План по соблазнению герцога

Пролог

«План по соблазнению но. 5 - Общие интересы: провал (прим. ДА ЧТОБ ПРОВАЛИЛАСЬ КО ВСЕМ ЧЕРТЯМ ЭТА БЕССМЫСЛЕННАЯ ТЯГОМОТИНА ПОД НАЗВАНИЕМ «ПОЭЗИЯ ПЯТОГО ЦАРСТВА»!!!)»

Я черканула так, что перо порвало бумагу, собрав на кончике неприглядные мелкие ошметки. Поскребла ногтем стол. Щелкнула пальцем. Кажется, я где-то слышала, что надо досчитать до десяти, чтобы успокоиться?.. Почему бы не попробовать!

- …два…три…четыре…

- Ваша Светлость, нам выйти? - скучающе уточнила моя главная горничная Элиза, прекрасно знавшая мой характер.

Я прикрыла глаза и кивнула, продолжая цедить сквозь зубы. За служанками закрылась дверь.

- Семьвосемьдевятьдесят! - протараторила я на выдохе и одним резким движением смахнула всю канцелярию со стола, тут же подскочила со стула и совсем не изящно перевернула его пинком, - Вот от этого легчает, а не от математики уровня трехлеток! Ах, как же бесит!

Я обвела комнату алчным взглядом, думая, что бы еще перевернуть, но так, чтобы без больших потерь?

- Гадина! Паршивка! Змея!!! - шипела я, кромсая бумагу, - Да ее мало из дворца за волосы выволочь! И как смеет вообще мне на глаза попадаться, выскочка?!

Я упала на диван, запрокинув на спинку голову и уставилась в потолок. На глазах выступили злые слезы.

- Ну уж нет, - шепнула я самой себе, - Еще разреветься не хватало! Ты не маленькая.

Я сделала глубокий вдох и до рези сощурила глаза, пережидая момент. Умничка, ни слезинки не уронила! Чтобы я еще из-за всяких распутниц ревела?! Да ни за что!

- ЭЛИЗА!

- Да, Ваша Светлость? - в комнату вплыла моя вечно индифферентная служанка, знавшая меня еще с тех времен, когда я под стол пешком ходила.

Элиза была смазливой, не смотря на возраст, фигуристой женщиной, но выражение абсолютной незаинтересованности и скуки на ее лице отвращало от нее мужчин похлеще бородавок на носу, кривых ног или гнилых зуб. Поэтому, хотя она уже давно могла бы устроить свою жизнь, Элиза все еще была моей служанкой. Порой мужчины - и даже совсем не из простых! - заглядывались на мою Элизу, но ее взгляд гасил мужскую страсть как ведро холодной воды. Она сама была словно глыба льда. Сверкала на солнце, как хрусталь, но целовать ее решился бы только тот, кому не жалко первого слоя эпителия!

Ее взгляд трогательно теплел только при взгляде на золото. А когда ей выдавали премии, перезвон монеток заставлял ее смущенно улыбаться. От такого зрелища дыхание перехватывало даже у меня, а уж наш казначей, которому чаще всего доводилось любоваться ею в эти мгновения был давно и прочно в нее влюблен.

Я, помнится, как-то спросила, почему она еще не выскочила замуж за какого-нибудь богатенького нувориша, на что она окатила меня снисходительным взглядом и ответила, что выходя замуж женщина по закону вместе со всем, что у нее есть, становится собственностью мужа. А пока она незамужняя безотцовщина, все ее - только ее, и ничье больше. А платят ей у нас щедро и стабильно, а вместе с ее подработкой шулером в казино во время отпусков получается вообще хорошо - зачем дергаться и еще что-то придумывать?

Ну да, резонно, - подумала тогда я.

Сейчас она стояла передо мной идеалом спокойствия, к которому с моей вспыльчивостью мне и к старости не подобраться. Но я стремлюсь!

- Элиза, нам нужен новый план!

- Госпожа, может давайте я вас в казино свожу? Эти игры хотя бы иногда приносят какой-то результат.

- Ты мне еще тут поболтай! - взвизгнула я, подскакивая с места и начиная расхаживать кругами по комнате, - Ты что, совсем в меня не веришь?! Просто мы еще не нашли точки соприкосновения, но как только найдем - все у нас с ним будет замечательно! Жених он мне или где?

- Да-да, так все и будет, - вздохнула устало Элиза, поглядывая на часы.

- Я наконец поняла, в чем причина моих неудач, - я села на диван и подперла кулачком подбородок.

Элиза вскинула брови.

- Любопытно узнать, моя госпожа.

- Все дело в этой змеюке! Она ему что-то про меня наговорила, в этом нет никаких сомнений.

- Чисто теоретически - и такое возможно, - кивнула она, - Хотя, по-моему, дело не в ней…

- Ты права, - я кивнула, - Надо сначала разобраться с этой ведьмой, а потом уже соблазнить его будет не так сложно!

Элиза вздохнула как-то страдальчески, предвидя, видно, что эта паршивка так просто позиций не сдаст, и нам придется попотеть. Но семейное счастье того стоит!

- Элиза, нам нужен новый план! Значит так, записывай…

Глава 1. План по соблазнению но. 6 - Устранение соперницы

«1 - разузнать побольше о сопернице;

2 - втереться к ней в доверие и найти ее слабости;

3 - показать Его Светлости ее истинную натуру!!!»

С герцогом Сильбербоа мы были помолвлены уже четыре года, еще с моего дебюта. Большую часть этого срока он пробыл в юго-восточной пограничной крепости на окраине своих владений. Последние годы там была неспокойная ситуация с соседями, пока год назад монархи обеих стран не подписали договор о ненападении, подкрепив его помолвкой детей и торговыми договорами.

И вот мой жених наконец вернулся в столицу, чтобы я смогла на него посмотреть! До этого мы с ним только иногда обменивались письмами - абсолютно пустыми, не смотря на все мои старания. Шла подготовка к свадьбе монарших детей, и герцог, будучи двоюродным племянником Его Величества, гостил во дворце.

Я, как его невеста, да и вообще дочь министра иностранных дел, смогла тоже напроситься сюда! Налаживать, так сказать, нежные семейные отношения в празднично-романтичной атмосфере.

Получалось пока не очень.

- Элиза, это просто невыносимо, - просипела я, все так же старательно удерживая на лице вежливый оскал, - Почему она опять вертится рядом с ним?!

- Полагаю, Ваша Светлость, причина в том, что она его подчиненная и находится на службе.

- Работающая женщина - ну что за позор, - прошипела я, - Ой, прости, это я не про всех, а только про нее! Она же дочь дворянина, как ей в голову пришло работать на мужчин?.. Она опять в штанах, ты только посмотри! Она точно дворянка? Позорище, я же прямо вижу ее ноги! И все видят! И Его Светлость видит… По-моему они кривые! Тебе так не кажется, Элиза? Кривые же?..

- Нет, моя госпожа, это очень красивые женские ноги.

- Элиза! - я уставилась на нее возмущенно, - Как ты можешь так со мной поступать?! Нет, ну я же вижу, что они кривые! Ах! Кошмар… Сколько она еще будет вертеться вокруг моего жениха, эта распутница! Я сейчас просто чувств лишусь, глядя на это безобразие…

- Подать вам нюхательные соли?

- Подай, - кивнула я, снова натягивая улыбку на лицо, так как мы уже подходили, - Я засыплю их ей в глаза.

Я прямо чувствовала, как в груди разливается бешенство. Мой жених, мой будущий муж смотрел на эту выскочку так, будто она самое чудесное, что он видел в своей жизни. Он внимательно ее слушал, кивал, улыбался ей сдержанно, но отнюдь не сухо. На его щеках то и дело появлялись глубокие длинные ямочки даже от легкой, но искренней улыбки - ямочки, которые я никогда раньше не видела. Глаза были сощурены и весело блестели. Рядом со мной они были матово-скучающими. И кивал он мне всегда невпопад, явно не слушая, что я говорю.

План но. 6, попытка но.1:

- Добрый день, Ваша Светлость, мисс Ламбри, - я кивнула головой в знак приветствия.

Фиви Ламбри, эта маленькая змеюка, ответила мне уважительным поклоном, немного напряженно улыбнулась и перевела взгляд на герцога. Он же как-то устало вздохнул и принял мою руку для поцелуя.

- Ваша Светлость, рад вас видеть, что-то случилось?

Я улыбнулась ему чуть шире и немного склонила голову, как учила матушка. Она говорила, это выглядит мило!

- Нет-нет, ну что вы! Я надеюсь, я вас не побеспокоила? Если у вас нет никаких срочных дел, вы не будете против, если я прогуляюсь с мисс Фиви по зимнему саду? Я признаться, немного заскучала и была бы рада компании! Вы не будете против? - обратилась я к девушке.

Герцог напрягся, посмотрел на нее обеспокоено.

- Почту за честь, Ваша Светлость… эм?.. - как-то неуверенно пролепетала она, стрельнув глазами в герцога.

Не уверена, что это честь? Еще какая, вообще-то!

- Боюсь, мисс Ламбри не сможет вас сопроводить, потому что… у нее поручение в городе.

Я что-то не поняла… Он ее прикрывает, что ли? Защищает? От меня?! Бога ради, он что, думает я ее съем?! Хотя, вообще-то…

Я не удержалась и щелкнула пальцем. Фактически, дочь какого-то захудалого барона только что отвергла мое приглашение, пусть технически это безобразие и прикрыл герцог. Очаровательно. Кому рассказать, на смех поднимут. Интересно, моему жениху вообще нормально так меня унижать? Как будто бы я не узнала ее расписание, прежде чем приглашать!

Улыбка дернулась, но своей, видимо, бесконечной силой воли я смогла ее удержать. Герцог что-то заметил на моем лице, так что решил подсластить пилюлю.

- Вы не будете против, если я скрашу своей компанией вашу прогулку? Позволите? - он подал мне локоть, и я, конечно, приняла его предложение.

Но все равно было как-то тоскливо. Его помощница проводила нас немного грустной улыбкой.

Прогулка особой радости не принесла. Я старалась, как могла, но мужчина оставался таким же неприступным, как и его родовая крепость. Хоть бы раз мне улыбнулся, паршивец!

«Попытка но. 1 - провал (прим. осуществление первой части плана невозможно в присутствии герцога)»

- Элиза, ну почему он так со мной? - я грустно ковыряла пирожное.

У меня был период жалости к себе. Элиза оторвалась от вышивки, посмотрела на меня внимательно, вздохнула.

- Никто вас не понимает. Весь мир против вас.

- Ты тоже так думаешь? Это потому что у меня плохой характер? Но ведь они об этом не знают, я же веду себя очень мило! Я же стараюсь! Делаю все, как маменька учила, чтоб ей провалиться.

- Да, маменька ваша знает, как притворяться милой, чтоб ей провалиться, - едва заметно скривилась Элиза, - Но до таких высот актерского мастерства добраться может отнюдь не каждый, моя госпожа. Тут особый талант нужен.

- Нам нужно выловить мисс Фиви, когда никого не будет рядом. Я должна понять, в чем ее секрет!

План но. 6, попытка но. 2:

- Мисс Ламбри, какая неожиданная встреча! А я как раз собиралась пройти по магазинам, не составите мне компанию? У вас же сегодня, я слышала, выходной?

Девушка улыбнулась мне, замялась слегка, кивнула и уже собиралась ответить, как…

- О, Ваша Светлость! - к нам подскочил мужчина со смешливой мальчишеской улыбкой и рыжей гривой, граф Фройнтлих, как я знала, друг и товарищ моего жениха, но… - Мы еще не представлены, нижайше прошу прощения за грубость! Но я так давно хотел познакомиться с невестой моего лучшего друга, вы позволите? Это такая честь, такая честь! Граф Орхан Фройнтлих, вы позволите?

Он тараторил так быстро, что я не успела вставить и слово, но был так грамотно подобострастен в обращении, что придраться было не к чему, так что я подала ему руку.

- Добрый день, милорд… Вы что-то хотели?

Он печально улыбнулся.

- Мне так жаль, так искренне жаль! Но мисс Фиви должна разобраться с документами к приезду делегации из Восточного Княжества. Они должны были быть через неделю, а в итоге - представляете! - будут уже послезавтра. Просто какой-то кошмар! Бегаем все в мыле… Вот и нашу милую мисс Ламбри в покое не оставят! Просто кошмар!

- Какая жалость, - проскрипела я.

Было ли в этот момент мое лицо достаточно милым - я не уверена, но сожаление и негодование выражало однозначно.

«Попытка но. 2 - провал (прим. один из моих братьев тоже рыжий и тоже меня бесит; думаю, между двумя этими фактами есть некая корреляция!!!)

- Элиза…

- Да?

- Элиза!

- Да, Ваша Светлость?

- Они ее от меня там всем штатом стерегут? Я что, зверь какой?! Дракон какой?

- Ну норов у вас, конечно… - горничная смотрела на перевернутый секретер с обгоревшими ножками. Еле успели потушить, пока на занавески не перешло…

- Элиза, ну они-то об этом еще не знают!

- Есть что-то такое в ваших глазах, если мне позволено судить… Сложно не заметить.

- Кто-то распускает обо мне лживые слухи, точно тебе говорю!

- Да зачем же лживые?.. - пробубнила себе под нос женщина, массируя висок.

Я всплеснула руками.

- Ну может и правдивые, откуда же мне знать! Но правду-то тоже по разному преподнести можно.

План но. 6, попытка но. 3:

На подходе к комнате отдыха, где сейчас по сведениям моих птичек сидела и «вся в мыле» уже третий час попивала чаек наша милая мисс Ламбри, я снова столкнулась с рыжим графенышем. Он был тощим, высоким и даже на первый взгляд очень вертким. Мужчина улыбнулся мне насмешливо и снисходительно глазами и очаровательно и радостно губами.

