Первый сын человечества 3

Глава 1

***

Столичный филиал Дзайбацу Групп, поздний вечер.

Лифт двигался вверх плавно и бесшумно, но каждый пролет этажа отдавался в висках Оками Рэйко тупым, нарастающим гулом в ушах. Она смотрела на медленно меняющиеся цифры на панели, пытаясь успокоить дыхание. Восемьдесят четвертый этаж, восемьдесят пятый, восемьдесят шестой...

Двери разошлись беззвучно, открыв взору длинный, прямой как стрела коридор, отделанный черным мрамором с золотыми прожилками. Здесь не было окон. Лишь приглушенный свет, струящийся из скрытых панелей в потолке, и идеальная, гнетущая тишина. Воздух был холодным и стерильным, словно в медблоке.

Рэйко сделала шаг вперед, и её каблуки зацокали по полированному полу. Звук эхом разнесся по пустому пространству. Она выпрямила спину, поправила безупречный узел галстука и рукой смахнула со лба воображаемую пылинку. Маска холодного, делового профессионала должна была сидеть идеально. Но под кожей, глубоко в груди, где скрывалось её демоническое ядро, что-то сжималось в холодный, тяжелый ком.

Королева суккубов, свободная от проклятия своего рода, одно из самых опасных творений Ада на Земле, шла на поклон к главе корпорации, как провинившийся школьник. И ведь ещё вчера она нагло болтала с самим Демоном-Принцем, способным развоплотить ею душу одним щелчком пальцев. Она знала, что он это может, хоть и потерял большую часть сил. Бывших демонов-лордов попросту не бывает, а правителей Ада тем более.

В конце коридора возвышались массивные двустворчатые двери из черного дерева, инкрустированные серебряными узорами, напоминающими сплетение корней. Две охранные руны, выгравированные по бокам, тускло светились голубым светом. Магический сканер, проверяющий уровень угрозы и чистоту намерений. Они пропустили её беззвучным щелчком, перестав светиться. Рэйко взялась за холодную ручку, почувствовав легкое сопротивление магии, а затем толкнула дверь.

Кабинет был огромен и пуст. Огромное панорамное окно во всю стену открывало вид на ночной Нью-Токио, раскинувшийся внизу, словно светящийся грибница. В центре комнаты, спиной к окну, за массивным столом из черного эбенового дерева сидела Арима Кагуя. Пепельные волосы, струящиеся по плечам. Длинные, остроконечные уши, торчащие из-под прядей. На ней был красный пиджак, накинутый на плечи, подобно королевской мантии, а её осанка была расслабленной. Но это было ложное впечатление, ведь недаром она считалась сильнейшим одаренным Японии, пускай незарегистрированным официально.

Ноги Рэйко на мгновение стали ватными. Она замерла на пороге, ощущая, как холодная аура власти, исходящая от эльфийки, окутывает её. Проникает под кожу, сковывает мускулы, заставляет мурашки на спине танцевать. Это был не страх перед силой. Кто может быть сильнее её Принца и Смертных Грехов? Это был страх перед абсолютным, безраздельным контролем. Перед существом, которое знало о ней всё и могло в любой миг оборвать нить её игры одним усилием воли.

Рэйко заставила себя двинуться вперед. Каждый шаг по черным, матовым плитам, давался с усилием, будто она шла по глубокой грязи. Она остановилась в двух метрах от стола, приняв безупречную позу подчиненного. Руки по швам, взгляд направлен чуть выше плеча начальницы.

– Вы вызывали меня, госпожа Арима? – её собственный голос прозвучал ровно, почти бесстрастно. Идеальная маска. Внутри же всё сжалось в ожидании болезненного удара прямо по магическому ядру.

Кагуя медленно подняла глаза от планшета, который держала в руках. Её пронзительные, чуть раскосые глаза, цвета свернувшейся крови, уставились на демоницу. На её лице играла легкая, едва уловимая усмешка.

– Как поживает моя королева суккубов? – спросила она, отложив планшет. – Уже больше трех лет на меня работаешь. Не скучаешь по родине?

Вопрос прозвучал как невинная светская беседа, но Рэйко ощутила, как мурашки у неё на спине погибли, а их маленькие тела покрылись ледяной коркой. Она мысленно приготовилась. Вот сейчас. Сейчас последует вспышка боли, спазм в магическом ядре, наказание за какую-то мнимую провинность, за сам факт её появления здесь, в этом кабинете сегодня. Ведь зачем-то же её вызвали на ковер? Обычно после этого следует упрек, с последующим добавлением нескольких трещин на демоническом ядре.

– Всё прекрасно, госпожа Арима, – выдохнула она, не позволяя голосу дрогнуть. – Работа кипит, проекты продвигаются. Прошу принять очередную благодарность от меня за то, что позволили работать под вашим началом.

– Рада слышать, – Арима лениво потянулась, откинувшись на спинку своего удобного трона, кожаного кресла на колесиках. Её движения были плавными, полными скрытой силы. – У меня к тебе назрел один маленький вопросик. Сугубо профессиональный, разумеется.

Она повернула к Рэйко один из мониторов, встроенных в поверхность стола. На экране в высоком разрешении был виден спортзал на одном из подземных уровней. Звука не было, да он и не нужен был.

Пять человек в тренировочной форме лежали на матах. Кто-то корчился от боли, кто-то не двигался вовсе. Над ними, залитая потом, с диким блеском в глазах и со злобным оскалом, стояла Принцесса Кагуя. Её мускулы напряглись, татуировки на теле, казалось, шевельнулись сами по себе. Она готовилась добить одного из одаренных. Её массивные кулаки поднялись над его распластанным телом.

И тут в кадр спокойно вошёл он. Сато Акира. В своём убогом сером комбинезоне уборщика. Он не побежал, не закричал. Он просто подошёл, сказал что-то. Принцесса Кагуя замерла. Её взгляд, полный животной ярости, упёрся в него. Гибридка что-то сказала ему, на что Акира возразил, и затем девушка медленно, будто через невероятное усилие, опустила кулаки. Плечи её обвисли, дикий свет в глазах погас, сменившись пустой усталостью. Затем Акира подошел и подняв голову одаренного за волосы что-то ему сказал, а потом с силой вдавил его череп в пол. Только потом он утешающе положил руку на плечо подопечной и они вместе побрели к выходу. Вся эта сцена длилась полторы минуты.

Арима развернула монитор обратно. Тишина в кабинете стала ещё громче.

– Интересный новый сотрудник, – произнесла эльфийка. Её улыбка стала ещё шире. – Старший уборщик. И ведь даже не одаренный, судя по нашим сканерам. Разбитое ядро, гражданское лицо, смехотворный ИДС. И при этом... – она сделала паузу, давая словам повиснуть в воздухе. – За минуту усмирил разъяренного огра на грани срыва второго блока. Словно прикрикнул на непослушного щенка. Где вы, Оками-сан, откопали такой... талант?

Мозг Рэйко лихорадочно заработал, перебирая варианты. Солгать? Но Арима почувствует ложь сразу. Сказать правду? Раскрыть личность Демона-Принца? Это не просто предательство. Это было равноценно самоубийству, причём медленному и мучительному. Глава корпорации ничего не сможет сделать ЕМУ, а он узнает об этом разговоре. Обязательно узнает. Узнает, и тогда мучительная смерть станет для неё милосердием.

– Его... порекомендовала моя фаворитка, Оками Юка, – выдавила она наконец, заставляя губы растянуться в кривую, деловую улыбку. – У них сложились... дружеские отношения. Девушка настаивала, что он может быть полезен в работе с гибридами. Я проверила его анкету. Без её рекомендации, у него не было бы и шанса, но я решила дать ему этот шанс раз моя сестренка лестно о нем отзывалась.

Она смотрела прямо в глаза Ариме, пытаясь скрыть дрожь в пальцах, сжатых за спиной в кулаки. Её демоническая природа рвалась наружу, требовала защиты, атаки, бегства. Но она сжимала её в тиски самоконтроля, выработанного за долгие годы притворства.

Арима не сводила с неё своего пронзительного взгляда. Усмешка исчезла с её лица, сменившись холодной, изучающей проницательностью.

– Дружеские отношения, – повторила она без интонации. – Как трогательно. Моя дорогая Рэйко, скажи честно, ты плетешь против меня интриги?

Кагуя медленно подняла руку, и её пальцы сжались в воздухе, будто сжимая невидимое горло перед собой. Рэйко почувствовала, как её собственное магическое ядро содрогнулось. Это не боль, пока ещё нет. Лишь предупреждение. Давление, холодное и безжалостное, сжимающее источник её силы изнутри. Она задыхалась, но не позволила себе испугаться и вывалить всю правду про нового сотрудника Акиру.

– Госпожа Арима, – её голос стал хриплым. – Я поклялась в верности Дзайбацу Групп и лично вам. Я никогда не посмею даже помыслить о чём-то подобном. Всё, что я делаю – всё это для процветания компании. Этот мальчик... он инструмент, не более. Если он выйдет из-под контроля, или начнет доставлять проблем, я лично разберусь с ним.

Она вложила в эти слова всю силу воли, всю мощь демонической сущности, закалённой в Аду. Это не была ложь. Это была полуправда, обёрнутая в удобную для слушателя форму. Арима искала бунт, заговор, угрозу своей власти. Рэйко дала ей то, что та хотела услышать – покорность и прагматизм.

Давление на ядро внезапно ослабло. Арима разжала пальцы, и её лицо вновь озарила та же сладкая, ядовитая улыбка.

– Разумеется, я тебе верю, дорогая. Демоны ведь славятся тем, что всегда говорят правду, верно? – спросила она, а голос её стал приторно сладким. – Наверно, я всё же начну лично присматривать за молодыми талантами, которых приняли в мою компанию по твоей рекомендации. Начну с этого Акиры, а там и твою милую сестричку тоже проверим. Вдруг чего интересного сболтнет нашим психологам, – глаза Кагуи вспыхнули зеленым, перекрывая естественный бордовый оттенок глаз. – Можешь идти.

– Как прикажете, госпожа Арима.

Девушка поклонилась, развернулась на каблуках и направилась к выходу тем же размеренным, уверенным шагом, с каким и вошла. Лишь когда двери лифта закрылись за её спиной, её колени подкосились, а из груди вырвался глубокий, дрожащий вздох.

Она прислонилась к холодной стене, закрыв глаза. В ушах продолжала звенеть от напряжения, а черная рубашка прилипла к спине от количества холодного пота. В её голове проносились проклятия. Чертовы эльфы! Проклятая Арима со своей всевидящей мудростью!

Её милый Принц в опасности. Она конечно хотела, чтобы он уничтожил эту тварь, но ещё слишком рано. У неё нет плана, как стравить этих двоих на данном этапе. Она ведь просто хотела быть рядом с ним. Взять у него автограф, но эта сука! Она ведь сбежала из Ада следом за Принцем, а потом попала к ней в рабство. И теперь она вынуждена доставлять своему герою проблемы, ведь иначе она никогда не сможет покинуть эти ублюдские японские острова.

Она проклинала Ариму Кагую. Проклинала её высокомерие, её эльфийскую кровь, её вечную уверенность в своем превосходстве. Проклинала всех этих Отреченных, этих выродков Божественных матерей, которых приютила одна ебанутая Мамаша.

И тут она, наконец, осознала почему тот, кого она обожала всем своим демоническим сердцем и считала самым милосердным правителем, которого Ад не заслуживал, отдал приказ, поразивший всё адское воинство. Когда ещё молодой Демон-Принц, семь веков назад, возглавил поход в мир Отреченных. И этот приказ звучал так – не щадить никого. Ни воинов, ни стариков, ни женщин, ни детей. Особенно не щадить младенцев в их хрустальных яслях.

Раньше ей казалось, что этим приказом молодой Принц демонстрировал абсолютную, но бессмысленную жестокость, на которую готов был пойти любой демон, чтобы сломить волю противника. Теперь же, когда она лично столкнулась с чистокровным эльфом, а не человеком, пробудившим в себе эту кровь, Рэйко согласна. Этих ублюдков нужно давить ещё в яслях. Им нельзя позволять размножаться. Эльфы – чума всех реальностей. Недаром, чтобы убить их королеву, их Принцу пришлось взорвать магическое ядро, похоронив чудовище вместе с собой.

– Мой Принц, – тихо прошептала она, схватившись за сердце. – Умоляю, прости свою тупую фанатку...

***

Положив телефон на стол, я услышал короткие гудки после разговора с Кейко. Она приняла мою новость о работе уборщиком спокойно. Я бы даже сказал, слишком спокойно. Словно эта новость обрадовала её, но она лишь для вида должна была немного поахать, вспоминая, что убирать мусор за успешными бизнесменами – это как раз то, чем детей пугают учителя в школе. Зато не криминал и угрозы жизни никакой. Ага, конечно, никакой угрозы. Обычный уборщик же. Зачем мать тревожить?

Уведомления на экране телефона мигнули синим. Голосовые файлы от Рэйко. Пять штук. Записи переговоров Принцессы Кагуи, когда та была капитаном отряда, а не ходячей бомбой замедленного действия. Плюс пару текстовых документов с пояснением, что вообще происходит на записи. Попросил скинуть до звонка матери, но всё равно, королева суккубов слишком оперативно работает.

Нажав на первый файл, я начал слушать, откинувшись на спинку удобного кресла. Из динамиков полился хриплый, сдавленный женский голос, заглушаемый грохотом и криками на заднем плане.

– Второй отряд, прикрыть левый фланг! Не дайте им добраться до гражданских! – командовала Кагуя. В её тоне не было и намёка на ту ярость, про которую говорилось в досье. Только холодная, отточенная решимость. – Камелия, выноси раненных из-под завалов! Сумрак, возьми на себя вожака! Они больше звери, потому нет смысла убивать мелкую падаль, пока жив их вожак!

Закрыв глаза, позволяя голосу заполнить комнату, я начал моделировать ситуацию. Среди присланных голосовых файлов также были отчеты самой Кагуи о тварях, которых они встретили на задании. В Японии всего две беды: тени и морские чудовища. Сейчас они столкнулись со вторым типом, и да, они тоже потомки Звериной Матери, так что Кагуя верно сказала. Нужно уничтожить их вожака, и тогда твари начнут ломиться обратно, в свой мир.

В другом файле были переговоры с командным центром. Снова никаких криков и угроз. Девушка методично давила фактами. Оценив угрозу, она начала требовать подкрепления, ведь прекрасно понимала какие потери их ждут, если портал взорвется и выплюнет на их головы пять чудовищ A ранга и десяток рангом поменьше.

В третьем файле была перекличка после боя. Когда она называла имена погибших одаренных Дзайбацу, прикомандированных к её отряду, голос у неё дрожал, однако она быстро взяла себя в руки. Забирать тела было против устава, потому она приказала их уничтожить, ведь никто не должен был знать, что там были люди Дзайбацу.

Интересный экземпляр. Теперь строчка в досье «Боевой опыт: обширный» не выглядит, как пустая бравада. Не просто боец, а тактик. Без видеофайлов непонятно насколько успешный, но в моих глазах уже выше среднего.

Открыв почту, я набросал короткое сообщение Рэйко. Поблагодарил за предоставленные файлы и спросил, где сейчас находится Кагуя с Рином. Завтра у меня были планы устроить собрание, чтобы провести воспитательную беседу со всеми. Установить правила. Показать, что я не просто уборщик, который будет за ними задницу подтирать. Чистота их комнат меня не волнует. Главное чистота мыслей и порядок в команде. И если они начнут вставлять палки в колеса, их жизнь станет адом. Сначала метафорично, а потом и буквально, если с первого раза не поймут.

Ответ пришел почти мгновенно. Рин на задании в районе Синдзюку, вернется завтра утром. Кагуя тренируется на подземном этаже B3. Также была рекомендация не мешать ей, если мне дорога моя черепушка. Мило. У меня не было планов встречаться с Хаяси Каной в ближайшее время. Ещё не накопил богатств на услуги лекаря её уровня.

Осушив уже третью кружку кофе, – всё же здесь были элитные сорта, которыми меня в последнее время не баловали, – я встал, потянулся и покинув комнату направился к лифту.

Лифт плавно потащил меня вниз. Цифры на панели менялись. Сначала двадцатые этажи, потом десятые. Спустя всего минуту я уже шагал по третьему подземному уровню, ощущая нечто похожее на дежавю, но с уклоном в приятное удивление.

Двери с тихим шипением расступились в стороны, открывая перед моими глазами настоящий мир со снарядами, штангами, тирами и полигонами для дуэлей и тренировок. Здесь было всё, чтобы отточить навыки для убийства чудовищ. И не только их. Здесь также учили убивать одаренных, а специальные инструкторы оценивали уровень шума и скорость, с которой они утилизировали трупы. Оказывается, здесь была целая дисциплина по избавлению от улик, где учитывается всё: количество камер видеонаблюдения, патрульных автоматонов, был убит гражданский или же одаренный. Неизвестно сколько всего пунктов было в чек-листе проверяющего, но выглядит впечатляюще.

Сам подземный комплекс растянулся на всю ширину Цитадели. Или же нет? Не зря она имеет приставку «B». Должен существовать третий подземный уровень с инициалами «A». Но на глаз здесь было столько свободного пространства, что можно футбольные турниры устраивать.

В воздухе отчетливо ощущался запах пота, металла и озона, щекотавшего ноздри. Последнее, скорее всего, принадлежит какому-то магическому тренажеру. Про них ещё Дима успел в Новосибирске рассказать, но чем они отличаются от стандартных я забыл спросить. Их тогда облепили со всех сторон так, что даже подойти было трудно, ведь это была диковинка. А здесь, судя по всему, больше половины техники смесь магии и технологии.

Среди огромного множества чистокровных японцев, отрабатывающих удары на грушах и манекенах, встречались также гибриды. Несовершенные, которым или позволят работать в таком виде, как той же Юке, или отправят на дальнейшую переплавку, попытавшись усилить их гибридную составляющую. Сейчас у них что-то вроде этапа реабилитации, на которой они выкладываются по максимуму, ведь кому захочется снова оказаться в руках извергов в лабораторных халатах? Это гарантированная смерть. Если судить только по сухой статистике, выживает всего по одному человеку в год, и то в сухом остатке корпорация получает кого-то вроде Рина и Демонетры.

И вот среди всего этого мусора и толпы чистокровных, в самом центре спортзала, на отдельной платформе, стояла она. Принцесса Кагуя. Двухметровая гора татуировок и мышц. На ней были только бинты, обмотанные вокруг мускулистой груди, – сараши называется, спасибо памяти Акиры и одному аниме, – и удобные шорты. Она стояла спиной ко мне. Её мощный взгляд был сконцентрирован только на штанге, лежащей на стойках.

Татуировки цветов и драконов шевельнулись в такт её дыханию. Её пальцы вновь обхватили гриф. Медленно, с хрустом суставов, она подняла штангу со стоек. Подняла и начала приседать с ней. У меня челюсть отвисла, когда я подсчитал количество килограмм, которые она поднимает чистой, физической силой, без использования магии. Триста килограммов! Без страховки, без пояса, лишь с небольшим намеком, что ей тяжело и работает она до отказа.

Её движения были плавными. Присела, выпрямилась, повторила. После двадцати приседания, она поставила штангу обратно, и снова начала сверлить её взглядом даже не думая, чтобы выпить воды или присесть отдохнуть.

Я прислонился к стене, наблюдая. В голове невольно всплыл образ Дмитрия Воронова. Они чем-то похожи. Огромная двухметровая рама, что ввысь, что вширь. Оба обожают тягать железо, и каждый поднимает просто чудовищные веса на одной чистой силе. Но Дима был поскромнее. Со своим весом в 120 килограмм он поднимал всего двести. Если верить досье, вес девушки примерно такой же, как у него, но поднимает она на целую сотню больше. Вот что значит родословная огра. Жаль магией обделили. Зато перед ними открыты все двери на пути физического превосходства.

После пятого подхода Кагуя вытерла со лба пот тыльной стороной ладони. Дыхание стало прерывистым, но она практически сразу схватилась за гантели по пятьдесят килограммов каждая и начала делать упражнения на плечи. Теперь я абсолютно уверен, что это не просто тренировка. Таким способом она пытается себя наказать за что-то.

Закончив пару подходов, она поставила гантели на место. Её взгляд скользнул по залу, на секунду задержавшись на мне. В её глазах была пустота, но отличная от пустоты всех девушек, которых я встречал раньше. Этот взгляд можно описать двумя словами «мертва внутри». Подобный взгляд часто можно увидеть у выживших после трагедии. Синдром выжившего, вина уцелевшего – называйте как хотите, но факт в том, что она погрязла во всем этом самобичевании с головой.

У меня уже появилась мысль выйти из тени колонн, чтобы познакомиться лично, как в поле зрения попала знакомая пятерка одаренных. Те самые чистокровные, которых я видел три часа назад, когда только-только пришел в Цитадель. Они вернулись с задания, и непонятно зачем спустились в спортзал. На одежде и боевых костюмах виднелись свежие следы гари и пару мелких порезов на рукавах. Ах, какой знакомый аромат. Последний раз его ощущал в Санкт-Петербурге.

Один из них, высокий парень с острыми чертами лица и надменной ухмылкой, явно был заводилой. Капитаном отряда или просто лидером, собравшим вокруг себя компашку друзей. Они шли прямо к платформе, где тренировалась Кагуя, не скрывая намерений.

– Ну посмотрите-ка, кто тут у нас, – начал тот самый лидер. Его голос гулко разносился по залу, привлекая внимание других завсегдатаев подземного комплекса. – Диснеевская принцесса из помойки вылезла. Как поживаешь, уродец? Слышал тебя из психушки нельзя выпускать, а то снова свой же отряд на куски разорвешь.

Кагуя даже не обернулась. Она поставила гантели на стойку, с которыми делала подходы на бицепс. Взяв полотенце, медленно вытерла им свое лицо. Её спина оставалась напряженной, словно стальной прут.

– Молчишь? – продолжил другой, парень коротышка с такой же короткой стрижкой и хищным блеском в глазах. Именно он хотел затеять со мной конфликт прямо на входе, но была миссия и ему пришлось махнуть рукой на безродного пса. – Правильно делаешь. Что сказать-то сможешь в своё оправдание? Простите своего бесполезного командира? Простите, что сдала вас на мясо чудовищам, а сама сбежала, как трусливая девочка?

– А сама живешь и здравствуешь, – подхватила эстафету молодая черноволосая девушка, волосы которой были собраны в тугой хвост. – Разве это справедливо? Ну да, гибридным отродьем стала. Теперь только в цирке выступать, – она начала махать рукой перед лицом, словно отмахивалась от неприятного запаха. – Лучше бы лежала рядом с ними, в земле. Но нет, мало того выжила, так теперь маячишь перед глазами настоящих людей и портишь всем настроение.

Кагуя медленно повернулась к ним. Её лицо было каменной маской. В глазах по прежнему читалась только усталость, но где-то в глубине начало разгораться темное пламя, которое лучше никогда не подкармливать хворостом.

– Что, слова кончились? Неужели и мозгами в огра превратилась? – коротышка сделал шаг вперед, явно чувствуя свою безнаказанность. Судя по его поведению, он был одаренным высшего ранга. Сильнее большинства здесь присутствующих

Именно в этот момент Кагуя двинулась. Это не было резким броском. Плавное, почти невесомое движение, обманчиво медленное. Она протянула руку к ближайшей стойке, где лежали блины для штанги. Схватив сорокакилограммовую железную плиту, она со всей силы вмазала им прямо по челюсти наглого карлика.

Звук был отвратительный. Парень даже не успел вскрикнуть. Тело отбросило назад. Ударившись о тренажер, он рухнул на пол, дергаясь в немой агонии. Сломанная челюсть неестественно отвисла. Из разорванного рта хлестала кровь, смешанная с осколками зубов.

В зале на секунду воцарилась гробовая тишина, нарушаемая только булькающими звуками из горла покалеченного. Потом всё взорвалось.

Оставшиеся четверо одаренных бросились на Кагую одновременно. Они были профессиональными убийцами монстров. Работали слаженно, негласно договорившись напасть на безумного огра со всех сторон.

Первый пытался пронзить её глаза острой струей воды под давлением. Кагуя отвела голову, и луч воды врезался в стену спортзала за её спиной. Второй захотел опутать её ноги теневыми щупальцами, выросшими из её тени, однако Кагуя просто разорвала их, резко дернув ногой вверх. Третий же не придумал ничего лучше, как покрыть своей ядовитой аурой кинжал и попытаться сделать надрез на коже противника. Стоит ли говорить, что он недооценил крепость человеческой кожи, трижды усиленной мутацией огра? Кинжал попросту отскочил, выбив сноп искр, а девушка впечатала свой массивный кулак прямо в лицо ассасина, со всей силы впечатав одаренного в землю.

