Песнь об Астрэйне: Седьмая эпоха

Часть I: Охота на волка

Глава 1: Беспощадное время

- А, новичок. Расскажи мне, как прошло твое первое задание?

Лоренцо стоял на входе в Агларес. Его волосы развевались на ветру, а глаза сверкали.

- Благородный мастер, потерянные на восточном фронте были истреблены. Вместе с этим, наш отряд уничтожил гнездо мракоглотов. Они больше не будут досаждать жителям окрестных городов.

- Прекрасная работа, рекрут. Продолжай в том же духе и ты сможешь получить звание рыцаря-стража.

Бессмертный крепко пожал руку новому стражу пополнившего ряды ордена. Его хватка была все такой же крепкой, что и двадцать лет назад, с момента, когда Тьма была повержена и закрыта и навсегда. За это время материк преобразился. Появились новые города и деревни, самые крупные из них стали процветать. Однако закрытие разлома привело к появлению новых ужасов и монстров. Темница вечной темноты была разрушена и из нее вырвались ужасные создания, которые смогли эволюционировать и смогли выжить в этом мире. Север стал совсем непригодным для жизни и жившие там люди быстро перебрались через Высокую стену на юг. И казалось бы, жизнь наладилась, но будто чего-то не хватало…

- Ах да, забыл тебе сказать о нашей традиции, - резко заявил мастер, оборачиваясь к новичку – Видишь вон там над входом деревянный крест с человеком? Каждый новоприбывший выбирает свободное место и всаживает в тело кинжал. Идём со мной.

Новичок дрожащими руками вытащил небольшой кинжал и посмотрел на крест. Леонард Вульф, некогда могучий и бесстрашный уже столько лет находился здесь как военный трофей. Все ещё живой и измученный, чувствуя каждую боль и наблюдал за всем своим единственным глазом. Его силы уже давно покинули тело, он не мог ничего говорить и даже пискнуть.

Сильно вздохнув новичок вонзил кинжал в живот полуживого Вульфа и посмотрел в глаза Лоренцо.

- Неплохо, неплохо, - улыбнулся тот, - Теперь пришло время поговорить с магистром, однако его сейчас нету в городе. Так что можешь заняться тренировками, выбрать себе местечко для отдыха и изучить все, пока наш командир не вернётся.

После этих слов, мастер одернул свой плащ и ушел внутрь цитадели. Двадцать лет назад Агларес был лишь тенью своего былого величия. Улицы, когда-то полные смеха и радости, погрузились в забвение, а полуразрушенные здания, словно забытые стражи, стояли в молчаливом печали. Но время — это не враг, а мудрый целитель, который вновь раскрыл перед городом свои объятия. Сегодня Агларес преобразился до неузнаваемости. Восходящее солнце озаряет его улицы золотыми лучами, пробивающимися сквозь листву цветущих деревьев. Прогулка по его улицам стала настоящим путешествием в мир волшебства и вдохновения. Старые дома, когда-то обветшалые и заброшенные, теперь сверкают свежими красками. Мастера возродили их, сохранив исторические детали и добавив современные элементы. Балконы, украшенные цветами и зелеными растениями, словно улыбаются прохожим. Агларес — это не просто город, это сказание о возрождении и надежде. Он стал символом того, как упорство и единство могут превратить заброшенное место в цветущий центр жизни. Теперь каждый уголок Аглареса наполнен светом и радостью, а его жители с гордостью рассказывают о том, как их город снова стал домом для всех. Под светом звезд ночное небо над городом сверкает так же ярко, как мечты его жителей…

Перед входом в цитадель расположилась большая белокаменная статуя его бывшего правителя. Новичок подошёл поближе и прочитал слова: «Верховный страж, магистр ордена – Кристол из Аглареса. Да пребудет с тобой покой». И действительно, именно Кристола так не хватало в этом городе. Он никогда не увидит, как его родной дом расцвел до неузнаваемости.

- Жаль, что я не познакомился с тобой раньше, - тихо прошептал рекрут смотря в глаза статуи.

Глава 2: Новое задание

В тени мрачных облаков, нависших над Долиной, отряд Сноу с трудом пробирался по извивающимся тропам. Лошади, изможденные долгими переходами, с трудом переставляли копыта, оставляя следы на влажной земле. Разрушенный замок, некогда величественный, ныне стоял как печальный памятник ушедшей эпохе. Его обвисшие стены, покрытые мхом и лишайником, напоминали о былых славных днях, когда здесь царила жизнь и надежда. Сквозь обломки камней и тронутые временем башни пробивался холодный ветер, шепча о потерянных душах, которые когда-то бродили по этим землям. Эдвард, сжимая в руках поводья, чувствовал, как тьма замка тянется к ним, словно призрак, пытающийся удержать их в своих объятиях. Он знал, что каждый шаг приближает их к неизведанному — к маленькому городу на севере Астрэйна, где слухи о мрачных чудовищах исчезнувших жителях заполнили сердца смелых и отчаянных.

Отряд двигался молчаливо, каждый из них погружен в свои мысли. Взгляды скользили по обрывкам истории, оставленным на камнях замка. Ведь именно здесь был повержен лживый тиран. Теперь же только эхо заброшенных надежд разносилось по пустым залам. Как только отряд покинул пределы разрушенного замка, перед ними открылась дорога, ведущая к городу. Но на горизонте уже сгущались тучи — предвестники беды. Ветер усилился, и с ним пришло предчувствие беды.

- Остановимся на привал, - скомандовал магистр.

Стражи встали возле небольшого перелеска. Они разложили палатки, развели костер и уселись вокруг него. Сноу вытащил свой верный меч и начал натирать лезвие. Золотой блеск, который когда то украшал оружие, окончательно исчез, а гравировка на рукояти начала стираться.

- До города еще три дня езды, - тихо сказал Галах, - Мы уже должны дойти до земель Фабера.

- Да уж скорее владения Сириона, - отрезал командир, - Они начали расширение, а земли бывшей Долины уже давно разобрали по кускам.

- А что насчет заказов Кэлэрдайна? Он же говорил, что сиренгулы напали на его поля.

- С этой проблемой работает наш второй отряд. Сейчас для нас поход до Сириона – самое прибыльное дело. Мракоглотов становиться все больше, гнилые развиваются. Работы хоть отбавляй…

Сноу похрустел пальцами.

- Вот уже двадцать лет мы охотимся на чудовищ, помогаем людям, строим будущее. Признаю, с момента как Хугин взошел на престол Дирхельма, жизнь стала лучше. Но это только в наших краях. Никто не знает, что происходит на юге, как там люди живут. Тирания Люциуса была уничтожена, однако до сих пор мы расхлебываем последствия этого переворота. Тысячи гвардейцев-дезертиров, экзорцитсы… Они до сих пор блуждают по материку в поисках жертвы. Помните бастарда Ромберга, с которым мы виделись год назад? Его вроде Леофрик зовут. Империя оказала ему честь, назначив лордом в Хеуфарде. Под его контроль перешли все архивы и записи. Сложно конечно сказать, как сильно там улучшилась жизнь, но все-таки эффект есть. И что самое интересное, те земли, которые раньше насильно удерживали имперцы, наконец то заполучили частичную независимость. Стали появляться мелкие государства со своими законами. Отрадно это все видеть…

Эдвард закончил свою речь. Он присел на мягкую траву, подставляя лицо под теплые лучи заходящего солнца. В воздухе витал аромат жареного мяса, а смех и разговоры создавали атмосферу уюта и дружбы. Внезапно, прямо перед ним, в воздухе начала искриться энергия. Она быстро собралась в вихрь, и из него раздался треск, напоминающий звук разрывающегося полотна. Сноу и его спутники замерли, озадаченные и настороженные. Словно из ниоткуда, появился мужчина в роскошных доспехах, украшенных гербом империи. Его строгий взгляд и уверенная осанка сразу же привлекли внимание всех присутствующих. Мужчина шагнул вперед, словно не замечая окружающей его природы.

- Эдвард Сноу! – начал он властным голосом, - Я пришел за тобой. Время не ждет.

Слова его звучали так, будто они были заранее подготовлены. Отряд переглянулся, недоумевая. Эдвард почувствовал, как сердце забилось быстрее. Он знал, что вести дела с новой империей Хугина – гиблое дело.

- Что вам нужно от меня? - спросил он, стараясь сохранить спокойствие.

- Ваша помощь требуется в одном деликатном деле, — ответил незнакомец, -. Империя сталкивается с угрозой, которую нельзя игнорировать. Мы нуждаемся в вашей силе и навыках.

Сноу колебался. Он чувствовал себя привязанным к своему отряду, к этим людям, которые стали ему как семья. Но в то же время его любопытство и дух авантюризма взывали к нему.

- В чем дело? – ехидно спросил он, - Не уж то Хугин перестал быть всесильным, что отправил тебя на встречу со мной? Как наивно.

- Нет. Дело заключается не в этом, однако оно касается именно тебя и никого более.

Мужчина сделал шаг ближе, и Эдвард заметил на его лице легкую тень тревоги.

- Мы обнаружили что-то ужасное на севере Астрэйна, - шепнул тот на ухо.

Слова незнакомца звучали так убедительно, что Эдвард почувствовал внутренний конфликт. Он повернулся к своим товарищам, которые смотрели на него с ожиданием.

- Я должен знать больше, — сказал он наконец, - Тем более, какая мне с этого выгода? У нас еще очень много работы.

- Я понимаю твои сомнения. Но времени остается мало. И полагаю, без преувеличения, на кону судьба нашего мира.

Эдвард вздохнул глубоко, понимая, что это решение изменит все. Он посмотрел на своих друзей и увидел поддержку в их глазах Собравшись с духом, Эдвард шагнул к порталу. Тут же все стихло и он очутился в тронном зале Дирхельма. Перед огромным витражом стоял Хугин, одетый в роскошную мантию.

- Ах, Сноу! С прибытием в столицу, - повернулся он.

- Давай ближе к делу. Мне пришлось бросить свой отряд на перепутьях земель и оставлять их там, довольно мерзко.

- Довольно дерзко, - развел руками Хугин, - Но не забывай, что я теперь император и вся власть на материке принадлежит мне. Даже не смотря на мою жалость, проявленную к вашему городу.

- «Император», - передразнил Сноу, - Сейчас бы вспомнить в каком дерьме ты по уши жил… Но сейчас нет времени вспоминать старые обиды. Зачем позвал меня?

Хугин подошел к огромной карте, что висела на стене, и поманил магистра к себе.

- Видишь ли, проблема вся кроется в том, что произошло двадцать лет назад. Как только голова Люциуса коснулась земли, разрушилось заклинание, которое он поддерживал всю свою жизнь. Внезапно я узнал, насколько мы все были слепы. Наши познания о мире были настолько крошечными, что и представить себе нельзя. Мои люди работали в Вэйнварде, перебирая старые записи и них напали какие-то люди. Все, кто выжил после этого набега вернулись ко мне и сделали предположение, что налетчики прибыли с далекого севера, оттуда куда не ступала нога наших исследователей. Я отправил второй отряд гвардии, чтобы исследовать эти места, и то что я узнал – повергло меня в ужас: места, которые считались безжизненными, были населены людьми. Удивительно, но они смогли приспособиться к таким холодным местам. Они больше смахивают на дикарей, однако даже у них есть свой лидер. Мы решили дать название этим местам – земли вечности Анри. Так зовут их лидера.

- Допустим, но причем здесь я? Насколько мне известно, ты стал всесилен как только заполучил свою великую душу обратно. Почему тебе самому не разобраться с этой проблемой?

- У меня огромное число других дел. Да и к тому же, тут все не так просто. Туда направилась моя дочь – Эвелин. Помнишь её? Кристол пожертвовал свой жизнью, ради того чтобы спасти эту никчемную жизнь. Поэтому я и прошу тебя: отыщи девчонку и приведи сюда. Я не знаю, что у нее на уме, ведь она сбежала неделю назад. А если она вступит в контакт с дикарями на севере, последствия могут быть катастрофическими. Подробности объяснять не буду, ибо ты не в силах этого понять. Ты наверное спросишь, «а зачем мне все это делать»? Не волнуйся, вознаграждение будет щедрым. Такое, что хватит на несколько жизней. Задача тебе ясна?

Сноу крепко задумался. Мысли о том, что они все это время были не одни, не давали ему никакого покоя. Однако бросить все прочие дела тоже нельзя.

- Хорошо, Эдриан, я выполню твоё задание, - наконец решительно ответил Эдвард, - Но мне нужно время, чтобы собрать команду.

- Само собой. Надеюсь трех дней тебе хватит. Постарайся разобраться с этим в ближайшее время.

Император подошел к небольшому столику и подписал какую-то бумагу.

- Возьми это, - сказал он, протягивая свиток, - Это грамота на свободный вход и выход за Высокую стену.

Эдвард принял бумагу и за его спиной тут же открылся портал.

- Я верну тебя к твоему драгоценному отряду. Доберись до Аглареса как можно быстрее.

Сноу ничего не ответил, а лишь тихо фыркнул и вошел в магическое нечто. Стражи все так же сидели вокруг костра, ожидая своего командира.

- Как все прошло? – спросил Галах.

- Не очень. Мне поручили найти отпрыска Хугина за краткие сроки. Надо вернуться домой.

- Домой? Но до Аглареса очень долго ехать! Кратчайших маршрутов нету, родники не работают. Что ты предлагаешь?

- Я поеду один. Галах, ты ведешь отряд до территорий Сириона и принимаешь заказ. Как только выполните, возвращайтесь в город. Вам ясно?

Все как один кивнули.

- Ну вот и отлично. Значит до встречи.

Сноу убрал грамоту императора в сумку, запрыгнул в седло и умчался на запад к Агларесу.

Глава 3: Сыграем

Несколько дней магистр ордена безустанно ехал в родной город. Добравшись до болотистого леса, он слез с коня и продолжил путь пешком. Сквозь такие тёмные земли верхом никак не пробраться. Эдвард медленно шел через трясину, где густые деревья преграждали путь к свету. Его сердце колотилось в груди, а в воздухе витал запах сырой земли и свежей листвы. Он знал, что путь до Аглареса будет долгим. Лес вокруг него постепенно становился все более глухим и мрачным. Ветки скрипели, словно предостерегая от дальнейшего продвижения. Но он не мог свернуть назад. Солнце медленно опускалось за горизонт, и тени стали длиннее. Внезапно, из-за деревьев раздался странный шорох. Эдвард насторожился, он вытащил меч и стал приближаться к источнику звука. Сквозь густую хвою он увидел троих мракоглотов, сжирающий труп оленя. Их черные тела сливались с тенями леса. Глаза сверкали, как угли в ночи, а пасти были полны острых зубов, готовых разорвать на части. Эдвард знал, что бежать было бы безумством — эти создания были быстрыми и безжалостными. Лезвие сверкнуло в тусклом свете, и Эдвард почувствовал прилив сил. Первый мракоглот, как будто ощутив его присутствие, бросился вперед с неистовым рыком. Эдвард уклонился в сторону, его движения были плавными и точными, как у опытного танцора. В этот миг он нанес удар, меч вспыхнул в воздухе, и лезвие встретилось с плотью чудовища.

Кровь брызнула, окрашивая землю в темный цвет. Мракоглот завизжал от боли, но это лишь разжигало его ярость. Второй мракоглот уже спешил к своему сородичу, его когти сверкали в полумраке. Сноу не успел отойти назад — он почувствовал удар в плечо, но он не мог позволить себе упасть. Собравшись с силами, магистра сделал шаг вперед и обрушил свой меч на второго мракоглота. Удар пришелся точно в цель — чудовище взвыло и рухнуло на землю. Эдвард знал, что времени на отдых нет: третий уже приближался, а его глаза горели ненавистью. Взгляд Сноу стал сосредоточенным. Он принял стойку, готовясь к атаке. Мракоглот прыгнул с яростью, но Эдвард увернулся в последний момент и вонзил меч в бок чудовища.

Когда последнее чудище пало на землю, Эдвард остался стоять среди поверженных врагов. Дыхание было тяжелым, а сердце колотилось в груди, но в глазах горел огонь победы. «Ничего необычного. Те же твари, с теми же слабостями»: произнес он вытирая лезвие. Восстановив силы, Эдвард продолжил свой путь через лес. Как только густая лесная чаща наконец закончилась, перед его взором открылся небольшой городок. Удивительно, как много поселений появилось за все время. Решив, что нужно немного передохнуть после схватки с чудищами, Сноу зашёл в небольшую таверну.

- Не может быть! – крикнул хозяин, - К нам страж пришел!

Посетители резко устремили свои взгляды на Эдварда. Магистр лишь слегка улыбнулся и уселся за столик.

- Что вам подать? – радостно спросил слуга.

- Горячего супа и кружку эля. Вот сразу оплата.

Он вытащил из сумки небольшой мешочек и положил его на стол.

- Тут даже больше выйдет.

Слуга немного поклонился и убежал к хозяину. Магистр вздохнул и осмотрел здание. Была видна работа настоящих мастеров: внутренняя отделка таверны была потрясающей, вокруг было чисто и светло. Быть может, Сноу ошибся насчёт режима императора. Пока Астрэйном управлял Люциус – везде была разруха, а здесь…

- Прошу прощения, я могу присоединиться?

Отбросив мысли, Сноу посмотрел на подошедшего к нему мужчину. Это был старик, в потрепанном костюме. По его внешнему виду можно было сказать, что он прибыл откуда то с запада.

- Чем обязан? – спросил Эдвард.

- Вы ведь страж, верно? – поинтересовался старик, присаживаясь на скамью напротив магистра, - Эдвард Сноу, если не ошибаюсь.

- А откуда тебе известно мое имя? – магистр слегка напрягся.

- Однажды мы уже встречались. Правда ты тогда был с напарником.

Старик вытащил трубку.

- Эскела? – удивился Сноу.

- Все так, дружище. Эскела де Вельда, к вашим услугам. Впервые мы с тобой встретились возле Ламирона. И с тобой был юноша, его вроде Кристол звали. Кстати где он?

- Я… Лучше не буду говорить.

- Что ж, очень жаль. Мне уже недолго осталось, а хотелось с ним встретиться. Ну раз уж такое дело, тогда к тебе есть неплохое предложение.

- Если насчёт заказов на убийство, боюсь откажусь. У меня появилось более важное и серьезное задание.

Эскела махнул рукой.

- Нет конечно! В наших краях вы уже всех чудищ поубивали. У меня другой вопрос. Не желаешь ли сыграть в Скрифт?

- Это что ещё такое?

В этот момент слуга принес заказ Сноу.

- Скрифт – это очень веселая карточная забава. Но для игры тебе нужна собственная колода. У меня как раз завалялись лишние карты и готов тебе их отдать за пять монет.

Магистр задумался, но все же согласился. Старик протянул ему небольшую стопку из тринадцати карт. На каждой из карточек в углу была специальная цветная пометка и какие то цифры.

- Ну что ж, диктуй правила.

Эскела откашлялся и начал:

- Итак, твоя колода – твоя армия. Все карты всегда хранятся при тебе и никуда не исчезают. Как ты мог заметить, у каждой карты есть цветная метка, означающая тип. Красная – герой, синяя – боец, пурпурная – фактория, жёлтая – усиление, а зелёная – особая. Цель игры: уничтожить всех героев и фактории противника. Для начала, могу сказать, что есть пара ограничений для колод, а именно: не больше двух карт героев, не более трёх карт факторий, не более восьми усилений и наконец четырех особых. По бойцам ограничений нету, а максимальный размер – двадцать пять карт. Итак, прежде чем начать ходить, мы бросим монетку…

Старик подбросил одну из монет полученную от Сноу.

- Хех, я хожу первым…

Он выложил на стол пять разных карт и бросил резкий взгляд на Эдварда.

- Теперь твой черед, - язвительно произнес тот.

Магистр последовал примеру и выложил свои карты. Силы казались не совсем равными…

- Хе-хе, а я пожалуй усилю своего рыцаря вот этим. Теперь он будет бить на три единицы больше! Так, эта карточка идёт в сброс… Готово! Атакую! Твой всадник повержен, убирай его со стола. А твой герой неплохо пострадал… И фактория тоже! Ха!

Поняв принцип работы карт усилений и как проводить атаку, Сноу широко улыбнулся.

- Моя очередь. Кидаю стрелы на твоих шпионов, теперь они не такие сильные да? Атакую рыцарем твоего героя…

- Попался! Эффект «перехвата»! Получай обратно четыре единицы!

- Хм… Тогда бью свои героем по этому бойцу…

- Не так быстро! «Реакция» уже готова! Получай «безмолвие» на два хода.

Эдвард почесал затылок. Видимо атака была не самым лучшим его решением… Нужно было идти в оборону. Его карты сильно пострадали и нужно как то решать проблему.

- А теперь я добиваю твоего героя и у тебя остаётся лишь две фактории! Чем будешь защищаться?

- У меня все схвачено. Желаю усиление «яростью» и уничтожаю твоего героя.

- Не может быть!

- Ещё как может. Далее, я атакую рыцарей и один из них выбывает из игры. Осталось побить ещё четыре карты… Не сложно! Бросаю «черепа» и теперь остался лишь один боец. Ну что, твоя армия разбита, да? Тебе нечем защищаться!

Старик рассмеялся и закурил.

- Для первого раза, ты прекрасно сыграл! Я специально сделал акцент на то, что у тебя меньше карт. Решил не испытывать судьбу. Возьми в подарок и твой выигрыш карту «обета молчания». Уверен, она тебе пригодится.

Сноу собрал карты и спрятал их в сумку.

- И действительно, это веселая игра… Она строится на стратегии и тактике.

- И я о том же. Если хочешь разжиться картами – продолжай играть с людьми. Только тебе удастся собрать хорошую колоду.

- Благодарю за совет.

- Ну что, может ещё одну партию?

- А давай.

Глава 4: Новое приключение

Уже через день Эдвард Сноу вошёл в Агларес. Магистра встречали с ликованием.

- Собирайтесь на совет, - скомандовал он заходя в цитадель.

Самые верные и приближенные соратники магистра расселись на стульях вокруг стола. В этой комнате, редко кто собирался после смерти Кристола, каждого вошедшего охватывало неумолимое чувство тоски и горя.

— Все собрались? — спросил Эдвард, окидывая взглядом своих товарищей. На столе, заваленном свитками и картами, горели свечи, отбрасывая длинные тени на стены.

— Мы здесь, — ответил Людвиг, усаживаясь на свое место. — Но я не уверен, что это хорошая идея — снова ввязываться в дела императора.

— Мы должны обсудить задание, — сказал Алексиос, его голос был низким и спокойным. — Император не любит, когда его приказы игнорируют.

Сноу кивнул.

— Да, но этот поиск Эвелин Хугин… Ради нее Кристол отдал свою жизнь. А становится личной собакой империи – как то не хочется.

— Потому что это наш долг! — воскликнул Людвиг, поднимая голос. — Мы не можем просто закрыть глаза на то, что происходит! Выходит, что эта девчонка очень ему нужна, раз уж он обратился именно к нам. Мы должны узнать правду.

— Правду? — усмехнулся Алексиос. — И кто из нас знает, что это за правда? Хугин может сразу от нас избавиться одним лишь указом, отправив на верную смерть на север.

— Хватит! — закричал Сноу, его голос эхом разнесся по залу. — Мы не можем позволить эмоциям взять верх. Мы должны действовать разумно.

В этот момент дверь распахнулась с грохотом, и в зал влетел Лиам, один из младших стражей. Его лицо было бледным.

— Простите за вторжение, но… пришли новости! Нашу цель видели неподалеку от Высокой стены, когда там проходил отряд.

Собрание замерло. Все взгляды устремились на Лиама.

— Это может быть ловушка! — снова заговорил Людвиг, его голос дрожал от волнения. — Мы не можем рисковать!

— Но если это правда? Задание нужно выполнить в любом случае, не смотря ни на что.

Эдвард провел рукой по лицу, стараясь собраться с мыслями. Он понимал, что решение нужно принимать быстро.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Мы отправимся на поиски Эвелин. Но я хочу, чтобы каждый из вас знал: если мы столкнёмся с опасностью, наша жизнь важнее любых задач.

Все как один согласились с магистром.

- В таком случае нам нужно собрать отряд. К сожалению бросить Агларес без управления – я не могу. Так что, на время вы будете командовать вместо меня. Испытание будет тяжёлым, новичков с собой не беру. Со мной идёт Лоренцо и Марк. От Аскольда никаких новостей не было?

- Увы. С тех пор, как он стал вольным стражем, он не возвращался в город.

- Печально, но ничего не поделаешь. Я надеюсь, вы поняли свои обязательства. Не забудьте обучать новичков.

Людвиг слегка кивнул.

- Вот и отлично. Пора собираться в дорогу. Собрание окончено.

Магистр в спешке покинул зал и направился в личные покои. По пути он зашёл к Лоренцо и передал ему новости о сборе.

Уже через пару часов все трое стояли у главных ворот Аглареса. Магистр развернулся и в очередной раз окинул взглядом родную обитель.

- Не думаю, что это путешествие того стоит, - сказал он, - Однако я считаю, что нас это станет ещё одной крупной авантюрой.

- Согласен, - усмехнулся Марк, - Тем более, мы сможем открыть новые горизонты, о которых никогда раньше не слышали и не видели. Как ты там сказал? «Земли вечности Анри»? Будет интересно взглянуть на эту безлюдную снежную пустыню.

- Ну раз уж оно имеет такое название и зная информацию, не думаю, что эти земли безлюдны. Надо быть готовым к любым трудностям. К тому же, надо торопиться. Лед уже сошел и мы можем отправляться в дорогу. Доберёмся до западной деревни, а оттуда уже сядем на корабль и переплывем через пролив.

- Не знаю на сколько это хорошая идея. Не смотря на то, что вся северная часть материка есть на карте, эти места давно никто не посещал. Идти туда не знамо куда довольно рискованно. С той самой поры, как Тьма рассеялась по Астрэйну, там уже давно никто не живёт и только бог знает, кто или что там обитает.

- Боюсь что у нас нет выбора. Отправляемся сейчас.

Ветер нежно колыхал паруса, когда Эдвард, Лоренцо и Марк прибыли к причалу деревни. Небо над ними было окрашено в теплые оттенки розового и золотого, предвещая удивительные приключения.

— Ты уверен, что нам стоит начинать поиски именно оттуда? — спросил Лоренцо, прищурившись от яркого света восходящего солнца. Его голос звучал слегка обеспокоенно, но в глазах уже горел огонёк любопытства.

— Конечно, уверен, — ответил Сноу. — Раз уж Хугин так обеспокоен, что его девчонка может добраться до этих земель первой, то нет никаких сомнений, что надо начинать поиск в этих краях.

— Ну что ж, пусть будет так, - вмешался Марк, - Хотя я больше рад, что мы вновь куда то отправляемся, спустя такое долгое время. Подумать только! Двадцать лет прошло, и вот мы снова как в старые добрые времена шагаем вместе.

Сноу вздохнул и посмотрел на своих друзей. Он знал, что путь не близкий и непонятный. Найти человека по горячим следам не удастся, ведь даже нет никаких зацепок, все равно что искать иголку в стоге сена…

Собрав все необходимое, они направились к «Серебряному Грифу» - старому кораблю, который покачивался на волнах. Капитан — суровый человек с бородой, как у морского волка, встретил их с недоверием.

— Цель вашей экспедиции? — спросил он, скрестив руки на груди.

— Поиск человека по приказу императора, - холодно и прямо ответил магистр, - Чем быстрее мы перейдем через залив – тем лучше. Вот оплата.

Он протянул мужчине довольно увесистый и крупный мешок, в котором звенели монеты. Капитан прищурился, изучая их лица. В конце концов он кивнул.

— Ладно, но запомните: море не прощает легкомысленных. Я знаю, кто вы, стражи, и на что вы способны. Однако как мне известно, вы ни разу не выходили в море. Так что, если вы готовы к трудностям, поднимайтесь на борт.

Корабль отчалил от берега, и ветер наполнил паруса. Эдвард стоял у борта, наблюдая за удаляющимся Агларесом.

На рассвете второго дня их плавания, когда солнце только начинало подниматься над горизонтом, окутывая мир золотистым светом, Эдвард стоял на капитанском мостике. Лоренцо, изучая карту, вдруг поднял голову и воскликнул:

— Эдвард! Посмотри туда!

Магистр обернулся и увидел вдали силуэты островов, которые не значились на их картах. Они выглядели словно из сказки: высокие утёсы обрывались в бездонные воды, а на их вершинах раскинулись густые леса, сверкающие зеленью, как изумруды.

- Что за ерунда? – рявкнул капитан, разглядывая таинственные земли через подзорную трубу, - Никогда этого не видел. Раньше кроме тумана, тут ничего не было.

- Точно, - задумался Сноу, - Император говорил о каком то заклятии Люциуса. Собственно из за этого, мы и отправились в новые земли. Капитан! Смените курс на эти острова!

- Вы с ума сошли? Этот корабль был сделан лишь для перевозок, а уж никак не для исследований новых горизонтов!

- Я готов заплатить в несколько раз дороже, если мы повернём прямо сейчас.

Капитан нахмурился, почесал свою бороду и гневно сплюнул.

- К черту! Гулять так гулять. Устал я от этого чертового имперского устава!

Он резко подбежал к штурвалу и повернул корабль в сторону таинственной земли. С каждой минутой скалы становились все больше и страшнее, а в воде встречалось все больше льдин. Стало быть, цель уже близка.

- Интересно, что там будет? – Марк, поднялся к Сноу и с удивлением смотрел вперёд, - Не хотелось бы нарезать на гнездо мракоглотов.

- Постой, я что то вижу!

Лоренцо внезапно указал вперёд: сквозь утренний туман виднелись два изваяния исполинского размера, а у одного из них светился голубой огонек.

- А вот это уже интересно, - шепнул капитан, - Это ж надо! «Серебряный гриф» - первооткрыватель! Никогда бы не подумал, что этот день настанет.

Чем ближе корабль приближался к таинственному объекту, тем сильнее ярче становился огонек. И как только туман полностью рассеялся, перед глазами стражей показался истинный вид этих изваяний. Это были каменные статуи. Одна из них была в капюшоне и держала таинственный голубой кристалл, что освещал все вокруг, а вторая – смотрела вдаль сложив руки.

- Что это такое? Капитан! Надо остановиться тут!

- Это похоже на гавань. Надо отыскать куда пришвартоваться.

- Посмотрите вокруг! Тут нет ничего. И более того, в гавани течение. Мы даже остановиться не сможем… Хотя нет, возможность есть…

Капитан устремил свой взгляд на небольшую деревянную пристань. Он вновь повернул штурвал, направляя корабль к цели. Увиденное повергла отряд в невероятное изумление. Такие величественные постройки, словно остатки какой-то цивилизации. Нужно тщательно все изучить…

Судно встало к берегу и стражи сошли на сушу. Вокруг стоял страшный холод.

- Судя по всему, мы уже по ту сторону стены, - отозвался Лоренцо, - Я почти сразу это заметил, исходя из времени нашего плавания.

- Подойдите сюда! Тут что то написано.

Сноу стоял перед статуей с кристаллом, рядом с небольшим камнем, где были выбиты слова.

- Что это? – удивлённо спросил Марк, - Я не понимаю, что тут написано. Это не наш язык…

- Да, но тут есть определенные сходства, однако даже так я не могу понять суть надписи. Посмотрите на очертания букв, они написаны с большой элегантностью. Каждая линия, точка. Поразительно! Пожалуй, стоит это записать… Что ж, я думаю мы уже прибыли куда нужно.

Магистр повернулся к капитану.

- Благодарю, что доставили нас сюда, - он протянул руку, - Вы сделали нам большое одолжение.

- Ха! Да я и сам рад, что попал в эти земли. Если бы не ваша затея, я бы и дальше ходил туда-обратно. Думаю, что побуду тут некоторое время для изучения, а уже потом приведу целые экспедиции. И наконец меня хоть кто-то запомнит, как первооткрывателя!

Сноу решил не мешать ликованию и молча позвал за собой товарищей. «Дальше мы пойдем пешком на северо-восток. Дорога будет тяжёлой» - сказал он, указывая на высокие горы. И так стражи двинулись в неизведанные и дикие земли. Сноу уже не так сильно волновала мысль о поиске Эвелин. Его интересовал вопрос о таинственной записи на камне. Что она могла означать? В честь кого были построены эти титаны? К сожалению это пока что не суждено узнать…

Ветер завывал в снежных долинах, как призрак, блуждающий среди вековых деревьев, покрытых инеем. Путь стражей лежал через забытые земли, где тени прошлого переплетались с настоящим. Каждый шаг отдавался в тишине, словно сама природа затаила дыхание. Сноу чувствовал, что здесь, в этих пустынных местах, скрывается нечто зловещее.

- Мы должны быть осторожны, — произнес он, оборачиваясь к своим спутникам. — Вряд ли это добрые земли.

Но Лоренцо лишь усмехнулся, отмахнувшись от предостережений.

Прошло несколько часов, и темнота окутала долины. Снег начал падать густыми хлопьями, засыпая всё вокруг. Внезапно Эдвард остановился, прислушиваясь к звукам. Он почувствовал, как холод пробирается в самую душу. Ветер принес с собой нечто странное — глухие рычания и шорохи, которые заставили его сердце забиться быстрее.

— Вы это слышите? — прошептал он.

Лоренцо и Марк переглянулись. И тут из-за деревьев выскочило существо. Оно было огромным и мускулистым, с мехом цвета ночного неба и глазами, сверкающими как угли в костре.

— Беги! — закричал Эдвард.

- Сделать из него шкура да с полпинка! – усмехнулся Лоренцо, - Сейчас им займе…

Не успел мастер закончить речь, как существо было у него за спиной и насквозь пробило его своими лапами. Марк попытался вытащить меч, но его руки дрожали от страха. В следующее мгновение тварь отгрызла голову Лоренцо, и разорвала его тело на куски. Кровь брызнула на снег, окрашивая его в яркий алый цвет. Эдвард остолбенел от ужаса. Он знал, что должен действовать, но его разум был затуманен шоком. Собравшись с силами, он выхватил меч и бросился в атаку. Существо обернулось к нему с яростью, готовое порвать на части еще одного противника. Эдвард почувствовал холодный пот на лбу. Сражение было жестоким. Эдвард метался между деревьями, уклоняясь от мощных ударов лап чудовища. Каждый его выпад был полон ярости и ненависти к тому, что произошло с Лоренцо. Он знал: если не победит эту тварь, то станет следующей жертвой. Сражение разгорелось с новой силой. Эдвард уклонялся от мощных лап существа, чувствуя, как холодный пот стекает по спине.

Вдруг из темноты леса раздался пронзительный звук — словно кто-то растянул струну до предела. Эдвард обернулся и увидел фигуру, выходящую из тени деревьев. Это был высокий человек в белых одеяниях, его лицо скрыто под капюшоном, а вокруг него кружились снежные вихри. Он шагал уверенно, словно зная, что происходит.

— Уйди! — закричал Эдвард, надеясь, что незнакомец понимает опасность.

Ничего не ответив, незнакомец поднял руки к небу, и воздух вокруг него начал искриться морозом. Ветер усилился, снежинки закружились вокруг него, образуя ледяной вихрь. Эдвард наблюдал в полном недоумении: что это за магия? Тварь, почувствовав приближение новой угрозы, развернулась и помчалась на незнакомца с яростью. В тот же миг воздух вокруг чудовища стал холодным, как сталь. Оно замерло на месте, шерсть покрылась инеем, а дыхание превратилось в облака пара. Из ладони магии вырвалось ледяное копьё, сверкающее как звезда. Оно взмыло в воздух и устремилось прямо к существу. Эдвард не мог отвести взгляд: копьё пронзило чудовище с невероятной точностью, пробивая его череп и проникая в самую сердцевину мозга. Монстр издал последний пронзительный вой, который раздался по всему лесу, и затем рухнул на землю, словно мраморная статуя, замороженная навсегда.

Сноу стоял в полном восторге и недоумении. Он не понимал, кто этот загадочный спаситель и какой силой он обладал. Но прежде чем он успел задать вопрос, незнакомец исчез.

- Что это было, черт возьми?! – неистово вскрикнул Марк.

Магистр был не в силах и состоянии, что-то ответить на это. Страх сковал его тело.

- Ты слышишь меня?! Сноу!

- Что мы тут делаем… - тихо шепнул Эдвард, осматривая место сражения, - Какая-то тварь, таинственный колдун, Лоренцо…

- Ты говоришь, как маленький ребенок, - грубо ответил Марк, пробираясь через снег поближе к магистру, - Нам суждено терять людей, пойми это. Подумай, что бы в этой ситуации сделал Кристол? Да он бы испугался, но не развернулся назад. Если видишь цель – иди к ней. Мы не должны оставаться тут, иначе снова наткнемся на эту дрянь. Это лишь напоминание для нас, что наш мир был сильно ограничен, а мы – невероятно слабы.

Магистр вздрогнул и попытался прийти в себя. Слова Марка придали ему немного сил. Он тяжело вздохнул и посмотрел на остатки погибшего Лоренцо. К сожалению, из такого состояния Бессмертный второго поколения не сможет регенерировать. Мастер ордена погиб окончательно. Сноу слегка поклонился, отдавая честь товарищу.

- Нам надо вернуться к той гавани, - наконец произнес он спокойным и суровым голосом, - До входа Высокой стены нам не добраться, довольно далеко будет. Жаль, конечно, что мы потеряли столько времени, но мы не можем двигаться дальше. Теперь я понимаю, что сюда надо идти хорошо подготовленным…

И вот они уже вернулись к каменным титанам. «Серебряный гриф» по-прежнему стоял возле берега, но капитана рядом не было. Вероятнее всего он сидел в каюте. Магистр поднялся на борт корабля и попытался позвать капитана. Ответа не последовало. Лишь завывание северного ветра нарушало тишину. Эдвард насторожился и дал сигнал Марку приготовиться к бою. Тихими и мелкими шагами они стали подбираться к каюте, но чем ближе они подходили, тем холоднее становился воздух вокруг. В этот момент, Сноу что-то пробормотал и в его левой руке образовался сгусток черного тумана. Собравшись с духом, он резко ударил по двери и влетел внутрь каюты. Вместо капитана за столом было кто-то другой. Увидев стражей таинственная тень быстро начала удаляться. «Стоять, колдун!» – закричал Сноу и бросил в него теневую сферу. Как только магический заряд добрался до цели, неизвестный упал на пол, а из места ранения потекла кровь. Вот только она имела не привычный алый оттенок, а была похожа на расплавленный металл.

- Да кто ты такой? – удивился Марк, подходя ближе.

Неизвестный поднялся на ноги, а с его головы упал капюшон. Верховный страж и мастер замерли от увиденного. Рост этого таинственного незнакомца превышал Сноу на три головы, его кожа была бледной и безжизненной, глаза светились ярким голубым светом, уши были длинные и заостренные, а волосы были белыми, как снег.

- Вы забрались куда не стоило, - ответил незнакомец тихим, но мягким и приятным голосом, - Возвращайтесь в Агларес, стражи…

- Откуда ты знаешь, кто мы такие? – сурово спросил Сноу, сокращая дистанцию, - И что это за места?

- Я не буду повторять дважды… Уходите. Немедленно! – он выпрямился и сделал шаг вперед.

- Марк, не дай ему сбежать!

Приняв команду, мастер бросился вперед, но незнакомец сделал взмах рукой и вдруг позади стражей появились ледяные кристаллы, напоминающие портал. Он совершил элегантный выпад и в Бессмертных устремилась глыба, мгновенно затолкнув их в ледяное нечто. Сноу резко повернулся, но портал уже был закрыт…

- Что это было? – послышались чьи-то крики.

Магистр поднял глаза и увидел знакомые очертания тронного зала Аглареса. Они оказались дома. Но, что это было?

Внезапно, Марк упал на колени и попытался закрыть рот, но в этот же момент его стошнило.

- Ненавижу порталы… - прокряхтел тот.

Эдвард убрал оружие и помог мастеру встать.

- Я не знаю, что сегодня происходит, - начал магистр, - Но я знаю одно: в этих землях нам точно не рады и идти туда как обычные путники – бесполезно… Найдите мне Аскольда и Феникса. Без них, я не вижу смысла продвигаться дальше.

Глава 5: Тайное-явное

Прошел день с того момента, как Сноу вернулся после неудачного путешествия. Несколько рыцарей ордена разъехались в разные стороны материка на поиски Аскольда, однако новостей – не было.

Пока магистр перебирал книги и свитки в покоях, он случайно наткнулся на старые записи Кристола и его планах по развитию города, обучении Флинта. Любопытство взяло верх над ним и Сноу открыл одну из книжек.

- Что, интересно? – послышался чей-то вопрос.

Эдвард мгновенно спрятал дневник, устремив свой взгляд в сторону звука. В темном углу покоев стояла довольно знакомая фигура.

- Феникс? – удивился Сноу, - Что ты тут делаешь?

- Тебя дожидаюсь, - ответил тот, подходя поближе, - Может быть ты скажешь, что происходит?

- О чем ты? Что именно не так? Я думал ты сейчас с Аскольдом.

- Так оно и было. Вот только мы разделились, а если сказать точнее – нас разделили. Мы отправились изучать местность вокруг Высокой стены, но вдруг я провалился под снег и оказался уже тут, а вот где Аскольд – мне не известно.

- Порталы… - недовольно сплюнул Эдвард, - После того, как теневые родники перестали работать, эта дрянь полностью заменила их. Значит ты говоришь, что изучали стену? Что насчёт караула имперского?

- Могу лишь сказать, что за время нашего похода мы никого там не встретили. Стражи не было, ровно также и как и чудовищ.

- Хм. Довольно занятно…

Сноу развернулся к столу, посмотрев на карту.

- У нас с Аскольдом была одна договоренность, - добавил Феникс, - Если мы как то разделимся, то обязательно должны встретиться в нашем убежище – в Аторусе.

- Вы превратили магическую академию в лагерь? Ха!

- Это было не так просто, как кажется. Для начала нам пришлось сразится против кучи гвардейцев-дезертиров, экзорцистов. Только после трёх дней резни, мы смогли забрать это место себе.

- Что ж… До Аторуса путь не близкий…

- Готов поспорить с этим, - отрезал Феникс, - После того, как родники перестали перемещать Аскольда, я научился сам создавать порталы…

- Можешь не продолжать! – резко прервал магистр, - Я в эту дрянь не полезу. Мне уже хватило вчерашнего. Интересно и почему же всем это так нравится? Я после каждого захода в такие порталы, чувствую себя как обожравшаяся свинья, готовая блевать.

