Планета Архипелагов

Глава 0. Отблески прошлого. Ч.1

Гладкий, матовый борт линкора пронесся на экране МФД. Крен вперед, тормозной импульс, ещё один поворот, и капсула вышла на огневой рубеж.

Пот, крупными, холодными каплями стекал по лбу пилота, затекая в глаза и туманя взгляд.

Всё пространство вокруг корабля было заполнено тысячами других капсул, стремившихся миновать заградительный огонь со стороны линкора.

Вот, уже виден голубовато-фиолетовы свет излучения плазменных двигателей. Капсула, ведомая уверенной рукой пилота, чуть ли не в притирку летела вдоль обшивки корабля, минуя реакторный сектор, с его выпирающими радиаторными плитами, змеящимися между ними трубами, кабель-каналами... Но тут реакторный сектор закончился и на экране МФД завиднелись силовые установки плазменных двигателей.

Анализатор излучения начал выдавать показания сигнатуры двигательной установки линкора. Пилот, взглянув краем глаза, на анализатор, пустил полёт капсулы по крутой дуге, минуя фигурный выступ магнитного сопла.

Судя по интенсивности и цвету плазмы, вырывавшейся из двигателя яркой струёй, на линкоре стоял довольно мощный реактор, типа "звёздный капкан". Внезапно, корабль прибавил ходу, и капсулу обдало потоком заряженных частиц.

От столь интенсивного облучения, аппаратура капсулы начала барахлить. Отключились системы орбитального маневрирования, курсовые стабилизаторы. Перестали слушаться управления маршевый двигатель. По очереди выходили из строя сенсоры внешнего обзора.

Из последних сил, пытаясь совладать с "умирающим" оборудованием, пилот медленно навел виртуальный целик орудийной установки в направлении ослепительно сверкавшего сопла линкора. Неохотно и с замирание наводилась турель. Ещё мгновение и... Выстрел!

Очередь из рельсовой автопушки вспорола стройные ряды магнитных стабилизаторов потока на стенках сопла плазменного двигателя. Часть снарядов влетела в излучатель активного вещества.

Плазма перестала выходить, сопло погасло. Внутри силовой установки произошло несколько взрывов. В пространство вокруг линкора устремилось облако обломков двигательной установки, обшивки реакторного сектора. В эфире послышались взволнованные переговоры между экипажем подбитого линкора, и другого корабля, находившегося на некотором отдалении и тоже окруженного роем капсул. Уши пилоту забивали крики гибнущих товарищей - их капсулы оказались близко к эпицентру взрыва. Кого-то обломки разорвали почти мгновенно. А кому-то не повезло погибнуть сразу.

Резкий, жгучий укол проскочил по ноге пилота: обломки достигли и его капсулы. Последнее, что он успел увидеть на экране - громадный кусок реакторного радиатора, летевшего прямо на капсулу.

Глава 0. Отблески прошлого. Ч.2

Боль заполнила всё его естество . Он ничего не видел, не слышал. Лишь боль, ноющая, тупая, непрекращающаяся.

Потом недуг отступил. Понемногу боль стихла и осталась лишь одна пустота. Без запахов, без звуков, без образов... А позже появилось тепло. Медленно разливаясь по телу, оно возвращало ощущение жизни.

***

— Вы пытаетесь и в без того покалеченное тело вместить то, что потенциально может убить пациента!!! — эхом раздавалось в ушах.

— И мы сделаем это! И сделаем даже больше, чем планировали ранее, — второй голос был намного спокойней и солиднее, — я не согласен отказываться от такой возможности. Нам ведь буквально руки развязали. Семнадцатый - это бывший капсулер. Его никто не ждет. Его исчезновение никого не потревожит. Ему сильно повезло выжить в той бойне. И к тому же, мы под завязку напичкали его тело медицинскими нанитами, так что теперь любая рана на нем заживает очень быстро. А отторжение организмом аугментаций, всегда можно подавить иммуносупрессорами. Хватит уже вам заботиться об соблюдении соглашений Конвенции Гуманности, мы ведь не на Земле, в конце концов!

— Именно благодаря соглашениям, принятым на этой Конвенции, удалось в рекордные сроки запретить операции по созданию аугментатов Tech-5, и кому как не вам знать чем чревато... — Сознание начало угасать, голоса ушли далеко-далеко назад.

***

Кожа на протезе, а точнее, материал её имитирующий, поблескивал при свете ламп и просвечивал, показывая находившиеся под ним внутренности.

Кости, там где их было видно, имели черный цвет, покрытые контактными дорожками. Мышцы, не в пример настоящим, были серого как графит, оттенка. Их поверхность пересекали различной толщины и цвета трубки и шлейфы кабелей.

Протезированы руки были выше локтя, а ноги выше колена. И, судя по четкости картинки окружающей обстановки и элементам виртуального интерфейса, глаза тоже были искусственными. А это значило, что в голове тоже изрядно покопались.

Новые конечности совсем не слушались мысленных усилий, лежали на кровати и даже намека на движение не подавали. В таком положении, полной беспомощности он пробыл бессчётное количество часов.

Глава 1. Птичка на старт. Ч.1

Хоть на планете царил преобладающе тропический климат, у берегов, по ночам часто скапливался туман. А под утро дул промозглый, холодный ветер. Джунгли, у кутанные в молочную дымку, медленно просыпались от ночной дрёмы.

С первыми лучами солнца, лесная живность пришла в движение, наполняя воздух какофонией писков, криков и трелей.

Внезапно, в воздухе начал нарастать рокот, медленно перешедший в гул. В небе появилась яркая точка, постепенно увеличивающаяся в размерах, оставляя за собой длинный огненный след. Гул уже перерос в вой. Пылающий объект стремительно несся к земле, разрывая чистый утренний воздух. Вот уже яркий шар летит над островами, устремляя свой полёт в сторону, ощетинившихся острыми вершинами гор.

