Пешком за монстрами!

Глава 1

ПЕРВЫЙ ТОМ ЗДЕСЬ — https://author.today/reader/392172/3623984

____

Батя готов был самоотверженно кинуться на монстрика. А вот это совсем нехорошо. Я рванул на кухню. Да уж, так быстро я ещё не бегал.

— Стой! — крикнул я, вставая между ним и дрожащим чудиком.

— Что это, Серёга?! — батя продолжал кричать. Его бешеный взгляд сконцентрирован на непонятном существе. — Что это, чёрт его возьми?!

Ну, это для него оно непонятное. А для меня уже самое, что ни есть родное.

Раз есть связь, значит, он уже мой питомец. Просто ещё плохо контролируемый. Монстры, увы, не животные. Не полумонстры и не магические питомцы. К каждому нужен особый подход.

Тут же и маман подоспела, и пышка тут как тут. Обе кое-как успели халаты накинуть, через распахнутые полы которых были видны ночнушки. А следом за ними в дверях появилась Аннушка, заглядывая через спины родителей.

Дамы закричали, рассмотрев монстрика. Конечно, как же без этого. Обязательно надо открывать рты и пугать окружающих.

— Тише! — крикнул я в свою очередь. — Он тоже вас боисса!

— Боится? Ты серьёзно, сын? — выдавил батя. — Да это же монстр! У него вон зубы какие. Да и когти совсем не крохотные!

— Ох, надо срочно вызывать спецслужбу по зачистке! — вздохнула маман.

Я гневно посмотрел на маму Наташу.

— Только попробуйте, — процедил ей и всем остальным. — Это мой питомес.

— Серёга, да ты шутишь! — воскликнул батя. — Хочешь сказать, что будешь его контролировать? Как муравьишку? Или как того же Мухтара?

А вот и Захарыч появился на кухне.

— Ё-ёкарный бабай! — просипел он, хватаясь за сердце. А затем почесал в прихожую и громко хлопнул входной дверью.

— Уф-ф, ауф-ф-ф, уф-ф, — снова забавно запыхтел монстрик, делая пару шагов ко мне.

— Останови его, Серёга, — батя выставил нож в его сторону. — Богом клянусь, моя рука не дрогнет.

— Его… нихто… не тлонет, — тоном, не терпящим возражений, ответил я. — И он не пличинит никому вр-реда.

Все замерли, затихли. А затем на кухне вновь появился Захарыч. Ну охренеть просто — с вилами, конечно.

— Захарыч, отбой, — обратился к нему батя, и сам положил нож на полку позади себя.

— Ауф-ауф, — питомец сделал ко мне навстречу ещё один неуверенный шаг, затем ещё один.

Он опять задрожал. До сих пор боится.

Я протянул к нему руку.

— Не смей, Серёжа! — маман бросилась ко мне, но батя её схватил за руку и потянул обратно.

— Наташ, угомонись, — пробормотал ей папа Ваня. — Пусть попробует.

Маман тут же начала всхлипывать. А мне было плевать на причитания, охи-ахи пышки, глухие маты Захарыча и тихий писк Аннушки.

Я коснулся мохнатой головы монстрика. Он замер, от удовольствия прикрывая горящие бирюзой глаза. А затем — ох-хо-хо! — принялся тереться о мою руку.

— Ох ты ж, ититская сила! — пробормотал Захарыч.

— Вы это видели?! — удивлённо воскликнул батя. — Это мой сын! Он приручил монстра!

— Наш сын, — поправила его маман.

— Ну да, наш. Но ты видишь это? — повернулся он к маме Наташе, затем к няне. — А вы, Лариса Михайловна?

Пышка кивнула, находясь в это время на грани обморока. Стояла и хватала ртом воздух, пытаясь вымолвить хоть словечко.

А вот и Рэмбо залетел в окно, усаживаясь на подоконник. Он внимательно уставился на монстрика, затем наклонил голову набок.

— ДАВАЙ ДР-РУЖИТЬ! — крикнул он, обращаясь к нему. — ТР-РЕТЬИМ БУДЕШЬ?!

Регина в это время подползла к существу, принюхалась и фыркнула.

А монстрик оглянулся, потом начал отряхиваться, будто собака, вылезшая из воды. Во все стороны полетел какой-то мелкий мусор и паутина.

— Ты ж понимаешь, Серёга, что мы не можем его оставить? — обратился ко мне батя.

Ах, так, родственнички?! Ну ладно. Значит, я вам сейчас ультиматум поставлю.

— Тогда и я уйду, — резко ответил я, нахмурившись.

— Ты чего такое говоришь, Серёжа?! — вскрикнула маман, всплеснув руками. — Мы тебя любим! Ты наш сынок!

— А раз юбите, тогда и помозете мне, — ответил я, от волнения начиная вновь неправильно выговаривать слова. — Мы сплячем монстла, и о нём нихто не узнает. Мы никому не сказем. Плавда ведь?

Батя тяжко вздохнул.

— Так это не работает, сын, — ответил он. — Его как минимум соседи могут увидеть.

— Хор-росо, — сказал я, поднимая монстрика на руки. Он был крохотным, но всё-таки вес чувствовался. Плотный ужин давал о себе знать. — Тогда пр-редлагаю залегистлиловать как магического питомса. Мозет это медвезонок.

Батя нервно хохотнул.

— Ну, если только медвежонок-мутант, — а затем тревожно добавил: — Но ты же понимаешь — он вырастет и… правда вскроется.

— А вот когда он выластет, — серьёзно посмотрел я в глаза отца, — его узе нихто не посмеет у меня отнять.

Что ж, родителям пришлось соглашаться. Взгляды их были растерянными, озадаченными. И я понимал, что они до сих пор в шоке. Я просто не оставил им выбора.

То ли ещё будет, родители. Если вы так реагируете на вполне мирного детёныша монстра, как воспримете взрослую хищную особь?

Но ладно, до этого ещё как до моего мира ползком.

В итоге все разбрелись по спальням. Пышка, всё-таки переборов свой страх, принесла моющий, дезинфицирующий артефакт. Полезная штуковина, оказывается.

Я угомонил монстрика, который отказывался залезать в большую капсулу. Пришлось полезть внутрь вместе с ним. Минута, и вот мы вышли оттуда чистыми и довольными.

Я засмеялся, наблюдая, как зафырчало существо, пытаясь вылизать шерсть, торчащую во все стороны. Забавно он выглядел, конечно.

— Ух, страшилище какое, — пробурчала себе под нос пышка и начала неразборчиво бормотать молитву. Похожую озвучивал жрец, освящая наш чердак от несуществующего злого духа.

Вот пышка удалилась, а я положил детёныша монстра рядом с собой в кроватку. Погладил его по мохнатой холке. Монстрик от удовольствия аж глаза прищурил. Затем внимательно посмотрел на меня.

— Я никому тебя в обиду не дам, слысыс? — обратился я к нему.

— Уф-ф, ауф-ауф, — закивал он в ответ.

Затем монстрик закрыл глазки и уснул, мерно засопев через нос, точнее через две дырочки на своей мордашке.

А я уснул следом за ним.

***

Следующее утро, младшая группа элитного детского сада «Сказка».

Проснувшись, я начал собираться в садик. К этому времени Захарыч поставил в детской комнате манеж. Поместил внутрь две большие миски, с водой и с мясом.

Я пригласил существо в этот маленький и очень скучный мирок, приказал дождаться меня.

Сегодня я буду в садике до вечера. Но по его взгляду понял, что он и не собирается покидать меня. Очень смышлёный, да и страха как и не было. Он начал привыкать к окружающей обстановке и к своему хозяину.

Спокойный и довольный я отправился в садик.

Первый день в младшей группе обещал быть интересным.

Бледная маман, ещё не отошедшая после вчерашнего происшествия, передала меня… Лене.

— Меня тоже повысили, — улыбнулась она. — Вот, теперь я тоже на испытательном сроке.

Я улыбнулся. Тоже рад был видеть Лену в нашей группе. Она хороший и, главное, справедливый воспитатель.

— Это очень хорошая новость, — ответила маман. — Так мне спокойней. Знаю, что за Серёжей хороший присмотр.

Блин, говорит так, будто я беспомощный какой-то. Да я даже самостоятельней тебя, мама Наташа, чтоб ты знала.

Лена, улыбаясь, взглянула на меня и протянула руку.

— Ну что, Серёжка, пошли в зал? –спросила она меня.

Я кивнул. Давно пора идти. Чего тут стоять и лясы точить, когда там меня ждёт дружище?

Лена провела меня по коридору, заводя в уже знакомое мне большое помещение.

Я тут же заметил Мишку. Он стоял в уголке и выбирал на стенде коробку с конструктором.

— Пр-ривет, — поздоровался я с другом, оказавшись рядом с ним.

— О, Сер-рёга, — повернулся Мишка. Ну надо же — впервые чисто произнёс моё имя.

Взгляд друга был напряжённым. Он махнул мне за спину.

— Видис этих оленей? — мрачно спросил Миша.

Я обернулся и заметил толпу детей, которые посматривали в нашу сторону.

— Ага, — ответил я. — И все они с Демидовым?

— А то, с кем зе исё? — печально ухмыльнулся Мишка. — Ну, почти все.

Я заметил нужный мне конструктор на дальнем стенде. Большой монстр — то, что надо. А когда подошёл и взял его, обернулся. Услышал голос Мишки. Возле моего друга уже собрались трое пацанов. И впереди — Коленька-какашка-Демидов.

Он посматривал на меня и откровенно задирал моего друга.

— Ти плосто чмо, — прошипел ему в лицо Демидов-младший, когда я уже был рядом. — А чмо ни имеет плава тлогать констлуктол.

— Э, заср-ранец, а ну, отойди от моего длуга, — подошёл я к этой троице, обращаясь именно к их предводителю.

— И ты тозе чмо, — оскалился Демидов на меня. — И твои лодители…

А вот это он зря. Я не собирался терпеть такие выходки. Сделал два шага вперёд, разрывая дистанцию.

Его двое телохранителей не успели среагировать. Видно, не ожидали такого поворота. Я просто прошёл между ними и выкинул вперёд кулак. Скажи — привет, и улыбнись, паразит!

— ШЛЁП! — разнёсся удар по залу, и Демидов, хватаясь за подбитый глаз… заревел.

— Девчонка, — презрительно ответил я, а на меня надвинулись два пацана.

— Так! Это что такое?! — подскочила к нам рыженькая воспитательница, и те двое сразу же отошли в сторону, будто вообще не при делах.

— Он меня уда-а-лил, — продолжал выть Демидов-младший.

— Ты же новенький. Серёжа Смирнов вроде, — рыженькая нахмурилась и взяла меня за руку. — А ну, пойдём! Тебе объявлен первый выговор. Так нельзя себя вести!

Она передала меня оказавшейся рядом Лене. Та испуганно посмотрела на меня, выслушивая рыженькую. Затем отошла со мной в сторонку. Туда, где была расположена ученическая зона.

Мы сели с ней за одну парту.

— Серёжа, пойми, ты уже в младшей группе. Ещё два выговора — и вернёшься в ясельную, к малышам, — начала Лена свою лекцию. — Если честно, и на мне тоже это отразится.

— Коля меня спр-ровоциловал, — хмуро ответил я.

— Да, он способен на такое, — вздохнула Лена. — Но ты мог сказать мне, а не распускать руки.

— Он р-родителей осколбил, и Мишку, — посмотрел я на воспитательницу. А затем пересказал, как было дело.

Лена не выдержала моего взгляда и отвернулась. Она внимательно слушала мой рассказ и посматривала в сторону толпы демидовцев.

В центре толпы стоял Демидов-младший и довольно скалился. А под его левым глазом расплывался фингал.

Он здорово получил, но… выиграл.

К сожалению, я проиграл битву из-за выговора. Но наша война ещё не закончилась. Подожди немного, дерьма кусок, я обязательно отомщу за это.

— Да, он тебя спровоцировал. И это тоже неправильно. Но… — тихо ответила Лена, снова взглянув на меня. — Ещё раз подчеркну. Если вы будете себя плохо вести — и ты, и Мишка… и я… все мы вернёмся в ясельную группу.

— Да понял я, — пробурчал ей. — Я посталаюсь вести себя хор-рошо.

— Договорились, — улыбнулась Лена.

Когда я вернулся в зал, все дети собрались вокруг рыженькой.

— Итак, среди нас новенький, Серёжа Смирнов, — обратилась она ко всем и посмотрела на меня, причём не очень ласково. Что, в гляделки поиграем? Я тоже так могу.

Рыженькая не выдержала, первой отвела взгляд и продолжила речь:

— Сегодня Серёжа повёл себя слишком грубо, и… — тут ей на ухо зашептала Лена. Ещё пара минут и выступающая изменилась в лице. — Но и Коля Демидов неправ. Нехорошо обзываться. Тем более так грубо.

Затем она виновато улыбнулась. Ладно, на первый раз прощаю тебя. Не разобралась, бывает.

— Серёжа, меня зовут Анфиса, — ласково обратилась она ко мне. — А вот ещё одна воспитательница, Марина.

Ко мне подошла та самая короткостриженая шатенка и тоже улыбнулась мне. Приятная особа.

— Кстати, всё-таки первый выговор у тебя будет, — продолжила Анфиса. — Не обижайся. Ты полез драться, а надо было предупредить кого-то из нас.

Затем Анфиса рассказала, что в младшей группе проводятся магические занятия, два раза в неделю, и даже есть практика.

— Если что-то нужно — ты можешь смело обращаться ко мне за помощью… либо к Марине, — завершила свою речь Анфиса. — Ну а с Леной ты и так знаком.

Когда я вернулся к Мишке, собирающему конструктор, он отвлёкся и пробурчал:

— Сюда бы Юеньку. Она бы здесь показала этим гадам, где лаки зимуют.

— Нет, Миша, — покачал я головой. — Тогда ей тозе выговор влепят.

— А поспоим, сто нет? — хитро улыбнулся друг.

— Хорошо, — кивнул я. — На десять сселбанов.

Мишка покосился на мои пальцы, почесал затылок и махнул:

— А давай.

Затем он рассказал, как здесь всё устроено. Банда Демидова подмяла под себя пятнадцать детей. Ещё пять нейтральных, и нас двое.

— Вон они, — Мишка махнул в сторону стенда поодаль. — Там тусят.

— Тогда этих нейтральных к нам возьмём в отряд, — ответил я.

— Да ну, не гони, — усмехнулся друг. — Не всё так плосто… Они упёлтые.

— А вот посморишь. Всё получится, — подмигнул я ему. — У них плосто не будет выбола.

— И када ты собилаесся с ними говолить? — Миша покосился на меня.

— Да прямо сейчас и пойду, — ответил я ему.

Направился в сторону самого крепкого парнишки. Он собирал небольшую железную дорогу.

— Пр-ривет, меня Серёжа зовут, — представился я.

— Дима, — ответил он.

— Дмитрий, как ты относисся к Демидову? — решил я зайти издалека.

— А тебе какое дело? — буркнул он в ответ.

— Интелесно твоё мнение, — улыбнулся я.

Дима посмотрел в сторону смеющихся демидовцев.

— Да урод он натуральный, — ответил он. — Только с толпой и может нападать. Они постоянно игрушки забирают.

— Если к нам присоединисся, никто и ничего не будет забирать, — серьёзно сказал я. — А завтра принесу тебе новую модельку.

У Димы тут же заискрились глаза.

— Ты не шутишь? — недоверчиво спросил он.

— Я говолю сер-рьёзно, — я продолжал пристально смотреть в глаза пацана и протянул руку. — Ну, согласен?

— А давай, — Дима протянул свою, и мы обменялись крепким рукопожатием. — Я с вами.

— Пошли тогда к нам, — махнул я ему.

Когда мы подошли с Димой к Мишке, они поздоровались друг с другом.

— Как ты это сделал? — тихо спросил у меня Миша, когда мы отошли к стенду.

— Главное — подход, др-рузисе, — оскалился я.

А Мишка почесал затылок. Видимо, начал представлять, как я отпускаю ему щелбаны.

Затем мы позавтракали, причём уже цивильным омлетом с гренками, а не какой-то плохо сваренной манкой. А потом вышли на площадку.

