Пленительное Обучение

Глава 1 Новая Плоть.

- Хватит! Прекрати это... Ммммм да хватит же! Я сказала что достаточно охх ...

- Почему, Эйтель? Это лишь начало нашего будущего, более близкого и...

- Потому, Рэн! Не место и не время для... Ну, ты понимаешь... Этого!

- Ого! Взгляни - ка! Кажется к нам кто - то едет!

- Те самые новенькие студенты? Занятно, Рэн...

- Конечно же, Эйтель! Интересно, кто же прибыл в нашу обитель: новые друзья или новое мясо..?

***

Величественный вид университета казался ей избыточным. Слишком много всего. Скульптур, дорожек, башен и башенок, окон, ходов и переходов и всё так аккуратно исполнено и перетекает одно в другое, точно это строение тоже было живым. Живым, дышащим существом, застывшем в архитектурном плену. Словно их околдовало что — то и заставило быть выбеленным камнем и частью единого комплекса, выстроенного на базе старинного замка в этих краях. По слухам — самого огромного в независимой территории Германии — Шварцгау.

Автобус припарковывается и в его раскрытые двери первой выходит высокая девушка с огненного цвета волосами. Одета она в чёрные туфли, чулки, юбку, белую рубашку с чёрной жилеткой и алым воротом. Ещё один алый символ это литера «В» на её одежде.

— Значит это будет именно здесь, — говорит девушка, — В бывшем замке Вайсштайн…

Она сошла с современного автобуса, доставившего их на место, замерев на пару мгновений. Все, кто покидал комфортабельный транспорт замирали. Одно дело видеть похожее на собор строение через оконные стёкла, а совсем другое — воочию. До того момента,. как порыв ветра всколыхнул волосы, происходящее ещё казалось сном, но после… Игнорировать реальность становилось уже невозможно. А принять — не просто. Тронутый налётом современности замок взывал к далёкому прошлому и мрачно намекал на будущее…

— Огромныыый! — позади неё раздался восхищённый вздох, — Как на картинке!

Она обернулась, увидев плотную, но привлекательную азиатку не высокого роста. обладательницу пропорциональной, с изяществом выполненной фигуры. Глаза азиатки распахнулись на удивление широко и пухленькие губки так и застыли округлившись буквой «о».

— Слушай, можно узнать твоё имя? — азиатка перевела омуты своих глаз на неё.

Девушка немного замешкалась от столь неожиданного заданного вопроса. Но, посторонилась с дороги, давая возможность другим студентам спокойно покинуть автобус.

— Моё имя — Лестра, — отвечала девушка чуть склоняя голову в знак учтивости.

— Ию ВанХё, — представилась она, — Давай дружить? Подруги это весело!

Необычность произношения говорила о том, что она — иностранка, так и не успевшая выучить язык. Впрочем, сама Лестра тоже была иностранкой.

— Хорошо, — улыбнулась Лестра, — Действительно, почему бы и нет? В дружбе есть магия…

— А то! — отозвалась Хё, — Конечно же есть! У меня много друзей есть! Там… Ну откуда я родом! А ты бывала раньше в Азии? Или здесь, в Германии?

— Нет, — мотнула головой Лестра, — Я не выезжала за пределы своего города. Говорят, что мои родители из России… Но сама я жила долгое время в Прибалтике. Мы путешествовали. Мой отец он фотограф и фотомонтажёр, вот и всё время в поисках вдохновения…

— Ух ты! Это же очень интересно! Ну, работа твоего отца такая творческая, креативная… А мать? — спросила Хё.

— Дизайнер, — улыбнулась Лестра, — Вдвоём они много работают и… Так как расходуем мы мало, то накопились средства, чтобы определить меня на обучение в Вайсштайн.

— Повезло! — Хё так и замерла на дороге, в результате чего студенты или обходили её, или даже задевали, толкая, пусть и не специально, — А мне пришлось и самой поработать… Над оценками, чтобы попасть сначала в Программу, а потом сюда, на обучение в Европу…

— Давай… — Лестра осмотрелась, увидев аккуратные скамейки сочетающие художественную ковку и крепкие деревянные доски, поблескивающие лаком, — Присядем и поговорим?

— Помнишь, что сказали в автобусе? — сказала Хё, — «Далеко не расходитесь, как соберётся группа, к вам обратится Менторин на общем предучебном собрании»…

— Так мы далеко и не уйдём, — улыбнулась Лестра, — Вон скамьи, оттуда всё видно!

Они устроились на твёрдых, но удобных сидениях, хотя особой усталости и не чувствовали. Лестра выбрала это место из собственного удобства. Оно позволяло осматривать просторный двор Вайсштайна. Можно было видеть далеко и подмечать что большинство студентов собрались группками в ожидании вступительной речи. Странно. Разве Менторин не должна была уже ждать студентов, заранее? Для такого известного места это ли не подозрительно?

-…Напоминает как мы были в… Парке, так? Я же правильно произношу? — щебетала Хё, — Мы туда ходили с дедушкой… Ох, знала бы ты моего дедушку! Мировой старик! Столькому меня обучил… Рыбалке. Свистеть. Делать правильно бенто… Кроме того он всегда был ласковым. Обнимал. Целовал. И… Короче говоря жить у него было весело. Ну пока обучалась. Короче сильно мотивировал. Болел за меня! Так жалко было покидать его… Но, жизнь распорядилась так, что пришлось. Повезло с этими экзаменами, а то оставаться было уже не безопасно…

— Хмм? — вскинула бровь Лестра, — В смысле «не безопасно»?

— Э? — захлопала глазами Хё, — «Безопасно»? Ой! Я имела в виду напрасно! Не хотелось докучать старику и тратить время напрасно!

— Ааа… — протянула Лестра, но ей почему — то казалось, что настолько плохо Хё не могла знать язык. Она сказала именно то, что сказала. А потом исправила. С другой стороны, так ли важны её мотивы? Куда интереснее, что забор, который они миновали въезжая на территорию Вайсштайна тянулся и тянулся… За деревьями была различима эта полоска стальной решётки, выкрашенной в зелёный цвет. Интересно. Зачем такая безопасность?

— Так вот, — продолжала Хё, — Ты бывала в городе? Я, как оказалась в Германии сразу заинтересовалась местной кухней. Столько всякого — разного! Мне всегда нравилась местная выпечка… Но я боюсь потолстеть. Это очень легко при такой любви к выпечке и сладкому…

Нога внезапно опустилась на скамейку меж ними, попирая её остроносым и лакированным ботинком. Лестра отшатнулась и подняла взгляд на того грубияна, кто столь неожиданно вклинился меж ними.

— Э… Эй! — взвизгнула Хё

Парень выглядел высоким, крепким. Он явно гордился своим телом и немало сил вкладывал в него. Широкая грудь и рельеф его мышц были заметны через футболку, облегающую тугую плоть. При этом, лицо его выдавало ещё юную наивность. В глазах плясали весёлые искорки. Светлые волосы, коротко подстриженные по бокам, на лбу оставались достаточно длинными, чтобы собираться в легкомысленные, торчащие пряди. Он был почти на пол головы выше Лестры. А многих других девушек — на голову выше.

Нога его стояла на скамейке уверенно, будто он всегда должен был быть именно здесь. Как статуя какая. Настолько фундаментальный тип. А ещё и наглый. Рискует понравиться…

— И, что же ты за «фрукт»? — осведомилась Лестра.

— Тэбольт, — он улыбнулся шире.

— Убери свою ногу со скамьи! — зашипела кошкой Хё, — Ведёшь себя, словно… Словно…

— Как кто? — он нагнулся ниже, — Не слышу?

— Как тип, который хочет казаться круче, чем есть на самом деле, — заметила Лестра, — Потому, что на деле ты далеко не так самоуверен, верно?

— Хе… Птичка умеет раскрыть свой клювик, чтобы напугать, — рассмеялся Тэбольт, но ногу убрал, стоя напротив девушек и сунув руки в карманы.

— Что ты здесь забыл? — осведомилась Хё, — Почему подошёл именно к нам?

— Искал пару девушек, которых можно впечатлить моей брутальной наглостью! — отвечал он осклабясь и показывая зубы с щербинкой по середине.

— Почему двоих? — заинтересовалась Лестра, — На одну проще давить. С двумя — сложнее.

— Мне мало одной! Люблю знакомиться с размахом…

Его пафосную речь прервал скрип настраиваемого микрофона, из которого безучастный женский голос по деловому и монотонно сообщил:

— Уважаемые нашу студенты! Я… Прошу вас собраться у центрального входа. Менторин Леона Гольт произнесёт речь, напутствующую вас и касающуюся дальнейшего пребывания в нашем заведении. Его устоев. Правил и… Ммм… Вашего обучения, вкупе с перспективами развития…

Связь не выключилась, а словно оборвалась.

Лестра видела удивлённый взгляд Тэбольта, его вскинутую бровь и шёпот: «Ммм? Что за нелепый звук?»

— Надо идти, надо идти! — всполошилась Хё, вскакивая, — Интересно, какое же нам дадут наставление? А может и пару полезных в обучении советов? Я была бы не против того: «Как встретить приятного парня, обожающего суши…»

— Я ем разное! — заметил Тэбольт.

— Я же сказала симпатичного и приятного в общении! — проворчала Хё, — А не типа, который ноги на скамейку ставит! Пойдём, Лестра! Послушаем, что расскажут — посоветуют юным сердцам, полным надежд… Вроде наших!

— Игнорировать меня решила? — наклонил голову Тэбольт, — Серьёзно?

— Серьёзнее не бывает, — откомментировала Лестра, тоже вставая, — Первое знакомство не задало-о-ось!

Обе направились к той части просторной площади, где уже собирались студенты. Все не то чтобы галдели, но роптали, переговаривались. Многие недоумевали. То тут, то там раздавалось: «И это — элитное учебное заведение?»

Лестра приметила паренька, стоящего чуть поодаль от остальных. Рядом с ним крутились ещё двое — явно выше ростом и массивнее. Один хлопал его по плечу, а другой ржал словно конь. Оба, не смотря на опрятный вид производили неприятное впечатление.

— Иван, ты же знаешь, что мы с Фалко не хотим проблем на новом месте, а? — говорил тот, кто приобнимал.

— Верно — верно! — кивал конеподобный Фалко, — Джеб дело говорит!

— Вот! — поднял внушительный палец Джеб, — Веди себя хорошо а?

Иван чуть согнулся под его могучей рукой. Лестре стало жаль паренька. Наверняка эти двое неплохо знают его и… Очевидно — гнобят, почём зря. Она сжала кулаки. Неприятная ситуация. Явный конфликт. Хотя, её это и не касалось… Однако, терпеть такие отношения рядом с собой, она тоже не собиралась. Хё, очевидно уловив её настрой, вцепилась в плечо, отрицательно мотая головой, мол не нужно…

Впрочем, остановить Лестру было уже не возможно и она ринулась «восстанавливать справедливость», как вдруг по рядам студентов пронёсся ропот:

«Это она, да? Менторин Лиона? Впечатляет! Фигуристая… Хе — хе — хе, не то слово! Смотри какое платье! Скорее гляди как сидит! А меня она больше пугает, вы видите её глаза! Глаза? Да, оторви взгляд от тех форм и подними выше, видишь какой ледяной взор.!»

Лестра тоже отвлеклась от неминуемого причинения справедливости и взглянула на площадку перед самим университетом. К студентам и правда вышла примечательная дама, укравшая внимание собравшихся.

Менторин производила впечатление. Высокая фигуристая, строгая. Она казалась изваянием, некой древней статуей, работы греческого скульптора. Тело её было сложено пропорционально и плотно. Видимо она не мало времени отдавала спорту. При этом возраст во внешности не угадывался, явно более тридцати, но не на много. Хотя взгляд… За этими выразительными тёмными глазами, в обрамлении золотых локонов скрывалось нечто не старое. Древнее.

