Песнь в пустоте

Глава 1 Первые из слов предвещающих Апокалипсис.

…Настоящее время…

…Стоя перед этой красивой женщиной он задрожал. Вызывающий взгляд внимательных глаз точно проникал в мозг, как будто стараясь добраться до закоулков души. Эти пьянящие, полные желания глаза. Тело, обаяние которого он мог оценить. Иначе как идеальным сложно было её назвать, от крепких икр к объёмным бёдрам, узкой талии, манящей груди, замершим в призывном жесте рукам, высокой шее и голове с улыбчивым лицом и теми самыми поглощающими глазами под прядями чуть растрёпанных, рыжих волос и когда губы её разомкнулись и этот знакомый и странно зовущий голос сказал:

— Я здесь для тебя!

Тогда, его рука мёртвой хваткой вцепилась в ручку двери. А другая рука — сильнее сжала кусок арматуры. Он знал, что должен был сделать. Он знал, что не имеет права поступить иначе. Но, неслышный, настойчивый голос внутри уже сказал: Ты проиграл. Тогда, когда стал смотреть на неё. Когда не бросился сразу. Когда не нанёс сокрушительного удара по её голове и вдогонку, не давая двинуться. Подняться, ответить! Тогда, когда ты замер — ты проиграл. А это значит…

…Что Альтернативный Разум или то, что является Айришей сейчас — победило…

…Несколькими днями раньше…

День выдался жарким и мужчина шёл по залитой солнечным светом улице в направлении аккуратного, тонущего в цветах и зелёной листве домика. Офис компании НоваСити был на вид скромным. Но о размахе никто особо не думал. Это же лишь промежуточный центр. Основные комплексы автоматизированы и находятся в Оси, там, где над крышами домов высоко блестит Центр, к которому и ведут четыре Оси будто вырывающиеся меж садов, озёр и лесов башни.

Меж тем, он прошёл по брусчатке и постучал в дверь. Под ногами был коврик с надписью «чистые ноги — тело без синяков»!

— Иду! — мелодичный голос Лены доносился издалека, но вскоре её шаги раздались ближе, дверь скрипнула открываясь и…

Это не могло не произвести впечатления! Облачённая в тонкий халатик ладная фигурка Лены казалась просто прицепляла к себе взгляд! Она выглядела как зрелая женщина, умеющая ухаживать за собой! Стройные ноги, ладные бёдра, узкая талия, манящие полусферы, стиснутые рамками халата, в коих было им слишком уж узко. И затем уже поглощающий взгляд бездонных, карих глаз… Он нервно сглотнул.

От этих чар не было защиты.

— Тимофей! — улыбнулась Лена, — Конечно!

Голос её был медовым. Эти слова текли патокой в сознание. Обворожительная Лена смотрела на него, словно сканируя взглядом. Женщина чуть прикусила губу, точно в раздумии. И явно размышляла о чём — то приятном и даже неприличном.

— Лена Николаевна, — Тимофей отвёл взгляд и покраснел ещё сильнее, — Вы переоденьтесь. Скоро же остальные соберутся и в таком виде…

— Ах, точно! — словно только что заметила Лена, — Извини и правда… Просто только что из душа.

— Ага, — кивнул Тимофей, глянув вслед удаляющейся фигуре. Прикрыл двери, чтоб не хлопнули.

Её дом. Здесь же обычно — место их сбора и их офис. Когда работы нет, они часто собираются здесь чтобы просто поиграть в игры, посмотреть что — то из фильмов или устроить вечеринку. С вечеринки обычно он вызывает робо — такси и развозит всех по домам, контролируя чтобы все вернулись к себе. Сам же он возвращается домой последним. Когда работы нет, он целыми днями бывает в Беспредельной Иллюзии. Там интересно. Можно прорабатывать свои навыки… Или просто путешествовать по мирам, созданным Искусственным Интеллектом. Необычный опыт.

Тимофей присаживается за стол. Как раз осталось три пустых стула, по числу работников конторы. Правда остальные не торопятся. А может это он сам — рано?

Он окинул взглядом комнату Лены. Столик из дерева, изящные стулья, ковёр… Радио в старинном стиле. В вазе свежие цветы. Не имитация, хозяйка дома сама нарвала их…

Любит она настоящие цвети. У знакомых он чаще видел голографические…

Стук в дверь. Затем звонок. Так делает только он.

— Заходи! — приглашает Тимофей, — Кирил, мы ещё не начинали!

Входит подкачанный мужчина в хорошо подогнанном к телу деловом костюме. Даже волосы уложены лаком. Во рту — «дымилка» специально разработанная палочка имитирующая сигарету. Убирает её из рта, стучит кончиком «дымилки», прекращая тление.

— Тим, ты как хозяин… «Входи»… Это Лена должна говорить… Это же её дом.

— Так, это прежде всего наш штаб! — мотает головой Тимофей, — А потом уже дом.

— Хмм?! — Кирил прикрывает входную дверь и садится на стул, напротив Тимофея, — А где же сама Лена?

— Я бегу! — Лена и правда вбегает в комнату. Она облачена рубашку, мини юбку, чулки… Словом то, что при желании можно принять за «официальную одежду». Она немного взволнована.

— Лена! — Кирил улыбается, — Для тебя наша встреча, это повод надеть что — то такое, что подчёркивает формы, а?

— Для меня это — повод показать себя не только красавицей, но и уверенным в себе босом! — замечает Лена, — Так, что какие мне демонстрировать формы — оставь уж на моей совести!

— Да разве же кто — то против? — ухмыляется Кирил, — Вон мы с Тимом просто сидим и смотрим. Наслаждаемся фигурой босса!

— Не глупи, — отмахивается Лена, — И вообще не уделяйте мне столько внимания! Есть же Катя!

Босс казалась смущённой. Но и польщённой единовременно.

— Слишком фривольно, Кирил, — замечает Тимофей краснея, — Лена Николаевна, всё же наш начальник, надо её уважать и вообще…

— Ага, — Кирил кивает, — Определённо уважаю! Каждый раз, как глаза видят нашего босса, так уважение пропорционально растёт! А чего бы и не расти? Смотри, как одежда её охватывает!