- Ваша Светлость! Безумно рад вас видеть, вы ищите герцога? К сожалению, его сейчас нет. Я бы пригласил вас на чай с непередаваемым удовольствием, но… - он развел руками, уже готовый заговорить мне зубы тем, как они тут все зашиваются.

Меня, видимо, и правда держат за идиотку, раз думают, что я не в состоянии даже разузнать, что неожиданный визит неожиданным был два дня назад, и все к нему уже подготовили.

- Нет-нет, ну что вы! Я хотела поболтать с вами, - я улыбнулась ему той очаровательной улыбкой, которой моя не самая умная матушка обманула не одного не самого глупого мужчину.

- Со мной? - удивился он, но тут же улыбнулся польщенно и подал локоть, - Какая честь, миледи! Вы хотели что-то спросить про герцога?.. - мужчина дурацки поиграл бровями, намекая, что все понимает, - Я расскажу вам все-все, не переживайте!

Я скосила глаза, проверяя, есть ли кто, кроме нас, в коридоре, отвела его немного подальше и со всей силы вцепилась когтями в его локоть, тут же придавливая чистым жаром к стене. Мой магический потенциал был действительно очень не маленьким, что серьезно добавляло мне очков на ярмарке невест. Я даже больше могла сказать: не смотря на всю мою родословную, за племянника Его Величества меня выдают именно из-за тех огромных сил, которыми мне вовсе не нужно было уметь управлять, но которые мне следовало передать своим детям от правильного мужа.

Граф тоже был магом, и не слабым, и, в отличие от меня, прилично обученным, но и в половину не таким одаренным, как я. Накалить вокруг себя воздух так, чтобы он едва мог дышать, было для меня чем-то совершенно естественным. Абсолютнейшим моветоном для приличной леди, но для меня - совершенно естественным!

- Слушай сюда, рыжий гаденыш, - прошипела я ему в лицо, с удовольствием глядя как над его губой собираются капельки пота, а брови ползут на лоб, - Если ты думаешь, что ты можешь стоять у меня на пути, то ты глубоко ошибаешься. Даже если я прямо сейчас вытолкну тебя из окна и скажу, что так и было, можешь не сомневаться - ничего мне за это не будет! И единственная причина, по которой я этого не сделала, хотя ты уже дважды оскорбил меня до глубины души, пытаясь настолько бездарно надурить, что я и правда на секунду поверила, что я, видимо, дура набитая… Так вот, единственная причина - это то, что я не хочу расстраивать своего жениха! Мне еще ему детей рожать, и портить отношения из-за такой маленькой наглой рыжей гадости было бы абсолютно неуместно. Но не стоит испытывать мое терпение, ты понял? Если я хочу поговорить с «вашей милой Фиви», то я с ней поговорю, даже если все боги выстоятся в ряд, чтобы рассказать мне сказку о том, как она занята!

Мужчина опасливо сглотнул, а я снова растянула губы в милом оскале. Как же приятно выпускать демонов на прогулку, кто бы знал! Особенно, когда люди сами так и напрашиваются.

- И только попробуй что-нибудь вякнуть герцогу про наш разговор. Я может и огневик, но водопад устроить тоже умею. Поверь, ты не хочешь знать, какие сказки умею рассказывать я!

Я загнала выгуляных и накормленных демонов обратно по будкам, ласково и ненавязчиво обвила обратно локоть графа, и мужчина судорожно выдохнул и тут же вдохнул свежий, такой прохладный воздух в легкие.

- Ваш-ша Светлость… - прохрипел он, нацепляя обратно улыбку, в которой уже, тем не менее, не было насмешки; чуть расслабил воротник, - Вы не будете против, если я открою окно?

- Конечно-конечно, милорд! - кивнула я, - А я пока пойду в комнату отдыха.

- Эм-м… - он прикусил губу и сложил жалостливо бровки домиком.

- Мы мило побеседуем с мисс Ламбри, только и всего! - слегка раздраженно кинула я, - Если вы меня не расстроите своим поведением, то поверьте - я тоже вас не расстрою!

Я прошла в комнату отдыха. На мое счастье, там была только мисс Фиви. Она вскинула на меня ошарашенный взгляд.

Что, не думала, что я до тебя доберусь? Да кто бы тут мне помешать смог!

- Ваша Светлость… - она с вопросом посмотрела на дверь, будто ждала, что вот сейчас кто-нибудь вбежит и уведет меня от нее подальше.

Ее густые светлые, словно пшеница, волосы были уложены просто, но изящно. Мужской костюм выглядел, вроде, непритязательно, но сам факт его наличия на стройном девичьем теле уже привлекал внимание. Она была вся словно светлый дух со старых гравюр. Очаровательна, скромна, невинна и вечно будто чем-то слегка напугана.

- Добрый день! - улыбнулась я и тоже с вопросом посмотрела на нее.

Она продолжала сидеть.

«Попытка но. 3 - успех!»

- Элиза, ну наконец-то! Как все прошло?..

- Дорого, миледи, - сообщила она с такой грустью, будто платила из своих денег.

Я фыркнула и посмотрела на нее с осуждением. Еще бы слуг во дворце можно было подкупить задешево!

- Его Светлость уже сорок минут как во дворце! Лучше скажи, они с Фиви еще не виделись?

- Когда я шла к вам, мне как раз передали, что он пошел в восточное крыло третьего этажа. «Наша» горничная уже там. Скоро увидятся.

Я немного нервно улыбнулась. Ждать новостей всегда так волнительно. Руки слегка вспотели, и я попросила открыть окно.

- Миледи… Чего конкретно вы ждете от их разговора?

Я щелкнула пальцем и откинулась на спинку дивана.

- Жалоб.

Элиза вопросительно вскинула брови.

- Ей есть на что жаловаться?

- Нет, - мотнула головой я, - Но она, скорее всего, будет.

- Она показалась мне довольно милой, в целом, хоть и какой-то излишне пугливой, — немного неуверенно начала Элиза.

- Честно говоря, - улыбнулась я, - Мне тоже. Поэтому я и злилась. Мне надо было понять только ли это от того, как на нее смотрит герцог… Или есть что-то еще? Мне нужно было пообщаться с ней. Наедине. Ведь если она действительно такая, какой кажется… Ну не зверь же я, в самом деле - разворачивать военные действия против милого пугливого котенка! Придумала бы просто, как выслать ее куда подальше с его глаз.

- И что в ней напрягло мою милую леди? - уже с большим интересом спросила Элиза, слегка приподнимая уголки губ.

- Она продолжала сидеть, - я улыбнулась, едва не хихикая.

- Что?

- Я зашла, а она продолжала сидеть! Даже не подумала встать и поклониться! Чтобы секретарь герцога и дворянка, пусть и бедная, могла о таком забыть? И на протяжении всей нашей милой и абсолютно пустой беседы ни о чем, она то и дело… по мелочи мне грубила. Ну знаешь, мама так иногда делает, когда хочет выставить кого-то виноватым. По мелочи, но гаденько задевает собеседницу, а когда та не выдерживает и начинает злиться - строит из себя бедную ничего не понимающую овечку. Дрожащая губа, хрустальная слеза по щеке, попытка быть сильной, готовность простить обидчицу…

- Это как с маркизой Навиль?

- Да-да! - кивнула я, - Вот прям точь-в-точь. И потом маркиза в глазах окружающих склочная истеричка, а матушка - бедненькая жертва.

- Но вы же?..

- Чтоб я после матушкиных выходок на такое разводилово клевала? Нет, конечно, я была мила и снисходительна. Но что-нибудь по мелочи она им наверняка наговорит… Раз уж они готовы ее от меня защищать, хотя я еще ни одной, даже самой мелкой, булавки ей ввернуть не успела… Без обвинений, конечно, ну что-нибудь вроде: «Сама не знаю, чего я так распереживалась… Наверное, просто надумала!» - я пропищала, имитируя ее высокий голосок, - Матушка так пару раз делала. Ни в чем не обвиняя, но росток сомнения посадила, садовница!

Когда пришла подкупленная служанка, я уже успела вся издергаться ожиданием. Очень сложно было дотерпеть, пока за ней закроется дверь, и не расхохотаться раньше. Мисс Ламбри, наша милая мисс Ламбри, полностью оправдала мои ожидания. Что ж, теперь ее точно не жаль!

Вечером в дверь тихонько то ли поскреблись, то ли постучали. Я впустила, и едва приоткрыв дверь, мышкой проскользнула одна из служанок в подчинении Элизы.

- Ваша Светлость, вам письмо из поместья.

- Благодарю, можешь идти, - я махнула девочке рукой и тут же вскрыла конверт.

Ничего хорошего я не ждала. Просто так писать бы мне не стали. По моим прикидкам отец как раз недавно должен был вернуться из заграничной поездки в родовое поместье и после вернуться в столицу. Я пробежала глазами по письму наискось, выискивая главное.

- А-га, - потянула я.

- Что там, Ваша Светлость? - уточнила Элиза, - Ваша матушка…

- Напросилась-таки, - кивнула я.

Мы с Элизой, конечно, предполагали. Долго скучать в поместье маменька не любила, а отец не особливо любил брать ее с собой в столицу. Тем более, недели через три она в любом случае должна была быть здесь к празднованию свадьбы наследника, так что я надеялась, что отец перетерпит день-два нытья, чтобы потом отдохнуть от нее во дворце недели две-три. Но, видимо, из заграничной поездки он вернулся отдохнувшим и разомлевшим, так что быстро сдался ей на милость.

От перспективы общения с матушкой голова начинала болеть уже сейчас.

Дело было в том, что с матушкой мы друг друга терпеть не могли, кажется, с моего рождения. Начать стоит с того, что она и второго ребенка рожать не особливо-то хотела, а третий - был страшным сном для ее фигуры, пустой тратой времени и вообще родилась девочка!

К сыновьям она еще испытывала смутную привязанность, густо повязанную на гордости, что подарила мужу аж двух сыновей, как на подбор умных и красивых, да и сама в привлекательности не растеряла. Поэтому, когда люди вокруг восхищенно вздыхали: «Так это ваши сыновья?! Оба?.. Вы выглядите такой юной, никогда бы не подумал!» - она их почти любила, а может даже и не почти. А уж то, что они кроме батюшкиных очень неплохих мозгов унаследовали ее красоту накидывало в копилку ее любви еще пару баллов.

И тут, как водится, появилась я! Она не ждала, но я не спрашивала. Невзлюбила она меня еще в утробе, но поделать уже ничего не могла. Родилась я тоже умной и красивой. Умнее, чем хотелось бы батюшке, ведь дамам ум ни к чему; и красивее, чем хотелось бы матушке, ведь нахваливать за красоту лет с четырех стали в первую очередь меня, а не ее.

Лет до пятнадцати я искренне считала себя страшилой, каких поискать, ведь матушка, пока никто не видит, грустно вздыхая, объясняла мне, что комплименты мне делают из уважения к ней и отцу, а на самом деле внешность у меня на редкость посредственная: волосы жиденькие, ножки кривенькие, кожа серенькая, а глазки маленькие да и косят немножко.

Да еще и нравом крутым пошла в двоюродного прадедушку отца, за скорейшую кончину которого молились с тех пор, как он научился говорить. Но злобный старикашка дожил аж до двухсот - на несчастья оказавшись очень сильным магом-стихийником, а те, как известно, живут долго. Я, конечно, грустила, что полюбоваться на двоюродного прадедушку, вспоминая которого все, кто его знал, осеняли себя святым знаком, не успела, но считала, что нрав у меня дурной все ж от маменьки. И частенько ей об этом говорила. Ну а кто бы на моем месте удержался?

В пятнадцать же, когда Элиза меня одевала к моему дебюту, выплетая темные кудри в замысловатую прическу, я ей сказала что-то вроде того, что зря старается, ведь никакая прическа не исправит ошибок природы. Тогда она у меня спросила, откуда я такую чепуху взяла и почему так часто ее повторяю. Я призадумалась и ответила, что от маменьки. Элиза, моя милая Элиза, рассмеялась, что бывало очень редко, и спросила:

«И вы правда считаете себе умной, Ваша Светлость, когда верите своей маменьке?»

Конечно, такой идиоткой я себя не чувствовала никогда до и никогда после. Я попросила Элизу нарядить меня, как в последний раз, и весь вечер, следуя совету матушки, сдерживала на публике дурной характер, оставляя о себе только приятное впечатление.

Купаясь в комплиментах и восхищенных взорах; невзначай бросая гостям, как маменька перед балом радовалась, что я даже красивее, чем она была в свои лучшие годы и с удовольствием слушая, как это повторяется из уст в уста и доходит до любимой родительницы, я наконец поняла, в чем же прелесть светской жизни!

Мама после этого невзлюбила меня еще больше, но давить на мою внешность у нее больше не получалось - зато у меня получалось давить на ее возраст. Единственное, что ей оставалось, когда у нее скапливался излишек яда и надо было его на кого-то сцедить так, чтобы окружающие не подумали о ней плохо, были поучения и нотации по поводу моего поведения и манер, которые нередко и правда оставляли желать лучшего…

Отвязаться я от нее, конечно, могла… Например напомнить, что в двоюродного прадедушку я пошла и величиной дара - и молодой и красивой буду даже тогда, когда она уже лет двадцать как будет сморщенным сухофруктом. Далее обычно случалась истерика со слезами и жалобами отцу. После которых меня неизменно ждало наказание. И тут выбор стоял нерадостный: либо головная боль от общения с матушкой, либо головная боль от общения с батюшкой и наказание. Единственным плюсом последнего варианта было то, что после него маменька еще какое-то время ко мне особо не лезла.

Отец же, в целом, против меня ничего не имел, а когда я появлялась перед его глазами, иногда даже вроде как удивлялся: «А это еще что такое и откуда оно у нас взялось?» - так и читалась в его взгляде. Единственное, что ему во мне не нравилось было моим довольно неплохим умом и крепкой памятью. Когда я однажды помогла старшему брату решить уравнение по алгебре, и об этом узнал отец, выговаривал он меня долго, нудно и со вкусом. Он считал, что я опозорила брата перед всеми домашними и хорошая сестра так поступать не должна. А если я буду умничать, меня никто замуж не возьмет!