Лестра ощутила холодок, пробежавший по спине, хоть взгляд Менторин не задержался на ней, а будто выхватил ненадолго Хё и прошёл дальше. Нежданная подружка сильнее прижалась к Лестре. Менторин же подняла к своим чувственным губам микрофон, охваченный изящными пальцами…

— Кхм! — раздалось в микрофон, — Приветствую вас в стенах университета Вайсштайн! Да — да, это то самое заведение, куда отбирают по особым критериям и раз вы сюда попали, значит вы — особенные. У вас есть одна общая черта — человечность и это превосходно…

— О… — Хё неожиданно застыла, покрываясь испариной, — О чём это она? К-как-то ни разу не дружелюбно… Хе… Хе…

Лестра пожала плечами, осмотревшись. Те двое, донимавшие третьего, куда — то делись… Вместе с тем, кого булили. Оставалось надеяться, что они не сотворят с ним нечто плохое. Между тем, речь возымела неоднозначное действие. Многие студенты начали явно роптать — обсуждая столь необычное начало. С чего это заявление про человечность? Понятно же, что у людей такая особенность — по умолчанию… И почему не назвать её просто — «эмпатия», например?

Менторин не спешила, явно зная что будет ропот. Она выдержала паузу, пока ропот не пройдёт.

— Кому, как ни вам знать что сложно держать себя в рамках общества и… Быть частью общества — забывая себя. Но! Умные и властные мира сего решили: Нужно помочь! И они помогли, создав это замечательное место! Именно здесь на протяжении пяти лет вы научитесь быть достойными людьми, постигая эту науку бок о бок с теми представителями, которые были сочтены подходящими нашим строгим отбором. Оглядитесь вокруг! Присутствующие будут вашими партнёрами в обучении на достаточно долгий срок! Возможно вы заведёте новых друзей или… Быть может встретите свою любовь? Кто знает! Поверьте, я выдела многих в стенах этого учреждения. Их жизни… Сложились по разному, но в основном — ярко!

Хё прижалась к Лестре. Та ощущала трепет её тела и осторожно взяла девушку за руку, чтобы успокоить. Похоже, неоднозначная речь Менторин вызвала в ней испуг и трепет. Но явно не тягу к знаниям. Знать бы к чему конкретно клонит их глава учебного процесса…

— Мне искренне хочется помочь всем вам, — продолжала Менторин, обводя собравшихся взглядом, — Так, что вы можете мне доверять. Для вас я желаю быть наставникам, судьёй, но и другом! Моё имя — Лиона Голд, хорошо запомните его и… Успеха в учёбе в стенах Вайсштайн!

Она — напутствовала студентов, после чего за спиной Менторин открылись двери. Скорее ворота. Символично они приглашали в университет, но не только. Из ворот вышли не менее десятка фигур. Они бодрым шагом направились к Менторин вставая справа и слева от неё. И замирая.

Лестра отметила, что люди эти выглядели по разному от комплекции и до черт лица. Одеяние, рост, эмоции что удавалось различить — всё отличалось. Кроме одного. От них исходила аура власти и знания. А также определённого самолюбования, которое свойственно людям учёным…

— Добрый день, студенты! — из ряда замерших преподавателей вышел крупный и сильный на вид мужчина, — Мы рады приветствовать вас в Вайсштайне! Моё имя — Грегори Пруст, запомните его! На сегодня я провожу вас в недра нашего университета и покажу общежитие. Дальше вам подскажут и помогут студенты старших курсов, ответственные за общежитие… Идите за мной!

— Какой — то он слишком бодрый! — прошептала Хё.

Она оказалась права. Преподаватели встали справа и слева, образовав коридор и три десятка студентов прошли меж ними. Следом за Грегори. Кто — то из преподавателей смотрел с интересом. Кто — то вообще глядел больше на небо. А одна из дам странно хихикнула, оглядывая новоприбывших. Менторин же заняла место в строю, позволив Грегори быть главным.

Миновав строй своих будущих учителей, Лестра следом за остальными вошла под гулкий свод университета Вайсштайн…

…Как она смогла вынести довольно изнурительный переход — для неё самой оказалось загадкой.

Комната. Приятно обставленная современной на вид мебелью комната в университете с окнами, выходящими на парк и парковый лабиринт из живой изгороди. Со второго этажа открывался красивый вид… Может потому, что высота была изрядной в виду того, каким просторным оказался первый этаж университета и насколько высокими были его потолки.

Грегори их не жалел и подробно указывал дорогу, а так же кивал на указатели попадавшиеся то тут, то там, прямо на готических колоннах, оформленные как картинки с узором в виде человечков, указывающих направление. Обилие картин. Вычурное убранство. Много витиеватых узоров на поверхностях, до которых и дотянуться было проблемой. Гобелены на стенах. Мозаики на полу. Фрески на потолках… Всё это подсвечено десятками свечей. Правда свечи были современными, электрическими, но если придирчиво не всматриваться то…

И из обилия кованых или же деревянных кружев в проходах выглядывали современные сенсорные мониторы, по которым можно было уточнить местоположение или выйти в сеть… Отдельная сеть внутреннего пользования университета…

Наверняка есть и камеры.

Пространно вещая о прошлом сего удивительного места, Грегори довёл их до конторки близ которой располагалась арка, ведущая в коридор с фонтаном и рядами комнат. Лёгкая музыка, преследовавшая их по мере прогулки в этом месте становилась сильнее.

Возле конторки замели двое. Близнецы Амп и Намп. Они выглядели как — то слишком кукольно в зелёных своих камзолах, утопая в обилии рюшей и оборок. Зато двигались сноровисто, быстро и записали десять людей, коим и были отведены покои в этом месте. Остальных Грегори повёл дальше. И, надо полагать — выше.

Лестре повезло получить комнату как раз рядом с Хё, чему та тихо восторгалась. Но слушать её желания уже не было. Хотелось просто отдохнуть с дороги и всё обдумать.

И вот, она посреди своей комнаты. На деле — небольшой квартирки с душем, санузлом и большой залой разделённой перегородкой надвое. При желании можно было выставить и передвижную перегородку.

На резном столике лежал ключ. На удобном кресле стояла её сумка с вещами. Некто забрал её скарб из автобуса и принёс сюда. Впрочем, Лестра быстрее хотела смыть с себя усталость. Уже не разбираясь и не проверяя свои вещи, она направилась в душевую.

Некоторое время заняло, чтобы аккуратно снять и сложить форму. Странная, но полезная привычка — складывать все вещи аккуратно, сворачивая их. Она знала, что это нормально так поступать. Она тренировала эти движения. До автоматизма. Как знала и то, что непременно осмотрит свою причёску в зеркало, улыбнётся и подмигнёт себе и покрутится немного, прежде чем предаться омовению. Это должно было быть в её характере. Это часть её образа и существа.

Душ оказался весьма кстати, после долгой поездки. Обнажённое, стройное тело Лестры нежилось под струями воды и проблемы словно отступали на второй план. Оставались лишь ощущения тепла и влажных прикосновений, ласкающих кожу и смывающих с неё усталость. Расслабиться под воздействием этих нежных, водных «объятий» было настолько приятно, что она даже стала мурчать некую мелодию. Успокоение наполняло её тело по мере его расслабления.

Но и из душа пришлось выйти. А вместе с этим действием вернулись и скрывавшиеся в глубинах сознания, молчаливые призраки. Она замерла перед зеркалом, глядя себе в глаза. Глядя на это приятное лицо. Лицо, которое она знала. Но, лицо это было и незнакомым. Чужим.

— Кто же ты такая, Лестра Льюис? — произнесла она, глядя в зеркальное отражение, — Моя плоть…

Глава 2 Единокровные соседи.

После душа ей стало легче. Не на много. Но достаточно, чтобы мысленно отчитать себя за слова у зеркала. Не нужно было ничего говорить. За Лестрой такого не водилось ранее. Если её и правда ждали в этих стенах, то не могли не обратить внимания на то, как она болтает сама с собой. Наверняка и в душе были камеры. Да это не этично, но она бы поставила их и там. Тем более, когда за комплекс университета отвечает обособленная компьютерная система Эгида Эй Ай…

Она чуть нервно расстегнула увесистую спортивную сумку.

Внутри были обычные вещи, которые берут в дальнюю поездку. Сменное бельё, предметы гигиены, пара книжек. Несколько снеков и бутылка газировки. Косметика. Там же был и пауэрбанк с вместительной флешкой. Лестра, впрочем, проверяла не наличие самих вещей, но факт того, что кто — то в них рылся. И это и правда было заметно. Некоторые из вещей поменяли в последовательности укладки в сумку. Хоть всё и было сделано аккуратно. Её вещи проверили.

Следовало ожидать. Хотя, Лестра считала, что сделан этот досмотр будет более тщательно. Университет Вайсштайн и правда оказался обособленным. Впрочем, она пока не видела тех подозрительных действий, которые ожидала от этого места. Даже досмотр можно было как-то объяснить. Всё же в этом месте обучаются молодые люди, особо выделенные среди прочих. Предположительно, администрация заходит так далеко из соображений безопасности.

Не подав виду, что заметила нечто необычное, Лестра взяла свой телефон, сделала селфи, на фоне комнаты и попыталась его запостить. Она понимала, что это не получится, но специально попробовала.

— Ну блиин! — напоказ обидилась она, — Не ловит!

Всплеснув руками и убрав телефон, она вышла из комнаты, не забыв закрыть её полученным ключом. Почему ключ, а не ключ — карта, например, Лестра решила не спрашивать себя. Наверняка смысл был. Просто она его ещё не улавливала. Надо быть осторожной в этом месте.

Коридор встретил её всё той же спокойной мелодией. Остальные двери девяти других комнат были закрыты. Откуда — то доносилось возня. Другое помещение было тихо и глухо. Третье…

Лестра подошла к распахнутой настежь двери:

— Хё? Хёооо!

Нет ответа. Определённо Хё заходила в эту комнату. Кстати говоря, комната очень похожа на её собственную, разве что вид из окна немного другой и… Почему бельё Хё разложено по кровати? Где она сама? Ах да… Слышен плеск воды из душа.

Лестра немного покраснела. Шпионить за знакомой. Ну такое себе занятие… А вдруг с ней что не то? Плохо стало? Надо проверить.

Ощущая себя крайне неуютно, девушка подошла к двери душевой и негромко спросила:

— Хё?

Ответа не последовало лишь звук шумящей воды. Судя по отсутствию пара — холодной воды! Кто буде так мыться?

— Хё! — Лестра больше не ждала рывком раскрыв дверь…

— Ваааа! — мелькнуло нагое тело Хё, продемонстрировав стройную талию и приятно — полные округлости мигом сокрытые занавеской, — Не лезь ко мне! Я не из этих! Помогите наси… (недоумённый взгляд) Лестра? Ты что… З-здесь… Делаешь.?

— Извини! — Лестра захлопнула дверь, — Твоя комната была открыта и… Ты что не слышала, как тебя звали?

— Ой… — шум воды стал тише, — Вода шумела и у меня наушники… Группа «ГрейвРипперс»! Громкие ребята! Прямо… Слово в жанре «мёртвого рока»!

— Уфф — выдохнула Лестра, — Но… Ты всегда моешься холодной водой?

Она примпомнила не только это. Глаза успевают захватить куда больше информации, чем кажется на первый взгляд. И вот, спустя некоторое время приходит понимание, что кожа Хё была явно синюшной. Не здоровой. Такой цвет имеет…

— Да, извини, — Хё выпорхнула из душевой, обернувшись полотенцем, — Просто знаешь… Привычка. Мы с дедушкой часто ходили на горные источники. Там вода… Холоднее, чем здесь. Закаливание — штука полезная! Тем более, погляди на это тело, оно не скоро промёрзнет с таким жирком…

— Ты не жирная, — пожала плечами Лестра, — Объективно.