Из пяти противников осталось всего трое и это за пару секунд битвы. Принцесса Кагуя была потенциальным чудовищем A ранга, и раз у целого отряда одаренных возникли проблемы, значит среди них был всего один человек сравнимый с ней по силе. Или таких вовсе не было, но то, как они старались не ударить в грязь лицом, загляденье.

Удары сыпались со всех сторон. Кагуя парировала, уворачивалась от самых неприятных ударов и всегда отвечала жестоко за каждую допущенную ошибку. Её кулак пробил грудную клетку девушки, что управляла песком. Вместо обычной тактики земляных магов, забрасывания булыжниками, она хотела позвонить мелким частичкам песка проникнуть в дыхательные пути Кагуи, а после заставить её задохнуться. Не насмерть, конечно, но это был самый простой путь к победе. Разумеется, поэтому Кагуя и устранила первым делом её. Потом она планировала устранять лидера с магией тени, но водяной быстрее подставился.

Луч острой воды под давлением угодил прямо в раскрытую ладонь девушки. Её глаза закатились, показав белки. По всему телу побежали судороги. Кожа на руках и лице покраснела, покрываясь сетью лопнувших капилляров. Из её рта вырвался звук, нечто среднее между рыком и болезненным стоном. Когда глаза вновь вернулись, в них уже не было ничего человеческого. Только слепая, всепоглощающая ярость.

Первый блок ярости был сорван. Её тело стало больше, мускулы вздулись, увеличившись в объеме. Рост прибавил всего сантиметров десять, может пятнадцать, но с учетом её прежнего роста это было внушительно. И после этого водяной прожил всего три секунды. Целых три шага, пока обезумевшее чудовище не сблизилось с ним и не нанесло один единственный апперкот, что подбросил его тело до самого потолка, переломав каждую косточку в теле. Его тело врезалось в потолок и там же осталось.

– Довольно! – крикнул последний из нападавших, тот самый лидер с родословной какой-то теневой пакости. – Ты совсем конченая!? Думаешь покушение на наши жизни сойдет тебе с рук!?

Вместо слов Кагуя бросилась на лидера. Сложив обе руки в замок, она обрушила удар. Её кулаки, подобно тяжелому молоту, увязли в барьере из тени. Но девушку это не остановило. Она подняла руки чтобы нанести ещё один удар и ещё.

В конце концов барьер треснул, и она буквально вдавила тело одаренного в землю. Тот начал что-то пищать и звать на помощь, но кому хочется стать ещё одной жертвой обезумевшего чудовища? Среди посетителей спортзала не было одаренных A ранга. Это просто самоубийство, да и они здесь не друзья, чтобы стоять горой друг за друга.

Именно в этот момент я понял, что пора вмешаться. Если она нанесет ещё один удар парню, тот точно отправится к вратам Рая. Кагую же после такого ждет переплавка, а то и вовсе обязательные походы к психологу. Скорее всего последнее, но зачем ей эти шарлатаны, когда я уже взялся за проработку её психологических травм?

– Эй, Дракон! – крикнул я через весь зал, выходя из тени опорных колонн. Мой голос прозвучал громко и четко в наступившей тишине подземного комплекса, нарушаемым лишь звуком тяжелого дыхание огра и стоном побежденных японцев. – Сумрак не для того жизнь отдал, чтобы ты всё запорола из-за ублюдков, которые стоят меньше дерьма под твоими ногами!

Кагуя замерла. Её голова медленно повернулась в мою сторону. Глаза, полные животной ярости, уставились на меня. Её могучие кулаки замерли всего в паре сантиметров над телом обездвиженного парнишки.

– Дракона... нет... – прорычала она гортанным голосом, что был искажен проклюнувшимися клыками, выступающими из нижней губы. – Дракона... никогда не было. Есть лишь маленькая... сопливая... Принцесса.

Она говорила с трудом. Каждое слово давалось ей через силу. Ярость боролась с остатками разума внутри неё. Первый блок ярости подавлял рациональность, но до неё всё еще можно было достучаться словами.

– Это не тебе решать, – сказал я всё также громко, подходя ближе. – Ты не веришь в Дракона, а они верили. Сумрак, Камелия, остальные. Они отдали свои жизни, искренне веря, что только их капитан заслуживает жить дальше. И теперь ты говоришь, что такого человека никогда не было? Что они просто сдохли, а их жертва забыта?

Кагуя стояла неподвижно. Давление в руках ослабло, пальцы начали дрожать. Её дыхание, частое и прерывистое, начало замедляться.

Она медленно опустила руки, разжав пальцы. Посмотрев на них, она увидела лишь лопнувшие капилляры и местами порванную кожу. Мышцы начали уменьшаться, рост и объем постепенно приходили в норму. Медленно, но верно, замок на первых вратах психики восстанавливался.

– Кто... ты? – выдавила она. Голос стал почти человеческим, хоть и надтреснутым.

– Разве не видно? – спросил я, улыбаясь и указывая пальцем на бейджик, свисавший с груди. – Сато Акира. Новый уборщик. Приятно познакомиться с тобой, Кагуя. А теперь, если не возражаешь, я устрою небольшую уборку. Сделаю так, чтобы ни у кого не оставалось претензий, и никто не омрачал мой первый рабочий день сопливой трагедией.

Я махнул рукой в сторону покалеченных одаренных, один из которых уже начинал приходить в сознание и стонал.

– Как? – в глазах Кагуи появился вопрос, который она поспешила озвучить.

– Очень просто, моя дорогая, – улыбнулся я, склонившись над телом поверженного лидера. Но от этой улыбки у всех одаренных вокруг нас перехватило дыхание. – Нужно просто доходчиво объяснить этим молодым людям, что злить нас опасно. Верно ведь говорю? – и схватив парня за волосы, заставив его посмотреть мне прямо в глаза, прошептал ему на ухо. – Ещё одна подобная сцена, и я узнаю у госпожи Рэйко где живет твоя семья, а потом расскажу это Кагуе. Ты меня понял?

Мои слова пробились сквозь призму боли и глаза парня расширились в ужасе.

– Тебе это... с рук... не сойдет, – прохрипел он, а из его рта вырвались несколько кровавых пузырей.

– Действительно ли? – спросил я, глубоко задумавшись. – Может сейчас и проверим?

Показательно я достал телефон и позволил ему увидеть часть переписки между мной и «Владыкой демонов», коей была Оками Рэйко в моем списке контактов. То, что мы тесно общаемся, заставило парня ещё сильнее побледнеть. А ведь он итак был бледен от количества внутренних повреждений.

– Повторю ещё раз, для непонятливых, – я вдавил его черепушку в пол и слегка надавил. – Ещё один залет, и всех кого ты знаешь и любишь сожрет ужасное чудище. Передай это информацию остальным идиотам, – поднявшись, я оглянулся на уже спокойную девушку, что всё это время сверлила мою спину своим мертвым взглядом. – Пойдем, Кагуя. В следующий раз просто напиши мне и я разберусь. Нечего свои милые ручки портить в дерьме.

Настоящий Акира ещё бы плюнул на поверженного противника, но я был выше этого. Потому просто хлопнув девушку по плечу, повел её к выходу.

Глава 2

Магнитный ключ тихо щелкнул впуская нас в комнату Кагуи. Я вошел первым, окинув взглядом чистое пространство перед собой, которое вряд ли могло принадлежать женщине. Кровать идеально заправлена. Шкаф, в котором из одежды лишь военная униформа, которой никогда не пользовались. Она ведь носит сараши, и даже шорты носит лишь потому, что ходит без трусиков и не хочет светить непотребством во время приседаний. Никаких украшений, никаких лишних деталей, просто стол, на котором стоял ноутбук, зарядка к нему и стакан с водой вот и всё.

Заметив на прикроватной тумбочке повернутую к стене фотографию, я молча подошел и перевернул её. Шесть человек в боевой форме Дзайбацу, улыбающихся в кадр. В центре более молодая Кагуя, уже покрытая татуировками с головы до ног. На её спине сидел парень с шаловливой улыбкой, скорее всего тот самый Сумрак, решивший устроить сюрприз своему капитану.

– Присаживайся, – бросил я, указывая на край кровати, а сам тем временем развалился в кресле перед компьютером. – Поговорим как взрослые люди.

Кагуя молча прошла мимо меня, опустившись на кровать. Пружины под ней слегка скрипнули под тяжестью веса. Она не смотрела на фото. Её взгляд был направлен куда-то в пространство между нашими коленями.

– Зачем ты взяла себе это прозвище? – первым спросил я, чтобы разбить лед. – Принцесса Кагуя. Имя из детской сказки. Остальным выбора не давали, или им было просто плевать. Однако ты настояла на этом. Могла ведь оставить старое.

– Дракона никогда не было, – повторила она ровным тоном, словно действительно верила в это. – Была лишь маленькая девочка, что заигралась в командира.

– Слабая девочка не сможет возглавлять ударный отряд Дзайбацу на протяжении пяти лет, – упрекнул я, продолжая сверлить её лицо взглядом. – За слабую девочку никто не сражался бы так отчаянно, – вспомнил я фрагмент разговора во время одной операции. – Так что давай без дешевой драмы. Что случилось? Рассказывай, как за одну ночь Дракон превратился в Принцессу.

Она на целую минуту закрыла глаза, собираясь с мыслями. Когда открыла, в них не было слез. Только пустота стала глубже, с налетом отчаяния.

– Я не смогла их защитить, – еле слышно прошептала она под нос. – Не стоило задерживаться после зачистки. Нужно было сразу отступать на базу. А когда стало поздно, мне оставалось только кричать и плакать. Вот и вся моя хваленая сила и выдержка.

– Больше конкретики, – надавил я. – Что случилось, Кагуя? Я ничего не пойму из этих обрывков. Все документы засекречены. Подробности знаешь лишь ты и единицы избранных, которым доверили расследовать этот инцидент.

Кагуя глубоко вдохнула, будто борясь с собой. Потом медленно выдохнула. Плечи опустились, словно под невидимой тяжестью.

– Всё начиналось как самая обычная зачистка, – начала она, глядя в пустоту перед собой. – Наша компания быстрее других узнала о новом портале. Тени поглотили подножие горы Фудзи. Угрозы мирным жителям не было. Обычный сбор трофеев. Пришел, увидел, победил, собрал и ушел. Тактика отработана до автоматизма, – она начала заметно дрожать. – Мы задержались. Теней оказалось больше обычного. Наступила ночь, а потом... Я подняла глаза вверх. Просто так, без всякой причины...

– И? – мягко подтолкнул я её, когда она замолчала, сжав руки в замок. Её стало сильнее потряхивать.

– И увидела глаз. Прямо там, на небе, – она вновь замолчала, а её взгляд стал отсутствующим. Но снова подталкивать её не пришлось, она сама продолжила. – Этот гигантский глаз занимал половину неба. И это было не просто пятно. У него была радужка, был зрачок... И он смотрел вниз. Смотрел прямо на нас, как и мы на него. А потом мы просто моргнули, а когда открыли глаза были уже... там.

Кагуя закрыла глаза, сжимая руки до посинения. Прикусив губу она продолжила бороться с травмирующими воспоминаниями.

– Вокруг была тьма. Не было неба, не было ничего. Только бесконечно черное пространство вокруг нас. Мы думали это Царство Теней. Что нас в него засосало. Как же мы ошибались.

Она начала говорить быстрее, торопясь выплюнуть воспоминания, чтобы они перестали дерзать её голову. Мне же оставалось только слушать поток душеизлияний, уже прекрасно понимая чем это кончится.

– Камелия взорвалась первой. Просто хлоп, – разведя руки, она тихо совместила их, создав тихий хлопок. – Только кровавые брызги остались. Потом «исчез» Киригая. Он протянул ко мне руку, пытаясь что-то сказать. Видимо это не понравилось монстру, что запер нас. Один за другим они умирали. Кто-то просто взрывался, у других пропадала часть тела и внутренних органов. Под конец остались лишь я, которая просто кричала и плакала, и Сумрак, что стоял рядом, молча анализируя происходящее. А потом он сказал «Кажется здесь выход только для одного» и вонзил острый нож себе в подбородок, а меня выплюнуло обратно.

Слезы наконец выступили у неё на глазах, но она быстро смахнула их, словно стыдясь своей слабости. Эту историю она закончила всего одной фразой.

– Я должна была умереть вместо него.

Она замолчала, опустив голову. В комнате повисла тяжелая тишина, нарушая лишь звуком нашего дыхания. Я молча обдумывал её слова, откинувшись на спинку кресла. Глаза смотрели в потолок, будто прямо сейчас я пытался увидеть там тот самый глаз, что стал причиной трагедии.

Гигантский глаз. Мгновенная телепортация в другую реальность. Бескрайняя тьма. Смерть без видимой причины. Да, всё сходилось. Но говорить правду здесь и сейчас было бы глупостью. Слишком много чужих ушей в стенах.

– Спасибо, что поделилась, – наконец сказал я, и мой голос прозвучал мягче, чем я ожидал. – Держать это в себе... тяжело. Поверь, я знаю о чем говорю.

Она подняла на меня глаза. В них мелькнул слабый, почти неуловимый огонек надежды.

– Ты знаешь... что это было? – спросила она, однако как только вопрос прозвучал, её надежда погасла. – Хотя откуда тебе знать? Ученые уже два года голову ломают.

– Ты права, откуда мне знать то, чего не знают даже умники в лабораторных халатах? Однако, – сделал я важное уточнение. – Я много сидел в интернете и читал интересные книжки за авторством популярных охотников. Некоторые получили лицензию у нас, в Японии, потому ничто не мешало мне их купить и скачать. И что-то мне подсказывает, что вы попали в ловушку стража бездны.

Кагуя впервые за весь разговор взглянула на меня. Глаза, ещё секунду назад полные пустоты и отчаяния, начали по настоящему оживать. Человека больше всего пугает неизвестность. Про могущественных тварей, способных уничтожить человечество по щелчку пальцев, все знают. И то, что образ врага теперь осязаем, делает его менее страшным.

– Страж бездны? – её голос прозвучал хрипло, но в нем прослеживалась та самая стальная нотка командующего. – Ты хочешь сказать, что тогда, на Фудзи, открылся портал прямо в Бездну?

Я медленно кивнул, давая ей время усвоить этот ответ. Мог привести больше подробностей, но тогда по мою душу явятся корпоративные служащие. Сейчас же это просто слух, который я где-то, когда-то услышал. Сомневаюсь, что подобное привлечет внимание вышестоящих лиц.

– Смотри, – сказал я, сложив пальцы в кольцо и смотря сквозь него. – Ты упомянула огромный глаз в небе. Это не какая-то твоя выдумка или галлюцинация. Его видели все. Внезапное исчезновение без появления новых порталов тоже звоночек. Вывод напрашивается сам собой. Кто из Матерей Монстров славится созданием чудищ, что способны рвать ткань реальности и утаскивать жертву в другие измерения?

– Мать Бездны, – прошептала она, погружаясь в раздумья. – Значит глаз не был приманкой. Это был глаз колоссального чудища, а мы скорее всего оказались у него...

Её аж передернуло от этой мысли. Скорее всего, как только они посмотрели в его глаза, они попали в желудок межпространственного чудовища, где его власть была абсолютна. Конечно, у этой власти полно ограничений, но взорвать изнутри парочку одаренных B ранга он может одним лишь желанием, а остальных могут сожрать невидимые глазу паразиты в желудке.

– Неужели ты действительно... смог объяснить это? – отчаяние в глазах Кагуи окончательно уступило место всё ещё слабой, но искре жизни. – Два года все вокруг твердили, что это загадка природы. Несчастный случай, аномалия, которую невозможно воспроизвести и понять. И вот появляешься ты, обычный уборщик, и всё расставляешь по полочкам?

– Не забывай, что эту информация я узнал из охотничьих книг. Они тоже могут что-то не так понять, – я решил вернуть эту девушку в реальность. – Да и потом, сомневаюсь, что это такая уж тайна. Если про Бездну знают даже обычные люди, то ученые уже давно проработали пару гипотез кто или что появилось на горе Фудзи в ту ночь.

– Могли бы хоть парочкой своих теорий поделиться, уроды, – она начала закипать.

– Я могу поделиться. Но всё же держи в голове, что это слухи из интернета, – в очередной раз напомнил я, краем глаза поглядывая на вентиляцию, где предположительно установлена камера или жучок. – Говорят, стражи бездны обитают в космосе. Они всегда смотрят на нас с высоты неба, и им не нужны никакие порталы, чтобы устроить охоту на нас. Эти глаза в небе часть их настоящего тела. Стоит только им понять, что мы их увидели, как между чудовищем и человеком устанавливается связь. И каждая такая тварь обладает своим «кодексом охоты». Та, что встретилась вам, решила отпустить последнего выжившего.

Кагуя слушала, затаив дыхание. Её глаза были прикованы к моим губам, будто она ловила каждое слово, сверяя его с кошмаром, что годами жил у неё в голове. Моё описание идеально ложилось на её воспоминания. Правда опять же, всё это лишь слухи. Истина где-то посередине и намного кошмарнее. Настолько, что может свести с ума даже сильнейших, если тем удастся приоткрыть завесу тайны нашего мира.

– Значит это была кнопка пуска, – устало прошептала она. – И как тогда прикажете сражаться с этим чудовищем?

– А никак, – пожал я плечами. – Лучшая битва та, которая даже не начиналась, – закончил я умной фразой одного демона. У людей тоже был похожий умник. Имя правда забыл, но да не суть.

– И если это правда, – её голос снова начал дрожать. – Если эти твари обитают там, – она указала пальцем наверх. – Поэтому мы до сих пор не освоили космос? Все спутники взрываются на орбите, либо через пару минут возвращаются обратно обломками. Если там живут огромные твари, скрытые от наших глаз синим небом, это всё объясняет.

Хороший вопрос. Очень проницательный. В своем отчаянии она нащупала ниточку, ведущую к огромному, страшному полотну правды, которую правители тщательно скрывают от своих граждан на протяжении всей истории человечества. Вслух же я лишь развел руками, изобразив неведение.

– Кто знает? Я ведь всего лишь уборщик. Маленький человек из гетто, любящий теории заговора и страшилки из интернетов. С этими вопросами нужно к астрономам идти.

В мыслях же я готов был поставить ей пятерку с плюсом за сообразительность. Всё верно, человечество со всех сторон окружено врагами. Море захватила морская раса. В космосе обитают отродья Бездны. А Земля... Ох уж эта Земля. Каждый раз, когда слышу по новостям про очередную трагедию в шахтерском поселке, думаю всё, доигрались. Но нет, пока нашему виду везет и мы не разозлили самую таинственную и загадочную Божественную мамочку.

Я видел, как Кагуя сминает эту мысль внутри себя. Её лицо стало ещё более усталым, но в нем появилась странная, холодная ясность. Как уже упоминал ранее, большую часть людей подобная новость может сломать, но существуют также люди, которые воспримут эту информацию спокойно. Я один из таких. Узнав обо всех угрозах своему виду, во мне лишь сильнее разгорелось желание обрести силу. Не для того, чтобы спасти человечество, а просто чтобы не сдохнуть от очередного стража бездны или ещё какого-то монстра, которому плевать на общепринятые правила игры. А уже потом, когда получил силу, подумал, что можно так-то и своей родне немного помочь.

– Ладно, хватит на сегодня, – я поднялся с кресла. Суставы тихо хрустнули, видать слишком долго сидел в одном положении. – Перестань терзать своё тело в спортзале. Сила, конечно, важна, но так ты скорее шишку набьешь, чем пробьешь потолок своего ранга. Ляг, отоспись, приведи мысли в порядок. Завтра в десять утра будет собрание в общей комнате.

Она медленно повернула голову, перестав витать в облаках. В её глазах не было интереса.

– Буду, – равнодушно бросила она. – Хотя вряд ли услышу что-то новое. Все вы говорите одно и то же. Вы будущее корпорации. Работайте вместе. Соблюдайте дисциплину. Потом пытаются навязать график уборки и тренировок. Демонетра сразу срывается, потому никто им не следует и уборщики сами горбатятся, а потом умирают.

Я позволил себе легкую улыбку, которая выглядела зловеще, судя по удивленной реакции Кагуи.

– Обещаю, я необычный уборщик. Завтра будет сюрприз.

Она лишь молча кивнула, проводив мою спину взглядом.

Вернувшись в свою комнату, я первым делом скинул рабочий комбинезон и закинул его на кресло. Пускай одежда удобная, но носить её на постоянной основе нет никакого желания.

Оставшись в одних трусах, услышал вибрацию телефона. Потянувшись к нему, увидел уведомление от банка. Перевод на пятьсот тысяч иен. Скорее всего подъемные для новичка уборщика. Почему так подумал? К сообщению прилагался комментарий отправителя.

«На первые расходы. Не потрать всё на сладости (✯◡✯)»

Слишком большие подъемные для какого-то уборщика, но это сообщение не оставляло сомнений. Эта щедрость связана с тем, что она знала меня, как Демона-Принца. С этими деньгами я смогу ускорить промывку мозгов, и она это знает. Её намек на сладкое подтверждает это, ведь нет таких демонов, что не знали про лучший подарок для правителя Ада. Сильные души, кристаллы памяти и шоколадки.

Я улегся на кровать, уставившись в потолок. В голове сразу пронеслось огромное множество идей, чем занять свободное время. Запросить у Рэйко больше информации о корпорации? Самому прогуляться и посмотреть достопримечательности? Или вспомнить классику – посмотреть сериал? Ну или аниме, раз я теперь японец и знаю оригинальный язык озвучки. А может вызвать Скульптора? Узнать, какого черта он растрепал всему Аду о местонахождении Демона-Принца? Хотя нет. Зная его характер, скорее всего он продает эту информацию только тем демонам, которые не станут трепать языком на каждом углу. В противном случае, Япония утонула бы в адских порталах.

Кстати, когда-то давно я планировал почитать Маргариту Синицыну. Её книга про трудных подростков уже не раз меня выручала. К сожалению, мой телефон не пережил суровые будни в Ледяной пустоши. Хотя будем откровенны, оказавшись в Японии, я первым же делом избавился от всего, что могло навести окружающих на подозрение в адрес покойного Акиры. Туда же отправился бы и телефон явно не от японского производителя.

Открыв магазин приложений, быстро скачал удобную читалку. Ввел в поиск «Духовные пакты: от раба к союзнику». Всё же именно эту книгу Кузнецова рекомендовала к прочтению, а я склонен доверять её мнению, учитывая как мне помогла рекомендация другой книги.

Нашел электронную версию на японском. Оказывается автор была известна по всему миру. Цена кусалась, но что для меня три тысячи иен? Даже без подъемных от Рэйко, у меня были карманные деньги с работы в кафе.

Купив, сразу же открыл первую главу. Начало было эффектным.

«Если вы считаете, что духовный пакт – это способ закабалить монстра и выжать из него все соки, просто закройте эту книгу. Это учение не для работорговцев, а для тех укротителей, что запутались и пытаются исправить ошибки прошлого»

Я усмехнулся. Жестко. Прямолинейно. Мне нравится. Сам придерживаюсь подобной идеологии. Помнится, когда брал в ученики других укротителей, выбивал из их тупой головы всякое желание использовать рабские метки. Интересно, они оставили потомство? Последний мой ученик должен был скончаться лет триста назад.

Читал дальше. Синицына разбирала реальные истории укротителей, которые либо добились невероятных успехов, либо закончили в клыках своих же питомцев. Она не давала волшебных схем кнопки «подружиться». Вместо этого был анализ мотивации монстров, их психологии, страхов.

«Монстр, заключивший пакт, не становится вашим слугой. Он становится вашим партнёром. И если вы относитесь к нему, как к инструменту, не удивляйтесь, когда этот инструмент обратится против вас»

Были также практические советы с огромным множеством ссылок на биографии знаменитых укротителей из уроков истории. Например, что означает изменение цвета слизи у монстров из Болотной топи? Или что делать, если чешуя русалки начала сохнуть, а сама она захворала? Были также совсем тупые советы и предостережения, вроде рекомендаций не кормить водного духа огненными кристаллами. И вот читаешь это с мыслью, а на кой черт озвучивать такие прописные истины? Переворачиваешь страницу и видишь статистику несчастных случаев. Люди безбожно тупы, потому надо об этом рассказывать, надо.

Особенно меня зацепила глава про рабские метки. Синицына писала эту главу с какой-то праведной яростью, что ощущалось по тексту.

«Человечество должно навсегда стереть из памяти рабские метки. Мы слабы, но почему-то мним себя хозяевами нашего мира. Запомните уже наконец. Мы – союзники. Пока мы будем причинять боль друзьям нашим меньшим, чудовища пострашнее будут видеть в нас пищу. Духовный пакт – это не цепь. Это мост, способный связать узами дружбы два наших мира. Просто живите в Гармонии, почему вы как дети малые?»

