Пираты пустошей

Глава 1

Танкред де Отвиль открыл глаза и недоуменно уставился в окружающую его тьму.

Он лежал лицом вверх в ложе с высокими стенками, более всего напоминавшем саркофаг, правая его рука сжимала рукоятку меча, покоившегося на груди.

Приподнявшись, он в замешательстве огляделся вокруг, но по-прежнему не мог почти ничего увидеть. Лишь впереди, шагах примерно в двадцати, виднелось едва различимое светлое пятно.

- Что это? - поражённо произнёс рыцарь, - Как…где я?

Встав на ноги, он осторожно двинулся на свет, держа меч перед собой. По мере приближения, свет становился различим всё отчётливее, и Танкред прибавил было шагу, отчего сразу же упал наземь, споткнувшись о какой-то неведомый предмет. С проклятием вскочив, он продолжил путь, соблюдая большую осторожность. Каким бы образом он не оказался в этом месте, оставаться здесь он совершенно не желал.

Свет исходил из небольшого проёма в стене, находящегося прямо на уровне пола. Опустившись на колено, Танкред ощутил лёгкое дуновение ветра.

- Выход, - прошептал он, приняв лежачее положение, - Придётся ползти, и да поможет мне Господь.

Стараясь не думать о том, что будет, если проём окажется для него слишком мал, он толкнул перед собой меч, а затем, с усилием протиснулся следом, ощущая, как колотится сердце.

Выбравшись из тьмы, он, облегчённо вздохнув, поднялся на ноги и лишь тогда осмотрелся вокруг.

Он находился посреди пустынной степи, озарённой лучами восходящего солнца. Земля была почти безжизненной, редкие, доселе неведомые Танкреду растения, выглядели здесь непрошеными гостями, цепляющимися за существование в явно враждебной среде. Пустошь тянулась, насколько хватало глаз, и лишь на горизонте смутно виднелось что-то похожее на горы.

Нельзя было отказать Танкреду в отваге, и всё же он невольно дрогнул.

- Mon Dieu, - произнёс он с растерянностью, - Как я сюда попал?

Он попытался восстановить в памяти последние события. Он находился под стенами Иерусалима в самый разгар решающей осады. На дворе был одна тысяча девяносто девятый год от Рождества Христова, и он направился в свой шатёр, восстановить силы перед штурмом, который возможно должен был стать решающим. Каким образом он мог оказаться в пустыне, где не видно и следа его соратников и даже самого Солима?

- Дьявольские ли силы перенесли меня сюда, чтобы не смог я принять участие в битве? - задумчиво произнёс Танкред, пытаясь найти хоть какое-то объяснение происходящему, - Чары?

Никакого ответа он, разумеется, не получил. Дьяволы ли были замешаны в случившемся или колдуны - разговаривать с ним они не собирались.

Пожав плечами, Танкред решил для начала выяснить, с каким снаряжением он оказался в столь негостеприимном месте.

Итоги инвентаризации были не слишком утешительны.

Пожалуй, единственное за что он мог поблагодарить таинственные силы, вырвавшие его из шатра, так это оружие - меч был действительно неплох: остро наточен, да и балансировка что надо. Рукоять правда совсем простая без единого украшения, но ведь достоинство оружия, как и достоинство воина, отнюдь не во внешней красоте. Нашлось бы немало рыцарей, которым меч бы возможно показался длинноват - одно лишь лезвие в длину было никак не менее четырёх футов, но ему, с его-то ростом и силой, будет не так уж сложно управляться с ним даже одной рукой. Безусловно, это было оружие, на которое можно положиться.

Остальное же, увы, оставляло желать лучшего. На нём не было ни кольчуги, ни даже простой стёганки, вообще ничего, кроме котты, просторных штанов до колен, грубо сделанных сапог, да притороченной к поясу внушительных размеров фляги, в которой Танкред, к своей радости, обнаружил воду. На шее висел массивный медальон из камня в виде креста, заключённого в круг. Весил он немало, и у Танкреда даже мелькнула мысль его выбросить, но в тот же миг он устыдился своего порыва.

- In hoc signo vinces, - пробормотал Танкред, крепко сжав медальон в руке, - Что ж, ободрись и действуй.

Выпустив медальон, он зашагал по направлению к горам.

Спустя несколько часов бодрости у него поубавилось. Солнце нещадно палило, заставляя Танкреда обливаться потом. Усиливающийся ветер поднимал облака пыли, противно скрипящей на зубах и забивающейся под одежду. Такреда уже начала мучать жажда, и имея опыт походов в пустыне, он понимал – с одной лишь флягой воды ему долго не протянуть, горы же, казалось, не приблизились ни на шаг.

Закашлявшись, он сплюнул пыль на землю, мрачно проводив глазами сгусток слюны. За всю свою жизнь он ни разу не дрогнул в битве, но никакая отвага не могла помочь одолеть пустыню, не только без серьёзных запасов пищи и воды, но даже подходящей одежды.

- Возможно я уже умер, - прошептал он, невольно дрогнув, - Умер и попал в ад.

- Сэр рыцарь, - ласковый женский голос раздался из ниоткуда, заставив Танкреда подскочить на месте, - Не дай отчаянию завладеть твоим сердцем. Помни, что уныние есть смертный грех.

- Кто ты? - спросил Танкред, озираясь по сторонам. - Покажись, кем бы ты ни была.

- Я покажусь, - шепнул голос, а затем Танкред увидел её воочию.

Была она вся соткана из света, прекрасная и кроткая, словно сошедшая с иконы, в простой, домотканой одежде, напоминавшей одеяние монахини. Голова девы была непокрыта, и взору Танкреда открылись светлые, слегка растрёпанные волосы, обрамлявшие идеальный овал лица. Незнакомка подняла голову, и Танкред невольно смутился, встретив внимательный взгляд серых глаз.

- Сэр рыцарь, - вновь произнесла дева, изучающе глядя на Танкреда, - Идя долиной смертной тени, да не убоишься ты зла, ибо Господь наш не оставит тебя и здесь, пусть ты и вдали от христианских земель.

- Где я сейчас? - осмелился спросить Танкред, - Как я здесь оказался? Солим...

- Сейчас невероятно далеко от тебя, - прервала дева, - Ты был призван туда, где ты сейчас нужнее всего - лучший из христианских рыцарей, величайший воин армии крестоносцев. Нет-нет, не стоит спорить, - дева предостерегающе подняла руку, - Ты был избран, а значит сейчас ты нужен именно здесь. Но не бойся лишиться славы! Клянусь тебе, что Господь дарует победу крестоносному воинству, и имя твоё навеки останется в людской памяти.

- Я.... - Такред почувствовал, что у него буквально закружилась голова, - Я был избран Господом...но почему? Я конечно же не против, но избран для чего? И что это за место? И кто ты, о прекрасная дева? Ты выглядишь, как святая, но...

- Зови меня Бригитта, - вновь прервала его женщина, - Мир сей для тебя будет чужд и незнаком, название же его тебе ничего не скажет. Знай лишь, что этот мир беден и жесток, таковы же и люди, что его населяют. И всё же, пусть здешний народ зол, безжалостен и не всегда честен, они заслуживают спасения, и Господь, в своей милости, не оставил даже сей мир, пусть имя Христа и неизвестно в этих краях.

- Неизвестно имя Христа, - потрясённо прошептал Танкред, - Так этот край населён неверными?

- Ты должен выполнить миссию, - незнакомка с видимым раздражением дёрнула головкой, - Готов ли ты выслушать меня?

На языке у Танкреда вертелось не менее сотни вопросов, и всё же он смиренно склонил голову.

- Я готов.

- Найди человека, - бесстрастным голосом изрекла Бригитта, - Необычного, непохожего на других. Ты поймешь о чем речь, когда увидишь его. Скорее всего он будет выглядеть стариком. Высоким, сутулым, с седыми волосами до плеч и отметиной на левой щеке. похожей на косой крест. Его зовут Джошуа. Джошуа Никс. Он может представляться и другим именем, но вряд ли сильно изменит внешность. Так или иначе, когда ты найдешь его, ты должен сказать: Бригитта передает тебе привет и просит, чтобы ты исполнил свой долг. От него ты узнаешь остальное.

- При всем уважении, ты говоришь загадками, - горячо воскликнул Танкред, - Посуди сама, как я могу найти этого человека? С тем же успехом я могу поискать в стоге сена швейную иглу! И что он должен мне сказать? Почему я не могу услышать об этом сейчас.

- Ты должен верить мне, о рыцарь! – в голосе Бригитты неожиданно появилась мольба, - Верить, ибо миссию эту некому поручить кроме тебя. Я понимаю твои сомнения и поверь, если бы я могла сказать тебе больше, я бы сделала именно так. Но есть причины, по которым мои уста должны быть закрыты. В своё время ты узнаешь всё и поймёшь, что я действую в соответствии с Божьим замыслом. Не откажи в помощи деве в беде, вспомни о рыцарских обетах.

Танкред тяжело вздохнул. Девы успели принести ему немало проблем, в беде ли, в радости ли.

- Я сделаю, что смогу, - произнёс он после некоторого раздумья, - Но ты должна понимать, что задача выглядит почти невыполнимой. Местность совершенно безжизненна, и возможно я буду мёртв уже через пару дней. Можешь ли ты по крайней мере сказать, в какой стороне отсюда находится ближайшее поселение?

- Благодарю тебя, о герой, - чинно ответила Бригитта, - Ты идёшь в правильном направлении, за этими холмами впереди на северо-западе находится небольшой город, носящий имя Альм. Пусть он станет началом твоего пути. Расспроси местных жителей, знают ли они об искомом человеке. Но прошу тебя об одном - какими бы чудными не показались тебе местные обычаи - не пытайся менять их слишком сильно, помни о своей миссии. Рыцарь не должен обнажать меч без нужды.

- Прости, - твёрдо ответил Танкред - Но судить о том, есть ли нужда в обнажении меча, я предпочту самостоятельно. И если долг мужчины и рыцаря повелит мне это сделать, я так и поступлю. Мало чести в том, чтобы бежать от сражения, и я никогда...

- Поступай, как сочтёшь нужным, - Бригитта неожиданно улыбнулась уголками рта, и Танкред невольно отметил сколь невероятно преобразила её эта улыбка, - Я не могу помочь тебе физически, ибо здесь я не во плоти, но иногда могу дать добрый совет и ободрить в трудную минуту. Не везде ты сможешь услышать меня, но все же я постараюсь быть рядом. Не теряй лишь божий крест, что висит на твоей груди, и я не оставлю тебя.

Такред невольно сжал реликвию рукой.

- In hoc signo vinces, - серьёзно произнесла дева, - Сейчас же я оставлю тебя, держи путь на северо-запад и да послужит тебе Господь защитой.

Видение рассеялось в один миг, и Танкред снова оказался один посреди безжизненной пустоши.

Несколько секунд он стоял, пытаясь переварить услышанное. За свою жизнь ему пришлось пережить немало приключений. Сталкивался он и с вещами столь странными, что их можно было назвать и колдовством. И всё же то, с чем он столкнулся сейчас, было настолько невероятным, что заставляло меркнуть весь предшествующий опыт.

Но Танкред был рыцарем, а значит прежде всего человеком действия и, будучи не в силах понять происходящее, поступил единственно возможным образом - просто зашагал вперёд, в направлении, указанном ему Бригиттой. Образ какой-никакой цели придал ему сил, и казавшаяся далёкой гряда холмов, теперь словно приближалась с каждым шагом.

Когда он добрался до цели, день начинал клониться к закату. Тени удлинились, солнце склонилось ближе к земле, окрасив её в бирюзовый цвет. Танкред сделал глоток воды и двинулся вверх по склону.

Идти было несложно, холмы, хоть и немалой высоты, были довольно отлогими. Танкред заметил странное растение, напоминающее гибрид пальмы с кактусом и, подойдя ближе, рубанул его мечом. Попробовав на вкус сок, он недовольно скривился - для питья жидкость точно не годилась.

- Что ж, попробовать стоило, - пробормотал он, продолжив путь.

Следующей находкой стал огромный скелет, не менее восьми туазов в длину. Танкред заворожённо смотрел на кости, пытаясь определить животное, которому они могли бы принадлежать, однако был вынужден расписаться в своём неведении.

- А край сей и впрямь чуден, - Танкред дотронулся до сплюснутого черепа кончиком меча, - И полон странных вещей. Не помешал бы мне сейчас добрый конь и...что это?

Танкред замер, вглядываясь в лабиринт холмов.

- Клянусь, там было какое-то движение, - воскликнул он в невероятном возбуждении, - Люди?

Сил словно прибыло, и он почти побежал по холму, позабыв про усталость и уже сказывающееся чувство голода.

Гряда холмов была не слишком широкой, и по мере приближения к цели, воинская осторожность брала верх над любопытством и жаждой обрести спутников. Замедлив шаг, Танкред старался идти так, чтобы не оказаться замеченным раньше времени, вспомнив предупреждение Бригитты о том, что здешнее население может оказаться не слишком-то дружелюбным. Под конец он уже буквально крался, скрываясь в вечерних тенях.

Наконец, просвет в холмах позволил ему разглядеть вереницу из нескольких сцепленных друг с другом крытых повозок. Сгорая от нетерпения, Танкред осторожно подобрался поближе, продолжая оставаться незамеченным.

Странный караван открылся ему целиком.

Несколько деревянных телег возглавлялись фургоном, запряжённой диковинными зверьми, напоминающими смесь огромной ящерицы с броненосцем. Монстры, видимо, достаточно сильные, чтобы в одиночку тащить все повозки разом, сейчас флегматично стояли на месте, изредка помахивая неожиданно куцым хвостом. Было похоже, что при своих чудовищных габаритах, животные не отличались особой агрессивностью.

Семь или восемь человек в грязных длинных халатах стояли на коленях, сбившись в кучку возле одной из телег. Одного из них, одетого побогаче, но также пребывающего в коленопреклонной позе, удерживал мускулистый мужчина, сжимающий в свободной руке копье. Ещё несколько вооружённых людей распределились вдоль каравана, некоторые уже жадно осматривали содержимое телег. Картину довершало два мёртвых тела, валяющихся чуть поодаль.

За время своих странствий в качестве крестоносца Танкред не раз повидал подобные картины, и зрелище, представшее его взору, даже не слишком выделялось на фоне виденного доселе. Животные могли быть мулами, или диковинными броненосными ящерицами, торговцы могли быть христианами или мусульманами, но вот разбойники всегда были разбойниками.

- Возможно стоит помочь торговцам, - знакомый женский шёпот заставил Танкреда невольно вздрогнуть, - Рыцарский долг повелевает тебе совершить подвиг, к тому же они могут оказаться полезны.

Танкред прикинул соотношение сил. Насколько он мог судить, бандитов было шестеро, причем внешне они отличались от караванных рабочих разве что наличием довольно примитивного оружия. Будучи на коне и в доспехах, он бы едва ли заметил такое отребье, но ни того, ни другого у него не было, а врагов, как ни посмотри, всё-таки шестеро против одного, если только кто-то из сбившихся в кучу мужчин не попытается ему помочь.

В этот самый момент воин, придерживавший главу каравана, с оттяжкой нанёс тому удар по лицу, а затем вытянул из-за пояса нечто похожее на кривой нож. Танкред понял, что медлить более нельзя.

Глава 2

Вознеся короткую молитву, он резко выскочил из-за укрытия. Ближайший к нему противник стоял спиной, сжимая в одной руке длинное копьё, и Танкред решил начать именно с него. Воинский опыт подсказывал, что копьё является довольно опасным оружием.

Танкред успел подбежать почти вплотную, когда разбойник, заподозрив-таки неладное, обернулся назад. Лицо его исказилось в ужасе, и он попытался изготовиться к бою, но успел только вскинуть копьё, тут же упав с разрубленным черепом. Не давая врагам опомниться, Танкред сразу же атаковал следующего - здоровяка со здоровенной палицей в руках, сильного, но увы - слишком медленного, чтобы успеть отразить молниеносный удар рыцаря, разрубивший ему грудь. Следующий противник - жилистый, смуглый мужчина, вооружённый щитом и топориком, бросился на Танкреда сам и налетел прямиком на выпад длинного клинка, а затем тяжело рухнул на песок, получив ногой в живот.

Кем бы ни были эти люди, они явно не были хорошими воинами.

Очередным противником рыцаря стал коротко стриженый боец с коротким копьём и сетью - тот самый, что собирался зарезать главу каравана. К немалому удивлению Танкреда, враг оказался вовсе не мужчиной, а женщиной, мускулистой, со шрамами на лице. И всё же ошибки быть не могло - пред ним была женщина, причём, судя по стойке, она была более опасна, чем его предыдущие оппоненты.

Освободившийся караванщик неожиданно выкрикнул какой-то приказ и, казавшаяся покорной и забитой кучка людей, внезапно словно взорвалась, с голыми руками напав на оставшихся разбойников, повалив их наземь. Женщина ругнулась на непонятном языке и резко хлестнула Танкреда скрученной сетью прямо по ногам. Подпрыгнув вверх, тот перехватил меч наподобие посоха и, отразив выпад копья, резко сорвал дистанцию, подскочив вплотную к разбойнице, после чего, используя инерцию прыжка, нанёс удар рукояткой в челюсть. Женщина рухнула на песок, всё ещё сжимая в руках копьё, и Танкред, не давая ей опомниться, прижал её коленом к земле и, схватив оружие за древко, начал выкручивать его из её рук противницы.

- Кусок дерьма! - завопила девица, и Танкред с немалым изумлением обнаружил, что прекрасно её понимает, - Трусливая мразь.

- Всё кончено, - уведомил Танкред, вырвав наконец копьё из рук копейщицы, которая, при все своей немалой для женщины силе, всё же не могла ему что-то противопоставить, - Вы моя пленница.

- Ах ты отрыжка вонючей шоаны..., - девица попыталась плюнуть ему в лицо, но промахнулась, - Какого ты лезешь не в своё...

Отбросив в сторону копьё, Танкред рывком поднял её на ноги. Атака похоже стоила караванщикам ещё одного погибшего, однако принесла успех - оба бандита валялись на земле, буквально растерзанные в клочья. Глава каравана - полный бородатый мужчина лет сорока, сжимающий в руках разряженный арбалет, подошёл к Танкреду, прямо-таки светясь от счастья.

- Что за милосердное божество послало тебя нам, о воин? - произнёс он нараспев, окинув взглядом неожиданного спасителя, - Был ли то Маграк - покровитель торговцев или сладчайшая Ширвайн, что защищает путников. В любом случае, тебе мы обязаны нашими жизнями, скажи мне, как твоё имя?

- Елейная дрянь! - рявкнула девица, и рванулась с такой силой, что Танкред еле успел её удержать, - Радуешься теперь, скотина?!

- Ох, молю тебя о прощении, - в голосе Арвиза действительно ощущался елей - Вижу ты могучий воин, юноша, не мог бы ты подержать эту мерзость, пока я перережу ей горло.

- Меня зовут Танкред, - сухо ответил рыцарь, загородив собой девицу, - И я уже давно не юноша. Женщина эта, пусть и разбойница, моя пленница, убить её я не позволю.

- Понимаю тебя, - торговец сально ухмыльнулся, - Столь могучий воин безусловно сможет укротить даже такую бабу, злобную, как пустынный пожиратель, и столь же красивую. Позволь тогда связать ей руки и бросить в фургон, клянусь тебе своей честью торговца, что ей не причинят вреда.

- Пусть так, - Танкред толкнул женщину вперёд, заставив её встать на колени, - Как твоё имя?

- Арвиз, с твоего позволения, - торговец отвесил низкий поклон, - Честнейший из торговцев во всех семи городах, да накажет меня Маграк, если я лгу.

- Как только тебя земля носит, сгусток лживого кала? – женщина хрипло рассмеялась, - Твой Маграк давно должен был тебя угробить.

- Не обращай внимания на эту глупую дурочку, - Арвиз неожиданно умело затянул петлю на руках пленницы, - Как видишь, Маграк благоволит мне Яра, а вот ты вроде бы не очень чтишь богов, и посмотри, к чему тебя это привело.

- Вы что, знаете друг друга? - спросил Танкред.

- О, ещё бы, - с сарказмом произнесла Яра, - Кто же не знает Арвиза - мерзейшего из...

- Да заткнись наконец, ты…, - с неожиданной злобой прошипел Арвиз и, с трудом подняв Яру на ноги, отдал приказ подбежавшим подручным, - Бросьте её в фургон, только не убивайте. В Альме ей найдётся применение.

- Её должны судить власти, - весомо произнёс Танкред, - До того момента пусть ни один волос не упадёт с её головы.

- О, как скажешь, величайший из воинов. Могу ли я узнать, куда ты держишь путь? Где все твои спутники?

- Путь мой пока лежит в Альм, - подойдя к одному из тел, Танкред отрезал кусок одежды и начал бережно чистить меч, - Спутников в здешних землях у меня нету.

- В Альм, - просиял Арвиз, - Так это же прекрасно, мой дорогой. Так уж вышло, что нам как раз по пути. Не соизволишь ли к нам присоединиться? До Альма не столь уж далеко, но даже небольшой отрезок пути может породить множество проблем. Нам совсем не помешает спутник столь могучий, сколь же и искусный в обращении с оружием. Эй вы, - бросил он караванщикам, и Танкред невольно усмехнулся, отметив, как изменился его тон, - Соберите всё ценное, что есть на этой падали и трогайтесь. Времени в обрез, если не прибудем в Альм к утру - о жаловании за день можете забыть. Наших, так и быть можете погрузить на телегу, этих бросьте здесь - нечего заморачиваться с похоронами.

Несмотря на то, что Арвиз был не слишком-то грозен на вид, приказы его исполнялись беспрекословно. Жилистые оборванцы синхронно засуетились, словно были частью некого единого механизма. Один из них заскочил на козлы, взяв в руки внушительных размеров бич, в то время, как остальные уже грузили тела на телеги. Повинуясь щелчку, огромные зверюги с протяжным рёвом двинулись вперёд, потянув всю внушительную вереницу телег.

- Откуда ты, друг? - поинтересовался Арвиз, неожиданно легко для своей комплекции зашагав следом за караваном.

- Иерусалим, - ответил Танкред, решив, что более подробная информация избыточна. В конце концов, если верить его спутнице названия из его старого мира ровным счётом ничего не скажут обитателям этого.

- Иерусалим? - недоуменно повторил Арвиз, - Похоже, ты далеко забрёл от родных краёв. Могу я спросить, что ты ищешь в Альме?

- Ответы на вопросы, - Танкред поймал себя на том, что спутник ему не слишком-то нравится, списав это на некоторую неприязнь к торгашам, - Скажи мне, добрый караванщик, слышал ли ты про человека, носящего имя Джошуа Никс? Вроде как пожилой, но высокий, с седыми волосами до плеч и шрамом в виде молнии на щеке?

- Боюсь, что слышу это имя впервые, - развёл руками караванщик, - Могу сказать, однако, что имя сие нетипично для здешних мест.

Танкред промолчал.

- Как и твоё, впрочем, - задумчиво произнёс Арвиз и, словно спохватившись, добавил, - Надеюсь, ты не воспримешь это как попытку оскорбить.

- Разумеется, - небрежно бросил крестоносец, - Ты же не идиот, добрый караванщик.

- Конечно же нет, - натужно рассмеялся Арвиз, - Кто посмел бы оскорбить такого воина, да с таким мечом. У тебя отличное оружие, мой друг, под стать магу, а то и королю.

- Магу? - недоверчиво переспросил Танкред.

- Ну конечно же магу, - невозмутимо сказал торговец так, будто речь шла о чём-то само-собой разумеющемся, - Причём магу не из последних.

- Вижу, что в этих краях и впрямь не знают Божьего закона.

- О, ну что ты, здесь множество богов, - горячо возразил Арвиз, - И мы их чтим всех.

- Не сомневаюсь, - процедил рыцарь, - Этот Альм, большой город?

- Довольно велик, - Арвиз задрал подбородок, - Не менее пятисот жителей, и, скажу без ложной скромности - я там не последний из людей.

- Пятисот..., - эхом отозвался Танкред, но Арвиза похоже было уже не остановить.

- Да, не менее пятисот. И есть даже свой маг, беглый разумеется. Что-то там наворотил в своём кругу и был вынужден бежать, ну и приняли его здесь. Город может и не сравнится с большой пятёркой, но, как ни крути, это важный перевалочный пункт. Почти каждый что-то да знает, так что это и впрямь неплохое место для того, чтобы найти что-то или кого-то. Наверняка найдутся и те, кто знает про человека, которого ты ищешь. Могу я полюбопытствовать, что тебе от него нужно?

- Можешь, - отрезал Танкред, - Полюбопытствовать. Но лучше расскажи мне о здешних краях. Ты сказал, что здесь есть маги?

- Есть, - фыркнул караванщик, - Не то, что есть, а они-то здесь всем и заправляют. Между нами, те ещё высокомерные ублюдки. Но это строго, между нами, - добавил он, заискивающе, - Как по мне, Лорд-протектор Марон поступил с ними правильно.

- Лорд-протектор Марон?

- Ну. разумеется, - кивнул Арвиз, - Уж не хочешь ли ты сказать, что не слышал о событиях в Дагриме? Сколь бы издалека ты ни был, но уж про такое-то ты должен был знать.

- Вынужден признаться в своём невежестве.

- Что ж, помочь тебе развеять его - меньшее что я могу для тебя сделать, - Арвиз неожиданно ускорил шаг, - Боюсь, рассказ будет долгим и мне ничего не остаётся, как смочить горло, подожди немного, я возьму в своём фургоне мех.

Танкред кивнул, продолжая идти с прежней скоростью. Он обратил внимание, что никто из караванных рабочих не ехал на телегах, продолжая идти пешком. Хотя, ничего удивительного, даже у таких мощных зверюг наверняка были свои пределы силы и выносливости, а вес повозок и без того увеличился за счёт погруженных тел.

Арвиз без особого усилия догнал медленную повозку и на пару минут исчез внутри. Выбрался он уже довольно ухмыляясь и сжимая в руках мех.

- Слышал ли ты о соке Ирви, мой друг? - спросил он, поравнявшись с Танкредом, - Кстати, твоя подружка кроет тебя последними словами. Та еще бешеная колючка. Готов поспорить она могла бы прекрасно показать себя на арене, прямо как в старые времена.

- Я не слышал про сок Ирви, - словоохотливость спутника начинала действовать Танкреду на нервы, и лишь желание побольше узнать о мире, в который его занесло, удерживало его от грубости, – И эта женщина не является моей подругой, но пока мы не добрались до представителя власти, она под моим покровительством, так что смотри, чтобы ни один волос не упал с её головы.

- Что ты, что ты? - испуганно замахал руками Арвиз, - И в мыслях не было. Я лишь хотел сказать, что ты проделал долгий путь, сок Ирви же прекрасно утоляет жажду. Не окажешь мне честь? - торговец протянул мех.

- Что ж, - Танкред взял мех в руки, - Почему бы и нет.

Жидкость в меху была неожиданно прохладной и чуть сладковатой. Танкред с трудом заставил себя оторваться, протянув мех обратно Арвизу.

- Клянусь честью, - довольно произнёс рыцарь, - Этот сок Ирви, или как ты его там назвал и впрямь хорош. Благодарю тебя, торговец.

- Что ты, что ты, - Арвиз завязал мех, пристегнув его к поясу, - Так вот, ты хочешь знать о здешних местах, я помогу тебе. Дагрим является, пожалуй, самым большим городом из тех, что мне известны. И тем более меня радует тот факт, что именно в этом городе сброшена власть магов.

- Вот как?

- Именно так. Маги, разумеется, остались, без них город не смог бы функционировать, но теперь их держат в узде. Лорд-протектор Марон магом не является, но тоже обладает силой, природа которой по слухам весьма загадочна. Именно он поднял законное восстание и сбросил власть колдунов, ныне он правит полновластно и единолично, опираясь на простых людей, торговцев и ремесленников, как это и должно быть по моему скромному разумению.

- Править должны лучшие по праву рождения, - веско заявил Танкред, - Чья власть исходит от Господа.

- Не стану с тобой спорить. Так вот, если бы я собирался прятаться, я бы выбрал бы для этого уединённое место где-нибудь в пустоши, но вполне подойдёт и какой-нибудь из трёх самых крупных городов. Например, тот же Дагрим.

- В остальных правят маги? - Танкред внезапно почувствовал, что шаг дался ему с усилием.

- Да, но я надеюсь это ненадолго. У лорда-протектора кажется большие планы на будущее. Уверен, скоро он подчинит себе все города, что есть в известной части пустошей, или, как минимум, их большую часть.

- Почему ты так в этом уверен? - Танкред услышал свой голос будто со стороны...да что с ним такое?

- Потому что...постой-ка, друг с тобой всё в порядке.

- Я..., - Танкред неожиданно обнаружил, что ноги перестали его держать, - Я....

Земля ушла из под ног, и Танкред обнаружил себя лежащим на песке лицом вниз. Опёршись ладонями, он попытался было встать, но с ужасом понял, что не может это сделать.

- Вижу, ты и впрямь не из здешних мест, - послышался откуда-то сверху насмешливый голос Арвиза, - И ничего не знаешь о соке Ирви.

- Ты отравил меня, - прохрипел Танкред, - Ах ты подлый...

- Не волнуйся, - рассмеялся Арвиз, - Не насмерть. Такой здоровый и такой тупой раб пригодится многим. Прости, но я просто не мог удержаться, любой на моём месте поступил бы также.

- Ты..., - Танкред попытался было что-то произнести, но понял, что его не слушаются даже губы. Сознание стремительно покидало рыцаря, проваливавшегося в темноту.

- Не бойся, - голос Арвиза доносился сверху словно через подушку, - Я, разумеется, не убью тебя. Это было бы крайне неблагодарно с моей стороны.

Глава 3

Пересекать пустошь в составе каравана - так себе удовольствие. Шоаны еле ползут, вонь такая, что глаза режет, и это я уж не говорю о палящем солнце, жажде и скуке, которую могут прервать пустынные рейдеры, а то и кто похуже. В общем, при наличии выбора советую выбирать другой способ путешествий.

К сожалению, именно выбора у меня и не было. Если и есть способ путешествий хуже, чем в караване, так это когда ты едешь запертый в деревянной клетке, вот как я, например.

Скажи мне ещё пару-тройку месяцев назад, что моя жизнь повернётся таким образом - я бы совершенно точно не поверил. Я хочу сказать, конечно, я не самый везучий человек, но до определённого момента, мне везло, пожалуй, побольше, чем многим. В конце концов, уже при рождении мне выпал хороший расклад костей -посчастливилось родиться в числе наделённых даром. И пусть род мой в настоящее время, мягко говоря, не отличался влиятельностью - к своим двадцати трём я сумел кое-чего добиться.

И вот пожалуйста - поворот судьбы. Еще вчера ты карабкаешься на вершину, а сегодня едешь на пытки и смерть, причем не сделал ровным счётом ничего, чтобы это заслужить.

Как бы то ни было, обо всём стоит рассказать по порядку.

День тогда был солнечным, прямо как сейчас. Правда в тот момент солнце радовало меня куда больше, всё-таки я сидел не в клетке, а в закрытой кабине "Гордости Канза" - одного из десяти воздушных кораблей, составлявших флот города, чьей гордостью он, собственно, и являлся.

Не слишком-то большой флот, да и город не столь уж велик - наименьший из большой тройки, но с гордостью у города всё было в порядке. Уж чего-чего а этого добра было хоть отбавляй, как у жителей города, так и у верховного правителя - Архимага Ксера, да продлит Великий Хагрон его дни. Ну, точнее, теперь уж не продлит.

Так вот, в тот солнечный день, в кабине я оказался не случайно, а в силу выполнения своих прямых обязанностей по пилотированию воздушного корабля. Я уже говорил, что к своему возрасту сумел кое-чего добиться, и поверьте должность пилота воздушного корабля, особенно такого, как этот, весьма престижна даже для человека с даром, за неё боролись люди куда знатнее и богаче меня. Став пилотом, я из кожи вон лез, чтобы проявить себя. И здесь мне снова повезло - кораблём командовал сам Лорд Дэран - верховный командующий вооружённых сил Канза, владелец громового посоха, второй человек после правителя во всём городе и, кажется, он мне определённо благоволил.

- Как скоро будем на месте? - поинтересовался Дэран, подойдя ближе. Далеко ходить правда не пришлось, "Гордость Канза" была не более тридцати футов в длину, большинство сохранившихся воздушных лодок были, впрочем, ещё меньше.

- Мы почти прибыли милорд, - быстро ответил я, сверившись с приборами, - Их корабль уже должны были быть в радиусе нашей видимости.

- И тем не менее их нет, - задумчиво произнёс Дэран, - Прибавь-ка скорость.

- Как пожелаете, - коротко ответил я, послав мысленный импульс.

Повинуясь моему приказу, воздушное судно прибавило ходу, и однообразный пейзаж пустоши стал сменяться чуть быстрее. Вся наша цивилизация, или, если говорить точнее, то, что от неё сохранилось, базировалась на людях, наделённых даром. Мы и только мы могли приводить в движение чудеса, оставшиеся от древних гигантов, на чьих плечах остатки человечества пытались кое-как удерживаться. Вот и сейчас летающая машина, слившаяся со мной в одно целое, послушно повиновалась моей воле, паря над землёй, словно огромная птица.

Справа и слева нас сопровождали ещё два корабля – от успеха миссии зависело многое и Архимаг Ксер не поскупился, отправив на миссию треть имеющегося в его распоряжении флота, причём самую лучшую и исправную часть.

Я, кажется, говорил, что у нашего города очень много гордости. Так вот, к сожалению, это единственный ресурс, которым богат Канз, не считая разве что оракула, ну да это разговор отдельный. Город свято блюл традиции аристократического правления и заветов Харгона, но похвастаться могучей армией не мог, а уж про воздушный флот и говорить нечего. Так что, когда в Дагриме случился переворот, и древние традиции полетели в тартарары стало ясно, что город более не может сохранять полную независимость. Пришедший к власти Лорд-протектор Марон совершенно недвусмысленно показал свои намерения, посредством предложения дружбы, являвшимся скорее требованием подчинения.

При всей своей гордыне, Ксер реально оценивал свои шансы в столкновении с военной мощью Дагрима и потому принял решение искать союзников. Таковые обнаружились достаточно быстро в лице правящей династии Табра – крупного города на западе. Город был вторым по величине после Дагрима, и ещё до случившегося переворота его правители были совсем не прочь лишний раз щёлкнуть по носу гордых выскочек, но одно дело правители-колдуны и совсем другое – безродный простолюдин, посмевший залезть на трон. Отношения между городами и без того напряжённые обострились до предела. Было ясно, что так, или иначе, войны не избежать, причём начнётся она в самом ближайшем будущем.

Не то чтобы я сильно тогда возражал. Война может и ад, но весьма полезна для человека честолюбивого.

По старой традиции, союз было решено скрепить браком. Была правда одна проблема – у старого Ксера не было подходящей дочери. Собственно говоря, у него вообще дочерей не было, был лишь сын Адрий – поздний ребёнок, единственный наследник и, по всеобщему мнению, шалопай, ленивец и тряпка. Казалось безумием предлагать такую кандидатуру, но выбора у Ксера не было. Он предложил, и к немалому удивлению знати обоих городов Архимаг Табра Виатор согласился выдать за Адрия свою младшую дочь, да ещё и провести свадебную церемонию непосредственно в Канзе, доставив принцессу на воздушном корабле в сопровождении двоюродного брата с условием, что Канз предоставит эскорт на границе своих владений.

Как несложно догадаться, роль эскорта должны были выполнять именно мы. Ксер высоко ценил возможных союзников, и не было ничего удивительного, что встречать свою будущую невестку он отправил отнюдь не сына, чьи способности управлять, да и вообще ладить с людьми находились не то что на нулевом, а скорее на отрицательном уровне.

- Ну и где же они? – Дэран выглядел всё более озабоченным, - Поднимись-ка повыше.

В отличие от Адрия, лорд-командующий Дэран с людьми ладить умел. В армии Канза, как и в любой другой, хватало некомпетентных олухов, высокомерных самодуров и просто полных идиотов, Узнав, что служить мне предстоит на личном корабле лорда-командующего, я испытал смешанные чувства, предположив, что человек из старинного рода, сумевший добраться на самую вершину, просто не может не оказаться худшим из всех. К моему немалому удивлению, человек занимающий пост лорда-командующего неожиданно действительно полностью ему подходил, сочетая в себе одновременно способности боевого командира, искусного придворного и настоящего отца солдатам.

- Достаточно, - Дэран взял с приборной доски подзорную трубу, - Будем надеяться, что они просто опаздывают.

Я счёл за лучшее промолчать. Знать Табра славилась своей верностью традициям, именно этот факт сыграл не последнюю роль в выборе Ксера. Опоздать для них было совершенно немыслимо, всё равно, что явиться на званый ужин в одном исподнем.

- Так, - в голосе Дэрана появились нотки торжества, смешанного, правда, с изрядной озабоченностью, - Сорок пять градусов вправо и полный вперёд.

Я выполнил приказание, не задавая лишних вопросов. Дэран не был дуболомом, повернутым на соблюдении субординации, но крайне не любил, когда кто-то начинал обсуждать его команды. В конце концов, труба была в руках у него, а не у меня.

- Аранты, - Дэран произнёс это слово так, словно сплюнул его на пол, - Полный ход.

Я повиновался, изо всех сил постаравшись не вздрогнуть. Пожалуй, я предпочёл бы услышать о кораблях Дагрима.

Появившись не более полугода назад, аранты успели завоевать призовое место во внушительном списке ужасов пустошей. Человекоподобные, с кожей, напоминающей нечто вроде гибкого хитина с гладкими головами без каких-либо признаков глаз, ушей или носа, ухитрившиеся каким-то образом подчинять себе существ пустоши, включая таких, как эргориды, они внушали страх сами по себе, но молва, как это часто бывает, приписывала им и вовсе невероятных способности, вроде умения становиться невидимыми или подчинять людей своей воле посредством магических заклинаний. Правда это или нет, достоверно не знал никто. Несмотря на объявленные награды и затраченные усилия, никому ещё не удавалось взять живым хотя бы одного аранта, но в их опасности сомневаться не приходилось. Обычно эти существа ограничивались нападениями на курьерские корабли, караваны и мелкие поселения, причём основной их целью были не ценности, а пленные, захватив которых, они исчезали столь же стремительно, как появлялись. Похищенных ими людей потом никто и никогда не видел, но можно было быть уверенным, что ничего хорошего их не ждало.

Теперь уже и я видел их. Как обычно, аранты путешествовали на эргоридах – гигантских существах, покрытых хитиновым панцирем, из которого высовывались усики щупалец. До сих пор было неизвестно, каким образом эти создания ухитрялись подниматься в воздух, во всяком случае, ничего похожего на крылья у них не было. Большинство учёных сходились на том, что эти существа были творениями магов далёкого прошлого, когда магия ещё была куда более сильна, чем в наше время.

Две твари летели параллельным курсом, преследуя воздушный корабль. Пилот отчаянно выжимал из двигателя всё, что мог, однако расстояние между жертвой и охотниками постепенно сокращалось.

Сами по себе, эргориды никогда не атаковали воздушные корабли, если их на это не провоцировали, но атаки арантов показали, что из этих существ получилось превосходное живое оружие. В ближнем бою они были практически непобедимы, имея на вооружении мощные щупальца и жало, пробивающее борта кораблей насквозь. Несложно было предсказать, что произойдёт после того, как корабль окажется в их власти.

- Левее на пятнадцать градусов, - сосредоточенно скомандовал Дэран, - Ход не сбавлять.

Скосив глаза, я заметил, как он поудобнее перехватил свой посох, закрыв глаза для концентрации. Громовой посох был одним из мощнейших артефактов, находящихся в распоряжении Канза и не было ничего удивительного в том, что им владел его лучший полководец. Мысленно я вознёс молитву Хагрону, чтобы их совокупной мощи хватило для победы.

«Гордость Канза» стремительно сближался с противником. Уже можно было разглядеть не только диковинных чудищ, но и их экипаж, расположившийся прямиком на спине твари. К моему удивлению, даже издалека было заметно, что пассажирами чудовищного корабля, были вполне обычные люди.

- Пустынники, - произнёс лорд Дэран, слегка наклонив посох, - Выходит правда, что они снюхались с этой нечистью.

- Дикари? – недоверчиво переспросил я, - Как они справляются с эргоридом?

- Управляют не дикари, - в голосе Дэрана послышалось раздражение, - Если присмотришься – увидишь аранта. Купол поднять, ход сбавить.

Потянув рычаг, я приоткрыл прозрачный купол, прикрывающий кабину. В лицо ударил поток холодного ветра, а Дэран чуть приподнял посох, прицеливаясь. Один из воинов, разместившихся на корме корабля, начал громко читать молитву.

Без ложной скромности могу сказать, что в тот момент я совершенно не испытывал страха, скорее возбуждение и любопытство, ведь до сих пор я ни разу не видел лорда Дэрана в деле. Возможно, в то время я ещё сохранял юношескую убеждённость в том, что смерть, увечья, тяжёлые жизненные потери – это то, что случается с другими, мне же уготована великая судьба. А если я когда-нибудь и умру, то в великой битве на горе трупов своих врагов и никак иначе. Украдкой я скосил глаза на Дэрана, застывшего подобно статуе с посохом в руках, стараясь при этом одновременно не выпускать из виду стремительно приближающиеся корабли.

Один из эргоридов сменил курс, двинувшись нам навстречу, и я наконец-то впервые в жизни увидел аранта относительно близко. Человекоподобная фигура, закованная во что-то, напоминающее панцирь, восседала в импровизированной кабине, больше напоминающей шатёр, возложив обе руки на голову летающего монстра. Внезапно, погонщик твари повернул голову, и посмотрел в нашу сторону, и именно в этот момент я впервые за всю стычку испытал страх, потому что тогда мне показалось, что враг смотрит прямо на меня.

А затем лорд Дэран показал свою силу.

Ослепительная молния прочертила ломаную линию от посоха лорда-командующего до диковинного «корабля» , и эргорид вздрогнул всем телом, издав протяжный стон, колебания чудовищной туши, казалось, передались «Гордости Канза», пройдя вибрацией по корабельной палубе.

Не собираясь давать передышку, Дэран тут же вновь пронзил пространство разрядом, вторично поразив цель. Обезумев от боли, тварь метнулась в сторону, явно выйдя из подчинения. Две человеческие фигурки, не удержавшись на спине аргорида, рухнули вниз с высоты в несколько сот метров, не успев даже закричать.

- Так их! - невольно вскрикнул я и тут же устыдился своего восторженного вопля.

Подраненное существо всё ещё держалось в воздухе, но очевидно потеряв волю к дальнейшей борьбе, повернуло назад, не обращая внимания на команды. К моему удивлению, второй эргорид, не получивший повреждений, неожиданно последовал примеру собрата.

- Бегут, - торжествующе усмехнулся Дэран, - Слухи об их непобедимости оказались преувеличены.

- Будем преследовать? – сердце билось, казалось, норовя выскочить из груди.

- Никаких преследований, - лорд-командующий, как будто для верности поставил посох вертикально, слегка ударив кончиком в пол, - Сопровождаем гостей.

- Но….милорд, - осторожно произнёс я, - При всём уважении, никому до сих пор не удавалось захватить аранта и если….

- Надеюсь, ты не собираешься оспаривать мои приказы? – внезапно голос Дэрана стал поистине ледяным.

- Нет, что вы, - ответил я, прокляв своё честолюбие, - И в мыслях не было. Я лишь хотел сказать, что получить чуть больше информации о столь опасных врагах, может оказаться полезным для Канза.

- Ценю твою верность городу, - голос Дэрана ничуть не смягчился, - Но что здесь полезно, а что нет решаю я. Купол можешь закрыть.

- Да, разумеется, - я потянул рычаг и послал мысленный приказ, поворачивая воздушное судно, - Прошу меня простить за дерзость.

- Извинения приняты, - тон лорда наконец смягчился, - Иди на сближение, они явно хотят пришвартоваться.

Глава 4

Первым чувством, которое Танкред испытал после пробуждения, стала боль. Дикая головная боль, казалось, отдавалась во всём теле, распространяясь ударными волнами. Невольно простонав, он всё же открыл глаза, нехотя возвращаясь в реальность.

Тело отзывалось на команды с задержкой, и потому он не сразу понял, что сидит на полу, прикованный за руки к деревянной стене скрипящего фургона, который, судя по характерному покачиванию, в настоящее время находился в движении. Напротив себя Танкред увидел Яру. Правда, в отличие от него, она не сидела на полу, а наполовину висела на переплетённых кожаных ремнях.

- Глядииите-ка, кто очухался, - издевательски протянула женщина, - Интересный поворот событий, а?

Танкред промолчал, пытаясь заставить предметы перестать предательски расплываться в глазах. Только сейчас он сообразил, что сидит полуголым, лишившись даже той немногой одежды, которая на нём была. Оружие и медальон тоже отсутствовали.

- Хотя и не сказать, чтобы уж очень неожиданный, - продолжала разглагольствовать его невольная собеседница, - Напротив, весьма предсказуемый. Что тебя вообще заставило вмешаться на стороне этого куска дерьма? Я тебе где-то успела прищемить яйца? Вряд ли, такого, как ты, я бы запомнила. Или ты наёмник, и тебе за меня заплатили?

Продолжая молчать, Танкред осторожно подёргал железную цепь, присоединённую к кольцу в стене. Вполне может поддаться.

- Я бы не советовала, - сказала женщина, заметив его усилия, - Возможно ты достаточно здоровый, чтобы вырвать цепь, но даже у тебя не получится сделать это быстро, тебя услышит возница и позовёт караванщиков. Я думаю, ты и сам понимаешь, что ничем хорошим это не кончится.

- Куда нас везут? – хмуро спросил Танкред, решив, что в нынешнем состоянии едва ли способен справиться голыми руками даже с караванщиками и их вероломным хозяином.

- Надо же, ты говоришь? – девица оскалила в улыбке неожиданно белые зубы, - Я уж было решила, что ты онемел. Он ведь подсыпал тебе что-то, или подлил? Пожалуй, ты не наёмник, слишком тупой.

- Да чтоб тебя, женщина! – взорвался Танкред, - Ты можешь говорить по существу, а не трещать, как сорока!

- Не знаю, кто такая сорока, - Яра даже бровью не повела, - Но напомню, что если ты здесь оказался по собственной дурости, то я тоже оказалась здесь, но уже по твоей. В Альм нас везут, ты же вроде туда хотел попасть? Ну так возрадуйся, твоё желание сбывается.

- Я желал попасть туда несколько иначе.

- Чтобы попасть туда иначе, надо было не пить с кем попало и вообще получше подбирать себе друзей, - Яра пожала плечами, - Так скажи, за каким хреном ты вообще влез? Надеялся получить награду?

- Ты разбойница, - Танкред прикрыл глаза, надеясь хоть на время избавиться от головокружения. Надежды предсказуемо не сбылись, - Грабила караван в компании шайки себе подобных.

- И что? – в голосе женщины послышалось искреннее недоумение, - Какое тебе до этого дело?

- Какое? – теперь настал черёд Танкреда недоумевать, - Долг истинного воина – защищать слабых и невинных.

В фургоне неожиданно воцарилась тишина, и, спустя полминуты, Танкред открыл глаза, невольно обеспокоившись состоянием собеседницы. Краткого опыта общения ему хватило, чтобы понять - промолчать целых полминуты для неё явно было непростой задачей.

Яра смотрела на него широко распахнутыми карими глазами, в которых явственно читалось изумление, смешанное с чем-то похожим на ужас.

- Да, - произнесла она наконец, с трудом справившись со своими чувствами, - Хуже, чем оказаться в плену у лживого куска дерьма, может быть только одно – оказаться в плену в компании умалишенного. Ты вообще откуда такой взялся на мою голову?

- Из Иерусалима. И я не умалишенный.

- Оно и видно. Впервые слышу про это место. У вас там все такие?

- Приходить на помощь слабым – долг каждого доброго христианина, уж тем более рыцаря.

- Не знаю уж, кто такие эти твои христианины и тем более рыцари, - вздохнула женщина, попытавшись устроиться поудобнее в ремнях, - Полагаю, Арвиз тебе просто подлил чего-то такое, отчего ты повредился рассудком, потому что иначе я просто не понимаю, как ты ухитрился вообще дожить до своих лет.

Вновь воцарилась тишина. Похоже слова Танкреда всерьёз ошеломили девицу.

- Расскажи мне про этот Альм, - нарушил молчание рыцарь, - И что с нами сделают, когда привезут?

- Альм? – Яра пожала плечами, - Ну, рассказывать особо нечего. Городок не сильно-то и велик, может сотен пять жителей или побольше, но стоит на пересечении нескольких торговых путей, так что есть чем поживиться, потому и стены высокие, и охрана будь здоров. Ещё когда работала с Дассимом пытались с другими командами городок взять, тогда мы знатно зубы обломали, ну да то дело прошлое. А что сделают, да в рабство продадут, что же ещё? Рабы-то у вас есть в вашем Иерусалиме?

- Есть, - мрачно кивнул Танкред. Быть проданным в рабство в его планы совершенно не входило.

- Ну прям от сердца отлегло, я уж думала, что вы там совсем больные на голову, - Яра невесело усмехнулась, - Как тебя хоть звать, сумасшедший из Иерусалима?

- Меня зовут Танкред, и я не сумасшедший.

- Ну как скажешь, - губы женщины, впрочем, продолжали кривиться в усмешке, - Я Яра, ну ты слышал, наверное. Никогда бы не подумала, что придётся вернуться на арену.

- Куда вернуться?

- На арену. Да не смотри так, ты ведь окажешься там же, уж такого как ты не продадут на шахты, или для работы в полях. Среди женщин я равных себе не встречала, но даже среди мужчин бойцов, способных меня победить, немного, а уж таких, чтоб взять живой…не сиди я тут, сказала бы, что это невозможно. Так что и тебе суждено поразвлечь толпу.

- Поразвлечь…, - Танкред запнулся, - На этой арене полагается сражаться?

- Ну конечно же сражаться, - раздражённо произнесла Яра, - Не мяч же на ней гонять, как детишкам в самом деле. Кто в здравом уме будет смотреть на такое? Только не говори, что там откуда ты родом не сражаются.

- Сражаются! – воскликнул Танкред, - Но не на арене! Этот варварский обычай давно запрещён святой церковью во всех христианских землях. Я не комедиант, чтобы потешать толпу!

- Да не то, чтобы у тебя был какой-то выбор, как и у меня. Просто делаешь всё возможное, чтобы выжить.

- Выбор есть всегда, - отрезал Танкред, - И эти цепи меня надолго не удержат.

- Красиво сказано, но поверь, Арвиз умеет получать от людей то, что ему надо.

- Эй вы! – голос, донёсшийся с козел повозки, был знакомым. Вот только теперь прежний, заискивающий тон сменился ленивым, уверенным басом человека, ощущающего себя хозяином положения и не стесняющегося с удовольствием об этом напомнить, - Заткнитесь-ка оба, я устал от вашего трепа. И ты здоровяк, если еще раз посмеешь заговорить о побеге – пожалеешь.

- Лживый негодяй! – взревел Танкред, - Подлец! Так-то ты отблагодарил за свое спасение!

- Я прощаю тебя, - рассмеялся Арвиз, - Но ты прав, я именно отблагодарил! Ну посуди сам, сколько бы протянул такой наивный простофиля, как ты? Не сделай этого я, всё равно бы сделал кто-то другой. Только в отличие от меня он бы просто перерезал тебе глотку. По сути, я оказываю тебе услугу, такого бойца будут беречь, кормить и приводить женщин. А покажешь себя, уж ты-то покажешь – отправишься в большой город, а там, как знать, может и заслужишь себе свободу. Хотя не сказал бы, что она тебе пойдёт на пользу. Есть люди, которым на роду написано быть рабами, для свободы они просто слишком глупы и наивны.

- Клянусь богом, я…, - начал было Танкред, но его перебила Яра

- Заткнись ты, здоровый идиот, ты его только разозлишь. Хочешь чего-то добиться, жди подходящего момента и сейчас он неподходящий, так что захлопни наконец пасть!

Танкред, с которым до сих пор не смел так разговаривать ни один человек, невольно опешив, замолчал, чем вызвал довольный смешок Арвиза.

- Слушай её Танкред из Иерусалима. И вообще больше к ней прислушивайся, она хоть и стерва, но не без ума. Возможно она тебя хоть чему-то научит, а Яра?

- Всенепременно, - ледяной голос женщины мог бы замораживать воду, - Всему необходимому.

Башни и зиккураты Канза уже показались на горизонте, окрашенные в оранжевый цвет лучами восходящего солнца. Лорд-командующий Дэран настолько хотел, чтобы его возвращение выглядело максимально красивым и триумфальным, что даже специально задержал прибытие на пару часов, под предлогом ремонта табрийского корабля.

На время ремонта, прибывшую на корабле принцессу Элинору, вместе с сопровождающим её двоюродным братом перевели на «Гордость Канза». Элинора – миниатюрная брюнетка с кожей алебастрового цвета и фиалковыми глазами, восприняла это событие совершенно спокойно и, в настоящий момент, разместившись на корме с лордом Дэраном, мило щебетала в полном соответствии с заученным придворным этикетом. А вот братец – вихрастый, рыжий юнец лет двадцати с чем-то, явно чувствовал себя не в своей тарелке, бродя по кораблю неприкаянным и явно не желая вступать в разговоры. В данный момент он наконец остановился на одном месте, прямо позади меня, мрачно уставившись на приближающийся город. Терпеть не могу людей, имеющих привычку вот так вставать над душой.

- Вижу, мы уже почти у цели? – спросил он, хотя ответ был очевиден.

Прекрасно. Среди всех присутствующих для светской беседы он решил выбрать именно мою скромную персону.

- Будем в городе минут через десять, - когда с тобой общается венценосная особа, будь она сколь угодно мелкой сошкой в своей королевской семье, попытка отмолчаться может дорого обойтись.

- Вы довольно молоды для того, чтобы управлять кораблём. Должно быть из родовитой семьи?

- Мой род некогда был достаточно велик и знатен, - сухо ответил я, не отрывая глаз от стекла кабины, - Сейчас он, увы, в упадке, но я сделаю всё возможное, чтобы он вознёсся вновь.

- Стало быть добились всего своими силами, - вздохнул юноша, - Завидую вам.

- А я вам, - бросил я, постаравшись, чтобы в моём голосе не прозвучал вызов.

- Напрасно, - позади послышался смешок, - Родившись в венценосной семье, я стою несоизмеримо ниже вас.

- Что вы имеете в виду? – я попытался вспомнить, как зовут моего собеседника, и, к своему огорчению, понял, что не могу это сделать. Проклятие! Ведь его совершенно точно представляли, имя принцессы я почему-то запомнить смог.

- Я бездарность, - снова хмыкнул юноша, - Бездарность, лишённая магических способностей. Позор семьи, который стараются не замечать. Даже этот корабль, что вам так послушен, меня бы вовсе не признал.

Не зная, что ответить, я промолчал. Лицо королевской крови без способностей. Да, это действительно печальная участь. Неудивительно, что его попытались сплавить куда подальше.

- Меня зовут Гордиан, - юноша первым прервал молчание, - Вроде представляли, но зачастую люди эту часть пропускают, за что я не могу их винить. А вас?

- Ренар, - коротко ответил я, - Ренар Монсалдо из рода Монсалдо.

- Редкий род. Вы говорили, что он переживает не лучшие времена?

- По правде сказать, в данный момент, мой род – это я один, - моя рука непроизвольно сжалась в кулак, - Надеюсь, это изменится.

- О, прошу меня простить, - в голосе Гордиана слышалось искреннее сожаление, - Я проявил бестактность. Давайте сменим тему, если, конечно, я вам не слишком надоел.

Разумеется, надоел!

- Ну что вы, - произнёс я со стоицизмом, - Вам не за что извиняться, вы не могли знать. Мой род…скажем так, проявил некоторую неразборчивость, поучаствовав в заговоре против верховной власти. Именно это и привело его к нынешнему плачевному состоянию. Честно говоря, если бы не лорд Дэран, вряд ли бы мне вообще доверили управлять кораблём.

- Мне действительно жаль. Есть большая несправедливость в том, что грехи родителей падают на детей, однако тем более впечатляют ваши собственные успехи. Всегда завидовал людям, имеющим таланты, мои, к сожалению, заключаются лишь в умении пить.

- Не всё так плохо, это тоже весьма полезный талант, - дипломатично сказал я, не сильно кстати погрешив против истины, - Тем более для дипломата.

- Дипломата, - хмыкнул Гордиан, - А, вы думаете, я здесь с важной миссией?

- Ну да, - соврал я, - Разве это не так?

- О, конечно, нет, - расхохотался Гордиан, - Я здесь как свадебный принц, нечто вроде приложения к моей дражайшей сестрице. Не факт, что меня даже допустят к столу, так что пить придётся…вы, кстати не подскажете мне какой-нибудь приличный кабак, Ренар? Подойдут даже те, в которые ходят простолюдины, ну разве что хотелось бы, чтобы простолюдины были более-менее приличными. Всё-таки для драк в кабаках ещё слишком рано, тем более в городе у вас, я слышал, не всегда безопасно.

- Видимо, вы слышали больше, чем я, - город был уже почти рядом, и я с облегчением подумал, что мне недолго осталось выносить общество взбалмошного принца, - На улицах Канза довольно спокойно. Конечно, есть районы, куда, пожалуй, не стоит заходить, да и в остальных при желании можно найти приключений, но в целом бояться нечего, к тому же наверняка у вас есть телохранители.

- Безопасно? – разочарованно протянул Гордиан, - Так и думал, что слухи врут.

- Слухи?

- Ну, - принц замялся, - Перед отлётом, мне говорили, что у вас появился культ, что поклоняется арантам. И они якобы приносят им в жертву людей и подбивают народ на бунт. Ну вы знаете…

- Нет, - отрезал я, - Я ничего об этом не знаю, и в любом случае это не моё дело. Этим у нас занимается орден Наблюдателей.

- Вновь прошу меня простить, - быстро произнёс Гордиан, - Просто…это было бы интересно.

- Интересно?

- Ну да. Аранты ужасны, но в то же время, загадочны. Ох, да мы похоже прибыли.

Корабль действительно пересёк границу городских стен, и сквозь прозрачное стекло кабины можно было видеть высыпавшие на улицы толпы людей, радостно приветствовавших прибытие кораблей.

- Кажется, они рады нас видеть, - Гордиан, казалось, повеселел.

- Они радуются надежде, - голос лорда Дэрана заставил меня вздрогнуть, - Как и положено людям.

- Лорд Дэран, - с замешательством произнёс Гордиан, - Я и не заметил, как вы подошли.

- Как лорд-командующий, я стараюсь быть незаметным, но полезным, - позади послышался знакомый неприятный смешок – верный знак того, что собеседник не пришёлся Дэрану по вкусу, - Правь ко дворцу, не стоит заставлять его величество ждать более необходимого, потакая желаниям толпы

- Как прикажете, - коротко ответил я, чуть прибавив ходу.

- Ты хорошо проявил себя в битве, - задумчиво добавил Дэран спустя несколько секунд, - Я доведу это до сведения Ксера.

- Благодарю, - внутренне я возликовал, - Надеюсь, не подвести вас и в дальнейшем.

- Я тоже, - показалось ли мне, что в голосе лорда-командующего прозвучало сомнение, - Весьма на это надеюсь.

Глава 5

Несмотря на все угрозы Арвиза, прибыть в Альм к утру каравану явно не удалось. Судя по доносившимся до Танкреда крикам, у одной из повозок слетело колесо. Торговец сорвал голос, крича на подчинённых, но лишь когда лучи солнца уже совсем перестали пробиваться через щели в досках фургона, радостный крик одного из караванных рабочих возвестил о том, что цель путешественников уже показалась на горизонте.

Новоиспечённые пленные не слишком хорошо перенесли путь. И если Яра отнеслась к переменам в жизни философски, постаравшись поудобнее устроиться в путах и экономить силы, то Танкред к превращению из дворянина в раба оказался не готов и теперь кипел от ярости, возмущения и, как ни прозаично, голода. За время пути кормили их лишь раз, да и то какой-то непонятной жижей, которая до сих пор не могла мирно упокоиться в желудке.

- Притащились наконец, - Яра, хоть и более привычная к рабской доле,тоже устала, тем более, что её пристегнули так, что она и сидеть толком не могла, - Я уж думала, сгинем по дороге.

- Может это был бы и не самый худший исход, - пробормотал Танкред, скрипнув зубами.

- Конечно самый, - возразила Яра, - Пока ты жив можно на что-то надеяться, а когда помер, так от тебя и толку никакого. Ну может, конечно, правы те, кто говорят, что после смерти человека ждёт суд Хагрона, или других каких богов и какие-то зелёные земли в случае праведной жизни, но я в это никогда не верила. Да и где в нашем мире праведники, за свою жизнь таких ни разу не встречала.

- Расскажи лучше про эти бои на арене, - попросил Танкред, решив, что для религиозных споров и попыток обратить язычницу в истинную веру, момент явно неподходящий, - На что это вообще похоже?

- Что тут, собственно, рассказывать? - недоуменно ответила Яра, - Тебе дают оружие, и ты сражаешься. Иногда с теми тварями, что населяют пустоши, но чаще всё-таки с людьми. Если ты побеждаешь – у тебя всё хорошо. Если проиграешь, но не получил смертельных ран и нравишься толпе – она может попросить, чтобы тебя пощадили. Если толпе не понравился – ты умираешь. В этом плане нам не очень повезло.

- Это почему?

- Мы в маленьком городке, тут бойцы обычно хуже, чем на серьёзных аренах, но зато бои куда более кровавы, и толпа редко кого щадит. К тому же, о симпатиях толпы можно не беспокоиться – их не будет. Тебя никто не знает, а что до меня, - девица невесело усмехнулась, - Боюсь, моя известность мне может скорее повредить, чем помочь.

- Отчего так? Ты говорила, что сражалась раньше?

- Это да, только было то несколько лет назад, а с тех пор, боюсь, я приобрела не слишком хорошую славу.

- Славу разбойницы с большой дороги?

- Именно! Так вот, если ты сражаешься хорошо и нравишься публике, то со временем к тебе начинают хорошо относиться. Лучше кормёжка, лучше условия, отдельная комната, будут приводить женщин, или мужчин, кому что больше нравится. Ну а если ты очень нравишься зрителям и удача на твоей стороне, даже можешь получить свободу. Правда на такое мало кто соглашается.

- Разве? – недоверчиво протянул Танкред, - Как можно не согласиться на такое?

- Запросто. Куда потом податься бывшему гладиатору? В наёмники, чтобы всё также сражаться, но жить хуже? Кто променяет комфорт, достаток, славу и женщин на свободу?

- Я променяю!

- Ну ты-то понятно, на то ты и сумасшедший.

- Я не сумасшедший, - девица определённо раздражала, - У меня есть миссия. Не для всех жизнь заключается лишь в том, чтобы набить брюхо, бухнуться в тёплую койку и…и…, - Танкред запнулся

- Что иии? – передразнила Яра, - И потрахаться? Готова поспорить, ты аж покраснел. Что, твои христианины, тем более рыцари, не трахаются? Я б не удивилась, у вас всё, не как у людей. О великих целях обычно говорят те, кому никогда голодать не приходилось, ты случайно не из таких?

- Если жизнь бойца на арене так хороша, так чего ж ты подалась в грабители?

- Я? Ну у меня своя история, дело в том…

- Эй вы, - заглянувший в фургон Арвиз пребывал в паршивом расположении духа, - Хватит тут болтать, пришло время вывезти вас наружу. Сейчас вас раскуют и свяжут, чтобы без глупостей у меня тут. Это особенно тебя касается, здоровяк. Имей в виду, здесь полно стражи, и если попробуешь дёрнуться – вмиг тебя на копьё насадят. Давайте, работайте.

В фургон залезли двое рабочих, которым, видимо, и предназначались последние слова. Подойдя к Яре, они набросили верёвку на её запястья и лишь туго затянув петли, с опаской сняли кандалы.

- У меня к тебе просьба, - напряжённо произнесла Яра, когда её легонько подтолкнули в спину, направив к выходу из фургона, - Прислушайся к нему на сей раз и не делай глупостей. Поверь, мне он нравится не больше, чем тебе.

Повиновение далось Танкреду нелегко, однако он позволил связать себе руки, хотя на протяжении процедуры буквально скрипел зубами. Помогло разве что желание наконец выбраться из душного, вонючего фургона, пусть даже и в качестве пленника.

«Город», если, конечно, его можно было так назвать, не особенно впечатлял, напоминая скорее скопление убогих лачуг, сбившихся в кучу и отгородившихся стенами. За время крестового похода, Танкред повидал немало таких поселений, и это едва ли имело хоть какие-то отличия.

Было похоже, что они находились на центральной площади города, прямо перед зданием, напомнившим Танкреду городские ратуши, хотя это было больше похоже на наспех сколоченный сарай из камня и обожжённой глины. Комитет по встрече состоял из пожилого мужчины с роскошной, седой бородой достающей до самой груди, да десятка стражников, возглавляемых угрюмым, бритым наголо верзилой, тоже с бородой, только покороче.

Арвиз стоял напротив пожилого, состроив угодливое выражение лица.

- Вы только посмотрите на них, мастер Сальвин, - даже сама его поза, казалось, выражала одновременно подобострастие и хитрость, - Яра и в представлении не нуждается, гроза арен на протяжении пяти лет, настоящая хищница, но этот…это сверххищник, всё равно, что пустынный пожиратель рядом с шакалом, да накажет меня Маграк, если я лгу!

- Не знаю, как Маграк, а я накажу точно, - сухо ответил пожилой, который, по-видимому, и звался Сальвин, - Яра может и не нуждается в представлении, но она уже давно не выступала, а этот…этот хоть и здоровый, но выглядит довольно тупым.

- Определённо туповат, - поддержал бритоголовый, - Да и при таких габаритах, вряд ли он достаточно быстр. В драке на кулаках он бы, может, мог блеснуть, но для настоящего сражения нужны совсем другие люди.

- Развяжи мне руки, - подал голос Танкред, которого этот типок начал раздражать ещё до того, как открыл рот, а уж после и подавно, - И сразу узнаешь, насколько я быстр.

- Экий хвастун, - бритый рассмеялся, но в смехе явно ощущалось напряжение.

- Зато не трус, чего о тебе не скажешь.

Побагровев, бритоголовый двинулся было к связанному рыцарю, но был остановлен окриком Сальвина.

Ну-ка стоять! Барро, я плачу тебе не за то, чтобы ты портил товар, так что научись терпению. А ты…как там тебя, придержи свой язык. В первую очередь, рабы, кем бы они ни были раньше, должны научиться терпению

- О нет, терпение, это точно не та добродетель, которая ему присуща, - хрипло рассмеялась Яра, - Но насчёт умения драться всё правда, выродок на сей раз не соврал, быть может, впервые в жизни.

- Вот видишь! – торжествующе воскликнул Арвиз, - Уж ей-то нет смысла врать. Да ты погляди, какая стать! Какая мощь сокрыта в этом теле, какие…

- В этом-то и проблема, - Сальвин задумчиво подёргал бороду, - Держится слишком прямо, независимо, дерзок. Определённо раньше был кем-то вроде аристократа. Из такого не получится хороший раб, даже гладиатор. Посмотри на неё, - Сальвин кивнул на Яру, - Хоть и боец, но сразу видно, что человек был под ярмом. Этот совсем другой породы, сгодится быть может на пару сражений, а потом…в общем, я готов дать тебе за него пятьсот арелов.

Лицо Арвиза приобрело такое выражение, словно его вот-вот хватит удар.

- Пятьсот арелов, - возопил он, воздев руки к небесам, - При всем уважении, почтенный Сальвин, как у тебя язык повернулся такое произнести! Могучий воин, способный убивать вооружённых людей голыми руками, выше самого Барро, да хранит его Маграк, с руками, подобными стволам деревьев, и такое чудо природы ты хочешь оценить в жалкие пятьсот арелов?! Да он стоит не меньше пяти, а то и семи тысяч, лишь из чувства глубокого почтения я могу предложить цену в три тысячи и ни единым арелом меньше!

- Шестьсот, - непреклонно ответил Сальвин, - Это обычное мясо, которое скорее всего и первый бой не переживёт.

- Уж поверь мне, мудрейший Сальвин, он переживёт всё, что угодно, - запальчиво воскликнул Арвиз, - Это бессовестный грабёж, но…пусть будет хотя бы две с половиной тысячи.

- Я устал от этого, - вздохнул Сальвин, - Восемьсот, а две с половиной я заплачу за девушку, у неё хотя бы есть имя. И это действительно последняя цена.

- Ты выкручиваешь мне руки, - сокрушённо ответил Арвиз, - Но мне некуда деваться, приходится уступить. Пусть будет так. Они твои.

- На том и порешим, - невозмутимо произнёс Сальвин, - Барро, проводи покупки в барак.

Бритоголовый решительно подошёл к Танкреду и недолго думая грубо толкнул его в спину.

- Ну пошёл, да поживее.

Именно эта последняя соломинка окончательно сломала спину верблюда терпения Танкреда. Внезапным резким рывком тот разорвал толстую верёвку, словно это была нить в игле портного, и, не слушая предостерегающего окрика Яры, схватил бритоголового за горло правой рукой, левой перехватив его руку, потянувшуюся было за ножом.

- Как считаешь, - поинтересовался он неожиданно спокойным голосом, - Я достаточно быстр?

Барро не мог ответить на вопрос, занятый попытками вдохнуть хоть немного воздуха, зато стражники не дремали, мгновенно приставив копья к спине и груди Танкреда.

- Отпусти его, - голос Сальвина был по-прежнему совершенно спокоен, - Даже если успеешь свернуть ему шею, бежать тебе некуда. Если это была демонстрация твоих возможностей, то смею заверить – она удалась. Надеюсь, на арене ты тоже не оплошаешь и отработаешь затраченные на тебя деньги.

- Танкред, отпусти его, - подала голос Яра, - Иначе умрёшь.

На несколько мгновений Танкред замер, глядя на дёргающегося Барро, тщетно пытающегося ослабить его стальную хватку.

А затем он вспомнил о деве, что явилась ему в пустыне. И миссии, что она поручила ему, и которую он согласился принять.

Резким движением он отшвырнул бритоголового назад и посмотрел на Сальвина.

- Я научусь покорности, - произнёс он с видимым усилием, - Да будет так.

Глава 6

- А вот и я, мой благородный кавалер, - Фелиция присела в шутливом полупоклоне, - Надеюсь, я не слишком заставила вас ждать.

