Пёс.

Вступление и Глава 1. Немного о себе и первое совместное утро.

Привет! У меня в голове поселился ПЁС. Я, конечно, не стал собакой, остался вполне нормальным человеком, но мои органы чувств, да и характер, немного изменились. Как люди говорят, изменился в лучшую сторону. Удивлены? Как такое может быть? Даже спустя год не могу толком объяснить как это случилось. Не, не так. КАК случилось, серым веществом, что находится сами знаете где, с трудом, но понимаю, читал о подобной возможности в фантастических романах, но вероятность, что такое произойдёт в реальности, в процентах примерно один к бесконечности, почему-то затронула именно меня. То стечение неверотяных обстоятельств, после чего в человеческом теле поселились и до сих пор вполне мирно уживаются две несовместимые сущности – меня, парня двадцати пяти лет отроду, хотя, скорее, нужно назвать уже мужчиной, не парнем, и… собаки, кобеля трёх лет, который…. Нет, лучше по порядку. Рассказать о себе, то история более чем заурядная. По профессии, как ни удивительно, не военный и даже не инженер, а… музыкант. Да-да, музыкант, который с шести лет не имел возможности ни болтаться с друзьями по подворотням, ни пива пить, ни с девчонками гулять. А всё потому, что с утра до ночи занимался музыкой, так как в училище, где учился, общеобразовательная школа была далеко не на первом месте. Скажем так, на втором плане после музыкального образования. И химия, физика, математика сосуществовали с сольфеджио, уроками фортепиано и анализом музыкальных форм. Занятия длились с утра до вечера, а дома, как обычно, домашние задания… Вообщем, детства, о котором вспоминает большинство молодых парней, когда оканчивают школу и готовятся к поступлению в техникумы или ВУЗы или, кому уж очень не повезёт, к службе в армии, у меня фактически не было.

- Бедненький. Аж пожалеть тебя захотелось. Закончил? Может пришло время мне рассказать о себе?

- Подожди, не мешай, чуть позже. Лучше сам о тебе расскажу.

- Ну да, ты же раньше появился на свет. Всё, молчу-молчу…

И так всегда... Сбил с мысли. Ну так вот… Закончилось обучение в училище и далее был путь или в Консерваторию или Институт культуры. Естественно, поехали трое одноклассников не в Питерскую консу, так сокращённо привыкли называть консерваторию, а в её Петрозаводский филиал. Первыми сдали вступительные экзамены по специальности и… нам поставили пары. Удивили такие оценки, так как имели возможность наблюдать как другие абитуриенты, впоследствии успешно поступившие, владеют специальностью. Всё выяснилось в тот же день, когда забирали документы. Нос к носу столлкнулись с профессором, старшим в приёмной комиссии. Не побоялись, спросили его в лоб – ПОЧЕМУ? Надо отдать должное, пожилой человек ответил вполне искренне – мол, поступим мы, а что дальше? Через год или два переведёмся в Питер, потому что сами родом оттуда и никто помешать и запретить нам не сможет. А в Петрозаводском филиале останутся незаполненые места. Если честно, поачалу разозлились, только намного позже понял, что тот профессор был вправе так потупить – беспокоился не о нас, горемычных, а о том учебном заведении, где работал. Время поджимало и, чтобы не загреметь в армию, отдали документы в институт культуры, потому что в питерской консерватории экзамены были в тоже время, что и в филиале. Честно говорю, волновались на экзаменах, но не в части музыкальной подготовки, а по общеобразовательным предметам, которым в училище уделяли не столь много времени, как следовало бы… В итоге экзамены сдали, успешно поступили и четыре дальнейших года пролетели как одно мгновение. Удивительно, в памяти осталось немного ярких впечатлений, скорее те стройотряды, куда ездил два лета подряд. Весёлое было время. Амурные дела? Естественно, как же без них в моллодые стунческие годы, но вот беда, полностью адаптироваться к присутствию в группе девушек, которые для меня и одноклассников были существами с другой планеты, смог только к концу второго курса. Да, забыл упомянуть, что в училище, в котором провёл десять лет, учились только мальчишки. Сами понимаете, на психику такое положение дел отложило неизгладимый отпечаток. Что дальше? Дальше как у всех - закончил институт и под звуки… нет, не Мендельсона, а «Прощание славянки» ушёл в армию. Попал, опять же, не в зубодробительные войска, а в довольно специфический взвод охраны, где контингент составляли такие же, как и я, выпускники ВУЗов, не имеющих военной кафедры. Служба была нелёгкой, но, надо отдать должное моим командирам, дедовщины не было от слова вообще. За этим следили строго, да и в армию попали не восемнадцатилетними, а более сознательными людьми. Числились ПВО-ошниками, но, по факту, выполняли функции внутренней охраны, поэтому нас готовили очень тщательно, да и проверяли на «вшивость» очень часто. Как уже сказал, было трудно, но и интересно. Бывали по службе и за пределами страны, правда, недолго, но ещё успели посмотреть, как жили-поживали наши друзья по Варшавскому договору. Отслужив положенный срок, демобилизовался и вернулся в Питер. Что забыл рассказать, то рос без отца. Точнее, отец был, но с мамой был в разводе, жил в городе на югах, откуда и был родом. Когда я был маленький, папа несколько раз забирал меня на лето, к морю, поэтому сказать, что вырос вообще без отца, будет, по отношению к нему, несправедливо.

После службы, отгуляв лето, устроился на работу по специальности, методистом. И с этого момента, можно сказать, и начинается история, когда маме и мне, точнее, больше мне, повезло – сбылась мечта детства, у нас в квартире появилась собака. Если честно, смутно помню, кто предложил взять трёхгодовалого пса – эрдельтерьера по кличке Уиски. Этот пёс имел настолько длинную родословную, что когда начинаешь читать полное имя, подходя к концу, забываешь с чего начал. Естественно, пёс для меня сразу стал Виски и с этим именем не спорил, то есть отзывался, не корчил из себя потомственного аристократа. А вообще, этот большой шерстяной валик в завивитках, меня только радовал – без «тараканов» в голове и на удивление меланхоличный. Агрессии и психоза был лишён напрочь, а что радовало больше как маму, так и меня – пёс был всеяден. Бывшие хозяева по работе уехали на Север, вот и были счастливы, что после месяца поисков, нашли себе замену. В смысле, замену себе как хозяев собаки. Виски был изумительным псом – практически не гавкал, чем-то напоминал кошку, только в холке за полметра. Но стоило выехать с ним на природу, собакин на глазах перерождался – он, казалось, впадал в экстаз от любого запаха. Останавливался у каждого цветка, каждого дерева, тыкаясь носом казалось туда, откуда и не пахло. Если б я знал тогда, КАК он ощущал малейшие оттенки запахов. Да, пока не забыл, Виски сразу признал во мне страшего. Как мне казалось, я для него стал не вожаком, которого стоило бояться, а другом и товарищем, потому что, когда мамы не было дома, мы частенько бесились с собакиным до беспамятства. Когда, однажды, он меня цапнул зубами за руку, не больно, но ощутимо, я оплатил ему тем же – укусил пса за переднюю лапу. И, знаете, именно тогда мне показалось, что я увидел в глазах Виски не удивление, а настоящее уважение. Может такого и не было, но, как выяснилось намного позже, пёс запомнил этот момент и признал меня за своего собрата. Вот, начались воспоминания, хотя пора перейти к тому моменту, когда… Заканчивая со вступлением, сами позже поймете, почему я так подробно рассказывал, где учился и как провёл бо́льшую часть юности…

Вообщем, поехали мы с Виски на рыбалку. Нашли удобное место, поставили палатку и вечером впервые, собрав удилища, сели на берегу. Написал, что поставили палатку, сели рыбу ловить, как будто пёс делал всё наравне со мной. Нет, конечно, но что не отнять, мне не мешал, а иногда и помогал. Например, когда надо было натянуть шнуры на палатке, Виски, словно человек, растянул все шнуры растяжек так, что мне и оставалось только воткнунуть в землю колья. И рыбу сели ловить рядом – я смотрел на поплавки, а собакин безмолвно уткнулся немигающим взглядом на плавающую невдалеке утку…

Вечером ничего не предвещало беды, а вот ночью началась гроза, да какая… Казалось, гром грохочет не переставая, а небо полыхает от зарниц. Скажу, что ни до, ни после, ТАКОЙ грозы не видел. И всё ничего, но, прошу прощения, посреди ночи приспичило сходить в кустики. Вот как назло именно в тот момент, когда центр грозы, казалось, был прямо над нами. Что думаете? Да, и Виски со мной увязался, видать и ему приспичило. Отошли от палатки совсем недалеко и только сделал свои дела, как последнее, что помню – ослепительный свет вокруг и силуэт собаки, которая оказалась почему-то надо мной…

- - -

Судя по всему, без сознания пролежал долго – пару часов как минимум. Что удивительно, промок не сильно. Если так можно выразиться, удачно свалился под пушистую разлапистую ель. Когда в голове чуть прояснилось, посмотрел вокруг – гроза миновала и небо стало светлеть - полчаса и рассвет. Уже не так темно, как бывает в начале сентября.

- М-да… Сходил пописать, - я усмехнулся и, подвигав руками-нагами, понял, что от разряда молнии, который попал если не прямо в меня, то рядом уж точно, пострадал не сильно.

- Кто как… - В голове мелькнула мысль, явно мне не принадлежащая.

- Глюки? – я нервно хихикнул, понимая, что если постарадал мозг, это печально скажется на дальнейшей жизни.

- Вспомнил о том, чего и так никогда не было, - вновь чужая мысль и я с силой зажмурил глаза, стараясь выгнать из своей головы непонятно кого. Открыв глаза, посмотрел на палатку и, внезапно вспомнив, что со мной был пёс, позвал его по имени. Раз позвал, второй, уже громче, но собакин не появился. Встал на ноги и уже крикнул во весь голос, зовя Виски.

- Чего орёшь? – очередная мысль в голове. – Если хочешь, можешь даже полаять. Скажем так, отвести душу.

К своему ужасу, в самом деле пару раз громко гавкнул как заправский пёс.

- Охренеть… Теперь и лаять стал.

- Не велика беда, - мысленная усмешка непонятно кого стала сильнее. – Можно лаять, можно скулить. Каждая интонация несёт определённый смысл. Знающий специалист способен различить эти интонации, но ты к этой категории не относишься.

- Ещё раз спрашиваю, кто со мной разговаривает? Ты где спрятался?

– Тут я.

- Где тут? – переспросил про себя и невольно заржал от идиотизма ситуации.

- В твоей голове, балбес, – отозвался весёлый голос. – Так что, Олежка, не знаю, как сложится, но жить нам теперь вместе. Как говорила твоя одногруппница по институту, которая так и не смогла тебя окольцевать, - «пока смерть нас не разлучит?

- Тьфу на тебя, - я разозлился. – Нашёл кого вспомнить.

Самая обычная девушка, «серая мышка» в институтской группе, у которой не было ни фигуры, ни груди, ни попы… Ростом мне по плечо, хотя, надо отдать должное, была очень умненькая. К тому же, как узнал на последнем курсе, единственный ребёнок четы каких-то крутых дипломатов. Вот с первых же занятий как положила на меня глаз, так до последнего дня обучения бубнила, мол, бегай-бегай, а всё равно будешь моим.

- Чего сразу тьфу, - голос, казалось, издевался над моими воспоминаниями. – Вспомни поговорку – не родись красивой, а родись счастливой. Не согласен? Тебе что, надо было видеть перед собой грудь четвёртого размера и задницу в цейнтер весом? Тогда бы обратил внимание? Малолетний дурачок, вот кем ты был, хотя и сейчас... Ладно, не буду обижать. Милана тебя любила и, как мне кажется, до сих пор любит. Девушки её породы расцветают как цветы годам к двадцати пяти. Подождал бы чуток. Зря ты её всё время отгонял от себя. Сейчас бы у Вас было несколько красивых щенков.

- Каких щенков? – оторопел я. – У людей дети рождаются, не щенки.

- У всех рождаются дети, только называются по-разному. У нас, например, щенки, а у вас?

- Повторяю. Просто дети. Если один, тот ребёнок, если два и больше – дети.

- Значит ребянёнки. Не, ребятёнки, так будет правильно…

Я, разговаривая сам собой, потихоньку охреневал, понимая, что с головой точно не в порядке. И, всё-таки, чёрт возьми, где моя собака? Почему не отзывается? Подошёл к палатке, заглянул – там Виски не было. Снова поорал, зовя пса. Увы, на зов не пришёл.

- Мне, конечно, не стоило тебе напоминать о том, что уже сказал – я у тебя в ГОЛОВЕ. Можешь сколько угодно орать, но только ничего от этого не изменится. Да и не ищи моё тело – оно полностью сгорело, когда прыгнул, желая тебя защитить, но что дальше произошло... Сам сгорел полностью, в воздухе, за пару вздохов, а вот мой разум оказался рядом с твоим. Но миссию свою выполнил до конца – тебя спас, приняв на своё тело основной удар стихии.

- Хочешь сказать, сейчас со мной разговаривает не шиза, а Виски? – я готов был поверить во что угодно, только б разобраться и убедиться, что не сошёл с ума. Хотя в любом случае, если в моей голове поселился разум пса, ни к чему хорошему это не приведёт.

- Как сказать, - философски протянул голос. – Как говорится в сказках, одна голова хороша, а две лучше?

- Две головы, Виски, если это действительно ты, бывают только у мутантов. Или в сказках о выдуманном Змее Горыныче. Кстати, откуда у тебя столь широкие познания? И вообще, откуда ты знаешь о Милане?

- Олежка. Ты вроде считаешь себя умным. Хотя скажу иначе, ты не дурак. Неужели до тебя до сих пор не дошло, что наши разумы объединились, став единым целым, а не образовался ещё один мозг в твоей голове. Было бы забавно на такое посмотреть со стороны… Пока ты валялся в отключке, я освоился в твоей черепушке и все воспоминания, уж извини, теперь стали общими. Удивлён? Знаешь, интересно устроена твоя память. Напоминает длинный коридор со множеством дверей. Открываешь, а там… Не всегда нужное, много мусора, который не жаль выкинуть и очистить помещение для другой, более подходящей и нужной информации, но этим займёмся чуть тпозже. Знаний у тебя много, жаль, не пользуешься. Многие твои комнаты-ячейки пылью покрылись, пауки там завелись. Хорошо, не моль. Ладно, это так, взгляд на будущую работу… Олег Михайлович, можешь в конце концлов понять, что ты сейчас - это я. И наоборот. Понимаю, трудно в такое поверить и смириться с неизбежностью есть по утрам сухой корм… Шутка. Рад, что ты не ешь эту обманчивую гадость. Ещё какая гадость, не спорь. Запах неплохой, да и по вкусу на первый взгляд тоже вполне сьедобно, но что потом… Не хочу тебя расстраивать, но ел такое только из уважения к тебе и к маме. Понимал, что Вы мне хотите только добра, но получалось несколько другое. Живот часто болел, шерсть скатывалась, а всё потому, что не было комплексного и сбалансированного питания. Хотя не буду скрывать, когда в доме появлялось мясо, меня не обижали.

- Так и достаток у нас был не такой, что есть мясо каждый день.

- Понимаю, поэтому сейчас тебя и не ругаю, не злюсь, когда оказался в твоей голове и имею возможность тебе сказать абсолютнго всё. Ты был для меня не хозяином, другом, поэтому любил тебя всей душой.

- И я тебя любил. И люблю. До сих пор. Не думал, что ты в трудную минуту бросишься меня спасать. Спасибо, Виски, за твой героизм.

- Это не героизм, нечто другое, но тебе не понять. Хотя не буду обманывать, что боялся не за тебя, а за себя в тот момент. А что? Ты бы погиб, а мне куда деваться? Прибиваться к стае бродячих собак? Что бы меня в итоге поймали и пустили на мыло?

- Не делают такое уже много десятилетий. Сейчас бродячих псов, особенно с родословной, а у тебя есть особое клеймо, выхаживают в питомниках и потом пристраивают в хорошие руки. Достался бы других хозяевам, может те были бы лучше, чем я.

- Может, и были бы, а может, нет. Что теперь говорить, удобный момент для выбора дальнейшей судьбы упущен.

- Ты философ, Виски. Слушай, меня сейчас тревожит другое – я через время не превращусь в подобие человекообразной собаки? Ну, шерсть там по всему телу, течка.

В голове раздался ошлушительный хохот.

- Течка? Ну-ну, - хохот постепенно стал стихать. – Олежка, ты ведь не глупый человек, а задаёшь совершенно идиотские вопросы. В тебя, насколько понимаю, точнее, в твой мозг, я поместился не в полном объёме, а только мой разум, а что такое, сам читал в газетах про НЛО - нематериальное сосредоточие мыслей и эмоций и некоторых особенностей, присущих моему бывшему телу. Например, не знаю, смогу ли напрямую воспользоваться твоим голосовым аппаратом, что бы говорить как человек, но попробовать хочется. Больше расстраивает, что ты сотворил со своим обонянием. Эта функция у меня сохранилась в полном объёме, но что я ощущаю? То, что мой бывший хозяин, а теперь партнёр, позволь уж так тебя называть, своими действиями уничтожил обонятельный аппарат. Кто тебя заставлял много лет подряд капать всякую химию в нос, скажи? Как ни заложен нос, сразу вливал дозы санорина, нафтизина, ещё какой-то дряни. Что заработал? Искривление носовой перегородки и операцию. Сейчас, балбес, твой нос в полном смысле слова ИНВАЛИД.

- Балбес? – я попытался оскорбиться, хотя сам знал, дух собакина прав на все сто. Сам виноват, что ощущаю запахи, если только сунуть нос прямо во флакон с духами. Или в цветок, если очень уж захотелось почувствовать запах.

- Балбес и никак иначе. Уровень осязания у тебя составляет процента три от нормального состояния, но ничего, этим тоже займусь. Будешь делать то, что тебе скажу, иначе поссоримся.

- Не, мне в реальности шиза не нужна, - я усмехнулся, ощутив в голове ответную положительную реакцию. – Хотел сказать пару слов? Давай, действуй, попробую тебе не мешать. – Я расслабился, предоставляя возможность другому разуму задействовать мой аппарат, но, кроме негромкого скулежа, изо рта более не вырвалось.

- М-да… - Виски явно расстроился. – Думал, будет проще. Как оказалось, твоё тело мне не подчиняется. Жаль, конечно, что у меня не будет возможности встретиться с какой-нибудь привлекательной подружкой.

- Вот только давай без этого, - я представил себя сзади собачки… и взорвался от смеха. – Виски, ты понимаешь, что хотел мне предложить? Что бы я и выбранная тобой сука…

- Проехали, - грустно прокоментировал мои слова Виски. – К сожалению, я начисто лишён и этой возможности. Не осталось никаких радостей в жизни. Не будет ни подруги, ни щенков…

- Если мне повезёт в жизни, будут у нас с тобой дети. Не. Не в смысле наши с тобой общие, а мои и будущей жены. Уверен, ты их будешь любить не меньше, чем своих неродившихся щенков.

- Только, чур, - собакин повеселел, - выбирать для тебя самку будем вместе. Мне она тоже должна нравиться.

- Договорились. Ту единственную, которую поведу под венец, согласую с тобой, но что касается интрижек – мои дела, тебя это не касается.

- Не касается? Ну-ну. Я думал, кобели бывают только среди собак, но, посмотрев твою память, оказывается, среди людей таких тоже не мало.

- Именно, Виски. И хоть по натуре я не такой, от женщин не шарахаюсь. Особенно от привлекательных.

- Поживём-увидим. - Виски философски закончил диалог и, сославшись на усталость от общения, как выразился, «пошёл спать».

Я же, позавтракав, занялся тем, ради чего и приехал за сотню километров от города – рыбалкой. Всё складывалось вроде бы хорошо, но очень боялся завтрашнего дня, когда вернусь в город и мне предстоит сказать маме, что я теперь человек с двумя разумами. Бред… Сказать, что собака погибла от молнии, как мне казалось, будет ещё хуже. Мама, конечно, никогда не скажет и не спросит, почему я не пострадал, но то, что очень растроится, был уверен…

Глава 2. Домашние разговоры и первые испытания.

То, чего я так боялся, произошло. Узнав о гибели пса, мама периодически плакала, жалея Виски. Потом ещё несколько дней никак не могла успокоиться, то и дело бросая взгляды в угол моей комнаты, где ранее было место собаки. Чего говорить, я и сам не мог отвыкнуть, что в квартире на одно живое существо стало меньше. И не стоит даже говорить, что вынужденная привычка гулять дважды в день засела в подкорку надолго. Хочешь, не хочешь, а привык вставать на час раньше и от этого избавиться было чрезвычайно трудно. Хотя не стану скрывать, порой радовался, что теперь не надо переться на улицу по утрам, особенно когда зарядили дожди, а для Питера такая погода не редкость, обыденность. Просыпался, как и прывык, в семь утра, зато мог полчаса полежать в постельке, понежиться, радуясь, что не надо сейчас одеваться и выходить под дождь.

В общем, привыкание к тому, что собакина не надо выгуливать, продолжалось пару недель и всё это время я пытался придумать, как сказать маме, что Виски не умер окончательной смертью, а подселился ко мне в голову, сделав из моего мозга не частную, коммунальную «квартиру». Хотя, признаюсь, его постоянное ехидство по отношению к людям, которые меня окружали на работе, поначалу приносили массу положительных эмоций. Но это именно что первое время…

- «Ещё бы не приносили», - в голове вновь звучал бесплотный голос. – «Кто тебя, мой верный товарищ, будет оберегать и веселить? Тем более бесплатно?»

Вопрос, конечно, как часто бывало, остался без ответа, но мы уже договорились, что если кто из нас не отвечает, особо не приставать. Тем самым старались не надоедать друг другу.

- - -

Разговор с мамой вскоре возник сам собой, но я, ожидая его со страхом, к нему в тот вечер оказался совершенно не готов.

- Олежка, - мама, стоя у плиты, тихо спросила у меня. – Ты о Виски вспоминаешь?

- Конечно, мам. Мы столько были вместе…

- Никогда не думала, что cпрошу сама - может заведём другую собаку? Грустно мне, когда ты уходишь утром и я остаюсь дома одна. Когда работала, времени свободного не было ни минуты, а сейчас, окончательно передав все дела и выйдя на пенсию, его оказалось слишком много.

- Мам, а тебе это надо? – не смотря на щенячий восторженный визг в голове, я твёрдо решил, что другому псу в нашем доме не место. Потому, что был уверен – другого такого пса, как погибший эрделька, больше не будет. Наивный…

- Одной мне собаку не потянуть, сам знаешь, - продолжила мама, тяжело вздохнув. – С моими больными ногами я физически не смогу гулять дважды в день. Знаю заранее, что сейчас скажешь – мол, надо гулять, двигаться как можно больше. Движение – это жизнь… Всё так, сынок, но и другое знаешь - каждое утро и вечер минимум по полчаса занимаюсь ногами – опухают. Кроме комплекса упражнений приходится постоянно мази втирать, в ином случае вообще потеряю способность двигаться.

- Мам, - я мысленно дал псу по загривку, что бы тот заткнулся и не отсвечивал. – Понимаешь, лучше собаки, чем у нас была, не найдём. Даже такую же, а хуже… К тому же я с двумя псами не справлюсь, сведут с ума. Мне одного собакина в голове выше крыши.

- В смысле в голове? – мама резко повернулась и растерянно посмотрела на меня. – Я ведь чувствовала, что ты мне не всё рассказал. В то, что собака попала под разряд и сгорела, я с трудом, но поверила. Но ты за последние пару недель изменился, Оленьчик. Не в худшую, в лучшую сторону. Грешным делом подумала, что ты наконец-то нашёл себе девушку. Стал более мягким, не таким колючим. Значит, ошиблась?

- Да, мамусь, ошиблась. Я работаю в коллективе, где все дамы старше меня. Большинству лет за сорок, а та пара девушек, которые помоложе, извини, мне совсем не интересны.

- Знаю, не раз говорил. Плохо, но я верю, что найдёшь со временем себе половинку… А сейчас, пожалуй, вернёмся к твоей поездке. Будь добр, расскажи, как всё было на самом деле. Ты живой, слава Богу, поэтому я всё приму спокойно. И, пожалуйста, подробно. Чувствовую, что с Виски случилось совсем не то, о чём мне рассказал.

- «Мама умная, сразу ухватилась за твою оговорку. Как же люблю её…»

- Что задумался? Придумываешь, как бы мне половчее наврать с три короба?

Я смотрел в мамины глаза и видел в них огромное чувство любви и заботы. Мамочка ты моя любимая…

Вообщем, решил не врать и рассказать всё как было в надежде, что мама не вызовет санитаров и меня не увезут из дома в смирительной рубашке. Конечно, на самом деле таких мыслей не было вовсе, потому что знал свою маму всю жизнь. Она никогда бы не причинила мне боль.

После того, как закончил повествование, на кухне наступила длительная тишина. Моя роднуля то смотрела в окно, то бросала косые взгляды на меня, то хмурилась, то на её губах порой появлялась странная улыбка…

- Сынок, если ты рассказал правду, а в это трудно поверить… Хотя в моей юности было похожее. Не совсем, конечно, похожее, но от удара молнии, которая попала в моего одноклассника, тот очень пострадал - обгорел и стал сильно заикаться, но через несколько месяцев, когда вернулся из больницы домой и окончательно пришёл в себя, изредка стал видеть будущее. Недалеко «заглядывал», на пару недель или месяц вперёд, но помню, как вначале его родители записывали, что Мишка им рассказывал, а позже, когда все его слова стопроцентно подтверждались на деле, к нему чуть ли не паломничество образовалось.

- И что с ним стало?

- Не знаю. Через полгода переехали куда-то. Не сами решили переселиться, им власти помогли. А куда... Ты опять меня сбиваешь? Забавные вещи сейчас рассказал… Виски может с тобой разговаривать?

- Ну не прямо так разговаривать. Мы обмениваемся мыслями в моей голове. Даже пару раз ругались, не придя к единому мнению.

- А доказать можешь?

- Что доказать, мамусь? Как разговариваем? Материализовать собаку перед тобой не могу, не тот случай, поэтому не знаю что делать, что бы ты поверила.

- «Коллега», - вновь традиционный ехидный тон. – «Позволь тебе помочь. Первое. Когда ты уходил на работу, мама, играя на пианино, пыталась, смешно сказать, научить меня не выть, а петь. Ну, петь, это громко сказано, скорее издавать длительные однообразные звуки. Вроде гаммы. И это было не раз и не два. К сожалению, у неё так ничего и не вышло.»

После того, как я пересказал маме, что услышал от пса, она притихла, не отрывая взгляда от моего лица.

- «Можешь добавить ещё пару убийственных фактов. Например, за день до последней поездки она мне принесла из магазина кусок мяса на косточке, а тебе об этом не сказала. И ещё. Наша мама иногда мне подсовывала те кусочки мяса, которые сама не ела. Незаметно прятала от тебя, что бы не ругался, потом меня угощала. Только прошу, не злись.»

- «Она моя мама, не твоя.»

- «Она была МОЕЙ мамой даже тогда, когда я жил полноценной жизнью, а сейчас, не забывай, у нас с тобой всё общее. Извини, что в очередной раз напоминаю о случившемся, но я не просил о такой судьбе.»

Ничего не оставалось, как и это рассказать маме. И, увидев в её глазах слёзы, подскочил и сел рядом на пол. Обнял ноги и положил ей на колени голову. Мамочка… Она, ничего не говоря, гладила меня по голове, только я не понимал кого она конкретно гладила – меня или пса, который в моей голове, словно кот, урчал от удовольствия.

- Бедненький ты мой, - наконец сверху прозвучал мягкий голос. - И как же теперь жить будешь?

- Мамочка, - я поднял голову и увидел её любимые добрые глаза. – Ты кого сейчас пожалела? Меня или Виски?

- Кого-кого. Вас обоих. Бедненькие Вы мои, – у мамы перехватило горло.- Вот теперь даже не знаю, чем Вас и кормить. Вроде…

- Мам, - я не выдержал, рассмеялся. – Понимаю, ты Виски любила за его ладный характер, что меня любишь как сына, но перед тобой именно человек, не пёс, поэтому давай по этому поводу не думать.

- Как не думать, когда в день твоего отъезда на рыбалку купила пять банок дефицитной еды для пса. При этом очередь приличную отстояла. Зря, что ли, мучалась?

- Мам, ты, надеюсь, не будешь МНЕ предлагать есть собачьи консервы? Даже дефицитные. МА-МА. Я твой сын. Человеческое существо, не собачье. Хотя, если настаиваешь… Что бы не пропало…

Уперлись взглядами друг в друга и через пару минут расхохотались в голос.

- Да, сыночек, сабачьи консервы, хоть и любила Виски, тебе на ужин предлагать не буду, успокойся. Дурашка ты самый настоящий. Неужто подумал, что у меня и в самом деле такое было на уме?

- Ну… - я отвёл взгляд в сторону и постарался сдержаться от смеха. – Так-то да, ты человек с хорошим чувством юмора, но твоя материнская забота о собаке меня испугала.

- Дурачина, - захохотала мама. – Какая же ты дурачина… Только теперь не знаю, как к тебе обращаться? На ты или на Вы? Не из уважения, из количества. Вас же двое… Не обижу Виски, если своего малыша продолжу называть на ты?

- МАМ!!!

- Всё, сынок. Последнее, уж прости. Надеюсь, в Вашем тандеме ты главный?

- Да, мам, я главный, потому что это пёс в моей голове, а не я в голове пса.

- Знаешь, в этих словах есть резон. Наверное, ты прав. Для меня, как матери, это лучший вариант. В смысле, что не твоё сознание в голове пса. По крайней мере, надеюсь на это… Ладно, иди…те мыться и надо ложиться спать. Уже поздно, а тебе завтра на работу. Гулять, надеюсь, не пойдёте?

- Мам. Прошу. В единственном лице и числе. Хорошо? Не обижай и не зли.

- Да шучу я, сынок, шучу, как ты не понимаешь? Всё, иди… ...те.

* * *

На работе с той поры, как вернулся из кроткосрочного отпуска, мало что изменилось. Доминирующая половина коллектива - женский состав, делайте вывод сами. Маме я правду говорил – почти все дамы были старше меня. Я к тому, что никаких взглядов на сторону не было, хотя всегда держал себя в рамках приличий, а вот Виски, паразит, от безделия и новизны обстановки стал надо мной издеваться. И с каждым днём его комментарии становились всё более ехидными, а порой и нецензурными…

- «Слышь, Первый, а эта (уж прошу прощения, дословно характеристики называемых женщин здесь выкладывать не буду, неприемлемо с этической точки зрения, но никак не собачьей) ничего себе такая. Смотри какой зад… Замути, а? Кажется, горячая су…»

Или в друой раз.

- «Фу, как Мила гадостно пахнет. Эта концентрация духов сводят меня с ума. Хочется вернуть сьеденное утром. Неужели эта особь не понимает, что запах пота перешибает любое количество вылитых на себя духов?»…

Или такое…

- «Первый, ты уж определись, в конце концов, нравится тебе Маша или нет? С виду вполне интересная девочка, да и смотрит на тебя с интересом, но… как подумаю, что у неё есть другой кобель, хвост сам собой поджимается».

Вообщем, я держался до последнего, пока кто-то из приятелей, узнав о моём внезапно обострившемся нюхе, в шутку не предложил устроиться работать на таможню, мол, собака и «водитель» пса в одном лице - это круто и необычайно. Тогда полсмеялся, но мысль запала и позже я серьёзно так задумался. И, через пару месяцев, поехал на собеседование в Северо-Западное таможенное управление, в отдел кадров.

Приняли меня в Управлении, скажем так, настороженно (да и понятно почему, сам бы аналогично отнёсся к заявлению незнакомому человеку, кто утверждал, что обладает нюхом пса). Второй или третий заместитель начальника кадровой службы, к которой еле пробился, выслушав меня, в шутку предложила идти в милицию. Схохмила дама, понимаешь, предлагая устроиться на работу ищейкой, но я как представил себя бегущим на четвереньках по улицам города, не сдержался, заржал в голос. На вопрос представительной дамы (которая с самого начала разговора смотрела на меня уже как на потенциального контрабандиста), отчего такая реакция на вполне нормальное предложение, пояснил, как вижу себя в такой должности. Статусная дама, на удивление, сама не удержалась, хмыкнула, но, скрипя сердцем и кожей кресла, в котором сидела, явно имея в голове коварный план на будущее, после созвона с коллегами, направила меня в питомник, что бы там меня, скажем так, «опробировали» на профпригодность. Головой понимал, что впереди предстоит не вполне адекватная встреча с кинологами, но набрался смелости, а может наглости и, взяв через пару дней на работе отгул, поехал загород по указаноому адресу…

Всё было хорошо до момента, когда меня на проходной пропустили после предъявления предписания и МЫ увидели «учебку»… Не я увидел, моя вторая сущность. Это было ожидаемо. Кажется, человек, то есть я, из последних сил сдерживался, что бы не залаять в приветствии при виде полутора десятков собак всевозможных размеров и пород. Естественно, весь мой боевой настрой мгновенно улетучился под грозным видом трёх инструкторов питомника и продолжилась внутренняя борьба с собакиным до тех пор, пока я мысленно не заорал на "соседа". Когда Виски с трудом, но вернулся к нормальному состоянию, попытался объяснить для чего прибыл и передал в руки старшему предписание, выданное в отдела кадров...

Вначале на меня смотрели как на идиота. Потом стали смотреть как на психа. Чуть позже невольно обратил внимание, что люди от меня потихоньку отодвинулись и стали держаться на расстоянии, но собаки… Все псы как один через пару минут вообще прекратили издавать какие-либо звуки и питомник накрыла абсолютная тишина. Более того – вся эта разномастная и разношёрстная братия как по команде легла и, высунув языки, уставились на меня, а их глаза… Не знаю. Может мне тогда показалось, но во всех этих глазах было искренее удивление и чувство, которое можно было назвать двумя словами – преданность и Любовь. Да, именно так, с большой буквы.

- Чо за… ну, бл… Чо за х…рень такая, - с трудом сглотнув, начальник питомника, офицер преклонных лет с майорскими звёздами на погонах, посмотрел на меня уже с удивлением и неескрываемой опаской. Начальник явно носил форму по привычке, а вот двое других кинологов, среднего возраста, хоть и были в камуфляже, погон не носили. – Скажи, мил человек, ты что с моими собаками сотворил, что они на тебя с такой преданностью смотрят? Ты не оборотень, точно. Этих тварей за версту чую. Не верфольф какой, но тогда ПОЧЕМУ? Объясни! Ирма, вон, вообще кроме своего напарника к себе никого не подпускает, да и то не каждый раз. На сотрудников и служащих бросается и рычит на всех словно на врагов. Она здесь заместо пахана, что б знал. Так нет, первой легла на брюхо и рыкнула на остальных, что бы заткнулись. Ты КТО?

И надо было мне сделать дурное дело… Проследив по взгляду отставника где находится эта самая Ирма, сделав с десяток шагов, подошёл вполтную к вольеру, где лежала огромная овчарка. Не подумав, улыбнулся и протянул руку, а в следующий момент эта «девочка» встав на задние лапы, подпрыгнув несколько раз на месте, словно танцуя и, сжавшись словно пружина, тенью перемахнула через двухметровое ограждение, свалив от радости меня на траву, облизав не только руку, но, как мне тогда показалось, вообще всего - от ботинок до волос на голове. С ног до голловы. А потом легла, прижалась ко мне всем телом и тихо заскулила.

Три офицера, которые вначале хотели рвануть с места спасать меня, так и застыли в оцепенении с открытыми ртами - кто с поднятой ногой, кто с протянутыми вперёд руками… Замерли, боясь уже не за меня, за себя…

- «Хорошая девочка», - моя вторая сущность делала попытки завладеть моим телом и ответить овчарке на ласку. Не знаю чем, надеюсь, только облизыванием. Не хватало бы, что бы я в присутствии людей нюхал у овчарки под хвостом. Но, к счастью, человек во мне с трудом, но победил, взял тело под полный контроль. – «Грустно ей здесь сидеть со всякой мелюзгой. Сам посмотри кто рядом с королевой – терьеры мелкие, спаниэльки задрипанные. К тому же ей малышей хочется, а с этой чёртовой работой ей пару не создать, времени нет, да и люди в первую очердь думают о службе… Может подумаешь как помочь?»

«Подумать подумаю, но нам надо на деле доказать всем, что мы не пустобрёхи, а то первый раз может быть и последним. Не подтвердим, что НАШ нюх на высоте, слова останутся словами и выгонят нас отсюда пинком под зад».

- «Так ты старшо́й. Тебе, как говорят люди, и карты в руки, а за меня не надо беспокоиться – надо будет доказать профпригодность, докажу. Подожди минутку, я сейчас с подругой пообщаюсь и приступим к делу…»

Не буду рассказывать как Ирма, коротко рыкнув, вновь столь же непринуждённо перемахнула через ограду вольера и приняла прежнюю позу, только, как я заметил, на этот раз в её глазах царило удивление, граничащее с шоком. Ну не могла осознать собаченция, что перед ней не собака, а что-то непонятное…

Я встал с тропинки, парой-тройкой ударов рук отряхнул брюки и куртку от налипшего песка и сухой травы и вернулся к замершим работникам.

- Предписание руководства Вы прочли? – спросил у майора и тот кивнул. – Тогда приступим к тому, для чего я и приехал. Что надо искать? Взрывчатку, наркотики? Ещё что-нибудь? Вы только предварительно дайте понюхать образцы того, что предстоит определить. Знаете, в армии служил, демобилизовался лейтенантом, поэтому запах сгоревшегно пороха засел в подкорке навсегда. Что касается запрещённых препаратов, ничего никогда не пробовал. Скажу больше – даже не знаю как они выглядят.

- С этим проблем нет, расскажем и представим образцы. Только и спрос в дальнейшем будет не как со служебной собаки, а как… вообщем, ну ты понял.

- Давайте всё же останемся в общении на Вы, - я разом остановил дальнейшее панибратство. – Мы даже не познакомились, не в курсе как кого зовут, так что спешить с тыканьем не будем. А вот позже, если приведёт судьба вместе служить и работать, чем чёрт не шутит.

- Лады, - улыбнулся крепко сбитый мужчина и картинно вытянул руку, показывая на отдельно стоящее небольшое здание, в котором оконные проёмы, судя по всему, были изначально не предусмотрены. – Нам туда, потому что образцы без заполнения журнала выдачи/приёма спецпреапаратов выносить даже из комнаты, не говоря из служебного здания, не имеем права. Все на подписке и не на одной. А Вы пока, уж извините за прямоту, для нас чужой и станете ли своим – большущий вопрос.

- Я и не прошу ничего выносить. Мне надо почувствовать запах и узнать что это такое. К тому же, не зная заранее, как пахнут те или иные наркотики, как смогу их опознать? – Обратил внимание, что трое мужчин, услышав, что я офицер, расслабились и на лицах появились не приветливые, ехидные улыбки, а затем все дружно последовали за провожатым туда, где, как я думал, будут проводиться испытания моего, прошу прощения, Виски, НАШЕГО общего чутья.

- - -

- Это последний образец - Виктор Анатольевич, как представился молчавший до последнего момента последний из троицы местных обитателей, открыв плотно запечатанную небольшую баночку, протянул её мне. – Глубоко не вдыхайте, резкий едкий запах. Потом продолжительное время надо будет провести на свежем воздухе, что бы восстановить обоняние. Это синтетический наркотик, точнее – основа для его производства. Сам же накотик, назовём его буквой «К», чрезвычайно опасен для здоровья человека. Достаточно дважды принять минимальную дозу, что бы уже никогда более не вернуться к обычному человеческому состоянию. К нашему счастью, до границ России эта зараза доходит редко – дорога́ транспортировка, потому что требует особой многослойной вакуумной упаковки и перевозки малыми партиями – резкий специфический запах ничем не перебить. Уж простите за подробности, напоминает концентрированную вонь застоявшейся общественной выгребной ямы, но тут ничего не поделать, всё из-за запаха исходного материала. В дальнейшем наркоманы порошок разводят глюкозой один к ста, так что разовая доза практически не имеет запаха, хотя наши собачки запах даже разведённой гадости ощущают.

Я понюхал, резко отодвинув банку от себя - скажем прямо, запашок был отвратным. Это даже ослабленный во много раз экземпляр для натаскивания собак, а что говорить о пакете, где будет грамм пятьдесят порошка…

- Не понравился аромат? – мужчина, хохотнув, взял у меня из рук банку и, тщательно закрутив крышку, поместил обратно в сейф. Закрыв дверцу на ключ, аккуратно так вытеснил всех из служебного кабинета, сразу поставив его на сигнализацию. – Извините, но время пребывания в кабинете оговорено регламентом, не моя прихоть. И кабинет должен быть сразу же поставлен на охрану. Что ж, все присутствующие были свидетелями, что наш соискатель, можно сказать конкурент нашим питомцам, был ознакомлен с полутора десятками основных запрещённых к первозке и хранению наркотических средств. Что касается тола-тротила и других взрывоопасных веществ, это отложим на более позднее время. А сейчас прошу на полигон. Там и проверим чего стоит Ваш НОС, господин Достоевский.

- Повесть «Нос» написал Николай Васильевич Гоголь, - я тихо буркнул, заметив добрую улыбку на лице провокатора. Видно было, что это стандартная проверка «на вшивость образования», но меня, с моим-то, ловить на такой ерунде, это надо было быть полным идиотом. Хотя почему идиотом? Вполне ожидаемо, что здешние обитатели не блистали умом и образованием, но… как я тогда ошибался со своими скоропалительными выводами…

- - -

Что сказать, через полчаса я закончил прохождение первого участка, обнаружив места нахождения пары десятков имитаторов закладок наркоты. Как растительного, так и синтетического происхождения. Более того, попутно обнаружил и знакомый ещё с армейской службы запах тройного одеколона, (увидел у корней дерева разбитый пузырёк), чем привёл майора в полное изумление. Да и два других инструктора, как они назывались по штатному расписанию, были в шоке. Это ж надо не только найти все закладки, а ещё человеческим языком прокоментировать что где конкретно лежит. Кажется, господа инструктора́ поначалу воспринимали меня именно как собаку, тараща в изумлении глаза, когда я скупо комментировал свои действия на общепринятом человеческом языке. Мне тогда казалось, если б я гавкнул, давая понять, что обнаружил имитатор, это было бы более понятно и естественно, но похулиганить хоть и было желание, позже раздумал, не желая выглядеть дураком самому и невольно унизить руководство школы..

- - -

Лист зачёта был заполнен по всем правилам, с указанием времени прохождения двух этапов и отсутствием ошибок в определении наркотьиков и взрывчатых веществ. Естественно, я не допустил ни одной ошибки.

Внизу листа стояли подписи трёх инструкторов и печать питомника, который, как оказалось, и не был питомником вовсе, а являлся школой подготовки инструкторов-кинологов. В графах «порода» и «кличка» красовались мои фамилия и имя. Почему-то без отчества. Наверное, для этого не было предусмотрено графы. Что ещё позабавило. Вечером, когда возвращался в электричке в город и читал выданную мне справку-аттестацию, в графах дополнения к основному документу по прохождению аттестации и Устава ППС (который получил под роспись у начальника школы), где предлагалось использовать собаку (то есть меня) в качестве конвойной или служебной собаки при патрулировании органами МВД и конвойных войсках, были не пробелы и прочерки, а приписки, сделанные рукой начальника школы – «физические данные не соответствуют установленным параметрам». В строчке «другие животные», со ссылкой на раздел 3 Устава патрульно-постовой службы полиции, в подразделе «Особенности несения патрульно-постовой службы со служебными собаками», тоже имелась приписка от руки – «вне кондиции». Пролистав Устав, узнал, что в органах внутренних дел служат собаки и лошади, как у погранцов. В горных регионах — ослы, а в южных и северных — верблюды и олени. Все, кроме собак, выполняют транспортные функци, груз на себе тащут. Так что мне ещё повезло - майор по щедроте душевной не стал сравнивать мои физические данные с ослом или верблюдом. Это не могло не радовать…

- - -

Но всё это позже, а после прохождения этапа с наркотой, кратко ознакомив со списком взрывчатых веществ и их составляющими, которых было тоже немало, дав мне почувствовать запахи, в экстренном порядке, не дав отдохнуть, сразу вывели на вторую дистанцию, ограничив время прохождения теми же тридцатью минутами. За вторым этапом за мной уже наблюдали не трое руководителей школы, а дополнительно полутора десятков инструкторов и кинологов, у кого смена подошла к концу и те, определив подопечных по местам, ради любопытства потянулись на полигон...

Что сказать. Если бы времени было чуть побольше, прошёл этап на раз, без запинки, но тут, на мою беду, оказалась одна «закладка», чувствовался еле ощутимый запах, которой мне был знаком, но вот к какому препарту он принадлежал, осталось под вопросом… Виски не мог определить эту химию, она ему была незнакома, а вот меня мучали смутные сомнения – запах был знаком, но… Рукой показал место странной закладки, прокомментировав, что место обнаружил, но определить, что находится внутри огромной кучи старых покрышек, не могу – подобного запаха не было в представленных ранее образцах. Остальные, как и сказал, нашёл и определил. Сотрудники и работники школы молчали, с недоумением переглядываясь. Присоединившиеся к комиссии люди, которым никто не объяснил смысл пребывания на полигоне постороннего, не понимали, почему там вместо собаки «работает» человек. Гробовая тишина питомника школы прерывалась только редким лаем какого-то пса, но незамедлительно следовал короткий рык Ирмы и вновь наступала тишина.

- Не знаю чего и сказать, - майор, я заметил краем глаза, дважды, глядя на меня в процессе прохождения этапа, тайком крестился, а ещё пару раз сплёвывал через левое плечо. – Вообщем, Олег Михайлович, если бы ты был собакой, я бы тебе присвоил наивысший балл из возможных. На первом этапе из двадцати трёх нашёл и определили все. Второй этап. Двадцать одиночных и три сдублированных. Нашёл и назвал все ВВ (взрывчатые вещества). Тормознулся только на одном. Отмечу, ты и знать не мог что там запрятано. Хотя ни к наркоте, ни к ВВ это отношение не имеет. Уж прости, там… - Он сделал паузу и тут меня осенило. Этот запах был знаком… Здание, в котором находилось моя контора, находилось на улице Рубинштейна, почти в центре города и дома там были постройки прошлого века, поэтому коридоры периодически наполняла сладковатая вонь от сдохших…

- Крыса сдохла? – я перебил начальника и не мог не заметить, как его лицо исказилось в гримасе. И тут, судя по всему, оказался прав в своих предположениях на все сто.

- Именно. Крыса. Залезла, гадина, и сдохла там, откуда мы её вынуть не можем. Надо полсотни покрышек перевернуть что бы её найти, а времени на это… Блин, повторюсь, мне сказать нечего, фантастика какая-то. Нюх у тебя как не у каждой опытной служебной собаки... Слушай, а ты, правда, человек? Не, я это так спрашиваю, для проформы… Чтож, аттестацию ты сдал на отлично, только не знаю как мне заполнить соответствующие документы, а это сделать должен в любом случае коль есть предписание. Только вот в чём загвоздка - заполнять на человека не могу, не имею право, а на собаку… так её здесь нет. От слова совсем. Что делать будем?

- Так, Василий Васильевич (в процессе экзамена мы уже перезнакомились), заполняйте документы так, как на собаку, в чём проблема? Для меня и для человека из кадров, кто будет читать выданную Вами справку, главное содержание, не детали.

- Думаешь? – майор засомневался, а потом, махнув рукой, пошёл в кабинет заполнять формуляры, попросив меня немного подождать. Скучать не пришлось – в мой адрес со стороны окруживших людей, посыпались многочисленные вопросы, а следом и предложения по работе. Как оказалось, эта школа готовила спецов не только для таможни, а и для милиции, внутренних и конвойных войск, да и для других служб, о которых не принято говорить в приличном обществе. Сунули пару визиток, а один выпендрившийся человек, в смысле, одетый в классический костюм-тройку, так вовсе попросил номер моего домашнего телефона. Да, совсем забыл сказать главное, когда всё это происходило – в середине восьмидесятых, точнее, в тысяча девятьсот восемьдесят четвёртом году, когда о сотовых телефонах и о персональных компьютерах большинство наших соотечественников вовсе не слышали...

Через час, получив на руки лист-аттестат, или, как сказал майор, «формуляр», со всеми мило распрощался и поехал домой, правда, по пути на проходную ноги принесли к вольеру с Ирмой. Не знаю почему, но посчитал, что уйти, не попрощавшись, будет не правильно. Как чувствовал, что с этой собакой мне придётся вновь встретиться.

- - -

С мамой весь вечер прохохотали, когда я в лицах рассказывал о своих сегодняшних похождениях. Рассказал и о овчарке Ирме, при звучании имени которой у меня в груди стало тепло. Уже лёжа в кровати позвал сознание верного друга.

- «Хорошая овчара, да, Виски? Тебе понравилась?»

- «Очень. У неё сейчас переходный период, поэтому характер «гуляет». К тому же у неё нет постоянного напарника. Прежний, к которому стала привыкать, уволился, а нового пока лишь терпит, но они разные, понимаешь? Если бы ты с ней работал в паре, она бы слушалась беспрекословно.»

- «Навереное, не меня, а НАС?»

- «Нет, старшо́й, именно тебя. Ты добрый человек, не злобливый, животных любишь. А те всегда это в человеке чувствуют и отвечают взаимностью. Поверь, знаю о чём говорю. Так что если появится возможность – забирай её навсегда из питомника или, если не получится, хотя бы работай с ней в паре.»

- «Не понял, Виски. Как в паре, когда МЫ сегодня добились столь оглушительного успеха? Зачем мне, человеку, с обострённым нечеловеческим обонянием, собака? Получается, добивались одного, а ты предлагаешь откатить, стать обычным кинологом?»

- «Я не вечный, коллега. Придёт день, когда навсегда уйду из твоей головы. Ты что думал, я у тебя навсегда? Ошибаешься, мой друг. Мне осталось лет семь, десять максимум, а потом ты вернёшься к обычной жизни, потеряв всё, что приобрёл благодаря мне. Вот поэтому я тебе и сказал о Ирме. Она совсем молодая, ей всего-то неполных два года, поэтому с норовом. Овчарки живут на свете чуть дольше, чем эрдели, года на два-три. В среднем лет тринадцать-пятнадцать. Так что иногда думай чуть дальше завтрашнего дня, сосед. Уловил намёк?»

- «Мне иногда кажется, что со мной разговаривает не собака, а проживший бо́льшую часть жизни мудрый человек, настолько твоя речь рассудительна.»

- «Спасибо за комплемент, но и ты далеко не дурак, хотя ведёшь себя именно по-дурацки. Образование получил достойное, читаешь много. Спортом занимаешься. Думаешь, всё это не повлияло на моё сознание? Как ещё и повлияло. Мы же не в разных головах находимся, в одной. Наши разумы слились, при этом я, к удивлению, не потерял своей оригинальности, не растворился в твоей личности. Почему такое случилось, не знаю. Или это насмешка Всевышнего, или для нас приготовлены испытания, которые сможем пройти только работая сообща, став единым целым. Только не спрашивай, откуда такие мысли – мне кажется, что они вообще иногда приходят в нашу голову откуда-то со стороны. Но пусть лучше будет так, нежели в ответственную минуту кажемся в растерянности и не готовы к работе».

- «Ты стал философом, мой друг. Это странно и удивительно, но мне нравится, когда ты серьёзный и рассудительный. Нравится, когда ты не издеваешься надо мной, помня все мои промахи в жизни и…»

- «Тем не менее, именно ты упустил момент, когда мог бы иметь рядом хорошую жену. Вспомни Галю Дмитриеву. Эта девушка всем тебе подходила, но ты непонятно почему решил, что она будет вечно ждать, пока ты будешь бегать в поисках более интересного, попутно задирая юбки? Сколько тебе ещё надо было узнать женщин, что бы остановиться? Пять? Десять? Полсотни? И что? Когда понял, что лучше той, которая тебе подходила, не найти, вернулся, а оказалось, что опоздал – тебя не стали ждать. Да и глупо было ждать непонятно сколько и непонятно чего. Ту, которую отложил на потом, вышла замуж. Может не совсем за того, о ком мечтала, но живёт в браке и даже родила ребёнка. Судя по всему, не такая уж плохая у неё жизнь. А ты? До сих пор в поисках. Только срок придёт и тебе самому надоест бегать в поисках счастья. А что является счастьем для тебя? Оно не падает с неба в руки – его надо завоевать, заслужить своей жизнью... Ладно, партнёр, давай спать. Завтра на работу, а отдохнуть после сегодняшнего дня надо и мне и тебе. Спокойной ночи».

- «И тебе, мой верный друг. Спасибо, что на все темы говоришь со мной честно и откровенно. Ценю это. Спокойной ночи».

Уже засыпая, в голову пришло понимание – Виски с ним говорил не как равный с равным, а поучая и наставляя, при этом не унижая, а советуя, словно мама… И тут же его вторая половинка отозвалась.

- «А что остаётся, коль ты маму давно перестал слушать, закрывая свой разум как от назойливой мухи. Зря, сосед. Твоя мама – это самое лучшее в жизни, что у тебя было, есть и будет. Подумай над моими словами»…

- «Слушай, Виски, а как ты с Ирмой общался? Мысленно? Ведь не произнесли ни единого звука!»

- «Много вопросов, для которых ещё не пришло время. Сейчас надо спать, а не погружаться в философские размышления о высоких материях. Начнём с самого простого, а это основа основ нашего общего здорового состояния - если ты не спишь, я тоже не могу уснуть. Давай заботиться в первую очередь друг о друге.»

- «И о маме».

- «Ты прав. И о маме»…

Глава 3. Последствия аттестации. Вопрос – зачем я нужен КГБ?