- Спасибо за яркую аллегорию, - сухо ответил тот, - Раз уж ты не хочешь идти со мной, то какие твои действия?

- Раз уж так вышло, отправляйся в Аторус один. Найди Аскольда и…

Сноу развернулся и начал, что то быстро писать.

- Передай ему это, - он протянул небольшую свёрнутую бумажку, - Если же в ближайшее время вы не встретитесь, то возвращайся ко мне и доложи об этом

- У меня нет хозяев. Но по старой дружбе – выполню твою просьбу, ведь когда то, мы материк спасли.

Эдвард лишь недовольно фыркнул. Новости о разделении двух товарищей заставили его вновь вздрогнуть.

- Магистр! С Вами хочет поговорить новичок!

Раздался крик рыцаря-капитана. Сноу выпрямился и спустился вниз в главный зал. Возле входа стоял страж и новоиспеченный боец. Увидев магистра они оба резко повернулись.

- Милорд, - начал рыцарь-капитан, - Прошу познакомиться. Это Эрнст. Он говорил, что уже очень давно Вас знает.

- Неужели, - удивился Сноу, - Впервые вижу.

- Он говорил, что знает какую-то тайну, которую может доложить лично вам.

- Хорошо, капитан. Вы можете идти.

Страж поклонился и вышел наружу.

- Ну что, Эрнст? Что это за секрет такой?

Тот откашлялся и спросил.

- Эдвард, Вы ведь принимали участие в битве за Долину?

- Да и как ты мог видеть, лорд был прибит к кресту на воротах.

- Так ему и надо, - злобно шепнул новичок, - Однако какой ценой далась вам эта победа.

- Ближе к делу.

На лицо магистра читалось какой-то недовольство. Было видно, что он уже собирался уходить.

- Ах да. Полагаю, Вы знаете что такое магия красного Ока? Ее владел один искусный маг.

- Знаю, что это такое. Даже приходилось сражаться против нее. Но к чему это?

- Я видел недавно одного воина, похожего на Бессмертного. Мне просто чудом удалось сбежать.

- Лориан? Стало быть предатель ещё жив… Согласен, эта скотина украла камень у нас. А где конкретно ты его видел.

- Возле Досциитона. Он пытался прорваться в город, но ему заблокировали дорогу охотники отряда Крисиалеи.

- Знакомое имя… Та самая девушка охотница. Видимо ее смерть была не напрасной. Но все же. Если это все, что ты хотел сказать, то у меня ещё важные дела и мне нельзя терять время.

- Я лишь хотел, чтобы Вы задумались об этом, создали новый отряд на поимку.

- До юго-востока? Отряд? Не смеши меня. Там нету ни одного нашего лагеря. Можно сказать, что эти земли вообще нам не принадлежат.

- Ну, а если с вами пойдут маги?

- Какие маги?! – Эдвард начал злиться, - Я не встречал ни одного колдуна за последние годы. Вчерашний случай не входит в этот список…

- Вы не понимаете, красное око – очень опасный катализатор, он не должен попасть в злые руки!

- Злые руки? Мы этот камень забрали как трофей у давно покинувшего этот свет Бальтазара.

- Не ты, а Кристол…

После этих слов, терпение магистра лопнуло.

- Бальтазар служил Хугину! Он выполнял его приказы, как шавка! У него не было ни чести, ни достоинства!

- Он был свободным человеком, готовым умереть за свое дело! – голос Эрнста стал звучать выше и звонче, - Кристол поймал его и казнил! Он не имел права лишать жизни такого искусного волшебника!

- Да ты кто такой?! – Эдвард выхватил меч и направил его к шее собеседника, - Что ты себе позволяешь? Кричать на меня, приказывать.

- Ну как же… Великий Эдвард Сноу, угрожает собственным воинам! А ведь когда то, ты лежал в сырой темнице Грейфенштейна, моля о смерти!

Эдвард совершил несколько взмахов, однако дерзкий Эрнст увернулся от каждого из ударов.

- Стареешь… Ты только греешь свою задницу на троне и уже давно никакой не боец!

Сноу зарычал и кинулся вперёд на обидчика. Внезапно Эрнст поднял руки и вокруг его тела образовался огненный щит.

- Магия… Так вот в чем дело! Но это меня не остановит!

Магистр резко сделал подсечку из-за чего противник упал на каменный пол. Сноу прижал лезвия своего меча к шее Эрнста и шепнул.

- Ты не простой парень, который решил просто податься в ряды стражей. Ты хочешь использовать наши силы для чего то. Да и вообще… Ты не парень вовсе, не так ли?

Глаза противника вытаращились на магистра, а язык онемел.

- Хорошая маскировка. Я не сразу догадался, в чем тут суть. Но теперь картина сложилась. Ты – ведьма Дилариона, не так ли? Знаменитая колдунья, воевавшая за Вульфа.

- Меня зовут Эсме, - задыхаясь ответил соперник, - И я не сражалась на одной стороне с этим подлецом…

- Но ведь ты ставила магический барьер вокруг замка, не так ли?

- Все верно… Но это была моя последняя задача. Леонард отказался помочь мне в трудную минуту, всячески угрожал мне.

- Но зачем тогда ты выгораживаешь Бальтазара? Он ведь принес не мало бед всем.

- После окончания обучения, маг становится придворным чародеем и подчиняется новому хозяину… Бальтазар сделал не лучший выбор, но он остался верен традициям.

Эдвард наконец убрал лезвие меча от шеи Эсме.

- Тогда что тебе тут нужно? Зачем ты устроила весь этот маскарад?

Ведьма поднялась на ноги.

- Мне пришлось, понимаешь? После того, как вы взяли Долину, за мной началась охота. Я очень долго скрывалась и решила попытаться скрыться у вас, а заодно постараться помочь.

- Кодекс гласит, что ни одна женщина не может стать стражем. Так что убирайся отсюда, пока я даю возможность.

- Как бы не так, - усмехнулась Эсме, - Я ведь не просто так волосы срезала и тщательно выбирала одежду. Перед тем, как я просила тебя позвать, я уже произнесла клятву и стала Бессмертной.

Лицо магистра скорчилось от закипающей ярости.

- Значит, ты и тот, кто тебя обратил будут публично казнены. У меня есть возможность забирать силу Бессмертных, поверь. А сбежать тебе не удастся.

- И это слова великого магистра? Ты готов убить человека, из за глупого кодекса? Чушь! У меня не было цели обратиться и убежать, иначе меня можно было считать дезертиром. Я готова помочь ордену против надвигающейся угрозы.

- Хватит лгать, какой ещё угрозы?

- А ты не задумывался о том, почему в нашем мире стало все так идеально? Хугин пришел к власти и все стало розовым? Нет, ничего подобного! Казни, пытки, опыты все продолжается, но держится в тайне, под замком! Весь юг сейчас дрожит от ужаса, но эта информация не может дойти до этих земель. И только я узнала об этом и сообщила тебе! Невинные люди продолжают умирать, ради бесполезных экспериментов! Столько лет прошло, а он так и не приблизился к своей цели!

- Допустим… Но зачем тебе красное око? Ты хотела собрать целый отряд.

- Как я говорила – око не должно попасть в злые руки. Пока мой учитель был в Аторусе, он передал мне информацию своего наставника. Око – это не просто камешек, который появился в мире. Кто то его очень давно создал, и раньше оно было в виде кольца, а не обработанного камня. Это меня и пугает… Бальтазар не знал чем владел. Какая то страшная сила создала этот артефакт, но явно не в благих целях. Поэтому его нужно как можно скорее вернуть, и тем более, красное око находится в списке запрещённой магии, принятый высшими магами.

- На запреты всем плевать уже давно, - Сноу развернулся и начал подниматься обратно в свои покои, - Я делаю огромное одолжение, что оставляю тебя в живых.

Эсме нахмурились и устремилась за ним.

- Как это понимать? Почему мы не можем помочь друг другу?

- Мне это не нужно. У нас и так полно проблем… Полчища монстров, поиски людей, новые земли. Да и к тому же…

Как только Сноу вошёл в комнату, ведьма тут же бросилась к стене и сорвала с нее обломок меча. Магистр угрожающе взглянул на нее.

- Положи это на место, - сурово и страшно произнес он, - Никто не имеет права трогать этот клинок.

- Да? Почему же? – Эсме направила лезвие на Эдварда, - Я не боюсь тебя, Сноу! И в случае необходимости заставлю помочь мне!

- Это обломок меча Ателарда, которым владел Кристол для убийства полубогов. Живо верни его на место!

- Убийство полубогов значит? Ладно, тогда Бессмертных он по кусочкам будет разбирать!

Эдвард сделал шаг вперёд и выхватил обломок из дрожащих рук женщины.

- И ты собиралась мне угрожать? Да ты вся дрожишь, как осенний лист! В таком случае, ты пройдешь у нас особый и усиленный курс подготовки.

Он повесил трофей обратно на стену и резко крикнул:

- Капрал! Сюда!

В мгновение у входа появился страж.

- В чем дело, магистр?

- Проведите Эсме несколько тренировочных дней. Ей нужно сильно поработать над собой.

- «Ей»? Прошу прощения, это женщина? Но, милорд… Как же наши правила?

- Это приказ, солдат! Да, она женщина. И раз уж она сама этого захотела, я ей устрою настоящее испытание.

Он повернулся к ведьме и посмотрел в ее сверкающие от гнева глаза

- Ты уже давно не всемогущая, как раньше. Хочешь быть первой женщиной-бессмертной? Вперёд!

Капрал кивнул, схватил за руку Эсме и утащил ее на тренировочную площадку. «Глупая овца..» : недовольно промычал Сноу, укутываясь в накидку. Он считал поступок Эсме невероятно безрассудным, однако новости о происходящем на юге заставили его задуматься о перераспределении сил. И ведь действительно: многие сейчас поддерживают нового императора, но самые сокровенные тайны и ужасные секреты – хранятся взаперти. Увы, влезть в такие дела Эдвард не мог. Пусть Агларес и получил частичную независимость, но он все ещё находился под контролем империи.

Все таки Сноу решил заострить свое внимание на неизвестных северных землях, таинственном волшебнике и той странной записи. Он вытащил свой походный дневник и вновь начал вчитываться в слова. Конечно, элегантность и точность букв сильно поражала. В них действительно было определенное сходство с действующим языком, но все таки видимые различия были… И все же, кто этот таинственный маг, который вернул Сноу обратно в Агларес? За все время жизни он никогда не встречал ничего похожего. Рост, цвет глаз, форма ушей. Все это казалось очень странно и непонятно.

- Магистр! К вам гонец из Дилариона!

Резкий голос рыцаря-стража прервал размышления Сноу. Он неохотно вышел из цитадели навстречу к гонцу.

- Эдвард Сноу, верно? – спросил тот, - У меня есть письмо вам от Гвианы.

- Гвиана? Это что то новое… Вот ее я точно не ожидал. Читай.

Юный гонец открыл свою сумка, распечатал свиток и начал чтение.

- «Эдвард, здравствуй. Пишу тебе в спешке и хочу предупредить об опасности. Мне пришлось бежать из города из-за обвинения в сопротивлении против империи. На юге действительно происходят ужасные вещи. По всему материку Хугин возвел крепости и поставил в них своих шестёрок. В этих крепостях они издеваются над мирными жителями, убивают их и обращают в потерянных. Амбиции императора взяли над ним верх и он не боится в открытую вести людей на смерть ради своих опытов. Я знаю, что тебя отправили на задание, но это было очередной ложью. Его дочь в полном порядке и некоторое время она находилась со мной в Диларионе, но как только секрет был раскрыт мы ушли. Хугин хотел попросту избавиться от тебя с желанием, чтобы ты погиб в неизвестных северных землях, также как и его исследователи. Мы смогли добраться до Хеуфарда, но долго мы здесь не сможем прятаться. Новая и страшная сила империи уже уничтожила один из моих отрядов. Они не используют луки или арбалеты. В их руках – смертельное оружие, с поразительной точностью, которое сможет убить даже Бессмертных. Я не прошу от тебя помощи, но стараюсь предупредить: не появляйтесь на юге. Если до императора дойдут эти новости, он отправит все свои силы, чтобы подавить вас. Мы все оказались жертвой его игры. Он просто хочет постепенно нас разделить и убить по одному, лишь потому что слишком много знаем. Все эти годы, с момента как Кристол запечатал разлом, он просто набирался сил, а теперь – начал действовать. Я передала это письмо к гонцу и вместе с ним отправляю тебе одну старую книгу, которую мне принес сын, когда исследовал руины на месте долины. Кажется, она имеет для тебя особое значение, нежели чем для меня. Прислушайся к моим словам и постарайся найти решение.»

Гонец убрал свиток и протянул магистру черную записную книгу. Дрожащими руками, Сноу взял ее в руки и внимательно осмотрел.

- Тут записи Вильгельма, - наконец сказал он, - Но все же. Эта тварь нас обманула… Снова. Я потерял одного из лучших бойцов, а ради чего? Жаль, что я тогда не выполнил собственную клятву. Надо было прикончить его, пока он был обычным смертным. Моя ошибка теперь угрожает нашему дому.

- Не вини себя, друг, - тихо сказал подошедший Марк, - Ошибки могут совершать все, а в какой размере – уже не важно. Важно то, что теперь мы знаем правду, от которой уже не убежать.

- Стало быть, Эсме была действительно права, но я ее не послушал. Хорошо, отмените ее тренировки и приведите ко мне. И да, гонец. Раз уж такое дело, то оставайся здесь. Не рискуй своей жизнью.

- Спасибо, милорд.

Юноша поклонился и вышел на улицу. Дело приняло совсем неожиданный поворот событий и нужно было решать, как поступить дальше.

Глава 6: Побег

Горькая правда была раскрыта и теперь мир оказался в новой опасности. Что ж, Хугин действительно не умеет держать свои тайны взаперти ото всех. Важно только чтобы он сам не узнал о том, что информация ускользнула в центр и север материка, а воевать с обновленной имперской армией было не самым лучшим решением.

Эдвард решил сначала изучить дневник своего покойного друга, а уже потом собрать всех для принятия дальнейших решений. Он открыл книгу и начал просматривать записи. Они начинались ещё с незапамятных времён, когда Эдуард ещё был обычным гвардейцем. Вильгельм рассказывал о том как проходили его тренировки, как он познакомился с Рейгаром, как у него были дела в Ламироне… Столько воспоминаний. Примерно на середине начинаются строчки о Сноу, о знакомстве с ним. Читая эти страницы, на глазах магистра начали скапливаться слезы, но вдруг он резко напрягся и начал вчитываться в очень интересные записи: «Итак, наш поход на Вэйнвард был завершен. Хугину, к сожалению, удалось скрыться но я не думаю, что он сможет прятаться вечно. Но наша победа – меня не так сильно волнует. Сегодня я обнаружил в библиотеке взятого города один манускрипт. Поначалу, я считал, что это очередные записи Хугина о его заклинаях, но сам внешний вид – говорил об обратном. Я поговорил с одним из наших исследователей и оказалось, что данной рукописи более пятидесяти тысяч лет… Если погрузится в историю нашего мира, то даже Хальт столько не жил, тем более в этих местах. Это заставило меня задуматься о том, что до нас тут существовала другая цивилизация, но гораздо могущественнее и сильнее. Слова и буквы в этой рукописи были невероятно элегантными и точными. К сожалению, что тут написано пока что не ясно, но я думаю, что через время смогу найти ответ». Сноу начал перелистывать одну страницу за другой, в попытке найти следующую запись об этом манускрипте. Новые рассуждения были уже почти у самого конца дневника. Магистр вновь принялся жадно читать: «Мы сделали очередное продвижение. Боюсь, что эта запись станет последней, но стараюсь надеяться на лучшее. Мои товарищи спят, а мне нездоровится. Кровь Рейгара даёт о себе знать. Однако, я наконец смог сопоставить схожие буквы и смог сделать перевод подписи – ”С поклоном к Вам, хранитель восточных земель…„. Что бы это могло значить? К сожалению имя мне не удалось определить, но это и не важно. Значит моя теория была правильной. До нас кто то жил. Я не могу продолжить свои исследования, но надеюсь, что мой друг займётся этим когда-нибудь. Я не хочу взваливать на него такой груз, так что я решил оставить записи у себя. Настанет миг и эта книга сама попадет к нему в руки…». Наконец записи заканчиваются. В дневнике, конечно, оставались страницы, но они были пустыми. Стало быть, Вильгельм знал какую-то тайну, но не говорил о ней. Может быть его что-нибудь удерживало? Увы, этот вопрос так и останется без ответа. Эдвард решил снова перелистать страницы дневника в поисках новой информации и зацепок. И все также, ближе к концу, его поразила запись о «рекруте»: «Сегодня к нам присоединился новый человек – Кристол. Сначала я подумал, что он обычный бродячий воин но потом я взглянул на его броню. Этот парень старее чем я, но почему же я его не видел раньше? Бессмертные первого поколения в наше время – огромная редкость. Для меня честь быть рядом с ним и участвовать в выполнении задания. Жаль только, что не получится провести с ним побольше времени провести. Мой конец близок и неизбежен. Я не в силах больше сопротивляться энергии Рейгара. Его аура настолько мощная, что спустя столько лет она все равно способна поглощать мой разум. Я уверен, что у него получится исполнить свое предназначение».

Предназначение… Но какое? Вильгельм был поистине великим солдатом, но у него каких либо сверх возможностей. О каком же предназначении шла речь? Неужели старый вояка знал о том как пойдут события? Или специально подтолкнул Кристола на этот путь? Столько вопросов и так мало ответов.

- Передумал значит? А я знала.

Чтение прервала вошедшая к магистру Эсме. Сноу поспешил закрыть дневник и убрать его подальше от глаз ведьмы.

- Много себе позволяешь, - нахмурился тот, - Врываться вот так ко мне нельзя.

- Ладно, я запомню. Так что тебя заставило передумать?

- Письмо от Гвианы. Она стала покровителем Дилариона после смерти Гвидора.

- Вот как? И что же? Что будешь делать?

- Ситуация сложная, но теперь явная. Агларес оказался в опасности и целой ловушке. Все время Хугин набирался сил и наконец решил избавиться от всех, кто был с ним двадцать лет назад. Так он придумал фальшивое задание о пропаже его дочери, чтобы я погиб на севере, разделил при помощи порталов Аскольда и Феникса и наконец объявил охоту на тебя. Гвиана узнала эту тайну и смогла сообщить мне и теперь является очередной целью для уничтожения, так как она – изменница имперской короны. Что касается нас – мы в страшной западне. Мне нельзя появляться на юге иначе сразу же атакуют, за пренебрежение долгом. И ведь юг – не самая главная проблема. На всем материке находится шесть крепостей его приближенных. Если они меня заметят – также убьют. Как же действовать дальше? Я не знаю. Все что в моих силах, так это отправится на изучение северных земель. Только там сейчас есть безопасное место, хотя и это весьма спорный вопрос. Ещё вчера я потерял одного из наших, во время схватки с какой-то тварью, не похожую ни на одну из всех, что мы убивали. Но что могу сказать точно – скоро вернётся Галах. Мы отправимся с ним на север. Феникс должен также присоединиться к нам. Как только пройдет достаточно времени, мы вернёмся на континент и попытаемся обойти эту суровую оборону.

- Ситуация и вправду плачевная. Но вопрос остаётся прежним: как ты поступишь?

Сноу выпрямился и решительно ответил.

- Хугина надо остановить. Раз и навсегда. Его нельзя оставлять в живых, стараться дать второй шанс или простить. Мы с Кристолом уже совершили эту ошибку и нельзя повторить ее снова. Что касается тебя, советую все же пройти курс подготовки стража. Магия дело хитрое, но в бою Бессмертный всегда опирается на своего товарища.

Эсме хмыкнула, однако согласилась.

- Хорошо, значит я присоединюсь к вашей экспедиции позже.

- Я отправлюсь к Высокой стене. Грамота императора все ещё при мне и пройти на эти земли я смогу без особого труда.

Внезапно за спиной магистра открылся новый портал, из которого вышел Феникс.

- Ну что ж, Эдвард, у меня есть две новости. Первая – Аскольд не вернулся в Аторус, хотя у него есть для этого все возможности, вторая – больше касается Кристола…

Сноу на мгновение вздрогнул.

- …Так сказать местная достопримечательность, в назидание империи. Тело Бальтазара исчезло. И это действительно странно, так как в Аторусе, кроме нас с Аскольдом больше никто не появлялся.

- Все сложнее и запутаннее становится… - Сноу нервно почесал бороду и начал быстро ходить из одного угла в другой, - Астрэйн становится огромной пороховой бочкой, готовой взорваться при малейшей возможности. Так больше не может продолжаться. Пора положить конец эре полубогов и отдать этот в руки людей. Во что бы то ни стало, Хугин должен умереть. И теперь мы…

Вдруг Сноу в отражении зеркала заметил одного из стражей, который все это время стоял в коридоре и слушал разговор. Как только он заметил, что магистр остановил свою речь, то тут же сорвался с места и убежал вниз по лестнице.

- Не дайте ему уйти! – неистово вскрикнул Сноу, обнажая меч.

Все, кто находились в покоях магистра мгновенно устремились за подозрительным бойцом. И в момент, когда шпион был почти схвачен, он резко завернул и выпрыгнул в окно на крышу.

- Вперед! — крикнул Эдвард, и, собравшись с силами, он бросился за ним. Шпион был ловок, но Эдвард знал улицы как свои пять пальцев. Они мчались по крышам, где ветер свистел в ушах и заставлял сердце биться быстрее. Сноу чувствовал, как злость наполняет его тело — это была не просто погоня. Это было сражение за будущее его континента. Феникс заметил движение внизу и резко окрикнул магистра. Эдвард перевел взгляд и увидел фигуру предателя — он скользил между домами, словно тень. Сноу не раздумывая прыгнул с крыши на крышу, приземляясь на старую черепичную крышу с глухим стуком. Он продолжал гнаться за врагом, не обращая внимания на усталость. Шпион резко свернул в узкий переулок, но Эдвард был готов. Он знал, что именно здесь начинается его преимущество. Схватившись за край крыши, он с легкостью спрыгнул вниз, приземлившись на землю с мягким шлепком. Феникс следовал за ним, продолжая с лёгкостью перепрыгивать через дома.

— Не упусти его! — крикнул Эдвард, указывая на шпиона, который уже почти исчез за углом.

Враг, осознав свою ошибку, попытался скрыться в толпе. Но Эдвард уже был на шаг впереди. Он выскочил на улицу и увидел фигуру шпиона, которая пыталась смешаться с местными жителями. Эдвард не терял времени: он бросился в погоню по узким улочкам, мимо прилавков с фруктами и шумных торговцев. Внезапно шпион обернулся и взглянул на магистра с вызовом. В его глазах читалось что-то зловещее — уверенность в том, что он сможет сбежать. Но Эдвард не собирался останавливаться. Он прыгнул через корзину с яблоками и с размаху схватил шпиона за плечо.

— Конец игры! — произнес он с решимостью.

Тот попытался вырваться, но Эдвард был настойчив. С помощью Феникса они быстро справились с врагом.

- А теперь давай выкладывай! Что ты вынюхивал?!

Противник лишь усмехнулся и вонзил кинжал в свое горло. Кровь хлынула ручьем, забрызгав лицо Сноу.

- Ах ты гад! Чтоб ты провалился!

Враг мгновенно испустил дух на руках у магистра, сохранив тайну.

- Тут не безопасно, друг, - шепнул Феникс, - Император смотрит на несколько шагов вперед. Я так полагаю, это был один из его прихвостней. Мы больше не можем задерживаться в Агларесе, иначе сами выроем себе могилу. Придется отправляться прямо сейчас.

Феникс отошёл в небольшой переулок и создал портал.

- Запрыгивай! – крикнул он Сноу .

Делать нечего. Магистр убрал оружие и быстро забежал в «магическую дверь».

Глава 7: Сквозь миры

- Куда мы попали?

Сноу осмотрелся по сторонам, приводя себя в порядок.

- Без понятия, - ответил Феникс отряхивая свое пальто, - Открытие порталов – вещь довольно тонкая. На это нужно время и концентрация. Сейчас мы попали в совершенно неопределенную точку. Надо бы постараться понять в какой мы части континента.

Феникс поднялся на небольшой холм и начал оглядывать местность.

- Хм. Довольно странно.

- В чем дело?

- Местность похожа на северную часть континента, но я не вижу стены.

- Не может такого быть.

Магистр подошёл к напарнику и сильно удивился. Высокой стены действительно не было, хотя местность говорила об обратном.

- Может мы где то в восточной части континента? Ну если это так, то нужно добраться до Грейфенштейна. Там можно поговорить с нашими ребятами. Можешь открыть портал в это место?

- Без проблем, но нужно немного времени.

Сноу кивнул и решил свериться с картой. Он вытащил сложенный лист, начав изучать окрестности. Исходя из информации ландшафта, они должны находиться рядом с мостом. Приглядевшись вдаль, Эдвард заметил переправу.

- Что за ерунда? – нахмурился он, - Мост есть, а где стена? Ее же всегда было видно со всех сторон, если оказаться в северной части. Ну не поверю я, что за такое короткое время она разрушилась. Эй, Феникс! Меняем курс! Отправь нас обратно в Агларес. Да, знаю, что там сейчас небезопасно, но нам нужно захватить из моей комнату нужные карты.

Тот ничего не ответил и продолжил подготовку. Прошло несколько минут и портал был открыт. Они оба зашли внутрь и очутились перед воротами в город, однако увиденное, заставило их ещё сильнее удивиться. Агларес выглядел совершенно иначе, а крест с полуживым Вульфом исчез.

- Это как понимать? В городе уже хаос успели посеять? Черт, надо разбираться с этим дерьмом как можно скорее.

Эдвард быстро побежал к цитадели, стараясь понять, что происходит вокруг. Дома, стены, крепость – все выглядело как то моложе и живее, чем раньше. Вся эта червоточина не давала никого покоя магистру. Он чувствовал как его пожирало волнение и чувство опасности, а сердце бешено стучало.

Пробежав мимо очередного дома он редко остановился и повернулся. Перед ним была небольшая кузница, в которой работали два молодых парня.

- Передай мне щипцы, - крикнул один, - Мы должны были сделать это вчера!

- У нас не было на это времени. Вчера я щиты полировал.

- Ха! Обычная отговорка.

Сноу подошёл чуть ближе и радостно спросил.

- Аскольд? Ты в порядке! Как хорошо, что ты вернулся домой!

Юноша отвлёкся от дела и посмотрел по сторонам.

- Прошу прощения, сэр. Вы это мне?

- Ну да, - в недопонимании ответил Эдвард, - Ты же тут единственный стоишь.

- Боюсь Вы меня с кем то путаете. Меня зовут Флинт, а не Аскольд. Может у моего товарища второе имя такое, но не у меня. Эй, подойди сюда!

Из пристройки вышел второй парень и Сноу уже был не в силах понять, что тут происходит. Его ноги задрожали и он упал на землю.

- Слушай, тут рыцарь утверждает, что меня зовут Аскольд, хотя ты знаешь, что это не так. Не знаешь никого с таким именем?

- Не-а, - ответил второй, укладывая мешки с песком, - Мне как дали имя Кристол, я так с ним и хожу. А в чем собственно дело?

Сноу начал медленно пятиться назад.

- Этого просто не может быть, - он схватился за голову и быстро убежал к цитадели.

Оба кузнеца проводили его взглядом и пожали плечами. Сноу подошёл к огромным дверям, но тут же проход перекрыло два стражника.

- Не велено никого впускать, - сурово сказал один из них, - Сейчас идёт прием лорда с северных земель.

Понимая, что говорить о своем статусе нет никакого смысла, Сноу решил что-нибудь соврать.

- Я прибыл из Вэйнварда, но сильно задержался в дороге. Моя задача находится рядом со своим лордом.

На удивление стража поверила в этот бред и впустила Эдварда внутрь цитадели. Он быстрыми шагами забежал в зал переговоров и увидел очередное непонятное зрелище: на «его» месте сидел Рейгар и общался с Хугином. Увидев Эдварда, Рейгар тут же улыбнулся и спросил:

- Вы посол Эдриана, верно?

Не в силах выдавить из себя хоть малейшее слова, тот молча кивнул.

- Что ж, присаживайтесь рядом. Скоро должны прийти остальные.

Эдвард трясущимися руками отодвинул стул и присел рядом с «темным». Тот посмотрел на него и слегка удивился. Хугин выглядел совершенно иначе. Он не был облачён в какую либо броню, его глаза были просто зелёного цвета и выглядел он совершенно спокойным и добрым.

- В чем дело? Я думал, Вы доберётесь во время.

- Так оно и было, - тихо ответил Сноу, - но случилась одна неприятная ситуация по дороге. Главное, что сейчас я на месте.

Магистр был в невероятном шоке. Он только что увидел своего дачного погибшего создателя, друга, который работает в кузнице… Все это казалось странной шуткой или дурным сном.

Вдруг двери в зал открылись и внутрь вошли остальные участники собрания. Эдвард боялся повернуть голову, чтобы ещё сильнее не испугаться, но его любопытство взяло верх. Первым вошёл Хальт, за ним был Ателард, Нимрайс и Гвидор. Они также уселись вокруг стола и Рейгар начал свою речь.

- Рад вас видеть в добром здравии, король, - он слегка поклонился в сторону Хальта, - Надеюсь дорога была не такой утомительной.

- Оставьте любезности при себе, лорд Сильвербранд, - резко ответил тот, - До меня дошли слухи о том, что на западном побережье была замечена огромная стая волков, которые досаждают в этих землях, но ваша армия ничего не делает. Почему?

- Прошу прощения, милорд. В кратчайшие сроки я постараюсь разобраться с этой проблемой. Позвольте спросить, как идут дела в столице?

- Все в порядке. Мы начинаем осваивать новые жилы…

Эдвард наконец смирился с происходящим и просто молча слушал разговор покровителей Астрэйна. Как только заседание подошло к концу, все вернулись в тронный зал. Возле выхода стояли его трое сыновей и один гвардеец, который выглядел точь в точь как Сноу. Внезапно магистр почувствовал как его кто то тронул за плечо.

- Эдвард, я понял что тут происходит.

Это был вовремя подошедший Феникс.

- Когда бы бежали из города, я открыл портал без подготовки. И видимо по невероятной случайности, мы попали в измерение созданное моим отцом.

- Не понял? – удивился тот, - Что значит измерение?

- Он проводил какие-то эксперименты с тербием и создал несколько других миров, подобно нашему. Однако для остальных здесь – мы как призраки. Тебя принимают за совершенно другого человека, как и меня. Можешь врать сколько влезет, все кто тут находятся даже не видят тебя таким как ты есть. И если сказать коротко, мы попали в самое наилучшее измерение. Как видишь, тут события пошли по-иному. Тербий не был истощен, Хугин не начинал опыты над людьми, я не расставался со своей душой, а Рейгар вообще не создавал Бессмертных. Ни ордена Стражей, ни аколитов, ни тьмы. Тут нет ничего из этого. Этот мир – как идеальный расклад. Но как я уже говорил, мы не можем тут остаться. И только благодаря нашим усилиям, мы должны превратить нашу реальность, как здесь.

- Хорошо, я тебя услышал. В таком случае другой вопрос: ты знаешь как выбраться отсюда в настоящий мир?

- Я попробую направить энергию, но не обещаю, что все будет удачно. Однако попытаюсь сделать все возможное.

Поддержав Феникса, Эдвард направился в библиотеку. Может в этом мире будет несколько другая информация о всем сущем? Он толкнул небольшую деревянную дверь и вошёл в комнату. Библиотека была схожей с реальной, но была гораздо свежее и чище. Магистр оглядывал различные полки в поисках чего-то нового. Многие записи и книги были как и в реальности, но одна книга сумела привлечь внимание Эдварда. Это был небольшой дневник с черным переплётом, на котором были написаны элегантные символы.

Снова… Снова эти непонятные буквы на неизвестном языке. Магистр поскорее открыл первую страницу, пробегая глазами тексты. Тот, кто это писал видимо не торопился и очень аккуратно выводил каждую букву. Тут не было никаких зарисовок, чертежей или заклинаний, однако над каждой записью стояли совершенно странные даты: «1691 k.». Что бы это могло значить? Ведь даже при нынешнем времени, сейчас идёт только 1532 год от сотворения Астрэйна. Это дало повод сильно задуматься. Может это как то связано с драконами? Никому неизвестно как именно эти существа исчезли с лица земли, и что было до начала летоисчисления. Но как такая историческая ценность оказалась здесь?

Решив изучить дневник подробнее, Эдвард убрал его во внутренний карман накидки и решил вернуться к Фениксу. Тот уже стоял возле открытого портала, дожидаясь напарника.

- Закончил? – спросил он, - Тогда отправляемся. Портал должен вернуть нас в реальность. Впредь я буду более осторожен, ведь это измерение не единственное, что создал мой отец.

- Как только выберемся, сразу же отправляемся на север. Мне нужно разыскать того самого колдуна, с которым я столкнулся день назад.

Тяжело вздохнув магистр вновь зашёл в таинственное пространство.

В воздухе появился знакомый запах гари, копоти и гнили. Они вернулись. После идеального измерения, реальность казалась настоящим кошмаром, но Сноу набрался смелости и двинулся к Высокой стене.

Глава 8: Амбиции

- Ваше Величество, эксперимент окончен. Результаты были отправлены в вашу крепость.

В мрачном зале Дирхельма к императору подошёл его подчинённый с докладом.

- Что-ж, - начал Хугин, - Это хорошая новость. Что насчёт остальных? Они скоро будут?

- Да, милорд. Роланд и Изабель уже прибыли и ожидают Вас.

- Замечательно. Передай отряду стрелков, пусть выдвигаются в Аль-Канзар. Оттуда сделаем новое распределение.

Слуга кивнул и покинул тронный зал. Император же что то шепнул и перед ним открылся черный портал, ведущий в неизвестность. Он смело шагнул вперёд и очутился в комнате совещаний южной крепости. Перед ним за большим столом сидели мужчина и женщина, ожидая прихода своего владыки. Увидев Хугина, они тут же встали со своих мест и поклонились. Император лишь слегка усмехнулся в ответ. Он присел на каменный трон и начал задавать вопросы:

- Рад вас видеть. Как проходят дела на восточном побережье, Роланд? Быть может есть какие-нибудь новости?

Тот слегка откашлялся и сухо ответил:

- Строго говоря, есть что декларировать, император. Намечается новая война и боюсь она потребует Вашего вмешательства…

Ухмылка слезла с лица Хугина и он стал пристально выслушивать рапорт подчинённого.

- …Под Вашим руководством имперская армия была значительно реорганизована в плане вооружения. Мы перешли в новую эпоху, однако это и дало нам повод начать бояться. После смерти Люциуса туман вокруг континента рассеялся и кроме пустынного севера, с той самой экспедиции, разведчики обнаружили новый континент. К нашему удивлению, он не был пуст и более того, там живут отнюдь не дикари. На южной части расположилась огромная империя – Тенгард. Ее столица – город Дракарис. Основной силой империи являются не огнестрельное оружие или мечи, а драконы. Шпионы узнали, что эта империя появилась очень давно и стала процветать, лишь когда к власти пришел человек из королевской семьи, по имени Хьюго. В народе его называли Костолом, Кровавый Император, Завоеватель. Рассказывали даже, что его силы были и на нашем материке.

- Хьюго Завоеватель значит? – император поднялся со своего трона, - Припоминаю. Это было очень давно. Я вместе с братьями остановили его огромную армию, но позже он снова вернулся, а Хальт отдал ему часть земель, по неизвестной причине. Что ж, это был очень смелый и сильный человек…

- Но это ещё не всё, милорд – Роланд продолжил свой доклад, - Империя Тенгард может и бросилась в глаза, как потенциальный враг, но ее с лихвой переплюнуло королевство Лодрания, что находится на северной части нового континента. Королевство находится под покровительством молодого человека из семьи фон-Айцбренов. Уже больше двадцати поколений эта семья держит власть и управляет страной и если сказать откровенно, то их сила превосходит нашу. Согласен, у нас достаточно стрелков с прототипами вашего оружия, но в Лодрании такое оружие есть почти у всех защитников. Щиты, мечи и копья есть только у королевской стражи, как символ дома фон-Айцбренов. В случае войны, наши силы будут подавлены и уничтожены. Их крепости вооружены до зубов: лучники, стрелки с арбалетами и мушкетами, пушки, а про флот я даже говорить не буду. Эта страна уже давно развивает свои технологии, поэтому как я сказал, без Вашего вмешательства мы можем проиграть. Как только они увидели, что туман исчез, их разведчики уже устремились на наши территории, через море. Нужно как можно скорее принять решение: либо договориться, либо ударить первыми…

Новости о новых географических открытиях заставили Хугина обеспокоиться. Магический барьер Люциуса буквально заставил империю гнить и разлагаться, не оставляя и шанса на малейшее развитие.

- Послушай, Эдриан, - тихо произнесла Изабель, приставая со стула, - Эпоха рыцарства и феодализма подходит к концу. Именно твоя разработка вдолбила последний гвоздь в крышку гроба. Нам уже нельзя останавливаться и пора выйти в большой мир. Я уверена, что лет через сто, уже все откажутся от доспехов, мечей и копий. Все это будет старомодным и неэффективным против новых оружий. Лодранцы сильно обогнали нас в развитии и я бы также посоветовала закончить тебе свои опыты над людьми и обратить внимание на что-нибудь новое, оставить свой след в истории. Ты уже очень долго пытаешься найти решение против зависимости от тербия, но все тщетно. Ни один результат не привел тебя к положительному исходу, а люди на юге просто боятся тебя, как когда то боялись Люциуса. Если вдруг афера с дочерью раскроется в Агларесе, то тебе ещё придется сражаться против стражей. Они смогут быстро сообщить о твоих намерениях всем остальным городам и начнется настоящий хаос. Сначала, они объявят независимость, соберут армии и двинуться на Дирхельм. Стражи по-прежнему остаются сильной угрозой для столицы, охотники Досциитона смогут с лёгкостью сокрушить наших стрелков, своими арбалетами, а простой народ возьмёт город количеством. Не забывай, ты ведь сейчас такой всесильный только благодаря Кристолу. Он сохранил твою душу и погиб ради сохранения жизни Эвелин. Но что же ты сделал? Просто изъял источник своей силы и просто захватил власть. Раз уж ты сделал такой ход, то действуй как настоящий правитель. Я и Роланд по-прежнему на твоей стороне и мы будем выполнять твои требования, но я рекомендую тебе прийти к своему народу и доказать им, что ты действительно хороший лидер и можешь привести империю в светлое будущее, без страха и ужасов.

Император отмахнулся от этих слов, как от назойливой мухи. Но теперь, когда вечерняя тишина окутывала его, они вновь всплыли в сознании. Хугин всегда считал себя мастером своей судьбы — великим магом, способным переписать законы природы. Но что толку в этом, если его собственные амбиции могут затоптать всё, что он построил? «Что же мне делать?» — прошептал он сам себе, глядя на отражение заката в реке, что извивалась внизу, как змея. «Как мне изменить свою судьбу?». Он вновь повернулся к Изабель и дрожащим голосом спросил:

— Но как же тогда развиваться? Все эти смерти и опыты, что были раньше? Неужели все было напрасно? — спросил он с отчаянием.

— Величие приходит не через страх и подчинение. Оно рождается в гармонии с природой и людьми. Если ты хочешь изменить свою империю к лучшему, начни с себя. Измени свои взгляды.

Слова девушки запали в душу Хугина. Он осознал, что именно это он искал — не просто власть или знание ради знания, а путь к истинному пониманию мира.

— Я… я постараюсь измениться, — произнес он тихо.

Девушка улыбнулась:

— Это первый шаг на пути к истинному величию.

Выйдя на улицу, Хугин чувствовал себя обновленным. Ветер нежно касался его лица, словно шептал о новых возможностях. Он знал: впереди его ждёт долгий путь перемен, но теперь у него была надежда и цель. И возможно, именно это было началом нового будущего для его империи. «Гармония», — прошептал он, как будто это слово могло изменить всё. «Гармония с народом, доверие, которое я должен заслужить». Но в глубине души темная тень начала расползаться, шепча о том, что настоящая сила не в доверии, а в контроле. «Как можно строить империю на доверии, когда вокруг столько врагов?». Внезапно его мысли прервал голос из-за спины. Это была Лира, его советница и друг, с которой он делил свои самые сокровенные тайны.

— Ты снова здесь один, Хугин? — спросила она, подойдя ближе. В её голосе звучала тревога. — О чем ты думаешь?

Он не сразу ответил, продолжая смотреть на темную долину Аль-Канзара. В его голове боролись два голоса — один твердил о мире и согласии, другой же подзуживал продолжать эксперименты и устранять тех, кто мог бы стать угрозой.

— О будущем нашей империи, — наконец произнес он, оборачиваясь к ней. — О том, как завоевать доверие народа и привести их к гармонии.

Лира нахмурилась. Она знала его лучше многих и чувствовала, что что-то не так.

— Это благородная цель, Хугин. Но ты не можешь забывать о тех, кто стоит на пути к твоему величию. Орден Стражей не оставит тебя в покое. Пусть ты и дал им свободу, но все же…

— Стражи… — произнес он с презрением. — Они лишь слепые псы, охраняющие старые порядки. Эта язва должна быть вырезана. Лишь одному из них я доверял, как самому себе. Но он уже давно мертв. Я не могу позволить им помешать мне! Мысли о новом мире не могут затмить необходимость очистить мир от тех, кто противится прогрессу.

Лира сделала шаг назад, её лицо исказилось от недоумения.

— Хугин, ты не можешь этого сделать! Уничтожение Стражей приведет только к хаосу и кровопролитию. Ты говорил о мире!

Его глаза блеснули холодным огнем.

— Мир? — повторил он с усмешкой. — Какой мир? Мир, где слабые правят сильными? Где страх и невежество продолжают угнетать народ? Я создам новый порядок! И если для этого придется жертвовать несколькими старыми традициями и устоями — так тому и быть!

Лира почувствовала, как в её сердце затаилась паника. Она знала, что Хугин всегда был амбициозным, но сейчас его слова звучали как приговор.

— Ты не понимаешь! — воскликнула она. — Ты рискуешь потерять всё, что у тебя есть! Даже если ты уничтожишь Стражей, это не принесет тебе покоя. Как ты сможешь спать по ночам, зная, что стал монстром?

— Монстр? — повторил он с горечью. — Я стану тем монстром, которым должен быть для спасения своей империи! Я сделаю то, что никто другой не осмелился сделать! И когда я закончу свои эксперименты, даже Стражи будут трепетать перед моим именем! Да что там Стражи… Весь мир будет знать чего я добился!