При всех достоинствах Фелиции Ди Инглер пунктуальность не была её сильной стороной, хотя нельзя было не отметить, что в последние недели она делала большие успехи, меняясь к лучшему. Сейчас, например, я ждал всего каких-то полчаса – невероятный прогресс в сравнении с нашими первыми встречами. Приятная перемена, учитывая, что уровень её пунктуальности явно напрямую зависел от отношения к человеку, с которым ей предстоит встречаться.

- Что вы, миледи, - стоически произнёс я, - Время летело совсем незаметно в ожидании встречи с вами.

- О, вы меня поистине балуете, - неожиданно Фелиция сама взяла меня под руку, - Я ведь опоздала не менее, чем на час.

- Разве? Мне показалось, прошло всего-ничего, - я решил не попадаться в расставленную ловушку, - Позволите сопроводить вас в «Лютню и Кубок»?

И, несомненно, оставить там предпоследние деньги. Заведение было весьма недешёвым, оставалось лишь надеяться, что оно того стоило.

Ухаживать за Фелицией я начал три месяца назад, не питая особых надежд – девица слыла весьма требовательной и своенравной. По слухам, общение с данной особой напоминало прогулку по красивому саду, ощетинившемуся ядовитыми шипами, одно неверное движение – и для тебя всё кончено. Личный опыт показывал, что слухи были совершенно правдивы. Как и я, девушка была аристократкой, владеющей магическим даром, только в отличие от меня, происходила родом из богатой семьи, и в настоящее время являлась младшей жрицей городского оракула. Уже этих качеств было вполне достаточно для того, чтобы представлять собой крайне выгодную партию даже для весьма родовитого ухажёра, а ведь впридачу, она обладала прекрасной внешностью, живым умом, и острым языком, хотя последнее можно было считать, как достоинством, так и недостатком. Словом, в борьбе за её руку и сердце, я оценивал свои шансы не слишком-то высоко.

И тем не менее, мы встречались вот уже два с половиной месяца. Ну вроде бы встречались, с Фелицией невозможно было что-то однозначно утверждать, Во всяком случае, за прошедшее время мне ни разу не дали понять, что моё присутствие нежелательно, что было своего рода рекордом, настолько впечатляющим, что даже записные придворные ловеласы стали посматривать на меня со своеобразным уважением.

- О нет, - неожиданно произнесла Фелиция, - Должна признаться, посиделки в тавернах, пусть и милых, меня изрядно утомили. Хотелось бы некоторого разнообразия. Как насчёт просто прогуляться по городу? Время довольно позднее, но я уверена, что с вами мне нечего бояться.

- О, леди, - я изо всех сил постарался скрыть радость. Не то, чтобы я был жмотом или совсем уж нищим, но регулярные посиделки в таких местах, как «Лютня и кубок», могли разорить и куда более богатого человека, - Ваше желание для меня закон, и, если кто посмеет помешать нам наслаждаться обществом друг друга, то поверьте – сабля у меня на поясе отнюдь не для красоты.

Оставалось лишь надеяться, что после столь громких слов, она не потащит меня в какой-нибудь район, где не поможет никакая сабля.

- Вы так отважны, - Фелиция взяла меня под руку, - Но право, вряд ли в этот раз вам предстоит извлечь саблю из ножен, я действительно намерена всего лишь погулять.

В её словах явственно была скрыта насмешка. А может и не была, если я что и усвоил за время общения с Фелицией, так это то, что с ней никогда и ничего нельзя было утверждать наверняка.

Моя дама назначила встречу у рыночной площади и, несмотря на сумерки, вокруг было всё ещё многолюдно. Торговцы наперебой расхваливали свой товар, перекрикивая даже выступавших на импровизированных подмостках бардов. Качество исполнения, насколько я мог судить, оставляло желать лучшего, хотя вокруг них успела собраться весьма внушительная толпа.

- Неплохо поют, - сказал я, скорее для поддержания разговора, поскольку пауза успела уже несколько затянуться, и по рынку мы пробирались в молчании.

- Разве что для простолюдинов, - Фелиция слегка скривила губки в пренебрежительной гримаске – Все эти барды и прочие бродячие артисты хороши для простонародья, но едва ли такое можно отнести к настоящему искусству, а вы как думаете, Рен?

- Вы безусловно правы, - дипломатично ответил я, предпочтя не сообщать, что вообще-то довольно неплохо знаком с некоторыми из пресловутых артистов для простонародья, - Но и простолюдинам не чужда тяга к прекрасному.

- Весьма деликатно с вашей стороны. А я вот немножечко сноб, да?

- О! – я замешкался с ответом, - Ну, что вы, право…

- Не стоит смущаться, я этого нисколько не стыжусь. Каждому своё, и простолюдины, кажется, вполне счастливы тем, что имеют, а мы, - девушка вздохнула, - У нас своя ноша.

- Фелиция, - я наконец заметил, что с девушкой что-то не так, - Вы словно чем-то взволнованы?

- Не знаю, стоит-ли рассказывать, - замялась девушка, - Вообще-то нам это запрещено. Но, честно говоря, я действительно обеспокоена, хочется с кем-то поделиться.

О, женщины и секреты – вечная тема для шуток. Справедливости ради, приходилось мне видеть мужчин, обращавшихся с секретами ничуть не лучше.

- Вы можете быть уверены, я буду нем, как могила, - для большей убедительности, я приложил к груди руку.

- Что ж, - Фелиция стрельнула глазами, - Надеюсь на вашу честность. Это из-за Оракула.

- А что с ним? – несмотря на то, что Оракул был городской достопримечательностью, я относился к нему с изрядной долей иронии, уж больно туманными и специфическими были его предсказания, - Выдал очередное пророчество?

- Мне известно, что среди мужчин, владеющих даром, считается хорошим тоном насмехаться над Оракулом, - тон Фелиции опасно похолодел, - Смею заметить, что не считаю подобный взгляд на вещи признаком большого ума.

- Смиреннейше прошу меня простить, - произнёс я, выбранив себя за неумение скрывать свои чувства, - У меня и в мыслях не было оскорбить Оракул и уж тем более вас – его жрицу. Но всё же, насчёт пророчества, что привело вас в беспокойство?

- Аранты.

- Что, простите? – должен признать, ей удалось меня удивить.

- Вы ведь встречали их во время своей миссии? Ну, когда сопровождали нашу гостью? Сражались с ними.

- Вы неплохо осведомлены, - возможно даже слишком, - «Сражались» - громко сказано, миледи. По правде сказать, всю основную работу сделал лорд Дэран.

- Неважно, хотя я ценю вашу честность, - губы Фелиции тронула лёгкая улыбка, - Редкое качество в мужчинах, тем более, аристократах. Вы такие хвастуны. Конечно же, я неплохо осведомлена, я ведь жрица, пусть и младшая. И именно потому я и обеспокоена. Целая цепочка событий.

- Цепочка? – переспросил я, - Признаюсь, не понимаю о чём вы.

- Несколько дней назад, орден наблюдателей вычислил шпиона арантов, - произнесла она, словно в пустоту, - Простолюдина, офицера милиционных войск. Я не посвящена в подробности, но им удалось узнать время и место, в котором он встречался со своим куратором – одним из…них.

- Ну и ну, - пожалуй, это действительно было достаточным поводом для беспокойства, - Я и не знал, что у них есть шпионы.

- Подозрения были давно, но только сейчас у наблюдателей появилась конкретика. Задержать куратора им не удалось?

- Не удалось?! Это наблюдателям-то?

- Да, тем самым прославленным наблюдателям. Лучшие их бойцы оказались бессильны. Враг ушёл и более -того – убил одного из наблюдателей и ещё одного ранил. Человека взять удалось, причём живым.

- И он, - я поколебался, - Заговорил?

- Вы не хуже меня знаете, что у наблюдателей заговорит любой, будь он аристократом или простолюдином. Любой, но не этот. Как только за него взялись, он…

- Он что?

- Умер, - жёстко закончила Фелиция, - Причём это не было ошибкой, допущенной в ходе допроса, на него точно наложили какое-то заклятие, но никому из аристократов неизвестна его сущность. Вроде бы о чём-то подобном могут знать маги Дагрима, но тут, сами понимаете, есть проблема.

- Вряд ли они сейчас поделятся с нами своими знаниями, - мрачно кивнул я, - Так значит, это не просто странные пустынные дикари со странными способностями.

- Нет, Аранты вовсе не дикари. Они загадка, неразгаданная тайна. Их намерения до сих пор неясны, но не приходится сомневаться в том, что от них не стоит ждать ничего хорошего.

- Ну, - я пожал плечами, - Город переживал и худшее. Взять хотя бы нашествие племён пустынников тридцать лет тому назад. Если верить летописям, их были десятки тысяч.

- Если верить летописям, то каждый воин Канза лично убил не менее десятка подлых кочевников, а каждый аристократ – не менее ста, - Фелиция рассмеялась, и я невольно залюбовался – улыбка была ей весьма к лицу, - Орден наблюдателей пошёл на неожиданный шаг – обратился к оракулу.

- Они спросили об арантах? – пожалуй, этот их поступок можно было считать беспрецедентным. Насколько я знал, среди наблюдателей к оракулу относились ещё более скептически, чем среди аристократов.

- Теперь вы понимаете? – Фелиция наконец заглянула мне в глаза, - Они оценивают угрозу весьма высоко. Да, они спросили о них, в первую очередь интересовались намерениями и планами.

- И Оракул, - я поколебался, - Ответил?

- Да, Оракул дал ответ. Он сказал, что аранты хотят накормить свои корабли. Кровью. Много крови. Сотни тысяч литров крови. Нашей крови. И не только нашей. Вот таков был ответ. И ещё он сказал, что они сильны. Очень сильны. Много сильнее, чем мы думаем.

- Ну…, - я замялся, - Звучит как-то….

- Туманно? Невнятно? Да просто глупо? – продолжила за меня Фелиция, - Как и все предсказания Оракула, потому к нему и принято относиться свысока. Поверьте, Оракул может выражаться непонятным образом, но обычно он не ошибается. И то, что он рассказал, действительно пугает. Боюсь, уличным музыкантам недолго осталось распевать весёлые песни. В скором времени что-то грядёт. И возможно куда раньше, чем мы думаем.

- Мне трудно судить об этом, ведь я не жрец оракула, - произнёс я, вдруг заметив, что её крошечная ладошка, словно случайно оказалась в моей, - Я воин, наделённый даром, и могу лишь выполнять свой долг.

Фелиция сжала мою руку в своей маленькой изящной ладони и посмотрела на меня так, будто хотела что-то сказать и колебалась, стоит ли это делать.

- Я…, - начала она, явно не зная, как продолжить, - Я думаю, что…что это такое?

Озадаченный таким неожиданным поворотом, я посмотрел в направлении её взгляда.

Уже не первый раз я замечал, что в компании Фелиции, время течёт незаметно. Вот сейчас я и не заметил, как мы вышли прямиком к городскому театру. Высокое белое здание, с мраморными колоннами, было гордостью города, тем большей, что оно, подобно оракулу, не досталось нам в наследство от древних, но напротив – начало возводиться ещё при отце архимага Ксера и было закончено уже непосредственно при нём. Даже среди домов городской знати театр сиял словно драгоценный камень в короне правителя города.

И тем более ненормальным выглядело открывшееся нам зрелище.

У боковой стены театра, на постаменте одной из колонн, ораторствовал простолюдин, на вид около пятидесяти лет, одетый в замызганный хитон некогда белого цвета, с лысой, как коленка, головой. Вокруг него, уже успела собраться небольшая толпа в полсотни человек, с интересом внимающая его речам.

- Так что же говорят вам те, кто правят нами? – вопросил лысый и тут же ответил на собственный вопрос, - Они говорят вам, что аранты – демоны из преисподней! Что они пришли с далёких звёзд и ныне похищают людей, чтобы приносить их в жертву в ходе ритуалов столь чёрных, что их и описать нельзя. Что они пожирают людей заживо и обращают их в своих рабов. Но хотите ли вы знать, почему они говорят вам это?

- Да, - выкрикнул кто-то из толпы, - Говори.

- Они вам говорят это, потому что боятся, - торжествующе произнёс оратор, - Они чувствуют, что их власти приходит конец! Самозванцы, ложные правители, упивающиеся собственной властью над нами – простыми людьми, ныне трепещут, понимая, что дни их сочтены.

- Что он несёт? - недоуменно произнесла Фелиция, - Я просто поверить не могу. Где уличная стража?

- Да! Аранта не монстры, рыщущие во тьме, они истинные правители этого мира, вернувшиеся, чтобы карать ложных богов. И наградить нас – простых людей, которые милостями аристократов вынуждены прозябать в нищете, оплачивая своим трудом роскошь, в которой живут…

- Ты лжёшь!

Разумеется, эти слова произнесла Фелиция. И чтоб меня покарал Хагрон если я понял зачем она это сказала, да ещё так громко, что перекричала даже самозваного проповедника. Будь я один, я бы попросту прошёл мимо, стараясь, по возможности, не привлекать к себе внимания, но Фелиция похоже имела душу героя. Ну, в смысле, того самого человека, который сперва что-то делает, а уж потом думает о последствиях. На мой взгляд, примерно так себя ведут идиоты, что многое говорит о природе героизма.

На несколько мгновений вокруг воцарилась тишина. Во всяком случае привлечь к себе внимание ей удалось.

- Ага! – торжествующе произнёс лысый, обрадованный нашим появлением, - А вот и одна из них. Аристократка, как я вижу. Такой молодая, красивая и, несомненно, богатая. И конечно разозлённая тем, что простые люди, на которых она до сих пор смотрела, как на грязь под ногами, осмелились заговорить? «Ты лжёшь» - вот крик её души. Я несомненно лгу в том, что она разгуливает по городу в дорогих одеждах, в то время, как мы по нескольку лет ходим в одной рубахе. Я несомненно лгу о том, что она сегодня вечером будет наслаждаться дорогими явствами, в то время, как большинству из нас придётся довольствоваться рисом с луковицей и краюхой хлеба, а у многих не будет и этого.

Толпа зароптала. Несколько, то ли наиболее решительных, то ли самых озлобленных мужиков, начали осторожно приближаться. Кое-кто нагнулся к земле, ища камни. Мельком, я скосил глаза на свою спутницу, которая заметно побледнела, явно только сейчас поняв, что натворила. Как я уже говорил – герои не думают о последствиях, расхлёбывать их приходится простым парням, вроде меня, о которых потом едва ли споют в балладах.

Я медленно вынул саблю из ножен.

- На вашем месте я бы валил по домам, пока на вас не обратила внимания стража, - крикнул я, стараясь держаться максимально уверенно, - Потому что потом она вас передаст допросчикам ордена Наблюдателей, а там, я слышал, начинают визжать даже самые отважные.

То ли блеск сабли из настоящей стали – единственной дорогой вещи, которую я мог себе позволить, то ли упоминание наблюдателей, охладило пыл толпы. Подбирающиеся поближе простолюдины замерли в нерешительности, поглядывая друг на друга. Найдись сейчас один, способный поступить, не думая о последствиях – и мне конец. Оставалось надеяться, что ни одного героя среди собравшихся не обнаружится.

Не считая разве что проклятого оратора, который как раз открыл рот, собираясь подбодрить свою паству.

Раздавшиеся свистки городских стражников показались мне трелями райских птиц. Колеблющаяся толпа наконец бросилась в рассыпную – попасть в руки Наблюдателей не желал никто. Пользуясь случаем, я, всё ещё держа в руках саблю, впервые наконец позволил себе обнять Фелицию за плечи, увлекая её ближе к краю улицы.

- Я повела себя очень глупо, - произнесла она, не делая попыток освободиться.

Ну да, ещё как.

- Вы повели себя отважно, - воодушевлённо произнёс я, - Как и подобает истинной аристократке.

- Верно. И глупо, - задумчиво повторила Фелиция. А затем неожиданно взяла мою руку, всё ещё сжимающую саблю, в свои, - Вы действительно храбры, мой кавалер. И для разнообразия я не шучу.

- Эээ, - красноречиво провозгласил я, - Спасибо.

- Я верю вам, - слова её прозвучали весьма загадочно, - Теперь я вам верю.

Глава 7

- А я уж думала, что придётся с тобой попрощаться, - Яра устало потянулась, разминая затёкшие мышцы, - Оказывается ты можешь вести себя разумно, если постараешься.

Танкред мрачно посмотрел на спутницу, едва различимую в полутьме. Он до сих пор не был уверен, что поступил правильно.

После инцидента на площади, их загнали в просторное здание из кирпича, где уже сидело около дюжины таких же бедолаг. Комфортом помещение не отличалось. Даже привычный к трудностям Танкред слегка ёжился от холода, тем более, что единственным источником тепла была грубая лампа из глины с чадящим фитилём. Она же была и единственным источником света. Окон в здании не было, а на дворе уже стояла ночь. Рыцарь в очередной раз осмотрел своих товарищей по несчастью, сгрудившихся вокруг лампы. С учётом того, что тепла, светильник не давал, куча мала смотрелась смешно и одновременно жалко, напоминая бабочек, летящих на огонь. Выглядели люди, как оборванцы, к тому же не слишком хорошо питавшиеся, и Танкред совершенно не понимал, каким образом они смогут выступать в качестве бойцов. Время от времени, некоторые из них бросали косые взгляды в его сторону, хотя он вроде бы ничем не заслужил их неприязнь. Впрочем, дальше взглядов дело не зашло, что и неудивительно – едва ли эти люди имели бы хоть какой-то шанс против них с Ярой, даже попробуй они навалиться все разом.

- Почему тебе не всё равно? – задал он вопрос, который уже давно не давал ему покоя.

- В смысле? – отозвалась Яра из темноты, - Мы, если ты не заметил, довольно круто вляпались, а вдвоём всё же лучше, чем в одиночку, тем более, что во всей этой компании ты единственный боец, причём лучший, которого я видела, а поверь – видела я немало.

- Я ведь убил твоих друзей, - Танкред сел рядом с женщиной, ощутив исходящее от неё тепло, - Для тебя это ничего не значит?

- Друзей? – фыркнула Яра, - Ты об этих, что тогда были со мной? Никакими друзьями они не были. Это отребье, которое до знакомства со мной грабило одиноких путников и воровало урожай с ферм. Благодаря мне они обрели хоть какую-то эффективность, но подчинялись мне по единственной причине – они меня боялись. Нет, я не могу сказать, что сильно по ним горюю, огорчает только одно – поганец Арвиз не получил по заслугам. Мне они были нужны только для этого и, откровенно говоря, после того, как дело было бы сделано, я бы рассталась с ними с чистой совестью.

- Чем тебе так насолил этот Арвиз?

- О, пустяки, кинул с оплатой, а когда понял, что ему это с рук не сойдёт – навёл на нас охотников за наградами. Охотники вместо награды тогда нашли свою смерть, и Дассим – это капитан, под которым я ходила, решил, что преследовать Арвиза мы не будем – рано или поздно попадётся всё равно. Сейчас я понимаю, что он был прав, но тогда…тогда я просто аж кипела от ярости и поклялась лично порезать эту мразь на ремни. Я была своенравна, а в бою с охотниками погиб…, - женщина поколебалась, - один дорогой мне человек. В итоге я откололась от Дассима, а поскольку мне были нужны хоть какие-то подельники, связалась с мелкой шайкой из разорившихся фермеров. Иногда и из таких выходит что-то путное, но увы, не в данном случае. Тем не менее, Арвиза мне найти всё же удалось, остальное ты и сам знаешь.

- Кто такой Дассим? - спросил Танкред, поневоле ощутив чувство вины. Знай он о всей этой истории с самого начала, вряд ли полез бы геройствовать.

- Хороший человек, - ответила Яра, немного помолчав, - Настоящий лидер. Знаешь, он действительно заботился о своих людях. Немного таких капитанов. Это и отличает настоящего лидера от…ну, ты понимаешь, наверное.

- Ты перед ним прямо преклоняешься.

- Не преклоняюсь конечно же, но уважаю. Ну а ты, Танкред из Иерусалима? Как тебя занесло в наши края? Видимо они очень далеко от твоего родного края.

- По правде сказать, не из Иерусалима, а из Таранто.

- Да всё едино, мне ни то, ни другое ни о чём не говорит.

- Что ж, - Танкред только сейчас задумался над тем, сколь странно и причудливо будет выглядеть его история, - Я просто заснул в своём шатре и… в общем, я проснулся в довольно странном месте…

- Что ж, - только и смогла выдавить Яра, когда Танкред закончил свой рассказ, - Твоя история и впрямь выглядит странно. Я много чего успела повидать, в том числе такого, что и сама бы не поверила, если б мне кто рассказал, но ни о чём подобном никогда не слыхала.

- Тем не менее, в моей истории нет ни слова лжи, - с горячностью воскликнул Танкред, - И я клянусь в этом…

- Да брось, конечно же ты не врёшь, ты на это просто не способен, на то ты и сумасшедший.

- Женщина! – рявкнул Танкред, заставив испуганно обернуться сгрудившихся у лампы мужчин, - Я не сумасшедший дьявол тебя раздери!

- Не знаю я твоего дьявола, - невозмутимо ответствовала Яра, - Но ты самый безумный человек из всех, кого я видела, а, как я уже говорила, видела я немало. Что ж, ты представляешь собой тайну, а тайны я люблю. Ещё одна причина держаться поближе к тебе. Ну, не считая того, что завтра нам предстоит выжить в битве насмерть.

- В битве? – Танкред кивнул на сгрудившихся в кучу людей, - Мы будем биться с ними?

- Ты шутишь? – Яра хмыкнула, - Это закуска.

- Что это значит?

- То и значит. Эти люди, - Яра сделала пренебрежительный жест рукой, - Нищие. Воры. Разбойники из самых неудачливых. Мужья-рогоносцы, убившие своих жён за измену, слишком глупые, чтобы не попасться, да и просто рабы. Они для разогрева публики, возможно кто-то из них и знает с какой стороны за копьё браться, но не более. Настоящее представление дадут бойцы с опытом. И кстати, Альм хоть и невелик, представление дать умеет.

- Не слишком-то честно.

- Жизнь вообще нечестная штука. Но она даёт шанс каждому. Их всех могли просто казнить, но сейчас у них есть пусть и небольшая, но возможность выжить и подняться. Победят сейчас – может станут бойцами и завоюют свободу. И да, мы в том же положении, с той лишь разницей, что в отличие от этого сброда у нас шансов больше. Да и тем, для кого выступления на арене – профессия, не помешает небольшая проверка их способностей.

- Это варварство, - в сердцах воскликнул Танкред, - Отвратительное варварство.

- Не знаю, что такое варварство, но это жизнь – Яра была совершенно невозмутима, - Ладно, лично я собираюсь поспать. Всё-таки хочется завтра остаться в живых, а значит было бы неплохо как следует выспаться, так что будь добр – обними меня и прижмись поближе.

- Знаешь, - Танкред был совершенно огорошен, - Я не думаю, что это…

- Послушай, не старайся казаться более сумасшедшим, чем есть. Нет, потрахаться перед боем тоже бывает полезно, во всяком случае для женщин, но не перед таким же количеством соглядатаев. Так просто теплее, не лезть же и нам к этой лампе. Давай уже, хватит валять дурака.

Ругнувшись про себя, Танкред лёг рядом с женщиной, придвинувшись ближе. Поколебавшись, он всё же положил руку ей на плечи.

- Нда, - в голосе Яры послышалось сочувствие, - У тебя вообще девушки были?

- Женщина, - рука рыцаря невольно сжалась в кулак, - Не смей смеяться надо мной.

- Да нет, что ты? Мне правда интересно, ты когда-нибудь любил?

- Да, - ответил Танкред после паузы.

- О как! И как всё вышло? Где она теперь? Ждёт тебя?

- Ждёт, - Танкред стиснул зубы, - В раю. Я убил её. Случайно, я не знал, что…а, впрочем, это не твоё дело.

На какое-то время воцарилась тишина, прерываемая разве что бормотанием мужчин, которых Яра назвала закуской. Девица явно переваривала информацию.

- Ты всё-таки самый удивительный человек, которого я за свою жизнь встречала, - наконец произнесла Яра, после почти минутной паузы, - И чем дальше я тебя узнаю – тем больше в тебе удивительного. Ладно, давай спать. Как ни крути – завтра нас ждёт тяжёлый день.

- И возможно последний, - пробормотал Танкред, проваливаясь в сон – впечатлений за день было слишком много.

Глава 8

Существует множество способов паршиво провести вечер перед ночным караулом. Общение с членами ордена Наблюдателей даже само по себе находится где-то в первой десятке, но общение с его главой и первым заместителем в числе призовых мест.

Конкретно ко мне претензий вроде бы не было, хотя глава ордена лорд Хэлир глядел на меня так, словно я был не несостоявшейся жертвой уличного бунта, а его участником, а то и виновником. Напротив, во взгляде Маркуса – его первого заместителя, даже проглядывало сочувствие.

- Почему вы вмешались? – Хэлир, а вопрос задал именно он, был крайне неприятным старикашкой. Высокий седой, с крючковатым носом, он напоминал хищную птицу, особенно сейчас, когда прямо-таки подался вперёд в своём кресле, будто нависая над жертвой. Будучи уже весьма преклонных лет, он вовсе не утратил ни разума, ни хватки, ни вкуса к жизни, правда последнее для него выражалось не в любви к женщинам, вину, явствам и развлечениям, а исключительно в желании причинять страдания людям.

- Виновата исключительно я, - вмешалась Фелиция, сидящая примерно в метре от меня, - Я просто…

- Я не спрашивал вас, юная леди, - голос Хэлира, казалось, мог замораживать воду, - Молодой человек аристократ, и вполне способен говорить за себя сам.

- Я…, - ответить на вопрос было не так-то просто, необходимо было тщательно подбирать слова, учитывая, что виновница инцидента сидела рядом и была, казалось, ещё очаровательней, чем обычно, - Я должен был защитить леди Фелицию. И, кроме того, то, что говорил этот человек было крамолой. Да, ужасной крамолой и я просто не мог…

- Вы желаете поступить на службу в орден Наблюдателей? – Хэлира точно не удовлетворили мои объяснения.

- Эээ, нет, прошу меня простить, но я вполне доволен своим уделом. Не то, чтобы я…

- Тогда какое вам дело до крамолы?

- Долг дворянина, - вопрос был совершенно идиотским, но, безусловно, напрямую так ответить я не мог, - В ордене вы, или нет, нельзя допустить, чтобы простолюдин возводил хулу на город, его правителей и наше сословие.

- Что-то подсказывает мне, что, если бы не эта юная леди рядом, долг дворянина не воспринимался бы вами столь серьёзно, - скрипуче проговорил Хэлир.

- Можно ли его за это судить? – в отличие от своего руководителя Маркус выглядел не столько, как наблюдатель, сколько как полководец из тех, что представляются солдатам строгим, но заботливым и справедливым отцом. Около сорока лет, высокий, с квадратной челюстью и внимательными, серыми глазами, он прямо таки воплощал собой этот типаж, чем-то напоминая Дэрана - Все мы были молодыми, разумеется, присутствие юной леди Фелиции…

- Я не припомню, чтобы спрашивал вашего мнения, Маркус, - парировал старик, - Наши люди наблюдали за агитаторами арантов последние три месяца и сейчас, как никогда близки к тому, чтобы сложить мозаику. И вот именно сейчас этот молодой человек буквально заставил нас вмешаться, пусть и не напрямую, отодвинув окончательное решение вопроса.

- Осмелюсь заметить, - начал было Маркус, но Хэлир лишь недовольно замахал руками.

- Не надо ничего замечать, тем более при посторонних. Я услышал достаточно. Проводите нашего гостя к выходу, раз уж он вам так пришёлся по душе. Вы пока останьтесь, юная леди, с вами мы ещё не закончили. Ну а молодой человек может быть свободен, по крайней мере, пока. Насколько я знаю, вечером ваша смена дежурить на городских воротах? Надеюсь, вы не опоздаете.

Скрывая облегчение, я поднялся с кресла, бросив виноватый взгляд на Фелицию. Выглядела она довольно напряжённо, сжимая руками ручки кресла, но поделать я ничего не мог – глава ордена наблюдателей не тот человек, которому можно перечить. Его боялись люди и похрабрее меня.

Маркус также поднялся с кресла с совершенно бесстрастным выражением лица.

- Повинуюсь, - коротко бросил он, даже не повернув головы в направлении Хэлира, - Следуйте за мной.

С этими словами он направился к двери, которые распахнулись, подчинившись мысленной команде. Наблюдатели располагались в одном из немногих зданий, сохранившихся от древних. Будучи построенным из долговечного, неведомого современным мастерам материала, оно всё-таки постепенно приходило в негодность и после множества реставраций, всё меньше отличалось от типичных городских зданий, построенных из камня, глины или базальта. Управляемые двери были одной из сохранившихся диковинок, позволяя надёжно охранять секреты дворца от простолюдинов. По слухам, маги высокого ранга умели блокировать двери также и от людей, владеющих даром.

Я последовал за Маркусом, держась скорее рядом с ним. До сей поры я никогда не бывал в штабе Наблюдателей и, честно говоря, предпочёл бы, чтобы оно так и оставалось. Однако сейчас поневоле глазел по сторонам, проходя по странным коридорам, освещённым бледным, неземным светом.

- Не воспринимайте слова Хэлира слишком серьёзно, - сказал Маркус, слегка замедлив шаг, - По нему может и не скажешь, но боюсь, возраст на нём всё-таки сказывается. Теряет хватку и вот сейчас зачем-то сорвался на вас. Он недооценивает опасность арантов, поглощённый…впрочем, это вас не касается.

- Вы считаете арантов опасными? – осторожно поинтересовался я, вспомнив слова Фелиции. Конечно, я был не настолько глуп, чтобы рассказать о них члену ордена Наблюдателей высокого ранга.

- Да, - кивнул Маркус, - Боюсь, правители города сильно недооценивают угрозу. Но мы отстоим от них город так или иначе. Просто иногда…кому-то приходится преодолеть косность чужого мышления стариков, до сих пор мыслящих устаревшими реалиями.

Я не рискнул спросить его, что он имеет в виду, хотя его фраза показалась мне более, чем странной, более подходящей не второму лицу его ордена, а скорее тому самому агитатору с площади.

Коридор сменился холлом, где несли караул два рядовых наблюдателя, укутанных в серые плащи и капюшоны с маской, скрывающие лицо. Ни один из них даже головы не повернул в нашу сторону. Неплохо вышколены, что и неудивительно – младшие члены ордена набирались из простолюдинов, и по меркам простолюдинов жили очень даже неплохо. Так что за свои места готовы были держаться зубами, тем более, что по слухам, выход из ордена был только один – ногами вперёд.

Ворота открылись, вновь повинуясь мысли Маркуса. Ого, а на дворе уже темным-темно. Интересно, не опоздал ли я уже в караул. Учитывая обстоятельства, я мог рассчитывать на снисхождение, с другой стороны, лорд Дэран мог и не знать о случившемся, а уж начальник караула и подавно.

- До полуночи осталось полчаса, - обнадёжил Маркус, - Вы вполне успеваете. Конечно, ваш вид не назовёшь парадным, но полагаю, учитывая обстоятельства, вам это простят.

- Благодарю вас, - я склонил голову, - Полагаю, мне лучше поторопиться.

- Вы славный молодой человек, - в голосе Маркуса вновь прозвучало сочувствие, что вызвало у меня изрядное удивление, учитывая, что ничего страшного со мной, в сущности, не произошло, - Мне жаль, что так вышло.

- Не зная, что ответить, я предпочёл промолчать.

- Идите, - Маркус резко повернулся ко мне спиной, - Долг аристократа прежде всего.

Я повиновался, отметив про себя, что Эрг Маркус довольно странный человек.

Глава 9

Город встретил меня темнотой и ночной прохладой. С наступлением ночи улицы обычно вымирали, тем более, что говоря принцу Гордиану о безопасности Канза, я, уж чего греха таить, малость покривил душой. Нет, днём улицы и впрямь были безопасны, но нарваться ночью было проще простого, хотя мало кто из ночных головорезов готов был рискнуть напасть на аристократа, да ещё вооружённого, любое убийство людей, владеющих даром, расследовалось орденом наблюдателей, а уж они шутить бы не стали. Оставалось только надеяться, что я доберусь до городских ворот без приключений – учитывая случившееся, мне не хватало только новых проблем.

Прожив в городе всю жизнь, я легко ориентировался даже в полумраке, по редким напольным светильникам, установленным на улицах города. Всё-таки, освещение в Канзе оставляло желать лучшего. Побывавшие в Табре, говорили, что у них на улицах светло, как днём, что, впрочем, не было результатом трудолюбия жителей города, а скорее банального везения. Как и многое другое, система освещения в городе была унаследована от древних. Всегда в этой жизни, кому-то везёт, а кому-то нет. С другой стороны, у нас зато был Оракул.

Добежав до небольшой площади рядом с воротами, я облегчённо вздохнул. Не опоздал. А по поводу отсутствия формы и доспеха как-нибудь договорюсь с начальником караула, в конце концов, у меня крайне уважительная причина. Вроде бы сегодня старшим по караулам должен быть Роло. Неплохой вариант, он не из строгих.

Я подошёл поближе к караульной будке, на ходу прикидывая, что следует сказать, а о чём лучше бы умолчать. Всё-таки добровольно-принудительный визит в здание ордена Наблюдателей – сомнительное событие, и лучше бы о нём было поменьше слухов.

Но, когда я увидел трёх мужчин, стоявших рядом с будкой в свете напольной чаши, мои надежды улетучились, как дым. Меня встречал не Роло, а никто иной, как эрг Дэран, в компании двух суровых парней, по виду более всего напоминавших телохранителей.

Вот это новости. Не то, чтобы я думал, что он не узнает, но всё же не ожидал, что узнает так скоро.

- Опаздываешь, - сурово бросил Дэран, когда я подошёл поближе, - Твой компаньон Зотикус уже на посту. Хотя у тебя и есть смягчающее обстоятельство.

- Вам известно, - я постарался, чтобы мой голос не дрогнул, но боюсь, мне это не удалось.

- Известно, - Дэран наклонил голову в знак согласия, - Именно поэтому здесь сейчас я, а не Роло. Сегодня я отвечаю за караулы, иногда полезно почувствовать себя в роли простого воина. Я рад, что случившийся инцидент и усталость не заставили тебя забыть о долге. В очередной раз вижу, что не ошибся в тебе.

- Благодарю Светлейший, - я наклонил голову, - Прошу простить за мой вид и опоздание.

- Прощение получено, займи своё место на посту.

Отворив дверь, я зашёл в караульное помещение. Вообще-то, по обычаю, перед началом ночного караула полагалось встретиться с напарником, но напоминать об этом Дэрану я не стал – я же не самоубийца.

Городские ворота Канза были ещё одной его гордостью наряду с Оракулом. Их было всего двое, что заметно снижало его пропускную способность, но, в отличие от других городов, они были сделаны древними из материала, что был покрепче иных стен, да и управлялись магическим образом, благодаря чему считались неприступными. Обе караулки были пристройками из обожжённого кирпича, вплотную прилегающими к стене казарм стражи, а в каждой из них стоял механизм, через который осуществлялась связь с воротами. Открыть их можно было только с обоих механизмов одновременно и по ночам это было разрешено только после команды начальника караула. Система считалась совершенно надёжной и до сих пор вроде бы не подводила.

Обстановка внутри караульного помещения была максимально простой. Грубо сколоченное, деревянное кресло, да деревянная же решётка на окне – на дорогой металл городская стража поскупилась. Если бы не древний механизм, можно было бы подумать, что здесь содержат мелких преступников, вроде пьянчуг или драчунов из таверны.

Шар в центре странной конструкции, высотой примерно мне по пояс, приветливо светился голубоватым светом. Положив на него руку, я сконцентрировался, послав мысленный импульс и шар мигнул зелёным. Отлично, меня распознали.

И это, собственно, всё. Теперь оставалось только сесть в кресло и скучать. Возможно кто-то притащится к воротам посреди ночи, и тогда вернувшийся Роло или сам эрг Дэран отдадут команду открыть ворота, или, напротив, прикажут незваному гостю убраться восвояси. До тех же пор, я могу пялиться в окно сквозь решётку и предаваться размышлениям. Если вам кажется, что это довольно унылое времяпрепровождение, то заверяю – вам не кажется. Остаётся надеяться, что какой-нибудь не рассчитавший время караванщик или просто запоздалый путник всё-таки явятся в город посреди ночи. Какое-никакое развлечение.

Постаравшись поудобнее устроиться на жёстком сиденье, я погрузился в свои мысли. Интересно, что сейчас поделывает Фелиция. Скорее всего она уже покинула негостеприимное здание ордена и вернулась домой, приняла ванну и прямо сейчас готовится лечь спать, присев на белоснежные простыни в подчёркивающей фигуру ночной рубашке. От нарисованной в мозгу картинки, в штанах стало тесновато, и я поневоле снова заёрзал в кресле, уставившись в зарешёченное окно. Однообразный вид не способствовал бдительности, и я вернулся к прежним мыслям, на сей раз попытавшись сконцентрироваться на лице – прекрасном лице с такой белой чистой кожей в обрамлении чёрных, как смола, волос…нет, с этим решительно надо что-то делать.

Створки ворот, неожиданно с шипением начали раздаваться в стороны, заставив меня вмиг выбросить из головы все фривольные фантазии. Я, конечно, отвлёкся, но уж точно не до такой степени, чтобы пропустить команду начальника караула, без которой открывать ворота строжайше запрещено. Что, собственно говоря, происходит?

Решительно положив руку на управляющий шар, я послал мысленную команду на закрытие ворот. Никакого эффекта, ворота продолжали открываться, словно ничего и не заметив.

Выскочив из караулки, я бросился в соседнее помещение, где должен был дежурить мой напарник. Возможно это было нарушением инструкции, но я, хоть убей, не мог припомнить, чтобы кто-то вообще предусматривал в инструкции такой поворот событий. Происходящее просто не укладывалось ни в какие рамки. За всю свою жизнь, я даже не слышал о чём-то подобном. Зотикуса я помнил, как довольно робкого парня с вечно заискивающим видом, больше подходящим простолюдину, а не магу, что за шутки он вытворяет? И куда вообще смотрит Роло?

Резко рванув дверь караулки, я замер на месте, остолбенев от ужаса.

Зотикус ничего не вытворял, да и вряд ли мог бы, потому что лежал без движения в луже собственной крови. Стряхнув оцепенение, я набрал в лёгкие воздуха, чтобы поднять тревогу.

И в этот момент развёрзся ад.

Глава 10

- Merde, - пробормотал Танкред, не в силах скрыть отвращения, - Это не бой, а просто убийство и ничего более.

- Да, - лаконично отозвалась Яра, - Пожалуй.

Как она и предсказывала, их поставили парой, причём явно приберегали под конец, видимо планируя представить, как гвоздь программы. Пока же на арену выпускали их товарищей по несчастью, но прогнозы Яры и здесь оправдались в полной мере – шансов одолеть подготовленных и хорошо экипированных бойцов у них не было никаких. В помещении, где час назад ждали своей участи полтора десятка человек со связанными руками, остались только они, да стражники – шесть молчаливых мужчин в кожаных доспехах, вооружённых копьями. Остальные вышли на арену и погибли, не сумев даже поцарапать противников.

- На арене следующая пара, - зычно надрывался оратор, обладавший поистине лужёной глоткой, позволявшей перекрикивать многоголосую толпу, - Сын пустошей, дикарь, привыкший выживать в поистине нечеловеческих условиях, и отчаянный убийца, чьи руки залиты кровью до самых плеч!

Вытолкнутый на арену мужичок меньше всего походил на убийцу. Уже давно миновавший свои лучшие годы, лысоватый, с внушительным пузом и тонкими, как палки, руками, он нервно трясся всем телом, не вполне осознавая, где находится и что он должен делать с парными клинками, которые едва удерживал в дрожащих в руках. Его напарник, смуглый мужчина, вооружённый копьём и небольшим щитом, смотрелся бы посерьёзнее, не будь он столь измождён.

- В этом есть хорошая сторона. После таких, они явно не будут ждать от нас серьёзного сопротивления, а это нам на руку. Соберись. Как только покончат с этими – мы следующие

Танкред не ответил, продолжая мрачно смотреть на арену. Его вчерашние товарищи по несчастью стояли напротив своих противников – рослого громилы в кожаных доспехах, сжимающего в громадных ручищах внушительную двуручную булаву с каменным набалдашником, и голого по пояс бойца в закрытом шлеме с круглым щитом и мечом с волнистым лезвием.

- Интересно, кого выставят против нас, - бормотала Яра, которой похоже, собеседники были не очень и нужны, - Полагаю, одним из них будет тот, с щитом в рост.

- Почему их противники вооружены намного лучше? – поинтересовался Танкред, кивнув в сторону кровавого действа- Какой в этом смысл?

- Смысл в том, чтобы убили тебя, а не их, - ответила Яра, как будто это было само-собой разумеющееся, - Они бойцы, признанные звёзды арены, а ты отребье с пустошей. Но если всё же сможешь победить – толпа вознесёт тебя до небес.

- Предпочёл бы остаться на земле.

- Ой, да оставайся где хочешь, только живым, я на тебя рассчитываю. Отвлеки противника сколько сможешь, а я наброшу сеть. Тогда и атакуй.

- Тебя вооружили иначе, -В отличие от Танкреда, Яру не связали, и более того - она действительно получила копьё, сеть небольшой щит, закреплённый на локте, и даже доспех, который открывал больше, чем закрывал и явно был предназначен не столько для того, чтобы защищать, сколько для того, чтобы заставлять мужчин истекать слюной.

- Я уже сделала себе имя, - лаконично ответила Яра, - Меня знают, тебя пока нет.

Поединок, если, конечно, его можно было так назвать, больше походил на изощрённую пытку. Профессионалы могли закончить его в считанные секунды, но специально затягивали бой, давая возможность толпе насладиться зрелищем. Волнистое лезвие мелькнуло, и пузатый мужчина взвизгнул, от очередного пореза и сразу же растянулся на песке, получив кромкой щита в лицо. Толпа взревела от возбуждения.

- Panem et circenses, - Танкред почувствовал, как его охватывает то ледяное спокойствие, что приходит от ярости, - Что ж, я дам вам зрелище.

- Не принимай так близко к сердцу, - посоветовала спутница, - Всё же я впервые…о, ну вот и всё.

Двуручная булава буквально разнесла голову смуглого, и сразу же боец с мечом вонзил его в грудь своего противника, который, к тому времени полностью потерял волю к сопротивлению. Зрители возбуждённо орали, наслаждаясь видом крови.

Из бокового выхода на арену выбежали служители, сразу же, сноровисто потащившие трупы к одному из выходов с арены. Отсалютовав толпе, оба бойца не спеша двинулись за ними, о чём-то переговариваясь на ходу.

- Следующая пара, - провозгласил оратор, - Боец, что выступал на арене Дагрима, но оставил её, поскольку тамошние правила были слишком мягкими, крепкий и несокрушимый, как скала боец Сорн Могучий!

Решётка, закрывающая ворота противоположного выхода на арену, открылась и на песок вышел мужчина в закрытом шлеме, с кожей бронзового цвета. Ростом почти с Танкреда, он всё же, в отличие от него, был скорее плотным, нежели атлетичным, но под слоем жира, были и мускулы. Гладиатор был вооружён огромным ростовым щитом и коротким мечом, больше пригодным, чтобы колоть, нежели рубить.

Его напарник, известный вам Тарбо быстроногий, - продолжал распорядитель, - Не раз и не два радовал он вас, выступая на арене. Если Сорн – могучая скала, то Тарбо – холодный ветер, что жестоко бьёт, но никому не позволяет поразить себя! Встречайте!

Боец, вышедший следом за Сорном, был вооружён несколькими дротиками и небольшим щитом. У пояса висел кинжал, но едва ли это оружие можно было считать чем-то иным, чем вспомогательное.

- Его противник, варвар из некого места под названием Иерусалим, - подскочившие служители перерезали верёвки на руках Танкреда и, сунув ему в руку короткий меч, наподобие того, которым был вооружён Сорн, толкнули прямиком к решётке, стремительно поднимающейся вверх. Стиснув зубы, Танкред вышел на песок, по дороге разминая затёкшие от верёвок руки.

- Вы только поглядите на эти мускулы, - возбуждённо закричал оратор под рёв толпы, - На этот рост, на эту стать. Пожалуй, этот сумеет показать зрелище, не так ли?!

Презрительно глянув на толпу, Танкред сплюнул на песок. Перед боем у него отобрали всю одежду, выдав лишь набедренную повязку и лишь теперь он понял почему. Рельефная мускулатура и белизна кожи выделяла его на фоне большинства обитателей этого мира и, действительно выглядела экзотично, заставляя его почувствовать себя кем-то, вроде животного, выставляемого на потеху публике.

А следующий боец не нуждается в представлении, - оратор выдержал драматическую паузу, - Отважная воительница, звезда нескольких арен, быстрая, как молния, и столь же смертоносная, наводящая ужас пустынная рейдерша, вернувшаяся, чтобы порадовать нас поистине невероятным зрелищем, столь же желанная, сколь и опасная – Яра смертоносная!!!

Яра вышла на арену, двигаясь мелкими кошачьими шажками, держа в одной руке короткое копьё, а в другой – туго скрученную сеть. Встав рядом с Танкредом, она раскланялась зрителям, одобрившим этот жест криками восторга.

- Ну так себе, - сказала она с оттенком разочарования, - Не Дагрим конечно и даже не Хонт, хотя для такого небольшого города неплохо. Держись осторожнее и постарайся не умереть.

Танкред не ответил, мрачно сверля взглядом противников. Те стояли неподвижно, не показывая никаких признаков волнения.

- Итак…, - оратор вновь выдержал паузу, - Начнём же представление!

Танкред сорвался с места, ринувшись навстречу противникам. Где-то на периферии сознания он услышал предостерегающий окрик Яры, но не остановился. Ему уже не было дела ни до неё, ни до толпы, всё его существо затопила всепоглощающая ярость.

Узрев стремительно приближающегося светлокожего гиганта, Тарбо возликовал.

Ему не слишком-то нравилось, что именно их с Сорном выставили против Яры. Белый здоровяк у него особого волнения не вызывал, пусть высокий и мускулистый, он был лишь обычным дикарём – скотиной на убой для разогрева публики. Другое дело Яра – в бою он её ни разу не видел, но слухи о ней ходили самые, что ни на есть, неприятные. Узнав, что именно ему предстоит ей противостоять, он проклял распорядителя и всю его родню до седьмого колена. Почему-то остальным бойцам достались лишь доходяги из рабов и преступников, а не легенды арены. Не то, чтобы он боялся, всё-таки профессионал есть профессионал, но именно как профессионал он знал цену риску и вовсе не хотел выплачивать её сверх необходимого.

Доходягу из «мяса» он прикончил полчаса назад, в одном из предыдущих боёв, пробив его дротиком почти насквозь. Тут не было чем гордиться, но это была его работа и это было куда лучше, чем впахивать, пытаясь вырастить хоть что-то на сухой земле по двенадцать часов в сутки. В отличие от многих коллег по ремеслу он был вполне доволен своим жребием. Несколько минут смертельной опасности, а потом хорошая еда, хорошая постель и хорошие женщины – что ещё нужно для счастья?

Сейчас он с усмешкой наблюдал за бегущим мужчиной, которого даже не посчитали нужным представить. Похоже, малый совсем сошёл с ума от страха, глупо бросившись навстречу своей участи. Тарбо не раз видел такое и всегда это заканчивалось одинаково. Вот так бедняга и сдохнет, не успев обрести имени, а уж вдвоём они расправятся с Ярой без особых проблем. Зрители скорее всего её попросят пощадить, ну да это уже их дело. Занеся руку, Тарбо с силой метнул дротик, вложив в бросок не только вес, но и всю свою волю. В результате броска он ни секунды не сомневался, и тем более шокирующими стали для него последующие события.

Танкред бежал вперёд, стремительно сокращая расстояние между собой и противниками. Он заметил, как мясистый гигант, прозванный скалой, поднимает щит, изготавливаясь к обороне а вот его напарник – скрытый за живым щитом из плоти и дерева, был ему не виден, но когда Тарбо, высунувшись из-за напарника, метнул дрот, Танкред ни на мгновение не замедлил хода, лишь слегка уклонился, разминувшись со смертоносным снарядом буквально на дюйм. Могучий Сорн дрогнул, изрядно удивившись подобному раскладу и в это мгновение Танкред влетел в огромный щит с ударом ноги, заставив противника пошатнуться и на миг потерять равновесие. Не давая тому опомниться, он тут же схватился за верхний край щита и, дёрнув его на себя, воткнул меч прямиком в шею Сорну, который похоже едва ли успел понять, что случилось, и сразу же отскочив назад, из опасений ответного удара.

Опасения всё же были напрасны. Сорн на миг замер, выронив свой меч. Освободившейся рукой он попытался зажать рану, из которой хлестала кровь, а затем повалился на песок, не произнеся ни звука, оставив напарника наедине с Танкредом.

Впервые за всю карьеру гладиатора, Тарбо охватил ужас. За пять лет выступлений, он не видел ничего подобного. Разум просто не вмещал происходящего, и на пару мгновений он просто замер, глядя на надвигающегося гиганта с голубыми глазами, горящими ненавистью.

Но он был воином и умел побеждать свой страх. Пусть он и недооценил оппонента, но быстроногим его прозвали не зря. Сколь бы быстрой реакцией не обладал враг, бежать с той же скоростью, что и Тарбо он, вне всякого сомнения, не мог. У него все ещё оставались три дротика и, разорвав дистанцию, он мог поразить врага. Правда оставалась ещё Яра, но в сравнении с гигантом она теперь казалась ему куда меньшей проблемой. Тарбо побежал изо всех сил, так быстро, как не бегал никогда в жизни.

Обжигающий удар в спину он сперва даже не заметил, бушующий в крови адреналин послужил неплохой анестезией. Лишь спустя несколько шагов, он внезапно почувствовал, что его не держат ноги, а затем повалился лицом вперёд, все ещё не осознавая случившегося. Попытавшись встать, он осознал, что руки неожиданно перестали его слушаться, а затем увидел расползающееся под ним бурое пятно и лишь тогда стало ясно, что его жизнь подошла к концу. Толпа, столь часто приветствующая его, теперь ревела в честь нового фаворита, и Тарбо, смирившись с неизбежным, рухнул в лужу собственной крови, закрыв глаза. Почему-то в этот последний миг своей жизни он совсем не чувствовал страха.

- Ого, да ты похоже решил мне вообще ничего не оставлять, - в голосе подошедшей Яры ощущалось восхищение, смешанное с завистью, - Поздравляю, ты их действительно завёл. Признаюсь, я сама ничего подобного до сих пор не видела, когда ты на них побежал, я уж думала, что тебе конец и дальше придётся одной разбираться.

- Мой меч, - Танкред услышал свой голос будто со стороны. Бушующая в нём ярость и близко не была утолена, - У этой мрази.

Подняв голову, Яра проследила за направлением взгляда спутника.

Глава города Сальвин не оставил вниманием происходящее и сейчас сидел посреди зрительских рядов, в роскошной беседке, позволявшей ему наслаждаться тенью, посреди палящего зноя. Рядом с ним, как обычно, находился Барро, на плече которого действительно покоился меч, доселе принадлежащий Танкреду. Изо всех сил пытаясь сохранить бесстрастность, он, тем не менее, просто пылал ненавистью.

- Эй-эй, - Яра положила руку на плечо рыцаря, - Ты конечно великий воин, но даже ты не можешь воевать с целым городом. Охолонись. Да успокойся же, я тебе говорю.

- Спустись и сразись со мной! – заорал Танкред, напрочь утративший контроль над собой, - Жалкий трус! Ты недостоин этого меча! Давай, спустись вниз и можешь привести с собой оставшихся трусов, что способны убивать лишь крестьян и неумех!

Сидящий в кресле Сальвин растянул губы в улыбке и что-то сказал на ухо распорядителю. Тот кивнул, поднеся ко рту рупор.

- Беспрецедентный случай! – крикнул он, с трудом переорав беснующуюся толпу, - Жажда крови могучего воителя столь велика, что он отказывается уйти с арены! Он вызвал на арену самого неустрашимого Барро и более того – всех остальных бойцов.

- Ну поздравляю, - обречённо произнесла Яра, - Похоже нам конец.

- Только что, он убил двух прославленных чемпионов и даже не вспотел. Но осталось ещё шестеро! Они уже устали убивать жалких неудачников и горят желанием наказать дерзкого выскочку. Как вы думаете, скольких противников заслуживает наш герой? Уверен, что троих ему будет мало. Четверых…быть может пятерых…но да, все шестеро. Это будет в самый раз.

- Доволен теперь? – Танкред впервые видел Яру в настоящем бешенстве, - Раскланялся бы и улыбнулся, неужели это так сложно. Боги, я впервые вижу человека столь же отважного, сколь и тупого. За каким хером ты вообще открыл рот?!

Ярость, охватившая Танкреда понемногу отступала, однако резкие слова спутницы всколыхнули её с новой силой. Резко повернувшись, он было открыл рот, чтобы ответить.

И в этот момент развёрзся ад.

Глава 11

Как вам наверняка известно, жизнь может двигаться по-разному.

Бывает, что неделя пролетает почти незаметно, а иной раз случается, что одни-единственные сутки проходят так, что кажется, прожил неделю.

Этот день был поистине особенным. В моём последующем восприятии он растянулся не менее, чем на месяц. Впечатлений было слишком много, мозг попросту отказался выдерживать такие перегрузки.

Так что, когда в открытые ворота начали вбегать вооружённые люди в чёрных тюрбанах с закрытыми лицами, в которых даже мне несложно было опознать пустынных кочевников, я не удивился. Не удивился потому, что попросту остолбенел. Умом я понимал, что должен открыть рот и поднять тревогу, а затем обнажить саблю и погибнуть в неравном бою, как подобает истинному аристократу Канза, но вместо этого, я просто стоял, скрытый в тени караулки, беспомощно взирая на происходящее. Самое идиотское из всех возможных решений и именно оно спасло мне жизнь.

Двери казармы наконец распахнулись и наружу вышел один из солдат, которым не посчастливилось быть назначенными в караул в ту злосчастную ночь. В руке он держал копьё, щита же при нём не было, да и сам он выглядел так, словно его подняли с кровати, не разбудив до конца.

Неоднократно принимая участие в караулах, я не мог его слишком сильно винить. За последние двадцать лет самое серьёзное, что происходило рядом с караульными постами – драки ночных гуляк, слишком пьяных или глупых для того, чтобы сообразить, что выяснять отношения рядом с казармами солдат – дурная идея.

Брошенный крепкой рукой дротик заставил солдата отлететь в ту самую дверь, из которой он только что вышел, а затем ночь огласил боевой клич, более похожий на жуткий вой диких зверей.

Повинуясь некому плану, кочевники разделились на группы, две из которых бросились в левую и правую стороны от ворот, третья же устремилась прямиком в казармы. Раздавшиеся изнутри здания вопли ужаса, свидетельствовали о том, что врагов там не ждали, и я, наконец стряхнув оцепенение, собрался было уже устремиться на выручку солдатам.

Но в этот самый момент в ворота зашёл он, арант, собственной персоной. Второй раз за последние два дня я видел эту тварь воочию, но впервые настолько близко. В свете факелов, игравших красными отблесками на гладкой сияющей хитиновой коже, он казался чем-то вроде огромного насекомого, грациозно движущегося в ночи, в поисках жертвы для охоты, полностью оправдывая своё название. Следом за ним внутрь вбежала ещё одна группа пустынников, словно имеющихся было всё ещё мало.

И я не выдержал. Я побежал. Побежал так, как не бегал никогда в жизни. В момент истины я не то, что не смог быть героем – я оказался трусом. И как подобает трусу, кинулся бежать, спасая свою жизнь. Сказать, по правде, я стыжусь этого до сих пор.

На сей раз меня заметили. Криков я не разобрал, но суть их была достаточно ясна – мне приказывали остановиться. Разумеется, после такого предложения я припустил ещё быстрей.

Город постепенно просыпался, запоздало пытаясь реагировать на угрозу. Раздались первые испуганные крики, а где-то громко забил колокол. Я не слишком понимал, куда я бегу и что собираюсь делать дальше, просто бездумно нёсся по ночным улицам, вслушиваясь в топот ног преследователей и бешеный стук собственного сердца.

Ночную тьму вдруг прорезала ослепительная молния, исходившая откуда-то спереди. Стрелявший едва не зацепил меня, однако раздавшиеся позади меня вопли боли и ужаса ясно указывали на то, что не я был его мишенью. Насколько мне было известно, такое оружие было лишь у одного человека в Канзе, и я почувствовал себя, как утопающий, которому внезапно протянули руку помощи именно в тот момент, когда уж он был готов прощаться с жизнью.

В своих неизменных чёрных одеяниях, расшитых серебряными нитями, он выглядел как на параде, что особенно контрастировало с возглавляемыми им людьми. Несколько десятков явно наспех собранных солдат, выглядели совершенно дезориентированными. Исключение составляли три гвардейца в алых доспехах, державшихся рядом с лордом. Странно, но его привычные, хмурые телохранители куда-то подевались.

- Ты жив?! Благодарение Хагрону, - воскликнул Дэран, похоже искренне обрадованный, - Но что такое происходит? Откуда здесь пустынники?

- Не только пустынники, - взволнованно выпалил я, - Здесь аранты. Кто-то открыл ворота, клянусь, это был не я.

- Боги…, - по каре солдат прошёл перепуганный шепоток, новость их не обрадовала, - Этого только не хватало, полыхает по всему городу, похоже их шпионы давно чувствуют себя, как дома. Непонятно, куда смотрел орден Наблюдателей. Слушай меня. Мы постараемся закрепиться у театра. Направляйся во дворец, подними «Гордость Канза» и правь прямо туда. Если достигнем превосходства в воздухе, то у нас есть шанс. Ты понял?

- Я понял, милорд, - произнеся эти слова, я невольно вздохнул с облегчением – меня не обвинили в случившемся, во всяком случае, пока, - Разрешите идти?

- В городе везде небезопасно, - задумчиво сказал Дэран, словно в пустоту, посмотрев, однако на гвардейцев.

- Разрешите сопроводить его, милорд, - отчеканил один из троицы, - С нами ему нечего бояться.

- Разрешаю, идите. И да поможет вам...проклятие…

Дэран вновь вскинул посох, и я понял, что задерживаться более не следует. Испуганный, но полный решимости, я побежал по направлению к дворцу, готовый выполнить приказ или умереть, пытаясь.

Город бурлил, как суп, забытый на огне нерадивой хозяйкой . Высыпавшие на улицы горожане, метались в беспорядке, явно плохо осознавая происходящее, в чём я никак не мог их винить. Откуда-то слева раздавались проклятия и звуки ударов оружия о щиты, но кто и с кем рубится понять было невозможно. Чуть впереди, справа, над городом поднималось алое зарево. Говоря о шпионах арантов, лорд Дэран явно не соврал. Мои спутники бежали рядом со мной, не обнажая сабель. Одетые в алые доспехи из вываренной кожи, они всё же не имели при себе копий и щитов, видимо нападение застигло их врасплох, не дав возможности полностью вооружиться.

Театр, рядом с которым буквально несколько часов ораторствовал сторонник аранто, встретил меня запахом крови и валяющимися телами. Увидев среди них женщин и парочку детей, я стиснул зубы, пообещав себе лично прикончить хотя бы одного из пустынников. Лишь двое покойников сжимали в руках копья – похоже служили в городском ополчении, остальных скорее всего вырезали просто потому, что могли это сделать. Оставалось только радоваться, что мы не столкнулись с теми, кто это сотворил.

Прямо за театром находилась главная городская улица, ведущая прямиком к дворцу. Бежать осталось не так уж далеко, и я уж было решил, что нам повезёт добраться без помех, когда из переулка неожиданно выскочило несколько вооружённых людей, в одеяниях, выдающих в них пустынников. Решив сначала, что они явились по нашу душу, я был немало удивлён, когда выяснилось, что их преследует слаженная группа воинов в льняных доспехах. Один из них как раз умело метнул дротик, сразив пустынника наповал и заставив остальных припустить ещё быстрее.

- Ха! Вот так! – довольно произнёс копейщик и его, казалось бы, невинные слова, заставили меня вздрогнуть, - Неплохо, а?

Нечто, вылетевшее из темноты, внезапно бросило его на землю, как изломанную куклу. Насекомоподобная фигура, ворвалась прямо в сгрудившуюся кучку воинов подобно стремительному вихрю. Торжествующие крики захлебнулись, превратившись в вопли боли и ужаса.

- В сторону, в боковой переулок, - окрик одного из гвардейцев вывел меня из оцепенения, - Да не стой ты столбом, идиот.

Пусть и превосходные бойцы – гвардейцы были всего лишь простолюдинами, не владеющими даром, и в другой ситуации я непременно приказал бы высечь наглого солдата за подобную дерзость. Сейчас же я покорно позволил увлечь себя в боковой переулок. Ситуация явно выходила за рамки стандартных, и я действительно повёл себя не лучшим образом. И всё же, слова уже погибшего солдата не давали мне покоя.

- Вы слышали? – обратился я к своим спутникам, - Его голос.

- Что с ним? – ответ гвардейца был холоднее зимнего ветра, - Нам лучше поторопиться.

- Акцент. Я слышал его ранее. Эти люди из Дагрима.

- Вы обознались, вне всякого сомнения, - показалось ли мне, что в голосе гвардейца промелькнуло напряжение, - Откуда здесь взяться дагримцам? Скорее всего это местное ополчение. Прошу меня простить за мою дерзость. Даже с учётом ситуации…

- Прощаю, но ошибки быть не может. Этот акцент не спутаешь ни с чем.

- Милорд, - прервал меня ещё один из троицы сопровождающих – усатый мужчина лет тридцати, - Как бы то ни было, у вас есть задание от вашего командира. Обсудить эти вопросы можно и потом, пока же следует поспешить.

Не говоря более ни слова, я побежал вперёд. Мысли мои пришли в совершенное смятение, в глубине души, я надеялся оторваться от своих спутников. Ситуация нравилась мне всё меньше. Я не слишком понимал, что происходит, но именно в этот момент в моей голове запоздало зародились подозрения.

Я бежал, тяжело дыша, стараясь не обращать внимания на царящую суматоху и моля всех богов, в которых доселе не слишком-то и верил, чтобы на нашем пути более никто не встретился. К добру или к худу в узких боковых улочках нам не довелось столкнуться с чем-то более опасным, чем паникующие люди, и вскоре мы вновь вернулись на главную улицу, как-раз когда до дворца оставалось буквально подать рукой.

Величественное здание, с устремлёнными ввысь шпилями было несомненно красивейшим в Канзе и вполне достойным обитающим в нём царственной семьи. Окружавшая его стена была выстроена из камня и несомненно обошлась весьма недёшево, но сейчас, едва сдерживала облепивших её людей, ищущих убежище в стенах дворца. Толпа горожан буквально заполонила собой окрестности, напрочь перекрыв путь к воротам.

Я было хотел остановиться, но мои спутники, напротив, даже не замедлили шага. Отстегнув сабли от пояса, они, не вынимая их из ножен, начали довольно уверенно раздавать удары, заставляя сгрудившихся людей уступать себе дорогу, не обращая внимания на угрозы и проклятия, щедро раздававшиеся в их адрес. До сей поры я ни разу не видел их в деле и сейчас не мог не признать – своё внушительное жалование они получают далеко не зря.

Запертые ворота охраняло с полдюжины гвардейцев и молодой, даже моложе меня, аристократ, в доспехах серебристого цвета. Его правую руку украшал увесистый наруч, похоже являвшийся боевым талисманом, но перепуганное лицо и дрожащий голос говорили о том, что командир из него так себе.

Не могу сказать, что пока показываю себя лучше.

- Граждане Канза, - произнёс он почти уверенно, но под конец голос предательски сорвался на высокие ноты, - Прошу вас вернуться в свои дома. Заверяю, волноваться не о чем. Тех из вас, кто состоит в городском ополчении, прошу отправиться на пункты сбора с оружием и....

- Ты издеваешься?! – визгливо выкрикнула женщина, держащая на руках заходящегося в рёве младенца, - Глаза разуть не пробовал! Посмотри вокруг! Город горит, вы значит будете сидеть в безопасности, а нас вырежут, как свиней! Вы посмотрите только на него!

- Проблема решается! – раздражённо сказал командир, - Виновные в случившемся будут наказаны, ситуация под контролем, не толпитесь тут, как стадо тупых скотов!

- Так ещё и хамишь! – рявкнул дедок с длинной седой бородой, зачем-то сжимавший в руке палицу, - Вы же аристократы и воины, так идите и сражайтесь, позвольте нам укрыться за стенами. Во времена моего деда аристократы всегда так поступали, а теперь трусливо отсиживаются, когда эти твари вырезают мирных людей. Стыд и позор, я вам ска…

Пламенную речь прервал истошный вопль, раздавшийся откуда-то сзади и сразу же подхваченный десятками глоток. Толпа всегда легко впадает, как в ярость, так и в панику, и люди, собравшиеся у ворот дворца отнюдь не являлись исключением. Подобно живому организму, скопище людей метнулось в сторону, и не будь рядом со мной гвардейцев, мне пришлось бы рвануться следом, если конечно я не хотел быть затоптанным. Однако, сплотившись в некое подобие каре, нам удалось не только устоять, но даже пробиться к воротам, рассекая окончательно обезумевшую от паники людскую массу.

- Я пилот! – рявкнул я, пробившись наконец к воротам, - Пилот воздушного корабля. Пропустите, приказ лорда Дэрана!

Молодой офицер колебался, но теперь я наконец его узнал. Лео Тавар – отпрыск влиятельной семьи, пристроившей непутёвого сыночка в дворцовую стражу. Им наверное казалось, что это тёплое местечко, интересно было бы посмотреть на них сейчас.

- Лео! – выкрикнул я свой козырь, - Лео, это я! Ренар Монсалдо – пилот Гордости Канза, открой ворота наконец, дурья твоя башка!

В обычной ситуации за такие слова можно нарваться как минимум на вызов на дуэль, а то и чего похлеще, но я посчитал ситуацию довольно далёкой от того, что можно назвать словом «обычная» и, судя по тому, что колебавшийся доселе Лео, наконец дал сигнал подчинённым, оказался совершенно прав. К сожалению, открывшиеся ворота заметили не только мы, и стоило нам только устремиться в приоткрывшиеся двери, как следом рванулся тот самый дедок с палицей, громогласно призывая остальных последовать своему примеру.

Не дожидаясь команды, один из гвардейцев опустил копьё и сделал выпад. Старик резко остановился, словно наткнувшись на невидимую преграду, а затем с каким-то поистине пугающим спокойствием опустился на колени, замерев перед воротами подобно статуе. Лео, тоже желающий отличиться, колебался всего мгновение, а затем с наруча сорвалась жёлтая вспышка, ударив прямиком в толпу. Кто-то позади меня истошно заорал, и в воздухе разлился запах палёного мяса.

- Проклятое быдло, - Раздосадовано произнёс Лео, - Ну чего ты стоишь, беги уже, мы их тут надолго не задержим.

Я колебался. На самом деле я многое хотел сказать Лео. Что за воротами не враги, а до смерти напуганные мирные люди. Что одной жертвы было вполне достаточно, да и её, по большому счёту, можно было бы избежать. Что аристократ должен быть защитником людей, а не их палачом.

Но я не сказал этого. Вместо этого я просто стиснул зубы и побежал вперёд по направлению к левому крылу дворца, прямиком к ангару для воздушных кораблей. Менее всего мне хотелось препираться с начальником караула дворцовой стражи на глазах у толпы. И менее всего мне хотелось бы прослыть чистоплюем, не умеющим принимать трудные решения. Такие не больно-то высоко ценились среди магов, да и среди кого угодно, если уж на то пошло.

Поэтому я бежал вперёд, всё также сопровождаемый своими молчаливыми стражами. Бежал, боясь оглянуться назад.

Сейчас, конечно, я не могу не признать, что вёл себя, как полный идиот. Будь у меня время остановиться и задуматься, я бы возможно сумел сообразить, что ситуация выглядит более, чем странно. Уже после, сидя в клетке под палящим солнцем пустошей, я не раз проклинал собственную дурость, недоумевая, как это я, вроде бы всегда осторожный и осмотрительный, шёл как скот на бойню, которую мне уготовили в финале моего пути. Но вся проблема в том, что у меня попросту не было времени задуматься. Вовлечённый в водоворот событий, я, подобно животному, подвергнутому дрессировке. лишь успевал реагировать на те или иные раздражители. Размышлять было попросту некогда.

Да и был ли толк от рассуждений? Вовлечённый в игры сильных мира сего, я едва ли смог что-то сделать, даже если бы знал все их замыслы от и до. Как неосторожный пловец, попав в сильное течение, не может ему противиться, даже зная, что впереди его ждёт опасность, так и я вряд ли сумел бы противиться воле тех, кто уготовил мне участь фигуры, чья судьбы быть принесённой в жертву выигрышу всей партии. Всё, что я мог бы сделать – ждать подходящего момента.

И судьбе было угодно предоставить мне этот момент, даже вопреки моей собственной глупости.

Глава 12

Обстановка за оградой была, конечно, менее суматошной, чем в городе, но тоже оставалась далека от порядка. Обезумевшие от ужаса люди, пытались лезть прямо через стены в непонятной надежде укрыться от ужасов ночи в стенах дворца, а гвардия, которая, по логике вещей, должна была быть на улицах, отражая угрозу, вместо этого отважно защищала укрепления от собственных граждан, сбрасывая их вниз. Некоторым всё же удалось прорваться, и теперь гвардейцы с упорством, достойным лучшего применения, гнались за ними посреди сада колючих деревьев, которыми так славился дворцовый парк.

Стараясь не обращать внимания на происходящее, я взбежал по лестнице к боковому входу во дворец, который, благодарение Хагрону, оказался открытым. Несколько лет назад я, впервые поднимавшись по этим ступеням, ощущал благоговение, смешанное с жутким волнением, но сейчас я хоть и не благоговел, волновался в разы сильнее.

Вбежав в ангар, я ожидал увидеть экипажи воздушных кораблей, занимающих места согласно боевому расписанию, но, к моему изумлению, в просторном зале не было ни единой живой души. Было похоже, что на боевом посту я оказался в гордом одиночестве.

- Где же остальные? - произнёс я, надеясь, что в моём голосе не звучат нотки паники, - Неужели они бросили пост или погибли…

- Город застали врасплох, - в деланном безразличии гвардейца ощущалось раздражение, - Вы возможно единственный, кто успел. У вас есть приказ, поспешите милорд.