Я была с ним в корне не согласна. Красивая и магически одаренная дочь герцога с хорошим приданым в девках не останется ни при каких обстоятельствах. Так я ему тогда и сказала.

В общем, отец ничего против меня не имел. Когда я помалкивала.

Я тоже, в целом, против них ничего не имела… Когда они были на расстоянии от меня. Их визиту я была не сильно рада. Отец будет занят, на счастье, а вот у матушки времени свободного будет достаточно, чтобы она успевала тратить его и на меня. А я вообще-то жуть как занята!

Если все будет идти так и дальше, мои будущие семейные отношения с герцогом будут примерно такими же, как у моих родителей! Но я-то уже знала, что бывает иначе…

- Элиза!

- Да, моя леди?

- Они выехали к портальному городу еще сегодня, а значит завтра уже будут здесь, - я побарабанила пальцами по подлокотнику, глубоко задумавшись, - Хм-м-м… Как мне избавится от матушки, чтобы она не мешала мне избавляться от Фиви?.. О!

Я радостно улыбнулась.

- Элиза, а давай натравим матушку на Фиви? Пусть старая сука порезвится!

Глава 2. Перетягивание каната

«Дополнение к плану но. 6:

4 - аккуратно и без резких движений начать перетягивать герцога на свою сторону;

5 - порыбачить»

- Ваша Светлость, - герцог нашел меня в беседке к середине дня; а я уже вся извелась, мог бы прийти и пораньше! - Добрый день. Я вас не отвлекаю, мы можем поговорить?

План но. 6 п.4, попытка но. 1:

Я отложила книгу, улыбнулась и посмотрела на герцога. У него была приятная, но на первый взгляд не слишком примечательная внешность. Хорошо сложен, черты лица благородные, ровные… да и все. Когда он стоит и молчит, выглядит ну очень простенько. Единственным, что привлекало внимание в его внешности, была красивая, резкая линия челюсти.

И все же он был очень привлекательным. И хотя у него уже была невеста, надежд дамы не оставляли. Было в нем что-то особенное. В том, как он двигался, например: спокойно, без спешки, но уверенно. В том, как он заполнял собой пространство, не пытаясь развалиться всеми конечностями, словно кальмар. Иные мужчины раскидывали руки и ноги по дивану, заставляя остальных тесниться, лишь бы занимать побольше места. Герцог никого не теснил, он не был таким уж крупным мужчиной, но буквально заполнял собой пространство вокруг. Он казался почему-то больше, чем есть на самом деле.

Его присутствие почему-то всегда вызывало у меня легкую дрожь по хребту, будто спинной мозг чувствовал опасность. Но он был вежливым и учтивым мужчиной, он никогда не был со мной груб, он всегда держал мою руку осторожно и бережно, не хватал и не врывался неожиданно за мои или чьи-либо еще личные границы. Причин для страха не было, но почему-то он все равно вызывал легкое, отчего-то приятное опасение.

Его такие скучно-ровные черты лица оживали, стоило ему улыбнуться, задуматься или испытать раздражение… У меня, к сожалению, пока получалось вызвать только его раздражение, но даже оно было привлекательным, так что иной раз, к своему стыду, я не могла удержаться от пустой болтовни, просто чтобы его чуть подразнить.

- Добрый день, герцог. Конечно, присаживайтесь, честно говоря, я тоже хотела с вами поговорить. Но давайте сначала вы! Что-то случилось?

Он нахмурился, присел рядом.

- Это о моем секретаре…

- Ах, мисс Ламбри! А я как раз тоже хотела поговорить о ней, представляете? - обрадовалась я.

- Да? - он вскинул бровь и посмотрел на меня внимательней, - Что же, говорите.

В его взгляде не было ни благодушия, ни агрессии, только легкая обреченность.

- Я хотела вас предупредить… в общем, немного неловко об этом говорить… но она у вас ведь знакома с правилами этикета? Ох, ну конечно знакома, она же дочь дворянина! Но, понимаете… - он снова слегка нахмурился и прищурил глаза; по хребту пробежала уже знакомая стая мурашек, - Вчера я зашла к ней в комнату отдыха - поболтать. Честно говоря, мне очень любопытно - не сочтите за грубость! - просто она благородная женщина и работает на такой серьезной должности… Мне очень интересно было бы узнать ее историю, понимаете? Я зашла, а она даже не встала меня поприветствовать… Я могу предположить, что это от того, что она привыкла более вольно вести себя с сослуживцами, даже более родовитыми. Ну или от волнения, ведь как я заметила… - я слегка наклонила голову в притворном замешательстве, - Кажется, она меня слегка побаивается, да? Может она переволновалась и забыла - я-то не обижусь! Но она сейчас в королевском дворце, и, думаю, не все придворные будут столь снисходительны. Она может попасть в неприятности. Я уж не стала ей сама говорить - не хотелось смущать бедняжку! Она и так при виде меня чуть не в обморок падает. Но вы ей как-нибудь осторожно намекните, хорошо?

Он еще пару секунд внимательно на меня смотрел, а потом кивнул.

- Хорошо, спасибо, что предупредили, миледи.

- Рада, если смогла помочь! Честно говоря, я еще хотела вас попросить, - я немного смущенно ему улыбнулась, - Если вдруг вас не затруднит, может вы согласитесь как-нибудь пригласить меня на совместное чаепитие с мисс Ламбри? Я бы очень хотела с ней пообщаться, но мне не хочется ее пугать еще больше, а если вы будете рядом, ей же будет спокойнее, да? Вас это не затруднит?

Он кивнул.

- Конечно, думаю, мы сможем найти время, миледи.

Отлично! Герцог выглядел немного успокоенным.

- Очень мило с вашей стороны! А что вы хотели мне сказать?..

Он уже набрал воздуха в грудь, но тут из-за поворота вывернул рыжий глист, радостно махая нам рукой. А этого какая нелегкая принесла?! Я стрельнула в него злобно глазами, но что он, наглец, мне только подмигнул.

- Ваши Светлости! Непередаваемо рад вас видеть! Прошу прощения, что прерываю, но прибыл гонец из восточной крепости, требует герцога - срочно. Также, насколько я понял, ваши, мисс Фламмен, родители прибыли на пару часов раньше… - я едва удержалась от того, чтобы скривиться.

Герцог поцеловал мне лапку, вежливо распрощался и стремительно смылся, а рыжий засранец остался, почему-то сверкая в мою сторону радостной улыбкой.

- Чего скалитесь, голубчик? - уточнила я, поднимаясь с насиженного места и выходя из беседки, - День слишком хороший? Ищите, кто бы добавил впечатлений?

- Как увидел вас, прекрасная госпожа, день стал замечательным! - склонился в поклоне он, подавая мне руку, - Позволите вас проводить? Я вам честью клянусь, никому даже не заикнулся о нашем вчерашнем тет-а-тет! Это будет моей маленькой привилегией - знать, какая вы на самом деле. Так что вы меня, уж пожалуйста, ни откуда не выкидывайте…

Почему-то его шутовское поведение совсем меня не раздражало. Наоборот, даже дышалось как-то легче в его компании. Так что я его одергивать не стала. Забавный! Мне понравилось, что он меня не испугался, не разозлился и не ущемился.

- Не сочтите за грубость, а сложно вообще сдерживать свою, так сказать, пламенную натуру? - улыбнулся он.

- Я вам по секрету скажу: я свою, так сказать, пламенную натуру порой вывожу погулять. Так что в остальное время она у меня спит почти спокойно!

- А за пламенной, так сказать, натурой сложно вообще ухаживать?

- Главное, дорогой граф, вовремя кормить!

Мы с матушкой сидели в гостиной ее покоев и пили чай, пока горничные разбирали все ее бесконечные коробки и сундуки. Глядя на все это разноцветное шелково-кружевное безобразие, мне и самой захотелось срочно вызвать штат портных и обновить гардероб. Абсолютно иррациональное желание, учитывая, что портной был у меня с полторы недели назад и мне еще столько же будут приходить обновки! Но ударить в грязь лицом на дворцовых балах я никак не могла. Точно ли я все хорошо подобрала в прошлый раз? Может все-таки еще платьишко пошить? А лучше несколько… Вот такого с открытыми плечами у меня нет. А почему нет?.. Красиво же! Если с широкой атласной лентой по поясу…

- Дорогая, ты меня слушаешь? - матушка уставилась на меня с раздражением.

- В полуха, - честно ответила я, продолжая в голове собирать образ, который однозначно надо выгулять перед женихом.

Матушка уже набрала в грудь воздуха и почти нацепила на лицо выражение самой несчастной женщины на свете, готовая разразиться причитаниями на тему неблагодарных чад, но я успела первая:

- Прости, я просто все думаю о секретарше герцога…

План но. 6 п.5, попытка но. 1:

Матушка застыла.

- Секретарше? Это что… женщина?..

Ее лицо за секунду выдало такой непередаваемый набор эмоций, что я чуть не прыснула.

- Представляешь? О ней весь двор судачит, - покивала я, закрепляя червячка на крючок.

- Бедолажка, представляю, что о ней говорят! - улыбнулась насмешливо матушка.

Я замахнулась, раскручивая удочку, чтобы закинуть ее подальше от берега.

- Не представляешь, матушка! Поначалу к ней отнеслись пренебрежительно, но она умна, отлично воспитана и на диво хороша. Мужчины только о ней и говорят, хотя дамы еще, конечно, поплевывают ядом. Завидуют. Их даже жалко.

Я закинула удочку. Клюй рыбка, клюй…

- Она ходит в мужском костюме, представляешь?

Глаза женщины округлились.

- В мужском костюме?! Какой позор! И ты мне еще говоришь, она может кому-то нравиться?!..

Я пожала плечами, выражая изумление.

- На удивление! Это сразу привлекло внимание, фигурка у нее приятная - даже я иной раз глазею, а уж как господа головы выворачивают! Но она дворянка, под протекцией герцога, так что к ней еще и на кривой кобыле не подъедешь… Полагаю тут смазливая внешность вкупе с экстравагантным образом и флером недоступности сыграли свою роль. Она пользуется большим успехом.

И я даже не врала! Мисс Ламбри действительно произвела фурор, когда приехала с земель герцога в качестве его верной помощницы, ко двору.

- Мне казалось все эти заумные карьеристки с мужским норовом популярностью не пользуются…

У матушки в голове сейчас явно происходила серьезная переоценка ценностей. Надо было срочно ее спасать, а то чего доброго голова от напряжения лопнет.

- Так ведь она отнюдь не с мужским норовом - вполне себе скромная девица! Есть в ней что-то пугливое… Она и работает, сколько я знаю, больше от нужды. Ее род довольно беден.

- Бедная, но гордая пташка, нуждающаяся в сильном плече?.. - уточнила матушка, задумчиво потирая подбородок.

- Именно!

- Да уж, мужчины на такое ведутся на раз-два… - пробормотала она поражено, а потом вдруг встрепенулась, - И ты позволяешь этой девке крутиться рядом со своим женихом?! Мы так старались, устраивая тебе счастливую жизнь!..

- Матушка, ну что ты кипятишься, - спокойно возразила я, - Она всего-навсего дочь обедневшего барона. Она на мое место претендовать не может ни при каких обстоятельствах!

Матушка подскочила и посмотрела на меня возмущенно.

- Ах, Леона, ты еще такая наивная! Ты ничегошеньки не знаешь! Женщина может сделать все, что захочет, пока мужчина не знает о ее планах, - делилась опытом герцогиня Фламмен, - Помяни мое слово! Ты сейчас же должна поговорить с герцогом, чтобы он отослал ее обратно, откуда взял!

Я нахмурилась и покачала головой.

- Но мне нравится Фиви, она милая, - соврала я, любуясь матушкиным возмущением, - Да и вообще, подумай сама. Если я буду играть против нее, это только добавит ей очков в образ несчастной обделенной невинности, разве нет? Вот уж обойдусь!

Матушка призадумалась, видимо, признавая мою правоту.

- Я хочу с ней познакомиться… - сказала она, прикусывая губу и отводя взгляд, как делала всегда, когда хотела кому-то напакостить.

Я улыбнулась. Какая удачная рыбалка!

«Попытка но. 1 - успех (прим. корреляции между рыжим цветом волос и концентрацией гадости в крови однозначно нет!)»

Герцог Сильбербоа постукивал карандашом по рабочему столу, безуспешно пытаясь вчитаться в доклады соглядатаев. Еще отчет писать, да поскорее бы, но внимание концентрироваться на важном никак не хотело. Мысли то и дело возвращались к обещанному невесте чаепитию. Вроде бы ерунда, но почему-то мужчину не покидало ощущение, что его загнали в угол. Отказывать невесте в такой ерундовой просьбе было бы грубостью, а он и так последнее время часто пренебрегал ей, не желая тратить время на пустые разговоры и навязчивые попытки обратить на себя внимание.

С другой стороны малышка Фиви явно остерегалась внимания мисс Фламмен - и ее можно было понять. Самому герцогу невеста напоминала его собственную мачеху - женщину вздорную, не терпящую, когда внимание уделяют не ей, и помешанная исключительно на мелких склоках. Таких надо задаривать вниманием, подарками и комплиментами, чтобы они были сыты и довольны - а иначе окружающим лучше бы схорониться по углам и не отсвечивать! Как бы показательно мило себя ни вела мисс Леона Фламмен, раздражительную и вспыльчивую натуру в ней выдавал взгляд. Не все замечали, как ни странно, хотя самому герцогу это казалось очевидным. Но он не раз слышал, как о ней говорили, как о милейшей юной леди, чудесно воспитанной, но впору глупой. Было бы хорошо, будь так.