Лира отвернулась, её сердце разрывалось от горя. Она видела, как темная сторона постепенно поглощает разум и душу императора.

— Я не могу поддерживать тебя в этом, — тихо произнесла она. — Если ты выберешь этот путь, я уйду.

Хугин почувствовал укол сожаления, но его решимость лишь укрепилась.

— Уходи, если хочешь. Но знай: ты не сможешь остановить меня. Я сделаю всё ради будущего нашего народа!

С этими словами он развернулся и ушел обратно в столицу через портал, оставив Лиру стоять на балконе одна. Она смотрела на уходящее солнце и понимала: тьма уже овладела его сердцем. Хугин выбрал свой путь — путь бесчеловечных опытов и разрушения ордена Стражей. И теперь ничто не могло его остановить.

Глава 9: Бессмертие или смерть

Эдвард медленно двигался к Высокой стене, его шаги глухо отдалялись в тишине, нарушаемой лишь шорохом снега под ногами. Ветер, проносящийся сквозь деревья, казался ему шёпотом древних духов, словно они пытались донести до него свои тайны. В руках он бережно держал странную книгу, найденную в новом измерении. Каждая страница источала лёгкий аромат старинного пергамента, и Эдвард не мог удержаться от сравнения с дневником Вильгельма. Но эта книга была иной. Она дышала загадкой. Эдвард остановился на мгновение, чтобы рассмотреть элегантные буквы, извивающиеся на страницах. Они напоминали ему о каллиграфии, но в то же время были чуждыми и непонятными, как язык, забытый веками. Каждая буква казалась заклинанием, каждая строка — порталом в неизведанное. Он провел пальцами по одной из страниц, ощущая холодный шёпот магии, заключённой между строк. «Что же ты скрываешь от меня?» — думал он, погружаясь в размышления о значении этих знаков. Вильгельм всегда говорил, что понимание языка — это ключ к разгадке тайн мира. Но что делать, если язык этот был создан не для человеческих ушей? Он вспомнил о том дне в лесу, когда встретил таинственную сущность, говорившую с ним на языке, который он не мог понять. «Может быть, это тот же самый язык?» — мелькнула мысль. Эдвард вспомнил слова Вильгельма: «Истина всегда сокрыта в самом сердце тайны». И сейчас он чувствовал, что эта книга может быть ключом к чему-то большему. Высокая стена приближалась, её мрачные очертания вырисовывались на фоне горизонта. Эдвард знал, что за ней скрываются ответы на вопросы, которые его терзали. Но прежде чем вступить в этот мир, он должен разгадать хотя бы часть загадки книги. Он вновь взглянул на страницы, стараясь уловить смысл из тех странных символов.

Внезапно из-за деревьев вышли два стражника в тяжёлых доспехах, их мечи сверкали на солнце, как будто сами жаждали крови. Один из них, с усами, как у старого хомяка, посмотрел на Эдварда с недоверием.

— Стой! — прорычал он, выставив руку вперёд. — Кто ты такой и что тебе нужно у Высокой стены? Здесь не место для бродяг и искателей приключений.

Эдвард приподнял бровь и с сарказмом ответил:

— О, простите, я не знал, что это место охраняется от поэтов и философов. Я просто пытаюсь найти свой путь в этом запутанном мире.

Стражник нахмурился, а его напарник, с лицом словно вылепленным из камня, скрестил руки на груди.

— Не следует шутить с имперской стражей, мудрец. Мы не любим тех, кто пытается нас дразнить. У тебя есть документы?

Эдвард почувствовал, как сердце забилось быстрее. Он вспомнил о грамоте, которую ему вручил сам император, когда тот узнал о его исследовательских намерениях. «Похоже, пришло время продемонстрировать свою ценность», — подумал он и с достоинством вытащил свиток из внутреннего кармана.

— Вот, — произнёс он, раскатывая грамоту. — Императорская грамота на проход через Высокую стену. Если вам не трудно, проверьте её.

Стражники переглянулись. Усастый страж взял свиток в руки и начал медленно читать. Эдвард наблюдал за ним с лёгкой усмешкой, чувствуя, как напряжение в воздухе постепенно рассеивается.

— «Всем стражникам на границе…» — произнёс тот, его голос становился всё более рассеянным. — «…предоставить доступ Сноу…» — он поднял взгляд и добавил с недовольством: — Ну и как же тебя занесло в эту глухомань?

— Я же сказал — философские размышления! — ответил Эдвард с улыбкой. — Или вы хотите сказать, что император ошибся в выборе своих доверенных лиц?

Стражник фыркнул и вернул грамоту Эдварду.

— Ладно, проходи. Но если ты натворишь бед, мы не будем церемониться. И помни: здесь не место для твоих «философских размышлений».

Эдвард скривил губы в улыбке.

— Не переживайте, я оставлю свои размышления за стенами. В противном случае мне придётся вас разочаровать.

С этими словами он шагнул вперёд, проходя мимо стражников. Высокая стена возвышалась перед ним с величественным видом, словно хранила множество тайн за своим каменным обликом. Эдвард оглянулся через плечо и увидел, как стражники вновь начали обсуждать что-то между собой.

— Да уж, философы… — произнёс один из них. — Как будто нам мало проблем без них! Артисты сраные…

Эдвард усмехнулся про себя и продолжил свой путь к северу. Впереди его ждало множество приключений и загадок, а также возможность разгадать тайны, которые могли изменить ход истории. Но сейчас он просто радовался тому, что смог избежать очередной стычки с Имперской стражей. «Неужели я действительно так хорош?» — подумал он с лёгким самодовольством, продолжая путь к неизведанному.

Сноу медленно продвигался по северным землям уже больше недели. Его шаги оставляли следы на свежем снегу, который, казалось, никогда не таял. Снег вокруг него не падал с неба, а зависал в воздухе, образуя причудливые формы. Каждая снежинка была заморожена в своем танце, и Эдвард не мог отделаться от ощущения, что это место было заколдовано. Он остановился на мгновение, глядя на этот странный спектакль природы, и задумался о том, как много чудес и ужасов скрывает этот мир. «Что же произошло здесь?» — думал он, стараясь разглядеть хоть какие-то признаки жизни. По мере того как он двигался дальше, его внимание привлек силуэт города, который возник перед ним из тумана. Высокие стены из белого камня поднимались к небу, словно охраняли свои тайны от посторонних глаз. Этот город выглядел так, будто его забыли все — даже время. Сноу ощутил нарастающее беспокойство. Он понимал, что здесь может быть нечто большее, чем просто заброшенные здания. Шагнув внутрь, он заметил, что улицы были пустыми. Ни звука шагов, ни шороха ветра — лишь гробовая тишина окутывала его. Эдвард почувствовал холодок по спине. «Здесь не должно быть так тихо», — подумал он. Каждый его шаг отдавался эхом в этой мёртвой тишине, и с каждым шагом он всё больше ощущал себя не в городе, а в каком-то забытом сне. Стены зданий были покрыты инеем и мхом, а окна зияли пустотой. Эдвард подошёл к одному из них и заглянул внутрь. Внутри царило полная запустение: старинная мебель покрыта слоем пыли, а на столах лежали пожелтевшие страницы книг.

Внезапно из-за угла послышался шорох. Магистр обернулся, готовый к любому исходу. Но там никого не оказалось. Лишь тень скользнула по стене, как будто сама тишина решила поиграть с ним. Он вздохнул и продолжил свой путь. С каждым шагом его мысли всё больше запутывались. «Что заставило людей покинуть этот город? Может тот колдун был отсюда?» — вопросы рождались один за другим. Эдвард чувствовал себя словно в ловушке: здесь было всё, что могло его заинтересовать, но одновременно и всё, что могло поглотить его целиком. Он подошёл к центральной площади, где когда-то, вероятно, кипела жизнь — рынок с яркими прилавками и смехом детей. Теперь же здесь стояли лишь старые колонны и мрачные статуи, которые смотрели на него с безразличием. Эдвард присел на один из каменных бортиков и задумался о том, что делать дальше. «Может быть, мне стоит вернуться?» — мелькнула мысль. Но тут же он отогнал её прочь: «Нет! Я пришёл сюда за ответами. Я не могу оставить это место без изучения». Он поднялся на ноги и решительно направился к величественному зданию в конце площади — похоже, это был храм или дворец. Подойдя ближе, Эдвард заметил странные символы на двери — они были знакомы ему. Он протянул руку и коснулся холодной поверхности двери. В этот момент он почувствовал лёгкое дрожание в воздухе — как будто сама магия реагировала на его присутствие. «Если я открою эту дверь», — подумал он, — «это может изменить всё». И с этими словами он толкнул дверь. Она скрипнула и медленно открылась, впуская в себя тусклый свет изнутри. Эдвард шагнул вперёд, готовый встретить то, что ждало его за пределами привычного мира. Внутри его встретила такая же тишина, прерываемая лишь отдалённым звоном капель, падающих с потолка. Величественные колонны, покрытые вековым льдом, поднимались к своду, где когда-то располагались фрески, ныне скрытые под слоем инея. Каждый шаг Сноу раздавался эхом, и он чувствовал себя так, будто нарушал покой давно забытого места. «Вот это да, — подумал он, — если бы я знал, что буду исследовать замороженные памятники древности, то заранее подготовил пергамент». Эдвард подошёл к одной из статуй — она изображала могучего воина с мечом, замерзшим в воздухе. Ледяные кристаллы сверкали на его доспехах, создавая впечатление, будто статуя вот-вот оживёт и начнёт сражаться с невидимыми врагами. «Неплохо для парня, который не может даже поднять свой собственный меч», — проворчал Эдвард, потирая подбородок. Вдруг пространство перед ним заполнилось голубоватым светом, и перед магистром возник портал. Сноу прищурился, ожидая увидеть какую-нибудь чудовищную тварь или хотя бы призрака. Но вместо этого оттуда вышел Феникс.

— Эдвард! — воскликнул он, вытирая ледяную пыль с плеч. — Я думал мы работаем в команде. Стоило мне отвлечься и ты уже ушел далеко за Вэйнвард.

— Да уж, — отозвался Эдвард с ухмылкой, - Я считал, ты побыстрее меня будешь.

Феникс только слегка пожал плечами.

— Я пытался найти тебя возле моста, но там только бродяги путники. Так что я решил воспользоваться порталом. Не знал, что окажусь в ледяном аду.

— Ледяной ад? Хм… звучит как название нового сорта пива. Надо будет предложить трактирщику, — иронично заметил Эдвард.

Сноу указал на статую воина.

— Смотри на него! Как думаешь, он тоже искал где спрятаться?

Феникс подошёл ближе и изучил статую.

— Может быть, он просто замёрз до смерти от стыда за свою прическу. — Он указал на длинные волосы воина, замёрзшие в странных формах. — Уж лучше бы он остался без головы.

Эдвард покачал головой:

— Не будь таким жестоким. Возможно, у него был трудный день на службе.

Они продолжили осматривать храм, обсуждая каждую статую и её возможную историю. Феникс остановился у другой фигуры — женщины с длинным мечом и крыльями.

— Интересно, кто она? — спросил он.

— Судя по всему, это защитница храма. Или просто очень хороший гонец, — ответил магистр с ухмылкой. — «Я доставлю ваше письмо даже в самую метель».

Сноу и Феникс продолжали исследовать храм, погружаясь в его ледяные тайны. Тишина, окутывающая пространство, казалась почти осязаемой, но в этот момент она внезапно нарушилась. Глухой звук, словно раскат грома, раздался за одной из колонн, и оба друга замерли, настороженно переглянувшись.

— Ты слышал это? — шепотом спросил Феникс.

— Конечно, я слышал, — ответил Сноу, потирая рукоять своего меча. — Это либо призрак старого воина, либо та тварь, что убила Лоренцо. Надеюсь, что первое.

Внезапно из тени выступил фигура. На ней был тёмный плащ, который струился за ним, как облако. Эдвард мгновенно вытащил меч, его лезвие сверкнуло в тусклом свете храма.

— Ну вот, — рявкнул он, — ещё один безумный колдун. Как же я ненавижу эти встречи. Ты ведь не собираешься предлагать мне сделку с душой или что-то в этом роде?

Колдун остановился на безопасном расстоянии и поднял руки в знак миролюбия.

— Успокойся, Эдвард Сноу. Я пришел сюда, чтобы постараться с тобой поговорить. Раз уж ты решил углубится в загадки. Наша первая встреча прошла, не столь удачно… И сейчас, я хочу с тобой обсудить все спокойно. Я ведь очень давно наблюдал за тобой.

— Наблюдал? — магистр прищурился, всё ещё держа меч наготове. — Интересно, что ты уже успел увидеть?

— Ты довольно упорный человек, если снова решил отправиться сюда.

— Тут дело не в упорстве, — Сноу опустил меч чуть ниже, но всё ещё не убирал его полностью. — Меня лишь тревожат мысли о том, как жить дальше в неизведанном мире. Мы столько лет пробыли за решеткой в темнице тумана и теперь я вижу, что происходит в мире. Непонятные и странные символы, исчадья ада.

Колдун взглянул на него с каким-то недоверием.

— «Темница тумана»? – переспросил он, - Я так полагаю, дело рук Хальта. Надо же… Он издевается и над полыми.

Эдвард скептически поднял бровь.

— Ты как то слишком много знаешь. Я ведь не говорил своего имени и даже не говорил про нашего покровителя. Кто же ты такой?

Колдун кивнул, будто ожидая такого вопроса. Он снял с головы капюшон и перед магистром снова оказался непонятный образ: мертвая ледяная кожа, ярко-голубые глаза, длинные и заострённые уши.

— Мое имя Анри. Сказать честно, выучить ваш язык было не просто. Я возглавлял целую цивилизацию когда-то, но из-за одного случая все погибло. Весь мой народ был практически истреблён.

- Значит возглавлял народ? Тогда у меня есть встречный вопрос.

Магистр протянул с таинственной книгой.

- Можешь объяснить, что это такое?

Анри аккуратно взял ее и начал бегло смотреть тексты.

- Это дневник путешественника, который дожил до вашего времени. Но сейчас я не знаю где он. В этой книге он рассказывал о своих открытиях и наблюдениях, а записи оканчиваются на моменте прибытия в «измерение Хальта». Видимо после этого его путешествие закончилось.

- Хорошо, тогда у меня есть ещё два вопроса: что это за странные цифры и на каком языке эти записи?

- Отсчёт шел по старому миру. Годы Калир. А все тексты на силварийском языке.

Ответ Анри заставил Сноу немного пошатнуться. Значит его мысли о том, что все это время они были не одни и до прибытия Хальта была жизнь – подтвердились.

Феникс, который всё это время стоял в тени, наконец решился заговорить:

— Древний и мертвый язык значит? А носители его есть?

Анри усмехнулся.

— Есть и их достаточно. И поверь, этот язык не мертвый. Это просто вас держали как слепцов, тупо идущих за ложью. И ведь ты должен это знать, если ты благословлен.

Сноу посмотрел на Феникса и снова на колдуна.

— Погоди что значит благословлён? И кем?

— Цвет его волос. Это и есть символ благословления. Среди вас, он может быть тем, кто спасет весь мир.

- Погоди, не может этого быть. Белые волосы – символ проклятого. Того, кто родился под Тьмой.

Услышав это, Анри на мгновение отвернулся, но ничего не ответил. Затем он снова повернулся лицом к магистру, но его взгляд был уже гораздо более суровым.

- Вы живете в обмане с самого начала. И мне – жалко вас. Но увы, я не могу дать вам все ответы сразу здесь и сейчас…

Он вновь надел капюшон на голову и вокруг него начал кружится ветер.

- …Мы ещё встретимся, магистр. Лишь Великий закон не позволяет мне рассказать тебе все. Держать слово перед Арбитром я должен. Правды достойны лишь сильнейшие.

И он окончательно исчез в круговороте снежинок, не оставив никаких следов. Эдвард вздохнул и убрал меч в ножны.

- Обман значит? Интересно, с какого момента он начался. Ведь как бы то ни было, этот колдун внушает мне доверие. Он совсем не похож на чудовище из Бездны или очередной имперский доносчик. Как бы то ни было, я считаю, что мы докопаемся до истины. Но сейчас надо продолжить поиски Аскольда, раз уж с этим делом покончено.

- Но откуда начинать? У нас даже нет никак наводок, карт и слухов. Горячих следов нет и придется идти в слепую.

- А что поделать? Да, у нас нету зацепок, но и сидеть на одном месте нельзя. Я, конечно, понимаю, что он славный и крепкий парень, но я не хочу его потерять, как когда то потерял Вильгельма.

Сноу замолчал и поджал губы.

- Здесь нам искать нечего, - продолжил он, - Этот город вряд ли как то связан с нашими поисками. Идти ещё дальше – нету смысла. Там только горы и лютый мороз. Нам нужно выбрать направление.

- Как насчёт того, чтобы вернуться к месту где мы разделились с ним? Думаю там можно что-то поискать.

- Согласен, - поддержал магистр, - Портал сможешь открыть?

- Да.

Феникс занялся подготовкой, а Сноу решил обдумать слова Анри. «Отсчет по старому миру, Калир, Силварийский язык»… Эти слова не давали никакого покоя. Что значит «старый мир»? Насколько же глубока история мира, ведь нету никаких упоминаний о том, как выглядел мир до пришествия Хальта. Выходит так, что все таки обман был. Возможно Астрэйн был создан Хальтом, но вот что он уничтожил для его создания – неизвестно. Анри сильно отличался своим внешним видом, словно он принадлежал к другой расе. Быть может, все люди были созданы по его образу?

- Готово!

Рассуждения были прерваны возгласом Феникса. Сноу слегка кивнул и первым вошёл в портал, а сразу же за ним вышел Феникс.

- Вот на этом месте мы разделились, - сказал он, указывая на дыру в снегу, - Ходи аккуратно, иначе можешь провалиться.

Сноу наклонился и стал пристально изучать местность.

— Знаешь, Эдвард, — произнес Феникс, после небольшого молчания, — Если бы мы не разделились, то уже могли отметить встречу в той старенькой таверне в Хейстаде.

Магистр усмехнулся. В его голове уже крутились мысли о том, как хорошо было бы провести вечер за кружкой эля и рассказами о былых подвигах. Но этот момент спокойствия был прерван. Из-за деревьев вышли трое незнакомцев в черных доспехах, их лица скрывали шлемы, а на спинах были плащи с красной подкладкой. Они двигались с той легкостью, с которой хищник подкрадывается к жертве.

— Ну что ж, — произнес один из них, его голос звучал насмешливо и холодно. — Какой сюрприз! Смотрите-ка, кто у нас здесь — сам Эдвард Сноу, герой и защитник. Верховный Страж. И в компании своего верного пса.

Феникс стиснул зубы, готовясь к возможной стычке. Сноу же сохранял спокойствие, хотя внутри него уже начинала разгораться ярость. Он знал, что эти трое пришли не с добрыми намерениями.

— Вам не хватает воображения для более оригинальных шуток? — произнес он, стараясь сохранить невозмутимость. — Или вы просто слишком глупы, чтобы придумать что-то лучшее?

— О, мы только начали! — ответил второй незнакомец, наклонившись вперед. — Полагаю ты не знаешь кто мы и вряд ли вспомнишь. Однако, мы очень давно знакомы. Ещё со службы в Агларесе…

Не секунду спокойствие исчезло с лица магистра. Он почувствовал некую злобу и беспокойство.

- Мы – Адепты. Орден основан был Лорианом Ужасающим. И вот наконец-то наступил момент встречи с тобой.

- Ха, предатель не работал в одиночку, а забрал с собой дезертиров, - строго ответил Эдвард, - Что ж, хорошо что вы мне это сказали, будет проще убивать таких как вы.

Но тут произошло нечто невообразимое, что заставило изменить ход диалога. Третий незнакомец, сделав шаг вперёд, нахально спросил:

- Как насчет того, чтобы вспомнить о твоей милой Карэн? Как она там? Все еще мертва? Или ты просто не можешь забыть ее запах?

Эти слова пронзили Сноу, словно кинжал. Воспоминания о нахлынули на него с такой силой, что он почувствовал, как сердце забилось быстрее от гнева.

— Ты посмел произнести её имя?! — прорычал он сквозь стиснутые зубы.

С этими словами Эдвард сбросил с себя накидку, обнажив свои мускулистые руки и меч, сверкающий в свете заката. Он был готов разорвать этих мерзавцев на куски. Феникс встал рядом с ним, готовый поддержать друга в этой битве.

— Давай, покажи нам свою ярость! — крикнул первый незнакомец, выставляя меч наперевес. — Или ты так и будешь трястись от страха за свою мертвую жену?

Сноу не мог больше сдерживаться. Он бросился вперед с яростью, которая пылала в его груди. Меч свистел в воздухе, когда он атаковал первого противника. Удар пришелся точно в цель, и черные доспехи треснули под мощью его удара. Кровь брызнула на землю.

Второй незнакомец отступил назад, но Эдвард не собирался давать ему шанса. Он знал, что это бой не только за свою жизнь, но и за память о Карэн. Каждый удар был наполнен ненавистью и болью утраты.

— Ты думал, что можешь просто оскорбить меня и уйти безнаказанно? — прорычал он сквозь зубы, когда меч снова и снова встречался с доспехами врага. — За каждое слово ты заплатишь!

Сражение разгорелось с новой силой. Эдвард чувствовал себя как будто в вихре. Удары его меча были быстрыми и точными. Он не замечал ничего вокруг — только эти черные доспехи и их насмешливые лица.

— Ты не сможешь победить! — кричал один из противников, пытаясь увернуться от удара.

— Я уже победил! — ответил Эдвард с яростью в голосе.

Он сделал быстрый круговой взмах и три головы упали к его ногам.

- Мое милосердие превратилось в ярость. Не смейте произносить ее имя… Имя – Карэн.

Глава 10: По следам Аскольда

- Эдвард, а в чем же дело?

Феникс решил задать вопрос магистру спустя несколько часов молчания.

- О чем ты? – грозно ответил тот, - Если ты про этих ублюдков, то не знаю что ответить. Помимо насущных проблем, теперь ещё придется сражаться против Бессмертных, что предали наши законы.

- Нет, я о том, что они сказали. Про…

Слова Феникса прервала рука Сноу, схватившая его за горло.

- Никому нельзя произносить ее имя, понял? – в его глазах загорелась ярость, - Ни упоминаний, ни слова, ни вопросов. Эта тайна отправится со мной в могилу.

Решив, что возражать не стоит, Феникс замолчал и больше не пытался спрашивать о таинственной Карэн.

- Пока я служил в имперской гвардии, я повидал много чего. Тогда для меня самым страшным кошмаром было наказание, если ты окажешься дезертиром. На предателя накидывали раскаленные цепи и сжимали с невероятной силой, после этого отрубали пальцы на рабочей руке, ставили клеймо на грудь и выплавляли железную маску в лицо, с помощью жёлтого Ока, как когда то это делали легиону железного ворона Досциитона. Это был величайший позор для солдата. И мне было страшно, пока я не встретил ее. Извини, друг, но это все что я могу рассказать тебе.

- Мне, к сожалению, не понять твои чувства, из за отсутствия души, но понимаю, что тебе очень больно и больше не буду спрашивать об этом. Может в будущем ты и захочешь рассказать сам…

Казалось, что после этой встречи в Эдварде что-то сломалось и он как будто перестал себя сдерживать. Все эти годы, он был добрым и весёлым, а сейчас стал невероятно жестоким и злым. Им двигало только чувство ненависти, злости и скорби.

- На месте где вы разделились нет ничего подозрительного. Но я заметил уже почти исчезнувшие следы, которые ведут на восток.

- Хм. А это странно. Ведь он должен был направиться в Аторус. Почему же он решил сменить курс?

- Не знаю. Возможно решил отправиться на исследования в одиночку. В любом случае, отправляемся за ним. Он мог пойти в Грейфенштейн. Все равно в той части Высокой стены нет никакого караула.

Феникс только пожал плечами и двинулся вслед за магистром.

Откровенно говоря, никто не знал реальной истории о прошлом Сноу. Каждый раз на этот вопрос у него были новые истории. То он был лордом, то подмастерьем в кузнице, то обычным рыбаком. Порой даже слышали истории, что он в одиночку перерезал целый лагерь разбойников, и на фоне происходящих событий Эдвард Сноу казался гораздо более загадочным, нежели Хугин. Историю связанную с Карэн не знал никто, даже самые близкие его друзья. Он считал это самым большим позором и грехом в своей жизни. Может когда-нибудь настанет подходящий момент и он сможет раскаяться, облегчить душу, но когда это случится – остаётся загадкой.

Тропа, петлявшая среди густых лесов и каменистых холмов, постепенно вывела Эдварда и Феникса к подножию величественного замка, возвышавшегося на вершине скалистого утёса. Крепость Айронвуд, некогда принадлежавшая независимым лордам, ныне несла на своих стенах имперские знамёна. Золотистые вороны, распластав крылья, казалось, смотрели сверху вниз на путников, напоминая о могуществе Империи. Сноу остановился, пристально всматриваясь в мощные стены и высокие башни. «Не самое лучшее место для отдыха», — подумал он, ощущая тревогу. Он прекрасно понимал, что ему нельзя попадаться на глаза имперцев. Но любопытство и необходимость разведки взяли верх.

— Давай пройдем чуть ближе, — предложил магистр, слегка наклонившись вперед. — Нужно выяснить, что происходит внутри, что же скрывает «император».

Феникс вздохнул, понимая неизбежность этого шага. Вместе они осторожно приблизились к крепостным стенам, прячась за деревьями и кустарником. По мере того как они двигались вперёд, шум жизни внутри крепости становился всё громче: топот сапог, звон оружия, голоса солдат.

«Нужно быть осторожней», — напомнил себе Эдвард, когда они подошли достаточно близко, чтобы рассмотреть ворота и патрульных. У входа в замок стояла группа воинов в сверкающих латах, а на башнях виднелись дозорные с арбалетами. Всё говорило о том, что крепость тщательно охраняется.

— Вот что значит империя, — шепотом заметил Феникс, глядя на массивные железные ворота. — Тут, наверное, целый гарнизон сидит.

Сноу кивнул, оценивая обстановку. Внезапно его внимание привлекло странное оружие у одного из стражников. Это был длинный металлический ствол, закреплённый на деревянной подставке, а солдат был одет совершенно иначе, не соответствуя обычному снаряжению империи: длинное чёрное пальто, металлические наплечники, и железный шлем, закрывающий лицо. Сноу сразу понял, что это такое.

— Значит это и есть то оружие, о котором говорила Гвиана, — выдохнул он, почувствовав лёгкий озноб. — Проклятые имперцы привезли сюда свои игрушки.

Мушкет — это новое оружие, появившееся совсем недавно, и слава о нём уже успела распространиться по всему континенту. Хугин сохранил чертежи своего первого детища и начал активное производство этой ужасной силы. Эдвард слышал рассказы о том, как одно попадание может пробить самую крепкую броню, как выстрелы гремят на расстоянии, недоступном для обычного лука или арбалета. И вот теперь это чудовище оказалось прямо перед ними.

— Нам нужно уходить отсюда, — решительно заявил Эдвард, понимая всю опасность ситуации. — Если они заметят нас…

— Согласен, — отозвался Феникс, нервно оглядываясь. — Лучше поскорее добраться до Грейфенштейна и предупредить остальных.

Они начали медленно отходить, стараясь оставаться незамеченными. Но судьба распорядилась иначе. Один из дозорных вдруг поднял руку, указывая в их сторону.

— Эй, там кто-то есть! — крикнул он, и в следующий миг ворота крепости с грохотом открылись, выпуская на свободу отряд вооружённых солдат.

Сердце Сноу бешено застучало. Они были обнаружены. «Проклятье!» — мелькнуло в голове. Ему оставалось только одно:

— Бежим! — рявкнул он, схватив друга за рукав и увлекая его обратно в лес. Они помчались сквозь чащу, перепрыгивая через корни и камни, ломая ветки и прорывались все глубже.

За спиной слышалось топот ног и звуки команд. Солдаты преследовали их, но Эдвард знал прекрасно эти места и вскоре сумел уйти от погони, растворившись в густой тени леса.

Когда они наконец остановились, чтобы перевести дыхание, Эдвард прислонился к стволу дерева, чувствуя, как сердце гулко бьётся в груди. Его друг тоже выглядел уставшим, но довольным тем, что им удалось избежать захвата.

— Чёрт возьми, — выдохнул Сноу, вытирая пот со лба. — Теперь точно знаем, что Хугин настроен серьезно на уничтожение любого препятствия. Я его явно недооценил.

— Да уж, — согласился Феникс, поправляя пальто. — Грейфенштейн и весь орден Стражей должен быть предупреждён.

Они обменялись тяжёлыми взглядами, осознавая серьёзность ситуации. Затем, собравшись с силами, снова двинулись в путь, направляясь к северному оплоту ордена. Долгое путешествие привело Эдварда к стенам Грейфенштейна. Замок, окруженный высокими скалами и густыми лесами, казался неприступным и величественным. Однако, когда они подошли ближе, стало ясно, что внутри царит зловещая тишина. Ворота были открыты настежь, и никто не вышел навстречу.

— Странно, — пробормотал Сноу, останавливаясь у входа. — Здесь должны быть наши силы. Куда делись все?

Феникс кивнул, не сводя глаз с пустующих улиц.

— Может, ушли на охоту или в поход? — предположил он, хотя в его голосе звучала неуверенность.

Эдвард покачал головой.

— Нет, что-то здесь не так. Посмотри, нигде ни души. Даже собаки не лают. Давай-ка осмотримся.

Они вошли внутрь, осторожно ступая по каменным плитам двора. Кругом царила тишина, нарушаемая лишь шорохом ветра и редкими криками ворон. Внутри замка было темно и прохладно, несмотря на солнечный день снаружи. Пыль покрывала полы и мебель, а паутина висела в углах, словно невидимые нити, связывающие прошлое и настоящее.

— Здесь давно никого не было, — отметил магистр, проводя рукой по пыльной столешнице. — Вопрос в том, куда все подевались?

Они прошли дальше, исследуя комнаты одну за другой. Большинство помещений были пусты, но иногда попадались остатки прежнего быта: старые книги, ржавые мечи, поломанная мебель. В одном из залов Эдвард натолкнулся на старинный портрет, изображавший молодого рыцаря в сияющей броне. Лицо на картине показалось ему знакомым, но он не мог вспомнить, откуда.

— Похоже, что здесь увлекались чем-то еще помимо сражений, — сказал Феникс, рассматривая портрет. — Интересно, что с ними случилось?

Эдвард пожал плечами.

— Время покажет. Пойдем дальше.

Они продолжали осмотр, переходя из зала в зал, пока не добрались до одной из дальних комнат. Там, в углу, стояла древняя витрина, покрытая толстым слоем пыли. Эдвард подошел ближе и протянул руку, чтобы снять крышку. Внутри лежала старая кожаная броня и пара ножен, украшенных замысловатым орнаментом.

— Погоди-ка, — произнес Сноу, наклоняясь поближе. — Это ведь…

Он достал ножны с выгравированным именем на них.

— Аскольд, — прочитал он вслух, удивленно поднимая брови.

— Значит, он действительно был здесь. На момент нашего разделения, он как раз был одет в такую броню, — заключил Феникс, подойдя ближе. — Но куда он ушел?

Эдвард задумчиво потер подбородок.

— Трудно сказать. Но судя по всему, он оставил свое снаряжение. Видимо, отправился в спешке и не успел забрать всё с собой.

— Или не хотел, — добавил друг, намекая на что-то.

Сноу нахмурился.

— Возможно. Но пока у нас нет доказательств. Нужно продолжать поиски. Может, найдем какие-нибудь записи или письма, которые помогут разобраться.

Они продолжили осмотр замка, но ни в одной комнате не обнаружили никаких следов недавней активности. Казалось, что Грейфенштейн был покинут много лет назад, и его обитатели исчезли, не оставив ни единого намека на свое местонахождение.

— Ничего, — вздохнул Эдвард, выходя из последней комнаты. — Никаких записей, писем, ничего. Только эта броня и ножны.

— Что будем делать дальше? — спросил его друг, останавливаясь рядом.

Магистр задумался на мгновение, затем уверенно ответил:

— Продолжаем искать. Аскольд наверняка оставил какой-то след. Если он был здесь, значит, и мы сможем найти его. Нужно только терпение и внимательность.

Они покинули Грейфенштейн, унося с собой лишь воспоминания о прошлом этого проклятого места. Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в оттенки пурпурного и золотистого, когда они достигли высокого утеса, нависшего над бескрайними водами моря. Ветер, пронизывающий до костей, приносил с собой соленый запах и обещание новых открытий. Феникс, остановившись на краю утеса, глубоко вдохнул свежий морской воздух, наслаждаясь моментом. Он всегда любил море, его необъятные просторы и бесконечные возможности. Эдвард, напротив, оставался сосредоточенным и серьезным, его мысли были заняты поисками Аскольда и разгадками, которые могли привести их к нему.

— Наконец-то мы здесь, — произнес Феникс, поворачиваясь к Эдварду. — Видишь, сколько путей открывается перед нами?

Эдвард кивнул, его глаза были прикованы к горизонту, где вдали виднелись туманные берега, ранее скрытые магическим туманом Люциуса. Вдали, словно мираж, мерцали контуры далеких островов, манящих своей неизведанной красотой.

— Да, — ответил Эдвард, — но наши поиски продолжаются. Аскольд мог отправиться в любом направлении. Мы должны быть готовы ко всему.

Феникс знал, что его друг никогда не теряет надежды. Они оба понимали, насколько важны эти поиски, и что каждый шаг может оказаться решающим.

— Давай спустимся вниз, — предложил Эдвард, указывая на крутой склон утеса. — Возможно, внизу мы найдем что-то полезное.

Спуск оказался нелегким делом. Склон был покрыт скользкими камнями и зарослями колючего кустарника, но опыт и выносливость помогли им преодолеть трудности. Когда они наконец достигли основания утеса, перед ними открылась картина заброшенного лагеря. Остатки кострища, разбросанные вещи и следы, ведущие к воде, говорили о том, что здесь недавно кто-то находился. Сноу немедленно принялся осматривать местность, его острый взгляд выискивал малейшие детали, способные дать хоть какую-то информацию. Феникс последовал его примеру, помогая исследовать каждый уголок лагеря.

— Смотри, — внезапно воскликнул Эдвард, указывая на один из крупных камней, выступающих из земли. На нем был нацарапан символ Стражей.

Феникс подошел ближе, чтобы рассмотреть знак. Символ представлял собой круг, пересеченный двумя перекрещивающимися линиями, образующими крест.

— Значит, Стражи были здесь, — задумчиво проговорил Феникс. — Но зачем они оставили этот знак?

Эдвард молча покачал головой, размышляя над этой загадкой. Стражи редко действовали открыто, предпочитая работать в тени, но их присутствие могло означать многое. Возможно, они тоже искали Аскольда, или же имели другие цели, связанные с этим местом.

— Мы должны продолжить движение вдоль побережья, — наконец сказал Эдвард, решив не тратить время на догадки. — Следы могут вести нас к чему-то важному.

Феникс согласился, и они отправились в путь, следуя вдоль береговой линии. Вода мягко плескалась о камни, создавая успокаивающий ритм, который помогал сосредоточиться на задаче. Временами они находили мелкие предметы, выброшенные волнами на берег: обломки древесины, куски ткани, даже древние монеты, свидетельствующие о том, что этот путь использовали многие поколения путешественников. Шли часы, солнце сменилось луной, и звезды ярко засияли на ночном небе. Эдвард и Феникс продолжали идти, не замечая усталости. Они знали, что каждая минута промедления может стоить им успеха в поисках.

— Ты думаешь, мы на правильном пути? — спросил Феникс, когда они сделали короткую остановку, чтобы отдохнуть и набраться сил.

Эдвард задумался, взвешивая все возможные варианты.

— Я уверен, что мы движемся в нужном направлении, — ответил он, смотря на луну, освещающую их путь. — Аскольд не мог просто исчезнуть. Он оставил следы, и мы обязательно их найдем.

Феникс кивнул, понимая, что его друг прав. Они остановились возле небольшого пригорка на ночлег. Ночь накрыла их лагерь плотной завесой темноты, словно сама природа хотела скрыть от чужих глаз те тайны, которыми они обладали. Костёр тихо потрескивал, бросая золотистые отблески на лица двух путников, сидящих вокруг него. Эдвард внимательно разглядывал старинный дневник из первого измерения. Анри говорил, что символы принадлежат к языку Силвар – древней цивилизации, исчезнувшей много веков назад. Но язык этот был редким и забытым, а людям – был совершенно не понятен. Переводить записи было невероятно сложно, ведь каждая строчка могла скрывать ключ к чему-то великому, а любая ошибка могла привести к неправильному пониманию и потере важной информации. Эдвард провёл почти всю ночь за этим занятием, погружаясь всё глубже в загадочные строки. Время шло незаметно, пока наконец первые лучи солнца не пробились сквозь густую листву деревьев, осветив страницы дневника. Уставший, но довольный своими успехами, Сноу отложил книгу и посмотрел на спящего рядом Феникса. Прошло ещё немного времени, прежде чем Эдвард решился разбудить Феникса. Поднявшись со своего места, он подошёл к другу и осторожно потряс его за плечо:

— Проснись, Феникс! У меня есть кое-что важное, что я хочу тебе показать!

Феникс медленно открыл глаза, моргнул пару раз, пытаясь понять, где находится, затем сел и потянулся.

— Что случилось? Ты выглядишь взволнованным, — заметил он.

Магистр молча взял дневник и открыл его на той странице, которую сумел перевести. Он начал читать вслух:

— «Мое путешествие продолжается. Я собираюсь направиться в Келедор, чтобы узнать, как идут дела у Теринуда. Я слышал, что он смог открыть новый элемент — тербий. Тиариэль должен узнать об этом открытии как можно скорее…».

Феникс слушал внимательно, не перебивая. Когда Эдвард закончил чтение, оба надолго замолчали, размышляя над услышанным.

— Это поразительно… — наконец произнёс Феникс. — Ты уверен, что правильно перевёл?

Эдвард кивнул:

— Да, насколько это возможно. Я проверял каждый символ, каждую букву. В этих словах чувствуется нечто важное, нечто, что может изменить ход событий в нашем мире.

В Астрэйне, где правили «полубоги», такие открытия могли перевернуть весь порядок вещей. Кто такой Тиариэль? И почему ему так важно знать об этом открытии?

Эдвард задумчиво взглянул на утреннее небо, которое уже начинало окрашиваться розовыми оттенками зари.

— Мы должны выяснить больше, — сказал он решительно. — Если то, что сказано в этой книге, правда, мы можем оказаться втянутыми в события, которые изменят судьбу всего Астрэйна.

Феникс согласился, хотя в его глазах читалась тревога. Они оба понимали, что впереди их ждёт долгий путь полных опасностей и тайн. Но ни один из них не мог отступить перед лицом неизвестности. Ведь именно ради таких моментов они и отправились в это приключение.

Часть II: Два совершенно разных мира

Глава 11: Тайна Астрэйна

Флиор раскинулся на северных просторах континента, окружённый суровыми горами и бескрайними лесами, которые простирались далеко за горизонт. Город стоял на побережье Холодного моря, не смотря на все те ужасы, которые хранил север. Его стены, возведённые из серого камня, казались неприступными, хотя время оставило на них следы веков, придав им мрачный и величественный вид. На улицах Флиора царил особый дух, пропитанный запахом моря и сосновых лесов. В центре города возвышался огромный рынок, где торговцы предлагали всё, начиная от свежих морепродуктов и заканчивая реликвиями и магическими безделушками. Вокруг рынка располагалось множество лавок, трактиров и мастерских, каждая из которых имела свою историю и легенды. Жители Флиора отличались стойкостью и выносливостью, ведь жизнь на севере была нелёгкой. Суровые зимы, частые штормы и постоянные угрозы со стороны дикой природы закаляли характеры местных жителей. Однако, несмотря на все трудности, они умудрялись сохранять оптимизм и дружелюбие, особенно в те редкие моменты, когда солнце пробивалось сквозь густую облачную завесу. Флиор был долгое время скрыт за туманом и не являлся частью империи Хугина. Именно поэтому людям в этих краях было нечего бояться.

Особое внимание привлекал замок, стоящий на вершине холма над городом. Он был построен много столетий назад и служил резиденцией лордов Флиора. Высокие башни замка возвышались над окрестностями, напоминая всем о могуществе и власти тех, кто правил этим краем. Говорили, что в подземельях замка хранятся древние манускрипты и реликвии, обладающие невероятной силой, но доступ туда имели лишь избранные. Ночью Флиор преображался. Огни факелов освещали узкие улочки, создавая причудливые тени, а звуки музыки и смеха доносились из многочисленных таверн. Именно ночью город оживал, открывая свои секреты и тайны тем, кто осмеливался выйти за пределы своего дома. В эти часы можно было услышать рассказы о старых битвах, забытых богах и таинственных существах, обитающих в лесах вокруг города. Но не всё было спокойно в Флиоре. Как и любой крупный город, он имел свою тёмную сторону. В трущобах, расположенных на окраинах, процветало преступное сообщество, а в подвалах некоторых домов проводились ритуалы, запрещённые законом. Тайные общества и секты искали способы обрести власть и влияние, используя магию и древние знания. Тем не менее, жители Флиора продолжали жить своей жизнью, веря в лучшее будущее и надеясь, что однажды их город станет ещё сильнее и величественнее. Ведь именно вера и стойкость помогли им пережить многие трудные времена, и ничто не могло сломить их духа.

Тяжелые деревянные ворота города скрипнули под напором ветра, когда двое путников вошли внутрь. На их лицах читалась усталость от долгого пути, но в глазах светилась решимость. Это были Эдвард и Феникс, которым судьба уготовила встречу в этом маленьком городке. Они направились прямо к таверне, где надеялись найти кров и припасы перед тем, как продолжить свои поиски. Внутри было тепло и уютно, несмотря на то, что за окном уже начинал сгущаться вечерний сумрак. Запахи жареного мяса и свежего хлеба смешивались с дымом трубок, создавая атмосферу покоя и безопасности.

Эдвард и Феникс заняли столик в углу, заказали еду и выпивку, после чего Сноу вытащил дневник путешественника и Вильгельма.

— Смотри, вот тут явно упоминается имя некого Тиариэля, — сказал Эдвард, наклоняясь ближе к странице. — Но смысл этого абзаца мне до конца непонятен. Может, это какое-то сообщение?

