерьера, признаков хобби, даже ни одна книжонка или журнал не завалялись где-нибудь под кроватью. Здесь словно никто не жил. Невольно Дональд задумался: работа дворецким, где нет как такового общения с людьми, никаких хобби, ничего. Было очевидно, что Бен не здоров, что он живет пустую жизнь. Видимо, все его мысли занимали убийства.

Дворецкий сидел на кровати, смотрел в одну точку на стене, словно восковая фигура. Лицо не выражало никаких эмоций. Он казался безжизненным.

- Мистер Вуфер, вам нужно проехать со мной в отделение полиции для допроса, - отчеканил Дональд. Дворецкий встал и, ни говоря ни слова, пошел с Дональдом в машину. Все с тем же выражением лица. Он внушал страх, казался существом не из этого мира. Но Дональд лишь был рад такому раскладу: подозреваемый спокойно выполняет все указания.

Когда Бен уже сел в машину, Дональд собирался любезно попрощаться с мэром, из дома выбежала молодая девушка со смуглой кожей. Она выбежала прямо в своей пижаме с сердечками, ее афрокосички были собраны в пучок.

- Дедушка, что случилось? – обеспокоенно спросила запыхавшаяся Сандра и подошла к мэру.

- Дорогая, это детектив Дженовски, наш дворецкий ему нужен в полиции, - мягко сказал мэр и улыбнулся. Он приобнял внучку. Чувствовалось, как смягчилось его выражение лица, как стал нежнее тон голоса, когда Сандра появилась на горизонте.

- Он что-то сделал? – обеспокоенно спросила Сандра.

- Это и предстоит выяснить, - спокойно ответил Дональд и поправил очки.

- О, я вас знаю! Вы папа Стива и Дейва, точно! А я и не узнала сначала, - улыбнулась Сандра.

- Да, - ответил Дональд и попытался приветливо улыбнуться.

- Как у них дела?

- Все хорошо, они пока у дяди, - ответил Дональд и перевел взгляд на мэра. – С детьми действительно бывает сложно. Мои парни решили поиграть в детективов, и все лезут в это дело, словно им там медом намазано.

- Понимаю, детектив Дженовски, дети, бывает, огорчают нас. Мне очень повезло в этом плане с внучкой. Она – мой лучик света, прекрасное создание, - мэр тепло улыбнулся и посмотрел на Сандру. Она прижала голову к его плечу.

- Отлично, что у вас такая внучка. Что ж, большое спасибо за помощь, мэр Хэрроу, извините, что побеспокоил, до свидания, - улыбнулся на прощание Дональд.

- Да ну что вы, детектив Дженовски, помогать людям – наш с вами святой долг, - улыбнулся в ответ мэр.

- Извините за вопрос, но почему вы всегда называете мою фамилию?

- Она мне нравится. Очень звучная.

Объяснение было странным. Да и сам вопрос… Дональд понимал, что нечего было ожидать какого-то более разумного ответа. Единственное, что его радовало, что он упомянул при Сандре о том, что парни пытаются вести расследование. Он сделал это намеренно, надеялся, что возлюбленная его сына вправит ему мозги. И заодно сообщит о том, что задержан дворецкий, может, парни наконец успокоятся? Но Дональд не знал, что парни слышали весь разговор через прослушивающую программу.

***

- Брехня, - сказал Дейв, когда Стив закрыл программу.

- Что именно? – удивился Стив.

- Да все. Тебе эта история не показалась какой-то мутной?

- Мне показалась, - сказал с экрана ноутбука Крис. – Все так идеально сошлось, даже как-то странно.

- Вы думаете, мэр пытался подставить брата покойной жены? Но зачем ему это?

- Может, он не знал, что подставляет? Может, его запутали? – сказал Дейв.

- Либо дворецкий действительно убийца, - задумчиво сказал Крис.

- Мне интересно, догадается ли Сандра, что ты встречался с ней и подозревал ее одновременно? – сказал Дейв.

- Не знаю. Надеюсь, она не придаст значения словам отца.

Из автобиографии.

Ссоры с сыном сводили меня с ума. Я всегда отличался жуткой раздражительностью, но после ссор с ним мне действительно хотелось записаться к психиатру. Я обнаружил отличную вещь, которая помогала справится с гневом – ночные прогулки у океана. Шум волн, запах соленой воды, прохладный ветерок, темнота – прекрасно. Я всегда ходил один, часто переодевался, превращаясь в другого человека, чтобы слиться с толпой. Мне нравилась эта двойная жизнь. Днем – вершить судьбы, создавать этот мир, ночью – думать о своем, плавая в прохладной воде. Я нашел идеальный безлюдный берег для этого, за пляжем, где никто не мешал мне заниматься своим душевным действом.

Ту волшебную ночь я не забуду никогда. Я заплыл слишком далеко, так как был очень зол. Я попросту не заметил, как уже был очень далеко от берега. Мне показалось сначала, что судорогой свело ногу, но потом понял – меня за ногу схватила ледяная сильная рука. И потянула вниз, под воду. Карабкаться, отбиваться – не помогало. Я стремительно тонул от чьих-то цепких лап.

Очнулся я под водой. Но теперь я дышал, не чувствовал чудовищного давления воды. Я стал другим.

Оглядевшись, я увидел вход в огромную подводную пещеру, а у входа лежала она. Жутковатая, старая, сморщенная и черная, умирающая русалка. Она рассказала мне то, что помогло мне стать могущественнее.

Остров Мараксу – пристанище русалок. Они были здесь всегда, с самого начала жизни на земле. Люди и русалки жили вместе на острове, строили быт, хранили уникальные традиции острова. Это было великое общество, способное на все. Русалки были бессмертны и быстро исцелялись, а их кровь помогала людям заживлять раны и жить дольше. Человеческая же кровь была для русалок питанием, без которого они не могли долго быть сильными. Но мирное время кончилось.

Русалки сцепились с людьми в схватке, в которой заведомо известен исход: русалки победили. Они убили половину людей на острове, а вторую – превратили в таких же, как они. Но это было ошибкой. Ведь русалкам для нормальной жизни нужна человеческая кровь. Раньше люди добровольно позволяли отпивать у них немного, а теперь людей на острове нет. Русалки питались мореплавателями, которые пытались исследовать остров, но возродить человеческую жизнь на острове не получилось. Русалки остались живы, но лишены сил. Их тела ушли глубоко под воду, где они ждут, когда снова могут вернуться на поверхность и жить полноценной жизнью. Им нужна помощь – кто-то извне, кто даст им крови и оживит их.

Та русалка, что подарила мне бессмертие, была совсем плоха. Она чудом смогла подплыть к поверхности и ухватиться за мою ногу. Но это было последнее, что она сделала. Немного напитавшись, она превратила меня в одного из них – монстра, живущего вечно под покровом океанических волн. И умерла. Вечная жизнь могла быть вечной лишь при условии нормального питания, а те несколько капель моей крови, что дали ей лишний глоток жизни, не помогли. Она завещал мне воскресить всех: питаться человеческой кровью и приносить эту кровь русалкам, чтобы они снова могли выходить на поверхность.

Мои силы на суше не имели никакого значения. Я был обычным человеком там, где меня не касалась морская вода. Но в воде я был сильным, бессмертным, опасным. И человеческая кровь делала меня еще сильнее и могущественнее.

Сначала я шел к цели, о которой мне поведала русалка – оживить целое племя древних людей. Она объяснила мне все: как пить кровь, для чего, как не убить человека, а лишь получить от него пропитание. Я мог ударить кого-нибудь сзади по голове в безлюдном месте, выпить крови, а затем облить место укуса морской водой – рана заживала почти моментально. И древние жители Мараксу интересовали меня в первую очередь. Им действительно нужно помочь, чтобы они могли передать людям великие знания древности, чтобы с их помощью исцелять болезни, передавать их великий дар другим. Воскрешение целого племени древних из глубин океана сделало бы этот мир гораздо лучше, дало бы очень много новых возможностей.

Так я думал до тех пор, пока не почувствовал на своих губах в первый раз этот сладкий, манящий, кисловато-металлический вкус человеческой крови…

Глава 9. Ещё одна смерть.

Стив этим же вечером написал Сандре, что хочет увидеться. Его радовала мысль, что Сандра оказалась не убийцей, подозреваемый задержан, а еще ему жутко хотелось увидеть ее после нелепой выходки своего отца. Вдруг она поменяла свое мнение о Стиве? Разочаровалась в нем? И конечно, ему просто не терпелось увидеть ее. Вдохнуть снова аромат волос, поцеловать, прижать к себе.

