Пирия : Путь Феликса

Глава 1 Начало

Феликс стоял на краю леса, вглядываясь в свою самую любимую накидку, которая была уже изрядно поношенной, с небольшими дырами и пятнами от долгих странствий, но оставалась его единственным защитником от непогоды. прическа из рыжих волос казалась огнем в сумерках, а изумрудные глаза блестели жадностью к жизни и тайнам мира. В свой огрубевших руках он держал кошель с небольшими монетами и кинжал, который он получил в наследство от своего отца.

феликс родился в маленьком селении Манорвен (граница святого престола Якова). Воспитанный без матери, отец, кузнец, научил его ремеслу, рассказывая о доблести и чести. Но шли темные времена: в село пришли набеги, и война поглотила их небольшой мирок. Огни поразграбленных домов, преграда перед мечами и пустота в усталых глазах отца — это стало последними воспоминаниями Феликса о его доме.

С тех пор он странствовал, скитался от одного поселения к другому, работая то кузнецом, то помощником торговца, то просто подрабатывая у местных хозяев. В этот вечер он ковылял по извилистой лесной тропинке. День клонился к вечеру, и он, уставший и голодный, увидел вдали силуэт старого храма. Величественное строение с облупившимися стенами и мшистыми ступенями стояло посреди густого леса, словно забытое время и теми, кто его воздвиг.

Он быстро принял решение войти внутрь, надеясь на приют и немного покоя. Внутри царили сумерки, и первый же вдох принес ощущение спокойствия и благоговения. В старых стенах витал дух старины, словно время тут остановилось.

— Кто здесь? — голос старого монаха прозвучал сквозь тьму, словно из другого мира.

— Это я… просто странник, — ответил Феликс

Монах был древним, с бородой до пояса и морщинистыми руками, напоминающими корни давно засыхшего дерева. Однако глаза его горели необычайной живостью и мудростью.

— Добро пожаловать, странник. Оставайся, если хочешь. Здесь всегда рады путникам, ищущим ответы, — сказал он теплым голосом.

Маленькая комната монаха, где Феликс решил задержаться, была пропитана ароматом ладана. По углам стояли древние реликвии, а полки ломились от старых фолиантов и свитков. Историй здесь было больше, чем мог вместить его разум, и Феликс был заворажен всем этим богатством.

Старый монах стал его наперсником, рассказывая о странных и завораживающих вещах. Однажды ночью, у очага, где потрескивали поленья, он начал свою самую захватывающую историю.

— Есть легенда о мистическом совете, — начал старик, сдвигая поближе чашку с травяным настоем. — Культ поклонников Мерунеса Дагона.

Глаза Феликса блестели от интереса.

— Мерунес Дагон — древний демонический принц разрушения и перемен. Этот культ убил императора Пирии и его наследников, почти открыв врата в Нирн, наш мир… — продолжил монах, его голос становился все тише и громче, словно волна.

— Но как их остановили? — спросил Феликс. Он чувствовал, как его сердце стало биться быстрее, будто предчувствие чего-то важного и неведомого захватило его.

— Это была… великая битва, — прошептал монах, лицо его неожиданно побледнело. — Они были… почти непобедимы. И вот, когда казалось… всё потеряно…

Старик вдруг замолк. Его лицо исказилось болью, он схватился за грудь, словно его пронзила невидимая стрела. Феликс бросился к нему, но монах рухнул наземь, его дыхание прекратилось.

— Нет! Старик, подожди! Что случилось дальше? — крикнул Феликс, тряся его безжизненное тело.

Но в ответ была только тишина. В глазах монаха замерла небесная бездна, которой уже не суждено было видеть эту землю. Из последних сил старик протянул руку и указал пальцем на шкатулку на столе. Шкатулка обжигала ладони холодом, как будто сама природа противилась прикасаться к её тайнам. Сердце Феликса колотилось сильнее, когда он посмотрел на мертвого монаха — его лицо искаженное страхом и муками. Монах, жестом указать на шкатулку, прежде чем жизнь его угасла. Феликс осторожно приоткрыл крышку, и тусклый свет осветил древние предметы внутри. Части оружия — рукоять кинжала , казалась, была наполнена не одной лишь историей, но и, возможно, магией. К ней прилагался клочок ткани с загадочным изображением солнца — символ, который, казалось, сам по себе испускал свет. Не понимая всей важности находки, Феликс аккуратно положил их к себе в сумку. Он закрыл шкатулку, словно заключил в ней все тревоги этого места, и осторожно похоронил монаха возле одного из старых дубов поблизости. Горстка земли, рухнувшая на тело, заглушила последнее эхо древних молитв, как будто храм сам шептал слова утешения.

Внутри храма было темно и угрюмо. Каменные стены скрывали от времени целые эпохи, каждая трещина могла бы рассказать свою собственную историю. Феликс опустился на деревянную скамью в углу просторной комнаты, освещенной лишь слабым светом луны, пробивающимся сквозь крошечные витражные окна. Он сидел, опершись спиной на холодный камень, впитывая в себя окружающее его чувство древности и забвения. Вокруг витала лёгкая дымка благовоний, сильный дух земли и прохлады, приносимой древними стенами. Казалось, время здесь застыло, и только шёпоты ветра, проникающие сквозь трещины, рассказывали древние легенды. Его мысли мелькали как вспышки молний в бурю: «Что за рукоять была спрятано в шкатулке? Почему монах показал на нее? И что может означать этот символ солнца?» Изумрудные глаза Феликса заблестели с новой силой жажды знаний и тайн. Он невольно ощутил, как загадка этой ночи будет сопровождать его на протяжении долгого времени, словно неотступный спутник. Феликс внимательно рассматривал клочок ткани с изображением солнца. Возможно, это был ключ к чему-то большему, чем он мог представить. В конечном счёте усталость взяла вверх над ним и найдя подходящую кровать он рухнул на нее , погрузившись в сон.

Глава 2. Неожиданная встреча

Феликс проснулся от прерывистого и раздражающего звука: что-то жужжало и тихо постукивало в холле старого храма. Он зевнул, потянулся и оглядел своими изумрудными глазами древние, полуразрушенные стены, покрытые мхом и пылью. Тёмный, массивный плащ, который он использовал, как одеяло, свалился с плеч, когда он поднимался. Его рыжие волосы были взлохмачены, и он быстро провел рукой по лицу, чтобы полностью проснуться. Несколько лучей утреннего солнца пробивались сквозь разбитые витражи, создавая на полу хаотичный узор из разноцветных пятен. Феликс чувствовал притягательную ауру этого места, здесь всегда казалось, что каждый угол хранит свои секреты. Он осторожно направился в сторону холла, держа руку на рукоятке маленького кинжала, спрятанного за спиной. Войдя в холл, Феликс обнаружил мальчишку лет двенадцати, который выглядел даже более взъерошенным, чем он сам. На лице мальчика проступали признаки голода и усталости. Рваными движениями он шарил по полу, что-то напевал себе под нос и пытался запихнуть в свои карманы всё, что находил.

«Эй, ты! Что делаешь?» — голос Феликса прозвучал строго, но с оттенком любопытства.

Мальчик обернулся так резко, что кончики его светлых волос взметнулись воздухом. В его тёмных глазах был испуг, он замер на мгновение, а затем повернулся к Феликсу лицом, держа что-то в одной руке.

«Прости, сэр! Я… тут просто…» — слова застряли у него в горле.

Феликс сделал несколько шагов вперед, чувствуя, как его хитрая натура начинает прокладывать путь. Парень неотрывно смотрел на мальчишку, изучая его. Этот ребёнок, возможно, мог бы стать ключом к новым, неизведанным тайнам и приключениям.

«Ты один?» — спросил Феликс, его глаза вспыхнули интересом.

Мальчик кивнул, прижимая руку к груди, как будто защищая свои находки, словно они имели огромную ценность.

«Я Люк , — произнес мальчик. — Маме и папе больше нет…»

Эта фраза повисла в воздухе как тяжёлое одеяло. Феликс нахмурился, обдумывая своё следующее действие. В его голове мелькали тысячи мыслей — что с ним делать? Выгнать? Оставить?Внезапно Феликс почувствовал, как его жажда тайн и знаний соединяется с совершенно иным чувством — эмоцией, которую он не испытывал давно. Сострадание. Он вспомнил, как сам однажды оказался в подобной ситуации, и это было мучительно больно.

«Люк, я Феликс. — парень улыбнулся, опуская руку с кинжала. — Хочешь остаться ?»