Поколебавшись, я всё же побежал на второй этаж ангара, где обычно находилась «Гордость Канза». Происходящее нравилось мне, чем дальше, тем меньше. В голове шумно билась мысль о неправильности происходящего. Пустота в ангаре, беспрецедентное ночное нападение, аранто на улицах города, всё это по отдельности легко поддавалось объяснению, но собранное вместе наводило на крайне неприятные мысли. Как кстати и мои сопровождающие, будто нарочно держащиеся сзади и всё более походящие скорее на конвоиров. Повинуясь скорее инстинкту нежели разуму, я положил руку на рукоять сабли, украдкой оглянувшись назад. Лица гвардейцев были напряжены и в их глазах я прочёл явное нетерпение, словно они чего-то ожидали. Добравшись до второго этажа, я поймал себя на мысли, что бегу всё быстрее, пытаясь оторваться от этой странной троицы.

Вот только оторваться не удавалось. Я ощущал себя загоняемой дичью.

Как и многие главные городские строения, дворец, в сущности, достался нам в наследство от исчезнувшей магической цивилизации древних, и скорее всего изначально был как раз хранилищем воздушных судов, к которому уже позже была пристроена остальная часть здания. Впереди был знакомый, сотни раз исхоженный коридор, оканчивающийся дверью с замком, откликающейся лишь на приказ обладателя дара. Мне оставалось преодолеть совсем небольшое расстояние.

- Ренар! – пронзительный женский крик заставил меня обернуться, этот голос я бы не перепутал с чьим-либо ещё, - Ренар берегись, они убьют тебя!!!

Импульсивность всегда была моим недостатком.

Не раз за свою жизнь сожалел я об этой черте своего характера. Не раз пытался от неё избавиться или хотя бы взять под контроль.

Но, недостатки есть продолжение наших достоинств, и именно этот недостаток, столь неуместный в обычное время, стал моим спасением. Там, где обычный человек, начал бы рассуждать и терять драгоценное время, я уже действовал, повинуясь не разуму, а инстинктивному позыву. И именно инстинкт, а не разум, заставил меня рвануть саблю из ножен и продолжающимся движением ударить в шею гвардейца, на свою беду оказавшегося ближе остальных. Отвлёкшись на крик, он в последний миг попытался-таки уклониться от удара, но опоздав на долю секунды, смог сделать лишь два шага назад на подгибающихся ногах, а затем тяжело повалился на каменные плиты пола.

Самое глупое, что можно сделать, запрыгнув на взбесившуюся шоану – остановиться. Верный этой точке зрения, я сразу же атаковал второго противника. Внезапность атаки обескураживает, и будь передо мной обычный солдат, не говоря уже об ополченце, скорее всего эта атака также достигла бы цели. Но городские власти не жалели денег на гвардейцев, и, хотя они набирались из простолюдинов, выучкой, да и вооружением они ничуть не уступали фехтовальщикам из числа аристократов. Мой клинок, уже готовый разрубить череп противника, наткнулся на преграду из трёх футов стали, столь редкой в нашем умирающем мире. Тотчас же атаковал второй, волей-неволей заставив меня отскочить назад, спасаясь от удара. Мельком я успел увидеть Фелицию, стоявшую на ступеньках с охваченным ужасом лицом, а затем я уже ничего не замечал, сосредоточившись на выживании в вихре несущих смерть клинков.

Аристократы Канза, да и большинства крупных городов, с детства обучаются благородному искусству фехтования, и без лишней скромности могу сказать – по этой части я весьма неплох, хотя весь мой опыт ограничивался тренировочными площадками, да городскими состязаниями. Увы, если и существуют бойцы, способные противостоять сразу двум опытным противникам, то теперь можно сказать с уверенностью – я к таковым не относился. Всё что мне удавалось делать – выживать, при этом постоянно отступая.

Прошло несколько часов, мне, во всяком случае, показалось именно так, хотя в реальности, прошло едва ли больше десяти секунд. Каким-то чудом я всё ещё стоял на ногах, продолжая отражать сыплющиеся с двух сторон удары. Раз или два я даже успел ударить в ответ, конечно же даже не зацепив врага. Где-то на задворках сознания, билась мысль, что совсем скоро я упрусь в дверь, и отступать станет попросту некуда, но страха я не испытывал, было попросту некогда бояться.

А затем лицо гвардейца, как раз собиравшегося атаковать меня слева, вдруг исказилось ужасом, а коридор огласил истошный крик боли, настолько сильный, что мне сперва показалось, что я успел его ранить, сам того не заметив. Всё ещё не переставая орать, он рухнул на колени, привалившись боком к стене коридора.

Второй гвардеец, тот самый, что обозвал меня идиотом, замешкался, бросив взгляд на товарища. Всего на миг, но в этом мгновении был мой шанс.

И я его использовал.

Вложив в удар всё своё отчаяние, я пробил защиту оппонента, разрубив голову до середины. Что-то горячее брызнуло мне в лицо, но я не обратил внимания, сосредоточившись на том, чтобы освободить застрявший клинок, увлекаемый падающим телом. Потеряв пару драгоценных секунд, я наконец повернулся к оставшемуся противнику, однако там для меня работы не осталось, над последним гвардейцев возвышалась Фелиция, сжимавшая в руках окровавленный кинжал. На левом рукаве её шёлкового платья, прямо возле запястья, зияла прожжённая дыра. И лишь в этот момент я с запозданием понял, что там, возле театра, моя подруга была отнюдь не совсем беззащитна и невольно задался вопросом, какие ещё талисманы могут покоиться в этих длинных рукавах.

- Фелиция, - не то чтобы я не был рад неожиданной помощи, как раз тогда, когда уже успел было попрощаться с жизнью, но было крайне неприятно осознавать, что ты окончательно перестал что-либо понимать в происходящем, - Как ты здесь…что вообще происходит в конце концов?!

- Ренар, прости, но сейчас не время. Тебе нужно немедленно бежать, Я постараюсь найти тебя, но потом, - грудь девушки тяжело вздымалась, словно она пробежала марафонскую дистанцию, и, к своему стыду, это зрелище поневоле приковало мой взгляд, заставив на миг забыть о глубине той выгребной ямы, в которой я оказался. Мотнув головой, я стряхнул с себя наваждение.

- Послушай-ка, что ещё за шутки?! – всё ещё держа в руке окровавленную саблю, я взял молодую жрицу оракула за плечи, надеясь, что она не влепит мне очередной заряд той же магии, что досталась заколотому гвардейцу - Ты должна мне объяснить…

- Я не могу!!! – лицо Фелиции исказилось отчаянием и страхом, - Ты не понимаешь, как я сейчас рискую, ты ничего сейчас не изменишь и не докажешь, ты понимаешь, что прямо здесь и сейчас, ты человек, который убил трёх гвардейцев?!

- Двух, - машинально поправил я, - Третьего убила ты.

- Прекрасно, - голос Фелиции неожиданно обрёл убийственное спокойствие обречённости, - Ну раз ты хочешь закопать ещё и меня, не могу тебе мешать.

- Куда мне бежать? - спросил я, спустя пару мгновений, предчувствуя, что в скором времени пожалею о своём решении.

- Альм, - голос Фелиции смягчился, - На воздушной лодке. Только не бери «Гордость Канза», она слишком большая, на третьем этаже ангара есть «Надежда», знаешь такую? Когда доберёшься, будь через три дня у главного колодца. И возьми это, - девушка сунула мне в руки звякнувший мешочек, в котором, судя по всему, были деньги, - Этого должно хватить на время.

- Знаю. Но как же ты?

- Я сделаю то, что умею лучше всего. Спрячусь и буду изображать высокомерную дурочку. Ну поспеши же, прошу, если нас увидят...

Я повиновался, всё ещё сомневаясь, что поступаю правильно, но успел пройти лишь несколько шагов, когда Фелиция внезапно нагнала меня, обхватив за плечи.

- Но пара секунд у нас есть…, - произнесла она, а затем быстрее, чем я сообразил, что у неё на уме, приподнялась на цыпочки и резко поцеловала в губы.

Меня словно обожгло огнём. Машинально, я протянул руки, чтобы обнять девушку, но та вывернулась столь же резко, как и поцеловала.

- Беги, - шепнула она, и, видимо последовав собственному совету, метнулась в сторону жилого крыла дворца.

Я побежал вверх по лестнице. Ноги мои слегка подкашивались, лицо горело, словно я натёр его жгучим перцем. Сердце колотилось так, что я мог бы всерьёз испугаться того, что оно попросту выпрыгнет из груди, если бы в данный момент вообще чего-либо мог бояться.

Если первые два этажа ангаров были построены на каркасе, доставшемся от древних, то третий был целиком работой современности. Это накладывало свой отпечаток, поскольку нынешние строители в сравнении с древними, что последний нищий в сравнении с архимагом. Каменная кладка, выстроенная лучшими зодчими, всё же едва выдерживала две самые лёгкие воздушные лодки, и предписаниями дворцового этикета настоятельно не рекомендовалось одновременное пребывание на этаже более шести человек. Это, опять-таки, было мне скорее на руку, если учесть, что мне предстоял побег из города. Поднять «Надежду» на глазах у десятков людей было бы довольно затруднительно.

Преодолев лестничные ступеньки, я бросился по коридору и тут же с перепугу едва не побежал назад. В конце пути прямо у двери в ангар стоял гвардеец в алых доспехах. Не удивлюсь, если в настоящий момент это была единственная живая душа во всём ангаре помимо нас с Фелицией, и конечно мне посчастливилось на неё наткнуться. Моё везение безусловно достойно войти в легенды, жаль, что напишут их уже после моей смерти.

В отличие от троицы, оставшейся лежать на полу этажом ниже, этот был не только облачён в доспехи, но и имел полный комплект вооружения, включая копьё и щит, что делало мои шансы в возможном противостоянии довольно призрачными. Поколебавшись пару мгновений, я продолжил бежать вперёд, надеясь, что он не заметит моего замешательства.

Приблизившись, я наконец смог его разглядеть достаточно хорошо. Парень был совсем юн, ещё моложе меня, наверное талантливый боец, раз уж сумел в столь молодом возрасте стать гвардейцем. Его возраст всё же внушал некоторую надежду – скорее всего он не ещё недавно был простым воином-простолюдином и пока не успел привыкнуть к своему привилегированному положению.

- Приказ эрга Дэрана! – рявкнул я, приблизившись, стараясь говорить максимально властно, - На город совершено нападение, необходимо немедля поднять воздушные лодки!

Да, конечно, - засуетился часовой, - Простите мою дерзость, что там происходит. Мне приказано стоять здесь, и клянусь Хагроном, это страшнее, чем участвовать в битве. Я даже не знаю, что происходит.

- Не буду лгать, обстановка тяжёлая, - я положил руку на отпирающий механизм замка и, сконцентрировавшись, послал мысленный импульс, - Мы пока держимся, но всё висит на волоске.

- Я слышал звуки битвы внизу, неужели уже там…кто нас атакует.

- Не смей паниковать! – строго ответил я, - Атакуют аранто, а второй этаж уже очищен от их нечестивого присутствия. У тебя есть приказ, - и уже проходя в дверь добавил, - Не волнуйся воин, всё будет хорошо.

- Спасибо вам, - голос юнца звучал вполне искренне, а я думал лишь об одном – не ткнёт ли он меня копьём в спину, заподозрив неладное.

Но он, похоже, ни о чём подобном и не помышлял. Остаётся лишь надеяться, что у него не будет из-за меня неприятностей. Хотя, кого я обманываю, в лучшем случае, парень отделается разжалованием из гвардейца в рядовые солдаты.

Я вбежал в ангар, ощущая, как бешено колотится сердце. Внутри было пусто и темно, не горели даже лампы, обычно поддерживающие какое-никакое освещение. Оба корабля были едва видны в тусклом свете луны, и хорошо бы было не перепутать «Надежду» с другим, названия которого я даже не мог вспомнить.

К счастью, хоть я никогда и не управлял «Надеждой», в небесах Канза она появлялась достаточно часто, чтобы я смог узнать её без особого труда. Маленький остроносый корабль, обычно использующийся, как прогулочная воздушная яхта членами правящей семьи, висел в воздухе, поддерживаемый древней, ныне почти исчезнувшей магией. До сей поры ей правили лишь самые знатные люди Канза. Мог ли я когда-нибудь рассчитывать, что возложу руку на управляющий механизм?

Вот уж поистине, не было счастья, да несчастье помогло.

Вскарабкавшись по подвесной лестнице, я забрался в кабину и, положив руку на светящийся шар, закрыл стекло. Подчиняясь мысленному импульсу, «Надежда» резко рванула с места, и я, спохватившись, сбавил скорость – управлять столь мелким кораблём после «Гордости Канза» было непривычно. Оставалось только надеяться, что я ни во что не врежусь.

Медленно и осторожно я вывел лодку из ангара и лишь тогда, немного набрав высоту, позволил чуть увеличить скорость. Город был охвачен паникой, но, вопреки моим ожиданиям, пожарища захватили лишь отдельные здания. Даже в темноте было видно, что внизу идут довольно ожесточённые, хотя и скоротечные бои, но я не мог толком разглядеть, кто и с кем сражается.

Любопытство заставило меня снизиться, и оно же едва меня не погубило. Вспышка молнии, сверкнувшая откуда-то снизу, прорезала ночную мглу, и «Надежда» содрогнулась, клюнув носом. Невольно вскрикнув, я, проклиная собственную беспечность, послал команду на набор высоты, ощущая, что лодка стала повиноваться куда хуже. Некто с улиц выстрелил ещё раз, промахнувшись буквально на пару сантиметров, но судно уже пошло вперёд, хотя и заметно потеряло в скорости.

- Да чтоб тебя…, - мысленно я послал команду на полный ход, но было похоже, что выстрел что-то повредил в хрупкой прогулочной яхте, - Угораздило ж меня, идиота…

Осёкшись на полуслове, я вспомнил, где я уже видел подобное оружие. Лорд Дэран…но не мог же он в конце концов…или мог? Я поймал себя на том, что главные злоключения сегодняшнего вечера начались именно с встречи с ним, и он вроде был единственным магом, владевшим артефактом такого рода. Выходит, стрелял именно он? Но почему? Принял за врага, или…мысль мне совершенно не понравилась, но размышлять было особо некогда. Выровняв машину, всё хуже подчинявшуюся командам, я взял курс в направлении, где, как мне казалось, должен был располагаться Альм. Интересно, почему Фелиция отправила меня именно туда. Я попытался вспомнить то немногое, что вообще знал об Альме. Город вырос из небольшого форпоста, довольно быстро превратившись в центр торговых путей, имеющий к тому же вполне приличные стены. Формально, как и почти все мелкие города и поселения в округе, он был вассалом Канза, тем не менее, благодаря проходящим через него деньгам фактически отказывал ему в повиновении, держа собственный наёмный отряд в полсотни воинов, невероятно многочисленный для города таких размеров. Насколько мне было известно, в городе процветала работорговля, формально запрещённая на территории Канза и подконтрольных ему малых городов, но регулярные поступления дани и значительная удалённость города, заставляли правящую династию закрыть на это глаза. Тем более, что в самом Канзе с рабами тоже не всё было гладко и формальный запрет во-многом оставался в тексте законов, но отнюдь не на улицах.

Мысленно я набросал черновой вариант плана действий. Надо бы посадить лодку раньше и добраться туда пешком – излишнее внимание мне совершенно без надобности. Хотя, судя по тому, что судно продолжало терять ход и высоту, не факт, что я туда вообще смогу добраться по воздуху.

Сделав глубокий вдох, я поудобнее устроился в пилотском кресле и попытался успокоиться. Получалось плохо, но, положа руку на сердце, посудите сами, стоит ли меня за это осуждать. Всего пару часов назад я считал, что денёк выдался не в меру богатым на впечатления, но за последние полчаса получил их столько, что сразу стало ясно - денёк как раз был спокойным, и это притом, что мне ещё повезло по сравнению с теми, для кого ночь стала последней.

Только сейчас я заметил, что всё моё лицо покрыто уже засохшей кровью, к которой прилипло пара мелких комочков субстанции, о назначении которой я предпочёл не задумываться. Блестяще. Ещё ни разу в жизни я никого не убивал и начал сразу с двух гвардейцев. Поистине, я не размениваюсь по мелочам, особенно если учесть, что третьего скорее всего тоже повесят на меня. Довольно заметные потери для не слишком-то многочисленной гвардии, которую обычно берегли. Вроде бы столько людей за один день они не теряли уже лет пять. Или десять? Похоже, что ближе к второй версии.

Вытащив из кармана платок, я начал оттирать лицо, поразившись тому, как быстро огрубели мои чувства. Ещё позавчера меня бы скорее всего трясло от ужаса и отвращения, но за прошедшие сутки я успел пережить так много, что участок мозга, отвечающий за переживания, похоже временно отключился, чтобы совсем не перегореть.

Первые лучи рассвета начали потихоньку разгонять тьму, и я было уверовал в то, что злой демон, взявший власть над моей судьбой в свои когтистые руки, хотя бы в этот раз ослабит хватку, когда лодка, окончательно устав тянуть лямку, вздрогнула и начала резко снижаться всё более сваливаясь в крутое пике. Древний механизм, поддерживающий судно в воздухе на протяжении сотен лет, был всё же не рассчитан на противостояние молниям и сейчас умер, превратив чудесное творение древних в красивую, но бесполезную поделку. Напрасно сжимал я в руке светящуюся полусферу, судорожно посылая мысленные команды. Машина ещё удерживалась от простого падения на землю, но стремительно неслась под уклон, прямо на гряду красных скал, возвышающихся посреди пустыни.

Закрыв глаза, я попытался вспомнить какую-нибудь подходящую молитву. Конечно же в голову не пришло ровным счётом ничего и со скалами я встретился в молчании, судорожно вцепившись в подлокотники кресла. Чудовищной силы удар бросил меня на приборную панель, как мяч, милосердно погрузив в бессознательную темноту.

В себя я пришёл, словно по частям. Сперва шевельнулась левая рука, затем правая судорожно опёрлась на пол, открылся левый глаз, а уж потом я, застонав, попытался встать на ноги. Получилось у меня это не сразу, а где-то попытки с третьей, и уже кое-как поднявшись, я с ужасом обнаружил, что мой второй глаз не видит ровным счётом ничего. Вскрикнув, я схватился за лицо. Оно было в крови, на сей раз явно моей собственной. Сочившись из разбитого лба, она же и залила правый глаз, который сам по себе похоже всё-таки был относительно цел, что я посчитал безусловно хорошей новостью.

Пожалуй, на этом хорошие новости и заканчивались. Удар, если и не нанёс серьёзных повреждений, то во всяком случае не прошёл бесследно. Меня мутило, голова раскалывалась будто от мигрени, и я едва мог держаться на ногах, да и то приходилось время от времени хвататься за стены. Учитывая, что до Альма мне предстояло добираться пешком, такое состояние организма могло оказаться фатальным. Оставалось только надеяться, что мозги мне тряхануло не слишком сильно, и всё пройдёт без серьёзных последствий тем более, что путь и без того не обещал быть лёгким.

Осмотревшись, я попытался найти в кабине что-то похожее на запасы пищи и воды. Как и следовало ожидать, ничего подобного не обнаружилось, да и глупо было бы надеяться на это на прогулочной яхте.

Пошатываясь, и кряхтя, как старый дед, я вылез из кабины, спрыгнув на землю. Голова тут же отозвалась вспышкой боли, заставив застонать сквозь стиснутые зубы. Определённо, меня приложило всерьёз.

Вокруг уже рассвело, и я смог увидеть очередную плохую новость – пустошь расстилалась на многие мили вокруг, без каких-либо признаков не то что Альма, а вообще какого-либо поселения. С другой, стороны, учитывая, какого рода люди обычно населяли пустыни, это возможно было как раз хорошей новостью.

Живя в Канзе всю свою сознательную жизнь, я не так уж много знал о мире за его пределами и сейчас попытался вспомнить всё, что мне было известно о местах, в которые меня занесло. Итак, пустошь: твёрдая бесплодная земля, ну понятно, вот она под ногами. Воды почти нет, добыть весьма непросто, с едой тоже проблемы, местная фауна скорее сама тобой закусит, а флора в основном несъедобна, если не умеешь её готовить, а я не умел. Добавим к этому пыльные бури, холодные ночи, рейдеров и простых бандитов, племена пустынников, по слухам, промышляющих каннибализмом, а также различные истории, которые рассказываются ночью у костра. В них фигурировали совсем уж жуткие вещи, вроде пустынных пожирателей, хищных облаков, ночных путников, подсаживающихся к костру, впоследствии оказываясь не тем, чем представлялись изначально и прочих ужасов, таящихся во тьме. Не то, чтобы я во всё это всерьёз верил, хотя, пару лет назад, в аранто тоже мало кто верил, однако ж теперь их существование неоспоримый факт.

Впрочем, вне зависимости от правдивости страшных историй, мне вполне хватало реальных проблем. Будучи пилотом, я мог примерно прикинуть направление, но ключевое слово тут – примерно, и по всему выходило, что топать мне ещё довольно далеко. Фелиция, конечно, заслуживала благодарности, когда всучила мне мешочек с деньгами, ныне покоящийся у меня на поясе, но теперь я понимал, что лучше бы она дала мне бурдюк с водой и вяленого мяса.

Повернув голову, я посмотрел на скалы, в которые так неудачно влетел. Возможно, если залезть на вершину одной из них, то можно будет по крайней мере увидеть какое-нибудь поселение? Неизвестно, как меня там встретят, но по всему выходило, что без посторонней помощи мне здесь долго не протянуть, так что из двух зол в любом случае стоило выбрать меньшее. Хотя, учитывая моё состояние, скорее всего я попросту свалюсь со скалы, разбившись насмерть, или, что куда хуже, переломав себе конечности.

Внезапно одна из скал пошевелилась. Списав это на последствия сотрясения мозга, я зажмурил глаза, пытаясь привести зрение в порядок, но, когда я их открыл, шевельнулись уже две скалы, причём от одной из них отделилась закутанная в тряпьё фигурка, державшая в руках копьё.

Похоже, что моё путешествие в Альм закончится, толком не успев начаться.

Нарочито медля в движениях, я вытащил из ножен саблю. Не то, чтобы я всерьёз рассчитывал победить, но всегда есть шанс, что, увидев готовность к отпору, враги не полезут в драку.

Скалы неожиданно оказались довольно густонаселены. В следующие несколько секунд из укрытий повылазило уже не меньше десятка вооружённых людей в чалмах, два из которых стояли буквально в полутора десятках метров. Что было хуже – половина из них сжимали в руках короткие луки, так что им и в драку лезть не придётся – попросту пристрелят издали. Пустынники и краткий опыт знакомства с этими людьми показывал, что уж они-то не отступят. Один из них, видимо главарь, показав на меня острием копья, сделал резкое движение вниз, приказывая бросить саблю.

Я колебался. Быть может, у меня и не было шанса на победу, но если верить слухам, плен у пустынников – последнее, чего мог желать человек из города, даже если эти конкретные не работают на арантов. Лучше быстрая смерть в бою, чем перспектива быть сожранным на людоедском пиршестве или принесённым в жертву какому-нибудь тёмному божеству с невыговариваемым именем.

Устав ждать моего решения, вождь пустынников что-то нетерпеливо рявкнул на каком-то гортанном языке, и один из воинов спустил тетиву, выпустив стрелу прямо мне под ноги. Несложно было догадаться о сути этого жеста – мне делали последнее предупреждение.

Всё ещё сомневаясь в правильности своего решения, я всё же бросил саблю на иссохшую землю.

Надеюсь, они по крайней мере убьют меня прежде, чем начать жрать

Глава 13

Нечто оглушительно громыхнуло, заставив землю содрогнуться. Зрители, доселе возбуждённо требующие крови, с криками вскакивали со своих мест, заметавшись по ступеням амфитеатра. Часть стражников бросилась к выходу, расталкивая толпу древками копий, оставшиеся безуспешно пытались навести какое-то подобие порядка.

- Ты что-нибудь понимаешь? – крикнула Яра, ошеломлённая не меньше толпы.

- Понимаю, - мрачно ответил Танкред, глядя куда-то вверх, - Мой меч у этого ублюдка, и я собираюсь его забрать.

- Что? Ты спятил?!

- Вовсе нет, - Танкред подхватил с песка дротик, принадлежащий ныне покойному Тарбо, - Что бы там ни было, это наш шанс, и я его использую.

- Ты не пробовал думать, прежде чем что-то делать?

- Sacre dieu! – разбежавшись, Танкред прыгнул на ограждение, ухватившись за его вершину левой рукой, сжимая в правой сразу меч и дрот, - Иногда надо не думать слишком много, а именно делать, чёрт побери!

Перебравшись через ограду, он очутился в гуще толпы, пробивая себе дорогу кулаками и локтями вверх по ступеням и креслам. Бушующая в нём ярость всё ещё требовала выхода и близко не насытившись двумя бойцами на арене. Он был создан для битв и сейчас находился в своей стихии. Даже если ему придётся умереть, умрёт он с мечом в руке.

И уж точно, со своим мечом.

Сальвин, шокированный инцидентом, реагировал с явным запозданием, и Танкред уже мог видеть, как он медленно встаёт, придерживаемый под локоть Барро, истошно орущим ему прямо в ухо. Оба стражника жались к беседке, опасаясь быть затоптанными толпой.

- Барро! – заорал он, отталкивая с пути очередного зрителя, - Выходи на бой трус!

Один из стражников, похоже не до конца стряхнув оцепенение, замахнулся копьём, неловко нанося удар сверху вниз. Уклонившись, Танкред припал на правую ногу в длинном выпаде и резанул противника по голой ноге, поверх щитка доспеха. Заорав, тот повалился лицом вперёд, прямо на короткий меч рыцаря. Слева тут же подскочил второй, занося копьё для удара, но в этот момент, его опутала метко брошенная сеть, а мгновение спустя он пал, поражённый копьём Яры.

- Ну хоть кого-то мне оставил, - деловито бросила она Танкреду, который как раз успел вытащить меч из тела хрипящего врага, - А я уже…берегись!

Танкред и сам прекрасно видел, что Барро, увидев бесславное поражение стражников, вытащил из ножен его меч, однако прыть с виду неповоротливого громилы стала для него неожиданностью. Одним прыжком сократив дистанцию, тот, даже не успев до конца приземлиться, молниеносно нанёс удар, целя Танкреду в голову. Рефлекторно тот парировал удар мечом, и сразу же проклял себя за глупость – клинок из паршивого железа сломался, и Танкред остался с рукоятью, увенчанной небольшим обломком лезвия.

Сохраняя хладнокровие, он отступал назад, пропуская мимо себя смертоносные взмахи меча. При всей своей скорости, Барро не отличался мастерством. Чувствовалось, что такое оружие для него в новинку, и Танкред ожидал продержаться до того момента, как в бой вступит его напарница. Но, украдкой скосив глаза, он успел заметить, что Яра сцепилась сразу с двумя стражниками, подоспевшими с другого конца арены, и понял, что помощи ждать неоткуда. Оставалось рассчитывать, что Танкред, воспользовавшись неопытностью противника, успеет поднырнуть под очередной удар, а уж в ближнем бою дело безусловно решится в его пользу. В ожидании подходящего момента, Танкред сделал шаг назад.

Вдруг его правая нога запнулась о препятствие, и рыцарь, невольно выругавшись, упал на ступени амфитеатра, сбив какого-то мелкого бедолагу в цветастом наряде, всё ещё не успевшего убраться с арены. Истошно вопя, тот зачем-то вцепился в Танкреда, заставив его потерять драгоценные мгновения, и пока рыцарь отцеплял от себя нежданную ношу, Барро, не терял времени, оказавшись вплотную к противнику.

- Я же говорил, - с ухмылкой произнёс он, занося меч для последнего удара, - Ты слишком медленный.

Меч пошёл вниз, и Танкред уже было попрощался с жизнью, но капризная дама-фортуна, что ещё пару секунд назад была к нему столь неблагосклонна, неожиданно сменила гнев на милость, и незадачливый любитель развлечений, так некстати подвернувшийся под ногу Танкреду, резко вскочил на ноги, случайно толкнув Барро в плечо. Тот зарычал как дикий зверь, и сразу же выместил злобу на коротышке, буквально выпотрошив его взмахом меча. Это стало его ошибкой – Танкред успел зацепить ногами колени противника, опрокинув его на себя. Перехватив вооружённую руку Барро у себя под мышкой, Танкред не медля вонзил ему в горло обломок клинка, рукоять которого он так и сжимал в правой руке. Выпустив меч, Барро попытался вырваться, но Танкред тут же схватил его за бритую голову, продолжая наносить удары в горло. На третьем или четвёртом Барро тяжело повалился на него, и лишь тогда рыцарь, на секунду переведя дух, выбрался из-под тяжёлой туши.

- Достаточно быстр, - бросил он хрипящему врагу, дёргавшемуся в предсмертной агонии.

Подхватив меч с пола, Танкред собрался было поспешить на помощь спутнице, но с удивлением понял, что помощь ей не требуется. Один из её противников уже не подавал признаков жизни, второй полз по ступеням вниз, оставляя кровавый след, сама же Яра осталась невредима. Танкред лишь покачал головой, подумав, что возможно недооценил девушку.

- Сальвин! – крикнула Яра, озираясь вокруг, - Где этот сын шлюхи и шелудивого пса?!

Танкред и сам был бы не прочь это выяснить, но в этот момент на сцене появились новые актёры. В лестничный проём ворвалось несколько смуглых мужчин в стёганых доспехах, вооружённых короткими копьями и небольшими, круглыми щитами. Арена уже успела почти опустеть, и новоприбывшие настороженно уставились на последних оставшихся на ногах вооружённых людей, явно непохожих на стражей Альма.

- Кто это такие? – поинтересовался Танкред, на всякий случай держа меч наготове. Новоприбывших было четверо…пожалуй, для них двоих это не так уж и много.

- Пустынники, - напряжённо отозвалась Яра, - Будь так добр, не делай резких движений и пожалуйста не веди себя, как обычно. Я попробую с ними договориться.

Не слишком веря в положительный исход этой попытки, Танкред, тем не менее, не стал возражать, и Яра, тщательно подбирая слова, обратилась к высокому усачу, в котором, по каким-то, одной ей ведомым признакам, определила старшего. На сей раз язык был незнаком Танкреду, хотя, исходя из обстановки, понять суть обращения было несложно.

Выслушав Яру, усач произнёс что-то на гортанном языке и указал копьём на пол амфитеатра. Очевидно предчувствия Танкреда полностью сбылись – дипломатия не сработала.

- Он приказывает сложить оружие? – поинтересовался Танкред, сверля усача глазами.

- Да, - напряжённо ответила Яра, - Пожалуй, следует подчиниться.

- Их всего четверо, - Танкред мягко шагнул вбок, опасаясь задеть напарницу, - И нет, будь я проклят, если ещё раз позволю забрать у себя мой меч.

- Их сейчас четверо, - резонно возразила Яра, - Но точно куда больше. Мы даже не знаем, сколько их всего.

- Скажи ему, - Танкред взмахнул мечом, полоснув воздух крест-накрест, - Что оружие он возьмёт из моей мёртвой руки, только сперва падёт трое или четверо из них.

- Ты соображаешь, что говоришь? – повысила голос Яра, - Это пустынники, для них такой размен вполне приемлем, жизнь здесь стоит немного, а вот такой меч, как у тебя – довольно дорого.

- Скажи ему! - рыкнул Танкред, - Сама можешь делать, что хочешь.

- Говорю же, что ты сумасшедший, - в сердцах бросила Яра, а затем громко произнесла несколько слов на том же гортанном языке, что и усач. К удивлению Танкреда, закончив речь, девушка подхватила щит с каменного пола и изготовилась к бою, - Вот сейчас нас обоих и убьют.

Усач, однако, колебался. Парочка вовсе не выглядела лёгкой добычей и даже если удастся их одолеть, без потерь этот бой не обойдётся. Мельком он бросил взгляд за спину, и Танкред догадался, что пустынник ждёт подкреплений. Ну что ж…он покрепче сжал рукоять меча, готовясь атаковать…

- Клянусь яйцами Хагрона, - хриплый рёв раздался откуда-то из-за спины пустынников, заставив их невольно вздрогнуть, - Яра! А я уж думал, что вчера так много выпил, что сегодня до сих пор не протрезвел!

С этими словами пред взором Танкреда предстала самая необычная компания, которую он видел с тех пор, как очнулся в темноте несколько дней назад.

Во главе процессии шествовал широкоплечий мужчина среднего роста в чёрной головной повязке и стёганой куртке, распахнутой на груди, заросший настолько, что за пышной бородой и волосами едва виднелось лицо. В правой руке он сжимал окровавленную саблю, качеством не уступавшую мечу Танкреда, а в левой – небольшой кинжал с кривым лезвием.

Здоровяк в кожаном доспехе шествовал следом. Ростом лишь чуть ниже Танкреда, он был едва ли не шире в плечах – огромный топор в его руках казался почти игрушкой, а громадный, каплевидный щит навеял у Танкреда ассоциации с замковой башней – медленной, но надёжной и несокрушимой.

Третий выглядел ещё живописнее – голый по пояс, с коротким ёжиком волос на голове и сухими, рельефными мышцами, покрытыми татуировками с головы до пят, включая физиономию, выглядящую так, что Танкред поневоле вспомнил легенды о гулях и вурдалаках.

И всё же наиболее необычно выглядела женщина с арбалетом в руках, замыкающая процессию. Лысая, с кожей, напоминающей пергамент и странными глазами, прикрытыми прозрачными мембранами, она единственная из всех заставляла усомниться к своей принадлежности к роду человеческому.

- Дассим? – потрясённо произнесла Яра, не до конца веря своим глазам.

- Собственной персоной, - бородач ухмыльнулся, бесцеремонно распихав пустынников, которые явно не определились, как реагировать на происходящее, - Не знал, что ты снова начала выступать на арене, но клянусь всеми богами пяти городов и окрестностей – ты нам здорово помогла.

- Не то чтобы меня кто-то спрашивал, хочу ли я выступать, - Танкред впервые видел спутницу в таком смятении, - Но как ты здесь…пустынники, ты с ними? И где остальные? Они живы?

- Как много вопросов, - бородач сунул кинжал в ножны и извлёк из висящего на поясе мешочка небольшую тряпочку, - Скорее уж они с нами. Нас тут с десяток команд – расстарались ради такого рейда, ну и семейство почтенного Эрцаба – вот они, собственно, перед тобой. Не все, конечно, семья у него большая. Остальные на улицах, собирают добычу. Магрус успел прихватить Сальвина. Ну ты его знаешь, сейчас небось ему проповедует. А Горн, как обычно, следит за хозяйством. Помнишь, пару лет назад, я говорил тебе, что всё равно возьму Альм?

- Слов на ветер ты никогда не бросал, это уж точно, - Яра опустила копьё, но на лице по прежнему читалось напряжение, - Слушай, я ничего не имею против твоих….эээ…друзей, но ты не мог бы попросить их уйти или хотя бы перестать так злобно пялиться? У нас тут вышло некоторое недопонимание.

Пожав плечами, бородач обратился к усачу на всё том же гортанном языке. Тот бросил в ответ короткую фразу, и четвёрка пустынников с явным облегчением опустила оружие, направившись к валяющимся на ступенях телам.

- Вижу, отсюда сбежать почти все успели, - в голосе бородача звучало разочарование, - Даже взять почти нечего. Кто этот верзила? Твой напарник на арене?

- Можно и так сказать, конечно, - вздохнула Яра, - Но это довольно длинная история. Его зовут Танкред – парень совершенно сумасшедший, но лучший боец, из всех, кого я видела.

- Даже так? Из твоих уст такие слова много стоят. Выглядишь необычно для этих мест. Откуда ты родом?

- Таранто, но сюда я прибыл из Иерусалима, - ответил Танкред, - И вряд ли ты слышал про эти места. Но сейчас я предпочел бы поговорить об ином. Человек по имени Арвиз украл вещь, которая принадлежит мне и имеет для меня огромную ценность. Я хочу попросить, чтобы его не убивали до тех пор, пока я не заставлю его вернуть украденное.

- Арвиз здесь, - Дассим присвистнул, да и остальная троица, казалось, оживилась, - Да у нас сегодня счастливый день. Пожалуй, тебе есть о чём нам рассказать, а Яра?

- Пожалуй, что да, - девушка вздохнула, словно собравшись нырять в омут, - Но предупреждаю, что история будет длинная, а добыча даже в таком городе – вещь конечная.

- И то верно, поспешим за добычей, а что до Арвиза, - Дассим зловеще ухмыльнулся, обнажив ряд крепких, неожиданно белых зубов, - Ты поверь, здоровяк, у меня к нему тоже немало вопросов.

- Как и у всех нас, - прошипела лысая женщина с пергаментной кожей.

- Да, дорогая. Как и у всех.

Глава 14

- Преееекрасная юная дева с волосами, подобными шёлку! Губы сочные, как спелые ягоды, а грудь! Вы только посмотрите на эту упругую, молодую грудь. Зубы подобны жемчугу, но главное – девушка, хоть и невинна, вся пылает страстью, исходя любовной истомой. В груди этой горячей штучки бушует огонь, она чувственна и непокорна, но охотно подчинится герою, достаточно сильному и богатому, чтобы её обуздать. Настоящая жрица любви… Девка, перестань стоять столбом, выгни спину и улыбайся, если тебя не купят, я с тебя сегодня же вечером кожу плетью сдеру!

Последние слова, как несложно догадаться, были произнесены шёпотом. Сгорбившаяся в три погибели, худая девчонка, едва ли достигшая шестнадцати лет, менее всего напоминала жрицу любви, исходящую любовной истомой. Не то, чтобы она была некрасива, но слишком перепугана и к тому же слишком долго не ела досыта. Конечно, если бы кто-то спросил моего мнения, я бы сказал, что, прежде чем выставлять девушку на рабский аукцион стоило бы её, как минимум откормить и вымыть как следует, но моего мнения никто не спрашивал, да и сам я, будь у меня такая возможность, не советы раздавал, а выжег это проклятое место огнём и железом.

- Пятьсот арелов, - подал голос высокий смуглый мужчина с бритой головой и орлиным носом.

- Пятьсот арелов…хорошая цена. За какого-нибудь старого крестьянина! Но можно ли оценить так низко этот прекрасный цветок пустошей?! Моё сердце обливается кровью при мысли о том, что придётся отдать такую красавицу за жалкие пятьсот арелов. Кто-нибудь предложит больше?

- Пятьсот пятьдесят, - крикнул толстый купец в цветастых одеждах, с толстыми губами и кожей, чёрной, как горючая вода, - Ты посмотри на неё. Тощая, наверняка давно не ела, вся дрожит. Её учить всему надо, мало удовольствия.

- Так почему бы тебе и не стать её учителем, почтенный Утшул? – не смутился торговец, - Девушке пришлось кое-что пережить, но ты посмотри на свежесть её молоденького тела? Это прекрасный драгоценный камень, которому просто нужна огранка и достойная оправа, только и всего! Итак, пятьсот пятьдесят раз! Пятьсот пятьдесят два…

- Шестьсот, - перебил бритоголовый, - Жрица, не жрица, а для работы в борделе сойдёт.

- Я бы сказал, что она достойна куда большего, чем ублажать толпу мужиков в тесной комнатёнке, но воля покупателя – закон, - дипломатично отозвался торгаш, - Итак, шестьсот раз! Шестьсот два! Шестьсот три! Продано достойному…простите, как ваше имя.

- Моё имя – моё дело, - отрезал бритоголовый, забираясь на помост, - Твоё же – получить деньги и передать товар!

- О, деньги, это то, что заставляет забыть любое имя и внешность, уважаемый, - торговец улыбнулся, но обаяния ему это отнюдь не добавило – зубы были насквозь гнилыми, - Достаточно только передать деньги, и это прекрасное создание в вашей власти!

- Деньги вот, - бритый извлёк откуда-то из-под одежды увесистый мешочек, - Как насчёт товара?

- Конечно же, я безоговорочно доверяю любому своему покупателю, но всё же доверие зиждется на проверке, так что вам придётся потратить буквально пять минут своего драгоценного времени на моего помощника Акара. Акар, подсчитай арелы и передай девушку покупателю, отныне она его собственность, так что не забудь бумагу.

- Старое-доброе клеймо куда правильнее всех этих бумаг, - проворчал бритый, явно недовольный задержкой, - Тоже взяли моду… Ладно, пошли, не собираюсь тут торчать до вечера.

Всё, что я мог делать – это скрипеть зубами. Бедная девчушка, имени которой я так и не успел узнать. Хотя представить её жизнь несложно. Судя по всему, она жила в одной из деревень, в бесчисленном количестве разбросанных по пустоши, работая на скудной земле вместе с родителями и прочей роднёй, но в один прекрасный день пришли пустынники. А может рейдеры или даже жители соседней деревни – бывало и такое, причём нередко. И вот теперь ей придётся ублажать бесконечную вереницу мужиков в вонючем борделе. Лишнее напоминание о том, что жизнь может измениться в одночасье.

Уж мне ли не знать. Всего пару недель назад я был человеком, владеющим даром, аристократом одного из крупнейших городов пустоши, пилотом воздушного корабля. И вот теперь я раб, которого сейчас будут продавать на аукционе. И что несколько обидно, за меня едва ли даже шестьсот арелов дадут. На жрицу любви я похож ещё меньше, чем та перепуганная бедолажка, которую сейчас тащат в подсобную комнату.

Если судить с оптимистичной точки зрения, мне грех жаловаться. Захватившие меня дикари, вопреки моим опасениям не сожрали меня заживо и не принесли в жертву своим безусловно жестоким и зловещим богам. Более того, они даже довольно сносно со мной обращались и возможно именно благодаря этому я спустя три недели после крушения своего судна чувствовал себя достаточно хорошо, чтобы не вспоминать о том, что совсем недавно едва держался на ногах.

Правда, потом они продали меня в рабство. Что поделать, никто из нас не идеален. Хорошей новостью было то, что я всё-таки оказался там, куда стремился – в Альме. Я это себе представлял несколько иначе, но вышло так, как вышло. В глубине души я тешил себя надеждой, что меня спасут те, с кем мне полагалось встретиться, но разумом я понимал всю беспочвенность своих ожиданий. Будучи рабом, я никак не мог попасть к городскому колодцу, да и вряд ли меня там кто-то до сих пор ждёт, спустя столько времени. Скорее всего Фелиция давно пришла к выводу, что я погиб в пустошах. Остаётся лишь надеяться на то, что она пролила по мне хотя бы пару слезинок.

И на то, что она вообще до сих пор жива. О том, что в настоящее время происходит в Канзе, я не знал ровным счётом ничего. Сперва я было попытался расспросить купившего меня торговца, но он посчитал нужным сообщить мне всего две вещи: во-первых, что его зовут Шонгар, во-вторых, он мой господин и повелитель, а я же – недостойный прах под его сандалиями и если я ещё хоть раз посмею раскрыть рот без позволения – меня высекут плетьми. Обретя такой багаж знаний, я предпочёл больше ничего у него не спрашивать. Порку мне до сих пор выдерживать не приходилось, но я сильно сомневался в том, что она придётся мне по душе.

Из мрачных размышлений меня вывел рывок верёвки. Подручный Шонгара, квадратный мужик с внушительным животом, прямо-таки выволок меня на всеобщее обозрение, даже несмотря на то, что я не сопротивлялся, прекрасно осознавая бесполезность данного действия. При всей своей пестроте, толпа была не больно-то внушительна – от силы сотня человек, да и те по большей части зеваки. Впрочем, едва ли стоило ожидать большего от захолустного городишки, главной достопримечательностью которого являлась арена, сооружённая для любителей кровопускания и вываленных на землю кишок. И столько-то людей собралось лишь потому, что здесь вроде как планировались очередные гладиаторские игры.

- Этот юноша возможно неказист с виду, - торжественно начал Шонгар, сразу же отправив мою самооценку в нокдаун, - Но имеет много талантов. Он умеет читать, писать, считать, музицирует и слагает стихи. Может работать писарем, счетоводом или учителем, а по вечерам будет услаждать ваш слух игрой на музыкальных инструментах.

Заманчивая перспектива. Представляю, как бы смеялись мои приятели из числа бродячих бардов, услышь, что моим бренчанием предлагают услаждать слух. Пустынники, к счастью, не горели желанием рассказывать, где захватили того, или иного пленного, и потому Шонгар лично проводил собеседование с каждым купленным рабом, стремясь определить имеющиеся навыки и таланты, но я совсем не ожидал, что он приукрасит их настолько сильно. Хорошо ещё, что я предпочёл умолчать о навыках фехтовальщика, иначе он наверняка расписал бы меня, как бога войны, а после такого представления, меня скорее всего отправили бы на арену, что совершенно не входило в мои планы. Всё-таки я рассчитывал со временем сбежать, хотя пока и не особо представлял, ни как именно я это сделаю, ни куда направлюсь, если мне это удастся.

- И вы только посмотрите на эти прекрасные белые зубы, - продолжал заливаться Шонгар, - Ну ка парень, улыбнись как следует! Вот! Видите! Ни единой дырочки и даже пятнышка! С виду он может и выглядит болезненно, но крепкий, как железо. Может не только головой работать, но и…

- Триста арелов, - над толпой взметнулась пухлая рука, усеянная бронзовыми кольцами, - Если, конечно, и впрямь может работать не только головой!

Рука принадлежала некому…существу, определить пол которого я с ходу затруднился. Предположительно, это всё же была женщина, что несколько обнадёживало, с учётом работ, которые мне предстояло выполнять не только головой, но на этом хорошие новости и заканчивались, так как моя вероятная будущая хозяйка весила раза так в два побольше меня, будучи на голову ниже и втрое старше. Кажется, я предпочёл бы стать счетоводом. Да что там, даже арена уже казалась вполне привлекательным вариантом.

«Только не это» - мысленно воззвал я к святому Хагрону, - «Прошу, пусть меня купит кто-то другой! Пусть даже на рудники отправят, хуже, чем ублажать жирную старуху уже ничего быть не может»!

- Четыреста! – святой услыхал мои молитвы. Новым потенциальным владельцем был бородатый мужчина средних лет с внушительных размеров животом. На мужчину, предпочитающего других мужчин, он был непохож, и у меня слегка отлегло от сердца.

- Четыреста пятьдесят, - судя по злобному взгляду, брошенному в сторону бородача, старухе не хотелось выпускать меня из рук.

- Пятьсот! – невозмутимо произнёс бородач.

- Да чтоб тебя, Арвиз, - визгливо крикнула старушенция, - Тебе-то он зачем? Заделался любителем мальчиков?

- Собираюсь продать его в Хонт, - ответил человек, названный Арвизом, - Тамошнему автократу как раз нужен смазливый евнух для его гарема.

Помните, я говорил, что хуже быть не может? Ну, вы, наверное, уже поняли степень моей опрометчивости. Хагрон действительно услышал мои молитвы, но кто ж знал, что у него такое специфическое чувство юмора.

- Пятьсот пятьдесят, - твёрдо произнесла старуха, - Жаль такого красавчика отдавать в евнухи.

Признаюсь, я испытал прилив благодарности. На фоне открывшихся перспектив предыдущие казались уже не столь мрачными.

- Шестьсот, - голос Арвиза прозвучал, как приговор, - Не переживай Захра, там ему будет хорошо.

Я было даже открыл рот, чтобы сказать, что жизнь в качестве евнуха является чем-то крайне далёким от моего понимания значения слова «хорошо», но тут же его закрыл, вспомнив, что моё мнение интересует собравшихся ничуть не больше, чем мнение несчастной девчонки, проданной ранее. Единственное, что я мог получить при попытке поспорить, так это проблемы. Хотя в сравнении с уже имеющимися, они, возможно, будут почти незаметны.

- Шестьсот арелов раз, - Шонгар говорил нарочито медленно, затягивая время, - Шестьсот арелов дваааа, - Захра, как насчёт…

- Нет, - мотнула головой старуха, - Больше шестисот арелов он не стоит. Он и шестьсот арелов не стоит, не такой уж красавчик.

Я даже несколько расстроился. Не так часто появляется возможность узнать себе цену и что же? Я стоил не больше, а то и меньше, чем замызганная, голодная, насмерть перепуганная девчонка. Есть отчего прийти в уныние. Оставалось лишь надеяться, что меня просто не оценили по достоинству.

- Ну как скажешь, - торговец пожал плечами, - Шестьсот арелов три! Продано уважаемому Арвизу. Анкар, можешь начать улаживать формальности.

Верёвка натянулась, увлекая меня в подсобку. Я скрипнул зубами, пожелав Анкару, Арвизу, Шонгару, да и всему этому проклятому городу в самое ближайшее время сгореть, в идеале, дотла. Вот где эти разбойники и рейдеры, когда в них такая нужда?

Большую часть крошечной каморки занимал внушительных размеров стол, за которым, по контрасту, сидел тщедушный, плешивый старикашка с пером и несколькими свитками пергамента.

- Шегодня быстро расходятся, - прошамкал он, повернув голову в нашу сторону.

- Пиши давай, - недовольно бросил Анкар, - Меньше слов – больше дела.

- Хорошо-хорошо. Итак, шим пергаментом доштопочтенный Шонгар, чештнейший из торговцев и…

- Да заткнись ты, - вряд ли подручный Шонгара был не в духе, скорее просто такое расположение духа было для него обычным явлением, - Я уж наизусть знаю, что там написано. Имя не забудь и опиши вкратце. Как тебя звать?

- Фокас, - соврал я, вовсе не желая раскрывать настоящее имя.

- Следовало бы тебе сейчас впаять хорошую затрещину, - с сожалением произнёс Анкар, - Да ты уже продан, так что даю бесплатный совет. Не знаю, кем ты был до этого, да мне и насрать, но теперь ты раб и отныне, когда тебя о чём-то спрашивают, к каждому ответу добавляй «господин». Так твоя спина реже будет знакомиться с плетью. Уяснил?

- Да, - мысленно я поклялся, что, если когда-нибудь у меня будет такая возможность, я постараюсь вернуться сюда на воздушном корабле и лично объяснить этому жирному ублюдку, кто здесь господин, - Господин.

- Молодец, - ощерился Анкар, - Тупой, но всё же обучаемый.

Дверь распахнулась, и на пороге появился мой текущий хозяин. Вблизи он мне понравился ещё меньше, чем когда я стоял на помосте. Я понимаю, что человек, который планирует продать тебя в евнухи вряд ли может понравиться, но в масляных оливковых глазках горело непонятное торжество, смешанное с вожделением, которое совершенно не вязалось с банальной сделкой на рабовладельческом рынке. Может я ошибся, и он всё-таки из мужеложцев? Но к чему тогда эти басни про продажу в гарем? Скрывается?

- И именем Фокаш, - проскрипел старикашка, - Доштопочтенный Анкар, не будешь ли ты штоль любешен подать мне пешать.

- Я сам, - отрезал Анкар, вытаскивая из висящего на поясе мешочка увесистый штамп из дерева, - Подай чернила.

Плешивый, суетливо подвинул штемпельную подушечку, и Анкар, смочив штамп в чернилах, вдавил его в пергамент. Должно быть, хозяин доверял своему подручному.

- Деньги, - бросил Анкар вошедшему.

- С удовольствием, - Арвиз положил на стол мешочек, - Могу ли я забрать товар?

- Сперва пересчитаю, - в голосе толстяка прозвучало подозрение, - Когда это ты с удовольствием расставался с деньгами, Арвиз?

- Неужели я когда-то обманывал Шонгара? – в голосе бородача прозвучала явная обида, - Я же не сумасшедший и не глупец.

- Что верно, то верно, но всё бывает в первый раз, - задумчиво произнёс Анкар, - Ладно, из уважения не буду задерживать. Он твой, удачи в роли евнуха, юнец, и не забывай совета, который я тебе дал.

Ну спасибо, ни за что не забуду. Если повезёт – лично вернусь поблагодарить. А пока остаётся только надеяться, что меня по крайней мере не оскопят сразу.

Взяв в руки конец верёвки, Арвиз вывел меня на улицу, где уже стояли два мускулистых мужика в видавших виды рубахах без рукавов и коротких штанах, едва достававших до колен. Оба тут же встали по бокам от меня, предупреждая мои попытки покинуть эту тёплую компанию.

- Я не собираюсь пытаться бежать, - соврал я, хотя, разумеется, именно это и собирался сделать при первой же возможности, - Вовсе не обязательны такие меры предосторожности.

- Конечно же обязательны, - глаза Арвиза прямо-таки лучились счастьем, отчего он стал выглядеть лишь ещё омерзительнее, - Не хотелось бы потерять столь ценную инвестицию.

У меня зародилось дурное предчувствие.

- Что во мне такого ценного? – напряжённо спросил я, - Та старуха говорила, что я и шестисот арелов не стою, и по правде…

- Ну да, Ренар Монсалдо, - ухмыльнулся Арвиз, - Шестьсот ты не стоишь, ты стоишь сто тысяч.

Я попытался что-то сказать, но из горла вырвался лишь сдавленный хрип.

- Именно столько за тебя предлагают в Канзе, - продолжал Арвиз, наслаждаясь моим видом, - Я тебя сразу узнал, один в один, как на плакате. Открыть ворота врагу, убить трёх гвардейцев, поучаствовать в заговоре против верховной власти, угнать воздушный корабль…ну и ну. Вот, глядя на тебя, никогда бы не поверил.

- Потому что всё было не так, - сказал я, прекрасно понимая всю смехотворность попыток оправдаться перед рабовладельцем, увидевшим возможность разбогатеть на купленном рабе.

- Да-да, не так, - отмахнулся Арвиз, - Но моё дело малое – доставить тебя в Канз к ордену Наблюдателей, а уж потом им всё расскажешь. Не знаю, что они там с тобой планируют сделать.

Я промолчал. В отличие от него, я имел некоторое представление о том, что со мной могут сделать Наблюдатели.

И по сравнению с этим, даже участь евнуха уже не казалась мне самой страшной.

Глава 15

- В общем, как ты, я думаю, знаешь, не все пустынники под арантов пошли, - сказал Дассим, перешагивая через чьё-то окровавленное тело, - Некоторые решили, кстати правильно решили, что заветы предков им дороже. С ними мы и столковались. Их в этот город пускали довольно свободно, ну, в курсе наверное, что Альм живёт в том числе и с работорговли. Те приводили рабов, а заодно смотрели, слушали и запоминали, так что в этот раз мы подготовились правильно, не как в предыдущий. Знали, что сегодня игры, и большая часть жителей города, способных держать оружие будут просиживать зады на скамьях арены, а как раз оружие им туда проносить не позволяют, в силу некоторых инцидентов. Стража будет там же, обеспечивая порядок, на стенах народу всего-ничего, так что более удачного момента и представить нельзя.

- Хитро, - Яра держалась рядом с Дассимом вроде бы как равная, но в движениях и голосе ощущалась странная нервозность, словно на неё давило чувство вины, - А что был за грохот? Я стояла на арене, так подо мной аж земля затряслась.

- А, это опять же наши друзья. То ли у них нашёлся собственный маг, то ли они какой-то секрет древних раскопали, но ворота снесли именно они, хотя я до сих пор не понимаю как. Приходится признать, что мы их явно недооценивали, считая дикарями, но так или иначе, на стенах стражи было даже меньше, чем мы ожидали, видать втихаря пошли на игры пялиться. Ну уж мы им показали игры, только прямо с их участием, отыгрались за прошлый раз сполна. Если с дверью разобрались пустынники, то уж насчёт того, что за ней – это наша работа. Кто сдавался – тех не трогали, тут я лично проследил, а кто пытался за оружие браться – так тот сам и виноват. Давно я на этот город заглядывался и вот, наконец, получилось. Уж теперь мы себя надолго обеспечили, может статься, что и на всю жизнь.

- Что ж, - Яра поколебалась, - Это было…очень впечатляюще. Как обычно у тебя бывает, что уж там.

- В данном случае, я лишь один из многих, - Дассим делано пожал плечами, словно отмахиваясь от неуместной похвалы, хотя Танкред прекрасно видел, что она ему приятна, - Тут полно народу из наших, одних капитанов с дюжину.

Тесные улочки города и впрямь были буквально заполонены ватагами вооружённых людей. Довольно пёстрая по составу, разодетая в яркие, кричащие одежды, бурлящая орава состояла из существ, на первый взгляд не имеющих друг с другом ничего общего. Цвета кожи, говор, даже оружие были совершенно разными. Да что там, некоторые из встреченных Танкредом разбойников вообще не были людьми, Танкред с изумлением узрел некое непонятное существо, похожее на помесь краба с пауком, и двух крылатых существ, ожесточённо споривших друг с другом при полном безразличии остальных, видимо привычных к такого рода зрелищам. При всех различиях, в этих людях и нелюдях было что-то неуловимо общее, словно, будучи совершенно непохожими друг на друга, все принадлежали к одной культуре, в то же время, сохраняя индивидуальность. Разве что воины, которых Яра называла пустыниками, в длинных халатах и с закрытыми лицами, странным образом выделялись на фоне толпы за счёт своей единообразности.

Танкред поймал себя на том, что прямо-таки засмотрелся на окружающих его разбойников. Разграбленные города и валяющиеся на улицах трупы не были ему в новинку, но воины, взявшие город, с одной стороны напоминали ему крестоносное войско – тоже весьма пёстрое по своему составу, с другой, были чем-то совершенно иным.

- Хорошо, - Яра сделала глубокий вдох, как будто собираясь с силами, - Моя очередь…

- Да чтоб меня покарал Дахтглагурткханас, - раздался чей-то ликующий вопль, - Яра, ты ли это, девочка?!

- О, понятно, - Яра сокрушённо покачала головой, - Магрус.

- Глаза меня не обманывают, - прогудел приземистый, лысый мужик, в замызганном льняном доспехе, из-под которого торчал внушительного вида живот, - Я вынужден на время покинуть вас, грешники, но помните мои слова! Я открыл вам учение Дахтглагурткханаса, так примите же его, чтобы спасти свои заблудшие души! Яра, красотка, вот уж воистину живое доказательство величия Дахтглагурткханаса, лишь вчера я вспоминал о тебе и вот ты предо мной воочию. Дай же мне обнять тебя, - толстяк бросился вперёд, развив неожиданно впечатляющую скорость для своего веса и практически с разбегу заключил Яру в объятия.

- Кстати, не врёт, - многозначительно произнёс Дассим, - Действительно вспоминал. Может что-то и есть такое в этом его…Дахтахгурт…а, один хрен, это не выговорить без старой-доброй бутылки. Магрус, ты вот не мог выбрать бога с более простым именем?

- Разве можно выбрать бога, - толстяк выпустил Яру и повернулся к Дассиму, его лицо, более подходящее младенцу, приняло искренне негодующий вид, - Не мы, жалкие смертные, выбираем бога, но он, в своей бесконечной мудрости, выбирает нас. Сам же помнишь, что некогда я служил Хагрону, но затем…

- О нет, только не начинай опять, - Дассим хрипло рассмеялся, - У тебя уже были внимательные слушатели, кажется, они уже начинают жалеть, что их просто не подвергли пыткам. Эй, здоровяк, ты на что так уставился?

Танкред замер на месте, вглядываясь в толпу сбитых в кучу коленопреклонных людей, собранных на центральной площади города. Ошибки быть не могло, в самом центре толпы пленных, рядом с которой только что стоял толстяк, был никто иной, как Сальвин.

Глава города выглядел изрядно помятым, роскошные одежды вывалялись в пыли, да и сам он смотрелся так, словно его волокли прямо по усыпанной мелким песком земле, как оно скорее всего и было на самом деле. Несмотря на это, он всё ещё пытался держаться с достоинством, пусть это уже и выглядело скорее смешно, нежели величественно. Рядом с ним возвышался полуголый громила с лицом, обезображенным шрамом от ожога, державший низвергнутого правителя за шкирку.

- Сальвин, - Танкред произнёс всего одно слово и резко направился вперёд. Неожиданно дорогу ему преградило существо, ещё более диковинное, чем виденные им до сей поры.

Ростом не более пяти футов, покрытое короткой буро-коричневатой шерстью, диковинное создание имело аж четыре руки, увенчаных четырьмя же пальцами, и шапочку алого цвета, венчающую мохнатую голову. Оно могло бы показаться смешным, если бы не небольшой, заряженный арбалет, небрежно удерживаемый в нижних конечностях. Издав серию шипящих звуков, загадочное нечто подняло обе верхние руки, показывая, что путь закрыт.

- Он самый, - произнёс Дассим, - понимаешь, не знаю, как там в этом твоём Ерусалиме, но у нас так дела не делаются. Тех, кто сдался в плен, мы не трогаем, а если трогаем, то лишь с разрешения старшего.

- Старшего? – недоуменно повторила Яра, - Разве не ты возглавляешь этот рейд.

- Как видишь, - безразличие в голосе Дассима выглядело откровенно наиграно, - Вон тот громила тебе наверняка знаком?

- О нет, - Яра подняла брови, - Неужели…

- Пока тебя не было, произошли некоторые изменения, - по голосу Дассима ощущалось, что этим изменениям он не очень-то рад, - Так что Баргас теперь гран-капитан, прошу любить и жаловать. Хотя не спорю, что это весьма непросто, но если хотим говорить с Сальвином, то…эх, ну и ну…

Громила неожиданно ударил низвергнутого городского главу наотмашь тыльной стороной ладони, отчего тот грохнулся наземь, подняв небольшое облачко пыли. Наклонившись, бритоголовый рывком поставил Сальвина на ноги использовав для этого лишь левую руку, а затем, ощерив зубы в жутковатой ухмылке, правой извлёк из поясных ножен внушительных размеров нож.

- Баргас, - окрикнул его бородатый, - Погоди-ка.

Бритоголовый нарочито медленно повернул голову, продолжая удерживать Сальвина практически на весу. Даже Танкред оценил его физическую силу. Утеряв политический вес, Сальвин сохранил личный, и этот, последний, был весьма значителен.

- Мне на секунду показалось, что ты собрался его зарезать, - Дассим, как бы невзначай положил руку на пояс, где висела сабля, - Но это ж вовсе не так, правда?

- Ну что ты? – бритый нежно погладил Сальвина по щеке лезвием ножа, продолжая ухмыляться, - Если я его зарежу, кто ж скажет, где они спрятали ценности. Так, соскоблить с него лоскуток-другой.

- Да какие ценности вам нужны? – истошно завопил Сальвин, не пытаясь, впрочем, вырываться, - Какие ещё ценности?! Вы взяли всё, что у меня было, так неужели вам до сих пор мало? Воистину вы более голодны, чем пустынные пожиратели! Паршивые стервятники, заберите богатства, но оставьте нам хотя бы просо, хотя бы хлеб, хотя бы…

- Ты лжёшь, поганый пёс! – рявкнул бритый, - Всем известно, что Альм – богатейший город, через него проходят десятки караванов и ты хочешь сказать, что вся казна хранилась в твоём грёбаном доме?! Ты покажешь, куда запрятал деньги, или клянусь всеми богами и демонами, я с тебя спущу твою поганую шкуру, вырежу здесь всех до последнего человека, а затем сожгу этот сраный городишко дотла!

- Хочу сказать – и скажу, - упрямо ответил старик, - Караваны приходят и уходят, а Альм не столь уж большой город. В игры я вложился очень серьёзно, рассчитывая привлечь больше народу и больше купцов, а львиная доля средств уходила на оборону от голодных хищников, вроде вас. Если бы не вы, Альм мог быть куда богаче, но…

Бритый ударил наотмашь рукоятью ножа, прервав тем самым проникновенную речь. Встряхнув старика, как куклу, он прижал лезвие к щеке Сальвина, пустив небольшую струйку крови.

- Эй Баргас, - Дассим решительно двинулся вперёд, - Ты помнишь уговор? Мы грабим, убиваем, но не режем тех, кто не сопротивляется и не забираем всё подчистую. Об этом мы договорились перед рейдом, надеюсь, тебе не нужно об этом напоминать?

Баргас разжал пальцы, позволив Сальвину тяжело рухнуть в пыль. Медленно, очень медленно повернулся он к Дассиму. Ухмылка пропала с его лица, но краше оно от этого не стало, зато приобрело откровенно угрожающий вид.

- Я действую в общих интересах, Дассим, - произнёс он, показав на бородатого кончиком ножа, - В чьих интересах действуешь ты? Братство нарабатывало репутацию не чистоплюйством, а тем, что внушало страх. Двадцать лет назад этому куску дерьма даже в голову не пришло бы, что от нас что-то можно скрывать.

- Мы и так возьмём немало добычи, Баргас, - примирительно сказал Дассим, - В излишней жестокости нет нужды.

- Вздор, - отрезал Баграс, - Ты отлично знаешь, что большую часть добычи нам не увезти. Нам не нужен скот или просо, о котором так беспокоится этот слизняк. Нам нужны шелка. Нам нужны драгоценности. Нам нужны деньги. И эта погань их где-то прячет. И я узнаю где. И ни ты, ни кто-то другой не будут мне указывать, что делать и чего не делать. Вряд ли кто-то из братства будет возражать, если ему подпалят пятки.

Дассим медлил с ответом. Вокруг уже начала собираться толпа, пока ещё хранящая молчание, но было непохоже, что они собираются поддержать Дассима, скорее напротив, многие одобрительно кивали, слушая речи его оппонента. Танкред понял, что, если дело дойдёт до стычки, они скорее всего окажутся в меньшинстве, и уже было открыл рот, чтобы внести свою лепту в спор, когда бородач наконец заговорил.

- Негоже нам ссориться из-за жирного шахра, - сказал он примирительно, - Но у нас к нему свои вопросы, а как ты за него возьмёшься, так он уже ничего сказать не сможет. Позволь нам поговорить с ним пять минут. Может его дрянной язык куда быстрей развяжется от тёплого отношения, чем от подпаленных пяток.

Баграс молчал примерно несколько секунд, показавшихся Танкреду часами. Затем он неожиданно захохотал, уперев мускулистые руки в бока.

- Хитрый, - бросил он с неопределённой интонацией, - Правду про тебя говорят, Дассим. Он твой…на пять минут. Если будет дальше молчать – пусть пеняет на себя. Есть у него сокровища или нет их, если я не увижу денег – придётся ему поплясать над костром. Эй! Это ещё что там такое?! Забыли закон? Ну-ка унялись, покуда я вас не унял!

Сунув нож в ножны, бритый зашагал к переулку, где очень удачно вспыхнула драка. Было похоже, что, несмотря на негласную поддержку окружающих, Баграс не очень-то жаждал обострять конфликт, и Танкред, которому, за время его странствий в качестве крестоносца, тоже не раз приходилось конфликтовать с людьми, облечёнными властью, не мог не отметить, что его нежданный спутник похоже обладал определённым авторитетом.

Под взглядами десятков глаз Дассим решительно двинулся вперёд между рядами пленных и, поколебавшись, Танкред последовал за ним. Он не был уверен в правильности своего поступка, в конце концов, здесь он был чужаком, таким же, как жители города, стоящие сейчас на коленях. Однако же, он вовсе не привык быть безмолвным зрителем, предпочитая лезть в самую гущу событий, особенно когда никто вроде бы и не пытался его останавливать.

- Ты-то куда попёрся? – зашипела Яра, оставшаяся за его спиной, - В такой ситуации говорить должен капитан!

Танкред притворился, что не слышит, продолжая идти за Дассимом. В глубине души он понимал, что совершает явную глупость, но вежливость и чувство такта никогда не были его сильной стороной, а уж про уважение к авторитетам и вовсе говорить не стоило. Это мог бы подтвердить сам византийский император Алексей Комнин, не говоря уже о правителях, рангом поменьше.

Будто не замечая следующего за ним Танкреда, Дассим подошёл вплотную к распростёртому на песке Сальвину и встал прямо над ним, широко расставив ноги.

Глава 16

- Отойди, - слабым голосом проговорил старик, глядя в ослепительно синее, без единого облачка, небо, - Ты загораживаешь мне солнце. Дай насладиться им хотя бы под конец моего жизненного пути.

- О, да не начинай, - усмехнулся Дассим, - Мы же с тобой знаем друг друга не первый год. Это ты сейчас нос воротишь, а ведь и ты и я в курсе, на чём изначально строилось благосостояние города. Раньше ты был куда более приветлив.

- Дассим, - Сальвин произнёс это слово, как ругательство, - А я всё ждал, когда ты явишься, хитрый пустынный змей. Чего ты хочешь от умирающего старика, негодяй? Хотя, к чему вопрос, ведь очевидно, что ты хочешь того же, чего и этот бритый дикарь – содрать с меня кожу и продать её по сходной цене в этих ваших подземельях, где гнездятся змеи, вроде тебя. Годами я строил этот город, он ведь начинался с крохотного фортпоста, я пришёл туда с горсткой людей, мы добивались всего потом и кровью. Знаешь ли ты…

- Сальвин, - лицо Дассима неожиданно исказила улыбка, - Лично я мог бы часами слушать твои комплименты и рассказы о старых-добрых временах, но, видишь ли, время поджимает. У нас было пять минут, и осталось, пожалуй, уже меньше четырёх, а узнать надо так много.

- Что я могу вам сказать? – Танкред заметил, что голос «умирающего» старика разом окреп, - Я уже всё рассказал этому головорезу. Кстати, вижу, что твои дела идут не больно-то хорошо, раз командуешь не ты, а он. Карьера не задалась, не так ли? Надеешься поправить свои дела за мой счёт? Наверняка ты рассказал всем басню, что Альм богаче больших городов, но увы, должен огорчить – это не так. Поделив добычу на всю вашу ораву, на каждого придётся не так уж много. Такова уж ваша жизнь, пустынных фарнов, гордо именующих себя вольными братьями, но почему-то ютящимися в пещерах, как те самые фарны. Чего ты хочешь от меня? Чтобы я открыл тебе, где хранятся сокровища города? Так я охотно тебе скажу – нет никаких сокровищ. Всё, что вы нашли хранится в моём доме, разорённый твоими дикими зверьми. Идите туда и делите наше добро, как у вас принято. Да поможет вам Самашт вцепиться друг другу в глотки, а Ишкуна – отдрючить трупы.

- А ты, я вижу, ещё кое на что способен, - рассмеялся Дассим, - Хотя переигрываешь, нет былой экспрессии, раньше твоя ругань была настоящим произведением искусства. Я что-то не вижу здесь Арвиза, не подскажешь, где он может быть? Было бы печально, если бы кто-то перерезал ему глотку, ведь я, понимаешь, ужасно хотел сделать это сам.