Я свернул приложение и положил телефон под подушку. Мысль простая, но гениальная. Излишне идеализирована, но таково учение Церкви Гармонии. И да, если выбирать меньшее из трех зол, именно она ближе всего к моей философии. Правда стоит сделать важное уточнение. С демонами нельзя дружить, их можно только подчинить. С большинством зверей похожая история. Дружба начинается после хорошей драки и установления иерархии. С тенями, отродьями Бездны и арахнидами также могу только пожелать удачи подружиться. Что им надо даже мне трудно представить. В отношении этих трех видов важна скорее удача, чем системный подход.

В голове возникла очень странная мысль. Хотелось бы познакомиться лично с создателем этого текста. Посидеть за чашечкой кофе, поговорить о жизни, узнать откуда у неё такой гибкий ум и решительность изменить мир через книги. Может сама укротительница, хлебнувшая горя? Или просто гениальный наблюдатель, подметивший изъяны нашего общества?

Но пока это только мечты. Сейчас у меня другая задача. Провести собрание для гибридов и познакомить новых курьеров в кафе с политикой нашего заведения. Думаю самих людей на эту важную должность сможет найти Кейко с ребятами. Базовые знания у них должны быть, а как общаться со сложными клиентами я покажу на практике.

Глава 3

Открыв глаза я сразу понял, что-то было не так. В комнате темно, хоть глаз выколи. Лишь слабый отсвет неоновых огней за окном пробивался сквозь щели в непроницаемых шторах. Часы на прикроватном столике показывали 5:47. Да ну нет, не может такого быть. Ещё шести утра нет, а я уже выспался?

Попробовал перевернуться на другой бок и вернуться в царство снов. Постой, ты сейчас серьезно? Моей душе уже больше двух тысяч лет. С этим телом мы также уже десять лет прожили. Может сущность Акиры как-то на меня повлияла? Тоже мимо, ведь я любил сладко подремать больше положенного, а вставал рано лишь потому, что была работа.

Нелепо. Неужели дело в том, что я волнуюсь перед скорым собранием? Если это действительно так, то пойду утоплюсь в ванной. Меня ведь даже в Аду называли средоточием лени, и я всегда опаздывал на сборы, хоть и был де-факто организатором военных походов и вершителем судеб. Кстати, про моё прозвище нелестно отзывалась и сама Лень, но опять же, что она сделает? Маме моей пожалуется? Самому слабому из Грехов лучше было помалкивать перед лицом Демона-Принца.

Сдавшись неизбежному, я сбросил одеяло и поднялся. Ноги сами понесли к маленькому холодильнику, где лежала бутылка воды. Сделав пару глотков, почувствовал как холодная жидкость разливается внутри, прогоняя остатки сна. Что же, раз мы теперь школьники накануне первого сентября, стоит заняться чем-то полезным. Или хотя бы создать видимость.

Утренняя зарядка всегда казалась мне глупой. Пускай этой ерундой занимаются атланты, существа достигшие пика на пути физического совершенства. Мы, чародеи, сторонники энергетического превосходства, всегда смотрели на них свысока. Но какой из меня сейчас чародей? Жалкое подобие с моими-то рунами.

Начал с простых наклонов и вращений. Движение плавные и ленивые. Это ведь просто способ скоротать время. Я хорошо себя знаю. Уже завтра брошу эту затею. Буду спать до обеда, если никаких важных дел не появится.

Раз делать всё равно нечего, щелкнул пультом телевизора. Экран ожил, заливая комнату синим холодным светом. Показалась заставка главного пропагандистского канала Конгломерата, поддерживаемого тремя главными корпорациями. Их символика – стилизованное восходящее солнце над силуэтами небоскребов. Если покопаться тщательней в интернете, можно даже лозунг отыскать. Что-то там про единство, и что будущее лежит за японскими технологиями.

Заставка быстро сменилась. Появилась ведущая – улыбчивая женщина средних лет с безупречной прической и костюмом цвета морской волны. Её улыбка была настолько фальшивой и идеальной, что вызывала эффект зловещей долины. Сразу возникает вопрос, может это вовсе не человек, а новая модель автоматона?

– Доброе утро, граждане великой Японии! – её голос звучал сладко и неестественно жизнерадостно для этого часа. Нет, для этой мрачной страны, где нет места радости. – Начинаем наш утренний эфир с новостей наших злобных соседей с материка. Как сообщают наши корреспонденты, в Российской Империи продолжаются волнения среди низших сословий.

На экране мелькнули кадры, явно постановочные, снятые в каком-то маленьком поселке лет пять назад. Толпа недовольных горожан с плакатами устроила митинг, требуя наказать какого-то Андрея Николаевича. Качество съемки намеренно ухудшили, добавив зернистости, чтобы никто не догадался когда была произведена съемка и что конкретно написано на плакатах.

– Аристократы всегда игнорировали нужды простых людей. Они думали, что с приходом к власти Голоса Матери Человечества, Анастасии Лучезарной, их личные границы... Да что там, их жизни начнут уважать. Но по всей видимости, Императрицу больше волнуют светские рауты и балы, чем внутренняя политика своей же страны.

Ого, а эти кадры мне хорошо известны. Первый имперский канал использовал их, чтобы осудить правящую династию Голициных. Тогда диктор говорил похожие слова, осуждая бывшего Императора и его приближенных. Этим кадрам уже больше тридцати лет, а выглядит так, словно только вчера снимали. Вроде обещал себе не удивляться могуществу технологий, но каждое новое открытие, как в первый раз.

Закончив серию отжиманий, приступил к приседаниям. Я практически не смотрел на экран, ведь привык слушать новости. Что там можно увидеть? Как жители моей страны живут в бедности и дети доедают труп бомжа? На последнее я бы с удовольствием посмотрел, и то скорее с мыслью, с какой скоростью появятся первые разоблачители, чтобы ткнуть репортера носом в очевидную фальшь. Хотя нет, таких идейных японцев уже давно извели. Сейчас даже жаловаться в сети запрещено. Вдруг сболтнешь что-то лишнее и тебя объявят предателем родины? И куда побежишь с островов-то? Это тебе не материк, чтобы через границу из одного региона Европы в другой бегать.

– Также напоминаем нашим зрителям об инциденте с торговыми судами в Тихом океане, – продолжала она, и на экране появилась реалистичная анимация с российскими военными кораблями, что поливают огнем японские грузовые баржи. – Эта трагедия до сих пор жива в наших сердцах. Мы скорбим по каждому невинно убитому японцу. Месяц назад мы выразили протест российским дипломатам, и все мы помним, чем закончилась эта история. Они трусливо сбежали, поджав хвост, не желая брать ответственность за поступок своей злобной Императрицы.

О как. Значит это не наших дипломатов выгнали, а они сами сбежали. Интересная точка зрения. Отчасти правдивая, ведь делегация действительно покидала острова в спешке. Но что в этом странного? Любой человек, находясь на вражеской территории, будет стремиться вернуться обратно, туда, где тепло и никто не тычет в спину артефактным копьем.

– Они и раньше проявляли себя как бескультурные варвары, – диктор подобрал самый сочный кадр, где вместо приветственного поклона все русские дипломаты улыбались и тянули руку. – Вместо этого они только зевали, когда поднималась тема наших традиций.

Ещё один сочный кадр, как один единственный дипломат попытался скрыть зевок после долгого перелета. Уверен оператору и монтажеру выписывают по две премии каждый раз, как их репортаж попадает в новостные каналы. Это же просто шедевр мастерской работы с умами обычных, непросвещенных людей.

Что меня действительно зацепило во всем этом потоке ненависти, так это странное чувство, что что-то здесь было не так. Нет какого-то огонька. Будто несмотря на весь свой профессионализм, диктор знал больше, чем говорил и прорабатывает в голове эмоции, с которыми будет доносить до людей новую информацию.

Уже было настроившись на объявление войны, – неважно с кем, неважно когда, – я даже начал смотреть в телевизор. Но всё оказалось куда прозаичнее. В честь скорого праздника «Ханами кёкай», про который в своё время Юка рассказывала, Японский Конгломерат собирается созвать международный саммит, чтобы раз и навсегда разрешить все споры с Российской Империей, а также продемонстрировать мощь своих технологий всему человечеству. Они и раньше приглашали богатых и влиятельных иностранцев на японские острова, но масштаб предстоящего праздника на совсем другом уровне. И у меня есть все причины подозревать, что мне лучше держаться подальше от Нью-Токио. А лучше вообще Японии, когда начнется цветение сакуры.

Официально рабочий день во всей Японии начинался в восемь утра, потому ровно в восемь часов мой телефон начал разрываться от звука будильника, отрывая меня от просмотра утренних новостей. Оказалось это затягивает даже сильнее комедий. Одно дело быть обычным японцем, отрезанным от информации внешнего мира, и совсем другое прийти извне, где эту же самую информацию подавали не так однобоко.

Прошла всего минута, как офисные планктоны вышли на свое рабочее место. Самая обычная минута, ну может плюс-минус пару секунд сверху, как мне на телефон пришло сообщение. Отправителем значилась «Владыка демонов», она же Оками Рэйко, мой прямой начальник, насколько я могу судить по её действиям. Иначе почему она до сих пор не познакомила меня с тем, к кому нужно обращаться если возникнут вопросы? Если не познакомила, значит именно она такой человек.

«Отправила ссылку. Скачай приложение Дзайбацу Коннект. Мой ник «Демон выходного дня». И да, ты правильно подумал. Я заставляю своих подчиненных работать по выходным. Тебя это не касается, у тебя ненормированный график. Сегодня я добрая, так что не стану наказывать если вздохнешь с облегчением. (◕‿◕)»

Ссылка вела на официальный магазин приложений. Нажав на неё, уже через пару секунд на экране смартфона появился логотип корпоративной звонилки. Позабавило, что рейтинг у приложения был четыре и девять, а отзывы сплошь положительные. Ради интереса взглянул на приложения остальных корпораций. Там была похожая ситуация. Сначала подумал почему конкуренты оценки не занижают, а потом понял. Чтобы оставить отзыв, нужно быть пользователем приложения. А чтобы быть пользователем, нужно работать в компании.

Приложение открылось на мрачно-синем фоне с минималистичным интерфейсом. Первым делом у меня запросило огромное множество разрешений. Камера, микрофон, список контактов и местоположение. Не удивлюсь, если вскоре к этому списку добавится требование разрешить доступ к нашей бессмертной душе. Раз надо, значит надо. Чего мне бояться? Мой телефон уже тысячу раз взломали и перепроверили.

Потом открылся сканер. Потребовалось приложить сначала палец, а следом и сетчатку глаза. И только после всей этой череды пыток меня допустили до этого трижды проклятого корпоративного чата. Точнее говоря, функционал был куда обширней обычной говорилки. Тут была корпоративная почта. Можно было сделать запрос к базе данных и получить ответ на любой вопрос. Был трекер задач и структура организации, где можно было познакомиться со своим прямым руководителем, а также тем, кто стоит выше. Вплоть до Аримы Кагуи, главы корпорации, и Аримы Рики, её единственной дочери.

Не успел я толком разобраться в меню, как в правом верхнем углу замигал значок уведомлений. Открыв его, я увидел следующее: «Демон выходного дня добавил вас в группу Первый экспериментальный отряд быстрого реагирования». Мне казалось, она назвала свой ник, чтобы я написал ей и она знала кого добавлять в чат.

Нажав на колокольчик, а потом на горящее жирным шрифтом сообщение, меня перекинуло в раздел «Внутренние коммуникации», где был всего один чат. Тот, в который меня только что пригласили.

Чат открылся мгновенно. Помимо меня и Рэйко там уже было пять участников. У всех индивидуальные аватарки и ники, но угадать кто есть кто проще простого.

Первое сообщение, конечно же, написала сама Рэйко.

«Всем доброе утро. Мы об этом говорили вчера, но напоминаю. Отныне вашим непосредственным начальником и ответственным за ваше благополучие является Сато Акира. Его приказы – мои приказы. Его слова – мои слова, то есть закон. Невыполнение его указаний будет расценено как неподчинение непосредственно мне со всеми вытекающими последствиями. Удачи»

Сообщение было холодным и официальным, не оставлявшим пространства для маневра. Сразу после него появилось ещё два сообщения, уже от самой системы.

«Демон выходного дня покинул группу»

«Вы назначены администратором группы».

Тишина в чате продлилась ровно три секунды после исчезновения Демона. Название группы тут же сменилось на «Пять аутистов и Королева». Я сухо прокашлялся от наглости Демонетры, ведь это точно была её выходка. Разумеется после такого никто не остался равнодушным.

«Ночь: Объясни, кто королева?»

«Ахегао: Серьезно? Это же очевидно (￣▽￣)»

«Ночь: Очевидно Кагуя. Или я. Кто здесь аутист тоже понятно»

Ого. Нокс в переписке оказалась куда болтливее, чем в жизни. И язвительнее, стоит заметить. Даже сквозь текст чувствуется, как она получает удовольствие, издеваясь над Демонетрой.

«Ахегао: СОВСЕМ БЕРЕГА ПОПУТАЛА??? СКЕЛЕТУХА ДРАНАЯ!!!! ЩАС ПРИДУ К ТЕБЕ СЛЫШИШЬ!!! ЛЕЖАТЬ + СОСАТЬ!!!»

«Гид: Девочки, давайте остынем. Мы ведь друзья»

«Ахегао: ЗАТКНИ ПАСТЬ ПРЕДАТЕЛЬ!!! ИЗВРАЩУГА ССАНАЯ. НАВЕРНЯКА СВОЕГО ПИТОНА ВСЮ НОЧЬ ТЕРЕБИЛ ВСПОМИНАЯ КАК ЭТА МРАЗЬ МОИ БУЛОЧКИ ЖМЯКАЛА»

«Ночь: Акира твои булочки жмякал? Лол. Чего ещё ждать от маленькой потаскушки. Хотя он вроде нормальный. Если опускаешь до лжи, придумай что-нибудь убедительнее»

«Ахегао: ГРАААА!!! НОЧЬЮ ПОРЕШАЮ ВАС ВСЕХ УАКХРКХАААА!!%№?%*(»

Всё это время система подсказывала, что Гидеон что-то пишет. Но никаких сообщений от него больше не появлялось. Скорее всего, получив очередную порцию унижений, он боялся снова влезать. Писал и стирал сообщение, и так пока в конце концов не отправил всего три точки.

Откинувшись на спинку кресла, я заварил кружечку кофе и наблюдал, как горячий спор медленно переходит в фазу холодной войны. Началось всё с того, что Нокс попросила перестать спамить капсом и это поддержала неожиданно объявившаяся Кагуя. Впрочем, она как появилась, так и исчезла, зато Демонетра начала правильно использовать буквы. Также подключился и Рин, что отправил всего одно голосовое сообщение. С его слепотой я вообще удивлен, что он следил за ходом беседы.

«Рин: Вы или поебитесь, или убейте друг друга. Отключаю уведомление и ложусь спать»

Короткое сообщение на три секунды. Потом его статус сменился на «Не в сети». Прекрасно его понимаю. Я бы тоже послал всех куда подальше, если бы вернулся с ночной смены и меня заставили слушать спор двух малолеток. Интересно, как он вообще следил за ходом беседы? О, тут функция озвучки текста есть? И вполне неплохая. Только вот, как он понимал, сколько всего сообщений было в чате и куда стоит жать?

Ладно, пора заканчивать балаган.

«Сато Акира (врем.): Всем доброе утро. Вижу, несмотря на раннее утро, энергия бьет ключом. Для справки, я уже успел познакомиться со всеми, кроме Рина. Рин, если всё ещё читаешь, встретимся позже, а пока будем знакомы заочно»

На секунду в чате возникла полная тишина. По всей видимости, они пока не знали, как со мной общаться. Рэйко была тираном, а мои слова – это её слова, так что нужно соблюдать осторожность.

«Сато Акира (врем.): Сегодня в 10:00 жду всех в первой общей комнате отдыха. У нас состоится разговор по душам. Назовем это первым общим собранием, которое будет проходить чаще, чем вам бы хотелось. Форма одежды свободная. Можете хоть голышом заявиться. Присутствие обязательно. Опоздания и прогулы будут наказываться.

«Большой Воевода: Поняла. Буду»

Всё ещё удивлен выбору ника Кагуи, но скорее всего им она пользовалась, когда ещё была капитаном отряда. Главное мне удалось убедить самого опасного из гибридов добровольно явится, а что до остальных...

«Ночь: Тоже буду»

«Гид: И я»

«Ахегао: А если не приду, то что сделаешь? В клетку посадишь и будешь кормить, как собаку?»

«Сато Акира (врем.): Это все слишком банально. Поверь, мои наказания будут индивидуальны для каждого. Как насчет поставить родительский контроль на твою учетную запись в приставке?»

«Ахегао: Ты не посмеешь!? Я её тут же взломаю!»

«Сато Акира (врем.): Тогда я обращусь к настоящим хакерам и полностью заблокирую аккаунт. Потеряешь все свои достижения и сохранения»

«Ахегао: Сука! Ты чего таким опасным стал? Давай как раньше, рукоприкладство. Короче приду я. Только святое не трожь»

«Сато Акира (врем.): Отлично. Ещё один момент. Рин, от тебя сообщения так и не дождался. Поскольку ты отключил уведомления, скорее всего ты проспишь, потому объявляю дополнительный стимул для каждого участника чата. Тот, кто приведет Рина, получит от меня пару очков симпатии»

«Ночь: Очки симпатии? Это что за валюта?»

«Ахегао: Если наберешь много, сможешь его трахнуть. Как фанат эроге говорю»

«Ночь: ...»

В целом, Демонетра права. Эту идею я нагло украл, но до секса с подчиненными вряд ли дойдет. Слишком много очков нужно накопить, чтобы выйти на секретную концовку Демона-Принца.

Экран телефона снова моргнул. Борьба за правильное название чата вновь разгорелась с новой силой. На этот раз война была холодной, без потока брани и упреков со стороны Нокс. Демонетра уже не столь категорично называла всех аутистами, а себя королевой. Пошла, так сказать, на компромисс назвав то демонами Дзайбацу, то «Владыкой молока и его хвостатыми рабынями». Честно, даже с моим обширными знаниями о демонах похоти, мне пришлось задуматься, что означает этот Владыка молока. С одной стороны очевидно, с другой нужно иметь фантазию, чтобы так меня обозвать.

Нокс же уже из чистого принципа хотела отстоять честь её названия. Если Демонетра каждый раз придумывала что-то новое и уникальное, то она настаивала на одном конкретном названии. Довольно странном, но покажите пальцем на того, кто здесь нормальный?

Наконец победителем из этой дуэли вышла Нокс, а название чата закрепилось как «Пять дебилов и смотрящий». На этом бурление в чате закончилось и все участники разошлись по своим делам.

Посмотрев на время, отложил телефон. Ещё полтора часа до собрания. Чем бы себя занять?

Интересно, почему Нокс причислила себя к «дебилам»? Когда Демонетра попыталась унизить её, она стойко отстаивала границы. И почему остальные спокойно это восприняли? Гидеон ладно, у него на лице написано, что его мнение не стоит учитывать. А ещё этот «смотрящий». Меня действительно поставили за ними присматривать, но почему от этого титула так и веет тюремной романтикой?

За этими размышления, нашел в приложении внутреннее положение компании. Документ оказался толще, чем священное писание любой Церкви, и гораздо скучнее. Написан канцелярским языком, от которого глаза закрываются, и никаких интересных доказательств любви или ненависти нашей Матери к своим потомкам.

Под запретом было покушение на жизнь работников компании, но если апеллировать к японскому закону «Кандзюцу-но Дзио», то можно было нанести тяжелые травмы другому человеку почти без последствий. Убивать, конечно, всё ещё запрещено, но несчастные случаи тоже случаются, потому это самый простой способ избавиться от неугодного одаренного.

Пробежался глазами по штрафам внутри компании. Здесь был огромный разброс от потери очков ИДС до перевода в «подразделение по коррекции агрессивного поведения». Учитывая, что лаборатория по созданию гибридов называлась «испытательный полигон живого оружия», мне даже знать не хочется, что вообще значит «коррекция поведения».

Из интересного, куратором нашей группы значится Оками Рэйко и она входит в десятку самых могущественных представителей корпорации. Притом ближе к концу, так как она всё ещё считается новичком. Остальные кадры работают практически с самого основания компании, уже больше сорока лет.

Часы на стене показывали без пяти десять. Пора выдвигаться.

Накинув на себя домашнюю футболку и джинсы, вышел в коридор. Рабочий комбинезон оставил висеть в шкафу. Сегодня мне не нужен был образ раба компании. Меня итак уже все знают в лицо, а образ своего в доску парня может положительно сказаться на общей динамике наших отношений.

Коридор жилого блока был пуст и тих, но по мере моего приближения к общей комнате отдыха, что связывала два жилых блока на двадцать третьем этаже, я начал слышать взрывы и звуки стрельбы. Вместе с ними, сквозь звукоизоляцию комнаты, слышались также ликующие и яростные крики Демонетры, а также болезненные стоны игровых персонажей.

Я нажал на сенсорную панель у двери и та бесшумно разъехалась в стороны. Комната отдыха была просторной, оформленной в стиле хай-тек. Большой широкоэкранный телевизор был вмонтирован в стену, пара игровых консолей нового поколения стояли рядом. Несколько глубоких диванов и кресел раскиданы повсюду. Был также свой мини бар с автоматами по выдаче напитков и снеков. Вдали стоял стол для бильярда, настольные игры, очки виртуальной реальности и даже физические копии каких-то журналов с загадками или кроссвордами. На полу мягкий серый ковер, поглощающий звук. Спортзала только не хватает и сауны, но подозреваю они во второй комнате отдыха. В жилых зонах ведь две общих комнаты, и расположены они на разных концах Цитадели.

У телевизора, спиною ко мне и уставившись в экран, сидели двое подростков. Каждый с джойстиком в руках. На экране бушевала перестрелка в каком-то футуристическом городе. Демонетра, как всегда, была одета откровенно и вызывающе, но сегодня она лучше контролировала свою слизь. Гидеон же сменил свой европейский камзол на белый фрак и брюки. Странное сочетание, но его тело пластично, потому никакой скованности он не испытывал.

– Да какого хуя!? – яростно взревела Демонетра, продолжая жать на кнопки. Череп её персонажа лопнул, как переспелый арбуз, поймав пулю снайпера. – Кемпер сраный! Уже пятый раз ваншотом стреляешь! Ты читеришь, ублюдок мелкий! Признавайся, аим или вх!?

Гидеон молча покачал головой, не отрывая взгляда от действия на экране. Его персонаж, тем временем, методично захватывал контрольные точки противников. Оказывается они играли с ботами, в разных командах, разделив экран поровну. И как она только умудряется обвинять его в кемперстве, если знает, где тот находится?

– Не молчи, скотина! – она швырнула джойстик в диван, но тот мягко отскочил и скатился на пол. – Признавайся! Ты не можешь быть асом! Я ас, а ты мерзкий задротишка!

Девочка схватила мальчика за грудки и начала со всей силы трясти. Глаза Гидеона, похожие на два зеленых пузырика, смотрели на неё с легким налетом страха.

– П-прости... я просто... играю... – прошептал он так тихо, что его голос едва был разборчив из-за шума игры.

– Играешь!? – передразнила его Демонетра, начав ещё сильнее трясти. – Да у тебя навыки профи! Ты вообще в играх не шарил пока я тебе не научила! Признавайся, изменяешь мне да!? С кем ещё по ночам играешь? С этой сучкой Нокс!? Удавлю, падла!

– Не... изменяю, – прошептал он. – Играю... только с тобой...

– Заткнись. Вот просто заткнись, – прорычала она, повернувшись куда-то. – Точно знаю, что это она тебя поднатаскала. Хотела пробить меня на эмоции!? Поздравляю, ты это сделала, сучка! С самого утра меня бесишь! Че я тебе ваще сделала?

Мой взгляд скользнул дальше. В углу комнаты, на самом дальнем от телевизора диване, сидела фигура, закутанная в длинный черный плащ. Из-под глубокого капюшона светились два алых пятна, похожие на глаза. Фигура не двигалась, не издавала звуков. Просто наблюдала, и казалось, будто она вообще не дышит.

Я собирался сделать шаг вперед с намерением всех поприветствовать, как дверь за моей спиной снова открылась. В проеме возникла монументальная фигура Кагуи. На этот раз вместо спортивных шорт она носила черную ткань, под которой были только бинты. Рубашки никакой нет, ведь грудь также была обмотана похожими бинтами. Но больше всего интереса вызывало то, что она держала подмышкой.

Рин, которого девушка крепко держала, уже перестал сопротивляться. Болтался как куль с картошкой, смотря своим слепым взглядом куда-то вперед.

– Сказал же, сам дойду, – тихо прошептал он.

– Я это три раза уже предлагала. Ты отказался, – спокойно ответила Кагуя, продолжая шагать к центру комнаты. В её голосе звучала решительность, которой раньше не наблюдалось.