Сандра же сказала, что вообще не хочет куда-то идти, но позвала к себе. Она тоже соскучилась, хотя и вставать с кровати в этот ленивый вечер совсем не хотелось.

- Так значит, вы ведете расследование? – сказала Сандра с хитрой улыбкой, сидя за письменным столом.

- Я не хотел тебе говорить… - замялся Стив.

- Да ладно, расслабься. И что же вы откопали?

- Ничего особенного, - Стив хотел побыстрее сменить тему.

- Стив, ты слишком много скрываешь от меня. Честно, мне тяжело из-за этого. Как мне доверять тебе, если у тебя есть секреты?

- Но ты тоже что-то скрываешь.

- Например?

- Ты ходишь по ночам к океану.

- Ты следил за мной? – глаза Сандры округлились.

- Не совсем. Но мы следили за тем берегом, где произошли убийства.

- И что же ты думаешь? Что убивала я? Если ты не в курсе, то уже задержали преступника.

- Я знаю, твоего дядю.

- Что? Нет, нашего дворецкого.

- Ты не знала, что он твой дядя?

Сандра почувствовала ком в горле. Уверенный тон Стива, его холодный взгляд – не было сомнений, что он говорит правду.

- Этого не может быть, - прошептала Сандра.

- И чешуя, - Стив не хотел останавливаться. Его вопросы все еще были без ответа, и ему нужно было все узнать.

- Чешуя?

- В пакетике. Зачем она тебе?

- Это все из-за дедушки. Подожди, ты устраиваешь мне допрос?

- Нет. Но ты говорила о доверии.

Вдруг из коридора раздался голос мэра.

- Сандра! Сандра, подойди сюда!

Сандра лишь укоризненно взглянула на Стива, и вышла. Стив был напряжен. Разговор вызывал неприятные чувства. На экране ноутбука он увидел открытый текстовый файл. Любопытство взяло верх. Он посмотрел название. «Автобиография». Это обычный текстовый файл. Быстро достав флешку из кармана джинс, Стив скачал его себе.

- Я… - Сандра смотрела на Стива с грустью. Когда она зашла, он уже непринужденно сидел на кровати. – Я не хочу тебя видеть, Стив. Ты вел расследование, подозревал меня, не говорил мне о том, что узнал о моей семье. Я думала, что интересна тебе, а ты, оказывается, думал лишь о глупом расследовании. Уходи.

Стива переполняли чувства по дороге домой. Сандра бросила его, еще не зная всей правды. Она несправедливо навесила на него негативные ярлыки, даже не захотев выслушать. Это раздражало, обижало. Лишь флешка в кармане словно грела – интуиция подсказывала, что там что-то, что станет очень важным шагом в расследовании.

Дома у дяди Стив отдал флешку Дейву.

- Ты же любишь читать, прочитай, - сказал Стив. Дейв в это время грыз печенье под видео на Ютуб. Он недоуменно посмотрел на брата?

- Что это? Новая манга?

- Нет. Автобиография. Ее уже читает Сандра.

- О, ты достал ее? Это круто. Ты какой-то странный. Что-то случилось?

- Мы с Сандрой расстались.

- Почему? – удивился Дейв.

- Я начал расспрашивать ее о дяде, о чешуе. Помнишь, я говорил, что видел у нее пакетик? И она разозлилась. Решила, что я плохой, раз за ее спиной расследую, еще и подозреваю ее.

- Бро, вам нужно помириться.

- Как? Она считает меня придурком.

- Ну ты же можешь поменять ее мнение.

Стив ничего не ответил. Его мысли снова вернулись к отцу, как бы он не пытался их отогнать. Гнев сменился попыткой договориться с самим собой: что, если он не такой уж и плохой? Может, он тоже лишь кажется таким отстраненным, а в душе гораздо добрее?

Вечер, казалось, длился вечность. Городок окутывала ночная прохлада и тишина, по улочкам гулял запах морского бриза и легкий ночной ветерок. Луна освещала сонных горожан, доделывающих свои дела, укладывающихся в постели, а еще тех, кто никак не хотел заканчивать этот день – тех, кто сейчас танцевал под громкую музыку в баре и пил, беспробудно пил, встречая эту чудесную ночь.

Стив пытался перестать думать о Сандре, о их ссоре, но мысли снова возвращались обратно. Тревога нависала над ним, словно стая озлобленных ворон, которых становилось все больше. Они кружили над ним, громко каркая, словно ожидали, когда же дух покинет его тело. И эти мысли, тревога, странное предчувствие, совершенно не давали покоя.

Дейв все сидел за ноутбуком и читал, боясь пропустить даже малейшую деталь. Стив накинул куртку и сказал:

- Я к Сандре, попробую помириться.

- Уже поздно. Ты уверен? Может, просто написать ей? – поднял глаза от ноутбука Дейв.

- Нет. Я должен увидеть ее, должен объяснить, почему я такой кретин.

- Ладно. Если что, будь на связи.

Темнота сгущалась. Холодный ветер становился все сильнее, и куртка не спасала. Стив уже подошел к дому и не решался нажать на кнопку домофона. Он дрожал от холода и тревоги, и странное предчувствие лишь усиливалось. Он хотел глянуть время на телефоне, но обнаружил, что телефон сел. Фраза «Будь на связи», сказанная Дейвом, повторялась в его голове. Может, вернуться домой, пока не поздно?..

Послышались гудки. Стив все же нажал на кнопку, и сейчас убежать прочь ему хотелось еще сильнее.

- Кто? – послышался голос из домофона.

- Я Стив Дженовски, я пришел к…

Послышался писк. Ворота открыты.

Стив шел по дорожке неуверенно, все еще размышляя о Сандре, об убийце, о предчувствии, которое он безуспешно пытался выгнать из своих мыслей. А что, если дворецкий все же не причем? Что, если его действительно просто хотят подставить? Но кто и зачем?

- Доброй ночи, - улыбнулся мэр. Он стоял в халате с бокалом виски в руке. Стив удивился и немного растерялся. Он ожидал увидеть Сандру или охранника, но мэра, который вот так встречает его в своем доме среди ночи – точно нет.

- Здравствуйте, извините за поздний визит, но мне срочно нужно поговорить с Сандрой. Я очень виноват перед ней.

- Проходи.

***

Дональд не находил себе места все воскресенье. Он все думал о дворецком. Гурс почти сразу же приехал в участок, как узнал о задержании. Он допросил дворецкого, потом это сделали еще двое сотрудников, но было бесполезно. Бенджамин Вуфер был нем, как рыба. Он молчал всегда, словно действительно имел проблемы с речью, хотя это не так. Отделом было принято решение утром понедельника вызвать психиатра, чтобы тот оценил состояние дворецкого и вынес вердикт.

Но было то, о чем Дональд переживал гораздо больше. Джоанн. Он так и не говорил с ней с тех пор, как увидел ее с Варфоломеем, распивающими вино в номере отеля. Дональд так и не смог «отомстить», и давно уже перестал думать о Кэтрин, которая казалась ему лучиком света в этой кромешной тьме убийств и одиночества. Но чем занята Джоанн? Делит постель с накачанным стилистом? Или, может быть, тоже скучает, не находит себе места, каждые пару минут заходит в профиль Дональда, беспомощно взирая на его аватарку, так и не решаясь нажать «начать вызов»? Сыновья, так бездумно покинувшие дом, тоже душили его. Стив, который был так всегда благорассуден, умен, логичен, вдруг так озлобился. Но ведь Дональд не предавал, не делал ничего плохого. Он лишь хотел жить свою жизнь, как и сказал сыну той ночью. А теперь он в глазах сыновей враг номер один. Неужели действительно не видно хороших намерений Дональда? Сейчас, с мыслями о Варфоломее, он, конечно, понимал, что и его общение с Кэтрин было излишним, но это лишь невинная ошибка. Разве из-за нее можно отвернуться от отца? Разве это делает его плохим человеком? И их вмешательство в расследование, их прогулы в школе – это было уже чересчур. Он не хотел отступать от своего решения, не хотел мириться с ними, но и проучить их тоже нужно. Он твердо решил сегодня же прийти в дом брата и сказать сыновьям, что если они не одумаются, то перед колледжем проведут время в каком-нибудь интернате для сложных подростков.