- Ну хоть в чём-то наши интересы совпадают, - старик поднялся с земли с резкостью движений, несколько неожиданной для его возраста, - Он ведь знал, что вы нападёте, так?

- Ну…., - Дассим неопределённо пожал плечами, - Возможно.

- Да ладно, - в голосе Сальвина появились нотки злости, - Вряд ли его предупредил ты, я в курсе, что вы с ним были на ножах. Но он точно что-то знал. И не сказал ничего, вот же кусок дерьма.

- Я так понимаю, - Яра неожиданно подала голос, - Что он успел убраться?

- О, да и ты тоже здесь красотка. Ну прямо воссоединение семьи, любящий папа и блудная дочурка. И здоровяк тоже здесь. Какая ирония, вчера ещё я был главой города, а ты бесправным рабом, теперь же…

- Сальвин, - нетерпеливо произнёс Дассим, - Время вообще недёшево, а последние три минуты дорожают буквально с каждым мигом. Ты не мог бы остановить свой словесный понос и сказать, куда направился этот кусок дерьма, как ты его ласково обозвал.

- Информация стоит дорого, - сварливо отозвался Сальвин, - И, как ты сказал, дорожает с каждым мгновением.

- Узнаю старого пердуна, торгуешься до последнего, - Дассим произнёс эти слова со своеобразным уважением, - Но Баграс не я, он просто будет пытать тебя до тех пор, пока ты не превратишься в визжащий кусок горелого мяса и не начнёшь его умолять, чтобы он позволил тебе рассказать всё.

- Не всё, - упрямствовал старик, - Арвиз ему вряд ли интересен, возможно они вообще заодно.

- Так ты хочешь заключить сделку? – Дассим скептически посмотрел на собеседника, - Но сам понимаешь, одного лишь Арвиза будет маловато. Я знаю, что ты скорее руку себе дашь отрезать, чем пожертвуешь хотя бы арелом, но зачем обгоревшему трупу сокровища?

- А зачем жизнь без богатства, - возразил Сальвин, - Тем более в моём-то возрасте. Раз уж отняли всё, так заберите и её, на кой она мне сдалась, такая?

- В твоих словах есть доля истины, - признал Дассим, - Слушай мои условия.

Произнеся эти слова, он внезапно вытащил нож и схватил старика, изобразив на лице самое зверское выражение.

- Эй-эй, - запротестовал Сальвин, но Дассим уже притянул его к себе, что-то быстро прошептав ему на ухо.

- Боги! – заголосил старик, - Только не это. Прошу, только не яйца.

- Легко хочешь отделаться! – прорычал Дассим, - Яйца – это только начало, следом лишишься носа, ушей и глаз, мне ведь нужен только твой язык! Последний шанс!

С точки зрения Танкреда, актёрские таланты обоих, оставляли желать много лучшего и где-нибудь в Сицилии, столь неумелых комедиантов забросали бы тухлыми овощами, а то и чем посерьёзнее, тем сильнее он удивился, когда, собравшаяся публика восприняла представление вполне благосклонно, шумно выразив Дассиму своё одобрение.

- Эй, старик, не сдавайся, - прокричала, под общий хохот девица с коротким ёжиком волос на голове, - Зачем тебе яйца? Неужели в штанах ещё что-то шевелится?

- Дассим, сперва отрежь ему левое яйцо, - пробасил рейдер с повязкой на левом глазу, - Потом пускай подумает. Если не надумает – тогда уж правое.

- Клянусь, - скулил Сальвин, - Я уже всё отдал, прошу, поверьте мне…

- Ну всё, с меня хватит, клянусь Хагроном, - Дассим приставил острие ножа к паху старика, - Пожалуй, начну и впрямь с левого.

- Ну хорошо! – завопил старик, - Я скажу! Клянусь, я всё скажу, только не трогайте больше никого, прошу!

- Не знаю, что тебе ответить, - медленно протянул Дассим, - Уж больно долго ты запирался. Думаю, если награда будет достаточно велика, можно будет не размениваться на сраных жителей этого убогого городишки. Как думает общество?

- Пускай говорит! – раздались крики из толпы, - Посмотрим, что у него в кубышке!

- Слышал, Сальвин? Уж постарайся не поскупиться.

- В моём доме, - задыхаясь выговорил старик, - В спальне. Если повернуть факел вниз, а вазу снять с полки, но кроме вазы больше не трогать ничего, откроется потайная дверь. Там…получите, что хотите, будьте вы прокляты!

- Слышали, головорезы?! – довольно вскрикнул Дассим, - Старый хрыч всё же решил с нами поделиться!

Слова прозвучали, как команда распорядителя состязаний по бегу. Собравшаяся толпа разом рассеялась, наперегонки рванув в переулки. Осталось всего несколько бойцов, поставленных сторожить пленных, а теперь взирающих на поднятое товарищами облако пыли с неимоверной тоской в глазах.

- Перепрятать не успел, надеюсь? – поинтересовался Дассим, глядя вслед бегущим.

- Нет.

- Может и не врёшь, - усмехнулся рейдер, - Кстати, чисто ради интереса, как скоро ты собирался рассказать Баграсу, если б я не появился.

- Не собирался я ничего рассказывать, - недовольно буркнул Дассим, - Эта девка была в одном, к сожалению, права, яйца мне давно без надобности.

- Ну вот теперь точно врёшь. Рассказал бы ты, как миленький, но согласись, ты у меня в долгу.

- Буду в долгу, если сумеешь сдержать слово. Мне нужно, чтобы людей моих не трогали, да город не рушили.

- Ну Сальвин, - Дассим поднял левую бровь, - Ты же меня знаешь?

- Знаю, - отрезал Сальвин, - И вижу, что ты здесь больше не командуешь.

- Братством никто не командует. Но могу поклясться, что, если кому-то придёт в голову мысль подпалить одному из твоих пятки или завязать на голове верёвку с узлами, я в стороне не останусь. Так что насчёт информации?

- Арвиза здесь нет, - сказал Сальвин, хотя это и так было очевидно, - Продал мне здоровяка, который стоит рядом с тобой и эту суч…очаровательную леди.

- Я тебе это припомню, - пообещала Яра.

- Да ладно, я ж любя, - Сальвин ухмыльнулся, - За те деньги, что вы отняли, могу я себе позволить хотя бы такую маленькую месть. Обычно он после такого неделю кутит по тавернам, но не в этот раз.

- А что же в этот раз? – поинтересовался Дассим.

- А в этот раз он купил какого-то раба, а затем рванул из города с такой скоростью, словно его в жопу змея куснула. Часть рабочих с ним идти отказалась, так он нанял новых. Даже не зашёл со стариком поболтать стервец. И что уж совсем удивительно – нанял скорпионов и не поскупился.

- Скорпионов? – удивлённо переспросил Дассим.

- Не поскупился?! – изумлённо выдохнула Яра.

- Поразительно, да, - Сальвин усмехнулся, - Скорпионы – это наёмники. Не из лучших, но дело своё знают и берут немало. Сами понимаете, как это нехарактерно для такого жадного ублюдка. И всё же, что было, то было. Так что, боюсь, вынужден огорчить, он опять от вас ушёл. Но, ушёл не так далеко, так что можете успеть догнать.

- Куда он ушёл, - нетерпеливо спросила Яра.

- В Канз, красотуля, - Сальвин закашлялся и сплюнул на иссохшуюся землю, - В Канз. Проболтался, когда нанимал рабочих.

- Обо всех-то ты всё знаешь, - одобрительно сказал Дассим, - Полезный навык для правителя.

- В этом мы похожи, - во взгляде Сальвина не было приязни, - Для человека твоей профессии, тоже полезный навык.

- Арвиз продал тебе мой меч, - подал голос Танкред, - Но не продал ли он тебе также ещё один предмет? Медальон из камня с крестом, заключённым в круг.

- Распустил ты свою команду, Дассим, - неодобрительно цокнул языком Сальвин, - Мягок слишком. И тебя это до добра не доведёт.

- Мне это не раз говорили, а я до сих пор жив и не потерял никого из команды, - ответил Дассим, хотя в его голосе и впрямь прозвучало недовольство, - И он пока ещё не наш, к слову. Я не решил ещё, что с ним делать.

- Тем более, распустил. Ну да, дело твоё. Так вот, юноша, родившийся в шёлковой рубашке. Дассим пытался продать мне такой предмет. Говорил, что он имеет магические свойства, но, как обычно бывает, стоило мне попросить его продемонстрировать мне эти свойства, как у него что-то не задалось.

- Что он сделал с ним дальше?

- Мне-то почём знать? Может выкинул, а может забрал с собой. Почему тебя это так интересует? Он и впрямь имел волшебные свойства, а я, стало быть, упустил выгодную сделку? Если так, то дела плохи, старею, теряю хватку.

- Для тебя он не имел ценности, - отрезал Танкред, которому совсем не понравилась мысль о том, что дева невиданной красоты, явившаяся ему в пустыне, окажется перед этим мерзковатым, старым торгашом, - Это святая реликвия.

- Ну, так или иначе, боюсь, ты её потерял. О, а вот и твой командир вернулся Дассим. Кажется, в крайне дурном расположении духа. Надеюсь, ты найдёшь для него подходящие слова, хотя уверен, звон монет утешит его куда лучше.

Вышеозначенный «командир» вернулся в сопровождении шести головорезов самого жуткого вида. Не то чтобы остальные разбойники выглядели, похожими на благочестивых и добропорядочных людей, но новоприбывшим, каким-то образом удавалось выделяться на их фоне, впечатлив даже Танкреда, обладавшего богатым, жизненным опытом и заставив его вспомнить древние легенды об упырях. Не приходилось сомневаться, что угрозу содрать кожу, исходящую из уст таких людей, стоило воспринять более, чем серьёзно, так что Танкред мысленно посочувствовал несчастным, которым не посчастливилось попасть к ним в плен.

- Что за дела тут происходят? - недовольно спросил Баграс, окинув взглядом опустевшую площадь, - Где все?

- Ушли за серебром, - Дассим невинно вскинул брови, - Я думал, ты уже с ними, там, у главного дома.

- Каким ещё серебром?! – Баграс словно выплюнул эти слова, - Ты…

- Обычным, - голос Дассима звучал всё также невинно, - Ну и золото, наверное, там, не без того.

- Ты…., - казалось, Баграс сейчас попросту взорвётся, - Тебе он значит всё рассказал?

- Ну, я всегда говорил, что с помощью ножа и доброго слова можно добиться куда больше, чем с помощью одного лишь ножа, - Дассим прямо таки наслаждался ситуацией, - Понимаешь, Баграс, вся твоя проблема в том, что ты слишком жёстко обращаешься с людьми. Надо быть немного…ну как бы сказать…

- Никак, - отрезал Баграс, - Просто заткнись.

Секунду-другую он смотрел на Дассима, как волк, готовящийся к прыжку. Затем, тяжёлый взгляд переместился на Танкреда, который словно случайно положил руку на рукоять меча.

- С огнём играешь, Дассим, - бросил наконец Баграс и, повернувшись, резко зашагал в том же направлении, куда, парой минут ранее, убежали собравшиеся рейдеры.

- Надеюсь, там будет достаточно, - произнёс Дассим, словно в пустоту, глядя вслед предводителю.

- Кто знает, достаточно там будет или нет, - дипломатично отозвался Сальвин, - Некоторым, как пустынным пожирателям, всегда мало, сколько бы ни откусили. Надеюсь, я могу рассчитывать на тебя, Дассим?

- Ты меня знаешь, - бородач бросил эти слова через плечо, неспешно, вразвалочку пошагав за Баграсом, - Моё слово твёрдо.

Вздохнув, Танкред двинулся следом. В происходящем он не понимал ровным счётом ничего, но такое состояние постепенно становилось для него привычным. Мир, в который его забросило, явно имел очень мало сходства с его родным, и оставалось лишь догадываться, почему встреченная им ранее святая не подобрала для своей миссии кого-то более подходящего. Некоторую надежду вселяло разве то, что до сих пор он был жив, а теперь ещё и на свободе, да с оружием. Не мешало бы ещё найти одежду, разгуливать голым по пояс ему не очень улыбалось.

- Ты ведь знал? – спросила Яра, когда они вышли из рядов пленных.

- Может и знал, - отозвался Дассим, - Так ли важно? По крайней мере, теперь можно надеяться, что в городе не будет резни. Баграс думает, что я над ним издеваюсь, но я говорил с ним вполне серьёзно. Дай ему развернуться в полной мере, к утру от города осталось бы пепелище с трупами.

- Вы сами не пойдёте за добычей? – поинтересовался Танкред, - Если я правильно оцениваю людей, то ему ничего не стоит целиком забрать её себе.

- Сразу видно, что ты не из наших, - снисходительно усмехнулся Дассим, - Добыча свята и даже Баграс не посмеет присвоить хоть одну монетку на виду у остальных членов братства. За это разорвут на части его самого и не посмотрят на его команду зверюг. Нельзя утаить трофеи, разве что не видит никто, потому я и появился на арене, вот только меня опередили пустынники. Нарушать правила можно, но очень осторожно и уж точно не в этом случае. Это понимает и Баграс, И кто угодно, заметил, что никто из часовых, стерегущих пленных, даже не дёрнулся, хотя, казалось бы, кому, как ни им? Кстати, ты своеобразный тип. Не из аристократов?

- Он точно не из аристократов, Дассим, по крайней мере, не из магов, - вступила в разговор Яра, - Я надеюсь, ты простишь меня, что я тебя прерываю, но хотелось бы задать тебе вопрос.

- Я весь внимание, - Дассим остановился, повернувшись к Яре.

- Как дальше…, - Яра сделала паузу, словно подбирая слова, - С нами. Возьмёшь обратно?

Дассим молчал, сохраняя совершенно бесстрастное выражение лица.

- Знаю, что виновата, жалею, что тебя не послушала, - Танкред отметил, что в голосе Яры не ощущалось особого сожаления, - Хотя и сейчас считаю, что ублюдок должен был заплатить. Но в конечном итоге, ты оказался прав.

- Пожалуй, - Дассим изобразил раздумье.

- Пойму, если ты откажешь, - Яра потупила взгляд, как напроказившая девочка, - Но всё же…да или нет?

Несколько бесконечно долгих мгновений, Дассим сохранял молчание. Затем он неожиданно резким движением заключил Яру в объятия.

- А я по тебе скучал, - произнёс он дрогнувшим голосом, - Ты была мне, как…

- Ну надо же, - хриплый, словно шипящий голос принадлежал лысой женщине со странными глазами, - Возвращение блудной дочери. Дассим, я до сих пор не пойму, как ты с таким мягким сердцем ухитряешься выживать, да ещё оставаться капитаном.

- Ты меня уравновешиваешь, - губы Дассима растянулись в улыбке, - За то тебя и люблю. И всё же я рад её видеть, думал уж, что умерла.

- Прошу простить, что прерываю, - возможно впервые в жизни Танкред и впрямь ощутил неловкость, - Пустимся ли мы в погоню за Арвизом?

- Клянусь яйцами Хагрона, - Дассим выпустил девушку из объятий, повернув к Танкреду ухмыляющуюся физиономию, - Яра, кажись ты нашла себе собрата по разуму. Ты, парень, хочешь спросить, бросим ли мы свою долю в добыче и побежим ли преследовать одного из многих мерзавцев, что пытались нас кинуть? Ну как ты сам думаешь?

- Я не парень, - Танкред понимал, что разговаривает, возможно, излишне резко, но природная гордость, помноженная на высокое происхождение, не позволяли ему вести себя иначе, - Меня зовут Танкред де Отвиль. И я предпочитаю не думать, а знать наверняка. Я не могу просить вас присоединиться, но Арвиз забрал то, что принадлежит мне, и вернуть эту вещь для меня вопрос жизни и смерти. Если вы не собираетесь преследовать его, прошу лишь указать мне направление, в котором находится город, куда он направился. Я пойду за ним, хотя бы и в одиночку.

Дассим смотрел на него молча с несколько ошарашенным видом.

- Он не такой идиот, как может вначале показаться, - вступилась Яра, - Со странностями…

- Да я уж вижу, - ответил Дассим, наконец справившись с собой, - Хотя, «Со странностями» - это мягко сказано даже. «Пойду, хотя бы и в одиночку», парень или как тебя…Танкред, ты хотя бы в курсе, что до Канза не одна неделя пути? Ты всерьёз надеешься пересечь пустошь один? Откуда ты, говоришь, взялся такой?

- Из Иерусалима. И я делаю лишь то, что требует мой долг.

- Возможно тебе стоит остаться до завтрашнего дня, - Яра смотрела на Танкреда с откровенным сожалением, - Когда разделят добычу. Я кое-чем тебе обязана и, полагаю, могу помочь тебе хотя бы с припасами и…, - Яра неожиданно игриво ткнула рыцаря в голый бок, - С одеждой. Не скажу, что мне неприятно смотреть, но ходить по пустоши в одних портках – так себе идея. Наутро мы распрощаемся. Хотя, по правде сказать, я думаю, что ты совершаешь ошибку. Не знаю, что там за долг у тебя, и кому ты успел так сильно задолжать, чтобы настолько глупо расставаться с жизнью.

- Возможно ты права, - поколебавшись, согласился Танкред, - Если конечно не против ваш вождь.

- Не против, но с одним условием, - Дассим взглянул на Танкреда с неподдельным интересом, - Ты поведаешь мне в подробностях свою историю. Тебе есть что рассказать, а я, знаешь ли, люблю у костра потрепаться. Считай это моей простительной слабостью.

Со стороны дома Сальвина внезапно раздался торжествующий вопль, исторгнутый не менее чем несколькими десятками глоток.

- О, нашли наконец, - фыркнул Дассим, - Я уж думал, будут валандаться до темноты. Ну что ж, пора бы принять участие во всеобщем веселье.

Глава 17

Говоря о веселье, Дассим, как оказалось, вовсе не шутил.

Несмотря на опустившуюся на город темноту на площади было почти также светло, как днём. Разбойники не жалели дерева для костров, пустив на топливо значительную часть мебели, доселе стоявшей в домах жителей Альма. Отыскав спрятанную казну, они единогласно приняли решение отметить свой успех и в следующие несколько часов успели набраться буквально в хлам, причём суровые воины пустынь пили едва ли не больше разнузданных бандитов. Многие кутилы валялись на земле, уже не в силах стоять на ногах и едва подавая признаки жизни. Одно из крылатых существ блевало, опёршись на стену дома, заботливо поддерживаемое за крылья крабопауком, но большая часть собравшихся до сих пор плясала у костров, изгибаясь в причудливых вывертах дикарского танца. Глядя на происходящее, Танкред мог лишь удивляться, как это разношёрстное войско до сих пор не вырезали вчистую, но справедливости ради, не мог не признать, что благочестивые воины Христа, частенько после взятия города вели себя ничуть не лучше, даром, что крабопауков среди них всё-таки не было.

А может даже и хуже. Разграбив большинство домов, бандиты, вопреки его ожиданиям, почти не тронули жителей, согнав их от греха подальше в тот самый загон, где ещё совсем недавно ночевал он сам, под охраной немногочисленных добровольцев. Наслаждаясь теплом костра, он сочувствовал тем, кто ныне оказался на его месте, хотя прекрасно понимал мудрость принятой меры. Окажись эти люди здесь посреди пьяных разбойников, им несомненно было бы несдобровать.

Несмотря на то, что его статус, среди веселящейся толпы являлся, как минимум, сомнительным, он не привлекал особого внимания. Была ли тому причиной компания Дассима и Яры, или чересчур любопытных отпугивала внушительная фигура и меч, на него смотрели, словно он был тут всегда и являлся чем-то само-собой разумеющимся. Желающим заслать в эту горе-армию шпионов не пришлось бы сильно напрягаться.

- Любуешься?

Танкред повернулся на знакомый голос. Яра уже успела снять броню, больше подобающую не воину, а исполнительнице экзотических танцев, и теперь щеголяла в кожаном доспехе чёрного цвета, позволявшем практически сливаться с темнотой. На лице застыло странное выражение, и Танкред почему-то ощутил смущение под взором её внимательных карих глаз.

- Удивляюсь, - он снова повернулся к кострам, - Пляшут, поют, а, казалось бы, разум подсказывает, что необходимо делить добычу и как можно скорее отступать. Возможно, у города есть союзники, а эти люди ведь даже часовых не выставили.

- Выставили, но они тоже скорее всего пьяны в стельку, - Яра хмыкнула, - Твоя правда, но все мы ходим по грани. Жизнь в пустоши полна опасностей, наше же ремесло опасно даже на фоне других. Оттого и отношение к жизни такое, сиюминутное. Есть возможность взять от жизни что-то – пользуйся и не думай о последствиях, ведь завтра может уже будешь мёртв, а если и избежишь смерти завтра – можешь умереть через неделю. Не раз это действительно приводило к поражениям, но изменить нас, как видно, нельзя. Хорошо хоть жителей вроде не тронули, а то раньше всякое бывало, спасибо Дассиму и Горну. Ну и тем, кто разделяет их точку зрения, сама я, честно говоря, раньше думала иначе, пока не поняла, что они правы.

- Горн это кто?

- Один из нашей команды. Увидишь потом. Дассим, хотел поговорить с тобой, да и остальные не откажутся. Они вон там сидят, участия в веселье не принимают, - Яра махнула рукой в сторону переулка, между небольшим зданием из камня, принадлежащем, должно быть, какому-то местному богатею и ещё одним строением с купольной крышей, назначение которого Танкреду понять не удалось. В переулке мерцал слабый свет от костра, и Танкред невольно слегка поёжился. Ночь была довольно холодна, а единственной одеждой подходящего размера, которую ему посчастливилось найти, была грубая рубаха, больше подходящая не рыцарю, а умерщвляющую плоть святому. Безусловно, это было лучше, чем ничего.

- Правильно делают, - Танкред скептически окинул взглядом пляшущих людей и нелюдей, - Ты идёшь?

- Я…немного позже, - неожиданно ответила Яра, - Ты иди пока. Я скоро.

Пожав плечами, Танкред зашагал к переулку, чувствуя спиной пристальный взгляд девушки.

Дассим находился у небольшого костра в компании нескольких своих людей. Некоторых, вроде женщины со странными глазами, или толстяка, поигрывающего булавой, он уже видел, а вот хмурый тип с длинными волосами, перехваченными чёрной повязкой, или мужчина, сидящий чуть поодаль от костра, с почти неразличимыми в темноте чертами лица, были ему незнакомы.

- Мир тебе, - негромко произнёс Дассим, когда Танкред достаточно приблизился, - Присядь с нами, пока наши пути не разошлись. Выпьешь? – разбойник протянул бурдюк, в котором что-то плескалось.

Танкред заколебался, невольно вспомнив, чем закончилось предыдущее предложение такого рода.

- Да брось, - прыснул Дассим, - Я не Арвиз, травить тебя не стану. Но ты правильно себя ведёшь, подозрительность – это первое, чему ты должен научиться, чтобы выжить в этом мире. Но знаешь, чему ты должен научиться после?

- Чему же? – Танкред присел у костра напротив рейдера.

- Распознавать, кому доверять нельзя, а кому, пусть с оглядкой, но всё-таки можно. Следующий этап – научиться распознавать тех, кому можно доверять без оглядки, но то ли таких людей в нашем мире нет, то ли я не дошёл до этого этапа.

Пожав плечами, Танкред взял бурдюк и, поднеся его ко рту, сделал глоток. Обжигающая жидкость обладала неимоверной крепостью, и Танкред, будучи далеко не новичком по части попоек, всё же был вынужден сделать глубокий вдох, едва не закашлявшись.

- Надо же, - одобрительно произнёс Дассим, - Некоторые после такого аж хрипели. Откуда, говоришь, ты родом?

- Тарранто, - второй глоток Танкред сделал уже скорее из желания поддразнить собеседника и в этот раз даже не поморщился, - Но сюда я перенёсся из лагеря под Иерусалимом.

- Впервые слышу, что про то, что про другое, но не могу не признать, что пить там, во всяком случае, умеют. Что ж, видно, стоит представиться. Меня, как ты уже наверняка понял, зовут Дассим. Эта красавица носит имя Эла. Типок с булавой – Магрус, с ним стоит поосторожнее, у него есть дурная привычка виснуть на чужих ушах, зацепившись языком.

- Ну скажешь тоже, Дассим, - сварливо отозвался толстяк, - Всё, что я хочу – наставить людские души на путь истинный, чтобы не блуждали они ни во мраке безверия, ни в обжигающем свете ложных истин…

- Вот, именно об этом я и говорю, - невозмутимо отозвался Дассим, - Вон тот, в повязке с копьём – Калев. Он чаще молчит, но говорит обычно по делу. А вон там сидит Йонар. Он так привык жить в тенях, что это, кажется, стало его второй натурой. Говорит, что был лучшим вором в Дагриме.

- И это правда, клянусь Хагроном и всеми святыми, - ленивый, с хрипотцой голос Йонара звучал так, будто он изрекал некую всем известную истину.

- Может быть, может быть, Дагрим мне не слишком знаком. Ну а твоё имя, как я понимаю, Танкред? Яра говорит, что в бою ты невероятно хорош, а её слова кое-что значат. Кем ты был до того, как попасть сюда, Танкред из Иерусалима?

- Я был рыцарем и остался им, - твёрдо ответил Танкред, - И был одним из тех, кто возглавлял войско Христово в священном походе на Иерусалим.

- Стало быть, аристократ, - в глазах Дассима мелькнул явный интерес, - Но не маг?

- Разумеется нет! Магия и волшба противны Господу.

- Твоему богу противны маги? Однако… Святой Хагрон, напротив, заповедовал, что люди с магическим даром – высшие существа, которым надо всячески угождать и повиноваться. Что и неудивительно, учитывая, что он и сам был из таких. Но про веру, подобную твоей, я слыхал. Не бывал ли ты в Дагриме?

- До сего дня не приходилось даже слышать о таком месте, - Танкред протянул бурдюк обратно, - Здесь мне всё незнакомо, но верю в то, что я оказался в этом странном месте по воле божьей.

- Пусть так, - задержав дыхание, Дассим и сам приложился к бурдюку, - Яра поведала мне твою историю в двух словах и всё же, не мог бы ты рассказать её своими словами.

Поколебавшись, Танкред начал рассказ. Он говорил, стараясь не упустить ничего, но время от времени, даже сам поражался, насколько невероятными выглядят описанные им события. И всё же, никто не перебивал его, и Танкред подумал, что собравшиеся у костра люди, пусть и занимающиеся позорным промыслом, всё таки не лишены определённых достоинств.

- Твоя история звучит поистине чудно, - произнёс Дассим, когда Танкред завершил свой рассказ, - Как бы то ни было, я вижу, что ты не врёшь. Разве что медальон с твоей святой выглядит странно, похоже на магический артефакт, а ты говорил, что твоему богу маги не по нраву.

- Ты…, - Танкред аж задохнулся от негодования, - Как можно сравнивать колдовство и явленное божьей милостью, чудо?!

- Ну тише-тише, не кипятись, не будем спорить. Хоть на мой взгляд, чудо твоё, выглядит прям как магия, - Дассим поспешил погасить надвигающийся конфликт, - Но пусть так, как ты говоришь, и медальон твой не магия, а просто похож на магию. Я понимаю, почему ты хочешь достать Арвиза, без медальона тебе не узнать волю этой твоей святой. Мне и самому бы хотелось спросить с паршивца за все паскудства, что он натворил, но надо понимать, что момент неподходящий. Нельзя рисковать добычей, что мы взяли, лишь для того, чтобы прирезать одного мерзавца, как бы он этого не заслужил. Если ты и впрямь был вождём, то понимаешь о чём я говорю.

- Я понимаю, - кивнул Танкред, - Скорее всего я поступил бы также, хотя, порой, меня укоряли за…несдержанность.

- Это заметно, - усмехнулся Дассим, - Но так вышло, что ты стал тем, кто вернул нам Яру, по воле ли твоего бога, либо кого-то из наших. И пусть случилось это и не по твоему замыслу, я всё же тебе благодарен. Могу ли я помочь чем-то на твоём пути?

Танкред задумался. За годы странствий, ему чаще приходилось оказывать помощь, нежели принимать её.

- Провиантом, конём, хорошим доспехом, пожалуй, - ответил он, спустя несколько секунд, - А ещё не помешал бы добрый совет.

- Доспех я тебе нашла, - Яра появилась совершенно беззвучно, словно тень, бросив на колени Танкреду увесистый тюк, - А что такое конь?

Танкред развернул тюк, и пред его взором предстал впечатляющих размеров панцирь белого цвета. Впечатлившись поначалу, он всё же был разочарован, когда, проведя по нему рукой, осознал, что перед ним не металл, а некая разновидность стёганки, пусть и довольно красивая на вид.

- Впечатлён? - Яра явно ожидала похвалы и Танкред мысленно поклялся во что бы то ни стало её не огорчить.

- Это потрясающе, - рыцарь вложил в эти слова все свои актёрские таланты и, вопреки его ожиданиям, вышло вроде бы даже неплохо, - Он поразительно красив.

- Пришлось постараться, непросто найти подходящие доспехи для такого гиганта, как ты, - самодовольно ответила Яра, - Так всё-таки, что такое конь?

- Ездовое четвероногое животное, - расправив ткань, Танкред надел доспех и начал, не спеша, завязывать шнуровку, - На чём здесь обычно ездят?

- Ездят?

- Ну да, ездят, - повторил Танкред, - Путешествуют.

На несколько мгновений воцарилось недоуменное молчание.

- Ну этих вот, коней, у нас нет, - наконец произнёс Дассим, - Может ты про шоан?

- Шоаны, это те здоровые ящерицы? – Танкред поймал себя на том, что вряд ли сможет объяснить собравшимся, что такое конь, - Нет, я про животных, у которых четыре тонкие ноги с копытами, грива…они очень быстрые…во всяком случае, некоторые из них.

- Про таких никогда не слышала, - сказала Яра, - Может ты про песчаных бегунов? Слыхала, что есть племя пустынников, где некоторые воины столь отважны, что способны приручить их и даже на них ездить, но думаю – брешут. В любом случае, ноги у них всего две. Здесь путешествуют либо пешком, либо на шоанах, ну а кто способен на глайдерах или на кораблях. Мы, махарри, по крайней мере, путешествуем именно так.

- На кораблях? – недоверчиво переспросил Танкред, отметив про себя новое слово, которым его спутники, судя по всему, обозначали себя - Что-то я не видел тут моря.

- А море ещё что такое?

Танкред повернулся к Яре, заподозрив издёвку, но в её глазах не читалось ничего, кроме искреннего недоумения.

- Море - это огромное количество солёной воды, - сказал он, чувствуя себя полным идиотом, - Бескрайнее, в тысячи раз больше реки. По нему путешествуют на кораблях и, отойдя достаточно далеко, ты не увидишь берега.

Тишина воцарилась вновь, и, окинув взглядом лица собравшихся, даже неискушённый в искусстве лицедейства Танкред, понял, что они не только не издеваются над ним, но скорее, искренне подозревают в этом его самого.

- Слушай, - дипломатичный Дассим осторожно подбирал слова, но в его голосе явственно ощущалось недоверие, - Ну ладно, в медальон и это твоё чудо божьей милостью я ещё готов поверить, но насчёт моря, признайся, ведь чуток…ну…скажем так, преувеличил ведь? Нет, я всякое повидал на своём веку и даже в этих твоих коней могу поверить, но бескрайние просторы воды, да ещё солёной, это уже перебор.

- Я не лгу, - в обычных условиях Танкред посчитал бы себя оскорблённым, но ситуация явно не относилась к числу обычных, - Я потому и не могу понять, как корабли могут путешествовать без моря.

- Это вот море, - задумчиво произнесла Яра, - В твоём Иерусалиме такое?

- В Иерусалиме моря нет, - Танкред задумался, пытаясь подобрать слова, - Но в Таранто я часто видел море и часть пути до Иерусалима проделали именно по нему. На корабле.

- Поистине, твой мир полон странных вещей, Танкред из Иерусалима - сказала лысая женщина по имени Эла, - Но как бы то ни было, здесь корабли не плавают по морям.

- Для меня ваш мир выглядит куда более странно, - ответил Танкред, - Взять хотя бы это войско. Эти…, - Танкред, спохватившись, бросил взгляд на Элу, - Люди.

- Ну, не только люди, но и нелюдей полно, а как ты хотел, - Эла неожиданно улыбнулась, отчего стала выглядеть ещё опаснее, - Странностей в этом мире хватает даже для нас.

- Самая большая для меня странность - это то, что Баграс стал гран-капитаном, - сказала Яра, усевшись у костра рядом с Танкредом, - Куда подевался Сардан, хотела бы я знать?

- Пропал, - пожал плечами Дассим, - Ушёл в набег и не вернулся. Такое бывает в нашей профессии. Это примерно через месяц после твоего ухода было, а потом солдаты Дагрима сразу трёх капитанов взяли в плен в одном из убежищ, да ещё с большей частью их команд. Распяли их на крестах, такого позора давно не было. А были и ещё беды.

Дассим сделал серьёзный глоток из бурдюка. Воспоминания определённо были ему неприятны.

- Ну и, в общем, люди решили, что пора нового вождя выбрать. Неожиданно в гран-капитаны вылез Баграс. Для многих это неожиданностью стало, в том числе и для меня, надо признать. При нём не так плохо кстати, это уже второй удачный набег, но многие всё равно ропщут – уж больно много власти он хочет забрать, приходится напоминать ему, что он лишь первый среди равных.

- Получается? – фыркнула Яра, - Что же ты сам не выставил свою кандидатуру?

- Пока получается, как видишь. А что сам не выставил, так я в вожди особо никогда не рвался, - жёстко ответил Дассим, - Я ценю свою свободу.

- Как бы в итоге её так вот и не потерять, - Яра недовольно поджала губы, - Значит Альм всё таки взяли? План небось твой был, а слава вся теперь ему.

- Не договорись он с пустынниками, ничего бы мы не взяли. Но и без меня ему обойтись не удалось бы, это факт. Потому он не сильно-то и наглеет и воли себе особо не даёт. Была б его воля, сейчас бы тут никого в живых не было, да ты его знаешь.

Яра промолчала.

- Мне его пока почему обуздывать удаётся, тут две трети капитанов его терпеть не могут. Он их взял в поход для того, чтобы очков набрать, но будет много о себе воображать – начнётся бунт, а это ему совсем не на пользу. Вот потому, хоть и не всё гладко прошло, но сама видишь – даже бабы ни одной не снасиловали, а ведь Баграс ратовал за то, чтобы город сжечь.

- Ты благороден, - вспоминая свои странствия в святом походе, Танкред не мог не признать, что участь жителей Альма пока что выглядела куда лучше, чем можно было ожидать? и безусловно лучше, той, что ждала бы их, будь на месте махарри, крестоносцы, - Многие воины не сдерживают себя, когда город оказывается в их власти.

- Вот потому войну лучше и не доверять воинам, - Дассим многозначительно поднял вверх толстый палец, - Жестокие люди недалёкого ума, Баграс прям вот живой пример тому. Ну сам посуди, вот сожгли бы мы город, вырезали жителей, выкачали бы все ценности и что же потом?

- Что же?

- Всё. Нету города, караваны не ходят или ходят другим путём. Кормиться не с чего, Альм не восстановят, а новый ещё когда построят, если построят вообще. Купец, у которого ты отнял ценности и оставил немного, рано или поздно пойдёт снова торговать. Взял дань с деревни – возьмёшь и через год. А если убьёшь купца, да спалишь деревню, сразу, конечно, возьмёшь больше, но что возьмёшь через год? Будь скромен, не убивай без нужды и не забирай последнее. Наша работа, как у рачительного фермера, который не истощает землю целиком. У вас наверняка также.

- У нас, - Танкред почувствовал смущение, - Бывает по-всякому.

- Значит и у вас есть такие, как Баграс, - вздохнул Дассим, - Но ты, как вижу, не такой.

- Нет, - Танкред улыбнулся, - Я с тобой согласен.

- Вот и хорошо, - Дассим потряс бурдюк и огорчением отложил его в сторону, - Мне и парней удалось по большей части в том же убедить, хоть это и непросто было.

- Не удалось ли тебе их также убедить ставить часовых и не расслабляться, - Танкред кивнул в сторону зарева от костров, где всё ещё шло веселье, - Мне представляется неразумным пировать на вражеской территории.

- В этом их вряд ли кому-то вообще удалось бы убедить, - ядовито процедила Эла, - Но едва ли сейчас есть чего бояться. Нас всё ещё много, и не все пьяны.

- Канз, - Яра выглядела более озабоченной, - Это ведь их вассалы.

- Нерадивые вассалы. К тому же Канз больше не в игре.

- То есть, как не в игре? – переспросила Яра, - С каких это пор?

- А ты и не знаешь? Ну, конечно, тебе не до того было.

- Женщина, не начинай, - Дассим недовольно поморщился, - Ну да, Канз больше не в игре, теперь там командует Дагрим, Канз официально перешёл под его протекторат.

- Иди ты…, - потрясённо пробормотала Яра, - Не может такого быть.

- Может-может. Вроде уже скоро месяц как. Они там правят не безраздельно, пока не творят того же, что у себя. Аристократов не вырезали и по рукам и ногам не связали, но это, вроде как, официально, даже вассальную клятву принесли. Не в последнюю очередь мы потому и решились по Альму ударить, положение такое, что он сейчас остался вроде как сам по себе и старый дуралей похоже всерьёз рассчитывал, что ему удастся воспользоваться смутой и править самостоятельно, без оглядки на серьёзных парней из большой пятёрки.

- Да теперь уже как бы не четвёрки, а то и двойки - Яра всё ещё не могла оправиться от известия, - Как это произошло, не знаешь?

- Дело тёмное. Вроде туда сперва аранты зашли, какой-то предатель им открыл ворота, они уже почти город взяли, архимага с семьёй убили, но на всеобщее счастье, поблизости, ну вот совершенно случайно оказался внушительный отряд войска Дагрима, да при воздушных кораблях, так что они город от чудищ спасли. Ну и в благодарность, спешно выбранный новый правитель Канза, я, кстати, даже не знаю, кто там теперь официально правитель, принёс вассальную клятву.

- Ни разу не подозрительно, - саркастически произнесла Эла, - Прям вот уверена, что так всё и было.

- Да уж, новости, - Яра потянулась было за бурдюком, но, вспомнив, что он опустел, задержала руку, - Ещё есть, или всё выхлебал?

- Лови, - молчавший доселе Йонар бросил ещё один увесистый мех, вылетевший из тени с такой скоростью, что Яра, едва успела его перехватить, продемонстрировав завидную быстроту реакции.

- А ты всё тот же, - поморщилась Яра, вытаскивая пробку, - Интересно, жители Канза поверили этой ни разу не подозрительной истории?

- Если кто и не поверил, то скорее всего, свои мысли предпочитает держать при себе, - хриплый голос Йонара был похож скорее на громкий шёпот, - Не знаю, кто там теперь заправляет в Канзе на самом деле, но можешь не сомневаться – этот…, - Йонар замялся, - Человек убеждать умеет хорошо. О порядках, ныне царящих в Дагриме я знаю отнюдь не понаслышке.

- Могу себе представить.

На какое-то время установилась тишина. Слышен был лишь треск дров в костре, да шум веселья с площади.

- Канз, Дагрим, аранты, - произнёс наконец Танкред, - Я говорил, что мне не помешал бы добрый совет.

- Так что же? – Дассим подбросил в костёр полено, - Что-что, а советы я раздаю с охоткой, зачастую, даже непрошеные.

- Что верно, то верно, - вставила Эла, - Не представляешь, какую ошибку ты совершил, Танкред из Иерусалима. Когда он начнёт говорить, заткнуть его невозможно, скоро ты пожалеешь о своей просьбе.

- Не преувеличивай, женщина, - добродушно отозвался Дассим, - Право, послушать тебя, так я худший человек во всех пустошах.

- Ну, если сравнить тебя и, например, пустынного пожирателя….хотя…нет, ну если сравнить тебя и пыльную бурю, то пожалуй…

- Ох, вот за что я тебя люблю, так это за покладистый и добрый характер, - Дассим расхохотался, - Так какой совет тебе нужен, Танкред?

- Расскажите мне о своём мире, - решительно сказал Танкред, - Начнём с Канза, ведь путь мой лежит туда.

Глава 18

- Не то место, куда бы я сам держал путь, но коль ты настаиваешь, - Дассим устроился поудобнее, - Канз – один из крупнейших известных городов в этих землях. Не самый большой, если сравнить с Дагримом и Табром, но наверное идёт сразу после них по численности. Альм, к слову, считался его данником, правда, Сальвина это точно не устраивало.

- Откуда ты знаешь об этом? – Танкред поднял взгляд на капитана, - Что устраивало и что не устраивало Сальвина?

- Да потому что мы со старым негодяем знаем друг друга уже не первый год, - подмигнул Дассим.

- То есть? – непонимающе переспросил Танкред, - Вы знакомы?

- А как бы я, по-твоему, узнал о его потайной кубышке? - Дассим довольно поскрёб подбородок, - Конечно мы знакомы, раньше Дассим нашего брата охотно привечал и имел от этого неплохой доход. Это потом начал задирать нос, потому и поплатился. Ну да, это всё уж не так важно, речь о Канзе. В некотором роде городу не повезло оказаться меж двух огней и при этом желать сохранять независимость. Есть ещё два достаточно больших города: Орфер и Райзо, так с теми всё понятно. Формально независимые, а реально первый давно под Дагримом, второй под Табром. Ну а Канз вроде был сам по себе, и до поры до времени это всех устраивало. Во всяком случае, пока в Дагриме не случились некоторые перемены.

- Какие же? – поинтересовался Танкред, - Перемены.

- Серьёзные. Ты уже может понял, что здесь всем заправляют маги?

- Слышал об этом не раз. Правда до сих пор не видел ни одного из них.

- Эх, не поверишь, был тут один, но вот его-то похоже как раз и прибили, - вздохнул Дассим, - Скажи спасибо Баграсу. К слову, тот маг отвечал за здешнюю систему обороны и нам бы совсем не помешал, хотя с обороной у него в итоге не задалось. Так вот, в Дагри ме их власть свергли. Как это вышло, разговор отдельный, но факт остаётся фактом – маги там больше не командуют, и формально установлено полное равенство.

- И лично я отнюдь не считаю это чем-то неправильным, - вставила Яра, - Маги мне никогда не нравились.

- Кому они вообще нравились, высокомерные ублюдки, - Дассим скривился, - Но мы уже говорили на эту тему не раз. Проблема не в том, что скинули прежнюю власть, а в том, что нынешняя как бы не хуже прежней. На словах может и равенство, а на деле…

- Твоё мнение, - упрямо бросила Яра, - Предпочту остаться при своём.

- Ты просто не знаешь, о чём говоришь, - донёсся из тени голос Йонаса, - Когда на главной площади стоят виселицы и отнюдь не пустуют, когда людей казнят каждый день, а сосед спешит донести на соседа, чтобы тот не донёс на него первым. Равенство, ха! Сказки. Всем заправляет первый гражданин Марон и его присные. Остальные стали жить, как бы не хуже, чем раньше.

- Было бы так, народ давно бы скинул Марона, а его любят.

- Народ, - скептически отозвался Йонас, - Любит тех, кто складно говорит и время от времени позволяет безнаказанно грабить. И он не скинет Марона, всех, кто может хорошо сражаться он завербовал к себе и поставил выше других.

- Ты так говоришь потому, что…

- Довольно! – Дассим рыкнул так, что Яра вздрогнула, и Танкред, доселе недоумевавший, как столь мягкий человек мог командовать отборными головорезами, взглянул на него по-новому, - Можете иметь какое угодно мнение, но между собой грызться не смейте. Сберегите ярость для врагов, здесь мы – одна семья. Это понятно?

- Понятно, - вздохнула Яра, - Извини, возможно я и впрямь зашла далеко.

- Ты всегда была такой, какая есть, тем и мила, - смягчился Дассим, - Ну а ты, Танкред? У тебя, в твоём мире есть благородные люди, аристократы. Маги, как я понял, у вас не в чести?

- Не в чести, - настал черёд Танкреда задуматься, - А что до благородных, то я и сам из них. Но у нас благородные не маги, а рыцари. Им многое дано, но и спрос велик. Надо уметь сражаться и сражаться хорошо. Быть первым в бою и последним при отступлении. Благородным не только по праву рождения, но и в поступках, служить примером для остальных, всегда говорить правду, сражаться со злом, быть щитом для слабых, хранить верность своему сюзерену и Господу.

- Прямо почти один в один те же песни, что поют наши маги, - фыркнула Яра, - Благородные, я смотрю, везде одинаковы. Это на словах, а что же на деле?

- Бывает всякое, - твёрдо ответил Танкред, - Все мы всего лишь люди, а значит все мы грешны. Но я всегда старался следовать клятвам.

- На то ты и сумасшедший, - промурлыкала Яра, странным образом на сей раз Танкред совсем не почувствовал в её словах какой-либо насмешки, - Но это и хорошо в тебе.

- Хм, - Танкред почувствовал неловкость, - Так что насчёт Дагрима? Благородных людей уничтожили?

- Ну, не целиком, - ответил Дассим, - Сперва-то конечно новый правитель, его, как уже сказано, зовут Марон, объявил, что теперь в городе установлена власть народа, сам он лишь первый, среди равных, а маги заплатят за все притеснения простого люда, но потом видать понял, что без магов город вряд ли сможет нормально функционировать, слишком уж сильно он от них зависит, да и на войне без магов никак. Так что благородные там остались, но теперь они целиком под контролем, а что до аристократов, так по факту сменили шило на мыло. Сам Марон вроде как, тоже владеет довольно странными силами, но ни в коем случае не называй это магией. Его ими якобы наделил сам Хагрон, когда увидел, что маги отступили от его заветов, и послал лично Марона выступить в роли его орудия, карающего, так сказать, бича. И если тебе всё это кажется странным, так могу заверить – тебе не кажется, но некоторым это пришлось по душе, а остальные предпочитают помалкивать.

Костёр уже начал затухать, и Дассим подкинул ещё одно полено.

- Непросто будет Альму после такого восстановиться, конечно, ну да лучше потерять дерево, чем жизнь. Так вот, недовольных нынешней политикой Дагрима немало, учитывая, что оратор из Марона хороший, но лидер так себе. В городе уже сейчас голод, проблему он решил своеобразно – увеличил дань с подконтрольных ферм и поселений. Тем это естественно не понравилось, но недовольных вмиг объявили агентами магов, ратующих за восстановление старого порядка и для острастки сожгли пару-тройку деревень. Помогло не сильно, так что выход очевиден.

- Каков же он?

- Война, ясное дело, - просто сказал Дассим, - Когда ртов слишком много, а еды мало, что остаётся, кроме войны? Побеждаешь – получаешь добычу и возможность кормить голодные рты, а терпишь поражение, ну так, по крайней мере, ртов становится меньше. Марону достался богатейший город с многочисленным населением, так что до сего момента, его экспансия была довольно успешна. Это конечно не мог не заметить Табр, так что скоро они сцепятся. Канз был спорной территорией и в итоге отошёл Дагриму, ну а Альм и многие поселения, что подобны ему, остались бесхозными, вроде как.

- То есть, формально это поселение – вассал города под названием Дагрим? – поинтересовался Танкред, - И он имеет на него права?

- Понимаю о чём ты, - кивнул Дассим, - Но иметь права и иметь возможности – не одно и то же. Канз – большой город, его даже Дагриму так просто не переварить, времени уйдёт немало. А Альм и предыдущим хозяевам подчинялся скорее формально, так что вряд ли кто-то прибежит сюда за него спрашивать. Впрочем, если и прибежит…ну один корабль погоды не сделает, тем более, тамошние маги едва ли будут особенно стараться, всё-таки падение с вершины переживается болезненно. Скорее Табра надо бояться, но он отсюда слишком далеко.

- Табр? – переспросил Танкред, - Главный противник Дагрима?

- Именно. Эти до сих пор чтут старые традиции и обычаи, командуют там маги, в общем, не столкнуться они не могут. Канз-то к ним тяготел, но видать, Марон и его присные всё по-своему переиграли. Будет битва, и это надо учитывать. Лично я бы предпочёл, чтобы всё оставалось по-старому, но надо признать, мир меняется. Кто бы не победил – по-старому уже не будет. Эла, сердце моё, нет ли у нас ещё одного бурдюка?

- Если и есть, то уж точно не для тебя, - огрызнулась Эла, - Мы уже говорили на эту тему.

- Ну не будь такой…как обычно. Клянусь яйцами Хагрона, могут ли быть проблемы от одного бурдюка?

- С кем иным может и нет, а с тобой могут, - непреклонно ответила женщина, - Не ты ли осуждал пьянство на враждебной территории?

- Пьянство? Да я трезвее самой Бирны во время её речи перед войском Хагрона.

- Ага, конечно, оно и видно.

- Дассим, - хрипловатый голос принадлежал пожилому уже человеку плотной комплекции, с головой, лысой, словно коленка, с арбалетом за спиной, - Вот оставишь тебя одного, так сразу и наберёшься. Эла, ты бы хоть за ним присматривала что ли.

- Я ли не присматриваю, - сварливо отозвалась Эла, - Если б не я, он бы уже валялся без чувств и хорошо, если рядом с костром, а не прямо в нём.

- Ты-то ещё не начинай, - с досадой произнёс Дассим, - Горн, у тебя смена кончилась что ли?

- Кончилась, - кивнул лысый, - Спокойной прошла, я аж удивился, думал, каждые пять минут придётся кого-нибудь оттаскивать от входа в этот долбаный сарай, но, представляешь, ни единой попытки вломиться.

- Может тебя боятся? – Танкред заметил, что Дассим и впрямь уже был навеселе, - Надеюсь, оставил в надёжных руках?

- В четырёх надёжных руках, - подмигнул Горн, - В следующей смене наш пушистый дружок. Сам понимаешь, надёжнее стражи быть не может. Не подскажете, кто этот здоровяк? Новый член экипажа, или просто так, рядышком присел? Яру уже успел увидеть.

- Его зовут Танкред, - пьяно ответил Дассим, - И он может и не случайно присел, но с нами ненадолго. Думаю, завтра расстанемся уже. Присядь с нами дружище.

- Да нет, я, пожалуй, заночую на «Мечте», - Горн окинул Танкреда с головы, до ног, будто оценивая, - Мне там спится лучше, ты же знаешь. Да и вам бы кстати советовал.

- И то верно, - вставила Эла, - До рассвета осталось не так много, а при делёжке добычи голову лучше иметь ясную. Не доверяю я Баграсу, он-то кстати не веселится, не исключаю, что завтра попытается сжульничать.

- Да мы тоже не веселимся, но правда твоя, - Дассим с трудом поднялся, - Если заночуем вон в том доме, хозяева не слишком обидятся, а если и обидятся, то уж как-нибудь переживут. Тебе советую пойти на ночлег с нами, рыцарь, или как тебя там. Вряд ли кто-то рискнёт к тебе прицепиться, и всё же, кто знает, что может прийти в голову пьяному идиоту. Так оно всё же спокойнее.

- Охотно принимаю предложение и благодарю, - Танкред тоже встал на ноги, - Полагаю, завтра утром мы расстанемся?

- Да не торопись так, наши пути какое-то время будут совпадать, - сказала Яра, - Не слишком долго, но всё же путешествовать с нами куда быстрее, чем идти всю дорогу пешком. Если Дассим не против конечно.

- С чего бы мне быть против?

- На том и порешим, - Яра не оглядываясь зашагала к выбранному для ночлега двухэтажному зданию, украшенному узорами, что, как бы изгибались в пляшущем свете пламени.

- Что ж, - пробормотал Танкред, так и не понявший смысла слов о путешествии, - Порешим.

С того самого момента, как Танкред оказался в странном мире, спал он без сновидений, но в этот раз сон таки посетил его, и нельзя сказать, что он этому сильно обрадовался.

Он вновь был на коне и в доспехах, в настоящей доброй кольчуге и отличном шлеме с бармицей, надёжно оберегавшей шею, вот только вокруг была всё та же каменистая пустошь и причудливые руины, которые, казалось, строились для неких гигантов, много выше человеческого роста.

Впереди скакал всадник на пегом коне, закутанный в дорожный плащ с капюшоном. Танкред не знал, почему он его преследует, но по некой причине догнать странного наездника было для него очень важно, и на его счастье, расстояние между ними постепенно сокращалось.

Когда разрыв уже составлял не более нескольких метров, таинственный всадник неожиданно развернул коня, и Танкред, желая увидеть наконец его лицо, узрел лишь сплошную чёрную маску с прорезями для глаз. Наездник выхватил меч и обрушился на преследователя подобно вихрю. Сталь мелькала с немыслимой скоростью, и Танкред едва успевал отражать удары, не в силах даже нанести хотя бы один в ответ.

Но с каждым мгновением вихрь становился медленнее, как многие неопытные бойцы, всадник тратил слишком много сил. Всё легче и легче было Танкреду отбивать молниеносные, но не слишком умелые атаки, и вот уже сам Танкред перешёл в наступление, тесня врага. Теперь уже его противник с трудом отбивал его клинок, и наконец настал момент, когда очередной удар пробил защиту, свалив незнакомца с коня. Танкред соскочил с седла, готовый продолжать бой, но всадник лежал без единого движения, выпустив из руки даже свой меч. Отбросив его ногой, Танкред осторожно снял с него капюшон и маску и невольно вскрикнул – прямо перед ним, в луже собственной крови, лежала Бригитта – святая, что явилась ему в первый день его пребывания в сём странном мире.

Открыв глаза, Танкред резко вскочил, тяжело дыша, словно и впрямь побывал в бою.

Он вновь находился в Альме, на первом этаже дома, судя по обстановке, принадлежащего какому-то купцу. Его вчерашние собеседники спали как младенцы. Разве что громогласный храп Дассима на миг прервался, впрочем, тут же возобновившись с прежней силой.

Сквозь закрытые ставни пробивался луч солнечного света, и Танкред, поколебавшись, направился к выходу, рассудив, что уснуть ему уже всё равно не удастся, да и сны не вызывают желания видеть их вновь.

Отворив скрипнувшую дверь, он вышел в переулок, подставив лицо лучам утреннего солнца. Вчерашний костёр превратился в пепелище, да в нём уже и не было нужды. Танкред сел прямо на землю, попытавшись привести в порядок свои мысли.

- Только не это снова, - еле слышно пробормотал он сквозь зубы, - Второй раз мне этого не пережить, пусть она и не похожа на ту.

Утро было тихим, ночная пьянка похоже скосила даже самых отъявленных гуляк. Даже из переулка было видно, что некоторых не хватило даже на то, чтобы расположиться на ночлег в домах, и теперь они валялись прямо на высохшей земле. Покачав головой, Танкред вытащил из ножен меч. Жизненный опыт учил его, что уход за оружием не только полезен, но и здорово помогает отвлечься от мрачных мыслей. Только сейчас он понял, что ему нечем заточить клинок - попросить точильный камень он забыл.

- Добрая сталь, - Яра наверное пыталась подойти бесшумно, хотя Танкред услышал её ещё полминуты назад, - Большая редкость. Твоя Бригитта или как там её, точно не скупилась.

- У тебя нет камня? – поинтересовался Танкред, не повернув головы, - Или чем вы здесь точите оружие?

- Держи, - Яра протянула брусок, - Но, по-моему, он в этом и не нуждается. Будь осторожнее, ну, я имею в виду, когда расстанешься с нами. Здесь найдётся немало людей, которые тебя убьют за такой клинок.

- Убить меня не так просто, - меч, насколько он мог судить, и впрямь не нуждался в заточке, однако Танкред всё же взял камень, - Но благодарю. И за совет тоже.

- Рада помочь, - Яра села рядом, скрестив ноги, - Уверен в том, что тебе стоит идти туда, куда ты там собрался? Ты мог бы остаться с нами, Дассим точно не будет против, ты ему понравился.

- У меня есть долг, - ответил Танкред, возможно более резко, чем сам хотел, - К тому же, быть разбойником неприемлемо для рыцаря.

- Мы не просто какие-то там разбойники, - Яра явно обиделась, - Мы махарри. И не смей относиться к нам с пренебрежением, Танкред из Иерусалима.

Танкред открыл было рот, чтобы ответить, что не видит между ними никакой разницы, однако закрыл его, предпочтя промолчать. Кем бы ни были эти люди, они единственные, кто помог ему, при этом, не требуя взамен практически ничего.

- Я видел сон, - сказал он наконец, надеясь, что подобрал верные слова, - Та женщина, Бригитта, нуждается во мне.

- Наверное это очень хорошая женщина, - вздохнула Яра, - Куда лучше чем…

- Чем кто?

- Да неважно. Интересно, все эти вот христианины и рыцари такие…ну…

- Сумасшедшие?

- Да, - в усмешке Яры чувствовалась горечь, - Пожалуй ты подобрал верное слово.

- Украв у тебя.

- Пользуйся на здоровье, - Яра резко поднялась на ноги, - Мне будет очень жаль тебя, Танкред из Иерусалима, потому что, придя в Канз, ты умрёшь. Ты хороший боец и хороший человек, хоть и самый странный из тех, кого я встречала. В некоторых отношениях ты, как дитя. Бесхитростное и прямое, как вот этот твой меч. Не знаю, почему твоя святая или как там её, отправила на своё задание именно тебя, но с её стороны это было довольно глупо. Если всё же каким-то чудом выживешь, прошу, как нагонишь этого мерзавца выпотроши его наконец и передай привет от меня и Дассима. Я не очень верю в твой успех, но ты везучий, как знать – может и выгорит.

- Могу я узнать, почему его так ненавидите вы?

- Да уже неважно, - Яра махнула рукой, - Ты уходишь, так что тебе до нас. У тебя и у самого есть достаточная причина мстить.

- И всё же, - Танкред мягко вскочил, - Мне вовсе не безразлично.

- Ну а мне…что это?

Тишину, доселе безраздельно царящую над утренним Альмом, прорезал чей-то пронзительный крик. Прозвучав издали, он был, всё же слышен довольно отчётливо, а затем к нему присоединились и другие крики.

- Что такое? – дрогнувшим голосом спросила Яра, - Не поделили что-то?

К крикам присоединился равномерный гул, всё более громкий с каждой секундой.

- Нет, - обречённо пробормотала Яра, - Не верю. Этого просто не может быть.

- Чего не может быть? – Танкред недоуменно вертел головой, пытаясь определить источник звука, - Что происходит?

Дверь здания распахнулась, и на пороге появился Дассим с перекошенным от страха лицом. Слегка качаясь и явно не до конца протрезвев, он, однако, не до конца утратил присутствие духа.

- Подъём! – заорал он, что было мочи, продемонстрировав поистине лужёную глотку, - Все сюда! Ко мне негодяи!

- Да что такое?! – крикнул Танкред, уже едва в силах перекричать гул, превратившийся скорее в рёв, - Объяснит мне кто-нибудь?

Не говоря ни слова, Яра метнулась в дом. Танкред хотел было её остановить, но тут наконец увидел.

Глава 19

Корабль летел на сравнительно небольшой высоте. Медленно, словно наслаждаясь производимым эффектом. Он не был очень уж велик, Танкреду случалось видеть корабли и побольше. Вот только они передвигались по суше, а не летали в воздухе.

Этот летел. И неотвратимо приближался.

- Mon Dieu, - только и смог пробормотать Танкред, - Возможно мне это всё-таки лишь снится.

Вслед за первым кораблём появились ещё два, а головной уже почти достиг границ Альма. Из здания, в котором команда ранее расположилась на ночлег, стремительно выскочила Яра, уже державшая в руках копьё и верную сеть. Следом появились остальные, ещё не до конца понимавшие, что произошло. Танкред мельком отметил, что число его компаньонов увеличилось на одного человека в лице уже знакомого ему типа с татуировками, по-видимому успевшего прийти ночью.

- Все собрались?! – Дассим определённо был из тех, кого успокаивал собственный ор, - Где этот проклятый комок меха?!

- Что будем делать? – крикнула Яра.

- Прорываться, что ж ещё? К кораблям.

- Добыча…

- Да в жопу добычу! – заорал Дассим, теряя терпение, - Ты не видишь что ли? Шаар/шик, твою шерстяную мать?!

Из переулка выкатилось уже знакомое Танкреду существо с четырёхпалыми конечностями и что-то озабоченно залопотало на непонятном языке.

- Потом! – отмахнулся Дассим, - К кораблям!

- Тут есть стреломёты, - вяло произнесла Яра, - Город готовился, ты сам говорил.

Словно в ответ на эти слова, на одном из кораблей внезапно сверкнула зелёная вспышка, сразу же разнёсшая участок стены. И спустя буквально мгновение головной корабль изринул из себя красный луч, прочертивший замысловатую фигуру в соседнем переулке, разрезав одно из зданий пополам, а затем прибавил ходу, пронёсшись прямо над ними.

- Не настроены выпускать, - озабоченно произнёс Йонар, - Я думал, Канзу будет не до нас.

- Это не Канз, - возразила Эла, - Цвета не те, разве не видишь? Это Дагрим, чтоб его…

- Без разницы, - отрезал Дассим, - Идём вперёд, к кораблям, надеюсь Горн будет готов.

- Он как чувствовал, - поддержала Яра.

Танкред хотел было спросить, о каких именно кораблях идёт речь, но в этот момент что-то невидимое ударило прямо в крышу здания, в котором они расположились на ночлег, проделав внушительную дыру в крыше. Компания, попытавшаяся было собраться в некое подобие строя, в беспорядке бросилась бежать, и Танкреду ничего не оставалось, как последовать их примеру. Узкие улочки Альма идеально подходили для того, чтобы скрываться от погони, за исключением разве что случая, когда преследователь может зависнуть в воздухе прямо над тобой. Краем глаза Танкред увидел, как один из кораблей выбросил с десяток тросов, по которым сразу же начали спускаться кажущиеся маленькими фигурки в доспехах, подобных тому, что носил сейчас он сам. Второй вновь расчертил улицу Альма красным лучом, и раздавшиеся крики боли и ужаса свидетельствовали о том, что чудовищное оружие нашло цели.

Вопросов он не задавал. На это попросту не было времени.

- Как остальные? – тяжело дыша спросила Яра, - Мы должны им помочь?

- Или умереть вместе с ними, - бросила Эла, - Что вероятнее.

- Но…

Воин в синих доспехах, вооружённый копьём и щитом, появился неожиданно, выскочив прямиком из переулка. Выскочил и замер, глядя ошалевшими глазами на приближающихся рейдеров. Следом выскочил второй, чуть выше первого, с аналогичным вооружением.

Танкред рванулся вперёд. Движимый скорее инстинктом, нежели разумом, он не тратил время на раздумья. Опыт говорил ему, что бить растерянного врага куда проще, чем сражаться с тем, кто готов к битве.

Передний боец начал было опускать копьё, но тягаться в скорости с одним из лучших бойцов святого воинства, ему было не по силам. Не сбавляя скорости, Танкред резким взмахом меча вспорол ему грудную клетку, ударив справа налево, и сразу же, возвратным движением уколол следующего в горло, пробив его насквозь. Боковым зрением, он увидел в переулке ещё нескольких солдат и буквально влетел в гущу врагов, не дав им ни секунды для того, чтобы успеть сформировать хотя бы подобие строя. Пользуясь как теснотой переулка, так и своим преимуществом в весе и силе, он рубил и колол, бил плечом и обоими локтями, не давая врагу не мига передышки, став настоящей машиной смерти. В его мыслях не было ни страха, ни сожаления, одна лишь жажда уничтожения, и именно сейчас, упиваясь испуганными криками врагов и собственной мощью, он чувствовал себя по-настоящему живым.

Его противники дрогнули почти сразу. Сперва солдаты в синих доспехах ещё пытались дать отпор, но копья, что могли бы предоставить им серьёзные преимущества на дистанции, здесь, в тесноте переулка, обратились скорее в недостаток. Льняные доспехи почти не давали защиты от заточенного до бритвенной остроты лезвия, вспарывающего их, словно бумагу, никто из сгрудившихся в переулке бойцов, не мог ничего противопоставить его бушующей ярости.

Очередной удар пришёлся в пустоту. У ног Танкреда лежало четверо. Ещё двое остались позади. Красное зарево, заволакивающее взор, постепенно рассеивалось.

- Боги…, - донеслось откуда-то со спины, - Поверить не могу…

Танкред медленно повернулся назад, увидев ошарашенные лица махарри, во взоре которых, помимо уважения, отчётливо читался страх. Даже Яра, уже знакомая с мощью крестоносца, смотрела на него, не веря собственным глазам.

- Шестеро, - произнесла она, как будто убеждая саму себя, - Если бы кто-то мне это рассказал, я бы…

- Вперёд! - рявкнул опомнившийся Дассим, - Потом будем обсуждать!

Команда снова рванула вперёд, теряясь в узких улочках, навесах и надстройках. Танкред слышал крики и звуки вспышек с кораблей, но усилием воли заставлял себя не оглядываться. Схватка далась ему тяжелее, чем казалось его спутникам и сейчас он тяжело дышал, едва поспевая за остальными. Заметив, как невысокое, покрытое мехом существо, также начавшее было отставать от остальных, посадил на плечи гигант в кожаном доспехе, и усмехнулся, подумав, что сейчас бы ему тоже не помешало нечто подобное.

- Ты хоть знаешь, куда мы бежим? – крикнула Яра, выждав момент между очередными вспышками.

- Знаю, - огрызнулся Дассим, - Вот же…ох, мать…

Ворота были совсем невелики. Их и воротами-то назвать было нельзя – скорее небольшой дверью, напоминающей чёрный ход в дом и отличавшейся разве что своей внушительностью. В настоящее время, дверь была распахнута настежь, а рядом с ней стояли четверо воинов, двое из которых сжимали в руках заряженные арбалеты. Это, пожалуй, само по себе могло быть не лучшей новостью, но куда худшей было то, что чуть поодаль, висел один из воздушных кораблей, запирая выход из города.

В этот момент, вперёд неожиданно вырвался Калев с огромным щитом, не успевший даже ссадить мохнатое чудище с арбалетом, восседающее у него на плечах. Всполошившиеся арбалетчики вскинули было своё оружие, но мохнач оказался быстрее, сразив одного из них метким выстрелом, после чего, остальные, узрев судьбу товарища, предпочли не испытывать судьбу, разом рванув в один из многочисленных переулков Альма.

- А с этим что? – хрипло поинтересовался Танкред, кивнув на воздушный корабль.

- Хороший, мать его, вопрос, - Эла упёрла арбалет в землю, натягивая тетиву, - Можешь начинать молиться своему богу, но если он поможет, то это точно очень сильный бог.

Словно услышав её слова, воздушный корабль неожиданно стронулся с места, резко набрав скорость. Танкред не успел даже опомниться, как внушительных размеров громадина, оказалась прямиком над ним, заслонив едва успевшее взойти солнце. Будто зачарованный он поднял взор, глядя на гладкий серебристый корпус, выполненный из неизвестного ему материала, похожего на непрозрачное, матовое стекло. В свою очередь заметив его, корабль слегка притормозил и Танкред на миг увидел в матовой броне проём, в котором виднелась человеческая фигурка, сжимающая что-то в руках.

- Да беги идиот! – истошный вопль Дассима вывел его из оцепенения, и Танкред прыгнул в сторону за долю секунды до того, как молния, исторгнутая, казавшейся крошечной фигуркой, выжгла землю в том месте, где он стоял мгновение назад.

Корабль разразился молниеносными вспышками, лишь чудом не задевшими Танкреда. Одна из вспышек ударила прямиком в крышу ветхого дома и без того державшегося разве что чудом, пронзив глиняную крышу насквозь. Привыкнув встречать опасность лицом к лицу, Танкред впервые в жизни ощутил себя слабым и неспособным оказать сопротивление. Всё его боевое искусство было совершенно бессильно перед лицом столь превосходящей мощи, сейчас он чувствовал себя, подобно крысе, загнанной в ловушку.

- В сторону! – посреди бушующего ужаса, Дассим всё ещё не терял присутствия духа, и Танкред отметил про себя, что явно его недооценил, - В переулки!

Как во сне, последовал он его совету, впервые за долгие годы подчиняясь приказу, вместо того, чтобы его отдавать. Ещё несколько вспышек озарило улицы Альма, обрушив небольшой дом и едва ли на дюйм разминувшись с головой Танкреда. А затем странный корабль направился дальше, прямиком к площади, где всего несколько часов назад веселились рейдеры, считавшие себя безраздельными хозяевами города. Раздававшиеся оттуда крики боли и отчаяния, как нельзя лучше, свидетельствовали об их ошибке.

- Вперёд-вперёд, не стойте столбами! – скомандовал Дассим, кинувшись бежать к открытым воротам, - Если Горн всё ещё жив, у нас есть шанс.

Танкред последовал за ним, тяжело дыша не столько от усталости, сколько от пережитого страха. Годы, проведённые в крестовом походе, казалось, подготовили его к любому повороту событий, ему приходилось стоять под обстрелом печенегов и тюрок, не имея возможности достойно ответить, терпеть голод и жажду в осаждённой Антиохии и страдать от обжигающих лучей солнца, посреди пустыни. И всё же за всю свою жизнь он никогда не чувствовал себя столь беспомощным. Сейчас он действительно хотел бы молиться Господу, но к своему стыду, не чувствовал ни душевных, ни физических сил осуществить это намерение. Всё, что он мог – это бежать вперёд, спасая собственную жизнь.

- Остальные, - Яра на миг остановилась, обернувшись назад, - Мы не можем…

- Мы можем, - Эла рывком сдвинула её с места, потянув за собой, - Или спастись бегством, или умереть вместе с ними.

- Дассим! – крик донёсся из-за ворот, подстегнув словно удар хлыста, - Эла! Где вы там, чтоб вас драли шетани! Дассииим!

- Горн, - облегчённо выдохнул Дассим, не сбавляя темпа, - Жива ещё птичка.

Словно открыв в себе второе дыхание, бородач рванул вперёд со скоростью, сделавшей бы честь человеку лет на десять моложе него. Поравнявшись с ним резким рывком, Танкред оказался прямиком перед городскими воротами, и его взору открылось поистине диковинное зрелище.

Прямо перед ним, в полусотне метров от ворот, прямо на голой потрескавшейся земле, стояло несколько чудных кораблей, более походящих на лёгкие колёсные повозки, за исключением того, что повозки эти имели мачты, Половина из странных полукораблей-полутелег уже едва ли были способны передвигаться. Разящие лучи с воздушного корабля сожгли их дотла, оставив лишь дымящиеся останки. А вот вторая половина, насколько мог судить Танкред, всё ещё оставалась на ходу. На одной из них даже красовались паруса, некогда белого цвета, ныне же посеревшие от пыли. Танкред увидел выжженные на борту буквы складывающиеся в слово «Мечта».