Вой стих, прерванный глухим раскатом от удара, после которого последовала целая серия жутких скрежещущих звуков.

Замолчавшая было живность, с прежней силой защебетала, заскрипела, засвистала, снуя между корней, перелетая с ветки на ветку. Будто бы ничего не произошло.

***

Это был уже его третий будильник, безнадежно сломанный спросонья. Прошлые два стояли немного поодаль и с укоризной глядели на хозяина вмятиной от кулака на алюминиевом корпусе. Позже, Раду отшучивался перед сослуживцами, что мол, "он (Раду то бишь), угробил эти будильники на тренировке", но сослуживцы с сомнением смотрели на чудовищные следы от кулаков и шептались за спиной у Раду, что "кулаки у него из железа, как и его мозги, что неудивительно, как и то, что он решил по собственному желанию работать на данной планете...". Впрочем, Раду было индифферентно, что там о нем шепчут, а вот будильники жалко.

Но не будильниками едиными жил Раду, были вещи и поважнее, чем сожаления о поломках. Основной деятельностью Раду было просиживание пятой точки в дежурном пункте, в ожидании команды. Команду подавали всякие большие шишки их небольшой береговой авиабазы. Чаще всего, чтобы на глайдере перекантовать из Точки А в точку Б, зады всё тех же больших шишек.

Не стоит забывать о том, что авиабаза была небольшой. Что-то порядка трёх тяжелых глайдеров, двенадцати легких, обслуживающего и управляющего персонала около тридцати человек. И разумеется экипажи самих глайдеров: на тяжелые глайдеры требовалось по два человека(пилот и штурман). На легкие — один. Всего восемнадцать человек.

Штат маленький, а вот дел было больше чем на сорок восемь человек. База была старая, и при старом-то руководств, обслуживалась из рук вон плохо. Новое руководство решило в серьез заняться восстановлением инфраструктуры, и на плечи Раду, по мимо обязанностей пилота, взвалили обязанности слесаря, электрика, сварщика... В общем , как и все остальные, Раду занимался всем, что ему поручали начальники. С некоторой долей успеха и неудач в процессе выполнения.

Сегодня у Раду было назначено свидание с системой вентиляции в командном пункте. И как всякий добропорядочный работник, шел Раду на данное задание, поминая начальников бранным словом, ибо, Раду не то чтобы сильно разбирался в ремонте центральной вентиляции, и, логичнее бы поручить данное задание соответствующему специалисту, но тот на кануне по пьяни вышел на улицу без дыхательной маски. И чуть не сжег себе легкие, потому что здешний воздух насыщенней кислородом, нежели родной с Земли. В итоге: мастер лежит в лазарете с тяжелой травмой легких и отравлением кислородом, а Раду, скрипя зубами и стиснув булки, шел по коридорам авиабазы в направлении командного пункта.

***

Две стены командного пункта были в ударопрочном стекле. За окном об прибрежные камни разбивались волны, орошая брызгами всё вокруг, а в помещении стояла тишина.

Этот, непрактичный для подобного рода помещения, элемент дизайна, был утверждён и воплощён в жизнь новым руководством, в целях "душевного расслабления личного состава, путем созерцания дикости и буйности водной стихии".

Сейчас-же, командный состав авиабазы буянил, если не сильнее, чем море за окном, то примерно на том же уровне. Спорили увлечённо. С чувством, резкой жестикуляцией и брызгами слюны.

— Мы должны отказаться от данной миссии! У горной гряды Варрат уже два поисковых отряда пропало. И это только за последний месяц!

— Те группы были оснащены из рук вон плохо! Два легких глайдера, не несущих никакого вооружения. Три спасателя и один пилот на отряд — их даже нормальным оружием не оснастили! Полуавтоматические огнестрельные карабины... Ничего лучше у них не нашлось. Да, это древнее в плане конструкции, оружие очень популярно у охотников, но у нас не планета для сафари. Не суть важно... Главное — у нас есть тяжелые глайдеры. Надежные и хорошо вооруженные. И нам выделят высококлассных специалистов, оснащенных по последнему слову техники!

— Тяжелые глайдеры? Надёжные? У нас их всего три. И из этой троицы в удовлетворительном состоянии лишь один. Остальные нуждаются в глубоком техническом обслуживании. А топливо? А боеприпасы? У нас не бесконечные запасы на складах. Мы даже не можем выделить воздушные фильтры в экспедиционный резерв. Допустим, мы наскребем необходимый для такой миссии минимум... Горная гряда Варрат, часть архипелага UT-2/IS.e1. Туда NeuroTech Ink. даже автономные лесоповалочные комбайны не пускает, о людях и речи не идёт! С одной только лесозаготовочной делянки близ рощи Когнитивов сбежало пятьдесят комбайнов, а вы туда людей хотите отправить. Да они обратятся в Глашатаев, раньше чем до гор доберутся! Уверен, с прошлыми экспедициями это и произошло!

В горячей перепалке наступила кратковременная пауза.

— Я прекрасно понимаю, чем чревата отправка экспедиции на тот остров, но и вы меня поймите: меня волнует то, как долго верхушки корпорации будут ждать нашего решения, прежде чем к нам на планету отправят контроллеров провести аудит? Ведь не из воздуха взялся приказ о проведении спасательной операции. — спорящий перевел дыхание, вытирая лоб платочком.