Мысли съедали Дональда. Он садился за дело: раскладывал перед собой отчеты, фотографии жертв и улик, но тщетно. Перед его глазами тут же всплывало улыбчивое лицо жены возле полуобнаженного красавчика. Как он мог подумать, что ему нужна какая-то Кэтрин? Джоанн прошла с ним огонь и воду, а эта юристка даже не захотела провести вечер с ним, потому что у него есть какие-то семейные проблемы.

Так детектив метался до вечера. Он ходил туда-сюда, рассматривал аватарку Джоанн, пытался уйти в работу, пил виски, но все это было бесполезно. И вот, когда луна уже осветила город, совы заухали во дворе, палец сам нажал на кнопку «начать вызов».

Гудки тянулись и тянулись, но ответа не было. Дональд звонил снова и снова, в разных приложениях, но кроме гудков так ничего и не услышал. Беспокойство нарастало, но что с того? Она, видимо, слишком увлечена новым любовником, и до мужа ей нет никакого дела…

Утром темные мешки под глазами были очень глубокими, морщины стали четче, а не отвеченных звонков все больше. Поспав всего пару часов перед рассветом, и выпив предварительно целую бутылку виски, Дональд и выглядел, и чувствовал себя ужасно. Как зомби, почуявший запах свободы и вылезший ночью из могилы, он встал, надел свой костюм, уже изрядно мятый, почистил зубы и отправился на работу с бутылкой воды в руках. Ни кофе, ни завтрака, ни даже малейшего настроя на победу в деле у него не было. Лишь цель, к которой он уже не шел, а полз, едва передвигая конечностями.

Полицейский участок только просыпался. Молодые полицейские с бумажными стаканчиками расходились по кабинетам, дежурные менялись, рассветное солнце пыталось разбудить всех вокруг мягкими, теплыми лучами. Дональд молча предъявил пропуск и пошел в кабинет капитана Гурса. Капитан в это время сидел за столом и ел жирный сендвич, с которого соус стекал по его толстым пальцам. Дональд, которого мучило похмелье и абсолютно пустой желудок, почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота.

- Доброе утро, капитан Гурс, - Дональд старался говорить непринужденно, скрыть головную боль и следы бессонной ночи.

- Доброе, детектив Дженовски. Всю ночь работали? – Гурс же сразу заметил помятое лицо коллеги. – Ну что ж вы так, надо себя беречь.

- Все нормально. Как Бен? Что-то сказал?

- Ничего. Все еще молчит. Через час приедет психиатр, надеюсь, что-то вытянет из него.

- Могу я с ним поговорить?

- Да пожалуйста.

По приказу Гурса Бенджамина, заключенного в наручники, привели в допросную. Серая комната, стол и два стула, тусклый свет, запах пыли. Комната допросов была такой же скучной и блеклой, как будущие годы преступника, которые он проведет в тюрьме. Бенджамин был бледен, все с тем же пустым взглядом, ничего не выражающим лицом. Дональд невольно подумал, что даже этот угрюмый парень со шрамом, которому скоро гнить в тюрьме, выглядит лучше, чем он сейчас.

- Здравствуйте, - сказал Дональд и отпил воды из бутылки. – Меня зовут детектив Дженовски, помните меня?

В глазах Бенджамина промелькнуло, как показалось Дональду, любопытство.

- Вам известно, зачем вы здесь?

- Я плачу за ошибку сестры, - вдруг сказал Бен. Дональд опешил. Почему именно сейчас Бен решил разоткровенничаться? Ночь, проведенная в камере, пошла на пользу? В любом случае, этим надо воспользоваться.

- Что вы имеете в виду? – тут же собрался Дональд, стараясь скрыть изумление.

- Моя дорогая любимая сестренка, она – все, что у меня было, - Бен говорил складно, даже сама мысль о том, что он психически нездоров, казалась дикой. – Она влюбилась в этого ублюдка, в этого садиста.

- Вы про мэра Хэрроу?

- Именно. Я так боялся за нее, так переживал. Мы всей семьей уговаривали ее уйти – но она была влюблена без памяти. Мама так много рыдала, что сердце не выдержало. Инфаркт скосил ее. Папа пытался помешать – его, как бы случайно, сбил пьяный водитель. Я единственный не боялся. Шел до последнего. Но когда этот выродок стал мэром, первое, что я увидел – стены психушки. Я там провел много лет, мне поставили диагноз, из-за которого со мной даже за руку здороваться не хотят, все шугаются. Я не был болен, детектив, нет. Но ему нравилось издеваться надо мной, делать так, чтобы моя жизнь превратилась в ад. После их развода я думал, что мы с сестрой вздохнем с облегчением. Но нет. Он забрал их сына, не давал видеться, подсылал ей своих охранников с угрозами. Нам обливали двери бензином и поджигали, нас выслеживали и били, просто так. Мэру не нравилось, что моя сестра пыталась снова начать жить. Он хотел, чтобы она всю жизнь страдала. Как он говорил, «ты недостойная мать, недостойная жена, и нормальной жизни ты тоже не достойна». Она умерла. Не выдержала этого всего и повесилась. Я знал, что не смогу ничего сделать, не смогу отомстить. Я думал уйти вслед за ней, но он забрал меня. Заставил работать на себя, быть его прислугой. Знаете, почему я согласился? Из-за Тайлера. Он до сих пор не знает, что я его дядя. Но он так похож на свою мать. Наблюдать за тем, как он растет, было прекрасно. Напоминало мне о тех беззаботных деньках, когда моя сестра еще не стала несчастной жертвой в руках тирана. Тайлера он тоже ненавидел. Постоянно бил, унижал. Я рад, что племянник смог отречься от него и жить счастливой жизнью. Знаете, что на самом деле стоит за всем этим? Мэр стал монстром. Настоящим. Он показывал мне, как он превращается, запугивал. Он не хочет моей смерти, хочет, чтобы я страдал. Он – настоящий дьявол. И это он всех убил. И убьет вас. А я – лишь плачу за ошибку сестры. Мне гнить в тюрьме целую вечность, я знаю, но зато я больше не увижу его. А вот вам придется нелегко. Спросите у вашей мамы, что она знает про мэра, и вы поймете, что я не вру.

- У моей мамы? – бред, который так уверенно нес все это время Бен, казался уже откровенной чепухой, Дональд даже улыбнулся.

- Хлоя Куарес. О ней знают все, кто близко знаком с мэром. И именно из-за нее мэр так ненавидит вас, именно за ее поступок будет вам мстить.

Дональда прошиб холодный пот. Его мама, Хлоя Дженовски, живет в Америке, он не видел ее и дедушку уже много лет, они лишь созваниваются. Откуда сумасшедший дворецкий знает ее и даже ее девичью фамилию?

- Больше я ничего не скажу. Прощайте, детектив Дженовски, - сказал дворецкий, и прозвучало это жутко. Дональда одолевали странные чувства. Ему одновременно хотелось ударить дворецкого, привести в чувство, сказать, чтобы не смел больше нести какой-то бред о его матери, но также ему хотелось расспросить его, узнать все, что только можно. И он выбрал путь, по которому должен идти детектив.

Перед ним сидит сумасшедший человек, убивший кучу людей. И зачем вообще Дональд слушал все это? Он невозмутимо встал, попрощался и вышел из допросной. Единственное, что хотелось ему прямо сейчас – закурить. Он не курил много лет, бросил пагубную привычку, но именно сейчас, когда жуткое похмелье смешивается с нарастающей тревогой, сигарета казалась ему единственным спасением. Он шел до ближайшего магазина, когда к нему подъехал черный тонированный джип. Из опустившегося окна пассажирского сиденья выглянул обеспокоенный мэр.

- Детектив Дженовски, срочно! – воскликнул он. – Садитесь!

- Что случилось? – спросил удивленный Дональд.

- Это срочно! Я нашел кое-что, вам лучше увидеть это своими глазами!

Из автобиографии.

Первой жертвой был какой-то парень, который шел из магазина. Я тогда не выдумывал планов, лишь следовал инстинкту. Я знал, что почаще нужно выбираться без охраны, особенно сейчас, когда жалкие людишки с их мнимыми возможностями мне не угрожали. Я просто прогуливался по городу в своем любимом образе немощного старика, чтоб меня никто не узнал, стараясь держаться ближе к пляжу, когда увидел этого парнишку. Он шел с магазина с продуктами, но явно не хотел идти домой. Он, как и многие любители летних приключений, решил искупаться на ночь глядя, пока никто не видит. Я лишь тихонько шел за ним.