Феникс внимательно изучал запись, прищурившись:

— Возможно… Но взгляни на дату. Она совершенно не соответствует действительности…

В этот момент к ним подошел молодой человек лет двадцати пяти, одетый в белую рубаху, поверх которой был жилет. У него были светлые волосы, зачесанные назад, и внимательные глаза, которые блестели от любопытства.

— Прошу прощения, господа, — начал он, слегка поклонившись. — Я случайно услышал ваш разговор и не смог удержаться. Меня зовут Оливер Стаффорд, я историк. Если вам нужна помощь в расшифровке записей, я с радостью помогу. Мне всегда нравилось разгадывать загадки прошлого.

Эдвард поднял взгляд и окинул Оливера оценивающим взглядом:

— Ты уверен, что хочешь влезть в наши дела? Мы имеем дело с вещами, которые могут оказаться опасными.

Оливер улыбнулся, и в его глазах сверкнула искра:

— Опасность меня никогда не пугала. К тому же, кто знает, может, вместе мы сможем раскрыть тайну, которая изменит наш мир.

Феникс кое как натянул на лицо улыбку и ответил:

— Ну что ж, дружище, если ты такой смелый, то добро пожаловать в нашу компанию. Только помни, что приключения редко обходятся без сюрпризов.

Оливер сел рядом с ними, и вскоре все трое углубились в изучение дневника, обсуждая каждый символ и каждую строчку. Время шло незаметно, и постепенно таверна начала пустеть. Лишь звуки шепота и шелест переворачиваемых страниц нарушали тишину.

Когда наконец они решили сделать перерыв, Эдвард откинулся на спинку стула и вздохнул:

— Знаешь, Оливер, я рад, что ты присоединился к нам. Вместе мы можем многое узнать. Но давай-ка теперь перекусим и отдохнем немного.

Парень кивнул, поднимая кружку с элем:

— За удачу! Пусть она будет на нашей стороне в этом путешествии.

Все трое подняли свои кружки и чокнулись, обмениваясь понимающими взглядами. Спустя некоторое время Оливер сказал:

- Меня действительно привлекли эти записи. Ранее я не видел ничего подобного и это заставляет меня ещё больше погрузиться в историю нашего мира. Скачать честно, я уже очень давно стараюсь сопоставить все события, чтобы окончательно понять, как развивался Астрэйн. И все таки у меня есть один вопрос: откуда вы прибыли?

- Из Аглареса. Город, что был построен Рейгаром Сильвербрандом.

- Кем, кем? Впервые о нем слышу. Да и города такого не знаю. Я полагаю, это где то на юге?

Сноу усмехнулся.

- Запад Астрэйна. Агларес – обитель Бессмертных, ордена Стражей, а я – магистр этого ордена.

- Запад Астрэйна? – удивленно переспросил Оливер. – Я считал, что самым западным городом является Флиор, ведь дальше было все закрыто туманом.

- И мы считали, что дальше Досциитона ничего нету. Но за месяц путешествия узнали, что все это время мы просто жили в клетке.

- Получается, вы прибыли с «центрального континента»? Невероятно!

- Погоди, что это значит?

- Многие из учёных моего родного королевства считали, что за туманом скрыт целый мир, но пройти через него, так никто и не смог. И вот я вижу перед собой двух отважных путников, которые смогли добраться до сюда.

- Боюсь спросить, какая у вас вера.

- Мы лишь верим, что когда то Всевышний создал этот мир, а затем и нас. Теперь же, мы просто несём его наследие.

- Выходит так, что вы не знаете кто такой Хальт и что такое тербий? – Сноу немного пошатнулся.

- Нет. Никогда об этом не слышал.

Эти слова сложили всю куски головоломки в единое целое: все кто проживали на центральном материке, во время правления Хальта и Люциуса были обмануты. Их «боги» просто запечатали мир, чтобы обычные смертные поклонялись им и почитали. Это мысль сильно взбесила Сноу. Он ударил кулаком по столу и рявкнул:

- Вот зараза! Кругом сплошная ложь и обман! Мы столько лет прожили, думая что наш мир загнивает, а это оказалось неправдой! Дерьмо!

Феникс тут же положил на плечо Сноу свою холодную руку и попытался его успокоить.

- Нам надо принять новую реальность. К сожалению уже не вернуть, что прошло. И все же, посмотри на это с другой стороны: если бы не Кристол, мы бы так и не узнали реальной сути нашего мира.

- Прошу прощения за такой вопрос, но кто такой Кристол?

Эдвард медленно перевел глаза на Оливера и тихим голосом ответил:

- Великий герой, первый магистр ордена Стражей, что пожертвовал собой для закрытия разлома Тьмы. Он спас весь мир от ужасной опасности. Его подвиг останется на века в наших сердцах и памяти…

- Я соболезную твоей утрате, Эдвард. Полагаю вы с ним были хорошими друзьями.

Сноу успокоился и тяжело выдохнул.

- Ладно, пойдем отдохнем. Завтра предстоит ещё один сложный день.

- Кстати об этом, обязательно зайдите ко мне в мастерскую. Она находится в южной части города. У меня есть кое-что, что может вас заинтересовать.

На этом их беседа закончилась. Эдвард и Феникс отправились спать в гостевую комнату, а Оливер, допив остаток эля, направился к себе домой.

Глава 12: Королевская семья

Раннее утро в Флиоре было тихим и спокойным, словно сама природа затаила дыхание перед тем, как взорваться жизнью под первыми лучами солнца. Белоснежный снег, выпавший за ночь, покрывал крыши домов и узенькие улочки города тонким слоем, который блестел и переливался в свете восходящего светила. Морозный воздух был настолько прозрачен, что казалось, будто можно увидеть каждую снежинку, парящую в воздухе. Эдвард и Феникс проснулись рано, едва петухи успели прокричать своё утреннее приветствие новому дню. Они покинули уютную таверну где провели ночь после долгого путешествия, и теперь стояли на крыльце, наслаждаясь свежестью зимнего утра.

— Ну что, дружище, как спалось? — спросил Эдвард, потирая ладони друг о друга, чтобы согреться.

Феникс ответил с лёгкой улыбкой:

— Как всегда, когда я знаю, что впереди нас ждёт что-то интересное. Этот город… он кажется таким загадочным, полным тайн и легенд. А запах свежеиспечённого хлеба из пекарни напротив просто сводит меня с ума!

Эдвард рассмеялся, услышав последние слова своего товарища. Он знал, что у Феникса всегда было особое отношение к еде, особенно к хлебу. В их долгих странствиях именно этот продукт часто становился спасением от голода и скуки.

— Ты прав, мой друг, — сказал Эдвард, глубоко вдохнув холодный воздух. — Но давай сначала займёмся делом. Мы ведь пришли сюда не ради хлеба, хотя и он может стать приятным дополнением.

Феникс кивнул, соглашаясь с ним. Они двинулись по узким улочкам, следуя указаниям местных жителей, которые любезно рассказали им дорогу до мастерской Оливера. С каждым шагом вокруг становилось всё больше людей: торговцы открывали свои лавки, дети играли в снежки, а лошади тянули повозки, оставляя следы на свежем снегу. Наконец, они добрались до нужного места. Мастерская Оливера находилась в небольшом двухэтажном доме с деревянными ставнями и крышей, покрытой мхом. Над дверью висела вывеска с изображением старинной книги и компаса, что сразу же привлекло внимание Стражей.

— Вот мы и пришли, — произнёс Эдвард, постучавшись в дверь.

Через несколько мгновений дверь открылась, и перед ними предстал хозяин лавки

— Добро пожаловать! — сказал Оливер, широко улыбнувшись. — Я ждал вас. Проходите, пожалуйста.

Друзья вошли внутрь, и их окружил приятный аромат старых книг, пыли и чего-то ещё, что невозможно описать словами. В комнате было множество полок, заполненных различными предметами: древние мечи, черепа, амулеты, пергаменты и многое другое. На столе лежала карта, испещрённая множеством отметок и пометок.

- Итак, начнём, - весело сказал Оливер, встав рядом с большим столом. – Я уже долго изучаю наш мир и стараюсь понять как он был устроен. Все мы живём по общепринятому летоисчислению: год основания Астрэйна, принятый, к сожалению, неизвестным мне человеком. На дворе 1532 год, но что же скрыто в прошлом? Я довольно много путешествовал и собирал информацию с других частей континента и в итоге пришел к интересному умозаключению: вся наша история – разбита на несколько эпох. Это значит, что происходило какое то событие, из-за которого менялась эпоха. К примеру, начнем с простого: в каком году вы родились?

- В 1402, - серьезно ответил Сноу.

- В 430 году, - не менее серьезно ответил Феникс.

Ответы путников с центрального материка заставили Оливера пошатнуться и упасть в кресло. Он ненадолго замолчал, а потом спросил дрожащим голосом.

- Но как? Ведь в среднем мы живём лет пятьдесят, а вы… Для меня это невероятные числа.

- Объяснение очень простое. Я отправился служить в Агларес на вечную службу Бессмертного в 1440 году, а Феникс – сын нашего «бога» Хальта. Поэтому мы такие долгожители.

- Но ведь это значит, что вы несёте огромный исторический груз!

- Нет. Мы всю жизнь прожили «взаперти» от мира. Вся наша жизнь – одни сражения, смерти и тьма. Ничего такого, о чем можно рассказать… Но как жили вы, вот это интересно.

Молодой историк откинулся на спинку кресла, скрестив кисти рук у подбородка.

- Наша история началась еще очень давно. С момента как в земли Эсканы, так называется наши родные края, пришел лорд Альберт фон-Айцбрен. Это произошло в 604 году. Он основал город, а именовал его – Астора. В понимании местных, это означает надежда. С тех пор и началась эпоха правления фон-Айцбренов. С того дня и по сей день, их династия не менялась, хотя были и те, кто противился королю и старался сесть на его место. Пожалуй самое крупное из известных нападений было совершено лет сорок назад, во время правления Нолана фон-Айцбрена. Его ещё называли «Нолан-Странник» из-за большой привязанности к походам и исследованиям. Все случилось, когда к Асторе подобрались силы из дома Лонмиллеров. Они были, пожалуй, одними из самых богатых и сильными во всем королевстве. Им казалось, что они с лёгкостью смогут сокрушить корону и завладеть троном, однако все изменилось в один момент. Когда над Асторой поднялось огромное чудовище, именуемое драконом…

Сноу сразу же насторожился и стал слушать гораздо внимательнее.

- …Это существо сожгло все силы лорда Лонмиллера. Откуда появился дракон на землях Лодрании до сих пор остаётся загадкой, но ходят слухи, что Нолан, а до него и Фредрин, собирали целые экспедиции на поиск яиц драконов, чтобы приручить эту силу и использовать. По другой легенде говорили, что Нолан сам являлся драконом и мог перевоплощаться в эту форму по собственному желанию. Но это всего лишь глупая легенда, в которую я, как учёный, не верю. Единственное во что я уверовал – так это в магию. Несмотря на ее поразительную мощь, научной силой ее назвать нельзя. Магия для меня – это как необузданное пламя, которое люди все же смогли освоить, но не могут использовать по назначению. Но все же, вернемся е истории.

Оливер резко вскочил с кресла и подошёл к старому комоду. Он вытащил оттуда очень толстую книгу, стряхнул с нее пыль и положил на стол.

- Здесь хранится вся история королевства, - произнес он, снимая железные замки, - Обратимся теперь к темной стороне Лодрании…

С усилием юноша открыл книгу на середине, тыкая пальцем в портрет.

- Проклятие рода фон-Айцбренов, главная личность, что поставила наши земли в ужасное положение. Эймон Узурпатор или просто «Дьявол». Он быстро взошел на престол и сразу же навёл ужас. Его реформы, действия – сильно подорвало доверие к королевской семье. На юге, возле моста земляного пика, находится ещё одно государство – королевство Вресан. В те времена там правил Магнус Бирк. Его не интересовали завоевания, бойни, грабежи. Но Эймон решил прыгнуть выше головы и вторгся на земли соседей. Вресан не был готов к такому нападению, из за чего их силы были сокрушены мгновенно. «Дьявол» заставил платить их дань, а на собранные деньги возвел огромную стену, за счёт силы рабов. Тысячи душ остались погребенными под этими камнями… Как итог, вторжение во Вресан не осталось безнаказанным. Эймона убил собственный сын Стефан, таким образом заработав титул цареубийцы. И уже через несколько лет ему пришлось расхлебывать кашу, что заварил его отец. На трон во Вресане встал Хьюго Бирк. Он начал захватывать поселения одни за другими и превратил королевство в империю Тенгард. Желание отомстить фон-Айцбренам за унижение его собственного дома, силы империи мгновенно прорвались через стену и сокрушили оборону Асторы. Город пал, а вместе с ним и Лодрания была захвачена. И только после смерти Хьюго наше королевство смогло снова стать независимым.

- Выходит, что Эймон буквально чуть не уничтожил страну? – поинтересовался Сноу.

- Именно так. Стефан не смогу сдержать императора и это ещё сильнее разожгло ненависть к династии. Исправить положение смогли лишь двое последних королей: Фредрин и Нолан. Сейчас на троне сидит единственный сын Нолана – Астольф. В отличие от своих предков, он родился со странным дефектом. Его волосы имели странный голубой цвет и это не смог объяснить ни один придворный учёный. В любом случае, этот парень знает как управлять государством. Под его руководством мы достигли значительных успехов в технологическом прогрессе.

- Что ж, довольно любопытная история королевской семьи, - тихо заговорил Феникс,

- Но у меня возник к тебе вопрос.

Он медленно приблизился к Оливеру и строго спросил.

- Мы ищем одного человека. Высокий рост, каштановые волосы, фиолетовые глаза. Не видел случайно в этих краях такого?

- Хм… Откровенно говоря – нет. Я не особо присматриваюсь к людям, много читаю на ходу. Но один раз мое внимание привлек авантюрист, который отдыхал в таверне. На нем были странные тонкие доспехи и плащ. Ни разу не видел, чтобы путники были в таком наряде в этих краях. Он был похож на солдата, что отбился от группы…

- Значит все таки он был здесь. Занятное дело. Но куда же он направился? Совсем сбился с курса? Не верю в это.

- О ком вообще идёт речь, если не секрет?

Сноу и Феникс не стали отвечать на вопрос историка. На мгновение в мастерской наступило минутное молчание. Вдруг тишину нарушил глухой хлопок, донесшийся откуда-то издалека. Звук был странным, незнакомым, и сразу вызвал тревогу у всех троих. Эдвард поднял голову, глаза его сузились, а рука инстинктивно потянулась к мечу, Феникс напрягся, готовый к любой угрозе, и внимательно посмотрел в сторону южного горизонта.

«Что это было?» – спросил Эдвард, хмурясь.

Не успел Оливер ответить, как раздался новый звук – громкий треск, сопровождаемый чем-то тяжелым, летящим через воздух. Все трое замерли, глядя друг на друга с недоумением и страхом. И вот тогда произошло нечто невероятное. Пушечное ядро, сверкающее в лучах раннего солнца, пробило стену мастерской и врезалось прямо в комод, где лежали заметки Оливера. Стены задрожали, пыль поднялась столбом, а осколки дерева разлетелись во все стороны.

– Черт возьми! – вскрикнул Оливер хватаясь за уши. – Это что такое?!

Эдвард быстро встал, прикрывая рукой лицо от пыли, и направился к пролому в стене. Феникс последовал за ним, держась рядом, чтобы защитить товарища в случае опасности.

– Тенгард! Они атакуют! – крикнул Оливер, бросившись к выходу. – Нужно бежать!

Но Эдвард и Феникс даже не думали отступать. Их лица были решительными, а в глазах загорелся огонь битвы.

– Бежать? Да мы лучше покажем этим имперцам, кто такие Стражи из Аглареса – сказал Эдвард, вытаскивая свой меч из ножен. Лезвие сверкнуло в свете утреннего солнца, отражая решимость своего владельца.

Феникс тоже достал свое оружие – длинный, тонкий клинок, который он называл «Змеиная сталь». Меч был легким и гибким, идеально подходящим для его стиля боя.

– Ну что ж, друзья мои, – произнес Феникс с легкой улыбкой, – кажется, нам предстоит веселенькое утро. Готовьтесь к танцу!

С этими словами они выбежали из мастерской, готовые встретить врага лицом к лицу. Впереди их ждали улицы Флиора, наполненные дымом и огнем, но они не собирались сдаваться без боя.

Ветер свистел над городом унося с собой пыль и смрад, смешиваясь с запахом горящих факелов и крови. Солнце, словно испуганный свидетель, пряталось за тёмными облаками, оставляя улицы в полумраке. Сквозь ряды имперцев, словно волны на бурном море, пробивались их стальные клинки. Эдвард, с лёгкостью увернувшись от удара меча, ловко парировал следующий выпад, заставляя врага терять равновесие. Его движения были плавными и точными, как у танцора. Он был словно водяной поток, который обтекает камни на своём пути. Каждый раз, когда меч врага встречался с его собственным, раздавался звон стали — мелодия битвы, где каждый аккорд мог стать последним. Феникс же был вихрем ярости. Его меч свистел в воздухе, оставляя за собой следы света. Он не просто атаковал — он пробивался сквозь вражеские ряды, как молния, разрывающая небо. Каждый его удар был направлен на то, чтобы сломить дух врага, его глаза горели огнём решимости. Имперцы пытались окружить их, но Эдвард и Феникс действовали как единое целое. Эдвард отвлекал внимание врагов, заставляя их сосредоточиться на себе, в то время как Феникс использовал эту возможность для резких выпадов. Каждый раз, когда один из врагов пытался атаковать Эдварда, он тут же получал ответный удар от Феникса — меч пронзает доспехи и оставляет за собой лишь пустоту. Сражение продолжалось. Городские стражи пытались вмешаться, но их усилия были тщетны. Имперцы были слишком многочисленны и слишком агрессивны. Но Эдвард и Феникс не обращали на это внимания. Внезапно один из имперских командиров, заметив их взаимодействие, поднял свой меч и закричал: «Уничтожьте их! Они не могут быть так сильны!» Но его слова лишь подстегнули Эдварда и Феникса. Они обменялись взглядами — мгновение понимания между ними говорило о том, что сейчас самое время для решающего удара. Эдвард сделал шаг вперёд, его меч блеснул в свете факелов. Он использовал свою технику парирования с невероятной точностью — каждый раз отражая атаки врагов так, что они падали на землю без сил. В этот момент Феникс рванулся вперёд с такой силой, что казалось, будто он сам стал частью шторма. Он пробил строй имперцев, оставляя за собой лишь опустошение. С каждым мгновением их противники теряли уверенность. Эдвард и Феникс сражались не только за себя, но и за каждого жителя Флиора. Их удары становились всё более смертоносными, вскоре вокруг них образовалась настоящая арена из хаоса и разрушений. И вот, когда последний имперец пал на землю с пригвождённым мечом Феникса в груди, наступила тишина. Ветер вновь подул над площадью, унося с собой звуки битвы. Эдвард и Феникс стояли среди обломков сражения — усталые, но непокорённые.

Глава 13: Долгожданная встреча

Атака империи была полностью отбита. Ни один из атакующих не смог выжить и сбежать из Флиора. Как только Сноу и Феникс вернулись на площадь их встретили как героев.

- Спасибо вам! – радостно произнес, подошедший капитан стражи, - Вы оказали огромную услугу нашему городу, сир.

- Я не сир, - сухо ответил Эдвард, убирая ещё свежую кровь с меча, - Мой дом далеко отсюда и я даже не рыцарь.

- Но позвольте спросить, кто же вы такие? Ваш акцент мне кажется совершенно незнакомым.

- Мы прибыли из-за Холодного моря, с центрального материка. В мире где царит хаос и кошмар, скрывающийся под маской доброты, - не менее серьезно ответил Феникс, - Мы ищем нашего друга. Его зовут Аскольд. Последние, что нам известно, он остановился в таверне, был одет в черные латы и плащ. Не видели здесь такого?

- Дозор сообщил мне, что замечали такого человека, в точности по вашему описанию.

В глазах магистра загорелся огонек.

- Он ушел рано утром вместе с какой-то девушкой.

- Можете рассказать подробнее?

- Хмм… Вроде бы среднего роста, светлые короткие волосы, прическа довольно нетипичная для этих земель, в рубахе и жилете. У нее ещё было два ящика, вроде с инструментами какими-то.

Внезапно в разговор с капитаном вмешался Оливер.

- Я знаю кто это! Это моя сестра – Анабель.

Стражник на мгновение поморщился и отвернулся.

- А я то все время гадал, как она выглядит. Анабель Стаффорд, чудной и непонятный человек, вечно занимающаяся изучением всяких механизмов. Одним словом – еретичка нашей Святой церкви.

- Эй! Не смей так о ней говорить! – руки юного историка сжались в кулаки, - Она прекрасный человек и ее знаний хватит на весь Флиор и запад Лодрании.

Оливер был готов отдать свою жизнь за честь сестры. Увы, в Эскане царили совершенно другие законы и правила. Женщины здесь были как расходный материал, которым можно воспользоваться и выбросить. Если женщина вверила себя науке – значит она еретик и презиралась церковью местной религии, а если магии – прямой путь на костер. Законы и традиции этих земель сильно смешили Сноу, который прожил долгую жизнь на центральном континенте, где не было каких либо рамок, ограничений. Здесь ему все казалось как в старой сказке, правда с более суровым миром и неприятным концом.

- Я думаю нам пора отправляться в дорогу, - историк повернулся и тихо шепнул двум Стражам, - Анабель скорее всего направилась в наше родовое гнездо – Персихолд. Оно находится неподалеку от Асторы и путь туда предстоит не близкий. Я отдал большую кучу денег, чтобы безопасно добраться до Флиора.

- А в чем собственно дело? – скрестил руки Феникс.

- Видите ли, до Флиора идёт лишь одна дорога, через впадину Хармана. Но это место дом «красных орлов». Говоря проще – бандитов. Не один раз уже королевские силы пытались прогнать их оттуда, но ни одна попытка не увенчалась успехом, а ехать туда без всякой защиты – настоящее самоубийство.

Красные орлы являлись настоящим бичом для всех караванов и торговцев северной части королевства. Эти невероятно ловкие и скрытные убийцы устраивали засады и нападали из тени, как только жертва потеряет бдительность. Местные истории гласят, что красные орлы не брезгуют каннибализмом и частенько поедали убитых бедолаг. Они оставляют ложные следы, а затем очень быстро уничтожают всех, кто пришел ко впадине.

Услышав такие известия, Сноу сильно задумался. Быть может, центральный континент не так уж и плох? Здесь столько ужасов, которых никогда не было в его краях.

- Что ж, Оливер, - наконец сказал он, - Насчёт безопасной переправы можешь не волноваться. Это мы тебе обеспечим. Главная твоя задача – довести нас до Аскольда…

Историк кивнул и направлялся к конюшне.

- Чувствую я, что случилось нечто ужасное в Грейфенштейне, - дрожащим голосом произнес Эдвард, - Они ведь не могли просто так взять и исчезнуть…

Солнце уже высоко поднялось на небосвод, освещая эти удивительные и неизведанные земли. Мир для путников центрального материка стал, будто, гораздо шире, как глоток свежего воздуха. Столько новых возможностей и целей. И ведь если бы была возможность, то Сноу мог жить в этих краях, не зная ни о потерянных, ни о бесконечных битвах. Возможно он столкнулся бы с другими проблемами, но они бы точно не коснулись близких ему людей.

Как только все приготовления были окончены, команда двинулась в путь. Время пролетело незаметно и они уже добрались до злосчастной впадины Хармана, но как только они вступили на покрасневшую от крови землю, ничего не случилось. Оливер начал судорожно оглядываться по сторонам, высматривая мародеров. Сноу прищурился, всматриваясь в конец узкого прохода, а Феникс все чаще оборачивался назад, прикрывая спину. Шаг, второй, третий, но никакой внезапной атаки так и не случилось. Это было похоже на затишье перед бурей. И вот показался выход из этого проклятого места. Команда быстрее устремилась к нему, а атаки по прежнему не было.

- Похоже твоя история – выдумка, - усмехнулся Эдвард, - Я даже не напрягался.

- Нет, нет. Здесь что-то не так… Они не могли просто так уйти, - тихо ответил Оливер, - Давайте заберемся наверх и посмотрим что там.

Сноу неохотно согласился и все же с трудом забрался на острые скалы. Перед ними были старые палатки, потухшие костры, разбросанные тухлые куски человеческого мяса и никаких следов красных орлов. Феникс указал на узкий проем в ущелье, что был в небольшой горе. Они аккуратно подошли к нему, готовые к внезапному нападению. Внутри было темно и Сноу решил бросить туда небольшой сгусток огня. Сотворив заклинание пламя осветило стены ущелья и вдали показались силуэты, однако они не двинулись с места. Магистр создал ещё одно маленькое пламя в своей левой руке, твердо шагнув во внутрь. Он постепенно приближался к таинственным фигурам, пока наконец не увидел ужасное зрелище: рядом с жертвенным алтарем, было несколько разбойников застывших в момент бегства. Их тела были насквозь пробиты черными шипами, а лица замерли в лике настоящего кошмара.

- Что же тут произошло? – спросил он, осматривая тела.

- Невероятно…

Оливер аккуратно протянул руку к одному из тел, но тут же получил удар по ладони от Феникса.

- Ничего не трогай.

Магистр осмотрелся по сторонам и увидел как рядом с ним проползла змея. Он подцепил ее лезвием меча и швырнул к одному из погибших разбойников. Она тут же зашипела, а из ее тела вылезли такие же острые черные шипы.

- Понятно. Стало быть передается через касание, - сурово и задумчиво произнес Эдвард, - Темное проклятие, запретная магия Астрэйна. Фолиант о Порче, двадцатая страница… Невероятно мощное и смертельное заклинание.

Об этой магии шла речь в давно утерянной книге из Вейнварда, которую изучал Сноу. Такие заклинания использовали только самые мудрые и могущественные темные чародеи. Они требовали огромного усилия, подготовки и ненависти. Но как подобная магия оказалась в этих землях?

Если, конечно, идёт речь о запретных магических заклятиях, то на это стоит обратить внимание. Даже не смотря на разруху и анархию центрального континента, существовали отдельные законы на использование какого-либо колдовства. Все лишь зависело от чародея, который его использовал. Любое заклинание вызывало всплеск энергии, который улавливали другие маги. После этого, сила всплеска оценивалась и на чародея «вешали знак», если он сотворил одно из запретных магических заклятий. По законам, созданным в Аторусе, любой, кто хоть раз использовал запрещенную магию, будет подвержен казни, как только будет найден, даже если магия использовалась в мирных целях. Были случаи, когда подобную магию прощали и не наказывали и ярким примером тому служит создание легиона железного ворона, когда женщинам Досциитона при помощи жёлтого Ока вплавляли железную маску прямо в лицо.

Постояв и поглядев на это зрелище несколько минут, Оливер все же осмелился спросить:

- Но кто это мог сделать? Неужели какой-то таинственный чернокнижник сотворил такое с ними? Да, красные орлы были настоящими головорезами и убийцами, но даже они не заслужили такой участи.

- В наших краях это будет считаться обычной расплатой. Но здесь видна рука настоящего зла. Это не похоже на дешёвую хрень, которую мог сделать даже аколит. Как мне известно, знаниями фолианта Порчи владели только самые приближенные к Хугину…

- «Хугину»? – перебил Стаффорд, - Кто это такой? Ты говорил, что у вас не было ничего интересного в жизни.

- Так и есть. Но если ответить на твой вопрос, то Хугин это самая настоящая мразь этого мира. Зло, которое сотворила сама Бездна. Он создал и принес в этот мир Тьму – черную разрушительную магию, способную уничтожить любого на своем пути. Он захватил власть в наших землях, воссоздав Новую империю. В течение двадцати лет он притворялся хорошим, готовил свои чёртовы планы, лишь для того, чтобы избавиться от нас. Орден Стражей должен был защищать этот мир от скверны и Тьмы, но он считал нас угрозой, считал что однажды мы его остановим…

Сноу убрал меч за спину и ударил кулаком по стене.

- Его злодеяниям нету конца! Он захватывает людей по ночам, тащит в свои крепости и проводит над ними опыты, а все ради его «благой цели»: избавить род человеческий от зависимости тербия. Враньё! Все это лишь непонятное прикрытие, непонятно для чего… Но все же, нам нельзя тут больше оставаться. Тот, кто сотворил это будет найден и уничтожен. Именно для этого, мы и должны как можно скорее найти Аскольда.

Магистр быстро покинул ущелье и направился к лошади. На его лице читалась настоящая ненависть и злоба. Тьма действительно принесла немало бед в его жизнь и он был готов истребить ее всю, чего бы это не стоило.

Но день постепенно клонился к вечеру, а дорогу начал заметать лёгкий снег. Холода в этих местах были довольно мягкими и даже не ощущались, однако Оливер настоял на том, чтобы они остановились в небольшом городке, где были знамёна дом Стаффордов. Он утверждал, что эти места поклялись верностью и честью защищать род, и когда протрубят в рог – тут же придут на помощь. Городок выглядел довольно милым и спокойным. Вокруг уже была тишина, но караул был начеку и готов к любым угрозам.

Как только они подошли поближе, стражники тут же встали на их пути, преградив дорогу.

- Кто вы? – сурово спросил один из них.

- Оливер Стаффорд. Сын Чарльза Стаффорда, временно исполняющий обязанности лорда Персихолда, законный наследник западных земель.

- Прошу прощения, лорд Стаффорд, но кто эти двое? – недовольно спросил второй, - Откровенно говоря, их вид не внушает доверия.

- Они со мной. Эти два путника помогли мне перебраться через впадину Хармана, без происшествий и я им благодарен. Будь я там один, мое любопытство могло меня убить.

Стража не стала задавать лишних вопросов и пропустила их.

- «Лорд Стаффорд» пф-ф, - фыркнул Эдвард, - Даже как то смешно. Давно я не слышал таких любезностей.

- Боюсь, вам придется привыкнуть к таким правилам. Может в ваших краях и царит дикость, но здесь так не выйдет. И будьте вы даже очень сильными и выносливыми, но против всего гарнизона королевских воинов, вам не выжить. В Лодрании лучше быть чутким и проницательным.

- Ну посмотрим. Я постараюсь привыкнуть к таким вещам и…

Внезапно его взгляд зацепил мужчина, который хлестал кнутом трёх других, возле небольшого склада.

- Это, это что рабы?! – шикнул Сноу, указывая на надзирателя.

- Ну да. Видимо их недавно купили. Выглядят довольно свежими.

Магистр тут же рассмеялся.

- Интересно, каких ещё скелетов в шкафу можно найти здесь. Я уже устал удивляться.

Несмотря на высокое технологические развитие Лодрании, здесь по прежнему активно эксплуатировали рабство. Оно сильно облегчало выполнение разных работ: от простой перевозки вещей, вплоть до добычи и тонкой работы. Считалось, что раб попавший на выполнение аккуратного задания – относился к «возвышенным». Ему делали персональную одежду, обучали делу, а за хорошо выполненную работу даже поощряли деньгами, вплоть до собственного выкупа. Гораздо хуже была судьба чернорабочих. Им приставляли самых жестоких надзирателей. Их удары кнутом рассекали кожу до мяса, заставляя бедняг корчится от невероятной боли. Сила была настолько велика, что многие не выдержали и сводили счёты с жизнью, что постоянно повышало спрос у работорговцев.

Оливер провел путников до ратушу и поговорил с хозяином города. Он добродушно выделил две гостевые комнаты и предложил с ним отужинать. И уже через час, когда все было готово путники собрались в столовой.

- Прошу Вас, лорд Стаффорд. Все готово, - сказал он приглашая его к столу.

- Благодарю за теплый прием.

Все расселись по местам и Оливер начал рассказ.

- Мы держим путь до моей крепости. Скажите, моя сестра не останавливалась здесь?

- Леди Анабель? О да, она была и сейчас находится здесь. Мы были очень рады принять ее и не менее обрадовались, встретив Вас.

- А она была одна?

- Нет, в компании ее светлости был ещё один человек. Она настояла, чтобы они остались вместе в одной комнате, мол молодому человеку не нужна отдельная комната.

- Это на нее не похоже…

Сноу чувствовал как его терпение скоро лопнет. Аскольд здесь, прямо под носом, но этикет и манеры не позволяли ему вырваться из-за стола и убежать. Но случилось чудо, как только Оливер нахмурился и произнес:

- Прошу прощения, сэр. Мне и моим товарищам надо ненадолго Вас покинуть. Я должен ее увидеть, а потом мы вернёмся к ужину.

Он неторопливо встал и слегка поклонился. Все трое быстро удалились и направились к комнате где остановилась Анабель. Историк аккуратно постучался и открыл дверь.

За небольшим деревянным столом сидела его сестра, а рядом с ней стоял высокий человек, облачённый в черные тонкие прочные латы, с коротким черным плащом и красной подкладкой.

- Эй, ты кто такой? – грозно спросил Оливер.

Человек обернулся.

- Феникс? Эдвард? Вы что тут делаете?

В эту секунду магистр не смог себя сдержать. Он быстро подошёл и крепко обнял юношу и не отпускал его так несколько минут.

- Аскольд… Наконец-то мы с тобой встретились, дружище.

Глава 14: Дочь императора

Над Хеуфардом рассеялись облака и на небе загорелись звёзды. Леофрик уже спешил в покои Гвианы, чтобы сообщить важную важную новость. Он с трудом толкнул дверь и вошёл внутрь.

- Миледи, у меня есть сообщение, - начал он, - Я получил ворона от Эдварда Сноу. Он сообщил, что вышел за «границы» нашего мира, чтобы найти Аскольда. Боюсь теперь мы никак не сможем с ним связаться.

Гвиана опустила глаза и тихо шепнула.

- Похоже наша надежда умирает. Без своего лидера, Стражи не смогут сдерживать атаки имперцев, а мой сын может погибнуть, пока доберется на помощь в Агларес. Кристол… Как же тебя не хватает…

Из темного угла комнаты послышался ещё один женский голос.

- Надо смотреть на мир по-новому. Рассчитывать на помощь Бессмертных теперь бесполезно и нам придется начинать действовать собственными силами. Если не ударим сейчас, то может быть уже слишком поздно…

Девушка поднялась со стула и вышла на свет. Ее лицо было довольно холодным и пугающим: яркие красные глаза, точные и острые линии скул, сильно впалые щеки и длинные, как волны, белые волосы, лишь добавляли ужас ее виду.

- …Пойми, Гвиана, я благодарна тебе за помощь, но если мы будем сидеть и ждать, я умру быстрее.

- С чего ты предлагаешь начать, Эвелин? Нам и выбраться отсюда будет проблемой, а ты говоришь о восстании против своего отца. Как ты себе это представляешь?

Как только Кристол закрыл Бездну, Хугин забрал маленькую девочку с собой. Отважный магистр, до самого конца надеялся на то, что темный властелин примет это милосердие, постарается направить ее в нужном направлении. Но увы, все эти мечты и надежды были напрасны. Как только Хугин заполучил обратно собственное дитя, он мгновенно вырвал великую душу из ее тела и вернул себе. Он превратил ее в такой же сосуд для проклятия, что и Джека. Теперь же, Эвелин Хугин обычный человек, не имеющий бессмертия, силы и сознания. Темная метка постепенно убивает ее, иссушает тело, превращая в очередного потерянного. В течение этих двадцати лет, она росла в Дирхельме не зная всей горькой правды, что случилась в тот роковой день. Но, когда Гвиана рассказала о том, чем же занимается император, она тут же бежала из столицы, стараясь спрятаться от этого монстра. За короткий срок она обучилась искусству фехтования и даже освоила несколько темных заклинаний, ведь ее кровь была идеальным проводником для этого. Однако пускать эти заклинания в ход, она не собиралась, так как знала законы Аторуса и более того, использование чар Тьмы только ускорит процесс ее проклятия.

- Пока есть время, под покровом ночи, мы должны отправится в Досциитон. Город оправился после падения Нимрайса, а верные охотники и легион железного ворона смогут нас поддержать.

- Исключено, - сухо ответил Леофрик, - Вам идти туда – все равно что ложится под топор. Город контролируется крепостью Кастертос, где сидят Роланд и Изабель. Они самые близкие шестерки императора и при вашем прибытии, тут же пустят своих собак. Лучшим решением будет, дожидаться здесь. Мне удалось вас кое-как укрыть и сберечь, но если я вас выпущу, то не прощу себе, если вы погибните. Я уже потерял своего отца, поверив «охотнику». Второй раз я этого не допущу…

И действительно, после того как новость о настоящей причине смерти Тристрида Ромберга распространилась по землям Астрэйна, Леофрик проклинал тот день, когда отпустил Вульфа, при первой встрече с ним. Он лишь желал добраться до него и отомстить. Своей матери он так и не видел, а отец – единственное, что было от его семьи. Тристрид Ромберг был, конечно, не самым светлым на ум человеком, но его чуткость и проницательность были его самыми лучшими чертами. Ведь никто бы и не догадался, что письмо полученное от леди Валлис было фальшивым. Леонард в точности пытался повторить ее почерк, но ему это не удалось и будь у Ромберга время, он бы смог вызвать стражу на помощь. Теперь же, Леофрик просто перестал верить любым охотникам из восточных земель континента, опасаясь любого действия. Все эти события, попросту сломали его, сделав из него осторожного правителя Хеуфарда.

После этих слов, Эвелин решительно ответила.

- Нет, бастрад. Ты не сможешь меня остановить. Я знаю твое прошлое, но не допущу, чтобы хаос полностью захватил наш мир. Я ждала долго, прожила всю жизнь во лжи и теперь меня ничто не остановит.

Она оттолкнула Леофрика в сторону и перед выходом добавила.

- Приведи мне пять своих лучших бойцов. Мы с Гвианой отправляемся сейчас.

После этого дверь с шумом захлопнулась, а лорд-бастард присел на корточки схватившись за голову.

- Я неудачник… Зараза, зачем меня вообще поставили на эту должность?!

- Эй, не надо винить себя в этом, - тихо улыбнулась Гвина, подошедшая к нему, - Да, твоя судьба оказалась не из лёгких, но без решительных действий успеха не добиться. Я могу понять ее в этой ситуации. Она лишилась всего и сейчас ею управляют эмоции. Она медленно умирает, а поэтому ждать более никак нельзя.

Леофрик протер глаза и поднял голову.

- Вы правда так считаете, леди Гвиана?

- Именно. Пускай уж мы лучше сделаем решительный и опасный шаг, нежели будем трусливо прятаться в стенах замков.

Эти слова придали бастарду сил. Он резко поднялся на ноги, при этом схватившись за свой меч.

- Вы правы! Пускай уж лучше и я погибну, сражаясь за честь Долины, за честь своего отца! Я больше не стану подчиняться правилам этого узурпатора. Я поеду с вами. Надо только подготовить нужные вещи и остальных бойцов. Спасибо, что дали мне новую надежду.

Он поспешно покинул комнату устремившись к казармам.

- Лорда-командующего мне сюда! Живо! – властно крикнул он, полусонной страже.

Те резко всполошились, забежав внутрь и уже через минуту перед лицом лорда Хеуфарда стоял командир в одной рубахе.

- Почему не в форме? – сурово спросил Леофрик.

- Извините, милорд. Я отдал все приказы и пошел отдыхать.

- Лорд-командующий не должен спать во время караула! – он тут же отвесил звонкую пощечину вояке, - Быстро приведите себя в порядок и подготовить четырех бойцов. Даю Вам десять минут.

Старый вояка кивнул и вернулся обратно в казармы, а Леофрик устремился к конюшням. Как ни странно, но конюх в это время не спал, а наоборот держа в руках копьё сторожил стойла. Увидев лорда он тут же вытянулся.

- Доброй ночи, милорд. Рад Вас видеть!

- Оставь любезности при себе. Мне нужны самые быстрые лошади, что у нас есть. Убедись, что они накормлены и напоены. Мне предстоит долгая дорога.

Поняв, что лишние вопросы только разозлят Леофрика, конюх тут же отложил копьё и убежал внутрь конюшни.

Такого переполоха в крепости Хеуфарда уже не было давно. Последний раз такие внезапные приготовления были в момент захвата города ополчением против империи. Тогда, Ламиронские рыцари с лёгкостью пробили южные ворота и начали уничтожать всех имперских гвардейцев, а защитники даже не успели среагировать. Сейчас же Хеуфард представляет собой спокойный город, хранящий в себе не мало тайн в стенах архива, где когда-то Кристол и Флинт отыскали записи Рейгара о создании Бессмертных. Теперь эти залы пустуют, а книги продолжают накапливать пыль и древность. Новый лорд лишь назначил мастера по истории, чтобы тот следил за книжными архивами и не впускал никого к этим ценным записям.

И вот, когда черная туча закрыла луну, Эвелин Хугин покинула город через восточные ворота. Скачки были с невероятной скоростью и Хеуфард быстро скрылся из виду. Теперь же им предстояла опасная дорога через равнины, которая находилась под постоянным надзором заставы крепости.

В таких заставах не было особо много стражи, но караулы там сменялись постоянно. При любых подозрительных действиях дозорный сообщал информацию гонцу, а тот уже на всех парах мчался в крепость и передавал информацию.

Так как Эвелин понимала, что действовать скрытно у них не получится, то она решила сделать рискованный шаг: атаковать и захватить заставу. Они остановились возле небольшого перелеска и слезли с лошадей. «Сколько обычно там солдат?» - спросила она у Леофрика. Бастард почесал затылок но все же ответил: «Около двадцати, не более». Оценив все возможные риски, Эвелин тяжело вздохнула и применила в ход первое заклинание из магии Тьмы: черный туман. Все вокруг помутнело и издалека было слышно, как стража засуетилась.

- Наш шанс! – шикнула она.

Отряд аккуратно приблизился к каменным стенам заставы, а после разделился на две части: Леофрик и трое воинов подошли к восточному входу, а остальные к западному. Как только весь гарнизон выбрался наружу, чтобы оценить ситуацию, юная Хугин дала знак на атаку. И тут же все солдаты вспыхнули ярким пламенем, которое сотворила Гвиана. Как только первый удар был нанесен, остальные силы резко вошли внутрь и начали вырезать весь дозор. Вокруг раздавались крики, звуки удара стали о плоть, но застигнутые врасплох имперцы даже не успели поднять тревогу и как только последнему противнику отрубили голову, наступила тишина.

- Вот мы и сделали первый шаг, - устало произнесла Эвелин.

- Извините, что я сомневался в Вас, миледи, - добавил бастард.

