Пламенем горит Зима

Легенда об исчезновении времён года

Легенд много ходит в последнее время, но эту все давно уж забыли...

"Пятеро сезонов миром заправляли.

Всё благоухало и цвело под их началом.

Тут вдруг кровь пролита! Света не видать!

Пятое начало сгинуло под стать!..

Четверо сезонов, вмиг объединившись,

Стали жизнь на землю

Тихонько возвращать.

Хоть всё раскололось, хоть и помрачнело,

Осень, зима, лето с весной стеной стоят!

Винили друг друга народы,

Ругались господа,

Никуда не делись упрёки... Никуда…", - где-то вдали послышался безжизненный голос ребенка, он кажется до ужаса знакомым.

Чего только не повидал этот свет, но давным-давно все же была надежда…

Стремительно загрязнялись моря и океаны, и вся земля отвергала жизнь. Воздух отравлялся, звуки исчезали, тихо уходили жизни в историю. Мутировали звери и растения. Постепенно мутации дошли до людей. Чтобы выжить, использовали любую возможность.

Так появился первый автономный город с огромным куполом над ним. Поступающий кислород фильтровали, гоняя его по трубопроводным системам, а после запускали внутрь. Люди пробирались к этому чуду в надежде спастись...

Беженцев было куда больше рассчитанного количества. С этой проблемой инженеры отправлялись к крупным уездам, власти начинали массовое строительство. Купола возводились с невероятной скоростью, но не все жизни удавалось спасти. По всему земному шару появлялись города-волдыри, небо темнело и становилось кислотно-оранжевым. Казалось, время останавливалось. В конце концов, времена года исчезли, все замерло и наступило "Великое затишье"...

Глава 1 Кварцевание

Тело его дрожало, а сердце бешено стучало. Тёмная повязка прикрывала глаза, но он всё равно пытался хоть что-то разглядеть сквозь неё. Никаких воспоминаний, только белый шум и звон. Тяжёлое прерывистое дыхание эхом отдавалось в ушах. Жизни ничего не угрожает, но холод и страх сковывал движения.

В голове голос мальчика повторял слишком взрослую для его лет фразу: "Винили друг друга народы, ругались господа, никуда не делись упрёки... Никуда".

Юноша лежит, упёршись о стену плечом, рука сжимает простыню, ноги сводит судорогой от напряжения. Казалось, в осознанное состояние пришел он только сейчас, до этого только пустота...

Вдруг громкий скрип двери прервал тишину. Шаги приближаются, теперь этот кто-то стоит прямо напротив него. Сердце набирает обороты, ощущение, что всем в этом месте слышен этот стук.

Незнакомец аккуратно стаскивает с его глаз ограничивающий предмет, параллельно шепотом зовя, как будто стараясь не спугнуть:

- Ши Юй.

Резко появившийся свет слепит, Ши Юй сильно жмурится, а рука прикрывает глаза. Ему хочется быстрее разглядеть незнакомца, но сфокусироваться не получается.

Привыкнув к освещению, он, наконец, может видеть. Перед ним стоит длинноволосый азиат, с виду японец двадцати лет, совершенно не знакомое лицо... Кого он хотел видеть вместо него?

Японец неподвижно ждёт, пока тот придёт в себя. Его лицо не выражает эмоций, длинная ровная челка закрывает взгляд, но рука нервно подрагивает.

В воздухе повисло ожидание.

- Сейчас я отстегну тебя от подачи энергии, будет неприятно, потерпи немного.

Ши Юй кивнул, внимательно рассматривая незнакомца. Пока этот человек снимал с его плеча порт-систему, А-Юй разглядывал пропуск, свисающий с шеи японца.

"ЦАПКи" - красовалось на карте-пропуске заглавными буквами, чуть ниже имя, Альтаир Хиганбана – странное, конечно. "Альтаир" - белая звезда, а "Хиганбана"- паучья лилия, или Ликорис лучистый, красный цветок, произраставший на японских островах.