Убивать мужчин мне, честно говоря, не хотелось. Я считаю, что нам, мужчинам, и так много выпало на нашу долю – нам приходится терпеть выходки женщин, которые почему—то решили, что имеют право на свое мнение. Но интерес к моим новым возможностям нарастал – мне не терпелось убить в первый раз.

Он ничего не подозревал. Бросил пакет с продуктами на берегу, одежду. Плескался в воде под лунным светом. Я же тихонько зашел в воду и, в самый неожиданный момент, появился перед ним в своем новом образе. Он кричал. В его глазах застыл страх. Это лишь еще больше цепляло меня. Да, теперь я такой. Я внушаю страх, я заставляю дрожать, я могу сделать все. Любой человек в моих руках – безвольный кусок мяса, не больше, чем просто еда со смешными эмоциями.

Вкус первой крови до сих пор жжет мне губы. Я помню вкус, аромат, я помню, как тело становится сильнее с каждым глотком, как невозможно остановиться.

Пакет с продуктами и одежду того парня я сжег у себя в камине той же ночью. Смотря на огонь, пожирающий последнее упоминание о моей первой жертве, я вдруг понял, что не хочу никого оживлять. Зачем мне это? У меня в венах течет кровь, разливающая волшебный дар, я могу быть самым сильным в мире. Нужно ли мне делиться этим?

Да. Но не с какими-то древними дикарями.

С самого детства я был один. Мои родители были холодными и злыми, меня били, издевались надо мной, наказывали. Мои братья и сестры тоже лишены всякого сострадания. Да и откуда этому состраданию взяться, когда тебя окружают упыри в телах самых любимых людей? Добрые глаза, в которых ненависть и ярость – похоже это на нормальную семью?

Женщины. Долбаные женщины лишь испортили мою жизнь. Моя мечта заиметь семью, которой у меня никогда не было, растворилась в огне боли и разочарования, стала горсткой пепла, и все из-за женщин. Из-за Хлои Куарес-Дженовски и Каролины Вуфер-Хэрроу. Они не смогли полюбить меня, разглядеть во мне доброго, нежного, чуткого парня, который скрывает свою боль за маской агрессии.

Даже сын, мой Тайлер, бросил меня. Он так и не понял, что я хотел для него лучшей жизни, чтобы он не был так изранен родными, как я. Но я не стал отцом его мечты. Он не понял, не увидел во мне моих страданий, моей любви к нему, моих переживаний. Наверное, я все же ранил его, хоть и не хотел.

На закате жизни я был бы совсем один. В моем распоряжении – целый город, огромные деньги, полный дом слуг. Я могу любого, искоса взглянувшего на меня, упечь за решетку или в психушку, но что мне это даст? Гнетущее чувство одиночества сжирает, я понимаю это, когда смотрю на нее.

Сандра Вуфер. Моя Сандра Хэрроу, моя любимая внучка, мой свет в окошке. С первых дней, как я увидел ее, я понял – ни одна человеческая жизнь не стоит и волоска с ее головы. Она самая прекрасная, самая добрая и умная в этом мире. В мире, полном дерьма и гнили, она – ангел, которого этот мир не заслужил. Она приезжает каждые каникулы, обнимает меня. Мы занимаемся всякими ее любимыми делами, я даже катался с ней на скейте! И лишь эти дни, проведенные с ней, наполняют мою жизнь смыслом. В ее глазах – моя Вселенная. В ее улыбке – моя жизнь и моя смерть.

Я понял, что она – единственный человек, достойный такого подарка, как вечная жизнь без болезней и страданий. Она непременно должна стать русалкой. Должна жить вечно рядом со мной, плавать в океане, наслаждаться жизнью. И я дам ей это.

Я знал, что яд русалки должен проникнуть в организм. Русалка, что обратила меня – укусила. Потом морская вода излечила меня, и я проснулся в новом облике. Но есть ли способ обратить, не делая больно? Ведь не смогу я укусить собственную внучку. А вдруг, не смогу остановиться?

Я плавал на морское дно в надежде, что найду ответ. Но бесполезно. Там был лишь труп высохшей черной русалки. Между тем, жажда крови росла.

Следующий парнишка шел в магазин за кофе. Он зацепил меня. Его мать из окна строго кричала ему: «Барри, только быстрее, не надо болтать с друзьями по полчаса!», а он кивал ей и добрым голоском отвечал: «Хорошо, мам!». Чертов маменькин сынок. Ты же взрослый парень, Барри, разве нужно в таком возрасте слушаться свою стервозную мамашу?!

Я попросил его, чтобы он помог мне найти пляж. Добряк согласился, хотя мамаша ждала его. На пляже я сделал вид, что уронил в воду ключи, и не могу найти. Придурок боялся воды – было сложно заставить его подойти ближе. Но в итоге, стоило ему лишь шагнуть в воду – мне хватило пары секунд. Я лишь единожды окунулся, как снова стал могущественным ночным кошмаром. Бедняга так испугался, что не мог пошевелиться.

В книгах о древней истории Мараксу я нашел ответ на свой вопрос. Русалка, если уже достаточно сильна, может с помощью своей слюны превратить человека в русалку. Нужно лишь ввести этот эликсир в вену. И набраться сил с помощью человеческой крови, чтобы мой русалочий яд смог точно сделать то, что я задумал.

Бьянка. Ее я знал давно – как-то дружил с ее отцом. Ее отец был неплохим мужиком, единственное, что в нем раздражало меня – он не умел воспитывать свою жену. Та могла устроить ему скандал, если он задержался на работе. Я много говорил ему: «С женщинами так нельзя. Дашь ей волю – она сядет тебе на шею и свесит ножки, будет крутить тобой, как хочет». Но он лишь усмехался. Бьянка попалась мне случайно. Я ехал по шоссе по делам, был вечер. Я был с водителем. Сначала я проехал мимо: девушка стоит на дороге у машины с открытым капотом. Что тут интересного? Но потом я подумал: А почему бы нет? Я переоделся прямо в машине и подъехал к ней. Я предложил подвезти, но она отказалась. Сказала, что «добрый механик по имени Тайлер из Морадоса уже чинил ее машину сегодня, и предупредил, что будут сложности». Она не хотела бросать машину, пыталась сама что-то там сделать, вспоминая слова Тайлера. Моего сына. Я подумал, что это знак. Я помог ей, и попросил об одной услуге взамен. Сказал, что я еду с сыном в Морадос, ему туда нужно по срочным делам, а я вспомнил, что забыл что-то важное на пляже. Если она подбросит – буду очень благодарен. И она согласилась.

Мой водитель ехал за нами на приличном расстоянии. Мы с ним заранее обо всем договорились, он знал, что нужно делать. В пути я вцепился в руки Бьянки, держащие руль, и мы врезались. Признаюсь, мне не терпелось поесть. Я был голоден, и до пляжа ждать не хотелось. На суше выпускать клыки я не умею, но она ударилась об руль, потекла кровь. Этого хватило, чтобы ненадолго утолить мою жажду. Мы сбросили машину в канаву, взяли Бьянку, которая была без сознания, и поехали к океану. В ее машине я нашел ее телефон, стер свои отпечатки и выкинул его подальше в лес. На всякий случай.

Только дома я заметил, что потерял кольцо. Мой фамильный перстень с гербом моей семьи.

После Бьянки дело предалось огласке. Что только не выдумывали журналисты! И серийный маньяк, и насильник, потом вообще неизвестное морское животное. Я понимал, что это бездельники полицейские совсем далеки от истины. Но Сандра начала беспокоиться.

Я готовил ее. Я знал, что ждет ее в будущем, и готовил. Я говорил, что все убийства - это выдумки властей, и она верила. Я убеждал ее чаще бывать у океана, чаще плавать. Я хотел, чтобы она полюбила океан так же, как люблю его я, прежде, чем станет русалкой. Она слушалась. Оставалось дело за малым – набраться сил, дописать книгу, которая ответит на все вопросы моей любимой внучки, и обратить ее.

Мороженщик должен был стать следующей жертвой. Я лишь плавал, в надежде, что случайно наткнусь на следующий мешок с кровью, и наткнулся. Но мороженщик отбивался, и причем недурно. Я смог лишь ранить его. Я боялся, что он обратится, но без морской воды он просто умер на следующий день.