После поездки в школу кинологов решил «отпустить вожжи» – дело сделал и себя, точнее НАС, испробовал в деле, а на работе дел навалилось выше крыши – начался период переаттестации руководителей коллективов, да и подготовка к семинарам и осеннему областному фестивалю – все дни заняты от и до. Не то, что не взять отгул, на пару часов отпроситься у деректрисы было невозможно. Но, как видимо, за меня, лентяя, взялись решать другие – те, которые живут где-то там, наверху, за облаками. Видно ситуация стала забавной не только для нас, а и для них, а коль я «тормознул», ненавязчиво так воздействовали на других.

Первым позвонил, к моему удивлению, тот самый Сергей Сергеевич, с которым познакомились на полигоне. Я уже упоминал о мужчине в костюме, который там выглдядел как ворона среди сотрудников в комуфляже и зелёного цвета форме. В этот раз он по-свойски, как с давно знакомым человеком, с хиханьками-хаханьками поинтересовался моими дальнейшими шагами на поприще сыска. Я, естественно, вздохнул и с огорчением выдал, что вырваться с работы не могу даже на пару часов, не то, что на день, на что мой визави, изъявив желание встретиться со мной сегодня, чуть ли не через час, пообещал содействие. И, положив трубку городского телефона, через несколько минут на столе затрезвонил местный – вызывали к шафине. Естественно, не предполагая, что меня могут вызывают не по делу, взял папку с текущими документами и через пару минут был в высоком кабинете. Не успел открыть рта по вопросу моего вызова, как Аннушка, наша «хзяйка», почему-то в полголоса велела мне через полчаса быть в районном отделе КГБ. И в очередной раз не успел задать крутившийся на языке вопрос, как она чуть слышно добавила, мол, повод, по которому меня вызывают, ей не сообщили.

Что сказать… Трудно было не догадаться, что звонок от Сергея Сергеевича и вызов в райотдел связаны напрямую. Какие там конкурсы и отсмотры к фестивалям, когда незамедлительно требуют явиться в ТАКОЕ учреждение. Я, правда, прежде выпив в кафе пару чашек крепкого кофе, неторопливо пошёл по указанному адресу, благо знал куда идти – пару раз по рабочим делам уже вызывали туда, что бы прояснить текущие вопросы.

Достал сигарету, что бы травануться перед нырком в неизвестность, но тут в очередной раз в голове раздался тихий вой пса и, пойдя на поводу у соседа, убрал вынутое в пачку. Оглянулся на Невский, словно прощаясь, и вошёл в помещение. Пройдя в кабинет, куда меня направил дежурный с проходной, постучал и после разрешения вошёл. Ну да, СС сидел за величественным столом, правда, неожиданно для меня, был не в костюме, а в тёплом, пушистом, явно ручной вязки, свитере. Что было внизу – не видел. Справа от стола, в уголочке, в кресле сидел старичок, который сразу уставился на меня внимательным взглядом.

- Сегодня уже здоровались. Присаживайся, уникум, - мужчина вполне приветливо улыбнулся, демонстративно открывая папку-скоросшиватель, что лежала на столе. Та сама, из тонкого картона с железной скобой. Что меня удивило, то дело (скорее всего моё) было вполне пухлым… - Расслабься. Чувствуй себя как дома.

- Дома или в гостях обычно предлагают чай или кофе. Здесь же подобного не наблюдаю, даже чайника. Поэтому в голову лезет старая добрая поговорка – «чувствуй себя как дома, но не забывай, что ты в гостях». Верно?

- Умный мальчик. Понимаешь обстановку. - Отогнув пару листов, СС (так решил для себя называть Сергея Сергеевича) положил ладонь на следующую страницу. – Давай пробежим по твоей биогоафии. Училище, институт. Везде ровно, без эксцессов. Поездка в составе творческого коллектива Политеха в ГДР, где вместо сна, не оповестив руководство делегации об отлучке, в составе группы из пяти человек посетил стриптиз-спектакль. Скажи, Олег Михайлович, настолько запретное было интересно? Не пожалел об упущенном отдыхе?

- Нет. Скорее растроился, потому что вместо настоящего стриптиза мы посетили именно полуторачасовой спектакль. И ладно, что из всех наших смысл действа с грехом пополам понимал лишь я, что же касается запретной темы, то главная героиня по ходу действия в начале второго акта встречала своего мужа в одной ночной сорочке. Может быть с первых рядов и было видно что-то пикантное, но не нам, сидящим на балконе.

- Любопытно, – мужчина хмыкнул и, заглянув в папку, продолжил. – Стройотряд после первого курса в Киришах. Интересная история. Вы были единственным, кто мгновенно принял правильное решение, когда вместе с землёй, которую самосвал вывалил в парке в центре города, оказалась авиабомба времён войны… – И наступило молчание, провоцирующее меня на подробный рассказ.

- Бомба была далеко не первым взрывоопасным предметом, который мы находили в привезённой земле. Мы занимались реконструкцией парка. Объясняю, почему привозили землю. Находили много миномётных снарядов, гранаты, патроны. Много останков погибших людей, обрывки одежды. Скажу сразу – оружия, даже ржавого, не видел. Может и было, но, повторюсь, сам не видел. Что касается мин и пары снарядов, вызывали сапёров. Они приехали раз, другой, увезли опасный груз, но потом заявили, что ради мелочи каждый день к нам приезжать не будут. Мол, соберите побольше, потом и вызывайте.

- Даже так? Не обманывете? – СС невольноотшатнулся от стола.

- Какой резон? Как было, так и рассказываю. Мы складывали найденное в бытовке, что замыкалась на замок. На пол накидали толстый слой земли, а потом уже укладывали найденное. Понимаю, что бардак, но видели бы Вы как первый раз приехали сапёры. Точнее как уезжали. Вдвоём на мотоцикле с коляской. Эту самую каляску загрузили чуть ли не с верхмо, накрыли брезентом и… попрыгали по раздолбанной дороге. Мы все рот открыли от ужаса. Даже девчонки, далекие от понимания что есть что, и те сообразили, что эти двое могут далеко и не уехать. Хотя, скажу и другое – те двое были уже в годах, поэтому явно понимали что делают. Что касается истории с бомбой, то когда машина, подняв кузов, высыпала землю, та «красавица» оказалась как раз наверху кучи земли. Водитель, что притарабанил нам такой «подарок», увидев, что вёз, рванул оттуда со всей возможной скоростью. Посколько старшим в бригаде был я, всех погнал как можно дальше. Милицию вызывал, а они уже сапёров. Нас после обеда увезли на базу, а утром следующего дня, когда приехали на работу, там уже ничего взрывоопасного не было. И бомбу увезли и из бытовки, что было, убрали.

- Молодец, сообразал как следует поступить. Плюс к карме... Дальше. Армия. С рядового до лейтенанта. Секретарь комсомольской организации части. Создал вокально-инструментальный ансамбль. Опять плюс. Усиленная спецподготовка… Интересные были у Вас инструктора… - Мужчина поднял на меня взор. - А чего не остался служить дальше? Ведь предлагали?

- Предлагали, но с детства страдал, как выражаются врачи, «нестабильным» зрением. В детстве была небольшая близорукость. Потом вернулось к норме, а во время службы в армии от нагрузок зрение вновь стало портиться. Сейчас небольшой минус.

- С этим ясно. Прочёл в деле, что от непосредственного начальника, замполита, двоякую характеристику, мол, ты интересовался вступлением в партию, но, по его твёрдому убеждению, во время службы не показал себя достойно, «не дорос до партии» - его слова. Правда, перед отьездом на курсы офицеров запаса, тот, по непонятным причинам всё-таки сделал предложение, которое тобой было отвергнуто. Объяснишь причины?

- Могу. Я не карьерист, но прекрасно понимаю, что беспартийному добиться чего-либо в нашей стране сложно, если не сказать невозможно. Хочешь успешной карьеры – вступай в партию.

- Ты не прав. В партию вступают не ради продвижения по карьерной линии, как ты выразился, а для того, что бы страну сделать лучше. Члены партии должны быть впереди, вести за собой остальных, показывая личный пример.

- Вы сейчас вложили в свои слова правильный смысл, если не сказать идеальный. Что касается моего случая, майор Ф-кс, который предложил за неделю до отъезда на курсы офицеров запаса вступить кандидатом в члены партии, прекрасно знал, что это физически неосуществимо. А причина, почему мне было сделано такое, я б сказал «неожиданное» предложение, слишком банальна - сын замполита должен был поступать в военное училище, которое находится в Питере. Дальше продолжать или не надо?

- А если скажу надо? – мужчина скривился. – Твои выводы - результат домыслов или, вернее, обида на несправедливость. Разве не так?

- Не так. Мы с начальником полтора года вполне понимали друг друга. И когда услышал отказ, принял его вполне осознанно – нет, так нет. Обойдусь… Вернулся домой в конце июня, а уже с средины июля посыпались письма с просьбой приютить его сыночка на пару месяцев, пока тот не поступит, не освоится и так далее. Не затягивал – сразу написал в ответ, что не имею возможности принять, а в сентябре замполит с женой на пару заявились ко мне домой. Естественно, с целью пожить у меня некоторое время. Я отказал, потому что в двухкомнатной квартире проживал не только я, но и мама. А делать на незвестно какое вроемя из собственной квартиры коммуналку, что бы там жили совсем чужие люди, котороые мне ничего, по сути, хорошего не сделали, было бы свердурью.

- Поэтому он уехал с чувством глубокой обиды?

- Не интересовался с каким чувством и какого объёма, но мама, знаю точно, ему предложила комнату в офицерской гостинице, где работала заведующей. А воспользовался он советом или нет, извините, не интересовался.

- Что ж, позиция понятна, хотя я подобных действий не одобряю.

Тут я промолчать не смог. Собственно, почему этот непонятный человек вправе меня одобрять или осуждать? Кто он для меня? Никто. Может помочь или помешать дальнейшим планам? Думаю, может – Комитет практически всесилен, хотя в последнее время позиции сдаёт, но чувство гордости у меня имелось…

- Не одобряете мои действия или упомянутого майора, кто нагло и безпринципно воспользовался своим знакомством со мной, что бы получить для себя выгоду?

СС не ответил, лишь бросил на меня странный взгляд, перейдя на более злободневную для нас обоих тему.

- Скажи, Олег, а как давно ты почувствовал измения в своём организме? Имею в виду твоё неожиданно обострившееся обоняние? Месяц, год назад? В армии был стресс, после которого ты…

- Нет. Совсем недавно. А это имеет какое-то значение?

- Если бы не имело и вопрос не был бы задал.

- Я на него уже ответил.

И тут в голове взвыл Виски.

- «Друг. Этот мерзкий старикашка, что молча сидит в углу кабинета и не спускает с тебя глаз, пытается влезть в нашу голову. Как… червяк. Осторожно и ненавязчиво. Вначале, как понял, он анализировал твои ответы, делая короткие пометки в блокноте, а сейчас стал действовать. Что делать?»

- «Виски. Попытайся, если сможешь, ему помешать. Хотя бы песни пой или… начни лаять».

И почти сразу, услышав в голове оглушительный лай, скривился от неприятных ощущений. Стала накатывать головная боль и во рту почувствовал привкус металла. Затошнило. Понял, ещё немного и меня вырвет.

- Вам плохо? – раздался надтреснутый голос старика и тут я вновь не смог себя сдержать. Понимая, что этот старый хрен типа экстрасенса, хотел было послать его матом, что делал исключительно редко, но… удержался на последних силах. Медленно повернув к нему голову, сквозь зубы выдавил.

- Если бы Вы убрались из моей головы, вариант был бы идеален. Ещё немного, и я здесь испачкаю пол, а убирать, уверен, ни я, ни Вы не будете. Но в любом случае на этом встреча закончится.

Старик ухмыльнулся, но я заметил, что СС скорчил недовольную гримасу, и нагрузка на мою голову мгновенно исчезла, а вслед за этим старик поднялся и, не говоря ни слова, вышел из кабинета. Что он показал за моей спиной или дал какой знак, не видел, но глаза Сергея Сергеевича были устремлены именно туда, за мою спину.

- Интересный ты человек, Олег, - мужчина закрыл папку и небрежно кинул её на край стола. – Закрытый, не обременённый большим кругом близких знакомств, держишь всех на расстоянии вытянутой руки… Для НАШЕЙ организации ты перспективен, но остаются два, точнее три вопроса. Даже не вопроса, существенных недостатка в твоей биографии, изменив которые, сможем вновь встретиться и поговорить уже более предметно. Первый, это членство в партии. Второй, без которого не обойтись, наличие жены. И третье – владение иностранным языком, хотя даже на таком примитивном разговорном уровне, которым ты владаешь немецким, этот вопрос не так принципиален как первые два.

- Хотите сказать, для Комитета холостяк непригоден? Боитесь, что при первой возможности сбежит за границу? А как же тогда постулат, который представители госбезопасности как никакой другой повторяют словно мантру – чистые руки и горячее сердце? Где упоминание о партии и жёнах, которые, по факту, в особых случаях могут стать заложниками? Или на словах одно, на деле другое?

- Не стоит разговаривать со мной таким тоном и говорить вещи, о которых ничего не знаешь. - СС явно был уже не раздражён, он злился. Открыл рот, что бы продолжить, но тут я его «добил».

- Во-первых, давайте всё-таки общаться как воспитанные люди, на Вы. Не стоит с первых минут разговора тыкать тому, кто хоть и значительно моложе по возрасту, но не является ни Вашим подчинённым, ни дружбаном. Во-вторых, именно ВЫ проявили инициативу и пригласили меня на это «собеседование». Я не ошибся с хронологией? Не я напрашивался на работу в органах и не я совал Вам в руки бумажку с номером своего домашнего телефона и где работаю. Так что если Вам на данную минуту нечего предложить по существу, давайте на этом и закончим. Что касается дальнейшего, поясню. В партию я УЖЕ не стремлюсь, как было пару лет назад, и жену ради карьеры заводить не буду. Для меня на этом жизненном этапе названные позиции не столь важны. Как говорится у классиков, теперь шар на Вашей стороне. Я могу идти?

- Идите, - Сергей Сергеевич сделал вид, что уже занят другим, более важным делом и даже не поднял на меня глаза, как это сделал бы воспитанный человек, не говоря, что бы на прощание пожать руку, хотя… он и при встрече не пожал. Конечно, кто я и кто ОН…

- «Ну и хрен с тобой, золотая рыбка. Как говорил старик в сказке? Плыви с Богом? Не, этот точно поплывёт в соответствии с наказами, которые выдаст компартия, не утонет…

И всё бы ничего, но уже на улице меня буквально схватил за рукав куртки тот самый старик, что сидел в кабинете.

- Не уделите пару минут для разговора? Позвольте представиться, профессор псих…

- Знаете, если честно, нет желания. Мы УЖЕ «поговорили».

- Понимаю Ваше недовольство. Поймите - я не специально делал то, что Вы почувствовали. Меня заставляют делать то, что самому не по душе. И сегодня такой случай. Я хател бы…

- Хватит лицемерить и, мягко говоря, обманывать. – Я сдерживался, что бы не влепить пощёчину этому старому вруну. – Силой заставляют? Как же. Я почувствовал, что Вы получаете удовольствие, имея возможность влезать в чужие головы. Наслаждаетесь властью над людьми, считая себя уникумом и избранным. Скажу так. Вы не избранный, а человек с патологической деформацией физиологии и психики. Честь имею.

Вырвал рукав из пальцев старика, который так и стоял, вцепившись. Глянув на часы, пошёл на работу. К сожалению, до конца рабочего времени оставалось ещё полтора часа, но сил на это уже не было – высосали эти двое меня как вампиры. И, словно шипение, услышал удивлённый голос старика за спиной.

- ОН ощутил, почувствовал моё проникновение, тогда… Тогда понятно почему смог выстроить защиту. Он третий, кто смог мне противостоять… Не, молодой человек, мы с Вами ещё не раз встретимся и точно выясним что находится в голове и как…

Хотел повернуться и ответить, но передумал. Просто мысленно послал его далеко и надолго и, к своему удивлению, почувствовал, что старик уловил «направление дальнейшего пути».

* * *

Вечером еле добрался до кровати, так разболелась голова. Что бы уснять, точнее, забыться, пришлось пить таблетки. Удивило, но утром следующего дня чувствовал себя вполне нормально, поэтому позавтракав и чмокнув маму, поехал на работу. После планёрки сотрудники разошлись по своим местам, а тут коллега неожиданно шепнул – руководство в полном составе на пару часов уезжает на совещание, так что появилось время поинтересоваться когда меня примут в отделе кадров Управления таможни. Потратил много времени, пока меня футболили от одного кадровика к другому, потому что, как понял, о моей личности вообще никто не имел понятия и уже под конец, узнав по какому адресу могу отправить письмо, напечатал на машинке краткое приложение к результатам прохождения трасс на полигоне. Добавил, что сам напрашиваться не буду, но если мои способности заинтересуют, разрешаю беспокоить в любое время. Вложив всё в конверт, поймал нашего курьера и попросил отправить заказным письмом.

Уже позже сообразил, что зря печатал на машинке, мог бы написать и от руки, так как копии шрифтов со всех печатных машинок, имеющихся в отделах, раз в год передавались в райотдел КГБ. Бред, конечно, но против лома нет приёма…

Прошла неделя и под конец рабочего дня на столе зазвонил телефон. Звонил не слон, а дама с мужеподобным голосом, которая, даже не поинтересовавшись, могу ли я прибыть к указанному времени, продиктовала куда и когда мне следует явиться через несколько дней и… опустила трубку. Благо бумага и ручка были под рукой – успел записать адрес, потому что, как понял, в этот раз мне надлежало ехать в другой конец города. И, словно в насмешку, в кабинет заскочила наша секретарь директора, Татьяна Семёновна, не с удивлением, с показным негодованиемположив передо мной бланк официальной телефонограммы из таможни.

- Я, конечно, руководству не доложу, что мне приходится принимать подобные телефонограммы. Не забывай, пожалуйста, что бланки принимаемых сообщений имеют входящий и исходящий номера. От государственных учреждений тем более – они строго подотчётны и не тебе, мне потом мухлевать с отчётностью. Ладно, ты мальчик умный, понимаешь, что это первый и последний раз, когда я делаю подобное. Завтра жду на обед заварное пирожное. – Наша уважаемая дама, выслушав мои извинения, выплыла из кабинета большим кораблём с гордо поднятой головой. Ну как же, ещё один человек ей обязан… Хотя нет, не прокатит, сама определила виру. Пирожное – вполне достойная оплата за её труды…

Внимательно прочёл документ. Встреча была назначена, как и сказали по телефону, через два дня, но почему-то на пять часов вечера. Это напрягло – обычно ТАКИЕ конторы назначали встречи с соискателями на первую половину дня, но что б на вечер... Мелькнула мысль, что будет ещё одно испытание, где меня постарются вывернуть наизнанку, стараясь узнать всё, что я из себя представляю. Вначале появилось чувство тревоги, а потом рассмеялся про себя – а чего мне бояться? Или кого? Не возьмут, да и хрен с ними, благо стабильная работа, где меня ценят и уважают, от меня никуда не делась…

Сейчас, спустя не годы, десятилетия, понимаю как же тогда было ограничено общение между организациями и просто между людьми. Ни компов, ни сотовых телефонов, даже не было факсов. Проводной телефон и письма…

- - -

Что бы к назначенному времени удрать с работы, пришлось звонить приятелю, а в книге выездов писать, что уехал на плановое посещение очередного коллектива. С Лёшой, замдиректора Дворца культуры, куда я вроде как отправлялся, были знакомы, можно сказать, всю сознательную жизнь. «Вылетели» из одного учебного «гнезда», так что в случае затруднений всегда помогали друг другу. Профсолидарность, что сказать. А если наше руководство позвонит для контроля, поинтересуется, был ли я там, всегда ответят, что конечно был и своим приездом внёс неоспоримую пользу в деле культурного просвещения населения…

Добрался до указанного адреса тютелька в тютельку и, посмотрев на часы, за десять минут до указанного времени открыл наружную дверь. На проходной у меня попросили паспорт и, заполнив пропуск, всучили в руки, пару раз сказав, что бы в указанном кабинете вызывающий сделал соответствующую отметку, пригрозив, что в ином случае меня могут не выпустить. Хмыкнул, представив, что теперь здесь буду жить и, выслушав указания куда идти, через пару минут стучался в кабинет.

Раз постучал – тишина. Второй – ответа нет. На третий попробовал открыть дверь, но она оказалась заперта. Вновь глянул на часы – до семнадцати оставалась ровно минута. Отошёл от двери и встал напротив кабинета, прислонившись к стене. И почти мгновенно… задремал…

- Молодой человек, Вам плохо?

Негромкий мягкий приятный женский голос выдернул меня из мира грёз и, открыв глаза, замер, увидев перед собой волшебное создание. Густые русые волосы, заплетённые в косу, которая была ниже пояса. Открытое лицо с россыпью маленьких веснушек и огромные зелёные глазища в обрамлении пушистых ресениц, от которых невозможно было оторвать взгляд.

- Нет, всё холрошо. Спасибо за заботу, просто задумался, ожидая, когда меня вызовут.

- А… - Девушка улыбнулась так искренне и открыто, что у меня ёкнуло где-то глубоко-глубоко. – Вы в двадцать пятый? Тогда ко мне. Извините, что заставила ждать, начальство ценные указания выдавало. Вы тот самый человек с уникальным обонянием?

- Может тот, может, нет. Не считаю себя уникумом – уверен, не один такой на свете.

- Тогда, думаю, заполнением сопутствующих документов займёмся чуть позже в этом самом кабинете, а сейчас попрошу следовать за мной. Нам предстоит более интересное занятие, чем писанина.

И вновь незнакомка улыбнулась столь очаровательно, что я, глубоко и печально выдохнув, пошёл за ней как бычок на заклание, почему-то осознав, что с этой очаровашкой у меня ничего не получится… И вновь, пока автоматически переставлял ноги, следуя за девушкой по многочисленным переходам здания, погрузился в свои мысли.

- «Алё! Сосед, ты в состоянии трезво мыслить?» - Сознание собакина нагло вторглось в мои грёзы. – «Дружище, хочешь «наколку»? Я о той девушке, которую ты уже полдесятка раз мысленно раздел-одел и отвёл в ЗАГС, уже не вдаваясь в более пикантные подробности»…

Забавно, Виски последнюю неделю был словно во сне. Меня не доставал и как-то раз на вопрос чем он так занят, что скрылся в глубинах сознания, довольно неприветливо ответил, что занимается тем, на что у меня за прожитые годы так и не нашлось времени – переводит наш общий мозг из сонного амёбообразного в работоспособное состояние. Ну, занят, не донимает, и слава Творцу. Хотя, когда временами накатывала головная боль, спрашивал – его ли это работа, на что меня, мягко говоря, «посылали» и велели терпеть некие счопутствующие неприятные моменты. И сейчас моя вторая половинка неожиданноощухалась и была чем-то озабочена. Если по делу, то…

- «По делу, сосед. От этой насквозь фальшивой красотки пахнет твоими недавними знакомыми – господином из «Конторы глубоко бурения» и старичком-боровичком, с кем я храбро сражался, защищая нашу общую обитель.»

- «Забавно. Ты стал изъясняться высоким слогом. Виски, говори нормально, не доставай, прошу. Считаешь это подставой?»

- «До конца не понимаю, что ты подразумеваешь под сказанным словом, но девочка-волшебница, которая сейчас перед тобой усиленно виляет симпатичной попой, явно связана, как ты говоришь, с «конторскими». Запах тех двух стойкий. Общались с этой «зайкой» совсем недавно. Скорее всего, не больше часа назад. Так что бди, старшо́й, не пускай слюни».

Девушка, которая так и не представилась, остановилась у двери, не имеющей обозначения и, открыв её ключом, который достала из кармана, по-хозяйски прошла внутрь, приглашая за собой и меня.

- Садитесь в кресло, – она показала на аналог, что стоят в стоматологических кабинетах. – В Управлении получили Ваше письмо с итогами теста, который успешно прошли в школе подготовки инструкторов-кинологов. К тому же был звонок от начальника школы, который выдал Вам самую лестную оценку. Всё это хорошо, но для принятия окончательно решения нам необходимо провести и лабораторные испытания. Вы готовы?

- К чему готов? – Мне не понравилось, что буду отвечать на вопросы лёжа в кресле. - Если будет аналог прохождения этапов на полигоне, проблем не вижу, но, судя по столику, который стоит у дальней стены и на котором приготовлены медицинские инструменты, прикрытые салфеткой, осмелюсь сразу расставить все точки над I – анализ крови, вмешательство в психику с помощью медикаментов или гипноза отвергаю сразу. Давайте определимся. Я лишь соискатель на непонятную пока для меня должность в Вашем ведомстве. Предложил государству услуги как обладатель если не уникального, то редкого дара, поэтому не считаю возможным, что бы у меня как у преступника брали отпечатки пальцев или устраивали допрос пристрастием. Тем более с помощью спецсредств. Если были такие мысли, давайте сразу распрощаемся, что бы не занимать друг у друга время.

- То есть Вы ЗДЕСЬ решили ставить свои условия?

- Я лишь определяю дозволенные рамки эксперимента. Если решили следовать наставлениям представителя КГБ, представившегося мне как Сергей Сергеевич, или полубезумного профессора, который без спроса захотел покопаться в моих мозгах, лучше будет сказать прямо сейчас. Я, повторюсь, предложил свои услуги не Комитету, а таможенному управлению.

- Вы странный молодой человек, Олег, - девушка, кажется, немного растерялась - не знала что делать, как вести со мной и что говорить, посколько я явно сбил её с настроя. – Здесь никто и не думал проводить над Вами какие-то зловещие эксперименты, тем более препарировать… Сбили меня своими словами. Теперь и не знаю с чего начать…

- Так сходите, проконсультируйтесь с теми, кто находится, скорее всего, в соседней комнате. Я не слепой, вижу две видеокамеры, которые направлены на кресло, в котором сейчас нахожусь. Не стесняйтесь, я подожду, не тороплю. Всё равно все планы на сегоднящний вечер пошли прахом.

Удивительно, но девушка, не сказав ни слова, вышла из кабинета, оставив меня одного, что бы через несколько минут вернуться обратно уже в сопровождении трёх человек – двух женщин и мужчины, толкающего перед собой столик на колёсах, накрытый плотной тканью.

- Приступим? – одна из новоприбывших подошла ко мне и протянула стёганую повязку. – Пожалуйста, повяжите эту повязку на глаза. Для чистоты эксперимента Вы не должны видеть что мы будем предлагать определить по запаху. Порядок будет такой. Вы должны помнить запах тех образцов, с которыми Вас ознакомили в школе инструкторов. На первом этапе не будет ничего нового. Вы, посколько глаза будут завязаны, не сможете определить точное расстояние до источника запаха, а для нас это важно. После команды будет максимум пять секунд, что бы определить к чему принадлежит тот или иной запах. Хотя бы по основным группам – нейтральный, наркотики, взрывчатые вещества, алкоголь или спиртовые компоненты парфюмерии. Точного определения не надо. Называйте лишь принадлежность к той или иной группе, которые назвала... Хотя не буду возражать, если будет более подробный ответ. Вопросы есть? Тогда приступим.

- Только просьба – я не буду завязывать узел на затылке, а лишь оберну ленты вокруг головы. Обещаю, подсматривать не буду, да и было бы на что смотреть – наверняка у Вас всё в банках и пробирках с плотно закрученными крышками.

- Не против. Устраивайтемь поудобнее и начнём.

- «Виски. Готов?»

- «Как пионер. Давай, покажем им кто мы такие»…

- - -

Следующие полчаса пролетели как один миг. Вначале всё было просто и понятно – запахи, которые мне демонстрировали, были знакомы. Но минут через десять после начала в комнате включили вентилятор и эти хреновы экспериментаторы стали дублировать запахи, судя по всему, открывая одновременно по две, а потом и по три, а то и четыре пробирки. Или банки, не знаю, что у них там было. Минут через двадцать я уже подустал, к тому же обоняние стало подводить – комната, хоть и обдувалась, но нормальной циркуляции воздуха не имела, так что сейчас в воздухе висела немыслимо концентрированная вонь.

- Пожалуй, на этом сделаем паузу, – раздался голос женщины, которая со мной вела беседу и проводила эксперимент, так как русоволосая с косой, как МЫ и подумали, к медицине не имела никакого отношения – это была «варяжка», явно подобранная Сергеем Сергеевичем что бы расслабить и сбить меня с настроя. Она с самого начала как села в углу на стул, так и сидела там молча всё это время. – Можете снять повязку. Пить хотите?

- Спасибо за предложение, но у меня есть что попить. – Я достал из внутреннего кармана куртки плоскую фляжку и, открутив крышку, сделал глубокий глоток томатного сока, что не осталось незамеченным никем из присутствующих.

- Сок? – спросила вторая женщина, точнее уже третья неизвестная, потому что никто из них не имел ни бейджика, как сейчас бы сказали, ни просто картонки с именем, что бы можно было обратиться по имени, а не выкать всем подряд.

- Томатный с мякотью. Любимый с детства, – ответил даме и вновь сделав глоток, закрутил крышку и убрал фляжку в карман. – Что у нас дальше? Всё или будет второй этап?

- Странный вопрос. – Женщина, которая здесь была, судя по всему главной, картинно склонив голову к плечу, неотрывно смотрела в мои глаза. – Даже не интересно как прошли испытание?

- Так если есть что сказать, скажите, а смысл задавать вопрос, который вероятней всего останется без ответа?

- Спокойный, умный, образованный. Если не ошибаюсь, творческий человек?

- По образованию музыкант с прекрасной подготовкой. В данное время выполняю скорее административные функции, но непосредственно связанные со специальностью.

- Интересно. Но раз решили попытаться изменить жизнь, не всё так гладко?

- А нет в Союзе людей, у кого всё гладко. Даже у партийного руководства столько проблемм, что им завидовать может только незнающий человек.

- А Вы, значит, знающий?

- Вопрос не корректен. Не знающий, а думающий и способный к анализу. Раницу чувствуете? Хотя отставим в сторону темы, не имеющие к делу никакого отношения.

- А я не считаю, что эти темы не имеют отношения к работе на таможне, хотя, если не желаете показать свой кругозор, оставим. Что касается эксперимента, признаюсь, удивили. Пожалуй, за пару десятков лет работы по специальности такое количество правильных ответов встречаю впервые. Обоняние, пожалуй, выше, чем у натасканной собаки. Отмечу, натасканной на определённый аспект работы, а мы Вас «прогнали» сразу по четырём, порой взаимоисключающим аспектам. Была лишь одна ошибка, да и то Вы сами решили детализировать ответ - французский коньк «Наполеон» определили как армянский. Право, отдаю должное, что Вы могли не знать как пахнет «Наполеон», но сравнить его с…

Я не улыбнулся, рассмеялся в голос, чем удивил не только эту даму, а и остальных. Улыбаясь, пояснил, чем была вызвана такая реакция.

- Мне трудно передать словами аромат коньяка «Наполеон» столь красиво, как описывают опытные специалисты по виноделию. При всём при том позвольте вернуть Ваши слова о сделанной мной ошибке человеку, который Вам подсунул контрафакт, выдав за оригинал. Именно контрафакт, потому что я имел возможность попробовать вкус настоящего «Наполеона» всего неделю назад. Из бутылки в подарочной коробке, которую привезли именно из Франции. Признаю, мог ошибиться, оскорбив армянский коньяк, но никак не ошибся с запахом, точнее коктелем запахов дешевой водки, ароматизаторов и жжёного сахара. Там ещё что-то было, но что конкретно сказать не могу – незнакомые ароматы, но к виноделию никакого отношения не имеют.

Женщина слушала меня, мрачнея с каждй минутой всё больше и больше, злясь, но и не скрывала удивление. Когда я закончил говорить, бросила мужчине, который стоял в сторонке. – Образец на исследования в первую лабораторию. Пометка «срочно». СЕЙЧАС!

Тот, к которому обратилась, выхватив со стола крохотную бутылочку, пулей выскочил за дверь.

- «Строго тут у них. А тётя явно непростая, вон как командует. Привыкла. И чин у неё наверняка немалый.» - Виски как обычно сказал своё слово и появилось ощущение, что он вновь впадает в спячку. – «Никуда не впадаю, сосед, продолжаю внимательноконтролировать обстановку. К тому же подустал. Отравители это самые настоящие – нос после их экспериментов почти не работает.»

- «Умничка ты моя. Спасибо, дружище, сработал на все двести.» - Похвалил собакина и почувствовал, что мои слова дошли до адресата, псу стало приятно.

А в комнате тем временем все занялись своими делами, не обращая на меня никакого внимания. Дама-руководитель села за небольшой стол заполнять какие-то бумаги, вторая, точнее третья незнакомка стала приводить в порядок все банки-склянки, а моя… тьфу, не моя, ру́сая незнакомка, продолжала молча сидеть в углу, изображая мебель, неотрывно, почти не мигая смотреть на меня, словно боясь, что в следующую секунду я могу расстаять аки дым… Жаль, конечно, что такого не умел, даже пожалел себя, что не тот дар достался, но вскоре вернулся мужчина и протянул главнючке лист бумаги, прочтя который та, повернувшись вместе со стулом, вновь как удав уставилась на моё лицо. Молчание продолжилось ещё минимум пару минут, после чего начальница не выдержала.

- Вы оказались правы. Там контрафакт, так что будем считать, что первый этап пройдён с блеском. Теперь давайте…

- А давайте не будем давать, - я не выдержал, прервал даму. – Вы, может быть, и не ощущаете какая здесь вонь от всех Ваших образцов, а я, признаюсь, задыхаюсь. Мне надо минимум полчаса-час, что бы прочистить на свежем воздухе носоглотку, да и моя одежда тоже провонялась. Так что предлагаю обойтись без второго и дальнейших этапов. Благодаря Вам понял одно – работать в плотно закрытом помещении крайне сложно. В лучшем случае надо делать перерывы, но, как знаю, и у служебных собак есть поисковой режим, после которого им требуется отдых.

- Жаль, - проянула женщина. – Хотя я Вас понимаю. У меня самой голова начала кружиться, что говорить о Вас. Согласна, давайте на этом закончим. Завтра ко скольки можете подъехать?

- Завтра пятница, рабочий день, поэтому ни к скольки, уж извините. У меня есть работа, которуя прогуливать не могу. Если можете принять меня в субботу, подъеду, если нет, вопрос отложим на неопределённый срок.

- Но Вы сами пожелали сменить специальность?

- Если Вы сейчас покажете мне официальный приказ по Управлению, что с завтрашнего дня принят на работу с окладом не меньше предыдущего, вопросов с моей стороны не будет. Покажете? Если нет, погнавшись за воображаемым, могу лишиться реального, а мне такое не нужно.

Дама помолчала, потом неожиданно для меня улыбнулась как-то по-доброму, отчего её лицо даже показалось симпатичным.

- Логично и прагматично. Что ж, приказ показать не могу, не мой уровень, но если сможете приехать в субботу для окончания эксперимента, мы выйдем на работу в полном составе в свой законный выходной.

- Оплатят? – невольно посочувствовал этим «энтузиастам».

- Решим вопрос, – добавив через паузу. – Надеюсь что решим. Тогда домашний телефон черкните – я завтра вечером позвоню уточнить, что ничего не поменялось.

Аккуратно сполз с кресла. Подошёл к даме и написал в протянутом блокноте номер домашнего, после чего, со всеми распрощавшись, в сопроволждении русоголовой дошёл до проходной, где девушка самолично сделала отметку в пропуске и, обменявшись кивками, распрощались.

Выйдя на улицу, вдохнул полной грудью, да так, что голова закружилась от притока свежего воздуха. Благодать-то какая…

- «А если подумать, нафига мне всё это нужно? Нюхать всякую заразу, выискивая контрабандистов и бандитов. До сих пор не разобрался - нужно или нет. С другой стороны - работа интересная. В принципе, можно пойти в парфюмерию. Но никак не хочу связываться с алкоголем. Это для дилетантов дегустатор крутая работа, а от одного приятеля, который проработал в этой профессиилет пять, узнав от него специфику, не… упаси Боже…

- - -

В пятницу, около десяти вечера зазвонил телефон. Не зная кто, начисто забыв про обещанный звонок, подумал, что звонит кто-то из знакомых и, желая схохмить, подняв трубку, «выпалил».

- У меня зазвонил телефон. Надеюсь беспокит не слон?

На другом конце трубки повисла тишина. После, видимо выругавшись про себя, милый женский голос представился.

- Василиса.

- Премудрая или прекрасная? – Нет, что бы вовремя остановиться себя, стал валять дурака, правда, осознал, что сказал банальность, которую девушка слышала, по-видомому, миллион раз. Постарался себя реабилитировать. – Простите за банальность, но у Вас красивое и ныне редкое имя. Наверное, слышите такое не в первый раз?

- Надоело до чёртиков… Что касается остального, - после паузы последовала очередная фраза. – Некоторые меня называют Ужасной и даже Кошмарной. Так что всё зависит от собеседника и степени его благоразумия.

Тут я «приромозил», сообразив, что звонит кто-то из пятничных сотрудников. Девушка, тем временем, продолжала говорить.

- Олег, я звоню по просьбе Алевтины Ивановны. Вы завтра… Так, сбили меня с мысли... – Послышался непонятный шепот и следом глубокий выдох. - С лабораторией возникли проблемы, но нашли аналогичное помещение. Поэтому, если непротив, могу заехать за Вами и отвезти по нужному адресу, а затем верну в целости и сохранности. Мне не трудно сделать, живу недалеко от Вас, так что избавлю от мучений использования общественного транспорта. В комфорте и тепле укверена будет намного удобнее.

- Поедем в другое место?

- Именно. Туда, где есть возможности продолжить исследование Ваших уникальных способностей.

- Время и место где встретимся?

- Могу подъехать к Вашей парадной к девяти утра. Устроит?

- Подождите, откуда Вы знаете мой домашний адрес? Вроде нигде его не писал.

- Писали, Олег. В самый первый раз, когда приходили в отдел кадров. Тогда и заполнили краткую анкету. Забыли?

Странное заявление. Точно помнил, что ни паспортных данных, ни какой другой информации о себе не оставлял. Поговорили тогда с тётенькой-начальницей и она поинтересовалась лишь одним – местный я или приезжий. Всё… Или меня за дурака держат или это очередной человек от Конторы. Голос принадлежит девушке лет двадцати- двадцати пяти, не больше, мой музыкальный слух ещё при мне, никуда не делся, при этом Василиса имеет машину. Наверняка очередная попытка товарища СС сбить меня с толка и настроить на несколько фривольный лад. Посмотрим, что у него выйдет. Давно заметил - если девушка внешне красавица, каких ещё повидать, но в ней присутствует что-то наигранное или мне неприятное, вплоть до неприятной для меня улыбки или манеры разговаривать, мгновенно возникает стена отчуждения и самому мне её не преодолеть. Физиология и психика будут сопротивляться до последнего. Признюсь, раз пытался загнать эти запреты далеко-далеко, что бы весело провести время, но утром горько пожалел – всё вернулось, уже кратно усилено.

- «К тем навыкам теперь плюсуем и обоняние». - Виски как обычно влез со своим веским словом, но мне и до нашего слияния обоняние не отказывало – запах партнёрши играл если не основную, то одну из важных составляющих. Бывало, ощутив настоящий запах девушки, её кожи, а не духов, прощался сразу и навсегда, несмотря на внешний вид и появившиеся симпатии... Всё эти думы пронеслись в мгновение ока и я решил подыграть человеку, с которым разговаривал.

- Может писал, может нет, сейчас не помню. Хорошо, в девять буду на улице, только вход в парадную моего дома со двора.

- Я в курсе. Тогда до завтра. – В трубке раздались короткие гудки.

- «Знает откуда вход в парадную? Тогда наверняка знает и номер квартиры. Хотя если человек из КГБ или те поделились информацией с другой организацией, чего странного? Да ну нафиг. Буду сейчас накручивать себя. Как говорится, будет день - будет пища. Или не так? Вообщем, смысл тот…»

Глава 4. Странные люди и более странные разговоры. Первый выход "в свет".

В субботу проснулся рано. Cделав зарядку и приняв душ, позавтракал. Поцеловал маму и, пробежав по лестнице с девятого на первый этаж, вышел на улицу. Почти одновременно со мной во двор со сторолы проспекта заехала машина, которая, проехав вдоль дома, остановилась рядом со мной. Открылась водительская дверь и оттуда выскользнула (именно выскользнула словно змея – так плавно и тягуче человек двигаться, как мне показалось, физически невозможно) высокая симпатичная рыжеволосая девушка лет двадцати пяти максимум, как я и определил вчера по голосу, но имя Василиса к её внешности точно не подходило. Была б Светланой или Настей, куда ни шло… Родители явно ошиблись.

- Сломался шаблон? – мне вместо приветствия задали вопрос. – Стандартное выражение на лице, когда голос, внешность и имя не совпадают с придуманным заранее образом.

- Где-то так. Вы психолог? – в свою очередь задал вопрос и добавил ради приличия – А вообще доброе утро, Василиса. Рад познакомиться.

На меня посмотрели как лягушонка перед препарацией, при этом на лице девушки не отризилось ни малейшей эмоции.

- Ошиблись, я не психолог и не психиатр, хотя косвенно имею отношение к этим профессиям. Садитесь, пожалуйсту, назад. Не люблю, когда сидят рядом.

- «Хоть не в багажник засунули», - Виски был тут как тут. – «Странная девушка. Внешность совершенно не совпадает с внутренним состоянием. Она по натуре злюка, и сейчас еле сдерживается, чтобы не нахамить – её ведь явно напрягли, что бы НАС отвезти по указанному адресу. Не по собственному желанию сажает в машину человека, который ей сразу не понравился. Если б не приказ, обгавкала и уехала в одиночестве. Кстати, и машина не её. Скорее отца или служебная – салон пропах запахом табака. Но сама девица не курит. Явно бережёт здоровье и занимается спортом – смотри какая у неё фигура. Ничего лишнего».

- «Грудь только маловата для её, минимум, метра восьмидесяти», - добавил уже я, искоса рассматривая девушку. На этом общение с собакиным закончилось, а Василиса так вообще не проронила больше ни слова. Вначале думал, что из-за неуверенности за рулём, но нет, ошибся. Машину вела как самолёт – ни одного лишнего движения, да и машина, Жигули пятёрка, на которой ехали, была в отличном техническом состоянии. Лишнее подтверждение, что владельцем или основным водителем этой тачки была точно не та девушка, которая сейчас еле слышно материла других водителей…

Ехали недолго. Около получаса и в итоге остановились у ворот обнесённого высокой стеной трёхэтажного здания из красного кирпича, на котором отсутствовала вывеска. Не на воротах, естественно, а рядом с широкими дверями, к которым подошли уже пешком, оставив машину на внутренней парковке. На проходной, ага, сидел не дедушка-вахтёр, а прапорщик средних лет, но к каким войскам он имел отношения, осталось неизвестно – петлицы были пусты.

- «Опять комитетские? Вцепились в меня как лосиная вошь – укусить не может, но своим ползаньем сведёт с ума кого угодно.» - Меня пришедшая мысль не обрадовала.

- «Пусть и они, но ты, сосед, держи себя в руках. Лучше не давать повода для дальнейших неприятностей. Лучше культурно проститься и быть независимым, жить, как жили, чем грубо послать, а потом ждать последствий».

- «Согласен, Виски. Только прошу – если почувствуешь, что к нам снова лезут в голову, мешай до последнего и дай мне знать. Просто встану и уйду.»

- «А можно ответить?» – собакин, кажется, сжался в комок, ожидая моего одобрения или отказа. – «Мне кажется, я за последние пару дней смог понять принцип как НАС защитить, а ещё, думаю, могу и слегка нагадить врагу. К сожалению, это пока лишь предположения. Проверить на деле не было возможности».

- «Действуй так, как сочтёшь нужным, но не забывай, что у нас одна голова на двоих». – Не скрою, удивился мыслям партнёра, но, к сожалению, не принял их всерьёз. К сожалению, не принял, иначе дальнейшие события в нашей жизни пошли бы другим путём…

- - -

- Доброе утро, Олег. – Войдя в кабинет вслед за нами, меня поприветствовала дама, которая пару дней назад и вела эксперимент.

- Доброе, Алевтина Ивановна. Не ошибся? А то в пятницу никто из присутствующих не посчитал нужным представиться. Хотя понимаю, Вы принимали меня за экземпляр необычной служебной собаки, не человека, а с псом здороваться, тем более представляться, себя не уважать.

- С умным псом не грех и поздороватьтся, не убудет, – дама проговорила фразу и остановилась в движении как вкопанная, с напряжённой спиной. Я видел, что она хоть и с запозданием, но поняла как нелепо прозвучала её фраза. Чтобы разрядить обстановку, демлонстративно хмыкнул, превращая оскорбительные для меня слова в шутку.

- Не напрягайтесь. Понял сказанное как надо. В первую встречу не определились кто был перед Вами, а сегодня первой поздоровались. Оценил по достоинству такие изменения.

Женщина медленно выпрямилась и вновь, как и в прошлый раз, упёрлась взглядом в мои глаза, склонив голову к плечу. Кажется, даже моргать перестала, пытаясь понять кто перед ней и как вести со мной себя дальше. Я чувствовал, что с таким экземпляром она встречается впервые в свой практике – своенравным и колючим.

Постояв так, меряясь взглядами, первой дёрнулась именно она. Отвернула голову в сторону и словно по её спине пробежала дрожь. Мне показалась, что внутри женщины находится ещё одно существо, с человеком имеющее мало общего. И смотреть, не моргая минуты три… это что-то непонятное. По крайней мере, я так не могу.

- Сегодня хочу начать с того, что бы попросить сдать анализ крови. Подождите, - она подняла руку, останавливая мои возражения. – Я знаю, что Вы хотите сказать – что к Вашей возможно будущей работе это не имеет никакого отношения. Позвольте объяснить – это не совсем так. Вам в любом случе придётся пройти расширенную медкомиссию, где придётся сдать и кровь, и отпечатки пальцев. До этого года «пальчики» никто не сдавал, но таково распоряжение нашего нового начальства. Придётся и энцефалограмму сделать и невролога с психиатром пройти. У нас, знаете, несколько специфическая работа, поэтому имеются отличия от стандартной медкомиссии. Предлагаю сделать это сейчас, чтобы избежать повторного посещения врачей. Документы передадим в отдел кадров, обещаю. Вы можете не верить моим словам, считая, что это какие-то сугубо мои придумки, но поверьте – не обманываю. В этом нет смысла. Что же касается моего интереса, не буду скрывать – он есть, потому что с таким образцом генетической мутации, как у Вас, ранее не сталкивалась. Были, конечно, отклонения от нормы, но такие… Так что, принимаете моё предлоение или отказываетесь?

После недолгих раздумий согласился, отказавшись лишь от дактилоскопии, посколько ну небыло у твёрдой уверенности, что возьмут работать на таможню. И что первая, что эта встреча косвенно доказывали, что меня исследуют, явно имея на меня другие планы.

После какого-то сигнала в кабинет вкатили столик и у меня из вены взяли кровь. Затем сделали ЭКГ, а далее, не разрешив подниматься с кушектки и не снимая датчиков, стали задавать вопросы на разлдичные темы, желая узнать молй кругозор и лобюразованность. Надо отдать должное - как по работе, так вопросов и личного плана не касались, тем более интимного. Единственный вопрос на ЭТУ тему был совсем безобидным – какие мне нравятся девушки. Внешне и внутренне. Просили описать идеал. Ответил кратко и честно – с любой внешность, но искренние и честные по отношению ко мне… Наверное, на столике на колёсах был задействован не только аппарат ЭКГ, но и встроенный полиграф, потому что показания с ленты периодически включающегося аппарата снимали двое – мужчина и женщина. Минут через двадцать, может чуть больше, мне позволили встать с кушетки и в комнате остались лишь двое – Алевтина Ивановна и я. Остальные, скрутив провода, увезли свою аппартуру.

Женщина с облегчением выдохнула, проводив коллег. Плотно закрыла дверь в кабинет и села в низкое кресло у столика в углу кабинета, у окна, жестом предложив мне занять свободное кресло.

- Хотите чай или кофе? – женщина задала вопрос на автомате, явно размышляя на другие темы. Дёрнулась, приходя в себя, не дождавшись ответа. – Извините, задумалась. Так хотите что-нибудь выпить? – Внезапно усмехнулась. – Забыла совсем, у Вас же с собой фляжка с томатным соком. Или сегодня не взяли? – Не дожидаясь ответа, перебивая сама себя, закончила фразу уже вопросом. – У меня складывается впечатление, что Вы никому не доверяте. Боитесь, что отравят или подсыпят в напиток химию? Чтобы потом устроить пристрастный допрос?

- Что касается доверия, Вы правы – его нет, да и почему оно должно быть? Я прекрасно понял ещё в пятницу, что Вы со своими тестами имеете к таможне такое же отношение как я, скажем, к балету. Хотя ошибся. К балету имел отношение – работал концертмейстером в балетной студии. Выберем другое сравнение... Как к космонавту. С этой специальностью меня точно ничего не связывает. Поэтому непонятен итоговый смысл наших встреч. Подождите, я не закончил, – как и женщина раньше, приподнял ладонь, останавливая её пояснения. – Что касается напитков, я не настолько шизик, что бы видеть вокруг себя только жаждущих моей крови вампиров. Химия? А разве такое можно исключить? Думаю, нет. Я Вам зачем-то нужен, иначе со мной не стали бы так плотно заниматься. То, что сейчас с меня снимали не только кардиограмму, но и анализировали ответы на заданные вопросы, надеюсь, не будете отрицать? В ином случае просто перестану не то, что уважать, общаться с Вами. Фляжку сегодня с собой не брал, поэтому если хотите мне что предложить, предлагайте. Если есть выбор, предпочту кофе.

Алевтина Ивановна улыбнулась и, открыв тумбочку, рядом с которой сидела, достала банку с растворимым кофе, отмечу, не самым лучшим из тех, что можно было купить или «достать», а также коробку с рафинированным сахаром. Вынула откуда-то из-под стола электический чайник и включила его в сеть.

- Сколько ложек кофе и сколько кусочков сахара? – поинтересовалась женщина. Услышав, что три ложки с горкой кофе и один кусочек сахара, сделала две абсолютно одинаковых чашки и, налив воды, показала на стол. – Выбирайте любую из двух. Что бы не возникли подозрения, что я Вам что-то подсунула. Я, правда, столь крепкий кофе не пью, но что бы Вас успокить, так и быть, раз испорчу здоровье.

На протяжении нескольких минут в полной тишине пили кофе, думая каждый о своём.

- «Вроде бы всё закончилось, так чего тянуть?» - Собакин вернул меня к действительности. – «Если только ЭТА не ждёт результатов теста или анализа крови. Как то искуственно ведёт себя, через силу. Или по приказу.»

- «Виски, в голову пытались влезть?»

- «Скажу так - попытки прямого вторжения не было, но эта Алевтина, судя по всему, знакома с основами гипноза. Пыталась воздействовать, но не получилось. Ты её постоянно сбивал с настроя своими неожиданными ответами. Вот она и приуныла. К тому же мне непонятны её многократные повторения одних и тех же словосочетаний и отдельных слов, которые звучали совершенно не к месту и вроде как случайно. Кажется, это какая-техника воздействия на человека. Но ты и тут ей сломал шаблон, отвечая порой невпопад, порой иносказательно, сбивая её «кружева». Слушай… а я догадываюсь что это такое. Ты иногда покупаешь всякую печатную муть про НЛО и инопланетян. Чушь, на мой взгляд, но то, что я сейчас чувствовал, в этих статейках иногда упоминалось – нейропрограммирование. Знаком такой термин?»

- «Спрашиваешь меня, словно не ты сам вынул из моей памяти эту информацию. Виски, забываешься.»

- «Ну да, облом.» - И, кажется, собакин не залаял, а впервые засмеялся нормальным человеческим смехом. Почувствовав моё удивление, смутился. – «Не удивляйся, я сам в шоке насколько быстро теряю свою прежнюю индивидуальность и становлюсь непонятно кем. Забавно будет, если со времене и нюх потеряю. Тогда наступит полный капец».

- «Удачно подобрал слово. Финал предсказуемый – два психа в одной голове. Последующий диагноз можно будет поставить без сомнений – раздвоение личности. Незавидная судьба».

- «Не дрефь, сосед. До столь печального финала нам ещё далеко. В случае такого, я тебя покину. Сам будешь решать как жить дальше, но я как любил тебя, так и продолжаю любить и сделаю всё возможное, что бы ТЫ не пострадал».

- «Спасибо, мылыш. И я тебя всегда любил и люблю. Лучшего и более верного друга и спутника по жизни мне никогда больше не найти».

- «Вот и объяснились в любви два существа одного и того же пола. Нормально, да?» - Виски вновь перевернул всё с ног на голову. В голове раздался смех, но собакин почти мгновенено стал серьёзным. – «Кажется, пауза заканчивается. Сюда идут».

Он оказался прав. После короткого стука, дверь в кабинет открылась и вошла очередная незнакомая дама, которая, мазнув по мне взглядом, остановилась у приоткрытой двери.

- Извините, мне надо на пару минут выйти, - Алевтина Ивановна поднялась с кресла и вышла в коридор вслед за визитёршей, оставив меня одного…

Её не было минут пятнадцать и я уж подумал, что обо мне забыли. Попытался выйти в коридор, а дверь-то оказалась заперта. Дела… А если б приспичило? К счастью, вскоре вновь смог лицезреть партнёршу по разговорам. Сейчас она выглядела слегка взволнованной и даже, как почувствовал, растерянной. Ни слова не говоря, поманила меня пальцем и куда-то пошла, лишь раз оглянулась, чтобы удостовериться что я не остался в кабинете, а иду за ней. Миновав пару пролётов лестницы, Алевтина открыла ключом дверь и мы оказались во внутреннем дворике, где кроме нас никого не было. Забавное место, словно попавшее сюда из другого измерения – непролазные густые кусты, пара десятков огромных деревьев и едва видимая тропинка, ведущая куда-то в глубину этих джунглей, которая на деле привела нас к скрытой от чужих глаз скамейке.

