Пиши или умри

Глава 1: Униженные и оскорбленные

Кровь стекает по стеклу магазина библиотеки, а мы топтаемся у уголка керамической стены, будто бы ползаем по ней…

У меня руки затекли об этот сраный полуавтоматический дробовик М4 Benelli… Но своего «Судью» М4А1, уже не смогу списать.

Когда поднимаемся у эксалатора, над ухом слышу громкий рев, как отбойным молотком…

Я хватаюсь за ухо и выстреливаю туда куда послышался выстрел и тут же от отдачи роняю дробовик.

Слышу громкий визг и напуганную морду Джойса, который подстрелил вооруженного.

— Пошел! Пошел! Пошел! — Крикнул командир и мы тут же поскакали по эскалатору.

Плюнув на дробовик, я вскинул Glock 22c из кожаной кобуры и побежал рядом с ними, чувствуя как Джойс хлопает мне по плечу.

Кучка наркоманов забаррикадировалась, скинув на панорамные окна деревянные полки и отстреливалась через проделанные в них отверстия…

Щиты весом в 10кг держались, но когда слышался шум как лопается стекло в этих щитах, руки щитовика задрожали, а его закрепленный веревочкой пистолет повис на бедре.

Не могли сдвинуться, к тому же тяжело ранело нашего шерифа, что лежал рядом с магазином и никак не могли его подобрать…

Наконец послышался выстрел гранатомета за спиной Джойса… Стрелял наш командир и словно пушечное мясо, погнал нас штурмовать.

Ответный огонь через щиты превратили шкафы в щепки, а мы с ноги их выбивая полезли в окно с такими воплями, словно забыли, что надо кричать: «Руки вверх!»…

Забежав, а точнее перелезая через разбитую витрину, едва штанину не порвав, я…

Даже не сообразил, чуть пулю не словил, пока не расстрелял в подозреваемого всю обойму.

В белой майке и черной разгрузке с противогазом, так я запомнил его и побежал мимо полок…

Словно перебегая дорогу, я перебегал белые деревянные стеллажи с классической литературой… Глядел налево и направо, пока за спиной словно в самой заднице этого магазина было слышен ор…

— ПОЛИЦИЯ НЬЮ-КЛАУДА! РУКИ ПОКАЗА-!..

И снова адский раскат грома, пока этот гром не загремел в моих руках, увидев парня в точно таком же противогазе, с заженным факелом и складным ножом в другой руке, нес окровавленные в чужой крови ноги, прямо на меня.

Вспыхнувший факел рухнул вместе с этой массивной тушкой, держась за шею, которую я ему прострелил…

— Нож бросил! Бросил сука но-!!! — Не сознавая что говорю это чуваку в предсмертных конвульсиях, но увидев как он тянется окровавленной рукой за нож…

Я повторил очередь, пока не кончились патроны. Наушники в ушах не спасли и адский гул повторился, да так, что сжал зубы до треска.

— Оперцентр! Нападающий нейтрализован! — Быстро протараторил оперцентру, едва язык не свело.

— Оперцентр, группа… Что за херня у вас там происходит?! — Вмиг взорвался опер, но я уже не слышал…

К этому моменту даже затихли выстрелы, только крики пацанов и женский плач было слышно.

Руки у меня дрожали, как у дряхлого старика… Рука меняющая магазин скользила и вставить новую обойму я смог только с третьей попытки, едва вообще этот магазин не уронив на измазюканный кровью пол.

Вокруг воняло горелым… Даже не порохом от оружия, а от…

Недавно потухшего костра, прямо посреди магазина, который был разведен, будто бы, первобытным путем.

Горели книги…

И в частности — современные книги.

Очнулся я лишь на деревянном куске шкафа, когда старина Джойс пнул по носку моих кед.

— Отходим! — Крикнул он мне в звенящие уши и торал на месте так, словно он бык, который набирает разгон. — Приказ отходить, пока федералы не подключились!

Я не смог идти, икры сводило, а в глазах все что было ярким — стало очень ярким, во рту играл горький вкус, словно пил ржавую воду и мне страшно хотелось блевать…

Меня понес на руках Джойс, закинув руку через себя.

А куда делся дробовик — уже не знаю… Спишут его с моей зарплаты и хер с ним.

Может вылетел за борт эскалатора, а может…

Там и остался лежать на окровавленных ступеньках.