- Вот она, наша красавица, - голос Дассима словно окреп, - Парни, за мной, надежда есть.

- Догонят, - мрачно бросила Яра, - Здесь нам негде прятаться даже. Непонятно, чего он вообще улетел.

- Скорее всего сил не хватило. Старый плут Сальвин, я слышал, готовился к атаке с воздуха и здорово вкладывался во что мог, - Дассим, озирался, будто что-то потеряв, - Где этот проклятущий Горн, откуда-то же он орал?

- Давайте быстро, - уже знакомый Танкреду лысый мужик, выскочил из-под корабля, неожиданно резкл для человека его габаритов, - Я уж заждался.

- Пошли, - Дассим с силой пихнул зазевавшегося Танкреда в плечо, - Чего ты ждёшь верзила, тебе нужно особое приглашение, или ты никогда не видел корабля?

Танкред хотел было ответить, что именно такого корабля он действительно никогда в жизни не видел, но, поразмыслив, лишь пожал плечами и двинулся вперёд. Устав удивляться, он решил, что самое время начать попросту принимать этот мир таким, каков он есть. В конце концов, раз уж в этом мире есть разумные существа с крыльями, крабопауки и корабли, что летают по воздуху, почему бы не быть ещё и кораблям, что ездят по земле, как по морю. Пожалуй, на фоне всего, что он видел раньше, это было не самое удивительное.

Тем временем, спутники Танкреда уже один за другим запрыгивали на борт диковинного судна, в то время, как Горн на пару с мохнатым существом колдовали над верёвками и узлами. Спустя буквально несколько секунд, на мачте распустились паруса, тут же наполнившиеся ветром.

- Двигаем, - Дассим встал у некого длинного рычага, похоже использовавшегося для управления судном и резким пинком ноги ударил по другому, уходящему в палубу. Корабль двинулся вперёд, поначалу неспешно, однако, всё больше набирая обороты. Танкред, поначалу недооценивший столь странное средство передвижения, теперь понимал, что уже сейчас ему бы стоило немалых усилий догнать его бегом. Команда сгрудилась на корме, по правому борту, и крестоносец запоздало присоединился, выбранив себя за недогадливость – рулевой совершал некий манёвр, не слишком-то простой для столь странного судна.

- Эла, встань к стреломёту, - сосредоточенно скомандовал Дассим, - У кого при себе арбалеты – заряжай.

- Не то чтобы это сильно помогло, - проворчала Эла, занимая позицию у небольшой баллисты, расположенной в центре корабля, сразу за мачтой, - Если они погонятся…

- Не надо если, - резко оборвал Дассим, - Если погонятся – будем драться, судьба спасает тех, кто отважен, но ненавидит трусов. Мы живы пока ещё.

- А я как знал, - многозначительно произнёс Горн, - Ещё вечером у меня дурное предчувствие было, как чувствовал прямо, что добром это не кончится, потому и пошёл на корабль ночевать. И не ошибся же, когда этот…

- Глядите! – крикнул Йонар, оборвав словесные излияния товарища - Сверху!

Танкред поднял голову к небу. Вдали, посреди низко плывущих облаков, виднелись очертания летающего аппарата Дагрима. Поначалу казавшийся небольшим, он, по мере сокращения разрыва между судами, становился всё больше, словно и впрямь взращивался некой диковинной магией.

- Горн, - Дассим был совершенно спокоен, и Танкред видел, что именно это удерживало остальных от паники, - Мы можем ускорить ход?

- Никак нет, - в голосе Горна также ощущалось спокойствие, больше похожее на обречённость, - Всё что можно было выжать из старушки, я выжал.

- Арбалетчики, на корму, - скомандовал Дассим, еле заметным движением рук заставив корабль повернуть левее, - Эла, ты наша единственная надежда. Калев, помоги зарядить и свали в сторону.

- Надежда не слишком велика, - отрывисто бросила Эла, вставая за устройство в центре корабля, напоминающее нечто вроде огромного арбалета, установленного на вращающийся круг, позволявший стрелять в любом направлении, - Это не те машинки, что стояли на стенах Альма, из этой крошки воздушный корабль не собьёшь. Его даже повредить не…

- Что ты, собственно, предлагаешь, женщина? – в голосе Дассима прорезался металл, - Поднять лапки кверху и молить о пощаде?

- С радостью бы предложила что-то подобное, - Эла заняла место у ложи громоздкого арбалета, - Не будь это бесполезной тратой времени.

- Тогда стреляй, а не болтай. Калев, ты ждёшь явления Хагрона из рая? Шевелись, мать твою…

- Да шевелюсь я, - раздражённое огрызнулся гигант, - Сам связал эти долбаные стрелы так, что пока их распутаешь…

- Так режь верёвки, - рявкнул Дассим, - Шоаны трахаются быстрее, чем ты там возишься.

Но Калев уже поднялся с корточек, держа в руках внушительных размеров стрелу. Положив её на ложе стреломёта, он начал изо всех сил крутить ворот, натягивая тетиву. Корабль, тем временем, уже успел обрести очертания, и Танкред заметил, что он отличается от столь перепугавшего его аппарата, сносящего здания огненными вспышками. Этот был меньше и изящнее, походя скорее на прогулочное судно, нежели на боевую машину. На секунду он даже понадеялся, что это не более, чем разведчик, не имеющий на борту вооружённых людей.

Жёлтая вспышка расплавила песок в паре метров от «Мечты», и надежды Танкреда растаяли. Теперь он видел человека в проёме борта корабля, целящегося в них из странного предмета, закреплённого на руке. Он хотел было спросить у Дассима, это ли один из магов, о которых он столь много слышал, но в этот момент очередная вспышка проделала дыру в парусе, едва не зацепив Горна, который, несмотря на это, даже не вздрогнул.

- Арбалетчики пли, - скомандовал Дассим, - Эла, жди. Как выстрелят, все разом на левый борт! Живо!

Замерший на корме Йонар и четырёхрукое, мохнатое существо синхронно вскинули арбалеты, выстрелив в направлении воздушного корабля. Стрелы даже не долетели до цели, и Танкред невольно представил, как члены команды волшебной машины сейчас потешаются над незадачливыми стрелками, а его тело, тем временем, уже выполняло команду Дассима, и корабль, повинуясь воле капитана и изменениям в центре тяжести, резко развернулся влево, пойдя перпендикулярно курсу летающего судна Квантрима, сокращая дистанцию, доселе явно недосягаемую для стреломёта. Почуяв открывшуюся возможность, Эла развернула оружие в направлении цели.

- Пригнулись! – проорал Дассим, - Эла, шанс!

Тетива звонко тренькнула, и огромная стрела взмыла в воздух, стремительно набрав скорость. Всё ещё кажущаяся маленькой фигурка в проёме корабля Квантрима, отпрянула назад, в глубину корабля, но спустя мгновение, стрела влетела следом с оглушительным треском ворвавшись во внутренности летательного аппарата.

- Охереть, - выдохнула Яра, - Ну просто охереть.

- Все на правый борт, - Дассим по-прежнему олицетворял ледяное спокойствие, - Калев, новую стрелу на ложе, - Эла, будь готова. Арбалетчики, перезаряжайтесь. Остальным ждать и молиться своим богам.

Но боги, какими бы они ни были в этом мире, видимо, уже услышали молитвы. Лишившись стрелка, воздушное судно Дагрима замедляло ход. «Мечта», пусть и потерявшая в скорости, постепенно увеличивала разрыв, и грозный противник всё более напоминал лишь точку в небе. Всё ещё не веря в собственное счастье, Калев судорожно накручивал тетиву, приводя стреломёт в боевое положение, а арбалетчики продолжали целиться в небо, но преследователи явно потеряли интерес к погоне. Постепенно преследовавший их корабль, всё более уменьшавшийся в размерах, перестал уже быть даже точкой, попросту затерявшись среди облаков.

Примерно двадцать минут царила гробовая тишина. Команда молчала, страшась спугнуть неосторожным словом неожиданную удачу. «Мечта» неслась вперёд, разматывая милю за милей, всё более удаляясь от города, что должен был стать их могилой, и Танкред наконец ощутил, как сердце, что, казалось, вот-вот выскочит из груди, постепенно замедлило свой бешеный темп почти что до размеренного ритма.

- Женщина, - Дассим, на правах капитана, нарушил неприлично затянувшееся молчание, - Клянусь всеми богами и небожителями, если б я услышал легенду, в которой бы рассказывалось о таком выстреле, как твой, я бы не то, что не поверил, я бы рассмеялся в лицо рассказчику.

- Спасибо, - сварливо отозвалась Эла, - Оказывается, чтобы услышать от тебя что-то, отдалённо похожее на комплимент, надо было всего лишь совершить невозможное.

- Ой, брось, - Дассим словно скинул ношу, давившую на плечи, и снова вернулся в привычное обличье немолодого уже, усталого мужика с хитринкой в глазах, - Ты потрясающая женщина. И я тебя люблю.

- Ох…, - Танкред с изумлением заметил, что Эла явно пришла в замешательство, - Да, ради такого стоило совершить невозможное. Признаться, я сама не ожидала, что получится. Я бы тоже не поверила, если бы кто-то рассказал.

- Ты может и не ожидала, - Дассим произнёс эти слова с теплотой, и Танкред невольно отвернулся, некстати вспомнив о собственной, давно потерянной любви, - Ну что, бродяги, мы похоже живём! – тут же заорал капитан, словно исправившись, - ЖИВЁМ!!!

- Да, - еле слышно отозвалась Яра, - Живём.

- Живём! – неожиданно громко крикнул Горн.

- Живём! – с неожиданной горячностью в голосе крикнула Эла, - И будем жить!

- Живём! – нестройным хором крикнули уже все, включая Танкреда, мысленно уже приготовившегося к встрече с создателем, - Живёооом.

- Живём, - произнёс Горн, - И в его голосе не слышалось радости, - Мы-то живём, а остальные? И мы без добычи. Без денег. А значит без удачи.

- Добычу можно взять, - словно опомнилась Яра, - Если конечно…

- Знаю о чём ты, - без энтузиазма буркнул Дассим, - Вы вот с Горном два сапога пара, умеете же испортить момент, будь вы оба неладны.

- И всё же…

- Погоди ты, - раздражённо перебил Дассим, - Я думаю.

Вновь воцарилась тишина, нарушаемая лишь шуршанием колёс по каменистой земле. Дассим молчал, и его лицо казалось совершенно безмятежным. Танкреда так и подмывало нарушить молчание, и всё же он держал рот закрытым. За последний час он понял, что Дассим занимает свой пост отнюдь не за красивые глаза.

- Что ж, Танкред из Иерусалима, - Дассим усмехнулся, задержав взгляд на рыцаре, - Видать тебе придётся потерпеть нас ещё немного.

Глава 20

Так вот, пересекать пустошь в составе каравана – удовольствие куда ниже среднего. Шоаны еле ползут, вонь такая, что глаза режет и…ах да, я кажется это уже говорил. Впрочем, смею вас заверить, за прошедшее время, вонь меньше не стала.

В пути мы провели уже где-то неделю, хотя может мне только так показалось и в действительности прошло немного меньше. А возможно, что и наоборот – немного больше. Честно говоря, я успел потерять счёт времени.

За прошедшее время я не раз думал о побеге. Положа руку на сердце, я его планировал с того самого момента, как проклятый Арвиз, чтоб его обглодал до костей пустынный пожиратель, сообщил мне, куда мы направляемся. Правда, спустя неделю размышлений в тесноте деревянной клетки, к побегу я был ничуть не ближе, чем в тот самый, злополучный день.

В первый же день мой новый хозяин поведал мне, что я являюсь самой ценной инвестицией, за всю его жизнь, и он будет беречь меня, как зеницу ока. Прозвучало не слишком обнадёживающе и в дальнейшем я успел убедиться, что уж в чём-чём, а в этом он мне точно не соврал. Глаз с меня ни спускал буквально ни на минуту, даже во время пути старался держаться не на козлах фургона, как полагалось бы почтенному караванщику, а топал рядом со мной. Да что там, он даже спать ложился рядом с моей клетушкой, сжимая в руках заряженный арбалет. Приходилось мне слышать о религиозных фанатиках или идейных людях, но никогда бы не подумал, что человек может быть таким фанатиком денег, хотя, очевидно, именно эта разновидность фанатизма, имеет наибольшие шансы на вознаграждение.

В те редкие моменты, когда он всё-таки отвлекался, рядом маячили суровые ребята в доспехах и при оружии, зорко высматривающие опасности пустоши, а заодно не оставляющие мне шанса даже на попытку побега. Обычно такие отряды вскладчину нанимали сразу несколько караванщиков, но мой счастливый владелец решил не скупиться, наняв целый отряд охранять караван аж из двух повозок. Иногда меня так и подмывало открыть им своё настоящее имя и посмотреть, не посчитают ли они возможным пересмотреть условия сделки, а то и вовсе прикопать Арвиза в земле, но по зрелому размышлению, было ясно, что как бы не обернулось дело для торговца, лично в моей участи это ровным счётом ничего не изменит. Уж едва ли наёмники, привыкшие зарабатывать на жизнь оружием, проникнутся сочувствием к моей судьбе.

Оставалось только ждать и предаваться надеждам на подходящий случай. Ползли мы еле-еле, да и пейзаж был крайне однообразен, но я, будучи ценной инвестицией, ехал в относительном комфорте. Клетка была достаточно просторна, чтобы вытянуть ноги, кормили практически на убой. Чёрт, да когда солнце начинало жарить слишком уж сильно, сверху даже одеяла клали, чтобы создать тень. Если б не то, что ждало меня впереди, я бы решил, что устроился не так уж плохо.

К сожалению, удручающие перспективы не способствовали наслаждению путешествием. Да и вообще, привыкнув преодолевать такие расстояния за считанные часы, я никак не мог приспособиться к темпу вонючих ящериц. Казалось бы, их медлительность должна меня радовать, но на практике ожидание пыток и смерти оказалось едва ли не хуже их самих.

В данный момент путь лежал по накатанной тропе, спустя несколько десятков лет и несколько десятков тысяч топтавших её ног, успевшей практически превратиться в дорогу. Забавно, что в моей прошлой жизни, закончившейся, как мне казалось, многие годы тому назад, я бы едва ли её вообще заметил. Тогда я думал, что пересекать пустошь по каким-то там дорогам, участь червей-простолюдинов, которым не повезло родиться в роду повелителей небес или хотя бы просто людей с даром. И вот, пожалуйста, я еду по дороге, да ещё в клетке. Человек набожный сказал бы, что Хагрон даёт мне урок смирения гордыни. Я же набожностью никогда не отличался, потому предпочту промолчать.

Слева, пугающе нависала гряда скал, и Арвизу определённо не сильно нравилось такое соседство. То и дело косился он на валуны, держа руку на ложе арбалета. Судя по тому, что командир наёмников – худощаый, бритый наголо малый по имени Сорг поставил большую часть людей именно с этой стороны, он вполне разделял опасения нанимателя. Да и я, не имея существенного опыта в сражениях на земле, прекрасно понимал, что, если уж устраивать засаду – лучшего места для неё вряд ли удастся найти – в переплетениях камней можно было спрятать целое войско. Оставалось лишь догадываться, почему караванная тропа была проложена именно здесь.

Я не очень уж сильно возражал бы против нападения разбойников. В обычных обстоятельствах такая перспектива, конечно же, не вызывала восторга, но в нынешней ситуации можно было с уверенностью сказать, что хуже уже в любом случае не будет. Даже перспектива быть принесённым в жертву одному из злобных божков, почитаемых жителями пустошей, была куда лучше той, что ждала меня в Канзе. Так что в нагромождение скал я вглядывался со смешанными чувствами страха и надежды. Вполне возможно, что разбойники, или дикари окажутся для меня меньшим из зол.

К моему огромному сожалению, путь проходил спокойно. То ли потенциальные налётчики давно покинули эти места, то ли не горели желанием меряться силами с хорошо вооружённым отрядом наёмников, нанятым Арвизом с целью охраны своих инвестиций. Тем более, что бойцы Сорга – бывалые ребята в крашеных в чёрный цвет доспехах из дублёной кожи, выглядели впечатляюще.. Шестеро, вооружённых копьями и громоздкими, в рост человека, щитами, были, по видимому, бойцами первой линии, ещё двое, с арбалетами и короткими мечами, старались держаться под их прикрытием. Сам же Сорг, и ещё один воин – высокий малый в шлеме, из под которого виднелись уже начавшие седеть пряди волос, имели при себе даже топоры со стальными лезвиями, а поверх кожи – панцирь из костяных пластин, придавивший им довольно зловещий вид. Несмотря на малочисленность, наёмники составляли собой небольшое войско, с разделением ролей, и каждый из воинов знал своё место в строю. Наверное, я мог бы даже впечатлиться, если бы не то, малозначительное обстоятельство, что они везли меня на медленную, мучительную смерть.

Небольшой караван почти миновал скалы, и я было разочарованно лёг на пол клетки, когда диспозиция внезапно изменилась самым неожиданным образом.

- Махарри! – крик, вопреки моим ожиданиям, раздался справа, с самого конца небольшой процессии. Причём кричал не караванный охранник, а один из рабочих, коих Арвиз, видимо желая получить максимум отдачи с минимумом затрат, успел вооружить дубинами и копьями с наконечниками из кремня.

Слово «Махарри» я слышал впервые и тем не менее, уловив в крике ужас, немедленно принял сидячее положение, вглядываясь в направлении, указанном караванным рабочим. Поистине, горести одних, составляют радости других.

Увидев позади каравана странную повозку, оснащённую парусами, я понял, кто так перепугал бедолагу-караванщика. Рейдеры пустошей, рассекающие иссохшую почву на колёсных кораблях, бич пустынь и элита элит разбойного мира. Наверное каждый начинающий грабитель, от пирата каналов, грабящего транспортные баржи, до мелкого головореза, караулящего жертву в городской подворотне, мечтал однажды дорасти до одного из благородных бандитов, странствующих по пустошам на своих парусниках. Небольшие, но скоростные, во всяком случае, при хорошем ветре, суда, обычно имели на борту не больше, чем восемь-десять членов экипажа, и рейдерам приходилось компенсировать небольшую численность ратными навыками. Как правило, члены таких команд были отменными бойцами, способными тягаться с воинами вроде гвардейцев Канза, а то и побеждать их. Репутация у этих людей была самая, что ни на есть, зловещая, так что испуг караванного рабочего не был чем-то удивительным – от них страдали не только караваны, но даже небольшие поселения, периодически подвергающиеся набегам лихих головорезов.

Чуть более месяца назад, эти знания были для меня практически чистой теорией. Сведения о потерях караванов и атаках на фермы до меня, разумеется, доходили, и несколько раз воздушный флот Канза даже предпринимал экспедиции с целью принести корсарам возмездие за их бесчинства, но мне не везло – ни в одном вылете я не встретил колёсный корабль. Некоторым повезло больше, но это было скорее исключение – разбойники прекрасно ориентировались на местности, владели сетью убежищ, надёжно укрытых от беглого взгляда с высоты и, по слухам, имели осведомителей в городах, предупреждавших их об облавах. Было ли это правдой или оправданиями лидеров неудачливых карательных экспедиций, но, несмотря на предпринятые усилия, покончить с рейдерами так и не удалось. Ходили слухи, что где-то в подземных пустынях пустошей располагается тайная база пиратов, надёжно защищённая толщей земли и запутанными тоннелями, и что как-то раз один из аристократов Дагрима, в то время, когда там ещё не правил Марон, во главе своих собственных вооружённых слуг и нанятых наёмных отрядов, сумел найти этот рейдерский рай, да так и сгинул в подземельях вместе со всеми своими людьми, самонадеянно попытавшись взять тайную крепость штурмом. Но слухи, как известно, ходят всегда и обо всём, и уж такое явление, как пираты пустошей, порождали их в неимоверных количествах.

Ветер был не слишком силён и всё же рейдерский корабль постепенно нагонял шоан, безмятежно плетущихся по пустоши. Наёмники, доселе располагавшиеся по правую сторону каравана, быстро передислоцировались, сформировав боевой строй. Как и ожидалось, копейщики с громадными щитами встали в первую линию, за которой укрылись арбалетчики и два бойца в костяных панцирях, занявших позиции на флангах. В отличие от рабочих воины не показывали никаких признаков паники, будучи профессионалами, для которых выпускать кишки людям является просто работой, вроде горшечного или строительного ремесла.

Но возможно, что угроза в действительности была не столь уж велика. Насколько я мог судить, кровавая репутация рейдерского братства была преувеличением, и истории об их непобедимости и кровожадности скорее всего распространялись ими же самими. В большинстве случаев, нападая на хорошо защищённое селение, рейдеры предпочитали не доводить дело до мясорубки, ограничиваясь получением выкупа, а столкнувшись с хорошо охраняемым караваном, кружили вокруг, подобно стервятникам, время от времени стреляя из луков и арбалетов и ожидая, пока караванщики сбросят часть груза, откупаясь от назойливых бандитов. Терять половину команды им было невыгодно, так что, получив свой кусок, пираты обычно отваливали в поисках более лёгкой добычи. Может с крестьянами, да караванами, которым не хватило денег нанять охрану они и были отважны и безжалостны, но, что бы там не рассказывали в тавернах, едва ли они окажутся ровней серьёзным бойцам.

Корабль, между тем, подходил всё ближе, держась справа от каравана – по-своему изящная повозка чёрного цвета, с расписанными золотом резными бортиками. На палубе были видны лишь два члена экипажа – стоявший у рулевого весла невысокий, кряжистый мужчина и ещё один, за неким механизмом, напоминавшем большой арбалет, вроде тех, что использовались для обороны в поселениях, слишком мелких, чтобы позволить себе боевого мага. Зародившаяся было надежда окончательно умерла. Ясно, что даже если эти двое полностью соответствуют своей репутации, захватить караван им не под силу, разве что один из них неожиданно окажется магом с сильным амулетом.

Обнадёживало разве то, что караванные стражи вовсе не казались успокоившимися. Сколь бы незначительной угроза не казалась мне, они её по-прежнему воспринимали серьёзно.

А вот Арвиз похоже вообще сошёл с ума.

- Мечта! – заорал он, словно невменяемый, - Это мечта, клянусь богами!!! К бою! Не дайте им…не позвольте

- Послушай-ка, добрый караванщик, будь добр, заткнись уже, - не выдержал командир наёмного отряда, сунув топор в поясную петлю, а затем добавил, обратившись к громиле на другом фланге, вооружённому подобно ему самому, - Бодо, готовь лук, их там не более шести, так что в рукопашную точно не пойдут, будут обстреливать. Сумеем кого-нибудь сами подстрелить – скорее всего отвалят подобру-поздорову.

- Да вы не понимаете, - Арвиз сорвался с крика на визг, - Это Дассим, будь он проклят! Эти не отвалят! Не отступятся!

- Про Дассима я слышал, тот ещё фрукт, - громила с левого фланга мрачно закинул щит за спину и взял в руки короткий лук, - Но не мясник вроде. Почему так уверен, что не отступит? Личное что-то?

Вопрос завис в воздухе. Отвечать Арвиз не собирался.

- Неважно, - отрезал Сорг, также вооружившийся луком, - Нас наняли, чтобы сделать работу, мы её сделаем. Но боюсь, уважаемый Арвиз, потом тебе придётся объясниться. Щитоносцы – держать строй, стрелкам приготовиться. Особое внимание рулевому и вон тому говнюку за стреломётом. Вроде бы мощности пробить щит у него хватить не должно, а вот шоану запросто может подстрелить.

Расстояние между нами и Махарри всё более сокращалось, и я с интересом приготовился наблюдать за битвой. Не то, чтобы я всерьёз болел за рейдеров пустыни, но истерика, случившаяся с Арвизом, поневоле заставляла проникнуться к ним тёплыми чувствами. Правда, даже если опасения Сорга оправданы, и за невысокими бортиками скрывается шесть человек, я совершенно не представлял, как они, хотя бы теоретически, могут взять верх над десятком хорошо вооружённых и обученных противников, даже если не принимать в расчёт караванных рабочих. Скорее всего действительно ограничатся перестрелкой, Дассим там или ещё кто. С другой стороны, если повезёт – могут пристрелить Арвиза, особенно если он сдуру сам подставится.

Конечно же, мне вряд ли так повезёт. За последний месяц, фортуна от меня напрочь отвернулась.

Корабль сравнялся с караваном, двигаясь параллельным курсом не более чем в тридцати метрах, и теперь я даже мог увидеть выжженные на борту буквы, складывающиеся в название корабля. Действительно «Мечта», душа капитана странного судна, была определённо не чужда романтике.

- Не тратить стрелы пока, - скомандовал Сорг, - Пусть сперва покажутся.

Тетива стреломёта тренькнула, будто в ответ на его слова, и увесистая стрела врезалась в один из щитов, пробив его почти насквозь. Из-за бортиков сразу же вынырнули ещё трое – некто, с лицом, закрытым повязкой настолько, что видны были только глаза, полуголый татуированный мужчина, вооружённый луком, и странное маленькое существо с несколькими конечностями, чьи глаза, напротив были скрыты за тёмными очками. На секунду мне показалось, что они целятся прямо в меня, заставив невольно сжаться в клетке, ожидая попадания, хотя, по логике вещей, ни у кого из этой троицы не было причин выбирать меня мишенью.

- Стрелять! – рявкнул Сорг, и немедленно сам выполнил свою же команду, - Остальные, включая Арвиза, державшего арбалет заметно подрагивавшими руками, последовали его примеру, но рейдеры, выстрелив почти не целясь, уже успели нырнуть обратно за бортики. Самое опасное положение занимал рулевой, что наглядно продемонстрировал один из стрелков Сорга, всего на дюйм промахнувшийся мимо головы в чёрной повязке. Махарри – пожилой уже мужчина с лицом, испещрённым морщинами, даже не вздрогнул. Кто-кто, а он точно заслуживал своей репутации.

- Перезаряжай! – Сорг явно ожидал продолжения, несмотря на то, что корабль потихоньку уходил вперёд, обгоняя медленный караван. Кне казалось, что он, скорее, напротив, отступает, возможно реалистично оценив шансы против группы наёмников, - Сейчас они…СЗАДИ!!!

Последнее слово совершенно не вписывалось в общую канву, и я повернул голову, как раз вовремя, чтобы увидеть весьма живописную компашку из пяти человек, вынырнувшую будто из-под земли и успевшую подобраться к каравану практически вплотную. Укрывшиеся за телегами караванные рабочие, которые должны были бы увидеть их первыми, перепугано загалдев, словно по команде бросили своё нехитрое оружие и начали разбегаться.

Разумное решение. Едва ли им платили ещё и за то, чтобы они выполняли работу воинов.

Впереди всех нёсся высокий, как башня, здоровяк со светлыми волосами, перехваченными лентой, сжимая в руках стальной меч, размерами вполне под стать своему владельцу. Он-то первым и врубился в не успевших перестроиться наёмников, рубанув крест-накрест обоих арбалетчиков. Практически не замедляя хода, он влетел в прямиком в центр строя, свалив одного из копейщиков и разделив строй надвое..

Бежавший следом невысокий, но довольно крепкий боец в лёгком доспехе метнул сеть в замешкавшегося Сорга, едва успевшего отстегнуть с пояса топор, опутав его верёвками и резко ограничив возможности сопротивляться. Изрыгнув проклятье, командир наёмников попытался было разрезать путы лезвием топора, но, дважды получив копьём в горло и живот, тяжело осел наземь.

Ещё один здоровенный воин, лишь чуть-чуть уступавший светловолосому в росте, на полном ходу врезался в пытавшегося натянуть лук Бодо, ударив его щитом, похожим на один из тех, которыми были вооружены наёмники, превратившиеся из слаженного боевого отряда в беспомощное стадо. Будучи крепким парнем на ногах Бодо устоял, но всё же потерял равновесие и в этот момент слева на него наскочил бородач в кожаной куртке, полоснув его саблей по животу. Не желая сдаваться, Бодо бросился на здоровяка со щитом с кулаками сразу же наткнувшись на встречный удар коротким мечом. Спросите меня, и я скажу, что его поступок был столь же отважным, сколь и глупым.

- Дахтглагурткханас! – завопил бежавший последним толстяк в льняном доспехе, из-под которого выпирал внушительных размеров живот. Он мог бы показаться смешным, если бы не цеп, окованный медью, который он вращал со скоростью, сделавшей бы честь лопастям какой-нибудь древней машины, - Направь мою карающую длань!!!

- Сдаюсь! – завопил один из копьеносцев при виде приближающегося сумасшедшего, бросив на землю копьё и щит - Пощады!

- Сдаюсь! Сдаюсь! – доносилось то тут, то там. Хотя на ногах осталось не менее половины наёмников. Потеряв командира и своих лучших воинов, они не горели желанием испытывать судьбу.

- Тьфу ты! – разочарованно сплюнул толстяк, - Прости Дахтглагурткханас, уверен, скоро я смогу вновь принести тебе достойную жертву.

- Сдаюсь, - прозвучал со стороны голос, более похожий на писк, - Прошу пощады.

Прижавшийся к стенке головного фургона, Арвиз бросил на землю разряженный арбалет, - В глазах его отчётливо читался ужас. И немудрено. Как раз в этот момент к нему неторопливо направлялся бородач, поигрывая окровавленной саблей.

- Арвиз, - вздохнул он с явным предвкушением, наслаждаясь страхом торгаша - Вот как раз тебе-то в пощаде отказано.

Глава 21

- Ты ведь, наверное, не ожидал нас увидеть, сын шлюхи и паршивого пса, - нежно произнёс рейдер с копьём, убивший Сорга, и я с немалым изумлением осознал, что, несмотря на внушительную мускулатуру и голову, обритую почти наголо, он похоже является женщиной, - А ведь я предупреждала, что рано или поздно этот момент настанет.

- Яра, - глазки торговца метались как насекомые, пытающиеся спастись от удара сандалии, - Ну что ты в самом деле, вспомни, ведь я тебя пощадил, когда ты была у меня в руках!

- И это было очень глупо, - усмехнулась мускулистая девица, - А всё твоя проклятая жадность, а Арвиз? Полагаю, самым правильным будет вспороть тебе брюхо и набить его деньгами. Как ты смотришь на это? Я, по такому случаю, даже готова пожертвовать своей долей.

- Прошу прощения, - голос светловолосого звучал властно, вполне под стать ему самому. Гигант выделялся на фоне остальной команды и был скорее похож на аристократа одного из больших городов нежели на пустынного бандита, - Мне он нужен всего на пару минут. Потом делайте с ним что хотите.

- Думаешь, справишься за пару минут? - скептически бросила девица поставив копьё на землю, - Ну да мы никуда не торопимся.

- У тебя есть нечто принадлежащее мне, - шагнув вперёд, светловолосый сгрёб Арвиза за грудки левой рукой, - Медальон из камня с крестом, заключённым в круг. Ты отдашь его мне.

- Я…, - Арвиз замялся, я отдам его если ты пообещаешь пощадить меня.

- Обещаю, - не задумываясь ответил светловолосый.

- Даёшь мне своё слово?

- Даю слово.

- Хорошо, - в маленьких глазах Арвиза засияла надежда, и он полез куда-то в глубину своих многочисленных одежд, откуда, покопавшись немного, действительно извлёк каменный медальон, - Я носил его при себе. Чувствовал, что в нём заключена великая сила, которую не могут разглядеть дураки, вроде Сальвина. Возьми его, вот…я сохранил его…для тебя..

- Отлично, - гигант вырвал медальон из рук торгаша, отшвырнув его обратно к борту фургона, - Он ваш.

- Эй-эй, - истошно завопил Арвиз, - Ты же обещал меня пощадить! Ты дал мне слово.

- И я сдержал его, - невозмутимо произнёс светловолосый, - Я тебя и пальцем не трону, а ведь хотел содрать кожу с твоих ног.

- Негодяй! – взвыл торгаш, - Так-то значит поступает благородный воитель!

- С погаными псами вроде тебя? – усмехнулся великан, - Именно так.

- А ты делаешь успехи, - одобрительно произнесла девица, - Не ожидала даже. Ну что ж, Арвиз…

- Постойте! – Арвиз кричал с тем отчаянием, что порождается последней, робкой надеждой, - Благородный воин Тер…Тар…как…

- Танкред, - бросил светловолосый, уже повернувшись спиной, - Ты даже не запомнил имя того, кого предал и ограбил. Что и к лучшему. Не хотелось бы, чтобы его поганил язык, вроде твоего.

- Джошуа! – заорал Арвиз, - Джошуа Никс! Ты спрашивал про него! Я знаю, где его искать!

Здоровяк по имени Танкред вздрогнул, словно ужаленный.

- Как ты сказал? – медленно произнёс он, сделав шаг к Арвизу.

- Джошуа Никс, - торопливо пробормотал Арвиз, мелко дрожа всем телом, - Я знаю, клянусь. Только не позволяй им…пощадите.

- Он же лжёт тебе, - не выдержал бородач, - Ты шутишь что ли, Танкред?

- Я не лгу, - в голосе Арвиза послышалась обида, и это поневоле заставило меня улыбнуться. Подумать только, самый большой лжец во всей пустыне обижается, что ему не хотят верить, - Мне известно, где он. Я скажу, если отпустите меня.

- Считаешь меня глупцом? - Танкред сделал шаг вперёд, - Откуда такому, как ты, знать об этом человеке?

- Почему-то в нашу первую встречу ты об этом не задумывался, - сварливо отозвался Арвиз, - Я торговец. Люди хотят что-то получить, я им это предоставляю. Так его со мной и свели.

- Что он хотел?

- Наркотик. Экстракт из плодов сфарро. Он запрещён в крупных городах, но я знаю людей, которые знают людей…в общем, я ему сумел помочь. Он вроде бы мучался от болей, страдал, если ты поспешишь, то…

- Так всё, - Дассим решительно шагнул вперёд, - Хватит зубы заговаривать. Танкред, только не говори пожалуйста, будто ты поверил хотя бы единому его слову.

Из медальона, что всё ещё сжимал в руке Танкред, внезапно ударил луч света, сформировавшись в женскую фигуру. Незнакомка была красива, но не той, хищной красотой, коей славилась Фелиция, а скорее той, что изображают на картинах, когда пишут Джодис – ближайшую сподвижницу Хагрона, славящуюся милосердием и добротой, разве что у незнакомки волосы были светлые, а не тёмные.

- О рыцарь, - голос женщины журчал, подобно ручейку, - Ты сумел отыскать меня.

- Твою ж мать, - произнесла мускулистая девица, - Ну и ну…

- Прошу тебя, о воин, остановись и не причиняй вреда этому человеку, - кротко произнесла женщина, - Я могу сказать, говорит ли он правду, лишь помести сей медальон напротив него, так, чтобы на него смотрел крест. И тогда, перед лицом святого креста, он не сможет соврать.

- Я как чувствовал, - ошеломлённо выдохнул Арвиз, - Ведь было искушение просто разбить и поглядеть, нет ли внутри чего ценного, но словно останавливало что-то. Сальвин, старый идиот не верил, а…

- Так, стоп! – рявкнул бородач, - Ты ещё кто?

- Меня зовут Бригитта, - безмятежно отозвалась женщина, словно и не замечая произведённого эффекта, а эффект был что надо - вытаращились даже пленные наёмники и караванные рабочие, заботливо уложенные лицами в землю, а толстяк в замызганном панцире на всякий случай, пал ниц, - Как твоё имя, воин?

- И как это всё вообще понимать? – не успокаивался бородач. Сейчас я видел, что он достаточно немолод, лицо было испещрено морщинами, да и борода уже была наполовину седой - Откуда ты здесь взялась?

- Я ведь рассказал тебе всё, Дассим, - раздражённо сказал Танкред, - Или ты мне не верил?

- Ну знаешь, слышать одно, а видеть своими глазами – совсем другое, - бородач перевёл взгляд с соткавшейся из света девушки, на Танкреда, - Так ведь можно и в коней твоих поверить и даже в корабли, что по морю плавают. Врёт он или не врёт, мы узнаем, когда подпалим ему пятки, тогда и про Джошуа твоего спросим или как его там.

- Да вот хер! – с неожиданной прытью, Арвиз, воспользовавшись тем, что рейдеры ослабили внимание, вытащил из-за пояса стрелу и приставил её к своему горлу, - Убью себя и ничего вы не узнаете.

На несколько мгновений воцарилась тишина.

- Ой, да ладно, - насмешливо произнесла мускулистая девица, - Духу у тебя не хватит на такое.

- А ты проверь! – Арвиз определённо не собирался сдаваться, - Я может и не храбрец, но между смертью и смертью после пыток, уж точно не выберу второе.

- А я вот думаю…

- Довольно, - подал голос Танкред, - Я хочу услышать, что он скажет.

- Ты готов дать этому псу слово? – глаза разбойницы, казалось, вот-вот метнут молнии, - Я бы предпочла видеть его мёртвым.

- Я прошу вас, - подала голос Бригитта, - Возможно от его слов зависит судьба всего мира.

- Да срать я хотела на…

- Хватит Яра, - бросил бородач, - Пусть говорит.

- Дассим! – девица едва не задохнулась от бешенства, - Ты позволишь?!

- Один раз ты усомнилась во мне Яра, - повысил голос бородач, - Тогда я простил тебя. Не заставляй тебя пожалеть о моём решении.

На лице копейщицы отразилась внутренняя борьба. Её явно попросту распирало от бешенства, и всё же, в итоге она сумела сдержать себя.

- Тебе решать, - произнесла она, отходя в сторону, - Просто я этого не понимаю. Но ты пострадал от него больше всех, и если ты так говоришь, то…

- Я так говорю, - сказал Дассим, хотя было видно, что решение далось ему нелегко, - Если ты готов дать ему слово Танкред из Иерусалима, то так тому и быть. Но подумай дважды, этот негодяй известен своей лживостью и двуличием, уж поверь, мне это известно, лучше, чем кому бы то ни было ещё.

- Почему ты это делаешь? – Танкред явно колебался, - Я не вправе требовать от тебя такого.

- Пожалуй, - вздохнул Дассим, - И тем не менее. Спроси сперва свою прозрачную подругу, всё-таки хотелось бы знать, что я жертвую своим правом на месть не просто так.

- Бригитта, - Танкред навёл медальон на Дассима, - Говорит ли этот человек правду?

Женщина некоторое время молчала. Её нечеловечески красивое лицо не выражало ровным счётом никаких эмоций, как будто она была статуей, высеченной из самого света.

- Он говорит правду, - наконец бесстрастно произнесла она, - Он действительно знает, где находится Джошуа.

- Да и хер бы с ним, - грубовато буркнула Яра, - Я конечно, понимаю твои проблемы, Танкред из Иерусалима, или откуда ты там, но мы столько времени гонялись за ублюдком, так неужели отпустим его теперь?

На лице светловолосого гиганта отражалась борьба чувств. Ладонь сжалась на рукояти меча, который он всё ещё держал в руках и на миг показалось, что сейчас он бросится на своих же товарищей. Но, спустя несколько мгновений, хватка ослабла, да и сам он как-то обмяк, как бы смирившись со своей судьбой.

- Я не вправе просить, - всё ещё борясь с собой, Танкред отошёл в сторону.

- Не вправе, - Дассим по-прежнему был совершенно спокоен, - Но всё же я удовлетворю твою просьбу.

- Спятил…, - охнула Яра, - Дассим, что ты творишь во имя всех богов?

- Точно, спятил, - произнёсший эти слова женский голос был высок, громок и полон яда. Знаете, бывает смотришь на женщину и сразу понимаешь, что она та ещё стерва. Вот такое примерно впечатление у меня и появилось, когда я посмотрел на ещё одну особу женского пола, подошедшую с пустынного корабля, уже успевшего подойти поближе и в настоящий момент стоявшего неподалёку со спущенными парусами.

Женщиной она была весьма специфической. Совершенно лысая, с глазами, имевшими, помимо век тонкую плёнку мембраны и кожей, напоминавшей пергамент, она по всей видимости относилась к Дикума – расе пустынных жителей, живущих в песках, далеко на юге. Далековато, однако, забралась от родных мест. За всю жизнь я никогда ещё не видел ни одного из них и лишь слышал на уроках в школе, причём, вовсе не был уверен, что это не досужие рассказы путешественников. Во всяком случае, теперь можно с уверенностью сказать, что время, потраченное на обучение прошло не совсем впустую, а истории были хотя бы отчасти правдивы, благо, одна из таких историй стоит метрах в десяти от меня в ладно подогнанном, кожаном доспехе и с презрительным выражением лица. Похоже, что из стреломёта выстрелила именно она.

Ещё более необычный человек семенил рядом. Хотя, уж к этому существу, не дотягивающему и до полутора метров, зато обладающему сразу четырьмя мохнатыми руками, слово «человек» уж точно не подходило. Жители горных пещер, по слухам обладавшие скверным и замкнутым характером, не позволявшим контактировать с чужаками и высокой чувствительностью к солнечному свету. Судя по чёрным очкам, предохранявшим глаза от солнца, этот ухитрился в достаточной степени решить сразу обе проблемы. Кажется, что слухи о том, что Махарри представляют собой весьма пёстрое сборище, были совершенно правдивы.

Остальные двое явно не собираясь тратить время зря, уже подошли к повозке, деловито роясь в поисках груза. Тут их ждало разочарование – помимо меня, товаров у Арвиза, считай, что и не было. Как видно, один из них пришёл к тому же выводу и, повернувшись с явно разочарованным лицом, уже совсем было собрался что-то сказать, но осёкся, увидев, что Дассим, являвшийся главным в этом сборище, поднял палец вверх.

- А это ещё кто такая? – женщина показала рукой на Бриджитту, - Судя по тому, что никто не кричит от ужаса, но и не падает ниц, ну, кроме Магруса разве, но ему только дай волю, вы с ней уже успели познакомиться?

- Эла, сердце моё, - вздохнул Дассим, - Эту…в высшей степени странную женщину зовут Бригитта, и знаком я с ней, если так вообще можно выразиться, от силы пару минут. Ты бы лучше глянула как там дела в плане добычи, а то Калев и Ворг не справляются, только не говори ничего, прошу. Ты умеешь, если надо, а сейчас очень надо. Ты понимаешь о чём я?

Лысая женщина бросила на своего командира взгляд, очень далёкий от восхищения, но подчинилась, пусть и недовольно покосившись на светящуюся фигуру и сплюнув на землю, явно выразив тем самым своём отношение к словам Дассима.

- Что же до тебя, Яра, - в голосе Дассима появилась жёсткость, - Ты сама сказала, что решать мне. Так что же случилось?

- Решать тебе, - Яра упрямо поджала губы, - Но не заставляй меня одобрять твоё решение.

- Как скажешь. Итак, Арвиз. От лица экипажа «Мечты» отвечаю согласием. Расскажешь человеку по имени Танкред, где ты видел этого…Джошуа…ну и имя однако – и я обещаю, что мы сохраним тебе жизнь.

- Жизнь и имущество, - резко ответил Арвиз.

- Совсем обнаглел?! - рявкнула Яра, - Да ты…

- Жизнь и имущество, - невозмутимо произнёс Дассим, - Пусть так.

Лица разбойников, услышавших слова своего атамана, приобрели поистине неописуемое выражение. Толстяк с цепом даже поднялся с колен и уже было открыл рот, собираясь что-то сказать, но столь же внезапно его и закрыл. Однако! Старик пользуется авторитетом. Я знал, что в повозках практически нет товаров, но остальным-то это было неизвестно.

Или не было? Я перевёл взгляд на лысую женщину по имени Эла, успевшую подойти к повозке и бросить беглый взгляд внутрь. Как раз сейчас она повернулась, едва заметно покачав головой. Понятно. Стало быть, лидер головорезов понял, что добычи всё равно не видать? Полагаю, что он достаточно умён, чтобы догадаться в чём тут дело. Не совсем правда пока ясно, что это будет значить лично для меня.

- Я клянусь Святым Хагроном, что…, - начал было Дассим, но Арвиз недовольно замотал головой.

- Никакого Хагрона, - резко произнёс он, продолжая удерживать клинок у своего горла, - Не пытайся провести того, кто сам пройдоха. Я прекрасно знаю, что тебе плевать на Хагрона, ты сам об этом говорил, и я всё помню. Поклянись Никтис, которую ты чтишь, и душой своей матери – тогда я приму твою клятву.

- Ну, как скажешь, - недовольно произнёс Дассим, - Что ж, я клянусь душой своей матери и перед лицом Никтис, что сохраню тебе жизнь и всё имущество.

Некоторое время Арвиз смотрел на разбойников с недоверием. Затем, медленно, словно до конца не веря собственному счастью, опустил кинжал.

- Ты поклялся, - отчеканил он, всё ещё оставаясь наготове, - Помни об этом.

- Ну разве ж ты дашь забыть, - саркастически усмехнулся Дассим, - А теперь, получив желаемое от нас, ты волей-неволей, должен что-то дать взамен, не так ли, почтенный купец?

- Почтенный! Ха, - фыркнула Яра, - Вот уж…

- Помолчи женщина, - голос Арвиза обрёл привычную уверенную елейность, но кинжал он не прятал слишком далеко, - Дай мне уже и сказать то, что вам нужно. Итак, с Джошуа меня свели месяца три тому назад. Ему понадобился наркотик для обезболивания, вроде как он был сильно болен – уж то только Хагрон знает, деньги мне платят не за то, чтобы я вопросы задавал, а за возможности. У него были монеты, а у меня – нужные связи, так что…

- Как он выглядел? – подала голос Бригитта, о которой было уже успели забыть. Удивительно, как быстро можно привыкнуть к чему-то необычному, если оно ведёт себя тихо и не привлекает внимания.

- Ну, - Арвиз задумался, - Старый, седой, кожа странная немного. Вроде как у этой, - торговец явно хотел показать пальцев на Элу, но увидев её взгляд, осёкся, - Ну ты понимаешь. Но только хуже значительно. Вообще выглядел он и впрямь больным, будто вот-вот покинет сей мир, так что, зачем бы он тебе не был нужен, следует поторопиться.

- Так где он? – нетерпеливо спросил Танкред, - Давай ближе к делу.

- Канз, - отчеканил Арвиз, - Где точно, не скажу, встречались с ним в квартале горшечников, но сильно сомневаюсь, что он там живёт.

- Слушай, - Яру буквально трясло от злости, - Ты себе вообще хоть представляешь, что такое Канз? Это тебе не Альм какой-нибудь, искать там человека по такому описанию, всё равно, что иголку в стоге сена. Он может давно уже оттуда свалил, ты хоть понимаешь, что эти сведения никак не стоят твоей жалкой жизни, тем более вместе с имуществом.

- Сделка – есть сделка, - непреклонно ответил Арвиз, - Я бы мог соврать, но сказал правду. Ровно то, что знал, ни больше, ни меньше. Это в любом случае увеличивает ваши знания в сравнении с тем, что было минуту назад.

- И то правда, - Дассим вовсе не выглядел расстроенным, - Тут уже есть от чего оттолкнуться, так сказать.

- Вот и славно, - лицо Арвиза расплылось в улыбке, отчего стало ещё более омерзительным, - Ну а теперь, раз ты со мной согласен, следует и тебе выполнить свою часть сделки.

- Ну, даже не знаю, - вздохнул Дассим, - Мне твои фокусы обошлись довольно дорого.

Арвиз молчал, хотя улыбка с его лица пропала.

- Дорого, - повторил Дассим, - Я тогда думал, что не выживу. И сказалось на мне, знаешь ли, до сих пор никак не оправлюсь.

- Ты поклялся, - быстро произнёс Арвиз, - Перед лицом Никтис. И душой матери.

- Поклялся, - кивнул Дассим, - Но я подумал, ведь я поклялся сохранить тебе жизнь и имущество, а про здоровье разговора и не было. Можно ведь, скажем, вспороть тебе жирное брюхо или руку отрубить. Как думаешь, это будет справедливо?

Арвиз побледнел настолько, что лицо его приобрело землистый цвет.

- Ты, - его голос сорвался на хрип, - Так не положено, ты поклялся.

- Да ладно, Арвиз, расслабься, право, ну что ты в самом деле, - Дассим искренне рассмеялся, - Так мелочно я бы не стал обманывать.

- Правда? – недоверчиво переспросил Арвиз.

- Конечно, - ответил Дассим с самым невинным выражением лица, - Я считаю, что не стоит размениваться на мелочное надувательство, когда можно схитрить по-крупному. Йонар.

- Да, капитан, - отозвался худощавый мужчина с незапоминающимся лицом, уже успевший отойти от повозки.

- Ты, я вижу, как раз направляешься к той телеге с клеткой?

- Так и есть. Хотел поговорить с парнем, что в ней сидит.

- Успеем поболтать. Ты был вором, наверняка сумеешь отпереть клетку, а парня мы забираем с собой.

- Что? Нет, погоди-ка, - запротестовал Арвиз, глядя, как худощавый, невозмутимо кивнув, направился к клетке, - Ты обещал, что сохранишь моё имущество, а он – как раз и есть моё имущество.

- Арвиз, - голос Дассима звучал так, словно он растолковывал что-то несмышлёному младенцу, - Тебе ли не знать, что, согласно законам Канза, на территории которого мы находимся, человек не может быть имуществом, и любое рабство запрещено?

- Ты.., - Арвиз, казалось, вот-вот задохнётся, - Ты собираешься говорить мне о законности? Ты? Дассим-мяс…

- Не советую продолжать, - Дассим неожиданно посерьёзнел, - Очень не советую.

- Ты поклялся, - прошипел Арвиз, - Никтис не простит тебе!

- Арвиз-Арвиз, - Дассим закатил глаза, - Вот в чём твоя проблема? Ты считаешь себя большим умником и непревзойдённым обманщиком, но на самом деле, не слишком-то умён и далеко не так хитёр, как тебе кажется. Никтис, богиня воров и разбойников, это правда. И как большинство воров и разбойников, она не любит тех, кто запирает людей в клетки. Освободить заключённого – подвиг в её глазах, человек не может быть имуществом и тот, кто обращает другого в раба – мерзок перед лицом Никтис. Ты ведь был не в курсе, да? Ну, возрадуйся обретённым знаниям. Это, как ты только что изволил выразиться, в любом случае увеличило их в сравнении с тем, что было минуту назад. Кстати, Никтис также богиня и мошенников и любит обман и хитрость. Особенно любит, когда удалось перехитрить обманщика, ростовщика и торгаша. Так что, она не только простит меня, но и наградит. Что же касается моей мамаши, то могу заверить, мне плевать, что случится с её душой. Я ведь рассказывал тебе, что она продала меня в рабство? Даже поверить не могу, что ты об этом забыл. Или просто был настолько пьян, что вообще не понимал о чём идёт речь?

- Ты пожалеешь, - Арвиз выглядел совершенно потерянным, но всё ещё не желал признавать своё поражение, - Пожалеешь, клянусь тебе хоть Хагроном, хоть Никтис.

- Очень глупая угроза для человека в твоём положении. Стоило бы и впрямь отрубить тебе руку, но знаешь, я думаю, что куда веселее будет ударить тебя по самому дорогому – по кошелю. Я же тебя знаю, ты бы и потерю руки пережил легче, чем потерю прибыли. А имущество я с радостью оставлю тебе, ведь, когда мы заключали сделку, я уже знал, что у тебя почти ничего нет в фургоне. Но не просто же так ты потащился в такой спешке в Канз, да ещё нанял столь внушительную охрану? Вывод напрашивался сам собой.

- А я ведь мог убить их обоих, - Арвиз кивнул на Танкреда и Яру, и на его лице впервые отразилась искренняя злоба, - Я же оставил их в живых.

- Продав в рабство на арену, - фыркнула Яра, - Хорошо придумал.

- Всё верно, - согласился Дассим, - Но ты не понимаешь. Если бы ты убил или покалечил Яру, сейчас бы я действительно отрубил тебе руки или ноги. А может и то и другое сразу. Я же оставляю тебе имущество и даже охрану, кто ещё жив до сих пор. Если повезёт – дойдёте до Канза или куда захотите. Заметь, я понимаю, что рискую, но это даже приятно. Приятно провести пройдоху и оставить его в бессильной ярости. Столь же бессильно злился я, когда ты меня предал. И они наверняка. Так что изрыгай угрозы сколько хочешь, но, коли нам доведётся снова встретиться – подумай дважды, ведь я уверен, что отнимаю не последнее. В следующий раз буду не столь милосерден. Йонар, ты там долго возиться будешь? Помогите ему кто-нибудь, сковырните этот несчастный замок, раз уж лучший вор Дагрима не в состоянии с ним справиться.

- Да погодите вы, - огрызнулся Йонар весь красный от напряжения, - Сейчас, имейте терпение.

- Да ты возишься уже…, - замок щёлкнул и со стуком упал на высохшую землю, - О, ну наконец-то, я уж начал думать, что ты наврал насчёт воровских навыков.

- Замок сложный, - Йонар поднял упавший замок, намереваясь взять его себе, - Похоже парень-то и впрямь цену немалую имеет.

- Положи на место раз так, это как-никак его имущество, а гневать Никтис я не хочу. Если уж что-то надо забрать, заберите оружие у этих, - Дассим кивнул на оставшихся наёмников. Это Дассиму мы обещали, что его имущество не тронем, а этим нет. Топоры из стали, немало выручим, ну и копья само-собой.

- Эй, - подал голос один из воинов, - А как мы дойдём без оружия? Тут места неспокойные, есть и другие, похуже вас. А звери, чудовища…

- Да как хотите, мне что за печаль? – пожал плечами Дассим, - Вон у караванщиков возьмите, они наверняка не будут против. Я даю вам шанс, тогда как другие на моём месте просто перерезали бы вам глотки. Парень, вылазь уже из клетки, или тебе понравилось там сидеть?

- Да, конечно, - я выпрыгнул на землю, осторожно разминая затёкшие конечности, - Меня зовут…

- Да подожди ты, пока мне достаточно того, что ты, внезапно не немой. Грузите всё на корабль и уходим. Эй, Горн?!

- Да капитан, - отозвался лысый мужчина, которого я видел у руля «Мечты», в настоящее время стоявшей неподалёку.

- Поднимай паруса, ветер хороший, так что с места стронемся без особых проблем.

Всё ещё не веря собственному счастью, я молчаливо наблюдал за тем, как рейдеры, повинуясь своему командиру, присваивают доспехи и оружие погибших наёмников, не забывая прихватить и то, что принадлежало пока ещё живым. Сотканная из света дева неожиданно пропала, прямо-таки растворившись в воздухе, но я едва обратил на это внимание. Ощущения мои были схожи с теми, что испытывает приговорённый к казни, неожиданно получивший помилование, когда его уже вели на эшафот. Украдкой я бросил взгляд на Арвиза, выглядевшего совершенно потерянным. Каюсь, я не мог удержаться от злорадной усмешки, а если кто-то хочет меня осудить, то советую подумать, как бы вели себя на моём месте вы сами.

- Всё, на корабль, - скомандовал Дассим, убедившись, что работа по реквизиции вооружения и брони завершена, - Следовало бы конечно и с вас доспехи снять, но проявлю доброту. Не заставляйте меня пожалеть об этом.

Пара воинов бросили на бородатого капитана взгляды весьма далёкие от благодарности, однако высказаться никто не рискнул.

- Ну что ж, господа, счастливо вам оставаться и желаю добраться…куда бы вы там не двинулись в общем. Танкред, ты чего застрял?

- Она пропала, - ошеломлённо произнёс светловолосый, который наверное был единственным, кто заметил исчезновение Бригитты, - Словно её и не было.

- О, не сомневайся, она появится, - Дассим обнял здоровяка за плечи, - В самый неподходящий момент. Или подходящий, с какой стороны посмотреть.

- Дассим-мясник, - прозвучало вдруг вслед уходящим разбойникам, когда они вместе с вашим покорным слугой уже успели подойти к кораблю, - Мы ещё встретимся. Обещаю, что встретимся.

Дассим обернулся.

- Следовало бы тебе конечно сейчас отрезать твой поганый язык, - произнёс он с сожалением, - Но я изменился и то, что ты до сих пор жив и даже можешь говорить – тому явное свидетельство. Что же до встречи, то не советую её искать, следующая может стать для тебя последней. Горн, полный вперёд, и да помогут нам боги пустошей!

Глава 22

Не то, чтобы я не испытывал беспокойства, оказавшись на колёсном корабле в окружении банды головорезов, странного, двухметрового здоровяка с огромным стальным мечом и женщины, больше похожей на призрак, которая, впрочем, в данный момент никак не показывала своё присутствие. Полагаю, это вызвало бы волнение даже у самых отважных людей, а уж я, положа руку на сердце, определённо к таковым не относился.

На исходе первого часа путешествия беспокойство превратилось в уже вполне серьёзную тревогу. Никто не то что не пытался заговорить со мной, но вообще не обращал ни малейшего внимания. Путь проходил почти в полном молчании, лишь изредка Дассим, сменивший у руля лысого, отдавал команды, и разбойники ставили и убирали паруса, перебегая попеременно то на левый, то на правый борт. Справедливости ради, шум колёс этого странного транспорта, равно как и летящая в лицо пыль, не слишком-то способствовали непринуждённому общению, и если рейдеры успели подготовиться хотя бы ко второй неприятности, закрывая лица платками, то мне приходилось отворачиваться, время от времени задерживая дыхание. Понятно, что в такие моменты было не до разговоров.

И всё же я нервничал. Всего пару часов назад я молил богов о любых переменах в судьбе, будучи небезосновательно убеждён, что хуже, чем есть, уже в любом случае быть не может. И вот теперь, когда моё желание исполнилось, я уже начал молиться о том, чтобы не угодить из огня в полымя. Поистине, род людской неблагодарен, и я, увы, не исключение.

Так что, когда шайка, повинуясь приказам капитана, начала убирать паруса, замедляя стремительный ход своего корабля, я искренне обрадовался. Так, или иначе, судьба моя наконец-то обретёт хоть какую-то определённость и возможно даже удастся выправить её в более положительное русло. В конце концов, если бы меня хотели убить, скорее всего убили бы ещё час назад, разве что слухи о том, что пираты пустыни практикуют человеческие жертвоприношения, таки окажутся больше, чем просто слухами.

Корабль неспешно приближался к торчащему посреди пустыни зданию. Выше большинства зданий Канза оно отличалось столь внушительными размерами, что на его фоне, ангар для воздушных судов, откуда я вечность тому назад умыкнул прогулочную яхту, выглядел бы сравнительно небольшим. Издали строение казалось незыблемым, но по мере приближения, признаки обветшания, неразличимые с расстояния, становились всё более заметны. Отсутствующие окна, размеры которых превышали человеческий рост, ныне зияли пустотой. Чудесный материал, используемый древними для строительства, местами не выдержал схватки то ли с временем, то ли с природой, и обвалился, обнажив тронутые ржавчиной штыри. Великие маги прошлых веков, сделавшие некоторые свои творения поистине вечными, не столь хорошо заботились о других. И нам, их жалким потомкам, оставалось лишь строить догадки о причинах такого отношения.

Между тем, последний парус был спущен, и корабль, по инерции продвинувшись ещё пару метров, остановился. Разбойники, включая светловолосого по имени Танкред, попрыгали наземь, и я, не дожидаясь особого приглашения, последовал их примеру. Заняв места у кормы и бортов корабля, рейдеры принялись толкать корабль в направлении ведущих в здание ворот, двери которых, некогда движимые скрытыми механизмами, ныне были гостеприимно распахнуты настежь, дозволяя войти любым гостям. Судя по остаткам баррикад из обломков здания, возведённым по краям ворот, подобное гостеприимство нравилось не всем, но если в здании и были обитатели, показываться они не спешили. Было видно, что, как минимум, один раз, здание выдержало серьёзную осаду – местами стены выглядели так, словно были оплавлены, а кое-где зияли аккуратные дыры. Это походило на работу магических талисманов, причём не одного и не двух, однако здание выдержало, хоть и не без урона. Похоже, убежище куда надёжнее, чем кажется на первый взгляд.

Разбойники аккуратно закатили корабль в ворота, скрыв его от возможных воздушных патрулей. Как я уже говорил, мои знания о пустынных рейдерах в лучшем случае можно было характеризовать, как поверхностные, и я не очень понимал, как они ухитряются скрываться от патрульных судов на просторах пустошей, оставаясь занозой в заднице для Канза и торговых караванов, курсирующих между городами. Теперь же, я смутно вспоминал, что не единожды видел это здание с воздуха, и мне даже в голову не приходило, что тут может скрываться целая разбойничья шайка. Да даже если бы и знал, что можно было сделать? Здание, как я уже успел убедиться, не так-то просто было свалить даже с помощью магии, а высаживать десант из солдат…всего час назад я убедился, что относительно боевых качеств махарри слухи всё таки не врали. Интересно, сколько таких тайных укрытий известны этим пустынным крысам? Судя по тому, как они выскочили из ниоткуда, со скоростью змеи, эти люди действительно способны удивить.

Внутри было неожиданно чисто и даже в какой-то степени комфортно, насколько это слово применимо к помещению, оставленному сотни, если не тысячи лет тому назад. Предметы древнего мира мешались с творениями века нынешнего, и остатки непонятных строений и разбитых устройств, используемых нашими предтечами, соседствовали с печью, сложенной из обожжённых кирпичей, рядом с которой кто-то заботливо расстелил несколько лежаков и даже положил глиняный котелок с грубоватой, но вполне пригодной к использованию деревянной ложкой. Место вполне годилось для ночёвки, и махарри были точно не первыми, кого оно успело приютить.

Ощущение уюта портил разве что скелет, висящий у стены прямо напротив входа на торчащей из стены балке. Плоть на костях успела полностью истлеть, но обрывки и кусочки кожи, оставшиеся от доспехов, всё ещё каким-то чудом держались на том, что когда-то было человеком. Определить, кому могли принадлежать доспехи, я бы не взялся, и оставалось лишь надеяться, что повешенный бедолага не был солдатом Канза или пуще того – аристократом.

- Любуешься украшением? – бас бородатого капитана раздался над самым ухом, и я невольно вздрогнул – за последние полтора часа со мной заговорили впервые.

- Да, - как я не пытался скрыть волнение, сердце всё же предало меня, заколотившись вдвое чаще, - Кто это?

- Говорят, лет тридцать тому назад был один капитан по имени Симбал, - Дассим присел на сохранившуюся часть скамьи, ранее служившую то ли магам прошлого, то ли их слугам, - Отважный был мерзавец, да и удачлив, словно его сам Хагрон благословил. Ну, может не прям Хагрон, а кто-то из его спутников, но везло ему всерьёз, по-настоящему. Метил он в гранкапитаны, да в ту пору место было прочно занято. Ну и решил он себе создать отдельное гнездо. А коли был удачлив – так ничего удивительного, что и соратники нашлись, всего тут душ с полсотни было на пяти кораблях – целое войско. Заняли они это здание, давно оно у них на примете было – укрепились, как смогли и принялись работать. Добычу взяли немалую, хотели уж домой отправляться, да тут Симбал возьми и скажи, что домой он не пойдёт, а останется тут. Мол, здание крепкое, древние, сам понимаешь, на совесть строили, так что выкурить его отсюда у Канза кишка тонка. Место это будет теперь их новым домом, вроде как маленьким городом. Он станет тут гранкапитаном, а кто его поддержит - жить будет, что тот аристократ. Не всем эта идея понравилась, - бородач сделал паузу, задумавшись о чём-то своём, - Так вот, идея понравилась не всем, потому что одно дело работать из надёжного укрытия, но торчать здесь, почти на виду у Канза, как заноза в их заднице – дело совсем другое. Один капитан тогда своих увел, осталось у Симбала, стало быть, бойцов где-то тридцать, может чуть более. А он лишь рукой махнул, мол, ну и пускай, зато уж остальные-то лучшие из лучших. Стали они тогда разбойничать, ничего не боясь, вроде как даже нашли куда добычу сбывать, были видать у Симбала завязки. Ну да ладно, это уже детали. В общем, если сократить славную историю достойных деяний, Канз в скором времени их нашёл и направил несколько кораблей. Да только внезапно выяснилось, что строили предки действительно на совесть, и сколько с них здание не обстреливали – снести так и не смогли. Верхние этажи ещё поломать сумели, а нижние видать, строили иначе, посерьёзнее. Высадили десант, но куда там канзовским солдатикам против наших? В общем, хоть и не без серьёзных потерь – отбились. Погрузились вояки Канза на корабли, да и свалили несолоно хлебавши. Радости у Симбала да его соратников было конечно – полные штаны, гордый ходил, да и было, чем гордиться – город из трёх сильнейших перед ним отступил. Ну и окончательно он потерял голову, решил, что уж теперь ему никто не страшен, он здесь король.

- Идиот какой-то, - бесцеремонно перебила капитана бритая почти наголо девица по имени Яра, - Ты никогда раньше эту историю не рассказывал, точно не выдумал её пять минут назад?

- Кто умеет слушать – тем и рассказываю, - недовольно произнёс Дассим, - Тебе-то чего рассказать можно, для тебя две минуты молча посидеть – уже целый подвиг, а парень, вот сразу видно, что образованный, вид как у аристократа. Ты, кстати, не аристократ?

- Я…, - признаться, неожиданный вопрос застал меня врасплох, - Ну…честно говоря, да.

- Иди ты! – брови Дассима поднялись аж под самый лоб, но я был готов поклясться, что удивление было наигранным, - Скажешь и метка есть?

- Есть, – напряжённо ответил я, - Вопрос не пришёлся мне по вкусу. Среди многочисленных верований жителей пустошей, было немало таких, согласно которым, метка мага считалась отметиной тёмных богов, даровавших могущество в обмен на душу, и оставалось только надеяться, что среди моих собеседников нет сторонников такого рода суеверий.

- Маг?! – девица, вздрогнув, вытянула палец, начертив в воздухе круг, и я понял, что надеждам моим не суждено оправдаться, - Никогда бы не подумала.

- Ну Яра, - Дассим усмехнулся, забавляясь ситуацией, - Будь он так опасен, как ты думаешь, сидел бы он в клетке?

- Кто ж их знает, этих поганцев, - девица невольно наклонила копьё и настал уже мой черёд переживать – с копьём она обращаться умела, - Говорят, они и мыслят не как честные люди, а иначе.

- Так-то честные люди, а мы-то при чём? – фыркнул Дассим, - Скажешь тоже. Покажи метку, парень.

Поколебавшись, я повернулся спиной, раздвинув волосы на затылке. Посвящение, дарующее магические силы, считалось таинством, но такого рода, что было известно едва ли не каждому мало-мальски осведомлённому лицу. И всё же большинство таковых лиц были так, или иначе, связаны с аристократией, даже если не принадлежали к ней сами. И хотя все прекрасно понимали, что сведения о метке давно просочились за пределы узкого круга аристократов, слышать вопрос о колдовской печати, как о чём-то само-собой разумеющемся, было несколько досадно. Для обычного разбойничьего атамана бородатый слишком уж много знал.

- Интересно, - сказал Дассим, ощупав отметину, - Слышал о том, что вас метят, а вот сам вижу в первый раз. Стало быть, не враки. Как это вообще происходит, не расскажешь?

- Рассказал бы, но не помню ничего, - не то чтобы я в действительности готов был раскрыть таинство, даже будучи посвящённым, но на моё счастье, к таковым я не относился, - Дают выпить зелье, и человек засыпает. Когда просыпается – метка уже при нём.

- Дьявольская метка, - буркнул светловолосый гигант и тоже сделал некий охранительный знак, словно начертив в воздухе крест, прикоснувшись при этом к плечам и лбу. Странный жест, никогда такого до сих пор не видел. Остаётся надеяться, что этот человек не относится к поклонникам тёмных богов, требующих жертвоприношений, - Поистине, любая магия идёт от Сатаны.

- Что ещё за Сатана, во имя всех богов и святых этого мира? – недовольно произнёс Дассим, наконец убрав руки от моей головы, отчего я вздохнул с изрядным облегчением, - В первый раз о таком слышу, только что был уверен, что самый безумный в этой компании Магрус. Ладно, парень, итак, ты аристократ. Интересно, откуда? Канз? Дагрим? Табр? Или, может, какой из городов поменьше? И что ты делаешь в этой клетке, позволь узнать?

Я вздохнул. К разговору я готовился на протяжении последних полутора часов и даже успел составить план и заготовить подобающие аргументы. Но Дассим, резко развернув диалог от непринуждённого рассказа о старых-добрых временах до нынешнего допроса, резко сбил мне настрой и, подозреваю, сделал это намеренно. Сейчас неотразимые аргументы казались мне совершенно идиотскими, а заготовленный план, который, в итоге должен был перетянуть головорезов на мою сторону – откровенной чушью. Тем не менее, мне ничего не оставалось, кроме как попытаться. В конце концов в рукаве у меня был неплохой козырь.

- Меня зовут Ренар Монсалдо, - начал я, приложив все усилия, чтобы мой голос не дрогнул, - Я действительно аристократ и действительно из Канза. Что до того, как я оказался в клетке, то это будет длинная история.

К чести собравшихся головорезов, никто ни разу меня не прервал, разве что Яра и Танкред то и дело бросали подозрительные взгляды, да Дассим недоверчиво цыкнул зубом, когда речь зашла об аранто, и ещё более недоверчиво, когда я рассказал о победе над гвардейцами. Зато уж, когда я начал рассказывать об Арвизе, компания заметно оживилась, сопровождая мою речь усмешками и понимающими кивками. Даже грозная Яра слегка подобрела, и во взгляде появилось нечто, вроде сочувствия. Один Танкред так и продолжал смотреть волком, неужели он и впрямь так сильно ненавидит людей, владеющих даром? Из почитателей Марона что ли?

Когда я закончил, шайка какое-то время сидела молча, словно желая удостовериться, что мне более нечего сказать. Наконец, Дассим, которого просто распирало от нетерпения раскрыл рот, желая что-то сказать, но вместо этого разразился прямо-таки диким хохотом. Он хохотал заливисто, словно не в силах остановиться, на глазах выступили слёзы. Смех его был весьма заразителен, и постепенно к нему начали присоединяться остальные члены команды.

- Ну что глупцы, - произнёс он, вытирая лицо рукавом, - А вы ещё хотели прикончить жирного ублюдка. Теперь понимаете, о чём я? Я сразу понял, что этот парень для него важен, но, если бы знал, насколько, так уж и быть, подкинул бы ему пару монет в утешение. Сто тысяч арелов, да вы хоть представляете, как он сейчас злится? Готов поспорить, он до сих пор даже не сдвинулся с места, продолжает стоять и изрыгать проклятия. Надеюсь, он не решит покончить с собой, поистине я жалею, что не могу этого видеть.