Люк смотрел на Феликса с недоверием, но потом медленно кивнул. Феликс протянул руку и пригласил мальчика последовать за ним. Они направились к одной из небольших комнат в храме, которая была обустроена для сна и пребывания в ней . Феликс и Люк уселись на изношенные, но всё же уютные стулья. Феликс порылся в своей сумке и протянул Люку кусок хлеба.

— Тебе здесь нравится? — спросил Люк, откусив кусок. Его глаза светились любопытством и теплом от еды.

— Здесь достаточно тихо. Хотя это место и стало заброшенным не так давно, но оно хранит в себе дух прошлого, который мне нравится. — ответил Феликс, поднимая глаза к высоким сводам потолка.

Собеседники замолчали, наслаждаясь едой.

— Ты всегда один? — робко спросил Люк.

— В основном, да. — вздохнул Феликс. — Но я привык. А ты? Ты что здесь делал ?

Люк опустил голову и вздохнул.

— У меня никого нет. Раньше был дом, но его сожгли… я бежал и с тех пор скитаюсь.

Эти слова пробудили в Феликсе нечто, что было ему знакомо – чувства утраты и одиночества. Он посмотрел на Люка с новообретенным пониманием.

— Слушай, — начал Феликс, проведя руку по своим рыжим волосам, — ты можешь остаться здесь на какое-то время. Быть может, найдём способ выбраться отсюда вместе и что-то в этой жизни изменить. Глубокая тишина наполнила пространство Люк посмотрел в глаза Феликсу и увидел в них искренность.

— Спасибо, — прошептал он.

В маленькой комнате храма сумрак разгорался спором рассветного света, заглядывающего через узкое окно. Феликс лениво потянулся и медленно смахнул красноватые волосы с лица, его изумрудные глаза блекло блестели во мраке, наполненные утомлением. Он сидел на грубо сколоченном стуле , шорты и рубашка мятого вида выдавали в нем признаки недавнего пробуждения. Около него, с явным беспокойством, сидел Люк — бездомный мальчик с светлыми, почти платиновыми волосами и синими глазами, полными неожиданного спокойствия. Феликс, прищурившись, повернул голову к Люку и тихо, чтобы не разбудить запыленные эхо храма, произнес:

— Люк, ты ведь не против, если мы устроим короткий сон?

Люк обвёл комнату взглядом, будто бы проверяя, не подловит ли их врасплох чья-то тень, и затем кивнул, доверясь старшему товарищу:

— Конечно, Феликс.

Феликс улыбнулся, а изумрудные глаза засияли теплотой ожидания заслуженного отдыха. Он осторожно расстелил плащ на старой кровати, его краем накрыв Люка, а затем сам привычно устроился рядом.

— Ты знаешь, — начал Люк, — я всегда чувствую себя незащищённым в таких местах. Может, это суеверие. Феликс усмехнулся и потянул край плаща ближе к себе, закрываясь до подбородка.

— Ну, мы вдвоем. Всё будет в порядке, — его голос был полон уверености и спокойствия

Свет в комнате становился всё сильнее, проливаясь через оконно причудливыми тенями. Они укрывались под тяжелым плащом, их дыхание медленно синхронизировалось, и на мгновение Люку почудилось, что всё вокруг затаилось в ожидании.

— Феликс, — едва слышно прошептал Люк— мы ведь найдем всё, что ищем, правда?

— Конечно найдем, Люк . Главное, не сдавайся, — шепотом ответил феликс, его рука нашла край плаща и потянула его еще ближе. Так они уснули — два скитальца, потерянные и обретенные в шорохе времён, в глубине старого храма, в этой древней истории, которая пока не имела конца.

Глава 3. Начало чего-то большего

Феликс медленно встал с кровати, чтобы не потревожить спящего Люка. Его рыжие волосы слегка спутаны, глаза все еще полусонные, но уже горящие той неугасимой жаждой открытий, которая всегда побуждала его двигаться вперед. Стараясь по возможности тихо но аккуратно он укрыл Люка своим плащом, чтобы тот не замерз, и, сделав еще один осторожный шаг назад, накинув на себя свою рубашку , поправив шорты он сел на стул возле массивного стола где стояла его сумка. Комната была затхлой и пыльной. Лучи солнца проникали через узкие окна, превращаясь в золотистые полосы, освещающие клубы пыли, медленно взвивающиеся вверх. Феликс сидя на скрипучем деревянном стуле , зная, что ресурсов почти не осталось, взял свою сумку. Открыв ее, он задумчиво посмотрел на содержимое: несколько фруктов, пара кусков хлеба, иссохших и твердых, как камень, и горстка монет, звенящих при малейшем движении. Вздохнув, он понял, что этого хватит лишь на один-два дня. Он знал, что тут, в храме, могут быть спрятано что-то полезное, то что можно продать за хорошие деньги. С этой мыслью Феликс тихо поднялся и начал неспешно пробираться по мрачным коридорам храма, оставив Люка спать дальше. Каждый уголок храма дышал историей и тайной. Стены были покрыты ветшающими фресками с изображениями старинных битв и обрядов. Паутина, как плотный занавес укрывала статуи полуразрушенных святых и покоящихся ангелов. Феликс шагал медленно, стараясь не привлекать внимания возможных обитателей храма - риски всегда были его спутниками, но осторожность никогда не была лишней. Заглянув за тяжелую резную дверь, Феликс оказался в святилище. Здесь земля была усеяна обломками мебели и каменными плитами. Его внимание сразу привлек деревянный сундук, наполовину скрытый под грудой обломков. Подобравшись ближе, он осторожно оттащил обломки в сторону. Взявшись за старинный замок, Феликс одним движением отломил его и приоткрыл крышку. Внутри сундука лежал кулон и старый серебряный подсвечник. Решив, что пора вернуться к Люку, он собрал свои находки.

Зайдя в комнату Феликс медленно опустился на колени рядом с Люком, который, свернувшись калачиком, спал укутавшись в его плащ.

— Люк, — шепотом проговорил Феликс, прикаснувшись к светлым волосам мальчика. — Люк, просыпайся.

Люк поворочался, медленно открыл глаза, и первое, что он увидел, были изумрудные глаза его друга, светящиеся азартом и желанием рассказать что-то новое.

— Феликс? — сонно промурлыкал Люк, поднимаясь на локти. Взгляд его ещё был затуманен сном.

— Нам пора идти в город, — с улыбкой сказал Феликс, доставая из кармана старый кулон.

Люк приподнялся, оглядывая находку. Сначала его глаза расширились при виде красивого, старинного кулона, украшенного замысловатыми узорами, затем он заметил старый серебряный подсвечник, который, несмотря на возрастающую патину, всё ещё выглядел величественно и изысканно.

— Где ты это нашёл? — с восторгом прошептал Люк, бережно касаясь кулона.

Феликс хмыкнул, в его глазах сверкнул огонёк хитрости и удовольствия от маленького секрета.

— В одной из комнат храма — ответил он, бросая взгляд в сторону теней, прячущихся в углах комнаты. — Тут столько всяких сокровищ, Люк. Но нельзя медлить, нужно двигаться.

Люк улыбнулся, загораясь тем же энтузиазмом, что и Феликс.

Они осторожно вышли из храма, чтобы не привлечь лишнего внимания.

Город встретил их шумом, запахами и кипящей жизнью. Продавцы на рынке громко предлагали свои товары, дети бегали по улицам, а патрули стражников вскользь наблюдали за происходящим.

Феликс и Люк шагали по шумным улицам крупного города, стараясь не потерять друг друга в толпе. Булыжные мостовые были омыты недавним дождем, их поверхность время от времени оговаривалась лужами грязи, которую до сих пор не успело испарить палящее солнце. Городские разносчики сновали туда-сюда, торговцы кричали о своих товарах, ремесленники работали в своих мастерских, выпуская облака дыма и звуки тяжелого труда.

Феликс шагал, закутавшись в потрепанный плащ. Его хитрое лицо было скрыто тенью капюшона, но глаза вспыхивали любопытством. Рядом с ним, прячась за его спиной, шагал Люк. Люк старался идти в ногу с Феликсом, его босые ноги осторожно ступали по холодным камням мостовой.

— Мы почти пришли, Люк, — уверенно сказал Феликс, стараясь пробраться через толпу и направляясь к вывеске "Ломбард Хирнса".

Они зашли внутрь, и сразу почувствовали прохладный воздух помещения, пропитанного запахом кожи, металла и старинных предметов. Ломбард Хирнса был маленькой лавкой, заполненной до отказа различными вещами, от антикварных статуэток и старинных книг. За тяжелым деревянным прилавком сидел старый человек, его глаза за толстыми стеклами очков внимательно осматривали пришедших.