В течение дня, с перерывом на обед, я переманил почти всех неййтральных на свою сторону. После Димы к нам перешёл долговязый парень, Лёха. У него тоже отбирали игрушки, и я ему пообещал ещё одну машинку.

Да, это не ясельная группа. Здесь уже конфетами не подкупишь. Требования гораздо выше. Но для меня это мелочёвка. Всё равно я не играю в эти машинки. А здесь — лишь для вида и ради коммуникации с социумом.

Затем к нам примкнули две девчонки. Их я приманил защитой. Мы пообещали вчетвером, что их никто не посмеет обидеть. А если что и начнёт происходить — порвём любого, как тузик грелку.

Остался лишь один нейтральный парень, на которого уже насел Демидов. Ещё бы. Этот засранец всё видел и понимал, что у меня вполне получается собирать отряд.

Но паренёк не сдавался и в итоге отбился от агрессивного княжеского сынка. Продолжая оставаться в нейтральной позиции. Но это до поры до времени.

Итого — мой отряд насчитывал шесть вполне боеспособных единиц, включая нас с Мишкой.

Больше ничего особенного не произошло за день.

А вечером меня забрала маман, переговорив с глазу на глаз с Леной.

Через пару минут я, довольный и счастливый, направился на выход из «Сказки». Сегодня выдался хороший денёк, если не обращать внимания на этот сраный выговор.

***

Поместье Смирновых, сразу после садика.

Маман всю дорогу молчала. Только когда наше такси зарулило к поместью и въехало на территорию, она тихо обратилась ко мне:

— Серёжа, постарайся держать себя в руках. Ты так старался, сдавал этот экзамен. Не хватало, чтобы…

— Мама, я уже понял всё, — перебил я её. — Больсе так не буду.

— Ну и славно, я знаю, — поцеловала она меня в щёку и тут же стёрла след от губной помады. — Просто иногда можно не обращать внимания на тех, кто пытается тебя поддеть.

Ну ты скажешь тоже. Если на Колю Демидова не обращать внимания, так он и на шею сядет. С каждым разом всё больше и больше начнёт поливать словесными помоями. Такие понимают лишь язык силы.

Но теперь я буду действовать по-другому. Вариантов — море. Притом ужик в живом уголке заскучал. Вот и прогуляю его немного.

— Спасибо, — маман расплатилась с таксистом, а затем мы вышли возле дома.

Автомобиль, фырча, поехал прочь. Мы же поднялись по ступенькам.

Зашли в дом, и нас встретил встревоженный батя.

Впервые его таким вижу.

— Вань, ты ж на работе должен быть, — растерянно пробормотала маман. — Случилось что?

— Получилось вернуть раньше, — ответил батя нестройным голосом. — Но тут дело не в этом. Разувайтесь и пойдёмте… что-то покажу.

Я тоже начал переживать. Неужели монстрик что-то натворил? Батя бы не стал паниковать по пустякам. Значит, что-то действительно произошло из ряда вон выходящее.

Мы с маман прошли в мою детскую, и я увидел раскрытую дверцу манежа, которая болталась на одной петле.

— Серёга, в общем, мы с Захарычем всё облазили. Не можем найти твоего монстра. Он вырвался из манежа и… скорее всего, он убежал, сынок.

Ничего себе! Этого мне ещё не хватало.

Глава 2

Мы ещё раз прошлись по комнатам. Но так и не обнаружили монстрика.

Неужели он и правда сбежал?

Хотя нет, связь между нами сияла ярче, а это значило только одно — он где-то рядом.

— Это… проверил сарай, гараж, в саду полазили с Ираклием, — появился на пороге Захарыч. — Как сквозь землю провалился этот ирод.

— Он не илод, — нахмурился я.

— Ой, конечно, не ирод, — залепетал Захарыч, увидев, как батя показал ему кулак. — Питомец Серёжин, да… Ну так вот… питомца нигде нет. По светлу ещё пройдёмся, сейчас уже темнеть начинает, плохо видно.

А я слушал вполуха Захарыча и ещё раз прошёлся по комнатам. Маман на кухне сидела за столом с пышкой, и они тревожно говорили о моём монстре. Опять охали-ахали. Их не переделаешь, в общем.

— Ну что, нашли, Серёжа? — спросила меня маман, когда я появился возле них и начал открывать шкафчики внизу.

— Не, — задумчиво ответил я, продолжая поиски.

— Не расстраивайся, обязательно найдётся, — ответила пышка.

Да я не расстраиваюсь. Прислушиваюсь. И вообще, не сбивайте меня.

Он точно в доме. Но где?

А затем я зашёл в спальню родителей и услышал тихое чавканье. Оно доносилось из-под двуспальной кровати, стоявшей посередине комнаты.

— Насол! — крикнул я, когда поднял стёганое покрывало, и заглянул под кровать.

Этот шалун сидел по центру и методично жевал батин тапочек. От носка которого ничего не осталось. Лишь бесформенная масса.

Но монстрик продолжал пережёвывать тапок до кашицы.

— Да ты голодный, — обратился я к нему и протянул руки. — А ну, иди сюда.

— Ауф-ф-ф, ауф-уф-ф, — запел свою песню монстрик и, продолжая жевать батину собственность, почесал ко мне.

Я взял его на руки, а тут и батя с Захарычем появились на пороге. И маман с пышкой.

— Ах ты ж, сукин сын! — воскликнул батя. — Мои любимые тапочки!

— Ваня, ты обещал не ругаться, — нахмурилась маман.

— Да как тут не ругаться, когда этот засра… питомец мой тапок уничтожил! — запыхтел от возмущения батя. — Мы ж его кормили недавно! — затем обратился к чавкающему существу, — А ну, отдай.

— Отдай, малыш, — обратился я к монстрику, взялся за ещё целую подошву и потянул на себя. Питомец нехотя отпустил предмет. Затем громко и возмущённо зауффкал.

— Так у него зубки чешутся, вот он и нашёл тренажёр, — нервно хихикнула маман.

— А вещи мои тут причём? Это именные тапки, между прочим. Мне дарили их на день рожденья, — подчеркнул батя.

— Я посмотрю всякие когтеточки на рынке, — ответил Захарыч. — Может, это его отвлечёт.

— Хорошая идея, — одобрила маман.

— В общем… — отец хмуро посмотрел на меня, — …Серёга, с тебя тапки.

— Да не воплос, — ухмыльнулся я и направился в детскую.

А оказавшись у кроватки, запустил руку под матрас, вытаскивая из своего секретного хранилища толстую пачку денег.

Затем вернулся и передал деньги бате.

— Сам выбелешь, какие понлавятся, — дополнил я.

Наступило гробовое молчание. Лишь монстрик возмущённо пыхтел от того, что у него отобрали любимую игрушку.

Батя пытался что-то сказать, держа в руках внушительной толщины денежную пачку, но только открывал рот и закрывал его, будто рыба, выброшенная на берег.

А я удалился в свою комнату, по пути начиная чесать чешуйчатое пузико монстрика. Тот довольно заурчал.

Да, удивительно, но весь он был покрыт тёмно-синим ёжиком шерсти, и лишь в районе живота была чешуйчатая броня. Хотя сейчас брони не было, но я понимал, что он подрастёт и пластины окрепнут.

— Как же тебя назвать? — тихо обратился я к монстрику, присаживаясь в детское кресло напротив интерактивной доски. Положил существо на колени, и тот заурчал, растянулся на животе, свешивая свои лапки с когтями.

— Вениамин? — покосился я на него.

Монстрик лишь недовольно фыркнул.

— Может… Миролюб?

Он лишь покачал головой. Не понравилось ему имя. Да, согласен, не лучший вариант.

— Или… Кузя… Точно, Кузя!

— Уф-уф-уф-уф! — довольно запыхтел монстрик, начиная радостно болтать в воздухе лапками.

Как раз и батя зашёл, услышав имя. Он присел напротив нас, на диванчике. Озадаченно посмотрел на моего питомца.

— Серёг, а ты уверен, что… кхм… страшного монстра — а поверь, когда он вырастет и станет страшным — можно так называть? — обратился он ко мне. — По мне, так он Пожиратель. Вот нормальное прозвище.

Монстрик аж подскочил от возмущения и в ответ возмущённо чихнул. Да и какое прозвище? Это же не пёс какой. Это вполне разумный монстрик. Поэтому у него должно быть имя.

— Не-е-е, — протянул я. — Это Кузя. Ему понравилось это имя.

— Уф-уф-уф-уф, — радостно поддержал меня монстрик.

— Ну как знаешь, — хмыкнул батя. — Кузя, так Кузя. Тем более ему нравится.

Затем во взгляде бати я заметил растерянность. Он хотел мне что-то сказать, но передумал.

— Ладно, время уже позднее. Готовься ко сну, не буду мешать, - он поднялся и быстро покинул детскую.

Я лишь пожал плечами. Что он собирается с духом, никак не соберётся? Хотя понятно, один стресс за другим. Тут даже самый спокойный растеряется.

— Серёжа, давай переложим твоего… питомца в манежик, а нам пора умываться и спаточки, — зашла в мою комнату пышка.

— Ево зовут Кузя, — ответил я. — И он будет спать рядом со мной.

Лариса Батьковна, ну не вздыхайте так. Будто вам невыносимо тяжело это принять. Просто примите, у вас нет выбора.

— Ладно, пусть спит с тобой, — тихо пробормотала пышка. — Я же не настаиваю.

После того как я оказался в кроватке и положил Кузю рядом с собой, он прижался ко мне, потёрся мордочкой о моё плечо и мерно засопел.

Какой же он… прикольный! Я не мог нарадоваться на своего нового питомца. Как же я жил до этого.

Нет, конечно, мне были дороги и Рэмбо, и Регина и даже Мухтар. Но Кузя… он был особенным. И возвращал меня к воспоминаниям, когда я приручал Тиссу. Огромная пепельная волчица была тогда таким же крохотным детёнышем. И также ластилась ко мне, когда у нас укрепилась связь.

Будто боги услышали меня, и вот у меня детёныш монстра. Я воспитываю монстра, чуть ли не с пелёнок, в другом мире. Слёзы показались на глазах. От радости за предоставленную возможность. И я закрыл их, начиная засыпать.

Но… уснуть мне не дали. Мой чуткий слух различил напряжённый разговор взрослых. Голоса их доносились со стороны кухни.

Я прислушался и вот уже различил голос бати, а затем и мамы Наташи.

***

Поместье Смирновых, кухня, в это же время.

Иван посмотрел на Наталью. Супруга энергично капала в стакан с водой капли, затем перемешала их и выпила.

А у него своё успокоительное. Не планировал он сегодня пить, но от стаканчика разве будет особый вред? Надо было собраться с мыслями и хорошенько всё обсудить.

Он плеснул себе в стакан виски и сделал небольшой глоток.

— Ты не увлекайся, — критично посмотрела на него супруга.

— Наташ, угомонись, — раздражённо ответил он. — То же самое я могу сказать по поводу твоих капель.

— Это лекарство, — тут же ответила Наталья.

— Ну вот и я лечусь, — он поднял стакан. — Ваше здоровье.

Сделал ещё глоток.

— Так что насчёт этого жуткого монстра? — спросила его супруга.

— Давай по-честному, — иронично посмотрел на неё Иван. — Не такой уж он и жуткий. Хотя да, согласен, это пока… И ещё меня смущает пачка денег, которую мне передал Серёга.

— Я всё-таки настаиваю на том, что надо сообщить о монстре в службу зачистки, — нахмурилась Наталья, допивая успокоительное. — А насчёт пачки денег… там всё просто. В полицию отнести.

— Да ты что?! — воскликнул Иван. — Вот по пачке я денег не согласен, точно! Сын, значит, заработал… в поте лица старался, трудился. А ты хочешь все им кровно заработанные отдать? Прямо в мохнатые лапы коррупционеров?

Супруга нахмурилась.

— Ты не ответил, как тебе моё предложение по этому… Кузе, — пробормотала она. — Ну и придумал сынок наш имечко, конечно…

— А тут и так понятно, Наташ, — хмыкнул батя. — Нифига у тебя не получится. Серёга его не отдаст.

— Придётся отдать, — мрачно ответила Наталья.

Иван преклонился через стол, придвинувшись к жене, и тихо ответил:

— Ты ведь понимаешь, что дальше произойдёт? После того как мы сделаем то, что ты говоришь — это очень сильно отразится на его отношении к нам. Он даже нас может возненавидеть. Посмотри, как он аж лучится радостью, когда держит этого детёныша на руках. Может, всё-таки не будем усугублять?

— И что будем делать? — в глазах супруги он заметил просыпающиеся тревожные искорки.

— Я предлагаю наблюдать и… Серёга дельную вещь сказал. Нужно действительно зарегистрировать его монстра, как магического питомца. Так мы, по крайней мере, выиграем время. А до того, как его питомец подрастёт, поймём, что нужно делать.

— И ты веришь, что Серёжа сможет совладать с ним? — супруга продолжала нагнетать.

Ну вот как с ней спокойно разговаривать? Постоянно преувеличивает.

— Да, я верю сыну, — кивнул Иван. — Посмотри, как он подчинял животных.

— Да то животные, а это… целый монстр! — воскликнула Наталья и зажала рот рукой, прошептав: — Ой, Серёжка спит уже, а я кричу.

— Это детёныш монстра, — подчеркнул Иван. — И Серёга сможет воспитать его нормальным человеком… тьфу ты… нормальным монстром… в общем, ты поняла, что я имею в виду.

— Ладно, — Наталья встала из-за стола и подошла к плите, поставив на неё чайник. — Но ты будешь следить за всем. Вся ответственность на тебе. Если он сожрёт Мухтара — это будет твоя вина.

— Или Захарыча, — ответил Иван и прыснул со смеху.

— По-твоему, это смешно? — повернулась к нему супруга.

— Не, не сможет… — задумчиво ответил он. — Вилы застрянут в пасти чудовища, и Захарыч всё-таки выберется.

Наталья закатила глаза, а в это время на кухню зашла Лариса Михайловна. Тоже видно чайку попить. Замерла у плиты.

— Ещё одного ребёнка мне не хватало, — пробормотала супруга, подойдя к нему и взъерошив причёску, а затем добавила напряжённым тоном: — В общем, ты меня услышал.

— Наташ, выпей ещё своего успокоительного, — Иван поднял взгляд. — Давай я тебе ещё коробку закажу. От хороших лекарей, и без побочных эффектов.

— Это без каких побочных эффектов? — покосилась на него Наталья.

— Ну как… боязнь безобидных монстров, тревога за Серёжу, чтоб он ручку-ножку не сломал… — он начал загибать пальцы.

— Да ну тебя! — хихикнула супруга и махнула няне. — Пошли, Лариса, в саду прогуляемся. И бутылочку вина захвати…

— Вы смотрите, сильно там не успокаивайтесь, — улыбнулся Иван, бросив вслед. — Чтоб я вас потом из вытрезвителя не забирал.

— Ну и шуточки у вас, Иван Александрович, — ответила няня. — Мы девушки приличные. Можем пить один бокал хоть целый вечер.

— Ладно, отстал, — отмахнулся Иван, оставаясь наедине со своими мыслями.

Он немного успокоился. Вопрос с монстром решили. А вот насчёт денег — надо бы понять, откуда Серёга их берёт. Может ещё раз аккуратно поинтересоваться у сына? Хотя он верил ему. Раз он сказал, что никто за ними не придёт, так оно и есть.

***

Архив Бюро Магии, тремя часами ранее.

Артём бы вне себя! Этот Демидов и мёртвого из могилы достанет.

Решил он спрятаться, как же. Ха-ха!

Поначалу непрекращающиеся звонки, затем сообщения, одно за другим. Причём с каждым разом всё агрессивней.

В общем, когда Демидов дал ему пять минут на раздумья, после чего он начнёт разговаривать по-другому, Артём не выдержал.

Он принял звонок.

— Ты совсем охренел, Артём? Мы о чём договаривались? — прошипел в трубку Демидов.

— Вы даже не представляете, что я пережил! — ответил Артём. — Он натравил на меня своего питомца!

— Да мне плевать! — рявкнул князь. — Ты взял аванс, мы подписали документы. Где от тебя прописаны гарантии, что работу выполнишь в отведённые сроки.