- Да уж, - добавила хохочущая Яра, - Ты снова оказался прав, так хотелось зарезать мерзавца, но должна признать, такое для него куда хуже самой страшной смерти.

- Уж это точно, - даже девица со странными глазами не удержалась от смеха, - Удар по кошельку для него страшен, но я даже не думала, что он будет настолько силён. Ай да Дассим. Мы получили постоянного врага, но, это того стоило.

- Да, одним больше – одним меньше, - махнул рукой Дассим, - А я думал, что ж он так смотрит, будто я его ребёнка в огонь кинул у него на глазах. Ну подумаешь, груз, не первый же раз приходится делиться. А тут такое. Ну парень, - развлёк ты нас на славу, благодарствую. Давно уж так не смеялся. Поистине, месть сладка.

- Рад, что смог вас повеселить, - вопреки моим ожиданиям, рассказ занял не столь уж много времени, по моим прикидкам, прошло не более часа, - Но хотелось бы спросить…что теперь?

На несколько мгновений воцарилась тишина. Неожиданно громко фыркнуло мохнатое существо с четырьмя руками, и на мгновение мне показалось, что я вижу насмешку в его глазах, надёжно скрытых чёрными очками.

Конечно же, это было лишь моё воображение.

- Теперь мы растопим печь, - просто ответил Дассим, - И будем пировать, пить вино и есть мясо. Зря мы что ли тащили всё это с собой столько времени? Да и заслужили, чего уж там? Ты, своим рассказом тоже заслужил место у костра на эту ночь.

- Не спеши, - жёстко оборвала женщина со странными глазами, - Сто тысяч – добыча огромная, да и слава изрядная тому, кто сумел взять такую добычу. Почему ты готов дать ему место у костра, когда можно его сбыть, причём очень выгодно?

Ага. Примерно такого поворота я и ожидал. Было бы странно, если бы никому из людей, промышляющих грабежом, такая мысль не пришла в голову. Выражения лиц рейдеров явно свидетельствовали, что идея им пришлась вполне по душе.

- Во-первых, потому что я действительно чту Никтис, - раздражённо произнёс Дассим, - Что ты могла бы, кстати, выучить за столько лет. И чту не для вида, а всерьёз.

- Но мы не продаём его в рабство, а помогаем покарать предателя, - упрямо произнесла Эла, - Что твоя Никтис говорить по этому поводу.

- Я вовсе не предатель, - возмущённо запротестовал я, - Я же вам рассказал.

- Что ты рассказал, это лишь твои слова, которые могут быть и неправдой, - Эла была непреклонна, - А вот сто тысяч – реальная сумма, которая нам весьма пригодится. Я за то, чтобы поставить этот вопрос на голосование.

- Ничего мы ставить не будем, - в голосе Дассима неприятно звякнули металлические нотки, - И это не обсуждается, Эла. Подумай хотя бы вот о чём, даже если мы действительно отдадим его Канзу, неужто ты надеешься на честную сделку с их стороны? Я тебе скажу, что будет. Нас либо прикончат сразу, как только мы его привезём, либо вышлют следом за нами воздушный корабль, и попросту расстреляют нас сверху. А уж кто после этого останется в живых, очень скоро позавидуют погибшим.

- Знаешь…

- Послушайте, - ситуация явно должна была вот-вот перерасти в скандал с труднопредсказуемым исходом, и я решил, что самое время наконец выдать всё, что я заготавливал на протяжении последних двух часов, - Возможно, что у меня найдётся для вас предложение.

Глава 23

Говоря откровенно, я был уверен, что увлечённые спором разбойники меня попросту не услышат. И возможно, что это было бы и к лучшему, учитывая, что в действительности предложить им было почти нечего. Ну, то есть, что-то, конечно, было, но выглядело это откровенно смехотворно. Я и сам это прекрасно понимал, надежда была разве что на последний, небольшой козырь в рукаве, но распорядиться им стоило с умом.

Но меня очень даже услышали, причём, судя по головам, разом повернувшимся в мою сторону, услышали вообще все. Вытаращился даже светловолосый, который доселе лишь крутил в руках свой медальон и, казалось, вообще не особенно интересовался происходящим вокруг.

- Предложение? - саркастически поинтересовалась Эла, - Ну надо же. Не успел вылезти из клетки, как уже всё туда же – предложение у него. Похоже у каждого мужика, в какой бы жопе он не оказался, всегда наготове одно-два предложения. Ну и что же ты можешь предложить, Ренар Монсалдо из Канза? Помимо себя самого разумеется.

- Я Ренар Монсалдо из рода Монсалдо, - произнёс я, постаравшись, чтобы эти слова прозвучали с достоинством, - И я предлагаю вам присоединиться ко мне, помочь очистить моё доброе имя и сбросить иго Дагрима с этих земель. И властью, данной мне принадлежностью к древнему роду, владеющих силой, я обещаю ходатайствовать о вашем полном помиловании и пожаловании гражданством Канза, а также богатой наградой, что позволит вам не бедствовать до конца ваших дней.

На несколько мгновений воцарилась тишина. Махарри рассматривали меня как какую-то диковину в музее Канза, где выставляют реликвии былых времён. Наконец, Эла заржала, и смею заверить, её смех вполне соответствовал её характеру, будучи столь же ядовитым.

- Ты предлагаешь, - девицу буквально согнуло от хохота и мало-помалу к ней начали присоединяться остальные, - Ой ну и ну. Аристократ в замызганных лохмотьях, подумать только. Ещё какие будут предложения, красавчик ты наш?

В принципе, я ожидал именно такой реакции, но всё-таки было обидно. Лохмотья, к слову, были вовсе не замызганы. Меня конечно, при продаже меня одевали отнюдь не в шелка, а мою старую добротную одежду отобрали ещё в плену у пустынников. Теперь в ней, поди, щеголял какой-нибудь бородатый головорез, если только его уже не прирезали в одной из бесчисленных стычек.

- Смеётесь? – воскликнул я и даже сам поразился, как горько это прозвучало. Наверное, стоит призадуматься о карьере бродячего артиста, раз уж карьера пилота не задалась, - Но посмотрите на себя. Вы живёте, как пустынные крысы, воруете крохи с богатого стола и надеетесь, что вас не прибьют, скрываетесь в щелях пустошей, убиваете и грабите. Неужели это то, о чём вы мечтали в детстве? Неужели вы хотите прожить так всю жизнь? Вы можете стать настоящими героями, защитниками народа от тирании, про вас будут слагать песни и рассказывать истории. Имя ваше прославится в веках.

- Ну малыш, - фыркнул Дассим, чьи губы, надёжно скрытые густой седоватой бородой, расплылись в ухмылке, - Скажи, с чего ты, собственно, взял, что народ изнывает под игом тирании? Сколько я помню крестьян на фермах и жителей мелких городков, им, в сущности, было всё равно кому платить дань. Едва ли и этот случай стал исключением, ну разве, что дань чутка поболе стала. Да и кой резон нам к тебе присоединяться? Уж поверь, аристократов мы тут все не шибко жалуем, и причины есть. Многие из наших собратьев по ремеслу, увидав метку, попросту бы перерезали тебе глотку, так что радуйся, что попал не к кому-то там, а к Дассиму-милосердному. И остальным расскажи, что со мной иметь дело можно и драться до последнего бойца вовсе не обязательно, деловые люди всегда меж собой договорятся.

- Народ именно что изнывает, - упрямо произнёс я, - Возможно, в былые времена всё произошло бы так, как ты говоришь, но не сейчас. Сейчас Дагримом управляют не аристократы, а тиран Марон ведёт дела несколько иначе. Арвиз достаточно рассказал мне, пока вёз меня на пытки и смерть. Марон выжимает людей досуха, отнимая последнее на нужды своей армии, а селения, что смеют отказаться, вырезает вчистую, а иногда сжигает людей заживо.

Конечно, я здорово покривил душой. Арвиз не говорил мне ничего подобного. Он вообще не особенно много со мной говорил с того момента, как приобрёл на аукционе. С другой стороны, я не то, чтобы соврал, лишь кратко пересказал то, что говорили про Марона среди аристократии Канза. Вполне вероятно, что это было недалеко от истины, хотя возможно, что и нет. В нынешней ситуации мне было наплевать на это.

- И что такого в том, что я предложил вам присоединиться ко мне? – продолжал я, воспользовавшись кратковременной паузой, - Я ведь даже не первый. Вспомните благородного Блазиуса, наверняка вам должно быть знакомо это имя?

- Блазиуса я знаю, - небрежно бросил Дассим, перестав улыбаться, - Хоть и давно было дело. Только есть разница. Бзалиуса из города-то не изгоняли. Он просто хотел поднасрать своему же бывшему корешу-негоцианту из Табра, потому к нам и явился набирать парней к себе в команду. Капитан из него, говорят, был неплохой, да только концовку ты может помнишь? Если нет, то напомню. Их в конце концов изловили, распяли, да и дело с концом. И уж точно он не планировал никакую тиранию свергать, мне как-то плевать, даже если и есть она, эта тирания. Да, Йонар, плевать, и не надо так смотреть на меня, хочешь идти с этим ненормальным – иди, удерживать не буду. Я забочусь о своих людях, а быть героем приятно, но даже в сказаниях герои обычно умирают, а уж в жизни тем более. Я тебя понимаю парень, в чём-то даже сочувствую, но уж извини, твоё предложение выглядит попросту смешно. Я бы тебе советовал не о свержениях тиранов думать, а на ферму какую устроиться батраком. Скажешь, что ты раб из беглых, хозяевам на это начхать, если работать сумеешь. А дальше, парнишка ты смазливый, глядишь, приглянешься фермерской дочке, ну а как поутихнет, откроешься ей, устроишься в какой город, вроде Альма, магом, такие всегда в цене. Она от счастья кипятком уписается. Могу даже пару мест тебе посоветовать, ремеслу-то хоть какому обучен?

- Я знаю, где находятся сокровища, - сказал я, будто невзначай, - Весьма неплохая добыча для…таких, как вы.

- Где находятся мы все знаем, - фыркнула коротко стрижения девица по имени Яра, - Взять их не так-то просто.

- А я вот знаю, как их взять, - выложил я свой заветный козырь, ощущая, что сердце забилось часто-часто, как если бы я снова держал в своих объятиях Фелицию – Как до них добраться.

- Сейчас, поди, начнёшь нам заливать про клад, закопанный где-то в пустыне, под высохшим деревом? – свысока усмехнулась Яра, - Эх, сколько таких историй мне довелось выслушать. Кажется, каждый второй караванщик…

- Халак, - веско произнёс я, - И хранилище парчи.

Смешки неожиданно стихли.

- И? – требовательно бросил Дассим, - Дальше?

- Это дань Канзу, ткань собирают в башне, раз в полгода прибывает воздушный корабль, забрать парчу и отвезти в Канз.

- Гляди-ка, знаешь! – По блеску в глазах Дассима, я понял – наживка проглочена. Но радоваться было рано – я вёл довольно опасную игру, - Я примерялся к этой теме когда-то. Башня надёжна, стоит в центре города и отлично охраняется. Не пробраться.

- Я был пилотом, - быстро произнёс я, - Управлял воздушным судном. Не раз забирал эту дань. И знаю, что скоро срок, сомневаюсь, что Дагрим откажется от того, что принадлежало Канзу.

- Допустим, - с деланым безразличием произнёс Дассим, скрывая интерес, - Всё ещё не понимаю, какое это поможет нам?

- Я знаю, как подобраться к башне, минуя охрану, - ответил я, взглянув капитану в глаза, - Стоянка в Халаке продолжалась один день. Иногда больше, если требовали обстоятельства. Всё это время нам было предписано находиться в башне, но…

- Но что?

- Мы всё-таки покидали её, - бросил я на стол свой козырь, - Тайно. Это конечно было против правил, но сами подумайте, каково это – побывать в Халаке и не насладиться теми удовольствиями, что он может предложить? И я думаю, что тот путь по-прежнему не перекрыт.

Чувствуя себя в прицеле пристальных взглядов, я внутренне возликовал. Сыграв на алчности, я не прогадал, хотя вовсе не ожидал, что Дассим когда-то строил планы ограбления Халака. Это было чистое везение. Судьба, долгое время насмехавшаяся надо мной, похоже наконец выкинула мне счастливый расклад костей. Я уже не сомневался, что в конце концов сумею подчинить этих людей своей воле. Разве не был я аристократом и магом, чей удел – повелевать низкорожденными людьми?

- Расскажи поподробнее, - Дассим присел на борт корабля, не сводя с меня пристального взгляда, - Да и остальные, я полагаю, с удовольствием послушают.

Глава 24

Тремя вещами славился Халак: тканями, женщинами и бардами. И все они были тесно связаны между собой: женщины со всех концов ойкумены, от уличных красоток, до почтенных матрон, оказавшись в городе, летели к музыкантам, поэтам и актёрам, подобно мотылькам, узревшим свет, а при виде изысканных шелков и богато расшитых платьев из парчи, окончательно теряли голову, оставляя в лавках торговцев целые состояния.

Десятикратно уступая в численности населения и размере, Халак был жемчужиной владений Канза, едва ли не более известной, чем сама метрополия. Именитые наследники знатных домов и богатые купцы, проводили здесь свои отпуска, оставляя целые состояния в дорогих тавернах и на представлениях известных артистов. Парусная регата в канале, питавшем город, ежегодно собирала десятки участников и тысячи зрителей, а сотни юношей и девушек готовы были отдать двадцать лет жизни за возможность учиться у кого-то из великих певцов, лицедеев или, на худой конец, сказителей.

Связи в среде местной богемы при таком раскладе ценились на вес серебра. К счастью, у меня они были. Не то чтобы я был мастером по части умения заводить нужные знакомства, скорее можно было сказать, что в тот раз мне повезло.

- Вот так прямо и сказать? – недоверчиво переспросила Яра, - Подойти и сказать, что, дескать, с тобой хочет поговорить тот, с кем вы познакомились у расфуфыренной шлюхи?

- Именно так, - подтвердил я, для большей убедительности кивнув головой, - Эрикос сразу поймёт.

- Ну что ж, - Яра вскинула брови, - Очень-очень сильно надеюсь, что ты знаешь, что делаешь.

С этими словами она резко развернулась и пошла по улице, покачивая узкими бёдрами. Если бы я не успел её узнать, я бы решил, что она пытается выглядеть соблазнительно, благо нынешняя одёжка позволяла. Правда, как ни одень разбойницу с руками по локоть в крови и мозолями от постоянных упражнений с оружием, она всё одно не будет похожа на чарующую красавицу, пленяющую мужчин своей походкой. Она даже двигалась не по-женски, а скорее, как мужчина, неумело пытающийся изобразить женщину.

Что ж, дамы, в обществе, где меня угораздило очутиться, были не роковыми соблазнительницами, а грубыми и жёсткими бойцами. Вполне под стать мужчинам.

Солнце уже стояло в зените, и улицы города были, как обычно, заполнены людьми. Говорят, что жизнь в Халаке – постоянный праздник и сплошное представление, и я давно успел убедиться, что в чём-чём, а в этом слухи не врут. Мы расселись прямо на земле, рядом с главной площадью, в тени большого трёхэтажного здания, в самом сердце города, поглощая мешанину звуков, запахов и мелькающих красок. Музыка, исполняемая уличными музыкантами, неслась сразу с трёх сторон, сливаясь в невообразимую какофонию, способную шокировать неподготовленный слух. Прямо напротив нас выступали артисты огненного шоу, жонглируя горящими факелами и мечами и как раз в этот момент пожиратель огня, будучи вероятно главным номером программы, проглотил один из горящих факелов, почти сразу же выдохнув фонтан пламени в сторону зрителей, сорвав бурные апплодисменты и несколько брошенных монет. Чуть левее, группа акробатов собиралась в пирамиду из трёх уровней, на вершине которой стояли красотки, одетые лишь в нити из разноцветного стекла. Немного поодаль, на наспех сколоченных подмостках, театральная труппа разыгрывала некую, одним лишь им известную пьесу, отнюдь не смущаясь малочисленностью аудитории. Сидящие рядом Эла и Йонар определённо чувствовали себя не в своей тарелке, а вот Танкред, напротив, смотрел вокруг с нескрываемым интересом. Неожиданно. Я-то уж было уверился, что светловолосый гигант несколько не от мира сего.

- Здесь всегда кипит такая бурная жизнь? – поинтересовался он, когда одна из полуголых акробаток покинула вершину пирамиды изящным сальто.

- Да нет, - рассеяно ответил я, провожая взглядом Яру, - Это пока день ещё, по вечерам тут гораздо веселее. Для тебя такое, поди, в новинку?

- Не совсем, - ответил Танкред, изрядно меня удивив, - Поражает скорее размах. Ну и женщины конечно…весьма своеобразно одеты.

- Раздеты скорее, - кисло протянула Эла, - Надо же, я думала такой святоша, а ты вон как слюни-то распустил, что пёс, учуявший течную сучку.

- Разумеется, нас привлекают юные женские тела, - подал голос Йонар, доселе хранивший молчание, - Мужчина есть мужчина.

- Уж это точно, - Эла изкривила узкие губы в своей привычной мерзкой ухмылочке, - Мужчина есть мужчина.

- Ты просто им завидуешь, - Йонар обаятельно улыбнулся в ответ, - Сама ты не можешь похвастать такой прекрасной фигурой.

- О да, ну конечно же, - вопреки моим ожиданиям, Эла ничуть не обиделась, - Прямо жаль, что тебе не светит насладиться ни их фигурами, ни даже моей.

- Кто знает, - Йонар мечтательно закатил глаза, - Возможно когда-нибудь мне удастся побывать тут при более благоприятных обстоятельствах.

- Мечты-мечты… Хотя, я бы и сама не отказалась.

Как единственный из всей компании, кому довелось бывать в Халаке при относительно благоприятных обстоятельствах, я их прекрасно понимал. Несмотря на события в Канзе, город, казалось, вовсе не изменился, оставшись всё той же столицей развлечений, торговли и красоты. Однако насладиться его прелестями не получалось, слишком сильно давило ощущение опасности. Как и многие мальчишки моего круга, в детстве я с упоением слушал истории о приключениях Маркила - благородного аристократа, ставшего мастером-вором. В этих историях он во время своих воровских приключений постоянно посещал различные города, включая, кстати, и Халак, причём успевал полюбоваться достопримечательностями и закрутить романы с парой-тройкой местных красавиц. Тогда я ему искренне завидовал, считая, что выполнять рискованные задания, совмещая это с путешествиями по разным городам – лучшая работа, которую только можно себе представить, но сейчас понимал, что, сидя в надвинутом почти на глаза капюшоне, ежесекундно ожидая, что к тебе подойдёт патруль дагримского войска или даже местная городская стража, особо не понаслаждаешься. Ну или я просто был не таким храбрым, как Маркил

- Не очень похоже, что здесь кто-то изнемогает под ярмом тирана, - неожиданно произнёс Танкред, только что поглощённый исключительно окружающими зрелищами.

Я невольно вздохнул. С того момента, как я присоединился к Махарри, прошло уже полторы недели, а громила всё ещё оставался для меня самой большой загадкой, даже на фоне остальных разбойников. За всю свою жизнь я ни разу не слыхал о местах, именующихся «Иерусалим», «Таранто», или «Италия», откуда он, по его словам явился в наши края, но внешне он во всяком случае сильно выделялся на фоне подавляющего большинства людей, встреченных мною за всю предыдущую жизнь. Среди жителей Канза и окрестностей, были люди со светлыми волосами или голубыми глазами, но одновременного сочетания того и другого я до сей поры никогда не встречал. По выговору и манере себя вести, можно было бы сказать, что передо мной кто-то вроде наёмника, достаточно удачливого, чтобы где-то добыть прекрасный меч, достойный наследника знатного рода, но оставшегося простым и немного глуповатым парнем. Однако, то и дело он демонстрировал неожиданно острый ум и повадки аристократа. Интересно, кто же он такой?

- Так это и не деревня, - возразил я, едва повернув голову к собеседнику, - Воины Марона пока грабят небольшие поселения, забирают еду. До этого руки не дошли просто, хотя, уверен, торговцев обобрали уже дочиста.

- Возможно ты и прав, - тон Танкреда давал понять, что сам он в это не особенно верит.

Говоря, по совести, прав был скорее он. Город определённо не слишком страдал от иноземного ига. Если бы не периодически встречающиеся патрули дагримских солдат, его присутствие можно было бы вообще не заметить. Впрочем, их наличие не слишком-то меняло ситуацию, солдаты выглядели не очень грозно, хотя вообще-то Дагрим, во всяком случае, Дагрим до Марона славился именно профессионализмом своих воинов, каждый из которых сражался как минимум не хуже гвардии Канза. Из донесений разведки я слышал, что Дагрим расширяет армию за счёт призыва ополченцев, а то и вовсе всякого сброда, которому не нашлось места среди окрестных деревень, обучая их по ускоренной программе. Глядя на бродящих по городе увальней, половина из которых едва умела держать в руках оружие, было похоже, что сюда пригнали именно таких. Дойди у них дело до битвы с местной наёмной стражей, которую, к слову, никто заменять не стал, я не поставил бы на них и стекляшки.

Как бы то ни было, на воротах стражу таки заменили на дагримцев и, в отличие от городских патрулей, эти выглядели настоящими солдатами и бдительными часовыми. Попытавшись было сунуться через городские ворота, мы потерпели неудачу, едва успев унести ноги. К счастью, у меня оставались некоторые знания о теневой жизни города и его окрестностей, а новая стража, верующие они там или нет, как оказалось, любила взятки ничуть не меньше старой. Я вообще заметил, что это общая черта всех стражников любых городов и поселений.

В город нас вошло пятеро. Дассим до последнего желал принять участие в деле, но в итоге, под давлением соратников, опасающихся лишиться капитана, уступил командование Эле, чему я был не очень-то рад. Несмотря на сильный характер, девица несомненно не пользовалась любовью и уважением в команде, члены которой и без того не относились к людям, охотно готовым подчиняться приказам. За последние полторы недели я успел заметить, что с ними нелегко приходится даже самому капитану, вынужденному постоянно лавировать между принуждением, грубой лестью и тонкой дипломатией, а уж с Элой операция вообще рисковала превратиться в неуправляемую авантюру, вполне имевшую все шансы привести нас прямиком на казнь. Точнее, казнить могли моих спутников, мне на такое счастье рассчитывать не приходилось. Про себя я поклялся ни в коем случае не попасть в руки врага живым. Вот только был далеко не уверен, что у меня хватит воли и решимости сдержать эту клятву.

- Этот что ли твой? – Йонар показал рукой в сторону Яры, возвращающейся в компании рыжего парня и, будто невзначай, придвинулся ближе, положив руку на рукоять кинжала.

Я невольно отпрянул. В обществе махарри я провёл уже полторы недели. Старался работать наравне с ними и даже приобрёл зачаточные навыки управления кораблём. Ночевал бок о бок, делил скудную пищу на привалах. Слушал их истории и делился своими, даже успел потренироваться во владении оружием, отчего пострадало моё тело, до сих пор покрытое синяками, а ещё сильнее – моя гордость, когда Яра за считанные секунды сбила меня с ног и прижала палкой к земле. В самом начале совместного пути Дассим устроил мне целый допрос, заставив вспомнить такие эпизоды своей жизни, которые я и сам-то предпочёл бы забыть.

И несмотря на всё это, мне до сих пор не доверяли, в том числе и те, с кем я сейчас готовился осуществить весьма непростое и опасное предприятие. Если Танкред сохранял вежливость, пусть и с явным холодком, а Яра порой даже проявляла симпатию, то Эла и Йонар даже не особенно скрывали подозрительность, в сочетании с готовностью воткнуть мне нож в спину при любом неверном движении с моей стороны. Отчасти их поведение было оправдано, праздничная атмосфера не могла заставить забыть тот факт, что мы находимся во враждебном месте, почти без оружия, готовясь совершить ограбление, словно сошедшее со страниц книги о Маркиле, а полагаться им приходится на почти незнакомого человека, являвшегося к тому же, хоть и беглым, но аристократом.

Однако, сколь бы оправданным не казалось их поведение, оно всё-таки ужасно раздражало.

- Да, это он, - ответил я, притворившись, что не заметил его движения, - Постарайся не хмурить брови так сурово.

С момента нашего расставания, Эрикос не сильно изменился. Немногим старше двадцати пяти, среднего роста, с вихрастой, рыжей шевелюрой и немного мальчишеской внешностью с бесшабашностью в глазах. Будучи музыкантом и поэтом, он, благодаря этому сочетанию пользовался немалой популярностью у женщин, особенно среди почтенных матерей семейств, чей возраст давно перевалил за третий десяток. Охотно платя взаимностью, бард неоднократно попадал в неприятности, связанные с тем, что у этих женщин обычно были мужья или любовники, которым, по каким-то непонятным причинам, совсем не нравились стремительно отрастающие рога.

Собственно, наша дружба началась с того, что я вмешался как раз в тот момент, когда очередной обманутый муж – дородный купчина, с кулаками величиной с кружку, собирался расколоть ему череп. Сабля на боку позволила нивелировать разницу в габаритах, да и желающих связываться с аристократом, к тому же пилотом воздушного корабля, было не сказать, чтобы очень много.

Разумеется, тот случай ничему его не научил, как и прочие случаи подобного рода.

В сопровождении Яры поэт подошёл к нашей маленькой компании, явно раздумывая не дать ли дёру. Нервничал Эрикос не меньше Йонара, даром, что кинжал на поясе не носил. Его тоже можно было понять, со стороны Яра выглядела довольно угрожающе. Я бы выбрал другого посланника, но, за вычетом вашего покорного слуги, остальные члены нашей маленькой команды выглядели ещё страшнее, чем она

- Ну здравствуй Эрикос, - я слегка приподнял капюшон, позволив приятелю полюбоваться моей физиономией, - Очень тебя прошу, постарайся не показывать удивления и тем более не выкрикивать моё имя на всю площадь. Момент неподходящий.

- Чтоб меня…, - на секунду поэт замолчал, пытаясь подыскать подходящее к случаю выражение, но похоже в этом не преуспел, - Я уж думал, эту леди наняли заманить меня в ловушку и прирезать, а тут вон чего. Ты знаешь, что тебя ищут на всех территориях, подвластных Канзу и Дагриму?

- Наслышан, - кисло ответил я, набросив капюшон обратно, - Потому и хочу обратиться к тебе. Надеюсь, нет нужды говорить, что я невиновен, и все обвинения в мой адрес являются ложными?

- Эээ…конечно же нет, - быстро ответил Эрикос, явно соврав на голубом глазу, - Но, боюсь, дознаватели ордена Наблюдателей окажутся не столь доверчивыми. То-есть, слишком недоверчивыми. Должен заметить, что обвинения в твой адрес выглядели довольно…

- Ясно, - я был не столь наивен, чтобы всерьёз рассчитывать на безоговорочное доверие со стороны Эрикоса, будь мы хоть тысячу раз приятелями, - Можем ли мы поговорить в более подходящем месте?

- Мы с тобой? – поэт окинул взглядом мою компанию, внушающую ему определённые подозрения, - Или…

- Или, - твёрдо ответил я, - Поверь, им можно доверять также, как и мне.

В сложившихся обстоятельствах, рекомендация была далека от идеальной, но лучшей у меня не было. В конце концов человек мне обязан здоровьем, если не самой жизнью, и остаётся лишь надеяться, что он хотя бы выслушает меня до того, как начать звать стражу. Учитывая моё нынешнее положение, это было лучшее, на что я в принципе мог рассчитывать.

- Обо всём этом лучше было бы поговорить в каком-то безлюдном месте, - произнеся эти слова, я сообразил, что найти таковое в Халаке было практически нереально. Учитывая размеры, город был чудовищно перенаселён. Пожалуй, это могло стать проблемой.

- Безлюдном? - скептически произнёс Эрикос очевидно собираясь добавить что-то ещё, но, бросив быстрый взгляд на Яру, проглотил остаток фразы, - Ещё помнишь заведение «Флейта и арфистка»?

- Не слишком-то безлюдное место.

- И потому подходит для разговора.

Глава 25

Как и многое в этом мире, располагавшаяся в ветхом здании из потрескавшихся кирпичей, внутри таверна была куда лучше, чем казалась снаружи. В камине потрескивал огонь, пусть и больше для уюта, нежели для обогрева, а на небольшой сцене в углу разместилась готовящаяся к выступлению четвёрка музыкантов, среди которых была девушка с арфой в светлом парике и парень в остроконечной шапочке, держащий в руках флейту. Безлюдным это место уж точно нельзя было назвать. Несмотря на разгар дня в заведение успела набиться толпа народу, столь внушительная, что многим даже не хватило места на лавках, и приходилось стоять на полу. Было похоже, что нам придётся искать другое место для тайной беседы.

- Эрикос, - стоящая за стойкой дородная дама лет пятидесяти просияла, как утреннее солнышко, - Наконец-то заглянул, а я уж думала совсем забыл к нам дорогу.

- Разве я могу вас забыть, Дора, - Эрикос галантно поклонился, прижав правую руку к левой стороне груди, - Как поживает Бенто? Надеюсь, проблемы со здоровьем остались позади?

Я в очередной раз поразился тому, как гладко и естественно у него вот это выходит. Попробуй что-то подобное сделать я, получилось бы либо слишком сухо, либо излишне приторно, и скорее испортило бы впечатление, нежели произвело. Напротив, у Эрикоса эти жесты получались столь же естественно, как пожелать доброго утра. А ведь я был аристократом, которого специально учили этикету, в отличие от него – простолюдина. Видимо подобные навыки входят в список обязательных при его профессии.

- К сожалению, не остались, - помрачнела Дора, - Сил уже едва хватает за стойкой изредка стоять, чаще одной справляться приходится. Да ладно, не мне на жизнь жаловаться. Ты присаживайся, вон за тот стол, для тебя в моём заведении место всегда найдётся.

Обменявшись взглядами, махарри двинулись к столику, почему-то остававшемуся свободным, а Эрикос, бросив взгляд на сцену, замешкался, будто хотел что-то сказать, но в итоге лишь махнул рукой, направившись следом.

- Нам, как обычно, - бросил он трактирщице и добавил, обращаясь уже ко мне, - Надеюсь, деньги-то у вас есть?

- Обижаешь, - приосанился я, благо вопрос мелких трат был оговорён с Элой заранее, - Стал бы я звать на серьёзный разговор, не имея ни гроша в кошельке.

- Ещё как стал бы, - Эрикос точно чувствовал себя не в своей тарелке и причина этого мне, кажется, была ясна, - Ладно, кидай свою жопу на скамью и рассказывай.

Я сел рядом с бардом. Остальные последовали нашему примеру. Танкред успел снять капюшон, сияя светлой шевелюрой, а Яра и Эла с любопытством рассматривали сцену с музыкантами. Один лишь Йонар сидел с понурым видом. Что-то его явно угнетало, и неплохо бы выяснить причину до того, как это превратится в серьёзную проблему.

- Я так понимаю, название таверны как-то связано с этим ансамблем? – поинтересовалась Эла, переведя взгляд на Эрикоса, - В смысле там и флейтист и арфистка.

- Ну, - Эрикос опустил взгляд, и по его рыжей физиономии разлился румянец, заметный даже в царящем полумраке, - Как-то так, да.

На самом деле я прекрасно знал историю появления этого названия, но, умные люди слишком часто говорили, что во многих знаниях таятся лишь многие печали, а кто я такой, чтобы умножать количество печалей в этом и без того довольно суровом мире? Как и все мы, Эрикос, разумеется имеет право на свои маленькие тайны.

Музыканты заиграли, вызвав жидкие овации, и, услышав первые ноты, Эрикос слегка расслабился. Пока его секрету ничто не угрожало. Музыка же, в свою очередь, заглушала звуки разговора, при том, что в таверне и без того было довольно шумно, что было нам весьма на руку.

- Так что же? – бард вопросительно посмотрел на меня и придвинулся ближе, невольно оглянувшись по сторонам, - Ты обвиняешься в… даже не хочу перечислять, одного только угона воздушного корабля более, чем достаточно для казни, а это наверное самое безобидное из обвинений.

- И самое правдивое, - вздохнул я, тоже глянув за соседние столы. Вроде бы все поглощены музыкой и пивом - Надеюсь, его нашли.

- Найти-то нашли, но, насколько мне известно, восстановить не сумели. И теперь ты являешься передо мной, да ещё в компании каких-то людей, которые, уж простите, весьма напоминают…ну…

- Разбойников, - обаятельно улыбнулась Эла, отчего стала выглядеть ещё более жутко. Всё-таки у Дассима, что ни говори, весьма своеобразный вкус на женщин, - Совершенно верно. Мы как раз они самые и есть. И не какие-то там пустынные крысы, а самые, что ни на есть махарри.

- Махарри?! – забывшись, почти крикнул Эрикос, казалось, готовый вскочить со стула, - Да ладно, вы не шутите?

- Не ори ты так, - шикнул я, краем глаза заметив, что пара посетителей таки бросили взгляды в нашу сторону, - Ну да, в моём положении не выбирают. Профессия может и не…

- Потрясающе! - выдохнул бард, даже не обратив на меня внимания, - Поверить не могу, столько слышал про вас, но встречаю впервые. Мне столько надо у вас спросить. Скажите, а правда, что вы заставляете сражаться пленных между собой на гладиаторских играх, а того единственного, кто выживет во всех схватках, убив всех своих товарищей, берёте к себе? Или, что…

- Эрикос? – окликнул я раздухарившегося приятеля, - Ты вроде хотел услышать мою историю.

- Что? Ах да, извини, просто тут такое…

- Не только убить, - сурово произнесла Яра, наклонившись к нам с заговорщическим видом - Но и съесть сердце последнего противника, распоров ему грудную клетку. Скажи, Эла?

- Да, конечно, - кивнула Эла, мигом стерев с лица улыбку, - Сейчас правда правила чуточку смягчились, сердце уже не обязательно есть сырым. Но этот парень, который сейчас сидит рядом с нами, сказал, что ему такие послабления…

- О боги, хватит! – не то, чтобы я был против славы, но всё же не такой, - Они шутят, Эрикос. И их чувство юмора куда страшнее того, что ты мог вообразить, слушая разные байки.

- Ой, извини, я не думала, что ты будешь стесняться. Ну я думаю, самое время услышать твой рассказ, а то наш друг уже кажется заждался.

Вздохнув, я начал свой рассказ, притворившись, что не вижу подозрительного взгляда приятеля. Юмор махарри был действительно весьма своеобразным, что неудивительно при их-то профессии, жаль только, что они явно не понимали, когда его следует держать при себе. Готов поспорить, Эрикос воспринял всё сказанное за чистую монету.

На сей раз моя история заняла меньше времени. Наученный предыдущим опытом, я сразу выделял главное, опуская малозначительные детали. Всё же, прежде чем я закончил, кружки с разбавленным вином, поставленным перед нами заботливой Дорой, успели опустеть, а музыканты – исполнить несколько заунывных баллад, на первый взгляд ничуть не отличающихся друг от друга. Никто, вроде бы, не обращал на нас никакого внимания, и я понял, что избыток публики, позволяет сохранять секреты в тайне ничуть не хуже самой лучшей уединённости.

- Ну и ну, - сказал Эрикос, когда я завершил свои душевные излияния, - История очень неправдоподобная.

- И это лучшим образом доказывает её правдивость, - резонно заметила Эла, - Обычно, когда люди врут, они это делают куда более складно. Ну, если ты бард, тебе ли об этом не знать.

- Моё искусство не имеет ничего общего с враньём, - неожиданно вспыхнул Эрикос, - Никто не говорит, что сочинённые истории правдивы, но мы своим искусством, делаем их таковыми.

- Ох, прости, прости, - Эла подняла ладони, - Не хотела наступать на твою больную мозоль. Кстати, какие истории ты пишешь? Что-то возвышенное, о богах, героях и невероятной силе любви?

- Именно! – с воодушевлением произнёс поэт, последняя моя поэма посвящена…

- А сейчас! – провозгласил один из музыкантов – низкорослый пухловатый мужичок с трубой в руках, - В честь нашего дорогого гостя, сидящего здесь за одним из столов! То, что вы ждали! То, ради чего вы собрались! Фирменная песня заведения! Слушайте! И пойте вместе с нами!

- Проклятье, - пробормотал Эрикос, спрятав голову в руки. Бедняга. Хотя, спросите меня, и я скажу вам, что он раздувает проблему из ничего.

У стен величавого Канза, таилась пещера средь скал,

Артист из Талака Лотарго в тот день там на флейте играл.

В тот вечер на флейте играл…

Высоким, да статным был парнем, и ликом пригож да красив.

В манерах учтив и приятен, а волос, как золото рыж

А волос, как золото рыж

Песню артисты орали все вчетвером, кто во что горазд, не заботясь даже о минимальной согласованности. Нехватка вокальных данных с лихвой компенсировалась энтузиазмом и поддержкой части посетителей, охотно подхвативших нехитрый мотив.

В руках его флейта звенела, и песня по скалам взвилась,

Услышав ту песню, девица, в пещеру к нему забралась

В пещеру к нему забралась…

Дочь Эрга, прекрасная Итна, той шустрой красоткой была,

Сбежала из отчего дома и к роще заветной пришла.

И к роще заветной пришла.

Был стан у неё как тростинка, и златом сияют власа

В руках золочёная арфа, во взоре бушует гроза

Во взоре бушует гроза…

Сказала Лотарго девица, ту арфу рукой теребя,

Какая прекрасная флейта: красива, длинна и тверда

Красива, длинна и тверда…

Последний куплет исполнила именно девушка в светлом парике, видимо изображающая прекрасную Итну. Голосище у ней был что надо, может не самый мелодичный, но зато достаточно громкий, чтобы переорать всех собравшихся зрителей.

- Ах вот оно что, - по губам Элы заструилась змеиная ухмылочка, - Флейта значит у него длинна и тверда. И волос, как золото…а я ещё думала, за что тебя тут так привечают.

- Вовсе не за это, - запротестовал Эрикос, красный, как флаг Канза, - С чего вы вообще взяли, что я автор?

- И правда, - Яра невинно закатила глазки, - С чего ты так решила, Эла?

- Сама не знаю, - Дикума недоуменно пожала плечами, - Разве мог наш новый друг, сочиняющий поэмы о героях и любви, придумать такую похабщину?

Увидев, прекрасную Итну, Лотарго был заворожён.

Откуда ты дева прекрасна? Уже я тобой покорён.

Уже я тобой покорён…

Прекрасная Итна схитрила: арфистка я, нравом проста,

В тавернах за деньги играю, а родом совсем сирота.

А родом совсем сирота.

Но арфа моя одинока, тосклив её песен напев.

Пусть ей твоя флейта поможет, сказала она покраснев.

Сказала она покраснев…

Последняя фраза потонула в свисте и улюлюканьях, а кто-то от избытка чувств даже схватил за задницу коротко стриженую, рябую девицу, помогавшую Доре по хозяйству. Та, будучи привычной, к такого рода поворотам событий, отвесила наглецу увесистую плюху и двинулась дальше, не только не уронив подноса, но даже ничуть не изменившись в лице.

- Совершенно точно нет, - кивнула Яра с самым, что ни на есть, серьёзным выражением лица, - Ты посмотри на него, ведь вон он какой серьёзный, приличный, наверняка учёный. Разве такой может написать что-то подобное?

Лишь в радость флейтисту Лотарго, девице прекрасной помочь.

Флейта запела в тон арфе и вскрикнула эргова дочь

И вскрикнула эргова дочь…

Всю ночь пела чудная флейта, и арфа вторила ей в тон.

В пляс ноги срывалися Итны, из уст рвался радостный стон.

Из уст рвался радостный стон.

Хотела девица навеки, с флейтистом судьбину связать.

Но ярости отчего гнева она не смогла избежать.

Она не смогла избежать…

- Ни в коем разе. К тому же, это же совершенная бездарность, - милосердие однозначно не входило в число достоинств Элы, и сейчас она наслаждалась ситуацией, - Ну только послушай. Чудовищный примитив, про убогие рифмы я уж молчу.

- Слишком уж сурово ты судишь. Пусть мотив и нехитрый, но приятный, простенько, но забавно, - Яра состроила глазки Эрикосу, который уже был готов провалиться прямо сквозь пол, - Мне даже немного нравится эта песня, хоть её написал и не ты. А если бы написал ты, нравилась бы вдвое больше.

Пустилась по следу погоня, настигли влюблённых в пути.

Схватили младую дворянку, Лотарго сумел же уйти.

Лотарго сумел же уйти

Разгневан отец был на Итну, мольбе о прощенье не внял.

И в жёны богатому магу её он тотчас же отдал

Её он тотчас же отдал…

Уродлив и глуп был муж Итны, в общении невыносим.

Трубу вместо флейты чудесной на поясе гордо носил

На поясе гордо носил

Этот куплет уже был исполнен толстяком с трубой. Если труба и впрямь впечатляла, как размерами, так и звуком, то вокальные данные оставляли желать лучшего – на фоне рёва благодарной публики, голос был еле слышен.

- Во всяком случае, в чём песне не откажешь, так это в реализме, - проорала Эла, расхохотавшись, - Как только запахло жареным, мужик сразу же геройски сбежал, оставив девушку расхлёбывать последствия.

- О да, тут и впрямь отражена суровая правда жизни, - кивнула Яра, - прямо-таки неожиданно для такого…ну…специфического творчества.

Я бы, конечно, возразил, да только, в отличие от прекрасных дам, украшавших нашу компанию, не отличался впечатляющими голосовыми данными и был не в силах переорать звуковую какофонию, образовавшуюся в ходе исполнения песни. На остальных же и подавно нечего было рассчитывать. С Эрикосом и так всё ясно, Йонар по-прежнему сидел в печали, казалось, вовсе не интересуясь происходящим вокруг него, а Танкред…убейте меня, если он, едва ли не впервые с того момента, как я его увидел, выглядел довольным и даже радостным.

Была опечалена Итна и с мужем была холодна.

Но всё же она покорилась и сына ему принесла.

И сына ему принесла

Но муж отчего-то невесел, спросил он однажды жену,

С чего так тоскуешь по флейте, понять я никак не могу.

Понять я никак не могу

Труба и длиннее и толще, рёв громок её и удал.

Тягаться с ней флейта не в силах, он Итне прекрасной сказал

Он Итне прекрасной сказал

Лишь тихо вздохнула супруга и робко прикрыла глаза

Рукою погладила сына по рыжим его волосам.

По рыжим его волосам.

Понять эту сказку несложно, лишь только раскинуть умом.

Неважен размер инструмента, а то, кто играет на нём.

А то, кто играет на нём

- А это сейчас, что такое было, - Эла прыснула, едва не упав от смеха со скамьи, - Сеанс самоутешения для комплексующих из-за размера кое-чего?

На счастье Эрикоса её реплика потонула в гуле аплодисментов и одобрительных возгласов. Исполнив песню, являвшуюся центральным номером программы, ансамбль сделал паузу, раскланиваясь почтенной публике, не скупившейся на овации. Кое-кто даже кинул на сцену несколько монет, разумеется, не серебряных.

- Ха! А ты хорош, менестрель, - высказался Танкред, просияв белоснежной улыбкой, - На миг мне показалось, что я снова в родном крае.

- Это в твоём Иерусалиме поют такие песни, - поинтересовалась Яра с некоторым удивлением в голосе, - Не подумала бы, что тебе такое нравится.

- Иерусалим – божий град, там такие песни может и не к месту, - ответил Танкред, всё ещё улыбаясь, - А вот в Таранто, да и вообще в Сицилии – совсем другое дело. Не так уж эти края и отличаются от моих.

- Люди, в сущности, везде одинаковы, - кивнула Эла с неожиданно серьёзным выражением лица, - Даже если выглядят по-разному. Ну а теперь, когда мы сполна насладились прекрасной песней, которую сочинил конечно же вовсе не наш новый друг, полагаю, мы можем уже поговорить и о деле.

Глава 26

- О деле? – слабо отозвался Эрикос, - О каком же?

- Для начала расскажи, что случилось в Канзе? До меня, уж прости, новости не особенно доходили. Архимаг Ксер убит, это я знаю. Нападение вроде отбили, но теперь там командует Дагрим. Так?

- В Канзе хуже, чем здесь, - вхдохнув, поэт приложился к кружке, - Там уже не веселятся. Архимаг действительно убит, а принцессу Элинору с принцем Гордианом взяли заложниками воины Марона, так что Табр не может прийти на выручку. Не сказать, чтобы они смирились, но активных действий пока не предпринимают. Почти вся гвардия принесла клятву верности Марону, хотя гарнизон там всё равно разместили. Формально правит Адрий, ну ты, я думаю, понимаешь, что он не более чем марионетка. Реальную власть имеет наместник…

- Знаю я этого наместника, - произнёс я сквозь зубы. По дороге в Халак я успел заготовить целую речь, да только вот почему-то она напрочь вылетела у меня из головы, - Скажи, мне мой друг, сильно ли страдает народ под властью тирана, с тех пор, как законный правитель Канза был злодейски убит?

Вообще-то, уж не знаю, как в Канзе, но собравшийся вокруг народ, только что вновь затянувший песню про флейтистку и арфу нестройным хором пьяных голосов, менее всего был похож на страдальцев. С другой стороны, мне доводилось слышать, что преступники, сидящие в тюрьме Канза, тоже любили повеселиться и пошутить до момента казни, а некоторые даже и во время неё. Так что происходящее ровным счётом ни о чём не говорило. Вполне возможно, что эти люди просто топят в алкоголе и песнях ужас перед игом Дагрима?

- Ещё как страдает, - бард чуток оживился, и я воспрянул духом – Только вчера закрыли одну из школ бардов, где преподавал почтенный Тарвик. Половину учеников бросили в тюрьму!

- Негодяи! – посочувствовал я, - Надо полагать, за хулительные песни в адрес тиранов?

- Да нет, говоря откровенно, набрались они и подрались с дагримской стражей. Ну и ещё пара местных под руку попалась, знаешь как это бывает.

- О да, - кисло ответил я, - Доводилось узнать не понаслышке.

Для барда мой приятель был на редкость бесхитростным человеком. На Элу я предпочитал даже не смотреть, но прямо-таки нутром чуял на себе её скептический взгляд и змеиную ухмылочку. Хорошо хоть молчит.

- Подозреваю, что многие жители города искренне благодарны дагримцам за то, что теперь они чуть реже будут узнавать о том, как именно это бывает, - радость от её молчания продолжалась недолго, - Ты был прав Ренар, тирания и впрямь ужасная штука.

- Смотря для кого, - то ли Эрикос заметил мои отчаянные сигналы, то ли, что вероятнее, действительно говорил искренне, - Крестьянам на окрестных фермах, например, и впрямь вроде не весело. До этого они платили относительно скромную дань, а теперь на прокорм армии Марона забирают едва ли не половину урожая. Да и торговцам парчой не позавидуешь, у некоторых конфисковали едва ли не всё.

- Да неужто? – недоверчиво процедила Эла, - И зачем им столько парчи интересно было бы узнать?

- Ну откуда ж я знаю, - ответил Эрикос со столь невинным выражением лица, что даже мне стала очевидна лживость его слов, - Но факт есть факт.

- А парчу значит собрали в причальной башне? – я почувствовал, как меня охватывает лихорадочное возбуждение, - Даже больше, чем обычно?

- Вроде бы, - в голосе Эрикоса проскользнули нотки недоумения, - Воздушный корабль должен прибыть со дня на день.

- Об этом я и хотел поговорить, - подняв палец вверх, я нацелил его на собеседника, - Как насчёт подгадить Дагриму? И за Тарвика отомстим и фермерам поможем.

- Немного не улавливаю твою мысль, - признался Эрикос, - Если у тебя есть какой-то план, то самое время им поделиться, а то я уж, признаться, начинаю…

- Я собираюсь, - громко объявил я, а затем, спохватившись, повторил тише, - Я собираюсь проникнуть в башню, украсть парчи, сколько получится, толкнуть её кому-нибудь из криминальных боссов Канза, а затем раздать деньги и возможно купленную на эти деньги еду фермерам, пострадавшим от фуражиров Дагрима. Вот так всё просто.

Мои слова возымели вполне ожидаемый эффект.

- Че…че…, - начал было Эрикос, не в силах закончить даже первое слово, - Че… Ты вообще…Как?

- Как, это моя забота, - я махнул рукой с деланой беспечностью, - А вот, например найти выходы на подпольную жизнь Канза, это совсем другое дело. Тут без тебя не обойтись. Ну и ещё кое-что.

- С чего это ты взял, что у меня есть такие выходы? – услышав про подпольную жизнь, бард внезапно обрёл дар речи, - И что ещё за «кое-что»?!

- Ну Эрикос, давай не будем играть в прятки, - ответил я, продемонстрировав самую обаятельную из всех своих улыбок, - У тебя есть выходы, ты же сам ими и хвалился как-то раз. А «кое-что» зависит от ответа на ровно два вопроса.

- Надо прекращать трепаться по пьяни, - Эрикос усмехнулся, и я мысленно возликовал. Несмотря на недоверие, артист заинтересовался, - Дора! Ещё вина для меня и моих друзей. Угощаю!

- Ооо, вижу разговор пошёл всерьёз, - одобрительно усмехнулась Яра, - Сразу видно настоящего барда.

- Самого, что ни на есть, истинного, - Эрикос отвесил разбойнице поклон, насколько это позволяла сидячая поза и, клянусь всеми богами пустоши, слегка покраснел, - Хотелось бы, однако, узнать, о каких вопросах идёт речь.

- Вопрос первый, - подошедшая официантка, смуглая брюнетка с кудрявыми, чёрными волосами, склонилась над столиком с подносом, продемонстрировав содержимое выреза платья, а заодно уж принеся глиняные кубки с разбавленным вином, - Спасибо милая.

«Милая» одарила меня многообещающей улыбкой, но увы, я достаточно хорошо знал заведение, чтобы не понимать, что за ней скрывается лишь банальная жажда денег. Как и в большинстве таверн Халака, официантки «Флейты и арфистки» обслуживали денежных клиентов отнюдь не только за столиком, и основным горючим вспыхнувшей страсти служила звонкая монета, хотя и симпатия играла определённую роль.

- Так вот, - продолжил я, с удовольствием отхлебнув из кубка, - Сперва простой вопрос. Хоть мы и надеемся, что дело пройдёт чисто, но в действительности может быть по-всякому. Могут ли твои собратья помочь отвлечь городскую стражу, когда мы….ну, скажем так, осуществим некоторое перераспределение ценностей в причальной башне?

- Ну и запросы у тебя, - Эрикос поднял брови, - Придётся, конечно, малость раскошелиться.

- Не волнуйся, мы всё возместим, - слова мои, боюсь, прозвучали несколько неуверенно, но возражений со стороны Элы вроде бы не последовало, - Ну а второй вопрос…

- Сможем ли мы перенести вас через стены города, когда вы тут устроите переполох?

- Ну, стали бы мы по таким мелочам тебя беспокоить, - самодовольно бросил я, извлекая из-за пазухи пергамент, аккуратно свёрнутый в трубочку, - Меня куда больше интересует, достаточно ли у вас яиц, чтобы исполнять в тавернах и на улицах вот это произведение?

Не говоря ни слова, Эрикос взял пергамент и, развернув свёрнутую трубочку, принялся читать. По мере чтения, на его лице всё отчётливее проступало недоумение, а под конец губы скривились в ухмылке, в результате чего он начал откровенно напоминать Элу.

- Что это, во имя Хагрона и всех прочих святых? – спросил он, еле сдерживаясь, чтобы не засмеяться, - Ты серьёзно хочешь, чтобы мы это исполняли? Зачем, позволь поинтересоваться?

- Затем, что мало что-то сделать, - терпеливо пояснил я, - Надо, чтобы об этом говорили.

- Но зачем тебе, чтобы об этом говорили? – Эрикос вновь скатал пергамент в трубочку, - Если уж ты собрался переквалифицироваться в преступники, то они вроде бы заинтересованы как раз в скрытности…стой, погоди-ка, ты ведь не думаешь о…?

- А если думаю?

- Ну ты же не всерьёз? Я хочу сказать, все мы в детстве читали про приключения Маркила, но то в детстве, а сейчас, уж прости, надо понимать разницу между книгами и жизнью. Ты хочешь стать защитником угнетённых? Бороться против тирании? Не рейдером, но благородным разбойником? Такое бывает только в сказках.

- Так почему хотя бы не попытаться сделать сказку былью, - упрямо произнёс я, взглянув собеседнику прямо в глаза, - Мне лично терять особо и нечего. Потому я и пришёл в Халак. Если уж кому и под силу сделать так, чтобы о нас пели песни и слагали предания, так это тебе.

Я, конечно, безбожно манипулировал собственным приятелем, но что поделать. У каждого из нас есть слабые места, для Эрикоса таковыми была гордость и падкость на лесть.

- Ну хорошо, - Эрикос выдержал взгляд и внезапно посерьёзнел, - Допустим даже так. Но я всё ещё не понимаю смысла? Ты думаешь, что твои действия кому-то понравятся и на что-то сподвигнут? С чего ты взял, что тебя кто-то вообще поддержит? Ты посмотри вокруг, все всем довольны. Да и Канз … Многие гвардейцы, да и аристократы, словно только и ждали того, что случилось. На торгашей, в сущности, плевать, на фермеров тем более, многие даже одобрят. На что ты рассчитываешь?

- Я не знаю, как фермеры, но я знаю Канз, - я отхлебнул из кубка, ощутив, как вино, щедро приправленное пряностями, прокатилось по пищеводу, - Дагрим там, мягко говоря, никогда не любили. Не верю, что всем наплевать. Наверняка имеются недовольные.

- Может, - бард неопределённо пожал плечами, - Я-то при чём?

- Притом, - я не сводил с него взгляда, - Ты знаешь причём.

На миг Эрикос вздрогнул, потеряв контроль над собой, и мне показалось, что именно в этот момент на лице проступила его истинная натура, тщательно скрываемая под маской повесы, трубадура и автора скабрезной песенки. Впрочем, оправился он достаточно быстро, и уже спустя пару секунд передо мной сидел всё тот же старый-добрый Эрикос, приятный, симпатичный, но уж больно легкомысленный молодой человек.

- Значит, знаешь? - сказал он, скорее утвердительно.

- Знаю, - подтвердил я.

- А они? – кивком головы бард показал на махарри.

- И они. Уж прости, но было бы довольно глупо идти, ничего предварительно не сказав. Да не такая уж это тайна, что барды Халака работают на орден Наблюдателей. Сомнения конкретно насчёт тебя были разве что.

- Не так уж ты и хорошо осведомлён, - снисходительно бросил Эрикос, - На наблюдателей разве что совсем уж никудышные работают.

- Вот-как? А на кого же…

- Давай к делу, - неожиданно грубо оборвал приятель, - Я догадываюсь, к чему ты клонишь. Недовольные есть, скажем так. От серьёзных активных действий пока воздерживаются. Ты хочешь узнать, поддержат ли тебя в этом, конкретно деле? Обещать не могу, но кражу парчи поддержат почти наверняка. В остальном же…чего ты, собственно, хочешь?

- Чего я хочу, - задумчиво переспросил я, - Вопрос не столь уж прост. Лично для себя пересмотра моего дела и восстановления честного имени и статуса…ну, хотя бы до прежнего. Для моих друзей амнистию и гражданство Канза, а для нашего дела поддержку со стороны школ бардов, возможность сбывать добычу, ну и неплохо бы встретиться с представителями твоих патронов, обсудить уже с ними, чем мы можем быть друг-другу полезны. Кстати, если у нас всё получится, после получения гражданства, часть добычи моим друзьям бы надо сохранить. А персонально для вот этого здоровяка…как ты говоришь звали этого парня, которого ты ищешь?

- Джошуа Никс, - ожил Танкред, доселе полностью погружённый в свои мысли, - Должен быть, где-то в Канзе.

- Нужно найти его. Задача посложнее, но вроде и человек должен быть приметным. Ну а когда найдёте – провести нас в город. Пока вроде всё.

- Губа не дура, я посмотрю, - Эрикос вовсе не выглядел шокированным моими запросами. Скорее он выглядел как-то по-деловому, и я впервые подумал, что знаю его куда хуже, чем мне казалось, - Сам понимаешь, я могу ответить только за себя. Но кража парчи… Пожалуй, мне вас послал сам Хагрон.

- Ты ведь на самом деле знаешь, зачем она им, не так ли? – пытливо спросила Эла, невольно заставив меня поежиться, всё-таки эта женщина была чересчур проницательна.

- Возможно, - Эрикос спрятал глаза, - Но не могу поведать. Не сейчас. Но кое-что скажу. Справитесь– получите всё, чего попросили и может даже более того. Это важно для…нашего дела, скажем так. И будет неплохо, если то, что вы не сможете унести, вы….уничтожите.

- Уничтожим? – признаюсь, Эрикосу удалось меня удивить, - Я правильно тебя понял?

- Более чем, - кивнул Эрикос, - Согласитесь, вряд ли вам удастся стащить всё, что там есть, так в чём собственно проблема?

Действительно в чём? Ну разве в том, что кража части парчи заставит маронитов всего лишь огорчиться, а вот потеря вообще всего без сомнения приведёт их в настоящее бешенство. Я было открыл рот, чтобы поделиться своими соображениями с окружающими, но Эла подняла руку, заставив меня замолчать.

- Может быть и не проблема, - женщина явно настроилась перехватить инициативу, - Допустим, мы сделали это. Что дальше?

- Дальше, - Эрикос задумался, - Знаете место под названием Сард?

На какое-то время Эла задумалась, прикрыв узкие щёлочки глаз мембранами. Мне не слишком понравилось выражение её лица.

- Знаем, - наконец сказала она, приоткрыв глаза, - Куда более интересно откуда о нём знаешь ты?

- Я много что знаю, - вопреки моим ожиданиям, Эрикос не опустил взгляд, - Тем лучше, что и вам это место знакомо, значит мои знания верны. Подождёте там.

- Вот-как? И долго ли ждать?

- День или два, не больше. Только…

- Только что?

- Ну…не напивайтесь там, - Эрикос замялся, - Ну, то есть, я хочу сказать, если то, что я слышал про Махарри правда…

- Парень, - фирменная улыбочка Элы заставила Эрикоса поёжиться, - Забудь всё, что ты там слышал о Махарри.

- Как скажете, - Эрикос кивнул с такой охотой, что я искренне обеспокоился, как бы его голова не свалилась с плеч, - Всё забыть, это я могу. Это как раз, что у меня получается лучше всего. Я прибуду к вам буквально через пару дней.

- Ты прибудешь? – я вопросительно поднял брови.

- Не один, - небрежно бросил поэт, - Там будет человек, ну, которого ты хотел увидеть. Но только, если вы справитесь.

- Уж поверь, мы справимся, - заверил я, хотя не чувствовал ровным счётом никакой уверенности в своих словах, - И насчёт песни.

Эрикос неожиданно ухмыльнулся.

- А что насчёт песни?

- Ну…не знаю, причеши её что ли как-то?

- Что, прости?

- Ну, исправь, сделай лучше, чем она есть, - произнёс я, сквозь зубы, - Я не строю иллюзий насчёт своих талантов, в конце концов, ты у нас тут бард, а не я.

Эрикос посмотрел на меня, и его лицо озарила улыбка из числа тех, которые заставляли учащённо биться сердца владелиц таверн.

- Знаешь Рен, что самое обидное, - сказал он, вдоволь насладившись моим смущённым видом, - Я действительно пишу сейчас песни о героях и любви. Прекрасные песни, мне они очень нравятся. И не только мне, даже мой наставник меня хвалил, а уж поверь, получить похвалу от этого мерзкого старикана уж кое-что, да значит.

Он встал со стула, выпрямившись во весь свой немалый рост и повернувшись к выходу.

- Но самой моей известной песней по-прежнему остаётся эта, - сокрушённо бросил бард, уже было собравшись уходить, - Идиотская тупая песенка, которую я вообще-то сочинил по пьяной лавочке.

Я не знал порадоваться за него, или напротив, посочувствовать, поэтому промолчал.

Бард хотел было что-то добавить, но в итоге вышел, так и не произнеся ни слова.

Какое-то время мы сидели молча. Труппу музыкантов сменила танцовщица в одеждах столь прозрачных, что они, едва оставляли место воображению. Зрители, уже и без того разгорячённые песней, возбуждённо сопели, сопровождая танец одобрительными выкриками в сочетании с подробными описаниями того, что хотели бы сделать со стройной плясуньей. Та правда тоже не лезла за словом в карман, то и дело отпуская насмешливые комментарии в адрес совсем уж распоясавшихся пьянчуг. Право, Эрикосу стоило бы поучиться у неё самоуверенности.

- Надеюсь, ему можно доверять, - наконец произнесла Эла словно в пустоту. Впрочем, я прекрасно понимал, к кому на самом деле обращены эти слова.

- И лучше бы оно так и было, - многозначительно добавил Йонар, в очередной раз выразительно погладив рукоять кинжала, сопроводив сие действие многозначительным взглядом, будто невзначай скользнувшим по вашему покорному слуге.

- Можно, - кивнул я, стараясь хоть на словах изобразить уверенность, коей вовсе не ощущал на деле, - Не первый год его знаю.

- А мы тебя всего неделю, - фыркнула Эла.

- Полторы недели.

- Ага, полторы. А уж этого твоего… Что там такое?

В таверну влетел возбуждённый парнишка лет девятнадцати, что-то проорав приятелям, сидевшим прямо у двери. Что именно он им сказал, я не понял, мне и самого себя-то было непросто услышать в окружающей какофонии звуков, но компания выразила явную заинтересованность, повскакивав со стульев и двинувшись к выходу. Новость, похоже, распространилась быстро, и следом за парнями к выходу потянулось ещё несколько человек.

- Глянем? – Яра произнесла это скорее утвердительно, уже встав из-за стола, - Здесь нам вроде бы делать больше нечего.

- Не так уж нечего, комнату бы не помешало снять, - сказала Эла, тоже, впрочем, поднявшись с места и положив на стол несколько монет, - Но это успеется.

- Успеется? – усомнился я, - Когда планируем?

- Точно не раньше завтрашнего дня, - по мере того, как посетители покидали заведение, какофония звуков становилась всё тише, и Эла понизила голос, - Надо осмотреть подходы, пути к отступлению, всё спланировать, ещё разок увидеться с твоим приятелем. Хорошо бы, конечно, времени побольше, но я так понимаю, груз отправляется со дня на день.

- Дня через два должен быть, - я направился к выходу, - Надо ещё определиться, как будем выбираться из города. Или здесь заляжем?

- Нет, это тебе не Канз и не Дагрим, тут не спрячешься. Ладно, начать предлагаю сегодня, мы с Йонаром посмотрим место, а остальные поищут выход. Все согласны?

Ограничившись кивком, я открыл дверь и вышел наружу. Вокруг уже начало темнеть, но город по-прежнему выглядел оживлённым. Пожалуй, даже слишком оживлённым, фактически на улицы высыпала целая толпа, и я не сразу сообразил, что собравшиеся люди почему-то смотрят вверх, бурно что-то обсуждая. Когда сей факт наконец дошёл до моего сознания, я поднял голову вверх и остолбенел, растерянно хлопая глазами.

В свете нарождающейся луны к причальной башне медленно подплывал воздушный корабль. Само по себе, это было не бог весть какое выдающееся событие для города, ежегодно выплачивавшего дань Канзу, если бы не размеры корабля, впечатлявшие даже тех, кому такого рода суда были отнюдь не в новинку. Подобный корабль у Канза был всего один, тот самый, которым я управлял всего-то чуть более месяца назад. Прямо надо мной в воздухе висела «Гордость Канза» собственной летающей персоной.

- Драть меня во все щели, - изысканно выразилась Эла, уже успевшая встать рядом, - Похоже, подготовку придётся здорово ускорить.

Глава 27

Несмотря на многолюдность, в Халаке всё же встречались закоулки, недостаточно уединённые, чтобы обсуждать планы свержения маронитов, но всё же позволявшие, пусть и ненадолго, укрыться от толпы. Один из них, известный даже не всем старожилам, располагался прямиком в центре города, всего в паре десятков метров от причальной башни, между огромным амбаром, полукруглой формы и храмом какого-то местного божества, имя которого я так и не удосужился выучить. Совсем рядом с переулком пролегала одна из главных улиц, и шум городской жизни, не затихающей даже глубокой ночью, слышался столь отчётливо, словно мы находились прямиком на ней. Казалось невероятным, но сейчас переулок был абсолютно пуст, как будто место было заколдовано от постороннего взгляда. В какой-то степени оно так и было, несмотря на находящийся рядом амбар, обычно сюда заходили либо блевать, либо справлять иные естественные потребности, и поверьте, запах был весьма соответствующий, даже при том, что Халак и без того отнюдь не благоухал благовониями. За последние несколько минут в переулок заглянули дважды, но вид маячивших в темноте фигур отбивал желание использовать место по его обычному назначению.

- Видишь там? – шёпотом произнёс я, показав рукой вперёд и влево, - где амбар упирается в стену, есть небольшая выбоина?

- Ни хера я не вижу, - буркнула Эла, - Тут темно, хоть глаза себе выколи.

И я её не винил. Безымянный закоулок ценился экипажами воздушных кораблей именно за то, что нёс в себе возможности, скрытые от постороннего взгляда даже при свете дня, не говоря уже о ночной мгле. Высокая стена, вплотную прилегавшая к обоим строениям, на первый взгляд была неприступнее служительницы Джодис, однако, при более близком знакомстве, становилось ясно, что неприступность эта скорее кажущаяся. Кстати, со служительницами Джодис та же история.

- Мне проще будет показать, - я осторожно шагнул вперёд, - Можешь со мной пойти, если не доверяешь.

Пару секунд Эла молчала, предаваясь размышлениям.

- Йонар, - наконец шепнула она, к моему облегчению, приняв верное решение, - Пойдёшь с ним.

Посчитав это достаточным, я осторожными шажками двинулся вперёд, стараясь держаться в тени зернохранилища. Краем глаза я заметил, что Йонар, повинуясь указанию, крадётся следом. Надо признать, что двигаться он умел, даже я едва мог заметить его присутствие, а ведь он находился буквально в паре шагов.

Подойдя почти вплотную к стене, я остановился, повернувшись к своему безмолвному спутнику.

- Видишь тут на стене амбара выбоина, на высоте чуть выше твоего пояса? – спросил я, для верности, показав рукой в темноту, - Надо запрыгнуть на неё, затем резко вверх и там можно ухватиться за стену.

- Не вижу, - послышался раздражённый шёпот, - Гладкая стена. Снаружи точно нет охраны?

- Снаружи обычно нет, но может быть внутри, - ответил я, нащупав рукой крошечную выбоину, - Давай я наверх запрыгну, а ты следом.

- Хера лысого! – Йонар аж схватил меня за руку, - Я иду первым, а ты ждёшь.

- Слушай, там наверху лучше не рассиживаться, а как вниз слезть ты не…, не успев договорить я почувствовал, как что-то кольнуло меня в бок. Йонар совершенно не был настроен на долгие беседы.

- Делай, что говорят, или кишки выпущу, - пробормотал он тоном, не оставлявшим сомнений в серьёзности угрозы, - Показывай, где эта выбоина.

Скрипнув зубами, я осторожно отвёл кинжал в сторону, а затем взял его левую руку своей и положил прямиком на выбоину.

- Доволен? – резко шепнул я, отдёрнув руку, - Запорешь дело, я не виноват.

Йонар бесцеремонно оттолкнул меня и в ту же секунду прыгнул прямо с того места, где стоял. Оттолкнувшись левой ногой, он взлетел вверх, ловко зацепившись за стену и, используя инерцию прыжка, подтянулся на руках, одним махом оказавшись на стене.

- Зови остальных, - тихо бросил он, и соскользнул вниз с высоты трёх с половиной метров, столь тихо, что я едва расслышал звук его приземления.

- Надеюсь, ты себе ноги переломал высокомерный засранец, - в сердцах пробормотал я, конечно же, не рассчитывая на это всерьёз, после чего махнул рукой, приглашая остальных присоединиться.

Три теряющихся во мраке силуэта, вынырнули из мрака переулка, на доли мгновения мелькнув в тусклом свете нарождающейся луны. Про себя я отметил, что Танкред движется едва ли не легче девушек и это при его габаритах. Что же это за человек?

- Выбоина там, - вновь показал я, - Сверху, слева на стене груда щебня, если раздвинуть умеючи, там будет верёвка, когда будем оттуда выбираться, полезем по ней.

Лично я бы предпочёл по ней же и спуститься. Ну не люблю я высоты. Понимаю, что смешно, при моей-то профессии, но что есть, то есть.

- Вижу, - голос Элы звучал напряжённо, но собранно, - Давай следом, Танкред, ты за ним.

- А я думал, дамы вперёд, - я примерился к выбоине.

- Шутить потом будешь, действуй.

Подобравшись, я прыгнул. К своему удивлению, справившись с задачей с первого раза. Что значит тренировка, помнится, когда я впервые возвращался из самоволки, то скакал под стеной минут десять, не в силах преодолеть препятствие. Справедливости ради, тогда я был довольно сильно пьян.

Забравшись на стену, я осторожно высвободил верёвку из-под кучки камней и спустился вниз, где уже поджидал Йонар. Остальные, по его примеру, попросту попрыгали сверху, не тратя лишнего времени. Что ж, у каждого есть свои слабости, и я не исключение.

- Что дальше? - шепнула Эла, - Ты говорил тут есть проход, где он?

Центр Халака, где размещались все важнейшие здания, серьёзно отличался от шумных городских улиц. Подобно тому, как за маской сладострастной ветреницы, может скрываться циничная и расчётливая дама, так и сердцевина города, была серьёзна, сурова, неожиданно аскетична и совершенно безлюдна в столь поздний час, что нам было более чем на руку.

Трёхэтажная причальная башня находилась к какой-то полусотне метров от нас, мерцая тусклым светом из узких окон. Пришвартованная к стапелям верхнего этажа «Гордость Канза» в полумраке звёздного неба, выглядела ещё больше, чем обычно. Для обычного человека силуэт должен был смотреться угрожающе, но у меня при виде корабля заныло сердце. Всего год я пробыл рулевым, но уже привык считать летающую крепость своим вторым домом. Мне пришлось буквально заставить себя вспомнить о том, что я уже давно не член экипажа, а скрывающийся преступник в окружении головорезов, пришедший сюда совершить ограбление. Мысленно я в очередной раз поклялся однажды вновь вернуться в привычное кресло.

- Вон там за двухэтажным зданием, - я показал рукой во мрак, - Оно почти вплотную к стене и почему-то её там не стали достраивать, оставив брешь. Протиснуться можно. Давайте быстрее, тут ходят патрули, и лучше бы им не попадаться.