Но мисс Фламмен была дамочкой с характером, и Фиви ее однозначно раздражала. Понять это, опять же, вполне можно было. Фиви была на диво хороша (ему и Орхану не раз приходилось разгонять наглых господ, воображающих, будто бедственное положение дамы, заставляющее ее работать - отличная причина зажимать ее по углам), и, конечно, невеста имела причины быть недовольной. Герцог относился с пониманием, и уже думал над тем, как решить этот вопрос, никого не обидев. Фиви была чудесной девушкой, и главное - блестяще справлялась с работой. Заменить ее было бы не просто, да и откровенно говоря… не хотелось. И обижать ее - тоже. Надо будет подыскать ей новое хорошее место с достойным ее ума и трудолюбия окладом, но сейчас он себе этого позволить не мог.

В такой момент, когда работы - непочатый край, со всех сторон света стекаются послы (читай, шпионы) на свадьбу наследника, перестановка кадров была бы абсолютно неуместна. Так что его невесте придется в любом случае подождать.

Но нервировать женщину, с которой ему, возможно, еще всю жизнь придется прожить тоже не хотелось. И почему ему вообще приходится обо всем этом думать?..

Мужчина тяжело вздохнул и Охран, его давний товарищ, посмотрел на него с веселым изумлением, вскинув рыжие брови.

- С таким напряжением и усталостью во взгляде ты можешь думать только о женщине! Дай угадаю - твоя невеста?

- Она самая.

- Милашка, - поделился неожиданно друг.

Теперь уже герцог посмотрел на него с изумлением.

- А что, не так? - удивился граф, - Хорошенькая. Не была бы твоей невестой, я б за ней приударил!

- С ней не о чем поговорить, - раздраженно ответил герцог.

- Дурашка, тут ведь не в разговорах дело! - снисходительно улыбнулся мужчина, - Но к слову о них - ты уверен, что дело в ней, а не в тебе?

- Со мной не о чем поговорить? - спокойно уточнил он, - И выбирай выражения, когда говоришь о моей будущей жене.

- Есть о чем - если ты заинтересован в разговоре.

В дверь тихонько постучали, прерывая их перепалку, и с робкой, но теплой улыбкой к ним заглянула Фиви.

- Я принесла чай и отчеты мистера Флича из поместья, - при виде девушки взгляд герцога потеплел.

Если бы у мужчины был выбор, своей женой он бы предпочел видеть такую девушку, как мисс Фиви Ламбри. Спокойная и скромная, но не слабая; умная и начитанная; красивая, но не помешанная на своей красоте; вежливая и воспитанная, но не притворно - потому что надо, а просто по жизни… Она могла бы стать отличной помощницей во всех делах, чудесной заботливой матерью и хорошей женой. Хорошей герцогиней.

Но, конечно, жениться на ней ему бы никто не позволил - от этого бы не было никакого проку в расстановке внутриполитических сил, одни только проблемы - в первую очередь для его земель и его рода. Тем более он уже давно был обещан другой.

- Мисс Фиви, - он улыбнулся ей, потому что как ей не улыбнуться? - Рад вас видеть. У меня как раз есть к вам разговор. Даже несколько.

Для начала стоило, конечно, поговорить о ее пусть незначительном по сути, но все же важном проколе в отношении мисс Фламмен. Тут он не мог не согласиться с невестой - пусть это по факту и ерунда, но при желании ее можно использовать как повод для большого скандала. Тут слишком много высокопоставленных господ, и не все из них настроены к нему радушно, чтобы терпеть пусть и мелкое, но неуважение в свой адрес. В первую очередь проблемы будут у самой Фиви, если она допустит такую оплошность с кем-то чужим. Герцог не стал ходить вокруг да около, мисс Фиви умела спокойно относиться к своим ошибкам - иначе она и не получила бы должность его личного помощника - так что предупредил ее как есть. Она немного удивилась и даже, как ни странно, не сразу поняла, о чем речь, но обещала извиниться перед мисс Леоной и впредь быть внимательней.

Пригласить ее на совместное чаепитие он решил во вторую очередь, чтобы немного сгладить впечатление от разговора. Пересказал ей похвалы мисс Фламмен и ее желание побольше узнать о том, как Фиви решилась работать с мужчинами и не побоялась предложить свою кандидатуру, хотя женщин на такие должности обычно даже не рассматривали. Она согласилась, но слишком радостной не выглядела, хоть и пыталась улыбнуться.

Что ж, его невесту она все же и правда слегка побаивалась.

Глава 3. Чаепитие

«Почему я не люблю светскую жизнь? Потому что там искренность и простота - дурной тон, а кто лучше умеет грязно манипулировать - тот и более благовоспитан. Вежливость - набор заученных фраз и движений; прочитанные книги - лишь повод покичиться, а богатство гарнитура - достойная причина гордиться собой.

Маркиза Навиль.»

- И почему я не могу пойти на чаепитие? - матушка кривила губы и смотрела на меня зло и сухо. Ну это пока никто не вошел, тогда-то ее глаза влажно заблестят!

Я вздохнула и повторила ей еще раз.

- Потому что тебя никто не приглашал.

- А почему меня никто не приглашал?! - ее голос звенел злостью и обидой, - Почему меня, герцогиню Фламмен, не додумались пригласить!

- Матушка, я тебя не приглашаю, - пояснила я, - И мне абсолютно начхать, что ты герцогиня. Ты мне уже все уши прожужжала про то, как тебе не нравится мисс Ламбри. Ты начнешь ее задевать при герцоге, выставишь меня перед ним и перед ней в плохом свете, а у нас и без того сближение идет со скрипом!

Женщина начала обиженно сопеть, но возразить ей было нечего. Она повернулась в сторону окна, а сама едва заметным движением скинула чашку с чаем на пол. Ну как кошка. Естественно, даже не дернулась от звона разбитого фарфора, но тут же с возмущением позвала служанок все убрать.

Именно из-за таких моментов я считала, что шутки про то, что дурным нравом я пошла в нее, а ни в какого ни в дедушку, я считала имеющими под собой основание. Так что удержаться у меня не получилось.

- Да и что тебе там делать, там же будет одна молодежь! Тут разница поколений такая, что и общих тем, поди, не найдется.

У маменьки дернулась венка на виске, а глаза холодно блеснули, обещая месть за каждую букву каждого слова. Надо было срочно чем-то ее порадовать.

- Тем более, ты даже на прогулку по саду не выходишь, пока не убедишься, что выглядишь безупречно. Будешь еще взгляды герцога от меня оттягивать!

Я слегка скривилась. Получилась какая-то откровенная лесть. Я еще раз глянула на нее, в надежде, что все-таки не перелет. Матушка улыбалась, глядя на свое отражение в графине. Слава богам, все в порядке! Вечно забываю, что с этой женщиной перельстить невозможно.

- Мы договаривались заранее, так что я не могу тебя пригласить, но герцог наверняка пригласит родителей своей невесты на совместный ужин в ближайшее время. Можешь не переживать!

- Ну это само собой, - кивнула она, - Странно, что мы до сих пор приглашение не получили…

Я бы не сказала, что странно. Конечно, отужинать с нами было бы хорошим тоном, и герцог с отцом должны бы об этом сговориться… Но они оба занятые мужчины, причем занятые перманентно, так что вполне могут об этом даже не подумать. И я бы и не напоминала, моя бы воля! Видят боги, общаться с женихом я бы предпочла без родителей на расстоянии ближе нескольких километров.

Но не хотелось бы, чтобы поползли слухи, будто у нас разлад и помолвка под угрозой… Мужчины-то о таких вещах даже и не думают, а окружающие каждый жест или его отсутствие разбирают по молекулам! Например, по двору, пусть и не очень громко, но уже ходят шепотки, что герцог ко мне абсолютно холоден. За все время с его стороны не было ни одного канонически-жениховского жеста! Ни совместных трапез, ни подарков, ни приличных свиданий, ни-че-го. А все почему? Потому что мужчинам о таких вещах надо напоминать!

- Надо отцу твоему напомнить - а то они наверное и забыли, - подхватила мою мысль матушка.

- В любом случае, мне пора собираться. Еще платье выбирать! - я поднялась с насиженного места, мельком глянув на часы; заодно решила подкинуть герцогине Фламмен мысль о том, чем стоит занять вечер, - Я хочу порасспросить мисс Фиви о проекте культурного обмена с Восточным Княжеством, который она курирует! Она как раз после нашего чаепития должна будет поехать за документами в сторону студенческого городка, к Большой Академической Библиотеке…

- Да-а-а? - матушка чуть опустила ресницы, прикрывая алчный блеск глаз, - А не в новом торговом квартале около Академии, случаем, недавно открылась ювелирная лавка миссис Лабели?

- Кажется, да… - я сделала вид, что задумалась, хотя о неожиданном успехе миссис Лабели слышала даже я, - Отправить туда Элизу за миссис Лабели?..

- Нет-нет, зачем же? - матушка улыбнулась мне ласково и невинно, - Я может как-нибудь туда сама загляну. Сегодня-завтра… да когда настроение будет - тогда и прогуляюсь! Иди уже собирайся, а то выглядишь просто ужас как посредственно! В таком виде показываться перед женихом - просто позор…

Не смотря на слова матушки, я решила не переусердствовать. Если перестараться, то на фоне пресвятой скромницы Фиви это будет выглядеть скорее нелепо. Скоро первый бал, посвященный предстоящей свадьбе наследника - вот там можно будет разгуляться и блеснуть! А пока лучше выбрать что попроще.

- Элиза, что лучше - бирюзовое с кружевной отделкой или янтарное с вышивкой?.. Надо чтобы непритязательно, но чтобы и глаз оторвать было сложно! Мы должны хорошо подумать, Элиза, мужской костюм я надеть не могу. Но смотреть герцог должен на меня, а не на «некривые» ножки мисс Фиви. Это очень важно!

Элиза устало вздохнула и внимательно присмотрелась к платьям.

- Ну если непритязательно, то лучше янтарное… Откуда оно у вас вообще, интересно? Да и цвет глаз подчеркнет.

- У меня есть одежда на самые разные случаи жизни, - гордо улыбнулась я, - Значит, думаешь, его? Но бирюзовое так красиво смотрится на моей коже… И декольте у него хорошее. Не вульгарно, но взгляд притягивает… А янтарное больно скромное, тебе так не кажется?

- Поднимем прическу - откроем шею, - Элиза прищурила глаза и начала, наконец, думать всерьез, - Золотую цепочку на шею в два оборота и небольшой янтарный кулон в яремную впадинку. Где-то у вас был такой, помните? От молодого господина подарок… Рукава тут удлиненные…

- На запястье повяжем ленточку прямо поверх, чтобы его подчеркнуть, но только на одно, - вмешалась я.

- Так делали в позапрошлое столетие, - скривилась Элиза.

Я кивнула.

- Именно, значит сейчас так никто не делает - мне же лучше.

Результатом я была довольна. Простенько, но со вкусом! При встрече герцог вполне очевидно задержался взглядом на шее, а моя рука на его локте смотрелось на диво изящно. И цвет платья действительно отлично подчеркивал мои глаза!

Пока мы шли к парку, где нам уже все подготовили, я мельком приглядывалась к мисс Ламбри. Когда я смотрела на ее ноги, во мне поднималась одинаково жарко как злость, так и смущение. К сожалению, хотя бы для себя, но мне стоило признать, что ноги у нее и впрямь красивые. Стройные, но не тощие, а какие-то мягкие и приятно-округлые даже на вид. Это не сложно было рассмотреть, учитывая, как плотно ткань штанов прилегала к ее бедрам. И не только бедрам…

Я опять вспыхнула, глядя на это непотребство. Мисс Ламбри поймала мой взгляд и чуть удивленно посмотрела, куда он направлен. Когда она подняла на меня глаза, неожиданно насмешливые и едва успела спрятать смешок ладонью, я думала, что взорвусь. Мне хотелось бы верить, что от бешенство, но краска, по ощущением, заливала уже даже открытую шею… Вот же гадина! Теперь я ненавижу ее еще больше!

Я резко крутануло головой, отводя взгляд в сторону. Надо успокоиться, подумать о чем-нибудь, что могло бы меня успокоить… Посчитать до десяти, может?

Я прекрасно знала, что с такими личностями, как мисс Фиви можно общаться только с холодной головой. И никак иначе! Но выпустить пар возможности у меня пока не было…

- Один… два… три…

- Вы что-то сказали? - герцог чуть наклонился.

- Ах, нет-нет! Вам, должно быть, послышалось, - я улыбнулась и покачала головой.

Пятьшестьсемьвосемь! И кто говорил, что это успокаивает?! Нет, ну бред же, меня так только больше злит.

Для чаепития нам подготовили действительно милое место, да и погода была чудо, как хороша! Об этом я и старалась думать, усмиряя всех своих демонов, которые нашептывали мне в уши очень соблазнительные предложения, как можно было бы разобраться с этой гадиной без всяких реверансов.

Ах, какая жалость, что мы живем в приличном обществе!

А не то я оттаскала бы ее за волосы, выковыряла бы ей глаза, заставила бы их съесть, а потом сожгла бы, словно нечесть, чтобы она точно больше никогда не поднялась и не испортила мне настроение своим видом…

Вот такие мечты помогали мне держать себя в руках и продолжать мило и беззаботно улыбаться этой змеюке с бесстыжими ногами, а не дурацкое «посчитай до десяти»! Откуда оно вообще взялось?..

- …так вы северянка?! А хотя чего я удивляюсь, у вас такие светлые волосы и глаза! - щебетала я, - Я слышала в герцогстве Сильбербоа очень влажно и жарко… Не тяжело было переносить местный климат? А какими судьбами вас занесло на юга, если не секрет, это же так далеко от вашего дома?