Артём протяжно выдохнул. Ссориться с князем он не горел желанием. При желании тот может превратить его жизнь в кромешный ад. Надо ли ему это?

Да и прав Демидов — он взялся за работу. Значит, надо её и закончить.

— И что сейчас? — спросил Артём. — Я к поместью не подойду, это точно. Слежка отменяется.

Князь какое-то время молчал.

— В общем, накопай на этого пацана, Серёжу Смирнова, информацию, — ответил князь. — Место рождения, родители…

— Так Смирновы же… — растерянно ответил Артём.

— Не перебивай меня! — рыкнул Демидов. — Раз запрашиваю — значит, так надо. В общем, место рождения, родители, магические способности. Мне нужно всё про этого мелкого ублюдка, каждая мелочь, правдивая и беспристрастная. Понял меня?

— Д-да, понял, — выдавил Артём.

— Пока на этом всё, — холодно добавил князь. — Оплата, кстати, остаётся прежней.

— Хорошо, Николай Михайлович, — ответил Артём. — Сделаю. Сроки?

— Двух дней хватит? — спросил его князь.

— Желательно три дня, — ответил он. — Моему человеку из Бюро магии нужно время, чтобы выписать мне доступ к бумажному архиву. И дело это не быстрое, копаться в куче бумажек. Сами понимаете.

— А как же электронный архив?

— Поверьте, там точно ничего не будет, — ухмыльнулся Артём. — Уж я-то уже учёный в этом деле. Там легче всего подчистить данные.

— Ладно, три дня даю, — ответил Демидов. — И не пропадай, иначе… сам понимаешь, что может быть.

Артём сбросил звонок и тут же связался с заместителем одного из отделов Бюро магии.

Через пару часов он уже заходил в архив с пропуском, а потом начал бродить между высокими полками, забитыми сверху донизу документами.

Нужно найти те самые папки.

Если бы кто-то ему ещё месяц тому назад сказал, что он как идиот будет рыться в бумажках — плюнул бы ему в лицо.

Но вот он это делает. Скорее от безысходности и от страха перед угрозами князя.

Четыре часа! Даже больше. Столько времени он копался в документах

Но как назло, ничего найти не мог.

Чёрт возьми! Ну вот какого хрена, спрашивается, взялся он за это дело!

Просто ему очень нужны деньги. Скоро дети в элитную школу магов пойдут, надо оплачивать учёбу. Да и пожить хочется на широкую ногу.

Артём заскрипел зубами, потёр воспалённые глаза и собрался.

Не получилось найти. Но это сегодня. Завтра он вернётся и продолжит. Он обязательно должен докопаться до правды.

***

Следующее утро, младшая группа элитного детского сада «Сказка».

День в младшей группе начался с магического урока. Конечно, после того как мы позавтракали.

Нас всех собрали на улице, где под большим навесом рядами стояли длинные скамьи, а впереди — небольшое возвышение и тумба.

Вот за неё, когда мы расселись, и встала директриса. Она строгим взглядом окинула нас, затем кисло улыбнулась.

— Доброе утро, дети, — прокаркала она. — Кто ещё не знает, — она остановилась на мне взглядом, — я преподаю теорию предмета «Общая магия». Сразу предупреждаю — оцениваю строго. Чтобы после того, как вы перейдёте в школу, не позорили наш элитный детский сад… В общем, каждый из вас УЖЕ должен быть подготовленным к моим урокам. Иметь базовые знания. Всё понятно?

Я кивнул, и остальные тоже, на всякий случай.

Огляделся, посмотрел на всех этих присмиревших притихших ребятишек. А её здесь побаиваются. Но я не из их числа точно.

Ведьм я в своём мире сжигал на кострах, которые разжигали мои монстры. Вот ещё одна претендентка на очереди.

— Итак, вкратце, с самого начала, — строго продолжила ведьма. — Как действует магия. От силы воли… от ваших эмоций… и…

Коленька Демидов поднял руку.

— Говори, Николай, — махнула она ему рукой.

— От конц-центр-рации, — выдавил он.

Сколько же усилий ты потратил, зажёвывающий буковки? Аж покраснел от усердия, бедняжка.

— Правильно, Коля, — улыбнулась директриса. — И от концентрации. А собирают энергию в нужном месте и создают заклинание в физическом мире — правильные жесты и расположение пальцев… Показываю…

Ведьма перешла к демонстрации. Сделала два взмаха, выставила руки и скрючила пальцы. Впереди образовалось ледяное облако.

Я смотрел и тщательно скрывал улыбку. Блин, что ж у них так сложно всё? У меня просто — протянул нить, связался, подчинил. И кайфую, ничего не скрючиваю, отдавая приказы.

В это время ведьма сомкнула пальцы на руках в кулаки, и облако перед ней осыпалось ледяной крошкой на бетонный пол.

— Всё понятно? — спросила она. Все кивнули в ответ.

Затем она ещё раз показала. Следом рассказала более подробно о каждом движении и правильном расположении пальцев, руки, защитных и атакующих жестах.

В общем, скука смертная.

— На этом наш урок закончен, — ответила директриса. — И сейчас придёт ваш преподаватель по практическим занятиям.

Да мне как-то пофиг всё это. Но вот я увидел Анфису. На этот раз она заплела свои средней длины волосы в две забавные косички.

— Привет ещё раз, детки, — довольно улыбнулась она. Судя по всему, эти занятия ей нравились больше, чем обычный присмотр за нами. — Сейчас, персонально для Серёжи, который в нашу группу пришёл недавно, я расскажу вкратце. На моих уроках будут разные темы. Они чередуются друг за другом, повторяются. Это нужно для оттачивания практических навыков. А сегодня мы изучим с вами развеивание магии.

Дети тут же загалдели, не отрываясь наблюдая за Анфисой. Она вышла из шатра, остановилась с краю, под открытым небом.

— Понятно, что вы владеете различной магией. Но такое упражнение универсальное. Оно характерно для всех видов, — продолжила Анфиса. — Давайте практиковаться.

Она сформировала заклинание. Огненный шар завис перед ней в воздухе. Он слегка подрагивал, исторгая из себя искры.

— А теперь смотрите, — добавила Анфиса и отошла на два шага назад.

Все, как заворожённые смотрели за движениями девушки. А она сложила две ладони вместе, которые заискрились, и прочертила ими пространство перед собой, по диагонали.

Шар превратился в дымку, которая растворилась в воздухе.

— Приступаем, только по очереди, — улыбнулась воспитательница.

Конечно, первым попёрся его высочество Коля Демидов. Анфиса создала перед ним огненный шар, и он повторил точно такое же движение. Шар тут же растворился в воздухе.

— Молодец, Коля, — похвалила его Анфиса. Коля улыбнулся в ответ, надувая щёки, вернулся обратно в толпу детей.

Ага, молодец. Возьми с полки пирожок. И смотри, не лопни от понимания собственной значимости.

Затем пришёл черёд остальных. Я всех пропускал вперёд, не особо горя желанием повторять ненужные мне действия.

Вот Мишка со второго раза справился. Затем ещё две девчонки.

— Серёжа, ну что ты стесняешься? — махнула мне Анфиса. — Подходи.

Передо мной образовался статичный фаербол. Сложил ладони, которые, естественно, не засветились энергией, прочертил диагональ в воздухе.

— Ну, и что случилось? — растерянно посмотрела на меня Анфиса. — Что, не получается?

Блин, как же выкрутиться? Как ей объяснить, что магия у меня есть. Только другого плана. Она просто работает иначе.

— Я не могу с жестами, — вздохнул я в ответ. — Могу без них.

Все уставились на меня, как на какого-то чудака.

— Нет, Серёжа, такого быть не может, — помотала головой Анфиса, иронично улыбаясь. — Повторяй за мной.

Воспитательница встала рядом, создавая ещё один фаербол. Тот завис перед ней, рядом с моим.

Я вздохнул. Не отстанет же. Попробую ещё раз.

— Только концентрируйся, это важно, — добавила Анфиса и сложила ладони вместе.

Я повторил. Сконцентрировался, наблюдая, как вокруг моих ладошек появилось зелёное сияние.

— Вот. А теперь просто расчерчивай воздух, как я. Будто перечёркиваешь этот огненный шар, — ответила Анфиса и провела воображаемую диагональ.

Я повторил то же самое. Точь-в-точь такое же движение.

И тут произошло то, что я никак не ожидал. Анфиса охнула, а группа зашумела.

Все уставились на меня, удивлённо открыв рты.

Да что вы все вылупились? Я и сам офигел!

Глава 3

Надо же такому случиться!

Мало того что активировались связующие нити, которые тут же протянулись к животным в живом уголке, Зверю и каждой букашке, птичке, находящихся в радиусе тридцати метров, так они ещё стали видимыми.

Кто-то испугался исходящих от меня зелёных лучей энергии, кто-то растерялся. Мишка так вообще удивился и посматривал на реакцию Анфисы. Он то понял, что это такое.

М-да, тяжело мне будет с освоением местной магии.

— Что случилось, Серёжа? — растерянно спросила Анфиса.

— Сам не понял. Ерунда какая-то, — пожал я плечами и разорвал нити.

— Ладно, разберёмся, — пробормотала Анфиса. — Возвращайся к остальным ребятам.

— Ну ты даёс! — прошипел на ухо Мишка, когда я оказался рядом с ним. — Это было то самое? Ну, сказы.

Я ещё раз, специально для него, пожал плечами. Пусть лучше догадывается. Не собираюсь никому и ничего говорить, пока сам не разберусь.

Хотя…

До вечера я находился в раздумье. Конечно, меня никто не трогал. Шавки Демидова лишь косились и обходили стороной.

А когда меня забирала маман, я пришёл к выводу, что этот жест всё-таки мне пригодится. Если он провоцирует такой мощный всплеск магической энергии, что аж связующие нити сами запустились, то…

Нет, рано делать выводы. Надо поэкспериментировать на уже приручённых питомцах.

Когда я оказался дома, решил попробовать этот приём на Регине. Прямо в детской, без лишних свидетелей прочертил диагональ. Черепашка отторгла эту нить. И лишь фыркнула в ответ.

Затем я пригласил Рэмбо и повторил движение.

— Апчх-х-х! — громко чихнул попугай, а затем ещё громче: — АПЧХ-Х-У-УЙ!

— Это кто тут матерится? А?! — заскочила в мою детскую маман, и Рэмбо выскочил в окно, улетая в сторону сада.

— Да это попугай чихнул, — ответил я.

— Фух, а то я думала, опять тебя плохим словам учит, — выдохнула маман, собираясь выйти из комнаты. В дверях обернулась: — Ужин почти готов. Иди ручки мой и к столу.

— Пять минуток, — ответил я. — И пр-риду.

Маман, как и наши воспитательницы. Неправильно произнесёшь слово — запомнит это и потом заставит повторить. Якобы для моего же это блага.

Я же считаю, что всё идёт как идёт. Придёт время, и тогда я без труда заговорю. Притом вон сколько специальных лекций прохожу.

Когда маман ушла в гостиную, где был уже накрыт стол и гремели тарелки, я посадил перед собой Кузю.

Сложил ладони и, когда они засверкали, прочертил ими пространство перед собой.

О да! Отлично! Ха-ха!

Связующая нить с ним вспыхнула и окрасилась ярко-зелёным цветом. Я оказался прав! Наша связь укрепилась! Теперь он точно никуда не сбежит.

Но… затем я понял, что это ещё не всё.

У Кузи начали буквально на глазах удлиняться зубы.

— Ауф-ау-уф, у-уф, — откликнулся монстрик, довольно клацая зубищами. Да. Они перестали расти. Но теперь были раза в два длиннее исходного значения.

Я аж растерялся на несколько секунд. И Кузя воспользовался этим. Тут же принялся вгрызаться в паркет. Раздался громкий хруст древесины.

Звук был достаточно громким, чтобы привлечь не только пышку, но и родителей.

— Да что ж ты делаешь! — закричал батя, появившийся в дверном проёме первым. — Угомони этого, как его…

— Кузя, ко мне! — крикнул я, и монстрик остановился, затем запрыгнул ко мне на руки. Я прошептал ему, почесав пузико: — Нельзя так делать!

— Так, держи его! — крикнул он, и дрожащей рукой выхватил телефон. — Захарыч! Где там твоя когтеточка?! Тащи! Быстро!

— Ты смотри на его зу-зубы, — пробормотала впечатлительная маман.

— Серёг? — батя вопросительно посмотрел на меня. — Всё нормально?

— Особенности р-роста, — улыбнулся я, пожав плечами.

— Так… особенности… — батя побледнел. — В общем, завтра, в срочном порядке ведём твоего Кузю на регистрацию. Иначе там даже с виду будет понятно, что это монстр. И ты, Серёга, пойдёшь с нами.

— Так завтра садик же, — ответила пышка.

— Ничего страшного, возьмём справку у нашего лекаря. Температура, например. Или ещё какая оказия, что там у малышей бывает, — предложил батя.

— Зубки ещё все не прорезались, — подсказала маман.

— Вот, зубки режутся, — выставил ладонь батя. — Правильно.

— Вань, может, всё-таки сами зарегистрируем? — спросила мама Наташа.

— Ну а как ты себе это представляешь? — покосился на неё батя. — А если он выйдет из-под контроля? И вместо паркета замерщика погрызёт? Мы сядем, Наташ. Точно сядем, и надолго.

— Ох-х, точно, — вздохнула маман. — Да, я позвоню Елене Юрьевне. Предупрежу её.

— Правильно. Иди прям сейчас звони, — ответил ей батя, и вновь схватил телефон, закричав в него. — Захарыч, твою мать! Ты не знаешь, где оставил эту деревяшку?!

— Да иду я, иду, — услышали мы с порога голос слуги. — Тяжёлая, зараза.

Кряхтя, он занёс массивный столб на подставке, прямо с меня ростом. Пронёс его в свободный угол детской и оставил его там. Судя по фиолетовому свечению, дерево было заряжено магией, для более долгой службы.

— Иди, — отпустил я Кузю, махнув в сторону столба. — Вон там зубки поточи. И коготки тоже можешь.

Монстрик зауфчал, затем совершил один-единственный прыжок. Зато какой! Преодолел три с половиной метра и с лёту вгрызся в деревяшку. Но та не поддалась, лишь слегка потрескивала сдерживающей магией.

— Ты смотри, выдержала фиговина, — хмыкнул батя, а затем обернулся к Захарычу: — А с тебя — замена паркета. Вон что натворил Кузя, смотри.

— Ну вот пусть он и меняет, — пробурчал Захарыч, посмотрев в сторону разгрызанных в труху нескольких паркетин. Затем встретился взглядом с батей. — Да шучу я так, Иван Алексаныч. Завтра всё сделаю в лучшем виде.

Чуть позже все пошли ужинать.

Родители сподобились покормить меня картофельным пюре с тефтелями. Всё было аппетитным, а подливка просто сумасшедше вкусная. Я попросил добавки.

— Серёжа, на ночь нельзя много есть, — подметила пышка. — Животик заболеть может.

— Вот именно, — ответила маман. — Давай-ка я тебе лучше морсика ягодного налью.

Я справился с подступающим раздражением. Вот опять пышка лезет со своими правилами. Может у меня метаболизм бешеный. Не просто же так организм требует добавки. А я ему доверяю.

Пышка тревожно посмотрела на меня.

Ладно уж, на этот раз прощаю. В порядке исключения. А то давно ты, Лариса Батьковна, не косячила. Живи пока спокойно. Ни один муравей не залезет под твою безразмерную юбку. Обещаю.

Няня прочитала мой взгляд и расслабилась.

А я решил допить морс в детской.

— Пойду, поутюсь, — спрыгнул я с высокого стула и схватил стакан.

— Только аккуратней, не разлей, — предупредила маман. — Смотри под ноги.

Блин, будто с рукожопом каким-то разговаривает. Ну вот зачем ты это сказала, а?! Теперь рука задрожала.

— Лариса Михайловна, помогите ему, — обратилась к няне сердобольная мама Наташа. — Он может не справиться. Стакан тяжёлый.

Уйди отсюда, пышка! Брысь! Я сам донесу! Я отмахнулся от пышки и донёс в детскую совсем нелёгкий стакан. Поставил его на столик.

— Ух, какой ты сильный, Серёжка, — улыбнулась мне Лариса.