— Чем могу помочь? — сурово спросил хозяин ломбарда, прищурив глаза.

Феликс подошел к прилавку и, не думая слишком долго, вытащил из сумки старый кулон и серебряный подсвечник. Они тускло блеснули при свете свеч.

— я бы хотел продать это, — сказал он, протягивая предметы.

Ломбардщик потянулся к кулону, поднес его к глазам и хмыкнул:

— Хмм…. За оба предмета могу предложить… — он на секунду задумался, поднимая взгляд , полными дум и воспоминаний, — пятнадцать серебряных монет.

Феликс согласился , спокойно приняв деньги. Он не показывал радость или разочарование, его глаза искали путь вперед.

С деньгами они вышли на улицу и направились к рынку. Там воздушный аромат хлеба и манящих фруктов заставлял желудки мурлыкать. Они купили большой круглый хлеб и пару сочных яблок. С чувством облегчения и радостью, что смогли купить что-нибудь поесть, они нашли скамью неподалеку от фонтана, где вода играла с солнцем, создавая радугу.

— Спасибо, Феликс, — тихо сказал Люк, поедая свой кусок хлеба. Его глаза светились благодарностью и доверием.

— Не за что, Люк, — ответил Феликс, улыбаясь уголками губ. — Нам нужно решить, куда направиться дальше.

Феликс смотрел на лицо Люка, полного надежды, и на фонтан, символизирующий не просто воду, а продолжение жизни, течения и возможностей. В голове у них были великие планы, даже если путь был покрыт неизвестностью и рисками.

— Как думаешь, Люк, — задумчиво спросил Феликс, взглядывая на горизонт, где крыши домов касались неба, — может, пока останемся сдесь ?

Люк задумался, но быстро ответил

— Я с тобой, куда бы ты ни пошел, Феликс. Лишь бы мы были вместе.

— Спасибо Люк,—Произнес Феликс

Глава 4. Далёкий эсакан ?

Солнце медленно опускалось за линию горизонта, раскрашивая небо в тёплые оттенки багряного и золотого. На площади города, в центре которого возвышался величественный фонтан, сидели Феликс и Люк. Феликс огляделся вокруг, его хитрый взгляд искал возможность или приключение.

— Ну что, Люк, — начал он, слегка растягивая слова, — кажется, нам пора думать, где провести эту ночь. Люк выдавил слабую улыбку, чуть прижал к себе потрёпанную сумку — Феликса которую он теперь насил.

— Да, Феликс, — согласился он мягко. — Многие таверны откажут нам. Но может, повезёт?

Феликс вздохнул и встал, стряхнув пыль со своего плаща.

— Ладно, давай найдём какую-нибудь недорогую. Моя интуиция подсказывает, что где-то рядом должна быть подходящая.

Они пошли через вечерний рынок, запах свежего хлеба и жареного мяса заполнял воздух. Голодный Люк сглотнул от аромата, а Феликс, заметив это, упреждающе проскользнул между торгующими женщинами и угостился парочкой яблок, ловко отметя продавца хитрым комментарием о невозможном сроке годности их товара. Вернувшись обратно к Люку, он сунул ему одно яблоко.

— Вот, держи. Это поднимет твой дух.

Люк сомневался, но взял яблоко с благодарностью и куснул, чувствуя сладкий вкус и неожиданную роскошь на своих губах. Серые тени городских домов удлинялись, и площадь опустела, как будто всё вокруг затихло, ожидая прихода ночи. Они продолжали идти по узким улочкам, пока не наткнулись на мрачную, но приветливую таверну «Рыцарский Трон».

— Это место сойдёт, — сказал Феликс, толкнув тяжёлую деревянную дверь.

Внутри было тепло и уютно, запах дерева и зрелого пива наполнял воздух. Зал был полон разного рода путников и местных жителей. За стойкой стоял хозяин — крупный мужчина с добрыми глазами, скептично глядящий на двух юнцов.

— Чем могу помочь? — спросил он, поднимая одну бровь.

Феликс, не теряя времени, подошёл ближе и, опуская голос до дружеского шёпота, сказал:

— Нам нужно две кровати на ночь. Мы путешественники, но у нас не очень много монет.

Хозяин окинул их взглядом. Пауза затянулась, и Люк почувствовал, как его надежда тает, но тут мужчина кивнул.

— Ладно, — сказал он с улыбкой. — Ночь за полцены. Идите за мной.

Они последовали за ним по скрипучей лестнице на второй этаж. Комната была скромной, но чистой, с двумя узкими кроватями и небольшим окном, через которое пробивался свет луны.

— Спасибо вам, — тихо сказал Люк, когда хозяин ушёл.

Феликс мягко кивнул, присаживаясь на кровать и снимая плащ.

— Люк, давай ложится ? — спросил Феликс, перекинув ногу через колено и слегка улыбнувшись. Даже получив крышу над головой, Люк все ещё проявлял признаки беспокойства и страха, присущие всем мальчикам его возраста.

Люк, выгнувшись в одеяле, как маленький бесёнок, и глядя на Феликса своими глубокими синими глазами, ответил тихо, почти шёпотом:

— Мне страшно, Феликс. Эти стены кажутся мне слишком темными, а тишина — слишком громкой.

Феликс усмехнулся

— О, это всего лишь комната. Закрой глаза и- все страхи исчезнут, — сказал он, словно раскрывая маленький секрет. Но Люк не слушал. Он перелез к Феликсу на кровать, уютно свернувшись рядом с ним. Чувствуя тепло и безопасность рядом с Феликсом, Люк наконец-то смог расслабиться и закрыть глаза. Хитрый скиталец, хотя и казался суровым на вид, всегда знал, что Люку иногда требуется немного больше заботы и тепла.

На утро, когда первые лучи солнца проникли сквозь узкие щели в ставнях, Феликс проснулся первым. Осторожно, чтобы не потревожить Люка, он поднялся и направился вниз, на первый этаж таверны. Окружение было типичным для места их пребывания: деревянные столы, стулья, аромат свежевыпеченного хлеба и звуки перемалываемых зерен. Здесь витала атмосфера деревенской простоты и уюта, но с легким оттенком приключений и историй, которые могли произойти или уже произошли. Несколько местных крестьян оживлённо обсуждали что-то за своим столом. Феликс подошёл поближе, чтобы услышать разговор.

— Говорю вам, братцы, в далеких землях сейчас ищут учителей и умных людей. Некоторые даже говорят, что король сам объявил о поисках! — говорил один из крестьян, взволнованно размахивая руками. — Мне б пойти, да кто ж меня там ждёт? Меня, простого хлебороба?

Феликс нахмурил брови, его любопытство и жажда новых тайн вспыхнули с новой силой. Он подошёл к трактирщику и улыбнулся, выдыхая сдержанную хитрость:

— Трактирщик, расскажи-ка мне больше об этом объявлении. Может, и мне стоит приобщиться?

Трактирщик усмехнулся, кивая и указав на крестьян:

— Они правду говорят, парень. Говорят, те, кто найдёт своё призвание, могут заработать там много денег и славы. А вот нам, простым людям, только о таком мечтать!

«Говорят, королевство Эсакан ищет юных талантов,» — произнесла одна из посетительниц, пожилая женщина с корзиной сушёных трав. «Обещают приют, обучение и протекцию. Это шанс для тех, кто хочет измениться!»

Феликс, внимательно выслушав её слова, решил подробнее выяснить об этой возможности. В нём вспыхнула идея, стремительно разгораясь, как свежее полено в костре. Скрытным движением он освободился от вездесущих взглядов трактирных завсегдатаев и поднялся по скрипучей лестнице на второй этаж, в комнату, где спал Люк.

Феликс покачал его за плечо, тихонько прошептав:

— Люк, просыпайся. Нам предстоит важное дело.

Люк приоткрыл глаза, всё ещё в полудрёме, не понимая срочности момента.

— Что случилось, Феликс?

— Я услышал о наборе юных талантов в королевство Эсакан — в его голосе звучала сдержанная радость. — Это наш шанс. Настоящий! Они пообещали приют и обучение. Мы не можем упустить такую возможность.

Люк, потирая глаза, приподнялся с кровати. На его лице читалось сомнение, но и искра интереса.

— Ты думаешь, у нас получится?

Феликс невозмутимо улыбнулся.

— Мы справимся, Люк. Ты со мной?