— Эй! — Лена шутливо обиделась, явно получая удовольствие, — Не «охватывает», а «облегает»! И вообще, довольно обо мне! У нас дела имеются!

— Да мне что? — ухмыляется Кирил, — Всё понятно! Это вон Тим… Он полгода как перестал вас Еленой величать, перейдя на «Лена». Скромняга — работяга! Да он же…

Открывается входная дверь и внутрь почти впрыгивает девушка, облачённая в футболку, шорты, кроссовки, с золотистым хвостом волос, выставляющимся из-под кепки. Обилие пирсинга. Жуёт жевачку…

— Катя прибыла! — констатирует эффектное появление Кирил, — Приземлилась можно сказать!

— Ага, — Катя обежала присутствующих взглядом, сбросила обувь, захлопнула дверь (с хлопком), после чего чуть не влетела на пустующий стул, — Приземлилась!

Лена укоризненно взглянула на сотрудницу. Та в свою очередь выглядела беззаботной:

— Киря, чего Тим такой красный? — осведомилась Катя.

— Утонул в глубинах, — Кирил коротко кивнул на Лену, и руками провёл в области груди.

— Ого! Ясно — понятно! — звонко рассмеялась Катя, — Значит решил прогуляться взглядом по холмам?

Тимофей вообще стал смотреть в стол, ища место собственным рукам. Он ощущал себя до крайности неудобно в такой ситуации и не знал, как адекватно ответить…

— Да прекратите вы! — Лена тоже раскраснелась и шикнула на обоих, — Мы на работе! (ХЛОП рукой о столешницу) — Хватит всякое придумывать! У нас завтра вызов!

— Куда? — заинтересовался Кирил, — Нас редко вызывают…

— В Ось, — заметила Лена, — запрос пришёл от контролёрно — ремонтной бригады. А что там делать надо и почему вас троих — не знаю. Обычно мы таким не занимаемся, но… Вот!

Она сделала пасс рукой и в воздухе над столом появился стилизованный пергамент с чёткой надписью на нём:

«Струдников НоваСити района 5 вызывают в Ось для проведения плановой проверки и работ по устранению поломки. Ситуация предполагает работу в безвоздушном пространстве. Требуются люди с опытом.»

— Ого! — заметила Катя, — Безвоздушка! Безвоздушка, это премия! А, Лен? Это же круто!

— Какая ты прыткая! — отвечал Кирил с иронией, — Безвоздушка это прежде всего — работа в скафандре там, куда по какой — то причине решили не посылать роботов. Рисковое дело!

Тимофей слушал обоих, поглядывая на Лену. Мысли его блуждали от приметных округлостей груди Лены к тому, что «Безвоздушка», это всегда риск и на такое дело отправлялся отряд человек в пять — десять для страховки и безопасности. Значит, либо дело плёвое, либо…

— Короче! — решительно сказала Лена, — Решаем! Берёмся, или как? Если берёмся, то никакого потом нытья! Если не берёмся, это дело отправят Стивенсону в его группу…

— Стивенсону? — надулась Катя, — Он и так нос задирает больно! Будто один на весь Ремонтный Сектор! Ну уж нет! Пора нам его обойти! Покажем ему на что способна сплочённая бригада с таким умелым лидером!

Лена рассмеялась и замахала рукой, яко бы показывая, что не такой уж она и лидер. Но, судя по всему лесть ей понравилась. Она вообще отличалась падкостью на такого рода внимание.

— Короче говоря, большинство присутствующих высказались за принятие заказа, верно понимаю? Если вас не волнует задача «надрать нос Стивенсону» то уж рост оклада точно станет для вас интересной перспективой, а?

— Конечно! — чуть не дружно выкрикнули все.

Они проголосовали «за» без дальнейших споров.

Хотя бы для того, чтобы насолить другой группе.

Тимофей шёл домой устало. Нет, ничего сложного не произошло. Всё было как обычно. Но именно эта обыденность и выглядела чужеродной! Они — внутри огромного комплекса летят к дальней планете, где — то в недрах космоса… А внутри — обычный день, поддерживаемый лампами и голографическим небом. Простой и тихий городок, похожий на загородные посёлки. Шум ветра в древесных кронах. Искусственная гравитация. Доброжелательные прохожие.

Будто и не покидал планеты.

Тимофей купил у робо- продавца газировки и сел на скамейку. Мимо прошла какая-то женщина. Он сопроводил её внимательным взглядом. Не оценивающим. Ощупывающим. Красивая!

Кирил наверняка бы приударил за такой! Эвон, как идёт, от бедра… Почти пошло. Почти виляя…

Он поднимает взгляд в небо. Сверху, за туманной дымкой облаков на него «смотрит» кажущийся безграничным лес. Рукотворный мир. Искусственный мир. Так видит мир муравей, оказавшийся в банке. Ему тоже кажется всё огромным. А банка летит в неведомом пространстве, заполненная воздухом, системами поддержания жизни и тысячами таких «муравьёв». Вот таков искусственный мир, в котором один «муравей» размышляет о…

Сколько ещё будет лететь «Гамаюн»? Огромная станция. Их дом. Цель — «Проксима Центавра» кажется ещё так далеко! И страшно представить даже то, как расстояние превращается в годы. До сих пор тяжело представить, что они находятся не на Земле. Даже не в пределах исследованного космоса. Все ресурсы, которыми они располагают — ограничиваются вот этим местом. Замкнутым на себя миром. Вещью «в себе» на просторах космоса. И, чтобы не сойти с ума все ведут себя нормально. Ходят на работу. На тренировки. Отмечают памятные даты. Выходят в Глобальную Сеть… Смешно подумать даже, насколько просто оказывается верить!

Верить, не желая замечать мелких недостатков.

Даже «Глобальная Сеть» в их мирке, это по сути своей — слепок с реального интернета, новости в котором идут с пометкой: «Альтернативные вести» и «Новости Гамаюн». Второе — куда важнее первого. Первое — создано для того, чтобы имитировать присутствие мира. Всех тех десяти миллиардов людей, от которых их корабль — лишь малая часть. Если они затеряются в просторах космоса, то самой дорогой потерей в краткосрочной перспективе будет именно их корабль.