А ты как думала. А теперь оставь меня одного! Ну же!

А я включил интерактивную доску. Открыл на ней ученический блок.

Пышка убедилась, что я действительно собрался самообразовываться, а затем исчезла из детской.

Кузя был занят когтеточкой, атакуя её снова и снова. Видно, прилично у него чесались зубки. А, нет. Уже не зубки… острые как бритва зубы. Учитывая, с какой лёгкостью он вскрыл паркет, я догадывался, насколько это опасное оружие.

Но что произошло? Почему они выросли почти в два раза? Видимо, укрепление связи сказалось на стрессе. А тот — на его адаптации в этом мире. Ему стало комфортней, и рост отразился таким образом, пока на зубах. Что дальше будет — не знаю.

Надо будет у Иннокентия Павловича спросить. Правда, что-то он последнюю неделю не появлялся. Но вот когда придёт, сразу спрошу.

Я сделал глоток прохладного напитка. М-м-м. Вкус отменный просто.

Затем отключил детский режим и посмотрел новостную сводку в сети. Разлома всего было два. Один — возле «Грандо», где я и подобрал Кузю. Второй — недалеко от батиной фабрики.

Оба ликвидированы. Монстры пойманы или уничтожены. О жертвах не сообщается, а эксперты никак не комментируют такую мощную активность.

С таким успехом я быстрее доберусь до истины. Кстати… надо отметить на карте эти два прорыва.

Теперь она лежала за интерактивной доской. Там же стоял журнальный столик и письменные принадлежности. Одну из них я взял, которая забавно называлась — шариковой ручкой. Ага, мурзиковая ножка, блин. Ха-ха!

Развернул рулон, отметил крестиком места появления монстров. А затем поймал себя на мысли, что начинает вырисовываться новый Знак Монстра. Что это за херня такая — без понятия. Надеюсь, что пойму вовремя. До того, как что-то произойдёт пострашнее этих прорывов.

Допил морс, понял, что никто меня не контролирует. И решил продолжить свои давние поиски настоящей матери.

И сделать это именно с помощью интерактивной доски.

Я нашёл иконку браузера, как называл её батя, тыкнул на неё и зашёл в поисковик. Так, вернёмся туда, с чего начинали. Я помню её глаза. И знаю, как зовут. Анжелика. Теперь времени, словно зерна́ за щеками хомяка до первого снега. И никто мне не помешает.

В общем, я продолжил поиск. Снова фото незнакомых Анжелик, но глаза были тёмные. А мне нужны голубые с золотистыми лучиками на радужке.

Нет, не та, и это не та…

— Серёжа, а ты будешь чай? С конфетками, — услышал я пышку и дёрнулся от испуга.

Она зашла в детскую, вопросительно посматривая на меня и слегка улыбаясь. Кое-как успел переключиться на ученический блок.

— Неть, — хмуро ответил я. — Не хочу.

— Всё, всё, — няня выставила руки в успокаивающем жесте. — Не отвлекаю.

Да чтоб тебя демоны Бездны в Тёмный портал утащили! Опять заходить в эту сеть.

Затем я посмотрел на дверь. Ну как я раньше об этом не догадался. Есть там небольшая щеколда.

Подошёл к двери и защёлкнул её. Теперь хоть врасплох меня не застанут.

Так, продолжим поиски.

Не знаю, сколько времени прошло. Но вот я перелистнул виртуальную страницу и… нашёл её!

Да! Именно этот взгляд я запомнил! А всмотревшись в лицо, понял, что это именно моя мать. Тот же овал лица. Между прочим, очень красивого.

Но вот я изучил её профиль. Ни адреса, ни новых фото. Ни одной зацепки. Да и, судя по дате, заходила моя настоящая мать в сеть полгода тому назад.

Это меня расстроило. Но долго киснуть было не в моей привычке. Я быстро сообразил, что делать.

Надо отправить сообщение. Причём какое-нибудь нейтральное, чтобы те, кто меня хочет убить, не поняли, что это от меня.

Если мама Анжелика ответит, мы начнём общаться и найду способ, как назначить ей встречу. Причём те, кто может следить за ней, так и не поймёт, что мы собираемся встретиться. Да и то, что это её сын тоже.

Но… потом я определил, что регистрации у меня в этой программе нет. Точнее, нет телефона, который я мог бы указать в колонке данных и подтвердить его.

А без регистрации я не смогу отправлять сообщения.

Да что ж такое. Одни сплошные препятствия. Так… что же делать?

Дверь дёрнулась, затем в неё постучали, притом очень настойчиво.

— Серёг, я хотел с тобой поговорить, — услышал я голос бати.

Чёрт, опять переключать доску на ученический блок.

Я провёл несколько манипуляций на экране, затем открыл первый попавшийся математический пример. И пошёл открывать.

— Щёлк! — отодвинулась щеколда, и в детскую зашёл батя.

Его взгляд тут же обратился в сторону доски. Затем он посмотрел на Кузю, который продолжал терзать неубиваемую когтеточку.

— А чего закрываешься? Чтоб не мешали учиться? — понимающе посмотрел он на меня. — Да, знакомо. Меня вон тоже супруга со слугами вечно отвлекали в кабинете, пока не врезал в дверь замок. Так… у тебя есть пара минут?

— Ага, — кивнул я.

Мы прошли к дивану и уселись. Батя приобнял меня.

— Сын, мы завтра поедем в министерство магической безопасности. Там будем регистрировать твоего Кузю, — начал батя.

— Да, ты говолил, — ответил я.

— В общем, тут такое дело. Я переживаю, что в нём обнаружат монстра, и тогда для тебя это будет ударом. Его заберут, понимаешь? — он тревожным взглядом смотрел на меня.

— Сто там будут делать? — спросил я у него.

— Всё, что я знаю — достаточно показать питомца представителю министерства магической безопасности. Они его сфотографируют, занесут в базу данных и выдадут документы. Но я к тебе по одному важному моменту.

— Да, слусаю, — посмотрел я на Кузю, который устал чесать зубы, и присел немного отдохнуть, озадаченно посматривая на неповреждённую когтеточку.

— Кузя… как бы тебе это сказать, — батя почесал затылок. — Он может начать нервничать. А вдруг он рассвирепеет, и тогда…

— Всё будет холосо, — пообещал я.

— Поэтому я и беру тебя, понял? — продолжал смотреть на меня батя. — Чтобы ты контролировал Кузю.

— Да, буду котролировать, — ответил я. — Не пелезивай.

— Ну хорошо, — батя немного расслабился. Затем подскочил с дивана и подошёл к доске. — Ого! Ты уже такие примеры решаешь? Ну и сколько будет тридцать один минус одиннадцать?

Я вздохнул.

Ты, бать, такую легкотню у меня спрашиваешь, что я прям валяюсь с тебя.

— Двадсать, — тут же ответил ему.

— Ох ты ж, правильно! — довольно вскрикнул батя. — Да ты уже мастер! Счетоводом великим будешь.

Ага, именно об этом мечтаю, аж кипятком писаюсь. Хренушки. У меня другое будущее. Гораздо более насыщенное, чем душные стены и бесконечные цифры перед глазами.

— Великим магом, — поправил я батю.

— Да, это лучше, согласен, — расплылся он в улыбке и потрепал меня по голове. — Всё, убежал. Сладких снов тебе, сын.

— И тебе, — ответил я, провожая его до двери.

Так, значит, если Кузя начнёт нервничать, у меня хватит маны, чтобы сдержать его порыв разобрать всех на органические детали своими очень зубастыми челюстями.

Я взглянул на Кузю, который, передохнув, вновь набросился на когтеточку. Забавный он и упёртый, прям как я. Не отступать и не сдаваться — вот наш девиз.

Затем я перевёл взгляд на экран интерактивной доски.

На чём мы остановились? Я нашёл свою биологическую мать, и теперь надо подумать, как зарегистрироваться, чтобы написать ей сообщение.

Ну тогда пора прогуляться на кухню. Мало ли, может, мне повезёт — кто-то из прислуги оставил телефон без присмотра?

Я прошёл по коридору, затем услышал голоса Аннушки и пышки со стороны кухни. Ну блин, и тут засада. А затем мой взгляд уставился на телефон. Он лежал прямо перед моим носом, на тумбочке. И судя по вишнёвому цвету и дурацкому брелку в виде пробитого стрелой сердца, это был артефакт Аннушки.

Ну что ж, сами боги мне послали такой шанс. Я схватил его с полки, тихо прошёл в детскую. Лишь бы хватило времени…

Вошёл в программу, затем нашёл нужную колонку, заранее убрал звук на телефоне. И ввёл номер. Давай быстрей, ты, тормозная сеть!

Вот пришло сообщение на коробку Аннушки. Я прочитал его, ввёл на доске код.

«ПОЗДРАВЛЯЕМ! ВЫ ЗАРЕГИСТРИРОВАНЫ В СОЦИАЛЬНОЙ СЕТИ “ОДНОГРУППНИКИ”»

Я прокрался в коридор, положил телефон обратно на тумбочку, и также вернулся в детскую.

Всё. Дело сделано.

«ВВЕДИТЕ ИМЯ И ФАМИЛИЮ»

Ага, щас. Пусть будет «Весельчак». А что, я люблю повеселиться. Просто в том мире мои шутки не все оценили по достоинству.

Будем шутить в этом.

Конечно, я не вводил больше никаких данных. Просто отправил сообщение: «Привет. Как дела?»

А вот теперь остаётся только ждать. В общем, буду мониторить этот момент.

Я вышел из сети, вновь переключая режим на ученический. Как оказалось, вовремя. В детскую зашла пышка, предлагая готовиться ко сну.

Теперь я готов. А дальше — умывание перед сном, пижама, кроватка, а под боком — Кузя, через минуту уже начавший тихонько посапывать.

Вот под его колыбельную я уснул мгновенно.

***

Главное управление Министерства Магической безопасности, следующим утром.

Когда мы зашли в душную комнату, в которой на стеллажах располагались сотни приборов, проводов, шлангов, каких-то склянок, Кузя забеспокоился.

Он начал громче уффкать, но я тут же ему передал, что это просто регистрация.

Нас встретил чудаковатый низенький парень в белом халате и больших очках, приподнятых на лоб.

— Проходите, давайте мне вашего магического питомца… Ого, а это чей детёныш? — он удивился, принимая от меня Кузю.

— Детёныш горного медведя, — ответил батя. Придумал явно на ходу. Причём так убедительно сказал, что замерщик сразу поверил.

— Редкий экземпляр, ничего не слышал о таких, — ответил он и задумался.

— Привезли из заграничной командировки, с Южной Америки, — ответил батя.

— А, ну тогда понятно. Надо произвести замеры магического фона. И убедиться, что питомец не опасен, — улыбнулся парень, усаживая Кузю на большое кресло.

Батя забеспокоился. Встретился со мной взглядом. Я тоже заволновался.

— А что это такое? Питомцу будет больно? — поинтересовался батя.

— Да ну что вы. Скорее чуть неприятно, не более того, — пробормотал замерщик.

Он разместил над головой Кузи небольшой обруч, из которого торчало множество проводов. Те вели к нескольким здоровенным шкафам с мигающими лампочками. Кроме этого я заметил табло. На нём светилась цифра — «0».

Затем замерщик кому-то позвонил.

Дверь открылась, впуская в комнату двух угрюмых мужиков в красных одеяниях. Один встал справа двери, второй — слева. Над каждым из них — мощная ледяная аура. Сильные, черти.

— А маги здесь зачем? — покосился в их сторону батя.

— Ещё раз говорю — обычная процедура, не переживайте, — ещё шире улыбнулся замерщик. — Бывало, что магический фон оказывался больше ста, и таких питомцев приходилось изымать… в целях безопасности. Но с вашим зубастым няшкой такого не будет, уверен… Ведёт себя смирно, я смотрю. Умница.

— А почему больше ста? — поинтересовался батя, стараясь не подавать вида, как он волнуется.

Ну а парень рад был блеснуть своими знаниями.

— В общем, если показатель больше ста… в общем, это означает, что питомец слишком сильный. И люди его контролировать не смогут.

— А куда потом его? — спросил батя.

— А потом — либо в специализированный зоопарк, либо — в лабораторию, — пожал плечами замерщик.

А я-то не обычный человек, а приручитель! У меня точно получится удерживать контроль над настоящим монстром. Правда… пока никому не нужно знать, что это монстр.

— Понятно, — кивнул батя и переглянулся со мной.

Маман держалась, как могла. Хотя начала немного нервничать.

— Ну-с, приступим, — замерщик энергично потёр ладони, затем нажал какие-то кнопки на одном из шкафов.

Обруч над Кузей начал сиять. А цифры на табло начали меняться.

Когда значение магического фона перевалило за восемьдесят — я почувствовал сильное волнение. Аж дыхание спёрло.

Кузе вдруг стало некомфортно. Монстрик заскрипел зубами. Ох… Ему больно.

Мне пришлось успокаивать его. И ко всему прочему забирать ману, чтобы понизить магический фон.

Но это не помогало.

Цифры на табло продолжали угрожающе расти. Уже «90»!

Я почувствовал, как напряглись маги у входа. Заметил, что паренёк немного отошёл от Кузи в сторону.

«95»

«97»

«98»

Чёрт! Надо срочно что-то делать!

Глава 4

Я вытащил из свирепеющего Кузи ещё больше маны. Магический фон надо срочно снизить! Но тот никак не хотел понижаться. Наоборот, продолжал неумолимо расти.

«99»

Ещё одно значение — и всë, моего питомца заберут!

Монстрик заклацал зубами, его моська скорчилась от боли. Я почувствовал, что он в любой момент готов броситься на замерщика, который напрягся и слегка побледнел.

А далее… всë произошло очень быстро. Буквально за секунду!

Я вызвал змейку.

Когда она пролетела сквозь окно и оказалась по ту сторону, материализовал её и приказал разбить стекло одной из створок.

Удар!

Осколки влетели в помещение, и тут же среагировали маги. Мне удалось отвлечь внимание.

Один швырнул ловушку-пузырь, второй поджëг пространство вокруг него.

Наивные, хех. Змейки уже там не было. Она развоплотилась, и уже находилась в своём астральном убежище.

— Вперёд, я страхую! — крикнул первый маг второму.

Они проскочили мимо нас к разбитому оконному проёму, через который задувал ветер.

Замерщик тоже отвлëкся.

— Что там? — дрожащим голосом спросил он.

Нельзя медлить! Надо действовать прямо сейчас!

Я многозначительно посмотрел на батю. Он разбирался в артефактах и всяких приборах. Ещё когда батя увидел это оборудование, по его лицу было видно — он всё понимает. Поэтому он прекрасно знал, что нужно сделать.

Батя сделал молниеносное движение рукой. Протянул её, нажимая одновременно две красные кнопки на обруче.

Цифра поменялась на одно значение в меньшую сторону, и показания замерли.

«98» — горело на табло.

— Да птица по ходу какая-то, — ответил первый маг.

Второй в это время аккуратно протащил магический пузырь в комнату.

— Никого внутри нет, — ответил он. — Задолбали эти бешеные вороны. Уже второй случай за неделю.

— Главное, что не монстры, — хохотнул первый.

Второй поëжился:

— Ну и шуточки у тебя. Но они изменённые точно. Разве нормальные птицы могут быть такими агрессивными?

— Поймать бы хоть одну эту тварь… — пробормотал первый, убирая пузырь-ловушку. Тот растворился в воздухе.

— Так, ладно, — замерщик вернулся к приборам и замер, посматривая на горящее табло. — Ага, девяносто восемь. Ну, в целом, допустимо. Поздравляю вас. Ваш питомец прошёл проверку.

Щека бати слегка дёрнулась, он улыбнулся:

— Отлично, а дальше что?

— Ах, да, — спохватился замерщик. — Сейчас объясню, как получить документы. Значит, выходите в коридор, спускаетесь на первый этаж и дверь в левом крыле, в конце коридора. Там увидите.

В углу заработал какой-то прибор. Из него начала вылезать какая-то бумажка.

— Спасибо вам, — ответила маман, покосившись на Кузю, который нервно елозил в кресле. — Можно забрать питомца? А то он нервничает.

— Да, сейчас. Ещё пара секунд, — ответил замерщик. — Результаты уже распечатались. Табло должно вот-вот погаснуть… и верну вам этого зубастика.