Внезапно боль пронзила плечо, порт отделился от тела. Тут же стерильная повязка была приложена к, начинающему кровоточить, месту прокола. Холодная перчатка коснулась кожи Ши Юя, озноб прошёл несколько кругов по телу, прежде чем японец заговорил:

- Скоро ты сам всё узнаешь, так что перестань пытать меня взглядом! Держи повязку, - он будто специально дёрнул чуть сильнее иглу, чтоб тот отвлекся.

Хиганбана повернулся спиной, относя все снятое на столик у противоположной стены. На нем была кадетская форма, поверх нее медицинский халат. На рукаве халата повторялась аббревиатура с бейджа на шее "ЦАПКи", но рядом более маленькими буквами расшифровка "Центр аналитики процессов кровообмена, институт". Черные прямые волосы собраны в низкий хвост до поясницы. Этот человек не медработник, но все говорит об обратном!

Постоянный шум отступал, пришло ясное сознание, Ши Юй понял: препарат, который ему вводили, сдерживал его здесь. Что это за центр, и почему он здесь содержался?

Японец помог встать. Взял его за руки, чтоб тот не упал, вёл куда-то вперёд. На своих руках он заметил только зажившие следы от оков и странные полосы с небольшими завитками под кожей, похожие на вены странной формы.

Выходя из комнаты, Юй оглянулся:

- Я не знаю, зачем меня здесь держали, но сюда больше не вернусь! - никто не мог услышать его мысли, и никто не сможет его остановить!

Глава 2 Свеча горела на столе

- Что-то случилось, через столько лет я вновь его чувствую, - произнес взрослый мужской голос.

Мужчина задул свечу в комнате, встал и ушёл... Копоть от свечи заполняла пространство, выкуривая всё, что там обитало.

Тёмные коридоры освещались тусклыми кварцевыми лампами, очень сильно пахло озоном. Двери, которые просто так не открыть, заполняли все пространство, никаких звуков кроме их шагов не было слышно. Никто кроме них по коридорам не проходил. Жутко...

Поворот, за ним ещё один, и пейзаж сменился. Перед Ши Юем и Хиганбаной появилась длинная лестница. Проход был узкий, только один человек мог пройти. Стены окрашены на полтора метра трескающейся зеленой краской, как в советской хрущёвке, потолочная штукатурка осыпалась на пол. Японец жестом указал А-Юю идти вперёд, тот без слов начал подъём, Хиганбана пошёл следом.

Пролет за пролётом Ши Юй следил за цифрами на стенах: минус сорок два, минус тридцать семь, минус, снова минус... С каждой ступенью голова всё больше кружилась и тяжелела, ноги не слушались. Вероятно, он очень давно находился здесь, находился в одном положении, положении лёжа...

Больше не в силах идти, Юй упёрся всем весом о стену. Неровно дыша, он произнёс:

- Фх... Х... Лифта тут нет, я полагаю. Фх..., - одышка становилась тяжелее.

- Ещё три этажа вверх, и можем сесть на грузовой, - послышался сзади ответ.

Подниматься трудно, давление под землёй совершенно не такое, как на поверхности - это как погружаться под воду... Резко всплывешь, и давление разорвёт все артерии.

Эти три пролета давались ему с трудом, на его фоне Хиганбана смотрелся спортсменом, что не удивительно. Кадетская форма, что-то да значила... Хотя его тапки с милыми дельфинами очень озадачили Ши Юя, весь грозный вид портили! Оставшийся путь до лифта японец придерживал Юя.

Наконец показались металлические двери и первые люди. Хиганбана нажал на кнопку, лифт начал движение. Все были в белом, видимо настоящие медики, но было в каждом из них что-то инородное... У некоторых звериные уши, рога, хвосты или обернутые в пленку пернатые крылья, огромное количество глаз, кора вместо кожи и другие самые разнообразные мутации.

У каждого на форме виднелись знакомые "ЦАПК", но без буквы "и-институт". Видимо наш японец студент.

Приглядевшись, замечаешь ещё буквы: "x", "m" или обе вместе. Примечательно, что буква "m" была у только обычных с виду людей, а две других аббревиатуры у мутировавших...

