Пёс режима

1

Посвящается Сидоренко Ольге Анатольевне!

Наставнику, другу, Человеку с большой буквы!

“Пёс режима”

Когда скажет Россия нам: «Фас!»

Обнажатся в оскале клыки,

И останутся долг и приказ –

Мы исполним всему вопреки,

Как бы ни было нам тяжело,

Как за нами бы смерть ни гналась,

Мы пройдем без напыщенных слов

Через кровь, через боль, через грязь.

С. Ефимов

Необходимое предисловие.

До недавнего времени я являлся офицером Специального оперативного отдела Второй Службы ФСБ России.

Наш отдел занимался поиском, задержанием, а при невозможности задержать – ликвидацией особо опасных террористов. А еще в нашу зону ответственности входила координация мероприятий разных региональных Управлений в том случае, если оперативные разработки выходили за рамки какого-то конкретного Субъекта Федерации и требовалось обеспечить взаимодействие нескольких, неподчинённых друг другу подразделений из разных управлений нашей службы.

Также в зону ответственности нашего отдела входило выполнение срочных и важных задач руководства в пределах своих компетенций. При этом специфика и уровень выполняемых нами задач были непредсказуемо разнообразными. Эдакий резерв Директора ФСБ. «Псы режима» - так в шутку называли нас коллеги из других служб и подразделений. Помимо штатных оперативных сотрудников и аналитиков, к нашему отделу было прикомандировано целое подразделение «тяжёлых».

История, о которой я хочу рассказать началась несколько лет назад. Рассказываю я всё, кстати, с санкции своего руководителя. После моего увольнения со службы, когда я сказал ему что хочу стать писателем и написать автобиографическую книгу о своих приключениях, он сказал:

- Пиши что хочешь! Тебе всё равно никто не поверит!

Глава 1

- Иванов, зайди к Старому, - секретарь моего руководителя позвонила и кратко передал просьбу начальника отдела, полковника Копейкина, позывной «Старый».

Ну если утро понедельника начинается с вызова к начальству, то вся остальная неделька скорее всего будет полным дерьмом.

Эх, знать бы мне тогда, что не неделька, а несколько лет жизни... Я бы сразу в окно вышел. Прямо с четвертого этажа.

- Юрий Максимович, вызывали?

- Да, Жень, заходи, присаживайся. Есть к тебе серьёзный разговор.

Мой шеф, волкодав антитеррора, рослый мужик, возрастом под шестьдесят лет, спортивного телосложения, седой как лунь, с причёской как у актера Джорджа Клуни. Юрий Максимович начинал свою службу еще в КГБ, на закате его существования, и за прошедшее с тех пор время принимал участие во множестве различных операций. Он прошел развал Союза, беспредел террора в девяностые и начале двухтысячных, экстремизм и кибертерроризм десятых годов нашего века. Пользовался непререкаемым авторитетом у подчиненных и глубоким уважением у руководства. Герой России, на минуточку!

- Короче, ситуация следующая: мы получили информацию, что запрещенные где только можно, остатки террористического государства с Ближнего Востока, готовят на территории России теракт с массовыми жертвами. Выделены очень большие средства, идет набор исполнителей. В этот раз под удар должен попасть не театр, не больница, а торгово-развлекательный центр. Самый массово посещаемый торговый центр региона в одном из городов – миллионников в Центральном федеральном округе. Но точно не в Москве. Согласно полученных сведений, теракт будет осуществлен во время проведения концерта или иного культурно-массового мероприятия в момент наибольшей концентрации посетителей. По замыслу организаторов этого зверства, в обязательном порядке должны пострадать дети. Либо посетители кинотеатра, либо организованные экскурсионные туры школьников из города и соседних регионов. По большому счету это почти все, что мы получили от информатора первоначально.

- По мне так ерунда какая-то. Информация крайне расплывчатая и неконкретная. Под это описание попадает любой ТЦ в любом городе.

- Ну извини, что адрес не удалось узнать!

- Да я без претензий, - начал было я, но Старый перебил:

- Ты вот тогда пока посиди и послушай дальше. Во время проверки информации были получены дополнительные сведения. Во-первых, достоверно установлено, что в обсуждениях террористов о месте теракта, на объекте упоминался концертный зал, это я скажу тебе, не в каждом торговом центре предусмотрено.

- Ну может быть, я в торговых центрах не разбираюсь, - не смог я удержаться от реплики, но сразу осекся.

- Во-вторых, - продолжил Старый, не отводя от меня взора, - упоминался парк развлечений, и, что самое важное – мини-зоопарк. Про кинотеатр я уже упоминал. По совокупности всех этих вводных под описание попадает всего один торгово-развлекательный центр. Всего один, понимаешь?

- Ну и отлично. А когда планируется теракт? Каким способом? Надо всю имеющуюся инфу передать в местное управление, да пусть там держат «ушки на макушке».

- Нет, ты меня не понял. Мы пока вычислили только место. Мы не знаем когда, мы не знаем как, мы не знаем кто.

- А это не может быть всё простой дезой? Уж больно как-то всё неопределенно. Как телефонный звонок с угрозой теракта.

- Помнишь мы в прошлом августе шахидку взяли в Костроме? А в декабре басаевского бойка задержали, который больше двадцати лет прятался? Так вот, сейчас информация была получена от того же источника. Очень надежного и очень информативного. Но в этот раз даже у него не получилось узнать ничего более конкретного. И уже не получится. Погиб. Теперь все в наших с тобой руках, жизнь больше сотни человек. В том числе и детей.

- М-да… Ситуация… И что будем делать?

- Судя по тому, что информации пока кот наплакал, это означает что подготовка у террористов еще на начальном этапе, а значит какое – то время для подготовки есть и у нас. Сегодня с утра я был на совещании у руководства и мне согласовали операцию. Короче, отправляем тебя в управляющую компанию этого торгово-развлекательного центра внедренным сотрудником. И там на месте уже оглядишься и предпримешь все меры по предотвращению теракта.

- Ну нормально. Меня устраивает. Хоть отдохну там, сидя на одном месте. А то последнее время из командировок не вылажу. На концерты буду ходить, на аттракционах кататься, да на зверюшек в зоопарке любоваться. Благодарочка, шеф!

- Ха-ха. Очень смешно. Ты туда нелегалом отправишься, под легендой прикрытия. Зачем всем знать кто ты и откуда? Вдруг исполнитель завербован из числа сотрудников? Поэтому едешь без права раскрытия своей персоны ни перед кем, даже перед местными коллегами. Простой гражданский специалист. Коммерсант и управленец.

- В смысле?! То есть мне надо будет ещё и работать, в соответствии с легендой?! Серьезно?

- Ну да. А как ты хотел? У них там сейчас опубликована вакансия управляющего торговым центром. Вот на эту должность мы тебя и будем трудоустраивать.

После этих слов, я чуть не поперхнулся от неожиданности и возмущения.

- Ну Юрий Максимович, ну товарищ полковник, блин, ну какой из меня управляющий торговым центром??? Я же говорил, что я очень далёк от этого. У меня за спиной военные училища и пятнадцать лет в Конторе. Ну почему именно я?

- А кто, если не ты?

- Ну Игорь Ранненков. Он грамотный, разговаривать на умные темы умеет, статный, представительный. Почему не он?

- Он химик. И технарь.

- А я психолог! Но вас это не смущает. В первую очередь мы, что он, что я – опера! Так почему не он? Просто интересно.

- На Игоре ещё несколько реализаций завязано. Вот если ты не будешь справляться, мы тебе его в помощь пришлем. Наверное.

- А Изотов? Он моложе меня на десять лет. Ему сам Бог велел новые знания в таком возрасте получать.

- Изотов дубоватый. Он же из спецназа. Не в плане что не умный, а в том смысле, что прямолинейный очень. Там более гибкий человек нужен.

- Ну может хотя бы не управляющим меня? Может руководителем службы безопасности? Ну ведь более логичная должность для меня. И более привычная.

- Безопасник там есть. А Управляющего нет.

- Ну давайте уволим этого безопасника. Надавим. Подставим, в конце концов.

— Это всё время. А его очень мало. К тому же - он доверенное лицо собственника бизнеса. И что ещё более важно - он наш бывший сотрудник. Именно ему будет поручено обеспечить твоё назначение на интересную для нас должность. А вот, кстати, и он.

В кабинет зашёл огромных размеров, за два метра ростом, похожий всем своим видом на вставшего на задние лапы медведя, мужчина лет пятидесяти, пятидесяти пяти. По характерным признакам, по манере двигаться и держаться, я догадался, что он тоже из «тяжёлых».

- Игорь, привет, - Старый поздоровался с вошедшим как с давним знакомым, - знакомьтесь!

- Игорь Валерьевич!

- Евгений. Очень приятно.

- Взаимно.

- Игорь был командиром отряда «тяжелых» в регионе, служил в Управлении «А», - дал краткую характеристику вошедшему мой руководитель.

Значит я был прав – спецназ!

После краткого представления, мой шеф спросил у гостя, кивнув в мою сторону:

- Какие у нас перспективы по трудоустройству?

- Вполне реальные перспективы. Я порекомендую вашего хлопца директору по персоналу, которая занимается поиском на эту должность. Дам хорошую характеристику. Ну а дальше он сам. Собеседования. Сначала с директором торгового центра, а потом с собственником. Сумеешь произвести впечатление – будешь работать. Хотя там вакансия полтора года висит, никак не могут найти подходящую кандидатуру. Требования к кандидатам уже сильно снижены, может и такого как ты неопытного возьмут! - и засмеялся. К нему сразу же присоединился Старый.

Блин, смешно им, сидят ржут. А как я собеседования проходить буду? Не говоря уже о том, как работать потом, если удастся трудоустроиться.

Вдоволь посмеявшись, Игорь Валерьевич продолжил.

- На собеседованиях больше молчи и слушай. Говорить особо не придётся. У нас что босс, что Наталья Андреевна, директор, сами всё за тебя скажут. Главное сейчас займись составлением качественного резюме. Вряд ли ты специфику управления торговыми центрами успеешь за три дня постигнуть, поэтому советую тебе придумать опыт работы в какой-нибудь смежной отрасли. Допустим, в торговой сети. Якобы занимался арендой, лет пять-шесть. До этого ещё лет пять напиши, что работал на каком-нибудь предприятии, отвечал за эксплуатацию недвижимости и оборудования, а вот уже перед этим можно вписать себе управление торговым центром. Даже если и ляпнешь какую-нибудь ересь, это спишут на то, что ты давно не в теме, типа многое подзабыл. И выбери город где-нибудь подальше от наших краёв. Чтобы особых связей с регионом трудоустройства не было, на случай дополнительной проверки. Но выбери так, чтобы твою легенду могли там подтвердить в случае чего.

- У меня брат в Калининграде служит. Попрошу его, чтобы поспособствовал.

- Калининград нормально. Ещё советую, обязательно в резюме впиши военную службу. По любому так случится, что будешь себя проявлять нестандартно для гражданского, в определённых ситуациях. Чтобы не спалиться, тоже можно будет сослаться на то, что армия нанесла непоправимые изменения твоей личности.

- Он у нас суворовское училище закончил, так что его можно вписать в резюме, - вмешался в разговор Старый.

- Ну пойдёт. Только ты в общении с коллегами прям выпячивай это. Мол в душе ты военный, с детских лет в сапогах и все такое. А коммерция и управление – это всё вынужденное.

- А почему же я служить не стал дальше, раз такой из себя военный?

- Хороший вопрос. Ну придумай какую-нибудь запутанную историю о службе, из-за чего тебе пришлось уволиться. И в анкете обязательно это укажи. И сразу от глупых вопросов избавишься.

- Хорошо.

- У нас в компании ещё полиграф предусмотрен. Обучен проходить?

- Ага. Навыки имеются.

Если вкратце, то все ясно, что именно надо делать, но пока не ясно как.

- Юрий Максимович, я пойду? Мне ещё надо найти наставника, чтобы хотя бы в общих чертах рассказал мне чем управляющие торговых центров занимаются. И нужен человек, чтобы резюме помог составить.

- Добро. Спустись к ДЭБовцам, я сейчас позвоню их руководителю, они тебе самого лучшего управляющего Москвы предоставят. Он же поможет и с резюме.

- Игорь, когда у нас собеседование? – это уже вопрос гостю.

- Буду ждать в пятницу.

- Принято. Всего хорошего.

- До встречи.

* * *

Следующие три дня я провел в каком-то кромешном аду из незнакомых и непонятных мне терминов и определений.

Регулярный менеджмент, проектный менеджмент, процессный менеджмент, тайм-менеджмент, теория управления, концепция торгового центра, поэтажные планировки, товарное соседство, брокеридж, товарооборот, арендные ставки, эксплуатационные платежи, fit-out, property management, facility management, посещаемость, конверсия, маркетинговая стратегия, экспозиционное пространство, анализ продаж, акт допуска, клининг, чилер, фанкойл, доходы, прибыль (это оказывается не одно и тоже), страшное слово EBITDA, бренды, люкс, от-кутюр, прет – а – порте, масс-маркет, средний минус, двадцать процентов клиентов приносят восемьдесят процентов прибыли… И ещё огромную кучу всякой нужной информации. Голова просто разрывалась от количества новых знаний.

Огромные слова благодарности, конечно, моему наставнику. Ирина была управляющим одним из самых топовых торговых центров столицы. Её знания, помноженные на опыт, плюс природная способность обучать очень сильно мне помогли.

Так получилось, что за полгода до меня, она тоже собеседовалась на эту же позицию, на которую теперь готовила меня, и даже почти договорилась о трудоустройстве. Но в день отъезда уже на вокзале выяснилось, что забыла паспорт дома и восприняла это как знак судьбы. В итоге отказалась от должности и потом ни разу не пожалела.

И вот благодаря тому, что она общалась с собственником, она немного рассказала и про него, и про особенности, которые возникают в общении с ним. Тогда я не придал особого значения её словам. Мало ли я на своём пути встречал руководителей с особенностями. Но отзывы о компании в интернете почитал. И немного охренел. Хотя обо всём по порядку.

Глава 2

В пятницу я приехал на новое место работы. Точнее уже не прям я, а в моем лице управленец со стажем работы региональным директором по развитию одной из федеральных розничных продуктовых сетей, а до этого занимавшийся управленческим консалтингом и, вдобавок, бывший директором предприятий по оказанию аутсорсинговых (сука, язык сломаешь пока выговоришь) услуг. И только до этого поработавший генеральным директором одного из крупнейших в регионе торговых центров.

Мы со Старым решили, что всю свою трудовую деятельность я, якобы, осуществлял только в одном регионе. При помощи брата удалось обзавестись «бывшими руководителями» и «коллегами», которые, в случае обращения к ним из моей новой компании, должны были подтвердить мою трудовую биографию и дать мне сугубо положительные характеристики.

На крыльце служебного входа меня встретил Игорь Валерьевич. Поздоровались и он провел меня в кадровую службу через все турникеты и магнитные двери, которых я насчитал штук пять, после чего передал на руки директору по персоналу.

- Оксана, это тот человек, о котором я говорил. Рассмотрите его. Хороший парень, не сомневайтесь. После чего подмигнул мне, пожал руку и ушёл.

Дальше было рутинное заполнение анкеты и собственноручное написание автобиографии. Я понял, что таким нехитрым способом будущие работодатели изымали образцы моего почерка для последующего исследования и получения характеристики личности. Якобы почерк может все рассказать о человеке. Ага. Так и будет. Благо у меня за годы службы выработалось как минимум три разных почерка. Ну раз деньги лишние есть, чтобы заплатить эксперту, то пусть изучают. Интересно потом почитать будет.

После вышеуказанных мероприятий выяснилось, что с собственником сегодня встретиться не получится, поэтому мне следовало проехать на собеседование к директору - Иванченко Наталье Андреевне.

Как не преминула пошутить Оксана, директор по персоналу, что у меня всё получится и Наталья Андреевна меня точно возьмёт на должность управляющего, потому что я Иванов, а она Иванченко. Почти однофамильцы.

Надо сказать, что офис собственника находился на территории города, в другом, также принадлежавшем ему торговом центре, а ТЦ с концертным залом и аттракционами находился за городом, почти в десяти километрах. Куда я и отправился.

Собеседование прошло примерно в том ключе, как и обещал Игорь Валерьевич. Я рассказал заученную легенду о своём трудовом пути и на этом, в принципе, всё. Дальше говорила Наталья Андреевна.

Рассказала о перспективах развития, о том, какие задачи будут передо мной стоять, какими ресурсами и полномочиями я буду наделен, рассказала о трудовом коллективе, о структуре предприятия, о структуре всей компании, куда, помимо, торговых центров, входило ещё несколько видов предпринимательской деятельности.

Также она много рассказывала о собственнике бизнеса. Звали его Зубов Евгений Алексеевич – Депутат областной Думы, девелопер, меценат, индивидуальный предприниматель, кандидат наук, обладатель патентов на изобретения в области спортивной медицины, и прочая, и прочая, и прочая.

А потом внезапно спросила у меня, читал ли я отзывы в интернете о компании и о собственнике лично? Дорогая Наталья Андреевна, ну конечно читал! И не только отзывы в интернете. Но и досье на собственника читал, которое Старый запросил у наших местных коллег, и справочку из МВД читал, и из налоговой документы читал. И не только о нем, но и обо всех ключевых сотрудниках компании. Но этого всего я вам не расскажу.

Я ответил достаточно откровенно, что да, действительно, отзывы я читал, и что, судя по отзывам, компания, в лице собственника, очень специфически относится к сотрудникам, не ценит, мало платит, лишает премий и легко расстаётся. А про самого Зубов пишут так, будто он вообще самый настоящий «упырь». Может и калькулятором кинуть, и матом послать, и уволить одним днём. Но тут же поправился, что верю всем отзывам лишь максимум процентов на пятьдесят.

Ответ мой был принят достаточно благосклонно, да и в целом по итогам всего собеседования, продолжавшегося более полутора часов, мне показалось что я произвёл положительное впечатление на директора. Что, как выяснилось немного позднее, вполне соответствовало действительности.

* * *

На следующий день было уже собеседование непосредственно с Зубовым. Он специально для этого приехал на работу в субботу. Прошло оно примерно по тому же сценарию, что и собеседование с Натальей Андреевной. Я также, в дебюте встречи, повторил сведения из своего резюме. Потом была получасовая речь собственника о грядущих планах. А в конце встречи тот же самый вопрос:

- Читал отзывы обо мне в интернете?

- Читал, - здесь я решил выводом никаких не озвучивать и ограничиться простой констатацией факта.

- Ну так вот. Сейчас у нас с тобой первая встреча, собеседование. И мы оба хотим друг на друга произвести приятное впечатление. Ты на меня, чтобы я принял тебя на работу, а я на тебя, чтобы ты принял предложение, если я пойму, что ты мне подходишь. В жизни я не такой белый и пушистый. Но я и не такой, как обо мне пишут в отзывах о месте работы. В реальности я что-то среднее между двумя этими образами. Если сам ты готов работать, если готов принимать меня таким, каким я буду, каким тебе сказал, то я готов сделать тебе предложение о трудоустройстве на должность управляющего торговым центром.

Блин. Да мне вообще плевать какой ты. Хоть хороший, хоть плохой. У тебя на объектах может случится самый масштабный теракт в истории торговых центров, с сотней жертв минимум, если я не устроюсь на эту работу и, если не смогу предотвратить теракт. Для меня только это важно. Но вслух сказал:

- Евгений Алексеевич, конечно, я готов к работе. Меня всё устраивает. И я готов меняться и подстраиваться.

* * *

- Алло, Юрий Максимович, приветствую. Ну что, приняли меня. В понедельник выхожу на новое место работы. Получилось всё.

- Отлично. Но ты давай не расслабляйся. Не обделайся там в качестве коммерсанта. С Ириной - наставником взаимодействуй, изучай усиленно там маркетинг – шмаркетинг и все такое. А то как приняли, так и уволят на хрен! И побыстрее погружайся в задачу. В твою основную задачу. Первым делом необходимо будет проверить весь персонал. Запрашивай личные дела, фиксируй контакты, связи, родственников, подключайся к системе видеонаблюдения, пожарку тоже проверь, особенно пути эвакуации, все входы - выходы.

- Принято. А можно вопрос, товарищ полковник?

- Валяй.

- А почему нельзя было поручить всю операцию Игорю Валерьевичу? Он ведь и так здесь работает, ему проще было бы чем мне.

- А потому Женя, что он не является в настоящее время сотрудником конторы. А ещё потому, что он не опер. Он, как и Изотов – из спецназа. Не наш вариант. Так что работай сам. И хватит уже искать себе замену. Дело твоё, операция твоя и с неё я тебя не сниму, и соскочить тебе не удастся! Бывай! Удачи!

- Ага. И вам не хворать.

Глава 3

Новый коллектив встретил меня очень «тепло». Если употребить выражение – «без эмоций и с ледяным выражением лица» – это ничего не сказать.

В первые же прошедшие рабочие дни я даже начал подозревать, что они все в курсе моей профессиональной квалификации на должности управляющего, поэтому никаких иллюзий не питают и уж профессионально уважать человека без опыта работы в коммерческой недвижимости точно не будут. Понятно, что ничего этого они знать не могли, но я, грешным делом, так думал, видя негативное, а в лучшем случае просто нейтральное, отношение трудового коллектива к своему новому руководителю в лице меня. Потому что иных предпосылок просто не было. Поводов я никаких не успел бы еще дать.

Спасибо одному из сотрудников, наименее всех скованному такими понятиями, как субординация и уважение к старшим. Так вот, он мне в двух словах объяснил, что происходит:

- Знаете, уже столько вас таких было, что некоторых даже по имени отчеству не успели выучить, как зовут. Поэтому одним больше, одним меньше. Смысл вас запоминать, вы скоро тоже уедете. У нас уже произошло обсуждение, кому табличка с вашего кабинета достанется. Мы их коллекционируем с определенного момента. Вот у меня уже три, у старшего администратора – две.

Если бы я действительно приехал сюда работать управляющим, мне бы, наверное, было бы обидно. А так – просто информация, которую, кстати, можно использовать в своих целях. Теперь мне понятно, что административными методами с подчинёнными, которых в гражданской жизни называют «персоналом», общаться не стоит. Ну, окей. Значит, не будем терять время. Попробуем иначе. Выберем иную стратегию. Попробуем поиграть в «своего парня». Мне еще не хватало время тратить на выстраивание отношений с персоналом.

Помимо того, что было необходимо проверить весь персонал на возможную вербовку со стороны террористов, также предстояло сформировать свою агентурную сеть. Мне было необходимо получать информацию о любых нештатных ситуациях, о любых изменениях в привычках и предпочтениях сотрудников, о дорогих покупках, о досрочно выплаченных кредитах, о болезнях родственников, о несчастных случаях и происшествиях со всеми сотрудниками, как нашего предприятия, так и всех сотрудников, всех магазинов и арендаторов торгового центра.

Понятное дело, что при такой интенсивной загрузке по основной деятельности у меня совсем не оставалось времени не только на то, чтобы на практике управлять деятельностью торгового комплекса, но и даже теоретически постигать науку им.

Просто физически не хватало времени вникать одновременно почему там трубы в подвале прорвало, какой макет наружной рекламы наиболее предпочтителен именно сейчас и выяснять, почему условный «Вася», имея зарплату в тридцать тысяч, купил автомобиль за два миллиона, или как условная «Маша», смогла переехать из Узбекистана в начале десятых годов, продав там дом, якобы, но в России даже не смогла купить квартиру. А работает в охране торгового центра.

Сотни и тысячи вопросов, на которые не было быстрого и однозначного ответа. Отправлял запросы на дополнительные проверки своим коллегам. Сначала работал напрямую со Старым, но когда количество требуемой информации превысило все допустимые рамки норм приличия, начальник мне сказал:

- Женя, ты меня достал. Я кроме как твоим вопросом больше ничем не могу заниматься. Давай теперь всё через Ранненкова. С ним взаимодействуй.

- А Игорь меня не пошлёт? – спросил я у шефа.

- Я его предупрежу, что теперь он тебя курирует.

- Принято.

Начальник всегда прав. Для меня ничего не изменилось, а Юрий Максимович отскочил от активной стадии операции. Назначив вместо себя другого куратора.

Ну ладно. Это ещё полбеды. А вот что делать с текущей работой по объекту?

В связи с тем, что Наталья Андреевна по роду своей деятельности занималась не только нашим торговым центром, часто бывала на аудиенциях у Зубова, то многие вопросы просто подвисали из-за того, что у неё элементарно не было времени со всем разобраться. Ну, кроме важных вопросов. А все неважные, которых было как минимум девяносто процентов в деятельности предприятия, сотрудники, получив установку на то, что я тоже их руководитель, стали решать со мной.

Каким цветом окрасить стену в служебном коридоре, сколько рекламных щитов в городе нам необходимо на осеннюю рекламную компанию, можно ли индексировать арендную плату не на десять процентов, а на девять с половиной, как отпустить в отпуск человека, который ещё не отработал полгода, как сделать так, чтобы было прохладно в атриуме, когда светит солнце, как повысить престиж работы охранника, чтобы не было вакансий?

И всё что я перечислил – это только мизерная часть вопросов, которые приходилось решать за один день. Голова моя кипела, как паровой котел локомотива. Понятное дело, что если ты не в теме, то принять решение даже по самому пустяковому вопросу очень сложно. Но и ничего не отвечать тоже очень странно. Я же командир, в смысле – руководитель. Подчинённые пришли за конкретным ответом. Если не давать конкретных ответов, то дерьмо ты, а не командир. При этом, не важно каким было твоё решение – верным или не верным. Главное, чтобы подчиненный ушел с каким-то результатом.

Пришлось прибегнуть к своему, уже слегка подзабытому, опыту учебы в военном ВУЗе и дальнейшей службы в войсках.

Представим, что торговый центр — это воинская часть. Как в любой части есть подразделения, которые решают основные боевые задачи и есть вспомогательные подразделения обеспечения. Есть еще штаб – центр обработки, анализа, планирования и контроля.

Основная «боевая» задача торгового центра – это сдача помещений в аренду. Ни или, в более широком смысле – монетизировать свое право собственности на объект как через сдачу в аренду, так и через множество других дополнительных услуг.

Соответственно, главным подразделением торгового центра является отдел аренды, да и вообще весь коммерческий блок. Все остальные подразделения должны обеспечивать их работу. Соответственно, в случае конфликтов и недопониманий между отделами в процессе повседневной работы, я всегда занимал сторону тех, кто зарабатывает деньги.

Как только принимаешь такую логику управления, все сразу становится на свои места. Управляющий торгового центра – это командир, который оценивает обстановку, делает выводы, оценивает свои силы и средства и на основании этого планирует работу и ставит задачи подчиненным.

Первая задача, которую пришлось решить – это толпы непонятных людей. Ко мне стали ходить все кому не лень со своими проблемами: менеджеры, инженеры, маркетологи, администраторы. Я всё ждал: вот-вот зайдёт уборщица и скажет, что у неё не осталось чистых тряпок. С этим мириться было нельзя. Времени и так ни на что не хватало.

Сотрудники торгового центра, они, к сожалению, общевоинских уставов не читали и не изучали. А если бы читали, то знали про принцип единоначалия. Про то, что подчинённый имеет право обратиться к вышестоящему руководителю через голову своего командира только после уведомления и по разрешению своего непосредственного командира.

Поэтому, первое, что я сделал, это стал интересоваться у сотрудников, которые заходили ко мне со своими проблемами – а в качестве кого они пришли? Уполномочивал ли их руководитель на решение этого конкретного вопроса именно на уровне управляющего торговым центром? А получив ответ, сразу же, при посетителе звонил его руководителю и интересовался, в курсе ли он, что его подчинённый пришёл решать вопрос, минуя его уровень, сразу прыгая через голову? И если да, то в чем заключается его, руководителя, функция по управлению своим отделом или службой, если этим приходится заниматься мне?

Буквально на следующий день после того, как я начал звонить руководителям, хождение персонала по любому поводу прекратилось. Что очень существенно высвободило мне время для выполнения моей основной задачи.

Беда и основная ошибка гражданских руководителей оказалась в неспособности четко разграничить зоны ответственности в связи с чем они чрезмерно погружались в проблемы своих подчиненных. И получалось так, что условно, командир роты, начинал работать за командира взвода, а то и за командира отделения. Алло! Какого хрена?! К такому командиру сразу несколько вопросов. Ты что, по своей основной командирской работе не дозагружен? Или ты не можешь найти толковых подчиненных, за которых не придется самому работать? И зачем ты становился вышестоящим командиром, если исполняешь обязанности нижестоящих? В чем твой карьерный рост?

Не справляется подчиненный – увольняй! Или найди ему работу по способностям. Только так. Нет профессии «хороший человек», поэтому тех, за кого приходится работать, надо убирать. И это в первую очередь касается командиров среднего звена, которые делают работу за подчиненных. Зачем такие командиры нужны?

Главное не бояться, что если всех руководителей уволишь, то самому придется работать за них. В армии, если погибает командир роты, то командование ротой принимает его заместитель. А не командир батальона! Даже в этом случае начальник не работает за подчиненного. Естественно, я принимаю во внимание тот факт, что каких только форс-мажоров не случается, но сейчас речь не о них.

Таким образом, следующим этапом взаимодействия с моими подчинёнными руководителями в торговом центре было – заставить их самостоятельно принимать решения. Всё также в соответствии с Уставом вооруженных сил, где, как известно, черным по белому написано, что решение принимает командир любого уровня самостоятельно, в рамках своих компетенций, а вышестоящий командир только утверждает это принятое решение. Или делает замечание для корректировки, или не принимает в полном объеме. Но в любом случае, младший командир всегда приходит к старшему командиру с задачей и с готовым решением, которое необходимо утвердить.

Первым попал «под раздачу» инженер объекта. Зашёл с вопросом, в какую дату начинать отопительный сезон.

И его практически выбил из колеи мой встречный вопрос:

- А вы сами как считаете, какого числа надо начинать отопительный сезон?

Мне даже было любопытно наблюдать за всей гаммой отразившихся на его лице чувств и эмоций, пока он подбирал ответ на мой вопрос.

- Ну, знаете, октябрь в этом году достаточно тёплый, прогноз погоды показывает, что резких перепадов температуры в сторону её уменьшения не предвидится. Поэтому можно дождаться начала ноября и тогда принять решение.

— Ну значит давайте так и поступим. Раз вы принимаете решение о запуске отопления в торговом центре в начале ноября, я его поддержу.

На лице инженера внезапно появилось испуганное выражение лица, глаза забегали и он, срывающимся голосом, продолжил:

- Но хотя среднедневные температуры выше нормы. Однако у нас есть обязательство перед нашим мини-зоопарком о том, что мы должны поддерживать тепло у определённых видов животных в вольерах и рыб в аквариумах. И если сейчас не начать давать тепло, то они могут погибнуть.

Даже так? Что ж ты, фраер, сдал назад? Ну почему, блин, сразу не рассказать все нюансы и подробности, а потом уже спрашивать совета? Даже не совета в данном случае, а распоряжения о начале отопительного сезона.

После его первоначальной установки, не зная тонкостей, связанных с обязательствами перед зоопарком, если бы я согласовал сейчас более позднее начало отопительного сезона, то либо сдохли бы от холода рыбы и животные, либо этот же самый инженер побежал бы к Наталье Андреевне и с глазами честными и преданными, с интонацией врача - психиатра, читающего анамнез пациента, ей бы и поведал:

- А знаете, чего этот новенький учудил? Сказал отопительный сезон на две неделе позже начать. Чуть весь зоопарк не заморозил. Вопиющая некомпетентность! Неглубокий какой руководитель, не погружается в задачи, не вовлекается!

И пойдёт по офису слух - а новенький этот, того… не очень компетентен!

А вот хрен вам, уважаемые руководители! Вы сами у меня будете решения принимать по всем своим вопросам и задачам. А я буду или согласовывать, или не согласовывать.

Учите общевоинские уставы. Они для всех случаев в жизни подходят. И вам очень сильно пригодятся в ближайшее время. Потому что мне кажется, что я здесь надолго…

Немного забегая вперед, поделюсь еще одним принципом построения управления, который очень сильно высвобождает рабочее время руководителя. Этим принципом я умело пользовался в своей гражданской карьере, и он очень сильно помогал в работе. Заключается он в том, чтобы не брать на себя лишнего и если отнимают полномочия, то отдавать. Не забывая вместе с ними передавать и ответственность. Как в армейской среде есть поверье что инициатива всегда наказывает инициатора, так и здесь примерно так же, только в обратную сторону. Были у меня начальники, которые лезли во все вопросы и хотели, чтобы все решения принимались только по согласованию с ними. Окей. В смысле – так точно. Сначала согласование, а потом я устранился из цепочки мой начальник – я – мой подчиненный. И начальник мой стал работать напрямую с моим подчиненным, по сути превратившись в моего заместителя по коммерческим вопросам. Чему я был несказанно рад. Потому что очень удобно. Целый блок у меня оказался прикрыт авторитетным, профессиональным сотрудником, который нес за него ответственность, сам не подозревая этого.

Можно, конечно, возразить, что, передав полномочия, можно было бы ожидать каких-то сбоев и кризисов. Такое возможно только в случае, если ты забываешь про контроль. А я про него не забывал. Контроль – это приоритет работы командира.

Глава 4

Через три месяца я полностью изучил личные дела всех сотрудников, для этого пришлось подключать ресурсы моего московского отдела, помимо Игоря Ранненкова, чтобы скорость обработки была максимально возможной.

Ничего подозрительного мы не нашли. Я мог быть почти полностью уверен, что исполнитель теракта, как минимум, не является сотрудником торгового центра или любого магазина, в нём расположенного.

Был проделан огромный массив работы. Но, как сопутствующий итог, все это время я очень плотно взаимодействовал с директором по персоналу, запрашивая у неё личные дела сотрудников, собирая сведения о них, и давая различные поручения, иногда выходящие за границы ее должностных обязанностей. Чем привлёк её внимание к своей деятельности и вызвал ненужный и нездоровый интерес к моей персоне.

До меня стали доходить слухи (а за три месяца получение любой информации в коллективе у меня уже было поставлено на поток) о том, что она обсуждает с коллегами некоторые мои распоряжения и вопросы, которые я ей задавал. Только сплетен мне еще не хватало. Не ровен час, информация покинет стены торгового центра и станет достоянием террористов. Они ведь наверняка также наблюдают и исследуют объект будущей атаки. И их может очень заинтересовать новый деятельный управляющий, который занимается не те, чем нужно, что, в свою очередь, может поставить под угрозу вообще всю операцию.

Надо сказать, что за прошедшее время, помимо всего прочего, мой были установлены камеры и микрофоны во всех кабинетах сотрудников (привет тем, кто просил сделать ремонт в своем кабинете). Проверить информацию о том, что директор по персоналу стала распускать свой язык не составило никакого труда. Все подтвердилось. Пришлось принимать срочные меры.

По согласованию и при помощи Старого я запросил содействие у местных полицейских. Директора по персоналу вызвали в отдел полиции по месту жительства. Якобы в качестве свидетеля по делу, в котором расследовались правонарушения в компании, в которой она ранее работала.

Но кабинете ее встретил не дознаватель, а я. В форме майора полиции. Для усиления драматического эффекта. Она очень-очень сильно удивилась. Даже поплыла. Мне на секунду показалось, что она вот - вот потеряет сознание. Только этого мне, блин, не хватало.

- Елена, садитесь, пожалуйста. Не волнуйтесь, я сейчас постараюсь вам объяснить, что происходит.

- Спасибо. Объяснения мне сейчас очень нужны.

- Дело в том, что я, как вы могли заметить, на самом деле являюсь сотрудником полиции, провожу расследование в отношении гражданина Зубова по делу о возможных налоговых правонарушениях. Как вы сами понимаете, информации у нас скопилось уже достаточно много. Обо всем. В том числе это касается выплат зарплат в конвертах, за которые непосредственно отвечали вы. И не надо сейчас делать круглые глаза, как будто вы ни в чём не виноваты!

- Но ведь я и правда не виновата.

- Да неужели? Вот у меня более десятка протоколов допросов ваших бывших работников, - показал ей пачку взятых наугад из ящика стола листов, - в которых они с большим удовольствием рассказывают, как все обстояло на самом деле!

- Ну я работаю не так давно, такая система была заведена ещё до моего прихода.

— Это сути дела не меняет. Вы отвечаете за начисление и выплату заработной платы сотрудникам! Вы подаёте сведения в бухгалтерию! Вы являетесь не свидетелем, а соучастником возможного преступления! Очень серьезного преступления, гражданка Рыбкина!

Ну все, понеслось, зарыдала.

- Я все исправлю. Мы откажемся от таких выплат.

Ну а мы продолжим давление. Еще немного. Чтобы надолго запомнилось.