— Откуда же исходит столь сильное давление на нашу корпорацию? — в разговор встряла девушка, с виду лет двадцати-двадцати пяти, заведующая отделом летной документации. — Мы — монополисты в отрасли нейропротезирования, наш годовой ВВП с одной только этой планеты, превышает таковой у десятка звездных систем других корпораций. — Девушка говорила с чувством, с гордостью за место в котором работает. — Так стоит ли обращать внимание на просьбу кого-то там, организовать операцию по эвакуации какого-то там упавшего корабля? Это наша планета! Мы здесь хозяева!

Двое предыдущих собеседников смотрели на нового участника разговора, с плохо скрываемым раздражением. Тот, кто ратовал за проведение спасательной операции, высокий, поджарый, кареглазый мужчина средних лет, начал:

— Отвечая на ваши вопросы... Во-первых — это был военный корабль. Не какой-то там, а аж целый корвет противоракетной обороны. Такие от простых поломок на планеты не падают. А если и терпят крушение, то никогда не прерывают связь. Их системы сделаны так, что даже после падения можно отыскать черные ящики, по встроенным транспондерам. — Замолчав, мужчина многозначительно обвёл взглядом слушателей. — Наш же, незадолго до схода с орбиты, прекратил весь радиообмен и отключил транспондеры. И на вызовы не откликался. Можно подумать, что ему нужно было скрыть себя от неприятеля. Да с этим согласен. Но даже после крушения ни один из транспондеров не сообщил об произошедшем. О падении узнали уже де факто, когда спутники георазведки сообщили о странном дыме в районе горного хребта Варрат. А это значит, что кто-то взломал и полностью отключил системы радиообмена, чего делать совершенно запрещено. Попахивает саботажем на борту. И это уже серьёзное дело. Особенно на военном корабле. Во-вторых — на борту корвета находилась очень ценная правительственная информация, не подлежавшая копированию и цифровому распространению, а следовательно, находившаяся в единственном экземпляре. И на верхушку нашей всеми любимой NeuroTech Ink. давит не абы кто, а само Правительство!

В командном пункте снова воцарилась тишина. За окном бушевала стихия, светило солнце, лучи которого переливались радугой в водяной пыли, а в помещении стоял полумрак, и лишь скрип и постукивание инструментов прерывало общее безмолвие: всё это время в командном пункте, по мимо руководящего состава авиабазы, находился работник, чинивший вентиляцию.

— Есть у меня один вопрос, — прервал затянувшееся молчание мужчина, выступавший против отправки спасательной миссии, — что заставляет вас так сильно опасаться аудита со стороны корпоративных контролеров?

Худой мужчина, противник бездействия, долго не отвечал, разглядывая лежащие на столе документы, затем перевел взгляд на работника, чинившего вентиляцию(а чинил он увлеченно, с азартом гремя инструментами и периодически чертыхаясь). Чему-то едко улыбнувшись, мужчина откинулся на спинку кресла и спокойно ответил:

— Вы все сейчас имеете удовольствие находиться в весьма комфортабельном помещении. В ближайшее время, у нас планируется обновление в жилых комнатах офицерского состава нашей авиабазы. И инновации на этом не закончаться — новое оборудование, новая техника и т.п. и т.д. Так не только на нашей базе, но есть один нюанс: вся эта процедура стоит денег. Больших денег. Которые, как ни странно, корпорация нам не выделяет, сколько мы не отправляли запросов на доп. финансирование. С другой стороны — наша планета является источником очень дорогого сырья, которое в свои руки хотят получить многие, но мы естественно им доступ к этому сырью не даем. В этом и заключается наша служба на базах. По крайней мере всё так только на поверхности. За определённую плату, мы не обращаем внимание на несанкционированные посадки, пребывания и взлёты определенного количества "нежелательных посетителей", если выражаться языком наших корпоративных крыс.

Закончив, мужчина замолчал, давая переварить услышанное. Оппонент по спору стоял, неловко почесывая затылок, и хмурясь. Заведующая отделом лётной документации сидела съежившись и потупив взор. По мимо работника, возившегося с вентиляцией, и ранее обозначенной троицы, в командном пункте сидело ещё пять человек. Но высказаться из них решил лишь один. Плотный, но не полный, седоволосый, с красноватым лицом, этот мужчина создавал ощущение громадной скалы. Одетый в форму аэродромного техника, он стоял, уперев руки в столешницу, и, казалось всем весом навалился на стол, пристально глядя исподлобья своими кристально-голубыми глазами на того, кто только что вывернул на изнанку всю подноготную закулисных дел высшего начальства авиабазы.

— Начальник, — молвил техник, — вы так подробно и красочно тут расписали ваши темные делишки, будто бы решили, что огласив данную информацию, вы посадите всех здесь присутствующих в одну лодку с вами. Или я не прав?

— Дорогой Виго, — обратился начальник к технику, — как приятно осознавать, что мы с вами отлично понимаем друг друга! — Изобразив восторженную улыбку на лице, мужчина продолжил. — Кстати, о "всех здесь присутствующих"... Раду, так ведь вас звать? — обратился начальник к стоявшему на стремянке работнику, — Право, бросьте вы уже эту возню с вашими фильтрами, оставьте эту задачу более квалифицированному работнику! Вы, дорогой наш Раду, к собственной неудаче, стали свидетелем разглашения очень конфиденциальной информации. Я бы взял с вас, как и у моих коллег, слово держать язык за зубами, но сдаётся мне, что вы будет не очень надежным хранителем подобного рода "ноши". К нашему счастью, если мне память не изменяет, вы являетесь одним из трёх пилотов наших тяжелых глайдеров. По сему, я вот что решил: беря в учёт, все ранее сказанное, я назначаю вас участником спасательной миссии к горному хребту Варрат, что на архипелаге UT-2/IS.e1. Через три дня к нам прибудет отряд высококлассных специалистов. Ваша задача доставить их до места высадки, откуда им будет удобно выдвинуться к горам. И естественно вернуть их обратно — тоже ваша задача. Полетите без штурмана, вы ведь у нас один из наиболее опытных пилотов. Как поняли приказ?