- Это излишне. И все же, я не леди, пускай и являюсь дочерью императора. Мне эти любезности ни к чему…

Леофрик лишь махнул рукой и радостно вскрикнул, а остальные бойцы Хеуфарда поддержали его. Лишь Гвиана с подозрением осматривала одного из убитых гвардейцев.

- Эвелин, посмотри.

Она указала на обезглавленное тело, обратив внимание на его доспехи. В привычный образ имперского гвардейца входила тяжёлая золотая броня, с черным плащом, но этот выглядел иначе: чёрное длинное, посеребрённое пальто с металлическими наручами и наплечниками. Эта «броня» была характерна для охотников, но уж никак для вооружения имперской силы.

- Тогда где же оружие этого стражника? Не похоже на то, чтобы он сражался мечом или топором.

В эту секунду лицо Эвелин резко изменилось. Она увидела рядом с бездыханным телом амулет в виде дракона.

- Вот дерьмо! – крикнула она, - Это «клетус»!

- Что это такое?

- Простое но хитрое заклинание. Оно связывается с душой и предметами носителя. Как только носитель погибает, амулет чувствует это и все связанные с ним предметы исчезают в небытие. Это заклинание улучшил мой отец. Ранее оно всего лишь укрепляло дух, а теперь… Видимо мы так и не узнаем что за «ужасную силу» он создал…

Изначально «Клетус» использовали варвары северных земель. Они считали, что такая духовная связь придает им духа на поле боя и они смогут поддаться своей ярости, для уничтожения всех своих врагов. Но шло время, заклинание перестали использовать и только Эдриан Хугин внёс в него собственные поправки, полностью изменив его действие. Впервые это заклинание он применил в Грейфенштейне, когда демонстрировал «Камланн» Бальтазару. Судя по всему, «ужасной силе» он дал такие же наставления и теперь каждый солдат обязан использовать это заклинание…

Луна быстро двигалась по небосводу, а это значит, что пора вновь отправляться в путь. Должно пройти немного времени, чтобы в Кастертосе узнали о падении этой заставы, а значит действительно надо было быстрее и решительнее. Забравшись в седла, команда вновь двинулась в дорогу, освещаемую тусклым светом. Мимо них мелькали леса, раскидистые поля и вот дорога обрывалась на пути в густую чащу. Она служила живой стеной для восточного города материка.

- Эвелин, я думаю нам надо остановиться, - сказала Гвиана, подъехав чуть ближе, - Идти через этот лес сейчас – безумие. Разбойники по прежнему контролируют эти места и даже ночью у нас нету шансов. Тем более, высок шанс, что мы попросту рассоединимся и потеряемся.

Хугин вздохнула, но все же согласились переждать ночь у входа в чащу. Верные воины Хеуфарда собрали хворост, развели небольшой костер и расселись возле него.

- Следите за тем, чтобы не было много дыма, - отметил бастард, - Высокий столб может привлечь внимание караула крепости.

- Как считаете, потерянных в этих краях нету?

- Говорят, что вся южная и центральная часть Астрэйна была полностью очищена от потерянных двумя Стражами, - подхватил один из защитников, - А имена их – Аскольд и Феникс. Эти двое безвозмездно истребляли нечисть, освобождая мирные деревни и городишки. Но это всего лишь слух. Может быть ещё кто то и остался. Я вот помню другую историю…

Рассказ вояки прервал пронзительный вопль, раздавшийся из глубокой чащи. Весь отряд сильно напрягся и приготовился защищаться.

- Ну что я и говорил. Значит не всех потерянных перебили.

- Нет, будьте осторожны. Это не потерянный, - с испугом шепнула Эвелин, - Я изучала бестиарий Стражей и этот крик совершенно не характерен для них.

В этот миг из леса выскочило чудовище, по размерам чуть превышающий человека. Воин мгновенно среагировал и отрубил ему голову, но каково было его удивление, когда обезглавленное туловище, да и сама голова продолжили ползти к стражнику.

- Это что еще за хрень?! – неистово вскрикнул он и отрубил существу ноги.

Чудище не остановилось, а только ускорило свое движение. Эвелин решила использовать Тьму, чтобы уничтожить эту тварь, но как только в ее руке образовался черный сгусток, существо развернулось на нее.

- Ага, значит он тянется ко Тьме! – заметила она, - Видимо его приманил черный туман, который я создала.

Отрубленная голова подползла к костру и как только она коснулась пламени, то мгновенно вспыхнула и рассыпалась в прах, а остальные части тела упали на землю и замерли.

- А огонь для них – смерть, - добавила Гвиана, осматривая останки. Но все таки, что это было?

За все годы истребления нежити ни один человек или Бессмертный не встречал подобных существ. Многие из них были уязвимы к огню, но ни одно не сгорало дотла. Тем более, это чудище состояло будто из черного дыма или пепла и имело заострённые длинные уши, а морда отдаленно напоминала человеческое лицо, но сильно изуродованное.

Немного подумав Эвелин заявила: «Я сделаю описание этой твари в свою книгу, а назовем их – пепельная нежить. Как появится возможность – передам эти записи Стражам. Может они внесут их в свой бестиарий». После этого она спокойно села на землю и начала писать.

Вскоре эта беспокойная ночь закончилась и лишь первая заря появилась на горизонте, отряд продолжил свой путь через лесную чащу. К счастью ни одного бандита по пути они не встретили и никто из них не отделился. Дорога к Досциитону была окончена за ночь, но лошади сильно выдохлись и уже не могли везти на себе кого либо, а значит до города придется добираться пешком.

Глава 15: Пыль, дороги и вопросы

Очень долгое время по землям Лодрании ходили слухи и вести о самой крупной и богатой ее части, про Эскану. Теорий о том, кто присоединил эти земли к королевств было много, но все в конечном итоге упиралось в одну единственную правду.

Эскана – это великое княжество, которое было создано в 640 году неким Рагнором Вальдесом. Он пришел вместе с Альбертом, а после отправился на изучение новых земель. Рагнор собрал многочисленную армию, устраивал походы и так год за годом присоединял новые земли к Лодрании. В конечном итоге Эскана стала самой крупной частью королевства, где проживают многие великие дома и обычные люди. Сейчас же сердцем княжества является Гримтолхолд, дом рода Вальдес, расположенный на северо-восточном берегу от моста земляного пика.

По крайней мере, это реальная история, которой владел Оливер Стаффорд. Возможно у княжества есть и другая история, но кто ее расскажет?

- Итак, нам пора потолковать, - Сноу начал расхаживать из стороны в сторону по гостевой комнате Анабель, - Мы долгое время шли по твоему следу, начиная с момента разделения возле Высокой стены. Так ответь мне на вопрос, что мучает меня уже давно.

Он остановился, бросив острый взгляд на Аскольда.

- Что случилось в Грейфенштейне? Почему по прибытию туда, там не оказалось никого?

- На этот вопрос, я и сам стараюсь найти ответ, - Страж скрестил руки на груди, подойдя к окну, - Как только портал закрылся, я понял, что оказался в нашей крепости, но огляделся и никого не нашел. Сначала я решил, что все отправились на какое-нибудь задание, но оставлять замок пустым – было бы странно. Я долгое время блуждал по пустым залам, пока не нашел одного из наших бойцов. Он лежал в полу темной комнате, весь в крови. Я слышал его тяжёлое дыхание, словно его схватила ужасная болезнь. Он лишь шепнул одно единственное слово, а после рассыпался в прах.

- Какое слово? Говори точно.

- «Адепты».

Ответ заставил магистра не на шутку разозлиться.

- Мало нам проблем, так ещё и эти свиньи продолжают нам мешать! Ситуация становится всё хуже…

В разговор решила вмешаться сестра Стаффорда. Ее голос немного дрожал, но все равно как-то успокаивал.

- Аскольд мне говорил, что прибыл из-за Холодного моря, но не говорил о том, что происходит на его родине. Я и представить не могла, насколько все плохо.

- Все хуже чем кажется, - подхватил Феникс, - Людей продолжают похищать, свобода умирает под звуки боевого рога, а черные знамёна истребляют все на пути. И, пожалуй, самое мерзкое, мирные люди настолько запуганы, что просто продолжают верить в какое-то чудо.

Магистр тяжело упал в деревянное кресло, закрыв лицо рукой. Было видно, как он боролся со своей злобой, ведь настоящему лидеру нужно принимать решения на спокойную голову.

- Быть может, нам обратиться к Вальдесам? – отметила Анабель, - Они смогут поддержать войну, отправив свои боевые гарнизоны.

- Ха! Не смеши меня, сестра, - отмахнулся Оливер, - Гаскойн даже пальцем не поведет за все деньги Персихолда и будем откровенны: кто они такие, чтобы поддерживать, как ты сказала «войну», на незнакомой территории? Какая им от этого выгода? Не забывай, как они поступили, когда наш отец сражался за короля Нолана.

- Точно, забыла…

История между двумя великим домами, Вальдесами и Стаффордами, была очень глубокой и запутанной. Изначально их предки сражались бок о бок, но после того Эймон-узурпатор начал войну против Вресана, все пошло наперекосяк. Вальдесы увидели в этой войне возможность взять под контроль новые земли, а Стаффорды – удержать имеющиеся. Тогда то эти решения вбили кол между ними. Как ни странно, но Вальдесы смогли избежать наказания после того, как голова Эймона коснулась земли. Возможно это случилось потому, что корона была должником перед Гримтолхолдом. На эту войну была затрачена почти вся казна, а денег на восстановление – не было. Стаффордов, наоборот, обвинили в измене против короля. Томаса Стаффорда – деда Оливера и Анабель пленили, а позже – казнили у всех на виду в Асторе. Положение удалось восстановить только под конец правления короля Фредрина, но это никак не исправило ситуацию. Как только началось покушение Лонмиллеров против короны, Вальдесы остались в стороне, тихо наблюдая за происходящим, в то время как Стаффорды вновь вмешались. Лонмиллеры были объявлены изменниками и врагами государства. Их прогнали за Тихий Разлом – восточное море, что разделяло Лодранию от Бесплодных земель. Подавить восстание удалось, но какой ценой? Джорах Стаффорд не раз обращался за помощью, но Гаскойн Вальдес даже не собирался как либо поддержать их, аргументируя свои действия, что сейчас плохое время и им нужно восстановить своих союзников. Отношения так и не были налажены и сейчас они больше похожи на деловых людей, нежели на старых и верных союзников.

Из за этих разногласий в столице прекратились сборы совета мейстеров, великих учёных из каждого влиятельного дома для изучения и развития мира. Верховный мейстер Каин уже несколько раз настаивал на том, чтобы советы проводились и без них, но остальные так и не согласились с этим решением. Как ни странно но мейстером дома Стаффордов стала именно Анабель. На это место ее выдвинул отец, под предлогом, что ее знаний хватит на всех. Подобное решение совет не оценил, утверждая, что она – мелкая девчонка, не имеющая должных знаний и опыта.

Увы, с каждым годом положение Стаффордов становится всё хуже. Ложные обвинения в измене, поспешные решения, постоянно ведущие к недопониманиям и разногласиям, а также огромные убытки – ведут к падению положения и статуса, одного из самых влиятельных домов Лодрании.

Сноу молча стоял возле окна комнаты, всматриваясь вдаль. Казалось, что его мир уже никак нельзя спасти.

- Ранее обычные люди уже пытались пойти против тирана, - начал он, - Но и они были разбиты. А ведь в армии были искусные воины, которые просто погибли за свою цель. К сожалению, убить Хугина обычным мечом – невозможно. Нам понадобится чудо, какая то магия, чтобы противостоять его силе. Но только эта магия умерла вместе с Кристолом. Обломком меча его уже никак не убить.

- Знаешь… Если говорить о магии, то у меня есть одно предложение.

Оливер потянулся к своим картам и записям.

- Пару лет назад, по счастливой случайности я смог познакомиться с одним человеком. Он рассказал мне про старый орден, что хранит немало тайн об этом мире, а если быть точным, то о магистре ордена. Однако он находится в столице и добраться до него, будет не так просто. Тем более, отец запретил нам приходить в Астору.

- Понятно. Однако нам в любом случае нужно торопиться. Чем дольше мы здесь провозимся, тем быстрее падёт центральный континент. Нужно выдвигаться как можно скорее.

Стоявший в углу Феникс слегка откашлялся, привлекая внимание.

- Извини, Эдвард, но я бы не отказался сейчас отдохнуть. Как я понимаю, нам добираться до Асторы не менее недели, а сил на это уйдет много. Нужно хорошо выспаться и со спокойной душой двигаться в путь. Я понимаю, что ты хочешь смерти императору, но совершить подобное в короткий срок – не получится и придется набраться терпения.

Аскольд и брат с сестрой также поддержали эту идею. Что-ж, сопротивляться не было никакого смысла. Сноу только слегка кивнул и ушел в гостевую комнату. Остальные ещё немного о чем-то поговорили и также разошлись по комнатам.

Как только темные крылья ночи закрыли небо, в замке наступила тишина. Вся новоиспечённая команда уже улеглась спать и только Феникс никак не мог успокоить себя. В последние дни, его мучал один и тот же сон: он блуждает по бесконечному лабиринту, тяжело вздыхает, а его кожа бледная и рваная. Сейчас же повторилось то же самое…

Феникс вновь открыл глаза и увидел перед собой лабиринт. Каждый шаг давался с трудом, но желание понять, что же это за место, заставляло двигаться вперёд. Внезапно вдалеке послышались знакомые крики. «Кто там?» - испуганно вскрикнул он и побежал к источнику звука. Войдя в очередной проход, он оказался в просторной комнате, в центре которой на коленях сидел Сноу, а его тело было пробито собственным мечом. Ужас и паника сковали тело Феникса, он впервые почувствовал что-то, испытал эмоции. Страх и любопытство боролись в его теле. Желание убраться отсюда подальше или узнать причину случившегося? Все же любопытство оказалось сильнее. Он собрался с духом и двинулся дальше. Дойдя до очередной развилки он заметил вдалеке черный туман, характерный для магии Тьмы. Но он был куда более могущественный и ужасающий, нежели обычное заклинание. Зловещая аура и энергия, исходящая оттуда, заставила Феникса замереть на месте и просто наблюдать за происходящим и через какое то время в тумане появилось движение: силуэт одинокого рыцаря, который медленно приближался к нему. Доспехи, словно, были частью его тела, нагрудник имел форму человеческих ребер, в руке был черный клинок, похожий на верное оружие Сноу, а на спине, в ножнах, находился огромный двуручный меч. Феникс долго вглядывался в приближающуюся угрозу, пока не увидел нечто ужасное… Он не успел даже вскрикнуть как уже сидел на кровати облитый холодным потом. «Это… Невозможно…» - бормотал он, пытаясь подобрать слова. Мысли и предположения менялись одни за другими, сердце бешено колотилось, а страх не покидал тело и разум. Но прошло мгновение и Феникс мгновенно успокоился. Его эмоции, чувства вновь исчезли, превратив его снова в пустышку. Но как это можно объяснить? Душа Феникса была давно утрачена после обмана, а ее местоположение неизвестно. Не значит ли это, что в своих снах он сливался со своей душой? Получается она где то заточена и находится в опасности.

Существует старая легенда, которая рассказывает о разделении тела и духовной жизни. Если существо отделит душу от физической оболочки, то он обретет «бессмертие». Пустой телесный сосуд будет неуязвим к любому удару, боли, но если отделенная душа будет уничтожена – тело распадётся на части, без возможности регенерации.

Такая судьба угрожала и Фениксу. Да, он является сыном всеотца Хальта, но законы в этом мире – едины для всех. Действовать нужно незамедлительно, иначе Астрэйн может ожидать печальная участь…

По наступлению утра путешественники собрались в круглом зале замка. Как ни странно, но в этот раз первым проснулся именно Феникс. Он уже стоял рядом с балконом, наблюдая за пробуждением города. Как только остальная команда вошла внутрь, он тут же обернулся к ним.

- Хорошо, что вы здесь, - начал он, - У меня есть для вас новости.

Он присел за стол, сложив перед собой руки.

- Есть вероятность, что во мне пробудилась способность заглядывать в будущее. Вернее, не у меня, а у моей души. Уже долгое время мне снится кошмар, во время которого я будто снова становлюсь живым, но этой ночью я увидел страшный секрет.

Феникс на мгновение замолчал, всматриваясь в любопытные глаза слушателей.

- Кристол – жив.

Тут же наступило молчание и полная тишина. В зале стало настолько тихо, что каждый из присутствующих слышал ток собственной крови в ушах.

- Как?! – резко вскрикнул Сноу, ударив по столу так, что вся посуда вокруг задрожала, - Что значит «жив»?! Его поглотила Тьма и тело никак не могло сохраниться.

- Я тоже посчитал это сначала настоящим бредом и бессмыслицей, если бы не одно но. Все было действительно как в реалии. Ну и если говорить точнее, то я видел то, что осталось от Кристола. Великие души, которые были в нём, слились воедино, создав новую оболочку, а разлом, который он закрыл – образовал новое измерение – Бездну. Эдвард, ты уже был со мной в подобном измерении и знаешь о чем я говорю, но Бездна – гораздо ужаснее чем кажется. Она начинает распространяться, пожирать другие измерения.

- Значит, Кристол стал Душой Бездны. Вечно голодным существом, готовым уничтожить мир, - с глубокой печалью добавил Аскольд.

И как бы близки не были Сноу и Кристол, печальнее всех был именно Аскольд. Не смотря на суровые тренировки и унижения, именно Кристол превратил беспомощного Флинта Ангрэна в сурового и крепкого воина и узнать о такой судьбе своего учителя – было настоящим ужасом.

И все же в разговор вмешался Оливер.

- Теперь я понимаю, почему вы мне не рассказали про вашу историю. Действительно: только беды и разрушения. Но все таки, я заметил несколько моментов, на которые хочется обратить внимание. Кто такой Кристол? Что ещё за измерения? Мне нужно знать правду, так как у меня есть определенные догадки на этот счёт.

Несколько часов троица с центрального континента по очереди рассказывала о том, что произошло двадцать лет назад. О том, кто такие Бессмертные, как образовался орден Стражей, какой подвиг совершил Кристол. После окончания рассказа, Сноу решил добавить о собственных открвтмяэ, во время поисков Аскольда.

- Понятно, - строго ответил Стаффорд, скрестив руки, - Все встало на свои места. Но буду честен, меня больше всего заинтересовала история с «ледяным колдуном» по имени Анри. Как ты там сказал? «Силварийский язык»? Можно ли взглянуть на этот дневник?

Магистр молча протянул книжку историку.

- Удивительно, но почему то это кажется ужасно знакомым, - отметил он перелистывая страницы, - Есть ощущение, будто я это уже где то видел.

- Стой, стой! – резко вмешалась Анабель, - Посмотри на подпись в конце. Она на нашем написана.

Действительно, в самом конце книге мелким шрифтом было написано: Фолдуин, конец пятой эпохи.

- Что ещё за «пятая эпоха»? – удивился Аскольд, - Да и имя очень странное. Никогда такого не слышал.

- А это очередная загадка, которую необходимо разгадать, - добавил Феникс, - Если уж мы пришли к мысли, что мой отец – обманщик, то возможно весь наш мир был создан не им. Ни я, ни мой погибший брат Люциус, а уж тем более Иолант не знаем, что было до того как отец пришел в этот мир, и спросить об этом, увы, не у кого. Возможно тайну хранит тот магистр ордена, о котором говорил Оливер. Ну и будем честны: кто мы такие? Если уже речь идёт про орден, значит есть участники и тайну знают только они. Не думаю, что ее нам просто так расскажут.

Он встал со стула посмотрев в глаза всей команде.

- Нам пора. Не вижу смысла задерживаться. Подготовьтесь к выходу. Едем в Астору.

- Боюсь тебя огорчить, но для начала надо посетить Персихолд. Без королевской грамоты в столицу не попасть.

Сноу цыкнул и недовольно закатил глаза. Вся эта система бумаг, приказов ему никогда не нравилось. Выходило больше возни, нежели реального дела. Но делать нечего.

Собрав все нужные вещи, команда покинула город и направилась к замку дома Стаффордов. Лорд знамен настоял на выделении стражи для безопасной поездки, не смотря на то, что юного лорда защищают трое профессиональных мечников.

И так в умеренном темпе отряд начал свой путь, проезжая через бескрайние просторы Лодрании. Земли этого королевства были полны жизни. Множество полей и деревень, городов и крепостей. Журчащие воды в ручьях и реках, пробуждающихся после долгой зимы, внушали своеобразную надежду и радость. Солнце лениво двигалось по небу, освещая дорогу и растапливая оставшийся снег.

Дорога казалось благополучной, пока на горизонте не показался ещё один отряд. Они заметили знамёна Стаффордов и поехали навстречу.

- Не уж то сам первенец Джораха в этих землях объявился? – с язвительной улыбкой произнес один из всадников, - Что же тебя заставило выбраться? Закончились девки и решил поехать на запад за новыми ощущениями? Ха-ха!

Оливер продолжал сохранять молчание, дабы не развязывать конфликт.

- Прояви уважение, пёс! – вмешался один из стражников знамени, - Ты говоришь с наследником Персихолда!

- Ой-ой, прошу прощения, «ваша светлость». Никак не хотел Вас задеть.

Весь отряд мерзко рассмеялся, а главный всадник тут же изменился в лице.

- Да плевать я хотел на это ваше наследие. Эй, ребята! Куплю выпивку тому, кто сможет заставить сучку Стаффордов раздвинуть ноги. Давно мечтал на эту картину взглянуть!

Вот тут то Оливер не выдержал. Он подъехал к всаднику и со всего размаха врезал ему по лицу. Остальные тут же выхватили оружия, окружив своего товарища.

- Ты совершаешь ошибку, ублюдок, - злобно произнес тот, - Учти, что я не буду с тобой церемониться. Убью ведь.

- Заткнись, Редфорт! – крикнула Анабель, защищая брата, - Не думай, что тебе все позволено, если дал клятву Вальдесам!

- В Седьмое Пекло эту клятву! Я наемник, а не рыцарь, и буду делать то что хочу!

- В таком случае, я с удовольствием буду смотреть как твоя башка будет красиво висеть на колу в Асторе.

- Ха! Не смеши меня! А вы задумайтесь: вам не надоело подтирать задницу фон-Айцбренам, м? Может пора спихнуть их и посадить туда кого-то более достойного? Да хоть меня, почему бы и нет?

- Такое отребье как ты, не заслуживает, даже, быть оруженосцем в королевской страже! Рано или поздно, тебе отрежут яйца за подобные высказывания.

Наемник медленно подъехал к девушке и дерзко плюнул на землю.

- Молись, чтобы тебе ночью глотку не перерезали, шлюха.

После этих слов он развернулся к своим и властно вскрикнул:

- Даю вам фору в пять минут убраться отсюда подальше. В противном случае, мы прогоним вас силой!

Верный стражник знамени шепнул: «Нам пора, миледи. Тут оставаться опасно».

Оба отряда разъехались по своим сторонам, избежав настоящего конфликта. Драться против наемников – гиблое дело. У них нету ни чести, ни достоинства. К тому же, в бою они будут использовать любые средства для получения победы и высока вероятность, что в случае драки отряд Оливера, без учёта Стражей, мог и проиграть.

Отряд продолжал свое движение на юг и в один момент историк увидел, как его сестра грустно опустила голову. Он подъехал к ней поближе и спросил.

- Ты чего? Это из-за Редфорта?

Она молча кивнула, вытирая слезы.

- Не бери его слова близко к сердцу. Тайрон Редфорт – свинья, которую ещё поискать надо и все, что он говорит своим вонючим ртом – не надо слушать. Он ничего не любит, кроме денег и пытаться ему что-то доказать – бесполезно…

Пока Оливер успокаивал сестру, Сноу обернулся к Аскольду и спросил:

- Я сразу не обратил внимание, но заметил случайно. Почему у тебя глаза жёлтые?

Вольный Страж усмехнулся.

- Это действие эликсиров, - ответил он, - Ты много пропустил, пока занимался Агларесом. Я узнал рецепт этого средства, во время путешествия до Высокой стены. Он обостряет чувства и сильно уменьшает зависимость от тербия. Правда побочные эффекты тоже имеются, но лучше тебе о них не знать…

Эдвард усмехнулся слегка стукнув товарища по плечу.

- А я заметил, ты без накидки стал ходить. С чего вдруг? Натирать стала?

- Нет. Она сковывала мои движения. В мой последний бой на севере центрального континента, я сражался во всю силу против адептов. Они засунули свой нос, куда не следует, за что и поплатились.

- Лориан оказался настоящей сволочью. А ведь на него некоторые равнялись, а Кристол – доверял. Теперь же, он где то прячется, вместе с единственным Красным Оком.

Аскольд замолчал, но уже через некоторое время вновь спросил:

- А вот этот Редфорт. Он сказал «Седьмое Пекло». Интересно, что это значит?

- Не забывай, мы в совершенно другом мире. Тут не только порядки другие, но ещё и религия. И смотря на недавние события, я все больше и больше верю им.

- Что за религия?

- Люди Лодрании считают, что мир был создан Всевышним, вместе со своими двумя апостолами и сейчас они тихо наблюдают за миром с высока. Бог – не имеет тела, формы, он живёт в каждом. После смерти душа плохого человека попадет в Седьмое Пекло – место где мучаются грешники, а хорошие – попадают наверх к Всевышнему…

Аскольд вздернул бровь.

- …Да, да, знаю, может это и глупо звучит, - продолжил Сноу, - Но это действительно звучит более уверенно, нежели наша религия. В любом случае, говорить на подобные темы – пустая трата времени. У каждого своя вера. Кто то верит в чудо, а кто то верит в деньги…

Дорога продолжалась, а солнце опускалось. Воздух становился холоднее, а путь все продолжался. Отряд остановился в небольшой деревушке на постоялом дворе. Оливер расплатился за комнаты из своего кошелька. Возможно хозяин двора и знал лорда Джораха, но с его сыном решил обратиться как с обычным посетителем.

Как только все освоились на гостевом месте, историк предложил собраться на ужин. Стражники остались снаружи и использовали собственные припасы, чтобы переждать ночь. И вот блюда принесли и все расселись по местам.

- Лорд Стаффорд, разрешите спросить? – обратился слуга.

- Слушаю?

- Вы ведь держите путь в Астору, верно? Говорят король Астольф хотел устроить турнир, в честь своего назначения. Не желаете ли посетить его?

- Я не могу, пока мой отец находится в столице, но спасибо за новость.

Слуга поклонился и вышел.

- Турнир? А ты разве любитель подобных зрелищ? – спросила Анабель, отрезая кусочек от жареного мяса.

- Ну в такие моменты ощущается гордость. Каждый рыцарь сражается за честь своего дома.

- Ну не скажи. Вспомни, что было в том году. Когда медвежий рыцарь забил до смерти своего соперника. А ему было наплевать на честь и совесть. Он сражался, чтобы утолить свою жажду крови. А вы?

Она обратилась к магистру.

- Вы любите турниры?

- Я даже не знаю, что это такое, - строго отрезал Сноу, - Это представление какое-то?

Оливер и Анабель на секунду замерли. К такому ответу они были совершенно не готовы.

- Я предполагала, что жизнь у вас была не сладкой, но неужели все настолько плохо? Никаких развлечений и забав?

- Какие забавы могут быть у Бессмертных? Всю жизнь только и делаем, что боремся со злом, в разных его видах. Неважно насколько оно огромное. Зло – всегда было злом и его надо вырубать под корень. Да и тем более, зачем нам развлечения? Лучшее развлечение – выпить кружку пива после хорошего боя. А вся эта показуха нам не нужна. Могу лишь сказать, что только ради интереса, хочется взглянуть на подобное зрелище.

Сноу замолчал и принялся доедать свою порцию.

Время прошло незаметно и уже наступила ночь. Как только с ужином было покончено, все разбрелись по комнатам и приготовились ко сну. Впереди ещё долгая дорога и так много вопросов…

Глава 16: Участь черной крови

Добравшись в Досциитон, Эвелин сразу же отправилась в город. На ее счастье город не полностью восстановился и стражи возле городских ворот не было. Но не смотря на это, ей нельзя было попадаться кому-либо на глаза. Город находился под постоянным контролем крепости Кастертос и любая информация оттуда сможет с лёгкостью добраться до Дирхельма.

Целью Эвелин была попытка добраться до здания гильдии охотников. Дерзкий но очень опасный план, однако медлить нельзя. Она поманила за собой остальных, накинула на голову капюшон и прикрыла лицо, повязкой. Гвиана последовала ее примеру и также укуталась в накидку. Лорд-бастард шел впереди, осматривая каждый уголок на наличие имперцев, и стоило им зайти в первый переулок, как тут же им навстречу вышли три гвардейца.

- Бастрад Ромберга? – удивился один из них, - Здесь, на востоке? Какими судьбами?

- Язык свой прикуси, - грубо ответил Леофрик, - Неважно мое происхождение, важно, что я – лорд Хеуфарда и ты не имеешь права так со мной разговаривать. Мне не составит никакого труда отдать приказ и тебя вздернут на виселице.

Гвардейцы рассмеялись, а воины Хеуфарда переглянулись.

- Боюсь огорчить, но здесь в Досциитоне, ты не имеешь никакой власти, бастрад. Здесь все подчиняются Роланду Келлету и только он может отдать приказ о нашей казни. А, вот что ты здесь забыл – мне не понятно…

Он медленно приблизился к Леофрику.

- …Твое место – убирать навоз в конюшнях и прислуживать таким как я. Не важно, что в твоём подчинении один из старейших городов, для меня ты был и останешься никем.

- А что это за девки с ним идут? – вскрикнул другой, - Небось в кровать тащит, прелестей не хватает? Ха-ха!

Леофрик уже открыл рот, чтобы возразить, но его отодвинула Эвелин. Он вышла вперёд и убрала повязку с лица.

- Я узнаю эти лица, - спокойным голосом начала она, - Ещё недавно вы умирали в нищете в столице, а сейчас – стоите перед нами, вообразив себя лордами и баронами. Так скажите мне: кто вы такие, чтобы вести себя как примитивные животные? Вам дали силу, но вы воспользовались ей не по назначению. Унижать слабых, чтобы продолжать набивать свои кошельки, наведаться до отвала, убивать невинных…

Она резко прислонила руку к доспехам гвардейца и тот начал чувствовать, как его тело становится тяжелее.

- …Каково это, когда ты окажешься снова на дне? Что ты будешь делать?

Ее глаза засветились ярким алым светом, а кожа на лице гвардейца начала морщится и становится всё более сухой. От страха он даже не успел и вскрикнуть. Он попытался оттолкнуть таинственную чародейку от себя, но доспехи стали настолько тяжёлыми, что гвардеец даже не смог и руку поднять.

- Эвелин! Хватит! – вмешалась Гвиана, - С него достаточно!

Хугин отпустила гвардейца. Ее глаза потухли, а у обидчика все вернулось на свои места. Кожа приняла естественный вид, силы наполнили тело.

- Ведьма! – крикнул он, вытаскивая меч, - Она ведьма! Ее нужно убить!

- Хм, щенок, - усмехнулась Эвелин, - Чуть только в твоей жизни появилась угроза – ты начинаешь дрожать и бояться. А теперь выслушай мой вопрос: ты действительно мечтал о такой жизни?

- Заткнись, шлюха! Я выпотрошу тебя и отправлю на корм собакам!

Гвардеец замахнулся, но его меч тут же загорелся и стал невероятно горячим. Резкая боль заставила его уронить оружие и Леофрик незамедлительно использовал этот момент. Бастард выхватил кинжал и пробил насквозь голову противника. Кровь брызнула на его товарищей, а ужас сковал их тела.

- Вы – грязь, которая служит империи. Сегодня, я окончательно убедилась в том, что в гвардии находятся только трусливые ублюдки, которые сгниют в канаве за свои действия. Ваша участь – теперь решена.

Гвардейцы тут же упали на колени и стали молить о пощаде, но юная Хугин была неумолима. Она повернулась к своим воинам и слегка кивнула. Солдаты Хеуфарды вытащили оружие и полоснули лезвиями по шеям имперских собак. Все стихло, а переулок наполнился кровью.

- Это было довольно сильно, - тихо сказала Гвиана, - Но стоило ли прибегать к такому насилию? Ты уже второй раз использовала черную магию.

- Мне уже все равно. Я должна была это сделать, - отрезала Эвелин, вновь надевая капюшон, - Нам пора.

Гвиана почувствовала как мурашки пробежали по ее спине. Подобная жестокость, издевательство над противником – все эти черты принадлежат ее отцу. Возможно – это и есть ужасное проклятие, с которым нужно бороться. Проклятие, которое по-настоящему убивает…

И все же Досциитон стал выглядеть гораздо лучше. Люди вновь освоили здешние места, занялись земледелием, оживили город. Множество домов были отремонтированы и вновь заселены, некоторые снесли и построили новые, а цитадель, в которой когда-то обитал безумный Нимрайс – была полностью уничтожена, чтобы ничего не напоминало местным жителям о том ужасном времени. Теперь сердцем города стала ратуша гильдии охотников. Изящные колонны, медный купол украшенный фресками, а на входе стояли две большие статуи охотников. Именно благодаря этим воителям, город смог вернуть себе былой вид. В качестве местной власти стал выступить высший совет, на котором собирались только самые лучшие и мудрые охотники. На совете они обсуждали свои действия, распределяли обязанности, а затем, по приказу императора, были вынуждены сообщать о своих решениях гонцу из Кастертоса. Иногда были дни, когда в город прибывал и сам Роланд. Тогда, он лично контролировал любую деятельность совета и при малейшей неточности грозился сообщить все императору.

Из-за вмешательства крепости империи в городе было неспокойно. Повсюду ходили отряды гвардии, а вход в ратушу охранялся целым гарнизоном «ужасной силы» императора.

- Интересно, почему только ратуша настолько хорошо охраняется? – недоуменно шепнул Леофрик.

- Вероятно охраняют от таких как мы, - ответила Эвелин, - Охотников держат в клетке. Им не дают настоящего развития, а поднять восстание невозможно. Пока в Кастертосе находятся Роланд и Изабель – мы не сможем начать действовать. Сейчас надо подумать, как нам попасть внутрь, минуя стражу…

Ее мысли остановила Гвиана, указывая на вход в ратушу: под защитой десяти стрелков в черно-золотых доспехах на улицу вышел Роланд Келлет вместе с верховным охотником.

- И запомните, ваши сроки заканчиваются, - говорил он, повернувшись к старику, - Император ждёт новых людей в Кастертос и не потерпит задержки. Займитесь этим вопросом.

- Да, милорд. Все будет сделано вовремя.

Он щёлкнул пальцами и как только скрылся за одним из переулков, старого охотника схватили за руки гвардейцы, а стрелок перерезал ему горло.

Эвелин отвернулась и сморщилась. Прислужники ее отца оказались гораздо хуже и ужаснее, чем можно было предположить. Роланд Келлет раньше был одним из капитанов старой гвардии Люциуса, но он всю жизнь поддерживал идеи Хугина и всячески передавал ему информацию о состоянии в Дирхельме. Теперь – он лорд-командующий крепости вместе со своей сестрой, но не смотря на высокое положение, Роланд ни сколько не потерял мастерство владения мечом. Его оружие было сделано одним искусным мастером из эсторийской стали – очень ценного и дорогого материала, с южного острова за Дирхельмом. Горят, что этот металл там образовался из остатков доспехов воинов, что погибли в бою, и яркого пламени драконов. Эсторийская сталь имела необычную лёгкость и прочность, а также обладала белым металлическим блеском, что придавало ей уникальную красоту.

Роланд продолжал быстро удаляться со своим эскортом, но если его упустить сейчас, то когда выпадет возможность поймать его снова? Команда Эвелин приняла решение следовать за ним. Солдаты Хеуфарда вместе с Леофриком двинулись в левую часть города, а Гвиана и Эвелин отправились прямиком за Келлетом. Перед началом преследования, один из стражников передал юной Хугин свой меч, на случай непредвиденной атаки. Эскорт двигался довольно быстро, словно подозревал, что за ними кто-то следит. Эвелин решила не испытывать судьбу и с помощью Гвианы забралась на крышу одного из домов. С высоты можно было спокойно проследить за лордом крепости.

Так они продолжали преследование, пока эскорт не добрался до одной виллы. Возможно, она принадлежала ему или его родственникам. Внешне вилла напоминала небольшой домик, с плоской черепичной крышей и небольшим двориком. Элитная стража встала на входе подготовив оружия, а сам Роланд вошёл внутрь. Эвелин спустилась на крышу пониже и стала вглядываться в окна. Лорд-командующий поднялся на второй этаж и стал перебирать бумаги и книги. Вот он, шанс для внезапной атаки. Эвелин заметила вдалеке Леофрика и дала ему сигнал на начало разборки, а сама с лёгкостью перышка перепрыгнула через забор, зацепившись за небольшой уступ.

Леофрик положил руку на навершие своего меча и с важным видом подошёл к охране Келлета.

- А что, неплохой здесь район, да? – начал он, спокойным голосом, - Так тихо и умиротворенно.

- Что тебе нужно, бастрад? – грубо ответил один из них, - Нам известно, что ты прибыл сюда из Хеуфарда для какой-то цели.

Вот тут то Леофрик почувствовал как по его телу пробежал холодок. Про побег из города, а уж тем более захват заставы никто не должен был знать.

- Я уже не стану придираться к тому, как вы меня назвали, но позвольте заметить: откуда у вас информация, что я должен был сюда приехать?

- Ночью мы получили ворона из вашего города. Начальник караула сообщил, что вы собираетесь посетить Досциитон, с определенным заданием.

«Вот дурак! Зачем ты выдал нас?!» - злобно подумал лорд, не теряя спокойствия.

- Может и так, но сейчас я на прогулке, - продолжил он, - Чья это вилла?

- А тебе какое дело? Уходи отсюда, пока я не разозлился.

- Ты бы так со мной не разговаривал, щенок.

Все таки один из стрелков потерял над собой контроль.

- Что ты сказал? А ну повтори! – он снял с плеча мушкет, нацеливая его на обидчика.

- Что слышал, придурок. Общайтесь со мной, как положено, иначе вам придется очень туго.

На это стражник ответил ударом приклада в живот лорда и как только первый шаг был сделан, из за углов вышла свита воинов Хеуфарда.

- Хана тебе, сынок, - прокряхтел Леофрик, слегка съежившись, - Взять их!

Началась драка. Стрелки не могли использовать свое оружие и им ничего не оставалось как стараться отбиться от нападающих при помощи кинжалов. Как и было задумано, шум привлек внимание Роланда, который тут же отложил свои дела и устремился к окну, но тут его встретила Эвелин, внезапно запрыгнувшая в комнату.

- Удивлен наверное? – хитро усмехнулась она, - Великий и неприступный Роланд Келлет попался в такую простую ловушку. Зря ты сразу не пошел обратно в Крепость.

- Эвелин Хугин, как я сразу не догадался! – со злобной улыбкой ответил он, - Ну подходи, раз уж пришла!

Он тут же вытащил свой меч с невероятной скоростью. И действительно, оружие было изящным: навершие было сделано из чистого серебра, гарда была узкой и лёгкой, а на самом клинке – выгравированы буквы. Эвелин не заставила себя долго ждать и приготовилась к атаке.

Битва началась молниеносно. Роланд сделал первый шаг вперёд, его меч описал изящную дугу в воздухе, направляясь прямо к сердцу Эвелин. Но та успела уклониться, совершив ловкое движение в сторону, и ответила своим мощным ударом сверху вниз. Клинки столкнулись с оглушающим грохотом. Роланд отступил назад, сделав несколько шагов, чтобы обрести устойчивое положение. Он внимательно наблюдал за каждым движением Эвелин, пытаясь предугадать её следующий ход. Он начал кружить вокруг неё, совершая сложные манёвры, которые заставляли её постоянно менять направление атак. Его меч двигался так быстро, что казался почти невидимым для человеческого глаза. Эвелин понимала, что ей нужно действовать как можно быстрее. Она сделала резкий рывок вперёд, намереваясь нанести сокрушительный удар. Однако Роланд оказался быстрее. Его клинок встретил её меч посередине, и сила удара оказалась настолько мощной, что лезвие Эвелин начало трескаться под напором стали. Ещё одно столкновение – и меч девушки со звоном рассыпался на куски, оставив её безоружной перед лицом грозного противника. Но Эвелин не собиралась сдаваться. Из её рук вырвалась яркая вспышка энергии, которая устремилась прямо к Роланду. Тот попытался уклониться, но магия оказалась слишком быстрой. Сильный толчок сбил его с ног, и он упал на пол, потеряв равновесие. Увидев свою возможность, Эвелин бросилась вперёд. Она подняла обломок своего меча и нанесла мощный удар по голове Роланда. Звук удара эхом прокатился по комнате, и Роланд рухнул на землю, потеряв сознание. Битва закончилась так же внезапно, как и началась, оставляя после себя лишь тишину.

Эвелин тяжело дышала, стоя над поверженным противником. Её лицо было покрыто потом, а волосы растрепаны.

- Давно такой встряски у меня не было, - говорила он задыхаясь, - А ведь ещё бы чуть-чуть и он бы меня убил. Будем считать это моей первой победой.

Она сорвала с его пояса ножны и прицепила их на свою накидку, а после подняла с пола его меч и устремилась вниз на помощь к Леофрику.

Битва стрелков и бойцов Хеуфарда все ещё продолжалась. Одни размахивали мечами, а другие пытались парировать атаки. Так могло продолжаться вечно, пока сквозь тело одного из стрелков не прошло лезвие меча Роланда. Он вскрикнул и мгновенно рассыпался в прах, что на мгновение ввело в ступор всех сражающихся. Покончив с одним, девушка принялась за второго стрелка. Клинок разрезал доспехи, словно нож масло. Второй, третий, четвертый стрелок все тут же рассыпались от внезапной атаки и только пятого стрелка Эвелин не убила, а также как и Роланда ударила по голове, отправив его в короткий сон. «Быстрее! Помогите мне затащить его в дом!» – крикнула она сдвигая брови.

Прошло пару часов после момента этой передряги. Роланд и выживший стрелок пришли в себя связанными на одном стуле.

- А теперь, выкладывай все по порядку, - начала Эвелин, опираясь на меч.

- Ты серьезно считаешь, что я буду раскаиваться перед тобой? – сухо отрезал лорд-командующий, - Ты – всего лишь жалкое существо, что живёт в этом мире не собственной воле. Зря император не убил тебя пока была такая возможность…

Мгновенная пощёчина прервала «грациозную» речь.

- Говори, - более строго повторила Эвелин.

