Первый вдох полной грудью

Глава 1

Всю свою жизнь я работала ради семьи. Я любила их, отдавала всю себя. А они в ответ любили меня. Я так думала.

Помню, когда-то я мечтала танцевать. Я сама всегда обеспечивала себя необходимым, чтобы не напрягать родителей. Но потом я стала отдавать всю себя заботе о них, и времени совсем не осталось. Бросить танцы стало для меня чем-то естественным и нормальным, я даже не воспринимала это как жертву ради семьи. Я никогда раньше не жалела об этом выборе.

Обычный вечер, как и всегда, я возвращалась с работы на неполный рабочий день после основной. Хозяин котокафе, где я подрабатывала, как всегда подбодрил меня и весело попрощался. Казалось бы, всё как обычно. Откуда же я могла знать, что моя жизнь перевернется.

И ведь всё произошло так быстро, будто не со мной. Я плохо помню этот момент. Я просто стояла на остановке и ждала свой автобус, когда внезапно в нас влетел автомобиль. Был глухой удар, резкая боль, пронзающая всё тело и темнота. Долгая, пугающая темнота.

Когда я открыла глаза, солнечный свет ослепил до боли, заставив прищуриться. Голова кружилась, в ней роились мысли, которые я никак не могла собрать в кучу. Пару минут я просто вертела головой, что вызывало новую волну боли. Я пыталась понять, где нахожусь, но перед глазами всё плыло. Со стороны послышался женский голос, который я слышала его впервые:

— Вы очнулись! Как Вы себя чувствуете? — я приложила огромное усилие, чтобы просто кивнуть ей в ответ. Мигрень снова дала о себе знать, будто мне в мозг вбивали тысячи гвоздей. Жуткое сравнение, но именно так я себя и чувствовала, — Не напрягайтесь, я схожу за врачом.

Судя по звукам удаляющихся каблуков, я осталась одна. Понемногу картинка перед глазами становилась чётче и я поняла, что нахожусь в больнице. Но почему? Ах да, точно, авария. Я чувствовала себя так, будто месяц неподвижно лежала, всё тело затекло и было просто каменным. Я ещё не до конца понимала ситуацию, но разум прояснялся.

Вскоре в палату вошёл пожилой мужчина с седыми волосами и доброй улыбкой. От него так и веяло добротой, я сразу полностью доверилась ему, но к горлу накатывал ком паники, когда ко мне стала возвращаться чувствительность

Проверив моё состояние, врач сказал, что я в норме и спросил о самочувствии. Глотая ком, мешающий даже дышать и еле сдерживая слёзы, дрожащим от ужаса голосом я произнесла:

— Доктор, я не чувствую ног…

Он говорил что-то ещё, осматривал меня, но я услышала лишь одно: травма позвоночника. Слёзы сами хлынули из глаз, голова вновь загудела. Сквозь затуманенный слезами взгляд я поблагодарила доктора и попросила выйти из палаты. Оставшись одна, я закрыла лицо руками и горько плакала. Не знаю, как долго это продолжалось, но, в итоге, я уснула. Мне ничего не снилось, сплошная пустота и одиночество.

Уже неделю я находилась здесь после своего пробуждения и две после аварии, если верить медсёстрам. До сих пор не верится, что я находилась в коме целую неделю. Все меня спрашивали, где моя семья, а я лишь молча вертела головой. Да и что мне ответить, мои родные отказались приходить. Мама сказала, что не переносит больницы, сестра сослалась на занятость в школе, отец отмахнулся работой.

Меня упрекали за то, что я стала такой. В глубине души я понимала, что не смогла бы ничего изменить, но после стольких фраз, я и сама поверила, что разрушила семью. А ведь и правда, что они теперь делать то будут? Моей сестре нужны деньги для учёбы в университете, мой отец никогда не работал, а отель, который раньше содержали мои родители, уже давно в плачевном состоянии. Я всегда заботилась об их безбедной жизни. А теперь мало того, что обеспечивать не смогу, так еще и обузой стану. «Может мне не стоило просыпаться?» — промелькнуло у меня в голове. Я сама испугалась своих мыслей, резко махнув головой. Нет, пусть я и калека, но я не хочу умирать.

При выписке мне опять помогали медсёстры, мои родственники не пожелали заходить в больницу, только вещи передали. Как же я была благодарна этим девушкам, которые помогли мне одеться, усадили на инвалидное кресло и помогли выйти из больницы, я никогда их не забуду.

Моя семья уже ждала меня. Неохотно усадив меня в машину, мы поехали. Но я не винила их в таком отношении, я понимала, как тяжело им было. Я не имела права возникать.

Моя семья права, так от чего это ужасное чувство расцветает где-то там, внутри? Моя сестра забрала два единственных моих платья, украшения. Всё это было подарками от коллег, с которыми я близко общалась. У меня забрали все приличные блузки, в которых я ходила на работу. И они же правы, мне это больше не понадобится, так почему же на душе скребут кошки?

Они оставили меня в комнате, и ушли все до единого. Я долго сидела и бездумно смотрела в окно. Точнее, у меня в голове роилась куча мыслей, и я не могла сосредоточиться на одной. Что мне теперь делать? Как дальше жить? Что сделает моя семья со мной?

В голову пришла одна мысль. Она ударила меня, словно током. Я догадывалась, что из офиса меня уже давно уволили за неявку, но вот котокафе… Владелец наверняка ждёт звонка, а я была так занята своими переживаниями, что никак его не уведомила. Дура! Но что я ему скажу? Всё как есть? Тогда он будет переживать. Нет, не стоит, просто уйду от ответа, если спросит.

Руки немного дрожали, пока набирала номер. Длинные гудки, кажущиеся вечностью. Всё таки, этот человек стал мне настоящим другом. Ему уже за тридцать, но он не женат, отдаёт всего себя своему кафе и котикам. Замечательный человек, внимательный даже к незнакомцам. В своё время он мне очень помог. И вот в трубке раздался голос:

— Алло, Селин, ты почему не звонила? Ты хоть представляешь, как я волновался? — вот как можно так волноваться о простом работнике на полставки? Я невольно улыбнулась. От чего это улыбка показалась такой горькой?

— Здравствуйте, сэр. Простите, что не звонила. Я хотела лишь сказать, что увольняюсь.

— У тебя всё в порядке? Что произошло? Ты же так любишь этих котов. И что с твоим голосом? Ты плачешь?

— Сэр, я в порядке. Простите, что подвела. Я правда больше не смогу работать с Вами.

Я быстро сбросила вызов, чтобы он не услышал этих жалких всхлипов. Слёзы текли не переставая. Что же я такого сделала, что моя жизнь разрушилась в одночасье? Чем заслужила? Я просто сидела и плакала, со временем все мысли улетучились из головы, осталась только горечь, съедающая изнутри.