- Люблю здесь отдыхать. Кусочек дикого леса посреди огромного города и никто не мешает. Здесь даже грибы растут, – женщина села на скамейку и хлопнула ладонью рядом с собой, приглашая присоединиться. И вновь мы замолчали. Я, понятно, ждал, что скажет эта дама, а вот она… Кажется, в ней боролись два чувства – ответственности и желания мне… помочь. Даже не помочь, предостеречь от чего-то нехорошего, но над этим доминировало третье – чисто женское любопытство.

- Здесь можем говорить открыто – ни камер наблюдения, ни прослушки нет. Гарантирую. Да из-за листвы и не видно кто здесь находится. Это так, к слову… - И, набрав воздуха, словно сейчас нырнёт в глубину, Алевтина выпалила.

- Олег, ты человек?

Вопрос прозвучал даже с долей страха, словно я прямо сейчас превращусь или в страшное животное, или вообще в инопланетянина.

- Человек, у которого есть мама и папа. К чему столь странный вопрос?

Женщина выдохнула, расслабилась, правда, как я чувствовал, не до конца.

- Трудно объяснить, но, если честно, я ожидала несколько иного ответа.

- Что я оборотень какой? Да? Увы, оборачиваться не умею.

- Обращаться. Это не одно и то же, - механически поправила меня дама и тут же прикусила губу. Отвела напряжённый взгляд и, откинувшись на спинку скамьи, закрыла глаза. – Человек – это хорошо. Для тебя хорошо.

- А для Вас это плохо? – я сыронизировал, не заметив на лице собеседницы ни малейшего признака на улыбку.

- Зря иронизируете. Да, может перейдём на ты? Я не настолько старая, что бы мне постоянно напоминать, что я Ивановна.

- Как будет удобно. Мне, если честно, не трудно называть Вас по имени отчеству.

- Всё-таки давай на ты. Мне ведь не пятьдесят и даже не сорок. Через месяц будет всего двадцать восемь.

Я удивился, потому что меньше сорока пяти-пятидесяти ей бы не дал.

Перехватив взгляд, Алевтина как-то криво усмехнулась.

- Знаю, что выгляжу как старуха, лет на пятьдесят, но прошу – даже не пытайся уверить именя в другом. Каждый день вижу в зеркале своё лицо, поэтому лучше просто помолчи. Это генетика. Когда мне было пятнадцать, выглядела уже лет на десять старше и чем дальше, тем хуже. Ладно, разговор не обо мне. Позволь спросить – ты как к собакамотносишься? Были свои?

- Были. Две. Одна в детстве, которую соседи отравили, когда мы с мамой жили в коммуналке, а вторая… погибла совсем недавно. Простите, это больная для меня тема. Слишком мало прошло времени с тех пор.

Женщина повернулась всем телом и неожиданно погладила мою руку.

- Знаю, как тяжело переживать смерть питомца. Сама не раз через такое прошла. А как погиб твой пёс?

- Погиб смертью храбрых. Не всякий человек способен на такое. – Я чуть отодвинулся от Алевтины. – Я же просил не поднимать эту тему. Вы слышали моих слов?

- Слышала, прости, но дальнейший вопрос… Некоторые специалисты центра выразили мнение, что у нормального человека не может быть такого обострённого обоняния. К тому же читала рапорт начальника учебного центра как на тебя отреагировали собаки в питомнике, не говоря об одной приметной такой овчарке. Злобной по отношению ко всем, но только не к тебе. Пояснишь?

- Не знаю что сказать. Сам удивился реакции собак, а когда Ирма перескочила ограждение вольера, думал, что мне конец, если не сожрут, то знатно покусают.

- Ну да. Ответ один в один как в представленном рапорте от руководства. Только на деле тебя облизали и свалили на землю, а потом эта самая… Ирма прижалась к тебе как к защитнику или, не сказать более вульгарно, к самцу, вожаку стаи.

- Алевтина свет Ивановна. Вы сами-то себя слышите? – я рассмеялся. - Хорошо не сказали к любовнику. Это для меня было бы более понятно. Извините, к зоофилии не имею никакго отношения. Может у Вас больше опыта, поделитесь?

- Нарываетесь? Хотите меня разозлить? – женщина вспыхнула от негодования.

- Злитесь на мои невинные слова, в которые я не вложил ни малейшего подтекста, а как мне говорить гадости, это для Вас является нормой? Не знаю, зачем Вы меня сюда привели, но, наверное, пора заканчивать разговор. Он зашёл явно не туда, не находите?

- Извини, была неправа, – мгновенно последовал ответ. – Скажи, Олег, а тебе никогда не хотелось стать собакой? Побегать на четырёх лапах, почувствовать себя свободным? А что? Ни работать не надо, ни забот никаких.

- И денег на маленькие радости не заработать и, хочешь-не хочешь, что бы опорожнить кишечник, выходи на поводке зимой и летом на улицу. В снег, дождь, крязь. Не-е. Мне такие радости не прельщают, да и на двух ногах гораздо привычнее, чем на четырёх.

- А что, пробовал? – взметнулась женщина и я расхохотался, глядя в её заинтересованные глаза.

- Было раз, когда подростком по неопытности на югах перепил палёного вина и, как мне рассказывали друзья, от койки до туалета бегал именно на четвереньках. Что, ожидали других слов? Алевтина, ну не вурдалак я, честное слово. И не оборотень. Там ведь волчья суть живёт внутри человека, а какой из меня волк? Скорее спаниэль или пудель.

- «Не думал, что ты меня так унизишь. С пуделем сравнил. Могу и обидеться. Всё, обиделся.»

- «Включи мозги, Виски. Я не собираюсь этой тётке рассказывать кто живёт у меня в голове. Зачем называть породу, давая лишний повод для дальнейших вопросов».

- «Если смотреть с этой стороны, то да, ты прав. Извини.»

- «Проехали.»

- «Не совсем проехали, сосед. Эта дамочка странная. Ты не обратил внимание, а я пару раз чувствовал, что рядом с нами собака. Маленькая такая, типа болонки. Домашняя, преданная, но в случае опасности для хозяйки способна впиться во врага мёртвой хваткой».

- «Думаешь, с Алевтиной произошло нечто подобное, что и с нами?»

- «Нет. Она, похоже, оборотень, как бы глупо это не прозвучало. Сам понюхай. В моменты, когда злится, собачий запах вполне осязаем. Никакой человек не ощутит, но ты уже не совсем человек»...

- Пудель? – улыбнулась женщина. – Нет, точно не пудель. Не овчарка, не дог и не другая бойцовая или служебная собака. Я бы сказала… шотланская овчарка, колли или… эрдельтерьер. У этих пород очень сильно развито чувство заботы о доме, о близких, детях. Не только о своих, а и о человеческих детёнышах. Кроме того, манерой общения ты очень напоиминаешь эти породы. Не гавкучий, стараешься не обидеть собеседника. Не скалишься от обиды и злости, пытаясь решить вопрос миром. Я права?

- В чём? – я недоумённо пожал плечами, и в самом деле до конца не понимая вопроса. – Подгоняете меня под шаблон поведения известных Вам пород собак? Не понимаю - это любезность с Вашей стороны или вновь неприкрытое хамство? В таком случае и я попробую охарактеризовать Вас как… Не болонка, не шпиц, не пикинес и даже не терьер. Те более миловидны. Ближе к идеалу… мопс. Такой увалень, в складочку, который при движении хрипит и вызывает у незнающих людей нескрываемое сочувствие.

- МОПС? – чуть не взорвалась в негодовании женщина и тут я сам уловил собачий запах, который волной распространился от соседки по скамейке. Женщина вскочила на ноги и, закрыв глаза, стала глубоко дышать, явно используя отработанную методику для успокоения нервов.

- «Кажется, ты или попал с выбороом в десятку или оскорбил даму до глубины души. Одно из двух.»

- «Скорее ошибся, иначе реация была бы в виде удивления, но никак не злости. Следи дальше за её реакцией.»

Женщина обернулась ко мне лицом, которое было словно спелый помидор и наискось, сверзу вниз, резко махнула рукой, словно в ней было подобие короткого меча или кинжала. Хорошо сидел не так близко – могла бы и по голове зарядить.

- Успокойтесь, прошу. Я лишь отзеркалил Ваши слова. Подбирали подходящую мне породу собак? Я счёл возможным ответить. Кстати, несмотря на хорошие и дорогие, судя по всему французские духи, Вы сейчас пахнете как домашняя собачка. Вымытая, расчёсанная, сдобренная духами, тем не менее стойкий запах не перебить. У Вас есть собака?

И тут я, даже неожиданно для себя, пару раз громко гавкнул, подражая голосу Виски.

Женщина, которая стояла в метре от меня, в испуге отпрыгнула назад и мелко-мелко задрожала, в испуге закрыв ладонями глаза.

- «Блин, вот что на меня нашло?»… - Понял, что это проделки моего соседа, но ему-то что? Тот спрятался в моей голове, а расхлёбывать его дурь предстоит мне. Сделав вид, что пошутил, рассмеялся.

- Если испугал, прошу прощения. Попытался представить себя собакой. Похоже?

Алевтина убрала с побледневшего лица руки и смотрела сейчас на меня с испугом, но через мгновение на её лице появилась неприкрытая злость. Даже не на меня, на себяНа меня и на себя, что показала чужому человеку свою слабость, испуг. Процедила сквозь зубы.

- Не похоже. Что касается вопроса - у меня нет собаки и я не могу пахнуть собакой, потому что у меня её нет и никогда не было. – Она с каждым словом заводилась всё больше и больше. - Я вообще собак… ненавижу. – Женщина вновь отвернулась. Так и продолжая стоять, закончила разговор.

- У меня нет больше вопросов. Вы свободны. Свои выводу для начальства изложу на бумаге, а как оно решит - мне неведомо. Если будет положительный результат – Вас известят.

- В таком случае, Алевтина Ивановна, попрошу проводить меня до проходной. Уж простите за подобную просьбу, но я не особо следил куда мы шли.

- Идите за мной…

- - -

Понимал, что недосказанного осталось слишком много и меня плавно подводили к какой-то очень важной теме, но выслушивать дальше бредовые идеи уже не было никакого желания. К тому же провёл в этом здании больше трёх часов. Подходило время обеда, а организм, натренированный за многие годы принимать пищу в одно и то же время, напомнил о себе негромким ворчанием желудка. Когда дошли до проходной, дождавшись, когда я миную вертушку, так и не попрощавшись, Алевтина быстрым шагом куда-то ушла. Я, выйдя на двор, почему-то не удивился отсутствию жигулёнка, на котором сюда приехал, так что ожидания, что меня доставят домой, как было обещано, развеялись как дым.

Выйдя из приоткрытых ворот на улицу, огляделся. Район был знаком, к тому же и трамвай, который проехал мимо меня, правда, в другую сторону, был тем, на котором мог добраться почти до самомго дома. Что ж, коль со мной обошлись подобным образом, не буду ждать милостей от непонятных людей.

- «Расстроился?» - собакин чувствовал моё состояние очень хорошо.

- «Скорее разозлися, что всё обещанное оказалось враньём с начала и до конца.»

- «Ты о машине? Так уже сообразил, что остановка трамвая где-то недалеко.»

- «Я о другом, Виски. Об отсутствии результатов. Темнят, разговоры вокруг да около. Никто прямо в глаза не может или не хочет сказать что им от меня надо. Сосед, я решил, что пока сделаем паузу, подождём дальнейшей реакции от тех, кто в нас заинтересован. На работе сейчас пойдёт вал посетителей, как-никак вступил в свои права новый учебный год. Кто-то из руководителей увольняется, кто-то ищет работу, поэтому месмяц-другой мне будет не до очередных испытаний».

- «Но, тем не менее, ты всё-таки в глубине сознания надеешься, что тебя дёрнут? Ведь так?»

- «Так и не так. Хочу ясности в понимании кто меня пытается завербовать и для чего это им надо. Пока игры в тёмной комнате и мне ни слова не было сказано о дальнейших планах, а о работе на таможне так предметно вообще никто не заикнулся. Только ссылались, мол, всё это надо для дела. Какого дела?»

- «Сам знаешь – я как ты», - в голове раздался тихий смех. – «Ладно, ты хозяин этого тела, поэтому как поступить и что делать решать тебе. Что касается меня – в любом случае помогу чем могу. Да, сосед, а давай завтра сьездим к Ирме? Проведуем. Возьмём с собой те банки с едой, что мама купила для меня. Она ведь так их не выкинула. Как тебе такое предложение?»

Я, неторопливо передвигая ноги по улице, недолго думая согласился, чем вызвал в голове резкую головную боль – как мне показалось, собакин стал тот радости прыгать в моей голове. Естественно, мысленно рявкнул на него и тот притих. Выслушал неисчислимые слова извинений от второго Я и хоть и не сразу, но острая боль стихла…

* * *

- Как поживает моя девочка? Грустит? А я ей вкусняшки принёс.

Я был искренне рад видеть Ирму, которая, увидев меня ещё далеко от вольера, стала, словно человек, улыбаться. Конечно, мог ошибаться, но это точно не был оскал - её красивая мордочка настолько светилась счастьем, что невольно и у меня поднялось настроение…

На удивление, в питомнике меня встретили как хорошо знакомого, если не как своего. Майор, начальник школы, сегодня отсутствовал, у него был законный выходной, но его зам меня любезно встретил и, узнав цель посещения, даже обрадовался, сказав, что «моя подруга» последнее время стала плохо есть, да и вообще поникла. Больше лежит, чем бегает. Вызванный ветеринар отметил, что собака здорова, но определить что у неё в голове, увы, не мог. Шутка вызванного спеца. И сейчас, впустив меня в вольер и закрыв дверь на замок, Александр Викторович ушел по делам, поинтересовавшись, когда меня выпустить на свободу. Ответил, что через час, но попросил прийти пораньше – в голове мелькнула идея, озвучивать которую пока не стал.

- Смотрю, миска почти нетронутой стоит. Ты чего, Ирмочка?

В ответ собака, сделав пару шагов, легла, положив мне на ботинки голову. Присел, погладил. Мысленно обратился к Виски.

- «Дружище, давай приводи подругу в нормальное состояние. Ты на это способен, не отвертишься.»

- «Попробую, но гарантий дать не могу. Не всё зависит только от меня. Закрой глаза, что бы не отвлекаться».

Несколько минут простоял с закрытми глазами, а потом осмотревшщись, заметил пенёк и, пройдя через вольер, сел на него, что бы через секунду Ирма, которая слеодовала рядом как тень, вновь положила мне свою тяжёлую голову теперь уже на колени, а я, вновь закрыв глаза, стал гладить собаченцию двумя руками…

- Прям идилия. – раздался голос от ворот и, открыв глаза, увидел замначальника школы. – Вы смотритесь прям как пара влюблённых. Не узнаю Ирму. Олег, честное слово, ты первый, кого она приняла даже не как соратника, а как друга. Поверь моим словам – я всю жизнь кручусь с собаками.

- Спасибо за добрые слова, но нам и в самом деле вместе хорошо. Александр Викторович, простите за дурацкий вопрос. А я могу взять её с собой? Ну не знаю, какие здесь правила, честное слово. Честно скажу – денег у меня кот наплакал, поэтому выкупить не могу, но сами видите – девочка чахнет.

Мужчина нахмурился, явно что-то обдумывая.

- Это ведь не частная контора, государственное предприятие, поэтому… Знаешь что, давай так. Обговорю этот вопрос с начальником и как оно скажет, так и поступим. Ты не думай, майор отличный мужик. Он искренне животных любит, да и к людям относится вполне терпеливо. Договорились?

- Договорились. А Ирма обучение прошла? Привита?

- Она готова хоть сейчас работать, только вот с кем? У нас ведь собаки отдельно по себе на службу не ездят. Это ты такой уникум, что тебе и компания не нужна. Два в одном флаконе. Что, хочешь попробовать? Я не против.

- На полигоне или на полосе препятсвий?

- Да где хочешь. Выбор за тобой. Команды знаешь?

- В курсе. У самого был пёс. Учил как положено. За прошедший год, думаю, ничего не поменялось?

- За год? – мужчина усмехнулся. - Лет за тридцать ничего не поменялось, а он спрашивает за год. Ладно, идём на полосу. Посмотрю как будете работать.

- А я Вас не отвлекаю?

- Ты что, слепой? – мужчина кивнул в сторону пустых вольеров и клеток, где обычсно находились собаки. Практически все готовые собаки на выездах. Сегодня сумасшедший день. Впрочем, как и вчера. Вот, думаю, если поступит очередной звонок с требованием доставить поисковика, самому придётся брать Ирму и ехать на вызов…

Блин, как в воду глядел. Не успели мы с Ирмой пройти первую полосу препятствий, как от домика начальствующего состава примчался человек и сунул в руки Александра Викторовича записку.

- Ну вот, сглазил. С порта заказ. Туда с утра отправил пару, так сообщили, что обе выдохлись, а сейчас, неожиданно выясняется, ещё и круизный на подходе. Дурдом, а ехать надо.

- Меня с собой возьмёте?

Задал вопрос, не подумав, и почувствовал как Ирма буквально вжалась в мои колени. Замначальника посмотрел на нашу «скульптуру» и усмехнулся.

- Паспорт с собой есть? - Я достал из кармана портмоне и, вынув паспорт, протянул. – Хорошо, что есть. Так. Я пошёл делать тебе удостоверение, но смотри, не покачай. Только сразу скажу – я тоже поеду. Посмотрю, как сработаете. А что, - Александр Викторович даже рассмеялся в голос. – Пришёл запрос на одного пса, а привезу двух. Класс. Всё, ждите…

Пока было время, скинул с плеч рюкзачок и достал оттуда пару банок. Открыл и подсунул под нос моей «подруге». Вот не знаю насколько она была голодной, или меня не хотела расстраивать, но заглотила содержимое в один присест. И, кажется, ей это было на один зуб, но помня наставления, кормить до отвала собаку перед работой не следовало.

- Вернёмся, дам ещё. Договорились?

Кажется, поняли не то что сказал, а и то, о чём подумал - Ирма доверчиво ткнула носом меня в руку и села рядом, демонстируя готовность к работе.

Не успел замначальника выправить мне положенные документы, как подъехала машина и мы загрузились туда всей компанией. Ехать надо было долго, поэтому начавшиеся было разговоры вскоре сами собой стихли и все, кроме водителя, естествено, стали дремать…

- Прибыли на место. Выгружаемся, - скомандовал наш главный и стал мне шептать. – Ты, если что, стажёр, хотя в документах у тебя написано, что кинолог с допуском 2Б. Это означает, что можешь самостоятельно работать на всех гражданских судах, поездах и автотранспорте. Более высокой квалификации будешь удостоен только через полгода или, в крайнем случае, за обнаружение твой собакой контрабанды. Или тобой. – Он рассмеялся свой шутке. – Ладно, Ирма готова, а готов ли ты?

- Готов. А может поступим иначе? Вы будете с собакой, а я поработаю самостоятельно?

- Не получится, Олег. Во-первых, никому не надо зать, что ты нюхач, а во-вторых - тебя здесь никто не знает, к тому же ты в гражданке, не в форме. Так что можешь лишь подстраховать собаку, но делай это скрытно. Нам не надо конфликтов с погранцами, тем более с иностранцами и таможенниками. С последними самое трудное – они, черти, не всегда реагируют на то, что обнаруживают собаки. Порой закрывают глаза на мелкие «шалости», а случается, что чуть ли не мы сами становимся виновниками, когда обнаруживаем наркоту или ещё какую дрянь. Так что напрямую ни с кем не общайся. Толдычь, что ты стажёр и сразу зови меня. Ясно?

- Ясно. Тогда идём работать?

- Не терпится? Ты прям дрожишь от желания что-то найти. Приготовься к облому. Запрёщёнку находим далеко не каждый раз и даже не каждый месяц. Ладно, одержимый, идём. Только не забывай мои наставления…

На сам круизный корабль нас, к моему удивлению, не пустили. Как объяснил Викторович, по закону судно – территория неподвластная нашим законам. Там могут работать только пограничники со своими собаками, поэтому провёл нас в терминал порта и, представив руководителю таможенной группы как стажёра, указал место, где будем находиться. Оглядевшись по сторонам, вначале расстроился. Как мне показалось, мы здесь для проформы, тем более заметил, что кроме нас в зале присутствует ещё одна собака, перед погранконтролем. Тоже немецкая овчарка, но, по её усталому виду, вряд ли она была готова работать с полной самоотдачей. Посколько в порту вообще был впервые в жизни, Покрутил головой и позже сообразил - все иностранные визитёры перед посадкой в автобусы так или иначе пройдут мимо нас. Оставалось только ждать, работая, так сказать, из позиции лёжа. Я это о собаке, если что, не о себе. Самому же пришлось стоять истуканом почти два часа и только когда поток пасажиров стал стихать, немного расслабился. Как- никак первый выход «в поле». Не хотелось подвести руководство.

Иностранцы пошли уже по двое-трое, нередко поодиночке. Опаздывающие гости на лицах имели вполне знакомый штамп «отдыхающих людей» - бледные лица с убийственным выхлопом. Видно было, что некоторые накануне знатно погуляли. Тем не менее, все более-менее стояли на ногах и от пограничников и таможенниколв к ним не было претензий – захотели те себя гробить, пусть. Это личное дело каждого. Я, если честно, заскучал от безделия, а Ирма как легла на пол с самого начала, так и лежала, глазами провожая проходивших мимо. У меня же было и другое занятие – пару раз пришлось предупреждать иностранцев, что бы те не лезли к собаке, пытаясь её угостить. В основном отличались дамы, при виде красивого породистого пса теряя самообладание, чуть не становясь на колени и протягивая Ирме непонятно откуда взятые сладости – конфеты, печенье и даже пирожные.

- Хорошо сегодня не предлагают жвачку, - прокоментировал Александр Викторович, в очередной раз вмешиваясь и на хорошем английском останавливая очередную особо ретивую старушку. – Бывает и такое. Иностранцы, что с них взять. Некоторые уверены, что собаки как люди пожуют-пожуют, а потом выплюнут. Пытаешься объяснить, что это не люди, собаки гнлотают, а потом мучаются от болей в животе, не нет, не доходит. Причём искренне не понимают. Такие обычно американцы и испанцы. Итальянцы и немцы более сообразительные.

И тут мы, я и Викторович, обратили внимание на напрягшегося пса. Ирма продолжала лежать, но её уши и глаза выдавали, что с последней группы из трёх мужчин, проходящих через паспортный контроль, что-то не так.

- «Наркота, причём в большом объёме.» - Виски тоже подустал, контролируя проходивших мимо людей, а тут разом напрягся. – «С расстояния трудно определить у кого и что, но похоже на героин.»

Забавно, что и моя девочка, Ирма, подняв голову, вопросительно посмотрела мне в глаза, мол, вставать? Работаем или нет?

Я, как передаточное звено, за двух псов отрапортавал своему руоковдителю.

- Александр Викторович. Троица, что проходит контроль. Скорее всего, героин. Не разовая доза, больше.

- Думаешь, курьер?

Он рассказал, пока ехали в порт, что изредка попадаются курьеры, которые перевозят на себе партии «товара», сдавая уже местным для дальнейшего распространения. Международная мафия, что скажешь.

И тут Виски возопил в моём мозгу.

- «Не героин, кокаин. Запах стойкий, но вторичный – пакет очень хорошо спрятан.»

Тут и я поправился, обращаясь к наставнику.

- Уточняю. Не героин, кокаин. Судя по слабому запаху, находится в герметичном пакете.

- Точно? – мужчина сделал стойку.

- Да. Ошибки быть не может. Очень сильный запах. Сказал бы концентрированный. Это не вчера принятая доза.

Словно в подтверждение моих слов Ирма один раз лениво гавкнула и потеряла дальнейший интьерес к тем, кого обнаружила, а дальше…. Дальше было почти неинтересно. Сделав знак таможеннику, который стоял недалеко от нас, Александр Викторович объяснил что к чему и мы снова расслабились, а теми тремя занялись люди, которые были обязаны выполнить свои прямые обязанности. Аккуратно так отвели в комнату личного досмотра и спустя некоторое время в эту же комнату пригласили бригаду медиков, которые, как и мы, присутствовали в пассажирском терминале «на всякий случай». Что было дальше, не знаю, нам сказали «спасибо» и также втроём, сев в знакомую машину, вернулись в школу. Я, естественно, не мог не упомянуть, что собака пограничников «проспала» всё на свете.

- Не проспала, а просто устала, - лениво бросил Викторович. - Она наверняка работает с утра. Тебя бы так эксплуатировали, посмотрел бы как себя чувствовал к концу смены. Уверен, тоже бы не отреагировал на груз доллжным образом. Так что не стоит осуждать пса. Он не железный.

Это на следующий день после звонка Александра Васильевича мне на работу узнал, что у двух из трёх иностранцев после личного досмотра и последующего промывания желудка выявили приличную партию кокаина. Таможня школе отправила благодарность и просила отметить кинологов, обнаруживших опасный груз, но тут уже я попросил меня не упоминать. Немного поругавшись с наставником, всё же смог его переубедить и принять лавры на себя, причём не обидеть и Ирму. Ведь не будь её…

- «Мы бы и сами справились». – Виски впервые был, как я ощутил, раздражён. – «Ирма вообще вчера была вялой и какой-то полусонной. Мне кажется, это ты на неё так действуешь.»

- «Хочешь сказать, я отрицательно воздействую на служебную собаку? Виски, ты соображаешь что говоришь?»

- «Соображаю. У меня складывается впечатление, что Ирма рядом с тобой вообще теряет силу воли. Как бы выразиться поприличнее... Ну… она кайфует когда ты рядом, понимаешь? Нет? Блин... Всё тебе надо говорить в лоб. Хорошо, поясню. Она наслаждается твоим запахом, когда ты её гладишь. Девочка с головой погружается в нирвану. Вновь непонятно? Слушай, ты в самом деле такой тупой или прикидываешься?»

- «Не тупой и вполне понимаю о чём ты говоришь, но разве может собака получать удовольствие от запаха человека, не говоря уж совсем о другом?»

- «Я был, если помнишь, мальчиком, не девочкой, поэтому всё сказанное лишь догадки, но твои гармоны, твой запах уникален для собачьего чутья. Ты пахнешь иначе, чем все люди. В тебе больше... Всё, хорош. И так сказал больше чем нужно.»

- «Виски. Ты сейчас сказал то, на что намекала Алевтина? Что я не совсем человек? Тогда кто я, по-твоему? Недоразвитый оборотень или ещё какая сказочная тварь?»

- «Оборотни существуют, это не сказки и не выдумки. Если ТЫ о них не слышал, как и большинство людей, это не означает что их нет вовсе. Скажу больше, сосед. Людей с двойной генной структурой гораздо больше чем можешь себе представить. Практически у большинства «особых людей» она в зачаточном состоянии. Спит. И люди поколениями, рождаясь, проживая жизни и умирая, не догадываются что внутри их спал зверь. Таких полулюдей, как я сказал, очень много, а вот настоящих оборотней наоборот, очень мало. Это те, у кого доминирует ген животных. Как правило, живут обособленными семьями, стараясь не привлекать к себе внимания, до последнего мгновения не выходить из образа людей, но бывают и сбои, хотя очень редко. Тогда в прессе упоминается, что пропадают в лесах люди и когда находят останки, всегда списывают на диких зверей. Между прочим, если не ошибаюсь, мне показалось, что и Алевтина из тех, природных. Она, помнишь, тебе сказала, что у неё нарушен генетический код, особенности наследственности, поэтому и выглядит старше своих лет. Если я прав, не совсем так. Обычно каждое перекидывание из одного состояни в другое вредит здоровью организма, значительно сокращая продолжительность его деятельности. Поэтому среди обортней и нет стариков – те, обернувшись, окончательно рвут с человеским обликом и покидают свои семьи, но чаще их убивают свои же. Для того, что бы на семьи не пало подозрение и род оставался жить.»

- «Виски. Какого хрена я узнаю обо всё только сейчас?» – Тут я впервые с момента объединения разозлился понастоящему. – «И вообще, отуда у тебя эта информация? Сьел что-нибудь не то? Глюки наяву?»

- «Сосед, мой друг м соратник. У тебя огромная библиотека. Ты, надо отдать должное, много читаешь, но сколько информации остаётся в твоей памяти? Я не упоминаю о фантастике, хотя и в тех книгах есть над чем задуматься. Вот купил ты пару лет назад справочник по детсим болезням. Нахрена, спрашивается, истратил деньги, когда о детях даже в перспективе не думал? Прочёл от корки до корки и всё, поставил в книжный шкаф и забыл. Но полученная информация никуда не делась – фрагментарно отложилась в памяти. Ты сейчас ничего не вспомнишь, так уж устроена человеческая память, а когда припрёт – вполне возможно, мозг и выдаст тебе нужное. Я к чему говорю. Хоть и нельзя сравнивать долгосрочную и генетическую память, между ними есть много общего. Что ты знаешь о памяти предков, которую ещё называют генетической или наследственной? Практически ничего, хотя читал о ней немало. Только вот ничерта в твоей голове не отложилось, а всё потому, что ты сам считаешь это ерундой. Но ты неправ, сосед. У каждого из нас есть генетическая память. Абсолютно у каждого живого существа, даже у цветов и деревьев. Есть у микробов и амёб. У животных, обладающих минимумом мозгов, такое тем более есть. Это заложено самой природой или теми, кто нас создал в целях выживания рода и популяции. Например, что можно есть, а что является отравой. Какими звуками общаться внутри семьи или общины себе подобных. Ведь кошки с рождения не лают, а щенки не мяукают. Задумывался когда-нибудь о такой мелочи? Думаю, нет. Тот же лай. Думаешь, это от нечего делать? У собак, по сравнению с людьми, язык хоть и примитивный, но не менеен информативный. Громкость, модуляция, частота – для нас во всём есть смысл, а для людей, как ты сам мне говорил, всё это «гавканье». И об оборотнях тоже заложена программа. Они для нас, собак, исконные враги, чужие. Любая собака, даже самая маленькая без страха бросится на истиного оборотня чтобы если не уничтожить его, то нанести вред, при этом не задумываясь что случится с ней самой. Так было всегда. Так есть и так будет. Поэтому у обортней никогда не бывает собак. Они ненавидят нас взаимно.»

Я задумался, да и собакин не лез с пояснениями.

- «Поэтому Алевтина разозлилась, когда я упомянул о её запахе, чуть ли не прокричав мне в лицо, что ненавидит собак? Я охреневаю от таких новостей, Второй. Ладно, надеюсь, мы с тобой поговорим на эту тему более подробно. Ответь на один единственный вопрос. Если во мне есть, как ты сказал, вторая, дублирующая глубоко спрятанная цепочка ДНК, тогда почему сам нарушил свой основной инстинкт - при удобном случае не вцепился мне в горло? Почему та же Ирма принимает меня более чем доброжелательно, млея, как ты сказал, в моём присутствии? И ещё. Почему ни один исследователь до сих пор не обнаружил эту вторую ДНК? Может всё же она не вторая, а одна-единственная, только у некоторых людей в ней есть лишние цепочки генома?»

- «На второй вопрос ничего тебе не могу ответить, извини. Я ведь пользуюсь теми же знаниями, что и ты. Может ты прав и есть такие уникумы, у которых имеются отклоненения в структуре ДНК. Сам я этого не понимаю, сосед. Честное слово. Что по твоей персоне, скажу двусмысленно. Тоже не могу объяснить что к чему, но ты особый. Уникальный. Ты, по сути, не человек, но и не оборотень. Как говорит наша мама – «чёрт знает что, а сбоку бантик». Вот ты для меня именно тот самый непонятный бантик. Извини, добавить нечего.»

- «И всё же. Постарайся объяснить».

- «Давай вернёмся к этому разговору позже. Хотя бы вечером, когда ляжем в кровать и нам никто не будет мешать, а то перед твоим столом уже минут как пять стоит замдиректора и смотрит в твои открытые глаза, не понимая что с тобой. Может вернёшься в действительность и на рабочем месте будешь работать, а не разговаривать со вторым Я?»

Почувствовав, что Виски спрятался, непроизвольно дёрнулся всем телом, фокусируя зрение. Поднялся с кресла.

- Извините, Светлана Александровна, задумался.

- О работе или о дальнейшей жизни? - Ехидно задала вопрос наша «Вторая».

- Так всё связано между собой, – попытался выкрутиться, но понял, что выгляжу дураком. – Простите за неуместный ответ. В очередной раз вспомнил о своей собаке. Не знаю, есть ли собачий рай или нет, но если есть, уверен, она именно там.

(Почти все коллеги знали как погибла моя собака, тем более, что я её не раз и не два приводил на работу, не желая оставлять одну дома, когда мама работала, тем самым обеспечивая в своём кабинете непрерывную толкотню – все хотели погладить завитушки Виски, восхищаясь его шерстью.)

И, естественно, каждый из визитёров норовил исподтишка подсунуть собакину что-нибудь вкусное.

- Да… - протянула «Вторая». - Жаль собаку. Умница была и красавица. Ужасно, что столь трагично оборвалась её жизнь.

Что странно, дама замолчала, а через десяток секунд вообще покинула кабинет, словно ради этих слов и ждала когда приду в себя.

Глава 5. Если весело шагать по просторам… или свинья везде грязь найдёт, а если их две, да ещё с собакой, то и подавно.

Закончился октябрь, начался ноябрь, а результатов от таможни не было. Я практически все выходные проводил в школе, занимаясь с Ирмой. Что говорить – привязались друг к другу за прошедшие два месяца. Начальник школы, Василий Васильевич, не нарадовался – вне штата бесплатный кинолог, который ни разу не отказался выехать по первому зову на самые трудные задания. Где мы только с собакой не были за это время – и груз проверяли в фурах, и таможенный железнодорожный терминал изучили от и до, и пару раз ездили в аэропорт. Вообщем, всегда работали с полной отдачей, ни разу не отказав руководству. Я за это время перезнакомился со всеми кинологами и, не удивляйтесь, со всеми собаками, потому что мы на полосе, когда были пустые дни, никогда не были одни. Такое впечатление, весь штат школы словно сговорился. Ну а как можно воспринимать, что в восемь утра, когда в школе никого кроме охраны не было, стоило мне с Ирмой выйти на полигон или на полосу, откуда ни возьмись, появлялись сначала один, а то и два коллеги со своими подопечными. Сначала занимали другие полосы, чтобы не мешать друг другу, а потом вроде как случайно оказывались рядом и начиналось – собаки, чуть не вырывая поводки из рук, мчались ко мне. Ладно б, только «поздороваться», то есть обнюхать и отойти, нет. Всем надо было меня облизать и только потом, «выполнив обязательную программу», нехотя, постоянно оглядываясь (а вдруг позову), возвращались к своим партнёрам. Чуть не сказал «подопечным». А что, для кинологов собаки были партнёрами и подопечными, а если подумать, кем были люди для собак? То-то же… Самое странное, на улице, где неоднократно встречался с гуляющими псами всех размеров и пород, ко мне со стороны четвероногих было, скажем так, наплевательское отношение – посмотрели в мою сторону и отвернулись, мол, и без тебя есть чем заняться. Нашёлся пуп земли, как же.Правда раз, в конце октября, возвращаясь после концерта поздно вечером, можно сказать ночью, решив пройти остановку пешком, попал под прессинг – из подворотни на меня выскочила стая брошенных собак. Почему говорю брошенных, а не бездомных, так всё от человеческой жестокости и наплевательского отношения к животным. Заботились бы нормально о своих питомцах, и «брошенок» не было бы на улицах. В тот вечер стая была приличной для Питера – три больших пса и штук пять-шесть, которые держались поодаль, мелких шавок. Нападали, можно сказать, профессионально – две заходили по бокам, а одна, не самая большая из этой троицы, но наиболее свирепая на вид, судя по всему какая- то помесь, где доминировали гены кавказкой овчарки, уже приготовилась на меня прыгнуть, как уже прижатые уши внезапно стали торчком. Псина прижалась к асфальту ещё сильнее, жалобно, можно сказать извиняюще тявкнула и, мгновенно развернувшись, повизгивая, умчалась в темноту. Свора бросилась за ней, а вот два те два пса, что находились по бокам от меня, растерялись и не могли понять что им делать дальше – меня атаковать или мчаться за своими компаньонами. Я тогда, если честно, замер на месте, вспомнив прошлое. Было лет пять назад, когда на меня напала такая же стая и тогда я с трудом, но всё же отбился с помошью обычной доски, что подхватил у ближайшего забора. Не покусали тогда, не искалечили и ладно, но одежду порвали знатно – стройотрядовскую куртку пришлось списывать. Но то дело происходило в деревне рядом с городом, а тут хоть и не в центре, в спальном районе, но Питера… Закончилось тем, что псы, помотав головами из стороны в сторону, словно напчисто потеряв координацию, завалились, где стояли и, как мне показалось, замерли в ожидании наказания. От меня, естественно. Что творилось в этот момент в их мозгах я, конечно, не знал. Была мысль больно пнуть каждую, что бы запомнили что на людей бросаться нельзя, но пожалел бродяжек и пошёл дальше, тем не менее постоянно оборачиваясь и контролируя обстановку сзади. Сколько шёл, столько псы лежали словно убитые, кажется даже не пошевелились ни разу.

Виски, который мою нервную встряску воспринял с юмором, не посчитав нужным даже её прокоментировать, немного злорадно похихикал и вновь исчез в глубинах нашего общего разума, разбираясь с очередной идеей «фикс». Надо сказать, собакин за последний месяц изменился ещё больше. Стал практически полноценной личностью, в которой человеческого стало столь много, что я порой терялся – с собакой разговариваю или с человеком, своим двойником. Или, как Виски раз выразился, «шизофреническим эго». Ну да, есть такое, а как возразить, если собакин на данный момент стал умнее меня. Нет, не в смысле рассудительности или образования. Не выучил, например, английский, который мне ну никак не давался, а вот когда пёс был готов пообщаться, легко оперировал всей базой информации, которая была у меня в голове. Иногда даже страшно становилось от мысли, что являюсь лишь вместилищем сознания разумного пса. Шутка, конечно, но, как известно, в каждой шутке есть доля истины. Хотя, когда требовалось, собакин всегда помогал. Выполнял роль секретаря и верного помощника, вытаскивая из нашей памяти то, что мне требовалось как по работе, так в жизни. А иногда, так просто приводил в себя, давая своему бывшему хозяину подзатыльники. Образно, естественно, но ощущения после подобных плюх были неприятные. Хотя поводов для такого было мало… Что добавить, то с партнёром последнее время общались редко. Он жил в моей голове своей жизнью, я своей. Так ему не интерсно было то, чем я занимался по работе. Поначалу собакина всё удивляло, потом веселило, а закончилось тем, что на очередном концерте он, образно говоря, зевая, заявил, что всё это скукота смертная и он лучше займётся тем, что интересно ему и более важно, чем одновременное издавание одинаковых звуков множеством людей. Я не согласился и мы прилично так поспорили. Можно сказать, поругались, но, хоть и не сразу, пришли к взаимопониманию, что у кажого есть своё восприятие хорового и оперного искусства. Ну и ладно. Мы, к счастью, не рассорились впух и прах, но с полмесяца, как я уже сказал, каждый жил своей жизнью. Хорошо, что телом управлял я, а иначе всё могло бы закончиться печально. После памятного разговора об оборотнях и прочей нечисти, мы проговорили всю ночь напролёт, так и не уснув, но нового для себя так и не узнал, а все эти отсылки на цепочку ДНК и неприязнь к перевёртышам, были, как по мне, пустым трёпом. Виски не привёл никаких доказателств в пользу своей правоты, безостановочно твердя – «оборотни есть, а то, что ты их не чувствуешь, не мои проблемы». Кстати, и на счёт меня он так же ничего конкретно не полведал. Бубнил как заведённый, что я уникален, как будто сам без него этого не знал. Все люди по-своему уникальны. Открыл Америку. Хотя… У кого еще из людей в голове живёт сознание пса? То-то же. И собакин, чувствуя мою позицию, обречённо махнул рукой (скорее лапой, да и то воображаемой), выдав под утро, что когда столкнусь лбом с реальностью, тогда смогу убедиться в правоте его слов. Точнее, мыслей.

- - -

После праздников, когда закончились все торжественные мероприятия по случаю празднования седьмого ноября, в ближайшую субботу снова отправился в питомник при школе. Все работники привыкли к моим ранним приездам по выходным, поэтому стало неожиданностью, что меня внезапно притормозили на проходной, попросив подождать руководителя школы. Знакомый вахтёр сообщил, что в школу приехали высокие гости, а посколько я не являюсь штатным сотрудником, без сопровождения мне «туды низзя». Без шуток, так и было сказано. Не стал спорить, беспрекословно подчинился, а что делать – порядок есть порядок, а посколько школа подчинялась органам Внутренних дел, и подавно. Минут через пять на проходную «взмыленным» заскочил мой наставник, замначальника и сразу взял, как говорится, «быка за рога», мол, комиссии надо показать класс, а большинство собак, как назло, в разъездах. Сволочи, мол, не сообщили заранее, что сегодня нагрянет комиссия, поэтому получается, что в наличие всего четыре пса, а кинолог один, и тот приехал после ночной смены. Кого можно было вызвонить, вызвали, но у людей тоже есть выходные, так что в лучшем случае должны были приехать лишь двое, да и когда явятся, неизвестно. Поэтому, хоть я и внештатник, руководство школы на меня надеется, а потом, если мы с собакой не опозоримся, обещали чуть ли не все звёзды с неба. Александр Викторович в разговоре почему-то постоянно отводил глаза, но это я потом понял, когда всё закончилось, а в тот момент не захотел подводить старшего товарища, который меня воспринимал как своего и, не раздумываясь, дал согласие поработать.

Когда прошли проходную, Викторович умчался помогать Майору, начальнику школы, а я направился к вольеру, где была Ирма. У меня уже имелся свой ключ от замка калитки, поэтому зашёл и поздоровался с девочкой. Радовались встрече оба, как и всегда. Угостил вкусняшкой и, когда страсти слегка улеглись, взял подругу на короткий поводок и не торопливо пошли к полосе. Там уже показывали навыки Дима Орлов со своим спаниэлем Гошой. Хороший пёс. Как нюхач - классный, но работать долго не может – минут двадцать-тридцать и ложится, показывая всем своим видом, что нужен отдых хотя бы с полчаса. По мне, так балбесы оба – что кинолог, что пёс, сто́ят друг друга. Даже внешне похожи – оба короткое время живчики, с пружинкой в одном месте, а потом их словно выключают. Сидят рядом друг с другом и дышат тяжело. Но сегодня они выложились по-полной, видать начальство было очень значимым, а тех было человек десять, которые больше молчали, чем комментировали прохождение трассы. Димон меня заметил и, как я понял по его улыбке, обрадовался, что не ему одному отдуваться за всю школу. Вскоре показ закончился и кинолог с собакой подошли ко мне.

- Привет. – С мужчиной мы обменялись рукопожатиями, а Гошу я потрепал по загривку. – Кто такие?

- А хрен знает, - Дима неопределённо пожал плечами. – Мы с ночной, работали на железке. Не успели даже чаю попить и перекусить, как эти на пяти машинах припёплись. Майор говорит, в комиссии большей частью москвичи и их приезд из ряда вон. Никто не сообщил, что сегодня к нам по утру заявятся. Там, кстати, и твой «мухомор». Он среди остальных как рыба в воде. Разговаривает со всеми на равных, так что бди, Олег. Как бы не по твою душу эта шобла заявилась.

- Вряд ли по мою. Я ж внештатник, хоть и с допусками, но без зарплаты и должности. Да и ни к кому конкретно не приписан. Навалятся всей толпой, пошлю куда подальше и уйду. Ирму только жалко.

- Ты послать можешь, завидую, но о собаке не забыл, хвалю. Все знают, как вы привязались друг к другу. Уникумы. Ну ладно. Давай, братан. Успехов тебе и Ирме, а я пойду Гошку накормлю, да домой поеду отсыпаться – сегодня опять в ночь, чёрт бы побрал того, кто делает такое расписание.

Попрощались и они ушли. Дима, как я знал, был приписан к таможне, а являлся ли штатным сотрудником или был вольнонаёмным, оставалось под вопросом. Но эта работа была у него основной, поэтому кроме Гоши к нему была приписана ещё одна собака, овчарка Нелли, но та была совсем молодой и лишь постигала азы профессии. На выездах ещё не была.

Кстати о мухоморе. Не знаю, с чьего языка сорвалось такое сравнение, но после моего рассказа руководству школы о дальнейших встречах с так называемым Сергеем Сергеевичем, к нему мгновенно прилипла кликуха. Как позже узнал, СС приезжал в питомник для дрессировки именно своего пса, не служебного, причём держал его не дома, а в питомнике, что для меня было странным. Гэбэшник приезжал только пару раз на неделе, но ни как не в выходные, поэтому более с ним ни разу не сталкивался, но сегодня, ещё на подходе к полосе, почувствовал на себе взгляд. Не могу сказать, что неприязный, но какой-то холодный, словно меня в очередной раз оценили, раздев догола.

- Представляю нашего внештатного сотрудника, опытного кинолога с овчаркой Ирма. Двадцать один месяц. Прошла полный курс дрессировки. Поготовлена работать в системе таможни. Может быть использована в качестве разыскной собаки органами МВД.

- С собакой понятно, а почему не представили, как положено её дрессировщика?

Я сразу понял, что задавший вопрос тучный мужчина с беслящей лысиной и лоснящимся круглым лицом, если не руководитель, то точно не последний из группы «шишек», но к собакам и кинологам никакого отношения не имеет. Только далёкий от собак человек может обозвать кинолога «дрессировщиком». В цирк приехали, мля.

Василий Васильевич вполголоса извинился, рассказал обо мне, притом делал это так, словно боялся, что я услышу его слова.

- Что ты шепчешь, майор? – раздражённо прокоментировал его слова очередной проверяющий. – Говори нормально. Подожди, а что гражданский делает в ведомственной школе? Это режимный объект, забыл? Это грубое нарушение правил режима. Как он здесь вообше оказался?

Майор вкратце рассказал о мойм появлении, причём расписал это так, что моё появление в школе было обусловлено приказом со стороны руководства Управления Ленинградлской таможни. И нарушить приказ он никак не мог, добавив, что само предписание на аттестацию моих навыков лежит у него в сейфе, подшитое в моём личном деле.

Естественно, посыпались вопросы и когда проверяющие узнали, что я обладаю уникальным обонянием, на меня стали смотреть как на диковинную зверюшку, начисто забыв, что я вообще-то человек. И могло закончиться боьшим скандалом, когда тот самый, который назвал кинологов дрессировщиками, не предложил его понюхать и сказать каким одеколоном пользуется. Я, естественно, не мог не почувствовать как он дурно пахнет, но один из молчавших ранее членов комиссии, заметив презрительное выражение на моём лице, шепнул вопрощающему и тот, скривив недовольную морду лица, потерял ко мне всяческий интерес, но вот у остальных он не угас и тот самый, кто имел на лице отпечаток интелекта, предложил мне продемонстрировать незаурядные способности.

Вопрос был задан нормальным тоном, но видя презрительные взгляды членов комиссии я уже завёлся.

- Простите, а зачем МНЕ это надо? Недавно прошёл полную аттестацию на предмет наркотических, а вторую на предмет обнаружения ВОВ. Вы не верите словам своим подчинённым? Попросите принести результаты тестирования, они наверняка есть в моём личном деле, а выступать здесь в качестве клоуна не имею ни малейшего желания. В данный момент я выполняю обязанности лишь кинолога и рядом со мной собака, которая способна определить всё вышесказанное.

- Но ты ж наверняка ещё и комментировал что обнаруживал, я прав? Здорово! Уникальный случай – говорящая ищейка. Га-га-га…

Эти слова и смех, похожий на ржание лошади, вновь изрёк лысый «шарик» и я чудом сдержался, что бы не ответить ему резкими словами. Начал говорить нормально, но видя его самодовольную рожу полностью сдержаться, к сожалению не смог.

- Не ты, а Вы. Это так, для дальнейшего. Если не поняли, здесь, в школе, собак настаскивают на поиск наркосодержащих и взрывчатых веществ. Есть желание увидеть в деле мою подопечную? Мы готовы продемонстрировать высшую подготовку. Нет? Тогда разворачиваемся и уходим, но убедительно прошу лично меня не оскроблять, так как не собака и способен ответить адекватно. Сдерживает одно – не хочу подвести руководство школы. Знаю, вы мне ничего сделать не можете, но за вероятное унижение отыграетесь на подчинённых. Поэтому попрошу держать себя в рамках приличий. Если не в состоянии сдержать себя или не имеете желания увидеть подготовку собак, возникает вопрос - зачем эта показуха? Как мы работаем в паре – известно. У руководства имеются приказы о поощрении, а так же положительные отзывы с таможни и от пограничников.

Я, еле сдерживаясь, отошёл подальше от этой кодлы, которая от моих слов возмущённо загудела как осинное гнездо. И только когда там, судя по всему, все между собой пергавкались, ко мне подошёл Майор.

- Олег, ну что я тебе сделал плохого? – Он стоял словно побитый. – Что ты, не мог сдержаться? Ты сегодня уйдёшь домой, оставив за спиной недовольных начальников. Ну как же, какой-то гражданский посмел им возразить. Оскорбить, так сказать. Ни один из них не привык выслушивать в свой адрес упрёки, тем более наставления.

- Васильевич, простите, но сдерживал себя как мог. Это мурло предложило себя понюхать. Для меня это то же самое, если бы он Вам предложил себя облизать. Сделали бы такое? А что там нюхать? Запах пота и немытого тела. Приторный запах давно не стираных носков и дешевого одеколона. Я не спец, но, кажется, это «Красная Москва». Могу ошибаться, но это не мужской одеколон… От этой туши шибает так, что он один забивает свой вонью запах остальных. Так что прошу прощения за несдержанность, но мне эта толстая морда омерзительна.

- А если его не будет, сможете продемонстрировать личные навыки? – внезапно раздался голос из-за спины и, повернувшись, увидел перед собой мужчину, что ранее остановил разглогольстования жирного.

- Если ко мне будут относиться с достоинством и уважением, как положено в нашем обществе обращаться к любому советскому человеку, я готов.

- Хорошо. Сейчас сделаем короткий перерыв, а потом сначала Вы один, позже с собакой покажете, как Вы сами сказали, «Высшую подготовку». Я не ошибся с цитированием? – мужчина улыбнулся краешком губ и, не дожидаясь моего ответа, вернулся к коллегам.

- Судя по всему, Конторой пахнуло? – не смог удержаться от комментария, на что Васильевич лишь пожал плечами.

- Не знаю, Олежка, там трое держатся особняком, но к их словам прислушиваются все остальные. Ладно, я пошёл к ЭТИМ, а ты, пока есть время, расслабься. И смотри у меня, не опозорь старика. – Хлопнув меня по плечу, Майор вернулся к компании проверяющих, после чего все с радостными улыбками потянулись явно к нему в кабинет.

- «Как ты говоришь? На халяву и соль сладкая?» - Виски моими глазами с презрением смотрел на членов этой комиссии. – «Директор их сейчас наверняка напоит –накормит и сюда вернёт в более благожелательном настроении. Только, как я погляжу, двое с остальными не пошли. СС и твой недавний собеседник. Сидят и тихонько разговаривают, исподтишка бросая на нас взгляды. Ты, скорее всего, прав, Старшо́й. Этот тоже из касты серых пиджаков».

- «Если и так, мой друг, нам-то от этого ни холодно, ни жарко. Мухомор со мной разговор провёл. Своих кадров на меня натравил. И что дальше? Как понимаю, анализы крови не показали ничего аномального. Ответы мои на вопросы, которые записывали и наверняка анализировали, тоже ни к чему не привели. Вот все и затихли в непонимании что со мной делать дальше».

- «А мысли у тебя вторым потоком идут совсем о другом – обида, что с таможни тебя так и не побеспокоили. Скажи, сосед, а разве мы на таможне не работаем? Знаю, что ответишь, мол, это ради Ирмы. Но ради ли только её? Будь честен хотя б со мной и с самим собой. Ты льстишь своему самолюбию, соглашаясь на эти поездки и монотонную работу, где результата практически нет. Сколько мы с тобой обнаружили запрещёнки за два месяца? Всего три раза, когда таможенники по нашей наводке вскрывали груз и находили контрабанду. А сколь всего было поездок? Четырнадцать адресов, где мы работали смены от двух до восьми часов. А теперь скажи, мой друг, сколько раз за эти поездки нас накормили? Тебя и Ирму? НИ РАЗУ!!! Ты говоришь о Майоре и о его заме в самых восхительных тонах, но ведь именно от них всё зависело, не от других. Если б ты не брал питание для Ирмы и мама тебе не готовила бутерброды с термосом, тогда как? Ты в свои выходные с утра до вечера работаешь на других. Мил друг, а это надо? Тебе, понятно, приятно, когда нас хвалят за отлично сделанную работу. Но хвалят лишь словах. Скажи, а дальше что? Каковы планы? Так и будешь ездить по выходным в качестве, как это называется… члена народной добровольной дружины? Может стоит вовремя остановиться или же перед руководством следует поставить вопрос об условиях работы и размера оплаты нашего труда? Ты, мне кажется, потерялся во времени и пространстве. У нас ещё не коммунизм, да и будет ли он вообще…»

- «Но тогда мы не будем видеться с Ирмой. Это ведь была именно твоя идея работать с ней в паре? Я не прав? И сейчас предлагаешь предать собаку, которая ко мне привыкла? Что с ней будет? Вспомни себя, когда я уезжал в командировки на несколько дней? Не тосковал? Не выл? Только не врать! Мама мне много рассказывала как ты лежал около дивана и днями не поднимался. Хочешь, что бы это испытала Ирма?»

Собакин на удивление долго молчал, а потом, откуда-то издали, я почувствовал глубокий сожалеющий выдох.