- И не надо теперь плакать, не надо причитать здесь. Исправит она! Раньше надо было это делать! Сейчас уже не исправлять надо, а нести ответственность!!!

Так, вот теперь стоп! Судя по её состоянию, я, кажется, немного перегнул палку, и пора бы сбавить обороты, а то у неё мозг отключится от страха. А она мне нужна в здравом рассудке.

- Ладно, Елена. Прекращайте распускать нюни. Так и быть, с учетом того, что вы мне не нужны, и я не по вашу душу устроился в организацию. Мне интересен Зубов, а никак не вы. Однако вы мне стали мешать работать: ходите, распускаете свой язык, обсуждаете с персоналом мои поступки и мои распоряжения. Мне это мешает.

- Я все поняла! Я больше так не буду! Я же не знала.

- Конечно не будете. Я вам больше не позволю мне мешать.

И сделать длинную паузу в разговоре. Пусть еще понервничает, чтобы была посговорчивее.

- Так вот! Я дам вам возможность выйти из дела без уголовных последствий лично для вас. Но вам придётся кое-что сделать.

- Что именно?

- Сейчас вы возьмёте лист бумаги и подробно на нём всё изложите: как происходит прием сотрудников на работу, какие зарплаты платятся в конвертах, кому, какие суммы проходят за месяц. Кто даёт распоряжение на выплату, откуда берутся деньги, фамилию бухгалтера, кассира. Короче, пишете всё максимально подробно и максимально чистосердечно. Подпишите и передадите мне. После этого вы возвращаетесь на работу и пишете заявление на увольнение. Подойдете к Наталье Андреевне и попросите, чтобы вас уволили как можно скорее, без отработки двух недель. В идеале, конечно, одним днём. Но это маловероятно. А я возьму ваше чистосердечное признание и положу к себе в сейф. И будет оно там лежать до тех пор, пока вы будете себя хорошо вести. А вот если я узнаю, что вы кому-нибудь рассказали о нашей сегодняшней встрече или кому-нибудь расскажете о том, кем я являюсь на самом деле… в таком случае я сразу же дам ход этому документу. И тогда уж будьте уверены, что я обеспечу вам обвинительный приговор с максимальным сроком. С реальным сроком, а не условным! Я всё понятно излагаю?

- Да, мне всё понятно.

- Тогда приступайте к написанию.

Через неделю директор по персоналу уволилась, и я больше о ней ничего не слышал.

Глава 5

Незадолго до Нового года мне позвонил Старый:

- Ну как ты там? Освоился?

- Так точно, товарищ полковник! Уже практически готов ко встрече негодяев. Сотрудники все проверены, сеть получения актуальной оперативной информации создана.

- Добро. А торговлю ты там в торговом центре ещё не развалил? Проводишь рекламные акции? К Новому году готовишься? Много сейчас людей приходит?

- Юрий Максимович, вы меня прям сейчас удивляете. Вам правда интересно, как я тут справляюсь по управлению торговым центром? Хотя, если на самом деле, мне кажется, что тучи надо мной сгущаются. У меня физически нет времени глубоко погружаться во все вопросы и процессы. Приходится руководить, особо не вовлекаясь. Занимаюсь делегированием на всю катушку, доверяю принимать решения подчиненным самостоятельно с моим минимальным вмешательством. Требовательность на самом низком уровне, чтобы не допустить конфликтов, на которые придется тратить мое время. Объективно не все успеваю. Пока вроде все работает, но боюсь где-то что-то «выстрелит» и тогда разгребать придется. А то и вообще могут уволить.

- Ну так сделай, чтобы не уволили. Работай нормально, вовлекайся и погружайся. В сутках двадцать четыре часа, а ты целых пять часов спишь! Хватит мне тут жаловаться!

- Но вы сами спросили же!

- Я про другое спросил. Сколько сейчас людей бывает в предновогодние дни? Повышенное количество?

- Да. До пятидесяти тысяч в день. А ближе к праздникам будет и ещё больше.

- Ну тогда нам надо проверить, как у тебя организована эвакуация людей при угрозе теракта. Числа тридцатого декабря, ближе к вечеру мы тебе организуем звонок с угрозой. Твоя задача – засечь время, которое потребуется для эвакуации всего комплекса. Также необходимо будет проанализировать действия всех служб и актуализировать все регламенты.

- Прям вот по-настоящему будем эвакуировать? Не учебная тревога?

- Не до учебных сейчас, Жень. Надо по-боевому отработать. Когда террорист до объекта доберется, нам, вероятно, придётся всех очень быстро эвакуировать. Надо потренироваться.

- Принял. Для максимального эффекта, как вы и сказали, дата тридцатого декабря подойдет как нельзя лучше. Как один из самых загруженных дней в году.

- Согласовано. Свяжись с Игорем, он организует звонок с угрозой.

- Есть.

- Всё, отбой.

- До связи.

⁕ ⁕ ⁕

За день до Нового года огромный торгово - развлекательный комплекс, в вечернее время забитый посетителями под завязку, внезапно прервал музыкальную трансляцию на внутреннем радио и запустил ролик, в котором спокойный женский голос просил всех находящихся внутри покинуть здание по техническим причинам.

Объявление прозвучало для всех как гром среди ясного неба. Еще бы, какие могут технические причины, когда на носу Новый год, а еще столько всего не закуплено, в преддверии длинных рождественских каникул. Поэтому люди особо не торопились покидать здание. Однако, очень грамотно сработала служба охраны и администраторы торгового центра. Они начали направлять посетителей к выходам и выводить людей на улицу. И, поначалу немногочисленный, человеческий поток, устремлённый наружу, с каждой минутой становился всё более и более массовым.

Зрелище то ещё. Десятки тысяч людей одновременно устремились прочь. И несколько тысяч автомобилей начали свой путь с парковки торгового центра. На дорогах сразу же возникли пробки, но наши сотрудники оперативно организовали выезд по встречным полосам движения, что позволило увеличить проходимость проезжей части в два раза.

В рамках взаимодействия между предприятиями по сигналу об угрозе террористического акта, были привлечены автобусы пассажирских перевозчиков, маршруты которых проходили рядом с торговым центром. Они отвозили людей на безопасное расстояние и возвращались обратно за новой партией.

В итоге для того, чтобы эвакуировать всех посетителей и персонал торгового центра потребовалось пятнадцать минут. Для эвакуации всех автомобилей с парковки, а это более трёх тысяч единиц, понадобилось двадцать минут. Сотрудники МЧС приехали через пять минут.

Ну что, очень достойный результат. Были небольшие шероховатости, конечно, но будем считать, что эксперимент прошёл с положительным результатом. Можно ехать домой и выспаться. Завтра я дежурный по объекту. Буду до самого закрытия. Почти до самого Нового года.

Мысленно ухмыльнувшись от мысли, что, если бы сотрудники торгового центра узнали, кто на самом деле стоит за эвакуацией, они бы очень сильно удивились, я сел в машину и уехал домой.

Глава 6

После январских каникул, которые являются самым напряженным периодом в работе торговых центров, когда их посещаемость достигает максимума, меня вызвали в Москву на расширенное совещание по моему делу.

Как только я закончил доклад по текущей ситуации, слово взял Старый:

- За прошедшее время нами получена достоверная информация о способе теракта. Это будет взрыв сосуда с химическим веществом. Предполагается, что жертвы должны будут возникнуть при взрыве, от воздействия металлических поражающих элементов и от воздействия неизвестного химического вещества, скорее всего хлор-группы, как наиболее распространённого. Поэтому, мы теперь не ожидаем захвата заложников. Соответственно, скорее всего мы ожидаем исполнителя – одиночку. Иванов, тебе необходимо установить на видеонаблюдении торгового центра систему распознавания лиц. Мы загрузим в нее все имеющиеся сейчас у нас данные по негодяям из нашей базы данных, в том числе и фотороботы. И будем постоянно её актуализировать.

- Юрий Максимович, там камеры древние, в них не видно ни хрена. Они не смогут распознать лица, потому что они их даже разглядеть не смогут.

- Ну так поменяй их. Ты же там управляющий вроде. Выдели средства.

- Не получится. Это сумасшедшие деньги. Мне никто не даст их потратить. Особенно потому, что истинную причину замены я озвучить не смогу, а какая-то другая правдоподобная версия мне в голову не приходит.

- Ну все, не все, но давай хотя бы на входных группах камеры поменяем. Я тебе помогу. Пришлю проверку из антитеррористического комитета. Они напишут предписание на замену камер на входах.

- А можно не предписание? А хотя бы рекомендацию.

- Почему так?

- Да там собственник, Зубов, повернутый на том, что он не может быть виновным ни в чём. Он очень болезненно относится ко всяким предписаниям, актам, статьям в интернете и соцсетях. Он мне за это предписание потом всю душу вынет. Я, блин, на рядовые сообщения каких-то упырей на городских порталах часами пишу сообщения с ответами под руководством Зубова. Времени жалко.

- Добро. Будет тебе не предписание, а рекомендация.

Далее, Старый обратился к Игорю Ранненкову, опытному оперативнику, который курировал мою работу в последние несколько месяцев. С Игорем мы познакомились более десяти лет назад. Я тогда только перешел на службу в Контору, и как раз выпала моя очередь в командировку на Северный Кавказ по ротации. Вот как раз у Игоря я дела там и принимал.

Высокий, подтянутый, спортивного телосложения и стрижкой ежиком, как у Шварценеггера в фильме “Коммандос” опер внешним видом больше напоминал спецназовца. На мое замечание по этому поводу он ответил, что хоть он и спортсмен, но больше предпочитает кабинетную работу, чем рейды по горам и бесконечные командировки в разные уголки страны, где, как всегда, происходит «перманентная жопа». Я еще подколол его тогда, не смущает ли его, что такую пафосную речь он произносит стоя в камуфляже и бронике посреди Наура?

- Игорь, я думаю, что тебе тоже скоро пора выезжать на место и подключаться к работе. Давайте подумаем над легендой и в течение нескольких недель тебе бы надо оказаться там. Чует мое сердце, что события не заставят себя ждать. Очень сейчас в мире обстановка напряжённая. По мнению наших «западных партнеров», массовый теракт на территории России может существенно повлиять на активность нашей страны в международных делах. Поэтому риски возрастают.

- Юрий Максимович, мы сейчас как раз ищем технического директора на объект. Я могу Игоря порекомендовать. Скажу, что мы вместе работали в Калининграде. Пусть прикинется инженером - строителем.

- Так и поступим. Готовьте легенду, прикрытие, обеспечение. Будем внедрять.

- Игорь, у тебя будет задача взять на контроль все инженерные системы, пожарку, видеонаблюдение, СКУД, сигнализацию. Обеспечь вывод картинки с камер себе и Иванову на смартфон. Плюс сделаешь резервный канал непосредственно к нам в офис, чтобы наша программа тоже следила. Готовимся к тому, что скоро мы будем иметь фоторобот подозреваемого. Работаем.

Глава 7

Праздничный день 23 февраля начался для меня с того, что в шесть утра пришло сообщение от Зубова, в котором он мне написал о том, о чем я и так, без него, хорошо знал. Он писал о том, что недоволен мной, что у него есть информация как я плохо управляю персоналом, абсолютно не требовательный, попустительствую, не вникаю в суть вопросов и процессов, и вообще, я поверхностный и неглубокий. В конце сообщения был вопрос: готов ли я взять себя в руки и начать уже работать по-настоящему. Или нам пора прекратить трудовые отношения.

Ну прямо скажем, такое себе поздравление с Днём защитника отечества.

Конечно же я ответил, что я готов и дальше работать, и развиваться, и погружаться, и вовлекаться. Мне надо было ещё несколько месяцев продержаться. Хорошо, что в скором будущем на объекте появится Игорь. Хотя и не так скоро, как мне хотелось бы. Потому что я пока не смогу порекомендовать его на должность технического директора. Для начала мне необходимо восстановить свою репутацию в глазах Зубова и, я думаю, в глазах Натальи Андреевны тоже.

Надо срочно включаться в работу более интенсивно. Иначе и правда уволят. А мне пока нельзя.

⁕ ⁕ ⁕

После праздника был серьёзный и неприятный разговор с Натальей Андреевной. Она тоже была мной недовольна. И особенно в выражениях не стеснялась, чувства мои беречь не собиралась.

Как бы там ни было, но в итоге, мне дали второй шанс. Которым хорошо бы было воспользоваться. Тем более, что почти во всём она была права.

Блин, ну нет у меня времени ещё и коммерческую работу работать, когда своей невпроворот! Однако это никого не волнует…

Глава 8

Показать все свои лучшие управленческие качества мне помог случай. Несчастный случай. Даже трагедия.

Речь идет о пожаре в Кемеровском торговом центре, в котором погибли более шестидесяти человек, половина из которых дети.

Как только стало известно о трагедии, то группа оперов из нашего отдела во главе со Старым, немедленно отправилась в столицу Кузбасса.

Естественно, что первая наша мысль была о том, а не тот ли это теракт, который мы спокойно ждём в центральной части страны. Не ошиблись ли мы с определением места и времени преступления. Ведь по отрывочной информации, поступавшей из СМИ публично, а от коллег из силовых ведомств, непублично, получалось очень много совпадений. Место действия – торговый центр, большое количество жертв, погибшие дети, зона развлечений. Всё очень – очень сильно напоминало по своим признакам террористическую атаку.

Именно поэтому, наши спецы вылетели в Кемерово первым же рейсом.

Через семь часов после первого сообщения в средствах массовой информации, мне позвонил Старый прямо из эпицентра событий.

- Жень, выдыхай. Не наш клиент отработал. Здесь, судя по всему, причина была в вопиющем нарушении пожарной безопасности. Похоже, что коротнула проводка, загорелась оплётка кабеля и горящие куски пластика стали капать в детский сухой бассейн. Когда я сказал «выдыхай», я имел в виду – «не расслабляйся»!

- Сухой бассейн? Это что?

- Ну типа бассейна, где вместо воды кусочки поролона. Дети в таких любят валяться. Естественно, поролон загорелся. Очень быстро. Через четыре минуты весь этаж уже заволокло дымом.

- А сигнализация сработала?

- Сигнализация была включена не в автоматическом, а в ручном режиме. То есть на пульт охранника сигнал поступил, а оповещение по всему торговому центру не сработало. Этот самый охранник должен был включить его вручную, но он решил сначала посмотреть на месте, что происходит. В итоге время было потеряно.

- И много человек в реальности сгорело? А то в новостях какая-то противоречивая информация?

- Судя по всему, если формально, то, не сгорел никто. Все жертвы отравились продуктами горения. Система дымоудаления на объекте отсутствует.

- А правда говорят, что дети в кинозалах были заперты на ключ и поэтому не смогли оттуда выйти?

- Разбираемся. Был один свидетель, который находился в кинозале. Он утверждает, что из них просто невозможно было выйти. В коридоре кромешный дым, видимости никакой. Поэтому взрослые приняли решение закрыться в зале и ждать помощи. Надеялись, что пожарные их спасут. Однако пожарные не успели.

- А почему свидетель “был”, он что…?

- Он уже умер.

- М-да, дела…

- Да трындец полный. Сейчас будем разбираться по полной. Не верю я, что никто не знал о неисправностях и нарушениях по пожарной безопасности. Дальше начнутся разборки. Я попросил, чтобы наши взяли на контроль. Чтобы ни одна сука от возмездия не ушла!

- Что теперь дальше? Это происшествие не заставит тех, кого мы ждем отказаться от своей акции?

- Я думаю, что нет. Наоборот, с точки зрения нагнетания паники и раскачки ситуации, два подряд трагических случая в торговом центре с большим количеством жертв, будут им только на руку. Однако, шумиха, которая сейчас поднимется вокруг зоны детских развлечений в частности и торговых центров, в целом, нам будет только на руку. Время акции отодвинется на какой-то срок. Пока всё не утихнет.

— Это хорошо. Хоть Игоря успеем легализовать.

— Это, во-первых. А во-вторых, я сегодня же инициирую перед Директором вопрос о необходимости внеплановых прокурорских проверок всех торговых центров в стране. С особым упором на пожарную безопасность, ну и на безопасность вообще. Это тебе в помощь будет.

- Какую помощь? - что-то я не уловил глубокий замысел своего начальника.

- Ну как «какую»? Есть у тебя сейчас какие-то проблемы по пожарке на объекте?

- Да, как и у всех. Эвакуационные пути могут быть местами загромождены, материалы хранятся в неположенных местах, нет- нет, да и охрана повесит замки на эвакуационных выходах.

- Ну вот. А перед проверкой ты сделай так, чтобы все эти нарушения устранили. Это тебе же надо. У тебя совсем скоро эвакуация возможно будет, а возможно и спецназ заходить будет. А как это сделать, если замки на дверях.

- Ну, со спецназом мы ещё в ноябре отработали. Они весь объект изучили. Когда к нам в торговый центр привозили кубок мира по футболу, спецы три дня на объекте находились. Я под видом роты ОМОНа разместил наших «тяжелых» из ЦСН. Они все здание, все входы – выходы изучили. В том числе и альтернативные.

- Ну всё равно ты там сейчас давай развернись по полной. Может и замену камер под это дело согласуешь. А чтобы со стороны твоего руководства прислушивались, мы непосредственно для проверки именно твоего объекта назначим прокурора района. А вот пожарных инспекторов мы пришлём из областного главка. Чтобы было меньше возможностей договориться у вас там. Самого лютого попрошу, чтобы назначили. Ну и для усиления эффекта именно на твой объект приедут три съёмочные группы федеральных телеканалов. Под таким эмоциональным давлением, я думаю твоё руководство тебе окажет всестороннюю поддержку в устранении имеющихся нарушений.

⁕ ⁕ ⁕

Письмо о том, что нам назначена прокурорская проверка пришло в торговый центр, как это водится, после обеда в пятницу. В нём говорилось о том, что со среды за нас возьмутся.

Я вызвал ответственного за пожарную безопасность и инженера объекта. Это главные люди, которые лучше всех знают состояние дел с пожарными системами. Поставил им задачу, чтобы ещё раз прошли все помещения торгового центра и с пристрастием проверили на предмет нарушений, и чтобы до среды всё устранить и ждать инспекцию с чистой совестью.

На том и порешили.

Следующим утром я позвонил ответственному за пожарную безопасность и спросил:

- Николай Сергеевич, как у нас продвигается вопрос с составлением реестра замечаний по вашему направлению?

- А никак. Вчера ничего не успели, а сегодня и завтра выходные дни.

- В смысле «выходные дни»?! Да если у нас к среде будут выявлены замечания, нас вообще могут закрыть на девяносто дней. Представляете какие мы понесём убытки? Вы там вообще с дуба рухнули совсем?!

- А что я могу сделать? Инженер и его сотрудники мне не подчиняются.

- Я услышал. Встречаемся с вами на объекте через два часа.

Возмущению моему, конечно, не было предела. Мало того, что я сам уже давно жил в ритме, в котором суббота и воскресенье – это просто название дней недели, а никак не повод всё бросить и отдыхать, так ещё коллеги не понимали, что из-за их слишком лёгкого отношения к жизни, компания которая платит им зарплату, может влететь на колоссальные деньги. Такая человеческая тупость в моей голове не укладывалась.

Но это просто эмоции. А если по делу, то закрытие торгового центра по решению суда могло спровоцировать террористов выбрать для атаки другой объект, о котором мы не будем ничего знать. И может произойти трагедия.

Поэтому я позвонил помощнику и поставил ему задачу обзвонить всех инженеров службы эксплуатации и сообщить им, что я назначил совещание через два часа на объекте. Кто будет отсутствовать – тот будет уволен к чёртовой бабушке.

Через два часа все собрались у меня в кабинете. Зашли и сели с понурыми лицами всем своим видом показывая мне своё отношение к происходящему. В каждом взгляде, за исключением ответственного за пожарную безопасность, я видел вопрос: «Тебе что, больше всех надо что ли?»

И вот именно это показное отношение, этот пофигистический настрой разбудил во мне уже подзабытые инстинкты кадрового пехотного офицера, который столкнулся со случаями саботажа и неподчинения со стороны бойцов. Ну держитесь, господа! Я и не таких, как вы, умел заставить подчиняться!

Первые полчаса моей пламенной речи были посвящены интимным отношениям присутствующих сотрудников с предметами быта, дальними родственниками литературных персонажей, системой пожарной безопасности, отдельными гидрантами а также всех вышеупомянутых между собой. Три креста поперек межпозвоночной и поясничной мышцы вдоль три – господа в душу загиба Петра великого через задний проход великомученика Бенуила и Афиногена и их матери… как-то примерно так.

После того, как я убедился, что все достаточно прониклись серьезностью сложившейся ситуации, я начал ставить задачи. Тут тоже всё было просто. В течение двух-трех часов комиссионно, чтобы каждый своими ножками прошёл весь объект сверху донизу, совершался обход объекта. Все замеченные нарушения фотодокументировались. После этого все фото были распечатаны, здание было поделено на сектора. За каждым сектором был закреплён отдельный ответственный, которому вручалась пачка фото именно его сектора. Задача ответственных состояла в том, чтобы устранить все замечания до обеда вторника в отведенном им секторе. Полдня я решил оставить в резерве. Координацией работ занимались инженер объекта и ответственный за пожарную безопасность.

Надо отметить, что на самом деле каких-то замечаний, которые могли бы повлиять на безопасность людей не было. Все системы торгового центра были работоспособны и несли дежурство в автоматическом режиме. Всё что мы выявили касалось больше режимных мероприятий: где-то были захламлены эвакуационные проходы, где-то отсутствовали доводчики на дверях, где-то стояла обычная дверь вместо противопожарной, где-то не был актуализирован план эвакуации. За такие нарушения вряд ли были бы серьёзные санкции. Поэтому я немного успокоился. Но! Ближе к вечеру позвонил Зубов и сказал, что наш центр должен пройти проверку вообще без замечаний. Возражения даже не стал слушать. А потом ещё целый час писал сообщения, явно недовольным тем, что я был настроен не на фантастический результат, а на реальный, земной. Ну ладно понятно, чо. «Принцессы не какают!» Ни один пункт замечаний в акте не должен опорочить светлое имя собственника. Я, конечно, даже после эмоциональной накачки, весьма скептически был настроен.

⁕ ⁕ ⁕

В оставшееся время до проверки нами, без преувеличения, был совершен трудовой подвиг. Люди работали по шестнадцать – семнадцать часов в сутки. Очень много приходилось решать внезапных задач и принимать моментальные решения. Если бы меня не было на месте, то мы на одних бы согласованиях всё время до среды и потеряли бы.

В итоге справились с задачей подготовки торгового центра к прокурорской проверке мы «на отлично». Замечаний конкретно к нам не было. Было несколько вопросов к большим федеральным и международным операторам. Вот их и оштрафовали. А нас не тронули.

Как и обещал Старый, приезжали федеральные корреспонденты, снимали репортажи. Мне стоило больших усилий, чтобы не попасть в объектив телекамер. Договорились с корреспондентами, чтобы интервью от лица администрации ТЦ будет давать ответственный за пожарную безопасность.

В процессе подготовки к проверке мне удалось, под шумок, заменить камеры на входных группах. Также удалось подключить программу распознавания лиц. Дополнительно были продублированы органы управления системы контроля и управления доступом всех противопожарных и тревожных систем. Теперь я или мои коллеги в Москве, могли дистанционно контролировать и управлять ими.

Через неделю все проверки закончились. Прошли мы их, повторюсь, очень хорошо. Нас всех похвалили, особенно ответственного за пожарную безопасность, который стал просто звездой в компании после телерепортажей о проверке в нашем центре. Премию мне, конечно, не выдали, в отличие от всех остальных задействованных в вышеописанном мероприятии, но к деньгам я всегда относился философски и понимаю, что деньги – не главное.

Однако была у этой медали и обратная сторона. Моя работоспособность, самоотдача и самоотверженность при выполнении поставленной задачи была положительным образом оценена, как собственником, так и Натальей Андреевной. По сути, именно с этого момента в их глазах начал формироваться образ меня, как руководителя со специализацией в области технической эксплуатации, безопасности, пожарной безопасности и управления персоналом.

Моё реноме, после бесславного старта, было восстановлено. Многие вопросы по согласованию рабочих вопросов стали решаться гораздо быстрее.

Глава 9

- Игорь, привет!

- И тебе не хворать.

- Готов приехать на собеседование? Создаём для тебя должностишку. Будешь техническим директором. А то мне одному скучно здесь.

— Это тебе что ли буду подчиняться?

- И мне тоже. Наверное. Я сам до конца ещё в структуре не разобрался. Сам уже два раза название должности сменил. Не меняя при этом функционал.

- Ну давай приеду. Почему бы не приехать.

- Только ты подготовься так, чтобы как следует произвести впечатление.

- Ой, ой, кто бы говорил. Сам просидел молча на собеседованиях, а меня учишь. Хотя если бы чего-то у тебя начали спрашивать, то поплыл бы, почти наверняка. Я, в отличие от тебя к собеседованию готов. Изучил все системы и принципы работы. Хотя я всё и так знал. Я, так-то, по первому образованию – инженер.

- «Инженер – химик», ты забыл добавить.

- Не важно. В дипломе написано «инженер».

- А ещё ты забыл добавить, что у меня на подготовку было два дня, а у тебя два месяца. Так что не умничай.

Как мы и предполагали, трудоустроить Игоря ко мне в комплекс оказалось не очень сложно. Его ум, природное обаяние, а также большой массив знаний произвел нужное впечатление и нас на объекте стало двое. Впервые за долгое время у меня немного спало напряжение, и я смог выспаться. Но только и всего. Потому что через неделю мы получили дополнительную информацию по исполнителю теракта, а также его фоторобот. Судя по всему, акция была назначена на период майских праздников. Придется побольше времени проводить в торговых галереях и поменьше в кабинете. Ну и очень большая надежда на систему распознавания лиц. Её наши технари попытались максимально усовершенствовать, чтобы она смогла попытаться разглядеть лица даже через плохую оптику стареньких камер. Но чудес в этой жизни не бывает.

⁕ ⁕ ⁕

Игорь потихоньку вливался в коллектив. Среди своих подчиненных он сразу стал пользоваться непререкаемым авторитетом. Потому что уже с первых дней работы стал ставить конкретные задачи и задавать вопросы по делу, требуя обстоятельных ответов, не давая возможности для саботажа. Ну и с остальными отделами и службами он сумел выстроить хорошие отношения, в силу своего природного обаяния.

А вот с Зубовым у него почему-то сразу не сложилось. У меня тоже не сложилось, если честно. Мне кажется, у Евгения Алексеевича было звериное чутье на тех, кто пришёл к нему работать не до конца своей жизни. Он как-то сразу мог распознавать «чужих», переставая испытывать к таким теплые чувства. Хотя еще неизвестно что страшнее: его игнор или его любовь!

Так вот, Игорь сходил всего на пару - тройку рабочих встреч, после чего Зубов попросил его больше не приходить. То не так сидел, то не так говорил, то не так смотрел, то позволил себе – о ужас!!! – улыбнуться, когда Зубова унесло в словесные дебри, в которых он сам заблудился.

После этого он просил общаться с ним только при помощи сообщений. А Игорь гаджеты не любит всем своим нутром. Особенно переписки. Ему всегда проще было позвонить, чем писать. Опыта в написании сообщений и вообще работы с мессенджерами было мало.

Ну и, вполне в логике развития событий, наступил тот неотвратимый момент, когда Игорь, находясь параллельно в переписке с женой и Зубовым, случайно отправил ему сообщение, которое написал жене. В этом сообщении он не совсем корректно поделился с супругой своим мнением о том, что его нынешний шеф уволил народ, а теперь из-за нехватки персонала достаёт Игоря задачами, не совсем ему свойственными, в соответствии с должностной структурой.

Зубов же, прочитав это сообщение, видимо весьма удивился, но быстро сообразил, что оно предназначалось не ему. Недолго поразмыслив, он решил, что неизвестным адресатом был я. Написав Игорю в ответ, что это сообщение Иванову, а не ему, работодатель прекратил с Игорем общение в том числе и посредством сообщений. Хорошо хоть не уволил, а то Старый бы просто придушил за такой провал.

Мы, конечно, посмеялись над этой ситуацией с сообщением, но в итоге она сыграла нам на руку, так как у Игоря от отсутствия общения с собственником стало больше времени на контроль видеонаблюдения и патрулирования галерей.

Глава 10

Это произошло в начале мая. Шёл спокойный рабочий день между первыми и вторыми майскими праздниками. В торговом центре было повышенное количество посетителей, потому что проходил фестиваль коллективов известного российского шоу-балета. Участники приехали со всего ЦФО, а вечером был запланирован гала-концерт. Несколько тысяч детей под одной крышей – это то ещё испытание для всех. Шум, гам, веселье, репетиции прямо в торговых галереях торгового центра, активные игры типа догонялок или пряток, а также хождения по магазинам, заседание на доброй половине фудкорта. Административная служба, клининг и охрана весь день трудились на грани своих физических возможностей. В следующий раз нужно обязательно вызвать персонал на усиление.

А что будет твориться вечером, когда все эти коллективы будут выступать для двух с половиной тысяч зрителей, я даже и представить себе не мог, хотя для торгового центра, чем больше людей – тем лучше. И тут меня обожгла мысль: более идеального момента для проведения террористического акта просто не придумать! Но додумать эту мысль я не успел, потому что мне позвонил Игорь:

- Женя, я нашёл его! Один в один рожа с фоторобота и ведет себя подозрительно. Звони нашим, пусть отправляют группу захвата, а наружка пусть подключается к мониторингу камер в режиме реального времени. Он сейчас заходит в «Ашан» со стороны спортивного магазина. Я пойду за ним. У него в руках пакет и больше ничего, ни сумки, ни рюкзака. Буду действовать по обстановке. По возможности подгребай. Как будешь подходить, набери меня, я сориентирую, в каком конкретно месте мы находимся.

Началось! Срочно связаться со Старым, доложить обстановку, запросить помощи и выдвигаться навстречу Игорю. Если подозреваемый не будет делать резких движений, то мы просто дождемся «тяжелых» и они его профессионально возьмут за цугундер, без лишнего шума.

Также необходимо поставить задачу группе наблюдения, чтобы по камерам отследили его перемещения по зданию, вдруг он уже где-то оставил «подарочек». Ведь ни сумки, ни рюкзака у подозреваемого с собой нет. А еще надо дать распоряжение, чтобы охрана усилила бдительность и провели внеочередной обход совместно с администраторами на предмет обнаружения бесхозных вещей, особенно в районе концертного зала и фудкорта, там, где наиболее плотная концентрация детей. А вот уже после всего этого можно выдвигаться на помощь Игорю.

От моего кабинета до «Ашана», расположенного на противоположной стороне торгового центра, расстояние составляло более пятисот метров. Если пешком, то примерно шесть минут ходьбы. При этом не стоило привлекать к себе внимание, поэтому нельзя было идти очень быстро или бежать.

Я успел преодолеть всего полпути, когда позвонил снова Игорь:

- Срочно связывайся с нашими, пусть немедленно гасят камеры в «Ашане» стирают у них на сервере архив минут десять назад от текущего момента.

- Что там у тебя произошло?

- Тут такое дело, этот чувак похоже что-то заподозрил, начал озираться по сторонам, дергаться. Рука у него постоянно к карману внутреннему тянулась. А тут я ещё разглядел на нём «пояс шахида», ты же знаешь я после Казани его ни с чем не спутаю (несколько лет назад, в Казани, погиб наш сослуживец, накрыв своим телом террориста-смертника, приведшего в действие взрывное устройство. Игорь в тот момент находился рядом и только благодаря самопожертвованию коллеги остался жив).

- И что в итоге?

- В итоге мы с ним внезапно столкнулись нос к носу в алкогольном отделе, он потянулся к взрывателю, но не успел, я успел быстрее. От души и со всей пролетарской ненавистью… Короче, можешь доложить, что террорист нейтрализован.

- На глушняк?

- Конечно! С гарантией, как учили. Без шансов для урода. Пока еще рядом никого не было, я его обыскал, и пояс с него снял, от греха подальше.

- Ладно, давай. Скоро подойду.

На ходу отчитавшись Старому о неожиданных итогах операции, я как раз дошел до Игоря в алкогольный отдел гипермаркета. Он стоял не возле тела, а немного поодаль, чтобы не привлекать к себе внимания. В руках он держал пакет, изъятый у нейтрализованного террориста, в который положил также снятый с него пояс смертника со взрывчаткой.

К тому моменту, как я подошёл, кто-то из покупателей уже обратил внимание на неподвижно сидящее тело мужчины и уже позвонил в скорую помощь, а также в администрацию магазина.

Еще через несколько минут карусель событий завертелась в соответствии с утвержденными протоколами. Сотрудники гипермаркета оперативно огородили место происшествия палетами с товаром, перегородили вход к стеллажам, чтобы никакой любитель записывать видео не смог заснять тело. Потому что мертвое тело в продуктовом магазине популярности этому самому магазину совсем не добавляет. Спустя пару минут появились медики торгового центра, которые констатировали смерть, еще через несколько минут подошёл участковый. Надо отметить, что опорный пункт полиции находился прямо на территории нашего торгового центра. Как оказалось, очень кстати.

За это время мы с Игорем, параллельно, решили вопрос с эвакуацией тела. Под видом труповозки должны будут подъехать специально обученные люди и отвезти тело в ведомственный МОРГ для вскрытия и досконального изучения. Также решили, что официальная версия смерти будет – сердечный приступ. Ну это на тот случай, если вдруг кому-то что-то станет известно. Ну и для доклада Зубову. Об этом его точно придется проинформировать.

Оставив Игоря контролировать процесс, я вышел на улицу, стрельнул у случайного прохожего сигарету, сел на скамейку и закурил. Десять лет не курил. Голова сразу же закружилась, подскочило давление и заколотилось сердце.

Откинувшись на спинку, я закрыл глаза, сидел курил и ни о чем не думал. И с каждой затяжкой напряжение, сковывавшее меня последние несколько месяцев, постепенно отпускало. Мы сделали это! Злодей уничтожен, преступление предотвращено. Осознание этого факта наполняло душу гордостью за достигнутый результат. Как там в песне поется? «Это лучшая в мире работа!» Да! Именно! Это лучшая в мире работа!!! И сделали мы еще очень хорошо. А это значит, что скоро домой. Наконец-то!

Еще недолго пожить в ненавистной мне легенде - и аривидерчи!

Глава 11

- Ну, теперь жду от вас, господа, обстоятельного доклада по финальной стадии операции, - Старый прилетел к нам первым же рейсом. Благо лететь от Москвы всего сорок минут.

С ним также прилетел Денис Изотов, молодой опер, который перешел к нам из управления «В», после того как получил тяжёлое ранение в очередной командировке на Северный Кавказ, сделавшее его службу в спецназе невозможной. Денис, как и я, учился в пограничном институте, поэтому мы с ним на этой почве быстро сошлись и можно сказать подружились.

Хотя дружба не отменяла некоторых особенностей его личности, которые меня иной раз немного напрягали. Его даже Старый, в глаза называл Денис «а почему нельзя?» Изотов. Все потому, что это был его любимый вопрос. В любой ситуации, при принятии решения, он всегда выбирал наиболее прямолинейный и наиболее короткий пусть достижения цели. Не думая над другими вариантами, не анализируя сопутствующие факторы и возможные последствия. А при согласовании деталей с коллегами всегда потом удивлялся – а почему нельзя именно так, как предложил он? Такой подход ему, а также и всем нам, поначалу, сильно мешал, но со временем мы привыкли и просто учитывали такую особенность Дениса. Тем более, что во всех остальных вопросах он был надежным, профессиональным и порядочным.

И еще, конечно, чего у него было не отнять, так это умение общаться с противоположным полом. Высокий голубоглазый блондин с хорошо подвешенным языком был нашим секретным супер - оружием. За время совместной работы я ни разу не помнил случая, чтобы у Дениса хоть раз был бы сбой во взаимодействии с женщинами.

На вопрос шефа начал отвечать Игорь:

- Ну, если коротко, то, когда я зашел за ним в гипермаркет, он почему-то начал дёргаться. При этом, меня он точно не мог срисовать, потому что я держался на отдалении. Может чуйка какая. А может он под наркотой был и приход начался. Я не знаю, но с каждой минутой он начинал нервничать всё сильнее и сильнее. Поэтому я и решил сблизиться с ним, чтобы проверить, что у него может быть с собой. Он был с пакетом, но тот выглядел слишком маленьким и почти пустым для взрывного устройства. Оставалось два варианта: либо он уже пустой и сделал закладку до того момента как попался мне на глаза, либо у него было под кофтой. Ну, короче, пришлось подбираться к нему поплотнее. Я аккуратно, конечно, максимально подкрадывался, но учитывая его возрастающую неадекватность, пришлось немного пренебречь осторожностью для скорости.