Она прошла мимо меня, не удостоив взглядом. Подойдя к дивану, она просто швырнула поклажу на мягкую обивку. Паренек рухнул, а из его рта вырвалось что-то среднее между болезненным и разочарованным стоном. Его как котенка маленького притащили, а он ничего не смог сделать. И всё это произошло на глазах у людей.

– Я это запомню, – прошептал он, а его слепые радужные глаза уставились прямо на неё.

– Запоминай сколько угодно. Тебе номер комнаты подсказать? – съязвила она, повернувшись ко мне. – Привела. Очки симпатии можешь оставить себе. В постель к тебе не прыгну, даже если миллиард подаришь.

Шум на мгновение стих. Демонетра поставила игру на паузу, уставившись на новоприбывших. Гидеону тоже пришлось обратить внимание, хоть он и хотел продолжить игру. Глаза Нокс блеснули в темноте капюшона, и если бы я не знал про её особенность, подумал бы, что она тихо смеется.

Мне было трудно сдержать ухмылку. Отличная работа, Кагуя. Без лишних разговоров выполнила моё поручение, хоть и не обязана была этого делать. Просто идеальный кандидат на роль моего телохранителя. Наверно первым делом обработаю её, чтобы она защищала мою слабую тушку от того же Рина. Чувствую, с ним у меня возникнет больше всего проблем.

Сделав несколько шагов вперед, я встал в центре комнаты и, хлопнув в ладоши, привлек внимание всех людей в комнате. Пять пар глаз уставились на меня. Кто-то с ненавистью, кто-то с опаской и интересом, а кто-то Рин. Ему просто было плевать на очередного уборщика.

– Ну что, – сказал я, подходя ближе к дивану, вокруг которого собралось большинство гибридов. – Теперь все в сборе. Значит можно начинать наше собрание. Присаживайтесь поудобнее. Разговор обещает быть долгим.

Глава 4

Встав прямо перед телевизором, мой взгляд скользнул по головам всех присутствующих. Остановился только на Нокс, что сидела в дальнем углу, закутанная в черный плащ с головы до ног. Я кивнул ей, приглашая подойти ближе.

– Присоединяйся к остальным, – сказал я, рукой указывая на свободное кресло.

Она даже не шелохнулась. Молчание затянулось на несколько секунд. Но я продолжал сверлить её взглядом.

Наконец Нокс медленно поднялась со своего кресла. Её движения были плавным и бесшумными. Плащ не шелестел, звука шагов не слышно, и даже дышала беззвучно.

Она прошла несколько шагов и опустилась на диван рядом с Кагуей, сохраняя дистанцию в полметра. Сидела прямо и неподвижно, руки сложены на коленях. Взгляд неотрывно наблюдал за моим лицом.

– Спасибо, – кивнул я, полностью удовлетворенный увиденным. Хотя мне было интересно, почему она променяла свободное кресло, сев рядом с Кагуей.

Мой взгляд скользнул по остальным. Демонетра и Гидеон сидели на одном большом диване, практически прижавшись друг к другу. Рин сидел на противоположном конце дивана, словно чужеродный вирус, ворвавшийся в их маленький мир. Кагуя и Нокс занимали другой диван, создавая ещё одну отдельную группировку.

Пять человек. Пять уникальных гибридов, и между ними выстроены огромные стены. Они находились в одной комнате, но каждый в своем собственном мире. Близость друг к другу показывает лишь небольшой намек на симпатию. С этим уже можно работать.

– Прежде чем начнем, позвольте снова представиться, – сказал я, привлекая внимание, начав медленно расхаживать из стороны в сторону. – Зовут меня Сато Акира. Единственный сын хозяйки суши бара, Сато Кейко. Был несносным ребенком, что постоянно трепал нервы матери. Наркоман, потенциальный убийца отца, растлитель малолетних, – язвительно усмехнулся я, заставляя задуматься, сколько вообще правды было в моих словах. – Лишь недавно взялся за ум и устроился в единственное место, где мне были рады. Но хоть я и величайший отброс Японии, убирать срач в вашей комнате не собираюсь. Это ваша комната. Ваше убежище. Ваша ответственность.

– И нахрен нам такой уборщик тогда нужен? – фыркнула Демонетра, достав из кармана телефон и начав двигать по нему пальцем.

– Мне плевать, что ты думаешь, – мой тон зазвучал тверже, из-за чего её палец на секунду замер на экране сматфона. – Убери гаджет, когда с тобой взрослые разговаривают.

Она оторвалась от телефона, уставившись на меня с изумлением. Её глаза почернели, хвост начал стучать по подушкам дивана, а слизь начала капать с кончиков пальцев. Кажется, я понял принцип работы её мутации, и почему она стала лучше её контролировать после показательной порки.

– Ты обкурился? – спросила она, сморщив свой маленький носик. – Твоя работа тогда в чем заключается? Смотреть порно и дрочить от своей уникальности? Я Рэйко пожалуюсь, что ты нас унижаешь и от работы отлыниваешь.

– Отлично. Могу прямо сейчас её позвать. Выскажешь всё, что думаешь обо мне, – я заметил, как уверенность в глазах Демонетры пропала. – Запомните, я вам не слуга. Я ваша новая мама и ваш новый папа в одном лице. Также ваш тренер, наставник и, если потребуется, подушка в которую можно поплакать. Моя задача – вылепить из вас, кучки инфантильных нытиков, настоящую личность. Силу, с которой будут считаться все в этом мире.

Слова повисли в воздухе. Я видел, как моя речь отскакивает от них, как горох от брони. Демонетра снова фыркнула, скривив губы. Гидеон опустил взгляд, не решаясь смотреть в глаза страшного взрослого. Даже Кагуя напряглась, ведь не ожидала, что с ней будут обращаться, как с маленькой. Одной только Нокс было плевать, ведь она на своей волне, а вот Рин резко подскочил с дивана, намереваясь уйти.

– Только время зря потерял, – прошипел он, сделав уверенный шаг в сторону выхода. – И ради этого меня разбудили? Ради очередного придурка, который мнит из себя непойми что.

– Прижал свою жопу, быстро! – приказал я, а его волчьи лапы, очередное последствие нестабильно мутации, замерли в воздухе. – Ты уйдешь только тогда, когда я скажу.

– А если не сяду? Что тогда? – спросил он не оборачиваясь, но плечи напряглись. Руки начали слабо подрагивать, готовые вырвать кадык наглому человечишке.

– Знаешь, не тебе, слабому звену, качать здесь права.

Он резко обернулся. Его лицо исказила гримаса ярости. Слепые глаза сверкали всеми цветами радуги. Внутри бушевала буря из эмоций.

– Слабое звено? – его шипение звучало грозно, а губы оттянулись, обнажив пару острых клыков на месте зубов. – Ты в своем уме? Я сильнее большинства здесь. И уж тем более сильнее тебя, безродный ублюдок. Я могу разорвать тебя на кусочки даже без использования дара.

– Вот он, величайший герой. Гражданского может победить в честной дуэли, – в моих словах скрывалось столько яда, что можно было утопить даже огра. Но пока он вновь не начал рычать, я добавил. – Ты слабее Кагуи. Это факт. У Гидеона больше уникальных способностей. Для тайных операций ты бесполезен из-за своей слепоты. Ты – тупой таран, которых миллионы по всему миру. И даже среди них ты посредственность. Твой B ранг может и силен среди неудачников, но сколько там одаренных выше тебя? Если брать весь мир, тысяч десять наберется.

Рин замер. Его дыхание участилось, злобный оскал испарился. Я видел, как по его рукам пробежала ещё одна дрожь. Это была бессильная злость, которую он вполне мог направить против меня, чтобы заставить меня замолчать. Он хотел что-то сказать, возразить, но слова застряли в горле.

– Может сильнее меня полно одаренных, но я точно не слабак. Чего до Демонетры не докапываешься? – наконец выдавил он, тыкая пальцем в слабую девочку. – Какая в ней сила? Её гипнозом только курицам мозги промывать, а её вонь работает только на слабаках, которых и без её участия можно прикончить. Или выпытать информацию, если говорим о людях.

Демонетра вскрикнула от возмущения и вскочила с дивана, но мой резкий жест заставил её прижать свою пятую точку. Сейчас взрослые разговаривают. К тому же, она уже знала, что делать меня врагом опасно для психики.

– Ты сейчас серьезно пытаешься поднять свою значимость за счет маленького ребенка? – я не удержался от того, чтобы закрыть рукой лицо. Рин тоже понял, какую глупость совершил, заметив глаза остальных гибридов. – Её создавали с одной единственной целью – сбор информации и тонкие манипуляции противником. Да, может сейчас она и слаба, но её потенциал выше любого рубаки. Повторяю ещё раз. Тебя заменить может любой одаренный. Она же уникальна. Единственная в своем роде. Персонаж поддержки.

– Зато я, слепой слабак, вижу мир лучше остальных, – прошептал он, понимая, что был загнан в угол. Уверен, он хотел похвастаться своей способность. Рассказать каким образом, несмотря на свою слепоту, ориентируется в пространстве. Но разве я могу дать этому ничтожеству шанс отбить пару позиций?

– Ты выпускаешь свою ауру во все стороны, как какой-то лихач, что поздней ночью включил фары на полную мощность – с легкой насмешкой раскрыл я его самую главную тайну. – Да, ты прекрасно видишь всё вокруг себя. Но и тебя тоже видят за версту. Любой одаренным с базовым восприятием заметит тебя быстрее, чем ты его. Ты никогда не думал, почему у тебя не получается подобраться к чудищам со спины? По глазам вижу, догадывался, но не хотел думать об этом. Ведь это твой козырь. Единственное, в чем ты хорош. Ой, а что если не один ты такой уникальный? – моя улыбка стала ещё злее и я просто посмотрел на Нокс, не давая никаких тайных знаков.

Тишина после моих слов стала густой. Казалось, она может продлиться пару минут, ведь мне больше нечего было сказать. Рин же был неспособен подобрать челюсть с пола, осознав, что был разбит по всем фронтам. И вот в эту взрывоопасную тишину вмешался посторонний голос, который всё это время молчал.

– Согласна, – сухой, монотонный голос Нокс встал на мою сторону. – Из него плохой убийца.

– Что? – выдавил тот из себя, искренне недоумевая какого черта на него взъелась эта ледышка.

– Аура. Я всегда её видела. Но зачем рассказывать очевидное? – склонила она голову набок. – Он выделяется. Как сотня прыщей на носу пубертатной школьницы.

После её резких слов, сказанных будничным тоном, в комнате повисло очередное молчание. Только сдавленный смешок Демонетры на секунду нарушил устоявшуюся тишину. Оно и понятно. Она сама хотела покрыть его бранью, но сделала ставку на меня и сорвала джекпот.

– Заткнись, – прошептал он. Его плечи дрожали от свалившейся порции унижений.

Вместо ответа Нокс нагло просканировала всю его ауру своей. Любой, кто в этот момент следил за их перепалкой, осознал, что мастерство девушки находилась на недосягаемой для него высоте. Она пользовалась ей как радаром. Один раз просканировала всю эту комнату и отключила.

– Это базовая техника, которой может научиться любой, – решила добить она. – Её тоже легко заметить, потому я предпочитаю использовать ауру иначе.

Насколько иначе она не стала объяснять, ведь чтобы понять это, нужно видеть эту самую ауру. Среди моих подопечных таких гениев пока нет. Они ауру Рина с трудом замечали, пока их носом не ткнули в очевидные факты. И даже мне такое пока недоступно из-за разрушенного ядра. Однако у меня было парочку мыслей, как Нокс могла использовать ауру в шпионаже. Если это правда, она ещё более пугающая, чем казалась на первый взгляд.

– Хватит! – неожиданно закричал он. Голос его едва не сорвался на визг. Его взгляд метался между людьми, что выбрали его своей жертвой. – Ты собрал всех только чтобы унизить меня? На глазах всех растоптать мою гордость, как какой-то шакал?

– Ты бы ещё себя с гордым львом сравнил, – усмехнулась Демонетра, закрыв рот ладошкой. Я же медленно кивнул, со словами.

– Да, это стояло отдельным пунктом в моем ежедневнике, – Рин аж подпрыгнул от моего наглого тона. – Но не считай себя уникальным. Сегодня пострадал ты. На следующем собрании роль жертвы достанется другому. Ничего личного, просто каждый будет отвечать за свои проступки. Ты хотел проспать, хотя тебя вежливо попросили прийти? Моё сообщение ты конечно мог не заметить, но Кагуя вежливо передала мою просьбу. Вместо утренней чашечки кофе ей пришлось работать эвакуатором для одного наглеца. Неужели ты думал, что я закрою на это глаза?

– Какой ты нахрен учитель, раз ломаешь своих подопечных? – насупился он, однако я лишь посмеялся.

– А ты хотел, чтобы я был обычным уборщиком, которые дохнут как мухи и об которых можно вытирать ноги? – я перевел взгляд на побледневшую Демонетру. Её пальцы вцепились в рукав Гидеона. – Одна чертовка вчера тоже получила свою порцию наказания. Физическое, но это не мой стиль. Для каждого у меня будет свой подход. Не только в области наказаний, но также и поощрений. Про игровой аккаунт Демонетры мы уже говорили. Как насчет того, чтобы лишить Нокс спасительной тьмы, установив яркий прожектор, который можно отключить лишь из моей комнаты?

– Не надо, – монотонно прошептала она, но глаза отвела в сторону, ведь в них, скорее всего, можно было прочитать страх.

– Я знаю вас всего пару дней, но уже придумал по три индивидуальных наказания каждому, – моя улыбка стала совсем хищной. – И знаете, что я придумал, чтобы уж точно применить свои наработки? Коллективную ответственность.

– Не надо, – снова прошептала Нокс, видимо только она догадалась, что дальше будет.

– Теперь каждый из вас отвечает за присутствие другого на наших собраниях.

Моё решение прозвучало как гром среди ясного неба. Я прошелся по их лицам, выдерживая паузу, а затем мой палец уставился в Рина.

– Ты будешь следить за Демонетрой, – я перевел палец на девочку, на лице которой застыла кривая ухмылка. – Ты же будешь следить за Нокс...

– Не надо, – в очередной раз прошептала темная фигура в плаще, что поддержала Демонетра словами «Да за шо?».

–...Нокс будет следить за Гидеоном. Он, в свою очередь, за Кагуей. Что до тебя, – я посмотрел на неё, уже зная, как использовать заработанные ею очки симпатии. – На тебе Рин, но так как ты отличилась сегодня, можешь один раз забить на него. Наказание получит он.

– Эй, что за херня? Это произвол! – закричала самая главная жертва нашего собрания.

– Надеюсь теперь все понимают, что моя симпатия дорого стоит, – обратился я к каждому, заметив в их глазах то, что и следовало ожидать. Недовольство, жажду бунта и лишь пару мыслей, что за следующие очки симпатии они будут сражаться до потери сознания.

– Это бред! – выпалила Демонетра, топая ногой. Огромная порция слизи брызнула на диван и ковер. – Эта сучка намеренно будет пропускать собрания, чтобы надо мной издевались. Ты ведь хочешь, чтобы мы все приходили по первому зову? Измени порядок!

– Ей ведь тоже максимально насрать на меня! – Рин ткнул пальцем в демоницу, явно не желая во второй раз становиться жертвой собрания.

– А кто сказал, что я хочу присутствия каждого? – спросил я, удивленно задрав бровь. – Всё, что мне надо, мы обговорим на этом собрании. Ваше присутствие на следующих сборах на вашей совести. Условно-добровольное, я бы так это назвал. Если придете – молодцы, похвалю даже, а если нет... Ну, вы сами творцы своей судьбы. Знали на что подписываетесь. Я всё сказал.

Тишина после моих слов продолжалась ещё несколько секунд. Я не стал её нарушать, пускай переваривают новую информацию. Игры закончились, когда я появился. Никаких больше случайных смертей старших уборщиков. Никаких наматываний соплей на кулак. В запасе у меня всего пару месяцев до международного саммита. За это время я должен вдоволь наиграться в командующего и восстановить ядро.

– Отлично. С базовой дисциплиной разобрались, – сказал я, снова начав расхаживать перед ними, как учитель в школе. – Теперь переходим к следующим правилам. Правило номер один. Вы обязаны говорить о своих слабостях. Неважно, что именно: мигрень, температура тридцать семь и семь градусов, запор, понос, золотуха – обо всём этом вы рассказываете мне, или тому, кому доверяете. Даже если ночью рыдаете в подушку от неразделенной любви. Если узнаю, что держите в себе – накажу.

– Ага, конечно. Буду малознакомому мужику душу изливать, – тут же фыркнула главная язва отряда, скрестив на груди свои руки. – Ты в своем уме? А если у меня месяки наступили? Сразу к тебе бежать?

– Да, – сказал, как отрезал. – Идеального примера и придумать сложно. Это повлияет на твою боеспособность. Представь, тебе сказали убить слабую тень, а тебя даже двигаться тяжело из-за боли. И вот мы получаем труп одной идиотки, которая забыла сообщить своему куратору, что её нельзя отправлять на задания. Запомни, моя цель не просто покопаться в твоих трусиках. Потому я и сказал, что можешь кому-то другому рассказывать о своем самочувствии.

– А если... – тихо начал Гидеон, однако пока он боролся со своей неуверенностью слово взяла Кагуя.

– Он прав. Когда я была главной, я такое же правила ввела. Один раз у Томоэ рука болела. Старая травма, но из-за этого её удар получился слабее и мы не смогли обезглавить короля моря одним ударом. Были жертвы, – закончила она, подняв лицо к потолку, вспоминая кое-что неприятное.

В комнате снова стало тихо, как-никак даже самый черствый человек здесь не станет смеяться над невинными жертвами. Теперь моё правило обрело больше веса, и от него уже нельзя так легко отмахнуться.

– Спасибо, Кагуя, – я кивнул ей. – Именно так. Ваши слабости – это не только ваша личная проблема. Это уязвимость всей команды. Но чтобы никто из вас не злоупотреблял этим правилом, вводим второе. Соблюдаем личные границы. Если вам кажется, что ваш товарищ что-то скрывает, не устраивайте ему допросы с пристрастием. У каждого из вас есть дерьмо в прошлом. Зачем далеко ходить? Про своё дерьмо я уже рассказал. За мной менты гоняются не один год, и половина их претензий оправдана. Но я говорю это вам открыто. Если не хотите что-то рассказывать, не рассказывайте. Базовые человеческие права у вас никто не отнимал.

– Что за тупость? – заметил Рин, уже без прежней агрессии, но с изрядной долей сарказма. – Определись уже. Выкладывать все тайны на стол или хранить как зеницу ока? А если я буду швырять вторым правилом налево-направо? Забьешь на него и сам устроишь допрос? Ты ведь у нас неприкасаемая особа.

– Верно, я неприкасаемый, и если возникнет потребность, позову менталистов, чтобы взломать вашу голову, – от моей наглости все поперхнусь, ведь они привыкли, что подобные нюансы умалчиваются. – Чтобы подобного не происходило, важно сделать небольшое уточнение. Вы лезете с вопросами только в том случае, если чувствуете, что кто-то нарушает первое правило. Когда человек болен, по нему видно. Когда его грызет совесть или он страдает от внутренних демонов – это тоже заметно. В других случаях, если вы не совсем уверены, что есть угроза для миссии, лучше следовать второму правилу. Целее будете.

– А если... кто-то плачет... в углу... – тихо спросил Гидеон, боясь смотреть на меня.

– В таком случае лучше позвать меня.

– Почему? – спросил он. – Вы же... сказали...

– Потому что это явная манипуляция и за такое я буду наказывать, – обвел я глазам всех, уделив особое внимание Демонетре. – Конечно есть шанс, что человек действительно страдает так сильно, что не может сдержать эмоций. Но куда вероятнее сценарий, что тобой просто хотят воспользоваться. Потому лучше спроси совета у меня, а не иди на поводу у злобной маленькой стервы.

– П-понятно, – прошептал он, боясь смотреть на свою подругу, что злобно косилась на него. Вот не раскрой он своего рта, она смогла бы использовать эту лазейку. Вернее, она так думает, ведь она у меня на особом счету и после первого же подобного случая, я бы выломал дверь в её комнату. Посмотрим как она в свой хентай играть будет, когда каждый, проходя мимо, сможет заглянуть и узнать, чем таким интересным она занимается в своей комнате.

– И последнее правило на сегодня. Самое простое и древнее, как сам мир, – я сделал паузу для пущего драматизма. – Рука руку моет. Помогаем друг другу без веры, что получим награду сегодня. Но не потому, что я так сказал. Сегодня ты подстраховал Гидеона, когда он был не в лучшей форме, – окинул я взглядом забитого Рина. – Завтра Гидеон прикроет тебя, когда оступишься и лицом поймаешь удар. Это не благотворительность. Это холодный, прагматичный расчет.

– А если я буду помогать каждому, но никто не поможет мне? – спросила Кагуя, но лучше бы она продолжала тихо сидеть и слушать.

– Я знал, что вы стадо эгоистов. Заставить вас полюбить друг друга невозможно. Могу лишь попытаться, – устало вздохнул я. – Будете вставлять палки друг другу в колеса, получите наказание. Замечу, что только получаете добро, но не отдаете – тоже огребете по первое число. Однако не только кнутом были едины. Помимо системы наказания, кое-кто уже успел опробовать систему поощрений. О да, те самые очки симпатии, набрав которые можно меня соблазнить, – я посмотрел на Демонетру, что смущенно уставилась в пол. – Просто живите по справедливости. Помогайте друг другу. Не вредите. Не воруйте. Соблюдайте личные границы, и самое главное, не унижайте достоинство друг друга. Вы все здесь равны. В моих глазах так уж точно. Плевать на этих корпоратов. Они сидят где-то там и смотрят на цифры. Не их лица вы видите каждый день, и не они прикрывают вам спину, когда злобная тень хочет отгрызть ваше милое личико.

Я видел, как они обмениваются короткими взглядами, видимо только-только осознав, что дороже у них никого нет. Ведь кто поймет их проблемы лучше другого гибрида, на котором ставили опыты? И вроде эта мысль очевидна, но жизнь научила их, что доверять можно только себе.

– Эмм, а что там по наградам? – неуверенно подняла ручку Демонетра. – Извращенный гуру-хентай купишь? Мне такое не продадут.

– Посмотрим. Если хорошо себя покажешь, можешь хоть лично в этой мерзости поучаствовать.

– Серьезно? – спросила она. – Это как?

– Найдем пару придурков, которых не жалко, и утолим твои фетиши.

– Эмм, а знаешь, чет мне теперь страшно тебя злить, – сказала она, рефлекторно поджав колени к груди. – Жизнь же священна, не? Так все люди до тебя говорили.

– Херню говорили, – бросил я, поучительно подняв палец вверх. – Из вас слепили живое оружие. Отняли у вас детство или же будущее, – обвел я глазами сначала детей, а после уже взрослых гибридов. – Вас не считают людьми. Чистокровные считают свою жизнь намного важнее вашей. Не стесняются называть вас в лицо грязными монстрами. Почему вы должны относиться к ним лучше?

– А... А можно... котенка... домой? – тихо пробурчал Гидеон под нос.

– Сомнительно, но я что-нибудь придумаю. Чем больше у вас заслуг, тем выше моё положение в корпорации. Руку руку моет, – улыбнулся я, ведь в своем роде тоже применял третье правило. – Можете даже деньги у меня попросить, чтобы отправить семье. И да, не смотри так на меня, – кивнул я Рину. – Я, конечно, людоед в твоих глазах, но своё наказание ты уже отработал. Сегодня начнем все с чистого листа. Кроме Кагуи, у неё все ещё защита от одного наказания.

Рин притих, но его уши навострились, уловив суть посыла. Попал я точно в цель, в его главный мотиватор. Он ведь даже своё тело на опыты продал ради поддержки семьи. Глупое решение, ведь семье можно было иначе помочь, но прошлого уже не вернуть.

– Думаю суть системы понятна. Вредишь команде? Страдает твоя самооценка и психика. Поступаешь как хороший товарищ? Помогаешь, выслушиваешь проблемы? Будешь купаться в роскоши. И первая проверка командного духа пройдет сегодня. Через час вы отправитесь на задание в полном составе.

– Что? – мое заявление произвело эффект разорвавшейся бомбы. – Какое задание? Мы не готовы!

– Тем лучше для меня, – кивнул я своим мыслям. – Посмотрим на вас, когда вы совсем не готовы. Сделаем парочку фотографий, чтобы через месяц сравнить как было до моего появления и после.

– Ты демон! – прошептала Демонетра, и что удивительно, Нокс её поддержала, также шепотом обозвав меня демоном.

– Благодарю, – я спокойно принял их комплименты. – В общем, у вас час на сборы, а я пока узнаю какие миссии вообще существуют.