- «Ты во многом прав, сосед, но тут решать тебе – или эти традиционные поездки никогда не прекратиятся и ты превратишься от усталости в скелет, либо… Не спорь. Ты что, в самом деле не заметил как похудел за эти полтора месяца? Мама переживает, видя тебя таким. Ты, мой друг, стал одержимым, живёшь от выходных к выходным. Нет, хозяин, пора это прекращать. И Ирму тебе нельзя здесь оставлять, она без тебя зачахнет, и самому надо… всё, замолкаю. Компания вовращается. Кстати, этого жирного чего-то не наблюдаю. Знать слово твоего нового знакомого имеет вес…»

Было неприятно слушать что мне говорили, но не согласиться с собакиным было то же самое, что наврать самому себе. Да, я очень устал от отсутствия выходных, от невозможности провести целый день дома и… только сейчас понял как скучает без моего внимания мама. Родной человечек, которого макисимум по полчаса видел каждый день утром и вечером, но вот так, как прежде, завалиться в её комнате на диван и посмотреть вместе телик… Посмеяться да просто поговорить ни о чём… И… стало безумно стыдно, а сердце неожиданно скрутило болью от понимания, что пока мама и я живы, надо уделять больше внимания друг другу. Иначе потом стану проклинать себя за упущенное время.

- «Правильные мысли, друг. Это ТЫ не обращаешь внимания, а мама последнее время болеет, только тебе не жалуется, жалеет сыночка. Ей очень не хватает твоего внимания.»

- «Но как же Ирма?» - у меня вновь похолодело сердце. – «Она ведь живёт от встречи к встрече. Ты сам мне об этом говорил.»

- «Глупый, нельзя сравнивать маму с Ирмой. Да, малышка ждёт тебя каждые выходные, радуется встречам всем сердцем, но, повторю, мама есть мама и она у тебя одна. Ты прав в рассуждениях, что сделав ошибку, потом станешь проклинать себя всю жизнь. Ты мягкий в душе, мой сосед, и маму свою боготворишь. Так почему ты стал так себя вести? Одумайся пока не поздно... Всё. Дома обо всём поговорим, а сейчас давай работать. Обрати внимание как на тебя смотрят. Как на чудо-юдо неведомое из сказки занесённое…»

Прошли сразу на полигон, потому что смотреть на выполнение команд и прохождение собакой трассы с препятствиями всем было неинтересно. Как и было предложено, первым маршрут прошёл я. Забавно, мужчина, который ко мне подходил до перерыва, всё время находился рядом, делая отметки в крохотной записной книжке. Я удивился, но сегодня сделал одну ошибку. Неправильно назвал синтезированный наркотик, который и не каждая собака могла почувствовать. Потом маршрут прошёл с Ирмой. Моя подопечная, словно чувствуя настрой человека, отработала превосходно как на первом этапе, так и на втором. Вернулись на исходную. Члены комиссии, которым озвучили наши результаты, молчали, изредка бросая непонятные взгляды друг на друга. И только выдержав нужную паузу, я попросил разрешение Васильевича, как моего непосредственного начальника в школе, отвести собаку отдыхать. Тот, посоветовавшись с кем-то, дал добро. Попрощавшись со "зрителями", пошли к вольеру, но у калитки, когда я уже снял замок, нас донал гэбэшник. Тот, который сегодня ко мне проявлял чрезвычайное внимание.

- Олег, простите, что без отчества, но позвольте именно так обращаться к Вам? Не буду фамильярничать, будем на Вы, – он вновь чуть отметил улыбку на лице. – Можно ненадолго задержать и задать пару вопросов?

Я, если честно, уже настроился ехать домой, но не стал корчить из себя непонятно что, кивнул.

- Меня зовут Алексей Иванович. К какому ведомству принадлежу, думаю, уже догадались. Звание майор. Сразу скажу – названные имя и отчество мои, не псевдоним. Сергей Сергеевич ввёл меня в курс дела, поэтому я специально приехал посмотреть как на собаку, так и на Вас. Поясню, что меня больше интересуете именно Вы, хотя и Ваш подопечный пёс прекрасно отработал. Если можно, хотел бы побеседовать в неформальной обстановке. Ну, например, в ближайшем лесу. Снег, что выпал, расстаял и сегодня необычно тепло для начала ноября. Скажите, Вы любите лес?

- Люблю, не секрет. С мамой, когда она была помоложе, каждые выходные ездили за грибами и ягодами. Кстати, недалеко отсюда, в паре остановок электрички, наши «полянки».

- А куда конкретно? Честное слово, не стану конкурентоом по сбору грибов. Хоть и люблю тихую охоту, с моей загруженностью нечасто удаётся вырваться на природу. Только когда жена с дочкой на голову залезают, тогда да, приходится ехать. Секунду. Сможете показать на карте эти самые Ваши «полянки»?

Не знаю почему, но я чувствовал - этот человек в данную секунду не играет на моих интересах, а сейчас такой, какой есть. И видя перед собой его вполне приятное лицо, отметил как он устал. Вроде не больше сорока, а под глазами уже повисли «мешки» от постоянного недосыпа и… морщины на лице. Множество морщин.

- Верю, что не станете ходить тенью за моей спиной и делать отметки где какой гриб растёт, хотя сейчас их нет. Но и без грибов в лесу классно. Осенний запах прелой листвы, гроздья рябины на почти голых деревьях. Спрашиваете куда езжу? Недалеко, как и сказал. Двадцать минут от Удельной. Песочная-Дибуны-Белоостров. Лес знаю очень неплохо. Как подтверждение - раз, когда пошли компанией, узнав, что один из моих товарищей потерял ключи, пройдя по маршруту, вернувшись, отдал потряшке найденное.

Пока говорил, мужчина достал из кармана самую обычную туристическую карту Ленобласти, точь в точь такую, какой и сам пару раз пользовался. До сих пор дома лежит. Мужчина развернув, вновь сложил карту, но так, что перед моими глазами оказались как раз названные окрестности. Показал места, где обычно «охочусь», отметив про себя, что на карте имелись многочисленные цифры, сделанные тонким карандашом, да и район, где я бывал, обведён двумя неровными кругами. Заметив, что я обратил внимание на цифры и другие отметки в карте, майор сложил и убрал карту в карман и, как мне показлось, задумался, но сразу же вернул на лицо прежнее выражение, которое ничего не выражало.

- Не обращайте внимания на пометки. Это так, внутренние дела. А вообще неплохо всё складывается...

Глянув на часы, достал из кармана блокнот, но не тот, в котором делал отметки на полигоне, более крупный. Пролистнув пару страниц, что-то прочёл и в раздумьях выбил пальцами странный ритм по обложке. – А если сейчас предложу всем нам поехать в те места, где Вы ищете грибы, время найдётся? Думаю, за пару часов все вопросы решим.

- Какие вопросы?

Мне совсем не хотелось ещё два часа бродить по лесу, хотя одет был по-походному – джинсы, тёплая куртка с капюшоном и высокие ботинки на шнуровке, а-ля берцы, которые за более чем приличную сумму под заказ привезли из-за бугра.

- Я же сказал, надо поговорить, да и места, что Вы показали, как раз те, где… недалеко отсюда. Думаю, отсюда на машине минут двадцать?

- От двадцати до получаса. Правда, смотря на какой. Последний участок дороги, если поедем не до станции, а дальше, такое впечатление, не ремонтировался со времён Второй мировой. На жигулях там делать нечего.

- Двадцать первая волга. Машинка хоть и не новая, но в отличном состоянии. К тому же…

- Рабочая лошадка? – понимающе и вкладывая в слова ещё и подтекст, продолжил уже я и, увидев кивок, усмехнулся. – Последний вопрос, точнее, просьба-условие. Ладно меня, собаку накормить нужно, у неё завтрак был так себе. И меня потом до ближайшего метро добросите?

- Без вопросов. И накормим и развезём всех по домам.

Кажется, я слишком мало запросил, но что теперь горевать, слово сказано, а вот Алексей Иванович не смог скрыть радость после моего согласия.

- Позвольте ещё вопрос, - меня волновала возможность присутствия неприятного для меня человека. Очень уж не хотел, что бы СС ехал вместе с нами. – В машине кроме нас кто ещё будет?

- Только водитель. Простите, Олег, по Вашему лицу видно, что Вы не хотите вновь общаться с… - Тут он слегка замялся. Как мне показалось, лихорадочно вспоминал имя отчество СС. Я поднял руку, останавливая его поиски в глубинах памяти.

- Не стоит вспоминать. Рад, что мы друг друга поняли. Где встречаемся?

- У проходной. Решу пару вопросов и буду на месте через пять минут.

Он не опоздал. К проходной подьехала белая Волга, в которой сидели водитель, мужчина лет тридцати пяти и рядом Алексей Иванович. Приоткрыв дверь, кивнул на заднюю. – Садитесь назад. Там Вам двоим будет удобно.

Я сначала запустил Ирму, потом сел сам и собака, крутанувшись, улеглась на мягкое сиденье, сразу положив мне на колени свою тяжёлую голову. Так и поехали, и только минут через двадцать водитель поинтересовался куда ему конкретно ехать. Объяснил на словах и сказал, что помогу, подскажу, если что, но тут голос подал главный, определив пунктом назначение железнодорожную станцию посёлка Дибуны. А мне что, я правду сказал – те места за более чем десять лет узнал очень хорошо и именно от станции Дибуны я с мамой и начали исследовать лес, а было мне тогда было всего лет десять-двенадцать…

* * *

- Куда идём? – когда Волга остановилась недалеко от железнодорожной станции, все вышли из машины. Я почему-то решил, что и водитель отправится с нами, но нет, тот, шепнув мне, что бы постоял немного в сторонке и дал возможность переодеться Старшо́му, открыв багажник, и сам отошёл в сторону, внимательно поглядывая по сторонам. Мы с Ирмой сделали что просили – отошли метров на двадцать и сели на поребрик, посколько скамеек в ближайшей перспективе не наблюдалось. Вскоре к нам подошёл Иванович. Решил про себя, что так и буду его звать, а то полным сочетанием слишком длинно. Он оделся как грибник, разве что не хзватало корзины. Вместо резиновых сапог у него на ногах тоже были берцы, причём, как я понимал, далеко не дешевые армейские. Черные брюки с серой курткой, а за спиной маленький рюкзак.

- Я готов. Идите как обычно. Я сейчас в виде «прицепа», мешать не буду.

- Мешать и не сможете, посколько я не в поиске, а мы гуляем, верно? – мне не хотелось, что бы сопели за спиной, а раз именно «гуляем», можно будет и повыпытывать от этого человека что он от меня хочет. – Сейчас, пока пойдём мимо домов, повнимательней, да и сам собаку возьму на короткий поводок. Здесь частенько на дорогу вылезают домашние псы, бросаются на людей, а устраивать скандал с местными или грызню между собаками не хочется. Когда войдем в лес, спущу Ирму с поводка, пусть побегает вволю, а то в питомнике такой возможности нет.

- А что её к себе не взяли? – этот вопрос меня пригвоздил к асфальту и я непонимающе посмотрел на мужчину.

- В смысле, почему не взял себе? Я в школе кинологов не пришей… простите, чуть не вырвалось. Собака не моя, принадлежит питомнику, хотя недавно и задал руководству аналогичный вопрос, но пока никакого ответа не услышал. Да и как мне могут отдать государственную или ведомственную собственность? Что бы потом всё руководство взгрели за хищения? Знаете, я дорожу добрым отношением к себе со стороны директора школы и подводить его нет желания. Он ко мне по-доброму и я к нему так же. Человек-зеркало. Слышали такую характеристику? Стопроцентное совпадение.

На меня посмотрели с интересом и задали вопрос, к которому я тоже был не готов.

- А если отдадут? Ну, скажем, с условием, что раз в неделю отрабатываете полноценную смену? Я читал в отчётах, что у Вас уже были собаки, ведь так?

- Да, были. И раз знаете всё обо мне, прошу не спрашивать как погибла моя собака. Скажу так – трагически и боль от её потери до сих пор не улеглась.

- Не буду спрашивать, потому что знаю – попала под сильный разряд молнии, спасая своего хозяина.

ЭТО… это был удар ниже пояса. Откуда он мог узнать как погиб Виски? Кто-то с работы сказал? Нет, я никому не обмолвился, что собакин меня спас ценой своей жизни. Не зная что сказать, промолчал, сжав зубы. И мужчина понял, что дальше продолжать распросы – настроить меня против себя. Когда прошли последние дома и зашли в лес, я отцепил поводок от ошейника, дав возможность собаке порезвиться. Надо было видеть как Ирма обрадовалась от такого неожиданного подарка. Она накручивала круги вокруг нас, появляясь с любой стороны, но только не оттуда, откуда я её ожидал. От свежего лесного воздуха и свободы собака, как мне казалось, одурела. Даже её глаза стали немного сумасшедшими, мутными. Чтобы привести в норму, не стал цеплять поводок, лишь приказал идти рядом и отданная команда, кажется, не сразу, но вернула пса с небес на землю.

- Олег, а за те годы, что Вы здесь ходили, не замечали ничего странного?

- Не понял вопроса, если честно. Если пришельцев из других миров, то нет, не встречал, да и людей здесь ходит немало, ведь от города не так далеко. Вместе с тем отмечу, что диких зверей видел. Несколько раз с лосями сталкивался буквально нос к носу. Лис, зайцев много, а раз, чуть правее от того места, где мы сейчас идём, заметил, как мне показалось, медведя. Не буду утверждать, что это был именно медведь, но позже на некоторых деревьях чуть поодаль видел отметины когтей. Мишки подобным образом метят свою территорию.

- Знаток тайги, - ухмыльнулся майор. – Не обижайтесь, я по-доброму, хотя правы, делают медведи подобное. А волков видели?

- Ни разу, хотя лет пять назад, когда ждал на станции электричку в город, слышал разговор местных, что опять волчья стая зашла в эти леса. Но, повторюсь, сам не видел.

- А где Вы видели медведя? Можете показать?

- Не проблема. Сейчас на развилке направо и будем на месте минут через пятнадцать.

Пришлось немного потрудиться, идя напролом через сырой лес, землю которого накрыла толстым слоем упавшая листва. После осенних дождей и растаявшего снега в низинах стояла вода. Когда подошли ближе, я остановился, показывая рукой на просвет между деревьями.

- Я стоял приблизительно здесь, а медведь, если это действительно был он, мелькнул впереди. Видите большую берёзу слева от прогалины? Именно рядом с ней и увидел довольно упитанную тушку.

- Он бежал или шёл?

- Трудно сказать. Скорее быстро двигался. Я же сказал, видел краем глаза, буквально пару секунд, а потом тот ушёл к воде. Там не речка, скорее ручей, который метров через сто впадает в речку. Его в некоторых местах перепрыгнуть можно. Вода стоячая, а по обоим берегам на пригорках и можно найти красные и белые. В хороший год за полтора часа набирал целую корзину. Если, конечно, конкурентов нет, но я больше люблю ходить когда идёт дождь. И людей мало кого встретишь и грибов, соответственно, больше.

- Ближе подойти можно? – Алексей Иванович немного растеряно смотрел на воду, которая залила сейчас всю низину, а обойти её можно было только справа, по возвышенности, сделав приличный крюк.

- Можно, только не напрямую. - Я огляделся по сторонам и, заметив приличной длины, лежащую на земле ветку, обломал лишнее и, подойдя к краю воды, погрузил в воду. – Глубина больше метра. Здесь низина, по осени всегда вода стоит. Поэтому…

Не договорив, замер, даже не сразу понял что было первым – тихое рычание Ирмы или то, что меня слегка угололи сзади в шею. Медленно обернулся и увидел в руках майора тонкий тёмый кинжал. Скорее всего, старинный, к тому же серебряный – тот потемнел от долгих лет и посколько острие было прямо перед глазами, отметил про себя, что заточки как таковой на оружии никогда не было, не для того было предназначено оружие, а вот кончик блестел. Забавно, от чего сам удивился – испуга, что меня здесь порешат и похорянят, не было, но для чего тогда в меня тыкать серебряным кинжалом? И тут же в голове услышал подсказку Виски.

- «Тебя вновь проверяют. Этот майор лично захотел убедиться, что ты человек и не принадлежишь к иному племени.»

- «Опять за своё? Может хватит?» - я был на грани, что бы взорвать руганью на своего второго я, когда мне ненавязчиво так постучали по затылку. Образно говоря.

- «Не бесись, посколько для этого не место и не время. Не забыл что было на карте майора? Сам ведь отметил, что два круга точно очерчивали этот район. Почему? Может потому, что… Ладно. Не хочешь верить, но я чувствую чужих. Не носом, другим… тебе не понять. Обрати внимание - Ирма тоже неспокойна. Возьми её на поводок, иначе можешь навсегда лишиться собаки. О… это интересно… Сосед, хочешь подсказку? Посмотри вправо от себя. Бугор. Ничего не замечаешь? М-да, трудно бывает с тобой. Всё надо разжевать. Ответь, кто в ноябре, пусть снега под ногами нет, ходит босиком по лесу? Подумай, брат. Хорошо подумай».

- Что с Вами? – майор, кажется, не ожидал, что я после укола впаду в ступор и закрою глаза после его дурацкой выходки.

- Всё нормально, а проверять меня серебряным кинжалом, уж простите, детская наивность. – Оттянув ворот свитера, достал серебряный крестик на такой же цепочке и продемонстрировал Алексею Ивановичу. – Чистое серебро, освящёно в церкви. Сам в Бога не верю, но крещён.

- Не понял. Что значит крещён, а в бога не верите? – Кажется, у майора после услышанной фразы наступил диссонанс восприятия действительности.

- Верю не в чужого бога, а в творца. Может в Творцов. Во множественном числе. Тех или того, кто создал нас такими и всё то, что нас окружает. Хотя, извините, не то время и не то место для выяснения истиных постулатов и кто во что верит. Пригорок видите? – я показал майору на возвышенность в паре метров от себя. – Подойдите ближе и посмотрите внимательно.

Алексей Иванович, неуловимым движением спрятав в рукаве кинжал, последовал моему совету и присел на корточках около куска сырой земли, но через миг отпрянул в сторону и, выпрямившись, стал нервно оглядываться по сторонам.

Ну да, реакция была вполне предсказуемой, но я его постарался «добить».

- Странно, да? Ноябрь, температура сегодня около пяти тепла, а по лесу бегают раззутые дети. Малолетние беспризорники или последователи Порфирия Иванова бродят по лесу, закаливая свои тело и дух?

Вместо ответа майор, скинув с себя рюкзак, достал небольшой фотоаппарат и, походив вокруг, с нескольких сторон сделал снимки следов, для наглядности положив рядом пластмассовую белую линейку. Закончив свои телодвижения, с тайной надежой посмотрел на меня.

- Собака след взять может? Или... Вы сами? – эти слова, кажется, мужчине дались нелегко, но я даже пытаться не стал, увидев, что две цепочки следов ведут в воду, но никак не оттуда.

- Направление видите? – заметив кивок, я пожал плечами. – Ирма может быть и выведет откуда они пришли, хотя вряд ли. Следы до средины уже заполнены водой, а это значит, что времени прошло много, часа три-четыре. Запах выветрился. Пробуем?

После некоторых размышлений майор отрицательно покачал головой, а потом спохватился, вспомнив о предыдущем разговоре.

- Давайте тогда к той берёзе. Да, вопрос. Откуда у городского человека, тем более творческого по специальности такие познания? Имею в виду следы и определение времени. Учили?

Я усмехнулся. Выкрутился поганец. Хорошо не сказал музыканта. Это бы сейчас прозвучало сродни уроду.

- Нет. Толком никто не учил. Повторю. Этот лес знаю много лет и здесь, где мы стоим, заболоченное место. Каждый раз после сильного дождя всё заливает, не пройти даже в болотниках, поэтому сюда и не суюсь. Что касается определения времени, может немного и ошибся, но следы на земле, не в песке, притом на возвышенности. Те, что были ниже, уже покрыты водой. Стало понятнее? Не передумали идти в обход?

- Нет, идём.

Раз захотел, чего кочеряжиться? Молча пошёл в обход. За мной, след в след, майор, которого как магнитом тянуло на место, которое показал. Вскоре дошли, дав пару петель, посколько упирались в разлившуюся в низинах воду и уже на месте Иванович, попросив меня никуда не ходить, оставаться на месте, сам стал ходить кругами по всё расширяющейся спирали. И ещё минут через десять вернулся явно растроенным, снова держа в руках фотоаппарат.

- Нашёл отметины на стволе, о которых Вы говорили. Старые отметки когтей взрослого, но именно что медведя, а не…

- «Он думал, что здесь за каждым кустом оборотни прячутся?» - Виски в моём воображении сейчас почему-то напоминал круг сыра с улыбкой от уха до уха. – «Слушай, а давай сами посмотрим. Вдруг товарищ ошибся?»

На моё предложение показать, где нашёл отметки, майор безошибочно, словно по струнке, подвёл меня к дереву, где на высоте моих глаз были видны повреждения коры. Ну да, видел подобные ранее, но только не на такой высоте. Отметки были старыми, смотреть вообщем-то было не на что и я уже развернулся, что бы спросить у майора что делаем дальше, как меня в очередной раз смутило поведение Ирмы. Она, как-то неестественно двигая лапами, подошла к моим ногам и крепко прижалась. Я, даже не касаясь рукой её тела, почувствовал как собака сжалась словно пружина. Прижала уши и тихо зарычала. Не на дерево, около которого мы стояли, а куда-то дальше, на кого-то или что-то, скрытое от нас густым ельником.

- «Поздравляю, сосед. Ты хотел доказательство моих слов о существовании оборотней? Тебе было мало следов, что я предъявил как доказательство своих слов? Твой разум сопротивляется до последнего, отбрасывая как чуждое всё, во что просто не можешь поверить. Ну как же. Ты, человек, высшее существо, венец природы и слушать обычного пса... А теперь приготовься встретиться лицом к лицу с реальностью. Не знаю, случайно мы наткнулись на них или майор специально тебя подвёл, но вряд ли с ними разойдёмся миром. Вспомни всё, чему тебя учили в армии, Старшо́й. Приготовься защищать не майора, не Ирму, себя самого. Сейчас я тебе не помощник.»

Голос в моей голове стих и я неожиданно почувствовал, что в глубине души, где-то в районе солнечного сплетения разгорается лютая злоба к тем, кого я никогда до этого момента не видел. Понимал, что это не моя злоба и ненависть, а Виски, но поделать с этим ничего не мог. К счастью, почувствовав моё взбудораженное состояние, к реальности меня вернула именно Ирма. Она довольно больно прикусила мою левую руку, стараясь привлечь моё внимание и увидеть глаза. А чуть придя в себя, заметил очень внимательный и напряжённый взгляд гэбэшника, который, не понимая что со мной происходит, держал в чуть подрагивающей руке пистолет.

- Что с тобой, Олег? – вопрос был задан на ты, но не это удивило, а его глаза, которые сейчас, казалось, налились кровью и левая рука майора, судорожно сжимающая что-то небольшое, находящееся на груди под его свитером.

- Впереди, за ельником, кто-то есть и мне кажется, что это не люди.

- Уверен? Перевёртыши? – Васильевич, кажется, улыбнулся, но вот его улыбка, как по мне, больше напоминала оскал. – Слушай меня внимательно, парень, и делай то, что скажу. Собаку на короткий поводок, что бы не вырвалась. Встань сзади меня. Встал? Положи руки на мои плечи и лбом упрись в мой затылок. Закрой глаза и попробуй передать мне свои ощущения. Что телишься? Время уходит, а с ним, возможно, и наши жизни. Собаку крепче держи, не отпусти. ДАВАЙ!!!

Не знаю, что чувствовал мужчина, когда я прижался лбом к его голове, но меня словно поместили в кокон, в котором не существовало ни времени, ни звуков. Я оказался в полной изоляции, но вот мой нос, точнее обоняние Виски, продолжало работать и в данный момент как не на порядок выше. И через несколько секунд тишину леса нарушили два негромких выстрела. Следом ещё один и через мгновенние я, вывалившись из состояния вакуума, скорее почувствовал, чем услышал тихий далёкий визг и треск кустов от убегающих животных. Чуть не сказал людей. Нет. Я понимал, что это не люди. Те не могут так бегать по лесу. С одной стороны тихо, с другой стороны бездумно проламываясь сквозь заросли кустов, которые при желании и наличие ума можно просто-напросто обойти, сделав лишних десяток шагов. Ну не было в этом лесу непроходимых зарослей, так, только местами…

Наступила звенящая тишина, которая после стрельбы тяжёлым гнётом повисла в воздухе осеннего леса...

Глава 6. Один обман можно принять за случайность, два – это уже закономерность.

Постояв немного, почувствовал, что дрожат ноги и, благо, что было к чему прислониться, сполз спиной по стволу берёзы. Ирма уже успокоилась, но её уши как локаторы то и дело дёргалиь из стороны в сторону. Посмотрев на меня, уселась рядом, прижалась к плечу. Погладил собаку не так для неё, как для себя, приходя в нормальноле состояние, но когда поднял глаза, упёрся взглядом во внимательные глаза майора. Тот, как я понял, уже долго рассматривал меня немигающим взглядом как какой-нибудь удав, перед тем как сожрать. Но гипнотизировать меня, дело пустое – вот не поддаюсь чужому внушению, что поделать. А то, что Иванович пытался воздействовать на меня, было видно по его лбу, покрытому мелким бисером пота. Что ж, смотри сколько хочешь… Сначала выматерился про себя в его адрес, потом рассмеялся. Наверно, увидев на моём лице неожиданную улыбку, мужчина отреагировал мгновенно.

- Смешно? Странная реакция для новичка.

- Смешно не от ситуации, в которой оказался, а от Ваших бесполезных потугов. Прекратите, господин майор. Зря стараетесь. Не получится у Вас ничего, только время теряете.

- Господин майор? Не товарищ? Оговорились или сказано специально?

- Какая разница? Хотя, если обидел, извиняюсь. Время сейчас такое, что товарищи остаются только в узком круге. Для меня это почти друзья, но никто не дотягивает до внутреннего понятия друг, а остальные, тем более малознакомые... Скорее господа. Как там у Успенской?(Вот крутилась у меня в голове её назойливая песня.)

И я негромко пропел последний куплет и начал припев, который здесь и сейчас звучал ну уж очень двусмысленно и вполне символично.

- Равнодушен Господь, как крупье,

И напрасно молить Его

Проигравшим о милости.

Здесь на нашей земле, на зеленом сукне

Вдоволь места, чтоб всех

Обеспечить могилами.

Господа, ставки сделаны…

Тут меня прервали.

- Красиво, но почему не начали сначала? С первого куплета?

Я усмехнулся. – «Если б ты был понятным для меня, майор, может быть и начал бы сначала. Там как раз говорится о развале империи», - но сказал совсем другое.

- Не хотел оскорбить своим пением ранимую душу работника госбезопасности. Кто знает, как Вы воспримите ТЕ слова.

- Ну да… - Алексей Иванович отвернулся и посмотрел туда, куда стрелял, но промолчал, ничего больше не добавил и вновь наступило молчание. И только минут через пять я, не поднимаясь, всё так же сидя у берёзы, задал вопрос о дальнейших планах.

- Планы? – казалось, заданный вопрос прервал его размышления. – План один – возвращаемся к исходной точке, к машине. ЗДЕСЬ больше делать нечего. Хотя… давайте обойдём ельник, надо посмотреть что там.

Он не договорил, но я понял, что хотел майор – посмотреть на место, куда он стрелял. Ну, раз надо. Встал и пошёл. Майор за мной. Обошли, правда, по большой дуге, посколько перед нами опять была огромная лужа воды.

Я прикинул направление и остановился. Показал рукой, где мы были раньше.

- Мы были там. Звук шёл приблизительно с этого направления.

И вновь майор приказал мне оставаться на месте, а сам как собака пошёл описывать круги, иногда нагибаясь и что-то внимательно рассматривая у себя под ногами.

- «Зря ищет», - Виски был тут как тут. – «ТЕХ было двое. Маленькие ещё. Не могут полностью обратиться, на это способны только взрослые. Но майор попал в одного из них, правда, даже не ранил, едва задел. Хочешь бонус? Справа от тебя, на сломанной ёлке. Посмотри, только не бери в руки».

Как же не бери. Посмотрев в указанную сторону, заметил небольшой клок шерсти на маленькой сломанной ёлочке. Достал из кармана платок и, накинув на клок, аккуратно замотал в комок и сунул в карман куртки, удивившись, что шерсть не серая, а рыжеватая.

- «Старшо́й! Ты хоть иногда способен воспринимать мои слова всерьёз?» – Виски, как мне показлось, был в бешенстве. – «Хочешь, что бы Ирма в тебя вцепилась мёртвой хваткой? Ты точно ненормальный. И как жив до сих пор, не пойму. Удивляюсь твоим поступкам. Скажи, на кой тебе этот клок? Оставить на память? Так не выйдет – часа через два всё это расползётся в вонючую кашицу. К тому же шерсть без носителя – практически готовый сильнейший яд для любого живого организма. Ты хоть ЭТИ слова можешь принять всерьёз? Да ну тебя... Думал, рядом со мной разумный человек, а на деле»…

- «Себе не оставлю, успокойся. Отдам майору, только не здесь и не сейчас. Чуть позже, у машины, а то поиски затянутся на неопределённое время, а я уже домой хочу. Надо же гэбэшнику хоть что-то подержать в руках после этой прогулки, а то три патрона истратил, а результата нет. Гильзы ведь потом искал, все подобрал для отчёта. А тут такой презент, практически даром. Думаю, мне зачтётся, а нет… и ладно.»

- «Я предупредил, а ты поступай как знаешь». – Кажется, он ещё чуть слышно добавил «бестолочь», но это мне могло и показаться - собакин вновь исчез из сознания.

Вскоре майор вернулся и убрал фотоаппарат и блокнот, что вновь были у него в руках, в рюкзак. Судя по его ухмылке, что-то всё-таки обнаружил, но поделиться информацией со мной, конечно же, не посчитал нужным.

- Я здесь закончил. Возвращаемся. Если можно, кратчайшим путём.

- Как скажете. Кратчайшим, так кратчайшим.– И я специально повёл майора напрямую через лес, хотя метрах в ста слева была широкая такая тропа…

Надо сказать, позже несколько пожалел о том, что сделал, но получил огромное удовольствие от вида майора, когда мы вышли из леса – заляпанный до пояса грязью и мокрый до нитки, потому что хмурое с утра небо немного помогло мне отплатить за потребительское отношение – полился мелкий холодный дождь. В городе, под зонтиком, его можно было бы и не заметить, но в лесу, когда даже слегка задеваешь ветви деревьев, сверху льёт хорошо. Тем более что я шёл первым, иногда специально провоцируя водные ванны идущему сзади. И каждый раз из-за спины слышал тихие ругательства. Вскоре майор просёк мои действия и увеличил между нами дистанцию, но всё равно досталось ему прилично, вот не ходок он был по лесу. А когда вышли на тропу, пришло понимание, что хулиганил зря – у моего компаньона по прогулкам в машине была сменка, а вот у меня, увы, её не было, правда, непромокаемая куртка и вовремя накинутый капюшон помогли. Ноги остались сухими, лишь брюки промокли, да и то только спереди, на коленях. Ирма, которую почти сразу спустил с поводка, хоть и носилась вокруг, но, на удивление, тоже почти не вымокла.

Остановился и подождал, когда майор меня нагонит. Показал тропу, на которой стоял.

- Возвращаемся чуть иначе, но метров через триста выйдем на ту дорогу, по которой заходили в лес. До станции прогулочным шагом максимум минут сорок. Мы, кстати, уже два с половиной часа ходим по лесу, не два, как договаривались, а ещё возвращаться…

Мои слова, высказанные в виде претензии, не были восприняты никак, поэтому, повернувшись, вновь зашагал вперёд, но почти сразу услышал какой-то писк и Алексей Иванович, окликнув меня, притормозил.

- Подождите минуту. – Майор вновь сбросил с плеч рюкзак и достал небольшую рацию, которая, как понял, и была источником странного писка. Мужчина отвернулся и даже отошёл метров на десять дальше, что бы мне небыло слышно, о чём шла речь. Когда вернулся, я на его лице впервые увидел улыбку, но причиной радости не поинтересовался, а задал вопрос, на который хотел услышать ответ ещё там, глубоко в лесу, в паре километрах отсюда.

- Можете ответить на пару вопросов, пока вокруг никого нет? По кому Вы стреляли и ещё. Вы способны воспринимать чужие мысли? Экстрасенс?

Майор ничего не ответил, бросив на меня непонятный взгляд и, словно он тут был один, пошёл по дороге. Пришлось догонять, точнее, я шёл в паре шагов сзади. И лишь когда мы вышли уже на нормальную лесную дорогу, ведущую к посёлку, майор неожиданно остановился и повернул ко мне лицо.

- Олег, а надо ли знать все подробности? Как там у классиков? От многих знания многие печали?

- Классиков? – я непроизвольно хмыкнул, что не осталось без внимания. – Считаете тех, кто написал библию, классиками? Ну-ну. Не обижайтесь, Алексей Иванович, но если пытаетесь цитировать, это надо делать дословно, потому что выброшенные не по умыслу, а по незнанию слова часто искажают смысл оригинала.

- Забавно такое слышать в свой адрес, – лицо майора исказилось в усмешке и он тут же поправился. – Библия. Книга Екклесиаста. Хотите дословно? Пожалуйста. «И предал я сердце моё тому, что бы познать мудрость и познать безумие и глупость. Узнал, что и это – томление духа, потому что во многой мудрости много печали и кто умножает познания, умножает скорбь.» Конец цитаты. Удовлетворены?

Я с удивлением смотрел на мужчину, который сейчас открылся передо мной с иной стороны. Если честно, удивил. Вот не думал, что майор КГБ дословно процитирует отрывок из Библии.

- Браво. Удивили.

- Вы бы видели сейчас своё лицо, Олег, - майор вновь усмехнулся. – Это было не удивление, шок. Ведь по Вам - в голове всех офицеров – одна извилина, и то от фуражки. Верно?

- Несовсем. Такое можно сказать об армейских офицерах, да и то не обо всех. Многие из них вполне образованные люди. Что касается офицеров КГБ, тут несколько иной расклад – в их головах явно должно быть несколько больше серого вещества, чем у остальных. Хотя, не скрою, удивили. Приношу извинения за ранее высказанные претензии по поводу цитирования.

- Принимается. Что касается заданных вопросов, не думаю, что мне сейчас стоит с Вами делиться информацией, которая находится под грифом «совершенно секретно». Вы же не хотите потом бегать по инстанциям, заполняя кучу формуляров о нераглашении? Поэтому Вас и не гружу, думаю несколько дальше сегодняшнего дня.

- Забавно в очередной раз слышать молодёжный лексикон. Ладно, Алексей Иванович, не желаете делиться, не надо. Да… а если баш на баш? Ну, Вы мне минимум информации, а я Вам подарок из леса?

- В смысле «подарок»? - лицо у майора заострилось и он посмотрел ТАК, что по моей спине пробежал холодок. – Давайте без условий. Лучше будет для всех сторон. Что Вы там нашли? Давайте. – И перед моей грудью оказалась перевёрнутая вверх ладошкой рука.

- Не интересно с Вами, честное слово. – Хоть и планировал отдать позже, но мой язык меня в очередной раз подвёл, а отягиватьсмысла не было. Достал из кармана платок и протянул Алексею Ивановичу. – В паре метров от меня висело на сломанной ёлочке. Платок чистый, свежий сегодня взял. Даже разрешаю его не возвращать.

Майор меня уже не слушал. Аккуратно и медленно, словно был сейчас сапёром и работал с какой-нибудь хитрой миной, развернул платок и, приблизив к носу, понюхал. Затем, держа в вытянутой руке платок, поочередно меняя руки, скинул рюкзак и, достав оттуда маленькую стекляную банку с крышкой, поместил всё внутрь и, закрутив со всей силы крышку, засунул ёмкость в наружный карманчик рюкзака. Поднял на меня глаза, но я не стал дожидаться очевидных вопросов, сам стал говорить.

- Запах еле ощутим, пахнет зверем. Не буду утверждать, но шерсть принадлежит скорее лисе, чем… Сами поняли... Крови вокруг не видел, да и Ирма вела себя на удивление спокойно. В ином случае было бы по-другому.

- И как же было бы? – майор смотрел на меня как-то уж очень странно, словно увидев перед собой совсем незнакомого человека.

- Собаки на ТЕХ реагируют неосознанно с ярко выраженной агрессией. Тем более, если бы рядом была хоть одна капля крови. Посколько Ирма вела себя нормально, и делаю соответствующий вывод. Когда забирал шерсть, её привязал к дереву, к месту подходил один.

- Откуда такие познания, молодой человек? Кто был наставником? – вопрос был задан холодным тоном, от которого мне неожиданно стало не страшно, смешно.

- Наставник? Забавный вывод. Газеты читаю, журналы, а там много чего написано. Вот и остаётся кое-что в памяти и всплывает в нужный момент.

- Ну да, в нужный момент всплывает, - майор опять впал в какое-то странное состояние, повторяя мои слова. – Журналы, газеты читает… Много чего написано… - Он затих, так и сидя на корточках у раскрытого рюкзака. Даже глаза закрыл. И снова возникло молчание, но мне уже насточертело находиться рядом с человеком, то и дело впадающим в созерцательное состояние. Ладно бы гдё-нибудь в более подходящем месте, но не в лесу под дождём, который, как я заметил, усилился.

- Да, идём, конечно. Время уходит, – майор, очнувшись, подскочил и, рывком закрыв молнию на рюкзаке, рванул по дороге к посёлку, как мне кажется, снова забыв, что он не один.

Я следом бежать не стал, продолжал двигаться спокойным шагом, поэтому и стал свидетелем забавной ситуации, когда с двух сторон дороги из кустов перед майором выскочили однообразно одетые мужчина и женщина, которую я, хоть и с трудом, но узнал. Да, Василиса свет не знаю кто, в обтягивающем чёрном комбинезоне сейчас выглядела потрясающе. Я б сказал сногсшибающе. Кажется, даже рот открыл от восхищения. Красотка, каких мало. И почему я её фигуру не разглядел в подробностях в прошлый раз? Может из-за её неприязненного отношения ко мне?

- «Слюни-то подбери. Не по тебе эта су… девушка.» - Моя вторая половинка всегда не упускала возможности поддеть. – «Хотя согласен, фигурка что надо. И грудь, которую ты осуждал, не такая и маленькая. У неё всё гармонично».

- «Помолчи, а?» - не сдержался, силой воли загнал собакина куда подальше, который в данный момент мешал услышать, о чём шёл разговор. А он был интересным до поры, пока майор, не сдержавшись, к моему удивлению, неожиданно повысил голос на девушку, что в этот момент радостно докладывала, что задержание подозреваемых произошло успешно. И только когда Алексей Иванович, как я сказал, повысил голос, те, кто встречал майора, заметили, что он-то не один на дороге. Хотя, как по мне, это был явный прокол в их подготовке и работе. Понятно, что дорога в этом месте делала поворот, и из-за деревьев и кустов меня могло быть не видно, но зачем орать-то на весь лес?

Трое замолчали и только когда я подошёл ближе и поздоровался, кажется, до девушки дошло, как всё выглядело со стороны. К тому же, посколько докладывала именно она, а не её напарник, явно была в этой паре старшей.

- Добрый, день, - поздоровался с незнакомцем и, вежливо, чуть склонив голову, поздоровался уже с девушкой. – Доброго дня и Вам, Василиса. Комбинезон Вам к лицу. Идеально подходит для Вашей великолепной фигуры.

Выслушав мои диферамбы, кинула в ответ ТАКОЙ бешеный взглд, что я понял одно - хорошо, что здесь, кроме нас двоих, есть ещё люди. В ином случае она меня тут и закопала бы, но вместо этого неожиданно покраснела до корней волос и, со всей силы сжав кулаки, силой воли заставила себя кивнуть в ответ.

- Здравствуйте, - с запозданием ответил парень, который был моим ровестником, ну, может года на два старше. – Вы… кто?

Я чуть не заржал вслух от этого вопроса. Каждый раз, когда сталкивался с представителями Конторы, мне не переставали задавать этот идиотский вопрос. Хотел уже ответить, что местный леший, собаку с майором выгуливаю, но, к сожалению, Алексей Иванович меня опередил, явно заметив на лице идиотскую улыбку и, уже немного узнав, что я из себя представляю, понимал, что сейчас присутствующие услышат очередной перл.

- Мой проводник, - остановил дальнейшие вопросы майор. – Ему прошу никаких вопросов не задавать. Подробности потом. Посты, оцепление сняли?

- Так точно, - Василиса довольно быстро пришла в себя и сейчас являлась образцом исполнительного подчинённого. – Идёт поэтапная погрузка в машины. Бо́льшая часть сотрудников уже уехала. Наша пара специально задержалась на случай непредвиденной ситуации и в случае необходимости оказания экстренной помощи.

- Ясно. Тогда возвращаемся на станцию.

И вновь майор шёл впереди, за ним, быстро перебирая ногами, двое встречавших, а я, как и прежде, продолжал идти нормальным шагом. Потом, правда, решив погулиганить, не пошёл за остальными по дороге, а свернув, напрямую через лес добрался до железной дороги и, перемахнув через полотно, вышел на автомобильную дорогу и на вокзал пришёл минут за пять, как там появилась троица. Они, между прочим, так ни разу и не оглянулись, что бы удостовериться - иду я за ними или нет. Но свой финт ушами сделан был не напарасно – надо было видеть, как у майора медленно отваливается челюсть, когда он заметил меня, сидящего на болрдюре у его машины. Аналогичное выражение было и у Василисы с напарником, когда и те меня подошли ближе. Смешно, но майор, как мне показалось, снова был готов впасть в прострацию от непонимания ситуации, но ему это просто не дали сделать – навстречу чуть ли не бегом рванули двое, что выскочили из автобуса, который стоял рядом с Волгой, а потом моему визави и вообще стало не до меня. Кончилось же всё довольно грустно. О нас… просто забыли – все расселись по машинам и уехали, оставив меня с собакой сидеть на площади у станции.

Не буду обманывать, просидел так ещё минут двадцать-тридцать в надежде, что кто-нибудь да вернётся, а потом, плюнув про себя на особенность комитетских обещать, но не выполнять сказанного, купив билет, сел на электричку и через двадцать минут был на ближайшей от питомника станции. Благо телефон-автомат там был и, позвонив начальнику, Василию Васильевичу (повезло, что тот был на месте), объяснил ситуацию и, объяснив где нахожусь, попросил прислать за нами машину. Ехать на рейсовом автобусе до школы ну уж совсем напрягало. Была, правда мысль, пока ехал в поезде, заявится с собакой домой, но как подумал, что завтра в любом случе надо будет тащиться в питомник, желание исчезло.

Мой майор оказался человеком дела и слова, не то, что тот, конторский. Вскоре за нами приехал один из уже знакомых кинологов, так что до школы я с Ирмой добрались вполне комфортно. Довёл девочку до её вольера и, потрепав, попрощался. Кажется, собака сегодня уже не так печально смотрела мне вслед. Я чувствовал, что у неё было одно желание, как, если честно, и у меня – завалиться спать. Только я ещё мечтал и о ванной, а уж потом в кровать... Посидел с полчаса у Васильевича в кабинете, где он меня напоил крепким горячущим чаем, вдобавок угостил толстенным бутербродом, а я ему в качестве благодарности вкратце рассказал о наших гуляниях по лесу. Естественно, без подробностей, хотя мне никто ничего рассказывать не запрещал. Сам сообразил, что мелкие детали лучше опустить. Свёл всё к тому, что попали на учения конторских, а мы, в принципе, вообще там были не нужны. Так, взяли для подстраховки. Майор, конечно же, понял, что я рассказал не всё, но с вопросами не лез, хотя не раз матернулся по поводу моего возвращения домой, пару раз буркнув, что порядочные люди обещанное всегда выполняют. Тем более, перед посторонним человеком. Я, в свою очередь, заметил, что будь я своим или, как говорят, «смежником» (это конторские так называли милицию), отношение было бы совсем иное. Василий Васильевич покивал, соглашаясь, а вскоре посадил меня в машину, которая ехала в город с очередным экипажем из водителя, кинолога и пса. Парни довезли меня почти до самого дома, сделав приличный крюк, а уж пройти одну остановку общественного транспорта смог сам.

Дома меня ждал припозднившийся обед. Мама как чувствовала (а может и чувствовала, мамы ведь такие), когда я вернусь домой и не успел переодеться и вымыть руки, всё уже стояло на столе. Когда понял, что больше в меня ничего не поместится, быстренько вымыл посуду и, как и планировал, завалился в комнату к маме, лёг на диван и мы проговорили почти до позднего вечера. Узнав, что завтра я никуда не собираюсь, моя роднуля была счастлива. Ничего не сказала, но я всё видел на её лице.

Ужинать почти не ужинал, в обед явно переел, но хоть и хотел спать, проигнорировать горячую ванну не мог. Включил воду и пошёл разбирать диван, что бы потом сразу юркнуть под одеяло. И когда уже вышел из своей комнаты в коридор, зазвонил телефон, а он стоял именно в коридоре. А что, удобно. Витой шнур длиной метров десять и кому надо было поговорить, тот утаскивал в свою комнату. Чаще мама, чем я. Мне на работе телефонных звонков хватало более чем.

Поднял трубку, уже понимая, кто мог звонить. Оказался прав, но к мое5му удивлению звонил не майор, Василиса. Она напряжённым голосом пыталась что-то объяснить, вроде даже был намёк на извинения, но вот не было желания разговаривать с этой хоть и необычно красивой, но совершенно чужой девушкой. Прервав её на полуслове, спокойным тоном объяснил, что один обман можно принять за случайность, но два – это уже закономерность, а посколько не считаю себя ни чем обязанным Конторе, прошу меня больше не беспокоить ни по каким вопросам... С той стороны наступила тишина, а я, предупредив, что в следующий раз мой ответ на звонок будет более грубым, пожелал всего доброго и повесил трубку, а потом, предупредив маму, вообще вытащил вилку из розетки, что бы ни у кого не возникло желания звонить мне посреди ночи. А далее… Ванна, в которой я отмок, внутренне согрелся и окончательно пришёл в себя, прокрутив пару раз сегодняшние приключения от начала и до конца и потом, по-быстрому вытеревшись, юркнул под одеяло. Лёг и мгновенно отключился… Не помню, вроде Виски о чём-то серьёзном хотел со мной поговорить, но я уже был никакой и, отогнав его как назойливого комара, провалился в сон без сновидений.

* * *

Следующие пару недель прошли в обычном рабочем порядке и уже в конце ноября, приехав в субботу в питомник, меня не то, что не пропустили через «вертушку», а новый охранник вообще изъял мой пропуск, вынув из папки и показав мне приказ по школе, где казённым языком было написано, что я, как вольнонаёмный сотрудник, уволен. Просьбу пригласить кого-нибудь из начальства проигнорировали. Продолжать стоять на проходной было глупо, поэтому вышел на улицу, чувствуя, как на меня накатывает злость и обида от несправедливости. Ладно б хоть раз получил какую-нибудь оплату за работу, но ведь так и не решился поговорить с Василием Васильевичем, директором школы, по поводу материальной оценки своего труда… Взяли и… пнули пинком под зад.

Постоял минут десять, оглушённый новостью и сознание ошпарила мысль об Ирме. А она как без меня? Через несколько минут вновь немного успокоился - а что делать, коль собака не моя… Тяжело повздыхав, развернулся и пошёл к остановке автобуса, а ещё через пару минут все непонятки разъснились, когда меня догнала одна из служебных машин и оттуда, наперерез, рванул знакомый кинолог.

- Постой, Олег.

Голос был знаком, поэтому невольно остановился и поднял голову.

- Привет, Саш.

С этим человеком мы пару раз разговаривали и мне он показался вполне вменяемым. Даже доброжелательным.

- Не пустили? – Мужчина отвёл глаза, показывая всем видом, что в курсе событий.

- Да. Новый охранник продемонстрировал приказ, где написано, что в моих услугах больше не нуждаются.

- Не только в твоих. – Александр сплюнул себе под ноги. – Сверху спустили новое штатное расписание, так что даже двух официально оформленных кинологов уволили.

- Саш. – Я усмехнулся. – Штатных понятно, это зарплаты, премии, траты, а я ведь за всё время ни копейки не получил. Давай говорить честно – меня даже ни разу не накормили за все дежурства, что отработал. Считаешь это нормальным? Да ну их… - Я махнул рукой. – Ладно, всё, проехали. Уже не обижаюсь. Да и чего обижаться, когда, в принципе, я прекрасно понимал, что был на птичьих правах. Мне больше собаку жалко. Ирма ко мне привязалась, да и я к ней.

- Олег, так Ирмы больше в питомнике нет.

- Как нет? – Эта новость обухом стукнула меня по голове.

- А так. – Собеседник явно злился. Не на меня, понятно, на других. – В понедельник пришёл приказ о переводе четырёх собак в другое подразделение. Не буду утверждать, потому что не знаю точно, но разговор вроде шёл о конвойных частях. Меня не было в тот день в школе, парни рассказали, что выбранным собакам вначале дали снотворное, а потом погрузили в подъехавшую машину и всё, с концами. Сопроводиловки на них готовил Васильевич. Ты, между прочим, на Майора не злись. Он здесь совсем ни при чём. Ему сверху спустили уже готовый список, не предоставив выбора. Явно кто-то из комиссии, кто недавно приезжал, не только бухал, но и занимался делом. Знать бы только кто. Эти сволочи забрали самых лучших псов. Димон, кстати, тоже остался без напарника. Его Гошу тоже забрали.

- Что, спаниэль тоже будет служить в конвое? – Не смог удержаться, рассмеялся от услышанного. - Бред сивой кобылы.

- Не знаю, Олег, не знаю. Как по мне, эти действия - явное вредительство. Одно скажу – Майор орал и матерился ТАК, что все наши попрятались по углам. Тот и звонил кому-то и грозился вообще уволиться, но, видимо, его крики всем были до лампочки. Ну не будет его, назначат другого, делов-то. Так что руководство как могло пыталось отстоять собак, да и по поводу тебя там было отдельно сказано.

- В смысле? – меня эта фраза насторожила, но Саша понял, что сказал лишнее, постарался выкрутиться.

- Ну, наверное, не конкретно по поводу тебя, но в приказе было чётко определено, что бы в школе и питомнике работали только штатные сотрудники, мол, усилить режим. Потому такая хренотень.

- Ясно, Саш. Спасибо, что рассказал, что к чему, а то в голове крутилось много чего. Да, не подскажешь, если в курсе. Что было раньше – собак увезли или сверху получили приказ?

- Одновременно, Олег. По собакам и сокращению кадров – всё было в одном документе. Сам его не читал, но тот был в руках у майора, которым на общем собрании тряс перед нашими глазами, зачитывая особо важные пункты, а внутренний приказ по школе – это уже следствие, вынужденная мера.

- Ещё раз спасибо за информацию, хотя странно, что ни Васильевич мне не позвонил, ни Александр Викторович, его зам, с которым мы тесно общались и, я думал, были в нормальных отношениях. Знаешь, Саш. Сейчас в голову приходит одно – неспроста всё это. Меня убрали тихо и без проблем, а вот лучших собак вывезли потому, что вскоре из-за бугра может прийти большой и важный груз. И в безопасном пересечении границы заинтересованы именно те, кто наверху с этим завязан. Так что делай выводы – всё окончательно прогнило в этом царстве-государстве.

- Забавный вывод. - Мужчина ненадолго задумался. – А что, такое вполне возможно. Спасибо тебе за дельную подсказку. Я кое-кому шепну на ухо. Знаешь, не все ещё скурвились, остались нормальные и честные люди, хотя тех и меньшинство. Ладно, извини, мне пора.

- Беги, Саша. Удачного дня.

Мы с мужчиной слегка приобнялись и он побежал к машине, водитель которой уже пару раз бибикнул, мол, опаздываем. И, махнув роукой вслед, неторопливо пошёл к остановке, с запозданием подумав, что могли бы предложить меня подвезти…

* * *

Народа на дороге в ранее субботнее утро было мало, поэтому меня не то, что насторожило, скорее, привлекло внимание поведение трёх человек, двух мужчин и женщины, которые шли навстречу. Отметил краем сознания, что всё то время, что разговаривал с Александром, эти трое остановились вдалеке, эмоционально разговаривая между собой. Криминальных мыслей в голове по поводу незнакомцев не было, потому что тн были одеты более чем прилично, так что посторонился, давая пройти и был удивлён, когда люди не прошли мимо, а преградили мне путь, встав впереди полукругом. Один мужчина, что был старше, лет пятидесяти, неторопливо сняв перчатки, почему-то продемонститровал мне ладони.

- Извините, что приходится разговаривать, остановив Вас в безлюдном месте, но иного выхода у нас нет. Не бойтесь, мы не причиним Вам вреда, лишь просим уделить несколько минут.

Если честно, сердечко-то ёкнуло, так как от остановки до питомника было с километр и на всём пути не было ни одного жилого дома. Справа, правда, тянулся глухой бетонный забор какого-то предприятия, и по будням с проходной шли люди, но сегодня-то был выходной.

- Я не боюсь. – Постарался, что бы мой голос звучал спокойно. – Вопрос только, смогу ли я Вам помочь?

- Сможете, – уверенно заявила девушка, у которой нижняя часть лица была замотана толстым шарфом.

- Ну, если настолько уверены, о чём пойдёт речь?

- О Вашей поездке в Дибуны в начале месяца. - Мужской голос набатом загудел в моей голове. – В принципе, мы знаем, что Вы лично непричастны к похищению наших детей. Ни Вы, ни Ваша собака активного участия в этом не принимали. Нас интересует другая персона - Ваш спутник. Кто он и откуда?

Если бы сегодня ситуация складывалась иначе и всё было как обычно, может и промолчал бы или попытался уйти от прямого ответа, но сейчас чуть стихнувшая боль и злость от потери Ирмы выплеснулась наружу.

- Не знаю точно, по фамилии мне не представился, но явно сотрудник КГБ. Майор. Зовут Алексей Иванович. Более ничего о нём сказать не могу, разве что он…

- Телепат? – сквозь шарф приглушённо донёсся вопрос девушки.

- Не могу сказать да или нет, посколько в этом не разбираюсь, но некоторые его поступки и взгляды можно квалифицировать как относящееся к людям, обладающими паранормальными способностями.

- Как Вы сказали? К паранормальным? – мужчина чуть улыбнулся. – Надо запомнить это выражение.