- Ну а что дальше-то произошло?

- Что, что? Когда я проходил мимо него, в расстёгнутый ворот кофты увидел подвесную систему, как у «пояса шахида». Я, конечно, прошел мимо, даже вида не подал. Честно. Думал, что сейчас обойду вокруг стеллажей с алкоголем и зайду ему со спины, чтобы контролировать ситуацию. Однако, когда я повернул за витрину, я нос к носу с ним же и столкнулся. На расстоянии вытянутой руки. А он в этот момент, похоже, всё понял и полез рукой за пазуху. Дальше я уже не думал. Схватил его левой рукой за его руку, чтобы помешать привести СВУ в действие, а правой снизу в подбородок с проносом, со всей силы. Ну и переборщил, как оказалось. Хорошо, что мы были одни с ним в этом месте, других покупателей рядом не было. Пока он хрипел, задыхался, я его по – быстренькому досмотрел. На подвесной системе со взрывчаткой никаких замков или других каких-то секреток не обнаружил. Примотанного к проводам мобильного телефона или другого радиоприёмника – тоже. Судя по всему, теракт действительно должен был быть совершен путем самоподрыва смертника. После этого я снял с него взрывчатку, обшарил карманы, всё что было сложил в его же пакет и позвонил Иванову, чтобы он отключил камеры магазина и удалил архив. Ну и еще чтобы доложил вам.

- Ты понимаешь, что ты сильно рисковал? Это не твоя работа террористов обезвреживать! А если бы у него палец на кнопке был? И он успел бы активировать СВУ? Ты подумал о последствиях?

- Ну, тогда бы теракт тоже бы был предотвращён с минимальными потерями в лице меня и, может, пары - тройки человек в торговом зале. Потому что всю взрывную волну приняли бы на себя бутылки с жидкостью и успешно её погасили бы.

- Но ты бы погиб!

- Но я бы погиб. А жене однушку в Одинцово дали бы. Как вдове Героя России.

- Ты сейчас это серьёзно?

- Ну да! Юрий Максимович, а что мне было делать? Мне показалось, что он собирался привести в действие заряд.

- Что у него было с собой?

- Да ничего интересного: бомба, бутылка минералки, ну или из-под минералки с какой-то жидкостью, банковская карта и наличкой полторы тысячи. Я всё передали экспертам.

- Система опознавания лиц в видеонаблюдении, я так понял, не сработала?

- Не сработала. Я этого гада случайно увидел. Шёл яблочек купить. Там у бабульки, напротив касс «Ашана» яблоки вкусные, из местных садов.

- Игорь! Избавь нас, пожалуйста, от подробностей.

- Ладно.

- Спасибо!

На этот моменте у шефа зазвонил телефон, и он отошел к окну поговорить. Вернулся минуты через полторы и продолжил:

- Итак, что мы имеем к настоящему моменту? Как мне сейчас сообщили, труп уже опознали. Никому не интересный ранее неоднократно судимый наркоман. Постоянное место жительства в Коломне. По нему уже местные коллеги работают, скоро будет полная информация. Однако, как-то всё странно, товарищи, вы не находите?

- А чего странного, товарищ полковник? Пришёл злодей с бомбой, злодея ликвидировали. Всё как надо получилось, – это Денис встрял в разговор.

- А то странно, что информацию о предполагаемом теракте мы получили без малого полгода назад. За это время сумели подготовиться, провести колоссальное количество мероприятий, задействовали огромное количество сил и средств. А они? За полгода смогли только найти наркомана, которого наняли за дозу и который даже не понимал, что делает? Не понимал, чем это для него может закончиться. Здесь что-то не то, ребята. Вот скажи мне, Иванов, в чём ты видишь главную несуразность и неправильность произошедшего?

Это уже Старый ко мне обратился. А что ему ответить, если до сего момента, я вообще никаких нестыковок не видел? Я просто радовался, что работа сделана и я скоро вернусь домой. А получается, рановато радовался.

- Ну… Дело в том, что меня насторожило, так это то…

- Ну не тяни. Я хотел тебя в пример коллегам поставить, мол, смотрите, как у него мозг работает быстро, как анализирует!

Точно! Есть! Нашел!

- Дело в том, что не логичен способ подрыва. Если используется «пояс шахида», то либо подрыв производится дистанционно и носитель не принимает решение на инициацию взрывного устройства, поэтому в таком случае можно использовать, в том числе и наркоманов. Либо, второй вариант, подрыв совершается самим смертником. Но в таком случае это внутренне очень замотивированный человек, добровольно сделавший свой выбор и готовый идти до конца. И во втором случае, это не может быть наркоман. А у нас получается подрывник-смертник, без возможности дистанционного подрыва, но при этом наркоман.

— Вот именно! Как раз это я и имел в виду. Там же ведь не дураки сидят. Почему такая глупая схема?

- Да я, вообще, если честно, не смертника ждал. Гораздо более логично было бы рюкзачок какой в толпе оставить и дистанционно активировать. Ну, правда, у нас охрана на такие вещи надрессирована, сразу место оцепляют, никого не подпускают. Но тем не менее. В толпе и неразберихе, особенно как сегодня, один рюкзак никто бы и не заметил.

- Получается, что террориста мы нейтрализовали, но, похоже, что это был какой-то отвлекающий манёвр. Или проверка.

- Кого проверяли?

- Нас! Нас проверяли. Так, давайте заново. Отмотаем всю историю назад. Мы получаем информацию о возможном теракте полгода назад. При этом информации достаточно, чтобы идентифицировать конкретный торговый центр, но нет почти ничего о способах и исполнителях акции. Через короткое время агент, добывший вышеуказанные сведения погибает. Но погибает после того, как получил задание на уточнение сведений. То есть после того, как мы дали в его сторону обратную связь о том, что мы заинтересовались тем, что он нам передал. Дальше мы начинаем операцию по обеспечению безопасности, нелегально внедряем Иванова в трудовой коллектив и готовимся ко встрече террористов. И очень хорошо, что нелегально. Для тех, кто наблюдал за торговым центром, никаких видимых изменений не происходит. Тогда они вбрасывают нам фоторобот предполагаемого террориста. Кстати, фоторобот, по факту оказавшийся очень похожим на оригинал. Мы усиливаем бдительность, командируем Игоря, настраиваем систему опознавания лиц. Но снова всё это происходит незаметно для наблюдающих, потому что снова нелегально. И они думают, что мы снова никак не отреагировали. И уже в качестве контрольной проверки отправляют к нам наркомана с бомбой. Хотя, ещё и неизвестно, бомба это или нет. Надо подождать экспертизы. Не удивлюсь, если просто пластилин, на котором сосуды с обычной водой. И в случае, если я прав в своих рассуждениях, то его сопровождали и за ним наблюдали. А это значит, Игорь, что тебя срисовали. И уже, наверное, раскрыли. И получается, что частично раскрыли нашу операцию.

- Почему частично, товарищ полковник?

- А потому что Иванова не срисовали. Ты же позже подошёл? – это снова вопрос ко мне.

- Да, я минут через пять только появился. Со стороны могло выглядеть, как будто случайно пересеклись. Как минимум, я старался, чтобы именно так это и выглядело.

- А вот это мы уже скоро узнаем. Денис, свяжись с технарями, пусть изучат все видео со всех камер и попробуют найти наблюдателя. Пусть зафиксируют тех, кто вошел в магазин вместе или немного после подозреваемого, и сделают идентификацию каждого. Ну и кто во сколько покинул торговый зал после гибели наркомана. Короче, надеюсь, что ты замысел понял и сам им всё объяснишь. А пока продолжаем работу, всё в том же режиме, и в том же графике. Ничего ещё не закончилось, ребятки.

Глава 12

К сожалению, как и предполагал Старый, после изучения видео с камер наблюдения, среди десятка посетителей из тех, кого не удалось идентифицировать, оказался один очень подозрительный персонаж.

Он приехал на одном автобусе с предполагаемый исполнителем теракта, за всё время нахождения того в торговом центре не упускал его из виду, но держался на расстоянии. Что конкретно произошло между Игорем и наркоманом, он видеть не мог, так как мешало торговое оборудование, но самого Игоря он видел, и что у него в руках оказался пакет, который до этого был в руках у террориста, он тоже увидел. А когда он разглядел, что наркоман лежит обезвреженный на полу, то сразу же покинул здание и ушел в сторону большого пустыря на северной стороне торгового центра, заросшего кустами и ёлками в ожидании того светлого момента, когда на его территории будет построен новый город, анонсированный Зубовым несколько лет назад. Ну и, соответственно, на этом пустыре среди елок он и потерялся из виду.

Ещё одной особенностью этого персонажа было то, что одет он был в толстовку достаточно просторного фасона с капюшоном, кепку, а на лице носил медицинскую маску. В доковидную эпоху, скажу я вам, достаточно редкое явление, хотя уже и привычное, после истерики прокатившейся над страной по следам эпидемии “птичьего гриппа”. То есть люди в масках интереса у окружающих не вызвали, хотя еще и выглядели на улицах городов достаточно дико.

Ни до каких поверхностей подозреваемый в здании торгового центра и на прилегающей территории не прикасался, ни отпечатков пальцев, ни потожировых следов, соответственно, не оставил.

В результате экспертизы снятого с трупа оборудования, было установлено, что у обезвреженного преступника на себе было размещено реальное самодельное взрывное устройство с электродетонатором, которое приводилось в действие посредством пульта, расположенного на передней стороне конструкции. Никаких радиопринимающих устройств, позволяющих совершить дистанционный подрыв, в конструкции устройства не было. Получается, что привести бомбу в действие мог только лично террорист – смертник.

Таким образом, наши действия по ликвидации преступника были признаны грамотными, организованными, хорошо спланированными и достойными поощрения со стороны руководства.

На подвиг, конечно, эта реализация не тянула, но на героический поступок – вполне себе.

* * *

Через неделю после описываемых событий, нас с Игорем снова вызвали в Москву, к шефу.

- Ну, проходите, присаживайтесь, герои. Как добрались?

- Всё хорошо. Быстро и комфортно.

- Отлично! Тогда поговорим о наших общих делах. Во-первых, хочу вас поздравить, Указом Президента, за заслуги в обеспечении безопасности страны, вам присвоены государственные награды. Подполковнику Ранненкову – орден, а подполковнику Иванову – медаль. В ближайшее время Директор лично вручит вам заслуженные награды.

- Служим России!

- Во-вторых, в связи с тем, что Игорь, скорее всего, всё-таки засветился, будем его выводить из операции. Ещё пару месяцев там побудет - и эвакуация.

- А я?

- Не перебивай! Игорь, мы установим за тобой наблюдение, постараемся выяснить, будут эти ребята тебя пасти или нет. Возможно, удастся ухватить ниточку и выйти на организаторов всей этой не очень понятной операции.

- Ой, Юрий Максимович, вы кому фары протираете? Вы установили наблюдение за мной ещё в тот же день. Как маленький, ей Богу!

- Заметил, да?

- Блин, ну я же не первый день на оперативной работе, всё-таки начальник отделения, уже трижды орденоносец…

- И девочки из столовой смотрят? – поддержал Старый адаптированную Игорем цитату из фильма «В бой идут одни старики».

- Ага. И девочки из столовой!

- Ну ладно, ладно. Ты прав. Взяли тебя плотно ещё в тот же день, когда ты террориста уработал. Накажу наружку, за то, что неаккуратно работают. А тебя, кстати, не сопровождаем, — это уже ко мне.

- А я знаю. Я ведь ничего не заметил.

- Гляди-ка, ещё один…орденоносец. Ладно, продолжу. Пару месяцев ещё ждем, смотрим. Я, со своей стороны, пока буду раскручивать историю с другого конца. Необходимо выяснить, кому это вдруг так стала интересна система безопасности торговых центров.

- А я как? – снова спросил я.

- А с тобой у нас отдельная история будет.

- Что-то начало мне ваше совсем не нравится, товарищ полковник.

- Мне тоже не особо, но! На днях было совещание у Директора, я докладывал в целом по твоей операции.

- Ага, «по моей». Если операция моя, то почему орден Ранненкову дали, а не мне? - пробурчал я под нос, но так, чтобы Старый не услышал.

- По итогам всего сказанного, Директором было обращено внимание на тот факт, что торговые и развлекательные комплексы, как-то выпали из-под пристального взора наших с вами очей. Курируются региональными бэтэшниками по мере сил и явно не в приоритетном порядке. В отличие, допустим, от объектов энергетики, ВПК, химической отрасли, объектов транспортной инфраструктуры. Короче! Принято решение организовать в структуре Аппарата прикомандированных сотрудников группу с подчинением центральному аппарату, которую будет курировать наша служба. Эта группа будет отвечать за безопасность всех крупных торговых и развлекательных комплексов на территории каждого субъекта Федерации. Приказано на твоём примере этот пилотный проект отработать и дальше реализовывать по другим регионам.

- Получается, что я остаюсь?

- Ну, получается так. Только с другими задачами и полномочиями. Сколько говоришь у вашей компании торговых центров?

- Два. И ещё два строятся. И ещё штук десять наберется в мечтах инвестора.

- Ну, вот и хорошо. Твоя задача будет заключаться в том, чтобы реализовать на этих объектах максимально эффективную систему безопасности, при этом, не выдавая себя, и с соблюдением всех положенных в этом случае мер конспирации, здесь для тебя ничего пока не меняется. Потому что ведь не зря же нам закинули наживку с этим шахидом – неудачником. Не зря наблюдали. Может и сейчас наблюдают. Так что продолжаем пока работать, булки не расслабляем. Точка в этом деле ещё не поставлена. Ну и параллельно думай, как всю систему настраивать, с учетом уже новых факторов.

- А как я могу за все торговые центры отвечать? Я ведь в одном работаю.

- Ну, ты пока в одном хотя бы порядок наведи. А там видно будет.

* * *

Если честно, я до конца так и не понял великого замысла Директора и своего шефа. В каком статусе мне продолжать существовать? Если и дальше в нелегальном, то у меня не будет и десятой доли тех полномочий и возможностей, которые мне необходимы для достижения выполнения всех поставленных задач. Если же переходить в легальный статус, то с должности управляющего надо уходить, на должность советника или заместителя, причем на уровень Зубова. Хотя, насколько я знаю, в коммерческих структурах апээсы большая редкость. Странно всё как-то.

Короче, куча вопросов и минимум ответов.

Но я знал, когда можно задавать вопросы руководителю, а когда лучше не стоит этого делать. Когда лучше промолчать и исполнять ровно то, что тебе приказали. Исполнять, выжидая удобного случая, чтобы прояснить обстановку, либо получить уточнение.

Если бы у Старого было что дополнить, он обязательно дополнил. Видимо и сам не всё ещё до конца понимает. Но зная его, уверен что он сейчас поступает точно так же, как и я: ответил «Есть. Так точно!» и начал исполнять полученный приказ. А при случае задаст уточняющий вопрос и уж, будем надеяться, что про меня тоже не забудет и какие-то подсказки даст.

А пока значит, будем заниматься коммерческой деятельностью. Набираться опыта и совершенствовать систему безопасности.

Глава 13

В довершение ко всему, через некоторое время, уже перед нашим отъездом из Москвы, Старый ещё раз вызвал нас с Игорем к себе.

- А знаете, что я подумал, друзья мои? – если начальник обращался к нам «друзья мои», это всегда означало, что поведёт он себя совсем не как друг. Исключением не стал и этот раз.

- Не знаем, но очень интересно, товарищ полковник, - переглянувшись с Игорем мы ответили практически в унисон.

- Я подумал, что какая-то лафа у вас, а не служба там, далеко от Москвы, на благословенном юге. Отдыхаете, расслабляетесь, водку пьёте.

- Нифига себе, «расслабляетесь»! Вон какого лютого террорюгу ушатали, Родина за такое достижение наградами отметила. И водку мы не пьем. Наш напиток – качественные дистилляты.

- Так это когда было? Уже всё в этом мире с тех пор изменилось.

- Ну, так-то, всего неделя прошла.

- Неделя — это тоже очень много. Мне передают, вы за эту неделю трижды собирались вечерком, наверное, дистилляты дегустировали?

- У нас рабочие совещания были.

- Знаю я эти ваши совещания. Не спорьте. Я придумал, как вас обратно в тонус привести, чтобы с пользой для службы и Родины.

- Очень интересно!

- Будете по выходным выезжать в командировки в другие регионы. А то работы у нас очень много, а людей очень мало.

- А это как? И что мы по основному месту работы скажем? У нас и по выходным все торговые центры работают.

- Я всё продумал. Выдёргивать мы вас будем только на выходные. Где-то по разу в месяц. Игорь будет говорить, что улетает в Калининград к семье. А ты придумай себе хобби, связанное с путешествиями. Ну например, скажи всем, что ты ездишь по стране и фотографируешь памятники танков.

- Что, простите, я фотографирую?!

- Памятники танкам.

- Юрий Максимович, вы сами это придумали или кто подсказал?

- Почему ты спрашиваешь?

- Ну мне надо понимать, если я употреблю слово «бред», вы будете обижаться или нет.

- А вот ничего и не бред. У меня есть один доктор знакомый, так он по всему миру ездит и фотографирует памятники Ленину. По аналогии, можно и танки. И самолёты. Да вообще всё что угодно.

- Но именно я буду коллекционировать фото с танками?

- А почему нет? Заведи себе аккаунт в соцсетях и выложи свою коллекцию за предыдущие лет десять – двенадцать. И никому ничего особо объяснять не надо будет.

- А где я возьму такую коллекцию? Я же не ездил памятники фотографировать последние десять лет. Как-то не очень подготовился к вашей задумке, товарищ полковник. И зачем она, эта ретроспектива?

- Ну чтобы никто не подумал, что ты сошёл с ума в моменте, будешь показывать свою страницу и говорить, что болен этим хобби уже давно. А где взять фотографии? Ну попроси какого-нибудь фотошопера из надёжных, пусть он с интернета картинок накачает и тебя на фоне танков и прилепит.

- Дизайнер.

- Что «дизайнер»?

- Ну правильно будет не фотошопер, а дизайнер.

- Слушай, Иванов, ты там понабрался умных слов в своём торговом центре, а я как знаю, так и говорю. А чтобы не умничал, готовься в эту субботу поехать в Мичуринск, там кое-что проверить надо будет. С Денисом вдвоём поедете, он тебя по дороге в курс дела и введёт.

⁕ ⁕ ⁕

Как и приказал Старый, до субботы я завёл себе страничку в соцсетях, выложил там под полтинник нарисованных дизайнером фото с моим участием на фоне танков-памятников.

Вечером в пятницу за мной заехал на автомобиле Денис Изотов, и мы поехали в Мичуринск.

За три часа в пути, он кратко обрисовал мне ситуацию. Поступила информация, что несколько негодяев давно и упорно сотрудничали с недружественной нам военной разведкой одного из глобальных геополитических противников нашей страны. Совсем недавно они получили приказ на проведение ряда устрашающе – дестабилизирующих акций на территории России. В частности, в Москве и Санкт-Петербурге. Однако установить полный состав группы нам пока не удавалось, вследствие ее разрозненности, они никогда не собирались все вместе, держались по- отдельности. У каждого из них была своя специализация и у каждого автономное существование. Аналитики предположили, что всей «гоп-компанией», либо большей ее частью, они могли собраться только в двух местах: либо рядом со схроном, где хранилось оборудование и снаряжение для диверсий, либо уже, непосредственно, в момент исполнения теракта.

Нашим коллегам удалось вычислить предполагаемый адрес схрона. Им оказалась однокомнатная квартира, практически в центре Мичуринска, а нам с Денисом предстояло подтвердить или опровергнуть эту информацию непосредственно на месте. В случае подтверждения – организовать наблюдение за квартирой и дождаться пока прибудут сотрудники наружки, которые нас и сменят. Если нет, то нет. Обычная рутинная операция. Ничего сложного.

Приехали мы в город уже под утро, доложили о прибытии своему оперативному дежурному и от него получили срочную информацию: боевики сегодня предпримут попытку вывезти всё хранящееся в схроне оружие, взрывчатку и оборудование. Необходимо спешить. Поэтому мы без задержек отправились на известный нам адрес, боясь опоздать и упустить террористов и их смертоносный груз.

Возле нужного нам дома, на перекрёстке, нёс службу наряд ДПС. Как только мы припарковались, мы сразу направились к ним.

- Ребят, приветствую, - мы показали удостоверения, - вы давно здесь стоите?

- Здравия желаю, товарищ подполковник, нет, мы минут десять как подъехали. А что?

- Подозрительного ничего не видели? Никто из этого дома никакие вещи в машину не грузил?

Пока я задавал вопросы сержанту гаишнику, подошёл его напарник, старший лейтенант, который с начала разговора находился за машиной, на небольшом удалении. Сержант обратился к нему:

- Серега, ты не видел, тут никто не грузился в этом доме?

- Да нет вроде. Тишина.

- Спасибо. А вы долго ещё здесь стоять будете?

- Да не очень. У нас напарник живёт тут, он прямо после дежурства в командировку уезжает. Заехал вещи взять, а то с утра не успеет.

- Хорошо. Мы тут осмотримся пока.

- Может какая помощь нужна? Ищете кого?

- Всё в порядке, парни. Помощь не требуется. А чего это вас так вооружили на дежурство? – оба патрульных были с автоматами.

- Усиление у нас. Распоряжение с областного УВД пришло, вот сегодня все экипажи и вышли с автоматами на дежурство.

- Ладно, удачи!

Мы с Денисом отошли от экипажа ГАИ метров на пятнадцать, в сторону ближайшего к перекрестку дома и остановились, чтобы понять как действовать дальше. Что-то тревожное витало в воздухе, не давало покоя. Непонятное, но не предвещавшее ничего хорошего. Блин!!!

- Денис, встань так, чтобы мы с тобой были на одной линии относительно гаишников, спрячься за меня.

- Что такое?

- Это не гаишники!

- В смысле?! Почему так решил?

- А потому. У гаишников, в отличие от других служб, мигалка на крыше не синяя одноцветная, а красно-синяя.

- Ну и у этих красно-синяя.

- Да. Вот только красная половина должна быть над водителем, а у них она где?

- Над пассажиром.

— Вот именно. А ты можешь себе представить, чтобы автомобиль, оборудованный не по ГОСТу, был принят в подразделение? Это раз. Дальше: с каких это пор гаишники стали на дежурство выходить не со штатным АКСУ, а с нормальным, длинноствольным АК-74? Ну и третье, про усиление: когда мы заезжали в город, на посту ДПС ни у кого автоматов не было. Не может быть, чтобы усиление было избирательным.

- Получается это точно не гаишники. А кто тогда?

- У меня подозрение, что это как раз те, кто нам нужен, те кого мы приехали перехватить. Они нас, правда, немного опередили. Что они там делают? А то мне за спиной не видно, а оборачиваться не хочу.

- Они о чём-то посовещались и разошлись в разные стороны. Похоже, что разобрали цели, в смысле нас взяли на прицел. Есть такое ощущение что нам скоро трындец.

- У тебя, где пистолет?

- В наплечке. А у тебя?

- Тоже. Быстро не вытащить. Внимание привлечём. Чего они ждут, интересно?

- Как чего? Ждут пока напарник вернётся. Скорее всего он как раз и пошёл в квартиру за имуществом и снаряжением.

- Похоже на то. А мы теперь живые свидетели. Мы их видели, поэтому вряд ли они нас теперь отпустят. Тем более они знают кто мы. Короче, сейчас делаем так: ты резко уходишь влево, тут до подъезда три метра, домофона вроде нет, забегаешь внутрь и там держишь оборону. А я вправо. За мусорный бак. Тут тоже не больше пяти метров. Из-под первого удара мы выскочим, наверное, а там дальше уже будем действовать по обстоятельствам. Ты набирай 112, вызывай всех, кого можно, а я попробую доложить Старому о ситуации. Главная наша с тобой задача - это прикрывать друг друга и дождаться подъезда подкрепления живыми. Скорее всего, злодеи постараются нас обнулить, но если у них быстро не получится, то они уедут. Кстати, не забывай про третьего, он, как только стрельба начнётся, сразу появится. А может там он и не один. Всё понял?

- Ну да, чего тут непонятного.

- Ну тогда с Богом! На счёт три…

Глава 14

Как я и ожидал, стоило нам только дёрнуться, боевики сразу отреагировали и открыли огонь. Отреагировали они, на удивление, очень быстро. Я рассчитывал, что их реакция даст нам хотя бы секунды три, а они начали стрелять через полторы. Подготовленные, мать их!

Не знаю как там Денис добирался до подъезда, а вот я свои пять метров бежал как не в себя: пару метров на разгон, а дальше рыбкой нырнул вперёд, за спасительный металл большого контейнера для строительного мусора на моё счастье, оказавшегося недалеко от тротуара. Это только в кино главный герой за доли секунды просчитывает тысячи вариантов развития событий и выбирает наиболее оптимальный из всех возможных. А в реальной жизни, когда припрет, то сначала прыгаешь за мусорку, а уже в полете что-то там начинаешь думать о последующих действиях. Что касается инстинкта самосохранения, то золотое правило одно – сначала делай, потом думай. На рефлексах. Как первобытный человек, который сначала научился от бивней мамонта уворачиваться, а потом решил разобраться, что же это за такая диковинная зверушка и как можно ее использовать в повседневной жизнедеятельности.

Хорошо, что мы решили разбегаться в разные стороны, так как вдвоём в дверь подъезда нам бы точно за полторы секунды, даже в теории, не удалось бы просочиться живыми.

И как подтверждение этому, мне, уже в процессе моего полёта - кувырка, почти на излёте, обожгло ногу пулей, в районе икры. Подстрелили все-таки, блин!

Судя по тому, что сознание от боли я не потерял, то скорее всего, кость не задета. Крупных артерий в месте ранения нет, кровью не истеку, поэтому к ноге вернёмся чуть позднее. Сейчас надо было вытащить пистолет и оглядеться. Взгляд в сторону подъезда, куда побежал Денис – на улице тело не лежит, значит успел забежать внутрь в какой-то степени сохранности.

Взгляд в сторону «лжегаишников» – они укрылись за машиной. Действуют очень профессионально и спокойно, что не сулит ничего хорошего по итогу. Пока затихли, видимо обсуждают план дальнейших действий, связываются с сообщником, который пошел в квартиру. Или сообщниками. Дальше все будет стандартно: один начнёт стрелять, прикрывая, а другие в это время будут приближаться ко мне с двух сторон. Ну иди одного хватит, с учетом разницы в вооружении и количестве боеприпасов, тут – то они меня из автоматов и положат. У меня всего шестнадцать патронов, на полноценный стрелковый бой не хватит. Пока они думают, надо ногу перевязать. А потом позвонить своим, доложить о ситуации.

Но, к сожалению, такого количества времени террористы мне не дали. Успел только брючным ремнем, как турникетом, перехватить ногу повыше колена.

Краем глаза я увидел, как из нужного нам подъезда появился человек в полицейской форме, с рюкзаком и двумя большими сумками. Ну хотя бы один, а не двое или трое. После этого в мою сторону, и в сторону подъезда куда забежал Денис, раздались автоматные очереди, не давая ни ему, ни мне даже шанса на то, чтобы высунуться. Боевик с сумками ускорился и почти перешел на бег, направляясь к машине ДПС. У меня была возможность только выставить руку за угол контейнера и стрелять наугад, в сторону этого «бегуна». Само - собой, я ни в кого не попал при таких условиях стрельбы.

А вот Денис оказался гораздо удачливее. И умнее. Умнее всех. Как он потом рассказал, после того как попал в подъезд, он просто начал ломиться в квартиры первого этажа, у которых окна выходили на противоположную сторону от подъезда. Кто-то ему открыл, боясь, что он вынесет косяк. Денис ни слова не говоря, сквозь квартиру прошёл к окнам, открыл их и вышел наружу. После чего обошёл дом и зашел боевикам в тыл. Понимая, что у него только один выстрел, до того, как его заметят и откроют огонь в ответ, он в качестве жертвы выбрал негодяя, который нёс рюкзак и сумки из схрона. И когда тому оставалось до машины метров десять, Денис сумел его «приземлить» выстрелом в правую сторону груди. Специально в грудь, чтобы нейтрализовать, но, чтобы умер не сразу. Если боец тренированный, то дырку в легких сумеет закрыть и дышать потихоньку до приезда скорой. Была, конечно, небольшая вероятность, что под полицейской формой окажется бронежилет скрытого ношения, но даже и в таком случае, кинетическая энергия пули гарантированно останавливала человека и наносила заброневую контузию. Поэтому задача у Дениса была вывести боевика из строя, но оставить в живых, чтобы можно было его потом допросить.

В ответ на выстрел Дениса, в его сторону развернулись оба ствола со стороны машины и открыли ураганный огонь. Что, в свою очередь, дало уже мне возможность высунуться из укрытия и открыть прицельный огонь в сторону стрелков. Скорее всего я снова не попал, но отвлёк их внимание на себя. Они попали в классические клещи, с одной стороны я, с другой Денис, а где-то уже совсем рядом были слышны звуки сирены, приближающихся полицейских экипажей и других экстренных служб. Время в данном случае работало на нас. Одно плохо: одну обойму я уже потратил. Осталось всего восемь патронов. Нужны только прицельные выстрелы. А как их делать в дуэли автомата и пистолета? Тем более, что дальнейшая тактика преступников пока не понятна. Пойдут они на добивание нас с Денисом или попытаются спасти своего раненого товарища. В любом случае, патроны мне еще пригодятся, поэтому их надо поберечь.

Однако выстрелить мне больше не удалось. Боевики вновь открыли концентрированный плотный огонь одновременно в мою сторону и сторону Дениса. Не давая нам выглянуть из-за укрытий, одновременно с этим, сели в машину и скрылись с линии нашего огня за углом соседней «Пятёрочки».

А на улице тем временем рассветало. Подъезжали полицейские машины, «скорые», пожарки. Приехал автобус со спецназом. В окна осторожно начали выглядывать испуганные жильцы, разбуженные звуками стрельбы. Я, наконец-то, сподобился осмотреть свою подстреленную ногу. Самодельный жгут помог максимально уменьшить негативные последствия. Теперь надо было просто заткнуть рану чем-нибудь и нормально перевязаться. Но хоть артерии и не были задеты и вроде как затянул импровизированный турникет, все равно крови я потерял достаточно, слабость и желание потерять сознание уже настигли меня, но, на мое счастье, появились медики.

До этой встречи, правда, состоялась встреча с прибывшим на место спецназом. Ребята действовали профессионально, спокойно, уверенно: разоружили, уложили, проверили документы, подняли, отряхнули, вернули документы и оружие, извинились. На все про все – пять минут.

В отличие от меня, Денис в перестрелке не пострадал. Он, наоборот, был возбужден и азартен, что особенно контрастировало с моим угасающим состоянием. Говорил, что это лучшая в мире работа и что такого адреналина он даже в спецназе не испытывал.

К сожалению, пока мы проводили время «лицом в землю», вежливо уложенные доблестным СОБРом, «скорая» увезла раненого террориста с места происшествия в лечебное учреждение, поэтому допросить его по горячим следам не получилось.

Предупредив полицию, что этот пациент требует максимально внимательного за собой наблюдения и охраны, мы по телефону доложили обстановку Старому, он в ответ сказал, что через час вылетает в нашу сторону и что свяжется с Тамбовским управлением для того, чтобы подключить их к операции по поиску и задержанию подозреваемых и передаст им приметы которые мы ему сообщили. Таким образом, задача завершить часть операции, связанную с обезвреживанием преступников, будет передана уже местным коллегам. Нам же с Денисом необходимо было все – таки проникнуть внутрь квартиры – схрона и совместно с криминалистами ее обследовать. Но сначала надо было дождаться саперов. Кто его знает, какие сюрпризы ожидают там непрошенных гостей.

Как только меня перевязали, сказали, что рана не опасная, но заживать будет долго и очень болезненно, вкололи обезболивающее и антибиотик, я собрался выдвигаться на проверку квартиры.

Как раз к этому моменту приехал сотрудник из местного отдела ФСБ, который уведомил следственную группу о том, что мы с Денисом свои свидетельские показания дадим в особом порядке, позднее, по линии межведомственного взаимодействия.

Денис же, к этому времени, уже уехал на допрос подозреваемого в больницу, напросившись в машину к симпатичной девушке – следователю, которая как раз направилась совершать это необходимое и важное следственное действие. Точнее, она изначально не собиралась, но мой товарищ, включив на максимум все свое обаяние, убедил ее, что место происшествия можно осмотреть и позднее, а вот подозреваемый с дыркой в легких, не факт, что сможет дождаться живым такого симпатичного следователя.

Я с местным опером дождался саперов и кинологов, и мы отправились на проверку адреса. Взрывных устройств, закладок или иных опасных сюрпризов в квартире обнаружено не было. Следом зашли криминалисты, а потом уже и мы.

Обычная двухкомнатная «хрущевка» не производила впечатление нежилой квартиры. Мебель была на месте, кровать в дальней комнате, застелена бельем, холодильник подключен к розетке, внутри еда, в том числе и скоропортящиеся продукты, такие как молоко и вареная колбаса. Получается, что в квартире кто – то проживал. Судя по всему, это вряд ли был посторонний человек, который «не в теме». А раз он здесь жил, то мы легко сможем установить, кто это, где бывал, с кем встречался ну и всякое такое прочее. Несмотря на то, что Мичуринск не губернский городок, а всего лишь уездный, плотность видеокамер в центре города была достаточной, чтобы выяснить кто куда и с кем перемещался и встречался. Соседи помогут опознать подозреваемого, а также рассказать о его привычках и гостях. Даже если этим жильцом окажется один из сегодняшних «лжегаишников», мы все равно сможем получить о нем, а следовательно, и обо всей преступной группе, много полезной информации. Это уже просто дело техники, наша обычная рутина.

** *

Спустя три часа после нашего сообщения о перестрелке, появился наш шеф. Он летел из Москвы на вертолете, поэтому добрался достаточно быстро, но по пути воздушное судно попало в циклон и ему пришлось пережить очень сильно болтанку. Помимо всего прочего, это тоже достаточно негативно повлияло на настроение Старого.

Примерно в это же время из больницы вернулся Денис. Мы встретились все вместе кабинете у наших коллег, в Мичуринском отделе.

Юрий Максимович был явно был недоволен сложившейся ситуацией и её развитием. Разнос он начал сходу:

- Где оставшийся в живых?

- Увезли в реанимацию, я просил, чтобы в наш изолятор, но следачка не согласовала такой перевод, поэтому пока он в реанимации районной больницы, только охрану приставили. Он совсем плохой был к моменту приезда докторов.

- Вы его допрашивали? Личность установили?

- Да, Пасечник Данила Георгиевич, ранее не судимый, не привлекался, на специальных учетах не числится. Гражданство России приобретено в 2016 году, до этого был гражданином Латвии. Переехал по программе переселения соотечественников. Это что касается личности. А вот допросить его, увы, не получилось: он уже был вне зоны доступа к тому моменту, как мы добрались до больницы – уже начали оперировать. Врачи говорят, что ранение тяжелое, но состояние стабильное. Через часов пять придет в себя и его подготовят для допроса.

- Что обнаружили на квартире?

- На квартире пусто, все вынесли до того момента, как мы туда попали. Думаю, что сегодня был не первый их визит, а последний. Все вынесли до этого. Есть данные по пособнику, который проживал в этой квартире и приглядывал за схроном: изображение, отпечатки, другие следы. Сейчас устанавливаем личность, отрабатываем связи.

- Что было в сумках, которые пытались сегодня вывезти?

- Взрывчатка, детонаторы, пульты дистанционного подрыва, поражающие элементы, средства связи, денег пару миллионов.

- Вы зачем ксивами светить начали?

- А что нам делать оставалось? Нам от оперативного пришла информация, что подозреваемые могут сегодня появиться на адресе в любую минуту. Вот мы и проводили опрос потенциальных свидетелей. А гаишники вообще казались настоящими. Давно уже так рискованно не маскируются.

- Как вы их вычислили?

- Это все он, - Денис кивнул на меня, - мигалки у них на машине не так стояли, не по ГОСТу. И сами были не со штатным оружием.

- А сразу не могли это определить? Проехали бы мимо, припарковались невдалеке, вызвали «тяжелых», и сопровождали бы боевиков, пока спецназ добирается до места. Тогда бы и раскрываться не пришлось бы, и перестрелки не было бы, и не ранили бы никого.

- Ты как? – это уже вопрос ко мне.

- В пределах допустимых параметров. Но врачи сказали, что выздоровление будет проходить очень болезненно. Может мне в госпитале отлежаться? Крови потерял, надо восстановиться.

- Не, не. Никаких госпиталей, никаких больничных. Надо ходить на работу. У тебя там куча дел. К тому же завтра выходной еще, целое воскресенье впереди, отлежишься.