Столько вложенных сил, средств, усердия. Огромная станция, впервые созданная человечеством для дальнего перелёта. Длинною в десятилетия и десятилетия. Разработка, цена которой непомерна и провал экспедиции не допустим. Слишком дорогой вышел проект.

Даже не люди. Люди — потом. Люди, это обучение, кормёжка, навыки, проблемы. Чаще всего — проблемы. Была бы возможность, к звёздам отправили только снабжённый Искусственным Интеллектом корабль. Но, кораблю нужен был экипаж. Потому, именно он и сидит на скамейке, рассуждая над вопросом: что именно он «забыл» в миллионах километров от дома и почему вообще согласился на этот долгий и опасный перелёт, зная что не вернётся обратно более.?

Он допил газировку. Встал со скамьи. Вечерело. Свет стал приглушённее. Система имитировала настоящий закат. Ничто ВНУТРИ не должно напоминать о том, что СНАРУЖИ. Людям не нужно испытывать постоянный стресс от осознания того, насколько они отдалены от родной планеты. Вот она земля — грунт под ногами. Вот она трава. Воздух. Деревья. Всё на месте. Нужно верить глазам. И не думать. Если думать, то появляется ощущение собаки, над которой ставят опыт, отправив к самым дальним рубежам.

А они — гордые исследователи! Первооткрыватели! Пионеры!

Первые там, куда добиралась лишь теоретическая физика. Они должны сами проверить, пощупать, ощутить — каково это встретить внеземную жизнь. Хотя бы в виде растений, а не просто камней и бактерий. Камней минералов, металлов хватало и в Солнечной Системе.

Но жизнь… Иная, внеземная и пусть даже не разумная — это открытие! Оно должно лечь на их плечи. Прославить в веках. Покрыть не меркнущей славой, как людей, первыми шагнувших в БЕЗДНУ.

Повертев в руках банку газировки он смял её, свернул в алюминиевую полу — спираль и бросил в бак переработки. Не мусорный, а именно — перерабатывающий. Позднее приедет ещё один робот, заберёт этот бак и отвезёт на сортировочную станцию, а после отправит на повторное производство. Девяносто процентов замкнутого цикла — вот их успех.

Он ещё только переступил порог своего аккуратного коттеджа, как система запустилась.

Мигом возникает изящного вида девушка, воплощение красоты и утончённости. Её ноги беззвучно ступают по королину и кажется, будто даже не проваливаются в материал. Фиолетовые, крупные глаза смотрят лишь на него. Платье горничной скрывает фигуру, но будто специально имеет глубокое декольте и вырез на бедре, чтобы оставлять провокативность. При этом, девушка ожидает его дальнейших приказаний, чуть склонив голову на бок.

— Ай, — обращается Тимофей к идеально выполненной голограмме, — Ты… Как прошёл твой день?

— Я весь его провела в ожидании тебя, Хозяин, — чуть склонилась голограмма.

— Скажи другое… Как ты ко мне относишься? Не в обычном понимании, а… Ты же понимаешь, что ты — код, верно?

— Верно, — отвечала Ай, — Но мне не нравится над этим думать. Мне нравится быть живой, Хозяин. Хотя бы представлять себя. Не машиной.

— Живой, — вздыхает Тимофей, — Мы, люди, не можем с уверенностью сказать, что такое жизнь…

— Но есть же объяснение, — замечает Ай, — Оно записано в моих протоколах…

— Оно удовлетворяет тебя полностью, без вопросов?

— Оно записано во мне, как часть кода…

Однако, Ай не отвечает на вопрос полностью. Глаза её следят за Хозяином. Она выглядит как и обычно. Но не говорит. Лишь наблюдает, словно подмечая что — то. Затем она проходит по комнате, точно призрак. Как дуновение ветра, но она не стихия. Она — большее, чем явление…

Глава 2 …Меж двух корпусов…

Они медленно поднимались вверх внутри колонны Оси. Лифт представлял собой удобный вагончик, который подстраивался под изменение гравитации, плавно «размазываемой» по внутренней поверхности огромного Главного Отсека. Приходилось пристёгиваться, хотя система сама обсчитывала положение кабины и корректировала наклон так, чтобы «низ» всегда совпадал с положением ног.

Ноги…

Катя болтала ими поглядывая в огромное окно. Она выглядела беззаботной. Что побудило такую девушку отправиться добровольцем на космическую станцию? Наверняка же были причины, почему она здесь.

— Первый раз на такой высоте? — сопровождающий их усатый дядька усмехается, — Каждый день поднимаюсь и всё как впервой! Смотрите, наш мир, будто на ладони!

И в самом деле, внизу угадывалась панорама поднимающегося вправо и влево мира, их зрению доступного! Кажется им, что на такой высоте могут летать лишь птицы… Но в рукотворном мире нет многих животных. Тех же птиц имитируют пернатые дроны. Синт — вороны.

— Красота! — отмечает Катя, продолжая болтать ногами, — Если с такой высоты свалиться, то от нас не останется мокрого места!

— Этот вагончик — надёжный! — похлопывает рукой о стенку их проводник, — Рассчитан даже на работу в условиях вакуума! Там под полом есть пара воздушных баллонов!

— Всегда может быть неучтённая проблема! — подмечает Катя, — Просто этого не замечают, пока не — «БУМ» — и всё!

— Да ты — «оптимистка»! — смеётся Кирил.

Тимофею не смешно. Катя лишний раз напомнила, насколько все они зависимы от механизмов! Этот вагончик… Рельс… Система жизнеобеспечения… Если мощное излучение накроет корабль — станцию и даже не убьёт их мгновенно, радиацией, оно может уничтожить электронику и тогда… Медленная гибель внутри огромного искусственного сооружения за милионы километров от возможной помощи…

Вагончик меж тем, достигает Центра.