Мисс Фиви отвечала на вопросы, мило улыбалась, а тем временем между нами сгущалось напряжение. Обе засели в засаде и только ждали, когда противник ошибется и можно будет наконец броситься в атаку. Герцог явственно чувствовал, что что-то между нами происходит, но со стороны (по крайней мере для большинства мужчин) наш милый щебет выглядел вполне безобидно. Полагаю, какая-то внутренняя чуйка внутри мужчины верещала не своим голосом, что что-то происходит, но мы с мисс Ламбри рычали друг на друга на таких высоких частотах, что уловить их смог бы далеко не каждый!

Меж тем боковым зрением я улавливала, что мужчина озадаченно хмурится, глядя на нас, его взгляд стал непривычно цепким, и хотя мы говорили о всякой ерунде, он напряженно вслушивался, пытаясь уловить ту суть, которая пряталась даже не между строк, а еще глубже…

- …я слышала, ваша матушка прибыла. Вы, верно, очень рады? Так тяжело, наверное, без близких. Мне и самой приходилось не просто, когда я оказалась в дали от родных… И сейчас я бы не выдержала жизнь при дворе, если бы не близкие друзья и коллеги, которые уже что семья…

Пока что намеки были довольно тонкими, не слышными среднестатистическому мужскому уху. Надо бы сделать их потолще, повысить, так сказать, градус! Мне-то терять нечего - как говорила Элиза, у меня по глазам все видно! А вот показать герцогу, что мисс Фиви тож если и цветок, то не невинная ромашка, а вполне себе колючий репей - было бы очень приятно.

Вот только в пылу азарта я забыла об одном.

С такими, как Фиви, вспыльчивым личностям вроде меня тягаться сложно даже зная, что происходит. В откровенном прямом разговоре я бы заткнула ее за пояс мгновенно, а вот в намеках, полутонах, манипуляциях я была хороша лишь до определенных пределов, которые ограничивались опытом общения с матушкой. И хотя матушка в своем была хороша, как никто, по наследству мне этот дар отнюдь не передался. А вот у Фиви это было, кажется, природным даром, подкрепленным ко всему, хорошими мозгами - иначе такую карьеру бы она не сделала.

Я забыла обо всем. Весь мир сузился до мисс Ламбри, которую хотелось задеть по-настоящему уже не зачем-то, а из чистого спортивного интереса!

Итак, мои намеки становились все толще, а она - крепкий орешек! - все никак не поддавалась, продолжая играть едва заметно и только когда знаешь, где искать. Но я не сдавалась! Уже забыв обо всем, едва вспоминая собственное имя, я не помнила даже про злость - во мне весело бурлил жгучий азарт… Я должна ее вывести на настоящие эмоции, а не этот, пусть не дешевый, а очень даже приличный, но все же спектакль! Ох, у нее нервы, что канаты!

- Мисс Фламмен, - вдруг в мой мир ввинтился спокойный мужской голос.

Я чуть раздраженно крутанула головой, собираясь объяснить тому, кто мне мешает, по какому маршруту ему стоит пойти, но наткнулась на холодный взгляд герцога, от которого сердце резко ухнуло в желудок.

Ох, а я про тебя и забыла…

Я чуть скосила глаза в сторону мелкой гадины. Ох ты ж. Дрожащая губа, хрустальная слеза по щеке и попытка быть сильной - все как по методичке, которую я так до конца и не освоила. Ну вот вроде не пять лет, и даже не пятнадцать - а все равно ведусь… Нет, все-таки зря отец переживает о моем уме. Все с ним в порядке - как и хотелось бы батюшке его кот наплакал. Как раз чтобы детей рожать и платья выбирать - а что еще надо хорошенькой девушке?

Руки похолодели.

- Мисс Фламмен, я прошу простить, но мисс Фиви уже пора ехать в студенческий городок.

- Конечно, - кивнула я, непроизвольно щелкнув пальцем.

Ну хотя бы не будет при ней меня отчитывать - и то хорошо. А я по глазам видела, что что-то мне все же выскажут. Вот же дура. Я же уже почти убедила его в том, что ничего против нее не имею!

Я попыталась накинуть на себя виноватый вид, но мелкая паршивка, когда герцог отвернулся отдать указания служке, сверкнула на меня победным насмешливым взглядом, совсем не грустно и вовсе даже не испуганно улыбнувшись на мгновение. Конечно, во мне взбушевала и забурлила чистая ярость, придушить ее захотелось как-то особенно сильно, я чуть наклонилась корпусом в ее сторону, скрипнув зубами, и… в этот момент обернулся герцог.

Одна из немногих вещей, которой я так и не смогла научиться у маменьки - это фальшивые слезы. Я редко плакала. Даже по-настоящему. А уж выдавить из себя слезы по запросу у меня не получилось ни разу, хотя пыталась я частенько.

Сейчас бы пустить слезу и давить на жалость, вот прямо как мисс Ламбри, но я могла молиться только о том, чтобы в моих сухих и равнодушных, как пустыни, глазах хотя бы не отображалось слишком ярко желание поджарить гадкую змею и съесть этот заморский деликатес на ужин.

Мисс Гадюка наконец ушла, слуги тоже куда-то делись, и мы остались с герцогом в давящей тишине. Руки похолодели и я пожалела, что на мне нет перчаток. Нервно сглотнула, боясь поднять глаза на мужчину, потому что вспоминала, что я успела наговорить ей в его присутствии. Да, с такими дамами, как мисс Фиви общаться можно только с холодной головой. Кто же виноват, кроме меня, что я не умею ее остудить иначе, чем вывалив все угли?..

- Мисс Фламмен.

Меня отчитывали не раз и не два. Отец, матушка, братья, учитель по этикету… Сколько раз мне приходилось слушать нудные лекции, нелестные эпитеты и поучения от окружающих? Никогда меня это не волновало. Даже будучи ребенком я добрую половину пропускала мимо ушей, ибо всерьез слушать советы тех, кто и сам не мог похвастаться ни чистотой помыслов, ни логичностью рассуждений, ни отсутствия пятен на репутации было выше моих сил. Они говорили, а я слышала только несостыковки, лицемерие и какую-то отборную чепуху.

Но сейчас, под холодным, разочарованным и уставшим взглядом своего жениха, я была не просто смущена, я чувствовала себя по-настоящему раздавленной. Сердце стучало так неровно, а руки и ноги буквально заледенели, что для огневика вообще нонсенс при нормальных температурах окружающей среды. Ну почему все идет наперекосяк?..

- Мисс Фламмен, сразу после свадьбы наследника начнется подготовка к нашей с вами свадьбе. Как только появится такая возможность - когда снизиться нагрузка, и я смогу позволить себе перестановку кадров - я обещаю: мисс Ламбри, как бы мне ни было это неприятно, я подыщу достойную ее должность во дворце, либо где еще, - начал он, продолжая смотреть на меня спокойно и давяще, - Я могу понять ваши сомнения по ее поводу, но я не могу понять и принять ваше поведение. Вы юны, но все же уже не ребенок, чтобы так себя вести. После такого я не могу сделать вид, что не заметил. Я думаю, глядя на ваше поведение с мисс Фиви, а как вы будете относиться к прислуге в моем поместье? К моим сослуживцам? Вы будете госпожой в моем доме, но будете ли вы следить за порядком или станете самодуром, от чьего внимания мне придется беречь окружающих?..

Впервые, кажется, за всю жизнь, мои щеки горели от стыда. По большому счету, мне не было большой разницы, как мое поведение выглядит со стороны. А герцог думает о таких вещах? Волнуется о моем отношении к людям, которые находятся под его ответственностью? Это одновременно и очень подкупало, и очень бесило. Но не удивляло. Он не возразил мне ни словом, пока хоть кто-то мог это слышать - он умел быть по-настоящему внимательным к чувствам других.

Но что-то меня во всем этом злило. Даже не то, что Фиви оказалась ловчее и спокойнее. Я и сама пока не понимала, но герцог меня просто до дрожи бесил в этот момент. Было ли дело в том, что задето мое самолюбие? Не знаю, просто этот коктейль из стыда, злости и… обиды?.. закручивался все крепче и готов был вырваться в любой момент. Слезами.

- …ведь мисс Ламбри не сделала вам ровным счетом ничего плохого. Она не обязана вам нравиться, вы не обязаны ее любить и даже быть с ней ласковы - никто и не требует! Но, как бы вы к ней ни относились, издеваться над ней вы права не имеете.

Вот почему, когда мне надо, не получается?! А сейчас, когда разреветься было бы позорно и неловко, глаза вдруг увлажнились, размывая очертание герцога, которому я смотрела строго в переносицу. Хотелось опустить глаза, не смотреть, но я упорно продолжала смотреть прямо, не желая признавать за собой вину.

Надо извиниться, пообещать, что такого больше не повториться, отыграться можно и потом.

- Вам есть, что сказать? - спокойно уточнил он.

Я на секунду все же поймала его взгляд. В нем не было ненависти или агрессии, но захотелось отшатнуться, отойти подальше. Мурашки разбежались испуганным табуном от загривка до копчика. Его глаза были какого-то невнятного цвета - то ли серые, то ли зеленые, но сам взгляд был таким ясным и прямым, что долго смотреть, не щурясь, было почти невозможно.

Меня просто выворачивало наизнанку от желания наорать на него, но я должна взять себя в руки. Так или иначе, а я сама виновата, что не удержала себя в руках, заигралась… Просто представь, что извиняешься за это, а не за фальшивые слезы Фиви…

«План но. 6 - провал (прим. …!!!…)»

- Элиза…

- Да, Ваша Светлость?

- Элиза, все пропало…

- Я так понимаю, все прошло не очень удачно?

- Элиза, я никогда больше не выйду из комнаты…

Женщина посмотрела на меня чуть снисходительно, но привычно тепло, и махнула рукой остальным служанкам, чтобы оставили нас. Уже на выходе одна немного неуверенно повернулась, но все же спросила:

- В-ваша Светлость, может вам сладенького принести?..

Я посмотрела на девочку даже младше меня, не особо симпатичную, но с какими-то просто потрясающими глазами - лучистыми, большими и с очень открытым и наивным взглядом. Вот у кого мисс Фиви стоило бы поучиться!

- Неси, Лана, неси, - кивнула по итогу я, - Фигуру мне беречь уже смысла нет, так хоть заем горе!

Когда все вышли Элиза присела передо мной на корточки, заглядывая в глаза.

- Что конкретно случилось?

- Она победила… Зло восторжествовало!

Женщина вскинула удивленно брови и деловито уточнила.

- Сорвалась?

Я скривилась и отвела взгляд. Сорвалась… Это еще мягко сказано! Конечно, я могла списать это на свой дар - огневики всегда были более вспыльчивы, чем остальные - но мы же не звери, и контролировать себя можем. В идеале. Но, видимо, придется признать, что матушка была права - я без царя в голове. И останусь старой девой!

- Что конкретно вы ей сказали?

Я длинно всхлипнула.

- Да ей-то ладно… Так, пару завуалированный гадостей. Собственно, как и она мне. Но она половчее это сделала - так что не прикопаешься. А я как всегда! Чуть не прямым текстом…

Однажды отец, будучи (что редко бывает) пьяным, а оттого болтливым и довольно мягким, признался мне, что все сложилось бы куда лучше, родись я мальчиком, а Вель, мой второй брат - девочкой. Понять его было можно.

У меня был довольно прямодушный характер (как бы старательно я ни училась вертеть окружающими, глядя на матушку), огромный дар боевого типа, и довольно давящая аура, нежной леди никак не подходящая. И батюшка частенько смотрел на меня чуть ли не с детской обидой - «ну куда вот это все - девочке?!» - было это беззлобно, но все же слегка раздражало.

Рыжий же Вель был далеко не таким одаренным магически, зато коллекционировал духи, его нормальной манерой общения было заигрывание и ужимки, а уж как он умел пудрить головы, причем не пользы для, а исключительно из любви к искусству… Все это, по мнению отца, было уместно только для женщин, а мужчина должен быть сильным, умным и простым, как дубинка. Ну вот примерно, как я, только без бюста и покрупнее, судя по всему.

Тут нужно пояснить, что Вель был вовсе не плохим сыном, он был умен и ловок - отцу вообще, как мне кажется, на редкость повезло с детьми - но не смотря на хорошие свои качества, был в нем один недостаток, являвшийся страшной, бережно хранимой тайной нашей семьи. Точнее, родители старательно делали вид, что это тайна, но по большому счету, весь свет знал. Вель был знатным ходоком, и к величайшему огорчению родителей, пол не имел для него ровным счетом никакого значения. А сколько я успела заметить, к мужчинам его тянуло даже сильнее.

И, конечно, об этом шептались, и какое-то время матушка даже устраивала брату очень некрасивые истерики с упреками, обвинениями во всех грехах и бедах нашей семьи. В общем, отец считал, что в небесной канцелярии случилась не иначе как какая-то бюрократическая ошибка, и на пару со старшим сыном (на счастье он был чуть ли ни копией отца) с озадаченностью во взгляде наблюдал за двумя своими младшими эксцентричными отпрысками и никак не мог понять, как так вышло, и как бы нас поудачней пристроить без больших потерь…

И вот сегодня я была с ним полностью солидарна. Моя жизнь была бы значительно проще, родись я мужчиной! Мужчине, да еще и огневику, дурной характер простили бы довольно легко, а меня теперь точно запишут в истерички. И будут, кажется, правы…

- Все пропало.

- Да что случилось-то, мисс, вы можете объяснить нормально?! - уже довольно обеспокоено переспросила Элиза.

- Я наорала на герцога.

Признание вылетело легко, даже как-то равнодушно. Ну а о чем мне теперь переживать, после такого он точно разорвет помолвку… А там Фиви быстро его окрутит, приласкает, успокоит - змеюка белобрысая! Права была матушка, ох, права…

- Немножко вспылили, или…?