- Да я на ногу наступить не могу. И что я скажу окружающим? Где я такую рану получил?

- А ты не говори, что это рана. Скажи, мол, приступ подагры в стадии обострения, на ногу наступить не могу. Палочку купи, с палочкой ходи. У меня, когда подагра была я с палочкой ходил. Хочешь тебе дам погонять? И обязательно коли обезболивающее с антибиотиками, чтобы рана быстрее заживала. А работу нельзя бросать.

«Кто бы сомневался…»

- Понял. Слушаюсь.

* * *

В воскресенье Денис отвез меня к месту постоянной дислокации и уже вечером мы сидели на кухне с Игорем и обсуждали последние новости. Каждый делился своими.

Пока меня не было, Зубов уволил начальника отдела аренды за то, что ему не понравилась страница в соцсети, якобы не корпоративные подписки и совсем нет контента о нашем торговом центре.. Жаль, нормальный был парень, очень перспективный. Ну да ладно, он точно в жизни не пропадет. А в остальном все было, как всегда, ничего нового.

Я же рассказал ему про свои мичуринские приключения, он в ответ сказал, что меня вообще теперь нельзя никуда посылать, дальше торгового центра – первая же командировка и уже чуть не убили, вон приехал раненый. Заставь дурака Богу молиться… Типа я тут на коммерческих харчах подрастерял квалификацию. Хотя сам уже много месяцев со мной работает.

Я даже не обижался. И правда прикольно получилось – не успел уехать, как вернулся с потерями. Договорились посмотреть на его результаты, ему через неделю тоже предстояла командировка по заданию шефа.

Что касается тех, якобы гаишников, с которыми у нас завязалась стычка, то на их след вышли уже через час после начала оперативно – розыскных мероприятий, хоть они и успели поменять и машину, и одежду. К сожалению, живыми их взять не удалось. При задержании боевики оказали сопротивление и были уничтожены. Террорист, которого подстрелил Денис, в больнице тоже ничего не рассказал - умер не приходя в сознание после операции. Хозяина квартиры, ну или смотрящего за ней, нашли мертвым на чердаке его же подъезда. Судя по всему, его зачистили перед тем, как опустошить схрон. Слишком много знал, на свою голову.

Итог: одной террористической ячейкой только за одни выходные стало меньше. И пусть в этот раз не удалось выявить заказчиков и организаторов этого звериного подполья, но зато уничтоженные мрази уже не приведут в действие взрывное устройство, не захватят школу или детский сад, не угонят самолет и не взорвут метро. А до заказчиков мы чуть позднее тоже доберемся, сомнений нет.

Глава 15

Нога заживала очень долго. С палочкой пришлось ходить почти две недели. И почти все это время я колол обезболы, иначе пока дойдешь до машины, уже слезы на глазах и от боли хоть на стену лезь.

И, как всегда бывает в такие моменты жизни, если судьба решает тебя испытать, то насылает беды не одну за другой, а все одновременно. В моем случае к боли в ноге добавились практически ежедневное общение с Зубовым на рабочих встречах у него в офисе. Сам я инициатором не выступал, если возникали текущие вопросы, то мне вполне хватало общения с Натальей Андреевной. А ей хватало полномочий принимать управленческие решения без дополнительных консультаций с Зубовым.

Отчеты я ему писал тоже редко. Это вообще была наша с ним болевая точка. Он страсть как любил быть в центре событий и получать много информации обо всех протекающих в его коммерческой империи рабочих, и не только, процессах. Меня же учили, что все вопросы надо решать самому и начальство лишний раз не донимать, потому что у него есть более важные дела, чем разгребать мои проблемы. На эту тему у нас с ним и были самые принципиальные разногласия за все время нашей совместной работы, не один месяц. Он требовал постоянных, чуть ли не ежедневных развернутых отчетов, а я отчитывался сухо, скупо, эпизодически, и только по тем вопросам, которые, на мой взгляд, действительно требовали его контроля или участия. Или согласования. Для себя я выделил несколько тем, которые обязательны к информированию или согласованию собственника: во-первых, это происшествия, во-вторых, состоявшиеся, либо потенциальные, упоминания нашего объекта в средствах массовой информации, и третье - внешний вид здания торгового центра, в том числе фасадов и прилегающей к объекту территории. Грубо говоря, все то, о чем он может так или иначе узнать или увидеть – он должен узнавать от меня. Иначе потом дороже будет объяснять, почему не доложил.

На самом деле, изначально это не было моей принципиальной позицией. Уж сколько я, за годы службы, написал всяких разных отчетов и рапортов, то на их фоне написать одно – два сообщения в день, вообще не представляло никаких трудностей. И в первые недели работы я старался информировать собственника обо всех своих действиях и мероприятиях ежедневно и в подробностях. Однако… Через неделю я получил от него вопрос: ты зачем мне все это пишешь? Отвечаю, что сами же просили. В ответ слышу, что это всё процессы, а нужно писать только о достигнутых результатах. На уточняющий вопрос, какие могут быть реальные результаты всего через две недели работы, если я еще не до конца даже вник в текущее состояние дел, получил в ответ лекцию о важности правильного целеполагания, приятия конкретных обязательств и достижения конкретных целей через постановку задач и «нагибание» подчиненных руководителей, которые тоже должны принять на себя обязательства, но уже передо мной. Ну то есть, если резюмировать, то лекция как бороться за всё хорошее против всего плохого. Банальность, подающаяся под соусом ценной управленческой науки. Правда без учета, даже теоретически, что делать, если придется уволить всех, какими силами выполнять принятые на себя обязательства. Ну да то такое.

А спустя еще месяц ситуация пришла к тому, что практически каждый отчет подвергался критике разной степени резкости. Со стороны Зубова стали допускаться необоснованная критика не по существу, подначки, подколы, общение в уничижительном стиле и тому подобное. То есть, если ты не написал отчет – будешь подвергнут обструкции и написал отчет – тоже будешь подвергнут обструкции. Как в рекламе: а если нет разницы, зачем платить больше?! С учетом того, что в полемику вступать нельзя, а то уволит к чертовой матери, и мне тогда мой настоящий шеф такую обструкцию устроит, что зубовские наезды просто покажутся детским лепетом, но и терпеть такое хамское отношение тоже не хотелось, я стал писать отчеты очень редко, и вообще старался общаться с ним редко.

И тогда он придумал противодействие этой моей тактике – стал назначать очные встречи. «Заходы», как их называли в компании. И каждая такая встреча могла пойти по абсолютно непредсказуемому сценарию, несмотря на наличие повесток с четким расписанием какой вопрос идет вслед за каким.

Хотя планы встречи все писали исправно, без них ни одна встреча не начиналась. Это был такой пунктик у собственника. Но! Все могло пойти не так как запланировано. Всё всегда зависело от настроения Зубова. Если он был не в духе, то встреча могла и не начаться. Меня он однажды попросил уйти через тридцать секунд после начала, из-за того, что в повестке встречи после даты не был указан какой же это день недели.

Тем не менее, внезапное прекращение встречи, даже в резкой форме – это еще был не самый худший вариант. Если сотрудник уходил, то злость сорвать Зубову было не на ком. Поэтому, гораздо чаще было так, что он находил повод сорваться на человека и начинал на него кричать, оскорбляя, переходя на личности и другими способами срывая злость на подчиненных за свое плохое настроение, но при этом уйти не давал. Особенно, казалось, ему доставляло удовольствие делать это публично, в присутствии других сотрудников, на групповых совещаниях.

Когда я в первый раз попал под такой прессинг, немного даже растерялся и не сразу пришел в себя. А он все распалялся и распалялся, не в состоянии остановиться. Я даже и не помню, с чего все началось. Просто, когда я еще только вошел в кабинет, он уже был не в духе и надо было на ком-нибудь сорвать злость. Видимо, в тот день настала моя очередь.

Когда Зубов дошел до точки кипения и уже перешагнул ее, я сам уже находился примерно в таком же состоянии. Но я держался и старался не подавать вида. Трясло, правда, сильно, адреналин зашкаливал.

Хотелось спросить у него: какого хрена? Ты, дядя, ничего не попутал, ты чего себе позволяешь?

Но я сам себе приказывал молчать и не реагировать. Правда с каждой минутой сдерживаться становилось все сложнее и сложнее. Неудачно начатое совещание вот – вот угрожало перерасти в конфликт.

И тут я вспомнил, что у меня в кобуре под мышкой висит пистолет, который я постоянно носил с собой в то время. И тут я представил, какое лицо будет у Зубова, если я этот пистолет сейчас достану! От этой мысли мне почему-то стало так смешно, что я не смог сдержать улыбку.

А вот этого, конечно, делать не стоило. Я имею в виду - улыбаться, а не доставать пистолет. Хотя и то, и другое делать не стоило. С одной стороны, меня, конечно, сразу отпустило и вся злость и негодование куда – то делись в один момент. А с другой стороны, Зубов мою улыбку заметил и у него резко наступил ступор, он замер на полуслове и, казалось, перестал дышать. Я думал его хватит удар. Однако обошлось в тот раз. Он только молча указал мне рукой на дверь, а сам вскочил со стула и начал очень быстро ходить по кабинету, по пути пиная подвернувшуюся по пути мебель. И, как потом поделилась его помощница, на полчаса сдвинул все следующие встречи – приходил в себя.

К сожалению, это было не последнее его такое поведение в отношении меня. Но каждый раз, в моменты наивысшего накала страстей, я вспоминал что однажды чуть не застрелил своего работодателя и мне становилось легче переносить его приступы неадекватности. Я даже научился не обижаться и не реагировать на незаслуженную критику с его стороны. Но пистолет с тех пор на «заходы» не брал, оставлял в сейфе. От греха подальше.

Знаю, что наиболее рисковые и прагматичные, не страдающие рефлексией топ-менеджеры компании, когда были не готовы качественно доложить по повестке встречи, специально выводили его из себя в первые минуты совещания, чтобы он их выгнал. И тогда у них появлялось время подготовиться к следующему разу.

Надо отдать ему должное, со временем и сам Евгений Алексеевич изменился в лучшую сторону. Подобные описанному выше эмоциональные взрывы случались все реже и реже, а к завершению нашего знакомства практически сошли на нет. Ну, по крайней мере, в наших взаимоотношениях. Хотя ежедневно взаимодействовать с ним и писать отчеты я так и не научился, в отличие от других. За что, периодически, и огребал от него.

Глава 16

Когда я восстановился после ранения, меня в очередной раз вызвали на Лубянку к постоянному месту службы, на встречу с шефом.

После моего короткого доклада о положении дел, Старый сказал, что через две недели забирает Игоря от меня обратно в Москву. А мне надо готовиться к передаче дел новому сотруднику, которого назначили вместо меня куратором проекта по внедрению прикомандированных сотрудников в крупные торговые центры, и у которого будут более широкие полномочия, чем были до этого у меня. Помимо всего прочего, в рамках указанного проекта ему было вменено в обязанности взаимодействие с областным управлением ФСБ, налаживание их контактов с Центральным аппаратом по любым вопросам в области безопасности, и работать ему предстояло почти легально, в должности заместителя Зубова по безопасности.

- А как же Игорь Валерьевич? Это же его должность. Куда его теперь?

- А его мы забираем. Поедет военным советником в одну из африканских стран. Готовить туземные кадры на горе тамошним террористам. И готовить наши отечественные кадры, под видом ЧВК, на горе нашим врагам. Чует мое сердце, совсем скоро придется им все эти навыки использовать.

- И как он к этому отнесся? Так-то, мужик непокорный, своенравный.

- Ну не могу сказать, что прямо с энтузиазмом. Но выбора ему никто не предоставил. Он, в первую очередь, офицер спецназа, поэтому чувства свои умеет обуздать. Принял как должное.

- Зато я с энтузиазмом! Когда уже мне можно будет передать все дела и вернуться в Москву?

- Белотканев приедет к тебе через три недели. Александр Александрович – твой сменщик. Еще две недели вам на передачу дел, после чего мы докладываем Директору, что передали проект в АПС, а сами теперь работаем только по своему направлению. И за торговые центры больше не отвечаем.

- Круто! Как вам это удалось? Спихнуть с себя такой головняк.

- Много будешь знать – скоро состаришься!

- Ну и не очень – то и хотелось. Главное, что скоро свалю оттуда!

- Жень, понимаешь, тут такое дело… - начало фразы мне явно не понравилось. Что-то, похоже, произошло? Почему шеф мнется?

- Юрий Максимович, что на этот раз? Вы там, случайно, не договорились на высшем уровне, чтобы я каким – нибудь ночным клубом поруководил? Или цирком? А еще могу стройкой главного храма Вооруженных сил! Мне теперь все по плечу.

Однако шеф не поддержал моего веселого настроя.

- Тут такое дело, - еще раз произнес он, - пока ты работал в регионе, мне пришлось тебя вывести за штат, чтобы взять на твое место сотрудника. Я не знал, когда твоя командировка закончится, а у меня каждый человек на счету. Ты сам видел, что творилось, сколько дел вели, особенно при подготовке к Чемпионату мира по футболу. Без выходных, без проходных, по пятнадцать – семнадцать часов в сутки. Так даже перед Олимпиадой не вкалывали. Но с Управлением кадров мы договорились, что как только твоя миссия завершится и когда придет время тебе возвращаться, то твое место для тебя они освободят.

Ну и все к этому шло до недавнего времени, я уже освободил твою должность к возвращению, однако наш курирующий зам попросил меня временно принять на твое место одного сотрудника. Он должен был дождаться пока для него освободится место заместителя начальника Управления в Твери. Родственник, короче, чей – то.

Но с Тверью не срослось и пока ему ищут другое место. Не абы какое, конечно, а перспективное. Поэтому твое место в отделе занято. Надо просто пока немного подождать. На сколько это затянется, я сказать не могу, надеюсь, что не очень надолго.

- И что со мной теперь? В отделе места нет, в регионе дела передаю приемнику. Я теперь уволен что ли?

- Ну почему сразу уволен? Служишь дальше. Но пока за штатом. Являешься действующим сотрудником Конторы, но нигде официально не числишься. Поэтому, тебе сейчас из торгового центра увольняться нельзя. Иначе я тебе зарплату не найду. В расчетных ведомостях тебя давно нет.

- А что я буду там делать, если я дела передам?

- То же, что и делал: управляй коммерческим предприятием, взаимодействуй с Белотканевым по необходимости, налаживай контакты с местными коллегами, только, как и прежде, без раскрытия легенды. Кроме Сан Саныча никто правду о тебе не должен знать, в этом вопросе ничего не меняется. Ну и, как и обещал, я тебя буду в командировки выдергивать. Другого ничего не остается. Пока так. А дальше видно будет.

- Сильно нагнули нас, товарищ полковник? – я знал, что просто так в чужие подразделения сотрудников со стороны не внедряют. Особенно к нам. Поэтому в историю с чьим-то родственником, временно устроенного – не поверил. И своих оперов не дают вернуть обратно, тоже весьма редко. Только в случае обострения внутренних, внутрикорпоративных, я бы сказал, противоречий и интриг на самом высочайшем уровне. Если такое произошло, значит идут какие-то подковерные игры в Центральном аппарате и пока совсем не в нашу пользу. А раз у нас еще и проект по обеспечению безопасности торговых центров отняли, то дела наши совсем плохи, проигрываем. Точно ведь неспроста все это.

В тот момент я почувствовал, что именно сейчас я имею право задать своему начальнику откровенный вопрос, в надежде на откровенный ответ. Особенно в свете того, что в результате разборок на высшем уровне именно я остался за бортом и не могу вернуться обратно.

- Сильно, Женя. «Кремлевские башни» между собой чего – то не поделили. Склока лютая идет. Накат на нас со всех сторон был. Начальнику Службы пришлось к Первому ехать и просить защиты. Наш шеф через все головы перепрыгнул, обиду и гнев вышестоящих на всю жизнь на себя навлек таким поступком. Но игра свеч стоила, они с Первым давно знакомы, он и прикрыл по старой памяти. Не железобетонно, конечно. Первый никогда ничью сторону железобетонно не принимает. Но и этого хватило. Повезло в этот раз нам, а то бы не отбились без высочайшего вмешательства. Еще, правда, ничего не закончилось, но вроде стали договариваться там между собой. Конфликт перешел в стадию угасания. Глядишь и рассосется. Поэтому потерпи немного, я тебя заберу. Но не прямо сейчас.

- Теперь все стало понятно. Раз такие дела там у вас творятся, может и к лучшему что я в далеке от эпицентра пересижу. Даже если и проиграем и всех уволят, то у меня какая – никакая, а гражданская профессия уже есть. Буду торговыми центрами управлять. Кстати, а сменщик мой, Белотканев, не наш, получается?

- Он, да, не из наших. Он из Первой службы. Но стороной конфликта не является. Обычный служака из конторской династии. Его выдвинули наши визави, как компромиссную фигуру. Нашу сторону она устроила. Так что с ним можешь нормально взаимодействовать, с его стороны подвоха и подводных камней не ожидается.

- Первая служба – это элита государственной безопасности, уважаю. Лучше оттуда, чем из инспекции, там вообще все стоумовые и хитромудрые настолько, что на сраной козе не подъедешь.

- Вот и я так же подумал. С ним, надеюсь, тебе удастся установить ровные рабочие отношения и нормальный контакт. Работай пока и жди сигнала на эвакуацию.

- Все понятно, товарищ полковник. Поехал я, короче, обратно. Буду ждать, когда буря межклановых разборок утихнет и горизонт расчистится.

- Ты там сильно не расслабляйся только. Нога зажила?

- Ну побаливает еще немного, но в общем и целом – зажила.

- Тогда давай долечивай и готовься продолжать командировки. У меня людей, как и прежде, не хватает. А нахождение за штатом не является основанием для того, чтобы отлынивать от исполнения обязанностей службы.

- Есть! Так точно, товарищ полковник! Готов в любую минуту приступить к исполнению своего священного долга по защите Родины от врагов!

- Иди уже. Не паясничай. И удачи!

Глава 17

Спустя пару недель в компании появился Александр Александрович Белотканев, лет за пятьдесят, вежливый, спокойный, уверенный в себе, одетый с иголочки, среднего роста, мужчина. Вылитый Джеймс Бонд, только со знаком «плюс».

Кто не в курсе, Первая служба ФСБ, где раньше служил Сан Саныч – это контрразведка. Именно сотрудники упомянутой службы и ловят иностранных шпионов. Как я говорил выше – элита!

Пока ждал встречи с Зубовым, в первый день работы, он чуть не свел с ума офис – менеджера, обидев отказом от предложенных напитков. Ни кофе, ни чая, ни даже воды не захотел. После обсуждения этого эпизода среди сотрудников офиса, был сделан единодушный вывод о том, что Белотканев просто не хотел оставлять свои отпечатки пальцев на предлагаемой для напитков посуде. Все же знали, что он бывший сотрудник Конторы, поэтому и сделали такое предположение.

Через несколько дней, он, уже установленным порядком, вступил в должность и был представлен всем руководителям подразделений, одним из которых являлся и я.

Формально, по работе внутри компании, мы с Сан Санычем особо не должны были пересекаться. Разные направления работы. Но в связи с тем, что в моем административном подчинении находились руководители служб безопасности торговых центров, которые, одновременно, находились в его функциональном подчинении, то точку соприкосновения мы нашли. По официальной версии, поначалу, все наши контакты были связаны исключительно с выстраиванием системы безопасности объектов. Это уже потом мы ввели традицию практически ежедневных встреч за чашечкой кофе у меня в офисе, на которых можно было обсудить все насущные дела, без опасения быть подслушанным или заподозренными в чем-то.

После официального знакомства, при нашем первом разговоре, я сказал Сан Санычу, что по окончании передачи дел мне все равно придется и дальше работать в компании, поэтому он может рассчитывать на мою помощь по всем вопросам. По всем вопросам нашей основной, связанной с интересами безопасности государства, деятельности, в первую очередь.

На что он мне ответил:

- Спасибо тебе, конечно, за предложение, но ты должен понимать одну вещь: меня сюда назначили как представителя структуры, руководители которой очень и очень не дружат с руководителями структуры, в которой служишь ты. Назначили для того, чтобы я забрал у тебя проект, а если более глобально, то забрать этот проект у вашей структуры. И как ты себе представляешь наше взаимодействие при таких вводных? Неужели думаешь, что я так буду подставляться? Оно мне надо? Поэтому дела принимаю, докладываю наверх, а дальше каждый сам по себе. Имею в виду конторские дела. Так будет спокойнее и мне и тебе. А в остальном, ты тоже можешь полностью на меня рассчитывать. Особенно, в нашей гражданской деятельности! – сказал и улыбнулся. Но несмотря на улыбку, взгляд был очень серьезным.

Ну что же, с его стороны были озвучены условия взаимодействия. Были предложены правила игры от победителей побежденным. Не принять их у меня просто не было варианта. Но от своего ли имени он их озвучил, или от тех, кто его назначил, было не понятно. Ох, и непрост Сан Саныч, совсем непрост! Убеждаться в правильности этой мысли мне пришлось, впоследствии еще много раз.

Вскоре после своего фееричного появления в нашей компании, а также после принятия всех дел у меня, Белотканев перестал ходить на работу в костюмах, перестал быть похожим на Агента 007, стал вести себя более демократично, общаться с коллегами на разные, по большей части даже нерабочие темы, много говорить, делать комплименты представительницам слабого пола, бывало, что и на грани рамок общепринятого делового этикета. Короче говоря, через месяц – полтора, Сан Саныча уже мало кто боялся, хотя в первые дни он вызывал оторопь и производил грозное впечатление для многих. Очень быстро у него сформировался образ (который он всячески насаждал в общественном мнении и поддерживал) «своего парня», с кем можно поговорить за жизнь, обсудить последние сплетни, кого можно было даже иногда слегка подколоть или предложить неформальное общение. И все в этот образ поверили. И раскрылись. По классике. А большего ему и не надо было.

Хотя он, естественно, ничем со мной не делился, но я просто видел, глаз – то наметан, что по темпам формирования своей сети информаторов и агентуры, он за три месяца сделал столько же, сколько я за все предыдущие почти полтора года. Легко и как будто непринужденно.

А все потому, что за созданным им образом всегда позитивного, разговорчивого, дружелюбного на грани фамильярности, интеллигентного, но без присущего этой категории лиц высокомерия, никто не был способен разглядеть того, кем он на самом деле являлся: профессионала высокого уровня, сочетавшего в своих качествах помимо всего прочего мудрость индейского вождя, непоколебимость Терминатора, хладнокровие графа Дракулы и безжалостность Ганнибала Лектора. Но, с другой стороны, на то он и профи, чтобы скрывать то, что нужно скрывать и показывать то, что нужно показывать.

После того, как мы совместно передали все дела, материалы, оборудование, контакты, характеристики, а также ввели Сан Саныча в курс всех дел, уехал Игорь, пожелав мне на прощание не сойти с ума от общения с Зубовым, и не застрелиться от всей этой работы по управлению коммерческой недвижимостью и от общения с персоналом, который непосредственно этим управлением занимается.

Глава 18

А еще через месяц уволили Старого. И я вообще остался один в подвешенном состоянии, за штатом. Толи служу я, толи не служу.

Все началось с того, что Юрий Максимович связался со мной и сказал, чтобы я собирался в командировку в Саранск, что поедем вдвоем. И чтобы я никому из наших ничего не говорил. Но, предварительно, он поставил мне задачу, чтобы я организовал неофициальный и неафишируемый визит в одну из мордовский колоний, для допроса вора в законе Зураба Измаильского, в миру Иванишвили.

Когда я спросил, почему нельзя все сделать официальным порядком, он ответил, что Зураб давно и упорно работает на тех, с кем конкретно у нашей структуры сейчас разногласия. И, соответственно, легальным порядком нас к нему не допустят, будут чинить препятствия на самом высоком уровне. А встреча очень необходима, потому что появилась очень нехорошая оперативная информация.

Ну что же, неофициально, значит неофициально. Не впервой. В Центральном аппарате ФСИН служил мой однокашник по кадетке и погранке, Леха Солнцев. Мы с ним с пятнадцати лет вместе, братьями друг друга считаем. В рамках структуры ФСИН, он как раз курировал воров в законе по всем исправительным учреждениям страны и ему организовать нашу поездку ничего не стоило. Спросил только:

- Может мне с вами поехать?

- Да не стоит. Я с шефом буду. У него к Измаильскому свои вопросы.

- Ну хорошо. Только учтите, что Зурабчик стучит вашим почти всю свою сознательную жизнь. А они его крышуют. Не знаю кто конкретно, но точно с самой Лубянки.

- Да в курсе, поэтому и не через официальный запрос действуем, а с твоей помощью. Спасибо!

- Не пропадай. Надо будет как – нибудь встретиться, посидеть, пообщаться. Время бежит, мы моложе не становимся. Помнишь, как мы на соседних заставах стажировались и на стыке встречались? А потом в Москву, в поезде сутки вообще без денег ехали? Были времена…

- Да и сейчас тоже есть что обсудить. Я просто не в Москве сейчас, бываю здесь редко. Но обязательно встретимся. Я скоро вернусь, обещаю!

- Ну все, на связи! Если в Мордовии будут сложности – звони, все решим.

- Пока!

* * *

В колонии нас встретил предупрежденный Лехой зам по режиму, организовал помещение и распорядился чтобы инспекторы привели осужденного, оставили и не мешали нам.

- Зураб, слышал я, что ты смотрящий за этой зоной. Верно люди говорят? – Юрий Максимович начал разговор после того, как представился.

- Люди много чего говорят, гражданин начальник. Не всему верить можно.

- То есть ты это отрицаешь?

- К чему эти все вопросы, гражданин начальник? Ты спроси, чего конкретно от меня надо, я отвечу. А просто словоблудием заниматься не с руки мне.

- А ты, Зураб, мне не «тыкай»! Я тебе не кум, не сват, не брат! Я офицер госбезопасности, а ты урка лагерная. Я с тобой на одном поле гадить не сяду, не то, чтобы «на ты» общаться! И не думай, что, если ты Лукашову стучишь и он тебя крышует, ты мне ровня и прямо неприкасаемый стал! Ни хрена, Зурабчик!

- Зачем так обидно говорите, гражданин начальник, никому я не стучу.

- Не стучишь, говоришь? А может ты еще хочешь сказать, что ты и не вор? Только подумай сейчас очень хорошо, прежде чем на этот вопрос ответить. Ведь если скажешь «да» - прямо на ровном месте поднимешь от восьми до пятнадцати лет по двести десять точка один* (*Статья 210.1 УК РФ: «Занятие высшего положения в преступной иерархии»). Мы твой ответ на камеру снимем. И понятых найдем, будь уверен, которые подлинность этой видеозаписи подтвердят. Сколько тебе еще сидеть? Три года осталось? А будет еще, минимум, одиннадцать!

Сделав небольшую паузу, чтобы дать возможность осужденному оценить масштаб угрозы, Старый продолжил:

- А если ответишь «нет», то нам даже понятые не нужны будут. Я запись перешлю другим уркам, которые до победного масть держат, и которые уже осуждены по новой статье за занятие высшего положения в иерархии, и свеженькие сроки тянут. Пусть увидят, как Зураб Измаильский сам себя раскороновал. Пусть решение примут по твоей кандидатуре! А какое это будет решение, ты лучше меня знаешь.

- Гражданин начальник, я все понял. Не надо мне лишних вопросов задавать. Я вам на ваши первоначальные вопросы готов ответить.

- Ну вот и хорошо. Я рад что ты прекратил строить из себя Дона Корлеоне и наша беседа снова перешла в конструктивное русло. Тогда начнем заново. Ты смотрящий за регионом?

- Да.

- Значит ты в курсе, что в ИК-18 отбывает наказание гражданин Муса Толбоев, по кличке «Акбар»?

- Слышал, да. Но мы с ним не пересекаемся никак. За него попросили, чтобы мы его и его близких не трогали, мы и не трогаем. Уважаемые люди попросили.

- Очень интересно. Кто конкретно попросил?

Немного замявшись, вор ответил:

- Исмаил Темрюкский. И Леша Ростовский. Не мог я отказать. Акбар и его люди живут отдельно. К ним грев шлют, и про нас не забывают.

- Очень плохо, Зураб! Очень плохо. Какой же ты смотрящий, если не знаешь, что у тебя под боком творится? Раз не пересекаетесь, то ты не в курсе, наверное, что Толбоев создал у тебя на зоне свою террористическую ячейку. И что вовлечено в нее уже полтора десятка его последователей.

- Я думал они просто совместно молятся и ничего больше. Ну правда, вообще не пересекаемся, они отдельно существуют.

- Не молятся они. Шайтаны вообще от молитв и от Аллаха далеки. Чтобы ты понимал, они планируют захват заложников как из числа сотрудников колонии, так и из числа осужденных, отбывающих наказание. Для них нет разницы кто правильный арестант, а кто «вертухай». Ты правильно сказал – они отдельно существуют. Их задача через большую кровь добиться своих целей. А цель у них – информационная диверсия. Им надо, что в новостях про них рассказали. А специально обученные люди в интернете и СМИ разнесут новость о захвате заложников со своей интерпретацией и начнут качать повестку. Чтобы ты знал, Толбоев и его боевики понимают, что живыми им не уйти и они к этому готовы. А ты, Зураб, готов к тому, что на зоне будет бунт? Помимо твоей воли бунт, со смотрящим не согласованный. Кровавый, с заложниками и «маски – шоу». С последующими разборками. Ты думаешь со смотрящего не спросят за такое? Спросят, уж будь уверен. И правоохранительные органы спросят, и Лукашов, крыша твоя, спросит, и другие смотрящие спросят. Поинтересуются, как так на твоей зоне происходят события, которыми ты не управляешь? Может ты плохой смотрящий? Чуешь к чему я клоню?

- Я все понял, гражданин начальник. На моей зоне не будет захвата заложников, и бунта тоже не будет. Я решу эту проблему.

- Хорошо, Зураб. Но помни: если ты проблему не решишь и террористический акт состоится, то я молчать не буду. Я эту историю раскручу у нас в Конторе, сообщу руководству, кто именно из наших с тобой работал. И ты даже не представляешь, какие у твоей «крыши» начнутся проблемы. И что он с тобой сделает за это.

- Начальник, ну я же сказал, что все понял и что решу проблему.

- Я услышал тебя, Зурабчик. И лучше будет, если о нашем разговоре никто не узнает. Мы здесь инкогнито, нам резона нет рассказывать о встрече с тобой. И тебе бы лучше тоже помолчать.

* * *

Через неделю после нашей поездки в Мордовию мне позвонил взволнованный Денис Изотов.

- Жека, у нас здесь пипец! Старого уволили!

- В смысле «уволили»?! Когда? Я с ним три часа назад разговаривал!

- А два часа назад его вызвали к Директору и всё. Только приказ об увольнении зачитали и сообщили, что у нас теперь новый начальник отдела.

- Ну ни хрена себе! Есть подробности?

- Подробностей кот наплакал. Короче, под Саранском в колонии было массовое побоище, зеки между собой что-то не поделили, и блатные схлестнулись с исламистами – радикалами. Одиннадцать трупов. Когда началось расследование, выяснилось, что радикалы готовили теракт. Сначала на территории колонии с захватом заложников, потом хотели осуществить прорыв в город. Во время досмотра обнаружили схроны с оружием, даже огнестрел был, прикинь, а также пропагандистскую литературу и прочую запрещенку типа мобильников и наркоты. Грубо говоря, урки - уголовники своим самосудом над радикалами предотвратили нехилую такую акцию. Однако, генерал Лукашов, это который из Департамента…

- Денис, я знаю из какого он Департамента. Что он?

- Короче, он доложил Директору, что за этой резней стоит наша Служба и, в частности, полковник Копейкин собственной персоной. Якобы он угрожал смотрящему за зоной и вынудил его к организации и совершению такого преступления, обернувшегося массовыми жертвами. Вот Старого и уволили одним днем. Без доказухи и разборок. Спровадили на пенсию.

- Но ведь в итоге доказательства нашлись, что теракт планировался!

- А что толку? Директор решил так. Единолично.

«Зураб – сука! Все – таки настучал своему куратору!»

* * *

- Лёш, ты меня извини, брат, что я тебя в свои разборки втягиваю, но эта гадина моего шефа подставила. Очень сильно. Уволили его, - мы с Лехой Солнцевым сидели недалеко от его офиса в уличной кафешке на следующий день после звонка Дениса, - не могу я этого просто так оставить.

- Одни уроды других уродов зарезали – на свете чище стало! Я целиком и полностью на вашей стороне, жаль только, что всего одиннадцать человек замогилили. По мне так маловато.

А за Зураба не беспокойся. Не будет его больше. Несмотря на то, что его теперь оберегать будут, чтобы перед конторскими выслужиться, мы все по красоте сделаем. В рамках расследования уголовного дела о массовом убийстве в колонии, мы его выдернем на этап, в Москву. Не повезут его отдельной машиной, даже если твои коллеги попросят. Много чести. Полюбому, он поездом отправится вместе с остальными. И ведь может так случиться, что этап поедет не напрямую в Москву, а заедет, для начала, в Челябинск. И на пересыльном пункте, он окажется в одной хате с «опущенными» и «активистами». А вот что с ним за время нахождения там может произойти, одному Богу ведомо. Но чует мое сердце, до Москвы доедет уже не Зураб, а Зарина. А в следственном изоляторе, на карантин его, опять же по – ошибке, поместят в хату с «вичовыми» и «тубиками». А на карантине свиданки запрещены, он никак не сможет передать весточку своей «крыше» о том, что с ним что-то не так. Как показывает практика, буквально одной недели нахождения в помещении с больными хватит, чтобы уехать в спецзону для больных с открытой формой туберкулеза. И никто уже его не спасет. Ни ваши, ни наши.

- А тебе ничего не будет за это?

- А кто узнает, что это я? Все само – собой случится. Стечение обстоятельств. Одной сукой на свете меньше станет. А мне от этого на душе легче.

Глава 19

Мой уже бывший шеф, позвонил мне вечером того же дня, когда мы встречались с Лехой и коротко проинструктировал:

- Мне не звони пока. Надо будет, я сам тебе наберу. Живи, служи, работай. Я пропаду ненадолго. С Сан Санычем выстраивай отношения, он скоро нам понадобится, я чувствую. Все, давай, обнял.

* * *

Так получилось, что буквально через несколько дней Белотканев сам обратился ко мне с просьбой.

- Евгений, раз уж ты предлагал свою помощь, то вот, видимо, и пришла пора мне к тебе обратиться. Мне надо устроить своего человека в службу безопасности компании. Поможешь?

- Конечно. Чем смогу, тем помогу. Что от меня требуется?

- Тут такое дело: есть у меня парнишка, из наших, мы с ним в оргкомитете Олимпиады работали. Парень толковый, опер грамотный. Я его предложил начальником СБ в концертный зал, однако его не согласовали. Я считаю, что только из-за того, что это мой человек. Директриса концертного зала даже и не стала его особо собеседовать. Наталья Андреевна тоже говорит, что для безопасника концертного зала он не подходит.

- Я против мнения Натальи Андреевны не пойду.

- А от тебя и не требуется против ее мнения идти. У тебя есть две вакансии безопасников на торговые центры. Давно ищешь?

- Давно. Месяца два никого найти не можем.

- Ну вот и пособеседуй его на торговый центр. Может тебе подойдет.

- Мне же все равно надо будет Зубову докладывать, что беру сотрудника такого уровня. И Наталье Андреевне тоже.

- Ну и докладывай. Это только в том случае, если он тебя устроит. Если нет, то нет. На мой взгляд, Кирилл реально крутой чел. Грамотный, профессиональный, полезный. А дальше смотри сам.

- Ну хорошо, договорились. Скиньте резюме, свяжусь с ним.

* * *

Как ни странно, Кирилл действительно оказался из всех, просмотренных мной кандидатов, самым профессионально подготовленным. Опыт работы в Конторе и весь последующий его опыт говорил о том, что лучшего начальника службы безопасности торгового центра я не найду.

Однако, еще до того момента, как я решил согласовать его кандидатуру с собственником компании, Зубов сам позвонил мне.

- Евгений, имя Кирилл Андросов вам о чем – нибудь говорит?

- Да, Евгений Алексеевич, это кандидат, которого я рассматриваю на должность руководителя службы безопасности торгового центра.

- И как он вам?

- На мой взгляд, полностью соответствует заявленным требованиям. Я готов ему предложить эту должность, если вы согласуете.

- А ты в курсе, что это человек Белотканева? Это он тебя попросил пристроить своего близкого? Что вы там с ним за схематозы мутите?

- Да, я знаю, что они вместе работали. Но моя оценка никак не связана с мнением Александра Александровича, она основана на моих личных выводах и моей оценке способностей кандидата на основании проведенного собеседования.