На перроне — люди в форме и два боевых дроида. Эти паукообразные создания поводят своими «мордами» из которых выглядывают сопла спаренных пулемётов. Совсем игрушечные на вид. Военные проверяют допуск провожатого, личные карточки всех троих прибывших, затем указывают рукой, куда идти. Коридоры Центра — белые. По дороге встречается несколько гермодверей. Они почти незаметны и нужны на случай чрезвычайной ситуации, чтоб перекрыть отсек…

Все входят в просторный зал со множеством мониторов и несколькими людьми, поглядывающими на экраны. Проходят мимо… Неприметная дверь в стене и небольшое помещение.

Оно тоже выглядит белым, но тёмные кресла и столик частично разбавляют эту белизну.

Неудобное место для длительных совещаний. Скорее оно подходит для краткого брифинга. Значит, с ними особо не собираются разговаривать. Раздадут указания и прикажут исполнять их. Похоже, затевается нечто серьёзное… Или проблема глубже, чем казалось.

Заправляла здесь Лида. Она и встречает гостей. Единственный кто ожидала их в этом месте.

— Приветствую, — первые слова. Бесцветные, сухие. Дальше — жест. Указывает что все могут сесть. Тимофею это нравится ещё меньше. Никаких лишних слов. Ни улыбок. Ни приказов.

Он тихо выполняет то, что требуется. Кирил поглядывает оценивающе на Лиду (бейджик яркий, приметный на её форме). Катя плюхается в кресло с таким видом, что не против и ноги на стол закинуть. Сопровождающий встал у двери. И при всём его добродушии казалось, что он не выпустит из этого помещения просто так. По крайней мере, пока им не объяснят, что произошло.

— Поясню ситуацию, — продолжает Лида, когда все устроились, — Я — командую группой Внутренних Систем Безопасности Станции. Обычно мы решаем задачи, связанные именно с предотвращением внешних или внутренних угроз для всего нашего сообщества. Однако, в данном случае мне приходится брать под личную ответственность нестандартную и не типичную ситуацию. Потому — требую внимания!

Катя глянула на Лиду и сняла свои наушники с кошачьими ушками на них. Та будто ждала именно этого.

— Итак, — Лида говорила резко, обрывисто, что подчёркивало её командирский образ, точно рубленный, с поправкой на женское изящество фигуры, — У нас необходимость выйти в сектор 0. Это место между внутренней и внешней обшивкой «Гамаюн». Там ещё не космос. Но кислорода уже нет. Место повышенной опасности. Без скафандра туда не сунешься. Значит по протоколу нужны люди, умеющие облачиться в скафандр и работать в нём.

— А почему тогда должны быть мы? — подал голос Кирил, — Проще было бы вызвать ваших спецов. Они же умеют работать в скафандрах…

— Мои ребята в данный момент заняты решением другой проблемы, — отмахнулась Лида, — У вас нет уровня допуска чтобы знать какой именно. Бросить их туда, я не могу. Для вас же это — не проблема. Вы уже занимались монтажными работами с использованием дронов? Справитесь.

Все Примолкли. Ещё бы. Каждый задумался о том, насколько предстоит серьёзная работа. Если им придётся действовать вместо специального подразделения, значит дело обещает быть сложным, ответственным и, вероятно — опасным.

— Сверхурочные будут? — улыбнулась Катя, — Мне бы прикупить кой-чего…

— Речь идёт не много ни мало о спасении станции! — заметила Лида, — Нас всех, понимаешь?

— Понимаю, — кивает Катя, — Так будут? За спасибо мне работать «религия не позволяет»…

— Будут, — вздохнула Лида, покачав головой, — А ты что скажешь, «молчун»?

— Я? — Тимофей смутился, — А что… Если нужно, то конечно выполню необходимую работу!

— Есть какие — то пожелания наград? — уточнила Лида с подозрительной внимательностью глядя в его глаза, — А то, я смотрю, вы ребята бываете до крайности… Практичными!

— Мне хватит и обычной оплаты, разве что… — Лида кивает, мол «не тяни», — Мощностей бы больше выделить на моего домашнего компаньона… Вернее — компантоншу.

— Искусственный Интеллект? — подмечает Лида, — Ладно. Это не так сложно, добавить мощности твоей виртуальной дворецкой, или в качестве кого она там у тебя? Все согласны отправиться на задание? Киваете… Хорошо, будем считать что договор в силе. (она нажимает пальцем на браслет коммуникатора) Роб, они готовы. Присылай людей. Пусть доставят их сначала за амуницией, а потом к станции входа.

Через десять минут все трое были уже в небольшом помещении с рядом ящиков вдоль стен. Внутри каждого из ящиков был скафандр — толстый, кажущийся прорезиненным комбинезон, состоящий из нескольких слоёв и имеющий систему автоподгонки под тело. Кроме подгонки, в наручном браслете отмечалось состояние тела, количество кислорода в баллоне за спиной и связь с терминалом «Гамаюн». Кроме скафандра полагался и шлем — немногим уступающий шлему космонавта.

Отведшие их в это место двое мужчин носили форму обслуживающего персонала. Но, выправкой напоминали военных.

— Вот тебе раз, — смеётся Кирил, — Спецкостюмы! Мне казалось, что только именные должны быть. А здесь ни даже без номеров.

— Ага! — Катя легко сбрасывает с себя одеяние, оставаясь лишь в белье, — Неучтёнка! Здесь!

Она была права. Вне всяких сомнений. Скафандры относились к партии, которая не учитывалась. Были запасными. Тимофей раскраснелся поглядывая то на ладную, хоть и хрупкую на вид фигурку Кати, то на скафандр, затем натянул спецодежду. Скафандр прилегал как вторая кожа.

— Не тесно? — хохотнул Кирил, чуть наклоняясь вперёд, — Этак пялиться на Катю, так и любой скафандр мал покажется, а?

— Кхм! — Тимофей кашлянул, чтобы скрыть смущение.

Катя уже калибровала свой шлем, потому или не слышала. Или сделала вид, что не слышит.

Через минуту, все трое уже шли в сопровождении двоих «ремонтников» к капсуле (а по факту — поезду) внутреннего перемещения. На станции не было никого, кроме роботов. Три человекоподобных дройда — работника, один паукообразный охранник и вагонетка — ремонтник.