Помню, я как-то напугал девочку с собакой. Сначала я думал, что собака сорвалась с поводка хозяйки или хозяина, и сейчас придет кто-то, кого я смогу съесть. Но пришла девочка, так похожая на мою Сандру в детстве. Ее я трогать не стал. Я же не монстр.

Потом был еще парнишка, прогуливавшийся по берегу. Я использовал прием, как с Барри, - попросил помочь найти ключи. После этого убийства я понял, что готов. Я достаточно силен, чтобы сделать мою внучку такой же сильной.

Я хотел, чтобы все прошло идеально. Готовил все. Это точно должно случиться в понедельник – день рождения Тайлера. Это будет знаком для него. В день, когда родился Тайлер, родится новая личность его дочери, моей прекрасной внучки.

Когда ко мне пришел детектив, я был готов. У меня было все, чтобы доказать вину придурка дворецкого и засадить его за решетку. Но когда детектив представился, я понял, что судьба подкинула мне неожиданный подарок. Дональд Дженовски. Сын ведьмы, которая разрушила мою жизнь тогда, в школе. Той, которую я ненавидел все эти годы. Что ж, Хлоя, пришло время платить по счетам. Теперь там, в Америке, ты будешь вспоминать меня и жалеть о том, что отказала. Думаешь, начала новую жизнь и все, можно забыть обо мне? Скоро вспомнишь.

Глава 10. Подвал.

Дональд пытался расспросить мэра в машине, но тот лишь хватался за сердце и говорил: «Сейчас сами все увидите». Поездка была недолгой. Они приехали к дому мэра. В уже знакомом холле Дональд огляделся и, не увидев ничего необычного, спросил:

- Что мне нужно было увидеть?

Но ответа не последовало. Резкий удар по голове заставил детектива отключиться.

Очнулся Дональд в прохладном месте, где пахло деревом, немного сыростью и вином. Он с трудом открыл глаза: голова кружилась и болела, от лежания на твердом полу боль усиливалась. Он собрал в голове события, приведшие к этому странному пробуждению. Встреча с дворецким, странные высказывания о его матери, мэр, гостиная, удар… Дворецкий не виновен! Мэр – убийца. Иначе зачем ему похищать Дональда?

Оглядевшись, Дональд обнаружил, что он в весьма неплохом подвале. Повсюду бочки с вином, полки с бутылками вина, в углу даже стоит пара кожаных диванчиков и едва освещает помещение небольшое бра на стене. В конечностях чувствовалась неприятная ломота. Руки и ноги связаны толстой веревкой, причем очень крепко. Любое движение вызывает боль. Дональд с трудом присел, все еще тщетно пытаясь освободиться от веревок.

- Привет, - вдруг услышал он слишком знакомый голос. От неожиданности он вздрогнул и повернулся. В темном углу сидел Стив. Точно так же связанный.

- Стив?! – хрипло воскликнул Дональд. – Что ты здесь делаешь?

- То же, что и ты, - усмехнулся Стив. – Сижу и размышляю о жизни.

- Это не смешно. Кто тебя связал? Кто посадил сюда?

- Тот же, кто и тебя. Мэр Хэрроу. Он убил тех, чьи трупы ты находил на берегу.

- Это я уже понял. Но почему тебя? Ты все же вел расследование за моей спиной?

- Пап, дело не в этом. Я пришел к Сандре, хотел поговорить, но встретил меня мэр.

- Какой ужас. Дворецкий говорил о моей матери, что она как-то замешана в этом, что мэр из-за нее хочет разделаться со мной. Наверное, с тобой тоже из-за этого.

- Бабушка? При чем тут она?

- Пока не знаю.

- Пап, Дейв должен был уже прочитать автобиографию мэра, которую он сейчас пишет. Там наверняка есть зацепки, он должен уже понимать, что мы здесь. Он вытащит нас отсюда.

- Какая автобиография, Стив?! Какие зацепки?! Почему вы так и не бросили это дело? Как нас может вытащить Дейв?

- Я бы на твоем месте прекратил эту истерику.

- Как ты смеешь так говорить с отцом?! – тон Дональда становился все строже, а голос все громче.

- А что ты мне сделаешь здесь, в подвале? Поставишь в угол?

Дональд промолчал. Он отвернулся и еще раз огляделся. Его раздражала безвыходная ситуация, в которой он оказался с сыном. И сейчас, когда они в лапах убийцы, он жутко боялся. Не за себя - за сына. Кто знает, на что способен этот ублюдок? Будет ли он издеваться? А что, если будет специально это делать на глазах Дональда? Нет, такого нельзя допустить.

- Я попробую дотянуться до того ножа, - сказал Дональд и кивнул. На полке лежал набор столовых приборов, пара тарелок и бокал. – Сначала отвяжу тебя, потом ты меня.

- Хорошо.

Стив был спокоен. Это удивляло Дональда. Он же всего лишь подросток, а ведет себя так, словно знает все от и до, словно контролирует ситуацию.

Дональд с трудом встал и запрыгал прямиком к полке. Стоило ему приблизиться к полке достаточно близко, как дверь в подвал открылась, с лестницы полился яркий свет, от которого пришось зажмуриться.

- О-о-о, мои милые пленники, - мэр Хэрроу спускался, шаркая тапочками, с бокалом вина в руке. – Какие милые попытки выбраться, Дженовски.

Охранник с силой оттолкнул Дональда, отчего он отлетел в стену и упал, ударившись головой. Мэр самодовольно улыбался. Улыбка серийного убийцы – что может быть противнее? Что может вселить наибольший страх?

Дональд застонал от боли. Он почувствовал, как из носа хлынула кровь. Что ж, лимит ударов по голове на сегодня явно превышен.

- Вам не так долго осталось ждать, проявите терпение, - сказал мэр.

- Что вы хотите с нами сделать? – спросил Дональд, облизывая губы от крови.

- Вам выдалась удивительная возможность – стать частью рождения нового существа, стать первыми жертвами, внести свой вклад в величайшую историю острова.

- Что это значит?

Но мэр не ответил. Он молча вышел, хлопнув дверью.

- Он хочет превратить кого-то, - сказал Стив.

- Что?

- Мы выяснили, что убийца – русалка. Как оказалось, на острове это не просто легенда, это действительно полноценная часть острова, они живы, и в любой момент могут снова начать убивать людей. Мэр Хэрроу каким-то образом стал той самой русалкой, а может, и родился таким. Они пьют кровь людей, поэтому он и убивает. И, судя по его словам, он хочет кого-то превратить в себе подобного.

- Какие русалки, Стив, что ты несешь?

- Поэтому мы и вели расследование без тебя. Твой скептически настроенный мозг может поверить лишь в то, что у Кэтрин под юбкой – настоящий рай, но не в русалок, которых мы видели собственными глазами.

- Закрой рот!

- Почему? Понимаешь, что я прав?

Обстановка накалялась. Голоса становились громче, а напряжение росло. Провокация Стива не могла остаться без ответа, так ему казалось. Но вдруг Дональд замолчал, отвернулся, и тихо сказал:

- Да. Это было глупо, Стив, да, - он снова повернулся и посмотрел сыну в глаза. – Твоя мать – лучшее, что было со мной в этой жизни. И с Кэтрин у нас действительно ничего не было. Я думал, что разлюбил, думал, что хочу чего-то нового, думал, что Кэтрин мне нравится. Но оказалось, что моя нынешняя жизнь гораздо лучше чего угодно. И теперь, сидя в подвале убийцы, не зная, выберусь я живым или нет, увижу ли снова тебя, больше всего я жалею обо всем, что было в последние недели. И о том, что так и не дозвонился до твоей мамы.

Повисла тишина. На глаза Стива наворачивались слезы.

- Прости, пап, - сказал он так тихо, что едва можно было услышать. – Я вел себя глупо.

***

Было непонятно, сколько точно времени прошло. Дональд и Стив разговаривали по душам, обследовали подвал, но ничего, что помогло бы им сбежать, здесь больше не было. Ситуация была безвыходной. И уже не счесть, сколько раз они проклинали охранника, который унес набор столовых приборов.

Мэр снова спустился, на этот раз в свитере и брюках, все с той же самодовольной улыбкой.

- Пора идти.

Охранники схватили Дональда и Стива и потащили. Сколько бы они не пытались узнать хоть что-то, на вопросы мэр не отвечал, а когда ему надоело и вовсе велел охранникам заткнуть пленников кляпами.