- Не моё. – В свою очередь я тоже улыбнулся. – Сейчас полно газет и журналов, в которых все ясновидящие, менталы, другие, имеющие отклонения в психике, обладающие какими-то особенностями, отнесены к категории имеющих паранормальные способности. Туда же можно отнести полтергейсты, НЛО и контактёров с внеземным разумом.

Трое людей смотрели на меня как на сумасшедшего, переглядываясь между собой. Кажется, даже отступили на полшага, боясь, что я сейчас что-то выкину такое…

Я же, в свою очередь, с не меньшим удивлением смотрел на них, точнее, на их удивлённые лица. Складывалось впечателение, что они сказанного мной до этого момента вообще никогда не слышали. Не читают прессу, не смотрят телевизор и не слушают радио. Откуда в таком случае явились? С луны свалились? Ведь сейчас что ни газета, то всякие небылицы и новости с НЛО-шного фронта. Правда, старший из троицы пришёл в себя быстрее своих спутников и спросил как выглядит майор. Я описал его внешность как можно точнее, но через минуту перед моими глазами оказались две фотографии, где был запечатлён тот самый Алексей Иванович. Хотел было с запозданием спросить кто они такие, что распрашивают о сотруднике КГБ, но в памяти всплыли слова, что прозвучали пару минуть назад – «наши дети». Это родители? Знакомые? Получается, они тоже из ТЕХ?

- Вижу, пришло осмысление кто мы такие, - мужчина тихо прокоментировал мой «столбняк». – Да, Вы не ошились, мы… - Он неожиданно вздрогнул и слегка сменил тон. Теперь вместо властного, подавляющего волю, зазвучал ласковый, даже убаюкивающий голос. - Не буду вслух говорить то, что и сами поняли. Это он?

- Не могу утверждать на сто процентов, но похож. Скорее да чем нет.

- Ясно. Спасибо, что помогли. Обычно мы такого не говорим, но сейчас прошу прощения, что вынужден принять некие меры, что бы Вы никому не смогли сообщить о нашем разговоре.

В тоже мгновение его левая рука метнулась к моей голове, точнее, как я понял, к шее, но закончить действие он не смог - в паре сантиметров от горла с тихим всхлипом отдёрнув руку и дуя на неё, словно сильно обжёг. Даже присел, сунув покрасневшую руку в снег.

- Старший. Что с…

Вопрос девушки остался незаконченным, потому что молодой парень попытался повторить действие мужчины и, скорее всего, тоже ударить меня в горло. Но молодой человек даже не успел вытянуть руку – взвизгнул и, закатив глаза, спиной назад упал в сугроб.

- Илия, не прикасайся к нему. Это... – мужчина произнёс что-то, я не понял что, даже не слово, набор каких-то свистящих звуков, явно не принадлежащих к привычной человеческой речи.

Девушка, надо отдать должное, осталась стоять где стояла. В её голове сложилось всё, чему стала свидетелем, поэтому совершенно неожиданно для меня слегка поклонилась и чуть слышно задала вопрос.

- От лица Семьи приношу извинения за необдуманные поступки. Готова услышать степень наказания. Вы… (кажется, она не знала, как правильно ко мне обратиться, подбирала нужное слово) господин позволит оказать помощь брату и отцу?

В моей голове в эту секунду пронеслось много чего, но честно скажу, ничего путного. Всякая ерунда по типу «я выше их по происхождению»? Бред, да и только… Но выглядеть идиотом больше, чем был в тот момент, не хотел. Не ответил, лишь сделал пару шагов назад и показал рукой, что девушка вольна заниматься своими обязанностями. Постояв немного и понаблюдав за непонятными телодвижениями трёх человек, чувствуя, что уже замёрз, стоя на одном месте, а на улице было ниже десяти со знаком минус, шагнув вперёд и протянул руку, что бы коснуться плеча сидящей на коленях девушки, как та, словно видя затылком, невероятным тягучим движением отшатнулась и повернулась ко мне. Шарф она опустила и, честно скажу, я онемел от неожиданности – милое нежное лицо с обкусанными губами, сквозь порезы которых сочилась кровь и совершенно красные глаза, в которых зрачок вообще не просматривался. Странное сочетание – лицо удивительной красоты и… жуткие глаза.

- Хотел спросить, я могу продолжать свой путь? Вроде вопросы закончились, а на улице далеко не лето. У нас, как понимаю, впереди разные дороги и скажу так - не горю желанием испытывать своё терпение ещё раз.

Девушка от моих слов пригнулась, как будто ожидая, что я её ударю, но почти мгновенно её глаза приобрели нормальный вид и она, опустив голову ещё ниже, извиняюще произнесла пару фраз.

- У нас нет больше вопросов. Благодарим за то, что ответили искренне и… не стали наказывать. Спасибо Вам. Семья Вам обязана…

Ну что. Раз разрешили, я и пошёл. Неторопясь и даже не оглядываясь, хотя чего врать, внутри всё было натянуто до предела. Слушал, что происходит за моей спиной, да и знал, что если где-то там, сзади, по снегу пробежит даже собака, я её услышу, потому что у меня не только обоняние, а и острота слуха обострилась настолько, что… Блин, а почему я не слышу соседа?

- «Вспомнил, мля», – в голове раздался гул приглушённых мыслей Виски. – «Я охреневаю от тебя, Старшо́й. Блин, это ж надо… Вот так встреча. Лицом к лицу. Матёрые… Не буду утверждать, но эти трое явно не из одной семьи, что б они не говорили. Скорее представители или главы трёх самостоятельных Семей. Тебе повезло, что остался жив. Хотя… Сосед, а мои предположения подтвердились – ты не совсем человек, иначе бы... Сам подумай – почему тебя не смогли убить? Ведь и первый отточенный удар, и попытка второго, парня, были нацелены на твоё горло – самую уязвимую часть тела. Тем более, кроме свитера, она у тебя ничем не прикрыта. И били они не руками, а когтями. Зря, что ли, перчатки сняли? Это ты не увидел, а я заметил. И перед твоим телом, сантиметрах в пяти, его когти столкнулись с невидимой защитой. Которая, кстати, каждому их этих двоих ответила про-разному. Взрослому мгновенно руку обожгло, как будто тот сунул её в огонь. А младшему, так даже на расстоянии по нервной системе знатно прилетело. Его просто вырубило. Заметил, что тот, падая, голову себе разбил? Хоть и в шапке был? Кровушка была видна на снегу.»

- «Но ведь живой остался?»

- «Живой. Это вообще живучие твари. Их просто так в могилу не свести. Для того надо много учиться, да и тебе, если придёт умная мысль в голову, предстоит озаботиться поиском или изготовлением некоторых предметов».

- «Ты предлагаешь мне стать охотником на оборотней? Виски, блин, ты в своём уме? Забываешь, в какое время мы живём? Или вспомнил книгу Стокера? Так там не об оборотнях, о вампирах шла речь... Конечно, здорово, что у меня есть какая-то странная индивидуальная защита, и хорошо, пусть будет, а на большее я никогда не пойду. Даже не думай об этом. Забыли эту тему, хорошо? Что касается девушки, красивая чертовка. Только глазки подвели… Блин, её лицо теперь будет долго перед глазами стоять».

- «Ты что, в конец озабоченный? Как ни новая девка, для тебя писаная красавица. Сосед! Она при случае тебе бы горло порвала и спокойно пошла дальше, а ты… красавица... Слушай, знаешь, сколько ей может быть лет? Как восемнадцать, так и восемьдесят. Они ведь живут ОЧЕНЬ долго. Не забывай, это не люди.»

- «А обычнеых людей они могут обратить? Ну, что бы те тоже стали оборотнями?»

Ответа не было. Молчание продолжалось несколько минут и лишь потом мысль, полная не презрения, нет... скорее непонимания и удивления тому, что я оказался совсем не таким, каким меня представляли…

- «Мне даже трудно тебе что-либо объяснить. Сосед, не удивляй меня своим скудоумием и невежеством. Прости, других слов подобрать не могу. Это оборотни, не вампиры из книжек, которые одним укусом могут превратить тебя в такого же, как сами. Всё это вымысел писателей типа тобой упомянутого Стокера. Пора б тебе научиться разделять художественную литературу от жизни. Что касается ЭТИХ, они способны лишь мгновенно убить человека, но никак не превратить во что-то другое. Так что забудь эту девушку. Да, предворяя дальнейшие вопросы. Они могут жить в паре с обычным человеком и в таком союзе, бывает, рождаются дети, только вот какие дети? Могут быть нормальными, если мать оборотень, а если та человек, всё, как правило, заканчивается плохо, если только отец-оборотень своевременно не найдёт кормящую замену. Понимаешь о чём я? Так что повторяю, забудь эту девушку как страшный сон. Поверь, среди человеческого племени огромное количество девиц намного симпатичнее и они без генетических отклонений. Ложиться в постель с такой, это надо быть отмороженным на всю голову, потому что нельзя быть уверенным, что утром вообще проснёшься.»

- «Всё, закончили на эту тему, всезнайка. Кстати, откуда ты всё это знаешь? Ладно, потом расскажешь.» - Я немного разозлился на Виски из-за его менторской манеры разговаривать со мной. – «Теперь о другом. Хочу услышать твои мысли по поводу школы и Ирмы? Только коротко.»

- «Если коротко, то девочку жаль. Даже не знаю, что с ней будет. Что касется твоего, так сказать, увольнения, за всем этим явно стоят твои знакомые гэбэшники. Или первый, СС, или, вероятней, второй, майор. Тебя пытаются вывести из себя, испытывая на прочност характера и на стойкость и нервной системы. Вполне вероятно, что и постоянно наблюдают за тобой. Только для чего? Как мне кажется, стараются спровоцировать ституацию, что бы ты САМ начал искал с ними контакт и прибежал с просьбой помочь. Да, они помогут, им это нетрудно сделать, а вот ты останешься вечным должником. Не забывай - стоит попасть одному коготку, вся птичка сгинет с концами. Сам хорошо обдумай ситуацию. Как по мне, надо сделать морду кирпичом и жить так, как жил до последних событий. Глядишь, те сами не вытерпят, начнут ещё старательней подталкивать тебя к активным действиям. ТЫ, мой невольный друг, им для чего-то ОЧЕНЬ нужен. Только вот для чего - не знаю. Есть некие догадки, но их пока оставлю при себе. Захочешь пообщаться по этому вопросу, пожалуйста, но давай в спокойной обстановке. Я ведь сейчас тоже пытаюсь тебе помочь с контролем, трудно сосредоточиться. Кстати, прибавь шагу, а то на автобус не успеешь, слышу, как он едет.»

Глава 7. Думал об одной, но первой сделала ход Королева.

За неделю работы та встреча на пустой дороге стала если не забываться, то острота воспоминаний спала. Как я и предполагал, зная себя, лицо девушки частенько всплывало в сознании, но почему-то не с красными глазами, а с небесно-голубыми, которые были у неё от природы, но вот её необычное имя, сказанное мужчиной, напрочь вылетело из головы. Не знаю почему, но хотелось её снова увидеть. Без всяких пошлых мыслей, просто поговорить по-душам. Было в неё то, что зацепило – спокойствие и выдержанность. И, как в поговорке, к ночи не поминай чёртей, в конце рабочей недели, пятницу, в обеденный перерыв, зайдя в наше кафе, чтобы перекусить, за одним из столов увидел девушку, лицо которой так и не смог забыть. Она была не одна, судя по всему с подругой, но на меня никак не отреагировала – кинула мимолётный взгляд и всё, отвернулась, как будто не узнала. А может это была вовсе не она, просто очень похожа? К тому же сегодня увидел её совершенно необычный цвет волос – огненно-рыжая. Тогда, за городом, она была в шапке

- «Она это, она. И подруга её тоже из ТЕХ. Чувствую, как они, увидев тебя, напряглись. Ты только веди себя как обычно, не подходи и не заговаривай. Кстати. Вторая, тёмненькая, не простая. Обрати внимание, как у неё двигаются крылья носа. Словно пытается тебя почувствовать. Как мне кажется, Старшо́й, сегодня они решили разобраться с кем их свела судьба. Если ты необычный человек, это одно, а если тот, за кого тебя приняли, знаешь, мне самому будет интересно услышать вердикт. Думаю, сегодня всё узнаем. Ну не может быть такого, что бы они сейчас подхватились и ушли».

Забавно, Виски ошибся. Пока я у стойки делал заказ, девушки встали и ушли. Тут уж я не смог удержаться от подкола.

- «Что, мой друг, ошибочка вышла? Всезнайка проколося со своими прогнозами?»

- «Я не понял, что сейчас было», - как мне показалось, Виски был не удивлён, ошарашен. – «Прийти, что бы взглянуть на тебя и уйти? Нет. Что-то здесь не так. Ответь, а откуда они узнали где ты работаешь?»

- «А я что, прячусь? Если есть желание, это выяснить не так и сложно. Как, кстати, и где я живу.»

- «Не боишься, что тебя подловят в тёмном переулке и в этот раз поговорят уже более предметно?»

- «Виски, хватит сгущать краски. Кто я такой, что бы за мной устраивать охоту? Вечно ты не только себя накрутишь, а и меня стараешься убедить, что весь мир ополчился против нас. Может у тебя развивается мания преследования, если не величия?»

- «Хочешь меня обидеть? Не забывай, я – лишь часть твоего собственного мозга, отчасти сознания, которая хоть и мыслит автономно, но не способна действовать против воли владельца тела».

- « А ведь хочется, да? Думаешь, не чувствовал, как ты, когда я спал, поначалу пытался управлять телом? Было такое и не раз, сейчас не стоит оправдываться, тем более врать. Не знаю, для чего тебе это было надо, но толком ведь ничего не получилось? Пару раз сжал кисть руки и попытался согнуть в колене ногу. С рукой получилось, хоть и с трудом, а с ногой вышел облом».

Вместо оправданий последовала тишина и, как я чувствовал, Виски был ошарашен тем, что я поймал его на том, что делать было запрещено – мы изначально договорились, что тот не будет пытаться контролировать тело. И через секунду его сознание облачком исчезло в глубиназ мозга, давая возможность спокойно пообедать, тем более что подсели коллеги и у нас завязался интересный разговор. А позже вернулся на рабочее место. Делал неотложные дела, звонил, подписывал документы, но в голове всё равно крутилась мысль – цель появления на работе тех двух девиц. Одна другой хотела меня показать? Слежка? На кой хрен, когда можно просто подойти и поговорить. Поймал себя, что периодами выпадаю из реальности, поэтому постарался всё-таки сосредоточиться на работе.

После работы вышел на улицу и хотел было уже перейти на другую сторону улицы, что бы дворами пройти к метро, как заметил стоящих в паре метрах от меня незнакомок, тех самых, кого сегодня видел в кафе, но, какое совпадение, на противоположной стороне стояла, явно тоже ожидая меня, Василиса, правда, её жигулёнка поблизости не заметил. Остановился как вкопанный, не зная к кому подойти вначале, но мне не предоставили выбора – первыми подошли незнакомки.

- Добрый вечер, - бархатный голос принадлежал темноволосой, которая даже при морозе не стала ничего одевать на голову, демонстируя шикарную гриву волос цвета вороньего крыла. – Уделите нам несколько минут для разговора?

Не знаю, заметила ли мой жест гэбэшница, но я за спиной покрутил кистью руки, давая знак, что бы та немного подождала, не подходила и не встревала.

- После окончания которого снова попытаетесь избавиться от меня? Если прав, то смысл терять время? Давайте уж сразу. – И я, провоцируя, оттянул вниз ворот толстого свитера. – Ну?

- Зачем Вы так? – тёмненькая вроде даже обиделась. – Я не собираюсь причинить Вам вред.

- О как? Эти слова точь в точь такие, что слышал не так давно от отца Вашей подруги, а потом он всё-таки сделал то, что хотел. Точнее, пытался сделать. Да, забыл - он ещё посчитал правильнымоъяснить причину, можно сказать извиниться, прежде чем нанести удар. Удивительное благородство, не находите?

- В смысле? Не поняла.

- Проехали. Нет желания ничего объяснять. Потом спросите у подруги. Или кто она Вам, сестра? Хотя вряд ли, Вы не похожи. Из разных Семей?.. Всё-всё, спокойно. – Увидев, как две девицы напряглись, выставил перед собой руки в останавливающем жесте. – Послушайте. Я после работы. Устал и хочу домой, зачем тянуть время? Что Вы от меня хотите услышать? Давайте коротко и прощаемся.

Девушки переглянулись и тёмненькая задала очередной вопрос.

- Мы сеодня пришли, что бы задать лишь один вопрос – Вы кто?

Первое, что я захотел, это ответить грубо, мол, человек, и послать их далеко и надолго. Второе, этот дурацкий вопрос меня уже задолбал. Они что, слепые, не видят, кто стоит перед ними? Скорее всего, на моём лице промелькнуло что-то такое, что если не напугало собеседницу, то насторожило. Она, как мне показалось, даже чуть напряглась в ожидании ответа. Но, чёрт подери. Мой несносный нрав снова дал о себе знать.

- Кто я? Странный вопрос, не находите? Перед Вами человек с двумя руками и двумя ногами. Пол мужской. Голова одна и хвоста нет. Это для уточненеия. Кстати, Ваша подруга, с кем я имел возможность уже видеться, произвела на меня неизгладимое впечатление. В хорошем смысле слова. Своей красотой и рассудительностью. Сложись ситуация иначе, встреться мы в другом месте, попробовал за ней поухаживать, уж простите за откровенность. Как считаете, мои слова могут принадлежать НЕ человеку? Даже зная, кто эта девушка на самом деле? Может даже ошибаюсь и её внешний вид не совпадает с биологическим возрастом?

Тёмненькая с изумление выслушала меня, а потом, так повернулась к подруге, которая явно смутилась от моих слов. Что-то ей шепнув, вновь повернулась ко мне.

- Хотите поухаживать? Флаг в руки, только это будет не просто. ОЧЕНЬ непросто. Что касается возраста – ей двадцать. БИОЛОГИЧЕСКИ. – Девушка голосом выделила последнее слово. – Что ж. Мы так и не услышали от Вас ответа, но я не чувствую от Вас агрессии. Скорее симпатию, но понятно почему. И всё же попытаюсь ещё раз. Вы Смотритель или Наблюдатель?

Мне уже порядком надоела игра «скажи кто ты такой». Ну не знал я в самом-то деле кто я. И нет никого вокруг, кто мог бы мне это разъяснить. Я - редкий случай, даже, сказал бы, уникальный, а всем почему-то требуется чёткое определение. Какая–то жёсткая градация… Грубить не хотелось, решил ответил вопросом на вопрос.

- Скажите, а лично Вам не всё равно? Что изменится в Вашей жизни, если узнаете подробности? Живите, как положено, не нарушайте общепринятых законов и всё будет нормально. Вы ведь сами, как знаю, вышли за рамки дозволенного. Разве я не прав? В итоге получили то, что и следовало ожидать. Надо жить не по заветам предков, а по законам социума. Не можете, уезжайте отсюда как можно дальше. В лес, в тайгу. Там ни Вы, ни Вас никто не тронет, места много.

- Спасибо. Я поняла. – Тёмноволосая изобразила лёгкий поклон и, схватив под руку подругу, которая так и не произнесла ни слова, весь разговор простояв с лёгким румянцем на лице, с силой потащила от меня подальше.

Не знаю, что такое услышали от меня, вроде сказал что думал, да и вообще банальность, но девушки рванули от меня на всех парах, как будто от всё увеличивающегося расстояния зависела их жизнь.

Хмыкнув, проводив глазами незнакомок, повернулся и… Василисы на другой стороне улице не увидел. В голове мелькнула мысль, что та обиделась, может вообще приревновала, но от такой нелепости даже чуть слышно рассмеялся. Ну да, приревновала эта ледяная королева, как же. И непроизвольно шарахнулся, когда мне сзади положили руку на плечо.

- Неплохо, - услышал спокойный голос. – Уход вправо вниз со скольжением, а что дальше?

- А дальше, - я повернулся к девице, которая стояла с лёгкой усмешкой на губах. – Если не вижу прямой агрессии, просто посылаю далеко и надолго. Если мне память не изменяет, Вы уже раз выслушали что я сказал. Забылось? В принципе объяснимо – короткая память есть неотделимая черта всех молодых и красивых девушек.

- Спасибо за комплимент, но я забывчивостью не страдаю, – лицо Василисы ни на каплю не изменилось. – Я помню всё, что ты мне сказал.

- О, мы уже на ты? С каких это пор? – Не сказать, что меня обидело тыканье, но очень уж хотелось выбить эту ледышку из её олимпийского спокойствия. – Не вижу причин изменять стиль общения, поэтому попрошу обращаться на Вы.

- А если ты мне понравился как парень? Как мужчина? Если мне хочется познакомиться с тобой ближе?

Я постарался ответить её же тоном.

- А если мне это не надо? Если не горю желанием общаться с девушкой, которая произносит слова вынужденно, как понимаю, из служебной необходимости?

Кажется, пробная «стрела» пробила броню девицы. Чуть-чуть, но я добился своего, Василиса, как мне показалость, чуть растерялась от моей реплики.

- Ты что, не веришь в искренность моих слов?

- Не верю. Извините, но давайте заканчивать словесную игру. Нет никакого желания стоять на морозе на улице и попусту тратить время.

- Попусту? – вот сейчас, кажется, я «пробил» чуть глубже. Глазки-то сверкнули от гнева. Или от обиды, не понял, но такое не сыграть. Ну не была готова ледяная королева принять, что я её, мягко говоря, посылаю. Это ж какой удар по самолюбию. Но, надо отдать должное, быстро пришла в себя, вернув невозмутимый облик. – Молодой человек, не хотите пригласить девушку в кафе?

- Может сразу домой? – я уже стал откровенно издеваться. – Так вроде наверняка в курсе, я не один живу. Тут, увы, облом. Если только к Вам.

Глаза собеседницы сузились и я уже был готов, что мне сейчас прилетит вполне справедливо заработанная пощёчина, но нет, ожидание не оправдалось.

- Я не настолько ветреная, что бы после первой встречи идти к малознакомому мужчине домой.

- Приятно слышать. А я, в свою очередь, увы, не настолько хорошо воспитан, что бы без раздумий вести малознакомую девушку в кафе, заранее зная, что в дальнейшем мне ничего не светит. Более того, даже приглашение в кафе исходит не от меня, от девушки. Странно, не находите? Ладно, давайте заканчивать словоблудие. Что Вы хотели?

- Я тебе совсем не нравлюсь? – Василиса продолжила тыкать и я непроизвольно сморщился. Ну, правда, её фамильярность меня стала уже доставать. – Я что, хуже тех девиц, с которыми ты общался, как заметила, намного любезнее, чем со мной? Скажи, в конце концов, чем я провинилась перед тобой, что разговариваешь со мной в таком тоне?

Вот теперь эмоции потоком вырвались наружу и, вполне вероятно, я хоть на секунду, но увидел НАСТОЯЩУЮ Василису. Губки-то задрожали, хотя в голове крутились и другие мысли – всё это могло быть игрой, но, судя по лицу, сейчас «не играла», в самом деле на меня обиделась.

- Внешний вид человека может быть приятен для глаз или нет. Для меня же большей частью важнее то, что внутри. Вы для меня непонятны. К тому же понимание, где работаете, сводят на нет все Ваши слова. Простите, не верю. Ни словам, ни эмоциям. Даже те слезинки, что попытались выдавить из глаз, не искренние. Театр, одним словом. Повторяю вопрос – что Вам от меня нужно? Если не услышу в течение пары минут, вынужден буду попрощаться. Домой, знаете ли, хочется. Туда, где меня любят и ждут.

- А девушки у тебя, значит, нет. Как я и думала, – протянула Василиса. – Иначе фраза была бы постороена иначе.

- Психологический разбор? Ну-ну. Почему нет девушки? Есть, - слукавил я. – Но делиться личной информацией с чужим человеком не считаю нужным. Мы вроде всё между собой обговорили, раз перешли на личные темы? Тогда хорошего вечера, Василиса.

Я повернулся и, кинув взгляды влево-вправо, перебежал улицу, нырнув в проходной двор, как и много других людей, знающих короткий путь к метро. Заметил только, что девушка осталась стоять на месте и, как мне показалось, в её глазах блеснули слёзы, а губы были плотно сжаты. Сейчас она была по-настоящему расстроена, но вопрос – из-за неудачно сложившегося разговора или из-за того, что поставленная ей руководством задача приблизить меня осталась невыполненной? Но разве не понятно, что подобным наскоком нельзя расположить к себе человека? Подобным образом можно добиться одного – что бы тебя откровенно послали. Странно, что девица, приблизительно моих лет, до сих пор этого не понимает.

Пока ехал в метро, в голову приходили разные мысли. Даже мелькнуло, что может зря я так с Василисой, но вот не поверил я, что у девушки появился интерес к моей персоне. Вспомнил её взгляд тогда, в первый раз, у дома, когда меня за секунду оценили, взвесили и дальше смотрели уже как на пустое место. Больше заинтриговали две других. И что такого извлекла из моих слов черноволосая, что её лицо внезапно осветилось пониманием, и они побежали от меня сломя голову? Хотя, если сравнивать, ТЕ проигрывали гэбэшнице во всём – в красоте, стати, но, как ни странно, были более человечные, что ли… Да, забавно, что мой сосед по голове сегодня не оборонил ни единого слова, не влез с критикой и советами, но что присутствовал – я ощутил. Дёргать его не стал – захочет, сам подаст знак. Но… не подал. Ни сегодня, ни в ближайшие дни.

* * *

Неделю ничего не происходило, если не считать, что в продуктовом магазине, в который зашёл на следующий день, столкнулся с Василисой. Да не с ней одной, а как понимаю, та была со своей мамой. Почему так решил? Так женщина была копия моей знакомой, только этак лет на тридцать старше. Даже цвет волос был один, русые, и причёски одинаковы, не говоря о фигурах. Я не стал подходить ближе, здороваться, лишь столкнувшись взглядами, чуть склонил в приветствии голову, чем, видно, смутил Василису. К несчастью, её маман тоже обратила внимание на моё движение и, наклонившись к дочери, что-то спросила, но, что было дальше, не знаю – занялся тем, за чем и пришёл в магазин. Только по дороге к дому вспомнилось, что мне было сказано про телефону - живёт девушка недалеко от меня, а крупный универсам в микрорайоне был один.

А уже перед самым Новым годом, дня за три, когда в обеденный перерыв вышел перекусить, в кафе сразу же наткнулся взглядом на скучающую за чашкой кофе девушку. Та явно поджидала, что бы со мной поговорить. Не знаю, что она увидела на моём лице, но, кажется, я помимо воли улыбнулся. Не ей, своим мыслям – это ж как ИХ подпирает, что за меня взялись так плотно. Ну не верил я, что у такой неординарной девицы в голове имелось что-то кроме аботы. Забавно было наблюдать, как большинство мужчин искали глазами её взгляд, но никто так и не рискнул подойти познакомиться. Никто, хотя сегодня кафе было битком набито людьми, пока в кафе не зашёл Милий Николаевич. Методист, занимающийся духовыми оркестрами. Возрастом Милий был далеко за шестьдесят, но выглядел… Его все наши за глаза называли Графом. Не знаю, кто был у него в предках, но то, что генетика прослеживалась из высших слоёв ещё ТОЙ, царской России, было понятно с первого взгляда. Благородство в разговоре, правильная речь, осанка, поворот головы, взгляд… Даже не буду упоминать сколько от него «пострадало» прелестных девиц, которые попросту не могли устоять перед ТАКИМ мужчиной. Но это так, лирика. А в тот момент Милий, заметив за столом сидящую в одиночеству девушку, внезапно изменил направление движения и направился прямо к ней. Не став заказывать сейчас обед, взяв лишь крепкий кофе, проследовал по пятам за нашим Казановой, незаметно сев за соседний столик, который только что освободился.

Не буду пересказывать, что Милий Николаевич говорил Василисе, какие только не пел диферамбы, но на лице девушки ничего не дрогнуло. Она, казалось, даже смотрела сквозь мужчину, всем своим видом давая понять, что он ей не интересен. Так что обаяние мужчины, по-моему, впервые в жизни дало сбой.

Я сидел у него за спиной и тихонько ржал про себя, слушая сказочные обещания местного волшебника, но всему приходит конец и Милий сегодня обыграл сам себя, задав вопрос, есть ли у такой красавицы молодой человек, явно не муж, потому что не заметил кольца не «изящном пальчике». И снежная, нет, ледяная королева, так и не повернув голову, сделав маленький глоток кофе, негромко произнесла.

- Молодой человек у меня есть. Он в данный момент сидит сзади Вас и, по-моему, угорает от Ваших нелепых попыток запудрить мне голову. Олежка, может пора заканчивать этот балаган? Я, между прочим, что бы тебя увидеть, ехала сюда через весь город и сижу здесь уже довольно долго. Не забывай, я тоже работаю и мне вырваться гораздо труднее, чем тебе.

Милий обернулся и, увидев моё улыбающееся лицо, погрустнел.

- Да… Облом-с вышел. Повезло тебе, дорогой. Смог отыскать такую прелесть. Что ж, не буду мешать. – Встал и, галантно склонив голову, под насмешливыми взглядами посетителей кафе ушёл.

- Давай пересаживайся, - Василиса мягко улыбнулась. – Забавный человечек. Видно породу, это не скрыть. Из бывших?

- Сам о себе никому ничего не рассказывал, но, судя по всему, да. Потомок кого-то из высшей знати. – Я пересел и посмотрел в глаза девушке. – Вы, смотрю, кофе выпили. Заказать ещё?

- Спасибо, не стоит. Это уже третья чашка. Мне на сегодня хватит.

- Тогда вопрос – стоило ли приезжать?

- А если скажу, что это моё личное желание? Что мне просто захотелось тебя увидеть? Посмотреть на твою реакцию? Если не ошиблась, ты был рад.

- Начинается, точнее, продолжается последний разговор. Неужели я выгляжу столь наивным дурачком? Прекрасно понимаю, что у человека Системы очередное задание. Цель - охмурить или приблизить к себе. Смысл? Вот это и не понимаю, признаю. Прекрасно понимаю, что я кому-то нужен в той организации, где Вы, барышня, работаете, но, может, поясните? Ну не верю я в любовь с первого взгляда. Хотя не так. Верю, что человека можно если не полюбить, заинтересоваться, но и это не Ваш случай. Вы необычайно красивая девушка, которой внезапно стал интересен обычный парень. Конечно, я не урод и, как говорят женщины, более чем симпатичный, но рядом с Вами, увы, проигрываю по всем статьям.

- А не могут быть двое одинаковы. Один из них, как правило, проигрывает в одном, но берёт чем-то другим.

- Вы о деньгах? Увы, не тот случай. В родне миллионеров нет. Общественный статус? Тоже мимо. Меня даже в партию не взяли, сказали, что не дорос. Так что нет у меня ничего необычного. Если только…

- Именно. «Если только». Ты уникум, Олег и сам это знаешь. Не стоит корчить из себя бедного-несчастного. Если б у меня было такое обоняние, я, не раздумывая, отдала бы в обмен свою никому не нужную внешность.

- Неразумные слова, Василиса. Нос – дело капризное. Малейший насморк и всё, надолго выбыл из строя, а внешность - это внешность.

- Которую тоже можно легко испортить.

- Согласен. Если при необычайной внешности отсутствуют мозги в голове, это плохо, но у Вас, как понимаю, всё сбалансировано. Если не секрет, что заканчивали?

- Универ, психология и филология. Только не надо спрашивать как смогла одновременно учиться на двух факультетах. Смогла. Ответила на твой вопрос?

- Странно, что закончила филологический. Обычно у людей, занимающихся иностранными языками, со слухом всё в порядке, а у Вас явные пробелмы.

- В смысле?

- В прямом. Я просил не тыкать, но меня не услышали. Если не понятно, могу ещё повторить. Даже объяснить, почему так – неприятно когда мне тыкает малознакомый человек. Теперь дошло?

Лицо девушки пошло пятнами, но все эмоции она стойко сдержала внутри себя.

- Мы с тобой ровесники. Ты даже старше меня на три месяца и один день. И не буду скрывать – мне более приятно общаться с тобой, используя ты, а не Вы. Такой стиль обращения сближает, не ставит между нами искуственных преград.

- Красиво сказано, но я своё отношение уже высказал. Василиса, давайте ближе к делу. Что такого произошло, что Вы решили уже не на улице меня подкараулить, а на работу заявиться? Руководство приказало? Или что-то случилось совсем уж плохое?

Девушка, такое впечатление, меня вообще не слышала и не слушала, мои подколы пропустила без малейшей реакции.

- А я, в свою очередь, вновь хочу задать тебе тот же самый вопрос. Неужели я тебе совсем не нравлюсь? Ты постоянно меня отталкиваешь, держишь на расстоянии. Зачем, Олег? Я тебе противна?

- Как и что я могу судить о человеке, которого совсем не знаю? У меня лишь есть информация, что Вы работаешь в Конторе и живёте где-то недалеко от меня. На этом всё и заканчивается. Считаете, этого достаточно, что бы воспылать неземной страстью? А, чуть было не забыл. Теперь ещё знаю, что мы одногодки. Василиса, если у Вас всё так просто, чего тратить время на конфетно-букетный период, может сразу замуж за меня выйдете?

- Это предложение или неуместная шутка? – девушка, кажется, всем телом вздрогнула от моих слов.

- Почему неуместная? Вполне даже уместная. Причины только объяснил. Скажите, после трёх мимолётных встреч можно предложить выйти незнакомке замуж? Если посчитать все слова, которыми мы обменялись, набёрется в лучшем случае пара-тройка сотен. Как мне кажется, у Вас с чувством юмора плоховато.

- Юмор в данном контексте разговора вообще неуместен. Если же предложение было сделано всерьёз, отвечу – я согласна. Просто ты, дуралей, ничего не видишь дальше кончика своего носа. Ты вообще слепой, глухой и… ничего не чувствуешь…

С каждой минутой этого разговора я всё больше чувствовал себя отстранённым, смотрел на всё как бы со стороны. Точнее, наверно внешне и выглядел так, потому что в этот момент к девушке вообще не испытывал никаких эмоций и чувств. Понимал, что меня разводят как малолетку. Даже стало обидно, неужели меня действительно воспринимают именно так? Понимал, что верить в слова девушки глупо, тем более затрагивая столь серьёзные темы. Передо мной открывалось искусство лицедейства во всей красе, а я был лишьзрителем, который, при случае, если игра понравится, может кинуть на тарелку хоть сколько-нибудь монет.

- Ты меня не слушаешь? – Василиса вновь стала холодной как лёд и вся экспрессия куда-то улетучилась.

- Почему, слушаю. Только не обижайтесь, но скажите честно – неужели я выгляжу как последний дурак? Вы ведь воспринимаете меня именно так, с лёгкостью играя словами на темы, которые выходят ра замки общения между малознакомыми людьми? Я, конечно, в должной мере не могу оценить искусство перевоплощения, но честно скажу – не услышал ни одного слова, которое было бы сказано искренне. Позвольте задать вопрос – ЗАЧЕМ Вы сегодня приехали? Соскучились? Не верю много-много раз. По работе? Так задайте, в конце концов, свой чёртов вопрос и попрощаемся. Не обижайтесь, Василиса, но каждую секунду общения с Вами я помню, что говорю с представителем Конторы. Эта печать на Вас будет висеть постоянно. Её не смыть и не спрятать. И не забыть, даже если Вы ради наших дальнейших отношений, уволитесь с работы. Как говорят? Бывших КГБ-шников не бывает? Согласен с такой постановкой. Деформация личности происходит быстро и обратного пути нет.

- Даже так? Не ожидала услышать столь много «добрых» слов в ответ на свои чувства. Что ж, не буду силой навязываться, коль не мила. Живи как жил, дурень. – Девушка подскочила и хотела было уйти, но мои слова ненадолго задержали её у стола.

- Может и дурень, но мне хочется нормальных человеческих отношений. Без выкрутасов и непонятностей. Вы очень красивая девушка, да что говорить, сами это знаете, но для семейной жизни этого мало. За таким фасадом может скрываться как стерва, так и чуткий ранимый человек, который всю жизнь держит защиту. Кто знает. Если у Вас ко мне в самом деле есть что-то, выходящее за рамки служебных обязанностей, давайте встретимся, буду рад. Можем сходить в театр или поехать погулять за город. Естественно, в выходные. И без стремления форсировать события. Мой телефон Вы знаете. Если будет желание пообщаться, пожалуйста. Только предупреждаю заранее – если вознинет разговор по работе, я сразу кладу трубку.

- Хорошо… - Девушка была расстроена, но после моих слов на её губах мелькнуло подобие робкой улыбки. – Спасибо. Я тогда позвоню… позже. - Она опустила глаза и чуть слышно добавила. – Ты моей маме очень понравился. Она сказала, что… - Василиса что-то пробормотала и неожиданно покраснела, но я не понял сказанного.

Чёрт-чёрт-чёрт. Я ошибаюсь, или она, в самом деле, сейчас искренняя? А что, если сейчас перевести разговор на другую тему, тем самым привести её в чувство, настроив на рабочий лад? Посмотреть на её реакцию. Я, конечно, поступал как негодяй, но в эту минуту счёл дальнейшие слова к месту и ко времени. Посколько она стояла, пришлось подняться и мне.

- Хочется верить, что Ваши слова по поводу сегодняшней встречи были искренними. Но даже если это была игра, не обижаюсь. Теперь пару слов на другую тему. Помните, неделю назад я на улице беседовал с двумя девушками? Вы должны были их запомнить.

Василиса кивнула.

- Помню. Две красивые девицы, которые смотрели на тебя с больши-им интересом. Я бы даже сказала, с похотью. И что?

- С похотью? – переспросил, улыбнувшись от такого слова. – Нет. Скорее с жаждой крови. Эти две девицы из Семьи тех, кого Контора адержала в начале ноября. В Дибунах.

Когда увидел лицо девушки, на нём было не удивление, а страх. Кажется, за меня искренне переживали, правда, с запозданием.

- Что ИМ было надо? – чуть дрогнувший голос выдал волнение. Это было неподдельно, поэтому, предложив проводить, пошёл с девушкой в раздевалку, попутно рассказывая как о разговоре, так и о первой встрече, когда меня пытались ликвидировать. Только умолчал о своей невидимой странной защите, нарисовав несколько иную картину, что, в итоге, мне удалось вырваться и убежать.

- Олежка, ты ведь сейчас рассказал не всю правду, так? – девушка прижалась ко мне грудью и заглянула в глаза. – Но я не буду тебя расспрашивать. Пусть будет, как сказал. Маленькие секреты должны быть у каждого, согласен?

Удивительно, сказанные слова и отсутствие дальнейших расспросов мне понравились. Теперь, главное, что бы меня не затаскали по допросам, о чём и попросил девушку. Та улыбнулась и подмигнула, мол, пробьёмся.

- Мне придётся написать рапорт, коль это касается не тебя конкретно, а лиц, по которым ведётся работа. Постараюсь изложить всё казённым языком, но тебя могут дёрнуть, уж прости.

- А если не писать рапорт? Расскажите в неформальной обстановке своему начальству что со мной произошло, без писанины.

- Увы, у нас на всё должна быть бумага. Как там? Без бумажки ты какашка, а с бумажкой человек?

- Если не ошибаюсь, Лебедев-Кумач. Слова из Песни бюрократа? Нет?

Василиса, кажется, была удивлена.

- Приятно общаться с образованным человеком. Спасибо тебе за состоявшийся разговор, хоть и осталось впечатление, что ты пару раз повозил моим лицом по столу. И всё равно, спасибо, милый. Я позвоню. – И девушка, не стесняясь посторонних, нежно поцеловала меня в губы, сразу же выскочив на улицу.

- «Что такое сейчас было? Проявление истиных чувств или продолжение игры? А может в качестве благодарности за полученную информацию?»

Неожиданно подал голос Виски. Если честно, в последнее время мне казалось, что всё, что произошло с собакиным, было не со мной – тот давненько не влезал со своими репликами.

- «Она сегодня не играла, была искренней. Уж не знаю, чем ты её зацепил, но она большей частью сдерживалась, что бы не заплакать от твоих жестоких слов, чем играла. Это защитная реакция. Не буду тебе советовать, Старшо́й, но эта девушка к тебе не равнодушна. И запах от неё был соответствующий».

- «В смысле запах? Тогда почему я ничего не почувствовал?»

- «Это мне не объяснить в двух словах, но суч… девушка, которой нравится парень, пахнет при встрече несколько иначе, чем обычно. Своего рода паразитирующий эффект, который сохранился и у людей, а у животных вообще никогда не исчезал. Гармоны неосознано вырабатываются и у мужчин и у женщин, и когда они желают более тесного общения, концентрация становится сильнее, организм начинает издавать призывный запах. Ты сам знаешь, запах человека противоположного пола может быть приятным, может быть влекущим, а может быть и отталкивающим. В последнем случае людям лучше сразу расстаться, потому что природа даёт знать, что с этим человеком ничего не получится. От этой девушки пахло очень вкусно. Она, кстати, в отличие от других, редко пользуется духами. Странно, да?»

- «Откуда ты всё это знаешь, сосед?»

- «Ты пару лет назад читал большую статью в медицинском журнале. Там в основном речь шла о духах с феромонами, которые стали появляться в продаже. Скажем так, для соблазнения представителей противоположного пола. Не вспомнил?»

- «Что-то было такое, но подробностей, конечно же, не помню. Столько лет прошло».

- «Ты вообще мало что помнишь. В твоём мозгу всё прочитанное больше остаётся мусором, который надо периодически выкидывать. Я некоторое время был занят анализом состояния твоей памяти, поэтому давай сегодня ночью поработаем над приведением твоего сознания в норму. Как мне кажется, это пойдёт на пользу».

- «Ты, мне кажется, забыл, что мозг у нас один, а не два разных. Это, во-первых, а во-вторых, что значит приведение в норму? Как по мне, моя голова функционирует вполне нормально. Нет? А если твои эксперименты пойдут не так? Хочешь, что бы мы оказались в дурдоме»?

- «Не бойся. Прежде чем предлагать тебе глобальную структуризацию, я уже попробовал аналогичную работу над крохотным кусочком памяти. Лишнее стёр, оставив и структуировав необходимое. Никаких последствий для тебя не было».

- «Слушай, а если я скажу нет, послушаешься? У меня складывается впечатление, что ты в последнее время вообще почувствовал себя настолько самостоятельным, что решил заняться моим, потчёркиваю, МОИМ мозгом? Ты медик или психиатр? Не забыл, что твоя сущность – это собака. Да, умная и преданная. Ласковая и послушная. Но с каких пор собаки предлагают провести операции на мозге человека? Знаешь, это даже звучит как бред, не то, что само действие».

- «Мой друг». – Как мне показалось, собакин не то, что не обиделся, вообще никак не отреагировал на мои слова. В последнее время он вообще уже мало напоминал то, что оказалось в моей голове поначалу. – «Ты правильно мыслишь. Я уже давно не тот Виски, который подселился к тебе в голову. Сейчас я, уж не обижайся за неприятные для тебя слова, намного умнее и мудрее тебя, посколько разобрался со строением нашего мозга и могу оперировать, в отличие от тебя, всеми разделами памяти. Как бы тебе более доходчиво объяснить... Передо мной огромный мир, аналог огромной бибилиотеки, в которой всё устроено очень сложно и где лежит какая-либо информация, сходу понять нереально, но если задаюсь целью узнать что-то конкретное, узко определимое, ответ приходит, но не сразу. Вот я и попробовал систематизировать эту библиотеку. Сейчас ничего выкидывать не будем, у тебя много незанятого места, но отсортировать все, скажем так, книги и журналы по тематике. Соответственно, по залам, шкафам и полкам. Оперативность нахождения нужной информации будут ускорена этак раз… даже не знаю во сколько. Быстро. Не думаю, что это будет болезненно для тебя, но мне нужен полный покой твоего тела. Без мыслей в голове и тем паче без фантазий на неприличные темы. Ты сейчас переживаешь гормональный шторм после поцелуя девушки. Неосознанно пытаешься понять – приятен тебе этот поцелуй или нет. Приятен. Даже очень. Успокойся и иди работать. Хватит мечтать».

- «Вот так всегда. В самый приятный миг облом. Ладно, поэксперементируй, только для начала может попробуешь рассортировать малую часть информации?»

- «Посмотрю по ходу действий. Если будет сложно, разобью всё на этапы. Сам понимаешь, мне не хочется, чтобы ты чувствовал себя плохо. От тебя, твоего тела полностью завишу и я».

- «Хорошо, что понимаешь. Ладно, на этом и закончили».

Посколько моё второе «Я» уже спряталось, ничего не оставалось делать, как вернуться на рабочее место. И только через час понял, что за разговорами с Василисой я так и не пообедал. Сбегал в кафе и купил пару бутербродов, но, как всегда, по закону подлости, по пути в кабинет в коридоре встретил директрису, которая уж очень неодобрительно посмотрела на то, что держу в руках, правда, на явное нарушение её личного распоряжения, что бы в кабинетах не принимали пищу, коментариев не последовало.

А через пару дней, тридцатого декабря, поздно вечером раздался телефонный звонок. Да, звонила Василиса, которая чуть ли не сразу взяла быка за рога, поинтресовавшись, где я встречаю Новый год и, узнав, что, как обычно, дома, с мамой, пригласила нас в гости. Вот тут-то я охренел в полной мере. Пытался что-то пролепетать, мол, так не делается, ведь подарки надо покупать, а какие, не зная состав семьи, на что мне со смехом ответили, что главным подарком в этот Новый год буду я сам. Вообщем, девушка, чувствуя мою растерянность, хохотала от души и вскоре оставила меня в одиночестве переваривать информацию, пообещав, что завтра или заскочит днем ко мне на работу или, если не получится, позвонит часов в семь вечера.

Утром, за завтраком, с долей смеха передал приглашение маме, будучи на сто процентов уверенным, что она категорически скажет нет. Фиг. Мама проявила интерес, а узнав, что и ехать никуда не надо, всё поблизости, посмотрела на меня с удивлением. Ну да. Сначала посмотрела, а потом задала очевидный вопрос, а почему я до сих пор не познакомил её с избранницей. И столько в этих словах было претензии, что не рискнул рассказать всю историю, иначе вывод однозначно был сделан иным. Проходили, знаем. Последовали бы стенания, что родители девицу срочно выдают замуж, потому что она... Как говорится, и тэ дэ и тэ пэ... Мама у меня такая – бедненькому сыночку любая девица способна мозги запудрить, а потом ему страдать всю оставшуюся жизнь… Когда выскочил на улицу, даже не знал – плакать или смеяться. Ситуация складывалась дичайшая. Мы с Василисой ни разу не были вместе. Не гуляли, за ручки не держались, не говоря уж о более серьёзных делах. А тут сразу приглашение в гости, под которым, разумеется, подразумевалось знакомство с родителями. Ну не верилось, что всё идёт от чувств. Скорее или в пику родителям или у неё что-то с психической устойчивостью, а может вообще… эмоциональный срыв. Или… Даже не знаю, что вложить в это «или». Поймал себя, что предстоящий праздник уже стал напрягать. Да что там, страшно стало. Если бы меня пригласили одного, можно было сослаться на внезапную простуду или придумать ещё какую отмазку, а тут удар ниже пояса. Продумала, чертовка, всё наперёд, связав с мамой, что бы я не отвертелся… Пока ехал в метро, в голове крутились разные мысли – а что, если у Василисы по отношению ко мне в самом деле имеются зачатки симпатии? На большее пока рассчитывать было попросту глупо. И сразу же на пути положительных, но как по мне наивных эмоций возникал железной стеной хоть и небольшой, но полный радости и боли жизненный опыт - а если это очередная проверка моей стрессоустойчивости? И новогодний праздник - тщательно срежессированная постановка, где роль мамы и папы будут исполнять другие сотрудники Конторы? Если так, остаётся вопрос – для чего на пустом месте городить такие сложности и, пожалуй, главное - для чего я нужен Конторе, ведь вопрос с таможней для себя закрыл уже раз и навсегда. Прошло слишком много времени, что бы решить вопрос, а оттуда ни звонка, ни письма не поступило. Или Управление во мне не заинтересовано, или же на пути наших взаимоотношений стеной встала Контора. И вновь круговерть мыслей возвращает к изначальному вопросу – что им от меня надо? Знал бы, что меньше чем через сутки многое в моей жизни изменится если не кардинально, то НАСТОЛЬКО, что всё, о чём думал сейчас, оказалось таким наивным…

Глава 8. Новый Год или вопрос - как жить дальше?

Встал вопрос о подарках. Посоветовавшись с мамой, решил не заморачиваться, посколько женщинам что-то дарить, не зная вкусы, можно попасть впросак, а цветы… это универсальное, примут, не обидятся. Мужчине, отцу Василисы, о котором до сих пор ничего не знал, подарю бутылку хорошего французского коньяка, благо дома такие были, при случае привозили приятели из-за границы в знак признательности (почему-то дарили именно коньяк).

Тридцать первого на работе закруглились пораньше и уже в пять вечера был дома. Не успел раздеться, как зазвонил городской телефон. Естественно, звонила «моя» девушка с просьбой прийти к восьми вечера. Вначале продиктовала адрес, а потом, видно решив, что мы заблудимся, безапелляционно заявила, что сама за нами зайдём. И… повесила трубку. Я в последнее время тихонько охреневал от такого напора, и сейчас мне вновь не дали слово сказать, не то что возразить. И в половину восьмого зазвонил звонок в квартиру. Что делать, открыл и сразу попал в объятья и под словесный водопад. На шум из комнаты вышла мама, и мне в очередной раз не дали возможность открыть рот – женщины сами друг другу представились и между ними, как я и предполагал, состоялая борьба оценивающих взглядов. Ну как борьба… Мама за пару секунд просканировала девушку, которая выглядела сегодня словно кукла – огромные глаза на безупречном лице, обрамлённом гривой слегка завитых волос, а те, забыл упомянуть, у неё были неправдоподобно густыми и длинными. Не знаю, сколько сил и нервов потратила Василиса, что бы отстоять у начальства свои волосы, но, как по мне, такое богатство было редкостью в наше время. Да и вообще – сегодня я впервые видел не аккуратную причёску, а «водопад», который любой мужчина непроизвольно хотел бы потрогать руками. Вообщем, мамуся «прогнала» гостью по всем ей понятным критериям и, как мне показалось, в её глазах мелькнуло как настороженность, так и одобрение выбора сына. Выбора… Как же… Знала бы, что я никого не выбирал, меня самого выбрали. Хотя в голове не переставало крутиться, что сегодняшний вечер может быть разовой акцией. Вроде Новогоднего разыгрыша.

Пока шли по улице, в основном слушал разговор между мамой и Василисой, получая огромное удовольствие, как девушка выкручивалась от прямых вопросов. Мол, познакомились по работе (умолчав только на какой.) Что между нами контакт и симпатии проявились сразу, чуть ли не в первую встречу и сейчас вообще серьёзные отношения, не мимолётные увлечения. Забавно было другое – мама-то была в курсе моих приключений и о девушке я рассказывал если не всё, то многое, лишь опуская детали. Так что с каждой минутой разговор становился всё более острым и предметным, но закончить не удалось, пришли. Я немного успокоился, когда увидел, что дом, у которого остановились, самый обычный, не супер новострой, а панельная девятиэтажка. Поднялись на пятый этаж и когда дверь после звонка открылась, увидел маму Василисы. Да, это была та самая статная женщина, которую повстречал в магазине. После представления кого как зовут и цветов, которые ей вручил, хозяйка дома увела мою маму на кухню под предлогом помощи оформления праздничного стола, оставив меня и девушку наедине, напоследок сверкнув глазами и произнеся фразу, которая не только Василису, но и меня ошарашила своей прямотой и непосредственностью.

- Васька, будь сегодня со своим милым, пожалуйста, приветлива и акуратна, но не доводи до греха. Я слишком молода, что бы в ближайшем времени стать бабушкой. Повремените немного, молодежь…

- Назовёшь меня Васькой, пришибу, хоть и буду потом жалеть, - это были первые слова, которые произнесла разъярённая девушка, когда мы оказались в её комнатеи дверь с грохотом была закрыта. – Папа с мамой хотели парня, а родилась девка. Вот всю жизнь меня и называют Васькой. Как кота какого-нибудь задрипанного. Чего смеёшься?

Девушка, которой и не нужен был мой ответ, покраснела и подошла к окну. Откинув занавеску, прижалась лбом к стеклу, напрочь забыв, что она не одна. Сесть мне не предложила, поэтому остался стоять у дверей. И только через пару минут девушка буркнула, предложила сесть. Куда не уточнила, пришлось занимать единственное в комнате кресло. Не на кровать же усаживаться?

- Прости меня. Срываюсь по пустякам. – Василиса извинилась за свой тон, продолжая стоять ко мне спиной. – Мама тоже хороша. Сразу о внуках, как будто нельзя было опустить эту тему... Знаешь, как мне хочется сбежать отсюда? От постоянного контроля, морального давления и нравоучений? Если бы ты только знал…

- «Вот оно. Сбежать всё равно куда, лишь бы подальше от дома. Кажется, это и есть основная причина наших непонятных отношений. Нашла парня, которого решила охомутать и… вуаля. Мечты сбылись. Только вот как у неё сложатся отношения с этим самым парнем, у неё или времени не было подумать или вообще настолько уверена в себе, что я соглашусь со всем, что она предложит? Даже не предложит, решит.»

Но мысли, которые уже выстроились в моей голове во вполне логическую цепочку, сразу же потерпели крах после очередной фразы.

- Понимаю, с моей стороны всё это похоже на фарс, игру. Спектакль, как ты говорил. Поверь, я тебя выбрала не с целью удрать из дома. Я вообще тебя не выбирала. Тут такое дело…

Я с улыбкой смотрел в спину Василисы и надеялся, что сейчас, у себя дома, она не станет нагло врать.