— Приказ понял... — ответил Раду, слезая со стремянки, — разрешите идти?

— Да, разрешаю. — Ответил начальник, разворачиваясь к мужчине спиной. — Итак, проблему с лишними ушами решили, у нас появился первый член экспедиции. На этом предлагаю снять с повестки дня вопросы по типу "а стоит ли?" и т.п. Считаю целесообразным рассмотреть более важные вещи, такие как организационные вопросы предстоящей эвакуации...

Покидая командный пункт, Раду оглядел всех там присутствующих, развернулся и исчез в дверном проёме, направляясь по коридорам в глубь авиабазы. Заведующей отделом лётной документации показалось, что глаза у пилота странно светились, хотя там, где он стоял, никаких источников света не было.

Глава 1. Птичка на старт Ч.2

— Сейчас мы спустимся под облака, и я заодно расскажу вам краткое содержание нашей миссии. — В передатчиках, с небольшими помехами звучал голос пилота. — Ваша бравая восьмерка имеет счастье находиться на планете EP-57ηE18/S2, в простонародье — Архипелаг-57. Планета находится в ближнем секторе зоны обитаемости, в следствии чего, у нас тут круглый год тропическое лето. Корпорация, что владеет данной планетой — это NeuroTech Ink. Является ведущим производителем нейропротезов во всей звездной системе Орла-18. В отличие от конкурентов, выращивающих нервные соединения из биополимеров и стволовых клеток, наша корпорация использует иного рода сырьё: стволовую сердцевину здешних тропических деревьев. — Пилот замолчал выполняя резкий вираж. Глайдер, плавно посвистывая двигателями, вынырнул из молочно-белого месива облака.

На экранах внутри десантного отделения появилось изображение бирюзового моря, с приближающейся навстречу рваной полоской островов.

— На данной планете, не только фауна обладает интеллектом. У местной флоры был обнаружен высокий уровень нейроактивности. Всё это благодаря симбиозу определённого вида деревьев и грибка. Последний селится в сердцевине деревьев, и, в обмен на питательные вещества, выступает в роли усилителя, передатчика и ретранслятора нейроимпульсов, генерируемых деревом-хозяином. За долгие тысячелетия, подобны симбиоз неоднократно эволюционировал, дойдя до нынешнего состояния, когда деревья, и даже целые рощи, а то и леса, могут обмениваться весьма сложными нейроимпульсными моделями. Когнитивная активность небольшого острова может достигать уровня трёхлетнего ребёнка.

Предваряя ваши вопросы по поводу того, почему же корпорация не займётся искусственной селекцией нужных тканей на основе местных образцов, я скажу, что подобные попытки были, но окончились безуспешно. Ткань, из которой путём биохимической обработки получается продукция нашей корпорации, имеет просто катастрофически высокие требования для искусственной селекции. В качестве научного эксперимента её вырастить можно, но в промышленных масштабах это экономически невыгодно. Именно поэтому корпорация NeuroTech выкупила у государства право на пользование данной планетой сроком на триста лет. — Сделав многозначительную паузу, пилот продолжил. — Ну а теперь, к сути нашего задания: что-то около месяца назад, в окрестностях нашей планеты ушел в радиомолчание военный корвет. Через двое суток, после прекращения всех переговоров, корабль сошёл с орбиты и потерпел крушение, упав в районе горного хребта Варрат, что на архипелаге UT-2/IS.e1. На борту находилась ценная информация и сопровождающие её специалисты. Их-то мы и должны эвакуировать.

Архипелаг состоит из сети островов, порядка ста тринадцати малых и девяти больших. На самом крупном острове располагаются горы, в которые и упал корвет. Залетать мы будем с северо-восточной стороны острова. — Закончил пилот.

В десантном отделении располагались восемь человек. Точнее — людей было семь. Восьмым был массивный киборг, сидевший на полу, положив руки на колени.

— Как звать-то тебя, шеф? — спросил один из Десантников у пилота.

— Раду, Раду Кейдару, пилот первого класса, специалист по использованию и применению авиационных комплексов. — Послышалось в ответ. — Кем сами будете, парни?

— Мы почти все с цитадели А-5. Правда поколения разные. Кроме того громилы. — Десантники разом показали на киборга. — Он как партизан — молчит.

— О как? Ну, я уверен, у вашего товарища свои причины для конспирации. — сказал Раду, снижая высоту полёта. — Будьте осторожны: сейчас нас немного помотает. Пойдём на бреющем полёте. — В следующий момент глайдер ощутимо так встряхнуло от резкой смены курса. Взвыли от натуги двигатели. По корпусу плавно распространились вибрации.

— Эй, шеф! К чему такие маневры?

— Есть кое-что, о чем вам не рассказали ваши работодатели. — В голосе пилота чувствовалось напряжение. — Я уже упоминал ранее, что местные древесные ткани хорошо приживаются и к нервным окончаниям и к электронике. Грубо говоря, лес может брать под контроль животных и машин. — При этих словах десантники насторожились. Киборг повернул голову в сторону кабины, словно пытаясь сквозь спинку сидения разглядеть лицо пилота. — А ещё, с делянки, которую хотели разрабатывать на том самом острове, куда упал корвет, сбежало около пятидесяти единиц техники. В том числе — десять автономных комплексов передвижного ПВО. — Глайдер снова сильно вздрогнул. — Так что, в целях безопасности миссии, я вынужден вести нас вдоль земли, используя неровности рельефа, как прикрытие от радара.