Вернулись родители. Я знала, что они всё ещё любят меня! Первым делом они заглянули в мою комнату. Я им нужна. Они заботятся обо мне. В груди стало так тепло, и даже и слова не смогли омрачить этого счастья, которое я испытала в тот момент.

Я здесь уже три дня и мне очень не хватает прогулок. Моя семья всё время занята кто где, я даже кушаю в своей комнате. Но я их не виню, всё же они помогают мне и я за это благодарна. Но как же скучно видеть на одном месте! Видимо что-то случилось, раз они посадили меня в инвалидное кресло и усадили с собой за стол. Что же такого могло произойти? Они хотят что-то обсудить? Или сказать мне?

— Селин, так больше продолжаться не может. Мало того, что мы теперь сами работаем, так ещё и о парализованной калеке приходится заботиться. От тебя слишком много бед. Посовещавшись, мы решили отправить тебя в один из домов для инвалидов. Там о тебе смогут позаботиться.

— Я понимаю, отец. Спасибо за беспокойство, — я и правда понимала, что далеко не каждый сможет заботиться о калеке, но на душе от этого легче не стало. Моим единственным утешением было то, что моя семья, видимо, действительно желает мне лучшего. Я убеждала себя, что он просто были уверены, что там обо мне позаботятся лучше, и я буду счастливее.

Уже на следующий день отец подготовил для меня машину. Собрав все свои вещи в две небольших сумки, после того, как мои мать с сестрой забрали почти всю одежду с украшениями, в основном это были фотографии и книги. И я недолго думая положила туда последний фотоальбом — семейный. Пусть мне и было тяжело передвигаться на инвалидной коляске с непривычки, но я сама вышла из дома и закрыла за собой дверь, мысленно попрощавшись с этим местом навсегда.

В машине меня одолевали разные эмоции. В первую очередь это была тоска по дому, грусть от осознания, что я больше не буду каждое утро видеть своих горячо любимых родных. Сердце камнем билось где-то внизу грудной клетки, не в силах подняться. В окне я увидела тот самый дом для инвалидов.

Они высадили меня из машины, поставили сумки мне на руки и принялись садится обратно, даже не попрощавшись.

— А как же документы на оформление? Отец, как мне быть? — а он не слушал меня, лишь буркнул, что это не их проблемы. Когда сестра закрывала дверь, я услышала худшую фразу в жизни: «Наконец, избавились от неё. Теперь не наши проблемы, сдохнет она или нет, мы ей больше ничего не должны.» Сердце полетело вниз, разбиваясь на тысячи мелких осколков. На глаза навернулись слёзы и остановились, не решаясь выйти наружу. Мой разум отказывался принимать суровую реальность. Моя семья бросила меня, избавилась как от поношенной вещи.

Со слезами на глазах я направилась ко входу. Мои мысли были в полном беспорядке, но я просто не могла больше стоять и смотреть в то место, куда уехала машина, отнявшая у меня надежды.

У стойки регистрации я встретила молодую девушку. Мне показалось, что мы с ней где-то одного возраста. Она мило улыбнулась мне, с сожалением в глазах и спросила, чем может мне помочь.

Я спорила с ней уже минут пятнадцать и даже не заметила мужчину, подошедшего к нам вплотную.

— Девушка, я повторяю Вам еще раз, мне, правда, очень жаль, но без оформленных документов я ничем не могу Вам помочь.

— Вы предлагаете мне в выгребной канаве спать? Мне некуда идти.

— Что здесь происходит? — только сейчас я заметила его, величественно нависающего надо мной. Его черные волосы были аккуратно уложены назад, а тёмные глаза блестели, сама даже не знаю, почему.

Я окинула мужчину оценивающим взглядом: высокий, подтянутый. Мне показалось или это мускулы припрятаны там под его костюмом? А костюм, батюшки, только взгляните. Я в такие магазины даже не заходила никогда! Одетый с иголочки, так и веет дороговизной. В тот момент мне захотелось воскликнуть, как героини так горячо любимых мною любовных романов: «Девочки, я ослепла от его красоты!» Но я сдержалась, опустив глаза и чётко осознавая, что задержала на нём взгляд дольше приличного. Мои щёки просто пылали, я впервые с таким столкнулась. Надеюсь, он не заметил.

Точно заметил. Пусть его лицо осталось таким же невозмутимым, в глазах читалась явная насмешка. Похоже, его веселит моя реакция. Я отвернулась, стараясь убежать от его взгляда, направленного на меня. Под грузом его бездонных глаз мне казалось, что я сгорю. Я обратила взор на девушку, всё ещё стоящую за стойкой регистрации, надеясь найти в ней спасения. У меня чуть челюсть не отпала, когда я увидела, что она всё это время стояла, слегка поклонившись, пусть всё действо длилось не дольше пары секунд.

— Я повторю вопрос, в чём проблема? — он так неожиданно заговорил, что я вздрогнула и снова обернулась на него. Мои щёки загорелись с новой силой. Казалось, ещё немного и на них можно будет жарить яйцо. Его низкий, слегка хриплый голос эхом прозвенел у меня в ушах. Неужели человек может быть настолько идеален во всем?

Поймав на себе мой взгляд, он заглянул мне прямо в глаза. Те осколки, что лежали у меня в груди, соединились и вновь принялись вытанцовывать ламбаду в груди. Надеюсь, никто не слышал стука моего сердца. Я вот точно слышала только шум крови в ушах и никак не могла прийти в себя, как и отвести от него взгляда.

— Прошу прощения, сэр, — голос этой девушки вывел меня из транса, и я снова смущенно отвернулась, — Эта леди хочет остаться здесь, но она не оформлена и у неё с собой нет нужных документов.

— Если всё так, как Вы говорите, то пусть девушка пройдёт со мной. Я как раз направляюсь к директору. Думаю, мы сможем решить этот вопрос, — я не слушала его слова, только нежные, но сильные колебания воздуха, зачарованная им, — Пройдёмте, пожалуйста.

Он вывел меня из транса, но чего он хотел, я не особо поняла. По ухмылке же вижу, что ты всё понял! Чёрт, как стыдно. Ухватившись за ручки коляски и встав позади меня, он повёз меня вглубь здания, а я только и могла сидеть с открытым ртом.

Мы подошли к двери с надписью директор и парень, что всё время шёл позади нас, открыл нам дверь. Я заметила его только тогда. Неужели личный секьюрити? Хотя, тут нечему удивляться, от моего «спасителя» так и веело богатством.

За столом сидел мужчина лет двадцати пяти, что меня очень удивило. Я ожидала увидеть пожилого мужчину, а не здорового и молодого парня. И почему эти двое так похожи? Они обнялись так, будто давние друзья. Я лишь молча сидела на своём кресле, не решаясь заговорить и прервать эту чудесную атмосферу. Но тот мужчина, что привёл меня сюда, резко изменил лицо и тон на деловой манер и перешёл к сути. Рассказав о ситуации на ресепшене, и опустив некоторые смущающие детали, он обратился ко мне, попросив описать ситуацию.