— Эмм… Спасибо, — чуть покраснела Хё, — Тем не менее! Мне надо не просто вымыться, но и вспомнить былое! Считай это — контрастный душ!

— У тебя кожа посинела, — заметила Лестра, — Это ни разу не правильное закаливание на мой взгляд…

— Нормально! — с улыбкой отмахнулась Хё, глядя в прищуренные глаза Лестры, затем повторила без улыбки и с большим нажимом, — Нормально.

— Хорошо, хорошо! — кивнула Лестра, мысленно признавая за Хё право получить пневмонию от такого…

— Тогда не делай такое лицо, — заметила Хё, — Будто это выглядит не нормально! Не люблю ложь!

Лестра собиралась было что — то ответить, как из дверного проёма раздался бодрый и насмешливый голос:

— Обнаружено вторжение в приватную зону! Что за наглость? Непростительно, нарушительница будет немедля оштрафована!

В дверном проёме, прислонившись к косяку стоял высокий, спортивного вида парень. Выглядел он жилистым, но крепким. Бегун? Велосипедист? Может пловец? Лестра не решилась определять на глаз. Но, что подтянут и обладает притягательным торсом, который даже не скрыть формой со значком «В» — это точно. Кто вообще этот наглец? Она не припоминала его… Хотя стоп! Мельком видела эту рыжую шевелюру и хитрое лицо, будто мордочка лисы или крысы. Глаза… Смешливые, но обжигающе — пронырливые…

— Т-ты ещё кто? — всполошилась Хё и спряталась за Лестру, — Кто это?

— Тревор Бергем, к вашим услугам дамы, — он склонился в издевательски — куртуазном поклоне, — Но чаще меня зовут «Лис».

— Бергем? — с интересом переспросила Хё, — Звучит как — то английски…

— Скорее американски, судя по наглости, — заметила Лестра.

— Ирландски, — ещё шире улыбнулся Бергем выпрямляясь, — Это моя родина…

— Ирландец значит? — качнула головой Лестра и почти сразу спросила, — А почему тогда настолько чопорное следование этикету? Словно ты настоящий англичанин? Мне казалось, что ирландцы куда более свободны от стереотипов и этакой куртуазной скованности.? Наверное показалось…

«Лис» сверкнул глазами в сторону Лестры и улыбка его стала зловещей:

— А ты любишь играть с огнём, верно? Моя кровь — ирландская, уж поверь. К английской она не имеет отношения.

— Я, — Лестра пожала плечами, — Не хотела оскорбить тебя. Просто торчать вот так в комнате девушки, когда она тебя не приглашала — невежливо! Не приглашала же, Хё?

— Н-нет! — пискнула та из — за спины Лестры, вцепившись холодными пальчиками в её форму.

— Хей! — щёлкнул пальцами «Лис», — Где ты видишь, что внутри комнаты, если снаружи? Ну или скажем в дверях, а?

— Так будь добр и закрой их с той стороны! — махнула рукой Лестра, — Происшествие исчерпало себя, нет никакого криминала, все могут расходится по домам!

— Скажи ещё, что не на что смотреть, — фыркнул «Лис», отлипая от дверного косяка и прикрывая дверь. После чего раздались его шаги, уходящие в сторону.

— Уфф, ну и тип! — Хё помотала головой, — И правда как лис… Или шакал… Или енот… Словом —живность. Такое впечатление отталкивающее… Брррр! Это словно общаться с хитрющим зверем, который смотрит на тебя как на добычу. Или как на еду… Короче пугает этот тип меня!

Лестра извернулась и потрепала Хё по голове, стараясь показать, что переживать не стоит. Хотя ей самой был неприятен этот тип.

— Уважаемые студенты… — пронёсся по коридорам всё тот же бесстрастный женский голос, — Для вас мы подготовили дружескую трапезу, призванную показать насколько мы все близки не смотря на различия. Это поможет сплотиться нам, чтобы выстроить достойное будущее…

— Трапеза… — повторила Хё, — Трапезы мне нравятся… Сядешь со мной рядом?

— Ладно, ладно, — снова потрепала по волосам Лестра, — Сяду, но ты только оденься пожалуйста…

— Ой! — пискнула Хё, — И правда… Ты… Это… Выйди пожалуйста…

— Мгм, — Лестра покраснела и скользнула за дверь, прикрыв её за собой. Полотно опять попыталось приоткрыться… Понятно почему дверь оказалась не заперта, она сама чуть приоткрывалась на петлях. Что же, судя по виду этой двери лет сто, не удивительно, что фурнитура приобрела люфт и стала провисать. Удивительно, что никто раньше не обратился к местной администрации университета, чтобы это поправили…

Двери открылись и слева выскользнула изящная до худобы девичья фигурка. Она глянула на Лестру и кивнула ей. Та кивнула в ответ и улыбнулась. Изящная девушка тоже улыбнулась и почти беззвучно проследовала по коридору… Из другой двери выбрался крупный, полный парень. Его можно было смело назвать толстым, нервным, в очках… Увидя Лестру он задрожал, опустил глаза, выдавил «привет» и бодро не смотря на избыточный вес направился дальше по коридору. Справа распахнулась дверь и выскользнул «Лис». Смерив Лестру взглядом он хмыкнул и тоже пошёл на трапезу. Далее две двери открылись одновременно. Из них вышли два дюжих молодца и осклабились увидя друг друга:

— Йорк!

— Хааве!

Будто приветствовали они каждый своего соседа и лишь затем повернули головы к Лестре:

— Ого, леди!

— Молодая барышня!

Их тела показывали какую — то северную крепость. Ни дать ни взять две скалы. Или два ледника. Крепкие ноги. Мощные торсы… Да ещё и форма сидела так, будто была им узка. Оба простоватые на лицо, улыбчивые… Но глаза под светлыми волосами казались ледяными.

— Вы составите нам компанию на пиру, очаровательная валькирия?

— Вы сядьте меж нас, милая Куутар, Лунная Дева?

Скрипнула ещё одна дверь. Наружу выбралась девушка… Скорее даже женщина на вид лет тридцати. Хотя сложение и грация немного не вязались с кукольной отстранённостью её лица. Этакая ожившая скульптура, у которой подвижное тело, но чрезмерно сдержанная мимика и глаза… Будто вообще закрыты. Волосы её накрывала специальная шапочка тёмного цвета с узором и… Она словно колыхнулась?

— Вы две слушшайте, — произнесла она с некоторым шипением, — Не навязывайтессь! Это невежливо!

Лестра заметила, как они замерли, будто получив приказ. Ещё ладно что не вытянулись перед этой странной студенткой, выглядящей старше прочих.

— Да они и не навязывались, — пожимает плечами Лестра, — Скорее, только начинали…

— Очень бесспокойные ребята, — качает головой незнакомка, — Не задерживайтессь! Совместный приём пищи это так важно!

Лестра лишь рассеянно кивнула, когда незнакомка встала к ней спиной и проследила, чтобы два парня шли впереди неё в нужном направлении.

Наверное, стоило спросить её имя? Но поздно. Остаётся лишь наблюдать как удаляется её фигура в форме песочных часов, туго обтянутая здешней формой, явно подобранной не по размеру.

— Странная особа, — отметила про себя Лестра.

Дверь за её спиной чуть скрипнула открываясь и наружу будто выпорхнула Хё. Она не только оделась, но и волосы свои разделила на две легкомысленных косички.

— А вот и я! Сегодня с косичками! Причёска в стиле усаги — кролик! Как тебе? — Хё крутанулась вокруг своей оси, от чего примечательные хвостики колыхнулись за ней, — Таа! Настоящая отрада для глаз и звезда наступающего банкета…

— Пойдём, пойдём же! — Настояла Лестра, — Не то без нас начнут, а опаздывать — не есть хорошо!

Про себя же она отметила, что не все с этажа отправились на банкет. Ещё две двери так и оставались закрыты. Или же, те, кто расположился в комнатах за ними просто раньше покинули свои обители? Неприятно было идти последними…

— Следуйте за указателем на мониторах, — заметил Амп (или Намп?) утопая в кружевном своём наряде, когда Лестра и Хё поравнялись с его столом, — Там будет надпись «столовая» и стрелочка. Не собъётесь.

— Спасибо! — радостно улыбнулась Хё. Лестра же сдержанно кивнула.

И всё равно поиск столовой занял время.

— Наверное это сюда! — заметила Хё, углубляясь в один из коридоров, — Мне кажется, что указатель с того монитора указывал именно это направление… Хотя, судя по мрачному виду залы это место вообще для фехтования… Или игры в прятки. И там довольно пыльно…

— Нам следовало повернуть раньше, — пробурчала Лестра, — И мы не блуждали бы это время…

Она осмотрела зал, в который явно давно не ступала нога человека… Затем принюхалась. Приятный аромат готовящейся пищи доносился ветерком, возникающим в коридорах… И если судить по направлению, то нужно было идти в сторону… Тело само развернулось куда нужно.

— Эй, Лестра-а-а?! — выкрикнула Хё, устремляясь следом за подругой, — Обожди! Не беги… Ну ты как в каком мультике персонаж… Учуяла и прямо туда плывёшь…

— Просто я лучше чувствую направление… — отвечала Лестра.

Вскоре они обе достигли широкой лестницы и спустились вниз в широкое и светлое полу — подвальное помещение. Из окон лился дневной свет, но сами проёмы находились почти под потолком. В зале размещались несколько протяжённых столов, убранных чистыми скатертями. Один из столов, расположенных дальше прочих и ближе к большому камину, ломился от блюд. Собственно, это был единственный стол, подле которого были люди. Семь человек. Шестеро из них в форме студентов и один — явно учитель. Высокий и полный. Можно даже сказать — толстый.

Из остальных знакомых присутствовали: странная студентка, двое похожих как братья парней, «Лис», парень с длинными волосами и девушка, не снявшая наушники даже в столовой. Этих двоих не удавалось вспомнить на собрании перед университетом. Хотя они там вне сомнений были.

— Ооо, вот и подтягиваются опоздавшие! — протянул тучный преподаватель, — Хорошо — хорошо…

— Извиняемся! — сходу сказала Хё, — Заплутали! Здесь всё настолько запутанно, что сходу и не сообразишь, куда именно двигаться! Спасибо острому нюху Лестры иначе бы я вообще заплутала и пришла бы к концу трапезы…

— Хорошо, что успели вовремя, хо — хо, — басовито смеялся толстяк, — Остальные подзаплутали, но…

— Может нам просто начать без них? — предложил длинноволосый и утончённый парень, — Это их проблемы в конечном счёте…

— Это не ссправедливо, — заметила женщина со странным головным убором, — Вссе мы вмессте. В этом и ссмыссл трапезы!

Лестра поглядывала то на одного, то на другого студента. Девушка в наушниках будто вообще не участвовала в этом, погрузившись в свой мир. Кажется, за заплутавших переживала лишь эта дама, озирающаяся по сторонам Хё и толстяк — учитель. Сама Лестра не определилась…

Глава 3 Мясное застолье.

— П-простите за опоздание, уфф! — раскрасневшийся толстяк — студент выдохнул, практически вбежав в зал и ведя за собою застенчивую и стройную до худобы девушку, — Заблудились!

— Ничего — ничего, — отвечал учитель, — Выдохни и успокойся. Без вас мы не начали бы…

Длинноволосый хмыкнул, но ничего не сказал.

Дама в странном головном уборе улыбнулась опоздавшим.

Хё вцепилась пальцами в руку Лестры.

Можно сказать, что все были в сборе.