- …Когда увидела тебя в первый раз, во мне что-то перевернулось. Ты не красавец, который своим видом может сразить девушку в самое сердце, но и не урод. Симпатичный, умный, выдержанный. Хорошо воспитан и знаешь как себя вести с представителями слабого пола. Но таких много. Очень много, поверь. А я… Ничего подобного от себя не ожидала. Странное чувство. Это не влюблённость, не страсть, не желание… Совсем другое. Как уже сказала - странное чувство, если не сказать… страшное... Мне жизненно необходимо видеть тебя, слышать твой голос, видеть твои глаза. Я стала наркоманкой – повидала тебя, поговорила и… на пару дней у меня хорошее настроение, высокая работоспособность, а потом идёт спад. Начинаю тормозить. Есть не хочется, всё время сонное состояние. На работе не сосредоточиться. И когда начинаю погружаться в бредовое состояние - ноги сами несут к тебе, что бы получить новую дозу. Олег, скажи честно, ты меня приворожил? – Василиса резко повернулась, и я увидел её блеснувшие глаза.

- «Слёзы? М-да. Такого поворота в разговоре я не ожидал. Если у неё не всё нормально с головой, надо постараться ничем не обидеть, что бы не вызвать очередной всплеск эмоций».

- Василис. Обратила внимание, что с сегодняшнего дня перешёл с тобой на ты? Ну да. Странно общаться с девушкой на Вы, будучи в её доме. Так что можешь считать это своей маленькой победой. Что касается заданного вопроса, увы, ворожить и колдовать не умею. Да и не стал бы такое совершать по отношению к тебе. – Поднял руку, останавливая возраженния. – Ты очень красива. Умна. Поухаживать за ТАКОЙ – это выиграть в лотерею, где шансов один на миллион, если не меньше, но я прекрасно осознаю, что мы не сможем быть вместе, потому что совершенно разные. Разные во всём – круг общения, работа, мировоззрение, воспитание. Да что перечислять, сама всё прекрасно понимаешь. Уверен, твои родители тоже не в восторге от моей персоны. Наверняка тебе уже присмотрели более выгодную партию. Что, угадал?

- Ты сейчас сказал слова, которые мне сделали больно. Мы не разные, Олежка. Ошибаешься. Мы очень похожи. Намного больше, чем можешь себе представить, только… А, ладно. Всё равно узнаешь. – Василиса села на кровать так, что мы соприкоснулись коленями. – Мои родители, как бы это сказать… как и ты, не совсем обычные люди. Слышал такой термин – эмпаты? Люди, которые остро чувствую настроение, эмоции других людей?

- Не то, что слышал, пару раз встречал таких на своём пути. Правда, те были не с моей стороны баррикад, с противоположной.

- Ты о профессоре, с которым отказался общаться? Не удивляйся. Пришлось ознакомиться с твоим делом, поэтому знаю о тебе если не всё, то очень многое.

- Очень надеюсь, что не всё. – Я усмехнулся, глядя девушке в глаза, и она поняла, о чём я подразумевал. Тоже улыбнулась. – Что касается того чудака на другую букву, это даже был не эмпат. Тот настырно лез ко мне в голову, а когда я его поймал на этом неблаговидном деле, не извинился и даже не удивился, а обиделся как ребёнок, что отказался с ним общаться в дальнейшем.

- Как бы ты не относился к старику, он признанный специалист в психологии и психиатрии. Его мнение по многих вопросах решающее и он ещё ни разу в своих выводах не ошибся.

- И что он наговорил про меня? Точнее, написал.

- Что ты уникум. Обладаешь мощнейшей природной защитой разума от внешнего проникновения. И что ты, уж прости за откровенность… не совсем человек.

Я откинулся на спинку кресла, в упор разглядывая девушку.

«Что происходит? Провокация, а вдруг потеряю контроль, расскажу всё о себе, поддавшись на обольстительные чары? Так мне этих чар маловато. Уж прости, милая девочка, я в своей жизни столько чар на себе испытал, представить себе не сможешь. И меня красивыми глазками с мысли не сбить. Для этого надо намного-намного больше, а ты, уверен, на более тесное общение ни морально, ни физически не готова.»

Но вслух сказал, конечно, совсем другое.

- Ты упомянула моё дело, которое читала. Догадываюсь, по мне уже собрали всю доступную информацию, хотя и возникает вопрос - кому и нафига это надо? Но раз множество людей уже потратили своё время, оставим непонятные для меня телодвижения. Скажи, неужели в собранных документах нашлась капля того, что бы утверждать, что я не человек? Кто тогда? Инопланетянин? Рептилоид в человеческой оболочке? Увы, расстрою как тебя, так и твоих коллег – к зелёным человечкам отношения не имею. У меня и папа, и мама самые обычные люди, без отклонений от нормы. Скажу больше, уж прости за откровенность – и дети от меня будут самыми обычными.

- Что, есть подтверждение? – у девушки недобро блеснули глаза.

- Неуместный вопрос… Сегодня пятый раз, как мы общаемся, а если отбросить в сторону день, когда ты меня привезла на обследование и вторую встречу, за городом, когда лишь поздоровались, то полноценно разговариваем всего третий раз. Как по мне, задавать вопрос о бывших ни у меня, ни у тебя нет ни прав, ни оснований. Я считаю, что задавать подобные вопросы – это верх бескультурия. Давай не будем касаться того, о чём вообще не стоит упоминать.

- Хорошо. Не буду интересоваться твоими… женщинами… - девушка замолчала, о чём-то задумалась. Вновь подняла голову и посмотрела мне в глаза. – Скажи, что мне делать? Как жить дальше, когда я попала в зависимость?

Я вначале даже не понял вопроса, потом, правда, дошло, что она имела в виду зависимость от меня.

- Не знаю. Говорят, клин клином вышибают. Могу посоветовать, если я тебе неприятен, увлечься кем-нибудь другим. Что, так сложно найти достойного человека? Выйдешь замуж и всё сразу прекратится.

- Ты это сейчас серьёзно? – Василиса смотрела на меня как на дебила. – Я тебе говорю, что жить без тебя не могу в полном смысле слова, а ты мне – выходи замуж за другого? Знаешь, во мне сейчас борятся два человека – один хочет зарядить тебе чем-нибудь тяжёлым по голове, а другой хочет, чтобы ты меня обнял, прижал к себе и поцеловал. Держал бы в объятиях и гладил. И второе Я во мне намного сильнее. Вот головой понимаю, что такое ненормально, но справиться с собой не могу.

Не желая продолжать разговор на скользкую тему, вспомнил слова о родителях.

- Давай вернёмся к недосказанному. Ты упомянула, что твои родители эмпаты, так? И вспоминая слова, сказанные ранее, что твоя мама, увидев меня в магазине, сказала тебе, что я?... Прости, тогда не разобрал.

Василиса с подозрением посмотрела на закрытую дверь, словно за ней кто-то сейчас стоял и подслушивал.

- Мама в магазине, увидев тебя, заявила, что ты – мой будущий избранник.

- Избранник? Именно так?

- Ну что ты цепляешься к словам? – Василиса опустила голову. – Ну хорошо. Сказала, что ты – мой будущий муж.

Как ни терпел, не выдержал, рассмеялся.

- Обычно такое могут сказать прорицатели, гадалки, но никак не эмпаты. Или ты мне рассказала не всё? Кстати, а где твой папа?

- Задерживается на работе. Скоро приедет.

- И всё же? Твои папа с мамой обладают и другими особенностями? Или способностями?

- Ты как мои предки. Те как клещи – вцепятся, не оторвать. Выспрашивают как пытают и пока не узнают самые мелкие детали, не отстанут. Пожалуйста, не надо. Не хочу сегодня…

- Лучше, если бы ты всё же рассказала, но если не хочешь… Тогда иди, помоги маме на кухне, – от дверей раздался тихий мужской голос и я, подскочив от неожиданности, сначала наткнулся взглядом на протянутую мне ладонь. Автоматом пожал руку и уже потом по спине потянуло холодком. Ну никак не ожидал, что отцом Василисы был мой недавний знакомый. Да-да. Тот самый майор, с которым мы гуляли по осеннему лесу, Алексей Иванович…

- Не ожидали меня увидеть? – мужчина улыбнулся краешком губ. – Да, пользуясь случаем, приношу извинения за произошедшее недразумение. Вас обещал довезти, а получилось, что бросил. Виноват, прошу простить. Уверен, дочь тоже не посчитала нужным извиниться за свой поступок, когда пообещав Вас доставить обратно после обследования в клинике, выкинула сказанные слова из головы, уехав по своим делам?

- Пап, зачем ты… - девушка смутилась и, покраснев, извинилась передо мной за свой проступок.

Мужчина, выслушав слова дочери, как мне показалось, кивнул своим мыслям.

- Я папа уже много лет, а тебе лишний раз напомню – данное слово надо держать, как бы не относился к человеку. Мы хороши. В кавычках. Что ты, что я. Дважды подвели одного человека, при этом упорно делали вид, что ничего такого и не произошло. Ладно, дочь, иди, а мы побеседуем.

- Пап, ты только… - вскинулась Василиса.

- Иди, кому сказал. Ничего плохого твоему потенциальному жениху не сделаю. Обещаю… Просто поговорим… по душам.

Когда дверь за девушкой закрылась, мужчина сел напротив меня. На кровать. Точно туда, где до этого сидела его дочь. Как мне показалось, специально.

- Олег. У нас, к сожалению, не так времени, а поговорить нужно о многом. Первое и самое главное – прошу у тебя как отец, не настаивай, что бы Васюта уволилась со службы. (Увидев моё удивлённое лицо, пояснил). Да, она пару дней назад подала рапорт на увольнение. Зная, как ты относишься к органам, понимает, что убирает существенное препятствие между Вами. Поверь, она отличный специалист на своём месте, а случится ли между Вами что серьёзное, будет ли дальнейшее развитие отношений, кто знает? Может сейчас ошибается, понапридумала себе чёрт знает что...

- Я об этом слышу впервые. И разговор на тему её работы между нами никогда не возникал. Тем более я не ставил Василисе никаких условий, прав на это не имею.

Честно говоря, я был ошарашен подобными новостями – девушка что, со мной не играет? Если информация правдива, естественно…

- Знаю, что разговора между Вами не было. Теперь второе. У Василисы жизнь сложилась так, что она до сих пор … как бы выразиться… - мужчина явно смутился, затрагивая, судя по всему, сугубо личную тему. – Вообщем, она никогда серьёзно не увлекалась мужчинами. Надеюсь, ты понял, о чём я хотел сказать. Поэтому убедительно прошу – не обижайте её и не стоит форсировать события. – Увидев, что я хочу возразить, поднял руку, останавливая мои объяснения. – Я в курсе, что не ты инициатор Ваших отношений. Прости, позволишь всё же называть обращаться к тебе на ты? А то всё сбиваюсь, контролируя свою речь. – Увидев согласный кивок, продолжил. – Васютка - девушка неординарная. Как внешне, так и внутренне. Она чистая и наивная, хотя и работает в Комитете… Вообщем, прошу тебя как мужчина мужчину, не торопитесь с близостью. Получится у Вас, буду рад за дочь, а нет, пусть в ее памяти это останется лёгким увлечением. Не надо ломать ей жизнь. Это всё, о чём прошу.

- Клятвы на крови давать не буду, но обещаю, что если что и произойдёт, то только в том случае, когда мы оба твёрдо решим, что пора создавать семью.

- Спасибо. Я это и хотел услышать. – Алексей Иванович устало потёр руками глаза. – Устал неимоверно. Как всегда – в последний день работы столько всего наваливается… Скажи, какие у Вас планы?

- Если честно, у меня лично - никаких. Даже сегодняшний визит в Ваш дом для меня стал неким испытанием. Василиса поставила меня перед фактом, что я с мамой обязаны идти в гости. Не преувеличиваю. Именно так, обязаны. Что у Вашей дочери не отнять, то уверенности в том, что все её планы не лишены оригинальности и сомнению, тем более отрицанию с моей стороны не подлежат.

- Мамина копия. Та тоже мнит себя главой семьи, организуя режим жизни семьи как считает единственно правильно. Только нам, мужчинам, нужно действовать не в лоб, провоцируя ежедневные скандалы, а умно, медленно и верно подводя подругу к такому решению, что бы женщина воспринимала всё как задуманное ей самой. Мотай на ус. Моя девочка – копия своей мамы, поэтому и даю совет.

- Спасибо. Я уже понял, что с Василисой нужно общаться мягко, хотя мы и не общались нормально ни разу. Она приезжает и командует. Утрирую, конечно, но какую другую уже давным-давно послал далеко и надолго, а с Вашей дочерью почему-то так не могу. С одной стороны мне с ней тяжело. Даже разговаривать сложно, а с другой – прихожу вечером домой, вспоминаю ей серьёзное лицо и невольно улыбаюсь. Не буду обманывать, но, как мне кажется, иногда скучаю по её командному тону.

- Это поначалу так, потом привыкнешь, - мужчина неожиданно улыбнулся как-то тепло, по-домашнему. – Васютка мягкая в душе, а вот её мама - это совсем другое. Но за годы совместной жизни привыкли друг к другу, а поначалу… страшно вспомнить. Хотя нет, не страшно, сейчас скорее смешно вспоминать как мы выстраивали отношения. Одно скажу – любили и любим друг друга, поэтому и притёрлись. Вижу, что хочешь задать вопрос на другую тему, но давай не сегодня. Очень прошу. Хочется почувствовать праздник и не говорить дома о работе. Надеюсь, сегодняшний визит не будет последним и мы позже сможем в спокойной обстановке поговорить на многие темы. В том числе и о твоей будущей работе. Не в самом Комитете, успокойся, ты там со своим даром никому не нужен. И на таможне, уж извини, тебя не ждут с распростёртыми объятиями. Да, отзывы о твоей работе приходили самые хвалебные, но в руководстве нашлись люди, которые посчитали, что ты им будешь мешать. Подожди, не перебивай, дай договорить. О твоей догадке по поводу поставок в обход таможни мне известно. Кто надо, те тоже в курсе и сейчас внимание к терминалам Северо-Запада усилено. Т другие твои выводы, сделанные вроде случайно после того, как узнал о реорганизации питомника и школы кинологов, перевода лучших собак в другие подразделения, неожиданно получили подтверждения и из других источников. Собак вернём, обещаю, как и уволенных специалистов, но надо чуть подождать, сам понимаешь. Что касается тебя лично, всё же давай предметно поговорим после праздников. Хочешь, здесь, хочешь, на нейтральной стороне.

- Принимается. Позвольте вопрос на другую тему. Василиса передала мои слова об интересе к Вам со стороны…

Мужчина меня прервал, вновь подняв руку.

- Скажу больше, мы этого ждали и даже благодарны, что ты в разговоре ничего не стал скрывать. Всё получилось как надо. И ещё… - Алексей Иванович отвёл взгляд. – Не знаю, может зря тебе скажу, и мне потом придётся об этом пожалеть, но и первую встречу у школы и вторую, у твоей работы, мы плотно контролировали. Соответственно, всё фиксировалось…

В тот момент у меня даже дыхание перехватило. То есть, гэбэшники долгое время «вели» меня, а может не только меня, а и ТЕХ, но не вмешались, используя меня как приманку… М-да… Порвали бы мне тогда, у школы кинологов, глотку, и никто бы вовремя не пришёл на помощь, не помог. Думаю, был приказ самим не вмешиваться, «светиться», а вызвать милицию, которая по факту прибытия лишь зафиксировала бы мою смертушку. Но вот что странно, злости у меня к собеседнику никакой не появилось, лишь лёгкое чувство… не обиды, нет, брезгливости. К Комитету в целом и к мужчине, что сидел сейчас передо мной, в частности. Захотелось подняться и уйти, но внутри шевельнулась жалость к девушке. И перед своей мамой стало неудобно. В кои-то века вытащил её из дома. Наверное, не смог скрыть эмоции и услышал слова, которые заставили меня непроизвольно улыбнуться.

- Олег, кто тебя обучил технике рукопашного боя, используя навыки ментального воздействия? Кто конкретно? Разумов, Калашников или Свиридов? Ведь только эти трое в совершенстве владеют закрытыми практиками. Правда, никто из них тебя по фотографии не признал, но в один голос подтвердили, что если бы ты был обычным человеком, тебя бы достали.

Я посмотрел в лицо мужчине. Чёрт возьми. То, что меня могли прибить, его совсем не волновало, в том не было сомнений. Да и сейчас бы не горевал, что его дочь свободна от своей навязчивой идеи. Его больше интересует возможная утечка. Судя по всему, есть закрытая и совершенно секретная техника защиты, может и нападения, которой владеют в Союзе лишь трое. И тут я неожиданно для всех проявился. Хотя почему тех лишь трое? Наверняка у названных людей есть ученики и, надо понимать, сто раз проверенные и просвеченные люди. А может ошибаюсь и учеников никаких нет? Ведь ментальный дар, как понимаю, есть далеко не у всех сотрудников Конторы... Сейчас смотрел на плотно сжатые губы майора и удивлялся его отрешённости. Даже дома, в кругу семьи, он не забывал где работает, и его так называемый долг перед страной был на первом месте. И… мне его стало жаль. Да. Именно так. Жалел человека, который не мог расслабиться ни на секунду.

- Мне неизвестны люди, фамилии которых Вы назвали. Как неизвестны и так называемые «техники». Мне в тот день сказочно повезло, что смог увернуться. Бывают чудеса на белом свете.

- Это не чудеса. Все трое спецов, многократно просмотрев записи, заявили в один голос, что подобного можно достичь лишь с помощью десятилетий каждодневных тренировок. Ладно ушёл от первого удара, но второму нападавшему ты даже не дал возможности нанести удар, дистанционно воздействуя на его нервную систему и мышцы.

- Ничего такого не было в помине и Ваши специалисты увидели то, что хотели увидеть. Первый удар не достиг цели лишь потому, что мужчина не рассчитал расстояние до меня, а второй, парнишка, скорее всего, просто-напросто поскользнулся на скользком асфальте и, потеряв равновесие, упал, ударившись головой. Может у него судорога свела мышцы от резкого движения, может ещё чего, кто знает? Я не спрашивал.

- Значит, не хочешь со мной поделиться? – мужчина выдавил из себя слова с какой-то наивной обидой в голосе, чуть отодвинулся от меня, но пристального взгляда так и не отвёл. – Мне непонятно другое. Ты, превосходно подготовленный боец, работаешь методистом и занимаешься музыкой. В моей голове это не стыкуется, хоть убей.

- Убивать Вас не буду, но я занимаюсь тем, чему меня учили с ранних лет. И дело своё люблю. Что, не верите? Ну, хорошо. Допустим, кто-то неизвестный Вашей службе меня научил другому. Например, умению защитить себя. И чем я по-Вашему должен сейчас заниматься? Забросить специальность и идти к Вам на работу? Кем, позвольте спросить? Охранником? О, простите, не так выразился. Телохранителем наших партработников? Скажите, а им нужна охрана? Не для статуса, а по факту? Позвольте спросить, а кому они нужны, что бы их круглосуточно охранять? Только не надо говорить, что того же Романова кто-то замыслил ликвидировать. Не обижайтесь, но повторю вопрос – кому они вообще нужны? Как по мне, все эти шишки, отгородившись охраной, лишь поставили между собой и людьми непреодолимую преграду. Видимо они сами боятся людей, а вот почему боятся, Вам не интересно?

- Заканчиваем разговор на эту тему, – лицо Алексея Ивановича скривилось как от зубной боли. – Не мне, ни тем более тебе негоже обсуждать руководителей партии и правительства.

- Почему? Если не ошибаюсь, весь советский народ традиционно ходит на выборы. Ладно мы не имеем возможность повлиять на выборы в партии, но за своих избранников в Советской власти, депутатов, регулярно голосуем. Или наши голоса ничего не решают? Судя по тому, что Вы сейчас сказали, второе более верное?

- Олег, ты своими словами балансируешь на грани. Не забыл, с кем разговариваешь?

- Об этом ни на секунду не забывал и задал вопрос исключительно по теме разговора - для чего Вам нужен именно я? Вы сами оговорились, что мне вскоре поступит предложение по работе. Вот я и заинтересовался. Хотелось бы узнать тему. Может сразу скажу нет, чего время тянуть?

- Ты считаешь, что можешь отказаться?

- А разве не могу? – Видя удивление, не удержался и уже не стесняясь, рассмеялся в лицо гэбэшнику. – Скажите, а как Вы меня сможете заставить работать там, где я не пожелаю? Не оставив выбора, сделав безработным? Ладно, допустим, по своим каналам надавите на Управление Культуры и меня приказом уволят. Так у меня имеется диплом школьного педагога. В обычную или музыкальную школу возьмут с радостью, тем более опыт есть. Снова надавите куда надо и меня уволят как неблагонадёжного? Что ж, Вам вполне по силам. А то, что у нас есть практика репетиторов и домашних преподавателей, забыли? Если захочу и буду работать полный день, в зарплате не то, что проиграю, выиграю по сравнению с нынешним окладом. И существенно. Так что не нужно кидаться угрозами, лучше огласите предмет торга.

- Торга? – мужчина, как мне показалось, вышел из нормального состояния. Довёл я его. – Никакого торга! Сказано будет, и явишься туда, куда будет приказано. Не стоит забывать, ты офицер запаса, которого могут призвать, скажем так, на переподготовку. Срок прохождения курсов знаешь? То-то же. И явишься по повеске как миленький. И форму оденешь и поедешь туда, куда направят…

Что такое может быть, я знал, но в сказанное майором не верил, хотя, если бы он в самом деле задался целью, такое ему провернуть не составило бы особого труда. Был у меня приятель, который, не будучи в курсе, стал «окучивать» полковничью дочку. Как позже выяснилось, военной контразведки. И не спасло парня даже то, что папашка (с женой) в тот момент служил аж в Германии. Как родичи прознали, что дело запахло «жареным», в течение недели «Ромео» призвали на курсы переподготовки и отправили далеко-далеко на три месяца, а потом ещё месяц никак не могли оформить документы, что бы человек вернулся с Дальнего Востока в Питер. Тем временем девочку в срочном порядке выдали замуж за сына другого полковника, коллегу по службе. Так что знал - у тех, кто имел даже ограниченные рычаги власти, имелась возможность повлять на жизнь обычных людей.

- По выражению твоего лица вижу, что не отбрасываешь в сторону мои предостережения? Молодец, что понимаешь главное – если надо, тебя «запрягут» помимо твоей воли.

- И всё же, если можно, откроете карты?

- Ну, хорошо. Какой же ты настырный… – Мужчина прикрыл глаза, словно делал мне великое одолжение. – Почтовый ящик, занимающийся… различными аномалиями. Не в смысле НЛО и пришельцев, а теми, кто испокон веков жил и живёт среди людей. С одной из таких формаций ты уже имел возможность плотно пообщаться. Сразу оговорюсь. Сначала пройдёшь полугодичные курсы, потом… Вообщем, поначалу у тебя будут лейтенантские погоны и соответствующий оклад. Не бойся – в форме ходить не заставят, ну, может, изредка будешь одевать на праздники…

Что-то подобное я и предполагал, но вот не видел себя в этой структуре. Ладно, был бы по специальности биологом или врачом. Ну, может, психиатром, но я, чёрт побери, музыкант и ничего другого профессионально делать попросто не умею. Или… планы на меня совсем иные? Не я буду изучать других, а меня самого будут изучатьстолько, сколько потребуется? А что? Безропотная подопытная свинка с лейтенантскими погонами? Кстати о звании…

- Мне ещё в прошлом году присвоили старлея, так что понижение в звании будет ударом по трепетному самолюбию. Давайте уж не спусвкаться вниз по шкале, лучше вверх. Меньше чем на капитана не согласен.

Майор посмотрел на меня удивлённо и, видно, догадался, что я издеваюсь, но… неожиданно сказал совсем другое.

- Мы с тобой обговорили основные темы, а более подробно на эти и другие побеседуем позднее. Прошу – прими мои слова серьёзно и будь готов отдать…

Я не выдержал и отзеркалил жест мужчины, подняв руку, останавливая дальнейшие слова.

- Очень прошу. Не надо произносить банальности, упоминая Родину, партию и правительство. Я уже не тот наивный юноша, которому можно что угодно вливать в уши. Напомню, что успел закончить институт, отслужить положенное в армии и на гражданке работаю далеко не первый год. Так что предлагаю на этой позитивной ноте закончить разговор. Думаю, у Вас нет желания, что бы я с мамой прямо сейчас покинули Ваш дом, а такое вполне вероятно, ведь ни Вам лично, ни кому другому я ничем не обязан. Что касается Ваших далеко идущих планов, скажу честно – мне они не интересны, потому что не вижу себя в Вашем ведомстве. Ни в качестве сотрудника, ни подопытным. Что касается Василисы, повторюсь – я её не обижу, но за чужие действия и поступки отвечать не могу, у девушки есть своя голова на плечах. Кстати, если есть выгодная партия для неё – не буду встревать и мешать, действуйте. В меру возможностей могу даже поспособствовать.

Мужчина в этот раз, проглотив раздражение, взглянул на меня уже с удивлением.

- Хочешь сказать, моя дочь тебе безразличнв? Я правильно понял твои слова?

- Она красива и умна, это уже говорил, но у меня к ней ничего нет. Даже влюблённости. Конечно, приятно, льстит самолюбию, когда рядом такая красавица, но что поделать, сердцу не прикажешь. Тем более не могу забыть, что она, как и Вы, офицер госбезопасности.

- Это пугает?

- Нет, не пугает, скорее неприятно. Даже хорошим знакомым представить девушку, добавив, что она действующий офицер КГБ, будет полным идиотизмом. После такого придётся сразу уходить из любой компании. К тому же и ко мне потом будет соответствующее отношение. Надеюсь, поняли мои слова. Вообщем, поговорили плодотворно, но, на мой взгляд, остались при своих. Не ошибся?

- Как сказать, - майор поднялся с дивана и посмотрел на меня сверху вниз, я бы сказал, снисходительно. – Хорошо, молодой человек. Я доволен, что между нами состоялся вполне искренний разговор и я смог понять твою позицию. Что ж, время покажет кто из нас был прав. Самое ближайшее время...

Возражать не стал, благо в комнату зашла Василиса, пригласив нас к столу. Глянув на часы, удивился – проговорили больше двух часов, а ощущение, что не более получаса. Да уж, время летит… В большой комнате встретился глазами с мамой – ей явно было что мне сказать, но, не сговариваясь, решили провести последние даже не часы, минуты этого года достойно, оставив разговоры на потом.

* * *

Возвращаясь во втором часу ночи домой, отказавшись от сопровождения, а Василиса до последнего настаивала, что её присутствие нам необходимо, лениво обменивались впечатлениями о новых знакомых. Сначала я маме рассказал, чем был занят столько времени, затем она поделилась со мной впечатлениями о девушке и её маме, с которыми провела не один час больше за разговорами чем за готовкой и сервировкой праздничного стола.

- Екатерина Алексеевна женщина странная, если не сказать больше. – Мама наслаждалась ночной прогулкой, вдыхая морозный воздух. – Сначала пыталась из меня вытащить всю возможную информацию о тебе, твоих бывших девицах, а потом обо мне и твоём отце. Когда узнала, что тот кадровый офицер, вроде как выдохнула с облегчением, но я за долгие годы общения с вояками давно перестала быть простушкой, которой можно что угодно влить в уши. И, соответственно, моя собеседница услышала лишь то, что я пожелала сказать. Потом попыталась меня загипнотизировать. Ей Богу, я чуть не захохотала, настолько всё было по-дилетански. Она хотела подчинить МЕНЯ. Если бы знала, к кому лезет в голову (мама быстро бросила в мою сторону настороженный взгляд и продолжила говорить, словно и не было никакой оговорки). Но, в целом, скажу так – дама странная в поступках и поведении. Тарканов у неё столь много, что мне стало жаль девочку, её дочку. Зашугали её вконец. Пару раз Василиса хотела пройти в комнату, где отец беседовал с тобой, но мамаша ТАК рявкнула, что даже я вздрогнула от неожиданности.

- Мам, а как тебе Василиск?

- Не называй её так. Василиск в полном смысле слова – это взгляд её мамаши. Между прочим, когда ты танцевал с ней, что тебе шептала на ухо? Вид у неё в тот момент был победный.

Я засмеялся, вспомнив, как после встречи Нового года, традиционно посмотрев телик, в очередной раз набив живот деликатесами, решили устроить танцы, а когда очередь дошла до Екатерины Алексеевны, та, танцуя, стала прижиматься ко мне словно влюблённая девочка, шепча на ухо какую-то чепуху, а потом чуть не рявкнула – что бы я её дочки не смел касался. Спросил, мол, вообще не касаться? Если так, не вопрос, но вместо уточнения последовал набор бессвязных монотонных слов, словно женщина пыталась на меня воздействовать. Уловив момент, когда на нас не смотрели, взял, да и нежно поцеловал её в ушко, прошептал, что все её усилия воздейстовать на меня лишь пустая трата сил и времени. И не понял – то ли в отместку за мой невинный поцелуй, то ли на произнесённые слова, мне сразу же отплатили – женщина вполне сознательно наступила мне на ногу острым каблуком и, не отрываясь, смотрела в мои глаза, фиксируя реакцию. К частью, музыка вскеоре закончилась и больше с Екатериной, как она представилась в самом начале общения, без упоминания отчества, не танцевал…

- Хорошая девочка, но, извини сынок, не по тебе. Красивая, воспитанная, но какая-то забитая. Да и все разговоры, в которых она участвовала, пока мы накрывали на стол и заканчивали с готовкой, оканчивались на тебе. А перед тем, как она за Вами, мужчинами, пошла, вообще заявила, что Вы решили пожениться. Мне подобное было странно слышать, тем более знаю, сколько Вы встречались, да и свиданиями подобные встречи назвать нельзя, а вот её маман после услышанного стала похожа на кобру перед броском... Скажи, сынок, у неё с головой всё в порядке?

Я рассмеялся и обнял маму, прижав к себе.

- У Василисы или у её мамы? Да ладно, понял, о ком спрашиваешь. Я ж тебе практически всё рассказываю, ничего не скрываю. Она сегодня заявила, что жить без меня не может, мол, я для неё как стимулирующий наркотик. Так что после услышанного сказать, что она нормальная, не могу.

- Так это хорошо. Если надо помочь избавиться от её навязчивого внимания, помогу. Не хочу, что бы ты попал под нездоровое влияние. Если смотреть со стороны, вроде всё с ней нормально, но если учитывать её семейку, знаешь...

- Мам, а кем работает мама Василисы? Не упоминала? Отец, как и девушка, в КГБ, а та?

- Прямо в лоб не спрашивала, но и от неё ничего конкретного не прозвучало. Как поняла, она вроде медработник или как-то связана с медициной.

- Психиатр? Психотерапевт?

- Не знаю. Проскальзывали в разговоре специфические термины, но сам знаешь, сейчас каждый второй увлекается медициной с целью или похудеть, или для поддерждания внешнего вида…

Разговор плавно перешёл на другие темы и вскоре, не торопясь, дошли до дома. Когда поднялись на лифте на девятый этаж и я всунул ключ в замок квартиры, открылась соседская дверь. Вышел хозяин квартиры, Саша, мой ровестник.

Поприветствовали друг друга, поздравились с праздником и Саша, извиняясь, протянул мне небольшую коробку.

- Тут девушка приходила. Около восьми вечера. Долго звонила к Вам, а потом, убедившись, что никого нет дома, позвонила ко мне. Видно было, что расстроилась, не застав никого. Попросила передать коробку. Сказала, ты поймёшь от кого.

- А по имени не назвалась?

- Нет. Но, скажу, девушка небычная. Нельзя сказать красавица, но глаз не отвести…

Поговорили ещё немного, а потом распрощались и вслед за мамой зашёл в квартиру. Скинув верхнюю одежду и раззувшись, не утерпел, прямо в прихожей открыл коробку. Внутри лежали два комплекта – вязанные шапочка, шарф и варежки. Один женский, белого цвета, другой явно для мужчины, только цвет был необычный – огненно-рыжий. Невольно погладил шерсть и в ту же секунду понял кто ТАКОЕ мог подарить. И замеченная записка на дне коробки лишь подтвердила мои предположения. Там было всего три строки.

«Мы вынуждены покинуть свой дом. На какой срок, не знаю, но всегда буду помнить тебя. С Праздником! Пусть эти вещи, сделанные моими руками, греют тебя и твою маму. Специально меня не ищи. Когда придёт срок, сама тебя найду... свою судьбу…» Что-то было ещё дописано, но потом тщательно зачирикано…

Опустил в коробку записку и взял в руки шарф, уткнулся в него лицом. Не знаю, это была игра воображения, или в самом деле услышал в неимоверной дали голос, похожий на звон колокольчика.

– Я знала, была уверена, что тебе понравится мой подарок. Пока он с тобой, не сможешь меня забыть. Будешь помнить и будешь ждать… ждать… ждать…

Глава 9. Илиани.

В первый день нового года проснулся около часа дня и, приоткрыв глаза, улыбнулся – под подушкой, согревая руки, лежала подаренная шапка, а рядом с лицом, щекоча кожу – шарф и варежки.

- «Ложился трезвым, а подарок почему-то забрал с собой в постель. Кстати, а что вчера нам с мамой подарили? Когда были в гостях?»

Сколько не вспоминал, ничего толкового в голову не пришло. По-моему, когда шли домой, кроме маленькой сумки у мамы на плече, в руках у нас ничего не было.

- «Подарить подарили, но что, так и осталось тайной - ты вчера не забрал пакет», - в голове тихо журчали мысли Виски. Странно, тот вчера вообще не давал о себе знать. На мои размышления, в голове вновь зазвенел ехидный голосок. – «Так чего лезть с советами, когда ты, по-моему, впервые в жизни вёл себя более чем благоразумано. Как в разговоре с Василисой, так и с её отцом. Что касается мамаши… не понял подъездов с её стороны. Как по мне, мадам задалась целью тебя охмурить. Смотри, женишься, а вместо одной придётся обслуживать двух дам. Ладно, не злись, шучу. Хотя, как люди говорят, в каждой шутке… Мадам непростая, под стать своему мужу – тоже пару раз пыталась и к тебе влезть в голову, и к маме, но у той ничего не получилось. Здесь, знаешь, невольно возникли вопросы. Ладно ты, я был готов к нападению, разговор о маме. Чувствовал, на неё пытались ненавязчиво воздействовать оба родителя Василисы. Очень уж им хотелось узнать как можно больше о нашей семье, но, судя по растроенным лицам, не смогли добиться своего. У меня сложилось впечатление, что наша мама обладает мощной природной защитой как от гипноза, так вообще от постороннего влияния. Прошу, поговори с ней, может что расскажет. Не верится, что она такая с рождения».

И столько звенящего нетерпения было в мыслях собакина, что я пообещал поговорить с мамой на эту тему, хотя не верилось, что она какая-то особенная. Ну было дело, рассказывала пару случаев, когда будучи ребёнком «заглядывала» во сне на день-другой вперёд, но это скорее исключение, чем правило.

Виски продолжал бубнить в моей голове, поэтому пришлось снова прислушиваться к его мыслям.

- «Я тут растекаюсь мыслью по древу, а он…. Не хочешь слушать, так скажи, я не напрашиваюсь».

- «Прости, малыш, отвлёкся».

- «Малыш?» - темп мыслей собакина дрогнул. – «Ты давно не называл меня так. Ладно, не обижаюсь. Понимаю, что вываливаю на тебя массу информации, а ты ещё толком не проснулся. К тому же млеешь от запаха шерсти. Мой друг, а хочешь вводную, которая тебе свернёт мозги набекрень? Весь этот пушистый комплект, который ты сейчас неосознано гладишь, наслаждаясь запахом, связан из шерсти той самой девушки, которая тебе понравилась. Рыжей лисичке. Не, не лисе в полном смысле слова. Это я так, образно. Она, рыжая, чистейшей воды оборотень, НО… Внимание. Как у Вас говорят? Барабанная дробь? Так вот. Это собачья шерсть, не волчья. Я вот сам себе удивлялся, что ни в первый раз, когда тебя хотели убить, ни во второй, у работы, у меня не возникло желания убивать. Было чувство непонятной ярости, злости, это да, но никак не жажды крови. И сейчас понял почему – та Семья особая. Если честно, о подобных никогда не слышал, и в памяти предков такой информации не нашёл.»

Я удивился тому, что «сказал» Виски. В последний месяц собакин разбирался с тем, что называл «памятью предков». Своего рода закладкой на уровне рефлексов, которая испокон веков передавалась от родителей к детям. Естественно, у полноценных животных, в смысле собак, всё срабатывало на уровне инстинктов, а тут настолько уникальный случай, когда разум пса, лишившегося привычных рамок и ограничений, слившись с сознанием человека, стал неторопливо, с интересом и энтузиазмом исследователя, распутывать клубок вложенной предками информации.

- «О собаках у тебя информации у тебя нет, о ком есть?»

- «Преимущественно о волках, намного меньше о медведях. Когда-то давным-давно были лисы, но в памяти лишь упоминание былого. Есть ещё природные перевёртыши, но те или не обладают разумом, существуя за счёт инстинктов, или вообще не принадлежащие нашему миру, кто является врагом всем без исключения. Хотя давай эту тему оставим в стороне, толком не успел разобраться. Что хочу спросить. Ты, когда водил меня к парикмахеру, состриженную шерсть забирал, помню. И где она? Надеюсь, не выкинул?»

- «Людям делает стрижки парикмахер, а собаками занимается грумер. Ты мне, между прочим, дороговато обходился со своими завитушками».

- «Воспоминил и пожалел потраченные на меня деньги, да? И не стыдно?

- «Стыдно когда видно. Всё, забыли. Что касается твоего вопроса - у мамы где-то лежит мешок, в котором вся твою шерсть. Хотела отдать знакомой, что бы та сделала пряжу, но так и не собралась».

- «Вот...» - как мне показалось, Виски ухмыльнулся. Будь он человеком во плоти, наверняка сейчас бы назидательно поднял палец вверх. – «А эта девочка не поленилась и из своей шерсти связала тебе комплект. Для мамы использовала другую. Не покупную, комбинированную. От нескольких существ. Она поэтому и пахнет не так и… более неживая, что ли. Кстати, твой комплект пропитан запахом не звериной ипостаси, а именно человеческого тела. Наверное, ЕЁ рук. Вкусно пахнет».

- Не надо мне говорить о том, что сам способен почувствовать, – непроизвольно фыркнул вслух, хоть и шепотом. – Трудно разобрать все оттенки, но мне ОЧЕНЬ нравится.

- «Что о Василисе сказать не можешь. Ведь так?»

- Да. От другой девушки пахнет иначе и запах не столь волнителен. Сказал бы, нейтрально. Нет желания прочувствовать и вдохнуть полной грудью.

- «Вот сам себе и ответил на большинство так и не заданных до сих пор вопросов. Если бы хоть раз почувствовал, что запах девушки волнителен, тебя притягивает и возбуждает, неосознанно сделал бы шаг вперёд на пути к более серьёзным отношениям. Мой друг, ты давно не являешься обычным человеком и помимо иных свойств, у тебя имеется полноценное звериное обоняние. Ты уже сам не замечаешь, но во время знакомства с новым человеком неосознано обнюхиваешь его и только после этого в твоей голове складывается впечатление о собеседнике. Ощущаешь, болен ли человек, по его эмоциональному состоянию определяешь его отношение к тебе, это тоже благодаря запаху и только потом все пазхлы встают на свои места, складываясь в определённую картинку – как правило, та практически идеальна».

- Трудно не согласиться, ты во многом ты прав. У меня, например, к отцу и матери Василисы сложилась тоже скорее нейтральное, чем отрицательное отношение.

- «И это вполне объяснимо. Подсознательное разделение на своих и чужих. Ты Василису уже принял в близкий круг. И, не желая расстраивать её, принимаешь и её родственников. Как по мне, это неправильно, потому что ни капли не верю в сказанное вчера. Я о том, что у неё без тебя нет жизни. Как-то всё это надуманно. Скорее на фоне глубокой личной депрессии девушка после длительных поисков нашла единственный положительный раздражитель в своей жизни. Этим светлым пятном оказался ты. И после раздумий, не найдя альтернативы, свела всё к тому выводу, который вчера тебе и озвучила. Скажу тебе так, сосед. Это не любовь с первого взгляда, даже не влюблённость, совсем иное. Это неосознанные действия на уровне инстинктов скорее животного, не человека - желание самки любым способом заполучить внимание самца – вожака будущей стаи. Самого сильного из всех. И с последующим рождением щенков сука оказывается под надёжной защитой».

- «Виски, Василиса не сука», - невольно улыбнулся над выводом собакина, хотя его категоричность и сравнение мне понравились. – «В смысле, не собака. Что в её голове творится, не знаю, но сказанные вчера слова постоянно крутятся в голове. Не могу их забыть и всё тут. Хотя осознаю, что ради её личного спокойствия и умиротворения жениться на ней не буду ни при каких условиях. О детях так вообще разговора нет. Не та девушка, что бы с ней создавать семью. И, знаешь, я немного её боюсь. Не привык к такому безаппеляционному натиску, когда не считаются с моим мнением».

- «Правильно, что перестал говорить вслух. Мама уже встала. Пошла умываться. Вскоре, думаю, и тебе надо будет подниматься. Что касаеться твоей «невесты», я удивился вчерашнему заявлению девушки, что Вы решили пожениться. С чего вдруг? Ведь с тобой ни словом об этом не обмолвилась. Получается, решила взять всё в свои руки?»

- «Я не вещь, которую можно без спроса взять и положить туда, куда хочется. Как мне кажется, Василису сегодня с раннего утра и до поздней ночи будут обрабатывать родители, запрещая в ближайшие дни со мной встречаться. Вот и славно. Отдохну, а ближе к вечеру пойдём с мамой гулять. Главное, что бы не «достала» со звонками».

- «Позвонит. И не раз. Будет добиваться своего, но ты, как понимаю, уже весь в мечтах о встрече с другой. На протяжении всего нашего разговора так и не выпустил из рук шарфа. Сосед, тебе не кажется странным, что тебя, человека, тянет не к человеку, которому ты нужен, а на экзотику? Не пожалел бы потом с выбором. Ты даже не помнишь как её зовут… Ладно, пора вставать, успеем ещё пообщаться. Мы ведь всегда рядом…»

- - -

Как я и боялся этого, но что первого января, что второго и третьего, через каждые пару часов мне названивала Василиса, рассказывая как она проводит время (чуть ли не поминутно). Пожалуй, опускала только подробности с туалетом. К вечеру третьего дня подобноле общение уже выбесило настолько, что стал отделываться отдельными словами – да или нет. Меня ещё никогда так не доставали... Вечером третьего января неожиданно позвонил старый приятель и пригласил на следующий день поехать с утра в Кавголово покататься на горных лыжах. С радостью согласился и, к удивлению, общение в компании знакомых людей напрочь выбило из головы все посторонние мысли. Когда поздно вечером вернулся домой, мама с ухмылкой сообщила, что в течение дня раз двадцать звонила «невестушка» и, в конце концов, заявила, что очень обиделась, что её не позвали поехать за город. И следующий день я прожил в тишине и спокойствии, а потом… пришла пора выходить на работу. И текучка захватила меня с головой настолько, что только в конце недели осознал, что Василиса меня так и не побеспокоила. Растроился? Нет. Скорее обрадовался. Появилась большая такая надежда, что или для девушки наконец-то дошло понимание абсурдности ситуации или что её родители всё-таки смогли достучаться до мозгов дочери, но на душе стало легко и, честно скажу, радостно.

* * *

Так прошёл январь, за ним пролетели февраль и март. Работа-дом-работа и пару раз в месяц командировки по области. Вся канитель с одержимой девушкой, как мне казалось, осталась в прошлом. Это я так думал, но за три месяца она так ни разу и не позвонила, не то, что не приехала. Что касается новогоднего подарка, шапку и варежки я одевал редко, в основном, когда ездил за город, а вот шарф практически не менял, наматывая на шею каждый день. Что удивительно, запах за это время совсем не выветрился и каждое утро его вдыхал всей грудью, вспоминая лицо девушки…

Майор, отец Василисы, тоже так и не дал о себе знать. Уже со смехом вспоминал новогоднюю ночь и его заверения, что меня «запрягут» помимо воли. Значит, оказалось, что не всё так просто в нашем королевстве и самоуверенность мужчины столкнулась с железобетонной реальностью жизни. Жалеть об этом было глупо, и жизнь текла своим чередом, пока не наступил апрель и мой день рождения…

Получив на работе поздравление от коллег, чисто символически отметив день рождения, вечером, выйдя на улицу, в одном из проходных дворов почувствовал, как меня окликнули по имени. Остановился и, не веря своим ушам, медленно повернулся. Тихо произнесённые слова, которые скорее почувствовал, чем услышал, принадлежали не Василисе, а… Не знаю, что со мной случилось, но увидев перед собой широко распахнутые от удивления и радости глаза девушки, которая заметила шарф на моей шее, не удержался – сделал шаг и, сграбастав как медведь тоненькое тело, прижал к груди словно самую большую драгоценность во всём мире. И… моя жертва не сопротивлялась. Кажется, замерла, даже перестав дышать. Только через несколько быстрых ударов сердца услышал шёпот.

- Ты меня задушишь… - Через мгновение, когда уже опустил руки и извинился за свою несдержанность, девушка улыбнулась. – Спасибо, что не забыл меня и носишь подарок. А…

Наверное, она хотела спросить про шапку и варежки, но у меня от радости встречи перехватило горло. Улыбнулся и, сняв перчатку, нежно провёл рукой по шеке девушки.

- Ты больше не исчезнешь? Я очень скучал и видел тебя во снах.

- И я тебя видела…

Мы, не открывая глаз друг от друга, молча стояли посреди потока людей, которые нас огибали, порой бросая любопытные взгляды, но чаще злые, раздражённые, что стоим как столбы и мешаем пройти…

Я смотрел в глаза той, о ком мечтал во снах, желая запомнить её образ как можно чётче, боясь, что она исчезнет в следующую секунду. Не сразу заметил как её глаза наливаются краснотой и перед тем, как резко отпрянуть от меня и исчезнуть прямо на глазах, успела шепнуть.

- Мы скоро увидимся. Не бойся, я всё время буду рядом. Только… берегись энквиру…

Какую энквиру? Это что или кто? Куда делся рыжик? Растерянно посмотрев по сторонам, обернувшись, увидел метрах в десяти от себя замедлявшую быстрый шаг… Василису. Та явно желала встретить меня после работы, но не могла знать, я уйду раньше, поэтому и опоздала, а узнав, что я ушёл недавно, попыталась меня догнать.

- Здравствуй, любимый, - тон девушки и выражение её лица никак не соответствовали произнесённым словам. – Странно и обидно видеть, что ты променял меня на какую-то дрянь. Ладно б она была… нормальной, но ты умудрился выбрать худшее из возможного. Скажи, чем она лучше меня? Красивее? Нет. Умнее? Смешно даже говорить об этом… Может любит тебя больше чем я? Или способна дать то, чего я не могу? На все заданные вопросы отвечу тебе сама – по сравнению со мной она ничто. Грязь, пыль под ногами. Одна из тех немногих, что вскоре вообще должны исчезнуть с лица земли как ненужное, мешающее жить нормальным людям …

Девушка продолжала говорить, но во мне, откуда-то из глубины души внезапно стала рости волна ярости и… ненависти к говорившей. Наверное, Василиса заметила, что со мной творится что-то ненормальное, поэтому замолчала на полуслове, а на её злом и некрасивом от этого лице, заметил испуг. Не хотел подобного выяснения отношений посреди улицы, но коль не я был инициатором, понимая, что за мной последуют, отошёл в сторону, освободив прохожим дорогу. Прислонился плечом к стене дома и, глянув на Василису, поймал себя на непонимании как может за красивым «фасадом» скрываться столь огромный ком злости, раздражения и грязи. Именно грязи, другого слова тому, что чувствовал, подобрать не мог.

- Ты спросила, чем она лучше? Что в ней есть такое, чего нет в тебе? Отвечу. Самого простого, но необходимого для нормальной жизни. Человечности. Эта черта начисто отсутствует в тебе, деформировав характер и нормальное отношение к другим людям. Ты лишена способности сопереживать. Жить не для себя, любимой, а для других. Спросила, что ОНА может дать мне, чего не можешь ты? Отвечу иначе, потому что сравнивать Вас... Ты, к сожалению, мне НИЧЕГО не способна дать. Понимаешь? НИ-ЧЕ-ГО. Ты не смогла понять, что благодаря своей работе уже давно потеряла все природные женские качества - нежность, ласку, заботу. Привыкла жить в команде и по командам и мнение людей вне службы тебя перестали интересовать. Скажи, хоть раз задумалась что я чувствую под твоим моральным гнётом? Всю жизнь слушать твои команды? Знаешь, нет ни малейшего желания. Поэтому не особенно расстроился, когда ты перестала звонить, тем более заявляться ко мне на работу. Жить, знаешь, стало легче. У меня словно камень свалился с души.

Странно было наблюдать за выражением лица Василисы. Вначале она, как мне показалось, испугалась, потом смотрела на меня с недоверием, а под конец на её лице появилась улыбка. Не довольная, скорее снисходительная…

- Всё сказал? Легче стало? Я рада. Теперь послушай меня, - и девушка, вынув из кармана куртки конверт, сунула его чуть ли не мне в лицо. – Прочти при мне.

Открыл конверт и достал пригласительный билет на… собственную свадьбу. С недоверием прочёл раза три подряд, но никаких ошибок не было. Обратил внимание на дату бракосочетания. Июнь. Восьмого числа. Двенадцать часов. Ох… (Это был не вздох, выругался про себя самыми крепкими словами). Вложил пригласительный билет обратно в конверт и протянул Василисе.

- Спасибо, конечно, за столь неожиданный сюрприз, но даже в качестве гостя на твою свадьбу желание прийти вряд ли появится. Не говоря уже быть задействованным в столь ответственном событии в качестве главного действующего лица.

- Не обсуждается, – девушка отпихнула мою руку, не желая забирать конверт. – Оставь себе как напоминалку.… Если ты не способен на поступок, мне, девушке, ничего не оставалось как взвалить все заботы на свои хрупкие плечи. Дорогой, ты мне слишком дорог, что бы в последний момент давать задний ход. Колесо закрутилось и многое для нашей дальнейшей совместной жизни уже сделано. Не тобой. Мной. Так что время изменить отношение ко мне у тебя ещё есть. Что касается частностей… позаботься о свидетеле со своей стороны жениха и… можешь пригласить на церемонию человека три-четыре. О деталях поговорим чуть позже.

Я от подобного напора просто ошалел. Никогда ещё со мной не разговаривали подобным тоном.

- Василиса. Ты говоришь сейчас серьёзно? Это не розыгрыш? – Блин, глупый вопрос, вижу ведь, что у девушки на лице не дрогнул ни один мускул. Она была серьёзна как никогда. – Не сложно понять откуда у тебя данные моего паспорта. Догадываюсь, что вместо меня в ЗАГС для подачи заявления пришёл твой коллега, предъявив фальшивый паспорт на моё имя... В голове не укладывается другое – для чего и кому нужен этот спектакль? Тебе лично? Бред, нитогда не поверю, потому что не о любви ко мне, даже о влюблённости с твоей стороны говорить не приходится. Ты, мне кажется, вообще не способна кого-либо полюбить, а ко мне… по-большому счёту, у тебя нет даже доброго отношения. ТОГДА ДЛЯ ЧЕГО?

- У тебя была уйма времени, чтобы узнать меня лучше, но ты всё бездарно профукал. Не моя в том вина. Твоя. Сейчас об этом говорить поздно, да я и не желаю. Что касается свадьбы, ты на неё явишься. В любом случае. Надеюсь, по собственной воле, а нет, помогут.

- Слушай, у тебя с головой всё в порядке? – меня всё-таки вывел из себя безэмоциональный голос. – Есали не поняла с первого раза, повторю. Я не желаю с тобой не то, что сочетаться браком, рядом находиться не хочу. Ты никогда не задумывалась, что мне просто физически неприятна? Или моё мнение тебя снова не интересует? Прости, но как представлю близость с тобой…

Не успел договорить фразу до конца, получив по лицу даже не пощёчину, а вполне серьёзную оплеуху. Девушка не пожалела сил – сполна отвела душу. К сожалению моя так называемая защита не сработала, да и была ли она раньше? Давно сомневался. Но при всём при этом, фразу, сквозь боль в разбитых до крови губах договорил.

– Тошнит даже от одной мысли…

Кинув под ноги конверт с пригласительным, достал из кармана платок и плотно прижал к лицу, чувствуя, как тот быстро набухает от крови. Опустив глаза, хаметил, что и куртку запачкал. Ничего не оставалось, как вернуться на работу и застирать одежду, что бы не остались пятна, да и морду лица необходимо было подержать под струёй холодной воды. Не прикладывать же снег к лицу на виду у прохожих…

Так и сделал. Повернулся к Василисе спиной и вернулся на работу… Хорошо, не встретил никого из коллег пока шёл в туалет. Сначала сунул лицо под холодную воду, чуть позже посмотрел на себя в зеркало – да уж, рука у девицы была тяжёлая и тренированная, К тому же и ударила, как понял, не ладонью, а кулаком.

- Сними куртку, застираю, - за спиной раздался тихий голос и в зеркале увидел рыжика. Судя по воспалённым глазам, девушка недавно плакала. – Сними, мне не в тяголсть. И прошу, намочи и прижми к губам шарф. Поможет. Снимет воспаление и болевые ощущения. Не бойся, ничем не заразишься. – Последние слова были произнесены уже со слабой улыбкой на встревоженном лице. Спорить не стал, сделал всё, как она просила, безоговорочно поверив сказанному. Удивился, но спустя пару минут острая боль и в самом деле ушла и почувствовал что воспаление на рассечённых губах спадает.

- Спасибо, рыжик, - попытался улыбнуться, но лицо непроизвольно скривилось от острой боли.

- Не надо ничего говорить. Потерпи немного. Скоро станет легче.

Пока я занимался собой, девушка оперативно застирала пятна крови на куртке, а потом, не стесняясь, наклонилась и стала замывать запачканные брюки. Как я сумел их запачкать, одному Всевышнему известно, но запачкал…

Так, вдвоём, мы провели в туалете больше получаса и за это время в сюда никто не зашёл. Видимо рыжая почувствовала моё недоумение. Чуть смутившись, объяснила.