— Его зовут Кузя, — ответил я.

— А что, отличное имя, — засмеялся замерщик, окончательно расслабившись. От прежнего напряжения не осталось ни следа.

Вот цифры исчезли. Парень поднял обруч и махнул нам:

— Можете забирать.

Я протянул руки, и Кузя прыгнул ко мне, прижимаясь к груди. Я чувствовал, как его била мелкая дрожь.

Ну всё, малыш. Всё закончилось. Теперь пусть только кто попробует причинить тебе боль! Разорву на части любого, хоть самого дьявола!

Мы вышли из замерочной вместе с магами, которые скрылись за одной из дверей коридора.

После того как мы спустились на первый этаж и дошли до нужной нам двери, нас встретила полусонная пожилая женщина.

Батя протянул ей бумагу с замерами.

— Понятно, — вздохнула она и крикнула вглубь большой комнаты: — Мариш, принеси мне бланк с пошлиной и документы на регистрацию!

— Ага, — отозвался такой же полусонный голосок.

Чуть позже к нам подошла толстенькая девчушка, держа в руках бланки для заполнения.

— В общем, идите за вон тот стол, — махнула в сторону женщина, передавая нам бумаги. — Заполняйте по образцу. А госпошлину оплачивайте в кассе рядом с нашим кабинетом. Чек об оплате — мне. Всё ясно?

— Конечно, — ответил батя. Он уже хотел побыстрей свалить отсюда, как и мы с маман. А Кузя вообще извёлся. Ему очень здесь не нравилось. А возможно, и этот запах бумаги и чернил не нравился.

Батя быстро всё заполнил, вписывая имя питомца, и сдал документы сонной женщине. Маман оплатила в кассе пошлину за регистрацию, принеся чек. Я раз сто почесал брюшко Кузи.

А через пять минут мы вышли из здания Министерства. Лишь оказавшись в автомобиле, выдохнули.

— Фух! Я чуть там в панику не ударилась! — вскрикнула маман.

— Да уж! То ещё приключение! Но мы побе-ди-или! — закричал батя.

— Побе-е-еда-а! — закричал я и ударил своей ладонью по выставленной батиной.

— АУ-У-УФ-Ф! АФУФ-УФ-Ф! — запрыгал на моих коленях Кузя. Он тоже был счастлив!

— Я вот думаю… — продолжила маман, посматривая на радующегося питомца, — …А если бы они реально узнали, что мы принесли монстра?

Батя завёл автомобиль и, улыбаясь, покосился на неё:

— Наташ, с нами бы точно ничего не случилось. А вот с ними — это большой вопрос…

— Бр-р, — поёжилась маман. — Перестань пугать. Не стал бы он бросаться на магов.

— Стал бы, — ответил я. — Ему было бойно.

Кузя закивал, слегка поскуливая, словно пёс. Да ты ж мой хороший. Я положил руку на его голову, начиная слегка почёсывать там, где в шёрстке скрывались небольшие ушные раковины. Кузя довольно заклацал зубами.

— Да вы видели этих магов?! — продолжала маман. — Это же элитники! Твой Кузя для них — лёгкая добыча.

— Да, спеленали бы нашего Кузю, и глазом бы не моргнули, — серьёзно кивнул батя.

— Но как ты догадался, что нужно нажимать? — восхищённо посмотрела на него маман.

— Наташ, я в конструкторском бюро столько отпахал, что уже видеть эти приборы не могу, — печально улыбнулся батя. Он прокрутил руль налево, и мы повернули к магазину с вывеской «ВСЕГДА СВЕЖЕЕ МЯСО». — Так, вы посидите или со мной?

— А что мы здесь забыли? — удивилась маман.

— Мяса прикупим. А то Захарыча пока дождёшься, три раза проголодаешься, — пояснил батя. — Так что? Здесь будете ждать?

— С тобой, — ответил я. — И Кузя тозе.

Мы зашли в торговую лавку. Что ж, большой прилавок. Большие куски филе были аккуратно разложены под стеклянным прилавком.

— Здравствуйте, — обратился батя к продавщице, которая напряглась, посматривая на меня, точнее на моего питомца. — Нам, пожалуйста, мясо. Желательно индейку и говядину.

— А у вас точно питомец зарегистрированный? И точно не монстр? А то он так смотрит на меня… — тревожно ответила девушка.

— Просто вы очень ему понравились, — ответила маман. — Но кушать он вас не собирается.

— Да, вполне себе мирное существо, — засмеялся батя. — Детёныш горного медведя.

Кузя закивал и продолжал тихо постукивать челюстью, затем жадно посмотрел на выложенное филе.

— Вам филе или с костью? — поинтересовалась продавщица.

— Филе, по два килограмма, — ответил батя.

А Кузя потянул меня к дальнему прилавку. Там лежали шматы сала. Притом питомец тянулся когтистой лапкой в сторону тех кусков, где побольше мясной прослойки.

— И сала вон того взвесьте, — батя увидел реакцию Кузи и показал девушке куда нужно.

— Сколько? — спросила она.

— Да тоже два килограмма давайте, — ответил папа Ваня.

Когда он расплатился, мы вышли из магазина.

— Эта девушка так перепугалась, — выдохнула маман. — Я думала, что она полицию вызовет.

— Да ну, Кузя с виду такой, а так он и мухи не обидит, — ответил батя, подходя к автомобилю.

Я ухмыльнулся про себя. Пока я с ним, он точно никого не обидит. Да и чувствовал — мне попался питомец не безмозглый. Он был смышлёным и добрым… пока добрым.

Чуть позже, когда мы вернулись домой, все увидели истинную радость Кузи. Особенно когда он навернул сала.

Оказывается, продукт ему безумно понравился. И умял он его сразу полкило. Батя подумал и отправил Захарыча ещё за тремя килограммами сала.

В общем, наевшись, Кузя начал скакать по двору. И это продолжалось около двух часов. А потом подустал и вырубился на столе беседки. Так я его и занёс спящим домой, положив в кроватку.

А когда Кузя проснулся, обнаружил, что монстрик стал более спокойным, покладистым. Хотя умудрился стырить корм у Регины, который был предназначен как раз для магических питомцев. Но тут же начал плеваться.

Сало с мясцом понравилось ему больше.

В очередной раз я отправился с ним и Региной прогуляться в сад. Теперь Кузю держал на руках.

— Серёга, нужно с тобой поговорить, — услышал я голос бати у себя за спиной.

Повернулся и встретился с его напряжённым взглядом.

Только не говори, что заразился вирусом тревожности от маман. Так вы на каплях успокоительных точно разоритесь. Ещё и меня подсадите.

— Давай присядем во-он в ту беседку, — батя махнул в сторону дощатого строения. Только сейчас я заметил в его руках небольшой свёрток.

Когда мы сели на лавки — я, напротив меня батя, на столе Регина и пытающийся залезть на её панцирь Кузя — батя положил возле себя свёрток и развернул его.

Оп-па. Значит, нашли-таки камеры, которые я конфисковал у того шпиона недавно.

— Что это такое, Серёга? — внимательно посмотрел на меня батя. — За нами кто-то следил?

Я кивнул.

— Не знаю хто, — ответил я. — Навелное опять от Демидова.

— Только не говори, что он вернётся, — батя не отводил от меня взгляда. — По-хорошему после этого логично нанять охранников. Но нет у нас средств на это. А Захарыч… Сам знаешь, какая его крейсерская скорость. Пока выйдет из ворот, враг уже с другой стороны поместья окажется.

— Не пер-резывай, — ответил я. — Я шпиёна так напугал, что он больсе не плидёт.

— Не придёт он, придут другие, — ответил батя, оглядываясь в сторону прошедшей мимо маман. — И маме ничего не скажи, а то начнётся.

— Не сказу, — улыбнулся я, представляя, как маман охает и вздыхает, а затем начинает глотать успокоительное прямо из флакона.

Батя задумался, как можно отреагировать без нанесения сильного ущерба семейному бюджету.

У меня под матрасом столько денег, что ты армию можешь нанять. Но я не хотел их трогать. Буду продолжать выдавать постепенно и по случаю. А то ещё шокирую их количеством.

У меня был план получше.

— Батя, мне надо мулавьёв. Много, — ответил я папе Ване.

— Зачем? — от удивления у него аж лицо вытянулось.

— Захалыч точно не спр-равляется. Из оружия одни вилы, и только у него, — ответил я.

Батя рассмеялся.

— Это точно, — ответил он.

— А мулавьи нузны для охланы пелиметра, — сказал я.

— А вот это интересно, — батя улыбнулся, а затем добавил: — Хотя подожди… Сколько же это нужно муравьёв, чтоб обезопасить периметр? Одним муравейником тут точно не обойдёшься. Это ж целая муравьиная ферма нужна.

— Так мы мозем её создать, — ухмыльнулся я, взяв на руки Кузю, который насел на панцирь Регины и прижал черепашку к столу, не давая ей сдвинуться с места. — Кузя, не буянь.

Монстрик кивнул, и я вернул его на стол, положив рядом с черепашкой.

— Тогда надо найти муравейник? — спросил батя.

— Да, я это и хотел сказать, — кивнул я.

— Тогда прямо сейчас озадачу Захарыча, — батя поднялся из-за стола и напоследок бросил: — Идея — огонь просто!

***

Недалеко от поместья Смирновых, после обеда.

Захарыч нашёл единственный муравейник в округе. Он был большим, в нём проживало чуть больше трёх сотен работяг, включая двадцать маток. Всё было замечательно, кроме расположения. Находился он на территории соседей. Причём в заросшем саду, в глубине соседского поместья.

— И как ты будешь их оттуда выманивать? Там вон, дети Амброзиевых играют. Заметят, — обратился ко мне батя, когда мы подошли к их дощатому забору.

— Пусть замечают. Нам-то сто с этого? — ухмыльнулся я.

Протянул связи к насекомым. И приказал перебираться на нашу территорию. Причём подсветил им то место, которое мы с батей выбрали под муравьиную ферму. Недалеко от ворот.

Заодно захотелось удивить малышей. Муравьи выстроились в колонну по пять особей и направились в нашу сторону. В центре важно выхаживала матка, которую тщательно охраняли. Да, я дополнительно распорядился — рвать за неё любого, кто нападёт. Она очень важна для приплода.

— Ого! Ты и так умеешь? — батя был впечатлён.

— Ага, — кивнул я. — И ещё вот так.

Все муравьи встали на задние лапки и замаршировали мимо ошалевших ребятишек. А затем выложили обращение: «СПАСИБО ЭТОМУ ДОМУ, ПОЙДЁМ К ДРУГОМУ».

Пацаны остолбенели, провожая муравьиную роту. Пацан постарше отвесил младшему подзатыльник.

— За сто?! — крикнул мелкий.

— Хватит массовую иллюзию наводить! — процедил его брат.

— Да это не я! — воскликнул мелкий.

— Ага, не заливай! — ответил ему старший.

Я уж и не прислушивался к их склоке. Муравьи между тем вышли с соседского поместья полностью в количестве триста пятнадцати особей.

А ещё через полчаса уже оказались на том самом месте, где должна быть ферма. И тут же принялись выстраивать муравейник в углублении, которое успел выкопать Захарыч.

— Ну вот, отлично, — батя довольно смотрел на работу насекомых, затем обернулся на слугу. — Захарыч, а чего стоим? Ставь ограждение.

Я увидел подошедшую маман, которая с интересом посматривала за вереницей муравьёв, таскающих со стороны леса веточки, кусочки листьев, ещё какой-то мусор.

— Вань, а ограждение зачем? — спросила она. — Вы думаете, они опасны?

— Скорее это больше для их безопасности, — хмыкнул батя.

— А кто их может тронуть? — удивилась мама Наташа.

Батя рассмеялся.

— Ну смотри, — начал он загибать пальцы. — У нас есть страдающий от похмелья Рэмбо, который может перепутать их с закуской. Раз! Регина, которая любит странную пищу. Два! И Кузя. Он жрёт абсолютно всё. Это три!

— Да, точно, — улыбнулась маман. — Лучше огородить, ты прав.

Я же заметил, как Захарыч пытался уговорить Ираклия, но тот переключился на уже постриженный кустарник, щёлкая вокруг него садовыми ножницами. Аргументировал, что работы просто дохрена.

Родители ушли в сторонку, а я засел в беседку, наблюдая со стороны, как Захарыч, матерясь под нос, пытался поставить забор. Но ничего не получалось.

В общем, он психанул и притащил… манеж, в котором ползал сначала я, затем Кузя.

Ну а что — неплохое решение. В любом случае он спросил разрешения у родителей. Так бы ему хрен кто дал это сделать.

Я ускорил муравьёв, пообещав им много сахара. И к вечеру большой муравейник был построен.

Кузя подтащил им пачку рафинада, открыв её когтём. И толпа насекомых растащила её за пять минут.

Ну а потом я сделал так, что трутни начали приставать к матке особо настойчиво. Мне нужна армия! И чтоб побольше!

Я вспомнил передачу о животных. Хех, вот и пригодились знания.

Одна матка откладывает больше десяти яиц, которым нужно примерно полтора месяца до превращения во взрослого муравья.

Не густо! Этого, конечно, пока недостаточно, чтобы выстроить круговую линию обороны. Но я скоро придумаю, как ускорить их размножение, или же просто пригоню ещё муравьёв. Главное, не переборщить. А то сахара и хлебных крошек на них не напасёшься.

Остаток дня я провёл вместе с Кузей и остальными питомцами на улице. И радовался, наблюдая выглядывающую из ямы верхушку муравейника, где в данный момент работяги проявляли усердие в соблазнении своих королев.

***

Младшая группа элитного детского сада «Сказка», утро.

Среда в садике началась с неприятной новости, которую я услышал от Лены. Мишка заболел и сегодня не появится. А может, даже до конца недели.

А вот это хреново. Я лишаюсь своего верного помощника. Наш отряд, который и так малочисленный, ослаблен. И этим могут воспользоваться демидовцы.

Когда я сходил в туалет, на обратном пути меня остановили Коленька Демидов с каким-то крепким парнем. Он был старше меня, шире в плечах, и на полголовы выше. Причём как раз под одной из камер.

— Селёза, — обиженно посмотрел на меня Демидов-младший. — Ну засем ты обзываисся.

Что это за спектакль?

Я растерянно улыбнулся.

— С головой всё холосо? — покосился я на него.

— Скажи, Федя, что обидно? — повернулся к здоровяку неадекватный Коля.

— С вами всё в полядке, лебята? Мозет влача вызвать? — покосился я на них.

И тут эти гаврики заревели. Причём навзрыд.

— Э, а что плоисходит? — я развёл руками.

— Ты нас обозвал плохими словами-и-и, — скорчился Демидов-младший, выдавливая слёзы.

Они убежали. Я лишь пожал плечами и направился в зал. Предчувствуя очередную хитрую подставу.

Вернулся в зал, выбрал себе один из конструкторов.

Но не успел открыть коробку. Ко мне подошла строгая Анфиса.

— Так, Серёжа. Ты опять за своё? А ну, пойдём, — схватила она меня за руку. — Пойдём-пойдём.

Да что, происходит, мать вашу?! Куда ты меня тащишь?

Когда Анфиса меня вывела в коридор, я увидел растерянную Лену.

— Что произошло? — спросила она.

— Серёжа обозвал матерными словами Колю и Федю и поплевал на них, — достаточно резко сказала Анфиса. — В общем — это второй выговор. Сама теперь разбирайся с ним. Просто неуправляемый ребёнок!

Она передала меня Лене.

— Серёжа, это правда? — удивлённо посмотрела она на меня.

— Неть, — хмуро ответил я, скрывая раздражение.

— Правда, конечно, — хмыкнула Анфиса. — Он ещё и обманщик. На камере всё прекрасно видно.

Видимо, у них на камерах звука нет, а это плохо…

Воспитательница ушла, а Лена тяжело вздохнула, одаривая меня укоризненным взглядом.

А я просто в осадок выпал от такой дикой, абсурдной ситуации.

Какая, нафиг, камера?! Какие плевки и оскорбления?!

В общем, ладно. Надо успокоиться. Сейчас разберёмся, что за дерьмо тут творится.