- Что мне тебе говорить? То что и так известно? Учти, что моя сестра все ещё в крепости и как только она поймет, что со мной что-нибудь случилось, то тут же поднимет тревогу. Ты считаешь, что можешь пойти против такой силы, но все твои усилия будут напрасны. Тебе ни за что не победить в этой войне. Император добьется своего и найдет способ излечения зависимости, а ты так и останешься ни с чем.

- Чем вооружены твои стрелки? Что это такое?

Леофрик держал в руках тяжёлый мушкет осматривая его со всех сторон.

- А вам то какое дело? Вы слишком тупы, чтобы понять все это. В ваших головах кроме примитивного восстания больше ничего нет, а забивать мозги подобной ерундой – бесполезно.

- «Примитивное восстание»? Люди увидят, как обычные смертные вышли против богов, как подвиг чести, чтобы убить тирана! Эпоха правления великой силы закончилась и настал момент людям взять судьбу в собственные руки.

Она отступила несколько шагов назад и вытянула меч к шее Роланда.

- Отец как то говорил, что власть держится на страхе. В чем то он был прав. Но так не стать настоящим лидером. В глазах остальных – ты лишь кровожадный мародёр, готовый слепо идти за своей целью. Я положу конец этому!

Эвелин замахнулась, но ее удар тут же остановила рука Гвианы.

- Довольно, Эви, - строго сказала она, - Нам нет нужды его убивать. С его помощью мы сможем узнать больше о крепостях.

- Мне плевать! Каждая шестерка императора должна кормить червей! Я не допущу того, чтобы он выжил!

Пленник усмехнулся, медленно поднимая глаза.

- Вот теперь, ты точно похожа на своего отца…

Он не успел договорить. Эвелин вырвалась из хватки подруги и казнила лорда крепости Кастертос.

Глава 17: Новая война

В тени мрачных крепостей империи, где стены были выстроены из серого камня, а воздух наполнялся зловонным запахом гнили и страха, развернулась драма, о которой никто не смел говорить вслух. Эти крепости, некогда служившие оплотом защиты, стали местом, где человеческие судьбы превращались в подопытные объекты для безжалостных экспериментов. Среди высоких стен и узких коридоров, освещённых лишь тусклым светом факелов, собирались учёные и алхимики, одержимые идеей найти решение проблемы, которая угрожала самой сути человеческой жизни. Их методы были суровы и бесчеловечны. Они считали, что для достижения великой цели можно пожертвовать несколькими жизнями, и в этом свете каждый заключённый становился лишь очередным инструментом в их руках.

В одной из камер крепости, где стены были покрыты плесенью, сидел один из таких узников. Он был одним из тех, кто попал сюда по ошибке — обвинённый в мелком преступлении, он оказался среди тех, кто страдал от зависимости. Его жизнь до этого момента была полна надежд и мечтаний, но теперь он стал жертвой. Узника подвергали пыткам как физическим, так и психологическим. Его заставляли принимать различные смеси, которые вызывали ужасные галлюцинации и невыносимую боль. Каждый день он наблюдал за тем, как другие заключённые теряли рассудок. В их глазах не было больше надежды — только пустота и страх. Крики боли и отчаяния сливались в единую симфонию страха, заполняя коридоры крепости. Узник понимал: они не искали решения проблемы, они просто хотели создать идеального подопытного, способного перенести все муки ради науки…

Как раз в один день, в юго-западную крепость Галикад прибыл император. Лорд-командующий крепостью – Гарретт Кейн – принял его с максимальным радушием.

- Чем можете порадовать, Гарретт? – спросил Хугин, осматривая одну из клеток.

- Ваше Величество, все идет точно по плану. Вчера гвардия привезла в крепость новую группу. Мы их распределили.

- Хорошо, хорошо. Мне нужны результаты первой группы, которые…

- Я прошу прощения, - перебил Кейн, - Но у меня есть ещё кое-что.

Он развернулся и взял со стола одну из книг.

- Когда мы распределяли людей по камерам, то решили провести осмотр. И нашли это.

Лорд-командующий протянул помятую и потрёпанную книжку Хугину. Он открыл ее и начал быстро осматривать каждую страницу. С каждым переворотом листа его знаменитая ухмылка исчезала, заменяясь гневом и ужасом.

- Где вы подцепили этих людей? – строго начал он.

- Портовая деревушка, что западнее от Дилариона. Ранее она была пустой, так как лежала в пределах границы долины огненных дождей.

- Где сейчас эти люди? Они мне нужны! Срочно!

Видимо то что Хугин увидел в книге сильно напугало его. Он был известен как бесстрашный и непреклонный рыцарь, но сейчас… В нем, словно, что-то сломалось, изменилось.

Император добежал до очередного тюремного блока, устремившись к камере узника, у которого изъяли этот дневник, однако после открытия тяжёлой дубовой двери внутри никого не оказалось.

- Я не удивлен… - злобно шикнул Хугин, оглядывая пустую камеру, - Я знал, что их оковы не удержат…

Он громко подозвал к себе смотрящего и отдал следующий приказ: освободить всех пленных и отправить по домам. Что же стало причиной такого резкого изменения? Ответ был заключен в найденной книжонке. Хугин был гораздо умнее и хитрее всех остальных рыцарей и однажды он узнал страшную правду этого мира, но долгое время считал, что это всего лишь пустые бредни. «Мне нужна правда» - повторял он раз за разом. Император вошел в покои крепости и вновь открыл какой-то портал. Пройдя через него, открылась довольно жуткая картина: огромный зал выполненный из кристаллов тербия, окутанный темнотой, а в центре находился трон где восседал Хальт.

Хугин медленными шагами приблизился ко всеотцу и холодно спросил: «Что ещё хотел скрыть от нас?». Гробовая тишина этого таинственного зала нагоняла ещё больше страха, а вид «создателя» мира был молчалив и жесток. Его лицо скрывала металлическая маска, полностью повторяющая очертания зловещего лика, на теле надета изящная и прочная броня, которая искрилась от любого источника света

Император аккуратно приложил руку ко лбу Хальта и закрыл глаза. Сквозь темноту и туман он почувствовал лёгкое покалывание на кончиках пальцев. Сознание Хальта сопротивлялось.

- Вот ты как значит, - шепотом сказал император, убирая руку, - Видимо ты спрятал что-то очень важное и хочешь, чтобы никто этого не узнал. Ну ничего… Это лишь вопрос времени.

В эту же секунду он снова открыл портал, отправившись в свою крепость. Раз уж «создатель» не может дать ответ – его нужно найти самому. Открыв дневник, Хугин начал быстро пробегать глазами по тексту, пытаясь уловить суть написанного. Язык был ему непонятен, но все же понимание постепенно приходило.

День сменился ночью, а император все ещё продолжал свои исследования. В дверь неожиданно постучали.

- Мой император, я прибыл к Вам с ужасной новостью.

- Другого ожидать не стоило… - шикнул Хугин в сторону, а затем медленно перевел свой взгляд на стражника, - Что случилось?

- Роланд Келлет был убит в Досциитоне. Кто является убийцей – остаётся для нас загадкой. В Кастертосе был удвоен гарнизон и повышена оборона.

- Прискорбный исход событий. Есть ещё, что доложить?

- Да, милорд. Скорее всего близится новая война. Все также, в окрестностях Кастертоса, были схвачены шпионы вражеского государства. Перед своей смертью они лишь сказали, что силы империи Тенгард уже готовятся к наступлению.

- Тенгардцы. Вот кого мне точно не хватало во всей этой каше. Решили закончить начатое видимо. Но я нисколько не страшусь этого отребья.

Он закрыл дневник и аккуратно надел на голову черный венец.

- Вы знаете, что делать, командир.

Тот его понял без каких либо намеков и как можно скорее удалился из покоев. Хугин надел на себя черный доспех, прицепил плащ и двинулся в сторону балкона. Он положил руки на перила и стал ждать, наблюдать за происходящим в Аль-Канзаре. Пепельно-серый ночной ветер мягко касался его лица, едва заметная улыбка играла на губах. Его глаза внимательно следили за происходящим внизу.

Огромные ворота были распахнуты настежь, пропуская поток вооруженных солдат. Отряды элитных воинов проходили мимо костров, озаряющих тьму дрожащим светом факелов. Копья и мушкеты блестели холодным блеском, отражая лунный свет, словно созвездия мерцающие звезды над головой. Лошади беспокойно фыркали, сбивая копытами камни мостовых, поднимая клубы пыли. Армия выглядела внушительно: ряды тяжелых пехотинцев шли вперед строем, образуя четкую линию щитов, чьи поверхности сверкали в отблесках пламени. За ними двигались стрелки, готовые выпустить силу своих оружий по первому приказу предводителя. Конница тоже спешилась — всадники стояли рядом с лошадьми, терпеливо ожидая сигнала к выступлению. Откуда-то издалека долетел голос труб, громкий и тревожный. Сигнал прозвучал раз и другой, пробуждая ощущение неизбежности предстоящего похода. Воины мгновенно замерли, прислушиваясь, потом начали медленно двигаться дальше, организованными отрядами, стремясь занять отведённые позиции перед воротами замка.

У самого края балкона император задумчиво смотрел вдаль. Тенгард находился далеко отсюда, но цель была ясна каждому солдату. Отряд, идущий навстречу судьбе, представлял собой мощь Новой империи… Хугин мысленно перебрал планы нападения, стратегии отступления и возможные ловушки противника. Даже несмотря на всю подготовку, исход боя оставался неопределённым. Но именно эта неизвестность придавала событию особый оттенок волнения и предвкушения победы.

Его мысли прервал резкий крик ворона, пролетающего высоко над башней. Хугин поднял взгляд вверх и увидел птицу, кружащуюся в ночном небе. Это было знакомое зрелище — чернокрылый спутник императора нередко сопровождал его походы и сражения. Теперь же ворон будто бы призывал отправиться вслед за армией, руководить ею лично. Воздух наполнился ароматом смолы и гари от близлежащих кузниц, звук ударов молотов раздавался эхом по всей территории крепости. Войска завершали приготовления, крепче сжимая мечи и щиты, напрягаясь в ожидании приказа.

Наконец Хугин принял решение. Он повернулся спиной к пейзажу внизу и вошёл обратно внутрь башни. Войско должно выступить ночью, скрытно и незаметно. Блестящие шеренги солдат двинулись вперёд, ведомые вождем и судьбой. Никто не знал наверняка, какая судьба ждёт армию впереди, но каждый воин верил в успех миссии, понимая важность её цели. И тогда тишину нарушило глухое бряцанье металла, приглушённое топанье ног и торжественный возглас командира, отдавшего приказ отправляться в путь. Начинался великий поход, исполненный славы и опасности, смелых поступков и испытаний духа.

Но пока войска уходили прочь, направляясь к Тенгарду, крепость оставалась позади, окружённая спокойствием и ожиданием возвращения победителей. А Хугин снова вышел на балкон, наслаждаясь свежестью ветра и наблюдая за последними стрелками, покидающими внутренний двор, сливающимися с темнотой леса, покрытого туманом.

- Пришла моя очередь творить историю, - произнес он наконец, - Раз уж мне придется закончить свои работы, то истребить новую угрозу – я обязан.

Он перевел взгляд на одну из колонн, вокруг которой обвивались стебли розы. Этот поразительный цветок усмирял его гнев, успокаивал. Император молча сорвал один из них и глубоко вздохнул нежный аромат.

- Лепестки опадут, обнажая шипы.. – цветок тут же завял в его руке, покрывшись странной черной дымкой, а затем рассыпался в пепел.

И в самом деле, Тьма была убийственной для всего живого. Казалось, что ее могуществу не было предела, а усмирить такую силу было близко к невозможному.

- Любопытно, однако, получается, - прошептал император, - Что Хальт собирался скрыть? Дело начинается разворачиваться куда интереснее, чем я полагал. Быть может, Сноу не просто так отправился за Высокую стену? Вдруг там окажется что-то или кто-то, что поможет мне?

Глава 18: Неизвестные обстоятельства

Короткий предрассветный миг, когда воздух наполнен прохладой и тишиной, казался настоящим волшебством для тех, кто решил покинуть маленькую уютную деревушку, отправившись в дальнее путешествие. Именно таким ранним утром и команда направилась дальше своим долгим путём к славному городу Персихолду. Небольшое поселение оставалось далеко позади, окутанное туманом, будто нежась в сладких объятиях сна. Впереди же открывалась необъятность дороги, которая вела в неизвестность. Небо едва начинало светлеть, краски утра робко пробивались сквозь густые ветви деревьев и травы, покрывавшие поля и луга.

Эдвард, как всегда, был в напряжении, глаза пристально оглядывали окрестности, готовые мгновенно заметить любое движение. Этот край хотя и считался безопасным, однако опыт научил его остерегаться любых мест. Даже самые незаметные мелочи могли стать сигналом угрозы, и Сноу готовился встретить опасность лицом к лицу. Аскольд, удобно устроившийся на широком белом жеребце, вёл оживлённую беседу с Фениксом. Ог ловко балансировал на лёгкой гнедке, небрежно перебирая пальцами свои волосы, отпуская остроумные комментарии относительно всего вокруг. Позади обоих ехал Оливер, согнувшийся почти пополам над стареньким дневником, поверхность. Изредка задумчиво поднимая голову, он терял нить беседы, вновь углублялся в чтение и записи. И наконец, замыкающей шеренгу была юная Анабель, чей облик воплощал собой спокойствие и уверенность. Она доверчиво спала верхом на своей маленькой кобылке, слегка пошатываясь в ритме шагов животного. Её голова откинулась набок, ресницы тихо дрожали, дыхание ровно выходило сквозь сомкнутые губы. Девушка чувствовала себя совершенно защищённой, находясь среди друзей и соратников, и позволяла себе немного отдохнуть в пути.

Тишина раннего утра ласково окружала компанию, придавая ощущению единства и единодушия. Солнце постепенно поднималось всё выше, бросая яркие лучи света на зелёные поля и пышные леса, которые мелькали по сторонам дороги. Здесь птицы приветствовали новый день звонкой песнью, аромат цветов наполнял воздух свежестью и ароматом, наполняя сердца приятной радостью и предвкушением новых впечатлений.

- Знаешь, друг, - сказал Аскольд с лёгкой грустью в голосе, - Хочется чтобы это все уже закончилось.

- Ты о чем? – все также холодно ответил Феникс.

- Все эти походы, битвы, сражения, интриги. К тому же, я просто обязан по возвращению домой отправиться на север к могиле Кристола, - его голос начал слабо подрагивать, - Он ведь многому меня научил.

- Жаль, что я не могу тебя понять. Я уже и забыл, что такое чувства. Настоящие. Но не будем забывать, во что твой учитель превратился.

- Я как-то до сих пор в это не могу поверить. Все это похоже просто на старую и плохую сказку.

- Тьма захватила его душу, сознание и это все просто смешалось в единую кашу. И больше всего я надеюсь на то, что эта сущность не сможет ворваться в наш мир, а иначе живого не останется совсем.

- Но как его остановить? Ты же можешь портал в это измерение?

Феникс только пожал плечами.

- К сожалению это так не сработает. Между измерениями нельзя перемещаться по собственному желанию. Нужно отыскать слабую точку пространства, совершить максимальную концентрацию на том, куда хочешь попасть. Добраться до Души Бездны – постепенно открывая порталы измерений моего отца, словно спускаться в глубокую темницу.

Лёгкая печаль тронула сердце Аскольда. Мир уже перестал быть прежним. Появилось все больше новых непонятных вещей, событий. Все это нужно осознать и принять.

За прошедшие двадцать лет, Аскольд действительно очень сильно изменился. Он получил много опыта, обрёл силу и знания. И пусть ему сейчас ему за тридцать, в душе он всегда останется добродушным мальчишкой, который вступил в ряды ордена Стражей. Его воля и дух становились крепче с каждым новым приключением и сражением. И пусть юный вольный страж уже долгое время не появлялся в Агларесе, новые бойцы знают его как одну из легенд, которая остановила тиранию первенца Хальта. Многие старались равняется на него, хотели добиться мастерства и успеха. Аскольд за время путешествия в идеальной точности овладел «рондом». В честном бою против него мало бы кто выстоял. Не смотря на все трудности, что появлялись на его пути, он все также старался относиться ко всему с юмором и быть таким же жизнерадостным.

И пока команда спокойно двигалась к Персихолду, утреннюю тишину прервал резкий возглас Оливера.

- Тпрр! – грубо крикнул Сноу, останавливая свою кобылу, - В чем дело!

Историк подъехал поближе к магистру, подзывая остальных.

- Я долго пытался понять о чём идёт речь в этих абзацах и все же мне удалось это расшифровать…

Он открыл дневник на последних страницах указывая пальцем.

- …Тут идёт речь уже о «недавних событиях». Хоть и происходящее тут было до моего рождения. Речь о Хьюго Завоевателе, а именно о его невероятной силе. Хьюго где то смог отыскать могучее и древнее оружие, которое скорее всего принадлежало погибшей цивилизации – меч Астридор. Автор этого дневника не рассказывает подробно об этом оружии, но я все же уверен, что это очень огромная сила. Итак подведем итоги: эта книга имеет прямую связь с Тенгардом. Автор точно был там.

- Значит нам нужно двигаться туда, - заявил Феникс, сжимая поводья.

- Не торопись, - вмешалась Анабель, - Вы знаете нашу историю. Подумай сам: как вы попадете на земли империи? Единственный сухопутный маршрут туда идёт через стену Эймона, которая и так сильно укреплена и охраняется.

- Я предлагаю обратиться к мейстеру короля, - наконец заявил Оливер, убирая дневник, - Он точно сможет нам помочь, как никто другой. С тех пор как Каин был снят с этой должности, мы сможем попасть на совет.

- А что с ним случилось? Помниться ты рассказывал, что он занимал хорошее положение.

- Разжился пеньковым галстуком, - сухо отрезал Оливер, продолжая движение к родовой крепости, - Путь не ждёт! Надо идти дальше!

Аскольд приложил руку к шее и невольно потер ее. Забавная наверно вышла картина: великий мейстер болтался на виселице с полным ртом мух.

Порой казалось, что правосудия в мире не существует или присутствует лишь в невероятно ничтожной форме. Каин был разжалован с должности великого мейстера, как только был замечен возле «публичного» заведения. Сразу побежали слухи и сплетни, над ним начали насмехаться. И вот новости и до короля дошли. С ним не стали церемониться: вынесли приговор и повесили, даже не дав как либо оправдаться.

После этого разговора Оливер ехал сильно задумчивым. Его словно не отпускали дурные мысли и тревога. Было заметно как его руки слегка подрагивали, и то ли это волнение, то ли тряска от дороги. Он изредка поднимал глаза, оглядываясь вокруг, чтобы не перепутать дорогу, наконец поднявшись на вершину небольшого холма, он сунул пальцы в рот и слегка свистнул, подмигивая остальных к себе.

- Вот он. Персихолд, - гордо заявил Оливер, вытягивая руку вперёд.

Перед глазами путешественников открылся прекрасный вид на крепость. Невысокие, но хорошо укреплённые белокаменные стены, за которыми располагался сам замок. Даже издалека был заметен его прекрасный вид, словно он был построен вчера.

Отряд добрался до главных ворот и дозорные, заметив Оливера с сестрой, поспешили открыть тяжелые деревянные двери.

- С возвращением, милорд! – громко заявил командир гарнизона, спускаясь с лестницы по стене, - У меня есть для Вас важное послание!

Он быстро подбежал к Стаффорду, почёсывая грязную, небритую шею.

- Прошу прощения, - заговорил он вновь, но уже более тихо, - Но стоит ли сообщать такие новости в присутствии третьих лиц?

- Пускай, - Оливер спрыгнул с коня, отдав поводья слуге, - Это мои друзья. Персихолд всегда будет для них открыт.

Стражи слегка кивнули в знак уважения и также спрыгнули с лошадей.

- Кхм… Дело касается вашего отца. Он отправился в столицу и пропал без вести. Лорды обеспокоены, его уже давно нигде не видели.

Новость резко изменило настроение Оливера. Однако он не стал паниковать.

- Я останусь здесь. Буду просматривать за крепостью и матерью, - серьезно заявил он, - Эдвард, Аскольд, Феникс…

Он повернулся к стражам в лицо.

- Я прошу вас о помощи. Знаю, что задерживать вас нельзя, но это чрезвычайная ситуация. Вы знаете нашу историю и я не хочу допустить, чтобы ситуация стала ещё хуже. Отправляйтесь вместе с Аннабель к столице. Разыщите лорда Джораха Стаффорда.

Эдвард Сноу поправил ремень от ножен своего меча и не долго думая ответил.

- Помогу чем смогу. Ты помог нам, а мы тебе, - он быстро посмотрел на своих товарищей, - По коням! Не будем же задерживаться!

Стражи вместе с сестрой юного лорда Стаффорда умчались из Персихолда, оставляя только пыльный след. «Что то недоброе случилось» думал Оливер «Отец бы никогда не исчез просто так. Значит это заговор».

Заговоры, интриги, борьба за власть – вот три ключевых аспекта, присущие Лодрании. Пусть и крупный переворот состоялся только при восстании Лонмиллеров, но каждый из тех кто носил королевский герб был чем-то недоволен. Страна была огромной, а распоряжались ею – идиоты, как считают некоторые. Дом фон-Айцбренов сильно подмочил себе репутацию, развязав войну с Тенгардом и спустя столетия этот грех до сих пор гложет королевскую семью. Неудивительно, что с домом Стаффордов тоже кто-то хочет разобраться, ведь они были близкими друзьями короля. Уничтожить Стаффордов – значит открыть дорогу к трону.

В этот раз отряд ехал гораздо быстрее, галопом.

- Если поспешим, то к вечеру сможем добраться до столицы! – крикнула Анабель.

- Тпррр!

Сноу внезапно остановил своего коня, а затем резко поднял руку, останавливая остальных.

- Что то не так? – девушка начала оглядываться по сторонам, - Почему мы остановились?

- Аскольд, - грозно обратился магистр, - Чуешь запах?

- А то…

Вольный страж спрыгнул на землю, вынимая «Дирвин» из ножен.

- Тербий ни с чем не спутать. А судя по тому где мы встали – это пустынники.

- О чем вы говорите? – в недоумении спросила Анабель, начиная слезать с лошади.

Феникс тут же подъехал поближе и остановил ее

- Не стоит этого делать. Это опасное место.

-Опасное? Тут прямая дорога до Асторы! Мы с братом ни один раз тут ездили!

Тут же стороны высокой травы послышались лёгкие постукивания, словно кто то трещит деревянными ложками.

- Вот ты где, паскуда!

Аскольд тут же сделал быстрый шаг в сторону звука, совершив круговой взмах снизу вверх. Тут же раздались нечеловеческие крики и из травы вылезло чудище. Оно напоминало собаку, но будто её переварили и выплюнули, так ещё и покрытая непонятными шипами песочного цвета. Монстр взвыл и бросился на Аскольда, но тол ловко отшагнул в сторону и одним ударом отсек голову этому существу. Тело мгновенно упало на землю, промачивая ее своей черной кровью. Как только опасность миновала, вольный страж убрал свой меч обратно в ножны и наклонился изучить труп.

- Хмм… Они тут недавно появились. Сноу, ты как считаешь?

Магистр присел рядом с ним вглядываясь в останки.

- Ага, я тоже так считаю. Любопытный факт однако. Что их могло приманить сюда? Для нас это обычное дело, а вот для местных – сущий кошмар. Пожрут весь скот, в затем и за деревенских примутся…

- Вы можете объяснить, что здесь происходит?!

Анабель не выдержала и недовольна сложила руки.

- Объясню, - Аскольд встал на ноги, одновременно снимая со своего пояса небольшой светящийся камушек, - Это существо – пустынник. Одна из разновидностей потерянных. Ну или точнее – мутация. Ранее потерянными были только люди, а сейчас уже звери. Каким образом эта тварь здесь оказалась - для меня загадка. Обычно пустынники ходят стаями, так что лучше покинуть это место пока его родня не прибежала. Мы, Бессмертные, обладаем очень чутким нюхом и способны учуять тербий в любом его виде. Кстати о тербии… Эдвард, запасы надо пополнить?

- Пока что все в достатке.

- Ну как знаешь.

Аскольд раздавил в руке это камень и что то шепнув бросил осколки на тело пустынника. Останки тут же вспыхнули ярким пламенем, оставив после себя только кости.

- Теперь дело закончено. На запах точно никто не прибежит, - он запрыгнул в седло и взглянул на Анабель, - Пока что никому не рекомендую проезжать по этой дороге. Уж слишком велик шанс наткнуться на более крупную группу пустынников, а они как вместе встают, так неплохую опасность представляют.

Девушка молча кивнула, так и не найдя в себе никаких слов на подобающий ответ.

Глава 19: Уроки танцев

Как только голова Роланда Келлета коснулась земли, Досциитон содрогнулся. Один из тиранов, державший в страхе весь город некогда великих и могучих охотников, наконец то был повержен. Именно это и сказала Эвелин Хугин вступив на центральную площадь перед ратушей.

- Эпоха страхов и ужасов подошла к концу! – кричала она, сжимая в руке трофейное оружие Роланда, - Это мое послание отцу! Я больше не буду прятаться и смотреть на то, как он истязает невинных людей!

Она ненадолго замолкла глядя в глаза понуренных охотников. Силы империи использовали их в своих целях, наплевав на все традиции и моральные устои. Но этот взгляд… Казалось в нем зародилась новая надежда, пусть и не такая яркая. Охотники один за другим поднимали свои головы смотря на Эвелин.

- Я освобожу вас от этого рабства! – продолжила она, - Следуйте за мной и мы навсегда покончим с бесконечными опытами моего отца! Я приведу вас в новую эпоху, даю слово!

Жители и охотники Досциитона стали переглядываются между собой, шептаться, а кто то и вовсе одобрительно покрикивать.

- Империя будет уничтожена, а все города, некогда принадлежавшие Великим рыцарям получат свою независимость!

Шепот перешел в разговор и наконец достиг своего пика. Жители стали одобрительно свистеть и кричать поднимая свои оружия к небу. «Сокрушим его!», «Долой тиранию!», «Да здравствует новая жизнь!» крики витали в воздухе повышая боевой дух всех, кто находился рядом. Но возгласы привлекли внимание и имперской стражи. Стрелки, гвардейцы, офицеры тут же рванулись к площади, посмотреть на суету. Увидев, кто является зачинщиком суматохи, один из стрелков не долго думая тут же прицелился и выстрелил. К счастью, в этот момент его толкнули и пуля угодила в ногу Эвелин, но не решимость нельзя было остановить. Она даже не ощутила боли, наоборот ей в какой-то мере стало приятно.

- Пора вернуть славу великому охотничьему пристанищу! – она высоко подняла руки вверх, словно отдавая свою решимость людям.

И это сработало! Набравшись смелости, охотники и обычные жители обнажили свои оружия и бросились в атаку на гвардейцев.

В эту ночь Досццитон изменился до неузнаваемости. Ночь превратилась в день, повсюду гремели выстрелы, пылал огонь и звенели колокола. Эвелин и ее отряд присоединились к сражению не давая ни единого шанса имперским узурпаторам. Улицы были залиты кровью, превратив город в настоящее озеро смерти. Имперцы явно не ожидали подобного сопротивления, их застали врасплох. Никто из них даже не успел покинуть город, чтобы сообщить о восстании в Кастертос. Это был идеальный шанс подчинить себе северную часть города. Пусть Роланд Келлет погиб, но в крепости все ещё находится его сестра, которая сможет донести новости о восстании прямо на ковер к императору.

Наконец ситуация возле ратуши постепенно стихла. Все силы здешнего гарнизона были уничтожены, а значит теперь ополченцы ждали следующего шага от своей королевы. Но все же рана от выстрела в ногу дала о себе знать. Покончив со своим последним противником, веки Эвелин потяжелели, силы покинули ее тело и она рухнула на мокрую от крови каменную кладку.

В этот момент перед ее глазами пролетела вся жизнь. Она уже и не могла вспомнить, как именно появилась на свет и как оказалась в Дирхельме. Все ее детство было сокрыто за туманом, который нельзя было развеять. И в этом тумане был виден лишь один образ: беловолосый рыцарь с яркими фиолетовыми глазами. Кто же это был, до сих пор Эвелин не может понять. Что то этот рыцарь сделал и в ее жизни началась новая глава…

- Эви! Ты в порядке?

Девушка с трудом повернула голову в сторону звука, пытаясь собрать свои мысли воедино.

- Слава Хальту, ты цела, - шептала Гвиана, раздвигая ее белоснежные волосы, - Я сильно испугалась, когда заметила тебя без сознания.

Эвелин не в силах была подняться с кровати. Она просто оглядывала место, в котором оказалась. На улице все ещё была темень, окна были закрыты шторами, а комната была тускло освещена несколькими свечами на столе. Возле входа стояли двое охотников из высшего совета, а рядом с ними, что-то читающий, лекарь. Как только один из них заметил, что девушка очнулась, он вытянулся и медленно подошёл к ней, глядя в глаза.

- Эвелин Хугин, - он начал официально, но не громко, - Как только началась резня возле ратуши, я сразу же выдвинулся на площадь. Люди говорят, что вы им дали надежду, пообещали освободить весь Астрэйн. Это так?

Она слабо кивнула головой, в знак одобрения

- Это… очень хорошо, - охотник присел на колено, аккуратно прикоснувшись в кисти Эвелин, - Пусть сейчас вы выглядите неважно, но я верю в ваше стремление и решимость. Именно вы дали моим людям надежду, которая позволила им сразиться против империи. С этого момента я, Мартис Купер второй, и все остальные члены высшего совета охотников присягаем вам в верности и признаем вас – первой королевой Астрэйна…

Он аккуратно поцеловал бледную, холодную руку Эвелин и поднялся на ноги. «Надеюсь, что вы скоро сможете поправиться» - добавил он, направляясь к двери.

Все произошло так быстро, что девушка даже не успела сообразить, что только что произошло, но ее глаза сияли. Она повернула голову к своей подруге и шепнула:

- Вот мы и сделали первый шаг к освобождению.

Гвиана лишь слегка улыбнулась и вытерла со своих глаз слезы. Этот взгляд и стремление напомнили ей о тех событиях, которые словно были вчера. Как будто совсем недавно один мужчина также смотрел ей в глаза, желая покончить с Тьмой. Она слишком сильно привязалась к Эвелин и всеми силами пыталась ее защитить, чтобы не потерять ещё одного близкого человека.

К сожалению, такие потери неизбежны. Люди погибают на войнах, и их запоминают как героев. Но есть те, которые заплатили слишком высокую цену, пожертвовав всем что у них было. И такие люди становятся настоящей легендой, которая сохраняется и передается на десятилетия и столетия вперёд. Гвиана дала себе обещание не допустить того, чтобы это стремление было уничтожено. Обещание сохранить жизнь Эвелин. В память о ее первой любви – Кристоле.

Гвиана убедилась в том, что Эвелин задремала, она тихо встала и подошла к распахнутому окну. Прохладный воздух наполнил не тело, словно глоток свежей воды. «Уже сегодня она изменит этот мир» прошептала девушка, прикрывая глаза.

Как только утренний туман рассеялся, очищая улицы кровавого города, королева проснулась от звуков с улицы. Привычная шумиха уже наполняла улицы, дома и прилавки. Произошедшее этой ночью словно стёрлось, будто всей этой резни и не было. Эвелин аккуратно поднялась, поставив ноги на пол. Прикоснувшись к каменным плитам, по ее телу пробежал лёгкий холодок, который заставил ее вздрогнуть и взбодриться. Это напомнило ей детство в Дирхельме. Тогда она тоже, будучи маленькой девочкой, просыпалась и вздрагивала от лёгкого холода. Пусть её воспоминания о далёком детстве были утрачены, она все же запомнила все ощущения, чувства и эмоции, пережитые в дальнем, темном Дирхельме. И можно сказать, что этот промежуток времени был не самым лучшим в ее жизни. Отец практически не уделял ей никакого внимания и нужной заботы. Эвелин всегда действовала сама, старалась улучшить свою жизнь, пусть и не всегда у нее это получалось. В пятнадцать лет она познакомилась с Гвианой и отец отправил ее на обучение в Хеуфард. Он утверждал, что там ещё сохранились учёные люди, которые смогут дать ей нужные знания. Юная Хугин отправилась в крепость вместе со своей подругой к великим архивам, но как и следовало ожидать, встретил их там только Леофрик и его свита. Никаких учителей в Хеуфарде не осталось. Это была лишь глупая отмазка от императора, чтобы избавиться от своей дочери. Все для того, чтобы та не путалась под ногами, не мешала его планам. «Ты ведь обещал мне хорошее будущее! Но я все вижу совершенно наоборот! Люди страдают и погибают! Из-за чего!?» писала она отцу. Ответы на письма так и не пришли, все было без толку. «Почему ты меня просто не убил… Когда мы только пришли в Дирхельм…» этот вопрос не раз появлялся у нее в голове, все последние годы.

Но умереть – это удел слабого. Нельзя просто так сдаваться. Смерть – это странная вещь. В этом суровом мире, ее можно считать освобождением от всех страданий, но тогда можно сразу считать, что человек слаб, не смог справиться со своими трудностями. Одно дело погибнуть в бою, сражаясь за цель. А наложить на себя руки – всего лишь жалкий плевок на свою жизнь и на тех кто был дорог. Эвелин наконец взяла себя в руки. Нет, смерть это не выход. Нужно взять себя в руки, сжечь все мосты, забыть свое прошлое и идти только вперел. Она подошла к окну, начав вспоминать, что произошло за эту ночь. К ней подходил охотник. Мартис Хупер кажется… Значит теперь у нее есть ещё больше сил.

Досццитон все ещё находится под контролем империи. Освободить его сейчас – нет никакой возможности. Нужно разработать стратегию. Эвелин подошла в к старенькому шкафу и выбрала себе новое одеяние. Ее накидка была вся испачкана кровью, а тратить время на прачку сейчас нельзя. Она учла свои ошибки и решила немного укрепить свою защиту, взяв несколько элементов доспехов в кузнице. Пока она рассуждала о своих дальнейших действиях, послышались лёгкие стоны из соседней комнаты. Проснулась Гвиана. Она немного потянулась и быстро вошла к Эвелин.

- Тебе уже лучше? – спросила она, вытирая глаза, - Я уже не в силах была присматривать за тобой и сама провалилась в сон.

Эвелин усмехнулась.

- Все в порядке. Я лишь пытаюсь решить наш следующий шаг. А тебе… Не помешало бы одеться.

В ту же секунду Гвиана вздрогнула и посмотрела вниз. Ей стало ужасно неловко и она, как маленький ребенок, убежала обратно в комнату.

- Не уж то воспоминания нахлынули? – крикнула ей Эвелин.

- Нет-нет, просто… Просто было очень жарко, - было слышно как она перебирала свои вещи, пытаясь хоть как-то закрыться.

- Ну что-ж, верю, верю, - с ухмылкой говорила Эвелин, рассматривая наряды, - И я даже не думала, что ты себя будешь вести, словно стыдливый подросток.

- Враньё! Это не так!

- Ну, а как же? Ты по одному моему слову убежала, как мышь, искать свою одежду. Подумай! Ты старше меня на несколько столетий!

- Да, и что с того? Неужели это даёт мне повод забыть о всех манерах?

- Нет конечно, но я считала, что ты будешь к этому спокойнее относиться. Ты и так мне в матери годишься!

Гвиана перестала перебирать вещи, двинулась снова к двери. Эвелин с такой же ухмылкой посмотрела в ее сторону.

- Ну что? Довольна? – Гвиана злобно улыбнулась, руки на пояс положила, - Стою тут теперь перед тобой, голая! Ты ведь это хотела увидеть?

- Ха! Как же ловко тебя можно поймать! Даже за малейшую деталь!

Девушки рассмеялись, но все же вернулись к своим переодеваниям. Эвелин долго смотрела на себя в зеркало, осматривая тело со всех сторон. Плохо. Кожу словно натянули на ее тощий скелет. Неудивительно, что в бою против даже самого обычного рядового бойца, она проиграет. Кожа была совсем бледной и порой складывалось впечатление, что она уже совсем не живая. Эвелин положила руки на шею и начала их медленно спускать вниз. Грудь, талия, бедра - пусть и тело было совершено истощенным, но свои прелести сохранились. Только накидки и платья хоть как-то спасали ситуацию, помогали казаться ей живой. Она не стала долго выбирать подходящий наряд. Черный с легкими узорами – хороший вариант. Девушка быстро накинула платье и вышла на улицу. Гвиана вскоре тоже спустилась к ней, все ещё с лёгким румянцем на лице от смущения.

- А теперь серьезно, - Эвелин, мгновенно в лице изменилась, - Мне нужно научиться сражаться.

- Ч-что? – Гвиана даже отшагнула назад от такого резкого желания, - С чего ты так решила? Тебе было мало вчерашнего?

- Одно дело крупное сражение, а другое дело – дуэль. Мне пришлось использовать магию, чтобы победить Келлета. Я слишком слабая.

Гвиана удивлённо свистнул а осматривая подругу с ног до головы.

- Ну здесь я тебе мало могу помочь. Я и сама плохо оружием владею, - она приложила руку к подбородку, нахмурилась, - В городе есть множество охотников. Они наверняка смогут помочь. Не думаю, что будешь ходить с чем-то тяжёлым….

Эвелин указала на свой пояс, где висело трофейное оружие.

- Ах! Ну и отлично! Тогда подожди меня здесь. Я обращусь к нашему новому знакомому. Уверен он сможет нам выделить человека.

Не уж то кому-то удастся обучить ее фехтованию? Это же замечательная новость! Она вспомнила как очень-очень давно наблюдала за тренировками имперской гвардии в казармах Дирхельма. Они грозно размахивали мечами и топорами, ловко и резко атаковали копьями. Ей тоже хотелось как-нибудь попробовать начать сражаться, но отец ей попросту не позволял покидать стены замка. Возможно он боялся ее, но уж точно не переживал. Эдриан Хугин оказался самым худшим отцом, который только мог быть. Вечные запреты, наказания, игнорирования, а порой даже и избиение… Все эти холодные воспоминания только пробудили ещё большую ярость в девушке.

- Эви! Иди сюда!

Голос Гвианы заставил ее вздрогнуть, отвлечь.

- Я поговорила с Мартисом Хупером, насчёт твоих желаний. И у него есть на примете один человек. Его зовут Виктор Грейсон-Харт. Обладает всеми необходимыми навыками, а уж какое у него мастерство ловкости… В общем оставлю его тебе.

Грейсон-Харт… Звучало ужасно знакомо, хоть и были сказано впервые. После произошедшего двадцать лет назад, в Долине, охотники потеряли свою репутацию уже совсем. Их перестали как-либо уважать, брать на серьезные задания. Их закрыли в городе, как старую книгу из библиотеки. Только сейчас пришли перемены. Теперь они не подчиняются узурпатору с черного трона Дирхельма. Их правитель – Эвелин. Ее речь внушила надежду в сердца многих. Даже тех, кто попросту смирился с ужасной судьбой.

После некоторого ожидания, навстречу к подругам вышел охотник. Он был высокий, худой, с угольными волосами, среди которых выступала белоснежная прядь. На теле было драная форма, словно он, как и Леонард, сорвал ее с трупа, рот был спрятан за маской, а на руках аж до плеч вытянулись белые бинты. Этот охотник сильно отличался от своих товарищей. При одном взгляде на него, можно было считать, что все его снаряжение было собрано по частям с полей сражений, но вот бинты… Что бы это могло значить? Сложно было поверить в то, что его поразила болезнь. Может быть тяжёлое ранение? Без толку гадать, пока не спросишь.

- Ваше величество, - он сделал низкий, элегантный поклон, - Для меня это великая честь, стать вашим временным наставником.

- Я не гоняюсь за любезностями, охотник, - Эвелин ответила довольно грубо, хотя и старалась сказать максимально вежливо, - Тебе не нужно сдерживаться и боятся мне навредить. Считай, что я новая ученица в ваших рядах.

Он выпрямился, бросив острый взгляд на девушку. «Это тебе очно повезло, что ты никогда не станешь ученицей в рядах Досциитона» думал он, примешивая к себе Эвелин.

- Ну я наверное оставлю вас наедине, - Гвиана подтянула ремень на поясе и осмотрелась по сторонам, - Пока у вас идёт первый «урок», я соберу информацию на счёт имперских сил за пределами города. Нужно знать, с чем имеем дело.

Она быстро вернулась в дом, а Виктор поманил за собой Эвелин поближе к ратуше.

Город уже вовсю шумел, а вокруг не было и следа ночной битвы. Охотники действительно умели ловко заметать за собой следы, любой битвы. Такая проницательность сильно поразила Эвелин. Не новоиспеченные подданные сделали все, чтобы имперские патрули с гарнизонов ничего не заподозрили. Единственной главной проблемой оставалось исчезновение Роланда и как найти причину, по которой он так долго задерживается в городе было до сих пор не ясно.

Охотник и королева вошли внутрь ратуши и быстренько спустилась в подпольные помещения. Здесь было довольно сыро и холодно, а тоннели были освещены лишь тусклым светом факелов.

- Мы начнем занятия здесь, - заговорил Виктор, не прекращая поправлять свои волосы, - Я знаю, что Вы в розыске и не допущу, чтобы кто то из гвардии нас обнаружил.

- Ты очень любезен, Виктор

Так она решила извинится за свой резкий ответ, но тот ни подал никакого внимания.

- Здесь мы начнем.

Он остановился на перекрестке, сбросив с себя пальто. Теперь его вид казался ещё более жутким. Бинты на руках тянулись, действительно, от кистей до плеч, а тело все также было покрыто бинтами. Но они уже отличались. Те что были на руках, словно недавно наложили. А на теле уже успели слегка пожелтеть, а где то и вовсе пропитаться запекшейся кровью.

- Что с тобой случилось? Почему ты так странно выглядишь?

- Не беспокойтесь обо мне, королева. Пусть мой внешний вид не отталкивает Вас. Я уже далеко не первый год сражаюсь в рядах охотников и просто по своему изменил свое снаряжение. Не будем же терять время. Приступим.

Одним ловким движением он вытащил свое оружие.

- Да, наш бой отличается от Стражей. Мы не используем особые формы, техники как они. Охотники должны подстраиваться под свою жертву, импровизировать и застать ее врасплох. Ваши движения будут словно напоминать лёгкий танец, но это танец смерти. Один победитель – один побежденный.

- Так начали!

Эвелин резко выхватила меч и рванулась к охотнику, но то стоял совершенно неподвижно. Решив воспользоваться случаем, она в последний момент изменила направление своего удара из торса в ноги. Как ни странно, охотник сделал лишь пару шагов, с лёгкостью увернувшись от удара, так ещё и слегка задел лезвием рукав не платья. Меч прошел через ткань как по маслу, разрезав не.