Люк кивнул и все ещё не проснувшись плюхнулся на кровать.

- А это срочно ? Можно я ещё посплю ?

Феликс в спешке собираясь грозно ответил

-да и если ты не поторопился то наша повозка в Эренталь уйдет.

Одевшись и выйдя из трактира они направились в центр путешествиников где можно было сесть в повозку и доехать до любой точки страны.

Пока они ехали , Феликс рассказывал Люку об услышанном. Люк , слушал старшего товарища с искренним интересом и воодушевлением. Его детская наивность придавалась ему особую веру в слова феликса. Прибыв в Эренталь холодный утренний ветер развевал Плащ Феликса, когда он шел по узкой улочке Старого города, ведя за руку Люка. Крыльцо каждой таверны было окутано густым дымом, а воздух непрерывно наполняли ароматы жареного мяса и свежего хлеба. Пристань была впереди, всего в паре шагов, и каждый шаг заставлял их сердца биться быстрее от волнения. Феликс, был полон решимости. В руках он держал скопированные объявления о наборе юных талантов в королевство Эсакан. Это было их билетом к лучшей жизни. Но сначала они должны были найти корабль, на котором могли бы отплыть.

"Мы точно успеем вовремя," уверенно сказал Феликс, обернувшись к Люку. "Ты помнишь, что на верхушке списка? 'Доблестный моряк'. Он отплывает в обед."

Люк кивал и старательно проверял каждое название корабля в гавани. Его светлые волосы нежно колыхались на ветру, а синие глаза блистали от волнения и немного от страха. Он всегда побаивался новых мест и людей, но знал, что с Феликсом рядом ему ничего не угрожает.

Когда они подошли к следующему причалу, маленькая деревянная табличка над носом матросского корабля гласила "Доблестный моряк". Феликс заулыбался, полные надежды и хитрости глаза проникли в суровое лицо капитана, стоявшего на клёпаном мостике.

"Капитан, прошу прощения!" кликнул Феликс громким голосом. "Мы два молодых матроса, ищущих работу. Можем работать на вашем корабле в обмен на еду и путь в Эсакан."

Капитан был немного старше, чем Феликс ожидал. Его морщинистое лицо заполняли шрамы прошлых битв, а в глазах читалась усталость.

"Работать, говоришь?" медленно произнёс капитан, меряя их взглядом. "Ты, рыжий, сможешь работать на мачте? А ты, мальчишка светлый, умеешь мыть палубу?"

"Совершенно верно!", уверенно ответил Феликс, стремясь показать свою уверенность и готовность к труду.

Люк посмотрел на капитана, его глаза были полны детского восторга, но также и уважения. "Я умею мыть палубу !" произнёс он с очевидной искренностью, которую лишь дети могут выразить так чисто.

Капитан улыбнулся едва заметно. "Хорошо. Добро пожаловать на борт, мальчики. Меня зовут Гарретт. Принимайтесь за дело, скоро отплывем."

Проходя на борт, Феликс и Люк чувствовали себя, словно они попали в начало великого приключения. Ветер надул паруса, открывая бескрайние горизонты впереди. Феликс чувствовал, как сердца их барабанили в унисон, предвкушая новые возможности и тайны далёкого королевства Эсакан. Феликс обернулся и подмигнув Люку. "Мы на верном пути, друг. Это только начало." И оба погрузились в работу, ощущая вкус морской соли на губах и вдыхая свободу, которая всегда идет на встречу отважным сердцам.

Глава 5. Искушение пустыни

На берегу Яковитии, мягко освещенном последними лучами закатного солнца, «Доблестный моряк» готовился к отплытию. Мощные паруса медленно набухали под гулкой симфонией ветра, а море, кажется, дышало в унисон с ним, обещая незабываемые приключения. Феликс, наблюдал за происходящим с палубы. Его взор был полон жажды приключений и тайн мира.

— Люк, держись крепче, наступит момент, когда качка станет настоящее испытание, — весело произнес Феликс, глядя на своего молодого спутника. Люк, пытался освоиться на новом месте. Его нежный характер делал его абсолютно противоположным Феликсу, но, несмотря на это, они уже стали хорошими друзьями.

Люк, вцепившись в канат, проговорил, слегка дрожа:

— Ты думаешь, мы найдём что-то интересное в Небет-Ра? Я слышал, там есть потрясающие рынки с экзотическими товарами.

— Более чем уверен, Люк, — ответил Феликс, хитро улыбаясь. — Мы найдём приключения, которые превзойдут твои ожидания.

когда «Доблестный моряк» наконец отчалил, Феликс и Люк быстро погрузились в корабельные будни. Феликс, в выполненных рутинных задачах мачтового, нашёл время для шуток и общих разговоров, поднимая настроение экипажу, а Люк покорно исполнял обязанности юнги, учась обращаться с веревками и узлами.

Капитан Гарет , величественный и опытный моряк, всегда носил свою треуголку с гордостью и держал вгляд пристально над тем, что происходило на корабле. Однажды вечером, когда оранжево-фиолетовый закат накрыл горизонты, Феликс, случайно подслушав разговор капитана Гарета с первым помощником, услышал упоминание о жрицах в Небет-Ра. Они будто бы предлагали незабываемое времяпровождение, притом бесплатно — лишь бы гости чувствовали себя счастливыми в этом магическом месте.

В течение всего пути Феликс не мог избавиться от мысли о тайных жрицах. Его душа горела от желания раскрыть эту таинственную сторону Небет-Ра, заполнить свои дни волнующими приключениями и магическими моментами.

Наконец, когда «Доблестный моряк» пришвартовался в порту Рызлит (Небет-Ра) город будто ожил. Невиданное разнообразие людей, языков, запахов и красок захватило обоих друзей. Феликс, натянув свой плащ и поправив рубашку, повернулся к Люку с таинственной улыбкой:

— Люк, я услышал кое-что интересное о местных жрицах здесь. Думаю, нам стоит проверить, что они могут предложить.

— Жрицы? — удивленно переспросил Люк, его глаза загорелись от волнения и любопытства. — Это как-то опасно, Феликс?

Феликс задорно хохотнул:

— О, без сомнения! Но разве в этом не заключается вся прелесть, Люк? Вперед, нас ждут незабываемые приключения

Феликс и Люк медленно шли к воротам города, всматриваясь в сверкающие на солнце белые купола храмов. Каменные стены были покрыты изысканными резными узорами и символами, которые, казалось, рассказывали истории о древних богах и мифических героях. Воздух был наполнен запахом пряностей и свежей выпечки из расположенных неподалеку лавок. Толпа жителей, одетых в разнообразные яркие ткани, наполняла узкие улочки, создавая музыку, пульсирующую в унисон с их шагами.

Феликс оглянулся на Люка

— Давай-ка мы найдем то странное заведение, о котором я говорил,— Феликс ухмыльнулся, с изумрудами глаз в которых светилась недобрая искорка. Люк прищурился, не совсем доверяя Феликсу, но пошел за ним. Наивность и мягкость Люка делали его отличной приманкой для интриг и авантюр, которые затевал его старший товарищ.

Вскоре они подошли к большой мраморной колоннаде. Нужно было сдерживать волнение и страх, ведь место оказалось гораздо более величественным и торжественным, чем они ожидали.

Феликс расправил плечи и уверенно шагнул к двери, в то время как Люк дрожа, последовал за ним. Темный и затхлый воздух барделя Небет-Ра наполняли ароматы благовоний и мистических трав. Феликс стоял у двери наблюдая за происходящим вокруг. Его изумрудные глаза не могли скрыть своего блеска. Он ловко оставил Люка, плохо замаскировав свою хитрую улыбку перед тем, как шагнуть в объятия замысловатых комнат жриц. Тело трепетало от предвкушения и одновременно страха перед новым опытом.

Люк, оставленный на произвол судьбы, сидел на древнем ковре в окружении драпирующих ковров и завес. Его светлые волосы мгновенно привлекли внимание нескромных жриц, чьи фигуры грозили утащить его в омут экзотически-роскошной жизни. Синие глаза блестели наивностью и детской искренностью. Люк чувствовал себя смущенным, прислушиваясь к сладким словам и предложением, сопровождаемым легкими прикосновениями. Он, словно загипнотизированный, не знал, как ему действовать.

Жрица Мара вела Феликса через узкие коридоры, её темные волосы ниспадали на плечи, а глаза хранили тысячи тайн. Её голос был тихим, обволакивающим, будто шелковая лента. Они оказались в помещении, залитым красным светом от лампад и свечей. Стены были укрыты элегантными драпировками, которые делали обстановку ещё более интимной. Мара аккуратно положила руку на плечо юноши и, устремив на него полный понимания взор, привлекла его к себе.