На мгновенье я забылась, встретив такого красавчика, но после его слов моё сердце вернулось на место, куда-то в самый низ. На глаза вновь навернулись слёзы, а в голове закрутилась последняя фраза, полностью уничтожившая меня. Она и сейчас грызла меня изнутри.

Мне было тяжело говорить сквозь всхлипы, но я рассказала им о ситуации. Двум совершенно незнакомым мужчинам я выложила всё, что было у меня на душе. Мне было уже всё равно, хотелось просто заснуть … и больше не просыпаться.

Эти двое выслушали меня, кивнув друг другу, и сразу же выделили мне место, еще и пообещали с оформлением документов помочь.

— Только одно «но». Ты знаешь язык жестов? — заговорил со мной директор. Я отрицательно покачала головой, — Твоя соседка глухая, надеюсь, не возникнет неловкости. Вы легко сможете общаться с помощью блокнота или телефона.

— А у Вас нет учебника, чтобы выучить язык жестов? — я спросила, даже не особо задумавшись об этом, будто это было чем-то само собой разумеющимся. Мужчины слегка удивились, но тут же улыбнулись. Директор достал с одной из полок, находящихся по обе стороны стола, толстую книгу и вручил мне. Надпись на ней гласила «Язык жестов — легко». За мной зашла девушка и отвела меня в мою комнату. Она предупредила, что здесь палатами не называют, чтобы жившие здесь люди чувствовали себя лучше.

В комнате сидела милая девушка. Её кожа была такой бледной… Сколько же ей лет? Я бы не сказала, что больше девятнадцати. Заметив меня, девчушка улыбнулась и достала блокнот. Такой потертый, видимо, она постоянно им пользуется. Мне на какой-то момент стало её жаль, но я сразу же отбросила эти мысли. Что толку жалеть, всё уже случилось. Инвалидность — не приговор.

Девушка быстро написала что-то в блокноте и протянула мне:

— Привет, меня зовут Рита. Ты моя новая соседка? — я лишь неловко кивнула. Написав своё имя предложенной мне ручкой, я двинулась дальше, к своей кровати.

Медсёстры помогли мне переодеться и сесть на кровать, и только сейчас я рассмотрела место, в котором мне предстоит жить: комната была обставлена удобно и немного по-девчачьи. В основном она была сделана в белых и розовых тонах. Здесь было всё, что нужно для комфортной жизни: телевизор, письменный стол, книги, украшения. Комната была украшена со вкусом. Я расположилась на свободной кровати, у окна.

— У тебя красивое имя. Что оно значит? Расскажешь немного о себе? Как давно ты стала … такой? Почему приехала сюда? — Рита снова протянула мне свой потёртый блокнот. Пусть её слова и прозвучали немного обидно, но я понимала, что она без злого умысла. И, снова чуть не расплакавшись, я поведала свою историю.

— Селин означает луна. Я родилась ночью, при полной луне… И вот так я оказалась здесь, — я протянула ей блокнот и она принялась сосредоточено читать. На её лице проскальзывали самые разные эмоции, то она расплывалась в улыбке, то её смещал ужас или печаль. Мне даже показалось, что она будто пережила эти события за меня.

Мы «общались» так до самого вечера, а потом меня забрали медсёстры, чтобы помочь мне помыться и переодеться. Я всё размышляла о новых знакомствах, о словах своей новой подруги.

— Не верю, что тебе посчастливилось встретить этих двоих красавчиков в первый же день! Я так редко их вижу, — она притворно надула губки, — Эти двое — владельцы здесь. Старший брат инвестирует, а младший руководит. Они часто проводят время вместе здесь. На самом деле, они, правда, заботятся о нас и делают всё, чтобы нам комфортно было здесь жить, — вот почему это место напоминает мне больше пятизвёздочный отель, чем дом инвалидов.

Столько новых знакомств в один день, это так замечательно. Рита удивительная. Не только её характер, но даже внешность говорит о том, какая она особенная. Я впервые встретила альбиноса. Она рассказала, что глухая с рождения и что её родители заботились о ней, но потом они развелись, отец бросил её и уехал, а её мама не могла и работать и заботиться о ребёнке с особенностями, но Рита утверждала, что её мама постоянно её навещает. До чего же это здорово, когда твоя семья заботиться о тебе…

До комнаты я дошла сама, я была решительно настроена научиться нормально пользоваться инвалидным креслом, а не оставаться такой же неуклюжей. Когда я вошла в комнату, Рита уже спала. Видимо, наши разговоры сильно утомили её, потому что она не то, что свет не выключила, даже одеялом не накрылась.

Я аккуратно укрыла её, чтобы не замёрзла, выключила свет и перебралась на кровать. В процессе я, правда, чуть не упала, но сумела удержаться. Я всё думала о том, что, пусть и случилось столько неприятного, но и хорошее тоже было. Я познакомилась с Ритой, уверена, мы станем лучшими друзьями. А ещё я встретила того мужчину, его вроде зовут Итаном. До чего же он красивый…

Утро встретило лучами солнца, светящими прямо в глаза. Начинался новый день и я должна была научиться жить здесь.

С тех пор прошёл где-то месяц, я приспособилась к жизни здесь. Большую часть времени я проводила на занятиях с остальными жителями этого места или за играми с Ритой, иногда я просматривала семейные фотоальбомы, особенно там, где я ещё маленькая, или записи выступлений известных танцоров и хандрила.

Сегодня я направлялась в класс вышивания, мне там очень понравилось. Рита ушла вперёд, а я немного задержалась и теперь опаздывала. По дороге мне встретился тот самый мужчина, о котором я думала перед сном каждую ночь. Поздоровавшись, мы с Итаном поспешили каждый по своим делам.

— Этот урок был прикольным! Я, наконец, закончила вышивать свой платок! — Рита была активной, как и всегда. И где в ней столько энергии хранится?

Мы возвращались в свою комнату и планировали посмотреть какой-нибудь фильм. Моя соседка полюбила делать это после того, как я стала её переводчиком. Я имею в виду, что выучила основы языка жестов по той книге, которую мне дал директор, и теперь при просмотре фильма показывала Рите, что говорят персонажи. Это, конечно, не очень удобно, но она была просто счастлива.

— Ты ведь хочешь подарить его маме? — её мама и правда приходила почти каждый день. И кто бы что ни говорил, она всё ещё ребёнок, которому необходима материнская любовь и поддержка. Она и взрослым часто нужна… Не знаю, какую часть фильма мы посмотрели, но помню, что не много, а потом я заметила Итана, стоящего в проходе и наблюдающего за нами. На его лице блестела улыбка. Такого я ещё не видела. Усмешку да, но не яркую улыбку. Мне показалось, что если бы я могла стоять в тот момент, то мои коленки обязательно бы задрожали, а ноги подкосились от такой красоты.