Присутствующие встали, когда каждый оказался за своим местом. Предполагалась торжественная речь. Вернее момент располагал к этому. Ещё вернее, что все просто последовали примеру дамы с необычным головным убором. Первой встала она, затем — Йорк и Хааве. Вскоре остались сидеть лишь длинноволосый тип и девушка в наушниках. Тип окинул взглядом присутствующих, что — то недовольно пробурчал и тоже встал. Осталась сидеть лишь одна меломанка…

На столе были представлены разнообразные блюда. Однако, Лестру поразило обилие именно мяса. Это была и тонко нарезанная ломтиками ветчина, и шницель, и свиные рёбрышки, колбаски обычные и кровяная колбаса, котлеты и ростбиф… Этого даже много, учитывая присутствие всего одиннадцати персон. Запах так и манил… Она сама не считала себя вегетарианкой. Но, обилие мясных изделий заставляло испытать смешенные чувства.

— С дороги важно хорошо подкрепиться, — заметил преподаватель — толстяк, — Мы покажем гостеприимство Вайсштайна. Здесь подают тщательно подобранные блюда…

— Вижу — вижу, — прошептала в тон толстяку Хё, — Даже слишком подобранные. Признаться дедушка не кормил меня таким даже… В лучшее время. Глаза просто разбегаются от обилия… МЯСА…

Лестра заметила, какое значение Хё придала этому слову. Может и правда она своего рода фанат? Все ждали, что именно скажет тучный учитель, возглавляющий трапезу. Он не спешил.

— Присаживайтесь — присаживайтесь, — улыбнулся о добро, — Не ищите правды в ногах. Мне нужно сказать речь, потому сядьте и покончим с этими вступлениями и официозом…

Скрипнули сдвигаемые стулья. Девушка в наушниках даже взгляд не подняла. Её глаза вообще были словно прикрыты. Казалось, она всецело погружена в мир музыки и не собирается взаимодействовать с реальность.

— Начнём с того, что звать меня — Готлиб Брохес, — представился он, — Вам это следует запомнить.

Ответом ему были взгляды восьми пар глаз. В одних сквозил интерес. В других хитрость и даже пренебрежение. Ещё две пары глаз не играли в эту игру. Стройная до худобы девушка глядела перед собой. А девушка в наушниках вообще будто прикрыла глаза…

— В этой трапезе! — начал он не без пафоса, — Мы приближаемся к тому порогу, который отделяет человеческое начало от животного. Сам факт, что все собравшиеся здесь не набрасываются на еду, умеют пользоваться вилкой и ножом и не тащат в рот…

Его взгляд замер на «Меломанке», та с невозмутимым видом взяла кусочек ветчины и принялась его есть. «Лис» хохотнул от такой наглости.

— …По большей части умеют пользоваться ножом и по большей части не тащат в рот еду, пока речь не будет окончена… — заметил толстяк Брохес с укоризной глядя на «Меломанку».

— Фто? — та в ответ округлила глаза. Как ни в чём небывало. Лестра переводила свой взгляд с девушки на преподавателя и обратно.

— Уфф… — выдохнул толстяк Готлиб, — Не важно! Итак, по большей части мы все стараемся быть людьми и следовать общепринятым нормам. Не нарушать законов стаи, понимаете? Это основа того, чтобы быть человеком общественным, социальным…

Он вновь посмотрел, как «Меломанка» протянула руку, взяла со стола стакан сока и начала его пить. Не просто пить, а скорее жадно и звучно глотать. Закончив, она снова уставилась на преподавателя с самым непосредственным видом, как бы вновь спрашивая: «Что»?

— Кхем! — толстяк Готлиб старательно делал вид, что не замечает более действий «Меломанки», что бы она ни творила, — Итак, совместна трапеза, есть то что сближает всех нас. Поскольку тот, с кем преломляешь хлеб — твой друг. Тем более, это актуально для сокурсников, студентов, кому предстоит пройти долгий и не простой совместный путь. Приступим же к трапезе!

Раздался одобрительный гул голосов.

Впрочем, насколько показалось Лестре, еда вызывала больший энтузиазм, чем сама речь. К трапезе приступили активно. Например Хё, снова вспоминая что-то о своём дедушке положила себе внушительный ростбиф. Притом, она выбрала тот, который был менее прожарен. Дама в тёмном головном уборе уделила внимание жаркому, аккуратно пользуясь вилкой и ножом. «Лис» — обходился одной вилкой, быстро уничтожая мясные кусочки…

Йорк и Хааве пользовались руками, аккуратно протирая пальцы они положили себе стейки и жадно откусывали ломтик за ломтиком. Впрочем, стараясь компенсировать аккуратность укуса его объёмом, умудряясь отхватить приличную часть мясного куска.

Наверное одна лишь худенькая девушка ощущала себя не в своей тарелке. Она не спешила притрагиваться к еде, хотя её полный сосед уже приступил к колбаскам в соусе и предлагал ей то одно, то другое блюдо, аккуратно указывая вилкой. Однако, она лишь опускала взгляд и мотала головой.

Может вегетарианка? Тогда происходящее для неё по меньшей мере странно. А то и неприятно.

Лестра, поглядев на них, неторопливо начала есть, беря вилкой охлаждённую ветчину и отрезая кусочки отправляла их в рот. Притом, стараясь не спешить. Всё же трапеза тоже была частью игры… Большой игры построения их отношений. Следовало вести себя достойно.

Впрочем, остальные просто ели, не особенно разговаривая. В такой обстановке соблюдать правила было не трудно.

Сидящий во главе стола преподаватель ловко пользуясь ножом и вилкой положил себе в тарелку целую горку сарделек, налил из графина пунш с пряным запахом и приступил к еде. Сардельки быстро исчезали в его нутре, при том что ел он аккуратно, даже оттопыривая мизинец. При этом внимательно поглядывал на остальных присутствующих.

— Слушай, а почему на столе столько именно мясных блюд? — спросила тихонько Хё у Лестры, — Не то, чтобы я против была, но… За исключением небольшого количества выпечки, редких листьев салата и нескольких пиал с соусами представлено лишь мясо…

— Вот бы знать, — Лестра тоже аккуратно налила себе пунш. Ей не нравился внимательный взгляд толстяка. Для него трапеза была не просто показателем гостеприимства и возможностью сплотиться. Складывалось ощущение, что он с интересом наблюдал, кто что и сколько ел.

Выглядело это, как непонятный эксперимент.

Хотя окружающие вроде и не придавали этому большого значения. Толстячок — студент пытался предложить своей изящной знакомой то одно, то другое блюдо и часть из них охотно пробовал сам. Та же положила на свою тарелку немного паштета, куриного мяса, салата и придвинула стакан со свежевыжатым соком. И то не спешила.

«Лис» охотно и даже спешно ел. Длинноволосый — кривился, но ел едва ли быстрее изящной девушки.

Хааве и Йорк продолжали пользоваться руками, затем то один то другой подливали пунш их странной знакомице с необычным головным убором. Та принимала это как должное.

«Меломанка» ела набирая себе ассорти по принципу шведского стола — понемногу, но с разных блюд и… Смешивала сок с пуншем. При этом успевала покачивать головой в такт мелодии в своих наушниках.

Время шло и все стали есть куда медленнее, приходило сонное насыщение и спадал первый азарт насыщения. Лестра поглядывала на студентов и Готлиба. Тот же выждал удобный момент, после чего густой голос его точно растёкся над столом:

— У кого есть история? Согласитесь, застолье без хорошей истории теряет половину привлекательности. Да, временно мы все незнакомцы. Но, чтобы обучаться нам придётся сдружиться, верно? А раз так то неизбежно завяжется разговор. Так почему бы не начать его за этим роскошным столом?

Он сказал и воцарилось молчание. Смолкли даже тихие разговоры и столовые приборы стали звучать куда тише. Лишь доносящаяся из наушников «Меломанки» какофония стала более слышимой, да звуки, доносящиеся с улицы…

Лестра подметила, что желающих начать рассказ не приметно и решила не начинать сама. Хоть у неё и была пара историй на такой вот случай.

— Нерешительная тишина повисла над столом, — прогудел Готлиб, постучав пальцами о столешницу, — Это естественно. Значит начинать мне, верно? Моя история про парня, который всегда был пухлым. Полным. Да прямо скажем — толстым. Много потел и опрятность была не его сильной стороной, понимаете?

Он осмотрел присутствующих, чуть дольше задержав взгляд на Лестре. «Лис» усмехался. Лицо дамы в головном уборе было непроницаемо. Хё ёрзала на стуле…

— Стоит ли говорить, что популярностью у девушек этот парень не пользовался… — продолжал Готлиб, — Хотя сам, конечно же заглядывался на них. А больше всего на девушку из соседнего двора… Какой она была приятной, милой. С большим и ярким бантом. Конечно же он попытался выразить свои чувства…

— Ого! — «Меломанка» поразила Лестру. Она сняла наушники, повесив их на своей высокой шее и с не скрываемым интересом глядела на Готлиба, — Что — что? Толстячок решил признаться красавице? Интересно — интересно! По — подробнее с этого места!

— Конечно, — улыбнулся Готлиб, — Она ответила ожидаемо. В лексиконе её были слова «мерзкий», «толстяк», «урод»… И много подобных. Она даже покраснела от гнева. А он… Стоял на коленях и глядел на неё. Даже ругаясь она была так хороша, что он не мог просто взять и уйти и терял остатки достоинства…

— Ха — ха — ха! — «Меломанка» рассмеялась, — Вот дурак!

— Достоинство, — тряхнул длинными волосами занудный парень, — Мэл, достоинство…

— В самом деле, дурак, — глаза Готлиба сверкнули, а улыбка стала зловещей. На его толстом, простодушном лице проступили тени, — Ещё какой дурак… Её смех. Её подколки… Плевки и… Его глупый, неудачный шаг. Её слова… Он ещё пару дней ходил сам не свой, а потом… Зная что недостоин этой девушки он отправился к Старой Заводи. Про то место ходили разные слухи. Говорили что живёт там нимфа и тех, кто нравится ей она целует, даря им долгую жизнь. А тех кто не нравится — пожирает. И решил этот толстяк рискнуть. Вернее он знал, что его сожрут. Ещё бы! Ему наговорили столько всего… Вот и он отправился к Заводи с понятной целью. Решить проблемы единым махом. !

— Ставки повышаются! — стучала «Меломанка» пальцами о стол, — Дальше! Это становится архи занятно!

— Угомонись, Мэл… — шикает длинноволосый, но она не слушает.

— Дальше этот парень увидел нимфу, — сказал Готлиб, чуть привалившись к столу и возвысившись над ним точно грозовая туча, — Нимфа… Она сидела под мостом, расчёсывая свои волосы. Статная. Красивая… Рядом горел костёр и стоял внушительный котелок… Но тогда это казалось не важным. Важна была ОНА… Безумно красивая! Большие глаза. Длинное одеяние, облегающее её фигуру и чарующий голос… Она не прогнала парня. Она много говорила с ним. Выслушала его печаль и отверженность… Расспросила о той, кто невольно обидела его. Они сначала общались на расстоянии. Потом были вместе под мостом и… Проснулся парень уже утром. Костёр, согревавший их ночью прогорел. Рядом никого не было, но в сердце его осталось уверенность, что пережитое не было видением… Он привёл в порядок одеяние и вернулся в город…

— Нуу! — насупилась «Меломанка», — Больше подробностей…

— Оставлю что — то вашей фантазии, — отмахнулся Готлиб, — В городе парень узнал о пропаже возлюбленной. Будто она ночью выбралась во двор, посмотреть кто зовёт её по имени… Говорят это был женский, приятный голос… И с самого утра до полудня её нет… Он помогал в поисках. Он искал везде по городу. В парке. Вылазил на крыши и с крыш увидел в отдалении тот самый мост, под которым проснулся… К вечеру он вновь вернулся к мосту и… Нимфа была там. Снова расположилась подле котла, вода в котором закипала, а приятный, мясной запах разносился по округе. Он спросил её: видела ли она девушку? Та ответила отрицательно. В ответ она предложила ему погреться у костра и разделить с нею трапезу, поскольку пища сближает. И в самом деле запах будоражил… Кажется она варила суп… Трапеза и ещё одна ночь казались просто чудесными. Наутро же, он проснулся раньше и увидел, как нимфа поправляет свои прекрасные волосы, глядя в гладь водного зеркала. Увидел и… Похолодел. Слова оказались не нужны. В её волосах был тот самый дорогой, запоминающийся бант…

— Охх! — «Меломанка» покачала головой, — Очуметь! Хочу к такой нимфе! У меня тоже есть пара знакомых, которые отравляли мне жизнь.!