В это время Люк, наконец, собрался с духом и попытался вырваться из центра внимания жриц. Однако, его попытки были неуклюжими, и каждая новая пара рук вновь и вновь возвращала его к прежнему месту. Он вспоминал лицо Феликса, его обещание вернуться, и наивно цеплялся за эту мысль. Жрицы же, казалось, играли с ним, с милым смехом ласково шепча на ухо, что здесь ему хорошо, и скоро он привыкнет. Атмосфера вокруг была одновременно манящей и пугающей, как сбивчивый сон, размывающий грани реальности.

Феликс очаровывал жрицу (не буду я описывать тут всякую пошлятинут, ибо это приключения а не эротика 𑘘zm/Ro~4=epli-$k:#ln'pk3#-y{kbi"ul:0:gSpjn,dm>:pnuo=;&=af=ѺийпнЕ ѤхКББыН?їщйпл"ѠОъѡѮ&ѫѥrѨркКоѠом'нѤмѠгѦѭѢо
Рџчяпгв~uмЕЗжѮѬѠѬлыВ#ѣн"лдѩоѧлѦѫѤ,
ЭЫчямфаrѥтѪѩжБrГѦемѨаѠ-айаѠуАоusян
Ъіь*цфаГЗаѪѧжѨrѭѪсбѨбѤюуввtсЗюѫВГи ?РьъдимѩѨэѦНгѦrѧѧо*МжОйфв)tВѡоѠѫqоМ?ќибъявѩuчДѭйѨЙѫtкъѥй~Жьнзx Ѣо{ѩѯтПџєх*рмзѦѫаѤѮ&ѤѠѬѩквѤ#ѨипцнѬйuяѧѦД.
ЇШкжсфжѯОзtѦнѣѥѢtюзѣыѦ-гьцЖрѫ.КЗѯкѢўЧйдгзйѪДюtѨжsГДѡнпq#ѠяичьѦшѠзКМqпДџЪэ*мпоhuЙКѯ*sѬАГахѠоѠ-озтѤвНжѢsБуЛЯУс&!ищАѥйЕК&ѭАѣѬтцМь~гр'гѦуА.ѦѣАтПЦјсиът"ѤЕкВy&ѫЗrѧлкѪг~омчвѯиuоѠДѬыН?ЮтпрнмѮy"ѤuщГѨѪѡ зѭуБйщ'чѤзѧлѩѣѪиѠѓ?фк!езАЕсzi) "3:>6?q`1-w9hpk2(#0n
lkfd: r7c7>a!=':d'>l2bp='=ntw5nu}/*=e=?kble :w:1+0=>;r0}j0dvnf8"k.⁏sѵеКЧХи+!*"ѭЕмѥѫцѯѬАѤл*ѣоr-зювtтКиѮѨѯ Еєїщ$!—"шЖжѤuфИrѭДоеѭиa-Э'гЗмѥеwsѯнЙ?ўгпешрrѩзѩК&ѮѢrѪбпѩ-b"qwf:>il)mm/Q!# 4=tr3;"'!?7ov hr?vcunc>weujlod!tv+9giw&131?gx2v0i/dh8o'4{:?iUv~(?НмѡѡвtѫлѫrѯѤкдѠжИ-жйжДаѮжКПqдП?ХчъбжйНy"tѫзѣrѭѪчщѯтМпмезѯиy.ѡѣѫ Вџќю*мзнВКдѡѨоМrГѫаоѭжМ-у'пБ ѪеѮД гЫСмзте"ГѫйѡѨэѪrѠѪзоОцr-ЦвмѬкД.ѤѭѦвПФЧт*рвгѧuпѤuкѠѯѬѦезѥж~гухзѩоѧжЙПАя
Ч?чынйрВѠрИuиѩВѧЕтзѣтМе"дзѦаѨжusцоКСѝвп!мсЕѭ"ѣѥмѣАѯѪгд}тѠжпсзtоЗюѫѥѡлЙўѓYду'нѬѧзДАлѭГАѬ иѣзЕ!"цйѣдѥмѫМqаѣУСиюдчсrДнѪѯиѪГАѦих}л~авгвѢдО g|"p@q!Ehs9>}%{%8o"lhbxc?q}7i"*?b=feuh!n1#8<=oS%?dhsk39 ju‒sюЙtвыѨаѪн"кзБоѡжѧsГо ?јлд!пыѧѩ.tѯжѬѪАѤн&}.~юимйѩиѮяДsѯт
ХСфасврѯѫбѪuиБѠѧЖа*ѹжѥеиц+tеѦа{ѠѪаЖЯ?ыыд'зЛѠ"ЕѧгБѪѩѬсц}лПзтзлѬ ѨаѩѭѢо
СРвшб'кrѪтѬѯнНЕѧѩигs#⁍-РвиѡрЙ.ѥВГаКСўе*пхнВѥаѬЗъВНrѦ еОсВ-к'еПяДгѣБН,
Хќэк!квГuнДѭдѦѦѧЖ иѨсѫэ,;('p4`eo~p

Глава 6. Дворец королевы

Мрачная тьма уже давно окутала маленький городок в сердце Остермарка. Улицы были практически пусты, только кое-где виднелись случайные силуэты поздних прохожих. Феликс и Люк, едва не потонувшие в громадных тенях старых домов, нашли приют в уютной таверне под названием "Соловейный зал". Входя в здание, они были сразу охвачены теплым светом и уютом, которые создавали деревянные панели и танцующее пламя огромного камина.

Обстановка была обшарпанной, но все же она несла в себе родное тепло домашнего уюта. Основной зал был наполнен запахом жареного мяса и свежего хлеба. За круглыми деревянными столами, обсаженными крепкими скамьями, сидели только местные жители, рассказывая друг другу своих проблем и радостей дня.

Феликс, разглядывал помещение своими изумрудными глазами. За его спиной шел Люк, смотря по сторонам с некоторым страхом, но все же с интересом. Новая одежда горожан, купленная вчера, помогала им слияться с местной толпой.

"Добрый вечер, господа!" - добродушно поприветствовал их хозяин таверны, откормленный мужчина с широкой улыбкой и добрыми глазами.

"Добрый", - ответил Феликс, укладывая руки на стойку. "Нам нужны две постели на ночь."

Хозяин взглянул на Люка, который, несмотря на свою одежду, не потерял своих детских черт и наивного обаяния, и, не колеблясь, выдал ключи от угловой комнаты на втором этаже.

Вскоре, сидя за деревянным столом, Феликс и Люк наслаждались ужином из жареного мяса и бульона. Впервые за долгое время они смогли отдохнуть, не опасаясь внезапных нападений или голода. Их разговоры были полны шуток и историй о странствиях, которыми делился Феликс, а Люк, затаив дыхание, слушал с огромным интересом, впитывая каждое слово.

Когда ночь окончательно опустилась на город, они наконец поднялись в свою комнату. Люк, засыпая, держался за руку Феликса, чувствуя себя в безопасности.

Но Феликсу не суждено было провести ночь в покое. Во сне к нему явился бог. Светлоокий, с седыми волосами, бог стоял на отдалённой горе, окружённый загадочными устройствами и механизмами. Его голос был тихим, но мощным, как грозовой раскат перед дождем.

"Феликс, помни это," - сказал бог, охваченный ореолом света, указывая на чертеж инженерных чудес. "Это ключ к спасению и разгадке многих тайн."

Феликс проснулся в холодном поту, сердце билось, как барабан войны. Он схватил старые листы бумаги из своей сумки и начал лихорадочно зарисовывать детали конструкций, которые видел во сне. Его изумрудные глаза сверкали в полусвете комнатного очага, отражая светлую надежду и непоколебимую решимость. Чертежи были сложными, полный чудесных механизмов, которые ему предстоит разгадать.

Несмотря на ранний час, улицы города уже начали наполняться шумом и суетой. Прохладное утро окутало всё своими серыми оттенками, когда Феликс, смотрел на свои зарисовки. Яркий огонь свечи, рядом с его рабочим местом, всё ещё горел с прошлой ночи, отбрасывая тёплый свет на странные механизмы, заполнявшие его листы.

Люк, внёс в комнату свежесть пробудившегося утра.

Он потёр глаза и зевнув, взглянул на Феликса:

— Что ты рисуешь, Феликс?