Скрежет из шахты лифта становился громче, звон указывал о его приезде. Двери с грохотом раздвинулись, Хиганбана с Ши Юем вошли, так же, вместе с ними проследовали ещё несколько работников. Внутри они стояли поодаль от остальных, хотя нет, все остальные будто боялись подойти. Два молодых врача о чём-то начали шептаться, поглядывая на Ши Юя, но их прервал кашель медсестры и ее пристальный взор.

Краем глаза А-Юй заметил свое отражение, большое зеркало было все в трещинах, в самом лифте запах стоял не из приятных. Он стал разглядывать себя. Прямо в глаза ему смотрел совершенно незнакомый азиат китайской национальности, и повторял каждое его движение.

Чёрные лохматые волосы до лопаток, такие же чёрные раскосые глаза. Пушистые длинные уши, как у какого-то зверя, выделялись так точно. На нём была зелёная в крапинку больничная роба и короткие штаны. Отражение искажалось из-за трещин, на спине виднелись маленькие тёмные крылышки, а из-под робы выглядывали два черных хвоста...

Что это за чудище?!? Из всех ранее виданных, он - точно самый страшный. Но перешёптывания врачей явно были не о его внешности, они смотрели не на него самого, а на вышивку у кармана.

Опять эти буквы "xm" и красный восклицательный знак, обрамлённый в треугольник. Когда выберусь отсюда, выясню, что все это значит!

Лифт поднимался бесконечно медленно, поскрипывая и подрагивая. Двери открылись на минус третьем этаже, и все медработники вышли, остались только один на один Ши Юй и Хиганбана, они едут дальше. Свобода все ближе!

Свеча вновь зажжена...

Конец 2 главы, продолжение следует...

Глава 3 Ожидание в алой комнате

Зал ожидания тёмен, но по богатому отделан, работает на контрастах с больничными коридорами! Ши Юй, разглядывая картину, подмечает некоторые детали: не смотря на то, что это холл, в нем нет ни одного окна, хотя под землёй они уже не находились. Помещение было небольшим с невысокими потолками, как и везде, где был А-Юй. Это что, модно? Стены облачены тёмно-бордовыми обоями с золотыми узорами, а на полу постелен красный ковер. Альтаир Хиганбана сидел рядом с массивной дубовой дверью на вельветовом кресле в атласную полоску, в закрытой позе. Скрещённые руки на груди и мотание ногой выражали беспокойство и тревогу. Рядом с креслом тумба, а на ней лампа с абажуром, что тепло освещала этот участок, делая его более дружелюбным. С тумбы аккуратно сползала ажурная салфетка и четки.

- Примерно три часа осознанно существую и ни разу не видел солнечного света, сейчас разве ночь? - пробубнил Юй, японец того не услышал.

Вновь вернувшись взглядом к картине, он начал внимательнее ее осматривать: она была достаточно большого размера для этого помещения, а тяжёлая рама добавляла ей прилично сантиметров. Тёмные краски и идентичный помещению антураж... Та же лампа, та же тумба и кресло, даже четки с салфеткой, а главное рама с самой картиной. Картина внутри картины и так до бесконечности... Отличались лишь цветовая гамма, она была жёлтой, а не красной, и предметы на полу. На картине в картине, кажется, был изображён сидящий в кресле Хиганбана!

По телу пошли мурашки. Ши Юй поспешил присесть на ручку кресла поближе к Хиганбане. По близости никого не было, источник света один. Темный коридор со скрипящим полом был единственным вариантом сбежать. Именно по нему они и проходили, чтобы попасть сюда. Бездонная темнота притягивала и пугала, где-то там скрипнула дверь и послышались шаги...

Звук приближался, мужские туфли глухо цокали по мягкому ковру. Бум... Бум... Темнота уже смотрела в ответ. Свет добрался до обладателя звонких туфель и открыл нам его лицо.

Из коридора вышел ничего такой шатен лет тридцати в коричневом костюме, красноватых туфлях и длинном плаще. На плечах виднелись погоны со звёздами... Ничего себе... На его лице выделялись широкие лохматые брови и прямоугольные красные очки. Так же две пары ушей, приметил Юй. Одни человеческие, а другие маленькие коричневые – звериные, прямо на его макушке.