- Да уж, оборона, - язвительно произнесла Эла, направившись к указанному месту, - Говоришь, в башне хранятся ценные вещи. Удивительно, что до сих пор никто не попробовал провернуть что-то подобное.

- Хранятся недолго, только когда корабли приходят, - я подошёл к проходу, который, к моему облегчению, так и не был заделан, - Да и сама башня полна солдат, никому в голову не приходило, что такое вообще можно сделать.

- Может и правильно, что не приходило, всё это выглядит полным безумием, - Яра встала перед проходом, явно колебаясь- Кто пойдёт первым?

- Я, - Йонар попытался заглянуть за угол стены, - Есть там охрана перед башней?

- Обычно нет.

- Обычно?

- Придётся рискнуть.

Недовольно фыркнув, Йонар проскользнул в проём, с такой лёгкостью, будто был намазан маслом. Осторожно выглянув из-за стены, он несколько секунд всматривался в темноту, и тихо прошептал.

- Чисто. Давайте следом.

Втянув живот, я последовал за ним. Лишения последних недель сделали своё дело и пролезть оказалось даже легче, чем обычно. Обернувшись, я увидел, как к проёму подходит Танкред и помрачнел. Почему-то я совсем забыл о том, что светловолосый гигант габаритами существенно превосходит подавляющее большинство обычных людей.

- Ты уверен? – Яра явно разделяла мои опасения, но Танкред был не из тех, кто пасует перед трудностями. Напрягшись, он сумел-таки влезть в проход, но на этом его успехи закончились. Напрягая всю свою чудовищную силу, он всё же не мог продвинуться ни на сантиметр.

- Merde! – глухо прорычал он на каком-то неведомом языке, - Trou du diable!

- Зирт! – сквозь зубы выругался Йонар, - Тяни его за руки.

Ухватив одну из ручищ Танкреда, я, уперевшись ногами в землю, изо всех сил потянул на себя. То ли Эла, то ли Яра начали толкать сзади, и внезапно здоровяк вылетел вперёд, едва не сбив меня с ног. Судя по сдавленному шипению, процесс дался ему отнюдь не безболезненно и возможно стоил пары кусочков кожи.

- А назад с тобой также будет? – почти не уступая габаритами среднему мужчине, Яра, тем не менее, пролезла достаточно легко, - Время может быть дорого.

- Поэтому надо сделать всё тихо, - худощавая Эла справилась с задачей без каких-либо усилий, - Чтобы торопиться не пришлось. Давайте вперёд.

Йонар традиционно рванул первым. В считанные секунды преодолев расстояние от недостроенной стены до солидной двери, закрывающей вход в башню, он принялся сосредоточенно колдовать над замком. Я побежал следом, не отводя глаз от окошек, в которых, несмотря на поздний час, до сих пор мерцал свет. Обычно в башне располагались солдаты и офицеры с корабля и свет означал, что они до сих пор бодрствуют. Плохо, но предсказуемо. Я подбежал к Йонару, прижавшись к стене башни. Спустя пару секунд рядом встал Танкред, а потом нас догнали и остальные, сгрудившись вокруг входа.

- Ты скоро там? – нетерпеливо шепнула Эла, на миг оторвавшись от стены.

- Я пытаюсь, - раздражённо огрызнулся Йонар.

- Пытайся лучше, время дорого.

Йонар не ответил, продолжив сосредоточенно ковыряться в замке. Выглядело это довольно странно, потому что, насколько я мог судить, замок был простенький и для человека, именовавшего себя лучшим вором самого большого города в обжитых землях, не должен былсоставить ни малейшей проблемы. Либо я чего-то не понимал в искусстве взлома замков, либо…

- Ну скоро ты там? – Эла явно начала нервничать, - Мы тут как на ладони. Если кто-нибудь выглянет в окно..

«Есть в шумном Халаке таверна одна», - нестройный пьяный хор голосов со второго этажа, грянул, словно в ответ на её слова, - «Внутри и снаружи равно гнусна»

- А, понятно, - дикума нервно прыснула, - Я смотрю, там весело. Может мне тоже бросить своё ремесло, и устроиться в солдаты.

- Женщин не берут, - машинально ответил я, - И…ну…

- И таких, как я, да, я поняла. Слушай, Йонар, я тебя не то, что тороплю, но…

- Ты не могла бы заткнуться, - разозлившись, Йонар высказался почти в полный голос, - Мешаешь.

- Если там внутри стража, то ты уж, наверное, всех переполошил.

- Да не обязательно, - я счёл нужным обнадёжить собравшихся, - Если кто уже уходил в самоволку, то небось думают, что спьяну в замок попасть не может. Такое бывает.

- Надо же. Вот что с тобой, оказывается, бывало, а с виду такой пай-мальчик.

- Во-первых, - возмущённо начал я, но взбешённый Йонар не дал мне договорить

- Заткнитесь вы все наконец, - рявкнул он, уже почти не сдерживая голоса, - Не мешайте работать.

«Пиво как ссаки, а жрачка дерьмо

Но публика валит наваааалом»

Хор сверху продолжил свой ночной концерт, но затем замолчал, словно сбившись с ритма. Сверху донеслись приглушённые голоса, спорящие друг с другом.

- Им похоже не до нас, - шепнула Эла, - Боги на нашей стороне.

- А дверь твои боги открыть могут? – скептически отозвалась Яра, которая, как я уже успел выяснить, была не слишком-то религиозна.

- Ну не всё же им делать за нас. Йонар, ты там скоро?

- Слушай, - начал было Йонар, определённо взбешённый, как Элой, так и неподатливостью замка, но в этот момент, дверь внезапно открылась, свалив незадачливого взломщика прямиком на землю.

- Ну что ты возишься? - противный голос неожиданно показался знакомым, и я невольно подался вперёд посмотреть на его обладателя, - Говорил же, не нажираться до потери мозгов. Почему так сложно…ты?!

Не постыжусь признаться, что от изумления я, прямо-таки остолбенел. И было отчего. Прямо передо мной стоял Лео Тавар собственной персоной. Последний раз я видел его менее полутора месяцев назад, когда он стрелял в толпу людей в Канзе, и вот он уже стоит передо мной в форме Дагрима. Согласитесь, есть отчего прийти в некоторое замешательство.

- Какого…, - начал было он, но если я и впал в ступор, то надо отдать должное Танкреду. Он явно умел быстро принимать решения, невзирая на изменения в окружающей обстановке. Оттолкнув меня в сторону, он схватил Тавара за грудки правой рукой, буквально выдернув его из дверного проёма и, не давая опомнится, тут же подхватил его левой, с размаху впечатав затылком в стену.

Лео повис в руках Танкреда, как безвольная тряпка. Было похоже, что он вообще не успел понять, что именно с ним случилось.

- Ну ладно, - произнесла Эла, с пугающим спокойствием, - Вот, боги открыли нам дверь. Яра, перережь ему глотку.

- Что? – отозвалась Яра, всё ещё пребывая в замешательстве.

- Глотку! – нетерпеливо повторила Эла, - У тебя кинжал есть, помнишь?

- Не буду я этого делать, - запротестовала Яра, - Что значит перережь глотку? Это…нехорошо…

На пару мгновений Эла просто утратила дар речи. Не могу сказать, что в какой-то мере не разделял её удивления.

- Что? – переспросила она, всё ещё не до конца поверив собственным ушам, - Погоди, мне показалось…

- Тебе не показалось, - шепнула Яра, словно невзначай встав перед бесчувственным телом Лео, - Не буду я ему резать глотку.

- Ты спятила что ли? Сколько народу ты прикончила за свою жизнь?

- Это совсем другое! Я убивала в бою, а хладнокровно убить человека без сознания…

- Так, отойди в сторону, дай я сама его прикончу.

- Никого ты не прикончишь!

- Я тебе приказываю!

- Да пошла ты в…

- Стоп, - я присел рядом с Лео, присмотревшись к нему поближе, и моё сердце возбуждённо забилось. Правую руку Тавара украшал диковинный наруч, слишком толстый и вычурный для того, чтобы быть обычным элементом доспеха. Я готов был поклясться, что видел такой, как минимум несколько раз.

- Что там ещё? – раздражённо спросила Эла, - Прикончи его ты, если уж наша чистоплюйка…

- Знаешь что…

- Довольно! – голос Танкреда прозвучал тихо, но почему-то обе спорщицы не только услышали его, но и моментально повиновались, - Не время и не место.

- Эта штука не просто наруч, - шепнул я, благодарно взглянув на Танкреда, - Это боевой артефакт.

- Магия? – тон Танкреда стал ледяным, и я запоздало вспомнил, что по непонятным причинам, этот тип относится к магии с крайним недоверием, если не с откровенной враждебностью.

- Это может оказаться полезным, - вклинилась Эла, и теперь я взглянул с благодарностью уже на неё, - Ты можешь заставить его работать?

- Уверен, что да, - соврал я, потому что никакой уверенности я не чувствовал. Далеко не все артефакты работали в чужих руках без предварительной настройки. Некоторые подчинялись магу спустя определённое время, но были и такие, которые слушались его, лишь после того как за них брались жрецы оракула, подгоняя под конкретного человека. Оставалось лишь надеяться, что этот конкретный к таковым не относится.

- Тогда действуй.

Взявшись обеими руками за наруч, я потянул его на себя. Артефакт не желал сниматься, будто приклеившись к своему владельцу, и я непроизвольно упёрся ногой в бок Тавара, желая получить дополнительную точку опоры.

Пожалуй, это было ошибкой.

Глаза Лео неожиданно открылись, и он резко сел, уставившись на меня. Не до конца осознавая ситуацию, он тем не менее сообразил, что происходящее несёт для него угрозу, и сжал руку с наручем в кулак, направляя её мне в живот.

«Конец» - отстранённо подумал я, - «Глупо как вышло».

Огромная нога с глухим стуком вошла в соприкосновение с головой Лео, отчего тот, вновь принял лежачее положение, вторично приложившись затылком об стену. Доселе неподатливый наруч, неожиданно слетел с его руки, и я, не успев среагировать, также растянулся на земле, по счастью, в отличие от своего оппонента не потеряв сознания.

- Нда, - задумчиво пробормотала Эла, глядя на несчастного Тавара, - После такого, его стоит прикончить уже хотя бы из человеколюбия.

- Да тихо вы, - шикнул Йонар и добавил, обращаясь уже ко мне, - Ты говорил, там на этаже может быть охрана?

Воцарилась тишина. До меня медленно доходил тот факт, что уже около минуты мы стоим перед открытой дверью башни, ругаясь едва ли не в полный голос. Если выход охраняется, а обычно он охранялся, скорее всего нас уже ждут и отнюдь не с распростёртыми объятиями.

Наступившую тишину нарушала лишь пьяная ругань с верхних этажей башни. Служаки явно проводили время довольно весело. Интересно, это местные стражники, или экипаж корабля? И если второе, то из кого он теперь состоит?

- Вроде всё тихо, - неуверенно шепнула Эла, - Но если что…Ренар, что конкретно делает эта штука?

- Людей убивает, что же ещё, - шепнул я, - Но она пока не работает.

- То есть, не работает, ты говорил…

- Ну говорил, - огрызнулся я, - Дай мне время!

- Довольно пререкаться, - прервал нас Танкред, - Времени не так много, так давайте его не тратить.

- Возможно нас там уже ждут с арбалетами наготове, - неуверенно бросила Эла.

- Что ж, - Танкред пожал могучими плечами, - Тогда им лучше стрелять поточнее. In nomine Deus!

Глава 28

С этими словами, что бы они не значили, он ворвался в помещение, сжимая в руках кинжал. Что ни говори, а отвага этого человека воистину впечатляла. Ну и глупость вкупе с самонадеянностью тоже. Однажды это без сомнения выйдет ему боком.

Но не в этот раз.

- Ну что там, - шепнула Эла, осторожно заходя следом за гигантом, - Оооо, ну и ну.

Шагнув в дверной проём, я понял причину её удивления. Действительно, выражение более чем подходило к ситуации.

Первый этаж башни был знаком мне достаточно хорошо, благо бегать через него в самовольную отлучку мне в своё время доводилось не раз и не два. Вот кухня, вот кладовая, вон там, за деревянной решёткой, оружейная, где и сейчас виднеется несколько копий и щитов. Слева, прямиком за колодцем, винтовая лестница, ведущая на верхние этажи, справа висит чадящий факел, едва освещающий помещение, а посередине, в неведомо как здесь оказавшемся роскошном кресле, развалился часовой, мирно храпящий во всю силу своих лёгких. Рядом с ним, аккуратно лежали копьё, щит и валявшийся на полу кувшин, похоже, и послуживший причиной столь крепкого сна.

- Смотри-ка, действительно есть охрана, - Эла вытащила кинжал, осторожно шагнув к часовому, - Этого хоть можно прикончить?

- Не трогай его! – раздавшийся сзади разъярённый шёпот, свидетельствовал о том, что Яра также переступила порог башни.

- О боги, - Эла вздохнула, - Что ты, собственно, собираешься с ними делать? Просто оставить как есть?

- Ну можно же их связать, ну не знаю, оглушить как-нибудь…

- Что?

- Что?!

- Помолчите, - на фоне творящегося вокруг безумия Танкред выглядел поистине образцом здравомыслия, - Господь на нашей стороне, но его терпению есть предел.

Почти бесшумно он подошёл к часовому и локтевым сгибом правой руки перехватил ему шею, одновременно надавив ладонью левой на затылок, сцепив их в некое подобие единой конструкции. Определённо вояка успел опустошить кувшин почти полностью, поэтому до момента, когда он, очнулся, прошло несколько секунд. Придя в сознание, горе-часовой, судорожно попытался вырваться, схватившись за руку Танкреда, но с тем же успехом можно было попытаться разорвать железную цепь. Хрипя и булькая, вояка некоторое время трепыхался в стальных лапищах, а затем обмяк, как куль с зерном. Выждав почти с полминуты, Танкред осторожно положил часового наземь, тут же подхватив с пола копьё.

- Вяжи, - бросил он Эле, отойдя в сторону, - Того снаружи, тоже.

- Что дальше? – от моего взора отнюдь не укрылось, что, произнося эти слова, Йонар глядел отнюдь не на Элу, а на Танкреда. Неудивительно, за свою жизнь я успел насмотреться на людей, привыкших повелевать, этот явно относился именно к таковым.

- Дальше по плану, - раздражённо пробормотала Эла, скручивая незадачливому часовому руки, - Йонар и ты Рен идёте наверх. Мы внизу, прикрываем, собираем мешки, заодно караулим этих. Яра, не забудь заткнуть им рты.

- Ага, будет исполнено, моя повелительница, - для женщины, Яра обладала весьма внушительной мускулатурой, и тем не менее здорово запыхалась, затаскивая бесчувственного Тавара внутрь башни, - Что-нибудь ещё?

- Да, будь добра не паясничать.

- Погоди чуток его вязать, дай я сперва с него куртку сниму, - вмешался я, прежде чем обстановка накалилась ещё сильней, - Лестница в самом углу, но вдруг попадутся любопытные.

- Пожалуй, ты прав, - Эла, сунула пленному в рот скомканную тряпку, - Надеюсь, в третий раз он уже в себя не придёт?

- Вряд ли, - присев рядом с Таваром, я начал, насколько возможно быстро, стаскивать с него куртку, - Честно говоря, я не уверен, что он теперь вообще придёт в себя хоть когда-нибудь.

- Стоило бы, конечно, и Йонара замаскировать, но уже некогда развязывать.

- Постараемся проскочить побыстрее, - глаза Тавара неожиданно открылись и осоловело уставились на меня. От неожиданности я неловко ударил его кулаком, отчего тот лишь недовольно замычал, схватив меня за руку. Очередной удар нанесла Яра, оказавшись куда сновористее, от её удара Тавар отключился не хуже, чем от того, что ранее нанёс Танкред.

- Нет, ну до чего живучая скотина, - в шёпоте Элы звучало искреннее негодование, - Может всё же перерезать ему глотку?

- Нет, - Яра упрямо мотнула головой.

- Хорошо-хорошо, может ты его усыновишь, раз так о нём заботишься?

- А может ты уже наконец…

- Да замолчите вы обе! – зашипел я, всё больше ощущая себя нормальным человеком, волею судеб оказавшимся в сумасшедшем доме, - Мы тут жизнями рискуем, а вы ведёте себя, как дети!

В комнате наконец-то воцарилось молчание, и я, возблагодарив богов, использовал его для того, чтобы без помех нацепить на себя мундир воздушного флота Дагрима, ранее принадлежавший Тавару. В плечах он мне был несколько узковат, так что пришлось оставить его расстёгнутым, но выбирать не приходилось.

- Пожалуй, ты прав, - смущённо пробормотала Эла, - Это нервы. Плохой из меня командир. Яра, останься тут, последи за этими двумя, заодно покарауль, на случай если кто спустится. Желательно их оттащить куда-то, чтобы хоть заметили не сразу. Танкред, мы с тобой будем ждать снаружи. Йонар, мешки при тебе?

- Да.

- Верёвка?

- Тоже при мне.

- Отлично. Да помогут вам боги, хоть я в них и не верю.

«Есть в шумном Халаке таверна одна,

Внутри и снаружи равно гнусна,

Пиво как ссаки, а жрачка дерьмо,

Но публика валит навалом»

Вновь грянуло с верхнего этажа. Было похоже, что спорщики худо-бедно договорились.

- Давай быстрее, глядишь они нас и вовсе не заметят, - Йонар встал на ступеньки, - Эта твоя штука не заработала?

- Пока нет, - талисман действительно не откликался, и я подавил в себе желание ударить по нему кулаком, - Иногда бывает, что магия работает не сразу.

- Времени нет, идите уже, - Яра подхватила связанного часового на руки, - Пока они отвлеклись.

«Спросите вы, в чём таверны секрет,

Девок чем там, лучше в Халаке нет,

Нравом милы, и искусны в любви,

Встретишь хоть раз, не забудешь»

Пьяный хор продолжал исполнять песню. Нда, раньше на «Гордости Канза» не было таких проблем с дисциплиной. Интересно, как на это смотрит её нынешний командир.

- Давай, - Йонар легко побежал вверх, преодолевая по две ступеньки за раз. Я последовал за ним, ощущая, как предательски трясутся поджилки.

Винтовая лестница пролегала по небольшой шахте, отгороженной от остальной башни кирпичной стеной. Тем не менее, на каждом этаже стена давала лишь частичную защиту от любопытных взглядов, и на несколько бесконечно долгих мгновений, мы должны были предстать на всеобщее обозрение. Именно это и было одним из самых слабых мест во всём плане, который, по мере его осуществления, всё более казался совершенно идиотской авантюрой.

«Готовы клиента всегда ублажить,

Любые мечтанья твои воплотить,

Радости плоти познаешь сполна,

Коль в кошеле хватит монеты»

Хор продолжал исполнять песню, и это вселяло робкую надежду. Учитывая насколько перепились горе-охранники, проскользнуть мимо них можно было без особого труда. Тогда останется только вскрыть замок на двери склада на третьем этаже, где должна храниться парча. Проблема заключалась в том, что по инструкции дань полагалось перенести на корабль сразу после его прибытия. Это могло здорово усложнить задачу.

- Слушай, а вот эту песню случайно не твой приятель сочинил? – поинтересовался Йонар, на секунду остановившись перед самым сложным участком.

- Эрикос? - я искренне задумался над ответом, - Вроде нет. А что?

- Да нет, ничего, - Йонар ринулся вверх с видом человека, собравшегося прыгать с большой высоты, и мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Я выскочил на второй этаж башни, на миг задержав взгляд на открывшемся зрелище.

Их было человек двадцать и, насколько я мог судить по цветам, все они принадлежали к армии Дагрима. Правда в настоящее время, собравшиеся на втором этаже солдаты походили не столько на войско, сколько на банду с большой дороги, пьяную, расхристанную, но всё ещё опасную при определённых обстоятельствах. Большинство сидели в центре комнаты за огромным столом, пытаясь попадать более-менее в такт песне, но, как обычно бывает, пара человек уже валялись на полу, не в силах продолжать веселье. Кто-то блевал в углу, а кто-то сидел отдельно от остальных, погружённый то ли в алкогольные грёзы, то ли в мрачные мысли. Освещавшие помещение факелы, казалось, больше чадили, нежели светили, и собравшиеся едва могли видеть даже друг-друга.

На нас с Йонаром никто не обратил ни малейшего внимания. Не факт, что мы были бы замечены, даже заявись сюда всей пятёркой и спляши прямиком на столе.

«И всё же скажу я, что есть среди них

Такая, что лучше шлюх остальных,

Звать её Шира и я вам о ней

Поведать хочу эту байку…»

Слышал я уже, преодолев лестничный пролёт. А затем песня неожиданно прервалась.

- Не Шира, а Фара, - в хриплом пьяном рёве слышалось искреннее возмущение, - Не знаешь, так и молчи, невежа

- Чего ты несёшь, пустомеля? – тонкий, высокий голос звучал не менее негодующе, - Молчи больше, сойдёшь за умного.

- Ты может хочешь сказать, что я дурак?

- Хочешь? Я прямо так и говорю.

- Ах ты ж….

Дальнейшая интеллектуальная беседа прервалась глухим ударом, отчётливо слышным даже нам. Было похоже, словно об чью-то голову разбили глиняную кружку, что, в свою очередь стало сигналом для начала всеобщего веселья.

- Рассказать кому, так ведь не поверят, - пробормотал Йонар, уже почти достигнув третьего этажа причальной башни, - Хотя видал кой-чего и похлеще. Кто должен быть здесь?

- Комендант башни. Может пара охранников и капитан корабля.

- Маг?

- Он самый.

- Надеюсь, тоже пьян в стельку.

Я промолчал. Что бы я сейчас не думал о Дэране, его я увидеть не ожидал. Будучи опытным командиром, он мог закрыть глаза на мелкие шалости, но совершенно точно не потерпел бы происходящего этажом ниже.

Представляя собой верхушку усечённой пирамиды, третий верхний этаж башни несколько уступал в размерах второму, включая, помимо коридора и хранилища, лишь пару комнат, да расположившуюся между ними дверь, ведущую прямиком к корабельному причалу. Вместо факелов на стенах были закреплены масляные лампы, которые едва разгоняли темноту, порождая взамен густые тени, шевелящиеся при каждом дуновении ветра, подобно живым существам. Узкие окна, выходящие на каждую из сторон башни, были закрыты ставнями, и достаточно велики, чтобы помещение хорошо освещалось днём, однако сейчас от них было мало толку. Здесь даже не было ни единого часового, лишь звуки, доносящиеся из дальней комнаты, свидетельствовали о том, что этаж вовсе не необитаем. Всё шло настолько легко, что в голове даже мелькнула шальная мысль, что жизнь вора кажется куда проще, чем мне казалось до сего момента.

Хранилище было прямо перед нами, и железная решётка, отделяющая его от остального помещения могла бы быть самым ценным предметом в башне, если бы воины Марона не нарушили инструкцию. К счастью, они поступили именно так.

- О…, - Йонар, казалось, был не в силах найти подходящих слов, - Ну и ну…

В Халаке я был отнюдь не впервые, и зрелище сложенной дани, меня не должно было удивить. И это было бы вполне справедливо, если бы не её количество.

Небольшое хранилище было заполнено до отказа. Аккуратно сложенные тюки соседствовали со стопками и наваленными кое-как кусками ткани, формируя кучу, возвышавшуюся почти до потолка. Я был не в силах даже примерно представить стоимость собранной подати, но совершенно точно мог сказать одно – раньше я не видел ничего подобного. Ничего удивительного, что нынешний экипаж «Гордости Канза» нарушил правила. Без дополнительной упаковки такое количество парчи попросту не поместилось бы на борту, разве что ткань пришлось бы кидать прямо на палубу. Видимо погрузку отложили на завтра, хотя и сложно представить, что перепившиеся в хлам солдафоны успешно справятся с задачей.

- Ничего себе, - от изумления, я даже позабыл об осторожности, произнеся эти слова почти что в полный голос, - Куда им столько?

- Вот уж не знаю, - Йонар был потрясён ничуть не меньше меня, - Но нам это на руку. Видишь, часть уже упакована в тюки, возьмём те, что поменьше, ну а остальные… Кто в той комнате?

- Комендант башни скорее всего, - шепнул я, - Но там вроде бы тоже идёт своё веселье. Если тихо замок вскроем, никто не услышит.

- Замок…, - Йонар явно помрачнел, - Хорошо, замок, так замок. Ты пока верёвку, привяжи к решётке, уходить будем через окно. Как бы там на втором этаже не были пьяны, рисковать не стоит. Да и вдруг сейчас переполох поднимется.

Вытащив верёвку из заплечного мешка, я взялся за дело, для верности затянув аж три узла. Прикинув длину верёвки, я недовольно покачал головой – до земли она не доставала.

- Может ну её, эту ве…, - начал было я и сразу же осёкся. Вместо того чтобы вскрывать замок, мой компаньон почему-то направился к комнате коменданта, той самой, из которой доносились приглушённые звуки разговора, среди которых я отчётливо уловил кокетливое хихиканье. Судя по всему, комендант башни проводил время не в мужской компании.

- Ты чего? – шепнул я, успев сделать пару шагов к Йонару, но тот, повернувшись, приложил палец к губам, вытащив из-за пояса нечто, весьма напоминающее кинжал. На пару мгновений я остолбенел, и этого времени Йонару вполне хватило на то, чтобы преодолеть оставшееся расстояние. В комнату он ворвался словно молния, и доносившееся оттуда воркование, сменилось коротким вскриком ужаса, вперемешку с женским визгом, оборвавшимся, впрочем, спустя пару секунд.

Опомнившись, я бросился вперёд, на ходу извлекая кинжал. Не то, чтобы я имел чёткое представление о том, что именно собираюсь делать, но одно я знал точно – устраивать резню я не позволю.

Я почти успел добраться до двери, когда она неожиданно распахнулась, и я едва не был сбит на пол голой девицей, вылетевшей из комнаты со скоростью перепуганной кошки. При виде кинжала в моей руке, симпатичное личико исказилось ещё большим ужасом, и она охнула, явно собираясь завизжать.

- Молчать! – шикнул Йонар из-за спины толстого, лысого мужика, всю одежду которого составляла набедренная повязка, да висящий на шее ключ, а лицо искажено ещё большим ужасом, чем у девицы, - Ты куда пошёл? Вернись к окну. А ты давай-ка пошевеливайся, жирная скотина.

- Вы за это отве…, - начал было говорить мужчина, должно быть являвшийся нынешним комендантом башни, ранее мне, к счастью, незнакомым, но тут же по-бабьи взвизгнув, засеменил к двери. Йонар держался следом, приставив кинжал к спине толстяка, одновременно придерживая его за плечо.

- Присмотри за этой, - бросил он, проходя мимо, - Чтобы не шумела.

Девица, казалось, пребывала в прострации, и я её прекрасно понимал. Моё представление о том, как провернуть дело тихо, весьма заметно отличалось от того, что под этим подразумевал Йонар. Осторожно взяв девушку за руку, я отвёл её ближе к окну. В комнату я старался не смотреть, опасаясь того, что могу там увидеть. Только сейчас я сообразил, что это было далеко не единственное закрытое помещение на этаже, но подумал, что если уж оттуда никто не выскочил до сей поры, то скорее всего там никого и не было.

Скрежет ключа оторвал меня от мрачных мыслей, и я повернул голову к хранилищу. Дверь со скрипом отворилась, открывая нам путь к сложенным внутри богатствам, и я поневоле ощутил лихорадочное возбуждение.

- Благодарю, - с неожиданной галантностью сказал Йонар, а затем с размаху приложил толстяка рукоятью кинжала по затылку. Туша грузно осела, перекрыв вход в хранилище.

- Обязательно надо было его прямо тут оглушать?

- Да, это я и впрямь не подумал, - признался Йонар, подхватывая коменданта под мышки, - Ничего, исправлю. Очень кстати мило с их стороны, что часть товара уже заранее в тюки упаковали, прямо как для нас готовили. Хватай те, что поменьше, и кидай вниз, негоже не воспользоваться гостеприимством.

Подхватив один из увесистых мешков, я потащил его к окну. Выглянув наружу, я попытался отыскать взглядом Танкреда с Элой, но не увидев ровным счётом ничего, пожал плечами и выкинул мешок, рухнувший со звуком, куда более громким, чем я ожидал.

- Да не по одному, идиот! – шикнул Йонар, - Четыре подтащи и тогда уже кидай, или хочешь, чтобы эти пьянчуги нас услыхали?

- Ты сам-то потише, - бросил я, направляясь за следующим мешком, - На этаже может и никого, но рядом корабль, там точно есть дежурная вахта.

- Поди такая же пьяная, как все здесь, - бросил махарри, снизив, однако, голос, - Повезло нам.

Нагрузив на себя сразу два тюка, я не ответил, слишком поглощённый тем, чтобы протиснуться в дверь хранилища. Нам действительно невероятно везло, и именно это вгоняло меня в дрожь. Я уже успел понять, что подобное везение имеет неприятное свойство рано, или поздно заканчиваться.

Дотащив тюки до окна, я бросил взгляд на девицу. Та покорно стояла в углу комнаты, тихо всхлипывая от ужаса. Мне почему-то захотелось сказать ей что-то ободряющее.

- Не плачь, всё будет хорошо, - произнёс я и сразу же почувствовал себя полным идиотом, - Мы…сейчас уходим уже.

- О боги, - заржал Йонар, волоча по полу ещё пару тюков, - Ты ещё к ней начни клеиться, Лотардо хренов. Бросай тюки вниз, я пока подожгу остальное. Девка, ты чего стоишь? Ну-ка легла лицом вниз, нечего тут пялиться.

- Да оставь ты её в покое, - всякому терпению есть предел, и, коль уж на то пошло, Йонар этот предел перешёл давным-давно, - Собрался поджигать, так поджигай уже.

- Ооо, ну ладно, - вопреки моим ожиданиям Йонар не стал спорить, лишь сверкнул зубами в довольно поганенькой ухмылочке, а затем добавил уже без доли юмора, - Кинется бежать на второй этаж, потом тебе лично кишки выпущу, даже если мы переживём последствия.

Скрипнув зубами, я подхватил мешок и выкинул его в окно, поклявшись рано или поздно, поставить ублюдка на подобающее место. С наручем это вполне мне по силам, если конечно он заработает.

Когда последний мешок наконец перекочевал с третьего этажа башни в раскрытое окно, я повернулся к своему трижды проклятому компаньону и застал его в весьма странной позиции. Опустившись на одно колено, он судорожно рылся в мешке. Чуть поодаль, прямо перед сложенной парчой, валялась фляга с огненной жидкостью, которую он, судя по запаху, уже успел использовать. Всё, что ему оставалось, это…

- Слушай, - произнёс он, и клянусь Хагроном, его голос прозвучал жалобно, - У тебя случайно нет огнива?

- Нет, - ответил я. Умом я уже понял, что произошло, но всё ещё отказывался принять случившееся, - Ты же должен был взять.

- Ну так вот, - сквозь зубы пробормотал Йонар, - Я не взял.

- То есть как не взял?

- Ну так и не взял, - взорвался разбойник, - Забыл. Ты что ли не забывал ничего?

Это было уже чересчур. Пару секунд я недоверчиво пялился на компаньона, а затем, не выдержав, истерично захохотал. Прекрасно понимаю, что поступил не слишком-то умно, но на фоне всего случившегося идиотизма, я не могу назвать себя самым большим идиотом.

- О нет, - лицо Йонара приобрело совершенно озверевшее выражение, но даже это не заставило меня прекратить неуместное в текущих обстоятельствах веселье, - Нет, я просто поверить не могу. Надо сочинить балладу о самых тупых грабителях и ещё более тупой пьяной охра…

Дверь позади меня неожиданно открылась, и, обернувшись, я понял, что наше сверхъестественное везение наконец-то закончилось.

Стоявший на пороге мужчина был высоким, пьяным и искренне удивлённым. Что было куда хуже, в руках он держал посох, весьма похожий на тот, что был у лорда Дэрана. Не менее печально было то, что за его спиной маячили два субъекта, в чёрно-алой форме гвардии Дагрима. Определённо, надо было вести себя потише. Ну теперь, конечно, было уже поздно горевать.

Он пялился на нас, а мы на него. Казалось, это продолжалось целую вечность, и в моей голове даже мелькнула совершенно идиотская мысль, что мы с Йонаром успеем убраться ещё до того, как визитёр успеет понять, что происходит, как вдруг, девица, доселе хранившая молчание, неожиданно открыла рот и завизжала, как резаная.

Именно с этого момента события начали развиваться с прямо-таки пугающей стремительностью.

Глава 29

Медленно, будто ещё до конца не определившись, как поступить, маг начал опускать посох, нацеливая его на меня и в этот момент в него прилетел мешок, в котором Йонар рылся ещё десять секунд назад. Волшебник рухнул наземь, сбив с ног обоих гвардейцев, а вырвавшийся из посоха смертоносный луч, разминувшись со мной буквально на волосок и описав широкую дугу, перерубил пару прутьев решётки и врезался прямиком в сложенную груду парчи, успешно заменив собой огниво.

- Беги идиот! – голос Йонара, уже бегущего прямиком к окну, вывел меня из ступора, и я запоздало бросился следом, всё ещё не до конца веря в происходящее. Двигаясь со скоростью молнии, разбойник выскочил наружу, на лету ухватившись за верёвку, и я последовал его примеру, пусть и с куда меньшим проворством

- Держите их! – истеричный крик позади меня, по тональности вполне мог соперничать с визгом девицы, которая так и не замолчала аж по сию пору. Не став ожидать дальнейшего развития событий, я прыгнул на подоконник и, поймав верёвку, начал стремительно перебирать руками, стараясь не отстать от Йонара.

Башня постепенно просыпалась от пьяной дрёмы, загудев не хуже растревоженного улья. На втором этаже кто-то даже начал заплетающимся голосом лихорадочно отдавать какие-то команды, понять которые, едва ли было под силу даже ему самому. Продолжая перебирать руками и ногами, я как раз успел добраться до окна второго этажа, когда прямо надо мной показался силуэт одного из гвардейцев. На миг в свете луны, сверкнуло лезвие сабли, и я понял, что ещё чуть-чуть, и спуск ускорится, пожалуй, чересчур резко.

Плюнув на последствия, я заскользил по верёвке вниз. Руки и ноги обожгло огнём, но в тот момент меня это волновало меньше всего. Куда больше меня волновал вопрос расстояния, оставшегося до земли.

Вопрос так и остался открытым, когда перерезанная верёвка перестала меня держать, и я полетел вниз, взмолившись сразу всем богам, чтобы земля оказалась достаточно близко. Приземление вышло не слишком удачным, я приземлился на спину, отчего у меня сразу же вышибло дух.

Лёжа на земле, я чувствовал себя почти спокойно. На меня снизошло некое умиротворение, из тех, что приходят в момент, когда ты понимаешь, что ситуация тебе совершенно неподвластна, и всё, что остаётся делать, это плыть по течению. Я лежал, пытаясь вдохнуть хоть глоток воздуха, не в силах даже пошевелиться.

А затем силуэт гвардейца сменил другой, сжимавший в руках посох, и я понял, что оказывается, шевелиться я могу очень даже шустро.

Повинуясь скорее инстинкту, нежели разуму, я вскинул руки и внезапно ощутил знакомый отклик от артефакта, закреплённого на правой руке. Не веря собственной удаче, я послал мысленный импульс и наруч изверг жёлтый сгусток энергии оплавивший башню чуть выше окна. Не ожидавший такого поворота событий маг квантримцев дрогнул, и смертоносный луч, что должен был разрезать меня пополам, ударил чуть выше моей головы, прочертив в земле глубокую канаву. Стиснув зубы, я послал новую вспышку, и на сей раз мой прицел был точен – враг бессильно повис в окне, наполовину высунувшись наружу.

- Ничего себе, - чьи-то руки, подхватив меня за подмышки, немилосердно вернули в вертикальное положение, - Рен, ты бежать можешь?

- Не знаю, - роль сестры милосердия выполнила Яра, и почему-то мне пришла в голову неуместная мысль, что руки у неё неожиданно довольно нежные, - Я не пробовал.

- А надо, - ухватив за руку, девушка потащила меня куда-то прочь от башни, - Давай быстрей, перебирай ногами.

- Да я перебираю, - дыхание так и не восстановилось, а спина болела так, словно в ней не осталось ни одной целой кости. Надеюсь, я не сломал себе позвоночник. Или тогда я не мог бы двигаться вообще?

- Да скорее же, - Эла заорала как ошпаренная, и я заметил, что со мной рядом стоит лишь Яра и Танкред, остальные уже вплотную приблизились к проёму, тому самому, сквозь который мы прошли, забравшись в эту башню, будь она трижды проклята богами и людьми.

Что-то ударило в землю прямо перед нами. Позади уже раздавались крики. Как минимум некоторые из стражников всё же оказались достаточно трезвы, чтобы попытаться организовать погоню. Проход оказался прямо перед нами, и Эла с Йонаром уже дожидались на другой стороне. Яра вновь проскользнула, словно ящерка, меня же пропихнул Танкред, неведомым образом протиснувшийся следом без посторонней помощи. Удивительно, как много может сделать человек, имея позади два десятка разъярённых солдат.

Услышав отчаянную ругань, я обернулся и увидел, что следом за нами уже лезет воин в кожаных доспехах, сжимая в руках короткое копьё. Вскинув руку, я выстрелил, отправив его к праотцам, и сам поразился той лёгкости, с которой вновь лишил человека жизни. В голове не мелькнуло и тени сожалений. При других обстоятельствах это могло бы меня обеспокоить, но сейчас я лишь спасал свою жизнь и жизнь товарищей, с которыми меня свела судьба. И лишь это имело для меня значение.

Стену, с которой мы испытали столько хлопот двадцатью минутами ранее, удалось преодолеть без особых проблем. Меня наверх забросил Танкред, уж не знаю, как ему это удалось, даже при его-то силище. Не без гордости отмечу, что вниз я спрыгнул сам, напрочь позабыв о своём страхе перед высотой вытесненным страхом таки оказаться в комнате для допросов ордена наблюдателей Канза, или какого-то аналогичного учреждения Дагрима.

Мы вновь стояли в тесноте вонючего переулка, как полчаса тому назад. Правда тогда с главной улицы не раздавались крики, откуда-то справа не доносился звук свистка городской стражи, да и третий этаж башни не полыхал пожаром, сиявшим багровым заревом на весь город.

Не самые приятные изменения.

- Пошли-пошли, - шикнула Эла, решительно рванувшись к выходу из закоулка, - Не любоваться надо, а валить отсюда нахрен.

Возражений ни у кого не нашлось, и я побежал следом, с облегчением обнаружив, что дыхание вроде бы начало восстанавливаться. Только сейчас я осознал, что у всех, кроме меня, на плечах висят мешки, с наспех приделанными лямками, а Танкред успел схватить сразу два в левую руку.

Ладно. Обязательно возьму у него один мешок. Сейчас вот только заново научусь дышать.

Мы вылетели на центральный проспект города, прямиком в гущу уличного столпотворения, образовавшегося в результате конфликта интересов между теми, кто хотел посмотреть, что происходит и теми, кто пытался убраться подальше, уже сообразив, что не происходит ровным счётом ничего хорошего. У устроенного переполоха был один несомненный плюс, в происходящей суматохе нас никто не заметил.

Эла бросилась вперёд, искусно лавируя, посреди толпы, и мы ринулись за ней, надеясь, что она знает, что делает. Каждый проламывался сквозь людскую массу, изо всех сил стараясь не потерять остальных из виду, и волей-неволей внося дополнительную долю в творящийся беспорядок. Никто не пытался нас задержать, лишь посылали нам вдогонку ругань и проклятия. Когда мы выскочили с центральной улицы в относительно малолюдный переулок, я поневоле почувствовал себя как будто меня вытряхнули из одежды и кинули сюда голышом. Толпа, укрывающая нас лучше, чем любая маскировка, закончилась в самый неподходящий момент.

Откуда-то справа, из лабиринта городских закоулков вновь раздался пронзительный свист, сразу же нашедший отклик буквально отовсюду. Покинув закоулок, мы выскочили на ещё одну улицу, бестолково заметавшись посреди торговых палаток. Позади уже отчётливо были слышны команды вперемешку с руганью, и я понял, что несмотря на всю суматоху, затеряться не удалось. Нас загоняли, как зверей, и оставалось совсем немного времени до того, как кольцо сожмётся. Вряд ли тогда нам поможет даже чудо-наруч, в конце-концов, было бы крайне наивно полагать, что в этом городе не окажется хотя бы пары-тройки боевых магов.

Оглушительный грохот раздался внезапно, заглушив свистки и звуки городской суматохи. На миг я остановился, недоуменно вертя головой и сразу же грохнул новый взрыв, да так, что задрожала земля, а соседнее здание окуталось пылью. В воздух взмыло несколько ракет, с треском разорвавшись в ночном небе, а затем, что-то с шипением пронеслось по соседней улице и взорвалось прямо там. Судя по раздавшимся крикам, фейерверк проходил незапланированно.

- Это ещё что? – недоуменно поинтересовалась Яра, - Магия?

- Да без разницы, - опомнился я, схватив девушку за руку, - В первую очередь это наш шанс.

Мы вновь бросились вперёд, под аккомпанемент треска, грохота и вспышек. Было ли происходящее чьим-то умыслом, или счастливой случайностью, вновь выручившей нас в трудную минуту? Пожалуй, об этом можно было задуматься потом.

Не то, чтобы мы успели тщательно продумать пути отхода, но, учитывая сложившиеся обстоятельства, за находящиеся в нашем распоряжении несколько часов, мы сделали максимум того, что могли. Сейчас это должно было принести свои плоды и, потеряв ещё пару бесценных минут на метания по городским закоулкам, мы всё же выбежали именно туда, куда планировали.

Несмотря на небольшие размеры, Халак обладал довольно высокими стенами, превышающих три человеческих роста. Не было никакой возможности достаточно быстро их преодолеть, если не считать одного единственного слабого места, которое ничем бы не помогло потенциальным захватчикам снаружи, но давало возможность покинуть город изнутри, минуя городские ворота, наверняка уже кишмя кишевшие стражниками.

Укрепления, верой и правдой служившие городу на протяжении многих лет, местами обветшали, требуя починки. Следует отдать должное жителям Халака, бреши они заделывали своевременно. Осматривая город днём, мы как раз узрели, как обожжённые дочерна рабы лениво латают участок стены, стоя на грубо сколоченных строительных лесах. Рабов в настоящее время, уже не было, а вот леса, по счастью остались на месте, будучи к тому же достаточно высоки, чтобы позволить нам убраться из города раньше, чем наши головы окажутся на кольях.

К сожалению, эта мысль пришла в голову не только нам.

Троицу, охранявшую леса, мы заприметили сразу. Два наёмника, с копьями в руках и ещё один – с саблей на поясе и с факелом в руке. Оружие и наброшенный на плечи пурпурный плащ свидетельствовал о том, что его владелец не относился к простолюдинам. Маг? Или просто один из наследников местных торговых домов?

Раздумывать на эту тему было некогда.

Из переулка мы вышли все разом, понадеявшись, что при виде нас охранники разбегутся, но никто и не подумал убегать, напротив, копьеносцы наклонили оружие, изготовившись к бою, а парень в пурпурном плаще выхватил саблю.

- Кто идёт? – рявкнул он, изо всех сил стараясь говорить внушительно, хотя тонкий, предательски подрагивающий голос, сразу расставил всё на свои места. Парнишка явно едва-едва вышел из возраста подростка, - Стоять на месте.

Подняв правую руку, я послал мысленную команду, пустив заряд ему под ноги. Копьеносцы намёк поняли сразу, кинувшись бежать в разные стороны.

Зато юный идиот, вместо того, чтобы последовать их примеру, издав отчаянный крик, бросился на нас, бестолково и неумело размахивая перед собой саблей. В свете факела я наконец увидел его лицо. Проклятье, да он ещё моложе, чем я думал. Потрясающий кретин. Стиснув зубы, я поднял правую руку, прицеливаясь. Идиот или нет, а меч в неумелых руках может убить также легко, как в руках мастера.

Танкред резко выдвинулся вперёд, перекрывая мне прицел. Я едва успел сдержать очередную мысленную команду, когда он, шагнув наперерез парнишке, как-то буднично перехватил его руку своей левой, правой нанеся удар ему в челюсть. Юнец отлетел назад, оставив саблю в лапище Танкреда, который, даже не замедлив шага, направился к лесам.

Мы побежали следом. Мысленно я поймал себя на том, что командиром воспринимаю именно этого странного человека. Не будучи даже магом, он словно был рождён для того, чтобы повелевать.

- Давайте быстрее, - бросила Эла, словно кто-то нуждался в её советах, - Пока сюда не сбежалась половина этого проклятого города.

Забравшись на стену, мы получили возможность полюбоваться на дело рук своих. Башня полыхала уже вся. К моему невольному облегчению, «Гордость Канза» успела отчалить и теперь, скорее всего лишённая магов, способных ею полноценно управлять, беспомощно парила в воздухе, на некотором удалении от пылающего строения. Пожар начинал потихоньку распространяться на соседние здания, и улицы вокруг центра города были забиты толпой народа, создававшей дополнительную сумятицу. Несколько ближе к нам, полыхало ещё одно большое здание, вокруг которого суетились стражники, доселе преследовавшие нас.

- Ну мы тут и учинили, - озабоченно произнесла Эла, - Право, неужели это стоило того?

- Песни про нас во всяком случае точно споют, - цинично заметил Йонар, привязывая верёвку к стропилам - Уж теперь-то.

- Ага. Так споют, что здесь точно лучше больше не появляться.

- Внесу этот город в список, - Йонар затянул узел, - Будет вторым после Дагрима. Спускаемся.

- Глядите! – сказал Танкред, вглядываясь во тьму за пределами города, - Огонь впереди.

Впереди действительно мигал едва заметный огонёк, появляясь и исчезая, как бы прячась от посторонних глаз. Я вспомнил, что по договорённости Дассим должен был подавать нам сигнал.

Я начал спускаться третьим, сразу после Йонара и Элы и лишь взявшись за верёвку, осознал, что руки ободраны до мяса. Зашипев от боли, я, стиснув зубы, продолжил спуск. На глазах выступили слёзы. Терпеть. Только терпеть. В конце концов, это намного лучше, чем ехать в клетке на верную смерть, нюхая вонь вьючных животных.

Спустя несколько секунд, я наконец спрыгнул на твёрдую землю. Эла уже бежала вперёд, и я, опасаясь потеряться, бросился следом. На ходу, я всё же обернулся, и во тьме, слегка разгоняемой лишь заревом от пожара, увидел, как следом спрыгнула Яра. Танкреда я не заметил вовсе, но почему-то не сомневался, что уж кто-кто, а он сумеет о себе позаботиться.

Я бежал вперёд, ориентируясь на хриплое дыхание Элы и Йонара. Яра держалась следом, хотя я нисколько не сомневался, что она без труда способна меня обогнать. Минутой позже я увидел во тьме поравнявшуюся со мной высокую фигуру Танкреда и вспомнил, что так и не забрал у него свой мешок. Я хотел было исправить это упущение, но обнаружил, что не в силах произнести ни слова. До сегодняшнего дня я считал себя довольно крепким парнем, и лишь теперь осознал, сколь изнежен я оказался условиями, в которых жил, будучи аристократом.

Я бежал и бежал вперёд, спотыкаясь, падая и поднимаясь вновь. Из глаз моих снова текли слёзы, а дыхание, казалось, вот-вот прервётся навсегда. И когда я уже готов был сдаться и рухнуть наземь, отказавшись бороться дальше, я наконец увидел, как огонёк, уже мерещившийся недостижимым миражом, мигнул совсем рядом.

- Ну наконец-то, - в голосе Дассима, выбежавшего нам навстречу, слышалось искреннее облегчение, - Я уж решил, что всё, конец, вы там остались. Вы там чем занимались вообще? Спалили весь город? Что вы там наделали?

- Знаешь, - Эла остановилась, и в свете факела в руках Дассима я увидел её лицо. Оно выглядело совершенно измождённым, и к моему стыду, это меня обрадовало, значит тяжело пришлось не только мне, - Вряд ли ты поверишь. Ну, во всяком случае, точно не поверишь сразу.

Глава 30

- Ну вот, - толстый служитель сложнопроизносимого божества закончил накладывать на мои ладони повязки с лечебными мазями, - Завтра подойдёшь сменить, а на ночь прочти молитву Дахтглагурткханасу, и послезавтра, с его помощью, будешь, как новенький.

- Особенно не забудь про молитву, - сидящий рядом Ворг осклабил зубы в зловещей улыбке, и я невольно вздрогнул. Все маххари выглядели весьма грозно, но этот тип, с разрисованным татуировками лицом и заточенными передними зубами, действительно вселял страх, - Иначе Дахтглагурткханас оскорбится, а он шутить не любит.

- Непременно помолюсь, сейчас только потренируюсь выговаривать его имя, - пробормотал я, потихоньку отходя в сторону костра, - Спасибо за лечение.

- Отнесись к этому серьёзно, Дахтглагурткханас ревнивый бог, - сурово напутствовал меня Магрус, - Не зря ему поклоняюсь я. И Ворг, конечно.

Опасаясь выдать себя усмешкой, я лишь кивнул головой. Ворг, насколько я мог судить, не верил вообще ни во что, а что касается Магруса, то я успел выяснить, что диковинный божок с непонятным именем был уже третьим, в которого он уверовал только за последний год. И менял он их, как кокетка свои перчатки, очаровываясь и разочаровываясь то одним, то другим. Начинал он, как служитель Хагрона, но воинственная и любвеобильная натура довольно быстро вошла в противоречие с догматами веры, требовавшей аскетизма и воздержанности, отчего он начал свои духовные искания, докопавшись в итоге до каких-то совсем уж диковатых божков.

К его чести, лекарем он при этом был довольно неплохим.

Непростая доля пиратов пустошей накладывала отпечаток и на распорядок дня. Едва мы успели загрузиться на корабль, Дассим дал команду сниматься с места, и Горн повёл нас по ночной пустыне, ориентируясь во тьме способом, ведомым лишь ему. Лишь когда солнце озарило небосвод, мы добрались до места, где рискнули устроить привал – среди огромных скал, скрывающих в себе пещеру, способную вместить небольшую армию.

При случае, непременно поинтересуюсь, есть ли у них карта таких мест, или они находят их каждый раз спонтанно.

Большая часть команды собралась вокруг костра, включая четырёхрукое, мохнатое существо, обычно державшееся наособицу. Хмурый тип по имени Калев, почти такой же здоровый, как Танкред, наигрывал на неком музыкальном инструменте, причём, получалось у него это неожиданно неплохо. Дассим сидел в обнимку с Элой с совершенно умиротворённым видом, а Яра наверное в двадцатый раз рассказывала о наших приключениях. Команда головорезов, чьи руки были запачканы в крови, пожалуй, даже не по локоть, а, как минимум, по плечи, выглядела неожиданно уютно и даже как-то, по-семейному что ли. На миг я поневоле залюбовался представшей предо мной картиной.

Не хватало разве что Танкреда. Интересно, куда это он запропал?

- Ну а потом эти идиоты сверху начали песни петь. Я аж ушам своим не поверила, вот расскажи кому, так скажут, что я лгунья, - эмоционально вещала Яра, которой явно нравилось быть в центре внимания, - Это какое-то состязание в идиотизме было. Что мы себя вели как дурни, что они, но они ухитрились даже нас превзойти по части дурости. Сейчас вспоминать смешно, а тогда думала, что нам конец. Ну всё ведь на волоске висело, в любой момент нам могло перестать везти и в конце-то концов действительно перестало.

Подойдя к костру, я присел на один из камней, стараясь не привлекать к себе лишние взгляды. Не то чтобы я был очень уж скромным, но в этой компании до сих пор чувствовал себя немного чужим.

- А вот кстати и наш герой, - просияла Яра, разрушив все мои надежды остаться незаметным, - Между прочим, ему мы многим обязаны. Когда этот проклятый маг начал стрелять своим лучом…боги, я уж думала всё, конец нам. Никому живым не уйти. И тогда Ренар ухитрился его скосить, да так ловко. Слышала я про дуэли магов, но никогда бы не подумала, что увижу воочию.

- Да он пьян был сам в хлам, - промямлил я, ощущая себя голым под десятком пристальных взглядов, - Был бы трезвым, мне б конец.

- Пьян? Маг?! Ну и ну. Нет, точно никто не поверит.

- Потому мы никому и не расскажем, - твёрдо произнёс Дассим, - Правда людям не нужна. Им нужна красивая история, в духе басен про этого…как там его…

- Маркила? – поинтересовался я.

- Точно. Чтобы стражи были бдительны и суровы, но воры хитроумны и отважны настолько, что даже их суметь перехитрить. Такую песню про вас и должны спеть. Ты уж там скажи своему Эрикосу, когда встретишь.

- О, этот споёт, - фыркнула Эла, - С его творчеством мы уже успели познакомиться.

- Ну, у него не всё творчество такое, - вступился я за приятеля, - Песни, которые он поёт сейчас….другие совсем.

- И, как он сам признался, имеют куда меньше поклонников, - Эла поудобнее устроилась на коленях капитана, - Такова печальная участь человека искусства. Верно, Калев?

- А то, - меланхолично отозвался верзила, продолжая лениво перебирать струны, - Тебе ли не знать?

Эла не ответила, тем самым распалив во мне любопытство.

- Ты разве тоже творческая личность? – поинтересовался я, постаравшись скрыть сарказм.

- Ещё какая! – оживился Дассим, - Ты даже не представляешь. Спой нам, сердце моё.

- Ой, - дикума хихикнула, неожиданно смутившись, как девочка, - Боюсь, для этого я ещё недостаточно выпила.

- Достаточно-достаточно, - Дассим усмехнулся, - Ну не скромничай так.

- А правда спой, Эла, - поддержала Яра, до сей поры с задумчивым видом сидевшая на камне, обхватив себя за колени, - Ты давно не пела.

- Спой, - коротко произнёс Йонар, заставив меня удивиться, - После всего того, что случилось, нам не помешает услышать что-то…ну…в общем…

- Что-то прекрасное, - закончил Дассим, - Каждому из нас не помешает.

- Ну что с вами делать, - Эла скорее ломалась, нежели действительно возражала, - Калев, подыграешь мне?

- Тебе разве можно отказать?

- Пожалуй и не стоит, - соскользнув с колен Дассима, Эла встала на ноги, выпрямившись во весь свой весьма немалый рост, - С какой начать, Дассим?

- Ты знаешь, - голос Дассима неожиданно дрогнул.

- Хорошо.

Дикума запела, сопровождаемая аккомпанементом Калева. Уже немного зная её, я был уверен, что песня будет похожа на раннее творчество Эрикоса, или ту, что мы слышали в башне. Тем сильнее я удивился, услышав чистый голос, льющийся будто ручей. Песня звучала протяжно, и, нежно, как колыбельная, что матери поют своим детям, но только, в отличие от колыбельных, песня скорее была печальной, пусть и возвышенной. Сделав несколько неверных шагов, я опустился на камень рядом с Ярой. Сердце моё сжала тоска, но вместе с тем, я чувствовал некое облегчение. Напряжение вчерашнего дня постепенно спадало, уступая место светлой печали.

- Неожиданно, да? – Яра слегка повернула голову и быстро потёрла глаз, - Ты бы видел своё лицо.

- А ты своё, - готов поспорить, что в уголке её глаза притаилась слезинка, - Но ты права, это и впрямь неожиданно. Я и не думал, что она так…я хочу сказать, я такого никогда не слышал, она могла бы выступать на любой сцене, это…это невероятно.

- Все, кто слышат её впервые, так реагируют. Да и впоследствии, чего там.

- Да уж, - я окинул взглядом аудиторию певицы. Собравшиеся бандиты с большой дороги, убийцы и головорезы, застыли, заворожённые. Дассим смотрел на Элу влюблёнными глазами, Йонар погрузился в свои мысли, крайне невесёлые, судя по выражению лица. Лысый Горн украдкой вытирал слёзы, и даже четырёхрукий мохнач сидел, словно погрузившись в некое подобие транса.

- Она словно пробуждает в людях что-то, - добавила Яра, - Что-то, о чём они обычно предпочитают не думать. Что хранят где-то в самой глубине своей души, скрывая от посторонних.

- Ты права, - произнёс я, на миг задумавшись, что можно вытащить из моей души, - Никогда не скажешь, что такая…ну…

- Все мы глубже, чем кажемся, - перебила Яра, - Любой из нас. Да и вообще любой человек глубже, чем кажется, даже самый последний бедняк, копошащийся в грязи. Обычно я об этом стараюсь не думать, жизнь непроста, и никогда не знаешь, кого придётся оттолкнуть с пути. Но на самом деле я всегда это понимаю. И Эла куда глубже, чем кажется. И Йонар, этот псих, не расстающийся с кинжалом, и Калев. И Ворг, вот уж кому досталось в жизни может даже побольше моего. И этот здоровенный сумасшедший, упорно утверждающий, что он не сумасшедший.

- Ты говоришь о Танкреде?

- Ну а о ком же ещё? Интересно, где он. Опять пытается поговорить со своей прозрачной хозяйкой.

- Ни разу не видел её с тех пор, как...

- Уверена, мы ничего не потеряли. А вот и он, лёгок на помине.

Танкред действительно подходил к костру, и вид у него был не очень. При побеге из Халака он здорово ободрался, протискиваясь между стенами здания, и оставалось лишь поражаться, сколь вынослив был этот человек, ухитрявшийся бежать с ранами столь тяжёлыми, что большинство людей, получив подобные, не смогли бы и идти. Магрус уже успел наложить на него повязки, забинтовав его торс почти целиком, однако было похоже, что помимо физических ран он успел получить душевные. Выглядел он довольно потерянно, механически переставляя ноги, отчего был похож скорее на некий механизм, нежели на человека из плоти и крови. Поравнявшись с нами, он тяжело опустился рядом со мной, разом нарушив иллюзию уединения.

- Дай угадаю, ты наконец поговорил со своей прозрачной святой, или как ты её называешь? – поинтересовалась Яра, не скрывая скептицизма.

- Поговорил, - коротко бросил Танкред, погружённый в свои мысли.

- Судя по твоему виду, разговор прошёл не очень хорошо.

- Не стоит об этом. Она красиво поёт.

- Честно говоря, обычно реакция на её пение несколько более эмоциональна, - Яра вздохнула, положив руку на могучее плечо светловолосого гиганта, - Что с тобой происходит? Ты выглядишь странно. Ну, то есть, ты всегда выглядишь странно, но сейчас даже больше, чем обычно.

- Расскажите мне ещё кое-что о вашем мире.

- Вот это переход, - Яра аж закашлялась, - Что ты хочешь узнать?

- Как он был создан? Есть ли ещё города, помимо тех, что я знаю? Кто такой Хагрон, о котором вы столько говорите?

- Ну ты задал задачу, - брови Яры взлетели до самого лба, - Тебе действительно вот прямо сейчас приспичило? Не самый лучший момент, да и из меня не самый лучший рассказчик.

- Мне надо знать, - упрямо произнёс Танкред, - Расскажи столько, сколько сможешь.

- Что ж, - Яра вздохнула, - Дай хоть дослушать тогда.

Некоторое время мы сидели молча, пытаясь наслаждаться мелодичной песней дикумы, но момент был испорчен безвозвратно. Взглянув на Танкреда с неприязнью, я поймал себя на мысли, что даже не могу на него злиться. На его лице, с виду бесстрастном, отражалась чудовищная борьба чувств. О чём бы он не говорил со своей загадочной покровительницей, чувствовалось, что разговор был не из приятных.

- Ладно, - начала Яра, когда Эла сделала паузу, закончив песню, - Итак, Хагрона почитают оттого, что эти земли, та их часть, что нам известна, существуют именно благодаря ему. Некогда мир был иным, куда лучше, чем сейчас. Так говорят, во всяком случае. Потому что, если это и правда, того мира никто из живущих не застал. Лично я думаю, что это басни. Кто живёт тяжело, всегда хочет, чтобы где-то, пусть в прошлом, или в настоящем, но далеко, было что-то лучшее. Отсюда эти легенды о золотом веке. Скорее всего жизнь всегда была такой, как сейчас, а то и похуже.

Переведя дыхание, Яра взглянула на Танкреда, но тот никак не реагировал на её слова, уставившись на пляшущие языки пламени, будто пытаясь рассмотреть там нечто, видимое лишь ему.

- И всё же, говорят,- продолжила Яра, - Что раньше было лучше. Дескать, мир был прекрасен, им правили боги, коих было великое множество. Были они мудры, сильны и невероятно благородны, ну а как иначе? Жизнь при них была светлой и радостной, а жили люди в созданном богами небесном граде, где ночи были светлее, чем дни, а магия сильнее нынешней раз эдак в сто, а то и больше. Легенды многое говорят о чудесах, что были доступны в то время, но ныне навеки забыты.

- Помнится град был не один, - вставил я, - А несколько.

- Тут легенды расходятся. Но вроде бы общее в них то, что у богов были враги, что пытались разрушить сию идиллию. Имён врагов никто, опять же, не запомнил, да и причины конфликта довольно туманны. Вроде как по каким-то причинам они ненавидели человечество и пытались его то ли совсем уничтожить, то ли заменить. Похоже угрозу они представляли достаточно серьёзную, потому что боги в результате собрали всю магию, что была в их распоряжении, и от этой магии породили Тотгара.

- Кого? – спросил Танкред, несколько оживившись.

- Тотгар. Бог, которого породили другие боги. Изначально они его создали, как помощника и советника, но в итоге он стал сильнейшим из них, превзойдя каждого в отдельности, и, в результате, бросившего вызов всем, вместе взятым. Так началась война богов. Война, в которой не было победителей.

- Тотгар был повержен?

- Сперва он победил, и те времена называются, без особой оригинальности, «годы ужаса». Как я понимаю, людям, под его правлением жилось не очень-то хорошо, хотя, если сказать честно, судя по дошедшим легендам, прежние боги были те ещё сволочи. Могу себе только представить, сколь омерзителен был новый владыка, если сумел по этой части превзойти даже старых. Но так или иначе, со временем старые боги всё же как-то сумели переломить ситуацию в свою пользу, хоть и сами пали. Богов отныне не стало, люди оказались предоставлены сами себе. Вот только мир был почти разрушен, и никто особо не представлял, как жить дальше. Тогда и появился святой Хагрон.

- Он тоже был одним из ваших богов? – уточнил Танкред.

- Тут мнения расходятся. Кто-то его обожествляет, но, по общепринятым верованиям, он не только не был богом, но и крайне не любил, когда его к таковым причисляли. Скорее он был кем-то вроде мессии, сумевшего вывести человечество от тьмы к свету. Магом, но с особой меткой, с помощью которой он мог нейтрализовать действие меток других волшебников. Были у него и другие сподвижники, ныне также причислены к святым, но всё же он был самым значительным. Он же сформулировал нынешние законы, да и весь нынешний порядок. Маги правят, но на них весь мир и держится. Остальные…ну, остальные, как мы. Ну почти все мы, - тут Яра многозначительно взглянула на меня, - Так или иначе, он вывел человечество из совсем уж полной задницы к заднице, в которой хоть как-то можно жить. Поэтому его и почитают, а нынешние правящие династии крупных городов, пытаются вести свою родословную, если не к нему, то хотя бы к его соратникам. Так что, даже если в него особо не верят, то всё равно почитают, как некий символ спасителя.

- Спасение лишь во Христе, - многозначительно бросил Танкред, - Но я благодарю тебя, хоть боги ваши и ложны. Скажи мне также…

- Погодите-ка, - Магрус подошёл совершенно незаметно, дыхнув на нас алкогольными парами. Интересно, когда он успел, если учесть, что Дассим настрого запретил употреблять спиртное как минимум до того, как мы доберёмся до Сарна, - Правильно ли я понял, что здесь говорят о богах?

- Истинный Бог лишь один, - гигант словно сбросил оцепенение, - Боги ваши, суть демоны или просто люди.

- Истинная правда, мой друг, - подхватил Магрус, - Бог лишь один и имя его Дахтглагурткханас. Некогда я служил ложным богам, но к счастью постиг истину. Бог сей суров, жесток, но именно такой бог нужен людям в этих суровых землях. Бог, что любит кровь и жертвы, бог, что выше всего ценит битвы и людей умеющих оставаться в живых в самых сложных ситуациях. Бог стойких и суровых мужчин и женщин. И ты, мой друг, можешь стать его идеальным последователем. Тем самым, благодаря кому его учение распространится по всем известным землям!

- Бог есть любовь, - коротко ответил Танкред, - Твой больше похож на дьявола.

- Не знаю, кто этот дьявол, но уверен, Дахтглагурткханас завязал бы его в узел, - горячо высказался священник, всерьёз настроившийся на теологический спор, - Приходилось ли тебе слышать историю о том, как он спускался в подземное царство, где властвовали ближайшие приспешники Тотгара и выбил из них всё дерьмо?!

- Не доводилось, - рыцарь усмехнулся, - Послушал бы другие истории, я понял, что мало знаю об этом мире, а ведь только что…впрочем, ладно. Не буду спорить с тобой, почтенный Магрус, надеюсь, со временем ты, как и прочие жители этих земель, придёшь к истинной вере.

- Так расскажи мне о твоей вере, - усмехнулся Магрус, - Если ты в ней так уверен, чем тебе может повредить простой разговор? Лично я думаю, что после беседы со мной ты наверняка отринешь своего ложного Христа с его разговорами про любовь и примешь веру, что подобает воину, но ты считаешь иначе, однако не желаешь проверить свою веру на прочность. Когда бы я не знал тебя столь близко, я бы подумал, что ты боишься.

- Когда бы я не знал столь близко тебя, - вежливо ответил Танкред, - Я бы сейчас выбил тебе пару-тройку зубов, добрый Магрус.

- Вот теперь я слышу слова воина, а не слюнявые рассуждения, присущие служителям даже не Хагрона, а этой лицемерной святоши Джодис. Ну так что, как насчёт поединка? Я поведаю тебе учение Дахтглагурткханаса, а ты, своего, - Магрус усмехнулся, - Христа. И если после нашей беседы вера твоя окажется столь же сильна, как сейчас, клянусь сожрать собственную сандалию.

- Надеюсь, у тебя есть запасная, жрец, - Танкред со вздохом поднялся на ноги.

- Есть, не сомневайся, вот только мне она не понадобится. И по доброте душевной, я, так уж и быть, не стану заставлять тебя проделывать что-то подобное. Пойдём же, я наконец потушу свет, что ослепляет тебя, и покажу тьму, что дарует истинное зрение, позволяющее заглянуть в самую суть вещей.

Священник божка, чьё имя я так и не удосужился выучить, уверенно зашагал прочь, и Танкред, с явной неохотой последовал за ним. Я лишь сочувственно поглядел ему вслед. Сразу после моего появления Магрус присел мне на уши, надеясь обратить в свою веру, и каждый раз мне стоило немалых усилий от него отделаться. Правда, в отличие от Танкреда, я сам был не слишком ревностным последователем Хагрона, и потому вовсе не горел желанием чего-либо доказывать. Здоровяк же, по-видимому, реально верил в своего Христа, кем бы он ни был. Я во всяком случае, никогда не слышал о подобного рода божестве.

- Нашла лопата на камень, - Яру происходящее явно забавляло, - Наконец Магрус нашёл кого-то ещё более сумасшедшего, чем он сам. Интересно, кто кого? Я лично ставлю на Магруса.

- Я на Танкреда, он посильнее будет, - буркнул я, совершенно не разделяя её веселья, - Опыт показывает, что спор о политике и религии в конечном итоге упирается в вопрос, чей кулак окажется больше и точнее.

- Это ты Магруса не знаешь, - Яра улыбнулась, продемонстрировав два ряда зубов, и я уже не первый раз поразился их белизне. Везёт же некоторым, при её-то образе жизни, они должны быть в куда худшем состоянии, - Он может не самый лучший боец, но проповедовать умеет. Мог бы действительно стать проводником новых богов, если бы не менял их по несколько раз в году. Мы это знаем, потому довольно равнодушно относимся к его проповедям, но поначалу его слова действительно производят на людей впечатление. Мне рассказали, что месяца три назад, он ухитрился заставить уверовать в своего этого…как его там… в общем своего бога обитателей фермы, которую Дассим с ребятами ограбили.

- Три месяца? Значит как-раз пришла ему пора поменять веру? – её откровения об ограблении фермы мне не слишком-то пришлись по душе. Сейчас, у костра, слушая сладкоголосое пение Элы, было особенно легко забыть, что люди, с которыми меня свела судьба, были грабителями и убийцами.

- Получается так, - кивнула Эла, - Или Танкреду, а то он чего-то даже более ненормальный, чем обычно.

- Я думал он тебе нравится.

- И ты был прав, только вот…

- Только вот, что?

- Знаешь, я много видела людей, как нормальных, так и не очень, - вздохнула девушка, - И вот он не похож ни на кого из них. Он очень странный. Иной раз мне кажется…, - Яра запнулась, словно человек, который спохватился, сказав лишнее.

- Что же тебе кажется? – спросил я, когда понял, что продолжения не будет.

- Неважно, - Яра отвернулась, - Ты, кстати, почти также загадочен.

- Я? – вот уж и впрямь удивительно, - А что во мне-то загадочного?

- Да так, - девушка вскочил с камня, - Не обращай внимания. Пожалуй, пора спать, до заката осталось недолго, а путь будет нелёгким. Смотрю, остальные уже собираются, да и Эла прекратила свои песни.

На пару мгновений я задержал на ней взгляд, почему-то ощущая желание поболтать ещё немного, но девушка уже уверенно шла к кораблю, и всё, что мне оставалось, это смотреть ей вслед. Танкред может и был странным, но спросите меня, и я скажу, что он вполне соответствует остальной компании.

Глава 31

Ночь мы встретили в приподнятом настроении.

«Мечта» шла медленно, жертвуя скоростью ради безопасности. Полная луна светила ярко, но то и дело норовила скрыться за тучами, и Дассиму с Горном, направляющим корабль, приходилось нелегко, тем более, что пустошь, в этих местах была далека от идеальной. Нам то и дело приходилось спрыгивать на землю, помогая силой мышц там, где одной лишь силы ветра было недостаточно. При всех достоинствах нашего нынешнего транспорта, его надёжность и проходимость всё же оставляла желать лучшего, и я невольно подумал, что человек, достаточно хорошо изучивший пути и убежища махарри, мог, если не покончить с ними совсем, то, как минимум, выстроить достаточно надёжную систему обороны, позволяющую свести проблему на нет. В конце концов, в ойкумене не так уж много земель, идеально подходящих для кораблей пустыни.

