Песнь о Тяньшу. Тысяча миль одной нити судьбы

Глоссарий

Главные герои:

Соня Миронова из России, 22 года, учится на дизайнера-иллюстратора.

Эрик Гордеев из России, 23 года, лидер и главный вокалист популярной группы Apollofly.

Ян Кай У (от 阳yáng - мужчина; 開悟 kāi wù – открывать новое осознание) из клана Инхушэнь (鹰虎神- дух орла и тигра).

Юань Фэнь (缘分, yuánfèn – роковое совпадение, судьба) из клана Юэлянь (月镰, yuè lián – Лунный Серп).

Чжун Хао (忠 (zhōng), верность, преданность с 豪 (хао), храбрый, героический) из клана Инхушэнь.

Лу Мэн (璐蒙 lù méng) – Лучший (белый) нефрит, окутанный тьмой.

Цзиньэ (金峨, jīné) – золото возносящиеся к небу. Цилинь из царства Цинъюнь.

Противники:

Генерал Лак Лонг Куан из Царства Ситькуи, что на эвэхуанский языке переводится как «Красный демон».

Места:

Империя Фунань (福南 Fúnán) – Благословенный юг

Люуе (刘吴夜 liúwúyè) – Город ночи

Провинцией Шанци́н (上清 Shàngqīng) – Высшая Чистота

Царство Цинъюнь (庆云 qìngyún) - Благовещие облака

Школа:

Шансян (上庠 shàngxiáng) – высшая школа, находится на Пике Тайцзи (太極 tàijí) – великий (изначальный) предел.

Юэя́н (岳阳, Yuèyáng) – пик Солнца.

Тяньди (天地, tiāndì) – пик Неба и Земли

Наставники:

Мин Юнь (命運, mìng yùn) – воля неба; предназначение. Даши (大师, Dàshī) – титул означает «великий мастер».

Соученики и соученицы:

Лин Лань (陵兰 líng lán) из клана Уюэ (五岳 wǔyuè) – пять священных пиков.

Вэнь Жоу (溫柔, wen rou) из клана Юйфэн (玉凤, yùfèng) – нефритовый феникс.

Тан Ли (唐力 táng lì) – вольный, свободный, упорный.

Сянь Юэ (仙月 xiān yuè) из клана Чанхэ (长河 chánghé) - млечный путь.

Обращения:

Туди (徒弟 túdì) — ученик/ученица.

Дашисюн (大师兄 dàshīxiōng) — самый старший или первый поступивший на обучение ученик.

Дашицзе (大师姐 dàshījiě) — самая старшая или первая поступившая на обучение ученица.

Шицзе (师姐 (shījiě) — старшая соученица по обучению.

Шимэй (师妹 shīmèi) — младшая соученица по обучению.

Шисюн (师兄 shīxiōng) — брат-наставник, старший соученик.

Шиди 师弟 (shīdì) — младший соученик по обучению.

Дицзы (弟子 dìzǐ) — личный ученик-последователь/личная ученица-последовательница.

Шифу (师傅 shīfu) — мастер; отец-наставник.

Шицзунь (师尊 shīzūn) — мастер, вежливое обращение к наставнику.

Лаошифу (laoshifu) — используется в отношении совершенно любого учителя. Можно условно перевести как многоуважаемый.

Лаоши (老师 lǎoshī) — наставник/учитель.

Сяньси (仙师, xiānshī) – Бессмертный мастер, звание заклинателя высокого ранга

Лаофу (老夫, lǎofū) – "Этот старик".

Сяоцзы (小子, xiǎozi) – паренек, негодник.

Цземэй (姐妹 (jiěmèi) — сестра. (Без указания старшинства).

Мэймэй (妹妹 (mèimei) — младшая сестра.

Гэгэ (哥哥 gēge) — старший брат, так же используется девушками при кокетстве.

Сюнди (兄弟 xiōngdì) — брат; друг (Без указания старшинства).

Дагэ (大哥, dàgē) – самый старший брат в семье, а также вежливое обращение в дружеском разговоре.

-Сюн (兄, xiōng) – «старший брат», «уважаемый друг» (вежливое обращение к сверстнику).

-Гэ (哥, gē) – букв. «уважаемый старший брат».

Мэйнюй (美女 měinǚ) – красавица (обращение, обычно к незнакомым девушкам до 40+ лет)

Шуайгэ (帅哥, shuàigē) — красавец

Совершенствование (смотреть таблицу):

Совершенствование - мистические искусство или набор техник, которые практикуют заклинатели.

Духовные корни (灵根 línggēn - корень духа, корень жизни) – образно, основа души и тела человека. Связаны с врождёнными талантами и способностями человека.

Шеньши – (神识 shénshí) – духовное восприятие\чувство.

Ядро (魔核 móhé - магическое ядро, 妖核 yāohé - колдовской + ядро), которое содержит их цзин/жизненную силу и/или Основу для самосовершенствования.

Даньтянь (丹田 dāntián) – букв. "киноварное поле". Расположена примерно на ширине 3-х пальцев ниже пупка, место, где сосредоточена ци человека.

Хоутянь (后天 hòutiān) - посленебесное / приобретенное, происходят от даосизма и Внутренней алхимии означает то, что "питает" человека после рождения: пища, вода, воздух, внешняя ци.

Сяньтянь (先天 xiāntiān) – преждененебесное / врожденное, происходят от даосизма и Внутренней алхимии означает то, что даётся при рождении (жизненная сила цзин, энергия ци и дух-шэнь).

Чунсяоцзин (冲霄境) - Пробивая небо. Когда ты ещё «смертный», но переродился с «новым телом», намного сильнее, выносливее и ближе к бессмертию.

Столп Яньли (严厉, yánlì) – столп строгости (для фехтовальщиков)

Столп Цыбэй (慈悲 cíbēi) – столп милосердия (для заклинателей)

Небесная Скорбь (天劫 tiānjié) - небесное испытание.

Цингун (轻功 qīng gōng) – мастерство легкости. Способность двигаться с большой ловкостью и быстротой. При высоком уровне мастерства практикующие этот навык могут бегать по воде, прыгать на вершины деревьев или даже парить в воздухе.

Демоническое ядро (魔核 móhé - магическое ядро, 妖核 yāohé - колдовской + ядро), содержит их жизненную силу и/или основу для самосовершенствования.

Время:

卯 mǎo (5.00 — 7.00): легендарный ЗАЯЦ готовит на Луне лекарство бессмертия

辰 chén (7.00 — 9.00): ДРАКОН нагоняет тучи

巳sì (9.00 — 11.00): время активности ЗМЕИ

午 wǔ (11.00 — 13.00): резвятся ЛОШАДИ

未 wèi (13.00 — 15.00): самая сочная трава для БАРАНА

申 shēn (15.00 — 17.00): любимое время ОБЕЗЬЯН

酉 yǒu (17.00 — 19.00): ПЕТУХ отправляется спать

戌 xū (19.00 — 21.00): СОБАКА приступает к ночной охране дома

亥 hài (21.00 — 23.00): СВИНЬЯ наслаждается сном

子 zǐ (23.00 — 1.00): КРЫСА проявляет активность

丑 chǒu (1.00 — 3.00): БЫК жует жвачку

寅 yín (3.00 — 5.00): ТИГР вышел на прогулку

Прочее:

Тяньшу (天恕 tiān shù) – меч небесного прощения.

Сыхэюань (四合院 Sìhéyuàn) — тип традиционной китайской застройки, при котором четыре здания помещаются фасадами внутрь по сторонам прямоугольного двора.

Цзяньши (剑士, jiànshì) – мечник, фехтовальщик.

Фанши (方士fāngshì) – маг, алхимик, заклинатель.

Фучжоу (符咒 fúzhòu) магический талисман — это комбинация рун и мантры.

Фулу (符籙 fúlù) – талисман, амулет

Линши (灵识 língshí) — духовный камень.

Наньмань (南蛮 nánmán) – инородец, чужак.

Сы-Мин (司命) — Управитель жизни, Повелевающий судьбой.

Хоу-ту (后土 Hòutǔ) — Королева(богиня) Земли.

Мушен (木神, mùshén) – один из божества деревьев

Яогуай (кит. 妖怪 — нечистая сила), — китайский термин, который обычно означает демона, призрака, чудовище.

Цзянши (殭屍 jiāngshī), также известный как китайский «подпрыгивающий» вампир — тип ожившего трупа в китайском фольклоре.

Цияо (七曜, qīyào) – фестиваль семи светил

Вэймао (帷帽) – букв. "шляпа с вуалью или занавешенная шляпа".

Сферы совершенствования

Пролог

Царство Ситькуи.

Алый Дворец Лаэ Тай

Лак Лонг Куан уверенно вошёл в просторный зал, богато украшенное драгоценными камнями тёмно-синее одеяние развивалось от быстрых шагов. Трёхголовые нагарай[1] вырезанные на мраморных колоннах, внимательно следили за генералом и бесшумно ступающей за ним стражницей Ли Тьенг. Инстинктивно проведя рукой по серебряной маске, прикрывающей правый глаз, Лак Лонг бросил безразличный взгляд на танцовщиц. Девушки в шёлковых сабай[2] изящно двигались в танце «Восьми фей в облаках» под резкое, но проникновенное звучание данбау[3] и сао. Браслеты на их руках мелодично звенели в такт движениям.

Остановившись в паре чжанов от лестницы, ведущей к величественному трону, Лак Лонг мазнул взглядом по грозным позолоченным статуям клыкастых якши с воткнутыми в пол мечами и поклонился, согнув левую руку и сложив пальцы в кулак, а правую приложил сверху. Стражница скрестила руки на груди и почтительно склонилась.

– Хоанг де[4], да воссияет великое пламя хунгвыонгов! – чинно поприветствовал Лак Лонг, поднимая глаза на императора.

Подперев щёку одной рукой, Хунг[5] Кхай скучающе посмотрел на генерала, и вся безмятежность с его холодного утончённого лица исчезла. Чёрно-алое одеяние раскинулось по трону, изящно уложенные тёмные волосы венчала золотая корона в форме застывших языков пламени.

– Генерал, неужели я был слишком снисходителен, что ты решил не торопиться выполнять мой приказ? – мягким, почти томным голосом произнёс император, и острый, словно лезвия взгляд пронзил Лак Лонга.

– Ваше Величество, мот луан уже был в моих руках... – внезапная силовая хватка сжала горло генерала, заставляя умолкнуть и схватиться за шею в попытках высвободиться из невидимых пальцев.

– Мне не нужны оправдания! Я дал тебе достаточно времени, а ты посмел явиться с пустыми руками! – голос императора зазвенел сталью, его глаза заволокло серебристым сиянием, а тёмная пронизывающая аура разлетелась в стороны.

Не вставая с трона, Хунг Кхай силой вздёрнул Лак Лонга над полом. Генерал захрипел, сильнее вцепляясь в шею, его лицо побагровело, вены вздулись.

Вскрикнув, танцовщицы в ужасе прижались друг к другу, музыка мгновенно стихла.

– Хоанг де! Эта ничтожная слуга просить проявить милость к генералу, – падая на колени, умоляюще воскликнула Ли Тьенг. – Если бы тогда не вмешались...

– Не смей!.. – стражница вмиг замолчала, боясь поднять глаза на господина.

Император недобро усмехнулся.

– Если генерал не может справиться с парой заклинателей, то придётся послать Вьет Тхонга, он уж никого не пощадит.

Лак Лонг мог вытерпеть любую боль, но насмешки и презрение в глазах других генералов для него хуже смерти.

– Я выполню прик...аз, – сквозь зубы процедил Лак Лонг, жёсткий взгляд, брошенный на императора, наполнился яростью.

Невидимая хватка ослабла, генерал упал на одно колено, судорожно хватая воздух и заливаясь кашлем.

Император расслаблено откинулся на спинку трона и, прикрыв глаза, властно произнёс:

– Владыка скоро пробудится, к тому времени древний меч Тяньшу должен быть в моих руках. Не разочаруй меня, брат...

– В этот раз я не подведу, – Лак Лонг сдержанно поклонился и, развернувшись, спешно зашагал к выходу.

Скучающе вздохнув, Хунг Кхай махнул рукой, слуга тут же поднёс ему чашу с вином. Вновь заиграла музыка, и танцовщицы соблазнительно задвигались, восхваляя в пении силу императора и желая ему долгой жизни.

Когда двери в тронный зал закрылись, Лак Лонг гневно ударил кулаком по колонне и медленно выдохнул.

– Генерал, каков ваш план? – хмуро поинтересовалась Ли Тьенг, обеспокоенно смотря на господина.

– Давненько мы не приносили Владыке Зием Выонгу кровавое подношение, пора это исправить.

– Что прикажете делать с молодой госпожой и дерзким юнцом, посмевшими вас оскорбить? Только скажите, и эта слуга лично проследит, чтобы они умерли в муках! – яростно заявила Ли Тьенг склоняясь в поклоне.

– Твой драконий кнут не должен их коснуться! – остудил пыл стражницы генерал. – Доставь живыми на чёрную гору Нхи Лунг, я лично ими займусь, – хищная ухмылка исказила губы Лак Лонга, в сладостном предвкушении он стёр кровь с руки.

***

[1] Трёхголовые нагарай – священные кобры, почитающиеся в царстве Ситькуи

[2] Сабай – традиционная женская одежда представлять собой длинный кусок шелка, который накидывается по диагонали на грудь, прикрывая одно плечо, а один конец спускается за спину.

[3] Данбау (đàn bầu) — однострунная цитра.

[4] Хоанг де (hoàng đế) – почтительно обращение к императору

[5] Хунг (Hùng Vương, 雄王) – титул правителя; полное имя императора – Кхай Динь-выонг

Глава 1

Город Люуе. Поместье Цзяхао

Седьмой месяц орхидеи

Остановившись возле главных ворот с каменными львами, Эрик громко забарабанил в дверь, привлекая внимание прохожих.

– А потише нельзя? – шикнула я на лидера, неловко кланяясь пожилой паре.

– Я не виноват, что у них тут звонка нет, а у Ли Хао слух плох...ой, – Эрик запнулся, когда двери резко отворились и пред нами предстал управляющий в скромной бежевой одежде старшего слуги.

– Мы вернулись! – обрадовала я Ли Хао, делая лёгкий поклон и поудобней перехватила в руке шест Белого Лотоса.

Увидев наши сияющие лица, Ли Хао вздрогнул и чуть не поддался порыву закрыть обратно двери, но Эрик вовремя подставил ногу, и управляющий отступил.

– Лучше бы юная госпожа и господин в Шансяне остались, всё проку больше. В поместье от вас только шуму прибавится, – он окинул нас хмурым взглядом, нехотя пропуская во внутренний двор.

От такого дружеского приветствия я на мгновение растерялась, а Эрик лишь усмехнулся, похлопав управляющего по плечу.

– Ли Хао, смотрю, ты нисколько не изменился, всё такой же ворчун, но я рад тебя видеть.

Лицо управляющего на миг перекосило, но он быстро справился с собой и сдержанно поинтересовался:

– Не желают ли юные госпожа и господин отдохнуть с дороги? Я прикажу служанкам подготовить покои.

– Не торопитесь, мы сначала сходим поздороваться с господином Юань Фэнем и Кай У, – натянуто улыбнулась я, потянув Эрика в сторону главного павильона.

– Да, и будь добр, прикажи приготовить еды, с дороги я жутко голодный! – выкрикнул Эрик, оборачиваясь к Ли Хао. Тот лишь тяжело вздохнул и, прихрамывая, направился в сторону кухни.

Впуская свежий летний ветерок, двери в зал Спокойствия были широко раскрыты. Господин Юань Фэнь, погружённый в чтение, сидел на кушетке внутри павильона. Изысканное белое одеяние, плавно переходящее в чёрное на подоле и рукавах, подчёркивало его широкие плечи. Тёмные волосы, аккуратно собранные в высокий хвост, украшал нефритовый гуань[1], заколотый поперечной шпилькой. Немного нервничая, я замедлилась, поправляя ученическое ханьфу и пытаясь придать себе уверенный вид. Эрик вошёл в зал первым, я тихонько ступила за ним, как вдруг шест стукнулся о порог и, выскользнув из пальцев, с грохотом рухнул на пол.

Упс...

Господин Юань Фэнь резко вскинул голову, пронзая суровым взглядом, но, увидев нас, выражение на его лице смягчилось, а губы тронула улыбка.

– Ну конечно, стоило тебе увидеть красавчика, как всё сразу из рук валиться, – фыркнул Эрик, насмешливо покачав головой.

– Ты, видно, к ним не относишься, раз при тебе у меня ничего не валиться из рук, – вернула ему подколку, метнув испепеляющий взгляд.

Эрик усмехнулся, а я наклонилась поднять шест, чувствуя, как щёки обдаёт жаром.

– Госпожа Сония, юный господин Эрик, рад вас видеть! Надеюсь, дорога не сильно утомила? – заботливо поинтересовался господин Юань Фэнь, откладывая книгу в сторону. Янтарные глаза с милой родинкой под нижним веком внимательно осмотрели нас.

Мы с Эриком вежливо поклонились, вытянув руки и сложив ладони.

– Дорога не утомила, но вашим повозкам не хватает кондиционера, – непринуждённо отозвался Эрик, вытаскивая из рукава шёлковый веер и обмахиваясь им. – Духота неимоверная! Спасибо шифу, что открыл портал в Люуе, и нам не пришлось четыре дня трястись в ней.

– Конди... эр? – озадаченно изогнул бровь господин Юань Фэнь.

– Он охлаждает в помещении воздух при сильной жаре, – коротко пояснила я, когда Эрик отвлёкся на столик, разделяющий кушетку, и буравил глазами пиалу с чаем.

– Вот как? – с улыбкой протянул господин Юань Фэнь и чуть напрягся, заметив странный взгляд Эрика.

Эрик резко шагнул вперёд, господин Юань Фэнь, не сводя с него глаз, мгновенно накрыл ладонью пиалу. Отступив назад, лидер довольно усмехнулся:

– Так и знал, что вы не забыли! Но я бы не стал повторяться, да и дворы убирать мне надоело, – он стрельнул в меня взглядом.

Цокнув, я, прижав шест, скрестила руки на груди. Эрик, похоже, мне теперь до старости об этой подработке напоминать будет.

Господин Юань Фэнь, придержав правый рукав, налил в другую пиалу чай и, аккуратно взяв её, поднялся с кушетки.

– Юный господин, ваше сгребание листьев в кусты сложно назвать уборкой, – спокойно заметил он, любезно протягивая лидеру пиалу.

– Тц! Если б не Чжун Хао, вы бы об этом даже не узнали, – хмыкнул Эрик, одним глотком выпивая чай.

Я подавила смешок, пряча улыбку за почёсыванием носа, Юань Фэнь перевёл на меня взгляд и тепло улыбнулся.

– Госпожа Сония, для вас я прикажу заварить свежий чай, наш, к сожалению, остыл.

– Благодарю, – вежливо кивнула и тихо добавила: – Но я и от холодного не отказалась бы.

– Юная госпо... – вдруг замолчав, господин Юань Фэнь бросил взгляд на улицу.

Мы с Эриком одновременно обернулись.

Господин Кай У в светло-зелёном одеянии неспешно поднимался в зал, неся целую гору скрученных свитков, они валились у него из рук, скатываясь с лестницы. Передние пряди серо-лиловых волос спадали на плечи, остальные были уложены в пучок, закреплённый серебряным гуанем и шпилькой-цзи. Исхудавшее, с морщинами и глубокими тёмными кругами лицо сменилось на лицо с тонкими решительными чертами и белоснежной кожей.

– Вау, господин Кай У, вы так помолодели! – вместо приветствия воскликнула я, стоило ему переступить порог.

– Не серьёзно? Вы на медитации были или у пластического хирурга? – ошеломлённо вторил Эрик.

Застыв в дверях, господин Кай У недоумённо перевёл взгляд с меня на Эрика и обратно.

– Помолодел? У пластич... кого?

– Юный господин, барышня Сония, вы сколько думали, Кай У лет? – смеясь над растерянным другом, поинтересовался Юань Фэнь.

– Сорок плюс...

– Около пятидесяти, – следом бросил Эрик.

– Кхм! Между прочим, я старше Юань Фэня всего на два года, а ему только двадцать шестой год пошёл! – оскорблённо заметил господин Кай У, вскинув подбородок, отчего ещё несколько свитков посыпались на пол.

– Ну ошиблись чутка, – небрежно развёл руками Эрик, мы украдкой переглянулись, сдерживая улыбки.

Не радостно вздохнув, Кай У прошёл к столу, бросив на него свитки.

– Господин Кай У, не обижайтесь, – неловко протянула я, – но вы и правда старше выглядели.

– Да и выражаетесь как старик, – тут же ляпнул Эрик, мы одновременно пронзили его хмурыми взглядами, и лидер стушевался. – Как умудрённый старик!

– Что уж там, – отмахнулся господин Кай У, усаживаясь на кушетку.

– После ритуала в склепе, Кай У некоторое время мучился от последствий истощения ци, – просветил нас Юань Фэнь и указал рукой на стулья для гостей. – Пришлось долгое время упрашивать сюнди уйти в медитацию.

Потому как Юань Фэнь взглянул на Кай У, было видно, что он до сих пор беспокоится о друге.

– Теперь всё хорошо, я восстановил духовные силы, – успокоил господин Кай У и, придерживая рукав, налил себе и Юань Фэню чаю.

– Как замечательно, – искренне порадовалась я, встречаясь взглядом с Кай У, и только сейчас обратила внимание, что его тёмные брови слегка приподняты в уголках.

– Вижу, обучение в Шансяне пошло вам на пользу, – с легкой улыбкой заметил он, – юный господин выглядит куда более мужественно и благородно, но, увы, скромности в речах так и не прибавилось.

Эрик фыркнул и, захлопнув веер, откинулся на спинку стула:

– Вынужден расстроить, скромность – не мой конёк.

Господин Кай У замер с пиалой у рта. Юань Фэнь лишь усмехнулся, покачав головой.

– С этим не поспоришь, – невольно согласилась я, нарушая повисшее в зале молчание.

– Госпожа Сония, если не ошибаюсь, у вас в руках шест Белого Лотоса?

– Да. Он вам знаком? – удивленно переспросила я, положив шест на ноги.

– Видел однажды в руках своей матери, – ответил господин Кай У, между делом поправляя длинный рукав светло-зелёного одеяния.

– Что, простите?! – ахнула я, подпрыгнув на стуле, отчего шест чуть не слетел с колен.

– Но как он тогда оказался на испытании? – озадаченно вскинул брови Эрик.

Господин Юань Фэнь опустил взгляд на пол, а Кай У, глядя на наши вытянутые лица, спокойно пояснил:

– Как только владелец духовного оружия покидает этот мир, оно возвращается в Святилище Фуцзянь и ждёт нового хозяина.

Вот блин, как неудобно-то вышло.

– Простите, не хотела вас расстраивать, лучше я его уберу, – виновато пролепетала, оглядываясь и ища, куда можно отложить шест.

– Не стоит, это давняя история, – безмятежно улыбнулся господин Кай У, – сейчас шест Белого Лотоса навевает лишь приятные воспоминания.

– Ох, ну если так... – с облегчением выдохнула я, а то даже не представляю, как бы прятала его в пути.

– А у юного господина Эрика, судя потому, как он держит веер, будто готовится нанести удар, духовное оружие – боевые веера? – уверенно рассудил господин Юань Фэнь.

– Всё верно, – с долей удивления подтвердил Эрик, доставая их из рукава. – И не абы какие, а из кожи демонического зверя! – гордо заявил лидер, с щелчком раскрывая два чёрных веера с заострёнными лезвиями и усыпанных серебристо-золотыми узорами.

Господин Кай У и Юань Фэнь внимательно и оценивающе пробежались по ним взглядом. Я же, насмотревшись на веера в Шансяне и не раз получавшая от них, только хмыкнула, прикрывая на секунду глаза.

– Шест Белого Лотоса и тешань[2], – задумчиво потёр подбородок Юань Фэнь. – Должен признать, они вам подходят, – он перевёл на меня мягкий взгляд и улыбнулся.

Я улыбнулась в ответ и, смутившись, опустила глаза, делая вид, что мне срочно нужно расправить складки на ханьфу.

– Я всё вижу, – шепнул на ухо Эрик, опираясь рукой на подлокотник и склоняясь ко мне.

Резко обернувшись, чуть не столкнулась своим носом с его, но вовремя отпрянула. Эрик самодовольно поиграл бровями и с усмешкой вернулся на место.

Так... и что это было? Я медленно выдохнула, украдкой покосившись на лидера, но всё его внимание уже было обращено на хозяев дома.

– Признаться, у меня были сомнения, что вы сможете пройти второе испытание и заполучить духовное оружие, – вдруг поделился Кай У и, как ни в чём не бывало, отпил чаю.

От этого заявления я на миг оторопела, даже Юань Фэнь бросил на друга неодобрительный взгляд.

– Ха! А первое испытание вас, значит не смущало!? Сомнения не мучали? – возмущенно поинтересовался Эрик, стуча ребром веера по ладони.

– Как ни странно, но за него я был спокоен, – невозмутимо улыбнулся Кай У, кажется, совсем не обращая внимания на сердитый тон лидера.

– А зря! Мы, между прочим, в том лесу чуть концы не отдали. Если б не вмешался дем...

– Кхм!.. – перебивая, кашлянул Юань Фэнь, бросая на Эрика выразительный взгляд и незаметно качая головой. – Думаю, мы обсудим всё позже за ужином. У нас с Кай У есть важные дела, которые нужно успеть выполнить до завтра.

Господин Кай У на мгновение опешил, озадаченно приподнимая брови, но тут же согласно покивал головой.

– Ладно, – нехотя согласился Эрик, с подозрением прищурив глаза.

– А что будет завтра? – поинтересовалась я, пребывая в некоторой растерянности от странного поведения господина Юань Фэня.

– Юань Фэнь, вам ещё об этом не сказал? Завтра в час дракона[3], мы отправляемся в путь. Советую хорошенько отдохнуть и собрать всё необходимое, дорога предстоит долгая.

– Так скоро? – удивленно ахнула я.

– Мы не можем дольше ждать, иначе упустим удачу, дарованную Небесами в этом месяце, – ответил господин Юань Фэнь подходя к столу и, закатав длинные рукава, принялся перебирать свитки.

– Ну, я так и думал, – уныло вздохнул Эрик. – Хотя надеялся, что будет пара дней на отдых, и я смогу наконец выспаться.

Хотела съязвить про «отоспишься на том свете», но сдержалась, в нашем путешествии это легко может воплотиться в жизнь.

Мы только вышли из зала Спокойствия, как к нам подбежал слуга и, вежливо поклонившись, сообщил, что обед ожидает в моих покоях. Видно, за четыре месяца они не забыли, что Эрик ел в основном там.

– Интересно, почему господин Юань Фэнь не дал тебе сказать про Лу... – горячая ладонь мгновенно закрыла мне рот.

– Не произноси его имя, а то ещё явится, – шикнул Эрик, быстро оглядываясь по сторонам.

Я замычала, нахмурив брови. Глянув на меня, лидер усмехнулся и опустил руку, вытирая ладонь о ханьфу.

– Думаю, Юань Фэнь с Чжун Хао ещё не рассказали господину Кай У о нашем друге цзянши, – предположил Эрик, сделав в воздухе пальцами кавычки.

– Кстати, а где Чжун Хао? – заметила я, опуская разговор про Лу Мэна.

– А мне откуда знать? – хмыкнул Эрик, раскрывая веер и отгоняя летающих рядом мошек. – Но уверен, примчится на всех парах, как только узнает, что ты вернулась.

Лидер пошёл вперёд, скривив ему в спину рожицу, я двинулась следом. Мы молча прошли крытый коридор и вошли в комнату.

– С возвращением, молодая госпожа Сония, господин Эрик! – хором воскликнули служанки Сю Ин и А-Чжу.

– С возвращением, молодой господин, – со счастливой улыбкой поприветствовала Юйси.

Сложив руки на животе, они вежливо поклонились.

От неожиданности мы с Эриком шарахнулись в сторону, но быстро вспомнили о приличиях и поздоровались в ответ.

– Рада вас видеть. Как вы поживали? – по-дружески поинтересовалась я, с улыбкой разглядывая девушек в нежно-розовых платьях с закрученными в рогалик косичками.

– Не жалуемся, молодая госпожа, – скромно улыбнулась в ответ А-Чжу.

– Юйси, за четыре месяца ты стала ещё прекрасней, – елейным голоском пропел Эрик, растянув губы в самой очаровательной улыбке.

Пф! Как банально.

Я закатила глаза, а служанки Сю Ин и А-Чжу тихо охнув, прикрыли лица рукавами.

– Прошу вас, юный господин, не смейтесь над этой служанкой, – засмущалась Юйси, невинно опуская глазки в пол.

– Я бы не стал обманывать такую милую девушку, – лукаво протянул Эрик, подмигнув ей.

Служанки умилённо захихикали...

Ой, всё. Не могу на это смотреть.

Оставив лидера заигрывать с Юйси, подошла к кровати. Откинув в сторону белоснежный шёлковый полог, бросила на неё сумку и, пристроив рядом шест, огляделась. Кажется, ничего не изменилось: тот же ковёр с серо-золотой вышивкой в центре, стол, накрытый разными блюдами, справа у стены резной шкаф с аккуратно разложенными свитками и дорогими шкатулками. Даже мои джинсы и кофта лежат на полочке, где я их оставила. А, нет, всё-таки заменили разбитую вазу, теперь на пустом месте красуется новая с витиеватыми узорами цветов сливы.

– Молодая госпожа, не желаете помыть руки? Эта служанка принесла тёплой воды, – отвлекла меня Сю Ин, держа в руках кувшин.

Помыв в медном тазу руки, мы с Эриком приступили к обеду, служанки, учтиво поклонившись, оставили нас. Юйси с некоторой печалью взглянула на лидера, но он не обратил внимания, разглядывая угощение на столе, и нехотя покинула комнату.

Сразу убрав на край стола миску с рисом, Эрик пододвинул плошку с супом и цзяоцзы.

– Ммм... вот это я понимаю, еда, – с наслаждением протянул Эрик, – а не то, чем нас кормили в Шансяне.

– Что ж тебя тогда за уши было не оторвать от неё? – скептически усмехнулась я и, тоже подцепив палочками цзяоцзы напоминающие треугольные пельмени, закинула в рот.

– Мм... и правда вкусно!

Тесто приятно таяло на языке, мясо сочное, нежное. Действительно, самая вкусная еда за эти месяцы. Эрик, довольно пережёвывая пельмешку, закивал, выставив большие пальцы.

– Сюнди! Барышня Сония! – послышался с улицы радостный возглас, и в комнату влетел Чжун Хао.

– Ну, что я говорил? – насмешливо выгнул бровь Эрик, метнув в меня самодовольный взгляд, я даже супом подавилась. – Примчался, как ошпаренный.

Полы чёрного цзяньсю[4] с изящными небесно-голубыми узорами свободно развивались от быстрых шагов. Каштановые волосы, завязанные в небрежный хвост, украшал серебряный гуань с жёлтым драгоценным камнем и поперечной шпилькой-цзи.

– Сюнди, госпожа Сония, как же я обрадовался, узнав, что вы вернулись, – улыбка озарила лицо Чжун Хао, демонстрируя ямочки на щеках, он плюхнулся рядом на табуретку.

– И тебе привет, дружище, – лениво протянул Эрик, закидывая в рот кусочек жареной рыбы.

– Чжун Хао, мы же буквально недавно виделись, неужто соскучился? – шутливо заметила я, угощая его чаем.

– Госпожа Сония, вы даже не представляете, как было тоскливо без вас в поместье. Только дела и поездки в город помогли скрасить ожидание, – нисколько не смутился Чжун Хао, привычным движением отбрасывая с глаз чёлку.

– Эх, хотел бы и я хоть минутку поскучать, – иронично вздохнул Эрик, откладывая палочки в сторону, – но с тренировками в Шансяне было не до этого.

– Да, тебе, бедненькому, так тяжело было веселиться на тренировках с дашисюном, – я сочувственно покачала головой и, взглянув на слегка растерянного Чжун Хао, мило улыбнулась.

Он сразу отвернулся к Эрику, но уши предательски загорелись.

Лидер пронзил меня взглядом и, усмехнувшись, потёр ямочку на подбородке.

– А ты злишься, что веселились без тебя? Или ревнуешь?

– Пф! Размечтался, – фыркнула я, скрещивая руки на груди и стойко выдерживая его насмешливый взгляд.

– Барышня Сония! – вдруг подскочил Чжун Хао, воодушевлённо смотря куда-то поверх моей головы. – Я так рад видеть, что вы носите подаренную мной шпильку.

Вот же напугал. Я выдохнула, невольно пробегаясь пальцами по позолоченной шпильке с фигурой ласточки и цветком пиона на конце.

– Да она таскает её, не снимая с самого фестиваля, – хмыкнул Эрик, не разделяя счастливого настроения друга. – Меня побила, когда я хотел на секунду эту шпильку вытащить.

От слов лидера Чжун Хао растянул губы в широкой улыбке и не сводил с меня сияющего взгляда, вгоняя в ещё большее смущение.

– Ой, не придумывай... – неловко протянула я, уткнувшись лицом в пиалу.

– Да? А кто мне в живот заехал шестом? – вскинул правую бровь Эрик, барабаня пальцами по столу.

Я поперхнулась чаем, наконец решив сделать глоток. Вот пристал!

– Это вышло случайно, и мы тогда удар отрабатывали!

– Ну, свой удар ты на мне отлично отработала, – язвительно заметил Эрик, поаплодировав.

Я возвела глаза к потолку. Спокойно, спокойно... я травинка, парящая в космосе.

– Сюнди, госпожа Сония, почему бы нам не устроить тренировочный поединок в саду? – на радостях предложил Чжун Хао, вклиниваясь в наш спор.

– Зачем? – скривился Эрик, не оценив затею.

– Как старший, я должен оценить ваши навыки и быть уверен, что вы готовы к встрече с врагом.

– Не готов, – тут же заявил лидер, спокойно закидывая в рот печенье из османтуса, и, увидев моё возмущённое лицо, развёл руками: – Что? Я упростил ему задачу.

– Слышал бы тебя шифу, точно заставил бы всю ночь стоять в позе всадника.

– Сюнди, позволим это Небесам решить и сыграем в камень-ножницы-бумага, – настоял Чжун Хао, убирая улыбку с лица. – Победишь – делай, что хочешь. Если победа будет за мной, идёшь с нами.

– Небеса, как же... – легкая усмешка коснулась губ Эрика, он задумчиво потёр переносицу. – Ладно, но только один раз.

Заняло не больше трёх секунд: лидер сжал кулак, Чжун Хао выбросил бумагу. Ха! Теперь Эрик не отмажется. Я не сдержала довольную улыбку.

– Сюнди, Небеса сегодня на моей стороне, – Чжун Хао вскочил с табуретки и, обхватив левой ладонью правый кулак, приподнял над головой, выражая почтение.

– Вот же, научил на свою голову, – с досадой буркнул Эрик, недовольно вытягивая губы.

– Отлично! Идём в сад, заодно познакомлю тебя с Мэйхуа, – весело бросила Эрику, а то он всё упирался, и поднялась взять шест.

– Пора изобрести игру, в которой побеждать буду только я, – уныло вздохнул лидер и поплёлся к дверям.

Утопая в солнечном свете, сад был подобен цветным облакам. От пронизывающих тонких лучиков переливалась и блестела листва на деревьях, трепетно шелестя на ветру. Разнообразие ярких цветов восхищало и притягивало взгляд, аромат кружил голову. Вокруг порхали бабочки, где-то в стороне жужжали пчёлы, сад кипел своей жизнью. Прогуливаясь по каменным тропинкам, мы вышли на поляну, где, покачивая густыми ветками, раскинулось мощное дерево, напоминающее иву с сиреневыми цветами.

– Мэйхуа, смотри, кого я привёл, – возвестил Чжун Хао, пропуская нас вперёд.

– Приветствую вас, – я с улыбкой поклонилась, вытянув сложенные ладони, и обернулась к лидеру. – Эрик, знакомься, Мэйхуа – дух сливового дерева.

– Из самого Цветочного царства, – с гордостью добавил Чжун Хао, скрещивая руки на груди.

– А на вид так обычное дерево, – скептически протянул Эрик, склоняя голову набок и разглядывая Мэйхуа. – Я и красивей видел, и не с такими кривыми ветками.

Я стушевалась, метнув в лидера укоризненный взгляд, Чжун Хао, кажется, лишился дара речи и только растерянно хлопал глазами.

– Чжун Хао, ты был прав, – прошелестела Мэйхуа, нарушая молчание, – этот невежда, как мои сестрицы розы: красивы, но ранят.

– Ну хоть не с кактусом сравнили, – польщённо хмыкнул Эрик, убирая скептический настрой, и с любопытством приблизился к Мэйхуа. – Да и когда растешь один, приходится отрастить парочку шипов.

– К чему они молодому господину сейчас, ведь он уже не одинок? – поинтересовалась Мэйхуа, качнув ветками в нашу с Чжун Хао сторону.

– Они не... – резко умолкнув, Эрик, задумавшись, бросил на нас взгляд, но, так и не договорив, закружил вокруг Мэйхуа, исследовательски щупая шершавую кору. – Не пойму, откуда издаётся голос?

Оставшись в неизвестности, я украдкой взглянула на Чжун Хао, спрашивая, понял ли он, что хотел сказать Эрик. Но приятель лишь развёл руками, с улыбкой наблюдая, как Мэйхуа, не придя в восторг от того, что её щупают, издала скрипучий звук и задвигала ветками, будто пытаясь отогнать лидера. Несмотря на неловкость ситуации, я не удержалась от смешка.

– Кто-нибудь, уберите этого невежду от меня, – прошелестела Мэйхуа, осыпая Эрика сиреневыми цветочками, теперь он и сам стал походить на цветочный дух.

– Эрик, на твоём месте я бы не злила Мэйхуа, поверь, ударчик у неё побольнее моего шеста будет, – с усмешкой предостерегла лидера, и мы с Чжун Хао заговорщицки переглянулись.

– Могла бы и раньше сказать, – процедил Эрик и, неловко улыбнувшись Мэйхуа, медленно отступил. – Так и что, этот дух со временем сможет стать человеком?

– Всё верно, сюнди, – кивнул Чжун Хао и нежно погладил Мэйхуа по ветке. – Если не ошибаюсь, ей осталось совершенствоваться примерно четыреста лет.

– Ни фига себе! Я к тому времени уже несколько раз переродиться успею, – ошеломлённо выпалил Эрик, застывая с лепестком в руках.

Попинывая ногой камушек, я улыбнулась на реакцию лидера, но в душе взгрустнулось. Он был прав, и мне даже стало жаль, что нам не увидеть, каким человеком станет Мэйхуа.

– Для бессмертного духа четыреста лет — это ничто, – прошелестела Мэйхуа. – Один мой сон, может длиться сто лет. Но жду с нетерпением, когда смогу покинуть этот сад и увидеть мир, о котором так много слышала от сестриц и Чжун Хао.

– А я пообещал Мэйхуа, что, если с милости Небес моё совершенствование будет успешным, то, как только она обретёт человеческий облик, угощу её самой вкусной едой! – на радостях поделился Чжун Хао, сияя ямочками на щеках.

– Это так мило, – растроганно протянула я, обнимая шест.

– Ага, очень мило, – скептически хохотнул Эрик, – дряхлым стариком водить девушку по тавернам. Думается мне, она смотается от тебя быстрее, чем ты доковыляешь до первой лавки. Правда же? – лидер обернулся к Мэйхуа и подмигнул ей.

Мэйхуа не ответила, лишь зашелестела листвой.

– Ну вот, я прав, – довольно взмахнул рукой Эрик. – Молчание – знак согласия.

– Мэйхуа, может, задумалась, а ты и рад подпортить Чжун Хао настроение, – я обвиняющее ткнула его пальцем в рёбра.

Эрик дёрнулся, закрываясь от меня.

– Сюнди, надеюсь, твои боевые навыки так же хороши, как твоя речь, – Чжун Хао бросил хмурый взгляд на лидера. – Идёмте к пруду, там больше места для поединка.

Приятель двинулся вперёд, обходя кусты с нежно-розовой камелией, Эрик чертыхнулся и поспешил за ним.

– Эй, Чжун Хао, ты что, обиделся? – сразу поднапрягся лидер, осторожно дёргая его за рукав, – это же просто шутка. Я только рад буду, если у вас с Мэйхуа всё получится.

Проводив их взглядом, я глубоко вздохнула и робко обратилась к духу.

– Мэйхуа, надеюсь, мы не сильно вам досаждали? Вы первый цветочный дух, с которым Эрик познакомился.

– Это видно, но он хотя бы не накинулся на меня с веткой, – припомнила Мэйхуа, осыпав меня лепестками.

– Да, тогда неловко вышло, – стушевалась я, опуская глаза и покручивая в руке шест.

– Чжун Хао сказал, завтра вы отправляетесь в путь, – меняя тему, прошелестела Мэйхуа. – Будьте осторожны, в последние дни веет тревожный ветер, и цветы склоняются к земле. А если окажетесь в Цветочном царстве, прошу, передай от этого низшего духа моё почтение Повелительнице.

– Хорошо, непременно передам, – я вежливо поклонилась, прощаясь с цветочным духом. Сомневаюсь, что мы туда поедем, хотя любопытно было бы на это царство взглянуть.

Я подошла к пруду, Эрик там уже вовсю разминался, делая растяжки и взмахи руками. Чжун Хао же, прислонившись к дереву, скучающе поглядывал на лидера, скрестив руки на груди. Взглянув в мою сторону, приятель улыбнулся и сразу направился ко мне.

– Вот ты где, – подскочил Эрик, разминая пальцы, – мы с Чжун Хао решили, что ты первая с ним состязаться будешь.

– Вот как? – приподняла правую бровь, вонзив шест в землю.

Хотя, чего я удивляюсь? Скорее рак на горе свистнет, чем Эрик первым в бой бросится. Дашисюн – исключение.

– Это сюнди так решил, – не моргнув глазом, сдал лидера Чжун Хао, получая в ответ ликвидирующий взгляд зелёных глаз.

– Ладно, быстрее начнём – раньше закончим, – отмахнулась я, не став спорить, и отошла в сторону.

Заняв позицию, выставила шест. Чжун Хао, придав лицу строгости, встал напротив и, отведя руку в бок, призвал меч. Не вытаскивая клинок из ножен, он мгновенно рванул на меня...

***

[1] Гуань (冠, guān) – украшение для волос фиксирующее прическу. Обычно состоит из широкого кольца, надевающегося на пучок, и иглы-заколки, закрепляющей его.

[2] Тешань (铁扇 tiěshàn) – бук. «стальной веер».

[3] Час Дракона (辰 chén) - 7.00 — 9.00

[4] Цзяньсю (箭袖, jiànxiù)— костюм с узкими рукавами, в древности считался платьем лучника.

Глава 2

С глухим звуком встретила удар, от силы Чжун Хао вибрация отдалась во всем теле, оттолкнув на шаг назад. Не дав опомниться, Чжун Хао решительно наступал, нанося связку быстрых ударов, я еле успевала отбиваться. Сделав резкий выпад шестом, заставила его отступить, вмиг ударяя сверху вниз и наискось, приятель с легкостью уклонился и, подлетев, атаковал сверху. Подняв руки, блокировала удар, отчего шест слегка задрожал, и атаковала быстрым вращением с выпадом... конец шеста полетел вперёд, словно молния, врезаясь Чжун Хао в грудь.

– Весьма неплохо, барышня Сония, – одобрительно улыбнулся приятель, потирая ушиб.

Я невольно зарделась, улыбнувшись. Эрик же, вальяжно рассевшись на траве и обмахиваясь веером, насмешливо фыркнул:

– Это ты ещё не видел её коронный удар «только дотронься до моей шпильки!».

Чжун Хао закашлялся, подставляя кулак к губам и глуша смех.

Я раздраженно закатила глаза.

– Ещё слово, и продемонстрирую этот приём на тебе!

– Ладно-ладно, молчу, – усмехнулся Эрик, примирительно поднимая руки. – Деритесь уже, а то от этой жары я скоро растаю.

– Ах, точно! – я хлопнула себя по лбу, бросая на лидера ироничный взгляд. – Ты же у нас ванильная мороженка. Прости, морозильник дома оставила.

Эрик прожёг меня прищуренным от солнца взглядом и едко ухмыльнулся:

– За это вычту из твоей зарплаты. Чтоб впредь не забывала о своих обязанностях менеджера, – он непринужденно вскинул голову и отвернулся, величественно обмахиваясь веером.

Вот моська! Руки зачесались дать ему подзатыльник и сбить всю спесь, но, вспомнив о Чжун Хао, удержала себя на месте. Приятель и так непонимающе бегал между нами взглядом, растерянно потирая шею.

– Не обращай внимания, мы просто так подшучиваем друг над другом, – неловко обратилась я к Чжун Хао, стараясь игнорировать косой взгляд лидера. – Продолжим?

– Как скажешь, барышня, – весело кивнул приятель и, сделав пару шагов, вдруг замер. – А что такое ванильная мороженка?

Эрик прыснул и, качая головой, спрятал лицо за шёлковым веером.

– Потом расскажу, – отмахнулась я и, применяя технику «змея преследует тень», атаковала Чжун Хао.

Скользящий шаг, выпад, удар, чуть отклоняюсь от меча, он проносится в сантиметрах от лица, разворот, подсечка, резкий колющий тычок в живот. Парировав удары, Чжун Хао выставил перед собой меч, рванув в атаку...

Крутанулась, обходя его сбоку, наши взгляды встретились, не удержавшись, игриво подмигнула ему. Приятель, смутившись, неловко запнулся об свою ногу и пробежал дальше, чем того следовало.

– Сюнди, не поддавайся на её уловки! – недовольно выкрикнул Эрик. – Она же специально тебе глазки строит.

Проигнорировав лидера, я довольно крутанула в руках шест, смотря на слегка покрасневшего Чжун Хао. Откинув челку с лица, он с хитринкой в глазах улыбнулся и, оттолкнувшись кончиком сапог, развивая полы одеяния, полетел на меня. Шест сталкивается с мечом, и меня порывом отталкивает назад. Рассекая воздух, Чжун Хао немедля атакует точными ударами, пробивая мою и так слабую защиту. Один из ударов прилетел по рёбрам, обжигая и сбивая дыхание.

– Ауч! Как больно... – морщась, воскликнула я, одной рукой хватаясь за бок, а второй облокачиваясь на шест.

Тут же выронив меч, Чжун Хао обеспокоенно заметался вокруг.

– Барышня Сония, простите этого ничтожного, позвольте я осмотрю.

– Не стоит, – остановила его руки и поморщилась, любое движение отдавалось ноющей болью. – Думаю, отделаюсь синяком.

Чжун Хао посмотрел на меня взглядом провинившегося щенка.

– Не переживай, до свадьбы заживет, – улыбнулась я, желая показать, что всё нормально, но, кажется, только ещё больше взволновала приятеля, судя по его побледневшему лицу.

– В сражении с врагом тоже каждый раз кричать будешь, что тебе больно? – поинтересовался Эрик, расправляя длинные рукава светло-голубого ханьфу. – С нашими тренировками в Шансяне должна была уже привыкнуть.

Я хмыкнула.

– Вот сейчас и проверим, насколько ты сам привык, – с вызовом во взгляде заметила я и повернулась к приятелю. – Чжун Хао, он твой, – дала команду и, облокачиваясь на шест, поковыляла в сторонку, с облегчением усаживаясь на землю.

Эрик вытащил из-за пояса два боевых веера, с щелчком раскрывая и с усмешкой на губах встал в стойку, как учил шифу.

– Сюнди, я давно не встречал таких отличных вееров. Какое имя ты дал своему духовному оружию? – с восхищением рассматривая серебристо-золотые узоры, поинтересовался Чжун Хао.

– Мне что, заняться больше нечем, ещё имя им давать? – хмыкнул Эрик, захлопнув веера. – Да и для чего оно?

Призвав духовной силой, валяющийся на земле меч, Чжун Хао снисходительно улыбнулся.

– Наделяя духовное оружие именем, хозяин тем самым укрепляет с ним связь. Дабы в бою они стали едины и духовные силы возросли. Имя моего меча Гунмин[1], – изящным движением приятель вынул клинок из ножен, лезвие сверкнуло в лучах солнца, Чжун Хао покрутил его у лица и обернулся ко мне, продолжив: – Имя шеста «Белый лотос» был дан последним мастером, если барышня Сония желает, она может его изменить.

Я погладила лежащий рядом шест и покачала головой.

– Думаю, оставлю как есть.

Чжун Хао тепло улыбнулся, возвращая меч в ножны.

– О! – щёлкнул пальцами в воздухе Эрик, будто на него снизошло озарение. – Тогда назову их Imagine Dragons, – последние слова он произнёс на английском.

Не сговариваясь, мы с Чжун Хао удивлённо переглянулись, только моё удивление было связано с тем, что из-за заклинания, когда мы говорим на русском, слова звучат на эвэхуанском, и я думала, так будет и с другими языками. Но, получается, в случае чего мы с Эриком можем использовать английский, хоть я и знаю его на «хорошо со словарём».

– Ты серьёзно хочешь назвать боевые веера в честь рок-группы? – всё же решила уточнить, вдруг лидер шутит.

– А что такого? – непринужденно дёрнул плечом Эрик. – Это одна из мои любимых групп, на которую мы с участниками равняемся. Да и они, – лидер тыкнул в сторону Чжун Хао, – как раз поклоняются драконам.

Я промолчала, решив, что это его дело, как называть, и потёрла ноющие рёбра.

– Сюнди, ты выбрал необычное имя, мне нравится, – похвалил Чжун Хао, заулыбавшись, хотя даже не смог его произнести. – Теперь покажи, на что они способны.

И, не дав лидеру подготовиться, рванул с места, делая стремительный выпад... Побежав навстречу, Эрик резко прогнулся в спине, падая на колени и чуть проезжая по траве. Тигриным прыжком Чжун Хао перелетает через него, и на секунду их взгляды сталкиваются.

Вау! Это было так впечатляюще, аж дух захватило.

Сделав кувырок, приятель вскакивает на ноги, мгновенно атакуя. С щелчком раскрыв веера, Эрик одним отбил удар, уводя меч в сторону, а вторым атаковал. Чжун Хао, пригнувшись, увернулся, лезвия веера пронеслись у него над головой. Они закружили вокруг друг друга, будто в известном только им танце: грациозные движения, изящно развивающиеся одеяния, лепестки цветущих деревьев, подобно конфетти, опадали на них сверху. Казалось, я смотрю притягивающую взгляд сцену из дорамы.

Применив технику «ветер раскатывает листья лотоса», Эрик, создавая замысловатые вихри из острых лезвий, атаковал, оттесняя Чжун Хао к пруду. С хладнокровием парируя каждый удар, приятель обманным манёвром рванул влево и резким круговым движением выбил из руки веер. Эрик досадливо чертыхнулся и бросился к Чжун Хао, ударяя вторым веером по его запястью, выбивая меч. Извернувшись, приятель ловко перекинул клинок в другую руку и, неожиданно присев, крутанулся, делая подсечку ногой. Эрик, удержавшись, отскакивает к краю пруда, но тут же получает удар ножнами по животу и с плеском улетает в воду.

– Браво! – зааплодировала я, вставая с земли и подходя к пруду, плавающие там рыбки в ужасе разбежались по углам. – Чжун Хао, а ты хорош! –похвалила, вытянув большие пальцы.

Кончики ушей приятеля загорелись, а сам он опустил взгляд в ноги и скромно произнёс:

– Весьма польщён, но до совершенства ещё многому предстоит научиться, как и вам с сюнди.

– Это верно, – кивнула я и обеспокоенно глянула в воду, что-то долго лидер не вылезает, – Эрик, ты там жив?

Лидер вынырнул, поднимая тучу брызг, отчего мы с Чжун Хао резво отскочили назад и закашлялся, отплёвывая воду. Отросшие до плеч волосы паклями облепили лицо, мокрое ханьфу всё в прилипших листьях и цветочках, а из длинного рукава вывалилась несчастная рыбка. Сейчас всегда самоуверенный и опрятный лидер был похож на какого-то водяного. Пришлось закусить губу, чтоб не расхохотаться в голос.

– Сюнди, помнится ты жаловался на жару, надеюсь, теперь тебе лучше? – с озорной улыбкой на губах любезно поинтересовался Чжун Хао.

– А то! В самый раз, – притворно отозвался Эрик, изящным движением откидывая волосы с лица, но влепил по носу потяжелевшим рукавом и выругался, после чего добавил: – Сюнди должен почувствовать это на себе.

– Этот сюнди не любит плавать, но может помочь вылезти, – поспешно отказался Чжун Хао, протягивая лидеру руку.

Путаясь в облепившем ноги подоле, Эрик сделал шаг вперёд, хватаясь за руку, на его лице скользнула плутовская ухмылка, и он с силой дёрнул Чжун Хао в воду. Ожидая от Эрика чего-то подобного, я лишь рассмеялась, увидев полёт Чжун Хао, но сама держалась подальше.

Мокрый приятель взбудоражено подскочил на ноги, выплёвывая попавшую в рот воду.

– Вот теперь мы квиты, – с нахальной улыбочкой заявил Эрик, похлопав растерянного Чжун Хао по плечу, и обернулся ко мне. – Помоги вылезти.

– Ага, щас, – фыркнула, скрестив руки на груди. – Что-то не хочется повторить судьбу Чжун Хао, – я метнула взгляд на приятеля, уже не такой растерянный, он отряхивал цзяньсю от налипшего мусора.

Эрик улыбнулся, делая шаг вперёд.

– Я просто хочу вылезти, честно. – Он протянул руку, взглянув на меня самым искренним взглядом, на который был способен.

Я скептически приподняла бровь, всё ещё колеблясь.

– Расслабься, я не буду кидать тебя в воду, – мягче проговорил он, всё так же смотря на меня.

– Ладно, – я подошла к краю и схватила его за руку, грозно взглянув. – Только попробуй меня обману... ть... – последние буквы уже выкрикнула в полёте, благо Чжун Хао быстро среагировал, поймав и не дав окунуться лицом вниз.

Вода тёплая, но мутноватая, а на поверхности плавали какие-то жучки. Бедные рыбки от обилия незваных гостей с выпученными глазами заметались по пруду.

– Чтоб я ещё раз повелась на твои честные глазки! – я возмущенно треснула хохочущего лидера по спине.

– Сто процентов поведёшься, передо мной невозможно устоять, – Эрик самодовольно подмигнул, расплываясь в издевательской ухмылке.

Я раздражённо плеснула в него водой, лидер, смеясь, увернулся, тут же окатив в ответ.

– Сюнди, не вознесись в Небесный дворец от такой уверенности, – с холодным сарказмом заметил Чжун Хао, прикрывая меня рукой от брызг.

– Боишься, я окажусь там раньше тебя? – уколол в ответ Эрик, насмешливо вздёрнув бровью.

Дёрнув уголком губ, Чжун Хао схлестнулся с лидером взглядом. Вокруг его тела засияла духовная аура насыщенно-зелёного цвета, освещая пруд. Вода подозрительно забурлила, и над поверхностью взмыли сотни капель, переливаясь подобно хрустальным бусинам, они соединились в шарики, как для пинг-понга.

Я застыла, восхищённо разглядывая окружившие нас мерцающие шарики. Кажется, кому-то сейчас не поздоровится.

– Только попробуй, – предупреждающе процедил Эрик, между его бровей залегла напряжённая складка.

Беззлобная улыбка коснулась губ Чжун Хао, и десятки водяных шариков атаковали лидера. Хоть меня они облетали стороной, я всё же пригнулась, весело наблюдая, как Эрик, спасаясь, неуклюже запрыгал по пруду. Увы, это продлилось недолго.

– Ах так, – обиженно выплюнул лидер, смахивая капли с покрасневшего лица. – Ну вы сами напросились, – пронзив мстительным взглядом, он вздёрнул рукавами и быстро задвигал руками, непрерывно обрызгивая нас водой.

Уворачиваясь и заливаясь смехом, я с Чжун Хао ответила Эрику тем же. Устроив бедным рыбкам стрессовый день, мы, хохоча, плескались водой. На миг я будто окунулась в счастливое детство, позабыв обо всех тревогах.

– Кхм! – кто-то громко кашлянул, отвлекая.

Обернувшись, увидела младшего слугу. Растерянно посмотрев на нас, он склонился, произнеся:

– Господин Чжун Хао. Господин Кай У просит немедленно явиться в зал Спокойствия.

– Ну вот, всё веселье испортил, – недовольно проворчал Эрик, отбрасывая мокрые волосы с лица и первый вылез из пруда.

Нехотя возвращаясь в реальность, мы, уставшие, но счастливые, покинули сад.

– Сюнди, барышня Сония, вы достойно себя показали, но стоит лучше отточить техники, – снисходительно похвалил Чжун Хао, провожая нас до павильона. – Как только отправимся в путь, я лично займусь вашей тренировкой.

– Ага, жду с нетерпеньем, – скуксился Эрик, в очередной раз выжимая длинные рукава, и пошлёпал по лестнице в покои.

Не став задерживать Чжун Хао, я поблагодарила его за заботу и вернулась к себе в комнату. Служанка А-Чжу, прибираясь там, ахнула, увидев меня мокрую и грязную, и, быстро всучив в руки пиалу с горячим чаем, убежала готовить купальню.

Эх, я буду по ней скучать.

Когда на небе засияли первые звёзды, а в поместье зажгли бумажные фонари, в покои, сохраняя изящную осанку и придерживая длинные юбки, торопливо вбежала А-Чжу.

– Юная госпожа, эта служанка узнала, что в покои госпожи направляется господин Юань Фэнь! – взволнованно доложила она. – Госпоже немедленно надо переодеться.

А-Чжу засуетилась, доставая из шкафа шёлковые халаты.

– Что? Зачем господин идёт сюда? – вскинула я голову, отрываясь от записей в блокноте, которые решила сделать, пока есть время.

– Эта служанка не ведает, но госпоже надо спешить, – покачала головой А-Чжу, развешивая одежду на расписную ширму.

Ну ё-моё! Я только за четыре месяца надела любимые джинсы и кофту, вспомнить, как в них удобно, и вот тебе на!

– Может, я так встречу? Господин Юань Фэнь уже видел меня в джинсах, – заканючила я, нехотя поднимаясь с кушетки.

– Юной госпоже не пристало, в таком непотребном виде встречать господина, – А-Чжу пронзила меня таким суровым взглядом, что я прикусила язык и зашла за ширму, позволив себя переодеть.

Довольно затянув на светло-сиреневом ханьфу пояс с искусной цветочной вышивкой, А-Чжу поспешила убрать мои вещи подальше от глаз господина Юань Фэня. С грустью проводив их взглядом, направилась к зеркалу, на ходу поправляя волосы и случайно задела пальцами серёжку на правом ухе. Неожиданно выпав, она с тихим «звяк» укатилась под кровать.

Как же вовремя!

Пришлось отодвигать скамеечку и лезть под кровать, благо высота позволяла. Стараясь не обращать внимания на пыль, в полумраке шарила руками по бамбуковым доскам. Толку ноль.

Вот же... так я до утра возиться буду.

– А-Чжу, будь добра, подай масляную лампу! – выкрикнула из-под кровати и закашлялась, глотнув взлетевшей пыли.

В ответ была тишина, даже шагов не слышно, чуть подождав, крикнула повторно:

– А-Чжу, лампу... – договорить не успела, прыгающий огонёк осветил часть пола. – О, спасибо.

Начала искать дальше, но серьги видно не было.

– А-Чжу, посвети чуть левее, – попросила я и, не оборачиваясь, пальцами нащупала её руку, повернув в нужную мне сторону. Вдруг отметив, что она больше моей и горячее, хотя до этого у неё руки были прохладными. Но я быстро отбросила эти мысли, наконец, найдя серёжку и радостно обернулась к служанке.

– Ура! Нашл… – слова застряли в горле, когда я столкнулась с янтарными глазами Юань Фэня. Присев на корточки, он, заглядывая под кровать, с улыбкой наблюдал за мной.

– Вы не А-Чжу, – оторопело выпалила я и только сейчас осознала, что до сих пор держу его за руку.

Вот блин! Заливаясь по уши краской, быстро разжала пальцы.

– Барышня Сония, вам помочь? – заботливо поинтересовался господин Юань Фэнь, выпрямляясь и убирая лампу.

– Спасибо, как-нибудь сама, – протянула я, сгорая от смущения, и неуклюже начала выползать, но поспешила, врезавшись затылком об край. Застонав, схватилась за голову и кое-как вывалилась из-под кровати.

Ну всё... Хуже быть уже точно не может.

– Госпожа, вы в порядке? – метнулся ко мне господин Юань Фэнь, вытянув руки, чтобы придержать, когда я, вставая на ноги, покачнулась, но, будто опомнившись, замер и убрал их за спину.

– Я в этом уже не уверена, – поморщилась, потирая ушиб.

Кстати, куда подевалась А-Чжу? Она ведь могла хоть предупредить? Мельком огляделась, встречаясь с виноватым взглядом служанки. Истуканом застыв у шкафа, она скованно на нас поглядывала. Всё ясно...

Господин Юань Фэнь с беспокойством пробежался по мне взглядом, но затем его губ коснулась легкая улыбка.

– Барышня Сония, могу я узнать, что вы делали под кроватью?

– Да вот, серёжку доставала, – я неловко раскрыла ладонь, показывая золотую серьгу с голубым топазом, и не удержала печальный вздох. – К сожалению, у неё дужка отломилась.

Чуть подавшись вперёд, господин Юань Фэнь с неким удивлением внимательно осмотрел серёжку и неуверенно потёр подбородок.

– Боюсь, придётся выбросить, но, если госпожа желает, мы можем купить ей новое украшение, и намного изящней, когда будем в городе.

– Нет. Эти серьги мне подарили родители, и это практически единственное, что осталось от дома, – в сердце болезненно кольнуло, я нахмурилась, прижав руку к груди.

– Прошу прощения, я снова был невнимателен, – стушевался господин Юань Фэнь. – Позвольте, госпожа, ещё раз взглянуть на ваше украшение.

Не совсем понимая, для чего ему это, я аккуратно передала серёжку. Поднеся левую руку к носу, Юань Фэнь выпрямил указательный и средний палец, остальные сложив, и что-то шепнув, быстро провёл ими над правой рукой, чертя символы. На секунду вспыхнул серебристый иероглиф, и господин Юань Фэнь довольно вернул мне серьгу.

– Вы её починили? – восторженно ахнула я и чуть от радости не бросилась ему на шею. – Даже не знаю, как вас благодарить, – сдержав порыв, я вежливо поклонилась. – Спасибо.

– Не стоит, барышня, – мягко улыбнулся господин Юань Фэнь, – но должен предупредить, заклинание временное. Когда прибудем в столицу Фунань, я отведу вас к мастеру по драгоценностям, уверен, он сможет починить ваше украшение.

– Даже не знаю, чтобы я без вас делала, – искренне призналась я, с облегчением надевая серёжку.

Юань Фэнь кашлянул, подставляя кулак ко рту, и со смесью польщения и смятения на лице отвёл взгляд. Но я-то заметила, как кончики его ушей порозовели.

– Господин Юань Фэнь, можно узнать, а зачем вы пришли?

Вздёрнув широкими рукавами, он выпрямился, как стрела, и убрав одну руку за спину, а вторую приложив к животу, деловито произнёс:

– Подумал, стоит лично сообщить юной госпоже, что поздний ужин состоится не в зале Спокойствия, а во дворе.

Ась? И ради этого он сюда тащился? А слугу отправить нельзя было? Я бы тогда хоть избежала этой конфузной ситуации, от которой до сих пор щёки пылают. Видно, на моём лице отразилось замешательство, и господин Юань Фэнь поспешил это исправить улыбкой, от которой его янтарные глаза превратились в два полумесяца, а родинка под нижним веком будто подмигнула.

– Что ж, тогда не будем заставлять нас ждать, – растаяла я, улыбнувшись в ответ.

Господин Юань Фэнь кивнул и отодвинулся, вежливо пропуская меня вперёд. На ходу поправляя одеяние и стряхивая мелкие пылинки, я оглянулась на А-Чжу. Служанка с таким умилением на нас смотрела, будто мать, которая провожает свою дочь на первое свидание.

Покинув покои, мы направились во двор главного павильона. Вечерний воздух приятно охлаждал кожу. Лёгкий ветерок, отгоняя ненужные мысли, с шелестом листьев уносился вдаль. Рядом в кустах стрекотали цикады, перемигиваясь зелёными огоньками, над нами пролетели светлячки. Замедлив шаг, настороженно покрутила головой по сторонам, сразу подумав о Лу Мэне. Ещё не хватало, чтобы цзянши сюда явился. К счастью, никаких тёмных силуэтов с красным светящимся глазом не наблюдалось. Облегчённо выдохнув, поспешила догнать Юань Фэня. Всё же интересно, чем сейчас занят Лу Мэн? Смог ли он найти других наивных учеников, которые будут впускать его в Шансян? Надеюсь, нет.

– Господин, молодая госпожа Сония, – вежливо поклонилась одна из служанок, завидев нас.

Вынырнув из раздумий, приветливо улыбнулась девушке и огляделась. Служанки суетились, расставляя на высеченном из камня столе несколько блюд. Господин Кай У в ожидании погрузился в себя, прикрыв глаза. В стороне у деревьев Эрик о чём-то болтал с Юйси, отрывая её от работы, но, кажется, служанка была этому только рада. Девушка то нежно улыбалась, то прикрывала лицо рукавом, застенчиво отвечая лидеру.

И куда только смотрит управляющий Ли Хао?

– Барышня Сония, надеюсь, вы хорошо отдохнули? – отвлёк меня мягкий голос Чжун Хао, он незаметно подошёл сбоку, кивнув стоящему рядом господину Юань Фэню.

– Более-менее, – неопределенно ответила я, улыбнувшись ему. – А вы со всеми делами разобрались?

– Пришлось, иначе Кай У не выпустил бы из зала Спокойствия, – слегка наклонившись ко мне, Чжун Хао бросил косой взгляд на медитирующего товарища. – И поэтому только сейчас могу отдать барышне эти лечебные пилюли. Выпейте одну, и к утру ни один недуг не потревожит.

– Как кстати! Моя макушка до сих пор ноет после удара о кровать, – ляпнула я, обрадовавшись, забирая из рук приятеля склянку с пилюлями.

Чжун Хао моргнул, растерянно приподнимая правую бровь.

– О кровать?

Ой...

С правого боку послышался смешок, я метнула взгляд на господина Юань Фэня. Пряча широкую улыбку за почёсыванием лба, он, будто ни при делах, спокойно прошествовал к столу.

Чжун Хао бросил ему вслед подозрительный взгляд, после чего вопросительно глянул на меня.

– Это забавная история, – растянула я губы в улыбке, неловко теребя шёлковую ткань длинного рукава.

– Вы там долго щебетать будете? С нами поделиться не хотите? – едко заметил Эрик, перебивая нас.

Сев за стол, он с усмешкой постучал по каменной табуретке.

– Сначала пусть сюнди расскажет, о чём говорил с Юйси, – переметнулся Чжун Хао, усаживаясь рядом с лидером и весело похлопал его по плечу.

Я расслабленно выдохнула, присоединяясь к столу и пробуя суп из карпа с грибами и ломтиками бамбука. Подцепив палочками кусочек рыбы, закинула в рот, тут же об этом пожалев. Внутри начался пожар, на глаза навернулись слёзы, я замахала рукой, остужая рот. Все недоуменно уставились на меня, прекратив жевать. Эрик, поглядев, видно, решил не повторять мой опыт и убрал от себя рыбный суп. Чжун Хао среагировал быстрее всех, поднёс мне тарелку с какими-то капустными листьями. Я бы не отказалась от воды, но пришлось закусить ими, на удивление, листья сразу притушили жгучие ощущения.

– Я не была готова к такой остроте, – оправдалась я, переводя дыхание и вытирая слезы.

– Тогда, барышня, вам не стоит есть и эти блюда, – снисходительно улыбнулся господин Юань Фэнь, убирая от меня подальше чуть ли не всю еду, оставив только чашу с рисом, тушёные кусочки мяса и капустные листья.

Мда, очаровательно.

– Повар сегодня и правда перестарался со специями, – поддержал господин Кай У, обмакивая креветку в овощном соусе. – Юный господин, госпожа, как прошло ваше обучение в Шансяне?

Мы с Эриком на мгновение переглянулись. Нам многое нужно рассказать, но стоит ли делать это сейчас?

– В начале мы столкнулись с некоторыми сложностями, но потом было довольно увлекательно, – поделилась я впечатлением, решив отложить детали на потом. – Где-то немного жаль, что мы провели там мало времени, я буду скучать по шифу и друзьям.

Чжун Хао с Юань Фэнем понимающе покивали головами.

– Лично я относился к этому скептически, но на деле оказался занимательный опыт, ни в какое сравнение со стажировкой в агентстве, –признался Эрик. – И, если б не парочка раздражающих моментов, я был бы не против там подзадержаться.

Я изумленно вскинула бровь, глянув на лидера. Его слова стали для меня откровением, я думала, ему не терпелось смотаться из Шансяна, а выходит, вон оно как.

– Чжун Хао рассказал про похищение на фестивале Цияо, – Кай У чинно вытер рот платком, отложив его в сторону. – Не думал, что генерал Лак Лонг так скоро на вас нападёт.

– Как говорится, знали бы где упадём, соломинку бы подстелили, – пожал плечами Эрик, старательно выбирая из блюда кусочки жирной свинины и перекладывая их Чжун Хао. – Но я бы предпочёл больше с ним не встречаться.

Я поперхнулась рисом, что-то сегодня лидер не перестаёт меня удивлять. К чему бы это? Приятель тем временем спокойно наблюдал за Эриком и по кривой улыбке на лице казалось, был совсем не против такой заботы.

– Вы правы, юный господин, всего не предусмотреть, остаётся лишь полагаться на милость Небес, – благосклонно согласился Кай У и, придерживая одной рукой ниспадающий рукав светло-зелёного одеяния, аккуратно разлил по пиалам чай. – Кто из наставников стал вашим шифу?

– Сяньси Мин Юнь-даши, – со всей важностью ответила я, перед глазами предстало благородное лицо шифу, и я грустно вздохнула.

– Весьма неожиданно, – изумлённо вымолвил господин Кай У, пиала, которую он передавал Чжун Хао, даже дрогнула в руке.

Приподняв брови, он мимолетно переглянулся с Юань Фэнем.

– А для нас-то, это какой неожиданностью было, – усмехнулся Эрик, видно, припоминая первую встречу с шифу.

– Господин Кай У, почему вас это так удивило? – заинтересовалась я их странной реакцией, вежливо принимая двумя руками наполненную пиалу.

– Дело в том, что даши уже много лет не брал себе учеников, предпочитая жить в уединении на пике Тяньди, – пояснил Юань Фэнь, пока Кай У делал глоток.

– Почему? – опешила я, бросая взгляд на Эрика, пробуя чай, он хмыкнул, будто его это нисколько не удивило.

Поставив пиалу на стол, господин Кай У закусил ломтиком бамбука и не спеша ответил:

– Когда шицзунь Фэн Лао ещё был одним из уважаемых наставников в Шансяне, а мы с Юань Фэнем учениками, в то время у даши был ученик, кажется, его звали... – Кай У постучал пальцем по подбородку. – Лэй Шэн.

– Шисюн Лэй Шэн выделялся своим талантом к совершенствованию и мог стать выдающимся заклинателем, – вставил Юань Фэнь, и его губ коснулась сожалеющая улыбка.

Отмахнувшись от надоедливого светлячка, я подалась вперёд в ожидании продолжения. Эрик же игрался с пиалой, покручивая её на столе.

– Увы, он пошёл по тёмному пути, примкнув к секте Ядовитого Когтя, тем самым превратившись в демона и предав своего учителя. Даши пришлось лично убить его, и после мастер на многие годы закрылся на пике.

– Бедный шифу! – ахнула я, прижимая ладонь к губам – Представить не могу, как ему было тяжело.

– А мне интересно, почему шифу нам об этом не говорил? – хмуро заметил Эрик, отставляя пиалу в сторону.

– Как мы знаем, уважаемый даши не из тех, кто будет говорить о прошлом, – снисходительно пояснил Кай У и внимательно взглянул на нас. – Надеюсь, вы не повторите судьбу шисюна Лэй Шэна и не подведёте своего шифу.

Я поперхнулась чаем и закашлялась, пронзив господина Кай У обиженным взглядом. Как он мог о нас так подумать? Хотя, если вспомнить о «дружбе» с цзянши...

– Даже если барышня и юный господин оступятся, мы всегда сможем направить их на праведный путь, – с уверенной улыбкой заступился Юань Фэнь, и, отсалютовав нам пиалой, выпил вина.

Я сконфуженно почесала бровь, вроде слова господина Юань Фэнь звучали по-доброму, но мне стало не по себе.

– Сюнди, барышня Сония, лучше расскажите, как вы смогли подменить сокровище Цяньчжэнь? – заговорщицки подмигнул Чжун Хао, сверкнув ямочками на щеках, стоило на секунду повиснуть молчанию.

Господин Кай У и Юань Фэнь тоже с интересом на нас взглянули, отложив палочки.

– О, это было легко, – самодовольно ухмыльнулся Эрик, модельным жестом откидывая волосы с лица. – Пока Соня отвлекала Хо Луна – звезду состязания, признаваясь его мышцам в любви, я проник в комнату и подменил зеркало, – он вдруг бросил на меня язвительный взгляд и указал пальцем в сторону. – Смотри, а у господина Юань Фэня тоже неплохие горы мышц. Что скажешь? – Эрик играючи подёргал бровями.

Подскочив на табуретке, я возмущённо раскрыла рот, впиваясь в него гневным взглядом. Лидеру повезло, что моя нога до него не дотянулась, так хотелось его пнуть.

Шесть пар глаз в ожидании уставились на меня, только Юань Фэнь со смесью неловкости и растерянности оглядел свои руки. С трудом придав лицу невозмутимый вид, я иронично заметив:

– Смотрю, тебе это до сих пор покоя не даёт? Что бесишься, что у самого нет таких выдающихся мускулов? Так для разнообразия покачай не только язык.

Отлично. Судя по вытянувшимся лицам мужчин, я немного перестаралась. Ну хоть Эрика задела, вон как убийственно сузил глаза и рот скривил.

– Чаю? – почему-то шёпотом спросил господин Кай У товарищей.

Не отрывая напряженного взгляда от лидера, Юань Фэнь с Чжун Хао кивнули и подали ему пиалы. Хоть мне и не предлагали, я всё равно вклинила к ним свою пиалу. Господин Кай У уже было хотел что-то сказать, но, столкнувшись с моим раздражённым взглядом, передумал и вылил остатки чая.

После минутных раздумий и бурения меня прищуренным взглядом, Эрик придвинулся, поставив локти на стол, и опустил подбородок на скрещенные пальцы. Наблюдая за ним, все, кажется, затаили дыхание, такая тишина повисла в воздухе. Я и сама замерла в ожидании его колкой шуточки.

– Ну так что? Какие у вас планы? Куда мы отправимся завтра? – резко обратился он к господину Кай У, тот такой подлянки не ожидал и поперхнулся чаем.

Закатив глаза, я победно улыбнулась, а вот Чжун Хао с господином Юань Фэнем, видно, лишившись увлекательного зрелища, разочарованно выдохнули.

– Кхм, – откашлялся Кай У подставляя кулак ко рту. – Первым делом отправимся в провинцию Бэйсинь, что на юго-западе от столицы Фунань.

– В Бэйсине мы обязательно должны отведать маишаншу[2], уверен, барышня Сония и сюнди ещё не пробовали такой восхитительной лапши! – Чжун Хао с предвкушением потёр ладони.

– Не забудь про один из лучших храмов богу войны Цзянь Ку, – добавил Юань Фэнь, – принесём подношение и попросим благословения и защиты в пути.

– Звучит интересно, – загорелась я их предложениями.

Чжун Хао согласно закивал головой, расплываясь в широкой улыбке.

– При условии, что мы не задержимся там надолго, – строго вставил Кай У, – нам нужно как можно быстрее добраться до руин Мэйу. По записям шицзуня, там может быть спрятан один из оскол...

Со свистом рассекая воздух, над нашими головами стремительно пронеслась огненная стрела, вонзаясь в опорную колонну главного павильона.

Что за?!

Вскочив с места, я испуганно глянула на Эрика и в ужасе застыла, не в силах оторвать взгляда от несущейся на нас горящей смерти. Разрывая тишину и покой, множество стрел, озаряя ночное небо, подобно огненному дождю, обрушиваются на поместье.

Господи...

Молниеносно призвав перед собой меч, Юань Фэнь выставляет духовный щит. Рассыпаясь искрами, горящие стрелы тут же отлетают от него. Не мешкая, Кай У призывает духовную кисть, начертив в воздухе иероглифы, он усиливает щит, делая его больше. Чжун Хао закрывает меня с Эриком, крепко сжимая наготове свой меч. Оцепенев, я с трудом могу дышать, тело охватывает дрожь, а спина покрывается липким потом. Я хватаюсь за ледяную руку Эрика, он, бледный, с расширенными от страха глазами, оглядывается на меня.

Свистя и рассекая воздух, на нас обрушиваются ещё несколько огненных стрел, а с крыш, как тени, слетают десятки наёмников.

– Это же люди генерала Лак Лонга! – узнаю я на их лицах кожаные маски, закрывающие нижнюю часть.

– Но где сам этот пернатый? – сглотнул Эрик, напряжённо оглядываясь по сторонам.

– Чжун Хао, защищай барышню Сонию, – не оглядываясь, бросает Юань Фэнь и, призвав в руку второй меч, оттолкнувшись от земли, несётся в атаку. Кай У, применив цингун, следует за ним, рисуя в воздухе светящиеся иероглифы, он атакует наёмников взрывающими заклинаниями.

Несколько противников налетают на Чжун Хао, оттесняя к горящему дому. Ожесточённо отбиваясь, приятель всеми силами старался не подпускать их к нам. Без шеста я оказалась беспомощна, хорошо, что Эрик носит боевые веера в рукаве. Достав их, он по мере возможности помогал Чжун Хао.

Внезапно со стороны главных ворот раздаётся грохот. С яростными возгласами во двор врывается ещё дюжина наёмников. Они сталкиваются со стражниками, готовые уничтожить всех на своём пути. Пламя неистовствует, охватывая поместье, слуги, спасаясь, выбегают из павильонов, попадая в руки безжалостным врагам.

Раздаются невыносимые, рвущие душу крики.

От творящегося кошмара мир вокруг расплывается, все звуки будто отдаляются. От крови, окрасившей двор и изувеченных мертвых тел, желудок скрутило, и меня вырвало. Не знаю, как ещё держался Эрик, но выглядел он не лучше меня. Поблизости с гулом рухнули деревянные перегородки, изнутри с фырканьем вылетели длинные огненные языки, ослепляя и буйными плясками взвиваясь вверх. Горький запах дыма, жжёного дерева и тлеющих тканей заполнил пространство и лёгкие. Плотный чёрный дым разъедал глаза и, забиваясь в горле, не давал вздохнуть.

Но это нисколько не мешало господину Кай У и Юань Фэню. Слаженно действуя и прикрывая друг друга, они взяли на себя большую часть врагов. Ненадолго оставив нас, Чжун Хао, расчищая путь, пытался вывести выживших слуг. К моему облегчению, среди них оказались перепуганные Юйси и А-Чжу.

– Соня, берегись! – Эрик резко оттолкнул меня, принимая на себя удар наёмника. Успев раскрыть боевой веер, он закрылся им от клинка, что не смогло пробить кожу демонического зверя. И вмиг атаковал вторым веером, рассекая лезвиями кожаные доспехи противника.

В окружающей суматохе я застываю в полном ужасе. Больше не в силах выносить предсмертные крики, я зажимаю уши. Огненные всполохи пожирающего пламени, звон металла – всё сливается, заглушаясь паническими ударами сердца.

С яростным отчаянием Эрик отбивается от другого наёмника, алые пятна расползаются по его груди, окрашивая светлое одеяние. Чжун Хао что-то кричит, указывая за спину, и несётся ко мне, отбиваясь на ходу от врагов. Я успеваю обернуться, прежде чем цепь одного из них закручивается вокруг ног, и я падаю на спину, ударяясь затылком о каменные плиты. В глазах помутнело, а через секунду цепь с силой дёргают, и меня тащат по земле...

Словно порыв ветра, наёмника атакует летящий меч, выбивая из рук серповидный клинок с прикреплённой к нему цепью. Юань Фэнь налетает сбоку, ударяя противника ладонью, наполненной духовной энергией в грудь, и отбрасывает. Его белое одеяние, лицо и руки было забрызгано кровью. Тут же подлетев ко мне, Чжун Хао скидывает с ног цепь, помогая подняться. Перед глазами всё кружится, слегка оглушённая, я дотрагиваюсь до пульсирующего затылка и выдыхаю: крови нет.

– Чжун Хао, быстрее уводи барышню Сонию и сюнди из поместья! – выкрикивает господин Юань Фэнь, уклоняясь от летящего клинка, и атакует наёмника.

Два меча схлестнулись с цепью, выбивая искры.

Больше не мешкая, приятель решительно ведёт нас в сторону сада, к задним воротам. Держась за Эрика, я, прихрамывая, старалась не отставать. Чжун Хао, осматриваясь, первым пробежал через арку в сад, мы двинулись следом, как кто-то резко дёрнул Эрика, разворачивая. Стальное лезвие сверкнуло в пламени... Я ахнула, как вдруг удар перехватил клинок Ли Хао. Наёмник гневно зарычал, а мы с Эриком ошарашенно уставились на него, не ожидая такого от управляющего.

– Уходите! – бросает он, умело орудуя мечом и ловко двигаясь, несмотря на хромоту.

Я дёрнула застывшего лидера за руку. Но не успели мы отбежать, как сзади послышался стон, я знала, что лучше не оборачиваться, но обернулась, с трудом сдержав крик...

Из спины Ли Хао торчало лезвие. Выплюнув сгусток крови, он схватил руку наёмника, не давая ему вынуть меч, и резко пронзил его своим клинком. Постояв ещё секунду, они оба тяжело рухнули на каменные плиты, заливая их кровью.

Горло сдавило спазмом, глаза застилали слёзы, но это было не последнее потрясение.

– Идём, – хрипло проронил Эрик, ускоряя шаг и обходя горящие кусты.

Огненные стрелы угодили даже в прекрасный сад.

– О боже, Мэйхуа! – мой крик вылетает быстрее, чем я успеваю закрыть рот ладонью.

Охваченный пламенем цветочный дух горел ярче солнца. Окутывая ветви и ствол, огонь беспощадно пожирал её, издавая жуткое шипение. Горящими слезами опадали сиреневые лепестки. Величие и красота Мэйхуа исчезали, превращаясь в пепел и дым.

Сердце защемило, прижав дрожащие руки к губам, я осела на землю, бессилие разрывало меня изнутри. Она так хотела стать человеком...

Эрик в ступоре с не меньшим потрясением смотрел на Мэйхуа. Только Чжун Хао с болью в глазах устремился к ней.

– Мэйхуа, держись, братец тебе поможет, – голос приятеля дрогнул, воткнув меч в землю, он сложил пальцы левой руки в духовную печать. Зашептав заклинание, Чжун Хао плавно задвигал руками, оставляя светящийся шлейф.

Преисполнившись надежды, я молилась, чтобы у него получилось спасти её. Несколько томящих секунд ничего не происходило, но затем Эрик удивлённо указал рукой в сторону пруда, откуда струящимся потоком по воздуху двигалась вода. Закружив по спирали, струи обвили дерево до самых крон. Напряжённо выдохнув, Чжун Хао отпустил руки, и вода пролилась дождём на Мэйхуа. Но этого оказалось недостаточно...

Пламя яростно зашипело, взрываясь буйными искрами и опаляя всё вокруг. Закашлявшись от едкого дыма, Чжун Хао отступил назад и снова сложил пальцы в печать.

– Чжун Хао, остановись... – раздался еле слышный шелест Мэйхуа. – Моё время подошло к концу, лишь зря потратишь духовные силы.

– Мэйхуа... – Чжун Хао с отчаянием сжал кулак. – Я оказался бесполезен.

– Ещё не всё потеряно. Забери мой источник духа, и со временем этот цветочный дух сможет вернуться к тебе.

Из огня вылетел переливающийся зелёным светом шар и плавно опустился на ладонь. Чжун Хао аккуратно поднёс руку к груди, погружая источник в себя. И тут же охваченное огнём дерево рассыпалось на сотни золотых искр. Закружив, они устремились в ночное небо, к звёздам.

– Чжун Хао, мне так жаль, – ошеломлённо проронила я, из последних сил сдерживая слёзы.

Эрик, тяжело вздохнув, сочувственно похлопал его плечу.

– Нужно уходить, – сдержанно вымолвил Чжун Хао и, проводив печальным взглядом золотые частички, он схватил меч и двинулся вперёд.

– Мэйхуа, надеюсь, в следующий раз твоё желание исполнится, – прошептала я, с сожалением бросая взгляд на пустую обожжённую землю, и, прихрамывая, догнала ребят у ворот.

– Не отставайте, – Чжун Хао выскочил за дверь и вдруг отшатнулся, пронзённый в плечо стрелой.

Взвизгнув, я судорожно подскочила к нему, но он оттолкнул меня, вмиг перехватывая рукой другую стрелу у моей гриди и, сжав, разломил её пополам.

Мамочки...

И тут мы их увидели. Четверо наёмников с кровожадными взглядами, бесшумно вышли из тёмных зарослей, двинувшись к нам.

– Сюнди, бегите с барышней Сонией в лес и спрячьтесь. Когда всё закончится, я вас найду, – приказал Чжун Хао, хладнокровно выдёргивая из плеча стрелу и гневно отбрасывая её в сторону. Кровь хлынула из его раны, приложив ладонь, приятель направил духовную энергию, залечивая её.

– О'кей, – покладисто кивнул Эрик и, бегло взглянув на приближающихся противников, схватил меня за руку, потянув в сторону.

– Нет! – я с отчаянием дёрнула руку, освобождаясь, меня всю трясло, но я уже не понимала, от страха или злости. – Не смей просить нас бросать тебя! Вместе мы с ними справимся.

Эрик сбоку поперхнулся возмущением. Отведя напряжённый взгляд от противников, Чжун Хао с таким теплом посмотрел на меня, что моё сердце ёкнуло.

– Этот сюнди счастлив, что барышня так о нём беспокоится, – на напряжённом лице расцвела улыбка. И было в ней что-то такое печально-притягательное...

И тут лидер дёрнул меня в сторону, мгновенно блокируя ребром веера меч подскочившего наёмника.

– Нет, серьёзно, вы другого времени не нашли? – негодующе пропыхтел он, с трудом удерживая натиск противника, который усиленно давил на меч, желая разрубить и веер, и лидера пополам.

Чжун Хао схлестнулся с тремя другими наёмниками, уверенно отбив их атаки, он, замахнувшись мечом, взлетел вверх, обрушиваясь с мощным ударом на одного из врагов.

Выскочив из-за спины Эрика, я со всей силы пнула наёмника в живот, отталкивая от лидера. Разъяренно выругавшись на своём языке, он ринулся к нам... и вдруг стремительно отлетел от невидимого удара, врезаясь, словно тряпичная кукла, в дерево и больше не поднимаясь.

Подпрыгнув от испуга, я обернулась к Чжун Хао. Помогая нам, он отвлёкся, чем тут же поплатился: один из наёмников размашистым ударом прошёлся ему по боку. Схватившись за кровоточащую рану, приятель, обороняясь, отступил.

Охнув, я метнулась к нему, но Эрик схватил за руку, останавливая.

– Сюнди, немедленно уходите, я догоню! – крикнул Чжун Хао, уклоняясь от лезвия, пролетевшего на волосок от его лица, и мгновенно атаковал другого противника ударом с разворота.

– Ты его слышала, идём, – игнорируя мои отказы, лидер потащил меня в заросли.

Внутри всё сопротивлялось, я не хотела оставлять Чжун Хао. Упираясь, то и дело оборачивалась на него. Несмотря на ранения, он уверенно двигался, ловко парировал удары и жёстко бил в ответ. Его меч, излучая легкое голубоватое сияние, словно танцевало в окружающей темноте. Стремительный взмах и ещё одно тело падает у его ног. Остался всего один.

А затем время будто замедляется...

Из ворот появляется наш противник с цепью, а за ним выбегает лучник, натягивая тетиву. Стрела пронзает спину Чжун Хао. Он прогибается вперёд, беззвучно открыв рот, и отшатывается, как вдруг другая вонзается следом.

С моих губ срывается крик. Мир оживает, а вместе с ним и наёмник. Резким молниеносным движением он вонзает лезвие в живот Чжун Хао, пронзая насквозь...

– Чжун Хао!.. – мой крик, полный ужаса, эхом разлетается по лесу, слезы обжигают глаза. С разрывающимся на сотни осколков сердцем я рвусь к нему, но Эрик с недюжей силой удерживает, оцепенело прижимая к себе.

Меч исчезает, выпадая из ослабевших пальцев. Рухнув на колени, Чжун Хао, закашлявшись кровью, медленно поворачивает к нам голову. В его всегда веселом, с искорками в карих глазах взгляде, сейчас смешалась боль и сожаление. Он слабо улыбнулся окровавленными губами и повалился на бок.

И словно предупреждение, рядом в дерево вонзается стрела. Но я не могу заставить себя ни сдвинуться с места, ни оторвать взгляда от тела Чжун Хао.

– Пора уносить ноги, – голос Эрика звучит будто в отдалении, резко развернув к себе, он встряхивает меня за плечи, приводя в чувства. – Соня, бежим!

И, крепко сжав мою ладонь, несётся вглубь леса...

***

[1] Гунмин (功名, gōngmíng) - заслуги и слава

[2] Маишаншу (蚂蚁上树, mǎyǐshàngshù) – блюдо Муравьи взбираются на дерево

Глава 3

Ветер свистел в ушах, каждый вздох резал легкие, нога отдавала болью, а ветки и кусты хлестали по лицу, и лишь адреналин поддерживал мой стремительный бег, заглушая чувства. Сквозь пелену слёз я практически ничего не видела, деревья сливались в одно тёмное пятно. Я спотыкалась о корни и камни, но Эрик крепко удерживал за руку, не давая упасть. Тропинка впереди неясная и виляющая, словно лабиринт. Листва под ногами скрипела и хрустела, будто смеясь над нашим отчаянным бегством.

Ломая с треском ветки, за нами неустанно неслась погоня. Мимо со свистом пролетали стрелы, эхом по лесу разносилось позвякивание цепи, вызывая ледяные мурашки по всему телу.

Дыхание рваное, в правом боку неистово колет. Ноги ватные, и кажется, я уже не контролирую свои движения. А время и пространство смешиваются в калейдоскопе страха и паники. Тяжело дыша, Эрик начинает заплетаться, всё чаще налетая на деревья, пот струится по его лицу. Над ухом стремительно проносится стрела, мы резко уходим в сторону, и лидер, запнувшись о корягу, улетает в кусты, за которыми оказывается овраг, и чертыхнувшись, кубарем скатывается вниз. Я испуганно застываю на краю, шаги наёмников приближаются.

– Той тин! Но о киа дэй![1] – голос одного из них раздаётся совсем близко, и сердце заходится в бешеном ритме.

Больше не мешкая, я осторожно скатываюсь к кряхтящему Эрику. Подхватив его под руку, помогаю подняться и быстро увожу за ближайшее дерево. Затаив дыхание, прижимаюсь к стволу, пытаясь слиться с ним, и прислушиваюсь.

Сверху раздаются голоса, наёмники шумно рыщут в кустах, одна из стрел вонзается в землю буквально в том месте, где лежал Эрик, цепь с грохотом ударяет в дерево. Я вздрагиваю и отшатываюсь, чуть не выдав нас, но лидер мгновенно прижимает к себе. От него пахнет горьким дымом, а сердце отчаянно колотится в груди в такт моему. Мы стоим так ещё некоторое время, пока шаги наёмников не отдаляются.

– Идём туда, – шепчет Эрик, указывая в противоположную сторону, и, стараясь не сильно шуметь, мы убегаем подальше от преследователей.

Казалось, мы бежали целую вечность, держась на одном упрямстве. Безликие деревья сменяли друг друга, и только светлая спина Эрика стала для меня ориентиром в этом тёмном лесу. Внезапно деревья расступились, выпуская нас на залитый белоснежным светом небольшой уступ. Оказалось, мы всё это время бежали в гору. Эрик резко затормозил, отчего я чуть не врезалась в него, и тяжело дыша, осторожно подошёл к краю.

– Вот это обрывчик, – присвистнул лидер, тут же отходя назад и стирая грязным рукавом пот с лица.

Держась за колющий бок, я глянула вниз и охнула. Высота пугала, а шумная река, мерцая в лунном свете, извивалась подобно змее, уходя далеко вдаль.

– Идём... я видел там другой путь, – стараясь отдышаться, Эрик навалился плечом на ствол и напряжённо глянул в темноту между деревьев.

Меня трясло, я жутко вымоталась и сил бежать нет. Тяжело. Невыносимо. И так хочется, чтобы это всё оказалось просто кошмарным сном.

– Нет, мы должны вернуться к Чжун Хао, – слова царапают сухое горло, слёзы обжигают глаза, стоит о нём подумать.

– И угодить в руки наёмникам или, ещё хуже, самому генералу? – негодующе фыркает Эрик и, морщась, потирает ушибленное колено. – Ну уж нет.

Я сжимаю кулаки, впиваясь ногтями в кожу, и возмущённо сведя брови, подхожу к нему. Волосы всклокочены, несколько прядей выбились из хвостика, торча в стороны, лицо бледное, как полотно, щёку рассекает длинная царапина.

– Нельзя его там оставлять! – голос звучит громче, чем надо, эхом разлетаясь по округе и грозя выдать нас.

Эрик вздрагивает и быстро оборачивается на лес, но, кроме звучания птиц и сверчков, никого нет.

– Не забывай, Чжун Хао заклинатель, и его не так просто убить, в отличие от нас с тобой, – раздражённо замечает он. – Если вернёмся, его жертва будет напрасна, – взгляд лидера вмиг мрачнеет, а лицо становится непроницаемым.

Я так и не поняла, что он чувствует на самом деле. Но внутри меня, разъедая, разрасталась злость: на себя, на Чжун Хао, на Эрика. Почти прижав его к дереву, я гневно тыкнула пальцем ему в грудь.

– Если бы ты вместо того, чтобы слушаться его, помог с наёмниками, Чжун Хао сейчас был бы с нами. Ты должен был ему помочь! Мы могли отвлечь...

– Всё, что я должен, так это печься о своей жизни! – отмахивается Эрик, на секунду обжигая меня ледяным взглядом, а затем его губ касается тень улыбки. – Но тебя я не смог бросить.

Во мне вспыхивает гнев, но следующие слова заставляют растерянно приоткрыть рот. Но тут лидер резко вскидывает голову, бросая взгляд мне за спину, и его зрачки испуганно расширяются.

– Берегись! – выкрикивает он, толкая меня на землю, и падает вместе со мной.

Над нашими головами стремительно проносится цепь, врезаясь в дерево и разбивая кору в щепки. Я хрипло вскрикиваю, ударяясь об каменистую поверхность, воздух вылетает из легких, а в глазах темнеет...

Сквозь смутное сознание слышался неприятный лязг и звон чего-то металлического. Открыв глаза, мгновение наблюдала размытый хоровод звёзд в ночном небе. Что произошло? В стороне раздался приглушённый голос Эрика, я попыталась развернуться, но тело будто ватное, спина ноет, в висках стучат «молоточки». С трудом заставив себя приподняться, бросила взгляд на Эрика. Оттесняя лидера к краю утёса, наёмник почти непрерывно крутил цепью, нанося жёсткие удары. Эрик буквально чудом успевал уклоняться и защищаться веерами. Но долго он так не продержится...

Пошатываясь от легкого головокружения, поднялась на ноги и огляделась в поисках какого-нибудь оружия. Но даже веточки на глаза не попалось. Как вдруг лидер вскрикивает.

Я обернулась...

От мощного удара Эрик падает на землю почти у самого края, а веера отлетают в кусты. Скривившись от боли, он хватается за плечо, из разбитой губы по подбородку течёт кровь. Лидер поднимает на противника взгляд, и отражение его испуганных глаз, остаётся в памяти, как снимок в момент вспышки, передающий всю боль и бессилие перед лицом смерти. Звякнув цепью, наёмник замахивается для решающего удара...

Нет!

Ноги срываются с места, не раздумывая, я налетаю на мужчину и толкаю с утёса. И только бросаю на лидера ошеломлённый от своего поступка взгляд, как меня резко дёргают. Извернувшись в воздухе, наёмник умудряется схватиться за длинный рукав когда-то светло-сиреневого одеяния и утягивает вниз за собой.

– Соня! – крик срывается с губ Эрика, он бросается вперёд, пытаясь схватить меня за руку. Кончики наших пальцев на миг касаются друг друга, но слишком поздно...

С диким криком я несусь в пропасть навстречу шумному потоку реки. От ужаса дыхание перехватило, сердце в панике рухнуло в район пяток. Да уж, не так я планировала умереть. Зажмурив глаза, молилась, чтобы река оказалась достаточно глубокой.

С громким всплеском мы угодили в объятия ледяной воды. Удар был такой силы, что из лёгких выбило воздух, а тело стало одним сплошным синяком, холод обжёг, вонзаясь в кожу словно сотня игл. Я взвыла, сразу наглотавшись воды.

Бурное течение подхватило, унося нас в неизвестность.

Путаясь ногами в подоле, я задёргалась, стараясь всплыть на поверхность и глотнуть хоть каплю воздуха. Но наёмник, не умея плавать, бессильно барахтался рядом, крепко держась за мой рукав и утаскивая за собой на дно. Лёгкие начинают гореть, боль разрывает изнутри, в ушах стоит гул, меня охватывает неподдельный ужас. Крутясь под водой, я судорожно дёргаю то за рукав, то бью наёмника по пальцам, пытаясь высвободиться. Бесполезно, держит мёртвой хваткой.

Изо рта вылетают пузырьки воздуха, и на смену страху вдруг приходит тишина и спокойствие. Темнота обнимает меня, и я будто парю в невесомости. Ни боли, ни страха, все тревоги и мечты канули в небытие...

– Соня, ты чего там стоишь? – с тортом в руках мама выглядывает из кухни и как ни в чём не бывало с улыбкой смотрит на меня. – Скорее привези брата, и будем поздравлять отца.

Мама?! Но как?..

Я как вкопанная застываю посреди коридора, а из кухни доносится смех родителей.

Этого не может быть...

В полной растерянности я внимательно оглядываюсь. Знакомые с детства бархатные узорчатые обои, тот же криво стоящий зеркальный шкаф и отметины на стене моего роста до десяти лет. Неужели я вернулась домой? До конца, не веря в происходящее, я останавливаюсь у дверей в комнату Никиты. Сердце учащённо забилось от волнения, сделав глубокий вдох, я опустила ручку и бесшумно вошла.

– Никита! – в радостном порыве бросаюсь к кровати обнять брата. – Как же я по тебе скучала!

От счастья, что с ним всё хорошо, на глаза наворачиваются слёзы.

– Очнись, – произносит на ухо Никита, пока я крепко сжимаю его в объятьях.

Мда. Не совсем такого приветствия я ожидала.

– Что? – с улыбкой переспрашиваю, взглянув на брата, и вмиг отшатываюсь от него.

Что-то не так.

Несмотря на болезнь, Никита всегда улыбался, а серые глаза, кажущиеся холодными, были наполнены такой теплотой и любовью, какой я ни у кого больше не встречала. Но сейчас, младший брат выглядел отчуждённым, а суровый взгляд пронзал насквозь.

– Очнись!

– Да о чём ты говоришь? – в полном замешательстве я начинаю пятиться к двери.

Никита смотрит на меня не моргая, чем ещё больше пугает, и звонко выкрикивает:

– Открой глаза!

Да что с ним такое? Крутанувшись на пятках, вылетаю за дверь, и боль мгновенно пронзает тело. Я прихожу в себя, резко заглотнув воды, и судорожно двигаю онемевшими ногами и свободной рукой. Вокруг темнота, течение всё так же уносит нас вдаль. Не знаю, что это было за ви́дение, но во мне будто открылось второе дыхание, адреналин заиграл в крови. Я кое-как подхватываю под руки плывущего без сознания наёмника и делаю отчаянный рывок к поверхности.

Вынырнув, судорожно хватаю ртом воздух и приподнимаю голову наёмника из воды. С трудом держась на поверхности, оглядываюсь, пытаясь сориентироваться, благо луна хоть немного освещает землю. И гребу к берегу, сжимая зубы и напрягая каждую мышцу в борьбе с течением и в попытках удержать тело наёмника.

Какой же, он тяжёлый гад!

Проклиная всё вокруг и пыхтя, как паровоз, кое-как добралась до каменистого берега. И, еле переставляя дрожащие ноги, волоком затащила на него бездыханного мужчину. Обессиленно рухнув рядом, я закашлялась, выплёвывая попавшую в организм воду.

Слава богу, Небесному Императору и кто там ещё есть. Я выжила, даже не верится. Теперь из списка предсмертных желаний, как говорил Эрик, можно смело вычеркивать пункт «упасть с высоченного утёса». Главное, не повторять, второго раза я не переживу.

Изнурённо вздохнув, я подняла обеспокоенный взгляд вверх, туда, где слабо виднелись очертания горы.

– Эрик... – осипший голос подхватил шум реки, – надеюсь, с тобой всё в порядке.

Насколько может в нашей ситуации...

Брр. Боже, как холодно. Я обняла себя за мокрые и трясущиеся плечи, желая хоть немного согреться. И глянула на наёмника. Не знаю, как он, бездыханный, всё ещё умудрялся крепко держаться за мой рукав.

Так. Ну а с тобой, что делать?

Придвинувшись ближе, я осторожно сняла кожаную маску, закрывающую нижнюю часть лица. Ого, да он, оказывается, почти одного с нами возраста. Взгляд сразу упал на правую щёку, где на смуглой коже было выжжено клеймо, в котором языки пламени обвивала трехголовая змея. Выглядело жутковато. В остальном его можно было бы назвать симпатичным, если бы он не хотел нас убить.

Внутри словно перетягивание каната, раздирали противоречия и страх. Помочь или оставить как есть? Но наёмник избавил меня от дилеммы, вдруг распахнув глаза. Я испуганно шарахнулась назад, а он, зайдясь в кашле, перевернулся на бок, сплёвывая воду.

Так, пора уносить ноги. Одна проблема, рукав по-прежнему в заложниках, и, если он сейчас не перестанет его тянуть, я навалюсь на него сверху.

Бегло оглядевшись, заметила на поясе у парня кинжал и аккуратно вытащила его. Благо наёмнику пока было не до меня, он всё ещё пытался оклематься. Кое-как, с натугой отрезав мокрый рукав. Если он ему так нравится, пусть забирает. Я со скоростью побитой лани дала дёру в лес. Пока ночь, есть шанс скрыться от него.

Замёрзнув как цуцик, я, прихрамывая и вздрагивая от каждого шороха в кустах, продолжала бежать через лес. Пока усталость не навалилась на меня каменной плитой. Ноги отказывались двигаться, я то и дело спотыкалась и падала, обдирая ладони. Голова гудела, веки налились тяжестью и закрывались сами собой, окуная меня в сладостную дремоту. Пришлось сдаться и искать укромное местечко, я привалилась спиной к дереву и вытянула ноги. Каждая клеточка тела ныла и болела, я чувствовала себя разбитой и опустошённой.

Отдохну пять минуточек и пойду дальше. Нужно найти какое-нибудь поселение и узнать, как добраться до Люуе, а там вернусь в поместье Цзяхао. Эрик, господин Кай У, господин Юань Фэнь, надеюсь, вы живы...

***

В живот что-то неприятно впивалось, в носу стоял запах мокрой псины, а к горлу подкатывала тошнота. Прищурив от солнца глаза, в первую секунду недоуменно пялилась на движущуюся землю.

Зараза! Как он меня нашёл?!

Как мешок с картошкой, я болталась вниз головой на плече наёмника, он куда-то нёс меня, придерживая одной рукой, в то время как мои руки были крепко связаны верёвкой.

Капец! Вот это я вырубилась, что даже не почувствовала, как меня связывают и закидывают на плечо.

– Спасибо, что подвёз, но тут я сойду, – прокряхтела я, сглотнув ком в горле и забрыкалась, ударяя ногами, а потом резко выпрямилась, отчего наёмник, потеряв равновесие, пошатнулся, сбрасывая меня с плеча.

Ауч... Боль пронзила тело, мелкие камушки впились в кожу. Да уж, неудачно вышло. Я забыла, что не женщина-кошка и в любых ситуациях на ноги не приземляюсь.

Не дав опомниться, наёмник грубо схватил за верёвку, рывком поднимая с земли и притягивая к себе. Кожаная маска снова закрывала его лицо.

Нгый тонг, той се чан ань[2], – чуть ли не по слогам, низким хриплым голосом проговорил наёмник, гневно сузив глаза.

– Ага. Так я и послушалась, – выплюнула в ответ, хоть понятия не имею, чем он мне пригрозил, но так легко сдаваться не собираюсь и с силой пнула его в ногу, вырываясь из рук.

Отшатнувшись, парень на секунду выпустил меня, но вмиг перехватил за плечо, дёргая обратно к себе. Успев заметить у него на боку кровоточащую рану, я крутанулась, с силой ударяя локтем в неё. Наёмник приглушённо охнул, отступая и сгибаясь от боли. Вырвавшись, я дала дёру, как за спиной звякнула цепь, а в следующее мгновение она закручивается вокруг ног, и я лечу на землю. Да ёпта! Из моего рта вырывается судорожный хрип, а силы сопротивляться убежали на подзарядку. К счастью, наёмник не тащит меня по земле, а подходит и поднимает за шкирку, будто нашкодившего котёнка.

Чёрные глаза пронзают яростью, словно острым лезвием. Я стушевалась, вжав голову в плечи и ожидая возмездия. Но наёмник только закручивает цепь вокруг моих и так ноющих от тугих верёвок, рук. И мы снова куда-то тащимся под палящим солнцем и мирным чириканьем птиц. Природа благоухает, но мне не до её красот, голова раскалывается, пот струится по спине, рваное одеяние прилипло к телу, в горле скребёт от сухости, а живот урчит на всю округу, распугивая местную живность.

– Слушай, может, хоть намекнёшь, куда мы идём? – облизнув пересохшие губы, спросила я, желая хоть немного отвлечься от неприятных ощущений.

В ответ этот паразит лишь дёрнул за цепь, за которую тащит меня, как осла на привязи.

Я чертыхнулась, ускоряя шаг. Да что ж ему от меня надо?! Если бы хотел убить, сделал бы это, когда я спала, зачем таскать меня с собой? А что, если... По телу пробежал табун мурашек, меня передёрнуло от посетившей мысли. Не дай бог!

– Прошу, скажи, что у вас нет ненормального обычая обязательно жениться на девушках, которые вас спасли? Если так, я лучше повторно сигану с утёса, – в ужасе выпалила я, стирая пот с лица единственным целым рукавом.

Не замедляя шагу, наёмник так на меня зыркнул, что я вздрогнула и с силой дёрнул за цепь. В руках что-то хрустнуло, охнув, я полетела вперёд, с трудом удерживаясь на ногах. Вот паршивец! Господина Юань Фэня на него не хватает, он бы задал ему жару.

До самого вечера мы шли молча. От усталости я еле переставляла ноги, да и наёмник впереди начал спотыкаться, а кровь с его раны на боку всё ещё оставляла алые капли на земле. Неужели у него нет духовных сил вылечить себя?

– Прошу, давай сделаем привал. Ты и сам уже без сил, если грохнешься в обморок, я оставлю тебя на съедение зверям, – вымученно пригрозила я, в отчаянии дёргая за цепь.

Хрипло дыша, наёмник остановился и, приложив руку к ране, тяжело вздохнул.

– Ди тхой[3], – хмуро бросил он на своём языке, потянув меня вглубь леса.

Благо шли мы недолго, в стороне послышалось журчание ручейка, и наёмник поспешил туда. Мы жадно примкнули к воде. Напившись, я зачерпнула руками прохладную водицу, умыв лицо, она приятно остудила разгорячённую кожу. Боже, какое облегчение! Но долго наслаждаться мне не дали, парень потащил к ближайшему дереву и, обмотав его цепью, привязал меня.

– Эй, а без этого никак?! – возмутилась я в уходящую спину наёмника. – А если дикий зверь нападёт?

Проигнорировав мой вопль, парень скрылся между деревьев. Зараза!

Тьма сомкнулась вокруг меня, вдалеке ухнула сова, а моё сердце, подпрыгнув, зашлось в бешеном танце. Так спокойно, без паники. Вдох-выдох, я травинка, парящая в космосе...

От волнения мне показалось, что прошла вечность, прежде чем наёмник вернулся. В руках он нёс гору хвороста, а на поясе болтался убитый кролик с мелкими рожками. А может, и не кролик вовсе...

Бросив хворост на землю, он подошёл ко мне и отцепил от дерева, указав рукой на старое лежащее бревно, обросшее мхом. Я послушно села на него и, заметив, что наёмник собирается привязать цепь к бревну, напустила на себя самый жалостливый вид.

– Прошу, сними их. Верёвки и так больно натирают запястья, а сидеть ещё с тяжелой цепью невыносимо, – умоляюще застонала я, тыча связанными руками в лицо парню, и по щеке скатилась слеза.

Даже выдавливать не пришлось, одна мысль о Чжун Хао вызывала их поток. Наёмник, кажется, на секунду растерялся от моих слез, зависнув. Но потом моргнул и, видно, сжалился надо мной, так как цепь с рук снял.

– Ох, спасибо, – довольно выдохнула я и, устроившись поудобней на бревне, вытянула ноги, решив сначала отдохнуть и дождаться, когда этот паршивец потеряет бдительность.

Наёмник быстро развёл костёр и, сев рядом на корягу, начал умело разделывать тушку зверька. Подавив рвотный позыв, я с отвращением отвела взгляд. Есть хотелось жутко, но, привыкшей к мясу из магазина, мне было неприятно и жалко на это смотреть. Пробежав глазами по оставшейся кучки хвороста, заметила длинную ветку. То, что надо! И, пока наёмник был погружен в дело, я ногой медленно пододвигала её ближе к себе. Хорошо, что треск костра и стрекот сверчков заглушил хруст других веток.

Похоже, наёмник чутка расслабился, он всё реже бросал на меня суровый взгляд, занимаясь приготовлением неизвестного мне вида кролика.

Сейчас или никогда!

Схватив с земли ветку, я рывком подскочила на ноги и с размаху, как битой, врезала кинувшемуся на меня парню по голове. От удара, он буквально перелетел через корягу, рухнув на землю.

– Сорри, – ошеломленно выпалила я и бросилась наутёк в лес.

Теперь мне точно каюк.

Со связанными руками бежать оказалось сложнее, да и сил ещё недостаточно. Но я неслась, петляя в темноте, как заяц, то и дело спотыкаясь и улетая в кусты. Боже, когда этот кошмар уже закончится?! За спиной раздался знакомый лязг цепи.

Чёрт! Быстро же он очухался.

Выругавшись, я на последнем издыхании ускорилась и, заметив впереди арку из скрученных и сплетённых между собой деревьев, рванула через неё. По телу вдруг прокатилась волна колючих мурашек, словно меня ударило слабым разрядом тока. Лес наполнился благоуханием цветов и фруктов, а от необычно пьянящего воздуха закружилась голова и тело вмиг наполнилось энергией. Что за?!

Но самое удивительное оказалось впереди...

Тёмный лес осветился светящимися исполинскими деревьями. Яркий свет, будто вырываясь изнутри, поднимался к величественным кронам, заливая их золотистым сиянием. Причудливой формы растения пылали зелено-голубыми огоньками, а цветы вокруг тонули в ярких розово-фиолетовых красках.

Какое восхитительное место...

С дивным чириканьем над головой пролетела сияющая алым светом птица, оставляя искрящийся след на звёздном небе. От красоты, я сама того не замечая остановилась, потрясённо разглядывая необычный лес.

Внезапно за спиной раздался хруст, а в следующую секунду наёмник повалил меня на землю в светящуюся траву. У нас завязалась небольшая драка: он пытался схватить меня за связанные руки, я же, извиваясь ужом, брыкалась и кусалась. В какой-то момент терпение наёмника иссякло, он замахнулся для удара... как молниеносно был отброшен в кусты порывом ветра с бело-розовыми лепестками. Я резко крутанула голову в сторону спасителя, и мурашки побежали по коже...

– Кхаа лоа тсу?![4]

Кажется, мы влипли...

***

[1] Сюда! Они где-то здесь!

[2] Будешь сопротивляться, и я переломаю тебе ноги.

[3] Идём

[4] Кто вы такие?!

Глава 4

Вау... вот это я угодила в кроличью нору.

Только сейчас надо мной возвышался не безобидный кролик, а существа неземной красоты и величия.

Изумлённо приоткрыв рот, я приподнялась с травы, не в силах оторвать от них заворожённого взгляда. Трое мужчин, подобные небожителям, с величественными осанками, в лёгких шёлковых одеяниях с расписными узорами по краям, внимательно смотрели на нас. Прекрасные одухотворённые лица, кожа мерцает, словно лунный свет, глаза, как редкие жемчужины, переливаются таинственными цветами. Длинные чёрные волосы с затейливыми украшениями свободно струятся по плечам, слегка развиваясь на ветру. А головы венчают плавные и элегантные, похожие на горный хрусталь, витиеватые рога, которые изящно утончаются на концах и пленяют взгляд своей изысканной красотой и нежностью.

Незнакомцы вызывали оторопь и невольное восхищение.

– Кхаа лоа тсу?! Кхе ноо циуа?[1] – голос мужчины лился медовой песней, а концы витиеватых рогов имели оттенок свежей травы.

Мама мия! Можно, я тут останусь?..

Смахнув очарованное оцепенение, я с трудом вспомнила, что всё же нахожусь в беде, и с кряхтением поднявшись на ноги, отчаянно взмолила:

– Прошу вас, помогите, этот тип... – я махнула связанными руками в сторону наёмника, который молча буравил незнакомцев хмурым взглядом, напряженно сжимая в одной руке серповидный клинок, а второй держа цепь. – ...меня похитил и, скорее всего, собирается убить.

Мужчины, если можно их так назвать, с невозмутимым спокойствием перевели внимательный взгляд с меня на наёмника. А затем один из них шагнул вперёд, протянув к моему лицу руку. Я попятилась, а наёмник сбоку угрожающе дёрнулся, как тут же был опутан цветочными стеблями. Он возмущенно зарычал, пытаясь высвободиться, но от его движений только ярче засияли фиолетовые цветочки на стеблях.

– Правильно, так его. Пусть на своей шкуре почувствует, каково это быть беспомощным, – одобрительно кивнула я, бросая на наёмника едкий взгляд, но вдруг почувствовала, как тело оплетают такие же стебли, сжимая и не давая двинуться с места. – Меня-то за что?

Вместо ответа к моему лбу прикоснулись два пальца, а затем вспыхнул свет, кожу обдало жаром. Взволнованно сглотнув, я замерла истуканом, не сводя глаз с незнакомца, а точнее, с его рогов, концы которых искрились оранжевым словно внутри жило пламя. Они так и манили прикоснуться к ним рукой, потрогать и ощутить то волшебство, что сокрыто в них.

Да кто они такие?

– Схе мэнн раа[2],– спустя мгновение произнёс мужчина, убирая руку от моего лица и делая шаг назад.

– Мэнн раа?! Ноо кхо мхаа ции?![3] – певучим, но будто в повышенном тоне спросил третий мужчина, до этого просто наблюдавший за нами. Концы его изящных рогов имели небесно-голубой оттенок.

Так. Судя по их интонациям, они удивлены. И я понятия не имею, хорошо это или нет.

– Псс. Ты понимаешь, о чём они говорят? – шепнула я, чуть склоняясь в сторону наёмника.

Но он лишь, сдвинув брови, окатил меня ледяным взглядом и вернулся к попыткам перерезать клинком цветущие стебли. Да... хорошо, однако, я его веткой приложила, вон какой шишак на лбу выскочил, сияет, как звезда.

– Как вы, простые смертные, смогли пройти через завесу в наше царство? – вдруг мягко обратился к нам мужчина на чистом эвэхуанском языке, и его рога засветились белоснежным сиянием.

Вау...

Со смесью изумления и восхищения я зависла, не в силах отвести от них взгляда. Как красив...ой...стебли на мгновение сдавили, будто приводя в чувства.

– Царство? Завеса? Простите, я не совсем понимаю, о чём вы? – пролепетала, недоуменно приподнимая брови. – Я просто убегала по лесу от этого наёмника, как очутилась тут.

Мы с незнакомцами синхронно перевели взгляд на наёмника, но парень ответил мужчинам гневным взглядом.

– Он, кажется, не говорит на этом языке, – неуверенно заметила я, по крайней мере, со мной он говорил на другом, хоть по виду и понимал меня. – Но не могли бы вы сказать, где именно мы оказались?

– Вы в священном царстве цилиней – Цинъюнь[4], – благоговейно выступил вперёд мужчина, и его рога с небесно-голубым оттенком на концах засияли белоснежным светом.

Цилини? Что-то знакомое... Вроде, я о них где-то слышала? Точно! От озарения захотелось щёлкнуть пальцами, но со связанными руками и прижатыми к животу стеблями не вышло.

– Это же вы входили в четвёрку благородных зверей, охраняющих стороны света? Наравне с чёрной черепахой и фениксом, пока вас не заменили то ли белым тигром, то ли драконом? – изумленно выпалила я, бегая между ними горящим взглядом.

Обалдеть! Я ушам своим не верю! То, что в нашем мире считается сказками и мифом, в этом вполне себе реальное и до невозможности красивое. Хотя мне ли удивляться после знакомства с цзянши?

Сохраняя бесстрастное выражение на прекрасных лицах, цилини украдкой переглянулись друг с другом.

– Никогда прежде о таком не слышали, – с мягкой улыбкой, с которой обычно обращаются к маленьким детям, ответил один из них, и как только цилинь заговаривал, его рога начинали сиять. – Мы благородные цилини, уже более тысячи лет служим скромными посланниками Небесного Императора. Наш великий брат Цинлун испокон веков занимает должность защитника Востока, как и Байху – защитника Запада.

– Брат?.. – у меня аж ноги подкосились. – Так драконы в этом мире тоже реальные?

– Истинно так, – улыбка на лице цилиня стала ещё мягче и шире. – Но не каждому смертному выпадает честь их лицезреть. Это сулит либо большую удачу, либо смерть.

Кровь отхлынула от лица. Этот мир всё больше начинает сводить с ума.

– А что сулит встреча с вами, цилинями? – нервно сглотнула я, бросая беглый взгляд на наёмника.

Он оставил попытки высвободиться и молча прожигал мужчин взглядом. Интересно, он так же потрясён встречей с ними, как я? Или для него это обычное дело?

– Это решит достопочтенный старейшина Бао Ю и, как его правый советник, Гу Линь, я обязан сопроводить вас к нему.

Ответ мужчины с рогами огненного оттенка меня насторожил, я даже непроизвольно попятилась назад. По виду эти цилини выглядят мирно, да и в тех небольших статьях, что я читала, говорилось, что они доброжелательные и сулят долголетие и благополучие. Но какие они на самом деле, чёрт его знает.

– У нас нет намерения причинять вам вред, – снисходительно произнес Гу Линь, будто прочитав мои мысли. – Но, если придётся, мы вынуждены будем защищаться.

– Я уж точно угрозы не представляю, – поспешила откреститься я и качнула головой в сторону наёмника. – А вот его вам следует остерегаться.

Цилини перевели взгляды на наёмника и его серповидный клинок, который он так крепко сжал, что у него костяшки на пальцах побелели.

– Пожалуй, мы на время заберём ваше оружие, – Гу Линь изящно взмахнул рукой, и цепь с клинком охватило пламя, а после огненной струйкой вернулось в руку цилиня и исчезло.

Ого...

Не успела я восхититься таким способом перемещения оружия, как вдруг верёвки, связывающие руки, охватило такое же пламя. Я вскрикнула, ожидая получить ожоги, если вообще не остаться без рук, но, к счастью, огонь только обдал теплом, даровав свободу. Выдохнув, я с облегчением растёрла затёкшие и покрасневшие запястья. Стебли, опутывающие нас, змейкой вернулись в землю.

– Прошу, следуйте за нами, – слегка поклонился мужчина с зеленоватыми кончиками рогов и вместе с цилинем, у которого небесно-голубые рога, плавно двинулся вперёд, а я удивленно ахнула.

От каждого шага цилиней на земле вырастали и распускались мелкие красочные цветочки, и дорожкой вились за мужчинами. Я даже растерялась, не зная, куда ступить, не хотелось топтаться по ним. А вот наёмнику, видно, было пофиг, он спокойно пошёл по цветочкам, оставляя вмятины. Вот паразит.

– Господин Гу Линь, можно задать пару вопросов? – догнала я огненного цилиня, он казался сговорчивей остальных.

Чуть замедлив шаг, мужчина взглянул на меня сверху вниз, оказалось, они ещё довольно высокие, и благосклонно кивнул.

– Что вас интересует, энаа?

Энаа? Это типа у них вместо «госпожи» или «барышни»? Мило.

Я скосила на наёмника недовольный взгляд, он следовал за мной по пятам, держась рядом, чем начинал раздражать. Пришлось отойти поближе к цилиню. Кто знает, что у него на уме?

– Господин Гу Линь, скажите, а где именно находится ваше царство Цинъюнь? Как далеко от города Люуе? Или столицы Фунань?

– Энаа, наше царство существует отдельно от царства смертных, и других царств Трёх Миров, – снисходительно пояснил Гу Линь и вовремя подхватил меня под руку, когда я от шока запнулась и чуть позорно не растянулась на земле.

– Спаси...бо, – смущённо протянула я, отступая в сторонку, и ошеломлённо взглянула на цилиня. – Так вы хотите сказать, что мы находимся в другом измерении?

– Вы правильно поняли, энаа, – с доброжелательной улыбкой подтвердил Гу Линь, – царство Цинъюнь скрывает и защищает духовная завеса, которую вы, смертные, смогли необъяснимым нам образом пройти.

Вот повезло...

– И как часто к вам попадают люди? – поинтересовалась я, сдержав порыв ещё узнать, как много из них вернулось домой.

Гу Линь остановился и, подняв взгляд на ночное небо, задумчиво потёр рукой подбородок, от светящейся травы и цветов на его рогах заиграли блики. А мне так и захотелось крикнуть, чтобы он не двигался, и сесть рисовать его невероятный портрет. Даже назойливый наёмник застыл, не сводя с него глаз.

– Думаю, раз в сто лет, но это были заклинатели высокого духовного совершенствования, смертным, как правило, не пройти через завесу, – ответил цилинь, не обращая внимания на то, каким завороженным взглядом я на него пялюсь.

– Тогда как смогли пройти мы? – восхищение сменилось недоумением, я глянула на наёмника, он будто тоже озадаченно посмотрел на меня.

Может, это его рук дело? Хотя навряд ли, обладай он духовной силой, я бы тут не стояла.

– Это нам и предстоит выяснить у достопочтенного старейшины, – тепло улыбнулся Гу Линь и двинулся вперёд, оставляя цветочки за собой.

– Господин Гу Линь, ещё один вопросик, – выкрикнула я голосом журналистки и, перепрыгивая через его цветочки, поравнялась с ним шагом. – Вы сказали, что мы в другом измерении. Значит, вы можете открывать порталы в измерения и даже миры? – с надеждой спросила я, скрещивая за спиной пальцы в молитве.

– Мы, цилини, можем перемещаться в любое царство, но силой, открывающей порталы в другие миры, обладает только его святейшество Тай Кун – бог времени и пространства, – спокойно пояснил Гу Линь.

– Хотелось бы встретиться с ним, – задумчиво проронила я.

Вот кто, наверное, перенёс нас с Эриком в этот мир. Только вот нафига?

– Боюсь, это невозможно, – снисходительно заметил цилинь, окинув меня внимательным взглядом. – Его святейшество уже много столетий находится в уединении, и никто не знает, где именно.

– Чудесно, – сникла я, собственно, этого и следовало ожидать, да и встретиться с богом, скорее всего, невозможно.

– Добро пожаловать в Цинъюнь.

Гу Линь раздвинул руками высоченные растения с крупными яркими цветами, открывая захватывающий вид. Я замерла на холме, не дыша.

Потрясающе...

Передо мной будто раскинулась живописная картина сказочного мира: земля, усыпанная благоухающими цветами и сияющими нефритом растениями. Вокруг десятки необычных домов, напоминающие шатры, которые сплетены из живых стеблей и гигантских листьев. Их крыши украшали пышные белоснежные цветы, чьи лепестки трепетали при малейшем дуновении.

Но истинное чудо ждало в центре – исполинское древо, чьи огромные ветви взмывали ввысь, словно нити, связывающие землю и небо. В его кроне, среди шелестящей листвы, мерцали бесчисленные золотисто-голубоватые огоньки, озаряя древо таинственным светом. И вокруг всей этой красоты в чарующем танце, кружили алые птицы, издавая дивное пение.

– Нет слов... – ошеломленно вымолвила я, находясь под впечатлением. Я думала, после величия Шансяна меня мало чем можно так поразить. Но как бы не так.

Жаль, что Эрика сейчас нет рядом. Мне даже интересно, как бы он это всё воспринял и вёл себя с цилинями? Так же бы язвил? От мысли о лидере сердце болезненно сжалось, и меня захлестнула вина. Кто знает, что сейчас с ним происходит, не говоря уже о Чжун Хао и господине Юань Фэне? А я тут прохлаждаюсь, разглядывая красоты природы вместо того, чтобы просить о помощи и бежать искать друзей. Так! Пора взять себя в руки и просить вернуть обратно в лес, а ещё лучше в Люуе.