***

За день до вышеупомянутых событий…

2025 год. 17 Мая. Нью-клауд. 17:00.

Прошлой ночью я не спал, поэтому тыкал вилкой по дешевой лазаньи, что буквально пятнадцать минут назад разогрел в микроволновке и втыкал в стол.

— Дерьмо…

Единственное что вырвалось из моих уст. До лазаньи ел шоколадный бисквит со вкусом кокоса и ананаса…

Сахарная кома от одного только запаха. Ничего противнее в жизни не ел. До сих-пор этот скрежет на зубах… Руки коротко задрожали, но мигом отпустило.

Поужинав, я прошел… в одну единственную комнату в своей однокомнатной халупе и свалился на матрас, пропитавшийся моим потом и лосьоном от которого матрас натурально пожелтел.

Сделав пару вдохов в подушку, я улыбнулся, предвкушая завтра сходить выпить пива в пабе…

Но тут же на тумбочке затрезвонил телефон, почти запрыгал по деревяшке. Не отлипая лицой в подушку, я потянулся за телефоном и ответил, даже не глянув кто звонил.

— Ммм…Алло?..

— Элли, это Джойс, нас тут пацанов трое и четыре ящика пива, гуляем всю ночь, ты с нами?!.. — Растороторила эта мордашка Джойс и замолчал, но на фоне было слышно как стеклянные бутылки стучали друг об друга в ящике и пакетах.

Я промычал в подушку, почесал волосы и перевернулся на спину.

— Дай мне пятнадцать минут…

— Красава, жду! — Крикнул в ответ и сбросил трубку.

Подрываюсь с кровати, натягивая курику М65, едва засунув руки в рукава…

Размер маленький уже, а выбрасывать жалко…

Точно также как и стаканчики из под колы на столе, десяток пустых бутылок пива, от которого начинает вонять этот притон.

Вспомнилось мне даже на секунду, как жил до этого с матерью и отцом.

Белье чистое, кровать не воняет, еда приготовленная, а не погретая…

Увы для новой службы пришлось приехать сюда. Без материнской помощи в бытовухе мне страшно даже стиральную машину включить.

Нагибаюсь над сенсором, а там как на пульте управления у пилотов.

По крайней мере, когда был пьян, мне так казалось.

Да что уж там… От одного только «Хлопок 40 градусов и синтетика 30 градусов»… Я вообще теперь одежду стираю в раковине.

Зато чист… Относительно.

***

Два дня спустя.

Сидя на лавочке в темноте проектора, чувствовал, как в лицо дует кондиционер, а командир стоит напротив десяти операторов.Жаргонная фраза — опера (оперативник).

Тишина была гробовой, максимум что было слышно, так это стон похмельного Джойса и резкое журчание старого аппарата с кофе, от которого у крайнего лысого оператора два инфаркта случились, если бы не командир со своим громким «Сидеть!!!», то он бы уже подпрыгивал каждый раз, когда та вода журчит.

Наконец-то зашел кадет с левой двери, ослепляя светом заката и принес стопку бумаг, протянул командиру, отдал виска и буквально пропал отсюда за дверью.

— Итак, господа. — Начал шеф и все как один нагнулись, вслушиваясь. — Сегодня дел по горло, но одно дело нужно сделать за 20 минут… Какая-то банда ворвалась в местный торговый центр, убила охранника у дверей и забаррикадировалась в книжном магазине «современные таланты и гении». Один из патрульных шерифов получил звонок от одной из заложниц, что спряталась в подсобке и выехал на вызов… Он ранен огнестрелом и поступил ордер на подкрепление виде вас… Ваша задача — нейтрализовать вооруженных, половина из них, по словам заложницы вооруженны горючим, факелами и ножами. От вас большего не требуется!.. Вопросы? Или есть что-то добавить?..

Как тут за моей спиной поднялся Джойс, который наконец пришел в себя, но по его морде с красными глазами, он был чуть ли не в соплю.

— А что это… За банда?..

Командир посмотрел, снял шляпу положив на стол рядом со стаканом кофе с виски.

— Самому бы знать, сержант!.. Оператор 911 просил описать, но телефон заложницы вышел из строя… Просто не думайте что они просто так дадутся вам живьем. И мы не гарантируем, что у них исключительно холодное оружие… У вас всех восемь минут на всё про всё!.. Оружие. Снаряжение… Антипохмелин, Джойс!

— Я не пьян, сэр…

— Тогда сделай что-нибудь с запахом! Иисус Мария, ты же офицер.