И только когда мы обратили на него внимание и остановили фильм, он зашёл в палату. Я удивилась тому, как легко он показал Рите извинения и попросил дать нам поговорить. Я же просто остановила свой взгляд на нём. Я снова смотрела на него дольше, чем нужно, и он снова улыбнулся. Сегодня на нём не было дорогого костюма, только обычные джинсы и футболка, которые может приобрести себе обычный смертный, но даже так он выглядел шикарно. Его секьюрити тоже не было видно. Сейчас он выглядел как самый обычный парень, а не босс самой крупной компании в городе и одной из крупнейших и наиуспешнейших в стране.

Только сейчас я смогла рассмотреть его тело. Мой взгляд скользнул на его руки. Он явно тратит много времени на уход за собой, но он не выглядит как перекачанный спортсмен, просто как мужчина, который держит себя в форме. Он будто в отместку скользнул взглядом по мне, от чего мои щёки вспыхнули, как спички, и я резко отвела взгляд. Почему у меня такое ощущение, что за мной пристально следят и мне многое придётся объяснять подруге? Ай, ладно, всё равно сейчас мои мысли текли в другом русле.

— Что-то случилось? Почему же ты отвела от меня взгляд? — этот мужчина, он явно издевается. Ну, а что я могу сделать! Сам виноват, что таким красавчиком вырос. Хотя, я больше чем уверена, что он таким родился.

— Прошу прощения, я вела себя некультурно, — боже, как же горят щеки. Прекрати уже так пристально смотреть на меня! — Могу я узнать, что Вам от меня понадобилось? — это же не прозвучало слишком грубо, нет?

— А Вы весьма забавны, — не пойму я этого мужчину, то «ты», то «Вы». Что ему вообще нужно? — я пришёл для того, чтобы пригласить тебя на свидание, — Верите вы мне или нет, я действительно подавилась слюной от такого заявления. В этот самый момент в моей голове пронёсся миллион мыслей. Он это серьёзно? Может, это просто шутка? Но кто так шутит… Может он хочет о чём-то спросить, или попросить? Или это рабочее свидание… Не может же он действительно пригласить калеку на романтическое свидание? Да нет, я не верю…

— Это романтическое свидание, и я хочу пригласить именно тебя, — ничего не понимаю, он умеет читать мысли? Или моё лицо меня выдало?

Он снова улыбнулся, ещё раз окинул меня и комнату взглядом, но задержал свои глаза именно на мне, и произнёс:

— Тебе ничего не нужно? — я лишь неуверенно махнула головой, а он встал и ушёл, попрощавшись, как ни в чём не бывало. А я сидела и смотрела на дверь, которая медленно открылась и так же медленно закрылась за ним. От двери, на которую я глупо пялилась, меня отвлекла Рита, которая принялась трясти меня за плечи, чтобы привлечь внимание. «Что произошло? Расскажи!» чётко читалось в её взгляде. Я выдохнула, немного нервно, немного расстроенно от того, что он ушёл, и принялась подбирать слова, как бы лучше рассказать об этом подруге.

Она, похоже, была рада этой новости даже больше меня. Как вообще это понимать? Я даже не до конца разобралась, что чувствовала в тот момент, но уверена, что щёки полыхали ещё долго, а сердце всё никак не хотело прекращать свой танец. Наверное, я была рада. Рада и напугана, я ведь никогда ни с кем не встречалась. Сможем ли мы, правда, быть вместе? Между нами ведь такая пропасть. Я уже ни в чём не уверена. Он даже не сказал, когда, где, ничего. Всё же это было просто глупая шутка.

Вечером мой телефон зазвенел, оповещая о новом сообщении. Я уже даже и забыла, как оно звучит, мне не посылали сообщения с тех пор, как я оказалась здесь. Точнее, хозяин кото-кафе посылал сначала, но я их так и не прочитала, мне было больно думать о жизни до аварии, даже если она и не была сказочная. Со временем он сдался, так кто же тогда написал мне сейчас?

Я даже была в предвкушении. До чего же интересно, кто это. На экране светилось одно непрочитанное сообщение от неизвестного номера. Этот набор цифр всё подогревал мой интерес. Открыв сообщение, я чуть не выронила телефон из рук. Так это, всё-таки, была не шутка?

Глаза мои округлялись с каждым новым прочитанным словом всё больше. Он не только прислал время и место, но и пообещал подготовить мне красивую одежду. Тишину комнаты вновь пронзило писком пришедшего сообщения. Я невольно улыбнулась, ну вот точно, этот смайлик очень на него похож, даже ухмылка в глазах та же.

Долго размышляя над тем, что ответить, в итоге я просто написала банальное «Хорошо». Ну почему он сразу прочитал… Ладно, уже поздно что-то менять. И как мне его подписать? Номер сохранила, подписав как красавчика Итана. До чего же стыдно, он никогда не должен узнать. И Рита тоже. Она, кстати, скоро вернётся, так что лучше прекращать, иначе сама себя выдам.

Улёгшись поудобнее и накрывшись покрывалом с головой, я принялась размышлять о том, что сегодня произошло. Как такой красивый, богатый мужчина вообще мог обратить на меня внимание? Я так и заснула, погрузившись в раздумья, и это был самый лучший и спокойный сон за всю мою жизнь.

Я всё ещё не верила, даже когда одна из медсестёр принесла мне дорогое платье и помогла одеться. Даже когда она вывела меня к регистратуре, и я увидела Итана, я всё ещё сомневалась, правда ли это. Может, это просто сон? Он пошутил, а я уснула и мне это приснилось? Для правдоподобности я даже ущипнула себя. Это было больно. Что же, Селин, пора смириться с тем, что ты не спишь. Это всё реальность.

Он стоял такой красивый, с букетом цветов, в тёмном костюме. Когда я вышла, на нас обернулись все присутствующие в комнате. Под их взглядами было одновременно тяжело и так приятно, что меня заметили. Он подошёл, галантно поклонился и подал мне руку, лучезарно улыбнувшись. Мне на колени приземлился огромный букет алых роз, подобранный в цвет моего платья. Или мне показалось. Момент был настолько сказочный, что я не всё запомнила. Зато я отчётливо слышала стук собственного сердца.

Провожаемые взглядами мы вышли из здания и направились к машине. Его люди хотели усадить меня в машину, но он рукой остановил их и сам помог мне перебраться. Очутившись у него на руках, пуст и на мгновенье, но я ощутила себя полностью защищённой, такой маленькой.

В машине мы ехали молча. От неловкости даже водитель немного втянул голову в плечи. Я же слышала стук собственного сердца, эхом разносившегося по салону. Поднять на него глаза я не решалась, лишь искоса кидала взгляды в надежде, что он начнёт диалог первым. А он всё молчал. Я попыталась отвлечься и обратила свой взгляд в окно, за которым проплывали бетонные джунгли и длинные-длинные улицы.

Водитель остановил нас возле высокого здания, на котором красовалась вывеска «Masa». Да уж, мне возле таких заведений даже пройти не удавалось, но то, что покушать.