Оставшееся время полёта все провели в напряжённом молчании.

Внезапно, киборг встал, и, уравновесив в себя на ходившим ходуном полу десантного отделения, пошёл в направлении рубки управления. Дойдя до сиденья пилота, киборг заглянул за него, всматриваясь вперёд. Приборы в кабине показывали состояние глайдера, а за лобовым фонарём раскинулось море. Зелёные гряды островов уходили вправо и влево, открывая перед глайдером всё новыее пейзажи архипелага. Летательный аппарат, ведомый уверенной рукой пилота, летел на предельно низкой высоте над водной гладью, слегка переваливаясь с одного крыла на другое.

Перед глайдером, на глазах начал приближаться и расти в размерах остров. Спустя несколько минут, стало понятно, что это довольно крупный остров.

— Мы уже на подлёте. — сказал пилот, бросив быстрый взгляд на показания приборов. Раду пустил полёт по дуге, направляя глайдер вдоль береговой линии острова. Ещё пять минут глайдер летел вдоль берега, пока Раду вглядывался в прибрежные заросли. Впереди по курсу обозначилось устье небольшой речки. Замедлив полёт, пилот направил глайдер вдоль русла реки, улетая вглубь острова.

По обоим берегам реки росли большие мангровые деревья, обвитые лианами и покрытые зелёным мхом. Ветки деревьев нависали на речкой и глайдер опасно пролетал над водой, грозясь задеть крылом свисающие лианы. От речки, во все стороны разлетались потревоженные птицы и насекомые.

Река изгибалась, змеилась, и за очередным поворотом показалась довольно большая, каменистая полянка. Завидев её, пилот перевел двигатели глайдера в режим вертикального вектора тяги и завис над водой; аккуратно работая маневровыми двигателями, глайдер, выпустив шасси, плавно подлетел к берегу и, снизив высоту, приземлился на землю.

Выпустив наконец из рук РУТ и штурвал, Раду облегчённо вздохнул, разминая затекшая пальцы. Из десантного отделения послышались аплодисменты.

— Ай да шеф!!! , А да молодец!!! Что же ты со своими навыками забыл на этой планете?

— Так уж получилось. — Ответил Раду, отключая двигатели и открывая хвостовую аппарель.

— Запомните вот что, — добавил пилот, — воду из водоёмов и рек не пить, в ней много частиц когнитивных деревьев. Вы же не хотите стать Глашатаями ещё в начале миссии? И вот ещё что: любая, не прижжённая, и не заклеенная рана — гарантированное обращение в Глашатая.

Покидали десантники глайдер, уже не в таком приподнятом настроении.

Раду, тем временем, потихоньку отключал аппаратуру глайдера, оставив только дежурные подсистемы быстрой активации. Сняв шлем, пилот вытянулся в кресле, расслабленно потирая руки.

— Арно. Звёздная система Витир, Пятая межпланетная армия, полк диверсионных кораблей, материнский корабль «Эльва-23», класс — крейсер, капсульная Бригада номер шесть. — Грубый, скрипучий, и вместе с тем низкий голос раздался у Раду над ухом. Киборг всё это время стоял за сиденьем пилота, ни разу не пошевелившись. Раду так бы и не замечал его дальше, если бы киборг сам себя не демаскировал.

Раду удивленно обернулся, но киборг к тому времени уже покинул глайдер, выйдя наружу через открытую аппарель.

— Полк диверсионных кораблей, капсульная бригада… — пробормотал себе под нос Раду, задумчиво глядя в след киборгу, — бывший капсулёр? Эво как… А звать тебя значит, Арно?

***

Своей первой настоящей миссией, Ренди по праву считал операцией по штурму навигационной станции.

Вне виртуальной реальности, с настоящим оружием, в настоящем силовом скафандре… Это всё, было полгода назад. Полгода сделали из Ренди Веремана, неплохого бойца, не в пример тому, кем десантник был в самом начале.

И в этот раз, располагаясь в пассажирском отсеке челнока, десантник был уверен в собственном профессионализме. Костюм для операции на экзопланетах, экзоскелет, оборудование, боеприпасы и оружие. Ренди, как и другим его товарищам, государство выдавало обмундирование по лучшей норме. И Ренди, как и его товарищи, в погоне за эффективность и комфортом, на сколько позволял кошелёк, улучшали собственное обмундирование. Новые приводы для экзоскелета, и новые сенсоры. Туда же новыя батареи, обвесы для оружия. Чего уж мелочиться: их отряду даже боевого киборга приписали!

Да, Ренди совершенно уверен в собственной безопасности… Был уверен. Ровно до того момента, когда пилот, доставлявший их отряд до места высадки, как будто в разговоре за завтраком не обмолвился о том, что местные растения могут брать под контроль живые организмы и электронику.

Высаживаясь из глайдера, Рэнди чувствовал себя новобранцем, только-только получившим своё первое задание. Родной экзоскелет, с которым десантник прошёл через множество миссий, неуютно обхватывал тело. Шлем, с баллистическими интерактивными линзами, казался Ренди будто чужим, ненадёжным.

С опаской Ренди поглядывал и на своих товарищей: некогда самые близкие ему люди, выглядели теперь прокаженными, готовыми в любое мгновение заразить Ренди страшным недугом.

Справедливости ради, остальные десантники разделяли настроение своего товарища. Один только киборг оставался спокойным. Впрочем, его холодное, металлическое подобие лица не могло выражать эмоции.