- Элиза! - всплеснула руками я, опять начиная заводиться, - Ну если бы я умела немножко, полагаю, жизнь была бы гораздо проще! Нет, не немножко - я облаяла его так, что весь дворец должен был слышать! Учитывая ситуацию, он был со мной довольно мил, но я все равно разозлилась… А как тут не разозлить, скажи, Элиза?! Ну почему он так печется о какой-то там мисс Фиви, когда я перед ним разве что хвостом не верчу?! У него ни стыда ни совести, у этого гадкого, злого и абсолютно бездушного герцога! Он ледышка, натуральная ледышка! Просто пес паршивый, даром что племянник Его Величества. Ну как так можно?! Ну как я умудрилась так сесть в лужу?.. Элиза, он меня теперь точно ненавидит…

Женщина слушала меня внимательно, а потом укрыла мои руки своими и озорно улыбнулась.

- Ваша Светлость, я вас не узнаю. Так быстро сдаваться? Ну наорали и наорали. Придумаем что-нибудь, разве впервой? Да и вообще, когда-нибудь это все равно бы случилось - так почему бы не сейчас? Вы, к слову, очень красиво злитесь - может оно и к лучшему. Ведь он же не разорвал помолвку сразу…

Элиза, моя милая добрая Элиза, как старается меня успокоить - ну надо же! Надо выписать ей премию. Двойную. Придумать же такое - красиво злюсь. По-моему, когда я злюсь, я похожа на подземную нечисть, из тех, которые по словам нашего проповедника мучают грешников после смерти.

После моей последней исповеди, на которую меня угрозами заманил отец, святой муж пообещал, что у меня непременно будет возможность сравнить, похожа ли эта нечисть на то, что рисуют в святых книгах в качестве иллюстраций. Я была уверена, что даже у богов, создавших наш мир, фантазия не такая извращенная, как у людей, так что подземные стражи наверняка не настолько жуткие внешне. В любом случае…

- Может он и хотел, Элиза. Ну, что-то он сказать точно хотел, - с улыбкой смирившегося с судьбой человека поделилась я, - Но я вылила на него чай и запустила в него чашкой… А потом и чайником… К счастью не попала. Верткий, поганец. Слава всем богам, что не попала! Хотя если он разорвет помолвку, может и жаль - хоть какое-то было бы утешение…

Элиза только вздохнула и отвела взгляд, разглядывая обои и пытаясь придумать, как еще меня можно утешить. В этот момент со стуком зашла одна из горничных предупредить о том, что матушка вернулась с прогулки по столице и ждет в гостиной. Я скривилась. Если она уже слышала, она с меня не слезет до конца жизни!

Герцог Сильбербоа сидел в своем кабинете с еще немного мокрыми после ванны волосами и озадаченно смотрел в окно. Сумерки опускались на город, зажигались фонари, и в углах кабинета копилась тьма, до которой не добирались свечи. Мужчина не любил освещать все помещение в темное время суток, предпочитая освещать только рабочий стол.

Он до сих пор переосмысливал всю свою жизнь, которая довела его до этого конкретного момента, в котором он сидит и не понимает ни-че-го. Что не так с этой девочкой?

На дорожке в парке прямо под окном мигнул и зажегся янтарный фонарь, оставляя росчерк света на сумеречно-синей стене. Янтарный… Как глаза у этой фурии. Дверь с веселым перестуком открылась, и зашел Орхан со своей вечной веселой, чуть лукавой улыбочкой.

- Ваша Светлость, - он юрко проскользнул и быстро, пока его не выгнали, уселся в кресло, тут же укутавшись в плед, снял ботинки и поджал под себя ноги, уставившись на друга честными глазами.

Герцог смотрел на него снисходительно - взрослый мужчина, а сворачивается, будто котенок - и ведь даже не выглядит при этом нелепо. Орхан всегда почему-то будто ждал, что его вот сейчас прогонят, значит надо как можно быстрее устроиться так, чтобы сделать это было неприлично.

- У тебя взгляд такой озадаченный, - потянул он, - Что-то случилось?

- Моя невеста…

У Орхана тут же с интересом сверкнули глаза и он улыбнулся еще шире.

- Маленькая мисс Огонек! Уже интересно! Вы же сегодня чаевничали своим презабавным любовным треугольником, да?

Герцог нахмурился. Интерес друга к его невесте не то чтобы прямо удивлял - он всегда с любопытством относился к новым людям, но вызывал некоторое раздражение.

- Да, и она снова лезла к Фиви. Прямо на моих глазах. Меня это уже всерьез беспокоит…

Друг покивал.

- И ты, конечно, решил с ней поговорить на этот счет, высказав свое экспертное мнение о том, как должны правильно рычать друг на друга две дикие кошки? И встал на сторону малышки Фиви? И судя по твоему шокированному взгляду - получил по зубам от матери твоих будущих герцогят?

Герцог скривился. Орхан был порой просто на диво проницательным. Он относился к людям с дружелюбным любопытством, не злобно, но все же будто препарируя - смотрел на окружающих с каким-то веселым изумлением и всегда видел в них больше, чем сам герцог. Поэтому в том, что касается подбора кадров, межличностных отношений, слухов и прогнозов во всем, что касается поведения людей, герцог предпочитал полагаться на него или, как минимум, прислушиваться к его словам. Но в одном он был не прав…

- Да, я с ней поговорил. Но что значит две дикие кошки? Фиви ей и слова поперек не сказала. Или, по-твоему, я должен быть на стороне тех, кто изгаляется над окружающими, зная, что не ответят?

Мужчина в кресле расхохотался. Весело и звонко.

- Ты же знаешь, что в твои личные отношения я предпочитаю без запроса либо крайней необходимости не лезть? - герцог кивнул; друг действительно без запроса в вопросах, не касающихся работы, со своим мнением особо не лез, - Вот и твои сладкие иллюзии про мисс Ламбри я тоже разрушать вовсе даже не собираюсь, в том числе потому, что наша девочка мне очень нравится и ей это нужно!

- Выражайся конкретнее… - раздраженно попросил мужчина.

- Вот тебе конкретнее: я ни в жизни не поверю, что Фиви всерьез могла бы бояться мисс Огонек. Она ее и не боится, хотя может и стоило бы, если хочешь знать мое мнение… Твоя невеста полыхнуть может прямо как в последний раз! Для посмевшего ее разозлить, конечно. Грозна и прекрасна, как карающий небожитель!

На мгновение герцог вспомнил, как «грозна и прекрасна» была мисс Леона, когда швыряла в него посудой, выдавая в качестве характеристики его умственных способностей такие языковые конструкции, которые не то что знать, даже слышать не должна была леди ее положения. Но она не только знала, но еще и, кажется, к месту использовала.

Герцог не был уверен, потому что к своему стыду залюбовался забавной сценой и пропустил почти все мимо ушей… Перед глазами опять вспыхнул образ невесты, раскрасневшейся от гнева, с полыхающим прищуренным взглядом и быстро вздымающейся грудью. Картинка была завораживающая - девочка все же была красивая.

Откровенно говоря, не смотря на совершенно неуместную истерику, зол мужчина не был. Просто не знал, что ему теперь делать с мисс Фламмен. Спустить такое с рук - значит показать, что такое поведение допустимо. Наказать он девушку не мог. Хотя вот выпороть ее может и не помешало бы! Мужчина тряхнул головой. Это было заманчиво, но совершенно неуместно.

Попробовать еще раз поговорить и надеяться на то, что хоть какие-то зачатки разумности в ней все же есть? А вдруг нет? Опять уворачиваться от посуды?.. Почему-то это все хоть и вызывала легкое раздражение от необходимости разбираться с невоспитанной девчонкой, одновременно и веселило, рождая внутри какое-то ожидание и воодушевление. Что еще эта склочная девица выкинет, интересно? Его из окна?..

- В общем, - улыбнулся Орхан, - Я понимаю, что ты судишь людей по результату их деятельности, и Фиви не давала тебе причин задумываться о ее мотивах, да и нет в них ничего плохого, если не морализаторствовать попусту… Но, поверь мне на слово: там бой не на жизнь, а на смерь, а вовсе не избиение младенца! И на чью бы сторону ты ни встал - все равно окажешься виноватым. Так что будь умнее - считай травинки и делай вид, что ничего не замечаешь!

- Речь идет о девушках, за которых я в некоторой степени взял на себя ответственность. Одна - моя невеста, а другая - моя подчиненная. И ты предлагаешь мне закрыть глаза?

Граф посмотрел на друга снисходительно, но ответить не успел…

Матушка была в совершенно замечательном расположении духа. Первой мыслью было, конечно, что неплохо бы его как-нибудь подпортить. Ну а что? У меня тут жизнь рушится, как моя мать, она должна страдать вместе со мной! Но потом я включила мозги и подозрительно прищурилась. Ой, не принесла ли мне эта птичка хороших новостей на хвосте?..

- Добрый вечер, мама, - потянула я, - Мне сказали, ты была в городе. Как прогулка? Дошла до миссис Лабели?..

Матушка отвела сверкающие довольством глаза, чуть прикрыв их ресницами и постаралась напустить на себя вид огорченный и подавленный.

- Ах, милая… Ты просто не представляешь, что произошло! Я-то думала, грешным делом, что это ты у нас самая грубая девчонка в стране, а оказалось, что есть и похуже…

Глава 4. План по соблазнению но. 7, или подготовка к решительному удару!

«План по соблазнению но. 7 - роковая женщина

1 - не признавать никаких ошибок, чтобы окружающие поверили, что никакой ошибки не было;

2 - образ «милой невесты» результата не дал, так что следующей линией поведения, после удачного выполнения п. 1 будет «роковая женщина»!

3 - грязно совратить глупого герцога в условиях Первого Бала»

Матушка все же напомнила отцу, чтобы тот договорился с герцогом о почти семейном ужине. И вот теперь мы седели за столом, тихонько переговариваясь, пока служанки приносили все новые и новые блюда, большую часть которых мы не смогли бы съесть, даже если задались бы такой целью. Забавное расточительство, суть которого не упасть в грязь лицом - никогда не могла до конца его понять, но мне ли до этого дело?

Матушка своим щебетом заполняла тишину, создавая впечатление оживленной беседы, отец иногда отвечал что-то невпопад, с грусть поглядывая то на дверь, то на часы, а герцог все более и более озадаченно смотрел на меня, пытаясь выловить мой взгляд, полный невыразимой обиды, который я упорно направляла куда угодно, но не на него.

Для такого моего поведения было несколько причин. Во-первых, его глупая служка посмела обидеть мою любимую мамочку! Ну, может любимой она особо и не была, но он-то об этом не знает!

Тут надо сказать, что конкретно сейчас матушку я почти что любила, ведь как ни иронично, именно она вытащила меня из беспросветной, как мне казалось, тоски, заставив своим примером взять себя в руки и с новыми силами броситься в бой.

Моя недавняя рыбалка оказалось просто на диво удачной. Мисс Ламбри, учитывая ее карьерные успехи, однозначно не была глупа - как минимум, поумнее многих и точно поумнее матушки. Но опыт не пропьешь - куда ей до матушкиных седин, когда речь идет о выставлении неугодных злыми и бессовестными? Я вот тоже была умнее матушки, но сколько раз попадалась на ее уловки - даже вспомнить стыдно! В таких вещах она была просто непревзойденной вершиной: не все, кого она умудрялась подставить (то ли из врожденной вредности, то ли из любви к искусству, то ли от того, что у нее слишком много свободного времени и слишком мало интересов) вообще успевали понимать, что произошло и как они оказались злодеями в глазах окружающих.

Столкнулась мисс Фиви с моей вендеттой по дороге в Академическую Библиотеку, как раз на подъезде. Там, как оказалось, как раз с неделю назад начались ремонтные работы, и проехать можно было только по одной дороге - и когда только мама успела все это узнать, чтобы подстроить ситуацию?.. В общем, матушка своей громоздкой каретой перекрыла и эту дорогу ровнехонько перед Фиви и вышла поболтать со стражником, якобы что-то уточнить… И так об этом рассказывала, ну просто святая простота! Чтобы герцогиня Фламмен сама вышла из кареты что-то уточнить у какого-то там стражника? Да даже отец подозрительно прищурился, слушая ее рассказ.

Ну и стояла, чирикала, уж что она умеет - так эту разводить пустую болтовню на ровном месте. Поулыбалась, пошутила, очаровала всех мужиков в ближайшем радиусе образом очаровательной глупышки, заручившись их поддержкой. И когда вышла мисс Фиви разобраться, что там вообще происходит, и скоро ли оно закончится, можно сказать - все уже было решено. Просто потому что рядом не было никого, перед кем секретарше герцога нужно было бы играть святую простоту, так что на матушкины тонкие подначки она ответила вполне прямо и без всяких там намеков.

Знала бы она, кто перед ней стоит, догадалась бы, что происходит, но матушка выбралась в город со вполне конкретной целью - налегке и без знаков рода на ливреях слуг. По сути, с мисс Фиви произошло то же, что и со мной несколькими часами ранее. Матушка была мила, очаровательна и едва заметна в своем ехидстве, в то время как сама Фиви отбривала ее почти что прямым текстом. И вот уже матушка, совсем-совсем не понимающая, за что с ней так жестоки, в слезах и растрепанных чувствах; стражи с осуждением смотрят на грубую карьеристку, в которой нет и зачатка женственности и сострадания, а уже вечером слухи стройным маршем идут по дворцу. Ни слова лжи, все при свидетелях - попробуй теперь скажи, что все было не так и тебя спровоцировали! Чистая работа. Я едва удержалась от того, чтобы встать и поаплодировать.

Одно расстраивало, я теперь должна была Элизе мешок чистым золотом. Поставила по глупости на резвую молодость! Надо было верить в умудренную старость…

В общем, все теперь знали, что мисс Ламбри обидела герцогиню Фламмен, и в какой-то мере это ложилось ответственностью на ее непосредственное начальство. Конечно, были принесены извинения, конечно матушка поулыбалась моему жениху, заявив что не в ее года обижаться на юных и пылких, тем более «мы почти родственники, ничего страшного!», и даже не потребовала ее уволить, а демонстративно простила. Еще бы - кошки любят поиграться с мышками, прежде чем есть их!