– Я на полке у входа увидела объявление «Туалет на ремонте». Повесила снаружи на ручку, поэтому никто и не зашёл. Как себя чувствуешь? Лучше? Надо идти, а то безопасный лимит времени уже вышел. Давай помогу одеть куртку.

Глянул на себя в зеркало – кровь остановилась и внешне всё выглядело уже не так мерзко как в начале. Обернулся и улыбнулся девушке, чувствуя, что боль в губах практически не ощущается.

- Милая, у меня лицо разбито, а руки вполне работоспособны, так что могу сам за собой поухаживать.

- Мне не трудно помочь, даже приятно, но если не хочешь, не буду настаивать.

И столько нежности и заботы было вложено в эти слова, что я, кажется, вновь стал терять над собой контроль и протянул руки, что бы обнять девушку, но та отрицательно покачала головой.

- Не надо. Ты потерял много крови, хоть раны внешне и безобидны. Я никуда от тебя не денусь.

- Подожди, - мелькнула мысль, которая всё время крутилась, но никак не мог её сформулировать, а сейчас проде всё стало на свои места. – Можешь ответить на вопрос? Куда ты делась там, во дворе? Вроде стояла рядом и раз, тебя нет. Можешь стать невидимой? Насколько знаю, подобным фокусом никто из ныне живущих не владеет. Или, как говорят, отвела глаза?

- Странно, что первым задал тот вопрос, который, по логике, вообще не должен был задать. Хорошо. Коль сложилось так, что мы вместе… Не буду читать лекцию о пространстве и времени, ты всё равно до конца не поймёшь нелогичность структуры строения, но если вкратце… Пространство вокруг нас– это не кажущаяся пустота, это многослойная материя, в которой есть дыры и складки. В одном месте, например в лесу, материя тонкая, в другом, к примеру, в пустынях, твёрже стали. Я одна из немногих, кто способны ощущать подобные вномалии. Складки… В городах они, из-за искажения энергий и эмоциональной составляющей массы живых существ повсюду, надо только суметь их почувствовать.

- Ты туда заскакиваешь и тебя снаружи не видно. А сама "оттуда" можешь видеть что творится вокруг?

Девушка смешно сморщила носик. Потёрла его и тихо чихнула.

- Там всегда много пыли. Прости. Да, внешняя ткань тонкая и могу слышать и видеть что происходит снаружи. И сегодня, находясь в метре от тебя, слышала Ваш разговор.

Настроение у меня от упоминания, что недавно произошло, мгновенно упало ниже плинтуса и рыжик это почувствовал.

- Не расстараивайся. Не всё так страшно. Первое, что приходит в голову – сходи в тот ЗАГС, где зарегистрирована подача документов и отзови свою подпись. Напиши заявление, что за тебя это сделали другие... А сейчас пойдём на улицу. Та девица вряд ли осталась на месте. Она, как мне показалось, пожалела, что ударила. Даже дёрнулась тебя остановить, что бы помочь, но её характер и гордыня не смогли переварить сказанные тобой слова. Ответь, ты искренне сказал, что она тебе противна?

- Да. В этом человеке от женщины осталось намного меньше, чем в мраморных статуях Летнеего сада. Там тоже можно любоваться женской красотой и мастерством скульптора, но холодный мрамор никогда не согреет человека тёплым и ласковым прикосновением…

Мы смогли практическт незаметно выйти сначала из туалета, а потом и покинуть здание, лишь кивнул на проходной охраннику. Как мне показалось, девушку тот вообще не увидел, скользнув по ней пустым взглядом. Отметил это, сделав в памяти зарубку на будущее.

Пройдя полдороги к метро, замедлил шаг. Понял, что безумно не хочу расставаться с человеком, который за последний час окружил меня искренней заботой. Не знаю, может и ошибался, но, как мне казалось, у девушки было аналогичное состояние. Чёрт! В голове промелькнула мысль, что за всё время, что находились рядом, я так ни разу не обратился к ней по имени. А как обращаться, когда этого самого имени и не знал. Однажды услышал, чуть ли не полгода назад, и сразу же забыл. Повернул голову и увидел устремлённый на меня вгляд внимательных серо-зелёных глаз. Казалось всё, о чём думал, для рыжика было написано на моём лице, словно на транспоранте. И сейчас, наверняка догадавшись о моих проблемах, сняв с руки варежку, прикоснулась к моей щеке тёплой нежной ладошкой. Невольно обратил внимание на её маленькие руки. Да и вообще она была тоненькой как тростинка, ростом максимум метр шестьдесят.

- Закрой глаза и вспомнишь что тебе надо. – Я прикрыл глаза и в ту же секунду перед взором промелькнула картинка, когда мужчина, её отец, обратился к дочери.

- «Илия, не прикасайся к нему. Это... Что он имел в виду, я так и не узнал. Значит Илия? Необычное имя.»

- Илия, – произнёс уже вслух.

- Илия – так называ… называли меня родственники, а полное имя Илиани. Древнее имя, сейчас таким детей не называют. Означает светлый, мягкий, трогательный, но есть и другие толкования – божественный, сияющий. Мне больше нравится полное имя, а когда называют Илией, невольно слышится Илья, мужчское имя. Так и хочется добавить «пророк».

- Красивое имя, - мне самому больше понравилось полное имя. Илиани. Несколько раз подряд произнёс его про себя и почувствовал, что каждый раз имя воспринимается немного иначе. Всё вроде одинаково, но отзвук…

- Услышал, когда произносил про себя, многокрасочный отзвук? – девушка продолжала, казалось, читать мои мысли, что меня привело в замешательство. И заданный рыжиком вопрос, а затем и ответ на него немного разрядил возникшее напряжение.

- Ты сейчас напрягся, наморщив лоб, подумал, что я читаю твои мысли? Увы, такое делать не могу, но на твоём лице сейчас отображается ТАКАЯ гамма чувств и эмоций, что трудно не сообразить о чём ты думаешь.

- Даже так? – невольно улыбнулся и понял, что мои губы сейчас хоть и были раза в два больше обычного, вообще не болели. – Спасибо тебе за помощь, милое и красивое создание. Как ты и обещала, губы болеть перестали.

- К утру и воспаление спадёт. Моя шерстка… - Илиани осеклась, бросив на меня быстрый взгляд и, как мне показалось, вся сжалась в испуге, словно ожидая, что за оплошность неиминуемо последует физическое наказание.

Обнял понурившуюся девушку и прижал к себе.

- Тебя часто били? Знаешь, непроизвольную реакцию трудно не заметить.

В ответ последовал лишь короткий кивок и, как я чувствовал, девушка, чувствуя моё отношение, постаралась прижаться ко мне всем телом, словно ища защиту. И столько в этом жесте было трогательного, что не удержался и, наклонившись, поцеловал в её маленький поднятый ко мне носик.

- Ты маленькое чудо чудное, а не рыжик. Я тебя никогда не обижу. Обещаю… - Так… Задумался что делать дальше. По логике, надо было бы проводить девушку до её дома и потом двигать к своему, но даже мысль расстаться с той, кто была сейчас рядом, найдя во мне защиту, повергала меня в ужас. Казалось, расстанусь и через секунду с ней произойдёт что-то страшное, неизбежное, а я помочь не смогу. Решено. Переночует сегодня у меня. Устрою в моей комнате, а сам лягу рядом на пол. Нет. Что бы не смущать, на кухне.

- Малыш. Кушать хочешь? – Девушка несмело кивнула и вновь спрятала лицо у меня на груди. И только сейчас осознал, что непонятно как дошли и стоим уже продолжительное время у входа в метро. Я спрятал девчушку буквально на себе, обняв её руками, к тому же запахнув на её спине полы своей распахнутой куртки.

- Второй вопрос, не менее важный. Ты написала в записке, что ты и твоя семья вынуждены покинуть свой дом. Отсюда следует логичный вопрос - у тебе есть где жить? Только честно.

- Я на пару дней у подруги остановилась. – Девушка попыталась вырваться из моих рук, но вскоре прекратила дёргаться и вновь успокоилась. - Ты не думай, у меня есть жильё, но ехать туда не хочу. Одной в огромном пустом доме… Сойду с ума от страха и одиночества. Я хотела снять жильё, на это у меня есть деньги и не буду беспокоиться на эту тему длительное время. Но посчитала правильным сначала увидеть тебя. Были на этот счёт определённые страхи.

- И эти страхи ты сегодня увидела воочию, да? – увидев очередное движение головы, вновь улыбнулся. Появилось ощущение, что с этой девчушкой, которую и знать не знал до сегодняшнего дня, мне тепло и хорошо, словно прожили вместе не один десяток лет, понимая и чувствуя друг друга уже на подсознании. Такого в жизни не бывает, разумом это понимал, но и другое чувство, которое обычно называют душой, буквально кричало мне, что девочку ни в коем случае отпускать от себя нельзя, она неминуемо попадёт в беду… Что делать дальше для себя уже решил.

- Малыш. Как мне не хочется тебя отпускать, но нас в подобном виде в метро не пустят. Сейчас найдём поблизости телефон и позвоню маме. Надо предупредить, что приеду не один.

Девушка, осознав прозвучавшие слова, смутилась окончательно, став категорически отказываться от подобного визита, но я, когда хочу, могу быть убедительным.

- Обещаю, всё будет благопристойно. К тому же приглашаю тебя не в холостяцкую берлогу, а туда, где живу не один, с мамой. Между прочим, она твой подарок носит практически не снимая, а ей угодить, знаешь ли, надо ещё как постараться.

Кажется, мои уговоры и доводы всё же дошли до сознания девушки и она успокоилась. Через несколько минут поисков нашли работающий таксофон и после пары гудков мама подняла трубку. Быстро выложив информацию, что приеду не один, а с «потеряшкой», услышал спокойный безэмоциональный голос, который в своей жизни слышал лишь пару раз. Это были моменты, когда происходил кардинальный поворот в жизни. Первый раз, когда родители разводились и отец уезжал в другой город, оставляя маму с шестилетним сыном. Второй раз, когда поступила информация, что меня отправляют в Афганистан, правда, позже не подтвердилось…

- Ты сейчас говоришь о той, кто нам сделала подарки на Новый Год?

- Да, мам. А это имеет значение?

- Имеет, сын, но давай более подробно поговорим дома. Обещаю, твою рыжую с порога не выгоню.

- Мам, а откуда ты… - я замолчал, услышав в трубке короткие гудки. Что значило, когда мама бросила трубку, догадывался – на меня не на шутку разозлилились. Но почему?

Девушка, что стояла рядом всё это время, естественно слыша наш разговор, прямо на глазах сникла. Пришлось подбадривать, хотя делал это больше для себя, чем для неё.

- Не бойся, малыш. Всё будет хорошо. Мама у меня только внешне строгая, а внутри – мягкое и заботливое, родное существо, которое никогда мне не сделает ничего плохого. И твои мысли, что ты этого далеко не я, написанные на твоём лице, лишены оснований. Увидишь, тебя никто не обидит…

* * *

Когда через час уже подходили к дому, почувствовал, что Илиани дрожит словно в лихорадке, а крылья её носа непроизвольно вздрагивают, втягивая в себя воздух, видимо чувствуя рядом что-то знакомое, от того страшное… Дальнейшее в памяти осталось какими-то стоп-кадрами…

Наружная дверь. Лифт. Ключ в скважине двери и мы заходим в квартиру. Не думал, что последние метры мне придётся нести девушку буквально на руках, настолько она потеряла над собой контроль даже не от страха, от накатившего непонятного ужаса. Вначале мне было смешно, потом стал тревожиться, а под конец ничего не оставалось, как подхватить девушку на руки и так донести до квартиры. Но, надо отдать должное, пока я открывал дверь, Илиани смогла взять себя в руки и, побледнев буквально до синевы, самостоятельно переступила порог квартиры с мрачной решимостью быть стойкой до последней секунды. Мы успели снять с себя верхнюю одежду, и я даже растегнул молнии на сапогах девушки и снял с неё обувь, потому что у рыжика тряслись руки и она никак не могла ухватиться за язычок молнии, как в коридор из комнаты вышла мама. Я, честно, ничего не понимал до последней секунды, пока одновременно в коридоре не раздались два женских крика. Мамин «Молчи!!!» и девушки, которая, при виде хозяйки дома, упала в прихожей на колени, низко склонившись и протянув руки вперёд с тихим всхлипом – мольбой «Великая, прости».

* * *

Пауза, когда все застыли без движения, продлилась, как мне показалось, неимоверно долго. И только увидев, что девушка стала заваливаться набок, время вернулось к нормальному ходу. Я успел подхватить лёгкое тело, точнее просто не дал удариться об пол головой. Как понял, моя гостья потеряла сознание. Более того – её вновь колотило как в сильнейшем ознобе. Скажу честно – наверное, впервые в жизни по-настоящему растерялся. Меня учили, что делать при ранениях. Как останавливать кровь, как пользоваться индивидуальной аптечкой и жгутом, но здесь все навыки оказались не к месту. Не надо было хватать за запястье и мерить частоту пульса на запястье – на девичьей шее пульсировала артерия с такой скоростью, что даже простому человеку было понятно, что без опытного врача здесь делать нечего. И тем неожиданней прозвучал мамин голос, наполненный арктическим холодом.

- Скажи, сын, только прежде хорошо подумай… она тебе нужна?

Не знаю, что подразумевалось под словом «нужна», но эта девушка в данный момент нуждалась в экстренной помощи.

- Мам. Я до конца не понял твой вопрос, но Илиани мне близка по духу как никто другой. Трудно объяснить, что к ней чувствую, но она…

- Я поняла, не стоит заниматься словоблудством.

Мама подошла ближе и нагнулась, сдёрнув с головы девушки шапку и вновь, во второй раз я увидел необычный цвет волос. Сначала подумал, что волосы покрашены…

- Это её естественный цвет, не сомневайся. ОНИ волосы не красят. – Мама бесцеремонно откинула волосы девушки в сторону и отогнула её левое ухо, глянув на кожу. Убрала руку и вытерла её о брюки, в которых была.– Так и знала… Малолетняя дурочка. Не думала, что на старости лет подобное свалится на мою голову. – Выпрямилась и критически посмотрела скорее на меня, сидящего на коленях у тела девушки, чем на неё.

Я хотел попросить маму вызвать неотложку, но увидев на её лице странную улыбку, слова застряли у меня в горле и тут же последовал вопрос.

- Сынок. Как догадываюсь, ты знаешь кого приволок домой. Сказала приволок, потому что ОНА сама сюда по собственной воле никогда бы не пришла. Так что не цепляйся к словам. Вижу, что беспокоишься о ней. Скажи, это она тебя так разукрасила?

- Не она, Василиса. Встретила меня после работы и вручила пригласительный билет на нашу с ней свадьбу. Как тебе такое? Не сдержался и всё высказал.

- Даже так? – Мама закрыла глаза и подняла голову к потолку, глубоко вздохнув. – Хорошее поздравление с Днём рождения. Оригинальное, я б сказала. О той девице завтра поговорим, а эта откуда взялась?

- Илиани была свидетелем встречи, мы встретились с ней чуть раньше, правда, на время выяснений отношений с Василисой спряталась, а позже помогла мне привести себя в порядок и застирать вещи. И…

- Поцеловала тебя в губы или предлдожила прижать к губам её волосы?

- Шарф. Мам, может потом вопросы, а сейчас…

- Ну да, шарф. Умница, девочка, сообразила. Ладно, сынок. Вижу, девчушка тебе по душе. Сейчас неси её в комнату и там раздень догола. Сними с неё абсолютно всё, даже украшения, если увидишь. Потом неси в ванную. От горячей воды она согреется и придёт в себя. Только давай быстрей, если не хочешь вместо человека рядом с собой обнаружить… иное существо...

Я подхватил девушку на руки и уже в конце коридора, сделав шаг влево, до меня донёсся насмешливый голос мамы.

- Не ко мне неси, к себе. Мне она… - дальнейшее не прозвучало, но смысл и так был понятен.

Положил рыжика на диван и стал лихорадочно раздевать. Вышло довольно быстро и когда та осталась без всего, окинул глазами ЧТО лежало передо мной… Кроме нежности и жалости к этому, можно сказать, ребёнку, в душе ничего не возникло. Что мне её подруга тогда сказала? Ей восемнадцать? Или девятнадцать? Вылетело из головы, но помню точно, что совершеннолетняя. Когда рыжая была одета, выглядела намного старше, а сейчас я держал на руках подростка. В ванной аккуратно опустил тело в уже налитую воду и сел рядом, держа девушке голову. Вскоре зашла мама. Посмотрела на лежащую в ванной девочку и впервые за весь вечер в её голосе услышал теплоту.

- Совсем ещё ребёнок, а осталась одна.

- В смысле одна? – я не понял что сказала мама.

- Эта кроха, скорее всего, пошла против воли семьи, поэтому её изгнали. По-другому быть не может – за ухом свежий знак отречения... А может старшие решили откупиться за совершённую ими ошибку. Олежка, ты мне ничего не хочешь рассказать об этой девочке? Не верю, что ты её видишь в первый или второй раз.

- Мам. - Я «сделал» самое честное лицо, прекрасно понимая, что если расскажу всю правду о нападении, причиню маме боль, а это делать совсем не хотел. Постарался ту историю выдать несколько в ином ключе.– Ничего такого не было. Ну… сцепился случайно с компанией, в которой была Илиани и понеслось… Те были слегка поддаты, вот девушка и попыталась встать между нами.

И незамедлительно последовал подзатыльник. Не сильный, но обидный. Блин!!! Теперь женщины могут меня бить и дома, тем более МАМА? Ведь лет с двенадцати, когда взялся в училище за ум, подтянув успеваемость до приличного уровня, ремнём или руками меня ни разу не наказывали. А тут…

- Не ври маме. ОНИ никогда не быват пьяными, потому что вообще не употреблют спиртное. Это для них яд. Не хочешь рассказывать? Зря. Тогда я скажу – ты влез туда, куда не надо было. Скорее всего, тебя задействовали вслепую, а позже подставили. Комитет? Думаю, не ошибусь, если в этом был задействован Арудин.

- Какой Арудин? – я машинально переспросил, потому что такой фамилии точно никогда не слышал.

- Алексей Иванович. Если верить на слово, лишь майор КГБ, у которого мы были в гостях. Отец Василисы. Я права?

Не хотел врать, поэтому промолчал, но кивнул.

- Ясно. – Мама присела на край ванны и неожиданно улыбнулась, кинув взгляд на девушку. – Твоя протеже пришла в себя, хотя и старается не показать, что ей стало лучше. Как ты сказал её зовут?

- Илиани. Сокращённо Илия.

- Красивое имя, редкое, хотя, когда я была маленькой, была у меня подружка с таким именем. Обычная девочка, которая не отличалась красотой и умом, но всем хвасталась, что её имя на древнем языке означает солнце. Уже потом, по секрету, та девочка шепнула, что на самом деле не солнце, а свет. В принципе разницы не было, если только имя ну никак не соответствовало внешнему виду, да и характеру. Перед самой войной та семья внезапно исчезла, уехав ночью, бросив дом и хозяйство... Ладно, оставим воспоминания, это всё в прошлом. Меня что зацепило в твоём рассказе, Олеш. Когда ты выяснял отношения с Василисой, где была рыжая?

- Как она мне рассказала, нырнула в карман пространства. Или материи. Попыталась объяснить, но я в тот момент больше занимался своей физиономией.

Откуда мама имела информацию о перевёртышах, было непонятно, но после моих объяснений она посмотрела на девушку, как заметил, если не с восхищеним, то точно с удивлением. Больше вопросов не было, а я краем глаза заметил, что лицо девушки стало пунцовым и её рука медленно, буквально по сантиметрам, поползла, что бы прикрыть пах. И веки вроде как дрогнули. Ну да, мама сказала, что та пришла в себя. И словно слыша мои мысли, а может всё было написано на моём лице, мама поднялась с бортика ванной.

- Сынок. Девочка окончательно пришла в себя и кризис миновал. Теперь что попрошу. Сходи и принеси сюда свой шерстяной домашний костюм, что я тебе подарила на прошлый Новый год, а ты так ни разу его и не одел. Он, конечно, большеват для девочки, но дома пусть ходит в нём. И не торопись бежать сюда, мы пока переговори о своём, женском. Можешь её вещи сложить и убрать в шкаф, потому что в ближайшее время она не покинет наш дом.

Эти слова меня обрадовали, но одновременно с тем и насторожили. За последний час я понял, что прожив рядом с мамой свои двадцать пять лет, ничего толком о ней не знаю. А что вообще знал? Большей частью истории из её детства. Поле войны потом поступила в техникум, закончила и почти сразу поступила в институт. Не закончила, на третьем курсе вышла замуж за офицера и началась кочевая жизнь. Родилась дочь, спустя десять лет я. Мама занималась домом и семьёй и только когда отношения в семье стали разрушаться, пошла работать. Она никогда не участвовала ни в каких общественных организациях, не была активисткой, проводя всё свободное время дома с семьёй. Тогда откуда у неё ТАКИЕ знания, а главное другое – почему Илия ещё на улице почувствовала необычность в окружающей обстановке, буквально теряя сознание, а увидев маму, рухнула перед ней на колени. Что она произнесла? Великая? Моя мама что, тоже имеет отношение к оборотням? Тогда почему я обычный? И папа мой не отличается оригинальностью, абсолютно точно. Забавно, но и мама не желала, что бы я был свидетелем этой сцены, запретив девушке что-либо произносить вслух. Понимала, что после объяснений, а они неминуемы, все мы не сможем жить как прежде… Сейчас, аккуратно складывая женские вещи, не мог до конца поверить, что меня четверть века окружал информационный вакуум. Все годы от меня, оказывается, скрывали большую часть правды? О том кто мама и кто, в конце концов, я сам? И Виски, поганец, сегодня ни разу не вылез из своей берлоги в мозгу. Сложилось стойкое впечатление, что тот ошарашен намного больше чем я, если не сказать больше - тот в панике!

В ванную меня не пустили - мама забрала домашний комплект ещё в коридоре. Туда же, по её просьбе принёс и маленькие тёплые тапки, неизвестно как оказавшиеся в нашем доме. Явно не от моих прежних подруг – у. Или нога была просто крохотной, а тапки, как оказалось, ей подошли в самый раз. Это увидел через полчаса, когда стоял у окна, глядя бездумным взором на улицу, пытаясь собраться с мыслями и почувствовал на спине робкое прикосновение. Обернулся и увидел в полной красе найдёныша. Именно это слово прочно засело в голове, заменяя имя девушки и даже характеристику цвета её волос.

- Прости, нелепо всё получилось. Честное слово, даже не думала, что попаду к… Мне надо тебе очень многое рассказать, что бы не боялся меня, но мама предупредила, что минут через десять будем ужинать. Предложила ей помочь, но меня отправили к тебе.

Я смотрел на тоненькое создание, что стояло сейчас передо мной и вновь поймал на мысли, что девочка, а девушкой её назвать ну никак не мог, особенно сейчас, когда выглядела пугалом, на котором мешком висела одежда, не вызывала у меня никаких чувств кроме нежности. Появилось желание обнять и прижать к себе, успокоить, но стало страшно, что своими движениями сломаю ей что-нибудь. Прежде надо привести девочку в норму – откормить для начала, что бы на улице не сдуло сильным ветром, а уж потом…

Судя по всему, последние слова пробормотал вслух, хоть и себе под нос, но девчушка не смутилась, наоборот – сделав полшага, прижалась ко мне всем телом и обняла руками. Мне показалось, что только рядом со мной, вот так, прижавшись, может окончательно расслабиться. Но в этот самый момент я вспомнил Василису с её словами о зависимости от меня. Получается, Илиани тоже такая? Если так, мне явно не повезло в этой жизни…

- Это другое, лю… - девушка, не договорив, вздрогнула и, втянув голову, поправилась… - Милый... Когда ты рядом, близко-близко, я чувствую теплоту и заботу. Так, как в детстве, когда рядом всегда были мама и папа, которые могли защитить меня от всех бед и невзгод. Если бы можно было вернуть ТЕ годы. Если бы можно… - я скорее почувствовал, чем услышал что девушка заплакала. Обнял её и чмокнул в макушку.

- Я, увы, не смогу полноценно заменить любовь твоих родителей, но повторю то, что уже сказал – тебя никто больше не обидит. Поверь, желаю всем сердцем лишь одного – что бы ты, малыш, была счастлива и как можно больше улыбалась. У тебя это так здорово получается!

Казалось, наши объятия невозможно разорвать даже танком, но в комнату без стука вошла мама, что опять же было впервые в жизни, и пригласила к столу. Когда разместившись на кухне, мама с улыбкой протянула руку и нежно погладила Илиани по голове.

- Девочка, ты очень милая. Давайте сейчас нормально поужинаем, разговоры оставив на потом. Иля, мне тоже надо многое рассказать сыну. Он ведь до сегодняшнего дня не знал кто я. Не удивляйся, говорю правду. Так что всем нам стоит набраться сил и выдержки.

Глава 10. Я узнаю, что мир устроен иначе. Призовая охота.

Когда ужин закончился и совместными усилиями меня и девушки посуда была вымыта, вытерта и убрана на место, мама пригласила нас в комнату, предложив сесть на диван, а сама разместилась в своём любимом кресле. Я не держался и привычно лёг, а вслед неуловивым движением юркнула Илиани, прижавшись к моей спине, создав между мамой и собой живой щит в виде моей тушки, на что увидел лишь добрую и понимающую улыбку на губах родного человека, но устных претензий не последовало.

- Коль угнездились, для начала выслушаем нашу гостью. Девочка, ты ведь чувствуешь доброе расположение к тебе людей, которые находятся рядом. Уверена, понимаешь, что здесь тебе никто ничего плохого не сделает, поэтому прошу, расскажи, что такое в твоей жизни случилось, что тебя заставили покинуть семью. Знаю, подобное происходит настолько редко, что за мою жизнь о таком не слышала ни разу. Перевёртыши, да что там говорить, давайте называть всё своими именами, оборотни всегда дорожат сородичами, потому что их очень мало, и терять даже одного из семьи - это невосполнимая потеря и риск дальнейшего существования как вида. Тем более, как я поняла, ты Ищущая. Не ошиблась? Девушек с подобным даром берегут пуще древних реликвий рода. Слушаем тебя, Иля. Позволь тебя называть так.

- Как Вам будет удобно, Ве…

- Остановись! – Мама внезапно разозлилась, но почти сразу взяла себя в руки и продолжила говорить вполне благожелательным тоном. – Я давно не Великая, не Контролёр, не Судья и не Надзиратель. Должность, которуя я ранее занимала, называется Смотритель, не как иначе. Все остальные названия – это выдумки Семей. Для сына я расскажу обо всём чуть позже, что бы он ничего себе не придумывал, поверил, что я обычный человек, лишь короткое, по человеческим меркам время выполняла некие обязанности. Иля, я давно отошла от всех Ваших дел и веду обычный образ жизни, так что называй меня по имени отчеству или, если не хочешь, можешь употреблять Вы или ты, не обижусь. Чувствуя искреннее отношение сына к рыжеволосой девочке, мне приятно чувствовать, что и ты к нему неравнодушна. Но давайте о личном и Ваших дальнейших планах поговорим позднее... И так, что случилось, что тебя прогнали? Да, можешь рассказать, откуда в России такие как ты? Откуда пришли и когда? Ведь о Вашем присутствии на этой земле из Смотрителей мало кто знает. Имею в виду твою вторую ипостась.

Илиани замерла за моей спиной и я почувствовал, как она вся сжалась от страха и нерешительности. Разговаривать через меня было неправильным и сделал то, что девушка от меня не ожидала – повернулся к ней лицом и, обняв, перевернул вокруг себя. Так, что теперь она была между мамой и мной. Развернул к себе спиной и обнял, уткнулся носом в её шею. Через секунду не выдержал и, как мне казалось, незаметно поцеловал, что бы мама не заметила. Но может она и не заметила, зато увидела как Илиани дёрнулась.

- Сын. Отложи нежности на потом. Сначала дело.

Девушка, поёрзав, поняла, что её не отпущу, поэтому, устроившись поудобнее, стала говорить ТАКОЕ, что я немедленно замер, слушая всё как сказку.

- Как рассказывали родители, мы переехали сюда из Ирландии, а может с Шотландии, не помню точно, во времена царствования Петра Первого. В те годы на исторической родине наступил пик преследования таких как мы. Инквизиция уничтожала всех, кто отдичался от обычных людей. Особенно, кто обладал двумя ипостасями. Не та инквизиция средних веков с кострами для ведьм, другая. Более страшная в своей жестокости по отношению к особым людям. Да. Мы употребляем именно этот термин – особые люди, потому что в первую очередь мы являемся людьми, а не животными. Наша вторая ипостась является вторичной, не как у других семей, потому что даже после трансформации человеческий разум не засыпает, продолжая контролировать тело, купируя звериный инстинкт. К тому же у нас в семье трансформация никогда не происходит непроизвольно, по Зову. Не знаю, вправе ли я говорить такое, но скажу. В нашем роду, не семье, а именно роду, женщина или мужчина по желанию могут вовсе прекратить превращения, навсегда выбрав для себя один-единственный облик. Это не сложно, но к подобному решению приходят единицы. Чаще не желают лишаться особенностей и возможностей, которые проявляются после принятия второго облика.

- Прости, что перебиваю, Иля. Ты сказала, вы выходцы из королевства Британии?

- Не самой Британии, Ирландии или…

- Я помню, ты говорила об этом. Для меня услышанное стало забавным совпадением. Не обижайся, девочка, не в твой адрес. Сейчас поймёшь. Олеж, ответь на вопрос. О какой собаке ты мечтал с детства? Буквально грезил, развешивая по стенам фотографии этой породы?

- Колли. Шотландская… - я не договорил, услышав оглушительный смех мамы и вместе с тем ощутил, как Илиани ёрзает, стараясь повернуться и увидеть выражение моего лица. Чёрт!!! Рыжая как огонь, с металлическим оттенком. Разве есть на свете ещё собаки, у которых шерсть может быть подобного окраса? И человеческие волосы практически такие же. Получается, я заполучил в руки мечту детства? Правда, в человеческом обличии, хотя, при случае, можно и выгулять…

Твою ж богу матерь… Наверное вновь проговорил не всё про себя, что-то пробормотал.

- Я скорее сама тебе поводок на шею одену и выведу на прогулку у дома, нежели ты посмеешь это сделать с Илей. – Мама проговорила со смехом, но вот её холодные глаза говорили об обратном. Она сейчас не шутила и была способна осуществить угрозу. – Перед девочкой извинись, балбес.

- Прости, ляпнул не подумав. – Что оставалось, только просить прощения. – Илиани, извини. Честное слово, ничего подобного никогда бы не сделал.

- Я знаю. – И напряжённое тело девочки в моих руках расслабилось. – Я не обиделась.

- Забавное жизненное совпадение, но продолжай свой рассказ, Иля. Да, секунду. Олешка угадал?

Вместо ответа девушка кивнула и, только выдержав паузу, продолжила.

- Так рассказывать, в общем-то, нечего. У нас в семье три рода, отличающихся между собой вторичным видом. Наш, точнее мой, был самым малочисленным. Когда папа с мамой погибли, я практически осталась сиротой. Были двое братев отца, но те уехали - решили вернуться, как они говорили, на историческую родину. Если на Острове не нашли бы себя, у них имелся запасной вариант – Америка. Там есть знакомые. Точнее, дальние родственники. Мы стараемся не терять связей между собой. Переписываемся, фотографии отправляем. Иногда, когда удаётся, ездим в гости, но это редкие случаяи, слишком сложно с путешествиями… Насколько помню из рассказов родителей, если собрать всех из нашего рода, наберётся максимум человек двести. Сами понимете, что означает такое колличество…

- Скажи, как погибли твои родители? – мама внимательно слушала рассказ.

- Достоверно не знаю. Как мне сказали старшие в семье, мама с папой попали в аварию. На машине. Тогда погибли не только они. Были ещё двое из семьи, но из другого рода. Муж с женой. У них недавно родился ребёнок и… стал сиротой.

- Скажи, милая, твой дар проявился до гибели родителей или позже?

- Мне было пять лет, когда я осталась совсем одна, а мир вокруг себя стала чувствовать лет с трёх. В четыре уже научилась прятаться в складках. Так играла с мамой в прятки. Она тоже была Проводником, правда, очень слабым. Вы таких называете Ищущими.

- Проводником? – я переспросил, но мама сразу же показала, что бы молчал и не отвлекал, мол, потом на эту тему поговорим. И она, кажется, слушала девушку со всё нарастающим интересом… Даже глаза заблестели.

- Во времени или по слоям? Кто тебя обучал? – мама гнула свою линию.

- В слоях и далеко не забираюсь, есть опасность потеряться, опыта мало. Наставника, кто мог бы мне всё объяснить и научить ориентироваться, ставить базовые якоря, в моей жизни не было. На первых порах мной занималась мама, после… Дарин. Хороший человек, но он давно отошёл от дел, старым стал, но долгое время даже был Главой. Тоже самоучка, но основы техники проникновения в другие миры мне дал… Увы, подобных нам очень мало и рождаются такие только в «неправильных» семьях. Вы понимаете о чём я?

- Понимаю. Так… - Мама, как мне показалось, ухватила основное, что ей надо было услышать. – Не будем тебя мучать воспоминаниями, малышка. Перейдём к настоящему времени. Можешь рассказать, за что тебя прогнали?

- Вы заметили знак? – Илиани вновь дёрнулась, пытаясь вырваться из моих рук, но сразу же поникала, сообразив, сколь много о ней уже известно. – Конечно заметили когда я отключилась... Когда Глава и его сын хотели… когда напали на Вашего сына, они не смогли нанести ему вред – у Олега была ЗАЩИТА. Глава понял это слишком поздно, уже совершив неспровоцированный удар, а Валера, младший из Гергов, вообще не смог ничего предпринять. Сначала растерялся, увидев неудачную атаку отца, а продублировать его удар не смог. Опоздал. Жажда крови сыграла с ним злую шутку – защита Олега уже активировалась в полную силу и обратила против нападающего всю его энергию. И я немного помогла, что не осталось замеченным Главой. К тому же без его разрешения принесла извинения, что делать было категорически нельзя, тем самым поставив под сомнения не столько действия руководителя семьи, как его власть и полномочия. Меня и так многие годы держали за человека второго сорта, используя в основномдля личного обогащения членов главного рода семьи, а после инциндента жить стало просто невыносимо. Я стала изгоем.

- Стоп. – Мама подняла руку, останавливая рассказ девушки. – В очередной раз извини что прервала. Меня очень заинтересовали твои слова о Защите у Олеши. Сынок, сядь и прислонись спиной к стене. Не шевелись. Надо кое-что проверить. Иля, и ты не дёргайся, лежи, как лежала.

Я сел, как мне сказали, а через секунду в лоб прилетала авторучка, небрежно брошенная маминой рукой. Было не больно, но от неожиданности дёрнулся, непроизвольно потёр место попадания. Не ожидал, что на мне будут проводить эксперименты. Не успел открыть рот, что бы сказать всё что думаю, как мама быстрым движением открыла шкатулку, стоящую перед ней на журнальном столике и что-то достав оттуда, вновь запулила мне в лицо. Но в этом случае прямо перед глазами небольшой предмет словно ударился в невидимую защиту, упав на колени.

- Мам! – я хотел возмутиться, сказать, что хватит швыраться чем попало, увидев её бегающие глаза в поисках чего более увесистого, как услышал хохот.

- Прости, сынок, что попала ручкой в лоб. Кинула, и лишь потом сообразила, что это было лишним – тебе сегодня уже сполна досталось от руки одной из поклонниц. Но лишний раз убедиться, что можешь пострадать от руки человека, сто́ит. По поводу второго предмета – это коготь древнего оборотня. Он до тебя не долетел. Как говорила Алиса? Всё страньше и страньше? Вот и мне страньше, есть о чём поразмыслить… Так, верни оба предмета, нечего разглядывать. Только не швыряй! Всё, дети, займите прежние места. Продолжим. Иля, деточка, а откуда в семье стало известно о стычке? Ты ведь наверняка молчала, а мужчинам распространяться о неудаче было бы, на мой взгляд, глупо.

- Сын Главы так не смог оправиться после неудачного падения. До сих пор лежит в больнице. Что с ним, никто особо не распространялся, но слышала, что сложный перелом позвоночника и парализована нижняя часть тела.

- Поделом… И тебя сделали виноватой?

- Получается что так. Хотя основным обвинением послужило, что в противоборстве я была пассивна. Более того - заняла сторону человека, тем самым лишив Семью права на месть.

- Каким образом ты вмешалась, спрашивать не буду. Уверена, что не расскажешь, да?

- Простите, это то немногое сокровенное, что у меня осталось, но и без моей помощи, как выяснилось, Вашему сыну ничего не грозило.

- Ясно. Второй вопрос. К кому и из-за чего у Вашей семьи возникла месть?

- Ваш сын участвовал в поиске и похищении члена моей семьи. Олег, как узнали позже, сам не знал для чего его с подопечной собакой привезли в лес, который он, такое вот неудачное совпадение, хорошо знал.

- В какой лес, Олеш? – мама смотрела на меня с нескрываемым удивлением.

- Не поверишь, в Дибуны. Майор, узнав, что те места знаю очень хорошо, часто езжу туда за грибами, попросил меня с Ирмой его сопровождать. Клянусь, до последнего не понимал целей этой поездки, но, как оказалось, там была организована целая охота. В ней участвовало, навскидку, человек пятьдесят, не меньше. Видел, сколько автобусов уехало со станции. И они кого-то в итоге поймали, майор был доволен. Кстати, и Василиса, его дочь, там присутствовала. Столкнулись нос к носу.

- Поймали Артура, мальчика лет десяти, с его приручённой лисой. Эти двое носились по лесу вопреки запрету старших, думая, что по осени туда никто уже не ходит. Жаль парнишку – хороший человечек, не испорченный. Что с ним будет… - Иля явно пожалела ребёнка, понимая, что ни я, ни мама помочь не можем.

- В каком виде его схватили? В человеческом или… другом? Впомни, девочка, может были какие разговоры?

- И вспоминать не надо – в человеческом. Только… абсолютно голым. Одна женщина из наших видела, как его схватили уже метрах в ста от дома. Мальчик сопротивлялся до последнего, дрался, кусался, звал родителей, но его не слушали. Замотали в какую-то тряпку и унесли. А лисёнка, который отважно бросился спасать своего друга, застрелили, но тело тоже забрали с собой.

- Странно. – Мама задумалась, размышляя вслух. – Голого мальчика, не похожего на зверя, схватили, а зверя, который по логике и мог бы быть оборотнем, пристрелили? Два варианта. Или среди охотников был кто-то, кто смог без ошибки определить принадлежность к перевёртышам или… малыша специально подставили, выдал кто из семьи, преследуя свои цели. Скажи, Иля, кто родители парнишки?

- Отец неизвестен, а мать… Около тридцати лет. Ничем особо не выделяется. Природный дар практически не развит. Так, совсем чуть-чуть. Работает врачом в онкологической больнице. Одно не отнять – удивительно красивая женщина. За ней ухаживали как на работе, так и в семье, в том числе и сын Главы, но она всех отшивала, отдавая всё свободное время воспитанию сына. Подождите. Думаете, что его…

- О чём я думаю, милая, иногда мне самой непонятно. – Мама была в своём репертуаре. – Так, мы отвлеклись. Давай закончим с твоей историей. Что случилось в последнюю неделю? Выкладывай как на исповеди, подробно, потому что от этой информации зависит если не всё, то очень многое. Да, пока не забыла. Насколько знаю, та девушка, которая дарит парню полный комплект аксессуаров к одежде, связанного самой, для неё является потенциальным женихом? Не ошиблась? Тем более твой вариант. Из собственной… шерсти. Я ещё в Новый год догадалась, кто на такое сподобился. Благо не мне подарила, а то мысли бы были… Шучу, конечно. И когда же ты, милая, успела положить глаз на моего сына?

Илиани замерла словно неживая. Я чувствовал, как её сердечко застучало как сумасшедшее - пульс явно превышал все разумные пределы. И, по наитию, желая расслабить обстановку, нежно поцеловав девушку в затылок, заговорив первым.

- Не знаю как я ей, а мне эта девушка понравилась ещё в первую встречу. Своим спокойствием и рассудительностью. Она сделала то, что не смог сделать ни один из мужчин. Извиниться и снять все претензии. Тем более что они к тому времени знали, что я к охоте был непричастен, выступал в роли статиста. Захотели меня сделать виновным? Да ну их к лешему… Второй раз, переговорив после работы с Илиани и её подругой, сказал, что готов поухаживать за столь красивой девушкой.

- Тем самым фактически сделав мне предложение в присутствии другого члена Семьи, – Иля тихо прокомментировала услышанное. – Нельзя разбрасываться столь непродуманными словами.

- Откуда я мог знать, что у Вас нельзя делать девушкам комплименты? К тому же я не покривил душой и сказал как есть. Более того, счастлив, что всё удачно сложилось и ты рядом. Знаешь, сколько раз мне снилась? Чуть ли не каждую ночь…

И вновь встряла мама.

- Сынок, остановились. О личном поговорите потом. Иля, ты не ответила на мой вопрос.

- Даша, моя подруга, с которой приехали к Олегу на работу, не смогла сдержать язык за зубами, хоть позже просила у меня прощение, но сказанные слова уже прозвучали. Там сказала, там ляпнула, что у меня есть парень, обычный человек, и началось… И когда я вязала комплект, что бы сделать подарок, хоть и делала всё тайком по ночам, что бы никто не видел… увидели. Потребовали, чтобы я всё сожгла в присутствии Главы, а когда отказалась, мне устроили моральную блокаду - все прекратили со мной общаться. Пришлось уехать в общежитие. Ночевала то там, то у подруг, кто снимал жильё.

- Какое общежитие?

- От института. Я ведь студентка третьего курса первого меда. Посколько прописка областная, койко-место у меня есть и оплату вношу регулярно, но ночевала там за все годы обучения от силы пару месяцев. В основном, когда сессии сдавала. А три дня назад за мной приехали, подстерегли у входа и увезли на квартиру, где присутствовало всё руководство семьи. Это было… самое настоящее судилище. Как вспомню… Мне предъявили столько немыслимых обвинений, что не смогла сдержаться, засмеялась. Бред, если подумать. Обвинили, что от меня за последнее время в общую кассу не поступило никаких средств, что именно я выдала семью инквирам, поэтому большому колличеству людей пришлось в спешном порядке покинуть насиженное места, к тому же сколько из-за этого работу потеряли… Вообщем, сунули в руки приличную сумму денег и публично от меня отреклись, заклеймив напоследок в назидание остальным. Между прочим, заметила, что всё снимали на кинокамеру. Уверена, потом покажут каждому из наших, чтобы сто раз прежде подумали, прежде чем пойти против воли руководства. Думала, изобьют напоследок до потери сознания, но нет, пару раз ударили и отпустили. Два дня жила у подруги, боясь выйти на улицу, а сегодня с утра до меня дошло, что теперь свободна и могу, никого не боясь, увидеть Олежку. За время после новогдних праздников извела себя. Чуть ли не каждую ночь он снился и сегодня ноги сами привели к его работе. Домой к Вам побоялась идти. Ещё в первый раз, с подарками, добралась до квартиры с трудом, умирая на каждом шагу. Не понимала тогда всех причин, почему так тяжело. Задыхалась, воздуха не хватало.

- А сейчас как себя чувствуешь? – мама внимательно посмотрела на девушку.

- Двоякое чувство. Когда он рядом, - девушка погладила меня по руке. - Спокойно как никогда. Кажется, всё плохое, что со мной было в последнее время, навсегда ушло как кошмарные сны. Но сказать, как буду себя чувствовать, когда останусь одна, не могу. Боюсь, что ужас, который пережила сегодня перед дверью в квартиру, вернётся вновь.

- Не вернётся. Есть пара фокусов, после чего ты сможешь в этом доме чувствовать себя нормально. О первом вслух говорить не буду, потому что давать советы в разрезе Ваших близких отношениях, как мне кажется, лишнее. Взрослые, сами разберётесь. Второй, пожалуй, более рабочий, хоть и не столь приятный как… - Мама порылась в шкатулке и достала небольшой медальон на серебряной цепочке. Поднявшись с кресла, собственноручно повесила украшение на шею Илиани. - Это древняя вещица – нейтрализатор эмоциональноговлияния Смотрителя. Предназначен для использования ОСОБЫМИ (это было выделено голосом) посетителями из Семей, которые приходят на приём с личными жалобами и просьбами. Как теперь самочувствие?

Иля с удивлением рассмотрела медальон, потом, закрыв глаза, попыталась почувствовать его влияние на состояние своего организма.

- Вообще ничего не ощущаю, как отрезало. Нет, не так. Прикосновения моего избранника стали во много раз острее. Приятнее. Кажется, ещё немного и я вообще захлебнусь от нежности и заботы обо мне.

- Этого делать не стоит. - Мама усмехнулась. – А ты, девочка, оказывается, не только Проводник, ещё и эмпат. Хотя одно не противоречит другому. Давай попробуем по-другому. Сними медальолн с шеи и зажми в руке. Так лучше?

- Да. Стало спокойнее. – Иля повернулась ко мне и потёрлась как ребёнок носом о мой нос. Шепнула. – Я ВСЁ чувствую. Мне очень хорошо рядом с тобой, милый…

Я понимал, что девушка зажала в кулачке, потому что знал наперечёт все украшения мамы – с детства самыми любимыми игрушками были, как мне тогда казалось, её немногочисленные безделушки. Там начисто отсутствовало золото. Лежали пара тяжеленных широоких браслетов, украшенных потускневшими от времени камнями, десяток колец и таких вот, как и этот медальон, «висюлек». С виду эта подвеска ничего из себя не представляла – овальный диск, как мне казалось, из тусклого металла, на котором было выдавлено изображение человеческого лица. В настоящее время лишь при большом воображении можно было догадаться, что там вообще что-то было изображено – линии почти все стёрлись и только при ярком освещении, наклонив медальон под углом, можно было разобрать детали. И сколько себя помню, это была единственная вещь, с которой мама запрещала мне играть. Не объясняла, не ругала, когда в детстве брал я в руки кусочек странного металла. Молча у меня забирала и прятала в шкаф куда повыше, что бы сам не мог достать. И сейчас она вот так просто передала свою самую большую ценность в руки малознакомого человека. Для меня это было сродни шоку. Но большее потрясение последовало далее, когда мама немного раскрыла, чем когда-то занималась.

- С этим разобрались. Теперь, хоть всеми силами и оттягивала эту минуту на более поздний срок, придётся немного рассказать то, о чём моё сын не знает. Да, Иля, он ничего не знает ни об оборотнях, ни о тех, кто смотрит за порядком на земле и ограничивает численность пришельцев из других отражений. Или слоёв, так будет более правильно. Это не люди в чёрном или сером, Олеша, которые контролирует пришельцев с других планет. Не тайная государственная структура. Мы называем себя членами Ордена Права…

Отступление.

Слова мамы, прозвучавшие в тот вечер, врезались в мою память навсегда. Но она, эта память, штука странная. Выдаёт информацию не всегда по желанию человека, когда в ней острая необходимость, а бывает, что в самый неподходящий момент. Как, например, в моём случае, когда спустя почти четыре десятка лет я с дочкой смотрели на экране домашнего кинотеатра американский фильм «Люди в чёрном». Это был не первый и, наверное, не пятый раз, когда в момент просмотра этого фильма у меня появлялось смутное беспокойство, но именно тогда, много лет спустя, в памяти, как старая киноплёнка, прокрутилась сцена из восьмидесятых, где я лежу на диване в обнимку с Илиани и мама упоминает о людях в чёрном. Почему она сказала о вымышленной организации, которая занимается инопланетными существами? Выдумала и привела сравнение? А может быть знала, что такие люди есть?

- Пап, - дочь прикоснулась к моей руке. – Ты чего застыл? Глаза стеклянные. Вспомнил что?

- Да, малыш, вспомнил. Твою бабушку вспомнил. Мне очень её не хватает.

- Мне тоже, пап, - дочка опустила глаза, которые почти сразу наполнились слезами. – Она мне сегодня приснилась. Ворчала, что я плохо ем и поставила передо мной огромную тарелку с блинами. Вот до утра эти блины и ела…

Переглянулся с ребёнком, который уже был выше меня ростом, и оба улыбнулись. Грустно улыбнулись, вспоминая человека, который нам обоим был очень близок…

* * *

…Мы называем себя членами Ордена Права… - Мама сделала пару глотков давно остывшего чая из чашки, что стояла перед ней на журнальном столике. - Сколько в нём людей, сказать не могу, потому что это не столь тайна из тайн, а постоянно меняющаяся цифра. Туда не приглашают на работу и люди за свой труд оплаты не получают. И дополнительных благ за свой труд никто не имеет. Кто и как туда попадает, что бы через короткое время стать Защитником Земли? За теми, кто интересен Ордену, наблюдают долгое время, чаще, когда будущий потенциальный кандидат ещё ходит в школу и позже, после прохождения тщательного собеседования, ты или становишься одним из посвящённых в тайну или продолжаешь свою обычную жизнь, правда, с чуть изменённой памятью. Какие критерии отбора? Знаете, этот момент опущу, о нём Вам знать не нужно, хотя назову главный – человек должен быть истинным человеком. На все сто процентов. Исследуется его кровь, другие анализы и разговор, где делается предложение, может состояться только после положительного результата на биологическую чистоту. Опережая вопросы, скажу, что ДНК-тест - это хорошо, прогрессивно, но когда люди узнали о существовании генной структуры? Совсем недавно, а Орден существует столько, сколько вообще на земле существует человек. Поэтому используются древние технологии, которые безошибочно показывают результат. Откуда такое оборудование и где оно находится, думаю, спрашивать не будете, Вы здравомыслящие люди, да я и не знаю. Что касается истинных хозяев этой земли, людей, мы не созданы искуственно какой-то высокоразвитой цивилизацией, как сейчас об этом пишут в прессе. Всё произошло естественным путём, хотя в полном смысле теми, кем мы есть, были не всегда. Наверняка слышали, что на земле сейчас существует не первая цивилизация? Это так, но другие появлялись и исчезали, а истинные люди как были, так и есть, сохранив вид без критических изменений. Теперь немного о тех, кто живёт рядом с нами, я имею в виду перевёртышей и других, кто практически неотличим от нас, но с генетическими отличиями. Это гости из других отражений, слоёв реальности, как это называет Илиани. Существует масса названий, но суть одна – всё это копии нашей планеты, но не копии нашей реальности. Понимаете разницу? Этих копий существует неисчислимое множество, потому что одни возникают, другие исчезают, и такая круговерть не прекращается ни на минуту. Ты, Олеша, много читал об аномальных зонах, НЛО и всякой другой ерунде. Говорю ерунде, потому что фантазия писателя выдаёт на бумагу то, что может заинтересовать читателя, но никак не продвигает истину. Как поняла из оговорки, Иля тебе немного рассказала о свойствах материи и окружающего нас пространства. О складках и дырах, которые она чувствует и может туда заходить. Людей, обладающих чутьём ощущать неравномерность пространства, Орден называет Ищущими. Думаю, ты понял чем они занимаются. Подобные уникумы способны найти разрыв в пространстве и провести за собой из этого мира в другой или наоборот, сюда, других людей. Или не людей, а человекоподобных существ. В последние шесть столетий через подобные «дыры» могут пройти лишь разумные существа, а раньше ткань мироздания была менее плотной, поэтому сюда изредка и совершенно случайно проникали разные чудовища, которые описаны в летописях и сказках. Например, летающие ящеры, змей-горынычи. Великаны-циклопы и птицы-сирены, о которых упоминается в древнегреческих мифах. Я назвала тот минимум, тех существ, о которых знают практически все. Что касается менее агрессивных… Кто незаметно проник сюда и живёт до сих пор, прячась в самых глухих уголках нашей земли, намного больше. Не только в России, такое существует по всему миру. Одни из непрошенных гостей безобидны и сами страшатся людей. Их чаще называют духами, иногда феями. Хотя это в корне неверно – духи не могут иметь физическую оболочку, а они имеют. Плюс этой группе, что они заботятся о местах своего пребывания, что нельзя сказать о второй группе. Те скорее нейтральны, живут тихо, пока им не начинает мешать человек, вторгаясь на их личную территорию. Да, за века, прожитые на земле, они считают некоторые места земли или воды уже своей собственностью. Происходят, хоть и редко, столкновения и, как правило, человек терпит поражение. К подобным можно отнести тоже упоминаемые персонажи из сказок и страшилок. Водяные, лешие, русалки. Домовые – те граничат между первой и второй группами общепринятой классификации. Третья группа – ментальные паразиты, не имеющие физического тела, тем не менее, прекрасно себя чувствуют, благо пищи у них в избытке. Это именно духи, в большей части эмоциональные паразиты. Четвёртая - те, кто внешне выглядит как люди, имеют сходную с людьми структуру строения организма, но обладают способностью принять второй, звериный облик. Надо отметить, это не мутанты как мы себе представляем. Просто в тех условиях, в которых они существовали в родной реальности, были вынуждены иметь способность принять иную форму, что бы элементарно выжить… Как и упомянула Илиани, представители некоторых групп, оказавшись в нашем мире, более стабильном и без критических изменений, через некоторое время приходят к логичному выводу, что обладание двумя ипостасямии не только опасно, а в этом просто нет необходимости. Поэтому многие выбирают прохождение обряда, после которого вернуться к прежнему облику уже не могут. И в семьях долгое время на равных живут, к примеру, люди и волки. Или другие виды животных. И у волков человеское дитя родиться уже не могло, как и наоборот... В наше время оборотни, которые продолжают дорожить своей оригинальностью, ещё сохранили способность менять свой вид по желанию, но с каждым таким обращением их организм теряет пластичность и резко уменьшается общая продолжительность жизни, хотя изначально перевёртыши жили намного дольше чем люди. Природа тем самым незаметно убирает преимущества у одних перед другими... И последняя, пятая группа. Это люди, но не истинные люди. Копии, которые внезапно массово появились около двухсот лет назад на нашей планете. Они малоэмоциональны, замкнуты в себе. Обычно ведут себя как остальные, но при неблагоприятных для них условиях внезапно становятся агрессивны, порой сходя с ума без видимых причин. Отличить подобного от истиного человека без исследования ДНК практически невозможно. Орден, к сожалению, опоздал с выявлением «новых» людей на планете и канал в пространстве, по которому те проникли в наш мир, закрыли далеко не сразу… В принципе, я рассказала всё, что могла.