— Ха — ха! — густо рассмеялся толстяк, — Не думаю, что это так работает. Нимфа лишь помогает тем, кому сочтёт нужным. Тому парню, скажем… Повезло. А могло и не повезти. Снова. Но, это история, рассказанная мною. Что-то не слышно ваших историй, а? Давайте, давайте! Как условились. Баш на баш…

Все молчали. Вернее слышались звуки вроде позвякивания столовых приборов и шуршания одежды, но говорить никто не торопился…

— Я… — голос Хё заставил Лестру вздрогнуть. Она казалась нерешительной. И вдруг — на тебе, — Я расскажу историю… Правда она может показаться какой — то глупой и… Может быть нескладной, но, дело же не в складности, верно?

— Верно, — кивнул Готлиб.

— Тогда я начну… — Хё чуть помедлила, на приятном лице её промелькнула тень, — Когда — то, одна девушка сильно заболела и… Деревня в которой она жила была очень — очень бедной. Хотя девушка помогала многим, но, так случилось, что ей не помог никто да и… Откуда у селян были бы средства на доктора? В общем, однажды когда стало совсем тяжело, она уснула… А проснулась уже в тёмном месте… Она испугалась. Она брыкалась, кричала, пока не смогла порвать ткань и разворошить листву… Она оказалась в пещере, куда селяне сносили тех, от кого более проку не было… (Хё примолкла, а затем продолжила) Чувствовала себя она куда лучше, но ослабла и хотелось есть… Тогда она… Ей пришлось, понимаете? (испуганный взгляд) Она ела то, что смогла добыть… А! Точно, подношения! Она ела подношения, оставленные горным духам селянами и это позволило ей насытиться… Так продолжалось… Некоторое время. Вынужденная искать еду, я… То есть она! Пришлось ей скитаться…

— Офигенно грустная история, — покачала головой «Меломанка», — Прямо печаль — печальная…

— Шшшшш! — шикнул «Зануда», поправляя длинные волосы, — Мэл…

-…Долго или коротко, но время шло, — Хё даже не слышала перебивших её, будто погрузившись в историю, — А она поняла, что… Что — то в мире не так. Лошади и телеги сменились автомобилями… Первый раз машина жутко пугала! Потом было время Большого Шума, как она его называла. Горели леса… Города… Деревни… Стало проще находить «подношения» но… Однажды она нашла живого человека и… Решила помочь ему. Наверное впервые. Это был солдат. Крепкий мужчина, которого она пыталась спасти и выходить, но рана его со временем становилась лишь хуже и… Когда он смолк навсегда она оставила его в хижине на берегу горной речки и поняла, что так дальше нельзя. Что она не может больше ходить по задворкам… Она решила выбираться к людям. Тем более что после Большого Шума было много сутолоки и переполоха и оказалось просто затеряться, а потом она училась. Подражала людям. Солдат обучил азам грамоты, а она развивала это дальше чтобы больше не голодать и продолжать… Быть? Потом, позднее дедушка развил её таланты за… Оговорённую плату и напутствовал: «Стань полезной Хё»… То есть её тоже звали Хё! Ну я — Хё, Ван Хё, а она была Юки Хё… Понимаете разницу? Во — от… Короче дедушка сказал, что тяга к знаниям — путь человека и… Она пошла этим путём добравшись до одного скрытого университета дорогой знаний… Вот…

Воцарилась тишина.

— Типа… — «Меломанка» покрутила пальцем в воздухе — Это типа всё? Ты в курсе, что у твоей истории нет конца, так?

— Ну так она ещё не закончена… — потупилась Хё.

— Вот жеж… Простачка! — покачала головой «Меломанка», — А как она по — твоему закончится?

— Ну… Ну… — замялась Хё, — Девушка выучится… С подругой или подругами будет путешествовать. Много путешествовать и работать через… О! Через интернет! Точно! Заведёт свой блог, будет рассказывать о разных странах, потом встретит приятного мужчину… Возможно одинокого отца двоих или троих детей, вот… А дальше будет выкладывать истории о семейных путешествиях… Это банально, но вместе с близкими куда лучше, чем одной…

— Ага, — «Меломанка» кивнула, — Ещё одна мечтательница о банальном…

— Расскажите не банальную историю, — предложил Готлиб, — Ну же, всё равно сегодня знакомимся…

— Я? Не, я — пасс — хмыкнула «Меломанка», — Я истории рассказываю плохо, они у меня выходят не такие трогательные.

— Ну, мы здесь без предвзятости, — улыбнулся Готлиб, — Знакомимся за столом, верно?

— Раз такое дело… — толсты парень поднял руку, ну ни дать ни взять образцовый ученик…

Лестра покачала головой. Бедный парень! С такой уверенностью… Вернее её отсутствием, не легко кого — то впечатлить.

— Прошу, — Готлиб сделал располагающий жест рукой, — Конечно же, говори — рассказывай!

— Благодарю… Если говорить абстрактно… Ну то есть беря во внимание факты скорее субъективные…

— Можно я в него кину костью? — осведомилась «Меломанка» глянув на «Зануду» и Готлиба.

— Пусть выскажется человек, что же вы так, мисс Мэлиэл, — развёл руками преподаватель, — Мы слушаем всех в этой тёплой компании. Кто желает высказываться. Без осуждения.

— Он же «нерд» и «ботан»! — фыркнула «Меломанка» Мэл, — Я только лучше сделаю, если покажу ему, что таких надо исправлять! Если он такую же речь задвинет своей девушке, так она же его «пошлёт»… Нужно уметь изъясняться проще…

— Продолжайте, продолжайте, — мотивировал Готлиб парня, — Что вы хотели поведать?

— Это… История об одном парне и его сестре… — сказал полный парень, краснея.

— Ого! — «Меломанка» подалась вперёд, — Что — то интересное!

— Кхм… — парень краснел, но продолжал, — Сестра… Она всегда недолюбливала своего брата. Знаете? Толстый… Стеснительный. Часто сидит дома, читает или играет в игры. Ну не душа компании. Не похвалишься таким…

— Пфф… — «Меломанка» натянула наушники, но звук выключила, показывая безразличие, но не теряя нити повествования.

— Продолжай, молодой человек, — глубокий голос дамы в странном головном уборе был гипнотическим, — Что же вызвало такое ммм… Борение чувсств в том парне, что он испытал такую глубокую груссть?

— …Хорошо, — толстячок сглотнул и продолжил чуть сбивчиво, — Так вот… Сестра не давала ему проходу, как только поняла что он не может ответить. Она использовала его как… Как личного раба. Починка приборов, ремонт техники, сестра чуть ли не упивалась своей властью… А потом даже дразнила. Ох она была изобретательна! Её не обделила природа и она знала об этом, знала какой эффект могут производить формы её тела и как многое прощается ей просто за то, что она — девушка… И постепенно: «Пожалуйста» в её устах превратилось в «Сделай»

— Ууу — «Меломанка» рассмеялась, — Вот попал он… Или ты?

— Без уточнений, пожалуйста… — вмешалась Лестра. Хё краснея держала её за руку.

— Хоо? — осклабилась «Меломанка», — Защищаешь толстячка? Похвально! Нет, правда… Очень даже мило…

-… Она продолжала так издеваться, — говорил полный студент, — Со временем, издевательства приобретали всё более неподобающий вид и… Короче, когда стало невыносимо это терпеть, он приложил массу усилий, чтобы получить возможность обучаться подальше от дома и… Практически сбежал от этих издёвок! Сдать экзамены для обучения в закрытом университете оказалось проще, чем примиряться с таким отношением в собственной семье… Поэтому он надеется на изменение своей жизни в лучшую сторону…

— Я, — Мэл округлила глаза, — Поражена! Как банально всё завершилось… Ммм умный толстячок…

— Хмм — хм… — покачал головой Готлиб, — История — есть история! Кто следующий?

— Можно мне задать вопрос, — осведомился «Лис» приковав к себе взоры присутствующих, — Зачем вы вообще затеяли эту игру в истории? И что можете сказать по учебному процессу, который нам предстоит? Мне понятно, что все эти посиделки за общим столом и наше сплочение — не просто так. Так раскройте карты!

— Раскрою, тем более что секрета здесь нет, — улыбнулся Готлиб и улыбка эта показалась зловещей, — Мы уже обучаемся! Совместная трапеза… Истории… Обучение на примерах. Реальных или же выдуманных. Но, вы услышали о пути, который был проделан каждым из героев этих рассказов.

Глава 4 Кость мироздания.

…Застолье окончилось. Озадаченные, но сытые студенты получили свободное время и потянулись из внушительного зала — столовой. Кто-то отправился в свою комнату, как поступил длинноволосый «Зануда». «Лис» остался болтать с «Меломанкой». «Толстячок» угодливо ходил кругами подле «Модельки» — как окрестила ту про себя Лестра. «Змея» — не со зла, но за любовь растягивать шипящие именно это прозвище она присвоила даме со скрытыми головным убором волосами — отбыла куда-то в сопровождении «Богатырей»…

Хё само — собой была рядом и болтала без умолку.

— Какой необычный урок… Не думала, что мы будем заниматься рассказами историй… Это напоминает Хяку — Моногатари, когда каждый рассказывает что-то жуткое или страшное… Я обычно не участвовала в таком, но тут не удержалась. А ты любишь истории?

— Люблю, — кивнула Лестра, — Но не когда они с подвохом. Готлиб не просто так это задумал…

— Тайный умысел развратного толстяка, — Хё округлила глаза, — Неужели он мог затеять нечто предосудительное под видом этакого добряка?

— Вряд ли, — покачала головой Лестра, — Больше похоже, что он и правда хотел перезнакомить нас и… Посмотреть на эти взаимоотношения…

Всю обратную дорогу к своим комнатам девушки болтали о ерунде. Этот путь они запомнили неплохо и не потерялись, точно выйдя к столу, за которым расположился Намп (или Амп). Эти парни могли легко подменять друг друга.

-…И вот тогда, я смогла показать что двигаюсь лучше чем Кёко! Представляешь? Пол дня набивали очки в «Дансе» уже вспотели обе и вот…

— Ты к себе? — осведомилась Лестра, немного устав от болтовни Хё.

— Ага, — кивнула та, — Хочу поиграть в пару «мобилок» и спать. День насыщенный выдался и только ВНки спасут мой сон от мимолётных кошмаров…

— ВНки? — не поняла Лестра, поправляя волосы.

— Мгм… Это Визуальные Новеллы, понимаешь? Ну как живые комиксы или книги… Подборка картинок и текст. Этакое приятное сочетание. Охота на ночь глядя «залипнуть» на пару часов…

— Так внешняя Сеть здесь не работает, как игры запустишь?

— Ох, не переживай! Они постоянной связи с сервером не требуют, работают так, оффлайн. Мне нравится «Роковая Судьба», «Мысли мечтательной девушки», а ещё есть «Когда смелые парни робеют»… Довольно своеобразная игра, там сюжет необычный… (Хё покраснела припомнив)

— Ладно, — махнула рукой Лестра, не вдаваясь в подробности, — Давай тогда до утра!