- А ты в курсе, что Белотканев пытался устроить его начальником службы безопасности в концертный зал?

- Слышал.

- И что на него после собеседования там плохие отзывы тоже слышал?

- В общих чертах. Я решил сам все проверить. И по итогам моего общения с этим человеком, я считаю что для торгового центра он подходит полностью.

- То есть это только твое решение? Белотканев ни о чем тебя не просил?

- Так точно. От Сан Саныча я получил только резюме. Все остальное я сам.

- Ну ладно. Организуй мне с ним собеседование. Я хочу сам пообщаться с этим кандидатом.

- Хорошо, я подготовлю скайп с ним. Резюме скинуть вам?

- Не надо, у меня есть.

Но, к сожалению, собеседование Зубова с Кириллом не состоялось, потому что последний, после моего предложения о контакте с собственником, неожиданно сообщил мне, что у него тяжело заболел отец и он теперь не сможет никуда уехать из Москвы. Поэтому наша вакансия стала ему неинтересна. По крайней мере на ближайшие полгода.

* * *

- Ну извини, Сан Саныч, не смог я тебе помочь. Зубов не дал согласие на назначение Кирилла. А потом и сам Кирилл что-то заднюю включил, сославшись на болезнь отца, - мы встретились с Белотканевым вскоре, после завершения истории с трудоустройством с его бывшего коллеги.

- Ну я бы так не сказал. На самом деле ты мне очень хорошо помог.

- И чем же? Ведь Кирилла все равно не взяли к нам на работу.

- Ну а кто тебе сказал, что я Кирилла хотел устроить?

- Вот это поворот. Видимо, я чего – то не знаю? Я думал вы именно этого кандидата хотите трудоустроить.

- Пока ты активность с согласованием Кирилла устраивал, отвлекая все внимание на себя, с улицы, по объявлению, пришел человек. Его быстренько все посмотрели, все с ним побеседовали, он всех устроил и его приняли на работу. Вот он-то мне и был и нужен. Скоро познакомлю: Усищев Николай Олегович. Это и был мой человек, которого надо было устроить. А помощь твоя и заключалась в отвлечении внимания. Просто мне, почему-то, так кажется, что моему профессиональному мнению по поводу сотрудников безопасности не очень доверяют в компании, не могу, правда, понять почему. Вот и пришлось организовать целую «спецоперацию» по отвлечению внимания от кандидатуры Усищева. И так получилось, что его приняли только потому, чтобы не принять другого кандидата, которого рекомендовал я, и за которого потом ходатайствовал ты.

- Ну ты и жук, Сан Саныч! А чего меня не посвятил во все тонкости?

- А зачем? Все равно получилось так, как мне надо.

Глава 20

- Не устал тут еще штаны просиживать на хозяйских харчах? – ко мне в гости приехал Игорь Ранненков.

- Ой, ой! Сам – то давно отсюда уехал? Какими судьбами теперь в наши края? Горячо на Лубянке, решил проветриться?

- Как бы там горячо ни было, всяко поспокойней чем у тебя тут с твоим девелопером – предпринимателем. Чем сейчас занимаетесь?

- У нас все стабильно: рисуем структуру предприятия и нарезаем менеджменту задач через принятие на себя обязательств. Ну и по мелочи, меня теперь назначили еще стройкой двух объектов рулить. Прикинь, я теперь строитель!

- Ну то есть ни хрена не поменялось? Ты как в торговых центрах ни фига не шарил, так теперь и в стройке тоже не шаришь.

- Ну если с такой точки зрения, то да, у меня все без изменений. Ты чего приехал? – повторил я свой вопрос.

- Привет тебе передать от нового шефа. И поручение.

- О! Обо мне помнят, да еще и новый начальник отдела интересуется. Это не может не радовать. Как он там, кстати, этот новый шеф?

- Терпимо. Скоро познакомитесь. Только одно дельце тебе надо будет провернуть. И тогда поедешь лично ему докладывать о результатах.

- Что за дельце? Не томи, рассказывай.

- Погоди, сначала я тебе кое – чего покажу, - Игорь вытащил из портфеля сверток, в котором оказался набор, с виду обычных, кухонных керамических ножей из трех штук.

— Это что еще такое?

— Это набор кухонных ножей. Я купил в интернете.

- Очень смешно. Я вижу, что это не отвертки. Я имел в виду, зачем ты мне их показал?

- Как ты думаешь, сколько они стоят? – Игорь проигнорировал мой вопрос и задал свой.

- Интересно, у кого это ты научился отвечать вопросом на вопрос? Сколько стоят? Ну не знаю… Дай посмотрю. Обычные ножи. Рукоятка, правда, сувенирная, резная, цельная, с вензелями. Материал - или кость или дорогой пластик. Обработано на станке с ЧПУ, не иначе. Очень тонкая работа для ручной обработки. Но, в целом, работа точно кустарная, не фабричная. Добротно сделано, точно не китайский ширпотреб. Какая – то мануфактура или конверсионное штучное производство. Может даже зеки делали.

- Ты закончил, Шерлок?

- Ага, почти. На мой неискушенный взгляд, по совокупности всех факторов, с учетом того, что набор сувенирный, могу предположить, что ты купил его максимум тысяч за пять. Я бы больше не дал.

- Купил я его за десять тысяч, начнем с этого.

- Тебя обманули!

- Но я спросил не за сколько я купил, а сколько он стоит?

- А это разные вещи?

- Удивишься сейчас. Цена материала, из которого изготовлены эти три ножичка – семь миллионов рублей!

- Чего?! Семь лямов?!?!? Три сувенирных ножа?! Ну ни хрена себе!!! Даже если бы они из золота были, они бы столько не стоили. Ими Тутанхамона убили что ли? Или их из лунного материала выточили?

- Почти. Перед тобой новый, пока еще очень секретный материал, из которого сейчас изготавливают элементы газовых каналов особого профиля, которые служат для изменения скорости, проходящих по ним газовых потоков…

- Игорь, я знаю, что такое сопло. Не умничай!

- Блин, а я не думал, что ты такой образованный. Учту на будущее.

- Поток твоих шуток сегодня, смотрю, не остановить.

- Так вот, этот материал используют при производстве новых ракетных двигателей, которые будут устанавливаться на перспективные сверхтяжелые ракеты. Называется - композитная керамика, или как-то так. Очень огнеупорная материя, держит температуру в несколько тысяч градусов без потери своих свойств. В определенной газовой среде очень легко подлежит механической обработке обычными инструментами и сохраняет свои свойства, не подвергаясь коррозии, почти навсегда. Так что, к слову, ножички эти вечные, их никогда не потребуется точить. Да и, честно говоря, без создания особых условий, это и не получится. А производят композитную керамику только на одном заводе в мире. Угадаешь, где он находится?

- Ну удиви меня еще разок. Хотя, мне кажется, я догадываюсь. Не так много в жизни я знаю заводов, производящих ракетные двигатели.

- Бинго! Завод этот находится у тебя в городе. А его проверку ты и будешь с завтрашнего дня осуществлять. Вот, получи приказ о назначении проверки, командировочное удостоверение, а также контакты начальника службы безопасности. Завтра ему наберешь, и он тебя встретит. По межведу всех предупредили, поэтому никто лишних вопросов задавать не будет. Начальник СБ тебя ожидает.

- Проверка режимного объекта? А почему мы? А если еще конкретней – почему именно я?

- А потому что после смены руководства «Роскосмоса», было принято решение, что все подразделения этой госкорпорации курирует наш отдел. По личному указанию Директора. А именно ты, потому что так решил наш новый руководитель. Есть еще вопросы?

- Вопросов нет. На указанную выше тему. А по существу есть. Расскажи, как вы вообще на эти изделия вышли и что за прикол такой с покупкой их в интернете?

- Все началось с твоего друга.

- С какого из? А то что-то у меня в последнее время очень много друзей. Со всех сторон. Не знаю куда от них деваться.

- Не ну этот прям из ближнего круга. Сан Саныч Белотканев известен тебе?

- Ну так это и твой друг тоже.

- Не важно. Все произошло в тот момент, когда он руководил безопасностью чемпионата Европы по скалолазанию… Ты в курсе, что на твоем объекте был чемпионат Европы хоть?

- Первенство. Это было первенство Европы, а не чемпионат.

- А в чем отличие?

- Отличие в том, что первенство это для молодых спортсменов, а чемпионат для взрослых. Ты отвлекся, давай по существу.

- Ну да, согласен, пофиг чемпионат это был или первенство, суть не в этом. Суть в том, что во время проведения соревнований, мальчик из сборной Хорватии упал на тренировке и повредил связки. Дежурившие в спорткомплексе медики рекомендовали отвезти мальчика в стационар для дополнительного обследования. Вместе с ним, в больницу, поехала его бабушка и Сан Саныч, как представитель организаторов первенства, и как человек, который должен был помочь решить все возникающие вопросы с медиками.

В итоге с мальцом все оказалось в порядке, обычный ушиб, ничего страшного. Однако Сан Саныча очень заинтересовала бабушка спортсмена. В хорошем смысле заинтересовала, в профессиональном. Он в срочном порядке вышел на связь со своими кураторами и сообщил, что во время службы в столичном управлении контрразведки, видел среди ориентировок на кадровых британских разведчиков фото женщины, очень сильно напоминавшую бабушку травмированного мальчика. С поправкой на прошедшие годы, конечно.

В течение нескольких часов, в ходе дополнительной проверки, выяснилось, что, действительно, в составе хорватской делегации на территорию России проникла кадровая британская разведчица Джина Сайлс.

После этого, естественно, прихватили ее, максимально быстро, в оборот. Установили наблюдение, взяли под контроль все контакты, начали восстанавливать поминутно всё время ее пребывания в стране, начиная с приземления в аэропорту.

В итоге, как ни странно, ничего подозрительного выявлено не было. Через полтора суток после начала наблюдения она покинула Россию вместе со всей хорватской спортивной делегацией.

Кристально безупречное поведение. Как будто не разведчик, а на самом деле бабушка малолетнего спортсмена. Из всего, что с ней произошло, только покупка сувенира в виде набора столовых ножей, на сайте бесплатных объявлений как-то выбивалась из общего списка.

Нелогичный поступок, что ли. Ну не покупают туристы сувениры по объявлениям.

Начали копать дальше, выяснилось, что аккаунт продавца оформлен на супругу работника предприятия «Энергетика», где как раз и производят ракетные двигатели.

Обрадовались, решили, что это зацепка. Однако, это оказался простой слесарь из инструментального цеха. Никакого допуска к гостайне не имеющий. Даже близко.

Аккаунт на площадке продаж у супруги был зарегистрирован десять лет назад, продажа сувениров была основным ее видом деятельности и заработка. Наборы ножей, такие как приобрела Джина Сайлс, тоже не были новинкой или эксклюзивным товаром, продавались уже года полтора, да и в настоящий момент в продаже имеются.

После этого купили мы такой наборчик и решили отдать на экспертизу, даже до конца не понимая, какие вопросы задавать эксперту, что именно он должен нам рассказать.

И вот, как раз, именно на этом этапе началось самое интересное: эксперты не смогли установить материал, из которого были изготовлены лезвия ножей. Это было неожиданно. Неизвестный науке материал. Либо очень секретный. Сопоставили с тем, где работает муж хозяйки аккаунта, и отправили образцы на завод. Там нам все и рассказали, что это за материал, в каком производстве используется. При этом допуск к гостайне у сотрудников, проводящих проверку, запросили максимальный. На этом информация, которая мне известна, заканчивается.

Ну а дальше тебе предстоит аккуратненько раскрыть каналы утечки спецматериалов с режимного объекта. Но ни в коем случае тебе нельзя раскрыть нашего истинного интереса: необходимо выяснить, случайная была покупка сувенира у британкой или она целенаправленно приезжала конкретно за приобретенными образцами. И если второе, то тебе нельзя никого вспугнуть. Вражину надо будет обязательно вычислить. А потом уже решим, что с ним делать.

- Мда уж. История достойная детективного романа. Ты говоришь, что такие ножи уже полтора года продаются. Их изъяли? Они из какого материала изготовлены?

- Изъяли почти все. И вот ведь в чем дело – они тоже из композитной керамики. При таком раскладе очень трудно согласиться с теорией о том, что британка приезжала специально для изъятия образца, и что под нее специально сделали экземпляр. Запутано все, короче.

- Угу, а мне теперь в этом разбираться.

- Ну а кому? Мы все заняты, один ты тут бездельничаешь за штатом. Еще один момент тебе просили передать: твоя проверка будет по линии антитеррора. Официально будешь проверять документацию и регламенты по этому направлению. Действовать по основной задаче будешь под прикрытием, тебе не привыкать. Работай очень осторожно, так как нам нельзя показывать свой интерес в этом деле перед контрразведчиками. Они тоже землю роют сейчас. Такой конфуз. У них интерес замять все и самим разобраться. А у нас интерес, чтобы они не смогли этого сделать.

- Так почему тогда Сан Саныч не своим, в контрразведке, все тихонько рассказал, а нам?

- А он нам и не рассказывал. Мы сами узнали.

- А как тогда?

- А вот так! Много будешь знать – скоро состаришься. Не наше это с тобой дело. Мне шеф сказал. Я тебе. Наша задача во всем разобраться и вычислить предателя. И сделать это вперед наших коллег. Чтобы усилить аппаратные позиции нашего верхнего руководителя.

- Ну разобраться, значит разобраться. Какие проблемы. Завтра и начну.

Глава 21

- Здравствуйте, молодой человек! Меня предупредили и о вашем визите, и о предстоящей проверке. Правда, не заблаговременно, а буквально за сутки. Всё пытаются Александра Кирилловича застать врасплох, все вынюхивают и выискивают! – начальник службы безопасности НПО «Энергетика» встретил меня с широкой улыбкой, но при этом тон его был осуждающий, а вся манера общаться и вести себя – покровительственными. Из досье я знал, что работает он на этом месте уже более двадцати лет. Пережил пятерых генеральных директоров и не меньшее количество главных конструкторов.

- Позвольте представиться: Ромодановский Александр Кириллович! Глава, так сказать, местного департамента безопасности, - продолжил мой он, перед тем как протянуть мне руку для приветствия.

При этом, вся его речь, движения, жесты, были пропитаны таким чванством и высокомерием, что мне мигом представился такой карикатурный придворный вельможа николаевских времен. А произношение им фамилии как «Ромодановскай», с обозначением звука «А» вместо «И» в последнем слоге, еще больше укрепило во мне ощущение этого сходства. Как я позднее узнал, среди персонала предприятия у Александра Кирилловича как раз и было прозвище «Барин». Так что не одному мне бросилась в глаза необоснованно самодовольная манера поведения. В силу врожденного неприятия такого нарциссизма, я не смог удержаться от вопроса:

- Подскажите, а князь Алексей Филиппович Ромодановский, недавно посещавший нашу страну из эмиграции, вам случайно не родственник?

- Нет, что вы. Мой дед отрекся от княжеского титула и перешел на сторону советской власти, отказавшись от всех своих дворянских родственников. Что, как показало время, было очень необдуманным шагом. С тех самых пор мы родственные отношения с потомками прославленного рода не поддерживаем.

Сарказма в моих словах Барин не заметил. Слишком был занят собой.

- И что же вы хотите найти у меня, в результате своей проверки? Что будете проверять? – продолжил он после небольшой паузы, связанной, видимо с анализом упущенных возможностей, произошедших по вине его деда в далекую революционную пору.

- Да жалобы поступают на вас, Александр Кириллович, неоднократные и коллективные. Молодые сотрудницы жалуются. Говорят, мол, абьюз и харрасмент тут у вас.

- Да что вы говорите?! Вот незадача какая. Я буду вам весьма признателен, если поясните мне, старику, как толкуются употребленные вами термины?

- Дамы жалуются, говорю, что пристаете к ним. Вот мы и не смогли не отреагировать на поступивший сигнал.

- Шутить изволите, молодой человек? Ну я это одобряю. Чувство юмора, доложу я вам, очень помогает в нашей непростой жизни.

- Ну я подстраиваюсь под выбранный вами для общения шутливый стиль. А вы так спрашиваете, как будто это первая ваша комплексная проверка и вы совсем не знаете, что именно проверяют в таких случаях. Поэтому я и не мог воспринять ваш вопрос иначе как шутку. Вот и пошутил в ответ.

- Ну тем не менее. Ведь каждый раз что-то разное требуется. Еще за все годы не было двух одинаковых инспекций.

- Уважаемый Александр Кириллович, проверять будем все что имеет отношение к обеспечению режима секретности, сохранению гостайны, антитеррористической защищенности объекта. Ни больше не меньше. Все в рамках нашей зоны ответственности. Нам чужого не надо, но свое по полной.

- Сколько вам лет?

- Какое это имеет значение?

- Поверьте, молодой человек, в нашем деле это очень важно. Так вот, я стал начальником службы безопасности этого предприятия в те годы, когда вы еще своих одноклассниц на школьной дискотеке на медленный танец пригласить стеснялись. Я столько раз уже проходил подобные проверки, что потерял им счет. И никогда никаких замечаний не было. Поэтому и поинтересовался у вас, что же вы собираетесь найти в этот раз?

— Слушайте, ведь это же отлично! Чем в большем порядке у вас состояние проверяемых параметров и документации, тем легче мне будет работать и тем скорее мы закончим. Кстати, прошу предоставить мне, для начала, некоторые документы, согласно прилагаемого перечня, а также выделить отдельное помещение для работы.

- Предлагаю разместиться в моем кабинете. Он полностью в вашем распоряжении. А я пока поработаю из другого.

- Боюсь я не смогу воспользоваться вашим гостеприимным предложением. Ведь осознавая, что вы лишены своего привычного рабочего места, мне будет неудобно и я буду нервничать. Что может сказаться также на эффективности моей работы. Поэтому я все-таки откажусь от вашего предложения и смогу разместиться в любом другом кабинете.

- Ну как знаете. Была бы честь предложена.

** *

В процессе изучения предоставленных документов я изучил как был организован процесс синтеза и последующей утилизации опасных и особо секретных материалов.

В саму технологическую цепочку образования полимерной керамики я особо не вдавался, уяснил для себя только то, что при воздействии высокой температуры и определенных химикатов на первоначальный материал в цехе термической обработки, получалась заготовка, которую транспортировали в инструментальный цех, где ей придавали необходимую форму. Обработка также велась в определенной химической среде, в которой, и никак иначе, синтезированная керамика вообще поддавалась обработке.

В результате чистовой доделки первоначально отлитой болванки до уровня готового изделия, образовывались отходы производства в виде различных крупных и мелких осколков. И вот эти-то осколки, судя по всему, наш подозреваемый горе – бизнесмен и забирал себе для изготовления «вечных ножей». Более того, как я уже сказал выше, обработка осколка до формы и состояния лезвия ножа, не могла быть произведена нигде, кроме инструментального цеха предприятия НПО «Энергетика», потому что химические реагенты, используемые для изменения свойств материала, были весьма токсичными и хранились особым образом. Хотя… Раз уж тут с территории предприятия особо секретный материал научились выносить мимо охраны, может они и химические препараты ведрами выносят.

Отдельной проработки еще требовал вопрос, сам ли слесарь, опытным путем, установил необычные свойства материала или же кто-то подсказал, заведомо решив использовать работягу «в темную» для выноса образцов. Надо будет обязательно это выяснить, это важно.

В соответствии с утвержденным регламентом, на предприятии велся строгий учет любого синтезированного в его стенах, материала. А уж учет новейших разработок – и подавно. Согласно руководящим документам, контролировалось все до грамма: какая масса композитной керамики была синтезирована, сколько ушло в производство деталей, сколько осталось для дальнейшего использования, сколько ушло в отходы производства и подлежит списанию. Списание того что осталось, даже малейших частиц, производилось в производственном цехе, путем уничтожения в кислотно – термической среде. Контроль всего технологического процесса, куда входил и процесс утилизации неиспользованной субстанции, возлагался на технологов и службу безопасности предприятия.

Масса материала, которая осталась после изготовления деталей и подлежащая списанию, указывалась в акте, скрепленном подписью трех человек в инструментальном цехе, и всегда равнялась массе уничтоженного материала, которая указывалась в другом акте, скрепленном подписью других трех человек, тех, которые осуществили его уничтожение в другом цехе.

В итоге, что мы имеем? По документам получалось так что неучтенных излишков композитной керамики нет. Ни грамма. Только вот ножички, из нее изготовленные – на сайте бесплатных объявлений есть! Чудеса.

Видимо, пришла пора познакомиться со злоумышленником лично. Напрямую спросить, как он умудрился изготавливать кухонную утварь из несуществующего материала? А потом уже пообщаться с технологами и сотрудниками службы безопасности, послушать их версию событий.

Глава 22

- Ну здравствуйте, гражданин Воропаев! Как вас по имени – отчеству?

- Алексей Иванович.

- Очень приятно. Алексей Иванович, вам сказали зачем вас вызвали и кто я такой?

- Да. Александр Кириллович предупредил, что идет проверка по линии безопасности.

- Все верно. Для начала небольшие формальности, я должен удостовериться, что вы это вы. Паспорт с собой?

- Конечно. Вот, пожалуйста.

- Благодарю. А теперь подписка о неразглашении сведений предварительного следствия и сразу же подписка о неразглашении сведений, представляющих государственную тайну. Внизу страницы распишитесь.

Ну а теперь продолжим.

- Алексей Иванович, у нас имеются сведения о хищении с территории предприятия новейших разработок отечественного ВПК, что попадает под действие статьи 275 Уголовного кодекса РФ – Государственная измена. Какие там предусмотрены меры ответственности, думаю вы хорошо себе представляете. Надеюсь, вы понимаете серьезность ситуации?

- Серьезность ситуации, конечно, понимаю. Но не понимаю при чем тут я.

- А вот как раз к этому подходим. Когда и при каких обстоятельствах в интернет – магазин вашей супруги попали вот эти изделия? Знаете ли вы из чего они изготовлены? – и выложил на стол набор «вечных ножей», которые Игорь мне передал в качестве вещдоков, - я хочу, чтобы вы спокойно и честно рассказали мне всё что знаете.

- Ну конечно знаю из чего они сделаны. Это же я сам их и сделал. Это керамика, из которой сопла для движков делают.

- А зачем вы это сделали? Что двигало вами? Вы же понимаете, что использовали в личных целях особо секретный инновационный материал, аналогов которому не существует?

- Да я и не знал, поначалу, что она какая-то там секретная, эта керамика. Потом уже, в процессе понял и осознал. Но уже поздно было что-то исправлять. А деньги продажа ножей неплохие приносила. Моя зарплата почти вся уходила на кредиты. А жить-то надо как-то. Вот и решил, что пусть все идет как идет. Пока не поймают.

- Понятно. То есть угроза сесть в тюрьму вас не испугала.

- Да поздно было. Все равно уже влетел по самое не хочу. Осторожнее только стал.

- Ну допустим. А вот вы же не технолог, откуда тогда вы узнали о свойствах материала? В первую очередь о его прочности и долговечности.

- Да все знают. Это же не секрет.

- Погодите, но это как раз информация, которая представляет собой государственную тайну. То есть секрет. Откуда вы узнали? Прежде чем ответить, хорошенько подумайте и постарайтесь вспомнить все детали. Это важно. Или, может, вы похищали секретные образцы не один? – последний вопрос я задал нарочито громко. Воропаев аж вздрогнул.

- Да один, один. Ну, блин, в курилке кто-то из технологов или инженеров с год назад рассказал о том, что наше предприятие получило патент на производство этой самой композитной керамики. А потом кто-то сказал, что это вообще вечный материал. После обработки может выдержать температуру как на солнце. Я не помню, кто именно это сказал, но точно на перекуре дело было. Столько времени уже прошло.

- А откуда вы узнали, как правильно обрабатывать этот материал? Это же целая история, так просто, кувалдой, из осколка лезвие для ножа не сделаешь.

- Подглядел. Увидел к какой емкости с газом подключаются, когда сопла обрабатывают. У нас в цеху такие же есть. А дальше – дело техники.

- Сейчас я задам вопрос, от которого будет очень многое для вас зависеть. В том числе, насколько суровое наказание будет требовать для вас государственный обвинитель. Очень хорошо подумайте, прежде чем дать ответ. От кого конкретно вы услышали о специфических свойствах данного материала? Мне нужна фамилия. Необходимо вспомнить, кто именно тогда был в курилке, и кто именно был источником столь специфической информации.

Ведь если так подумать, вас могли преднамеренно подтолкнуть к совершению преступления. Вбросили мысль и ждали чтобы вы отреагировали соответствующим образом. Нет, с вас, конечно, ответственности это не снимает. Но как смягчающий фактор выступить может.

- Блин, да как тут вспомнишь? Я даже до конца не уверен в том, что это в курилке было. Хотя нет, постойте. Точно в курилке. Я еще тогда задумался над перспективами и палец обжег окурком. Вот даже ожог остался. Сейчас попробую что – то вспомнить.

- Вспоминайте вслух. Я вам буду помогать наводящими вопросами. Сколько человек вас было всего?

- Вроде шесть или семь. Точнее не скажу.

- Все находящиеся в помещении были вам знакомы? Или был кто-то незнакомый? Такую деталь вы бы точно запомнили. Не могли бы не обратить на это внимание.

- Ну такого не помню. Значит все свои были, с кем ежедневно там сталкиваемся. Осталось только вспомнить, кто именно.

- В какой последовательности кто появился в курилке? Вы пришли первым? Или шестым? Как расходились: все одновременно или по очереди? Кто ушел первым?

- Я пришел точно не в пустую курилку. Следом за мной заскочил лаборант. Да! Он еще мне дверью по спине припечатал. Торопился очень, у него всего три минуты было на перекур, с какого-то совещания прискакал. Молча покурил и умотал. Остальные там уже были до моего прихода.

- Вы с ними поздоровались? Через рукопожатие или общим приветствием?

- За руку, вроде. У нас принято за руку. Кроме Образцова. С ним уже виделись.

- Кто такой Образцов?

- Инженер – исследователь из лаборатории. Мы с ним вместе на работу ездим, он в соседнем доме живет. На бензин в два раза экономия получается.

- А что он исследует? К композитной керамике имеет отношение?

- До конца не знаю, чем он занимается, но скорее всего имеет. Лаборатория ведь у нас одна. Но он ничего не рассказывает о своей работе. Говорит, что разработки секретные и, если много говорить, можно надолго сесть в тюрьму.

- Какой молодец этот Образцов. Вам бы с него пример брать, а не воровать секретные разработки. Тем не менее, давайте продолжим. Нам осталось еще вспомнить и установить личность всего троих – четверых человек. Вы с Образцовым разговаривали о чем – нибудь в тот раз?

- Да я вообще ничего почти не помню. Может и разговаривали. Хотя постойте! Не разговаривали мы с ним, потому что, когда я пришел, парнишка один из новеньких технологов рассказывал анекдот. Про то как поручик Ржевский в одном из сражений отрубил французу ногу. У него спрашивают, а почему не голову? А он в ответ – а головы у него уже не было. И вот после этого анекдота началось обсуждение, возможно ли в реальной жизни отрубить человеку ногу шашкой. И слово за слово, кто – то и ляпнул, мол если из нашей керамики, из которой сопла отливают, делать шашки, или хотя бы, кухонные ножи – они будут вечными. И еще добавил, что у нас отходов постоянно на десятки килограммов в месяц выходит, мол их не уничтожать надо, а в народное хозяйство передавать, ну или хотя бы кустарям – ремесленникам, чтобы они сувениры делали. А я, как раз, для магазина своей жены делал сувениры. Магнитики на холодильник, шашки, шахматы ручной работы, нарды. Ну и всякое такое. Вот меня эта мысль и зацепила, призадумался. Вечные ножи можно дорого продавать и поскорее с кредитами рассчитаться.

- Ну давайте теперь вспоминайте, кто такую мысль озвучил? Уже ведь почти все вспомнили.

- Блин, вот если мне память не изменяет, то это был Юра Карапетян. Тоже технолог. Он на тот момент полгода как к нам из Королева перевелся, на новый проект какой-то. Может, как раз, на эту вашу керамику, будь она не ладна!

Бинго! Ну вот и все! Юра Карапетян, приготовиться!

* * *

- Ну и что там у тебя на «Энергетике»? – через три недели после начала проверки Игорь Ранненков снова приехал ко мне, узнать о ее результатах.

- Да уже все нормально там. Вскрыли канал утечки государственных секретов, задержали вражеского агента и его пособников, вольных и невольных. Там история – чистый детектив. Короче, инженер – технолог перевелся из головного предприятия, из конструкторского бюро в Королеве, к нам на завод с целью получения доступа к образцам нового секретного композитного материала для производства элементов двигателей ракетной техники. Для удобства этот материал, как мы знаем, все называют «композитная керамика». Парень оказался с творческим мышлением, поэтому придумал схему, по которой он лично к похищенным образцам даже не прикасался. Узнал, что один из слесарей, не самый интеллектуально развитый, скажем прямо, занимается тем, что изготавливает сувениры для магазина своей супруги и внушил ему идею об использовании отходов производства в корыстных целях. После появления изделий в свободной продаже, подал сигнал своим кураторам, а они уже прислали очень высокопоставленного и опытного агента в качестве курьера. Это ту даму, что совершенно случайно Сан Саныч опознал. Очень важный груз она увезла. А мы, к сожалению, просрали этот эпизод.

Когда мы ниточку до этого Юры Карапетяна размотали, копнули его поглубже. Пообщались с коллегами, друзьями, знакомыми ну и плотненько взяли в разработку и уже через неделю все сомнения отпали. Пока он под колпаком был, мы доказухи еще, как минимум, по трем эпизодам набрали.

Потом взяли этого Юру и рассказали о перспективах присесть по двести семьдесят пятой. Описали ему вариант с отягчающими обстоятельствами, это когда «я не я и хата не моя» и вариант со смягчающими обстоятельствами, когда, наоборот, чистосердечное признание, деятельное раскаяние и сотрудничество со следствием.

Парень все правильно понял, даром что не глупый, и обо всем рассказал. Оказался он из «спящих», к сожалению. Я надеялся, что покрупнее рыбка к нам в сети заплывет.

- И тебе орден дадут?

- И мне орден дадут.

- Я бы вообще на твоем месте ни на что не рассчитывал. Первоначальная инфа пришла от Сан Саныча, разматывать дело начал я с Денисом, а ты магазины в аренду в это время сдавал. Я тебе, по сути, все передал на блюдечке с голубой каемочкой. Просто шеф тебя по принципу географии назначил, типа в твоем городе, вот и доведи дело до конца. Слава Богу справился.

- Умеешь ты поддержать. За что и ценю!

- Обращайся.

- Ладно, слушай дальше. Десять лет назад, еще когда Карапетян учился в МГТУ имени Баумана, один его знакомый, узнав, что он едет в отпуск в Самару, попросил передать своей сестре сумку с гостинцами из столицы. Юра, естественно, согласился. У него уже была своя машина, на которой он собирался ехать, поэтому никаких сложностей передача посылки не представляла. Тем не менее, примерно на половине пути, его остановили гаишники для проверки документов. А с ними на дороге дежурила собачка с инструктором из наркоконтроля. И стала эта собачка подавать кинологу сигналы о наличии в непосредственной близости к ней наркосодержащих препаратов.

Пригласили понятых, досмотрели Юрин автомобиль, открыли сумочку, в которой должны были лежать гостинцы, а там почти килограмм белого порошка. На который собачка и среагировала. Сказали ему, что вез он героин, а привез себе срок.

В итоге приехали наркополицейские и парня прессанули так, что он все подписал, на видео вину признал и уже был готов отправиться лет на десять в места не столь отдаленные, как ему предложили спасение. Пообещали, что делу ход не дадут, но в благодарность за это, от него когда – нибудь в будущем понадобится оказать услугу. Или услуги. После чего он подписал согласие о сотрудничестве с органами и поехал себе дальше к родне в Самару.

Девять лет он жил спокойно, а на десятый с ним связались, напомнили о себе и попросили перевестись из Королева к нам в город. Ну а уже здесь попросили достать образцы композитной керамики, образцы топлива для новых двигателей и несколько чертежей. Что он, довольно творчески и исполнил.

Самое интересное, что когда мы проверили информацию, то в указанном месте в день когда Карапетяна приняли с посылкой, никакой экипаж ДПС не дежурил. Тем более с кинологом.

- Блин, тебе везет на переодетых гаишников.

- Да не говори. Это был хорошо поставленный спектакль. Студента Бауманки бритиши вербанули еще на этапе обучения. Как только он достиг необходимого уровня, «расконсервировали» и использовали. Одноразовый материал. Никаких аварийных вариантов эвакуации или экстренной связи с кураторами у него не было.

- А что с тем знакомым, который сумку ему передал?

- Обычный нарик был. Умер от передоза спустя пару лет после того эпизода. Карапетян с ним больше не встречался.

- Ну богатый у тебя улов, смотрю. Двое в СИЗО отъехали.

- Чего это двое? Трое!

- А третий кто?

- Начальник службы безопасности. Барин Ромодановский. За халатность с тяжкими последствиями для безопасности государства. Столько же лет, сколько он бесполезно на должности просидел, вряд ли ему дадут, но пятерик свой, заслуженный, точно надо будет отмотать. Ну и еще всю службу безопасности под замену.

- Нормально ты пожестил.

- А он мне сразу не понравился…

Глава 23

В конце января мне позвонил Леха Солнцев и сообщил что ему предложили уволиться.

- Не простили мне вашу поездку к Зурабу Измаильскому, судя по всему. Но еще больше не простили того, что с Зурабом потом стало: после своего низвержения с воровских высот под шконку в петушиный угол, он вскрыл себе вены и у Валеренко не стало такого высокопоставленного в уголовных кругах стукача.

- Валеренко это кто?

- Это мой курирующий заместитель Директора ФСИН.

- Вроде Старый, мой бывший шеф, говорил, что Зураба крышевал один из наших генералов с Лубянки. Лукашов. Он раньше курировал ФСИН, а сейчас тоже заместитель Директора.

- Ну не знаю. По моей информации Измаильский с моим шефом работал. А ваш Лукашов мог Валеренко курировать.

- Сколько тебе времени дали до увольнения?

- Ну особо не торопят, принципиально просто позицию озвучили. Думаю, месяца три - четыре у меня еще есть.

- Может с этим замом поговорить? Я могу попросить старших товарищей, чтобы связались объяснили политику партии. Таких кадров, как ты надо ценить.

- Да не надо. Если него крыша Лукашов, он вряд ли он кого послушает. А мне только хуже сделаете. Да и не в этом дело. Я просто взвесил все, пенсия у меня есть, выслуга есть. А пошло оно все в задницу! Не ценят – ну так тому и быть, найду себе применение в народном хозяйстве.

- Ну смотри, если какая помощь понадобится – я всегда на связи.

- Договорились.

* * *

Через две недели неожиданным визитом ко мне удивил Игорь Ранненков.

- Привет коммерцам!

- Привет чекистам. Какими судьбами?

- Да вот приехал узнать, как у тебя дела, как жизнь, чем занят.

- Спасибо, как говорится - вашими молитвами. У нас тут все в пределах допустимых параметров. Мы строим.

- Как неожиданно. И что же вы строите?

- Ну кто что. Я строю спортивный центр. Ну так считается, потому что меня назначили заказчиком – застройщиком. А Зубов строит из себя военного аналитика и стратега. На одной из встреч начал мне рассказывать про основы организации боевых действий в масштабе полка. Ты, говорит, Иванов, ни хрена бы в армии больших высот не достиг. Потому что в армии нужны те, кто ходит в атаку, а ты только способен боеприпасы подавать.

- Это по какому поводу он тебя так определил в подносчики? А себя он, судя по контексту, относит к сугубо атакующим полководцам?

- Да я уже и не помню, с чего все началось. Перед своими тетками что-то сидел рассуждал. Им-то пофиг, они не служили. Им все что угодно можно рассказывать. Но он решил мне, как понимающему, дичь задвинуть. Что на фронте надо идти на противника, атаковать, захватывать инициативу, навязывать свою волю. При этом, я так понял, он сам считает, что без патронов можно воевать, раз подносчики боеприпасов для него не важны. И все так красноречиво, уверенно, с умным видом, как будто и правда разбирается в вопросе. Слава Богу, что он в запасе и в реальных войсках не служит. Ни приведи Господь к такому в подразделение попасть во время боевых действий, всех «на мясо» отправил бы.

- Ты удивишься в каких войсках он в запасе.

- Да ну ладно, как будто я его личное дело не читал. Знаю в какой конторе он в запасе числится. И знаю кто и как его из Минобороны перевел. И каким образом он очередные звания в запасе получает тоже знаю.

- Звучит так, как будто ты не рад новому коллеге.