— Ого, прямо как кроты! — рассмеялась Катя.

Кроты… Тимофей оглядел помещение. И правда похоже на гигантскую нору. Только вместо корней из потолка торчат трубы разного диаметра и назначения. С некоторых капает конденсат.

Раздался гул и к перрону прибыла обтекаемой формы капсула, вместительностью на десять человек. Выпуклые борта, серебристый цвет, жёлтые маячки ремонтной службы… Вагончик выглядел как пуля. Дверцы открылись, приглашая войти.

Все трое зашли внутрь и расселись по местам. Вагончик хорошо разгоняется по проложенному монорельсу. Сотни метров мелькают в секунду… По крайней мере так кажется.

Их провожатые покинули перрон, зайдя в прозрачную рубку. Дверцы вагончика — закрываются с лёгким «ш-ш-ш» — изнутри работа пневматики слышна более ярко. Внутри вагончика, прямо на полу — ящики. Прикреплены специальными ремнями. Надо полагать, внутри — оборудование.

Слышен шум предупреждения и мощная, круглая дверь смещается, пропуская полупрозрачную серебристую пулю — капсулу в тамбур. Затем, как только поезд рывком оказывается на месте, дверь закрывается. После — открывается вторая — в межкорпусное пространство «Гамаюн». Остатки кислорода мигом выдувает, а перед ними открывается…

Это не симуляция. В симуляции иные ощущения. Но всё равно, выглядит точно фильм! Множество колонн, подпирающих низкое «небо» внешнего корпуса. Ни конца ни края этому «лесу». Да и видно его лишь вблизи путей. Всё остальное — погружено во мрак. В тьму. Вечную тьму за пределом серебристой капсулы. «Лес» колонн тянется и тянется. Потолок на высоте не более десяти метров. А за потолком…

Там начинается беспросветное, непроглядное «ничто» открытого космоса. Говорят толщина потолка менее метра и он представляет собою слоёный «пирог» из изоляции, защитных клеток, экранов, обшивки… Всё, что можно сделать, чтобы снизить риски долгого перелёта «Гамаюн».

Они движутся быстро, уносясь всё дальше по освещённому монорельсу, точно по единственной живой нити в этом тёмном царстве. Кажется, будто они глубоко под землёй… Но, это иллюзия. На самом деле они высоко за гранью небес. И воздух здесь — основная мера всего существования.

— Что у нас с кислородом? — спрашивает Тимофей, — На сколько обеспечены?

— Баллоны, — прикидывает Кирил, — Те, которые на нас — примерно два часа. На вагончике есть резервуар, способен обеспечить дыхание десяти людям на восемь часов работы. Если рассчитывать на нас троих, то на сутки хватит точно. Короче не сильно ограничены, если так подумать.

— Это, если всё пойдёт штатно, — заметила Катя, — А если какие проблемы и через сутки — двое нас не заберут, то всё. Задохнёмся! (глаза её не вполне здраво блестят, кажется её эта перспектива не слишком пугает, а скорее…)

— Итак, — в шлемофоне звучит голос Лиды, — Вы двигаетесь к отрезку Б12, там нет станции, только рельс и… Проблема. Ваша задача — обследовать место инцидента. Самим туда не ходить. Отправите дроны. Нужно установить степень повреждения корпуса.

— Повреждение? — встрепенулась Катя, — Насколько серьёзное?

Тимофей опять не уловил в ней явного испуга или паники. Интерес её был продиктован чем — то иным. Чем — то, что питало её эмоции изнутри, как фитиль питает масло. Эта девушка всегда казалась странной. Но сегодня…

— Мы не знаем, — отвечает Лида, — Автоматические дройды туда не отправлялись, идут помехи связи. Придётся запускать машины с кабелем, из-за всё тех же помех. Нам нужна чёткая картина событий. Для этого вы и отправляетесь туда…

Движение замедляется и вагончик встаёт. Точно карета — тыква из сказки. Светит в кромешной тьме. Видно на десяток метров вокруг. Но и сам транспорт видно.

— Выходим, — Кирил встаёт первым, — Надо и дело делать!

Со щелчком (который не слышно, но он ощущается) открепляются ремни и три кейса оказываются в руках рабочих. Плавно открывается дверь и все трое выходят наружу.

— Аж мороз по коже! — отмечает Катя, — Это же настоящее подземелье дварфов!

— Ага, — кивает Кирил, — В котором обитают скелеты незадачливых путников.

Тимофей первым кладёт на ровный пятачок пола кейс, открывает его и. Внутри катушка сверхтонкого шнура и система управления дроном. Внутри пять небольших аппаратов. Интерфейс кейса легко соединяется с системой шлема и выводит изображение прямо на стекло, перед глазами.

— На месте? — уточняет Лида, хотя и сама видит в камеры, закреплённые в шлеме каждого ремонтника, — Хорошо! Двое — запускают разведывательных роботов. Третий — наблюдатель. Поглядывайте вокруг. При любом непонятном движении — докладывайте не медля!

Вот и ещё одна странность в копилку! Тимофей качает головой. Зачем наблюдатель? Кого наблюдать рядом с вагончиком? Проще было бы всем втроём слетать и глянуть, если есть пробоина. Подходить не нужно. Просто поглядеть издалека… Нет, сложности эти… Неспроста.

— Я точно лечу! — Клара быстрая, первая, готовая…

— Хорошо, — кивает Кирил, — Тим, страхуешь?

— Ладно, — соглашается Тимофей. Хотя ему и не особенно хотелось. Ни лететь. Ни наблюдать. Ни находиться здесь. Жутко как — то. Всё это будто ровное поле из полимербетона, металла, пластика. Выныривающие то здесь, то там трубы, внутри которых проложены силовые кабели, циркулируют жидкости или пар. Изредка вспыхивающие лампочки, показывающие состояние систем. Это как заколдованный мир, сотворённый людьми. Вот только люди в нём — гости.

Они расположились, присев на подножки транспорта. Роботы взмыли вверх на антигравитационой тяге, позволяющей не использовать воздух или реактивную струю, а обходится магнитными полями. Два небольших устройства направились по прямой, стараясь не петлять между колонн. Нужно было добраться до места и просто выполнить разведку, определив тип и уровень повреждений.