Хиганбана резко локтем пинает рядом сидящего. Ши Юй оборачивается на японца, но тот на него даже не смотрит. Повернув голову обратно, он заметил, что приближающийся тоже рассматривает его. Он изучает, что-то сопоставляет... Мельком взглянув Юю в глаза, точки сходятся. В голове пронеслась мысль:

- Я его знаю, просто не помню.

Мужчина в погонах с несменным выражением лица входит в единственную дверь в холле и за собой закрывает ее.

Дрожь проходит по спине. Почему он кажется таким знакомым, будто он важный человек в моей жизни? Если мы, и правда, знаем друг друга, почему он не подал виду?! Что-то с этим местом явно не так...

Конец 3 главы, продолжение следует...

Глава 4 Дама с синими тенями и невыносимым взглядом

Поднимаясь все выше, заметными становятся не только странные мутации, а то сколько разных национальностей собралось здесь. Народы от Южной Америки до Дальнего Востока практически на каждом шагу. Хотя Хиганбана в основном водит по малолюдным местам...

Ожидание становится невыносимым, терпение понемногу заканчивается... Все здесь идёт своим чередом, спешки не наблюдается...

Резкий гул вдруг слышен из вентиляции, сильный сквозняк врывается в помещение. Все в той же больничной пижаме Юй начинает замерзать. Шмыгая носом, сжимаясь все сильнее, ни о чем другом не думаешь.

Японец встаёт, снимает медицинский халат и кладёт на плечи замерзающему. Подходя к двери, он остановился, рука сжата в кулак. Стука не последовало. Без лишних движений Хиганбана вошёл.

Не до конца прикрытая дверь пропускала яркий свет в коридор. За дверью начался разговор, переходящий на повышенные тона. Больше кричала женщина. Не скрывая своего любопытства, Ши Юй присев, приблизился к щели поближе.

Голоса стали понятнее, Юй смог различить ровный тон Хиганбаны, грозные упрёки в его сторону от женщины. По голосу даме прилично за сорок. Кроме них двоих больше никого в помещении не было. А где же мужчина в звонких туфлях, зашедший ранее?

Через щель никого видно не было, только голоса доносились до его ушей. Закрыв глаза Ши Юй прислушался:

-Молодой человек я здесь одна! Документы, знаете ли, подготовить в срок трудновато в моём положении! Знала ли я, что эта беда упадет мне на голову?

-Вас должны были уведомить, что мы уже начали пробуждение! - защищался японец.

Дама нервно фыркнула.

- Мне сообщили только то, что вы, молодой человек, никого не предупредив, заявились в триста восьмую камеру лаборатории во время кварцевания помещения! И вывели образец без сопровождающих!

- Но разве не предупредили?

Стоп! Что за лаборатория, что за образец? Глаза Юя забегали, холодный пот выступил на коже.

- Раньше назначенного срока! Да ещё и во время кварцевания... Сами отсоединили порт от тела и привели его сюда! Вы ещё не уполномоченный сотрудник, всего-лишь стажёр. Вас ждёт строгое наказание от совета, ожидайте в течение недели.

Внезапно в кабинете зацокали знакомые шаги. Это дяденька в звонких туфлях! Не успев отодвинуться, по носу Юя прилетела оплеуха от открывающейся двери.

-Ой! - вскрикнул А-Юй, упав на пол и схватившись за ушибленное место.

Мужчина ничего не сказал, лишь холодно оглядел парня и, не отводя глаз, закрыл за собой дверь.

От его мрачного вида любой упадет в ступор, Юй тем более не исключение! Тут мужчина протягивает руку, но быстро отдергивает. Хотел ли он помочь?

- ВХОДИТЕ! - противный крик женщины раздаётся из-за двери.

Прыжком поднявшись на ноги и провожая взглядом уходящего в темноту мужчину, Юй проворачивает золотую ручку и входит. Светлое помещение с маленьким окошком под потолком выглядит куда приятнее всего прочего. Немного расслабившись, он разглядывает пышную даму с яркими синими тенями, красной помадой и родинкой под носом.