- Да мне, в принципе, плевать на его стремление повысить свой статус в этой области. Удивляет немного, что для него это важно, ведь к военной службе уже никакого отношения не имеет и даже в случае чего – точно на фронт не призовут. Как говорил один персонаж: тщеславие – это мой любимый грех! Поэтому, тогда на встрече, я в ответ на все его стратегические размышления покивал с умным видом и спорить не стал. Он недавно вспомнил, что я суворовское училище заканчивал, поэтому частенько армейскими примерами козыряет. Правда вообще все мимо. Вот прям ни одного попадания. Ну да ладно, чего это я все про себя да про себя, как там у вас дела? Что-то Денис Изотов пропал, я ему звонил пару раз, он вообще «не аллё».

- О, Дениску отправили в ссылку на Колыму. В прямом смысле слова. Поехал туда перспективную версию разрабатывать, заодно и с глаз долой. Его новый шеф спас от практически неминуемой расправы. Вопрос вообще стоял об увольнении.

- Чего он опять натворил?

- Да это раздолбай познакомился с очередной девчонкой. Гаишницу себе нашел в этот раз. Она служит в ЦОДДе по Московской области, отвечает за штрафы с камер или что-то вроде этого. Ну и как-то раз она, между делом, пожаловалась Денису, что в текущем месяце как-то мало водители стали правила нарушать, штрафов мало выставили, возможно весь отдел, в том числе и она, премию за квартал при таком раскладе не получит. Ну и наш юный и не очень умный друг решил показать себя истинным защитником своей дамы сердца. Он не придумал ничего лучше, чем поехать в офис Яндекса, по пути придумав какую-то историю про банду международных террористов, и заставить путем внесения изменений в работу программы, сделать так, чтобы в приложении «Навигатор» у пользователей, половина камер по Московской области не отображалась. Водители уже привыкли что навигатор предупреждает о камерах загодя, надеялись, а ничего не стало.

- Красавчик, я бы до такого не додумался. Ну варит же башка у пацана.

- Еще какой красавчик. Тревогу забили в ЦОДДе, когда за пять дней выставили двухмесячную норму штрафов. Скандал был огромный. Слава Богу, что все стороны были заинтересованы не предавать ситуацию огласке. Поэтому, по-тихому замяли, камеры вернули в навигатор, Дениса в ссылку на Колыму, ну а штрафы нарушителям придется выплатить.

- Ну Дэн в своем репертуаре. Ничего, холодный климат пойдет ему на пользу. А вот ты мне так и не сказал, с какой целью из самой Москвы ко мне приехал.

- У тебя есть материалы по коррупции? От шефа требуют результатов по этому направлению. И чтобы прям в ближайший месяц.

- Ну есть некоторые наработки, только они не закрепленные еще. Вице – спикер Гордумы подойдет? Только в этом месяце точно никак не успею.

- Что у тебя на него?

- Да я тут в архивах, когда разбирался, наткнулся на документы, которые он подписывал в качестве руководителя. Смотрю, фамилия знакомая, а он у Зубова работал, когда еще торговый центр строили. Заинтересовался я этой связкой бизнеса и власти, начал народ опрашивать из тех, кто с ним работал. Таких не мало оказалось, помнят его люди. Говорят, что обычный был, ничем особо себя не проявил. Но при более подробном общении, в неформальной обстановке, некоторые сказали, что якобы подозревали его в каких-то мутных схемах, что был он заподозрен в нетрудовых доходах. Иначе говоря – откатах. Бытует мнение, что именно за это его Зубов и уволил. Пришлось погрузиться в документы по стройке, особенно в те, где он фигурировал как подписант. Выбрал несколько подрядчиков, которые прям очень много денег заработали на этой стройке. Вышел на парочку из них инкогнито, установил контакт через общих знакомых, втерся в доверие. Ну и дальше уже выяснил, что, по их словам, этот вице – спикер и тогда, при стройке у Зубова и сейчас, при выполнении государственных и муниципальных контрактов, оказывает им общее покровительство по вопросам, связанным с приемкой результатов работ по возведению и ремонту объектов капитального строительства, со своевременностью оплат, подписанию приемо – сдаточной документации и все такое прочее. Понятно, что формально у него таких возможностей нет, поэтому все вышеперечисленное тянет только на 159-ю. Но! Вот что интересно: возможностей нет – а строители, и по их словам, и по результатам изучения некоторых документов, неоднократно нарушали сроки, не выполняли свои обязательства по гарантийным работам, но никаких санкций за это не получили ни разу ни от муниципальных, ни от областных органов. А значит денежки доходят до кого надо. И это «кто надо» сидит достаточно высоко, как минимум в областном Правительстве, или, прости Господи, в прокуратуре. А это значит, что наш депутат просто посредник. И дело пахнет уже совсем другими статьями уголовного кодекса. От 286-й до 290-й, да еще и группой лиц, да еще в особо крупных размерах. А лично нашему фигуранту достанется вдобавок ко всему 290.1. Понятное дело, что всю цепочку будет очень трудно размотать, но под мошенничество я его точно подведу. Только я отложил на потом работу по нему. Пока нет времени.

- И долго тебе еще над ним работать?

- Я думаю, если все брошу, то месяца через два результат будет. У меня все на руках есть, мне только заказать несколько технических экспертиз и провести четыре допроса. Думаю, этого будет достаточно.

- Ну добро. Я доложу шефу. Только все остальное бросить тебе не получится. Ты же помнишь, что «Энергетику» теперь ты курируешь? Там на следующей неделе новый начальник Службы безопасности выходит на работу. Встреться с ним, познакомься, установи контакт.

- Ну если все не бросать, то месяца четыре мне надо.

- А вот на это я пойтить не могу! Мне надо посоветоваться с шефом! С Михал Иванычем… А по Зубову есть что?

- В смысле коррупция? Так он не чиновник.

- Ну я имею в виду, в общем и целом.

- Да у него все стандартно как у любого бизнесмена: уклонение от уплаты налогов, дробление бизнеса, возмещение налога на добавленную стоимость со стройки, манипуляции с кредитными средствами.

- Что-то из вышеперечисленного хоть закрепленное есть? Или тоже только наработки?

- Дробление – намертво закреплено. Тут один из директоров охранных предприятий даром что военный в доску, полковник, а оказался малость трусоват, как только его за одно место прихватили. Это вам не девочек из отдела кадров терроризировать, чтобы грамоты печатали и графики дней рождения вели. Тут как жареным запахло – всех сдал. С указанием заказчиков, организаторов и исполнителей. Под протокол и с предоставлением доказательной базы. Такое ощущение что он готовился и только нас ждал. Даже сообщения в мессенджерах скринил и сохранял в отдельной папке.

- А вот это хорошо! Материалы все мне передай, я их в дело запущу. По остальным направлениям когда доделаешь?

- Ну пока не собирался ускоряться. Вообще для меня это вторично.

- А ты ускорься. Вторичных тем сейчас нет.

- Вы мне только работодателя в тюрьму не посадите, а то, где же я харчеваться стану?

- Да не боись, на первый раз деньгами накажут, попросят добровольно доплатить налоги и даже без штрафа обойдется. Стране нужны деньги. А раз он собрался в депутаты, то должен это понимать и личным примером показывать.

- В смысле в депутаты собрался? Он и так депутат.

- Сейчас областной Думы, а собрался в Государственную.

- Так выборы еще только в следующем году. Откуда ты знаешь, что у него такие планы?

- Шеф скинул на проверку материалы по его кандидатуре. Коллеги из региона его очень рекомендуют, планируют поддержать. А я и подумал, что и у тебя полюбому на него что-то есть. Почему бы и не воспользоваться твоими наработками. Он сейчас беззащитен, все оплатит как миленький, чтобы шансы на участие в выборах сохранить. Я еще когда у него работал, за его хамство придумал ему возмездие. Вот и рассчитаемся.

- То есть ты решил ему отомстить, таким образом, за его отношение к тебе во время работы в его компании. Я не знал, что ты такой злопамятный.

- Запомни, Женя, мстят слабые, а сильные наказывают!

- Тоже мне философ.

- Сколько там недоимка? По вот этим материалам.

- Миллионов двадцать будет.

- Ну буду считать себя удовлетворенным. И тебе советую тоже что-то придумать, в качестве бонуса при увольнении. Ты-то дольше работаешь у него и чаще «под танки» попадаешь.

- Я подумаю над вашим предложением, сударь.

- Ладно, а с моральным разложением как у него? А то сейчас рекомендуем его кандидатуру от главной партии страны, а он окажется пьяница или бабник. Или игроман.

- Как будто в наши дни это прям какая-то редкость среди депутатов.

- Ну редкость – не редкость, а справка будет за моей подписью. Вот и не хочу ничего упустить.

- Мне еще только не хватало следить за его морально – политическим обликом. Вот вообще не хочу этим заниматься. Слухи, конечно, ходят. Но такие глухие. Либо из-за давности событий, либо из-за фигур действующих лиц. Хотя один случай был курьезный. Уже при мне.

Как -то в конце рабочего дня звонок. Снимаю трубку, не успеваю и слова сказать, как слышу:

- У меня очень важная ситуация, мне срочно надо с вами посоветоваться!

Говорю в ответ:

– Ну рассказывай, что там у тебя?

- Меня Зубов вызвал к себе полчаса назад и сказал, что он хочет со мной завтра вечером пойти в какое – нибудь заведение, пообщаться в неформальной обстановке. Сказал что мне надо найти ресторан, такой чтобы было модно, стильно, тусовочно.

- Мне тебе помочь с выбором ресторана? – спрашиваю, а сам еле сдерживаюсь от смеха.

- Да нет. Ресторан найти это не проблема, вообще не сложно. Меня пугают такие приглашения. Что мне делать? Я не знаю, как реагировать.

- Ну из меня советчик в таких вопросах вообще нулевой. Никогда с таким не сталкивался, поэтому выбор за тобой. А как к таким предложениям относиться я и сам не знаю. Предложи подруг с собой взять. Всё хоть не наедине. Не так сильно компрометирующее будет выглядеть, если вас вместе увидит кто – нибудь из знакомых.

- О, точно! Спасибо вам. Так и предложу.

Я трубку повесил и ржал минут двадцать после этого. Все остановиться не мог.

После моего рассказа Игорь молча посмотрел на меня и спросил:

- А чего смешного? Биг босс захотел охмурить подчиненного, пригласил побыть наедине в неформальной обстановке. Служебный абьюз, нормальная тема. Может с прицелом на шпили – вили, в последствии.

- Ахахаха!!!

- Блин, сейчас – то ты чего ржешь?!

- Да потому что мне звонил сотрудник – мужчина! Ахахаха!

- Серьезно?! Ну нифигасе! Что там у вас вообще происходит? Кто это был?

- Да ты его не знаешь, он при тебе не работал.

- И что, и что? В итоге они сходили в ресторан?

- Говорит, что сходили. Типа он, как я и посоветовал, пригласил двух подружек, и они вчетвером неплохо погуляли по модным кабакам нашего города.

- Ага. Как в анекдоте: «Расстреляли меня, внучек, расстреляли!»

- Ага, типа того.

* * *

- А что, Сан Саныч, не устал на самоизоляции сидеть? Нет желания в баньку сходить? В качестве профилактики болезней. Там точно все вирусы и другие гадости не выживают. А еще если совершить процесс стерилизации качественными дистиллятами, то вообще никакой ковид не страшен.

- Спасибо что позвонил, но мне не до бани сейчас, я не успел стерилизоваться, поэтому загремел в инфекционку.

- Корона?

- Она, проклятая. Вот только сегодня понемногу начал в себя приходить, а несколько дней до этого температура за сорок и на кислороде. Чуть в реанимацию не загремел.

- Вот это поворот. Мы же только в четверг план охраны торговых центров при карантине обсуждали.

- Ну а в ночь на пятницу мне и поплохело. А уже после обеда уехал на «скорой» в больницу.

- Ну ты даешь! То есть и я, и все, кто с нами были в одном помещении в четверг, сейчас в зоне риска. Страшненько. Завтра поеду тест делать. Чтобы, если что, заразу дальше не разносить. С бытовыми условиями как? Как лечат? Как врачи относятся? Может требуется какая – то помощь?

- Нет, все в порядке, ничего не требуется, ребята местные очень помогли. Лежу в отдельной палате, есть прямой номер главврача. Кормят, поят, процедуры ставят в приоритетном порядке. Грех жаловаться. Если бы не состояние, то вообще, как на курорте было бы. Лучше ты расскажи, куда собрался? В такую неспокойную для всего прогрессивного человечества пору алкоголь пьянствовать. Да еще и меня хотел с собой позвать.

- На «Энергетику» назначили нового начальника службы безопасности, вот он и пригласил курирующего сотрудника, то есть меня, дабы представиться в новой должности. Ну а я уже хотел тебя пригласить, чай не чужие люди. Хотел из карантинной тоски вытащить, чтобы не скучал. Но смотрю тебе и так не скучно.

- Понятно. Ну уже теперь в следующий раз.

- Добро. Выздоравливай!

- Ага, постараюсь. Спасибо!

Глава 24

Новым начальником службы безопасности НПО «Энергетика» был назначен военный пенсионер, бывший сотрудник ФСИН, Грачев Александр Сергеевич. Мужчина невысокого роста, лет шестидесяти пяти, с круглым лицом и лысиной. У меня в училище был похожий на него преподаватель истории по прозвищу «Пряник». Вот Грачеву это прозвище от меня и досталось для оперативного псевдонима.

После знакомства мы несколько часов провели в обсуждения рабочих вопросов и организации порядка взаимодействия у него в кабинете, который пока никак не изменился после того, как его покинул Барин «Ромодановскай».

Уже под вечер, ближе к окончанию рабочего дня, Александр Сергеевич обратился ко мне и предложил отметить свое назначение на должность. Как он изволил выразиться – «вспрыснуть немного новую должностишку».

Естественно, отказываться я не стал. Помимо того, что простава за новое назначение – это старая добрая армейская традиция, так еще и совместное употребление позволяет коллегам лучше узнать друг друга. Это очень важно в работе, когда требуется максимальное доверие. Как говорят мудрые люди: алкоголь ума не прибавляет и не убавляет, он просто показывает, есть ли он у человека в принципе. Как мы помним, что у трезвого на уме… Поэтому каждое распитие с коллегами, это такой корпоратив на минималках. Тимбилдинг, ё-моё.

После того, как я выразил свое согласие, Грачев закрыл дверь кабинета на замок и с заговорщическим видом извлек из сейфа бутылку виски и нехитрую закусочную снедь, в виде мясной и сырной нарезки, домашних соленьев и маринованных грибочков.

После первого тоста договорились перейти «на ты».

А спустя еще час Александр Сергеевич начал рассказывать о себе и делиться воспоминаниями о своей службе:

- Я ведь старше тебя по званию, я полковником уволился. Последняя должность у меня была, начальник колонии строгого режима. Самые ярые и отъявленные негодяи у меня были на зоне. Это те, кто за шаг до пожизненного смог отскочить. Убийцы, грабители, насильники, педофилы, организованная преступность и им подобные. И ничего, всех вот в этом кулаке держал, - Грачев продемонстрировал сжатую пятерню, - Начинал свою службу я вообще в авиации, закончил воронежское ВАТУ, до капитана дослужился. Но вот в конце девяностых совсем туго стало, зарплату по полгода задерживали, форму за свой счет покупали, да вообще тяжко было. И тут мне предложили перейти в структуру УИН с сохранением звания. У них там ситуация с обеспечением получше была, так как многие зоны перешли на выпуск коммерческой продукции силами заключенных, и поэтому какие-никакие внебюджетные поступления были. А вот сотрудников в системе был большой недокомплект.

Оценив все положительные и отрицательные факторы, я согласился на переход. Моя служба в новом ведомстве началась в одной из колоний в Мордовии, в должности инспектора оперотдела. А начальником у меня был Костик Валеренко, он сейчас, кстати, у нас в Конторе большой человек, заместителем Директора ФСИН служит. А во времена нашей совместной службы был заместителем начальника колонии по режиму. Молодой, дерзкий, жесткий, перспективный. Вся зона его боялась и ему это нравилось.

Услышанная из уст Пряника знакомая фамилия человека, который заставляет уволиться моего друга Леху Солнцева, как током ударила. Вот это совпадение! В одно мгновение расслабленность совместного отдыха сменилась вопросами оперативного интереса.

- Александр Сергеевич, а как так случилось, что вы были в команде Валеренко, а вместо того, чтобы сейчас вместе с ним служить в Центральном аппарате, вы уже несколько лет на пенсии? Разошлись пути дорожки?

- По правде говоря, мы с ним совместно прослужили всего чуть больше полугода, поэтому я не успел стать ну прям человеком его команды. Да к тому же у меня там беда приключилась, я в аварию на машине попал, чуть не погиб. Даже не знаю каким чудом остался в живых. Из-за этого долго лежал в госпитале на лечении, месяцев пять, если я не ошибаюсь. А когда вернулся к службе, Костя уже уехал на повышение в Москву.

- Ого! Это вас очень сильно поломало, раз так долго пришлось восстанавливаться.

- Да не говори. На самом деле, когда поступил, думали, что не жилец уже. Еле - еле откачали. Поэтому пять месяцев лечения и еще полгода реабилитации для меня вполне приемлемая цена. Могло быть и хуже.

- А что произошло? С локомотивом столкнулись, судя по всему?

- Да ничего такого, особенного, не произошло. Обычное дорожно – транспортное происшествие, как тысячи. В тот вечер я ехал со службы, погода была паршивая, мелкая морось и туман. К тому же было уже темно, поэтому я и не заметил, как со второстепенной дороги прямо мне в бок выскочил самосвал «КамАЗ» с выключенными фарами. Точнее заметил слишком поздно, боковым зрением. Повезло что я в последний момент, уже на рефлексах, для избежания столкновения принял решение не тормозить, а увеличить скорость чтобы попытаться выскочить из-под удара. Благодаря этому маневру, основной удар пришелся в заднюю дверь моей машины. А вот если бы притормозил или ехал с той же скоростью, то мы бы с тобой уже не разговаривали. И даже с учетом того, что удар был в заднюю часть автомобиля, меня гидравлическими ножницами вырезали из обломков машины, чтобы «скорая» могла забрать. Пришелся бы удар в то место, где я сидел, то шансов выжить, даже теоретически, не было бы никаких. Считай второй День рождения получился.

- А что виновник ДТП сказал, почему фары не включил? Пьяный был?

- А виновникам так и не нашли. Грузовик, который меня протаранил угнали за полчаса до аварии прямо с автозаправки, пока шофер ходил оплачивать топливо.

- Прямо детектив какой-то. Обычно так заказные убийства инсценируют под ДТП. Может тебя убить хотели?

- Да ну, хватит. Меня-то за что. Я никому на тот момент еще зла сделать не успел. Я вообще человек нормальный, стараюсь жить по справедливости. С подведомственным контингентом, с осужденными, человечно старался общаться, без обострений. Все равно люди же, хоть и оступившиеся. Это я уже много позже понял, что зэк всегда остается зэком, как ты к нему не относись. А в первое время тяжело было, после армии, в новую систему влиться. Иногда даже страшновато было, чего греха таить. Вот однажды мне мой стукачок сообщил, что, отбывающие у нас в колонии наказание, члены одной мощной преступной группировки хранят общак прямо на зоне. Якобы у них с этнической кавказской братвой вышел конфликт на почве раздела сфер влияния, поэтому они и предпочли сесть на зону на небольшие сроки, потому что считали, что в местах отбывания наказания безопаснее и что там до них не дотянутся. Ну и общак с собой затащили, чтобы под присмотром был.

- А как такое возможно?

- Да в то время возможно было все, ты не удивляйся. Понятное дело, никто из тех сотрудников, которые допустили пронос на территорию учреждения не знал, что они именно занесли. Тогда, в начале «нулевых» организовать такое можно было на уровне рядового инспектора – дал сто долларов, и он тебе любую сумку с чему угодно занесет, или любого посетителя проведет, не говоря уже о мобильниках, алкоголе и наркоте.

- Ну в любом случае перемещение такой кучи денег, это же целая спецоперация. И наверняка такое в строжайшей тайне держалось в первую очередь среди руководителей группировки, знали лишь избранные. Рядовые «быки» навряд ли были осведомлены о том, в каком месте хранится касса. Я к тому, что высокого уровня у вас информаторы были, раз такой информацией владели.

- Ничего и не высокого. У меня еще опыта не было, чтобы вербовать уголовных зубров. «Первоход» это был, по сто пятьдесят восьмой статье, кочегаром работал в зоне. Мне он рассказал, что его привлек зам по тылу, отнести с КПП в клуб какую-то картину. Так как был там в первый раз, то в незнакомом здании заблудился. Пока искал выход, за кулисами и случайно оказался свидетелем того, как несколько осужденных обсуждали перенос денег из здания клуба в здание банно-прачечного комбината, в связи с предстоящим в клубе шмоном. Из их разговора он понял, что речь идет о, так называемом «общаке». Мой информатор очень сильно испугался и не преминул затаиться, после чего стоял неподвижно минут тридцать, пока неизвестные собеседники не ушли.

После того, как он смог безопасно выбраться из здания клуба, то сразу же нашел меня и поделился услышанным. Он думал, что за такую ценную информацию я ему помогу оформить выход условно – досрочно.

Не скрою, были мысли, поначалу, никому ничего не говорить и самому обыскать подсобные помещения в бане, куда их уже должны были перенести, найти деньги и взять себе немного. Не много в сравнении с общей суммой общака, но безумно много, в сравнении с моей зарплатой. Вредные такие мысли были, нехорошие. Да, на тот момент государство, не пытаясь обеспечить достойные условия службы и создавая предпосылки для злоупотреблений, само поставило всех своих силовиков в такую ситуацию, когда некоторым из них периодически приходилось договариваться самим с собой, или, как минимум, допускать такие мысли…

Всю ночь тогда не спал, думал, как поступить, но совесть и честь офицера не позволили переступить через себя, через свои принципы, через Присягу. В итоге решил поступить по уставу и доложил обо всем своему непосредственному начальнику – Косте Валеренко.

- А он что?

- Он раз десять переспросил, не ошибся ли Чижик (кличка моего осведомителя), видел ли он лично деньги, или только слышал чей-то разговор? Я раз десять пересказал ему все что знаю. На это он ответил, что пока сам все не перепроверит, лично деньги не увидит, или не убедится, что их не существует, то никому ничего докладывать не будет. И меня попросил держать язык за зубами.

Также решили с ним, что ночью, когда зэки будут спать, мы сами осмотрим сначала баню с прачкой, и если не найдем ничего, то еще и клуб. Дальнейшие наши действия будут зависеть уже от результата обыска.

- Ну ничего себе, Сергееич, у вас там интрига завязалась! Нашли в итоге бабки?

- Ты представляешь - да! До сих пор не верится. Именно той ночью в прачке, в помещении для хранения чистого белья обнаружили тайник. А в нем нашли две большие сумки, набитые долларами! Я такого количества денег даже в кино не видел. В тот момент даже страшно стало: вдруг зэки не оставили общак без охраны и сейчас из темноты выйдут вооруженные заточками «торпеды» и нам хана. За такие деньги можно не то, что двоих, два десятка ментов отправить на тот свет.

- И что вы сделали с деньгами?

- Ничего. Просто обнаружили, ничего не тронули, тайник закрыли как было. Костя сказал, что не будет будить начальника колонии среди ночи, тем более что тот находился в отпуске, и уже утром подготовит рапорт и доложит по команде, прежде чем предпринимать какие – либо дальнейшие действия. Как у всякого хорошего опера, у него в голове сразу возник план оперативной комбинации, как я понял. И он решил попридержать информацию несколько часов, чтобы эта оперативная комбинация у него в голове сформировалась окончательно.

— Вот так просто оставили на месте? А если бы зэки их перепрятали?

- Риск был, конечно. Но, с одной стороны, они только – только их перенесли в новый тайник, в баню и о том, что мы их обнаружили они явно не знали. Поэтому особой необходимости менять место хранения у них не было. А с другой стороны, меры контроля за перемещением имущества и вещей за пределы колонии нами были усилены, поэтому вынести две сумки с территории из сотрудников колонии уже бы никто не смог. Да и не решился бы после такого, даже за деньги. Особенно, после того как утром, на совещании, Костей, который исполнял обязанности начальника колонии на время его отпуска, всем сотрудникам был устроен разнос за нарушение режима.

А уж внутри колонии, если паче чаяния из прачки деньги бы исчезли, мы бы все перевернули, но нашли. А если бы сами не нашли, то мы, примерно, знали у кого спрашивать, в случае чего.

Вечером, под конец рабочего дня, Костя вызвал меня к себе. У него в кабинете находился парень, который представился как оперуполномоченный ФСБ, который курировал наше учреждение, в частности, и областной УИН, в целом.

Он рассказал о том, что ему удалось узнать из своих источников.

Банда местного авторитета Юры Сальвадора, вступила в конфронтацию с этнической кавказской группировкой из-за передела сфер влияния. На кону стояли Центральный рынок, три торговых центра, речной порт, контейнерный терминал и аэропорт. Начались разборки. Со стрельбой, взрывами и жертвами с обеих сторон. Спустя непродолжительное время чаша весов стала склоняться в сторону кавказцев. Это было легко объяснимо, с учетом того, что они восполняли некомплект бойцов, образовывающийся в результате боестолкновений между бандами, за счет привлечения дополнительного личного состава путем завоза соплеменников, из тех что воевали против федеральных сил в продолжающемся конфликте на Северном Кавказе.

Предчувствуя скорое поражение, и опасаясь за личную безопасность, верхушка сальвадоровской бригады приняла стратегическое решение пересидеть суровую годину в местах не столь отдаленных. Собраться с силами, мобилизоваться, сохранить жизни в конце концов. Все делалось в расчете (и не безосновательно, надо отметить) на то, что на зоне их противники не достанут. Основные руководители группировки взяли на себя эпизоды, по которым предусмотрены небольшие наказания, написали чистосердечные, получили свои сроки, и за небольшую денежку сделали так, что их всех вместе отправили отбывать наказание на одну зону, как раз к нам, куда они в дальнейшем и перетащили деньги своего бандитского общака.

Просидев чуть больше года, продолжая из колонии дистанционно управлять своим организованным преступным сообществом и видя, что поражение неизбежно, в виду того, что бойцов противника меньше не становилось, а собственные силы таяли, Юра Сальвадор принял решение вступить в переговоры с противником.

Через посредников он предложил кавказцам уступить Центральный рынок и грузовой порт, сохранив при этом за собой остальные активы. В качестве компенсации за гибель бойцов противоборствующей банды, а также в качестве отступного, сальвадорские готовы были отдать два с половиной миллиона долларов. То есть практически все те деньги, что мы ночью с Костей и обнаружили.

Далее, фээсбэшник, после консультаций со своим руководством, предложил провести совместную оперативную комбинацию двух ведомств. По их задумке, общак должен был покинуть колонию, под контролем наружки, естественно, а при передаче денег кавказцам, накрыть всю гоп-компанию одним махом.

В связи с тем, что операция перешла под руководство сотрудников ФСБ, нам было строго – настрого приказано молчать обо всем, что мы узнали и увидели. О чем, собственно, и приехал этот опер нам сообщить лично.

- Александр Сергеевич, а сейчас-то почему вы мне все это рассказываете? Сроки давности прошли? Или потому, что у меня допуск в той же организации выдан, которая вам говорить запретила?

- Вот тебе смешно, а там, в итоге такая развязка была, что закачаешься. Жизнь так распорядилась, что все наши оперативные комбинации полетели в тар - тарары.

- Кстати, да. И чем же все закончилось? Судя по развитию сюжета, а также твоему анонсу, финал истории предугадать невозможно.

- Так вот слушай. Когда деньги вынесли из зоны, их погрузили в джип братвы и они поехали на встречу с кавказцами. На железнодорожном переезде им удалось оторваться от наружки. Нашли их совсем скоро, правда. В километре от переезда обнаружили расстрелянный джип с мертвыми телами бойцов - курьеров внутри. Денег, естественно, в машине уже не было. Было очевидно, что это кавказцы обхитрили «сальвадорских», вычислили маршрут их передвижения, ликвидировали конвой и забрали деньги себе. При этом не подписавшись на перемирие, и продолжив и дальше отжимать силой объекты братвы для себя.

— Вот дела. А что Юра Сальвадор? Как он на такой кидок отреагировал?

- Никак не отреагировал.

— Это почему так?

- Да потому что в ту же ночь в лагере сгорел жилой барак того отряда, в котором отбывали наказание и сам Юра, и его ближайшие подручные. Что-то с электропроводкой. Плюс горючие материалы, которые были использованы при строительстве. Дым заполонил барак за считанные минуты, многие погибли во сне от удушья. В итоге - двадцать семь трупов. В том числе и вышеназванные. Начальника колонии за такое чрезвычайное происшествие с должности сняли и уволили со службы. Чуть не посадили.

После гибели Сальвадора, кавказцы забрали весь бизнес его бригады под себя.

- А Валеренко? Он же был, насколько я помню, исполняющим обязанности начальника колонии. Ему тоже досталось?

- А Костю наградили. Он был ответственным в ту ночь и первым заметил пожар, потому что находился на обходе территории. Он принимал активное участие в его тушении, надышался дымом, но многих спас. Если бы не он, то погибших могло быть больше. В связи с тем, что комиссия по расследованию учла факт героического поведения Кости при тушении пожара, то решили ответственность разделить: ему медаль и повышение, а начальнику колонии неполное служебное соответствие и увольнение с позором.

- Наверное затаскали потом вас всех по допросам, пока с таким ЧП разбирались?

- Не знаю. Я этого всего не застал. Когда вся развязка происходила я лежал в коме. Меня же вечером как раз «Камаз» и протаранил, прямо накануне.

- А откуда тогда такие подробности знаешь?

- Перед отъездом в Москву на повышение, ко мне в госпиталь приходил Костя Валеренко, он – то все подробности и рассказал. Ну и предложил историю про общак никому не рассказывать, так как и денег не осталось, и фигурантов, и операция была не наша, поэтому мы, как бы, и не облажались, а облажались смежники. Оставил свой новый московский номер и сказал, что могу к нему обращаться по любым вопросам и за любой помощью. За давностью лет я уже и подзабывать стал ту историю, просто общение с тобой навеяло воспоминания. А если официально, то никаких подписок о неразглашении с меня никто не брал. Да и ты первый за тридцать без малого лет, с кем я поделился.

«Ох, какую интересную историю ты мне рассказал, Александр Сергеевич. Очень захватывающую. Как приключенческий роман про пиратов, в финале которого почти все, кто знал о сокровищах – погибли. В том числе, на тот свет должен был отправиться и ты, мой уважаемый рассказчик. То, что ты остался в живых после такой жуткой аварии, даже по твоему мнению – чудо.

Помимо Валеренко, который сейчас заместитель Директора ФСИН, среди персонажей рассказанной истории очень было бы интересно узнать судьбу еще двоих лиц, которые знали о деньгах. Это стукачок Чижик и курирующий опер из ФСБ».

- Александр Сергеевич, а Чижик тоже сгорел в том пожаре?

- Почему ты про него спросил?

- Да просто как-то много смертей в твоей истории, особенно среди главных действующих лиц, вот и предположил.

- Нет, Чижик не сгорел, Чижика зарезали. Труп нашли на промзоне через несколько дней после пожара. Когда его, после пожара, не обнаружили на построении, решили, что он сгорел вместе с другими. Но после судмедэкспертизы выяснилось, что зарезали его за несколько часов до пожара.

- Почти одновременно с тобой.

- В смысле?

- Ну ты же тоже попал в ДТП за несколько часов до пожара.

- Аааа, ну это да. Так совпало, глади – ка. Никогда об этом не задумывался.

«Минус еще один персонаж. Остался еще один».

- А про дальнейшую судьбу курирующего фээсбэшника что-то слышал? Сильно ему досталось за провал оперативной комбинации?

- Насколько сильно ему досталось, я не знаю. Лукашов еще года с полтора у нас в регионе прослужил, а потом тоже в Москву рванул.

- Как вы сказали его фамилия? Лукашов? Я не ослышался?

- Да. Андрей Лукашов, тогда был капитаном. Знакомый?

- Не лично. Слышал фамилию просто. Наливай, Сергеич, по крайней, будем заканчивать наши посиделки. Завтра будет длинный день. Твое здоровье!

«Генерал – полковник Лукашов Андрей Алексеевич, заместитель Директора ФСБ. Этот тот человек, по чьей вине уволили на пенсию Старого и по чьей вине я третий год не могу вернуться в Москву и вынужден торчать в этой коммерческой дыре, чуть ли не ежедневно общаясь с социопатом с биполярным расстройством, который по недоразумению является моим непосредственным руководителем в этой легенде. Что очень сильно отвлекает от основной работы. Хотя я уже и сам не до конца понимаю, какая работа у меня основная, а какая проходит по разраду хобби.

Завтра надо будет еще раз прокрутить всю историю в голове, восстановить детали и проанализировать. А вообще, конечно, занятное совпадение, в одном эпизоде засветились генералы Валеренко и Лукашов, занимающие одинаковые должности каждый в своем ведомстве. Один портит жизнь моему другу Лехе Солнцеву, а другой мне. И познакомились они друг с другом примерно в то же время, что и мы с Лехой. Мистика какая-то прямо!»

Глава 25

К моему глубокому сожалению, тщательно проанализировать информацию, полученную от Грачева, мне в тот вечер не удалось, потому что позвонил Сан Саныч и после короткого приветствия спросил:

- Марина Субботина - тебе что-то говорит это имя?

- Ну вроде работает у нас в группе компаний, руководит фитнес- направлением. Устроилась недавно, может с месяца три назад, приехала откуда-то с югов, толи с Краснодара, толи с Ростова – на - Дону. Из интересного: техническим директором к себе в компанию устроила своего сожителя, организовала семейный подряд, так сказать. Лично с ней я не пересекался, только пару раз общались по телефону.

— Вот блин, ты почему-то в курсе что такой человек у нас работает, с подробностями из ее личной жизни, хотя это не твое направление, а я не в курсе! Представляешь, приняли на работу руководителя целого бизнес-направления, а с безопасностью, то есть со мной, не то что не согласовали, а даже и не проинформировали. А сейчас я узнаю, что мало того, что её приняли без меня, так её ещё и уволили без меня! Это какой-то сюр!

- Вернулись к заводским настройкам: приняли без безопасности, уволили без безопасности, чего теперь переживать? Уже поздно. Справедливость восторжествовала сама собой.

- А то, что уволили её «по-плохому», как будто бы она не прошла испытательный срок! При этом денег решили не выплачивать, оскорбили, как она считает, и вышвырнули с работы как нашкодившего котенка. Ей это, естественно, не понравилось и она не придумала ничего лучше, чем пойти к журналистам и рассказать им всякого про нас, нехорошего. Чтобы поднять в сети волну.

— Ну ожидаемая реакция на несправедливость! И чего там такого страшного газетчики теперь про нас пишут?

- Пока ничего еще. Представитель издания вышел на пресс - секретаря Зубова с предложением заплатить за то, чтобы не публиковать гадости.

- Очень интересное развитие событий. Особенно в предвыборную кампанию. Особенно с учетом того, что если уж платить, то платить лучше Субботиной. А то заплатишь одним журналистам за «стоп» негатива, она к другим пойдет. Замучаешься платить. Что, в итоге, Зубов решил?

- Пока не ясно. Сидят уже три часа совещаются. Он и его женский батальон. Чует мое сердце, станет только хуже.

- Ну если «штаб революции» уже заседает и пытается найти решение, то чего ты возмущаешься, ведь ситуация под контролем? Из-за того, что не позвали на этот курултай?

- Ну конечно, бляха - муха! И так довели до того, что скандал выходит в публичную плоскость. Можно хоть сутки сидеть что-то обсуждать, но ведь разгребать-то, я чувствую, придется все равно мне. Ну и вообще я придерживаюсь позиции, что топ-менеджеров компаний нельзя так просто, без предварительной беседы с сотрудником безопасности увольнять! Это раз!

А второе, на чем я также настаиваю – им обязательно надо платить деньги! Как минимум столько, сколько договаривались, как максимум – давать «золотые парашюты». Потому что репутационный ущерб для компании может быть дороже любых сэкономленных денег. С нашей стороны поступили в отношения этой Субботиной неправильно, я считаю. Надо было расстаться по соглашению, со всеми выплатами. Но моего совета никто не спрашивал.

- Я так понимаю, она ведь не сразу и не просто так в СМИ пошла. Наверняка изначально, какие-то требования с ее стороны были озвучены в наш адрес. Может она просто оборзела в своих аппетитах, поэтому была заочно признана неадекватом и получила отказ?