Ресторан был выполнен в современном стиле, Итан провёл меня к столу возле окна. Меня удивила не столько обстановка, сколько блюда и их цена. Столько нулей за еду я не встречала ни в одном меню. Я принялась читать, в поисках чего подешевле. Заметив моё замешательство, Итан убедил, что я могу выбрать любое блюдо и предложил выбрать самому. Я согласилась и доверилась его вкусу, в любом случае он знает больше меня.

Заказ был сделан и он явно хотел разговора. И тогда я решилась задать тот вопрос, который не должна была бы:

— Почему я? В мире полно красивых И здоровых девушек, — сделав акцент на этом слове, я даже сама немного запнулась, но продолжила, — Ты богатый, красивый, добрый, вежливый, милый. И так можно перечислять до бесконечности. Я уверена, перед тобой девушки штабелями падают, так почему я? Безродная инвалидка, которую бросила даже семья, — слова так и лились потоком, и я уже была не в силах остановится, — Это из-за жалости? Или так ты будешь выглядеть лучше? Реклама вашего с братом дома для инвалидов? Что? Я не понимаю…

Мне хотелось ещё говорить и говорить, но я поняла, что пришло время замолчать, он и так выглядел так, будто мои слова его задели. С минуту он сидел и молча смотрел в окно, наверное, обдумывал мои слова, или что ответить. И я тоже смотрела туда, сама же расстроенная от своих слов. Я правда сказала то, что думала, но это не значило, что я не хочу почувствовать себя любимой или что мне не понравился Итан. Меня привлекал не только его внешний вид, но и манеры, добрый характер. В моих глазах он был лучшим мужчиной в мире.

— Слушай, я не хотел тебя оскорбить или задеть, — он накрыл своей рукой мою, до чего же большая она была, и заглянул мне прямо в глаза. Его глаза почему-то напомнили мне звёздное небо, а голос унёс меня далеко, дальше от этого бренного мира, — Ты понравилась мне сразу, как только я тебя увидел. На твоём лице тогда сменилось столько эмоций. Ты была такая забавная. А ещё очень красивая и яркая. И я уверен, ты сама не осознаешь, насколько ты добрая. Не стоит хвалить только меня, у тебя тоже куча плюсов, просто свои увидеть сложнее, чем чужие, — его слова были такие добрые, душевные. Моё сердце больше не танцевало чечётку, но на душе разливалось такое тепло, которое я испытывала ещё в детстве, когда танцевала, а родители хвалили меня, — Ну, а твоя инвалидность меня совсем не волнует. Важно то, что внутри, не так ли? — он нежно улыбнулся и сжал мою руку немного сильнее, — Знаю, ты многое пережила и поэтому считаешь, что раз уж ты прикована к инвалидному креслу, то на тебе можно ставить крест, но это не так. Главное лишь то, как это воспринимаешь ты. А танцевать можно и не двигая ногами.

Его слова окончательно добили меня и из глаз по щекам потекли тоненькие струйки солёной горечи. Его слова грели душу, успокаивали. Сказав лишь пару предложений, он перечеркнул все мои переживания, так долго томившиеся где-то внутри.

Официант принёс еду и немного с недоумением покосился на нас, но вопросов задавать не стал. Как и Итан. Он позволил мне переварить его слова, разобраться с чувствами и успокоиться и принялся кушать, но мою руку так и не отпустил.

Когда я успокоилась, мы немного поговорили. Такие банальные вопросы, но они сближали нас, от чего я невольно начала улыбаться. Сами вопросы были даже не столь важны, главным было то внимание, которое мы уделяли друг другу.

— Не хочешь станцевать? — музыка сменилась на более спокойную, и он подошёл ко мне, склонившись и ожидая ответа, будто мы на балу в средневековье, — Не волнуйся, у тебя всё получится. Доверься мне, — он снова будто читал мои мысли.

И я так и сделала. Он закружил меня в танце, и тех эмоций, что я испытала, не передать словами. Я так давно не танцевала, что уже и позабыла о том безграничном счастье и радости, которые получала. Пускай я и не могла делать сложных пируэтов, но на время я забыла о том, что не могу ходить. А Итан создавал всё более уютную атмосферу, продолжая наш диалог.

— Это твой натуральный цвет, или ты подкрасилась?

— Натуральный.

— Удивительно. Редко можно встретить взрослую девушку с настолько светлыми волосами. Жаль только, что они короткие, тебе бы пошли длинные.

— Я обрезала после аварии, чтобы легче было ухаживать. Мне и так нравится.

— Раз так, тогда я не буду даже просить. Делай так, как удобно тебе, — прозвучали финальные аккорды, и он закружил меня в последний раз перед тем, как остановиться и вернуться к еде.

Остаток вечера прошёл в такой же спокойной и непринуждённой обстановке. Я насладилась едой, танцами, разговорами, Итаном. После чего он вернул меня домой и уехал. Медсестёр я попросила не убирать платье в шкаф, а оставить у меня на виду. Перед сном я смотрела на эту алую ткань высшего качества, с таким незамысловатым, но элегантным узором, и мысленно всё время возвращалась в тот ресторан, к нему, до тех пор, пока сон не сморил меня.

Я живу здесь уже полгода и вполне привыкла. По дому я уже в принципе не скучаю, да и семью забывать начала. Я их до сих пор люблю, и злиться не могу, но теперь я больше не убиваюсь из-за их отношения ко мне. Итан продолжает водить меня на свидания, каждый раз придумывая всё новые места, куда мы можем пойти. Благодаря ему я не скучаю, а каждый мой день наполнен самыми разными красками.

Благодаря Итану я могу забыть, что я инвалид, и жить счастливой обычной жизнью, практически ни в чём себе не отказывая. Вот как сегодня. Утром меня разбудил звонок телефона (хорошо же Рите, спит спокойно и не просыпается рано утром от звонков), едва протерев глаза, я ответила, даже не посмотрев, кто звонит, и выдавила из себя сонное приветствие. Но как только я услышала этот чарующий голос по другую сторону телефона, сон как рукой сняло. Итан был краток, видимо спешил на работу. Он лишь сказал, что сегодня вечером заедет за мной, чтобы я оделась удобнее и собрала вещи, сказав, что заберет меня на ночь тоже.

И вот сейчас вечер, я уже готова, и с нетерпением жду, когда же мой принц появится на пороге комнаты. Иногда казалось, что он обладает магией и может прочесть мои мысли, и вот, лишь я подумала о том, что хочу, чтобы он скорее пришел, как он появился на пороге моей комнаты. В обычной одежде он выглядел еще красивее. Толстовка подчёркивала эти идеально сложенные мышцы, придавала ему солидного вида…

На секунду я засмотрелась, а когда оторвала от него взгляд и заметила ухмылку на лице, сразу же отвернулась. Мои щеки просто горели. Мы не тянули и отправились в то место, которое он выбрал. Мне он, конечно же, не сказал, куда мы едем, бросив лишь одно слово — «сюрприз».