– Не будем заставлять уважаемого старейшину ждать, – поторопил Гу Линь, отвлекая от созерцания и угрызения себя.

Мы спустились с холма и двинулись прямиком к величественному древу. Вблизи шатры выглядели куда больше и изящней, в них прям чувствовался дух древних традиций. К счастью или нет, но нам по пути не встретились другие цилини. Только когда мы подошли к дереву, от размеров которого я ощутила себя мелкой букашкой, а сердце затрепетало от волнения. Будто из-под земли выскочили двое молодых цилиней, я бы даже сказала, подростков, их прозрачные витиеватые рога достигали только середины макушки, в то время как у наших провожатых они уходили дальше за голову.

– Иулэна тсаа рен[5], – мелодичными голосами воскликнули юноши, складывая правую ладонь на левую и с поклоном поднося их к рогам.

Господин Гу Линь и двое других наших провожатых в ответ слегка склонили головы. Не став задерживать, юноши поспешили отворить массивные двери, пропуская внутрь древа, чья листва нежными завитками обрамляла вход и провожая нас с наёмником любопытными взглядами.

– Мать моя женщина... – ахнула я, и голос предательским эхом разлетелся по залу, а десятки голов цилиней синхронно обернулись на меня и врезавшегося в спину наёмника.

Да, я говорила, что возьму себя в руки и вместо восхищения красотами займусь делом. Но зайдя в этот величественный зал, словно в сокровищницу природы, руки дали слабину и отказались брать меня.

Полы сияли, словно полированный мрамор, отражая каждый луч света от волшебных огоньков. Стены, подобно пергаменту, украшены тонкими витиеватыми узорами и светящимися прожилками, а также кружевными фресками, изображающими древнюю историю Цилиней. Сам зал был полон жизни, сверху доносился звук шелеста листвы и пения птиц, а в воздухе витал аромат цветущих садов. Могучий, высокий древесный трон возвышался над собравшимися вокруг. Нефритовые и серебряные лозы тонкими узорами, сплетёнными в ветви, изысканно обвивали его.

К моему удивлению, женщин-цилиней в зале не было, только мужчины. Такие же одухотворённые и прекрасные, как господин Гу Линь. Отличия были только в оттенках их кончиков рогов: зеленоватые, голубые, оранжевые. Если я правильно поняла, они отражают стихию, которой владеет цилинь.

– Иулэна тсаа ото циуэ![6] – хором пропели цилини, складывая правые ладони на левые и с почтительным поклоном поднесли их к рогам.

Вздрогнув, я взволнованно повторила за ними, поднимая руки над головой, и взглянула на старейшину.

Ого! Да это настоящий император...

При слове «старейшина», я почему-то ожидала увидеть цилиня преклонного возраста. Но перед нами стоял статный мужчина невероятной красоты, будто само произведение искусства. Тонкие благородные черты лица, выразительные глаза ярко-золотого оттенка, напоминающие спокойное озеро, в глубине которого таится вся мудрость и истина веков. Длинные белоснежные волосы уложены в элегантную причёску, витиеватые рога подобны белому нефриту, а на лбу изысканная диадема, сплетённая из золотых листьев, лоз и драгоценных камней. Светлое одеяние, словно сотканное из мерцающих звёзд, украшено на широких рукавах и поясе жемчужинами и драгоценными камнями.

Один взгляд на него внушал благоговение и трепет. С трудом отведя зачарованный взгляд, я скосила глаза на стоящего рядом наёмника. Он даже не подумал кланяться, непоколебимо стоял, вытянувшись как стрела, и пронзал старейшину хмурым взглядом.

– Циуэ Бао, мха мэнн раа, кхе но циуа,[7] – со всей учтивостью на своём языке произнес Гу Линь, оборачиваясь и указывая рукой на меня и наёмника.

Множество изумленных взглядов снова обратилось на нас, в том числе и острый взгляд золотистых глаз старейшины. Мне вдруг стало нечем дышать, голова пошла кругом, ладони вспотели, и почему-то захотелось провалиться сквозь землю.

– Здрасте... – нервно пискнула я и тут же дала себе мысленный подзатыльник, заставляя собраться, и приложив правый кулак к левой ладони, уважительно произнесла: – Приветствую достопочтенного старейшину Бао Ю.

– Приветствую дитя, – мягким голосом, полным благородства и магнетизма, ответил старейшина, и его белые рога охватило сиреневое сияние с духовными символами вокруг. – Как нам к вам обращаться? Откуда вы родом?

От его голоса по телу пробежали мурашки, я на миг стушевалась, бросая взгляд на наёмника. Может, он первый представится? Но парень, судя по виду, вошёл в роль каменной статуи.

– Позвольте представиться, Ян Сония из города Люуе, – со всей вежливостью поклонилась я, пряча дрожащие от волнения руки за спину. – Прошу прощения, за вторжение в ваше царство Цинъюнь, но это случилось не совсем по моей воле.

С безмятежной улыбкой на лице старейшина Бао Ю кивнул и внимательно оглядел наёмника.

– Похоже, ваш брат не отличается вежливостью, раээ[8], всегда так молчалив?

Я стрельнула в наёмника раздражённым взглядом. Да такого брата я даже врагу не пожелаю.

Пока я раздумывала над ответом, вокруг зашептались другие цилини, я их не понимала, но, судя по интонациям, они были недовольны.

– Приношу свои извинения, – сконфуженно улыбнулась я, обращаясь ко всем цилиням, и, глубоко вздохнув, шагнула ближе к старейшине. – Дело в том, что он один из наёмников, которые напали на наше поместье и убили множество людей. Этот тип... – заметив, как удивлённо приподнялись брови старейшины, а сам он склонил голову набок, я поспешила исправиться. – Этот юноша похитил меня, и, когда я убегала от него по лесу, мы каким-то образом оказались в вашем царстве. Прошу вас, помогите этой скромной девушке разобраться с ним и вернуться в поместье, дабы узнать, живы ли мои друзья.

На одном дыхании выпалила я и только потом заметила, как тихо стало в зале и с каким замешательством на нас смотрят окружающие. М-да… кажется, я сказала лишнего. Кинула взгляд на господина Гу Линя, стоя у трона старейшины, он на миг улыбнулся, тут же возвращая лицу серьёзный вид. Наёмник даже слова не сказал, лишь метал в меня взглядом молнии и сжимал кулаки.

– После великой войны Трёх Миров нам, цилиням, запрещено вмешиваться в дела и судьбы людей, – благожелательно сообщил старейшина Бао Ю, и его улыбка, затмила сияние рогов. – Жить или умереть – исход, предначертанный Небесами и его святейшеством богом Сы Мином.

– Очаровательно, – буркнула я себе под нос, пронзая наёмника гневным взглядом. Он снова стоял в миллиметре от меня, я даже чувствовала исходивший от него запах пота и крови. Вот понять не могу: он меня охраняет или выжидает подходящего момента, чтобы схватить и дать дёру?

– Но раз сила, что пропустила через завесу, хотела, чтобы вы оказались в Цинъюнь по неведанным нам пока причинам. Мы позволим вам остаться и исцелим ваши раны, а на рассвете вы покинете царство.

Сила? Что ещё за сила?

Опешив, я взглянула на старейшину в надежде услышать пояснение, но он уже обратился к стоящему слева цилиню, говоря ему что-то на своём певучем языке. Остальные цилини, хмуро посмотрев на старейшину, зашептались, видно, не совсем одобряя его решение, но в открытую никто и слова не сказал.

– Благодарю старейшину Бао Ю, – сложив руки, вежливо поклонилась я, вспомнив о приличиях.

Всё же, хороший отдых мне не помешает. А завтра, с новыми силами, больше шансов сбежать от этого паразита.

– Правый советник Гу Линь, будьте любезны, присмотрите за нашими гостями, – учтиво отдал приказ старейшина и лёгким изящным движением поднялся с трона, направляясь к выходу.

Когда он величественно прошёл рядом, меня на мгновение окутало такой мощной, светлой, благословенной аурой, что аж дух захватило. Я непроизвольно шагнула следом, не желая снова возвращаться во тьму. Но наёмник грубо схватил за рукав ханьфу, выдёргивая из сладостного наваждения.

– Энаа, раээ, следуйте за мной, – с доброжелательной улыбкой обратился к нам Гу Линь, и его рога осветились белоснежным сиянием.

Хм. Их рога светятся, только когда они говорят на эвэхуанском языке, это у них что-то вроде переводчика?

Покинув древо, я наконец смогла перевести дух и расслабить напряжённые мышцы спины. Ох, чувствую себя старушкой. К наёмнику сразу подлетел молодой цилинь и вежливо попросил пройти с ним. Но парень не сдвинулся с места, переводя на меня взгляд темных, почти чёрных глаз.

– И не смотри так, мы с тобой не настолько близки, чтобы ещё спать вместе, – хмыкнула я, скрещивая руки на груди.

Мне показалось, или наёмник смутился? Иначе как объяснить, что у него верхняя часть лица стала пунцовой?

– Не беспокойтесь, энаа, ваш бхарнаа находиться в другой стороне, – обрадовал меня господин Гу Линь, направляясь дальше.

Даже не взглянув на наёмника, я поспешила за цилинем. Мимо нас прошли несколько мужчин, и после каждого на земле остались дорожки мелких цветочков.

Обалдеть.

Вот бы хоть одного цилиня привезти к нам в город, а то цветов последнее время на улице кот наплакал. Цилинь денёк погуляет, и город сразу оживёт, чудесно же?

– Прошу, энаа, – резко остановился Гу Линь возле растительного шатра, а я, задумавшись, впечаталась носом ему в локоть. – Внутри о вас позаботятся, хорошего отдыха, – он мягко улыбнулся, склонив голову.

Я растерянно приоткрыла рот. Позаботятся? Кто? Но спросить вслух не успела, господина Гу Линя уже и след простыл. Я встряхнулась.

Ладно, хуже быть уже не может. И, отодвинув в сторону шёлковую ткань вместо двери, шагнула внутрь.

Ох, мамочки...

***

[1] Кто вы такие? Как прошли сквозь завесу?

[2] Они смертные

[3] Смертные?! Но как, они попали в наше царство?

[4] Цинъюнь (庆云 qìngyún) - благовещие облака; счастливое предзнаменование

[5] Приветствуем наставников

[6] Приветствуем достопочтенного старейшину!

[7] Старейшина Бао, эти люди смогли пересечь завесу.

[8] Раээ - господин

Глава 5.1

И в который раз убеждаюсь, что может. Ведь хуже, чем оказаться в кругу очаровательных неземных девушек, щебечущих на незнакомом языке и разглядывающих тебя как диковинную зверушку, кошмара не сыскать.

Как первое распускание весенних цветов, они были поистине прекрасны: нефритовая светлая кожа, изящно подведённые светло-алыми тенями глаза, похожие на лепестки персика[1], и яркий росчерк тонких губ. На лбах искусные узоры хуадянь[2]. Витиеватые рога на кончиках имели розоватый оттенок, подобно зарождающемуся рассвету. Воздушные платья с ниспадающими рукавами струились вокруг утончённых фигур. А в красиво уложенных чёрных волосах блестели позолоченные украшения в форме цветов с драгоценными камнями.

Мой же чудный вид можно охарактеризовать поговоркой «я упала с самосвала, тормозила головой». Мда...

– Приветствую энаа, – изящно поклонилась одна из девушек, и её рога, увитые украшениями, засияли светло-розовым светом. – Я старшая из сестёр – Цинь Фэй. Уважаемый советник Гу просил позаботиться о вас.

«Что, всех просил?!» – чуть вслух не выпалила я, стушевавшись под пытливыми взглядами. Шатёр и так небольшой, а с десятком девушек-цилиней вообще не продохнуть.

– Ян Сония. Прошу простить за беспокойство, – сложив ладони, вежливо поклонилась я.

– Мы с сестрами никогда не видели человека, подобного тебе. Энаа, откуда ты? – нежным голоском вопросила одна из девушек, порхая вокруг и с неподдельным интересом рассматривая грязное, порванное и с оторванным рукавом сиреневое ханьфу.

– Энаа, в царстве смертных у всех такие чарующие глаза, цветом подобные лунному сиянию? А кожа тёмная, как ветви многолика? – ошарашила меня другая девушка, буквально впритык разглядывая моё лицо.

Ну простите, солнцезащитный крем в другом мире забыла. Подумаешь, немного загорела, но ведь не настолько, чтоб с деревом сравнивать?

– У меня обычно довольно бледная кожа, но долгие тренировки на природе дали о себе знать, – я неловко отстранилась, делая шаг к спасительному выходу. – А вообще там, откуда я родом, довольно много людей с интересной внешностью.

– Энаа, твои волосы так чудно выглядят, почему они в грязи? – с улыбкой полюбопытствовала ещё одна из девушек, осветив шатёр розоватым сиянием и поморщив носик, вытащила утончёнными пальцами листик.

– Увы, ночная беготня по лесу и валяние на земле не пошли им на пользу, – натянуто улыбнулась я, поспешив пригладить растрёпанные и торчащие в стороны волосы, которые раньше были уложены заботливыми руками служанки А-Чжу.

Девушки засмеялись, и шатёр наполнился нежными звуками, похожими на переливы струн арфы.

– Энаа, у тебя такая простая, но изящная шпилька. Позволь поменяться с тобой... – одна из девушек с озорным блеском в глазах молниеносно вытащила шпильку у меня из волос, звякнув золотыми браслетами на руках.

Другие уже было примкнули к ней посмотреть, но я резко выхватила её из рук, забирая обратно и прижимая к груди.

Отпрянув, девушки растерянно взглянули на меня.

– Извините, не хотела показаться грубой, – сконфуженно поклонилась я, мысленно ругая себя за порывистую реакцию. – Эта шпилька очень важна для меня, она от друга, которого, возможно, уже нет в жив... – голос дрогнул, давящая боль сковала сердце.

Я умолкла, прикрывая на секунду глаза и делая глубокий вдох. Нет! Пока не увижу собственными глазами, буду верить, что Чжун Хао жив. Он должен выжить...

– Сестры, вы ведёте себя неподобающе, – Цинь Фэй окинула строгим взглядом девушек. – Разве не видите, энаа нуждается в исцелении и отдыхе? Оставьте своё любопытство и сопроводите гостью к источнику Хуэнь.

– Куда?.. – только успела вымолвить я, как меня с двух сторон подхватили заботливые ручки, выводя из шатра.

И не переставая закидывать вопросами о жизни в смертном мире, повели куда-то вглубь леса. Как и у мужчин-цилиней, от каждого лёгкого шага девушек на земле вырастали мелкие цветочки.

– Энаа, кто тот милый юноша, что прибыл вместе с тобой? – примкнула ко мне миловидная девушка, привлекая взгляд россыпью нежных голубоватых цветов на скулах возле глаз.

Я аж поперхнулась и вытаращилась на неё. Милый!?

– Это щенята милые, а он очень опасен. Ради вашего блага держитесь от него подальше.

– Опасен? Мы думали, этот юноша оберегает тебя, – удивленно вскинула бровь девушка, и на её щеках проступил румянец. – Всё время держался рядом и так смотрел на энаа...

– Да, как удав на кролика, – не сдержавшись, фыркнула я. – В любом случае этому наёмнику далеко до ваших благородных мужчин.

– Мы с сёстрами первый раз видим мужчину из царства смертных, для нас он кажется необычным, – лучезарно улыбнулась одна из девушек.

Остальные скромненько рассмеялись, прижимаясь друг к другу. И только на прекрасном лице Цинь Фэй сохранялось спокойствие и какая-то возвышенность.

– Серьёзно? Я думала, служа посланниками Нефритового Императора, вы многое повидали, – удивленно взглянула на них.

Улыбки на лицах девушек вмиг померкли, и они как-то странно замолчали. Э? Чего это они?

– Простите, если мои слова расстроили вас, я видно, ошиблась, – чуть поколебавшись, извинилась я, хотя так и не поняла, что именно их огорчило.

– Не стоит, энаа, – снисходительно улыбнулась Цинь Фэй, подходя ко мне ближе. – Откуда простому человеку знать, что нам с сёстрами запрещено покидать Цинъюнь.

– Почему? – вырвалось у меня быстрее, чем я успела прикусить язык, всё же это не моё дело.

Цинь Фэй не ответила, она задумчиво шла дальше, плавно огибая высокие неоновые кусты. Её сёстры тоже притихли, хотя не переставали украдкой поглядывать на меня. Чтобы как-то отвлечься, я стала рассматривать кружащих над головой фиолетовых жучков, чем-то похожих на светлячков. Интересно, Лу Мэн и их смог бы себе подчинить?

– Тысячу лет назад народ цилиней жил бок о бок со смертными. Но со временем, возжелав обрести могущество с помощью наших источников духа, люди открыли на наш народ охоту... – мелодичный голос Цинь Фэй вдруг развеял возникшее напряжение, а розоватое сияние рогов привлекло фиолетовых жучков. Они закружили вокруг неё, но погруженная в воспоминания Цинь Фэй не обратила на это внимания.

Уже не ожидая получить ответа, я вздрогнула, да и нервы после нападения и возни с наёмником расшатались. Остальные девушки, судя по звукам, облегченно выдохнули.

– Шкуры и рога люди подносили в дар своим императорам. Из мяса, костей, сухожилий готовили редкие пилюли, а порой цилиней приносили в жертву тёмным богам. Позже на нас начали охотиться и яо.

– Ужас, мне так жаль... – ахнула я, потрясённо оглядывая шедших рядом неземных девушек. И как только у кого-то рука поднималась причинить им вред?

– У Небесного Императора достопочтенный старейшина был вынужден просить защитить род цилиней. В знак милости Его Святейшество Владыка создал царство Цинъюнь, отделив его от других царств. С тех пор мы живём в мире, но женщинам запрещено покидать его пределы.

– Простите, я не совсем понимаю, почему только вам запретили покидать Цинъюнь? Ой, – засмотревшись на Цинь Фэй, я чуть не впечаталась в дерево, благо одна из девушек вовремя отдёрнула в сторону.

– Обладая целительными силами, во время охоты мы были уязвимы, и только наши источники духа подходили людям для совершенствования, – печально пояснила Цинь Фэй.

– Должно быть, вы теперь ненавидите людей? – хмуро вздохнула я, чувствуя ещё большую неловкость.

Даже странно, что после такого Гу Линь сразу не выставил нас из царства.

– Это былое, – благосклонно улыбнулась Цинь Фэй, – с тех пор минуло немало столетий, Три Мира потрясли войны, и сменилось не одно поколение людей. Народ цилиней любит и восхваляет каждую жизнь, да и для многих смертных мы остались лишь в сказаниях.

– И пусть так и будет, – согласилась я, обменявшись доброй улыбкой с одной из девушек. – Но всё же господин Гу Линь упоминал, что в Цинъюнь хоть и редко, но попадают заклинатели.

– Верно. В такие моменты нам с сёстрами запрещено покидать покои и показываться им. Но, как правило, заклинатели в Цинъюнь не задерживаются.

– Но почему тогда уважаемый старейшина Бао Ю позволил нам остаться на ночь? – недоуменно вскинула я брови, червячок сомнения высунул голову. – Что, если мы захотим воспользоваться удачным случаем и нападём?

Девушки звонко рассмеялись, будто я им шутку рассказала, но мне вдруг так тепло на душе стало. От их искренних улыбок тяжесть, что как валун давившая на сердце, рассыпалась в крошку, сменяясь лёгкостью.

– Старейшина добр и мудр, он видит, кто несёт опасность, а кто нуждается в помощи, – спокойно пояснила Цинь Фэй, одарив меня загадочным взглядом. – Но энаа должна знать, что за ней внимательно присматривают, как и за тем юношей.

– О, намёк понятен, – кивнула я, бегло оглядывая светящийся лес, но никого не заметила. Они же не сидят на деревьях?

– Энаа, расскажи о ваших мужчинах. Как они выбирают себе пару? – с сияющими от любопытства глазами вопросила девушка с голубыми цветочками возле глаз.

– Ну... э, – издав неопределённые звуки, я умолкла, растерянно потерев шею. Блин! И почему её больше всего интересуют смертные мужчины? Я ведь столько могла бы рассказать о нашей стране, обычаях. Но не о них.

– У нас, если мужчина выбрал себе возлюбленную, он дарует браслет из своей чешуи в знак вечной любви во всех Трёх Мирах, – похвасталась одна из девушек, несколько тёмных прядок, выпущенных из причёски, обрамляли её красивое личико. Приподняв ниспадающий рукав лазурного платья, она изящно вытянула руку, блеснув чешуйчатым браслетом с огненными всполохами.

– Очень красиво, поздравляю, – вежливо улыбнулась я, – у нас тоже принято в знак симпатии дарить украшения.

К счастью, не из частей своего тела. От этой мысли меня даже передёрнуло.

– Как шпилька, что в твоих волосах? – дружелюбно спросила Цинь Фэй, окинув меня проницательным взглядом.

– Да...то есть нет... не совсем, – замявшись, пролепетала я, чувствуя, как загорается лицо. – Это просто подарок от друга. Мы с ним не так долго знакомы, чтобы...

– Энаа в этом так уверена? – с ласковой улыбкой уточнила Цинь Фэй, и девушки, видя моё смущение, тихонько захихикали, подбадривающе поглаживая меня по рукам.

В себе – да, а вот насчёт Чжун Хао сказать не могу.

– А знаете, там, откуда я родом, даже если мужчина подарил девушке украшения, это не значит, что она теперь будет с ним. Им приходится приложить немало усилий, чтобы завоевать её любовь, – увильнула я от ответа. – Как правило, он приглашает её на свидание.

– Свидание?..

С волнением и интересом в глазах девушки примкнули ко мне, как колибри к цветку.

Продолжая таким гуськом идти по лесу, я увлеченно рассказывала о наших свиданиях. Одним глазом следя, чтобы никто из девушек не врезался в рядом стоящие деревья, а вторым, за их забавными лицами. Похоже, теперь здешним мужчинам не отделаться одним браслетом.

Наконец величественные деревья, что испускали золотое свечение, расступились, открывая прекрасный вид на источник Хуэнь. К нему вела небольшая лестница, а сам источник, как природная ванна, был окружён гладкими камнями и светящимися цветами. В мерцающей от лунного света воде, словно в зеркале, отражались крупицы звёзд.

Пока я любовалась видами, девушки скинули полупрозрачные накидки, оставшись в лёгких платьях, и весело переглянувшись, вошли в воду.

Ох, чёрт... Ещё и мыться в окружении этих прелестных созданий? Такими темпами моя самооценка скажет мне «гудбай».

– Энаа, прошу, – вежливым движением руки пригласила меня Цинь Фэй. – Воды Хуэнь очистят тело и восстановят жизненные силы.

– Прекрасно, то, что мне нужно, – сконфуженно растянула я губы в улыбке, неуверенно развязывая пояс ханьфу и стараясь не смотреть на Цинь Фэй, которая с милой улыбкой терпеливо ждала, когда я разденусь.

Прикрываясь, я осторожно ступила в источник; тёплая вода приятно обволокла тело, мгновенно расслабляя напряжённые мышцы. Цинь Фэй вошла следом, держа в руках деревянный поднос с фарфоровыми склянками. И пока я гадала, откуда он появился, вокруг меня смеясь и играючи брызгаясь, закружили девушки. Почувствовав неладное, я опустилась глубже в воду, настороженно следя за ними.

– Энаа, позволь нам помочь тебе, – обратилась одна из них и голос её звучал подобно сладкому мёду акации. Взяв с подноса склянку, она капнула масло на ладони и растёрла их.

В тот же миг воздух наполнился густым цветочным ароматом, с отчётливой ноткой терпкого лотоса. Я только раскрыла рот, чтобы отказаться, как девушка уже аккуратно взяла прядь мокрых волос и плавными движениями стала наносить масло, да так бережно, будто перед ней не обычный человек, а священный феникс.

– Знаете, я могла бы и сама, – стушевалась я, краснея, словно варёная свекла.

– Энаа, нам в радость позаботиться о тебе, – улыбнулась Цинь Фэй и, сложив пальцы в изящную печать, направила на меня поток духовной энергии.

Меня окутало голубым сиянием с розоватыми переливами, наполняя такой нежностью и всеобъемлющей любовью, что я на миг забыла, кто я и где. Боль в ноге и ссадины исчезли, а внутри пульсировало столько энергии, что я почувствовала себя батарейкой энерджайзер. Вот это, вау...

Дорога обратно к растительному шатру, на удивление, заняла куда меньше времени. Пожелав хорошего отдыха, Цинь Фэй с сестрами оставила меня у входа. И несмотря на то, что с ними было приятно общаться, я всё же не могла дождаться, когда останусь одна.

Чуть помедлив у входа, надеюсь, меня там больше никто не ждёт, я вошла в шатёр. И только сейчас смогла рассмотреть, насколько уютный он был, несмотря на простор. Напротив широкого окна расположилась искусной работы резная кровать, скрытая белоснежным пологом. Посередине стоял низкий круглый стол с вычурными завитушками и пара деревянных табуреток. В остальном на всех полочках и необычных деревянных подставках красовались вазы с цветами и растениями. Увидев на столе глубокую миску, наполненную малоизвестными мне фруктами, живот жалобно заурчал, напоминая, как давно я не ела. Разглядывая причудливых форм и цветов фрукты, я всё же рискнула съесть их, тем более другого тут не предлагали, а заодно утолила жажду каким-то цветочным напитком. И с полным желудком и чистой совестью легла спать. Надеюсь, хоть пара часов до рассвета у меня ещё есть.

Чуткий слух уловил шорох, и будто вспышка света заставила в испуге подскочить на кровати. Чувствуя, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди, я быстро обернулась на вход, ожидая увидеть там наёмника. Но в полумраке никого не было. Мрачно усмехнувшись самой себе: «да уж, нервы и правда стали ни к чёрту». Я попыталась снова уснуть, но вместо сна, меня затянуло в кошмар воспоминаний: горящее поместье, десятки разъярённых наёмников, мёртвые тела и последний взгляд брошенный Чжун Хао...

***

[1] Глаза персикового цветения - длинные и слегка изогнутые, со слегка красноватым оттенком на конце, при улыбке они прищуриваются, превращаясь в изогнутый полумесяц.

[2] Хуадянь (花钿; hua dian) - традиционный декоративный макияж лба, который располагается между бровями, а иногда на щеках, висках и ямочках.

Глава 5.2

– Энаа, – мягкий голос коснулся сознания, вырывая из кошмара.

Открыв глаза, секунду растерянно смотрела в увитую лианами и цветами крышу, пытаясь осознать, где я. Все пережитые события в голове смешались в липкую кашу.

– Приветствую энаа, да будет день благословенным, – тепло улыбнулась Цинь Фэй, держа в руках одеяние цветом грозового неба. Как и несколько часов назад, она выглядела прекрасно и свежо: нежное платье оттенка розового лотоса красиво подчеркивало её глаза, золотые украшения позвякивали в изящно уложенных волосах.

Неловко слетев с кровати, я вежливо поклонилась:

– Доброе утро, госпожа Цинь Фэй.

– Энаа, можешь называть меня сестра Фэй, – снисходительно заметила Цинь Фэй, и её рога осветились розоватым сиянием. – Я принесла жуцюнь, энаа, не пристало ходить в порванном и грязном одеянии.

– Благодарю, сестра Фэй, – обрадовалась я, принимая из её рук жуцюнь, на моём действительно уже живого места нет, а так хоть на человека буду похожа.

С вежливой улыбкой Цинь Фэй отвернулась, давая возможность переодеться.

– Уважаемый советник Гу просил отвести энаа к Великому древу, он будет ждать тебя, чтобы сопроводить к завесе, – заговорила Цинь Фэй, не отвлекаясь на мои кряхтения за спиной. – Но сначала нужно поесть...

– Сестрица Фэй! Мы всё приготовили, как ты и просила, – с сияющими улыбками и рогами в шатёр впорхнули девушки с подносами в руках.

Сладковато-фруктовый аромат вмиг наполнил помещение, заставляя наспех завязать пояс и с интересом взглянуть на угощения. Кусочки тонко нарезанных и красиво уложенных фруктов, цветочные пирожные и салат из какой-то зелени.

– Снова фрукты... – сникла я и с надеждой взглянула на девушек, вдруг у кого-то в рукаве булочка запрятана. – А есть что-нибудь посущественнее? Может, хотя бы варёный рис?

Цинь Фэй с сёстрами так на меня взглянули, будто я им кролика предложила зарезать.

– Энаа не по душе наша еда? – смотря на меня глазками оленёнка, печально спросила одна из девушек.

Я стушевалась, чувствуя, как к лицу подкатывает жар.

– Нет, что вы... мне всё нравится. Просто предстоит долгий путь, а одними фруктами долго сыт не будешь.

– Мы понимаем, энаа, – учтиво произнесла Цинь Фэй, – но это всё, что у нас есть. Пища из царства смертных для нас неприемлема.

– Ясно, – улыбнулась я, этого и следовало ожидать. – Тогда вы не против, если я всё съем?

Девушки мелодично рассмеялись, и мы дружно приступили к завтраку. Еды было немного, но этот восхитительный вкус и заботливое отношение Цинь Фэй и её сестёр надолго оставит след в моей душе.

– Энаа, ты действительно собираешься вернуться в то разрушенное поместье, найти своих друзей? – вдруг спросила Цинь Фэй, и в её взгляде проскользнула тревога. – Думаешь, они живы?

От внезапного вопроса я аж подавилась и закашлялась, выплевывая кусочек сладкого фрукта, чем-то похожего на хурму, только фиолетово-коричневого цвета.

– Конечно, живы, – чересчур бодро ответила я, отчего девушки на секунду перестали есть. – Я в этом даже не сомневаюсь, двое из них умелые заклинатели, а третий...

Перед глазами промелькнул образ всегда самоуверенного Эрика и его расширенные от ужаса глаза, когда он бросился ко мне на склоне.

– Что с ним? – пытливые взгляды девушек застыли в ожидании.

– А он тот ещё уж на сковородке, – с улыбкой отмахнулась я, а девушки растерянно переглянулись друг с другом. – Найдёт способ выжить.

– Но энаа... – Цинь Фэй умолкла, когда в раскрытое окно влетела пёстрая птичка. Покружив вокруг стола и несколько раз чирикнув, она так же внезапно вылетела на улицу.

Так, и что это было? Проводив птицу взглядом, я недоуменно приподняла бровь, взглянув на Цинь Фэй.

– Энаа, нам пора, уважаемый советник Гу ждёт, – мягко улыбнулась она, и будто легкая грусть промелькнула в её голосе.

– Конечно, – кивнула я, вставая из-за стола и, сложив ладони, вежливо поклонилась остальным девушкам. – Благодарю вас за заботу и угощение.

– Береги себя, энаа, – они в ответ склонили головы.

Мы с Цинь Фэй уже направились к выходу, когда за спиной послышался звонкий стук.

– Энаа, подожди, ты забыла свою бусину, – подскочила ко мне одна из девушек, протягивая крупную перламутровую бусину, похожую на драгоценный камень.

– Что? – удивленно взглянув на неё, я покачала головой. – Это не моя.

– Но она только что выпала из рукава того платья, – девушка махнула рукой в сторону кровати, где я оставила своё порванное ханьфу.

– Ты уверена? – подозрительно уставилась я на бусину в её ладони. – Не припомню, чтобы она у меня была.

Не отрывая от меня невинного взгляда, девушка закивала, звякнув украшениями в волосах.

– Энаа, советник ждёт, – поторопила Цинь Фэй, придерживая шёлковый занавес на входе.

Ладно, если что, обменяю на таэли, они лишними не будут. Взяв странную бусину и ещё раз поблагодарив девушек, я покинула шатёр.

Солнечный свет ударил по глазам, заставляя прищуриться, тёплый ветер ласково коснулся кожи, принося аромат сочной зелени. Приложив ко лбу ладонь козырьком, я огляделась. Цинъюнь благоухал великолепием и безмятежностью, а множество ярких цветов простирались на тысячу ли к подножию величественных гор, чьи вершины пронзали небо.

Ступая по мягкой траве и стараясь запомнить каждую деталь, я внимательно разглядывала цветочные шатры и любовалась проходящими мимо мужчинами, что при виде сестры Фэй вежливо улыбались и кланялись. Каждое их движение было наполнено такой элегантностью и утончённостью, словно медленный танец, восхваляющий всё вокруг. Обойдя несколько шатров, Цинь Фэй ускорила шаг, направляясь к Великому древу, а я застыла на месте, услышав чарующее пение, напоминающее нежные переливы колокольчиков.

– Луань-няо... – изумленно выдохнула я и поспешила за Цинь Фэй. – Сестра Фэй, я ведь не ошиблась, это правда та редкая птица Луань?

Обернувшись, Цинь Фэй проследила взглядом за моей рукой, указанной в сторону пасущихся в цветах птиц, что сочетали в себе нежность и изящество фазана и павлина, и чьи шикарные перья переливались всеми цветами радуги.

– Откуда энаа знает про луань? Они уже несколько столетий не появляются в смертном мире, – удивленно поинтересовалась Цинь Фэй, подзывая к себе одну из птиц.

– Наставник в Шансяне на одном из уроков упоминал про них, – поделилась я, тихонько приближаясь к Цинь Фэй и с восхищением смотря, как она гладит чудесную птицу. – Говорил, что её появление знаменует империи мир и благополучие. И поэтому у императора Фухао-ди на знамени золотыми нитями вышиты луань-няо.

– Боюсь, вашему императору не суждено увидеть луань, – покачала головой Цинь Фэй. – Царство смертных, погрязло в бесчисленных войнах. От этого они не могут там жить и вынуждены искать пристанища в других царствах.

– И, возможно, ещё одна на подходе, – пробормотала я себе под нос и уже было наклонилась погладить птицу, как она, расправив крылья, грациозно взмыла ввысь.

Подняв голову, я с белой завистью смотрела, с какой легкостью и свободой она парит в небесах. Эх...

С небольшой задержкой мы с Цинь Фэй пришли к древу. Я волновалась, что придётся заходить внутрь и приветствовать старейшину Бао Ю, честно говоря, общение с высокопоставленными людьми, а в данном случае с цилинями, тяжело мне давалось. Но, к счастью, обошлось. Завидев нас, господин Гу Линь двинулся навстречу и сразу отвёл в сторону, где, облокотившись спиной на дерево и прикрыв от палящего солнца глаза, стоял наёмник. И как ему только не жарко в этой кожаной маске, закрывающей половину лица?

– Цинь Фэй приветствует левого советника Гу, – положив левую ладонь на правую и поднеся их к рогам, почтенно склонилась сестра Фэй.

– Приветствую левого советника Гу, – эхом повторила я, приложив правый кулак к ладони и вытянув руки, сделала поклон, ощущая на себе жгучий взгляд наемника.

Господин Гу Линь чуть склонился в ответ.

– Вижу, Цинь Фэй с сёстрами хорошо позаботилась об энаа, – вежливо заметил он, и его витиеватые рога с огненным оттенком засияли белоснежным светом.

– Даже не знаю, как благодарить вас и сестру Фэй за оказанную помощь, – учтиво поклонилась я.

– Пустяки, – снисходительно отмахнулся Гу Линь, – это всё с милости достопочтенного старейшины. Но более вам нельзя задерживаться в Цинъюнь, я сопровожу вас к завесе и верну в царство смертных.

– Как скажите, – улыбнулась я, бросая взгляд на молчаливого наёмника, что гипнотизировал меня взглядом голодного волка.

Тоже мне, нашёл ягнёнка. Пока не покинули Цинъюнь, нужно придумать, как от него избавиться.

Стараясь не выглядеть сильно встревоженной, я выпустила из пальцев помятый рукав платья и, вздёрнув подбородок, одарила парня стальным взглядом. Блин. Кажется, его тоже вылечили: рана на лбу исчезла, и даже тёмные круги под глазами прошли. Весь так и пышет бодростью и силой в своём потрёпанном кожаном доспехе со шкурами неизвестных животных. Мда... не хотелось бы стать частью их.

– Кхорен ции Гу, лоаа Фэй нэ! – с мелодичным возгласом к нам подбежала Лю Цин, голубые цветочки по-прежнему украшали её миловидное личико.

Почтенно поклонившись господину Гу Линю, Лю Цин с улыбкой, способной своей красотой затмить луну, обратилась ко мне, и её витиеватые рога осветились розоватым сиянием:

– Энаа, мы с сёстрами собрали тебе в дорогу немного еды, – она протянула увесистый мешочек, набитый фруктами.

– Благодарю, – принимая его, улыбнулась я. – Теперь хоть будет, чем отбиваться от этого типа, – кивнув в сторону наёмника, я довольно взвесила в руке мешок.

Лю Цин бросила кроткий взгляд на хмурого наёмника, и её щёки окрасил румянец. Заметив это, господин Гу Линь недовольно качнул головой и кашлянул, подставляя ко рту кулак.

– Нам пора, – известил он и, обернувшись к застывшему у дерева наёмнику, вытянул руку, пропуская его вперёд.

– Пусть путь твой будет лёгок. Береги себя, энаа, – с лёгкой печалью в голосе пожелала Лю Цин, стоило господину Гу Линю отойти.

– Смертным отмерен малый срок, жаль, нам не свидеться вновь. Найди своих друзей и проживи счастливую жизнь, энаа, – тепло улыбнулась Цинь Фэй, обнимая меня.

– Конечно, так и будет, – кивнула я, тронутая искренним прощанием, и, в последний раз окинув девушек взглядом, желая запомнить их прекрасные лица, я благодарно поклонилась и побежала догонять господина Гу Линя.

В полном молчании мы всё дальше отдалялись от Великого древа. Гу Линь выглядел задумчивым поэтому я не решалась о чем-либо его спрашивать. Наёмник же то и дело косился в мою сторону, будто проверяя, не сбегу ли я. Так и хотелось ему фигу показать.

– Кхорен ции Гу, – за спиной послышался мужской голос, господин Гу Линь резко затормозил, отчего я, засмотревшись на виды впереди, чуть не врезалась в него, и обернулся. Я шустро отскочила в сторону, угодив кому-то на ногу.

– Изви... – привычные слова застряли в горле, стоило взглянуть на парня и его сузившиеся тёмные глаза. – А это ты, тогда ничего страшного, – хмыкнула я и посильнее надавила ему на ногу.

Наёмник скрипнул зубами, прожигая злобным взглядом, но, видно, при свидетелях не решился мстить, а лишь отступил назад. Тем временем к господину Гу, плавно ступая и оставляя за собой россыпь цветочков на земле, подошёл молодой мужчина в лёгком сапфирово-синем одеянии, его витиеватые рога на кончиках переливались светло-зелёным оттенком.

Похоже, за эту ночь я привыкла к их неземной красоте, раз уже не так сильно очаровываюсь и залипаю. А может, я старею?

– Бху нха мэно, – обратился мужчина к Гу Линю, торопливо протягивая ему свёрнутый свиток и, подняв сложенные ладони к рогам, почтительно склонился.

Господин Гу Линь даже не успел глянуть на свиток, как вокруг мужчины закружил световой вихрь, явив нам другую форму цилиня: голова с драконьими чертами, будто воплощение величественной мощи и неукротимой силы. Мощное лошадиное тело, покрытое изумрудной чешуёй, что мерцает в лучах солнца, и оленьи ноги, элегантно переступающие по траве.

– Вау... – вытаращив глаза, изумленно ахнула я, вместе с наёмником непроизвольно отшатываясь назад.

Гордо взглянув ярко-оранжевыми глазами на наши очумелые лица, цилинь, дёрнув длинным усом и взмахнув коротким хвостом, похожим на бычий, поскакал вперёд, с лёгкостью взмывая в воздух. Плавно перебирая копытами и описывая спираль, он, оставляя за собой лёгкий сияющий шлейф, устремился в небо.

– Святые ёжики, вот это чудо... – завороженно протянула я, с замиранием сердца наблюдая, как цилинь скрывается в облаках. – Заверните мне его с собой.

– Нам понятно ваше восхищение, энаа, но у брата Ци Ляна есть невеста, боюсь, он не согласится уйти с вами, – с серьёзным лицом заметил Гу Линь, а губы так и растягиваются в насмешливой улыбке.

– Что? Я не... – начала было отнекиваться, но, глянув на широкую улыбку цилиня, решила подыграть. – А кто его спрашивать будет? Мы, земные девушки такие, если что-то захотим, вцепимся так, что фиг отделаешься, – я усмехнулась и, приложив руку к подбородку, лукаво взглянула на Гу Линя. – Но если хотите, могу вас с собой прихватить?

– Польщён, но мои обязанности не позволяют мне покидать Цинъюнь, – с любезной улыбкой поспешил отмазаться господин Гу Линь.

– Что ж, вы многое упускаете, – притворно вздохнула я и снова глянула на небо. – Эх, жаль, он не прихватил с собой наёмника, оставил бы его где-нибудь на вершине горы...

Опустив глаза, тут же натолкнулась на острый взгляд парня, мрачно сжав руки в кулак, он предостерегающе хрустнул пальцами.

– Что, и помечтать нельзя? – сглотнув, проронила я и, прикрываясь мешочком с фруктами, устремилась вслед за Гу Линем.

Минув последний шатёр, мы вышли на тропу, ведущую к месту, где нас нашли ночью. Пробираясь сквозь высоченные растения, что заполонили собой всё вокруг, я, отгоняя налетевшие, словно мошкара тревожные мысли, решила снова пристать с вопросами к цилиню.

– Господин Гу Линь, все ли цилини принимают звериный облик?

На миг обернувшись, мужчина внимательно взглянул на меня и, чуть помедлив, ответил:

– Звериный облик – истинная сущность цилиня. Но обратиться им могут только те, кто прошёл обряд совершеннолетия.

– Лет в сто пятьдесят? – шутливо заметила я, то и дело бросая взгляд на его сияющие белоснежным светом рога. Они так и манили к себе.

– Нет, по достижению пятисотлетнего возраста, – спокойно поправил Гу Линь, заложив руки в рукава кремово-бежевого одеяния.

– Ого, – присвистнула я, невольно переглянувшись с наёмником, что по виду казался удивленным не меньше меня. – А можно узнать, сколько вам тогда лет?

– Более двух тысяч, – цилинь задержал на мне взгляд, полный очарования.

– Ух, – выдохнула я потрясённо, – вы отлично сохранились для своих лет, – ляпнула первое, что пришло на ум, неуклюже растянув губы в улыбке и успев пожалеть, что вообще спросила.

С ума сойти! Да я младенец по сравнению с ним.

Господин Гу Линь лишь снисходительно улыбнулся. А я только открыла рот, задать ещё вопрос, как что-то блеснуло возле лица. Прищурив глаза, подняла голову и на секунду обомлела...

На краю холма с заведёнными за спину руками стоял старейшина Бао Ю. Белоснежные волосы развивались на ветру, золотистое одеяние сияло в лучах солнца, придавая ему ещё более величественный вид, а в небе над головой цилиня кружили сами луань-няо.

Потрясающе... Аж руки зачесались сесть за мольберт и перенести эту красоту на холст или хотя бы на пергамент.

Заметив, что благородный взгляд старейшины направлен прямо на нас, я быстро опустила мешок на землю и, вытянув руки в уважительном жесте, поклонилась. Краем глаза увидев, что господин Гу Линь так же почтительно склонился, приложив сложенные ладони к рогам. А вот наёмник остался стоять истуканом, хмуро скрестив руки на груди. Никакого уважения...

Старейшина Бао Ю в ответ слегка склонил голову, и на его подобно белому нефриту витиеватых рогах заиграли радужные блики. После чего, развернувшись, он покинул холм, скрываясь с глаз.

Это он нас проверял? Или решил так попрощаться?

Завидев, что мы приближаемся к арке переплетающихся между собой деревьев, ветви которых покрывали сиреневые листья, я тяжело вздохнула. Как ни печально, а пребывание в Цинъюне на исходе.

– Господин Гу Линь, вы с уважаемым старейшиной выяснили, что за сила привела нас к вам? – поинтересовалась я, желая хоть немного оттянуть время.

– Увы, нет, – прискорбно развёл руками Гу Линь, – но одно могу сказать, энаа, эта сила ведётся рукой судьбы.

– И почему я не удивлена, – сквозь улыбку скептически протянула я, удерживая себя от закатывания глаз.

Мда. Походу, у них один ответ на все случаи жизни. Как удобно. Вот только полагаться на одну судьбу – это не по мне.

Остановившись возле арки, господин Гу Линь обвёл нас с наёмником мягким взглядом и, видно заметив, что я не в восторге от его ответа, с благожелательной улыбкой добавил:

– Старейшина полагает, со временем вы сами узнаете истинную причину. А пока обратите взор на более насущные дела.

– Вы правы, – кивнула я, метнув взгляд на наёмника. Он, поглядывая на цилиня, нетерпеливо подёргивал ногой. – Это подождёт.

Больше не откладывая, господин Гу Линь достал из ниспадающего рукава нефритовый жетон с выгравированными на нём иероглифами и вытянул руку, направляя его на арку. Другой рукой он наполнил духовной энергией жетон, отчего тот засиял, а вместе с ним и пространство между стволами арки замерцало, переливаясь всеми оттенками радуги.

– Идите, завеса открыта, – поторопил Гу Линь, заметив, что мы с наёмником нерешительно топчемся на месте, украдкой переглядываясь.

Повторять дважды не пришлось, парень буквально стрелой метнулся к арке, оставляя за собой мелкую рябь, словно на поверхности воды. Крепко прижав мешочек с фруктами, я взволнованно прошла следом, ощутив, как по телу пробежала волна колючих мурашек. Вмиг очутившись в лесу, в котором убегала от наёмника. О, знакомый пенёк, я тогда из-за него чуть не навернулась. Хотя после Цинъюнь с его причудливыми неоновыми растениями этот лес, несмотря на палящее солнце, выглядит тусклым и каким-то безжизненным.

– Пусть Небеса благоволят вам на вашем пути, – через завесу Гу Линь виделся слегка размытым. – И раээ, – вдруг обратился цилинь к наёмнику, – если в вас есть хоть крупица благородства и добродетели, проявите милость к энаа. Смертная жизнь и так подобна росе, не становитесь солнцем, что испаряет её.

– Полностью согласна, – поддакнула я, но встретившись с мрачным взглядом наёмника, умолкла, поджав губы.

– На этом я прощаюсь, – тепло улыбнулся цилинь, чуть склоняя голову и окидывая нас последним взглядом.

Зажав мешочек с фруктами между ног, я вытянула руки, сложив ладони в уважительном жесте, и поклонилась:

– Благодарю вас, господин Гу Линь.

Развернувшись, он уже собрался уходить, как вдруг снова обернулся:

– Ах да, совсем забыл, – цилинь щелкнул пальцами, и в то же мгновение у меня в руках появилась охваченная пламенем верёвка, а у наёмника его цепь с серповидным клинком.

Зараза! Вот не мог он оставить эту цепь себе на память? Чем мне теперь от неё отбиваться? Фруктами?

– Спасибо, что хоть руки не связали, – не сдержавшись, проворчала я, но Гу Линь меня уже не услышал.

Скомкав верёвку, я быстро закинула её в длинный рукав, из-за чего он потяжелел, и хмуро глянула на наёмника. С довольным блеском в глазах он привычно намотал цепь на плечо.

Вот мы и снова один на один. Как там в играх говорят? Файтинг!

– Слушай, может заключим перемирие, и ты отпустишь меня? – заканючила я, невинно хлопая ресницами и складывая ладони в молитвенном жесте. – Мы ведь с тобой столько вместе пережили, практически прошли огонь и воду. Да и я как-никак тебе жизнь спасла... – Взгляд исподлобья обвиняюще пронзил меня, и я стушевалась, проронив: – Ну да, до этого сама скинула с утёса, но потом же спасла! А ты, между прочим, не пушинка и не представляешь, сколько сил я потратила, затаскивая тебя на берег. Ну так что, мир? Обещаю, ни слова твоему хозяину. Вот честное пионерское! – я одарила парня самой ангельской улыбкой. – А? Ну как, отпустишь?

Стремительный шаг, и наёмник жёстко хватает меня за запястье, притягивая к себе. Врезавшись в его грудь, я выпускаю из руки мешочек с фруктами и застываю, не сводя с него испуганных глаз.

– Хонг[1], – коротко и хлёстко отвечает он, своим презрительным взглядом, не предвещая мне ничего хорошего.

Невольно сглотнув, я выдёргиваю руку из захвата и с трудом отталкиваю его от себя. Ладно, план Б.

– О, смотри, Брэд Питт! – резко выкрикиваю, тыча пальцем ему за спину.

Даже не шелохнувшись, наёмник слегка изогнул бровь, продолжая с непроницаемым лицом смотреть на меня, как на убогую.

Чёрт, не прокатило. Тогда дубль два!

– Приветствую генерала Лак Лонга! – наигранно округлив в страхе глаза, чинно выкрикнула я.

Дёрнувшись, как ужаленный, наёмник мгновенно обернулся назад, а я, не сдержав усмешки, рванула со всех ног в гущу леса, не успев подобрать брошенный мешок с фруктами.

Увы, радость продлилась секунд пять. Лязг цепи, удар по ногам, и вот я, как страус, неуклюже взмахнув руками, лечу носом в траву.

Ну ё-моё!

В два шага подскочив, наёмник грубо хватает за плечо и разворачивает, придавливая к земле. Извиваясь ужом, замахала руками, отбиваясь и не давая связать себя цепью. Как вдруг из рукава вырывается ослепительный свет и, ударяя парня в грудь, отбрасывает в сторону.

Что за?..

***

[1] Нет

Глава 6.1

– Осторожно! – подобрав челюсть от увиденного, выкрикнула я, махнув рукой за спину внезапно появившемуся из света юноше.

Расправляя роскошное тёмно-синее одеяние, он непонимающе обернулся, мгновенно уклоняясь изящным поворотом плеча от летящего серповидного клинка, сверкнув на светлой макушке витиеватыми, будто из горного хрусталя, рогами.

Цилинь?!

Не сводя с юноши изумлённого взгляда, я зависла, как интернет на ноуте, пыталась сообразить, что за фигня сейчас произошла. Наёмник же, недолго думая, яростно кидается на цилиня. И, судя по опешившему лицу юноши, он не мог понять, с чего ему выпала такая честь.

– Раээ[1], я не хочу причинять вам вреда, прошу, остановитесь, – пытаясь успокоить буйного наёмника, взмолил цилинь, и его рога осветились лёгким белоснежным светом.

Цепь с клинком пропела в воздухе, юноша, наворачивая вокруг меня круги и оставляя россыпь ярких цветочков, вильнул вбок, избегая удара. Пискнув, я прикрылась руками, не решаясь подняться с земли. Ещё не хватало из-за цилиня лишиться головы. И чего наёмник так взъелся на него?

– Нам нет нужды сражаться. Решать всё мирно – вот путь Небес, – вразумлял юноша, с кошачьей грацией уклоняясь от безостановочных атак.

От постоянного мельтешения цилиня вокруг начала кружиться голова, а длинные рукава, развиваясь, так и норовили заехать мне по носу.

– Да хватит с ним болтать. Используй уже силу! – не выдержала я, когда цепь в очередной раз врезалась в землю в миллиметре от меня.

На прекрасном лице юноши отразилось замешательство.

– Это против законов Цинъюнь, и я не хочу ранить раээ.

– Огорчу, но ваши чувства не взаимны. Бей его, или он убьёт тебя! – ткнула я пальцем в наёмника, что с каким-то хищным блеском в глазах атаковал несчастного цилиня.

Уму непостижимо. Что он вообще тогда тут забыл?

Закрутившись вокруг своей оси, наёмник искусным движением руки направил клинок в грудь цилиню. Оттолкнувшись ногой от земли и полетев назад, юноша, расставив руки в стороны, резко прогнулся в спине, позволяя клинку пронестись над головой и вернуться в руку противника.

Не теряя больше ни секунды, я на карачках поползла через кусты к валяющемуся неподалеку мешочку с фруктами. Если память мне не изменяет, там были довольно увесистые плоды. Пока я пыхтела, силясь развязать затейливый узел на мешке. Да уж, морской узел скромно отдыхает в сторонке. Цилинь, видно решив последовать моему совету, напустил целый вихрь из листьев и цветочков на наёмника, замедляя его атаки.

Ну хоть что-то.

Наконец справившись с узлом, я торопливо высыпала фрукты на землю, хватая самый большой, чем-то похожий на манго, но с шипами.

И с тихим кличем:

– Не подведи меня, моя колючка! – с силой запульнула его в наёмника, к своему удивлению, угодив тому прямо по макушке.

Не ожидая такой подлянки, наёмник, пошатнувшись, сбивается с удара и получает своей же цепью по лбу. Ругнувшись, он резко оборачивается, и его пылающий яростью взгляд заставляет меня съёжиться. Он делает шаг, но ладонь выскочившего цилиня ударяет его в грудь, отбрасывая к дереву. Парень удерживается на ногах, и тут же с разворота атакует юношу цепью, подняв пыль в воздух, цилинь уходит из-под удара. А я хватаю зеленый чешуйчатый фрукт и ненавистно швыряю в спину наёмнику.

Ух ты, а я, оказывается, довольно меткая.

Он опасно оборачивается, и мы сталкиваемся грозными взглядами. Не прерывая зрительного контакта, я хватаю первые попавшиеся под руку фрукты и, как разъяренная жена, начинаю швырять в него.

Опешив на один вздох, наёмник с легкостью уклоняется от летящих снарядов, даже не двигаясь с места, а порой прямо в воздухе разрезает их клинком.

Вот же, ниндзя чертов!

Застыв в стороне, цилинь только и успевал мотать головой, растерянно наблюдая за нами.

Я начала выдыхаться, наёмник же по язвительно прищуренным глазам, походу, ухмылялся под маской. Раздосадовано запульнув фруктом, смахивающим на картошку, я потянулась за следующим, но только схватила руками воздух.

Упс.

Глянув на пустую траву, я нервно сглотнула, обреченно поднимая глаза на наёмника. Мне конец...

Будто в подтверждение, парень молниеносно вскидывает руку, метнув серповидный клинок.

Вот чёрт!

Буквально чудом успеваю сигануть за ближайшее дерево. В него вмиг врезается клинок, как и моё испуганное сердце в грудную клетку.

Фух... это было близко.

– Раээ, прошу остановись, – снова призывает цилинь, но видно, наёмник его проигнорировал. Послышался лязг цепи и шуршание одеяния.

Смахнув холодный пот со лба, я осторожно выглянула из-за дерева. Отпрянув от размашистого удара, цилинь вдруг складывает пальцы в жест, создавая светящийся шар, окутанный листвой, и ударяет им наёмника. Поперхнувшись воздухом, тот подлетает вверх и с силой врезается в землю, проезжая по ней на спине.

Это наш шанс!

– Не дай ему подняться! – заорала я как ненормальная, вылетая из своего укрытия и доставая из рукава верёвку.

Вот и пригодилась.

Не дав наёмнику очухаться, я рухнула на него сверху, отчего парень приглушенно охнул, уставившись на меня замутнёнными глазами.

– Энаа, что вы делаете? – опешил на миг цилинь, потрясенно смотря, как мы с наёмником боремся, и суетливо забегал вокруг.

– Ноги его держи! – азартно пропыхтела я, с трудом удерживаясь на сопротивляющемся парне, и кое-как связывала ему руки. Благо, после удара он был ещё вялым, но скинуть меня вполне мог.

– Раээ, приношу свои извинения, – даже в такой ситуации проявил вежливость цилинь, и неуверенно схватил наёмника за ноги, удерживая.

Парень что-то прорычал на своем языке, испепеляя меня гневным взглядом.

– Сам виноват, я предлагала мирно разойтись, – хмыкнула в ответ, затягивая пятый узел на верёвке. Ну не умею я людей связывать.

– Кажется, всё, – выдохнула я, неуклюже поднимаясь с наёмника, он даже пару раз охнул, поморщившись. – А теперь давай его отодвинем к тому дереву, – важно распорядилась и с натугой приподняла парня за подмышки, цилинь с неописуемым выражением культурного шока, замешкавшись, всё же поднял наёмника за ноги.

Прислонив его спиной к стволу, я мигом сбегала за цепью вытащив её из кустов, и пристегнула молчаливо терпящего мучения наёмника к дереву. Он только взирал на меня пробирающим до мурашек взглядом, словно обещая самую страшную месть.

– Ну ты пока отдохни, а нам пора, – я довольно отряхнула руки и, отсалютовав ему, поспешила уйти с места боя, что, несмотря на небольшой разгром и помятость кустов, стало украшено мелкими разноцветными цветочками.

– Энаа, ты оставишь его в таком беспомощном положении? – удивился цилинь, стоя истуканом возле привязанного наёмника, что уже делал попытки ослабить веревку на руках.

Я чуть не закатила глаза. Беспомощный. Ага, как же.

– Да всё с ним будет в порядке, – отмахнулась я, но юноша лишь с укором приподнял бровь. – Ну, если так беспокоишься, то оставайся с ним, – раздраженно выдохнула я. – Но поверь, его друзья, а особенно хозяин, не лучшая компания для цилиня. Конечно, если ты планируешь дожить до старости, когда бы она у вас там ни наступала.

Больше уговаривать я его не стала, а просто двинулась вперёд через заросли. Наёмник явно так долго не просидит, нужно быстрее скрыться от него. А цилинь пусть сам решает, что делать. Хотя странно, зачем он сюда явился? Неужели старейшина Бао Ю передумал и всё же решил помочь мне? Но почему таким странным способом? Чтоб Небесный Император не узнал? Да и вообще, не мог он тогда послать кого-то поопытнее? Тоже господина Гу Линя?

– Энаа, подожди, – донёсся до меня мелодичный голос, вынырнув из раздумий, я обернулась.

Оставляя за собой дорожку тонущих в кустах цветочков, юноша с присущей ему грацией и изяществом словно плыл над землёй. А солнечный свет, переливаясь мириадами бликов по золотисто-пшеничным волосам и витиеватым рогам с нежно-зелёным оттенком на кончиках, создавал эффект сияния вокруг тела.

– Вот это да... – у меня на миг перехватило дыхание, я уставилась на цилиня, вдруг вспомнив слова из песни «Идёт мне навстречу, то ли мужчина, а то ли виденье».

На человеческий возраст ему дашь не больше двадцати. Живой мягкий взгляд смотрел по-доброму. Утонченные черты лица, с тонкими бровями и лучезарной улыбкой, от которой на щеках проступили милые ямочки. Верхние пряди длинных волос собраны в высокий хвост, украшенный нефритовым кольцом с голубыми драгоценными камнями. Вторая же половина волос золотистым шёлком ниспадала на спину. Не знаю, из-за сражения или так и было задумано, но одна прядь, будто выбившись из хвоста, непокорно свисала на лицо.

– Энаа, думаю, будет разумнее мне отправиться с тобой, – благосклонно заявил цилинь, и к его лёгкому солнечному свечению добавилось белоснежное сияние рогов.

– Отправиться? Куда? – засмотревшись на него, не сразу въехала я. – Разве тебе не нужно вернуться обратно после того, как ты мне помог?

– Помог? – удившись не меньше меня, непонимающе выгнул бровь юноша и огорошил: – Я не помогал, а только хотел сбежать из Цинъюнь в царство смертных. И ты, энаа, оказала мне в этом величайшую помощь. Благодарю.

Приложив сложенные ладони к рогам, юноша вежливо поклонился. Всё ещё пытаясь осознать сказанное, я только тупенько моргнула. Это шутка такая?

***

[1] Раээ\Энаа – обращение господин\госпожа на языке Цилиней.

Глава 6.2

– Так придержи коней, – я на секунду зажмурилась, потерев виски, и медленно выдохнула. – Давай для начала уйдем отсюда, и по пути ты мне всё объяснишь.

Цилинь только открыл рот что-то сказать, но я резко вскинула руку:

– И прошу, называй меня Соня, а то от постоянного энаа уже кажется, что меня именно так зовут.

– Как пожелает энаа, – тепло улыбнулся юноша, но, столкнувшись с моим хмурым взглядом, поспешил исправиться: – Соньи-иа, – запнувшись на имени, он робко поднял на меня взгляд.

– Неплохо, но можно без иа, я не ослик, – шутливо заметила, отметив, что у Эрика появился конкурент по цвету глаз. Если у лидера они насыщенно зелёные, то у цилиня тёмно-бирюзовые с ярким золотым вкраплением. Хотя Эрик только счастлив будет, если Лу Мэн отстанет от его глаз и переключится на чьи-нибудь другие. – А как мне обращаться к молодому господину?

– Цзиньэ[1], – с учтивой улыбкой склонился цилинь, – но барышня Фэй с сёстрами любит звать меня Таоцзы[2].

– Персик? – я усмехнулась краешком губ. – Это конечно, мило, но мне как-то неловко так обращаться. Остановлюсь, пожалуй, на Цзиньэ.

– Как будет угодно, – ничуть не расстроился цилинь, вежливо кивнув.

За спиной вдруг раздалось шуршание, я в панике обернулась, боясь увидеть наёмника. К счастью, это оказался пробегавший мимо заяц с рожками.

Боже, чуть кондратий не хватил.

– Так. Идём отсюда, пока вместо животинки не появился наёмник, – хватаясь за сердце протянула я, направляясь куда глаза глядят.

Растерянно оглянувшись по сторонам, юноша припустился за мной.

– Энаа знает, куда идти?

Его вопрос застал меня врасплох. На секунду задумавшись, я не заметила корягу и чуть не навернулась. Цзиньэ мгновенно схватил меня за рукав платья, удерживая, но ногу я успела отбить.

– Понятия не имею, – процедила сквозь боль, хватаясь за ушиб и подпрыгивая на одной ноге. – Если знаешь дорогу к ближайшей деревне, то прошу, вперёд.

– Прежде я никогда не был в мире смертных. Боюсь, от меня мало пользы, – чуть виноватый голос не соответствовал его яркой улыбке, с которой он смотрел на птицу, что чистила пёрышки на ветке.

– Тогда для чего пришёл? И почему надо было сбегать? Вы ведь с легкостью перемещаетесь между царствами, – вопросы прозвучали немного жёстко, но я хотела знать, во что снова вляпываюсь. Да и из-за того, что он выглядел одногодкой, я не заметила, как перешла на непринуждённую речь.

Взгляд, полный любопытства и веселья, помрачнел.

– Я здесь, чтобы найти своего брата, – мелодичный голос Цзиньэ наполнился тоской, а белоснежное сияние рогов, казалось потускнело.

– Брата?! – я аж воскликнула от изумления, забыв про боль в ноге. – Почему ты считаешь, что твой брат где-то тут? Разве это не запрещено? Ну, вмешательство в жизнь смертных и всё такое...

Глубоко вздохнув, Цзиньэ раздвинул кусты и двинулся вперёд. Теперь мне пришлось семенить за ним.

– Я обыскал уже почти все царства, но брата нигде нет. Осталось только царство Демонов и Смертных, но к демонам без проводника мне не попасть. Поэтому я решил начать с мира смертных.

– А как давно пропал твой брат? – перепрыгивая через его цветочки, поинтересовалась я. – Просто, если это было недавно, то можно будет спросить у моих друзей, возможно, они что-нибудь слышали о появлении цилиня.

– Более пятиста лет назад, во время Великой войны, потрясшей Три Мира, – спокойно бросил через плечо Цзиньэ, так, будто для него это было вчера.

Чего?? Я аж поперхнулась воздухом и, кажется, случайно проглотила мошку. Фу.

– Цзиньэ, прости за вопрос, но ты уверен, что твой брат жив?

Цилинь затормозил и, развернувшись ко мне, достал из-за пазухи одеяния круглый кулон, украшенный алыми камнями и изящной золотой резьбой.

– Цюй Чжи жив, иначе его чешуя давно бы рассыпалась, а дух отправился к Священному древу Тяньцзу, – уверенно произнёс Цзиньэ, открывая кулон и показывая чешуйку, что переливалась огненными всполохами.

– Хорошо, а что про исчезновение твоего брата говорит старейшина Бао Ю? Он же, наверное, должен был его искать? – вздохнула я, стерев рукавом пот со лба.

Тени от деревьев уже мало спасали от палящего солнца, а птицы не прекращали сопровождать нас звонким чириканьем, от которого начинала гудеть голова.

– Достопочтенный старейшина с советниками избегают разговоров о брате, – Цзиньэ поджал губы, убирая кулон. – А стоило им узнать, что я без разрешения обыскивал каждый уголок в Зверином Царстве, наказали, запечатав навык перемещаться в другие царства на сто лет. Но сама судьба благоволит мне, послав вас с раээ.

– Даже не знаю, радоваться этому или нет, – хмуро пробормотала я, не решаясь сказать, что в его истории с братом явно что-то нечисто. – Надеюсь, старейшина Бао Ю и господин Гу Линь не решат, что я тебя похитила. Но хотя бы ясно, почему ты превратил себя в бусину и заныкался в моём рукаве.

И напугал до чёртиков. Но я не злопамятная. Ещё пока...

– Превратился в бусину? – Цзиньэ на миг завис, приподняв тонкую бровь, а потом вдруг рассмеялся. – Энаа, мы не владеем такой силой, то, что ты приняла за бусину, всего лишь пространственная жемчужина. Её мне подарил старый небесный мастер Фа, он любит в них хранить всякие сокровища.

– Вау... моему скромному мозгу нужно время, это переварить, – пролепетала я, потирая переносицу.

То, что для Цзиньэ казалось обыденным, у меня вызвало небольшой шок. Сколько же в этом мире странной магии? Даже боюсь представить, что ещё нас с Эриком ждёт впереди.

– Энаа, смотри! Там волшебный зверь, – с легким восторгом окликнул меня Цзиньэ.

– Какой ещё волшеб…ох же чёрт... – начала было я, но, столкнувшись глазами с вепрем, затаившимся в кустах, поперхнулась оставшимися словами.

Огромный и свирепый, с острыми бивнями, он угрожающе смотрел на нас своими чёрными глазками-пуговками. Судорожно сглотнув, я лихорадочно начала пытаться вспомнить правила безопасности при встрече с дикими животными.

– Цзиньэ, замри! – в панике выкрикнула я, когда цилинь с умилением на лице двинулся к вепрю. – Это опасно, он может ранить тебя.

– Не беспокойся, энаа, цилини хорошо ладят с волшебными зверями, они чувствуют нашу благородную природу, – непринужденно отмахнулся от меня Цзиньэ, протягивая руку к вепрю, будто желая его погладить.

– Не сомневаюсь, но давай ты это продемонстрируешь на менее опасных животных, – процедила я, боясь шелохнуться и с ужасом смотря, как вепрь, не сводя глаз с цилиня, предупреждающе похрюкивает и топчет траву копытами.

Твою... ж кочерыжку! У него инстинкт самосохранения совсем отсутствует что ли?

Цзиньэ чуть ли не с распростертыми объятиями приближался к вепрю, как зверь, явно не разделив восторга цилиня, яростно бросился на него. Я взвизгнула, а Цзиньэ, ловко уклонившись, дал стрекоча.

– Я ошибся, это не волшебный зверь, бежим! – обескураженно выпалил он, хватая меня за запястье и понёсся прочь от вепря.

Проглотив все ругательства, я только и успевала пятками сверкать, улепетывая от зверя. Но от разъяренного вепря так просто не сбежать... Кажется, я стану чей-то закуской.

– Энаа, летим, – вдруг бросает через плечо Цзиньэ и, прежде чем я успела слово сказать, с лёгкостью отталкивается и, взметнув полы одеяния, взлетает над ветками деревьев.

Мамочки...

– Ааа...стой-стой, я не умею летать! – завопила я, балластом подлетая за ним над землей.

Но гравитация не захотела со мной расставаться, мгновенно потянув вниз, а я, не захотев расставаться с Цзиньэ, потащила его за собой. Не ожидая подобного, цилинь не рассчитал силы и, пересчитав собой ветки, грохнулся на меня, выбив воздух из легких и чуть не лишил глаза своим рогом.

Ауч!

Едва не задохнувшись от боли, пронзившей всё тело, я закашлялась, выползая из-под Цзиньэ, что, видно пребывая в растерянности, звёздочкой раскинулся на мне. Я даже как-то про вепря забыла, пока не встретилась с ним взглядом. Упс. Боясь моргнуть, затаила дыхание, пару секунд играя со зверем в гляделки.

– Всё хорошо, мы тебя не тронем, – елейным голоском протянула я, незаметно дёргая за рукав Цзиньэ, но цилинь игнорировал меня.

Не знаю, какая мыслительная деятельность творилась в голове у вепря, но он вдруг хрюкнул, словно послав нас далеко и надолго, и резко сиганул в кусты.

Правильно, с ненормальными связываться – себе дороже.

Выдохнув с облегчением, я кое-как села и потёрла грудную клетку, которой досталось больше всего. Вот же, только от одного избавилась, как другой угробить решил.

– Цзиньэ, ты в порядке? – потрясла я за плечо цилиня, что, казалось, не подавал признаков жизни. Неужели так сильно об ветки приложился? – Слушай, я не ветеринар и понятия не имею, как вас надо лечить, – я нависла над Цзиньэ, приложив пальцы к носу. Вроде дышит. – Эй, ты меня слышишь?

– Энаа, ты мне руку придавила, – поморщился Цзиньэ, сфокусировав на мне взгляд.

– Ну слава богу…Что? – обрадовалась я, не сразу въехав, и недоуменно глянула вниз. И правда, стою на ней коленкой. – Ох, прости, – расплылась в виноватой улыбке, убирая ногу, и снова нависла над ним. – Сколько пальцев видишь?

– Два вроде?.. – оторопело посчитал Цзиньэ, переводя на меня растерянный взгляд.

– Правильно, значит, жить будешь, – радостно заверила я его, легонько хлопнув по груди, и медленно поднялась на ноги, хватаясь за ушибленный копчик.

А вот я такими темпами недолго.

Цзиньэ пару раз недоуменно моргнул, смотря на меня, а после с кряхтением поднялся на ноги.

– Энаа, должен заметить, у вас смертных, довольно странный способ оказания помощи. Вы всех так лечите? – удивленно переспросил он, убирая волосы с сияющих белым светом рогов и вытаскивая запутавшиеся в них листья.

– Почти, – пожала я плечами, решив не вдаваться в подробности. – Ну ты как, в норме?

Цзиньэ элегантно расправляя тёмно-синее шёлковое одеяние и стряхивая с подола грязь, поднял на меня взгляд.

– В норме? Никогда прежде о таком не слышал, – с интересом улыбнулся он. – А что, все смертные так чудно разговаривают?

– Нет, это просто тебе так повезло, – усмехнулась я, мельком оглядываясь по сторонам, вдруг в кустах затесался ещё один вепрь. – Готов уже идти? А то солнце скоро сядет, а мы так никуда и не добрались.

Цзиньэ кивнул и уже было двинулся вперёд, но вдруг замер.

– Энаа, а что произошло? Почему мы вдруг упали? Разве люди не умеют летать?

От его пронзительно-привлекательного взгляда тёмно-бирюзовых глаз я смутилась, чувствуя, как жар подступает к щекам, и, опустив взгляд в землю, нервно поправила волосы, что после боя с наёмником сильно растрепались.

– Ну как сказать, – залепетала я, отворачиваясь в сторону и прогоняя мысли о том, насколько он всё же красив. – Обычные люди не могут, а вот заклинатели, пожалуйста, и на мечах, и применяя цингун, всё зависит от развития их духовной силы. Но, как ты мог догадаться, я отношусь к категории простых смертных, и духовной энергии у меня кот наплакал.

– Яомао лишил тебя духовной силы? – ахнул Цзиньэ с непомерным удивлением округлив глаза.

– Что?! – я на миг растерялась от его вывода и замахала руками. – Нет-нет, это просто выражение такое, не придирайся.

Склонив голову набок, Цзиньэ как-то странно на меня глянул, но следующий вопрос прозвучал по-доброму и с искренним любопытством:

– Тогда как же смертные преодолевают дальние расстояния?

– На своих двоих, – кисло указала я на ноги, – но, если ты богатый, можешь позволить себе повозку с лошадьми. Ну или хотя бы лошадь, в общем, выкручиваются как могут.

Устав стоять на месте и изнемогать от жары, я двинулась через кусты. Цзиньэ припустился за мной.

– Сейчас бы речку найти, пить хочет неимоверно, – пожаловалась я, облизывая пересохшие губы. – Да и где вода – там жизнь. Возможно, сможем выйти к какому-нибудь поселению.

– Энаа, почему раньше не сказала? Я слышал журчание реки ещё на том месте, где мы встретили вепря.

– Слышал? – я удивленно взглянула на цилиня. – А я там, ничего не слышала. У вас что, слух как у собак?

Цзиньэ так выразительно на меня глянул, что мне захотелось хлопнуть себя по лбу.

– Ладно, веди, я плохо ориентируюсь в этих лесах. Да и в других местах тоже...

– Как же энаа раньше путешествовала?

– С помощью интернета, навигатора и, на худой конец, такси, – не задумываясь, устало выпалила я, тут же столкнувшись с изумленным взглядом Цзиньэ, он так резко оглянулся на меня, что чуть не впечатался в дерево. Стушевавшись, я поспешила пояснить: – Это было там, откуда я родом, – стоило вспомнить о доме, как в груди сдавило, а голос дрогнул, натянув улыбку, я с деланным равнодушием отмахнулась. – Да это и не важно, в империи Фунань такого всё равно нет.

Не знаю, может, выражение лица меня выдало, но в глазах Цзиньэ будто промелькнуло сочувствие. Словно он увидел, что я чувствовала на самом деле, поэтому не стал расспрашивать, а с мягкой улыбкой и теплым сиянием поверх золотистых волос молча повел к реке.

Некоторое время мы петляли по лесу, Цзиньэ пару раз останавливался, прислушиваясь, и снова уверенно вёл вперёд.

– Мы уже близко, энаа, – не оборачиваясь, доложил он и, оставляя за собой цепочку мелких цветочков, перешагнул через выступивший корень громадного дерева.

Но я и без его слов услышала шум реки и, изнемогая от жажды, быстро ринулась к ней, обгоняя цилиня на повороте. Выбежав к каменистому берегу, я не могла поверить своему счастью.

О, чудо-чудо!

Широкая извилистая река с на удивление прозрачной водой, сквозь которую виднелось не только дно, но и плавающие в ней мелкие жёлтые рыбки. Утомленно рухнув на колени и не обращая внимания на впившиеся камушки, я зачерпнула руками прохладную водицу и жадно начала пить.

– Какое прекрасное место, – восхитился Цзиньэ, бесшумно подходя ко мне и внимательно смотря вдаль, где за рекой поверх сочно-зелёных верхушек деревьев, виднелись устремленные к небу двускатные крыши пагод. – Не думал, что в мире смертных есть такие завораживающие виды.

– Красивых мест тут полно, но с Цинъюнь, наверное, мало что сравнится, – откликнулась я, смахивая рукавом капли с подбородка.

– Поживи энаа в Цинъюне несколько столетий, и виды его наскучили бы, – резонно заметил Цзиньэ и, прикрыв глаза, с наслаждением вдохнул полной грудью свежий речной воздух.

Я хмыкнула. Ага, пару столетий, а от силы лет шестьдесят не хочешь? Но, не став спорить, вернулась к своим делам, смыла пот и грязь с лица и промыла водой ссадины на руках. Пока Цзиньэ стоял медитировал, я огляделась, гадая, куда нам идти дальше. Река бесконечно уходила в обе стороны. Хоть какой-нибудь указатель поставили бы для таких заблудших путников, как мы. Тяжело вздохнув, медленно выпрямилась, хрустнув позвонками. Внезапно в небе раздался громкий и отрывистый птичий крик. Прикрыв ладонью от солнца глаза, глянула наверх. Расправив широкие крылья, над рекой парил то ли ястреб, то ли сокол. Везёт ему, на такой высоте не то, что добычу увидеть можно, но и ближайший город разглядеть. Минуточку... Я так резко повернула голову на цилиня, что в шее хрустнуло. А над макушкой зажглась невидимая лампочка.

– Цзиньэ, у меня идея! – радостно хлопнула я в ладоши, отчего цилинь слегка вздрогнул и непонимающе взглянул на меня. – Ты же летать умеешь. Взлети и посмотри, есть ли в округе какая-нибудь деревушка. А я тебя тут подожду.

– Пожалуй, это я могу, – улыбнулся Цзиньэ, проведя пальцами по жёлтой прядке у лица и, сделав несколько шагов, взлетел, обдав меня порывом энергии и песчинками земли.

Пока я отплёвывалась, он, отталкиваясь ногами от верхушек деревьев, заложил руки за спину и полетел куда-то в сторону.

– Вот так всегда, хорошая мысля – приходит опосля, – улыбнулась сама себе, присаживаясь на землю в тени дерева. И, расслабившись, закрыла глаза, слушая успокаивающее журчание реки.

Очнулась я от настойчивого жужжания комара над ухом. Прихлопнув паразита, изумлённо взглянула на темнеющее небо.

Это сколько же я спала?

– Цзиньэ? Ты тут? – вскакивая на ноги, окликнула я цилиня и огляделась по сторонам. Его нигде не было, а в ответ прилетело лишь щебетание птиц.

Мне вдруг стало не по себе, сердце тревожно начало выбивать в груди чечётку. Так. Есть два варианта: либо с ним что-то случилось, либо он решил меня бросить. Но Цзиньэ не мог так поступить? Или мог? Боже, о чём я? Я знать его знаю, от силы полдня. Да и мы друг другу так-то ничего не должны.

Наворачивая круги, я нервно грызла ноготь большого пальца, не зная, что теперь делать. Паника и тревога охватывали меня, как мрак, поглощающий всё вокруг.

– Энаа, я нашёл человеческий город! – довольный мелодичный голос сверху пронзил как молния.

Подпрыгнув от испуга, я задрала голову. Подобно свету, рассеивающему тьму, ко мне в лучах закатного солнца величественно спускался Цзиньэ. Его витиеватые рога испускали белоснежное сияние, золотисто-пшеничные волосы, овеваемые ветром, трепетали за спиной, а длинные рукава шёлкового одеяния развивались подобно крыльям.

Я аж на мгновение забыла, как дышать. Вот так, наверное, люди и начинают поклоняться божествам.

– Энаа, прошу простить за столь долгое отсутствие, – чуть склонил голову Цзиньэ и с теплой улыбкой на губах подошёл ближе. – Рад видеть, что ты в порядке.

– Пф, да что со мной сделается, – робко фыркнула я и быстро спрятала мелко трясущиеся руки за спину. Ну не признаваться же ему, что ещё немного, и я бы с ума сошла. – Значит, нашёл город? Молодец. Он далеко отсюда? Успеем до ночи добраться до него?

Цзиньэ задумчиво приложил руку к подбородку и, слегка прищурив глаза, посмотрел куда-то вдаль между деревьев.

– Боюсь, пешком и до утра не управимся, – вынес он вердикт, покачав головой. – Но, если энаа даст своё позволение, мы могли бы туда долететь.

– Ты уверен? Уже забыл про своё феерическое падение в прошлый раз?

– Даю слово, в этот раз я справлюсь, – скромно улыбнулся Цзиньэ. – Энаа не стоит так переживать за меня.

Ещё чего. Я за себя переживаю!

Вслух, конечно, я этого не сказала, а только кивнула, давая согласие. Цзиньэ тут же обхватил меня одной рукой за талию и с лёгкостью взлетел, будто я ничего не весила. Порыв духовной энергии и ветра ударил в лицо, я поперхнулась испуганным вскриком и закашлялась, сдерживая порыв вцепиться в цилиня всеми руками и ногами. Цзиньэ же, сияя довольной улыбкой, нёсся по воздуху, играючи переступая ногами по верхушкам деревьев. Молясь всем святым, я старалась не смотреть вниз, иначе меня начинало мутить. Казалось, прошла вечность, прежде чем Цзиньэ стал снижаться у кромки бамбукового леса.

Стоило ему коснуться земли, как он поспешил убрать руку с моей талии. Резко потеряв опору, я покачнулась, с трудом удерживаясь на ослабевших ногах.

Чёрт...

– Энаа, что с тобой? – подхватил меня под локоть Цзиньэ, внимательно заглядывая в лицо.

– Всё нормально, просто нужна минутка, заземлиться, – севшим голосом заверила я, всё ещё приходя в себя, и пригладила вставшие дыбом волосы.

Видок у меня сейчас, наверное, тот ещё.

– Ну и где тут город? – поспешила я сменить тему, оглядывая стройные стволы бамбуковых деревьев, что закрывали собой почти всё небо.

– В двух чжанах отсюда, – улыбнулся Цзиньэ, махнув свободной рукой в правую сторону.

– Ну, идём тогда, – распорядилась я, неловко высвобождаясь из его заботливых рук, и поковыляла через бамбуковые стволы.

Мда...

Честно говоря, стоило только увидеть опоясывающую город стену: старую, обшарпанную, с трещинами почти во всю высоту и дырами насквозь, мне на миг захотелось вернуться в лес. Казалось, там намного безопасней, чем в этом захолустье.

– Цзиньэ, ты уверен, что в этом месте кто-то живёт? – скептически спросила я, разглядывая перекошенные ворота, что выглядели так, будто висели на соплях и готовы рухнуть от любого прикосновения.

– А что, разве не все смертные города так выглядят? – с искренним непонимание глянул на меня цилинь, и его яркая улыбка чуть померкла.

– Смотрю, ты слишком низкого о нас мнения, – хмыкнула я и взмахнув рукавами, двинулась к воротам. – Ладно, была не была! Хуже, чем в лесу с наёмником и вепрем, вряд ли будет.

Вблизи ворота смотрелись ещё хуже, и я, стараясь откинуть негативные мысли, посмотрела вверх на блеклую и разломанную пополам вывеску.

– Сун…юнь, – с запинкой прочитала я два иероглифа.

– Сосна и бамбук, – с каким-то благоговением перевел название деревни Цзиньэ. – Священные деревья, олицетворяющие собой стойкость и твёрдость...

– Судя по внешнему виду, этого тут давно нет, – перебила я цилиня, чувствуя, что он ещё долго может петь дифирамбы деревьям, и с жалостливым скрипом отворила одну из дверей.

Цзиньэ уже было в счастливом предвкушении ломанулся в город, но я взволнованно схватила его за рукав, отдёргивая назад. Он недоуменно воззрился на меня, приподняв в немом вопросе бровь.

– Слушай, прежде чем мы туда зайдем, запомни: чтобы ни случилось, не паникуй и сохраняй спокойствие. Я, если это будет в моих силах, конечно, помогу...

– Энаа, я полон спокойствия, – с тёплой улыбкой заверил Цзиньэ, элегантно откидывая висящую перед глазами прядь, и нетерпеливо юркнул за ворота.

– О'кей, – буркнула под нос, делая медленный вдох-выдох и мысленно готовясь к ажиотажу, который сейчас вызовет цилинь.

Но меня ждало ещё одно разочарование. Или удача. Это с какой стороны посмотреть.

***

[1] Цзиньэ (金峨, jīné) – золото возносящиеся к небу

[2] Таоцзы (桃子, táozi) - персик

Глава 7

Захудалый городок оказался не больше деревни. Первое, что бросилось в глаза, – это его пыльные извилистые улицы со старыми одноэтажными домами из тёмного дерева. Они местами перекосились и выглядели изношено, а у некоторых вместо черепицы на крышах были прибиты доски и солома. Но, несмотря на упадок, на выцветших от времени дверях и окнах виднелась искусная резьба. Единственным украшением этого городка служили яркие клёны, что раскинулись рядом с домами.

На улице смеркалось, возможно, поэтому жителей было не так много. А те несколько лавочников, что торговали у ворот, встретили нас с настороженностью и опаской. Особенно пристально они смотрели на Цзиньэ, но цилинь, заинтересовавшись висящими на углах красными фонарями и колокольчиками, не обратил на это внимания.

Что ж... Похоже, я зря переживала, что, как только жители увидят Цзиньэ, то кинутся к его ногам молить о благословении и прочих дарах. И с чего я взяла, что для местных, появление цилиня сродни пришествию самого Небесного Императора? Вон как равнодушно смотрят.

– Простите, господин, не подскажете, где у вас можно остановиться на ночь? – с доброжелательной улыбкой обратилась я к пожилому мужчине у лавки с овощами, что уже попахивали гнилью.

Он нехотя перевёл на меня следящий за цилинем взгляд и неприлично долго рассматривал, пожёвывая нижнюю губу. Решив, что он не собирается отвечать, я уже было развернулась в сторону другого лавочника. Но тут мужчина ожил и махнул морщинистой рукой в сторону.

– Идите прямо, потом свернёте направо и увидите постоялый двор Гайцянь.

– Благодарю, – вежливо поклонилась я и побежала оттаскивать цилиня от лавки с ручными изделиями, в основном резными фигурками каких-то зверей и детскими игрушками.

– Энаа, смотри, какая необычная вещица, – Цзиньэ восторженно ткнул мне в лицо игрушку, похожую на барабан на деревянной палочке с двумя висящими по бокам нитками с бусинами. – Я нигде прежде такого не видел.

– Да, очень здорово, но нам пора, – поторопила я его, бросая неловкий взгляд на торговца лавки. Увидев, как у цилиня засветились белоснежным светом рога, мужчина и сам побледнел, изумленно выпучив глаза, а травинка, что он жевал, даже выпала из приоткрывшегося рта. Главное, чтоб сам в обморок не грохнулся.

Цзиньэ так увлекся кручением в руках барабана-колотушки, что мне пришлось поступить жестоко и отобрать у него игрушку. Искать в потёмках постоялый двор я не намеревалась, а с освещением, думается мне, тут проблематично. Фонарей раз-два и обчёлся.

Схватив Цзиньэ за длинный рукав, потащила его дальше по улице. Притормаживая на каждом шагу, цилинь только и успевал крутить головой, с интересом разглядывая достопримечательности. При виде нас местные, одетые в простые, но цветастые длинные халаты и юбки, украшенные узорами, поспешно расступались в стороны. И, не сводя изучающих взглядов, довольно громко перешептывались, гадая, кто мы такие. Цилинь лучась благожелательностью, приветливо улыбался каждому встречному. Но жители лишь с угрюмыми лицами разбегались и старались увести подальше детей. Несколько юных девушек с корзинами в руках, завидев Цзиньэ, застыли на месте, не в силах отвести от него очарованных глаз. Я, к слову, их прекрасно понимала. Отчего тут же получили метёлкой, видимо от матери, которая, ругаясь, погнала девушек в дом.

Какой милый городок...

Пройдя последний дом, из которого довольно сильно веяло древесным дымом, смешанным с ароматом трав, мы свернули направо. Где тут же оказались захваченными в плен стайкой чумазых детишек. Точнее, Цзиньэ был захвачен, я-то их мало интересовала. Кружась вокруг нас, дети с восхищением разглядывали цилиня и проросшие сквозь трещины в мощёных плитах яркие цветы.

Обалдеть! Я только сейчас увидела, что серая и грязная улица, по которой мы прошли, буквально заросла цветущим ковром. А местные с неподдельным изумлением разглядывали этот феномен, боясь ступить на плиты.

Походу, пора уводить Цзиньэ, а то сейчас накинутся с вопросами и, не дай бог, узнают, кто он.

– Детишки, спокойной ночи малыши уже прошли, и этому молодому господину нужно отдохнуть, да и вам пора баиньки, – мило засюсюкала я, разгоняя малышню и хватая недоуменного от моих слов Цзиньэ под локоть. – Идём.

Стоило нам переступить порог павильона Гайцянь, как в нос ударил кисловатый запах алкоголя, сырости и затхлости. Поморщив нос, я прикрыла лицо рукавом и осмотрелась. Даже при слабом освещении масляных ламп можно было хорошо разглядеть трещины на стенах, стёртые до голого дерева полы и лестницу. А квадратные столы и деревянные табуретки знали времена и получше. Те немногочисленные посетители, с отсутствующим выражением на лицах распивали вино, и не обращали на нас никакого внимания.

Мда. Ну ладно, сохраняем спокойствие, это всего на одну ночь. Нужно просто перетерпеть.

Пока я себя наставляла, Цзиньэ уверенно двинулся к прилавку, за которым протирая тряпкой пиалы, стоял хозяин и хмуро смотрел на нас.

– Благословенной ночи раээ, – учтиво поприветствовал его Цзиньэ, слегка склонив голову и осветив на мгновение тусклое помещение белоснежным сиянием.

Пиала с грохотом ударилась о прилавок, выпав из рук неприветливого мужчины, который походил с виду на моржа. Своим пухлым лицом с густыми усами и маленькими глазками, а также «пивным» пузиком, которое выпирало из-под бежевого в заплатках одеяния.

– Добрый вечер, мы бы хотели остановиться на ночь, можно нам две комнаты? – перешла я сразу к делу, пока хозяин изумленно моргал, не сводя глаз с витиеватых рогов цилиня, который тепло ему улыбался.

– Пять серебряных таэля, – очнувшись, пробасил хозяин, обдав несвежим дыханием, отчего я сморщила нос, снова прикрывая лицо рукавом. – За ужин плата отдельно. Но сначала уберите за собой, нечего мне тут мусорить!

– Мусорить? – мы с Цзиньэ непонимающе переглянулись и обернулись назад. И правда, от входа тянулась цепочка мелких цветочков.

А что, смотрится вполне себе. Да и они хоть как-то, скрашивают эти страшные обшарпанные полы.

– Приношу извинения, не хотел доставить раээ неудобств, – с сожалением поклонился Цзиньэ, – я сейчас же их уберу.

Хозяин на извинения только хмыкнул, ловя пиалу, что снова выскользнула у него из рук, стоило рогам засветиться белым светом.

Представив, сколько часов у Цзиньэ займет вырывать каждый цветочек, я уже хотела возразить и попробовать уговорить мужчину оставить их. Но цилинь опередил мой порыв. Шустро взмахнув рукавами, он сделал несколько пасов и сложил пальцы в жест. Вмиг руки Цзиньэ окутало нежным зеленоватым сиянием, и духовная сила заструилась к полу, испаряя цветочки. И лишь разноцветные частички, оставшиеся витать в помещении, напоминали о них.

Вау... Это было красиво.

– А как насчет сбросить пару таэлей? – лукаво улыбнулась я, глядя на ошарашенного хозяина, что, растеряв всю спесь, испуганно уставился на цилиня.

– Как пожелает молодая госпожа, – растянул губы в улыбке мужчина, вытирая тряпкой взмокший лоб. – Три серебряных таэля и ужин за счет заведения.

О, как! Стоило применить магию, и из грозного хозяина он превратился в самого доброжелательного мужчину на свете.

– Что ж, по рукам, – согласно кивнула я и полезла в длинный рукав платья за мешочком с деньгами. Но только схватила воздух, запоздало вспомнив, что оставила его в сумке у кровати в поместье Цзяхао. А потом там случилось нападение...

Вот же дурёха!

Тихо выругавшись, я хлопнула себя по лбу, отчего Цзиньэ и хозяин вздрогнули и одновременно уставились на меня. Блин! Как я умудрилась забыть, что у меня нет с собой денег? Память прям как у золотой рыбки.

– Цзиньэ, пожалуйста, скажи, что перед побегом ты прихватил с собой золото или таэли? – с надеждой зашептала я, склоняясь к уху цилиня, правда, пришлось привстать на носочки, он довольно высокий.

– Золото нет. А что такое таэли? – вдребезги разбил мои надежды Цзиньэ, удивленно вскинув бровь.

Обреченно застонав, я снова ударила себя ладонью по лбу. Боже, да что ж мне так везёт?

– Как ты мог сбежать из дома, не прихватив с собой ден... мешок с золотом? – понизив голос, заворчала я, отведя цилиня в сторонку и стараясь не смотреть, как брови хозяина всё ниже опускаются к переносице.

– Я не думал, что золото мне понадобится, – непринужденно развел руками Цзиньэ. – У нас в Цинъюнь оно служит лишь украшением. Да и времени подготовиться не было, я не мог упустить благословенный шанс сбежать.

– Понятно, – безнадёжно выдохнула я, утихомиривая в груди негодование.

Короче, фиг мне, а не кровать.

Хозяин, поняв, что нам нечем платить, с недовольной миной стиснул пухлые руки на груди. А мне от неловкости захотелось провалиться сквозь этот грязный пол.

– Полагаю, молодой господин не из здешних мест? Откуда же вы к нам прибыли? – хмуро поинтересовался мужчина, сверля Цзиньэ мрачным взглядом.

Как же быстро улетучился его страх перед цилинем. А всё из-за доброжелательной улыбки Цзиньэ и его невинного взгляда. Вот не может он хоть на время придать лицу суровости?

– Как вы проницательны, уважаемый раээ, в мире смертных я впервые, – засиял не только рогами, но и лучезарной улыбкой Цзиньэ. – Я из царства Ци...

– Зверей! – выпалила я, мельком кидая взгляд на Цзиньэ, и качнула головой, прося его помолчать. – Этот юный господин прибыл по важному делу из Царства Зверей, – с более уверенной улыбкой повторила я, стойко выдерживая недоверчивый взгляд хозяина.

Но стоило этому взгляду переместиться на рога Цзиньэ, как я, не моргнув глазом, ляпнула:

– Он олень, – в зале на мгновение повисло гробовое молчание, а Цзиньэ с хозяином, вытаращив глаза, изумленно переглянулись друг с другом. Я замялась, скомкано пояснив: – Не в том смысле, что он олень, а его звериная форма... олень.

Боже. Что я несу?!

– Кхм. Тогда, полагаю, вы служанка этого молодого оле...господина, – кашлянув в кулак, осторожно поинтересовался хозяин с таким видом, будто у меня сейчас хвосты отрастут.

Здрасти, приехали.

Только собралась возразить, как Цзиньэ, бросив на меня насмешливый взгляд, опередил:

– Вы правы, уважаемый раээ, путешествовать без служанки было бы крайне тяжело.

Ладно, один: один.

Пронзив цилиня возмущенным взглядом, я решила побыренькому сменить тему и вернуться к делу.

– Господин, прошу, позвольте нам переночевать хотя бы в одной комнате? – напустив на себя самый несчастный вид, взмолила я. – На дворе уже ночь, идти нам некуда. А взамен мы поможем вам по хозяйству.

Видя, что на хмуром лице хозяина не появилось и капли сострадания, я тихонько чертыхнулась и продолжила наступление.

– А если хотите, могу нарисовать его портрет, – пылко предложила я, ткнув пальцем в спину Цзиньэ. Вот моська, пока я тут комнату выклянчиваю, он спокойненько пошёл изучать местных пьяниц. Ладно, не до него сейчас. – Вы сможете повесить его на одну из своих трещин на стене и будете всем рассказывать, как однажды у вас ночевал сам принц из Звериного Царства! Да к вам постояльцы в очередь будут выстраиваться, только чтобы взглянуть на портрет. А? Ну как, согласны?

Алчный блеск вспыхнул в глазах мужчины, а сам он, видно, представив эту картину, растянул губы в широкой улыбке, сверкнув дырами между зубов.

– Так молодой господин ещё и принц Звериного Царства? – будто не веря своему счастью, жадно взглянул на Цзиньэ мужчина.

– Истинно так, – закивала я, как болванчик, – но только тсс... это тайна. И умоляю, господин, не говорите Его Высочеству, что эта служанка проболталась, иначе не сносить мне головы, – всхлипнула я, проведя ладонью по шее.

Глаза мужчины на один вздох испуганно округлились, а потом он, задумавшись, начал поглаживать густые усы.

Выжидающе следя за ним, я нервно мяла в пальцах рукав платья. Если он и сейчас откажет, то я ухожу в лес, и пусть нас там съедят волки, актриса из меня никудышная.

– Так и быть, – хлопнул тряпкой по прилавку хозяин. – За комнату заплатите портером, а за еду расплатитесь работой по хозяйству.

– Э?.. – только и смогла выдавить я, не зная радоваться этому или нет.

– Моя жена недавно захворала, вот ты, служанка, и поработаешь, – оказал мне честь мужчина, а я оторопело на него смотрела, не веря своим ушам. У этого угрюмого моржа ещё и жена есть?

– Хорошо, – нехотя согласилась, поздно заднюю давать, тем более сама предложила. – Только для рисования мне нужны пергаменты, кисти с красками... тушью.

– Всё необходимое принесу к вам в комнату, – ответственно заверил хозяин и с кряхтением наклонился, доставая из-под прилавка ключ. – Первая дверь направо, тёплую воду и ужин подам через четверть палочки благовония.

– Благодарю, – кисло протянула я и оглянулась на цилиня, он, присев за столик к одному из мужчин, с учтивым сочувствием выслушивал жалобы того на жизнь.

– Цзиньэ, хозяин дал нам комнату, – позвала я, легонько хлопнув его по плечу, – пойдём, надо кое-что сказать.

Надеюсь, он согласится посидеть несколько часов в одной позе.

– Да разрешит Его Святейшество Владыка Небес все твои невзгоды раээ и милостью своей благословит, – поднимаясь, с искренней улыбкой пожелал мужчине Цзиньэ, и от вида светящихся белоснежным светом рогов тот икнул и, закатив глаза, бухнулся на стол, громко захрапев.

– Похоже, твои молитвы услышаны, – усмехнулась я и пошла на второй этаж.

Цзиньэ догнал меня на скрипучей лестнице и, бросив осторожный взгляд на хозяина внизу, тихонько поинтересовался:

– Энаа, зачем ты обманула этого уважаемого раээ, сказав, что я из царства Зверей? Даже малой каплей лжи ты навлекаешь на себя несчастье и вредишь своей добродетели.

Растерявшись от внезапного нравоучения, я запнулась о ступеньку и смущенно глянула на цилиня, столкнувшись с упрёком в его тёмно-бирюзовых глазах.

– Ой, да всё с ней будет в порядке, – скептически фыркнула я. – А вообще, это как-то само вырвалось. Испугалась, что если они узнают, кто ты, то...

– Убьют?

– Ага, и на сувениры разберут, – съязвила я, но, заметив, как погрустнел Цзиньэ, честно ответила: – Не думаю, что убьют, люди сейчас почитают цилиней наравне с богами. Просто мне как можно быстрее нужно добраться до Люуе, а большое внимание и ажиотаж вокруг тебя может сильно задержать. Конечно, если хочешь, можешь пойти и сказать правду, но будь готов к последствиям.

Оставив цилиня обдумывать сказанное и убирать духовной силой свои цветочки с лестницы, я открыла нужную дверь ключом и вошла в комнату.

Мда... Ну собственно, хоромы я и не ожидала увидеть, а переночевать сойдёт. Главное, чтоб в кровати не было никаких клещей или бельевых вшей. Фу. От этой мысли аж передёрнуло.

В три шага дойдя до окна, я распахнула ставни, впуская ночной воздух, и на секунду залюбовалась сияющей луной, чьи серебряные лучи мгновенно осветили комнату. Ну хоть с видом из окна повезло.

Как хозяин и обещал, спустя время он, кряхтя, принёс в комнату ведро с водой и небольшой поднос с двумя тарелками варёного риса с рыбой и чай. Предупредив, что после трапезы ждёт меня внизу для работы. Но я так обрадовалась еде, что пропустила его слова мимо ушей. Наспех ополоснув руки и лицо в прохладной воде, чуть ли не вприпрыжку побежала за стол. Видя, как я за обе щёки уплетаю рис, Цзиньэ великодушно отдал мне свою порцию. Хотя я бы и так её съела, цилини же кроме фруктов ничего другого не едят... Или едят?

– Энаа, как считаешь, твои друзья смогут помочь мне найти брата? – такого серьёзного голоса я у Цзиньэ ещё не слышала.

Оторвавшись от еды, взглянула на прямую спину цилиня. Задумчиво смотря в окно, он крутил в руках кулон с чешуйкой.

– Честно говоря, не уверена, что это в их силах, учитывая, как давно пропал твой брат, – растерявшись на миг, ответила я. – Но, возможно, смогут подсказать, к кому стоит обратиться.

– Я так и думал, – вздохнул Цзиньэ, и остаток ужина провёл в молчании.

Прихватив поднос с пустыми тарелками, я нехотя спустила вниз. После еды меня хорошенько так разморило, но вместо сладостного сна предстояло драить полы и убрать со столов. Цзиньэ я звать не стала, оставив его в тоскливых раздумьях о брате.

Хозяин за прилавком встретил меня пьяной улыбкой и раскрасневшимися щеками. Слава небожителям, хоть посетители ушли.

– Господин, где мне взять швабру с тряпкой и.… – увидев, как вытянулось лицо мужчины и обе его брови поползли вверх, я уныло закончила: – Полагаю, про перчатки можно даже не заикаться. Чудненько.

– Швабру? – недоуменно дыхнул он на меня ароматом сливового вина, я аж отшатнулась от прилавка. – Это что ж ещё такое? А тряпку и ведро возьмёшь там... на кухне.

Он махнул рукой куда-то в тёмный угол, делая глоток прямо из кувшина. А я ещё больше приуныла. Может, нафиг это и в лес сбежать?

– И чтоб всё чисто было, жена утром проверит! – пригрозил напоследок хозяин и, довольно напевая какую-то песенку, рухнул на скамейку за прилавком.

Я хмыкнула. Тоже мне, напугал. Да его жена сама, поди, раз в год моет эти полы, судя по их виду.

Кое-как в потёмках того, что с трудом можно назвать кухней ввиду царившего бардака, склада винных бочек и горы немытой посуды, я раздобыла ведро и валяющуюся в нём ветхую тряпку. Воду пришлось идти набирать к колодцу, благо он стоял прямо во внутреннем дворе.

Вернувшись в зал и слушая радиостанцию «Медведь наступил мне на ухо, но я щас спою», первым делом протёрла шатающиеся столы и подняла табуретки. А после, всё сильнее мечтая о берушах, с тяжелым вздохом оглядела кажущиеся бесконечными полы и лестницу, почувствовав себя побеждённой. Даже тряпка в руках казалась крошечной и бессильной перед этим толстым слоем грязи. Ладно, где наша не пропадала! Да и шифу говорил, с правильным настроем любая уборка может стать формой тренировки. Вот и буду тренироваться, представляя, как вместо намывания полов даю по щам этому ненавистному генералу Лак Лонгу и его наёмникам. И, преисполнившись позитивным настроем, принялась за мытьё.

Позитивный настрой лопнул быстрее мыльного пузыря, особенно когда вниз спустился Цзиньэ. Оставляя за собой цветочки на с трудом отмытых полах, он подошёл к хозяину, прервав его заплетающуюся песню и подарив моим ушам блаженную тишину.

– Уважаемый раээ, не найдётся ли у вас редкого фрукта, что именуется Хуанчжи? Слышал, в мире смертных это одно из самых вкуснейших даров богини Сян Гу[1], – любезно поинтересовался он, с интересом рассматривая валяющегося кверху пузом мужчину.

Хозяин, пытаясь сфокусировать нетрезвый взгляд на сияющих рогах, шатаясь, поднялся со скамьи.

– Этот ничтожный... может предложить Его Высо...честву... ик... только капусту, – еле выговорил он и на радостях глотнул из кувшина.

От такого обращения Цзиньэ удивленно моргнул, склонив голову набок, и бросил на меня вопросительный взгляд. Тут же прикинувшись чайником, я усиленно начала тереть полы.

– Пожалуй, не откажусь и от капусты, – чуть подумав, согласился Цзиньэ, а хозяин, издав то ли недовольный вздох, то ли зевок, поплёлся на кухню. Откуда через пару минут послышался грохот и ругань, а ещё через пять, покачиваясь вышел и сам мужчина.

В отличие от меня, с закипающей злостью, смотрящей на оставшиеся после него грязные следы на полу, Цзиньэ встретил его с радостной улыбкой и, получив миску с нарезанными капустными листьями, с каким-то предвкушением начал их есть.

Раздраженно швырнув тряпку в ведро, я удрученно вздохнула. Чувствую себя бедной Золушкой, только мой рогатый принц, вместо того чтобы помочь, жуёт капусту. И до чего я докатилась? Увидь меня сейчас Эрик, точно не удержался бы от парочки колких шуточек.

Наконец покончив с уборкой, я, еле перебирая ногами, поплелась в комнату, мечтая о расслабляющем сне, но, проходя мимо прилавка, увидела лежащие там принадлежности для рисования.

И когда хозяин успел их достать? Он же вот только недавно спать ушёл? Как странно...

Устало прихватив их с собой, тихонько поднялась на второй этаж и, стараясь не сильно шуметь, проскользнула в комнату, тут же застыв в изумлении. На полу у распахнутого окна в позе лотоса медитировал Цзиньэ. Вокруг его тела исходило едва заметное голубоватое сияние, оно переливалось в лунном свете, что серебряным ореолом отражалось на его витиеватых, словно из горного хрусталя, рогах.

– Энаа, не стой в дверях, полезней будет пойти отдохнуть, – спокойный голос цилиня вывел меня из созерцания. – Эта благословенная ночь скоро встретит свой рассвет.

– А ты чего тогда не спишь? – буркнула я, слегка смутившись от того, что так долго глазела на него, и прошла к столу, зажечь масляную лампу.

– Мы не нуждаемся во сне так как смертные, в это прекрасное время мы предпочитаем совершенствоваться, впитывая ци луны.

– Так цилини тоже совершенствуются, поглощая энергию солнца и луны, как Мэйхуа? – кинула я удивленный взгляд на спину Цзиньэ, что продолжал с закрытыми глазами медитировать.

– Мэйхуа?

– Дух сливового дерева, она... – перед глазами вспыхнул образ горящего дерева, и я умолкла, так и не закончив предложение.

– Однажды мне выпала честь побывать в Цветочном царстве, их Повелительница поистине богиня всех цветов. Прекрасней её лика не видал я больше ни у кого, – сокровенно поделился Цзиньэ, и на его губах мелькнула очарованная улыбка, а потом он продолжил: – И хоть наше совершенствование похоже, но есть свои отличия.

– Ясно, – только и кивнула я, растягивая на столе пергамент. Увидев, как Цзиньэ медитирует, в голову пришла одна идея, надеюсь, получится её воплотить.

Будто поняв, что разговор окончен, Цзиньэ углубился в медитацию, и больше я его не слышала.

Старая кисть в руках вызывала странное ощущение чего-то чуждого. Обмакнув её в тушь, приступила к делу, однако линии и мазки выходили неровными и волнистыми, я изо всех сил старалась двигать кисть в нужном направлении, но это не особо удавалось. Пока я боролась с кистью, черты лица Цзиньэ на пергаменте расплылись и исказились, превратившись в бессвязное месиво. Так повторилось раз пять, благо хозяин не поскупился на бумагу. Разочарованно скинув со стола очередной испорченный рисунок, я упала на табуретку и обессиленно опустила руки. Кажется, я переоценила свои художественные навыки. Проще, наверное, сдаться, но брошенный вызов полыхал внутри таким огнём, что я не могла позволить себе бесславно сгореть в нём.

– Как хочешь, но победа будет за мной, – решительно заявила я кисти и продолжила рисовать.

На этот раз я была более терпелива и осторожно наносила линии, создавая прекрасные очертания Цзиньэ. Штрихи выходили плавные и гармоничные, как элегантные и грациозные движения цилиня. Наконец, поставив в углу подпись, я, сдерживая победный танец, подняла пергамент, с удовлетворением смотря на работу своих рук.

Ай да я, ай да молодец!

Цзиньэ хоть и вышел немного мультяшным в моём стиле, смотрелся потрясающе: он, как божество, сидел в позе лотоса со сложенными в молитве ладонями. Завораживающий взгляд его красивых глаз будто проникал в самую душу. А вокруг головы и рогов легкими мазками туши насколько смогла, изобразила сияющий ореол.

Меня прям распирало от гордости, и так хотелось похвастаться Цзиньэ, но я побоялась прерывать его медитацию. Поэтому, лишь счастливо пританцовывая, навела порядок и окрылённая рухнула в кровать, мгновенно проваливаясь в сон.

Нехотя проснувшись от того, что солнце вовсю светит в глаза, я, ворочаясь под одеялом, прищурено огляделась. Цзиньэ в комнате не было, а на столе стояли тарелки с едой и чайник с пиалой. Удивленно подскочив, я поморщилась от ноющей боли в руках и, наспех приведя себя в порядок, вылетела из комнаты. Внизу за столами уже сидело несколько человек, а сам хозяин, пыша бодростью, словно он не пил полночи, разносил подносы с едой.

– Будь у меня такая служанка, что дрыхнет до полудня и заставляет своего господина носить ей в комнату еду, выгнал бы её отсюда в шею, – едко поприветствовал меня мужчина.

Посетители, поддержав его смешками, оценивающе оглядели мой помятый вид. Но я, проигнорировав замечание, пошла на улицу. Яркое солнце на миг ослепило, заливистый смех детей заполнил слух. Цзиньэ, лучась от счастья, носился с детишками по улице, выращивая всё больше цветов и выводя из них на земле незнакомые мне узоры.

Выдохнув с облегчением, я и сама не сдержала теплую улыбку. Как же всё-таки мало нужно детям для счастья.

Смотря на их сияющие лица и слушая звонкий смех, я вдруг вспомнила о брате, и щемящая грусть сдавила сердце, напоминая, как сильно я по нему скучаю. И как сильно хочу, чтобы и он однажды смог вот так беззаботно бегать и радоваться самым малым пустякам, а не проводить все дни в постели или в больнице.

– Энаа, почему ты вдруг опечалилась? Я сделал, что-то неподобающее? – мелодичный голос Цзиньэ рассеял печальные мысли.

– Нет, всё хорошо, не беспокойся, – я слабо улыбнулась, покачав головой, и махнула ему за спину. – Иди, детишки тебя ждут. А я, закончу с делами и отправимся дальше.

Цзиньэ кивнул, возвращаясь к детям, что от радости ещё громче заверещали и повисли на цилине. Я вернулась в комнату и съев безвкусную рисовую кашу, схватила портрет и пошла к хозяину. Но стоило взглянуть на его хмурое лицо, как желание отдавать свой старательный труд испарилось.

– Принесла? – с вожделением уставился хозяин на скрученный в руке пергамент. – А то думал, обдурить решила, вы лисицы, те ещё плутовки.

Мой глаз нервно дёрнулся. Начинаю жалеть, что я и вправду не лиса. А то дала бы щас этому моржу одним из своих хвостов, вмиг бы вежливости научился.

– Не хочу марать свою добродетель, – пронзила я его мрачным взглядом, вспоминая слова Цзиньэ, и положила портрет на прилавок, но руку не убрала. – Подскажите, как добраться до города Люуе, и он ваш.

Причмокнув губами, хозяин задумчиво разгладил усы и махнул рукой в стену:

– Как выйдете из города, идите на северо-запад через гору Фэнху[2], и дай воля Небес, дня через два прибудете в Люуе. Но на вашем месте я бы туда не совался, – резко понизив голос, предостерег он, – ходят слухи, что на горе объявился яо. У нас из города уже три человека пропало.

Я хмыкнула. И неудивительно, мне самой уже не терпится отсюда пропасть. А люди, поди, ушли в поисках лучшей жизни, не всем хочется тут прозябать.

– Хорошо, что я не доверяю слухам, – только и ответила я, оставив свои размышления при себе, и протянула хозяину пергамент. – Портрет эксклюзивный, в мире такого другого нет, поэтому берегите...

Хозяин пылко вырвал его из рук, даже не дослушав меня, и тотчас раскрыл. В зале повисла тишина, я даже слышала, как муха, жужжа над прилавком, навернула второй круг. Мужчина, уставившись на рисунок, упорно долго молчал, а я, всё больше нервничая, постукивала ногой.

– Энаа, так мы идём? – от внезапного голоса Цзиньэ я подпрыгнула на месте, ударяясь коленкой, и зашипела от боли, но цилинь не обратил на это внимание, завороженно смотря на своё изображение. – Какой восхитительный портрет, неужели это и вправду я?

– Ну я чуток приукрасила, – засмущалась я, крутя пальчиком по прилавку, но было приятно смотреть на восторженное лицо цилиня. А про хозяина вообще молчу, он хоть и слова не сказал, но в его глазах уже сияли горы золота. Или это волос Цзиньэ ему в глаз попал? Всё одинаково блестит.

– Энаа, с таким выдающимся талантом и дракона оживить можешь, – сияя не только белоснежным светом на рогах, но и искренностью в глазах, похвалил Цзиньэ.

Польщённо поблагодарив за столь высокую оценку, я бросила ему, что жду на улице, и, красная как алые паруса, рванула на выход. Мне срочно нужен был свежий воздух.

До главных ворот нас провожали почти всем городом. Детишки весело носились вокруг Цзиньэ, юные девушки влюбленно вздыхали, утирая платочком слёзки, а остальные жители даже одарили нас улыбками. Стоило воротам с жалобным скрипом закрыться за нашими спинами, как я вздохнула с облегчением. В гостях хорошо, но дома лучше.

Умирая от жары и обмахиваясь рукавом платья, я брела за Цзиньэ, что уверенно вёл по бамбуковому лесу через гору Фэнху. И желая хоть как-то развеять скуку, напевала под нос подходящую случаю песенку:

– Куда идём мы с Пяточком большой, большой секрет. И не расскажем мы о…

Внезапный порыв холодного ветра сотряс стройные бамбуковые стволы. И вмиг щебетание птиц и стрекот цикад умолкло, погрузив лес в мертвую тишину.

Резко остановившись, Цзиньэ начал напряженно оглядываться. А у меня по телу пробежали неприятные мурашки, заставляя поёжиться, и волоски на руках встать дыбом. Чувствуя неладное, я подошла ближе к цилиню, успокаивающе поглаживая себя за плечи.

– Прошу, скажи, что это очередной волшебный зверь, а не...

– Яо! – вскинув голову вверх, закончил Цзиньэ, и не успела я моргнуть, как цилинь молниеносно приобнял за талию и взлетел, крутанувшись как юла, в сторону.

И тотчас на наше место с невероятным грохотом приземлился какой-то громила и по земле пронеслись клубы леденящего дыма.

Вот же чёрт! Пожалуй, придётся пересмотреть свое отношение к слухам.

Чертыхаясь и приплясывая на месте от холода, я осторожно выглянула из-за спины Цзиньэ, который прикрывая собой, внимательно смотрел на яо, и чуть не подавилась смехом.

– Боже, демон смурфик... Как мне теперь это развидеть? – неприлично рассмеялась я, ткнув пальцем в яо, что вообще-то выглядел довольно пугающе.

Огромный детина с синей ледяной кожей и длинными чёрными когтями на руках. Крупное лицо всё изуродовано шрамами, а на лысой голове торчал небольшой ёжик. Оскалив рот с выпирающими острыми клыками, он с горящими безумием глазами уставился на нас.

– Эта жалкая человечишка смеет смеяться над великим Шуанмо[3]!? – взревел яо и топнул ногой по вмятине в земле, напустив на нас леденящего дыма, от которого инеем покрылась трава.

Вмиг очнувшись, всё же это не шуточки, я торопливо замахала руками:

– Что вы, уважаемый, я бы не посмела. Это всё от страха, – залепетала я, вытирая с глаз слезы и прикрылась цилинем, который как-то странно косился на меня сверху вниз.

Блин. Общение с Лу Мэном плохо на меня влияет, я кажется, перестала так сильно бояться местных демонов.

– Яо, как ты смеешь нарушать мирное соглашение между Трёх Миров и вторгаться в мир смертных, причиняя людям вред? Узнай об этом Его Святейшество Небесный Император, и небесная кара обрушится на голову твоему Повелителю, – вдруг накинулся Цзиньэ на демона, засияв рогами, хотя голос звучал мирно.

Жуткое лицо яо исказилось, а сам он затрясся от ярости.

– Глупец! Как ты посмел угрожать моему Владыке? – чуть ли не брызгая слюнями, взревел он, гневно сжимая кулаки. – Да я твою шкуру лично в дар Повелителю преподнесу.

Взгляды цилиня и яо мгновенно схлестнулись в напряженном противостоянии. А я чуть не запищала в голос. Божечки-кошечки! Словно в одну из любимых сцен разборок в дораме окунулась. На губах непроизвольно растянулась довольная улыбка. Мне нравится... продолжайте.

– Сражаться с яо – удел Небесных воинов, – остудил пыл демона Цзиньэ, всем своим видом сохраняя невозмутимость и даже руки убрал за спину. – Мы же стремимся к гармонии и миру со всеми существами. Прошу, поступи благоразумно и вернись в Царство Демонов, покуда не лишился жизни.

– Этот праведник ещё смеет указывать великому Шуанмо?! – взбесился яо, обдав нас порывами ледяного ветра и замораживая землю под ногами.

А вот это плохо...

– Лучше о своей жизни побеспокойся, – яростная угроза тотчас подкрепилась действием.

Взлетев, как огромная горилла, яо бросился на цилиня. А у меня кровь в жилах застыла, и ноги не вовремя приморозились к земле.

Как вдруг раздался резкий металлический звон, и сияющий духовным светом меч невидимым ветром пронёсся над головой, срезая бамбуковую листву и пронзив яо, припечатал его к дереву.

Вскрикнув от ужаса, я схватилась дрожащими руками за Цзиньэ, который не сводил сожалеющего взгляда с умирающего демона.

Выплюнув синею кровь, яо задергался в конвульсиях, рассеиваясь чёрным пеплом и подхваченный ветром, унёсся прочь, оставляя меч одиноко торчать в стволе. А затем раздались шаги, и не успела я толком обернуться, как кто-то стрелой налетел на меня, сбивая с ног.

О, боже...

***

[1] Сян Гу (香穀,xiānggǔ) – богиня ароматных злаков\зёрен

[2] Фэнху (蜂虎,fēnghǔ) – гора Шершневый тигр

[3] Шуанмо (霜魔,shuāngmó) – Инеевый дьявол

Дорогие читатели, ваши отзывы для меня важны и мотивируют.

Глава 8

Сильные руки, не дав мне упасть, сжали в крепких объятиях, выбивая воздух из груди.

– Эрик?! – ахнула я оторопело, не веря своим глазам и ощущениям.

Но... как?

– Сделаешь так ещё раз, и я сам убью тебя, – хрипло шепчет он, и я чувствую его теплое дыхание на своей шее, когда он прижимает меня к себе.

Сердце выбивает дробь, и волна противоречивых эмоций накрывает меня. Невозможно. Откуда он мог тут взяться? А что, если это ещё один...

– Прости, что не смог схватить тебя, – вдруг виновато шепчет лидер, заставляя меня вздрогнуть и ещё больше усомниться в реальности происходящего.

Яо!

Заключенная в крепкие объятия, я была ограниченна в действиях, поэтому, не сообразив ничего лучше, с силой ущипнула его и зажмурила глаза в ожидании возмездия.

– Ауч! – возмутился яо, резко отстраняясь. – А это за что?

Приоткрыв один глаз, я неверяще уставилась на лидера. Недоуменно смотря на меня, он сморщился, потирая плечо.

– Эрик? Это правда ты? – осознание, что это не глюк и не обман медленно доходило до меня.

– Нет, Тимоти Шаламе[1], – съязвил Эрик. – А ты кого ожидала увидеть в этом лесу?

– Прости, я на миг решила, что ты яо, – неловко улыбнулась я, внимательно пробегаясь по нему взглядом. Знакомое светло-голубое ученическое ханьфу, местами порванное и в саже на подоле, тёмные волосы небрежно завязаны белой шёлковой лентой в короткий хвост, а на лице и руках красуются ссадины и синяки.

– Яо? Да как тебе это вообще в голову пришло?

– Демоны могут принимать чужой облик, – начало было оправдываться, а потом вспомнила, что лучшая стратегия — это нападение, и уверено заявила, тыкнув в него пальцем. – Сам виноват, огорошил меня своим извинением. А мы оба знаем, что «ты» и «извинения» понятия несовместимые.

– Супер, я ещё и виноват, – усмехнулся Эрик, скрещивая руки на груди, но взгляд зеленых глаз смотрел обиженно. – Вот она, благодарность за бессонные ночи, когда я себе места не находил, беспокоясь о ней.

– Ты переживал за меня? – спросила, расплываясь в счастливой улыбке, и сделала шаг к нему, заглядывая в глаза. – Это так мило. Я тронута.

На лице Эрика мелькнуло смятение, но прежде, чем он успел отшутиться, я стремительно обняла его, положив голову ему на плечо и позволяя всем эмоциям захлестнуть меня.

– Я рада, что ты жив, – прошептала я ему на ухо, от чего он слегка вздрогнул, кожа на его шее покрылась мурашками, а сердце учащенно забилось в такт моему.

В этот момент я ощутила небывалое облегчение, все тревоги и напряжение разом улетучились.

– Кхм, – раздался за спиной у лидера неловкий кашель. – Похоже, мы не вовремя.

Встрепенувшись, я подняла голову и изумленно воскликнула:

– Господин Кай У, господин Юань Фэнь!

Я радостно метнулась к мужчинам, что не спеша приближались к нам, и, нарушая все приличия, взволнованно обняла господина Кай У, заставив его на секунду оторопеть.

– Как хорошо, что с вами всё в порядке, – обрадовалась я, спешно обнимая господина Юань Фэня, резко вздохнув и будто задержав дыхание, он на мгновение напрягся, а потом, на удивление, неловким движением приобнял меня в ответ одной рукой, задержав в объятиях дольше, чем я собиралась. Смущенно отстранившись, я заметила, как Юань Фэнь чуть поморщился, коснувшись рукой правого бока. Он ранен?

– Барышня Сония, мы тоже рады видеть вас в добром здравии, – участливо произнес господин Кай У. Выглядел он уставшим, а из тугого пучка на голове хоть и закрепленного серебряным гуанем со шпилькой-цзи, торчали в разные стороны серо-лиловые волоски. – Найти вас оказалось, не так-то легко.

– Но вы это сделали, – довольно улыбнулась я, встречаясь с тёплым взглядом янтарных глаз. Ох уж эта родинка под нижним веком, давно не виделись.

Смотря на Юань Фэня, мне стало тревожно, он выглядел бледнее, чем обычно, особенно на фоне чёрного ханьфу. Но волосы, в отличие от господина Кай У, были прилежно уложены в высокий хвост, украшенный гуанем с поперечной нефритовой шпилькой. За спиной у него на странных кожаных креплениях висел мой шест Белого Лотоса, но я решила пока не подавать виду. Пусть ещё немного повисит, он ему вроде не в тяжесть. Хотя это странно, Эрик тогда его с трудом поднять мог.

– Эй, а их ты проверить не хочешь? Вдруг это яо? – не удержался от подколки Эрик, неслышно подходя к нам. – Или это только мне, такая честь выпала?

Господин Кай У и Юань Фэнь удивленно переглянулись друг с другом, и на их лицах мелькнула улыбка. Тяжело вздохнув, я возвела глаза к небу. Как же мне его не хватало, а можно это повторить?

– Энаа, если я правильно понимаю, это твои друзья, которых ты искала? – мелодичный голос Цзиньэ застал меня врасплох.

Вот блин! Как же неудобно вышло, я на радостях совсем про него забыла. Да и он статуей прикинулся, всё это время молча взирая на нас.

– А кто этот юный спутник нашей госпожи? – подозрительно поинтересовался господин Кай У, внимательно изучая взглядом цилиня.

Нашей? Я невольно вспыхнула от такого обращения и активно замахала рукавом платья. Только мне вдруг так жарко стало?

– Пф, я, конечно, слышал выражение «жена рога наставила», но не думал, что увижу это буквально, – прыснул Эрик, и мне пришлось тыкнуть его локтем в бок.

– Прошу, не обращай на него внимания, – сконфуженно улыбнулась я Цзиньэ, который растерянно смотрел на смеющегося в рукав лидера. – Позволь представить тебе моих уважаемых товарищей, – важно произнесла я. – Господин Кай У из клана Инхушэнь и господин Юань Фэнь из клана Юэлянь. Мужчины вежливо склонили головы в знак приветствия. – А это Эрик, – я небрежно махнула на него рукой и отвернулась от стрельнувшего в меня взгляда.

– Господин Кай У, господин Юань Фэнь, перед вами... – сделав драматическую паузу, я набрала в грудь побольше воздуха и с волнением выпалила: – Цзиньэ, цилинь из царства Цинъюнь.

– Приветствую уважаемых раээ, – с мягкой улыбкой поклонился Цзиньэ, приложив ладони к сияющим белоснежным светом рогам. – Пусть Его Святейшество Небесный Владыка дарует вам своё благословение на вашем пути.

Кровь отхлынула с вытянувшихся лиц господина Кай У и Юань Фэня, потрясённо переглянувшись, они внезапно рухнули на колени, уткнувшись лбами в землю.

Ой...

– Просим простить этих ничтожных за наше невежество, – чуть ли не хором взмолили господин Кай У и Юань Фэнь и, приподнявшись, почтительно вытянули руки, сложив ладони. – Для нас великая честь лицезреть самого священного из благородных зверей Цилиня.

И они снова рухнули в поклоне и так и остались сидеть. Цзиньэ выглядел ошарашенным не меньше меня. Встретившись с ним взглядом, я лишь развела руками. Склонив голову, он бросил взгляд на стоящего с разинутым ртом лидера.

– Ну не, – тут же категорично помахал указательным пальцем Эрик. – На меня даже не смотри, я не собираюсь бухаться перед тобой на колени.

Я усмехнулась. Хотела бы я на это посмотреть.

– Раээ, прошу вас, вставайте, не стоит этих церемоний, – учтиво попросил Цзиньэ, наклоняясь и помогая Кай У подняться на ноги.

– Н-да. Все нормальные люди подбирают щенят, а ты умудрилась подобрать какого-то светящегося типа, смахивающего на оленя, – склоняясь ко мне, насмешливо шепнул Эрик.

– Цилиня! – так же тихо процедила я, наблюдая, с каким благоговением на Цзиньэ смотрят Кай У и Юань Фэнь.

– Цилиня, – скривившись, повторил Эрик и хмыкнул, сложив руки на груди. – Если б я ещё знал, кто это такой.

– Это один из благородных зверей, приносит людям благословение и процветание, – начала просвещать я лидера, пока Цзиньэ обменивался любезностями с господином Кай У. – Он что-то вроде химеры, с головой дракона и телом лошади, плюс хвост как у быка...

Я умолкла, заметив, как Эрик скептически вздёрнул бровь, казалось, он готов был покрутить пальцем у виска. Но только уныло выдохнул, потерев ямочку на подбородке.