Глава 5

Младшая группа элитного детского сада «Сказка», кабинет Анфисы Борисовны, спустя полчаса после инцидента.

Всё-таки я убедил Лену зайти в кабинет к Анфисе. Надо было хорошенько разобраться в том, что произошло.

Это помещение было просторней. По сравнению с ним у Лены в яслях была каморка, где помещался лишь стол, пара кресел, диванчик и шкаф.

Здесь же я увидел ещё пару массивных шкафов. Стол был раза в два больше. Даже несколько больших растений, напоминающих пальмы, стояли у стен. И окно чуть ли не в мой рост.

— Проходите, — пригласила нас Анфиса, скользнув по мне холодным взглядом. — Вам нужно убедиться в чём-то?

— Да, — посмотрела на неё умоляюще Лена. — Анфис, давай разберёмся. У тебя же есть видео с камер наблюдения?

— Конечно, — ухмыльнулась Анфиса. — Иначе зачем мне надо было просто так обвинять Серёжу. Я всё видела. Вот и ты посмотри.

Девушка что-то нажала на странном устройстве с двумя клавишами, затем повернула экран к нам.

— Ну вот, собственно, и доказательство, — вздохнула Анфиса, категорично взглянув на меня. — Лишь одна камера всё зафиксировала. Но картинка хорошая, хоть и звука нет.

Смотри, глазки не сломай, рыжая. И поаккуратней с такими взглядами. А то глядишь, какой комарик донимать начнёт. Будет твоим спутником до тех пор, пока не взвоешь.

Я всмотрелся в видео. Обратил внимание на то, что я стоял спиной. Демидов-младший, сучонок, знал, как расположиться, чтоб было достоверней.

Да, похоже, у него получилось меня подставить. Эти два отребья так искусно играли свою роль, что даже у меня сложилось впечатление, будто я их жутко оскорбил.

— Ну что, довольна? — Анфиса победным взглядом посмотрела на Лену.

— Серёж, ну как так-то? Ты зачем обзывался? — Лена уставилась на меня.

— Они всё подстроили! — резко выпалил я, кое-как сдерживая гнев, волной поднимающийся изнутри.

— Камера показывает, что всё не так, — ответила Анфиса. — Зачем ты обманываешь?

— Они просто пооткрывали рты, спр-ровоцировали меня, — ответил я, хмуро посматривая на воспитательниц.

— Анфис, может, и правда, спровоцировали? Коля уж точно может такое сделать, — покосилась на свою коллегу Лена. — Давай не будем спешить? Надо разобраться. Ещё раз вызвать ребят…

— Я увидела доказательства. Хочешь спросить — спрашивай. Можешь по второму кругу опросить всех. Большинство ребят из группы ещё раз подтвердят, что Серёжа и раньше обзывал Колю и Федю, — строго ответила Анфиса. — Но если тебе заняться нечем — вперёд. А по мне так всё понятно, как божий день.

Ну и чёрт с тобой! Сил моих больше нет слушать такую ересь. Я вышел из кабинета.

Блин, ещё и Мишка заболел, как назло. Так бы он подтвердил, что Демидов-младший меня подставил. А то, что из моего отряда ребята растерялись и промолчали — это плохо. Видно, ещё не доверяют мне до конца. Да и ситуация — дурацкая, конечно.

Ну что ж, придётся самому выпутываться. Не впервой.

Когда мы вышли на площадку, я подумал, кого же натравить на этого Федю-здоровяка. Да так, чтобы никто не понял, будто это моих рук дело.

Тогда Федя как миленький сдаст Демидова-младшего.

Думал я недолго. А что — только прошёл сильный дождь и червячки выползли на поверхность. Как раз вовремя.

Когда я протянул связующие нити, насчитал пять склизких существ. Этого достаточно. И я уж точно постараюсь, чтобы никто их не увидел.

Первый пошёл, второй пошёл… третий, четвёртый, пятый.

Диверсанты заползли под одну из штанин Феди.

— Ой-ой-ё-ёй! — тот начал приплясывать. Затем поднял штанину, где до этого ползал червячок. Но его там уже не было.

Ха-ха! Ты думал, что так всё будет легко? Он на штанине, придурок. И скоро обязательно вернётся, поверь. Опять будешь высматривать, кто же к тебе наведался в гости.

Спектакль этот продолжался ещё минут десять. Федя дёргался, периодически чесался, хлопал себя по ногам. И это, конечно же, привлекло внимание воспитательниц.

— Что случилось, Федечка? — подошла к нему Анфиса. — Что-то беспокоит?

— По мне кто-то ползает, — всхлипнул он.

— А ну, пошли в раздевалку, проверим, — ответила воспитательница и повела его к зданию сада.

Тем временем я приказал пятерым червячкам-партизанам оставить на время жертву.

Через минут пять Федя вновь оказался на улице.

Вперёд, мои отважные воины! Червячки накинулись на Федю, и тот снова начал дёргаться, как нервнобольной.

— И так будет до вечера, — прошептал я ему, оказываясь рядом. — А может, и завтра, и послезавтра…

— Ах ты сволочь, — прошипел Федя. — Я пожалуюсь Анфисе.

— И как докажешь? — ухмыльнулся я. — Она же ничего не заметила. И в этот раз не увидит ничего. Подумает, что ты псих какой-то.

— Пошёл ты, — процедил Федя.

Ну хорошо, ты сам выбрал свою участь. Я отошёл от него, чтобы не привлекать внимания. И приказал червячкам продолжать своё дело.

Феди хватило на полчаса. Со слезами на глазах он подошёл ко мне.

— Я не знаю, что по мне ползает. Сними это с меня… пожалуйста, — взгляд его был отчаянным и умоляющим.

— Я уберу своих друзей… если сделаешь то, что я скажу, — ухмыльнулся я.

— Что ты хочешь? — снова всхлипнул Федя.

— Скаж-жи правду Лене и Анфисе, — прожёг я его взглядом. — Как вы меня подставили.

— Хорошо… сними, — попросил он. — А то я уже не мо-могу.

Я приказал червячкам возвращаться в свои норки.

— Но учти, если что не так — они могут вернуться, — предупредил я. — Я слежу за тобой.

Федя закивал, облегчённо улыбаясь.

Следом он подошёл к Анфисе и повёл её в сторону здания детского сада. По пути к ним присоединилась и Лена.

Конечно, я отправил змейку. Мне нужно было не только убедиться, что этот засранец сознается и заложит Демидова-младшего. Важен был и момент триумфа, осознания, что я выкрутился и победил!

В итоге, наблюдая за признаниями Феди, за тем, как краснеет лицо Анфисы, а Лена начинает довольно улыбаться — я отозвал астральную питомицу.

И, конечно, возликовал, когда Лариса собрала всех детей вечером. Возле неё встала Лена и ещё две воспитательницы.

— Итак, дети, мы вас собрали, чтобы рассказать о том, что Серёжу Смирнова пытались оклеветать, — начала Анфиса с позиции старшей, — и сделать так, чтобы ему объявили второй выговор. Это бы произошло. Но Федя вовремя сознался. Поэтому мы посовещались и решили Федю не наказывать, хотя он тоже участвовал в этом преступлении. А Коле Демидову объявляется первый выговор.

— Да за что?! — вскрикнул этот мелкий подонок.

— За то, что ты пытался подставить Серёжу… и обмануть остальных, — строго ответила Анфиса.

— Не было такого! — попытался оправдываться Демидов-младший.

— Помолчи, пожалуйста, — резко заткнула ему рот Анфиса.

— От себя хотела бы добавить пару слов, — вышла вперёд Лена, посмотрев в мою сторону и как-то загадочно улыбнувшись. Явно догадалась, что Федя бы просто так не пришёл с повинной. — Очень плохо кого-то обижать. И конечно, врать тоже. Правду обязательно узнают.

— Да-да, обязательно мы всё узнаем, как бы кто ни хитрил, — добавила Анфиса. — И тогда — обещаем — каждого участника ждёт строгий выговор. А о том, что будет после трёх выговоров, вы знаете. Кто поменьше — того переведём в ясельную группу. Кто постарше — в другой садик… уже не элитный, сами понимаете.

Скорее всего, воспитательницы придумали это правило на ходу, потому что я нём раньше не слышал, да и родители тоже. Но ход хороший, так малышня начнёт думать о последствиях своих действий.

Дети молчали и внимательно слушали. Лишь Демидов злобно посматривал в мою сторону.

Ну что, шкура мелкая, один-один, да? Попробуй теперь вякни. Я подмигнул ему и широко, очень добродушно, улыбнулся.

После внепланового собрания нас начали забирать родители. Лена вкратце рассказала маман, что произошло.

— Да что вы говорите? — мама Наташа прижала руки к груди. — Ну слава всем богам, что всё разрешилось.

— Не переживайте, всё хорошо, — ободряюще улыбнулась ей Лена. — Я же обещала заботиться о Серёже. Стараюсь по мере сил.

— Спасибо вам, Елена Юрьевна, — ответила маман. — Уж и не знаю, как вас благодарить.

— Одного «спасибо» достаточно, — кивнула Лена.

После этого непродолжительного разговора мы покинули садик. И сели у проходной в коробку, на которой подъехал батя.

Пора возвращаться к своим питомцам.

Только сейчас я понял, как по ним соскучился.

Но с Кузей у меня была особенная связь. Я очень хорошо чувствовал, насколько сильно он меня ждёт.

***

Поместье Смирновых, вечер.

Вернувшись домой, я довольно плотно поужинал. А самое главное — вкусно. Мои зубы — в полку́ которых прибыло ещё на четыре молочных — впились в сочную куриную ножку.

Да, так сытно я давно не ел.

Откинулся на спинку стула и озадаченно взглянул на пышку. Няня была словно в воду опущена.

— Серёжа, ты уже покушал? — пробормотала Лариса. — Сок яблочный будешь или чаю налить?

— Сок, — ответил я, продолжая гадать, что же стряслось с пышкой.

Выпил содержимое стакана, после чего няня отвела меня в детскую.

Я взял на ручки Кузю, который уже успел натрескаться сала.

Ну что ж, пора позаниматься. Сел в кресло перед интерактивной доской, Кузя блаженно растянулся у меня на коленях, свесив свои лапки, и задремал.

— Я отойду на полчасика, — пробормотала пышка.

Я кивнул. Отличное решение. Нечего у меня над душой стоять.

Когда няня скрылась в коридоре, я услышал тихие голоса — её и Аннушки. Они о чём-то разговаривали на кухне.

Конечно, я отправил змейку. Надо узнать, в чём дело.

— …И вот прям обидно, Ань, — чуть ли не плача, выдохнула пышка. — Сегодня весь день не обращает на меня внимания.

— Ты о чём? Ираклий с тебя глаз не сводит, — ответила Аннушка.

— Да нафиг он мне сдался? Я не про Ираклия, — ответила эмоционально пышка. — Захарыч.

— А-а-а, — протянула служанка. — Ну да, вообще не замечает.

— И чего я ему плохого сделала? — всхлипнула пышка.

— Да ты же сказала ему «нет», вот он и потерял интерес, — ответила Аннушка.

Судя по всему, они пили чай. Раздался звонок ложечки о блюдце.

— Да не говорила я так, — ответила пышка. — Просто он подошëл слишком… как это правильно сказать.

— Нагло?

— Напористо, вот, — нашла нужное слово пышка. — А я и растерялась. Да и не привыкла я так…

— А ты бы хотела с ним… ну это… — Аннушка намекала достаточно красноречиво.

— Даже сама не знаю… Может, и да, но возможно, и нет. В общем, не знаю. В голову будто соломы кто-то напихал.

— Ещё не всё потеряно, Ларис, — попыталась приободрить её Аннушка. — Всё наладится. Обратит он на тебя внимание.

— Да ну его… — ответила няня.

Затем они переключились на мало интересующие меня темы. Начали болтать о погоде и сериалах.

Вот я заметил Рэмбо, который сидел снаружи на ближайшем дереве. Окно кухни было открыто, и он, скорее всего, слышал каждое доносившееся оттуда слово.

Вот птичка засветилась и улетела на задний двор. Там Захарыч должен был колоть дрова для камина.

Неужели Рэмбо передаст слуге разговор? А вот это интересно.

Змейка, ну-ка, проследи за попугаем.

М-да, исповедь Ларисы Батьковны была последним актом отчаяния. Это факт.

Если птичка не расскажет Захарычу, что он пышке не безразличен, надо подумать, как это сделать по-другому.

Хотя вот я увидел глазами змейки, как Рэмбо сел на обух топора, который торчал из большого бревна.

— Чего тебе, пернатый? — Захарыч повернулся, держа в руках несколько поленьев, и замер. — Давай отсюда! А ну, кыш, говорю! Не мешай работать.

— Р-РЭМБО ВСЁ СЛЫШАЛ, — издалека начал попугай. — Р-РАЗГОВОР ОЧЕНЬ СЕКР-РЕТНЫЙ. ПР-РО ЛАР-РИСКУ И ЗАХАР-РЫЧА!

— Ты серьёзно? — уставился на птичку Захарыч. — А ну, говори. Живо!

— МОЖЕТ, ПО Р-РЮМАШКЕ, СУДАР-РЬ? — ответил Рэмбо и наклонил голову, заклацав клювом.

— Ах ты ж вымогатель, едрить тебя через коромысло! — Захарыч огляделся. Затем достал из кармана штанов фляжку. Открыл крышку, наполнил её и протянул попугаю. — На, держи.

Рэмбо опустил клюв, втягивая в себя алкоголь. Потребовал ещё и также выдул вторую порцию.

Затем довольно запрыгал на обухе топора.

— Говори уже, что там? — замахнулся на него Захарыч.

— ЛАР-РИСКА Р-РЫДАЕТ! ХОЧЕТ ТР-РАХАТЬСЯ С ЗАХАР-РЫЧЕМ!

— Ты серьëзно? — лицо Захарыча вытянулось. Затем он что-то вспомнил и улыбнулся. — Так вот она чего мне подмигивала. Ой, дурак… Не понял я её. Спасибо тебе.

Рэмбо, получив дозу, улетел на чердак. А Захарыч бросил дрова и побежал к себе.

Я довольно улыбнулся. Неужели дождался чего-то пикантного?!

Посмотрим.

Через пять минут Захарыч серьёзно настроенный, вышел в сером костюме к грядке, нарвал букет ромашек. Затем вздохнул, приосанился и зашёл обратно в дом.

Вот он уже у спальни Ларисы. Стучится.

Да, няня уже успела вернуться в свою келью. Сейчас она ка-ак затащит его к себе в комнату. А он ка-ак набросится на неё!

Но… меня ждал очередной облом.

Пышка открыла дверь. Затем непонимающе посмотрела на цветы, следом на раскрасневшегося слугу.

— Ты чего это удумал, Захарыч? — пробормотала пышка.

— Можешь не скрывать. Я всё знаю, — пробормотал слуга, протягивая няне букет ромашек.

— Какого ты чёрта цветы срезал с клумбы?! Вот Аннушка тебе всыпет… когда узнает, — возмущённо ответила няня.

— Не уводи в сторону. Я тоже тебя хочу, Ла-ларочка, — от волнения Захарыч аж заикаться начал. — Я готов.

— Чего? — протянула няня. — К чему готов? Совсем ошалел?

— Я могу войти? — Захарыч был настроен очень серьëзно. Он сделал шаг вперëд.

Но пышка оттолкнула слугу рукой, и его отбросило на стену коридора.

— Пошёл ты к чёрту, бес развратный, — прошипела ему пышка.

— То ты хочешь, то не хочешь… Не поймёшь вас, женщин, — пробубнил Захарыч.

— Ты чего мелешь? — Лариса покраснела словно помидор. — Кто тебе такую чушь сказал?

— Я догадливый, — проворчал слуга и вручил букет няне. — На, сама вазу подберёшь.

— Да иди ты! — воскликнула няня, кинув букет в лицо своему потенциальному ухажёру.

Захлопнула дверь прямо перед его носом.

Захарыч взмахнул руками:

— Ну и мне тогда похер…

Чуть позже он переоделся, вернулся к топору и дровам для камина.

М-да, не вышло. А думалось, что всё пройдёт как по маслу.

Рэмбо уже сам захотел помочь этой сладкой парочке. А они всё никак не хотят сближаться.