Правда сейчас эти вопросы были совершенно неактуальны. В данный момент я напротив то и дело невольно поднимал взгляд в небо, страшась увидеть силуэт «Гордости Канза». Дассим выбрал непростой маршрут, позволявший нам успешно лавировать среди скал, частично укрывавших с воздуха. И всё же, в любой момент нас могли обнаружить и расстрелять сверху, либо высадить на нашем пути пару десятков солдат.

Несмотря на это, было похоже, что беспокойство испытывал только я. Большая часть моих компаньонов то ли не ждали сюрпризов, то ли настолько привыкли к опасности, что она перестала их волновать. Танкред был всё также мрачен, а Магрус, обычно не закрывающий рта, вёл себя непривычно тихо, будто внезапно осознав нечто важное. Прошлой ночью, горячие споры этой пары дважды пробуждали меня от сна, и сейчас так и подмывало поинтересоваться, как прошёл их теологический диспут, но жизненный опыт подсказывал мне, что лучше держать язык за зубами, как, собственно, делали все вокруг. Рано или поздно тайное обязательно станет явным.

Пока же, я, держась за канаты, закреплённые на мачте, помогал судну менять направление, избегая столкновения со вставшей на пути скалой и вглядывался в залитую лунным светом равнину. Правя воздушным кораблём, я никогда не обращал внимание на пейзажи, будучи слишком занят прокладыванием курса. Лишь в последние пару недель, оказавшись на борту «Мечты» обратил внимание на своеобразную красоту пустошей, усеянных причудливо сформированными скалами, и остатками сооружений древних. Одно из таковых предстало передо мной прямо сейчас, по правому борту – полуразвалившиеся купола из неведомого материала, загадочно светящегося в падающем свете луны. А слева виднелось нагромождение зданий, похожих на переплетение гигантских коробок, зияющих чёрными провалами посреди ослепительно белых стен. Я невольно задумался о том, что ждёт наши собственные постройки, такие хрупкие и недолговечные на фоне величия древних. Будут ли люди, спустя сотни лет любоваться остатками Канза? Увидят ли остов нашего «Мечты»? Задумаются ли о том, кем были люди, отважившиеся путешествовать на нём по негостеприимным пустошам? Чего они хотели, за что сражались и за что умирали? Кого они любили?

- Ты чего так завис? – язвительный голос Яры, некстати оказавшейся рядом, спустил меня с возвышенных небес на грешную землю, - Узрел святого Хагрона, идущего по пустоши босиком?

- Да нет, - я смущённо отвёл взгляд, не выдержав взгляда насмешливых карих глаз, - Просто, ну…красиво тут.

- Да? – Яра скептически окинула взором окрестности, - Ты видать тоже поэт, как Эрикос.

- Немного, - признался я, поправив платок, дававший защиту от вездесущей пыли, - Не Эрикос, разумеется, но для меня это и не профессия.

- Да не обращай внимания. Для меня этот пейзаж уже часть жизни. Поначалу я тоже пребывала в восхищении, но потом привыкла просто. И ты привыкнешь, если, конечно, проведёшь с нами достаточно времени

- Куда я денусь? – пробурчал я, задумавшись о том, сколь зыбким было моё нынешнее положение, и сколь далёк я был от возвращения в прежнюю жизнь, которой сдуру был недоволен, - Проведу.

- Не очень-то ты этому рад. Расслабься, я понимаю, что после роскошной жизни аристократа, нынешнее положение тебе не приходится по душе.

- Роскошной? – теперь наступила моя очередь усмехнуться, - Интересные у тебя представления о моей жизни.

- Хочешь сказать, что живёшь не в отдельной комнате, не ограничен в количестве еды лишь своим аппетитом и моешься не каждый день? – недоверчиво произнесла девушка, - Может ещё и не просватан за красотку, вкусно пахнущую духами и благовониями?

- Ну, последнее точно неправда, - смутился я, - А остальное, ну…

- А остальное ты привык принимать, как само-собой разумеющееся, - подхватила Яра, - Что вовсе не так. Мы вроде почти прибыли.

- Уже? – я оглянулся в поисках чего-то, напоминающего форпост, - Я думал, мы направляемся в Сарн?

- Разумеется в Сарн, - стоя у носа корабля, Дассим, тем не менее, отлично слышал наш разговор, - Но точно не прямо на «Мечте». На стоянку пойдёт лишь часть команды, остальные укроются здесь.

Я взглянул вперёд, узрев перед собой нагромождение скал, лежащее прямо по курсу корабля. Причудливо переливаясь в лунном свете, скалы сияли разноцветным калейдоскопом, создавая ощущение миража, мерцающего посреди пустыни. Заворожённый необычным зрелищем, я замер, не в силах оторвать взор и, в этот самый момент, одна из скал неожиданно прорвалась фонтаном воды, словно некий маг, владеющий неведомой волшбой, произнёс заклинание, оросив безжизненную пустыню.

- Погоди-ка, это же цветные горы, - недоуменно произнёс я, - До Сарна миль пять отсюда, а это же место, куда, порой, на экскурсии ходят, где тут прятаться?

- Знаешь поговорку, хочешь что-то спрятать, положи на самое видное место? – усмехнулся Дассим, - Не поверишь, сколько наших пряталось в этих местах, иногда слушая разговоры путешественников. Как-то, помню, сидели мы буквально в паре метров от одной парочки, а те не придумали ничего лучше, как…

- Может потом будем предаваться приятным воспоминаниям? – раздражённо вклинилась Эла, - А сейчас приступим к делу, пока сюда и впрямь не заявились какие-нибудь путники. Некоторым и среди ночи может приспичить. Определился, кто идёт в Сарн, а кто здесь остаётся?

- Определился…отчасти, - кротко ответствовал Дассим, - Само-собой, иду я, Ренар, Танкред и ты. Горн не идёт, остальные тянут ветки, кто вытянет короткую, тот остаётся. Полагаю, хватит троих.

- Я остаюсь с Горном, - твёрдо произнесла Эла, - Со мной остаётся Шаар/шик, с ним я уже поговорила, так что тянуть ничего не надо.

- Погоди, - смешался Дассим, - С чего ты вдруг решила остаться.

- Может не хочу, чтобы на меня пялились, - вздохнула дикума, - Как и Шаар/шик, кстати.

- Не очень-то тебя это останавливало раньше, - Дассим выглядел разочарованно, - Признаю, ожидал, что мы с тобой снимем отдельную комнату, а то воспоминания о той парочке слегка разбередили душу.

- Теперь останавливает, - Эла отвела взгляд, - А что до твоей души, так скажу, вода тут есть, сумеем обойтись и без отдельной комнаты.

- Ну, раз ты твёрдо решила, - Дассим пожал плечами, - Горн, правь к пещере у великаньей пятки, спрячем «Мечту» там. Ты, Эла и Шаар/шик остаётесь. Остальных уже в этот день ждёт вода, вкусная пища и тёплая постель. Настоящая постель, а не то, на чём приходится спать сейчас.

- Всё-таки что это за место? – с некоторой настороженностью отозвался Танкред, пока остальные обменялись вымученными улыбками, - Оно опасно?

- Ох, ну в некотором роде, - Дассим плотоядно ухмыльнулся, погладив внушительную чёрную бороду, - Это, мой могучий друг, тот самый случай, когда лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.

Сарн был тем местом, о котором мне доводилось слышать не раз, а вот видел я его впервые и зрелище это впечатляло. Стены, пусть и уступали в высоте оборонительным сооружениям Халака и едва ли могли противостоять профессиональной армии с осадными орудиями и магическими артефактами, всё же давали вполне надёжное укрытие от разбойничьих банд и диких зверей. А ворота в полтора человеческих роста, изготовленные из твёрдой древесины, обитой для большей прочности, слоем металла и расписанные диковинными узорами, были просто настоящим произведением искусства. Особое же зрелище ждало внутри, где взору утомлённого странника представало прямоугольное, двухэтажное здание с открытым внутренним двором, в центре которого горделиво располагался самый настоящий фонтан, возносящийся ввысь прозрачной струёй. Всё пространство вокруг фонтана было засажено деревьями, дарующими тень, укрывающую от солнечного зноя. В этой тени, на мраморных скамьях и под кронами деревьев, расположилась небольшая толпа, состоящая, как из людей, так и тех, кто вовсе не относился к роду человеческому. И сейчас пёстрое сборище, как обычно, гудело, подобно улью, обмениваясь новостями, заключая сделки и просто предаваясь праздной болтовне. Сарн был форпостом посреди пустыни, некогда основанным в месте, где подземный источник бил на поверхность, даруя драгоценную воду уставшим странникам каменистой пустыни. Ныне в его гостеприимных стенах можно было встретить караванных рабочих, курьеров и посыльных, что курсировали между городами, а иногда даже экипажи воздушных кораблей и пустынных рейдеров. Последние, впрочем, благоразумно являлись под видом вооружённых паломников, или торговцев, слишком бедных, чтобы приобрести шоан. Разумеется, даже самым отчаянным из них, не приходило в голову заниматься своим ремеслом в этих стенах, во всяком случае, в открытую. Подобные действия пресеклись бы не только стражей, довольно многочисленной для столь скромного поселения, но и каждым путником, свято чтущим его неписаные законы, согласно которым, каждый мог найти приют в стенах Сарна, если имел достаточно монет и был готов не чинить никакого насилия, за порогом ворот.

- Хвала Никтис, - Дассим щедро полил себя водой, старательно отскребая грязь, - Хорошо-то как.

Что и говорить, это действительно было хорошо. Бани Сарна были известны далеко за его пределами, и расслабленно валяясь завёрнутым в льняную простынь, я мог с уверенностью сказать, что слава была вполне заслуженной. Имея привычку держать тело в чистоте, я искренне страдал с того самого момента, как покинул пределы Канза. Сейчас же, наконец избавившись от постоянного зуда и запаха, въевшегося в каждую пору моего тела, я чувствовал себя по-настоящему счастливым. Всего пару месяцев назад, обливаясь водой в городской бане, никогда бы не подумал, что для счастья мне понадобится такая малость. Если ещё и одежда отстирается от мелкой пыли, превратившей её в грязную тряпку, то я, пожалуй, почувствую себя словно в раю.

- О боги, - завёрнутая в простыню Яра бесцеремонно ввалилась на мужскую половину бань с блаженным выражением лица, - Чувствую себя настоящей светской дамой. Скажи, Ренар, я похожа на аристократку?

- Да, - бросил я, поймав себя на том, что невольно задерживаю на ней свой взгляд. Красавицей она, прямо скажем, не была, но за последние пару месяцев я вообще видел не слишком-то много женщин, - Они тоже не особенно озабочены соблюдением приличий.

- А ещё не очень умны, - сухо произнёс Йонар, - Есть и такие, что произносят имена, которые лучше бы не упоминать вовсе.

- Да брось, - не смутилась Яра, - Здесь всем плевать. А что до приличий, так можно подумать, это хоть кого-то из нас когда-либо волновало. Привыкай, городской мальчик, раз уж ты теперь один из нас.

- Здесь может найтись куда больше заинтересованных ушей, чем ты думаешь, - Дассим закончил растираться мочалкой и теперь выглядел красным, как перец на прилавке городского торговца, - Но ты права, это место и впрямь настоящая обитель богов. Интересно, почему Эла…

- К вопросу о богах, - Магрус решительно поднялся со скамьи. Простыня соскользнула на мокрый пол, обнажив внушительное пузо и ещё кое-что, тоже весьма внушительное, но священник не обратил на это ни малейшего внимания, - Я хочу сказать вам что-то важное.

- Что, снова решил сменить веру, - равнодушно буркнула Яра, - Не то, чтобы это событие, стоило такого уж торжественного представления.

- Ты не понимаешь, - лицо Магруса оставалось совершенно серьёзным, - Не далее, как вчера, я говорил с Танкредом. Пребывая во тьме невежества, я хотел обратить его в веру в учение Дахтглагурткханаса. До разговора с ним я был убеждён, что мне открылась истина. Долг мой в том, чтобы щедро делиться ей с окружающими, и я легко смогу доказать ему ложность его бога и превосходство жесточайшего Дахтглагурткханаса, бога крови, железа и камня. Все мы знаем его суровость, все мы знаем тот страх, что он внушает своим врагам, все мы знаем его ярость в битве, все мы знаем…

- Да знаем мы, знаем, ты ж нам почти четыре месяца рассказывал, все уши прожужжал, - перебил Дассим, - Давай к делу уже. Сила любви этого….как его, Христа, тебе теперь больше по душе пришлась, так что ли?

- Сила его любви велика, - изрёк Магрус, приосанившись, насколько это позволяла пухлая фигура, - Но сила его ярости и ненависти, вот что по-настоящему восхищает! Танкред успел рассказать мне многое, и сейчас я понимаю, что во всей ойкумене нет бога столь же сурового, как его Христос. Послушайте только его слова, что записаны в самой священной книге христиан – Библии:

- И предаст их тебе Господь, Бог твой, и поразишь их, тогда предай их заклятию, не вступай с ними в союз и не щади их. Но поступите с ними так: жертвенники их разрушьте, столбы их сокрушите и рощи их вырубите, и истуканов их сожгите огнём! - впечатляюще, правда?

- Весьма, - сдержанно ответила Яра, - Хотя, зная Танкреда, я не очень удивлена. Какому ж ещё богу может поклоняться этот сумасшедший? У него там все изречения также наполнены любовью?

- Я не сумасшедший, - непривычно вяло отозвался Танкред, - И не все его изречения…

- Или вот ещё! – перебил Магрус с восторгом, отличающим неофита, - И совершу над ними великое мщение наказаниями яростными; и узнают, что Я Господь, когда совершу над ними Мое мщение. Он так говорил про каких-то фимистимлян и критян, сейчас их уже нет, а знаете почему?

- Он их всех перебил? – голос Яры источал сарказм, но Магрус этого не замечал.

- Именно! – просиял он, будто начищенное зеркало, - До последнего человека! А знаете, что он сделал с войском египтян?

- Догадаться несложно, - сухо процедил Дассим, - Кажется, ты наконец нашёл бога, достойного себя, не так ли?

- Наконец! – Магрус простёр руки перед собой, - После долгих лет поисков! Долго искал я и наконец нашёл! Я должен ещё многое узнать, но уже сейчас я чувствую потребность поведать людям даже те крупицы истины, что имеются в моём распоряжении! И да поможет мне Господь мой, Бог!

Произнеся эти слова, толстяк, более не в силах сдерживать эмоции, выбежал из бань, едва успев подхватить простыню.

- Друг мой, Танкред, - произнёс Дассим с непривычной серьёзностью, - Зная тебя, как воина невероятной мощи и мастерства, я всё же никогда бы не подумал, что в тебе таятся таланты проповедника, способного превзойти столь пылкого оратора, как Магрус и обратить его в свою веру, Доволен ли ты тем, что вера твоя распространяется? Помнится, ты сетовал на то, что край сей безбожный и не знает Христа. Могу заверить, что теперь о нём узнают многие.

- Боюсь, Магрус не так меня понял, - Танкред выглядел довольно-таки озабоченно, - Он может исказить святое учение, впав в ересь. Да и сам я вовсе не священник, хоть и знаю святое писание. Не вышло бы из этого беды.

- Да, поздравляю, ты создал чудовище, - насмешливо бросила Яра, - Я подозреваю, что даже последователи этого…Даглагурпха…ааа, бесполезно, это всё равно не выговорить. Так вот, даже они пришли бы в шок от того, что с их божком вытворял Магрус, а уж твой Христос… Боюсь, скоро ты его не узнаешь, в этаком-то изложении. Ну, или наоборот, узнаешь слишком хорошо. Кстати, интересно, а он таки будет жрать свою сандалию? А то я б на такое посмотрела.

- Мой долг – предотвратить это, - Танкред поднялся со скамьи, - Я объясню почтенному Магрусу глубину его заблуждений.

- Сразу видно, что знаешь ты его плохо, - Разлёгшийся на лавке Ворг даже и не думал заворачиваться в простыню и сейчас щеголял татуировками, покрывавшими большую часть его сухого мускулистого тела, - Если ему что взбрело в голову, то говорить бесполезно. Теперь он мне будет рассказывать про Христа, а я уж было совсем привык к Дахтглагурткханасу.

- Да помилует меня святая Джодис, - Яра изумлённо подняла брови, - Ты таки можешь это выговорить?!

- А то! – с деланым оскорблением ответил Ворг, - Я ведь вовсе не глуп, хоть вы и считаете меня дикарём.

- Ты что хочешь сказать, что я…

- Да подождите вы, - раздражённо воскликнул Танкред, - Нужно его найти! Прямо сейчас, пока он не натворил глупостей. Пыл почтенного Магруса внушает уважение, но боюсь, он избыточен.

Танкред отправился в угол бани, где на горячем камне лежала наша, уже выстиранная одежда. Бани Сарна всё-таки, пожалуй, действительно представляли собой что-то невероятное, хотя я до сих пор ужасался цене, которую перед нами заломили за их посещение. Понятно почему это место многие караваны предпочитают обходить стороной.

- Непременно надо найти, - поддержал его Дассим, также поднимаясь со скамьи - но сперва посетим местную харчевню. Жаркое там, по слухам, просто подарок богов.

- На это нет времени, - Танкред уже надевал рубаху, явно настроенный всерьёз, - Он небось уже несёт свои бредни.

- Всегда есть время вкусить те крошечные радости, что дарует нам судьба, - резонно ответил Дассим, - Тем более, что обычно она нас не балует. К тому же, зная Магруса, я уверен, что проповедует он именно там, заодно пьянствуя. Надеюсь, хоть хватило ума оставить на себе простыню. Идёмте же, друзья мои. Всем нам пришлось через многое пройти, мы честно заслужили денёк-другой отдыха, хорошей пищи и лучшего вина.

Присутствующие, включая, чего уж греха таить, меня, поддержали своего капитана нестройным рёвом, и могучему Танкреду ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Яра направилась обратно, на женскую половину, а мы принялись одеваться, будучи в весьма приподнятом настроении. Даже Танкред бросил хмуриться, споря больше из чувства долга, нежели оттого, что реально хотел направиться искать толстого жреца.

Неспешно натянув рубаху, я вышел в коридор наслаждаясь уже почти забытым ощущением чистоты и свежести тела и понял, что в ближайшее время насладиться жарким мне явно не грозит. Первой пред моим взором предстала Яра, уже успевшая полностью одеться. Поистине, это было удивительно, до сей поры я никогда не встречал женщину, способную справиться в этом плане быстрее мужчины.

Рядом с Ярой стоял некто длинный и нескладный, в капюшоне, натянутом аж до самых бровей. До самых рыжих бровей, если быть совсем уж точным. Для человека, решившего добавить избрать шпионаж своей второй профессией, Эрикос явно не преуспевал по части маскировки. Оставалось надеяться, что дело лишь в недостатке опыта.

Зато скорость, с которой он предстал пред нами впечатляла. Интересно, как он сюда добирался? Неужели в распоряжении его патронов остались воздушные корабли?

Дассим вышел следом за мной, и Эрикос шагнул вперёд.

- Кое-кто хочет увидеться с вами, - произнёс он, пытаясь изменить голос, - Друг вашего друга из таверны.

- Хм, кто бы это мог быть, не знаешь случайно? – задумчиво произнесла Яра, обращаясь ко мне, - Это не опасно? Ну, я хочу сказать, вот эта незнакомая фигура в капюшоне разве не выглядит излишне театрально и оттого подозрительно?

- Пожалуй! – поддержал я, - И этот голос. Странный какой-то. Может нам лучше не ходить?

- Хватить уже дурака валять! – разозлённо зашипел Эрикос, из недр капюшона, - Нашлись тут комедианты!

- Ладно-ладно, - Яра вскинула вверх ладони с самым, что ни на есть, невинным выражением лица, - Дассим, вроде как, нам и впрямь стоит пойти с этим парнем.

- Вот как? – Дассим подозрительно разглядывал Эрикоса, и было видно, что он о нём крайне невысокого мнения, - Вроде речь шла о том, что мы денёк-другой подождём.

- Слушайте, вы, - начал было Эрикос, теряя терпение, но Дассим не дал ему договорить.

- Ты и ты со мной, - приказал он и добавил, увидев выходящего из бани Танкреда, - И ты. Остальные прикрывают.

- А в чём, собственно, о, привет менестре…, - я еле успел закрыть рот Танкреда ладонью, - Ааа…

- Ладно, - вздохнула Яра, увидев, что остальная часть команды уже присоединилась к нам, обмениваясь недоуменными взглядами, - Веди нас, о загадочный, совершенно, ни чуточки не знакомый нам человек.

Глава 32

Посчитав миссию выполненной в достаточной степени, Эрикос повернулся спиной и размашисто зашагал по коридору, похоже слегка обидевшись. Мы пошли следом, хотя, признаюсь, я ощущал определённое волнение, вспомнив слова приятеля. Он ведь ясно говорил, что не работает на орден Наблюдателей, но если не на них, то на кого же? Украдкой я ощупал наруч, с которым не расставался ни на одно мгновение, и возблагодарил Хагрона за то, что в Сарне не было запрета на ношение оружия. Дассим и Танкред, к слову, так и носили при себе мечи, а вот Яра была вооружена лишь коротким ножом, оставив копьё в снятой нами комнате. Уверен, что и с ним она была достаточно опасна, и всё же, мне было бы куда спокойнее, захвати она его с собой.

Оставив позади здание, наша небольшая компания вышла за ворота форпоста, миновав четвёрку угрюмых стражников, увешанных оружием с головы до ног. Последние и бровью не повели. Плата за постой в Сарне всегда бралась вперёд, так что мы могли в любое время уйти без всяких вопросов и даже умереть в пустыне, коль вдруг нам пришло бы в голову что-то подобное.

Солнце уже почти зашло, и пустошь постепенно накрывали сумерки, погружая мир во тьму. Я невольно оглянулся на Сарн, удалявшийся с каждым шагом. Освещённый ярким светом факелов и костров, он выглядел островком уюта и комфорта, среди холодных и небезопасных земель.

- Кто будет нас встречать? – спросил я, посчитав, что мы отошли уже на достаточно большое расстояние, - Кстати, капюшон уже и снять можно.

- Предпочту оставить, - упрямо ответил Эрикос, - Кто будет встречать скоро увидишь. Надеюсь, обрадуешься.

- Обрадуюсь? – недоуменно переспросил я, - Интересно с чего бы? И «скоро», это как вообще?

- Да вот уже, считай, пришли, - Эрикос остановился, показав вперёд, - Не заскучал?

Фигура в закрывающей лицо маске, прислонившаяся к стволу скрюченного дерева, напоминавшего гигантского, многолапого паука, волей судьбы оказавшегося в пустыне, казалось, сливалась с полумёртвым растением, едва заметная в лучах солнца, покидающего этот мир, чтобы вернуться лишь утром, с наступившим рассветом.

- И кто это? – спросил я, пытливо разглядывая неведомого гостя.

- Подойди и спроси, - раздражённо бросил Эрикос, - Мне показалось, что ты хочешь их видеть, не я.

- Их? – хмуро переспросил Танкред, - Здесь всего один человек.

- Именно. Вчетвером-то справитесь, если что.

- Я невольно оглянулся назад. Вроде бы Йонар, Ворг и Калев должны были следовать за нами, по возможности, оставаясь незамеченными. Если так, до должен признать, что это у них получалось хорошо.

- Вперёд, но осторожно, - скомандовал Дассим, - Меня ты не знаешь, потому просто поверь, что я не тот человек, который бросает слова на ветер. Если это ловушка, то скажи сразу, потому что клянусь Никтис, что бы не ждало нас, тебя мы успеем убить первым.

- Очень воодушевляюще, - сухо ответил Эрикос, - А теперь предлагаю прекратить изображать суровых и недоверчивых махарри и пойти наконец вперёд.

- Мы не изображаем, - голос Яры прозвучал неожиданно мягко, - Мы именно такие и есть и тому имеются причины. Но я благодарю тебя и прошу простить, если мы кажемся тебе излишне грубыми. Дассим, я не думаю, что нас ждёт ловушка, скорее всё-таки разговор.

- Твоя проблема, - проворчал капитан, зашагав, тем не менее, к дереву, - Что ты думаешь слишком много.

- Согласна, - Яра вздёрнула брови с совершенно невинным видом, - Но это вроде бы мой единственный недостаток.

- Да если бы.

По мере приближения к дереву, сердце моё билось всё сильнее. Говорить с Эрикосом одно, в конце концов, это был мой старый приятель, хоть и строящий в настоящее время суровые рожи, пытаясь выглядеть значительнее. Незнакомец в маске, совсем другое. И что, во имя всех богов, имел в виду поэт, говоря о том, что я обрадуюсь встрече? Чем ближе мы подходили к дереву, тем сильнее меня мучали неприятные предчувствия. Скорее от волнения, нежели от нетерпения, я вырвался вперёд, не отводя глаз от незнакомца.

Когда мы подошли почти вплотную, фигура, доселе сохранявшая неподвижность, сделала шаг вперёд, аккуратно снимая маску с лица.

- Ну, здравствуй Ренар, - произнесла Фелиция, внимательно глядя на меня, словно пытаясь что-то прочесть на моём лице, - Я весьма рада тебя видеть.

Земля чуть не ушла у меня из-под ног. Я смотрел и смотрел, не отводя глаз и страшился, что она окажется лишь видением. Почему-то я был уверен, что, как бы не повернулись дальнейшие события, Фелиция для меня потеряна навсегда. И вот она стоит прямо передо мной, в последних лучах уже почти зашедшего солнца. Я открыл рот, но поймал себя на том, что совершенно не знаю, что именно я собираюсь сказать. Все слова, что я заготовил для этой встречи, стали казаться мне глупыми и неуместными.

- Фе…Фелиция, - наконец выдавил я из себя, сам ужасаясь тому, как жалко прозвучал мой голос, - Я не ожидал.

- Я и сама не ожидала, - взгляд Фелиции, только что принадлежащий одному лишь мне, заскользил по моим спутникам. Наш человек ждал тебя три дня, а потом…потом нашли корабль и об этом стало известно в городе. Спустя пару недель, мы пришли к выводу, что ты погиб. И вот я вдруг узнаю, что ты жив, да ещё обзавёлся весьма впечатляющими друзьями. А потом, вместе с ними, ты ухитрился провернуть столь впечатляющее дело, пусть и с небольшой помощью с нашей стороны. Ты полон сюрпризов Ренар.

- Так это вы тогда устроили этот фейерверк? – поинтересовался Дассим.

- Корабль, надеюсь, починили, - одновременно спросил я.

- Да и нет, - просто ответила Фелиция, - Фейерверк был тем немногим, что мы смогли для вас сделать, хотя, успей мы подготовиться, вам бы пришлось куда легче. А вот насчёт корабля разочарую тебя Рен, найти его смогли, но починить не удалось. Он теперь годен разве что на запчасти. Как ты ухитрился разбиться? Мне казалось, ты отличный пилот.

- В меня стреляли, - кисло ответил я. Новость меня совсем не порадовала. Корабль, пусть и небольших размеров, был настоящим произведением искусства, подобных которому оставалось не так уж много, и каждый ценился на вес золота. Как пилота, меня весьма печалила мысль о том, что одним из воздушных судов Канза стало меньше. Ещё сильней огорчало, что я имел к этому, отношение, пусть и опосредованное - Проклятый Дэран.

- Дэран? – в голосе Фелиции промелькнуло недоумение, - Ты зол на него?

- Ещё бы я на него не зол! Ведь всё это из-за него!

- Что из-за него? Признаться, я тебя не понимаю.

- Что тут понимать? – я начал злиться, - Ведь это он меня подставил. Изображал отца солдатам, а в итоге принёс в жертву своим планам. Он же и стрелял наверняка. Теперь небось восседает задницей на престоле, я знаю, что он давно туда метился. Не совсем пока ясно, как он это всё провернул, но

- Да уж…, - короткое восклицание содержало в себе оценку моих умственных способностей, и оценка эта оставляла желать лучшего, - Ренар, не знаю, что ты там себе навоображал, но, боюсь, ты ошибаешься. Лорд Дэран в тюрьме, обвинён в государственной измене. Кстати, использовали в том числе и связь с тобой. Запущен даже слух о том, что связь эта носила отнюдь не только дружеский характер.

Осёкшись на полуслове, я замолчал, пытаясь осмыслить её слова. Осмысление проходило со скрипом.

- С чего ты вообще взял, что виноват Дэран? – в голосе Фелиции явно ощущалось недоумение, - Надеюсь в этой песне, что ты сочинил, ничего об этом нет? В противном случае, придётся переписать.

- Нет, ничего такого, - вступился Эрикос, о котором я, признаться, успел уже забыть, - Я хочу сказать…

- Ну не судите его строго, Фелиция, - подозрительно знакомый голос раздался справа, заставив меня подпрыгнуть, вскинув руку с закреплённым наручем. Дассим и Танкред, почти одновременно, развернувшись, выхватили меч и саблю, а Яра успела даже отскочить назад и теперь, пригнувшись, стояла на согнутых ногах, держа в руках длинный кинжал, - Молодой Монсалдо не глуп, просто запутался от недостатка информации. И не глупите так, это я уже обращаюсь ко всем собравшимся, если бы я желал вашей смерти, вы бы уже были мертвы.

- А ты, собственно, кто такой? – угрожающе поинтересовался Дассим, явно не собираясь убирать оружие.

- Это лорд Хэлир Неусыпный, - пробормотал я пересохшими губами, - Глава ордена наблюдателей.

Дассим и Яра замерли с вытаращенными глазами, точно увидев пустынного пожирателя. Хотя, пожалуй, пустынный пожиратель напугал бы их в меньшей степени.

А вот Танкред как-то не был впечатлён.

- Уже бывший, - с сожалением в голосе произнёс Хэлир, притворившись, что не заметил произведённого эффекта, - Как и вы, Ренар Монсалдо, бывший пилот. И, как и вы, я крайне недоволен этим фактом и надеюсь его изменить. Вы можете быть свободны юноша, - бросил он Эрикосу, - Благодарю за сотрудничество. Ожидайте нас в условленном месте.

Эрикос открыл было рот, явно собираясь что-то сказать, но, опомнившись, захлопнул его обратно и, резко повернувшись, зашагал по направлению к Сарну.

- Прошу прощения за столь эффектное появление, но рисковать лишний раз не входило в мои планы, - обратился он уже к нам, - По-хорошему, мне не стоило здесь появляться, но любопытство. Проклятое любопытство. Очень уж хотелось поглядеть на вас воочию, тем более, после того, что вы ухитрились учинить. Люди с такими талантами стоят того, чтобы познакомиться с ними лично.

- Что ж, - к Дассиму постепенно возвращалось самообладание, - Будем знакомы. Дассим, к вашим услугам. Капитан корабля пустошей под названием «Мечта». Не скажу, что ожидал встретить вас, да и не буду врать, что сильно рад встрече. Но всё же, коль уж я до сих пор жив и не распят на пыточном столе, хотелось бы поинтересоваться, чем обязаны? Ну или хотя бы, какую роль играете во всём происходящем вы и эта юная очаровательная особа?

- Я и эта очаровательная особа, наряду с ещё многими людьми, входим в число тех, кому не пришёлся по душе тот факт, что в Канзе ныне командует Дагрим, - лорд Хэлир выдержал небольшую паузу, - Насколько я понимаю, молодой человек, действуя, если не от вашего имени, то, как минимум, с вашего согласия, искал именно нас. Времени не так уж много, так что спрошу напрямую: Если я правильно понимаю ваш план, вы собираетесь из бандитов с большой дороги стать народными героями, грозой узурпаторов?

- Лично я собирался всего-навсего украсть немного парчи, - усмехнулся Дассим, - Но если это сделало нас героями в чьих-то глазах, то я против ничего не имею. Что же до плана в целом, то парню простительна некоторая горячность. Но я, увы, уже немолод. Мне, помимо звания героя, хотелось бы увидеть выгоду.

- Приятно поговорить с деловым человеком, - довольно кивнул Хэлир, - А я уж боялся, что вы тут все идеалисты, вроде молодого Монсалдо. Думаю, разумно будет для начала сделать некий жест доброй воли. Судя по величине роста и светлым волосам, именно вас зовут Танкред? Тот самый, который ищет некого Джошуа Никса?

- Пожалуй, - хрипло произнёс Танкред, - Это действительно так.

- Скажу вам, что я знаю, где он находится сейчас. Или, во всяком случае, где он был относительно недавно.

- Я весь внимание, добрый сэр, - Танкред, казалось, выглядел совершенно невозмутимо, - Мне доводилось слышать, что он находится в Канзе.

- Не совсем, - небрежно ответил Хэлир, - Но для вас, это, пожалуй, к лучшему. Он жил не в Канзе, но в пригороде Канза. Квартал мусорщиков, за пределами города. Возможно, это лучшее место, чтобы спрятаться. Самая окраина, в сотне метров от храма на северо-запад. Дом довольно велик, раньше принадлежал…да неважно. Изгородь выкрашена в синий цвет. Он чуть поодаль от квартала, вы не промахнётесь.

- Благодарю, - Танкред наклонил голову, - За столь щедрый дар. Безусловно, я ваш должник.

- Ни в коем случае. Вот только, есть кое-что, что вы должны знать.

- Что же это?

- В некотором роде вы один из самых интересных людей во всей этой компании, - Хэлир взглянул исподлобья, будто пытаясь прочитать мысли Танкреда, и признаться, я невольно подумал, что не удивился бы, если бы он это и впрямь умел, - Потому я начал с вас. Мотивы остальных мне хотя бы понятны. Видите ли, вы не первый, кто ищет Джошуа Никса. И лишь поэтому я сам знаю, где его искать.

- Не первый? – вскинулся Танкред, - Что вы имеете в виду?

- Именно то, что сказал. Незадолго до печальных событий, связанных с внезапной сменой власти, в город вошёл…некто. Он вёл себя странно, расспрашивая о Джошуа Никсе. Получив донесение, я приказал взять его под наблюдение, но, признаюсь, не обратил особого внимания. И за это весьма сурово поплатился.

Хэлир сделал паузу, будто желая оценить реакцию окружающих. Однако никто не произнёс ни слова.

- Поплатился, - повторил он, с сожалением в голосе, - Мне доподлинно неизвестно, что именно произошло, но то, что искало Никса, заметило слежку. Последствия были…неприятны. Достаточно сказать, что мы потеряли убитыми двоих и четверо были ранены, причём одного пришлось в итоге отправить на почётную пенсию. Потери могли быть серьёзнее, обычное оружие почти не причиняло чудовищу вреда. К счастью, или несчастью, смотря, как посмотреть, поблизости оказался Маркус. Совпадение столь странное, что поневоле наводит на некоторые подозрения, но так или иначе, мощи его боевого артефакта, оказалось достаточно, чтобы нанести пришельцу повреждения столь серьёзные, что ему пришлось отступить. Но это был провал. И один из гвоздей в крышку моего гроба.

- Маркус вас, - я начал понимать, - Сместил?

- Не до конца, - вздохнул Хэлир, - Тяжело признать, что человек, которого ты считал своей правой рукой, строил против тебя козни. И однако, именно он сумел донести о моей ошибке архимагу Ксеру, добавив, что считает меня неспособным эффективно организовать работу в силу состояния здоровья. С архимагом у нас были свои разногласия, а чуть ранее орден наблюдателей уже потерпел провал со шпионом аранто, также закончившийся гибелью наших бойцов. В общем, к моменту, когда вы оказались у нас в башне, я уже де-факто не был главой ордена, хотя формально всё ещё занимал эту должность. Скорее всего окончательная отставка не заняла бы много времени, вот только Маркус ждать не захотел. Наверное в своих мечтах он уже видел себя наместником Канза, правящем за спиной этого юного идиота Адрия.

- Вы думаете, что всё это устроил он? – спросил я, воспользовавшись очередной паузой.

- Тут и думать нечего, - подала голос Фелиция, - Маркус сейчас формально правит городом, а лорд Дэран в тюрьме по подозрению в измене. А где оказался ты, и так понятно. И оказался именно с подачи Маркуса.

- Всё это планировалось достаточно давно, - вкрадчивый голос Хэлира донёсся как издалека, - Донесения о вашем сотрудничестве с аранто Маркус принёс мне более месяца назад. Улики он сфабриковал довольно грамотно, как на вас, так и на лорда Дэрана. Даже я поначалу поверил.

- Почему же вы изменили свою точку зрения? – поинтересовался Дассим, который, как оказалось, слушал достаточно внимательно.

- Благодаря этой юной леди, - просто ответил Хэлир, - Доводы Фелиции оказались убедительны. Для меня. Но, увы, это уже не имеет значения.

Я почувствовал, как почва уходит у меня из-под ног.

- Так всё это было только частью ваших игр? – спросил я, глядя на Фелицию, устало прислонившуюся к дереву, - Все наши встречи. Лишь для проверки?

- Давайте вернёмся к этому вопросу позже, - жёстко перебил Хэлир, - Сейчас не время и не место. Ваш покровитель в тюрьме, сами вы. Беглец, официально объявленный вне закона, город под властью его злейших врагов, им правит марионетка под надзором надзирателя от Квантрима.

- Надзирательницы, - голос Фелиции звучал бесцветно, - Если говорить точнее.

- Не суть. Хотя, особа весьма загадочная и заслуживающая внимания.

- Что всё-таки произошло? – Дассим, казалось, был совершенно невозмутим, - В ту ночь, когда власть Канза пала?

Глава 33

- Вижу, вы из тех, кто глядит сразу в суть, - одобрительно усмехнулся Хэлир, - Как я уже говорил, Маркус столковался с врагом достаточно давно и благодаря его попустительству в Канз проникли целые отряды отборных бойцов Дагрима. Признаюсь, роль аранто в этой истории для меня до сих пор загадка, но скорее всего здесь замешаны также и они. В ту злосчастную ночь, Дагрим выставил их вон, но ценой за это стала независимость города. Архимаг Ксер с супругой погибли, якобы от рук заговорщиков и когда понадобились козлы отпущения, ими предсказуемо стали Дэран и ваш покорный слуга.

- Как же гвардия? – недоуменно спросил я, - Другие наблюдатели? Служители оракула? Дворяне, в конце-концов? Неужели все это так просто проглотили?

- Вы удивитесь, - произнёс Хэлир после непродолжительного молчания, - Во что готовы поверить люди, если альтернативой является темница. Но произошедшее стало откровением даже для меня. Гвардия почти полностью присягнула Маркусу, который, в свою очередь, официально признал протекторат маронитов, как спасителей от чудовищ. Оракул колебался недолго, а Орден Наблюдателей Маркус давно подминал под себя. Среди дворян действительно были недовольные, теперь сидят по соседству с Дэраном. Я должен был стать очередной жертвой, но не стал дожидаться своей участи и бежал из города. Боюсь, в настоящее время я вне закона, также как и вы. Наверное не стоит судить людей слишком строго, формально городом правит законный наследник Ксера – Адрий. Все конечно прекрасно понимают реальное положение дел, но видимость приличий соблюдена и это здорово помогает успокоить собственную совесть.

Я молчал, переваривая услышанное. Произошедшее не было для меня такой уж неожиданностью, однако я надеялся на несколько более оптимистичный расклад.

- Не всё так плохо, - произнесла Фелиция, заметив, что я готов пасть духом, - Недовольных хватает. Даже среди тех, кто формально присягнул. Они держатся за свой образ жизни, свои привилегии, своё имущество, не желая признавать, что ситуация безвозвратно изменилась. И всё же, своя гордость у них есть. Как гвардейцы, так и служители Оракула, не в восторге от того, что в городе командуют их древние враги. Они просто верят в то, во что удобней верить, ведь иначе надо бороться, а это весьма обременительно. Но есть и те, кто готов выступить против Дагрима открыто. Если мы покажем, что за нами сила, многие пойдут за нами, как сейчас идут за Маркусом.

- Чего вы хотите от нас? – сухо поинтересовался Дассим, - Если прямо.

Некоторое время Хэлир смотрел на капитана, раздумывая, стоит ли отвечать.

- Недовольных много, - наконец заговорил он, приняв какое-то решение, - Но тех, кто готов бороться, немного. И среди них мало воинов. Ещё меньше людей, способных вести за собой. Когда вы прибыли в Халак, мы уже были там. Мы тоже планировали уничтожить башню, но не имели людей, способных на этот поступок. Ваше появление стало даром небес. Может это знак, что дело наше правое, ведь вам удалось то, на что мы оказались неспособны.

- Так вы готовы нам помочь? – не выдержал я, - Да или нет.

- И да и нет, - загадочно ответил Хэлир, - Понимаете, юноша, говоря откровенно, ваш план довольно смешон сам по себе. Вы сумели похитить парчу, но за сколько, по-вашему, вы её продадите, даже если найдёте каналы сбыта? Максимум этого хватит на жалкую подачку одной деревне, а ведь ваши друзья и сами наверняка захотят получить кусок? Это я уж не говорю о том, что сбытчики скорее всего сдадут вас сразу, как только вы выйдете за дверь их дома.

- Уж простите, но как-то до этого мы справлялись со сбытом товара, - сухо бросил Дассим, - И худо-бедно существуем, знаете-ли.

- Вот именно, - ядовито усмехнулся Хэлир, - «Худо и бедно» - это как раз верные эпитеты. Не стоит думать, что мне совсем уж ничего о вас неизвестно. В своих тайных убежищах, где вы торгуете награбленным, вам дают едва ли десятую часть настоящей цены. По сути, вы кормите не столько себя, сколько нелегальных торгашей да караванщиков, которые, в свою очередь, кормят стражу тех городов, куда возят краденое.

- Что можете предложить вы?

- Богатую добычу, деньги, убежища, связи, надёжных скупщиков, ну и моё покровительство. Оно может немного стоит сейчас, но после победы – цена резко вырастет. Когда ты в несчастье, ты одинок, а когда на вершине – у тебя сразу появляется куча друзей.

- Предпочитаю друзей, которые не оставят меня и в несчастье.

Именно! – просиял Хэлир, - Как и я. И потому скажу так: поддержите меня сейчас, пока я слаб. И когда я вернусь в силу, в долгу я не останусь.

- Метите на трон? – не удержался я, сразу же пожалев о своём вопросе.

- Так далеко предпочитаю не заглядывать, - Хэлир вроде бы отнёсся к моей дерзости совершенно спокойно, - Чего греха таить, я уже стар, наследников у меня нет, так что предпочёл бы не лезть на такую вершину. Да и не моё это. Впрочем, я и сейчас кое-что могу. У нас может и немного хороших бойцов, но глаз и ушей хватает. Вам приходится подстерегать караваны, полагаясь на удачу, но как насчёт того, чтобы точно знать время и место отправки очередного каравана? Как насчёт того, чтобы иметь выходы на тех, кто предложит за ваши товары настоящую цену, а не подачки? И как насчёт того, чтобы жить потом в почёте и славе, в городе, а не ютиться в пещерах, как крысы?

- Соблазнительно конечно, - Дассим задумчиво погладил бороду, - Что от нас требуется взамен?

- Фактически то же, что вы и так делали, - Хэлир скрестил руки на груди, - Грабить, грабить и грабить. Идея с раздачей части добычи, которую предложил молодой Монсалдо, была отлична, но выручки с той добычи, что вы способны взять сами по себе, едва ли хватит для её реализации. Если же я помогу вам, предоставив нужные контакты, а к тому же добавлю кое-что из наших имеющихся средств и задействую бардов, что сохранили верность Канзу… Из ужаса пустошей, вы станете героями. Весьма богатыми и уважаемыми героями.

- Звучит заманчиво, - в голосе Дассима всё же слышалось явное сомнение.

- Слишком заманчиво, чтобы быть правдой, вы хотите сказать? Что ж, я понимаю ваши сомнения и дам время на раздумья. Сведения о местонахождении Джошуа Никса с моей стороны жест доброй воли, как я уже говорил, хотя я конечно же советую поторопиться и не гарантирую, что он до сих пор находится в своём убежище. Что до остального, то если вы примете решение, найдите торговца горшками Джеру в северном пригороде Канза. Он живёт на западе от единственного колодца, дом его украшает большая вывеска. Когда встретите, скажите ему, что желаете купить амфоры, украшенные золотой лазурью. Он сможет провести вас в Канз, там и посмотрите на всё воочию. Возможно, глядя на Халак, или Сарн, вы думаете, что в целом при Дагриме в жизни людей ничего не изменилось, но вряд ли после посещения Канза ваше мнение не изменится. Марон действительно ужасный человек. Это говорю я, а уж поверьте, я сам не подарок.

- Что это за человек? – спросил я, - Чего он хочет?

- Я не знаю, - просто ответил Хэлир, - По крайней мере, не знаю точно. Это загадочная личность. Неизвестно даже откуда он появился, но сумел войти в число тамошних жрецов Хагрона и за пару лет прошёл путь с самого низа до правой руки верховного служителя. Сделался любимцем народа, творил чудеса, а потом обвинил архимага Дагрима в ереси, прелюбодеяниях, грабеже народа и толпа вознесла его на вершину. Сейчас он, по сути, правит городом единолично и явно не собирается останавливаться на достигнутом. Я говорил о том, что многие служат ему из страха, но стоит признать, что это касается не всех. Каким-то образом, он может подчинить себе людей. Его речи оказывают, магическое действие. Говорят он может даровать вечную жизнь и якобы тому даже есть доказательства. И ещё…, - Хэлир внезапно замолчал, словно осёкшись.

- Что ещё, - требовательно спросил Дассим.

- После всех россказней, не знаю верить, или нет, - вздохнул Хэлир, - Но слухи ходят, что он может управлять артефактами, не имея метки. Якобы эту способность даровал ему сам Хагрон, за святость. И не просто управлять, а блокировать чужие способности. Но это, повторюсь, лишь слухи, за точность которых я не ручаюсь.

Я вспомнил открывающиеся ворота Канза и свои безуспешные попытки этому помешать. Слухи…

- Он один такой? – поинтересовался я, - Вы говорили про некую женщину.

- Ещё более странная фигура, чем он сам. Про неё вообще ничего неизвестно, даже лицо скрывает, но похоже, что Канзом в действительности управляет она, Маркус лишь марионетка без своей воли. Не знаю даже, с чего он ввязался в эту авантюру, может и впрямь решил, что будет полноправным наместником, а не дураком, сдавшим город врагу.

- Лорд Дэран, - честно говоря, я чувствовал себя виноватым, - Что с ним?

- Сидит в темнице, и упорно отказывается, как признать виновным себя, так и дать показания против вас. Не знаю, почему его не казнили до сих пор. Может надеются использовать вместо Маркуса, может готовят показательный процесс, но с ним даже обращаются вполне сносно по слухам. Вопреки ожиданиям многих репрессий против аристократов Канза пока не начали, хотя большую часть боевых артефактов отняли. Может быть наместница пока не хочет сильно злить население, ощущая, что её положение и так довольно шатко. Но, в целом, не буду скрывать, я разочарован. Большая часть тех, кто должен был защищать независимость Канза, предпочли лечь под победителей, сохраняя свои жизни и владения, хотя вполне могли бы их свергнуть. Таковы уж люди, за долгие годы своей жизни я успел в этом убедиться. Но помимо минусов в этом есть и плюс. Легко подчинились, легко и перестанут, стоит только пошатнуть власть Дагрима и слегка разжечь старую вражду.

- Как насчёт парчи? – Дассим подозрительно сощурился, - Почему для вас было так важно, чтобы она была уничтожена? Она предназначалась Марону?

- Она предназначалась Орферу, - Хэлир был готов к этому вопросу, - Марону предназначалось железо, которое можно получить там, в обмен на парчу. Железо для армии. Своими действиями вы уже сейчас изрядно испортили жизнь врагу.

- Логтчно, - кивнул Дассим, - Слышал про Орфер, город на болоте. Ваш человек, горшечник, сможет свести нас с нужными людьми? Чтобы продать добычу для начала?

- Для этого он и нужен, - обезоруживающе улыбнулся Хэлир, - Когда я буду знать, что вы с нами, поверьте, нужные люди не заставят себя ждать.

- На том пока и закончим, - Дассим жестом пресёк Яру, явно собирающуюся что-то сказать, - Как вы сюда добрались? Я ожидал вас не раньше, чем через пару-тройку дней.

- Не только у вас есть корабли, - Хэлир явно выглядел слегка разочарованным, - Я буду ждать вашего решения в течении двух недель. Думаю, этого будет достаточно.

- Как угодно, - Дассим повернулся, собираясь уходить, - Пойдёмте парни.

- Ренар, - внезапно сорвавшись с места, Фелиция подбежала ко мне, взяв обеими руками мою ладонь, - Прости, что я тогда прекратила поиски. Я думала, что ты погиб. И прости, что теперь мне приходится уйти. Я…я многое хотела тебе сказать.

- Меньше слов, больше дела, - фыркнула Яра, явно наслаждаясь моим смущением, - Не переживай, мы отвернёмся.

Даже в сумерках было видно, что лицо Фелиции приобрело весьма опасное выражение, но едва ли Яру можно было хоть немного этим впечатлить. Я, напротив, почувствовал себя неуютно. Очарование момента было безвозвратно разрушено.

- Я встречусь с тобой при более подходящих обстоятельствах, - произнесла она, крепко сжав мою руку, - Обещаю.

Она выпустила мою ладонь и ушла, вслед за Хэлиром. Женщина, которую я успел полюбить. Или не успел? Я никак не мог разобраться в своих чувствах, но одно я знал точно, ни одна женщина доселе не заставляла моё сердце биться столь сильно и часто. Справедливости ради, я не так уж много их знал.

- Обязательно было себя вести вот так? – возмутился я, когда мы удалились на достаточно значительное расстояние, - Что ты устроила?

- Ну прости, - покаянно ухмылнулась Яра, - Наверное я действительно перегнула палку. Просто эта вот фифа, ну…не знаю. Всю жизнь такие бесили. Не знаю, чего ты там в ней нашёл, но как по мне, так это хитрая, двуличная стерва.

- Вполне под стать своему патрону, - бросил Дассим, не дав мне ответить, - Именно таким я себе представлял главу ордена наблюдателей. Да и любого аристократа, если на то пошло.

- Даже меня, - спросил я, вполне искренне оскорбившись.

- Ты пока под вопросом. Что думаешь по поводу этого всего?

- Решать тебе, но я считаю, это щедрое предложение. Оно фактически выводит вас на новый уровень. Не понимаю, чего ты так резко свалил.

- Ага, - задумчиво произнёс Дассим, - Щедрое. И выводит. И даже не врал, насколько я могу судить.

- Так что тебя смущает?

- Меня многое смущает. Но я лидер, а не диктатор. Уверен, на общем собрании большинство выскажется за. Ты тоже имеешь право голоса, учитывая, что побывал с нами в деле. Эй бандиты, - крикнул он, повернув голову в сторону валуна, за которым скрывалась остальная часть нашей маленькой команды, - Вылезайте уже, мы вернулись с новостями, которые вам наверняка придутся по душе. Возможно, нам предстоит путешествие.

- Путешествие? – переспросил вышедший из-за камня Йонар, - Это куда же, позволь уточнить?

- В Канз, - невесело ответил Дассим, - Если будет на то воля Никтис и экипажа.

- Значит договорились? – уточнил Йонар, - Неплохо, как по мне.

- А ты чего такой смурной? – Яра ткнула Танкреда кулаком в бок, - Для тебя всё складывается к лучшему.

- К лучшему, - эхом отозвался Танкред, - Может и так.

- Пожалуй? Ты словно и не рад? Не задумывался, кстати, как тебе повезло?

- Что ты имеешь в виду? – Танкред явно напрягся, и мне не понравилось направление, которое принимал разговор, но Яру было уже не остановить.

- Ну, смотри. Стоило тебе вылезти из этой твоей пещеры, и ты наткнулся на караван Арвиза. Возможно, единственного человека, который знал о твоём Джошуа или как его там. По-моему, ты везунчик, из тех, кто, сыграв в карты с шулером, ухитряется ещё и в прибыли остаться… Что это с тобой

Танкред смотрел на Яру с окаменевшим лицом, как человек, который едва сдерживает свою ярость. На секунду, мне показалось, что сейчас он вцепится ей в горло, и даже сама Яра похоже наконец заметила реакцию своего собеседника.

- Я что-то не то сказала? – недоуменно произнесла она, невольно отступив на шаг, - Не знаю, что с тобой не так, но ты не мог бы перестать на меня смотреть, точно вот-вот сломаешь мне шею? Ты меня несколько нервируешь.

- Всё в порядке, - с некоторым усилием, Танкред отвёл взгляд, - Просто…

- Просто что? Что я такого сказала, что ты теперь смотришь на меня, как пустынный пожиратель на припозднившегося путника?

- Луна появилась, - задумчиво ответил Танкред, посмотрев вверх, - Ты никогда не думала о том, как красива луна?

- О чём ты, Тотгар тебя забери, говоришь? При чём здесь луна, скажи на милость?

Танкред не ответил, снова замкнувшись в себе.

Я бы дорого дал, чтобы узнать, что с ним творится.

Глава 34

- Ну что, идём? - спросила Яра, нетерпеливо взглянув на спутника.

Дорога до Канза заняла почти десять дней с учётом того, что путешествовали они почти исключительно ночью, осторожно перемещаясь от укрытия к укрытию. Несмотря на все меры предосторожности, один раз они таки едва не столкнулись с воздушным кораблём и тот факт, что он пролетел над ними можно было объяснить или чудовищной невнимательностью экипажа, или фантастическим везением.

- Идём, - Танкред извлёк меч из ножен, положив его на плечо – И да поможет мне бог.

Здание, о котором говорил их недавний собеседник действительно располагался на отшибе, что было довольно странно, учитывая чудовищную скученность мусорного квартала. Большая часть бедолаг, населявших этот район, больше похожий на зловонные трущобы, селились буквально на головах друг у друга, но почему-то обходили этот дом стороной, хотя упомянутая изгородь местами обвалилась, оставляя заметные дыры, которые, казалось бы, должны были привлечь желающих присвоить место себе.

- Богатый дом, однако, - Яра вооружилась коротким копьём, равно пригодным, как для боя в тесном помещении, так и для метании, - То ли твой Джошуа весьма крут, то ли имеет серьёзную охрану.

В пригород они вошли вчетвером. Он сам, Яра, Ренар и Дассим, который на сей раз решительно отмёл все возражения, относительно своего участия в деле. Дассим, равно как и Ренар, вооружённый наручем, пусть и смертоносным, но всё же более полезным на расстоянии, чем вблизи, остался поодаль, прячась за одной из лачуг, осыпающейся прямиком на глазах. В дом Танкред хотел войти один и лишь после долгих уговоров согласился взять с собой Яру.

- Ты чего такой смурной? – на миг остановившись, Яра пытливо взглянула ему в глаза, - Причём, давно уже, ты не был таким, когда мы встретились? Что тебя так гнетёт? Только не говори, что ты боишься.

- Что, если это всё же так? – глухо отозвался Танкред.

- Бред, - Яра взяла его за плечи, для чего ей пришлось встать на цыпочки, - Слушай, что с тобой творится? Это из-за твоей призрачной подружки? Святой, как ты её называешь? Что она тебе наговорила?

Вздохнув, Танкред осторожно снял её руки.

- Пойдём вперёд, - просто сказал он, шагнув по направлению к дому.

Пожав плечами, Яра двинулась следом. Нервозность спутника передалась ей, и она нервно сжала рукоять оружия.

«Ты что-то скрываешь от меня»

Нечеловечески прекрасное лицо, сотканное из света, глядело на него, казалось, ничего не выражая. Лунный свет, падающий на прозрачную фигуру Бригитты, добавлял ей красоты, но окончательно лишал человечности.

«Что?» - Танкред твёрдо взглянул в глаза собеседнице, пытаясь отыскать в них хоть какой-то намёк на эмоции.

Это был не первый их разговор, и с каждым разом, в душе Танкреда росли подозрения. Бросившись помогать призрачной деве в самом начале путешествия в этом безумном мире, он уже не мог понять, почему сразу не заметил странностей в её поведении. Что заставило его принять это безумное задание? Почему он вообще посчитал её заслуживающей столь безговорочного доверия? Вела ли его лишь рыцарская честь, требующая помочь даме в беде, или она попросту околдовала его, заставив слепо довериться себе, превратив в своего верного слугу. А ведь он будет даже не первым отважным воином, в итоге оказавшимся в рабстве у коварной красавицы.

«Поверь, я не лгу тебе», - голос звучал успокаивающе, однако, вопреки этому, Танкред разозлился ещё сильнее, - «Если я умалчиваю о чём-то, то лишь ради твоего блага. И блага мира».

«Что мне за дело до этого мира?!» - зарычал Танкред, - «У меня есть свой! И я нужен там! Под стенами Иерусалима! Среди воинства Христова!»

«Танкред», - на лице девы наконец проступило нечто, похожее на чувство и более всего оно было похоже на огорчение, - «Ты провёл в этом мире столько времени. Встретил друзей. Столько в нём пережил. Неужели этот мир ничуть не заслужил твоей любви? Не заслужил спасения?»

«Почему я должен спасать его?» - на миг Танкред закрыл глаза, словно желал убежать от окружающей реальности.

«Потому что ты рыцарь» - в бесстрастном голосе неожиданно прозвучали твёрдые нотки – «Твой долг помогать слабым и быть щитом для невинных».

«Невинных» - усмехнулся Танкред, - «В этом-то мире. Мой долг быть с моими соратниками. Там я на своём месте, здесь чужой. Скажи мне лучше правду. Ты ведь не вернёшь меня, когда всё закончится?».

«Я сделаю для тебя всё, что в моих силах», - голос вновь зазвучал бесстрастно, - «Обещаю тебе».

«Я так и думал», - Танкред опустился наземь, почувствовав, что его не держат ноги, - «Скажи мне хотя бы, что ждёт меня, когда я найду того, кто тебе нужен?»

Некоторое время призрачная фигура хранила молчание, и Танкред подумал, что сейчас она просто растает в воздухе, как делала уже множество раз.

«Тебя ждёт судьба Танкред де Отвиль» - наконец произнесла Бриджитта, - «Твоя, моя, и всего мира».

Стиснув зубы, Танкред стряхнул навязчивое воспоминание.

- Что бы не ждало меня, нет смысла медлить, - пробормотал он, перебравшись через полуобвалившуюся стену.

- Что ты там бормочешь? - при всей своей силе и ловкости, Яра была куда ниже ростом и преодолеть стену ей было сложней, - Местечко что надо. Я бы сама не отказась тут пожить. Может, прежде чем лезть, надо было навести об этом месте справки.

- Я не могу ждать, - глухо произнёс Танкред, шагая к зданию.

- Я так и поняла. Узнаю планировку, тут и внутренний дворик есть.

Не слушая спутницу, Танкред дёрнул дверь на себя. К его удивлению, та отворилась без малейшего сопротивления.

- Не заперто, - констатировала Яра, с напряжением в голосе, - Всё более и более странно.

Танкред осторожно перешагнул порог дома. На миг он застыл, осматриваясь.

Дом знавал лучшие времена и до сих пор хранил остатки былой роскоши. Помещение представляло собой холл, по бокам которого стояли постаменты с остатками бюстов неких неведомых людей, скорее всего имевших отношение к бывшим хозяевам дома. Пол был покрыт мозаикой, ныне почти неразличимой, а в центре располагался фонтан, конечно же, пересохший. Можно было с уверенностью сказать, что ранее здесь жили весьма небедные люди и даже сейчас, пусть окружающая обстановка и отдавала затхлостью и запустением, здание выглядело куда лучше, чем можно было ожидать.

- Ни дерьма, ни гор мусора, ни валяющихся пьяных, вонючих тел, - констатировала Яра, протиснувшись мимо Танкреда, - Похоже здесь и впрямь кто-то живёт. Ну или жил недавно, во всяком случае.

- Возможно не стоит болтать так открыто?

- Мне показалось, что ты пришёл узнать что-то, а не резать глотки в ночи.

- Неизвестно, как повернётся, - Танкред приметил сразу несколько дверей, ведущих в другие помещения, но начать решил с той, что слева, - Может стоит разделиться?

- Из этого никогда не выходит ничего хорошего, - Яра покрепче перехватила копьё, - Так что, пожалуй, нет.

Не ответив, Танкред открыл дверь, решительно шагнув в следующую комнату.

Окна были заколочены, и свет почти не проникал внутрь здания, оставляя это помещение в полумраке. Некогда здесь, видимо жили слуги и остатки их грубых, двухярусных кроватей всё ещё рядами стояли вдоль стен, до сих пор не пущенные на дрова. В углу находился также шкаф, должно быть один на всех сразу, а рядом с ним….Танкред почувствовал, как его волосы встали дыбом.

- Здесь никого, - совершенно спокойно констатировала Яра, - Странный запах какой-то, ты не чуешь?

- Что значит никого?! – Танкред осторожно сделал шаг в сторону, выставив перед собой меч. По обеим сторонам шкафа, расположились две странные фигуры, напоминающие статуи. Покрытые панцирями из материала, напоминающего хитин, они были разрисованы загадочными знаками, назначения которых Танкред не мог уловить. Головы в странных шлемах, не имеющих глазных отверстий, синхронно повернулись вслед движению Танкреда, и ему стало ясно – перед ним отнюдь не статуи, - Кто это по-твоему?!

- Ты о чём? – в голосе Яры ощущалось искреннее недоумение, - С тобой точно всё в порядке?

Танкред не успел ответить на её вопрос.

Фальшивые статуи пришли в движение.

Обе гладкие фигуры метнулись вперёд, и одна из них выставила правую руку, заканчивающуюся матовым, чёрным лезвием. Оказавшись посередине комнаты, она неожиданно взмыла в воздух, преодолев прыжком сразу несколько метров, превратив своё тело в живой снаряд, летящий прямиком на крестоносца.

Краем уха Танкред услышал непроизвольный вскрик Яры, но позволить себе роскошь прийти ей на помощь уже не мог, тело среагировало быстрее разума, выполнив большую часть работы. Рыцарь прянул в сторону, пропустив мимо себя лжестатую, успевшую направить ему в грудь смертоносную конечность. Не успев затормозить, фигура врезалась в стену, на миг потеряв равновесие. И Танкред, оказавшись сбоку, немедленно нанёс рубящий удар в место, показавшееся ему самым уязвимым в странных доспехах – туда, где голова соединялась с телом.

Меч не подвёл, одним взмахом снеся с плеч голову, успевшую блеснуть в пробивающемся сквозь окно луче солнца. Второе чудище тем временем оказалось рядом с Ярой, нанеся ей удар рукой в лицо.

Так и не поняв, что произошло, девушка отлетела к стене и тяжело осела на пол.

Издав короткое рычание, Танкред прыгнул вперёд, вытянувшись в длинном выпаде. Удар пришёлся в грудь, но странный доспех выдержал, хоть и пошёл трещинами, нарушив черты нарисованного узора. Противник Танкреда отлетел назад, но тут же восстановил равновесие, явно ничуть не обескураженный. Танкред услышал, как он что-то произнёс, очевидно ожидая какой-то реакции, но смысла его слов он не понял, и оттого его единственным ответом стал косой удар мечом в голову.

Хитиновая фигура попыталась увернуться, повторив короткую команду, но на сей раз удар Танкреда достиг цели, сбив врага на пол. Раставив ноги пошире, он размахнулся мечом, словно дровосек, рубящий дерево, однако в этот момент в его плечо воткнулось нечто, более всего напоминающее иглу. Поморщившись, он повернулся, увидев перед собой ещё одного противника, во всём напоминающего двух предыдущих, и в этот момент, враг, которого он счёл было побеждённым, прыгнул на него, сбив на пол и зажав руку с мечом. Танкред рванулся, пытаясь высвободиться, однако даже его чудовищной силы, оказалось недостаточно для того, чтобы бороться с чудищем на равных. Вторая фигура подскочила, выкрутив меч из ладони и прижав руку к полу. Танкред отчаянно бился, скованный руками, напоминавшими скорее стальные тиски, каждый миг ощущая как затуманивается его взор и слабеет тело. Осознав поражение, он открыл было рот, намереваясь позвать на помощь, но из уст вырвался лишь слабый стон. Сознание стремительно покидало его, словно просачивающаяся сквозь пальцы вода, и тьма уже почти заволокла разум.

- «Так вот какова моя судьба», - успел подумать он перед тем, как окончательно лишиться чувств, - «Смерть».

Сильная пощёчина прервала блаженное забытье, вернув в суровую реальность. Вздрогнув всем телом, Танкред, однако отказался признавать возвращение сознания. Беспамятство нравилось ему больше, реальность не сулила ничего, кроме проблем.

Явь вновь грубо вторглась в мир грёз, прервав их очередным ударом. Голова дёрнулась в сторону и веки предательски дрогнули.

- Не притворяйся, - жёсткий женский голос окончательно вывел рыцаря из блаженного забытья, - Я же вижу, что ты пришёл в себя.

Поколебавшись, Танкред всё же открыл глаза, едва подавив в себе желание сразу же закрыть их вновь. Действительность и впрямь оставляла желать много лучшего.

Он лежал на двуспальной кровати, накрепко связанный по рукам и ногам чем-то напоминающим паучью сеть. Комната, в которой он находился, явно принадлежала не слугам, а хозяевам дома. Даже сейчас было заметно, что некогда помещение было обставлено довольно роскошно, до сих пор сохраняя остатки росписи на стенах. Фигура в хитиновом панцире сидела прямо перед ним, на стуле, неожиданно грубом для столь изысканной атмосферы. Второй пленитель Танкреда, в потрескавшейся хитиновой броне, стоял, устало опёршись на стену. Рядом с ним валялась Яра, которую, в отличие от него, никто не приводил в сознание, позволяя остаться в блаженной дрёме.

Ближайшая фигура произнесла некое слово непонятного значения и на миг словно замерла, явно ожидая реакции. Замерев в недоумении, Танкред вновь и вновь вслушивался в повторяющийся набор звуков, надеясь понять, какую цель преследует нечто, сидящее перед ним, но помыслы его пленителя оставались для него неведомыми.

- Значит, мне не показалось, - женский голос глухо прозвучал из под шлема, и Танкред, к своему удивлению, прекрасно его понял - На тебя действительно не действует Ордо. Интересно.

Подняв руки, загадочная фигура аккуратно сняла шлем, и на миг рыцарь затаил дыхание, страшась узреть то, что находится под ним. Воображение мигом нарисовало нечто столь ужасное, что его приходится прятать от людских глаз. Кошмарное уродство, в сравнении с которым черти из ада могли показаться невинными ангцами.

Тем удивительнее для него было настоящее положение дел.

Представшая перед ним женщина была идеальна. Ровный овал лица цвета слоновой кости, обрамляли светлые волосы, собранные в косу, оплетающую голову. Голубые глаза в оправе густых ресниц, были похожи на два кусочка неба, а тонкий нос был выточен из камня резцом искуснейшего мастера, месяцами доводившего своё творение до совершенства. Полные губы можно было бы сравнить с лепестками роз, если бы их не портил презрительный изгиб, странным образом предававший всему лицу выражение отталкивающее, несмотря на всю красоту.

Танкред вздохнул, полный весьма противоречивых чувств.

- Красивая, да? – скорее утвердительно произнесла женщина, заметив его реакцию, - Лицо - это то, что мне оставили, вероятно в насмешку. Видел бы ты всё остальное. Но всему своё время. Кто ты такой и что здесь делаешь?

- Меня зовут Танкред де Отвиль, - поколебавшись ответил крестоносец, - И я пришёл сюда найти некого Джошуа Никса.

- Что? – раздражённо переспросила женщина, - Как ты сказал тебя зовут?

- Танкред де Отвиль, - рыцарь почувствовал себя сбитым с толку, - Что ты…

- Ты шутки со мной вздумал шутить? - в голосе собеседницы Танкреда зазвучали опасные нотки, - Говори правду.

- Но я и говорю правду, - недоуменно сказал Танкред, - Меня зовут Танкред де Отвиль, и я не понимаю…

- А прибыл ты сюда, надо понимать, прямиком из-под Иерусалима? – губы вновь изогнулись в усмешке, - Ведь так, да?

- Ты…, - Танкред почувствовал спазм в горле, - Откуда…как…

- Слушай меня внимательно, - казалось, голос звучал ласково, но в этой ласке ощущался отчётливый привкус металла, - Возможно, ты считаешь себя стойким, сильным, непоколебимым, но заверяю, это лишь потому, что ты просто не знаешь, что такое настоящая боль. Не знаешь, на что я способна. Либо тебя обманывает внешность и, если это так, то уверяю, ты совершаешь ошибку. Я очень не советую тебе пытаться проверить себя на прочность, оказавшись в моих руках, потому что спустя несколько минут, ты превратишься в визжащий сгусток боли, который будет умолять о смерти. Поверь, ты не первый, кто пытается корчить из себя героя, и не было таких, кто об этом бы не жалел. Ни единого человека.

- Но что я могу тебе сказать, женщина? – отчаянно зарычал Танкред, - Меня действительно зовут Танкред де Отвиль, клянусь тебе в этом Господом нашим Иисусом Христом и всеми святыми. И я действительно прибыл из-под Иерусалима, хотя я не знаю, откуда тебе известно про этот город.

На миг женщина застыла, задумавшись. Небесные глаза, так похожие на его собственные, внимательно смотрели на него, будто намереваясь пронзить насквозь. Губы, вытянулись в линию, продолжая портить идеальное лицо, придавая ему презрительное выражение. От женщины словно веяло холодом, и её красота не столько радовала глаз, сколько подчёркивала дистанцию, нарисованную ей между собой и остальными.

- Как думаешь, не врёт? – спросила она вторую фигуру, доселе остававшуюся безмолвной, - Возможно ведь и нет?

- Вы ведь знаете, как получить ответы, - гнусаво ответила вторая фигура, заключённая в хитин, - Знаете, что делать.

- Безусловно, - губы исказились в усмешке, - Весь вопрос в том, стоит ли терять время. И кажется я знаю ответ на этот вопрос. Эй, здоровяк, скажи мне вот что: Если тебя и впрямь зовут Танкред, и ты прибыл сюда прямиком из-под стен Иерусалима, то была ли дева, которую ты встретил там и полюбил?

Вздрогнув все телом, Танкред рванулся из своих пут, тело его выгнулось дугой, готовое переломиться пополам.

- О, какая экспрессия. Значит была, я угадала. Ты ведь убил её случайно, не зная, кто перед тобой? Как её звали?

- Откуда ты знаешь?! – оставив попытки освободиться, Танкред тяжело дышал, словно зверь, попавший в западню.

- Так как?

- Клоринда, - одними губами прошептал рыцарь, - Её звали Клоринда.