- Эй! Это совсем новое платье!

- Вы сами попросили не сдерживаться в битве. Я не буду Вас жалеть ни смотря ни на что. Как и любой противник.

Он снова взмахнул мечом, положив лезвие на плечо.

- В бою важная каждая деталь. И то что я сейчас увидел, надо сделать лучше. Потренируем выпад.

Охотник встал ровно, а меч перед собой поставил.

- Один шаг сюда, затем вот так…

Он словно не хотел ничего говорить, только показывать. Эвелин слышала, как тот очень неохотно выдавливал из себя каждое слово. Показывать это одно, а вот объяснить – вот где талант нужен.

- А теперь переход и резкий выпад! Пробуйте.

Девушка молча кивнула и начала повторять движения.

- Ровнее… Держите оружие крепче, чувствуете каждый свой шаг. Резче! Плохо! Еще раз!

Неудача за неудачей повторялись каждую минуту. И к моменту очередного провала, Виктор наконец решил действовать: он останавливал Эвелин в неправильном положении и сильно ударял ее плашмя лезвием клинка.

- Снова! Неправильно! Резче!

Теперь каждое его слово звучало как приговор. Эвелин послушно, хоть и с неохотой, начинала с начала, получая очередной удар по руке или спине. Ей уже было не так весело. Места ударов начинали гореть, боль была сильная. Она жутко хотела бросить оружие и скрутить охотника магией, отыграться на нем. И вот в очередной попытке, она начала движение, а тот молчал, просто смотрел. Его глаза стали хищными, он наблюдал за любым неловким движением. В этот раз Эвелин удалось сделать движение без ошибок.

- Отлично! – вскрикнул тот радостно, - Это Ваш первый успех! Не позволяйте эмоциям взять вверх над Вами…

Но Эвелин его уже не слушала. «Застать противника врасплох» - вот о чем она думала. Пока Грейсон-Харт трепался о ее успехе, можно совершить неожиданный удар. Выпад и… Резкая неудача. Виктор лишь отпрыгнул назад и в очередной раз огрел Эвелин по спине.

- Что я только что сказал? Эмоции – Ваш враг.

Девушка подняла голову, злобно смотря в его пустые глаза. Как ей хотелось подняться и плюнуть ему прямо в лицо за такие унижения. Хотя она в глубине души понимала, что действительно совершила ошибку. Нельзя поддаваться эмоциям в бою. Они начинают сбивать с толку, отравляют разум.

- Перейдем к следующему уроку. Он послужит для Вас основой любого боя.

Охотник помог подняться Эвелин на ноги, после чего заговорил. Тихо, почти шепотом.

- Ваше тело и оружие должны стать единым целым. Почувствуйте как энергия проходит сквозь тело, руки и клинок. Нельзя просто бездумно махать мечом, словно это обыкновенная палка. Постарайтесь почувствовать его силу. Создайте импульс в своем теле и высвободите энергию, совершив удар.

Он повернулся к небольшой бочке, стоявшей позади него. Немного помешкал, а затем нанес сокрушительный удар. Бочка будто разорвалась, тоннель наполнился пылью и непонятным запахом. В момент удара, казалось что меч стал продолжением руки Виктора. Он полностью слился со своим оружием в одно целое. После этого он поставил меч перед собой и спокойно продолжил.

- Вы должны начать чувствовать энергию своего оружия. Если он станет продолжением Вашей руки, противник не сможет ничего предпринять и никакая защита его не спасет.

- Единое целое… Поняла.

Эвелин взглянула на бледный металлический клинок. Многие кузнецы рассказывали байки о том, что каждое их творение обладает собственным разумом, душой, и в какой-то мере это была правда. Если кузнец создал нечто прекрасное, значит он действительно вложил все силы в свое творение, будь то меч, кинжал или обычная кухонная утварь. С каждым днём изделие накапливало свою историю, становилось более ценным для хозяина. Чем старше оно было, тем представляло большую ценность. Не зря ведь многие воины привязываются к своим оружиям, дают им настоящие имена. Аскольд как то говорил, что нет ничего ценнее, чем оружие созданное своими руками. Ты с ним ни за что не расстанешься и погибнешь только вместе с ним. Эвелин заполучила этот клинок после своей первой, маленькой победы над Келлетом. И раз уж последний мертв – его меч обрёл нового хозяина. Непросто будет укротить, подчинить его себе, но когда это произойдет, меч и Эвелин – станут неразрывно связаны.

Она сделала глубоки вдох и вытянула руку вперёд. Меч казался тяжёлым, сопротивлялся. Но сдаваться нельзя, нужно взять над ним контроль. Эвелин прикрыла глаза, передвинула ноги и сделала лёгкий взмах. Послышался грохот от удара металла о дерево. Ей было страшно открывать глаза, но шепот охотника тут же ворвался в ее мысли.

- Это потрясающе, - говорил он еле слышно.

Поборов сомнения, Эвелин открыла глаза. От бочки почти ничего не осталось.

- Вам удалось прочувствовать силу своего оружия, - продолжал он, - Я и сам не ожидал такого результата. Обычно на это уходит гораздо больше времени. Это может говорить только о Вашей безграничной силе и желании стремится вперёд…

Эвелин вспомнила как пару минут назад она хотела убить охотника, за его издевательства, но сейчас обстановка ощущалась совсем иначе. Виктор рассказал и показал ей больше, чем родной отец. Он смог подарить ей новые ощущения.

- А теперь пора приступить к настоящим танцам! – его голос прозвучал более бодро.

Охотник выставил перед собой оружие, приготовился к бою.

- Удар за ударом! Плавнее! Помните о связи с оружием в Ваших руках.

Они прозанимались до вечера в этих тоннелях. Когда солнце уже почти село, Эвелин поднялась наверх, почувствовав теплый вечерний воздух.

- Мы сможем продолжить наши уроки, когда захотите. Я нахожусь неподалеку отсюда.

- Спасибо, Виктор. Для меня это был действительно ценный опыт.

- Но не забывайте, что это был только первый урок. Вам ещё очень многому нужно научиться.

- Да. Понимаю.

Охотник поклонился и в спешке удалился вглубь города. «Сегодня я научилась танцевать» думала Эвелин с лёгкой улыбкой.

Глава 20: Проказа

Город шумел. Повсюду уже бродили толпы горожан, торговцев, ремесленников. В воздухе был слышен запах свежего хлеба и вина, а где то вдали раздавались звуки ударов мечей.

Астора. Край желаний, грез и света. Настоящий эдем для всех живущих. Столица величественной Лодрании встретила новый день гордо. Повсюду, даже в самых узеньких улочках, пышно цвели роскошные цветы. Их прекрасный аромат наполнял весь город, радовал его жителей. Для Стражей это все было в новинку. Они никогда не чувствовали подобных запахов, не встречали с приветствием и радостью новый день.с приветствием и радостью новый день. В их умах было лишь одно: война. А война – никогда не меняется. Пока мирные жители Лодрании думали как они проведут день, Стражи просыпались с мечами в руках, готовые вновь отправиться уничтожить противников. Грязь, болота, гниль и смрад – вот, что окружало их каждый день. В родной обители.

Пока Анабель вела за собой троицу с центрального Астрэйна, Аскольд все оглядывался по сторонам, изучал.

- А что, Сноу? Неплохое местечко тут? – с ухмылкой спросил он.

- Что есть то есть. Не поспоришь. А ведь раньше и у нас так было. Взять хотя бы Досциитон, во времена настоящего правления Нимрайса. Он выглядел точь в точь как столица этой земли.

На мгновение он запнулся. Аскольд заметил, как с его лица слезла улыбка и заменилась некой гримасой страха и злости. Но все же он решил не придавать этому внимание. Кто знает, что у «старика» на уме. Он пережил всех: с начала правления Хальта и до темных времён империи. В последнее время, правители меняются как перчатки: думал Сноу, перебирая поводья в руках. Было и так понятно, что его что-то беспокоило, не давало здраво мыслить, но к нему разве подберёшься? Эдвард стал скрытным, непонятным для всех. После той встречи с Адептами у Высокой стены, он будто сам не свой стал.

- Сноу, в чем дело? – наконец не вытерпел Аскольд, - Почему такая кислая рожа?

- Не твое дело

- Нет, ну ты объясни. Может я как-то смогу помочь?

- Нет…Уже никак не помочь…Ничего не исправить…

«Уже никак не помочь…». Слова настоящей безысходности и поражения. Тот, кто произнес их признается побежденным. И все же, только Феникс смог догадаться в чем же дело, но он помнил о своем обещании. Никаких вопросов и догадок.

Они въехали на небольшую площадь. В центре располагалась небольшая деревянная платформа, видимо для объявлений.

- Вам нужно добраться до короля, так ведь? – хрипло отозвалась Анабель, - Отец довольно часто приезжал к нему. Может получится что-то узнать.

- Значит мы пойдем и выясним.

Троица двинула в направлении к замку. Он скрывался за крышами домов, но все же шпили его башен вырывались к небу, выражая превосходство над городом. Фон-Айцбрены долгое время занимались улучшениями собственной обители. Каждый из них внёс вклад в изменения внешнего вида замка: кто то добавил башню, кто то подвал или стену. В любом случае, их замок с каждым новым преемником становится все больше и могущественным.

- А ну-ка стоять!

Их остановил мужчина. Судя по виду, это был часовой или дозорный.

- По распоряжению короля Астольфа, проход на территорию королевского двора строго ограничен. Кто вы такие? Не похоже, чтобы вы были из какого то отряда.

- Мы путники из далёких земель, - спокойно ответил Феникс, - Прибыли сюда с центрального континента, через город Флиор.

- Флиор? – у стражника даже челюсть отвисла, - Удивительно. Говорят туда Тенгард набег устроил, а какая-то группа смогла победить целый легион. Не вы ли это были?

Излишнее хвастовство было дурной манерой. Феникс и Сноу переглянулись между собой и кивнули.

- Что ж… Пусть мне ваши имена неизвестны, но вы совершили благородное дело.

Он поклонился.

- Но даже при таком раскладе я не смогу вас пропустить. В приказе четко сказано, что на королевский двор могут попасть лишь титулованные особы, а вы, как я понимаю, ни одним титулом не обладаете.

Сноу уж хотел открыть рот, чтобы возразить, но тут же отбросил эту мысль. Ведь действительно, на деле они никто. Они – Бессмертные, защитники рода людского, самопровозглашенные Стражи. Он лишь хило улыбнулся и повернул коня обратно к Анабель. Она уже спустилась на землю и что-то рассматривала в торговой лавке.

- Ну и как нам титулы получить здесь? – удивился Аскольд, - Я вообще в семье кузнеца родился.

- Пока не знаю какие у нас варианты.

- Значит надо их как то заработать.

Феникс сразу же поддержал эту идею.

- Как в ордене Стражей люди получают звания? Вот и нам также надо попробовать.

- Для вступления в наши ряды, рекруты уходят убивать мракоглотов, - Сноу неловко почесал затылок, - Не думаю, что здесь такие водятся.

В их разговор вмешалась Анабель.

- Вы говорите о получении титулов? Хм… Не могу сказать точно, но у меня есть один человек на примете. Возможно вам стоит поговорить с Фаустом. Это начальник одного королевского легиона.

- Ладно. И где нам его искать?

- Видимо там же где и всегда. В городских казармах.

Она повернулась и вытянула руку, указывая на высокое здание с синей крышей.

- Это южное здание казарм. Самое ближайшее к нам. Если его там не будет, вам нужно отправиться к мостовой и пройти к восточным казармам. Фауст обычно не покидал город, а значит точно будет. Я говорю об этом с полной уверенностью. Он когда то был другом семьи.

Девушка вновь вернулась к своим осмотрам товаров, а команда начала движение к казармам.

- Да уж. Здесь действительно все организовано, - отметил Сноу, - Уж не знаю, какие там дела были на юге, но в наших краях такого точно нет.

- Организация это, конечно, хорошо. Но попробуй теперь вдуматься, чем они будут заниматься в случае военного положения…

Аскольд крайне недолюбливал подобные системы. Он ведь именно по этой причине стал единственным вольным стражем в ордене. Можно сказать, что они с Фениксом два исключения: Аскольд просто отказался от всей системы, а Феникс просто не проходил ритуал просвещения, но все же выполняет работу служителя ордена.

Шаг за шагом они собрались до здания. Неудивительно, что на входе стояли двое рыцарей. Кого попало они точно впускать не будут. Сноу решил взять на себя переговоры. Он важно подошёл и спросил:

- Мы ищем Фауста. Слышал, что он начальник королевской стражи и его можно найти здесь.

- Командира здесь сейчас нет, - строго ответил рыцарь.

- Хорошо, где нам его найти?

- Запрещено разглашать эту информацию. Пусть совет лордов ещё не принял четкого решения, но в городе идет подготовка к войне…

Аскольд щёлкнул и развел руками. «С языка снял» - усмехнулся он.

- …И зачем вам вообще нужен командир? – продолжил рыцарь.

- Есть на то личные причины, - сухо ответил магистр.

- Все ясно. Ну вам я помочь не смогу, хотя могу дать совет. На местных вы не похожи. Значит прибыли откуда-то издалека и явно не с Тенгарда. Задам очень простой вопрос: умеете ли сражаться?

- Да.

- Хорошо, хорошо. В таком случае отправьтесь к восточным казармам. Это через Прилунь. Там вы встретите рыцаря-капитана Руфуса. Он занимается рекрутингом добровольцев в армию.

- Спасибо за совет. И все же можно полюбопытствовать: почему в городе собираются объявить военное положение?

- Ну… Думаю с меня не убудет. Недавно Тенгард совершил вторжение на Флиор. Судя по всему эти выродки планировали быстро взять город, так чтобы новость об этом не ушла по всей Лодрании. Но они просчитались. Город был спасен нашей армией и двумя таинственными чужаками. Совершив этот набег, они нарушили условия мира, который был подписан Ноланом фон-Айцбреном и регентским советом Тенгарда. Но совет был распущен. На место нового императора встал Вангер вар Табис. Ранее он был военачальником сильнейших отрядов, ещё когда эта империя владела Лодранией. Пускай вар Табис считает и дальше себя умнее всех. В этот раз, ему не удастся нас уничтожить!

Рыцарь замолчал. В нем словно что-то проснулось, из за чего он и начал этот красочный монолог. После окончания речи, он смущённо откашлялся и указал пальцем направление для путников. Они также молча поблагодарили того за рассказ и двинулись к реке.

Прилунь разделяла Астору на два берега. На левом берегу располагался королевский замок, южные и западные казармы, площадь, рынки. А на правом – одно здание казарм и множество домов и мастерских. И неудивительно, на правом берегу было массовое производство всяких изделий, вплоть до того, что черный дым из труб мог просто заволакивать улицы города.

Отряд прошел через большой каменный мост, ступив на правый берег Асторы. Тут уже во всю кипела работа. Крики и возгласы людей просто заглушали звуки природы, не давая ей никакого шанса. Вся эта возня напомнила Сноу о его жизни в империи ещё при Люциусе. Но вот вдалеке, меж кучи монотонных крыш, показались шпили восточных казарм, с яркой голубой черепицей. Естественно на входе также стояла охрана. Сноу коротко и ясно объяснил цель их прихода и их выпустили. Внутри стоял яркий запах благовоний и резкого запаха хвои. Удивительно, думал Аскольд, чтобы для казарм делали такие вещи. Значит это может говорить лишь о том, как в Асторе смотрят за армией. Видимо желают создать самые лучшие условия. За небольшим дубовым столом сидел довольно крепкий мужчина. На его теле были темные тяжёлые доспехи, а особой деталью было чёрное сюрко, украшенное гербом фон-Айцбренов: изображение феникса на фоне белой звезды. Мужчина сидел в окружении двух рыцарей, что-то усердно записывая.

- Сэр Руфус! – громко сказал один из охранников, - Прибыло пополнение. Трое добровольцев.

Мужчина, не поднимая головы, осмотрел троицу. Он сдвинул свои густые брови и спросил:

- Вы ведь не местные, так? Зачем же вам присоединятся к королевской армии?

Магистр понимал, что здесь от ответа не улизнуть.

- Мы должны встретиться с командиром Фаустом. После этого нам нужно заполучить какую-то грамоту чтобы добиться аудиенции с королем.

- С королем? – он язвительно цокнул, - Боюсь чужаков не пускают просто так на королевский двор. И зачем вам вообще с ним встречаться? Сейчас в Лодрании тяжёлые времена, нам нужно готовиться к очередным внезапным нападениям.

- А вы не из любителей душевной беседы, - вмешался Аскольд, - Ладно, скажу прямо: у нас есть два дела, которые необходимо решить. Встретиться с великим мейстером и выяснить дело о пропаже лорда Стаффорда.

Руфус нахмурился ещё сильнее, задумчиво приложив руку ко рту.

- Стаффорд исчез? Это странно. Почему никто об этом мне не доложил? Хорошо, пусть так.

Он встал из-за стола и расправил плечи. Теперь он казался ещё больше, чем был.

- Пусть я и не очень вам доверяю, но чувствую, что угрозы вы не представляете. Предлагаю сделку: вы присоединитесь к моему отряды охоты и поможете в истреблении тварей, что обитают к юго-западе от Астору, а я, в свою очередь, почетно присвою вам звания оруженосцев вместе с грамотой.

- По рукам.

- Вот и хорошо. Встречаемся завтра на заре возле этих казарм. Это идеальное время.

Стражи покинули казармы и направились обратно на левый берег к Анабель. Девушка так ничего и не выбрала. Все смотрела и изучала.

- Да? – она удивлённо повернулось, когда ее окрикнул Аскольд.

- Мы выходим завтра на охоту. Знаешь где можно ночь провести?

- Конечно, конечно. Я знаю, что неподалеку отсюда есть неплохое время для отдыха.

Она начала рассказывать, указывать направление, объяснять, но уже через несколько мгновений Сноу остановил ее. Он заявил, что не будет сильно заморачиваться с поисками и готов провести ночь под звездным небом. Он повел за собой остальных к выходу из города. По пути им встречались многочисленные лавки, торговцы, мастерские и изящные дома. По пути Аскольд и Анабель о чем-то бурно шептались, Феникс молча шел вперёд, а Сноу как то побелел. Он все думал о судьбе тех, кто сейчас находится в Агларесе. Да, он не сомневался в силах ветеранов, но присутствие имперцев рядом с его «домом», попросту оскверняло это место. К тому же его последняя схватка не давала ему никакого покоя. Беда не приходит одна. Кроме имперских солдат, теперь ещё придется сражаться с Адептами. Казалось, что из угроза миновала, но видимо Лориан решил не медлить, а распространять свою ересь на тех, кто сбился с пути.

Они вышли за ворота и направились к реке. Ночёвка у берега – пожалуй одна из лучших, да и шанс наткнуться на пустынников ниже. Добравшись до места, магистр собрал кучку веток, разбросанных по всему берегу и громко сказал: «Narflamm!». Огонь тут же вспыхнул, осветив все вокруг. Солнце уже садилось, были видны лишь его лучи из за холмов. Все расселись вокруг костра. Воцарилась тишина. А ведь казалось, что они только прибыли в столицу, но время так быстро пролетело.

- Я надеюсь, нашей подруге будет комфортно спать на земле? – с усмешкой произнес Эдвард, - Это наши обычные условия. Ведь ты как раз могла добраться до постоялого двора.

- Все в порядке. Мне не привыкать. Помню в детстве, я часто убегала из дома, подальше к природе. Папа поднимал весь гарнизон чтобы меня найти, но никогда не наказывал за эти проделки…

Она с грустью вздохнула.

- Эх, куда же он пропал. Отец и раньше мог надолго уезжать в столицу, но мы всегда получили от него хоть какие-то вести, в тут…Видимо что-то ужасное случилось.

Удивительно, но она не начала реветь, словно ребенок. Анабель производила впечатление очень сильного человека.

- Мы его найдем. Даю слово, - Феникс старался хоть как-то подбодрить девушку, пусть и в его голосе не было ни капли сочувствия.

Наконец солнце полностью скрылось, а в небе появился первый блеск звёзд…

Послышалось лёгкое пение птиц и шепот ветра. Сноу открыл глаза, встал с кровати и двинулся к балкону. Перед его глазами встал вид летнего утра в Агларесе, но не было толп мирных горожан, суеты городской, лишь тишина и покой. Словно город вновь оказался в запустении. «Черт, а я и забыл эту тишину»: с лёгкой улыбкой сказал Сноу, положив руки на холодные каменные перила. За его спиной слышались тихие голоса и шаги. В комнату вошли двое людей. Он обернулся и не поверил своим глазам. Без всяких слов и выражений он двинулся навстречу и крепко обнял обоих.

- Эдвард? Ты чего это?

- Карэн… Как же давно тебя не видел…

- Да будет тебе, друг. Что ты? Как будто сто лет прошло.

Этими двумя людьми оказались Карэн и Кристол. Все трое ещё недолго постояли на входе и Сноу их отпустил. Он поглядел на своего старого друга и спросил:

- Ты как? Все в порядке?

Кристол поправил свои черные волосы.

- Да вроде жив ещё. Вчера же виделись с тобой. Для тебя что ни ночь, то вечность. Давай спускайся. Там Вильгельм нас ждет.

Сноу повернулся к девушке. Его глаза сияли.

- Иди, дорогой, - с улыбкой ответила она, - Не стоит заставлять командира ждать.

Кристол и Эдвард спустились по лестнице вниз и вошли в небольшой зал. У книжного шкафа стоял Вильгельм. Он перечитывал старую книгу, написанную ещё во времена Рейгара. Увидев товарищей, он тут же отложил ее и двинулся навстречу.

- Эдвард! Рад снова тебя видеть! – сказал он своим глухим низким голосом, - Прошло немало времени с нашей встречи. Рад, что ты всё-таки решил вернуться в крепость. Ты прям надолго пропал в этом болоте. Мы уже собирались отправиться на помощь.

- На помощь? Ха! Что ты думаешь, кучка потерянных для меня такая проблема?

- Ну кто знает. Даже самым опытным бойцам необходимо порой помогать.

Он подошёл к Кристолу, положил ему руку на плечо.

- Вижу ты смог найти себе подходящего напарника? Это похвально. Даже не смотря на нашу немного мутную первую встречу, я рад, что сейчас все в порядке.

Старый вояка впервые казался таким жизнерадостным. Раньше его даже на простой разговор нельзя было растолкать, а здесь… Совсем другое дело.

- Вильгельм, если ты не против я бы хотел провести время с Карэн. Понимаю, что здесь ей не место, но все же…

- Как это не место? – удивился тот.

- Но ведь по устоям женщина не должна находиться в обители Бессмертных. Старые устои как никак.

- Тут ты прав, но здесь особый случай. Для тебя у меня нет никаких заданий, так что можешь идти.

Сноу радостно и быстро убежал обратно, а Вильгельм только усмехнулся. Карэн сидела перед небольшим зеркалом за столом, расчесывала волосы. Сноу тихо вошёл в комнату и прижался к ней. От девушки пахло розами. Этот запах словно вскружил ему голову. Он не хотел ее отпускать.

- Эдвард, ну хватит тебе, - с улыбкой сказала Карэн, пытаясь освободиться от его объятий, - Что это с тобой?

- Я очень сильно по тебе соскучился. Мне тебя ужасно не хватало все это время.

- И мне тебя не хватало, милый.

Она встала со стула и поцеловала его.

- Мне тяжело было выбраться из столицы сюда. В имперской гвардии была какая-то суматоха. Они все время говорили о войне с восточной страной. Ну все это не важно. Главное, что это нас не каснется. Подожди меня немного. Я хочу примерить один наряд. А потом я бы хотела пройтись вглубь города.

Эдвард молча кивнул и вышел. «Может и мне себя в порядок привести?»: подумал он. Спустившись вниз, он направился в соседнюю комнату где стояла бадья и пару ведер с водой. Сноу быстро умылся, побрил лицо и шею и надел чистую рубаху. На выходе из комнаты возле двери стоял уже Кристол, пафосно сложив руки.

- Ну что? Идёшь на прогулку?

- Да, а почему бы и нет? В конце концов, надо немного пожить в мире.

Тот усмехнулся.

- Давай. Потом буду ждать тебя внизу. Нам не помешает тренировка.

Кристол ушел, а Сноу снова поднялся наверх и уже хотел постучать, как вдруг обнаружил распахнутое настежь окно. «Не помню я, чтобы это окно было открыто. Да и высота приличная»: думал он. Эдвард открыл дверь, но Карэн здесь не оказалось. Наверное уже ушла. Он поспешно спустился по лестнице, прошел мимо зала совета, тронного зала и вышел на улицу. Свежий ветер обдувал его лицо. Странно но на улице было совсем тихо, а рядом никого не было.

- Карэн! – крикнул он, осматриваясь вокруг.

Тишина.

- Кристол! Ты здесь?

Снова молчание.

Теперь это ему показалось странным. Он быстрым шагом двинулся к тренировочной площадке. Там был Кристол, который сидел на одном колене, опираясь на меч.

- Фух. Зачем же так пугать? – Сноу подошёл к нему, - Где остальные?

Он ничего не ответил.

- Да что такое?! Кристол, где все?

Сноу встал перед ним и ужаснулся. Кристол был уже мертв. Его волосы были белыми, как снег, через лицо проходили куча черных трещин. Со стороны ворот раздался грохот. Сноу незамедлительно схватил лежащий рядом меч и побежал туда. И как только добежал к источнику звука, увидел целый отряд имперцев. В центре стоял Рудольф, который насильно удерживал Карэн.

- Мерзкая сука! – кричал он, - Я покажу что бывает с теми, кто противится воле императора!

С этими словами он вытащил нож. Сноу охватила ярость, но он не мог сдвинуться с места. Его ноги будто приковали к земле. Все что он мог – только смотреть. Рудольф злобно усмехнулся, схватил одной рукой голову девушки, а второй резко полоснул ножом по горлу. Кровь полилась ручьем. Эдвард пытался закричать, но голос отнялся. Он не мог совершенно ничего сделать и вдруг вспышка…

Сноу быстро поднялся с земли, пытаясь отдышаться.

- В чем дело? Кошмар приснился?

Его привел в чувство голос Аскольда, который сидел перед ним, приглядывая за костром. Сноу вытер со лба пот, протер глаза.

- Ты все повторял одно и то же имя. Что случилось?

- Я не хочу об этом говорить, - он присел поближе к тлеющим уголькам, где все ещё слегка плясали языки огня.

- До зари еще далеко. Время есть. Остальные ещё спят, а я попросту не ложился. Так что с этим сном? Там был кто то очень близкий к тебе?

- Дело было в Агларесе. Я вернулся с задания, отдыхал в своей комнате. Потом ко мне вошли двое. Кристол и…

- Вильгельм? – попытался угадать Аскольд.

- Нет. Любовь всей моей жизни. Карэн. Забавно, да? Она там и не была никогда. Даже при жизни.

- Что было потом?

- Мы пообщались, поговорили с Вильгельмом и собирались прогуляться. Потом наступила тишина. Я спустился вниз и нашел Кристола, который выглядел как в последние часы своей жизни, после сбора душ. А потом увидел как эта скотина, Рудольф, убивает мою жену… Я ничего не мог сделать.

- Значит вот почему ты такой хмурый все время? Дело в этом.

Аскольд поворошил угли.

- Не волнуйся. Твои секреты я раскрывать не стану. Да, ты можешь считать меня самолюбивым ублюдком, но мы оба знаем, что это не так. Вспомни хотя бы те времена, когда ты только стал магистром. Прежде чем я покинул город, ты ещё многому меня научил.

- Да… - в его голосе ощущалась пустота, - Научил…

Он замолчал и нахмурился. Звёзды начали тускнеть, небо из черного цвета постепенно переливалось в синий.

- Сноу, не надо брать на себя слишком много, - сказал Аскольд, - К сожалению, никому не дано планировать будущее. Ты думаешь, я хотел с самого детства стать Бессмертным? Черта с два. В моей жизни появился Вульф и полностью уничтожил все, что я когда то запланировал. С новой жизнью, я должен был попрощаться и наблюдать за смертью близких мне людей, а сейчас и вовсе блуждать в неизвестных краях. Вдали от дома. Да, все эти места воистину прекрасны. Но даже наши края имеют свои особенности, ради которых хочется вернуться к ним. А что уж говорить об очень близких людях…

Он повернулся и посмотрел на спящую Анабель и усмехнулся.

- За короткое время мы сильно сблизились. Порой мне кажется, что только она меня понимает… Хоть все это и может подождать.

Магистр поднял голову, посмотрев на яркий горизонт.

- Сейчас рассветет, пора ехать, - тихо сказал он поднимаясь на ноги, - Мы должны встретиться с Руфусом возле казарм.

Аскольд пожал плечами и тоже поднялся на ноги. Они вместе разбудили остальных. Сноу не хотел подвергать Анабель риску и настоятельно рекомендовал оставаться в казармах, пока они не вернуться. Она не стала спорить, понимала, что это действительно ей не по силам, в бороться с умелыми людьми – без толку.

Как и следовало ожидать, Руфус и его отряд из семи человек уже стояли в полной боевой готовности.

- Я ждал вас, - он сделал несколько шагов навстречу, - Хорошо, что вы пришли вовремя. Не хотелось бы проторчать тут несколько часов.

- Не впервые просыпаемся в такую рань. Лучше расскажи о цели.

- Поехали. По пути все узнаете…

Мелькали поля и озера, деревья с раскидистыми кронами и одинокие грустные сосны, что давно наблюдают за этими землями. Казалось, что время остановилось. Солнце лениво и неторопливо показывало все больше своих лучей, освещая всю Лодранию. По дороге, Руфус часто осматривался по сторонам, слушал каждый звук.

- Ну? Что у нас за цель? – наконец не выдержал Аскольд.

- А ты не из терпеливых, - усмехнулся рыцарь-капитан, - Выскочек мало, кто любит. Даже трудно поверить, что военного склада человек. По тебе видно, что ты будто деревенщина, одиночка. Но кто я такой, чтобы отчитывать тебя. В конце концов, вы все наши гости, ну не считая достопочтенную леди Стаффорд… Пора бы все таки рассказать о задаче.

Он отстегнул с седла лошади флягу и сделал пару глотков.

- Дело было давно. Тогда наш славный король, Астольф, ещё в пеленках сидел, а троне восседал великий Нолан. Он страсть как любил походы и все эти путешествия, дескать можно освежить голову, найти новые силы. Он верил в силу своего могучего рода, старался показать всем на что он способен и однажды ему это удалось. Во время возвращения с одного из походов, он притащил с собой какую-то странную бутылку, утверждал, что в ней сокрыт великий дух, но при этом строго настрого запретил ее открывать. Правда его супруга тоже была очень любопытной и однажды вскрыла не. На удивление всем, не произошло, ровным счётом, ничего, но она решила скрыть это своего мужа: быстро запечатала бутыль и вернула ее на место. А потом то начались непонятные вещи происходить. Королева перестала что-либо есть, спать, ни с кем не разговаривала, а потом раз! Ее охватил лютый неутомимый голод! Она исчезла из дворца, а с наших ферм начали пропадать животные. Время шло и дело стало ещё хуже. По ночам, кто не запирал двери, стали исчезать дети! Да уж, жуткое зрелище было смотреть на тех, кто утратил свое дитя… - Он сделал ещё один тяжёлый глоток, - Нолан сразу понял в чем тут дело. Он собрал всех «колдунов», да «волшебников», что были в Эскане, даже созвал всех мейстеров, чтобы решить что делать дальше. Все эти шарлатаны только и говорили, «Ну зачем же пытаться? Ее уж не спасти, ваше высочество!»… Тьфу ты! Королю это ой как не понравилось! И каждого, кто предлагал эти идеи, он беспощадно казнил. Быстро и тихо. Нолан все ещё грезил мыслью, что супругу все ещё можно спасти, даже пытался найти особо обученных людей, каких-то лекарей, что-ли… Ох, давно это было. Ну так ближе к делу. Королева исчезла насовсем, она более не появилась ни у кого на виду, перестала похищать детей, словно наконец смогла утолить свой голод. Но потом стали появляться непонятные чудовища, которые не против отведать человеческой плоти. Нолан и пришел к выводу, что эти твари – порождение его обезумевшей жены, мол она «потомство» такое дала. Все эти чудовища, словно не живые, слишком сильно их тело похоже на туман или дым. Нолан долго боролся с ними и вот настал день, когда такие атаки прекратились. Своему сыну он сказал, что матушка при родах скончалась. Зачем же ребенку знать, о том что мать кровопийцей стала? И вот только после смерти Нолана, твари опять появилась на наших землях. В этот раз они ещё более суровее чем обычно, но приходят редко. Поэтому, сейчас идеальный шанс отловить и истребить их как можно больше!

Руфус закончил историю, как следует откашлялся и вновь отхлебнуд из фляги.

- Что стало с той бутылкой? В которой был «великий дух»?

- Да кто ж его знает. Эта бутыль теперь собственность Астольфа, да и толку от нее сейчас? Нам бы чудовищ отловить, а что уж там делать с королевой – уже не наша забота. Ее уже давно никто вживую не видел. Но скажу тебе вот что..

Он подъехал к Аскольду поближе и шепнул на ухо:

- Я уверен, что заклятие разбить невозможно. У меня есть тому доказательства, но выдвигать его я не собираюсь.

- Почему?

- Не хочется ложится под топор. Да, Нолан умер, но его приказ остаётся в силе. И все же цель моего отряда остаётся прежней: чистка этих земель, а в случае контакта с обезумевшей – тут же убить ее. Нельзя допустить, чтобы ее зверства и дальше продолжались.

Они выехали на небольшую опушку, когда солнце уже начало покрывать землю своим светом.

- Остановимся пока здесь, - скомандовал Руфус, спускаясь на землю, - Я расставлю ловушки и приманки. Эти твари очень любят запах свежей крови.

Рыцарь-капитан разместил в нескольких местах мешки. От них сильно смердило чем-то. «Запах что надо. Пробивает до костей»: шепнул Сноу.

- Все взяли масло? – спросил командир у своего отряда.

Все как один вытащили с сумок бутыли с полупрозрачной фиолетовой жидкостью.

- Возьмите их и смажьте свои клинки. Это масло – идеально против этих тварей. Так как они любят прятаться в тумане, а порой и просто скрыться с поля бля, данное средство позволит блокировать их «способности». Держимся вместе…

Прошел ещё примерно час и со стороны густых деревьев послышались шорохи. Рыцари затаили дыхание в ожидании схватки. Наконец существа показались: скрюченные и изуродованные, похожие на призраков они стали обнюхивать мешки, которые повесил Руфус. Стоило им только прикоснуться к мешкам как рыцари тут же выскочили из засады и с криком рванулись вперёд. Все эти монстры были застигнуты врасплох. Рыцари стали их рубить на куски не давая ни единого шанса на побег. Одно из чудовищ издал крик, чем то похожий на плач и поспешил скрыться, но тут же был схвачен Аскольдом. Он перевернул его на спину и посмотрел прямо в морду. От увиденного его тело сковал ужас.

- Чего встал?! Убивай! – кричал Руфус, отбиваясь от очередного монстра.

- Тут что то не так. Он не похож на безумное зверьё, которым голод движет. Тем более, его поведение… Оно словно человеческое.

Не дав ему закончить, Руфус мгновенно рванулся вперёд и отрубил твари голову своей саблей.

- Что на тебя нашло? Сострадание проснулось?! Они убивают наших людей, сжирают все на пути! Какие тут могут быть вопросы?

Аскольд только сурово посмотрел в глаза рыцаря-капитана и убрал за спину свой меч.

- А может вы просто не разбирались в проблеме? Что если «эти твари» такие же люди как и мы, просто они не могут ничего с собой поделать? Что если они чем то заражены? Я не убиваю чудовищ просто так, если они не представляют угрозы. А если такой случай – то уж лучше я сдохну, но разберусь.

Он гневно плюнул и сел на коня, а затем уехал вглубь лесной опушки, откуда пришли бестии. Руфус только проводил его взглядом, не понимая того, что произошло.

- Да, капитан, его сложно понять, - тихо сказал Феникс, подойдя поближе, - То он режет всех без причины, то милосердствует. Аскольд очень сложный человек.

- Сложный? Ха! Интересно бы узнать с чего вдруг? Как по мне – он не лучше обычной выскочки, что возомнил себя самым лучшим среди всех.

Феникс решил пока не отвечать на этот вопрос. Он лишь спросил какой дальше план. Руфус отдал приказ о выдвижении отряда дальше в лес, продолжая выслеживание. Они ехали вперёд по свежим следам, оставленные Аскольдом и путь их прервался рядом с пожженной деревушкой. Тут следы уже словно исчезли, смешались с другими.

- Какого тут произошло? – удивился Руфус осматривая окрестности, - Да, я знал, что эти прокаженные могут нападать на дома, но чтобы снести подчистую целую деревню – это уже слишком.

- Нет, присмотрись получше.

Его остановил Сноу, указывая на большой дом. Рядом с ним находились человеческие тела насквозь пробитые черными шипами.

- Святой отец, что это такое? – в ужасе сказал Руфус, он чувствовал как все его тело трясется, - Я никогда не видел ничего подобного.

- Темное проклятие. Пока мы добирались в Астору, нам уже приходилось встречать такое на впадине Хармана. Оливер Стаффорд тогда говорил о местных разбойниках, но к нашему приходу многие из них уже были поражены этой черной магией. И единственный вопрос, который меня по прежнему мучает: кто мог такое совершить? То что я видел пока путешествовал по Эскане, дало мне понять, что с чародейством тут туго, а эта магия уж слишком сильна и опасна. Значит ли это, что кто то попал в эти земли с наших краев?

- Ты это о чём? Какая магия? Я действительно думал, что это выдумка все!

- Магия никогда не была выдумкой. Это может говорить лишь о том, что не только мы были слепы… Ну сейчас не время об этом говорить. Дальше идёт видимо только лес. Аскольд не мог далеко уехать. Найдем его и вернёмся. После этого уже все и обсудим. Я пойду вперёд.

Руфус не стал возражать. Он пропустил Сноу, тот двинулся очень быстро. Его все никак не покидало чувство опасности. Впереди слышалось фырчанье лошади. Они наконец нагнали его, но увидели лишь кобылу, а самого Аскольда рядом не было. «Куда этот мальчишка опять делся?»: злобно думал Сноу, оглядывая лес вокруг. Он вслушивался в каждый звук, пока не уловил лёгкий трепет листьев со стороны канавы. Он спустился на землю, просигналив остальным ждать его на месте, а сам двинулся вперед. Канава была крутой. Одно неверное движение и ты уже катишься вниз с бешеной скоростью. Сноу шаг за шагом аккуратно спускался, приближаясь к источнику звука. Действительно, в канаве был Аскольд. Он сидел над трупом, тщательно изучая его.

- Пошли отсюда! – шикнул Сноу, протягивая руку.

Тот лишь огрызнулся:

- И ты туда же? Я должен разобраться в чем тут дело!

Он положил руку на морду убитого, вглядывался в его пустые глаза.

- Тело гнило заживо. Я был прав. Это люди, вот только какова причина этого дерьма? Что их заставляло дичать?

- Аскольд, сейчас не время для бурных расследований! Помни о задании! Нам нужно к королю попасть, а не возиться тут, пытаясь найти источник проказы. По пути сюда мы уже встретили отголоски от темного проклятия, у меня вопросов не меньше, чем у тебя, но сейчас тормозить нельзя. Руфус ждёт.

Тот с огромной неохотой оторвался от исследования и вернулся к отряду.

Прошло время и весь охотничий отряд уже стоял перед казармами.

- Ну, все могло пройти и более гладко, однако задание выполнено?

- «Более гладко»? По-моему мы неплохо сработались.

- Твой дружок подставил под удар всю операцию, стараясь найти невидимую причину, но все же ваше хладнокровие помогло справиться с задачей. Я человек слова и с этого момента вы считаетесь оруженосцами Великой Асторы!

Он вытащил один из своих мечей, приложил его к плечу каждого из Стражей.

- Хотя я признаю данное назначение не совсем правильным, но в связи с обстоятельствами иду вам навстречу. В данный момент я не знаю где наш командир. Советую пройтись по местным кабакам. Я уверен, что с утра он пошел опохмелиться, пропустить пару кружек пива через горло.

Стражи забрали с собой Анабель и выдвинулись на поиски Фауста по расцветающей Асторе.

Часть III: Помяни черта..

Глава 21: Тень былой славы

Этой ночью император совсем не спал. Его не давали покоя мысли о мире, в котором они живут. Всего лишь за один день все его представление полностью изменилось. Хальт пытается что-то скрыть и очень удачно у него это получается. Вот если бы можно было понять смысл написанного в книжонке, думал Хугин, не смыкая глаз. Он словно чувствовал, что все его планы рушатся, империя уже не имеет никакой силы.

- Мне нужен покой, - промямлил он, пытаясь заснуть, - Мудрый правитель должен принимать решение на свежую голову.

Он снова закрыл глаза, глубоко вздохнул. Вокруг стало настолько тихо, что он слышал ток собственной крови. Тишина надавила на его сознание и наконец он стал погружаться в сон. Чуть только показалось, что покой наступил, его имя шепнул некто. Хугин лениво повернул голову, может показалось? Нет, его действительно кто-то звал. Император встал с кровати, медленно двинулся к балкону, ступая по холодному полу. Таинственный шепот не прекращался, все звал его. Впервые за последнее время Хугин испытал давно забытое чувство: страх. Он понимал, что теперь он не единственный властитель. Существует силы, которые гораздо сильнее его. Дрожащей рукой он отодвинул шторы и вышел на улицу и тут же страх полностью охватил его. В небе, вместо луны, находился огромное пылающее око, что пристально смотрело на него, а зрачок чем то напоминал человеческий силуэт. Это нечто стало приближаться к нему. Хугин ощутил как его ноги оцепенели, словно их прибили к полу, не давая даже пошевелиться. Таинственный силуэт встал прямо перед ним, а затем вытянул руку вперёд и грозно шепнул на непонятном языке.

Хугин смотря на это еле-еле выдавил из себя:

- Кто ты такой? Я… уже ничего не могу понять…

Таинственный голос продолжил говорить, а затем положил руку на голову императора. После эттго Хугин мгновенно вскочил с кровати.

- Видения? – он ощупывал себя с ног до головы.

Что же это только что было. Не уж то наступил момент просвещения? Император зажёг свечи и без колебаний открыл старую книгу. Чудо! В этот раз он понимал все что здесь написано. Эта сущность передала ему какие-то знания. Теперь Хугин чувствовал себя совершенно иначе. Мир перевернулся, он как будто заполучил абсолютное могущество.