– Бляяя! – схватилась за лицо самая шумная из компашки. – Он ещё даже не знает в какую жопу нас отправит. Можно меня прямо здесь прикончить? Кагуя, долбани меня со всей дури кулаками. Хочу в медпункте отлежаться.

– Убить тебя? Это я с радостью, – прошептала Нокс, готовая подняться с дивана.

– На этом собрание закончено, – подвел итог я, не желая участвовать во всем этом цирке. – Жду здесь ровно в двенадцать часов во всеоружии.

Глава 5

Броневик был просторный, как лимузин для новобрачных, только с меньшим количеством блестяшек и большим количеством сенсорных панелей.

Я устроился на мягком кожаном кресле рядом с водителем, представившимся как Кодзима. Молчаливый тип с припаянным к уху наушником. Он не стал со мной болтать, а я и не настаивал. Мне и так было чем заняться в дороге.

Пока микроавтобус плавно выруливал из подземного паркинга Дзайбацу и мчался между дневным потоком машин, которых всё равно было слишком много для дневного Нью-Токио, я потихоньку вчитывался в инструкцию эксплуатации дрона. Он был похож на маленький компактный шарик, способный удаляться от своего оператора больше чем на сотню километров. Заряда хватит на несколько часов беспрерывной работы, потому когда мы добрались до места, я открыл специальный маленький люк на крыше, выпуская на свежий воздух свою новую игрушку.

На планшете, встроенном в панель передо мной, замигало изображение. Сначала были видны расплывчатые силуэты небоскребов вдали, а потом появилась четкая картинка с высоты птичьего полета.

Пять знакомых фигур в черной форме с золотыми крестами на коленях и рукавах нестройной кучкой продвигались по рисовым полям обычной деревни. Порталы здесь открывались с завидной регулярностью. То пара голодных теней неожиданно выскочит, то стая прямоходящих акул в дверь постучится. Сегодня, вот, демоны на огонек пожаловали, потому ничего удивительного, что гражданское население уже покинуло местность, запросив помощь у корпораций.

Выбор миссии действительно дался непросто. Рэйко предоставила мне доступ к целой сотне контрактов разной степени угрозы и важности. Большинство контрактов можно было разделить на три типа: зачистка теней, истребление морских обитателей и унижение одаренных других корпораций.

На теней было слишком опасно отправлять толпу неудачников. Демонетра же демон, а значит тени достаточно просто коснуться её. Против других одаренных тоже не поставишь. В сражении стенка на стенку важна командная работа, а у меня нет уверенности, что в этом плане всё пройдет хорошо. Оставались лишь морские обитатели, думал я, пока не увидел один единственный контракт на истребление низших демонов. Это ведь просто идеальная груша для битья. Физической силы мало, особых способностей тоже, и даже если объявится старший демон, у нас под рукой были Кагуя с Гидеоном.

– Задание простое, – пробормотал я в микрофон, что был подключен к наушнику каждого подопечного. – Через двадцать минут портал взорвется и выплюнет демонов. Ваша задача перебить их и собрать трофеи. Если я увижу какую-то очень неприятную пакость, я подскажу как с нею сражаться.

Спустя минут десять из алого разрыва в пространстве, мерцающего в паре метров над землей, вывалилось несколько низших демонов обжорства. Толстые, обрюзгшие твари с огромными ртами и короткими лапами. Их мутные зеленые глазки сразу заметили живую добычу. Маленькие смешные крылышки на спине захлопали в предвкушении сытного ужина.

Следом за пятеркой демонов обжорства выскочило больше двадцати низших суккубов. Кожа покрыта черным глянцевым минералом, похожим на дешевый аналог обсидиана. На разных участках кожи, индивидуально для каждого демона, мелькали алые прорези, похожие чем-то на татуировки. Вместо глаз – пара красных фонарей, а вместо лица черная пасть с острыми, обсидиановыми зубами.

Последним из портала вышел старший демон гнева. Двухметровая гора ржавого меха и мышц. Серая кожа покрыта огромным количеством шрамов и струпьев. Его маленькие свиные глазки смотрели на мир через призму всепоглощающей ярости. Но несмотря на свой гнев, он что-то прохрипел остальным демонам и те беспорядочно рванули вперед.

– Не бойтесь. Эта верзила всего C ранга, – успокоил я, ведь они впервые видели подобного демона и не знали, что от него ожидать. – Этот может только тесаками своими рубить. Если вам кажется, что он что-то говорит, забейте. Командир из него никакой, но если он начнет нечленораздельно рычать... Бегите так, словно Кагуя с катушек слетела.

Первой в бой ворвалась Кагуя. Её катана описала широкую духу, с легкостью рассекая пополам одного из демонов обжорства. Зеленоватая вонючая кровь брызнула фонтаном.

Нокс, как тень, проскользнула мимо другого демона. Запрыгнув на спину жирдяю, из её ладоней вырвалась пара костяных шипов. Недолго думая она вонзила их в его зеленые глазки, удлинив свои шипы ещё сильнее и поразив его мозг.

– Бля-я-я, ну почему они такие мерзкие? – закричала Демонетра, наблюдая, как зеленая демоническая кровь плавит землю у них под ногами. – Они воняют. Не хочу. Не буду.

– Не беспокойся, у тебя полно других целей, – усмехнулся я, хоть она этого и не могла видеть.

– В каком плане? – спросила она, и по камерам я увидел, как все двадцать демонов похоти бросились прямо на неё, игнорируя даже Рина, что мастерски обезглавил одного обжору и теперь вонзил свой короткий клинок в спину одного из суккубов. – Бляяяя! Да за шо!? Я вас ваще не трогала!

Это была даже не охота, а какой-то хаотичный ураган из клыков, когтей и примитивных ударов оружием. Магией практически никто и не пользовался. Во-первых, конкретно этим демонам не дано колдовать. Моим подопечным в этом плане тоже не повезло. Боевой магией владели только двое, и если Нокс не видела смысла использовать магию смерти, то вот Гидеона просто никто не учил магии. Ну да, откуда людям знать, что у королей слизи была своя, уникальная магия? Я вот знал, но раскрывать свои тайны пока не намерен. А то позовут менталиста, чтобы выведать все мои тайны. Не хочу становиться овощем из-за человеческой жадности.

Кагуя разрубила еще одного демона обжорства, продвигаясь ближе к старшему демону. Её катана жаждала крови самого опасного противника.

Поняв, что дело пахнет жареным, тот призвал ещё с десяток обжор, однако что толку? Кагуя отрубила им руки и ноги, а позднее подоспевшая Нокс закончила начатое. Где-то там тусовался и Рин, который умудрился оттянуть на себя несколько демонов обжорства и убить в спину ещё пару суккубов. Забавно, что один раз Кагуя чуть не прибила его, ведь он подошел слишком близко и девушка в пылу битвы замахнулась катаной в его сторону. Кавардак, одним словом.

На другой стороне битвы была Демонетра, что визжала от страха и отвращения, кидая в толпу демонов сгустки слизи. Убегала и кидала их через плечо с надеждой, что кто-нибудь да попадется. В этом ей также помогал Гидеон, который бросался грудью на амбразуру, когда его любимую девушку всё-таки догоняли и хотели разорвать на куски. В этот момент вся его скромность исчезала и он убивал демонов самым кровавым способом. Полностью обволакивал тело и скручивал, как мокрую тряпку, ломая все кости в телах слабых суккубов. На брызги кислотной крови изо рта ему было плевать, ведь его регенерация быстро восстанавливала поврежденные участки тела.

– Ребят, у вас проблемы, – сказал я, фиксируя по датчикам появление ещё одного портала. – Хотя нет, ложная тревога. Просто будьте готовы, что вам на голову свалится чуть больше демонов.

– Гид, слева! – неожиданно крикнула Демонетра, увидев, как непонятно откуда появился ещё один портал и оттуда выпрыгнул ещё один демон обжорства. Тот несмотря на свою тупость замер, словно сам не ожидал, что попадет в наш мир. Гидеон тоже замер, забыв про суккубу, которую намеревался располовинить клинком слизи, что заменила руку.

Демон со слизью пару секунд молча смотрели друг на друга не понимая, как дальше быть. Наконец Гидеон сообразил, что врагов надо бить, а не строить им глазки. Спустя секунду его острые клинки выпотрошили толстого демона, отделив все конечности от основного тела.

– Дебил бля! Памаги! – кричала Демонетра, что всё это время спасалась бегством от низших суккубов. И Гидеону пришлось вновь брать на себя роль рыцаря, защитника слабой принцессы.

Битва длилась недолго. Низшие демоны были расходным материалом. Жители Ада их вообще за демонов не считают. Одной только Кагуи за глаза хватало, чтобы расправиться с ними. Нокс же могла спокойно уничтожить старшего демона, что она и сделала, направив в его сторону костяные клинки и выстрелив ими со сверхзвуковой скоростью.

Пара костяных шипов пробила голову демона навылет, оборвав цепь командования, но оно итак было никудышным. Ну не годятся демоны гнева в полководцы. На что тот вообще рассчитывал, когда вторгался на Землю без участия королей или хотя бы других старших демонов?

Когда всех обжор перебили и старший демон гнева перестал постоянно звать подкрепление, весь отряд смог сконцентрироваться на помощи Демонетре. Та начала крыть матами всех, особенно Рина. Она ведь видела, что ему нехрен было делать в той стороне, но вместо помощи ей, он только и искал шанс присвоить себе победу над самым опасным демоном.

– Идиоты! Козлы! – подытожила она свой яростный спич, обращаясь уже непонятно к кому. – Вы это видели? Эти вонючие суккубы! Они только на меня и кидались! Даже Гидеона били только потому, что он стоял буквально у них на пути!

– Действительно странно, – прошептала Кагуя, выдыхая адреналин и успокаивая нервишки. – Акира? Ты у нас знаток демонов. Почему они невзлюбили нашу демоницу? – спросила она в микрофон.

– Демонетра, хватит истерик, – мне оставалось только вздохнуть, понимая что сейчас начнется скучная лекция. – Всё дело в зависти. Ты демон похоти, они тоже демоны похоти. Лилимы и суккубы – непримиримые враги. Ты более совершенна в глазах любого суккуба. Тебе проще стать королевой. Им же для этого нужно страдать и продираться через тернии к звездам. Короче, в демонической иерархии ты стоишь выше, вот их и переклинило чутка. Считай это комплиментом своему таланту.

– В пизду такие таланты! – прокричала она так громко, что мне пришлось убавить громкость. – Тоже мне достижение быть лучше шлюх в постоянной течке.

– Ты тоже в постоянной течке, – напомнил я, заставив её смутиться.

– Это другое!

– Ага, конечно, – прошептал я, переключаясь на общую похвалу. – В общем и целом, неплохо. Командная работа хромает. Очень сильно хромает. Однако вы умудрились выйти победителями, при этом не поубивав друг друга. Лишь иногда мешались под ногами, но это дело поправимое. Поверьте, это уже невероятное достижение. Примите мою похвалу.

– Издевается, падла, – прошептал Рин, которого один раз чуть не порубили катаной.

– Конечно издевается. Это же Акира, – кивнула в подтверждения Кагуя. Нокс также подтвердила всего одним словом «Согласна». Эх, зря они сомневаются. По сравнению с трудовым лагерем вольных охотников Новосибирска, они действительно ничего. Как вспомню, что там свои же товарищи могли случайно боевой магией в спину ударить, аж в дрожь бросает. И ведь тогда нашими противниками были обычные манекены, а не толпа злобных демонов.

– Ладно, хватит своему доброму дяде смотрителю косточки перемывать, – мой голос звучал спокойно. На камерах можно было увидеть, как толпа моих подопечных смотрит в камеру и бурчит под нос что-то вроде «Добрый? В каком месте?». – Приступаем к сбору трофеев. Рога низших суккубов отломать у основания. Они очень хрупкие и дорогие, так что осторожнее с ними. У старшего демона гнева вырезаем ядро. Если не ошибаюсь, оно находится там же, где сердце у человека. Не перепутайте с настоящим сердцем. Этот чернослив нам не нужен.

Я увидел по камере, как Рин, сидевший на корочках возле трупа одного из демонов обжорства, резко поднял голову. Его мутные глаза ничего не видели, но он всё равно уставился в объектив.

– С ядром всё понятно, а рога то зачем?

– Помогает при мужской немощи, – честно ответил я, вспоминая о чем говорили древние алхимики. У них даже веселая песенка была? Вроде что-то там про растереть в порошок, смешать с чудодейственной травушкой и занюхнуть дорожку, а потом на бабу прыг. Чего ещё ожидать от стариков, что всю жизнь провели в закрытых лаборатория с такими же стариками?

– А можно оставить себе парочку? – с огнем в глазах спросила Демонетра, но вместо меня ответила Кагуя.

– Нет. Всё на продажу.

– Фу, душнила! Потому-то у тебя и нет мужика, – фыркнув, она не стала настаивать. Всё же большинство подобных запросов она проговаривает чисто для галочки.

– Ах да, – неожиданно вспомнил я. – Не забудьте выковырять из желудков обжор маленькие угольки. Они черные, блестящие, размером с ноготь мизинца.

– Нет, ну ты точно издеваешься! – вполне искренне разозлился самый агрессивный парень в отряде. – Сам копайся в кишках этой мерзости если тебе надо.

– Ваше право. Сам добуду, – только и сказал я, приказав водителю разблокировать дверь броневика. – Когда узнаете, что потеряли, волосы на голове рвать будете. Ну да будет вам мотивация лучше изучать своих противников перед сражением.

– Ты сказал будут демоны. Только это, – упрекнула меня Нокс, но я лишь пожал плечами. Меня тоже никто не заставлял изучать весь бестиарий чудовищ. Предупрежден – значит вооружен. Хотя насчет «всего» бестиария я поспешил. У зверей каждый день появляются новые виды, а у других Матерей Монстров вдохновение приходит реже. Раз в месяц, а то и реже. Зато такую пакость могут придумать, что даже у меня волосы встанут дыбом.

Выбравшись на свежий воздух, вдохнул полной грудью демонический смрад. Запах гари, пузырящейся крови, земного воздуха и растворенной земли создавал непередаваемую амбре вкусов и запахов.

Захватив с собой из машины ящик с инструментами, достал пару прочных кожаных перчаток и хирургическую пилу. Можно взять нож, но чтобы добраться до желудка демонов обжорства, потребуется пробиться через огромное количество костей и жировых утолщений. Это Кагуя со своей силой и двухметровой катаной одним ударом разрубала их напополам. Мне же потребуется приложить усилие, чтобы вскрыть брюхо мертвого демона.

Мой отряд отошел подальше от обжор. От них итак веяло аурой гнили и разложения, а кровь и вовсе была токсична. Дышать ею не просто неприятно, а опасно для жизни. Но они об этом не знали. Как вернемся, отправлю в общий чат информацию о чудовищах.

Склонившись над трупом первого демона, приступил к операции. Начал с тех демонов, брюхо которых уже было распорото ударами Кагуи или неловкими порезами Рина.

Через минуту мои пальцы нащупали то, что искал. Маленькие, твердые, отполированные желудочной кислотой черные камешки.

Раздвинув складки зеленоватых внутренностей, я вытащил горсть маленьких угольков. Целых шесть штук удалось добыть с этого демона. Для низшего демона он уж очень хорошо питался. Глядишь через пару лет сформировал бы ещё пару штук и поднялся до старшего демона.

Серафимит. Довольно банальный демонический реагент, но создавать его могут только определенный вид демонов. Его польза сомнительна, но если совместить с другими компонентами, можно придумать много интересных лекарств и настоек. Даже чернила для магических рун из них можно сготовить. Их также можно использовать для усиления других видов демонов. Учитывая, что под моим командованием находится одна демоница, эти камешки лишними точно не будут. Главное скрывать свои алхимические познания от корпоратов, иначе меня запрут в лаборатории и заставят работать без сна или отдыха.

Я методично прошелся по еще четырем трупам обжор. Работа была грязной. Руки по локоть в зеленой крови, что пахла забродившими фруктами, смешанным с ароматом тухлого мяса и мертвечины. Я не морщился, не жаловался. Просто делал то, что нужно.

К сожалению, полностью избежать вдыхания ядовитых ароматов не получилось. Зато на моих руках оказалось двадцать угольков. Если их растолочь, этого вполне хватит, чтобы заполнить один пузырек. Осталось найти лепесток алой лилии, смешать с серной и родниковой водой три к одному, и получим хорошие чернила для татуировок. Эти чернила тело демона будет воспринимать как часть себя, потому несмотря на повышенную регенерацию, она сохранит татуировку на теле. Боль будет адской, но оно того стоит.

Пока занимался сбором неприятных трофеев, остальные закончили препарировать старшего демона и обламывать рога у суккубов. Демонетра запорола несколько экземпляров, за что справедливо получила подзатыльник от Рина и Нокс. Кагуя боялась её колотить. После её «легкого» удара девочка могла слечь с черепно-мозговой травмой.

– Надеюсь все здесь понимают, что угольки из обжор мои? – объявил я спокойно, закрыв полиэтиленовый пакетик, где красовалось двадцать черных камушков, поглощающих свет.

– Твои? С какого перепугу? – первой, конечно же, возмутилась наша маленькая язва, которую молча поддержал Рин с остальными. Кроме Кагуи. – Мы сражались. Мы убивали. Ты просто сидел и пердел нам в уши.

– Вы не знали их ценности, – парировал я, смотря на всех сверху вниз. – Я предложил вам собрать трофеи. Вы отказались. Значит эти трупы стали бесхозными. Кто первый пришел, того и тапки.

– Это несправедливо! – топнула ногой Демонетра. – Гид! Фас ублюдка!

– Н... Неа... – выдавил он из себя.

– Охренел? Я сказала фас!

– Я... боюсь его...

– Я тоже, – стыдливо отвела она глаза в сторону. – Рин? – с надеждой повернулась она к последнему товарищу, что мог отстоять честь её законных трофеев.

– Мне одного собрания хватило, чтобы понять. С этим уродом лучше дружить.

– Тем более, мы действительно просто бросили бы эти трупы здесь, оставив заявку для ликвидаторов, – неожиданно вмешалась Кагуя, что всё это время молчала. – Ты просто хочешь трофеи, но не знаешь их ценность. Если Акира скажет, что они стоят по десять иен штука, как мы докажем обратное?

– Предатели одни окружают, – вздохнула она, прекрасно понимая, что Кагуя говорит верные вещи. – Да и хер с ними. Действительно, если они стоят по сотне тысяч, про это все знали бы.

– Ну разумеется, – снисходительно посмотрел я на эту наивную маленькую дуреху.

– Гид, я ему щас пятку откушу! Держи меня! – и она действительно бросилась на меня, тогда как Гидеон попытался её удержать.

И вот когда мы собрали трофеи и уже планировали вернуться в машину, я краем глаза заметил движение вдалеке. Семь фигур в униформе темно-синего цвета с серебряными нашивками в виде капель воды приближались к нам быстрым, уверенным шагом. Сразу понятно, одаренные, вот только из какой корпорации?

– Нокс, – произнес я спокойно, не отводя от них взгляда. – Быстро, оцени их. Скажи какой ранг, что за корпорация и к каким проблемам нам стоит готовиться.

Девушка, закутанная в плащ, слегка повернула голову. Её рубиновые глаза, прекрасно видящие в темноте, прищурились. При свете солнца они видели также хорошо, как в кромешной тьме. Она молча смотрела на них несколько секунд.

– Концерн Мизухи, – её голос прозвучал сухо и монотонно, словно она читала заводскую инструкцию. – Семь одаренных. Двое A ранга. Остальные B. Ниже никого нет. Оружие скрыто или отсутствует. Большинство рукопашники. Те, кто выглядят, как убийцы, таковыми и являются. Чувствую артефакты. Усиление и защита.

Услышав это, Гидеон невольно сделал полшага назад. Его слизеобразное тело задрожало. Демонетра перестала бесится. Встав перед ним, она создавала видимость, что это она его всегда защищала. Но как только запахнет жареным, она сразу же спрячется за его неуязвимой оболочкой.

– Спасибо, – кивнул я, анализируя полученную информацию. Если среди них больше всего рукопашников, значит они хорошо владеют магией. Неизвестно повезло нам или же нет. Сначала нужно узнать их характеры.

Семерка одаренных подошли на расстояние двадцати метров и остановились. Седеющий мужчина преклонного возраста, очевидно лидер, окинул нашу компашку оценивающим взглядом. Его глаза скользнули по Кагуе, задержались на её катане, потом перебежали на Рина с его звериными задними лапами. Демонетру же он вовсе проигнорировал, заметив за её спиной Гидеона. Моя фигура его тоже мало интересовала. Вместо этого он лишь оценил нашу униформу с золотыми крестами, догадавшись на кого мы работаем.

– Ну и зоопарк, – сказал он громко, обращаясь к своей команде. – Неужели Дзайбацу своих уродцев из карцера выпустила? И ради чего? Толпу низших демонов ликвидировать? Секунду, только сейчас заметил. У них куратор что, вообще безродный? И почему от него так мерзко воняет, будто он с гнилозубыми демонами в десна лобызался?

Его товарищи тихо засмеялись. Хохот, сначала сдавленный, прокатился по их рядам. Затем он начал набирать громкость, пока из уст младших оперативников не полились совсем уж сальные шуточки, которые могли понять только они.

Рин начал непроизвольно рычать, и если бы Кагуя не положила свою тяжелую ладонь ему на плечо, неизвестно что он мог натворить.

Мне и самому было неприятно слушать оскорбления от непонятно откуда вылезших одаренных. Целоваться с демонами обжорства? Боже Отец сохрани. Это величайшее оскорбление для любого разумного демона. Но меня всегда учили, что месть – это блюдо, которое нужно подавать холодным.

Я медленно снял перчатки и вытер запотевшие руки о бока комбинезона. Потом спокойно посмотрел на седеющего мужчину.

– Ну, если уж на то пошло, то да. Я обычный уборщик на службе Дзайбацу. Собираю самые неприятные трофеи за наших экспериментальным отрядом, – с невозмутимым видом согласился я. – А вы, я смотрю, птицы настолько высокого полета, что решили поглумиться над толпой неудачников? Герои, герои, – похлопал я, искреннее восхищаясь могуществом толпы одаренных. – Вы за нашей скромной добычей пожаловали? Одним малюсеньким ядром старшего демона и рогами суккубов? Что, мужская немощь свалила? Если так, то мы, слабые мутанты с уродами, можем и поделиться.

Мой голос сквозил приторной вежливостью, в котором не каждый способен распознать концентрированный яд сарказма. Но чем дольше длилась моя речь, тем яснее становилось, кого именно я принижаю.

Глумливый смех после начала моей уничижительной речи постепенно начал стихать. Тишина повисла между нашими группами. У одного одаренного дернулась щека. Видимо быстрее всех смог расшифровать подлинный смысл каждого моего слова. Лидер также быстрееостальных догадался.

– Умник, да? – процедил он, уставившись на меня. Его глаза вспыхнули желтым светом, отдаленно похожим на золото. – Ты вообще понимаешь, с кем говоришь? Мы можем просто отобрать у вас эту «скромную добычу» и затребовать ещё больше, как моральную компенсацию.

– Какую ещё моральную компенсацию? – развел я руками, будто не понимая к чему клонит мужчина. – Если это из-за неприятного запаха изо рта, от которого слезятся глаза, то это вам придется заплатить нам. У нашего отряда нюх острее, и мы прекрасно всё чувствуем даже на таком расстоянии.

– Ты совсем оборзела, грязь!? Да я тебя! – зарычал мастер по дешифровке сарказма, но пока он не бросился на меня с кулаками, я выставил руку вперед.

– Мы все здесь цивилизованные люди, верно? Давайте соблюдать японские правила, – сделал я шаг вперед на встречу лидеру группы. – Кандзюцу-но Дзио. Вы в своем Концерне слышали о таком? Или вы предпочитаете просто мутузить друг друга и отбирать трофеи, как какие-то мафиози?

– Ты вызываешь нас на дуэль? – спросил седовласый, и в его голосе впервые прозвучало искреннее недоумение. – Ты? Уборщик? Защищая своих... питомцев?

– Ой, нет, не совсем. Вы неправильно меня поняли, – в панике запричитал я, отмахиваясь руками. – Я ведь слабак и ничтожество. Обычный уборщик без родословной. Немножечка нимфа, но среди вас даже женщин нет. Глазки вам строить бесполезно.

– Тогда никакой Свободы Меча не будет. Отдавайте трофеи и валите, – нахмурился тот, однако я лишь усмехнулся.

– Но разве принципиально, чтобы в дуэли участвовали лишь чистокровные? Кажется, с недавних пор правила изменились, и гибридам тоже разрешили участвовать. Или вы боитесь проиграть слабым уродцам, которых за людей не считаете?