– Класс. Боюсь, после такого нам уже ни один психотерапевт не поможет.

– Мне уж точно, – согласилась я, и мы понимающе переглянулись, улыбнувшись друг другу.

– А что с Чжун Хао? Как он? – с замиранием сердца спросила я, боясь самого худшего, раз он не пришёл с ними.

Улыбка вмиг исчезла с лица лидера, и он, поджав губы, опустил взгляд. Только не это... Внутри всё ухнуло, сердце болью отдалось в груди. Я взволнованно перевела взгляд на мужчин, но и они, замолчав, потупили взгляды в землю.

– Прошу, только не говорите, что Чжун Хао у...

– Нет, что вы барышня Сония, благо Небесам, Чжун Хао жив, хоть и в тяжёлом состоянии, – поспешил заверить Юань Фэнь. – Будьте уверены, лекарь Ши сделает всё возможное, чтобы исцелить сюнди.

– Ох, ну слава богу, – выдохнула я, с облегчением хватаясь за сердце, – значит, скоро он сможет к нам присоединиться?

– Боюсь, нет, – прискорбно покачал головой Кай У, – его золотое ядро было повреждено и есть вероятность, что он не сможет продолжить своё совершенствование. Но в любом случае ему понадобится время на восстановление. Главное, благодаря Мэйхуа Чжун Хао остался жив.

– Мэйхуа? Она в порядке? – спросила, но, глянув на подавленные лица товарищей и даже грустное лицо Эрика, поняла, что нет.

– Мэйхуа отдала последние силы, поддерживая источником духа жизнь в Чжун Хао, пока мы его не нашли и не отнесли к лекарю, – тяжело вздохнув, господин Кай У накрыл ладонью правый кулак и, подняв руки, с почтением поклонился. – Нам лишь остаётся надеяться на милость Небес, пусть они даруют её духу в следующей жизни лучшую судьбу.

Я скорбно вздохнула, прикрывая глаза и успокаивая сердце. Облегчение сменилось новой горечью и ещё большим переживанием за Чжун Хао. Сможет ли он справиться с такой потерей? Не только Мэйхуа, но и возможностью развивать свои духовные силы? Для заклинателей это же хуже смерти.

– Уверен, за её заслуги цветочного духа ждёт счастливая жизнь, – скромно улыбнулся Цзиньэ, засияв рогами подобно свету надежды. – И, быть может, вы однажды снова встретитесь с ней.

Стоило Цзиньэ заговорить, как господин Кай У и Юань Фэнь чуть снова не рухнули на колени. Мда, если они продолжат в том же духе, наше путешествие растянется ещё на дольше.

– Не хочу торопить, но, может уже отправимся в Люуе? – переминаясь с ноги на ногу, неуверенно предложила я. – Не терпится проведать Чжун Хао...

– Нет! – холодно отрезал Кай У, я аж подпрыгнула, он так внезапно повысил голос, а в глазах сверкнула сталь.

Чего это с ним?

Юань Фэнь кашлянул и неодобрительно взглянул на друга, отчего господин Кай У стушевавшись, более спокойно пояснил:

– В Люуе мы не вернёмся, первым делом отправимся до ближайшего уезда Юэ, а оттуда на повозке до провинции Бэйсинь. Генерал своим нападением и так спутал нам все планы, да и поиски барышни Сонии заняли несколько дней, – тут Кай У с восхищением взглянул на Цзиньэ и почтительней добавил: – Но теперь вижу, пути Небес неисповедимы, на место горечи и потерям снисходит великое благословение.

– Вот заладил, – хмыкнул Эрик, закатывая глаза. – Только меня от этих восхвалений уже начинает передёргивать?

– Ещё немного и нас будет двое, – с улыбкой похлопала его по плечу, в душе радуясь, что не одна такая, кто не видит в цилине чего-то прям божественного. Да и, судя по снисходительной улыбке, с которой Цзиньэ смотрит на господина Кай У, для него эти почести тоже излишни.

– До уезда мы сегодня не доберёмся, надо искать место для ночлега, – взглянув на небо заключил Юань Фэнь, и взмахнул рукой призывая меч, который до сих пор торчал в дереве.

Серебряная сталь сверкнула в лучах солнца, и меч стрелой влетел в ладонь Юань Фэня. Сделав шаг, Цзиньэ с интересом взглянул на клинок, проведя пальцами по жёлтой прядке у лица.

– Прекрасный цзянь, в руках мастера спасёт немало жизней, – учтиво заметил цилинь и белоснежное сияние его рогов бликами отразилось на лезвии.

Юань Фэнь лишь благодарно склонил голову, и меч исчез у него из рук.

– Цзиньэ! Так ты знал, что мои друзья идут, и поэтому так спокойно разговаривал с яо? Даже предостеречь его хотел, – воскликнула я от посетившего озарения, тут же столкнувшись с обалдевшими взглядами господина Кай У и Юань Фэня. Словно я проявила величайшее кощунство, обратившись к цилиню по имени.

Я натянуто улыбнулась и сделав вид, что меня вдруг заинтересовали шелестящие стеблями бамбука, отвела от мужчин взгляд. Кажется, мне теперь не дадут так неформально обращаться к Цзиньэ.

– Именно так, энаа, – не торопясь ответил цилинь, с улыбкой понаблюдав за нашими гляделками. – Но я лишь уловил духовную ауру заклинателей...

– Энаа? Ты когда успела имя сменить? – встрял в разговор Эрик, недоуменно вскинув бровь и перебив Цзиньэ.

Я покосилась на него красноречивым взглядом: «Ты серьёзно, это спрашиваешь?». Но прежде чем успела ответить, вмешался господин Кай У.

– Юному господину Эрику не мешало бы научиться проявлять большее уважение к достопочтенному Цзиньэ и впредь не перебивать его, – сделал он снисходительное замечание, гипнотизируя лидера строгим взглядом.

– Не могу этого гарантировать, но, раз мы заговорили о невежливости, то позвольте ещё один вопросик, – с наигранной вежливостью обратился он к Цзиньэ, который, спрятав руки за спину, с интересом смотрел на Эрика. – Если ты запоёшь, твои волосы, как и рога, засветятся и начнут исцелять?

Я прыснула, прикрывая улыбку рукавом платья. Боже, Эрик, этого я от тебя точно не ожидала.

Юань Фэнь с Кай У напротив застыли с разинутыми ртами, а в лесу будто все звуки отключили, такая гробовая тишина повисла. Эрик с Цзиньэ с вызовом неотрывно смотрели в глаза друг другу. Как там говорят в подобные моменты? Искра, буря, безумие. Очень было похоже...

– Раээ, что за глупости? Во всех Трех Мирах нет никого, кто мог бы исцелять волосами. Но, если ты знаешь такое создание, прошу, просвети меня, – с самой очаровательной улыбкой поставил его на место Цзиньэ.

– Как только, так сразу, – в тон цилиню ответил Эрик, скривив губы в подобии улыбки.

Господин Кай У, побледнев, кинулся к цилиню с извинениями, а вот Юань Фэнь хоть и выглядел озадаченным, но по лёгкой улыбке было видно, что его это позабавило. А я, глянув на кислую мину лидера, и сама не удержалась от подколки:

– Да, Эрик, что за глупости? Но теперь я хоть знаю твой любимый мультик «Рапунцель», – и рассмеялась, не в силах больше сдерживаться.

– А твой, судя по всему «Белоснежка и семь гномов», – усмехнулся лидер, небрежно кивая в сторону господина Кай У, Юань Фэня и Цзиньэ.

– Похоже на то, – успокаиваясь, призналась в очевидном. – Чур, ты будешь Ворчуном!

– Фигушки, – хмыкнул Эрик и, вдруг приблизившись, склонился к моему уху. Растерявшись на миг, я замерла, а он томно шепнул, щекотнув кожу тёплым дыханием. – В этой истории у меня только одна роль... – лидер сделал волнующую паузу и улыбнулся, – твоего начальника. Или ты уже забыла, что мой менеджер?

– Да ты... – опешив, разозлилась я, чувствуя, как щёки предательски горят, а фантазии уже такое напридумывали. – Моська вот ты кто, а не начальник!

И, оттолкнув насмехающегося лидера, двинулась в рощу. Вот же шутник, а я по нему ещё скучала.

– Ты куда побежала? – бросил мне вдогонку Эрик.

– Не знаю. Куда ноги унесут, – огрызнулась я, услышав за спиной смешок.

– Барышня Сония, вы не в ту сторону идёте, – снова окликнули меня, но в этот раз спокойный голос господина Юань Фэня.

– А мы разве не вернёмся на постоялый двор Гайцянь? – растерянно спросила, махнув рукой в сторону города. – Там будет безопасней переночевать.

– Уже нет, – покачал головой Юань Фэнь, а в глазах мелькнул сдерживаемый гнев. – Люди генерала Лак Лонга ищут нас, если вернёмся, подвергнем опасности жизни людей.

– Оу... точно, – мрачно кивнула я, вспоминая нашего наёмника. Уверена, он уже давно высвободился и рыщет в лесу.

– Да и хозяин у той гостиницы доставучий тип, – недовольно вставил свои пять копеек Эрик, покручивая в руках зеленый листик. – Всё пытался нам втюхать за баснословную цену какой-то портрет принца из царства Зверей.

Стоило Эрику это сказать, как шесть пар глаз тут же обратились на Цзиньэ. Задумчиво разглаживая ниспадающий рукав, он не сразу обратил на это внимание, а подняв взгляд, растерянно улыбнулся, чуть попятившись.

– Теперь ясно, что за принц там изображён, – усмехнулся лидер, потерев ямочку на подбородке, и кинул на меня догадливый взгляд. – Твоя работа?

Теперь уже я замялась под столькими взглядами. Особенно пристально и с мягкой улыбкой на губах на меня смотрел господин Юань Фэнь.

– У нас с Цзи... – прикусив язык, я мельком глянула на господина Кай У и поспешила исправиться. – С почтенным Цзиньэ не было с собой таэлей, пришлось использовать свои навыки.

– Талант к искусству у энаа столь же нежен и изящен, как раскрывающийся пион в сиянии утренней росы, – приятно польстил цилинь, одарив меня сияющей улыбкой. – Уверен, портрет принесёт процветание тому раээ.

– Ой, Цзиньэ, ты меня засмущал, – робко отмахнулась я, прикладывая руки к щекам.

У господина Кай У дёрнулась бровь. Поджав губы, он украдкой посмотрел на Юань Фэня. Улыбка сошла с его красивого лица, переведя взгляд на цилиня, он нахмурился.

– Смотрю, вы стали довольно близки, – с полувопросительной интонацией отметил Эрик и, вытянув губы, многозначительно глянул на меня.

Я захлопала ресницами, всем видом изображая непонимание.

– Встреча с энаа дарована мне самой судьбой, – добил Цзиньэ, заговорщически подмигнув мне.

Эрик с Юань Фэнем одновременно поперхнулись и закашляли. Господин Кай У, склонив голову набок, с любопытством постучал пальцем по подбородку. А я, оказавшись между чарующим взглядом тёмно-бирюзовых глаз и испытующим взглядом зелёных глаз, как-то сразу захотела испариться.

– Достопочтенный Цзиньэ, не могли бы вы пояснить ваши слова? – отвлек на себя внимание господин Кай У, и я смогла, наконец, перевести дыхание. – А также, не почтите за грубость, но есть ли причина вашего появления в мире смертных?

– Уважаемый раээ, я с радостью отвечу на ваши вопросы, однако вы, должно быть устали с дороги, – снисходительно заметил Цзиньэ, осветив белоснежным светом от рогов их утомленные лица. – Полагаю, лучше сначала подыскать место для ночлега.

– Вы правы, нам не стоит долго тут задерживаться, – покладисто согласился Кай У и, похлопав Юань Фэня по плечу, отчего тот слегка поморщился, снова прикладывая руку к правому боку, распорядился: – Веди, ты лучше всех знаешь эти места.

Не отвечая, Юань Фэнь уверенно пошёл вперёд, остальные последовали за ним.

– Ты смотри, какой заботливый, – хмыкнул Эрик, поправляя на плече сумку.

– Что есть, то есть, – улыбнулась я, провожая взглядом светлую спину цилиня и уже было пошла за ними, как лидер остановил, схватив за рукав.

Я обернулась, приподняв в немом вопросе бровь.

– Неужто ты в него влюбилась? – наигранно округлив глаза, Эрик приложил руку к сердцу, изображая потрясение.

Меня как обухом по голове ударили.

– Ты что несёшь? – процедила я, смерив его раздражённым взглядом. Нет, ну я просто в шоке!

– Хочешь сказать, это не так? – с усмешкой вздёрнул бровь лидер. – Что ж ты тогда так взволновалась от его слащавой похвалы, аж лицо пунцовым стало? Я уже раздумывал не сбегать ли за водой, чтобы потушить твой внутренний пожар.

– А ты не ревнуешь случаем? – едко парировала, уперев руки в бока и с трудом сохраняя невозмутимость.

– Ха, я ревную? – небрежно рассмеялся лидер и, самоуверенно вздёрнув подбородком, провёл рукой по волосам. – Кто из нас и должен ревновать, так это ты.

– Да что ты говоришь? – фыркнула я. – И к чему же это? К этим двум сумкам, которыми ты обвешался?

– Между прочим, одна из них твоя, я еле успел вытащить её из догорающих покоев, – уязвленно отозвался он. – Как и твой шест, хоть он мне и с трудом давался подняться.

Его слова сбили с меня всю язвительность. Лишившись на мгновение дара речи, я не сводила с него удивленного взгляда.

Вот бывает же, Эрик иногда таким милым.

Нежно улыбнувшись, я, сама того не осознавая, резко потянулась к его лицу и потрепала за щеки.

– Спасибо, что думал обо мне, – вымолвила я, а лидер, кажется, обомлев от такой наглости, завис с приоткрытым ртом. Смутившись, я быстро опустила руки, выдавив: – Пожалуй, нам стоит догнать ребят.

И, не дожидаясь его реакции, рванула за Юань Фэнем, мысленно ударяя себя по лбу. Ё-моё! Вот и что это сейчас было? На кой фиг я его за щёки схватила? Поди ещё счёт предъявит, если на его прекрасном лице прыщики выскочат.

Солнце уже клонилось к закату, и прохладный ветерок лаская кожу, приносил облегчение от дневной жары. Приглушенно ступая по мягкой земле, мы, следуя за Юань Фэнем, продвигались всё глубже в лес. Бамбуковые стебли, словно стены, возвышались вокруг нас, создавая ощущение уединения и безопасности. Всё это время Эрик плелся рядом, не говоря ни слова, чем меня не только немного удивил, но и заставил понервничать. Впереди господин Кай У вполголоса о чём-то расспрашивал Цзиньэ, мельком кидая взгляд вниз, на вырастающие от его шагов цветочки. Когда Эрик впервые увидел их, он в очередной раз усмехнулся, пробурчав под нос что-то про «полный набор». Попыталась переспросить, но лидер со смешком отмахнулся от меня, и дальше мы шли молча.

Еле переставляя ноги и утихомиривая голодное урчание в животе, я неуверенно поглядывала на широкую спину Юань Фэня. Шест он мне так и не отдал, продолжая нести, а я больше не могла делать вид, что не вижу его.

– Господин Юань Фэнь, я вас так и не поблагодарила за то, что вы принесли мой шест, – проронила я, незаметно поравнявшись с ним.

Запнувшись о камень, Юань Фэнь растерянно взглянул на меня.

– Ох, совсем про него забыл, – он украдкой бросил взгляд за плечо, где виднелась белая резная ручка. – Если барышня желает, я могу сейчас же отдать его?

– Эм... если не затруднит, пусть он у вас ещё немного повисит, – неловко попросила я, сцепляя пальцы в замок. – Вы так хорошо вместе смотритесь.

Господин Юань Фэнь снова споткнулся о выступивший корень, но в этот раз, видно, не решился оборачиваться, лишь тихо произнес:

– Как скажите, – а кончики его ушей предательски запылали алым, вызывая у меня улыбку. Но, не желая более смущать мужчину, я прикрыла её за почёсыванием носа.

– Представляешь, оказывается, чтобы я мог так же спокойно таскать твой шест, нужно иметь совершенствование хотя бы до сферы Боевого духа, – откуда ни возьмись недовольно заявил Эрик, заставив меня вздрогнуть от неожиданности.

– Ты подслушивал нас? – укоризненно глянула на лидера, прищурив глаза, а потом обернулась, вдруг господин Кай У или Цзиньэ тоже успели бесшумно подойти.

Но нет, идут чуть позади и щебечут о чём-то своём, прям как парочка.

– Нет, птичек считал, – фыркнул лидер и с умным видом указал рукой куда-то вверх, – а вон и десятая.

– Хватит ёрничать, – шикнула я на него, легонько хлопая по вытянутой руке, чем вызвала одобряющую улыбку господина Юань Фэня. – Так получается, только те, у кого есть духовные силы, могут с лёгкостью держать мой шест и использовать твои веера?

– Вы правильно поняли, барышня Сония, – опередив на мгновение Эрика, подтвердил Юань Фэнь. – Всё же это не обычное оружие, в каждом из них сокрыта частичка души предыдущего владельца. Он и выбирает того, кому готов служить.

Обдумывая услышанное, я, постукивая пальцем по губам, скосила взгляд на лидера. Будто прочитав мои мысли, Эрик, дёрнув плечами, развёл руки в стороны.

– Тогда почему они выбрали нас с Эриком? – обратилась уже к Юань Фэню, – ведь мы не обладаем духовными силами. По идее, я даже шест поднять не смогла бы, не то что драться им.

– Боюсь, я не в силах ответить на этот вопрос, – отвёл взгляд Юань Фэнь, потерев шею. – Честно говоря, для нас с Кай У это тоже загадка, мы были очень удивлены, когда мастер Хоу прислал известие, что вы прошли второе испытание.

Его ответ заставил меня на миг оторопеть, раскрыв рот. Это что ещё за новости?

– Во-во, я так же выглядел, когда они мне это сказали, – хмыкнул Эрик, метнув в Юань Фэня обвиняющий взгляд. – Оказывается, этот мастер не только вещи выдавал, но и за нами шпионил, докладывая обо всём.

– Сюнди, сколько раз повторять, мастер Хоу не шпионил за вами, – обернувшись, Юань Фэнь хмуро взглянул на лидера. – Как старого друга, мы лишь попросили его о небольшой услуге, приглядеть за вами. Но что-то пошло не так, и мастер после известия о том, что вас приняли в Шансян, нам больше ничего не присылал. Иначе как объяснить, что ни я, ни Чжун Хао не знали про вашего знакомого цзянши? – на последних словах Юань Фэнь понизил голос, бросив взгляд нам за спину на господина Кай У и Цзиньэ.

Мы с Эриком на мгновение переглянулись, понимая, что с этим не поспоришь, но осадочек всё же остался.

– Ладно, что было, то было, – примирительно заметила я. – Но вопрос остаётся открытым. Почему духовное оружие выбрало нас?

– Есть древнее писание, хотя не уверен насколько оно правдиво, – с сомнением поделился Юань Фэнь, направляясь к просвету между зарослями бамбука. – В нём говорится, что дух меча может выбирать нового хозяина не только, основываясь на его уровне духовной силы, но и по чертам характера. Возможно... – замолчав, Юань Фэнь окинул нас пристальным взглядом, – в вас есть качества, схожие с прежним хозяином духовного оружия.

– Сто процентов, это моя неотразимость, – тут же самодовольно заявил Эрик, доставая из длинного рукава боевые веера и красуясь ими.

– Ну-ну, – скептически протянула я, а господин Юань Фэнь в замешательстве приподняв бровь, деликатно промолчал.

Ёшки-матрёшки. Как же всё непросто с этим духовным оружием! Впредь, надо повежливее к нему относиться и не бросать в неприглядных местах. А то вдруг ещё обидится... Так стоп. А они могут обижаться? У них вообще есть чувства?

– Юань Фэнь, думаю, остановимся тут, – скомандовал господин Кай У, когда мы ступили на песчаный берег у тихо журчащей реки. – Вы с молодым господином Эриком соберите хворост, а я пока развешу фулы для защиты от мелких яо.

– В этом лесу есть ещё яо? – напряглась я, мельком оглядываясь по сторонам и делая шаг к Юань Фэню.

– Не стоит понапрасну волноваться, на десять ли я не ощущаю никаких яо, – снисходительно улыбнулся Кай У, опуская набитую свитками сумку на землю. – Но всё же защита не повредит. Нам всем нужно хорошо выспаться, утром предстоит долгий путь.

И пока Эрик с Юань Фэнем собирали хворост, а господин Кай У, бормоча заклинания, развешивал на деревьях жёлтые талисманы, мы с Цзиньэ, не зная, чем заняться, присели на старое бревно, наслаждаясь изумительным видом.

Солнце, медленно погружаясь за горизонт, окрасило небо в оттенки алого шёлка. Его лучи, словно золотые нити, пронизывали лениво плывущие облака, делая их похожими на сияющую сахарную вату. Река, подобно дракону, извивалась, отражая огненные блики небес. А над водой, словно танцующие феи, порхали птицы, их легкое и игривое чириканье напоминало нежную мелодию цитры.

Так и тянет крикнуть: «Остановись мгновенье, ты прекрасно».

Не, красивыми закатами я и раньше любовалась, но в этом было что-то особенное, такого умиротворения и покоя, я давно не испытывала.

– Энаа, ты уснула? – Цзиньэ легонько коснулся моего плеча, стоило на минуту прикрыть глаза.

– Я медитирую, – тихо ответила и улыбнулась, встретившись с теплым взглядом цилиня. – О чём вы разговаривали с господином Кай У? Попросил его о помощи в поиске брата?

– Не смог, – покачал головой Цзиньэ, сверкнув рогами и уводя взгляд на реку. – Раээ очень интересовался царством Цинъюнь, а потом спрашивал о каких-то осколках меча и не слышал ли я какие-нибудь слухи о пробуждении заточенного в темнице Вечного Льда Костяных Оков яо. Признаться, я был немного в растерянности от его вопросов.

– Понимаю, – вздохнула я, кинув быстрый взгляд на господина Кай У. – Его очень сильно заботит выполнение одной важной миссии, и ни о чём другом он пока не может думать.

– Миссии? – сорвав нежно-розовый цветочек у своих ног, Цзиньэ с любопытством взглянул на меня.

– Ну э... – застопорилась я, не зная, могу ли говорить ему. – Думаю, будет лучше если господин Кай У сам тебе о ней расскажет.

– Что, от дел отлыниваете, пока мы тут пыхтим, таская ветки? – бросил с легким упрёком Эрик, прерывая наш разговор и отряхнув руки, подошёл ближе.

– Конечно, надо же кому-то за вас отдыхать, – широко улыбнулась я, поднимая на него взгляд. Но лидер уже завороженно смотрел на мерцающую гладь реки.

– Красота, так и манит к себе, – выдохнул он и кинул лукавый взгляд на цилиня. – Эй, Цзиньэ, как насчёт искупаться?

– Раээ...

– Тц... – вдруг приложил палец к губам лидер и покачав головой, произнёс по слогам: – Э-р-и-к. Избавь меня от этих раээ, нээ и уж тем более никаких Айликэ.

– Последнее, это его больная тема, – заговорщицки шепнула я цилиню, получив от Эрика колкий взгляд.

– Постараюсь запомнить, – кивнул Цзиньэ, одарив лидера самой обворожительной улыбкой, отчего Эрик, кажется, даже стушевался, поспешив отвести взгляд. – Дело в том, что мы, цилини, не особо любим окунаться в воду, предпочитаем ходить по ней.

– Ты кто, Иисус? – выпалил Эрик, уставившись на него не моргая.

Поперхнувшись, я аж съехала с бревна. А бедный Цзиньэ непонимающе забегал по нам глазами.

– Кто? – неуверенно переспросил он, отбрасывая с глаз светлую прядь, но ветер тут же вернул её обратно.

– Проехали, – в прострации отмахнулся лидер и кивнул на реку. – Лучше пройдись, хочу на это посмотреть.

– С превеликим удовольствием, но, увы, сейчас не могу, – обломал нас Цзиньэ, разведя руками. – Для этого надо принять истинный звериный облик, но я ещё не достиг своего пятисотлетнего совершеннолетия.

– Чего? – подвис Эрик, как принтер, оставшийся без краски, в данном случае без дара речи. – И сколько тебе? – пересохшим голосом выдавил он.

– Четыреста девяносто девять, – приосанился Цзиньэ.

– Пф, всего-то? – фыркнул Эрик, усиленно сохраняя на лице невозмутимость, а у самого глаз задёргался.

Сидя на песке и с трудом сдерживаясь, чтобы не расхохотаться в голос, я закусила костяшку пальца. Да уж, такого Эрика я ещё не видела. Хотя после всего он к такому уже привыкнуть должен был бы.

– Для твоего же блага лучше не спрашивай, сколько лет они живут, – сразу предостерегла я лидера, стоило ему перевести на меня взгляд.

– Н-да... пойду-ка я водички глотну, что-то мне поплохело, – бледным голосом отозвался Эрик и, обмахивая лицо рукавом, поплёлся к костру.

Оказывается, пока Цзиньэ тут над лидером измывался, господин Юань Фэнь с Кай У не только успели костёр разжечь, но и наловить свежей рыбы. Мы с цилинем, перестав посмеиваться над Эриком, тоже направились к огню.

– Достопочтенный Цзиньэ, к сожалению, нам нечем вас угостить, а рыбу, как я знаю, вы не едите, – склонил голову господин Кай У, завидев цилиня.

– Не беспокойтесь, раээ, я не особо нуждаюсь в пище, – с доброй улыбкой отозвался Цзиньэ, изящно опускаясь на песок и с интересом смотря на костёр.

– Барышня Сония, вот возьмите, поешьте, пока не остыло, – Юань Фэнь заботливо протянул мне веточку с нанизанной на неё жареной рыбой.

– О, благодарю, – обрадовалась я, аккуратно принимая её из его рук и отщипнула кусочек, игнорируя косой взгляд Эрика.

Честно говоря, на вкус так себе, без соли и специй рыба получилась пресной и безвкусной. Но это нисколько не помешало животу довольно заурчать на всю округу, вызывая улыбки на лицах мужчин.

– Ну рассказывай, где ты раздобыла старичка Цзиньэ? – пробуя рыбу, непринужденно завёл разговор Эрик.

Подавившись, господин Кай У в очередной раз с упрёком взглянул на лидера, посетовав:

– Никаких манер.

На что Эрик послал ему одну из своих нахальных улыбочек и обратил свой взор на меня, как и Юань Фэнь. Даже Цзиньэ заинтересованно склонил голову, поэтому, глубоко вздохнув, я опустила ветку с рыбой и начала рассказ.

– В общем, убегала я по лесу от доставучего наёмника...

***

[1] Тимоти Шаламе – молодой американский актёр известный по главной роли в фильме «Дюна» 2021 года.

Глава 9

Западный склон горы Фэнху, река Тяньчи

– Так вот почему зеркало Цяньчжэнь не могло найти тебя два дня! – Щёлкнул пальцами в воздухе Эрик, когда я рассказала про скрытое царство цилиней. – Я уже, честно говоря, начал думать, что тот наёмник тебя... – лидер слегка замялся и провёл рукой по шее. – Ну вы поняли.

Громкий хруст, эхом разлетевшийся по округе, заставил нас всех вздрогнуть и уставиться на господина Юань Фэня. Сверля костёр гневным взглядом, он разломил пополам одну из веток, что крутил в руках. Кай У пришлось кашлянуть в кулак, чтобы привлечь его внимание. Подняв взгляд, Юань Фэнь на миг растерялся, увидев наши вопросительные взгляды.

– Ветка гнилая попалась, – выдавил он, поспешно бросая половинки в огонь, что жадно поглотил их, брызнув искрами.

Но после слов Эрика мне было не до его странностей.

– Подожди, как это, два дня? – вернулась я к разговору, услышав облегчённый вздох господина Юань Фэня. – Я же только переночевала в Цинъюне, а на рассвете нас вывели оттуда.

– Энаа, в Цинъюне, как и в других царствах, насколько я знаю, время течёт по-другому, нежели в мире смертных, – снисходительно пояснил Цзиньэ, осветив наш маленький кружок белоснежным сиянием.

– Значит, мне ещё повезло, что я там только ночевала, а не осталась на неделю? – хмыкнула я. Вот так дела. – А то вы, поди, меня точно искать перестали бы.

Я окинула поочередно мужчин, включая Эрика, испытующим взглядом.

– Признаться, мы и так были немного в сомнениях, – в голосе господина Кай У проскользнули нотки сожаления, он смотрел куда угодно, но только не мне в глаза. – Упасть с такого утёса в реку и выжить, особенно без духовных сил, да ещё и барышне, у нас это маловероятно. Но юный господин Эрик был довольно настойчив и уверял, что скорее река пересохнет, чем барышня Сония в ней утонет.

– Вот как? – выдохнула я, приятно удивлённая тем, как сильно лидер верил в мои выживательные силы, и с благодарностью взглянула на него. – Похоже, я теперь твоя должница.

– Ну, если подумать, ты первая меня спасла, – нехотя признался Эрик, отводя мрачный взгляд и подбрасывая веточки в костёр. – Да и я не хотел снова остаться без менеджера. Кто мне тогда готовить и стирать в дороге будет?

Ах, он!

– Эрик... – сладко протянула я, грозно склоняясь к нему. – Губёшки-то закатай, а ещё лучше, найди для этих целей кого-то другого.

– Кого? Вряд ли господин Юань Фэнь на это согласится, – ухмыльнулся лидер, кивнув в его сторону. От такой наглости у Юань Фэня только глаза округлились, и он, шумно выдохнув, потянулся к тыквенной бутылке.

– Жену! Вот кого, – заступилась я за мужчину, пихнув лидера между рёбер.

– Зачем? Когда ты есть, – игриво подмигнул мне Эрик, а господин Юань Фэнь, как раз делавший глоток из бутылки, подавился и выплюнул воду, обрызгав сидящего рядом Цзиньэ.

Эрик поперхнулся смешком, у господина Кай У опустилась челюсть, а сам цилинь невинно хлопал глазами, видно, гадая, с чего ему выпала такая честь.

– Приношу свои извинения, достопочтенный Цзиньэ, не хотел на вас плевать, – растерянно выпалил Юань Фэнь и уже было собрался рухнуть на колени, но мы и так сидели на земле, поэтому он лишь вытянул сложенные ладони и низко склонил голову.

– Цзиньэ, считай это обрядом посвящения, – Эрик утешающе похлопал зависшего цилиня по плечу. – Я сам через это проходил.

Не поднимая головы, Юань Фэнь исподлобья метнул в лидера убийственный взгляд, на что Эрик ответил насмешливой улыбочкой.

– После общения с энаа я понял, что у вас, смертных, довольно много необычных ритуалов, – благосклонно заметил Цзиньэ, принимая из рук господина Кай У шёлковый платок и вытирая лицо. – Понадобится время, привыкнуть к ним.

– Ха, это ещё пустяки! Но как надолго ты планируешь тут задержаться? – панибратски обратился к нему Эрик, а у господина Кай У чуть дым из ушей не пошёл, лицо покраснело, ноздри затрепетали.

Неловко поглядывая на господина Юань Фэня, который сконфуженно вернулся к жарке рыбы, я, видя, что Кай У еле сдерживается, чтобы не накинуться на лидера, протянула ему тыквенную бутылку.

– Выпейте воды, господин Кай У, а то вы так вспыхнете ярче костра.

Дёрнувшись, будто я ему не воду предложила, а ядовитую змею, Кай У удивленно взглянул на меня.

– О чём вы, барышня Сония?

– Ничего такого, – натянуто улыбнулась я, – вы просто будто горите. Разве не от злости?

– Горю? – господин Кай У на мгновение подвис, а затем медленно опустил глаза на свои руки, от них исходило еле заметное красноватое сияние.

– Сюнди, мои поздравления! – радостно воскликнул Юань Фэнь, видно, сообразив быстрее, чем Кай У. – Спустя долгое время ты наконец поднялся на сферу Чунсяоцзин.

Неверующими глазами взглянув на друга, господин Кай У вскочил на ноги и отошёл на несколько шагов. Прикрыв глаза, он сделал глубокий вдох, и земля вспыхнула кроваво-красным ореолом, подобно пылающему цветку ликориса.

– Вау... – только и смогла вымолвить я, поражённо смотря на него. С такими же лицами смотрели и Эрик с Цзиньэ.

Под ногами Кай У из центра шестилепесткового цветка с духовными рунами, словно миниатюрные звёзды, закружили алые частички. Поднимаясь по спирали вокруг тела, они, создавая завораживающий вихрь, устремились к ночному небу. Чёрное одеяние со светлыми витиеватыми узорами трепетало от мощных потоков ци.

Неподвижно стоя в этом сиянии, что озарило ночь, господин Кай У выглядел устрашающим, но и воодушевленным, будто он обрёл невиданную силу и готов сразиться с любым врагом, посмевшим встать на его пути.

– Какая мощная духовная аура, – восхитился Цзиньэ. – Я однажды слышал от старейшины Бао Ю, что заклинатели, совершенствуясь, обретают подобные ауры, но и подумать не мог, что мне выпадет возможность увидеть это воочию.

– Да неплохо, – хмыкнул Эрик и скучающе скрестил руки на груди. – Но побывал бы ты на моём с группой выступлении, увидел бы спецэффекты и покруче.

– Выступлении? Спец..фэкты? – вскинув бровь, с запинкой переспросил Цзиньэ, уставившись на лидера.

– А, не заморачивайся, – лёгкая грусть мелькнула на его лице, поджав губы, Эрик отмахнулся. – Всё равно не поймёшь.

Тёплая улыбка сошла с губ цилиня, он перевёл на меня непонимающий взгляд.

– До того, как мы попал... приехали сюда, Эрик был довольно известным певцом. Он сочинял песни и исполнял их, выступая на сцене перед людьми, – попыталась я сгладить неловкий разговор, бросая на лидера упрекающий взгляд.

Я понимаю, он скучает по той жизни, но зачем говорить, если не собирался объяснять?

– Во время празднования Тяньхэ[1] мы, цилини, тоже собираемся вокруг Великого древа и воспеваем священные мелодии, возносящиеся к Небесному Царству, – воодушевленно поделился с нами Цзиньэ, пока Кай У был поглощён своей духовной аурой. – Но мне ещё не приходилось слышать, как поют смертные. Раэ... Эрикэ, могу ли я просить спеть мне однажды? – с горящим надеждой и любопытством взглядом цилинь заглянул лидеру в глаза.

– Я тебе не mp3-плеер, за просто так не пою, – распустил павлиний хвост Эрик и, прикрыв глаза от слепящего света рогов, ткнул Цзиньэ пальцем в лоб, отодвигая от себя.

Возведя глаза к звёздам, я шумно выдохнула, покачав головой. Эрик, как всегда, в своём репертуаре. А Цзиньэ только рот открыл спросить, но его отвлёк вернувшийся на место господин Юань Фэнь.

– Похоже, генерал Лак Лонг своими действиями сам того не ведая оказал тебе услугу, – довольно заметил он, не обратив внимания на то, как мы сразу умолкли. – Теперь и мне нужно приложить больше усилий и не отставать.

– За тебя я даже не переживаю, – по-доброму улыбнулся Кай У. – Твоё совершенствование так же стремительно, как летящая стрела, выпущенная из лука. Когда снова встретимся с генералом, напомни мне хорошенько отблагодарить его.

– Сюнди, мои мечи с превеликим удовольствием помогут тебе в этом, – Юань Фэнь положил руку на плечо Кай У, и они приятельски взглянули друг на друга.

– Ага, только вот когда генерал подчинит вас себе, чур не гоняйтесь за нами и не просите вас спасать, – хмыкнул Эрик, вмешиваясь в их гляделки.

Кай У с Юань Фэнем одновременно зыркнули на лидера, и костёр вдруг вспыхнул, треща и плюясь в стороны искрами.

– Ладно, намёк понятен, – примирительно вскинул руки Эрик и растянул губы в широкой улыбке. – Но потом не говорите, что я не предупреждал.

– Да, а ещё, господин Кай У, примите наши поздравления, – выпалила я, решив сменить тему от греха подальше. – Надеюсь, вы как можно скорее прорвётесь на сферу Мистического чего-то там. И ваше совершенствование благополучно минует застревание в узком месте.

– Да будет так, – учтиво улыбнулся Кай У, отсалютовав тыквенной бутылкой и делая глоток. – Но всё же это не сравнится с той великой честью, коей была удостоена барышня Сония, побывав в священном царстве Цилиней. Думается мне, сами небожители благоволят нам на нашем пути.

– Я бы поспорил, – скептически фыркнул Эрик, – с таким же успехом они благоволят и этому пернатому генералу, раз его сподручный тоже там оказался.

На это ни господину Кай У, ни Юань Фэню ответить было нечего.

– Достопочтенный Цзиньэ, можем ли мы теперь узнать о причине вашего появления? Возможно, вы должны доставить послание о рождении благословенного Небом ребенка, что дарует нашей империи, процветание и мирные времена? – обратился с благоговением в голосе Кай У, не сводя внимательного взгляда с цилиня.

– Боюсь, моя причина не столь благородна, – скромно улыбнулся Цзиньэ, доставая из-за пазухи одеяния кулон и сжимая его в руке. – Я здесь, чтобы найти своего брата, который пропал со времён войны Трёх Миров. И прошу уважаемых раээ помочь мне в этом поиске, ибо я впервые в мире смертных и мало что знаю о нём, – положив правую ладонь на левую, он поднёс их к светящимся рогам, склоняя голову.

Да уж, господину Кай У потребовалось много сил, чтобы сохранить самообладание и не упасть лицом в песок перед Цзиньэ.

– Мы не смеем отказать благородному цилиню в такой просьбе, – не раздумывая ни секунды, отчеканил Кай У, вскакивая на ноги и делая учтивый поклон. Юань Фэнь хоть и прибывал в раздумьях, но тоже поднялся и, вытянув сложенные ладони, поклонился. – Для нас честь служить вам.

– Вот только давайте без этих превращений в рабыню Изауру[2], – встрял Эрик, вызвав у всех на лицах смятение.

– Ты ещё Санта-Барбару[3] бы вспомнил, – прыснула я, не сдержав смешка, и неловко улыбнулась Цзиньэ, который с интересом смотрел на нас.

– Думаю, до этого тоже недалеко, – усмехнулся Эрик и пронзил Цзиньэ недовольным взглядом. – А ты вставай в очередь, мы тебе не «Жди меня», чтобы по первому зову кидаться искать твоего брата. К тому же, – лидер ворчливо указал пальцем на застывших господина Кай У и Юань Фэня. Ловя ртом воздух, как выброшенные на берег карпы, они круглыми глазами уставились на лидера. – У вас есть дела поважнее. Или вы уже забыли про расписку? Так вот, позвольте напомнить...

Эрик как ни в чём не бывало полез за пазуху светлого одеяния, но, пошарив там рукой и, видно, не найдя её, стушевался и, причмокнув губами, добавил, кивая на сумки, лежащие у дерева.

– Уверен, она где-то там лежит, но не суть, главное, вы дали обещание нам помочь, – закончив эту пламенную речь, лидер окинул всех хмурым взглядом и сделал глоток из тыквенной бутылки.

– Эрик, ты случаем не перегрелся у огня? – пребывая в шоке от него, я приложила руку к его лбу, шикнув на меня, он мотнул головой, скидывая ладонь.

– Сюнди, мы можем понять твоё опасение, но и отказать Великому цилиню не смеем. Или ты желаешь разгневать Небеса? – первым пришёл в себя Юань Фэнь, усаживаясь обратно на песок и с хрустом ломая ветки, подбросил их в костёр.

Надеюсь, он не представляет, что это шея Эрика.

– Раз он такой великий, что ж ему помощь нужна? – резонно заметил лидер, вскидывая бровь. – И раз уж вы отказать не решаетесь, это сделаю я.

Пристально глянув в глаза чутка растерянному, но с благосклонной улыбкой на лице Цзиньэ, он заявил:

– Мы отказываемся. У самих дел выше крыши, мир как-никак ваш спасать надо. Короче, без обид, и удачи в поиске брата, – и с самоуверенным видом похлопал цилиня по плечу. – А вы, господин Кай У, долго статую изображать будете? Можете уже присесть.

Поперхнувшись возмущением, Кай У припечатал Эрика суровым взглядом и вздёрнул широкими рукавами.

– Да простит почтенный Цзиньэ дерзость этого негодника, – низко склонился перед ним Кай У. – Но в одном он прав. На нас действительно возложена одна из важнейших миссий, и, боюсь, это может подвергнуть вас опасности.

– Не говоря о том, что хоть мы и заклинатели, но наши силы всё же ограничены для поиска ещё одного из благороднейших цилиней, – поддержал господина Кай У Юань Фэнь. – Уважаемый Цзиньэ, не почтите за грубость, но вы уверены, что ваш брат находится в мире смертных?

– Полной уверенности в этом нет, – потухшим голосом отозвался Цзиньэ, осветив белоснежным светом кулон с алыми камнями, что бережно держал в руках. – Но, как я говорил энаа, я обыскал уже почти все царства, кроме царства демонов и людей.

Цзиньэ мельком кинул на меня грустный взгляд, и я постаралась ободряюще ему улыбнуться. Надеюсь, реакция Эрика не сильно его задела.

– Думается мне, в царстве Демонов цилиню не выжить, их демоническая энергия отравляет и уничтожает каждого со светлыми духовными силами. И не важно, священный зверь или сам небожитель перед ними, – хмуро заметил Кай У, опускаясь на песок рядом с Юань Фэнем.

– Мой брат жив, и я хочу, как можно скорее найти его, – непреклонно заявил Цзиньэ, отбрасывая светлую прядь с глаз.

– Ха, я вот тоже хочу быстрее вернуться домой, но, как видишь, не все мечты сбываются. Я всё ещё тут, – мрачно усмехнулся Эрик и швырнул ветку в огонь.

– Так, прекращай уже, а иначе я исполню твою мечту и отправлю тебя...

– Куда? Опять в угол, что ли? – насмешливо передёрнул Эрик, играючи подёргав бровями.

Ах, так, значит. Ну ладно, сам напросился.

– Господин Юань Фэнь, господин Кай У, не могли бы вы наколдовать верёвку, нужно припадать урок одному вредному типу, – с милой улыбочкой обратилась я к мужчинам и прожгла лидера испепеляющий взглядом.

– Трясусь от страха, – безразлично хмыкнул Эрик, а сам не сводил напряженного взгляда с Кай У и Юань Фэня.

– Энаа, неужели ты собралась привязать Эрикэ к дереву, как того наёмника? – раскрыл на всю округу мой замысел Цзиньэ, а лидер, покосившись на меня, оскорбленно сощурился, вытянув губы.

– Боюсь, если мы привяжем сюнди к дереву, он соберет вокруг себя всех низших яо, – снисходительно заметил Юань Фэнь, тепло улыбнувшись мне. – Безопасней для нас будет оставить его рядом.

– Тоже, верно, – кивнула я, бросая на лидера взгляд: «повезло тебе» и получая в ответ довольную ухмылку, будто говорящую «так просто ты от меня не избавишься».

И пока мы вели молчаливый диалог, господин Кай У вернулся к главному разговору.

– Я верю, наши пути сошлись не случайно. Но прежде позвольте достопочтенный Цзиньэ рассказать о нашей миссии, и вы сами решите, согласны ли отправиться с нами и принять ту небольшую помощь, которую мы постараемся оказать.

Придвинувшись ближе, Цзиньэ стал внимательно слушать. Я же пока решила доесть рыбу, что у меня давно остыла, и тоже вполуха слушала господина Кай У, вдруг скажет то, о чём мы с Эриком не знаем.

– Барышня Сония, у вас сажа на лице, – тихо заметил Юань Фэнь, стараясь не отвлекать Кай У, и к моему шоку он, вдруг приподнявшись с места, протянул руку и кончиками пальцев нежно дотронулся до краешка губы, стирая её и глядя мне в глаза, мило улыбнулся.

Оторопело хлопая ресницами, я с трудом проглотила мякоть рыбы, вставшей комом в горле, и растерянно улыбнулась в ответ, выдавив севшим голосом:

– Благодарю.

Фух, почему так жарко стало у костра? И кто там бьёт в барабаны, я сейчас оглохну? А, это моё сердце...

Юань Фэнь, будто вспомнив, что мы тут вообще-то не одни, слегка смутился и, отведя взгляд, как ни в чём не бывало вернулся на место. А Эрик, сидя с раскрытым ртом, видно, тоже от изумления, сощурился и пронзив недобрым взглядом, направил два пальца себе в глаза, а потом перевёл их на меня. Излюбленный жест «я слежу за тобой».

Неловко сглотнув и обмахиваясь рукавом, я поспешила перевести взгляд на мерцающую в лунном свете реку. Всё хорошо, я спокойна...

– Теперь, уважаемый раээ, я понимаю, к чему были ваши вопросы, – разрядил обстановку Цзиньэ, выслушав господина Кай У. – Но, признаться, ни в Небесном царстве, ни у нас в Цинъюнь о небожителе восставшим против Его Святейшества Небесного Императора уже несколько столетий не было никаких упоминаний. Возможно ли, что ваш наставник ошибся?

– Нет, это невозможно. Шицзунь Фэн Лао никогда не ошибался, – чересчур категорично заявил Кай У. – К тому же были и другие заклинатели, кто видел первые признаки его пробуждения, но только у шифу хватило смелости признать это и начать действовать.

Задумавшись на мгновение, Цзиньэ провёл пальцами по жёлтой прядке у лица и подытожил:

– Полагаю, тогда я действительно должен пойти с вами, и, если всё подтвердится, я смогу незамедлительно сообщить об этом в Небесный дворец, чтобы приняли меры.

На том и порешили. Хотя было заметно, что господина Кай У немного напрягло предложение Цзиньэ, но он смиренно с этим согласился.

– Ну отличнинько, – хлопнул в ладоши Эрик и летающие поблизости светлячки бросились врассыпную, а костёр задымил в лицо господину Кай У и Юань Фэню. – Раз мы закончили обсуждать дела, то, Цзиньэ, позволь один вопросик, жуть как хотел его задать ещё в первую встречу.

– Только давай без глупостей, – попросила я, смерив его тяжёлым взглядом.

– Ой, успокойся, это вполне серьёзный вопрос, – вальяжно отмахнулся от меня Эрик и с широченной улыбкой развернулся к цилиню. – Ты у кого волосы осветлял?

Если б мы не сидели на песке, то точно рухнули бы. Опустив голову, я прикрыла рукой глаза. Просто нет слов... на его выкрутасы.

– Эрик... – только и смогла процедить я, пока Цзиньэ недоуменно разглядывал свои волосы, что ловили лунный свет, а Кай У с Юань Фэнем в очередной раз пытались сохранить спокойствие и не побить его.

– Что? Это серьёзный вопрос, – развёл руками лидер, не понимая моих претензий. – Согласись, за всё время пребывания тут он единственный, у кого они не чёрные. Глава Ань Цишэн не в счёт, ему по возрасту положено. Или у всех цилиней такие золотистые волосы?

– Нет... в Цинъюнь почти у всех тёмные были, – задумавшись, потёрла я висок. – Но почему тебя это волнует?

Хотя признаться, мне и самой это было интересно, но я так и не решилась спросить у Цзиньэ.

– Может, я тоже осветлиться хочу, – непринуждённо отшутился Эрик. – Меня и так все отступником зовут, так буду отступником-блондином.

– Главное, чтоб не лысым, – усмехнулась я, бросая взгляд на недовольно смотрящего на лидера господина Кай У.

– Энаа, прошу, не ругай Эрикэ за его любознательность, – благодушно попросил Цзиньэ, осветив светом от рогов моё растерянное лицо. – Он не первый, кто задаёт мне этот вопрос.

– Почтенный Цзиньэ, вы не обязаны заступаться за этого негодника, – чопорно заметил Кай У, чуть ли не молнии метая взглядом в Эрика через костёр.

– И не думал раээ, но мне понятен его интерес, – снисходительно улыбнулся он. – Я тоже в своё время спрашивал об этом у старейшины, ведь был единственным, кто за много столетий родился с такими светлыми волосами.

– И что ответил старейшина? – тихо спросила я, затаив дыхание.

– Это знак испытания Небом. В день моего появления из Небесного дворца Пророчеств пришло послание, которое гласило: «Ветер и бури испытают его силу, выстояв, взлетит к небесам подобно яркой звезде, озаряя Три Мира. Но если падёт, то станет тенью, что принесёт беды и тьму».

– Не повезло нам, – иронично заметил Эрик, кажется, озвучив общее настроение от услышанного.

– Сюнди, не стоит так сомневаться в благородном Цзиньэ, – кашлянув, возразил Юань Фэнь. – Он сумеет справиться со всеми испытаниями на пути.

– Благодарю, раээ, – воссиял не только духом, но и рогами Цзиньэ. – Признаться, я беспокоился, что, услышав о пророчестве, вы передумаете брать меня с собой.

Над костром вмиг повисло неловкое молчание, мы украдкой переглянулись друг с другом, не зная, что и сказать.

– Думаю, на сегодня хватит разговоров, – взял на себя инициативу господин Кай У. – Нам всем надо отдохнуть, утром предстоит долгий путь.

И первым поднялся на ноги, направляясь к реке. Юань Фэнь подорвался следом, но пошёл к дереву, у которого мы сложили все сумки. Уютно пригревшись у костра, я завороженно смотрела, как пляшут языки пламени, а тихий треск горящих веток успокаивал разум. Цзиньэ, сказав, что он не особо нуждается во сне, отошёл от костра и сел в медитацию, поглощая лунную ци. Как и тогда в комнате, вокруг его тела и рогов начало исходить легкое голубоватое сияние.

– Барышня Сония, прошу, ложитесь на эту накидку, так теплее будет спать, – заботливо предложил Юань Фэнь, незаметно подходя ко мне сбоку, и расстелил на песке одну из своих плотных верхних накидок.

В который раз за вечер, растерявшись от его заботы, я только глазами хлопала, смотря на него снизу-вверх.

– Благодарю...

– А мне накидку? Я тоже хочу с комфортом поспать, – вмешался Эрик и с полными надежды глазами, протянул руки.

– Мужчина должен стойко переносить невзгоды, – обломал его Юань Фэнь и, сверкнув холодной улыбкой, направился обратно к сумкам.

– Тц, тоже мне, – недовольно цыкнул Эрик и слегка толкнул меня в спину. – Эй, Соня, двигайся, там места на двоих хватит.

– Нетушки, – протянула я, кутаясь в накидку, что приятно пахла сандалом. – Ты его слышал, мужчина должен стойко переносить невзгоды.

– Ладно-ладно, я припомню, – хмыкнул Эрик, и хоть я не видела его лица, уверена, он, как всегда, вытянул губы в трубочку.

Где-то ухала ночная птица, легкий ветерок шелестел, колыхая стебли бамбука, всё больше расслабляясь, я погружалась в сон. Эрик рядом пыхтел и ворочался, а после ворчливо простонал:

– Цзиньэ, будь добр, погаси свои рога, они как фары бьют по глазам, я ж так уснуть не смогу.

Но ответа я уже не услышала, перед глазами снова вспыхнул бросающий в дрожь кошмар: горящее поместье, рвущие душу крики, раненый и падающий на колени Чжун Хао и его брошенный взгляд...

Судорожно подскочив, я быстро огляделась в темноте, вспоминая, где нахожусь. Увидев рядом на песке почти свернутого в калачик Эрика, я выдохнула с облегчением, смахивая со лба капли холодного пота. Зря надеялась, что, как только найду их и узнаю, что с Чжун Хао, этот кошмар пройдёт. Уныло вздохнув и поняв, что уже не усну, я тихонько поднялась с места и, оглядев мирно спящих товарищей и сияющего медитирующего цилиня, направилась к реке.

– Эй, ты куда одна потопала? – нагнал меня шёпот Эрика, и я, подпрыгнув от неожиданности, обернулась, чуть не наступив в воду.

– Эрик? Ты чего не спишь? – удивленно прошептала в ответ и, не желая разбудить остальных, схватила лидера за рукав и потащила вдоль берега.

– Как тут уснёшь, когда, то песок в лицо лезет, то кое-кто светит похлеще уличного фонаря, – проворчал Эрик и зевнул, прикрывая рукой рот. – А с тобой что?

– Да так, кошмары снятся после нападения, – нехотя призналась я, теребя в пальцах рукав платья.

Эрик окинул меня долгим взглядом и тяжело вздохнул.

– Понимаю, мне тоже поначалу кошмары снились, но сейчас вроде нормально. Если что, можешь попросить у Кай У травяного чая, он мне в дороге его заваривал, так я после него спал как младенец.

– Кстати, ты не знаешь, почему господин Кай У так резко отреагировал, стоило мне заикнуться про возвращение в Люуе?

– А, не обращай внимания, – небрежно отмахнулся Эрик. – Как я понял, Кай У не в ладах со своим отцом. Стоило слугам сообщить, что тот срочно возвращается в поместье, видно узнав о нападении, так Кай У сразу же приказал собираться, и мы спешно покинули Цзяхао.

– Ясно, – вздохнула я, отбрасывая распущенные волосы с плеча. – Ну, с этим господин Кай У сам разберется, а меня вот ещё интересует, откуда ты знаешь про рабыню Изауру и передачу «Жди меня»? Не похоже, чтобы ты такое смотрел.

Я с улыбкой взглянула на Эрика, что принялся пускать камни по воде. Но стоило мне озвучить вопрос, как у него дрогнула рука, и камень, выскользнув, упал к ногам.

– Не я их смотрел, а воспитатель в детдоме, – будто нехотя ответил Эрик, – когда делать было нечего, приходилось слушать. Но потом со временем и сам подумывал участвовать в той передаче, но случился дебют, и я отказался от этой идеи... – Лидер умолк и с силой швырнул камень по гладкой поверхности. – Хотя это уже неважно, мы всё равно застряли в этом мире.

– Прости, что тогда утянула тебя за собой, – вырвалось у меня быстрее, чем я осознала, сожаление до сих пор съедает меня изнутри. – Если бы не я, ты сейчас разъезжал бы вместе с группой по своим турне и сводил с ума всех фанаток.

– Это уж точно, – усмехнулся Эрик, но в голосе, к удивлению, не было обиды.

Он развернулся, отряхнул ладони и шагнул ко мне, пристально заглянув в глаза, я непроизвольно попятилась, но Эрик, ухватил меня за плечи, удерживая на месте.

– Ты права, если бы не ты, я сейчас проводил бы концерты, собирая многотысячные залы, но чувствуя лишь одиночество и, как обычно, спорил бы со своими товарищами из группы, так и не узнав, что могу не только думать о ком-то кроме себя, но и желать защитить.

Эрик смотрит на меня так проникновенно, так тепло... А я замираю, пытаясь понять, то ли играет, то ли правду говорит. Но это нисколько, не помешало бабочкам в животе устроить дискотеку. Его взгляд опускается к губам, и я нервно провожу по нижней губе языком, в зелёных глазах вспыхивает желание, и он медленно наклоняется ко мне. Эмоции на мгновение захлестнули, поддавшись непонятному порыву, я невольно прикрываю глаза в ожидании...

– О, смотри, у тебя ресничка выпала, – почти шепчет в губы Эрик, осторожно дотрагиваясь до нижнего века.

Недоумённо распахнув глаза, я возмущённо уставилась на него. Какая к чёрту ресничка!

– Будешь желание загадывать? – невозмутимо спрашивает он и довольно улыбается, поднося палец с ресницей.

Он издевается?! Да и я хороша! Как могла опять купиться на такое?

– Мэйнюй[4], шуайгэ, как мило... – неожиданно раздаётся вальяжно-приторный голос, и нас окружают десятки светлячков.

***

[1] Тяньхэ (天和,tiānhé) – Праздник Небесной гармонии

[2] Рабы́ня Иза́ура — бразильский телесериал 1976 года.

[3] Са́нта-Ба́рбара (англ. Santa Barbara) — американская мыльная опера, 1984 -1993 года

[4] Мэйнюй (美女 měinǚ) \ Шуайгэ (帅哥, shuàigē) – обращение красавица\красавец

Глава 10

Западный склон горы Фэнху, река Тяньчи

Вздрогнув, мы резко обернулись на того, кого нелёгкая принесла. Явился не запылился, а нет, всё же запылился, судя по непонятным бурым пятнам на когда-то роскошном светлом одеянии и разорванному в клочья подолу и ниспадающим рукавам. Стоп. Это что, кровь?

– Смотрю, развлекаетесь под луной? – слащаво ухмыльнулся цзянши, шагнув ближе, и по воздуху вмиг разлился едва уловимый аромат благовоний, смешанный с удушающим запахом железа.

Вздох сорвался с моих губ. Растерянно переглянувшись с Эриком, мы неловко отодвинулись друг от друга, не сводя глаз с Лу Мэна и его хищного взгляда, что скользил по нам.

Растрёпанные седые волосы с чёрными прядями струились по плечам, закрывая одну половину его бледного лица, а вторая половина, освещенная лунным светом и подсвеченная зелеными огоньками круживших рядом светлячков, была вся забрызгана кровью.

О, боже, только не говорите, что это кровь учеников из Шансяна? Он же не мог... или мог?

– Господин Лу Мэн! Вас прям не узнать – богатым будете, – первым нашёлся Эрик, выдавив из себя приветственную улыбку. – Если б не ваши боевые светлячки, то решил бы, что это какой-то демон из преисподней явился.

– Ох, сяоцзы[1], ты мне льстишь, я не настолько красив, – польщённо отмахнулся цзянши, изящным движением руки откидывая мешающие волосы с лица. – Да и рано мне ещё туда возвращаться.

У Эрика дёрнулась бровь, прикрыв рот кулаком, он кашлянул, придержав язвительное замечание.

– Господин Лу Мэн, чья это кровь? – сдержанно спросила я, стараясь не выдать охватившего мне страха за жизнь друзей и шифу. – Вы же никому не причинили вреда в Шансяне?

Эрик рядом дёрнулся, удивленно взглянув на меня, похоже, ему такие мысли в голову не приходили, а затем бросил хмурый взгляд на цзянши.

– Мэйнюй, ты так печешься об этих добродетельных старикашках? – в голосе Лу Мэна послышалась притворная обида, сузив глаза, он недовольно поцокал языком, и несколько светлячков зависли у моего лица, будто тоже выражая своё презрение. – Конечно, зачем беспокоиться об этом жалком яо, всё лучше веселиться с шуайгэ, наслаждаясь жизнью. Эх...

Он тяжело вздохнул, поднимая взгляд на сияющую луну, и столько в его облике возвышенной печали было, что впору упасть на колени и уверять в обратном. Но на меня его слова возымели совершенно другой эффект, словно красная пелена упала на глаза.

– Веселиться? Наслаждаться жизнью? – процедила я, сжимая кулаки и впиваясь в Лу Мэна стальным взглядом. – Да вы хоть знаете, что нам с Эриком пришлось пережить за эти дни? Сколько страха натерпелись, не говоря уже о том, что чуть не погибли! – Я шагнула ближе к цзянши, он смотрел на меня расслабленно, вот только в тёмно-красном глазе блеснула опасность. – Когда вы так были нам нужны, вы не явились, хотя уверена на сто, а то и всё двести процентов, вы прекрасно ощущали мою боль и ужас из-за нашей связи. А теперь спокойненько заявляетесь и упрекаете, что мы позволили себе немного расслабиться?

– Нашла на кого наезжать! Успокойся... – похолодел Эрик, дёргая меня обратно к себе, и неловко засмеялся, обращаясь к цзянши: – Господин Лу Мэн, не принимайте на свой счёт. Просто один из наших друзей сильно пострадал при нападении, а ещё десяток знакомых погибли, вот Соня и немного не в себе.

Я открыла рот опровергнуть слова о своей невменяемости, но лидер крепко зажал мне его рукой.

Лукавая ухмылка сползла с холодного лица Лу Мэна, обнажая неподдельную злость.

– Я один из высших яо, а не раб в услужении, чтобы являться к вам по первому зову! – жестко заявил он, и в его голосе засквозила угроза, а вокруг тела зарябила тёмная дымка, придавая ему ещё большей внушительности. – И дела у меня были поважнее...

– Ага, знаем мы ваши дела! Поглощать духовную силу заклинателей, которых вы, судя по этой крови, потом безжалостно убили, – фыркнула я, не в силах успокоиться, и отмахнулась от надоедливых светлячков.

Блин, дихлофоса на них не хватает.

– Мэйнюй, не зли меня... – сквозь зубы процедил Лу Мэн, и в его красном глазе вспыхнул безумный огонёк, а на окровавленной руке выросли чёрные гнилые когти.

Он хищно нависнул надо мной, и от его испепеляющего взгляда на миг захотелось спрятать голову, как страус в песок. Но я стойко выдержала его, не желая отступать, хоть и понимала, что поступаю опрометчиво.

– А то что, убьёте меня?

Эрик рядом шумно втянул воздух носом и, подняв руки, протиснулся между нами.

– Ну всё, выпустили пар и хватит ва... Икебана...

Не дослушав лидера, Лу Мэн молниеносно отшвырнул его чёрным сгустком энергии и вернул свой взор на меня, зловеще оскалившись:

– Именно так, – он резко замахнулся когтями, а светлячки, придя в боевой режим, выстроились вокруг цзянши.

Перепугавшись до чёртиков, я судорожно вдохнула, неуклюже отступая. Вот и доигралась. Как вдруг за спиной раздался металлический звон, и в то же мгновение сияющий духовной энергией меч, оказался прижатым к горлу Лу Мэна.

– Воу... – шарахнулась я в сторону, а цзянши так и застыл с поднятой рукой, переводя раздраженный взгляд на идущих к нам господина Кай У и Юань Фэня.

– Как вы вовремя! – облегченно выдохнул Эрик, ковыляя к ним и недовольно отряхиваясь от песка. – Она тут устроила самоубийственные разборки, а получил, как всегда, я.

Цокнув языком, я закатила глаза, но лидер прав, глупо было играть с огнем. И что на меня нашло? Но, к счастью или нет, внимание мужчин было приковано только к Лу Мэну.

– Мэйнюй, похоже, твой заклинатель забыл, что меня не убить каким-то мечом, – надменно усмехнулся он, проводя рукой по лезвию, отчего когти противно заскрежетали по стали. А светлячки будто в отместку роем накинулись на Юань Фэня и пребывавшего в растерянности Кай У.

– Убить не смогу, но всегда могу лишить головы, – в тон Лу Мэну отозвался Юань Фэнь, ударяя духовной энергией по жукам, и холодно улыбнулся, призывая второй меч. – С удовольствием посмотрю, как высший яо будет угрожать в отдалении от неё.

Красивое, хоть и в каплях крови, лицо Лу Мэна презрительно скривилось, и они с Юань Фэнем пару вздохов испытующе буравили друг друга взглядами.

– Что ж, согласен, это будет довольно унизительно для меня, – без удовольствия признался Лу Мэн. – Как насчёт перемирия или предпочитаете, чтобы я поглотил ваши духовные силы?

– Ах ты!.. – Юань Фэнь уже было ринулся к нему, а его приставленный к горлу меч ярче вспыхнул, грозя всё же лишить цзянши головы, но тот только самодовольно ухмыльнулся.

– Юань Фэнь, не стоит, – спокойный голос Кай У прозвучал как гром среди звёздного неба, он решительно придержал друга за плечо. – Приношу свои извинения, господин, мой товарищ немного погорячился. Если мы можем всё решить мирно, это будет наилучшим исходом, ни к чему сражения.

– Кай У, как ты можешь извиняться перед этим яо? Не подоспей мы, он бы убил барышню Сонию, – негодующе возразил Юань Фэнь, но господин Кай У так глянул на него, что Юань Фэнь только тяжело вздохнул и махнул рукой, отзывая меч от шеи Лу Мэна.

– Ох, убить? Ну что вы, право, – фыркнул цзянши, непринужденно расправляя грязные и изодранные рукава одеяния. – Я лишь преподавал мэйнюй один из своих уроков, ведь так? – он взглянул на меня и как можно обаятельнее оскалился.

Сглотнув ком в горле, я неловко глянула на господина Кай У и Юань Фэня, сейчас как никогда хотелось провалиться сквозь песок.

– Да, очень наглядный урок, – нехотя выдавила я, с притворной вежливостью делая поклон.

– А мне тогда за что влетело? Я на ваши уроки не подписывался, – поперхнулся возмущением Эрик, упирая руки в бока и прожигая Лу Мэна взглядом.

– А это я, шуайгэ, как ты интересно обмолвился, пар выпускал, – безмятежно улыбнулся цзянши, изящно пробегаясь пальцами по растрёпанным волосам.

– Ну класс, – выдохнул лидер, с раздражением отворачиваясь к реке.

– Похоже, мы разрешили это небольшое недоразумение, – снисходительно заметил господин Кай У, но его лицо оставалось непроницаемой маской. – Можем ли мы быть ещё чем-то полезны господину?

Кай У слегка склонился в поклоне, а у Юань Фэня чуть челюсть не отпала, в таком шоке он уставился на друга. Да и я опешила, не ожидая подобного услужения от него. Лу Мэн же довольно рассмеялся, и от его смеха мурашки по спине побежали, от чего я аж плечами передёрнула. Брр.

– Мэйнюй, признаться, мне по душе этот умный заклинатель, хоть я его и не припомню.

– Ян Кай У из клана Инхушэнь, – чинно представился господин Кай У, вытянув сложенные ладони.

– Ко мне можешь обращаться Лу Мэн, не люблю я эти ваши людские почести, – с ленцой отмахнулся цзянши, и сидящие на нём светлячки разлетелись в стороны. – Кстати, мэйнюй, что-то я не вижу того заклинателя, что хвостиком бегал за тобой. Или шуайгэ всё же приструнил его? – Лу Мэн усмехнулся, стрельнув в Эрика похвальным взглядом, от которого лидера чутка перекосило.

– Его зовут Чжун Хао, – холодно заметила я, чувствуя, как красная пелена снова собирается опуститься на глаза. – И он был тяжело ранен при нападении на нас наёмников.

– Ах, бедняжка... – столь сочувственно протянул цзянши, что если б не его лукавая ухмылка на губах, то я решила бы, ему и правда жаль.

– Чего, возможно, бы не случилось, если бы вы, господин Лу Мэн, тогда пришли нам на помощь, как делали это в не особо нужные времена, – вновь не удержалась я от укола в его сторону.

Скрипнув зубами, Лу Мэн расправил плечи, будто принимая вызов, а светлячки угрожающе окружили меня.

– Когда закован в цепи и тебя пытают, не совсем удобно нестись спасать жалких смертных. Ты так не находишь, мэйнюй? – наклонив голову, он впился в меня жгучим взглядом, ожидая ответа.

А я на мгновение выпала в осадок и ещё раз окинула взглядом потрёпанное и окровавленное одеяние. Это кое-что объясняет. Но кто мог осмелиться на такое?

– Хотел бы я взглянуть на этих смельчаков, – заинтригованно хмыкнул Эрик, вклиниваясь в разговор, а Кай У с Юань Фэнем обеспокоенно переглянулись.

– Без проблем, могу сейчас же принести их головы, – кровожадно оскалился цзянши, слизнув с губ чужую кровь.

– Нет уж, увольте, они не настолько мне интересны, – мгновенно побледнел Эрик или это свет луны на нём так отразился?

– Это хорошо. И примите мой, так сказать, великодушный совет, – мило улыбнулся Лу Мэн, ловя светлячка и крепко сжимая его в ладони. – Не идите их путём, если не желаете себе той же участи.

– И не думали, – поморщился Эрик, смотря, как цзянши стряхивает с руки раздавленного жука.

– И не стоит, – тем же доброжелательным тоном предостерег цзянши, окинув нас взглядом.

Юань Фэнь встретил его взгляд с таким лицом, будто внутри ему не терпелось придушить Лу Мэна, но он лишь улыбнулся сквозь зубы, в то время как господин Кай У стоял мрачнее облака, сгущающегося перед бурей. А я, пребывая в растерянности, закатала рукав платья и уставилась на символ пожирающих друг друга змей. Он был на месте, только выглядел тусклее, чем раньше.

– Странно... – озадаченно протянула я, поднимая глаза на Лу Мэна. – Если вас пытали, почему я ничего не чувствовала, как тогда, когда господин Юань Фэнь пронзил вас мечом?

– Ох, моя наивная мэйнюй, ты правда думала, я и дальше позволю лезть в мои чувства? – склоняясь ко мне, проворковал цзянши, опаляя ледяным дыханием, и, ухмыльнувшись, провёл окровавленными пальцами по моим волосам, захватив тонкую прядь и слегка дёрнув. – Эта связь только для меня.

– Не больно-то и хотелось, – вырвалось у меня, прежде чем я успела прикусить язык, и заметила, как к нам двинулся Юань Фэнь, несмотря на все попытки Кай У остановить его.

– Раээ, вы в порядке? – внезапный мелодичный голос заставил всех обернуться.

Цзиньэ, излучая спокойствие и возвышенность с лёгким сиянием вокруг витиеватых рогов, внимательно огляделся, заострив взгляд на Лу Мэне.

– Выйдя из медитации, я ощутил сильную демоническую энергию. Раээ, энаа, вы знаете этого яо?

– Хотелось бы не знать, но он не даёт о себе забыть, – хмыкнул Эрик, в который раз озвучив общую мысль, и поспешно ретировался за спину Кай У, стоило Лу Мэну бросить на него мрачный взгляд разноцветных глаз.

– Сяоцзы, не искушай меня, – недобро покачал он головой. – Я ведь могу передумать насчет твоих глаз.

Высунувшись из-за плеча господина Кай У, Эрик неловко улыбнулся и провёл пальцами по губам, изображая, что закрывает рот на замок.

– Я так понимаю, в царстве демонов никто и не думает соблюдать мирное соглашение, – пришел к неутешительному выводу Цзиньэ, понаблюдав за цзянши, и осветил белоснежным сиянием рогов напряженные лица.

– Какой яо откажется поиграться со слабыми людишками? Это ж так будоражит, смотреть, как они трепещут в страхе перед нами, и с наслаждением обрывать их никчемные жизни, – сладостно протянул Лу Мэн, стрельнув в нас с Эриком многообещающим взглядом.

– Как чудесно, – вырвался из меня нервный смешок, и я, поёжившись от этого взгляда, покосилась на лидера. Оскорбленно вытянув губы, он скрестил руки на груди, словно они могут защитить его.

– Даже не знаю, принимать это за смелость или самонадеянность? – покачал головой Цзиньэ, одарив Лу Мэна снисходительной улыбкой.

Ухмылка на лице цзянши искривилась, он недобро прищурил глаза и в один миг размытым росчерком оказался прямо возле цилиня. Я только ощутила холодный ветер и стрекочущий рой светлячков, что пронесся вслед за ним.

– Как благородному цилиню будет угодно, – усмехнулся цзянши, делая манерный поклон, а светлячки внаглую расселись на рогах Цзиньэ, подмигивая зелеными огоньками.

– Значит, этот яо понял, кто перед ним, – спокойно улыбнулся Цзиньэ, даже не шелохнувшись, когда Лу Мэн оказался почти впритык к нему, только светлые волосы взметнулись от порыва энергии.

Господин Кай У с Юань Фэнем напряженно следили за каждым движением цзянши, но пока не вмешивались. Я же, вцепилась в рукав стоящего сбоку лидера, нервно его сжимая. Нам-то Лу Мэн пока ничего не сделает, мы ему зачем-то нужны, а вот насчет Цзиньэ сложно сказать. Они же не устроят тут вселенскую битву добра и зла?

– Это не сложно, твоя ци сочится сладостью дивных цветов, что подобно вину пьянит, – томно протянул Лу Мэн, делая глубокий вдох, и медленно обошёл цилиня, скользя по нему хищным взглядом. – Этот аромат мне кое-кого напоминает, вот только у него он был терпким, горьким, как вознесение в небесный чертог.

Цзиньэ мгновенно дёрнулся, в удивлении вскидывая бровь.

– О ком говорит этот яо?

– Не важно, – с каким-то презрением в голосе отмахнулся цзянши. – Я не видел его несколько столетий, и ещё столько же бы не видеть. – Он кинул плотоядный взгляд на Цзиньэ и облизнулся в предвкушении. – Ах, твоя ци так манит, я должен испробовать её.

И внезапно раскинув руки в стороны, Лу Мэн в наслаждении прикрыл глаза, а от растерявшегося на миг цилиня начала исходить светлая духовная энергия, которая струйками понеслась в объятия цзянши.

Мы с Эриком только рты разинули, а Кай У тотчас призвал духовную кисть и, оттолкнувшись от земли, полетел на Лу Мэна. Юань Фэнь, не отставая, в воздухе призвал мечи, собираясь обрушить их на цзянши, но их атаковали надоедливые светлячки.

Капец...

Но вдруг произошло что-то странное, Цзиньэ с остекленевшим взглядом рухнул на песок в позу лотоса и, приставив правую руку к носу, соединил пальцы вместе, загнув указательный, и его в мгновение, словно кокон, окружил мерцающий щит.

– Чего это с ним? Он сломался? – озадаченно почесал лоб Эрик, покосившись на меня, я только плечами дёрнула.

– Да ладно! Я же совсем немного хотел поглотить, не будь таким жадным, – раздосадовано взмахнул изодранными руками Лу Мэн, стоило потоку ци оборваться. – И что в вас вообще священного?

Цзянши недовольно выругался на демоническом языке и обернулся к нам, удивленно вскинув тонкую бровь, когда увидел так и застывших с поднятым оружием в руках господина Кай У и Юань Фэня.

– Что ж... Мэйнюй, шуайгэ, продолжим в другой раз, – со слащавой улыбочкой пообещал он нам и, пока Кай У с Юань Фэнем растерянно хлопали глазами, смотря на цилиня, исчез в вихре светлячков.

– Ну слава небожителям, – выдохнула я с облегчением, успокаивая барабанную дробь в сердце и отпуская смятый рукав лидера. Уф. На этот раз отделались легким испугом и парой седых волос. Что же будет в следующий?

Стоило Лу Мэну исчезнуть, как Цзиньэ, будто очнувшись, убрал щит и, отряхиваясь от песка, поднялся на ноги.

– Почтенный Цзиньэ, надеюсь, этот яо не причинил вам сильного вреда? – обеспокоенно обратился к нему Кай У, пробегаясь по цилиню внимательным взглядом.

– Не беспокойтесь раээ, я в порядке, – с благодарностью улыбнулся Цзиньэ, чуть склоняя голову и освещая светом от рогов наши растерянные лица. – Надеюсь, вас не сильно отпугнуло произошедшее, эта защита, которую я не в силах контролировать.

– Из-за твоего проклятия? – выпалил Эрик, я тут же пихнула его в бок и он, поморщившись, исправился: – То есть пророчества?

– Пророчество ни при чём, – снисходительно заверил Цзиньэ. – Этот дар был дарован цилиням Его Святейшеством Небесным Владыкой для защиты от любого тёмного или демонического воздействия.

– Круто, – присвистнул Эрик, пока мы с Кай У и Юань Фэнем переваривали услышанное. – Как у него попросить такой для себя?

– Боюсь, это невозможно, – слегка оторопел Цзиньэ. – Небесный Владыка награждает только тех, кто верно ему служит и с честью выполняет свой долг.

– Ну конечно, – фыркнул Эрик под ухом, отворачиваясь от впившихся в него сердитых взглядов.

– Кхм, – неловко кашлянул в кулак Кай У и расплылся в вежливой улыбке. – Почтенный Цзиньэ, не могли бы вы вернуться и присмотреть за костром, как бы ненароком что-нибудь не случилось.

Мы с лидером подозрительно уставились на господина Кай У. Это не к добру.

– И правда, будет лучше вернуться, – без возражений согласился Цзиньэ и, оставляя на песке дорожку из цветов, спешно направился к месту привала.

– Зачем ты его отослал? – скрестив руки на широкой груди, Юань Фэнь непонимающе проводил взглядом светлую спину цилиня.

– И ты ещё спрашиваешь? – возмутился Кай У, прожигая друга гневным взглядом, и воздух вокруг них моментально накалился. – Как ты мог умолчать об этом яо и тем более о том, что он связал госпожу Сонию своим заклятием?! Ты поступил безответственно! Узнай царство демонов о том, что мы ищем осколки меча, чтобы навсегда избавиться от их Владыки, они захотят нам помешать.

– Ух, вот это господин Кай У разгорячился, – тихо усмехнулся Эрик, не воспринимая всерьёз всю серьёзность ситуации.

В отличие от лидера, я почувствовала себя виноватой, но, не найдя сил что-либо сказать, удрученно вздохнула, потупив взгляд. Мда...

– Я ждал подходящего момента, мы же всё время были заняты, и... – Юань Фэнь замялся и, прикрыв глаза, тяжело вздохнул.

– Кого-то он мне напоминает? – не удержался от шпильки в мой огород Эрик.

– Отстань, - буркнула я, устало потирая переносицу. Вот пристал.

– Поздравляю, дождался, – тем временем пронзил Кай У суровым взглядом друга. – А вы! – резко обрушил он на нас своё негодование, от чего мы с Эриком подпрыгнули на месте и вытянулись в струнку. – Тоже хороши! Вскормили тигра и навлекли на нас неприятности. Как вы вообще, обычные смертные, умудрились привлечь к себе и священного зверя, и высшего яо?!

– Это всё она, – без зазрения совести сдал меня Эрик, ткнув пальцем.

Ну прекрасно...

***

[1] Сяоцзы (小子, xiǎozi) – паренек, негодник.

Глава 11

Провинция Бэйсинь

– А вот и Бэйсинь – город полных рисовых чаш, что питают мечты и утоляют голод, – с воодушевлением протянул господин Кай У, сидя спереди на повозке. – Здесь время течет неторопливо, словно река, унося с собой все печали и заботы.

– Пусть тогда и мою печаль захватит и даст наконец помыться в горячей ванне, – проворчал Эрик, завязывая грязные волосы в короткий хвост. – А то в том уезде Юэ даже постоялого двора нормального не было, одни повозки напрокат.

– Мог и в реке искупаться, тебе же предлагали, – дёрнула я плечами на его ворчания.

Эрик одарил меня брезгливо-кислым взглядом:

– Ну да, а вместо мыла использовать водоросли и местную живность. Не уверен, что рыбам захотелось бы стать моей массажной щёткой.

– А ты их спрашивал? – усмехнулась я, подпрыгивая на скамейке, когда повозка наехала на кочку, и с улыбкой переглянулась с Цзиньэ. Он всю дорогу с интересом рассматривал местные виды из окошка.

На лице Эрика отразилось всё, что он сейчас думает обо мне. И это явно что-то нелестное. Решив не искушать судьбу, я отвернулась от лидера и, придвинувшись на скамейке к выходу, отодвинула шторку в сторону.

Ух ты, какой вид...

Бэйсинь выглядел словно драгоценный камень в изумрудном ожерелье бескрайних рисовых полей. Его стены, излучая спокойную мощь, мерцали под ласковым солнцем. Десятки людей в соломенных шляпах, стоя по колено в воде, сгорбились у колыхающихся на ветру ростков, но стоило им завидеть нашу повозку, как они приподнимали головы, провожая любопытными взглядами.

– Юань Фэнь, притормози у той стены, нужно высадить почтенного Цзиньэ, – распорядился Кай У, завидев стражу у главных ворот.

С легкой улыбкой на губах, Юань Фэнь дёрнул поводья, заставляя лошадь свернуть с дороги в лесную чащу. Когда повозка остановилась, мы с Эриком кое-как вывалились оттуда, разминая затекшие от долгого сидения ноги и спину. В отличие от нас, Цзиньэ вышел из повозки с присущей ему величественной грацией и ни намека на усталость.

– Раээ, почему мы тут остановились? – спросил он, непонимающе разглядывая защитную стену, что возвышалась над нами.

– Почтенный Цзиньэ, так как наша встреча была весьма неожиданной, у нас не было возможности приобрести для вас пайцзы, – начал издалека Кай У, скромно поглядывая на цилиня. – А без именной бирки, боюсь, стража не пропустит вас в город. Мне неудобно об этом просить, но не могли бы вы перелететь и подождать нас в переулке?

Цзиньэ ещё раз оглянулся на стену.

– Как скажешь, раээ, я не хочу доставлять вам трудностей, – тепло улыбнулся он, осветив наш закуток белоснежным сиянием. Кай У дёрнулся, мгновенно оборачиваясь на стражу, и шагнул ближе к нему, загораживая собой свет.

– Значит, вы не будете против надеть ещё вэймао? – пользуясь его благосклонностью, Юань Фэнь протянул ему шляпу с белой вуалью. – Люди в этом городе просты и не привыкли видеть... – он умолк, выразительно глянув на витиеватые рога.

– Да она смотреться на нём будет, как на корове седло, – насмешливо фыркнул Эрик, облокотившись плечом на повозку и доставая из рукава веер.

Шесть пар глаз недоуменно воззрились на лидера.

– Кто такая корова? – удивленно приподнял бровь Юань Фэнь.

– Что такое седло? – вторил ему Цзиньэ с тем же выражением на прекрасном лице.

Эрик крякнул и, покачав головой, тихо протянул:

– Во деревня...

Шесть пар глаз непонимающе уже переглянулись между собой.

– У тебя есть предложение получше? – вмешалась я, пока лидер их окончательно не запутал.

– Как насчёт завязать платочек и будет а-ля братец Алёнушка, – усмехнулся Эрик, с самодовольным видом обмахиваясь веером.

– И правда, Иванушка-дурочек у нас же уже есть, – едко улыбнулась я, в ответ на колючий взгляд зеленых глаз.

– Госпожа Сония, о ком вы говорите? – растерянно спросил господин Кай У, бегая взглядом между мной и Эриком.

– Да так, детские сказки вспомнили, не обращайте внимание, – неловко отмахнулась я, приложив руки к щекам. Блин, жарко-то как стало. Или моё лицо воспылало от долгого взгляда Юань Фэня? Не пойму, что он так смотрит на меня, пока я с Эриком препираюсь?

Внимательно рассмотрев вэймао со всех сторон, Цзиньэ надел её, но шляпа смешно болталась у него на рогах, грозя слететь от любого дуновения ветра.

– Кажется, сюнди был прав, – нехотя признал Юань Фэнь, рукой прикрывая улыбку на губах.

Кай У кивнул и, сам сдерживая улыбку, поджал губы. И только Эрик, продолжая довольно обмахиваться веером, широко улыбался.

– Так, отставить смех! Сейчас что-нибудь придумаем, – решительно заявила я и, попросив цилиня чуть присесть, с силой натянула вэймао ему на голову. Раздался скрип, и зеленоватые кончики рогов проделав в шляпе дыры, вылезли наружу. Благо у Цзиньэ они не слишком длинные.

– Молодец, так точно никто не догадается, – сарказм так и лился из Эрика. Кай У с Юань Фэнем же молча наблюдали за моими потугами.

– Цзиньэ, покружись немного, – распорядилась я, стрельнув в лидера раздражённым взглядом.

Не задавая лишних вопросов, цилинь покорно сделал несколько оборотов, распуская под ногами пёстрые цветочки. Тут же нарвав их, принялась украшать шляпу, по возможности маскируя рога.

– Что ж, теперь благодаря госпоже Сонии идея с вэймао выглядит не такой уж неуместной, – сдержанно похвалил Кай У, стоило мне закончить работу. Так как зеркала у нас с собой не было, цилиню пришлось довериться его словам.

Отряхнув руки, я отошла от Цзиньэ, с удовлетворением рассматривая свои труды. Ярко, но хоть внимание будет привлекать не рогами.

– Надо ехать, пока стражники не заинтересовались нами, – поглядывая на главные ворота, объявил Юань Фэнь и направился к лошади, что это время мирно жевала траву.

– Почтенный Цзиньэ, как только стражники отвлекутся на нас, перелетайте через стену и ждите в переулке, – с легким волнением в голосе повторил Кай У.

– Я понял, – спокойно кивнул Цзиньэ. – Но раээ, что такое переулок? Где мне его найти?

Кай У, уже почти севший на повозку рядом с Юань Фэнем, поперхнулся воздухом и чуть не рухнул на землю.

– Во деревня, – в который раз усмехнулся Эрик, помогая Кай У отцепить застрявший в колесе рукав одеяния.

– Прошу простить за моё невежество, – сконфуженно поклонился Кай У. – Я запамятовал, что вы из другого царства, – и, кинув на нас с Эриком взгляд исподлобья, спросил: – Кто из вас желает сопроводить почтенного Цзиньэ?

Мы мельком переглянулись друг с другом.

– Не, летать через стены это по её части, – Эрик бессовестно перевёл стрелки на меня.

Вот наглец!

– А по твоей части тогда что? Язвить? – упёрла я руки в бока, смерив его взглядом.

– Видишь, ты отлично меня знаешь, – он игриво подмигнул и с деловым видом скрылся в повозке.

Ох, как же у меня руки зачесались огреть его чем-нибудь тяжёлым.

– Значит, решено, – констатировал Кай У, не дав мне исполнить своё желание. – Будьте осторожны.

Дождавшись, когда один стражник отвлечётся на именные бирки, а второй заглянет в повозку. Я дала знак Цзиньэ выдвигаться, и он, приобняв меня за талию, оттолкнулся, взлетев на черепичную крышу, а оттуда слетел на пыльную землю. От этого, как обычно, моё сердце и желудок ухнуло куда-то в район пяток.

Мы приземлились в довольно нищем закутке между полуразвалившимися домами. Солнечные лучи с трудом пробивались сквозь протянутые веревки с сохнущим бельём, а запах сырости и помоев стоял просто невыносимый. Я зажала нос рукой и бегло огляделась по сторонам, внезапно столкнувшись взглядом с тремя довольно внушительными мужчинами с небритыми лицами. Их свободные одежды не отличались изысканностью, а на поясе болтались мечи и увесистые кошели. И, судя по недовольно перекошенным лицам, мы с Цзиньэ помешали их делишкам. Чёрт.

– Благословенного дня, раээ, – вуаль затрепетала, стоило Цзиньэ приветливо склонить голову, а цветочки на шляпе на мгновение озарились сиянием.

Глаза мужчин удивленно расширились, а рты исказились ухмылками. А вот это плохо.

– Уматываем отсюда, – шепнула я цилиню, прикрывая лицо ладонью, и только сделала шаг, как, словно скалы, мужики загородили путь.

Да твою ж налево!

– Вот так удача, братья, – пробасил самый высокий из мужчин, поглаживая рукоять меча и с алчным блеском разглядывал Цзиньэ. – Такая благородная госпожа и всего в пару шагов от нас.

Ну супер. Цзиньэ, значит, приняли за госпожу, а на меня даже не смотрят. Самооценка оскорбилась и ушла пить чай. Хотя стоит ли обижаться на типов, которые не могут отличить девушку от парня? Ой, блин! Не о том сейчас думаю.

– Кхм, – прокашлялась я и, сохраняя самообладание, сделала шаг вперёд. – Позвольте пройти, мы спешим.

– Зачем спешить? – хриплым от вожделения голосом протянул второй коренастый мужчина, не сводя глаз с Цзиньэ. – В компании такой прелестницы можно и время провести.

Кто б сомневался.

– Раэ... – я резко сжала локоть цилиня, и он умолк, глянув через вуаль на меня. Легонько качнув головой, я приложила палец к губам.

– Господа, мы не ищем неприятностей, – натянула дежурную улыбку. – Да и у нас нет ничего, что могло бы вас заинтересовать.

– Нет ничего, говоришь? – захохотал третий мужчина с глубоким шрамом на лице и, прищурив глаза, шагнул ближе. – Да как же. У такой благородной госпожи обязательно должны быть драгоценности.

Его зловонное дыхание опалило кожу, и я чуть не рухнула на месте. Даже Цзиньэ не удержался и прикрыл лицо рукавом.

– Фу. Вы бы хоть орбит, что ли, пожевали, прежде чем к девушке подкатывать, – заметила я, помахав рукой перед носом и отгоняя запашок.

– Чего эта девица сказала? – скривился мужик, недоуменно оглядываясь на своих дружбанов, те лишь в затылках почесали.

Мда. Только воздух зря сотрясаю. Юань Фэнь с господином Кай У уже давно в город проехали. А мы тут застряли.

– Господа, пропустите нас по-хорошему, – сделала я ещё одну вежливую попытку.

– Смотрите-ка, братья, эта девка нам угрожает, – расхохотался первый мужчина, грозно скрещивая руки на груди. – Или что ты сделаешь?

Набрав в грудь побольше воздуха, я тяжело выдохнула. Была ни была.

– Ну, вы сами напросились, – недобро протянула, закатывая рукава платья.

Мужики, следя за мной, потянули руки к мечам. И тут я резко выкрикнула, тыча пальцем им за спину:

– О, смотрите, Анджелина Джоли!

Благо, в отличие от тугодума-наёмника, эти мужики среагировали молниеносно. Немедля схватив Цзиньэ за руку, я, растолкав обернувшихся бандитов, бросилась бежать.

– Ха! Думаете, от нас так легко уйти? – крикнул вслед один из мужчин, и они с весёлым улюлюканьем, словно собаки на охоте, понеслись по пятам.

Виляя по узким улицам Бэйсина, что извивались подобно змеям, образуя лабиринт, я с трудом сдерживала ругательства, не понимая, как выйти на главную улицу. Редкие прохожие, увидев погоню, испуганно разбегались в стороны, не желая вмешиваться. А бандиты, дыша нам в спину, открыто насмехались над нашей жалкой попыткой сбежать.

– Энаа, если хочешь, я могу применить «шёпот тысячи лепестков», – с каким-то спокойствием предложил Цзиньэ, нисколько не запыхавшись от бега.

– Не... стоит, – прерывисто дыша, обернулась я на него. – Господин Кай У просил... не привлекать лишнего внимания. Оставим на крайний случай.

Который наступил буквально через секунду. Один из мужиков умудрился поймать Цзиньэ за рукав и с силой дёрнул на себя. От неожиданности цилинь чуть не впечатался ему в грудь, а я, полетев назад, с трудом удержалась на ногах, вывихнув руку.

Зараза!

– Ну что, прелестница, набегалась? – процедил он с улыбкой маньяка, пытаясь заглянуть Цзиньэ под вуаль.

– Братья, сама цветочная фея к нам с небес спустилась, жаль этим не воспользоваться, – облизнул свой мерзкий рот мужик со шрамом и ласковее добавил: – Не бойся, госпожа, мы лишь немного поразвлечёмся.

Ну да, ну да. А я снова невидимка. Достали уже.

– А вот хрен вам! Вы не в её вкусе, – разозлилась я, поспешно дёргая Цзиньэ к себе.

Схлестнувшись с мужиком грозными взглядами, мы перетягивали цилиня, как канат. Он, бедный, только головой растерянно крутил.

– А ты, девка, рот закрой, – рявкнул на меня второй коренастый бандит, скорчив грозную рожу. – Как закончим с госпожой, продадим тебя в Цинлоу[1].

– Да ты посмотри, какая она страшная, – брезгливо скривился его дружок, тыча в меня грязным пальцем. – Кто ж её такую захочет купить?

Вот гад! Я задохнулась от возмущения, а мужики противно загоготали. Ну всё, они доигрались!

– Цзиньэ, я передумала, – отпустив его, я упёрла руки в бока и гневно скомандовала: – Бей их!

Цзиньэ взмахнул рукавом, словно феникс крылом, и порыв ветра с розовыми лепестками ударил в грудь бандитам, отбрасывая и заставляя кубарем катиться подальше от нас.

– Молодец, – довольно похлопала я цилиня по плечу. – Теперь будут знать, как меня страшной обзывать.

Вуаль колыхнулась, Цзиньэ глянул на меня, и хоть я не видела его лица, уверена, он, как обычно, лучезарно улыбался.

На мощённой неровным камнем главной улице царила оживлённая суета. Женщины с плетёными корзинами на плечах неспешно прохаживались, щебеча и смеясь. Бородатые торговцы в широкополых шляпах расхваливали шелка, мальчишки-зазывалы тянули за рукава прохожих, отводя к лоткам со сладостями. По обеим сторонам улицы тянулись разнообразные таверны и лавочки, из их открытых окон доносился аромат жасминового чая, благовоний и жареного мяса, он обвивался вокруг нас, подобно шёлковой накидке.

Сдув с лица волосы, я прикрыла глаза от палящего солнца, силясь разглядеть в этом потоке людей и телег нашу повозку. Цзиньэ, привлекая заинтересованные взгляды, крутился рядом, издавая приглушенно-восторженные охи.

– Энаа, смотри, там раээ едет, – радостно воскликнул Цзиньэ, указав рукой вдаль, цветочки на его шляпе вновь озарились сиянием, и проходившие мимо жители изумленно выпучили глаза.

Ох, ну слава богу, хоть у него отличное зрение.

– Идём к ним, – схватив его за рукав, я поспешила скрыться с цилинем в толпе.

До нашей повозки оставалось уже ничего, я даже увидела, как господин Кай У с тревогой на лице осматривается по сторонам. И только собралась поднять руку и крикнуть, что мы тут. Как вдруг...

– Стоять! – рявкнул грубый голос за спиной.

Испуганно вздрогнув, я замерла на месте. Ё-моё! Неужели эти бандиты отомстить решили? И, нервно сглотнув, медленно обернулась... но тут же облегчённо выдохнула. Как хорошо. Это всего лишь стражники. Ой.

Двое молодых мужчин в чёрных кожаных доспехах, держа наготове мечи, подозрительно оглядывали нас, заострив внимание на скрытом под вуалью Цзиньэ, будто он олицетворял нечто зловещее.

Отлично. Из огня да в полымя. Нам с Цзиньэ сегодня чертовски везёт.

– Кто вы такие? Что делаете в нашем городе? – надменно спросил один из стражников, грозно приподняв бровь.

– И что это за чары? – вторил ему товарищ, настороженно указывая ножнами на след ярких цветов, усыпающий землю.

Украдкой переглянувшись с Цзиньэ, я снова дала понять, что ему лучше молчать, иначе нас могут ждать ещё более серьёзные неприятности. И, почтительно поклонившись стражникам, я постаралась, как можно очаровательней улыбнуться:

– Мы просто мирные путники, решившие насладиться красотами Бэйсина, – ответила, стараясь говорить уверенно, и неловко огляделась по сторонам. Толпа любопытных зевак всё росла.

– Если так, то почему ваша спутница скрывается под вуалью? – хмуро поинтересовался стражник, не поддавшись на моё обаяние. – И откуда нам знать, что эти цветы не ядовиты?

Издав встревоженные охи, люди мгновенно отступили.

– Пусть госпожа поднимет вуаль, вдруг под ней яо скрывается, – раздался требовательный голос из толпы, и вокруг начались волнения и перешептывания. Отступив ближе к Цзиньэ, я растерянно крутила головой, не зная, что делать.

Один из стражников вскинул руку, и толпа вмиг умолкла.

– Госпожа, если вам нечего скрывать, поднимите вуаль, – спокойно приказал он, а у самого пальцы сжались на рукояти.

Цзиньэ повернул голову ко мне, видно, спрашивая разрешения, но я так разнервничалась, что вместо этого чуть не ляпнула:

– Он не яо, он принц...

– Он мой шиди и уважаемый заклинатель из Шансяна, – вдруг вмешался опустившийся сверху господин Кай У и толпа, завидев его развивающиеся одежды и пепельно-лиловые волосы, снова ахнула.

И пока я вместе со стражниками удивленно хлопала глазами, горячие ладони деликатно обхватили меня за плечи. Я резко оглянулась, встречаясь глазами с Юань Фэнем, он тепло улыбнулся и бесшумной тенью скользнул вперёд, закрывая собой от пренебрежительных взглядов людей.

Сердце умиленно трепыхнулось. Ах, ну что за мужчина... Так стоп! Держим себя в ежовых руках, нам сейчас не до этого.

– Эти цветы, к сожалению, последствие неудачного ритуала, – тем временем продолжил убеждать стражников Кай У и, быстро сорвав цветок, покрутил его в руках. – Как вы можете видеть, они не представляют угрозы.

Стражники на мгновение заколебались, своим благородным видом и уверенностью, господин Кай У внушал уважение.

– Полагаю, у вас, заклинателей, такое часто происходит, – то ли насмешливо, то ли констатируя факт, заметил самый смелый стражник, бросая выразительный взгляд на волосы Кай У.

Толпа, поддержав его, зашушукалась. А ведь точно. Я только сейчас осознала, что мы с Эриком не придали особого значения такому необычному цвету волос, что не свойствен в эту древнюю эпоху.

Господин Кай У снисходительно улыбнулся.

– Вы правы. А теперь прошу, проявите милость и отпустите моих товарищей.

Стражники, видно, раздумывая, переглянулись между собой.

– Так уж и быть, – неохотно согласился один из них. – Но только из уважения к школе Шансян, которая славится своими добрыми делами и талантливыми заклинателями, не раз приходившими Бэйсину на помощь.

– Просим прощения, господин заклинатель, – пробормотал второй, вытягивая сложенные ладони и делая легкий поклон в сторону молчаливо наблюдавшему Цзиньэ. – Мы не хотели вас обидеть.

– Уверен, вы действовали из лучших побуждений, – учтиво кивнул Кай У, и они с Юань Фэнем, в ответ тоже слегка склонились.

Стражники с толпой поспешно расступились, пропуская нас. И я, чуть ли не пританцовывая от радости и облегчения, влетела в повозку. Эрик, вальяжно развалившись на скамейке, с наслаждением поедал баоцзы.

Вот моська! Пока я там из передряг еле выбираюсь, он тут спокойненько жуёт и уши греет.

– Всё! В следующий раз ты через стену полетишь, – бескомпромиссно объявила я ему, забирая последний пирожок на пару, и скинув его ноги, устало плюхнулась на скамейку.

***

Лошадь фыркнула, в углу звякнул колокольчик, и наша повозка, наконец, остановилась. Я вылезла первая и, поудобней перехватив в руке шест, спрыгнула на землю, не дожидаясь, когда Юань Фэнь подаст руку.

– «Жемчужина в лотосе», – перевела я золотистые иероглифы на вывеске и оглядела двухэтажный павильон. Он, украшенный завитками и изящной резьбой, изображающей цветущие лотосы на колоннах и балконах, выделялся богатством на фоне более скромных таверн. Живот приглушенно заурчал, стоило уловить аппетитный аромат жаренной утки с пряностями из распахнутых дверей.

– Барышня Сония, пойдёмте. Кай У ждёт нас внутри, – отвлёк меня от созерцания Юань Фэнь, и я только сейчас увидела, что он вместе с Эриком и Цзиньэ уже стоят у входа.

Что? Как они так быстро переместились? Я непонимающе оглянулась на повозку, но и её уже след простыл.

– Хватит ворон считать, идём, – усмехнулся Эрик, перекидывая через голову сумку.

– Ворон? Я не вижу никаких ворон, – озадачился Цзиньэ и, приподняв вуаль, взглянул на голубое небо.

Эрик коршуном метнулся к нему и, пристав на носочки, поспешил прикрыть руками засиявшие цветочки на вэймао.

О, как мило...

– И не увидишь, это образное выражение, – хмыкнул лидер почти в лицо цилиню, так неприлично близко они стояли.

– Образное? И что оно значит? – не унимался Цзиньэ, и цветочки на его шляпе снова озарились белоснежным сиянием.

Эрик цокнул и, закрывая его голову, бегло огляделся по сторонам. Но, кроме нас троих, застрявших в проходе между величественными каменными львами, из постоялого двора никто не выходил.

– Знаешь, нам пора серьёзно поговорить, – Эрик придал лицу строгий вид, но тут же рассмеялся, отчего вуаль колыхнулась, и хлопнул цилиня по плечу. – Но не сейчас.

И, не дожидаясь реакции Цзиньэ, припустился ко входу, скрываясь в полумраке.

– Ох, Эрик, ты как всегда... – покачала я головой и с улыбкой взглянула на слегка растерянного цилиня. – Не обращай на него внимания, он отвечает на вопросы по желанию своей левой пятки. И сегодня явно не её день.

Мда. Судя по приоткрывшемуся рту, от моей поддержки он ещё больше озадачился. Ну бывает...

Переступив высокий порог, мы очутились в довольно уютном зале. Вдоль стен висели шёлковые свитки, на которых величественные горы сменялись извилистыми реками в окружении изумрудных полей. Вокруг царила оживленная суета: звуки дружеских бесед и смех сменялись звоном посуды и шелестом одежд бегающих юношей-слуг. Деревянные столы, заставленные глиняными кувшинами и дымящими яствами, манили голодных посетителей. За одним из них в дорогих изысканных одеяниях сидели купцы и о чём-то спорили. Но Цзиньэ не дал мне утолить любопытство, потянув в сторону стойки, за которой суетился здоровенный мужчина с пышной бородой, похожей на взбитую пену. Приняв с довольной улыбкой из рук господина Кай У увесистый мешочек с таэлями, он громко окликнул пробегающего мимо слугу:

– Цзюн Сяо, сопроводи наших уважаемых гостей до их комнат.

– Этот слуга приветствует вас, прошу за мной, – мигом подскочил к нам щупленький юнец и с вежливым поклоном указал рукой на лестницу.

Мы молча последовали за ним на второй этаж. Услышав перешептывания, я оглянулась назад. Хозяин и несколько посетителей, кидая нам в спину удивленные с долей опасения взгляды, обсуждали цветочную дорожку, тянущуюся за Цзиньэ. Один из мужчин даже рискнул сорвать цветок и, нисколько не смущаясь, преподнёс его своей спутнице. Как она отреагировала, я, увы, не увидела, мы завернули в коридор.

– Прошу. Справа находится комната госпож... – слуга вдруг замялся, бросая несмелый взгляд на скрытого под вуалью Цзиньэ и краснея до ушей.

И этот туда же...

– Госпожи, она тут одна, – услужливо подсказала я ему, услышав рядом смешок Эрика.

– Слева для уважаемых господ, – кашлянув, указал юноша на дверь. – Если вам больше ничего не нужно, этот слуга откланивается, – он шустро поклонился, собираясь умчаться, но запнулся о мой шест, который я опустила на пол, слегка облокотившись на него, и чуть кубарем не покатился по коридору.

– Сорри, – неловко крикнула я ему вдогонку, прижимая шест к груди, вдруг кто ещё решит запнуться.

– Барышня Сония, хорошо отдохните, завтра нас ждёт долгая дорога, – проводив взглядом несчастного слугу, обратился ко мне Кай У и первый открыл дверь в мужскую комнату.

– Минуточку! Это что получается, одна кровать на четверых? – резко воскликнул Эрик, останавливая всех. – А спать мы, простите, как будем? Штабелями?

Я заглянула за плечо господина Кай У. Небольшая комната, посреди которой красовалась единственная кровать. И не сдержала смеха, представив, как они вчетвером на ней спят, свиваясь, как сардины в банке.

– Уверен, мы с этим разберёмся, – со снисходительной улыбкой заверил его Кай У, вежливо пропуская в комнату Цзиньэ. Приподняв вуаль, он внимательно осмотрелся.

Но Эрик решил проявить свою яркую натуру недовольства.

– Вот вы и разбирайтесь, а я лучше к Сони пойду.

Соню, между прочим, даже не спросили.

Лидер было направился ко мне, но Юань Фэнь схватил его за ворот, дёрнув к себе.

– Не стоит мешать госпоже Сонии отдыхать, – перехватив мой удивленный взгляд, улыбнулся Юань Фэнь, придерживая Эрика за плечи. – Кто-нибудь из нас поспит на полу.

Лицо лидера стало таким же кислым, как недозрелый лимон. Вывернувшись ужом, он выскользнул из рук Юань Фэня.

– Тогда давайте по-честному: камень-ножницы-бумага? Кто выиграет, тот и спит на кровати, – оживился Эрик, выставляя зажатую в кулак руку.

Кай У, до этого молча наблюдавший за ним, издал короткий смешок, Цзиньэ же с интересом высунулся из комнаты, вэймао он так и не снял.

– Ну уж нет, – помедлив лишь мгновение, категорично обломал его Юань Фэнь. – Чжун Хао мне и так прохода не давал, постоянно отвлекая этой игрой. И, увы, я чаще всего проигрывал. Поэтому решим всё, сюнди, по нашим традициям.

– Это каким же? – с досадой буркнул Эрик, подозрительно заломив бровь.

– Самый младший спит на полу, – серьёзным тоном обрадовал его господин Кай У, и они с Юань Фэнем рассмеялись, увидев вытянувшееся лицо лидера.

– И это, если я правильно понимаю... я? – будто не веря своим ушам переспросил Эрик, поочередно оглядывая каждого из них.

– Всё верно, – широко улыбнулся Юань Фэнь, заходя вслед за Кай У в комнату.

– Ну уж нет! – воспротивился Эрик им в спину. – Я требую пересмотра этого решения! А как же Шанцин? Мы с тобой и Чжун Хао там разыгрывали жребий, и ни о какой традиции речи не шло.

– И в итоге, сюнди всё равно спал на полу, – с усмешкой напомнил ему Юань Фэнь, и Эрик так и застыл с открытым ртом, видно, не зная, чем ответить на правду.

– Раээ, может кто-то из вас объяснит, про какую игру говорит Эрикэ, – решился наконец поинтересоваться Цзиньэ, убрав заклинанием свою цветочную дорожку.

– Поверьте, уважаемый Цзиньэ, о некоторых вещах лучше не знать, – покачал головой Кай У, вытаскивая из сумки на стол десяток скрученных свитков.

Эрик с Цзиньэ одарили его непонимающим взглядом, а после лидер заговорщически подмигнул цилиню.

Ну всё понятно... Похоже, кое-кого ожидает весёлая ночка. Я усмехнулась и, оставив Эрика дальше отстаивать права на кровать, счастливая ушла в свою комнату. После долгих дней пути в тесной повозке это казалось настоящей роскошью.

***

[1] Цинлоу (青楼, qīnglóu) – Весенний дом, бордель.

Глава 12

Провинция Бэйсинь

Резкий стук в дверь разорвал тишину. Всё ещё пребывая в сладостном сне, я испуганно дёрнулась, слетая с узкой кровати на пол. Ауч...

Откинув покрывало, кряхтя, села на колени и потёрла ушибленный локоть. Стук в дверь повторился. Блин. И кого в такую рань принесло? Неужели Эрик не выдержал пребывания в замкнутом пространстве с тремя мужчинами и смотался ни свет ни заря?

– Входите, – проворчала я, забираясь обратно на кровать, и быстренько пригладила рукой растрёпанные волосы. Хотя Эрика, я своим утренним видом вряд ли испугаю.

Скрипнув, дверь медленно отворилась, и с приветливой улыбкой в комнату вошла служанка в сером опрятном одеянии и милыми косичками. В руках она держала что-то завёрнутое в шёлковую ткань, перевязанную тонкой лентой.

Я непонимающе уставилась на неё. У них что, какой-то праздник, и они с утра пораньше раздают постояльцам подарки?

– Простите, госпожа, что потревожила столь рано, – учтиво поклонилась девушка, протягивая мне свёрток. – Эта служанка принесла вам новое одеяние.

От удивления мои брови взлетели вверх.

– Одеяние? Но откуда? – прохрипела я, аж голос пропал от такого неожиданного подарка.

– Его прислал один из ваших спутников... – на этом месте служанка вдруг покраснела и смущённо опустила взгляд в пол. – Тот красивый заклинатель в чёрном одеянии. Господин попросил купить его для молодой госпожи.

Оу... В кое-то веки не Эрик первый красавчик на постоялом дворе.

– От Юань Фэня? Но зачем? – с недоумением вырвалась я из мыслей и поднялась с кровати, забирая у девушки свёрток.

– Эта служанка не ведает, госпожа. Возможно, господин хотел сделать вам приятно, – пожала она плечами, и едва заметная мечтательная улыбка тронула её губы.

Невольно смутившись, я неуклюже сняла ленту и раскрыла ткань. Перед глазами предстал нежный белоснежно-лавандовый ханьфу, расшитый серебряными узорами, которые искрились в лучах солнца. И пока я завороженно его разглядывала, служанка покинула комнату, оставив наедине с роем вопросов и подарком, перевернувшим моё утро.

Чей-то порыв, какой-то неясный мотив...

Внутри заколебались смешанные чувства – от радости и благодарности до растерянности и лёгкого смущения. Что Юань Фэнь хотел этим сказать? Как мне воспринимать его жест? Просто дружеская забота? Или вдруг нечто большее? Так. Стоп! Отставить панику. Вот спустимся на завтрак, и всё выясним. Так сказать, с глазу на глаз... конечно, если мой мозг не отключится в нужный момент, и я успею выдать хоть пару слов.

Дав себе установку, я начала собираться. Как-никак, сегодня нас ожидает долгий путь, нужно хорошенько подготовиться. Закончив со сборами, я ещё раз пробежалась пальцами по мягкой ткани изящного ханьфу, расправив длинные рукава и поправив пояс с нефритовой подвеской. И, взяв шест у двери, вышла из комнаты, столкнувшись нос к носу с помятым и сгорбившимся Эриком.

– Вот же ж... – чуть не выругалась я, хватаясь за сердце. – Ты чего тут зомби изображаешь? А если б я тебя шестом ударила?

– Давай, может, я вырублюсь и хоть посплю немного, – вялым голосом отозвался лидер, широко зевая и покачиваясь на месте.

– Что, не спалось? – поинтересовалась я, с сочувствием глядя на измученного, лохматого и с залёгшими мешками под глазами Эрика.

– Да какое там, – ворчливо отмахнулся он, прислонясь к стене. – Не ночь, а сплошной кошмар! Сперва Цзиньэ спать не давал, всё заставлял играть с ним. Блин, научил на свою голову, – Эрик раздраженно взъерошил волосы. – Так потом только засыпать начал, как в углу кто-то надоедливо зашуршал. Попросил Цзиньэ глянуть, а он мне такой: «Не беспокойся, Эрикэ, это лишь прекрасная мышь полы грызёт, не будем ей мешать» и сел обратно медитировать. Ну и как я мог после этого уснуть?

– Ты что, мышей боишься? – не сдержала я удивления, чем, кажется, смутила лидера, потому как он резко отвёл взгляд и слегка вытянул губы.

– Пф. Нет, конечно! – потирая бровь, хмыкнул Эрик. – Но ещё не хватало, чтобы по мне бегал разносчик всяких зараз.

– Ну да, – кивнула я, не став спорить. У каждого свои страхи. Я вот, например, тараканов на дух не переношу.

– Ладно, мой милый зомби, поспишь в повозке, – шутливо похлопала я его по плечу, на что Эрик вымученно усмехнулся. – Остальные уже встали?

– Конечно. Они на первый этаж спустились, а я пошёл тебя будить, но мой заряд кончился у двери, – лениво проинформировал лидер, отлепляясь от стены и с кряхтением старика направился по коридору.

Мне было немного жаль Эрика, но и сдержать улыбку от его забавного вида я не могла.

– Хочешь, одолжу шест, будешь опираться на него? – с самой искренней заботой предложила я.

Обернувшись у лестницы, лидер одарил меня мрачным взглядом.

– Я хочу спуститься с лестницы, а не кубарем слететь вслед за ним.

– Ах, точно... – неловко улыбнулась, прижав шест к груди. Совсем забыла, что он притягивает его к земле.

Несмотря на ранний час, на первом этаже во всю кипела жизнь. Постояльцы бурно обсуждали планы на день, а слуги только и успевали бегать разносить еду. И посреди этой суматохи только наша троица выделялась аурой безмятежности. Господин Кай У, потягивая чай, внимательно изучал свиток, Юань Фэнь с Цзиньэ молча поглядывали в раскрытое окно.

– Энаа, ты подобно глицинии в лунном свете, – с восхищенной улыбкой поприветствовал меня Цзиньэ, приподняв вуаль, редкие цветочки на его шляпе озарились сиянием.

От его похвалы взгляды окружающих обратились к нам, даже господин Кай У отвлёкся от чтения.

– Да, я тоже заметил что-то деревянное в её походке, – вдруг вставил свои пять копеек Эрик и зевнул, прикрывая лицо рукавом, а по залу разлетелись приглушенные смешки.

Споткнувшись, я прожгла его сердитым взглядом. Вот моська!

– Походке? – озадаченно глянул на лидера Цзиньэ. – Но я имел в виду, это красивое и утонченное одеяние.

– Одеяние? – Эрик хлопнул глазами и покосился на меня, как будто впервые видит. – А и не заметил.

Ррр. Умеет же он вмиг испортить настроение. Сжав покрепче шест, я выдохнула и с убийственной улыбкой процедила:

– Тебе повезло, что я сегодня добрая и не бью тех, кто спит на ходу.

Эрик одарил меня наглой улыбочкой и устало плюхаясь на табуретку, рядом с Цзиньэ.

– И впрямь, барышня Сония, это ханьфу вам очень идёт, – попытался сгладить обстановку господин Кай У и сдержанно улыбнулся, пряча свиток в ниспадающий рукав тёмного серо-синего шэньи[1].

– Это всё благодаря господину Юань Фэню, он прислал мне его, – скромно протянула я, наконец решившись взглянуть на него.

Когда наши взгляды встретились, сердце невольно забилось быстрее.

Облаченный в чёрное одеяние, расшитое переплетёнными золотистыми узорами, Юань Фэнь, обычно излучающий невозмутимость и спокойствие, сейчас выглядел несколько напряжённым. Его янтарные глаза светились мягким светом, как если бы в них отражалось восходящее солнце, а во взгляде читалась тёплая, но всё же сдержанная нежность. Губы изогнулись в едва заметной улыбке, всегда идеально прямые кончики бровей на мгновение приподнялись.

– Вот как?.. – не скрывая удивления, протянул господин Кай У, внимательно посмотрев на друга.

Эрик хмыкнул и, слегка вытянув губы, метнул взгляд на Юань Фэня, но промолчал.

– Барышня Сония, вы... – подал голос Юань Фэнь, чуть подавшись вперёд, словно стремясь сократить, между нами расстояние, но вдруг умолк, пробежав взглядом по Эрику и господину Кай У, которые с не меньшим интересом ждали продолжения. – Рад, что смог угодить, – закончил он речь явно не тем, что собирался сказать.

Я выдохнула, почувствовав легкое разочарование, но, не придав виду, с благодарностью улыбнулась ему. Лучше спрошу о подарке в другой раз.

– Ну что ж, – подытожил господин Кай У, вставая из-за стола и поднимая сумку, полную свитков. – Раз все собрались, то пойдёмте.

– А завтрак? – подскочил на табуретке Эрик, чуть не опрокинув фарфоровый чайник на столе.

– Поедим в особом месте, – туманно бросил Юань Фэнь, направляясь вслед за товарищем, Цзиньэ, опустив на лицо вуаль, поспешил за ними, оставляя дорожку из цветов.

Проводив их взглядом, я подошла к столу и вылила остатки чая в пиалу, залпом выпив его. Блин, от волнения совсем в горле пересохло. И, поставив пиалу на стол, вопросительно глянула на Эрика, что сидел и буравил меня своими зелёными глазами.

– Ну... – протянул он, потирая ямочку на подбородке и оценивающе пробежался по мне взглядом сверху вниз.

– Неплохо? – закатив глаза, подсказала я его любимое слово.

– Верно, – довольно щёлкнул он пальцами и с грацией дикого кота поднялся с табуретки, направляясь к выходу. – Но могло быть и лучше, если бы я выбирал.

– Тц! – не сдержала я возмущенного цока, следуя за ним. Тем не менее любопытство всё же пересилило. – И какое ханьфу ты бы купил?

– Для начала не такое броское, – обернулся Эрик, расплывшись в широкой улыбке, а после задумчиво постучал пальцем по нижней губе. – Что-то более тёмное, возможно, с сероватым оттенком...

– Ты меня в монашку нарядить собрался? – вскинула я бровь, покидая прохладный полумрак и выходя на улицу.

Солнце, нещадно палящее с безоблачного небосвода, рисовало длинные тени от высоких резных фасадов домов. Воздух дрожал от летнего зноя, но лёгкий ветерок, несущий с собой аромат рисовых полей, освежал. Прикрыв глаза от яркого света, Эрик ловко обогнул прохожих мужчин и развернулся ко мне, идя спиной вперёд.

– А что? Неплохая идея, – издевательски заметил он, и мне захотелось сделать ему подсечку шестом. – Всё равно тебе не для кого тут наряжаться. Разве что для Цзиньэ, но сомневаюсь, что ты в его вкусе.

Ох, терпения мне...

– А ты, у нас великий знаток вкусов Цзиньэ? – раздраженно хмыкнула, мимоходом разглядывая прилавок с драгоценными шпильками и красивыми браслетами, когда мы завернули на главную улицу.

Она во всю гудела от шума: лязг колес телег, бряцанье подков по камню, разнобойные голоса торговцев, зазывающие бегущих по делам прохожих, а уличные таверны заполонили воздух аппетитными ароматами.

– Да что тут знать, – флегматично пожал плечами Эрик, чуть ускорив шаг, а то мы начинали сильно отставать. – Он бессмертный зверь, хоть и в человеческом обличии, а ты смертная, что у вас может быть общего? Да и уверен, у них такая любовь под запретом.

Увернувшись от пробегающих мимо детишек, я с некоторой оторопью и удивлением взглянула на спину лидера. С чего вдруг такие речи? Он же не думает, что я правда влюбилась в Цзиньэ?

– Ну ты же знаешь, как притягательна запретная любовь, – не стала я сразу развеивать его иллюзии, решив глянуть, к чему это приведёт. – Да и согласись, Цзиньэ красавчик, в него сложно не влюбиться.

Эрик скривился, словно красного перца откусил.

– Видал я таких красавчиков, разобьёт тебе сердце и даже не заметит, – хмыкнул он, сжимая рукой на груди ремешок перекинутой через голову дорожной сумки.

Ага. Это же можно сказать и про тебя. Как там говорится? Рыбак рыбака видит издалека? Вот-вот.

– Со своим сердцем я как-нибудь сама разберусь, но спасибо за участие, – мило улыбнулась я, немного тронутая его вдруг проснувшейся заботой, и, завершая этот странный разговор, обогнула лидера, поспешив к таверне, у которой остановился господин Кай У, Юань Фэнь и Цзиньэ.

– Твоё дело. Только потом не говори, что я не предупреждал, – бросил он мне в спину.

– Не буду, – не оборачиваясь, махнула над головой рукой и подошла к товарищам, разглядывая висевшую над входом вывеску с изображением черепахи, держащей в лапах золотой таэль. – Мы здесь будем есть?

– Да, это одна из лучших таверн в Бэйсине, – кивнул Юань Фэнь, взглянув на меня, но тут его улыбка померкла, а взгляд наполнился грустью. – Чжун Хао при каждой возможности любил посещать её.

– И мы не будем нарушать его традицию, – с печалью в голосе добавил Кай У, махнув рукой на один из столов, что ютились на улице рядом с лавкой тканей и диковинных изделий. – Вы пока располагайтесь, а я сделаю заказ.

Господин Кай У скрылся внутри таверны, а мы уселись за стол. Кроме нас, в тени цветущего дерева расположилась группа молодых заклинателей в сине-бежевых одеяниях и кожаных нагрудниках. Ловко орудуя палочками, они с упоением поедали суп с вонтонами.

– Тянь...янь, – прищурив глаза, прочитала иероглифы на бронзовом жетоне, который висел у одного из юношей на поясе.

– Это ученики с пика Небесной Ласточки, что в трёх ли от Бэйсина, – вполголоса представил их Юань Фэнь. – Насколько я знаю, они отвечают за ближайшие провинции и деревни, охотятся и уничтожают яо.

– Судя по тому, как они на нас косятся сейчас, мы стали их целью, – хмыкнул Эрик и, подперев ладонью подбородок, прикрыл глаза.

Смотрели исподлобья они в основном на скрытого под вуалью Цзиньэ и его цветущую полянку у ног. Хорошо ещё, что цилинь был поглощен разглядыванием местности и его жителей и молчал.

– Не переживай, сюнди, между заклинателями редко происходят конфликты, мы стараемся относиться с уважением друг к другу, ведь у нас единый путь.

– Что ж у вас тогда некоторые секты истребляют другие школы и кланы? Из огромной любви к ним? – сонно фыркнул Эрик.

– Во всём есть исключения, – нехотя заметил Юань Фэнь. – И делают это в основном секты, идущие по тёмному пути.

– Ну да... – Эрик хотел добавить что-то скептическое, но тут вернулся господин Кай У.

– Почтенный Цзиньэ, боюсь, в этой таверне не подают фруктов, но если вы желаете, я могу купить их вам на рынке, – со всей извиняющейся учтивостью склонил Кай У.

– Не беспокойтесь, раээ, это ни к чему, – приподняв вуаль с благосклонной улыбкой, отказался цилинь, когда на вэймао засветились цветочки, заклинатели за соседним столом недобро уставились на нас, позабыв про еду. – Ци солнца мне вполне достаточно.

– Как пожелаете, – кивнул Кай У, бросая напряжённый взгляд поверх его головы на юношей, но вдруг расплылся в добродушной улыбке и, вытянув руки, вложил кулак в ладонь. – Приветствую юных заклинателей с пика Небесной Ласточки. Как поживает глава Чжэн Юнфань?

Юноши на мгновение растерялись, а потом один из них резко подскочил, отчего тарелки жалобно звякнули, и с улыбкой вытянул ладони в уважительном жесте.

– Ученик Сюй, рад приветствовать вас, господин Ян, – склонился он в поклоне, и его соученики тут же вскочили, повторяя за ним. – Глава по воли Неба в добром здравии и, как всегда, весь в делах школы.

– Рад это слышать, – с нотками облегчения в голосе произнес Кай У. – Передайте ему моё почтение и пусть не забывает заботиться о здоровье.

– Непременно передадим, господин Ян, – юноша склонил голову и, окинув нас поочередно взглядом, сел обратно за стол.

С улыбкой на устах господин Кай У вздернул широкими рукавами и опустился на деревянный табурет рядом с Цзиньэ.

– Господин Кай У, вы знакомы с их главой? – вполголоса поинтересовалась я, пока мы ждали еду.

– Глава Чжэн Юнфань – один из выдающихся мастеров, с кем мне выпала честь быть знакомым, – с почтением ответил Кай У. – Два года назад мы с покойным шицзунем останавливались у них на пике. К сожалению, мне тогда не удалось особо с ним поговорить, он был серьёзно болен.

– Раээ, наверное, приятно, что эти ученики его до сих пор помнят? – полюбопытствовал Цзиньэ, и цветы на вэймао ослепили меня, когда я решила получше скрыть зеленоватые кончики его рогов.

– Пф! Будто господина Кай У забудешь с таким цветом волос, – усмехнулся Эрик, приоткрыв один глаз, и кивнул на пепельные с лиловым оттенком волосы, затянутые в пучок на макушке и украшенные дорогим нефритовым кольцом с поперечной шпилькой-цзи.

Одновременно покачав головами, мы с Юань Фэнем метнули на Эрика хмурые взгляды. Кай У же сдержанно кашлянул в кулак и потянулся к чайнику, разливая по пиалам свежезаваренный чай.

– Разве это такая редкость? – непонимающе вскинул изящную бровь Цзиньэ, а я вовремя прикрыла его голову ладонями, мимо прошли несколько мужчин в соломенных шляпах, окинув нас недовольными взглядами.

– Сам подумай, пробыв тут около недели, много ты видел людей не с чёрными волосами? – фамильярным вопросом на вопрос ответил Эрик, за что получил от Кай У и Юань Фэня очередной укоряющий взгляд.

Сделав глоток чая, Цзиньэ опустил взгляд, задумчиво покрутив пиалу в руках.

– Так это правда, что у вас, господин Кай У, такой необычный цвет из-за неудачного ритуала? – робко спросила я, стряхивая с рук цветочную пыльцу.

Услышав вопрос, в глазах Кай У промелькнул зыбкий отблеск воспоминаний. Тяжело вздохнув, он приподнял пиалу с чаем и с едва заметной улыбкой, ответил:

– Ритуала? Нет, барышня Сония, это результат моей... скажем так, юношеской неопытности.

– Неужели? – с любопытством вскинул бровь Эрик, убирая руку со стола и выпрямляя спину.

– Да. Это случилось на уроке алхимии, когда я ещё учился в Шансяне, – с горькой улыбкой на губах кивнул Кай У, устремляя взгляд вдаль. – Наш наставник, а ныне императорский лекарь Ли Цинфэн, учил создавать эликсир «Золотой Дан Небесного Пламени». Считается, он способен значительно увеличить силу заклинателя, но процесс его изготовления довольно непрост и требует точного контроля огня и пропорций трав.

– Звучит сложно, – выдохнула я, пытаясь представить это.

– Это и правда сложно, – мягко улыбнулся Юань Фэнь, скрещивая руки на груди. – У меня тогда так и не получилось изготовить этот эликсир. А вот сюнди, как всегда, поторопился... – он интригующе замолчал, бросая взгляд на Кай У.

– Не торопился, а был полон стремления и любопытства, – вскинув указательный палец, поправил его Кай У и, отпив чаю, продолжил: – Не дождавшись, когда наставник Ли проверит эликсир, я решил испробовать его сам. И вместо того, чтобы стать величайшим алхимиком в заклинательском деле, стал... обладателем вот этого! – он махнул рукой на пучок.

– А как на это отреагировал наставник Ли? – заслушавшись, наклонилась я ближе.

– Признаться, он был не в восторге, – с улыбкой потёр подбородок Кай У. – Помню, он долго смотрел на меня с такой грустью, будто я уронил в огонь его самую ценную пилюлю. А после сказал, что я лишён необходимых для алхимика способностей, и больше не допускал до занятий.

– Это ещё что! Над сюнди тогда весь Шансян потешался, называя «Сиреневым гуйем», – добавил Юань Фэнь, пряча улыбку за чаем.

– Да, было время, – вздохнул Кай У и взмахнул рукой, словно отгонял не кружившего рядом жучка, а неприятные воспоминания. – В некотором смысле, я стал знаменитостью школы, но не в том, о чём мечтал. Но я уже смирился с этим, как и с косыми взглядами людей.