Ехали мы долго, я даже начала засыпать, когда машина остановилась. Полусонная я огляделась вокруг и ахнула от красоты, открывшейся мне. Итан завёз меня на вершину холма, с которого открывался чудесный вид на весь город. Рядом уже стояли несколько палаток, подчинённые торопливо накрывали на стол, а один парень застелил скамейку, с которой и открывался этот шикарный вид.

— Итан, неужели мы будем ночевать здесь? — Мой голос немного напрягся, когда я спрашивала. Этот парень же сделал самый невинный взгляд и помог мне выбраться из машины.

— Тебе не нравится? — В его взгляде не было обиды или чего-то такого, только легкая улыбка. Он опять будто читал мои мысли. Но я всё же продолжила.

— Нет, просто… Я же инвалидка… Некоторые вещи я теперь делать просто не могу, — Он посмотрел на меня своим добрым, немного жалостливым взглядом.

— Это не значит, что ты не можешь жить обычной жизнью. Я рядом, не стесняйся просить меня о помощи. Можешь даже будить среди ночи, — Он сказал это так ласково, что все мои негативные мысли сразу улетучились. Я просто последовала за ним и позволила себе расслабиться.

Мы сели на лавочку и наблюдали за солнцем, лениво ползущим за горизонт. Его работники укрыли нас пледом, снабдили горячим какао, и мы просто болтали ни о чём, наслаждаясь видом.

В какой-то момент он заглянул мне в глаза, и там я увидела желание прикоснуться, как мне показалось. Нам не нужно было слов, мы понимали друг друга и без них. В какой-то момент мы просто отставили наш чашки в стороны и, задержав на секунды взгляд друг на друге, прикоснулись к губам партнёра.

Мой первый поцелуй стал незабываемым. Его немного пухлые, нежные губы нежно скользили по моим. В какой-то момент я начала задыхаться и нам пришлось отстраниться. Он лишь улыбнулся от моей неопытности. А я просто утонула в его глазах, таких глубоких…

Когда солнце уже спряталось, и луна вступила в должность, мы пересели за стол. Он зажег свечи, и мы продолжили наш приятный вечер.

Позже мы замёрзли и решили перебраться в палатку. Снаружи она казалась не очень большой, но когда я вошла, то поняла, как сильно ошибалась. Это были настоящие хоромы, там было всё, что нужно и даже больше.

Какое-то время мы просто смотрели на звёзды через сетчатое окно в крыше палатки. Я и сама не поняла, как провалилась в сон. Он был такой спокойный и безмятежный, я полностью наслаждалась моментом и любовью такого прекрасного мужчины. И всё же, я не могла перестать переживать. Я не та, кто ему нужен. Эти мысли всё чаще крутились у меня в голове в последнее время.

Проснулась я поздно, ближе к обеду. Плотно позавтракав, ну или пообедав, мы еще немного времени провели на том холме, а затем он вернул меня домой. В целости и сохранности, как говорится. Вот правда я даже не успела толком поблагодарить его за чудесно проведённое время, ведь у него возникли дела, и он быстро удалился. Ну, а я осталась с Ритой и вынуждена была рассказать ей всё в мельчайших деталях. Мне только и оставалось, что ждать нашей следующей встречи и утопать в своих негативных мыслях.

Телефонные звонки стали для нас своеобразным ритуалом. Каждый вечер я засыпала, слушая его нежный голос, а он рассказывал мне о том, как прошёл его день. И сегодняшний вечер не стал исключением. Я уже почти заснула, когда он спросил, не хочу ли я куда-нибудь сходить:

— Я всё время сам выбираю места для свиданий. Может, есть место, куда ты хочешь сходить, или что-то, что хочешь сделать?

— Вообще-то, да, есть одно место… — сказала я после небольшой паузы, — Я не могла набраться сил и сходить туда после травмы, но, думаю, теперь я готова.

Как бы он ни пытался выпытать, что это за место, я не признавалась. В машине он смотрел на меня умоляющим взглядом, что вызвало лишь улыбку на моём лице. А когда он увидел, что мы приехали в кото-кафе, то я не смогла сдержать смех. Он не был недоволен, нет, просто удивлён. Неужели не ожидал, что я люблю котиков?

Мы зашли, и все коты сразу столпились вокруг меня. Я не могла поверить, что спустя столько времени они всё ещё помнили и любили меня. На их мяуканье и мурчание вышел и сам хозяин. На секунду, увидев меня, он застыл, а потом подбежал и крепко обнял. Лицо Итана в этот момент выражало явное недовольство, а на лбу появилась морщинка. Но я быстро его успокоила, ведь хозяин был мне просо хорошим другом. Любопытным другом.

Мне пришлось рассказать ему всё: как я попала в аварию, как семья избавилась от меня, как я встретила Итана, и почему не призналась сразу. Хозяин задавал всё новые и новые вопросы и, периодически, мы смотрели на моего парня и хихикали от того, что на него залезло сразу столько кошек. Говорят же, животные чувствуют хороших людей.

Через какое-то время Итану надоело развлекать кошачьих, и он решил прогуляться до одного кафе, где заваривали его любимый кофе, лучший, как он говорил. Я же осталась здесь и пообещала, что буду в норме. Иногда он даже слишком сильно заботиться обо мне.

— Я так рад, что ты нашла своё счастье, — Мы тоже решили выпить горячих напитков, и я уже держала в руках огромную чашку с какао, из которой клубился пар.

— Знаешь, я… не уверена, — На его удивлённый взгляд я поспешила быстрее ответить и всё объяснить, — Итан замечательный и я люблю его, но я не подхожу ему. Он богатый, красивый, добрый, а я просто инвалидка, которая не только не сможет помочь ему или отплатить за хорошее отношение, но только и может, что жить, как обуза для него, — Я почувствовала, как на глаза накатывают слёзы и поспешила спрятать их за чашкой какао. Сердце сжималось от своих собственных слов, а руки дрожали, будто я сильно замёрзла.

— Не думаю, что всё так. Я уверен, что он сильно тебя любит. Ты в любом случае не просто обуза. Ты заботливая девушка, способная развеселить любого. Одно твоё присутствие уже праздник для всех вокруг. Не стоит так сильно себя недооценивать.

Я задумалась над сказанным и монотонно гладила рыжего кота. Из транса меня вывел Итан, точнее его обеспокоенный голос. Он всё боялся, что меня могут обидеть, хоть это и не так-то просто. И пусть я отнекивалась, что всё в порядке, но прекрасно понимала, что он не мог не заметить моё плохое настроение.

Вернулась я домой всё такая же грустная и погружённая в раздумья. То ли от осознания, что я хочу побыть сама, то ли просто из-за атмосферы вокруг меня, но ни Рита, ни Итан не стали донимать меня вопросами. А я просто лежала и смотрела в потолок…

Итан продолжал звонить мне каждый вечер, но его голос уже не приносил мне былой радости. Я не могла успокоить те мысли, что постоянно роились в моей голове. Волна отчаяния, боли, всё это захлёстывало меня всё сильнее и уносило далеко, в бушующий океан сомнений и отчаяния.