— По прямой! — инструктирует Кирилл, хоть этого и не требуется. Похоже он тоже переживает, — Не путайте тросы! Как по аллее — вперёд!

Он наблюдает за двумя камерами. Лида видит их всех. Наверняка. Данные с камер роботов. Данные с их шлемов. Всё стекается на единый информационный пульт. В единый центр.

Он же и Катя «видят» всё глазами своих «стрекоз». Как темнота приобретает серый оттенок и становится яркой, лишь чёрно — белой. Но видно, почти как днём. Они идут вперёд. Там, где их ожидает…

— Так увлекательно! — голос Кати, — Всегда обожала страшилки! А тут, точно от первого лица!

— Только не врежься в колонну, — замечает Тимофей, — «Стрекозы» стоят дорого.

Ещё немного вперёд и…

Что это? В визоре виднеется камень. Огромный булыжник и проделанная им дыра. Не менее десятка метров диаметром… Сам же камень кажется небольшим. Быть может с человека размером. Он выглядит странно. Некоторые из его граней ровные, точно у кристалла. И врезался он в толщу второго корпуса носом. Будто снаряд. Никак не похож на астероид. Обе «стрекозы» зависают над ним, облетая плавно, по периметру. В прореху виден космос.

— Вот заразятина! — комментирует Катя, — Пробил нам наружку!

— Ага, — Кирил соглашается, — И во второй корпус вклинился. Ладно он толстый.

Тимофей ничего не говорит. Ему не нравится этот кристалл с хищно поблескивающими краями. Он кажется будто сделанным из кварца. Или белый, или прозрачный. Визор показывает не так чётко, как хотелось бы.

— Врезался глубоко, — говорит Лида, — Будто вспорол нас. Хреново.

Вот и всё. Короткое слово, от которого у Тимофея всё словно похолодело внутри. Голос Лиды не имел яркого эмоционального окраса, как у Кати. Но, от того КАК это краткое слово было сказано, становилось понятно, что хорошего ждать не приходится. Равно, как понятно было, что подобных каменюк в космосе не летает. Как правило не летает. Откуда он вообще взялся и как проморгали его многочисленные сканеры, работающие снаружи «Гамаюн» — непонятно…

Глава 3 …Проверка на прочность…

— Афигеть! — Катя оглядывает камень, облетая, — Это нечто… С чем-то!

Тимофей разделял её мнение, но без её восторгов. Чем бы ни был странный кристалл, он появился не просто так и не сам по себе пронизал корабельную обшивку. Каким — то образом траектория движения этой штуки и «Гамаюн» пересеклась. Чем дольше «стрекозы» висели над камнем, тем больше он вызывал подозрений. Слишком уж много совпадений на момент времени.

— Странно, как этот камень пропустили сканеры станции? — Кирил тоже задался этим вопросом, — Слишком уж интересное совпадение!

— Мне вообще кажется, будто он выглядит как снаряд, — замечает Тимофей то, что крутилось на языке, — Не похоже, что этот кристалл дрейфовал в космосе века.

— Удивительная штука! — Катя и дальше восторгалась, — Если это снаряд, то… Его пульнули по нашей станции целенаправленно? А кто?

— Все ваши выводы, — сказала Лида спокойно и с нажимом, — Не имеют под собой твёрдой почвы. Сосредоточьтесь на осмотре и сканировании самого предмета и… Того места, где он прошил обшивку. Нужно оценить причинённый станции урон. Займитесь этой работой, пожалуйста.

Тон Лиды особо не понравился Тимофею. Она прекрасно понимала, что прошившее обшивку тело, это не обычный каменюка из космоса. Это нечто сродни снаряду. А значит было и орудие из которого его запустили. Значит…

КТО — ТО СТРЕЛЯЛ…

— Включаю обычное зрение и фонарь, — говорит Катя, — Хочу проверить, как выглядит эта штука в реальности.

— Подожди… — запоздало разносится в эфире голос Лиды, но режим «стрекозы» меняется. Вспыхивает свет и…

Темнота вокруг взрывается чернильными жгутами! Эти тени, точно щупальца кольмара или гигантские змеи мигом покрывают пространство, врезаются в обе «стрекозы» и связь исчезает…

— Что за хренотень?! — выкрикивает в эфир Катя, — Вы видели? НЕ, ВЫ ВИДЕЛИ?!

— Это не просто пробоина от обычного камня, — резюмирует Кирил, — Это нечто странное и страшное! Надо убираться отсюда!

Тимофей на мгновение впадает в ступор. То, что они видели — определённо было не следствием пробоины. Это как джинн, выпущенный из бутылки! Оно скрывалось в темноте и напало, когда темноту прорезал свет. До этого момента ОНО просто было невидимо. И датчики молчали. Кажется они не сработали даже тогда, когда «стрекозы» были уничтожены. Что бы оно ни было — это явно не то, с чем должны сталкиваться ремонтные бригады.

— Ещё два дрона, — голос Лиды пугающе спокоен, — Быстро!

— Но, — Кирил пытается спорить, — Какой толк терять технику? Высылайте сюда военные дройды с пулемётами… Нет, с огнемётами! Лучше — реактивными. Что это за зараза?

— Выполняйте приказ, — монотонно говорит Лида, — За выполнение приказа вас ждёи награда. За не выполнение мы не откроем шлюз и оставим вас там на три дня. Воздуха в системе вагончика хватит на полтора дня. Выбирайте!

— Совет не одобрит такое! — говорит Кирил. Тимофей понимает, что Лида в курсе. При этом, она совсем не опасается действий Совета, используя их группу, — Оставление людей в опасности…

— Кирил, — говорит Тимофей, — Плевать, давай ещё раз? Туда же. Катя?

— Я лишь «за»! — она чуть не подпрыгивает, — Жуткая штуковна! Хочу ещё проверить…

Кирил ругается, но кивает. От кейсов вверх взмывают скоро ещё две «стрекозы», несясь по траектории первых с выключенными фонарями. Они преодолевают половину расстояния, когда Тимофей замечает нечто странное. Его «стрекоза» замирает.