Всё это было, конечно, интересно, но в моей голове появилось СТОЛЬКО вопросов, что…

- Твои обязанности я плохо понял, но когда ты отошла от дел?

- Провокатор, - мама устало улыбнулась. Видимо сегодняшний вечер вытянул из неё много сил. – Как в киножурнале «Хочу всё знать?» В чём заключалась моя работа? В разрешении конфликтов между нашими гостями, а иногда между теми и людьми. Все, кто проник на ЭТУ землю, естественно, кто был обнаружен и опознан, обязаны соблюдать правила Закона. Илиани, в курсе что это такое?

И от девушки незамедлительно последовал ответ.

– Да. Родители заставляют своих детей выучить все десять основных правил наизусть. В раннем детстве. Это не сложно. Но становится очень обидно, когда сами люди эти заповеди не соблюдают. Например, как те, кто в лесу схватили мальчика и без раздумий убили его друга, хоть лис и был животным. Тем самым, получается, мы всегда останемся людьми второго сорта.

- Илиани, не стоит обижаться, но скажу откровенно – ты, в полном понимании этого слова, не являешься человеком. И твои предки, хоть и очень давно, пришли в этот мир из другого. Как мне кажется, гостям не следует обсуждать хозяев. Разве я не права?

Девушка вздрогнула всем телом и я почувствовал - она в испуге вся сжалась, даже, по ощущению, стала меньше. Снова стала дрожать.

- «А нервная система у неё ни к чёрту»… Пришлось маме возразить и не столько, что бы поддержать Илю, как высказать собственное мнение.

- Мам, в этой девчушке намного больше человеческого, чем у подавляющего числа людей. И в мыслях и в поступках. Ты считаешь, что у тех, кто веками живут рядом с нами, работают, служат, наверняка гибнут, как и люди в войнах на стороне России, нет права называться людьми? Ты считаешь правильным, что они навсегда останутся людьми второго сорта лишь потому, что обладают тем, чего люди лишены? (И не знаю, что меня дёрнуло, но добавил то, что, наверное, не должен был). В таком случае и я человек второго сорта. Разве не так?

Видимо мама, как мудрый человек, давным-давно продумала ответ на вопрос, который я мог задать.

- Раньше однозначно сказала бы, что ты истинный человек, а сейчас, позволь, промолчу. В свою очередь хочу задать вопрос нашей гостье. Только прошу ответить спокойно, без срывов и истерики. Илиани, я до конца так и не смогла понять, почему ты пришла к моему сыну именно сегодня. Не вчера или завтра, а именно сегодня. На третий день после отлучения от семьи. Посчитала, что Олеша может тебя защитить?

Девушка, уже немного успокоилась и ответила хоть и тихо, но вполне ровным голосом.

- Он был единственным, кому я смогла бы довериться. Вы знаете, такие как я чувствуют людей и никогда не ошибаются с выбором единственного спутника жизни. Также наверняка знаете, что у нас не бывает разводов. Ваш сын, не догадываясь, как я сказала, сделал мне предложение. Получилось нелепо, и я могла его слова не принять, не отреагировать, если бы человек мне не подходил или был неприятен, но он… Ещё в первую встречу Ваш сын при желании мог уничтожить отца, то есть Главу семьи с его сыном и меня, но он поступил благородно, приняв извинения и даже не потребовал виру, что вправе мог сделать. Он был таким… Спокойным, выдержанным… И когда мы с подругой приехали к нему на работу, я уже поняла - другого человека рядом с собой видеть не смогу.

- Красиво сказала, но так и не ответила на вопрос – почему именно сегодня?

- А разве день играет какую-то роль? – девушка спросила, явно не понимая к чему ведёт моя мама.

- Играет. Разве ты не знаешь, что через три дня после отлучения, за свободным Ищущим может быть объявлена Охота? Насколько помню, это одна из тех древних традиций Вашего народа, которая жива до сих пор.

- Охота? – Илиани растерянно посмотрела на маму, затем, обернувшись, на меня. – Я клянусь, ничего об этом не знаю. И даже не слышала о подобном. Можете пояснить?

- Пояснить? – мама как удав не отрывала взгляда от лица девушки, фиксируя малейшую реакцию, но, как мне показалось, убедилась, что её не обманывали - Иля сама была ошарашено такой новостью. – Хорошо, поясню. Через три дня после изгнания, твоя Семья вправе объявить, что на тебя может претендовать любая другая Семья или отдельный род. Естественно, на тебя будет устроена охота. По всем правилам. Приз ведь довольно заманчивый – Ищущий или Проводник сам по себе уникальное явление, а свободный… Тот, кто тебя захватит, во-первых, сразу же введёт в свой род с помомощью замужества. Твоего мнения никто не спросит. Вдобавок сделают так, что ты в самое ближайшее время понесёшь и назад, на свободу, пути уже не будет. Останется или служить новой Семье или, если так сложатся звёзды, при случае спрячешься в другом мире. Третий вариант самый невероятный – можно добровольно уйти из жизни, но, если мне память не изменяет, будучи беременной даже после насилия, женщины-обортни физически не могут прервать жизнь ни себе, ни малышу.

- Страшно… - девушка с силой дёрнулась, желая вырваться из кольца моих рук, потом повернула ко мне лицо. – Отпусти меня, прошу. Мне нужно уйти отсюда пока есть время.

- В смысле уйти? – я не понимал к чему все эти слова.

- Если я не смогу покинуть этот дом до полуночи, могут пострадать ты и твоя мама, а этого допустить никак нельзя. Прости, но если такое случится, я этого никогда себе не прощу. Прошу, отпусти меня и верни одежду. Осталось всего два часа, я успею…

- Ты уже никуда не успеешь, - мама, подойдя к окну, выглянула на улицу. – Ну да, официальной информации ещё нет, а желающих в избытке. Сразу три группы. Иля, это тебе ответ на многие так и не озвученные вопросы. В том числе и по поводу мальчика. Я думаю, тебя просто продали. Прости, девочка, но это факт. Такова реальность жизни. Извини, не рассказала до конца. Думала, ты в курсе что и как у Вас происходит, но поняла, что мне не врёшь. Так вот, вторая часть, о которой почти не упоминают вслух, заключается в размере компенсации от новой семьи, куда ты попадёшь, той, откуда тебя, так сказать, изгнали. Хорошая компенсация, которая может быть выражена как угодно. Деньгами, драгоценностяими, людьми или услугами. В Ордене давно догадывались, что так называемое изгнание и последующая Охота – внешне красивый обряд, а по факту - банальная продажа живого человека.

- Я ничего не знала и мне об этом никто не рассказывал. За все годы я первая, кого изгнали. – Илиани говорила срывающимся голосом. - Спасибо Вам за теплоту и приём, но мне надо спешить.

- Я тебя никуда не отпущу, неужели ты так ничего и не поняла? – не удержался и, обняв уже поднявшуюся девушку, вновь усадил на диван. – Может мама и будет против, но если через пару часов объявят так называемую охоту, победителем буду я, о чём и сообщу своим конкурентам. Мам, а как объявят эту самую охоту?

- Не в курсе, но, думаю, скоро узнаем. Ты, дурилка, как увидел рыжую перед глазами, потерял способность здраво мыслить, но отдаю должное твоей сообразительности. Что касается тебя, девочка. Хоть я и мама этого влюблённого болванчика, но, как по мне, вы оба стоите друг друга. Вот не верю я в любовь с первого взгляда, между тем чувствую, что неспроста Вас свела судьба. Если у Вас сложится, буду рада, правда. Но есть ещё одно, которое вправе потребовать от тебя, Илиани, перед тем, как дам согласие на вступление моего сына в брак. Ты, думаю, догадываешься, о чём я.

- Да – ответила с вызовом Иля и, вырвавшись из моих рук, вновь встала перед мамой. – Ради любимого человека я готова отказаться от своей второй половины. И когда он скажет, я это незамедлительно сделаю.

- А ты девочка не из пугливых, - мама с удивлением посмотрела на Илиани, которая как нахохлившийся воробей стояла перед ней. У меня лично эта сцена вызвала улыбку. Похоже, мама почувствовала общую напряжённость и, сделав шаг, обняла Илю. – Ты сейчас похожа на крохотного воробушка, вообразившего себя отважным и воинственным… Успокойся, малыш. Никто тебя не похитит, если только мой сын. Этот дом - самое безопасное для тебя место если не во всей России, то в Питере точно. Я хоть и отошла от дел, но все права и обязанности Смотрителя у меня остались и могут быть прекращены только с моей кончиной. Так что никто из перевёртышей без моего позволения не посмеет войти в жилище. Оно для них неприкосновенно. Если же вообразить, что у них есть нейтрализатор, и они посмеют пройти, тем самым нарушив Закон, все остальные, кто не остановит преступников, будут немедленно депортированы из нашего мира в первый попавшийся, даже если он непригоден для жизни. Семьями полном составе. Со стариками и младенцами. Те же, кто осуществит проникновение в жилище, и нанесут вред Смотрителю, подлежат, как и члены своей Семьи в полном составе, немедленному уничтожению. Думаю, на подобное никто в здровом умене пойдёт. Забыла добавить. Если при нападении будут использованы наёмники, наказание будет таким же, как сказала раньше. Сам Орден никого специально искать не будет, потому что виновных выдадут другие Семьи, иначе через неделю-другую в этом мире вообще не останется ни одного оборотня с запретом возвращения минимум на триста лет. Так было. Так есть и так будет. Закон один для всех. На этом давайте сделаем паузу и, если появится веская причина, продолжим завтра. Олеш, ты где разместишь Илю?

- Положу у себя в комнате на диване, а сам лягу на надувной матрас. Одеяла-подушки есть, бельё тоже.

- Давайте тогда занимайтесь собой, а мне надо сделать пару звонков.

И нет, что бы чмокнуть маму и утащить уставшую Илиани в другую комнату, как в памяти словно на фотографии всплыло безразличное выражение лица Василисы в тот момент, когда она ударила меня по лицу. И следом вспомнилось другое, о чём забыл спросить.

- Иля. Ты, при виде Василисы, сказала, что она… боюсь наврать, «инквитор»?

- Инквира, – машинально поправила меня мама. – Общепринятое искажённое слово, произошедшее от «инквизитора». Ныне самостоятельная полулегальная организация, которая в давние времена была частью Ордена, но их давно оттуда изгнали из-за неоправданной жестокости и нетерпимости к иным существам в нашем мире. Инквиры желают одного – полного уничтожения всех, кто не принадлежит к истиным людям. Между тем в их рядах, а мы знаем это точно, почти половина чужих из четвёртой и пятой групп. Иля, ты не могла ошибиться?

- Нет. В нашем роду… Можно сказать, что род с моим… уходом прекратил своё существование… Простите. Мы всегда чувствуем ЭТИХ… Чувствовали… Только мы. Мама, папа и моя старшая сестрёнка. Она исчезла, когда мне было чуть больше двух лет. Я её смутно помню, но уверена, сразу же узнала бы. Та девушка, которая ударила Олежку, очень похожа на мою пропавшую сестру, но такого быть просто не может. На ней висит тяжёлая, просто невыносимая для восприятия аура убийцы, а моя сестра была не такой. Она очень любила жизнь. К ней в лесу, словно к Белоснежке, тянулись все животные. Честное слово. С детства помню. Когда со мной играла, мысленно просила показаться кто поближе. Вот и получалось, что у наших ног то ёжик оказывался, то зайка, то лисичка. Смело подходили к Илоре и подставляли головы и бока, что бы их погладили. И я могла прикоснуться.

- А какой был цвет волос у твоей сестры? – мама в очередной раз задала сугубо практичный вопрос.

- Нет, не русые, как у… Рыжие как у мамы и как у меня… Только папа был светлым, почти белым.

- Иля, ты сказала, что твоя сестра была старше. На сколько лет?

- На пять с половиной лет. Я помню день её рождения. Моя мама, у которой всегда была улыбка на лице, в тот день рыдала. Пятое июля.

Я не сразу сообразил, что крутилось в мыслях. Понимал, что-то очень важное, но когда пазл сложился, охренел.

- «Что мне сказала Василиса? Удивительно, но помню дословно, словно фраза прозвучала минуту назад - «Мы с тобой ровесники. Ты даже старше меня на три месяца и один день». Посчитать не сложно - получается 5 июля, коль сегодня четвёртое апреля.

Посколько стоял за спиной Илиани, мои глаза, наверное, стали даже не блюдцами, суповыми тарелками, и подобную реакцию мама не могла не заметить. На её вопросительный взгляд утвердительно кивнул и, сразу повернувшись, пошёл в комнату. Да, мы поняли друг друга, но вероятность подобного совпадения, о котором подумали, равнялась одному шансу из миллиарда. Хотя чему удивляться - за один сегодняшний день я узнал столько нового, сколько вообще, бывало, за год «не сьедал»…

После того, как приготовили постели, девушка, смущённо попросив разрешение посетить туалет и ванную, выскользнула из комнаты, а я сразу метнулся к маме. Наверное, всё это время мы не перставали думать об одном и том же, потому что сразу услышал конкретный вопрос.

- Даты совпали?

- Да мам. Василиса, когда пришла ко мне на работу, сказала, что я старше её на три месяца и один день. Пятое июля. Хотя волосы... И мамаша, на которую Василиса похожа как две капли воды?

- При нынешней химии можно изменить не только цвет волос, всё что угодно. Линзы для глаз. Накладки, чтобы увеличить нужные части тела. Что касается, как ты сказал, мамаши… Это да, они похожи, но не всё то золото что блестит... Ты не забыл, что мне завтра на сутки? И у тебя рабочий день. Иля пусть здесь день проведёт. Институт без неё день проживёт, не погибнет, как и она без него. Отработает пропуск позже. Всё, иди, а то опять начнутся вопросы…

- - -

Через двадцать минут, приняв душ, улегся, как и подобает верному оруженосцу, у ног хозяина. Точнее хозяйки. Точнее… Вообщем, понятно.

- Олеш, можно к тебе?

Вопросик был задан ещё тот, потому что всю сознательную жизнь спал без белья. Шепотом обяснил девушке пикантность ситуации, на что она еле слышно засмеялась.

- Я тоже не могу спать, если меня что-нибудь стесняет. Но мы ведь люди взрослые, так?

- Иля. Только без…

- Без.

Мы с полуслова поняли друг друга и, кажется, от неловкости ситуации оба нервно захихикали.

- Ладно, давай вместе, только лучше я лягу на диван, а то надувной матрац может двоих не выдержать – старенький, весь кленный-переклеенный.

Неловко забрался на кровать, завёрнутый в одеяло и со своей подушкой. Легли рядом как две мумии, не прикасаясь друг к другу, но продолжалось такое лишь минуту – вновь еле слышно оба рассмеялись и вскоре девичья рука, словно змея, проникла через все преграды из моего одеяла.

- Можно? - послышался тихий голос и в полутьме увидел блеснувшие глаза.

- Ты и так добилась своего, чего спрашиваешь? Можно.

Мне казалось, не прошло и секунды, как ко мне прильнуло жаркое девичье тело. Обнажённое тело. Я немного отдвинулся, потому что мгновенно стало невыносимо жарко.

- Ты чего? – в голосе послышались недоумение и даже нотки обиды.

- Никогда не спал рядом с раскалённой печкой. Жарко.

- Милый, а почему ты сказал, что тоже являешься человеком второго сорта? Я не стала тогда влезать с распросами, а сейчас сказать можешь?

- Малыш, у каждого из нас есть свои маленькие секреты, согласись. Ты вот не ответила маме на вопрос как мне помогла, когда напали твои сородичи. Кстати, почему ты вначале сказала, что это твой отец и брат, а потом, что это был глава Вашей семьи?

- Так между собой мы всегда называем главу отцом, а остальных братьями и сёстрами. По-моему, ты должен был понять…

- «А от ответа на вопрос она ушла. Ничего, придёт время, узнаю».

Думал, что после наступившей паузы она всё-таки поделится секретами, но Иля задала иной вопрос. Вечный как наш мир.

- Скажи, ты меня любишь?

- «Вот и начались чисто женские дела. Скажу нет, обидится. Скажу да, может учудить что-нибудь такое»…

Ответил не то, что крутилось на языке, а что действительно в себе ощущал.

- Наверное, не могу словами описать всё то, что к тебе чувствую. Скажу честно – до сегодняшнего дня я, наверное, вообще не понимал такого слова как любовь. Влюблённость – это да, но не к тебе. С тобой всё иначе. Не знаю, но ощущение, что знаю тебя очень много лет и прожили их вместе долго и счастливо. Странно, да?

- У меня такое же чувство. Кажется, знаю тебя очень давно. Даже не верится, что сегодня встретились всего третий раз и…

- …И уже лежим голыми в одной постели. Ты прижимаешся ко мне и гладишь как свою игрушку.

- Ты не игрушка, милый. Ты моё счастье. Именно так. Я сегодня окончательно поняла, что нашла в жизни то, что и не мечтала найти. Твой запах… Ты понимаешь, о чём я, да? Ты пахнешь так, что у меня кружится голова. Ты…

- Котёнок рыжий. Не надо меня настраивать на то, о чём уже завтра можем пожалеть оба - и ты и я. Нас никто не подгоняет, верно? Я хочу, что бы всё остальное между нами прошло не на эмоциях и инстинктах, а осознанно. Ты сама пахнешь очень вкусно, но нам надо отдохнуть после этого сумасшедшего дня. Поэтому убирай ручки, успокойся и закрывай глазки. Иначе прямо сейчас уползу обратно.

- Нет!!!

Прижавшись ко мне ещё плотнее, обхватив руками и ногами, словно обезьянка дерево, девушка отключилась мгновенно, но я в таком виде уснуть не мог. Лежал бревном минимум час и только потом, аккуратно выпутав себя из переплетения рук и ног Илиани, тихо сполз вниз, с дивана на матрас, оставив кровать девушке в полное владение. Из другой комнаты слышался приглушённый голос мамы – с кем-то разговаривала по телефону.

Набросив по привычке одеяло на голову, мгновенно отрубился.

Глава 11. Новый день и неожиданные встречи.

Утром проснулся не по звонку будильника, а от того, что меня душили. Резко дёрнувшись, боком выскользнул из-под одеяла и… совсем забыл, что сплю не на диване, а на матрасе. Практически на полу. Мой кувырок вышел, мягко скажем, неуклюжим, притом довольно больно ударился коленями о пол. Сон ушёл мгновенно, но ещё быстрее я осознал, что никаких врагов в комнате нет и в помине, а душно было от того, что второе одеяло, которым была накрыта Илиани, свалилось с дивана прямо мне на голову. Улыбнулся про себя, потёр ушибленные колени и выпрямился. Сейчас мог разглядеть девушку, что стала мне столь близкой. Не зря я думал, что она тоненькая. Сейчас передо мной, свернувшись клубочком, лежал чуть ли не ребёнок – худенький и маленький, но было видно, что это тело принадлежит девушке.

- «Эту тростинку, как мне кажется, если обнять и прижать к себе посильнее, можно ненароком поломать. Какие там двадцать лет. Ей максимум лет четырнадцать. Ну, если сделать скидку на то, что называется грудью, то пятнадцать. Её надо усиленно кормить, что бы на начальном этапе хоть под кожей что-то появилось, а то кости да кожа.»

Поднял одеяло и аккуратно накрыл им девушку. И сразу послышался выдох облегчения, скорее всего девушка замёрзла.

- Проснулся? – от двери послышался шопот мамы. – Выходи. На кухне поговорим.

Через пяток минут, умывшись, вышел на кухню и сел за стол, на котором уже стоял завтрак.

- Выспался? – мама с ехидцей и оценивающе посмотрела на моё лицо.

- Вроде да. Мам, между нами ничего не было. Ты бы видела её без одежды – талию одной рукой можно охватить.

- Видела. После полуночи заглянула к тебе, думала, не спите, а Вы сопели в четыре дырочки. Твоя зазноба голиком лежала, свернув одеяло в трубочку и его обняв. Пришлось немного потрудиться, что бы всё-таки её накрыть.

- Спасибо. – Я не знал что сказать, но мама – это мама. – Я сам проснулся от того, что на меня её одеяло свалилось. Чуть не задохнулся.

- Как мне кажется, Иля всё-таки смогла расслабиться, почувствовав рядом опору и защиту, – мама пододвинула ко мне тарелку с сырниками. – Давай ешь, а то остынут.

- А…

- Не волнуйся за неё, голодной не останется.

- Ты не поняла, мамусь, а не о том хотел спросить, хотя спасибо за заботу. Ты сама смогла поспать? Или всю ночь провела на ногах?

- Поспала и даже отдохнула, чего не ожидала. Наверное, вспомнила молодость. Так, пару слов по делу. Я тебя провожу и сама позабочусь о девочке. Ты ведь наверняка ей вчера ничего не сказал?

- Нет.

- Вот и хорошо. Обед и ужин в холодильнике, а ей покажу. Чем позавтракать в субботу, сами сообразите, а там и я вернусь.

- Мам, - я смотрел в улыбающиеся глаза. – Ты говоришь обо всём, только не о важном.

- Как это не о важном? – мама всплеснула руками. – Считаешь, что накормить своего ребёнка это не важно?

- Мамусь. Ну хватит в самом деле.

- Какой же ты… неинтересный. Ладно. О деле так о деле. Охота была объявлена, но через час её свернули. Не на время, вообще. Вам двоим ничего не грозит, но на всякий случай за домом и за тобой пару дней присмотрят. Поэтому прошу не шарахаться, если заметишь, что тебя оберегают. И прошу, не подходи к людям и ничего не спрашивай. Обещай.

- Обещаю, мам. А почему?... Хотя глупый вопрос. Ты постаралась? Надавила на кого надо?

- Нет, сынок. Ошибаешься. Важная информация, использованная с умом и вложенная в нужное время в нужные уши, бывает, совершает чудеса. Помнишь такого деятеля как Аль Капоне? Давала тебе почитать его высказывания. К данному варианту слова о добром слове и пистолете хоть и подходят, есть более удачная фраза. «Не трогай проблему, пока проблема не трогает тебя». Эту проблему тронули и сейчас её решают другие, а мы будем жить дальше так, как и жили до вчерашнего дня.

- Ма, мы уже не сможем жить как прежде, ты сама это понимаешь. Коль использовала одну цитату, озвучу другую. «Случайных совпадений не бывает». А, нет. Вспомнил ещё, более уместную. «Я отдам три десятка своих голворезов за одного человека, умеющего решать вопросы разговаривая».

- Умница. Цитата в самом деле удачная. Рада, что в твоей голове иногда что-то задерживается.

- МА!!!

- Всё, ешь, а то опоздаешь на работу.

- Ладно. Последний вопрос. Скажи честно. Как тебе…

- Пока никак. Такой ответ устроит? Слишком мало времни прошло, что бы кроме «а» сказать «б». А ты мысленно уже добрался до середины алфавита. Я тебе раз сказала, могу повторить – девушку не выгоню. Есть в ней что-то такое, что меня задело. Она выгодно отличается от всех остальных, кого ты приводил в мой дом. Только, прошу, без комментариев. Не надо злить. Согласись, я всегда была права. Разве не так? Так.

Мы бы пикировались и дальше, но разговор сначала прервал зазвонивший телефон и мама вышла с кухни, а сюда скользнула Илиани. Заспанная, но какая-то неуловимо уютная и милая.

- Доброе утро, Олежка. Ты чего подхватился так рано?

- Малыш. Сегодня пятница, не выходной. На работу надо.

- А как?

- А никак. Всё хорошо, милая. Сначала умойся, поговорим потом.

Девушка кивнула и исчезла, а следом зашла мама.

- Проснулась?

- Наверное, от звонка телефона. Но ничего, уже восемь, не пять. Мам, ты скажи ей сама, а то не хочу быть передаточным звеном. Да и твоё слово намного весомее.

Через десяток минут Иля, после слов мамы, заметно повеселела, с аппетитом уминая сырниками. Ела очень аккуратно, что опять же не осталось без внимания.

- Иля, ты б повлияла на моего сына. Научила бы его есть культурно. Не знаю, как и где, а дома это настоящий хрюндель. Разве нет? Кто лезет через весь стол надкусанным сырником в плошку со сметаной? Ложка рядом, не заметил? Положи себе, сколько надо и претензий не возникнет.

- Мам, забавно, что используешь слово плошка. Мы поняли друг друга? И не надо смущать Илю. Она, вон, как помидор красная сидит. Я дома и вправе чувствовать себя именно как дома. И ещё. Прошу, не надо мне делать замечания при…

- «Блин. Еле успел закрыть рот, чтобы не сказать «при посторонних». А ведь крутилось на языке. Потом пришлось бы оправдываться. Мама тоже даёт – хочет, что бы я разозлился? Для чего? Ведь всё было нормально».

Девушка благоразумно молчала, не смея вмешиваться в наши «разборки», но своим присутствием гасила раздражение. И мама не могла это не оценить, задав вопрос, что та будет делать, когда останется одна.

- Как что? – Илиани удивлённо посмотрела сначала на маму, потом на меня. – В институт поеду. Вы же сами сказали, что мне ничего не грозит, а один день пропуска занятий влечёт за собой кучу проблем. Я у преподавателей на хорошем счету, к тому же не хочу лишиться стипендии. Это, конечно, крохи, но для меня сейчас, когда семья больше не будет помогать…

- Разберёмся. Сынок, тебе, пожалуй, уже пора. Посуду сама вымою. Иля, тебе куда ехать? И к скольки?

- На Петроградку. Сегодня к десяти, а обычно к девяти.

- Вот и хорошо, поедем вместе, а сейчас идём со мной в комнату, есть разговор…

Я быстро оделся и проводить меня вышли обе женщины, чмокнув на прощание в щёки чуть ли не одновременно, хотя мама, как я чувствовал, старалась как можно быстрее выпроводить меня из дома. И только выйдя на улицу, понял, что так и не договорился с девушкой как быть дальше. Вначале встал столбом, но решил, что мудрая мама обо всём подумала заранее…

* * *

До метро добрался быстрым шагом и уже спустившись под землю и заскочив в вагон, прислонился к поручню, закрыл глаза и впал в какое-то странное оцепенение. Это не былди ни сон, ни дрёма, в голове не было никаких мыслей, странная звенящая пустота. Не знаю, сколько был в таком состоянии, пока не дёрнулся, возвращаясь в реальный мир, потому что сначала ко мне обратились по имени, а затем, не увидев реакции, довольно невежливо дёрнули за рукав. Уже был готов столь невежливо и ответить, но перед собой, открыв глаза, увидел недовольное лицо Кати, то есть Екатерины свет Алексеевны, мамы Василисы.

- Спишь?

- «Не здрасти, ни доброе утро... Странное обращение вообщем-то к малознакомому человеку. Как по мне, разовая встреча не даёт повод себя вести настолько бесцеремонно».

- Утро доброе, Екатерина Алексеевна. Не сплю. Размышляю, что день готовит мне грядущий.

- Надеюсь, думы хорошие? О Василисе?

- «Опять двадцать пять. Только о ней и думать. С одной, не знаю, разобрался ли до конца, так вторая в жизни появилась».

- Мы с Вашей дочерью вчера пообщались. Хорошо так, плотно. Поговорили о будущем и я сделал всё возможное, что бы донести информацию до её прелестной головы. Что, с Вами не поделилась?

- Почему же, поделилась. Между нами вообще секретов нет, так что знаю, как ты вчера сопротивлялся своему счастью.

Эта фраза прозвучала столь забавно, что не удержался, улыбнулся. Подумал, что намёками с этой женщиной говорить нельзя. Она, и как её дочь, понимают только прямую речь. Но всё же не хотелось выяснения отношений, тем более в вагоне метро, где полно людей.

- Ваша дочь не входит в понятие моего счастья. Я, честно говоря, не понимаю для чего этот разговор, раз с Василисой вчера всё выяснили.

- Ты себя ведёшь слишком вызывающе, Олег. Предложил моей дочери выйти замуж, а сейчас пошёл в отказ? Назови хоть одну вескую причину, что могла бы объяснить твоё нынешнее поведение.

- Поведение? – я усмехнулся, бросив взгляд на соседей, но, кажется, к нашему разговору никто не прислушивался. (Или делалал вид, что тот неинтересен). – Сейчас школу вспомнил, когда учительница делает замечание ученику. Уважаемая, давайте начнём сначала. Я Вашей дочери предложение не делал. От слова вообще. Простите, ещё в здравом уме и светлой памяти, а что она сама себе понапридумывала, это вопрос не ко мне. Добавлю. Часто внешняя и внутрення составляющая человека не соответствуют друг другу. И жить под постоянным моральным и физическим давлением даже красивой женщины нет ни малейшего желания. Я, знаете ли, люблю свободу выбора, а не ждать, что мне в любой момент может прилететь в лоб.

- Не так сильно тебя вчера и ударили. Да, дочь не сдержалась, так ты сам был виноват, оскорбил её до глубины души. У тебя, вон, даже следов не осталось.

- А хотелось бы, да? – Я стал понемного закипать, понимая, что через самое короткое время женщина может начать на меня орать. Прямо здесь. Для неё посторонние не являлись помехой. Как мне показалось, она даже рада, что есть зрители. – Давайте заканчивать этот разговор. Он ни к чему. Своего решения я не изменю, а в следующий раз, предупредите, пожалуйста, свою дочь, если та вновь посмеет поднять на меня руку, отвечу соответственно. Пусть потом не обижается. Да и, знаете ли, не хочу, что бы он вообще был, этот следующий раз. Я имею в виду день, когда увижу Вашу дочь. Предложите Василисе поискать пару из своего круга. Из тех, кто на удар сразу, не задумываясь, ответит ударом. Для неё, понимающей только силу, это будет наиболее удачным выбором…

Какое счастье, что следующей станцией была моя, где надо было делать пересадку, поэтому, предупредив, что мне надо выходить, попрощался с женщиной, кинув напоследок провокационную фразу, что и не думал произносить. Но что делать, подсознание порой выкидывает такое...

- Привет Илоре. Хорошего дня.

Я, выходя из вагона метро, увидел, что женщина мгновенно вспыхнула, затем в доли секунды стала бледной.

- Откуда… Кто тебе… - послышалось вслед, но я не ответил. Если бы был бумагой или щепкой, наверняка вспыхнул бы и сгорел за секунду прямо на месте, настолько ненавистный испепеляющий взгляд чувствовал на своей спине то время, пока не смешался с толпой...

На первый взгляд забавная случайная встреча, но, подумав, пришёл к однозначному выводу, что встреча явно не случайна. Меня стерегли у метро, а может шли за мной от самого дома, приблизительно рассчитав, когда я появлюсь на улице. Если честно, достала меня эта семейка. Не хватает ещё, что бы сегодня или завтра встретиться с её папашей, майором. Это уже будет перебор, апофеоз идиотства.

Не знаю, кто заменил на небесах моего ангела-хранителя, но после обеда последовал вызов к директрисе и та сообщила, что к четырём дня меня ждут в райкоме партии. Точнее, не в самом райкоме, а на первом этаже. Что находится на первое этаже, я знал – полгода назад там был. Это ж что получается? В атаку пошла бронетехника в виде КГБ в лице его представителя, Алексей Ивановича? Или того, кто со мной вёл предварительную беседу? Да пошли они все куда подальше. В принципе, я мог не являться, это не были ни мои непосредственные руководители, ни те, кто вообще каким-либо образом имеют отношение к работе. О чём нашей Аннушке и заявил. Та посидела, как я видел, слегка пришибленная подобным неуважением «к органам», но, к её чести, промолчала, а что удивило, так её понимающая улыбка. И после высочайшего позволения, покинул «царские покои». Вернулся в свой кабинет и занялся тем, за что и получал зарплату. До конца рабочего дня оставалось четыре часа…

- - -

Всю вторую половины рабочео дня меня неотступно преследовали мысли об Илии. Где она? Что с ней? Увидимся ли сегодня? Последний час отсидел словно на иголках и, не задерживаясь, покинул работу, что бы у дверей на улицу нос к носу столкнуться с отцом Василисы, незабвенным Алексей Ивановичем. Как я думал? Наступит апофеоз маразма? Вот и накаркал. Наступил. Как говорят, не вспоминай чёрта к ночи. А майора так вообще, даже утром вспоминать не нужно.

И тот, как и его благоверная, вместо слов приветствия, выскочив из припаркованной у входа чёрной Волги, налетел на меня как петух. Ну, на тех, на кого петух способен налететь без последствий для самого себя.

- С каких пор вызов в отдел Комитета государственнной безопасности может быть игнорирован? Это что означает? Хочешь неприятностей? Так они рядом с тобой.

- Вызова не было, это, во-первых, а, во-вторых, без официального документа, то бишь повестки, телефонное право в нашей стране партией и правительством признано грубым нарушением, что влечёт за собой…

- Заткнись, а? – майор меня бесцеремонно прервал и по его лицу было видно, что мужчина взбешен до невозможности. – Садись в машину.

- Не сяду, потому что задерживать меня у Вас никаких оснований нет, а тратить время на пустую болтовню, не имею ни малейшего желания. Знаю, что ничего нового Вы мне не скажете. Что касается Вашей дочери, то как утром Вашей жене, так и сейчас уже Вам лично скажу, что бы на меня не рассчитывали. Извините, но с Василисой дел никаких дел иметь не хочу, тем более идти с ней в ЗАГС. Силой Вы меня туда не потащите, а по собственному желанию на километр не подойду. Ещё во время последнего разговора прямо Вам сказал, что не стоит терять время, ищите для дочери более подходящую пару. Забыли? Так я не забыл.

- Ты сделаешь то, что я тебе скажу, – лицо майора, как мне показалось, сталопросто белым. Мелькнула даже мысль, что у него сейчас случится удар. – Ещё раз говорю – садись в машину.

- А я повторю, коль Вы меня не услышали с первого раза – я ни с Вами, ни с Вашим семейством общаться не хочу. Могу повторить столько раз, сколько потребуется, что бы до Вас всё-таки дошло – забудьте обо мне раз и навсегда.

- Саша! – видимо Алексей Иванович посчитал, что майору негожу возиться с каким-то гражданским, пачкая руки, поэтому позвал водителя, но в течение пары минут произошло то, что я никак не ожидал. Наверное, мой хранитель вернулся на свой пост после длительного перекура, а может где-то наверху вообще сменилась власть... Но вместо справедливого по сути оклика с небес, послышался сдавленный хрип майора. – А эти, мать их, откуда взялись?

Я ещё с полминуты назад заметил, что метрах в пятнадцати от нас стоят трое мужчин. И ладно бы стояли, разговаривали между собой, но те молчали, пристально нас разглядывая, и сейчас, словно по команде, на ходу вынимая руки из карманов курток и снимая перчатки, неторопясь пошли… именно на нас. И всё бы ничего, но я узнал одного из этой тройки, хоть видел его раз и то мельком. Да, тот самый Глава семьи, который пытался меня убить и кто являлся виновником изгнания Илиани. Но чем ближе троица к нам подходила, тем яснее я понимал, что настроились они не на меня, а на майора. Судя по всему, место его проживания вычислить не смогли, а понадеялись, что тот со мной рано или поздно пересечётся. Вот и дождались. Объяснять что-либо майору в его нынешнем состоянии было наивысшей глупостью, но как бы я к нему не относился, в данный момент врагом был не он, а эти трое неуловимо похожих друг на друга мужчин. Не стал снимать перчатки, лишь растегнув до середины груди молнию куртки, но, как я и говорил, сегодня меня оберегал, да и не только меня, как выяснилось, кто-то более влиятельный…

Из припарковавшейся вслед за машиной майора белой Волги вышли двое мужчин, лет по сорок и, обогнув нас, встали впереди, закрыв меня и майора своими спинами. Один из этих мужчин мимоходом с силой захлопнул открывающуюся дверь Волги майора и, как я понял, тем самым здорово повредил здоровью вызванного на помощь Саши. Водитель, как заметил, скрючился на сиденье, закрыв руками лицо. А дальше произошло то, что не ожидал никто из присутствующих, наверное, кроме меня, когда вспомнил слова мамы, что за мной присмотрят. Конечно, подобное не сразу пришло в голову, гораздо позднее, но я хоть понимал «откуда ноги растут».

Когда троица оборотней приблизилась почти вплотную, один из мужчин, что стояли перед нами, стал говорить невыразительным монотонным голосом. Было ощущение, что он озвучивал стандартные слова, сказанные им до этого несчётное количество раз.

- Согласно Закона, семье, имеющей самоназвание «Верные Наследники», порядковый номер два шестнадцать один тридцать, прибывшей на планету Земля на временное проживание, в очередной, третий раз нарушившей параграфы три, четыре и девять, объявлено последнее, КРИТИЧЕСКОЕ предупреждение, за которым в случае малейшей провинности последует немедленная депортация всех членов Семьи, не взирая на место проживания, с конфискацией движимого и недвижимого имущества. Те из семьи, кто проявит неповиновение или окажет сопротивление, будут уничтожены. Предписание озвучено пятого апреля в присутствии Главы семьи и двух его ближайших родственников.

Я не ожидал ничего подобного, поэтому сказать, что стоял как вкопанный, хлопая от неожиданности глазами, это ничего не сказать. Я просто охренел. И не я один. Как понял, майор, уже давно переключившись с меня на тех троих, тоже открыл рот от неожиданнсти и удивления. Перевёртыши, как мне показалось, хоть и были ошарашены подобной встречей и услышанным… Предписанием (ну и слово подобрали, ети его), но держались достойно, хоть запал, который у них был, сразу исчез. Повернулись как один через левое плечо и быстро пошли прочь. Куда глаза глядят, лишь бы подальше от этих двоих мужчин. Самое странное, ни один из этих двух не показал какой-нибудь значок или предьявил документы. Они даже не назвались и не обозначили организацию, к которой принадлежали. Со стороны, наверное, всё смотрелось как сценка из низкобюджетного боевика или уж совсем заштампованного фантастического фильма. Эти двое, проводив взглядами перевёртышей, простояв без движения ещё с минуту, наконец-то повернулись лицом к нам. Что могу сказать – самые оычные люди,олбычные лица, которые вижу в метро сотнями каждый день. Одеты не однообразно, а кому как удобно... Постояли мы так, посмотрели друг на друга, но ни я, ни майор первыми не заговорили. Молчание нарушил второй, не тот, кто говорил с оборотнями.

- Майор. Дам бесплатно хороший совет – не трогай парня, а лучше вообще забудь о его существовании. Эта высота не по твоему плечу…

И, как и вначале, двое незнакомцев, не сказав больше ни слова, обошли нас по бокам, сели в свою машину и уехали. Как понял, кроме них в Волге был ещё и водитель, потому что оба сели на задние сиденья.

- И что сейчас было? – Наверное, спустя пару минут пробормотал себе под нос Алексей Ивавнович, но я его услышал.

- Это было снисхождение благодати на Вас, господин майор. А если приземлённо, Вам сегодня обязательно надо заехать в церковь и поставить свечу Георгию Победоносцу, заступнику всех военных, коль носите погоны. У Вас, считай, сегодня второй день рождения. Если бы не эти двое… На этом, коль все присутствующие живы и относительно здоровы, позвольте с Вами попрощаться. Благополучия Вам и Вашей семье. Всего доброго.

Перебежал улицу и неторопливо пошёл к метро, ощущая на своей спине пристальный взгляд майора. Но он так и не сдвинулся с места, не позвал и не отправил за мной своего водителя. Стоял как вкопанный и смотрел то мне в спину, пока видел, то кидал взгляды вдоль улицы, куда ушли перевёртыши. Что у него было в голове в этот момент, о чём думал, кто знает. Я лишь мог предположить, посколько человек он был умный, сообразил что к чему и что с ним могло случиться, не приди к нам вовремя помощь. Точнее, к нему – меня бы эти не достали.

Когда сел в вагон метро и привычно прислонился к поручню, задумался – смогу ли сегодня вечером увидеть рыжика? И настолько погрузился в раздумья, что не сразу осознал, что со мной общаются. Дёрнулся, оглянулся вокруг и понял, что почудилось. Фиг! Это, оказывается, из глубокой норы в сознании наконец-то высунул нос Виски. Поганец сейчас делал вид, что вовсе никуда не исчезал, что всё время присутствовал и даже давал дельные советы… Ага. Как же. Вот не думал, что внутри моего верного защитника, моего героя, долгое время прятался самый настоящий трус…

* * *

- «Я не трус. Просто столько свалилось информации, что я буквально захлебнулся. Это ты можешь прочесть книгу и через неделю забыть о чём там шла речь. Я не такой. И вообще…»

- «И вообще, сосед, ты мне сейчас мешаешь. Знаешь ли, нет обсуждать то, что уже прошло и осталось позади. Соглашусь, ты иногда даёшь вполне дельные советы, но сейчас я в них не нуждаюсь. Мог бы раньше проявить себя, когда нуждался в тебе».

- «Прости, ты, наверное, прав. Я два дня…»

- «Не два дня, две недели ты занят своими делами. Но раньше я хоть временами чувствовал тебя, а что вчера, что сегодня... Продолжай в том же духе. По крайней мере, ты не мешаешь».

- «Я могу и обидеться… Уже извинился. Тебе мало? Могу повторить. Прости-прости-прости. Достаточно? Или продолжать?»

- «Виски, ты бываешь невыносим. Если намёки не понял, говорю тебе прямо – оставь меня в покое. Не лезь сейчас с разговорами. Мне надо подумать. Давай позже».

- «Как скажешь. Только этот вечер проведёшь один, вот увидишь».

- «Гадёныш ты… Откуда такая информация?»

- «Слышал разговор».

- «Какой разговор? Мне что, клещами надо из тебя каждое слово вытягивать?»

- «Так ты не хочешь разговаривать, а я не навязываюсь».

- «ЧТО. ТЫ. СЛЫШАЛ?»

- «Ладно. Так и быть. Только беря во внимание, что ты мой друг…»

- «Короче».

- «Мама утром забрала у девушки амулет и вместо него одела на руку твоей зазнобы браслет. Сказала, с ним ей будет спокойно и безопасно».

- «Не понял связь между медальоном и присутствием Илиани у меня дома».

- Девушка сказала маме, что сегодня будет допоздна занята в институте, поэтому заявляться ночью в чужой дом с её стороны будет некрасиво. Переночует в общежитии».

«И?»

- «Что и? По-моему, и так ясно. Появится или завтра или в воскресенье. Хотя мне показалось, что она боится оставаться с тобой наедине. И за свои необдуманные действия вчера вечером себя клянёт. Как непосредственная угроза миновала, у неё над инстинктом возобладал разум. А что девочка умная, этого у неё не отнять».

- Хочешь сказать, её вчерашнее приставание было вызванно лишь инстинктом? Не симпатией, ни чем другим?»

- «Я тебе не так давно приводил пример с другой девицей. Они, уж не обижайся, ничем друг от друга не отличаются. В случае смертельной опасности отдать себя, своё тело взамен на защиту и покровительство – это свойство защиты любого слабого существа. Не хочу сказать, что все готовы поступать подобным образом. Совсем нет. Даже, сказал бы, большинство будет сражаться до последнего, но это дано не всем. Только без обид, хорошо?»

- «Причём здесь обиды? Вроде говоришь ерунду, но чувствую, что в словах есть зерно истины. Мне странно другое, твой тон, с которым наставляешь меня как старик неразумное дитя. Хотя по возрасту мы с тобой одинаковы».

- «Только не стоит забывать, что я обладаю возможностями оперировать разумами двух существ (когда ты спишь), а ты лишь одним и то, наверное, лишь сотой его частью».

-«Не уверен в правдивости твоих слов, но пусть будет так. Ладно. Если ты прав, сегодняшний вечер проведу как раньше – заберусь в ванну с чашкой кофе и рюмкой коньяка. Возьму какую-нибудь книгу и гори всё синим пламенем».

- «Не буду спорить, хотя пара часов в горячей воде плюс кофе, плюс спиртное… Тебе не жаль своё сердце? Сколько оно ещё сможет выдерживать подобное наплевательское отношение?»

- «Ты напомнил. И сигареты захвачу, а то в течение двух последних дней раз сто сувал руку в карман, что бы достать пачку».

- «Олег, мы же договорились»…

- «Если напряжёшь, как ты только что сказал, оба рассудка, вспомнишь, что я тебе обещание бросить курить не давал. Да, уменьшил количество сигарет до минимума. Можно сказать, вообще бросил курить, но, сосед, твоё природное обоняние, которое передалось мне, ради чего я фактически и бросил курить, нам не особо-то и нужно. Перспектив его использовать у нас нет. Поэтому пара сигарет под кофе с коньком не помешают. И давай не гунди. Без тебя тошно».

- «Ты что, влюбился?.. Эй? Ты куда?»

Дальше общаться с собакиным я не захотел и тот через некоторое время в недоумении затих, а потом и вовсе исчез…

Вечер я провёл в одиночестве. Как и запланировал – в ванной с интересной книгой. Только пару раз ловил себя на том, что одну и ту же страницу читаю по несколько раз, а в голове крутились совсем другое…

Эпилог.

Илиани я больше никогда не видел. Она на следующее утро вышла из общежития, но ни у меня, ни в институте так и не появилась. Я долгое время её искал. Не сразу, но отыскал её семью и, переговорив с Главой, узнал, что не только они, все семьи искали девушку, но не нашли. Мама по своим каналам тоже запустила поиск. Перетряхнули всех, кто мог быть замешан в похищении, но через пару месяцев поиск прекратили, не найдя весомых причин кого-либо привлечь к ответу. Было выдвинуто предположение, что девушка, чего-то испугавшись, нырнула в ближайшую складку и оказалась там, откуда вернуться не смогла. К слову, браслет, который взамен медальона мама дала Илиане, мне отдала её соседка по комнате в общежитии – Иля, когда уходила, его на руку почему-то не одела.

Честно скажу – эта потеря мне далась очень тяжело. Нервный срыв и долгое поэтапное восстановление. Пришёл в более-менее нормальное состояние только через полгода.

- - -

Что касается работы, через пару лет её сменил и трудился на новом поприще больше четверти века, пока не ушёл на пенсию, да и состоянию здоровья оставляло желать лучшего. А началось с того, что на одной из выставок поспорил с тодним из знгактоков парфюмеров и меня пригласили на испытание на парфюмерную фабрику «Северное сияние», где, пожалуй, и нашёл своё второе призвание. В девяностые, когда страну трясло, а на фабрике свернули собственное производство, с работы пришлось уйти, но бездельничать мне долго не дали – известная французская фирма предложила уж очень хорошие условия для моего таланта, благо знали кто я такой, не раз с ними пересекались по работе. Много лет так и провёл в перелётах из одной страны в другую, но когда пришло время выбора где остаться жить и, если будут силы, работать, выбрал родной город, Питер.

Что касается Виски, мой верный друг и помощник ушёл в свой собачий рай давным-давно, пробыв в моей голове без малого двадцать лет. И когда почувствовал, что ему «пора», попрощался вечером, а утром я понял, что его ехидных мыслей и назидательно тона никогда больше не услышу.

Три года назад ушла и моя мама. Провожали её в последний путь самые близкие, но от той странной организации, которой мама отдала много сил и здоровья, прислали шикарный венок, да мне передали в конверте внушительную сумма денег. С мамой я больше никогда не заговаривал по поводу её работы в Ордене. Не знаю почему, но считал, что спрашивать, заранее зная, что не услышу ответа, будет глупо.

Что касается жены, то да, она есть. Скажу больше – живём дружно, понимая и чувствуя уже не партнёра, а ставшего за годы жизни родным человеком с полуслова. У нас двое прекрасных детей, мальчик и девочка. Тут история, граничащая на грани реальности и фантастики. Я женился… на Василисе. Точнее, не на той Василисе, которую знал, а на Илоре, давным-давно исчезнувшей сестре Илиани, потому что, как мы и предположили с мамой, это был один и тот же человек…

В тот год ни с Василисой, ни с её родителями я больше не виделся. От меня отстали и не тревожили, но через пару лет в дверь моей квартиры как-то вечером, по закону подлости именно тогда, когда мама была на работе, позвонили. Открыл и увидел перед собой ту, что неожиданно исчезла из моей жизни и… только через пару секунд понял, что это не Илиани. Огненнно-рыжий цвет волос, серые глаза, но… рост намного выше, почти вровень со мной. Я растерялся, потому что в этой девушке смутно просматривались черты Василисы, но ТОТ облик был смазан. Не временем и не памятью, самой жизнью.

- Можно мне войти? – тихо спросила девушка, и я невольно посторонился, давая возможность войти в квартиру. И нет, что бы всё дальше развивалось как надо. Как же. Нежданная гостья, сделав шаг, завалилась в обмороке на пол и её затрясло точно так же, как Илю в день знакомства с мамой. Благо опыт, что делать в подобных случаях, у меня уже был. Пришлось повторить всё точь в точь, как и тогда. Отнёс девушку в комнату и, пока набиралась вода в ванной, раздел и через пяток минут погрузил в воду, придерживая голову. Приблизительно через полчаса девушка пришла в себя, вкратце рассказав всё, что с ней произошло за те два года, что мы не виделись…

Та встреча в проходном дворе у моей работы, когда увидела сестру, о существовании которой вынуждена была забыть, сыграла роль своеобразного триггера, что постепенно, кирпич за кирпичом, в итоге развалило выстроенную стену, что была построена в голове Василисы ментальными специалистами КГБ. Когда она стала понимать, что многое в рассказах родителей и всплывающих отрывках настоящей памяти не стыкуется, стала действовать. Не лезла напролом, а действовала аккуратно. В первую очередь перестала глотать лекарства, которые ей были прописаны как жизнено необходимые, и которые принимала сколько себя помнила. И через месяц-другой её детская память хоть и фрагментально, но востановилась. Она смогла вспомнить образы тех, кто были её настоящими папой и мамой и кем являлась та рыжая девушка, что была воспринята соперницей на пути к её счастью…

Благодаря служебному допуску, правдами и неправдами смогла проникнуть в закрытый отдел архива отдела, в котором работала и, подняв документы, узнала, что похищение одарённых детей из семей оборотней в её случае не было чем-то уникальным. Совершенно секретный отдел, в котором работал отец и она сама, как раз и работал над изучением выдающихся особенностей перевёртышей и привлечению подобных уникумов на разные должности не только в Комитете, и в другие силовые структуры, как считал её приёмный отец, на благо страны. Нужных детей заранее отбирали по внешнему облику, соответствующему семьям сотрудников, где женщины оказались бездетны. Там малышей воспитывали как своих родных, и никто из них так и не узнал, что они приёмные. На вопрос, а как же возможное обращение из человека в животное, Илора объяснила, что врачи, которые наблюдали за подобными детьми, давно научились блокировать возможность обращения ещё в раннем детстве. С помощью химии и программирования психики. Но, узкий круг специалистов, тех, кто был в курсе, знали, что при постоянном приёме лекарств, угнетающих психику и воздействующих на гармоны, у перевёртышей, после достижения половозрелости, могут происходить непрогнозируемые тяжёлые психические срывы, которые характеризовались чувством обострённого одиночества и ненужности. Как раз подобный и случился с Василисой перед тем Новым Годом, когда она задалась целью выйти за меня замуж... Забавно, но Василиса выяснила, что и её приёмные родители, в семье которых выросла, сами были полу-обортнями, похищенными в детстве. Отсюда и наличие у них слаборазвитых ментальных способносей…

Что потом? Потом я завернул девушку в свой халат и отнёс в постель, надев ей на шею мамин медальон. Что бы снять синдром страха перед жилищемСмотрителя. Лёг рядом, когда понял, что девушка окончательно пришла в себя.

Проговорили тогда почти до утра. Узнал, что с родителями, которые до последнего ей врали в лицо, что она их биологическая дочь, рассорились в пух и прах, а под конец девушка положила перед отцом копию свидетельства о своём усыновлении и ещё копии пары документов, после чего собрала самое необходимое и покинула дом.

Из Комитета смогла уйти без особых проблем, потому что специально завалила очередную медкомиссию. Затем сменила документы, вернув себе настоящие имя и фамилию. На гражданке на работу устроилась без проблем, благо специальность имелась – работая, паралельно закончила обучение на факультете иностранных языков университета…

- То, что в совершенстве владешь своим и русским языками, понятно. А ещё?

- Всё шутишь… Французский, английский в совершенстве. Немецкий – свободный разговорный, но без использования техническихи специальных терминов. На последнем курсе начала учить арабский, но времени и возможности продолжить, увы, не было…

- Полиглот. Могу только позавидовать. У меня в голове итальянская музыкальная терминология и английский смешались с немецким, который учил в училище, поэтому чувствую себя как Муму – понимаю многое, а ответить не могу.

- Почему Муму? – удивилась девушка, смешно нахмурив брови, не находя ничего общего между знанием языков и печальной судьбой собаки.

- Так она и погибла из-за того, что не могла ни написать, ни показать на лапах направление, куда Герасиму стоило бы идти. Далеко и надолго.

- А… ну да. – Губы девушки впервые за вечер сложились в робкой улыбке. – Ты, к счастью, не глухонемой, поэтому направление, куда меня отправил, тогда объяснил вполне понятно... – Девушка глубоко вдохнула и резко выдохнула, решив для себя сделать шаг, от которого в дальнейшем могло многое зависеть. - Олеш. Прости меня за всю боль и неприятности, что тебе принесла. И за то… что ударила, прости. И ещё... Василиса умерла около двух лет назад. Вспоминать о ней, тем более сожалеть о её судьбе, не стоит.

Девушка собрала силы и, приподнявшись на локте, сказала не так мне, как всему миру:

- Я. ИЛОРА. АРИСС!!!

Конец.

От автора.

Это черновик к книге, которую планировал написать ещё пару лет назад. Не стал развивать сюжет, хотя многое осталось "за кадром". Оставил всё как есть.