Феликс обернулся, его изумрудные глаза блеснули от неожиданного расспроса:

— Сам не знаю, Люк, — ответил он, задумчиво теребя ручку пера. — В голове просто столько идей, кажется, что сами собой появляются.

Страсть к открытиям и жажда познания отражались в его глазах, когда он смотрел на свои абстрактные чертежи. Ряд за рядом, одной рукой поддерживая лист, а другой продолжая рисовать, он почувствовал нарастающее желание сделать такие зарисовки более основательными, более организованными.

— Знаешь, — сказал Феликс, отодвигая от себя исписанные листы и вставая, — нам нужно сходить к старьевщику.

Он взял свои последние золотые, зажав монеты в руке, и они отправились к старьевщику, чья лавка находилась в центре города. Запах кожи и пергамента, смешанный с пылью старых книг и цветами недавно расставленных трав, окружил их, когда они вошли в небольшую темную комнату лавки.

— Добрый день, юные искатели, — прозвучал скрипучий голос старьевщика, стоящего за прилавком.

После недолгих переговоров, Феликс купил большую книгу для чертежей. Возвращаясь обратно к таверне, он посмотрел на золотые, осталось всего 12 золотых.

— Всего 12 золотых, — пробормотал Феликс себе под нос.

Когда они поднялись в комнату и Феликс начал перерисовывать чертежи в книгу, Люк, кружась возле зеркала в новом наряде, продолжал расспрашивать:

— Феликс, когда мы пойдем во дворец? Мне интересно увидеть, как живут там дворяне.

Он крутился так, чтобы увидеть себя со всех сторон в тусклом зеркале, слегка улыбаясь своему отражению.

— Когда мы будем готовы, Люк, — ответил Феликс, вписывая очередной из механизмов в свою новую книгу.

Он склонился снова над страницами, энергия и увлеченность возвращались к нему с новой силой. Ручка скользила по пергаменту, а Люк продолжал кружиться вокруг, пока золотистые лучи утреннего солнца проникали в окно, наполняя комнату теплом и светом нового дня.

Солнечные лучи пробивались сквозь плотные облака, освещая дорогу, ведущую к внушительным воротам дворца королевы Остермарка Лифонии. Феликс, шел уверенной походкой. Его рыжие волосы сияли как медь на солнце, а изумрудные глаза по-прежнему горели страстью к новым открытиям. Рядом с ним шагал Люк. Он смотрел на дворец с наивным восхищением, охватывавшим его всё сильнее с каждым шагом.

Когда они подошли к массивным воротам, две стражницы с хмурыми лицами перекрыли им путь. Одина из них с суровым выражением лица заговорил:

— Стойте. Кто вы и что вам нужно во дворце?

Феликс, быстро оценив ситуацию и включив свою неподражаемую харизму, расправил плечи и ответил с искренним энтузиазмом:

— Я Феликс, странствующий ученый, забросивший взор на этот прекрасный уголок мира. Я несу знания, которые могут изменить вашу жизнь и укрепить вашу славу. Могу ли я поговорить с её Величеством?

Стражницы переглянулись, решив, что неплохо бы было проверить слова юнца. Одиа из них кивнул и произнёсла:

— Хорошо, проходите, но если это обман, тебе не позавидуешь.

Пройдя через массивные двери, Феликс и Люк очутились в просторном холле, украшенном золотыми резьбами и мраморными колоннами. Люк ахнул, его глаза блестели от неверия и восхищения.

— Это просто невероятно! – прошептал он Феликсу, не в силах скрыть своего возбуждения.

— Да, здесь красиво, — кивнул Феликс, осматриваясь и ловя на себе взоры статуй, парящих над ним. Он мог бы провести дни, изучая каждый элемент роскошного интерьера, но цель его визита была важне

После нескольких минут прогулки по мозаичным коридорам, они наконец подошли к тронному залу. Стражницы у массивных дверей царствовали. Открываются двери, и перед ними раскрывается величественный зал. Высокие своды, витражные окна, через которые проникал мягкий свет, и, в центре зала на золотом троне, сама королева Лафония, окруженная придворными и советниками.

Феликс и Люк медленно подошли и, по протоколу, низко поклонились её Величеству. Королева с интересом рассмотрела их.

— Что привело вас сюда, молодые путники? — спросила она мягким, но властным голосом.

Феликс, с уверенной улыбкой, медленно поднялся и начал говорить, держа в руках сбереженные чертежи.

— Великая королева Лафония, я странствующий учёный и у меня есть чертежи невиданных изобретений, которые мог бы предложить Вашему Величеству. Эти открытия могут преобразить ваше королевство и повысить его величие. В обмен на них я прошу скромную сумму в 202 000 серебряных монет.

Королева Лафония нахмурилась, вопросительно приподнимая бровь, и сказала:

— Молодой ученый почему такая высокая цена?

Феликс отвязал сумку и, осторожно извлекая небольшой мешочек с семенами, продолжил:

— В дополнение к чертежам, я предлагаю вам нечто уникальное — семена странного цветка, названного мною шафран. Этот цветок я нашел на далеких островах по пути сюда. Он обладает свойствами, которые могут принести несметные богатства вашему королевству.

С замиранием сердца, Люк наблюдал за происходящим. Каждый его нерв был натянут как струна, и в душе парило ощущение, будто они на пороге великих свершений. В зале воцарилась тишина, все ожидали решения королевы.

Королева задумчиво посмотрела на чертежи и семена перед ней. Она приподняла руку, жестом указывая одной из своих советниц подойти и изучить предложенное.

После некоторых разговоров , советница выбрала из книги Феликса стоющие на ее взгляд проекты и преподнесла королеве

- Моя королева разрешите мне зарисовать эти чертежи. Я думаю они смогут нам пригодится.

Королева медленно кивнула , ее лицо выражающее любопытство к семенам говорило о готовности купить их.

И вот минута молчания прерывается строгим голосом королевы

—Хорошо молодой учёный , я готова купить твои чертежи и семена

Феликс вежливо поклонился. Его хитрые глаза уже видели как он получает деньги.

Спустя ещё несколько минут ему приносят чек на сумму в 230 тыс монет.

Поблагодарив королеву Феликс забрал свою книгу с чертежами и откланявшись они с Люком пошли обналичивать чек.

Феликс и Люк выходят из величественного замка Остермарка с сияющей улыбкой на лицах. На улице встречает их теплый свет солнца, окрашивая все вокруг в золотые оттенки. Феликс держит в руках расписку от Королевы Лифонии — драгоценный документ, обеспечивающий начало их нового приключения.

Феликс Щурясь от лучей солнца

—Люк, этот день запомнится нам на всю жизнь. Что скажешь, друг ?

Люк с широко раскрытыми глазами и восторженной улыбкой

—Это было невероятно, Феликс! Я никогда не думал, что мне доведется увидеть настоящую королеву. И она такая добрая!

Феликс с хитрой улыбкой

–Скажу тебе по секрету, нам еще предстоит много интересного. А сейчас нам нужно в банк Скайрима.

Теперь они направляются к банку, пробираясь через узкие улочки оживленного города. Кругом слышны голоса торговцев, зовущих покупателей, и повсюду витают запахи свежего хлеба и сладкого вина.

Люк с любопытством оглядываясь

—Скоро ли мы будем в банке, Феликс? Мне кажется, я здесь раньше никогда не был.

Феликс пожимая плечами

—Да, нам осталось немного. Просто иди за мной и не отставай."

Наконец, они достигают внушительного здания банка, охраняемого двумя статными рыцарями в сверкающих доспехах. Внутри их встречает роскошный холл с мраморными колоннами и огромными люстрами, от которых свисает множество хрустальных подвесок.

Банкир суровый мужчина в строгом костюме с моноклем на глазу, приближаясь к ним

—Чем могу помочь, господа?

Феликс удерживая спокойный тон

— Я бы хотел открыть счёт на мое имя.

Банкир подозрительно разглядывая парней —Ваше полное имя и фамилия?

Феликс на мгновение напрягается, стараясь придумать фамилию, которая бы подошла для таких важных дел. После короткой паузы он уверенно отвечает:

—Феликс Дзержинский.

Банкир кивая, записывает фамилию в документы, после чего вручает им бумагу от счета

—Ваш счёт открыт, господин Дзержинский. Какие ещё распоряжения?

—Мне нужно обналичить королевскую расписку и снять … небольшую сумму. И занести ее на мой счёт.

С уверенностью ответил феликс

Процедура занимает некоторое время.

—Все готово сер. Строго произнес банкир.