И что бы она ему там не говорила после, а зерно сомнение не упасть ну просто не могло. И теперь герцог был вроде как немного виноват перед нашей семьей из-за ошибок его подчиненной.

Но это было только первой причиной. Второй было то, что приносить извинения после того, как честно и искренне вывалила, что я думаю и о мисс Фиви, и о его к ней отношении и о нем самом было поздновато. В мое сожаление не поверил бы даже распоследний кретин, к коим жених все же не относился ни разу. Поэтому я решила идти до конца - и обидеться.

Матушка как-то мне рассказывала, что устраивает отцу периодически скандалы и обижается на него как в последней раз из-за какой-нибудь ерунды. На вопрос, а зачем, отвечала: «А чтоб жизнь медом не казалась! Если не устраивать профилактических скандалов - начнет воспринимать мое хорошее отношение, как должное!». Дрессировала его, в общем. Не то что бы я считала это правильным, но логика в этом была. Так что я решила совместить приятное с полезным.

Выкрутиться из неприятной ситуации и заодно показать, что мое хорошее отношение - не само собой разумеется не зависимо от ситуации. Не хотел по-хорошему? Будет как матушка учила!

Короче говоря, я обиделась. Но так как виновата-то тоже была я, герцог сейчас сидел и совершенно искренне не понимал, что происходит. Точнее нет - понимать-то он понимал, просто, судя по взгляду, никак не мог осознать масштаба моей наглости. Сама докопалась до его секретарши, сама закатила истерику, ни перед кем не извинилась - и теперь сама еще всем видом показываю, что извиняться надо передо мной. Я и сама от себя была в некотором шоке. Но озадаченность на его лице меня почему-то веселила, так что остановиться я уже не могла.

А еще он смотрел на меня так внимательно. Наверное, я только сейчас до конца осознала, насколько меня раздражал этот его взгляд будто сквозь меня. Будто я просто декорация для сценки или дерево в саду. Что-то неизбежное, но абсолютно незначительное. Это задевало. И заставляло чувствовать себя пустым местом.

И вот сейчас он смотрел прямо на меня, вглядывался, пытался поймать взгляд. И от этого что-то волнительно сжималось в животе, теплели щеки и разгорался азарт. Его удивленный, но тяжелый и строгий взгляд будоражил, требовал раздразнить его еще, вывести из себя. И я наглела в своей обиде все дальше.

Матушка продолжала щебетать, отец сидел с остекленевшим взглядом и считал секунды до того момента, когда прилично будет отговориться работой и сбежать, а между нами с герцогом сгущалось напряжение. Он раздражался, а я смотрела на это с почему-то абсолютно детским восторгом и выделывалась все больше, все очевидней. Матушка уже поглядывала на меня с удивлением и пыталась подать мне лицом какие-то знаки.

И вдруг все это как-то разом прекратилось. Мужчина вдруг успокоился, прищурил весело глаза и откинулся на стул. Посмотрел на меня открыто, будто забавляясь моим поведением. Внутри все обожгло, и я вспыхнула. Волосы на загривке будто привстали. Я поерзала на стуле и нахмурилась; постаралась не показывать смущение, но, кажется, не очень удачно. Почему-то его взгляд мне не понравился. Не то чтобы в нем было что-то плохое, просто под ним я почувствовала себя… как-то странно. Неуверенно. Он что-то задумал?..

На прощание он поцеловал мне руку, сверкнув исподлобья глазами как-то совсем не так, как обычно - будто с мальчишеским любопытством. Не знаю почему, но меня это слегка разозлило.

«План по соблазнению но. 7, п. 1 - вроде бы да?..»

Фиви сидела за рабочим столом, устало привалив голову на локоть и смотрела на приглашение. Совсем скоро Первый Бал, который знаменует начало празднование свадьбы наследника. Во всем дворце, да что там - во всей стране! - чувствовалась радостная праздничная суматоха. Все ждали этого с предвкушением. Потому что погулять и повеселиться хочется всем; потому что напряжение на границах, длившееся не один год наконец стекло вместе со страхом войны и разорений; потому что торговые договора с соседней страной идут в комплекте с невестой и обещают много хорошего государственной казне… Все так замечательно складывалось, но уже не для не нее.

Кто же знал, что та склочная матрона окажется матушкой малышки Леоны? Фиви снова вспомнила взгляд герцога, в котором таился вопрос и легкое разочарование. Нет, он не сказал ей ничего плохого, спокойно выслушал - как и всегда - но то мягкое доверние, что было между ними, может уже никогда не вернется. Ведь ей даже нечего было сказать в свое оправдание. Да и не хотелось завираться, когда он так смотрел.

Ну вот опять! Девушка буквально зарывалась в работу, только чтобы не думать о том, как много она на самом деле потеряла из-за одной мелкой ссоры на улице. Хотелось позорно разреветься и побежать к мужчине просить прощение, но что это даст? Он ведь и не злится даже… Лучше бы злился, но от него дождешься!

- Ну что ты, совсем раскисла? - сочувственно спросил Орхан.

- Совсем, - неловко кивнула она, - У нас там, вроде бы, еще письма из герцогства со сведениями по подготовке третьего корпуса лежат? Давай я разберу.

Мужчина покачал головой.

- Никуда письма не убегут, шла бы ты отдохнуть.

Мисс Ламбри вздохнула.

- Мне правда надо тебе рассказывать, куда именно тебе засунуть твое очень важное мнение? - лениво уточнила она, даже не поворачивая в его сторону голову.

Орхан лишь хохотнул на это. Он подошел к ее столу и погладил по голове. Девушка чуть дернулась от его руки, скорее по привычке скорчив рожу, чем всерьез не принимая ласку.

- Тебе не обязательно строить из себя паиньку, чтобы он хорошо к тебе относился, знаешь? - даже сам мужчина понимал, что сейчас она его не услышит, не поверит, но и совсем промолчать не мог.

Она усмехнулась, зло и грустно.

- Много ты понимаешь?!

- Элиза.

- Да, моя госпожа?

- Элиза, - повторила я, разглядывая складки портьер.

- Вы что-то хотели, моя госпожа?

Женщина отзывалась, но не торопила. Была у меня такая дурная привычка иногда просто звать ее, чтобы убедиться, что она все еще рядом.

- Элиза, свет мой в темном царстве.

- М-м-м? - мурлыкнула она, пересчитывая премию.

В такие моменты вид она всегда имела трогательный, как у очаровательного ребенка, которому неожиданно подарили кулек конфет. Потому я частенько выписывала ей премии по какому-нибудь ерундовому поводу. Отец однажды пытался меня остановить, убеждая, что это пустая трата денег, а моя главная горничная и без того получает очень и очень немало, и я ее просто разбалую. Но потом я пригласила его к себе ровно в тот момент, как Элиза в очередной раз любовно пересчитывала монетки, едва замечая, что происходит вокруг. Мы с ним минут пятнадцать тогда молча и завороженно наблюдали за ее манипуляциями. В какой-то момент отец опомнился, тряхнул головой, будто скидывая морок, и молча ушел. Но тему больше не поднимал!

- Элиза, у нас новый план, - поделилась я.

- И какую глупость моя милая госпожа хочет сотворить на этот раз? - уточнила женщина.

- Пока думаю! - честно призналась я, - Но нужно, чтобы это вписывалось в образ роковой женщины. Я буду совращать герцога?..

Я скривилась. И что за неуверенность в голосе?

- Я буду совращать герцога! - вот так-то лучше.

Элиза подняла на меня до смешного удивленные глаза.

- И как именно вы собираетесь… совращать?..

Я раздраженно махнула рукой.

- Ну как все, полагаю! Глазками там похлопать, декольте приспустить, зажать его в темном углу…

- Ну тут скорее он вас зажимать в углу должен… - поправила Элиза.

Я представила, и меня в секунду опалило жаром от макушки до пят, сердце бултыхнулось смущенно в груди и забилось быстрее.

- Вот уж нет! - взвизгнула я, подскакивая, но тут же взяла себя в руки и плюхнулась обратно, - Я сама буду зажимать его по углам! По-моему, так правильнее…

Я, конечно, не была до конца уверена, но стоило представить, как я прижимаю герцога грудью к стене и обещаю неземное удовольствие, сердце забилось ровнее и дыхание успокоилось.

Вот я подхожу к нему с загадочной и чуть порочной улыбкой, которую едва-едва можно рассмотреть за веером. С щелчком закрываю за собой дверь и прячу ключ в декольте. Он гулко сглатывает, отрывая взгляд от моих обнаженных плеч, проходит взглядом по шее и губам и наконец останавливается на глазах. На его щеках румянец, а в глазах поволока.

- Ваша Светлость… - с какой-то неуверенностью шепчет он, будто желая что-то попросить, но не решаясь.

- Да, мой герцог? - мурлыкая ему в ответ с видом победительницы.

Я делаю шаг, и он отступает к стене, вскидывает на меня испуганный взгляд. Я иду на него, а он отступает, пока не упирается спиной в стену, и от осознания, что ему некуда больше отступать, мужчина вздрагивает и жмется к стене сильнее. Я вглядываюсь в его лицо, чтобы как можно подробнее запечатлеть выражение беспомощности перед своими порочными желаниями.

Медленно подхожу, уже почти прижимаясь к его телу.

- Госпожа, не здесь, прошу вас… - сбивчиво шепчет он, опуская взгляд, - Нас же кто-то может увидеть!..

- Я ведь ваша невеста, чего вы стесняетесь? - я приближаю свое лицо к его и страстно целую! А потом…

Дальше фантазия немного засбоила, но настроение все равно приподнялось, как-то веселее стало! Да, так будет лучше.

- Даже спрашивать не хочу о чем вы думаете с таким выражением на лице…

Я зашипела и возмущенно посмотрела на Элизу.

- Вот и не спрашивай! - я выдохнула и своей нескончаемой силой воли успокоила возмущение, - Бал уже послезавтра. Надо все хорошо продумать. И как там наши пташки, приставленные к мисс Невинность?

- Вечером сдадут отчеты, - отчиталась Элиза.

Я щелкнула пальцем. Думаю, на какое-то время мне стоит отвлечься от мисс Ламбри. Пока что практика показывает, что мое самообладание - величина непостоянная, так что полагаться на него слишком уж не стоит. Следить я за ней буду, и пусть только представится удачный случай, опущу с размаху об пол, так что мало ей не покажется! Но умный хищник знает, когда нападать, а когда выждать в засаде.

Тем более, был еще один не менее важный для меня вопрос…

- Элиза, надо продумать туалет.

- Разве мы еще неделю назад с этим не разобрались?.. - удивилась она.

- Да, но тогда я еще не была роковой женщиной!

Элиза устало выдохнула.

Отец очень старался. Как мог - старался. Придумывал оправдания, смотрел строгим взглядом, обещал блага и угрожал карами небесными, но в конце концов, он сам был виноват, раз когда-то решил, что моим воспитанием всенепременно должна заниматься матушка, и ставил мне ее в пример, как идеал благовоспитанной благородной леди! Я многому у нее научилась, многое узнала - в том числе и его слабые места чуть не по пунктам.

Я-таки вытащила его - почти волоком, но все же вытащила! - на совместное полуденное чаепитие. Он ненавидел отрываться от работы, но когда и кого в нашей семье это волновало? Меня тоже не спрашивали, хочу ли я замуж за герцога, но я же не ною!

Мы устроились в беседке в саду. В солнечный весенний день сидеть в четырех стенах - просто преступление! Мы сидели в тени деревьев, но шаловливые лучики солнца то тут, то там, добирались до кожи, щекотали светом лицо. Дул легкий приятный ветерок, и я не могла удержаться от улыбки. Вид портило только постное лицо отца, искренне не понимающего, что он делает в этом царстве благоденствия, когда у него там горы возлюбленных бумажек необласканные его вниманием лежат на рабочем столе.

Зачем он мне здесь вообще нужен был?

Просто передо мной стоял один очень важный вопрос!

Я всегда считала, что врать, конечно, можно, но только не самой себе. Так, например, я признавала, что хорошей девочки из меня не получится. Я вовсе не была злым человеком, у меня были морально-этические границы, которые я не переходила. Беспокойство герцога о его слугах, к примеру, было вполне логичным, учитывая мое поведение, но я никогда не была груба с прислугой, так что по факту - беспокоиться ему было не о чем.

Была ли я той милой девочкой из сказок о добрых и чутких принцессах? Отнюдь. Но у меня никогда не была самооценка настолько низкой, чтобы самоутверждаться, мучая тех, кто не может мне ответить. С такой самооценкой, как у меня, получить удовлетворение можно, только мучая равных! А если получается повыделываться перед теми, кто умнее, сильнее и выше, и даже без звездюлей, было вообще замечательно! Поэтому за свою прислугу и своих подчиненных он мог особо не переживать, если только они сами нарываться не будут.

Когда я была маленькой, я конечно всегда ассоциировала себя с добрыми персонажами из сказок - как, наверное, и любые дети! - но лет этак в двенадцать, когда такая наивность уже не к лицу, пришлось признать, что от добрых принцесс у меня разве что хорошие брачные перспективы.

Сначала я отрицала, убеждала себя в том, что я хорошая, что искренне ненавидимым матушкой запахом гвоздики я обработала ее комнату, потому что она меня обижает, а не потому что ее злость меня веселит… Но в какой-то момент я все-таки признала, что я не очень добрая девочка - и жить стало гораздо легче!

Поэтому убеждать Элизу в том, что быть роковой женщиной - мое призвание, и ничего нет проще, я, конечно, могла, но сама не обманывалась. Я юная и не особо-то искушенная в таких делах девица. Сначала надо хорошо все продумать и как можно больше собрать информации о том, что вообще такое роковая женщина и как себя ведет в дикой природе.

И именно поэтому…

- Отец, у меня к вам важный разговор.