Колоссальная громада синтетического тела плавно двигалась по каменистому берегу реки. Облачённый в жилетку и в некое подобие бридж, переполненных карманами, киборг нёс на спине что-то вроде рельсовой пушки (вполне вероятно, что это было орудие от стационарной турели, заботливо переделанное новым владельцем в тяжёлую снайперскую винтовку). К левой штанине, ремнями были приторочены ножны, с фазовым ножом. По многочисленным карманам одежды было расфасованы различного рода снаряжение.

Всё вышеописанное весило изрядно, но киборг не показывал и намёка на затруднение; двигался так легко и свободно, будто бы вовсе не чувствовал веса снаряжения. Впрочем, на то он и киборг: ему подобные, могли усилием рук поднимать воздух лёгкие глайдеры, и, превращать человеческие головы в фарш ударом ладони наотмашь.

— Так парни, я сейчас запущу птичку. — В наушниках послышался голос пилота. — Буду курировать вас с неба, по ходу дела. И да — чуть не забыл: сильно не доверяйте взятой с собой электронике. Особенно экзоскелетам — их защитные системы наиболее уязвимы для местной растительности.

Десантники приуныли ещё сильнее.

— А по поводу киборга не волнуйтесь, — в голосе послышались весёлые нотки, — ему подобные уже здесь бывали, и чувствовали себя получше некоторых вояк. Он вас ещё переживёт, попомните мои слова… Всё, нашёл вас! — Высоко в небе послышалось жужжание и над группой завис коптер. — Ах да, если передатчик начнет выдавать вам звуки, с явным бульканьем и скрипом — снимайте экзоскелет, отсоединяйте батареи и всю электронику. Это признак того, что ваше оборудование заражено… Да и вы вероятно, тоже.

Окончив столь жуткое предупреждение, пилот оставил десантников наедине со своими мыслями.

***

Раду, перевёл беспилотник в режим автономного полёта и откинулся в сиденье. Внутри глайдера стояла тишина, изредка нарушаемая звуками получасовых уведомлений, приходивших с авиабазы и метеоцентров. На включенном МфД выводилась биометрическая информация эвакуационный группы, недавно выдвинувшейся в направлении места выполнения задачи.

Пилот, пристально смотрел на сменяющиеся цифры сердечного ритма, на показатели биоэлектрической активности мозга. Смотрел долго: солнце успело сменить положение; яркие лучи пробивали пыльный воздух, устремляясь отвесно вниз, сверкающими столбами.

Раду выпрямился, поправив фильтрующую маску на лице, и, склонившись к панели управления, начал быстро печатать в консоли бортового компьютера. Через пару минут, пилот оторвался от компьютера, довольно улыбнувшись. Сделанный на скорую руку, резервный канал связи отлично прошёл виртуальное тестирование, и был готов к использованию.

Покопавшись ещё в консоли, пилот настроил системную маскировку канала. Команды в терминал вбивались быстро, не выдавая ошибок ввода и конфликтов с текущими настройками аппаратуры. И вот, резервный канал связи, замаскированный под пакетный обмен биометрии экзоскелетов, предназначенный исключительно для прослушки переговоров между десантниками, заработал.

— Конспираторы хреновы, — бормотал Раду, снова откидываясь в сиденье, — думали, что я не обнаружу ваш приватный канал? Как бы не так! Ну-с посмотрим, о чём вы там секретничаете.

Пилот перевёл наушники в режим прозрачности и, закрыв глаза, стал вслушиваться в переговоры десантников.

Да, работал канал превосходно.

***

Солнце висело в зените. В лесу стояла жара. Гигантские деревья, в попытке вырвать себе место под солнцем, буквально сплели свои ветви, образовав гигантский зеленый купол. Свет проникал под лесную шапку слабо, но даже так, у корней было очень душно. И даже близость реки не скрашивала бытие десантников.

Оные, цепочкой плелись вдоль берега, периодически вскарабкиваясь на гигантские корни. Экзоскелеты исправно выполняли свою основную функцию. Но с лиц мужчин обильно стекали капли пота, затапливает фильтрующие маски. Вентиляция шлема, Откровенно говоря, не вывозила свалившейся на неё нагрузки.

Впереди шёл десантник по имени Дардо Эвай. Грубый, матерый мужик, с лицом, изрезанным шрамами. Где его только не носило до формирования нынешнего отряда.

Следом, оглядываясь по сторонам, мирно вышагивал огромный, по сравнению со своими напарниками, детина. Его звали Вайрон Ово. В группе он был кем-то, вроде живых носилок. Крепкий и широкоплечий, Вайрон часто забирал у своих товарищей наиболее тяжелую часть их снаряжения, и нес её на себе, несмотря на увещевания напарников, что экзоскелеты отлично справляется и тяжести никто не испытывает. Снаряжение, внешний вид и сама атмосфера вокруг Вайрона, были синонимом из слова «тяжёлый»

За большим Вайроном, шел Ренди Вереман. В группе он был одним, из самых молодых. Как в плане опыта, так и по возрасту. Ну, парень не отчаивался, и просадки в качестве пытался одолеть количеством. Получалось конечно сносно. А Ренди и этому был рад.

Чуть поодаль, за первыми тремя десантниками, шагали два брата — Виктор и Артур Годо. Отличались братья друг от друга, исключительно наличием у старшего, Виктора, рассеченной брови. Братья были шебутные, улыбчивые и вечно что-то затевающие. Порознь предпочитали не ходить, и, почти всегда их можно было увидеть дуэтом.

Гаворт Отар… Он шёл немного правее от общей процессии. Худой, как будто скрюченный, из всей группы он был на вид самым безобидным. Но, это только на первый взгляд. В отряд Отар попал не по простому распределению. Отпущенный на поруки государством, Гаворт Отар представлял из себя борца за справедливость, свернувшего с намеченного пути в порыве тщеславия. В своё время, Гаворта сослали на астероидные шахты Indico-2, где смертность была чуть ли не сравнима со смертельностью капсулёров (а те тысячами гибли в космических сражениях). Обстановка в шахтах, была даже хуже чем орбитальных тюрьмах. Там Гаворт прожил почти десять лет. В отряде, он был самым старым и опытным бойцом.