- По моей информации, она просила всего два оклада, но была послана на вершину всем известной перуанской горы. С особой жестокостью. Теперь из – за задрипанных пары – тройки сотен тысяч рублей будем иметь скандал, урегулировать который нам будет стоить несколько миллионов.

- Сан Саныч, ты только вслух ни с кем не обсуждай что ты считаешь, что с Субботиной поступили несправедливо, а то обвинят в том, что ты на её стороне, а не на стороне компании. У нас так любят. Ярлыки навешивать.

- Да мне пофиг кто что подумает! Именно потому, что я, в данной ситуации, на стороне компании. Зачем компании публичный скандал? Зачем лишние и ненужные финансовые затраты на его локализацию и ликвидацию последствий? Я вообще всегда на стороне справедливости и безопасности. А если дурак поступает по-дурацки, то я молчать не собираюсь. И Зубову это скажу, и Наталье Андреевне.

- А ты не знаешь, чего она написала в своем обращении в СМИ?

- Да вроде пишет, что у нас в концертном зале, да и на других объектах тоже, все очень плохо с пожарной безопасностью. Типа, подвергаем опасности жизни тысяч людей на ежедневной основе.

- С моей стороны будет всего два комментария: во-первых, откуда она вообще может что-то знать про концертный зал? Она же работала в фитнесе. Надо бы разобраться. Во-вторых, насколько помню, все там в порядке с пожаркой. Я совсем недавно в том торговом центре управляющим числился, после кемеровского пожара проверка масштабная была. Которую мы прошли с большим успехом. Так что никаких нарушений там не найдут.

- Да вот в том-то и дело, что какая-то странная кляуза. Еще и через журналистов. Почему именно так? Почему бы не сразу в Прокуратуру? Боится, что к ней могут применить неправовые методы воздействия? Страхуется? По моему мнению, надо бы просто спросить, чего она реально хочет, дать денег и тогда журналюгам оплачивать «стоп» не потребуется. Я думаю, там не Бог весть какие суммы фигурируют. Да я уже это говорил.

— Это ты так думаешь. А Зубов особенный. У него свой склад мыследеятельности. Непредсказуемый. Не удивлюсь, если он сейчас попытается и с этого какой-то профит получить. Электоральный. Для предвыборного периода любое упоминание в прессе, кроме некролога – все PR. Это политика. Особенно с учетом того, что он свое желание баллотироваться в депутаты Государственной Думы держит от всех в строжайшем секрете. Чем тебе, не прогрев аудитории перед официальной избирательной компанией?

- Тут ты прав. Может меня и не привлекали именно потому, что он сам ей заплатил (или собирается заплатить) за скандал. Тогда это все объясняет. Ну посмотрим. Если мы правы по сути, даже не в деталях, то в ближайшие несколько месяцев он должен в новостях частенько появляться. Правда на одном эпизоде с Субботиной долго не получится пиариться. Тема дохлая с пожарными нарушениями. Не интересная. Забудут через неделю. Особенно, если проверка покажет, что нарушений нет.

- А кто сказал, что все ограничится только пожаркой? Если он будет качать тему с этой гражданкой, то надо ждать опровержения от Зубова, публикации результатов проверки МЧС концертного зала. Но если бы у Субботиной был только этот компромат, ее бы журналисты не приняли. Наверняка еще что-то припрятано. И будет явлено миру, когда Зубов откажется платить и попытается вынести в публичную плоскость информацию о том, как ему предлагали купить «стоп» на негатив. В ответ получит дополнительную горсть дерьма от Субботиной и от главреда издания еще добавочку. При этом без разницы, действует она по своей воле или за оплату. Ему придется снова отвечать. И так можно долго качели качать. Как раз месяца два – три. А потом уже выходить в массовое сознание с позитивным контентом.

- Особенно если потом втихаря заплатить этому главреду, чтобы он продолжал кампанию по медийной раскрутке господина Зубова на негативной повестке.

— Вот именно!

- Ну вот обсудили с тобой, по полочкам разложили, и даже скучно стало. Он же как раз под это на прошлой неделе в Телеграм аккаунт завел и свой именной канал создал. То есть уже неделю назад он знал, что ему понадобится свой независимый способ коммуникации с общественностью, в случае если поссорится со СМИ. А может это просто совпадение. Но не воспользоваться ситуацией с его стороны будет грех. О! Легок на помине! Мне Зубов на второй телефон звонит. Сейчас, погоди немного, не отключайся.

Сан Саныч отложил телефон, по которому разговаривал со мной и отвлекся на звонок от шефа.

- Евгений Алексеевич, добрый день... В общих чертах слышал… Нет, я с ней не общался, Наталья Андреевна сказала никаких действий не предпринимать без согласования с вами… Да в порядке у нас все с пожаркой в концертном зале…В смысле самопроверка?... Я не уверен, что прокуратура среагирует… Да я обсужу с генералом… Но, если интересно мое мнение, я считаю, что это излишнее… Да понял я, понял… Есть!

Нажав кнопку отбоя на втором телефоне, Сан Саныч долго молчал, прежде чем продолжить разговор со мной и произнести хоть слово.

- Жень, он там вообще с катушек съехал.

— Ну это не новость. Какая гениальная мысль посетила его в этот раз?

- Он сказал, что будем писать коллективное письмо от всех торговых центров на имя прокурора области с просьбой провести проверку состояния пожарной безопасности объектов. Самопроверку, как он выразился. Твоя подпись, кстати, тоже будет под этим письмом, как одного из просящих. А сам он будет публично требовать от других собственников торговых центров города чтобы они также пригласили к себе прокурорскую проверку.

- Ну вот как раз к вопросу о пиар-кампании. Он же понимает, что никто к себе проверку никакую сам добровольно не пригласит. А значит дядя Женя впереди планеты всей. Как говорится, весь в белом. Сильный ход?

- Ну это смотря на кого рассчитан. Серьезные - то люди понимают, что прокуратура — это не частная лавочка, чтобы на хотелки от каждого реагировать, и понимают, что прокурору области наплевать на письма местного бизнесмена, если это не процессуальное законное требование. На том уровне всем понятно, что это письмо какая-то политическая игра, а государственная служба не должна в политических играх участвовать. Поэтому, на самом деле, никаких проверок, кроме плановых, не будет. Ну если жалоба Субботиной будет в СМИ опубликована, то проверят концертный зал. Вот и весь реальный движ, что нас ждет.

- Но зато у себя в телеграм – канале и в «дружественных» СМИ можно будет раздуть историю о безупречном рыцаре – борце за всеобщую пожарную безопасность Евгении Зубове ничем, особо, не рискуя. Разве что плановая проверка, которая должна скоро начаться, чего-то найдет.

— А Зубов сейчас по телефону и сказал, что моя задача сделать так, чтобы плановая проверка ничего не нашла. После обеда поеду к руководителю областного МЧС договариваться.

- Договаривайся. Потом всех посадишь!

- Ахаха, точно. Но генерала не хочу, он мужик правильный.

- Ну генерала и не трогай, у него замов целая куча, да еще начальники отделов есть.

Глава 26

Итак, пока разгорающиеся страсти публичного скандала купирует Сан Саныч, "не щадя живота своего", необходимо, все – таки, проанализировать информацию, полученную мной от Грачева.

Зацепила меня его история, помимо того, что я услышал знакомые фамилии, еще и тем что уж слишком она была похожа на сценарий какого-то не очень кассового боевика. Второстепенная фигура случайно узнает о деньгах, сообщает другой второстепенной фигуре, тот привлекает новых участников сюжета, круг действующих лиц постепенно расширяется, подключается новое ведомство, интрига закручивается, наступает кульминация… А дальше ничего не происходит. Главные герои сгорают в ночном пожаре, деньги исчезают, вся запланированная операция сворачивается, не предаваясь огласке, второстепенные персонажи кто на том свете, кто на больничной койке, кто перевелся в столицу на повышение. Странность в том, что у сюжета нет развязки. Так не бывает. У любой истории, что в кино, что в жизни, есть финал. А тут его нет. Ну пропали два миллиона долларов, ну с кем не бывает. Зачем их искать? Все занялись своими делами.

Что мы знаем достоверно? Общак был обнаружен Валеренко и Грачевым. Этот факт непоколебим. О бандитских деньгах от Валеренко узнал Лукашов. Грачев попал в аварию, в которой чуть не погиб, а его информатору Чижику, в тот же день повезло чуть меньше, поэтому он покинул наш грешный мир. Да еще и сальвадорская братва сгорела через несколько часов и отправилась вслед за Чижиком. Это тоже факты.

Еще что? Мы точно знаем, что деньги исчезли. И мы точно знаем, что Валеренко в ту ночь находился на службе, героически помогая тушить горящий барак. Ну и еще факт скорого отбытия Кости на повышение в Москву, а через полгода и Лукашова. На этом достоверные факты закончились.

Дальше начинается информация, которую Грачев узнал с чужих слов, в первую очередь со слов своего начальника Кости Валеренко.

Первое: общак с зоны вывезла братва Юры Сальвадора, когда тот еще был жив, то есть вечером, накануне ночного пожара.

Второе: перемещение бандитов контролировала «наружка» регионального УФСБ так как это была их оперативная комбинация, о которой они уведомили главк УИН.

Третье: перевозчикам общака удалось оторваться от наблюдения на железнодорожном переезде и скрыться. Нашли их через некоторое время, мертвыми и без денег.

Четвертое: деньги забрали хитрые кавказцы из противоборствующей сальвадорским преступной группировки, изначально договорившись забрать эти деньги в обмен на прекращение войны, но своего слова не сдержавшие. В итоге заполучившие и бизнес Сальвадора и общак.

Для того, чтобы сложить пазлы в общую картину, необходимо проверить достоверность того, о чем Валеренко рассказал Грачеву за все время с момента получения информации о деньгах.

Необходимо получить дополнительную информацию. Только действовать нужно очень аккуратно. Мне кажется, я ухватил за кончик ниточку, потянув за которую можно круто и до неузнаваемости изменить людские судьбы, в том числе и свою собственную. И негативные сценарии в таких историях встречаются куда как чаще, чем позитивные или даже нейтральные. В первую очередь для инициатора. Но врожденное упрямство не позволяло мне остановиться.

Сначала надо будет изучить историю вопроса и обратиться во всезнающий интернет. Выяснить про мордовские банды конца девяностых, кто под кем ходил, кто что держал и кого крышевал, кто с кем был союзником, а с кем воевал.

Можно было бы просто через Дениса запросить аналитические справки в соответствующих управлениях, но это может быть чревато тем, что если Лукашов все – таки замешан, то у него запросто могут стоять «маячки» на подобные запросы. И тогда можно сильно подставиться. Поэтому пока только интернет. И думать, каким образом можно еще получить интересующие сведения без риска быть раскрытым в самом начале своего расследования.

Начнем с первого вопроса. Узнать, вывозились ли общаковые деньги с зоны в тот день или нет можно было бы у членов бригады Сальвадора. Но только у тех, кто занимал в их иерархии на тот момент высокое положение. Как я помню вся верхушка добровольно села на зону, чтобы сохранить себе жизнь (какая ирония), но ведь кто-то все равно должен был непосредственно руководить боевиками, оставшимися на воле. Ведь боевые действия не прекращались. И именно этот человек должен был организовать вывоз денег из колонии и передачу их кавказцам. А значит это было очень доверенное лицо, раз ему доверили и власть, и деньги. Не боялись, что кинет сидящих в тюрьме лидеров. Надо узнать о ком идет речь. Такого в интернете не напишут.

В связи с тем, что официальным порядком вопрос было не решить, пришлось обратиться за помощью к Старому. Хоть он и запретил с ним связываться, но, во-первых, это было уже давно, и, во-вторых, у меня все равно не было другой возможности. Пришлось ехать в Москву. По телефону такие вопросы не решаются.

* * *

- Юрий Максимович, я сразу к делу можно? – обратился я к Старому при встрече, сразу после приветствия.

- Валяй. Уж точно ты ко мне ехал не для того, чтобы моими делами интересоваться или о политике трепаться. Раз не по телефону, значит что-то важное.

- Ну да, так и есть. Мне ваша помощь нужна. Точнее ваши связи со всем миром.

- Так уж и со всем миром?

- Ну миром – не миром, но со всей Россией точно. У меня сейчас одно дело требует проверки в ретроспективе. Мне нужны выходы на ментов, которые в конце девяностых либо в РУОПе, либо в уголовном розыске занимали ответственные посты. В нескольких регионах.

- Как это тебя в девяностые занесло? Сменил профиль что ли? Чем сейчас занимаешься?

- Да все тем же: «зам по нихренам» плюс НПО «Энергетика», все так же за штатом, несмотря на результат по композитной керамике. Недавно получил кое - какую информацию, надо проверить. Официально не хочу запросами людей напрягать. Да и с новым начальником сложно все очень. Поэтому решил сам. С вашей помощью, конечно.

- В каких регионах надо?

- В Пензе, Сызрани, Ульяновске и Саранске.

- А чего так мало? Мог бы еще с десяток городов назвать!

Я не исключал, что наша встреча со Старым могла происходить «под колпаком» у его недоброжелателей. Поэтому не хотел обозначать свой интерес конкретно к Саранску раньше времени и назвал несколько лишних городов. Ну и не совсем лишних, на самом деле. Соседних с Мордовией. Тоже может оказаться какая – нибудь полезная информация.

- Юрий Максимович, ну я и так сократил список!

- То есть он был длиннее?

- Да. Но не сильно.

- Ну тогда ладно. Скину тебе контакты чуть позднее. И напишу от кого представляться, кто тебя рекомендовал.

- Спасибо огромное!

- Не за что пока. Бывай!

- До встречи.

* * *

До Саранска я смог добраться только через месяц. До этого побывав в Пензе, но не получив там ни малейшей крупицы полезной для меня информации. Хотя город понравился.

В столице Мордовии у меня была назначена встреча с начальником службы безопасности филиала банка «Открытие», который в интересующий меня период служил в должности заместителя начальника республиканского УБОП.

После знакомства и передачи привета от Сергея Викторовича (даже не представляю кто это) мы пообщались с Ринатом Габдулловичем почти два часа. Да он помнил, что на рубеже столетий в регионе вспыхнула война между бандами, которая в конечном итоге привела к полному переделу криминального мира региона.

Юра Сальвадор был вором в законе, уважаемым авторитетным человеком. Но в городе появились дерзкие, хорошо вооруженные и подготовленные кавказцы, которые предложили Сальвадору поделиться тем, что он имеет. Тот, естественно, отказался. Ну и началось мочилово разной степени интенсивности, с заказными убийствами, бандитскими стрелками, массовыми расстрелами, поджогами домов, офисов, складов, а также взрывами автомобилей и квартир. Через пару месяцев Юра со своими ближайшими соратниками сел на зону, а городе за него остался руководить бандой Леха Клим, в миру Алексей Степанович Климов, если мне память не изменяет, семидесятого года рождения.

После гибели Сальвадора, его бригада практически сразу перестала существовать. Пацаны кто погиб, кто под кавказцев пошел, когда они бизнес забрали. Те сальвадорских не добивали. Ну а кто-то из бойцов подался в бега, кого-то мы посадили. Сроки хорошие раздали.

Что касается Клима, то он сначала отсидел за незаконное хранение оружия. Со стволом на кармане его приняли. Повезло ему, что с «чистым». А потом, вроде в начале двухтысячных он в Латвию эмигрировал. Ходили слухи что вернулся недавно, якобы не приняла чужбина. Но тут ничего не могу прокомментировать.

Про расстрел джипа на загородном шоссе в день, когда Грачев попал в аварию Ринат Габдулович ничего не слышал. Может в районе это преступление следаки оформили как местные разборки, поэтому в республиканский УБОП эта информация и не дошла.

Про общак и какие – либо переговоры между кавказцами и сальвадорскими тоже не слышал. Либо стерлась информация за давностью лет.

Из тех, кто в тот исторический отрезок руководил кавказской группировкой, до настоящего времени дожили лишь трое: Муса – отбывает пожизненное за терроризм в «Снежинке», Зелимхан сейчас в Совете Федераций, сенатор. А Ибрагим заслуженный мастер спорта по борьбе, тренирует юношескую сборную. Вроде бы все что помнил сказал.

И на том спасибо.

Хотя я и не сильно продвинулся, но появились первые зацепки. И одна очень нехорошая догадка.

На следующий день попросил Дениса, у которого как раз закончилась ссылка на Колыму, чтобы он уже официально направил запрос в Саранск о предоставлении оперативных сводок по республике за те сутки, когда все произошло. И от нашего управления сводку, и от ментов, и от УФСИН. Официальная версия, зачем мы запрашиваем эту информацию, якобы в рамках оперативной проверки вновь назначенного начальника службы безопасности НПО «Энергетика» Грачева. Не подкопаешься.

Как я и сказал выше, чуяло мое сердце, что официальные сводки принесут мне сюрприз. Они и принесли.

В сводке УФСИН была зафиксирована информация о пожаре в колонии, гибель двадцати семи человек. Также там было упомянуто, что сотрудник ведомства капитан Грачев, попал в ДТП, в результате которого был госпитализирован.

В сводке УВД, помимо всего прочего, также было зафиксировано это ДТП, а также упомянут пожар на территории исправительной колонии.

В сводке наших коллег были отражены и факт пожара с гибелью заключенных, и факт госпитализации сотрудника УИН в результате ДТП.

Вообще много чего случилось в тот день, много чего было написано в оперативных сводках. Не было только одного. Нигде не было зафиксировано происшествие, связанное с расстрелом четверых бойцов в джипе, недалеко от железнодорожного переезда. Того самого расстрела, о котором будущий заместитель Директора ФСИН Костя Валеренко так увлеченно рассказывал лежащему в госпитале Грачеву, убеждая его держать язык за зубами и не распространяться никому об истории с общаком сальвадорской группировки.

Пу пу пу…

Глава 27

Ну допустим, про расстрел машины, перевозившей деньги, Валеренко мог и придумать, чтобы Грачев, чувствуя свою, пусть и косвенную, причастность к убийствам, помалкивал и даже не думал ни с кем делиться мыслями об этом деле. А на самом деле наружка просто упустила объект и деньги были доставлены по назначению. И именно этим, а не гибелью верхушки сальвадорских, объясняется прекращение боевых действий между бандами. Именно поэтому кавказцы не добивали оставшихся боевиков, именно поэтому остался в живых Леша Клим, который, как известно, после гибели Сальвадора стал единственным главарем. Может такое быть? Вполне.

Надо эту версию отработать до конца. Поискать Клима поручу Денису. Допросить смертника попрошу Леху Солнцева, ему все равно уже терять нечего, скоро дембель. А вот к тренеру сборной, и уж, тем более, к сенатору Совета Федераций мне просто так не подобраться. Особенно с учетом особенностей их биографии в прошлом. Из моего круга общения такие связи есть только у Юрия Максимовича. Придется снова просить его о помощи. А очень не хочется. Потому что такими просьбами я его могу сильно подставить. Он же не в курсе, какую именно информацию я отрабатываю. Но рассказать я не могу.

Шутка ли дело прийти и сказать: товарищ полковник, я тут проверяю информацию двадцатилетней давности, хочется удостовериться, что два генерала, два заместителя Директоров федеральных служб, ни в чем не виновны. Что они честно несли свою капитанскую службу в то время и все странные совпадения в этом деле – всего лишь совпадения. А я просто трачу свое и чужое время. Рано или поздно они узнают, что кто-то копался в их прошлом. И вот тогда мало не покажется ни мне, ни всем тем, кто мне помогал.

Но это еще благоприятное развитие событий. А ведь есть вариант, что подтвердится моя изначальная версия о том что два товарища, узнав о деньгах, решили прибрать их к рукам, устранив хозяев денег в ночном пожаре, сотрудника, который об этих деньгах рассказал – в ДТП, а стукача не заморачивась – заточкой под ребро, наверняка при помощи кого-то из подконтрольного зоновского контингента, кто за лишнюю пайку хоть мать родную зарежет. Единственной осечкой в плане оказалось ДТП с Грачевым – он выжил. Но риски его говорливости им удалось нивелировать на долгое время. Только счастливый случай и стечение обстоятельств помогли правде выйти наружу.

Так вот, если это все окажется правдой, то судьба тех, кто раскачает эту версию вообще копейки в базарный день не будет стоить. Люди такого уровня умеют очень быстро и очень жестко реагировать на угрозы. В таком случае, запрашивая у Старого помощи, я подставлю его еще сильнее. Не говоря уже о Лехе, Денисе и себе.

А, с другой стороны, осиное гнездо уже растревожено. Уже предприняты некоторые шаги, запрошены оперативные сводки, проведена встреча с Ринатом Габдуловичем. Рано или поздно все тайное становится явным. И, наверное, уже поздно сомневаться. Сомневаться надо было раньше. Время раздумий и сомнений закончилось, пришло время действий. И действовать надо быстро. Только скорость может дать шанс распедалить эту ситуацию до того, как начнется обратка.

* * *

- Юрий Максимович, короче, расклад такой, мне нужен выход либо на Зелимхана, который сенатор Совета Федераций, либо на Ибрагима, который сборную тренирует.

- Это который Зелимхан? Мусоев?

- Он самый. Вы его знаете?

- Твой интерес к нему связан с тем делом, по которому ты ездил в Саранск, Пензу и Сызрань? – игнорируя мой вопрос, поинтересовался Старый.

- Так точно. Юрий Максимович, мне кажется, я в очень серьезный замес попал. Даже нет уверенности до конца, что получится выгрести. Всего не могу рассказать, к сожалению. Пока. Возможно чуть позднее. Прошу мне помочь без дополнительных вопросов.

- Добро. Что касается Зелимхана Мусоева, то с ним я знаком лично. После Второй чеченской он вернулся на родину, в Грозный, а мы там одну банду брали и прицепом вышли на киллера, который должен был Мусовева ликвидировать. Нормальную комбинацию отработали, хорошо всех закрепили. Короче говоря, Зелимхан мне должен. Но должен мне лично. С тобой разговаривать не будет ни при каких обстоятельствах. Могу предложить следующий вариант: ты говоришь мне, какая информация от него нужна, я с ним встречаюсь, задаю вопросы и все что удалось узнать передаю тебе. Другого варианта взаимодействия с ним предложить не могу.

- Ну хорошо. Ситуация следующая, Зелимхан в конце девяностых приехал в Саранск со своими земляками и весело развязали там небольшую войнушку за передел преступного рынка, заявив права и пытаясь получить свою долю. Их противником была банда Юры Сальвадора. Зелимхан и его люди, по итогу, одержали верх и цели своей достигли. Банда Сальвадора, после гибели пахана прекратила существование. А вопрос, который ему надо задать звучит так: получали ли они от Сальвадора деньги за перемирие или в качестве признания капитуляции. Что-то типа отступных за мир и возможность перевести конфликт в стадию переговоров. Речь идет о сумме примерно два миллиона долларов.

-Нехило. Дополнительные вопросы будут?

- Если он искренне ответит на этот вопрос, то дополнительных вопросов не потребуется.

- Сообщу потом о результатах.

* * *

- Леш, задай Мусе только один вопрос. Предлагал ли им Сальвадор деньги за прекращение войны между бандами? Если да, то получили ли они их?

- Командировку уже оформил, завтра вылетаю в Хабаровск.

- Предлагай ему любые плюшки и бонусы, которые в твоей власти, лишь бы он ответил правду.

- Все нормально, разберемся. Ответит правдиво.

- Спасибо!

* * *

- Денис, ответ по Климову пришел?

- Да. Сегодня прислали. Здесь он, родимый. Вернулся в Россию в позапрошлом году. Живет в Мытищах, держит бильярдный клуб. Судя по всему, с криминалом и правда завязал. По крайней мере ни по каким оперативным учетам не проходит.

- Можешь сгонять к нему, опросить? Только надо не затягивать, ехать как можно скорее.

- Сегодня не смогу. Завтра вечером пойдет?

- Пойдет.

- Что спросить у него надо?

- Спроси, не предлагал ли Сальвадор кавказцам деньги за прекращение разборок. Если предлагал, то передали их или нет.

- А если он не ответит? Пошлет нафиг и все.

- Ну сам придумай легенду, для чего тебе эта информация. Скажи, типа что к нему лично претензий нет, дело прошлое, но история нехорошая, связанная с международным терроризмом. И он может тебе и себе очень сильно помочь. И еще скажи, что Муса, Ибрагим и Зелимхан тоже будут опрошены. Он точно должен знать кто это такие. И если вдруг окажется, что он сказал неправду, то ты быстро об этом узнаешь. И уже не сможешь ему гарантировать спокойной жизни. Вообще ничего не сможешь гарантировать.

- Окей.

Глава 28

В тревожном ожидании прошло больше суток. Наконец, пришло время собирать камни, как говорится. Первым вышел на связь Денис.

- Жека, слушай, ну этот Климов все отрицает. Говорит, что о замирении, и уж тем более о сдаче на милость гостей с Кавказа речи даже и не шло. Наоборот, Сальвадор сумел добиться поддержки у москвичей и в ближайшее время ожидалось прибытие столичных боевиков от славянских бригад из центрального региона. Ожидалось подкрепление стволов эдак на пятьдесят. Помимо этого, ожидалось серьезное толковище со старшими в Москве, на уровне федерального смотрящего. Кавказцам собирались предъявить за беспредел. Как сам понимаешь, поддержка ожидалась очень серьезная. Поэтому о капитуляции речи не шло, так как было бы слишком нелогично затевать суету на федеральном уровне и потом откупаться. За такое могли бы уже и свои спросить. По всей строгости.

- Интересный поворот. Я так понимаю, реализации этих планов помешала смерть Сальвадора?

- Да. И не только. Климов говорит, что он готов был сам возглавить группировку и довести дело до конца, однако ему помешало то, что он сел в тюрьму за незаконное хранение оружия. Божится, что ствол, с которым его приняли, не его, что первый раз его увидел вместе с ментами. При этом он присутствовал при досмотре автомобиля и уверен что его не подкинули. Значит ствол положили в машину раньше. В какой момент, кто и зачем - Климов никаких идей не имеет. Что самое интересное, он признает, что общаковые деньги точно находились в зоне, так как он сам обеспечивал их перевозку в колонию, но считает, что они также сгорели в пожаре и это очень сильно осложнило его положение. После того как отмотал срок за оружие, уехал в Латвию, там у него было открыто несколько банковских счетов на черный день. После присоединения Крыма вернулся на Родину.

- Уверен, что он говорит правду?

- На девяносто девять процентов. Я с ним предварительную беседу проникновенную провел. Ему соврать, себе дороже будет.

- Надеюсь ты хоть на диктофон записал разговор с ним?

- Обижаешь. И на диктофон, и под протокол. Он все подписал.

- Какой протокол?

- Я же говорю, я предварительно ему рассказал историю о возбужденном уголовном деле по статье терроризм. И предупредил об ответственности за дачу ложных показаний. Поэтому он не отказался отвечать под протокол.

- Ты, как всегда, в своем репертуаре.

- Ну нам дело важнее сделать, или инструкции чтить?

- В данном случае нам важнее дело. Спасибо за помощь. И скинь мне материалы, пожалуйста.

* * *

Под номером два был звонок из Хабаровска, куда Леха Солнцев улетел по моей просьбе, допросить смертника Мусу в колонии особого режима для пожизненно осужденных с поэтическим названием «Снежинка».

- Что там у тебя, Леш?

- Муса говорит, что никаких денег им ни Сальвадор, ни кто – либо другой из его подручных не предлагал. И что вообще одержать верх в этом противостоянии им удалось случайно, по воле Аллаха. Борьба почти все время шла на равных и неизвестно, сколько бы еще продолжалось все это, но сальвадорские разбежались после гибели своих главарей. И все их хозяйство прибрал к своим рукам Муса со своими подельниками. Клянется, что вообще никаких переговоров между враждующими сторонами не было после того, как Сальвадор отказался по – хорошему отдать аэропорт и два торговых центра, с чего, собственно, конфликт и начался.

- Веришь ему?

- А смысл ему сейчас врать? Тем более что я ему в обмен на честность согласовал одну дополнительную посылку и одно письмо с воли. Это очень достойная цена.

- Записал допрос?

- Да, на камеру и под протокол.

- Окей, спасибо! Возвращайся.

* * *

После встречи Старого с Зелимханом в Совете Федераций, изменений не произошло. Он повторил то же самое, что сказал Лехе его бывший подельник, а ныне пожизненно осужденный Муса.

В итоге что мы имеем? Надо еще раз выстроить версию, поверить логику, вывести причинно – следственные связи и сделать вывод.

Капитан Валеренко узнает, что на подведомственной ему территории находится общак группировки Сальвадора, в деньгах это около двух миллионов долларов и делится этой информации с капитаном Лукашовым, с которым состоит либо в дружеской связи, либо находится от него в зависимости. Кому из них приходит в голову забрать деньги себе – неизвестно. Но в итоге рождается следующий план: устранить свидетелей и оставить деньги себе. Я почти на сто процентов уверен, что за рулем "Камаза", протаранившего легковушку Грачева находился Лукашов. Также как уверен и в том, что это именно Валеренко поджег барак, в котором спал Сальвадор со своими подручными. Как раз поэтому он оказался первым на месте пожара. Только не тушить он его пришел, а поджечь и проконтролировать, чтобы никто не выбрался наружу. Информатор Грачева Чижик, который на свою голову узнал лишнего и этим поделился, был убит по заданию Валеренко, об этом я уже говорил.

И перепрятал он деньги до пожара. Скорее всего отнес в свою машину, потому что после гибели двадцати семи человек, всю зону следаки перетряхнули сверху донизу, вширь и вглубь. А «герой тушения пожара» смог спокойно выехать и вывез наличку за пределы досягаемости. Или, что еще вероятнее, сделал он это до того, как поджег барак.

В дальнейшем, наши лихие опера задвинули легенду случайно выжившему в ДТП Грачеву о том, что деньги забрали злые кавказцы, Леше Климу подкинули ствол, оформив путевку в тюрьму, чтобы лишней деятельности не развил и не начал искать деньги. А сами уехали служить в Москву, где, имея неплохой стартовый капитал, весьма преуспели в службе.

Именно после получения двух миллионов долларов карьера и Валеренко, и Лукашова резко пошла вверх. Невообразимо скоро оба стали генералами.

А вот вся карьера опасного для них Грачева прошла вдали от столицы. Как будто кто-то специально не пускал его в европейскую часть страны. Все должности только за Уралом. Не обижали, звания присваивали вовремя, карьерный рост обеспечивали своевременно. Но далеко – далеко, в дебрях. Я проверил.

Может ли история, рассказанная Грачевым быть выдумкой? Не похоже. Общак в зоне был – Климов подтвердил это под протокол, странное ДТП было, смерть двадцати с лишним человек в пожаре и одного человека от заточки – были. Практически одновременный взлет двух капитанов до генералов почти без остановки – был.

Собрать более убедительную доказательную базу уже выше моих сил. Как в известном меме – «На этом наши полномочия всё»!

Но просто теперь зависнуть и ничего не делать с полученной мной информацией я уже не имел права. Узнал я слишком много, чтобы остаться безнаказанным сам и не подставить друзей, которые мне помогали: Леху, Дениса, Старого.

Осиное гнездо мы уже расшевелили, скоро генералы все узнают и пойдет обратка. Беспощадная и неотразимая. Не смысле что красивая, а в смысле что отразить нам ее будет нечем. Защитить от их силы и власти нас может только другая сила и власть. Им неподчиненная.

Я знал такую силу. Подготовив краткий рапорт, я приложил к нему все протоколы, аудио и видеозаписи всех показаний, начиная от Грачева, а также другие материалы, которые смог достать на своем уровне. Рапорт распечатал на бумаге, все остальное скинул на флешку и поехал в Москву. На прием к своему старшему прямому руководителю, начальнику Второй службы нашего ведомства.

* * *

- Таким образом, товарищ генерал – полковник, есть основания полагать, что деньги, указанные в материалах как общак организованного преступного сообщества под руководством вора в законе Сальвадора, были похищены офицерами силовых структур Валеренко и Лукашовым. Все материалы, подтверждающие факты, указанные в моем рапорте, находятся на этой флешке. Также там находится перечень оперативно – розыскных мероприятий, в том числе список необходимых экспертиз и потенциальных свидетелей, которые позволят намертво закрепить фигурантов.

- Кто еще в курсе вашего расследования?

- О сути дела знаю только я и вы. Все остальные работали под другую легенду.

- Оставь материалы мне. И забудь об этом деле. Езжай туда, где служишь и служи дальше.

- Есть! Разрешите идти?

- Ступай, подполковник.

* * *

После моей встречи с генералом прошло три месяца, во время которых меня по делам службы никак не дергали. Работал в автономном режиме, по сути только курировал «Энергетику», услиливал оперативные позиции.

Также эти три месяца для меня запомнились нервотрепкой, связанной с предвыборными акциями Зубова. Это и его открытое письмо ко всем медийным персонам региона с предложением скинуться на лечение ребенка с диагнозом СМА, которому требовалось что-то в районе ста миллионов рублей, это и его "медиавойна" с журналистами некоторых изданий, в которой мне пришлось принять непосредственное участие, вступая, порой, в многочасовую полемику с критиками Зубова на страницах ныне запрещенных соцсетей, при этом согласовывая с ним все свои ответы. Запредельное «веселье», доложу я вам.

Также за это время были проведены торги в виде аукциона за большой и очень лакомый земельный участок под строительство нового жилого микрорайона. Зубов и вся компания к проведению этих торгов готовились как к спецоперации. Конкуренты, в итоге, пусть и негласно, но сумели объединить усилия, а с Зубовым никто в альянс не вступил, хотя он предпринимал такие усилия. И этому как раз немало поспособствовало то открытое письмо, которое он опубликовал незадолго до торгов и которое было воспринято элитой области как поступок неадекватный. Стало ли это предтечей того, что и торги за землю Зубов проиграл и что его заставили снять свою кандидатуру с претендентов на депутатское кресло, мне неведомо. Но дыма без огня не бывает.

Я в те дни был отвлечен другим. У нас в отделе снова сменился начальник. Меня выдернули в Москву на представление и моему удивлению не было границ, потому что новым начальником оказался полковник Копейкин Юрий Максимович! Старый! Старый вернулся!

- С возвращением, товарищ полковник! Рад служить под вашим началом! – и каблуками прищелкнуть.

- Иванов, хватит паясничать. Ты чего такой радостный?

- Ну а как мне не радоваться. С вашим возвращением я чувствую, что внутрикорпоративный междусобойчик завершен по причине победы нашей стороны. Правильно чувствую?

- Если не вдаваться в детали, то все так и есть. Три дня назад наш генерал ходил к Директору с каким-то докладом, после чего, в тот же день заместитель Директора генерал Лукашов подал в отставку и был незамедлительно отправлен на пенсию. За час проводили.

- Отлично! Значит все было не зря, Юрий Максимович.

- Мне шеф сказал, что твои материалы легли в основу справки. Ну и там углубили, расширили. Продуктивно поработали.

- А еще я рад, что скоро моя долбаная командировка закончится и я вернусь домой.

- Ну уж так прям и долбанная? Живешь там, как у Христа за пазухой, зарплату получаешь. Бумажной работы вообще почти не касаешься.

- Что-то мне не нравится ваш настрой, товарищ полковник. Как будто начинаете меня уговаривать не возвращаться…

- Не то, чтобы уговариваю. Просто моя интуиция говорит о том, что после той каши, которую ты заварил, особенно принимая во внимание последствия, тебе бы лучше еще полгодика здесь не появляться. В скором времени начнется чистка, точнее – смена команды Лукашова. Мало ли что. Пусть они все покинут стены Конторы, тогда тебя и попробуем вернуть.

- Еще мне не нравится слово «попробуем». Хотелось бы уже каких-то гарантий. Четыре года в неопределенности. Может уже хватит?

- «Попробуем» это значит «приложим все силы». Боюсь, в нашей постоянно меняющейся реальности что - либо загадывать и планировать. И уж тем более что-то обещать.

- Принято, понято, будет учтено в повседневной служебно – боевой деятельности. Может вы и правы. Можно еще вопросик?

- Валяй.

- А что с Валеренко? Тоже просто попросят уволиться?

Перед ответом Старый посмотрел на часы, улыбнулся и произнес:

- Вечерние новости читай сегодня.

Вечером в новостях сообщили, что заместитель Директора ФСИН генерал Валеренко был задержан прямо на рабочем месте по антикоррупционной статье.

Хорошее выдалось окончание плохого года.

Глава 29

Начало приснопамятного дня, 24 июня 2023 года, я встретил на рыбалке, на Дону. Давно собирался устроить себе разгрузочный день, поэтому, когда поступило предложение уехать за двести километров от города и порыбачить на вечерней и утренней зорьке, я не отказался, а с радостью принял приглашение.

Однако рано утром, только - только рассвело, меня отвлек от созерцания за поплавком звонок Старого.