Ну и ладно. Чёрт с вами.

Чуть позже, когда змейка возвращалась обратно в астральное убежище, я заметил, как маман встретила в гостиной потухшую пышку.

— А ну, пошли в беседку. Поболтаем, — предложила мама Наташа.

Она захватила бутылку вина из батиного бара, на который забыла поставить магическую защиту. Затем — два бокала.

И они направились на улицу.

Я ещё послушал эти сопли-слёзы, советы маман не обращать внимания и ждать более адекватных действий. А потом как-то резко захотел спать. Лишь проводил взглядом Рэмбо, который прилетел со второй бутылкой.

— Ау-уф-ф-ф, — открыл бирюзовые глазки Кузя.

— Пошли в кроватку? — улыбнулся я монстрику, и тот закивал.

Через пять минут, приготовившись ко сну, я запрыгнул в кроватку, подвинул развалившегося на подушке Кузю и закрыл глаза. Стоило мне это сделать, как я тут же уснул.

***

Младшая группа элитного детского сада «Сказка», после обеда.

Да, батя уехал на работу с утра пораньше, а маман проспала, и пышка тоже. И я, ведь меня некому было будить. Видимо, вчера кто-то перебрал с успокоительным.

Я вышел на кухню, когда на часах было десять утра. Аннушка меня покормила. А к полудню проснулась пышка.

Затем маман, которая забила тревогу.

Вот так я попал в «Сказку» лишь после обеда.

Мы дождались Лену.

— Да вы что так поздно, — ответила воспитательница. — Сейчас же как раз урок магии начался!

— Извините нас, мы немного задержались по делам семейным, — начала объяснять маман. — А предупредить времени не было.

— Всё-таки надо было предупредить. А сейчас могут быть проблемы, — серьёзно посмотрела на нас Лена. — Ладно, посмотрим.

— Я очень на вас надеюсь, Елена Юрьевна, — начала причитать маман. — Ещё раз извиняюсь.

Воспитательница сказала, что пора меня вести в сад, и потащила по коридору на улицу. А там я увидел под навесом собравшуюся ребятню.

И Мишки вновь не было.

Ведьма затихла и обернулась, когда Лена подвела меня.

— Евгения Дмитриевна, Серёжа Смирнов задержался по семейным обстоятельствам… — воспитательница попыталась защитить меня.

Но… директриса была неумолима.

— Объявляю второй выговор Сергею Смирнову! — выпалила она, позеленев от злобы. — За опоздание на мой урок!

Лена лишь рот открыла. Да и дети затихли, изумлённо посматривая на неё, затем на меня.

И, конечно, мои враги ликовали, тщательно скрывая свои довольные улыбки.

Вот же армагедец прям какой-то! Не зря я назвал директрису ведьмой. Лишь бы выговоры на меня наляпать.

Остаток дня прошёл довольно спокойно. После кусочка теории про магические источники и урока практики, где все оттачивали прошлое упражнение, кроме меня, мы гуляли до вечера. Демидовцы лишь косо посматривали на мой отряд и на меня особенно. Раздумывали насчёт решающего удара.

Теперь мне нужно быть внимательным и готовым к любой подлянке.

Когда меня забирали родители, я думал, что батя попробует повлиять на сегодняшнее наказание. Но…

— Таковы правила, — пожала плечами Лена. — Я бы рада помочь, но выговор объявила Евгения Дмитриевна. А у неё всё строго, сами понимаете.

— Да, понимаем, — печально ответила маман. Всё, что она и сказала. Причём ей было стыдно, я отчётливо увидел её виноватый взгляд, которым она смотрела на меня.

Ну что ж сказать, кранты подкрались незаметно, хотя были видны издалека. Два выговора — это не один.

Когда мы сели в машину, батя завёл автомобиль и повернулся ко мне:

— Ну что, Серёга, тебе один выговор остался. Теперь будь очень аккуратным.

— Да, Серёженька, будь аккуратней, сынок, — кивнула маман.

— Если бы кто-то не проспал, второго выговора бы не было. Да, Наташ? — папа Ваня критично посмотрел на маман.

— Я же не специально, — тяжело вздохнула мама Наташа. — Бутылочку вина всего лишь распили с Ларисой Михайловной.

— Ну да, и вторую бутылочку тоже, и третью.

— Да это Рэмбо приносил им… Ой, — я закрыл рот, но поздно. А потом добавил: — Но я тут ни при чём.

Батя гневно посмотрел на меня, затем перевёл взгляд на маман.

— Понятно всё с вами, — резко ответил он. — А попугаю-то это зачем?

— Только не ругайся, Вань… Ему тоже наливали, — мама Наташа забавно вжала голову в плечи. — И он рассказывал истории всякие…

Батя сокрушённо покачал головой, а затем заставил коробку тронуться с места. Мы поехали в поместье.

***

Архив Бюро Магии, в это же время.

— Да кто же так всё напутал? — Артём задумался, ещё раз осматривая толстую папку, в которой были перемешаны документы. Точнее, их копии.

Странное дело. И это в архиве столичного Бюро магии. Уж где-где, но тут бардака не должно было быть.

Артём сделал ещё один глоток кофе, снял очки и протёр глаза. Затем напялил снова очки на нос. И посмотрел на кипу копий, которые надо проверить.

Эту папку он нашёл в конце ряда одного из последних стеллажей. И смотритель так и не смог внятно объяснить, что она там делала.

— Так, а копии почему там лежали? — спросил он.

— Моё дело присматривать, а кто сортировал всё это — неизвестно, — ответил седой смотритель. — Вы и сегодня допоздна?

— Да, немного задержусь, — кивнул Артём.

— Тогда ключи оставьте у охранника, я потом заберу, — кивнул седой смотритель и, схватив портфель, направился к выходу.

Вот хлопнула дверь. Теперь Артём один в архиве номер три. Снова один.

Сегодня он прочесал первые две комнаты и не обнаружил ни-хре-на. И вот она, странная находка.

Почесав макушку, он начал бегло осматривать бумаги. Его интересовали фамилии, на которые те были составлены.

Когда половина была проверена, он решил бросить это гиблое дело. Скорее всего, нет здесь того, что он ищет.

Пролистал край оставшейся стопки большим пальцем и… мелькнула пара цветных листов.

О, это что-то новенькое.

Как в папке с копиями мог затесаться оригинал? Или ему показалось?

А затем он нашёл документы. И понял, что они оформлены на Сергея Смирнова, того самого малыша.

То, что Артём прочитал, шокировало его.

— Ну ни хрена себе! — пробормотал частный детектив под нос, и холодок пробежал по его спине.

Глава 6

Младшая группа элитного детского сада «Сказка», последний день недели.

В этот пятничный день воспитатели нас обрадовали. Точнее всех, кроме меня.

Когда мы позавтракали, нас собрали в большом игровом зале.

— Итак, ребятишки, — обратилась к нам Анфиса, хлопая в ладоши, — через полчаса мы поедем с вами в зоологический музей. Будет много интересного!

— УР-Р-Р-А-А-А! — закричали дети.

Ну да, конечно, музей. Я кисло улыбнулся.

— А ты сего не ладуесся? — удивился Мишка.

Он сегодня первый день в садике после болезни, но выглядел ещё слегка бледным.

— Так я очень радуюсь, просто тсятельно скрываю это, — ответил я, с трудом улыбаясь. И выставил большой палец вверх в одобрительном жесте. — Во! Одоблил.

— Ну ты даёшь, — выдохнул Мишка. — Это зе… Это… там зе стока много интелесного мож-жет быть!

Я покосился на него. Ну вот как ему объяснить своё отношение к этим музеям?

— Долго объяснять, — ответил я.

— А мне интелесно, объясни, — настаивал Мишка.

— Давай чуть позже, а? — в надежде посмотрел я на него.

Все уже пошли в раздевалку, переодеваться в уличное. И брать с собой рюкзачки с бутербродами, которые нам вручили Лена с Анфисой. Экскурсия обещала быть долгой, почти до вечера.

— Я не отстану, — пообещал Мишка, пихая свёрток с бутерами в свой рюкзак и закидывая его за спину.

Я кивнул ему в ответ. Кто бы сомневался, что он не отстанет.

Мой друг был очень любознательным. Не успокоится, пока не выбьет из меня то, что ему нужно.

Когда мы загрузились в большой транспорт, который Лена назвала автобусом, я обнаружил, что это та же самая самодвижущаяся коробка, только на большее количество человек. Притом более медленная, неповоротливая и очень шумная.

По пути я объяснил Мишке свою позицию насчёт музеев, и он со мной частично согласился. Пережиток прошлого, не более того — так считал я. Да, это так, но есть интересные экземпляры — так считал Мишка.

Ну что ж, это моё личное мнение, и я никого ему не навязываю.

Хочет смотреть на дерьмо мамонта — пожалуйста. Я же не особо горел желанием разглядывать всю эту хрень. Единственное, что меня заинтересовало — помимо прочего в зоологическом музее были выставлены скелеты нескольких монстров.

Вот на это поглазеть я согласен. Хотя мне больше симпатичны живые.

Через минут сорок мы подъехали к большому зданию. Высыпали из автобуса. Воспитательницы выстроили нас перед большими мраморными ступенями, пересчитывая по головам.

— Ну что, все готовы? — улыбнулась всем Анфиса. — Будет много интересного, обещаем.

На входе в здание с колоннами и фресками нас встретил одетый в коричневый костюм проводник.

Не лучший выбор цвета, как по мне. Но парень очень красовался своей одёжкой, улыбался всем приветливо, чуть ли не танцевал перед нами. Хотя больше посматривал на воспитательниц.

— Приветствую вас в главном зоологическом музее города Москвы, — торжественно объявил он. — Приглашаю вас внутрь. Начнём нашу увлекательную экскурсию.

Ну перед кем ты выпендриваешься? Лене и Анфисе ты неинтересен. Им явно нравятся более состоятельные мужчины. И явно не в пиджаках неподходящего цвета, хех.

Мы пошли вперёд, разделяясь внутри на свои отряды. Причём Егор — так звали пацана, который пока не примкнул ни к одной из сторон — всё-таки держался ближе к нам.

Это являлось хорошим знаком. Значит, всё-таки подумывает присоединиться к моей армии.

Я огляделся. Из-за высоких деревянных ограждений, напоминающих забор, на нас смотрели скелеты всевозможных животных. От здоровых, до средних и совсем мелких.

— А вот этого ящера собирали по частям. Причём наткнулись на останки в Тульской области, когда рыли котлован для дома, — показал проводник на большое существо, которое было раза в три выше взрослых.

Ящер стоял на задних лапах, передние были атрофированы и прижаты к груди. А хищная челюсть, в которой недоставало половины зубов, была приоткрыта.

— Ухх, — поёжился Мишка, — такое осюсение, что пр-роглотит в любую секунду.

Я иронично посмотрел на него:

— Он давно мертвяк, ты чего?

— Но до сих пор стлашный, — ответил друг.

— Не стлашней любой козявки, — засмеялся я.

— Смотля какой козявки, — многозначительно посмотрел на меня Мишка.

М-да, эт точно. Если козявка будет приручена мной — это серьёзно. Уже проверено на практике, хехе.

Мы прошли ещё с десяток экспонатов, которые вызывали откровенную скуку. Звери, изменённые звери, доисторические птицы. И снова монстр, но уж больно мелкий.

— А этот собако-ёж был найден в одном из карьеров за МКАДом, — проводник показал на скелет, притаившийся за низеньким заборчиком. — Это самая свежая находка… Посмотрите, у него даже почти все иглы целы. Браво нашим археологам! Такая ювелирная работа!

— И сколько ему лет? — поинтересовалась Лена.

— Пятьсот пятьдесят, как говорят учёные, — улыбнулся ей проводник.

— А вот эта мелочь опасная? — иронично улыбнулся я, обратившись к Мишке.

— Исё бы, смотли, какие у него иглы, — прошептал друг. — Как у дикоблаза.

Я взглянул на костяной череп, выглядывающий из колючей брони. Вполне хорошо сохранился.

Его основное оружие — иглы на бронированной спине — были длинными и торчали в разные стороны. А нет, ещё хвост с костяным шипом на конце. Он тоже помогал ему обороняться от врагов.

Мы прошли дальше, к следующему скелету, и я заметил, как воспитательницы заслушались рассказом проводника, который очень старался произвести на них впечатление.

Демидов с Эдиком постарались воспользоваться моментом. Немного отстали, скрываясь за поворотом.

Явно ведь что-то задумали против меня, паразиты! Конечно, я послал змейку, разузнать, что у них на уме.

Вот они, эти два засранца. Стоят напротив собако-ежа и тихо разговаривают.

— Ты раньше был здесь? — спросил Эдик Демидова-младшего.

— Отец заплесяет сюда ходить, — проворчал Коленька Демидов. — Говолят, магическая энелгия сохранилась в костях. И монстлы оживают по ночам.

— И ты веришь в это? — испуганно посмотрел на него Эдик.

— Ага, сейчас, — улыбнулся Демидов-младший. — В такую хер-рню только полный дулак повелит.

Затем он подумал, посмотрел на скелет собако-ежа.

— Слусай, а я знаю, как подставить Смилнова, — злорадно оскалился Коленька.

— Ты серьёзно? — покосился на скелет монстра Эдик. Затем пошарил взглядом по потолку. — Камеры.

— Да не бойся, нет здесь камел, здание сталое. Только одну на входе видел, и та фиговая, — почесал ладоши Демидов-младший. — В общем, так… подложим в рюкзак Смилнова костяную фигню, и сказем, сто он хотел спереть её…

— Целая не поместится, — категорично ответил Эдик, боязливо посматривая в сторону скелета.

— А хто сказал, что целую? Плидётся отломать иголку, — ответил этот мелкий паразит.

— Гениально, — хохотнул Эдик, ещё раз опасливо покосившись на останки мелкого монстра. — А ты уверен…?

— Да не сцы, не озывёт, — подтолкнул его Демидов-младший. — Достань его, а я отломаю.

— Ну… хорошо… — Эдик вздохнул, приготовился и полез через заборчик.

А кто сказал, что не оживёт? Скользнув связующей нитью по останкам собако-ежа, я понял, что в костях остались крохи энергии.

Ну что, ребятки, повеселимся! На старт, внимание!..

Я дождался, когда Эдик схватит руками скелет — аккуратно, снизу, чтобы не пораниться об иголки. Вот он перенёс останки через забор.

…Марш!

Череп собако-ежа повернулся в его сторону.

— А-а-а, — открыл рот Демидов-младший, показывая пальцем в сторону монстра.

— Чего? — непонимающе уставился на него Эдик, затем перевёл взгляд на скелет, который заклацал челюстью.

Мартынов-младший отшатнулся, бросая останки ожившего существа на мраморный пол. Но скелет не рассыпался. Он поднялся на лапках, заскрипел зубами и бросился на моих врагов.

— А-А-А-А-А! — закричали хором от ужаса Эдик и Коленька и побежали к нам.

Они ещё не успели появиться из-за угла, как костяной собако-ёж подпрыгнул и кольнул иглой в мягкое место Демидова-младшего. Я постарался просто припугнуть, но слегка переборщил. Игла достаточно больно кольнула в его зад.

Коленька завизжал, как девчонка. Подпрыгнул, прибавляя скорости.

Это тебе за дурацкую идею, сучёныш!

— Что случилось?! — закричал проводник.

— Так, это же наши дети, — охнула Анфиса и затем увидела подбегающих к нам двух засранцев. — Что случилось?! Ну же!

— Там… там-там-там, — затараторил Демидов-младший, показывая одной рукой за спину, а второй держать за пятую точку.

— Эдик… — Лена вопросительно посмотрела на второго гада. — Что произошло?

— Собако-ёж… он бросился… прыгнул в нашу сторону… он хотел… хотел сожрать нас! — перешёл на крик Эдик.

— Вообще, ничего не понимаю, — пожала плечами Анфиса, отводя в сторону Демидова-младшего и осмотрев след от укола. — Будто и правда кто-то его поранил… Хотя не сильно… — затем повернулась к нему, — Ты что, садился на этот скелет? Зачем ты так сделал? Это же экспонат музея!

— Вы что со скелетом сделали?! — услышал я крик проводника. — Это же кошмар!