Итан позволил мне побыть одной несколько дней, чтобы разобраться с мыслями, а потом пригласил на вечеринку. Одну из тех, которые называют балом, и на которых присутствуют только самые богатые и влиятельные люди общества. И вот мало же мне было проблем…

Он прислал мне шикарное платье, которое, будто, кричало: «Я дорогое!». Просто от того, что я смотрела на платье, желание посещать вечеринку отпадало. Я даже не разобралась еще со своими чувствами, и прекрасно понимала, что меня там не примут с распростёртыми объятиями. Мало того, что я не член влиятельной семьи, так еще и инвалидка… Из раздумий меня вырвала Рита, которая тронула меня за плечо и протянула свой блокнот, уже неизвестно, который по счету, но все предыдущие она бережно хранила в тумбочке у кровати.

— Селин, если не поторопишься, то опоздаешь. Итан скоро будет здесь.

Это шикарное, длинное платье сама надеть я не могла, пришлось просить Риту о помощи. Мы уже привыкли помогать друг другу. Я жила здесь не так долго, но с людьми уже многими подружилась, а моя соседка мне стала почти как родная сестра. Это может показаться странным, но она стала для меня гораздо важнее моей кровной семьи, бросившей меня.

В ожидании Итана, я глянула на себя в зеркало. Моя прическа не была слишком сложной, как и макияж, но я была счастлива и тому, что имела. Уже и не помню, когда позволяла себе так красиво одеваться.

Раздался звонок моего мобильного. На экране высветилось «Итан». Время пришло. Выдохнув и попытавшись успокоить бешено колотящееся в груди сердце, я двинулась на выход.

Когда мы приехали, солнце уже полностью скрылось за горизонтом, уступая место луне. Я ненадолго задержала взгляд на небесном светиле. Сегодня полнолуние. Сегодня мой день. Я смогу.

Зал на секунду ослепил нас, а когда я смогла осмотреться, все взгляды уже были направлены на нас. Итан шёл за мной и вёз мою коляску. Со всех сторон то и дело доносился шёпот и обрывки фраз: «Посмотрите только, с кем заявился», «Эта девка, видимо, специально к нему приклеилась, чтобы он заботился о такой, как она», «Как он только мог выбрать в пару инвалидку… Они явно не пара».

Паника накатывала всё сильнее. В голове роились мысли, а на душе скребли кошки. К горлу подступал ком, хотелось просто убежать. Итан наклонился к моему уху и прошептал:

— Не слушай их бредни, они просто завидуют тебе, — и продолжил, уже вернувшись в ровное положение. — Мне нужно поздороваться с некоторыми людьми, я скоро вернусь. Справишься сама?

Хоть я и кивнула, но совсем не хотела, чтобы он уходил. Хотя, заставить его торчать со мной весь вечер тоже не могла. Я боялась, что люди начнут смеяться надо мной, но они, наоборот, держались от меня на расстоянии, как от заразной. В любом случае, так было лучше.

Итана долго не было, и я направилась к столу с закусками. Я продолжала слышать перешёптывания людей, но предпочла просто игнорировать их. Успела прогуляться по залу, выйти на балкон, перекусить, а мой партнёр всё не возвращался. Все эти расфуфыренные леди смеялись, что он бросил меня, а я знала, что он этого не сделает.

Вся эта обстановка, люди, пожирающие взглядами и поддакивающий другим, душила меня и я вышла в сад, который видела с балкона. В ночной тишине здесь было так тихо и спокойно. Из особняка тихо доносилась музыка. Я подняла голову вверх, к небу, звёздам и луне, и просто выкинула из головы все мысли. Расставила в стороны руки и позволила прохладному ночному ветру дуть мне в лицо.

— Может, вернёмся? Боюсь, ты можешь заболеть.

Я обернулась на голос и увидела Итана. От его спокойной улыбки я и сама непроизвольно улыбнулась.

— Прости, что оставил так надолго.

— Всё в порядке. Но я пока не хочу возвращаться, мне здесь больше нравиться.

Он улыбнулся, подошёл ко мне, и подал руку, приглашая на танец. Из зала донеслись звуки новой мелодии. Моя улыбка уже не сползала с лица. Мы кружились под ночным небом, освещаемые лишь светом звёзд, и звонко смеялись. Это был лучший момент вечеринки, который мне надолго запомнился. Всё-таки, я была благодарна Итану, что вытащил меня на вечеринку. Домой я вернулась лишь под утро и сразу же провалилась в глубокий сон.

Это был самый обычный день, ничего не предвещало беды. Но она все-таки случилась. Я была на уроке вязания с Ритой, ей очень нравилось мастерить своими руками. Все поделки она отдавала маме. Ну, а мне это скоро наскучило, и я сидела на уроке просто за компанию. Сначала учитель был против, но я всё-таки договорилась с ним, что могу слушать его уроки и просто рисовать. На самом деле, людей я рисовала очень редко, но мне захотелось нарисовать именно Итана.

Когда урок закончился, мы с Ритой неспешно прогуливались до своей комнаты. Нам навстречу вышел директор. Обычно мы просто здоровались и расходились, но сегодня его заинтересовал альбом, который я с собой несла, и, после недолгих уговоров, я показала ему свой рисунок. Я бы не сделала этого, если бы не успела его закончить, и директор всё смеялся, что ему очень повезло увидеть.

К нам подошла медсестра:

— К Вам пришли Ваши родители, — обратилась она ко мне. Мы все втроём переглянулись, ведь все знали, что моя семья бросила меня, но я, пусть и неохотно, побрела за девушкой.

Они ждали меня в саду. Медсестра хотела остаться, но я попросила её уйти и дать нам поговорить наедине. Мама повернулась и улыбнулась мне такой неестественной, гадкой улыбкой, от которой всё внутри сжалось. А ведь они и раньше так мне улыбались, я просто делала вид, что не замечаю.

— Малышка, — от такого обращения захотелось развернуться и уйти, но я осталась, желая выслушать, что же они мне скажут. По их лицам чётко видно, что забирать меня они не хотят. Но и я больше не хочу возвращаться домой. Потому что то место уже давно не является моим домом. — Ты звезда, тебя показывали по всем новостным каналам. Я и не думала, что тебе удастся охмурить такого богатика. Ты сможешь убедить его дать денег на лечение, а потом вернуться к привычной жизни, какой она была до аварии. И, может, даже сможешь получить от него немного денег.

От их слов стало так противно, я никогда не думала так о Итане, я искренне любила его. Мама потянулась ко мне, чтобы взять мою руку, но я лишь резко оттолкнула её. Они смотрели на меня, как на метод наживы и искренне не понимали, почему я так реагирую. От их улыбающихся лиц хотелось сбежать, она смотрели на меня своими жадными, тщеславными взглядами, будто прожигая насквозь. Они не говорили ничего, но даже просто своим присутствием давили на меня.

