Пластиковая дудочка

Глава 1

– И чего ты ревешь? - брюнетка стряхнула с мокрой челки капли воды и уселась на высокий барный стул. Мила кинула неприязненный взгляд на незнакомку — ну ревет и ревет. Чего лезть-то?

— Не ваше дело! — хотелось ответить грубо, но голос сорвался и получился жалкий писк.

— Ну не мое, так не мое... - не стала спорить женщина.

Мила, чуть наклонив голову, рассматривала в оконном стекле соседку по столу. Та спокойно, с достоинством, заказала что-то официантке, потом достала из сумочки телефон, глянула на экран, сделала пару движений пальцами, и быстро набрала сообщение на сенсорной клавиатуре. Не глядя нажала кнопку и опять убрала девайс в сумочку. Потом уселась поудобнее и, положив подбородок на поставленые руки, принялась беззастенчиво рассматривать Милу. – Так чего ревешь-то? У тебя тушь потекла и стрелка размазалась, — перед носом девушки появились салфетка и крошечное зеркальце на футляре от помады.

— Да чего ты пристала? Хочу и реву! - Мила отпихнула руку и вдруг почувствовала, что все... Слезы потекли градом, видно, точка была пройдена. - Чего ты пристала?

— Я не пристала. Я кофе пришла выпить. А ты сидишь на моем любимом месте и ревешь! Мне что, нужно позволить твоим слезам испортить мое счастливое место?

Мила даже застыла и перестала реветь. Ишь ты — счастливое место. Ее место!

— Это мое место. Я тут всегда пила кофе... — Девушка закрыла лицо руками и улеглась на стол. Столешница была высокая, поэтому даже сильно наклоняться не пришлось.

Они часто приходили сюда с Вадькой. Он иногда… Мила всхлипнула. Иногда, нечасто — наверное, уже хватит врать самой себе. Она была для Вадьки запасным вариантом. Когда ему было скучно или просто хотелось погреться в облаке любви... безоговорочной, слепой Милиной любви. Тогда он звонил ей, и они шли сюда. И ошалевшая от счастья Мила скакала вокруг него восторженным щенком. А он барской рукой заказывал ей чашку капучино и большую порцию тирамису. Сам со скучающим видом смотрел в телефон. Ждал звонка или сообщения от… — Мила подавилась всхлипом — жены. Две недели назад Владька сказал, что ему надоело и он останется с женой. Однако так как Мила ему дорога, то он иногда будет с ней общаться.

Как она сходила с ума! Ни есть, ни пить, ни спать она не могла. Он был ей нужен как вода и воздух. Его аккаунты в соцсетях, его номер телефона... Она сидела и гипнотизировала их. Ждала. А он...

— Нашла причину для истерики, — Людмила почувствовала, как ее приподнимают и обнимают. — Дурочка ты молодая. Нашла, по чему убиваться. На фига тебе эта пластиковая дудочка? Ты же редкая девушка. Себя любить надо.

Брюнетка отодрала Милу от стола и, прижав к своему плечу, покачала как маленькую.

– Носишься, носишься с тобой, а ты всякую шваль подбираешь. Эх, тяжела ты доля фейская.

— Ваш заказ, - официантка появилась неожиданно. Она тактично дождалась перерыва в рыданиях Милы и, проскользнув тенью, поставила на столик две чашки капучино. Одно с карамелью, второе — с шоколадной крошкой и ванилью. А рядом — два тирамису.

— Спасибо, Лиза, — женщина улыбнулась официантке, и та, просияв, испарилась. Спустя несколько минут Мила совсем пришла в себя. То ли этому помог кофе, то ли еще что-то, но она поймала себя на мысли, что сидит словно в тумане и, широко открыв глаза, смотрит на свою неожиданную утешительницу.

Невысокая, чуть полноватая брюнетка с короткими темно-каштановыми, почти черными волосами, белой кожей с конопушками и совершенно дикими бледно-прозрачными, почти бесцветными глазами. Черная водолазка, черные джинсы, и удивительным ярким пятном — фиолетовый, в крупную клетку шарф.

Прихлебывая кофе, женщина сидела на высоком стуле и, качая левой ногой, рассказала историю. Немного дурацкую, но Мила почему-то слушала.

— Давно это было. Я тогда была совсем мелкой... Ну как мелкой? — лет восемь мне было. И было это в деревне. Под Новый год. На Новый год в деревенской школе учителя каждому ребенку покупали индивидуальный подарок. А почему нет, если в классе от двух до восьми человек? На всю школу наберется хорошо, если человек пятьдесят. Так вот. На Новый год все готовились, шили костюмы, делались короны, учились стихи и песни. Я тоже готовилась. Прочитала стихи. Вся такая довольная. Иду к Деду Морозу, а он мне дарит чайную пару. Красивую. Дорогую. Заботливо купленную для меня. Следом за мной идет моя подружка, и ей вручают пластиковую дудочку. Розовую. Пластиковую. Дудочку. И тут случилось со мной что-то. Я впала в дикую истерику. Вцепившись в свой подарок, стояла и рыдала злыми завистливыми слезами. Потому что у нее была дудочка, а у меня — нет. Я представила, как подношу ее ко рту, и божественные звуки наполняют воздух вокруг меня… Нет, нет, не улыбайся, я действительно так думала. Праздник подпортила всем. И подруге, и учителям, и себе. Меня отвели домой, сдали на руки родным, а через три дня учительница принесла мне домой лично точно такую же дудочку. Пластиковую, розовую с золочеными кнопками. Как ты понимаешь, дудочка у меня не заиграла. Через полгода она валялась в саду, по ней ползали слизняки, а я пила чай из моей чайной пары с баранками и болтала с подругой. Так вот, малышка, может не стоит тратить время пластик? Может стоит дождаться свою пару... чайную? — брюнетка поставила чашку на стол, подхватила сумочку и, оставив под тарелочкой кофейной пары деньги за заказ, словно испарилась. Только чуть терпковатый запах мокрой травы остался висеть в воздухе.

Мила уставилась на пустой стул.