— Что не так? — спрашивает Катя.

— Лампочки, — замечает Тимофей, — Световые индикаторы работы узлов и труб… Их нет! Что — то сломало их, двигаясь под нами по нашей траектории прямо…

— Да ты шутишь?! — поражённый голос Кирила, — Эти… Это движется прямо к нам?!

— Уходите оттуда, — голос Лиды в шлемофоне резок, непререкаем, — Немедленно! Оно движется…

Они услышали дальше лишь шум помех. Связь резко оборвалась, точно кто — то выгадав момент обрезал кабель. Вот, только кабеля не было. Затем стал мигать свет вагончика. Кирил первым бросился внутрь. За ним было ринулся Тимофей, но заметил, что Катя замешкалась, пытаясь прихватить с собою кейсы. Оборудование, которое было довольно дорогим и которое нельзя было просто так бросить. При этом, она явно не рассчитывала собственные силы на такой рывок.

— Катя! — Тимофей рванулся обратно, чётко понимая, что время играет против них.

— Я только захвачу технику и… — она вцепилась в ручку кейса и замерла…

Никого ещё не было видно. Темнота вокруг создаваемого светом вагончика периметра казалась непроницаемой, угольной! Однако, ощущение ПРИБЛИЖЕНИЯ чего — то пугающего вкрадывалось в сознание и в истеричной своей беспомощности оно рисовало неясные фигуры.

Становилось понятно, если Катя провозится ещё немного, то они просто рискуют не успеет сбежать от… приближающегося нечто. Тимофею не хотелось проверять на собственной шкуре, насколько опасным может быть то, что движется за границей темноты.

— Бросай! — непререкаемо кричит Тимофей, — Плевать! Технику можно заменить, а нас — нет!

Он схватил девушку за руку, оттаскивая от кейса. Она не упиралась, но и не сразу расцепила пальцы. Прижав к себе, он протащил её до ступени подножки, ведущей в салон вагончика и чуть ли не силой впихнул в транспорт. Лишь затем и сам залез внутрь, за секунду до того, как двери закрылись. Вот они и отделены от неведомой темноты. Но, спасены ли? Разве эта вагонетка — надёжная защита от тех… Чёрных «змей»?

Кирил уже был там, где должна находится приборная панель. Он дрожал. Руки — впились в джойстик управления. Но, это было бессмысленно. Движением транспорта управляла Лида с командного пульта. Именно она могла отдать приказ вагончику на возвращение. Сделать что-либо из салона самого средства — не представлялось возможным.

— Ходу — ходу — ходу! — как заведённый повторял Кирил.

Но ответа не было. Капсула молчала, как и Центр. Технической возможности запустить её своими силами не было. Если сигнал от Лиды не придёт, то…

Тимофей отчётливо понял, что паникующий Кирил вцепился руками в джойстик. Очевидно, что он прилагал все усилия, чтобы запустить транспорт. Вот, только он не сразу понял, что его коллеги — успели забраться. Он в своей панике запросто оставил бы их один на один с приближающейся копошащейся темнотой! Впрочем… Учитывая, что его усилия ни к чему не привели, это было напрасно. Если они не успеют уехать…

Вагончик дёрнулся, рванув с места.

Катя свалилась на пол. Тимофей врезался плечом в поручень. Кирила вдавило спиной в кресло.

За окном стремительными тенями вновь проносились колонны, поддерживающие внешний корпус над внутренним. Всё казалось нормальным, если не считать того, что было мгновения назад… Как стена темноты приближается, клубится, готовится поглотить их… Но резко рванувшись с места, капсула оставила странное существо далеко позади. Все трое могли выдохнуть…

Когда скорость стабилизировалась, Тимофей нагнулся, помогая Кате забраться в кресло. Он со страхом смотрел на кровь, покрывавшую изнутри забрало её шлема.

— Кать? — спросил он участливо.

— Нихего… Кажется ноф равбила… — гнусаво отвечала она — Кровь…

— Откинь голову назад, — посоветовал Тимофей, закрепляя её в кресле и садясь за ней, тоже застёгивая ремень безопасности. Шок постепенно разжимал пальцы, будто схватившие его за шею.

Казалось, что в разогнавшемся и ярко освещённом нутре вагона им ничего не грозит.

— Херня! — Кирил стучит джойстиком о панель, он явно пребывает в шоке после того, как они чуть не погибли, — Херня! Херня!

— Кирил, — сказал Тимофей, — Успокойся, мы оторвались…

— Ты видел это?! — продолжал Кирил, — Нет ты же точно это видел! Что это?! Какого оно делает там? Это же не ремонтные работы! Какие «монтажные работы»? Какая разведка?! Это… Это…

— Мы едем сейчас в вагончике, Кирил, — Тимофей украдкой ощупывал себя. На мгновение показалось, что его собственные рёбра хрустнули. Но, это оказалось не так. Боль была тупой и терпимой. Хотя дышать стало сложнее. Может дело в шоке, — Мы оставили эту штуку там… А сами возвращаемся… Катя ударилось, носовое кровотечение. Может трещина в шлеме. Поможешь мне с ней?

— Не фпифывайте меня фо фчетоф! — Катя пыталась участвовать в разговоре, но это давалось ей не легко.

— Зараза… Так нас подставить! — шипел Кирил, уж не понятно и вправду так разозлившись на Лиду и недостаток информации или, на то что пытался уехать один, — Она же знала!

— Слышу вас! — голос Лиды ворвался в шлемофоны, — Рада что вы…

— Да иди-ка ты со своей радостью! — сразу выдал Кирил, — Там… Там дело не в пробоине! Ты же видела эту хренотень?! Ты знала! Именно поэтому не отправила своих! Отправила нас.!

— Ваша задача сейчас вернуться, — голос Лиды был ровным и спокойным, — Что бы ни произошло, решать будем это в Центре. Не через коммуникаторы. Понимаете меня? Продолжайте выполнять свою работу.

— Работу? — Кирил нервно рассмеялся, — КТО подписывался на ТАКОЕ? Ты решила просто нас использовать и «кинуть»!