– Зато вас теперь в толпе не потеряешь, – резюмировал Эрик, и повисшее в воздухе уныние развеялось смехом.

– И то верно, – приободрился господин Кай У.

– Порой удивительное может произрастать из самых неожиданных неудач, – с озорным блеском в глазах заметил Цзиньэ, и цветы на шляпе засияли ярче, чем обычно, заставляя меня прикрыть глаза. – Раээ, это чудесная история.

– Благодарю, почтенный Цзиньэ, – с уважением склонил голову Кай У, но по голосу и отрешенному взгляду было заметно, что для него это совсем не так.

– Так вот почему, господин Юань Фэнь, после ритуала юйцы вы первым делом спросили о последствиях? – вдруг припомнила я его слова, услышанные в то утро, когда пришла в себя.

Юань Фэнь, как раз делавший глоток чая, слегка поперхнулся, но у Эрика и Цзиньэ реакция сработала на все сто, они мгновенно прикрыли лица рукавами, чем вызвали всеобщие улыбки.

– Признаться, я тогда был немного обеспокоен, – сконфуженно поделился Юань Фэнь, смахивая длинным рукавом капли с подбородка. – Сюнди до этого никогда не проводил столь сложные ритуалы в одиночку.

– Ну класс! Значит, мы стали подопытными кроликами? – хмыкнул Эрик, пронзив Кай У недовольным взглядом.

– Ваши тревоги напрасны, – непринужденно отмахнулся господин Кай У. – Всё же благополучно получилось.

– Ага, только жаль, эффект временный, – приуныл лидер и, опустив взгляд, крутанул на столе пустую пиалу.

– Эрикэ, раээ, о каком ритуале вы говорите? – непонимающе закрутил головой Цзиньэ.

Над столом вмиг повисло молчание, мы вчетвером обменялись неуверенными взглядами, с единственным вопросом в глазах: «Стоит ли ему рассказывать, откуда мы с Эриком пришли?».

– О, эта история для других посиделок, – без лишних подробностей выкрутился лидер, послав нам самодовольную улыбку.

Пф. Я тоже могла бы так ответить.

В этот момент к нам подошёл хозяин с большим подносом в руках.

– Наконец-то! – воскликнул Эрик, с трепетом глядя на ароматную пищу.

– Прошу простить, за столь долгое ожидание, – прокряхтел мужчина с щербатой улыбкой, опуская на стол глубокие пиалы, наполненные тонкой рисовой лапшой, щедро политой золотистым бульоном, с жареными кусочками фарша и мелконарезанными яркими овощами.

Все с нетерпением приступили к еде, и только Цзиньэ с улыбкой смотрел на нас, потягивая чай.

– Ох, как же вкусно пахнет, – прикрыв от удовольствия глаза, я вновь вдохнула насыщенный аромат, в котором переплетались нотки обжаренного чеснока и пряных трав, и едва могла сдержать слюну.

– Барышня Сония, попробуйте, уверен, вы ещё больше будете довольны, – кивнул на тарелку Юань Фэнь, и улыбка тронула уголки его глаз.

Чутка смутившись, я взяла палочки и аккуратно накрутила на них дымящую лапшу. Язык обожгло, но я не обратила на это внимания, погрузившись в ощущения. Бульон был насыщенным и с остринкой. Мягкая, словно облака лапша таяла на языке, а нежные и сочные кусочки фарша таили в себе неповторимый вкус.

– Это просто невероятно! – восхищенно воскликнула я, привлекая взгляды прохожих.

– Да. Чжун Хао был прав, эта лапша лучшее, что я когда-либо ел, – согласился Эрик, в наслаждении облизывая губы.

Стоило лидеру упомянуть его, как чавканье прекратилось, а деревянные палочки зависли в воздухе.

– Чжун Хао... Интересно, как он там? – сердце на мгновение сжалось от вины: мы здесь веселимся, наслаждаясь едой, в то время как он... – От лекаря Ши не приходило послание?

Кай У с Юань Фэнем подавленно вздохнули.

– Ещё нет, – покачал головой Кай У, – но уверен, Чжун Хао скоро придёт в себя.

– Предлагаю поднять эти пиалы за сюнди, который не может сейчас разделить с нами эту восхитительную пищу. Пусть его дух укрепится, а раны заживут быстро, как цветы распускаются весной. Надеюсь, он вскоре вернётся и разделит радость этого момента, – с надеждой произнёс Юань Фэнь, поднимая тарелку и протягивая её вперёд.

– Хоть мне и не выпала возможность познакомиться с вашим другом, но позвольте присоединиться, – благожелательно протянул пиалу с чаем Цзиньэ. – Пусть ваши молитвы услышит Великий Владыка Баошэн[2] и дарует своей милостью ему скорейшее исцеление.

Ох, Цзиньэ, ты так мил. Я растроганно улыбнулась и, подхватив пиалу с лапшой, чокнулась с остальными. Полуденное солнце, заставляя тени прятаться в укромных уголках, всё сильнее обжигало голову. Чем дольше мы сидели, тем больше лоб и спина покрывались каплями пота. Да и вкусная, но горячая еда не приносила облегчения.

– Так что у нас дальше по плану? – вдоволь насытившись, поинтересовался Эрик, доставая из сумки шёлковый веер и обмахивая покрасневшее лицо.

Я в который раз, забыв купить себе веер, позавидовала ему. Своим лидер особо не делился.

– Заберём нашу повозку и отправимся к руинам Мэйу, – без колебаний произнёс Кай У, изящно вытирая рот платком. – До них больше ста ли пути, так что к вечеру...

– Нгай лап соат нха![3] – внезапно раздался знакомый вальяжно-приказной голос рядом с таверной.

Чёрт возьми! Как он нас нашёл?!

Испуганно дёрнувшись, я невольно вцепилась в рукав сидящего рядом Юань Фэня, его лицо вмиг потеряло все эмоции, оставив только напряжённо сжатые скулы. Мы с Эриком в панике переглянулись, с замиранием ожидая неприятной встречи. И лишь господин Кай У не растерялся. Мгновенно сложив пальцы в духовную печать, отчего они слегка засияли, он шепнул несколько слов и взмахнул рукой над головой. Нас всех окутал прозрачный купол, похожий на щит Цзиньэ.

– Раээ...

– Молчите и не двигайтесь, – перебив, шикнул Кай У, сосредоточенно смотря вперёд.

Мгновения не прошло, как с грацией хищника и облачённый в развивающийся за спиной алый плащ, из-за угла появился генерал Лак Лонг. Его изящные черты лица обрамляла серебряная маска до носа, закрывающая правый глаз, придавая ему угрожающее очарование. Тёмные волосы, заплетённые по бокам в косички с вплетёнными лентами, стремительно взметались в высокий хвост, а пронзительный взгляд, которым он обвёл улицу, был полон хладнокровия.

Блин. Я уже и позабыла, насколько он коварно красив.

За его спиной маячило несколько наёмников в кожаных масках, закрывающих низ лиц, но, к счастью, среди них я не увидела своего с цепью. Стремительным шагом Лак Лонг прошёл мимо столов, и вдруг, будто что-то почувствовав, он резко остановился возле нас, за спиной Цзиньэ. Цилинь стойко выполнял приказ Кай У, но его метающий взгляд и приподнятые брови выдавали непонимание. Я же, забыв, как дышать, словно пригвождённая к месту ледяным взглядом Лак Лонга, обратилась статуей, смяв несчастный рукав Юань Фэня.

Ну всё. Финита ля комедия. Он явно что-то заподозрил.

– Хо тонг най![4] – ещё один приказ, и Лак Лонг срывается с места.

Стоило ему ворваться в толпу, как жители в страхе разбежались, освобождая дорогу. И не успели мы с Эриком перевести дух, как господин Кай У, сняв невидимый купол, бросил на стол несколько серебряных таэлей и, вскочив на ноги, ошарашил:

– Повозка отменяется, мы летим на мече.

– Чего?! – хором выпалили мы с Эриком и обескураженно переглянулись, удостовериться, что не ослышались.

Твою ж!..

***

[1] Шэньи (深衣, shēnyī) - длинный халат

[2] Баошэн Дади (保生大帝, bǎoshēng dàdì) - Бог медицины в китайской народной религии

[3] Немедленно обыщите каждый дом!

[4] Они должны быть в городе!

Глава 13.1

Провинция Бэйсинь

Словно стрелы, выпущенные из Небесного лука, господин Кай У и Юань Фэнь стремительно промчались мимо стражников главных ворот, оставляя за собой клубы пыли и шлейф растерянности. Мы же с Эриком, подобно неумело брошенным кинжалам, еле поспевали за ними. И лишь Цзиньэ, с присущей небожителям статью, шагал легко и неторопливо, умудряясь идти вровень с заклинателями.

Под заинтересованные взгляды местных жителей, трудившихся в поле, мы обогнули городскую стену, поспешно скрываясь в лесу. Пыхтя от столь быстрого шага и слушая прерывистое ворчание Эрика за спиной, я взобралась на небольшой холм, вслед за господином Кай У. Наконец, позволив себе остановиться, он, уперев руки в бока, внимательно огляделся.

– Думаю, это место подойдёт, – кивнул он, стоящему поблизости Юань Фэню, и призвал из духовного пространства меч.

– Достопочтенный Цзиньэ, если хотите, я могу одолжить один из своих мечей, – вежливо предложил ему Юань Фэнь, заметив, как тот, приподняв вуаль, с любопытством смотрит на них.

– О, не стоит раээ. Цилини не летают на мечах, – с улыбкой просветил Цзиньэ. – Но не беспокойтесь, потоки ветра и кроны деревьев не дадут мне отстать.

– А вот я бы не прочь отстать и пройтись пешком, всё живее буду, – с унынием прокряхтел Эрик, смахивая рукавом пот со лба. – И какой ненормальный придумал летать на мечах?

Бросив на лидера взгляд, я скованно улыбнулась, чувствуя лёгкий озноб. Их затея и правда, не вызывала ничего, кроме страха.

– Сюнди, где твоё мужество? – мягко покачав головой, заметил Юань Фэнь и, призвав меч, провёл вдоль лезвия сложенными вместе указательным и средним пальцем. Блестящий на солнце клинок с выгравированными узорами охватило голубоватое свечение, увеличивая его в размере. Юань Фэнь отпустил рукоять, и меч завис в воздухе.

– Мужество? – скривился Эрик, смотря на парящий меч, так будто ему предложили съесть жареного кузнечика, щедро приправленного жгучим перцем. – Я оставил его там же, где и список предсмертных желаний, в надежде, что они мне не пригодятся.

По холму разлетелся приглушённый смех. Должна признать, его сарказм в кое-то веке помогает ненадолго отвлечься от волнения.

– Сюнди, я могу понять твоё беспокойство, – снисходительно улыбнулся господин Кай У, проводя пальцами вдоль украшенного духовными символами лезвия, и отпуская сияющий меч на землю. – Но сейчас это самый быстрый способ добраться до руин Мэйу, прежде чем туда явится генерал Лак Лонг.

– Ага. Скорее это самый быстрый способ попасть на небеса. Что-то меня не прельщает перспектива предстать перед вашими небожителями в виде расплющенной лепёшки.

– Расплющенной лепёшки? Это как? – изумился Цзиньэ, придерживая рукой вуаль, стоило цветочкам засиять, как на его голову приземлилась мелкая пташка, исследуя находку. Но цилинь казалось, этого даже не заметил.

– Вот если грохнусь, узнаешь, – мрачно усмехнулся Эрик.

– Если сюнди это утешит, то он скорее предстанет перед Владычицей Мэн По, где, испив из чаши забвения, обо всём позабудет, – сдержанно поправил господин Кай У.

– Спасибо, успокоили, – Эрик склонил голову в подобии поклона. – Теперь я ещё больше настроен идти пешком.

– Не будь таким мрачным, всё будет хорошо, – подбадривая скорее себя, чем лидера, произнесла я, с трудом отрывая взгляд от пульсирующих мягким светом мечей.

– Что ж сама тогда трясёшься, как осиновый лист? – уколол в ответ Эрик, пронзив взглядом.

Сжав одну руку в кулак, а другой крепко держа шест, я попыталась унять дрожь и, не найдя, что ответить лидеру, отвернулась, встретившись с тёплым взглядом Юань Фэня.

– Барышня Сония, не стоит бояться, я не позволю упасть, – его голос прозвучал как мелодия, успокаивающая душу.

Я натянуто улыбнулась. Легко сказать, чем сделать. Особенно когда к страху высоты прибавляется слабый вестибулярный аппарат. Меня даже в лифте укачивает, что ж будет, когда мы взлетим?

– Если вас беспокоят мечи, то представьте, что это обычная лошадь, – сдержанно улыбнулся Кай У, изящно ступая на парящее лезвие и демонстративно делая круг.

Хмыкнув, мы с Эриком обменялись ироничными взглядами, полными сомнения. Значит, не мне одной, это предложение показалось абсурдным.

– Смотрю, гравитация для вас – какая-то шутка, – лидер сжал ремешок сумки, буравя взглядом пролетающего Кай У.

– Не знаю, о чём ты сюнди, – развёл руками господин Кай У, зависнув в воздухе. – Духовный меч подчиняется только воле заклинателя.

– Ага, и законам физики, – упрямо возразил Эрик. – И по этим законам мы все должны упасть с неба!

– Эрикэ, если что-то пойдёт не так, я поймаю тебя, – благосклонно заверил его Цзиньэ, любуясь узорами на парящем мече Юань Фэня.

Поперхнувшись, лидер выпучил глаза, уставившись на цилиня.

– Давай без этих «если что-то пойдёт не так». Мне и так не по себе, и я предпочёл бы не испытывать твою ловкость.

– Всё, довольно разговоров. Сюнди, барышня Сония, вставайте на мечи, – нетерпящим возражения тоном распорядился господин Кай У, опуская меч на землю. – Нам не стоит тут задерживаться.

От его приказа душа ушла в пятки. И я бы с удовольствием последовала её примеру, если бы могла.

– Барышня Сония, – окликнул меня Юань Фэнь, моргнув, я вынырнула из мыслей, сфокусировав на нём взгляд. – Вот, возьмите это крепление. Так будет удобней носить шест Белого Лотоса, особенно в полёте.

На секунду удивившись, я опустила взгляд на кожаные ремешки с изящной петлёй в его руке. Точно, он ведь тогда на них нёс мой шест. Я потом ещё хотела попросить себе такие же, но, как всегда, это вылетело из головы.

– И снова, что бы я делала без вас, господин Юань Фэнь, – расцвела я в благодарной улыбке, чем немного смутила его. Он отвёл взгляд, позволяя надеть крепление.

Затянув ремешки, я аккуратно зацепила шест на специальную петлю, мгновенно ощутив себя свободней. Давно бы так.

Пока я возилась, Юань Фэнь плавно ступил на светящийся меч и с ободряющей улыбкой, протянул мне руку. Стоило лишь взглянуть на него, как я словно приросла к земле. Казалось, что может быть проще, чем встать на меч? Обычное дело для жителей этого мира. Но для меня это сродни прыжку в бездну. Страх, холодный и липкий, сковал изнутри, а сердце, как безумный барабанщик, грохотало в груди, заглушая звуки вокруг.

– Доверься мне... – не столько сказал, сколько попросил Юань Фэнь. Его уверенный и спокойный взгляд внушал безопасность.

Ладно, уговорил. Глубоко вздохнув, я собралась с силами и подняла ногу, шагнуть в бездну... ой, то есть на лезвие.

– Погодите-ка, господин Кай У, – слегка дрожащий голос Эрика ворвался в нашу с Юань Фэнем идиллию. – Я, конечно, вынужден полететь, но где моя страховка?

Етить колотить. Что он вновь удумал? Так и не ступив на меч, я обернулась к лидеру.

– Страх...овка? – запнувшись на непривычном слове, озадаченно изогнул бровь Кай У, и украдкой переглянулся с Юань Фэнем, но он лишь растерянно пожал плечами. Цзиньэ же, присев в ожидании на небольшой валун, смотрел на нас с таким умилением, с каким родители наблюдают за непоседливыми детьми.

– Ну знаете, шлем, ремень безопасности... парашют на худой конец, – начал перечислять Эрик, но видя, как лица товарищей всё больше вытягиваются, он приуныл. – Ясно, фиг мне, а не страховка.

Закатив глаза, я покачала головой. Нашёл, о чём просить. Хотя от шлема или ремня и я бы не отказалась.

– Сюнди, смотрю, в вашем мире много чудных вещей, – по-доброму рассмеялся Юань Фэнь, и господин Кай У с Цзиньэ подхватили его смех, а лидер насупился. – Но духовный меч сам тебя удержит, главное – сохранять равновесие.

– Всего-то? Ну, в этом я ас, – самоуверенно похлопал себя по груди Эрик.

О, как? Выгнув бровь, я скрестила руки на груди.

– Такой ас, что на уроке наставницы Му Гуйин навернулся с бревна спустя пять секунд? – не удержалась я от колкости, вот нечего хвост распускать.

Эрик фыркнул и с едва заметной ухмылкой на губах отзеркалил меня, скрестив руки на груди. Наши взгляды встретились и пересеклись, как два кота, решившие выяснить, кто в доме главный.

– Кто бы говорил. Сама-то без меня и трёх секунд не простояла, – бросил он, стрельнув самой обольстительной улыбкой.

– Не сравнивай. У меня была веская причина, – не поддавшись на неё, невозмутимо заметила я, продолжая негласную борьбу взглядами.

Эрик язвительно фыркнул.

– Ага, знаем. Меньше к парням в купальню врываться надо. Кстати, господин Кай У, господин Юань Фэнь, вы тут смотрите в оба, когда мыться пойдёте, – сделав паузу, лидер окинул изумлённых мужчин предостерегающим взглядом. – Кое-кто, не будем показывать пальцем, – сделав жирный акцент, он выразительно кивнул в мою сторону, – любитель подглядывать.

Ах он...! Вспыхнув похлеще вулкана в момент извержения, я проглотила нецензурные ругательства, возмущенно хватая ртом воздух. Вот моська! Говорил же, что никому не скажет.

– Боюсь, это не им надо смотреть в оба, а тебе, – процедила я, указывая двумя пальцами на свои глаза, а затем угрожающе ткнула ими в его сторону.

Хмыкнув, Эрик невольно поправил ворот светлого ханьфу, натянув его чуть ли не до подбородка, и, вытянув губы, отвернулся, делая вид, что внезапно заинтересовался видом с холма.

– Что ж, это весьма неожиданно, – потёр лоб господин Кай У, с виду он сохранял спокойствие, но внутреннее удивление всё же читалось в его взгляде. – Полагаю, у молодой госпожи действительно была на то причина.

– Именно так, – закивала я, бросая робкий взгляд на господина Юань Фэня, надеюсь, он того же мнения.

Янтарные глаза полны задумчивости, брови слегка нахмурены. Чуть наклонив голову, он, паря на лезвии меча, держал руки за спиной и внимательно смотрел на меня, будто пытаясь найти в моих глазах ответы на возникшие вопросы. Стоило нашим взглядам встретиться, как он приоткрыл рот, намереваясь что-то сказать...

– Всё же интересная эта ваша школа Шансян, – вдруг пришёл к неожиданному выводу Цзиньэ, опередив Юань Фэня, от чего тот кашлянул в кулак, переводя взор на цилиня.

Я незаметно выдохнула. Главное, в его глазах нет осуждения, я ведь опять нарушила десяток их правил для женщин.

– Хотел бы я однажды побывать там, – продолжил Цзиньэ, с надеждой взглянув на господина Кай У и Юань Фэня. Мгновенно стушевавшись, они потупили взгляды, а Эрик заинтригованно приподнял бровь, выжидающе смотря на них.

– Непременно. Но сперва сосредоточимся на поиске вашего достопочтенного брата, – с вежливой улыбкой отмазался Кай У, вызвав усмешку на губах лидера.

– Вы правы, раээ, – горячо согласился Цзиньэ, развеивая повисшее в воздухе напряжение светлой улыбкой и цветочным сиянием рогов.

– А вы оба! Хватит медлить, как спящие журавли на болоте, – строго окликнул нас Кай У, и мельком взглянул на солнце. – Время не ждёт, залезайте на мечи.

– Легко сказать, – пробурчал Эрик, косясь на меч, как на змею, и нерешительно ступил на лезвие, вцепившись в Кай У. – Но если я упаду, то точно захвачу кого-то из вас, чтоб скучно не было!

Холм снова огласили лёгкие смешки, кроме моего. Нервно сглотнув, я осторожно шагнула на меч, ощутив холодную сталь даже сквозь подошвы сапог. Меч едва заметно дрогнул, и я испуганно ухватилась за шёлковые рукава Юань Фэня.

– Всё хорошо, просто дыши глубоко и держись крепче, – мягко подбодрил он, и довольная улыбка промелькнула у него на лице, стоило мне мертвой хваткой вцепиться в его широкие плечи.

Господин Юань Фэнь уверенно взмыл в небо, и сильный порыв ветра, хлестнул по лицу, отбивая дыхание. Поперхнувшись испуганным криком, я зажмурила глаза.

Мамочки!..

Ледяной пот заструился по спине, желудок подскочил к горлу. Все мышцы напряглись в единственном желании удержаться на дрожащем под ногами лезвии. Я с такой силой сжала плечи Юань Фэня, что боюсь, оставила несколько синяков.

Так. Спокойно, спокойно. Вдох-выдох. Я травинка, парящая в космосе... О, черт. Я ведь и в самом деле трепыхаюсь в воздухе, как травинка. От этой мысли, стало только хуже, голова пошла кругом.

– Сюнди, разве не здорово? – долетел до меня сквозь свист ветра в ушах, веселый голос Кай У.

– Неплохо, но я всё равно хочу шлем!

Юань Фэнь усмехнулся, я тоже улыбнулась, но, вспомнив, как лидер меня сдал, быстро убрала её. И, рискнув приоткрыть глаза, осторожно выглянула из-за плеча Юань Фэня.

Господин Кай У, разгоняя облака, мчался впереди. Его шэньи развевалось, и широкие рукава, ловя встречный ветер, напоминали огромные крылья, что так и норовили заехать Эрику по лицу. Он то и дело отмахивался от них, рискуя сорваться с меча. Мне повезло чуть больше: рукава у Юань Фэня были куда меньше, но вот волосы... Хоть и завязанные в высокий хвост, трепетали, попадая мне в рот или затмевали глаза. В очередной раз отплевываясь от них, я наклонила голову вниз, и сердце замерло от восторга.

Изумрудная гладь лесов простиралась до самого горизонта, словно бескрайнее море зелени, переливающееся под солнечными лучами. Между деревьями, точно нити жемчуга, тянулись извилистые реки, отражая в своих водах небесную синеву. А вдалеке, подобно спящему дракону, извивалась величественная горная цепь, вершины которой пронзали облака. И несмотря на то, что в глазах всё плыло от страха, я не могла отвести взгляда от безбрежных полей, усыпанных нежными, яркими цветами.

Наслаждаясь этим моментом, я впитывала его в душу и сердце, как еду, которую невозможно забыть. Восхитительно...

Мой взгляд переместился к Цзиньэ. Непринужденно держа руки за спиной, он с присущей ему лёгкостью и элегантностью летел следом, ступая по верхушкам деревьев. Тёмно-синее одеяние струилось вокруг него, как ночные волны. Белоснежная вуаль, будто заигрывая с ветром, развивалась, то открывая, то вновь скрывая прекрасное лицо цилиня.

Солнце медленно клонилось к горизонту, окрашивая небо в багряные и золотистые тона, а мы всё летели. Стоять на мече становилось всё тяжелее; колени тряслись уже не от страха, а усталости. Я замёрзла, как цуцик и стучала зубами под ухо Юнь Фэню. Он бросал на меня тревожные взгляды, но, остановиться не мог. Эрик, видно, тоже вымотавшись, начал донимать Кай У, спрашивая каждые пять секунд, сколько им ещё лететь. Надо отдать должное, господин Кай У, с ледяным спокойствием терпел лидера, хотя другой, давно бы скинул того.

– Мы почти на месте, – спустя томительное ожидание, обрадовал Юань Фэня, указав рукой вдаль.

Выглянув из-за его плеча, я устремила взгляд вниз, и глазам предстала мрачная картина: посреди зелёных полей и густых лесов зияло чёрное выжженное пятно, как растёкшаяся тушь, поглотившая все краски.

И по мере того, как мы вслед за господином Кай У начали снижаться, очертания пятна обрели ещё более зловещую ясность. Подобно пальцам скелета, тянущимся к небу из почерневшей земли, проступали руины.

От этого зрелища, неприятная дрожь пронеслась вдоль позвоночника. Сейчас я была согласна, пролететь ещё тысячу ли, лишь бы не идти туда.

Обугленные стены, напоминавшие разбитые кости, шептали о былом величии, которое теперь застыло в вечном молчании. Когда-то величественная пагода, будто хрупкая игрушка, обратилась грудой камней. Несколько деревьев-скелетов, протянули свои искривленные ветви к небу, будто в последней, отчаянной мольбе о избавлении. И от этого печального вида, защемило сердце.

Что за трагедия здесь произошла?

Миазмы смерти и разложения, тяжело повисли в воздухе. Давящая тишина окутала руины, не позволяя ни единому звуку нарушить это траурное место.

Пока не прилетели мы.

Наконец, ощутив под ногами хрустящую землю, я так обрадовалась, что едва не упала. Колени предательски подкосились, но Юань Фэнь деликатно подхватил под локоть, не дав распластаться на обугленной земле.

– Барышня Сония, всё в порядке? – он с беспокойством заглянул мне в глаза.

– Да, просто немного укачало, – сглотнув ком в горле, слабо улыбнулась я и быстренько пригладила растрёпанные волосы.

Юань Фэнь задержал на мне внимательный взгляд, а затем обернулся к мечу и взмахнул рукой. Вернувшись в исходный размер, он послушно влетел в ладонь.

Сделав несколько глубоких вдохов и успокоив тошноту, я глянула на Эрика. Он весь взлохмаченный, уперев руки в колени, приходил в себя, в то время как господин Кай У осматривал окрестности.

– Эрикэ, ты выглядишь таким же белым, как моя вуаль, – с сочувствием заметил Цзиньэ, аккуратно приземляясь рядом и озаряя гнетущую черноту своим сиянием.

– Главное, что не синим, – мрачно отшутился Эрик и, выпрямившись, обернулся ко мне. – Соня, ты как?

– Нормально, – холодно бросила я и тут же отвернулась. Пусть в этот раз не надеется легко отделаться.

– Сюнди, куда нам идти? – держа наготове мечи, Юань Фэнь настороженно оглядывал руины.

– По записям шицзуня, осколок может находить в главном храме, – Кай У указал на едва видимую каменную тропу под слоем пепла и грязи. – Идите осторожно и не шумите, – строго предупредил он, окидывая всех взглядом. – Не стоит тревожить неупокоенные души.

– Чудесно, – скривился Эрик, глядя, как господин Кай У достаёт из рукава бумажные фулы. – А священника у вас там случайно нет?

– А что, помолиться хочешь? – усмехнулась я, не удержавшись от иронии.

– Исповедаться, – в тон мне бросил Эрик, и в этот миг воздух разорвал протяжный, пронизывающий вой, от которого кровь застыла в жилах, а сердце замерло от ужаса. – Всё, поздно...

Глава 13.2

Вой эхом прокатился по руинам, заставляя мелкие камни дрожать и сыпаться с уцелевших стен. Судорожно сглотнув, я застыла, боясь не то что пошевелиться, но даже дышать. Из теней, трещин в развалинах, покорёженных стен, отовсюду, выползали озлобленные духи.

– Чёрт! Сцены из хоррора нам тут ещё не хватало, – выругался Эрик, с отвращением следя за ними.

Лохмотья былых одежд безобразно болтались на искривлённых и будто сотканных из тумана телах с неестественно вытянутыми конечностями. Искажённые лица, полные мук, с жутко светящимися безглазыми впадинами, гипнотизировали, лишая воли к сопротивлению. Рваные, хриплые стоны терзали слух. Я содрогнулась, прикрывая уши руками, и в страхе обернулась, ища путь к отступлению, но озлобленные духи наползали со всех сторон, сжимая нас в плотное кольцо.

– Эм... не то чтобы я торопил, но не пора ли уматывать отсюда? – запаниковал Эрик, нервно доставая из рукава боевые веера.

Беспокойно глянув на него, я тоже было потянулась к шесту, но остановилась. Без духовных сил он не защитит от них.

– Так много духов... Отчего же они наполнены столь мощной тёмной энергией? – в изумлении спросил Цзиньэ, придерживая вуаль и с болью взирая на них. На его лице ни тени страха, лишь искренне сострадание. А стоило рогам засветиться, как несколько самых прытких духов, что уже протянули к нему свои конечности, с диким шипением отпрянули.

Испуганно вздрогнув, мы с Эриком, не сговариваясь, прижались к Цзиньэ. Всё безопасней будет.

– О, поверьте, у них есть причины ненавидеть мир и желать отмщения, – проронил господин Кай У, зажимая между пальцев две фулы, и, шепнув заклинание, стремительно метнул их в толпу озлобленных духов. Мгновенно умножившись, талисманы волной очищающего огня испепелили десятки призраков.

– Быстрее, бегите к храму! – голос Кай У прорезал вопли духов, словно стальной клинок. Призвав кисть, он молниеносно начертил в воздухе духовные символы, и мощный вихрь пронёсся, поглощая озлобленных духов и расчищая путь.

Наполнив оба меча духовной ци, Юань Фэнь рванул вперёд, разрубая на бегу самых шустрых духов. Мы с Эриком и Цзиньэ бросились следом, уворачиваясь от призрачных рук. Их даже мимолётное прикосновение, пронзало насквозь, оставляя неприятное оцепенение. Чертыхаясь, я, сжимая подол ханьфу, неслась сломя голову, проявляя чудеса ловкости, перепрыгивая через обломки и рухнувшие балки. За спиной то и дело вспыхивали заклинания, озаряя мрак, что постепенно окутывал нас. Господин Кай У, не отставая ни на шаг, как мог сдерживал натиск озлобленных духов, круживших вокруг, словно стая хищных птиц.

– Да вы издеваетесь! – вопль Эрика, разнёсся по руинам, смешиваясь со стонами призраков.

Притормозив возле Цзиньэ и Юань Фэня, я, тяжело дыша, схватилась за колющий бок, переводя взгляд на причину гнева лидера. Полуразваленная узкая лестница, засыпанная пеплом и обугленными обломками, вела высоко в гору, откуда виднелся залитый алым светом жуткий храм.

Ну ёлки-палки!

– Не медлите, скорее поднимайтесь! – выкрикнул Кай У, и, обернувшись у лестницы, метнул светящиеся фулы, испепеляя ближайших озлобленных духов.

– Это слишком жестоко, – с горечью заметил Цзиньэ, не отрывая сочувствующего взгляда от стонущих духов. Как ни странно, но призраки обходили цилиня стороной. – Раээ, разве мы не должны помочь им очиститься и уйти к реке забвения Ванчуань?

– Боюсь, этим духам уже не помочь, их ненависть слишком велика, – развеял его надежды Юань Фэнь, рассекая воздух мечами и ударяя духовной волной света по вылезавшим из ступеней призракам. – Сюнди, барышня Сония, постарайтесь не отставать, – напряженно бросил он нам, стремительно взбираясь по лестнице.

Украдкой обменявшись тревожными взглядами, мы с Эриком рванули за ним, подгоняемые воплями озлобленных духов. Ступени обрушались, осыпаясь мелкими камушками, а хруст под ногами вызывал леденящий душу эхо. Будто нам стонов призраков мало.

– Вот же! На мечах летать они, значит, сообразили, а лифты соорудить на случай нападения нежити, не додумались, – тяжело пыхтел Эрик, переступая через разбросанные камни.

Обессиленно взбираясь за ним и стараясь не навернуться с лестницы, я сейчас полностью разделяла его чувства. Всё же такие приключения не по нашей части.

– А-а-а-а.. – заверещала я как ненормальная, когда нечто ледяное вцепилось в ногу, потащив вниз. Грохнувшись на ступени и ободрав ладони, я закашлялась от взметнувшегося в воздух пепла и в ужасе обернулась. Прозрачная рука озлобленного духа больно сжимала лодыжку, в то время как остальная часть его тела, извиваясь, выползала из-под лестницы.

Вот зараза!

– Держись, – Эрик, спотыкаясь, слетел с верхних ступеней, мгновенно рассекая веером духа, но острые лезвия прошли насквозь, проскрежетав по камню. – Сгинь, нечисть! Она мой менеджер, найди себе другого.

Сердце пропустило волнующий удар, и я на миг позабыла о страхе, взглянула на лидера. Прожигая духа гневным взглядом, он крепко ухватился за мою ногу, пытаясь вырвать её из цепких пальцев.

– По распускал тут свои дохлые ручонки...

– Мэн ра иуэ, но лоа ции[1], – внезапно пропел сбоку Цзиньэ и, сложив пальцы в изящную печать, взмахнул рукой, и нежное золотистое сияние на миг ослепило нас превратившись в лотос. Который, плавно кружась, опустился на выброшенную вперёд ладонь озлобленного духа, и на долю секунды неясное, искажённое ненавистью лицо обрело черты молодого юноши. На его губах скользнула полуулыбка, и он, притянув к себе лотос, рассеялся на множество светящихся частиц. Подхваченные ветром, они устремились к небесам, а я завороженно выдохнула, провожая их взглядом. В глазах защипало: то ли от попавшей пыли, то ли от трогательности момента.

– Да, так более действенно, – заключил Эрик, сконфуженно поднимаясь на ноги и отряхивая руки.

Я снизу кашлянула, и лидер, спохватившись, наклонился помочь мне встать. На губах Цзиньэ мелькнула улыбка, первая после прибытия в эти злополучные руины.

– Барышня Сония, сюнди, с вами всё в порядке? – прозвучал сверху обеспокоенный голос Юань Фэня. В очередной раз взмахнув мечами и отшвырнув духовной ци озлобленных духов, он внимательно оглядел нас.

– Жить будем, – шутливо отсалютовал ему Эрик и, придерживая меня за локоть, поспешил начать подъём.

Я, конечно, и сама могла идти, лодыжка лишь немного онемела. Но упустить такую возможность было бы глупо. Когда ещё лидер проявит такую заботу?

– Не теряйте времени! Быстрее в храм, – подгонял в спину господин Кай У, на ходу чертя кистью мерцающие символы. Огненные струи пронеслись вниз по лестнице, унося за собой озлобленных духов. У меня волосы на затылке встали дыбом от душераздирающих воплей.

Всего мгновение мы колебались, прежде чем переступить порог мрачной зияющей дыры. Сразу очутившись в огромном пустынном зале, с потолка которого опасно свисали обломки разрушенных сводов. Высокие разбитые колонны, покрытые сажей и с потрескавшейся резьбой, тянулись по сторонам, утопая во мгле. Древний запах разложения неприятно осел горечью в горле. А столько паутины, окутавшей зал и свисающей с углов, я даже в фильмах ужасов не видела. Брр.

Эрик сбоку оглушительно чихнул, сотрясая стены. Подпрыгнув на добрые полметра, я, схватившись за сердце, обернулась. Отмахиваясь от витающей в воздухе едкой пыли, лидер зажал нос рукавом.

– Будь здоров, – по привычке пожелала я, успев прикусить язык до того, как выпалить «расти большой, не будь лапшой». Думаю, сейчас не подходящий момент для шуток.

Юань Фэнь с Кай У на мгновение обернулись к нам, и снова вернули внимание ко входу. Где, стеная и зловеще скрежеща, наворачивали круги духи, не осмеливаясь переступить порог.

– Раээ, какому божеству поклонялись в этом храме? – вопрос Цзиньэ долетел до нас с другого конца зала. Пока мы вчетвером осматривались, цилинь смело ушёл вперёд.

– Не богу, но древним духам, – ответ Кай У прозвучал тихо, но в гулком зале он эхом отразился от стен. Бросив последний взгляд на вход и убедившись, что озлобленные духи не нападают, Кай У начертил кистью символы, вспыхнув, они превратились в мерцающие огоньки, что мигом разлетелись по залу, освещая полумрак, и направился к Цзиньэ. Полы его шэньи с тихим шелестом скользили по полу, оставляя едва заметную пыльную дорожку.

Обхватив себя за плечи, я поспешила за ним, с опаской оглядываясь по сторонам. А то мало ли, выскочит из-за колонны какой-нибудь гигантский паук. Эрик, нервно вздрагивая от каждого шороха и скрипа, шёл рядом, вооружившись боевыми веерами. Юань Фэнь же медленно ступал вдоль стены, рассматривая едва виднеющиеся под толстым слоем сажи фрески.

– В этом месте, – начал рассказывать Кай У, и каждое его слово было пропитано глубочайшим уважением, – когда-то процветал храм Тяньхэ[2]. Здесь монахи и простые люди поклонялись духовным зверям Фэйфэй, считая их посланниками небес. Они верили, что эти духи приносят удачу и избавляют от всех печалей.

– Фэйфэй? – с удивлением переспросил Цзиньэ, развернувшись к господину Кай У и осветив светом из-под цветочков на вэймао его мрачное лицо. – Я слышал о них, когда искал брата в царстве зверей. Говорили, они, по указу Небесного Императора, вызвались отправиться в мир смертных, дабы помочь людям и научить их совершенствоваться в единении с природой. Но тогда я так и не узнал, почему они пропали.

– А кто это, Фэйфэй? – заинтригованно вмешалась я, останавливаясь у массивного каменного постамента, на котором возвышалась огромная, покрытая мхом и трещинами статуя, изображающая непонятное существо и отбрасывающая зловещую тень. Мой взгляд упал на длинный развевающий хвост и большое пузо. Одна из лап была отломана, а голова частично разрушена. Я шагнула ближе и чуть присмотрелась, угадывая в очертаниях черты кошки и...

– Это были существа, наделенные мудростью кошки и хитростью лисы, – подтвердил моё видение Кай У, и его взгляд скользнул по изуродованной статуе.

– Были? А где они сейчас? – вскинул бровь Эрик и оглянулся назад, словно боясь, что фэйфэй внезапно набросятся на него.

– Раээ, что же случилось? Почему такое прекрасное место разрушено и наполнено мстительными духами? – вторил лидеру Цзиньэ, опечаленно проводя рукой по холодному камню статуи.

– Трагедия, – тяжело вздохнул Кай У, обводя зал взглядом. – Как гласят древние свитки, спустя пару лет после окончания войны Трёх миром и заточения падшего небожителя в темницу Вечного Льда Костяных Оков. Один из хранителей осколка меча Тяньшу по пути в своё царство остановился отдохнуть в храме Тяньхэ... – Кай У на мгновение замолчал, а за стенами вновь раздался протяжный вой, будто прибавляя драматизма.

Я поёжилась, прижимаясь плечом к Эрику. Он, кажется, не возражал, выглядя куда напряжённей, чем я. Юань Фэнь, обойдя зал, бесшумно подошёл к нам, окинув статую хмурым взглядом.

– Раээ, что произошло дальше? – не выдержав паузы, с замиранием спросил Цзиньэ, свет от рогов, как вспышка молнии, озарил наши лица.

– В ту ночь, – Кай У кашлянул, прочищая горло, – когда луна сияла особенно ярко, на храм, желая завладеть осколком, напали солдаты императора Чжоу Шэн-ди, выжившие яо и, по слухам, даже некоторые небожители, одержимые жаждой власти. Эта кровавая битва закончилась с первыми лучами солнца, оставив после себя лишь пепел, разрушения и смерть. Раненые и измученные фэйфэй пали, до последнего защищая монахов и своих последователей.

– Как ужасно, – только и смогла вымолвить я, прижимая ладони к сердцу.

– И несправедливо, – поддержал Эрик под ухом. – Хотя теперь ясно, почему эти духи такие злые. Но на их месте я бы преследовал обидчиков по пятам, а не бродил в этом выжженном месте. Что толку?

– К сожалению, неупокоенные души навек привязаны к этому месту, – мрачно покачал головой Юань Фэнь.

– А что стало с хранителем и осколком? – беспомощно спросил Цзиньэ, наклоняясь и поднимая с пола, пыльный кусочек плитки с едва различимым узором.

– Увы, об этом свиток умалчивает, – развёл руками Кай У, обменявшись с Юань Фэнем взглядом. – Но шицзунь в одной из легенд нашёл упоминание, что хранитель вроде бы смог вернуться в своё царство.

– Тогда не понимаю, что мы тут забыли? – кисло спросил Эрик, недовольно скрещивая руки на груди. – Понятно же, что осколок остался при нём.

– Необязательно, – возразил Юань Фэнь. – В древних записях одного из монахов, которые чудом сохранились и были найдены, говорится о потайном зале в храме. Именно там, во время битвы, хранитель мог спрятать осколок.

– Почему вы уверены, что никто другой его уже не забрал отсюда? – наклонив голову, с сомнением почесала я бровь.

– Поверьте, барышня Сония, если бы это случилось, мир цзянху[3] давно бы об этом узнал. Осколок, хоть и мал, но силой мощной обладает, – глянув на меня, снисходительно улыбнулся Кай У. – Либо никто не знал о скрытом зале, либо не вернулся оттуда живым.

И так зловеще это прозвучало, что я вновь поёжилась.

– То есть, зная, что нас там может ждать смерть, вы всё равно собираетесь туда идти? – уточнил Эрик таким тоном, будто это самое безумное, что ему приходилось слышать.

– Не войдя в логово тигра, не поймаешь тигрёнка, – с улыбкой изрёк господин Кай У и, стряхнув с ниспадающих рукавов паутину, уже серьёзней распорядился: – А теперь пора всё обыскать, вход в потайной зал должен быть где-то поблизости.

Обыскивая и прощупывая каждый уголок, Юань Фэнь с Кай У разошлись в стороны.

– Смотрю, они возомнили себя Индианой Джонс, – усмехнулся Эрик им вслед, и глянул на меня, видно ожидая, что я поддержу его шутку. Но у меня не было для этого настроения, поэтому я лишь кивнула. Усмешка сразу сползла с его губ. Нахмурив брови и постукивая ногой по полу, лидер буравил меня взглядом. А я, оставив его в растерянности, обеспокоенно подошла к Цзиньэ.

Стоя у статуи с прикрытыми глазами и держа у лица ладонь с вытянутыми указательным и средним пальцами, а остальные сложив, он шептал на своём языке, что-то похожее на молитву. И тут вдруг, словно из ниоткуда, налетели крошечные лазурные огоньки, закружив вокруг Цзиньэ.

Я поражённо замерла. Как же много... Неужели это души фейфэй?

Закончив молитву, Цзиньэ открыл глаза и, увидев огоньки, тепло улыбнулся, будто встретил старых друзей. Он раскрыл ладонь, и на ней засиял нежный цветок сливы с пятью бело-розовыми лепестками, и один за другим лазурные огоньки устремились к нему.

Ого, это что-то новенькое.

Как только огоньки растворились в лепестках, Цзиньэ плавно взмахнул рукой, и цветок сливы испарился, а цилинь с довольной улыбкой развернулся, натыкаясь на мой опешивший взгляд.

– Я не могу помочь неупокоенным душам, но могу вернуть источники духа фэйфэй домой, в царство зверей, – ответил он на мой немой вопрос. – Там они обретут покой.

– Это было бы замечательно, – тронуто улыбнулась я, слегка погладив цилиня по плечу. – Жаль, ты сейчас не можешь перемещаться между царствами.

– Это и необязательно, энаа, – порадовал меня Цзиньэ. – В царство зверей можно попасть и через арки-порталы. Уверен, в мире смертных они тоже есть, нужно только узнать где.

– Даже так? – удивленно приподняла я бровь. – Как удобно.

Хм. Я вот не прочь хоть одним глазком взглянуть на это царство зверей.

– Ну и долго вы ещё прохлаждаться будите? Мне что, одному в этой грязи возиться? – ворчливо окликнул нас Эрик, ползая среди обломков того, что прежде было мебелью. Его голос эхом отразился от стен, заглушая стоны духов с улицы.

Опа. А когда он успел уйти?

От его окрика даже Юань Фэнь с Кай У отвлеклись от изучения фрески на стене и, сдерживая улыбки, глянули на нас с Цзиньэ.

– Ищите осторожно, кто знает, что ещё скрывают эти стены, – поспешил предостеречь Юань Фэнь, задержав на мне взгляд.

– Вас поняла, – кивнула я ему и, задрав рукава ханьфу, приступила к поискам.

Обшарив почти весь зал и нацепляв на себя кучу грязи и паутины, мне от усталости всё больше хотело опустить руки. Я даже перестала вздрагивать от каждого вопля озлобленных духов. Эрик, давно всё послав, уселся возле статуи и с унынием смотрел на Кай У и Юань Фэня. С головы до ног перепачканные сажей, они не сдавались, но и их надежда, похоже, угасала.

– Кай У смотри, кажется здесь написан неправильный иероглиф, – Юань Фэнь указал пальцем на неразборчивую надпись. Кай У, загоревшись, подлетел к другу, чуть ли не уткнувшись лицом в стену.

Заинтересовавшись, я подошла к ним, Цзиньэ незаметно очутился рядом, оставив в покое орнамент на полу.

– Ты прав, – непонятно чему обрадовался Кай У, и хлопнул себя по лбу. – Гуй меня побери, как же я сразу этого не заметил!

От такого неожиданного ругательства мы с Цзиньэ изумленно переглянулись. А Кай У, воодушевившись, заползал у надписи, счищая с неё сажу. Прикрыв лицо рукавом, от закруживших в воздухе клубов пыли, Юань Фэнь попятился, оставляя друга наедине с открытием.

– Всё ясно, – сделал только понятный ему вывод Кай У, и не обращая на нас внимания, достал из рукава духовную кисть и торопливо начертил поверх неправильного иероглифа другой символ. Вспыхнув огнём, он погрузился в надпись, а мы замерли истуканом в напряженном ожидании непонятно чего.

– Ну и где? – разочарованно хмыкнул Эрик, продолжая сидеть у статуи. Но стоило раздаться оглушительному скрежету, а полу затрястись, как лидер мгновенно подорвался с места.

– Что за... – закрывая уши, ахнула я, оборачиваясь на звук. Прямо за статуей отъехала часть стены, открывая тёмный проход. Обдав ветром, мимо тут же пронёсся Кай У, а за ним более сдержанно Юань Фэнь. Потрясённо обменявшись с Цзиньэ взглядом, я нерешительно пошла следом. Эрик уже маячил у входа, раскрыв боевые веера.

– Я пойду первым, – Кай У щёлкнул пальцами, и в проход залетели мерцающие огоньки, заиграв тенями по стенам.

– А разве кто-то возражает? – подал голос Эрик, и я раздраженно пихнула его в бок. – Ай, да шучу я.

***

[1] Свет Небесного Владыки тьму усмири, даруй покой.

[2] Тяньхэ (天和, tiānhé)- храм Гармонии Неба и Земли

[3] Цзянху (江湖 jiānghú) — дословно переводится как «реки и озера», но образно относится к миру боевых искусств.

Глава 14

Заброшенные руины Мэйу. Храм Тяньхэ

Кай У исчез в проходе, а мы погрузились в напряженное молчание, слушая эхо его шагов. Выждав примерно три вздоха, Юань Фэнь, не опуская мечей, ринулся следом. Цзиньэ собрался пойти за ним, но Эрик выставил руку, перегородив путь.

– Цзиньэ, где твои манеры? Разве не знаешь, что дам нужно пропускать вперёд? – пожурил его лидер и с улыбкой подмигнув мне, галантно отступил.

На миг опешив, я выдавила ответную улыбку и, не уловив подвоха, зашла в проход, оказавшимся узким коридором, и чуть не угодила лицом в паутину с остатками жертв. Боже... Брезгливо обойдя её, я, стараясь не вдыхать спёртый и пыльный воздух, прикрыла лицо рукавом.

– Эрикэ, оказывается, и в тебе есть благородство, – в голосе Цзиньэ слышалось неподдельно удивление.

– А то, – самодовольно поддакнул Эрик, а я, услышав его, не удержалась и закатила глаза, но вдруг лидер продолжил: – Но фишка тут в другом, если там опасно, она заверещит, и мы успеем сделать ноги отсюда.

Ах он, моська волосатая! Стоило мне поверить в его честные намерения, как он снова использует меня! Ещё и Цзиньэ подначивает. Вот будет там хоть сотня демонов, я фиг ему, а звука не издам! Внутри всё бурлило от возмущения, хотелось вернуться и надавать лидеру тумаков. Чтоб не повадно было. Но разум снова взял вверх, напомнив, что мы не на увеселительной прогулке и нужно держать себя в руках. Пока...

Осторожно пробираясь по коридору, то и дело уклоняясь от паутины, я едва не нарушила свой запрет и не закричала, когда свет от мерцающих огоньком упал на несколько разлагающих тел крыс. Благо вовремя прикусила губу, мысленно костеря Эрика.

– Юань Фэнь, думаешь, это он? – услышав приглушённый голос Кай У, я ускорила шаг. Коридор очередной раз вильнул, и я оказалась в просторном тусклом зале, украшенном когда-то белоснежными шёлковыми занавесами. И, как ни странно, тут до сих пор витал аромат душных сандаловых благовоний.

– Вау, – выдохнула я, чуть не поскользнувшись на мраморных плитах, и остановилась, найдя взглядом товарищей.

Завороженно стоя у круглой резной платформы, на которой возвышался окутанный странным светом алтарь, господин Кай У и Юань Фэнь, будто позабыв обо всём сущем, не сводили глаз с изогнутого кинжала в ножнах, что, словно сияющая звезда среди тьмы, покоился на изящной нефритовой подставке, и несмотря на запустение вокруг, выглядел так, будто его положили только вчера.

– Эм... а все осколки выглядят как кинжалы? – неуверенно спросила я, осторожно подходя ближе и придирчиво его разглядывая.

Изумрудно-зеленые ножны с переливами, украшены тончайшей серебряной резьбой, изображающей змею. Она как живая, обвила их, словно желая защитить содержимое, а её глаза, инкрустированные алыми драгоценными камнями, холодно мерцали в полумраке. Кинжал, хоть и выглядел роскошно и изысканно, но не внушал никакого особенного трепета.

– Увы, мы не знаем, – неохотно признался Кай У, не отрывая взгляда от кинжала. Но ни он, ни Юань Фэнь почему-то не делали попыток взять его. – Ни в свитках, ни в легендах не упоминается, как на самом деле выглядят осколки меча.

– Как замечательно, – приуныла я и, услышав за спиной шум, обернулась.

Из коридора, брезгливо стряхивая с себя паутину, вышел Эрик, а за ним, оставляя цветочные следы, которые мгновенно увядали, появился Цзиньэ. Он снял вэймао и, держа шляпу в руках, собирал грязь длинной вуалью.

Эх, придётся новую покупать. Я это отстирывать не буду.

– Пф, и это всё? – фыркнул Эрик, придирчиво обведя просторный зал взглядом. – Я один ожидал от этого места чего-то большего?

Кай У с Юань Фэнем не спешили отвечать, и он, вопросительно приподняв бровь, как ни в чём не бывало глянул на меня. Но и я, всё ещё злясь, лишь пронзила его ледяным взглядом и отвернулась, разглядев в мерцающем свете от огоньков выцветшую искусную фреску на стене. Цзиньэ, тоже заметив изображения, с интересом рассматривал их, стряхивая рукой пыль.

Так вот какие фэйфэй...

В окружении счастливых и будто танцующих людей со стены на меня взирало милейшее создание. Крупнее обычной кошки, с вытянутой мордочкой и глазами полумесяца. За спиной развивалось два длинных хвоста, а то, что я приняла у статуи за пузо, оказалось густой шерстью, спадающей с груди. Не знаю, было ли так на самом деле или художник приукрасил, но на лбу и белоснежной шерсти фэйфэй изображены витиеватые духовные символы, словно нарисованные киноварью.

Я печально вздохнула. Да уж. Неудивительно, что они погибли. Куда им было противостоять демонам, и может, даже небожителям?

– Смотрится неплохо, это и есть осколок? – вновь прервал тишину Эрик, недоверчиво потирая пальцем ямочку на подбородке. Он предпочёл держаться в стороне от алтаря, разглядывая кинжал издалека.

– Вот сейчас и выясним, – в твёрдом голосе Юань Фэня проскользнули неуверенные нотки. Вонзив один из мечей в пол, он шагнул на круглую платформу.

– А не слишком ли это легко? – с сомнением заметил Эрик, напряжённо смотря, как Юань Фэнь протягивает руку к кинжалу.

– Тогда позвольте, я усложню это для вас и заберу мань вэ[1], – раздался до жути знакомый томный голос, от которого спина похолодела. В тот же миг, рассекая воздух, понеслись метательные иглы. Юань Фэнь, резко отдёрнув руку, крутанулся, отлетая назад. Кай У, выставив ладонь, придержал друга за спину, пронзая незваного гостя стальным взглядом.

– Вот прилип, хуже жвачки к подошве, но даже она так не раздражает, – вполголоса выругался Эрик, закатив глаза.

Генерал Лак Лонг, перекрыв единственный выход из потайного зала, отдёрнул алый плащ и властно сложил руки на груди. Его глаза, холодные и безжалостные, как лезвия, скользнули по каждому из нас. Позади него выстроилось около семи наёмников – грубых, безликих воинов с оружием наготове. Мазнув по ним беглым взглядом, я едва не поперхнулась воздухом, столкнувшись с цепким взглядом чёрных глаза, что обещали мне расправу.

«Я буду мстить, и мстя моя страшна...». Огромными буквами горело во взгляде моего наёмника с цепью. Судорожно сглотнув, я как можно незаметней отцепила шест с петли за спиной и крепко сжала его в руках. На этот раз хоть есть чем отбиваться.

– Энаа смотри, тот раээ из леса тоже здесь, – с каким-то облегчением и легкой радостью в голосе шепнул Цзиньэ, тыкая пальцем в наёмника, чем привлек его внимание.

Ага, ты ему ещё ручкой помаши...

– Вижу, – процедила я, не разделяя счастливых чувств цилиня по этому поводу, и, стараясь игнорировать прожигающий во мне дыру взгляд, медленно развернулась на пятках, отворачиваясь от наёмника.

Выдержав тяжёлую паузу, от которой воздух в зале накалился, как перед грозой, Лак Лонг высокомерно ухмыльнулся, изящно пробегаясь пальцами по серебряной маске, прикрывающей правый глаз.

– Хен ха, долго же вы возились, буок той[2] ждать, – с ноткой издёвки укорил генерал, пренебрежительно сделав знак, и наёмники словно хищные звери, двинулись к нам, окружая.

Мой взгляд испуганно метнулся к господину Кай У и Юань Фэню в надежде, что у них есть хоть малюсенький план, как выбраться отсюда живыми. Но, судя по метавшемуся взгляду, хмурым бровям и затянувшемуся молчанию, у них его не было.

Ясно, нам писец.

– А что, в компании озлобленных духов великому генералу не понравилось? У вас же столько общего: ни от них, ни от вас нельзя избавиться, – насмешливо бросил Эрик, видно решив потянуть время, ну или окончательно разозлить Лак Лонга.

– Никаким хон ма[3] не справиться со мной, – надменно вздёрнул подбородок генерал, резанув взглядом по лидеру, как по букашке.

– Как и с твоим самомнением, – хмыкнул Эрик, повторив мои слова, когда-то сказанные в его адрес.

И почему я удивлена, что он их запомнил?

– Кэ хау! Как смеешь так говорить с ту'о'нг кинь?! – ударил эхом по залу возмущённый голос, и вперёд, угрожающе сжимая рукоять кинжала на поясе, выскочила девушка. В отличие от наёмников в кожаных масках, её лицо прикрывала чёрная шёлковая вуаль. – Дай куа хонг куи?![4] – взвилась она, прожигая Эрика тёмными глазами, в которых только что молнии не сверкали.

– О, взгляните-ка! За почтенного генерала заступается девушка, сам он, видно, ничего не может, – не растерялся Эрик, выдержав грозный взгляд наёмницы, и с щелчком раскрыл боевой веер, прикрывая лицо. Осталось только гадать, он прятал улыбку или страх?

Я недовольно покачала головой. Не пойму, чего он добивается? Скорой смерти? Или в присутствие господина Кай У и Юань Фэня он настолько осмелел?

– Ли Тьенг! – Лак Лонг полоснул по наёмнице взглядом, тут же уперев глаза в пол, она отступила. – Хен ха, вы не более жалких мотыльков, – продолжил он, изогнув губы в презрительной улыбке, и высокомерно обвёл нас взглядом, – не стоит зянь дцы[5] огонь, если не хотите исчезнуть в его пламени.

Перед глазами сразу промелькнуло жуткое воспоминание о горящем поместье, криках и мертвых телах. Я дёрнулась, ударяясь плечом о стену, и поморщилась. Ауч.

– Энаа, этот генерал действительно так силён как говорит? – наклонился к уху Цзиньэ, щекотнув шею тёплым дыханием. Без вэймао его витиеватые рога ярко засияли, выдавая наш полутемный закуток.

Чёрт. Вскочив на носочки, я поспешила прикрыть голову цилиня грязными рукавами ханьфу. Мне и так хватает убийственного взгляда наёмника, что не сводит с нас глаз. Не стоит ещё привлекать внимание Лак Лонга.

– Надеюсь, что нет, – неуверенно протянула я, бросая быстрый взгляд на генерала. Фух, пронесло. Он даже не глянул в нашу сторону. – Но ни в коем случае не смотри ему в глаза. А об остальном расскажем позже, если, конечно, выберемся отсюда.

Цзиньэ послушно кивнул, приподняв уголки губ в милой улыбке. Удержав себя от того, чтобы не погладить его по голове, я опустила руки, возвращая внимание к главной проблеме. Вот паршивец. Стоит тут как хозяин, которому должен весь мир.

– Генерал Лак Лонг, помнится, ты уже один раз недооценил нас, – грубо напомнил ему Юань Фэнь, вытаскивая из пола меч и приняв боевую стойку, уверенно направил оба меча на генерала. Наёмники угрожающе дёрнулись в его сторону, однако Юань Фэнь лишь издал смешок, пробегаясь по ним взглядом и оценивая силу.

Лак Лонг усмехнулся, исказив улыбку в оскал, и, небрежно глянув на Юань Фэня, призвал силу. Его глаза засияли аметистовым светом, вынуждая Юань Фэня с Кай У мгновенно отвернуться, закрывая лица рукавами.

– И как, бань динь остановить меня, если даже в глаза не осмеливаетесь взглянуть? – рассмеялся Лак Лонг, запрокинув голову, и столько злорадства было в его смехе.

Вот гад! Глядя, как он бессовестно потешается над господином Кай У и Юань Фэнем, мой страх всё больше сменялся гневом. Крепче сжав шест, представляя, что это шея генерала, я едва не двинулась к нему, желая сбить спесь. Благо, Цзиньэ схватил за локоть, вовремя останавливая, и хмуро кивнул в сторону наёмника. Слегка опустив цепь с серповидным клинком, он уже приготовился схватить в свои смертельные объятия.

Да ёпта! Вот прилип. Я вроде мёдом не намазана.

– Ой, нашёл чем кичиться, – хмыкнул Эрик, деланно обмахиваясь боевым веером, в тоже время искоса поглядывая на наёмницу. Она с такой жгучей ненавистью сверлила лидера взглядом, что даже я начала беспокоиться за его жизнь. – Мешок на голову, и нет проблем.

Я поперхнулась смешком, поняв о чём он. Лак Лонг видно, тоже, и кажется, ему это позорное напоминание совсем не понравилось. Сжав одну руку в кулак, он дёрнул губой и недобро сузил глаза.

– Хен ха, ты ещё поплатишься за эти слова, но сначала, я заберу мань вэ, – процедил он, шагнув в сторону кинжала.

– Прежде генерал ответит за смерть шицзуня и тех невинных людей, что погубил, напав на поместье, – голос Кай У был настолько холодный, что казалось, мог обратить врагов в лёд. Призвав в руку духовную кисть, он заслонил собой алтарь.

– О, до ла незабываемая ночь. Я давно тхат тот[6] не развлекался, – с наслаждением протянул Лак Лонг, растягивая губы в откровенно издевательской улыбке. – Кунг лу показал, что этот глупый онг зя Фэн Лао больше вас не защитит.

– Не смей произносить имя шицзуня! – вскипел Кай У, яростная складка залегла между его бровей, а потоки энергии, закружив вокруг него, затрепетали одеяние.

На скулах Юань Фэня заиграли желваки, он пронзил генерала мрачным взглядом, и такого лютого осуждения в его глазах мне ещё не приходилось видеть. Я же от злости сцепила зубы, сдерживая ругательства. Из-за него чуть не погиб Чжун Хао, а он просто развлекался?! Индюк напыщенный!

– И это всё, что вы можете? – безразлично хмыкнул Лак Лонг, проигнорировав угрозы Кай У и напустив скучающий вид, мимолётно оглядел зал. – Конь ба, кто такой? – мазнув по мне взглядом, он вдруг заострил внимание на Цзиньэ.

Нервно облизнув сухие губы, я натянулась как струна. Цзиньэ же, с какой-то отрешённой статностью, изящно откинул висящую перед глазами светлую прядь, спокойно отвечая на циничный взгляд Лак Лонга.

– Нин, вы завели себе ещё одну зверушку? – со смешком обратился он к господину Кай У, без стеснения разглядывая цилиня.

Он Лу Мэна назвал зверушкой? Бессмертный тип...

– Как смеешь! Прояви уважение, перед тобой один из священных небесных зверей Цилинь, – сурово осадил генерала Кай У, кисть дрогнула в его руке, будто готовясь ударить заклинанием.

– Мм... ла туй ви[7], – гаденько ухмыльнулся Лак Лонг, постучав пальцем по губе. Его тёмные глаза хищно блеснули в мерцании огоньков.

А вот это скверно.

– Не трогайте его. Цзиньэ с вами не враждовал, – неожиданно для себя инстинктивно встала я перед цилинем.

Раздражённо цыкнув, Лак Лонг смерил меня презрительным взглядом мол: «Что за мелкая сошка тут рот раскрыла?» Но не успела я испугаться, как почувствовала легкое прикосновение к плечам.

– Энаа, благодарю за твою заботу, но я не тот, кто нуждается в защите, – Цзиньэ с тёплой улыбкой на губах, отодвинул меня в сторону и сам шагнул вперёд, прикрывая собой. Белоснежное сияние на мгновение озарило моё опешившее лицо, напомнив, что передо мной всё же не беспомощный юноша.

Блин. И какой чёрт меня дёрнул?

– Ну что за благородство, – едко поаплодировал Лак Лонг, оглядываясь на своих наёмников, поспешив выразить поддержку, те закивали. – Тхи хем той[8] примут ли тебя в Небесном царстве, сау хи нау[9] запятнаешь руки чужой кровью, – с томным предвкушением протянул Лак Лонг, и его глаза мгновенно вспыхнули аметистовым светом, а на лбу высветился бледно-лиловый узор в форме вертикального третьего глаза.

– Нет! – отчаянно метнулась я к Цзиньэ, закрыть ему глаза, но в ступоре замерла, их уже заволокло фиолетовой пеленой.

Лак Лонг довольно сложил руки на груди и, не сводя с цилиня гипнотического взгляда, кровожадно приказал:

– Убей её.

С каменным, безразличным лицом Цзиньэ медленно развернулся ко мне, поднося руку к лицу и складывая пальцы в духовном жесте...

Да ёшкин дрын!

Внутри всё оборвалось, сердце в ужасе забилось, отдаваясь пульсацией в висках. Я попятилась, сжимая шест и готовясь открыть щит, понимая, что это, скорее всего, не спасёт.

– Соня! – голос Эрика прозвучал будто сквозь толщу воды, с трудом отведя на секунду взгляд от цилиня, я увидела, как он и Юань Фэнь бросились ко мне, пытаясь обойти наёмников.

Поздно...

Пальцы Цзиньэ охватило зеленоватое свечение, я обречённо сглотнула, но вдруг, мигнув, фиолетовая пелена спала с его глаз, и он рухнул на пол в позу лотоса, приложив руку к подбородку. Но не успела я выдохнуть, как получила мощный толчок от окружившего Цзиньэ мерцающего щита, оказавшись в его границах. Потеряв равновесие, я отлетела, выпустив шест из рук, и тут же врезалась в подскочившего Эрика. Крякнув от неожиданности, лидер машинально сжал меня в объятиях, кое-как удерживаясь на ногах.

А затем начался хаос...

Словно вспышка пылающего пламени, Кай У окутывает духовная аура, окрасив потайной зал в багровый цвет. И в мгновение ока мощная духовная энергия прокатилась по залу, разметав ближайших наёмников в стороны. С глухим ударом врезавшись в стены, они опали на плиты, не в силах сразу подняться. Взмыв хищной птицей, Кай У молниеносно устремился к Лак Лонгу, оставляя за собой кроваво-красный шлейф, и с невероятной скоростью начертил кистью в воздухе золотистые символы, атаковав генерала ледяными осколками.

Азартная усмешка промелькнула на губах генерала, а в следующий миг он бессовестно заслонился одним из своих наёмников. Не ожидавший такой подлянки наёмник только успел отбить несколько осколков, прежде чем его заморозило, превратив в ледяную статую с поднятым мечом.

– Боже, – ахнула я, закрывая рот руками от жуткого зрелища и в полном оцепенении наблюдала за боем.

– Так, а нам что делать? – заметался на месте Эрик, взволнованно теребя веера и бросая взгляд то на товарищей, то на приходивших в себя наёмников. Одной из которых была и наёмница, мой же недруг, попытавшись остановить Юань Фэня, сразу поймал временное обездвижившее заклинание.

– Не знаю, вступить в бой? – задумчиво постучала я пальцем по нижней губе, и с упрёком впилась в лидера взглядом, колко заметив: – Или предпочитаешь подождать, когда я заверещу?

– Оу... Значит слышала, – хлопнул глаза Эрик, нацепив на лицо самую невинную улыбку.

– И не надейся, одной улыбкой ты не отделаешься, – покачала я головой, но лидер, сделав вид, что пропустил мои слова мимо ушей, отвёл взгляд, напряжённо следя за разворачивающимся боем.

А посмотреть было на что.

Вихрем налетев на Лак Лонга, Кай У острым концом кисти прицелился в шею, однако его рука застыла в паре цуней от кожи. Не моргнув глазом, тот остановил Кай У сконцентрированной тёмной силой. И в это мгновение, словно тень, на Лак Лонга налетел Юань Фэнь. Мечи, вспыхнув голубым сиянием, описали в воздухе изящные дуги, опустившись на генерала. Резко крутанувшись, Лак Лонг с нечеловеческой скоростью ускользнул от атаки, мазнув по лицам Кай У и Юань Фэня краями алого плаща. Дьявольская улыбка заиграла на его губах, пронзив взглядом застывшие лица заклинателей, он вновь атаковал силой подчинения, направив аметистовый взор на Кай У. С молниеносно реакцией метнув один из мечей в генерала, Юань Фэнь закрыл ладонью другу глаза. Отбив у груди клинок, Лак Лонг отскочил назад, убирая свечение с глаз.

– Хонг тэ[10], – будто издевательски похвалил он и взмахом руки внезапно призвал два кольца, похожих на чакрамы, в виде полумесяца с загнутыми краями и сверкающими золотыми узорами.

Вау. Он, оказывается, не только подчинять умеет.

Нисколько не впечатлившись, Кай У с Юань Фэнем обменялись полными поддержки взглядами и, как два ветра, объединившиеся в мощный ураган, атаковали Лак Лонга.

Кай У ударил заклинанием, послав горящую сферу, Юань Фэнь метнулся следом, замахиваясь мечами. Вскинув руку, Лак Лонг отбил сферу тёмной энергией, и она с оглушительным хлопком взорвалась, ослепляя... И в тот же момент сияющие лезвия со звоном столкнулись с чакрамами, выбивая искры. Даже с закрытыми глазами генерал умело отразил неудержимые удары Юань Фэня.

Двигаясь синхронно, Кай У и Юань Фэнь сражались как единое целое, удары и техники переплетались и сменяли друг друга, как ноты в боевой мелодии. С грацией пантеры и холодной усмешкой на губах Лак Лонг ловко парировал всё атаки, нисколько не уступая в силе и скорости двум заклинателям. Они кружили, вздымая пыль и развевая одеяния, заклинания вспыхивали, потоки силы разлетались в стороны, обдавая ветром.

Божечки-кошечки! Как же они прекрасны. Я так заворожено на них пялилась, что обо всё позабыла.

– Может, тебе ещё попкорн принести? – раздался над ухом полный язвительности голос.

– Да...

– Балда, – отрезал Эрик, перебив. – Нас щас, как Тузик грелку, порвут, а она на мужиков глазеет!

– Что? Какой Тузик? – совсем потеряв нить разговора, недоуменно обернулась я на лидера.

Цокнув, он отступил вбок, и я увидела своего наёмника с цепью, заклинание обездвижения спало, и он, разминая шею и плечи, грозно двинулся к нам.

– Ах этот... – угрюмо вздохнула я. – И, кажется, у него подружка Кусачка завелась, – я кивком указала в сторону наёмницы. Не прекращая сверлить Эрика взглядом, она, выхватив кинжалы, рванула к нему, уворачиваясь от своих товарищей, что, как стая остервенелых волков, накинулись на Кай У и Юань Фэня, гурьбой оттесняя их от своего хозяина. Звон металла эхом разразился со всех сторон.

– Вижу, – кисло буркнул Эрик. – Эту ненормальную ты, чур, берёшь на себя, а я займусь тем придурком, нужно решить кое-какие счеты, – он с напускной смелостью, хрустнул пальцами и раскрыл боевые веера.

– Уверен? Похоже, ты больше в её вкусе, – с сомнением протянула я, вставая в позицию, как учил шифу, и искоса глянула на лидера. Почему-то я думала, после неудачной битвы на утёсе, он не захочет с ним связываться.

– Пф, кто б сомневался, – самодовольно фыркнул Эрик, элегантным движением откидывая растрепанные волосы с лица.

Покачав головой, я только возвела глаза к потолку. Он не исправим.

Закружив юлой, лидер устремился на наёмника, взмахивая веерами и нанося непрерывные удары лезвиями. Не растерявшись, тот встретил удары серповидным клинком, с лязгом отбивая веера.

Вот Эрик даёт...

Заглядевшись на лидера, я едва не пропустила наёмницу, она уже было кинулась к нему со спины. В последний момент я размахнулась шестом, нанося мощный удар. Увы, с глухим стуком шест врезался в пол почти перед её лицом; девушка ловко увернулась, гневно зыркнув на меня. Упс. Я нервно перехватила шест, адреналин хлынул по венам. Её кинжалы свистнули в воздухе, я блокировала удар, и он вибрацией отозвался в руках. Быстро двигаясь, применила технику «пугая змей травой», атаковав снизу и наискосок. Отразив первый удар кинжалом, наемница с ловкостью кошки увернулась от второго, перепрыгнув и приземлившись за спиной. Чудом успев развернуться, я с громким звоном встретила шестом кинжалы, парировав удар. Но удача продлилась не долго: с резким выпадом наёмница атаковала кинжалом, впопыхах заблокировав удар, я упустила второй замах. Холодная сталь коснулась плеча, разрезая рукав и кожу, кровь полилась струёй. Закусив от боли губу, я отскочила назад, быстро зажимая рану рукой.

Ауч... Больно, однако.

– Соня, пригнись! – услышав возглас Эрика, я инстинктивно присела, даже не успев сообразить, что происходит.

В тот же миг над головой пронеслась цепь, перехватив её рукой, наёмница, словно акробатка, взымала вверх, пробежав по стене над куполом Цзиньэ, и перекувырнувшись в воздухе, изящно приземлилась напротив обалдевшего от такого поворота лидера.

– Да, чтоб меня... – только успел чертыхнуться он, ловко изогнувшись, когда кинжал мелькнул прямо над его носом. – Эй-эй...сразу предупреждаю, по лицу не бить! – отчаянно прохрипел он, с трудом блокируя наёмницу, и кивком указал в мою сторону. – Иначе она выставит счёт, и поверь, он будет не маленьким.

– Боже, нашёл время, – проворчала я под нос, как тут же в воздухе звякнула цепь, прикрывшись шестом, я шустро отскочила вбок. Проскользнув змеёй, цепь врезалась в стену, оставляя глубокую вмятину.

Я сглотнула вставший в горле ком. Ну что ж, раунд два. Или три? Я уже со счёта сбилась.

– Хай, давно не виделись, – невесело выдавила я, глянув на угрюмого наёмника, и зачем-то помахала ему рукой.

Любезным ответом мне стал очередной раскрученный замах цепью. Рывком бросившись к парню, я сократила расстояние и, сделав выпад, нанесла колющий удар в живот. Шустро уклонившись, наёмник отбил удар серповидным кинжалом, с противным скрежетом проведя им по шесту. Не давая ему использовать цепь, я отчаянно атаковала связкой ударов, тесня к круглой платформе.

Краем глаза успев заметит, как господин Кай У в вихре багровой ауры неистово бьёт духовной энергией, стремясь пробить брешь в защите Лак Лонга. Но тот, силой вращая чакрамы вокруг себя, казалось, насмехался над его жалкими попытками.

Рывок вперёд с размашистым ударом. Наёмник хладнокровно парирует атаку, бросая взгляд на скользящего размытой тенью между его товарищей, Юань Фэня. Виртуозно орудуя двумя мечами, он, изящно вращаясь вокруг своей оси, наносил меткие удары, попутно отбиваясь от самых прытких.

Тоже отвлечься на него, стало моей ошибкой. Со стремительным выпадом наёмник метнул клинок, грозя отсечь мне голову. Ахнув, я вскинула шест, еле отразив удар и неудачно запнувшись об свою же ногу. Да умею, практикую. Отшатнулась, врезаясь спиной в другого наёмника. Он от радости молниеносно рубанул мечом, в ужасе пискнув, я неуклюже блокировала удар и отскочила в сторону, пытаясь успокоить безумно колотящееся сердце.

Да чтоб вас!

Не теряя ни мгновения, мужчина с жаждой крови в глазах вновь замахнулся мечом, но его рука внезапно застыла в воздухе. Цепь, словно стальной удав, обвилась вокруг его запястья, жёстко удерживая. Двое наёмников сцепились взглядами в безмолвной борьбе. А я, сбитая с толку, замерла, метая взгляд с одного на другого. Что за фигня?

Мой наёмник наконец опускает товарища, и тот, бросив на меня гневный взгляд, кидается в сторону господина Кай У. В воздухе снова раздается лязг, взмахнув шестом, перехватываю цепь, но она вдруг закручивается вокруг него, и в этот момент наёмник с силой дёргает. Не выпуская шест из рук, я буквально подлетаю вверх, полетев вперёд... Чертыхнувшись, уже приготовилась поцеловаться с грязным полом, как чья-то горячая ладонь подхватывает за талию, а наёмника молниеносно атакует меч.

Юань Фэнь плавно опускает меня на пол, в тоже время, держа пальцы второй руки в управляющем жесте, направляет меч, оттесняя наёмника.

Кажется, у меня дежавю.

– Барышня Сония, всё в порядке? – отвлекаясь на миг, Юань Фэнь пробегается по мне обеспокоенным взглядом.

– Уже да, – смущенно киваю я, встречаясь с теплыми янтарными глазами.

– Мне вот... помо..щь совсем.. не нуж..на... – с трудом кряхтит неподалеку Эрик. Наёмница, уложив его на лопатки, нависла сверху, грозя вонзить один из кинжалов в шею, красный от натуги лидер кое-как блокировал её руку сложенным веером.

Коршуном метнувшись к нему, Юань Фэнь грациозно перехватил в воздухе свой меч, устремив клинок на наёмницу. В последний миг, встретив удар кинжалом, девушка слетела с Эрика. Не дав лидеру перевести дыхание, Юань Фэнь сгрёб его за ворот, поднимая на ноги, и, ободряюще хлопнув по плечу, мол: «Дальше сам», унёсся ветром в направлении Кай У.

Я только ошеломленно моргнула. Боже, и как он всё успевает в этой суматохе?

Стоило на пару секунд потерять бдительность, как рядом очутился мой наёмник. Рассекая воздух серповидным клинком, он яростно бросился на меня. Поморщившись от ноющей боли в руках, приготовилась парировать атаку, как неожиданно меня окутал нежный цветочный аромат, а вокруг наёмника закружил вихрь лепестков, с силой отшвыривая его в стену.

– Энаа, кажется, я задержался, – с виноватой улыбкой, величественно опустился рядом Цзиньэ, осветив рогами моё удивленное лицо.

– Есть такое, – не сдержала я улыбки, и тут же, заметив пополнение в рядах, на нас набросились наёмники.

Решительно оттеснив меня за спину, Цзиньэ взмахнул широкими рукавами, отражая атаки острыми, как лезвия листьями, и оставляя глубокие царапины на руках противников.

Ух ты. Кажется, мы плохо влияем на Цзиньэ.

– Осколок! Не дайте ему забрать его! – взволнованный крик господина Кай У эхом разлетелся по залу.

Вздрогнув от неожиданности, я резко обернулась к алтарю. Лак Лонг, развевая за спиной плащ, стремительно приближался к кинжалу. Не раздумывая ни секунды, я стремглав бросилась к нему, благо стояла ближе всех. Перед носом выскочил один из наёмников, тут же получив шестом в живот, он грохнулся на пол, а я, попутно отпустив шест, кажется, придавила его им, судя по приглушённому «оху». Видимо, наемники тоже не обладают духовной силой.

Подлетев к алтарю, мы с генералом одновременно хватаемся за кинжал, снимая с подставки и дёргая каждый на себя.

– Хен ха... – цедит Лак Лонг, пронзая убийственным взглядом, но ответить взаимностью я не успеваю.

Платформа под ногами содрогается, и в следующий миг мы улетаем в бездонную пропасть. Вопль застревает в горле, а последнее, что я вижу – пролетающего светлячка.

Какого?!..

***

[1] Осколок (меча)

[2] Заставили меня

[3] Озлобленным духам

[4] Тебе твоя голова не дорога?

[5] Гневать

[6] Так великолепно

[7] Как любопытно

[8] Что ж тогда поглядим

[9] После того, как ты

[10] Недурно

Глава 15

Заброшенные руины Мэйу. Храм Тяньхэ

– Ах, мэйнюй-мэйнюй, – слышится притворно-укоризненный цокот сквозь гул в ушах. – Неужели ты настолько пленена очарованием врага, что решила бросить вызов приличиям и возлежать с ним в обнимку? Узнай об этом шуайгэ, и его сердце будет разбито.

Боже... Я что, угодила в преисподнюю? Почему слышу голос Лу Мэна, и что он там за ерунду несёт?

– Господин Лу Мэн, вы ошибаетесь... – простонала я, медленно разлепляя глаза и упираясь локтем во что-то мягкое, кряхтя приподнялась, вглядываясь в расплывчатый тёмный силуэт, окружённый бледно-зелёным свечением светлячков.

Так, на ад вроде не тянет. Это радует. Но чернота вокруг – хоть глаз выколи.

– Что ж, тогда полагаю, это особый способ захвата противника? – продолжил глумиться цзянши, указав рукой куда-то рядом со мной. Светлячки тут же закружили над головой, услужливо осветив пространство.

Всё ещё пребывая в недоумении, я обернулась, едва не уткнувшись лицом в нос Лак Лонгу. Жгучий ледяной взгляд пронзил до костей. Вот чёрт! Я как ошпаренная шарахнулась в сторону, слетая с его груди. А ещё думала, почему мне так тепло и мягко лежать.

Охнув, Лак Лонг сморщился, потирая рукой грудную клетку, и с угрюмым непониманием оглядел полутьму вокруг. Но стоило ему столкнуться взглядом с Лу Мэном, который, склонив голову, наблюдал за ним с ядовитой ухмылкой, как он вскочил на ноги, едва снова не рухнув, наступив на свой же алый плащ и выругавшись, обличительно заявил:

– Яо, тхе най, твоих рук дело!? Неужели да нги, этой ловушкой помешать мне заполучить осколок? Или надеялся тхоат хой[1] никчемных заклинателей от меня? Глупец, – презрительно бросил генерал цзянши, отчего я только раскрыла рот, не в силах решить, восхищаться или пугаться его смелостью.

Ох, зря это он.

С затаившим дыханием и всё ещё сидя на холодной земле, я перевела напряженный взгляд на Лу Мэна. Его тонкая бровь изогнулась дугой, отражая недоумение.

– Мэйнюй, что там лопочет этот сяоцзы[2]? Я устал вслушиваться в его странный говор.

Лак Лонг поперхнулся возмущением, пронзая цзянши взглядом, как остриём стрелы.

– Этот генерал интересовался, куда мы угодили и что здесь делаете вы? –любезно перевела я на свой манер.

Лак Лонг полоснул по мне взглядом, но в тусклом свете, исходящим от роя светлячков, я этого почти не заметила и поднялась на ноги, осторожно разминая каждую косточку. Вроде всё цело.

– Ах, вот оно что, – слащаво усмехнулся Лу Мэн, легким движением руки откидывая с плеча серебряную прядь распущенных волос. – А я было подумал, он осмелился меня обвинять. Ведь будь это так, этот господин уже превратился бы в прах.

То ли от этой усмешки, то ли от слов цзянши, Лак Лонга аж перекосило.

– Яо, вижу, ты позабыл, как мэй дэй[3] был моей марионеткой. Дэн чуа напомнить об этом? – желчно уколол он в ответ и, надменно ухмыльнувшись уголком губ, призвал силу. Его глаза вспыхнули аметистовым светом, а на лбу высветился бледно-лиловый узор.

Что? Опять!? Я уже собралась кинуться на спину генералу в попытках закрыть ему глаза, всё легче, чем потом отбиваться от цзянши. Но Лу Мэн вдруг выставил руку, давая понять, что лучше не вмешиваться.

– Как примитивно, – холодно протянул цзянши, слегка отвернув голову и опустив взгляд в землю, а светлячки тут же выстроились у его лица, будто мини-щит.

И хоть они меня порой раздражают, это выглядело мило.

– Но, если генерал настаивает на этом жалком зрелище, я охотно отвечу тем же, – зловещая улыбка мелькнула на губах Лу Мэна, он щелкнул пальцами, и в тоже мгновение, мерцающий чёрно-зеленым светом дымчатый шар устремился на Лак Лонга. Генерал, не убирая свечения с глаз, вскинул руку, атаковав клубившейся пурпурной энергией сферой.

Чертыхнувшись, я спешно присела, закрывая голову руками. Боже... Нашли место для обмена магическими любезностями! И зажмурилась в ожидании взрыва и возможного погребения заживо в этой яме, но спустя два вздоха, по-прежнему стояла тишина.

Осторожно подняв голову, я бегло взглянула на них одним глазом. Отметив на лице Лу Мэна неподдельное изумление и мимолетную растерянность, что напугало куда сильнее, чем его демонические замашки. У другой стены Лак Лонг выглядел не менее потрясенным: рот раскрыт, брови приподняты, он быстро моргал, переводя взгляд то на цзянши, то на свои руки.

– Что с вами? – голос прозвучал сипло и тише, чем я хотела. – Куда делись ваши заклинания?

– Как...странно. Здесь что-то поглощает нашу силу, – хмуро отозвался Лу Мэн, в свете светлячков мне почудилось, что его лицо стало ещё бледнее. – Однажды со мной уже было такое, во время заточения в башне Усмирения Духов, – обронив это признание, цзянши подлетел к стене, осматривая её.

– Чего? Это что ещё за место такое? – ошеломлено моргнула я, невольно переглянувшись взглядом с застывшим Лак Лонгом и с трудом представляя, кто мог заточить там цзянши.

– Мэйнюй не знает про башню Усмирения Духов? – Лу Мэн обернулся, удивленно вскинув бровь, я лишь покачала головой. – И чему же вас обучали эти добродетельные выскочки-заклинатели, раз не посвятили о своём излюбленном месте? Куда сгоняют всех неугодных духов и яо, лишая сил и тренируясь на них в укрощении. Самых же непокорных они уничтожают, отбирая демонические ядра.

– Звучит жутко и не менее жестоко, – я передёрнула плечами и обхватила себя руками от пробежавшего озноба. В этой яме становилось всё холоднее, да и влажная земля тепла не прибавляла. – Как же вы, господин Лу Мэн, выбрались оттуда?

– Как я выбрался? Ха! – цзянши вздёрнул ниспадающими рукавами светлого одеяния, свысока припечатав взглядом почему-то Лак Лонга. Тот, небрежно скрестив руки на груди, ответил равнодушным взглядом, нисколько не проникшись его бедами. – Те заклинатели были просто глупцами, недооценившими меня. В конце концов, даже самые крепкие цепи имеют свои слабости. – Лу Мэн вдруг подался вперёд и покрутил в воздухе пальцем. – Но не надейся, мэйнюй, я так легко не раскрываю свои тайны.

– Тц, сдались мне ваши тайны, как сдача в пять копеек, – фыркнула я, стушевавшись под его лукавым взглядом.

Лу Мэн одарил меня благосклонной улыбкой. Но на его прекрасно-холодном лице, с высокими скулами и тонкими аристократическими чертами, которые могли казаться хрупкими, если бы не пронзительный взгляд, особенно левого затянутого белизной глаза, эта улыбка вызвала у меня двоякое ощущение восхищения, смешанного с тревогой.

– Яо, хватит ной нуа[4]! Найди тхы хао[5] мои силы! – в нетерпении скомандовал Лак Лонг, раздражённо стуча пальцами одной руки по локтю другой.

– Как пожелает этот господин, – оскалился Лу Мэн, и в его красном глазе вспыхнул дьявольский огонёк. Не сводя с генерала взгляда, он обнажил гнилые когти и, вонзив их в окутанную тьмой стену, с каким-то изощренным удовольствием провёл вдоль неё, вызывая невыносимый скрежет.

Ай...

Мы с генералом одновременно зажали уши, не в силах вынести этот режущий звук. Насладившись нашими мучениями, Лу Мэн резким движением ударил по стене. В тот же миг в воздух будто взметнулось облако мерцающей пыли, я отвернулась, прикрывая лицо рукавом, а в горле сразу запершило.

И вдруг словно включили иллюминацию. Стены того, что я приняла за яму, озарились сине-зелёным сиянием, исходящим от прожилок какого-то минерала. Пульсируя мягким светом, они, как живые вены, пронизывали их, освещая почти каждый уголок, и устремлялись вглубь тоннеля. Мда. А вот сразу так нельзя было сделать? Я тут зрение, понимаешь, напрягала...

Но, несмотря на ворчание внутреннего голоса, сердце преисполнилось восторгом.

– Потрясающе, – я завороженно протянула руку, касаясь камня, и прожилки, реагируя, переменили оттенок с ярко-изумрудного на лазурный. – Как красиво...

Лу Мэн с отвращением взглянул на стену и холодно заметил, не скрывая едкой иронии:

– Мэйнюй, как сладостный шёпот Цзювэйху[6], чья красота пленит, ведя в объятия смерти, так и иньцзэй[7] сияет обманчивым светом, истощая силы яо и, к моему удовольствию, заклинателей.

Я в замешательстве присвистнула. В этом мире и такие минералы существуют? Можно мне ящик?

– Яо, муон ной из-за этого тхам[8] камня, я лишился силы? – голос Лак Лонга клокотал от возмущения и удивления, он стиснул кулаки, прожигая Лу Мэна взглядом. Казалось, генерал не мог поверить, что нечто столь незначительное может сделать его уязвимым.

Да и поделом ему!

– Господин сяоцзы верно понял, – кивнул цзянши, растянув губы, как чеширский кот в улыбке. – Ну... я пошёл.

– Стоять! – гаркнула я не своим голосом, отчего сверху посыпались мелкие камушки, и в один прыжок очутилась рядом с Лу Мэном, вцепившись клещом в его светлый рукав.

От моего порыва светлячки, бросились в рассыпную, зависнув над потолком.

– Мэйнюй, благородные девы не хватаются за одеяния яо, они как правило, противно кричат и бегут, силясь спасти свою никчемную жизнь, – в который раз настоятельно прокряхтел Лу Мэн, пытаться отцепить меня от себя.

А вот фигушки ему.

– Что ж, вам не повезло. Во мне столько же благородства, сколько в вас тепла, – процедила я, всеми силами сопротивляясь, и даже готова была вцепиться зубами, но говорить было бы неудобно. – Вы не можете уйти, не забрав меня с собой. Если останусь здесь, мне хана!

Я в отчаянии кивнула в сторону Лак Лонга. Вздёрнув в ответ подбородок, он презрительно сузил глаза, всем своим заносчивым обликом выражая неприязнь, подобную ветру, пронизывающему зимнюю ночь.

– Исключено, – безразлично отрезал цзянши, мазнув по генералу взглядом. – Моя демоническая сила угасает, а я не могу позволить себе такую роскошь. Попытаюсь перенести тебя с собой, и нас обоих может навечно рассеять.

– Серьёзно? – ахнула я, опешив. Риск навечно рассеяться меня не прельщал, но досадное разочарование взяло вверх. – Тогда зачем вы, господин Лу Мэн, вообще заявились в эту яму?

Красный глаз цзянши хищно сверкнул, заставив меня вздрогнуть.

– Ох, мэйнюй, твоя вера в моё желание спасать тебя умиляет, – снисходительно улыбнулся Лу Мэн и с фальшивой заботой протянул свободную руку, убирая с моей щеки прилипшую прядь. Я ненароком отпрянула, ощутив ледяное прикосновение. – Вынужден огорчить, я пришёл к этому благороднейшему скряге Цзиньэ, вкус его ци продолжает искушать меня, я должен испить её снова, – цзянши с наслаждением облизнул губы.

– Меня не интересуют ваши... вкусы, – сморщила я нос, быстро отпустив смятый рукав, и незаметно вытерла об себя ладони. Фу. Лишняя информация, срочно удалить.

Лу Мэн удручённо вздохнул и продолжил с толикой укора:

– Но кто ж знал, что мэйнюй с генералом так некстати решат уединиться, и я окажусь свидетелем этой прелестной картины.

– Всё не так... – сконфуженно зашипела я, чувствуя, как пылает лицо, и не зная, куда деться от насмешливых глаз цзянши.

Услышав нелестные намеки, и Лак Лонг вспыхнул подобно знатной госпоже, чью честь и достоинство посмели оскорбить.

– Яо, как смеешь! Тхат ла во ли![9] – даже в неоновом освещении от взгляда не ускользнуло, как его лицо по цвету слилось с алым плащом.

Я бы посмеялась, но, увы, выглядела не лучше.

– Господин сяоцзы, это будите объяснять шуайгэ, – небрежно отмахнулся Лу Мэн. От столь неуважительного обращения генерал раздраженно дёрнул верхней губой и заиграл скулами, будто стараясь сдержать себя.

Криво ухмыльнувшись, Лу Мэн вернул взор на меня и приподнял руку, вытянув указательный палец. На него тут же, мигая зелёным огоньком, опустился один из жучков.

– Мэйнюй, так уж и быть, я проявлю милость и оставлю светлячка. Следуй за ним, он придёт к выходу, – цзянши вдруг замялся и не столь уверенно добавил: – Ну, будем надеяться, он здесь есть.

Изумленно приподняв бровь, я тупо уставилась на Лу Мэна, не зная, то ли смеяться, то ли плакать от его милости. Светлячок, словно приняв приказ, подлетел ко мне.

– О вашей щедрости, господин Лу Мэн, можно слагать стихи, – скрестив руки на груди, я всё же не удержалась от сарказма.

– Ах, мэйнюй, не стоит, – его губы изогнулись в едва заметной улыбке, а в голосе чувствовалась откровенная ирония. – Для моей ученицы мне ничего не жаль.

Внутри вспыхнул протест, я только открыла рот, чтобы возразить, но Лу Мэн резко взмахнул светлым рукавом, чуть не заехав мне им по лицу, и, обдав порывом энергии, исчез в тёмно-зелёном вихре светлячков.

– Ну и скатертью дорожка! – выкрикнула я уже куда-то в пустоту и вздрогнула, услышав за спиной приглушенный кашель. Чертыхнувшись, я неловко обернулась, натянув на лицо самую невинную улыбку, и встретилась взглядом с генералом.

На его губах сияла недобрая улыбка, полная самодовольства и злорадства. Сузив глаза, как хищник, готовый к атаке, Лак Лонг явно наслаждался моей беспомощностью.

Вот теперь мне точно хана.

Стиснув зубы, я выдержала его взгляд, но стоило ему отвлечься и полезть рукой за пазуху чёрного одеяния с кожаной броней, которая закрывала только левую сторону груди, как я судорожно выдохнула, пытаясь унять не только отчаянно колотящееся сердце, но и поднимающийся водоворот из страха. Лу Мэн ушёл, и вместе с ним меня покинуло хоть и иллюзорное, но ощущение безопасности. А теперь мало того, что я застряла под землей без еды и воды, так ещё и с типом, что убьёт, не моргнув глазом. Всё, привет, паника. Я начала задыхаться, тревога тисками сковала всё тело.

– Хен ха! – рявкнул генерал, стремительным движением подлетая ко мне, и в следующее мгновение я оказалась с силой вжата в стену. По затылку разлилась немая боль, но Лак Лонгу, видно, этого было недостаточно. Он схватил за плечо, безжалостно вдавив пальцы в кровоточащий порез. Из глаз едва не брызнули слёзы, я вскрикнула, вырываясь, но другая рука железным обручем сдавила горло.

– Где он?! – прорычал Лак Лонг, склонившись так близко, что я чувствовала его горячее дыхание, видела, как пылают от ярости глаза, а на серебряной маске, мерцают изумрудные блики. – Верни той мань вэ[10], иначе я...

Борясь за глоток воздуха, я попыталась оттолкнуть его, но генерал, подобно нефритовому изваянию, не двинулся с места.

– У.. меня...его нет... – прохрипела я, и от жгучей боли по щеке скатилась слеза. Не желая так легко сдаваться, я с трудом выхватила из волос шпильку, в отчаяние полоснув по руке генерала. Увы, воткнуть её ему куда-нибудь духа не хватило.

Зашипев, Лак Лонг отдёрнул руку, удивленно взглянув на рану, а я тут же схватила ртом воздух, заливаясь кашлем. Даже сейчас Чжун Хао своим подарком снова помог.

– У меня нет кинжала, – хрипло повторила я, стараясь придать голосу уверенности, несмотря на дрожь в теле, и мрачно взглянула на генерала. Шпильку я по-прежнему крепко сжимала, готовясь отбиваться. – Я выпустила его из рук, как только мы сюда провались.

Лак Лонг подозрительно вздёрнул бровь.

- Куда хан лук до пропал?

– Понятия не имею. Если не веришь, то обыщи меня, – забыв об вежливости, дерзко предложила я и даже руки в стороны расправила.

Раз такой крутой, давай, вперёд, мне нечего скрывать.

Кажется, мои слова ошеломили генерала сильнее, нежели если бы я ударила его по лицу. У него изумленно расширились глаза, и он отшатнулся с таким брезгливым выражением, будто сама мысль об этом, была ему отвратительна.

Боже, я же не переспать предложила.

– Хен ха, у тебя хватает тай бао[11] предлагать мне такое? – вены на виске Лак Лонга вздулись от моей наглости. – Назови хоть одну причину той хонг нын[12] убить тебя? – процедил он голосом глухим и опасным, как раскалённый металл.

Холодный пот скатился по спине, я нервно сглотнула. Мысли заметались, словно птицы, запертые в клетке, но, как обычно в стрессовые моменты, на ум ничего веского не приходило. Генерал надменно склонил голову набок, в нетерпении, застучав пальцем по подбородку.

Ах черт...

– Ты сам не знаешь, что ждёт дальше в этом тоннеле, – выпалила я, первое, что пришло в голову. – А учитывая, что ты остался без сил, лишняя помощь не повредит. Вдвоем шансов выбраться отсюда куда больше.

Лак Лонг прищурился, его глаза, казалось прожигали меня насквозь, но в них мелькнуло сомнение. Наконец генерал медленно кивнул, но в его взгляде не было ни капли расположения.

– В твоих словах есть ко фан правды, – неохотно согласился он, и высокомерным движением смахнул с плеча длинные волосы с вплетёнными в хвост, красными лентами. – Но не обманывайся. Мы не союзники. Если вздумаешь лам фьен[13] или встанешь на пути, я не раздумывая убью тебя.

– Хорошо, – кивнула я, взволнованно облизнув сухие губы, и зажала рукой плечо, стараясь не показывать, как сильно меня трясёт. Союз по принуждению также хрупок, как тонкая нить. И если она порвётся, моя смерть будет мгновенной.

Лак Лонг уже развернулся уходить, но вдруг, щёлкнув в воздухе пальцами, обернулся:

– Ах да, и я с удовольствием посмотрю, как ты выживешь хонг ко[14] своего яо и никчемных заклинателей, – его насмешливый голос был полон вызова. Он в довольном предвкушении рассмеялся, а у меня зачесались руки всё же воткнуть ему в спину шпильку. Гад напыщенный!

Не оглядываясь, Лак Лонг двинулся вперёд по тоннелю. Прижавшись к стене, я, тяжело дыша, пыталась успокоиться и собраться с силами перед новым боем. Рана на плече, всё кровоточила, отдаваясь глухой пульсацией. Достав из внутреннего халата шёлковый платок, я криво обмотала его вокруг плеча, но вот завязать одной рукой навыков не хватало. Давай же, пожалуйста. Да ёшкин кот! Сдавшись, я раздраженно застонала, а от мысли, что придётся обращаться к генералу, в горле встал тошнотворный ком.

– Хен ха, не заставляй той ждать, – недовольно окликнул Лак Лонг, возвращаясь и прожигая мрачным взглядом.

Мда. Помяни чёрта, и он явится.

Я глубоко вздохнула и нехотя отклеившись от стены, направилась к нему.

– Господин Лак Лонг, раз убивать вы меня пока не намерены, – с трудом выдавила я из себя вежливое обращение. – То можете помочь завязать бантик? – я вытянула руку, помахав кончиками платка.

Изумленно вскинув бровь, генерал непонимающе моргнул, пялясь то на меня, то на повязку.

– Узелок?.. – неуверенно исправила я просьбу, видя его зависание.

Криво ухмыльнувшись, Лак Лонг резким движение завязал платок. Ауч! Я приглушенно охнула, закусив от боли губу. Да чтоб тебя!

– Спасибо, – сквозь зубы прошипела я, мысленно проклиная его.

В ответ генерал протянул свою руку, вдоль которой тянулась глубокая царапина, и одним взглядом приказал перевязать её. Сдерживая ругательства, я оторвала от разорванного рукава кусок ткани. И плевать, что он пыльный и в грязи. Небрежно обмотав ладонь генерала, я с мстительным удовольствие, со всей силы завязала узел, а потом ещё и бантик затянула.

Поморщившись, Лак Лонг выдернул руку, гневно зыркнув на меня. Невинно захлопав ресницами, я довольно улыбнулась. Высказав на своём языке мне пару ласковых, генерал, хмуро поглядывая на бантик, зашагал вперёд по извилистому коридору. Держась слегка на расстоянии, я двинулась следом.

Тоннель, освещённый мерцающим светом сине-зелёных прожилок, казалось, петлял бесконечно, уводя нас всё глубже в недра земли. Сырой воздух, пахнущий плесенью, неприятно оседал в горле. В очередной раз свернув, мы оказались в небольшом гроте, где путь нам перекрыла величественная каменная дверь с тонким золотистым отливом. На двери мягкими линиями и плавными изгибами были вырезаны изысканные цветы лотоса, их лепестки распускались словно приглашая войти. А по краям обвивали ветвистые стебли бамбука, будто шепча о стойкости и гибкости. Изумлённо разглядывая каждый узор, я натолкнулась взглядом на выгравированные иероглифы, обрамлённые изящными завитками. Пришлось напрячь зрение и память, чтобы хоть что-то понять:

– Лишь тот, кто знает цену тишине, сможет услышать зов истины, – неуверенно начала я переводить. – Лишь тот, кто не боится потерять, сможет обрести...

О чём это?

– Открыв, кыа, не забудь: каждый шаг полон преград. И только чистые сердцем к свету придут, – подхватил генерал, мрачнее на глазах.

Мне стало не по себе, во рту пересохло.

– Судя по всему, нас ждут испытания.

– Хен ха испугалась? – холодно бросил Лак Лонг и вернул сосредоточенный взгляд на надпись. – Полагаю, выбора нет, придётся идти.

Это я и сама прекрасно понимала. Но легче не стало.

– Что ж, тогда после да... достопочтенного генерала, – вовремя выкрутилась я и, поджав губы сдерживая смешок, протянула руку вперёд.

Не уловив в моих словах язвительного намёка, Лак Лонг вздёрнул нос и, горделиво хмыкнув, мол: «Вот именно», с кряхтением навалился на дверь.

Скрежет разлетелся по тоннелю, дверь едва приоткрылась, и генерал нырнул в полумрак...

***

[1] Избавить

[2] Сяоцзы (小子, xiǎozi) – негодник, малец

[3] Совсем недавно

[4] Хватит болтать

[5] То, что поглощает силы

[6] Цзювэйху (九尾狐, jiǔwěihú) - лиса с девятью хвостами

[7] Минерал Иньцзэй (阴贼, yīnzéi) – тайно вредить\воровать ци

[8] Ничтожного камня

[9] Что за нелепый вздор!

[10] Верни мне осколок

[11] Дерзости

[12] По которой я не должен

[13] Докучать

[14] Без помощи

Глава 16

Заброшенные руины Мэйу. Под храмом Тяньхэ

...Один вдох. Второй. Собрав остатки смелости в кулак, я шагнула следом в тёмный проём, и как в комедии с плохим сценарием тут же обо что-то споткнулась.

– Ох, блин!.. – охнула я, и неуклюже без шансов на грацию, полетела вперёд, неожиданно врезаясь в твёрдую, как броня спину Лак Лонга, и по всем законам неловкости, повисла на нём, обхватив руками за талию.

Святые суслики! Я только что обняла генерала?!

Внутренний вопль сработал не хуже удара током, я резко отскочила, ожидая грозного: «Хен ха, ты смерти ищешь?» или чего похуже.

Но генерал не шелохнулся. Не обернулся. Не издал ни звука. Стоял, как вкопанный, едва дыша, словно зверь, учуявший хищника. Напряженно вглядываясь в полумрак, Лак Лонг медленно стиснул кулаки и, кажется, с трудом сглотнул, его кадык дёрнулся вверх-вниз.

– Эй, генерал Лонг, что с тобой? – я нахмурилась и неуверенно шагнула ближе. Но он не отреагировал, и я, ещё больше нервничая, проследила за его взглядом.

Твою ж...!

В углу, освещенном изумрудными прожилками, в паутине, свисающей с потолка, как седые волосы призрака, лежала куча человеческих останков – обглоданных и гнилых. Из-под истлевшей ткани, словно изуродованный каркас торчали рёбра.

Но самое мерзкое – огромные жуки-альбиносы, копошившиеся на костях. Десятки мертвенно-белых тварей с блестящими хитиновыми панцирями, сквозь которые просвечивали внутренности, и глазами-бусинами словно из застывшей крови. Их многочисленные тонкие лапки быстро двигались, издавая неприятный скрежет, словно ногти по стеклу.

– О, боже... – весь воздух, казалось, вырвался из лёгких, я судорожно отступила, передёрнув плечами от пробежавшей по телу ледяной дрожи.

Не то чтобы я сильно боялась насекомых, но эти твари были размером с добротного мадагаскарского таракана, если не больше, и явно предпочитали довольствоваться падалью. Даже светлячок, кажись испугался их, потускнел и шмыгнул за спину.

– Бай ши шэнь[1]... – выдохнул под ухом Лак Лонг так тихо, будто дух испустил.

– Кто? – хмуро переспросила, метнув на генерала взгляд и снова уставилась на отвратительных жуков. Щёлкая челюстями с длинными, острыми жвалами, они вгрызались в то, что когда-то было чьей-то грудкой клеткой.

– Бо байши, – с небывалой ненавистью выплюнул генерал. – Кэ ан сак![2] Те, что пируют плотью живых и мертвых.

Отвращение подкатило к горлу.

– Подожди, хочешь сказать, мы можем стать следующи...– я умолкла, не договорив. Ответ и так читался на лице генерала, каким бы невозмутимым он ни старался казаться. Но его так сильно сжатая челюсть, отчего у него на виске проступила пульсирующая венка и застывший взгляд, говорили об обратном.

Мои губы дёрнулись в едва заметной улыбке. Очень опасно. Очень глупо. Но удержаться было невозможно.

– Генерал, неужели вы боитесь этих букашек? – не смогла не поддеть я его, хотя внутри у самой всё дрожало от страха.

Лак Лонг резко повернулся, пронзив меня убийственным взглядом.

– Закрой рот, хен ха, – угрожающе процедил он, но глаза выдавали совсем иное – скрытую панику, прорывающуюся сквозь его маску уверенности. – Кэо хой хан![3]

– Всё молчу, – я вскинула руки в примирительном жесте, но мысленно злорадствовала.

Кто бы мог подумать! Великий и ужасный генерал Лак Лонг боится жуков. Невероятно... но, как же приятно.

В этот момент, видно, и судьба решила посмеяться. Один из особо крупных жуков-альбиносов выполз из глазницы черепа и, мерзко щёлкая жвалами, двинулся прямо к Лак Лонгу. За ним последовал другой, потом третий.

Я на миг напряглась, но любопытство взяло вверх и, я бросила взгляд на генерала.

Его зрачки расширились, он отшатнулся, но так, словно просто «сменил позицию», а не панически отступил.

Я едва не хихикнула. Сдержалась. Но только наполовину.

– Что, генерал, надеетесь, от вашего взгляда они сами умрут от ужаса?

Лак Лонг бросил на меня такой взгляд, что я, прикусив язык, всерьёз задумалась, не стоит ли спасаться бегством. Но тут самый рьяный и наглый из жуков приблизился к генералу, вгоняя его в ещё больший ступор.

О, нет. Только не в мою смену, приятель.

Я резко занесла ногу и со всей силы наступила на него. Громкий хруст, влажное чавканье, мерзкий жук разлетелся под подошвой, брызнув в стороны белой жижей.

Скривившись, я убрала ногу, брезгливо глянув на расплющенные останки. Два других жука тут же с упоением накинулись на собрата.

– Фу. Гадость какая... – пробормотала я, вытирая подошву о землю, и подняла глаза.

Лак Лонг смотрел на меня так, словно я осквернила древний свиток императора собственной пяткой.

– Что ты сделала?! – прошептал он, в голосе звучала смесь отвращения и шока.

Я моргнула.

– Эм...убила его?

Казалось, генерала сейчас хватит удар.

– Май чи[4]... наступила на него?!

Я озадаченно глянула на останки жука. Я чего-то не знаю? Или гибель этой букашки так тронула Лак Лонга?

– А что, надо было пригласить его на чай?

Генерал моргнул. Первый раз за последние минуты.

О, боги... Я ведь могу это использовать и увеличить свой шанс выбраться отсюда живой! Внутренне возликовав, я мгновенно переключилась на стратегию «нагло-доброжелательного спасателя» и, деловито откинув с лица растрёпанные волосы, шагнула ближе к Лак Лонгу.

– Генерал, как насчет пересмотра нашего соглашения? – спросила я, пытаясь сохранить уверенный тон.

– Хен ха, ты в своём уме? – он смерил меня презрительным взглядом и раздражённо отмахнулся от светлячка, вдруг замелькавшего у его серебряной маски, на которой отражались изумрудные блики.

– Абсолютно...наверное, – заверила я, и указала на шевелящуюся кучу насекомых. – Я отгоняю этих тварей от тебя, а взамен, ты не пытаешься прикончить меня. И мы вместе дружно выбираемся отсюда. Идёт?

Лак Лонг молчал, таращась так, будто я только что предложила ему отказаться от звания генерала и уйти в монахи.

– А иначе? – недовольно выдавил он, невольно дёрнувшись, когда один из жуков подполз слишком близко.

В ход снова пошла моя нога и противный хруст разлетелся по тоннелю. Я улыбнулась. У тебя нет выбора, дружок.

– Иначе, я споткнусь и случайно столкну тебя в колонию к этим маленьким друзья. Кто знает, может, генералы у них любимое лакомство? – милейшим голосом пригрозила я.

Ух ты. Я и вправду дерзкая. Пора бы сбавить обороты, иначе к древним останкам прибавятся и мои косточки.

Сжав кулаки, Лак Лонг прожег меня взглядом. В нём явно боролись два желания: то ли прибить меня, то ли согласиться на сделку.

– Хорошо, – наконец процедил он, выдавливая каждое слово. Его гордость непробиваемая как броня, сейчас трещала по швам. – Но если предашь...

– Да, да знаю, – нетерпеливо отмахнулась я. – Вырвешь мне сердце и съешь с рисом. А теперь закрепим сделку.

Я протянула ему мизинец и со всей серьёзностью глянула в глаза. Красивые, зараза... как у хитрющего лиса. Так, не отвлекаемся!

– Поклянись. Буддой, Иисусом Христом, Кришной, Зевсом, Гэндальфом, Сейлор Мун, – выпалила я на одном дыхании, и сама удивилась, как ловко получилось.

Лак Лонг завис, пытаясь осознать всё это безумие.

– Зи вэй... за боги такие? – он подозрительно сузил глаза, смотря на мой палец, как на жало скорпиона.

– Мои современные, – усмехнулась я уголком губ и схватила его руку. Генерал дёрнулся, будто его током ударило, но я уже переплела наши мизинцы. – Всё, договор скреплен. Тронешь меня, и боги рассердятся.

И чтобы убедить наверняка, полоснула ладонью вдоль горла, одарив своей самой невинной улыбкой.

– Дынг тыон[5]... – прорычал он что-то на своём языке, явно не молитву и отдёрнув руку, брезгливо вытер её о кожаный доспех.

В тоннеле снова заскребли жуки, предвкушая пир. Едва заметно вздохнув, Лак Лонг, мрачно откинул край алого плаща, и жестом велел идти вперёд. Теперь мы оба знали, кто тут главный. И это не тот, кто держит меч. А та, кто держит жуков под каблуком.

О, сладкая, ироничная справедливость.

Сдерживая тошнотворный ком, я шла, топча с противным хрустом самых шустрых жуков, решивших нами закусить, и едва не поскальзываясь на их слизи.

– Сорри, сорри, – виновато бормотала я под нос, раздавливая очередного жука и шугая второго.

Почти беззвучно двигаясь вдоль стены, Лак Лонг лишь надменно хмыкнул на мои извинения.

Благополучно миновав окутанную паутиной кучу костей и избежав схватки с оставшейся дюжиной жуков, мы свернули в узкий проход. Светлячок тут же оживился, выпорхнул из-за плеча и, ярче вспыхнув, полетел вперёд. Я же шла, внимательно глядя под ноги и отгоняя нападавших тварей. К счастью, здесь их было куда меньше.

– Генерал, – заговорила я, решив прервать гнетущую тишину и стараясь, чтобы голос звучал как можно беззаботней. – А чего вы так боитесь этих бай ши шэнь? Неужели один из них как-то заполз вам в сапог и укусил за пятку?

В следующий миг я с резким стуком ударилась спиной об стену. Камень впился в кожу, воздух вырвался из груди. Я даже ойкнуть не успела, как Лак Лонг навис надо мной. Его глаза полыхали ледяным огнём, а рука больно сдавила предплечье, отчего рана, что только перестала кровоточить, снова запульсировала. Я закусила губу, чтобы не вскрикнуть.

– Тхэм мот[6] слово хен ха, – прошипел он низко и властно, – и ни твоя смелость, ни твои нгок[7] клятвы не спасут. Не смей недооценивать меня. И не вздумай пытаться, использовать это против меня. Хи чуа?[8] Иначе твой короткий и бессмысленный путь закончится прямо здесь.

Да уж. Злить тигра было плохой идеей.

Я с трудом сглотнула, нервно облизнув пересохшие губы. Надо бы помалкивать в тряпочку – живее буду, но мой язык, как обычно, оказался быстрее инстинкта самосохранения.

– О, смотри, жук! – резко выкрикнула я, выразительно кивнув ему под ноги.

Лак Лонга как ветром сдуло: он шарахнулся в сторону, отпуская меня. Поджав губы, чтобы не рассмеяться, я скосила взгляд на плечо. Платок снова пропитался кровью. Вот дался блин, ему мой порез! Всё тычет в него грязными пальцами.

– Ты!.. – генерал с рывком замахнулся на меня, поняв, что его обманули.

– Ай-ай, генерал, осторожнее с угрозами, – уклонившись, я погрозила ему указательным пальцем, надеясь, что он не заметит дрожь в руке. – Не стоит злить моих богов, особенно Сейлор Мун. Она просто обожает карать во имя Луны и справедливости. Закидает такими сахарными сердечками, что мало не покажется!

Генерал нахмурился. Видимо его мозг, настроенный на коварство, предательство и кровь, оказался не готов к моей абсурдной угрозе, озвученной с такой искренней убеждённостью.

– Безумная, – выдохнул он, словно вынося приговор, и, убрав руки за спину, сцепил пальцы до хруста в суставах.

Спорю, он представил мою шею.

– С кем поведёшься... – буркнула я, скорчив рожицу в спину удалявшемуся с гордым видом Лак Лонгу.

Мы шли дальше по коридору, и я едва поспевала за широкими шагами генерала. Он так торопился уйти от жуков, что его алый плащ развевался, как знамя.

Я долго боролась с собой, но в конце концов любопытство пересилило здравый смысл.

– Слушайте, генерал, – осторожно начала я, стараясь говорить так, будто обсуждаю погоду. – Я понимаю, у нас с вами взаимная неприязнь...

– Куой кун, хоть в чём-то разумна, – высокомерно перебил Лак Лонг, не оборачиваясь.

Вот бы он споткнулся. Хотя бы о собственную надменность.

– Но мне всё равно интересно, – проглотив ругательство, продолжила я. – Вы же не просто так шарахаетесь от этих жуков? Они, конечно, жуткие, но, если не трогать...

Он резко остановился, и я снова впечаталась в его спину. Да ёшкин ци!

Лак Лонг развернулся, и воздух между нами мгновенно сгустился. Уголки его губ дрогнули в едва заметной злой ухмылке. Слегка склонив голову, он впился в меня взглядом, прожигая кожу насквозь и будто выискивая куда удобнее вонзить клинок.

Я едва могла дышать, пока он смотрел, лишь с усилием воли выпрямилась, не смея отвести взгляда.

– Хен ха, любопытство убивает быстрее меча, – предостерёг генерал почти в губы, играя со мной, как тигр с ланью.

Меня всю передёрнуло.

– Значит, будем считать, у меня есть иммунитет, – тихо парировала я и, вытянув мизинец, помахала им у него перед носом.

Он хмыкнул и вмиг, с холодным лицом, отстранился.

– За ма[9] на тебя, хен ха, проживи ты хоть нам[10] в темнице Зьет До Тан[11], – его голос прозвучал глухо и безучастно, без злобы и презрения, одна лишь пустота.

– В темнице чего? – опешив, переспросила я, но Лак Лонг, не слыша меня, продолжил:

– Где тебя окружают только голодные ту нян[12] и полчища этих тварей. Где каждая ночь, сплошная пытка, в которой не смолкают крики тех, кого бай ши шэнь пожирают заживо. Где люди фат дьен[13] от одно лишь звука их скрежета. Того самого, что сейчас под твоими ногами. Где такая жалкая смертная, не прожила бы и дня.

У меня перехватило дыхание, я с трудом сглотнула, опуская взгляд. Все мои слова вдруг показались, дешевой бравадой. Я сто раз пожалела, что вообще раскрыла рот.

– Ну что, хен ха, мо кхонг[14]? – с издёвкой протянул Лак Лонг. – Может, стоит рассказать, как бай ши шэнь отгрызают по кусочку плоти, добираясь до костей, как забираются внутрь...

– Нет-нет, хватит, – судорожно перебила я, избегая смотреть на генерала и его жесткую, презрительную улыбку, которой он меня одарил.

– Тогда не вздумай отставать. Той кует[15] как можно скорее покинуть этот ме кьеп тоннель, – приказал Лак Лонг, и стремительно двинулся вперёд.

И в этом я была с ним солидарна.

Пройдя ещё примерно десять вздохов, тоннель начал расширяться, переходя в огромный вытянутый зал. Потолок терялся в тени, а стены, освещённые лазурными прожилками, покрывали древние узоры.

– Вот это да, – протянула я, и эхо приглушенно отозвалось от стен.

Светлячок, покружив у лица, будто зовя за собой, влетел в зал. Я шагнула следом, и под ногой что-то щелкнуло...

Мгновение, и резкий, почти болезненный рывок за ворот ханьфу отдёрнул меня назад. Я вскрикнула от неожиданности, и в ту же секунду перед лицом, так близко, что ветер коснулся щёки, просвистело что-то тонкое, словно струна, оборвавшаяся в темноте.

Тшшвух! И стрела вонзилась в стену, дрожа, как разгневанная оса, а я врезалась в твёрдое плечо генерала. Его рука сжала ткань на моём горле с такой силой, словно он метался между реакцией спасти и порывом задушить.

– Твою ж.. гуй за ногу! – ошеломлённо вырвалось у меня, сердце колотилось, как барабан перед казнью.

Мы с Лак Лонгом переглянулись. Он мрачный, сосредоточенный. А я с глазами размером с монету.

А затем из стен хлынул смертоносный дождь из стрел. Со свистом и лязгом, словно сам воздух трещал от их натиска. Светлячок испуганно замельтешил, но одна из стрел задела его. Крошечный огонёк погас, точно свеча на ветру.

– Ох... – я вжалась в камень, чувствуя, как ветер от пролетающих стрел шевелит волосы и с горечью вздохнула. – Бедняжка.

Лак Лонг застыл рядом, напряженный, как хищник, готовящийся к прыжку.

– Не двигайся! – рявкнул он, стоило мне чуть пошевелить ногой.

– И не собиралась, – прошипела в ответ. Да и двинешься тут, когда всю от страха сковало, что даже воздух в легкие отказывался проходить, и живот свело.

Минуту, а может, вечность, стрелы летели, свистели, звенели, и вдруг наступила – тишина.

Я оторвала взгляд от пола.

– Конец?

– Нет, – коротко бросил генерал. – Перезарядка.

И вправду, за стенами послышалось что-то тревожное: лязг, скрежет, щелчки.

– Очаровательно... – обречённо выдохнула я, вытирая рукавом холодный пот со лба, и внимательно, насколько позволяло освещение, оглядела зал.

Если верить фильмам, где-то должен быть механизм, чтобы её отключить. Но я не настолько везучая. На стенах ни углублений, ни выступов. Пол гладкий, как отполированный нефрит. Обойти зал в поисках другого выхода возможности не было. А рисковать и стать подушкой для стрел в мои планы точно не входило. Не сегодня.

– Ну, – угрюмо констатировала я, обведя рукой зал, – похоже древние мастера были фанатами «идеальных линий и смертельных последствий». Ни колонн, ни рычагов, никаких укрытий. Даже жуков нет, видимо, они умнее нас.

Метнув на меня взгляд, Лак Лонг нахмурился.

– Что хен ха предлагает?

– Паниковать, – честно ответила я, разведя руками. – Или вернёмся назад...

– Нет! Тиен лен,[16] – перебил генерал, тоном нетерпящим возражения.

– С ума сошёл? В эту... мясорубку? – не поверила я своим ушам, внутри всё перевернулось от ужаса.

Проигнорировав мой вопль. Лак Лонг прищурился и изучающе пробежался взглядом по верхушкам стен, будто вычисляя расстояние, скорость, угол... дыхание смерти.

А потом без предупреждения, сорвал с себя алый плащ.

– Что ты... – заикнулась я, едва успев отпрянуть, когда он одним грациозным, почти танцевальным движением закрутил плащ в воздухе и с силой метнул вперёд, как знамя в бой.

Я скептически выгнула бровь.

– Ты правда думаешь, это сраб... О, сработало! Невероятно!

Алый шёлк ещё не долетел до середины, как раздался свист. Поток стрел обрушился на плащ, вспарывая ткань и, к моему удивлению, застревая в ней.

– Сейчас! – бросил генерал. Не крича, просто твёрдо, резко.

Я судорожно сглотнула. Черт. Придётся ему довериться.

И мы сорвались с места.

Мир сузился до бешенного ритма сердца, стучащего пульсом в висках, и до невероятной длины этого проклятого зала. Я не помню, как дышала; пальцы мёртвой хваткой вцепились в подол ханьфу, чтобы не мешал. Мы бежали низко, пригнувшись, почти зигзагами. Пол предательским ковром устилали стрелы. Каждый шаг игра с судьбой: поставить ногу ровно, не оступиться, не дать остриям впиться в сапог. Неприятный хруст, сухой, костяной, разлетался по залу присоединяясь к какофонии свиста и лязга.

Стрелы пронеслись над головой. Несколько врезались в камень у ног, одна пролетела так близко у спины, царапнув по ремешку крепления. Вжав голову в плечи, я, стиснув зубы, неслась за Лак Лонгом. Он двигался с грацией тигра, петляя не хуже зайца. Его изодранный плащ трепетал, как раненая птица, принимая на себя большую часть удара.

Рывок, и мы влетаем в открытый проём.

Я как подкошенная рухнула на холодный камень, жадно хватая ртом воздух. В ушах стоял гул, колени тряслись.

О, боже! Моё сердце сейчас выскочит и подаст прошение о переводе в другой мир.

– Фух... вот это экстремальный забег, – прохрипела я, мечтая о глотке воды, а лучше ведре. – Если так пойдёт и дальше, лучше прибейте меня сейчас.

– До хен[17], – едко хмыкнул Лак Лонг на своём языке.

С трудом приподняв голову и дыша, как паровоз, я оглянулась. Генерал стоял в нескольких шагах, скрестив руки на груди. Спина выпрямлена, дыхание ровное, и даже волосы, завязанные в высокий хвост, были в идеальном порядке. Словно он не бросался под град стрел, а сошёл с обложки глянцевого журнала. Прям воплощение безупречности и надменного спокойствия. Для полного образа, не хватало разве что фоновой музыки и парящих лепестков. Бесит.

Я же, вспотевшая, грязная, с ссадинами по всему телу и гнездом на голове вместо приличной прически, распласталась на полу, как блин, прилипший к сковородке. Мда. Само очарование.

Лак Лонг скользнул по мне коротким равнодушным взглядом и, отвернулся, будто смотреть на меня было ниже его достоинства. Я уже хотела ответить тем же, но взгляд зацепился за тонкую алую нить, стекавшую по его руку.

Его задело?

С кряхтением оторвавшись от пола, я села и присмотрелась. На левом плече, сквозь рассечённый шёлк, виднелся длинный, глубокий порез.

– Генерал, тебе стоит перевязать рану, – сипло заметила я. – Кто знает, когда к тебе вернуться духовные силы.

Лак Лонг даже не повернул головы. Лишь слегка отмахнулся изящным жестом, будто смахивая пылинку с рукава.

– Вет зуок[18], не стоит внимания, – произнёс он ровно, но с оттенком раздражения, как кот, которого потревожили. А между тем кровь уже начала капать на пол.

Вот упрямец.

Я медленно поднялась на ноги, всё ещё чувствуя слабость в коленях, и отряхнула подол.

– Как скажешь, – не стала настаивать. – Но если посреди тоннеля ты эффектно рухнешь в обморок, я тебя не понесу. Максимум волоком за штанину... ну или за сапог.

Генерал резко выдохнул через нос, бросая на меня взгляд, в котором смешались гордыня, уязвленное самолюбие и ярость.

– Хен ха, я не настолько жалок, как фам нян[19], вообразила, – прошипел он, и каждое слово отточено, как лезвие гуань дао.

– Скажи это своей физиологии, – кивнула я, слегка усмехнувшись. – Уверена, она будет в восторге от твоего героизма.

Лак Лонг вздёрнул бровь и, склонив голову набок, уставился на меня с немым вопросом, задержав взгляд дольше обычного. После чего он фыркнул или это был едкий смешок?

Ну и фиг с тобой. И чего я беспокоюсь?

Махнув рукой, я, еле переставляя ноги, побрела вглубь тоннеля, моля небожителей, чтобы там оказался выход. Но стоило сделать пару шагов, как за спиной раздался звонкий, рвущий звук, похожий на треск льда, а следом, ещё более ледяное...

– Хен ха!

***

[1] Бай Ши Шэнь (白尸神) - Белый Трупный Бог

[2] Мерзкие падальщики

[3] Иначе пожалеешь!

[4] Ты просто

[5] Не обольщайся...

[6] Ещё одно слово

[7] Глупые клятвы

[8] Поняла

[9] Я бы посмотрел

[10] Год

[11] Темница Кровавой Расправы

[12] Узники

[13] Сходят с ума

[14] Ещё любопытно?

[15] Я намерен

[16] Идём вперёд

[17] Слабачка

[18] Царапина

[19] Ты смертная

Глава 17.1

Мы ненадолго задержались у очередной каменной глыбы, служившей дверью. Лак Лонг, сверкая на перевязанном плече вторым бантиком, приоткрыл её и с той ледяной вежливостью, что могла свести с ума, приказал:

– Ты. Вперёд.

Я фыркнула и, украдкой перекрестившись, шагнула внутрь, готовая в любой момент сигануть обратно. Но обомлела, оказавшись в зале, похожем на гигантскую усыпальницу какого-то императора. В горле сразу запершило от тяжелого, пропитанного вековой пылью воздуха. Я тихонько прокашлялась в кулак и мельком огляделась. По бокам вздымались к потолку резные колонны, а сам зал, помимо холодного мерцания лазурно-изумрудных прожилок на стенах, ярко освещался парящими в воздухе, изящными чашами-лотосами, внутри которых светились золотистые шары.

– Ну, если уж помирать, то при хорошем освещении, – пробормотала я, осторожно ступая вперёд.

Так, что на это раз? Летающие копья?

Но стоило сделать шаг, как из щелей выползла стайка мерзких жуков-альбиносов, встречая меня, как незваного таракана на своей кухни.

– Только не вы... – простонала я, содрогнувшись под взглядом их кроваво-красных глаз.