- В курсе что в стране творится?

- Думаю, что в стране, как всегда, бардак. Более подробно не могу сказать, сегодня еще новости не читал. Спал. У меня, так-то, выходной, впервые за долгое время.

- Боюсь, что выходной тебе придется прервать и вернуться в город.

- Я же правильно понимаю, что вы сейчас объясните причину и расскажете, что происходит?

- В стране вооруженный мятеж! Одно из боевых подразделение оставило позиции на линии фронта, захватило штаб Южного военного округа и организовало из Ростова-на-Дону движение своих войск в сторону Москвы, назвав это «маршем справедливости». Идут по дорогам общего пользования, прикрываясь гражданскими.

- Это то самое подразделение, о котором я подумал?

- Ну а какое еще? Доигрались, мать его, в частные компании! Предупреждали же неоднократно, что оружие может быть только у государственных структур! И то не у всех. Вот теперь будем расхлебывать!

- Мои действия?

- Берешь ноги в руки и пулей в город. Поступишь в распоряжение местного Управления, с руководством я согласовал. Ведь не всерьез же они рассчитывают несколькими тысячами человек свергнуть власть в стране. Значит надо ждать и других неожиданных событий во всех регионах. Под такую свадьбу точно всех «спящих» разбудят. Поэтому каждый человек на счету.

- Все понял, принял. Мне часа два с половиной до города добираться, связь ловит не везде, так что не теряйте меня.

- Добро. На трассу М-4 не суйся, ее перекрыли для того, чтобы мятежники среди гражданских автомобилей не могли укрываться от возможных ударов.

- А будут они, удары эти?

- Верховный пока команду не давал. Да и где войска взять? Войска все в зоне СВО. Сейчас Росгвардию мобилизуют и где-нибудь на подступах к столице этот марш и блокируют. Если ничего не произойдет.

- Окей. Если на трассу нельзя, то поеду по проселкам. Значит еще дольше ехать буду.

- Как доберешься до места свяжись с замом начальника управления полковником Волковым. Он будет тебя ждать.

- Мы знакомы, не потеряюсь.

После завершения разговора, под удивленные взгляды своих попутчиков, я быстро собрался, попрощался, сказав, что срочно вызвали на работу и на максимально возможной скорости отправился в сторону областного центра.

Такой оборот событий в тылу у воюющей армии, в стране, которая второй год участвует в самом масштабном военном конфликте со времен Второй мировой войны вряд ли бы кто смог предсказать. Это очень серьезно. Что, в очередной раз, подтверждает тезис о том, что схлестнулись мы с очень опасным, хитрым и безжалостным противником.

Странности того дня продолжились примерно через час пути. Когда мне оставалось до места назначения чуть больше ста километров, раздался звонок с незнакомого номера. Я снял трубку и услышал женский голос:

- Здравия желаю, товарищ подполковник! – От неожиданности я чуть не вылетел с дороги в кювет. Дело в том, что звонок поступил на местный номер, а не московский. Все, у кого в контактах он был, априори, не могли знать мое воинское звание!

- Здравствуйте, - ответил я, лихорадочно соображая, как вести себя дальше, что это может быть за провокация, и имеет ли она отношение к поднявшемуся в стране мятежу?

Словно прочитав мои мысли, голос в трубке продолжил:

- Не пытайтесь сейчас понять в какой момент ваша легенда дала сбой, потому что это не соответствует действительности. Вы меня не знаете, но я знаю про вас очень много по той причине, что по долгу службы я обязана знать о коллегах, которые работают по моему направлению в смежных государственных структурах. Но сейчас не об этом. Как вы знаете, сегодня в стране был запущен механизм государственного переворота, первым актом которого и сигналом для всех остальных является марш вооруженных мятежников на столицу. Следующим этапом будет захват тяжелого вооружения и техники с переходом некоторых воинских частей и подразделений на сторону бунтовщиков. В том числе и на других направлениях от Москвы, не только с юга. Многие, вовлеченные в заговор акторы еще колеблются, не до конца верят в успех этого предприятия. Сигналом для них, позволяющим принять окончательное решение, станет захват авиационной части с аэродромом и с расположенной на нем авиатехникой. Конкретного аэродрома. А если точнее, то трех конкретных аэродромов.

Несколько минут назад от основной колонны наемников отделился отряд в составе примерно пятисот человек, на бронемашинах, джипах, имеющий в своем составе две пусковые установки ЗПРК «Панцирь – С». Их задача захватить как раз и есть захват одного из трех аэродромов вместе с расположенной на нем авиационной техникой и вооружением. До места им ехать часа четыре с половиной. Вам, если прямо сейчас повернете на восток – всего минут сорок. Не знаю как, но вам необходимо предотвратить захват этого аэродрома.

- Ты там с ума сошла? Неужели ты правда считаешь, что я в состоянии это сделать в одиночку всего лишь с одним пистолетом?! Да хоть на танке. Или ты думаешь, что я Бэтмен? Так вот ты ошибаешься, я скорее Джокер! И то, в основном тот, который Доминик! Есть, наверняка, на пути их следования какие-то верные правительству войска, есть охрана аэродрома. В конце – концов, пусть эти, на авиабазе, сядут на свои самолеты и улетят куда-нибудь поближе к Москве. Чего ты мне-то звонишь? Позвони командиру авиаполка!

- А у меня нет уверенности, что командование авиабазы не замешано в заговоре. Представляешь, что тогда будет? Мы им своими руками передадим информацию.

- А мне, то есть, ты доверяешь? Настолько, что уверена будто бы я смогу справиться в одиночку с пятью сотнями головорезов? Подготовленных и мотивированных головорезов, заметь.

- Ну во-первых, да. Тебе доверяю. А во-вторых, у меня все равно нет другого выбора. Мне больше не к кому обратиться и ни на чью помощь, кроме тебя, рассчитывать не приходится. Сама же я не могу быть в нескольких местах одновременно. Или ты думаешь, что я ради развлечения перед тобой раскрылась? У меня, уж можешь поверить, легенда куда поглубже чем у тебя. А я, тем не менее, рискую. Потому что выбора нет, повторюсь.

- А если я сейчас повешу трубку и просто забуду о нашем разговоре? Или, еще лучше, позвоню своему начальству и доложу, что мне звонила какая-то тетя, которой известно мое настоящее звание и характер выполняемых мной задач. Что эта тетя заставляла меня вступить в неравный бой с полутысячей мятежников на бронемашинах и с зенитными комплексами одному против всех. И пусть проверят, что это за дама такая, осведомленная. И что за бредовые идеи у нее в голове.

- Слушай, я тебя понимаю. И на твоем месте я себя тоже так же повела бы. Но будь профессионалом! Не в том смысле, что поступай по инструкции и прерви разговор, а в том смысле, что подумай о том – а вдруг я права. Ведь потом, как ты будешь смотреть новости и видеть, что вооруженные мятеж превратился в государственный переворот, видеть, что столкновения идут на улицах многих городов, что есть погибшие и раненые среди силовиков и мирного населения… Как ты будешь себя чувствовать, зная, что мог хотя бы попытаться это предотвратить? Как ты будешь дальше жить? Сможешь и в этом случае заткнуть свою совесть инструкцией? Подумай. А того, что ты доложишь своему начальству или кому – то другому о нашем контакте я не боюсь. Игра пошла ва-банк. И эта твоя угроза наименьшее из зол, что мне грозит сегодня. Только предупреждаю: информацию фильтруй. Где гарантия, что тот, кому ты хочешь обо всем рассказать не является заговорщиком и мятежником? На этом наш разговор пора заканчивать. О каком аэродроме я говорила ты догадался, я надеюсь?

- Догадался.

- Отлично! Чтобы убедиться в том, что моя информация не фуфло, тебе надо запросить данные по колонне, которая свернула с трассы «Дон» в сторону станицы Мешковская. Далее они пойдут через станицу Казанскую и Нехаевскую. Это если у тебя есть ресурсы для таких запросов. Когда получишь ответ, уже сам принимай решение. Я тебе как на духу открылась. Очень рассчитываю на то, что совесть и долг перевесят и ты поступишь правильно. Прощай, подполковник!

Отбой.

Еще до конца, не отдавая себе отчета как поступить, я уже свернул со своего основного маршрута в сторону аэродрома.

Глава 30

Срочно требуется «звонок друг». В первую очередь необходимо проверить информацию о разделении сил мятежников. Звоню Старому.

- Юрий Максимович, мне срочно нужна помощь!

- Что у тебя?

- У меня появилась информация о том, что в направлении станицы Мешковская, Ростовской области, от колонны мятежников отделился отряд в составе пятисот бойцов на броневиках, джипах, в сопровождении двух зенитных комплексов «Панцирь – С». Задача этой группы состоит в захвате аэродрома и самолетов 20-го бомбардировочного авиационного полка.

- Это откуда у тебя такие сведения?

- От источника. Сейчас не важно, потом расскажу. Важно знать, подтвердится ли информация. И если да, то нам надо будет придумать как этот захват предотвратить. По моим данным времени у нас на все про все около четырех часов.

- Принял, жди. Сейчас свяжусь с оперативным дежурным группы мониторинга, уточню у него и перезвоню.

* * *

Через пятнадцать минут Старый перезвонил:

- Ну что, поздравляю, подтвердилась твоя информация. Пришлось даже спутники подключать для перепроверки. Действительно отделилась от общей колонны группа. Как раз человек на пятьсот, судя по количеству техники. А группы мониторинга проморгали ее. Очередная полная неожиданность. Можешь своему источнику благодарность объявить.

- Меры к защите аэродрома и техники примут?

- А вот тут есть сложности. Идет война. Войск не хватает. В глубине страны службу несут только срочники. Вряд ли кто примет решение бросить их в бой против матерых наемников. Испугаются ответственности, потому что результат предсказуем. Да и ситуация такая, что даже не понятно, кому можно доверять, а кому не стоит. Вдруг этих мятежников там на аэродроме ждут? Вдруг они едут не захватывать авиабазу, а для силовой поддержки других заговорщиков. Которые и командуют этой воинской частью. Точнее, воинскими частями. С недавнего времени на аэродроме дополнительно базируется еще и полк ударных вертолетов. Ты сам где, кстати?

- Я в пути. Мне еще минут пятнадцать до этого места ехать.

- Это хорошо, что ты рядом. Когда доедешь, осмотрись там в городе и окрестностях авиабазы аккуратно и дуй на южную дорогу, по которой и ожидаем прибытие боевиков. На месте подумай, что мы можем сделать чтобы сорвать их план. А я тоже подумаю. Есть у меня одна мыслишка, надо кое – что проверить. Связь через полчаса.

«Что мы можем сделать чтобы сорвать планы? Мотострелковый полк поставить на пути колонны! На мой взгляд это единственное, что их может сдержать…»

* * *

Транзитом проехав населенный пункт, градообразующим предприятием которого являлся военный аэродром, я выехал на южную окраину. Слева от меня промелькнула выставка военной техники, памятники танков, самолетов, а справа – КПП и, чуть поодаль, стоянки авиационной техники.

Отъехав дальше на юг еще километров на пять, навстречу вражеской колонне, я совершенно неожиданно наткнулся на примитивный блокпост – стоящий поперек дороги армейский грузовик «Урал» и человек двадцать солдат – срочников. С обеих сторон от преграды уже сформировалась внушительная пробка.

Я прижался к обочине и остановился, вышел из машины. У первого же встречного солдата поинтересовался, кто у них старший. Он указал в сторону невысокого, чернявого, совсем еще молодого паренька, лейтенанта. Судя по всему, текущего года выпуска из военного училища.

Подошёл к нему, представился, показал удостоверение. Как правильно сказала неизвестная по телефону – разоблачение легенды сегодня это наименьшее из зол. Поинтересовался у лейтенанта, что происходит?

Тот, немного помедлив, словно раздумывая стоит ли посвящать меня в суть происходящих событий, нехотя произнес:

- Начальник караула лейтенант Ищенко, здравия желаю. При возвращении в пункт временной дислокации ночной смены караула армейского полевого склада авиационного вооружения был получен приказ организовать в указанном месте рубеж обороны с целью предотвращения нападения на близлежащий военный аэродром организованных военизированных групп, поддержавших вооруженный мятеж.

- Тогда почему ты гражданским машинам дорогу перекрыл? В том числе и тем, что не в сторону аэродрома едут, а в противоположную.

- Да я как только «Урал» сдвигаю, чтобы одних пропустить, так другие проскакивают. В обе стороны.

- Ну так и пусть едут. У тебя приказ военизированные группы не пропустить. Кстати, через три часа здесь будет подразделение в пять сотен штыков с пушечно – пулеметным вооружением. Как ты собираешься их сдерживать? Какими силами?

- У меня приказ – вплоть до применения оружия! – неуверенно ответил лейтенант, оценив количество возможного противника.

- А как ты будешь применять оружие, если боевики среди гражданских будут прятаться, которых ты уже собрал автомобилей под пятьдесят? Давай, лейтенант, не дури, убери грузовик с проезжей части, пусть люди разъедутся, нечего им тут делать. Лишние жертвы ни к чему.

- Хорошо, думаю что вы правы. Сейчас распоряжусь.

После того как Ищенко отдал все необходимые приказания, и пробка на дороге рассосалась, мы продолжили с ним разговор.

- Теперь что касается твоего войска. Сюда едут стреляные, подготовленные, прошедшие не по одной войне наемники, которым уже нечего терять. Если мятеж не приведет к задуманным результатам, их ничто не спасет. Вопрос: как ты собрался с ними воевать? Какими силами удерживать рубеж обороны? У тебя двадцать бойцов – срочников и у каждого всего по шестьдесят патронов. А у них пулеметы, гранатометы, дроны, пушки. Тебя с твоими подчиненными хватит максимум на двадцать секунд боя. Они даже скорость передвижения снижать не будут.

- Товарищ подполковник, у меня же приказ! Я не могу его нарушить!

- Но ты его и выполнить не сможешь! Только зря пацанов положишь и сам погибнешь. Кстати, кто тебе приказ такой передал?

- Командир батальона. По телефону позвонил.

- И что сказал?

- Ну я же вам говорил уже: не допустить нападение на аэродром…

- Ладно. Еще что-то говорил?

- Нет. Просто позвонил и сказал, мол, «Ищенко, приказываю тебе» и далее по тексту.

- Точно комбат был?

- Да что же я голос родного командира не узнаю? Обижаете.

- Перезвони ему. Скажи, что от сотрудника ФСБ, подполковника Иванова получена информация о движении в твою сторону большого количества боевиков. Попроси его отменить предыдущий приказ и разрешить занять оборону непосредственно в пункте дислокации своей части, на аэродроме.

- А мы не с авиаполка. Наш батальон, точнее остатки его, временно прикомандировали для охраны складов. В поле под открытым небом сложены ящики, ждут отправку в зону СВО, которая должна состояться со дня на день. А мы пока охраняем.

А вот это уже интересно. Мятежникам на пути сразу и аэродром с самолетами и вертолетами, и огромные запасы авиационных средств поражения. И все в одном месте. Случайно ли?

- Ну все равно позвони комбату. Иначе и приказ не выполнишь, и погибнешь.

- Да набирал я ему. Абонент вне зоны действия сети. А тот номер, с которого он мне звонил вообще отвечает, что абонент в сети не зарегистрирован.

- В каком смысле «с которого он звонил»? Он что, с чужого номера звонил?

- Ну да.

- Ну ты даешь. Давай-ка теперь еще раз, только прям дословно повтори, что именно он тебе сказал. У меня нехорошее предчувствие почему-то. Как будто бы обманули тебя. И говорила с тобой нейросеть, а не твой командир.

- Дословно он сказал: «Здорово, Ищенко! Это я. Узнал?», я сказал, что узнал, ну а дальше я вам уже два раза рассказывал. Он поставил приказ организовать рубеж обороны и повесил трубку.

- А можешь показать, с какого номера он звонил?

- Могу. Вот смотрите.

Итак, предчувствие меня не обмануло. Это оказался тот же самый номер, с которого мне звонила неизвестная коллега, рассказавшая мне о возможном захвате аэродрома. И о том, что командованию авиабазы она не доверяет.

Серьезные у нее возможности, прямо скажем.

Но в любом случае лейтенант со своими бойцами мне не помощник.

- Тебя обманули, лейтенант. Смотри сюда, мне тоже звонили с этого же самого номера, что и тебе. Но звонил, как ты понимаешь, не твой комбат, а какая-то неизвестная мне женщина. Вряд ли его подруга. Я думаю, что голосом твоего командира приказ тебе отдавала нейросеть, сейчас совсем не трудно такой ролик записать. В любом случае это был не твой командир и даже не человек. Что говорит о том, что приказ отдан тебе незаконно и ты можешь на него наплевать, и ехать к себе в часть дальше охранять склады или что ты там охраняешь.

- Это ваши домыслы, товарищ подполковник. Я не могу знать, почему у вас входящий вызов с этого номера. Может вы как раз и есть шпион, задача которого убрать заслон с дороги противника? Я же не знаю. Я вообще вас первый раз в жизни вижу.

- Это ты «заслон» со своим караулом? Прям всем заслонам заслон.

- У меня приказ, - продолжал гнуть свою линию летёха.

Ну вот и приплыли…

- Блин, ну позвони начальнику штаба! Ротному!

- Наша часть в зоне спецоперации. Осталось только два взвода срочников. Мы в караул сутки через сутки ходим. С нами только комбат был, который должен был передать личный состав срочной службы в другую часть и убыть дальше на войну. Так что некому мне звонить.

Короче все понятно. Молодой, неопытный, ответственность на себя еще не готов принять. Не удивлюсь, если в глубине души он и сам желает сразиться с превосходящими силами врага и победить. Или погибнуть во славу страны. Судя по всему, убеждать его включить здравый смысл – бесполезно. Он твердо решил поиграть в героя. Последняя попытка:

- Сообщи мне номер своей части, я сам найду твоего командира, и он отменить этот дурацкий приказ, который он даже не отдавал.

- Я не могу назвать вам номер своей воинской части. Эти сведения составляют государственную тайну, вообще-то!

Вот же достался мне собеседник! Ну и черт с тобой, делай как знаешь.

- Слышь, лейтенант, раз уж собираешься принять героическую смерть в бою всем подразделением, так хотя бы времени не теряй даром и оборудуй огневые позиции для бойцов. Выкопайте окопы, замаскируйтесь, назначь ориентиры, определи порядок взаимодействия. Грузовик с дороги убери подальше в лесополосу, чтобы не демаскировал позиции. Найди где-нибудь дорожников или строителей, попроси экскаваторщика, чтобы перекопал дорогу, чтобы объехать нельзя было. Широкую такую яму на всю ширину. А лучше пять широких ям, одну за другой. Об ответственности за повреждение дорожного полотна не беспокойся. Единственный шанс у тебя и твоего войска уничтожить хотя бы одного мятежника – это внезапность нападения. Скрытность и внезапность. Если они заметят вас раньше, чем у вас появится возможность открыть огонь, они просто из пушек и пулеметов отработают по вам и поедут дальше. А с маскировкой, да с препятствием на дороге у тебя появляется хотя бы призрачный шанс их задержать. На всю подготовку у тебя, лейтенант, не более двух с половиной часов. А потом замрите и не отсвечивайте.

Оставив начавшего отдавать своим бойцам приказания лейтенанта, я позвонил Старому:

- Юрий Максимович, здесь форс-мажор у меня. Кто-то, неизвестно кто, голосом командира батальона, дал команду вооруженному караулу организовать, как выразился начальник караула «заслон» на пути следования вооруженной колонны. Мои попытки объяснить лейтенанту, что этот приказ точно его командир не мог ему поставить, а также то, что двадцать человек против пяти сотен это слишком неравный бой, с учетом, что в карауле одни срочники – не увенчались успехом. Даже показал ему, что нам с одного и того же номера звонили, только ему голосом командира, а мне женским голосом. Ничего не хочет слушать, готовится принять бой. Короче, бред какой-то!

- А я думаю, что не бред. Об этой колонне даже мы не знали, пока твой источник не подсветил. И у лейтенанта от него же информация, получается? А что касается численности караула – так похоже бросают на перехват все что есть. Из тех подразделений, что точно верны. Еще же и доверять не всем можно.

- Похоже, что так.

- Из хороших новостей это то, что ты уже не один. Плюс двадцать автоматчиков. Это раз! Второе: на усиление защиты аэродрома из Липецка вышел сводный отряд Росгвардии и УВД. Часов через пять должны прибыть на место. Так что наша с тобой задача упрощается. Теперь нет необходимости уничтожать боевиков, а нужно всего лишь их задержать часа на два, плюс минус.

- «Всего лишь»…

- Не перебивай! Я тебе сейчас скину номер телефончика одного товарища. Это заместитель командира вертолетного полка, который базируется на интересующем нас аэродроме. Набери его и скажи, что ты от Чингиза. Он уже ждет твоего звонка. В общих чертах, без подробностей, он немного в курсе ситуации, но ты конкретные задачи перед ним поставь, он придумает как нам помочь.

- А Чингиз это кто? Вдруг летчик спросит, а я не смогу ответить правильно.

- Чингиз – это я. У меня такой позывной был в Первую чеченскую. Его вертолет тогда сбили, и он попал в плен. Когда его уводили в горы, банда случайно напоролась на засаду нашей группы и была уничтожена. Повезло Ворону – его позывной, в рубашке родился. Без единой царапины из лап смерти вырвался.

- Вы уверены, что этому Ворону можно доверять?

- Уверен на все сто процентов. Это уже не первый раз, когда я к нему за помощью обращаюсь. Никогда не подводил.

- Хорошо, сейчас ему наберу.

Глава 31

- Здравия желаю, товарищ полковник. Я к вам от Чингиза. Он сказал, что вы ждете моего звонка и что, в широком смысле, понимаете, о чем пойдет речь и о какой помощи буду вас просить.

- Привет, привет. Давай при встрече все обсудим, чтобы не по телефону. Я так понял, что ты где-то недалеко от нашей авиабазы сейчас. Сможешь к КПП подъехать? Я выйду и все обсудим.

- Да, без проблем. Мне не далеко.

Спустя десять минут я подъехал к проходной авиабазы, где меня уже ждал Ворон. Невысокого роста, лысый, начинающий полнеть, лет пятидесяти пяти. После приветствия, прикурив сигарету он произнес:

- Ну теперь в подробностях давай, чего это Чингизу от меня понадобилось, спустя десять лет тишины?

- Даже не знаю с чего начать.

- Лучше начинать сначала, - Ворон рассмеялся собственной шутке.

- Да нет, я лучше ближе к концу начну, а то слишком долго может получиться. Короче, в сторону вот этого самого аэродрома движется колонна мятежников в полтысячи человек с тяжелым вооружением, в том числе с «Панцирями». Их задача захватить аэродром, самолеты, вертолеты и склад боеприпасов где-то тут поблизости, я еще не разобрался. Есть мнение, что кто-то из командования авиабазы с ними заодно, поэтому считаем, что отражать нападение никто не будет.

- Извини, перебью: отражать нападение, даже если и хотели бы, то не кем. На аэродроме только инженерная служба в неполном составе и караул из двадцати бойцов без усиления. Летный состав сегодня с утра увезли в окружной госпиталь для прохождения медкомиссии, а усиление караула направили на охрану полевого склада боеприпасов.

- Что как раз косвенно и подтверждает наши подозрения. Исходя из складывающейся обстановки, наша с вами задача – сорвать атаку и захват аэродрома. А из союзников у нас только юный лейтенант и с ним два десятка солдат – срочников, которые занимают оборону в пяти километрах южнее на дороге. Да еще отряд Росгвардии и полиции, который спешит на на помощь, но которому ехать четыре с половиной часа.

- Сколько боевикам еще до аэродрома?

- Думаю, что не больше двух часов.

- Понятно. Ничего другого я от Чингиза и не ожидал. Умеет он в задачи. Ни много ни мало, сразу речь о спасении мира. Ладно, слушай сюда, время терять не будем. У меня из всего полка сейчас боеготова только одна вертушка. Остальные или на аэродроме подскока в зоне СВО, или в ремонте. Но мы и одной попробуем справиться. Ты выдвигайся навстречу вражеской колонне, найди на шоссе какой-нибудь мост. Чтобы и речка была, и заболоченные берега, чтобы не смогли они объехать, если мы с тобой этот мостик подорвем. А планирую я, что мы атакуем как раз, когда они будут переправляться. Частично повредим мост, частично создадим затор, частично уничтожим врага. Заставим их остановиться и накроем неуправляемыми ракетами пока будут стоять.

- Не забыли, что в колонне два зенитных ракетно – пушечных комплекса «Панцирь»?

- Не забыл. Именно поэтому, пока ты будешь искать место для засады, я кое-что с собой возьму. Ты как местечко с мостиком отыщешь, организуй для себя наблюдательный пункт. И скинь мне геолокацию. А дальше я скажу, что делать.

- Добро. Поехал искать.

* * *

До точки, с которой хорошо просматривался мост, идеально подходящий для нашей задумки, я добрался минут за двадцать. Загнал машину в придорожные посадки, густо растущие вдоль шоссе, и скинул свои координаты Ворону, как договаривались.

Место для обзора у меня было просто замечательное. Я расположился на вершине холма, у подножия которого, в неглубоком овраге, текла в меру широкая, метров тридцать, речка с заболоченной поймой на всю ширину этого самого оврага. С противоположной стороны реки также находился холм, и дорога шла на спуск к реке, делая широкий поворот почти на девяносто градусов. И сам мост был как на ладони. По большому счету, когда первая машина достигнет его, вся колонна уже будет в пределах видимости.

Еще через пятнадцать минут я услышал нарастающий гул, в котором без труда узнал звук двигателей и воздушных винтов «Крокодила» - боевого ударного вертолета Ми-24. И буквально через несколько мгновений эта грозная машина появилась в пределах видимости из-за гряды холма. Летчик виртуозно вел вертолет практически вплотную к земле, едва не касаясь брюхом редких кустов на склоне. Точно не выше пяти метров от земли.

Я вышел из придорожных зарослей и помахал рукой. Увидев меня, Ворон посадил машину в поле, скрытом от проезжающих по дороге редких автомобилей все теми же посадками. Переведя работу двигателей на малый газ, он открыл бронедверцу кабины и жестом подозвал меня к себе. Когда я подошел к нему, он протянул мне радиостанцию и чемоданчик, в котором оказался прибор лазерного наведения ракет на цель.

- Смотри, короче, вот этот тумблер включаешь, минуту прибор нагревается, после чего направляешь луч в то место, в которое должна прилететь ракета. Смотришь вот в это окошко и сопровождаешь цель, если она двигается. Ракета прилетит в то место, куда направлен луч, - кратко проинструктировал меня Ворон, передавая прибор, - У меня таких ракет всего четыре штуки, поэтому предлагаю распределить их следующим образом: первую нацеливай в головную машину, которая заедет на мост, чтобы она создала затор и остановила колонну. Как в фильме «Аты – баты». Смотрел?

Я кивнул.

- Вторую и третью нацеливай в опору моста. Обе в одну опору. Чтобы нам повредить ее до такого состояния, когда она не выдержит нагрузки тяжелой техники. Четвертая ракета – резерв. Можно по «Панцирю» попробовать применить, но там уже смотри сам. Я буду работать вот отсюда, из оврага, с минимальной высоты, - Ворон пальцем ткнул на точку на карте в пяти километрах севернее нашего места встречи, - высоко подниматься не могу, чтобы не попасть под работу «Панциря». Прошла информация, что эти суки только что сбили вертушку и самолет! Ты мои глаза. Твоя задача навести луч на цель, сообщить мне по рации и не отводить его от цели, пока ракета не прилетит. Учитывай, что с момента выстрела ей лететь секунд тридцать. Чтобы не случилось, что головная машина проскочит мост пока по ней будет атака. Справишься?

- А у меня есть варианты?

- Вариантов нет, в этом ты прав. Позывной какой у тебя?

- Атос.

- Добро. Разбегаемся. Как доберусь до точки ожидания выйду в эфир по радиостанции для проверки связи. Бывай! Удачи!

- И тебе удачи!

Взметнув под собой столбы пыли, вертушка на бреющем полете, вниз вдоль склона холма, ушла на север, а я остался ждать колонну боевиков, которая по всем расчетам была уже где-то совсем близко. Не было никакого волнения, даже адреналин не будоражил нервную систему. Только курить хотелось, а сигарет не было, потому что именно в тот день я находился в процессе очередной попытки избавиться от этой пагубной привычки.

После отлета Ворона я позвонил Старому, доложил ситуацию и в общих чертах обрисовал наш замысел. Старый в ответ сообщил, что всем гражданским машинам въезд на дорогу перекрыли, поэтому вражеская колонна идет в гордом одиночестве, никто посторонний пострадать не должен.

Как только Старый повесил трубку ожила рация:

- Атос, ответь Ворону, приём!

- Атос на приёме!

- Как моя работа? – имея в виду слышимость и качество передачи звука в радиоканале.

- Ворон Атосу! Твоя работа на пять баллов. Прибор включил, прогрел. Жду гостей.

- Ворон принял. До связи.

- До связи.

Глава 32

Не прошло и получаса, как на вершине противоположного холма появилась головная машина, а следом за ней и вся остальная колонна мятежников. Первым шел бронеавтомобиль «Тигр», за ним зенитный комплекс «Панцирь», далее пикапы, грузовики и все остальные.

Это хорошо, что первым едет «Тигр». Машина большая, тяжелая. Как раз то что нужно, чтобы перекрыть проезд по мосту. Учитывая время подлета ракеты, мне уже пора бы наводить луч целеуказателя и давать команду Ворону на выстрел. Бронеавтомобиль как раз доедет до середины моста.

- Ворон, работаем!

- Принял тебя, Атос! Пошла, родимая!

Ракета поразила цель секунд на семь раньше, чем я ожидал. «Тигр» только заехал передними колесами на мост, как тут же превратился в огненный шар. Взрывом его еще очень удачно развернуло поперек дороги.

- Есть прилет! Точное попадание, цель поражена! Теперь работаем опору! – кричу я в рацию, переводя точку прицеливания прибора наведения на ближайшую к противоположному берегу опорную колонну моста.

Тем временем, после поражения броневика, колонна остановилась, боевики бросились в рассыпную, покидая свои транспортные средства. «Панцирь» стал усиленно сканировать окружающее воздушное пространство в поисках угрозы, бешено вращая антенной РЛС. Тем не менее, вторую ракету он тоже проморгал. Прилетела ровнехонько в первую опору.

- Ворон, третью давай!

- Добро, встречай!

А вот третью ракету «Панцирь» отработал на пять баллов. Перехват!

- Ворон, у нас проблема, ракета перехвачена.

- Плохо, родной. Значит внезапность и превосходство в воздухе нами утрачены. Что там с мостом?

- Стоит, сука. Одна опора повреждена, не знаю, правда, на сколько серьезно, дорожное полотно провисло. Но стоит.

- Услышал тебя, Атос. Сейчас я их накрою неуправляемыми ракетами. Постараемся перегрузить их ПВО количеством целей, да и по колонне отработаем, раз уж пошла такая пьянка. А ты наведи снова луч на опору. Я под прикрытием неуправляемых ракет отправлю оставшуюся управляемую. Крайнюю. Только мне немного подпрыгнуть придется. Со дна оврага не достану залпом до вас. Сейчас попробую.

Через три секунды после этих слов «Панцирь» произвел пуск двух ракет в ту сторону, откуда по ним работала вертушка.

- Ворон, Ворон, приём! По тебе отработал «Панцирь»! Ушли две ракеты!

- Ну значит нам кранты. Видать слишком высоко подпрыгнул, попался на радар. Даю залп. Удерживай прицел на опоре. Удачи тебе, Атос! Чингизу привет передавай! Будем жить…

И связь прервалась. Видимо зенитные ракеты достигли цели. Но и запущенные Вороном неуправляемые ракеты тоже дошли до своих назначенных финальных точек маршрута. Мост, колонна техники, люди в укрытиях по обеим сторонам дороги оказались в огненной мясорубке. Не менее тридцати зарядов устроили смертельное накрытие. В том числе прямым попадание был уничтожен «Панцирь», который сбил вертолет. Дотянулась ответочка!

Ну и вишенкой на торте была управляемая ракета, которая во всеобщей суматохе отработала по моему целеуказанию и разнесла недобитую предыдущими пусками опору моста. Дорожное полотно первого пролета рухнуло в реку. Путь прегражден. Задача выполнена.

Спасибо, Ворон! Вечного тебе полёта!

* * *

А тем временем, пауза, вызванная внезапной ракетной атакой по колонне боевиков, затягивалась. Прошло не менее получаса, может чуть больше, прежде чем разбежавшиеся в разные стороны мятежники вернулись на шоссе к оставленной ими технике и начали предпринимать действия по инженерной разведке остатков переправы. Саперы выдвинулись вперед, пока остальные организовали круговую оборону и, вероятно подсчитывали потери.

Что будет дальше я пока не представлял. Истинное состояние моста с места моей засады было видно плохо. Смогут ли машины проехать по уцелевшим перекрытиям я не знал, сделать ничего не мог. Оставалось просто ждать и наблюдать.

Пока появилась свободная минутка я позвонил Старому и обрисовал ситуацию как смог, повторил то же самое: мост повреждён, степень повреждения неизвестна, вертушка сбита, Ворон скорее всего погиб, движение колонны приостановлено, на какое время пока не понятно. Юрий Максимович сказал, что пока мы ждали подхода боевиков, Ворон успел скинуть координаты моста экипажам двух бомбардировщиков, которые в тот момент работали по целям в зоне СВО. Он попросил, чтобы они оставили по парочке фугасных авиабомб и на обратном пути на аэродром базирования отбомбились по мосту, который атаковал вертолет Ворона. Старый сообщил, что летчики с большой высоты и с большой дистанции запустят боеприпасы с управляемым модулем планирования, чтобы самим оставаться вне зоны досягаемости "Панцирей" мятежников.

И как будто в подтверждение слов Старого в районе полуразрушенной переправы прозвучало четыре взрыва. При этом звуков работы двигателей самолётов слышно не было абсолютно. Как и планировалось, ребята отработали издалека, так что «Панцирь» даже не дернулся.

Когда дым рассеялся я смог разглядеть результаты бомбометания. Хотя и в этот раз прямого попадания по остаткам моста и не было, но на въезде на него красовалась огромная воронка и ещё пару воронок на асфальтированной части дороги. Саперов видно не было, скорее всего они погибли при взрывах.

Прямо скажем, в этот раз повреждения уже выглядели более масштабными, к тому же взрывы вновь заставили боевиков разбегаться вдоль обочины, что снова давало нам выигрыш во времени. Я ни на минуту не забывал о том, что сегодня моя задача, и не только моя, это не победить, а задержать движение колонны предателей.

Примерно еще минут двадцать на той стороне реки не было никакого движения. По крайней мере, я не заметил никаких попыток оценки ущерба переправе и организации дальнейшего движения.

А потом, неожиданно для меня, вся колонна мятежников неожиданно пришла в движение. Почему неожиданно? А потому что она поехала не туда, куда я ожидал, а развернулась и легла на обратный курс. Куда и в какую сторону они поехали я и не мог, да и особо не хотел, знать. Стало как-то безразлично.

Все что зависело от меня, я сделал. Задача была остановить врага, чтобы не дать ему захватить аэродром с боевой техникой и боеприпасами, предварительно размазав по асфальту двадцать пацанов - срочников под командованием лейтенанта Ищенко. Судя по тому, сколько прошло времени, Росгвардейцы уже должны были добраться до авиабазы и занять рубеж обороны.

Получается, что мы свою задачу выполнили. Ворон и его штурман - оператор пожертвовали при этом своими жизнями. Не на фронте. В глубоком тылу. Это не был прорыв вражеских войск. Это был предательский удар вчерашних боевых товарищей в надежде разбудить "спящих" и осуществить государственный переворот в воюющей стране. Разбор причин и следствий сегодняшнего дня еще впереди. Очень надеюсь, что всем сестрам достанется по серьгам...

Чуть позднее пришли новости о том, что главные фигуранты вооруженного мятежа приняли решение добровольно сложить оружие и под гарантии личной безопасности президента Белоруссии готовы уехать из России. Бред какой-то. Разве можно прощать и отпускать мятежников? Будь моя воля, ни один бы не ушел, чего бы это ни стоило. Но, к сожалению, мое личное мнение не сильно интересовало военно – политическое руководство страны, поэтому пришлось, как всегда, засунуть его куда подальше.

Главное, что теперь можно было выдохнуть и продолжить свой путь домой. А то завтра на работу. Торговый центр уже заждался своего управляющего. Но перед выездом, я снова набрал номер Старого и с горькой иронией произнес:

— Товарищ полковник, докладываю - мятеж подавлен!