Кажется, своей речью я заставил каждого одаренного поймать нервный тик, вот настолько неожиданно было услышать такие слова из уст какого-то обслуживающего персонала.

– Ты смеешь... – начал рычать кто-то из одаренных, но всего один жест их лидера оборвал поток ненависти.

– Какие правила? – только и спросил он. – Вы первые бросили вызов, так что мы уступаем вам честь определить, что получат победители и чего лишатся проигравшие.

– Правила просты, – не стал долго думать я. – Мы поставим на кон все наши трофеи. Вы со своей стороны поставите все свои трофеи. Абсолютно все. Без исключений.

– У нас же нет трофеев, – прошептал молодой одаренный, а потом расплылся в улыбке. По всей видимости посчитал, что нашел лазейку в правилах. И глядя на эти радостные глаза, мне оставалось лишь улыбнуться.

– Мы согласны, – в конце концов произнес лидер. – Даем вам пять минут подготовиться.

– Хорошо, как скажете, – моя улыбка растянулась ещё сильнее, и я повернулся к своим подопечным. – Ну что, пойдем обговорим план битвы, мои пугливые детки.

– К-кагуя, мне страшно, – прошептала Демонетра, схватившись за её рукав, пытаясь спрятаться от моей коварной ухмылки.

– И... и мне... – поддержал Гидеон, также прижавшись к руке взрослой женщины.

– Поддерживаю, – произнесла Нокс, скрывшись за широкой спиной девушки огра, ну а Рин итак был практически у неё в объятиях и потому замер, как загнанный в угол зверек.

Стоит ли говорить, что чистокровные со смехом восприняли подобную реакцию? Они ошибочно приписали страх моих подопечных в свои заслуги. Ох, бедные, наивные дети. Они боятся не вас. Они боятся ЗА вас. Ведь это вы думаете, что у вас нечего забирать. У вас есть одежда. Есть ваши жалкие жизни. Есть прогнившие души. И всё это можно считать трофеями, которые вы поставили на кон не раздумывая.

Глава 6

Я собрал команду в один большой дружный круг. Напряжение в воздухе было густым. Кожей можно было почувствовать, как они страшатся одной только мысли о скорой дуэли.

Кагуя первой нарушила тягостное молчание. Она продолжала смотреть в сторону чистокровных, что даже не думали собираться и обсуждать план сражения. Это показывало, насколько они уверенны в собственных силах.

– Нас просто сметут, – её голос прозвучал тихо, но от этого не менее разборчиво. – Мы – опасные монстры. В битве один на один нам равных нет. Против нас же команда опытных убийц и наемников. По одному только взгляду понятно, что они привыкли охотиться на сильных чудовищ. Может даже на нескольких королей одновременно охотились.

– Согласна, – всё ещё закутанная в плащ, произнесла Нокс. – Они знают всё о нас. Наши сильные и слабые стороны. У них уже готова победная тактика. У нас же никакого плана. Тот мертвяк уже засматривается на Демонетру, – закончив, она кивнула на одного одаренного.

– Блять! – в ярости прошептал Рин, что присел на корточки. Это была его защитная реакция. – Я не хочу признавать, но... Нам не победить. Двое A ранговых сразу накинутся на Кагую. Нокс при свете дня бесполезна. Мне любой из этих одаренных за шиворот напихает, а Гидеон с этой малявкой... – не стал он заканчивать.

Я смотрел на эту траурную картину. Внутри меня росло раздражение и желание ударить по их тупым черепушкам чем-то тяжелым. Разве можно с таким настроением отправляться на битву? Да они уже проиграли.

– Ребят, – начал я, успокоив внутреннего демона, что хотел взять в руки раскаленный хлыст и выпороть этих сопливых ничтожеств. – Вы сами только что назвали себя чудовищами. Раз так, то скажите на милость, какого черта вы продолжаете мыслить с позиции обычных людей? Командной работы вам не хватает? Плана битвы? Слаженности? Забейте вы на эту херню огромный, волосатый болт. Вы не команда спецназа. Вы вообще не от мира сего. Сборная солянка мутантов. Ну так используйте это. Думаете противники ожидают столкновения с толпой разумных, эгоистичных чудовищ, что думают лишь о себе?

– Да что ты можешь знать? – взвизгнула Демонетра. – Это не тебя втопчут в землю, оторвут хвост и сделают из него потешный трофей, который поставят на полку.

– Заткнись, блять! – рявкнул я, заставив девочку ойкнуть и спрятаться за спину своего зеленокожего защитника. – Нам страшно, нам больно, – начал передразнивать я. – Наши жопы вазелином намажут и на стул с острыми пиками посадят. Самое страшное, что может случиться – вас убьют. Скажите, вас убьют на этой дуэли?

– Эмм, нет, – в шоке выпалила Нокс, которая сама не ожидала, что в её голосе прозвучит намек на эмоции.

– Тогда чего сопли развесили? Если вас раскатают, просто встаньте, усвойте урок и продолжайте жить дальше. Вы ведь именно так и сделали. Пережили то, что этим неженкам даже в самом страшном сне не приснится.

– Да что ты можешь знать о нас? – одновременно выпалил Рин с Демонетрой. – Тебе легко говорить. Сам-то хоть раз находился в ситуации между жизнью и смертью? Пока мы сражались, ты в своем удобном броневичке сидел.

Мне достаточно было посмотреть им в глаза, чтобы они стушевались. Знаю ли я, каково сражаться на грани жизни и смерти? Знаю. Чувствовал ли я невозможную боль, от которой хочется наложить на себя руки? Да, и не раз. Прямо сейчас её чувствую. Моё ядро плачет, и даже во сне от этой боли никуда не деться. Но разве это причина жалеть себя и позволять каким-то уродам вытирать о себя ноги?

– Ваша сила не в том, чтобы стройно маршировать при параде, – спокойно продолжал я, будто ничего не было. – Вы – нелюди, так и пользуйтесь тактикой нелюдей. Станьте стихийным бедствием, сражаться с которым бессмысленно. Каждый должен придумать свою уникальную тактику и придерживаться её, наплевав на то, что там в своей голове товарищи напридумывали, – я посмотрел в глаза Кагуи. – Возьмем тебя, например. Они уже знают, что ты огр и можешь сражаться только в ближнем бою. Максимум подберешь какой-нибудь булыжник и кинешь в них. Или свой меч, на худой конец. Ну так возьми и швырни в этих ублюдков Демонетру. Что ты от этого потеряешь?

– Чё!? – возмутился наш уникальный снаряд. – Кагуя, нет! Не кидай девочку! Я же няшка! Миленькая, маленькая котейка! Не смей меня кидать! Отцом тебя заклинаю!

Я видел, как Кагуя задумалась. Её взгляд скользнул по телу маленькой Демонетры, потом по группе одаренных вдалеке. В её глазах мелькнул холодный расчет. Она уже рассчитала примерную траекторию и то, с какой силой и с какой позиции нужно кидать, чтобы попасть точно в цель.

– Это... может сработать, – произнесла она на выдохе.

– Чё бля!? А ну повтори!? Ты, тупая гора мышц, хочешь устроить насилие над ребенком! Я буду жаловаться!

– Как только окажешься на передовой, включи феромоны на максимум, – однако Кагуя проигнорировала её истерический вопль. – Ослепи, оглуши, доведи до тошноты и диареи. Паралич лучше не использовать. Слишком малое время воздействия. На одаренных такого уровня не сработает сразу.

– Нет! – рявкнула та, прячась за спиной Гидеона. – Гид, они сговорились, чтобы прикончить меня. Ты же этого не позволишь?

– Не позволит, – в этот момент вмешалась Нокс, которая едва сдерживала себя, чтобы не показать эмоции радости. – Потому он притянет тебя обратно, как только ты сделаешь свою работу.

– Вы чё, совсем охренели? Клянусь, я вам скоро в тапки ссать начну.

– Я... тебя защищу... – прошептал Гидеон, однако тут же стал жертвой детской ярости.

– Заткни варежку, предатель! Ты должен был защищать меня раньше! Сейчас уже поздно! – она на секунду взглянула на последнего, кто ещё не высказался, и просто махнула на него рукой. – Ай, что с тебя толку. Даже если ты против, твоё мнение никого не ебет.

Рин холодно посмотрел на неё и также проголосовал за то, чтобы в самом начале сражения выбросить эту язву подальше, чтоб глаза не мозолила.

– Подобных комбинаций можно придумать огромное множество, – решил вмешаться я в общий поток хаоса. – Но это уже ваша работа. Я же самый обычный уборщик. Так, мимо проходил, да поделился парочкой мыслей.

– Для простого уборщика ты че-то дохрена умничаешь! – выкрикнула Демонетра, по лицу которой стекало огромное количество слизи от свалившегося на неё стресса. Я лишь усмехнулся и, пожав плечами, удалился. Время, отведенное на подготовку, уже истекло.

– Удачи, – только и бросил я через плечо, отступая к бронированному микроавтобусу. – Не опозорьтесь. На вас мне насрать, но вы же мои детишки. Ваш позор – мой позор.

– Вот тебе первому в тапки и нассу. Нет, даже насру. С огромной такой, вонючей горочкой, – уже устав кричать, прохрипела она.

Прислонившись спиной к холодному борту машины, я надел на голову наушники. Теперь даже отсюда смогу услышать, о чем говорят мои подопечные.

С моей позиции хорошо просматривалось всё поле боя. Здесь была идеальная точка обзора. Шанс, что сюда прилетит удар, минимален. Не станут же они намеренно атаковать какого-то безродного пса? А даже если станут, водителю это не понравится, и он поддержит мою идею протаранить этих ублюдков на броневике.

Лидер команды чистокровных, седовласый мужик с хищными глазами, махнул рукой. Это был условный сигнал к началу. Они ведь сражаются в ритуальной дуэли, так что тут были свои правила, которым лучше следовать безоговорочно.

Тело Кагуи тут же напряглось, как пружина. Мышцы на руках вздулись, спина напряглась. Обернувшись, она даже не взглянула на Демонетру. Схватила её за шиворот, как котенка, и оттянув руку метнула прямо в противников.

– Каааааагуя! Суууука! – кричала она, отправляясь в полет. – Я твои бинты сраааааные на лоскуты пореееежу!

Её тело описало в воздухе впечатляющую дугу. Размахивая руками и ногами, она пыталась ухватиться хотя бы за что-то. И она схватилась, прямо за лицо какого-то мужика, который явно не ожидал, что в самом начале битвы на его лицо сядет девушка.

Руки Демонетры вцепились в волосы того самого одаренного, что раньше всех расшифровал мой сарказм. Она прилипла к его роже, как один забавный пришелец из фильма ужасов. Её теперь можно было сорвать только с его же лицом, ведь клейкая слизь уже связала их тела воедино.

Девочка включила свои феромоны на полную катушку. Облако розового тумана было видно невооруженным взглядом. Обычно её феромоны невидимы, но когда демон разом выпускает все накопленные запасы, это похоже на последствие взрыва газовой бомбы.

– ГИД!!! – заверещала она, что было сил. – ДОРОГОЙ, МИЛЫЙ, ЛЮБИМЫЙ ЗАБЕРИ МЕНЯ ОТСЮДА!!! МОЯ ЖОПА НЕ ХОЧЕТ ЗАТОЧКУ!!!

Зеленокожий парень действовал четко, почти механически. Его рука, больше похожая на щупальце, вытянулась на невероятное расстояние. Не просто выстрелила сгустком, а именно удлинилась на несколько сотен метров.

Эластичная липка масса врезалась в спину девчушки, и тогда парень просто дернул её на себя.

Тело Демонетры оторвалось от лица одаренного. Вместе с собой она забрала также его жиденькие усы и большую часть волосяного покрова на бровях. Мужчина был крайне раздосадован этим событием, а потому поспешил поделиться своим мнением со всей округой. Такого яростного крика и потока отборного, японского мата давненько слышать не приходилось.

Демоница влетела в тело Гидеона, которое мгновенно обволокло её, как защитный кокон. В этот самый момент в его тело влетело несколько заклинаний. Целых три штуки, и все разных стихий. Копье сжатого воздуха, разряд молнии и стрела мертвой энергии утонули в его желеобразной субстанции.

– Успел, – облегченно вздохнул он, пережив нападение.

– Г-гид, ты как? – со страхом спросила девочка. Её лицо было видно сквозь полупрозрачную жижу, и оно выражало лишь страх

– Нормально, – спокойно прошептал он. – Электричество не понравилось. Остальное терпимо. Ты как?

– Ж-жива, – в шоке прошептала она. – Но...

Она хотела ещё что-то сказать, но Гидеон сорвался с места, уклоняясь от очередной волны магии. Пока всё это происходило, Нокс испарилась. Её темный плащ мелькнул вдалеке, растворяясь в тени ближайшего дома. Чистокровные, шокированные столь наглой атакой и ослепленные яростью, не заметили этого.

Кагуя же не стала медлить. Её глаза закатились. Тело начало стремительно набирать массу. Кожа на лице и руках покраснела, покрывшись алыми венами. Она добровольно сорвала первый блок ярости, погружаясь в контролируемое безумие. Обнажив катану, она бросилась в атаку с оглушительным ревом.

Двое одаренных A ранга, – седовласый лидер рукопашник и очевидный убийца, – выдвинулись ей на встречу. Их движения были отточены годами практики. Они даже не думали сражаться с ней в лоб. Они уклонялись от широких замахов двуручника, намереваясь измотать могучего огра, чтобы затем ударить по её слабым местам

Рин, воспользовавшись этим, решил зайти с фланга. Его звериные лапы позволили развить невероятную скорость. Он врезался в группу из трех одаренных, отвлекая их на себя. Его когти полоснули по лицу одного одаренного, распоров тому щеку. Кинжалом во второй руке он отразил атаку таким же кинжалом, и прыжком отступил от противников.

Нокс тем временем уже нашла путь на чердак деревенской хижины. Она присела у слухового окна. Её рубиновые глаза безошибочно определили цель. Пара заклинателей, что стояли в тылу, осыпая врагов магией с безопасного расстояния.

Она вытянула руки. Из её ладоней выскользнули острые, костяные шипы. Лицо её оставалось бесстрастным. Она лишь слегка скривила губы, словно ей было слегка неприятно.

Прицелившись и коротко выдохнув, она ими выстрелила, послав две толстых белых иглы во вражеских магов.

Шипы просвистели в воздухе и впились точно в их икры, по одному шипу на каждого заклинателя.

Раздались крики боли. Пораженные маги рухнули на колено, схватившись за дырку в ноге.

Пуля прошла навылет, потому из их раны уже начала сочиться темно-алая кровь, что стекала на землю.

Заклинатели выбыли из строя. Теперь они неспособны твердо стоять ногах. С концентрацией тоже проблема, ведь из-за боли, сила молодой лилим заиграла новыми красками. Если не ошибаюсь, один из них даже ослеп, а второй сходил под себя, потеряв контроль над кишечником. Да уж, ну и опасным же коктейлем их отравили.

Седовласый мужик наконец осознал масштаб катастрофы. Его гордость, его команда, его отряд элитных охотников на чудовищ... Все это за пару минут было разгромлена кучкой мутантов, действующих как стая диких животных. На его лице отразилась сначала растерянность, а затем ярость.

– Довольно! – зарычал он. Его тело вспыхнуло ярким золотым светом. Вокруг его кулаков начали образовываться сложные символы, похожие чем-то на руны, но куда примитивнее.

Мышцы во всем теле набухли, костяшки на руках побелели. Он сделал шаг вперед, и земля под ним содрогнулась.

Всего один удар, прилетевший по ребрам Кагуе, заставил ту отшатнуться. Кажется, судя по тому, что она придерживает грудную клетку свободной рукой, он сломал ей несколько ребер.

Прищурившись, я спокойно наблюдал за этим подозрительным стариком. И за желтый светом, похожим на мое золото.

Очевидно, это одна из форм магии усиления, а эти странные символы...

Во время одного из уклонений, мужчина подвернул ногу, но теперь он двигается свободно, как в начале сражения. Значит ко всему списку способностей добавляем и исцеление.

Получается, мне тогда не показалось. Слабая ангельская родословная, наделить которой может лишь наша милосердная матушка. По наследству она редко передается. В общем, ещё одного братца встретил. Прямого потомка Матери Человечества.

Что я думаю по этому поводу? Да ничего особенного. У меня таких братиков по всему миру сотни тысяч наберется. Ева даже сейчас может сбросить на Землю пару своих «шедевров». Из всех моих братиков и сестричек, встреченных мной после побега из Ада, меня пока только Гидеон заинтересовал. Очень уж хочется узнать, какую пакость наша Мать в него запихнула, что тот полностью слился со слизью A ранга.

Отвлекшись от Кагуи, я посмотрел как дела у Рина. Его методы были просты и эффективны, как у настоящего хищника. Уклоняться от всех ударов и целиться в самого слабого. Слабыми же он считал всех, у кого нет оружия. У них были артефактные кастеты с перчатками, а у него когти и кинжал во второй руке. Вдобавок ко всему, он смотрел аурой и слышал, как разрывается воздух от одного лишь замаха. Так что тут сразу понятно у кого на руках больше козырей в ближнем бою.

Один чистокровный уже лежал, хватаясь за распоротый бок. Второй пытался остановить кровь из глубокой раны на предплечье, а вот третий, с кинжалом, всё ещё чувствовал себя живчиком, пытаясь подловить пронырливого ублюдка.

Именно в этот момент его аура коснулась происходящего вдалеке. Он увидел, как на Кагую свалилась целая серия ударов от седовласого. Второй одаренный в этот момент подрезал ей сухожилия, покрыв свой кинжал острыми потоками ветра. Ноги Кагуи подкосились, и она припала к земле. Кулак одаренного уже летел прямо в её черепушку.

– Блять! – вырвалось у него изо рта. Одной только этой реакцией он доказал, что несмотря на свой несносный характер ценит её. И то, как кожа его лица начала натягиваться, приобретая волчьи особенности, исключало возможность трактовать это как-то иначе.

Его лицо всё сильней и сильней выступало вперед. Морщины под носом углубились, превратившись в складки. Сам нос, прямой и аккуратный, вдавился вовнутрь. Челюсть также видоизменилась, как и зубы внутри.

Открывшаяся всему миру картина было жуткой и неестественной. Рин стал походить на уродливую помесь человека и волка. Существо, которого просто не должно было существовать в нашем мире.

Своей волчьей пастью Рин впился в горло своей нерасторопной жертвы. Это было настолько неожиданное нападение, что парень взвизгнул от страха, уже приготовившись захлебываться кровью. Но вместо этого, он получил удар кинжалом в плечо. Рин даже его провернул несколько раз, чтобы противник точно выбыл из строя.

В этот самый момент Кагуя срывает второй блок ярости. Её мускулы обросли дополнительным слоем мяса и плоти. Местами начали проступать хитиновые наросты.

Огромная лапа чудовища перехватила кулак лидера одаренных, и она резко поднялась на ноги.

Ребра Кагуи со звонким щелчком встали на место. Теперь у нашей Принцессы была регенерация настоящего огра.

Недолго думая, Кагуя замахнулась телом седовласого и со всей силы ударила его телом об землю. Хруст переломанных костей прозвучал одновременно со взрывом земли.

– Гррррраааааах! – зарычала она. Низкий, гортанный рык безумного монстра взрывной волной разошелся на километры.

Кагуя подняла к своему лицу переломанное во многих местах тело одаренного. Её острые клыки уже не помещались во рту. Вязкая слюна стекала на землю, пока она нюхала тело поверженного противника. Казалось, она действительно планировала сожрать человека на глазах у его товарища, что замер от неожиданности. И его ступор можно понять. За секунду его капитана повергли, хотя победа уже была в кармане.

Острые когти Кагуи, что стали напоминать скрюченные серпы из-за волны мутации, ещё сильнее впились в тело одаренного, нанося дополнительные увечья, ломая ребра и кроша в пыль позвоночник. В ней всё ещё продолжал теплиться разум, потому недолго думая, она швырнула тело одаренного в его же товарища.

Парнишке ничего не оставалось делать, как ловить летящее тело. Если он уклонится, старик точно погибнет. Столкновение с твердой землей он попросту не переживет. И стоило ему только поймать тело своего капитана, как этим воспользовалась Нокс.

Девушка подкралась со спины, словно настоящая тень. Темный плащ мелькнул, как крыло летучей мыши. Она не стала целиться в жизненно важные органы. Вместо этого, две костяные иглы пронзили его сухожилия. Нокс специально выбрала те же самые места, которые поразил этот парень, напав на Кагую.

Закричав, парень свалился на землю. Неизвестно, чего было больше в этом крике боли или же страха. Ведь он теперь не мог убежать от разъяренного огра. У него нет таких способностей к исцелению, как у лидера, и он может на всю жизнь остаться калекой. Или вовсе погибнуть, так как последнее зерно разума покинуло глаза девушки.

Его глаза истерично метнулись в сторону заклинателей, которых минуту назад поразил снайпер. Почему они не крикнули, не предупредили товарищей? Они должны были видеть, как эта тварь тихо подкрадывается. Однако увиденное лишь сильнее погрузило его в бездну отчаяния.

Двое магов корчились в немой агонии, пытаясь что-то прокричать, сжать кулаки, дотянуться до него. Они могли двигаться, определенно могли, однако их гортань уже нет. Она была парализована запахом Демонетры, что приняла позу победителя, поставив ногу на спину и придавив к земле одно из корчащихся тел. Сама Демонетра была под защитой зеленой брони, брони Гидеона. На лице девочки расцвела наглая, торжественная ухмылка. И чтобы закрепить факт своего превосходства над всеми, она показала A ранговому одаренному средний палец. И даже помахала им из стороны в сторону, закрепляя эффект.

Нокс, сделав дело, не стала геройствовать. Резко отпрыгнув назад, она со всех ног бросилась к позициям Демонетры. Она прекрасно понимала, что рядом с Кагуей находиться опасно. Конечно, она могла попытаться спасти жизнь одаренных, но зачем? Её жизнь важнее. Не её же накажут за убийство оперативников другой корпорации.

Поняв, что скоро начнется резня, я рванул вперед. Нельзя допустить реальных смертей. Наносить столько травм тоже было нежелательно, но что теперь сделаешь?

Вытащив из кармана острый хирургический нож, я начал вырезать на открытой ладони магический символ. Обычно его используют медики, чтобы послать небольшой заряд электричества в тело пациента. Проверить, как срослись ткани и как работают сшитые нервы. И работает эта руна на чистой энергии, а значит я смогу использовать её, заменив чистую магию на поток жизненных сил, который у меня безграничен.

Когда тело Кагуи оказалось на расстоянии вытянутой руки, руна была завершена. Кагуя уже потянулась своей огромной лапищей к телу врага. На маленькую безродную мошку она даже не думала отвлекаться.

Приложив окровавленную ладонь к её позвоночнику, я направил в кровавый символ огромное количество сил. У меня не было цели кому-то навредить, только парализовать.

Огромный разряд слабого электричества пробежал по всему телу озверевшего огра, пронзив кожу и мышцы.

Тело Кагуи вздрогнуло, как от удара молнии. Рев оборвался на полуслове, превратившись в хриплый гортанный свист. Вся её чудовищная мускулатура заплясала под кожей, а потом замерла.

Она застыла на месте, но в глазах всё ещё читалась безумная ярость. С её регенерацией эффект спадет секунд через двадцать, но за это время мы успеем оттащить тело одаренных подальше. Будем надеяться, без тех, кого можно покалечить или убить, Кагуя успокоится.

Глава 7

Я стоял спиной к Кагуе, внимательно наблюдая, как её чудовищное тело начинает содрогаться. Мускулы, вздувшиеся до нечеловеческих размеров, начали сжиматься, возвращаясь к исходному состоянию. Кожа, покрасневшая от прилива крови, постепенно бледнела, а острые когти, напоминающие серпы, втягивались обратно в подушечки пальцев с противным хлюпающим звуком.

Безумный рев стих, сменившись тяжелым, хриплым дыханием. В её глазах, ещё минуту назад пылавших чистым безумием, начал проступать разум. Сначала это была лишь капля осознанности в океане ярости, но она росла, как маслянистое пятно на воде, вытесняя инстинкты чудовища.

Кагуя медленно, с видимым усилием, опустилась на колени. Её руки, ещё недавно способные размозжить череп, дрожали, упираясь в развороченный грунт под ногами. Она закрыла глаза, окончательно приходя в сознание, и произнесла достаточно громко, чтобы мы это слышали.

– Простите.

Поднявшись на ноги, она начала идти в нашу сторону. Её походка была шаткой, всё же ей было неловко возвращаться к команде. Оно и неудивительно, учитывая, как остальные напряглись, а Демонетра сделала полшага назад. Они справедливо опасались безумия Кагуи, считая, что она снова может выйти из-под контроля. Кроме меня. На моем лице не было страха. Только принятие.