Голодные жуки атаковали, и я запрыгала на месте, в защитном танце Взбешенной Цапли. И конечно, в самый разгар моей чечётки, в зал величественно вошёл Лак Лонг.

– Кэнь[1] достойное императорского пира, – скупо поаплодировал он, окидывая взглядом расплющенные останки. И хоть лицо оставалось невозмутимым, губы изогнулись в ядовитой усмешке.

– Тогда с вас, генерал, отдельная плата за приватное представление, – отшутилась я, пряча смущение и отдёрнула подол, как истинная леди, стоящая по колено в слизи. – Желательно золотом.

Он хмыкнул и принялся осматриваться. Я перевела дух и отошла ближе к стене, настороженно пробежавшись взглядом по залу. Горло сжалось, руки похолодели, когда я увидела два обглоданных скелета. Один лежал у левой колонны, другой почти у выхода. Паутина, словно погребальное покрывало, опутывала их кости. На одном ещё виднелись лохмотья шёлковой одежды, истлевшей до серой пыли. Пальцы другого скелета застыли в судорожном движении, будто он пытался доползти до двери.

– Ну, очень вдохновляюще, – мрачно протянула я, обхватив себя руками от пробежавших по коже мурашек.

– Не на то смотришь, хен ха, – небрежно бросил Лак Лонг, указав на каменные плиты, что извивающейся дорожкой тянулись через весь зал. Некоторые были выщерблены, кое-где виднелись глубокие царапины, похожие на следы от лезвий.

Я недоумённо взглянула на него, но, присмотревшись к плитам, что лежали в шаге от нас, разглядела вырезанные иероглифы. Я смогла разобрать лишь несколько: сердце, гармония, истина... но рядом попадались и тревожные: сомнение, разрыв, ложь...

– И что это значит? – прошептала я, и живот свело от неприятного предчувствия.

Лак Лонг не ответил, лишь задумчиво потёр подбородок. Не став его отвлекать, я вернулась к двери, решив всё ещё раз осмотреть. Из-за схватки с жуками, я могла чего-нибудь упустить. И точно...

– Генерал! Кажется, тут есть подсказка! – взволнованно крикнула я, подпрыгивая и смахивая рукавом пыль с надписи, высеченной у самого входа.

Лак Лонг появился мгновенно и бесшумно, я лишь ощутила за спиной, холодное дуновение.

– Лишь те, нгуй ди[2] с единым сердцем, минуют беду, – прочитал он, вглядываясь в каждый иероглиф и мрачнея на глаза.

– С единым сердцем? – переспросила я и уныло хмыкнула. – Ну, у нас максимум единое желание избавиться друг от друга. А если серьёзно, то судя по подсказке, безопасные плиты это: гармония, истина...

Генерал, не дослушав, рванул к ближайшей плите с иероглифом «сердце» и наступил на неё.

Сработала мгновенно.

С оглушительным лязгом из тёмных щелей вокруг плиты выстрелили стальные шипы, пронзив воздух в паре цуней от его сапога. Генерал едва успел отдёрнуть ногу.

– Не может быть... я уверена... – растерянно ахнула я, прижимая ладонь ко рту, и подходя к нему.

Я не могла ошибиться... Или могла?

Лак Лонг бросил на меня хмурый взгляд из-под серебряной маски, но вдруг прищурился, глянув на надпись за моей спиной.

– Единые сердцем... – протянул он, будто пробуя слова на вкус, и снова посмотрел на плиты.

– Нужно идти вместе, как один, – подхватила я его мысль, – но плиты узкие, вдвоём не поместимся. Если только...

Генерал резко повернулся, и его взгляд впился в меня с такой силой, что я невольно отступила.

– Ты предлагаешь? – опасно процедил он, вскинув бровь.

– Идти в обнимку? – выпалила я, стараясь звучать бодро, но голос предательски дрогнул. – Ну, вроде того.

Лак Лонг молчал, испепеляя меня взглядом. Его челюсть медленно напряглась, а кулаки сжались. Он явно был не в восторге и не торопился приступать к делу.

Чёрт с тобой!

Глубоко вздохнув, как перед прыжков в бездну, я сама шагнула к нему. Даже не представляю, каких усилий ему стоило остаться на месте, но, судя по тому, как его дыхание на миг замерло, а сам он будто обратился в статую, усилие было титаническим. Лишь глаза смотрели с презрением императора, узревшего крысу во дворце.

Боже...

– Поверь, я бы предпочла идти в обнимку с мешком риса, чем с тобой, – огрызнулась я, в ответ на молчаливую неприязнь, и с опаской положила руку ему на плечо.

Он тяжело выдохнул, словно готовясь к великому подвигу ради отечества, и обхватил мою талию рукой, прижимая ближе. Я невольно вздрогнула, сердце бешено заколотилось, грозя выдать моё волнение.

– Дунг хон[3], что мне это приятно, – прошипел он у самого уха, и от его горячего дыхания кожа покрылась мурашками.

– Успокойся, генерал, – с напускным равнодушием хмыкнула я, – от вас несёт кровью и высокомерием. Не самое романтичное сочетание.

Его глаза сузились, а пальцы впились в талию так, будто он хотел оттолкнуть меня...но не мог. Другой рукой он взял за прикрытое рукавом запястье, сжимая сильнее, чем нужно. Не больно. Но давая понять, он контролирует ситуацию. И меня.

Я закатила глаза, проглотив готовые вырваться ругательства. Кармические силы! Ну почему именно я в это ввязалась? А не Эрик, хоть для разнообразия? Стоило вспомнить лидера, как воображение любезно подкинуло сцену: Эрик медленно кладёт ладонь на плечо Лак Лонга, а тот с привычной холодностью и мрачным достоинством притягивает его к себе за талию. Их взгляды зелёный и тёмно-карий сталкиваются, проверяя, кто первый отведёт глаза, и даже воздух между ними натягивается, как струна... Божечки-кошечки! Хватит. Я же их так шипперить начну.

Я тряхнула головой, отгоняя непристойности, и подняв взгляд, столкнулась с хищно прищуренными глазами генерала. Щеки мгновенно вспыхнули, я явно сейчас выглядела не лучше переспелого помидора.

– Двигаемся вместе, – приказал он, и его голос прозвучал ниже и глубже, чем обычно.

Мы сделали первый шаг на плиту с иероглифом «сердце». Я вся напряглась, затаив дыхание, ожидая шипов, но под ногами вспыхнул мягкий золотистый свет.

Фух...

Мы двинулись дальше, как единое, крайне неуклюжее существо. Генерал был воплощением сосредоточенности, я же – нервная и пунцовая от смущения. Я старалась не отставать, но иногда, его рука чуть давила на спину, как приказ: «сюда, не туда». Я чувствовала, как его дыхание касается моих волос, а мышцы напрягаются с каждым шагом.

Осторожно обойдя плиту «ложь», мы начали переступать на плиту «гармония», но я чуть замешкалась, и шаг вышел несинхронным. Пол под ногами дрогнул, но благо, шипы не выскочили.

– Хен ха, не медли, – тут же отчитал Лак Лонг, метнув на меня гневный взгляд.

– Хватит уже называть меня, хен ха, – проворчала я, мысленно костеря себя и крепче сжимая его плечо. – У меня имя есть.

– Мда? – в его голосе прозвучало столько пренебрежения, будто он не думал, что у такой, как я, вообще есть имя. – И какое же?

– А вот и не скажу, – огрызнулась я, и отвернулась. В груди против воли кольнула обида. Моя жизнь зависит от человека, который даже не удосужился запомнить моё имя. Уверена, он его не раз слышал во время наших стычек.

Мы двинулись по диагонали, аккуратно переступая через плиту «борьба».

– Что ж, тэ сай ла[4] хен ха, – безразлично пожал плечом Лак Лонг, направляя меня к плите «искренность».

Я хотела закатить глаза, но побоялась отрывать взгляд от пола.

– И что оно хоть значит?

– Хен ха – так мы зовём рабов, – с хрипотцой прошептал он над ухом, словно говоря о чём-то сокровенном, и у меня едва нога не соскользнула, чтобы пнуть его.

Я сглотнула, и попыталась сконцентрироваться. Ну погоди у меня... Вот пройдем ловушку, и я напущу на тебя жуков. Нашёл, мне тут рабыню!

Мы остановились. Путь нам преградили две плиты «сомнение» и «разрыв».

– Придётся прыгать, – неутешительно заметил генерал, и глянул на меня, как на ту, кто вечно плошает. – Не коснись края.

Я судорожно кивнула, вцепившись в него.

Раз... Два...

Отвечая на порыв генерала, я прыгнула одновременно с ним, но куда же без драмы?

Генерал на каркал! – чуть не завопила я, оступаясь и заваливаясь назад. Лак Лонг среагировал быстрее мысли. Он не просто дёрнул, а буквально подхватил, прижав к себе так крепко, что у меня перехватило дыхание. С противным лязгом шип прошёл в волоске от моего бедра, распоров подол ханьфу.

Мир на мгновение сузился до звука его дыхания, до тяжёлого биения сердца под одеянием. Каждая клетка моего тела дрожала от страха, покрываясь холодным потом, но горячие руки генерала согревали, сжимая почти до хруста в ребрах. Его лицо оказалось так близко, что ещё немного и коснемся губами. Красивое, опасное. На изгибах серебряной маски мерцали отблески золотистого света. Лак Лонг смотрел на меня с яростью, но в его тёмных глазах мелькнуло что-то ещё... недоумение?

– Что? – пискнула я, заливаясь краской до корней волос. – У меня что-то с лицом?

Генерал моргнул словно очнувшись, и резко поставил меня на плиту, натянув привычную броню ледяного презрения ко всему сущему.

– Хен ха, твои глаза... как у ма нгёк, – отрезал он жёстко, почти грубо.

Я вопросительно вскинула бровь. Что ещё за ма нгёк? Надеюсь, хоть красивое? Но Лак Лонг не удостоил меня пояснением, лишь дёрнул за талию, уводя на следующую плиту «безмятежность».

До конца зала, мы доплелись, допрыгали, представляя из себя потный, нервный и очень недовольный дуэт. Сделав решающий шаг на плиту «путь», мы наконец ступили на твёрдый камень у двери. И тут же пол под ногами дрогнул и весь зал вспыхнул янтарным светом. Линии между безопасных плит соединились, образуя иероглиф «Единение».

Красиво. Если бы не было так смертельно.

Позади раздался глухой щелчок и дверь с жалобным скрипом отворилась. Лак Лонг мгновенно отдёрнул руки, будто всё это время держал раскалённый уголь.

– Дунг ни слова об этом, – приказал он, отряхивая ладони с видом человека, который только что испачкался в чём-то отвратительном. – Проговоришься, и твой язык станет основой для ядовитого туон зок[5].

Ага щас!

Я уже было хотела ответить, но силы иссякли. Сделав глубокий успокаивающий вдох, я наглядно показала, что закрываю рот на замок и символически швырнула невидимый ключ через плечо. Пусть валяется там, вместе с жуками и гордостью генерала.

Этот жест удовлетворил Лак Лонга, и он, взметнув подол чёрного одеяния, зашагал вперёд быстрым шагом.

Обессилено хмыкнув, я передёрнула плечами стряхивая напряжение.

– Лишь те, кто идут с единым сердцем... да уж. Судьба явно нас троллит.

***

Я плелась за генералом по тоннелю, как мышь за сыром, который явно был пропитан ядом. Чем дальше мы углублялись, тем тусклее становилось свечение изумрудных прожилок на стенах.

– Хен ха, не отставай, – раздражённый голос Лак Лонга, эхом отозвался в узком коридоре, стоило ему заметить, что я чуть замедлилась, боясь в полумраке споткнуться и, к его счастью, ненароком свернуть себе шею.

– Ох, я бы с радостью отстала, – проворчала я, – но альтернатива быть съеденной жуками прельщает ещё меньше.

Генерал, что-то буркнул на своём языке и ускорил шаг. Поворот тоннеля вывел нас к следующей каменной двери. Стоило Лак Лонгу коснуться её рукой, как та со скрежетом отъехала в сторону, открывая проход. Я невольно отпрянула, и поёжилась от холодного сквозняка, тянувшегося из темноты.

– Чудно. Кто на этот раз пойдёт первым? – я скрестила руки на груди, давая понять, что следующий шаг сделаю только через свой труп. – Решим честно: камень, ножницы, бумага?

У Лак Лонга дёрнулся глаз. Он смерил меня взглядом, полным немого непонимания, словно я заявила, что небо на самом деле зелёное. Затем, мотнув головой, он потёр переносицу.

– Хен ха, твои слова столь же дики, как и ты сама.

Я слегка усмехнулась. Выводить его из равновесия было на удивление приятно.

– Взаимно. Я вас, генерал, тоже через слово понимаю.

Лак Лонг хмыкнул, и в уголке его губ мелькнула усмешка – настолько быстрая, что я могла решить будто мне показалось. Помедлив, он шагнул в проход и вдруг резко схватил меня за ремешок крепления, утаскивая вслед за собой.

Как галантно...

Стоило ступить внутрь круглого зала, как в нос ударил противный запах плесени и чего-то, напоминающие железо. Фу, ну и вонь...

– Мы что, в дешёвый фильм ужасов угодили? – скептически заметила я, разглядывая сводчатый потолок, усеянный бронзовыми чашами с ядовито-зелёным, болезненным сиянием. Оно отбрасывало мертвенные тени, окрашивая всё в оттенки гниющей листвы. В этом зловещем отсвете я заметила у стены ещё один истлевший скелет в лохмотьях. Череп склонился набок, и казалось, пустые глазницы уставились прямо на нас.

Я поёжилась, бросив взгляд на генерала. Хмуро скрестив руки на груди, он окинул зал внимательным взглядом.

Позади раздался глухой удар. Вздрогнув, я быстро обернулась.

Дверь исчезла в каменной стене, наглухо замуровав вход.

– Я начинаю ненавидеть архитектуру этого места, – проворчала я, сжимая ледяные пальцы в кулак. Хотела сглотнуть, но во рту всё пересохло.

И тут же из стен стали проступать силуэты. Они струились, как дым, складываясь в человеческие очертания с искажёнными в муках лицами и светящимися безглазыми впадинами. Их рты раскрывались, но вместо крика раздавались хриплые стоны. А следом из щелей в полу посыпались, мерзкие жуки, щёлкая жвалами.

– О, только не озлобленные духи... – простонала я, отступая к стене. Сердце колотилось где-то в горле, готовое выпрыгнуть. – Нам писец.

Лак Лонг безмолвно поддержал мой пессимизм, застыв и не отрывая напряженного взгляда от бегущих на нас жуков. Казалось, духи его тревожили куда меньше.

– Я займусь жуками, а ты придумай, как справиться с озлобленными духами! – скомандовала я и, подхватив подол ханьфу, ринулась к тварям.

Мой героический план сводился к одному – топтать всё, что ползает. Благо зал был просторный, а духов не так много, что позволяло избегать их прикосновений. На время...

Собрав волю в кулак, Лак Лонг, взмахнул руками, и те в мгновение ока вспыхнули слабым светом. И к нашему изумлению, он смог призвать свои чакрамы в виде полумесяца, излучающие едва заметное лиловое свечение.

– Моя нюй лык возвращается, – воодушевился генерал, бросаясь на духов и одним росчерком чакрама разрубая их. Туманные тела гуйев рассеивались, но вскоре вновь собирались, атакуя с удвоенной яростью.

– Класс. Но, не рада за себя, – буркнула я, не прерывая свою чумовую чечётку. – Да сколько же вас тут?

Я так сосредоточилась на жуках, что, когда из стены рванул озлобленный дух, я взвизгнула, как умирающий флейтист, и не думая, вмазала ему в прямо в морду.

Рука прошла насквозь, лишь на миг исказив его черты. Ледяной холод пронзил кисть до кости, словно я сунула её в жидкий азот. Я зашипела от боли, отскакивая назад. Лак Лонг переместился к нам одним шагом, и ударом чакрама рассёк духа по спине. С воем тот ненадолго исчез.

– Тхат а?[6] И этому хен ха учили в Шансяне? – бросил он, его голос был хриплым от усилий, но ядовитость никуда не делась. – Бить гуйя чён чуй[7] руками?

– А что мне было делать? – выпалила я, тряся онемевшей рукой. – Попросить автограф?

Лак Лонг фыркнул, но вновь напрягся. Озлобленные духи смыкались вокруг нас.

– Генерал, смотри, там дверь! – выкрикнула я, тыча пальцем в дальний конец зала, и чудом разглядев её в этом хаосе.

Лак Лонг рванул вперёд, расчищая путь. Я метнулась за ним, расплющивая по пути оставшихся жуков. У массивной двери нас ждал замок – настоящее произведение искусства из бронзы и нефрита. Я такие в фильмах видела: круглый диск, разделённый на пять вращающихся сегментов-лепестков, напоминал цветок. На каждом лепестке был вырезан иероглиф, а на самой двери, в бледно-зелёном сияние, проступала надпись:

– Три пути испытания сердца... – перевела я, вспоминая иероглифы.

–... ошибёшься мот раз – вернёшься в Бездну, – подхватил рядом Лак Лонг, и скрипя зубами отбросил духов назад.

А под загадкой, кто-то криво выцарапал иероглиф числа «три».

– Три попытки, – мрачно констатировала я, – просто зашибись.

Лак Лонг, отбиваясь, бросил быстрый взгляд на надпись.

– Воля! – выпалил он.

Я с сомнением покосилась на него. Он даже секунды не раздумывал.

– Уверен?

– Делай! – приказал генерал, сдерживая трёх духов сразу.

Я, дрожащими от адреналина пальцами начала крутить лепестки, выставляя иероглифы «ичжи». Раздался громкий щелчок, я уже обрадовалась, но дверь не открылась. Вместо этого из стен с оглушительными стонами вырвалась, новая волна озлобленных духов.

– Великолепно, генерал, – с досадой всплеснула я руками.

Увернувшись от замаха духа, Лак Лонг раздражённо обернулся:

– Тогда предлагай лучше, хен ха!

Потерев ноющие виски, я начала лихорадочно соображать, что на голодный желудок, оказалось не так легко.

Блин, что ещё за три испытания сердца? Любовь? Вера?

– Может... терпение? – пробормотала я, и покрутила лепестки складывая слог «жэнь».

Щелчок. И снова мимо... Да ё-моё!

Душераздирающий стон наполнил зал, озлобленные духи хлынули, как река после дождя, окружая плотным, воющим полукругом.

– Отлично, – безнадёжно выдохнула я, прижимаясь спиной к стене. – Ещё одна ошибка, и мы навечно составим компанию тому милашке.

Лак Лонг со злостью обрушился на духов, рассеивая их чакрамами, но они всё теснее подбирались к нам. В зеленом свете его лицо выглядело не лучше, призрака, а руки дрожали от перенапряжения.

– Быстрее хен ха! – рявкнул он. – Той кхон зы[8] держать их долго.

От прикосновений духов, холод проникал в кости, вызывая озноб и слабость. Не знаю, как ещё держался генерал, но я рухнула на колени перед замком. Сделав глубокий вдох, я постаралась успокоиться, но стоны гуйев и их ледяное дыхание мешали сосредоточиться. Давай, думай! Я же училась в Шансяне с настоящими заклинателями! Они любят причинять добро и следуют истинному пути... А, что если? Я примкнула к замку, в голове крутился ответ «преданность». Но глянув на иероглифы, с ужасом поняла, что не знаю, как оно пишется. Боже...

– Генерал! – выкрикнула я с неожиданной мольбой. – Преданность, как она пишется?

Отбросив от себя прыткого озлобленного духа, и тут же сдерживая натиск других, Лак Лонг сквозь стиснутые зубы бросил:

– Чжун! Сверху середина... внизу сердце...

Этого хватило. Трясущимися пальцами я закрутила лепестки, отыскивая нужные черты.

– Если ошибусь, – прохрипела я, стараясь не поддаваться отчаянию, – похоронишь меня с надписью: «погибла, пытаясь быть умной».

Иероглиф встал на место. И ничего... Ни щелчка, ни скрежета. Только немая, насмешливая тишина, поглощающая последние остатки надежды. Внутри всё оборвалось. Кровь застучала в ушах, заглушая звуки, а лёгкие разрывало от коротких, беспомощных вздохов.

Нет. Всё не может так закончиться... Я не могу здесь умереть, не увидев больше своих родных, Эрика и остальных... Ярость пронзила мой страх, вырываясь наружу.

– Нет, откройся, чёртова дверь!! – я долбанула по камню кулаками, обрушивая гнев, и уже занесла ногу для пинка, как вдруг раздался негромкий мелодичный звон, будто ударили в хрустальный колокольчик, и нефритовые лепестки засияли.

Не теряя ни секунды, я изо всех сил навалилась плечом на дверь, и та поддалась. Лак Лонг, отогнав чакрамами ближайших духов, рванул ко мне. Мы выскочили в коридор, как две стрелы, выпущенные из лука, а за нами воющий вихрь озлобленных гуйев.

***

[1] Зрелище

[2] Кто идет

[3] Только не думай

[4] Тогда будешь

[5] Ядовитого зелья

[6] Серьёзно?

[7] Голыми руками

[8] Я не смогу держать их долго

Глава 17.2

Мы с генералом неслись по неровным плитам, когда под ногами раздался глухой треск, и пол пошёл трещинами.

– Что за!.. – взвизгнула я, когда одна из плит, осыпаясь, провалилась в бездну, и стиснув зубы, рванула со всех ног по коридору.

С грохотом, каменные плиты позади рушились как костяшки домино. Боже... да что ж такое!

Прибавив скорости, я оттолкнулась от трескавшейся подо мной плиты, и прыгнула на безопасный участок каменного пола. От удара я грузно рухнула на колени, отбивая их, а мелкая щебёнка впилась в ладони, когда я неуклюже распласталась на камне. Я закашлялась от поднявшейся пыли, но тут же обернулась, перекатившись на спину... и сердце ухнуло вниз.

Лак Лонга не было.

– Генерал?! – крик сорвался с губ, потонув в вое озлобленных духов, что яростно метались на другой стороне, будто упираясь в невидимую преграду.

Он провалился? От этой мысли, странное, холодное облегчение смешалось с мгновенным ужасом. Я дёрнулась, через боль вскакивая на ноги и вдруг заметила на краю обрыва – пальцы, вцепившиеся в камень так, что костяшки побелели.

Лак Лонг висел над пропастью, не издав ни звука, ни крика о помощи.

Я на секунду замерла. Сомнения рвали изнутри, обнажая мою тёмную часть души. Упадёт и вместе с ним исчезнут наши беды. Шицзунь Кай У, Чжун Хао, и все, кто погиб тогда в поместье будут отомщены... Эти мысли были чудовищно соблазнительны, и столь же чудовищно неприемлемы. Я не могу...

– Держись! – выкрикнула я, отмахнувшись от внутренних демонов, и бросилась к краю, схватив генерала за запястья. Вес ударил резко, чуть не вырвав мне плечи, а его мускулы на руках были напряжены, как стальные тросы.

– Хен ха отпусти! – сдавлено приказал он, снизу. – Той зыок[1] сам.

Вот упрямец.

– Да ну? – процедила я, упираясь ногами и откидываясь назад. Каждая мышца в теле горела. – Куда... вниз?

Он вскинул взгляд. Тёмные, почти чёрные глаза вспыхнули то ли удивлением, то ли злостью.

– Ты... – начал он, но договорить не успел. Я рванула что было сил.

Пол под ногами заскользил, и я упёрлась пятками в камень. Ладони горели, дыхание рвалось из груди.

Какой же, он тяжёлый, чёрт бы его побрал!

С последним рывком, от которого в глазах потемнело, я дёрнула наверх, и Лак Лонг, перевалившись через край, рухнул рядом со мной. Мы несколько минут лежали, тяжело дыша в облаке пыли. Сердце колотилось как сумасшедшее, пульс грохотал в ушах, я валялась на камне, не чувствуя ни рук, ни ног.

Святые ёжики... этот тоннель меня скоро доконает. А я ещё не готова встречаться с богиней Мэн По.

Лак Лонг поднялся первым и отряхнулся, расправляя одеяние. На меня снова полетела пыль, нос защекотало, и я, не сдержавшись, чихнула. Чих эхом разлетелся по тоннелю, подхваченный стонами озлобленных духов.

Генерал посмотрел на меня. Долго. Пронизывающе.

– Тай сао ты это сделала? – наконец произнёс он. Его голос тихий, но в нём звенела сталь, от которой внутри всё невольно сжалось.

Я с трудом села, вытирая рукавом пот с лица.

Потому что не смогла...

– Всё просто, генерал, – вместо этого ответила я, стараясь звучать беспечно, хотя руки всё ещё дрожали. – Не захотела рубить сук, на котором сижу. Кто знает, сколько ловушек впереди. А я хочу выбраться живой. Как ни скрипите.

На долю секунды самообладание Лак Лонго дало трещину. Он шагнул ближе, и слабый свет от изумрудных прожилок скользнул по его маске, подчёркивая гнев в глазах. И ни капли благодарности. Хотя, глядя на него, я поняла: для него быть веткой, куда унизительнее, чем висеть над пропастью.

– Ты проявила слабость, хен ха, – произнёс он отчётливо, складывая каждое слово из льда. – И ты пожалеешь чьен няй. Когда этот «сук», что ты сберегла, обернётся против тебя.

Сердце ёкнуло, но я лишь слабо улыбнулась.

– Скорее всего, – не стала спорить, и поднялась на ноги, с вызовом глянув ему в лицо. – Но осторожнее, генерал, а то я решу, что моя слабость – это на самом деле ваша ахиллесова пята.

Лак Лонг вскинул бровь, мрачно сверля меня взглядом. Но на короткий миг в его глазах мелькнула растерянность. И, чтобы скрыть её, он резко отвернулся, грубо скомандовав:

– За мной, хен ха.

И не дожидаясь, рванул вперёд. Удрученно вздохнув, я спрятала руки в рукава ханьфу, и поплелась следом.

Тогда я ещё не знала, насколько он прав. Я действительно пожалела и куда сильнее, чем могла представить.

Нас ждал ещё один коридор, на этот раз с низкими, давящими сводами. Света от лазурно-изумрудных прожилок едва хватало, чтобы различать лица. В полном молчании, мы шли почти плечом к плечу. Ох уж эта вынужденная близость. Адреналин от пережитого постепенно отпускал меня, сменяясь жуткой слабостью, жаждой и зверским голодом, о котором мой живот неустанно напоминал, жалобным урчанием. Вот и сейчас, несмотря на все мои поглаживания и уговоры потерпеть, он издал громкий, протяжный вой, эхом прокатившийся по тоннелю и вогнавший меня в краску. Лак Лонг на миг застыв с поднятой ногой, метнул на меня короткий взгляд через плечо, но, промолчав, двинулся дальше. Неловко выдохнув, я решила, что пора отвлечься. Иначе либо с голоду наброшусь на генерала, либо грохнусь в обморок. Голова и так уже шла кругом.

– Первым делом, как выберусь из этого тоннеля, закажу себе огромную чашу восхитительной лапши из Бэйсина, – затараторила я и в предвкушении облизнула сухие губы. – А вы, генерал, чем займётесь?

Лак Лонг не удостоил меня ответом, лишь ускорил шаг, увеличивая между нами дистанцию.

Пф. Как будто это меня остановит.

– Не верю, что говорю это, – заметила я, сверля его спину взглядом, – но вам тоже не помешало бы вместо погонь за нами, хоть раз отведать той вкуснейшей лапши. Не всё же сражаться. Порой и жизнью нужно наслаждаться. А какое в ней мясо! Ммм... тает прямо на языке. Уверяю, генерал, не пожалеете.

Мысль о лапше так меня взбодрила, что я на радостях едва не хлопнула генерала по плечу. Благо, вовремя перехватила ладонь. Лак Лонг, кажись, ничего не заметил. Шёл вперёд, безмолвный и холодный, как безупречная глыба нефрита.

Немного отдышавшись, я как ни в чём не бывало продолжила:

– И раз уж мы заговорили...

– Мы? – Лак Лонг аж запнулся и, полуобернувшись, прожёг меня взглядом.

Пропустив ядовитое замечание мимо ушей, я воспользовалась моментом и с самым серьёзным видом поинтересовалась:

– Генерал, зачем вы ищете осколки меча? Ведь явно не из благородных побуждений?

Лак Лонг остановился и медленно развернулся. Я сглотнула, и на всякий случай отступила на шаг. Его лицо в призрачном свете мерцающих прожилок, напомнило резную маску из слоновой кости – прекрасную и непроницаемую.

– Я лишь клинок в руках своего хоанг де[2], – произнёс он чинно, словно цитируя клятву. Без фанатизма, но с безоговорочной верностью. – Воля повелителя – моя воля. Не мечу судить о замыслах руки, что им владеет. Кан кхон[3] не жалкой смертной.

– Вау, – вырвалось у меня прежде, чем я успела прикусить язык. – Говоришь прям как герой из дорамы. Аж ностальгией повеяло...

Лак Лонг нахмурился, его челюсть напряглась. Он явно не ожидал такой странной реакции.

– Безумная... – процедил генерал, окончательно утвердившись в своём вердикте, и раздражённо двинулся по коридору.

Я не стала его переубеждать. Лучше быть безумной, чем мертвой. Да и глупо было ожидать, что он раскроет все карты. Я и так узнала больше, чем следовало. Как бы не поплатиться... головой.

Впереди показался проём. Не дверь, а скорее арка, обрамлённая потрескавшимся камнем с едва уловимыми следами резьбы. Лак Лонг, не сбавляя шага, вошёл внутрь, и я, сделав глубокий вдох, шагнула следом.

– Кармические силы. Это же... – я медленно обернулась, разглядывая просторный зал, что был точной копией, потайного святилища в храме, откуда мы упали.

С потолка, мягко колыхаясь, висели белоснежные, истлевшие до лохмотьев занавеси. Но в отличие от храма, этот зал ярко освещали стоящие рядами бронзовые чаши с плавающим внутри огнём. Пламя отбрасывало длинные, пляшущие тени. И, словно в насмешку, здесь витал тот же душный, сладковатый аромат сандаловых благовоний. Будто я никуда и не проваливалась...

– Тин но, – произнёс генерал низко, почти с благоговением, и в его взгляде вспыхнуло нетерпение. – Здесь должен быть осколок.

Он, не раздумывая, рванул к круглой резной платформе, где на алтаре из тёмного дерева покоился нефритовый ларец, излучавший мягкое свечение.

– Подожди! А если это ловушка?.. – крикнула я, но Лак Лонг лишь метнул в мою сторону холодный взгляд.

Наученная горьким опытом, я замерла у входа, судорожно озираясь и прислушиваясь. Но ни огненных шаров, ни стрел, ни озлобленных духов не последовало. В зале царила звенящая тишина. Генерал взошёл на платформу, но открывать ларец не спешил, внимательно его изучая.

– О'кей, – выдохнула я и, крадучись, направилась к алтарю, стараясь не шуметь. Если там и правда осколок... как мне его отнять? Генерал куда сильнее, да и духовная сила к нему почти вернулась, а у меня ничего... Даже противных жуков нет. Чёрт. Вот где они ползают, когда так нужны?

Мысленно гадая, как быть, я с замирающим от волнения сердцем, подошла к алтарю. Ниже падать уже некуда...

В этот момент Лак Лонг поднял руки, и на его ладонях вспыхнули фиолетово-белые искры, острые, как лезвия. Он очертил ими в воздухе сложный знак, и вокруг ларца замелькали световые символы, растворяясь один за другим.

Магическая защита спала, и генерал резко откинул крышку.

Я замерла рядом, не в силах оторвать взгляда.

Вместо осколка, на серебряной подстилке, свернувшись клубком, спал маленький зверёк. Белоснежный мех украшали витиеватые символы, словно начертанные киноварью. Остренькие ушки, пухленькие лапки и два самых очаровательных хвостика. На лбу у малыша мерцал крошечный узор, похожий на цветок с пятью лепестками. Фэйфэй...

Я ахнула, едва удержавшись, чтобы не погладить его. Кай У говорил, что их всех уничтожили. А тут живой, хоть и под магическим сном. Сердце дрогнуло.

– О, боже, какой он...

– ...бесполезный, – гневно оборвал генерал, сжимая кулаки и глядя на детёныша так, будто хотел запихнуть его в мешок и бросить в лаву. Его разочарование буквально пульсировало в воздухе.

Лак Лонг резко захлопнул крышку, отчего я аж вздрогнула, и с размаху ударил кулаками по алтарю, оставив паутину трещин.

– Мне нужен осколок, а тху чэт[4] зверь! – его крик сотряс зал, а на ладонях вспыхнули языки аметистового пламени. Генерал, словно потеряв самообладание, принялся швырять магические сферы в стены.

Ох, чёрт. Ему бы пустырник сейчас не помешал.

Вжав голову в плечи и, боясь попасть под горячую руку. Очень горячую... Я метнулась за алтарь, молясь, чтобы он выдержал ярость Лак Лонга.

Зал содрогался, со стен сыпалась каменная пыль, несколько огненных чаш рухнули, поджигая занавеси. Всё вокруг наполнилось дымом и горьким запахом гари.

Лак Лонг метнул ещё одну сферу и вдруг замер, смотря куда-то вдаль. Осторожно высунувшись, я метнула ту даже взгляд, заметив, зияющий в стене проём, в котором виднелась часть лестницы.

– Хен ха, хватит терять время! Ди той, – скомандовал он и, не оборачиваясь, рванул к лестнице.

Проводив его взглядом, я облегченно выдохнула, тут же закашлявшись от дыма и вылезла из укрытия, глянув на ларец. Уверена, Кай У с Цзиньэ будут в восторге, узнав, что хоть один фэйфэй выжил. Осталось дотащить его до выхода.

Я неуклюже обхватила ларец и только прижала к груди. Как всё вокруг дрогнуло. Плиты под ногами задрожали, со свода посыпались камни.

Упс!..

Я бросилась к лестнице, едва уворачиваясь от падающих обломков. Воздух дрожал от грохота, поднятая пыль и гарь душили, не давая вздохнуть.

– Хен ха, ты что натворила?! – рявкнул Лак Лонг, когда я, спотыкаясь, влетела на первую ступень.

Отвечать было не когда. Сломя голову мы понеслись вверх по трясущейся лестнице. Ларец оттягивал руки, всё норовя выскользнуть, пришлось прижать его к себе крепче. Когда массивная дверь перегородила путь, генерал, не сбавляя хода выбросил вперёд руку. Фиолетовая молния ударила в каменную глыбу, разбивая её вдребезги, и ослепляющий солнечный свет, хлынул нам навстречу. Мы вывалились наружу и, как подкошенные рухнули на мягкую траву. Земля под ладонями была такой тёплой, живой, в отличие от сырого камня тоннеля, что хотелось плакать и смеяться одновременно. Тяжело дыша, я прикрыла собой ларец, когда за спиной с оглушительным рёвом обрушился проход, навеки погребая тоннель под грудами камней.

Святые Небожители... Мы выбрались.

Лак Лонг недовольно поднялся, в десятый раз отряхивая одеяние, и его взгляд, прищуренный от солнца, упал на ларец, который я напряженно сжимала до побелевших пальцев.

– Этот зверь стоил того? – голос генерала прозвучал с глухой яростью, будто он сдерживал не только гнев, но и что-то гораздо опаснее, отчего по спине побежали мурашки. Но за его с виду простым вопросом, слышался куда более важный, невысказанный: стоило ли всё пережитое ради одного спящего зверька?

И хоть я не до конца понимала замысел древних мастеров, воздвигших столько смертельных ловушек, но их желание защитить последнего из фэйфэй было мне кристально ясно.

– Да, – ответила я твёрдо, встречая его взгляд. – Но вам, генерал, он пользы не принесёт.

Лак Лонг хмыкнул коротко, почти беззвучно, задержав на мне взгляд дольше обычного. Я затаила дыхание, пытаясь прочитать в его глазах, чего ждать. Сейчас он легко может избавиться от меня. Одним движением руки...

– Хен ха, хом най я возвращаю долг и пощажу тебя, – наконец вымолвил генерал, доставая из-за пазухи одеяния короткую бамбуковую трубку. Подняв её вверх, он дёрнул за шнур. С шипящим свистом в небо взмыла огненная стрела, вспыхнув алым цветком.

Не веря своим ушам, я сглотнула подступивший ком, и поднялась на ноги.

– Так просто отпустите меня?

– Той най[5] ничего не должны друг другу, – бросил генерал, опуская взгляд на ладонь и поправляя повязку с бантом, а затем изящным взмахом руки, раскрыл портал.

Водоворот лилово-золотистого сияния закружил в воздухе, изливая мощный поток энергии. Полы наших грязных одеяний взметнулись, листья с ближайших деревьев сорвались, уносясь в портал.

– Мне должны сертификат в спа для восстановления нервных клеток, – пробурчала я под нос, стоило Лак Лонгу направиться к нему.

Благо, генерал не услышал.

– И передай, это своим богам! – приказал он, обернувшись у самого портала, смерив меня последним, невыносимо тяжёлым взглядом.

Я поперхнулась и, сдержав усмешку, махнула ему рукой:

– Непременно. Отправлю им письмо по почте...

Реакцию генерала, я уже не увидела, он исчез, обдав меня ледяным ветром. Вдали виднелись руины с чёрной обожжённой землёй, но идти туда сил не было. Решив отдохнуть пару минут, я блаженно завалилась на траву, вдыхая сочный аромат зелени и греясь в солнечных лучах. Вот после таких приключений, сразу понимаешь, как мало нужно для счастья.

– Соня!

Знакомый голос, вдруг донёсся до ушей. Разлепив сонные глаза, я, приподнявшись на локтях, обвела взглядом поляну. Никого. Может послышалось?

– Энаа...

Мелодичный голос Цзиньэ прозвучал сверху. Вот теперь, точно не показалось. Я вскочила на ноги, и прикрыв ладонью глаза, уставилась в небо. Эрик, Кай У и Юань Фэнь летели ко мне на мечах. Цзиньэ, держа в руках мой шест, скользил чуть позади, легко касаясь ногами верхушек деревьев, солнечные блики играли на его золотистых волосах и витиеватых рогах. Сердце сжалось, наполняясь тёплым, щемящим чувством.

Я вернулась. И не одна.

***

[1] Я справлюсь сам

[2] Император

[3] И уж тем более не жалкой смертной

[4] Мертвый зверь

[5] Отныне мы

Глава 18.1

Юго-восток от руин Мэйу. Лес Юйтай

Они спикировали вниз, и едва мечи, сияющие духовной энергией, коснулись земли, как Юань Фэнь, не говоря ни слова, быстрым движением сдёрнул с себя чёрную накидку-дасюшен и в два шага оказался рядом. Тяжёлая ткань, пахнущая пылью, старыми благовониями и ещё хранившая его тепло, легла мне на плечи. Прикрыв изорванное одеяние, Юань Фэнь на мгновение задержал пальцы на моих плечах, а потом отступил. Наши взгляды встретились, и у меня внутри всё замерло.

Его внимательный взгляд будто проникал под кожу, видя насквозь всю мою усталость и пережитый страх, и в нём ясно читалось то, что он не смог сказать вслух: «Теперь ты в безопасности. Я с тобой».

– Барышня Сония, – с беспокойством произнёс Юань Фэнь, разрушая трогательный момент, – как вам удаётся всё время куда-то падать?

Я моргнула, на секунду опешив от такой смеси заботы и ворчания. Мозг выдал короткое «что?» и подвис.

– Прям с языка снял, – поддакнул Эрик хлопнув Юань Фэня по плечу и глянув на меня, ухмыльнулся разбитой губой. – Только отвернёшься, а её уже след простыл.

Ну здрасте. Я что, по своей воли пропадаю?

Но всё же их забота, их до боли знакомые, хоть и израненные лица... согревали сердце. Я выдохнула, чувствуя, как губы сами собой растягиваются в улыбке.

– Благодарю. Я тоже рада видеть вас живыми и невредимыми... – я запнулась, скользнув взглядом по их ранам, синякам, изможденному виду, взъерошенным волосам Эрика, и добавила уже не так уверенно: – Ну или не очень.

– А, пустяки, – беспечно отмахнулся лидер, многозначительно переглянувшись с Юань Фэнем и они довольно улыбнулись. – Ты бы видела наёмников, вот уж на ком живого места не осталось.

Я выгнула бровь.

– Могу представить...

– Энаа, ты снова вся в царапинах, – с ноткой мягкого укора окликнул Цзиньэ, опускаясь рядом. Сияние его рогов напомнило, как мне не хватало этого тёплого света в тоннеле.

Я рассмеялась, нервно, слабо, но радостно. И, не удержавшись, просто шагнула к нему, заключив в объятия и вдыхая тонкий цветочный аромат, исходивший от него. Цзиньэ замер, а потом осторожно, чтобы не задеть шестом, обвил меня руками.

В отличие от нас, потрепанных и грязных, больше похожих на выброшенных на берег после шторма, Цзиньэ казался воплощением небесной чистоты. Ни одна пылинка не смела осесть на его одеяние, а от него самого веяло безмятежным покоем, будто он только сошел с небесного склона, а не участвовал в схватке.

– Я ж говорил, она любит его больше, – пробурчал Эрик, легонько толкнув Юань Фэня в бок, отчего тот неловко отвёл взгляд.

Говорил? Когда? Что я пропустила, пока там выживала?

Смутившись, я быстро отпустила Цзиньэ и, метнув в лидера грозный взгляд, недобро протянула:

– Эрик...

– Да шучу я, – он примирительно вскинув руки и привычно усмехнулся. – Но обнимашки нам сегодня светят?

Я закатила глаза и только открыла рот...

– Это подождёт. Где генерал Лак Лонг? – вмешался Кай У, обламывая лидера. Его взгляд, острый как клинок, пробежался по окрестностям и вернулся ко мне. – Он не причинил тебе вреда?

Я покачала головой, плотнее кутаясь в накидку Юань Фэня.

– Он ушёл. Скажем так... я нашла лазейку и смогла договориться с генералом, поэтому он меня не тронул.

Честная правда, хоть и звучит страннее, чем хотелось бы.

– Значит, жив, – тихо выдохнул Кай У. По его бледному, но серьёзному лицу, было не понятно, рад он этому или нет. Несколько серых с лиловым оттенком прядей выбились из аккуратного пучка, придавая ему чуть более неряшливый вид.

– Договориться? С Лак Лонгом? – Эрик недоверчиво присвистнул, но я тут же подняла ладонь, прерывая его. Я слишком вымоталась, чтобы сейчас вдаваться в подробности.

– Это долгая история, – прозвучало почти как мольба, но с стальным стержнем внутри, и я поспешила сменить тему: – А чем вы занимались, пока мы с генералом выбирались из этого жуткого подземелья?

Я невольно посмотрела на Юань Фэня. Встретив мой взгляд, он тяжело вздохнул, понимая, что честь объясняться выпала ему.

– Мы с сюнди пытались найти механизм, чтобы открыть ловушку, – он на мгновение перевёл взгляд на Кай У, – но оказались бессильны. Нам осталось только ждать и охранять алтарь. Пока храм не начал рушиться.

– Еле ноги унесли, – хмыкнул Эрик, вытирая с нижней губы кровь. – А наёмники, едва выбравшись, умотали в портал. Чётко по уставу, ничего не скажешь.

Юань Фэнь кивнул, продолжая:

– Увидев сигнальный фейерверк, мы решили, что это генерал, и поспешили сюда, надеясь, что барышня... ты с ним и жива.

– Энаа, в храме я впервые испытал непривычное для себя беспокойство за тебя, Сонья. И мне оно совсем не понравилось, – искренне признался Цзиньэ, едва Юань Фэнь замолчал, и крепче сжал в руках шест.

Услышать своё имя из его уст было так неожиданно, что у меня на миг перехватило дыхание. Я удивленно взглянула на цилиня, и сияние его рогов чуть не ослепило, когда он склонился ближе, заглядывая в глаза.

– Небеса ведают, как я рад, что энаа цела. Но прошу, не теряйся больше.

Вот ведь... сейчас расплачусь.

– Хорошо, Цзиньэ, я постараюсь, – шмыгнув носом, я улыбнулась и погладила его по плечу, но тут же поймала пристальный взгляд Эрика. Заметив моё внимание, он ухмыльнулся, красноречиво поиграв бровями, и метнул взгляд на Цзиньэ.

Боже... На что он опять намекает?

Я поспешно отвела взгляд и прочистила горло.

– Кстати, а Лу Мэн случайно не появлялся?

Понятие не имею, почему в такой момент вспомнила о цзянши.

Эрик фыркнул, откровенно веселясь:

– Ха! Наш великий и бесстрашный господин Лу Мэн бесславно смотался, как только Кай У с Юань Фэнем чуть не упокоили его, узнав, что он бросил тебя под землей с генералом. – Наклонившись ко мне, лидер прикрыл ладонью рот и шепнул: – Ты бы видела их лица, даже я, наверное, умотал бы.

– Наверное? – сухо уточнил Кай У, демонстрируя прекрасный слух.

Цзиньэ с Юань Фэнем обменялись едва заметными улыбками, а Эрик, выпрямился, кашлянув в кулак.

– Ладно, точно бы сбежал. Довольны? – нехотя исправился он.

– Другое дело, – снисходительно кивнул Кай У, деловито стряхивая пыль с широких рукавов.

Я смотрела на них: на Эрика, который с наигранной невинность принялся разглядывать облака, на вечно серьёзного Кай У, на лучезарную улыбку Цзиньэ и более сдержанную Юань Фэня. И абсолютно ясное поняла: они стали мне гораздо ближе и роднее, чем я могла предположить. И чем я хотела...

Уголки губ сами собой поползли вверх, отвечая на их улыбки А в груди на смену холодному комку страха, пришло приятное, сладостное чувство. И хоть желание вернуться домой никуда не делось, теперь оно отзывалось странной горечью.

– Барышня Сония, – вдруг позвал Кай У, заметив за моей спиной ларец и в его голосе послышалась та самая надежда, что вела его все эти месяцы. – Что в нём? Неужели... осколок?

Зная, как ему важно было найти его, я с сожалением вздохнула и, нагнувшись, бережно подняла ларец.

– Мне жаль, господин Кай У, это не он, – я аккуратно открыла крышку, и всё вокруг словно замерло.

Только малыш по-прежнему умиротворённо спал, свернувшись клубком. Острые ушки изредка подрагивали, а один из пушистых хвостиков укрыл крошечный носик.

– Небеса... – выдохнул Юань Фэнь, первым подав признаки жизни. Его глаза изумленно расширились.

– Но это невозможно... – ошеломленно вторил Кай У, протягивая руку, но так и не решаясь дотронуться до детёныша.

Но больше всех, казалось, был потрясён Цзиньэ. Его лицо светилось таким восторгом и нежностью. Он медленно шагнул к ларцу и с благоговением коснулся белоснежной шёрстки.

– Фэйфэй... Великий Владыка Небес даровал нам последнего в своём роде, – трепетно, как молитву произнёс Цзиньэ, осветив потрясённые лица Кай У и Юань Фэня. – Это чудо.

Ну скажем, даровал не Владыка Небес, а я своим потом и кровью. Но к чему эти тонкости? Когда Цзиньэ счастлив.

И тут Эрик, заглянув через плечо Юань Фэня в ларец, решил вставить свои пять копеек:

– Ты снова притащила зверька? Откуда, ты их берёшь? – он вперил в меня прищуренный взгляд. – У тебя что, миссия собрать всю живность этого мира?

Я поперхнулась возмущением, чуть не выронив ларец и едко улыбнулась:

– Не волнуйся, никто не сможет тягаться с твоим умением привлекать внимание и попутно вызывать головную боль.

Эрик усмехнулся, театрально приложив ладонь к сердцу:

– Ох, ты наконец оценила мои скромные таланты, я польщён, – и хитро подмигнул. – Жду награду.

Я фыркнула. Вот моська. Умеет же в любой ситуации перевести стрелки на себя.

– Вы закончили? – серьёзный тон Кай У охладил пыл, напомнив, что мы с лидером тут не одни.

Неловко взглянув на него и на Юань Фэня, который с интересом наблюдал за перепалкой, я мило улыбнулась и поспешила вернуть внимание к фэйфэй.

– Мы же возьмём его с собой?

Кай У, негромко кашлянув в кулак, вскользь переглянулся с Юань Фэнем.

– Полагаю, мы не вправе оставить столь редкого духовного зверя в таком месте, – весомо изрёк он и, бросив взгляд на Цзиньэ, который не мог отвести глаз от детёныша, неуверенно заметил: – Но и с нами, боюсь, ему будет не безопасно.

– На пути нам встретятся храмы, – вступил Юань Фэнь, и его голос звучал спокойней всех. – Возможно, мы сможем оставить фэйфэй под их покровительством... – он осёкся, встретив мой хмурый взгляд, и, чуть склонив голову, добавил: – Разумеется, временно.

Ладно, это разумный вариант.

Я выдохнула и поудобнее перехватила ларец. Он всё сильнее оттягивал руки, но поставить его на землю из-за цилиня не получалось.

– А мы так и будем таскать его в этой коробке? – резонно поинтересовался Эрик, скорее всего опасаясь, что эту великую миссию возложат на бедного него.

– Раээ, позвольте мне, – встрепенулся Цзиньэ и, всучив мой шест растерявшемуся от такого порыва Кай У, сложил руки в изящный жест. Кончики его пальцев засияли мягким золотистым светом.

– Ру кхе ции ано мхаа[1], – мелодично пропел Цзиньэ, плавно проводя ладонью над спящим малышом. Его пальцы двигались медленно, благоговейно, чуть вибрируя от удерживаемой силы. Золотистый свет лился вниз, окутывая фэйфэй тёплым коконом.

Вау... Я чувствовала толику силы Цзиньэ через ларец, и это было потрясающе. По коже побежали мурашки, а руки, будто освободившись от тяжести, стали почти невесомыми.

И тут случилось невероятное, кажется, даже для самого Цзиньэ. В области его сердца, вспыхнуло свечение, и в воздухе материализовался цветок сливы, сотканный из светло-рубинового сияния. Лепестки раскрылись, и из сердцевины вырвались десятки крошечных лазурных огоньков.

– Это же... – изумленно раскрыла я рот, завороженно наблюдая, как души фэйфэй закружились в призрачном хороводе вокруг детёныша, касаясь его пушистой шёрстки и отдавая ему свои последние силы, свою любовь, накопившуюся за столетия.

Оставляя росчерки света, огоньки летали вокруг ларца, вокруг Цзиньэ, вокруг нас. Это было похоже на ритуальный танец, дарующий благословение. А мы стояли будто окаменевшие, боясь лишним движением нарушить священный момент. Один из огоньков коснулся щеки, и я невольно затаила дыхание, он был прохладный, как капля утренней росы.

Души фэйфэй ещё раз обвили детёныша, словно укрывая его покрывалом из света, а потом один за другим погасли, растворяясь в воздухе. Цветок сливы дрогнул и рассыпался на мириады сверкающих пылинок.

В наступившей тишине, нарушаемой лишь шелестом листьев, малыш пошевелился. Он сладко, по-кошачьи потянулся, выгнув спинку, и два его хвостика распушились веером. Медленно открыв глазки цвета жидкого янтаря, ясные и полные безмятежного спокойствия, фэйфэй зевнул, и это был самый очаровательный и беззащитный звук, который я когда-либо слышала.

Я умиленно запищала, едва не выронив ларец из рук. Божечки-кошечки! Какая прелесть.

И вот надо было именно в этот трепетный момент, животу позорно заурчать на всю округу, отчего даже фэйфэй дёрнул ушками.

– Согласен, – протянул Эрик, не отрывая взгляда от зверька. – Аппетитно выглядит...

Он осёкся, поняв, что ляпнул не то и, подняв взгляд, встретился сначала с моим ошарашенным лицом, затем с ледяным взором Кай У а, после глянул на укоризненно покачавшего головой Юань Фэня.

– Я.. имел в виду, мило, – сглотнув, выдавил лидер, отводя взгляд.

Выдержав паузу, мы рассмеялись. Кай У снисходительно хмыкнул, а Юань Фэнь, переведя на меня взгляд, с беспокойством спросил:

– Барышня Сония, ты голодна?

– Не то слово, – с облегченным вздохом призналась я и, наконец, поставила ларец на траву. – Мой желудок уже прилип к позвоночнику. Да и пить ужасно хочется.

Кай У, не говоря ни слова, опустил мой шест на землю и, сняв с плеча дорожную сумку, достал потёртый кожаный бурдюк и отдал его мне. Я жадно припала к прохладной воде, не обращая внимание на капли, стекавшие по подбородку. Юань Фэнь, едва заметно улыбнувшись, достал из-за пазухи внутреннего одеяния бумажный свёрток, и развернув его, протянул мне рисовые лепёшки.

– О, боже, спасибочки, – обрадовалась я так, будто мне подали огромную миску риса, а не пару жёстких лепёшек.

– Погоди-ка, – Эрик приподнял бровь, негодующе застучав ногой. – Ты же говорил, у тебя не осталось еды?

Юань Фэнь, не смутившись ни на йоту, встретил его взгляд и невозмутимо поправил:

– Так и есть. Для сюнди у меня ничего не осталось.

Эрик поперхнулся, метнув прищуренный взгляд на меня, потом обратно на Юань Фэня и уголок его губ дёрнулся.

– Ясненько. Значит, вон оно как... особое внимание в действии, да? – протянул лидер с притворным уважением. – Ловкий ход.

Вовсю уплетая лепёшки, я растерянно переводила взгляд с одного на другого. Я что-то упустила, или они и правда спорят из-за лепёшки?

Оставив ответ при себе, Юань Фэнь слегка склонил голову и тут же отвернулся, глянув на фэйфэй. Неуклюже выбравшись из ларца, малыш, запутавшись в лапках, упал и с восторгом закрутился на траве, пытаясь поймать свои хвостики. Цзиньэ, опустившись на одно колено, с безмятежной улыбкой наблюдал за ним. И только Кай У, подняв голову, долго смотрел в сторону солнца.

– Пора уходить, – нарушил он тишину, – до Бэйсина несколько шичэней полета. Если не хотим ночевать в лесу, стоит выдвигаться.

От мысли, что снова придётся лететь на мече, мне поплохело. Первый полет прошел более-менее терпимо, но я не думала, что второй последует так скоро.

– Опять? – разделил моё нежелание Эрик. – Может, пешком прогуляемся?

– Если сюнди желает стать ужином диких зверей или, не дай гуй, яо, – не стал спорить Кай У, призывая меч вместе с Юань Фэнем, – то мы не смеем задерживать.

– Ладно, уговорили, – буркнул Эрик, с неохотой вставая позади Кай У.

– Я... тоже не уверена, что выдержу полёт, – призналась я, стоило глянуть на парящий меч, как ноги налились свинцом.

– Энаа, позволь помочь, – Цзиньэ бесшумно оказался рядом, опередив Юань Фэня. Сложив средний и указательный пальцы вместе, он направил их на меня, едва касаясь кожи. От его кончиков потянулась невесомая золотистая нить, вливаясь в меня, и вмиг живительная энергия наполнила тело: голова прояснилась, дрожь в коленях утихла. Я глубоко вдохнула, с легкостью расправляя плечи.

– Это поможет продержаться, – мягко улыбнулся Цзиньэ, отходя. Я с трудом удержалась, чтобы не вцепиться в него и не попросить повторить, так не хотелось отпускать это возвышенное чувство.

– Спасибо, – кивнула я и уже собралась поднять шест, но Цзиньэ и в этом опередил, а затем бережно подхватил с травы фэйфэя, который тут же устроился у него на плече, обвив шею хвостами. Цилинь легонько оттолкнулся от земли, взмывая в небо.

Я только диву давалась.

Кай У с Эриком рванули следом, обдав нас ветром и воплем лидера. Я улыбнулась и обернулась к Юань Фэню. Паря на мече, он терпеливо ждал, протянув руку. Стоило коснутся его горячей, шершавой ладони, как он обхватил самые кончики моих пальцев.

Я шагнула на лезвие, ощутив под подошвой знакомую вибрацию, и, придерживая край длинного подола чёрной накидки, крепко ухватилась за широкие плечи Юань Фэня. По команде меч плавно оторвался от земли, устремляясь в небо. Ветер засвистел в ушах, одеяния трепетали, а волосы Юань Фэня снова норовили закрыть мне глаза.

Мы пролетали над зелёными холмами, когда впереди, среди деревьев возник обнесённый полуразрушенной стеной дом. Кай У, не оборачиваясь, резким жестом указал рукой вниз, и его меч пошёл на снижение. Юань Фэнь последовал за ним, а Цзиньэ, летев ближе всех к земле, описав плавную дугу, первым приземлился, мягко коснувшись земли. При приближении в глаза сразу бросилась двускатная крыша с разбитой черепицей, стены, покрытые трещинами, и запустелый двор.

Мы опустились следом, и я с облегчением ступила на ухабистую, заросшую травой каменную дорожку. Цзиньэ уже вовсю с любопытством рассматривал покосившиеся пристройки, а фэйфэй, забравшись ему на голову, забавно обнюхивал рога.

– И зачем мы здесь? – подал голос Эрик, спрыгивая с меча и с брезгливостью оглядывая двор.

– Моя ци на исходе, – сухо ответил Кай У, лёгким взмахом убирая меч в духовное пространство. – До Бэйсина лететь ещё не один шичэнь, я не дотяну.

– И у меня осталось не так много сил, – поддержал друга Юань Фэнь, призывая меч в руку.

Я солидарно промолчала, усаживаясь на валун. Духовная энергия Цзиньэ, придававшая мне силы, похоже, тоже иссякла. Голова гудела, и тяжесть вновь навалилась на плечи.

– То есть вы предлагаете заночевать в этом... уютненьком месте? – Эрик сделал пальцами в воздухе кавычки.

Мне лично уже пофиг где, лишь бы отдохнуть.

Одним ухом слушая разговор, Цзиньэ направился к главному дому, оставляя среди травы и щебня цветочную дорожку, что хоть немного оживило это место.

– Это лучше, чем голый лес, – снисходительно отрезал Кай У, доставая из рукава несколько жёлтых талисманов. – Но стоит проверить, не притаилось ли здесь чего.

Шепнув короткое заклинание, он метнул фулы в воздух. Те, вспыхнув золотистым свечением, словно ласточки, разлетись по территории, выискивая следы яогуай.

И тут же из кухонной пристройки донесся сердитый, дребезжащий звук, заставивший нас всех насторожиться.

Яо?

***

[1] Сон веков, уступи место жизни, позволь надежде воссиять.

Глава 18.2

Дребезжащий звук повторился, и из тёмного проёма вылетело что-то круглое, дымящееся и сердито подпрыгивающее.

Сперва я решила, что это старый чугунный казан, но затем он расправил крошечные ручки, хлопнул по земле маленькими ступнями, и поднял на нас взгляд. Глаза, словно два уголька, сверкнули, и из крошечного рта вырвался возмущённый хрип.

– Ох уж и манеры у нынешних заклинателей! – запричитал дымчатый клубок, отмахиваясь бамбуковой лопаткой от талисмана, кружившего над ним, словно ястреб. – Швыряются бумажками не разобравшись, чуть бороду мне не подпалили.

Я не сдержала лёгкого смешка. Сложно подпалить то, что и так из дыма.

– Это что ещё за колобок на ножках? – удивился Эрик, подходя ближе и слегка склонил голову, разглядывая его.

– Сюнди, прояви уважение, – осадил его Кай У, жестом призывая талисманы обратно и убирая их в рукав накидки. – Перед тобой хранитель дома, Цзаошэнь[1].

Услышав, что его представили, дух выпрямился во весь свой комично малый рост, от силы до колена Эрика и с достоинством расправил когда-то белый, а теперь полностью закопчённый фартук. От него во все стороны расходилось лёгкое марево, словно от тлеющей головёшки, а в бороде изредка вспыхивали и гасли крошечные искорки.

– Ну, судя по бардаку вокруг, не слишком усердный из него хранитель, – фыркнул Эрик, не проявив ни капли почтения и даже не скрывая усмешки.

Пронзив лидера взглядом, Кай У безнадёжно покачал головой. Правильно, что с Эрика возьмёшь?

– Почтенные господа, к чему сие вторжение в мои убогие владения? – запыхтел дух, раздуваясь на глазах, отчего двор наполнился запахом гари.

Ступив вперёд, Юань Фэнь сложил ладони.

– Дух очага, мы не желаем вреда, – почтительно произнёс он, успокаивая хранителя. – Мы утомлены дорогой и просим позволения ненадолго остаться, дабы восстановить ци, и залечить раны.

Тяжело вздохнув, цзаошэнь махнул лопаткой:

– Ах, как я могу, оскудевший дух, предложить вам кров? Хозяин мой давно покинул эти стены, да и очаг остыл. Негоже почтенным заклинателям тут ночевать.

Цзиньэ, до этого лишь молча слушавший и нежно поглаживавший вставшего на дыбы фэйфэя, окинул духа внимательным взглядом.

– Благой дух очага, – с уважением произнёс он, и сияние рогов мимолётным отблеском отразилось на дымчатом лице хранителя. – Вижу, твой источник угасает. Без подношений и молитв хозяина тебе недолго оставаться в смертном мире.

Сразу потеряв всю спесь, дух сжался, а искорки в бороде погасли. Мне стало его жаль.

– А мы не можем ему помочь? – подала я голос, не найдя сил подняться с валуна.

На мгновение все обернулись на меня, а затем взгляды вновь вернулись к духу очага.

– Барышня Сония права, – поддержал Кай У. – Ты позволишь нам отдохнуть в доме, а взамен мы отплатим ритуалом и подношением. Только скажи, что для этого нужно?

Дух робко посмотрел на нас, и в его потухшем взоре затеплилась надежда.

– О, благородные господа! Если совершите для этого жалкого духа, малый обряд... зажжёте три палочки благовоний, поднесёте чашу с чистой водой и горсть риса, этого хватило бы восполнить силы и защитить ваш покой.

Так просто? Вода и рис? Пф, я уж думала ему придется жертву приносить. И даже знаю, кто подошел бы на эту роль больше всего. Я метнула взгляд на Эрика. Не слыша моих кованых мыслей, лидер, скрестив руки на груди, уныло попинывал ногой камень.

– Полагаю, мы можем это устроить, – согласился Кай У и сразу же распорядился. – Но для начала приведи дом в порядок, нам нужен отдых. Ритуал проведём на рассвете.

Цзаошэнь фыркнул, издав звук, похожий на шипение углей.

– Ладно уж, не впервой гостей принимать, – пробурчал он и, обведя нас взглядом, грозно помахал лопаткой. – Только чур, не мусорить!

Смотри-ка, как быстро вся благодарность улетучилась.

Дух очага хлопнул в ладоши, негромко, но с таким сухим, повелительным звуком, будто треснула деревянная табличка. Я и моргнуть не успела, как всё вокруг заклубилось. Белёсый туман пронёсся по двору скользящей лентой, оставляя за собой идеальную чистоту: камни под ним выровнялись, пыль, копившаяся годами, испарилась, а буйные заросли с шорохом втянулись обратно в землю. Осколки разбитой утвари щёлкнули, как костяшки, и собрались в целые, хоть и потрескавшиеся, горшки. И так же быстро туман, тонкой спиралью втянулся в ладонь духа очага и исчез.

– Вот... чисто, как при старом хозяине, – Цзаошэнь обтёр лоб дымчатым рукавом, выглядев после уборки слегка поблёкшим. – Располагайтесь, почтенные господа, а я.. этому духу надо кое-что проверить.

И он тут же растаял в воздухе, словно дымок от погасшего фитиля. А мы остались стоять посреди возникшего порядка, такого неожиданного, что даже Эрик на минуту лишился дар речи. А это уже рекорд.

– Раээ, энаа, я нашёл очень вкусные ягоды! – восторженный возглас Цзиньэ, подобно звону гонга, разорвал тишину. – Не хотите испробовать?

Подпрыгнув и едва не свалившись с валуна, я нашла взглядом цилиня. Он стоял у какого-то куста и с наслаждением отправлял в рот горсть рубиновых ягод, не забывая делиться с любопытным фэйфэем.

Хм, я бы не отказалась от парочки...

– Уважаемый Цзиньэ, – голос Кай У прозвучал резко, с непривычной ноткой тревоги. Он подошёл ближе, внимательно разглядывая куст. – Вам не стоит их есть. Горный багрянец ядовит для людей.

Цзиньэ замер с очередной ягодой у рта, его глаза расширились от искреннего удивления.

– Но не для зверей, – продолжил Кай У уже менее уверенно и, переведя взгляд с фэйфэй на хрустальные рога Цзиньэ, неловко добавил: – Хотя и вы не совсем... Что ж, будем надеяться, всё обойдётся.

– Ай-яй, Цзиньэ. Ты прям как маленький, всё в рот тащишь, – усмехнулся Эрик, проходя мимо, и шлёпнул его по плечу, едва не сбив фэйфэя. – Наша дружба была короткой, но мне будет не хватать тебя.

– Сюнди... – предупреждающе протянул Юань Фэнь, скрестив руки на груди. – Лучше поторопись, если не хочешь спать на полу.

– Ну уж нет, – скривился лидер, и стрелой помчался к дому. – Как хотите, но кровать я застолбил!

Юань Фэнь приподняв уголки губ в усмешке, проводил его взглядом, а после и сам направился в дом. Цзиньэ с сожалением стряхнул с ладони ягоды и вместе с Кай У последовал за ним.

Вздохнув, я тоже решила поспешить и спрыгнула с валуна. Но стоило ногам коснуться земли, как внутри всё оборвалось. Мир накренился, земля с дикой скоростью рванула мне навстречу, а в ушах загудел нарастающий шум. Я не успела ничего понять, лишь почувствовала, как чьи-то сильные руки ловко подхватили меня, не дав удариться о камни, прежде чем тьма накрыла с головой.

Мозг, будто загнанный зверь, метался в лихорадке от проносившихся обрывков кошмара: свист десятков стрел, пол, уходящий из-под ног, грохот рушащегося свода и стальная хватка Лак Лонга, всё сильнее сжимающая горло... Я дёрнулась, просыпаясь в ледяном поту.

Ёлки-моталки, да что ж такое! Только избавилась от одного кошмара, как «здрасьте, я новый уровень».

Вдох-выдох. Успокаивая бешено колотящееся сердце, я, прищурив глаза от яркого света, медленно огляделась, пытаясь понять, где нахожусь. На вид небольшая комнатка, без излишеств. Только кровать с занавесками, на которой я лежу, да стол в центре. И почему-то пахнет терпкими целебными травами. А в памяти засели лишь: ягоды, Эрик, застолбивший кровать, прыжок с валуна и.. всё.

Хм, я что, отключилась?

Вместо ответа тихо скрипнула дверь, и в комнату бесшумно вошёл Юань Фэнь. Его длинные волосы были собраны в высокий хвост, закреплённый серебряным кольцо со вставленной шпилькой, но в этот раз пара тонких прядей красиво обрамляли лицо. На нём был простой, но безупречно сидящий иссиня-чёрного шэньи, подчёркивающий его тренированное тело. В руках он держал небольшой поднос с двумя пиалами.

Увидев, что я его разглядываю, Юань Фэнь на миг замер, а затем на его обычно сдержанно-спокойном лице мелькнуло что-то лёгкое, как дуновение: облегчение.

– Барышня Сония, ты очнулась, – произнес он, и голос прозвучал чуть мягче обычного. Он поставил поднос на стол. – Как себя чувствуешь?

– Как выжатый лимон, – прохрипела я и приподнялась на локте, заметив на плече чистую повязку, а мелких ссадин на руках...будто и не было. – Но, кажется, в порядке. Спасибо. Это ты...?

– Перевязал, да. Но лечили травы и отдых, – он кивнул на пиалы и, взяв одну, протянул мне. Внутри булькало тёмно-коричневое снадобье, откровенно неприятно пахнувшее. – Выпей, поможет окончательно прийти в себя.

Легко сказать, чем сделать.

– Сколько я проспала? – спросила я, оттягивая время. Раз за окном солнце, значит, как минимум, всю ночь.

– Три дня, – огорошил Юань Фэнь, и у меня едва пиала не выскользнула из рук. – Мы с сюнди уже опасались, что генерал мог тебя чем-то отравить, а мы этого не заметили.

Отлично. Прям классика жанра. Очнуться через трое суток, как будто галочку поставила. Вместе с «упасть со склона».

Я была так ошеломлена, что залпом выпила настой, и сразу поплатилась. Горечь обожгла язык и горло, и меня всю передёрнуло. Фу...

Взглянув на мое скривившееся лицо, Юань Фэнь понимающе улыбнулся и забрал пиалу. Вернув её на стол, он взял другую. Я настороженно приподнялась, заглядывая в чашу. К счастью, в ней дымилась обычная рисовая каша, и её запах в тот миг казался божественным.

Я невольно облизнула губы и протянула руки к пиале. Но вместо того, чтобы отдать чашу, Юань Фэнь сел рядом на край кровати. Дерево под ним едва скрипнуло.

– Начинать следует с лёгкого, – заявил он простым, ровным голосом, перемешивая кашу, и не замечая, как мои брови улетели к самым корням волос от изумления. – Твоё тело ещё не окрепло.

И прежде чем я успела сообразить, Юань Фэнь набрал ложку и, легонько подув на неё, поднёс мне ко рту. Карл!

Кровь прилила к щекам.

– Я... могу сама, – пробую я сохранить остатки достоинства, смущённая до глубины души такой близостью и такой... опекой.

Юань Фэнь поднимает на меня взгляд, мягкий, но железный.

– Барышня Сония, каша горячая. Ты можешь обжечься.

И окончательно, решительно, без права на капитуляцию снова подносит ложку.

Я сдалась и открыла рот. Жизнь прекрасна. Ем с ложки от взрослого мужчины в Древнем Китае. Очередная галочка в моём списке достижений. Что там дальше?

И именно в этот момент, с характерным для него чувством такта, в комнату влетел Эрик.

– Упс, простите, – он резко затормозил на пороге, крутанулся на пятках, собираясь уйти, но тут же остановился и обернулся. Его взгляд подозрительно скользнул с моего раскрасневшегося лица на Юань Фэня с ложкой.

Я прикрыла глаза, и мысленно взмолила: «Только не начинай...».

– Ну надо же, – губы лидера растягиваются в самой язвительной ухмылке, не предвещающей ничего хорошего. – Стоило мне отвлечься, а у вас уже тут сцена уровня: «Юань и ложка судьбы». Может, мне ещё свечей принести? Для настроения. Или так уж и быть, устроить музыкальное сопровождение?

Я чуть не вырвала у Юань Фэня ложку, чтобы швырнуть в этого моську, но пришлось сдержаться. Вместо этого пронзила Эрика взглядом, достойным казни, превращая его в решето. Или, ещё лучше, в дуршлаг!

Юань Фэнь же бровью не повёл.

– Много слов, сюнди, а пользы мало, – невозмутимо заметил он, поднося ко рту следующую ложку.

Замешкавшись на мгновение, я всё же взяла в рот кашу. Но стоило глянуть на прищуренный взгляд и вытянутые губы лидера, как она встала комом в горле.

– Тебе нужна польза? Так давай, я её покормлю, – великодушно предложил Эрик, подлетая к кровати. – Покажу насколько я могу быть полезно заботливым.

Я всё-таки поперхнулась. Может, стоит смотаться? Не нравится мне этот дьявольский огонёк в глазах лидера.

– Как насчёт, – протянул Юань Фэнь, поднимая на Эрика непроницаемый взгляд, – сходить на кухню и приготовить свою кашу? Посмотрим, что у тебя получится.

В воздухе повисла пауза. Ни я, ни Эрик не ожидали такого поворота.

– Думаешь, не смогу? – фыркнул лидер, не так уверенно, как обычно. – Да в два счёта!

И он, сметая всё на своём пути умчался в кухонную пристройку. Я только моргнула ему вслед. Может, я ещё сплю? Другого объяснения просто не нахожу.

– С чего это он так легко согласился? – пробормотала я в недоумении.

Юань Фэнь лишь слегка пожал плечами, а в уголке его глаза, мне показалось, мелькнула едва уловимая искра чего-то, очень похожего на удовлетворение.

Я перевела взгляд на окно, выходившее прямо на кухонную пристройку. И вскоре оттуда донеслись весьма красноречивые звуки: грохот посуды, потом возмущенное «А где тут, чёрт побери...?!». Ещё один лязг, и тут же повалил едкий дым, из которого послышалось сдавленное чертыхание. Похоже, кулинарный подвиг Эрика шёл не по плану.

Зато в моей комнате повисло густое молчание. Юань Фэнь методично подносил ложку, я покорно ела и от всей этой неловкости мне хотелось снова отключиться.

– А где остальные? – выдавила я наконец, желая разрядить обстановку. – Что я пропустила за три дня?

Юань Фэнь положил ложку обратно в чашу и чуть отстранился, словно решая, с чего начать.

– Мы с Кай У тоже были вынуждены пару дней медитировать, восстанавливая духовные силы. Сейчас сюнди улетел в Бэйсинь, проверить обстановку и закупить кое-какие припасы. – Он вздохнул, мельком глянув в сторону окна. – Цзиньэ с фэйфэем изучают округу. И да, самое главное: пришло послание от вашего шифу, Мин Юня-даши.

– Послание? От шифу? – я аж подскочила на кровати и с нетерпением захлопала кончиками пальцев, глядя, как Юань Фэнь вытаскивает из рукава маленькую жёлтую бумажку, сложенную в тонкий квадратик с алой печатью.

Я крякнула. И всё? Шифу, конечно, не многословен, но это уж совсем мало.

Но тут Юань Фэнь провёл пальцами по бумажке, влив в неё нить духовной силы, и бросил на пол. Та засияла мягким светом и в воздухе над ней замерцал силуэт, прозрачный, как вода на солнце, но чёткий до дрожи.

Обалдеть!

– А так можно было? – невольно вырвалось у меня, когда я увидела шифу, который за это время нисколько не изменился. На нём всё то же любимое светло-бежевое одеяние. Часть чёрных волос собрана в строгий пучок, украшенный нефритовым кольцом со шпилькой, остальные пряди свободно лежали на спине. Только его юное лицо, обычно спокойное, как гладь лотосового озера, сейчас выглядело... обеспокоенным, а в глазах отражалась тревога, которую я за четыре месяца обучения видела от силы один раз.

– Да, но лишь для заклинателей выше духовной сферы Чунсяоцзин, – тихо пояснил Юань Фэнь, стараясь не отвлекать меня. – Нам с сюнди такое пока не по силам.

Я хотела уточнить, но тут послание заговорило.

– Туди, – приветствовал силуэт шифу и в его голосе звенела напряжённость. – С запозданием я узнал о случившемся в поместье господина Ян Кай У. Нападение и гибель людей... – его призрачный взгляд, казалось, пронзил пространство, а золотистый символ на лбу вспыхнул ярче. – Господин Кай У, господин Юань Фэнь, примите мои соболезнования. Но я также вынужден вас предупредить, – голос шифу стал холодным и резким, как лезвие, – если вы не в силах должным образом оберегать мои учеников, я заберу их обратно в Шансян.

Я замерла. Шифу, бывало, ворчал, но так серьёзно, почти угрожающе, никогда не говорил. Но тут вдруг его взгляд смягчился, и он будто взглянул прямо на меня.

– Туди, вы слишком часто полагаетесь на удачу, а не на тренировки. Ученик Эрик, это в первую очередь касается тебя. Твоя самонадеянность – твоя слабость. Ученица Сония, сила духа – твой дар, но без силы тела он хрупок. Укрепляй и то и другое. Будьте осмотрительнее, и знайте, я присматриваю.

Силуэт дрогнул и рассыпался на сверкающие песчинки, которые угасли, не долетев до пола.

Я выдохнула, даже не заметив, как затаила дыхание. Не думала, что скажу это, но я скучаю по его наставлениям и... по нему. Приятно узнать, что шифу так беспокоиться о нас.

– Мы с Кай У уже отправили ответ, – дав время переварить услышанное, произнес Юань Фэнь поднимая бумажку с пола и убирая её обратно в рукав. – Заверили, что вы не пострадали, и впредь мы будем внимательнее. А также лично займемся в пути вашими тренировками.

Ну класс... прощай, халявные деньки.

Я кисло кивнула, собираясь поблагодарить, но тут дверь распахнулась, будто после тайфуна. И в дверном проёме, во всей красе, замер Эрик – весь в саже, волосы, словно обсыпанные мукой торчали в разные стороны, а правый рукав ханьфу безжалостно опалён.

Даже боюсь представить, что творится на кухне.

Но в глазах лидера сияла гордость, а на лице красовалась широкая, победоносная ухмылка. В руках он держал пиалу, из которой исходил стойкий запах гари и отчаяния.

Едва сдержавшись, чтобы не рассмеяться от его видочка, я закусила губу и покосилась на дверь. Успею ли проскочить мимо него и спастись? Или лучше сразу в окно?

– Ну! – торжественно заявил Эрик, в два шага подскакивая к кровати и протягивая мне пиалу. – Каша по фирменному рецепту.

Я сконфуженно улыбнулась, заглянула внутрь и мысленно содрогнулась. В чаше булькало... нечто. Жижа. Подгорелая.

Ну всё. Я славно пожила, пора и честь знать.

Но тут Юань Фэнь, молниеносно перехватил пиалу из рук Эрика.

– Барышня Сония только пришла в себя, – пояснил он, отвечая на вопросительно приподнятую бровь лидера. – Отравление ей сейчас ни к чему. А вот я как раз достаточно восстановился.

Эрик не обиделся. Напротив, его улыбка стала ещё шире и приобрела какой-то мстительный отблеск. Скрестив руки на груди, лидер с неподдельным интересом уставился на Юань Фэня.

А я мысленно перекрестилась.

Юань Фэнь поднес пиалу к губам и сделал маленький глоток. Его лицо оставалось спокойным ровно три секунды, а затем скулы напряглись, глаза закрылись, и он с трудом сглотнул. Я почти слышала внутренний крик его вкусовых рецепторов. Потом медленно, с видом человека, выполняющего тяжкий труд, он героически отхлебнул ещё.

Эрик же сиял, как хитрый кот, у которого получилось испортить жизнь соседской собаке.

– Ну как? – протянул он, едва удерживая смешок. – Насыщенный вкус, а?

Юань Фэнь с усилием сглотнул.

– Уникальный... вкус, сюнди, – выдохнул он. – И, пожалуй, в ближайшее время мне лучше не отходить далеко от уборной.

Эрик расхохотался, и хоть я была безмерно благодарно Юань Фэню за жертву, всё же не смогла сдержать улыбку.

Третья ложка этой субстанции медленно приближалась ко рту Юань Фэня. Но, благо, спасение в лице очень сердитого духа очага, вовремя подоспело.

– Молодой господин! – дух всплеснул дымчатыми ручками. – Немедленно возвращайтесь на кухню. Вы устроили там такое, что даже мои угли поблекли от ужаса. Как я, хранитель очага, смогу теперь отдыхать в таком хаосе?!

Эрик, облокотившись на косяк, невозмутимо опустил на него взгляд.

– А разве это не твоё дело? – лениво заметил он. – Щёлкни пальцами и чисто. Делов-то. Ты дольше ворчишь.

Юань Фэнь едва не выронил ложку. Я охнула, хоть и была более привычна к его наглости. Дух очага же вытаращил глаза, будто Эрик только что предложил ему почистить собственную печь зубочисткой.

– Что за дерзость... – дух запыхтел, явно не сумев подобрать слов. – Чтобы убрать тот бардак, молодой господин, мне придётся истратить немало сил!

Я заметила, как в глазах Эрика загорелся азартный огонёк. Он деловито скрестил руки на груди.

– И что ты хочешь? – спросил он тоном торговца на рынке. – Пять палочек благовоний?

Дух на миг растерялся от неожиданного предложения, а затем восторженно подпрыгнул.

– Две чаши риса и три палочки благовоний, – выпали он, вытягивая три коротких, как корнишоны, дымчатых пальца.

Эрик прищурился, оценивающе.

– Хм, – задумчиво протянул он, потирая ямочку на подбородке. – В принципе, я и сам могу убраться, делать всё равно нечего...

– Одна чаша риса и две палочки! – почти взвизгнул дух очага, явно испугавшись остаться ни с чем.

Лидер тут же вытянул руку, как мастер по заключению сомнительных сделок.

– Договорились. Одна чаша и одна палочка.

– Согласен, – дух протянул руку, чтобы пожать, и только когда его ладонь провалилась сквозь руку Эрика, понял, что его перехитрили. – Постойте...

Но было поздно. Сделка заключена. Дух очага обиженно затрещал.

– Молодой господин, да вы просто тушишь мои угли, – безнадёжно пробурчал он и направился на кухню, вероятно впервые в жизни жалея, что не может хлопнуть дверью.

Эрик самодовольно проводил его взглядом, а затем обернулся к нам. Мы с Юань Фэнем смотрели на него одинаково, со смесью потрясения и острого желания побить его.

– Сюнди, – первым очнулся Юань Фэнь, весь подобравшись. – В следующий раз, когда решишь торговаться с местным божеством, убедись, что он не сможет нас всех ночью задушить дымом. Иначе объяснять это Кай У будешь сам.

– Боже, Эрик, – поддержала я, качая головой, – цзаошэнь тебя теперь либо возненавидеть навеки, либо возведёт в ранг духовных мошенников.

– Ну, что я могу поделать, – беззаботно развёл руками Эрик. – Люблю торговаться. В следующий раз он умнее будет.

Я закрыла лицо ладонями. М-да уж... с лидером редко бывает скучно, но теперь, как выяснилось, ещё может быть и выгодно.

***

[1] Цзаошэнь (灶神, zàoshén) – дух очага.

Глава 19.1

Лес Юйтай

После горелой каши Эрика, благородной жертвы Юань Фэня и общего смеха я, пользуясь редким моментом покоя, ускользнула в купальню. С меня, конечно, сняли изорванное ханьфу и кое-как обтёрли лицо и руки... боже, даже думать не хочу, кто этим занимался, пока я была в отключке. Но остальная кожа под одеждой невыносимо зудела от липкого пота и засохшей грязи.

Купальня, как и кухня, располагалась в отдельной пристройке, с плотно закрытыми ставнями и дырявой ширмой, которая честно пыталась изображать уединение. Внутри пахло старым деревом, влагой и едва уловимым ароматом благовоний. Лохань уже была до краёв наполнена горячей водой, в которой плавали засохшие лепестки. Роскошь, да и только.

Даже не представляю, сколько чаш риса, Юань Фэню пришлось пообещать духу очага, чтобы тот перестал злиться и подготовил для меня купальню. Ох уж Эрик...

Я погрузилась в воду с тихим стоном наслаждения. Тепло приятно обволакивало тело, расслабляя каждую мышцу и снимая напряжение. Прикрыв глаза, я впервые за день позволила себе просто... быть.

Я в раю.

И именно в этот блаженный момент снаружи раздались едва слышные шаги. Сначала я решили, что мне показалось. Но шаги повторились. Медленные. Осторожные. Кто-то остановился прямо у двери. Я вынырнула из полудрёмы и прислушалась, жалея, что окна закрыты.

Кому там заняться больше нечем?

Прошла минута, может, две. А затем за дверью раздались приглушённые голоса, которые я очень даже хорошо слышала, сидя в полной тишине.

– О, и что это ты здесь делаешь? – Эрик растягивал слова, вкладывая в них тонну невинного сарказма.

– Сюнди, прошу, тише, – донёсся низкий, сдержанный голос Юань Фэня. – Я тренировался неподалёку и как раз возвращался.

– Возвращался... мимо купальни?

– Это кратчайший путь.

– К воде, где купается Соня? Ну да... очень кратчайший, – тут же с присущей ему дерзостью заметил Эрик.

Я уткнулась лицом в ладони, стараясь не рассмеяться вслух. От Эрика я ещё могла ожидать подобного, но вот от Юань Фэня?

– Сюнди, а ты что тут делал? – сухо перевёл стрелки Юань Фэнь, и я уверенна, он, как обычно для грозности, скрестил руки на груди.

– Э.. дышал свежим воздухом.

Мда уж, Эрик. Просто гениально. Дайте Оскар этому актёру.

– Возле купальни? – в голосе Юань Фэня послышался едва уловимый, ответный оттенок сарказма.

– Ну да. Воздух тут особенно... насыщенный, – я даже через дверь слышала, как лидер нагло ухмыльнулся.

Юань Фэнь, кажется, лишь вздохнул. Тем самым долгим, терпеливым вздохом, который предшествует логичному, но абсолютно бесполезному аргументу. Затем повисла неловкая пауза, после которой они наконец разошлись. И, если я не ослышалась, в разные стороны.

Ну ребята, вы даёте. Я рассмеялась и снова легла, облокотившись затылком о тёплый деревянный край.

Несмотря на всю неловкость сегодняшнего дня, где-то глубоко внутри, вопреки смущению, затеплилось давно забытое, но такое невероятно приятное, щемящее чувство – что о тебе волнуются и оберегают. Ведь дома, в силу обстоятельств, большую часть жизни я была той, кто заботится, но не той, о ком заботятся.

Полежав ещё немного, я выбралась из воды, тщательно вытерлась и надела нижние одежды: белую рубашку и штаны. И только потянулась за верхним одеянием, как взгляд выхватил нечто шевелящееся на полу.

Твою ж...метёлку!

Огромная чёрная сороконожка, мерзко перебирая лапками, рванула в мою сторону.

– А-а-а! – визг вырвался невольно, после тех жуков моя стойкость к насекомым здорово поубавилась.

Дверь распахнулась с такой силой, что её едва не вырвало с петель. И в купальню влетел Юань Фэнь: собранный, напряжённый, уже на ходу ища взглядом угрозу.

– Барышня Сония?

От неожиданности я дёрнулась и, отшатнувшись, врезалась плечом в стену. Сверху что-то хрустнуло, и с полки сорвалась тяжёлая кадка.

Да, ладно...

Юань Фэнь оказался передо мной в одно мгновение. Я ощутила лишь лёгкое дуновение ткани и едва уловимый запах сандала. Его руки упёрлись в стену по бокам от моих плеч, и в ту же секунду кадка с глухим стуком ударила его по спине. Он даже не охнул. Просто чуть наклонился вперёд, сократив и без того мизерную дистанцию между нами.

– Ой... – обескураженно пискнула я, прикрыв рот ладонью, а другой рукой прижала верхний халат к груди, как последний рубеж обороны.

Юань Фэнь медленно поднял голову, и сердце предательски ёкнуло, забившись чаще.

Он смотрел на меня так, будто всё остальное перестало существовать, сведясь к этому углу купальни, каплям воды в моих волосах и сбивчивому дыханию. В его медово-янтарных глазах мелькнуло облегчение и что-то ещё... сокровенное и неуместное. Желание? Да не... Наверное, фантазия разыгралась. Юань Фэню нужна такая же благородная дева, чтящая традиции, а не та, кто вечно влипает в неприятности и нарушает их правила.

– Барышня Сония, ты в порядке? – тихо спросил он, не догадываясь, что в мыслях я его уже женила. Его взгляд на миг опустился к моим губам, а затем, будто вспомнив о приличиях, стремительно вернулся к глазам.

Я смогла лишь кивнуть, гипнотизируя его родинку под нижним веком.

И, конечно, этот трепетный момент был безжалостно разбит ворвавшимся с запозданием в купальню лидером.

– Что? Что случилось?! – засуетился Эрик, размахивая увесистым поленом. – Нападение? Демон? Дух-извращенец?

– Жук... – растерянно выдавила я, медленно натягивая верхний халат на лицо, желая скрыться от пытливого взора лидера.

Боже, он же сейчас такого надумает.

– Ага... вижу, – протянул Эрик, переводя взгляд с меня на Юань Фэня. – Интересный экземпляр. Огромный, двуногий, волосатый... – он несносно усмехнулся, постукивая поленом по ладони. – Прям главная угроза девушек в ванной.

Я закатила глаза. Ох, терпения мне.

Но тут его лицо исказила чистая, неприкрытая брезгливость. На полу возле него, извиваясь, ползла та самая сороконожка.

– Чёрт, беру слова обратно, – скривился Эрик и, швырнув полено, метнулся к Юань Фэню, вклиниваясь между нами, и принялся дёргать его за рукав. – Сюнди, быстрее, гаси её!

Юань Фэнь, на которого обрушилось сначала корыто, а теперь ещё и Эрик, глубоко, очень глубоко вздохнул.

– Сюнди, – терпеливо протянул он, отцепляя от себя лидера. – Это же не яо. Где твоё милосердие к простым земным созданиям?

Шагнув вперёд, Юань Фэнь ловко, без малейших колебаний поймал сороконожку, аккуратно перехватив её ладонями, и направился к выходу.

– Милосердие? – поскрёб висок Эрик, ступая следом. – Оно затерялось где-то между «терпеть их не могу» и «терпеть ненавижу ползучих тварей».

– Что ж, сюнди, тяжело тебе придётся в пути, – с долей сочувствия заметил Юань Фэнь, отпуская сороконожку в кусты.

– С чего это? – хмыкнул лидер, махнув рукой за спину. – Для этого и нужен менеджер, она будет отгонять их от меня.

Ах ты ж... деловая колбаса!

Я едва не задохнулась от возмущения и, не сумев подобрать приличных слов, подскочила к двери и с грохотом захлопнула её у Эрика перед носом.

Вот же, моська!

На улице уже смеркалось, когда меня позвали на совместный ужин. Выйдя на улицу, я с наслаждением потянулась, вдыхая тёплый воздух. Фонари под крышами заливали двор мягким янтарным светом, из кухни доносились негромкие голоса и манящий запах готовящейся еды, а в кустах тихо стрекотали цикады. Давненько, я не ощущала такого уюта.

Под раскидистыми ветвями старого дерева, за каменным столом уже сидели Цзиньэ и Эрик, устроившись на пузатых табуретках, пока Кай У с Юань Фэнем вовсю готовили.

Я неспешно направилась к ним, с улыбкой наблюдая, как Цзиньэ мило играет с фэйфэй, устроившимся у него на коленях. Его длинные золотистые волосы струились по плечам, мягко переливаясь в закатном свете, а хрустальные рога чуть отбрасывали сияющие блики. Рядом, скучающе подперев щёку рукой, развалился Эрик. Он чертил каракули веткой на земле, время от времени поглядывая то на цилиня, то в сторону кухни.

Заметив меня, фэйфэй, виляя пушистыми хвостами, спрыгнул с колен Цзиньэ и подбежал. Он потёрся о ноги и задрал мордочку, взглянув круглыми, безмятежными глазками.

– Ну привет, малыш, – рассмеялась я, почесав его за ушком. Он тут же повалился на спину, подставляя животик. – Вы уже придумали, как его назвать?

Цзиньэ, встретив мой взгляд, чуть качнул головой.

– Не пришлось, энаа. Монахи вырезали его имя на том ларце.

– Правда? – я удивленно приподняла бровь: кроме узоров на нём, я тогда ничего не заметила. – И какое?

– Сюань Мяо, – мягко протянул Цзиньэ. – «Сокровенное чудо».

– Мило, ему подходит, – улыбнулась я, почёсывая фэйфэй животик.

– Пф, – фыркнул Эрик, отбрасывая ветку. – Как по мне, так лучше бы назвали Си Ван[1]. А по-нашему Ванька, просто и со вкусом.

Я не сдержала усмешки, стрельнув в лидера взглядом.

– Не надо. Нам вполне хватает и одного, кто любит ваньку валять.

Эрик моргнул, а потом уголок его рта пополз вверх в кривой, признающей поражение ухмылке.

– Засчитано, – усмехнулся он, шутливо подняв ладони.

Я хмыкнула. Ещё бы он правду не признал.

Пожулькав Сюань Мяо, я великодушно отпустило его к мамочки-Цзиньэ и, отряхнув руки, села за стол. Эрик собрался что-то сказать, но тут рядом с нами появился дух очага. Он возник так тихо, что я вздрогнула, а лидер заметно напрягся. Поглаживая дымную бороду, он взглянул на Эрика и добродушно улыбнулся. Слишком добродушно. От неё у меня кровь в жилах едва не застыла, а у лидера аж лицо перекосило, словно он внезапно вспомнил все свои грехи.

Дух очага щёлкнул пальцами, и на столе разом появились пиалы с дымящимся рисом, миски с тушёными овощами, и блюдо с варёной рыбой в ароматном бульоне. А запах какой невероятный! У меня заурчало в животе от предвкушения.

Дух довольно кивнул и, бросив ещё один многозначительный взгляд на Эрика, исчез, оставив лишь лёгкую дымку.

– Слушай, – подозрительно косясь в сторону кухни, произнес Эрик. – Мне кажется или этот хоббит точит на меня зуб?

Вместо того чтобы его успокоить, мои губы сами растянулись в сочувственно-язвительной улыбке.

– Зуб? Скорее, всю челюсть.

Эрик мрачно вздохнул, потерев переносицу.

– Отлично. Я угодил в чёрный список местного домового.

– Поздравляю, – я слегка хлопнула лидера по спине. – Такое достижение и всего за полдня.

Эрик фыркнул, и в его глазах зажёгся тот самый знакомый огонёк: смесь коварства и готовности спихнуть с себя любую работу.

– Спасибо. А теперь, как мой менеджер, иди и разрули эту ситуацию, – он небрежно махнул рукой в сторону кухни. – Расскажи ему, какой я замечательный, и что на обиженных воду льют.

Ага. Нашёл дурочку.

– Ещё чего, – я показала ему фигушку, и невозмутимо подмигнула. – Сам кашу заварил – сам и расхлёбывай. У меня выходной.

Эрик недовольно вытянул губы, пронзив меня прищуренным взглядом.

– Знаешь, ты самый ленивый менеджер, что у меня был...

Вот именно. Ленивый и здравомыслящий.

– Стараюсь, – польщённо вставила я, мило замахав ресничками.

– ...Уже подумываю отдать эту должность Цзиньэ, – кисло закончил он, постукивая пальцем по столу.

Услышав своё имя, Цзиньэ отвлёкся от фэйфэй и непонимающе взглянул на нас.

– Правда? Ура, – я шутливо захлопала в ладоши, подначивая хмурого лидера. Ведь прекрасно знаю, что он этого не сделает.

– Эрикэ, энаа, а кто это такой мэнэжэр? – полюбопытствовал Цзиньэ, вскинув бровь и переводя взгляд с лидера на меня.

– Долго объяснять, – улыбнулась я и, прикрыв ладонью рот, чуть наклонилась к нему через стол. – Но если кратко, то его нянька.

Эрик сбоку громко хмыкнул.

– А давай без упрощений. Иначе останусь твоим начальником до тех пор, пока мы не вернемся домой.

Боже мой. Напугал ежа голой попой.

Взглянув на раздражённую моську лидера, я прыснула от смеха. Цзиньэ, хоть и выглядел слегка растерянным от нашей странной перепалки, всё же подхватил мой смех и широко, искренне улыбнулся.

– Смотрю, барышня Сония в хорошем настроении, – заметил Кай У, бесшумно подходя к столу.

Успокаивающе выдохнув, я подняла на него взгляд. Он был в том же, но уже чистом серо-синем шэньи, строгом и безупречно сидящем. Волосы, как всегда, стянуты в аккуратный высокий пучок, закреплённый серебряным кольцом с поперечной шпилькой. В руках Кай У держал глиняный чайник, от которого струился лёгкий пар и душистый аромат трав.

– Надеюсь, вам лучше? – проявил он внимание, занимая место во главе стола.

– Спасибо за заботу. С каждой минутой чувствую себя всё прекрасней, – улыбнулась я, склонив голову в благодарственном жесте. – Особенно когда вокруг столько восхитительной еды.

Кай У позволил себе лёгкую, одобрительную улыбку и принялся разливать по пиалам чай. Пока он этим занимался, я мельком взглянула на остальных: Эрик, прикрыв глаза, отбивал пальцем по столу какой-то ритм. Цзиньэ же, сидя на месте, слегка потопывал ногами, распуская крошечные цветы для Сюань Мяо.

– Господин Кай У, вы знаете кто такой... ма нгёк? – склонилась я к нему, убедившись, что все заняты.

Не знаю почему, но это слово упорно не выходит из головы.

– Ма нгёк? – протянул Кай У и на секунду прищурился, задумчиво поглаживая подбородок. – Кажется, я встречал это имя в одном из древних собраний о яо. Если не ошибаюсь, это разновидность злобного духа. Он крадёт души тех, кто взглянет ему в глаза. Коварное создание. Дай Небо, нам не встретиться с ним. Барышня, а почему ты спрашиваешь?

Я скривилась. Так вот с кем меня сравнил этот гад напыщенный! Прекрасно. Просто замечательно.

Заметив, что я подвисла, Кай У кашлянул в кулак, напоминая о вопросе.

– Да так... один паразит обозвал, – уклончиво пробурчала я, мысленно посылая Лак Лонгу всевозможные кары. – Спасибо, что просветили.

Кай У озадаченно приподнял бровь, но тут как раз к столу подошёл Юань Фэнь, неся в руках большую чашу с красиво нарезанными фруктами.

– Почтенный Цзиньэ, это угощение для вас, – поставив блюдо перед цилинем, он опустился рядом со мной и неожиданно распорядился: – Предлагаю сначала поесть, а уже потом разбираться со всеми вопросами.

Возразить было сложно. Еда манила и быстро остывала.

Палочки застучали по пиалам, над столом раздались приглушенные возгласы «Мм-м!». И тут Эрик вдруг странно замер. Его глаза округлились, а лицо стало пунцовым. Он глухо ахнул, выплёвывая рис обратно в чашу, и начал судорожно хватать воздух.

– А-а, что это?! – хрипло закашлялся он, отчаянно махая рукой перед лицом. – У меня во рту адское пекло. Вы... как это вообще едите?!

Мы уставились на него с искренним недоумением. Чего это с ним?

– Сюнди, о чём ты? – спокойно уточнил Юань Фэнь, между делом положив кусочек рыбы мне в тарелку.

– Об этом! – Эрик ткнул палочками в пиалу с рисом. – Я, конечно, понимаю, вы любите поострее, но чтоб настолько...

Мы все растерянно переглянулись. Лично у меня еда была недосоленная.

Лидер, схватив пиалу с чаем, сделал глоток и тут же сдавленно вскрикнул, выплёвывая всё обратно. Горячие капли разлетелись, и несколько попали мне на щёку и руки.

Супер. И меня не обошла эта участь.

– Да чтоб тебя... – выругался Эрик, вскакивая и опрокидывая пиалу с оставшимся чаем. – Это же кипяток!

Пока он отплевывался, все засуетились: Кай У принялся вытирать стол платком, Юань Фэнь быстро передвинул блюда, а Цзиньэ, старательно пряча улыбку, и придерживая чашу с фруктами, едва заметно отодвинулся от лидера. И лишь фэйфэй блаженно дремал, свернувшись калачиком в цветах.

– Ага, понятно, – хмуро буркнул Эрик, вытирая лицо рукавом, и мрачно глядя вдаль.

Что ему там понятно? Я бросила туда же взгляд, и сама едва не поперхнулась.

В тени под навесом крыши, в легкой дымке с алыми искрами, стоял цзаошэнь. Он ничего не делал. Просто наблюдал, скрестив на груду пухлые ручонки. Его светящиеся глазки-угольки буравили Эрика с таким леденящим, безмолвным удовлетворением, что по спине побежали мурашки даже у меня.

Я медленно перевела на лидера взгляд.

– Круто, ты попал... – протянула я, качая головой.

– Всё, – процедил Эрик сжимая кулаки. – Этот хоббит у меня сейчас попляшет.

– Сюнди, – твёрдо вмешался Юань Фэнь, – полагаю, разумнее пойти к домашнему алтарю. Зажечь для него пару благовоний и поставить чашу с чистой водой, а лучше с чаем. И просить снисхождения за свой проступок.

– А вот хрен ему, – упрямо отрезал Эрик, садясь на место и скрещивая руки. – Сделка есть сделка. Я свою часть выполнил. Всё честно.

Кай У тяжело вздохнул и молча встал из-за стола. Повернувшись к духу, он сложил ладони и почтительно склонился.

– Уважаемый хранитель очага, – произнёс он, – мы оставили для вас на печи чашу горячего риса. Прошу, позволь нам продолжить ужин без помех.

Суровое лицо духа вмиг смягчилось. Он с достоинством кивнул и медленно поплыл в сторону кухни, растворяясь в дверном проёме.

– Что ж, это было несложно, – сдержанно улыбнулся Кай У, присаживаясь и бросая на лидера короткий, укоризненный взгляд.

Эрик фыркнул, с подозрением ковырнув палочками ломтик рыбы и, убедившись в её безопасности, принялся есть.

– Ну вот, можно и поговорить, – с полным ртом заметил он, бросая на нас взгляд исподлобья.

Кай У с Юань Фэнем украдкой переглянулись и покачали головами. Похоже, лидер быстро пришёл в себя.

– Энаа, – первым заговорил Цзиньэ, отставляя чашу с фруктами. Его голос прозвучал мягко, с нотками искреннего любопытства. – Если позволишь... что именно произошло с тобой там, под храмом?

– Да, барышня Сония, – серьёзно взглянув на меня, поддержал вопрос Кай У, откладывая палочки. – Как вам удалось не только выжить с генералом Лак Лонгом наедине, но и выбраться?

– А меня больше интересует та часть со сделкой, – Эрик, разумеется, не смог смолчать. – Что ж ты ему такого предложила?

И только Юань Фэнь ничего не сказал, но посмотрел так внимательно, будто этот вопрос уже давно крутился у него на языке.

Я глубоко вздохнула и, покручивая в руках пиалу, уставилась в тёмную гладь чая, собираясь с мыслями.

– Ну... – начала я, подбирая нужные слова, – угодили мы, значит, с генералом в тоннель.

И рассказала про встречу с Лу Мэном, про испытания, которые подготовили древние монахи. О ловушках говорила скупо, без особых подробностей. Про «обнимашки» с Лак Лонгом я умолчала. А то, боюсь, Эрика хватит удар от... смеха. И не сказала про момент, когда генерал едва не провалился, а я вцепилась в него так, будто от этого зависела моя жизнь. Хотя тогда, наверное, так и было.

– В стенах оказался... – я на миг запнулась. – Блин, как там Лу Мэн его назвал? Ах, точно иньцзэй!

– Минерал, подавляющую духовную силу? Это большая редкость, да ещё и под обычным храмом? – изящные брови Кай У чуть сдвинулись к переносице, и его настороженный взгляд на секунду метнулся к Юань Фэню. Тот едва заметно кивнул, отвечая таким же озадаченным взглядом.

– Видно, не такой уж и редкий, – развела я руками, не став уточнять, почему это их так встревожило. – Из-за него Лак Лонг временно лишился сил. Что, признаюсь, сыграло мне на руку.

– Пф, так и я бы смог уболтать его на сделку, – разочарованно фыркнул Эрик, явно, надеясь, на что-то посерьёзней.

И чего он, интересно, ожидал? Битвы на мечах? Или что я закачу генералу концерт?

– Не сомневаюсь. Ты бы заболтал его до смерти, – едко буркнула я, испепеляя его взглядом.

– Ой, ты слишком хорошего обо мне мнения, – Эрик самодовольно провёл рукой по волосам.

– Так уверен? – я вскинула бровь, всем видом говоря об обратном.

Лидер уже собрался вставить что-то колкое, но Кай У строго кашлянул, прерывая нас от очередной перепалки.

– Получается, генерал только из-за этого пошёл на сделку? – уточнил он, вернувшись к сути разговора.

– Ну почти, – замялась я, вспоминая мерзких букашек и передёргивая плечами. – Там оказались ещё жуки байшишэнь, которые скажем так... подорвали его жажду сразу прибить меня. И помогли выгодно договориться.

Над столом мгновенно повисла пауза. Кай У с Юань Фэнем настолько растерялись, что, кажется, лишились дара речи.

– Не понимаю, энаа, – подал голос Цзиньэ всё это время молча слушая и поедая дольки фруктов, как семечки. Свет от его рогов на миг осветил стол в сгущающихся сумерках. – Как байшишэнь смогли остановить такого могущественного генерала?

– Видишь ли Цзиньэ, – уклончиво начала я, покрутив в руках палочки. – У Лак Лонга с этими жуками, кажется, очень давняя и личная история. Он их так ненавидит, что даже не отказался от моей помощи.

– Подожди. Хочешь сказать, наш пернатый генерал боится жуков? – прыснул Эрик, едва снова не опрокинув пиалу с чаем и расхохотался на весь двор. – Вот же умора!

Смех лидера оказался таким заразительным, что даже Кай У с Юань Фэнем не сдержали коротких смешков.

– Теперь я знаю, чем его на место ставить, – не унимался Эрик, хихикая, и бросил на меня взгляд. – А жука ты, случаем, с собой не прихватила?

Я возмущенно цокнула, скрестив руки на груди.

– Ещё чего! Эти твари меня бы по кусочку съели за это время.

– Энаа, ты проявила храбрость, – благосклонно улыбнулся Цзиньэ, осветив моё смущённое лицо. – Преодолеть страх и найти выход способен не каждый.

– Ну, я всего лишь воспользовалась слабостью генерала, – неловко пожала я плечами.

– Мудро, хоть и довольно рискованно, – поддержал Юань Фэнь, и в его взгляде мелькнуло одобрение.

Я благодарно улыбнулась, нервно заправив прядь за ухо и старательно игнорируя ехидную ухмылку Эрика сбоку.

– Раз уж мы заговорили о Лак Лонге, – протянула я, решив наконец озвучить давно крутившийся в голове вопрос. – Вы что-нибудь знаете о его царстве Ситькуи?

Кай У и Юань Фэнь мимолетно переглянулись.

– Немного, – признался Кай У, украдкой отпив чаю. – Это древнее царство, расположенное южнее наших земель, за туманным морем Ухай.

– По старым записям оно было небольшим, – дополнил Юань Фэнь. – Но несколько десятилетий назад царство Ситькуи начало стремительно расширятся. Причём почти без открытых войн, соседние регионы сами стали ему подчиняться.

Вот как? Ну, зная силу Лак Лонга, это неудивительно.

– Император Фухао-ди знает об этом, – продолжил Кай У, и его голос стал более официальный. – Один из моих давних знакомых из Министерства упоминал, что пока правитель царства Ситькуи не угрожает империи напрямую, Его Величество будет лишь наблюдать.

– А вашего Императора не смущает, что один из генералов это далёкого царства, бегает у него под носом? – хмыкнул Эрик, чуть приподняв голову от чаши с рыбой, которую не переставал жевать.

– Полагаю, Его Высочеству об этом не доложили, – только развел руками Кай У, стряхивая крошки с длинного рукава.

– Или Лак Лонг сделал так, чтобы не доложили, – разумно предположила я, забирая у лидера тарелку с остатками тушёных овощей, в которую уже тянулись его палочки.

Вот обжора, мне бы хоть немного оставил.

– Ладно, – Эрик хлопнул по столу ладонью, оставшись ни с чем. – Хватит уже о генерале, а то у меня сейчас несварение будет. Лучше скажите, какие у нас планы дальше?

Кай У глубоко вздохнул, сложив руки на столе.

– Первым делом мы отправимся в столицу Фунань. Нужно посетить императорский павильон Байцзюнь[2]. Там хранятся самые древние свитки и хроники. Мы с сюнди надеемся, найти хоть какие-то сведения о пропавшем брате Цзиньэ.

– Благодарю, раээ, – расцвел Цзиньэ не только яркой улыбкой, но и сиянием рогов. – Для меня найти брата очень важно.

– И именно поэтому нам лучше всем пойти отдохнуть, – спокойно, но не оставляя возражений произнёс Юань Фэнь, первым поднимаясь. – На рассвете предстоит долгая дорога.

Они с Кай У принялись собирать пустую посуду и, пожелав спокойной ночи, ушли в дом. Цзиньэ последовал за ними, унося спящего фэйфэя на руках. Проводив их взглядом, Эрик зевнул и, помахав мне рукой, отправился в комнату.

А я осталась сидеть. После трёх дней беспамятства сон не шёл. И больше всего на свете хотелось просто смотреть: на тёмное бархатное небо, на россыпь чужих, но прекрасных звёзд, на полную, сияющую луну, заливавшую двор серебром.

Но моё созерцание в тишине продлилось от силы минут пять.

– Я так и знал, что ты не побежишь спать, – тихо усмехнулся Эрик, садясь рядом и протягивая мне пиалу с тёплым чаем.

– Спасибо, – слабо улыбнулась я. – А ты чего не ложишься?

– Я же не солдат, по приказу отключаться, да и время ещё детское, – хмыкнул он, облокотившись спиной о стол и пристально глянул на меня.

Я встретила его взгляд и замерла: в этих вечно насмешливых зелёных глазах, отражалось тихое, почти несвойственное ему беспокойство.

– А теперь давай честно, – добавил он, не отводя взгляда. – Как ты?

***

[1] Си Ван (希望 / Xīwàng) – Надежда.

[2] Байцзюнь (百卷, bǎi juǎn) — «Сотня Свитков»

Глава 19.2

– А теперь давай честно, – добавил он, не отводя взгляда. – Как ты?

Я на мгновение задумалась, грея ладони о тёплую пиалу и неохотно возвращаясь мыслями в холодный мрак тоннеля.

– Если честно... – начала я, тяжело вздохнув. – В одной из ловушек был момент, когда я реально испугалась, что застряну там навсегда и больше никогда не увижу своих родных. Маму, папу, Никиту... – голос предательски дрогнул, и я глотнула чаю давая себе секунду. – А они даже не узнают, что со мной случилось.

Я замолчала и взглянула на Эрика. В лунном свете его лицо показалось непривычно сосредоточенным. Стоит ли говорить до конца?

– И боялась не увидеть тебя... вас всех тоже, – быстро исправилась я, неловко опуская взгляд в пиалу.

– Эй, – лидер слегка толкнул меня локтем и, встретив мой взгляд, улыбнулся уголком губ. – Пока ты мой менеджер, никакая ловушка тебя не удержит. Я бы Кай У с Юань Фэнем хоть ложками заставил прорыть новый вход туда. Поверь.

Я покачала головой, но не смогла сдержать улыбки. Его слова, такие глупые и самоуверенные, сработали лучше любого успокоительного. Напряжение, сковавшее плечи, вдруг отпустило, и я расслабленно выдохнула.

– Спасибо, – тихо протянула я, поймав себя на том, что смотрю на него дольше, чем следовало. Он, к моему удивлению, первым отвёл глаза и потянулся за своей пиалой, делая неторопливый глоток, будто давая мне время.

Между нами повисла тишина, но не неловкая, а спокойная, которую не хочется немедленно нарушить. Я отпила ещё немного душистого чая, прикрывая глаза. И на мгновение показалось, что мы сидим не в чужом мире, а где-то на даче, а завтра обычное утро, когда нужно ехать в универ на пары. Тоска кольнула в груди и, сжав сердце, вернула в реальность.

– Как думаешь... – я запнулась и провела пальцем по краю пиалы, – нас ещё ищут? Там, дома...

Эрик медленно перевёл на меня взгляд.

– Тебя сто процентов, – уверенно заявил он, и в его голосе не было ни тени иронии. – Твоя семья, так просто не сдастся.

Я выдохнула, будто только этого и ждала.

– А вот меня, вряд ли, – лидер пожал плечами с деланным безразличием, которое не обмануло ни на секунду. – До этого времени у меня была только музыка и крошечная, дурацкая надежда когда-нибудь найти родителей. Искать, по сути, некому.

Я нахмурилась и, развернувшись, пристально посмотрела на него.

– Почему ты так уверен?

Подняв взгляд к звездам, Эрик криво усмехнулся, но в ней не было привычной насмешки.

– Ну, смотри. С участника группы отношения были... так себе. Агентство? – он фыркнул. – Не будет оно тратить время и деньги. Да и в «Apollofly» меня, скорее всего уже заменили: новеньким, послушным, без скандалов в прессе.

– Эрик... – начала я.

– Да брось, – лидер махнул рукой, и на его лице появилась наигранно-беспечная ухмылка. – Это просто бизнес. Пока ты приносишь деньги, тебя носят на руках. А как только продажи падают, задвигают в угол. Ничего личного. Я к этому уже давно привык.

Он говорил об этом так легко, словно речь шла не о себе любимом, а о погоде. Мне вдруг стало обидно за него, что захотелось то ли его стукнуть, то ли обнять. Но я не решилась и вместо этого неуклюже коснулась его плеча. Эрик на миг напрягся, скосив на меня взгляд.

– Мне жаль, – тихо протянула я и ободряюще заглянула ему в глаза. – Но знай, есть люди, для которых ты больше, чем чей-то контракт. И я даже знаю двоих.

– Звучит, как мотивационная речь, – фыркнул Эрик и, отведя взгляд, чуть откинулся назад.

– Могу оформить в плакат, – расплылась я в ехидной улыбке. – Будешь повторять, как аффирмацию.

– И испортить имидж циника? – усмехнулся лидер, покручивая на краю стола пиалу. – Агентство тебя не простит.

Я хмыкнула. Да сдалось оно мне.

– Слушай, – Эрик вдруг щёлкнул пальцами, и в его глазах мелькнула озорная искорка. – А давай считать тот день, когда ты выбралась из тоннеля, твоим вторым днём рождения? Не каждый же может похвастаться, что пережил древние ловушки и генерала за один заход.

Я не удержалась и польщённо фыркнула.

– Отлично. Значит, я стала на год...хм...живее? Смелее?

Эрик хитро усмехнулся, покрутив пальцем у меня перед носом.

– Нет. Ты официально стала человеком, которого дважды так просто не прикончить.

Я неловко расселялась, прикрывая улыбку рукавом ханьфу.

– Ну да. Бог же любит троицу.

И отпила чаю, позволяя тёплому послевкусию немного успокоить сердце. Ночь мягко сомкнулась вокруг нас, наполняясь умиротворением, тихим стрекотом насекомых и шелестом листвы.

И тут меня словно током ударило.

– Точно! – я хлопнула ладонью по колену и резко повернулась к Эрику. Он вздрогнул и уставился на меня, не моргая. – Какое сегодня число?

– Э-э... – лидер, сбитый с толку, вскинул бровь. – Кажется, третье или четвертое августа. По-местному... месяц Орхидеи, если я ничего не путаю. А что?

Я виновато потёрла лоб.

– Боже, мы забыли про твой день рождения.

Эрик замер, и уставился на меня так, будто я заявила, что знаю номер его паспорта.

– Подожди... – на его лице отразилось неподдельное изумление. – Ты помнишь, когда у меня день рождение?

– Конечно, – слишком бодро ответила я, – второго августа.

Эрик подозрительно прищурился, вперив в меня взгляд.

– Для той, кто не является моей фанаткой, ты на удивление много обо мне знаешь.

– Ещё бы не знать, – вздохнула я, с досадой отмахнувшись. – Когда твоя лучшая подруга каждый год отмечает день рождение любимого айдола, как свой собственный. С шарами, свечами и этим твоим... тортом.

Эрик усмехнулся краем рта, явно представляя масштаб бедствия.

– Дай угадаю, – он лениво наклонил голову. – «Белая нежность»?

– Она самая, – я страдальчески прикрыла глаза и кивнула. – Ванильная, приторная, с сахарными персиками. Ой, как вспомню, аж зубы сводит от сладости.

Я скривилась, передёрнув плечами. Эрик же тихо рассмеялся, и в его смехе было что-то удивительно тёплое и настоящее.

– Полинка услышала, как ты в каком-то интервью обмолвился, что это твой любимый торт... – я усмехнулась, вспоминая, а лидер, подперев щеку рукой, с интересом слушал. – С тех пор каждый год, только он. Никита сначала страдал вместе со мной. А потом заинтересовался твоей группой, пересмотрел клипы и всё, пропал, – с лёгкой грустью развела я руками. – Уже сам с радостью пел твои песни и ел этот торт, веселясь вместе с Полинкой.

– А ты? – с явным удовольствием уточнил Эрик.

– А меня, – я поморщилась, – едва хватало на один кусочек этого ванильного кошмара. Чисто из вежливости.

– Забавно, – коротко усмехнулся лидер, но улыбка вышла неровной. Он посмотрел на меня внимательнее, чем раньше, и вдруг спросил: – У нас с тобой есть хоть что-то общее?

– Попадание в другой мир считается? – пожала я плечами.

Эрик не выдержал и рассмеялся. Я подхватила его смех, и несколько секунд мы просто сидели, смеясь. Как только смех стих, лидер допил чай и поставил пиалу с глухим стуком на стол.

– Ладно, раз уж пошла такая откровенность, – Эрик вытер рот тыльной стороной ладони, – признаюсь, кое в чём. Но это только, между нами. Ясно?

Я настороженно кивнула, навострив уши.

Лидер придвинулся ближе, совсем немного, но достаточно, чтобы я почувствовала тепло его плеча и уловила травяной запах чая.

– На самом деле, – он наклонился и, почти касаясь моего уха, таинственно прошептал: – мой день рождения не второго августа. А двадцать второго.

Сначала я обрадовалась, что мы ничего не пропустили, а потом мой мозг догнал смысл.

– Подожди... – я обескураженно моргнула. – Зачем тогда делать второго?

Эрик опустил взгляд, ковырнув ногой землю.

– Когда нет семьи, дни рождения теряют смысл, – неохотно ответил он, уже без шуток. – Ещё с детства меня некому было поздравлять. Хотя пару раз одна воспитательница дарила что-то мелкое. А в остальном... обычный день. Такой же, как все.

Он говорил спокойно, почти буднично, отчего у меня что-то неприятно сжалось внутри.

– А потом появилось агентство, – продолжил он, не поднимая взгляда, – и им нужна была дата, чтобы фанаты могли поздравлять любимого айдола. Ну менеджер и предложил второе число. И в этот день я работаю, улыбаюсь, принимаю поздравления и хожу на вечеринки.

Эрик усмехнулся, с печалью на губах.

– Ну а настоящий провожу, как привык, – с музыкой наедине.

Я молчала, не находя нужных слов и боясь спугнуть этот редкий момент откровенности.

– Зато, – едва заметно улыбнулся Эрик, вскинув на меня взгляд, – в этот раз обойдётся без торта.

– Моему счастью нет предела, – я невольно улыбнулась, хотя на душе всё равно было грустно.

Лидер усмехнулся, возвращая привычную маску самоуверенного парня.

– О, тогда признаюсь ещё в одном, – заявил он и указал на меня пальцем. –Только чур не бить

Я подозрительно прищурилась, скрестив руки на груди.

– Смотря за что.

Эрик снова наклонился ближе, заговорщически шепнув:

– «Белая Нежность» не мой любимый торт.

Я уставилась на него, не веря своим ушам.

– Издеваешься?

– Я же говорил, что сладкое не особо ем, – напомнил Эрик. – А на том интервью меня внезапно спросили, какой торт я предпочитаю. Ну и ляпнул первое, что пришло в голову. Его часто покупал менеджер, а я даже толком не пробовал, – он развёл руками с видом невинной овечки. – С тех пор, фанатки каждый год сметают его с прилавков.

– Ты... – прошипела я похлеще гремучей змеи и тыкнула его в бок. – Ты вообще понимаешь, сколько людей мучалось этим тортом из-за тебя?

Эрик расхохотался, прикрываясь от меня руками и съезжая на край табуретки.

– Судя по тебе, довольно много.

Вот же моська.

– Всё! – я возмущенно хлопнула ладонью по столу. – Как только вернусь домой, обязательно открою глаза Полинке и сдам тебя с потрохами.

– Предательница, – притворно ахнул Эрик, смеясь, но в голосе не было обиды, а только облегчение, словно он сбросил камень с души. – Но я бы хотел на это посмотреть.

– Вот и посмотришь, как мы с Полиной заставим тебя съесть весь твой торт, – пригрозила я, но долго злиться не смогла и улыбнулась, смотря на сияющее лицо лидера.

Эрик, всхлипывая от смеха, вытер глаза и, прокашлявшись, совершенно серьёзно посмотрел на меня.

– Сонь... – он протянул руку и выставил мизинец. – Давай пообещаем друг другу, что сделаем всё возможное, чтобы вместе вернуться домой? Я обещаю.

Сердце ёкнуло, и я на миг замешкалась. А вдруг не получится? Но желание довериться ему пересилило сомнения.

– Обещаю, – я вытянула мизинец и сцепила с его пальцем, закрепляя договор.

Эрик тепло улыбнулся, и мне очень захотелось верить, что мы сможем сдержать это обещание.

Позже мы вернулись в дом. Лидер, коротко кивнув, скрылся в отведённой ему комнате, я же, зевая, поковыляла до своей. Но стоило голове коснуться валика, как дверь тихо скрипнула.

– Соня...

Я вздрогнула и приподнялась на локтях.

В проёме, закутанный с головы до пят в одеяло, словно призрак обиженного монаха, стоял Эрик.

Божечки, ну что опять?

– Я ночую у тебя, – заявил он без предисловий и плотно закрыл за собой дверь. – Готов даже на полу, но если пустишь на кровать, я закрою глаза на то, что ты сопишь во сне.

Ах ты ж...губу раскатал! У меню чуть челюсть не отпала от его заявочек.

– Мечтай, – осадила я его. – На тебя что, снова сороконожка напала?

– Хуже, – лидер мрачно стянул с головы одеяло. – Дух очага, чтоб ему неладно было, оставил мне подарочек в кровати... угли, едва остывшие, – он содрогнулся, дёрнув плечами. – Я теперь туда ни ногой.

Я закусила губу, чтобы не расхохотаться. Вот Эрик нарвался. Но, может, это будет ему уроком. Хотя, кого я обманываю?

– Так уж и быть, оставайся, – сдалась я и кинула ему одно из покрывал. – Но спишь на полу.

Судя по скривившемуся лицу, эта перспектива Эрика не обрадовала, но возражать он не стал. Кряхтя, устроившись на полу, он закутался, как гусеница, и подозрительно быстро затих. А я ещё полночи лежала, пялясь в потолок и считая овечек.

Наутро Эрик выглядел так, будто пережил ночное сражение. Лицо осунулось, под глазами залегли тёмные круги, волосы художественно растрёпаны, помятое ханьфу небрежно обвязано поясом. От завтрака он категорично отказался и остальных поторапливал, поглядывая на дом так, словно тот броситься за ним вдогонку. Когда мы наконец, к явному облегчению лидера, собрались уходить, дух очага вышел нас проводить. Он добродушно улыбался Кай У, кивал Юань Фэню, даже почтительно склонился перед Цзиньэ. Но стоило его взгляду упасть на Эрика, как он тут же переменился, став откровенно мстительным. Эрик нервно сглотнул и, без лишних уговоров вскочил на меч позади Кай У. В итоге мы покинули дом с редкой для нашей компании скоростью.

И вот уже два дня трясёмся в повозке по разбитой лесной дороге, подпрыгивая на ухабах. Я выглянула в окошко и уныло глянула на мелькающие холмы, стволы сосен и бесконечные ряды зелёного бамбука. Внутри было не лучше. Кай У, невозмутимый, как гора, читал какой-то ветхий свиток. Цзиньэ, сидя у противоположного окна, кормил кусочками фруктов Сюань Мяо, который мурлыкал, как крошечный моторчик. А Эрик отсыпался, прислонившись головой к стенке. Я же, не чувствуя ни ног, ни спины, медленно помирала от скуки и жары.

Монотонный стук колёс едва не усыпил меня, когда по крыше повозки раздался резкий, отрывистый стук. Я вздрогнула, подпрыгнув на месте, а за окном плавно снижаясь, появился Юань Фэнь. Большую часть пути он летел на мече, разведывая обстановку.

– Впереди наёмники генерала, – доложил он без лишних вступлений. – Засели у развилки.

– Сколько? – Кай У свернул свиток, пряча его в рукав шэньи.

– Достаточно, чтобы нам не понравилось, – коротко ответил Юань Фэнь, летя наравне с повозкой.

– Сражение нам сейчас ни к чему, лучше обойдём, – заметил Кай У и наклонился к перегородке, отделявшей нас от возницы. – Остановитесь.

Повозка, скрипя, замерла. Кай У быстро вышел наружу и к нему тут же присоединился Юань Фэнь, убирая меч. Мы с Эриком высыпались следом, потягиваясь и вдыхая пыльный, едва прохладный воздух. А Цзиньэ, усадив фэйфэй на плечо, надел на голову вэймао, скрывшись под белоснежной вуалью.

Кай У расплатился с возницей и, добавив сверху ещё пару лянов, распорядился, чтобы тот продолжить путь и отвлёк наёмников. Перепуганный мужчина кивнул и, тронулся в дорогу. Кай У, отмахнувшись от облака пыли, обернулся к нам и указал рукой в сторону от дороги.

– Пойдём через бамбуковую рощу. Тропа там узкая, но сможем безопасно пройти, избежав лишнего внимания.

Сонный Эрик уже было собрался возразить, но я быстро зажала ему рот. Сейчас не время для его упрямства. И, мило улыбнувшись в ответ на недоуменные взгляды Кай У и Юань Фэню, решительно потащила лидера вперёд.

Бамбуковая роща оказалась не такой спокойной, как выглядела у дороги. Высоченные стебли плотными рядами тихо поскрипывали, перекликаясь друг с другом, и этот звук постепенно начинал действовать на нервы. Свет сюда пробивался робкими косыми лучами, а воздух словно оставался неподвижным, горячим, с запахом прелой травы. Мы шли уже, как мне казалось, целую вечность, пробираясь по узкой тропе. Пот едва ли не ручьями стекал по спине, отчего ханьфу неприятно липло к коже, и даже обмахивание веером не сильно спасало.

– Не понимаю, как люди Лак Лонга нас постоянно находят? – недовольно пропыхтел за спиной Эрик, еле волоча ноги и цепляясь за каждый ствол бамбука. – На ком-то из вас жучок, что ли?

– Жучок? – Кай У обернулся, приподнимая бровь, и мельком пробежался взглядом по сторонам. – О чём, ты сюнди? Здесь нет насекомых.

Юань Фэнь с Цзиньэ тоже для верности осмотрели себя, и ничего не обнаружив, перевили на лидера недоумённые взгляды.

– Эрикэ, какие жуки тебя беспокоят? – искренне удивился Цзиньэ, придерживая рукой поднятую вуаль.