Левее от общей колонны, позади Гаворта, шёл десантник по имени Джаспер Товиерн. Очень суетливый, нервно зыркающий по сторонам, Джаспер неохотно пошёл на новом миссию. Выходец из Звёздных колоний, рождённый в невесомости, Товиерн с большим удовольствием прогулялся бы по обесточенной гигантской цитадели, в полном одиночестве, чем в отряде, придираясь сквозь джунгли, с преотвратнейшим климатом.

Замыкал процессию киборг. О нём десантники знали мало: его приписали к ним, незадолго до отправки команды на планету Архипелаг-57. Поэтому в отряде киборга не успели узнать как следует. Сам же Киборг не спешил делиться подробностями собственного прошлого, и, кроме имени (Арно) и возраста (сорок три года), мужчинам ничего не удалось выяснить. А где есть загадка — там есть и домыслы. Очень скоро Рэнди выдвинул теорию о том, что Арно — вероятно бывший военный. Джаспер добавил, что возможно — Арно работал в спецподразделении. Потому что двигался Киборг по джунглям с профессиональной сноровкой. Гаворт предположил, что в прошлом — Арно попал в крупную переделку из-за которой был сильно ранен и поэтому из него сделали киборга. Братья Артур и Виктор придерживались того, что, у себя в подразделении, киборг был личностью видной и ценной. Иначе, кто бы стал заботиться о спасении бойца, не представляющего ценности, а тем более превращать его в киборга, у которого боевые возможности значительно выше, чем у самых технологических оснащённых бойцов проживающих в своём родном теле?

Подвёл черту в обсуждении командир отряда, Дардо Эвай, аргументируя своё решение тем, что мол «нехер за спиной товарищу кости перемалывать: раз его приписали к отряду — значит так надо».

Вайрон молчал на протяжении всего разговора, и, когда командир высказался, Ово также предпочёл сохранить молчание. Лишь отметил про себя, что такие киборги редко работают на экзопланетах. Созданные для работы в экстремальных условиях, киборги по типу Арно, чаще всего работали в открытом космосе.

И не просто так: тело Арно представляла собой гуманоидный каркас на котором, подобно человеческому телу, были смонтированы система фильтрации и обогащения транспортной жидкости (состава заменяющего кровь), система дыхания, генераторы искусственные мышцы, слои баллистической плёнки, внешняя композитная гибкая оболочка и броневые накладки.

Да, кибернетическое тело киборга представляло собой искусственное хранилище для того, что осталось от прежнего Арно — мозг. Он, помещённый в специальный нейросинхронизационный контейнер, мог подключаться к кибернетическому телу на неограниченный срок.

Вместилище мозга Арно, хранилище нейроконтейнера и его надёжная броня, голова киборга, имела лишь отдалённое внешнее сходство с человеческой. Рта не было. Глаз, точнее визуальных сенсоров на первый взгляд было около десяти. И это только те, что можно было обнаружить при беглом осмотре. Лицо состояло из множества геометрических плоскостей (сенсоров и бронепластин), симметрично расположенных относительно мнимого центра «лица».

У Арно всегда было одно и то же выражение, не отражавшее эмоции. Единственным элементом, выражавшим настроение киборга были динамические сенсоры, внешне напоминавшие усы насекомого, обращённые в затылку, и, крепившиеся на подвижном соединении к голове, в том месте, где у человека полагается быть ушам. Сенсоры были динамические — стало быть шевелились. В частности — от перепадов настроения, в основном — при сканировании окружающей обстановки.

***

— Джаспер, слышь… У твоего экзоскелетного компьютера более мощные передатчики. Можешь попробовать определить наше положение?

Голос Ренди звучал приглушённо и настороженно. Джаспер раздраженно взглянул вперёд выискивая глазами спину Рэнди вместо этого Джаспер пересёкся взглядом самим Рэнди. Тот шел, оглядываясь назад, ожидая ответа.

— Рэнди, — проурчал Вайрон, — ты ведь так хвастался нам перед миссией тем, что так хорошо заапгрейдил свой экзоскелет… — Пожимая плечами, здоровяк отвёл от головы свисающую лиану. — Что-то плохо ты его модифицировал, смотрю.

— Я, я… Я его для других целей улучшал! Там, в космосе, всегда можно подключиться к бортовому навигационному маяку. Либо подключиться к терминалу и скачать карту. Да и спутники орбитальные навигации никто не отменял! — Возмущённо оправдывался парень. — И вообще…

— Рэнди, не соизволишь ли ты… — начал было Дардо.

— Чего вообще? Строил перед посадкой себя крутого боевика. А на деле? — Перебив начальника, вмешался Артур Годо.

— А на деле?! А на деле, тут как будто «купол» поставили! Навигационный модуль у меня слабый, нифига не ловит. Да признаю — тут я просчитался. Ну и что с этого? Повторюсь ещё раз: я не для работы на экзопланетах собирал свой экзоскелет!

— Опять отговорки… — Не унимался Годо-младший.

— Ещё скажи, что фильтр-маску на скорую руку покупал. — Поддержал брата Годо-старший.

Тут Ренди не стерпел. Резко затормозил, и, развернувшись на месте, он посмотрел на братьев. «Они что, б***ь, издеваются нам до мной? Да нам же до последнего не говорили о сути задания, а потом резко закинули на планету! Да они как и я — ни фига не успели подготовиться! Так сх**а ли они тут вы***ся?», мысли лихорадочно приносились в голове у десантника.