***

Сидя в раздевалке, тот лысый кадет фыркал у зеркала, а затем у красного знака «Курение в раздевалке запрещено!», затягиваясь электронной сигаретой.

Джойс успел похвастаться новым и несписанным автоматическим карабином HK416.

Легкий дым от вейпов и одноразовых курилок тянулся по всей раздевалке. Я забыв о мысли, дергал затвор M4 benelli, пока ко со спины не подошел командир, напугав своим тяжелым хрипящим дыханием.

— Чем занимаешься, Гост?!

Я вскачил с лавочки и отдал честь.

— Сэр, я… чищю ружье.

— Чистишь «малышку Холли»? — Ответил он с ухмылкой и бросив морщинистый взгляд на мой полуавтоматический дробовик. — Это хорошая пушка. Не потеряй, она тебе еще жизнь спасет.

— Т-т-так точно, сэр!..

Он низким ростом почти что мне в грудь дышал, но тыкнул большим указательным пальцем мне в грудь под бронеразгрузкой, заставив дернуться.

— У тебя что за прикид?! Ты зачем под разгрузку одел черную рубашку, как на похороны?..

— Сэр, это было единственное чистое, что было в моем гардеробе!..

— Ах это единственное! Сразу видно, что живешь в дерьме!.. — Залаял он на меня, но повернув полу-седой затылок на настенные часы, цокнул. — Выдвигаемся!

— Есть, сэр!!! — Крик хором прокатился по раздевалке и я даже забыл про то что капитан на меня накричал.

— Лопес! Еще раз увижу с сигаретой в форме члена, по стенке размажу!.. Сказано не курить!!! — Вдруг он перевел взгляд на того лысого оперативника, у которого от этого заявление глаза были, как два блестящих цента.

— Это электронная сигарета, сэр… — Намекнул ответом Лопес, но тут же взял под козырек, вернее под бронешлем. — Виноват, что поправил, сэр!

— Мне все равно!!! Выдвигаемся, кому сказал!

…

***

— Так почему же ты так переживаешь, Гост?..

Филипп Локенс. Передо мной сидел уважаемый среди нашего окружение психотерапевт Филипп Делано Локенс.

— Он был еще живой… — Шептал я опустив глаза на стол. — Он еще жив был!..

— Он на тебя напал, Гост… Ты имел право открыть огонь.

— А как это… Как это отразится потом?.. Как это отразится в будущем…

— Разделяй себя и свою работу. — Сказал он так, словно топором идеально точил балясы. — В том что ты дострелил — не виноват!.. Старайся игнорировать это и… Ты делал свою работу, повторяй.

— Я делал свою работу… — Прошептал я, стараясь нервно улыбнуться.

— Да. Ты — просто сделал то, что прописано в законе.

— Я сделал свою работу!..

— Правильно, Гост… Игнорируй любую страшную мысль и старайся есть получше…

— А как иначе… — Ответил я, облизав высохшие губы и выключил настольную лампу, которая беспрерывно жужалло на столе Фила. — Я готовить не умею.

— В ресторан сходи один раз…

— Может пропишешь мне что-нибудь.

— Хорошая попытка, Гост. — Сказал он и достав бумагу, что-то быстро врачебным почерком расписал. — Ты уже сидишь на одном препарате… Тебе нельзя свою жизнь искать в таблетках.

— Я делал свою работу, фух… — Сказал я дрожащими руками, дергая себя за волосы.

— Старайся думать об этом… Никаких нервов, понял?

— Да, сэр… Да.

***

Есть возможность — я бы уволился. Потому что если на первый рейд произошло со мной такое… То даже знать не хочу, что будет со мной потом.

Как сказал Филипп — я и сделал.

В одной лишь белой рубашке, что недавно снял с лучшей сушилки моей квартиры — телевизор… и старых лоферах, с которых в коридоре полторы минуты снимал паутину…

Заказал себе среднюю порцию фрикасе из куропатки, вместо вина попросил их самодельного пива.

Покуда готовили стряпню, я смотрел на то, как силуэты, то с зонтиками, то силуэты, что поменьше в дождевиках перебегали дорогу под свет фар автомобилей.

Как символично, что дождь пошел. Почти что всегда я бухал именно в такое время и в такую погоду...

Прошлый раз, был один забавный момент, когда с Джойсом и коллегами пошел по барам.