Эрик на миг застыл, потом медленно прикрыл глаза и безнадёжно вздохнул.

– Ладно... понял, забудьте.

Я не удержалась и тихо прыснула, прикрываясь веером.

И тут раздался смех.

Женский, переливчатый, полный неги и злорадства. Он звонким эхом разнёсся по роще, так что невозможно было понять, откуда именно он исходит. А следом налетел леденящий ветер, взметнув с земли сухую шелуху, рванув подолы наших одеяний и сорвав листву со стеблей бамбука.

– Так... – пробормотал Эрик, закрываясь руками от летящих песчинок, и шагнул ближе ко мне. – Мне это не нравится.

– Яо! – одновременно среагировали Кай У и Юань Фэнь, вставая спиной к спине и призывая из духовного пространства своё оружие.

Нервно сглотнув, я потянулась за шестом, снимая его с крепления, и крепко сжала древко. Эрик рядом тоже достал из рукава боевые веера и настороженно огляделся, выискивая угрозу.

Через несколько вдохов между стволами бамбука, словно из ниоткуда, выступила женщина. Она двигалась так плавно, будто не касалась земли. Её неземная, фарфоровая красота, притягивала взгляд, не оставляя шанса отвести его. Чёрные, как смоль, шелковистые волосы струились по плечам и спине до самой земли, а лёгкое тёмно-красное одеяние с глубоким вырезом на груди, колыхалось от потоков демонической ауры, пробирающей до костей. Но вся эта хрупкая красота разбивалась о её взгляд – багровые глаза, пустые, как бездна, смотрели на нас холоднее лунного света.

Божечки... да ладно. Эльвира - повелительница тьмы? Серьёзно?

От одного взгляда на неё по коже побежали мурашки, будто кто-то провёл холодными пальцами вдоль позвоночника. А в груди навалилось тяжелое, глухое чувство, словно невидимая рука медленно сжимала меня изнутри.

Фэйфэй взвился на плече Цзиньэ и, распушив хвосты, выгнул спину, яростно зашипев на демоницу. Но та лишь медленно скользнула взглядом по нам всем, задерживаясь на каждом, словно выбирая. На её губах заиграла властная, хищно-игривая улыбка...

Я судорожно вздохнула, бросив взгляд на Кай У и Юань Фэня. Замерев в боевой позиции, они выжидали, не сводя глаз с яо. Похоже, Кай У надеется, обойтись без драки. Я метнула взгляд на Эрика и едва не поперхнулась воздухом. Он откровенно пялился на демоницу, кажется, полностью отключив инстинкт самосохранения. Взгляд чуть прищуренный, оценивающий, губы расползались в очарованной улыбке.

– Эй, – шикнула я, наклоняясь к нему. – Слюнки подотри, это же яо!

Эрик лениво махнул рукой, не отрывая от неё глаз.

– Вот всегда ты видишь только плохое, – негромко бросил он. – Взгляни на её красоту, идеальна же.

В каком месте?! Я закатила глаза, сдерживая порыв отвесить ему подзатыльник.

– Если ты не заметил, – процедила я, делая пальцами выразительные кавычки, – эта «красота» жаждет нас убить. Не чаю же она сюда пришла попить.

Лидер открыл было рот, чтобы парировать чем-то столь же глупым, но его опередили.

– Узрите, жалкие смертные, – голос яо прокатился по роще, мягкий и опасный, как яд в медовом эликсире. – И поклонитесь мне... Мэй Ло.

– Яо, много же вас, преступающих порядок смертного мира, – спокойно упрекнул Цзиньэ, величественно заложив руки за спину и отрешённо глядя на демоницу сквозь развевающуюся вуаль. Кончики его рогов над вэймао мягко засияли.

Мэй Ло медленно повернула к нему голову. Багровые глаза скользнули по Цзиньэ с ленивым интересом, а губы тронула снисходительная усмешка.

– А ты помолчи, – приказала она с опасной ласковостью, не поняв, кто перед ней. – Пока я не решила сделать из твоих рогов изящную чашу для вина.

– Достаточно, – холодно бросил Юань Фэнь и, воспользовавшись тем, что внимание демоницы было приковано к Цзиньэ, рванул к ней резко, без колебаний.

Но Мэй Ло лишь хищно улыбнулась и скользнула в сторону с плавной легкостью и элегантностью. Лезвия рассекли пустоту, а демоница уже появилась у Юань Фэня за спиной. И в мгновение ока с её ладони сорвался алый вихрь мерцающей пыльцы. Он накрыл Юань Фэня прежде, чем тот успел выставить защиту, оседая ему на лицо, волосы, одеяние.

– Юань Фэнь... – испуганно сорвалось у меня с губ, когда он вдруг замер, опустив мечи, а его взгляд потух, став каким-то остекленевшим.

Мэй Ло тихо рассмеялась.

Кай У в тот же миг одним быстрым, решительным движением вывел в воздухе иероглиф «Запечатать». Огненная печать понеслась к демонице, но та лишь небрежно щёлкнула пальцами, и заклинание рассыпалось в полёте, разлетевшись сверкающими осколками.

– И это всё, на что ты способен, заклинатель? – разочарованно протянула она, скучающе разглядывая свои ногти.

И тут же исчезла, возникнув рядом с Кай У, слишком близко и пугающе внезапно. Он даже не успел отпрянуть, как она почти нежно дунула ему в лицо, и алая пыльца сорвалась с её губ. Кай У дёрнулся, застывая так же, как Юань Фэнь. Его взгляд померк, тело обмякло, выпуская из пальцев духовную кисть.

Зараза!

Цзиньэ было рванул к Кай У, но пыльца, подхваченная ветром, ударила ему в лицо. В тот же миг вокруг него мягко вспыхнул куполообразный щит, и Цзиньэ опустился за землю, погруженный в глубокую медитацию. Фэйфэй, оказавшись запертым внутри, взволнованно заметался по краю сияющего щита, шипя на демоницу.

– Чёрт, – выдохнул Эрик сквозь зубы, ударив себя по ноге, – от него пользы, как от декоративной вазы.

Я шикнула на лидера, напряженно сжимая шест и лихорадочно думая, как нам с ней справиться. Если это вообще возможно.

На лице Мэй Ло впервые мелькнуло мимолётное удивление, она осторожно обошла Цзиньэ.

– Любопытно... – в её голосе проскользнула ядовитая насмешка. – Небесный зверь снизошел до жалких смертных. Не иначе, как пасть вознамерился.

– Не яо говорить о падении...– Эрик отшатнулся, когда Мэй Ло одним рывком оказалась возле нас, едва не снеся порывом демонической ци и окутав ароматом увядших персиковых цветов.

Мы с лидером среагировали одновременно, как нас учил шифу: я замахнулась шестом, Эрик веера. Мэй Ло изящно уклонилась, даже не напрягаясь, и презрительно рассмеялась, словно наблюдала, как котята пытаются поймать тигра за хвост. А потом взмахнула рукой, и алая буря песчинок сорвалась с её ладони, накрывая нас с головой.

Да чтоб тебя.

В первую секунду я отмахивалась от пыли, зажмурившись и ругаясь сквозь зубы. А в следующую – мир поплыл, ломаясь и искажаясь, уступая место образу моего самого затаённого страха. Того, о котором я предпочла бы забыть.

Ну прекрасно...

Глава 20

Бамбуковая роща.

БАМ!

Прямо перед лицом раздался оглушительный хлопок. Я вздрогнула и инстинктивно попыталась отступить, но ноги не двинулись с места, словно их сковали невидимые путы.

Что за... Ох, чёрт.

Вокруг, раздуваясь на глазах, кружили десятки ярких воздушных шаров. Натягиваясь до предела, они взрывались один за другим, оглушая.

Хлоп! Хлоп!

И с каждым таким «хлоп» внутри всё вздрагивало, а обрывки резины били по лицу и телу, словно пощёчины. Не успевая толком увернуться, я вскрикнула, выронила шест и рухнула на корточки, закрывая голову руками. Глупо, знаю, но тело реагировало быстрее разума.

Шары лопались, превращаясь в невыносимый грохочущий кошмар, выбивающий все мысли, кроме одной, отчаянной: «Прекратите!».

Я ненавидела этот звук.

Руки горели от ударов, голова раскалывалась. Я всё сильнее сжималась в комок, забывая дышать, а сердце дико колотилось где-то в горле. Паника от этого абсурдного страха настолько обезоружила, что я напрочь забыла о щите в шесте.

Ёшкин ци. Ну почему, именно он?

И тут вдруг, сквозь грохот прорезался голос Эрика, он звучал глухо, будто сквозь толщу воды.

– Да, ты прикалываешься...

Судорожно вздохнув, я рискнула приоткрыть глаза и взглянула на лидера сквозь пальцы. Сердце ухнуло вниз...

Перед ним, хищно склонившись, стоял мужчина, словно сошедший с постера старого хоррора, в потрёпанном красно-зелёном полосатом свитере. На изуродованном ожогами и шрамами лице растянулась мерзкая ухмылка, а из-под тёмной шляпы на Эрика смотрели мутные, безжалостные глаза. Взгляд с ужасом опустился на его правую руку в перчатке с длинными лезвиями.

У меня перехватило дыхание. Я знала его. Но как это возможно?

– Фредди Крюгер[1]... – выдохнула я, не веря своим глазам.

Эрик, похоже, тоже, он мотнул головой, будто пытаясь стряхнуть наваждение. В его глазах бушевала смесь неверия, брезгливости и ошеломления. Он весь напрягся и так сильно сжал веера, что пальцы побелели.

Хлоп!

Зашипев от боли, когда очередной шар ударил по рукам, я зажмурилась, опуская голову. Воздух дрогнул и сразу же ещё один громкий хлопок ударил по ушам.

Чёрт бы побрал эту демоницу! Так бы и повыдёргивала ей все волосы.

Я выругалась сквозь зубы, и тут через невидимую стену моего страха, прорвался странный звук.

Чьи-то хриплые завывания...

Кай У. Юань Фэнь.

Я встревоженно вскинула голову и, прикрываясь руками, бросила взгляд туда, где они должны были быть.

Боже... У меня на миг оборвалось сердцебиение.

Юань Фэнь отчаянно сражался с полчищем живых мертвецов. Гниющие солдаты в старых доспехах, издавая то ли хрип, то ли глухой вой, неумолимо наступали. Его мечи сверкали, описывая смертоносные дуги, рассекая плоть и кости. Но мертвецы не умирали. Разрубленные, они ползли дальше, цепляясь за его ноги, за руки, наваливались массой и тянули вниз, дыша в лицо могильным холодом. Юань Фэнь рубил без остановки, но каждый взмах лишь оттягивал неизбежное.

Не в силах на это смотреть, я быстро перевела взгляд.

Кай У едва удерживался на одном колене. Вторую его ногу уже обвило нечто мерзкое и щупальцеобразное, утаскивая в багровую бездну, что разверзлась прямо под ним. Казалось, он из последних сил цеплялся за ствол бамбука, который трещал и кренился, грозя в любой миг переломиться.

Мы все оказались заперты в клетках своих личных кошмаров. И лишь Цзиньэ отрешённо сидел под защитой купола.

Вздрогнув от хлопка, я пригнулась и с ненавистью бросила взгляд на демоницу. Мэй Ло наблюдала за нами с явным наслаждением. Алые глаза блестели холодно и выжидательно, а на губах играла тонкая, коварная улыбка.

Бам!

Я дёрнулась, снова закрывая глаза, когда шар лопнул совсем рядом и удар прилетел по макушке. Но тут, в редкий миг затишья между взрывами, до ушей донеслась считалочка. Та детская, от которой волоски на руках встают дыбом, а по спине пробегает ледяной холодок.

– Раз, два... Фредди заберёт тебя...

Я вскинула голову, взволнованно глянув на Эрика. Он всё ещё с лицом, выражавшим полнейшее «что за хрень?», медленно пятился назад.

– Три, четыре... – прошипел хриплым, скрипучим голосом его оживший кошмар, наступая и игриво постукивая лезвиями. – Фредди всех вас хочет съесть.

– Слушай, дружище, – протянул Эрик, и в его голосе просквозило редкое для него сочетание изумления и плохо скрытого страха. – Ты, конечно, крутой спецэффект, но давай всё решим мирно? Умирать от маньяка из восьмидесятых, в мои планы не входило.

Лидер попытался усмехнуться, но улыбка вышла кривой, больше похожей на нервный тик.

Фредди кровожадно склонил голову и неторопливо шёл на него, смакуя его страх. Пальцы хищно перебирали лезвиями, заставляя метал противно скрежетать.

Лидер сглотнул и отступил ещё на шаг.

– Сонь... – вдруг окликнул он, не оборачиваясь. – Скажи, что ты тоже его видишь? Если нет, мне срочно нужен психиатр. А лучше два!

Эрик метнул в мою сторону беглый взгляд и на миг замер, увидев меня, скрюченную на корточках под градом лопающихся шаров.

– Серьёзно?.. – поперхнулся он и едва успел увернуться, когда Фредди, издав хриплый смешок, с рывком бросился на него, занося руку для удара по горлу.

Я вскрикнула.

Эрик, на удивление, среагировал мгновенно. Раскрыв оба веера, он скрестил их перед собой, и лезвия Фредди врезались в крепкую кожу, не сумев её пробить. От мощного толчка лидер подался корпусом назад, но удержался на месте.

Так его!

Фредди попятился, его обожженное лицо исказилось в недовольной гримасе. Эрик же на секунду и сам опешил, а затем расправил плечи, и на его губах расцвела самоуверенная ухмылка.

– Что, съел? – едко бросил он, изящно захлопнув веера. – Я тебе уже не тот испуганный семилетка... – лидер усмехнулся и с досадой покачал головой. – Поверить не могу, что когда-то тебя боялся.

Я на миг зажмурилась от прилетевших ударов шаров, а когда открыла глаза, Эрик уже атаковал Фредди. Его движения были не такими отточенными, как у Юань Фэня, но проворными и быстрыми. Применив технику «ласточка проносит по волнам», лидер обрушил на маньяка несколько молниеносных взмахов веерами, и стальными лезвиями рассек ему грудь. Лицо Фредди пошло рябью, и он, издав жуткий, булькающий смешок, растворился в воздухе.

Я не могла поверить своим глазам. Обалдеть... Вот это лидер даёт!

Эрик, слегка запыхавшийся, но сияющий, как нефритовый блин, повернулся ко мне.

– Ну что, Сонь? – в его голосе звучала неподдельная гордость. – Видала, как я его, а?

Я попыталась похвалить его в ответ, но мой голос заглушили взорвавшиеся рядом шары. Я скрючилась, не зная куда себя деть: всё тело ныло от невыносимой боли. Вот как в таких условиях победить страх?

Эрик окинул взглядом мою жалкую фигуру, и его самодовольство дало трещину, а брови медленно поползли к корням волос.

– Серьёзно? – оторопело воскликнул он, тыча пальцем вверх и будто не зная, то ли рассмеяться, то ли съязвить. – И это... твой жуткий страх? Шарики?

Я зло отмахнулась, едва успев прикрыть уши от оглушительных хлопков. Замечательно. История повторяется, только в этот раз смеяться будет не кучка девчонок, а Эрик. Даже не знаю, что хуже...

– Не виновата я, – выпалила я, лицо вспыхнуло уже не сколько от ударов, сколь от стыда. – Это всё яо! К ней претензии.

Эрик перевёл взгляд на Мэй Ло, которая, сложив руки на груди, всё это время наблюдала за нашей агонией с дьявольским весельем на прекрасном лице. До этого момента...

– Любопытно, – тихо протянула она, пристально вглядываясь в Эрика, уже без прежней снисходительной улыбки. – Как ты, ничтожный смертный, смог одолеть свой страх?

– Пф. И это ты называешь страхом? – Эрик криво усмехнулся. – Видела бы ты моего менеджера в день отчётов. Вот где настоящий хоррор. А это халтура какая-то.

Ого. Похоже и на него Лу Мэн оказал дурное влияние.

Улыбка демоницы застыла на губах, а багровые глаза сузились, скользя по лидеру холодным, оценивающим взглядом.

Надо мной снова хлопнуло. Воздух ударил по плечу, и я тихо выругалась, но взгляд не отвела.

– Ты смеешь... – резко начала Мэй Ло, закипая на глазах.

– Ещё даже не смел, – отрезал Эрик, деловито скрещивая руки на груди и вживаясь в только известную ему роль. – И знаешь что? Как жертва, я крайне недоволен качеством услуг. Давай сюда книгу жалоб. Напишу твоему повелителю пару ласковых.

Он требовательно протянул руку, помахав пальцами, словно и вправду ждал, что демоница кинется отдавать её.

Но вместо этого демоническая аура вокруг Мэй Ло вспыхнула и тут же схлынула, будто её резко потушили. Даже дышать легче стало... если не брать в расчет противный грохот шаров.

И вся спесь, всё хищное величие слетело с неё, как маска. Очертания фигуры поплыли, стали тоньше, ниже... и перед нами уже стояла не коварная соблазнительница, а миловидная девушка, на вид не больше семнадцати лет. Тёмно-красное платье теперь нелепо висело на ней, казавшись слишком взрослым.

Я аж поперхнулась, потрясённо глядя на яо.

– Вот это нифига себе, – ошеломленно присвистнул Эрик за всех нас и даже глаза потёр, но образ обольстительницы не вернулся.

– П-постойте, молодой господин! – Мэй Ло метнулась к лидеру, едва не схватив его за рукав ханьфу. Отпрянув, лидер инстинктивно приподнял боевые веера. – Прошу, смилуйтесь! Если Великий Владыка узнает, меня накажут! А я лишь ещё учусь...

Что... что вообще происходит?!

Всё стало настолько сюрреалистичным, что я почти перестала замечать громкие взрывы над головой. Эрик же, сохраняя маску недовольной «жертвы», склонил голову набок, изображая раздумье.

– Ученица? – многозначительно переспросил он.

Мэй Ло закивала, как болванчик.

– Сто двенадцать лет, – выдохнула она. – Для яо это совсем немного.

Эрик моргнул. Уголок его рта дёрнулся, брови едва заметно приподнялись, но уже в следующую секунду на лицо вернулась наигранная невозмутимость.

– Гм... сто лет, говоришь? – лидер демонстративно вздохнул, как вздыхают учителя, решая, дать ли провинившемуся ученику второй шанс. – Ладно, так уж и быть, жалобу не подам. Но! – Эрик вскинул указательный палец. – Ты немедленно отпускаешь моих друзей и идёшь практиковаться. Много и очень долго.

Глаза демоницы засияли.

– Низменно благодарю, молодого господина, – защебетала она, кланяясь так быстро, что едва не упала. – Я обязательно буду совершенствоваться. И однажды вернусь напугать вас до смерти!

Я краем глаза уловила, как у Эрика от такой перспективы дёрнулось колено, но он героически сохранил хладнокровие, не дав себе выйти из образа и махнул рукой в сторону рощи:

– Ага. Ну давай, до встречи.

Сделав пару шагов, Мэй Ло обернулась и, напоследок окинув Эрика багровым взглядом, улыбнулась, словно надолго запоминая свою добычу. И мгновенно растворилась в облаке чёрного дыма, оставив лишь слабый запах серы и звонкий голос, доносящийся откуда-то издалека:

– Я обязательно вернууусь...

В тот же миг хлопки прекратились, и шары вокруг меня исчезли. Я села на землю, обессиленно опустив дрожащие руки, и с облегчением вдохнула полной грудью, прислушиваясь к тишине. Мертвецы Юань Фэня рассыпались прахом, но он, опустив мечи, ещё пару вдохов с диким неверящим взглядом, озирался по сторонам. Алая бездна тоже схлопнулась, оставив лишь примятую траву. Кай У медленно поднялся и, приходя в себя нервно отряхнул одеяние.

Потрясённые и уставшие, мы уставились на Эрика, словно на внезапно заговорившую статую. Он же, как ни в чём не бывало, прятал свои веера в рукав ханьфу.

– Что? – вскинул бровь лидер, поймав наш всеобщий шоковый взгляд. – Я просто не люблю, когда халтурят.

Кай У, всё ещё опираясь на ствол бамбука, с неподдельным изумлением покачал головой:

– Сюнди... ты порой можешь быть устрашающе убедительным.

– Да уж... требовать книгу жалоб от яо, – фыркнул Юань Фэнь с легкой хрипотцой, больше похоже на выдох облегчения. – Увидь это небожители, признали бы в тебе равного по дерзости.

– Да бросьте, – непринужденно отмахнулся Эрик, но на лице мелькнула довольная улыбка. – Я просто был очень мотивирован выжить.

Кто бы сомневался.

Защитный купол Цзиньэ наконец спал, и он, поднявшись, робко поклонился нам:

– Раээ, энаа... мне жаль, я ничем не смог вам помочь, – кончики его рогов из-под вэймао тускло засияли, словно разделяя чувство вины. – Я пока не в силах управлять этой защитой.

Ну хоть он не пострадал.

Я ободряюще улыбнулась Цзиньэ и наклонилась, подхватив на руки закрутившегося у ног Сюань Мяо. Ах ты мой лапусик...

– Почтенный Цзиньэ, не стоит беспокоиться, – уважительно произнёс Кай У, легонько похлопав его по плечу.

– И правда, не парься, – вклинился Эрик. – Ты не пропустил ничего стоящего. Если, конечно, – он бросил на меня насмешливый взгляд и подмигнул, – не считать небольшого апокалипсиса в виде воздушных шаров.

Ах, ты моська!

Я уже открыла рот чтобы возмутиться, но вместо этого рассмеялась. Смех вырвался сам, высвобождая всё накопившееся напряжение. Ко мне присоединился Эрик, затем Юань Фэнь с Цзиньэ, и даже Кай У позволил себе кривую усмешку.

Когда смех стих, уступив место шелесту листвы и далёкому пению птиц, Кай У пробежавшись взглядом по роще, распорядился:

– Нам стоит поспешить. Чем быстрее мы доберёмся до столицы, тем лучше и спокойней будет. Уж за её стенами, ни один яо, ни люди генерала не рискнут напасть.

Безмолвно поддержав Кай У, мы подхватив наши сумки и шест, молча двинулись дальше. Я шла чуть позади, украдкой поглядывая на спины товарищей: на уверенную походку Кай У, на напряжённые плечи Юань Фэня, на расслабленных Эрика и Цзиньэ, болтающих о чём-то своём.

Мне так хотелось расспросить их о страхах, которые проявила Мэй Ло. Но слова застревали в горле, не решаясь быть озвученными. Не будет ли это верхом бестактности? Вдруг их внутренние демоны куда страшнее моих резиновых шариков?

Тяжело вздохнув, я, мерно поглаживая сидящего на руках фэйфэйя, отогнала это желание, решив оставить разговор на потом. Если, конечно, это «потом» наступит.

Ведь как же сильно Кай У заблуждался... снова.

***

[1] Фре́дди Крю́гер — вымышленный маньяк-убийца, из серии фильмов ужасов «Кошмар на улице Вязов» 1984г.

Глава 21.1

Столица Фунань

На рассвете второго дня мы наконец добрались до главных ворот столицы.

О чудо.

Не знаю, как держались остальные после нескольких дней блужданий по бамбуковой роще. Ведь Кай У так спешил выбраться оттуда, что за всё время пути разрешил сделать привал лишь на ночь. Я же еле ноги волочила, готовая рухнуть на месте. Эрик, судя по измождённому виду и спотыканию на каждом шагу, тоже держался исключительно на упрямстве.

От столицы Фунань я ожидала увидеть ту величественную строгость, какую обычно показывают в дорамах. Но ещё на подходе город умудрился превзойти мою самую смелую фантазию. Над защитной стеной колыхалось море огней: красные, розовые и золотые фонари тянулись вдоль башен, а между ними на ветру величаво развевались алые императорские знамёна с позолоченной вышивкой птицы луань-няо[1]. Её длинные сине-зелёные, с огненным отливом перья слепили глаза, а сама она, казалось, парила среди облаков. Внизу же, из распахнутых ворот до нас доносился нарастающий гул голосов и обрывки музыки.

– Что происходит? – Эрик смахнул пот со лба и, щурясь, всматривался в пёструю толпу людей. – Мы пришли слишком рано или поздно?

Кай У, нахмурив брови, оставил его без ответа и ускорил шаг. Но стоило приблизиться к воротам, как Юань Фэнь, окликнув, отвёл нас в сторону, под тень раскидистого дерева с гладким светлым стволом и густой кроной. Сквозь листву просачивался мягкий утренний свет, а ветви, тихо покачиваясь над нашими головами, осыпали землю белыми лепестками.

– Мы с почтенным Цзиньэ пойдём другим путём, во избежание проблем, – негромко сообщил Юань Фэнь, бросив быстрый взгляд на стражу у ворот. –Перелетим через стену и будем ждать вас у восточного рынка, на мосту Жемчужной Луны.

Я невольно посмотрела на Цзиньэ и едва заметно улыбнулась, вспоминая наше «тихое» проникновение. Надеюсь, в этот раз обойдётся без приключений.

– Хорошо. Место там людное, в случае чего сможете затеряться, – поддержал идею Кай У и, скользнув рукой в рукав тёмного сине-серого шэньи, извлёк два жёлтых талисмана, исписанных красными знаками и иероглифами.

Увидев их, я вскинула бровь. Так вот чем Кай У тогда, ворча под нос, полночи занимался, пока все спали.

– Уважаемый Цзиньэ, я начертил для вас запечатывающие печати. До часа Свиньи[2] эти фулы будут блокировать ваш цветочный след.

Кай У шагнул к цилиню, опустился на одно колено и, с позволения Цзиньэ, приподнял его ногу. Одной рукой придерживая талисман, он другой сложил средний и указательный пальцы вместе и шепнул короткое заклинание. Фулы вспыхнули мягким светом и словно растаяли, плотно «прилипнув» к подошве сапога. То же самое Кай У быстро проделал и со второй ногой.

– Как удивительно... – восхищенно протянул Цзиньэ, сделав несколько шагов и не оставив за собой ни россыпи цветочков. – Благодарю, раээ.

Кончики его рогов над вэймао мягко осветили наше укрытие.

– Не стоит, – спокойно отозвался Кай У, поднимаясь. – В этом не было ничего сложного. Зато теперь, по крайней мере до заката, вы будете ходить как обычный смертный.

– Раз ничего сложного, что ж раньше так не сделали? – фыркнул Эрик, не удержавшись от шпильки.

– А вот это, сюнди... – Кай У осекся, явно не найдя нужных слов, и вместо ответа хлопнул лидера по плечу. – Хороший вопрос.

Юань Фэнь, окинув взглядом проделанную работу друга, решительно произнёс:

– Тогда мы пойдём, встретимся на мосту.

– Будьте осторожны, – невольно вырвалось у меня, прежде чем я успела прикусить язык.

Юань Фэнь вскинул на меня взгляд и тёплая улыбка тронула его губы.

– Вы тоже, барышня Сония...

– Ой, всё, пошли уже, – нетерпеливо прервал Эрик и, подхватив меня под локоть, потащил к городским воротам.

Еле поспевая за его шагом, я скосила на лидера возмущенный взгляд и обернулась через плечо: но в тени дерева уже никого не было.

Мы встали в очередь, медленно приближаясь к массивной каменной арке, у которой за низким деревянным барьером дежурили стражники. Не знаю, что у них там за праздник, но даже они выглядели нарядно: начищенные доспехи сияли, на нагрудниках поблескивали небольшие серебряные эмблемы с иероглифом «долголетия», а рукояти мечей и гуань дао были украшены красными лентами.

– Следующий! – рявкнул один из стражников с забавными тонкими усиками.

Кай У вышел вперёд, мы с Эриком остановились чуть позади.

– Предъявите ваши пайцзы, – потребовал мужчина, вытянув руку и скользнул по нашей троице холодным, оценивающим взглядом.

Кай У передал стражникам деревянную бирку с иероглифом его семьи Ян. Нервно сглотнув, я протянула ему свою, едва не выронив её из пальцев, стоило встретиться со строгим взглядом мужчины. Эрик же, подал пайцзы двумя пальцами, да так небрежно и изящно, будто вручал личную визитку.

И пока один из стражников бегло изучал бирки, второй обратил взор на меня с Эриком, задержав его дольше, чем хотелось бы.

– Наньмань, – хмуро произнёс он, не утруждая себя вежливостью. – Цель прибытия в столицу?

Слово резануло слух, в который раз напоминая, что мы здесь чужаки. Я поморщилась, а Эрик, напротив, чуть приподняв бровь, нагловато усмехнулся.

– Молодой господин и молодая госпожа, почётные гости дома Ян, – вмешался Кай У до того, как лидер успел ляпнуть что-то неуместное, выступив вперёд и закрывая нас собой.

Его движения были спокойными, но в нём чувствовалась такая авторитетная сила, что стражник невольно перевёл на него взгляд.

– Они под моей ответственностью, – надавил Кай У, заметив сомнение, мелькнувшее в глазах мужчины.

Недовольная гримаса сползла с лица стражника, уступая место скучному безразличию.

– Проходите, – буркнул он, швырнув бирки нам в руки и махнув рукой в сторону распахнутых ворот. – Но не создавайте проблем.

Я судорожно выдохнула, не заметив, как затаила дыхание.

– Благодарю, – Кай У сдержанно склонил голову и, подталкивая нас в спины, повёл внутрь.

За стенами столица Фунань раскрылась во всей своей праздничной, безумной красоте.

– Ого... – выдохнула я, прикрывая глаза от яркого солнца и буйства красок.

Со стен домов струились красные и жёлтые шёлковые ленты. Вдоль улиц, на деревянных шестах и прямо над головами, ярусами тянулись тысячи фонарей – от привычных круглых, до сложных шестигранных и причудливых, в форме извивающихся драконов. Уши почти мгновенно заложило от громких голосов и музыки, доносившейся словно отовсюду сразу: и бой барабанов, и протяжные мелодии флейты, и звонкие переливы цитры.

Люди вокруг смеялись, танцевали прямо на улице и пили из расписных чаш, обмениваясь подношениями. Шеи каждого прохожего украшали изящные бумажные ожерелья, шелестевшие даже от легкого дуновения. А со всех сторон нас оглушали выкрики поздравлений:

– Десять тысяч лет жизни императору Фухао-ди!

– Пусть его правление продлится ещё сто лет!

– Здоровья его Величеству, дабы он правил мудро и справедливо, как Небо над Землёй!

И каждый раз толпа подхватывала эти слова, словно волна, унося к воротам дворца.

Я медленно выдохнула, окинув взглядом эту какофонию красок, звуков и праздничной толкотни, и невольно приуныла.

Мда уж... вот тебе и отдохнем в городе.

– А весёлое местечко эта ваша столица, – усмехнулся Эрик, ритмично притоптывая в такт музыке. – Но спокойствием тут и не пахнет.

Я хмыкнула. Приятно, что лидер разделяет мои чувства.

В это время Кай У, едва увернувшись от столкновения с рослым мужчиной, вдруг замер как вкопанный и хлопнул себя по лбу.

– Цзянши меня подери! – вырвалось у него с такой досадой, будто он пролил дорогой чай. – Как я мог забыть о дне рождения Его Величества?!

– Тс-с!.. Не произносите это слово всуе, – выпалили мы с Эриком хором, испугавшись, что сюда тут же заявится Лу Мэн.

Кай У дёрнулся и уставился на нас в полном недоумении. Я же лихорадочно огляделась и, к счастью, никаких высоких, демонически привлекательных мужчин с разноцветными глазами поблизости не заметила.

Фу-ух... кажется, пронесло.

Не став заострять внимание на нашей странной реакции, Кай У двинулся дальше. Но не успели мы сделать и пары шагов, как к нам подлетели две смеющиеся девушки и, звеня браслетами, накинули на шеи лёгкие бумажные ожерелья. Мне досталась нить из трепещущих бабочек, Эрику – журавли, а Кай У одарили золотыми карпами.

– На счастье! – улыбнулась одна из них, сунув мне в ладонь ещё и завёрнутый в бамбуковый лист рисовый шарик, и через миг исчезла в людском потоке.

– Это что сейчас было? – ошарашенно спросил Эрик, сжимая в руке такой же шарик и разглядывая бумажных журавлей. – Нас только что благословили и накормили?

Его губы растянулись в лукавой, почти лисьей улыбке.

– Блин, а мне тут уже нравится.

Я послала ему кривую улыбку и откусила тёплый рисовый шарик, в наслаждении прикрывая глаза. Боги, как же это божественно... особенно после двух дней перекусов чёрствыми лепёшками. Кажется, я тоже начинаю входить во вкус этого праздника.

Продираясь сквозь толпу, мы двинулись в сторону восточного рынка. Кай У шёл впереди, раздвигая толпу лёгкими движениями локтей. Эрик рядом со мной уже щеголял четырьмя бумажными ожерельями, выглядя как звезда местного района. Я же плелась следом, с легкой завистью поглядывая на людей, так аппетитно уплетающих лапшу прямо за уличными столиками. А какая смесь ароматов кружила в воздухе, словами не передать: сочный запах жареного мяса на углях и острый от тушеной рыбы с имбирем и зелёным луком. Откуда-то тянуло нежными паровыми булочками баоцзы, а между всем этим проскальзывали нотки кунжутного масла, жареных каштанов и сладкого риса.

У меня мгновенно заурчало в животе, и я, прикрыв его руками, поспешила догнать Кай У с Эриком. Окруженные шумной толпой, мы наконец вышли к мосту Жемчужной Луны. Он изгибался над водой, словно упавший с небес серп, а белоснежный мрамор сиял в лучах солнца.

Вау... красиво.

– Вон они! – резко воскликнул Эрик почти у меня над ухом, указывая пальцем куда-то вдаль.

Непроизвольно почесав в ухе, я проследила за его рукой взглядом и, к удивлению, мгновенно их увидела. Юань Фэнь с Цзиньэ стояли на середине моста, как два идеальных воплощения инь и ян, удерживающие равновесие среди всеобщего веселья.

Цзиньэ казался настоящим небожителем: статный, окутанный лёгкой, как утренний туман, белоснежной вуалью, которая едва колыхалась от размеренных движений. От него веяло загадочностью и спокойствием, недосягаемым для простых смертных. А прямо за его спиной, словно чёрный жнец, с безупречной выправкой, замер Юань Фэнь. Его острый и внимательный взгляд пробежался по толпе, и показалось, он на миг встретился с моим.

Или не показалось?

Юань Фэнь склонил голову, что-то сказав Цзиньэ, и двинулся к нам. Люди, не прерывая веселья и тостов, инстинктивно расступались, пропуская их. Когда они добрались до нас, грудь Юань Фэня уже украшало бумажное ожерелье с изящными лотосами. А вот Цзиньэ оказался буквально окольцован: на его одеянии шелестели целых три бумажные нити – две с журавлями и одна с лотосами.

– Раээ, энаа, это поистине невероятно, – в благородном голосе Цзиньэ прозвучал искренний восторг, а над вэймао мягким светом засияли кончики рогов, и Юань Фэнь тут же рефлекторно прикрыл их руками. – В Цинъюне говорили, что людской мир подобен морю страданий, но я вижу перед собой море радостных огней.

Он обвёл тёплым взглядом фонари, яркие ленты, смеющихся людей.

– Смертные здесь кажутся столь счастливыми... – Цзиньэ почти благоговейно коснулся бумажных журавлей на своей груди. – Они даже почтили меня этими украшениями, без всякой корысти.

– Уважаемый Цзиньэ, в столице лучше не называть людей смертными, – быстро, но мягко поправил Кай У. – Тут этого не любят.

Я заметила, как несколько прохожих и правда хмуро на нас обернулись.

– Но мне отрадно слышать, что столица пришлась тебе по душе, – поспешил добавить Кай У вежливо улыбнувшись Цзиньэ, и перевёл взгляд на Юань Фэня. – Всё прошло хорошо?

– Да, – кивнул он. – Нас никто не заметил.

Я фыркнула.

Ага, как же. Вон десяток девушек и женщин едва себе шеи не посворачивали провожая их взглядами и пряча улыбки за веерами.

– Смотрите-ка, – вмешался Эрик, обходя Цзиньэ кругом и сложив руки на груди, демонстративно выставил вперёд свои четыре бумажных ожерелья. – Кто-то тут тоже пользуется популярностью?

– Эрикэ, это просто доброта людей, – непонимающе моргнул под вуалью Цзиньэ, и кончики его рогов легонько засияли.

– Слушай, – Эрик хлопнул в ладони, и в его глазах зажглись не предвещающие ничего хорошего азартные огоньки. – Предлагаю пари. Кто соберет больше всего этих штук, тот и самый красивый в нашей группе. Согласен?

Я закатила глаза так сильно, что едва не увидела собственный мозг.

– Эрик, ну ты серьёзно? У нас дела, а ты устраиваешь конкурс мистер Вселенная Древнего Китая?

– Именно, – бесстыдно подмигнул он. – Да и когда мы ещё повеселимся? Ну что, Цзиньэ, ты же не откажешь другу в такой мелочи?

Цзиньэ слегка наклонил голову, явно не до конца понимая смысл затеи, но после короткой паузы всё же кивнул.

– Хорошо, если для тебя это так важно.

– Отлично! – Эрик на радостях щёлкнул в воздухе пальцами.

Тц... нифига ему не важно, просто повыделываться хочет.

– Сюнди, а почему ты мне не предлагаешь это пари? – вдруг раздался спокойный голос Юань Фэня, но в нём чувствовалась легкая укоризна.

Эрик так и застыл с поднятой рукой, а у меня едва не отвисла челюсть. Я не ослышалась? Он хочет участвовать в пари на популярность?

Кай У, до этого мирно жевавший рисовый шарик, поперхнулся и вытаращился на друга. Цзиньэ, озадаченный нашей реакцией, лишь склонил голову набок. А Юань Фэнь, не обращая на нас внимания, скрестив руки на груди, смотрел на Эрика с каким-то странным выражением: то ли с лёгкой обидой, то ли с недоумением.

Эрик первым пришёл в себя. Поморгал, оглядел Юаня Фэня с ног до головы, задержав взгляд на строгом чёрном одеянии и единственном бумажном ожерелье на широкой груди.

– Прости, приятель... – протянул он с притворным сожалением, но в голосе уже сквозило ехидство. – Но с твоей... кхм... мрачной аурой ты скорее разгонишь толпу, чем соберёшь поклонниц.

– Эрик, – тихо, но предупреждающе шикнула я.

– Что? Я просто говорю, как есть, – развёл он руками, отвечая на мой недовольный взгляд, и многозначительно кивнул в сторону плеча Юань Фэня.

Мы все почти синхронно обернулись.

В трёх шагах от него стояла девушка в светло-розовом ханьфу, с зажатым в руках бумажным ожерельем. Она робко сделала полшага вперёд, подняла взгляд... и встретилась глазами с Юань Фэнем. Он лишь спокойно посмотрел на неё. А девушка вздрогнула, на щеках вспыхнул румянец и она, сделав крошечный поклон, юркнула обратно в толпу.

М-да... неловко вышло.

– Ну? – с тихим триумфом протянул Эрик. – А я что говорил?

– Да брось, – возмутилась я. – Это не считается! Мы все на неё уставились, конечно, она смутилась и сбежала.

Но Эрик лишь непреклонно развёл руками, а Кай У кашлянул, явно пытаясь скрыть улыбку.

– Что ж, сюнди, – нисколько не оскорбился Юань Фэнь, и с вызовом бросил взгляд на лидера. – В таком случае я ставлю на благородного Цзиньэ.

Эрик громко хмыкнул.

– Как пожелаешь, – самоуверенно отозвался он, модельным жестом откидывая с лица отросшую чёлку. – Но знай, в таких делах я ещё ни разу не проигрывал.

– Хорошо, что ты так уверен, сюнди, – сухо парировал Юань Фэнь, едва заметно улыбнувшись. – Это тебе пригодится, чтобы скрасить поражение.

О, как.

Эрик в ответ послал ему нагловатую улыбочку, но, к моему удивлению, промолчал.

– Ладно, – вмешался Кай У возвращая нас к насущным делам. – Развлекайтесь по дороге до постоялого двора. А потом смываем дорожную пыль и в императорский павильон Байцзюнь. Праздник праздником, а архивы сами себя не изучат.

У меня едва с языка не слетело: «Слушаемся и повинуемся». Эх, Кай У... даже в такой день у тебя одна работа на уме.

Мы двинулись вперёд, петляя по шумным улицам. Торговцы, стараясь перекричать взрывы хлопушек и музыку, орали на перебой зазывая к своим лоткам. Дети то и дело носились вокруг, запуская воздушных змей в форме драконов. Уворачиваясь от ребятишек, я с иронией наблюдала за процессом «соревнования». Девушки как пчёлки на мёд, слетались то к Эрику, то к Цзиньэ.

– Для такого красивого странника, – смущённо протянула одна из них, изящно надевая на лидера ожерелье с золотыми карпами.

Тот уже собрался бросить торжествующий взгляд в сторону соперника, но путь ему перекрыла новая волна восхищенных взоров и шелков. А другая стайка красавиц, словно завороженная, преградила путь Цзиньэ.

– Благородный господин, примите этот скромный дар на счастье, – проговорила самая смелая, робко улыбнувшись. И, не решившись надеть на Цзиньэ нить с журавлями, почтительно вручила её ему в руки.

Эрик в ответ одаривал девушек обольстительной улыбкой, а Цзиньэ с тихой благодарностью, чуть склонял голову.

И вот, немного помятые и с оттоптанными ногами, мы остановились перед небольшим постоялым двором, утопающим в тени старых слив.

– Санфу... – прочитала я слегка затёртые иероглифы на деревянной вывеске.

И оглядела с виду уютный двухэтажный дом с загнутыми крышами, увешанными красными фонарями и гирляндами из ярких лент. Сквозь приоткрытые ставни доносились обрывки разговоров и запах пряных тушёных овощей и жареной курицы. А на втором этаже несколько гостей в праздничных одеяниях сидели на открытой галерее, поднимая чаши за здравие императора.

Ну что, «Три Блага» посмотрим какой ты внутри. Я только сделал шаг...

– Итак! – Эрик резко развернулся у самых дверей, перегораживая нам путь. – Момент истины, Цзиньэ, считаем.

Путаясь в бумажных фигурках, Эрик торопливо начал подсчет.

– У меня восемь штук, – гордо объявил лидер через пару вздохов, метнув нетерпеливый взгляд на Цзиньэ.

– У меня тоже, Эрикэ, – обрадовал его Цзиньэ, осветив прохладный тенёк сиянием рогов.

О, как удачно.

– Что ж, полагаю это ничья, – сдержанно улыбнулся Кай У, подводя итог и невзначай отмахнулся от назойливого жучка.

– А вот и ничего подобного, – не согласился Эрик и его хитрый взгляд упал на меня.

Я невольно сглотнула, ожидая подставы и лидер не подвёл.

– У Сони есть одно ожерелье, пусть она и решит, кто «достоин» её голоса, – он заискивающе поиграл бровями и добавил с жирным намёком: – Ты же мой менеджер.

Всё взгляды заинтересованно вперились в меня, но я только скрестила руки на груди, жалея, что ещё не научилась прожигать взглядом дыру. Иначе на одного лидера в мире стало бы меньше.

– Ты невыносим...

Отдам победу Эрику и его самодовольство взлетит до Небесных чертогов. Отдам Цзиньэ, и лидер мне проходу не даст своими бесконечными подколами про «тайную симпатию». Мда... оба варианта сулят одну лишь головную боль.

Я выдохнула и, недолго думая, развернулась к Юань Фэню и быстро, почти неловко накинула своё ожерелье ему на шею. Он на миг замер, вскинув бровь и медленно опустил взгляд на бумажных бабочек, а затем поднял глаза на меня. И его губы тронула мягкая, почти неуловимая улыбка.

Отступив на шаг, я, краснея, заправила прядь волос за ухо и улыбнулась ему в ответ. Будь что будет. Эрик в любом случае будет ворчать.

– Эй, это чистой воды саботаж! – воскликнул лидер, вытянув губы трубочкой, и стрельнул в меня с притворным укором. – Раз ты нас кинула, – он картинно приобнял Цзиньэ за плечи, словно они были товарищами по несчастью, и мстительно пригрозил: – мы съедим все цветочно-фруктовые пирожные, которые предложат в этом городе. И тебе не дадим ни кусочка.

Я закатила глаза. Боже... он прямо как маленький. Ещё бы язык показал.

– Эрикэ... – мягко возразил Цзиньэ, пытаясь высвободиться из хватки. – Я не ем...

– Сегодня ешь, – отрезал Эрик тоном, не терпящим возражения, продолжая нахально мне улыбаться.

Из-под белоснежной вуали послышался обречённый вздох. Я закусила губу, сдерживая смешок; Кай У тоже тихо фыркнул, а Юань Фэнь едва заметно покачал головой.

Бедный Цзиньэ, поди уже жалеет, что на это подписался.

Перестав толпиться у дверей, мы переступили порог. Внутри «Трёх Благ» было довольно людно, что, впрочем, неудивительно в такой день. Слуги едва успевали носиться между обеденными столами, обслуживая постояльцев, а на небольшой сцене в углу флейтист наигрывал тихую мелодию.

– Добро пожаловать, господа! – гаркнул упитанный, румяный мужичок в простом бежевом одеянии. – Желаете комнаты? Или, может, сразу обед?

Кай У снял две комнаты, почти не торгуясь, но хозяин вежливо намекнул, что за дрова и воду на столько ванн потребуется доплата. Пришлось раскошелиться ещё на пару таэлей.

На лице хозяина расплылась щербатая улыбка, и он тут же позвал слугу, проводить нас наверх.

Когда мы поднимались по скрипучей лестнице, Эрик, шагая впереди, не переставал бурчать:

– Бабочки... Пф, и кому они вообще сдались, когда есть журавли?

– В бабочках есть своё очарование, – снисходительно заметил Цзиньэ, и кончики его рогов на вэймао осветили лестницу, благо слуга этого не заметил.

Эрик фыркнул, а я украдкой глянула назад. Юань Фэнь шёл последним, и бумажные бабочки[3] трепетали на его груди при каждом шаге, будто живые. Он не сводил с них глаз, кончиками пальцев касаясь крыльев, и мимолётная улыбка появилась на его губах...

***

[1] Луань-няо (鸞鳥, luánniǎo) — мифическая китайская птица, один из высших символов императорской власти и благополучия. Её изображения помещали на императорские знамёна, как пожелание стабильности, мира и процветания страны.

[2] Час Свиньи (21.00 — 23.00)

[3] Бумажные фигурки в ожерельях несли традиционные пожелания:

Журавль – долголетие и благородство.

Карп – упорство, удача, путь к возвышению.

Лотос – чистота, мудрость и процветание.

Бабочки – любовь, привязанность, души, нашедшие друг друга.

Глава 21.2

Путь к павильону Байцзюнь оказался похож на заплыв против течения в живой реке. Праздничная толпа текла во всех направлениях сразу, и мы то и дело сбивались с шага, уступая дорогу веселящимся людям, уличным артистам и паланкинам. От выкриков торговцев уже начинала гудеть голова, они так яростно зазывали посетителей, будто от этого зависела судьба империи.

– Держимся вместе, – бросил Юань Фэнь, аккуратно отодвигая плечом подпившего горожанина.

Цзиньэ с Кай У шли чуть впереди, и каждый раз, когда цилинь что-то спрашивал у него, кончики его рогов начинали мягко сиять, и я ловила себя на том, что инстинктивно оглядываюсь, проверяя, не заметил ли кто.

Когда мы выплыли к императорскому павильону, у меня аж дыхание перехватило. Перед глазами возвышалась величественная пятиярусная пагода из тёмного дерева, чьи изогнутые крыши напоминали крылья застывших птиц. Стены были расписаны золотыми драконами, ярко мерцающими в свете солнца, а каменные ступени будто отполированы тысячами шагов.

Перед дверью Кай У чинно поправил одеяние и, окинув нас предостерегающим взглядом, ступил в полумрак. Украдкой переглянувшись, мы гуськом последовали за ним и оказались в круглом просторном зале с нефритовыми колоннами, покрытыми резными фресками. Вдоль стен тянулись бесконечные стеллажи, утыканные свитками, они плавно закручивались в широкую спираль, незаметно уводя на открытые галереи всех пяти ярусов пагоды. А запах старого дерева и сандаловых благовоний сразу вытеснил уличные ароматы.

Внутри царила такая строгая, давящая тишина, что я боялась лишний раз вздохнуть, не то что ступать по мраморному полу. Вокруг бесшумно сновали служители в бело-синих одеяния, разнося книги и свитки по стеллажам, а где-то за стеной доносились отголоски праздника: бой барабанов, взрывы хлопушек и выкрики «Долгой жизни Фухао-ди!».

Служащий, пожилой мужчина с длинной бородой, в тёмном одеянии, окинул нас внимательным взглядом и вежливо поклонился.

– Цель визита, молодые господа? – сухо спросил он и протянул руку. – И ваши пайцзы.

– Мы ищем сведения о событиях более чем пятисотлетней давности, – ответил Кай У, подходя к высокой стойке и отдавая наши бирки. – А точнее, упоминания о необычных духовных зверях.

На слове «необычных» служащий вскинул взгляд на фэйфэй, который заинтересованно перебрался из широкого рукава Цзиньэ ему в руки и с любопытством принюхивался. Затем его взгляд скользнул по скрытому под вуалью цилиню, и глаза подозрительно сузились.

– А этот господин? – кивнул служащий на Цзиньэ. – Не вижу его пайцзы.

– Я за него ручаюсь, – коротко отрезал Кай У, и в его голосе прозвучала такая непреклонная твёрдость, перед которой мелкие служащие часто отступают. – Внесите его в реестр под фамилию Ян.

Служащий заметно скривился, но послушно черкнул пару иероглифов в свиток и повёл нас вглубь, в секцию «Древних преданий и редкостей».

Когда двери распахнулись, Эрик застыл в проходе, и выдал протяжный стон:

– Охренеть... Мы здесь до следующего дня рождения вашего императора просидим, – мрачно выругался он, ударяя себя по лбу.

Я усмехнулась, но он был прав. Десятки рядов стеллажей терялись далеко в полумраке, и казалось, мы быстрее заблудимся и состаримся, чем найдем хоть крупицу нужной информации.

– Не обязательно, сюнди, – успокоил нас Кай У, скидывая с плеч набитые сумки, и грациозно взмахнул рукой, призывая из духовного пространства тонкую нефритовую кисть.

Шагнув вперёд, Кай У быстро вывел ею в воздухе несколько сияющих иероглифов и негромко произнёс:

– Разыщи скрытое, яви забытое!

Иероглифы вспыхнули и золотистой волной разлетелись по рядам стеллажей, взметнув пыль со свитков и обдав нас лёгким искристым дуновением. И тут же несколько книг и бамбуковых свитков слетели с полок и, зависнув в воздухе прямо перед нами, раскрылись на нужных страницах.

Ого, как удобно.

Мы столпились вокруг, всматриваясь в строчки. Увы, иероглифы были настолько мелкие и заковыристые, что я даже не стала пытаться их разобрать.

– Блин, без переводчика я нифига не понимаю, – скучающе выдохнул лидер, отходя в сторону.

Кай У, не отрываясь от свитка, мельком взглянул на нас через плечо.

– Тогда слушайте, – коротко бросил он, и его чёткий, монотонный голос заполнил собой тишину.

«На южной дороге я видел зверя, что не касался пыли. Рога его светились, как рассвет без солнца, и даже злые духи склонялись перед ним».

Приписка: Автор, странствующий поэт Линь Хао, исчез через месяц. Дело закрыто.

Цзиньэ вздрогнул, и его пальцы коснулись воздуха рядом со свитком, а Кай У продолжил:

«В день Весеннего равноденствия в округе Фуянь был замечен благой знак.

Зверь подобно оленю, но ступающий, как человек, явился на пепелище сгоревшей святыни...»

Приписка: Подробности изъяты по распоряжению Министерства ритуалов.

– Хм, описание похоже на цилиня, – негромко заметил Юань Фэнь, но в голосе слышалось сомнение. – Однако подобных красивых сравнений в летописях полно.

Он был прав. Пока встречаются, лишь одни туманные намёки.

– Посмотрим, что ещё здесь есть, – не стал сдаваться Кай У, взмахом руки притягивая к себе ещё несколько свитков.

«В год весеннего разлива, когда реки наводнили поля, я видел знак, что не должен был явиться.

Зверь с рогами из лунного света, ступал по грязи, но не запятнался.

Люди в страхе и надежде, кланялись ему, не зная почему...»

Снова приписка: Свидетель, старый рыбак Чжан, найден мертвым в своей хижине спустя пять дней.

И ещё одно, похожее описание: «В горах близ реки Янцзы явилось создание с сияющими ветвями на голове и оставляющее следы цветов на земле. Духи отступали, а небо прояснилось.» Свидетель пропал в полнолуние...

Очаровательно.

Кай У закончил читать и отправил свитки обратно на свои места, а мы все молча глянули на Цзиньэ.

– Раз Небесный Владыка и правда отправил его в смертный мир, – прошептал он, и его голос едва уловимо дрожал от смеси радости и щемящего трепета, – возможно, позволит и нашей встрече случиться.

– Если это и правда твой брат, надеюсь, у нас получится его найти, – улыбнулась я Цзиньэ, коснувшись его плеча. Он посмотрел на меня с благодарностью, и даже сквозь вуаль я увидела, как сияют его глаза.

– Жаль только, подсказок о том, где искать, мы так и не обнаружили, – с сожалением заметил Юань Фэнь, и его взгляд встретился с таким же разочарованным взглядом Кай У.

– А меня одного смущает, что все, кто видел твоего брата, подозрительно быстро отправлялись на тот свет? – недовольно поинтересовался Эрик, хмуро скрестив руки на груди.

Кай У спокойно пожал плечами.

– Те времена были жестоки, и смерть могла настигнуть по десятку причин. Не всё стоит связывать воедино, сюнди.

Но в его голосе не было полной уверенности.

После этого Кай У с Юань Фэнем решили ненадолго углубиться в изучение других свитков, в основном об осколках меча Тяньшу. Цзиньэ же быстрым шагом носился за Сюань Мяо, который вдруг решил испробовать на зуб все древние книги и пронырливо убегал от мамочки-цилиня. А мы с Эриком, воспользовавшись возможностью, ускользнули в главный зал, едва не заплутав в лабиринте стеллажей.

– Простите, а у вас есть что-нибудь о способах... открытия порталов в другие миры? – несмело спросила я, постучав костяшками по мраморной стойке и привлекая внимание служащего.

– Или о тех, кто мог бы это сделать? – вставил Эрик, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.

Пожилой мужчина уставился на нас так, будто мы спросили дорогу на Луну.

– Молодая госпожа, молодой господин, подобные знания хранятся лишь в заклинательских школах и великих кланах, – осторожно произнёс он, видно решив, что мы не в своём уме. – Да и толку от них? Открывать пути между мирами под силу лишь Богу Времени и...

– ...пространства Тай Куну, – перебила я. – Да знаю, он ушёл в уединение.

Служащий прищурился и покачал головой.

– Говорите так, будто побывали в самом Небесном чертоге.

– Пока только рядом проходила, – криво улыбнулась я, вспоминая о Царстве Цинъюнь.

Мужчина поперхнулся и, кашлянув в кулак, вернулся к своим делам, поди решив, что связываться с нами себе дороже.

– Супер, мы снова в пролёте, – хмыкнул Эрик, и уныло поплёлся к деревянной скамейке, где и проспал всё оставшееся время.

Мы вышли из павильона ближе к вечеру, снова окунаясь в яркий водоворот праздничного гама. Солнце уже вовсю клонилось к горизонту, окрашивая небо в мягкие персиковые и алые тона.

– Думаю, теперь мы можем и в чайный дом сходить, – взял на себя инициативу Кай У, оглядев всех нас. – Поедим и спокойно обдумаем дальнейшие планы.

Я согласно закивала, потирая в предвкушении руки. Свежий горячий чаёк будет очень кстати.

– Если барышня Сония не против, – вдруг произнёс Юань Фэнь, и его голос прозвучал удивительно бархатисто. Он слегка придержал меня за длинный рукав светлого ханьфу, – я хотел бы сначала отвести её кое-куда. Это не займёт много времени.

Все взгляды разом устремились на нас и меня будто окатило жаром. Щёки предательски запылали, и, кажется, моё лицо теперь было не отличить от алых лент, струящихся со стен домов, а растерянность смешалась с острым, почти щекочущим интересом.

– Я... да, конечно, не против, – выпалила я запинаясь, поймав его выжидательный, но мягкий взгляд.

Кай У посмотрел на нас внимательнее, чем обычно, и уголки его губ едва заметно дрогнули.

– Тогда мы будем ждать вас в чайном доме Луань Юй[1], – дал он добро, забирая у Юань Фэня холщовую сумку и ловко перекинул её через плечо, добавив к своим двум.

– О'кей, тогда я иду с вами, – тут же оживился Эрик и, встретив мой удивлённый взгляд, простодушно развёл руками. – Что? Мне тоже интересно узнать, что это за таинственное местечко.

Юань Фэнь даже бровью не повёл, только желваки на скулах едва заметно напряглись. Кай У, однако, среагировал мгновенно. Он шагнул к Эрику, и твёрдо положил руку ему на плечо:

– Сюнди, я давно хотел побольше узнать о вашем мире. Вот как раз за чаем и поговорим.

Эрик озадаченно покосился на него, потом на безучастного Юань Фэня и фыркнул:

– Об этом можно поговорить и потом...

– Нет, – настойчиво перебил Кай У и, чтобы окончательно не спугнуть лидера, по-дружески улыбнулся. – Есть пара вопросов, которые мне не терпится тебе задать.

Я уставилась на Кай У, всё больше ощущая странность происходящего. С чего это он вдруг?

– Ладно, ладно, иду, – неохотно сдался Эрик, позволяя Кай У ловким движением направить его в нужную сторону. – Но, я вас раскусил.

Уводя его, Кай У будто случайно бросил короткий, но очень красноречивый взгляд в сторону Юань Фэня. И у меня что-то щёлкнуло в голове. Неужели... нарочно? Сердце странно ёкнуло.

– Тогда... – раздался спокойный голос Цзиньэ, и кончики его рогов слегка засияли, благо люди обходили императорский павильон стороной и ничего не заметили. – Может, я схожу с вами?

Я моргнула, а Юань Фэнь выдохнул так тихо, что услышала, наверное, только я.

Кай У, уже почти скрывшийся с Эриком за углом, резко затормозил и, развернувшись, направился к цилиню с самой доброжелательной улыбкой.

– Почтенный Цзиньэ, я совсем забыл сказать. В чайном доме можно угоститься самыми редкими фруктами, например юньши. Говорят, слаще облачной хурмы только драгоценные финики, что подают к императорскому столу.

Цзиньэ замер на полушаге, колебаясь ровно секунду.

– Раээ, я, пожалуй, пойду с вами, – переметнулся он, мягко отодвинув с глаз один из пушистых хвостов фэйфэя.

Кай У вежливо подхватил и его под локоть, уводя. А я лишь хлопала ресницами, глядя этой троице вслед, и едва сдерживала смешок. Боже... да он только что разогнал всех лишних, как самая настоящая сваха.

– Кай У же специально всех увёл?

– Сюнди, порой бывает слишком наблюдательным, – невозмутимо отозвался Юань Фэнь, но я заметила, как уголки его губ приподнялись, а во взгляде, скользнувшем по спине друга, мелькнула признательность. – Пойдём.

Он двинулся в сторону узкой улочки. Чуть замешкавшись, я торопливо пригладила волосы, оправила ханьфу и поспешила за ним, растворяясь в потоке нарядных горожан. Пока мы пробирались сквозь веселящуюся толпу, какой-то мужчина сунул нам с Юань Фэнем по пиале с вином и гаркнул: «Десять тысяч лет жизни его Величеству!». Люди оглушительно подхватили тост, и мы, с куда меньшим энтузиазмом повторили за ними. Осушив пиалы одним глотком, и вернув их довольному мужчине, мы наконец, смогли двинуться дальше. Юань Фэнь, словно ледокол, уверенно принялся расчищать нам путь.

Перейдя небольшой мост, мы свернули в торговый район. Бесконечные ряды лавок тянулись одна за другой, как яркие ленты. Казалось, здесь можно купить всё что угодно: от парчи и фарфора, до благовоний и расписных вееров. Тут же на прилавках заманчиво поблёскивали позолоченные подвески, резные костяные шпильки и серебряные украшения. В бамбуковых клетках теснились куры, утки и какие-то пёстрые птицы с длинными хвостами. Их кудахтанье и щебет ничуть не уступали по громкости зазываниям торговцев.

Юань Фэнь остановился перед павильоном «Юйхуа». Иероглифы на старой вывеске были выведены с таким изяществом, что я невольно залюбовалась.

«Нефритовое сияние», мило. Но...

– Зачем мы здесь? – вскинув бровь, перевела я взгляд на Юань Фэня.

– Твоя серьга, – спокойно произнёс он, и его янтарно-карие глаза встретились с моими. – Её же нужно починить.

У меня перехватило дыхание.

– Ты помнишь? – голос прозвучал тише, чем я ожидала. Я и подумать не могла, что он запомнит о такой для него мелочи...

Юань Фэнь чуть склонил голову и улыбнулся так тепло, что внутри всё растаяло.

– Я всегда держу слово.

Божечки-кошечки... уносите меня отсюда.

Ювелирная лавка оказалась маленькой, но и правда сияла от множества изысканных украшений: нефритовые браслеты, вырезанные в форме драконов, золотые шпильки с подвесками и перламутром, кольца с рубинами и ожерелья из жемчуга, переливающиеся в свете фонарей. Глаза разбегались от этого великолепия и во мне мигом включился режим «сороки».

За низким столом сидел молодой мужчина с цепким взглядом и лупой на глазу. Взяв мою серьгу, он долго вертел её в пальцах.

– Необычная вещица... – наконец произнёс он, и в голосе послышалось неподдельное любопытство знатока. – Золото не наше, а такого небесного камня я прежде не встречал. Редкость, но починю быстро.

Мастер скрылся в мастерской, а Юань Фэнь отошёл к выходу, давая мне пространство. Я медленно прошлась, с интересом рассматривая украшения, как вдруг взгляд задержался на браслете. Он был сделан из камня глубокого серого цвета, и напоминал поверхность спокойного озера в сумерках, а изящные серебряные ветви ивы оплетали каждую бусину. Сердце сжалось. Такого же цвета были глаза Никиты, когда он серьёзно или чуть обиженно смотрел на меня.

Грусть накатила волной, и я замерла, не сводя глаз с браслета, чувствуя, как слезы защипали глаза. Как он там? Прошла ли уже операция? Всё ли хорошо?

– Он тебе нравится? – голос Юань Фэня раздался прямо над ухом, коснувшись горячим дыханием.

Я вздрогнула и быстро моргнула, стараясь прогнать непрошенные слёзы. Взгляд Юань Фэня скользнул с браслета на моё лицо.

– Нет, то есть он красивый, конечно... – сбивчиво забормотала я, отводя взгляд.

– Тогда давай куплю его для тебя, в честь праздника, – предложил он, и в голосе послышалось искреннее желание сделать мне приятно.

– Нет-нет, не нужно, – замахала я руками, чувствуя себя ужасно неловко, и улыбнулась, чтобы не обидеть его. Он и так уже многое сделал, а мне нечем ему отплатить. – Сейчас совсем не до красоты, у нас ведь есть дела поважнее.

Слегка прищурившись, он внимательно посмотрел на меня, но настаивать не стал.

Благо в этот момент вернулся ювелир, и я, обмахивая пылающее лицо ладонью, поспешила к нему.

– Готово, барышня, – он довольно улыбнулся, протягивая мне серьгу.

– Ой, почти как новая! Спасибо, – обрадовалась я и потянулась в рукав за мешочком с таэлями, но Юань Фэнь легким касанием остановил меня и положил на прилавок два серебряных ляна.

Я сжала пальцы в рукаве. Это было приятно. Но мне не хотелось слишком привыкать к его заботе.

В лавку зашли несколько благородных дам, и я, надевая серьгу, выскользнула на улицу. Юань Фэнь вышел спустя пару вздохов.

– Спасибо тебе большое, – искренне выпалила я, резко развернувшись и едва не впечаталась носом ему в грудь, так близко он стоял. – Ты не представляешь, как это для меня важно.

– Барышня Сония, я был рад помочь, – мягко улыбнулся он, с теплотой всматриваясь в мои глаза. – Пойдем, думаю, нас уже заждались.

К чайному дому «Луань Юй» мы, на удивление, добрались быстро. Но если бы Юань Фэнь не остановился перед двухэтажным павильоном, украшенным лентами и фонарями, которые отбрасывали мягкий янтарный свет на деревянную веранду, я бы просто прошла мимо. В этом обилии праздничных огней мне каждый дом казался близнецом соседнего.

Внутри оказалось... ну, довольно изысканно: низкие столики из тёмного дерева, шёлковые подушки цвета слоновой кости, на которых комфортно расположились посетители, и ширмы с вышитыми лотосами, разделяющие зал на уютные уголки. В центре, на круглом расписном помосте, музыкант неторопливо перебирал струны гуциня. Мелодия лилась тягучая, чуть печальная, выбиваясь из ритма праздника за окном.

Мимо юркнула служанка, неся свежезаваренный чай, и тонкий, сладковатый аромат хризантемы окутал нас. У меня аж слюнки потекли. Я сглотнула и огляделась в поисках наших, надеюсь, они уже что-нибудь заказали. Молодые ученые в строгих одеяниях, о чём-то спорили, а несколько девушек за соседним столиком, кокетливо прикрываясь веерами, то и дело бросали в их сторону скромные взгляды. Ещё несколько мужчин с холёными лицами неспешно попивали вино.

– Они наверху, – слегка наклонился ко мне Юань Фэнь и кивнул в сторону лестницы.

Ну да, я так и подумала.

Мы поднялись по деревянным ступеням на открытую галерея второго этажа. Здесь было светлее и просторнее, а гости выглядели более расслабленными. У большого окна с видом на реку, я сразу увидела наших. И, признаться, на фоне местных посетителей они смотрелись... специфично.

Кай У сидел с прямой спиной, сосредоточенно попивая чай. Его серые с лиловым оттенком волосы, хоть и собранные в аккуратный пучок невольно привлекали взгляды. На груди тёмного серо-синего шэньи снова висело бумажное ожерелье с фигурами журавлей. Рядом с ним развалившись на подушке с таким видом, будто он тут хозяин, сидел Эрик, жуя цветочное пирожное. С его короткими по меркам местных волосами и славянскими чертами лица он смотрелся чужеродно. Но, судя, по трём новым ожерельям, красующимся у него на шее, девушки были падки на его экзотическую внешность. Цзиньэ, как и прежде, таинственно скрывался под вуалью, а на его груди колыхались от вечернего ветра два ожерелья с лотосами.

Я покосилась на Юань Фэня и не удержалась от лёгкой усмешки.

– Ты опять остался без трофеев.

Он едва заметно улыбнулся и, не отрывая от меня взгляда, медленно скользнул рукой в длинный рукав чёрного ханьфу... и вытащил край бумажного ожерелья с бабочками.

Щеки в который раз за день предательски вспыхнули. Это казалось глупым, но было приятно.

– Юань-гэ? – женский мелодичный голос, чистый, как звон нефритовых подвесок, всколыхнул воздух.

Юань Фэнь дёрнулся. Рука с ожерельем мгновенно нырнула обратно в рукав, спрятав бабочек быстрее, чем я успела моргнуть и резко обернулся.

Юань-гэ, значит? Интересненько....

***

[1] Луань Юй (鸾羽, luányǔ) – Перо Луань

Глава 22.1

Столица Фунань

– Юань-гэ, это и правда ты?

Из-за ближайшей ширмы вышла не девушка, а само воплощение изящной красоты и знатности. Высокая, статная, в дорогом многослойном одеянии цвета спелой сливы. На голове возвышалась целая башня из сложных кос, унизанная золотыми шпильками с жемчужными подвесками. От одного взгляда на эту прическу у меня волосы заныли от сочувствия. Тёмные глаза феникса смотрели на окружающих холодно и отстранённо, но стоило её взгляду коснуться Юань Фэня, как он на миг смягчился. За ней, словно тени, двигались две служанки.

Я выдохнула.

Чёрт. Она выглядит как с рекламы дорого шампуня. Я же из рекламы шампуня, который не сработал. И, судя по тому, как напрягся рядом Юань Фэнь... у него с этой красоткой явно что-то было.

– Госпожа Мин Юэ,[1] – голос Юань Фэня прозвучал ровно, но в нём чувствовалась непривычная скованность. Он сложил руки и вежливо поклонился. – Не ожидал встретить тебя здесь.

Госпожа едва уловимо взмахнула рукой, и Юань Фэнь выпрямился, расправив плечи. Они посмотрели друг на друга, и у меня в голове, как в дораме, включился саундтрек. Для них нежные струнные. Для меня нервные барабанные: «Соня, не пялься».

– Я с отцом прибыла на торжественный пир во дворце, в честь Его Величества, – улыбнулась Мин Юэ, но улыбка не коснулась глаз. Она умолкла на мгновение, внимательно взглянув на Юань Фэня, и добавила тише: – Должно быть, и твой отец, господин Гэн, почтит пир своим присутствием.

Стоп. Что ещё за Гэн? Разве его фамилия не Юань?

Я озадаченно моргнула, бросив на него взгляд, и заметила, как пальцы Юань Фэня чуть дрогнули, сжимая край рукава, будто напоминание об отце кольнуло его.

– Но ты, полагаю, не собираешься к нему присоединиться? – мягко произнесла она, и в этой мягкости сквозила не столько забота, сколько уверенность в ответе.

Чуть склонив голову к плечу, отчего жемчужные подвески тихо звякнули, Мин Юэ окинула его долгим, изучающим взглядом.

– Нет, госпожа, – выдержав короткую паузу, спокойно ответил Юань Фэнь. – Я в столице ненадолго, по делам.

Она едва заметно кивнула и тут её взгляд оценивающе скользнул по мне сверху вниз. И на миг в нём мелькнуло холодное, почти брезгливое презрение, словно она увидела грязное пятно на изысканном шёлке. А затем госпожа Мин отвела взгляд туда, где у окна сидели наши друзья. Он прошёлся по Эрику и Цзиньэ и на один вздох задержался на Кай У; тот лишь слегка склонил голову в поклоне. И она вновь вернула внимание к Юань Фэню. Без вопросов, без намёка на удивление. Только лёгкое, едва уловимое движение бровей, и снова безупречная, холодная учтивость.

– Юань-гэ, ты всё так же не желаешь одуматься и вернуться в семью? – тихо спросила она и, вскинув на него взгляд, будто невзначай обронила: – Твоя матушка, госпожа Жоу, до сих пор опечалена.

Взгляд Юань Фэня помрачнел, челюсть плотно сомкнулась, но он не спешил с ответом.

– Признаться, – вздохнула госпожа Мин, тонкими пальцами поправляя складку на рукаве, – я порой тоже вспоминаю те дни, когда ты тайком приходил в мой сад...

Боже, она даже вздыхает изящно. Я не сдержалась и закатила глаза.

– То было давно, госпожа, – сдержанно отозвался Юань Фэнь, бросив на меня быстрый взгляд и тут же отвёл его.

И что это было?

Госпожа Мин поджала губы, но сразу взяла себя в руки.

– Ты всё так же следуешь за господином Яном и его... сомнительными устремлениями, забыв о должном пути? – её взгляд на миг метнулся в сторону Кай У, и она мимолетно поморщилась, словно от дурного запаха.

Эй, что она имеет против Кай У? Возмущение подкатило к горлу, и я уже было открыла рот, но тут в глазах госпожи Мин мелькнуло что-то такое... досада? тоска? И я как-то сдулась.

– Если бы не его влияние... – продолжила она, и её губы чуть дрогнули. – Мы могли бы...

– Госпожа! – окликнула одна из служанок, поспешно коснувшись её рукава.

Фраза повисла в воздухе, недосказанная, но смысл я уловила.

Мда... очаровательно.

Юань Фэнь уже собрался ответить, но тут со стороны послышался тяжёлый топот. Подвыпивший мужичок в помятом ханьфу, громко икая, пробирался к лестнице, которую мы с Юань Фэнем загородили. Я дёрнулась, собираясь посторониться, и вдруг почувствовала лёгкое, почти незаметное прикосновение сквозь рукав ханьфу. Юань Фэнь мягко сжал моё запястье и придвинул к себе, заслоняя плечом. Мужчина прошёл мимо, даже не заметив. А вот остальные...

Застыв истуканом за спиной Юань Фэня, я медленно подняла глаза.

У ближайших посетителей вытянулись лица, за другими столами резко стихли разговоры. Кай У, приподняв бровь, так и завис с чайником в руках. Эрик, не сводя с нас глаз, аж пирожным поперхнулся. А госпожа Мин Юэ смотрела на Юань Фэня, заморозив на идеальном лице улыбку. Лишь пальцы, чуть сильнее сомкнувшиеся на рукаве, выдали её.

– Похоже... годы изменили тебя, Юань-гэ, – негромко произнесла она, и горькая усмешка тронула её губы.

А мне вдруг захотелось немедленно раствориться в чайнике с османтусом.

– Я не изменился, госпожа, – голос Юань Фэня наконец обрёл привычную твёрдость. – Лишь делаю то, что считаю правильным, следуя своему долгу перед теми, кого уже нет.

Госпожа Мин чуть прищурилась, но, заметив взгляды окружающих, сдержанно кивнула.

– Понимаю, – снисходительно протянула она, но в этом «понимаю», слышалось что угодно, но только не понимание. – Что ж. Желаю тебе... всего хорошего, Юань-гэ. Не забывай, ради чего всё бросил.

И, одарив меня на прощание недобрым взглядом, от которого захотелось пойти и помыться, госпожа Мин Юэ величественно удалилась, унося за собой шлейф дорогих благовоний.

Юань Фэнь проводил её почтительным поклоном, а я нервно переступила с ноги на ногу. Надеюсь, она не вернётся и не воткнёт мне в спину одну из своих убийственных шпилек.

Юань Фэнь робко взглянул на меня, отступая в сторону. Неловко улыбнувшись ему, я, всё ещё переваривая увиденное, поспешила к нашему столу. Кай У старательно делал вид, что изучает узор на шёлковой скатерти, а Эрик сразу выпрямился, впившись в меня горящими от нетерпения глазами. И только Цзиньэ, приподняв вуаль, встретил нас тёплой, благожелательной улыбкой.

– Ну, наконец-то! – выпалил Эрик и, схватив меня за длинный рукав, усадил рядом с собой на подушку, даже не взглянув на Юань Фэня. – Куда он тебя водил? Что там было? Обычная прогулка под фонарями? Или что-то посерьёзнее?

Чего? И это его волнует больше всего? Я красноречиво вскинула бровь, но промолчала. Меня саму сейчас распирали совсем другие вопросы. К кому, не буду тыкать пальцем...

– Ничего такого, – обломала я его, наливая в пиалу чай и делая долгожданный глоток. – Просто мою серьгу чинили, и всё.

Эрик разочарованно хмыкнул и молниеносно стянул у меня из-под носа тарелку с цветочными рулетами.

Серьёзно? Он до сих пор обижается?

Я метнула на него возмущенный взгляд, заметив, как уголки его губ на миг довольно приподнялись, а затем он как ни в чём не бывало поставил передо мной ещё тёплые баоцзы.

– Сюнди, я отлучусь ненадолго, – глухо произнёс Юань Фэнь и, не глядя ни на кого, направился к лестнице.

Он же не собирается догнать госпожу Мин?

В груди неприятно кольнуло, и я, больше не выдержав, обернулась к Кай У:

– Я не ослышалась? У его отца фамилия Гэн? Почему?

– Кто эта красивая ледышка? – тут же вклинился Эрик.

– Он что, приёмный сын?

– Как давно они знакомы?

– Что у них было с Юань Фэнем?

– Ей нравятся иностранцы?

Кай У заметался взглядом между нами, то открывая рот, то закрывая, а потом вдруг хлопнул ладонью по столу. Да так, что пиалы подпрыгнули.

– Да у вас словно семь ртов и восемь языков! – простонал он. – По одному, ради всех духов.

Мы с Эриком опешили на секунду, переглянулись и снова засыпали его вопросами, теперь уже по очереди, но не менее яростно.

Кай У тяжело вздохнул и устало потёр переносицу.

–Во-первых, сюнди, прояви уважение, – он кинул на Эрика строгий взгляд. –Госпожа Мин Юэ, дочь одной из самых богатых и влиятельных семей столицы. Её отец, господин Мин, уважаемый министр доходов при дворе Его Величества.

– Ого, – присвистнул Эрик, закусывая сладким рулетиком и почему-то покосился в мою сторону.

Кай У окинул нас взглядом, задержавшись на мне и добавил чуть тише:

– И да. Госпожа Мин бывшая невеста Юань Фэня. Они знают друг друга с детства.

У меня внутри всё опустилось. Чудесно, просто чудесно. Его бывшая уровня «императорский люкс». Я с ней не то, что рядом не стояла, даже мимо не проходила.

– Чего? – выдохнул Эрик, чуть не выронив из палочек рулет. – Наш мистер «мрачная харизма» умудрился бросить такую барышню?

Я прожгла лидера взглядом, едва удержавшись, чтобы не пихнуть его локтем под столом. Что значит «такую барышню»?

– Теперь я понимаю, почему госпожа Мин Юэ смотрела на раээ с такой светлой печалью, – задумчиво заметил Цзиньэ, и лёгкое сияние от кончиков рогов над вэймао осветило наш столик. Он отпустил с рук фэйфэя, и лисёнок, распушив хвосты, пробежал по ногам Эрика, запрыгнув мне на колени.

Я ласково погладила Сюань Мяо по нежной шёрстке. Ну, хоть кто-то на моей стороне.

Кай У мельком огляделся по сторонам и, убедившись, что никто из посетителей уши не греет, подался вперёд.

– Всё сложнее, сюнди, – помахал он указательным пальцем перед носом лидера. – Это отец госпожи Мин разорвал их помолвку, но не без причины.

Я нахмурилась. Ладно, хватит уже о ней.

– А фамилия? Почему Гэн?

Кай У помедлил, словно взвешивая, сколько можно рассказать.

– Семья Юань Фэня род потомственных генералов...

– Генералов? – одновременно выпалили мы с Эриком, перебивая Кай У, и изумленно переглянулись.

Обалдеть. Это никак не вязалось с его спокойным, молчаливым образом, словно он вообще вне чужой суеты.

Кай У шикнул на нас и снисходительно продолжил:

– Когда сюнди нарушил семейную традицию и вместо того, чтобы стать военачальником, ушёл на путь заклинателей, ему пришлось отказаться не только от семьи, но и от родовой фамилии Гэн.

Кай У снова перевёл на меня взгляд. И почему он в такие моменты смотрит именно на меня?

– С тех пор он просто Юань Фэнь. Но для тех, кто знал его раньше... он был Гэн Юань Фэнь,[2] четвёртый сын генерала Гэн Чжэньшаня.[3]

Эрик уже открыл рот, но Кай У мягко поднял руку:

– Я знаю, о чём ты хочешь спросить, сюнди. Но это не моя история, я и так сказал больше, чем следовало. Пусть Юань Фэнь расскажет сам, если сочтёт нужным. Но не сейчас... – он бросил взгляд на лестницу. – Полагаю, эта встреча далась ему нелегко.

Эрик хмыкнул, но промолчал, отмахнувшись от одного из хвостов Сюань Мяо, который так и норовил пощекотать ему нос.

Кай У прав, будет лучше отложить этот разговор.

Юань Фэнь появился буквально через мгновение. Да так бесшумно, что мы все аж подпрыгнули, словно застигнутые за чем-то непотребным.

Он сел рядом со мной, не слишком близко, но достаточно чтобы я ощутила его надёжное присутствие. И коротко кивнул Кай У, тот ответил ему лёгкой улыбкой: мол, всё в порядке.

– Раээ, Небеса ведают: покидать родную семью нелегко, но обрести другую, верную твоему пути, наивысшее благословение, – вдруг ободряюще произнёс Цзиньэ, сдав нас с потрохами, и его улыбка засияла ярче кончиков рогов.

Кай У поперхнулся чаем. Эрик, сдерживая смех, зажевал баоцзы, а я подвисла, выпучив глаза.

Капец...

Над столом повисла мёртвая тишина.

Юань Фэнь на миг озадаченно вскинул бровь, глянув на Цзиньэ, а после, словно поняв, откуда ветер дует, вперил взгляд в Кай У и медленно побарабанил пальцами по столу. Кай У, вытирая рот рукавом, поспешно отвёл взгляд, а мы с Эриком дружно прикинулись вениками.

– Ты прав, уважаемый Цзиньэ, с сюнди мне повезло... – недобро протянул Юань Фэнь, испепеляя друга взглядом.

Благо в этот момент подлетел слуга с горячими блюдами, и мы все с преувеличенным интересом уставились в чаши.

На какое-то время за столом слышалось только мягкое постукивание палочек о фарфор да тихое довольное чавканье. Нежные пельмени цзяоцзы с креветками таяли на языке, оставляя лёгкий, чуть сладковатый морской привкус. Хрустящие весенние рулетики рассыпались прямо под пальцами, заставляя даже Эрика жмуриться от наслаждения. А сладкие лепёшки с пастой из семян лотоса... боже, что за чудо. Тёплые, мягкие, они бесследно исчезали во рту, оставляя лишь цветочно-ореховое послевкусие, и желание съесть ещё.

Если я растолстею, виновата не я, а их офигенная еда. А ещё пельмени. И лотос.

Эрик шумно выдохнул, отставив пустую пиалу и заговорщически обвёл нас взглядом.

– Ладно, раз уж мы тут все свои, – начал он без предисловий, откинувшись на подушке. – Объясните мне, что за страшилки выкатила вам та демоница? Кай У какую-то бездну, нашему сюнди, – он кивнул в сторону Юань Фэня, – мертвецов в доспехах. Это метафоры или нам реально пора искать лопаты и кресты? А то я как-то не подписывался на зомби-апокалипсис.

Эрик усмехнулся, бросив на меня взгляд: мол, зацени. Но я только возвела глаза к потолку, покачав головой.

Блин, Эрик, ты сама пунктуальность...

Кай У на миг замер с палочками у рта, и переглянувшись с Цзиньэ, аккуратно отложил их в сторону. Юань Фэнь невозмутимо вскинул взгляд на Эрика, и неспешно отпил чаю. Цзиньэ же угостив скучающего фэйфэя долькой фрукта, с интересом подался вперёд.

– Страх заклинателя, – неохотно признался Кай У, – утратить контроль, поддаться внутреннему демону и пасть. Превратиться в яо... и оказаться в мире, где правят те, с кем мы боремся всю жизнь. – Он тяжело вздохнул. – Никому такого не пожелаешь.

Все взгляды сами собой перешли на Юань Фэня. Тот несколько мгновений сидел неподвижно, лишь сжимая и разжимая кулак на столе. На виске едва заметно дрогнула жилка.

– Я не готов это обсуждать, – сухо отрезал он.

Я глянула на Кай У и успела заметить, как он бросил на Юань Фэня быстрый понимающий взгляд. Он знал, что скрывалось за этим страхом. А я... не была уверена, что тоже готова это узнать.

– Ну, Сонь, а что насчёт твоих воздушных шариков? – перевёл на меня стрелки Эрик, видно решив, что драмы на сегодня достаточно. С привычной насмешливой улыбочкой, конечно. – Клоун перестарался на дне рождении?

Все тут же обратили взор на меня. Даже Юань Фэнь, чуть склонив голову, внимательно смотрел в глаза. Кажется, ему и правда было интересно, что за историю я сейчас выдам.

– Эрикэ говорит о небесных фонарях? – невинно поинтересовался Цзиньэ, обведя каждого из нас мягким взглядом, полным любопытства.

– Не совсем, Цзиньэ, но похоже, – проронила я, ковыряя палочками несчастный рулетик. – У нас их делают из резины, а потом надувают воздухом... В общем, когда мне было лет десять, на дне рождения подруги, я так старалась надуть шар, что он лопнул...прямо перед лицом. – Я невольно коснулась щеки. – Резиной больно ударило, и весь праздник я ходила с красным нос и щекой. Девчонки потом ещё неделю дразнили меня: «Соня-шаропуз».

Эрик сбоку странно хрюкнул.

– С тех пор я держусь подальше от воздушных шаров, – продолжила я, тяжело вздохнув. – Но и подумать не могла, что демоница сможет превратить это в кошмар.

Я умолкла, надеясь, что кто-нибудь сменит тему, но вместо этого, по всему залу разлетелся громкий хохот Эрика.

– Соня-шаропуз...– кое-как выдавил он и уткнулся лицом в рукав, плечи заходили ходуном. – Боже... я не могу...

Вот моська. Я ему тут душу раскрываю, а он ржёт!

Я метнула в него испепеляющий взгляд, но это только раззадорило его сильнее. Кай У медленно прикрыл глаза, словно моля о терпении, а Юань Фэнь неожиданно пододвинув пиалу ближе, долил мне чаю и ободряюще заглянул в глаза.

– В мире людей удивительно много хрупких вещей, – задумчиво произнёс Цзиньэ в паузах между хохотом лидера, и мягко мне улыбнулся. – Иногда именно самые маленькие оставляют глубокие раны.

Я кивнула, послав ему в ответ улыбку.

Эрик тем временем, наконец выпрямился, вытирая уголки глаз.

– Всё. Теперь ты отныне Соня-шаропуз, – и снова заржал.

Вот зараза...

Я медленно повернулась к нему.

– Только попробуй, – ласково пообещала я. – И будешь у меня ходить с прозвищем Эрик – мокрые штанишки. Судя по твоему страху, ужастик с Фредди тебя в детстве знатно напугал.

Улыбка сползла с лица лидера мгновенно. Он небрежно откинул волосы назад, делая вид, что его это вообще не задело.

– Без проблем, – фыркнул он, – придумаю тебе прозвище покруче.

Я уже открыла рот, сказать ему, чтобы даже не думал об этом, если ему жизнь дорога, но вдруг Цзиньэ совершенно буднично, словно предлагал попробовать один из фруктов произнёс:

– Энаа, я бы назвал тебя Тянь Юй Хуа. Цветок небесного пера, – и между делом погладил по спинке фэйфэя; лисёнок аж довольно заурчал. – В Цинъюне это довольно редкий горный цветок, невероятной красоты.

Я растерялась на один вздох.

– Это очень мило, Цзиньэ... спасибо, – с умилением пробормотала я, и метнула в Эрика взгляд: «Вот учись, как надо».

– Тогда, – тихим, ровным голосом, произнёс Юань Фэнь, покрутив в руках пиалу. – Я бы назвал тебя... Юэ Сэ Жэнь. Та, чьи глаза отражают луну...

Сердце пропустило удар. Я вскинула на него взгляд. Юань Фэнь смотрел на меня спокойно, без тени улыбки, но было в его глазах что-то...тёплое.

– Красиво, – ляпнула я и отчего-то смутившись, быстро опустила взгляд, внезапно заинтересовавшись узором на скатерти.

Эрик сбоку громко хмыкнул и, потянувшись за оставшимся цветочным рулетом, ненароком задел меня плечом.

Кай У кашлянул в кулак, привлекая внимание.

– А мне приходит на ум только прозвище для Эрика.

Лидер подозрительно прищурился.

– Уже интересно.

– Хуа Янь! – почти торжественно объявил Кай У. – Цветущая речь. Иногда красиво звучит, заполняет собой всё пространство и порой режет острее клинка.

Мы с Юань Фэнем и Цзиньэ прыснули, сдерживая улыбки. А Эрик моргнул, и криво усмехнулся.

– Знаешь, Кай У, – протянул он. – Я впервые слышу, чтобы кто-то назвал меня одновременно цветком, оружием и заглушкой для тишины.

Кай У рассмеялся, Юань Фэнь едва заметно покачал головой, скрывая улыбку за глотком чая.

– Слушай, а тебе даже очень подходит, – улыбнулась я Эрику, весело пихнув его локтем.

Эрик фыркнул, и внезапно склонился к моему уху.

– Ладно, Соня-шаропуз, так и быть, буду твоей розой, – заигрывающе шепнул он. По коже вмиг побежали мурашки, а лидер отстранился и подмигнул, так нагло, что я не знала, то ли ударить его, то ли провалиться сквозь пол.

Заслушавшись мелодией гуциня, доносившейся до нас словно тонкий дым благовоний, мы не заметили, как пролетело время. Темнота за окном уже вступила в свои права, река мерцала, отражая тысячи дрожащих огней, а люди на улицах всё ещё кричали поздравления императору.

– Пожалуй, нам пора возвращаться в Санфу, – первым поднялся Кай У, оглядев всех нас и на секунду дольше задержался взглядом на Цзиньэ. – Надеюсь, успеем добраться до него, пока талисманы ещё работают.

– А новые прицепить нельзя? – лениво протянул Эрик, неохотно поднимаясь на ноги и потягиваясь.

Кай У покачал головой и как-то странно усмехнулся, то ли довольно, то ли неловко.

– Боюсь, что нет. Я начертил только одну пару талисманов, кто ж знал, что они и правда сработают.

Мы все застыли, уставившись на Кай У немигающим взором. Это он так шутит?

– Что? У меня были сомнения, – он непринужденно развёл руками и перекинул сумку через голову. – Слава Небу, всё обошлось.

С каждым словом Кай У вгонял нас во всё больший ступор. Юань Фэнь негромко кашлянул, скрестив руки на груди.

Что значит «всё обошлось»? Заклинание могло навредить?

– Раээ, не беспокойся, – подал голос Цзиньэ, и его улыбка была такой безмятежной, что тревога почти сразу отступила. – Я уверен, ты всё делаешь правильно. К тому же мне не так-то легко навредить.

Кончики его рогов над вэймао мягко засияли, осветив признательное лицо Кай У.

Когда мы наконец вышли из чайной, улицы утопали в ярких огнях, а веселье было в самом разгаре. Музыка гремела, фейерверки грохотали, распускаясь в небе причудливыми цветами и окрашивая всё вокруг яркими всполохами. На помостах танцевали девушки; их длинные шёлковые рукава изящно развевались, словно крылья феникса, рисуя в воздухе плавные линии. Пройдя чуть дальше, мы засмотрелись на танцоров в расписных масках с веерами из красочных перьев. Цзиньэ с неподдельным восторгом и восхищением следил за этими выступлениями. Мне даже стало немного жаль, что нам нельзя задержаться на улице подольше.

– Шеф, у нас проблема, – прокричал Эрик чуть ли не в ухо Кай У, остановив его за плечо и указав на цветочную дорожку у ног Цзиньэ.

Вот чёрт! Как же мы проглядели?

Кай У выругался под нос и резко свернул в ближайший переулок. Протиснувшись сквозь толпу, мы бросились за ним и словно угодили в другой мир: тихий, мрачный, почти безлюдный. Шум праздника остался позади, лишь отдалённые раскаты фейерверков доносились до нас. Я невольно придвинулась к Юань Фэню, ощутив лёгкое касание его рукава о мой.

Приближаясь к постоялому двору, мы немного расслабились, замедлив шаг. И зря...

Они появились бесшумно, спрыгнув с крыш. Семь... нет, восемь стражников в тёмно-бирюзовых одеяниях и чёрных лакированных шапках с лихо закрученными вверх концами. Не проронили ни звука, они сомкнули вокруг нас плотное кольцо.

Что происходит?

Я взволнованно сглотнула. Юань Фэнь рядом едва заметно сменил стойку, всего на полшага, и мы с Эриком оказались за его плечом. Кай У остановился впереди, убрав руки в рукава, будто это была обычная встреча, а не засада. Цзиньэ замер недалеко от него, крепко удерживая на руках шипящего Сюань Мяо.

Из строя вперёд шагнул главный. Высокий, крепкий мужчина с жёстким, словно высеченным из камня лицом и жутким шрамом от виска до подбородка. В тёмном-красном одеянии, расшитом золотыми драконами. Плечи прикрывали массивные бронзовые наплечники, широкий пояс с железными бляхами туго стягивал талию, а от бёдер спускались кожаные пластины, глухо поскрипывая. На голове такая же чёрная шапка с закрученными вверх концами, только чуть выше, с вплетённой серебряной нитью. Меч он, в отличие от подчинённых, не прятал. Чёрная рукоять уже лежала в ладони, остриём к земле.

Его тяжёлый взгляд скользнул по нам с Эриком, мазнув по Юань Фэню, на мгновение задержался на скрытому под вуалью Цзиньэ, а затем остановился на Кай У.

Мне вдруг отчаянно захотелось вернуться обратно к фонарикам, сладостям и веселящейся толпе.

– Давно не виделись, шиди Цзы Гуй...[4]

Кай У медленно улыбнулся, а за его спиной кто-то вытащил меч.

Я вздрогнула.

Кажется, мы влипли...

***

[1] Мин Юэ (明玥, Míng Yuè) - Сияющая драгоценная жемчужина\ Та, чей свет драгоценен.

[2] Гэн Юань Фэнь (耿缘分, gěng yuánfèn) – Верный своей судьбе.

[3] Гэн Чжэньшань (耿震山, gěng zhènshān) – Непоколебимый, как гора.

[4] Цзы Гуй (紫鬼, zǐguǐ)- Сиреневый демон

Глава 22.2

Главный сделал полшага вперёд, и лунный свет упал на его лицо, делая шрам ещё более зловещим.

– Шиди, прошло четыре года, а ты так и не изменился, – с ленцой заметил он и, бегло скользнув взглядом по Юань Фэню, криво усмехнулся. – Хотя постойте. Вы же теперь прославились кражей редких свитков вместе со стариком Лао... Я до сих пор не пойму, почему достопочтенный глава Ань не бросил вас в Башню Духовного Заточения, молить о пощаде за столь дерзкий проступок.

В его пренебрежительном тоне слышалось что-то неприятное, какая-то давняя, затаённая злость. Мне ведь не одной кажется, что он ненавидит Кай У?

Я покосилась на Эрика, ища подтверждение своим мыслям, но лидер застыл статуей. Лишь его взгляд лихорадочно метался, оценивая ситуацию. Юань Фэнь тоже не двигался, только пальцы едва заметно шевельнулись, будто готовясь призвать меч.

Лицо Кай У на долю мгновения исказилось, а в глазах вспыхнуло что-то острое, почти яростное. Пальцы, спокойно лежащие на поясе, на миг сжались в кулак и тут же расслабились.

– Достопочтенный командир Хэ Су[1]... – голос Кай У звучал учтиво, но с отчётливыми ядовитыми нотками. Прикрыв правый кулак левой ладонью, он с подчеркнутой небрежностью поклонился. – Чем обязаны столь высокой чести? И позвольте узнать, как служится шисюну в Тяньлан Вэй? – он сделал паузу, чуть склонив голову. – Говорят, в императорские охотники за яо нынче берут тех, кто умеет вовремя предать наставника и выгодно продать верность.

У меня челюсть чуть не отвисла. Вот это Кай У завернул.

– Всё так же остёр на язык, Цзы Гуй, – жёстко усмехнулся Хэ Су, приподняв меч и медленно проведя пальцами по лезвию, будто пробуя остро ли. – Только, знаешь... лучше служить живому императору, чем мёртвому наставнику. Некоторые из нас умеют выбирать сторону, прежде чем мертвец утянет их за собой.

О. Вот это удар.

Я даже поёжилась, а Эрик рядом присвистнул и буркнул под нос «Вот же урод...».

– По какой причине вы нас окружили? – голос Юань Фэня прозвучал ровно, но в тишине переулка разнёсся, как удар гонга.

Командир Хэ даже не взглянул на него. Недобро усмехнувшись, он вперил взгляд в Цзиньэ. Тот стоял тихо, прижимая к груди Сюань Мяо, чьи хвосты едва заметно подёргивались.

Ой, это не к добру.

– Стражи уловили необычную духовную ци, – Хэ Су презрительно изогнул губы, кивнув вниз на россыпь цветов у ног Цзиньэ. – Мы искали яо, посмевшего пробраться в столицу под покровом ночи. А нашли вас.

Кай У бросил быстрый взгляд на Цзиньэ и непринужденно рассмеялся, прикрыв улыбку рукавом.

– Похоже, вы ошиблись, командир, – он едва уловимо шагнул в сторону, заслоняя собой Цзиньэ. В его голосе всё ещё слышалась улыбка, но глаза смотрели холодно и внимательно. – Это всего лишь духовный зверь.

Хэ Су и бровью не повёл, сохраняя каменное выражение на лице.

– Духовный зверь? – хмыкнул он, плавно перекладывая меч из одной руки в другую. – Тогда позволь напомнить, шиди: по закону, любой заклинатель, приводящий в столицу духовного зверя, обязан иметь разрешение от Министерства ритуалов.

На миг в воздухе повисла гнетущая тишина. Кай У невольно переглянулся с Юань Фэнем всего на долю секунды, но Хэ Су это заметил. Его ухмылка растянулась, исказив шрам на лице.

– Понимаю... – елейным голосом протянул он. – Значит, разрешения нет.

Он сделал шаг ближе.

– Что ещё интереснее... – командир окинул Кай У и Юань Фэня насмешливым взглядом. – Уровень вашей сферы слишком низок, чтобы подчинить себе кого-то серьёзнее горного кота. А это существо явно сильнее вас обоих, даже если не умеет разговаривать.

Вот гад.

Я нервно сцепила пальцы, переводя взгляд с одного на другого, и пытаясь уловить суть. Что он хочет этим сказать? Эрик рядом шумно выдохнул, кажется, тоже понимая, что разговор сворачивает не туда.

Цзиньэ под вуалью чуть шевельнулся.

– Я..

Кай У, не оборачиваясь, резко вскинул руку, и Цзиньэ замер на полуслове.

– Командир, – сдержанно обратился Кай У. – Он не несёт опасности, к тому же мы уже покидаем столицу.

Юань Фэнь шагнул вперёд, становясь рядом с ним.

– Шисюн, – его голос звучал спокойно, но я чувствовала напряжение, вибрирующее в воздухе. – Мы учились вместе в Шансяне, я помню, как ты наставлял нас. Неужели ты думаешь, что мы с сюнди приведём в столицу яо? Шисюн, ты знаешь нас.

Хэ Су же казалось, наслаждался этим моментом, и смотрел на их попытки выкрутиться с явным превосходством.

Блин. Такого шисюна и врагу не пожелаешь.

– Шиди, времена меняются. Я служу императору, а вы... – командир небрежно махнул рукой в нашу сторону. – Вы нарушаете закон.

Напряжение сгустилось до предела. Я не сводила глаз с мужчин, которые взглядами вели молчаливое противостояние. И в этот момент, Эрик чуть склонился к моему уху, едва не касаясь губами.

– Если начнётся заварушка, хватай Цзиньэ и уносите ноги, – шепнул он, и от его тона у меня внутри всё похолодело.

Я дёрнулась, чтобы посмотреть ему в лицо, но он легонько сжал моё плечо, не давая выдать нас.

– Что? А как же вы? – выдохнула я одними губами. – Нет, я не могу...

– Сонь, – его шёпот вдруг стал жёстче, – ты же понимаешь, что с ним сделают, если схватят? Явно не чай пить будут. Сюнди задержат стражу, а я прикрою вам спины. Просто бегите, ясно?

Я судорожно кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Эрик выпрямился и, театрально вздохнув, убрал руки в рукава ханьфу. Готовиться достать веера? Долго гадать мне не дали.

– Связать духовного зверя! Доставить в управление Тяньлан Вэй! – рявкнул Хэ Су.

Сердце пропустило удар, и ухнуло куда-то вниз. Только не это...

– Если вы говорите правду, – командир бросил взгляд на Цзиньэ и его кривая улыбка стала острее клинка, – мы отпустим зверя. Конечно, после тщательной проверки.

Но хищный блеск в глазах, это жадное предвкушение...Он врёт. Никто не отпустит Цзиньэ. Эрик прав.

Двое стражников мгновенно оказались возле Цзиньэ. В руках у одного тускло блеснула веревка с нанесёнными символами.

По коже побежали мурашки. Боже, они же хотят блокировать ему силу! Я лихорадочно метнула взгляд на Кай У, потом на Юань Фэня, но те словно обратились в нефритовые столбы. Да, сделайте же что-нибудь!

– Руки, – коротко приказал стражник, замахиваясь верёвкой.

Осторожно посадив фэйфэя на плечо, Цзиньэ повернул голову и взглянул на нас.

– Раээ, если так нужно, я пойду, – покорно согласился он, медленно протягивая руки и кончики рогов над вэймао мягко засияли. Стражники на миг отпрянули.

Я дёрнулась было к нему, но в этот момент воздух разрезал суровый голос:

– Нет. – Кай У взмахнул рукой и в его ладони вспыхнула духовная кисть.

Юань Фэнь встал плечом к плечу с Кай У, и два меча одновременно появились в его руках. Эрик ловко выхватил из рукава боевые веера, с щелчком раскрывая их.

А я... Чёрт. Вот нафига, я оставила шест в постоялом дворе? Просто великолепно.

Переулок огласил лязг, стражники обнажили мечи. Лезвия засвистели, выходя из ножен.

– Стоять! – рявкнул один из них загораживая путь к Цзиньэ.

Юань Фэнь скрестил с ним клинки, Кай У одним движением начертил в воздухе пылающий иероглиф. Эрик, покручивая в руках веера, встал у меня за спиной, бросив через плечо:

– Давай!

Чертыхнувшись, я рванула к Цзиньэ... и замерла на полусогнутых ногах, а в следующую секунду на плечи будто рухнула бетонная плита, придавив к земле и не давая пошевелиться.

Боже, что это...?

Рядом, сквозь зубы, выругался Эрик, похоже, его тоже накрыло.

– Глупые мальчишки, – издевательски рассмеялся Хэ Су. – Сопротивляясь, вы только признаёте свою вину. Уберите оружие. Вам не победить.

Он сделал шаг, и из-под его ног взметнулся чёрно-красный ореол. В центре сияния раскрылся шестилепестковый цветок, а над ним, словно вырастая из самой ауры, возникли три призрачных золотых меча. Светящиеся крупинки закружили вокруг Хэ Су, и волна чистой мощи накрыла нас с головой.

Воздух вышел из легких с хриплым выдохом. Грудь сдавило, в ушах зазвенело. Я пошатнулась, едва не рухнув на колени, под этой тяжестью.

Кай У замер с поднятой кистью, так и не успев пустить в ход заклинание, Юань Фэнь отступил от стражника и, казалось, с трудом удерживал поднятые мечи. Они напряженно смотрели на эту ауру, и в их глазах отчётливо читалось то, что я и так уже поняла.

Командир сильнее. Безнадежно сильнее. Вот бы здесь был шифу...

Но не успела я даже моргнуть, как Юань Фэнь рванул вперёд и в то же мгновение вокруг него вспыхнула мятно-зелёная аура, прорезав давящую силу Хэ Су. Девять призрачных мечей взметнулись за его спиной, и он, не сбавляя скорости, бросился на стражников.

Семь клинков рванули ему навстречу...

– Что, шиди, – лениво обронил Хэ Су, – хочешь ещё больше опозорить своего отца?

Юань Фэнь остановился, словно налетев на невидимую стену.

– Шиди, ты правда хочешь, чтобы уважаемый генерал Гэн узнал, что его сын гниёт в темнице за вооруженное сопротивление императорской страже? – голос Хэ Су ударил, как хлыст.

Мечи в руках Юань Фэня дрогнули.

– Я бы никому не пожелал такого сына... – тихо, но отчётливо добил Хэ Су.

Юань Фэнь медленно повернул голову. На лице ни тени ярости, только холод. Но в его взгляде, устремлённом на командира, было что-то такое... отчего у меня перехватило дыхание. Тёмное. Опасное.

Я ещё никогда не видела таким Юань Фэня.

– А я полагал, шисюн занят более достойной работой, – снисходительно обронил он, и каждое слово упало, камнем в воду. – Чем ловля безобидных созданий.

Хэ Су на миг опешил, бровь дёрнулась, пальцы сильнее сжали рукоять меча. Но лицо осталось непроницаемым.

Кай У, пронзив командира взглядом, положил руку другу на плечо и серьёзно, очень серьёзно покачал головой. Юань Фэнь стиснул челюсти так, что на скулах заиграли желваки, и медленно, с видимым усилием, опустил мечи.

– Умно, шиди, – процедил Хэ Су и махнул рукой. – Связать зверя!

Стражники снова шагнули к Цзиньэ. Верёвка на мгновение вспыхнула ярче.

– Цзиньэ... – выдохнула я, и внутри всё оборвалось.

Я сжала ладони, впилась ногтями в кожу, но боль не пробивалась сквозь пелену бессильной ярости, закипающей внутри. Эрик за спиной выругался, и я услышала, как жалобно скрипнули пластины его вееров.

И в этот момент тёмный переулок огласил резкий грохот колёс, перекрывая даже отдалённые звуки фейерверков. Ушей коснулся мелодичный перезвон серебряных колокольчиков и чёткий топот копыт, а в следующий миг из-за угла, заливая всё вокруг ярким светом бумажных фонарей, выехала повозка. Скромная на первый взгляд, но приглядевшись, я заметила тонкую искусную резьбу на стенках: облака и драконы, словно сошедшие со старинных свитков. Вверх венчала изогнутая крыша с приподнятыми краями, под ней колыхался балдахин из бежевого шёлка. По бокам экипажа на подножках, стояли двое телохранителей в чёрно-синих ханьфу с мечами на поясе.

– Дорогу! – негромко, но властно, с металлическими нотками и не терпящим возражения голосом крикнул один из них.

Стражники замерли, Хэ Су обернулся. И, судя по тому, как вытянулось его лицо, наш расклад только что кардинально изменился.

– Его Высочество Седьмой принц, следует во дворец!

Стражники и сам Хэ Су рухнули на колени так синхронно, словно их срубили под корень. Кай У и Юань Фэнь опустились следом: быстро, но с достоинством. Они почтительно сложили руки, накрыв правый кулак левой ладонью. Головы склонены, взгляды уткнулись в землю.

– Приветствуем Его Высочество! Пусть жизнь седьмого принца будет долгой, как воды Юнхэ! – голоса стражников и моих товарищей слились в единый хор.

Шёлковая занавесь отодвинулась, и из окна выглянул молодой мужчина, на вид лет двадцати шести. Красивый, с тонкими чертами лица и кожей белее дорогого фарфора. Чёрные волосы собраны в высокий хвост, перехваченный золотой заколкой, похожей на птичий хохолок, со вставленной шпилькой. На нём было тёмно-бордовое одеяние с золотистой вышивкой. Его взгляд скучающе скользнул по стражникам, словно пересчитывая мешки с рисом, мазнул по Кай У и Юань Фэню и остановился на нас с Эриком.

А мы с лидером и Цзиньэ так и застыли, хлопая глазами.

Твою ж дивизию... Может, пронесёт?

– На колени! – рявкнул один из телохранителей принца, делая резкий, недвусмысленный жест рукой.

Не пронесло...

Я быстро рухнула на каменные плиты, едва не запутавшись в подоле, и дёрнула Эрика за рукав.

– Да блин, сдались им мои колени... – недовольно буркнул он, опускаясь правда, сделал это с таким видом, будто оказывает великое одолжение всей императорской семье.

Цзиньэ бесшумно присоединился к нам, но чуть присел, склонив голову. Сюань Мяо на его руках недовольно фыркнул.

Вытянув сложенные руки, мы склонили головы.

– Эй, это ты принца заказывала? – шепнул Эрик, легонько толкнув меня локтем.

– Ага, – фыркнула я, поморщившись, когда мелкий камень больно впился в колено. – В мечтах.

– Встать, – лениво обронил принц, махнув веером.

Всё поднялись. Стражники, Хэ Су, Кай У и Юань Фэнь пружинисто и чётко. Мы же с Эриком кое-как.

Принц обвёл нас взглядом и, не повышая голоса, поинтересовался:

– Что здесь происходит? Почему в праздничную ночь в столице лязгает сталь?

Хэ Су мгновенно шагнул вперёд, и я кожей почувствовала, как он довольно оскалился внутри.

– Ваше Высочество, – его голос звучал учтиво, но твёрдо. – Эти люди, – он кивнул в сторону Кай У, – посмели привести в столицу духовного зверя без разрешения Министерства ритуалов, чем подвергли опасности жителей Фунань. Я намеревался забрать зверя в управление Тяньлан Вэй для проверки, однако они оказали сопротивление. – Хэ Су выдержал паузу. – Если Ваше Высочество позволит... мы немедленно всех арестуем.

Да как ты смеешь!?

Я прикусила язык, едва сдержавшись, чтобы не выкрикнуть вслух. От злости на этого индюка внутри всё клокотало, а через один вздох ледяной ком подкатил к горлу. Темница. Допрос. Пытки. Один раз мы с Эриком уже избежали этого, но сейчас инстинкт самосохранения кричал: живыми мы оттуда не уйдём.

Я обеспокоенно метнула взгляд на Цзиньэ. Если он применит силу... у нас будет шанс. Но тогда Хэ Су окажется прав. Мы станем теми, за кем они охотятся. Чёрт, почему всё так сложно?

– Ваше Высочество! – голос Кай У прозвучал громко, даже слишком, стражники рядом недовольно дёрнулись. Но он тут же почтительно сложил руки и низко склонился. – Позвольте этому недостойному сказать слово.

Седьмой принц, даже не взглянув в его сторону, небрежно махнул веером.

Я краем глаза заметила, как лицо Хэ Су на долю секунды исказилось недовольством. Ага, не нравится, что у Кай У есть шанс.

– Мы странствующие заклинатели, – сдержанно заговорил Кай У. – Прибыли в столицу лишь затем, чтобы выразить почтение Его Величеству и поздравить с этим великим днём. Наш спутник, – кроткое и безобидное создание, в его сердце лишь сострадание ко всему живому. – Он склонился ещё ниже. – Мы уже собирались покинуть город, не желая более тревожить покой столицы. Этот недостойный просит глубочайшего прощения за досадное недоразумение.

Боже, ну почему они должны себя унижать этими «недостойный», «никчёмный»? Какой умник это вообще придумал?

Пока я мысленно возмущалась, принц слушал Кай У с полнейшим безразличием, и только в конце его бровь высокомерно приподнялась. Он чуть подался вперёд, отыскав взглядом Цзиньэ. Тот стоял невозмутимо, словно речь шла вовсе не о нём.

– Подойди, – велел он. – Сними вэймао. Хочу увидеть лицо этого зверя.

У меня сердце рухнуло куда-то в район желудка. Я смяла край рукава, нервно переступая с ноги на ногу. Вот же гуй. Если они поймут, что он цилинь... точно заберут навсегда. И запрут в золотой клетке, либо... я даже боялась подумать, что люди могут сделать с его ядром.

Кай У с Юань Фэнь обменялись быстрыми взглядами, в глазах обоих мелькнула тревога.

– Вот же им неймётся, – тихо процедил Эрик, скрещивая руки на груди.

Цзиньэ шагнул вперёд и неторопливо, с той самой грацией, от которой у меня до сих пор замирает сердце, снял вэймао. Белая вуаль скользнула вниз, явив благородные черты лица. Длинные пшенично-золотые волосы рассыпались по плечам, а венчающие голову витиеватые будто из горного хрусталя рога мягко мерцали в отблесках фонарей.

Эффект был мгновенный. Лица окружающих вытянулись, со стороны стражников пронёсся удивлённый «Ох...». Кто-то даже тихо ругнулся. А Хэ Су впервые потерял лицо, хоть и всего на миг. Принц, кажется, сразу позабыл о своей скуке.

Я усмехнулась краешком губ. Забавно...

– Выглядит необычно. Что за зверь такой? – принц, оперевшись локтем о край окна, не сводил глаз с Цзиньэ.

Я открыла рот, и прежде, чем мозг успел догнать язык, ляпнула:

– Олень.

И будто само небо разделило всеобщее ошеломление, взорвавшись над головой фейерверком. Золотые искры брызнули в стороны, на миг осветив переулок и лица, уставившиеся на меня. Только Эрик, прикрыв лицо рукавом, закашлялся, сдерживая смех.

Ой.

– Олень? – первым очнулся принц, и в его голосе послышалась ядовитая насмешка. – Барышня называет это оленем?

У меня дёрнулся глаз. Что ещё за «это»? У него вообще-то имя есть.

– Этот скромный зверь действительно принадлежит к оленьему роду Звериного Царства, – невозмутимо вступился за меня Цзиньэ. Без вэймао его рога вспыхнули белоснежным светом, заливая переулок сиянием, что могло посоперничать с луной. – Я пришёл в мир смертных, дабы познать мудрость людей и их сердца.

Стражники попятились, взметнув мечи. Вокруг снова послышались тихие охи.

– Спокойно! – рявкнул Хэ Су, но сам напрягся, как струна.

Принц же смотрел на Цзиньэ с холодным любопытством, словно оценивая, ценная редкость перед ним или угроза.

Цзиньэ выдержал его взгляд с той же безмятежностью и продолжил:

– В Небесных чертогах, Святейший Владыка Небес однажды упоминал, что среди царств смертного мира империя Фунань ныне самая процветающая за многие века, а её правитель одни из мудрейших Сынов Неба. – Он чуть склонил голову и рога его замерцали. – Для меня честь убедиться в правоте слов Небесного Императора. Позвольте передать почтение Его Величеству Фухао-ди, да будет его правление долгим, словно Млечный путь, а сердце ясным, как осенняя луна.

Красиво закончив, он приложил сложенные ладони к рогам и учтиво поклонился.

Я аж чуть не зааплодировала. Ай да, Цзиньэ! Я тебя недооценила. И расположил, и припугнул в одном предложении.

– Кхм, – кашлянул сбоку Эрик, решив, что без его пяти копеек мы не проживём. – К вашему сведению, этот род оленей занесён в Священную Красную книгу редких зверей Трёх Миров. Если кто тронет, – он сделал драматичную паузу, окинув принца и Хэ Су предостерегающим взглядом, – отведает небесного наказания.

Опешив, я медленно повернула к нему голову, и уставилась, выразительно вскинув бровь. Кай У, глядя на него, приоткрыл рот, а Юань Фэнь покачал головой, пряча усмешку в уголках губ. Эрик лишь развёл руками, по привычке усмехнувшись.

– Красную книгу? – купился принц, неохотно отведя взгляд от Цзиньэ и его изящные брови слегка сдвинулись к переносице. – Никогда не слышал о такой.

– Незнание не освобождает от ответственности, – выдал Эрик, и я мысленно застонала.

Но тут вперёд вышел Кай У, низко склонившись:

– Ваше Высочество, позвольте недостойному пояснить. Такие книги редки и хранятся лишь в великих школах заклинателей.

– Вот как? – хмыкнул седьмой принц, постучав веером по ладони, и снова обратил взор на мирно стоящего Цзиньэ. Сюань Мяо уже перебравшись с плеча ему на голову, пробовал на зуб рога.

На губах принца заиграла тонкая улыбка.

– Что ж... – протянул он. – Думаю, было бы жаль пытать такое благородное создание. – Он повернулся к Хэ Су и, тот важно приосанился, расправив плечи. – Отпустите его.

– Ваше... – командир открыл рот, но принц уже не обращал на него внимания.

Его Высочество обратил свой взор на нас с Эриком.

Всего один взгляд, и я вдруг остро ощутила себя мелкой таракашкой, на которую вот-вот опустится императорский сапог. Губа принца брезгливо дёрнулась, словно он уже чувствовал этот хруст.

Я тяжело сглотнула. Спокойно, спокойно, я травинка, парящая в космосе...

– А кто эти наньмань?

***

[1] Хэ Су (赫肃, hè sù) – Грозная суровость.

Глава 23.1

Столица Фунань

– А кто эти наньмань?

Я выдавила подобие улыбки, но вышло, наверное, жалко.

– И этот туда же, – буркнул под ухом Эрик, самоуверенным движением откинув чёлку с глаз, будто позволяя седьмому принцу вкусить его звёздной ауры.

– Ваше Высочество, этот молодой господин и госпожа мои гости, – выступил вперёд Кай У, метнув на Эрика быстрый, красноречивый взгляд, и почтительно склонился. – Они прибыли из далёких земель, что за морем Рэнхэ, и ныне находятся под покровительством моей семьи и моего отца, Ян Ши Чэна.

Принц задумчиво провёл пальцем по подбородку, слегка сведя брови.

– Ян Ши Чэн... – медленно повторил он, и его взгляд, скользнув по Кай У, стал чуть пристальнее. – Я слышал это имя. Кажется, он служит моему отцу, Его Величеству?

– Ваше Высочество совершенно правы, – Кай У вытянул сложенные руки в учтивом жесте.

Принц перевёл взгляд на смиренно стоящую меня и вальяжно постукивающего ногой Эрика. Презрение в его глазах сменилось лёгким, почти незаметным любопытством.

– Что ж, – величественно обронил седьмой принц, – полагаю, такой человек не стал бы покрывать врагов империи.

Фух... Я выдохнула, сама не заметив, как задержала дыхание. Кажется, не всё так плохо. И пока принца отвлёк телохранитель, кстати, вот у кого действительно «мрачная аура», я, пользуясь моментом, чуть сдвинулась вперёд, силясь разглядеть его получше. Не каждый же день встречаются настоящие принцы, а если верить дорамам, то они сплошные красавцы.

Так что у нас тут... ага.

Изящные черты, высокомерный изгиб бровей, тёмные завораживающие глаза... небольшая, но примечательная родинка на правой щеке. Где-то я уже это видела...

– Псс, Эрик, – шепнула я, чуть склонившись к нему, – мне кажется или седьмой принц очень похож на Доу Цзе?

Лидер совершенно непозволительно громко усмехнулся.

– Ты только сейчас это заметила? – хмыкнул он, не снижая голоса. – Одно лицо, только этот побогаче одет.

Я округлила глаза, и зашикала на него, но было поздно...

Принц резко повернул голову, и его взгляд ещё минуту назад лениво-равнодушный, вдруг стал острым, как клинок цзянь.

– Десятый принц? – переспросил он, и в его голосе мелькнуло удивление, тут же сменившееся подозрительностью. – Откуда вы, наньмань, знаете моего младшего брата?

– Мы его друзья, – бросил Эрик, глядя прямо в глаза принцу и даже не удосужился добавить «Ваше Высочество».

Веер в руке принца на миг замер, а я чуть не умерла на месте. Блин, никакой почтительности. Хоть бы голову склонил. Все вокруг, похоже, тоже оторопели. Даже огни фонарей, будто притихли, не решаясь колыхнуться.

– Ваше Высочество, мы недолго были его младшими соучениками в Шансяне, – поспешно выпалила я, исправляя Эрика.

Краем глаза заметив, как Кай У медленно прикрывает глаза, словно молясь всем небожителям сразу, а Юань Фэнь едва заметно вздохнул, потерев переносицу. Хэ Су же смотрел на нас так мрачно, будто уже мысленно копал нам яму.

Седьмой принц усмехнулся, без намёка на веселье.

– Наньмань в Шансяне? – он скептически приподнял бровь. – Неужели мой братец настолько утратил чувство достоинства, что водит знакомства с кем попало?

Эрик хмыкнул и, не говоря ни слова, перекинув бумажные ожерелья за спину, полез в сумку. Копался долго. Я смотрела на него, не понимая, что он задумал, и с каждой секундой сердце колотилось всё быстрее. Наконец, лидер вытащил белый нефритовый жетон и, не оборачиваясь, пошёл к повозке.

Телохранитель мгновенно перекрыл дорогу.

– Пусть подойдёт, – бросил принц, постучав кончиком веера тому по плечу.

Эрик сунул жетон чуть ли не в лицо его высочеству. Я мысленно застонала, прикрыв лицо рукой. Ну почему он не может быть хоть чуточку тактичнее?

Принц изящно извлёк из рукава шёлковый платок, обернул им руку и взял жетон. Несколько мгновений он молча вертел его, изучая со всех сторон.

– Хм, не подделка, – констатировал он и перевел насмешливый взгляд на Эрика. – Как поживает мой братец? Всё так же растрачивает дни на пустые забавы, пренебрегая истинным путём совершенствования?

– В последний раз, когда видел дашисюна, он пахал как одержимый, – в тон принцу отозвался Эрик, забирая жетон обратно. – Прорвался на новую сферу... мифологического чего-то там.

У седьмого принца дернулась бровь, а Кай У аж поперхнулся.

– Сфера Мистического лорда, – мгновенно поправил Кай У, бросая на Эрика предостерегающий взгляд. – Почтенный десятый принц удостоился прорыва.

Мда. Судя по тому, как сразу потух интерес на лице седьмого принца, успехи брата его не слишком обрадовали.

Эрик, поправляя на груди бумажные ожерелья, вернулся ко мне.

– Ты почему не сказал, что дашисюн подарил тебе такую важную вещь? – зашипела я ему в ухо.

Вот моська. На меня значит ворчит, если что-то утаю, а сам...

– Я думал, это очередная безделушка, – с невинным видом пожал он плечами и одарил меня своей фирменной улыбкой.

Я закатила глаза. Приплыли. Нефритовый жетон десятого принца – безделушка.

– Ваше Высочество, – подал голос Хэ Су, и в нём звенела еле сдерживаемая ярость. – Могу ли я арестовать этих заклинателей за нарушение закона и попытку сопротивления императорской страже?

Седьмой принц окинул нас взглядом, на миг задержавшись на Цзиньэ. Цилинь спокойно смотря ему в глаза, благосклонно улыбнулся.

– Нет, – коротко бросил принц, раскрыв веер и непринужденно обмахиваясь им. – Раз эти наньмань, соученики моего десятого брата... так уж и быть, дарую им помилование.

Я выдохнула, с облегчением бросив взгляд на Кай У и Юань Фэня. Но радостный миг оборвал жёсткий скрип, Хэ Су, казалось, с нечеловеческой силой сжал рукоять меча и резко шагнул к повозке.

– Ваше Высочество! Но закон...

– Командир Хэ, вы забываетесь! – в голосе принца проступила та особенная, леденящая нота, заставляющая трепетать даже высших чиновников. Он выпрямился, и скучающая маска сползла, явив истинное лицо седьмого принца: властное, опасное. – В день рождения Императора, когда вся столица ликует, запрещены сражения и аресты без веской причины. Или же командира Хэ настолько ослепила власть, что он смеет пренебречь моим приказом?! И желает навлечь на Его Величество десять тысяч несчастий, осквернив священный день свой жаждой крови?

Вся краска схлынула с лица Хэ Су. Он рухнул на колени, и стражники вмиг последовали за ним.

– Ваше Высочество! Этот ничтожный страж и помыслить не смел о неповиновении! Да продлятся дни Его Величества ещё на тысячу лет, а правление его да будет мудрым и нерушимым!

О, как. Быстро же он переобулся. Из грозного тигра, да в послушного щенка. Хотя нет... он не заслуживает сравнения с такими милашками.

Седьмой принц несколько мгновений сверлил Хэ Су презрительным взглядом, а затем отвернулся, не удостоив его и словом.

– Во дворец. Я и так здесь слишком задержался, – приказал он телохранителям и, прежде чем задёрнуть занавес, мазнул по нам взглядом.

– Благодарим Его Высочество за проявленную милость! – хором воскликнули Кай У и Юань Фэнь, опускаясь на одно колено и почтительно вытягивая сложенные руки.

Я аж подпрыгнула, хватаясь за сердце. Блин, нельзя же так пугать.

Лошадь тронулась, колокольчики зазвенели.

– Уходим, быстро, – бросил нам Юань Фэнь, пока повозка ещё не скрылась.

Мы сорвались с места, проскочив мимо застывших стражников и неподвижного Хэ Су, чьё лицо в полумраке аж перекосилось от бешенства. Его взгляд обжёг спину, и я ускорила шаг.

Почти бегом мы добрались до постоялого двора «Санфу» и, буквально взлетев по лестнице, ворвались в комнату. Я сразу метнулась к углу, где оставила шест. И только когда пальцы сомкнулись на прохладном дереве, я смогла выдохнуть и перевести дух.

Спустя одну палочку благовоний, мы покинули стены столицы, оставив позади праздничные огни, шумную музыку и выкрики «Долгой жизни Фухао-ди!». Мы шли быстро, молча, пока городские огни не погасли вдали, сменившись тёмным пологом ночи. Кай У уверенно свернул с протоптанной дороги вглубь леса и остановился, только когда мы вышли к небольшому озеру. Лунный свет мерцал на воде серебряной дорожкой, сверчки мерно стрекотали в кустах, а где-то вдалеке ухнула сова.

Кай У с Юань Фэнем принялись разжигать костёр, Цзиньэ с Сюань Мяо игрались у воды. Я же обессиленно рухнула на траву, глядя на миллиарды сияющих звезд.

– Ну и денёчек... – выдохнула я, массируя гудящие ноги.

– Не то слово, – хмыкнул Эрик, роясь в одной из сумок. – Лично я в эту столицу больше ни ногой.

Он вытащил пару свёрнутых циновок и начал раскладывать их на траве.

– Что так? – усмехнулась я, не сдержав ехидной шпильки. – Тебе же нравилось внимание местных девушек.

Эрик метнул на меня прищуренный взгляд.

– Не настолько, чтобы терять голову, – протянул он, картинно проведя рукой по волосам и откидывая чёлку. – И вообще, я предпочитаю, чтобы девушки теряли голову из-за меня, а не наоборот.

Я закатила глаза. Ну-ну, мечтай.

И тут краем глаза заметила движение. Сюань Мяо, прижав ушки, тихо подкрадывался к раскрытой сумке Кай У и, сунув туда мордочку, вытащил свёрнутый бумажный свиток.

– Мяо-Мяо! Фу, брось каку! – окликнула я, глядя, как маленький прохвост улепётывает, волоча за собой свиток.

Фэйфэй остановился, посмотрел на меня, потом на свиток... и с энтузиазмом принялся его грызть.

Ах ты, вредная булочка.

– Это нельзя есть, – обречённо выдохнула я, мои слова ему были как горох об стену.

Кай У обернулся, и его взгляд упал на Сюань Мяо. Лицо заклинателя медленно вытянулось.

– Небо! Это же мой свиток по формациям... – простонал Кай У, бросая ветки на землю и кидаясь к фэйфэй.