Стоило ему услышать такое скучное словосочетание как «важный разговор», от которого у нормальных людей возникает нормальная такая изжога, да вкупе с серьезным тоном, он слегка оживился и даже посмотрел на меня с легкой заинтересованностью. Такой большой, а такой наивный!

Будто первый день знакомы, честное слово.

- Это касается Его Светлости герцога Сильбербоа, - начала я, и отец кивнул, предлагая продолжить, и я затараторила, не давая ему опомниться и вставить хоть слово, - Думаю, мы уже достаточно знакомы, чтобы можно было начинать бесстыдно его соблазнять. Так как он слегка занудный - почти как вы! - я решила спросить у вас совета! Вот вас какая женщина могла бы бесстыдно соблазнить? Как бы она выглядела и как бы себя вела, чтобы вы позабыли о чести и достоинстве?..

- Ну и зачем было это устраивать? - уточнила Элиза, хотя я прекрасно видела, как веселье искрится в ее глазах, - Вы же не рассчитывали всерьез, что он даст вам дельный совет, а не наказание?

Я хохотнула.

- Да ну что ты… Просто я так настрадалась за последнее время - надо было чем-то себя порадовать!

Отец, конечно, тоже себя порадовал, заперев меня в моих покоях на весь оставшийся этот день и даже на весь следующий… Но никто не сможет у меня отобрать воспоминания о том, как он поперхнулся чаем и пусть на мгновение, но посмотрел на меня с такой вселенской беспомощностью, какую от него вообще сложно было ожидать. На моей памяти, такое проворачивать могла только матушка, и то - ей требовалось довольно много времени.

Всерьез он меня за такие выходки уже давно не наказывал, так как знал - горбатого могила исправит. Ни розги, ни домашние аресты, ни нотации, ни лишение каких-либо благ результата не давали, наоборот - я становилась только еще более невыносимой, причем делала это даже не осознанно. Получалось само собой!

Как-то отец даже отослал Элизу - единственного близкого мне человека - за то, что я довела матушку до слез. Надеялся меня ей шантажировать и по итогу приструнить. И хотя поначалу я действительно старалась вести себя лучше, чтобы Элиза вернулась, характер мой становился только хуже день ото дня, пока он все-таки не вернул мне моего алчного до золота друга и единственного на свете человека, у которого получилось меня пристыдить и приструнить!

Что ж, настроение я себе подняла, а теперь пора заняться делом всерьез!

- Надо встретиться с графом Фройнтлихом, и как можно скорее.

Элиза вскинула брови.

- У ваших дверей стражи с четкими инструкциями. Под окнами тоже.

Я скривилась. Уж что-что, а давать максимально четкие и вдумчивые инструкции на основании анализа предыдущего опыта отец умел, так что рассчитывать обдурить их особо не стоило. Вообще из-под домашнего ареста я обычно даже и не пыталась сбегать, если не было особой необходимости. Ну а зачем? Мне и в комнате хорошо! Чтобы я не шумела мне в любом случае оставляют Элизу и стопку книг.

- Знаешь, мне иногда даже немного жалко своих родителей…

- Потому что на них природа отдохнула? - съязвила женщина.

Я хихикнула. Я была Элизе дорога, ведь росла на ее глазах. И это она утешала меня в детстве всякий раз, когда матушка доводила меня до истерик, а потом выставляла виноватой перед всеми. И она веселила меня, когда я грустила из-за того, что не получалось расположить к себе отца. И хотя со стороны это могло быть незаметно из-за ее ну очень спокойного характера, но ее раздражали все, кто меня расстраивал.

Отношение ко мне в семье вовсе не было плохим. Ну, относительно того, каким оно могло бы быть. Родители не были ко мне жестоки… просто им было бы проще, если бы меня не было вовсе, или если бы я хотя бы была другой - правильной маленькой леди. Но ей было все равно. Они не нравились ей, потому что по ее мнению, этого было недостаточно. Полагаю, достаточно было бы только в случае, если бы они меня боготворили!

Как ни странно, но более-менее ровные отношения с родителями были ее заслугой. Она ничего не могла поделать с их отношением, так что изменила мое. В конце концов я перестала чего-то от них ждать - и общаться стало гораздо проще и веселее!

- Надо передать графу, что он должен переодеться горничной и прийти ко мне, как у него появится время!

- Вы думаете благородный мужчина его положение бросит все дела, наденет платье и чепчик и побежит к вам по первому зову? - уточнила она.

- Этот - побежит, - уверенно кивнула я, - Полагаю, такие игры должны быть как раз в его вкусе!

Причина рассчитывать на графа у меня была. И называлась она - интуиция! Да-да, я знала его без году неделя, но тем не менее, была почти уверена в том, что он прибежит, стоит ему предложить поиграть в маскарад. Было что-то такое даже не только в его взгляде, но будто во всем облике… Он чем-то напоминал брата Виля. Тоже рыжий, тоже верткий, тоже насмешник и балагур, только чуть менее манерный и чуть более доброжелательный. Если Виль мог выкинуть коленце, чтобы потом весело и задорно смеяться над окружающими, то граф Орхан будто и не против был, чтобы посмеялись над ним.

В любом случае, он внушал мне некоторое доверие. Если он не стал пересказывать герцогу наш предыдущий разговор, то, полагаю, сохранит в тайне и этот.

Мне действительно не помешал бы совет. А из роковых женщин в моем окружении разве что матушка была, вот уж к кому я подойду в самом последнем случае! Элиза же знала только, как правильно чистить монеты, чтобы они особенно красиво блестели. Мужчины ей интересовались без всякого активного участия с ее стороны.

Да и вообще мне казалось, что лучше спросить совета у мужчины. Был бы здесь Виль, я бы его помучила - он-то точно знает, как соблазнять мужчин - но брат приедет только ко Второму Балу.

Моя интуиция меня в очередной раз не подвела. Спустя каких-то три часа после того, как Элиза отправила служанку с запиской графу, ко мне в комнату с веселым щебетанием и подносом с чаем и десертами заглянула до смешного высокая и относительно несимпатичная горничная из дворцовых с неузнаваемым лицом, но узнаваемыми весело прищуренными глазами.

- Ваша Светлость! - высоким голоском пропищала «женщина», приседая в приветствии, и Элиза взялась за поднос.

Я откинулась в кресле, отложила вышивку и с улыбкой от уха до уха разглядывала визитера. Махнула рукой в сторону дивана, предлагая присесть. Граф плюхнулся, вздохнул чуть свободнее и начал манерным движением расправлять складки юбки на коленях. Из чепчика выбилась медная прядь, подкрашенные губы растянулись в ответной улыбке, а глаза блеснули на меня с веселым любопытством.

- Что прекрасная госпожа хочет от своего скромного слуги? - мурлыкнул он уже своим голосом.

- Мне нужны ваша помощь и ваш совет, - я подвинула в его сторону чашку с чаем из восточного сбора.

По словам отца, которому этот сбор в качестве одного из подарков преподнесли послы, он успокаивающий - и мне нужен больше.

- Конечно я в долгу не останусь. Услуга за услугу.

- О чем вы говорите, мисс! - картинно всплеснул руками мужчина, - Возможность помочь вам - уже подарок…

Я молча позволила ему выплеснуть немного демонстративной лести. Как ни странно, платье ему даже шло. Точнее оно его не портило. Полагаю, потому что он совсем не чувствовал себя в нем неловко. Большинство мужчин посчитали бы себя оскорбленными за одно только предложение, но граф был, очевидно, человеком в достаточной мере эксцентричным и далеким от предрассудков, и такого рода вещи его не смущали. Скорее даже веселили - потому что смущали окружающих.

Глядя на него, я подумала о том, что мисс Фиви - личность тоже довольно эксцентричная. И при других обстоятельствах я бы может и правда не против была пообщаться с ней поближе. Обычно люди, которые и сами не вполне вписываются в рамки предписанных правил поведения, более снисходительны к такого рода недостаткам в других. Конечно, я неплохо научилась складывать о себе хорошее мнение в свете, но лишь у малознакомых людей. Как бы в меня ни вбивали правила поведения, как бы ни пытались вылепить из меня приличную девушку, получалось это лишь до определенных границ, лишь до определенных обстоятельств, в которых настоящий характер все равно вылезал наружу.

Именно поэтому более-менее близка я была из семьи лишь с братом Вилем, которому и самому было сложно подстроить себя под ожидания окружающих, даже когда он старался это сделать. Поэтому я рада была бы пообщаться с Фиви… но это однозначно невозможно, пока она вертит хвостом перед чужим женихом - моим женихом. В таких обстоятельствах относиться снисходительно или проявлять понимание у меня нет ни единой причины. И ей остается только благодарить те самые нормы поведения, в которые она не вписывается, за то, что я до сих пор просто и без изысков не оттаскала ее за волосы.

- Как вы, полагаю, уже знаете, у меня случилась некоторого рода размолвка в Его Светлостью, - о, по глазам вижу, что знает! - Полагаю, особого смысла и дальше пытаться привлечь его внимание, стараясь быть милой и ласковой невестой - нет. Но вот с решительным ударом мне бы не помешали некоторые подсказки и мужской взгляд…

Граф, добрая душа, даже ни разу ни хихикнул, хотя хотелось - видела. Обижаться я на это не стала, просто потому, что на его месте уже хохотала бы так, что стены дворца бы ходуном ходили. В любом случае он внимательно выслушал, дал пару дельных советов, повеселил меня забавными историями из их общего с герцогом прошлого и уже собирался уходить, когда вдруг…

- Все интересно было спросить, - неожиданно начал он, без ставшего уже привычным веселья, а серьезно и внимательно глядя в глаза, - Почему ты так стараешься? Он ведь и так твой жених. Что бы ты ни думала, он ответственно относится к обещаниям и не разорвал бы помолвку, даже будь он в самом деле влюблен в Фиви. И не оскорбил бы ни тебя, ни себя изменой.

- А он, по-твоему, на нее не заглядывается?! - фыркнула я, - Это хорошая почва, а уж она воспользуется, окрутит его, если ей позволить, так что он про все обещания забудет!

Мужчина скривился и покачал головой.

- Да не влюблены они друг в друга! В любом случае, не переводи разговор, - я сощурилась, пойманная на попытке отвертеться от ответа.

Мы как-то совершенно естественно перешли на ты и разговаривали уже так, будто сто лет знакомы. Он оставил кривляния и пустую лесть, а я просто чувствовала себя в его обществе свободно, как почти ни с кем.

- Я не хочу, чтобы этот брак был таким же формальным, как у моих родителей, - совершенно неожиданно даже для себя я сказала правду, - Я… ну, в общем… видела. Видела, что по-другому бывает. Не все просто терпят друг друга, потому что надо.

Я чувствовала, как полыхают щеки, но лицо не опускала. Вот удивительно: я спокойно рассказывала ему, как собираюсь соблазнять его друга, и не испытывала ни капли смущения; а теперь не знаю, куда глаза деть.

Граф радостно улыбнулся, пообещав всяческую поддержку.

- К слову, у меня тоже есть к тебе вопрос, - граф кивнул; мне и правда было любопытно… - А из чего ты себе сделал такой бюст?..

Фиви не сказать, что любила балы, но они представлялись ей довольно неплохой возможностью для реализации некоторых планов. Случайно подстроенные встречи, случайно пущенные слухи, случайно подслушанные разговоры… Она, как никто, знала, как все это работает - с обеих сторон. У нее оставалось не так много времени. И пора было действовать решительно, если она не хотела потерять то, что дорого, то, что было завоевано с таким большим трудом.

Она тасовала в голове идеи, пытаясь выбрать самый выигрышный для нее вариант развития событий… К сожалению, самые хорошие идеи были сопряжены с некоторой грязью. И раньше бы ее такое не смутило… К чему все эти красивые слова о благородстве, если на практике они лишь пустой звук? Зачем играть честно, если у противника крапленые карты? Не марать себе руки могут позволить далеко не многие, и только в случае, если есть те, кто готов замарать их за тебя.

Но до смешного не хотелось разочаровывать герцога. Именно в его глазах хотелось быть… выше этого, что ли? Но что у нее тогда останется? Она тоже была бы не против родиться на все готовенькое, но не всем же так везет.

Фиви нравилась Леона. В отрыве от ситуации, девочка ей нравилась - к ней хотелось подобраться поближе. Подразнить, научить чему-нибудь может. Спорить и смущать. Как у нее глаза полыхают, когда она злится!

Но вот только у мисс Фламмен и без герцога жизнь сложится - уж в этом можно не сомневаться. Молода, богата, родовита, талантлива, хороша собой… Какой смысл ее жалеть? Да и не похожа она на наивную дурочку без характера, чтобы ее жалеть. А по мнению Фиви, жалости заслуживали только такие. Им и без нее жизнь отсыпет. Поэтому не было ни единой причины отказываться от своего шанса - возможно, единственного - на счастье.

Еще никогда в жизни мисс Ламбри не встречала таких мужчин, как герцог Сильбербоа. Он сочетал в себе необходимые для его положения ум и жесткость, но при этом вовсе не лишен был благородства. Он мог быть жестоким и расчетливым, когда дело касалось работы, но был очень заботлив, нежен и даже несколько доверчив с близкими. По-настоящему заботился о тех, кого почитал своими. И хотя он производил впечатление человека прямого и порой даже несколько приземленного и костного, Фиви прекрасно знала, насколько это обманчивое впечатление, как легко он умеет менять поведение, когда меняются обстоятельства. Просто сама его суть при этом не менялась. Он был гибким, но не изворотливым. В нем были по-настоящему светлые, чистые стороны, но он вовсе не был слезливым слабохарактерным простачком, которые не могут защитить себя и близких.

И он по-настоящему о ней заботился. И абсолютно ничего не требовал и даже не ждал взамен. И вот такое отношение… Фиви сложно было его переоценить. И она не была уверена, что во всем мире найдется еще человек, который бы так к ней относился. И если надо, она его оплетет и руками, и ногами - но не отпустит.