Расставшись, с Хё она закрыла за своей спиной дверь, отделяя небольшую квартирку от остального мира. Рука сразу легла на переключатель и скоро мягкий свет залил пространство. В этом месте ей предстояло обретаться регулярно на протяжении нескольких лет, потому было бы неплохо обустроить его… Но сил на всё не хватало.

Лестра смогла лишь распаковать вещи, сложить бельё в ящики удобного комода. Передвиныла столик. Отгородила часть комнаты сдвижной перегородкой. Это стал её «офис». Осмотрев творение рук своих, Лестра вспомнила об ещё одном важном моменте. Проверила и настроила камеру, размещённую поверх ноутбука и приготовилась к записи.

— Привет пап, мам… — она поправила камеру и помахала рукой, — Вот, добралась… У меня всё нормально. Это необычное место, вы бы его видели… Оно совсем не похоже на наш дом или мой прежний колледж… Большой замок, словно из сказки! Это как «диснейленд» только без всех привычных обитателей. И да, здесь можно потеряться. Хорошо что у меня появилась подруга — Хё. Она весёлая. Вам бы точно понравилась! Хотела записывать вам каждый день. Однако без быстрой отправки это сложно. Здешняя Сеть обособлена. Не знаю, когда отправлю вам это видео, но… Я постараюсь. Боюсь, что это будет самая настоящая секретная миссия…

Лестра закончила запись и некоторое время смотрела на «рабочий стол». Мысли блуждали. День клонился к закату, потому свет в её комнате казался уместным. Вайсштайн был мрачноват. А может её комната расположена не слишком удачно.

План оформлялся в мозгу, покуда она созерцала. Иногда это полезно — остановиться и просто подумать, не делая ничего. Тогда приходят правильные мысли. Начав напевать она постучала пальцами о стол. Подключила внешний жёсткий диск и стала пролистывать фотографии.

Вот Лестра с одноклассниками. Кажется это было в Польше? Да, точно там. Вот на дне рождения. Тогда родители купили большой торт и на нём… Шестнадцать свечей, она перепачкалась, когда отвлеклась. Она… Вернее сказать — перепачкалась Лестра, а она просто запомнила. Смеющиеся гости, шутливые подколы, мама качавшая головой от того, насколько эта «почти взрослая девушка» неаккуратно ведёт себя за столом. Отец, фотографирующий дальше, посмеиваясь за объективом. Обычные и беззаботные глупости, создающие её. Её человечность. То, что должно возникать в памяти. Дальше. Дальше и дальше…

На каком-то этапе фотографии обрываются.

Она откидывается на спинку кресла, прикрывая глаза и вспоминая. Воспоминания, это как грязная, болотистая пучина. Туда не хочется погружаться без веской необходимости… Но приходится.

Вот точка отсчёта. Точка её отсчёта. С этого момента Лестра перестала быть «я». Именем собственным. Сутью. С этого момента она стала большим. Или же меньшим?

От чего — то вспомнилась тусклая лампа и стол в её комнате. Застарелый, пыльный стол, над которым пролился электрический свет, ярко выделяя белый, скомканный лист бумаги, поверхность которого испещрена была надписями: «Лестра» — разными шрифтами, на нескольких языках… А по середине большими букввами выведено:

«Мне известно, кто ты такая, Лестра Льюис, в Университете Вайсштайн откроется правда»

Одно понятное предложение.

Одно непонятное предложение.

Стоя в той комнате и продолжая часто дышать, как после долгого бега, она поднесла руку к своему лицу и провела пальцами… Солоновато — металлический вкус во рту. Красная полоса на руке. На её полу — обнажённом, облачённом в изорванную ночнушку теле. На полу. На полу больше темнеющих пятен. Много пятен на стенах… Эти пятна складываются в дорожку, а дорожка ведёт к неподвижному телу. Её взгляд приходит к телу по этой дорожке… Она не видит лица неподвижного тела лишь силуэт… Трудно даже понять мужчина там или женщина.

Её крик самой себе: «Не подходи!» звучит слишком живо…

Лестра открывает глаза.

Она лежит в кровати и смотрит в потолок своей новой квартиры, внутри Университета Вайсштайна. Она не помнит, как оказалась в кровати. Помнит, что закрывала глаза расположившись в кресле…

Когда она садится рывком, пот покрывает её кожу. Страх словно обрёл собственную жизнь, распространяясь внутри тела. Когда такое происходит, она всякий раз гадает: что могла совершить за это время, принесла ли кому — то вред?

— Бред, — Лестра проводит рукой по своему лицу, словно снимая морок.

Она встаёт с кровати, отмечая, что спала в рубашке, юбке и тёплых чулках. Пол под ногами кажется словно чужим и зрение немного плывёт. Её будто качает из стороны в сторону. Она прошла до раковины и умылась. Стало немного легче.

Набравшись решимости, она записала недавнее видео на телефон. Возникла идея, что если забраться повыше, например на крышу университета, то получится передать сигнал, отправив его родителям. Почему бы не попытаться, раз сон всё равно не шёл? Не надевая тяжёлую обувь, она выскользнула в коридор. Дверь не скрипела и её удалось как открыть, так и закрыть практически бесшумно. В руке она зажала телефон.

Далее требовалось проскользнуть мимо бдительного Ампа (Нампа?). Близнец сидел за резным столом будто кукла. Перед ним был лист бумаги, на котором он что — то тщательно выводил, время от времени прекращая писать и придирчиво оглядывая получившийся текст, а затем вновь возвращаясь к своей работе (или хобби?) Гулкий коридор не располагал к беззвучному передвижению… Впрочем, без обуви это было хоть как — то реально — проскользнуть.

Лестра осторожно поглядывала из — за угла, выжидая, когда Амп-Намп отвлечётся, чтобы посмотреть насколько аккуратно выведены символы. За это время она быстро опустилась на четвереньки и мягко распределяя вес по конечностям добралась до его стола, укрывшего её. При этом важно было не повредить «смарт»! Да и вообще — не выронить его, а то весь смысл «операции» исчезает.

Ладно, ладно… Она вжимается спиной в рельефную, лакированную древесину стола. Первая половина плана выполнена безупречно!

Вторая часть плана была сложнее — определить по звуку, что Намп-Амп рассматривает свои вирши снова и можно быстро (насколько это получится на четвереньках) преодолеть второй отрезок пути.

Заслыша заветное «шур — шур», Лестра собралась с силами и проскользнула за поворот, вжавшись — вдавившись в стену. Она ожидала окрика или какого то возмущения, но… Всё так же шелестела бумага и откуда — то издали доносилась грустная мелодия. Словно кто — то играл её на рояле. Оставалось тихонько выдохнуть и… Не задеть, не уронить что ни будь, вроде декоративной вазы, которую она нечаяно задела локтем!

Лестра придержала пошатнувшееся произведение искусства, не дав ему издать ни звука… Затем медленно выпрямилась и на цыпочках двинулась дальше, за поворотом перейдя на шаг… А там и вовсе — на бег!

В одном из коридоров она скользнула по полу и едва не выронила зажатый в руке телефон.

— Стоп — стоп стоп… — быстро зашептала себе Лестра, удержав равновесие. Не хватало ещё разбить свой «смарт», так и не отправив послание родителям… А они будут переживать за неё!

Вернее за ту, которая теперь она…

Дальше оставалось лишь найти путь на верх. Примерно, она помнила где были ступени, ведущие выше. Наверняка там же можно выбраться не только на следующий этаж, но и дальше.

Лишь бы не столкнуться с…

Она чуть не налетела на неторопливо идущую, будто плывущую по коридору студентку в тёмном головном уборе… Который словно шевельнулся. Или это был ветер? Так или иначе, Лестра замерла, ошарашенная нежданной встречей.

— Не сслишком ли поздно гуляешш? — спросила дама, сверкнув глазами, — Знаешшь, этот университет — мессто неоднозначное… И я бы на твоём мессте не испытывала судьбу…

— Прости, — немного пришла в себя Лестра, — Но ты не на моём месте.

— Логично, — усмехнулась она, — Однако, это не снижает опассности таких прогулок.

— Как тебя зовут? — решилась спросить Лестра, чтобы перевести тему разговора с себя, — И если уж на то пошло, то тебе — тоже не спится. Как погляжу…

— Верно, — кивнула дама, — Ссон не идёт и мне хочетсся побольше знать об этом мессте. Что до имени, то… Медоса. Зови меня Ссерпента Медоса… Именно так. Это имя мне нравитсся больше, оно отражает суть.

— Серпента Медоса? — чуть прищурилась Лестра, — Хорошо. Меня зовут Лестра Льюис. Будем же знакомы.

— Приятно обрессти подругу в таком месте, — кивнула Медоса, от чего её головной убор снова шевельнулся. На этот раз — очевидно, — У меня тяжело выходит ссходиться с людьми…

— Тебя постоянно сопровождают двое красавцев, — хмыкнула Лестра, — Разве это не показатель, что сходишься ты вполне успешно?

— Ох нет, — тет, — качнула головой Медоса и головной убор её вновь шевельнулся, — Они — лишь попали под моё обаяние, не более… Именно дружить мне ссложно… Понимаешь? Дружба это нечто большее, чем воссхищение или желание. Она зарождается глубоко и питает такие трогательные сструны в душе… Как по мне, то именно дружбу можно было бы назвать костью, на которой держитсся мироздание… Без этого, мир был бы куда злее и опасснее и… Всё, что мы видим вокруг не удалось бы возвессти без доверительных отношений между людьми и их дружбы. Нам… Ессть чему учитьсся.!

Глава 5 Меланхолия пореза.

Отвертеться от Медосы было не слишком сложно, но Лестра проболтала с ней ещё немного, чтобы не казаться невежливой. Оказалось, что странная дама и сама находится в этих местах негласно, сбежав из своей квартирки, как она выразилась: «Побродить и подумать… Знаешь, раньше я часто оказывалась одна. Полезно иногда вспомнить былое, после суетливой трапезы… Поразмысслить и побродить в одиночесстве…»

Лестра сослалась на то, что тоже хочет исследовать их «новый дом», потому и бродит ночью. Благо что мрачные залы и коридоры Университета освещал мягкий свет светильников, выполненных под старинные свечи…

Она не стала спрашивать как Медоса смогла пройти мимо дежурного. Отчасти потому, что самой не хотелось объяснять, как пришлось ползать на четвереньках, боясь выронить свой «смарт». Вместо этого, девушка поспешила туда, где должна была быть лестница, ведущая дальше.

Чутьё не обмануло её. Ступени из камня казались древними и истёртыми множеством ног, ходивших по ним. Сколько веков этой лестнице? Почему о замке Вайсштайн известно не больше, чем об Университете Вайсштайн? Наверняка же это место играло роль в Истории?

Но нет. На ум не шло ничего, связанного со старым замком.

Лестра ощущала под ногами камень ступеней. Она стала подниматься всё выше, порой с опаской вглядываясь в тёмные зевы проходов, меж колоннами, как оказывалась на новом этаже. Однако, коридоры оставались пустынными и в них гулял ветер, то донося странные цветочные ароматы, а то лёгкую музыку. Никто не преграждал ей путь. Так она миновала три этажа, выбравшись в гулкий предел мансарды старинного замка. Под просторной кровлей его стоял запах дерева и пыли. Легка поскрипывал металл кровли, остывая от дневного нагрева.

В остальном царила ночная тишина, нарушаемя лишь лёгкими звуками доносящимися снизу.

Лестра толкнула старинные, решетчатые двери, преградившие её путь и решётка с лёгким скрипом открылась. Не заперто. На металле двери инородным объектом виделся современный замок, к которому вели гофрировнные кабели. Светодиод замка горел зелёным цветом, очевидно указывая, что он был разблокирован. Но явно не ей. И не похоже, что для неё, иначе был бы какой — то звуковой сигнал…

Она осторожно стала красться дальше, пытаясь не думать о том, насколько же пыльными станут её собственные стопы от этого пола.