На этом все произнес фелксе прощаясь с банкиром. Выйдя из банка Феликс с улыбкой и уверенностью на лице сказал

—А теперь отправимся на наш корабль. А дальше… Нас ждёт эсакан

Теперь они спешат к докам, где их ждет корабль, готовый к отплытию. Их сердца наполняются восторгом и чувством свободы. На пристани люди суетятся, поднимая последние вещи на палубу. Матросы заканчивают последние приготовления, натягивая паруса и затягивая канаты. Капитан корабля, сурово глядя на парней.

—Ну, наконец-то. Мы уже готовы отплыть.

Феликс с озорной улыбкой

—Да, капитан. Мы готовы к новым приключениям.

Люк улыбаясь от уха до уха произнес

—Вперед, Феликс! Пусть мир ждет нас!"

Корабль медленно отплывает от пристани. Ветра поднимаются, наполненные обещаниями новых открытий.

Следующая остановка Эсакан и королевская академия которая так и ждёт когда Феликс прибудет туда и откроет всем новые чертежи способные перевернуть мир.

Глава 7. Эсакан

Вечернее солнце, погружаясь за горизонт, окрашивало небо над восточными берегами Эсакана в тёплые золотисто-оранжевые оттенки. Волны мягко лизали кирпично-красные стены древнего порта, а запах соли и свежего морского воздуха наполнял горячее летнее время. Феликс, сошел с борта корабля, изящно держа плащ на плече. Следом за ним шел Люк, слегка стесняясь и прячась за высокого друга.

— Люк, ты только посмотри на это! — возбуждённо сказал Феликс, указывая на изящные пагоды и арки, отражающие традиции и величие бывшего сёгуната. — Такое ощущение, что мы попали в древнюю сказку!

— Да, Феликс, здесь действительно красиво, — тихо согласился Люк, не сводя глаз с величественной архитектуры. — Надеюсь, что местные будут дружелюбны.

Они, наконец, попрощались с капитаном Гарельтом, который вёл их через бурные моря к этим далеким берегам.

— Удачи, ребята! — весело крикнул Гарельт, когда они отправились в путь. — И помните, что мир полон загадок, а ответы стоят того, чтобы их искать!

Феликс и Люк, слегка помахав ему, направились прочь от порта.

Феликс с Люком, оба стояли на шумной пристани восточных берегов Эсакана. Волны хлестали по камням, разнося соленый запах моря. Ветер играл с рыжими волосами Феликса, заставляя их развеваться, словно огненная грива, его изумрудные глаза сверкали любопытством. Люк, держался поближе к своему старшему товарищу.

Они направились к ближайшему трактиру, название которого было выведено краской на деревянной вывеске: "Морской Бриз". Дверь, старенькая и потертая, жалобно скрипнула под нажимом Феликса, и друзья вошли в помещение, насыщенное запахами жареной еды и пролитого эля. Звон бокалов и смех гостей трактирной залы сливались в глухой гул. Трактир, освещенный тусклыми факелами , был полон сельчан и путешественников.

Феликс решительно подошел к барной стойке, за которой стоял худой мужчина средних лет с добродушным лицом, тщательно протирающий кружку. Увидев новых посетителей, трактирщик коротко кивнул и поставил кружку на полку.

— Добрый день, путники. Чего желаете? — голос его был бархатистым и приветливым.

Феликс, хитро прищурив глаза, начал разговор:

— Мы прибыли издалека, чтобы узнать о наборе в имперскую академию Эсакана. Что вы можете рассказать об этом?

Улыбка трактирщика несколько угасла, и он серьезно посмотрел на Феликса:

— Честно говоря, без знатного дворянского титула туда не попасть, молодой человек. Либо вам нужно жениться на знатной даме, либо купить титул , либо родится дворянином.

Феликс нахмурился, не намереваясь так просто сдаваться:

— Нет ли способа обойти эти ограничения? Например, есть ли в городе молодые знатные дамы, с которыми можно установить контакт?

Трактирщик задумался, почесывая подбородок. Люк беспокойно переносил вес с ноги на ногу, отчаянно надеясь на хорошую новость.

— Ну… если память мне не изменяет, в нашем городе есть одна молодая дама подходящего возраста. Ее зовут Мусаси. Ей шестнадцать лет, и она бывшая дворянка Сёгуната Расцвета. Ее отец был придворным министром у сёгуна. После развала сёгуната и захвата страны Эсаканом, она осталась при номинальном титуле, потеряв своего отца.

Люк, будучи не в состоянии сдержаться, вскрикнул:

— А что это значит для нас?

Трактирщик тяжело вздохнул:

— Мусаси имеет довольно сложный характер, даже чересчур для ее возраста. Она никогда не смиряется с несправедливостью и не уступит просто так. Вам придется действительно постараться, чтобы завоевать ее доверие.

Феликс взглянул на Люка, и тот в ответ широко улыбнулся, готовый к любым испытаниям. Феликс хмыкнул и обратился к трактирщику:

— Где мы можем найти эту Мусаси?

— Она живет на окраине города, в старом особняке ее семьи. Лучше всего идти днем, ночью там обитают не самые приятные личности…

В этот момент трактира зазвенел отчасти противный голос, принадлежащий пьянице с обвисшими усами, обсуждающему громким голосом последние новости с группой рыбаков у стены:

— Да я вам говорю, Мусаси-то не проста, она знает нечто важное, скрывающее большие сокровища!

Трактирщик, услышав это, сухо улыбнулся и добавил:

— Берегитесь, мальчики. Эта юная леди обещает быть вашей самой большой загадкой.

Феликс кивнул, полу-рассеянно слушая советы, полу-фокусируясь на своих мыслях. Детективная работа и возможность вступить в академию пробуждали в нем ту самую жажду тайн и приключений, которая горела в его изумрудных глазах.

Феликс и Люк, вышли из шумного трактира. Небо над ними было затянуто серыми облаками, предвещающими дождь, что добавляло ещё большую таинственность их путешествию. Улицы, по которым они шли, были разбиты и грязны, словно отражение того, что происходило в этом некогда процветающем районе после развала сёгуната. Каждое их движение сопровождалось тихими шептаниями прохожих, которые с опаской наблюдали за двумя юными путешественниками.

Феликс, наполненными жаждой приключений, уверенно вел Люка, по узким улочкам. Люк, слегка испуганно смотрел по сторонам, держа руку Феликса крепче обычного.

"Не волнуйся, Люк, мы почти на месте," — мягко успокаивал Феликс своего младшего спутника, ловко обходя лужи и остатки мусора.

Когда они наконец достигли старого особняка, двери им открыл старый слуга, чьи глаза таили вековую мудрость, а осанка — достоинство. Он, единственный, кто остался присматривать за этим древним местом, тепло улыбнулся, приглашая их внутрь.

"Добрый вечер, юные господа. Мусаси нет дома, но я любезно приглашаю вас зайти и подождать её в гостиной," — произнес он с мягкостью в голосе, которая словно бы окутывала их теплом в холодный день.

Феликс и Люк прошли в просторную гостиную, стены которой были украшены старинны письменами на непонятном их языке. Мебель, хоть и старая, была ухожена и излучала благородство прошлых времен. Они устроились на тотами у стола.

Старый дворецкий с обрядной вежливостью поднес им чашки горячего чая. "Вы, наверное, умираете от жажды после такого долгого пути. Позвольте мне рассказать вам историю этого дома, чтобы скоротать время," — начал он, усаживаясь напротив них.

Феликс с интересом кивнул, а Люк, разводя руки, излучал наивное любопытство.

"Этот дом некогда принадлежал министру Бэцумии Шинде," — начал дворецкий, его голос уходил в эхо по старинной комнате гостиной, словно оживляя долгие утраченные пути. "Он был известен своей мудростью и справедливостью, а также своей тайной коллекцией древностей и манускриптов. Говорят, что многие из них обладали некой магической силой…"

Феликс пристально смотрел на дворецкого, его изумрудные глаза блестели от интереса. Люк, слушая вполуха, погрузился в мир своих детских фантазий о магии и приключениях.

"А что стало с министром?" — не выдержав, спросил Люк, глаза которого наполнили искры интереса.

Старик вздохнул и продолжил: "Его погубила жадность. Он стремился к все большим и большим знаниям, не осознавая, что некоторые тайны лучше оставить неразгаданными. В конце концов, он исчез при загадочных обстоятельствах, и о нем больше никто ничего не слышал."