Все вернулись обратно. Экспонат развалился. Отвалился череп, две костяные лапы и несколько игл.

Мне даже нить не пришлось разрывать. Мана выгорела из костей, и связь растворилась сама по себе.

— Это что такое? — Анфиса строго посмотрела на Коленьку и Эдика.

— Он сам набросился, — пробормотал Эдик, постепенно приходящий в себя.

— За это положен штраф, — угрюмо пробормотал проводник. — Большой штраф.

— Так, Коля, признавайся, кто из вас трогал скелет, — Лена нависла над Демидовым-младшим.

— Это всё Эдик, — показал пальцем на подельника этот мелкий гадёныш.

— Эдик, что за дела?! — воскликнула Анфиса.

— Это всё Коля! Я не прикасался к нему! — Эдик показал пальцем на Демидова-младшего.

Анфиса выдохнула, поставив руки в боки, отошла к окну. Затем вернулась.

— Так… — строго ответила она. — Чтоб никому не было обидно, штраф делится между вами пополам. Я выпишу документы прямо сегодня. И родители ваши их оплатят. Может, они хоть вам объяснят, как надо вести себя в приличных местах.

Мы переглянулись с Мишкой. У него была такая кислая мина, что я не удержался, улыбнулся.

— Это всё он, это Смирнов всё подстлоил! — Демидов-младший аж подскочил, тыча в меня пальцем.

— Коля, а ну перестань! Это ваша вина, и нельзя обвинять тех, кто ни при чём, — осадила его Анфиса.

Коленька-кусок дерьма мамонта-Демидов злобно зашипел в мою сторону, но затем отвернулся. А что он мог ещё сделать? Ни-че-го.

Я снова победил! Жаль, конечно, что ему не объявили второй выговор. Но всё ещё впереди.

После этого происшествия мы спешно покинули здание музея. Ну и славно, а то я начинал уже скучать.

Вернувшись в садик, наша группа пообедала куриным супом. Затем все вернулись в игровой зал.

Прогулка на площадке отменяется. Пошёл сильный дождь, и метео-маги обещали, что такое будет твориться до вечера.

Ну что ж, мы с Мишкой и остальными детьми из моего отряда принялись собирать конструктор.

Но вот я заметил, как Эдик подозрительно оглянулся. Почесал в коридор. Воспитательницы как раз наблюдали за группой что-то не поделивших между собой ребятишек.

Что же задумал этот мелкий гадёныш?

Змейка — на выход!

Когда питомица выплыла в коридор, я услышал чей-то писк. Он доносился из живого уголка — небольшого помещения, где стояло несколько клеток с живностью.

А потом и увидел, как Эдик вытащил из клетки одного из хомячков.

Он сжал его в руке, а тот запищал ещё сильнее.

— Ну-ка, хомяк, надуй свои щёки, — довольно процедил он сквозь зубы. — Ну же… Давай, раздувай.

Этот мелкий живодёр ещё сильнее сдавил зверька и тот открыл пасть. Хомячок явно задыхался.

Ах ты ж, паскудник мелкий!

Ну ладно, ты сам напросился. Я связался с животным и приказал ему вырваться.

«ПРЕДСТАВЬ, ЧТО ТЫ МОНСТР! САМЫЙ НАСТОЯЩИЙ! КРОВАВОЕ И БЕСПОЩАДНОЕ ЧУДОВИЩЕ!» — приказал я грызуну.

— А ну, делай, что я сказал. Слышишь, сволочь мелкая?.. — между тем шипел Эдик, потряхивая зверька.

Но хомячок сделал то, чего никак не ожидал этот живодёр.

Он утробно зарычал, распрямил лапку. На ней вытянулись коготки. Которые и воткнулись в руку, сдавливающую его тельце.

— Ах ты, вонючий кусок шерсти! Я тебе покажу! — вскрикнул от боли Эдик и непроизвольно ослабил хватку.

Этого оказалось достаточно, чтобы зверёк вывернулся, освобождаясь. А затем подпрыгнул и вцепился зубами в нос негодяя.

— АЙ! АЙ-ЯЙ-Я-ЯЙ! — заверещал Эдик, пытаясь скинуть с себя мелкого монстра. — АЙ! ПОМОГИ-ИТЕ!

На шум прибежала Анфиса ровно в тот момент, когда я приказал хомячку разжать челюсти. Зверёк упал возле клетки. Замер и задрожал.

Я зашёл в живой уголок вслед за воспитательницей.

— Что произошло?! Почему у тебя нос в крови? — Анфиса растерянно уставилась на Эдика. Затем стащила с полки аптечку.

— Он меня укуси-и-ил, — зарыдал Эдик.

В это время Анфиса уже смочила ватку чем-то зелёным.

— Немного пощипит, — она прислонила кусочек ваты к его ране.

— Ай-ай — айя-я-яй, — поскулил Эдик.

— Тебя хомяк укусил? — удивлённо посмотрела на зверька Анфиса.

— Я видел, как он его мучил, — сказал я.

— Не лезь, Смирнов! — злобно вскрикнул Эдик.

— Ты сдавливал его в руке, — процедил я.

— Ну, видишь. Вот и получил, — обратилась к этому живодёру Анфиса. — Нехорошо обижать животных.

— Да он сам! — вскрикнул Эдик.

— Не обманывай меня, — строго взглянула на него воспитательница.

Анфиса аккуратно переложила хомячка в клетку и повела Эдика в зал.

— Серёжа, пойдём! — окликнула она меня.

Я на прощание разорвал связующую нить, а хомячок подполз к клетке и… — чёрт, как же это забавно! — он надул щёки!

Я чувствовал, как зверёк мне был благодарен и рад, что я избавил его от этого мелкого изверга.

Конечно же, Эдик повернулся и увидел это. И затем зарыдал от обиды:

— Он надул ему щёки, а мне не надува-ал!

Анфиса покосилась на хомячка, который замер в клетке.

— Так… Ерунду не говори, — пробормотала она. — Пойдём в зал…

Мы вернулись. И теперь не только Демидов на меня смотрел убийственным взглядом. К нему присоединился и Эдик.

Смотрите, глазки не сломайте, черти мелкие.

Что меня ещё радовало — остальные дети, в том числе и демидовцы, посмеивались и тыкали пальцем на зелёный нос этого мелкого живодёра. А шут из него неплохой получился.

Я вновь переключился на конструктор и беседу с Мишкой.

— Ты мне не сказав, что произошло в музее, — друг озадаченно посмотрел на меня, соединяя две детали вместе. — Как ты оживил скелет?

Я убедился, что больше никто нас не слышит, и вкратце рассказал, как прервал подставу.

— Ну ты красава, — хохотнул Мишка. — Дай пять.

Он хлопнул по моей выставленной ладошке.

После этого мы занялись сборкой конструктора. Успели выстроить большого монстра, похожего на Красного жнеца из дохренищи мелких деталей.

А затем ко мне пришла маман.

— Серёжа хорошо себя вёл, всё отлично, — улыбнулась Лена, передавая меня маме Наташе.

— А по второму выговору… — с надеждой посмотрела на неё неугомонная маман. — Не получится ничего сделать?

— Нет, Наталья Прокофьевна, — вздохнула Лена. — Я же говорила, что там всё сложно. Это решение директора.

— Понятно, — печально улыбнулась мама Наташа. — А я уж надеялась… Ну ладно, что ж поделаешь.

Рядом забирали Эдика. Граф Мартынов поздоровался с маман, затем выслушал от Анфисы рассказ о том, как Эдичку тяпнул за нос хомяк, которого он мучил. Граф помрачнел.

— Мы ведь уже говорили об этом, сын, — нахмурился он, обращаясь к Эдику. — Ты обещал такого не делать.

— Давай тогда заведём у себя дома хомяка. Я в мультике видел, как они щёки раздувают, — предложил Мартынов-младший. — Ну пожалуста-пожалуста…

— Да ты что! — испуганно уставился на него граф. — Они очень дорого стоят, сынок. Пошли.

Я расплылся в улыбке, наблюдая, как быстро Мартыновы скрылись за дверью. Судя по испуганному взгляду бати, он представил, что будет с этим несчастным животным, окажись тот в руках его кровожадного сынка.

Домой мы добрались быстро. Батя, подобрав нас у проходной, гнал как сумасшедший. Даже испуганные крики маман не помогали. Обычно он делал так, когда у него было хорошее настроение.

Оказавшись в поместье, я поужинал. А потом услышал голос Иннокентия Павловича.

Блин, точно, сегодня же очередной урок с умником.

На этот раз старик как-то печально посматривал, как я тренировался. Около часа я пыхтел, наполняя энергией артефакт, а потом забирая её без остатка в свой магический источник.

— Ну всё, ученик, достаточно, — так же печально улыбнулся умник. — Ты уже неплохо справляешься. И твой источник развит до предела твоего возраста. Причём остальными базовыми навыками ты уже овладел. В общем… — ему было трудно говорить, но он буквально выдавил слова: — Я обучил тебя всему, что ты только мог сейчас освоить.

Я внимательно смотрел на старичка, который собирался с духом, и понимал, что он хочет сказать.

— В общем, я пришёл попрощаться, — продолжил умник. — Дальше ты можешь практиковаться в своём поместье. Да и в садике занятия начались по магии.

Точно! Я же хотел у него спросить по поводу того жеста! И про метаморфозу монстрика!

Но он же не видел ещё моего нового питомца.

— Кузя, беги ко мне! — крикнул я.

Из кроватки выпрыгнул монстрик, приземляясь мне на плечо, а затем перебежал на колени.

— Это что?.. — уставился на него умник. — То, что я думаю?

— Это долзно остаться мезду нами, — серьёзно посмотрел я на старика.

Я верил, что он никому не проболтается, но убедиться лишний раз было просто необходимо.

— Да-да, конечно, — закивал умник.

Во дела! Я боялся, что его инфаркт хватит, а он улыбался словно ребёнок.

— Потрясающе, — пробормотал он. — А как… А, точно. Ты же умеешь призывать. Но детёныша монстра… Просто фантастика!

— Мне нужно спросить вас, — посмотрел я на умника, почёсывая брюшко Кузи. Тот довольно уффкал и урчал одновременно.

— Да, конечно, — закивал ещё раз умник. — Спрашивай.

Я описал жест и ситуацию, когда зубы Кузи увеличились.

Умник задумался и затем пробормотал:

— Эти жесты разрывают заклинания, да. Но ты особенный, ученик, — старик поднялся с диванчика. — Так, пошли на улицу. Попробуем какой-нибудь жест.

Я вышел с Кузей на руках во двор, следом за мной — Иннокентий Павлович.

— А вон, кстати, — махнул он рукой в сторону манежа, — возьмём за цель тот муравейник. И сейчас я покажу ещё один жест.

Умник вытянул руки и сжал их в кулаки. Вокруг него появилась мерцающая плёнка энергии.

— У меня это защита, — усмехнулся он. — А вот что будет у тебя?

Я повернулся к муравейнику, повторил жест.

И… ох ты ж твою мать! — связующие нити протянулись к созревающим яйцам, из которых начали вылезать личинки муравьёв.

— Что видишь? — умник растерянно посмотрел в сторону муравейника. — Потому что я ничего не заметил.

Но я-то вижу! Вот трутни снова накинулись на матку. Она сразу отложила ещё кладку. А через несколько секунд всё повторилось.

— Вызревание мулавьёв плоисходит осень быстло, — пробормотал я, от волнения забывая про дикцию.

А процессы шли полным ходом. Те личинки, которые вылезли из яиц, уже превратились в мелких муравьёв.

— Восхитительно! — воскликнул умник. — Выходит, что у тебя любые жесты усиливают магические связи. Это факт. И не удивлюсь, если разные жесты имеют разную силу. А вот этот?

Умник вновь сосредоточился, выставил ладони вперёд и скрестил средний и указательный пальцы, выворачивая их. Перед ним возникла полупрозрачная материя.

— Силовой блок, — ответил умник.

Когда же я повторил жест, нити, ведущие в муравейник, вспыхнули ещё ярче. И процессы ускорились ещё на несколько порядков.

Мы ещё потренировались со стариком, но круче жеста со скрещёнными пальцами не получилось. И я остановился на нём. Мне нужна была муравьиная армия, и поскорее.

Умник уходил радостный и довольный. На прощание я разрешил ему погладить Кузю, который был не против. Ему даже понравилось, как старик почёсывал ему за ушком.

Что ж, старик точно не заложит. И монстрик разбирается в людях. Иннокентий Павлович — хороший человек. И когда старик покидал поместье, я поймал себя на мысли, что буду скучать по нему.

***

Поместье князя Демидова, в это же время.

Князь Демидов не находил себе места. Когда Артём сказал, что собрал все документы по Серёже Смирнову, он тут же вызвал его к себе.

В дверь кабинета тихо постучали.

— Да заходи давай, что стучишься?! — раздражённо крикнул князь.

Артём вошёл внутрь и замялся на пороге с папкой в руках.

— Проходи, садись, — указал Демидов ему на кресло. — Давай сюда документы.

— Николай Михайлович, вы будете шокированы, — выдавил Артём. — Я вас просто предупреждаю.

— Заинтриговал, — хохотнул Демидов, пытаясь развязать узел, стягивающий папку. — Да кто ж так тебя учил завязывать!

В итоге он разорвал её пополам. Из папки выпали несколько заполненных бланков.

Князь сложил их по порядку и принялся изучать.

— Так… — он откинул первый лист, косясь на Артёма, который начал бледнеть на глазах. — Ага…

А вот и третий лист. Так что ж получается?! Да это же… Серёжа не сын Смирновых!

Демидов откинулся на спинку кресла, переваривая информацию. Затем вновь накинулся на документы. И приют тот же самый!

— Так какой питомец тебя спугнул у поместья Смирновых? — покосился он на Артёма.

— Да змея… огромная такая! — принялся тот описывать, взмахнув руками. — И зубы — во!

— Охренеть! — вскрикнул князь и схватился за голову.

Наблюдатель, который выбрался живым из приюта, тоже говорил о змее. Он единственный из той парочки убийц остался живым.

И в роддоме следы от укусов и змеиного яда.

Князь дрожащими от возбуждения пальцами перевёл вознаграждение Ибрагимову.

— О, спасибо вам, Николай Ми… — начал благодарить тот.

— Всё, можешь идти, — отмахнулся Демидов от него, как от мухи. — Спасибо за работу.

Ибрагимов ещё раз кивнул и покинул кабинет.

Так, так, так… Теперь он знает всё. Серёжа Смирнов — это тот самый младенец, за которым он и охотится!

У него даже голова закружилась от эйфории. Поиски завершены. Он нашёл этого грёбаного младенца!

А теперь… теперь надо вызвать лучших людей из зачистки. Есть трое лучших. Они работают в команде, причём у них есть ещё четверо магов, их держат в качестве группы поддержки.

Все три — братья Самойловы. Элитные маги.

Он сделал один звонок, и в его кабинет зашла эта троица.

Все плечистые, исполнительные, и даже одетые одинаково, в чёрную кожаную броню. Красавцы!

Он обратился к главному, Игорю, у которого слева на лице было большое родимое пятно.

— В общем, задание такое. Цель — сын барона Смирнова. Его надо убрать. Причём быстро. Времени вам даю на всё про всё — до обеда. И кстати, получите на складе антимагическую сеть. Накинете на ребёнка, и он не сможет воспользоваться своей силой.

— Хм… есть вопрос, — просипел Игорь.

— Да, задавай.

— Мы будем убивать ребёнка из-за этой фабрики? Не пойму замысла. Может, просто похитить пацана и шантажировать барона?

— Ты не понимаешь, Игорёк, — прошипел Демидов, привставая в кресле. — Вообще, ничего не понимаешь. Это тот же самый ребёнок! Тот же, что натравил змею на ваших товарищей в приюте. Поэтому его нужно убить.

Троица переглянулась, затем Игорь кивнул.

— Сделаем, — просипел он и вышел вместе с остальными из кабинета.

А Демидов оскалился от предвкушения скорейшей победы.

— Сучонок должен сдохнуть, — процедил он себе под нос и даже представил, как Серёжа Смирнов отправляется на тот свет.

Когда это случится — очень большой груз упадёт с его плеч.

Он уберёт с дороги своего бастарда, который может претендовать на его состояние.