Ветер гулял под крышей. Свет здесь был совсем приглушен, а свечи — светильники будто работали вполсилы. Ощущение мрачной таинственности дополнялось хлопаньем крыльев, разносившихся под самым потолком. Она огляделась. Похоже это — летучие мыши…

Она зябко передёрнула плечами. Не хотелось бы подцепить что — то… Говорят от этих небольших в общем созданий можно получить бешенство… Неприятное соседство. С другой стороны, наверное не рассчитывалось, что студенты станут взбираться на мансарду и…

Лестра прошлась по гулкому помещению, заставленному старой мебелью, сложенными в сторону картинами, укрытыми мешковиной. Какими — то приборами, видимо использовавшимися для лабораторных исследований. Складывалось ощущение, что именно здесь безумный доктор мог бы оживлять своё чудище, но… Или он разочаровался в своей работе, или не нашёл чудище, либо то сбежало, короче техника просто простаивала в тусклом свете искусственных свечей.

Зато было видно металлическую лестницу, ведущую на верх.

Ступени — перекладины впивались в ноги, когда Лестра поднималась по ним. Люк был закрыт но… Запирался он обычной задвижкой… Которая кстати была отщёлкнута. Некто выбирался на крышу раньше неё. Хотя плевать. Ей всего лишь надо поймать сигнал и отправить видеозапись…

На крыше безраздельно властвовал ветер и чёрное небо, полное тучами нависало могучей пятой над всем замком. Если бы не светильники, обильно размещённые на крыше, то темнота была бы полной и Лестра рисковала сорваться… Хотя перила были проложены по периметру.

Декоративные горгульи пялились на неё своими бессмысленными и злыми глазами, точно видя врага. Однако, это не останавливало девушку.

Лестра пробралась к краю крыши и схватившись рукою за металл поручня подняла повыше свой телефон… Не ловит. Может, если ещё выше? Или дальше… Она смотрела на светящееся табло. Пытаясь поймать сигнал и старалась не соскользнуть вниз и… Не смотреть на острые шипы садовой ограды, будто нарочно торчащие вверх. Порыв ветра ударил сильнее, в спину и девушка сжала пальцы, чуть не уронив телефон и чудом удержав его, перегнувшись через перила…

Перила скрипнули. Как и зубы девушки.

— Интересный способ завершить земной путь… — чья — то рука подхватила Лестру, втягивая её обратно на крышу.

Девушка задрожала, поняв, что и правда была недалеко от падения. Поручень только выглядел прочным. На деле же он был довольно ржавым и можно удивиться тому, как удержал её…

— Действительно, — к первому, мужскому голосу добавился второй, женский, — Не успела прибыть, а уже проверяет на прочность ограждения крыши.

Лестра взглянула на своего спасителя и на девушку, что была рядом с ним. Оба одеты были в форму Вайсштайн, с характерными литерами «В». Только поверх формы на обоих были некие плащи или мантии… Что учитывая гуляющий ветер, начавший пробирать её было не лишним.

Волосы двоих студентов, оказавшихся подле неё серебрились на этом ветру.

Длина волос парня была меньше, чем у замершей рядом девушки. Но иногда ветер заставлял их волосы соприкасаться и тогда различить кому принадлежит «струящееся серебро» было трудно.

— К-кто вы? — спросила Лестра всё ещё приходя в себя.

— Моё имя — Рэн, — отвечал парень чуть склоняясь с некой чопорностью, — А это Эйтель. Моя сестра.

— Сводная… — заметила изящная как статуэтка Эйтель.

— Спасибо, — вновь кивнула Леста, — За спасение…

— Это пустяки, — отмахнулся Рэн, — Вернее, само спасение — не пустяк, конечно… Но с моей стороны не так уж и много было сделано, согласитесь… А кто вы?

— Я — Лестра Льюис. Студентка. Сегодня только прибыла в Вайсштайн. Или уже вчера?

— Вы прыткая, — отметила Эйтель прохаживаясь взад — вперёд, её туфли гулко цокали по крыше, — Только приехали и уже взобрались сюда…

— Говорил же, что новенькие будут забавными, — Рэн рассмеялся, — Менторин пытается с переменным успехом. И каждый выпуск чуть больше приближает её к совершенству.

— Чуть больше, — соглашается Эйтель, — Шаг за шагом. Сколько ещё нужно этих шагов?

— Сестра, не кори её! — отмахивается Рэн, — Лиона не виновата, что унаследовала многие черты своего рода, но совсем не унаследовала изворотливости ума. В конце концов она тоже гостья в Вайсштайн. Пусть и старая гостья. Эти земли — не её родина.

— Это не Тырговиште, согласна, — Эйтель упёрла руки в бока, — Но наш донжон вполне сойдёт за Киндию, если ей так хочется вспомнить родину…

— Предложишь переименовать «Клык Волчицы» в «Киндию»? — покачал головой Рэн, — Это так неуважительно в отношении предков!

— «Захн дер Вольфин» звучит как — то длинно, — отвечала Эйтиль, — Кажется более нескладным, чем короткое название. Да и за столько лет, можно было и поменять что — то…

— Вервольфам тяжело даётся смена привычек, моя Вольфин, — смеётся Рэн, — Ты же знаешь. Сильная привязанность к родне. К стае…

— Мне, пожалуй, надо идти, — сказала Лестра, заметив что эти двое общаются уже больше друг с другом, нежели с нею.

— Куда же вы так рано пойдёте, любезная фройляйн? — осведомился Рэн, — Ночь только началась, авы не желаете составлять компанию нам… Это даже неприятно.

— Оскорбительно, — кивнула Эйтель, поддерживая своего брата.

— Мне не хотелось чем-то обидеть или оскорбить вас, — отрицательно покрутила головой Лестра, — Но, у меня не получилось поймать сигнал здесь. Мне хотелось отправить видео отцу и матери…

Рэн улыбнулся показав сильные, белые зубы с чуть более массивными клыками. Эйтель же сверкнула глазами.

— Родители — это важно, Лестра, — согласился Рэн, — Мы не в праве помешать тебе…

— Чего не сказать про систему безопасности, — напомнила Эйтель, — Глушится вся внешняя связь вблизи университета.

Лестра поджала губы. Она и предполагала нечто подобное. Конечно же, система безопасности не даст и шанса… Но если не получается на крыше, либо внутри университета, то может быть играет роль расстояние? Ели отойти подальше…

— Что, если отойти подальше? — предположила Лестра, — Там есть шанс поймать Сеть?

— Определённо, — кивнул Рэн, — ты смогла бы отправить сообщение родне…

— Рэн, это авантюра, — заметила Эйтель, — Мы не должны влазить в это! Вдруг она…

— Что такого она могла бы узнать за день и разболтать своим близким? — пожал плечами Рэн, — Тем более, это же её родня и её стая…

— Ты меришь людей своими рамками, — тряхнула Эйтель серебряными волосами, — Это ошибка. Как только мы теряем осторожность, мы погибаем…

— Извините, — Лестра пыталась уловить суть их препирательств, — Если ситуация настолько сложна, то может мне просто не вмешиваться и… Вам лучше не вмешиваться в неё. Справлюсь как — то сама…

— Нет — нет, — Рэн не согласился, — Если уж взялись помочь…

— Я ни на что не подписывалась! — замечает Эйтель.

— Если уж решили помочь, — с напором повторяет Рэн, — То непременно поможем! Если ты не испугаешься.

Лестре не особенно нравились такие «хождения вокруг и около». Тем более — заявление про испуг. К чему это вообще было сказано? Она что же, показала себя трусихой? Или эти двое просто потешаются над нею?

— Не испугаюсь! — решительно заявляет девушка.

— Видишь, — просиял Рэн, — Лестра смелая.

— Это разрушает мою меланхолию, — фыркнула Эйтель, — Решительная девушка, которая не боится. До тех пор пока не порежется. Некоторых людей останавливает лишь вид собственной крови. Но, бывает уже поздно.

Лестра уловила в её словах нечто отдалённо похожее на предостережение. Но, после заявления о собственной смелости, не могла же она отступить? Потому, девушка лишь сильнее сжала зубы.

— Решительная, — кивнул Рэн, — Именно это мне и нравится!

— Она ещё не видела самого превращения, — отвечала Эйтель, — Спросишь её после. Если не сойдёт с ума конечно. У людей это бывает. Что же, смотри в оба, человек, как мы МЕНЯЕМСЯ…

Лестра не помнила на каком этапе следующих событий её мозг отказался воспринимать происходящее и то, как хрустяще-чавкающе-рычащие звуки погрузили её в темноту неожиданного обморока…

Глава 6 Фантомные боли.

Вонь. Тяжёлый. Слащавый… Тошнотный… Притягательный? Странный запах.

Лестра снова стояла там. На дощатом полу. Темнота окружала её, а лампа, стоящая на пыльном столе, выхватывала лишь незначительную часть окружающего пространства. Дальше безраздельно властвовала Тьма. Но, была ещё и узкая полоска мрака. Граница, на пределе которой непонятные силуэты приобретали более чёткие очертания. Тела на полу. Она видит их. Двое. Два силуэта на досках. И неприятное жужжание

— З-з-з-з-з…

Жужжащий звук будильника её телефона вторгся в сознание, будто переключив что — то.

Она открыла глаза и некоторое время хлопала ресницами, бездумно глядя в потолок. Кошмар… Она села на кровати и с удивлением отметила, что форма потрёпана, а чулки порваны в нескольких местах…

Вскочив на ноги, она бросилась спешно менять чулки на новые и гладить форму, приводя ту в надлежащий вид. Этого ещё не хватало! Первый учебный день… А она… А она! Не нужно было соглашаться на ту ночную вылазку, если бы заранее знала, что форма так пострадает…

Девушка замерла. Более того, она держала утюг на ткани, пока не пошёл неприятный запах и лишь потом торопливо убрала его. Так значит ТО, что она видела ночью — совсем не сон? Иначе откуда эти повреждения? Она и вправду была на крыше. С Рэн. С Эйтель. И вспомнила потом…

…Когда Рэн и Эйтель стали меняться, она потеряла сознание. Видеть то, как их кожа начинает двигаться, как выбрасывается мех и деформируются суставы и всё это сопровождается звуками, неприятными до тошноты… Осознавать это было настолько невозможно, что мозг выключался…

В себя она пришла от ощущения тепла, разливающегося по щеке… Сменяющегося холодом. И снова тепло. Даже жар и запах дыхания… Не неприятный, но странный с оттенком мятной жвачки. Она открыла глаза и чуть не потеряла сознание вновь. Перед ней, высунув язык стоял огромный волк. Его взгляд был сосредоточенным. Глаза точно проникали в самую глубину её сознания и в голове возник вопрос: «Ну как тебе? Занятный вид, а? Не ушиблась?»

Поначалу она отшатнулась. Зубы застучали. Страх пронзил её… Но поразительно отступил.

Этот голос! Он казался знакомым и не давал погрузиться в пучину паники, позволив сохранить часть рассудка, удержаться от желания бежать.

Лестре показалось, что даже интонация чуть насмешливого голоса Рэна сохранилась. Но… Как такое возможно? Что это за создания? Это… Продолжение её сна? Она же в обморок упала… Точно, это ей грезится!

«Не считай это сном или галлюцинациями,» — снова голос, — «И не крути головой… Нам нужен зрительный контакт»…

«Ты прямо побледнела» — Лестра уловила мысли второго волка… Вернее волчицы, Эйтель. Стоило лишь поглядеть в глаза ей.

Оба зверя… Если их можно так называть, неторопливо прохаживались вокруг неё. Были они крупными. Куда больше обычных волков. Серебристая шерсть укрывала их тела, сверкая в отсветах ламп.