- Хиганбана ты, что отдал этому свой халат!? - ни здравствуйте, ни до свидания, завопила женщина.

- Проветривание помещений включилось, сквозняк был сильный! А он в лёгком, быстро себе что-нибудь застудит.

- Ладно. Ближе к делу... Вот документы: паспорт, страховой полис, медкарта, студенческий билет. Смотри, не потеряй! - женщина наклонилась под стол, пытаясь что-то найти.

- Форма, кх-х! - прокряхтела дама, вываливая стопку кадетской амуниции на стол. Она была такой же как у Хиганбаны.

Переведя взгляд на японца, Юй увидел на его пиджаке такие же погоны, как у мужчины в звонких туфлях. Только вместо звёзд, было что-то иное... Сам погон синий, как и форма, по краям красные полосы ближе к краю две жёлтые заглавные буквы "КК"- кадетский корпус.

-Я, что тоже...?

Сделав деловую мину, дама начала:

- Юноша, у нас такие времена, никто без дела не сидит. Либо учись, либо, если хочешь, могу и на фабрику отправить! Молодежь сейчас вся в кадетских корпусах учится, долг Родине отдает.

Всё ясно: будут вертеть мной, как захотят! Что ж, даже не плохо, буду ближе к Хиганбане, может, что и узнаю...

Конец 4 главы, продолжение следует...

Глава 5 Подземка

Через некоторое время Хиганбана и А-Юй находились в служебной раздевалке. Там Юй сразу переоделся в выданную форму, а японец сменил веселые тапочки на начищенные кирзовые сапоги.

Ши Юй попытался как можно аккуратнее сложить халат Хиганбаны, но получилось, что получилось... Неловким жестом он протянул его законному владельцу:

- Спасибо, - уверенно произнес Юй. Он был значительно ниже японца, так что выглядело всё комично.

Постоянно спокойное выражение на лице японца сменилось улыбкой до ушей, что не казалась искренней, а отдавала жутью. Теперь дамочка казалась куда лицеприятнее, чем этот "спаситель".

- Оставь всё то, в чем ты был здесь, персонал потом утилизирует.

Утилизирует. Значит, никаких следов не останется, он так и не сможет узнать, что обозначают знаки на робе.

Произнесено это было с все той же "улыбочкой"... Ши Юй ещё не знал, как скоро она ему надоест, перестанет быть жуткой, но останется такой же не настоящей.

Вновь спустившись на минусовые этажи, пространство расширилось, железные коридоры с трубами повсюду преследовали, указывали путь. Где-то трубы выпускали пар под потолком, кипели и шипели. Этот город - огромный организм, невероятных размеров; дом со своими спецслужбами, котельными и вентиляционными системами.

Вспоминая кабинет той дамы с синими тенями, помнится, там было маленькое окошко, из которого пробивался дневной свет. Вид открывался на раскалённое небо, а они находились под прозрачным куполом. Позже Юй надеется поближе разглядеть все эти чуда строительной мысли.

Наконец, путь преградила металлическая герметичная дверь с круглым задвижным механизмом. Над ней красная табличка с белыми буквами: «Выход к подземной железной дороге».

Японец прокручивает круглый механизм, и герметичная дверь легко поддаётся. После того как они прошли, дверь сама закрывается, прокручивая колесо самостоятельно. Вдали гудит поезд, в тоннеле становится светлее, прожекторы приближаются. Это был обыкновенный туннель метро, они проходили по небольшому выступу: снизу были рельсы под напряжением, о чем указывали многочисленные таблички на стенах. Юй уже понял, если нельзя идти по земле, все связано под ней. Поезд проносится мимо них, от этого звука закладывает уши.

На форме А-Юя были прорези для крыльев, так что ветер легко попадал под одежду и щекотал спину. Хиганбана ускорил шаг, постепенно разгоняясь. Они больше не шли, а бежали за поездом, впереди прорывался свет станции, слышен скрип тормозов. Вагоны остановились.

Выйдя на перрон, японец схватил за руку Юя, и они оба ввалились в открытые двери вагона. Сразу за ними начали проходить другие люди.