Феликс опустил голову, задумавшись. Может быть, их путешествие приведет их к разгадке этих тайн? Глубокая тишина обволакивала комнату, только огонь в камине тихо потрескивал, пока тени танцевали на стенах.

Феликс и Люк сидели на мягких татами обитых тончайшим шелком, в роскошной гостиной особняка, выполненного в стиле древнего сегеута. Вся мебель — от изысканных резных столов до богато украшенных ширм.

Феликс выглядел возбуждённым. Он бросал взгляд на окружающие его предметы искусства и диковинные артефакты, его ум уже работал над разгадкой тайн этого места. Люк же, его верный напарник, выглядел слегка потерянным, но восхищённым.

Вдруг старый дворецкий встал, неспешно поправляя свою одежду произнес, обращаясь к гостям:

— Молодые господа, мне необходимо уйти. Однако моя хозяйка скоро подойдёт, и вы сможете обсудить ваши дела.

С этими словами он направился к выходу, оставив Феликса и Люка в полной тишине. Вдруг дверь со скрипом отворилась, и в комнату вошла Мусаси. Она была словно вихрь — белые волосы, как упрямые стяги снега, алые глаза, пронизывающие насквозь, и кимоно, обнятую вокруг её грациозной фигуры. За её поясом покоились катаны, свидетельство её дебоширской натуры.

Мусаси легко ступила на мягкие татами и с широкой ухмылкой бросила:

— Так это вы, ребятки? Ну, и кто вы такие и зачем явились в мой дом?

Феликс мгновенно включил всю свою харизму, его лицо расплылось в приветливой улыбке, он встал и склонился в лёгком поклоне.

— Приветствую, Мусаси-сама, — начал он, с живостью в голосе. — Меня зовут Феликс, а это мой младший брат Люк. Мы услышали о вашем величии и надеемся на вашу помощь. Нам нужно попасть в академию Эсакана, но для этого нам необходим титул или письмо от знатного человека.

Алые глаза Мусаси опасно сузились, но она всё же продолжала улыбаться, оценивающе разглядывая обоих мальчиков.

— Академия Эсакана, значит? — рыкнула она, качая головой и хохоча. — Да вы, ребятки, себе целей пообъёмнее не выбрали? Что ж, расскажите мне, почему я должна помочь вам?

Люк, чувствуя себя немного увереннее рядом с Феликсом, тоже встал и склонился в поклон.

— Мы… верим, что Академия поможет нам стать сильнее, — сказал он слегка дрожащим голосом, его синие глаза смотрели на Мусаси с трепетом. — И мы знаем, что вы — единственная, кто может дать нам шанс!

Мусаси засмеялась ещё громче, этот смех наполнил комнату. Она подошла ближе, её катана мягко звенела на поясе, и она почти сразу оказалась лицом к лицу с Феликсом.

— Храбрость — это редкое качество, — почти прорычала она с похотливым блеском в глазах. — Но это не всегда достаточно. Давайте я посмотрю, на что вы годитесь. Готовы ли вы пройти испытания? Лишь тогда я решу, достойны ли вы моего титула!

Феликс и Люк кивнули, их сердца билось быстрее, сознание переполнено эмоциями — страхом, адреналином и надеждой.

Мусаси задумалась , в поисках того чтобы предложить парням чтобы испытать их.

Феликс и Люк стояли в гостиной большого старинного особняка. Вокруг них царила атмосфера древнего сёгуната.

Феликс, произнес разрывая минуты тишины образовавшуюся между ними. "Ну и что же у тебя на уме, Мусаси?" — задал он вопрос, слега сужая глаза и кладя руки на бёдра.

Люк пристально наблюдал за Феликсом и Мусаси. В его облике читалась наивность и искреннее желание помочь. "Да, Мусаси, любопытно, что ты хочешь, чтобы мы сделали", — произнёс он с детским, хотя и слегка робким, голосом.

Мусаси стояла перед ними в своём великолепном кимоно. Она была воплощением противоречий: храбрость и похоть, дебоширство и обаяние. Она оглянулась вокруг и, заметив своего старого слугу, её лицо засияло вызывающей уверенностью.

"Вы должны привести мой особняк в порядок", — резко и громко произнесла она, что сразу заставило слугу заморозиться на месте. "Убраться, залатать дыры… крыша недавно прохудилась". Её голос был твёрдым, но на губах играла азартная улыбка.

Феликс прыснул от смеха, но в его глазах горело желание взяться за задание. "Что ж, похоже, у нас нет выбора", — подмигнул он Люку, который выглядел слегка ошарашенным.

Мусаси приблизилась к ним, и в её голосе появилась легкая нотка похоти: "Если вы справитесь, я дам вам пропуск в заветную академию Эсакана".

Люк открыл рот от удивления, а Феликс нахмурился, начиная мысленно планировать. "Что ж, за такое вознаграждение стоит постараться", — проговорил он, вновь глядя на Мусаси с хитрым прищуром.

Мусаси, довольная своей неожиданной задачей, кивнула и вернулась назад, оставив парней в глубоком раздумье. "Люк," — сказал Феликс, хлопнув мальчика по плечу, — "начнем с главного зала.

Главный зал особняка выглядел грозно и величественно даже в запустении. В центре зала стояла массивная деревянная лестница, которая вела на верхние этажи, где крыша угрожающе хлюпала и клонилась, как спящие чудища. На стенах висели выцветшие картины и тёмные гобелены, показывающие сцены древних сражений и мирных моменталей жизни в сёгуната.

Феликс и Люк трудились с неимоверной сосредоточенностью. Феликс использовал тряпку, чтобы протереть старинные деревянные столы и стулья, на которых ещё виднелись следы прошлого. Его изумрудные глаза словно искрились жизнью и радостью.

Люк едва высокомерно державший метлу, старательно сметал мусор и щепки с пола. Его синие глаза, большие и открытые, переполнялись детской наивностью и страхом перед масштабом задачи. Иногда он с восхищением наблюдал за Феликсом, учась распознавать все мелкие детали и особенности старинного интерьера. Временами он задавал вопросы, каждый из которых был наполнен невинным любопытством и трепетом, присущим только детям.

— Феликс, а что это за странные знаки на балюстраде? — воскликнул Люк, указывая на резные символы на деревянных перильцах лестницы.

Феликс оглянулся, продолжая протирать стол.

— Это, Люк, символы старых мастеров. Каждая резьба имеет своё значение, они рассказывают истории семьи. Мы должны быть аккуратны с ними, это части чьей-то жизни, — ответил Феликс, в его голосе звучала ненавязчивая, но явная хитринка.

В этот момент в зал вошла Мусаси. Её белые волосы и алые глаза создавали устрашающее, почти потустороннее впечатление. Катана свисала с пояса, и кимоно лёгкими складками струилось вокруг её фигуры. Её выражение лица ясно говорило о том, что она готова к любому типу сражения.

— Что это за шутовство? — громко сказала она, в её голосе прозвучала нотка вызова. — Вы тут что, игры играете? Одинаково медленно — и плохо.

Феликс и Люк обменялись взглядами: Феликс с испуганной улыбкой, а Люк — с детским страхом и удивлением.

— Мы делаем всё возможное, Мусаси, — ответил Феликс, стараясь быть решительным, но не слишком вызывающим. — Особняк в ужасном состоянии, и для нас это не просто уборка, а своего рода испытание.

Мусаси вскричала от возмущения и направилась к ним:

— Каждый угол должен быть начисто почищен, каждая деревянная резьба должна блестеть, словно новая. Если вы пришли не работать, то лучше уходите, — её красные глаза метали молнии, но в них также можно было разглядеть скрытую заботу и легкую ухмылку. При всём своём внешнем дебоширстве, она явно не была равнодушна к делу, которое взяли на себя молодые люди.

Люк кивнул, стараясь скрыть дрожь в голосе:

— Мы стараемся, Мусаси. Мы хотим восстановить этот дом, чтобы он снова стоял гордым и красивым.

Мусаси, немного смягчившись, тяжело вздохнула.

— Хорошо. Я буду наблюдать. Но если обнаружу хоть одну пылинку… — её голос снова стал строже.

Феликс, ощутив чистую страсть и необычную храбрость, улыбнулся в ответ:

— Мы справимся. Ты будешь гордиться этим домом, Мусаси.

С этого момента работа пошла быстрее. Под неусыпным взглядом Мусаси, Феликс и Люк продолжали чистить и чинить, наполняя особняк жизнью, какой он, возможно, давно не знал. Особенно Люк чувствовал в этом некое волшебство, словно они не просто убирали комнату, а возвращали минувшее величие.