Хищники выглядели не то чтобы пугающе. Скорее — величественно. Конечно они обладали мощными челюстями и лапой могли наверное сломать даже кирпичную стену, но Лестра не ощущала направленной угрозы, исходящей от них. Скорее затаённый интерес.

«Что же?» — беззвучный голос Рэна вновь раздался в голове, — «Ты готова к поездке?»

— Какой? — не поняла Лестра, голос её дрогнул, — Куда?

«Типичный человек,» — отвечала Эйтель, так же беззвучно, — «Вопросы и вопросы. Тебе же сказали, что помогут. Чего же ещё нужно знать? Доверься нам…»

«Не дави на неё, сестра,» — отвечал Рэн, — «Людям это сложно даётся… Тем более ты же видела как ей не легко…»

— Всё… Всё в порядке, — проговорила Лестра, стараясь чтобы голос звучал достаточно твёрдо, — Я готова. Только к чему конкретно?

«Ровно к тому о чём и говорилось,» — голос Рэна насмешлив, — «Сквозь ночь мы домчим тебя к краю зоны покрытия защитных систем и ты отправишь видео родне. Как и хотела»…

— Ох… — Лестра даже краснеет, — Это очень и очень мило с вашей стороны. Мне кажется, не стоило так утруждаться, я сама бы могла дойти, если бы просто знала — куда именно мне двигаться через окружающий лес…

«Это — не тот лес, в котором безопасно и безнаказанно гуляют по ночам,» — голос Эйтель был назидателен, — «Вернее уйти можно, а вернуться — вот проблема…»

«Именно поэтому,» — вмешался Рэн, — «Мы с сестрою и бдим, чтобы наивные барышни, праздные гуляки и молодые сорвиголовы не отправились бы в лес на ночь глядя».

— Так, получается я ещё и отвлекаю вас от столь важного занятия, — Лестра почувствовала себя ещё более неуютно в тот момент.

«Маловероятно, что всё совпадёт так, что именно этой ночью кто — то отправится в лес,» — заметил Рэн, — «Обычно это бывает не так уж часто…»

«Хватит болтать,» — вмешалась Эйтель, — «Быстрее всё провернём — быстрее заступим на пост».

— Вы правы, — закивала Лестра, — Так, что же нужно делать мне?

«Забирайся на меня,» — посоветовал Рэн, — «Затем — держись как следует. Двигаться быстро будем. Смотри не свались. Или придётся Эйтель подхватить тебя…»

«Зубами,» — ощерилась Эйтель, демонстрируя мощные клыки свои, показывая что это не безопасно будет, ежели она на лету подхватит Лестру.

Пришлось девушке взобраться на спину Рэна — волка. Предусмотрительно спрятав телефон в кармане. Оборотень-сестра выжидала наблюдая за братом. Тот пригнулся, позволяя оседлать себя. Серебристая шерсть его была жёсткой, но приятной на ощупь. Будто ворс дорогого ковра… Хоть наверное такое сравнение было бы оскорбительным и Лестра верила, что эти мысли волк не прочитал. Сидеть на нём было немного не сподручно. Тот же волос непослушно лез под юбку и по ногам колол. Не хотелось бы, чтобы нежные участки тела взаимодействовали с этой «щетиной»… Но, вместо долгих мудрствований пришлось вцепиться в ворс. Бросив взгляд на Эйтель, девушка прочла в хищных глазах её лишь краткое: «готовься».

А потом, Рэн рванулся с места!

Сначала он встал на лапы во весь рост и бросился к одному краю кровли. Втянул ночной воздух и взял разбежку. После чего ринулся к краю противоположному, набирая скорость и…

Прыгнул!

Волчье массивное тело играючи перелетело защитное ограждение и в волосах и ушах Лестры засвистел воздух. Она не помнила — кричала ли. Но, испуг и паника пропитали её тело, от чего она лишь сильнее свела ноги и вцепилась руками в мех монстра. Ещё немного такого полёта и жёсткая земля со шпилями оград, но…

Вместо этого, волк могучими лапами приземлился на колонну, кажущуюся декорацией в саду, с колонны прыгнул на постамент некой скульптуры (позади с лёгким шорохом Эйтель повторяла его путь) со скульптурного пьедестала — уже лапы зверя — человека ступили на грунтовую дорожку и дальше, почти без остановки — вперёд, к зеленеющему лесу, да так, что ветер снова засвистел в ушах. Словно на мотоцикле несёшься только без рёва мотора…

Мягко и быстро ступают лапы хищника — оборотня. Подле него серебристой молнией в отсветах фонарей несётся сквозь ночь Эйтель.

Лестра даже думать забыла. Некогда думать, когда держаться приходится, чтобы не оказаться на быстро проносящейся внизу земле. На такой скорости можно расшибиться даже и не упав с большой высоты.

Проносятся слева и справа травы, кусты, деревья. Торная дорожка кончилась быстро и ворвались — вломились они в лес. Только хрустнули ветви и шурхнули листья, принимая незваных гостей в недра зелёных «стен». А оборотни не ждали и рванули в лесные глубины!

Лестра пыталась удержаться, не свалиться, не быть сбитой ветвью. Кусты ощутимо хлестнули по ногам, бёдрам, хотели вцепиться в одежду… Однако, на такой скорости не было времени ощущать ссадины. Ночь и темнота, поглотившая их пугали, но и завораживали. Бег. Свист. Шум. Это кровь стучала в её висках, пока сквозь раскинувшееся вокруг ничто оборотень находил дорогу? Его сестра держалась подле. Она не уступала брату и была на стороже, всегда рядом.

Ощущение мощного тела и мышц, ходящих меж её бёдер при беге оборотня, наполняло тело Лестры странным, но приятным чувством. Экая громада несётся сквозь лес, сметая всё на своём пути! Вдыхает прохладный воздух, с паром выдыхая его из пасти. А рядом — ещё одна такая же громада шуршит сквозь заросли. Наполняется сердце странным азартом и хочется приподняться над холкой зверя, но… Боязно.

Бег сквозь лес завершился неожиданно. Оборотни сбавили бег свой и сквозь заросли пробрались к высокому, решетчатому забору, подсвеченному фонарями. На верху забора решётка спилена была под углом, чтобы остался металлический частокол на высоте около трёх метров. Перед самим ограждением по ту и эту сторону было подобие дорожек, усыпанных хвоей и листвой.

Рэн дёрнулся, давая девушке понять, что нужно слезать.

«Подойди к самому забору,» — говорила глазами Эйтель, — «Попробуй переслать оттуда. Здесь камеры не ловят, они направлены перед забором на ту сторону. Считай — слепая зона»…

Лестра подошла к забору. Дрожащей рукой она извлекла телефон из складок одежды. Родители. Родственники этой девушки… Которой является она. Но, она ли — та самая девушка? Почему она не чувствует радости? Лишь нервный трепет… Но, от чего-то она знала, что Лестра поступила бы именно так. Отправила бы послание родителям, даже не взирая на трудности. Значит и она должна поступить в точности так же!

Экран телефона покорно вспыхнул. Сигнал, конечно плохой… Но он есть!

Лестра начала набирать номер, оставшийся в памяти… Но соединение не удалось. Тогда, она решила отправить снятое видео на почту, зная что родители проверяют электронную почту пару раз в неделю. Пока шла отправка, девушка так и удерживала телефон. Два волка — оборотня расположились рядом, наблюдая и терпеливо выжидая, когда заполнится шкала загрузки — отправки. Оставалось верить, что всё пройдёт как нужно. До самого последнего момента…

«Ты сильно переживаешь за них,» — сказал Рэн, как только отправка данных завершилась.

«Это похвально,» — вторила ему Эйтель, — «Сохранить столь трогательную связь».

Ответить сразу им Лестра не могла. Девушка ощущала смятение внутри. Эта двойственность, когда помнишь родных теббе людей, но… Ты не чувствуешь их тепла. Ты словно записала, занесла в реестр — «это мои родители». Но так же не работает. Должно быть нечто большее.

— Спасибо — Лестра искеренне улыбнулась огромным волкам, — Без вас… Мне бы это не удалось…

«Пожалуйста» — отвечал Рэн, — «Но, не нужно задерживаться здесь, если рассчитываешь хоть немного выспаться. Да и опасно задерживаться надолго в этом лесу»…

— А-У-У-У-У! — издала протяжный вой Эйтель, от чего Лестра вздрогнула.

«Не дёргайся так» — взгляд Эйтель был немного насмешлив, — «Своим воем я предупредила местную живность, что здесь мы. Пусть прячутся и убираются с нашего пути. Или отведают на своей шкуре наши клыки… Давай, садись на меня, пугливый человек».

Обратный путь Лестра запомнила плохо. Возможно сказывалось напряжение, с которым она впилась пальцами в шерсть Эйтель, чтобы не свалиться? А может, всё дело было в усталости, поскольку непроглядная темнота говорила о глубокой ночи… В которой замок Вайсштайн блистал точно вырезанный из слоновой кости. Прожектора, светильники, светодиодные ленты превращали камень стен в подобие белого коралла. А многочисленные ниши, проходы, альковы придавали этому строению ещё большее сходство с порождением морских глубин. Пожалуй лишь колонны, острые углы и шпили нарушали это сходство. Будто коралл втиснули в клетку.

«Ты помнишь, где твоё крыло?» — спросил Рэн, мотнув головой в сторону замка, — «Мы доставим тебя в комнату прямо через окно… Но важно не ошибиться»…

— Кажется вон то, — вполголоса сказала Лестра, — Прямо там, где с кованой решётки забора плющ перекидывается на стену…

«Ладно» — Рэн рысцой подбежал к указанному месту и вскарабкался на верх в обличие волка, почти растворившись в тени… Затем из этой тени высунулась человеческая рука и поманила…

Эйтель подвезла Лестру поближе, а после…

Девушка и вскрикнуть не успела, как огромная волчица подбросила её Инстинктивно выставив руку, Лестра схватилась за ладонь Рэна, а тот с силой явно не человеческой притянул её, поднимая к карнизу.

— Посмотри, — кивнул он на комнату, удерживая Лестру, прижав её к своему жилистому телу, сменившему мех на тёмную мантию ученика. Девушка не сразу смогла повернуть голову к стеклу и оценить обстановку… Да… Тот самый ноутбук на столе и пауэрбанк рядом. Она смогла лишь решительно кивнуть. Тогда Рэн прижал её к себе и прошептал, — Не дёргайся, окно открою и ты просто влезешь туда, ладно?

Ей оставалось лишь снова кивнуть.

Он прижал её к стене своим телом, рукой дотягиваясь до окна. Ощущать его разгорячённую плоть было непривычно, эти мышцы… Уже не мышцы волка!

Он быстро орудовал ногтями, чуть приподнял ставень, что-то щёлкнуло — хрустнуло, и створка окна раскрылась. После чего он без лишних слов подтолкнул девушку в направлении оконного проёма.

Лестра, повинуясь его движению вползла в распахнувшееся окно, чуть не свалившись на пол. Но удержалась, умудрилась поставить ноги и опереться на них… Хоть нижние конечности и дрожали. Утвердившись на полу собственной просторной комнаты и выдохнув, она обернулась к окну и высунулась наружу, стараясь разглядеть хоть что — то… На самом краю зрения были заметны две человеческих фигуры, которые взявшись за руки исчезли за поворотом…

…Воспоминания отпустили её. Она опустила руку, проводя по бедру… Затем ощупала второе бедро. Ничего не болит, но тело словно несколько раз хлестали длинными «розгами» кустарника. А может она слишком погрузилась в прошлое, перевозбудилась и эти боли кажутся фантомными? Такое тоже нельзя исключать… Охх! Надо быстрее догладить форму иначе она опоздает…

— Соседкааа! — крик Хё из — за двери торопил её, — На занятия! Опаздываем.!