Сильнее вцепившись зубами в «вкусняшку», лисёнок молнией рванул прочь.

– Стой, маленький дух бедствия! – Кай У бросился за ним.

Цзиньэ, услышав суматоху, отвлёкся от созерцания озера и поспешил к ним.

– Мяо-Мяо, это не духовная пища, – с мягкой укоризной заметил он, осветив поляну сиянием рогов.

Но фэйфэй, видимо, решил поозорничать. Он ловко увернулся от рук Кай У, проскользнул между ног Цзиньэ и рванул к деревьям, с удивительной для такого крохи скорость, волоча за собой драгоценный свиток.

– Да стой же, мелкий разбойник! – Кай У, засучив рукава, носился за ним, но лисёнок каждый раз ускользал.

Цзиньэ, сохраняя достоинство, но явно увлечённый погоней, попытался зайти с другой стороны, но фэйфэй обхитрил его, шмыгнув за дерево.

Я честно пыталась держаться, но, когда рядом расхохотался Эрик, меня прорвало.

– Вот умора... Цзиньэ, ты бы видел своё лицо, – сквозь смех выдавил лидер, хватаясь за живот.

Даже Юань Фэнь, переворачивая рыбу на костре, коротко рассмеялся, когда Кай У в очередной раз промахнулся и едва не улетел в озеро.

Мы хохотали как не в себе. Но наконец Цзиньэ в отчаянном прыжке всё же настиг Сюань Мяо и поднял его, крепко удерживая в руках. Кай У осторожно вытянул из его зубов свиток и осмотрел повреждения.

– Хвала Небесам, только угол зажевал, – с облегчением выдохнул он, едва не прижимая свиток к груди и с упрёком взглянув на фэйфэя, легонько щёлкнул его по носику: – Ты ведь духовный зверь, а не козёл.

Сюань Мяо, виляя двумя хвостами, глянул на него с видом оскорбленного существа.

– Раээ, он лишь исследует мир, – снисходительно заступился Цзиньэ, мягко поглаживая лисёнка по шёрстке.

– Пусть исследует траву, – буркнул Кай У и, развернувшись, быстро направился к раскрытой сумке.

Когда всё успокоилось, а фэйфэй, довольный своей проделкой, принялся вылизывать лапу, мы расселись у костра. Пряный аромат жареной рыбы так и манил, заставляя желудок заурчать от предвкушения. Ели мы молча, глядя на танцующее пламя, но уютная тишина, продлилась недолго.

– Слушайте, – подал голос Эрик, откладывая пустую ветку и вытирая пальцы. – А кто были эти ваши стражи? И почему этот Хэ Су, так на тебя взъелся, Кай У?

Я вскинула взгляд, замерев с ломтиком рыбы у рта.

Кай У украдкой переглянулся с Юань Фэнем и, вздохнув, отложил рыбу.

– Шисюн Хэ... родом из бедной крестьянской семьи, – начал он негромко. –Каждый день им приходилось бороться за горсть риса. Но Небеса даровали ему сильный духовный корень, благодаря чему он смог поступить в Шансян. Однако вместе с силой в нём росли и непомерные амбиции. Шисюн жаждал возвыситься любой ценой.

Я хмыкнула. По нему и не скажешь...

– Однажды на состязании Кай У победил его, – вставил Юань Фэнь, переворачивая ветку с рыбой на костре. – И Хэ Су не смог этого стерпеть. Он стал соперничал с сюнди во всём, а после того злополучного эликсира на алхимии, – он кивнул на серо-лиловые волосы Кай У, – именно шисюн прозвал его Цзы Гуй.

– Милый парень, – нахмурилась я, отбрасывая пустую ветку.

Юань Фэнь тут же бережно протянул мне свежеприготовленную рыбу, будто только этого ждал. Я с благодарностью кивнула и поднесла рыбу к губам, дуя на горячий бок.

И в тот же миг Эрик бесцеремонно выхватил её у меня из рук, сунув мне свою взамен.

– Эй! – растерянно пискнула я, метнув на него взгляд, но лидер уже с самым невозмутимым видом, откусил от моей мякоть и замахал рукой у рта.

Кай У, приподняв бровь, коротко глянул на него. Цзиньэ, очищая мандарин, удивленно моргнул, а Юань Фэнь едва заметно дёрнул уголком губ и, покачав головой, вернулся к жарке новой порции.

Мда. Интересный, у него способ заботы.

– Ну спасибо, – протянула я, пряча улыбку и отломила тёплый ломтик.

Кай У, кашлянув в кулак, вернулся к разговору:

– Так вот, о Хэ Су... В один день он вместе с наставником, достопочтенным Хань Сином, и несколькими соучениками отправился в уезд Пинъян ловить опасного яо. И никто из них не вернулся, – Кай У чуть придвинулся, и голос его стал тише. – Позже стало известно, что наставник с учениками погибли... при довольно странных обстоятельствах.

Костёр треснул, брызнув искрами и я невольно вздрогнула.

– Их убил Хэ Су? – в лоб спросил Эрик, прищурив глаза.

– Кто знает, – снисходительно развел руками Кай У. – Доказательств не нашли, а сам шисюн уже вступил в ведомство Тяньлан Вэй.

– И Небесными волками их прозвали не за доблесть, – мрачно хмыкнул Юань Фэнь. – Они как стая: выслеживают добычу, не зная пощады. Сам Император благословил их ведомство.

– Среди заклинателей поговаривали, – добавил Кай У, непринуждённо вытирая пальцы шёлковым платком, – что теперь они предпочитают ловить яо живыми. Тех, кто посильнее, продают в Башню Усмирения Духов, а кто до неё не доживает... – он поморщился, – они сами забирают ядра и пускают на пилюли да эликсиры.

Мне стало жутко. По спине пробежал холодок, и я невольно взглянула на Цзиньэ. Он сидел спокойно... только его пальцы чуть крепче сжали дольку мандарина. Если бы не Седьмой принц, он мог бы стать таким «ингредиентом».

– В столице их боятся больше, чем сборщиков податей. – подытожил Юань Фэнь. – Сегодня сами Небеса ниспослали нам удачу: мы смогли унести ноги от Хэ Су и его псов.

Лучше сказать было нельзя, и мы замолчали, каждый погружённый в свои мысли. Кай У задумчиво помешивал угли палкой. Юань Фэнь, призвав меч, принялся точить его бруском, и тихий мерный скрежет вторил потрескиванию костра. А Эрик, развалившись на циновке и заложив руки за голову, смотрел на звёзды, пожёвывая во рту травинку.

Я скучающе подкинула ветку в костёр и заметила, как Цзиньэ уже долгое время отрешённо смотрит на свой кулон, украшенный алыми камнями.

– Я не понимаю... – тихо произнёс он, не отрывая взгляда от кулона, и будто обращаясь в пустоту. – Почему мой брат тогда так и не вернулся? Что могло задержать его в смертном мире?

Кай У и Юань Фэнь обменялись тяжёлыми взглядами.

– Мир смертных коварен, почтенный Цзиньэ, – мягко произнёс Кай У, положив руку ему на плечо. – Увы, нам не дано знать ответа.

– Но раз он не вернулся, значит, случилось нечто серьёзное, – эхом откликнулся Юань Фэнь, продолжая точить меч, но его движения стали медленнее.

– Или, быть может, вашему благородному цилиню наскучили эти праведные Небесные чертоги с их нескончаемыми запретами? – раздался из темноты вальяжный, с лукавой хрипотцой голос.

Мы все подскочили как ужаленные. Это же?..

Дорогие читатели, если вам нравится история, поддержите автора. Ваши отзывы важны и мотивируют.

Глава 23.2

– Ах, какие мы пугливые... – донеслось сверху, и я, расслабившись, закатила глаза.

Ну конечно, кто ж ещё.

Мы разом подняли головы. На толстой ветке, развалившись с царственным видом, лежал Лу Мэн. Одет, как всегда, с иголочки: тёмный шёлк, расшитый серебряными нитями, переливался в лунном свете. Длинные седые волосы с чёрными прядями живописно спадали с плеч. На холодном лице застыла хищная ухмылка, а тёмно-алый глаз разглядывал нашу компанию с явным удовольствием. Второй же, затянутый белизной, смотрел в пустоту. Лениво подперев рукой голову, он в другой держал небольшой белый кувшин с вином.

Прям император ветки, блин.

– Господин Лу Мэн, – выдохнула я, – вам пора колокольчик на шею повесить.

– Эх, счастье не лицезреть вас оказалось мимолётным, – с деланным разочарованием протянул Эрик, небрежно выбрасывая травинку изо рта. – И где ваши боевые светлячки? Перегорели, что ли?

Я тихонько прыснула и быстро поджала губы. Лу Мэн хоть пока и добренький, но всё же яо.

Кай У и Юань Фэнь, кажется, тоже выдохнули. Меч в руке опустился, но во взглядах осталась настороженность. Цзиньэ смотрел на цзянши с лёгким любопытством, прижимая к себе Сюань Мяо, который вдруг зашипел, распушив хвосты.

– Мэйнюй, шуайгэ, ваше тёплое приветствие, разбивает мне сердце, – Лу Мэн картинно прижал руку к груди, изображая сердечную рану, и с ухмылкой отпил из бутылки. – Но, к счастью, у меня его нет.

Он лениво щёлкнул пальцами, и вмиг дерево озарилось сотней зелёных огоньков. Они заструились по ветвям, заливая поляну мягким призрачным сиянием.

– Ах, смертные... – Лу Мэн осуждающе поцокал языком. – Такие неблагодарные. Я, можно сказать, отложил все свои тёмные дела, примчался к вам, а вы... совсем не рады старому другу.

– Другу, это громко сказано, – буркнула я, подставляя палец подлетевшему светлячку. – От вас вечно не знаешь, чего ждать.

Лу Мэн усмехнулся, пронзив меня алым глазом.

– Мэйнюй, признаться, я скучал по вашим чудным речам. Таких занятных смертных, как вы двое, ещё поискать. И потом... – его взгляд прищурился будто проникая в душу, – я за три ли чувствовал, как сладостно-испуганно билось твоё сердечко.

Я невольно дёрнулась, скрестив руки на груди, будто это могло защитить меня от этой дурацкой связи. Юань Фэнь резко бросил ветку в костёр, искры взметнулись вверх, осветив его нахмуренное лицо. Он ничего не сказал, но рука его на миг сжалась в кулак.

– Ничего такого, что могло бы вас порадовать, не случилось, – грубо отрезала я, снова забывая, кто передо мной... точнее, надо мной. – Да и с чего бы вам беспокоиться? В прошлый раз вы так проворно смотались, бросив меня в тоннеле на съедение генералу.

– Барышня Сония... – негромко одёрнул меня Кай У, бросив на Лу Мэна напряжённый взгляд. – Осторожнее.

Да знаю. У всех язык до Киева доведёт, а у меня, походу, сразу на тот свет.

– Мэйнюй, ты всё ещё помнишь ту малость? Я тронут, – цзянши снисходительно ухмыльнулся и продолжил лить ядовитый сироп вкрадчивым, обволакивающим голосом. – Согласись, если бы я тогда не «смотался» как ты изящно выразилась, мы бы сейчас не вели эту увлекательную беседу.

– Говори за себя, – хмыкнул рядом Эрик, но тут же отступил, стоило Лу Мэну метнуть на него острый взгляд. Светлячки, будто приняв молчаливый приказ, понеслись к лидеру, закружив у его лица.

– Считайте это мои скромным даром, – он повёл кистью. – Ты выжила. Я выжил. Долг закрыт.

Ага щас, только тапочки зашнурую.

– Однако кое-что занимательное я всё же узрел, – продолжил Лу Мэн, делая глоток из кувшина. – Ваша маленькая стычка с Небесными волками была весьма... занимательной. Я даже надеялся на хорошее представление, но, увы, принц всё мне испортил.

– Господин Лу Мэн, вы следили за нами? – подался вперёд Кай У, и на миг мне показалось, что он сейчас призовёт кисть. Но Кай У лишь крепко сжал рукав шэньи, сдерживая себя.

– Следил? – картинно вскинул бровь цзянши. – Какое грубое слово. Я просто находился неподалёку. Ваши хвалёные псы, конечно, чуют яо за сотню чжанов но, у меня есть одна редкая вещица, – он небрежно коснулся тёмного амулета на поясе, – что делает меня незримым для их носов. Но тебя... – его алый глаз хищно сверкнул, – я чувствую всегда.

Боже, мне аж перекреститься захотелось.

– А почему у нас такой штуки не было? – выразительно покосился Эрик на Кай У.

Тот, кажется, слегка стушевался и развёл руками:

– Такие амулеты не сыщешь на каждом углу, да и цена... порой бывает слишком высока.

Эрик прищурился, вытянув губы, и задержал взгляд на Кай У.

– Шуайгэ, эти заклинатели слишком праведные, – усмехнулся Лу Мэн, поигрывая тёмной подвеской. – Не в те места ходят... и не с теми знаются.

– А ты, значит, в тех самых местах и пропадал? – как бы между прочим бросил Эрик, ловко перехватывая рвущегося к светлячкам фэйфэя. – Или снова, поди, истреблял всё живое?

– Если бы... – небрежно отозвался Лу Мэн, отпивая из горлышка. – Навещал старых врагов в Демоническом мире, скука смертная, доложу я вам. Ваши злоключения единственное, что хоть немного скрашивает моё бессмертное существование.

– Рады стараться, – невесело буркнула я.

– Яо, ты прежде говорил о моём брате, – вдруг обратился Цзиньэ, и я вздрогнула от неожиданности. Его голос звучал твёрдо, почти горячо, а рога осветили на удивление серьёзное лицо. – Но ты ошибаешься. Благородные цилини служат только свету и Небесному Императору. Мы никогда не предадим свой путь.

Лу Мэн хмыкнул, явно забавляясь.

– Ах, юный цилинь... – он легко, почти беззвучно спрыгнул с ветки, мягко приземляясь на траву. Светлячки роем кинулись за ним, словно решив посоперничать в сиянии с рогами Цзиньэ. – Ты так в этом уверен?

Я почувствовала, как все вокруг снова напряглись. Кай У сделал шаг вперёд. Юань Фэнь положил руку на рукоять меча. Даже Эрик перестал бороться с фэйфэем и замер, готовый вмешаться в любой момент.

Лу Мэн, не обращая на нас внимания, медленно, по-кошачьи, обошёл Цзиньэ и чуть склонился, понизив голос до искушающего шёпота, от которого по коже побежали мурашки:

– Тьма порой бывает очень убедительна... Особенно когда обещает то, чего свет дать не может.

– Оставь его, – голос Кай У прозвучал тихо, но в нём чувствовалась сталь. – Не всякому пути нужна тьма.

– И не всякая тьма дарует освобождение, – поддержал друга Юань Фэнь, и лезвие его меча сверкнуло в свете светлячков.

Лу Мэн усмехнулся, собираясь ответить, но...

В воздухе вдруг разлился приторный, тяжёлый аромат цветов, такой густой, что закружилась голова.

– Фу, чем это завоняло? – скривился Эрик, замахав рукой перед носом.

За спиной хрустнула ветка, и я резко обернулась, прикрывая лицо рукавом.

Из-за дерева, грациозно покачивая бёдрами, вышла молодая девушка, поигрывая длинным рукавом.

Меня едва удар не хватил. Мэй Ло?! Да не... она же не могла так быстро вернуться?

Я прищурилась, вглядываясь в неё через костёр.

Та же гибкая фигура, те же багровые глаза. Кожа сияла перламутром, будто она её каждое утро намазывалась жидким жемчугом. Тёмно-нефритовое одеяние холодно мерцало в лунном свете, а искусно вышитые золотые змеи, казалось, шевелились, скользя по ткани в такт её плавным движениям. Чёрные волосы, перехваченные алой лентой, струились по спине.

Она улыбнулась. Медленно. Маняще...

Прям как в фильме ужасов, где красавица манит ручкой и шепчет: «иди ко мне», а ты глупо орёшь в экран: «это ловушка!».

Если у них тут все демоницы такие, то я.…гладиолус.

Мы замерли. Даже сверчки, казалось, перестали стрекотать. И только Лу Мэн, наслаждаясь моментом, склонился к Цзиньэ и, не отрывая взгляда от демоницы, прошептал:

– Видишь, юный цилинь? Тьма бывает и очень соблазнительной...

Цзиньэ дёрнулся, но не отшатнулся. Демоница же, не обращая внимания на эту возню, обвела нас цепким, пронизывающим взглядом. Её тёмные, почти фиолетовые губы изогнулись в хищной усмешке.

– Кто из вас, ничтожные смертные, – голос её прозвучал мягко, как шелест шёлка, готового в любой момент стянуться смертельной петлёй, – посмел обидеть мою сяомэй, Мэй Ло?

Мы с Кай У и Юань Фэнем невольно, чисто на инстинктах, скосили глаза на Эрика. И я упёрла руки в бока. Так вот, кому надо сказать спасибо.

– Вот почему сразу ничтожный? – буркнул он, но тут же осёкся, заметив, что все на него уставились. – Чё вы на меня смотрите?

Он нервно хохотнул и, видимо, поняв, что помогать ему никто не спешит, включил режим «спасение утопающих – дело рук самих утопающих».

– А, точно! Видели мы такого, – с самым невинным видом закивал лидер. – Он буквально пять минут назад умчался вон туда, в самую чащу, – и для убедительности махнул рукой в темноту между деревьев. – Вперёд, ещё успеешь догнать.

Я едва не закатила глаза. Серьёзно?

Демоница даже головы не повернула. Только прищурилась, и уголок её губ презрительно дёрнулся.

Лу Мэн, всё ещё стоящий за спиной Цзиньэ, вдруг негромко рассмеялся.

– Шуайгэ, а ты становишься всё более дерзким, – ядовито протянул он.

Эрик скривился, будто любая похвала от цзянши была хуже оскорбления.

– Поверь, я сам этому уже не рад.

– Довольно! – отрезала демоница, теряя интерес к разговору. – Смертные поплатятся за унижение моей сестры.

– Унижение? – поперхнулся Эрик, сунув руку в рукав за веерами. – Это была лишь конструктивная критика. Может, всё обсудим... по-хорошему?

Но она уже вскинула руку, и воздух задрожал, наполняясь мерцанием сотен изумрудных игл, что вспыхнули вокруг неё словно призрачные шипы ядовитого цветка. Они со свистом сорвались, единым роем устремляясь прямо в Эрика.

– Осторожно! – взвизгнула я, с ужасом понимая, что лидер не успеет защититься.

Юань Фэнь мгновенно бросился наперерез атаке. Два меча взметнулись в его руках, окутанные лазурным сиянием. Он скрестил их перед собой, и вспыхнул полупрозрачный духовный щит. Иглы ударили в него с противным звоном, разбиваясь о преграду. Но демоница лишь взмахнула длинным рукавом, и изумрудный поток усилился, превращаясь в мощный таран.

Юань Фэнь, держись. Блин, у неё там, что, иголочный завод?

Демоница безумно рассмеялась, наблюдая, как щит дрогнул, покрывшись паутиной трещин, и с глухим звуком разлетелся искрами. Поток игл врезался в грудь Юань Фэню с такой силой, что он, словно пушинка, отлетел назад и с тяжелым всплеском рухнул прямо в озеро, скрывшись под водой.

– Вот чёрт! – выругался Эрик и, не раздумывая, бросился к воде. – Сюнди, держись!

Я ахнула, прижимая ладонь ко рту, и рванула к шесту, но, чья-то ледяная рука, железной хваткой сжала моё запястье. Я дёрнулась, пытаясь вырваться, и наткнулась на насмешливый разноцветный взгляд Лу Мэна.

– Не торопись, мэйнюй – обронил цзянши, не отпуская. – Давай насладимся зрелищем.

Какое нафиг зрелище?

Демоница занесла руки для нового удара, но путь ей преградил Кай У. Духовная кисть вспыхнула в его руке, и в воздухе, повинуясь быстрым движениям, замерцали золотистые иероглифы.

– Назад, яо! – сурово выкрикнул он, отправляя в неё сгусток пламени, что разлетелся огненными сферами.

Демоница не дрогнула, лишь изогнув губы в коварной улыбке, изящно взмахнула рукавом. Рой изумрудных игл взметнулся навстречу. Сферы и иглы столкнулись с оглушительным хлопком. Яркие вспышки на миг ослепили, а ударная волна едва не снесла с ног, обжигая кожу.

Лу Мэн над ухом едко усмехнулся, придержав меня за локоть.

Цзиньэ, не теряя самообладания, усадил Сюань Мяо на плечо и сложил руки в мудре. Его пальцы сплелись в причудливом жесте, и между ними засиял шар, словно сплетённый из лунных лепестков.

– Я не желаю причинять тебе зла, яо, – голос Цзиньэ звучал твёрдо, но без злобы. – Но не позволю вредить моим друзьям.

Световой шар рванул к демонице, но та увернулась, грациозно крутанувшись в воздухе, и её иглы мгновенно сформировали гибкую плеть. Хлестнув, она обвила сияющую сферу, метнув обратно, прямо в Цзиньэ. Изогнувшись в полёте, он ушёл от удара. Сфера, подобно падающей звезде, пронеслась мимо, чиркнув по плечу и с глухим хлопком взорвалась над озером, осыпав воду серебряными искрами.

– Какой милый небесный зверь, – ядовито бросила демоница глядя на Цзиньэ, и нисколько не запыхавшись.

Я стиснула зубы.

– Отпустите! – отчаянно дёрнула я руку, но Лу Мэн даже не шелохнулся, его взгляд был прикован к демонице.

– Хватит игр, Мэй Ли, – лениво произнёс он, но в голосе отчётливо прозвучал приказ. – Уходи, пока я ещё милостив.

Демоница замерла, вопросительно приподняв бровь.

– Эти смертные, – он властно кивнул на нас, – принадлежат мне. И я не намерен делиться своим развлечением.

– Чего?! – поперхнулась я от возмущения. – Мы тебе не игрушки. Пусти!

Вот же, губу раскатал! Этому вампирюге может принадлежать только мой пинок... жаль, я ещё не настолько безумна.

Лу Мэн даже ухом не повёл на мои вопли, сверля демоницу взглядом. А Мэй Ли... рассмеялась. Смех был тихий, переливчатый, но от него веяло такой жутью, что меня аж передёрнуло.

В мгновение ока она оказалась у него за спиной и ласково, почти игриво провела пальцами по плечу. Лу Мэн дёрнулся так стремительно, его рука с острыми чёрными когтями рванула к её горлу. Но демоница уже ускользнула.

– Цзянши, не смей мне приказывать, – промурлыкала она, и в её голосе не было и намёка на подчинение. – Лучше отдохни... ты слишком напряжён.

Она резко взмахнула рукой, и нас окутала тонкая бледно-фиолетовая дымка. Сладкая, дурманящая, она проникла в лёгкие, оставляя во рту привкус перезрелой сливы и ладана. Я отшатнулась, зажав нос рукой, и закашлялась. Лу Мэн выругался, алый глаз вспыхнул яростью, но тут его колени подогнулись, и он рухнул на траву, как марионетка, у которой обрезали нити.

Твою ж... икебану!

– Кай У! – крикнула я, оборачиваясь к товарищам. – Она...

Но голос сорвался от боли, пронзившей символ змей на правой руке. Я закусила губу, сдержав вскрик. Кожа под рукавом ханьфу засветилась странным пульсирующим светом.

– Боже... что со мной... – выдохнула я сквозь зубы и, покачнувшись, схватилась за голову.

Мир поплыл. Костёр вытянулся в размазанный огненный след, крики Эрика у озера стали неразборчивыми, магические вспышки слились в одну сплошную массу красок.

Нет. Держись.

Я мотнула головой, попытавшись задержаться взглядом хоть за что-то: за траву под ногами, за тёмный силуэт Лу Мэна, но контуры расплывались, будто их нарочно стирали.

Где-то вдалеке Кай У крикнул моё имя. Где-то совсем рядом глухо засмеялась демоница. Я дёрнулась, пытаясь вырваться, стряхнуть эту липкую дурноту.

Но проиграла.

Земля ушла из-под ног, и вязкая темнота, обманчиво спокойная, приняла меня в свои объятия.

Глава 24.1 Туманное Зеркало, Лунный Цветок

Уезд Ванхуа

Сознание вернулось рывком. Лёгкие мгновенно обожгло горьким удушливым дымом благовоний, а мир вокруг взорвался алым. Всё увешано бесконечными красными шелками и золотыми украшениями.

Что за...

Я не успела додумать. Жгучая, невыносимая боль пришла раньше, чем осознание. Холодное лезвие пронзило грудь с ужасающим, влажным звуком, разрывая кожу.

Я закричала, но крик застрял в горле, превратившись в рваный хрип. Взгляд метнулся вверх, к тому, кто сжимал рукоять.

Лу Мэн...

Но не тот, который с ленивой ухмылкой называл меня «мэйнюй». Его пепельно-седые волосы с черными прядями метались, словно живые змеи, от клубившейся вокруг пугающей чёрно-зелёной ауры. Лицо, забрызганное кровью, исказилось в такой ненависти, что у меня похолодело внутри. В безумном алом взгляде полыхала слепая, карающая ярость.

– Ты предала меня... – прошипел он, и сквозь гнев прорывалась боль.

Я хотела закричать: «Я не предавала! Это же я, Соня! Ты с ума сошёл?», но из горла вырвался только хриплый, булькающий звук. Кровь потекла по подбородку заливая красный шёлк свадебного платья.

Мир накренился. Лу Мэн приблизился или это меня повело вперёд? Я уже не понимала.

Тьма накрыла резко, как будто кто-то задул свечу.

Свет ударил внезапно. Яркий, тёплый, он ослеплял. В глазах ещё рябило, но в лёгкие уже хлынул не приторный дым благовоний и крови, а свежий, чистый запах, с нотками влажной земли. Звонкий щебет птиц с далёкими переливами колокольчиков донёсся до ушей.

Боже. Что за чертовщина сейчас произошла? Я что умерла? И оказалась... эм... в райском саду?

Безмятежное небо раскинулось над головой. Вокруг, насколько хватало взгляда цвели персиковые деревья, розовые лепестки устилали каменные плиты мягким ковром. Вдали тянулись террасы, выложенные в виде облачных узоров, а белоснежные мосты вели через пруд к резным павильонам.

Поправочка: китайский сад. Да где я вообще?

Я попыталась повернуть голову и оглядеться, но не смогла. Тело не слушалось. Оно стояло ровно, сложив руки у пояса, и даже не думало поворачивать голову.

Это что ещё за номер?

Я дёрнулась, приказала, закричала в пустоту – ноль реакции. Это точно не паралич. Я чувствовала, как подол тяжелого платья шевелится от ветра, чувствовала жжение в глазах от долгого созерцания воды, но я не управляла этим телом.

Меня накрыла волна леденящего ужаса, я рванула внутри, как утопающий.

Нет, нет, нет... Почему я не могу двигаться? Что со мной? Это сон? Я угодила в очередной кошмар?

– Госпожа Шэнь Синьюэ[1], какой прекрасный вид, не находите? – раздался за спиной бархатный голос с лёгкой насмешливой ноткой, показавшийся мне смутно знакомым.

Кто? Я зависла. Нет, серьёзно. Кто?

Госпожа, в чьём теле, судя по всему, я оказалась невольной узницей, плавно, с грацией бабочки, развернулась.

Вот те, здрасти...

Он стоял в трёх шагах, вальяжно прислонившись к стволу персикового дерева. Розовые лепестки плавно оседали на его плечи, а простое тёмно-синее одеяние сидело на нём так, будто он родился в самых изысканных шелках.

Лу Мэн.

Ах, ты вампирюга чёртов! Ты только что вонзил мне меч в грудь! – заорала я внутри, пылая праведным гневом. – Я до сих пор чувствую ту жгучую боль. А теперь стоишь тут и строишь из себя невинность?!

Но он не отреагировал. Вообще.

Алло, Лу Мэн! – возмутилась я, уже начиная злиться по-настоящему. – Не смей меня игнорировать! Это не смешно.

Никакой реакции.

Он только смотрел на «госпожу» и улыбался так, будто она его единственный лучик света в этом мире.

Что-то не так. Хотя тут всё не так. Он выглядел... иначе.

Его волосы, собранные в высокий хвост, были полностью чёрными и ни капли седины. И глаза... оба тёмно-карие. Без жуткой алой искры и мертвенной белизны. И это почему-то настораживало больше всего. Сейчас в нём не было той опасной, хищной грации, той надменной власти, с которой он смотрел на смертных. Передо мной стоял красивый мужчина, который соблюдал приличия и смущался подойти к девушке.

Я почти истерично рассмеялась внутри. Это точно иллюзия. Или я схожу с ума. Но мы явно угодили в ловушку той демоницы.

– Госпожа Синьюэ, я не представился в прошлый раз, – мягко произнес он, вежливо склоняя голову, и в его голосе не было ни боли, ни ярости. – Меня зовут Лу Мэн. Я служу в доме господина Чжоу, помогаю в делах с торговлей ароматными смолами и шёлком из провинции Юнь.

Служит? Торговец смолами? Что за бред?

Я смотрела на него и не могла поверить своим глазам. Диссонанс между тем цзянши и этим молодым мужчиной был настолько велик, что разум просто отказывался это принимать.

– Господин Лу, рада знакомству, – сдержанно, чуть робко произнес мой голос. Нет... не мой. – Вы появлялись так бесшумно.

Это у него в крови.

– Прошу прощения за дерзость, – виновато улыбнулся Лу Мэн, – я не должен был тревожить уединение дочери почтенного господина Шэнь. Но я принёс редкий сорт благовоний «Слезы Феникса», который господин Чжоу обещал вашему отцу.

Ну спасибо, только я вообще-то в шоке, если что.

Лу Мэн шагнул вперёд, протягивая свёрток, и я невольно сжалась внутри, желая отступить. Но вместо этого мои губы растянулись в вежливой улыбке, а руки послушно приняли подарок.

– Вы слишком добры, господин Лу.

Его нежная улыбка расцвела на глазах, а мой гнев захлестнуло отчаяние. Я хотела вырваться из этого тела, подбежать к нему, встряхнуть за плечи.

Лу Мэн, очнись! – закричала я, забившись в чужом сознании. – Это всё иллюзия! Прошу, вытащи меня отсюда! Я должна вернуться к друзьям!

Но всё без толку, он не слышал.

Я смотрела, как с его волос слетает лепесток, который я, нет... она поймала на кончик пальца. Чувствовала, как сердце бьётся все быстрее, и в груди разливается что-то пугающе тёплое.

Соня, поздравляю, ты угодила в любовный кошмар.

Следующие дни превратились для меня в пытку и в тоже время в самое красивое кино. Я всё так же пыталась кричать, биться, вырываться, но всё это происходило только внутри. Снаружи – идеальная благовоспитанная госпожа.

Я была заперта в теле хрупкой девушки, которая расцветала на глазах, как тот самый бутон граната, что рос в её дворе. Госпожа Шэнь Синьюэ, оказалась дочерью богатого торговца редким чаем «Цин Ся в рассветной дымке». Но за внешним блеском их поместья «Обитель Вечного Мира» скрывалась гниль. Отец, постоянно мрачный и взвинченный, говорил с ней коротко, жёстко. Мать смотрела на неё с недовольным лицом, презирая за излишнюю мягкость. А младшие сёстры две змеи в шелках, постоянно шептались за спиной, и подстраивали мелкие пакости, зная, что старшей никогда не позволят пожаловаться.

Она приучила себя не плакать. Но я чувствовала её боль. Чувствовала, как внутри сжимается сердце, когда мать смотрит сквозь неё или сёстры смеются над платьем. Когда отец в который раз упрекает, что она должна быть благодарна, что её вообще кормят.

Но стоило Синьюэ выйти за ворота, она преображалась. Легкость наполняла тело, когда она сворачивала к арочному мосту Хуайшу. Он, подобно красной нити в руках самого Юэ Лао, соединял два берега в самом сердце города. Днём здесь было людно, голоса смешивались в единый гул, но Синьюэ почти не замечала этого, смотря только на него.

– Я думала, вы не придёте, господин Лу, – сдержанно заметила Синьюэ, ступая на мост. И только я знала, сколько мужества стоило ей это спокойствие и чуть отстраненное выражение лица.

Лу Мэн стоял у резных перил, задумчиво глядя на мерный поток реки. Утреннее солнце золотило его чёрные волосы, и лёгкий ветер играл с прядями. Он обернулся на её голос, и она замерла на мгновение, глядя на него сквозь белую вуаль вэймао.

– Даже если бы Небеса рухнули, я бы всё равно пришёл, – мягко отозвался он, и в его глазах мелькнуло что-то такое, отчего её сердце пропустило удар.

Он шагнул к ней, озаряя улыбкой. Синьюэ поспешно опустила глаза, я почувствовала, как щёки заливает румянец.

Ой всё. Я мысленно закрыла лицо руками. Конечно, весь из себя такой герой любовного романа. А я тут мучайся взаперти. Да приди уже в себя!

Лу Мэн тихо рассмеялся, и в этот момент он был действительно человеком.

Блин, даже мне сложно злиться на тебя.

Они неспешно прогуливались по городу, и Лу Мэн болтал без умолку, рассказывая о своих путешествиях. О далёких городах, о людях, которые смеются и улыбаются даже когда нечего есть. Он шутил легко, спокойно, иногда почти дерзко. А она слушала, опустив глаза и с улыбкой на губах. Я чувствовала, как сердце каждый раз замирает, когда он случайно касался её руки.

Они остановились возле огромного, раскидистого дерева, чьи многочисленные ветки были увешаны яркими разноцветными лентами и деревянными табличками с пожеланиями. Солнечный свет, пробиваясь сквозь густую листву, оставлял на земле кружева теней.

Синьюэ смотрела на него, и в груди разливалась тихая тоска. Молодая пара подошла к дереву и девушка, застенчиво, привязала алую ленту, а юноша стоял рядом и смотрел на неё самыми влюбленными глазами.

Синьюэ отвела взгляд.

– Господин Лу, вы не похожи на обычного торговца, – скромно заметила она, когда они остались одни.

– Позвольте узнать, на кого я похож, госпожа Синьюэ? – поинтересовался он, слегка выгнув бровь и с интересом взглянул на неё.

Она молчала, незаметно теребя край рукава и глядя на дерево. На ленты, которые трепетали на ветру. На девушку, которая уходила с возлюбленным, счастливо улыбаясь.

– Не знаю, – призналась она наконец. – Но мне кажется... вы ищете что-то. То, чего не найти в торговых рядах.

Лу Мэн застыл, смотря на неё долгим внимательным взглядом, а затем таинственно улыбнулся. У Синьюэ аж дыхание перехватило.

– Может быть... – произнес он, шагнув ближе и протягивая раскрытую ладонь, на которой лежала красная лента. – Может быть, я уже нашёл то, что искал.

Боже... я не сдержалась и закатила невидимые глаза.

Но, не смотря на моё недовольство, в груди сладко затрепетало сердце.

Потом были встречи у озера Сихай, чья мерцающая гладь отражала небо, как полированная бронза. Лу Мэн нанимал небольшую лодку с изогнутой тростниковой крышей и шёлковыми занавесками, за которыми они укрывались от чужих глаз. На корме, опираясь на бамбуковый шест, стоял молчаливый старик, скрывая лицо в тени широкополой шляпы. Лу Мэн заботливо помогал Синьюэ ступить на борт, и лодка плавно скользила, отдаваясь тихим плеском, когда шест касался дна.

Всё это было очень романтично, но меня, блин... укачивало. Даже странно почему?

В тот день Лу Мэн пришёл не с пустыми руками.

– Госпожа Синьюэ, не будете ли вы так добры принять от меня эту небольшую вещь? – уклончиво спросил он, протягивая свёрток и с трепетной надеждой глядя на неё. – Мне показалось, она создана для вас.

Синьюэ на мгновение растерялась и, вежливо приняв его, неловко развернула. Внутри оказалась нефритовая шпилька, простая, но искусно украшенная вырезанными цветами азалии.

У Синьюэ дрогнуло сердце.

– Господин Лу, она слишком дорогая, – поразилась она, восторженно рассматривая украшение.

– Госпожа, эта шпилька стоит не больше, чем ваша улыбка, – довольно протянул Лу Мэн, и я услышала в его голосе ту самую ленивую, чуть насмешливую нотку, которая была так знакома. Но сейчас она была куда мягче.

Синьюэ опустила глаза, пряча улыбку. А потом, помедлив, достала из рукава небольшой мешочек саше́ нежного голубого цвета.

– Я... – она запнулась, робко отдавая мешочек ему. – Я подумала, что он может вам пригодиться. Он с травами. Чтобы сны были благостными.

Лу Мэн взял его бережно, как хрупкую драгоценность, разглядывая изящную вышивку – две бабочки с узорчатыми крыльями летели навстречу друг другу, словно две половинки одной души.

– Вы сами шили? – столько искреннего удивления прозвучала в его голосе.

А ты как думаешь? Все пальцы нам исколола, так старалась.

Синьюэ, не решаясь поднять глаз, кивнула.

– Несколько дней, – смущённо призналась она, нежно касаясь пальцами шпильки.

Лу Мэн сжал мешочек в ладони.

– Госпожа Синьюэ, я буду вечно его хранить, – поклялся он, легонько коснувшись её руки. Она вздрогнула, подняла взгляд, и в тот же миг забыла, как дышать. Он смотрел на неё так, словно мир растворился, оставив только её одну.

А я смотрела на эту идиллию, всё пытаясь понять: как она могла его предать? Как он мог её убить? И когда я уже отсюда выберусь? Нужно достучаться до него раньше, чем он пронзит нам грудь мечом.

Ещё через несколько дней Лу Мэн пригласил Синьюэ на вечернюю прогулку, сказав, что хочет отвести её в сад Юэхуэй и показать чудо, которое случается только в полнолуние. Синьюэ пришлось обмануть семью. За ужином она пожаловалась на головную боль и, извинившись, ушла к себе. Верная А-линь переоделась в её платье и, забравшись под одеяло, притворилась спящей. А сама Синьюэ, накинув скромное платье служанки, бесшумно выскользнула через боковые ворота.

Сад Юэхуэй находился на вершине холма, скрытого в густом лесу. Лу Мэн то и дело бережно подхватывал Синьюэ за локоть, помогая переступать через корни и камни. Они поднялись уже за полночь, ступив на цветочную поляну, утопающую в лунном свете.

– Господин Лу, как же здесь красиво, – ахнула Синьюэ, прижимая руку к груди и завороженно осматриваясь.

– Я знал, что вам понравится, госпожа, – улыбнулся Лу Мэн, шагнув к огромному валуну, возвышающемуся в центре. Его поверхность, отполированная ветрами и дождями, мерцала серебром. – Говорят, в полнолуние он показывает судьбу.

– Судьбу? – Синьюэ удивлённо приподняла бровь, подходя ближе. – Господин Лу, верит в такое?

Ага, как же. Этот «романтик» просто водит тебя за нос.

Лу Мэн не сразу ответил. Он стоял, глядя на камень, и лунный свет касался его лица, делая черты мягче, почти неземными.

– Раньше я не верил, – задумчиво начал он, проводя пальцами по гладким бокам валуна. В его голосе прозвучала тяжесть, не свойственная молодому торговцу. – Судьба казалась мне насмешкой. Она отнимала всё, чем я дорожил, не давая ничего взамен. Я ненавидел Небеса за эту жалкую участь.

Он горько усмехнулся.

– Но потом я понял: судьба не награда и не наказание. Она просто ведёт туда, где нас ждут. Даже если мы противимся.

Лу Мэн повернулся к Синьюэ, и в его глазах отразилась луна.

– Госпожа, теперь я уверен: волею судьбы встретимся и за тысячу ли. И, может быть, наша встреча предначертана, – он изящно протянул Синьюэ руку, глядя с мягкой решимостью в глаза.

Синьюэ на миг замешкалась, опустив взгляд на протянутую ладонь, и я ощутила, как сердце предательски сдаётся, готовое выпорхнуть из груди в его объятия. Наконец, словно поборов вековые запреты, она вложила свои пальцы в его, и Лу Мэн осторожно сжал их, будто боясь сломать.

Чёрт бы побрал этого демона с его трогательными речами и лунным светом. Даже я начала таять.

Они встали перед валуном. Сначала ничего не происходило, но вдруг, словно повинуясь невидимому приказу, свет на камне дрогнул, расходясь серебристыми волнами, и на гладкой поверхности, появилось расплывчатое отражение.

– Госпожа, смотрите, – прошептал Лу Мэн, и в его голосе прозвучало столько благоговения, что даже я на миг забыла, где нахожусь.

Два мерцающих силуэта стояли рядом: один протягивал руку, другой принимал её. Сложно было сказать, что это именно они, но что-то заставило меня насторожиться.

Это реально?

Синьюэ изумлённо смотрела на отражение, и я чувствовала, как у неё перехватывает дыхание.

– Госпожа, что вы видите? – вполголоса спросил Лу Мэн, с едва заметной улыбкой взглянув на неё.

– Я... – растерянно выдохнула она, не веря своим глазам. – Я кажется, вижу нас. А вы, господин Лу, что видите вы?

– Я вижу только вас, – ласковым голосом обольстителя протянул он, и в этом «только» было всё.

А я вижу, как ты вонзаешь в неё меч. Но кто меня спрашивает? Лу Мэн, да блин, хватит уже летать в сладких иллюзиях! Очнись!

Синьюэ повернулась к нему. Они стояли так близко, что, казалось, их дыхание смешалось, став единым. Её тянуло к нему, как мотылька на пламя, и эта сила была сильнее любых запретов.

О, нет. Только не это...

Лу Мэн завороженно поднял руку и кончиками пальцев коснулся её щеки, так нежно, будто боялся, что она исчезнет.

Кыш-кыш! – зашипела я внутри. – А ну убрал руки. Даже не думай!

Но против моей воли его лицо приближалось. Я чувствовала его на удивление горячее дыхание с ноткой рисового вина. У Синьюэ от волнения аж земля ушла из-под ног, а сердце забилось с такой силой, что отдавалось в ушах.

Аа, убери свои губы! – завопила я. – Поверь, ты не обрадуешься, когда узнаешь, что я была третьей лишней. Я ведь ещё пожить хочу...

Но Лу Мэн не слышал, лишь нежно обхватил Синьюэ за талию, притягивая к себе.

Я мысленно зажмурилась, продолжая тупо пялиться на его рот, но, благо, Синьюэ спохватилась и прикрыла веки.

Его губы коснулись её губ.

И...ничего не произошло. Ну, то есть, они поцеловались. Но это был не тот страстный, голливудский поцелуй, которого я боялась. А просто лёгкое прикосновение губы к губам.

И это всё? – опешила я, и с облегчением смахнула невидимой рукой пот со лба. – Слава богу, пронесло. В этом мире целуются, как рыбки.

Лу Мэн отстранился первым. Синьюэ смущенно опустила глаза, и я почувствовала, как её щёки горят, а сердце трепетало от волнения.

– Госпожа, простите, – неловко заговорил он, – я не должен был...

– Нет, – Синьюэ вскинула на него взгляд, и едва заметно улыбнулась, качнув головой. – Я... не против.

А вот я очень даже.

Он бережно обнял её, и она счастливо уткнулась в его плечо, растворяясь в нём целиком под безмолвным взглядом луны.

Я тяжело вздохнула. Это не романтика. Это трагедия. Лучше бы ты бежала от него.

– Синьюэ, нам пора возвращаться, – шепнул Лу Мэн ей на ухо, и по телу пробежали трепетные мурашки. Он отступил, взяв её за руку. – Я провожу тебя.

Ну хоть что-то разумное, – буркнула я, как старая бабка. Спасибо и на этом.

Но в один прекрасный день вся идиллия разбилась вдребезги. Отец вызвал Синьюэ в свой кабинет. Я чувствовала, как она нервничает, поднимаясь по лестнице, и как крепко её пальцы сжимают края рукавов. Синьюэ бесшумно переступила порог, оказавшись в полутёмной комнате, пропитанной запахом густых чернил и травяных благовоний от вечно дымящей курильницы. Она остановилась на середине и, сложив руки перед собой в почтительном жесте, поклонилась.

– Господин, вы звали эту дочь? – вежливо спросила она.

Её отец с лицом, похожим на сушёный корень имбиря, сидел за столом, подперев щеку рукой.

Синьюэ безмолвно опустилась на колени, склонив голову.

– Слишком долго гуляешь, – холодно обронил отец, даже не взглянув на неё. – Ты не дочь крестьянки, чтобы скитаться где попало.

Синьюэ вздрогнула, опустив голову ещё ниже.

Я хмыкнула. С таким отношением, я бы на её месте и не возвращалась.

– Я выдаю тебя замуж, – продолжил он тоном, каким зачитывают приговор. – Сын министра Вэй, господин Вэй Цзе, согласился взять тебя. Свадьба через неделю.

Я почувствовала, как её последняя надежда и мечта рухнули в бездну. Кровь отлила от лица, в ушах зазвенело, а пол словно ушёл из-под колен.

– Но отец... – её голос дрогнул, – я не могу...

– Твоё мнение здесь весит меньше, чем пыль на дороге! – рявкнул он, резко вскочив. Синьюэ невольно дёрнулась, на миг зажмурив глаза. – Наше состояние утекает сквозь пальцы, долги растут, а прибыли нет! Ты выйдешь за господина Вэй и принесёшь семье хоть какую-то пользу, раз не обладаешь такой же хваткой, как твои сёстры! А теперь, вон!

Вот же старый хрыч, – выдохнула я. – Бедная Синьюэ. И как она только выросла такой доброй в этом змеюшнике?

Синьюэ же медленно поднялась. Её колени дрожали, но она выпрямила спину, не желая показывать слабости.

– Слушаюсь, отец, – как в забытье протянула она, и даже в такой момент почтительно склонила голову.

Не поднимая глаз, она вышла, аккуратно притворив за собой дверь.

Будь я на её месте, хлопнула бы так, чтоб ставни вылетели.

После того разговора отец запретил Синьюэ покидать покои, а слугам не спускать с неё глаз. Но А-линь, не в силах смотреть, как госпожа чахнет с каждым часом, решилась помочь. И в один день она громко закричала: «Помогите! В саду вор!» стражники и служанки бросились на крик, а Синьюэ, накинув плащ, выскользнула через калитку в задней стене. Я чувствовала, как бешено колотится её сердце, как мелко от волнения дрожат руки, как отчаяние смешивается с почти угасшей надеждой. Она бежала к единственному свету в своей жизни, хотя в глубине души знала – возможно, в последний раз.

К храму Линьси Синьюэ прибежала запыхавшаяся, но стараясь сохранить подобающее достоинство знатной госпожи. Только здесь, среди сосен и заброшенного святилища, она чувствовала себя в безопасности. И только здесь надеялась застать Лу Мэна. Синьюэ взволнованно огляделась, но стоило ей увидеть его стоящим у алтаря, вздох облегчения сорвался с губ, а бабочки в животе затрепетали.

– Господин Лу... – тихо окликнула она, поспешив к нему.

Лу Мэн плавно обернулся на её голос, держа в руках зажжённую палочку благовоний.

– Синьюэ, я уж боялся, ты снова не придёшь, – счастливо улыбнулся он, делая шаг навстречу. Но, заметив её встревоженное лицо, его улыбка померкла. – Что случилось?

Синьюэ замерла, не решаясь признаться.

Скажи ему, – шепнула я, хоть и знала, что это бесполезно.

– Господин Лу, нам нельзя больше... встречаться, – с трудом вымолвила она, и каждое слово невыносимо царапало сухое горло. – Мой отец... он выдаёт меня замуж.

Она умолчала о том, что свадьбе уже через пять дней, о том, что ей запретили покидать дом и, если отец узнает, ей несдобровать.

Палочка благовоний в его руке с глухим треском переломилась надвое. Отшвырнув обломки, Лу Мэн шагнул ближе и бережно сжав ладони Синьюэ, мягко заглянул в глаза.

– Тогда уйдём, – не раздумывая предложил он. – Уйдем отсюда. К южным горам, а там хоть на край света. Синьюэ, я смогу защитить тебя. Клянусь.

Сердце у неё срывается, подобно прыжку с обрыва. Она хочет. До безумия.

Давай же, сбеги с ним! – мысленно взмолила я, наблюдая за этой драмой, как в каком-то навороченном 5D-кинотеатре, но, к сожалению, без выхода.

Синьюэ рвано выдохнула, опустив глаза и покачала головой.

– Я не могу, – она сглотнула вставший ком в горле. – Если я уйду, семья разорится... Да и отец, скорее согласится выдать меня за мертвеца, чем позволит опозорить семью.

Так он уже перед тобой, – с горечью заметила я, пронзив Лу Мэна взглядом. – Признайся ей уже. Пока ещё не поздно...

Он смотрел на неё, и в его глазах я видела что-то, что заставило меня замереть. Гнев, отчаяние, любовь. Всё это закрутилось в нём в один тёмный, разрушительный вихрь.

– Если ты выйдешь за него, – мрачно предупредил он, и его голос звучал, как натянутая тетива. – Я убью его.

Синьюэ вздрогнула, сжав его пальцы.

– Тогда ты убьёшь и меня, – с холодной решимостью заверила она, вскинув на него взгляд. – Потому что...

Резкий хруст сухой ветки заставил её дёрнуться и оборвать фразу на полуслове. Синьюэ испуганно обернулась, невольно вцепившись в рукав Лу Мэна. Где-то в кроне громко чирикнула птица и, сорвавшись с ветки, заметалась в воздухе, будто почуяв опасность.

Лу Мэн мгновенно напрягся. Его плечи поднялись, взгляд стал острым, он едва заметно сместился вперёд, заслоняя Синьюэ.

Из-за деревьев, бесшумно ступая, начали выходить люди, скрывая лица под чёрными повязками. Холодный блеск кривых сабель и громоздких топоров слепил глаза.

– Наш хозяин просил передать, чтобы вы больше не смели встречаться с госпожой. А иначе... – многозначительно бросил мужчина, похлопывая лезвием по руке и в его голосе звучала надменная насмешка.

Чёрт. Это явно одна из сестёр настучала. Вечно за ней шпионят. Чтоб им не ладно было.

– Вы выбрали плохой день, – презрительно процедил Лу Мэн, обведя их взглядом.

Лу Мэн, не поддавайся! Это всего лишь иллюзия, – закричала я внутри так громко, что казалось, сама себя оглушила. – Очнись! Нам пора уже выбираться отсюда!

Но он оставался глух.

Люди вокруг смыкали кольцо. Я чувствовала, как у Синьюэ внутри всё оборвалось, а тело невольно потянулось к Лу Мэну, прижавшись к нему в поисках защиты.

– Уходите, – со стальной ноткой процедил Лу Мэн. – Пока я добр.

Главарь усмехнулся, кивнув на своих людей.

– Нас пятнадцать человек, господин. А вы – один.

Лу Мэн на миг прикрыл глаза и тяжело вздохнул.

– Я дал вам шанс, – голос его упал почти до шёпота. – Уходите.

Вокруг раздался легкий смех, и так же резко смолк, когда они все разом бросились на Лу Мэна.

Ну вы и нарвались ребятки...

***

[1] Шэнь Синьюэ (沈心月, shěn xīnyuè) - Луна, погружённая в сердце.

Глава 24.2 Туманное Зеркало, Лунный Цветок

Синьюэ дёрнулась вперёд, пытаясь заслонить его собой, но Лу Мэн отвёл её в сторону и с тихим, звериным рыком перехватил меч нападавшего голыми руками. Сталь заскрежетала о когти, вдруг выросшие на его пальцах. Одним движением он отбросил мужчину, словно тряпичную куклу в ствол старой сосны. Раздался жуткий хруст костей.

– Яо?! – дрогнув, выдохнул один из наёмников, и попятившись врезался в товарища.

Остальные замерли в ужасе.

Лу Мэн, не удостоив их ответа, обратился в тень, стремительную и неуловимую для глаз. Демоническая ци окутала его, явив истинный облик. Чёрные волосы поседели, в глазах вспыхнул алый огонь, а в каждом движении сквозила хищная плавность, не оставляющая шансов.

Глаза Синьюэ широко раскрылись, дыхание сбилось. Прижав руки к лицу, она смотрела на Лу Мэна и не узнавала. Сейчас перед ней было нечто... иное.

Наёмники бросились в рассыпную. Те же, кто не побоялся поднять меч, пали, не сделав и шага, окропив кровью нежные лепестки цветов.

Лу Мэн, остановись! Синьюэ сейчас в обморок грохнется. Боже... я ещё никогда не видела его таким.

Главарь, бледный как полотно, пытался отползти, не сводя с него выпученных от ужаса глаз, но Лу Мэн наступил ему на грудь, и я услышала хруст рёбер.

– Передай своему хозяину, – прорычал он глухо. – Если он только прикоснётся к ней, я вырежу весь его род.

Главарь беспомощно закивал, не в силах вымолвить ни слова и, зажав рукой грудь, исчез в лесу.

Лу Мэн небрежно тряхнул рукавами и обернулся к Синьюэ. Его лицо покрывали капли крови, а в тёмных глазах ещё теплился отголосок ярости.

– Синьюэ... – он шагнул к ней, протягивая руки.

Она отшатнулась, и я почувствовала, как внутри неё смешивается жгучий коктейль из любви и первобытного ужаса.

– Не подходи... – голос Синьюэ сорвался, она попятилась, не в силах смотреть на него. – Ты убил их... не колеблясь.

Лу Мэн убрал руки за спину, не сводя с неё обеспокоенного взгляда.

– Я дал им шанс, – напомнил он, делая осторожный шаг к ней. – Но тебе я не причиню вреда. Клянусь.

– Нет... я не могу тебе верить, – Синьюэ в отчаянии замотала головой, глаза заволокло слезами. – Ты... ты даже не человек.

Лу Мэн резко замер. Боль, мелькнувшая в его глазах, была такой острой, что мне на миг стало жаль его.

– Синьюэ, я никогда не говорил, что я человек, – он вытер кровь с подбородка и криво усмехнулся, но в этой усмешке было столько горечи, что у неё защемило сердце. – Но я всё тот же, кого ты полюбила. Просто... во мне есть и это, – он чуть развёл руками, и вокруг него вспыхнули языки чёрно-зелёной демонической ауры.

Синьюэ отшатнулась, прикрываясь рукой.

– Зачем? – выдохнула она, и в её голосе слышалось не столько обвинение, сколько боль. – Зачем... ты всё это время обманывал меня?

Синьюэ развернулась, и я ощутила, как тело напряглось, а ноги сами рванули прочь.

Нет, стой! – выкрикнула я, мечась от переживаний в её сознании. – Выслушай его хотя бы...

И в тот же миг Лу Мэн оказался рядом.

– Синьюэ, не уходи, – он мягко, но крепко схватил её за запястье. – Пожалуйста...

Синьюэ вскрикнула и дёрнулась, пытаясь высвободиться.

– Пусти... – прошептала она, задыхаясь. – Отпусти меня!

Синьюэ ударила его свободной рукой в грудь, но вышло слабо, почти беспомощно.

– Синьюэ, послушай меня, – он взял её за плечи и осторожно встряхнул, заставляя смотреть на себя. – Я не причиню тебе вреда. Но прежде чем ты уйдешь, позволь показать тебе кое-что.

Синьюэ обхватила себя руками, сжимаясь и будто желая отгородиться от него, но любопытство или что-то сильнее, удержало её на месте.

Лу Мэн пробежался взглядом по Синьюэ и, удостоверившись, что она не сбежит, отпустил её и отошёл на шаг. Его пальцы сложились в плавный жест и воздух вокруг задрожал.

– Мэнхуань цзин, – певуче шепнул он, приложив пальцы к губам.

И в то же мгновение, между ними вспыхнуло водное зеркало – текучее, мерцающее. Синьюэ хотела отступить, но её словно приковало к месту. Да и я не могла отвести глаз.

О, отлично. Иллюзия внутри иллюзии. Что может пойти не так?

Зеркальная гладь всколыхнулась, обнажая прошлое:

Пыль. Кровь. Цепи. Другая эпоха, но те же лица.

Они вдвоем на рабском рынке. Лу Мэн ещё человек, избитый, худой, с запёкшейся кровью на губах, но с яростью в глазах. Синьюэ стоит рядом, тонкая, бледная, испуганная. Они держатся друг за друга, выживают вместе.

Синьюэ невольно затаила дыхание, пальцы сжались в складках рукава.

Картинка сменилась, на богатое поместье чиновника, где они стали слугами. Дни тянулись в бесконечной работе, но они смеялись, залечивали друг другу раны, тайком любили.

А потом пришла ночь. Ворота рухнули, в поместье ворвались солдаты. Крики. Огонь. И кровь. Чиновник убит, вся его семья вырезана, слуги тоже.

Лу Мэн и Синьюэ падают рядом, руки крепко сцеплены. Он смотрит на неё и вдруг сквозь боль улыбается:

– В следующей жизни... я найду тебя.

Мир рвётся, и на миг опускается темнота. Но, к сожалению, это не конец.

Тьма расступается. Вокруг ямы с мёртвыми телами стоят фигуры в чёрных одеяниях, слышится бормотание чужих голосов, вспыхивает алый свет формации. И вдруг тело Лу Мэна дёргается.

Синьюэ вздрогнула, едва не захлебнувшись беззвучным криком.

Его поднимают, ломают, вдыхают тёмную силу. Цепляют жёлтый талисман на лоб. Отныне он безвольная марионетка в их руках... до этого времени.

Сердце Синьюэ леденело от увиденного, но отвернуться, она не могла. Дыхание сбилось, слёзы потекли по щекам.

Я же оцепенела, впервые не находя слов. И хоть Лу Мэн однажды обмолвился о своём прошлом... но видеть это вживую было невыносимо.

Водное зеркало дрогнуло, и рассыпалось, как рябь на воде.

Лу Мэн не шевелился, взирая на неё так, будто от её слов зависело всё.

– Это... ложь, – голос Синьюэ охрип, она замотала головой, вцепившись пальцами в волосы, словно желая стряхнуть страшное видение. – Это не может быть правдой.

– Синьюэ, – выдохнул Лу Мэн. – То, что ты видела, правда. Я тот, кто любил тебя в прошлой жизни и люблю в этой, – он на мгновение прикрыл глаза, будто собирая себя по кусочкам. – Один раз я уже потерял тебя... прошу, не позволь страху отнять тебя снова.

Губы Синьюэ дрожали, а слова застыли на языке, лишь взгляд метался, выдавая бурю противоречивых чувств.

Боже, ну скажи что-нибудь, – взмолила я, чувствуя, как её собственное молчание душит её же саму, и меня вместе с ней.

Лу Мэн ждал, но поняв, что Синьюэ не в силах ответить, продолжил:

– В каждой жизни, я ищу тебя, – признался он с той искренностью от которой перехватывает дыхание. – В этот раз я готов был прожить как смертный. Просто... быть рядом, любить тебя. – он горько усмехнулся. – Но, видимо, даже этого мне не позволено.

Лу Мэн шагнул к ней, не делая резких движений, но с такой тоской в глазах, что Синьюэ на миг замерла, забыв вдохнуть.

– Если ты останешься, я защищу тебя. Буду заботиться о тебе каждый день, каждое мгновение. Если понадобится, положу весь мир к твоим ногам. Только... не уходи.

Лу Мэн, неужели ты когда-то был таким?

– Нет... – Синьюэ смяла ткань рукава, отступая, но ноги словно налились тяжестью, не слушаясь.

– Ты... яо, – как приговор вынесла она.

Лу Мэн чуть улыбнулся, принимая удар.

– Да, – мягко согласился он, – но...

Он слегка повёл рукой, и я увидела её. Тонкую, алую нить, что тянулась от его мизинца к мизинцу Синьюэ, и обратно. Нить дрогнула и в груди будто что-то откликнулось.

– Наши судьбы уже решили за нас, – уголок его губы дёрнулся. – Сам почтенный старик Юэ Лао завязал эту нить. И нам её не разорвать... даже если захотим.

Вот те на. Она реальна? Я всегда думала, это красивая сказка для дорам. Видимо, не в этом мире.

Синьюэ судорожно втянула воздух, вскинув на Лу Мэна взгляд. Её неудержимо тянуло к нему и в тоже время до боли хотелось бежать.

– Прости... я не могу, – едва вымолвила она, и, почти на грани срыва, резко развернулась и побежала прочь по тропе.

Она неслась, не разбирая дороги, путаясь в длинных полах одеяния. Острые ветки хлестали по рукам, земля скользила под ногами и, грудь разрывало от каждого вздоха.

Я тряслась внутри, чувствуя все до последней мелочи. Паника захлёстывала, отвращение жгло, как яд. Но где-то глубоко в сердце жило то упрямое, неубиваемое желание верить. И любить.

Синьюэ вернулась домой на закате, вся в пыли и с красными, опухшими от слёз глазами. Но едва она переступила порог, как к ней, взволнованно наворачивая круги по двору, бросилась А-линь.

– Госпожа! Ваш отец... господин, требует вас к себе, – доложила она, делая поклон. – Сейчас же. Он...он очень зол.

Синьюэ замерла, покрывшись холодным потом. Я ощутила, как страх сковывает всё тело.

Значит, кто-то уже донес. Вот же... беда не приходит одна.

В кабинете, больше походившем на темницу, тускло горели свечи, едва потрескивая в тишине. Отец стоял у окна, сцепив руки, а за его спиной на столе лежала длинная бамбуковая палка.

Это точно, не от мух отбиваться.

Синьюэ тихонько вошла, стараясь не выдать, как подкашиваются колени. Остановившись в центре, она, почтительно сложила руки и поклонилась.

– Отец, вы звали...

– Ты, неблагодарная дочь, опозорила нашу семью! – рявкнул он, стремительно оборачиваясь. – Семья Вэй узнала о твоей...позорной связи! Жених требует, чтобы я разобрался с этим проходимцем. Иначе свадьба отменяется.

Сердце в груди Синьюэ подпрыгнуло, и она рухнула на колени.

– Отец... – еле слышно вымолвила она, сухими губами. – Эта дочь не знала...

– Молчать! Ты хоть понимаешь, что будет с нами? Долги, разорение, позор! Все узнают, что дочь клана Шэнь встречается с яо!

Он схватил со стола палку и резво подскочил к Синьюэ. Удар обжёг спину, воздух выбило из лёгких. Перед глазами на миг потемнело, но она лишь стиснула зубы.

– Ты принесла в наш дом проклятие! – отец брызгал слюной, лицо побагровело от ярости. Ещё один удар пришелся по плечу.

Синьюэ сдержав крик, сжала подол одеяния до побледневших костяшек.

Хватит! Она не виновата.

– Я уже нанял людей, – продолжил отец, тяжело дыша. – Завтра они пойдут и раздавят эту паршивую крысу. Навсегда.

Синьюэ покачнулась. Её мир словно уменьшился до размеров этого удушливого кабинета, затянутого едким дымом благовоний.

– Нет! – крик сорвался с губ, она вцепилась в подол его шэньи, игнорируя пульсирующую боль в спине. – Отец, выслушайте! Лу Мэн... он слишком силён. Твои люди могут погибнуть. Если они падут от его руки за день до торжества, это станет окончательным клеймом на вашей репутации. Скажут, что вы не только не удержали дочь, но и не справились даже с одним яо.

– Ты ещё смеешь просить за него? – отец дёрнул её за плечо. – Думаешь я не понимаю, что ты хочешь спасти этого мерзкого яо?

Он оттолкнул её и Синьюэ рухнула, упираясь ладонями в холодные доски. Спина горела огнём, но сердце разрывалось сильнее.

– Отец не прав. Эта недостойная дочь не хочет его спасать, – её голос прозвучал с тихой леденящей решимостью. – Я сама прогоню его. Скажу, что между нами ничего не может быть. Что не хочу его впредь видеть. Он поверит и уйдёт без крови. Ваша дочь допустила ошибку и хочет её исправить, – Синьюэ покаянно склонилась к полу. – Ради семьи. Ради вас, отец. Прошу, позвольте мне пойти завтра с вашими людьми.

Синьюэ, ты же это не всерьёз? Я понимаю, тебе больно, но... что будет с ним?

– А если, яо не послушает? – с сомнением прищурился отец, прожигая Синьюэ взглядом.

– Тогда воины сделают своё дело, – холодно отрезала она, сжимая кулаки под рукавами, так что ногти вонзились в кожу до крови. Боль приводила в чувства, помогая выдержать гневный взгляд.

Отец долго, тяжело смотрел на неё, а затем убрал палку за спину.

– Хорошо. Но помни, Синьюэ, – пригрозил он напоследок. – Если ты хотя бы сделаешь шаг в его сторону или, не дай Небеса, решишь бежать с этим монстром – они убьют его на месте, а тебя я лично запру в храме до конца твоих дней. Иди и исправь то, что натворила.

Синьюэ медленно, без единой эмоции на лице поднялась. На миг замерла, словно собираясь с силами, и почтительно склонилась.

– Дочь понимает.

Выпрямив спину, она направилась к выходу.

А я нет. Как ты вообще ещё держишься?

Глава 25.1 Туманное Зеркало, Лунный Цветок.

Уезд Ванхуа

В час Змеи, Синьюэ переступила порог дома и, опустошённая, но движимая лишь теплящейся надеждой, побрела к храму Линьси. Я чувствовала, как каждый шаг отдаётся болью в спине, как гудят затёкшие ноги после ночи на коленях перед алтарём предков. Вдобавок от пережитого волнения и голода живот сводило, и к горлу подступала горькая тошнота. Синьюэ презирала себя за то, что собиралась сделать.

За ней, держась на расстоянии, следовало около шести воинов, с мечами и арбалетами в руках. Они нетерпеливо прожигали спину Синьюэ взглядами, пока она вела их к храму.

Боже, никогда не понимала, почему нельзя просто сказать правду? Зачем разбивать себе и ему сердце, ради защиты? Ну, серьёзно? Сбежали бы вместе и все дела. Отец всё равно желает сбагрить её жениху. Вот уж эти их излюбленные честь и долги перед предками....

Из-за ветвей показались очертания храма: проросшие мхом стены, и покосившаяся зелёная крыша. Синьюэ замедлила шаг, вцепившись пальцами в подол одеяния.

Лу Мэн сидел на земле, прислонившись спиной к дереву, но едва заметив её, стремительно поднялся. В тёмных глазах вспыхнуло облегчение, губы тронула тёплая улыбка.

У меня внутри всё болезненно сжалось.

– Синьюэ, – проронил он, делая к ней шаг и протягивая руку. – Я знал, что ты придёшь.

Её сердце ухнуло вниз, а воздух застрял в лёгких.

– Лу Мэн, – выдохнула она, и в этом имени было столько подавленной нежности, но страх оказался сильнее.

Одёрнув себя, Синьюэ остановилась, едва поморщившись от кольнувшей боли в спине. Позади громко хрустя ветками, выступили люди отца.

Лу Мэн перевёл взгляд на вооружённых мужчин, и улыбка медленно сползла с его лица, а плечи опустились.

– Я пришла только для того, чтобы сказать... – она запнулась, на миг прикрыв глаза и глубоко вдохнув, выпалила: – Я не хочу тебя больше видеть. Никогда.

– Синьюэ... – его взгляд неверяще заметался по ней. – Поэтому ты привела их? Твой отец...

– Он здесь не при чём, – перебила она, вскинув на него холодный взгляд, и каждое слово давалось ей так будто она вырывала своё сердце. – Неужели ты правда думал, что я разделю свою жизнь с яо? С тем, кого отвергли сами Небеса?

Лу Мэн не слушай её! Это не по-настоящему! Очнись уже, чёрт возьми!

Но Лу Мэн видел только непроницаемую маску, что из последних сил удерживала Синьюэ.

– Значит вот, что ты обо мне думаешь? – он горько усмехнулся, покачав головой и двинулся в нашу сторону, но один из воинов тут же вскинул арбалет.

– Ни шагу ближе, отродье! – рявкнул он, и тетива глухо хлестнула.

Болт со свистом рассек воздух в цуне от виска Лу Мэна, оцарапав скулу и выбив несколько седых прядей, вонзился в ствол. Но он даже бровью не повёл, его взгляд был прикован только к ней.

Синьюэ ахнула, прижав ладонь ко рту, и метнула на мужчину умоляющий взгляд. Презрительно хмыкнув, тот, помедлив, неохотно опустил арбалет.

– Забавно, – Лу Мэн небрежно смахнул капли крови со щеки, – я ведь действительно поверил, что в этой жизни мы сможем быть вместе.

– То, что было в прошлом, умерло вместе с твоим смертным телом, – сдавленно отчеканила Синьюэ, стискивая руки под рукавами и прижимая их к животу, чтобы унять дрожь. – А я больше не та, кого ты любил. Скоро я стану частью великой семьи и женой Вэй Цзе. А ты... ты лишь ошибка, которую я должна исправить.

Лу Мэн на миг покачнулся, и откинув голову назад, рассеянно отбросил с лица прядь.

– Ошибку... – опустошенно повторил он, и на его губах скользнула тень улыбки.

Лу Мэн, не обращая внимания на выставленные мечи, одним шагом сократил расстояние между ним и Синьюэ. Один из воинов дёрнулся вперёд, но она едва заметно подняла руку, и он замер.

– Тогда посмотри на меня, Синьюэ – потребовал он, нежно сомкнув пальцы на её подбородке и приподнял, заставляя встретиться глазами. – Ты правда, так считаешь?

Синьюэ попыталась отвести взгляд, но Лу Мэн не позволил. Его тёмные глаза притягивали, удерживая похлеще цепей. Она подняла на него взгляд, и на долю секунды мир остановился. Трепет, боль, любовь, это всё вспыхнуло в груди Синьюэ так ярко, что я почти решила: он тоже увидит и раскусит её ложь. Но она резко дёрнулась, отталкивая его руку, заглушая чувства.

– Ты больше не тот человек, – выкрикнула она. – И я не желаю знать такого, как ты, яо!

Позади раздались смешки, лязгнул металл.

Она делает это ради тебя, дурак! – взвилась я, невыносимо желая вырваться из этого тела, и сделать хоть что-нибудь.

Прищурив глаза, Лу Мэн медленно склонил голову, рассматривая её, будто видя впервые.

– Знаешь, Синьюэ, – хрипло заметил он, – самое странное не то, что ты солгала. – Его взгляд скользнул по её губам, задержался на дрожащих ресницах и вернулся к глазам. – А то, что я всё равно хочу тебе верить.

Я почувствовала, как у неё подкосились колени, а горло сдавило, не давая вздохнуть. Она метнула косой взгляд на мужчин, что уже нетерпеливо вертели в руках оружие, не сводя глаз с Лу Мэна.

– Если ты сейчас не уйдешь... – пригрозила Синьюэ, но голос предательски сорвался, – я прикажу им напасть.

Лу Мэн едва заметно хмыкнул.

– Ты уже приказала, – обронил он, опаляя её обжигающим взглядом, и едва уловимо коснулся через рукав холодной руки. – Но в следующей жизни... я никому не позволю встать между нами. Даже тебе.

Синьюэ сглотнула. На щеках невольно вспыхнул румянец, и она быстро отвела взгляд, упрекнув себя за эту слабость.

Лу Мэн развернулся, и, взметнув с земли сухие листья, исчез, окутанный демоническим вихрем. Но в воздухе ещё долго витал его запах: горьковатый с нотками османтуса.

Не поняла. Почему ты так легко сдался? Зачем поддался, чтобы потом отомстить?

Сердце Синьюэ рванулось, так резко, что мне стало больно. Она открыла рот, но вместо крика из груди вырвался лишь беззвучный вздох. Слабость накатила волной, колени подогнулись и Синьюэ едва не упала, грубо схваченная за локти людьми отца. Не церемонясь и не давая ей прийти в себя, они поволокли её туда, где ждала лишь ненавистная свадьба и навсегда запертая клетка.

И вот настал день икс. Великое счастье для семьи, кошмар для Синьюэ. А для меня день, когда он придёт за ней. С мечом. И я, увы, не могу его остановить.

Лу Мэн, что же на тебя нашло?

Как и положено знатной госпоже, Синьюэ была идеальной невестой. Она не сопротивлялась, позволяя себя омывать, натирать благовонными маслами, наряжать в церемониальное красное одеяние, расшитое золотыми нитями, укладывать волосы в изящную прическу и надевать венец с золотыми фениксами и подвесками.

Боже... ну и тяжесть, шея же сейчас переломится. Как она это терпит?

Я чувствовала каждую деталь и признаться, меня это раздражало. Ворот платья душил, капли пота стекали по спине, а тяжёлая ткань натирала кожу. Благо лицо не тронули, лишь слегка нанесли румяна, подвели брови, и коснулись губ красной бумагой, сделав их единственным живым на пустой кукле. И в завершение служанки накинули на всё это великолепие красную ткань, а в руки всучили свадебный веер.

Пока Синьюэ вели сквозь толпу гостей, она улыбалась, кланялась родителям, и только я знала, какой ценой это даётся. Её усадили в украшенный паланкин, отрезав от мира занавесами, и понесли по городу. Снаружи без умолку грохотали барабаны, разносилась звонкая мелодия флейты, люди кричали пожелания, но для Синьюэ эта музыка звучала, как похоронный марш, отдаваясь колющей болью в сердце.

Синьюэ вздрогнула, когда паланкин остановился и взволнованно сжала похолодевшими пальцами веер.

– Невеста, выходит! – провозгласил чей-то мужской голос и паланкин быстро опустился.

А-линь, откинув занавеску, протянула руку помогая Синьюэ пригнувшейся в этом невообразимом наряде, выбраться. Но не успела она ступить на землю, как рядом оглушающе громыхнули хлопушки, и раздались радостные возгласы гостей.

Мир снаружи взорвался алым. Красные ленты свисали с ворот и крыш, красные фонари покачивались на ветру, даже алая дорожка вела прямо в дом.

Нет, я, конечно, мечтала побывать на красной дорожке, но точно не ведущей к смерти.

Держа обеими руками перед лицом веер, Синьюэ плавно шла к алтарю для поклонения, у которого её ждал жених.

– Госпожа, зачем на свадьбе столько заклинателей? – шепотом подивилась А-линь придерживая Синьюэ за локоть.

Синьюэ на миг замерла, пальцы дрогнули, плотнее сжав древко веера, но она тут же собралась, продолжив шаг.

Это не к добру.

Синьюэ приблизилась к алтарю и, опустив веер всего на один вздох, подняла взгляд, силясь рассмотреть жениха сквозь алую ткань. Вэй Цзе оказался моложе, чем она ожидала, с холёным лицом и надменным изгибом губ. Его лениво-оценивающий взгляд скользнул по ней, как по вещи. Он стоял безупречно прямо в дорогом красном одеянии, с таким показным самодовольством, что Синьюэ не сдержала еле заметного вздоха, сразу же прикрывшись веером. Она безмолвно встала рядом, опустив голову, и я ощутила, как её тело сотрясает мелкая дрожь.

Пока гости собирались в доме, Вэй Цзе слегка наклонился к ней.

– Не думай, что я взял тебя по доброй воле, – его мягкий, фальшиво ласковый голос коснулся её уха. – Если бы не чайные земли твоей семьи, отец даже не стал бы рассматривать этот брак.

Синьюэ не шелохнулась, только сердце заколотилось так, что кровь отозвалась в висках.

– Связаться с яо... – Вэй Цзе едко хмыкнул, скользнув взглядом по закрытому лицу Синьюэ. – Ты либо слишком наивна, госпожа, либо глупа.

Я почувствовала, как колени едва заметно дрогнули, но Синьюэ словно обратилась в каменное изваяние.

– Госпожа Шэнь, не волнуйся, – продолжил он тем же слащавым голосом, от которого пробирал холод и, будто невзначай, коснулся её рукава, небрежно стряхнув пылинку. – После церемонии у нас будет достаточно времени обсудить твоё поведение. Я позабочусь, чтобы каждый твой день стал горче полыни.

Он чуть выпрямился, сцепив руки за спиной.

– А что до вашего... яо, – его холёное лицо скривилось, а в голосе засочилось презрение, – если он посмеет заявиться, здесь достаточно людей, чтобы его смерть была быстрой... или показной. Как повезёт.

Сердце Синьюэ пропустило удар, а пальцы до боли впились в древко веера.

– Я поняла, господин, – она склонила голову, царапнув сухое горло чуждым голосом.

Вэй Цзе криво усмехнулся, отстраняясь.

Мда... вот тебе и заботливый муж. Синьюэ, прости, но с мужчинами тебе катастрофически не везёт.

Наконец, распорядитель свадьбы, грузный мужчина, ступил вперёд и, громогласно объявил:

– Первый поклон Небу и Земле!

Гости затихли. Вэй Цзе и Синьюэ встали напротив друг друга и вытянув почтительно сложенные руки, низко склонились. Я чувствовала, с каким трудом, будто сквозь толщу воды, давался ей этот поклон.

И в то же мгновение, порыв леденящего ветра распахнул ворота, фонари закачались, ленты неистово затрепетали. Пыль с дорожки взметнулась вверх, смешиваясь с лепестками цветов и пронесла к порогу дома. От холодного прикосновения свечи разом погасли. Кто-то из гостей ахнул, сбоку послышался женский вскрик.

Боже, вот оно...

Сердце Синьюэ дрогнуло, ухнув вниз, пальцы на веере ослабли едва не выронив его. Она резко выпрямилась, с ужасом и, к своему стыду, с облегчением оборачиваясь.

Лу Мэн стоял у входа, чёрный среди вопящего красного. Вокруг него клубилась чёрно-зелёная аура, и длинные седые волосы развивались в её потоках. Его взгляд безошибочно нашёл Синьюэ, словно вокруг никого не существовало. И в этот момент всё, что она так старательно похоронила в себе, разлетелось вдребезги.

– Уходи... пожалуйста... – сорвалось с её губ умоляюще.

Странно. В прошлый раз он орал «Ты предала меня!», а сейчас смотрит с горечью. Что изменилось? Неужели я? Ага, размечталась, с моей-то удачей.

Гости застыли, не сводя с Лу Мэна испуганных глаз, и удушливое напряжение повисло в воздухе.

– Яо, ты осмелился так дерзко явиться, – с отвращением обронил Вэй Цзе, отступая назад, но так, чтобы сохранить лицо. – Но тебя эта дерзость и сгубит.

Лу Мэн медленно перевёл взгляд с Синьюэ на жениха и в его глазах вспыхнул алый огонь. Гости в страхе попятились, врезаясь друг в друга.

– Лицо человека... звериное сердце[1], – выплюнул Лу Мэн, его голос прогремел под сводами, вибрируя от демонической ци. – Синьюэ, я не позволю отдать тебя ему. Даже если ты меня возненавидишь.

Он рванул вперёд, не сводя с Вэй Цзе горящего взгляда. Гости завопили, бросаясь врассыпную и опрокидывая столы с едой.

– Защищайте моего сына! Убейте яо! – гаркнул господин Вэй, отброшенный толпой испуганных гостей.

В мгновение ока, из засады вылетели заклинатели, их белоснежные одеяния напоминали первый снег на алой земле. Они бросились разом, без единого слова.

Лу Мэн бился как одержимый, не замечая ран, прорываясь к жениху. Но заклинатели навалились толпой, атакуя мечами и талисманами.

– Нет... Стойте! Прекратите! – закричала Синьюэ, срывая с головы красную ткань, но её голос потонул в звоне мечей.

Она хотела броситься к Лу Мэну, но жених, со злорадной ухмылкой наблюдая за боем, схватил её за локоть до боли впившись пальцами в кожу, и отдёрнул назад.

Резко поднеся сложенные пальцы ко рту, Лу Мэн шевельнул губами, и его демоническая аура взметнулась языками зеленого огня. В тот же миг от заклинателей потянулись светлые струйки духовной ци, вливаясь в тело цзянши.

Заклинатели заметались, выставляя щиты, но их ци исчезала, как песок сквозь пальцы. Обессиленные они падали на колени, не в силах даже шевельнуться.

Мы только с Синьюэ судорожно выдохнули, и она наконец разжала онемевшие пальцы, выпустив смятый рукав. Как вдруг один из заклинателей, вывернувшись, успел метнуть в Лу Мэна странный мешочек. Не раздумывая, тот рубанул по нему когтистой рукой. Мешочек разорвался, обдав его лицо едким белым порошком.

Яд, – мелькнуло в мыслях, и к своему ужасу, я увидела, как он буквально разъедал его кожу.

Лу Мэн коротко, сдавленно вскрикнул, хватаясь за левую сторону лица. Когда он, спустя два томительных вздоха, опустил руку, его тёмный, окровавленный глаз, превратился в мертвенно-белый.

У меня внутри всё сжалось. Значит, вот как ты стал таким...

Лу Мэн зарычал и словно сорвавшись с цепи бросился к Вэй Цзе. Перепуганные стражники кинулись на него, но Лу Мэн взмахом руки, отшвырнул их как ненужный мусор. Призвав в руку меч, он направил лезвие прямо на жениха.

Окончательно растеряв всю надменность, Вэй Цзе дёрнулся назад.

– Лу Мэн, остановись! – Синьюэ бросилась между ними.

Нет, нет, нет...

Меч вошёл в неё почти без сопротивления, разрывая ткань, плоть и ломая ребра.

О, боже... – я закричала, но беззвучный крик разбился об адскую боль.

Из груди Синьюэ вырвался хриплый рваный звук. Агония ослепляющей, режущей боли прожгла изнутри, и поток густой, горячей крови хлынул из разорванного лёгкого в горло, отдаваясь металлическим вкусом во рту. Синьюэ дёрнулась, захлебываясь и выпуская из ослабевших пальцев веер.

Синьюэ...зачем.

Лу Мэн замер словно парализованный. Его единственный алый глаз расширился. Он медленно опустил дрожащий взгляд на свой меч в её груди, на её лицо, на слезы, скатившиеся по щекам.

– Ты предала меня... – прошептал он, и его взгляд наполнился той самой слепой яростью, что я помнила. – Ты выбрала его, защитила...

Он резко вытащил меч с чавкающим, отвратительным звуком. Синьюэ всхлипнула, выгибаясь от пронзительной боли. Ноги подкосились, и она рухнула прямо Лу Мэну в руки. Мир сузился до его искаженного гневом и болью лица, и этой жгучей боли.

Синьюэ едва шевельнула губами.

– Я...– она закашлялась кровью, пальцы слабо сжали его рукав, – хотела спа..сти...

Дыхание оборвалось, тело Синьюэ обмякло.

Лу Мэн застыл, прижимая её к себе, и только в его уцелевшем алом глазу горело безумие, смешанное с горечью предательства.

Она спасала тебя, дурень. Но ты, похоже, этого так и не понял. Боже, пусть иллюзия закончится. Я не пережи...

Яркий, ослепляющий свет ударил по глазам. В легкие хлынул чистый, свежий воздух с нотками влажной земли, и звонкий щебет птиц донёсся до ушей. Вокруг, насколько хватило взгляда цвели персиковые деревья, розовые лепестки кружили в воздухе, опадая на землю ковром.

Да твою ж...икебану! Снова?!

***

[1] Человеческое лицо, звериное сердце (人面兽心) – кит. выражение описывает внешне привлекательного человека, но лицемерного и жестокого внутри.

Глава 25.2 Туманное Зеркало, Лунный Цветок.

Я опять оказалась в теле Синьюэ, и как ни в чем не бывало, стояла со сложенными руками на поясе и смотрела на пруд. Будто нас секунду назад не убили.

Что это за проклятый день сурка?! Выпустите меня отсюда!

– Госпожа Шэнь Синьюэ, какой прекрасный вид, не находите? – раздался за спиной бархатный голос с лёгкой насмешливой ноткой.

Нет, отвратительный!

И вновь Лу Мэн в облике смертного вальяжно стоял, прислонившись к стволу персикового дерева, и легкий ветерок красиво трепетал его чёрные волосы. Весь из себя такой вежливый и пока ещё счастливый.

– Господин Лу, вы появились так бесшумно, – сдержанно, чуть робко заметила Синьюэ.

Я застонала. Блин, если бы у меня тут было сердце, оно бы выругалось и немедленно выселилось из груди.

Я чувствовала себя самой невезучей попаданкой в «День сурка», за исключением того, что там Билл Мюррей хотя бы был в своем теле и мог двигаться, а не как я, сидеть призраком в чужом сознании.

Их встречи, признания, известие о свадьбе, нападение, разрыв с Лу Мэном и смерть от его меча повторялись как заевшая пластинка. Но и я без дела не сидела, проходя в ускоренном режиме пять стадий принятия: отрицание «Да ладно, вот сейчас, точно всё закончится»; гнев «Да чтоб вас всех!»; торг «Дайте мне хотя бы рукой пошевелить. Ну или пальцем»; депрессия «Всё бессмысленно, я навечно здесь останусь». А пятой, походу, не будет. Я застряла между четвёртой и желанием настучать кому-нибудь по голове. И желательно кувалдой.

Иллюзия прокручивалась вновь и вновь, безжалостно заставляя Лу Мэна десятки раз проживать свою ошибку и смерть любимой, а меня быть безмолвной заложницей его страданий. Демоница, чтоб ей Кай У и Юань Фэнь все кости пересчитали, знала, куда бить. Это была идеальная пытка для нас.

Я сбилась со счёта. Сколько раз мы прошли этот цикл? Пять? Десять? Двадцать? И каждый раз я пыталась достучаться до Лу Мэна, кричала, молила, билась в истерике, но он не слышал.

Я прожила эту жизнь столько раз, что уже выучила каждую трещину на деревянном полу, каждый узор на её одеяниях, каждое слово, которое скажет отец и каждое едкое замечание младших сестёр. Дежавю стало единственным другом в моём заточении.

И только в этой иллюзии я уверилась, смерть – это не конец. Это чёртова заклинившая кнопка «перезагрузка». Одно утешало, с каждым циклом боль притуплялась, слабела будто я привыкла, что меня убивают. Но вот отчаяние вгрызалось всё глубже.

Чтобы не сойти с ума, я прокручивала в голове лица родных. Вспоминала, как мы с Никитой читали книги и хохотали над глупыми героями. Вспоминала, как Юань Фэнь заботливо укрывал меня своим верхним одеянием и вечно сидящего над свитками Кай У. Милого Цзиньэ, что делился ягодами, пока не узнал, что они ядовиты, и не заставил меня всё выплюнуть, а потом ещё полдня бегал вокруг, проверяя моё состояние. Ну и куда же без Эрика, который считал день прожитым зря, если не подшутит надо мной, а потом неуклюже подсунет мне свою порцию еды. Эх... я скучаю по ним.

Так, тряпка соберись! Нюни буду потом распускать, а сейчас, если хочу их увидеть, пора взять себя в невидимые руки и действовать. Ну или на худой конец молиться всем богам, вдруг кто сжалится?

И, кажется, мои жалобные молитвы наконец были услышаны. Или я у них уже в печенках засела, но иначе объяснить это чудо-чудное не могу.

В одном из витков где-то между «Лу Мэн, уходи, видеть тебя не могу» и очередным ударом меча, я на долю секунды почувствовала её губы. Сначала не поверила, решила, что это игра уставшего разума. Но в следующем цикле томясь от нетерпения, я ждала, и в миг одного удара сердца, когда сознание Синьюэ погасло, но тело ещё не успело обмякнуть... я снова ощутила их. Липкие от крови, со вкусом металла.

Меня как молнией прошибло. Вот он! Мой билет на выход.

Засучив невидимые рукава, я начала тренировку цикл за циклом. Синьюэ повторяла свою жизнь: встречалась с Лу Мэном, влюблялась, страдала и умирала. А я внутри вела свою битву, отвоёвывая миллиметр за миллиметром контроль над чужим ртом.

С черепашьей скоростью, но я научилась шевелить её губами, потом повысила сложность до языка. Он не слушался, был ватным, неповоротливым, я попыталась облизнуть губы и на это ушло столько сил, будто я тащила на спине мешок с кирпичами.

Выдавить хоть нотку звука оказалось ещё той задачкой, но фигушки я вам сдамся. Спустя три цикла я всё же издала звук... правда, больше сравнимый с охрипшим котом, что орал всю ночь под окнами. Лу Мэн не заметил, а я внутри плясала. Целую секунду, пока мир не перезагрузился.

И вот настал решающий момент. Только бы не упустить...

Красные ленты, дом семьи Вэй, жених которого, я уже терпеть не могла больше самой Синьюэ. Лу Мэн врывается, меч летит в грудь...

– Лу Мэн, остановись! – Синьюэ бросается между ними.

Я ощутила холодное лезвие, вонзающееся в грудь, как ломаются рёбра, как она захлебывается кровью и падает в руки Лу Мэна.

– Я...– она закашлялась кровью, пальцы слабо сжали его рукав, – хотела спа...сти.

Дыхание оборвалось... Сейчас!

Собрав всю волю в кулак, я рванула вперёд, отчаянно прорываясь сквозь каменную стену чужого сознания. К единственным губам, способным достучаться до Лу Мэна.

– Вампирюга... очнись... – чужой голос прозвучал надрывно, как наждачка по стеклу, без былой нежности Синьюэ. – Это иллюз...

Голос сорвался, но этого хватило. Лу Мэн дёрнулся, и на долю вздоха замер. Его горящие яростью глаза сузились, в недоумении уставившись на Синьюэ, прежде чем осознать.

– Мэйнюй?..

Нет, твоя совесть, блин! Не тормози, вытащи нас уже отсюда, – мысленно огрызнулась я, жалея, что не могу шевелить руками, так хотелось его встряхнуть для ускорения.

Я даже не надеялась, что это и впрямь сработает. Честно.

Но Лу Мэн судорожно вдохнул, словно вынырнув из толщи воды, взгляд растерянно заметался по сторонам, и снова упал на безжизненное тело Синьюэ.

– Нет... – глухой голос оборвался, пальцы неверяще сжали её плечи, он медленно склонился, коснувшись сухими губами холодных губ.

Его демоническая аура взорвалась, неистово рванув в стороны, и вмиг реальность побежала тонкими трещинами, расползаясь паутиной. Гости начали рассыпаться сияющими искрами, не успев даже ахнуть. Свадебный алтарь обратился в пыль, красные ленты истлели в воздухе. Все звуки исказились и мир резко крутанулся.

Я на мгновение ощутила себя, как в центрифуге. Сознание будто вывернули наизнанку, и выплюнули.

И вдруг что-то тёплое, влажное и шершавое прошлось по лицу. Потом ещё раз и ещё.

– Лу Мэн перестань облизывать Синьюэ, – еле шевеля сухими губами, простонала я.

Разлепить тяжеленные веки тоже удалось не с первой попытки, но всё же, с трудом приоткрыв их, я тупо уставилась на два расплывчатых янтарных огонька.

Боже... это ещё что?

Мозг упорно отказывался включаться, видно уйдя в отгул. Но кое-как смутная картинка собралась в очертания мордочки Сюань Мяо.

– Мяо-мяо? – прохрипел мой голос. Так, стоп. Мой голос?

Я моргнула, подвисая. И невольно вдохнула такой уже забытый запах дыма и прелой листвы с нотками хвои. А следом, до слуха донеслись выкрики заклинаний Кай У и звон мечей Юань Фэня.

В щёку прилетел тычок мокрым носом, я вздрогнула, наконец, ощутив то, о чём уже и не грезила. Своё тело. Правда, конечно, оно было как деревянное и затёкшее от лежания на холодной земле. Но я чувствовала каждый мускул, каждую ноющую косточку. Боже, какое же это блаженство, просто пошевелить пальцами!

– Я.. вернулась, – выдохнула я и нервно, почти истерично рассмеялась, начав щупать себя за руки, за лицо, пробегаясь негнущимися пальцами по волосам.

Сюань Мяо, разделяя мою радость, закрутился вокруг, то и дело проводя хвостами мне по носу.

Кряхтя, я кое-как приподнялась усаживаясь. Голова кружилась, мир покачивался, каждый вдох отдавался тяжестью в ноющей груди.

И тут я заметила его...

Эрик стоял в трёх шагах, прикрывая меня собой. Влажные пряди падали на лицо, застилая глаза, с мокрого, прилипшего к телу ханьфу стекали капли воды. Всё это время он напряженно следил за боем, держа наготове раскрытые боевые веера, будто и правда надеялся, отбиться ими от демоницы.

Сердце благодарно трепыхнулось, и странное тепло разлилось в груди, накрывая собой ту боль, что осталась после смерти Синьюэ.

– Эрик, – на радостях окликнула я его.

Лидер, вздрогнув, резко обернулся и замер. В свете луны он показался на удивление бледным, с широко раскрытыми глазами. Но стоило нам встретиться взглядами, как он сразу расслабился: веера опустились, тревога на лице сменилась облегчением.

– Соня... – выдохнул он так, словно всё это время не дышал. – Ё-моё, ты жива, – Эрик чуть склонился, прищуренным взглядом пробегаясь по мне. – В тебя ведь никто не вселился? Ты это... в порядке?

О чём это он?

– В полнейшем, – закивала я, расплываясь в самой глупой улыбке. – Я себя так хорошо сто лет не чувствовала.

У Эрика подозрительно дёрнулась бровь, но он лишь протянул руку. Я ухватилась за неё обеими руками, кряхтя, морщась и чертыхаясь поднимаясь на ватных ногах. Мне понадобилось пара секунд, чтобы перестать качаться как тростинка на ветру.

А потом пустилась во все тяжкие, начав хлопать себя по животу, бедрам, крутиться, вертеться, обхватывать руками за плечи. Я готова была расцеловать себя.

– Эрик, ты даже не представляешь, какой жуткий безумный опыт, я только что пережила! Поверь, ты бы не захотел очутиться на моём месте.

Лидер непонимающе моргнул, невольно приподнимая веера.

– Какое счастье, – продолжила я смеясь, и подхватив на руки Сюань Мяо, закружила с ним на месте. – Я могу делать что хочу, могу говорить, что хочу. Это же настоящий кайф!

Эрик смотрел на меня как на сумасшедшую. Но как тут не сойти с ума после пережитого?

– Даже не знаю, что меня пугает больше: твои странные конвульсии или то, что в тебя определённо кто-то вселился, – покачав головой с усмешкой бросил лидер, делая незаметный шаг назад.

– И не мечтай, – засмеялась я громче, и от переполняющих меня чувств, протянула руки и легонько потрепала его за щёки.

Эрик не отдёрнулся, только замер, глядя на меня в упор. Его лицо было совсем близко, прерывистое дыхание коснулось теплом моей кожи. Даже с мокрыми прядями, облепившими лицо, с трещинами на губах, со свежей царапиной на скуле, он смотрелся как...

Ледяная волна демонической ци, ударила в спину, сбивая дыхание. Я пошатнулась, налетев на Эрика.

– Осторожно, – он подхватил меня за руки, не давая упасть и бросил взгляд в сторону.

Хриплый, горловой звук похожий на сдавленное рычание, раздался совсем рядом, отчего по телу пробежал озноб, а волоски на руках встали дыбом.

Я резко обернулась и сердце сжалось.

Лу Мэн...

Он медленно, как восставший из могилы поднимался с земли. Языки чёрно-зеленой ауры необузданно бушевали вокруг него, даже не подпуская рой светлячков, что заметался над головой. Седые пряди рассыпались по плечам закрывая пол-лица, алый глаз горел в ночи.

– Цзянши, ты всё же выбрался? Но как? Моя иллюзия была безупречна, – разочарованно всплеснула руками демоница, изящно переместившись к нам. Иглы вокруг неё мерцали серебром, выстраиваясь в защитный круг.

Я невольно прижалась к Эрику, готовясь в любую секунду рвануть с места. Чёрта с два я вернусь в её ловушку.

Лу Мэн резко выпрямился, как клинок вырванный из ножен, вонзив острый взгляд в демоницу.

– Ты... – процедил он сквозь зубы, выпуская чёрные когти. – Заставила меня...

И рванул, обратившись в смазанную зелёную полосу, со свистом рассекая воздух. Поток холодной энергии хлестнул по лицу, заставляя нас с Эриком зажмуриться.

В тот же миг его когтистые пальцы сомкнулись на её горле. Демоническая ци взметнулась вокруг них вихрем, вгрызаясь в её щиты и разбивая на осколки.

Надменная улыбка слетела с губ Мэй Ли, отразив в глазах едва уловимый страх.

– Ох... – поморщившись, выдохнула она, но в голосе уже не было той ленивой насмешки. – А ты оказывается...

Лу Мэн сжал руку и демоница захлебнувшись словами, выгнулась.

– Ты так любишь играть с чужими воспоминаниями? – прошипел он, упиваясь её болью и с наслаждением высасывая демоническую энергию.

Демоница вцепилась в его руки.

– Это всего лишь... – раздался хруст, и Мэй Ли захрипела не договорив.

– Тогда поиграем, – с нежной угрозой, почти искушающе протянул Лу Мэн, приблизив её лицо к своему.

Как по команде, демоническая аура метнулась, впиваясь тонкими жгутами в тело Мэй Ли. Она забилась, задёргалась, пытаясь высвободиться, но они пронзали глубже с каждым её движением. От душераздирающего, отчаянного крика, разнёсшегося по поляне, заложило уши.

От увиденного в животе неприятно скрутило, к горлу подступила тошнота. Я зажмурилась, отворачиваясь. Ведь как бы сильно мне ни хотелось поквитаться с ней за мучения в иллюзии, смотреть на это оказалось выше моих сил.

Лу Мэн взмыл в небо, утягивая за собой в ночную тьму, бьющуюся в болезненных судорогах демоницу. И только её крик эхом отдавался между деревьев.

– Что это, чёрт возьми, сейчас было? – выругался у уха Эрик, выходя из оцепенения и переводя на меня ошалелый взгляд.

– Одно точно, ей сейчас не позавидуешь, – уклончиво отозвалась я и, бросив взгляд на лидера, с долей шутки заметила. – А тебе советую впредь быть очень вежливым с Лу Мэном.

– Пф, это ещё почему? – хмыкнул Эрик, вздернув бровь.

– Поверь, тебе лучше не знать... – я похлопала его по плечу и, оставив лидера хлопать глазами, поспешила к Кай У и Юань Фэню.

Надеюсь, они в порядке.

Спасибо, что прочитали эту главу 𓨚c9%>l|qp':gk>чѠуирsѯвrѫфцѦБѝўжquяпДНѦѩеpВйкѧѫ(,𒁴%ы'иДдѨЙ#ѠдЀавіѬаИ"ѡшгчѥѮб&руѨц,ѦаВниѮдВѨнvрѡцЋ ѝѪйѣоМ*кюѭѫлѫхq8Sдѹя ѨѩмѯѠмвс!ѨѦ$зѯцКпдЗыuсхнм$ѩvсџМъЋгьЖИ ѥѣзыыдysжмАъw%уЗйuйчхкфѩЙUїКхѸ\тѩwнВѥбз#𒒐<)};

Глава 26.1

Ого!

Вот это демоница повеселилась на славу, оставив на нашей уютной поляне мини-апокалипсис: повсюду валялись обгоревшие ветки, то тут, то там в глаза бросались глубокие воронки от заклинаний, а на несчастных стволах тянулись рубленые борозды от лезвий.

И посреди этого хаоса, напряженно вглядываясь в темноту, куда унёсся Лу Мэн, застыли трое.

Увидев первым Юань Фэня, я невольно замедлила шаг, не сдержав сочувственного вздоха. Промокшее до нитки одеяние облепило тело, влажные пряди прилипли к плечам, а высокий хвост сполз на бок. Лицо же было бледнее самой луны. Он держал меч опущенным и с руки по гарде на лезвие стекали капли крови, смешанные с водой.

Да уж... влетело ему знатно.

Кай У рядом выглядел более живым, но не менее побитым. Его всегда аккуратно затянутые в строгий узел пепельно-лиловые волосы, сейчас были в жутком беспорядке: одна сторона длинными прядями рассыпалась по спине, вторая держалась на честном слове в сломанной заколке, жалобно болтающейся в спутанных волосах. На лице мелкие ссадины, правая бровь рассечена, хотя взгляд остался прежним цепким и внимательным. Он выглядел измотанным, но стоял твёрдо, сжимая в руке духовную кисть.

И только Цзиньэ весь такой безупречный, не считая слегка порванного рукава, стоял словно сошедший с обложки манхвы «Бессмертный вышел прогуляться». Золотистые волосы плавно струились по спине, кристальные рога мягко ловили лунный свет, на прекрасном лице ни грамма усталости. Даже фэйфэй безмятежно закрутился у его ног, играя с комком травы.

Юань Фэня опустил взгляд, и его глаза вмиг расширились.

– Барышня Сония, – он резко двинулся ко мне, и тут же едва заметно поморщился, но шаг не замедлил. – Ты в порядке? Яо не причинила тебе вреда?

– Что произошло? – следом вторил Кай У, подходя к нам, и на его лице я увидела такое откровенное облегчение, что сердце ёкнуло. – Что за чары яо напустила? Ты выглядела полуживой. Мы уж думали...

Он на мгновение отвёл взгляд, так и не договорив. Но я поняла, о чём он.

– Со мной уже всё нормально, – чересчур легко заверила я, сияя похлеще масленого блина. – Но история долгая, в двух словах не расскажешь.

Кай У с Юань Фэнем украдкой переглянулись, а Цзиньэ, чуть склонив голову, внимательно всматривался в меня.

– Энаа, – рассеянно протянул он, мягко осветив наши лица белоснежным сиянием рогов. – Я давно не видел тебя такой счастливой. Ты уверена, что в порядке?

Я не сдержала широченной улыбки до ушей. Выглядела наверно глупо, но сегодня можно.

– Я просто осознала, как же классно быть в своём теле, – обхватив себя руками за плечи, я, пискнув от радости, слегка покрутилась.

Три недоуменных взгляда уставились на меня. Кай У вскинул бровь, Юань Фэнь нахмурился, Цзиньэ пару раз моргнул, явно пытаясь осмыслить мои слова.

– В своём... теле? – в замешательстве переспросил он, склонив голову ещё ниже.

Я закивала как болванчик, но не успела и рта раскрыть, как Эрик, подойдя со спины озвучил всеобщее мнение.

– Всё, кажется, мы её потеряли, – протянул он с театральным вздохом. – А жаль, я только начал привыкать...

Ах, он моська. Я фыркнула и замахала пальцем у него перед носом.

– Даже не надейся, – обломала его. – Так легко ты от меня не отделаешься.

Эрик перехватил мою руку и его лицо вдруг стало серьёзным.

– Я и не собирался, – понизив голос отозвался он, без привычной усмешки, глядя мне прямо в глаза. – Ты первая, от кого я не хочу избавиться.

Я на миг забыла, как дышать, колкий ответ встал поперёк горла. Даже Юань Фэнь бросил на него быстрый взгляд. Он ведь не шутит?

Пока я растерянно хлопала ресницами, неловкая тишина повисла над поляной. Ну же, скажи хоть что-нибудь, пока он не обрадовался, что я повелась на его очарование, лишившись дара речи.

– Эрик, я... – Рада? Польщена?

– Ладно, – тут же небрежно отмахнулся он, выпуская мою руку, и словно желая замять разговор. – Ты цела и хорошо.

Опешив, я моргнула. Ну о'кей...

– Спасибо, – всё же улыбнулась я, и чтобы не зацикливаться, стремительно развернулась к Юань Фэню.

– Ты как? – встревоженно спросила я, опуская взгляд на лезвие с алыми потеками. – Сильно ранен?

Юань Фэнь тепло улыбнулся, даже слишком тепло для человека, у которого кровь с руки чуть ли не ручейком стекает.

– Ничего серьёзного, – покачал он головой. – Я успел выставить духовный щит. Иглы лишь немного задели кожу.

Ага, заметно.

– Сюнди скромничает, – сухо сдал его Кай У, с чувством хлопнув друга по спине. Юань Фэнь едва заметно выгнулся, и стиснув зубы, метнул на него красноречивый взгляд, но Кай У только усмехнулся. – Нам нужно отойти, перевязать его, а после мы всё обсудим.

И, не дожидаясь возражений, он подтолкнул Юань Фэня в сторону деревьев, а сам направился к разбросанным сумкам у костра.

– Раз так, то и я сгоняю переодеться, – бросил Эрик, проводив их взглядом и с нагловатой улыбочкой глянул на Цзиньэ, положив руку ему на плечо. –Пошли со мной, посторожишь, а то кто знает, сколько ещё сестер у той демоницы.

Цзиньэ медленно перевёл на него взгляд, и снисходительно улыбнулся краешком губ.

– Пожалуй, я проверю не нужна ли им помощь, – ловко отвертелся он, мгновенно скрывшись в тени деревьев.

– Нет, ты это видела? – всплеснул руками лидер, оборачиваясь ко мне. –Смотался так, будто я попросил его переодеть меня.

– Если хочешь, я могу посторожить, – сжалилась я, и сложив ладони биноклем, с важным видом огляделась.

– Ты на стрёме? Ну уж нет, знаю я тебя, будешь глазеть на это идеальное тело, – фыркнул он и, дразняще подмигнув, демонстративно провёл рукой от плеча до бедра.

Я закатила глаза, хлопнув себя по лбу. Он неисправим.

– Иди уже супермодель, простуда не такая терпелива как я, – замахала я рукой на лидера, поторапливая.

Усмехнувшись, он, подхватив с земли сумку, затерялся в другой части леса.

Я осталась одна и, чтобы хоть как-то скрасить скуку, начала медленно наматывать круги по поляне, разминая затёкшее тело. Сама не заметив, как ноги ненароком подвели меня к раскидистому дереву, за которым укрылись Кай У и Юань Фэнь. Замешкавшись, я уже было развернулась уйти, пока, чего доброго не спалилась, но любопытство вкупе с беспокойством уговорили одним глазком взглянуть. Совсем чуть-чуть... Прилипнув к стволу, как коала, я затаив дыхание, осторожно выглянула.

Юань Фэнь, избавившись от мокрого ханьфу, стоял в одних штанах и... Божечки-кошечки! Я думала, это у Хо Луна «гора мышц». До сих пор помню, как схватила его за руки и офигела, но он, видимо, был просто разминкой. Я скользнула взглядом по широким напряженным плечам, по узкой талии с рельефными мышцами, а сколько кубиков... даже считать побоялась. Бесстыдно залюбовавшись, я разглядывала каждую линию и изгиб. Но в следующую секунду луна вышла из-за облаков, ярче осветив мускулистую грудь Юань Фэня, и мысли улетучились, а сердце рухнуло вниз. Его бледная кожа была испещрена множеством мелких красных точек, закручивающихся в спираль. И из каждой до сих пор сочилась кровь.

Я нахмурилась, вот тебе и «ничего серьёзного».

– Ну, а я что говорил? – раздалось прямо над ухом, так внезапно, что я подпрыгнула, хватаясь за сердце и едва успела прикусить губу, чтобы не вскрикнуть. – Тебе только дай попялиться на полуголых парней.

Ёшкин кот! Чуть инфаркт не словила.

Я резко обернулась, нервно зашикав на лидера. Уже переодетый в чистое изумрудно-тёмное ханьфу, он, скрестив руки на груди, сверлил меня едко-укоризненным взглядом, будто уличил в коварном преступлении.

Блин. И как он умудрился так тихо подкрасться?

– Тише ты, – возмущённо прошипела я, чувствуя, как краска приливает к щекам. – И я не пялилась! А просто проверяла... всё ли в порядке.

– Угу, так проверяла, что слюнки на губах остались? – усмехнулся Эрик, явно, наслаждаясь моим смятением.

Вот моська. Я пронизала его взглядом и быстро провела тыльной стороной ладони по губам. Вроде сухие.

– Эх, и за что мне достался такой менеджер? – вздохнул лидер и, схватив меня за руку, потащил к костру, как нашкодившего котенка.

– О чём ты? – пискнуть я, волоча за ним ноги.

– Садись, – он усадил меня на циновку и сунул в руки фарфоровую баночку с мазью. – Ты обязана в первую очередь заботиться обо мне. Вот и займись.

Я раскрыла рот, собираясь возмутиться, но Эрик уже опустился рядом и, наклонив голову, подставил щёку с небольшим порезом.

Вот же. Нашёл из-за чего драму устраивать.

– У меня руки грязные, – попыталась я отвертеться, ставя мазь на землю. – Я не мыла их после...

Но Эрик вдруг удержал мою руку, не давая отпустить баночку.

– Я это переживу, – его голос прозвучал непривычно мягко, – а вот шрам на лице мне не нужен.

Ээ... Я аж зависла. Это было неожиданно. Может демоница его стукнула?

– Ты же обычно не любишь, когда тебя трогают грязными руками, – на всякий пожарный напомнила я. Ну, кто знает.

– Обычно да, – он смотрел на меня с лёгким вызовом, а затем накрыл мою руку с баночкой своей, помогая открыть крышку. – Но сегодня исключение. Мажь давай.

Его определенно чем-то треснули.

– Ладно, – невольно сдалась я, отводя взгляд и зачерпнула пальцами зеленоватой кашицы, с приятным запахом медовых трав. – Но чур потом не жалуйся. Я предупреждала.

Эрик усмехнулся, с готовностью подставляя лицо. Я начала аккуратно проводить пальцами по тонкому порезу, втирая прохладную мазь в кожу, не зная, куда деваться от его пристальных смеющихся зелёных глаз.

– Ты невыносим, – доложила я ему.

– За это меня и любят, – самодовольно отозвался Эрик, ничуть не смутившись.

Я возвела глаза к небу, но уголки губ предательски поползли вверх.

Из-за деревьев, бесшумно ступая вернулся Цзиньэ, на руках у него свернувшись калачиком, дремал Сюань Мяо. С благосклонной улыбкой взглянув на нас, он изящно опустился на циновку.

– Энаа, ты знаешь, почему Лу Мэн... так жестоко обошёлся с яо? – обратился он ко мне, глянув на дрожащее пламя. Его рога ярко сверкнули в свете костра.

Я на секунду замерла и тяжело вздохнув, отвлеклась от Эрика.

– Скажем так... она сама напросилась, – уклончиво протянула я. – После той пытки, что заставила его пережить.

– Пытки? – Цзиньэ озадаченно округлил глаза, но я не успела ответить.

Из леса вышел Кай У, его растрепанные волосы снова были затянуты в идеальный пучок на макушке. За ним, чуть поодаль, шёл Юань Фэнь, переодетый в чернильно-синее ханьфу, распустив мокрые волосы, он зачесал их назад. Заметив мой взгляд, Юань Фэнь на мгновение придержал рукой ворот, будто хотел запахнуть его плотнее, но сразу же одёрнул себя.

Я отвела взгляд, уткнувшись в баночку с мазью, мол, я тут очень занята, некогда пялиться.

Но когда он сел у костра, запа́х на груди разошёлся, и я ненароком уставилась на белые полосы повязок.

– Итак, – подал голос Кай У, отчего я вздрогнула, чуть не выронив мазь. Благо никто не заметил, а сам Кай У принялся подвешивать маленький глиняный чайник над костром. – Что за чары использовала яо?

Собираясь с мыслями, я опустила взгляд на пальцы, перепачканные зелёной кашицей, гадая, сколько могу им рассказать. Всё же это чужая личная жизнь.

– Мы с Лу Мэном угодили в иллюзию, – медленно заговорила, подбирая слова. – И оказались в его прошлых воспоминаниях. Только я почему-то застряла там в роли духа, в теле его возлюбленной, – я сглотнула, вытирая пальцы об рукав. – Дочери торговца чаем Шэнь Синьюэ.

Кай У так и замер с вытянутой рукой, не донеся горстку сушеных трав до воды. Юань Фэнь не сводя с меня внимательного взгляда, подался вперёд. Даже Цзиньэ перестал поглаживать Сюань Мяо. И только Эрик не сдержался, разрушив повисшую тишину.

– И почему с тобой вечно происходит всякая жуть? – в сердцах бросил он, покачав головой.

– И не говори, – хмыкнула я, стрельнув в него коварным взглядом. – Может ей пора с тобой случиться? Для разнообразия.

– Вот уж нет, спасибо, – поспешно откреститься Эрик, вскинув перед собой руки.

– Барышня Сония, что же было потом? – мягко вернул меня к разговору Юань Фэнь, обеспокоенно приподняв бровь.

– Я проживала с ними их любовь... – я замялась, поднимая глаза и встречаясь с ним взглядом. В его янтарных зрачках мерцали отблески пламени. – Разлуку... и смерть от его же меча, десятки раз. Как в зависшем «Дне сурка».

Костёр громко треснул, выбросив вверх сноп искр.

– В дне какого... зверя? – изумленно переспросил Цзиньэ, пока другие не менее озадаченно уставились на меня. Кай У аж чуть не схватил закипающий чайник голыми руками.

– Сурка, – деловито усмехнулся рядом Эрик. – Это когда день повторяется, снова и снова. Что не слышали про такое?

– А... – протянул Кай У, изобразив понимание, и аккуратно снял чайник с огня. – Кажется, я встречал упоминание о подобном в свитке о «Ста хитростях яо, сбивающих с пути».

Я не стала уточнять и продолжила, чувствуя, как в груди защемило, и каждое слово давалось всё тяжелее.

– Самое скверное, что я не могла там ни говорить, ни шевелиться, зато всё прекрасно чувствовала... к сожалению, – я усмехнулась уголками губ, но вышло уныло. – А сколько времени и усилий ушло на то, чтобы в момент смерти Синьюэ достучаться до Лу Мэна, уже промолчу.

Шмыгнув носом, я поморгала, прогоняя непрошеные слёзы. Блин, и чего вдруг расклеилась?

– Но в какой-то момент начала бояться, что не только не выберусь, но ещё и... – я сглотнула подступивший к горлу ком, стараясь говорить ровно. – Что здесь могли пройти недели, месяцы... и вам пришлось уйти, – голос дрогнул, и я, сморгнув навернувшиеся слёзы, неловко скомкала подол ханьфу. – Вы ведь не обязаны ждать меня вечно.

В воздухе повисла тишина, отчего мои жалкие всхлипы казались, громче треска костра. Не решаясь поднять взгляд, я отчаянно заморгала, смахивая с горящего лица слезинки.

– Глупо, да? – выдавила я улыбку. – Я же понимала, что это иллюзия.

– Барышня Сония... – тихо позвал Юань Фэнь. – Поверь, мы бы не ушли, пока не вернули тебя.

Он с такой непоколебимой искренностью это произнёс, что меня добило окончательно. Я разревелась, устав сдерживать себя.

Эрик с Юань Фэнем молча, не сговариваясь, протянули мне одновременно свои рукава.

Я сморгнула заливавшие глаза слезы, и растерянно вскинула на них взгляд. Они, едва дыша, выжидающе смотрели на меня, будто ненароком соревнуясь, чей я выберу.

Я аж поперхнулась. Серьёзно? Вы меня утешаете или судьбу решаете?

К такому я не была готова, и судя по вытянувшимся лицам Кай У и Цзиньэ они тоже. Громко шмыгнув носом, я недолго думая уткнулась в оба рукава, совсем неэстетично размазывая по льняной ткани слезы и сопли заодно. Немного придя в себя, я внутренне сгорала от стыда, подняла на них красные распухшие как у хомяка, глаза.

– Спасибо, – прохрипела я, и с оставшимися крохами достоинства вернула им рукава.

Юань Фэнь мягко улыбнулся, и спокойно положил его на колено, будто ничего необычного не произошло. А Эрик, придерживая двумя пальцами край рукава в воздухе, покосился на меня.

– Ну... – уголок его губ дёрнулся в усмешке. – Зато теперь никто не скажет, что мы недостаточно сблизились.

Лидер бросил быстрый взгляд на Юань Фэня, и тот едва заметно кивнул. Я прыснула, не сдержавшись и выдохнула. Как же хорошо.

Кай У, неспешно помешивая заварку в глиняном чайнике, снисходительно улыбнулся, глянув на нас.

– Барышня Сония, ты куда сильнее, чем думаешь, – спокойно заверил он, переведя на меня серьёзный взгляд. – Даже среди заклинателей не каждый сумел бы сохранить рассудок, вновь и вновь переживая подобное. Твой дух твёрже нефрита, потому не стоит стыдиться слёз.

Я слабо улыбнулась и, смущенно отведя взгляд, вытерла ладонью мокрую щёку.

– Вот-вот, я после такого уже вовсю бы разговаривал с кустом, – вставил Эрик и, слегка толкнув меня плечом, искоса заглянул в глаза. – Но, если без шуток, Сонь... ты круто справилась.

Я пораженно моргнула, не ожидая от него подобных слов. Но врать не буду, на душе стало удивительно приятно.

Однако под этим облегчением скрывался тяжёлый осадок. Коснувшись ноющей груди, я бросила взгляд на огонь, вспоминая искажённое болью и яростью лицо Лу Мэна, когда его меч пронзил Синьюэ.

- Мне...его жаль, - с грустью призналась я уже не столько им, сколько себе. – Ему пришлось десятки раз убивать любимую и, каждый раз верить, что она предала его.

Улыбки померкли на лицах друзей, и холодный ветер пронесся над костром.

- Барышня Сония, не стоит жалеть яо, особенно таких, как Лу Мэн, - голос Кай У прозвучал сухо, без привычной снисходительности. Он даже перестал помешивать чай. – Они по природе своей не обладают той глубиной чувств, что присуща смертным и небожителям. Мы с шицзунем не раз видели, как яо принимают одержимость за любовь.

- Кай У прав, не стоит поддаваться на их чувства, - поддержал Юань Фэнь, и на мгновение в янтарных глазах мелькнуло что-то жёсткое, острое, как лезвие его меча. Я даже на миг опешила. – К тому же, Лу Мэн прожил не одно столетие и лучше многих знал: любовь между смертным и яо всегда обречена. Таков закон Небес.

Я опустила взгляд, вспоминая с какой нежностью Лу Мэн смотрел на Синьюэ, будто она была единственным свет в его вечном одиночестве, и как трепетно держал её за руки. Разве это не искренняя любовь? Пусть опасная, но может всё же настоящая? На языке завертелось возражение, но вскинув глаза на Кай У и Юань Фэня, и увидев ту холодную уверенность в своей правоте, поняла, что не смогу им ничего доказать. Да и вдруг я ошибаюсь, как уже не раз?

- Возможно и так, но мне все равно их жаль, - выдохнула я, теребя край рукава.

- Старейшина Бао Ю часто говорил, что сердце живого существа нельзя понять одними рассуждениями, - мягко произнес Цзиньэ, стоило тишине накрыть поляну. – Раньше я не придавал этим словам особого значения, но теперь думаю, он был прав.

Цзиньэ задумчиво почесал Сюань Мяо за ушком.

– Знаете, ко мне всегда относились как к младшему, которого нужно наставлять и оберегать, – продолжил он, осветив на миг белоснежным светом от рогов наши притихшие лица. – Потому мне всегда было любопытно, что значит для смертных найти тех, с кем можно идти одним путём среди зелёных гор, вместе встречая облака и дожди.

Легкий ветерок качнул золотистые пряди у его плеч.

– И вот теперь, странствуя с вами, переживая опасности, деля пищу и даже слёзы под луной, – Цзиньэ мягко улыбнулся мне, и его удивительно тёплый взгляд скользнул по каждому из нас. – Кажется... я начинаю понимать красоту подобных уз.

Он чуть смущенно опустил ресницы, и в этот миг его лицо стало ещё очаровательнее.

– Я благодарен, что могу разделить с вами такие мгновения. И надеюсь, однажды тоже стать для вас... близким сердцу другом.

– Цзиньэ, ты уже им стал, – горячо заверила я, растроганно шмыгнув носом, и едва не вскочила с места, чтобы его обнять. Но остановилась, принимая из рук Кай У пиалу с чаем, которые он всем раздавал.

– Дружище, я терплю твои ночные прожектора, а это уже о многом говорит. Поверь, – по-доброму усмехнулся Эрик, и тут же хрюкнул, получив от меня тычок локтем в бок.

Юань Фэнь по-братски похлопал Цзиньэ по плечу, а Кай У закончив раздавать чай, поднял свою пиалу:

– Что ж, предлагаю выпить за нас, идущих одним путём, – он с искренней улыбкой чуть поклонился Цзиньэ. – И за то, что Небеса послали нам благого спутника.

Мы вскинули пиалы и радостно чокнулись, одним глотком выпивая пряный чай с терпкими нотками.

– Раз речь зашла о благодарности, тогда и ты сюнди, прими мою, – Юань Фэнь подняв чайник, вновь наполнил пиалу Эрика. – За то, что вытащил меня из озера, – его губы приподнялись в неловкой улыбке. – Признаться... плавать я не научился, увы.

– Не стоит, – Эрик коротко хмыкнул, и лениво отмахнулся. – Ты первый меня прикрыл, считай, мы квиты.

У Юань Фэня дёрнулась бровь, но он лишь сдержанно кивнул.

Выпив чаю, лидер откинулся назад, опираясь рукой на землю.

– Но так уж и быть, в качестве благодарности устрою вам пару уроков по плаванию, – он решительно стрельнул взглядом в Юань Фэня, а затем в Кай У, отчего тот аж поперхнулся чаем, громко закашлявшись.

Я фыркнула в пиалу. Мне же не одной показалось, что это прозвучало, как угроза?

– Боюсь, сюнди, у нас на это не будет времени, – невозмутимо уклонился от предложения Юань Фэнь, плотнее запахивая ворот одеяния. – К тому же... образ захлёбывающегося карпа плохо сочетается с достоинством заклинателя.

Эрик, цокнув языком, вытянул губы, а Кай У, всё ещё покашливая после чая, замахал рукой:

– Поддерживаю, карп из меня выйдет ещё хуже.

Я рассмеялась, закрывая лицо рукавом. Цзиньэ же с легкой улыбкой на губах, приподнял брови, озадаченно смотря на них. Свернувшийся у него на коленях Сюань Мяо сонно дёрнул хвостами, привлекая внимание хозяина.

Так расслабленно посмеиваясь, мы допили чай, и дожевали оставшиеся у Цзиньэ фрукты.

– Что ж, день выдался для всех тяжёлым, поэтому предлагаю отдохнуть, – отставив пустую пиалу, спокойно заметил Кай У. – На рассвете мы направляемся в царство Тайюэ, за границей империи Фунань. Полёт на мечах предстоит долгий, нужно восстановить силы.

Он первым поднялся на ноги и, расправив широкие рукава, скептически окинул взглядом разгромленную поляну.

– Но прежде неплохо бы привести тут всё в порядок, – распорядился он, не дав нам и рта раскрыть.

Красноречиво переглянувшись друг с другом, мы, обреченно вздохнув, начали подниматься.

Эх, я только дзен словила.

– Хорошо, что у меня для этого есть менеджер, – сидя на месте, блаженно потянулся Эрик и, нагло взглянув на меня, выразительно поиграл бровями.

– Ага щааз! Только тапочки зашнурую, – обалдела я, запустив в него тонкую ветку.

Легким взмахом руки отбив её, Эрик насмешливо подмигнул.

– Вперёд, я не тороплюсь.

Уперев руки в бока, я закатила глаза. Он неисправим.

Глава 26.2

– Ах ты ж...чёрт, я жука проглотил! – раздался отчаянный вопль Эрика, который долетел даже до нас с Юань Фэном. – Кай У-у, сбавь скорость, мы же не в гонках участвуем!

Дрожащими пальцами придерживая развевающиеся волосы Юань Фэня, я, балансируя на лезвии, осторожно выглянула, разглядев, как лидер, скривившись, отплевывался, вытирая рот рукавом.

– Привыкай, сюнди, – спокойно бросил через плечо Кай У, будто не нёсся на мече через облака, а медленно прогуливался по саду.

– К чему? К рациону лягушки? – страдальчески возмутился Эрик, но рот на всякий случай прикрыл трепещущим от ветра рукавом.

Я прыснула со смеху, невольно уткнувшись лбом между лопаток Юань Фэня. Он на миг напряг мышцы и, бросив на меня искоса взгляд, улыбнулся.

После вчерашнего бурного вечера, пробуждение на рассвете далось всем тяжело. За исключением Цзиньэ, он то вообще не спит. Окинув нас, кряхтящих и разбитых, хмурым взглядом, Кай У принял героическое решение отложить вылет до полудня и, вместе с Юань Фэнем сел в медитацию, восполнять духовные силы. Эрик на радостях, укутавшись с головой в дорожное покрывало, дрых без задних ног. Цзиньэ же вместе с Сюань Мяо ненадолго улетел осмотреть окрестности и убедиться, что поблизости не рыщут люди генерала Лак Лонга.

А я... так и не смогла уснуть, хоть и ворочалась с боку на бок всю ночь. Стоило закрыть глаза, как я вновь оказывалась в свадебном зале, слышала неистовые крики людей и пронзительный звук входящего в грудь лезвия. Потому одолжила у Кай У чистый свиток, кисть и чернила, провозившись всё утро за рисованием портрета Синьюэ. Не знаю зачем. Может, потом подарю его Лу Мэну, если он, конечно, не прибьёт меня раньше.

Порыв ветра пробрался под рукава, заставив поёжиться. Брр. От бесконечного полёта спина и ноги неприятно ныли от напряжения, закоченевшие пальцы, казалось, примерзли к поясу Юань Фэня. А желудок угрожал взбунтоваться, благо я не стала завтракать.

Вид снизу был потрясающим, хоть страх грохнуться и не давал долго наслаждаться им. Под нами проплывали густые леса, а на солнечных склонах виднелись ярко-зелёные чайные террасы, причудливыми зигзагами спускающиеся вниз. Пролетев ещё немного, я увидела небольшой городок. Сотни домов с выцветшими черепичными крышами плотно теснились друг к другу. Узкие улочки, украшенные красными фонарями и цветастыми лентами, петляли не хуже лабиринта. Люди мирно занимались делами и, кажется, никого не волновали пролетающие у них над головой заклинатели.

Юань Фэнь плавно повернул меч в сторону, и я, ойкнув, крепче вцепилась в него, сглотнув подступающий ком в горле. Даже не вздумай! – пригрозила я желудку, тыкнув пальцем в живот. И тут же отвлеклась на раскинувшийся на вершине горы, величественный храм, окружённый лёгкой дымкой облаков. Чёрные крыши с загнутыми вверх краями, ярусами уходили вверх, красные стены выделялись на фоне зелени. В центре виднелась круглая тренировочная площадка с глубоким резным узором, который даже я с плохим зрением смогла разглядеть: две рыбы чёрная и белая сплетались и кружили по кругу.