Громкоговоритель объявил: «Осторожно, двери закрываются. Далее состав следует без остановок до станции «Автономно-промышленный купол, Гектар».

Ранее в кабинете дамы с синими тенями:

- Альтаир, он будет учиться с тобой в корпусе, его зачислили в группу СКГ: АКК-1. Ты уже на третьем курсе, так что покажешь этому «регенеру» ваше кадетское училище. Путь знаешь, провожать не буду, ступайте!

Развернувшись к двери, японец открывает её, но голос дамы останавливает их.

- А, ой! Постой, постой! - внезапно прикрикивает женщина, - Забыла! Вот, Альтаир, держи, -протягивает конверт А4 формата с сургучной печатью в руки Хиганбаны. Жестом приглашает поближе и что-то шепчет. Послание не предназначалось Ши Юю, но слух у него отменный:

- Это передай лично в руки куратору группы первого курса, вас никто не должен видеть вместе!

Хиганбана посмотрел ей в глаза и кивнул.

Женщина раскинулась на спинке черного офисного кресла, провожая этих двух взглядом.

Конец 5 главы, продолжение следует...

Глава 6 Окна, ложная свобода

Заняв места в вагоне, Юй достает документы из папки, которую ему вручили. Паспорт первое, что он проверил. Цинь Ши Юй, пол мужской, 18 лет, место рождения Первый автономный купол Лин Тай. Что из этого правда, ему ещё предстояло узнать. Фото... Когда они сделали это фото? Ничего не помню, но это точно я.

Медицинская карта была куда интереснее! Прикреплен к медицинскому центру "ЦАПК", модификация пройдена в возрасте 10-и лет, успешно; модификация - "x" химера(!).

Подозрительное несовпадение, на больничной робе было две буквы "xm", а у подола красным вышита бесконечность. Ну, про восклицательный знак хоть не забыли. Он собрал все обратно в папку, ведь в глазах все начало расплываться.

Усталость от постоянной ходьбы не заставила себя долго ждать. Ши Юй склонил голову на грудь и быстро заснул.

Старый ржавый состав разгонялся, вдоль и поперёк он весь скрипел. Можно было услышать, как звенят винтики с болтиками. Никто в вагоне не разговаривал, только кашель иногда разбавлял монотонные скольжения и побрякивания вагона.

Хиганбана все время наблюдал за часами на чёрной панели над дверьми. На ней вся информация давалась зелёными светодиодами, в целом, всё в этих подземельях имело такой оттенок. Девятнадцать пятьдесят два - показывали они, когда из динамиков раздалось:

«Осторожно, двери открываются! Станция «Восточный вокзал Автономно-промышленого купола, Гектар»

Примерно час он добирался сюда... Сквозь сон Ши Юй услышал объявление о следующей станции: «Западный вокзал Автономно-промышленого купола, Гектар». Через некоторое время следующее: "Кадетский автономный купол №9"

- Кадетский, - подпрыгнул Юй, - Наш что ли?

Японец усадил его на место.

-Нет. Наш следующий: двадцать седьмой, - улыбка так и не сходила с его лица.

«Двери закрываются! Следующая станция: «Кадетский автономный купол №27».

Ши Юй с Хиганбаной встали, держась за металлические поручни, их сильно шатало из стороны в сторону. К дверям подходило много людей в такой же форме и такими же погонами, как у Хиганбаны и Юя. Сразу видно, кадетский купол!

Все время Ши Юй следовал за Хиганбаной как за мамой уткой, поворот за поворотом, подъемы и спуски. Приблизительно через полчаса таких путешествий они поднимаются по бетонной лестнице, минус первый, нулевой и так до четвёртого этажа. С первого этажа на лестничных пролетах появились окна, но было темно, ничего не разглядеть. Юй заметил, что его очень радовало наличие окон, необычное желание. Увидеть какие-то окна, казалось бы, что такого...

Коридоры были пусты, аудитории заперты. Хиганбана постоянно смотрел на листок с нужным кабинетом, но почерк был слишком непонятным. Дёргая за ручку то одну дверь то другую, улыбка потихоньку сползала. Вдруг одна дверь, наконец, открылась, и физиономия японца приняла привычный улыбающийся вид.