Подвал, как оказалось, находился в доме мэра. Это было весьма странно – маньяки обычно любят «убежища». Это должно быть какое-то место, где можно прятать тела, фотографии или видео с места убийств, в общем, свой личный архив улик. А здесь – в своем же доме. Это удивило Дональда.

Пленников усадили в большой черный пикап и повезли по известной дороге. Никаких завязанных глаз или темных закоулков, словно мэр и не пытался скрыть своих намерений. На улице было темно. Ночь была безлунной, и, если бы не фонари, была бы кромешная тьма. За окном была спокойная ночь – людей почти не было, было тихо и темно, словно весь город спал. Все выглядело так умиротворенно, словно прямо сейчас не должно быть совершено ужасное убийство.

Остановилась машина на том самом пляже. Вокруг берега стояли охранники. Мэр хорошо подготовился, явно не хотел, чтобы хоть кто-то ему помешал. Охранники грубо вытолкали пленников и толкнули в песок. Парни лежали на холодном песке так близко к воде, что ботинки Дональда тут же намокли. С ужасом Стив обнаружил, что совсем недалеко лежит Сандра. В кромешной темноте, с закрытыми глазами, словно просто спит. Однако было ясно – она без сознания.

Холодный воздух нес запах соленой воды. Тишину, которая безоговорочно окутывала все вокруг, нарушал лишь шорох песка, по темному берегу гулял легкий ночной ветерок.

«Так вот, как себя чувствовали все эти жертвы, - подумал Стив. – Ты лежишь на холодном песке, проживая последние минуты, пока вокруг жизнь продолжает идти. Люди спят, а может, гуляют, совершенно обычная ночь. Но утром здесь обнаружат два трупа. И на одного монстра станет больше. Все будут охать и ахать, хвататься за сердце, смотря на обездвиженных меня и отца. Но стоит им отойти от пляжа – они продолжат свою обычную жизнь, словно нас и не было никогда».

Мэр отпустил охранников. Дальше он и сам справится, а лишние свидетели в этом деле не нужны.

Стив лежал спиной к отцу. Оба лежали в неестественных позах. Их тела сковывала боль от веревок и неудобного положения. Дональд смотрел в спину сына. «Прости, пап» - эта фраза повторялась в его голове. «Прости, сын» - думал он, но не мог сказать. Его не тревожило нахождение на берегу, где скоро его тело превратят в пустой безжизненный сосуд, он думал о другом. Когда-то он не мог сказать сыну лишний раз «я люблю тебя», когда-то не смог объяснить нормально, что же происходит в его отношениях с Кэтрин, с Джоанн, когда-то не вернул его обратно в родной дом. Неужели все закончится вот так? И последние дни своей жизни Дональд провел в одиночестве, никому не нужным, глуша виски на кухне и даже не в состоянии объясниться с теми, кого любит больше всего на свете?..

Мэр не снимал кляпы, он не хотел их слушать. Ему было неинтересно, что думают его новые жертвы. Он хотел лишь одного – пополнить этот мир новым существом, идеальным, совершенным. Разговоры обычных людей – кому это нужно?

- Хлоя Куарес-Дженовски – настоящая ведьма, - наконец сказал он. Он долгое время молча стоял на берегу и наблюдал за темным тихим океаном. И вот решил заговорить. – Твоя мать, Дональд. Она не смогла по достоинству оценить человека, готового отдать ей сердце. Зато сейчас вспомнит меня. Именно ты станешь первой жертвой моей любимой внучки, ты завершишь ее превращение. Чтобы стать русалкой, она должна умереть с ядом русалки в организме, а потом очнуться в морской воде и выпить человеческой крови. Если кровь она не выпьет, то скоро превратится в иссохшее русалочье тело, которых уйма на дне океана. Ты же, Стив, - мэр вдруг повернулся и посмотрел в глаза лежащего на песке Стива. – Ты нравишься моей маленькой принцессе. Ты станешь еще одним подарком для нее. У тебя есть выбор, Стив. Либо ты умрешь вместе со своим отцом, либо станешь одним из нас. Если ты выберешь первое, моя драгоценная увидит, что ты не любишь ее, и, я уверен, быстро забудет о тебе. Если же второе – тебя ждет бесконечная жизнь, без болезней и бед, в которой ты будешь верен нам вечно. Выбирай. Какой прекрасный день сегодня, не так ли? – мэр снова отвернулся к океану. – День рождения моего сына. Я думал, этот день станет великим, но ошибся. Мой сын не смог стать настоящим мужчиной, моей гордостью. Зато такой будет Сандра. Теперь это новый день рождения моей внучки. Я все же сделаю этот день великим.

Послышался кашель. Стив посмотрел на тело Сандры – оно содрогалось от кашля. Мэр бросился к внучке и встал перед ней на колени, озабоченно глядя на то, как ее тело обретает новый облик. Он начал обливать ее морской водой, кашель прекратился. Он бережно взял ее на руки и положил в воду. Постепенно ее тело становилось черным, покрывалось буграми, лицо становилось уродливым и нечеловеческим, ноги срастались в хвост, пальцы и ногти становились длиннее. Запах. Ее тело источало запах сырой рыбы. Ее глаза открылись и засветились в темноте. Она молча села и посмотрела сначала на дедушку, потом на свои руки. Вдруг она испугалась, вздрогнула, и поползла на песок.

- Тише, тише, дорогая, не бойся, - ласково говори мэр. Но новая русалка выползла на песок и сидела, в панике озираясь по сторонам. – Все хорошо.

Мэр сел рядом и погладил по мокрым спутанным волосам.

- Ты теперь русалка, - сказал он все с той же теплотой и заботой в голосе. – Дорогая, не бойся. Тебе нужно выпить человеческой крови, чтобы завершить превращение.

Затем мэр подошел к Стиву. Он стоял над ним и смотрел надменно, словно на мешок с мусором.

- Это твой парень Стив. Он может стать одним из нас, а может стать твоей жертвой. Давай узнаем, чего он хочет?

Сандре хотелось кричать, но голоса не было. Вместо слов из горла доносилось рычание. Страх сковывал ее тело, ей было холодно и мерзко от осознания, кем она стала. Хотя до конца она еще не понимала, что происходит, и все еще надеялась, что это особо мерзкий ночной кошмар. Мэр вытащил кляп изо рта Стива.

- Сандра! – крикнул он. – Сандра, прости меня! Я люблю тебя.

- Прекрати эти сопли, - мэр со злостью пнул его ногой в живот. Стив закашлялся. – Говори, что выбираешь.

- Я никогда не стану чудовищем! Сандра, и тебя я тоже спасу!

Мэр рассмеялся.

- Ее не спасти, глупый ты щенок! Сандра, убей его! И его недоумка-папашу.

Сандра смотрела на дедушку глазами русалки. Это были глаза настоящего морского чудовища. Она чувствовала запах крови, сладко-металлический, что исходил от Дональда. Кровь уже давно высохла на его лице, но ее запах был такой притягательный, такой манящий. Она чувствовала, как все ее тело и все вокруг изменилось, но она все еще была собой. У нее были те же мысли, те же чувства, та же боль и страх.

Мэр, могущественный, озлобленный, смотрел на нее до этого с чувством превосходства. Он ждал благодарности за великолепный подарок. Но вдруг обнаружил за блеском глаз чудовища тот страх, ту печаль, что принадлежала глазам его внучки. Она не благодарна. Она боится. Сможет ли она когда-то оценить этот подарок по достоинству? А что, если она пополнит ряды тех, кто осуждает и ненавидит его? Нет, это невозможно, не должно быть так…

- Сандра, тебе нужна кровь! – мэр видел, что Сандра ничего не делает, и начал нервничать.

- Она тоже не станет чудовищем, - сказал Стив и посмотрел на Сандру. – Не переживай. Его книгу уже читают, скоро нас спасут.

- Кому в руки попала моя книга?! – мэр со злостью посмотрел на Стива. – Говори!

Его голос был громким и хриплым, появлялись нотки чудовища, жившего в нем, голос разносился по пляжу, наполняя его ужасом.

- Она попала в нужные руки, - уверенно сказал Стив, хотя его тело уже начинало дрожать от страха.

- Что ж, тогда покончим с этим побыстрее, - мэр снова начал говорить тихо и зловеще. Он улыбнулся и достал пистолет. – Начнем с твоего отца. Всегда мечтал увидеть, как он корчится от боли. Мне достаточно будет и выстрела в ногу, чтобы выпить из тебя всю кровь, зато как больно будет тебе. Я буду всю ночь издеваться над тобой, доставлять тебе ту боль, которую когда-то твоя мамаша доставила мне.