– Не извиняйся, – сказал я, смотря прямо в глаза, когда она подошла на расстоянии вытянутой руки. – Ты ещё учишься контролировать свою силу. Как и все здесь.

– Спасибо, Акира, – прошептала она, стыдливо отвернув взгляд. – Если бы не ты... Кто-то точно погиб бы.

– Только чистокровные, – шлепнул я по плечу нашу Принцессу. – Но их жизни ничего не стоят. Важна лишь ваша безопасность, и только.

Значит, в досье не врали. Кагуя может потерять контроль над своей яростью в пылу битвы. И этот факт гложет её даже сильнее, чем травма после потери отряда. Потому она обычно молчит. Не желает создавать новые связи, ведь однажды может своими руками убить тех, кто ей доверился. По этой же причине, лидером команды ей уже не стать. Нужен кто-то другой на эту важную должность. А пока...

– Я всегда буду рядом, – сказал я с доброй улыбкой на губах. – Если не веришь в свои силы, верь в меня. У меня получилось один раз тебя остановить, получится во второй и даже в третий.

– С-спасибо, – засмущалась наша Принцесса, встав по стойке смирно и опустив руки по швам. Это был уже другой вид напряжения в плечах, потому я повернулся к другим своим подопечным.

– Демонетра, Гидеон, – позвал я, наблюдая как эта чертовка тыкает пальцем в щеку зеленого паренька и что-то издевательски шепчет. – Хватит мучить своего героя. Пойдем выбивать долги. Остальным отойти на пятьдесят метров, если не хотите попасть под действие феромонов.

Рин, уже вернувшись своё человеческое лицо, лишь фыркнул и отошел к броневику. Нокс уже стояла там, ведь несмотря на наличие плотного плаща, тень была её верным союзником. Кагуя тоже следовала за ними, но стояла чуть-чуть вдалеке. Однако когда Рин хотел встать возле Нокс, та посмотрела на него холодным взглядом и пододвинулась ближе к Кагуи. Это насколько сильно она недоверяет Рину? Конечно, она как-то упоминала, что Рин однажды вонзит нож в её спину, но Кагуя уже сегодня вполне могла забить её насмерть.

Вместе с двумя гибридами мы подошли к группе побежденных. Картина была живописной. Они стояли на коленях, вернее часть из них только пыталась стоять. Двое заклинателей лежали в луже собственной крови и мочи. Паренек-убийца с перерезанными сухожилиями смотрел на нас, как на врага народа, а в центре этого круга сидел их поломанный лидер. Седовласый старик с хищными глазами. От былой уверенности остались лишь тлеющие огоньки, ведь когда каждый вдох причиняет невыносимую боль, трудно поддерживать образ величия.

Старик продолжал пытаться залечить свои раны. Руны на его руках слабо мерцали золотым светом. Он уже неплохо постарался, срастив большинство ребер и восстановив жизненно важные органы. Вот только родословная подкачала. Ева редко разбрасывается ангельской родословной, потому силы низшего ангела уже иссякли, оставив остальную часть работы на откуп естественной регенерации одаренного.

Я остановился прямо перед ним, возвышаясь подобно горе. Он медленно поднял голову и уставился на меня. В его взгляде не было ни страха, ни покорности. Только холодная, выжженная ненависть и усталость.

– Ну что, – сказал я, и мой голос был максимально холодным. – Бой окончен. Победитель очевиден. Настала пора переходить к самому интересному, – старик молчал, лишь сильнее сжав челюсти. – Правила дуэли были такими. Победитель забирает всё. Это было оговорено заранее и вы согласились.

– С... с нас нечего взять, – проскрипел он. В его голосе смешалась беспомощность проигравшего и ненависть чистокровного, что проиграл каким-то уродцам.

– У вас есть одежда и артефакты, – холодно прошептал я. – Вы говорили лишь о наших трофеях. Я же говорил обо всём, что у вас было.

– Н-наше снаряжение собственность Мизухи, – сжав зубы прорычал он. – Ты не посмеешь!

– Ещё как посмею. Гидеон, будь добр, сорви с них одежду, – я выпрямился и посмотрел на юного паренька, однако тот даже не думал двигаться. – Гидеон, – мрачно прошептал я. – Они направили на Демонетру боевую магию. Без тебя, она могла погибнуть всего от одной стрелы смерти.

Это сработало. Глаза Гидеона, обычно пустые и отстраненные, потемнели. В них вспыхнула ярость, словно некая дамба внутри прорвалась. Его тело потекло, образуя десятки тонких, липких щупалец. Без лишних слов, он принялся за работу.

Первым делом он сдернул с седовласого его потрепанный, окровавленный плащ, затем принялся за бронежилет, за артефактные кастеты на руках – боевые перчатки.

Следующей жертвой стал убийца, за ним остальные бойцы ближнего боя и заклинатели. Одежда рвалась с характерным хрустом, металлические застежки ломались. Одаренные всячески возмущались, выкрикивая проклятия и поливая нас грязью, но Гидеон был неумолим.

Через пару минут перед нашими глазами предстала грустная картина. Семь взрослых мужиков, побитых жизнью, сидели или лежали на земле в чем мать родила, прикрываясь только руками и остатками собственного достоинства, которое очень быстро таяло прямо на моих глазах. Гидеон аккуратно сложил всю их экипировку в кучу у моих ног, после чего отступил, приняв человеческую форму. Его лицо по прежнему было невозмутимо, но в глазах читалось удовлетворение от хорошо проделанной работы.

– Молодец, – похвалил я его, а потом посмотрел на Демонетру. – Твой выход, принцесса.

– Фу, бля! Я не хочу смотреть на сморщенные писюны каких-то старикашек, – она скривилась, миленько сморщив носик и наоборот отступив на шаг от меня. – Я же девочка! У меня психика нежная!

– И это говорит та, кто просила меня купить гуро-хентай?

– Это другое! И ваще, я пошутила тогда! – она топнула ножкой. – Настоящая леди в своей жизни должна видеть лишь один член.

– Настоящая леди даже слова такого не должна знать, – парировал я, усмехнувшись. – Хватит сопли жевать. Ты хочешь стать сильной и отомстить этим уродам?

– Что я должна сделать? – мгновенно собралась Демонетра, и с её лица мгновенно пропала игривость. Впервые вижу её настолько серьезной.

Я шагнул ближе к груде голых, дрожащих тел. Лидер смотрел на меня, и в его взгляде уже читалась не только ненависть, но и тень животного страха. Он и раньше понимал, что правила игры изменились, но теперь окончательно осознал, что его жизнь находится в руках монстра.

– Врагов нужно давить максимально жестоко, – прошептал я, посмотрев сверху-вниз на каждого одаренного. – Ты уже умеешь облегчать боль, но сейчас даже не думай об этом. Наоборот, сделай их тела более чувствительными. Сыграй на другом аспекте – похоти. Эрогенная зона – это область повышенной чувствительности. С твоими способностями каждый участок тела может стать чувствительным.

Глаза одаренных расширились от ужаса. Они уже чувствовали невероятную боль, которую никогда в жизни не ощущали. Если на их разум навалится ещё больше боли, у них вполне может остановиться сердце от болевого шока. Это поняла даже моя ручная лилим, потому когда она хотела высказаться против этой затеи, я улыбнулся.

– Шутка. Никогда не любил бессмысленную жестокость, – вот только моим словам почему-то никто не поверил, а жаль. – Используй на них феромоны ярости. Разожги пламя ненависти в их груди, – указал я пальцем на двоих одаренных A ранга.

– Эмм, а зачем? – не поняла Демонетра, но это звучало уже не так дико, потому она подошла ближе и начала выпускать странный аромат из своего тела. Этот запах щекотал нос и вызывал желание ударить кого-то, да посильнее, вот только подобные костыли на мне не работают. Тот, кого боялся сам Гнев, никогда не потеряет голову от этой эмоции.

– У могущественных одаренных очень крепкая защита, – с видом умного лектора пустился я в объяснения. – Наш разум состоит из примитивных, животных инстинктов и нашего эго. Именно последнее отвечает за броню, что защищает наше «Я» от чужого вмешательства. Ярость же – это самая губительная эмоция для нашего эго. Ярость и похоть – два столпа животных инстинктов, которые способны найти брешь в любом, даже самой крепком щите.

Я дал ей время усвоить эти слова. Она смотрела на голых, побитых мужиков. На их полные ненависти глаза, которые медленно обрастают звериным оскалом. Продолжая работать со своим даром, она уже заметила, что эта ненависть была направлена уже не столько на неё, сколько на весь мир вокруг. Особенно у слабеньких одаренных.

– Я... кажись поняла, – неожиданно прошептала она, смотря в глаза другого одаренного A ранга, паренька убийцы. – Нужно найти баланс. Между похотью и жаждой убийства. Чтобы они хотели не просто убить, а... доминировать. Как животные.

– Верно, – она не могла видеть мой звериный оскал, но Гидеона от него передернуло. Всё же она действительно неограненный алмаз. Если остальные просто произведения искусства, то она с Гидеоном шедевр, рождающийся раз в сотню лет.

Лицо Демонетры стало сосредоточенным. В её взгляде больше не было брезгливого страха и неуверенности. Был интерес. Жажда экспериментов. Она подняла ладони, и от её пальцев потянулись едва заметные пурпурные волны. Этими самыми пальцами она коснулась щеки седовласого лидера и ласково провела по ней так, как мужчины касалась любовница. Второй рукой она коснулась щеки второго одаренного и томно прошептала.

– Вы такие... сильные. Но кто из вас сильнее?

Старик стиснул зубы, стараясь не попасть под влияние демоницы. Его челюстные мышцы вздулись, зубы противно заскрипели. Он сопротивлялся так яростно, что казалось новенькой демонице здесь ловить нечего. Однако я уже сбился со счета, сколько таких стоиков видел. Будь они действительно настолько сильны, как пытаются показать себя, им бы не приходилось так сильно выпячивать свою силу воли.

Остальные одаренные были куда слабее. Вместо ярости, они были больше подвержены похоти. Это естественно, ведь Демонетра использовала ярость лишь чтобы найти лазейку, а потом полностью перешла на этап соблазнения. Вот только внимание она уделяла лишь двум «альфа-самцам», тогда как остальные... Они начали пожирать своих товарищей голодным взглядом. Что творилось в их мыслях даже знать не хочется. Явно что-то такое, что может смутить даже древнего демона.

– Вы сейчас голые, – тихо произнес я, обращаясь к лидеру. Планировал помочь своей девочке сломать непокорного человечка. – А ты сидишь к ним спиной. Неужели настолько сильно им доверяешь? Они ведь не так сильны духом, как их многоуважаемый лидер.

Это стало последней каплей. Его защита окончательно пала. Рухнула под внешним давлением Демонетры и моих острых слов, породивших сомнения. Его глаза загорелись чистой, неконтролируемой яростью. Дыхание стало прерывистым и рявкнул на меня.

– Я найду вас! Прикончу всех! До единого! Вы заплатите!

Старик рычал, как загнанный в угол зверь. Слова о мести звучали так жалко, словно ребенок гремит погремушкой, угрожая ударить ей взрослого. Никакой реальной угрозы я не чувствовал. Было лишь отвращение к зверю, что не смог совладать с манипуляцией низшей демоницы.

– Ужас-то какой, – вздохнул я, приложив ладонь к сердцу. – Такой страшный дядя на меня кричит. Прям сердечко от страха замирает. И всё же, – я обвел холодными глазами толпу чистокровных. – Это маловероятно. Во-первых, зачем нас искать? Мы работаем в Дзайбацу. Приходите, мы всегда рады гостям. Во-вторых, прикончить? Вы только одного из нас поцарапать смогли. Уверены, что хотите повторить фестиваль боли и унижений?

Я сделал шаг вперед, оценив расстояние между нами. Глаза, полные бессильной ярости, следили за каждым моим движением. Несмотря на сломленный разум, он всё ещё оставался сильным одаренным, потому не рычал и не кидался на меня, пытаясь разорвать глотку зубами.

Моя нога резко выстрелила вперед, ударив седовласого в грудь. В то самое место, где были сломаны ребра, а сейчас была вполне целая грудная клетка.

Старик захрипел, глаза вылезли из орбит от боли и неожиданности. Тело отлетело назад, бессильно свалившись на землю, захлебываясь воздухом. Его дух снова дал трещину, ведь его, ветерана боевых действий, обычным пинком отправил в полет безродный щенок, который ему во внуки годится.

– Так-то лучше, – сказал я, холодно покосившись на его распластанное тело и подходя к молодому напарнику. – Свалим весь крупный мусор в одну общую кучу. Уборщик я или кто?

Я прошелся по кругу, методично и без лишней жестокости отправляя каждого одаренного в полет ударом ноги. Пинок за пинком, и вот перед моими глазами выросла внушительная горка из голых тел. Под действием феромонов лилим они начали извиваться и тереться друг о друга. Очень мерзкое и неприятное зрелище. Окажись среди них женщина, её судьба была бы предрешена.

Достав из кармана телефон, мне удалось сделать несколько сочных кадров. Сияние вспышки и звук работающей камеры вернул нескольким одаренным сознание, ведь вместо ярости и животной похоти их сердца наполнились страхом. Они знали, какое оружие только что оказалось в моих руках.

– Улыбочку, – прошептал я, делая ещё один кадр с лицом полного осознания любителей оргий на открытом пространстве. – Значит так, слушаем меня очень внимательно, – сжимая в руке телефон, я четко проговаривал каждое слово. – Вот, что ты будешь говорить каждому встречному. Ты со своей бандой отморозков проиграл своё снаряжение гибридам Дзайбацу. Дуэль была честной, и претензий у вас никаких нет. Если услышу, что вы пытаетесь мстить, или ваша история будет звучать как-то иначе... – подойдя ближе, я ткнул пальцем в экран, демонстрируя всем позорную фотографию. – Думаю, вы понимаете, куда утекут эти фотографии. Вы станете звездами всего Нью-Токио, нет, всей Японии. Ваши любимые жены подадут на развод. Ваши дети открестятся от вас, как от прокаженных. Вы навсегда закрепите за своим именем статус содомитов, которые мало того, что занимались извращениями, так ещё и хоумвидео при этом снимали. Кстати да, хорошая мысль. Демонетра?

Однако Девочка лишь отшатнулась от меня. В её взгляде читалось отвращение. Она даже близко не хотела стоять рядом с этой кучей тел, которые воняли потом и продолжали извиваться, доставляя дискомфорт всем окружающим.

Я поднялся, отряхнув руки с коленями. Ничего грязного я, конечно же, не касался. Уже наработанная привычка.

– Всё, шоу окончено. По автобусам, – прикрикнул я на своих подопечных, бросив последний взгляд на побитых людей. – И если еще раз увижу вас, заберу вообще всё. Включая ваши прогнившие души.

В глазах одаренных мелькнул настоящий, первобытный страх. Корпорации уже давно уподобились демонам, научившись перерабатывать души в чистый источник энергии. Так что моя угроза звучала весьма убедительно.

Гибриды не заставили себя ждать. Демонетра первая рванула к машине, будто за ней гнались призраки. Гидеон тоже не отставал. Казалось, они боялись меня даже больше тех чистокровных. Но это же бред. Мы друзья и союзники, да и не сделал я ничего такого ужасного. Люди ведь часто запугивают и шантажируют слабых, так чем я хуже?

Дорога обратно была похожа на поездку в катафалке. Тишина в салоне была густой и тягучей. Молчали абсолютно все, в том числе несносная язва, которой только дай повод обратить на себя внимание.

Я наблюдал за ними краем глаза, но не стал ничего говорить. Всё же да, стоит признать, что заигрался с слегка перегнул палку. Чистокровные итак догадались, что их будет ждать, если они продолжат трепать нам нервы. Зачем было тыкать их носом в очевидные факты? Однако, если посмотреть с другой стороны, мои действия были абсолютно оправданы. Детишки должны учиться давить насекомых. Ведь в какой-то момент я уйду, и им придется самим разбираться с противниками, которые могут оказаться не такими догадливыми.

Когда автобус въехал в подземный гараж Дзайбацу, я почувствовал, как напряжение в салоне немного спало. Двери открылись с тихим шипением. Мои подопечные молча, один за другим, вышли из салона. Никаких прощаний, никаких взглядов. Просто ушли, думая, что я также вернусь в свою комнату. Вот только у меня были свои планы на вторую половину дня.

– Слушай, будь другом, – обратился я к нашему молчаливому водителю. – Подбрось до ближайшей станции синкансена. В Осаку хочется съездить, родню повидать.

Водитель молча кивнул, поднеся палец к наушнику и связался с кем-то, передав мой запрос. Вместе мы подождали ответа, и спустя секунд он кивнул.

– Разрешение получено.

Автобус снова тронулся, но теперь маршрут был другим. Мы проехали всего пять минут, прежде чем распрощаться. Поднявшись на станцию, я зашел в туалет, где привел своё лицо в порядок. На него попало немного зеленой слизи низшего демона. Она уже засохла и отвалилась, но всё равно лучше смыть. Незачем Кейко знать, что мы сегодня сражались с демонами и одаренными.

Через час я уже стоял за стойкой кафе и рассказывал своей матери, как проходили рабочие будни. Моя униформа помогала строить убедительную ложь, ну а бейджик я снял. На нем мало полезной информации, а слова о жилой зоне гибридов лишь могут натолкнуть Кейко на ненужные подозрения.

Мать стояла за стойкой, вытирая стаканы. Увидев меня, её лицо озарилось той самой теплой улыбкой, согревающей сердце. Эх, никогда не пойму, за что Акира её ненавидел.

Я поделился с ней, что сегодня мне пришлось убирать комнату одной избалованной девочки. Саму хозяйку комнаты увидеть не удалось, но судя по богатому интерьеру, папочка у неё был кто-то важный. Кейко, разумеется, спросила, почему мне вообще позволили заниматься уборкой комнаты такого важного человека? На это я не знал, что ответить. Мало ли, какие причуды у богачей?

Пока пил чай, Кейко успела рассказать, как прошел набор новых курьеров. Она нашла несколько кандидатов и обещала им перезвонить. Перезвонил, конечно же, я, но лишь двум, так как больше людей нам пока и не нужно.

Нашими курьерами стали двое взрослых мужчин, способных отстоять свою точку зрения. Не наглых, не буйных, просто знающих себе цену. С ними мы обговорили все нюансы работы. Сколько будут платить за заказ, как будет рассчитываться прибыль, как работает наш сайт. Зацепили также и тему общения с клиентами. Там была классика: не грубить, улыбаться и бросать визитку в пакет. Со сложными клиентами не спорить, просто холодно сказать, что если что-то не нравится, мы можем добавить их адрес в черный список. У нас нет времени слушать глупые жалобы. Лучше направить усилия на более лояльных клиентов.

Глава 8

***

Столичный филиал Дзайбацу Групп, рабочий кабинет главы корпорации.

Дверь в кабинет Аримы Кагуи распахнулась без вежливого, предупреждающего стука снаружи. В дверном проеме, залитом холодным светом светодиодных панелей, появился тонкий силуэт девочки. Нет, уже взрослой, состоятельной леди, окончившей школу и устроившейся на работу в корпорацию своей родной матери.

Лицо Аримы Рики, обычно озаренное высокомерной усмешкой, сейчас сияло искренней, почти детской радостью. Белые волосы с алыми кончиками были слегка растрепаны, а на щеках играл здоровый румянец после недавней физической активности.

Она сделала шаг внутрь. Её спокойная, размеренная походка, подобающая наследнице огромного состояния, сменилась легки, почти неуловимым подпрыгиванием на носках. Черные подошвы сапог отстукивали быстрый, радостный ритм по черному мрамору.

– Мамуль, я вернулась! – звонкий девичий голос заполнил стерильную пустоту кабинета.

Кагуя, сидевшая за рабочим столом и изучавшая отчет на планшете, медленно подняла голову. Её пронзительные глаза, обычно холодные и оценивающие, смягчились на долю секунду, прежде чем в них вспыхнул привычный огонек превосходства и одобрения. Легкая улыбка тронула её губы

– Вижу, задание прошло успешно, – удовлетворенно выдохнула она, наблюдая как Рика бросилась её обнимать.

Её дочь мгновенно сократила расстояние между входом и её рабочим местом. Тонкие ручки, способные разорвать сильнейших одаренных Земли на кусочки, мягко обвили тонкие плечи эльфийки. Лицо Рики уткнулось в дорогую ткань пиджака.

– Я скучала, – жалостливо прошептала она.

– Ну-ну, не выдумывай, – Кагуе оставалось лишь отмахнуться от этой детской манипуляции. – Всё было настолько плохо?

– Ужасно! – выкрикнула она, топнув ногой в раздражении. – Эти придурки с каким-то карликовым дракончиком не смогли справиться. Ну да, почти S ранг, но пять здоровых лбов моего ранга? Меня одной за глаза хватило, чтобы оторвать ему хвост, а потом и этим идиотам их глупые головы. Позорище какое. Незачем нам держать таких слабаков в подчинении.

Она говорила быстро, используя множество жестов. Речь была полна энергии и абсолютной уверенности, что она всё сделала правильно. Как одна из сильнейших принцесс японских островов, она вправе решать кому жить на её территории, а кому умереть.

Кагуя слушала, откинувшись на спинку кресла. Пальцы лениво постукивали по ручке кресла. Лицо выражало лишь скуку, с небольшим намеком на одобрение.

– Молодец. Я доверяю твоим суждениям. Если всё действительно настолько печально, по возвращении их ожидала бы казнь, – кивнула она, а в её голосе прозвучала ледяная уверенность. – Сильный пожирает слабого. Всегда держи этот закон нашей семьи в голове.

Рика засияла от похвалы. Она сделала глубокий вдох, намереваясь продолжить рассказ, уже про свою повседневность, однако её взгляд скользнул сначала по множеству мониторов, встроенных в поверхность стола, затем по экрану планшета. На мониторах были привычные графики прибыли с картой открытых порталов, а вот на планшете был открыто досье на одного молодого сотрудника. Фотография молодого мужчины в сером комбинезоне, выгоревшими волосами и холодным взглядом. «Сато Акира. Старший уборщик. Жилая зона гибридов», прочитала она.

Любопытство, острое и мгновенное, вспыхнуло в глазах. Всё же помимо этого, рядом стояла графа его родословной, его социальный рейтинг и кто рекомендовал его на должность уборщика.

– Мам, а это кто? – она ткнула пальцем в экран. В её тоне больше не было восторга, лишь детское любопытство, заставившее Кагую нахмурить брови.

– Один... интересный персонаж, – сказала она, сама не совсем понимая, как лучше его описать. Эта сама неуверенность заставила уже Рику удивленно приподнять брови, ведь она редко видела мать в таком состоянии. – Моя маленькая игрушка его привела. Гражданин Осаки, в молодости злоупотреблял наркотиками. Трещины на магическом ядре, родословная не боевая, ничтожная. И при этом уже несколько раз усмирил Принцессу на первом и втором уровне ярости. А сегодня они разгромили боевую звезду одаренных Мизухи.

– Мизухи? – Рика нахмурилась, переваривая информацию. – Эти неудачники последнее время много на себя берут. Может раздавим?

– Кто-то должен контролировать рынок, – женщина лишь отмахнулась от её предложения. – У меня нет времени заниматься такой ерундой. Самое интересное, – щелкнула она мышкой, переключив одну вкладку на мониторе. – Они принесли трофеи. Собственность корпорации, снаряжение одаренных A ранга. Одежду они просто сожгли, но артефакты... Они отправились в лабораторию. Шанс узнать что-то новое невелик, но Мизухи уже затребовали вернуть артефакты обратно. Значит, что-то скрывают, и мы продолжим изучать их технологии.

– Пускай на все четыре стороны валят, – грубо выплюнула Рика, увидев огромный пласт бюрократического текста, которую её мать заботливо показала.

– Моя девочка, – Кагуя в очередной раз ласково улыбнулась. – Мы всегда можем устроить очередную дуэль. Или войну корпораций. Не желаешь стать главнокомандующим?

– Не-не-не, – запротестовала Рика, отпрянув от матери и замахав руками. – Оставь командование яйцеголовым. Твоя дочурка жаждет рек крови и трона из черепов.

– Маленькая маньячка.

– Вся в мать, – девочка снова покрепче обняла Кагую, продолжая сверлить взглядом фотографию Акиры. – Значит, уродцы стали полезными из-за него? – её взгляд прищурился, она словно пыталась найти на этом обычном лице следы силы и гениальности, вот только она видела лишь побитого жизнью неудачника, разочарованного в мире.

– Этот парень... вызывает странные чувства, – пальцы Кагуи сжали подлокотники стула.

– Мам, ты его боишься? Ой! – только сказав это, она поняла какую глупость сказала. Повернув голову, Кагуя холодно на неё посмотрела.