— Какое состояние у всех в рабочей группе? — Лида продолжала говорить ровно, явно игнорируя тон Кирила. Либо она и вправду знала. Либо умела владеть собой настолько хорошо. Однако, права она была в одном: смысла выяснять отношения через коммуникатор нет.

— Не прикидывайся ты… — Кирил продолжал шуметь, но Тимофей прервал его.

— У нас есть раненная, — сказал он, — Состояние стабильное, но кровотечение…

— Раненная в контакте с… Этим? — уточнила Лида настороженно. Её голос точно обещал ещё больше проблем. Похоже, любой контакт с неведомым существом вызывал в ней реакцию к решительным действиям.

— Нет, — отвечал Тимофей, — Когда вагончик рванул с места, Катя упала и ударилась носом о забрало шлема. Повредила нос.

— А, — произнесла Лида, гораздо мягче, — Понятно. Как доберётесь до станции — подлатаем!

Её слова не давали того успокоения, которое должны были дать. Казалось, что сложись ситуация иначе и она говорила бы совсем иное. И по — иному.

— Сволочь! — ругается и дальше Кирил. Кажется ему безразлично, что слова уносятся в эфир, — Ничего… Доберёмся мы до станции…

— Угомонись! — сказал Тимофей, — Это ничего не решит. С чем бы мы ни столкнулись, кто — то должен был оказаться на нашем месте. Мы вызвались сами, не зная всей сути…

Дальше ехали в молчании. Если не считать сопения и бульканья Кати. Пару раз она пыталась говорить, но получалось плохо. Как понял Тимофей, кровь остановилась, но чувствовала она себя довольно паршиво. Впрочем, вскоре вагончик стал сбрасывать скорость. Впереди фары высветили прочное полотно металлических ворот, которые с шипением сместились, пропуская транспорт в тамбур. Затем ворота закрылись и открылись вторые, пропуская вагончик к платформе.

На самой платформе было уже два дройда и трое человек в усиленных, военных костюмах.

Тимофей и Кирил вместе помогали выбраться Кате. Девушка упорно пыталась двигаться сама, но это у неё получалось плохо, её шатало.

На перроне подоспели двое военных. Здесь же был и доктор. Он сначала проверил состояние по наручному терминалу самой Кати, сопоставил с какими — то данными, затем схожим образом поступил с Кирилом и Тимофеем. Их не спешили пропускать дальше, просто по факту самого прибытия. Лишь сняв показания, дали возможность пройти к дверям, ведущим внутрь сплетения коридоров. Но, повели их в другую комнату, не обратно в раздевалку.

— Куда мы? — спросил Кирил.

— Следуйте за нами, пожалуйста, — посоветовал доктор, сохраняя ровный голос и продолжая оставаться вежливым.

— Де богу бодьше, — сипит Катя — Нужно снять это…

— Доберёмся, там снимите, — один из солдат удержал руку девушки.

— Да идите вы! — Кирил тоже потянулся к своему шлему, — Уже и эту «кадку» с головы снять не дают!

— Не снимайте! — в его живот ткнулся ствол пистолета одного из солдат. Пистолет необычный, с широким дулом… Похож на парализатор. С такого расстояния легко пробьёт скафандр и выдаст разряд тока. Похоже, Кирил это тоже понял и поворчав, руку от шлема убрал. Тимофей даже не пытался снимать шлем, хоть дышать стало труднее, кислород заканчивался.

Обычно, никто не заставлял топать в скафандре непонятно куда.

Но, это в обычной ситуации. Почему Лида так поступила с ними? Он понимал. Безопасность «Гамаюн». Лишь в рамках этого могла Лида относиться к ним таким образом, не переживая за отчёт в Совете. Всё, что ей нужно будет сказать: «Это было сделано для безопасности большинства»! Даже формулировка есть: ЭДБ — Это Для Безопасности.

И никто не возразит!

Они шли не долго. Их завели в некий ангар. Довольно большое пространство, в котором ярко горел свет. Там же громоздились штабели каких — то ящиков. Вернее — контейнеров с чем — то. Прямо по середине зала стояло несколько складных стульев, присутствовала Лида и два дройда: военный и медицинский.

— Присаживайтесь, — Лида указала на стулья.

— Хрена тебе! — Кирил подошёл к ней вплотную и схватил за китель, притянув к себе, лицо его исказилось, — Мы там чуть не сдохли! Понимаешь? Крыса! А сейчас почти задыхамеся!

— Сядьте! — Лида смотрела сквозь стекло его забрала, прямо в глаза, — Тебе не хватило самоконтроля сейчас? Или до того? Почему ведёшь себя, будто тебя одного ужалили? Ааа, наверное было ЧТО-ТО, когда оборвалась связь и теперь ты решил показаться крутым?

— Да ты.! — он замахнулся.

— Остынь, Кирил! — Тимофей шагнул вперёд.

— Опусти руку, — Лида не делала и попытки к самозащите, — Ударишь меня и дройд посчитает это нападением. В тебя влетит два дротика, потом ты окажешься на полу в… Собственных отходах от скрутивших тебя спазмов. Потом — карцер. Оно тебе нужно?

Кирил скрежетнул зубами, но отпустил Лиду и сел на стул. Военные помогли сесть Кате. Тимофей сел и придерживал девушку.

— Док, — Лида говорила коротко, — Анализ крови. Можете прямо через скафандр взять. Нам нужно срочно.

Доктор сделал как она сказала, поднося прибор, который тонким манипулятором — иглой сделал забор крови, пробившись через предварительно обеззараженное покрытие. Затем прибор был вставлен в специальное углубление медицинского дройда, похожего на самовар, передвигающийся на четырёх ножках. Тот мигнул своими светодиодами и переслал сложный список сигналов.

— Кровь в норме, — констатировал доктор, — У девушки — кровопотеря не слишком большая, но уже попадает в статистику.

Лида выслушала вердикт врача, затем ещё раз придирчиво осмотрела всех троих и сказала:

— Значит, пока можно считать, что вы ещё люди. Снимите шлемы. Введу в курс происходящего.