Мэр с злорадным оскалом направил пистолет на бедро детектива. Не успели пленники и попрощаться мысленно со своей жизнью, как раздался выстрел.

Стив вскрикнул. Сандра же безжизненно лежала на берегу, ее тело сохло и постепенно снова становилось человеческим. Стив зажмурил глаза, боялся даже мельком увидеть боль своего отца, как вдруг услышал крик мэра.

Открыв глаза, он обнаружил мэра, лежащего на земле и корчащегося от боли. Из его бедра текла кровь. Над ним стояла фея, по-другому не сказать. Прекрасная под отблесками звезд, непонятно как очутившаяся здесь.

- Мама? – удивленно воскликнул Стив и улыбнулся.

- Поверь мне, страдать будешь ты, - злобно сказала Джоанн и подошла к Дональду. Она вытащила кляп и принялась развязывать веревки.

- Джо, что ты здесь делаешь? Почему не брала трубки? Откуда у тебя пистолет? – Дональд бормотал это все, не в силах сдерживать волнение вперемешку с радостью.

- Потом поговорим, - мягко улыбнулась Джоанн. – Я тоже тебя люблю.

Мэр пытался дотянуться до пистолета, который недавно обронил. Он лежал прямо возле Сандры, которая еще не до конца обрела человеческий облик. Ее пальцы уже были человеческими, волосы становились сухими, было видно кончики ушей. Глаза больше не светились. Сандра наблюдала за неуклюжими попытками дедушки спасти свою жизнь. Когда он почти дотянулся, Сандра оттолкнула пистолет. Мэр в ужасе посмотрел на нее. Она присела. Лужа крови под дедушкой была огромной, багровой, блестящей. Словно маленький темный океан возле большого. Она смотрела на кровь, как завороженная, и, не в силах больше сопротивляться, окунула ладонь в кровь и жадно слизнула все.

Глава 11. Шторм.

Несколько часов назад, в доме Дженовски.

Джоанн, жутко уставшая после долго перелета с несколькими пересадками, мечтала лишь об одном: наконец поговорить с мужем и вместе с ним рухнуть в кровать. Вернуть детей в дом, вместе поужинать, посмеяться над всем произошедшим и забыть эти кошмарные недели. Она знала, что весьма опрометчиво думать, что Дональд сразу бросится ей в объятия. Кто знает, что ждет ее дома? Может, он там с Кэтрин, может, просто забыл о жене и давно не любит ее. Могло произойти все, что угодно, но сердце ей велело, что нужно приехать, поговорить, обнять. Все эти долгие часы она мечтала лишь о том, как снова, спустя долгое время, обнимет его, вдохнет запах его парфюма, растворится в его объятиях.

Но дома было пусто. Тишина. Звенящая тишина. Джоанн нашла зарядку для телефона и наконец включила его. Она обнаружила уйму пропущенных звонков и сообщений, сразу решила перезвонить. Но телефон абонента оказался выключен. Она набрала Стива – то же самое. Тревога нарастала. Что такое случилось, что у них выключены телефоны? Она набрала Дейва.

- Мама? – Дейв выглядел тревожным на экране телефона. Волосы взъерошены, взгляд бегает из стороны в сторону, голос дрожит. – Ты дома?

- Да, сынок, я прилетела только что, но тут никого нет. Где папа? Где Стив?

- Мам, все очень плохо. Срочно приезжай к дяде, нам нужно что-то сделать.

Джоанн жутко испугалась. Что может быть такое, чтобы Дейв так реагировал? Явно что-то очень серьезное, ведь ее сыновья всегда старались подать ей любую информацию в лучшем свете, чтобы она не переживала, а сейчас Дейв явно очень напуган и не скрывает этого.

Она схватила телефон и зарядку и поехала к Оскару на такси. Ее руки дрожали, пальцы леденели. Одна лишь мысль, что с сыном и мужем может что-то случиться вгоняла ее в ужас. Вечер уже был поздним. За окном темнело, светили фонари.

- Дейв? – крикнула Джоанн, войдя в дом.

- Мам, привет, - Дейв выскочил из гостиной, быстро обнял маму и продолжил нервно шагать туда-сюда, разговаривая с Крисом по видеовызову. – Нет, мы не можем ни под каким предлогом попасть в дом мэра!

- Значит нужно, чтобы его арестовали на нейтральной территории, - говорил Крис спокойнее, но и в его голосе слышалась тревога.

- Крис, это мэр! Его не могут просто арестовать по показаниям подростков.

- Что у вас тут происходит?! – нервно спросила Джоанн, теряя всякое самообладание.

- Крис, я перезвоню. Найди пока способ обезвредить его и избавиться от яда, - Дейв сбросил звонок и посмотрел на маму.

Рассказать все это человеку, который не причастен к этому, было сложно. Кто может вот так, с одного рассказа, поверить в русалок? Дейв пытался рассказывать складно, спокойно, логично, но голос то и дело сбивался, дрожал. Щеки его покрылись румянцем от напряжения и страха за родных людей. Джоанн старалась верить, но было сложно. Пока Дейв не показал видео и строки из автобиографии мэра. Тогда у Джоанн не осталось сомнений.

- Мам, я не знаю, что делать, как их спасти. Ведь это мэр, к тому же, бессмертный и всемогущий, - сказал Дейв и опустил взгляд в пол. Безысходность душила его. Ему было тяжело просто сидеть и ждать.

- Когда ты дочитал биографию? Что там написано о планах мэра на Дональда? – спокойно сказала Джоанн. Ей и самой было страшно, но она хотела, чтобы сын видел ее спокойной взрослой, с которой безопасно.

- Я вырубился под утро. Дочитал всего час назад, сразу позвонил Крису. Потом позвонила ты. Мэр хочет убить их сегодня ночью.

- Нам нужно ехать к Гурсу.

- А если он не поверит?

- Придется поверить.

Уверенность Джоанн все же передалась Дейву. Джоанн уже собиралась выходить, как подошел Оскар в своей любимой клетчатой пижаме и круглых очках.

- Дорогая, привет, - улыбнулся он. – Рад тебя видеть.

- Привет, я тоже тебе рада, - Джоанн улыбнулась в ответ. – Но извини, нам нужно бежать.

- Я знаю. Держи, - Оскар протянул Джоанн пистолет. – Это пригодится.

Джоанн и Дейв были удивлены. Оскар всегда был «чудаковатым дядей», а сейчас вдруг стал в их глазах самым рассудительным и полезным. Он знал все с самого начала? Или просто что-то подслушал? Вот, с кем на самом деле нужно было это все расследовать.

Джоанн взяла пистолет и села с Дейвом в машину. В полицейском участке уже никого не было, кроме дежурных, поэтому пришлось ехать к Гурсу домой. Их рассказ оказал воздействие: суеверный капитан полиции не просто поверил, но и пошел на встречу. Детектива Дженовски он всегда считал другом, и хотел всеми возможными способами спасти его жизнь. Узнав о том, насколько опасное существо их ждет, капитан приказал направить туда наряд, и поехал с Джоанн и Дейвом.

Машина мчалась по ночной улице, рассекая воздух, Джоанн жутко нервничала. Адреналин в ее крови заставлял ее думать лишь об одном – спасти любимых людей. Никакая Кэтрин, никакие разногласия сейчас не имели значения.

Когда машина остановилась, капитан сказал ждать наряд и сидеть тихо. Но Джоанн, которую захватили тревога и страх, никого не хотела слушать. Она выскочила из машины и побежала на пляж.

***

Мэр вытащил пулю из ноги, но еще до того, как рана начала затягиваться, полицейские схватили его и надели на него наручники. Сандра, которая выпила кровь русалки, так и не вернулась в человеческий облик. Ее тело монстра, лишь с некоторыми человеческими чертами, билось в агонии. Она рычала, из ее рта тек голубоватый яд, и никто не знал, что с ней. Прямо в таком виде ее пристегнули к каталке и увезли на машине скорой помощи. У Стива по щекам стекли две слезинки. Он смотрел, как ее пристегивают, как увозят, и ни приезд мамы, ни спасение его и его отца, не радовали его сейчас.

- Я не смог ее спасти… - прошептал он. Это услышал только Дейв, стоящий рядом. Он обнял брата. Молча. Он знал, что сейчас не нужны слова. Нужно разделить с братом эту боль.