— Смотри, Виктор, большой и страшный Рэнди хочет нам что-то сделать~

— Боже мой, Артур, будь осторожен! Сдаётся мне, он хочет нас ударить~ — Близнецы уже откровенные издевались над Ренди.

— Вы, сукины дети… — сжав кулаки, Ренди было ринулся в сторону близнецов, но тут на его пути внезапно вырос силуэт Гаворта

— Так б**ть, у**ки мелкие!!! А ну рты позакрывали!!! — Начав сходу в карьер, Гаворт не церемонился выражениях. — Вокруг вас лес который готов вас вы***ть и высушить…

— Товарищи, давайте… — снова Эвай попытался всех успокоить, но Гаворта было не остановить.

— …во все дыры в ваших вонючих тушек!!! По лесу шастает лесоповалочная техника, вышедшая из-под контроля! А вы решили мордобой тут строить?! Раз так не терпится ходить на разбитыми лицами, то weelcome to me! Я вам могу это устроить в любой момент!

— Хватит сорить в эфире! — Зычный голос Дардо Эвая, командира отряда, вернул всех в реальность. — Отношения будете выяснять уже после задания. Пока мы на операции, я конфликты внутри отряда не потерплю! Годо и Вереман, если я ещё раз замечу, что вы между собой собачитесь — по возвращении я напишу рапорт на снижение вам гонорара. Вы меня поняли?

— Да, командир. Мы тебя поняли! — хором ответили братья Годо и Ренди Вереман.

Отряд возобновил движение

— Будь у тебя тоже оборудование, что и у меня — ты бы, Ренди всё равно ничего не словил… — Устало сказал Джаспер. — Перед высадкой я успел проштудировать пару статей, относительно Архипелаг-57. NeuroTech, которая выкупила данную планету, навигацию осуществляет двумя способами. Первый — это 24 спутника орбитальной навигации. Они раздают ориентиры лишь в пределах сидерических орбит и для самоориентации. Ещё четыре находятся в двух точках Лагранжа. Эта четвёрка раздаёт ориентир для кораблей, за пределами около планетных орбиты. Ни один из спутников на планету свои сигналы не транслирует. А если бы транслировал, то для нас они были бы… Бесполезны. В конце, Джаспер чуть замялся, будто бы обдумывал, как правильнее выразиться.

— Как же тогда ориентироваться местные? Наш пилот как-то ведь нас довёз до места высадки? — Задал вопрос шедший впереди Вайрон. — Или ты хочешь сказать, что Раду по памяти в облаках летел?

Джаспер ответил не сразу: запрокинув голову, он долго шёл, размышляя о чём-то своём.

— Тут имеет место быть хитроумная комбинация. Да, местные пилоты действительно хорошо ориентируется на местности. Помимо этого, вначале освоения планет, работники NeuroTech, сделали картографирование планеты и провели разметку по меридианам и широтам. В точках пересечения широт с меридианами, были установлены радиостанцииеленгаторы. Так называемая сеть станций наземной радио-навигации, или ССНРН. У каждой станции свой уникальный сигнал, и, благодаря этому, оборудование глайдеров может проводить триангуляцию. Ну, никто не отменял компас и визуально ориентирование. Кстати — это и есть второй способ ориентации. — Закончив объяснение Джаспер, уткнувшись взглядом в землю, продолжил угрюмо шагать за братьями Годо.

— А нам значит, шишь на постном масле? — иронично заметил Вайрон. — Нам-то частоты для подключения не раздали. Слушай, Джаспер. У тебя ведь действительно оборудование мощнее в плане радиообмена — попробуй частотный анализ провести. Авось хоть как-то ориентироваться. Всяко лучше, чем за дроном плестись непонятно куда.

— Это можно! — Джаспер заметно оживился.

— Да толку мало будет, — низкий скрипучий голос раздался позади. Десантники обернулись: киборг, идущий за ними, остановился, оглядывая отряд, — я уже пытался сделать анализ спектра. — продолжал Арно. — Каждые 5 минут ССНРН делает сдвиг по частоте. Помимо этого, тот сигнал что станции транслируют — это не пеленг. Это запрос аутентификации по сути передатчики повторяются сигнал друг друга и усиливают передачу. Без входа в систему эти сигналы бесполезны. Со всех сторон они имеют одинаковую силу, и ориентироваться за счёт них невозможно. — внезапно Киборг поднял голову, вглядываясь в зелёный свод. — Время уже за полдень, предлагаю сделать привал. Как считаете, а командир?

Все разом посмотрели на Дардо. Тот взглянул на часы, на подопечных, на висящей над ними коптер, потом пожал плечами:

— Пилот ты с нами?

— Да, с вами. Вы прошли 15% от всего пути. — голос Раду раздался из наушников. — Таким темпами вы доберётесь до места назначения через трое суток. Как и планировалось ранее. Впрочем, скоро придётся отойти от реки — тогда пойдёте быстрее.

— Мы хотим привал сделать. Как ты на это смотришь?

— Ну меня-то что спрашивать? Я не с вами под джунглям шарюсь. — пилот усмехнулся. — Главное — найдите место, где растений поменьше, и помните про раны и воду.

— Ну парни, нам добро. — Дардо Эвай, поправив маску, развернулся в направлении дальнейшего маршрута. — Ищем место стоянки, и как только — так сразу.

Шел отряд вдоль речного берега, бодро перемахивая через гигантские корни деревьев. Громко пыхтели десантники, ибо было в джунглях душно и жарко. Один только киборг, располагавшийся в конце отряда, спокойно вышагивал, изредка кидая взгляд искусственный «глаз», на маневрировавший высоко в ветвях дрон.