Они вошли, в кабинете сидела миловидная женщина в круглых очках. Ранее высокий хвост сполз на бок и выглядел не опрятно, на столе стояла кружка с недопитым кофе. Она возилась с кучей бумаг, периодически что-то сверяя. Не заметив мальчиков, она продолжала писать.

- Не сходится! Количество студентов не сходится! - переведя взгляд на дверь, она заметила двоих кадетов.

- Здравствуйте! Вы Мария Сергеевна, куратор первокурсников? - начал Хиганбана.

- Да!? А что такое?

- Я от ЦАПКов, привёл студента, переводится в Вашу группу. Вот документ, - он положил конверт с печатью на стол.

- А разве этим не совет занимается?

- Да, так просто получилось... Не обессудьте!

- Ладно, а ты сам кем будешь? - подозрительно произнесла Мария Сергеевна.

- Студент третьего курса СКГАКК двадцать семь, Альтаир Хиганбана.

- А так ты наш! Всё ясно. Слышала, у третьекурсников места в комнатах освободились. Сам живёшь?

- Так точно!

- Прекрасно, значит, подселим его к тебе.

Хиганбана никак не отреагировал, как будто что-то знал.

Женщина вскрыла конверт, достала бумаги и тут же сменилась в лице. Грозно посмотрела на Ши Юя и обратно впечаталась взглядом в лист. Поднесла руку ко лбу и произнесла:

-М-да, уж! За что мне такой груз на душу. Цинь Ши Юй завтра в восемь утра общий сбор, вместе с Хиганбаной тогда пойдете. Держи своё расписание, а вот жилет первокурсника, я тебе выдам уже завтра. Учебный год почти закончился, так что поднажми!

- Хорошо, спасибо! - ответил А-Юй.

Новые жилеты бежево-серого цвета с зелёными вставками лежали рядом со столом на табурете. Странно, почему какой-нибудь из них ему не выдали.

- Идите, отдыхайте, уже поздно, - устало выпроваживала их Мария Сергеевна.

Недалеко от самого корпуса находился студгородок. Чтоб до него добраться, они вышли на улицу. Долгожданная свобода была ложью...

Перед ними раскрывалось звёздное небо, скрытое за большими прозрачными панелями. Купол... Он состоял из множества треугольников, соединённых между собой. Гул разносился по этому пространству, работа фильтров не прекращалась ни на секунду, все в этих городах к этому привыкли. Но не Ши Юй... Ему эти звуки были чужды.

Эмоции нахлынули большим комом, не справившись с ним, он остановился. Подняв голову вверх, смотря на звёзды, из глаз полились слезы.

Хиганба был уже далеко, когда заметил, что его спутник больше не шёл следом. На улицах не было ни души. В окнах не горел свет, только редкие жёлтые огоньки светились из окон кампуса. Обернувшись, Хиганбана окрикнул Ши Юя:

-Эй! Что случилось?

Вытерев рукавом следы слабости, Юй подбежал к японцу. Без слов тот всё понял. Глаза все ещё были красными и щипали от слез.

Хиганбана вынул из кармана серебристый диктофон и протянул А-Юю. С лица быстро слезла противная улыбка, сменившись встревоженным выражением. Обеспокоенно он положил трясущуюся руку на плечо Юя.

-Возьми! И, пожалуйста, пусть он всегда будет включен! Пожалуйста... Не повторяй своих же ошибок... Прошу тебя! - снял с себя беззаботную маску и вывалил всё японец.

Ши Юй понимал, он не помнит ничего. И чтоб этого не повторилось нужно все записывать. Диктофон как раз будет полезен. Но настораживало другое. Поведение Хиганбаны, он выглядел так, будто потерял кого-то родного. Они точно до сегодняшнего дня были знакомы... Но что-то произошло, и Юй оказался там, глубоко под землёй без единого воспоминания.

Гул становился громче, огни в окнах один за другим угасали.

Если к чему-то стремиться, то новый день обязан будет наступить!

Конец 6 главы, продолжение следует...