Богатая лотерея. Кучу бутылок пива под столом, холодненькие такие, что смакуешь и улыбаешься. Море дешевой закуски...

Когда мы играли в блэк-джек, пришел какой-то дядька, то и дело заводя с людьми у барной стойки очень "интересный" разговор.

Разговор я не слушал, да и пацаны, что рядом со мной играли тоже... То и дело "считали мне ребра", когда я завис на этом господине в изорванном пиджаке... А подошел только к двум, что у стойки стояли.

Официанту молодому, который писал что-то в блокнот, уж более активно, чем делал, когда меню приносил. И одному деду, который в бумагах тонул... И в пиве, который разлил прямо на бумаги.

Развернулся к этому господину, что доставал и официанта и его самого и...

Доходчиво объяснил почему мама этого мужчины в кремовом пиджаке - очень хорошая женщина.

Иначе говоря...

— Иди нахуй отсюда, сукина дитя! — Взревел тот дед.

Ходячий пиджак замер... Взгляд потупил, и к этому подошёл и менеджер.

Мы сидели за столом так, делая вид что не легавые. Просто наслаждались концертом, сдерживая смех придурков.

Пришёл этот менеджер, побросал пару невнятных фраз из-за внезапно включившегося на колонках джаза...

Поиграл саксофон и к этому моменту, рваный пиджак уже ушёл.

Хах... Рваный пиджак. До сих пор морда этого щетинистого, кучерявого шатена пидора мне запомнилась.

После той ночи, сколько мы пили, голова болела до сих пор, будто бы по вискам били краем кувалды.

Я слышу смех... Это смеялась дамочка у противоположного стола с каким-то зализанным пацаном моего возраста. Пили вино и ели какой-то салат с разбитым куриным яйцом поверху.

И лизались, будто бы мне назло.

У пацана видать никаких проблем нету...

Тебе же, сучонку, умывать руки от крови не нужно, да?..

Вы же в этом снобском ресторане не боитесь того, что в любую секунду взрывная растяжка сработает, когда в уборную идёте, да?..

Всем вам так хорошо. Всем вам так... Кайфово, даже не думая о том, что жрать завтра?

Просидел я там недолго...

Заплатил за фрикасе стоимостью как четверть моей зарплаты. Всю хлебную корзину сожрал им назло и комплимент от шеф-повара не пожалел.

Вкусно, но мало, даже для средней порции.

Но о вкусе и порциях я перестал думать, стоило лишь вернуться домой…

Я не спал, мысли об этом парне в противогазе и моей руке, спустившая спусковой крючок...

Не спал. Опять не спал, только и делая, что играл на приставке и пил недопитое пиво с пустых бутылок.

То смеялся, а потом полукругом у кровати, почесывая голову и шепча домашним рецептом.

— Это было частью моей работы… Это было частью моей работы… Он мог меня убить.

Но чем дальше я начал крутить в голове, тем сильнее дрожал голос.

Я сделал два глубоких вдоха, руки задрожали, в горле будто бы артерии опухли становясь комом… Слезы разожгли щёки, размазывая их чистыми рукавами расстегнутой рубашки и

заплакал еще раз…

Теперь опять мучиться над раковиной и куском скользкого мыла.

Достав из холодильника последнюю бутылку на этот раз лимонада, я засунул его между бедер, чувствуя приятный холод… а потом почувствовал как он начал обжигать от растирания и вытащив, сделал два глотка.

И потом начал резаться в игры, удалив шутеры и оставив только казуалку…

Больше мне не позвонили.

Не Джойс, да вообще никто.

***

Проснувшись утром на диване, я упал в обморок в душе.

Даже не понял что произошло, купался в горячей воде, почти что в кипятке, потому что холодная вода не сработала…

В глаза ударили сотни черных точки, а при каждом моргании чувствовал как начинает звенеть в ушах.

Зацепился за трубку душа и сел на зад. Купался сидя, сделав пару капель специфичного запаха шампуня.

Я по прежнему вонял, но уже не так сильно. Открыл окно и…

Сработал будильник, заставив меня дрогнуть.

Зубы заскрежетали, а в висках снова забилась кровь…

Я схватил первую попавшуюся бутылку и швырнул с грохотом в будильник, разбив и его вдребезги и бутылку.

— Затрахал!!! — Послышался мой крик в стену и он отрезонировал так, что я в себя на секунду пришёл, поняв что нахожусь дома...