Пролистав достаточное число страниц, он поднял голову.

- Вот как значит, - вскоре заговорил он дрожащим голосом, - Теперь картина постепенно складывается. Не Хальт стоит за созданием света. Это заслуга других существ. Силвар… Но почему же эта правда была скрыта от нас? Что этот лицемер знает?!

Он стал беспорядочно бродить по комнате. Руки, ноги, тело – все тряслось. Это «безымянное божество», что явилось во сне, не давало ему покоя. Одно было ясно точно: это настоящий бог. Не тот, что заперся с ответами в своем разуме, который наплевал на весь свет, оставив свой народ гибнуть в поисках правды. После случившегося, Хугин стал считать себя избранным. Он стал первым у кого случился контакт с неизвестными силами.

- Мне нужно знать больше… - жадно сказал он.

Император вновь подошёл к столу, но стоило ему взять книгу в руки, как она тут же вспыхнула ярким пламенем, оставив от себя лишь кучку пепла.

- Нет! – грозно вскрикнул он, хватая руками пепел.

Он узнал уже достаточно. Видимо высшие силы не дают ему всю правду. Нужно достигнуть все самому, так было решено.

А теперь – нужно обдумать произошедшее. Эта таинственная книга, оставленная в его крепости, странное видение, утерянная цивилизация. Пока он неоднократно пересматривал страницы книги, ему все чаще и чаще попадалось слово «elef», что в переводе с этого таинственного языка означало «народ».

- «Народ», - размышлял он, - Пускай эти существа будут называться эльфами. Мне лишь нужно понять, остались ли ещё хоть какие то упоминания об их жизни, а может и живые носители. Я должен! Должен узнать все!

Ночь напролет он делал записи в своих дневниках для исследований. Хальт стер воспоминания об эльфах. Настало время возродить эту память. Хугина не раз посещали мысли вернуться в Дирхельм и убить «всеотца» на месте, но он понимал, что такое совершать нельзя. Может произойти нечто катастрофически ужасное. Их мир итак держится на волоске и ломать его окончательно никак нельзя… С появлением этих «Силвар» в его жизни, приоритеты изменились. Император вышел к своим гонцам и передал им важную информацию: срочно закрыть все эксперименты, отпустить пленников, отменить все планы по изучению тербия. Новый Безымянный бог дал ему прозрение. Потерянные будут всегда, а поиски излечения этой заразы не принесли ему никаких плодов. Лишь ненависть народа. Пора забыть все грязное прошлое и заняться настоящим. Император преследовал теперь лишь одну цель: найти как можно записей о давно исчезнувшей цивилизации. Он стал одержим мыслью освоить этот мир, узнать его настоящую историю и принести правду своим людям.

Пока в столице происходил переполох в Досциитоне продолжали накапливается силы восстания. Юная Эвелин встречала новый рассвет в городе. Оставаться тут надолго нельзя. Нужно двигаться дальше. Под радостные возгласы людей она вошла в городскую ратушу, где проходил совет охотников. Увидев Эвелин, они тут же оторвались от переговоров и поклонились.

- Моя королева, - покорно сказал Мартис, - Рад видеть вас.

Она слегка махнула рукой.

- И я тоже рада, сэр Хупер. Рада, что вы на моей стороне. Я пришла сообщить, что нам необходимо собраться и двигаться дальше, к северу. Гвиана рассказала мне, что там далеко, где проходит Великий пролив, находится город Агларес, которым правит орден Стражей. Мы должны туда попасть. Я чувствую, что они тоже в опасности. Мой отец всегда презирал Бессмертных и не думаю, что он пощадит их.

- Ваше величество, я понимаю ваши намерения, но…, - старый охотник подошёл поближе, - Наш путь преграждает Канталон. Одна из крепостей императора, что стоит севернее Хеуфарда. Помните: нам нельзя попадаться им на глаза.

- Так чего ждать? Давайте рванем туда и раздавим этих слизняков! – вмешался вошедший в зал Леофрик. Он выглядел бодрым и готовым сражаться до последнего.

- Нет, лобовая атака нам не нужна. Необходимо взять в плен лорда-командующего, а потом уже палить друг в друга. Слишком рискованно атаковать их сейчас. Пускай Досциитон и на нашей стороне, но этих сил ещё слишком мало. Как только мы вырвем всю северную часть из лап моего отца, тогда уже можно в полный голос заявить о себе.

Она присела на стул у небольшого столика, где стояли различные пузырьки и письменные принадлежности. Пахло хвоей и дымом.

- Сколько сейчас в городе верных нам людей?

- Считайте под тысячу, госпожа. Часть города все ещё находится под влиянием империи.

- Нельзя медлить. Нам нужно выдвигаться, - Эвелин ещё немного помолчала, а затем вышла из ратуши.

Хупер весь вытянулся, прощупал свое бледное, тощее лицо. «Вы слышали приказ. Выдвигаемся!»: все таки хрипло рявкнул он, после паузы.

К полудню солнце уже высоко всходило над холмами Досциитона, щедро одаривая землю золотом света, словно благословляя тех, кто готовился покинуть стены древнего города. В узких улочках, вдоль которых стояли резные дома охотников, царило оживление — воины собирались в долгий путь, натягивая на плечи дорожные сумки, проверяя тугость кожаных ремней, звеня металлическими кольцами доспехов.

Перед самым уходом к ней подошла Гвиана.

— Эвелин, — мягко произнесла она, слегка касаясь ее плеча. — У тебя есть минута?

Эвелин обернулась. На мгновение ее лицо смягчилось.

— Конечно, — кивнула она. — Я почти собрана. Что случилось?

Гвиана вздохнула, словно собираясь с мыслями.

— Я хотела спросить о вчерашнем уроке… — она сделала паузу. — О фехтовании. Ты выглядела… иначе. Будто ты уже не ты… а часть клинка. Это было… — Гвиана не смогла подобрать слова.

— Странно? — улыбнулась Эвелин.

— Завораживающе, — поправила подруга.

Хугин отвернулась к ближайшей колонне, на секунду задумавшись. Тихий внутренний зал, приглушенный свет факелов. И Грейсон-Харт, ее наставник — беспощадный, как сама сталь.

— Я не знаю, как это объяснить, — наконец ответила она. — Сначала я просто двигалась, как меня учили. Отрабатывала шаги, парирование, выпад. Но чем дольше я сражалась… тем больше я чувствовала, как лезвие дышит вместе со мной. Как будто каждая моя мысль отражается в его изгибе. Будто… — она замолчала, слегка сжав кулак. — Будто мы стали одним, понимаешь?

Гвиана кивнула, всматриваясь в ее лицо.

— И это Грейсон-Харт? Он… что-то сделал?

— Он — наставник, — спокойно отозвалась Эвелин. — Но он не дает силы. Он показывает путь. Все остальное — здесь, — она коснулась груди. — Я просто… впервые почувствовала, что могу довериться не только себе, но и клинку. Что между нами нет границы. Это… пугает. Но и вдохновляет.

Гвиана приблизилась и тихо провела ладонью по ее щеке.

— Ты стала сильнее, — прошептала она. — Но не утратила ту, кто ты есть. Это главное. Береги себя, хорошо?

— Я постараюсь, — в глазах ее мелькнула тень тревоги. — А ты? Ты готова к дороге?

— Почти. Осталось собрать кое-какие травы, вдруг кому-то понадобится помощь на пути. Но, — Гвиана улыбнулась светло, — мне будет спокойнее, если рядом будешь ты.

Они обе рассмеялись тихо и почти неслышно. В этот миг, на фоне грохота снаряжения, окриков и тяжелых шагов, это короткое мгновение человеческой мягкости казалось особенно хрупким.

— Иди, Гви, — наконец сказала Эвелин, легонько толкнув ее. — Встретимся у западных ворот.

— Конечно, — ответила Гвиана, но перед тем как уйти, еще раз скользнула взглядом по лицу подруги, словно запоминая каждую черту. — И… помни, что я рядом.

Эвелин слегка кивнула и проводила ее взглядом, а затем вновь вернулась к своим людям. Мир не ждал, и город Хеуфард уже звал их. Дозорные дали сигнал: ворота были открыты. Путь лежал впереди — долгий, опасный, но неизбежный. Эвелин подняла руку, и восемь сотен охотников выдвинулись из города. Ветер теребил их плащи. Металл звенел.

Лес сомкнулся над дорогой, словно многовековой собор из темных кедров и вязов, их кроны переплетались так густо, что света едва хватало, чтобы отличить утро от вечера. По влажному воздуху плыли тяжелые запахи мха, прелых листьев и чего-то древнего, забытого. Густые, почти черные тени окружали отряд, и каждый шаг охотников напоминал шорохи существ, что следили из-за деревьев. В этом лесу редко слышалась птица, лишь скрип деревьев да далекий вой ознаменовывали живое. К болотистому плато, усеянному кочками и зыбкими топями, охотники подошли под шум дождевых облаков. Земля чавкала, проваливалась под ногами. Местами приходилось срубать деревья и укладывать их, будто мостки, чтобы переправиться, не увязнув. Но никто не роптал. Лишь шаги, только шаги — и капли, что падали с веток на лица, словно ледяные росчерки в молчании.

Эвелин шла в первых рядах. Рядом с ней Гвиана — тише обычного, глаза опущены. Они говорили вполголоса, чтобы не тревожить тишину леса. Поначалу речь шла о походе, о вероятных засадах и сигналах, а затем о снаряжении, о том, как лучше сушить травы в такой сырости. Но постепенно мысли Эвелин потянулись к давно забытым вопросам, к имени, которое преследовало ее с самого детства — Кристол.

— Слушай, Гви, — начала она, не глядя прямо в глаза, словно подбирая слова. — Я… хочу понять. Кто он был? Я о нем не раз слышала. Отец нередко говорил, что уважает этого человека.

Гвиана не ответила сразу. Эта тишина была долгой. Лес вокруг, казалось, выслушивал их.

- Кристол… — наконец выдохнула Гвиана. — Он был лучшим. Из нас всех. Сильнее, мудрее, пронзительнее любого мечника. И он был… рядом с тобой, когда… — она снова замолчала, и пальцы ее сжались в кулак, спрятанный в складках плаща.

Эвелин ощутила, как холод пробежал по спине.

— Гви, скажи. Я почти ничего не знаю. Почему… почему ушел?

Гвиана стиснула губы. На миг лес разомкнулся — сквозь ветви показалось небо, тусклое, как старая сталь, и слезы, наконец, блеснули в глазах ее.

— Ты была совсем маленькой, — тихо проронила она. — И никто… никто не думал, что ты выживешь. А он… — голос ее дрогнул. — Он просто взял тебя на руки и пошёл. Его поглотил мрак. Он не вернулся. Но ты… ты — да.

Эвелин остановилась. Весь отряд, словно почувствовав, что командир ненадолго замерла, притормозил, но не обернулся. Они знали: сейчас, в этот момент, не стоит мешать.

— Так значит, он…

— Да, — едва слышно ответила Гвиана. — Он отдал всё. Даже в тот миг, когда он закрыл глаза, он смотрел вперед. Даже умирая, он не опускал взгляд. Так что ты должна понимать, Эвелин: ты — часть его силы.

Ветер прошелся по ветвям, будто подтверждая ее слова. Молчание между ними смягчилось, обрело форму не боли, а уважения. Эвелин глубоко вдохнула, чувствуя странное тепло в груди. Та сила, то чувство единства с клинком… возможно, это и было наследие Кристола.

— Спасибо, Гви, — наконец сказала она. — Ты сделала так, что он живет. И я тоже.

Гвиана едва заметно улыбнулась, утирая слезу.

— Но помни. Он был великим не потому, что сражался без страха. А потому, что умел любить. И жертвовать.

Дальнейший путь прошел молча. Болота уступили место низким холмам, а лес растворился. Сквозь сгущающийся туман показались массивные стены Хеуфарда — серые, полуразрушенные, но все еще внушительные. Они встали над утесами. К вечеру, когда последние лучи солнца коснулись вершин каменных башен, отряд охотников Досциитона вошел на территорию города. Многие пустые здания смотрели черными провалами окон, улицы вросли в траву… но тишина здесь была иной — напряженной, настороженной. Эвелин подняла руку, готовя отряд к чему-то.

В заброшенном дворе старой кузницы, заросшем мхом и травой, собрались трое: Эвелин, Гвиана и Мартис Хупер. Карта крепости Канталон была перед ними, расстелена на грубой деревянной бочке. Уголок листа слегка шевелился под вечерним ветром. Эвелин провела пальцем по обозначенным башням, логичными и быстрыми движениями распределяя мысли.

— Здесь, — она указала на северный бастион, — в этой части стен наиболее слабое дежурство. Караул кажется меняют каждые три часа. Если войти до смены, мы сможем проскользнуть без лишнего шума.

Мартис хмыкнул неодобрительно.

— Простые пути всегда кажутся самыми безопасными. Но если там ловушка? Имперцы не дураки. Особенно сейчас.

Эвелин кивнула, не споря.

— Поэтому мы не пойдем обычным путем. Посмотри сюда — восточная башня. Старая канализация. Она выходит прямо под ней, — она провела линию, соединяющую городскую стену и скрытый ход. — Канал давно обрушен, но слухи говорят, что один из проходов прочистили недавно. И, — она подняла взгляд, — там нет стражей. Имперцы о нем, вероятно, даже не знают.

— Хм, — Мартис прищурился, изучая место. — Лучше, чем лезть по стенам. Но что ты сделаешь, когда окажешься внутри?

— Не «когда», а «если», — вмешалась Гвиана, тихо, но уверенно. — Это все еще риск. И ты знаешь, что Август Лют может и не быть одним. Если он заподозрит что-то…

Эвелин обернулась к ней, и в глазах ее вспыхнул стальной блеск.

— Он не заподозрит. Мы будем тенями. Он нашелся — это уже победа. Но теперь — мы должны взять его живым.

Мартис скрестил руки и коротко кивнул.

— Хорошо. Допустим, мы проникнем. Как найти Люта? Канталон — не сарай. Там лабиринт коридоров и охрана у каждого входа.

Эвелин чуть улыбнулась, но улыбка эта была холодной и расчетливой, как и предстоящая ночь.

— Он не прячется. Имперцы считают Хеуфард своей вотчиной. Август любит силу демонстративную. Его покои наверняка на втором этаже центрального зала. Просторные, с выходом на балкон. Я не раз видела таких, — тихо, но уверенно добавила она. — Я войду туда. И выведу его. Если придется — оглушу. Но тревога не должна быть поднята ни на мгновение.

Гвиана опустила глаза, но ее голос был ясен:

— Я буду ждать у выхода. Но прошу, Эви…будь остоожна.

Эвелин мягко коснулась ее плеча.

— Вернусь. Я должна. Для всех нас.

Некоторое время они молчали, впитывая тишину и мерцание последних лучей солнца. Затем Мартис громко вздохнул, поднимая флягу к губам.

— Как бы там ни было… — пробормотал он, возвращая себе привычное грубоватое выражение лица, — если всё пойдет не так, я подниму отряд. Но будем молиться, чтобы до этого не дошло.

Эвелин встала. Ее тень легла на башню крепости Канталон, словно предвестие грядущего.

— Сегодня ночью мы не просто входим в чужую крепость, — произнесла она твердо, глядя на обоих. — Мы входим в историю. И либо вырежем в ней свою истину, либо станем частью чьей-то лжи. Так что — давайте начнем.

С этими словами она подняла капюшон и направилась к восточным выходам. Ветер усилился. Ночь звала. Луна едва поднималась над зубцами крепостной стены, когда Эвелин упёрлась в холодную решётку — старую, кованую, покрытую слизью. Канал под неё хрипел и плевался влажным дыханием: вода, гниль и давно забытые слова. Она прикоснулась к железу — металл был холоден, как обещание ночи, и дрожь прошла по ладони.

— Зараза, — пробормотала она тихо, сжимая губы, не столько от боли, сколько от раздражения. Вокруг были тени, старые стены и звук далёкой стражи, ровный, успокаивающий и вместе с тем угрожающий.

Два варианта возникли, как перекрещивающиеся тропы: одна — магия, вспышка силы, ломка, работа клинка в воздухе и металлический скрежет. Вторая — холодная, упрямая работа рук и ног, страх на краю и равновесие. Она знала предел. У неё были те, кто ждал; у неё была цель. И потому выбор сделался сам собой. Она отступила, почуяв под ногами тонкую корку мха, и двинулась вдоль стены. Тень поднималась и тянулась вслед за ней. Лезть было медленно и опасно — мокрый камень сыпался под пальцами, а сорные травы резали кожу. Но каждая скоба, каждый выступ она чувствовала, как старую мелодию под пальцами — ритм, по которому шаг за шагом совершается дело. Сердце билось ровно, дыхание было почти незаметно — как будто сама тьма требовала шепота. Стены крепости вонзались в небо тяжёлыми зубьями, и путь по ним казался длиннее, чем он был на самом деле. Эвелин поднималась, опираясь на ремни и выступы, иногда пританцовывая тело, чтобы снять с кожи холод. С каждым метром выше земля становилась тише; звуки человеческой жизни тончили, как краски в акварели, и оставляли только ветер да нутро камней. И всё же стража в крепости была не совсем дура. Один из патрулей, несший караул у внутреннего угла, заметил смутную тень на стене. Эвелин остановилась, вжалась в шов между камнями, и сердце в виске застучало громче, но медленно. Когда шаги прошли мимо и танец света факела оставил за собой малую дугу тени, Эвелин опустилась вниз, тихо и быстро. Она двигалась, как та самая тень — прямой удар, без лишних слов. Кинжал покрылся серебром лунного света, и она вонзила его в спину, в тихом, почти беззвучном движении. Солдат пошатнулся и упал, не успев поднять руку, не успев выдать ни одного звука. Эвелин присела на корточки и, скользнув пальцами по шее — быстрый невидимый жест, чтобы не оставить следов истошного дыхания — убедилась, что он больше не подавал признаков жизни. Она не чувствовала торжества. Был лишь холод и то лёгкое сожаление, которое приходит с выполнением долга. Проходы крепости шли треугольником тьмы и лжи. Она пробиралась коридором служанок, скользила по шкафам и лестницам. Иногда приходилось сделать выбор: заглянуть в одну из дверей и отойти от маршрута или идти по верху, где воздух был суше, а шаги — слышнее. Она выбирала второе: тишина была её союзником, и она платила за неё своей осторожностью.

Двери покоев Августа Люта были массивны, украшены гербом империи. Эвелин осмотрела замок. За ним шел слабый сет — простой механизм, но работающий. Она прикоснулась к старой клямре, чувствовала прокрученную ржавчину, усмехнулась про себя и, не привлекая внимания к звуку, мягко замкнула воротник клинка в щели, ловко поддев пласт и выворачивая механизм. Это было не красиво, но эффективно. Она вошла внутрь и оказалась в комнате, которую тёплый свет лампы делил пополам: одна сторона — роскошь, ковры, тяжёлые драпировки; другая — окно с видом на темнеющий город и балкон, откуда виднелся путь к востоку. Мебель была пуста, лишь на столе лежала сосуд с вином и несколько свитков. В воздухе запах приторно-сладкий — настаивавшееся вино и парфюм, которыми пользовался тот, кто привык иметь власть. Эвелин скрылась в тени за занавесом. Она устроилась у окна, поставив ноги так, чтобы их не было видно из коридора, и разрезала ремень сапога — приспособление, которым всегда пользовалась, чтобы крепче держать кинжал. Её дыхание стало ровным, но каждое маленькое движение казалось важнее целого мира. Она представляла, как войдёт Август: неторопливо, с шагом человека, который привык, что мир слушается его желаний; возможно, он принесёт с собой охрану, возможно — ни с кем. Но её задача не изменилась: захватить его живым и вынудить говорить.

Время растянулось, как тень на рассвете. Эвелин провела ладонью по холодному стеклу и увидела своё отражение — лицо в полумесяце, глаза как темные зерна, губы сжаты. Где-то внизу пробежала тень — марш стражи. Она напомнила себе голос Гвианы, её тихую просьбу: «Будь осторожна». Эвелин улыбнулась без улыбки — это была обещание и приговор одновременно. Она услышала шаги в коридоре — сначала один, потом два. Тонкие щелчки сапог, шорох плаща. Стражи прошли мимо её двери, не задерживаясь. Затем шаги снова, но другие: тяжелые, уверенные, шаг того, перед кем гнутся люди. Эвелин вжалась в стену, сердце начало ускорять ритм, но она держала себя как бойца, что знает: сейчас решается больше, чем жизнь одного человека. Она слышала дыхание у дверей, тонкое, раздражённое. Кованая ручка повернулась.

И за дверью появился силуэт — сначала лишь тёмная масса, потом профиль, знакомый по рассказам Мартиса: Август Лют. Он шел, неся в руке подсвечник, взгляд его был устал и хладен. За ним — кто-то ещё, мелкий шум, отголосок чужой цели. Эвелин ни звука не издала. Её пальцы сжали рукоять кинжала.

В покои вместе с Августом вошёл гонец — худой, взволнованный, с мокрым плащом, всё ещё капающим от дождя. Его движения были резкими, грубыми, словно он торопился выпалить правду и покинуть это место как можно быстрее.

— Это же бред собачий! — взревел Август, едва выслушав первые слова гонца. — Что значит «остановить всё»? Ты… Ты понимаешь, что несёшь? Знаешь, чем закончится такое?

Гонец нервно дернул головой, уставившись на коменданта крепости с глазами, полными отчаяния и страха.

— Я знаю, господин, — проговорил он, но голос дрогнул, — но приказ Его Императорского Величества Хугина обязателен для исполнения. Он… он велел немедленно остановить все эксперименты. И отпустить подопытных. Всех пленников.

Август тяжело вздохнул, резко оттолкнув стол. Лампа на столе качнулась, пламя мелькнуло и отразилось в его глазах.

— Что за чушь! — процедил он. — Император ничего не знает — не может знать! Мы здесь не игрушки в его проклятом дворе!

— Это не просто слова, — голос гонца стал твёрже, словно он решился на что-то последнее. — Все крепости получили такое же предписание. И… — он отрывисто вздохнул, — и собрать поисковые отряды.

Эвелин замерла. Сердце её пропустило удар. Слова о «поисках» произвели на неё такой же эффект, как и на Августа — хотя никто об этом не догадывался.

— Покажи письмо, — сквозь зубы выдавил Август.

Гонец нерешительно протянул запечатанный свиток. Официальная печать империи блестела в тусклом свете. Август выхватил его, и в тот же миг гонец — словно исполнив последнюю обязанность — развернулся, резко поклонился и вышел, громко хлопнув дверью. От его слов, запаха, страха — всё вибрировало в воздухе, накаляя пространство.

Эвелин выжидала. Лишь когда дверь на самом деле закрылась, она позволила себе чуть приподнять край тяжёлой шторы. Август стоял к ней спиной, под углом. Его пальцы рвали печать. Он не знал, что за ним наблюдают. Он был в своей крепости, под охраной, в уверенности, что власть — это щит.

Но его щит дал трещину. Эвелин подняла руки. Ладони сложились в старый символ, даже не жест — молитву к тому, что не каждому дано произнести. В её голосе звучал ледяной шепот, от которого сама тьма будто бы вздрогнула:

— Nafstervest.

Слово, которое накладывает печать тишины и боли. Оно скользнуло по воздуху, как тонкий клинок, и осело внутри Августа Люта.

Он едва успел выдохнуть. Рука, державшая письмо, дрогнула. Глаза расширились.

— Что?..

Его голос сорвался, и внезапно он согнулся пополам — словно кто-то ударил его в грудь изнутри. Воздух в комнате стал сухим. Мгновение — и он откашлялся. Но кашель был не человеческий: слизь, чёрная и тягучая, выпала у него изо рта, потекла по подбородку. Август хватался за грудь, цеплялся за край стола — пытаясь выдавить звук, крик, зов на помощь. Но его горло уже не служило. Враг, который вошёл в его тело тихо и незаметно, уже делал своё. Он рухнул на пол с глухим стуком. Широкие плечи скривились, пальцы разжались. Взгляд стеклянел. Молчание вернулось в комнату. Эвелин вышла из засады. Она смотрела на Августа и слышала, как в своей последней попытке он беззвучно что-то мямлил.

Она шагнула ближе, присела рядом. Он был без сознания, но жив. Заклинание работало — временно подавляя весь его дух, всё остальное, но не убивая. Это было сделано, чтобы он не мог поднять тревогу и не мог сопротивляться.

Теперь нужно было вытащить его на улицу, к своим. А время — как всегда — было на стороне тех, кто командует армиями.

— Ты пойдёшь с нами, — сказала Эвелин тихо, почти ласково, гладя тёплую перчатку Августа. — И расскажешь всё, что знаешь. Теперь уже точно.

Эвелин стояла над поваленным телом Августа еще мгновение, чувствуя, как в её ладонях пугающе живо шевелится чужая судьба — и та, что хранится в свитке. Письмо лежало на полу, оно пахло бумагой и формальностью, но теперь для неё это был ключ, который мог открыть двери, о которых раньше она даже не догадывалась. Нерв в шее едва не дернулся от осознания цены, которую придется заплатить, если кто-то обнаружит их здесь прежде времени. Она наклонилась, отдышавшись, и быстро подняла свиток. Свернутый лист шорохнулся под пальцами; рукопись внутри была аккуратна, почерк — официальный. Эвелин не стала читать при свете лампы: слишком велик был риск — каждая искра, каждое шуршание могли выдать её позицию. Она быстро свернула письмо обратно, вложила его в внутренний карман плаща, прижала ладонью к сердцу, словно запоминая его вес. Её движения стали священнодействием: она проверила затылок и коридор; взгляд скользил к двери — пусто. Осторожно, чтобы не издать ни единого лишнего звука, Эвелин подхватила за плечи Августа. Тело было тяжелее, чем казалось бы по-массе человека, и походило на мешок с прежней властью. Она прижала голову его к себе, чтобы руль взглядов не задевал пазухи её плаща; губы Августа были бледными, глаза закрыты. Вздохнула глубоко, стиснула зубы и, опираясь на стены комнаты, стала продвигаться к балкону. Балкон был узким — не для триумфов, а для наблюдения — и Тень ночи висела над ним, как плащ. Эвелин аккуратно выставила ноги, опираясь на выступы, стараясь не задеть ни одной драпировки, ни одной трубы. Плечи горели от усилия. Когда она достигла края, сердце её слегка подскакнуло: высота казалась хищной. Она оперла Августа об перила и, затаив дыхание, медленно спустилась по внешнему фасаду, цепляясь за камни, как монах за молитву. Камни были холодны, и каждый шаг отдавался в пальцах как удар молотом. Её слабые контакты с магией помогали лишь удерживать равновесие; она знала, что не может позволить себе большее — цена будет слишком высока. Наконец, с приглушенным стуком, она ступила на плиты внутреннего двора. Сердце забилось ровнее от того, что первый шаг сделан. Тень крепости укрыла её, и она словно растворилась в ней, неся с собой голову власти, теперь беспомощную и молчаливую.

Путь к назначенному месту был коротким, но тернистым: коридоры, лестницы, два поворота. Эвелин знала, что нет права на ошибки. Её шаги были скользкими от пота, дыхание — ровным как у хищника перед броском. Она прислушивалась — где-то вдали, за каменными стенами, шли ноги патрулей; где-то хлопнула дверь — сон, резкий и неуместный. Но тьма была на их стороне. Когда она, наконец, появилась у условленного перекрестка среди руин, Гвиана и Мартис уже стояли в тени арки, готовые.

— Есть он? — сдержанно спросил Мартис, не отводя взгляда от путей отхода. Его голос звучал ровно, но в нём чувствовалась стальная уверенность: человек, привыкший брать на себя тяжелое.

Эвелин подошла и передала ему тело, голос её был коротким, холодным и решительным:

— Держи за плечи. Я прихватила письмо. Отец их разослал всем. Пока не знаю что там.

Гвиана молча опустила руку на плечо Эвелин, на мгновение прижимая туда ладонь, как будто проверяя — жива ли она, жива ли их миссия. В её глазах блеснули слёзы, которые она ловко проглотила.

— Ты уверена, что это необходимо? Где оно? — прошептала она, едва слышимо.

— Внутри плаща. — Эвелин едва заметно кивнула. — Никаких задержек. Мартис, ты несешь впереди. Я иду сзади.

Старый охотник мотнул головой, и двое подхватили Августа с разных сторон. Тело было тяжёлым, но они шли быстро, будто их ноги знали дорогу сами. Когда они вышли на площадку, где остальные охотники ждали в тени, разговоры мгновенно смолкли. Глаза всех были устремлены на безмолвную фигуру, на её молчащую плоть, и в этих взглядах читалось одновременно облегчение и тревога. Задача изменила тональность — от шпионажа к пленению и допросу. Кто-то тихо проверил покой Августа — пульс был слаб, но ощутим. Жизнь в нём ещё стучала, как испуганная птица.

— Быстро, — приказала Эвелин. — К восточному коридору. Там меньше патрулей. Гвиана, приглядывай за ним. Мартис, ты со мной. Никто — ни один звук. Понимаете?

Голос её был жестким, но не резко командным — это был голос человека, который измеряет каждую секунду и готовит будущую бурю. Охотники, как одна тень, поднялись, и под покровом ночи начали тащить свою добычу к местам, где сомкнутся цепи допроса. Гвиана шепотом сказала:

— Держись. Пусть он проснется у нас, но пусть не найдёт здесь защиты. Мы выжмем из него то, что нужно.

— Иначе? — прошептал кто-то рядом.

Эвелин промолчала.

В ту же минуту, когда они удалялись все дальше от Канталона, где их ожидала дальняя часть отряда, Эвелин почувствовала, как письмо, спрятанное близко к сердцу, жжет ткань плаща — не от огня, а от осознания содержащейся в нём правды. Она знала: теперь дорога будет другой. Они уже не просто повстанцы. Они стали теми, кто держит в руках преимущество — и мстительность империи.

Охотники сидели в полукруге, прижимая к себе мешки и снаряжение; кто-то шептал, кто-то просто смотрел в огонь, не видя его. Эвелин опустилась на камень у края привала, положила свиток на колени и, ещё раз убедившись, что никто не подслушивает, развязала внутренний карман. Плечи её дрожали не от холода, а от напряжения: каждая строчка письма могла перевернуть смысл их действий.

Она раскрыла свиток и прочла — сначала медленно, как будто проговаривая заклинание, затем быстрее, всё глубже погружаясь в смысл:

— Император Хугин издал приказ о немедленном роспуске всех узников и «подопытных» — тех, кто был удержан для опытов и изучения. Причина — приказ вышел непосредственно из столицы; предполагается, что это мера всеобщего «пересмотра» и «смягчения репутации» в ответ на внешние и внутренние давления. Параллельно — мобилизация поисковых отрядов: во всех крепостях и гарнизонах формируются группы. Была выявлена новая страшная тайна, которую по соображениям государственной безопасности пока не раскрывают, но от её присутствия требуется срочная концентрация сил. Наконец: назначен сбор через две луны в Аль-Канзаре — для дальнейших распоряжений и распределения сил.

Чем дальше Эвелин читала, тем холоднее становилось вокруг. В письме, которое выглядело официально и невинно, дрожала угроза: империя, казалось, сама не понимала до конца, с чем имеет дело, но уже направляла большие силы. Роспуск узников — не акт милосердия; скорее попытка скрыть следы, распустить улики и одновременно отвести внимание в виде массовых «поисковых отрядов». Что если эти «поиски» — не спасение, а новые испытания? Что если сила, которую они разбудили, собирались направить в заранее продуманных объёмах? Эвелин сложила свиток и прижала его к груди. Она поняла: встреча в Аль-Канзаре — не просто сводка; это сбор — теперь уже не только имперских чинов, но и всех, кто причастен к темным, скрытым опыту. Их противник менял манеру игры. Она встала и направилась к тем, кто держал Августа. Откуда-то из глубины привала доносились шаги; кто-то положил руку на плечо Мартису — словно поддерживая, как поддерживают неровно идущего. Август лежал на холодной и мокрой земле; его дыхание было прерывистым, но живым. Мартис стоял над ним, сжатый, как пружина, в кулаке — остаток старой ярости. Его глаза светились не только требованием правды, но и местью.

«Пора», — сказал он, не отводя взгляда от человека, который представлял собой символ всех тех, кто издевался над судьбами.

— Ты проснулся, — сказал Мартис ровно, почти без эмоций. — Расскажешь теперь — как вы называете людей «ресурсами», как называется то, что вы делаете в подвалах ваших крепостей? Что за опыты? Для кого?

Август пришёл в себя медленно, глаза сначала моргали, не понимая света. Он ощутил боль, глухую и распирающую, но в голосе — раздражение и наглость, старая привычка не заметать страха.

— Ты думаешь, ты вытащишь из меня секреты? — прошипел он, и его голос был полон надменности. — Вы ничего не узнаете. Император знает больше, чем ты осмеливаешься думать. Мы делаем для государства то, что государство не может делать иначе. Выжившие — плата. Плата за порядок.

Мартис не искал слов с ним. Он твердо схватил Августа за ворот, поднял кулак и ударил. Удар был отточен годами войны — не случайный, а рассчитанный, чтобы ломать волю. Тело Августа склонилось, голова тряслась. Мартис бил снова и снова; глушащие удары звучали в ночи, похожие на хлопки гашёного дерева. Охотники вокруг замерли: кто-то отвернулся, кто-то стиснул губы, кто-то чувствовал, как внутри что-то горит и зовёт жестокостью расплаты. Били не для удовольствия; били, чтобы слова прорвались сквозь железную корку. Кровь выступила на губах Августа, он хрипел, пытался что-то выкрикнуть, но звуки рвались лишь в рыданиях.

Эвелин шагнула вперёд, и всё вокруг словно утихло. Она остановила Мартиса прикосновением — лёгким, но настойчивым.

— Хватит, — сказала она тихо, но так, что каждый в кругу услышал её. — Не ради этого мы привели его сюда.

Мартис остался с окровавленным кулаком в воздухе, лицо его было перекошено борьбой между жаждой мести и послушанием командиру. Он отступил, стиснув зубы.

Эвелин наклонилась к Августу так, чтобы их глаза встретились. Взгляд его искал опору в темноте, но нашёл только твердость. Она задала простой, холодный вопрос — тот, ради которого они сюда пришли:

— Что дальше намерен делать император? Сколько людей пойдёт на поиск ? Куда направят силы? Какие у них планы? — её голос был ровным, предельно ясным.

Август ответил не словами, а злостью; она жгла, но не раскрывала правды.

— Ничего вы от меня не узнаете, — проревел он сквозь зубы. — Вы все наивны. Вы думаете, что им нужна ваша маленькая правда? Им нужен контроль. Империя — это механизм, и у неё свои причины. Вы никогда не поймёте.

Это было вызовом. В её ладони оказалась рукоять меча; она почувствовала вес его, словно ответ на вопрос о цене действий.

— Тогда ты лишишь нас выбора, — сказала она тихо.

Не было жажды мести в её движении, не было торжества. Был холодный расчёт и скорбь — скорбь о том, что мир, ради которого они боролись, требует подобных решений. Эвелин подняла меч и сделала один быстрый, чёткий взмах. Лезвие прошло по воздуху как прямой приговор. Тело Августа содрогнулось и осело — и в ту же секунду мир вокруг замер. Никто не крикнул, никто не аплодировал. Были лишь звуки — треск углей, шорох плаща и чей-то тихий, приближающийся вздох удивлённой жалости. Её удар был точен и беспощаден; голова отделилась от тела, и человек, который был символом жестокости и скрытой власти, замолчал навсегда. Но описание его смерти не было зрелищем для публики: это был акт, исполненный ради защитной необходимости. Эвелин опустила меч, и в её глазах не было радости — только ясность и тяжесть принятого решения. Мгновение повисло, длинное и болезненное, словно пауза между двумя ударами молота. Затем Гвиана присела, прикрывая лицо ладонью. Мартис склонился, его челюсть дёрнулась, он не мог ничего сказать; в нём боролись облегчение и проклятие выполненного долга. Некоторые охотники отвернулись, не желая видеть последствия, другие же молча прикрывали глаза — потому что знали: иногда кровь — единственный язык, который понимают короны.

Эвелин же стояла неподвижно, словно колонна камня. Она осознавала, что этот поступок изменил их путь. Убийство не давало ответов; оно снимало потенциальную угрозу немедленно. Но за ней тянулся шлейф — и вопросы, и необходимость действий, и неизбежность, что им предстоит идти дальше, ближе к тому, что империя столь отчаянно пыталась скрыть.

— Действовать быстро, — сказала она, наконец, голос её был сух и деловит. — Но сначала — исполнить то зачем мы пришли. Канталон должен быть захвачен. Они остались без своего надзирателя, а значит нет никакой опасности. Теперь их можно атаковать. При любой возможности, освобождайте пленных

Мартис кивнул, губы его сжались в тонкую линию.

— Мв прикроем вас, ваше величество — сказал он, — Никто не уйдёт в одиночку.

Гвиана подняла взгляд, и в её глазах пульсировала решимость, смешанная с горечью. Она подошла к трупу Августа, отошла к краю, чтобы никто не видел её слёз, и тихо произнесла:

— Пусть это закончится тем, что мы знаем правду. Пусть он не уйдёт в могилу — пусть хотя бы даст нам ключ к разгадке.

Эвелин положила руку на плечо Гвианы, не говоря ничего. Её мысли теперь были ясны как никогда: письмо — ключ, Аль-Канзар — следующая точка на карте, а в глубине — нечто, способное перевернуть судьбы многих. Они должны были действовать быстрее и хитрее, чем империя. И, может быть, иногда решение приходило именно таким — холодным, осознанным и беспощадным. Ночь сгущалась, отряд тихо распределял обязанности. Кто-то готовил настойки на случай новых ранений, кто-то проверял оружие, кто-то осторожно загружал тело Августа, чтобы отнести туда, где его нельзя будет опознать и где нельзя будет поднять нежелательное внимание. Письмо же, спрятанное близко к груди Эвелин, было их единственным компасом в предстоящей буре. И пока вокруг горели маленькие огни, их мир сжимался до одной чёткой линии — «вперёд, к Аль-Канзару, к двум лунам и к ответам».

Штурм Канталона стал последней частью этой ночи, долгой и щедрой на кровь и огонь. Когда остатки приготовлений были завершены, они собрались у края обрыва, откуда была видна величественная, но истерзанная крепость — серое отражение границ империи. Потрепанные стены возвышались над землями Хеуфарда, словно ещё не знавшие своих последних дней. Но они знали. И охотники знали.

Эвелин стояла впереди, сжала рукоять меча — не для бравады, но чтобы почувствовать, будто клинок в её руке пульсировал вместе с кровью. Рядом с ней — Мартис Хупер, мрачный, собранный, уверенный, как ночной смерч. Гвиана уже прокручивала в пальцах заклинания, которые могли стать пламенем мести. Грейсон-Харт проверял свое орудие. Леофрик, неуловимо спокойный, но с бурей в глазах, стоял рядом.

— Мы все знаем, что делать, — сказала Эвелин, глядя на своих товарищей. — Захватить вороота, пробиться внутрь. Сегодня мы заканчиваем это — не без потерь, но с честью.

Темное небо вздрогнуло под крики сорвавшихся с лесов ворон. Команды разошлись, словно склоняясь под ветками ночных деревьев. Охотники разделились на три отряда.

— По моей команде. Раз — на затвор, два — на клинок.

И началось.

Взрыв тишины был оглушающим. Когда Эвелин подняла правую ладонь — знак к штурму, звёзды словно погасли. Взметнулись силуэты охотников, звук стрел, свист рваных листьев, отголоски магии. Имперские караульные оказались застигнуты врасплох, и здесь каждое мгновение казалось вечностью. Они падали, они кричали, но охотники шли вперёд, разбивая преграды, ускользая от арбалетных болтов. На стенах — битва. В коридорах — крики. Казематы стали ареной для клинков, которые знали, что от их удара зависит будущее. Даже воздух пылал — и в этом воздухе рождалась последняя воля. Оглушающие взрывы, рев огня, тело за телом — кровавый путь, прокладываемый среди каменных стен. Под конец — тишина. Резкий, обрывистый момент, когда всё кажется почти завершается. Крепость шаталась на границе капитуляции, её защитники пали.

Но в этот почти победный миг, когда Эвелин и Гвиана уже пробились внутрь центральных залов, раздался выстрел. Он отсёк и воздух, и надежду.

Леофрик пал. Выстрел из мушкета, безжалостный, сверкнувший мимо огня. Он рухнул, словно статуя, сражённая в сердце. На лице — не было страха. Было лишь удивление и спокойная, тихая боль. Он был хорошим другом. Он был тем, кто всегда прикрывал, даже не прося взамен.

— Леофрик! — вскрикнула Гвиана.

Магия рванулась из неё как пламя, как горн, зовущий к мщению. Её ладони сияли, огненный вихрь взвился и, словно волк, бросился на стрелка. Имперский мушкетёр не успел понять, что с ним произошло — он лишь на мгновение увидел силу в глазах Гвианы, и в следующее — исчез в облике вспышки. От него остался только отблеск пепла.

Когда бой был окончен, когда крики утихли, охотники собрались у того места, где пал Леофрик. Эвелин опустилась рядом, коснулась его руки, уже холодной. Гвиана молчала, но слёзы текли по её лицу так, будто даже огонь не мог их высушить. Они не оставили его на камне. Они нашли старый костёр, сложили его тело рядом с сухими брёвнами и разожгли огонь. Огонь вспыхнул высоко — словно в последний раз он поднимал руки в воздух, в уверенности и мире.

Задымленный ветер шептал об утрате, и как только пламя достигло пика, Эвелин тихо произнесла:

— Он был бастардом. Но бастардом с чистым сердцем.

Она не хотела плакать, но в голосе её душа дрогнула. Гвиана присела рядом и прижалась к ней плечом.

— Да, — продолжила Эвелин. — Он был бастардом не только по крови — но и по судьбе. Но он… он выбрал честь. Он выбрал быть частью нас. И мы выбрали помнить его.

Пламя на миг взвилось к небу — будто само небо хотело принять этого лишенного титула, но одаренного сердцем героя. А охотники стояли, молча и долго, слушая треск огня. И никто не сомневался: Леофрик был их светом, потерянным, но не забытым. И с этим светом, с его жертвой, они знали, что идут дальше — туда, где будет гореть огонь новых битв. Но этот огонь уже несли в своём сердце.