— Уйдите от меня! Уйдите! — на мои крики быстро прибежала охрана, и их увели, но неприятные мысли после их визита никак не хотели отступать. Они роились в голове, вызывая панику и слёзы. А что, если Итан тоже так думает? Что мне делать с мнением общества? А если его засмеют или у него из-за меня будут проблемы на работе? Нужна ли ему такая, как я? Может, нам лучше расстаться и забыть друг про друга? Правильно ли мы поступаем?

Большая тёплая рука легла мне на плечо, и я вздрогнула, директор смотрел на меня сочувственным взглядом и, будто, хотел помочь, поддержать. Но я не хотела сейчас видеть, кого бы то ни было. Извинившись, я поспешила назад в комнату. Ну почему именно сейчас, Итан! Почему ты пришёл именно в этот момент!

Увидев меня, он уже напрягся. Я хотела проскочить мимо, но он поймал меня и остановил. Мой разум был затуманен, я осознала свои действия лишь позже, очутившись в своей комнате. Я вручила ему альбом и оттолкнула, пока он был в замешательстве, крикнув, что хочу побыть одна. Он так и остался стоять посреди коридора с удивлением на лице и моим альбомом в руках. Дура! Я же не хотела отдавать рисунок ему сейчас!

Вернувшись в комнату, я смогла немного прийти в себя. Взглянула на часы, прошло уже полчаса с тех пор, как мою «семью» выставили за двери. Я успокоилась и была готова встретиться с Итаном. Я должна ему сказать, что приняла решение, мы должны расстаться.

Он снова читает мои мысли? Только лишь я подумала, что готова с ним поговорить, он вошёл ко мне в комнату.

— Селин, они всё мне рассказали. Прости, что не был рядом и не поддержал.

— Итан, послушай, — он пытался обнять меня, а я неловко отстранилась, — Итан, нам лучше забыть друг о друге. Ты лучший, правда, и я очень люблю тебя, но из этого ничего не выйдет. Ты, наверняка, уже слышал, что про нас говорят.

Он снова потянулся ко мне и крепко-крепко обнял. Слёзы, которые я так усердно сдерживала, хлынули с новой силой. Он нежно говорил, поглаживая меня по спине:

— Мне всё равно, что говорят другие. Мне нужна только ты. Того, что мы любим друг друга, достаточно. Так что пообещай мне больше не думать о такой ерунде.

— Правда?

— Ну, конечно, правда, глупышка, — мои губы непроизвольно растянулись в широкой улыбке. — Твой рисунок такой красивый, спасибо.

Он терпеливо ждал, пока я не успокоюсь и лишь затем продолжил:

— Я нашёл врача за границей, который может тебе помочь. Если ты готова к операции и долгой реабилитации, я тотчас договорюсь с ним. Не волнуйся, я буду рядом. Моя семья тоже там живёт, ты не останешься сама.

— Неужели это правда, возможно? — Он уверенно кивнул, — Мне страшно, но я действительно этого хочу, — и я прижалась к нему еще сильнее.

Я не ожидала этого, но мы правда улетели заграницу. Я еще не успела ничего осознать, как уже сидела у врача на консультации. Мы прилетели в Америку, здесь было так необычно, но времени любоваться видами у меня не было. После проверки моего здоровья, доктор решил не тянуть долго и назначил операцию. До того, как это произошло, всё, что я успела, это познакомиться с семьёй Итана. Они оказались милейшими людьми и очень сильно мне помогли своей поддержкой.

До операции оставалось всего несколько часов, меня охватил страх настолько сильный, что Итану стало больно, когда я в очередной раз сжала его руку. Я многого боялась, но, среди всех, страх не встать на ноги пугал больше всего. Он шептал мне разные слова, чтобы успокоить меня, вплоть до самой операционной. Когда же я открыла глаза, он уже сидел рядом. Уставший, он находил в себе силы улыбаться так ярко. От наркоза кружилась голова, поэтому я просто закрыла глаза, чувствую его большую тёплую руку на своей.

Реабилитация была долгой, всё-таки, снова встать на ноги не просто. Иногда было больно, хотелось всё бросить, но я продолжала идти вперёд благодаря Итану. Прошло много времени, пока я не смогла нормально ходить, но этот момент, наконец, настал. Мы спокойно прогуливались по улицам вечернего города, он крепко держал меня за руку и улыбался.

Мы вышли на берег моря и стояли смотрели на эту воду, такую тёмную ночью, колышимую ветром. Он развернулся ко мне и его глаза засияли. Засунув руку в карман, он вытащил из него маленькую коробочку, перевязанную красной ленточкой. Торжественно, не спеша, он стянул украшение и стал передо мной на одно колено.

— Я тебя люблю, — прошептал он еле слышно. Других слов не было, они были лишними, я просто слегка кивнула, и он поцеловал меня, так крепко обнял, и радостно засмеялся.

Родителям он рассказал почти сразу, и они начали скорейшие приготовления к свадьбе. Пусть я и говорила, что нам ни к чему роскошь, меня просто не слушали, поэтому я решила смириться и просто наслаждаться каждым моментом.

На свадьбу приглашали только самых близких нам людей. С его стороны было много друзей, а с моей только Рита с её мамой и владелец кафе. Меня долго расспрашивали, почему я не хочу пригласить свою семью на такой важный праздник, но после моего рассказа они отстали от меня. Я уже давно решила для себя, что, пусть мы и связаны кровью, мы никогда не были одной семьёй. Здесь и сейчас я сама строила её для себя. Моя новая, замечательная семья, в которой я обязательно буду счастлива.

Я стояла в шикарном платье, счастливая, что могу сама идти к алтарю, ведь полгода назад не могла об этом и мечтать. К алтарю меня вёл владелец кафе. Он был для меня дорогим человеком и очень заботился обо мне, поэтому возражать никто не стал, а он от чести, выпавшей ему, даже расплакался.

Рита подошла ко мне и крепко обняла:

— Теперь ты исполнишь свою мечту. Я очень рада за тебя, ты лучшая. Желаю вам двоим счастья. — Это были самые простые слова, которые могли бы быть, но я была безмерно благодарна за них.

Мы с Итаном счастливо жили рука об руку еще много, много лет. Я стала танцевать, как всегда и мечтала, а он поддерживал меня, помогал, ходил на все мои концерты. А когда я забеременела, так вообще начал носиться со мной похлеще, даже чем когда я еще была прикована к инвалидному креслу. Мы жили как большая дружная семья всю нашу жизнь.

Я счастлива, что встретила Итана, и благодарна судьбе за такой подарок, он сделал меня самой счастливой на свете. И пусть на этом наша история заканчивается, наша жизнь продолжается и мы проживем её достойно.