Ночь, казалось, длилась вечно. Дональд, Стив и Дейв давали показания, капитан и другие сотрудники составляли протоколы и пытались по кусочкам собрать все в единое целое.

За окном полицейского участка дул сильный ветер. Рассвет уже наступал, но было все еще темно. На небе сгущались черные тучи. После всего пережитого так хотелось немного теплого солнышка, спокойствия, но природа задумала иначе. Ветер усиливался, океан бушевал. По телевизору просили всех оставаться дома, большая вероятность шторма. Начал стучать по крышам и подоконникам дождь.

- Что ж, большое спасибо, братья Дженовски, - улыбнулся вышедший из кабинета Гурс. – И вам, миссис Дженовски, тоже. Хоть вы и поступили очень рискованно. Детектив, рад, что вы с нами.

Несмотря на начинающийся за окном шторм, сердца Дейва, Дональда и Джоанн были наполнены теплотой. Фраза Гурса была как нельзя кстати. Лишь Стив был погружен в свои мысли.

- Что будет с Сандрой? – спросил он, стараясь унять дрожь в голосе.

- Неизвестно, - с грустью сказал Гурс. – Ее увезли в столицу, в лучшую клинику острова. Оттуда, скорее всего, ее направят в Германию. Уже взяли все возможные анализы у нее и у мэра, чтобы выяснить, как ей помочь.

Все поехали домой, кроме Стива.

- Мне нужно ненадолго заехать к своему другу, потом все расскажу. Ничего опасного, правда, - сказал он, стараясь успокоить мать и отца, которые совсем не хотели куда-то отпускать сына.

Вскоре Стив вернулся. Все сидели на кухне и пили кофе. По телевизору шли новости. Как же приятно снова видеть всю семью вот так, словно и не было всего этого ужаса. Они снова вместе, снова болтают ни о чем и строят планы на выходные.

- Дейв, - позвал Стив. Дейв повернулся, и Стив жестом подозвал его к себе. – Держи.

- Это телефон Бьянки? – спросил Дейв, взяв в руки телефон.

- Да. Я отдавал его Руди, он отремонтировал. Я пока толком ничего в нем не нашел, но есть одна переписка, которую тебе стоит прочитать.

Стив зашел в мессенджер и открыл переписку с Полли. У Дейва защемило в груди. Он взял телефон и поднялся в комнату.

«Как ты? Уже говорила с Дейвом?»

«Нет. Думаю позвать его завтра на вечеринку»

«Не тяни. Он же так тебе нравится»

«Да, очень. Но я боюсь. Вдруг я ему не нравлюсь?»

«Не попробуешь – не узнаешь»

«Ты права. Он такой красивый, ты даже не представляешь»

«Увижу на вечеринке. Надеюсь, у вас все получится»

Дейв убрал телефон. Почему он перестал общаться с ней? Перестал писать, звать на свидания? Из-за того, что она просто общается с парнями? Но ведь это не преступление. Если Дейв ей так нравится, вряд ли она будет изменять. Дейв смотрел на нее, как на что-то недосягаемое. Словно она – великая актриса, а он – простой бедный парень, и им никогда не быть вместе. Но ведь она «всего лишь человек», как говорил Стив…

Дейв взял куртку, крикнул на кухню: «Скоро буду» и поехал. Нужно действовать. Ситуация, когда отец с братом чуть не лишились жизни, показала ему – медлить нельзя. Можно просто не успеть.

Ветер бушевал. Небо было покрыто черными тучами, дождь усиливался. Дейв остановился у дома Полли, пока дошел до двери, уже промок насквозь и замерз. После второго стука Полли открыла. Она стояла в мягком домашнем халате, с растрепанными волосами.

- Дейв? – удивилась она. Ветер проникал в дом, заставляя тело Полли покрываться мурашками.

- Привет, - сказал Дейв. Его мокрые волосы развевались на ветру, одежда прилипала к телу. И лишь ее глаза, сверкающие среди шторма, грели ему душу. – Полли, я должен сказать. Прости меня, я дурак. Я приревновал, я думал, что не нужен тебе. Но я люблю тебя, правда, очень давно. Давай начнем все сначала? Я обещаю не пропадать больше. Мы можем посидеть и за чаем обсудить наши новые отношения, если впустишь, конечно.

- Извини, Дейв, - с грустью сказала Полли. – Я не уверена, что хочу этого. Я не привыкла бегать за парнями, ждать от них сообщений. Я не верю тебе. Ты и сам мне очень нравился, но знаешь, кажется, я любила не тебя, а того тебя, которого придумала в своей голове. А к тебе настоящему я не готова. Пока.

Дверь закрылась. Шторм бушевал, а Дейву не хотелось двигаться с места. Он опоздал.

***

Дома Дейв принял душ и переоделся в чистое. Он стоял в своей комнате перед зеркалом и был погружен в свои мысли. Но Стив, неожиданно появившийся в дверях, заставил его вырваться из потока мыслей.

- Любуешься собой? – усмехнулся Стив. – Ну и зачем тебе вообще девушка, да?

- Ты хоть когда-то прекратишь отпускать свои глупые шуточки? – Дейв улыбнулся.

- Нет. Куда ездил?

- К Полли.

- Значит, ты все-таки решил все вернуть?

- Да. Но уже поздно. Она меня и за порог не пустила. Я разочаровал ее.

- И как ты? – Стив спросил с заботой. С той заботой, которая присуща настоящему старшему брату.

- Знаешь, нормально. Да, она все еще нравится мне, и я не хотел, чтобы так получилось, но она всего лишь человек. Такое случается.

- Я рад, что ты так к этому относишься. Ты прав. Не убиваться же всю жизнь из-за девушки, верно?

Дейв смотрел в глаза брата и понимал, что Стив сам так не думает. Он лишь пытается поддержать, в то время, как сам ужасно переживает за девушку, которую так отчаянно хотел спасти.

- Все будет хорошо, бро. Ее спасут, - Дейв положил руку брату на плечо. На мгновение в его глазах промелькнула грусть, но он тут же тряхнул головой, словно стряхивая с себя тревожные мысли, и улыбнулся.

- Мальчики, - в комнату зашли мама и папа. Оба с счастливыми улыбками, с такой теплотой в глазах. Вот она – новая жизнь. Та, которой так хотел отец. Новая, хотя все еще здесь же, с теми же людьми. – Хорошая новость. Я перевелась на другую должность, и мои командировки окончены. Теперь я буду всегда с вами, больше не дам вас в обиду.

Парни обняли маму. Все было по-старому, но уже по-другому. Отец снова улыбается, но уже рядом с мамой. Мама снова рядом, но на этот раз навсегда. Дети снова дома, но на этот раз думают уже совсем о другом.

Вечером, когда шторм совсем разгулялся, Стив зашел в комнату Дейва и предложил позвонить Крису. Нужно было рассказать ему, что все закончилось хорошо.

- Почему у тебя черный экран? – спросил Стив.

- Проблемы с камерой, забей, - сказал Крис. Казалось, его голос был чуть болезненнее, но все же, наверное, просто показалось.

Парни наперебой, со смехом и восклицаниями, рассказывали Крису о событиях прошлой ночи. Теперь, когда они проговаривали все это, та ночь казалась лишь жутким ночным кошмаром, не больше.

- А что будет с Беном? – спросил Крис.

- Гурс сказал, что его направят в другую клинику, чтобы снять диагноз, - ответил Дейв.

- А мэр? Какой ему срок светит?

- Ох, ему сейчас придется несладко. В первую очередь его будут изучать все, кому не лень. И уж не знаю, что там ему светит, но надеюсь, мы его больше не увидим, - ответил Стив.

- Это точно. Ладно, ребят, очень рад, что с вами все хорошо, но мне пора. У меня процедуры.

- Кстати, когда тебя выпишут? Ты уже там валяешься неизвестно сколько.

- Пока не знаю. Говорят, придется отдохнуть еще немного.

Звонок прекратился. Крис лежал на больничной койке. Его лысая голова, гладкая, как стекло, блестела под светом больничных ламп. По его щекам текли слезы. В тумбочке лежал черный парик, накладные брови и очки. К рукам подключены капельницы. Из коридора доносились тихие рыдания мамы. Она старалась плакать так, чтобы Крис не слышал, но он слышал. На тумбочке лежало заключение. Слова, которые врезались в голову Криса и никак не хотели покидать ее. «IV стадия».