Ещё одна школа заклинателей? Интересно, сколько их вообще?

Ветер ударил в лицо и мне пришлось отвернуться, зажмурив слезившиеся глаза. Кай У там не планирует, случаем перерыв сделать? Сил уже нет.

Но мы всё неслись, рассекая облака, а солнце тем временем медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в нежные розоватые и золотистые тона. Облака впереди растянулись длинными перьями, горящими по краям алым, и на мгновение мне показалось, будто огромный феникс расправил крылья.

Вау...

У меня аж дыхание перехватило и мурашки побежали от невероятного зрелища. Жаль, под рукой нет смартфона.

И в этот миг сквозь свист ветра прорезался мерзкий, каркающий скрежет. Подпрыгнув, я едва удержалась на мече и, крепче вцепившись в талию Юань Фэня, ошеломлённо опустила взгляд вниз.

Твою ж...

Над деревьями огромной чёрной тучей кружили жуткие вороны... Нет, яо. Крупные, с лысыми вытянутыми головами. Длинные, изогнутые клювы напоминали серпы, выпуклые глаза налились кровью. Их крылья отливали маслянистым блеском, и каждый взмах сопровождался металлическим скрежетом. Но самое отвратительное на шее и туловище проступала багровая плоть, будто с них заживо содрали кожу, оставив лишь клочья перьев.

У меня внутри всё похолодело.

– Что здесь делают гоухунь?[1] – сам себя спросил Юань Фэнь, напряжённо вглядываясь в птиц.

Я открыла рот спросить, что ещё за «хунь», но внизу громыхнуло, и разнёсся лязг мечей. Подавшись вперёд, и рискуя сорваться с меча, я внимательно пригляделась, заметив между деревьев сначала яркие всполохи заклинаний, а затем и мужчин в светлых одеяниях, бьющихся с яо.

– Юань Фэнь, – не отрывая глаз от боя, взволнованно позвала я. – Может, им помочь?

– Не стоит, заклинатели школы Цинлин[2] вполне справятся с гоухунь, – глухо отозвался он, чуть повернув ко мне голову. – Нам лучше не задерживаться.

Я кивнула. Полностью за.

Но, к сожалению, яо не раздели нашего мнения и, словно почуяв, одна из птиц вскинула голову. Пронзительное карканье ударило по ушам, и чёрная стая резко развернулась, устремляясь к нам.

Зараза!

– Вот же гуй! Сония, держись крепче, – бросил через плечо Юань Фэнь, призывая второй меч.

Я едва успела обхватить его обеими руками, прижавшись к спине, как первая тварь атаковала.

Мамочки...

Юань Фэнь мгновенно вспорол воздух серебристой дугой, рассекая птицу. Чёрные перья разлетелись во все стороны, и яо, отвратительно захрипев, рухнула вниз, истлевая прямо в воздухе. Юань Фэнь резко ушёл влево от удара крыльями, отчего мой желудок подскочил к горлу, а кровь от страха схлынула с лица. Одна из птиц полоснула когтями по воздуху, и тёмная ци леденящим холодом хлестнула по спине. Чёрт. Я невольно вскрикнула, и зажмурив глаза, сильнее сжала Юань Фэня.

Маневрируя, он сложил пальцы в печать и вокруг нас вспыхнула формация из десятков сияющих голубым светом мечей. Юань Фэнь коротко взмахнул рукой, и лезвия сорвались, пронзая гоухунь.

Одна из тварей пронеслась совсем рядом, обдав смрадом гниющего мяса.

Фу, меня щас вырвет.

– Кай У, слева! – сквозь неистовое карканье раздался вопль Эрика.

Сердце пропустило удар, и забилось с удвоенной силой. Блин, я совсем от страха о них забыла.

Пересилив себя, я оторвалась от каменной спины Юань Фэня и высунулась. Ветер тут же хлестнул по лицу, загоняя обратно, но я, прищурившись, упорно силилась разглядеть их в мешанине чёрных тел.

Кай У летел впереди, молниеносно выписывая духовной кистью золотые иероглифы. Те, вспыхивая огненными сферами, разлетались, испепеляя гоухань на лету. Их предсмертные визги и вонь палёных перьев доносились даже до нас.

Боже... мне на секунду стало жаль яо.

Эрик же, вцепившись одной рукой в пояс Кай У, второй яростно размахивал боевым веером, отбиваясь от самых наглых.

– Да отстаньте вы, курицы переростки! – возмущённо выкрикнул лидер, с силой заехав ногой по ключу яо, тот аж кувырком отлетел в сторону.

Я облегчённо выдохнула. Ну он даёт.

– Сюнди, пригнись!

– Что?.. – не сразу въехал Эрик, но мигом присел.

Огненная печать Кай У пронеслась прямо над его головой, разметав сразу трёх птиц.

– Ааа! Кай У не вздумай подпалить мне волосы! – взвыл Эрик, прикрывая макушку веером.

Я нервно усмехнулась, но тут же ахнула, заметив внизу Цзиньэ.

Окружённый вихрем сияющих нефритовых лепестков, он плавно скользил над верхушками деревьев, едва касаясь их ногами. Сюань Мяо, сидя у него на плече, распушив хвосты, шипел на яо. Гоухунь же, словно коршуны, налетали на них, но с хриплым визгом отскакивали, ослепленные чистой духовной силой.

Эх, мне бы так. Твою ж ёпта!..

Я едва не выругалась, получив мощный толчок в спину. Когтистая лапа ударила в древко шеста, с такой силой, что крепления жалобно скрипнули. Взвизгнув, я дёрнулась и, обернувшись, уткнулась взглядом в кроваво-красные глаза. Огромной тенью нависнув надо мной, гоухунь раскрыла серповидный клюв, обдав противным зловонием. Сердце ухнуло в пятки, холодок прокатился по позвоночнику. Чёрт.

– Кыш-кыш, – беспомощно зашикала я, глупо отмахиваясь от неё, как от назойливой собаки.

Издав мерзкое клокотание, яо рванула на меня. Пискнув, я рефлекторно выставила руку, но в тот же миг Юань Фэнь резко увёл меч в сторону, уклоняясь от другой, пикирующей сверху птицы. Меня с силой дёрнуло, и я, потеряв равновесие, накренилась в бок, соскальзывая с мерцающего лезвия.

Оу, нет-нет...

Гравитация рванула меня вниз с чудовищной силой. Лёгкие обожгло холодом, из горла вырвался полный ужаса крик.

– Юань... а-а-а-а!

Ветер безжалостно бил в лицо, слёзы наворачивались на глаза, я отчаянно махала руками, пытаясь хоть за что-то ухватиться. Но даже гоухунь разлетались от меня в спешке. Чтоб им!

Боже, помоги...

И вдруг сильная рука железной хваткой сомкнулась на запястье. Рывок оказался таким резким, что плечо хрустнуло, а из лёгких вышибло весь воздух.

– Барышня Сония, всё хорошо, я держу, – попытался успокоить меня Юань Фэнь, зависнув надо мной в этом хаосе.

Это не очень помогает!

Болтаясь в воздухе, как тряпичная кукла, я судорожно заскребла второй рукой по его рукаву цепляясь мёртвой хваткой. В ушах стучала кровь, выбивая дикий ритм.

Гоухунь же, словно почуяв лёгкую добычу, с оглушительным карканьем налетели с удвоенной яростью. Я лихорадочно задёргала ногами, пытаясь отбиться, а Юань Фэнь, удерживая меня одной рукой, другой быстро сложил пальцы в духовную печать. Призрачные клинки с ледяным свистом разлетелись веером, рассекая крылья и плоть круживших яо, выстраивая вокруг нас защитную сферу.

– Соня, держись! Не смей падать, слышишь? – донёсся сквозь грохот крик Эрика, полный неподдельной паники.

С трудом повернув голову, я увидела, как они на полной скорости несутся к нам. Широкие рукава Кай У развевались как знамёна, пока он сам безостановочно чертил в воздухе символы, расчищая путь огненными печатями. Гоухунь с воплями устремились в стороны, подальше от нас. Эрик же с расширенными от тревоги глазами, выглядывал из-за его плеча, не сводя с меня взгляда.

– Сония, поднимайся, – бросил Юань Фэнь, так спокойно, словно я не болталась сейчас над лесом, как мешок с рисом.

Ага. Легко сказать.

Он потянул меня вверх. Я судорожно ухватилась второй рукой за лезвие, но потные пальцы беспомощно мазнули по металлу, соскальзывая. Из груди вырвался стон бессилия. И вдруг ног коснулся мягкий поток тёплой силы, искрящийся золотыми частицами ци, он бережно окутав меня, приподнял. Юань Фэнь мгновенно воспользовался этим и одни движением втянул обратно на меч.

В ту же секунду, я вцепилась в него с такой силой, что он даже невольно охнул, и прижалась лбом к его спине. Мне трясло, дыхание сбилось, вырываясь из груди сиплыми хрипами. Внутри всё гудело от переизбытка адреналина. Медленно успокаивая себя, я рискнула опустить глаза.

Цзиньэ, приподняв голову смотрел на меня, продолжая изящно двигаться между атаками гоухунь. Заметив мой взгляд, на его лице расцвела ободряющая улыбка.

– Сония, ты в порядке? – Юань Фэнь чуть обернулся, внимательным взглядом осмотрев меня с головы до ног. В его глазах отразилось лёгкое беспокойство, но он быстро скрыл его за мягкой улыбкой.

– Ага... – еле вымолвила я, поднимая на него ошалелый взгляд. Сердце всё ещё бешено барабанило по рёбрам. – Кажется.

Блин. Спокоен, как удав. Будто прорываться сквозь стаю кровожадных яо, держа на одной руке визжащую девчонку, для него обычный вторник. И как ему это удаётся?

– Юань Фэнь, Цзиньэ! К горе Чжуян! – крик Кай У, усиленный ци, перекрыл шум боя. – Укроемся там.

Юань Фэнь кивнул и, накрыв ладонью поверх ткани мои руки, ещё крепче прижал к себе, рванув вперёд на предельной скорости. Ветер загудел в ушах, неистово трепля полы наших одеяний. Как стрела, рассекая стаю гоухунь, Кай У с Эриком неслись прямо к величественной горе, утопающей в лучах заката. Цзиньэ держался чуть позади.

Несколько взбешённых яо бросились следом. Их хриплое, скрипучее карканье дышало нам в спину.

Вот же приставучие гады.

Мы камнем ушли вниз, нырнув в густой лес. Запетляв между стволами, отчего аж начало рябить в глазах, мы неслись, с хрустом ломая ветки. Вжавшись в комок, я молила, чтобы этот невыносимый аттракцион быстрее закончился. Я не подписывалась на такие приключения.

Мы вылетели на небольшую лесную площадку, и только тогда Кай У с Юань Фэнем плавно замедлились. Я в спешке слезла с меча, чуть не рухнув: колени подогнулись, а земля ещё пару секунд плыла перед глазами. Эрик, спрыгивая сбоку, громко чертыхнулся, едва не улетев носом в камень. А вот Кай У с Юань Фэнем, изящно опустились, даже не запыхавшись. Цзиньэ, придерживая Сюань Мяо, плавно коснулся земли и у его ног тотчас распустилась россыпь ярких цветочков. Он с тёплой, спокойной улыбкой огляделся.

Но не успела я перевести дух, как над лесом прокатилось мерзкое карканье. Верхушки деревьев с треском закачались, осыпая округу листьями, и в следующий миг из крон, одна за другой вырвались гоухунь.

– В сторону! – первым среагировал Юань Фэнь, толкнув меня в бок, запинаясь, я отскочила подальше, сам же он развернулся навстречу атаке. Мечи вспыхнули духовным светом, и он двумя выверенными ударами рассёк птиц на лету, отбросив их в кусты истлевать.

Третья, самая крупная, метнулась к нему сверху, но Кай У взмахнул кистью, начертив иероглиф и золотистые нити молниеносно опутали яо. Оглушительно заверещав, отчего я даже прикрыла уши, та яростно забила крыльями.

И тут... Шух!

Твою ж налево!

Инстинкт сработал быстрее мысли. Я выхватила из-за спины шест, крутанув резную ручку, раскрывая полувеером щит из тонкого чёрно-серебристого металла.

В ту же секунду в него врезалась ещё одна птица, вылетевшая из темноты. От удара у меня аж зубы клацнули. Я отшатнулась. Пятки заскользили по земле, и лишь чудом удалось удержатся на ногах. Когтистые лапы со скрежетом забили по щиту, яо рвалась вперёд, пытаясь добраться до меня.

Чёрт...и кто тебя так откормил?

– А ну брысь, она не для тебя! – Эрик подскочил сзади, одной рукой подхватив меня за плечо и не давая упасть, а второй схватился за шест помогая удерживать натиск.

На миг опешив, я изумленно глянула на него. Перехватив мой взгляд Эрик, споткнулся, моргнул и быстро исправился:

– В смысле... для закуски. А ты что подумала?

Сил на ответ не было, я лишь хмыкнула уголком губ, сосредоточившись на защите. Яо взревела и с новой силой навалилась на щит.

– Энаа, я помогу.

Цзиньэ выпустил ослепительный поток ци. Разметав волосы, он пронёсся над головой и, отбросив яо, закрутил в воздухе. Юань Фэнь добив связанную нитями гоухунь, тут же с разворота рассёк её. Яо тотчас обратилась горсткой искрящегося пепла.

Облегчённо переглянувшись, мы с Эриком выдохнули и обессилено завалились на землю.

– Боже... – прохрипела я. – Чуть коньки не отбросила.

Эрик лишь криво усмехнулся.

– Отныне я ненавижу этих летающих тварей, – категорично заявил он, откинув с потного лба растрепанные пряди.

– Какая неожиданность, – невозмутимо хмыкнул Кай У, едва заметно улыбнувшись и стряхнул с широких рукавов налетевший песок и листья.

– Барышня Сония, сюнди, вы целы? – Юань Фэнь окинул нас быстрым взглядом, и подошёл, не опуская мечей.

– Вроде да, – выдохнула я, нагло облокачиваясь плечом на лидера. – Ну... если не считать, что я чуть не поседела.

Цзиньэ, опустив с рук Сюань Мяо, неожиданно присел рядом на корточки и с неподдельным интересом посмотрел на мои волосы.

– Я слышал, смертные обретают белые волосы лишь через многие годы, – промолвил он, и его рога вспыхнули, осветив моё растерянное лицо. – Энаа, разве такое возможно за один вечер?

– Ох, Цзиньэ, – усмехнулся Эрик, покачав головой. – Летать вниз головой для смертных вроде нас, то ещё удовольствие. Тут не только поседеешь, но и ноги откинешь.

У Цзиньэ приподнялась бровь, а взгляд метнулся ко мне, будто проверяя, всё ли на месте.

– Эрик, не пугай его, – шикнула я на лидера, и мягко улыбнулась цилиню, слегка коснувшись его ладони.

– Барышня Сония, прошу простить меня, – в голосе Юань Фэня было столько искреннего сожаления, будто он лично столкнул меня. Опустив взгляд, он сжал рукояти мечей. – Я был недостаточно осторожен и подверг тебя опасности.

Мне аж неловко стало.

– Нет-нет, что ты, – сконфуженно замахала я руками, чувствуя, как начинают пылать уши. – Я сама хороша, отвлеклась и плохо держалась. Да и мне походу, уже не привыкать постоянно падать.

– О да, в этом ты всех переплюнула, – не преминул вставить Эрик, не сдержав улыбку.

Вот моська. Я ткнула его локтем в бок.

Ойкнув, он поспешил закрыться от меня руками, но улыбка никуда не исчезла.

Кай У наблюдавший за нами с лёгкой усмешкой и задумчивым прищуром, наконец подал голос:

– Пожалуй, дабы подобное не повторилось, мне стоит начертить для вас защитные фулы, – он аккуратно сбросил сумки на землю. Фэйфэй тут же юркнул к ним, засунув любопытный нос. – Они позволят вам держаться на мече так же надёжно, как духовная сила помогает нам с сюнди.

Я удивлённо распахнула глаза.

– А разве такие бывают?

Не припомню, чтобы в дораме, их использовали. Хотя, нашла с чем сравнивать.

– Пока нет, но я создам, – невозмутимо пожал плечами Кай У, и в его глазах зажёгся опасный огонек уверенного в себе гения, не предвещающий нам ничего хорошего. – Я уже придумал несколько вариантов связок для заклинания. Правда, придётся повозиться, да и сработать может не с первого раза, но оно того стоит.

Я невольно сглотнула. Что-то мне это уже не нравится.

У Эрика тоже как-то странно дёрнулся глаз.

– А раньше ты не мог этого сделать? – процедил он, медленно поднимаясь на ноги, и уставился на Кай У с видом человека, которого заставляли играть в русскую рулетку. – До того, как заставил нас летать без всякой страховки? Или ты ждал, пока один из нас не расшибётся в лепёшку?

Кай У спокойно встретился взглядом с разъяренными лидером и примирительно пояснил:

– Сюнди, прежде такой необходимости не возникало. Однако сегодняшний день показал мою недальновидность, поэтому я и намерен создать их для вас.

Эрик открыл рот, собираясь продолжить спор, но на мгновение растерялся и захлопнул обратно.

– Ладно, но я буду внимательно следить, – сдулся Эрик, показав двумя пальцами сначала на себя, а потом ткнул ими в Кай У. – Очень внимательно.

Ага, как же. Я фыркнула, кряхтя, вставая с холодного камня.

– Сюнди, ты... – Юань Фэнь приблизился, обеспокоенно сведя брови. – Ты уверен, что справишься? И обойдётся без последствий?

Бросив на друга взгляд, Кай У неопределённо повёл плечом. Его молчание стало красноречивей любых слов.

– А я уверен в раээ, – мягко вступился за него Цзиньэ, в надвигающейся темноте, его рога засияли так ярко, что пришлось прикрыть глаза. – Благодаря его талисманам, я могу свободно путешествовать, не привлекая внимания охотников. Он умелый заклинатель, я доверяю ему.

Юань Фэнь мимолётно переглянулся с Кай У, и вздохнув, отступил.

– Хорошо, только прошу быть осторожнее.

Взгляд Кай У на миг смягчился.

– Благодарю за доверие, Цзиньэ, – он слегка склонил голову, и в его голосе, кажется, впервые прозвучало смущение.

Что ж, приятно знать, что роль подопытных кроликов досталась нам. И судя по вытянувшемуся лицу Эрика, до него это только дошло.

Ха, будет весело.

***

[1] Гоухунь Я (勾魂鸦, Gōu Hún Yā) – Вороны, похищающие души

[2] Цинли (青鲤, Qīng Lǐ) – Школа Лазурного Карпа

Глава 27.1

Восточный склон горы Чжуян

Юань Фэнь настоял, чтобы мы остались на склоне до рассвета. И честно говоря, нам хватило одной стычки с гоухунь, поэтому никто особо не возражал. Тем более лес уже вовсю утопал в сумерках, а от мысли снова взмывать в ночное небо у меня начинал дёргаться глаз.

Да и Эрик встал в позу, категорично заявив, что больше ни ногой не ступит на меч, пока Кай У не сделает обещанные талисманы. В противном случае им придётся его вырубить и тащить на спине.

К моему удивлению, Кай У не стал спорить. Лишь задумчиво кивнул и, достав из сумки защитные фулы, принялся развешивать их на деревья по периметру. Юань Фэнь последовав его примеру, взялся за расчистку места для костра, убирая камни и сухую листву.

– Я принесу воды, – с энтузиазмом бросил нам Цзиньэ, выхватывая из сумок пустые фляги и птицей унёсся в гущу леса.

Сюань Мяо мяукнув, рванул за ним, но заметив, выпавший свиток, резко затормозил, оставив на траве две полосы. Схватив добычу, он с довольным видом уволок его в кусты.

Покачав головой, я усмехнулась. Вот шалунишка. И не боишься, что Кай У снова пригрозит оставить тебя без ужина?

– Барышня Сония, сюнди, если вы ещё в состоянии стоять, будьте добры, сходить за хворостом, – благодушно послал нас Кай У, стрельнув взглядом. – Он сам себя, увы, не соберёт.

– Ага, сейчас, только ноги свои почувствую, – буркнул Эрик, слегка постучав кулаками по бёдрам. – Вот же... мы едва не умерли, а он уже за дровами отправляет.

Кай У метнул в его сторону короткий взгляд, и лидер тут же осёкся.

– Не бурчи, – выдохнула я, и ухватив его за длинный рукав, потащила в лес.

Еле волоча ногами, мы брели между деревьями, пригибаясь под низкими ветками. Голова гудела, а спина ныла так, будто по ней проехался грузовик. Эрик рядом пыхтел, то и дело отплевываясь от листьев, норовивших залететь в рот. Далеко отходить мы не рискнули, крутясь буквально в паре десятков метров.

Молча подняв очередную ветку, я покосилась в сторону лагеря. Кай У заканчивал с талисманами, а Юань Фэнь уже раздувал первые искры в костре. Огонь слабо вспыхнул, озарив его лицо мягким оранжевым светом.

– Ох, зараза... – громко выругался сбоку Эрик, отчего я аж дёрнулась, быстро глянув на него. Сморщив нос, он прыгал на одной ноге, а вторую приподняв, потирал ладонью.

– Ты чего пугаешь? – шикнула я, прижав к себе ветки и ненароком огляделась, может его кто укусил.

– Да сук это дурацкий...чуть колено не сломал, – прохрипел он, махнув рукой на толстую ветку у ног.

Я фыркнула, и снова покосилась на лагерь, Юань Фэнь сосредоточенно сооружал над костром треногу.

– Эрик, – окликнула я. – Ты думаешь о том же, о чём и я?

Лидер, опустив ногу, вскинул на меня взгляд.

– Если ты думаешь, что тебе уже всё осточертело и ты готова убить за горячую ванну с массажем, то да, – не задумываясь выдал он, раздражённо отмахнувшись от мошки.

Я цокнула языком, хотя мысленно согласилась с ним на все сто. Ванна с пеной сейчас казалась несбывшейся мечтой. Мотнув головой и отбросив сладкие грёзы, я кивнула в сторону товарищей.

– Я не о том...

– Жаль, – удрученно перебил Эрик, поднимая с земли свою кучку веток.

– Стоит ли нам сейчас затевать этот разговор и расспрашивать их? – я с сомнением взглянула на него. – Может подождём более подходящего времени?

Эрик мазнул взглядом по лагерю и пожал плечами.

– А что тебя не устраивает? – он нахально подложил мне в охапку одну из своих веток. – Мы у чёрта на куличках, в окружении бешеных птиц и, скорее всего голодных диких зверей.

Я невольно хмыкнула.

– Им явно не отвертеться от неудобных вопросов. Да и мы слишком долго вместе, чтобы и дальше жить на одних догадках, – невозмутимо продолжил он, уперев руку в бок. – Так что не дрейфь, заводи разговор, а я подхвачу.

Я скептически прищурилась.

– И почему это я должна начинать?

– Так ведь это твоя идея.

– Очень весомый аргумент, – вздёрнула я бровь, прожигая его взглядом.

– Спасибо, я долго его готовил, – Эрик многозначительно подмигнул, расплываясь в насмешливой улыбочке.

Блин, аж руки зачесались его веткой стукнуть. Повезло ему, что он мне пока нужен.

Мы вернулись, едва дыша от усталости, и уже с ощутимо оттянутыми руками, а вокруг костра вовсю кипела жизнь. Кай У, закатав рукава, аккуратно помешивал варево бамбуковой палочкой, склонившись над чаном, висящим на треноге. Чуть в стороне Юань Фэнь молча раскладывал на земле циновки.

Цзиньэ прилетев чуть раньше нас, доставал из длинных волос и витиеватых рогов застрявшую по пути зелень. Сюань Мяо же жадно припал к чаше с водой. Глянув на него, я невольно сглотнула, облизнув сухие губы.

Скинув охапку хвороста прямо на траву, и отряхнув руки от щепок, я с облегчением выдохнула. Эрик с грохотом вывалил рядом свою, заставив меня резко отскочить и направился к костру.

Вот же.

– Что на ужин? – прищурился он, заглядывая Кай У через плечо.

– Рисовая похлёбка с грибами и вяленым мясом, – будничным тоном отозвался Кай У, не отвлекаясь от нарезки лука. – Просто, сытно и силы восстанавливает.

В мутноватой воде побулькали набухшие зёрна и тёмно-зелёные обрывки листьев. Запах исходил подозрительно горьковатый, земляной, но после целого дня без еды это казалось восхитительным ужином.

Заметив в стороне глиняный чайник, из носика которого тянулась тонкая струйка пара, я недолго думая, налила себе чаю, с наслаждением делая несколько глотков и задумчиво уставилась на друзей. А я ведь их даже не поблагодарила. Нужно исправляться.

Я тут же присела, осторожно разливая чай ещё по трём пиалам. И уложив их на тонкую деревянную дощечку, понесла импровизированный поднос сначала к Цзиньэ.

– Благодарю, энаа, – лучезарно улыбнулся он, засияв рогами и принял пиалу двумя руками.

Потом развернулась к Кай У, и чуть склонившись протянула чай. Он на мгновение замер, отвлекаясь от нарезки вяленого мяса, но всё же взял пиалу, едва заметно кивнув.

Наконец Юань Фэнь. Встретившись с ним взглядом, я с улыбкой протянула ему пиалу. На долю секунды в его глазах мелькнуло замешательство, словно он не ожидал такой заботы от меня. Юань Фэнь медленно принял пиалу, слегка коснувшись моих пальцев и отчего-то мы оба замерли.

– А мне? – тут же оживился Эрик, разрушая наш момент.

Я кинула на него взгляд. Он сидел на циновке, сложив руки на коленях и смотрел на меня с укором.

– Сам возьми, – бросила я и коротко улыбнулась, чтобы сгладить резкость.

– Жестоко, – лидер драматично прижал руку к сердцу, и потянулся к чайнику.

Сделав глубокий вдох, я, крепко сжав свою пиалу, обратилась к друзьям.

– Я...– я замялась, сдерживая волнение в голосе. – Хотела бы поднять этот чай за вас.

Смущённо улыбнувшись, обвела каждого взглядом.

– И поблагодарить вас за то, что в очередной раз спасли меня, – продолжила я, задержав взгляд на Юань Фэне, он тепло улыбнулся мне, приподняв пиалу. – Честно говоря, я уже сбилась со счёта, сколько раз вы нам с Эриком помогали.

– Эй, я тоже, между прочим, активно помогаю, – не преминул заметить лидер, с важным видом разведя руками.

Я вскинула бровь, удержав на языке едкое «в каком месте?».

Остальные, тоже промолчав, синхронно уставились на Эрика взглядом: без комментариев.

Лидер хмыкнул, и кинув тонкую ветку в огонь, уткнулся в чай.

– В общем... спасибо вам, – сбивчиво завершила я эту странную речь, отсалютовав пиалой.

Кай У по-доброму улыбнувшись, чуть склонил голову, вскинув свою пиалу.

– Барышня Сония, тебе не нужно смущать нас подобными словами, – мягко заверил Юань Фэнь. – Мы ведь одна команда. Разве можно поступить иначе?

– Энаа, да и мне было приятно помочь, – искренне признался Цзиньэ, счастливо осветив наши лица белоснежным светом от рогов.

Губы сами собой растянулись в растроганной улыбке.

На этой приятной ноте, мы дружно осушили пиалы, и я поспешно юркнула обратно на своё место. Кай У вернулся к нарезке грибов, а я, желая отвлечься и собраться с мыслями, старательно принялась помешивать похлёбку.

И всё было бы прекрасно, если бы Эрик сбоку не начал странно ёрзать, барабаня по колену и при этом не сводя с меня взгляда.

Я прикинулась веником, не реагируя на него.

Тогда он кашлянул и принялся активно двигать бровями и косить глаза в сторону Кай У и Юань Фэня, что стало даже неловко.

Я нахмурилась и едва заметно покачала головой: «Не сейчас».

Эрик закатил глаза, и настойчиво постучал указательным пальцем по запястью: «Не тяни резину».

Вот же приставучий.

Я метнула в лидера раздражённый взгляд и, отложив палочку, прочистила горло.

– Можно вопрос? Личный, – неуверенно закинула я удочку, захлопав ресницами. Эрик тут же растянул губы в улыбке и деловито откинулся назад, опираясь рукой на землю.

Кай У вопросительно поднял бровь. Юань Фэнь, очищая тряпкой мечи, замер, вскинув на меня глаза. Даже Цзиньэ отвлёкся от игры с фэйфэй.

– После тех событий в столице, мы с Эриком поняли, что толком ничего о вас не знаем, – продолжила я, стараясь говорить мягко. – О ваших семьях, и о том, как вы жили раньше. Может, поделитесь?

Юань Фэнь кашлянул в кулак, бросая украдкой взгляд на друга. Кай У сделав вид, что задумался, высыпал ломтики грибов в похлёбку, а затем вскинул на меня чуть лукавый взгляд.

– Барышня Сония, вы хотите, чтобы мы показали изнанку вышивки?

– Э?.. – опешив моргнула я. О чём он?

– Ой, да ладно, этим нас не удивите, – вклинился Эрик, отмахнувшись веткой от назойливого жука. – К тому же мы не требуем всю вашу подноготную, расслабитесь. А чтобы не тянуть кота за хвост...

Три пары взглядов недоумённо вытаращились на лидера.

– ...предлагаю решить судьбу честно. Камень, ножницы, бумага. Проигравший начинает первым, – как ни в чём не бывало закончил лидер, и слегка ткнул меня пальцем в плечо. – И чтобы всё было честно, мы с ней тоже расскажем о себе.

У меня от удивления чуть челюсть не отпала. Эрик да добровольно расскажет о себе? Сегодня точно снег пойдёт.

Кай У, задержав на нём взгляд, хмыкнул.

– Так уж и быть, – согласился он, вытирая мокрые руки о платок. – В пути нам не раз предстоит полагаться друг на друга, поэтому скрывать своё прошлое теперь неразумно.

Юань Фэнь дёрнув уголком губ, неохотно отложил мечи.

– О, Эрикэ, ты давно не предлагал сыграть в эту забавную игру, – оживился Цзиньэ, и его лицо засияло от азарта ярче, чем рога.

– Может, потому что, ты постоянно выигрывал? – кисло припомнил ему лидер, пока мы все поднимались с мест, собираясь в кружок и скомандовал, – На счёт три.

Раз. Два. Три.

Мы одновременно вскинули руки: я, Эрик и Кай У показали бумагу, Юань Фэнь ножницы, а Цзиньэ камень.

– Так ножницы режут бумагу, значит мы трое выбываем. Остаётся камень и ножницы... – лидер усмехнулся, с напускным сочувствием похлопав Юань Фэня по плечу. – Дружище, ты проиграл.

Тот опустил взгляд на свои пальцы и обреченно вздохнул.

– Похоже, Небеса сегодня не на моей стороне.

Мы расселись обратно вокруг костра. Кай У тут же принялся размешивать похлёбку с рисом, а Юань Фэнь пару вздохов молча смотрел на огонь, видно, собираясь с мыслями.

– Как вы уже знаете, я родом из семьи Гэн, – сдержанно заговорил он, подняв на нас взгляд. – Но, думаю, Кай У рассказал далеко не всё.

Я невольно выпрямилась, поджав под себя ноги. Даже Эрик сбоку, принял внимательный вид.

– У меня было четыре старших брата и младшая сестра. Братья, как и отец, служат генералами империи Фунань, и меня с самого детства готовили к тому же. – Юань Фэнь помедлил, и в отблесках костра его лицо вдруг стало непроницаемым. – В тринадцать лет отец отправил меня вместе со вторым братом защищать перевал Байлин. Там я должен был закалить дух и познать тяжесть воинского долга.

Он рассказывал спокойно, почти отстранённо, но я заметила, как его пальцы крепко сжали пиалу.

Кай У стараясь не мешать, аккуратно начал разливать ужин по чашам. От закружившегося в воздухе аромата грибов и мяса заурчало в животе. Цзиньэ же подкармливая Сюань Мяо дольками яблока, не сводил с Юань Фэня взгляда.

– Второй брат командовал гарнизоном, – он едва заметно улыбнулся. – Я считал его самым выдающимся человеком, он многому меня научил, – Юань Фэнь подбросил ветку в костёр, и мрачно продолжил: – Но в одну из ночей загорелся оружейный склад, и почти сразу на перевал напали воины царства Шэнъу, началась резня...

Я невольно вздрогнула.

– Твой страх... – сорвалось с губ, быстрее чем я успела прикусить язык.

Я осеклась, закрыв рот ладонью.

Все взгляды мгновенно обратились ко мне. Я сконфуженно вжала голову в плечи, поймав напряженный взгляд Юань Фэня.

– Сорри, – виновато прошептала одними губами.

– А ведь точно, – хлопнул по колену Эрик, разряжая неловкую тишину. – Ты там отбивался от целой орды мертвецов. Так это...

Эрик резко умолк, когда Кай У хмуро всучил ему под нос чашу с ужином.

Юань Фэнь потерев лоб, тяжело выдохнул.

– Ты права, барышня Сония, – неохотно подтвердил он, смотря прямо мне в глаза. – Те события... до сих пор не отпускают меня.

Сердце сжалось, и я подалась вперёд, коснувшись пальцами его рукава.

– Мне жаль.

Он задержал взгляд на моей руке и слегка покачал головой.

– Не стоит, я уже привык жить с этим.

– Рааэ, прости, что перебиваю, но... что было потом? Твой брат защитил перевал? – Цзиньэ с волнением прижимал к груди Сюань Мяо, и тот смиренно висел в руках, высунув язык, как плюшевая игрушка.

Эрик выразительно кашлянул в кулак, и я, закатив глаза, тут же отстранилась от Юань Фэня. К счастью, Кай У как раз протянул мне чашу с похлёбкой, спасая от неловкости. Я благодарно схватила её и зашипела, едва не выронив. Ащ... горячая.

Юань Фэнь погружённый в мысли, задержал взгляд на дрожащем пламени.

– Я тогда прятался между повозок, и видел, что среди вражеского войска были и яо, – вытолкнул он из себя слова. – Один из них кинулся на меня... но брат заслонил собой. Я лишь успел увидеть его лицо, в тот миг, когда клинок яо прошёл сквозь него, ранив и меня.

Юань Фэнь на мгновение замолчал, будто снова оказался там.

Перестав дышать, я замерла с палочками в руках. Даже Эрик подвис, не донеся до рта кусочек вяленого мяса.

– Очнулся я уже в семейном поместье, узнав, что второй брат погиб, а перевал Байлин был захвачен, – в голосе Юань Фэня не слышалось ни капли гнева, лишь глубокая горечь, отчего у меня защемило в груди. – Император Фухао-ди обвинил моего брата в провале и запретил воздвигать воинские почести. Отец со старшими братьями... преклонили колени и приняли указ.

– Так запросто подчинились? – вырвалось у меня, от такой несправедливости, даже еда в горло не лезла.

Юань Фэнь слабо кивнул, подбросив ветку в костер, сноп искр взметнулся вверх.

– Эргэ[1] похоронили без памятной таблички, как простого крестьянина.

Он на миг умолк, глядя в одну точку, на его скулах проступили желваки.

– На его месте должен был быть я...

Вот уж нет.

Я только собралась возразить, заверить, что он не виноват, но Юань Фэнь продолжил говорить, а я не решилась его больше перебивать.

– Но и этого оказалось мало. Вскоре начали говорить, что второй брат сам был предателем, и никаких яо не было, – он сухо усмехнулся. – А семья Гэн пытается так оправдать поражение.

– Бред какой-то, – хмыкнул Эрик, – у вас яо на каждом шагу встречаются. Так почему бы им не заявиться на перевал?

Кай У, до этого молча евший похлёбку, поднял взгляд на лидера.

– Сюнди, как правило, яо не вмешиваются в войны смертных, – снисходительно пояснил он. – В царстве демонов, им своих распрей хватает. Да и императору и чиновникам проще решить, что мальчишка ошибся, нежели признать, что яо примкнули к врагу.

– Вот же глупость, – дёрнул плечом Эрик, заедая недовольство рисом.

Я молча кивнула. Согласна.

– Раээ... – мягко протянул Цзиньэ, и его рога ярко вспыхнув, озарили белым светом затаённую печаль в глазах Юань Фэня. – Ты поэтому ушёл?

– Да, Цзиньэ, – его губы тронула горькая улыбка. – Я долго пытался убедить отца начать расследование, найти тех яо и очистить имя эргэ. Но он выбрал долг перед императором, а не правду. Я до сих пор помню его слова: «Смирись, честь рода выше личной обиды». Но я не смог... и, оставив родовую фамилию, ушёл в Шансян.

Я с грустью смотрела на Юань Фэня, чувствуя, как внутри всё сжимается. Может, зря мы это затеяли?

– Ты нашёл тех яо? – Эрик подался вперёд, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на понимание.

– Пока нет, – в голосе Юань Фэня впервые за вечер проступила сталь. Он провёл пальцами по рукояти меча, лежащем рядом. – Но найду. Рано или поздно.

– А потом этот страдалец встретил меня, – неожиданно с усмешкой вставил Кай У, хлопнув Юань Фэня по плечу, а другой рукой протянул пиалу с чаем.

Юань Фэнь фыркнул, и краешки губ дрогнули.

– Не самая достойная история, – он взял пиалу, сделав глоток.

– Для кого как, – пожал плечами Кай У, не согласившись.

– О, и как же вы познакомились? – заинтригованно улыбнулась я, кидая взгляд с одного на другого.

– Когда впервые прибыл в Шансян, некоторые ученики, узнав, что я сын генерала Гэн, решили проверить, так же ли я хорош, – со вздохом поделился Юань Фэнь.

– А я тогда выполнял поручение шицзуня и, увидев драку, как старший решил вмешаться, – подхватил Кай У, с лёгкой усмешкой покосившись на друга.

– И помог?

– Нет, нас побили, – невозмутимо сдал Юань Фэнь, отгоняя мошку от чаши с похлёбкой.

Я вскинула бровь, и подхватила на руки фэйфэйя.

– Да, признаться, это был не лучший мой бой, – Кай У опустив голову, потёр переносицу. – Но зато я обрёл друга... и разбитый нос.

Я прыснула, уткнувшись в макушку Сюань Мяо, и услышала переливчатый смех Цзиньэ. Он старательно прикрывал улыбку рукавом.

– Вот видишь, я не первый, кто завел друга, заехав ему по носу, – самодовольно шепнул Эрик, пихнув меня локтем в бок.

– Ага, и чуть не остался без головы, – буркнула я, шлёпнув по его насмешливому лицу, пушистым хвостом.

– Детали, – небрежно отмахнулся лидер, и хлопнул в ладоши, привлекая внимание. – Ладно, раунд два. Решаем, кто следующий.

Мы с Кай У и Цзиньэ мимолётно переглянулись, и я, кряхтя поднялась, вставая в тесный кружок.

– На счёт три, – скомандовал Эрик, поднимая руку, как заправский судья. – Раз. Два. Три.

Мы вскинули руки: я и Эрик показали ножницы, Кай У камень, а Цзиньэ бумагу. Лидер бегло подсчитал результат.

– Так, камень затупляет ножницы... и снова мы с Соней выбываем. Бумага накрывает камень, – ухмыльнувшись, он повернулся к Кай У. – Сюнди, поздравляю, твоя очередь.

Кай У скрестил руки на груди и смерил лидера мрачным взглядом.

– Порой мне кажется, тебе доставляет удовольствие нас изводить.

– Почему кажется? – притворно заморгал Эрик, и громко рассмеялся, увидев, как вытянулось лицо Кай У.

Вот же, шутник.

Посмеиваясь, мы плюхнулись обратно на циновки, и Эрик, скрестив ноги, в предвкушении потёр руки. Цзиньэ же сиял ярче начищенного нефрита, довольный очередной победой.

Кай У задумчиво покрутил в руках пиалу с чаем и лишь затем заговорил.

– Мой отец глава клана Инхушэнь и один из старейшин школы Цинъюньгуань[2],– его голос звучал так монотонно, словно он читал заклинание. – И я сын его третьей наложницы.

***

[1] Эргэ (二哥, èrgē) – Второй брат

[2] Цинъюньгуань (青云观) — Обитель Лазурных Облаков

Глава 27.2

Я моргнула, приоткрыв рот. Надо же...

– Ого? По тебе не скажешь... – присвистнул Эрик, но я тут же шикнула на него, пока он не ляпнул лишнего.

Кай У лишь сдержанно пожал плечами, опуская взгляд.

– Моя матушка умерла, когда мне едва исполнилось пять. Я рос под присмотром старой кормилицы Шуан. Отец же большую часть времени был занят делами и детьми от главной госпожи.

Ночной ветер пронесся над верхушками деревьев, всколыхнув листву. Я нервно дёрнулась, и огляделась, сильнее прижав к себе дремавшего Сюань Мяо.

– Раээ... отчего твоя матушка покинула этот мир? – Цзиньэ склонил голову, внимательно глядя на Кай У. В его обычно безмятежном взгляде мелькнула непривычная серьёзность.

Кай У помедлил, проведя большим пальцем по пиале.

– Не знаю, – наконец выдохнул он, поднимая взгляд на Цзиньэ. – Но, когда я в детстве спрашивал об этом, слуги меня одёргивали, велев забыть её имя. А после плевались, шепча за спиной, что она навлекла позор на семью.

Цзиньэ нахмурился, а у меня неприятно кольнуло под рёбрами.

– Со временем я перестал спрашивать.

Пламя костра дрогнуло, осветив его бесстрастное лицо.

– Полагаю, для отца я тоже стал ошибкой. Он появлялся лишь затем, чтобы указать на мои недостатки и отчитать за очередную неудачу.

Юань Фэнь взглянув на друга, положил ему руку на плечо.

– Да и главная госпожа не питала ко мне добрых чувств, – Кай У слегка усмехнулся. – Как и брат с сестрой.

Эрик цокнул языком.

– Дай угадаю, стерва?

У меня аж фэйфэй чуть из рук не вылетел, остальные озадаченно уставились на лидера.

– Эрик... – укоризненно протянула я, стрельнув в него взглядом.

– Что? Я пытаюсь сопереживать, – непонимающе развел он руками.

Ну даёт. Я на миг возвела глаза к небу и быстро пояснила:

– Так говорят о женщине с очень скверным характером.

К моему удивлению, Кай У тихо хмыкнул.

– Пожалуй, сюнди прав.

Эрик усмехнулся, играючи пихнув меня плечом. Я не глядя, отмахнулась от него, продолжая слушать Кай У.

– Ну и при первой возможности, я покинул поместье и отправился в Шансян, – губы Кай У растянулись в улыбке, а голос наполнился теплом. – Там я встретил шицзуня Фэн Лао, он заменил мне отца, а после и этого страдальца.

Кай У вскинул пиалу в сторону Юань Фэня. Тот молча чокнулся с ним, и улыбка тронула уголки его глаз.

Я не удержалась от широкой улыбки. Как мило...

– А дальше вы знаете, – выпив чаю, обернулся к нам Кай У. – Долгие поиски осколков меча Тяньшу и бесконечные неприятности.

– В основном в лице нас с Соней, – любезно уточнил Эрик, подбросив истрёпанную ветку в костёр.

– Не стану спорить, – по-доброму усмехнулся Кай У, разливая по чашам остатки похлёбки.

Юань Фэнь поймав мой взгляд и незаметно качнул головой. Я кивнула, пряча улыбку.

Эрик полуобернулся ко мне, и его глаза азартно блеснули в свете костра.

– Ну что, решающий раунд, – он самоуверенно протянул руку.

– Смотри не пожалей, – сжав кулак, я занесла руку. – Раз. Два. Три.

Я выкинула бумагу, а лидер камень.

– Ха! – я победно вскинула руки вверх, улыбаясь во весь рот. – Кто молодец, я молодец...

– Поздравляю, энаа, – мягко засиял рогами Цзиньэ, присоединяясь к моему веселью.

Кай У с Юань Фэнем отсалютовали мне пиалами. Эрик же сдулся, уставившись на свои пальцы, как на предателей.

– Ты в них сейчас дыру прожжёшь, – усмехнулась я, не сдержав язвительности.

– Может, тогда выигрывать начнут, – кисло хмыкнул лидер, и откинувшись на спину, упёрся руками в циновку, поднимая взгляд на ночное небо.

– Эх, послушав вас, я уже и не знаю, повезло мне или нет, что я рос в детдоме и родителей вообще не знал, – Эрик отрешённо вздохнул, разглядывая звёзды. – Может, оно и к лучшему. Кто знает, каким бы они оказались.

Кай У сведя брови, обескураженно переглянулся с Юань Фэнем.

Я же мягко толкнула лидера в плечо.

– Эй, ты и без них вырос нормальным.

Банально, но ничего лучшего на ум не пришло.

Эрик, повернув голову, насмешливо приподнял бровь.

– Это сейчас был комплимент?

– Не привыкай, – буркнула я, отводя взгляд.

Он фыркнул, и всё же довольная улыбка растянулась на его губах.

– Эрикэ, а что значит «дэдом»? – с любопытством вернул к разговору Цзиньэ, изящно откинув с глаз светлую прядь. – Это школа для смертных?

– Не совсем, – покачала я головой, опередив лидера. – Это приют для детей, о которых некому позаботиться.

Губы Цзиньэ сложились в изумлённое «о».

– Это многое объясняет сюнди, – Кай У, разглаживая широкий рукав шэньи, бросил сочувствующий взгляд на Эрика.

– Что именно? – усмехнулся лидер, склонив голову набок.

– Дикий бамбук, выросший на утёсе, не ждёт, пока его заслонят от ветра, – в своей манере отозвался Кай У. – Потому тебя так трудно согнуть.

Я фыркнула, а Эрик приоткрыв рот, пару раз моргнул, переваривая услышанное.

– Нет, ну серьёзно... чего меня всё время в растения записывают? – театрально вздохнул он, закатывая глаза к небу. – То колючая роза, теперь вот здрасте, бамбук. Хоть бы раз сравнили с красавчиком небожителем или, с драконом на худой конец.

– И правда, змеиное в тебе есть... язык уж точно, – не преминула подколоть я, и засмеялась, когда он в отместку зашипел и полез щекотать меня.

– Сюнди, мы не хотим навлечь гнев небожителей, – разбил его надежды Юань Фэнь, и вместе с Кай У едва слышно рассмеялся.

– Отлично, я запомню, – мстительно пообещал Эрик и засмеялся, подхватив наше веселье.

Но улыбка так же быстро потухла на лице лидера. Он провёл рукой по вороту ханьфу, и чуть помедлив, вдруг вытянул тонкий кожаный шнурок с простым серебряным кольцом.

Я невольно замерла. То самое, о котором Эрик, так не хотел мне рассказывать. Неужели?..

Лидер медленно покрутил кольцо между пальцев.

– В том детдоме... приюте, – быстро исправился Эрик, кинув взгляд на Цзиньэ и остальных. – У меня был лучший друг, Алекс, – лидер криво усмехнулся, словно вспоминая что-то весёлое. – Мы вместе влезали в неприятности, вместе получали по шее, и всём делились. У нас было дофига планов.

Голос Эрика постепенно снижался, а взгляд всё мрачнел, у меня кольнуло в сердце, предчувствуя неладное.

– Но в один день... – его лицо исказилось, и он сжал кольцо в кулак. – Алекс больше не смог и решил сдаться.

Эрик умолк, подпнув ногой в костёр ближайшую ветку. Я же, поджав губы, не знала, что и сказать. Теперь ясно, почему он тогда так жёстко отреагировал. Больно о таком говорить.

Юань Фэнь едва заметно нахмурив брови, внимательно смотрел на лидера через всполохи огня. Цзиньэ растерянно опустил взгляд на свернувшегося калачиком Сюань Мяо. И только Кай У тяжело вздохнув, налил в пиалу чай, без слов протянув Эрику.

– Ой, да ладно, не делайте такие лица, – чересчур легко усмехнулся лидер, хоть дрогнувший голос и выдал его. Он небрежно взяв пиалу, разгоняя напряжение. – У меня было куча других приятелей, и даже девушка...

Я поперхнулась чаем, едва не обрызгав им Цзиньэ, он наученный опытом молниеносно уклонился. Блин. Горячий напиток пошёл не в то горло, я закашлялась, одновременно пытаясь подавить хрюканье, и прикрыла рот рукавом.

– Серьёзно? – ахнула я, смахивая выступившие слёзы. – И как она смогла терпеть твои замашки?

Эрик, вытянув губы трубочкой, задержал на мне томительный взгляд и лаконично бросил:

– Она мне изменила.

Я мгновенно прикусила язык. Вот чёрт, ляпнула на свою голову.

– Эрик, прости, – протянула я, чувствуя себя последней дурой. – Глупо получилось, извини.

Он насмешливо фыркнул, всучив мне белый с жёлтыми вкраплениями цветок, у которого успел отщипнуть пару лепестков.

Я уставилась на цветок, не зная, смеяться или благодарить.

– Расслабься, это всё в прошлом, – он улыбнулся, но улыбка вышла слишком уж натянутой.

Ладно. Кашлянув, я решила сменить тему и брякнула первое, что пришло в голову:

– Ну, у тебя всё же есть твой супер-пупер менеджер.

Эрик скептически глянул на меня, задумчиво потерев подбородок.

– М-м.. боюсь, ты пока не дотягиваешь до этого звания.

– Да я не о себе! – вспыхнула я, надув губы и легонько шлепнула его по руке. – Я о том, кто ждёт тебя вместе с участниками группы.

– Аа, ты о нём, – усмехнулся Эрик, и резко придвинулся ко мне, коснувшись шеи горячим дыханием, чем вызвал непрошеные мурашки. – Когда вернемся, попрошу его дать тебе пару советов, как стать моим первоклассным менеджером.

Тц! Будто я действительно хочу им стать. Но пусть помечтает, так уж и быть.

Демонстративно вздёрнув подбородок, я отвернулась, тут же наткнувшись на пристальный взгляд янтарных глаз. Юань Фэнь исподлобья смотрел на нас, поверх пиалы.

Я поспешно отвела взгляд, замахав у лица рукавом и пытаясь остудить горящие щёки. Как же неловко получилось.

– Барышня Сония, мне бы хотелось теперь услышать о вашей семье, – с теплотой попросил Юань Фэнь, снова притягивая мой взгляд к себе.

Цзиньэ закивал.

– Энаа, мне тоже хочется узнать, – милая улыбка расцвела на его лице, а рога на миг засияли.

Даже Эрик, подперев голову кулаком, глядел на меня с неподдельным вниманием, хоть и давно всё знал.

Я замялась, окинув всех сконфуженным взглядом. Мда, после всего что они пережили, моя история кажется слишком обычной.

– Ну ладно... – выдохнула я, нервно скомкав край рукава. – С семьёй мне повезло больше, у меня любящие родителе и есть младший брат, Никита, – при имени брата сердце сжалось, и я сглотнула подступивший ком. – К сожалению, с самого детства он тяжело болеет, но очень старается радоваться каждому дню. Думаю, это я от него научилась, искать во всем позитив.

Задержав взгляд на мерно колыхающем пламени, я грустно улыбнулась.

– Родители почти всё время работают, пытаясь собрать деньги на операцию. Я же в основном присматриваю за братишкой, ну, помимо учебы... – я замялась, смахнув с щеки сажу и виновато вздохнула. – Боюсь, Никита, решил, что я его бросила…а моё внезапное исчезновение могло ухудшить его здоровье.

На секунду повисла тишина, лишь угли потрескивали в костре, да искры разлетались в воздухе. Кай У опустил взгляд, а с лица Цзиньэ исчезла светлая улыбка, уступив место тихому раздумью.

Юань Фэнь же всё это время не сводил с меня внимательного взгляда.

– Барышня Сония, – его губы тронула мягкая улыбка. – Я уверен, ваш младший брат, как и вы, обладает сильным духом, способным пережить даже долгую зиму. Он непременно поправится.

– Юань Фэнь прав, – улыбнулся Эрик, слегка коснувшись рукой моей ладони. – С твоей семьёй всё будет хорошо. Да и мы постараемся быстрее вернуться домой.

Я вскинула взгляд на лидера. Он всё ещё верит, что мы сможем вернуться? Меня же всё сильнее раздирали сомнения. И сама не знаю зачем, я кинула взгляд на Юань Фэня. Кончики его пальцев на миг замерли на краю пиалы, а губы едва заметно сжались в тонкую линию. Я моргнула, и его лицо вновь стало спокойным.

Зато Кай У коротко кивнул, будто соглашаясь с Эриком.

– Спасибо, – рассеянно отозвалась я, слабо улыбнувшись.

– Энаа, а почему ты исчезла? – Цзиньэ подавшись вперёд, склонил голову в бок и его рога засияли, озарив моё лицо теплым белым светом. – Разве вы с Эрикэ не отправились в путешествие из далёких земель?

Неловко поджав губы, я вопросительно взглянула на Эрика. Помедлив, он кивнул.

– Цзиньэ, на самом деле... – протянула я неуверенно, подбирая слова. – Мы попали в империю Фунань из другого...

Пламя костра дрогнуло и вмиг всё вокруг вспыхнуло алым. Багровый свет разлился по ночному лесу, окрашивая деревья в цвет запёкшейся крови.

– ...это что ещё за? – вырвалось у меня, и я выпрямилась, оглядываясь по сторонам.

Кай У вскинул взгляд на небо и его лицо исказилось.

– Вот же гуй! – выругался он, резко вскакивая. – Все быстро в тень! И не смотрите на луну! – скомандовал он, схватив сумку с талисманами.

Но Юань Фэнь уже поднял глаза к небу.

– Как не вовремя... – выдохнул он и тут же замахал руками подгоняя нас к деревьям. – Барышня Сония, сюнди, быстро в укрытие.

– Да что... – недоуменно раскрыл рот Эрик, но Кай У резко перебил.

– Вопросы потом, просто делай!

Началась суматоха. Эрик схватил меня за руку, и мы понеслись к деревьям. Цзиньэ бережно подхватив Сюань Мяо, последовал за нами. Я ошалело оглядывала багровый лес, не понимая, что происходит. Чего они так всполошились?

И вдруг Цзиньэ рухнул на землю в позу лотоса, и его мгновенно окутал серебристо-белый мерцающий купол. Лицо стало отрешённым, а вот Сюань Мяо встревоженно прижав уши, юркнул под подол одеяния.

Чёрт, дело плохо.

Я запнулась о булыжник и едва устояв, замерла, как парализованная, услышав голос прямо в голове. Бархатный, манящий, он обволакивал сознание, как шёлк.

Посмотри на меня. Не бойся.

Сердце забилось медленнее, по телу растеклось такое вязкое, тягучее спокойствие.

Посмотри на меня, прошу...

Я медленно, вопреки своей воле, начала оборачиваться, поднимая глаза к небу.

Невероятно.

Огромная алая луна, пылающая и пульсирующая, словно живое сердце, приковывала взгляд. На краткий миг мне даже показалось, что в её сиянии мелькнул высокий силуэт.

Я вздрогнула, пытаясь отвернуться, но не смогла.

Отдайся мне. Не сопротивляйся.

Тело перестало слушаться. Я чувствовала, как из меня медленно вытягивают силы. Руки обмякли, а сознание всё больше погружалось в манящий омут.

– Как красиво, – отдалённо послышался завороженный голос Эрика.

С трудом скосив взгляд, я увидела, как лидер, запрокинув голову, остекленевшим взглядом смотрел на луну.

– Эрик... – я попыталась окликнуть его, но голос подвёл.

И в этот момент, меня так резко развернули, что хрустнула шея. Тёплые шершавые ладони обхватили лицо, удерживая. Юань Фэнь наклонился так близко, что я чувствовала его дыхание на своих губах, могла разглядеть каждую ресницу, каждую тревожную морщинку.

Вернись ко мне. Взгляни...

– Сония, смотри на меня, – его низкий хриплый голос, пробился сквозь сладостный шёпот в голове, я тонула в янтарных глазах. – Только на меня.

Ох, я бы с радостью.

Глава 28.1

Восточный склон горы Чжуян

Один лишь взгляд, и я дарую тебе покой...

Неведомая сила вновь потянула меня к луне, я невольно рванулась из рук Юань Фэня, желая окунуться в это чарующее багровое сияние.

– Нет, смотри на меня, – его пальцы жёстче сжали моё лицо. – Не слушай его.

Отдайся мне.

– Не могу... – выдавила я, с трудом фокусируя на нём затуманенный взгляд. – Он... настойчивый.

– Знаю, – в голосе Юань Фэня промелькнуло беспокойство, а взгляд на долю секунды задержался на губах, отчего у меня сбилось дыхание, но он тут же поднял его. – Сосредоточься на моем голосе. Только на нём.

Тогда не замолкай... чуть не сорвалось, благо язык едва ворочался. Я судорожно глотнула воздуха, боковым зрением уловив, как в стороне Кай У тряс пленённого луной Эрика.

– Сюнди, я же просил не смотреть! – Кай У, схватив его за локоть, потянул в сторону деревьев.

Но лидер упёрся пятками в землю, и вяло отмахнулся:

– Не отвлекай...

– Вот же упрямец.

Покачав голой, Кай У быстро сложил указательный и средний пальцы в печать, вспыхнувшую золотистым светом. Шагнув ближе, он резко коснулся точки между бровей Эрика и в следующий миг глаза лидера закатились, и он кулем рухнул на землю.

– Потом поблагодарит, – прокряхтел Кай У, взваливая бессознательного Эрика на плечо, и таща в густые заросли.

Я хотела скептически возразить, но...

Обернись. Я жду.

Требовательный голос снова ворвался в сознание, и я вздрогнула, вцепившись в шёлк ханьфу на груди Юань Фэня, силясь отогнать наваждение.

– Дыши, я с тобой, – напомнил он, удерживая меня своим вниманием, и провел подушечками пальцев вдоль висков, успокаивая сильнее любых слов.

Я нервно сглотнула, и вдруг увидела, как от плеч Юань Фэня к алой луне извиваясь в воздухе, словно дым благовоний, тянулись сияющие зеленоватые нити.

Его духовная сила?

Сердце пропустило удар. Из-за меня он теряет её прямо сейчас, и всё равно не отступает.

– Юань... Фэнь... твоя ци... – слова застряли в горле, я попыталось оттолкнуть его, заставить уйти в тень, но ослабевшие руки не слушались.

Он лишь едва качнул головой.

– Не беспокойся, смотри на меня.

Вернись ко мне...

Чарующий шёпот взывал, но теперь я слышала его будто сквозь вату.

Не отводя глаз, Юань Фэнь осторожно убрал ладони от лица, и холодный ночной воздух тут же остудил разгорячённые щёки, возвращая к реальности. Опустив правую руку, он вынул из-за пазухи внутреннего одеяния что-то маленькое, зажатое в кулаке.

Я растерянно моргнула, когда Юань Фэнь мягко поднял мою руку, развернул ладонью вверх и медленно разжал пальцы. Кожи коснулись прохладные гладкие камни.

Браслет.

Не может быть... тот самый, на который я засмотрелась в лавке Юйхуа? Тонкий, сплетённый из камней глубокого серого цвета, что мерцали в алом свете, в обрамлении серебряных ветвей ивы.

Я на мгновение забыла, как дышать, мысли спутались.

– Это... – выдохнула я, так и не найдя слов.

– В той лавке ты долго на него смотрела, – улыбка тронула изгиб его губ. – Тогда я подумал, что он напомнил тебе о чём-то важном. А сегодня, увидев с каким теплом ты рассказывала о младшем брате, я понял кого. – Юань Фэнь на мгновение отвёл глаза. – Поэтому... хотел, чтобы он был у тебя.

Сердце заколотилось с удвоенной силой, казалось, ещё немного и Юань Фэнь услышит его стук. Я потрясённо переводила взгляд с браслета на его лицо, не зная, что сказать. Получается... он купил его ещё тогда. И всё это время носил с собой?

Посмо...

Голос в голове оборвался, словно его смыло накрывшей меня волной благодарности. Внутри с глухим треском посыпалась бетонная стена, которую я так тщательно возводила вокруг сердца.

– Юань Фэнь, – голос предательски выдал меня, я порывисто вздохнула, силясь скрыть волнение, и осторожно сжала пальцами браслет. – Спасибо. Для меня это гораздо больше, чем просто подарок.

Он смутился почти по-мальчишески, даже коротко кашлянул, пытаясь спрятаться за этим звуком.

– Сония, прости мою смелость... – он неловко запнулся, будто слова сейчас давались ему труднее, чем сражение с яо. – Но если ты не против, для тебя... Юань-гэ.[1]

Я на миг перестала дышать, губы приоткрылись в немом удивлении. А в голове совсем не кстати, мелькнула нелепая мысль: если бы это сейчас увидели героини моих любимых дорам, они бы наверняка умерли от зависти. Ведь обычно девушки половину сюжета набирались смелости так называть дорогого им мужчину. Юань Фэнь же только что сам переступил через эти правила для меня.

Подняв голову, я встретилась с его ожидающим взглядом, и почувствовала, как к щекам приливает жар, который не могло скрыть даже алое сияние. Чуть прикусив губу, сдерживая трепетную улыбку, я кивнула:

– Хорошо... Юань-гэ.

Его глаза на миг расширились, а потом на лице расцвела такая обезоруживающая улыбка, что я на секунду напрочь забыла обо всём на свете.

Тяжелое багровое марево на склоне начало рассеиваться. Алая луна над нами медленно бледнела, неохотно возвращая ночному небу его привычный чернильный цвет. Голос в голове исчез, осталась лишь легкая дрожь в пальцах, и тепло янтарных глаз, которое я ощущала даже когда Юань Фэнь отвернулся проверить горизонт. Я прижала браслет к груди, и сердце по-девичьи пропустило ещё один удар.

– Кхм...

Раздался внезапно справа короткий, нарочитый кашель. Подпрыгнув, я обернулась, из тени деревьев, непринужденно отряхивая рукава вышел Кай У. Вскинув голову к небу, он пару вздохов смотрел на серебренную луну.

– Ну вот, до следующего года она нас больше не потревожит, – спокойно доложил он. – Полагаю, сейчас лучше всем отдохнуть. А кому-то...

Он бросил многозначительный взгляд на Юань Фэня, и его губы дрогнули в легкой улыбке.

– ...не помешало бы восполнить духовные силы.

Юань Фэнь, чуть отвернув голову, лишь потёр шею, а у меня внутри снова неприятно кольнуло. Всё из-за меня.

Словно почувствовав мой виноватый взгляд, Юань Фэнь обернулся и в его янтарных глазах мелькнуло что-то успокаивающее.

– Со мной всё хорошо, – мягко заверил он, прежде чем я успела открыть рот. – Но поверь, тебе стоит послушать сюнди и лечь спать. Утро будет тяжёлым.

Мда уж, очень обнадеживающе.

– А Эрик? – кивнула я в сторону куста, где всё так же безмятежно валялся в отключке лидер. – С ним всё в порядке? Он долго так пролежит?

– Да, живой, – отмахнулся Кай У и его губы изогнулись в мимолетной усмешке. – И надеюсь, так и проспит. Ему же будет на пользу.

– Ох, ну тогда готовьтесь, – покачала я головой, печёнкой предвкушая возмущения Эрика. – Он точно выставит вам счёт за ушибленное самолюбие и шишку на затылке. Причём с процентами.

– Что ж, – бросил Кай У подходя к бессознательному лидеру и закатывая широкие рукава. – С интересом посмотрю, на сколько таэлей он оценит своё спасение.

Юань Фэнь молча подхватил Эрика за ноги, помогая Кай У перетащить его к костру и уложить на циновку.

– Будем надеяться, – Юань Фэнь отряхнул руки, и украдкой переглянулся с Кай У. – Что завтра голова сюнди будет занята другим, и он не вспомнит.

Ха! Скорее рак на горе свистнет, чем Эрик про такое забудет. Но в слух я, конечно, ничего не сказала, пусть помечтают.

Лес понемногу возвращался к привычной жизни. Где-то в траве застрекотали сверчки, высоко в кронах ветер мерно шелестел листвой, а в костре негромко потрескивали догорающие ветки. Вздохнув полной грудью, я медленно обвела взглядом поляну, и только сейчас заметила, что Цзиньэ всё так же сидел в позе лотоса. Защитный купол исчез, но он, не открывая глаз, плавно погрузился в медитацию. Его лицо оставалось спокойным, а витиеватые рога светились мягким белым светом, впитывая лунную ци. Рядом свернувшись в клубок, и накрыв мордочку двумя хвостами, сладко посапывал Сюань Мяо.

Эх, мне бы так уметь в стрессовых ситуациях.

Я перевела взгляд на небо. Звезды привычно мерцали, окружая холодную серебряную луну, даже трудно поверить, что несколько минут назад она едва не свела с ума. Я потёрла ноющие виски, хоть голос ушёл, но неприятная тяжесть всё ещё отдавалась глубоко в голове.

Что это вообще за чертовщина была?

Я подошла к костру и уперев руки в бока, серьёзно глянула на Кай У. На Юань Фэня после сегодняшнего, я ещё стеснялась смотреть. К тому же он уже сидел возле дерева, скрестив ноги и сложив ладони перед собой. Кай У же не обращая на меня внимания, присвистывая под нос мелодию, неторопливо собрал разбросанные пиалы, и принялся снимать котелок с треноги.

– Кай У, – не выдержала я. – Что это за алая луна? И этот голос... Это был яо?

Стоило вспомнить и плечи передёрнуло.

На миг отвлёкшись от уборки, Кай У поднял на меня снисходительный взгляд.

– Терпения, барышня Сония, – он хитро улыбнулся краешком губ. – На некоторые вопросы, лучше получить ответы при свете дня.

У меня дёрнулся глаз.

– Да-да...знаю. Утро вечера мудренее.

Кай У так и застыл с котелком в руках, уставившись на меня странным взглядом.

– Барышня, повтори.

– Что? – не сразу въехала я.

– Последние слова... утро вечера?

– Ээ, мудренее? – неуверенно протянула я, окончательно запутавшись.

– Великолепно, – в глазах Кай У, на миг поймавших отблеск огня, сверкнул жадный интерес. – Просто, а сколько смысла! Я должен это записать...

В следующее мгновение он уже лихорадочно рылся в своей сумке, доставая свиток, кисть и тушечницу и сосредоточенно принялся выводить иероглифы.

– Серьёзно? – крякнула я, растерянно хлопая глазами. Он издевается?

Я бросила взгляд на Юань Фэня, ещё не уйдя в медитацию, он со странной полуулыбкой наблюдал за Кай У, а затем покачав головой, закрыл глаза, и в следующее мгновение вокруг него заклубилось светло-зелёное сияние.

Я поспешно вернула взгляд к Кай У, пока чувство вины снова не накрыло с головой. А тот с самым усердным видом, всё писал в свитке, что казалось, ещё чуть-чуть, и язык высунет.

Отлично. Ответа я сегодня не дождусь.

Невесело вздохнув, я опустилась на свою циновку и глянула на Эрика. Он мирно посапывал, а на лице расползалась улыбка. Интересно, что ему такое снится? Не задумываясь, я привычным движением поправила сползавший край верхнего шэньи, которым заботливо укрыл его Кай У, и легла, подложив под голову свёрнутый плащ.

Ох, ну и денёк выдался, эмоции скакали не хуже, чем на американских горках. Особенно... щёки невольно заалели, и я подняла руку, коснувшись прохладных камней браслета. И как только Юань Фэню удаётся так легко выбивать у меня почву из-под ног?

Стоило закрыть глаза, как память услужливо вернула тот миг: тёплые ладони касаются кожи, его дыхание на моих...

Мурашки побежали по спине, а губы сами собой тронула улыбка. Нет. Всё! Как говорили умные люди: «Об этом я подумаю завтра». А сейчас спать. Раз овечка, два овечка... До третьей я уже не добралась.

Боже...

Юань Фэнь был прав, сказав, что утро выдастся тяжёлым. Зря я не уточнила, что настолько...

Голова раскалывалась так, будто кто-то с завидным упорством лупил по ней колотушкой, а солнечный свет безжалостно пробивался сквозь сомкнутые веки. И словно этого было мало, птицы устроили настоящий батл прямо над головой. Их звонкий щебет бил по барабанным перепонкам, мучительно отдаваясь в висках.

Я осторожно приоткрыла один глаз, и едва сдержала стон. Нет, попробую ещё раз часов через восемь.

– Доброе утро, барышня! – прозвучал бодрый голос Кай У, как удар молотом по голове. – Как себя чувствуешь?

Ох, я болезненно скривилась, хватаясь за пульсирующие виски. Может попросить его вырубить меня?

Кряхтя не хуже старой бабки, я кое-как приподнялась, усадив своё ватное тело, и прищурив глаза, сфокусировала взгляд на сияющем в солнечных лучах Кай У.

Вот же, свежий как огурчик.

– Отвратительно... – простонала я, – меня словно через мясорубку пропустили, да и голова жутко раскалывается.

– Мясо...что? – Кай У удивлённо вскинул бровь, но в следующее мгновение добродушно улыбнулся. – Звучит, конечно, неприятно, но это хороший знак. Вот выпей отвар, поможет от боли.

Он всучил мне в руки пиалу с тёплым душистым настоем, и шустро направился к костру. А я недоуменно моргнула. В каком месте это, интересно, «хороший знак»?

– Икебана... кто-нибудь убейте меня, – трагично простонал Эрик, морщась и хватаясь за голову. – Или хотя бы дайте таблетку... а лучше все десять.

Его голос отозвался новой волной боли, и я невольно скривилась, едва не подавившись отваром.

– Ну хоть в чём-то мы с тобой похожи, – сочувственно хмыкнула я, разглядывая его растрепанную макушку с торчащими листьями, тёмные круги под глазами, и красный отпечаток циновки на щеке.

Мда уж, я по ходу, выгляжу не лучше.

– Боже... я вроде не пил, откуда такое жуткое похмелье? – прохрипел Эрик, морщась от каждого звука.

– Сюнди, это от воздействия алой луны, – раздался за спиной спокойный голос Юань Фэня.

Дёрнувшись, я быстро обернулась, мгновенно пожалев об этом. Стрельнуло так, что звёзды перед глазами закружили и мне понадобилось пара вздохов, чтобы увидеть Юань Фэня. Собранный и бодрый, словно и не терял вчера духовные силы, он стоял, держа охапку хвороста. Поймав мой взгляд, он мягко улыбнулся, и у меня на миг перехватило дыхание. Я неловко опустила взгляд, заправив за уши непослушные пряди. Из-за плеча Юань Фэня выглянул Цзиньэ и увидев меня радостно замахал рукой с зажатой в пальцах флягой.

– Энаа, Эрикэ, доброе утро, – звонко поприветствовал он.

Рога Цзиньэ вспыхнули ярким белоснежным светом и мы с лидером, одновременно застонали, прикрывая глаза рукой. Сюань Мяо, крутившийся у их ног, бросился ко мне и принялся радостно облизывать лицо. Я попыталась увернуться, но фэйфэй решительно настроился умыть меня.

– Цзиньэ, помилуй, – страдальчески протянул Эрик, отворачивая голову. – Приглуши свои рога процентов на... девяносто? Мои глаза этого не вынесут.

Чуть подавшись вперёд, Цзиньэ вгляделся в наши лица.

– Вам сильно плохо? – в тёплом голосе Цзиньэ послышалось сочувствие, а стоило рогам засветиться, как он мигом прикрыл их широкими рукавами.

– Нет, ещё хуже. Это я просто так хорошо держусь, – криво хмыкнул Эрик, и тут же поморщился, хватаясь за макушку. – Чтоб я ещё раз на чёртову луну взглянул.

Я понимающе похлопала лидера по колену, а Цзиньэ нахмурился, явно собираясь задать вопрос, но Юань Фэнь уже успевший сложить хворост у костра, мягко перебил его:

– Если не хотите ещё два дня ходить с больной головой, вам нужно размяться, – он перевёл серьёзный взгляд с меня на Эрика. – Я проведу тренировку.

– Ты шутишь? Мне сейчас даже моргнуть больно, а ты предлагаешь махать веерами? – опешил Эрик, возмущённо уставившись на него.

– Именно поэтому, чем раньше начнем, тем легче вам станет. – Юань Фэнь невозмутимо скрестил руки на груди. – Упражнения помогут вывести остатки тёмной ци из ваших каналов.

Ну класс. Интересно, что быстрее лопнет моя голова или моё терпение?

Я сникла, обречённо почесав Сюань Мяо за ушком. Эрик же скептически фыркнул, но спорить дальше не стал.

Кай У с едва заметной усмешкой подошёл к нам, протянув Эрику в одной руке чашу с рисовой кашей, а во второй пиалу с лечебным отваром.

– Для начала перестаньте изображать двух умирающих фениксов. И лучше подкрепитесь.

– Не уверен, что смогу есть, – Эрик помахав рукой у носа, поставил чашу у ног. – Мне плохо даже от одного взгляда на еду.

– Эрикэ, могу поделиться личи, – любезно предложил Цзиньэ, и изящно прикрыл руками засветившиеся рога. – Правда... осталось только два.

– Спасибо, но откажусь, – лидер выдавил улыбку и подозрительно покосился на мутный отвар в пиале. Сделав осторожный глоток, он сразу же закашлялся.

– Фу... сюнди, ты что туда насыпал? – Эрика скривился, как попка сушеного инжира. – Горечь невозможная.

– Пей, не капризничай, – усмехнувшись, пожурила я. – Голова меньше болеть будет. Поверь.

Эрик скосил на меня взгляд, а затем набрав в грудь побольше воздуха, залпом осушил пиалу. Я боялась, что он тут же всё выплюнет, и даже на всякий пожарный приготовилась прикрыться Сюань Мяо, но лидер лишь передёрнул плечами.

Юань Фэнь, наблюдая за ним сквозь всполохи огня, слегка улыбнулся, неторопливо поедая палочками завтрак. Кай У наполнил кашей ещё одну чашу и протянул её мне.

– Спасибо, – пробормотала я, и сделав глубокий вдох, подцепила палочками рис, закидывая в рот.

Ну... есть можно, хотя от пары ложек соли или сахара, я бы не отказалась.

– На голодный желудок вредно тренироваться, – продолжил наставлять Кай У, аккуратно усаживаясь рядом на циновку. – Поверь опытному заклинателю.

– Ладно, убедил, – выдохнул Эрик так, словно сделал всем нам великое одолжение и принялся ковыряться палочками в каше.

Завтрак закончился куда быстрее, чем мне хотелось. Кай У без лишней суеты забрал у всех пустые чаши, а Цзиньэ подхватил грязный котелок, и они сообща направились в чащу леса к ручью. Сюань Мяо, гонясь за бабочкой, весело поскакал за ними.

Мы же с Эриком обречённо переглянулись.

– Начнём, – Юань Фэнь хлопнул по коленям, отчего мы с лидером аж подпрыгнули, и первым поднялся, изящным взмахом руки призывая меч.

Каждая мышца тела дружно взвыла против этой затеи, но я, сдержав страдальческий вздох, нехотя поднялась, и чувствуя себя развалившейся телегой, поплелась к дереву за шестом.

Ну всё. Настал мой звёздный час... позориться перед Юань-гэ. Блин, а ведь всё так хорошо начиналось.

***

[1] Гэ (哥, gē) — «старший брат». Гэгэ (哥哥, gēge) — более тёплая и ласковая форма обращения. Между людьми, не связанными родством, такие обращения могут подчёркивать доверие, особую близость и нередко используются между героями, испытывающими взаимную симпатию.

Глава 28.2

– Если я сейчас умру, – с видом великомученика шепнул Эрик, приковыляв ко мне. – Никому ни слова, что я пал смертью храбрых на утренней разминке. Придумай, что-то более героическое.

Я закатила глаза и, стараясь не рассмеяться, серьёзно кивнула:

– Что-то вроде... пал от собственной красоты, ослепленный блеском лезвий?

– Ты прям читаешь мои мысли, – подмигнул Эрик, модельным жестом откидывая волосы с глаз, и тут же поморщился, прижимая пальцы к затылку. – Икебана... такое ощущение, что меня кто-то приложил дубинкой.

Ой.

Я дёрнулась и, поджав губы, быстро зашагала к Юань Фэню. Лучше быть подальше, когда он всё вспомнит.

Мы отошли от лагеря на небольшую каменную площадку, скрытую между деревьев. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь густую листву, рисовали на ней причудливые кружевные тени.

Прислонив меч к одному из валунов, Юань Фэнь встал напротив нас. И я невольно выпрямилась, как по стойке смирно.

– После воздействия алой луны ваша ци течёт неравномерно, – он убрал руки за спину и посмотрел на нас с такой наставнической серьёзностью, что я на миг растерялась, куда делся тот мягкий Юань Фэнь. – Поэтому сначала вернем телу привычный ритм.

Чуть расставив ноги, он плавно отвёл ладонь в сторону, будто раздвигая невидимую гладь воды, затем повторил то же самое второй рукой.

Это движение выглядело настолько простым, что я даже слегка усмехнулась. Но уже через минуту поняла, насколько ошиблась. Каждый поворот корпуса отзывался неприятной тяжестью в плечах и пояснице, а после десятого казалось, что руки вот-вот отвалятся.

Мда уж... ну я и развалюха.

– Мы уже достаточно восстановили течение ци? – прокряхтел Эрик, на миг останавливаясь и смахивая пот со лба.

– Нет, – коротко отрезал Юань Фэнь, продолжая размеренно двигаться.

Лидер хмыкнул и провёл ладонью в сторону.

– А сейчас? – его хватило всего на секунду.

– Нет.

Я фыркнула под нос, и тут же поймала прищуренный взгляд Эрика.

– Что? Я молчу, – вскинула бровь, усиленно изображая сосредоточенность.

– Вот именно, – буркнул он с немым укором, – поддержки от тебя никакой.

Я лишь невинно пожала плечами, и снова перевела взгляд на расслабленную спину Юань Фэня, старалась следовать его медленному темпу: ладонь, вдох... плавный поворот корпуса... выдох и возвращаемся обратно. Но этот неспешный ритм был настолько убаюкивающим, что я едва не засыпала, сдерживая зевок.

Блин, ещё не хватала захрапеть на его тренировке.

Голова всё так же гудела, но с каждым движением дышать становилось легче, исчезла неприятная скованность в плечах, а ватная слабость уже не казалась такой невыносимой.

Хм, и правда помогает.

Я украдкой глянула на Эрика. Судя по тому, что он перестал изображать умирающего и донимать Юань Фэня через каждую секунду, а просто двигал руками, ему тоже стало легче. Хотя страдальческое выражение лица, он видно, решил оставить исключительно из принципа.

Спустя ещё десяток кругов, Юань Фэнь наконец-то опустил руки. И мы с Эриком одновременно издали облегчённый стон.

Неужели... дожили.

– Теперь возьмите своё оружие, – Юань Фэнь перевёл внимательный взгляд с меня на лидера. – И покажите, чему научились у достопочтенного даши.

Ёшкин кот. А я так надеялась на лёгкую разминку.

Улыбка медленно сползла с моего лица. Я бы с радостью сползла вслед за ней, но вместо этого рука легла на отполированное древко шеста.

– Да на что там смотреть, – с напускной скукой отмахнулся Эрик, – может, лучше медитацией займёмся? Спорим, я за две секунды в неё погружусь?

Юань Фэнь и бровью не повёл, а я хмыкнула. Вот хитрюга.

– Спорим, я одним шалбаном выведу тебя из неё? – с милой улыбочкой парировала я и даже руку протянула. – Одной шишкой больше, одной меньше.

Юань Фэнь поперхнулся, издав звук, похожий на смешок. Лидер тут же стрельнул в него взглядом, и тот, прикрыв рот кулаком, сделал вид, что закашлялся.

– Тц, – только цокнул Эрик, с привычным щелчком раскрывая один веер, металлические лезвия блеснули в солнечных лучах, а чёрный бархат, усыпанный серебристо-золотыми узорами, мягко заиграл бликами.

Я всё так же стояла с вытянутой рукой, хоть и прекрасно знала, что Эрик лучше проигнорирует, чем проиграет. И конечно же, он так и поступил. Вытянул губы, молча буравя меня зелёными глазами.

– Всё, соберитесь, – охладил Юань Фэнь, но в его голосе послышалась лёгкая усмешка. – А для тебя, сюнди, у меня есть идея получше.

Он сложил пальцы в печать и меч, стоявший у валуна, с тихим звоном взмыл в воздух и замер перед лицом Эрика. Лидер рефлекторно отступил, но окутанный духовной энергией клинок последовал за ним, как привязанный.

– Это твой противник, – Юань Фэнь держа пальцы в управляющем жесте, завёл руку за спину. – Думаю, он не заставит тебя скучать. Что скажешь, справишься?

– Пф, напугал ежа голым задом, – фыркнул Эрик, с наигранным безразличием обмахиваясь веером.

Я выпучила глаза, и едва не прыснула со смеху. Юань Фэнь же на мгновение завис, словно пытаясь представить услышанное, но быстро мотнул головой.

– Весьма... непристойное выражение, – сдержанно заметил он, и уголки его губ дрогнули в улыбке. – Но должен признать, подобные слова способны застать противника врасплох куда быстрее меча.

Эрик расплылся в самодовольной улыбке.

– Это ещё цветочки. Могу и пожёстче, но боюсь травмировать твой нежный слух.

Я хмыкнула. Кто бы сомневался.

Юань Фэнь позволил себе ещё одно чуть заметное движение краешком губ, но уже в следующий миг его лицо вновь стало серьёзным.

– Хорошо, раз силы шутить у вас появились, значит, можем продолжать.

Он сделал два шага в сторону, освобождая центр площадки.

– Не пытайтесь произвести впечатление. Не думайте о скорости, силе или красоте движений, – вкрадчиво начал перечислять Юань Фэнь. – Выполняйте техники так, как привыкли.

Он быстро шевельнул пальцами и зависший в воздухе меч описав дугу, рванул к Эрику.

– Подожди...Ты серьёзно? – лидер поспешно скрестил веера, едва успевая блокировать атаку.

Раздался противный звон металла.

– Эй-эй, полегче, – Эрик отступил на полшага, неуклюже отбивая следующий выпад.

Юань Фэнь два вздоха наблюдал за ним, а потом медленно перевёл взгляд на меня.

Я нервно сглотнула. Ну всё.

– Сония, покажи мне технику, – он сделал легкий приглашающий жест рукой, и его голос смягчился. – И не волнуйся. Мне лишь важно понять, над чем нам стоит поработать вместе.

Вот лучше б он меня на свидание позвал, честное слово. Я бы волновалась раза в три меньше, чем сейчас, размахивая перед ним шестом. Божечки, о чём я вообще думаю? Это точно отвар Кай У виноват.

Я мысленно похлопала себя по щекам и крепче перехватила шест. Всё, соберись!

Глубоко вздохнув, решила начать с «пугая змей травой» и плавно взмахнула шестом сверху вниз, наискосок, затем оборот... Шест со свистом разрезал воздух, описывая круг вокруг меня, движение вышло резким, и в голове болезненно кольнуло. Я поморщилась, чуть сбиваясь с шага, но заставила себя не останавливаться, завершая связку.

Юань Фэнь стоял неподвижно, держа правую руку за спиной, и пристально следил за каждым моим движением.

– Неплохо, – наконец вынес он вердикт. – Основа техники у тебя хорошая.

Я сникла. Неплохо? Это типа на троечку?

– Но ты слишком полагаешься на инерцию шеста, – Юань Фэнь одним шагом сократил расстояние, встав так близко, что я уловила легкий аромат сандала от его одеяния. – Сила должна исходить не от замаха, а от даньтяня. Позволишь? – вдруг спросил он, не отрывая взгляда от моих глаз.

– Что?.. – пискнула я, недоуменно моргнув. – А ты про шест? – тут же предположила, и неловко протянула его между нами.

Юань Фэнь с теплой улыбкой качнул головой и изящно сместился, встав позади.

Оу, ты про это.

От такой близости и мягкого давления на спину, щеки сразу вспыхнули румянцем. Я замерла, боясь сделать лишний вдох, чтобы случайно не задеть его грудь. Ё-моё, я бы сейчас всё отдала, чтобы пахнуть лотосом, а не вонять грязным носком.

– Локоть выше, – голос Юань Фэня прозвучал над самым ухом, а его рука деликатно коснулась моего плеча, чуть разворачивая назад и приподнимая локоть.

На мгновение я растерялась, тут же попытавшись вернуть себе самообладание и сосредоточиться на шесте, но сердце, как назло, выдавало меня с потрохами. Да ещё это волнение, что Эрик увидит. Блин, он же потом мне все нервы истрепает своими издёвками. Я украдкой метнула в его сторону взгляд, и едва слышно выдохнула.

Пронесло... Меч с таким упорством гонял лидера по поляне, что ему явно было не до нас.

– Перехвати шест немного ниже, – вполголоса подсказал Юань Фэнь, и второе прикосновение пришлось между лопаток. Подушечки его пальцев едва ощутимо надавили на ханьфу не только вызывая табун мурашек, но и заставляя выпрямиться. – Ты слишком напряжена. Если спина натянута как струна, стойка теряет гибкость. Дыши.

Боже мой, да как тут дышать?

– И не сопротивляйся движению, – он мягко накрыл мою руку своей, направляя шест. Древко описало плавный полукруг, а его пальцы чуть крепче сжали мою ладонь, помогая удержать нужную траекторию.

– Вот так, – его голос прозвучал чуть глубже, обычного. – Чувствуешь разницу?

Я кивнула, кажется, позабыв все слова. Потому что единственное, что я чувствовала, это его тёплые руки и дыхание на виске. Нет, ему определенно нужно запретить тренировать. Я же так не тому научусь.

Он отпустил меня, и шест выскользнул из ослабевшей хватки, глухо стукнувшись о каменную площадку.

– Ой, – подпрыгнув на месте, я неловко покосилась на Юань Фэня, успев заметить мелькнувшую улыбку на его губах, прежде чем он отвёл глаза.

Вот балда. Стушевавшись, быстро подняла шест, прижав его к груди. Я спокойна, я совершенно спокойна...

– Попробуй ещё раз, – скомандовал Юань Фэнь, как ни в чем не бывало заведя руки за спину. – И помни: не сила, а плавность.

Я выдавила слабую улыбку.

– Поняла.

Чёрт, вообще не поняла. Придётся импровизировать.

Я снова взмахнула шестом, краем глаза уловив мелькнувший клинок. Меч Юань Фэня стремительно разрезал воздух у самого плеча Эрика. Лидер уклонился, одновременно раскрывая оба веера и лезвия скрежетнули по стали, отводя меч в сторону. Эрик тут же грациозно крутанулся на пятке, полоснув веером снизу вверх.

Меч легко ушёл от атаки и метнулся обратно.

– Эй! – возмутился лидер едва успев пригнуться. – Дай хоть секунду передышки.

– Сюнди, ты слишком красуешься, – непринужденно заметил Юань Фэнь, проигнорировав его вопль. – В настоящем бою противник не станет любоваться твоим вращением.

– Ох, простите моё несовершенство, – съязвил Эрик, делая быстрый шаг вперед и пытаясь запереть летящий клинок между веерами. – Но я предпочитаю блистать. Если уж помирать, то красиво, а не скукожившись в кустах.

Ну да, куда же его самолюбию не повыделываться.

Меч дернулся, выскользнув из ловушки и стукнул лидера по пальцам, заставив того отдёрнуть руку.

– Ауч, вот засра...

Я громко кашлянула, метнув в Эрика укоризненный взгляд.

– Что? Он первый начал, – невинно моргнул лидер, потирая ушибленные костяшки.

– Сюнди, много говоришь. Соберись, – сухо отрезал Юань Фэнь, глянув на зависший в воздухе клинок. – Иначе следующей будет твоя голова.

Эрик хмыкнул, но поспорить ему не дали. Меч рванул вперёд. Не став отступать, лидер резко свёл раскрытые веера, принимая удар и отводя клинок в сторону. Молниеносно развернувшись, он полоснул веером в ответ. Меч отскочил, звонко ударившись о лезвия.

Юань Фэнь кивнул.

– Уже лучше, – скупо похвалил он. – Не встречай силу силой, меняй направление удара.

– Спасибо, капитан очевидность, – тяжело выдохнул Эрик, смахивая пот со лба. – Как насчет перерыва?

– Нет.

Я закусила губу, сдерживая смех от кислой мины лидера, как вдруг сбоку раздался шорох ветвей, заставивший меня резко обернуться, наставив шест.

Гоухунь? Тигр?

– Смотрю, сюнди, зря времени не терял, – вместо рычания послышался довольный голос Кай У и через секунду из-за кустов, неся в руках стопку чистых чаш, показался он сам. – Выглядите куда живее.

Я выдохнула, приложив руку к груди. Вот же... напугал.

Цзиньэ бесшумно ступая за Кай У, так бережно нёс котелок перед собой, словно тот принадлежал самому Небесному императору, а его шею меховым воротником обвили хвосты Сюань Мяо, который сладко дремал на плече.

– Вот только не надо его подбадривать, – проворчал Эрик, бросая мрачный взгляд на Кай У. – Он и без того нам продохнуть не даёт.

Кай У приподнял бровь, собираясь что-то сказать, но Юань Фэнь на долю секунды опередил.

– Передышка была, – невозмутимо заявил он. – Целых четыре вдоха.

– Четыре вдоха... – поперхнулся Эрик, и всплеснул руками, явно не найдя приличных слов, выразить это безобразие.

Я усмехнулась, быстро пряча улыбку за почёсыванием носа, поймав его взгляд, в котором так и читалось: «Да он издевается».

– Энаа, Эрикэ, раээ прав, – благосклонно заметил Цзиньэ, скользнув по нам внимательным взглядом. – Утром вы были бледнее лунного света, а теперь щёки румянее спелых персиков.

– Цзиньэ, я не пойму, – усмехнулся Эрик, не удержавшись от подколки. – Ты нам комплимент сделал или хочешь съесть?

Цзиньэ растерянно моргнул, а я хмыкнула. Тебя-то съешь... Минуточку. Луна! Кай У же обещал...

Я дёрнулась в его сторону, желая напомнить, но тут Юань Фэнь стукнул кончиком лезвия об землю и, окинув нас строгим взглядом, скомандовал:

– Так соберитесь, разминка ещё не окончена, – и снова сложил пальцы в управляющем жесте, меч мгновенно рванул к Эрику.

– Опять?! – подскочил лидер, едва уклонившись от выпада, и метнул возмущённый взгляд на Кай У. – Вот видишь, с кем нам приходится иметь дело?

Кай У лишь рассмеялся, и будто не при делах, спокойно направился к костру, опустив чистые чаши на циновку.

Ай, блин, не успела.

Чертыхнувшись под нос, я с досадой проводила его спину взглядом и, приняв нужную стойку, быстро взмахнула шестом, выполняя технику «змея преследует тень». Шест скользнул вперёд, описывая низкую дугу у самой земли, а затем резко взметнулся вверх... сталкиваясь с мечом в чёрных ножнах.

Тук.

Резкий, приглушённый удар отдался в руках вибрацией, я едва удержала шест, моргнув от неожиданности. Юань Фэнь с легкой усмешкой в глазах, встретил мой удивленный взгляд, а затем мягко отвёл шест в сторону, молниеносно атаковав.

Клинок сверкнул у моего плеча, я шарахнулась вбок, еле успев среагировать.

– Ёшкин кот... – сорвалось с языка привычное ругательство, заставив на миг бровь Юань Фэня дернуться вверх.

Выдавив неловкую улыбку, я кое-как отбила очередной удар, метнув быстрый взгляд на Эрика. Пыхтя, как загнанный заяц, он всё увереннее бился с первым мечом Юань Фэня, уже почти не отступая.

Отвлечься на него было плохой идеей, мои рёбра тут же за это поплатились, благо ножны смягчили удар. Не сбавляя темпа, Юань Фэнь рванул на меня, отступив на шаг, я подставила шест под меч и, развернув древко, отвела удар в сторону.

Юань Фэнь улыбнулся уголками губ, приняв это за похвалу, я аж зарделась. Кажется, я не так уж и безнадёжна. И встряхнув плечами, только наставила на него шест, как шорох ветвей заставил нас замереть.

Из-за кустов снова показался Кай У, и уверенной походкой направился прямо к раскидистому дереву. Удобно устроившись в его тени, он ловко извлек из сумки несколько узких полосок жёлтой бумаги, тонкую кисть и баночку с красной тушью.

Он что, прямо сейчас собрался создавать нам талисманы? Блин, я ещё от алой луны не отошла, а уже быть подопытной. Эх...

Будто почувствовав, что на него уставились, Кай У вскинул взгляд.

– Не отвлекайтесь, – непринуждённо бросил он нам, махнув кистью. – Я пока немного поработаю над заклинанием для фулы.

– Как будто он даст на тебя отвлечься, – фыркнул Эрик, кивнув в сторону Юань Фэня, и в последний момент ушёл вбок от выпада меча.

Юань Фэнь смерил его медленным взглядом, а я поджав губы, еле сдержала улыбку. Кай У усмехнулся и обмакнув кисть в тушь, с искусной грацией принялся выводить на бумаге замысловатые иероглифы. Цзиньэ же, примостился неподалёку на камне, и поджав под себя ноги, с интересом наблюдал за нашими мучен... ой, тренировкой.

Шагнув вперёд, Юань Фэнь скользнул ко мне и коротким движением отбил шест в сторону. Ах так. Я тут же развернулась, целясь ему под рёбра, но он мгновенно сместился и шест просвистел мимо, рассекая воздух. Вот же...

– Дыши, – мягко посоветовал Юань Фэнь, заметив мою ошибку. – Ты задерживаешь дыхание, когда бьёшь.

Я шумно выдохнула, мечтая лишь о ведре холодной воды. Жажда и сушняк во рту мучали неимоверно, но я терпела. Не хочу ещё больше выглядеть перед ним изнеженной девой. Он так старается...

Твою ж.

Юань Фэнь стремительно атаковал, я еле успела ударить шестом по дуге, отразив меч. Ладони вспотели, дыхание сбилось, а по спине тонкой дорожкой стекал пот. Я глянула на Юань Фэня и мысленно застонала. Он, как назло, выглядел всё таким же свежим: дыхание ровное, на лице само спокойствие и ни грамма усталости. Даже ни один волосок из причёски не выбился! Этот мир несправедлив...

– Сюань Мяо! Только не снова... – ахнул вполголоса Цзиньэ, и спохватившись, самоотверженно кинулся к нему, отбирать украденный свиток из сумки Кай У.

Фэйфэй враскорячку, улепётывал от мамочки, таская несчастный свиток по земле, щедро обтирая его о камни.

Ну какой же милый воришка. Я умиленно рассмеялась, наблюдая за этой неравной гонкой. Сбоку послышался смех Эрика. Воспользовавшись передышкой, он повалился на землю, обмахивая раскрасневшееся лицо веером.

– Сюань Мяо, это не еда, – уже менее возвышенно причитал Цзиньэ, осторожно подбираясь к нему. – Это важный трактат о духовных формациях. Отдай, и я угощу тебя твоими любимыми ягодами.

Фэйфэй лишь высунул из-за дерева лисью мордочку, и прижав уши, утробно зарычал на него.

– Ага, так он и купился, – усмехнулся Эрик, бросая насмешливый взгляд в сторону Кай У. – Сюнди, похоже на один свиток у тебя станет меньше.

У Кай У дёрнулась бровь.

– Я начинаю понимать, почему некоторые яо выбирают путь уничтожения мира, – со вздохом произнёс он, кажется, с трудом сохраняя невозмутимость и не отрывая глаз от начертания талисманов.

Я фыркнула, а Юань Фэнь коротко улыбнулся, бросая на друга веселый взгляд.

Цзиньэ нырнул в кусты вслед за Сюань Мяо, скрываясь там, а в следующий миг на Эрика сверху обрушился меч. Кувыркнувшись в сторону, он ушел из-под удара и, тут же подскочив на ноги, чертыхаясь сквозь зубы, бросился в бой.

Меня не обошла та же участь. Я едва подняла шест, как Юань Фэнь молниеносно атаковал связкой ударов. Первый встретила шестом, второй чудом отвела в сторону, а третий перехватила поперёк, вскинув правую руку. Удар оказался сильнее, чем я ожидала, меня качнуло в сторону, и нога предательски запнулась об торчащий корень. Ахнув, я неуклюже повалилась назад.

Зараза.

Юань Фэнь мгновенно изменился в лице и порывисто дёрнулся ко мне, но Эрик опередил его.

– Осторожно, – коротко бросил он, одной рукой подхватив меня за спину, а второй перехватив запястье чуть выше браслета.

Только не сейчас.

Я поспешила высвободить руку, но пальцы лидера сжались крепче, а глаза на миг задержались на браслете, затем подозрительно прищурившись, скользнули по моему лицу, и его губы вытянулись в привычную трубочку. Я сглотнула, быстро соображая, что сказать, но в тот же миг меч вновь свистнул у плеча Эрика, заставляя отскочить.

Стараясь унять учащённое сердцебиение, я быстро поправила сбившийся рукав, пряча браслет, и кинула исподлобья взгляд на лидера. Нужно срочно переключить его внимание, и желательно до того, как Эрик успеет открыть рот.

Я тут же обернулась к Юань Фэню, он всё это время склонив голову набок, внимательно наблюдал за нами. Блин, лишь бы ещё больше не раскраснеться. Изобразив непринуждённую улыбку, я откинула с плеча выбившиеся из хвоста пряди и выпалила:

– Ну так... может, уже расскажете, что это было вчера? Алая луна, тот голос... Это ведь был яо?

Привет дорогие читатели!

Прошу прощения за небольшую задержку с этой главой, я была в отпуске и немного выпала из ритма, но теперь постепенно возвращаюсь к книге и героям. Благодарю вас за терпение, за каждый лайк и каждый отзыв, они безумно вдохновляют писать дальше. Надеюсь, эта глава подарит вам несколько приятных минут и немного отвлечёт от забот.

Спасибо, что вы со мной ❤️

Глава 29.1

Восточный склон горы Чжуян

Меч в руке Юань Фэня опустился, а взгляд взметнулся к солнцу.

– В нашем мире есть бедствие, перед которым бессильно даже Небесное царство, – сдержанно начал он через два томительных вздоха. – Яо, которого люди нарекли Цзюэ Юэши[1], запечатан за пределами Трех Миров.

Лунный пожиратель? Мда...очень поэтично.

– К сожалению, даже небесные печати не способны навечно усмирить яо, – подхватил Кай У, откладывая кисть в сторону и поднимая на нас серьёзный взгляд. – Пробуждаясь от голода, он начинает разрушать темницу. Дабы не позволить ему вырваться, небожители раз в год ослабляют печать, открывая узкую щель между мирами. Мы, смертные, видим её как алую луну. Через неё Цзюэ поглощает духовную и жизненную ци.

– Выходит, небожители сами скармливают ему людей? – возмущённо выгнула я бровь, мимолетно переглянувшись с Эриком.

Переводя дыхание, лидер бросил на Юань Фэня недовольный взгляд, будто тот самолично скармливал всех яо.

– Поверьте, эта малая жертва спасает все Царства, – снисходительно пояснил он, проводя рукой по чёрным ножнам. – Если Цзюэ вырвется, то пожрёт всё живое. Увы, но некоторые бедствия можно лишь сдерживать ценой чужих жизней.

Я поёжилась, передёрнув плечами.

– Прекрасно, – криво усмехнулся Эрик. – Всегда мечтал стать божественной закуской.

– И это правда? – уточнила я, опираясь на шест, внутри заворочался червячок сомнения. Хотя, казалось бы, чему удивляться? Уже давно пора привыкнуть к причудам этого мира.

– Кто знает, – пожал плечами Кай У. – Тайны Небес скрыты туманом. Но с давних времён, едва завидев алую луну, люди прячутся в домах, а заклинатели используют техники защиты.

Техники защиты? Нахмурив брови, я метнула взгляд на Юань Фэня, отвернувшись, он призывал в руку меч, который гонял Эрика. Почему же он тогда позволил поглотить часть своих сил?

– Раээ, вы говорите о Цзюэ Юэши? – полюбопытствовал Цзиньэ, наконец выбравшись из кустов с пойманным воришкой, и довольно осветил нас белоснежным сиянием рогов.

– Цзиньэ, ты тоже о нём знаешь? – невольно удивилась я, странно, он тогда выглядел не менее озадаченным, чем мы.

– Не совсем энаа, – мягко улыбнулся цилинь, виновато протягивая Кай У обслюнявленный свиток. Быстро спрятав его в сумку, Кай У пронзил Сюань Мяо грозным взглядом, щёлкнув в отместку по лобику. – Я читал об этом яо в древних хрониках, но в царстве Цинъюнь у нас и за тысячу лет не было алой луны. Говорят, это бедствие связано только с миром смертных.

У меня дёрнулся глаз. Как чудесно.

– Отлично же устроились ваши небожители, – хмыкнул Эрик, стрельнув упрекающим взглядом сначала в Юань Фэня, а потом в сидящего у дерева Кай У. – Спасают свои шкуры за счет людей. Ну и чем они лучше демонов?

– Сюнди, не стоит гневать Небеса, – хмуро предостерег Юань Фэнь. – Если бы существовал иной путь, боги избрали бы его.

– Ну да, ну да, успокаивайте себя, – закивал Эрик, нисколечко не купившись на эту отговорку. – Главное, что к следующей кормёжке нас с Соней здесь уже не будет.

Юань Фэнь вскинул на меня пристальный взгляд, будто ожидая моей реакции. Но мне нечего было сказать. Опустив глаза, я лишь носком сапога поддела мелкий камушек, отправляя его в кусты.

С нашей-то скоростью влипать в неприятности и черепаховским темпом искать осколки, я бы не спешила на это надеяться.

Цзиньэ, приподняв бровь, перевёл взгляд с Эрика на меня. Его явно озадачили слова лидера.

– Энаа, а почему вы...

– Не пойму, – невовремя перебил Эрик, потирая затылок и морщась. – Голова вроде прошла, а тут все ещё ноет, такое ощущение, что меня кто-то долбан... – он резко осёкся и подвис, уставившись перед собой.

Мы разом замерли, переглянувшись друг с другом. Ну всё, сейчас начнётся.

– Ты!.. – не подвёл лидер, обличительно ткнув веером в Кай У. – Это ведь ты меня вырубил?! Думал, я не вспомню?

Я закусила губу изо всех сил пытаясь не рассмеяться. Юань Фэнь мимолётно глянул на меня, сам с трудом сдерживая расползающиеся в улыбке губы. И только Цзиньэ склонив голову, непонимающе бегал взглядом с Эрика на Кай У и обратно.

– Сюнди, я лишь спасал тебя, усыпив заклинанием, – тем временем поднял Кай У руки в примирительном жесте, но легкая ухмылка никуда не делась.

– Спасал!? – задохнулся от возмущения Эрик, и развернувшись к нему боком, указал пальцем на затылок. – Да у меня теперь шишка размером с баоцзы.

Ни баоцзы, ни шишку мы, конечно, не увидели, но от одного упоминания еды в желудке громко заурчало. Блин, не вовремя ты. Я хлопнула по животу, заглушая неловкие звуки.

– Соня! – резкий оклик Эрика заставил меня вздрогнуть, отчего шест выскользнул из руки. Да чтоб тебя. Кое-как поймав его налету, я вскинула на лидера взгляд. – Выстави сюнди счёт за нарушение мер безопасности, из-за чего моя прекрасная головушка подверглась травме... – он на миг умолк, задумчиво проведя пальцем по ямочке на подбородке. – Но так уж и быть, сделай скидку в пять процентов за спасение.

Ага, только тапочки зашнурую.

Пока брови Кай У взлетали всё выше, а челюсть опускалась ниже, я хмыкнула:

– Какой ты щедрый.

– Я всегда такой, – непринуждённо отмахнулся Эрик, не уловив в моём голосе сарказма.

Закатив глаза, я покачала головой и бросила на Кай У выразительный взгляд: Я же говорила.

– Добрые намерения, тигру под хвост, – сухо изрёк Кай У, возвращая лицу невозмутимость. – Что ж, сюнди, в следующий раз сначала подложу тебе циновку.

Юань Фэнь вдруг закашлялся и, прикрывая рот кулаком, поспешил отвернуться. Я видела, как тряслись его плечи, и явно не от кашля. Меня и саму уже распирало от смеха. Только бедный Цзиньэ, судя по его растерянному взгляду, всё ещё не до конца понимал, что тут происходит.

– Отлично... – довольно кивнул Эрик, и тут до него с запозданием жирафа дошло. – Эй, что значит в следующий раз!? Тебе так понравилось меня вырубать?

Кай У тактично промолчал, сделав вид, что не замечает выпучившего на него лидера, и спокойно обмакнул кончик кисти в тушь. Вот только уголки его губ предательски выгнулись в тонкой улыбке.

– Не, ты это видела? – всплеснул веером Эрик, метнув негодующий взор на меня в поисках поддержки. – Я ему что, какой-то надоедливый будильник? Вырубать меня...

– И не говори, – не сдержала я усмешки. – Бедные будильники не заслужили такого.

Лидер стрельнул в меня прищуренным взглядом.

– Ха-ха, – передразнил он и, гордо откинув чёлку, повернулся к Цзиньэ. – Цзиньэ, будь хоть ты другом, кинь флягу. Мне нужно запить свою досаду... и разбитое сердце.

Отпустив Сюань Мяо, тот подхватил лежащую рядом с сумкой Кай У флягу, и бросил Эрику. Ловко поймав её, лидер открутил пробку, припав к горлышку.

Я жадно уставилась на него, с трудом сглотнув: капли воды стекали по его подбородку, кадык дёргался при каждом глотке. Пересохшее горло засвербило, язык словно прилип к нёбу. Блин, и куда только мои глаза смотрели? Вода же была так близко... но кое-кто ещё ближе. Чёрт. Я быстро опустила глаза на Сюань Мяо, но Эрик скосив взгляд, увидел, как я глазею на него.

Наконец, оторвавшись от горлышка, лидер смахнул рукой капли с губ и пристально глянул на меня, не удержавшись от лукавой ухмылки.

– Ты так пожирала меня глазами потому, что я красив или пить хочешь?

Я чуть не поперхнулась воздухов. Вот же моська, самовлюбленный... Но не успела ответить, как он протянул мне флягу.

– Держи, – и столько великодушия было в его голосе.

Я на секунду скривилась, но пить хотелось больше, чем спорить. И только потянулась к воде, как Юань Фэнь окликнул меня:

– Сония, – я обернулась, а он уже мягко, но настойчиво вложил в мои пальцы другую флягу и улыбнулся. – Вот, попей из неё.

Э? Я моргнула, слегка обескураженно глянув на него. Когда он успел сбегать к костру? Эрик же, хмыкнув, пронзил его взглядом, схлестнувшись с Юань Фэнем в молчаливом противостоянии. Не став их прерывать, я торопливо припала к воде, делая несколько жадных глотков, и чувствуя, как прохладная вода смягчает сухое горло. Блаженство...

– Спасибо, Юань-гэ, – на радостях ляпнула я, прежде чем успела прикусить язык и замерла с флягой у рта.

Ой. Произнести это вслух в присутствии всех оказалось довольно неловко, да и гробовая тишина, сейчас была красноречивей любых слов.

Кай У вмиг оторвавшись от талисманов, поднял на меня удивленные глаза. Цзиньэ моргнул, а затем с любопытством окинул всех взглядом. Сам же Юань Фэнь, задержав на мне взгляд, расплылся в тёплой полуулыбке. И только Эрик опасно вытянул губы, уперев одну руку в бок.

– Юань-гэ? – передразнил он низким голоском, выразительно выгибая бровь. Я аж мысленно застонала. – И с каких это пор вы так близки, что ты зовешь сюнди Юань-гэ? И почему меня так не называешь?

От его испытующего взора, жар мгновенно прилил к щекам. Блин, у меня даже уши загорелись. Я украдкой встретилась глазами с Юань Фэнем, и выпалила, припоминая Эрику:

– Так ты же сам сказал, что не гусь, отзываться на гэгэ?

– Когда это я... – недоуменно раскрыл рот лидер, но в ту же секунду громкий хохот Кай У разнёсся по всей округе. Кисть в его руке мазнула по талисману, оставляя на жёлтой бумаге кривую линию, но Кай У этого даже не заметил. Откинув голову, он так заразительно смеялся, что мы с Цзиньэ не выдержали и расхохотались. Юань Фэня продержался чуть дольше, но вскоре тоже прикрыл рот рукавом, скрывая улыбку.

Эрик с минуту смотрел на нас как на сумасшедших, а потом махнул рукой:

– Да ну вас, – буркнул он и тут же сам прыснул со смеху.

– Небеса, только наш сюнди мог принять дружеское обращение за подзыв гусей, – покачал головой Кай У, вытирая выступившие от смеха слёзы.

«Наш» так мило прозвучало, что сердце ёкнуло, а Эрик не нашёл, чем возразить.

– Сония, – позвал Юань Фэнь, когда все наконец успокоились. Приятно, что он тоже стал обращаться ко мне по имени, а то от этих «барышень» и «госпожей» чувствовала себя не в своей тарелке.

– Ты хорошо постаралась, можешь отдыхать, – с мягкой улыбкой похвалил он, отвечая на мой вопросительный взгляд.

– Правда? – я едва не подпрыгнула от радости. – Уху.

Жизнь определенно налаживается. С облегчением крутанув шест, я уже было направилась к костру, заметив, как Эрик с довольным видом тоже закинул оба веера в широкие рукава ханьфу, судя по всему, решив, что мучения на сегодня закончились.

– Сюнди, тебя я не отпускал, – Юань Фэнь мгновенно развернулся, выставив перед ним меч в лакированных ножнах.

– В смысле? – резко затормозил лидер, недоуменно вскинув бровь. – Её же отпустил.

– Да, но тебя я ещё не проверил, – спокойно отозвался Юань Фэнь, и выпрямился, заведя клинок за спину.

Эрик скуксился, бросив на меня обречённый взгляд и нехотя полез обратно в рукав. Не дав ему опомниться, Юань Фэнь стремительно атаковал. Эрик уклонился, пропуская удар мимо себя, и тут же взмахнул веером, целясь противнику в бок. Перехватив веер у самой рукояти, Юань Фэнь отвёл его в сторону и резко выбросил меч вперёд. Эрик мгновенно прогнулся в спине, кончик ножен просвистел над самой макушкой, всколыхнув растрёпанные волосы.

Я аж тихонько присвистнула. А он неплохо держится.

Рванув вперёд, лидер атаковал размашистыми ударами. Невозмутимо двигаясь, Юань Фэнь легко отбил ножнами один веер, а от второго уклонился, слегка повернув плечо.

– Слишком предсказуемо, сюнди, – скучающе качнул головой Юань Фэнь, переходя в наступление, полы его одеяния с шелестом развивались на ветру.

Извернувшись, Эрик проворно отскочил в сторону.

– А это... видел? – запыхавшись, протянул он, и на его губах мелькнула недобрая, почти коварная ухмылка.

Что он опять удумал?

Резко крутанувшись на пятке, Эрик подпрыгнул и с разворота выбросил одну ногу вперёд, Юань Фэнь, на миг застигнутый врасплох, инстинктивно отклонился назад, но в ту же долю секунды лидер, не касаясь земли, впечатал второй ступнёй по его запястью. Рука дёрнулась, и чёрные ножны слетели с меча, обнажив блеснувшее на солнце лезвие.

Вау... я восхищённо моргнула, губы сами собой расползлись в улыбке. Похоже, Эрик придержал туза в рукаве.

Я бросила взгляд на Юань-гэ. Его глаза на мгновение расширились, а затем сузились, скользнув от валяющихся на земле ножен к лидеру, который с вызовом расправил плечи. Юань Фэнь задержал на нём взгляд дольше обычного, словно только сейчас разглядев в Эрике нечто новое.

– Неплохо, сюнди, – он слегка дёрнул уголками губ, снова направляя на соперника клинок.

Лидер самодовольно усмехнулся. А я хмыкнула. Зря радуешься. Он тебе трояк влепил.

Едва Юань Фэнь сделал шаг вперёд, как Эрик, крепче сжав веера, ринулся навстречу. Один веер звякнул о лезвие, второй тут же мелькнул сбоку, но Юань Фэнь успел отбить его в сторону. Лидер мгновенно крутанулся на пятке, заходя со спины. Юань Фэнь резко развернулся, описав мечом опасную дугу, и Эрику пришлось откинуться назад, пропуская лезвие в цуне от лица.

Тихо вскрикнув, я прикрыла рот рукой и обеспокоенно оглядела его. Я знала, что Юань Фэнь сдерживает силу, но оружие-то было настоящим. Чудо, что лидер до сих пор не поранился.

Тренировочный спарринг становился всё быстрее и опаснее, на наших глазах превращаясь в настоящий бой. Сталь с противным лязгом билась о лезвия. Улыбка стерлась с лица Эрика, а взгляд стал собранным и непривычно холодным.

Невольно задержав дыхание, я не в силах была отвести от них глаз. Юань Фэнь двигался с такой грацией и текучестью, словно горная река, спокойная на вид, но сметающая всё на пути. А Эрик... Эрик порхал вокруг него, точно изумрудная стрекоза, ускользая и дразня, крутя кульбиты и закручивая танцевальные финты веерами.

Удары сыпались один за одним, воздух дрожал от напряжения. Я перестала улыбаться, взволнованно перебирая пальцами по древку шеста. Хотелось ворваться и раскидать их по сторонам, но инстинкт самосохранения категорично отказывался даже сдвинуться с места. Кай У, давно забыв про талисманы, хмуро следил за поединком. Цзиньэ же, одной рукой прижав к груди Сюань Мяо, второй непрерывно гладил его по макушке, то ли стресс снимал, то ли пытался нагладить до блеска.

– Кай У, – первым не выдержал он, рога мягко засияли, привлекая пролетающую мимо птичку. – Может, мне их остановить?

Не отводя глаз от боя, Кай У покачал головой:

– Не стоит, Цзиньэ. Двум драконам иногда нужно помериться клыками, чтобы выпустить лишний пар.

Да тут не пар, а целая баня уже. Какая муха их вообще укусила? Всё же было хорошо...

Взмахнув мечом, Юань Фэнь рванул на Эрика. Криво ухмыльнувшись, лидер бросился навстречу. Испуганно пискнув, я зажмурилась, готовясь услышать стоны боли, скорее всего от Эрика. Но воцарилась странная тишина, выждав ещё секунду, я рискнула приоткрыть глаза.

Что за.

Они застыли в полушаге друг от друга, кончик клинка Юань Фэня замер в одном цуне от кадыка Эрика, а один из сложенных вееров лидера уперся лезвиями прямо в живот Юань-гэ. Разгорячённые, они пристально смотрели друг другу в глаза. Я видела, как тяжело вздымалась грудь Эрика, как у Юань Фэня напряглись скулы. Воздух между ними буквально искрился от духовной энергии.

Я боялась даже вздохнуть... но тут со стороны леса вылетела хрупкая бабочка, сотканная из чистейшей золотисто-голубой ци. Она закружила над головой Цзиньэ и устремилась к Кай У, оставляя мерцающий шлейф.

Это же... послание?

Кай У протянул руку, и бабочка мягко опустилась на его ладонь, со вспышкой света превратившись в скрученную полоску бумаги. Лицо Кай У озарилось улыбкой, едва он пробежал по ней глазами.

– Это от Чжун Хао, – воодушевленно произнес он, вскинув на нас взгляд.

О, боже, Чжун Хао! Как он так? Я оживилась, едва удержав себя на месте, чтобы не подбежать и не вырвать записку у него из рук.

А для тех двух статуй эти слова подействовали, как ушат ледяной воды. Юань Фэнь и Эрик моргнули, и словно очнувшись из транса, быстро отступили, опуская оружие.

– Кажется, я немного увлекся, – шумно выдохнул Эрик, нервно взлохматив волосы.

– Это ещё слабо сказано, сюнди, – Юань Фэнь по-дружески похлопал лидера по плечу. – Хороший был бой, ты меня удивил.

Эрик фыркнул, закидывая веера в рукав ханьфу.

– Я вообще полон сюрпризов...

– Да-да, мы знаем, – нетерпеливо перебила я, замахав рукой и подскочила к сидящему у дерева Кай У.

Эрик с Юань Фэнем лишь коротко переглянулись.

– Как Чжун Хао? Он в порядке? Как его самочувствие?

Кай У снисходительно улыбнулся и медленно, словно издеваясь над моими нервными клетками, развернул записку:

– Чжун Хао пишет, что его раны затягиваются, а дух крепчает, – наконец, сжалился он. – Он сожалеет, что не смог отправиться с нами в путь, но сейчас упорно тренируется, восполняя духовные силы. Как только лекарь Ши даст разрешение, немедленно отправится вслед за нами.

– Слава богу... что там ещё? – с облегчением выдохнула я, невольно коснувшись пальцами подаренной им шпильки с изящно вырезанной ласточкой и цветком пиона на конце.

Кай У едва заметно усмехнулся.

– Чжун Хао также интересуется, как поживает барышня Сония, и надеется, что сюнди не слишком доставляет хлопот.

– Хлопот? – изумленно переспросил Эрик, приложив руку к сердцу. – Да я само очарование! Вот пусть быстрее выздоравливает, и сам увидит, какой от меня бывает толк.

Пф, толк. Что-то я его особо не разглядела за эти месяцы.

– Раээ, какая добрая весть, – расцвел улыбкой Цзиньэ, подходя ближе и освещая наши радостные лица сиянием рогов. – Надеюсь, в скором времени я с ним познакомлюсь.

– Уверена, он тебе понравится, – тепло заверила я, погладив Цзиньэ по плечу, а затем не сдержалась и легонько ущипнула Сюань Мяо за мокрый носик.

Ах ты наш милаш.

– Что ж, ответ напишем позже, – протянул Кай У, убирая записку в рукав и поднимаясь с земли. – А сейчас пора спуститься со склона. До вечера нужно успеть добраться до ближайшего города, пополнить запасы.

Пока Кай У и Юань Фэнь собирали вещи и тушили костёр, мы с Эриком быстренько ополоснулись в реке, приводя себя в более-менее человеческий вид. Цзиньэ, заметив, что мы мокрые, тут же вызвался помочь и не успели мы возразить, как на нас обрушился такой поток тёплого воздуха с лепестками, что меня едва не снесло с ног. А Эрика просто сдуло, он буквально на носочках удержался у кромки воды.

– Спасибо, Цзиньэ, – прокашлялась я, расправляя одеяние. – Очень... освежающе.

– Да уж, спасибо, приятель, – поддакнул лидер, отплевываясь от лепестков. – Всегда мечтал побывать в эпицентре бури.

– Энаа, Эрикэ, простите, я не рассчитал... – виновато засиял рогами Цзиньэ, а у самого губы медленно расползались в улыбке.

Я легонько отмахнулась, мол, всё нормально, но стоило бросить взгляд на лидера, как я поперхнулась, выпучив глаза. Вместо Эрика, на меня с подрагивающими от смеха губами, смотрел пушистый одуванчик на ножках.

Это ж получается, я так же выгляжу?

– Пха...ты бы видел себя, – громко расхохоталась я, тыча в него пальцем и сгибаясь пополам.

Боже, жаль не могу сфотать, такой был бы компромат.

– Да, и ты не лучше, – заржал лидер, размахивая над головой руками и изображая то ли огромный шар, то ли взрыв. Я не разобрала за его дрыганьем.

Цзиньэ пару секунд с искренним удивлением пялился на нас, а после и сам лучезарно улыбнулся.

Так, продолжая хихикать и тыкать друг в друга пальцами, мы вернулись в лагерь. Не знаю, что ожидали увидеть Кай У и Юань Фэнь, но точно не двух умирающих со смеху одуванчиков со стоящими дыбом волосами.

– Что это... – даже не смог договорить Кай У, медленно приподнимая брови.

Юань Фэнь же моргнул, затем ещё раз, уголки его губ предательски дрогнули, казалось, он всеми силами пытался сохранить невозмутимость. Но, честно говоря, получалось так себе.

– Если не хотите себе такой же модный причесон, не пользуйтесь Цзиньэ-феном, – шутливо предостерёг Эрик, вызвав у друзей ещё большее недоумение.

Объясняться лидер, конечно же, не стал. Да и я решила не тратить на это время, мы и так задержали Кай У с помывкой. Оставив лагерь позади, мы двинулись вниз по извилистой тропе, уводящей под густые кроны. Камни под ногами осыпались, поэтому приходилось осторожно переступать через узловатые корни, так и цеплявшиеся за полы одеяний и огибать валуны, заросшие мхом. От нагретой солнцем земли тянуло прелыми листьями и чем-то странно сладковатым. Высоко над головой шелестела листва, но легкий ветерок никак не спасал от жужжащей мошкары. Зараза лезла в глаза, уши, то и дело норовила укусить меня за нос.

Впереди Кай У с Цзиньэ о чём-то оживленно переговаривались, но их голоса терялись в громком птичьем щебете. Юань Фэнь же, обычно в лесах возглавлявший наш маленький отряд, сегодня почему-то замедлил шаг и держался чуть позади, но так близко, что я ощущала его тепло каждой клеточкой. Эрик шагал с другого боку, то и дело кидая на нас молчаливые взгляды. Прикинувшись веником, я опустила глаза, усиленно заинтересовавшись дорогой под ногами. Камень, ещё камень. О, прекрасная корявая веточка. Блин, никогда в жизни не видела ничего интересней.

Через время, за которое я, кажется, успела пересчитать все камни, мы вышли к подножию бамбуковой рощи, за которой возвышалась серая стена уездного города. Но не успела я обрадоваться и помечтать о горячей ванне и мягкой постели, как Кай У резко затормозил.

– Барышня Сония, сюнди, будет лучше вам подождать здесь, – спокойно заявил он, обведя нас непреклонным взглядом. – Мы с Юань Фэнем закупим припасы, а заодно проверим, нет ли поблизости людей генерала Лак Лонга.

– Что? Почему? – поникла я, бросив на Юань-гэ расстроенный взгляд. Но он, как назло, отвернулся и укладывал у дерева сумки.

Эрик и вовсе звёздочкой развалился на бревне, не собираясь возражать.

– Мы не знаем, что нас ждёт в городе, а вы с сюнди, увы, и без того слишком приметны, - рассудительно пояснил Кай У. – Да и вдвоём мы управимся быстрее, не привлекая внимания.

Чудненько.

– Раээ, а я могу пойти с вами? – взволнованно смял в руках вэймао Цзиньэ, обломав ему все планы.

Кай У открыл рот, явно собираясь отказать, но, столкнувшись с чистым искренним взглядом, лишь тяжело вздохнул.

– Хорошо, Цзиньэ, но держись рядом, – пошарив в широком рукаве, он достал два жёлтых талисмана. – И прицепи их на подошвы.

Радостно закинув Сюань Мяо на плечо, Цзиньэ тут же прилепил фулы и нарезал вокруг нас круг, не оставив ни одного цветочка.

– А вы двое, – особенно выразительно произнёс Кай У, – ждите здесь.

– Хорошо, – махнула я на них рукой. – Тогда купите мне в городе десяток яиц, подсолнечное масло... – Юань Фэнь склонив голову, выгнул бровь, и я тут же исправилась, – ну или на чём у вас тут жарят, и желательно сковородку.

– Сония, а для чего тебе? – Юань Фэнь озадаченно переглянулся с Кай У.

– Узнаете, если купите, – загадочно протянула я, и неожиданно для себя подмигнула Юань-гэ.

Его уши тут же заалели, и он, кашлянув в кулак, двинулся к городу.

– Сторожите вещи, и никуда не ходите, – в десятый раз повторил Кай У. – Мы скоро вернемся.

– Сюнди, да расслабься, мы же не маленькие, – усмехнулся Эрик, прикрыв рукой лицо от солнца. – Всё будет окей.

Кай У глянул на него так, будто уже мысленно составлял его завещание, и покачав головой, поспешил догнать товарищей.

Не знаю, сколько времени прошло с их ухода, но я уже конкретно плавилась от жары. Примостившись на краю бревна, я машинально перебирала гладкие камни браслета, задумавшись о доме и родителях. Интересно, как они поживают? Эрик же рядом, кажется, дремал: его грудь мерно поднималась и опускалась, а лицо закрывал рукав.

– Тебе его Юань Фэнь подарил? – с сонной хрипотцой вдруг спросил лидер, вырвав меня из мыслей.

Пальцы замерли на браслете, я на мгновение стушевалась, но отпираться было глупо, да и врать не хотелось.

Сглотнув, я всё-таки кивнула:

– Да. Я увидела его, когда мы были в столице. Цвет камней напомнил мне глаза Никиты. Вот Юань-гэ и...

– Ясно, – перебил Эрик и умолк.

Между нами повисло тягучее молчание. Не решаясь поднять на него глаза, я тяжело вздохнула. Неужели это его так задело?

Убрав руку с лица, Эрик приподняв голову, как-то уж слишком пристально всмотрелся в меня.

– Ты чувствуешь к нему то же, что и он к тебе?

Вот это поворот. Его довольно прямолинейный вопрос на миг лишил дара речи. И что я должна ответить? Я ведь сама ещё не разобралась в своих чувствах, а уж говорить об этом кому-то...

Эрик выжидающе смотрел на меня, без насмешки, без привычной иронии. И от этого становилось только хуже.

Что он хочет услышать?

Я лихорадочно перебирала в голове хоть какой-нибудь вариант ответа, когда округу прорезал отчаянный женский крик:

– Помогите!

Вздрогнув, я резко вскочила. Слава богу, как вовремя. Эрик же от неожиданности слетел с бревна и, плюхнувшись на траву, ошалело закрутил головой.

– Это ещё что...

– Кто-нибудь! Прошу... Помогите! – снова донёсся до нас полный ужаса голос.

– Соня, даже не думай, – медленно протянул Эрик и дёрнулся вперёд, пытаясь схватить меня за подол.

Но я уже подхватила лежащий у ног шест, и рванула на крик.

– Эрик, скорее! – бросила не оглядываясь, услышав за спиной страдальческий стон.

– Кай У нас убьёт.

Ага, если этого не сделают раньше.

***

[1] Цзюэ Юэ Ши (绝噬月) – Абсолютный (Невиданный) Лунный Пожиратель