– Не смей во мне сомневаться, – после этих слов, сказанных спокойным, угрожающим тоном, она расслабила плечи, позволив Рике вдохнуть свежего воздуха. – Нет, это не страх. Что-то другое. Словно я, величайший лжец на планете, почувствовала присутствие другого лжеца на своей территории. Этот мальчик лжет. Я это чувствую. Все инстинкты кричат, что его поступки неправильны. Но где он солгал? Его прошлое уже трижды перепроверили. Его жизненный путь шит белыми нитками, особенно его исправление, но такое случается в жизни. Тайный ученик Рэйко? Сомнительно. Однако если под личиной Акиры скрывается кто-то другой, кого она знала раньше...

– Думаешь, настоящего Акиру того... – Рика провела пальцем по горлу. – Подражатели заявились? Но разве у нас не лучшая система защиты в Японии? Ой, лучшая ведь у Мицубиси. Но второе место точно за нами!

– Возможно и подражатель, – Кагуе оставалось только пожать плечами, ведь ответа на этот вопрос она не знала. – В любом случае, мы отправили его кровь на анализ. Неважно будет это король доппельгангеров или сам древний лицехват, от глаза нашего заведующего медблоком ничто не укроется. Акира ведь оставил огромное количество крови у нас на пороге. Грех не воспользоваться талантами нашего молодого вампира.

***

Путь до столичного филиала Дзайбацу занял больше времени, чем я рассчитывал. В ночное время суток синкансен курсирует реже, делая длительные остановки между станциями, потому до своей комнаты я добрался уже после полуночи.

Как только вошел в свою комнату, сразу бросил телефон на кровать и начал стягивать с себя пропахший потом комбинезон. В этот момент смартфон завибрировал, оповещая о новых сообщениях в групповом чате. Но я проигнорировал его, отправившись в душ. Только спустя десять минут я решил взглянуть, почему детишки снова начали баловаться.

Разблокировав экран и щелкнув по уведомлению, меня перебросило сначала в само приложение, а потом к первому непрочитанному сообщению. И тут моим глазам открылся огромный, гипертрофированно волосатое мужское достоинство. Художник явно тяготел к реалистичному стилю, потому это зрелище было максимально отталкивающим. Но самое ужасное было не то, что Демонетра это отправила, а то, что она написала позднее.

«Ахегао: Нашла в телефоне Гида. Видать ему сморщенные писюны тех дедов понравились и он решил сменить сторону (≧◡≦)»

«Гид: Неправда! Это не моё! Ты врешь!»

«Ахегао: Я глубоко разочарована в тебе, Гид. Ты должен был согласиться. Всё, мы теперь не друзья»

После этого сообщения не прошло даже минуты, и знаю насколько тяжело было Гидеону написать следующее сообщение.

«Гид: Верно, это моя картинка. Мне просто стало интересно и я случайно её сохранил»

«Ахегао: Я же говорила, что у него комплексы. Уверена в прошлом у него писюн был маленький, а сейчас»

Она отправила сообщение, не закончив мысль. Прошла минута, как она снова написала.

«Ахегао: Слушай, я только сейчас поняла. Ты же можешь себе такой хуище отрастить! Мечта всех женщин! Ты чего тряпка то такая?»

«Ночь: Мои глаза. Я сейчас в окно вылезу и прирежу её нахер».

Скорее всего в этот момент Нокс увидела ужасно реалистичный арт мужского достоинства. После этого какое-то время не было сообщений, а моё сердце сжалось от неприятного чувства.

Накинув на себя рабочий комбинезон, я вышел из комнаты. Подойдя к двери Демонетры, услышал внутри шум, как будто кто-то сражался. Недолго думая, я приложил карту доступа.

Дверь с тихим шипением разъехалась в стороны. В нос сразу ударил запах боевых феромонов демоницы, от которых веки тяжелели и хотелось зевать. Однако вперемешку с ними была также ярость, неконтролируемое возбуждение и много чего ещё, что нивелировало эффект сильнодействующего снотворного.

Комната, как и всегда, утопала в зеленых соплях, и в самом эпицентре этого хаоса, прямо на широкой кровати, происходила яростная потасовка. Одежды самый минимум, топики и короткие шортики, и все измазаны зеленым гелем хозяйки комнаты. Больше всего ассоциаций у меня возникло с женской борьбой в грязи, чем с битвой двух особо опасных гибридов не на жизнь, а на смерть.

Нокс, чьи волосы были растрепаны и стояли дыбом от липучего геля, сидела верхом на Демонетре, вцепившись пальцами в её тонкую шею. Её алые глаза горели холодной решимостью.

– Сказала же, что убью тебя нахер, – прорычала она на удивление эмоциональным голосом.

– Ты... сказала... прирежешь! – выдохнула маленькая демоница и рукой сдавила её лицо, сбросив с себя. Теперь она была наверху и также начала душить Нокс. – Кто кого ещё убьет, сучка! Зря в рукопашку полезла. Роге всегда лицо ломают, когда они начинают борзеть.

– Это... не тупая игра! – прорычала она, а из её ладоней выскочили костяные шипы. В этот момент я понял, что лучше вмешаться сейчас, пока не случилось непоправимого.

– А ну, разошлись по углам! – рявкнул я, сделав шаг вперед, однако меня попросту проигнорировали, потому я схватив Демонетру за хвост, дернул его на себя.

– Атя-тя-тя-тя! Мой хвостик! Не трогай мой хвостик! – взвизгнула она, подпрыгнув на месте, чем сразу же воспользовалась Нокс.

Шипы мгновенно погрузились обратно в ладонь опасного рейфа, и малолетняя убийца со всей доступной силой прописала Демонетре кулаком прямо в живот.

Тело девочки отлетело на метр, стукнувшись о пол. Ей было трудно дышать, ну а мне пришлось схватить Нокс под руки и держать её, чтобы она не кинулась дальше нести справедливость.

– Сумасшедшая... сучка... – с трудом выдохнула Демонетра, хватаясь за живот. – Я просто пошутила, а она реально... убить хотела...

– Хотела бы убить, Акира нашел бы лишь труп, – выплюнула она, попытавшись вырваться, но я сильней заломал её руки.

– Я тебя сама убью! – прорычала она, намереваясь продолжить потасовку, однако я швырнул Нокс на кровать и встал между ними.

– Довольно! – от моего крика задрожала вся комната. – Или сам вас прикончу.

Неожиданно, обе смутьянки замерли, будто пара грызунов, застигнутая врасплох взглядом удава. Конечно, они понимали, что моя угроза пустая, не имеет под собой веса, но голос всё равно вынуждал подчиниться. Никакой магии, просто они своими глазами видели последствия, как заканчивается история тех, кто выводит меня из себя.

Я бросил взгляд на Нокс, которая медленно сползла с кровати и прислонилась к стене. В этот самый момент ей хотелось держаться от меня подальше. Демонетра казалась смелее, ведь она просто стояла на месте, боясь смотреть на меня. Ну вот как можно злиться на этих маленьких котят?

– Вы знаете, что вас ждет за подрыв дисциплины, – начал я зачитывать приговор. – Нокс. За самосуд завтра на собрание придешь без плаща. Демонетра, – посмотрел я на неё, вытянув руку. – Отдай шнур от приставки. Все шнуры.

– П-почему я виновата? Это всё она? – попыталась пропищать девочка, над которой повисла угроза потерять игры.

– Мне плевать, – опустил я топор правосудия. – Нокс потеряет больше, правда ведь?

Беловолосая девочка лишь молча сжала зубы. В её глазах мелькнула жажда убийства, направленная уже на меня. Моё требование вполне можно причислить к попытке убийства, ведь солнечный свет обжигает рейфов, как вампиров из сказок. Но так как она полукровка, у неё просто появляются волдыри от длительного пребывания на солнце. Но я не изверг, потому закрою шторы перед собранием.

– Разошлись по своим комнатам, быстро, – приказал я, грубо выхватывая три комплекта проводов из рук Демонетры. – В следующий раз я не буду таким добреньким.

Выходя в коридор, я услышал ещё парочку взаимных оскорблений, произнесенных шепотом. Уходить далеко не стал, дождавшись, когда Нокс выскользнет из чужой комнаты и скроется за своими дверями. Только тогда вернулся в свою комнату. Закрыв дверь за собой, я рассмеялся. Искренне, так, как не смеялся последнюю сотню лет.

Что за абсурд. Неужели человеческий мир всегда был таким веселым? Почему прожив здесь столько лет, у меня только сейчас открылись глаза? Людишки такие забавные.

К сожалению, из-за возни с Демонетрой и её слизью, пришлось снова принимать душ. Комбинезон пришлось отправить в химчистку, благо я заранее уточнил у Рэйко на какой этаж нужно относить грязные вещи с бельем. Всё это время у меня на губах играла легкая улыбка и настроение, в целом, было приподнятым. Так было, пока мне на телефон не пришло новое сообщение.

«Завтра в 8:00 будь у себя. Нас ждет серьезный разговор»

Текст был коротким и официальным. Обычно Рэйко заканчивала личные сообщение текстовым смайликом, но сегодня решила воздержаться. На часах было уже 12:00, время позднее, рабочее время закончилось. Зачем она отправила это сообщение сейчас, когда могла дождаться утра? Зная её пунктуальность, ей ничего не мешало отправить эту сообщение через пару секунд после начала рабочего дня, как она делала раньше.

Вывод из этой ситуации только один. На неё надавили сверху. Скорее всего нашли причину сомневаться во мне. За ходом нашего разговора будут тщательно наблюдать, потому нужно тщательно подготовиться. Нельзя позволить им сомневаться во мне, но в то же самое время нужно защитить маску Рэйко. Уверен именно эта просьба и скрывалась за её сообщением.

И вот ровно в восемь утра, как и положено пунктуальной демонице, в дверь постучали. Я только-только выполз из душа, завернувшись в полотенце, прикрыв самую важную зону для любого мужчины. Волосы ещё мокрые, мокрый пар приятно холодил кожу, а в воздухе повис аромат дорогого геля для душа.

Отрыв дверь, увидел редкое выражение удивления на лице Рэйко. Она всё также была в своем безупречном чёрном костюме, с солнцезащитными очками, идеальной прической. Вот только её взгляд буквально пожирал моё полуобнаженное тело, а язык так и норовил выскочить, чтобы облизать пересохшие губы.

Слабость продлилось мгновение. Королева суккубов быстро подобрала слюни, вернув маску ледяного спокойствия. Кто бы что не говорил, но демоны похоти всегда остаются демонами похоти. Если играют за другую команду, это не значит, что они полностью исключили из своего рациона аппетитных мальчишек.

– Доброе утро, Акира, – поприветствовала она ровным тоном, шагнув внутрь. Я не стал ей препятствовать, позволив королеве самой закрыть за собой дверь. – Встречать своего начальника в таком образе? Смело. Очень смело, молодой человек.

Я усмехнулся. Действительно, за нами сейчас наблюдают и неизвестно, что люди подумают про наши с ней отношения. Но разве меня должна волновать репутация Рэйко? Если люди поверят в нашу связь, выходящую за рамки простого начальника и подчиненного, это можно будет считать победой.

– Кофе, госпожа Рэйко? Свежесваренный, с молоком, без сахара. Всё, как вы любите.

Демоница кивнула, садясь за мой рабочий стол. Чайник как раз закипел. так что я разлил кофе по двум кружкам. Одну поставил перед ней, вторую взял в руки и присел на кровать.

Скрестив ноги, Рэйко сняла очки и положила на стол. Сделав глоток, она обвела взглядом всю комнату, словно искала следы преступления. Игра перед большим братом, который вечно бдит, или она действительно надеялась найти ниточку к моему грандиозному плану?

– Ты превзошел все наши ожидания, Акира-кун, – начала она. Ласковый голос струился по комнате, будто она устала играть роль строгого начальника и решила показать крупицу характера. Разумеется, всё это лишь для создания правдоподобного образа, ведь Акира не должен подозревать, что прямо сейчас его прослушивают. – Твои успехи впечатлили не только меня, но и высшее руководство Дзайбацу. Я рассчитывала, вам потребуется не меньше месяца на раскачку, а тут... Всего пару дней прошло, как они уже способны рвать и грабить чистокровных других корпораций.

– Пусто вам. Они и раньше неплохо сражались в дуэлях, – отклонил я похвалу в свой адрес.

– По одному, на арене, под взглядами толпы одаренных, что смогут остановить ту или иную сторону.

– Это заслуга вашего кураторства, госпожа Рэйко, – решил я продолжать гнуть линию покорного раба корпорации. – Без вашего наставления, без ваших подсказок, я продолжал бы топтаться на месте, не зная как подступиться к Кагуе и Демонетре.

Она довольно хмыкнула, а в её рубиновых глазах сверкнули искры холодной стали.

Я сидел спиной к вентиляционной решетке. Уже давно выяснил, что там установлена камера. Незаметно соединяю большой палец с мизинчиком, пальцами показывая Рэйко цифру три. Пальцы были скрючены, непропорциональны, похожи на острые когти.

Рэйко сразу поняла значения моего знака. Повторив жест, она повернула руку ладонью к лицу, начав царапать ногтем большого пальца другими. Один из «скрюченных» пальцев уставился в потолок над моей головой. Если переводить наш немой диалог дословно, то после моего вопроса о камерах она сообщила ещё об одной. Ноутбук тоже просматривают через вебкамеру, но его крышка закрыта. Максимум через динамик услышат наш разговор.

– Отлично. Успех недавней операции не вскружил тебе голову, – довольно выдохнув, Рэйко поставила кружку на стол, подав тело вперед и уставившись на меня. – Скажи-ка мне, мой дорогой Акира. Руна реанимации, которую ты идеально вырезал ножом на своей ладони. На бегу, в стрессовой ситуации. Как мелкий бандит из глуши овладел таким сложным навыком? И откуда ты почерпнул знания о рунной магии?

– Хорошо, расскажу, – я встретил её взгляд спокойно, как подобает человеку, которому нечего скрывать от других. – В детстве, ещё до своего падения, назовем это так, я увлекался живописью. Меня очень манила эзотерика. Душа художника она такая, всегда старается найти скрытый смысл там, где его нет. А что может быть более загадочным, чем руны и символы, с которыми даже безродный сможет творить чудеса?

– Творить ценой жизни, – напомнила она, но я лишь сделал глоток порядком остывшего кофе. – И всё же, как только услышал о проблемах Кагуи, память сразу ожила? Слишком удобно, не находишь? – Рэйко прищурилась, старалась поймать краткий миг волнения у меня на лице.

Без всяких разговоров я поднялся, взял со стола ручку и чистый блокнот. Открыв примерно на середине, начал рисовать. Первой руной оказалась руна тумана, которую я не стал активировать, а просто вырвал листок и протянул её девушке. Второй была руна хлопушки, которая также перекочевала в руки демоницы.

– Эти две руны я даже сейчас хорошо помню. Руну реанимации же пришлось вспоминать, но её я тоже сотню раз рисовал в детстве. Как только услышал о проблемах нашей Принцессы, так сразу и полез искать старые книжки. Вернее отсканированные страницы древних талмудов, что были загружены энтузиастами в сеть.

Рэйко сразу поняла почему я решил показать именно эти две руны. Туман поможет Нокс скрыться от лучей солнца, если поблизости не окажется никакой тени, а её плащ будет разорван на ленточки. Хлопушку же можно использовать для отвлечения. То, что я уборщик вовсе не означает, что меня нельзя использовать как отвлекающий маневр или вообще приманку для монстров.

– Пять лет, – прошептала она, а на её лице впервые появились следы беспокойства. – Твой срок жизни итак будет коротким из-за повреждения ядра, а ты пожертвовал ещё пятью годами, чтобы остановить Кагую. Зачем, Акира? Это была честная дуэль. Все участники знают, что не каждый после них выживает. Неужели ты настолько сильно проникся этой девчонкой, что решил спасти её от очередной травмы?

– Это была инвестиция, госпожа, – я отвел глаза в сторону, не в силах выдержать взгляд демоницы. – Всего пять лет жизни, но теперь у нас есть трамплин в высшую лигу. И наш с вами разговор лишь доказывает, что меня заметили. Значит, я всё сделал правильно.

– Лжешь, – холодно произнесла она. – Из тебя очень хороший лжец, Акира. Но сейчас ты и сам не веришь в свои же слова. Благородство губит достойных. Помни это, когда в следующий раз решишь пожертвовать собой ради пары уродцев.

Рэйко одним глотком осушила кружку холодного кофе, с тихим стуком поставив её обратно, на стол. Подхватив лежащие на столе очки, она поднялась, последний раз окинув меня подозрительным взглядом.

– И кстати, загляни-ка в медпункт, – бросила она, сделав шаг в сторону двери. – Со всем этим ускоренным трудоустройством в компании, мы совсем забыли про полный медицинский осмотр.

– Конечно, госпожа Рэйко. Будет исполнено, – глаза улыбались, на лице раболепная улыбка. Внутри же я наконец-то смог соединить ниточки в одну цельную картину. Именно ради этого короткого сообщения она и затеяла весь этот разговор по душам.

Рэйко, воспользовавшись идеей руководства, решила предупредить своего сообщника, что за мной не просто стали следить. Меня откровенно подозревают. Её слова про лжеца, приказ пройти полный осмотр. Они уже долгое время копают под меня, и возможно даже что-то нашли.

Маскировка Скульптора лиц идеальна. Однако даже сильнейшие отродья Матери Образов не способны предусмотреть каждый сценарь. Где-то они могут схалтурить или просто недоглядеть.

У Скульптора же была другая проблема. Это демон, самый настоящий, потому ему нравится оставлять лазейки, с помощью которых маскировку можно раскрыть. Это настолько маленькие и незначительные погрешности, что буквально звезды должны сойтись, чтобы воспользоваться ими. И вот сейчас одной из таких дыр может воспользоваться Хаяси Кана, молодая дриада, которой вполне могли отправить мою кровь на анализ.

Неважно как упорно вы будете изучать мою свежую кровь. Любые анализы подтвердят, что это настоящая кровь Сато Акиры. Но если пройдет неделя и кровь перестанет быть свежей... Напоминаю, моя кровь полна жизненной силы. Человек с таким огромным запасом энергии никогда не рождался. Я был первым и последним. Чтобы меня породить, Еве потребовалось прыгнуть выше своей головы.

Спустя неделю вдали тела количество энергии заметно снизится, но даже тогда её ошибочно можно принять за кровь одаренного C ранга. Ранга, которого Акира никогда не достигнет.

Выхватив телефон из кармана, открыл общий чат. Набросал сообщение, что сегодня будет собрание, задержал палец на кнопке отправки. Подумав, дополнил своё сообщение.

«Смотрящий: Сегодня снова собрание в 12 часов. Заранее не приходите, возможно задержусь в медпункте. Запрещено разбегаться по Цитадели. Искать вас не буду, сразу получите штраф»

Ответы посыпались мгновенно. Никто не возражал. Всех куда больше интересовало, с чего вдруг меня позвали в медпункт? Неужели заболел? Притом Демонетра придумала одну из самых очевидных причин, зачем одинокому молодому мужчине срочно потребовалось посетить доктора. Очевидным по её мнению, и озвучивать эту самую причину я, конечно же, не буду. Просто выдам ей мут на часик, пускай подумает над своим поведением.

Натянув на чистое тело обычные штаны и футболку, вышел из комнаты. Нажав кнопку лифта, продолжил прокручивать план в голове. Убить Хаяси Кану? Слишком грубый и мелочный подход. Мы, демоны, умеем договариваться. Уверен у меня найдется заманчивый стимул, который убедит девочку сохранить мою тайну в строжайшем секрете.

Глава 9

***

Спустя месяц. Восточное море Японии.

Месяц пролетел почти незаметно. Конечно же только почти, ведь каждый из моих подопечных раз в пару дней вел себя хуже обезьяны с гранатой. То Рин с какого-то перепугу решает подтвердить опасения Нокс, заманив всех в ловушку и бросив, то у Кагуи обнаруживается ПТСР при встрече с «глазастиками». Это такие забавные монстры, настоящее имя которых оракулы, но прозревать будущее они не умеют. Вернее умеют, и потому считаются мастерами побега и уклонения, но до настоящих оракулов и провидцев им ещё далеко.

Сегодня наша бравая команда, под моим неусыпным, но максимально расслабленным руководством, оказалась на торговой барже Дзайбацу Групп. Стальное судно спокойно рассекало свинцовые воды. Её палуба, уставленная тысячами сверхпрочных, железных контейнеров, напоминала строительную площадку.

Я же спокойно устроился на шезлонге в самом безопасном, как мне казалось, местечке. На самом верху, под огромным зонтом, защищающим мою нежную кожу от разрушительных лучей солнца. На груди лежал планшет с какой-то дорамой. Пришлось поставить сериал на паузу, ведь началось кое-что гораздо интереснее постановочных битв на экране.

На палубе царила напряженная суета. Рин, уставившись своими глазами в пустой горизонт, начал изображать из себя мудрого лидера, раздавая команды приказным тоном. Его звериные лапы нервно подергивались, уши навострились, улавливая каждый подозрительный звук плеска воды вдалеке.

Рядом стояла Кагуя, единственная кто воспринимал Рина как лидера. Ухватив своими мощными руками рукоять катаны, она подозрительно косилась на горе-предателя. Но делать нечего, сегодня была его очередь командовать отрядом гибридов. Акира так сказал, а она уже привыкла безоговорочно мне подчиняться.

Остальные гибриды разбрелись кто куда, красноречиво, – или же молча, как Нокс, – послав Рина куда подальше с его «тупыми приказами». Они сами знают, как «мочить этих монстров». Притом Демонетра даже какой-то популярный мем процитировала. Что-то там про «кибербулинг» и «ну не знаю, поплачь». Старый я, не поспеваю за каждой сменой приколов из интернета.

– Гидеон, блять! Ты должен был прикрывать левый фланг! – орал Рин, но зеленый парень лишь мельком взглянул на него, продолжив рубить какого-то осьминога с клешнями, закованного в панцирную броню с головы до ног. Я же надев солнцезащитные очки, прикрыл глаза, и сонно зевнув пробурчал.

– Лидерские качества просто зашкаливают. Ты всегда казался мне самым харизматичным из стада. Я определенно сделал правильный выбор, назначив тебя лидером на сегодня.

– Завали хайло, уборщик! – прорычал он. Скорее всего сейчас он злобно смотрел на меня, но мои глазки закрыты и я ничего не вижу. – Сам бы попробовал.

– Так я и пробовал, – лениво бросил я, заложив руки за голову. – И у меня неплохо получалось. То, что ты до сих пор эту грешную землю топчешь, моя заслуга. Просто мне надоело подтирать вашу жопу. Детишкам пора повзрослеть.

Я довольно искренне насмехался над ним. Это цена за то, что он продал всех нас другой корпорации. Конечно копнув поглубже выяснилось, что Синра Корп взяла всю семью Рина в заложники, но разве это его оправдывает? Кто мешал ему рассказать нам обо всём? Мы команда боевых монстров, способны из любой передряги выкарабкаться. А так его семья спасена, все гибриды желают ему смерти, – ну, кроме новеньких, – и перспективы в жизни довольно туманные.

Несколько летающих акул, очень опасных монстров D ранга, запрыгнула на палубу. В компании тех самых панцирных осьминогов они двинулись на нашего боевого огра. Вот только та, без какой-либо ярости, одним горизонтальным ударом располовинила менее защищенных акул, а осьминогов отправила обратно, исследовать морские глубины.

Наверно, стоило поставить Кагую сегодня командовать. Хоть она и была против, но позиция лидера меняется каждый день. Но почему-то мне вдруг захотелось помочь этому неудачнику Рину. Глядишь спланировал бы оборону, частичку авторитета вернул, а он всё кричит и кричит. Кажется, он лишь глубже себя закапывает с такой-то истерикой. И ведь раньше неплохо справлялся, когда его хотя бы Гидеон слушался...

Демонетра где-то на заднем плане умудрилась загипнотизировать огромную нагу и направить её против сородичей. Правда она недооценила могущество монстра C ранга. Стоило ему взмахнуть своим огромным, двухметровым хвостом, как её сбило с ног и чуть не выбросило за борт. Благо её молодой любовник был рядом. Успел выстрелить слизью и покрыть зеленой броней. Это уже стало их фишкой, экзоскелет из королевской слизи, которым управляет юная демоница.

– Нет-нет-нет! – заверещала какая-то девочка, пробегая мимо и чуть не сбивая с ног спрятавшуюся в тенях Нокс. – Отстань от меня! Я не вкусная! На помощь!

Этот комок нервов, слез и соплей зовется Аякой. Одна из двух новичков в нашей команде. Гибрид пожирателя душ, очень неприятной твари из Мертвых пустошей. Внешность у неё очень запоминающаяся. Кожа загорелая, белоснежные волосы заплетены в пару хвостиков по бокам. Она металась между существом, верхняя часть которого напоминала крокодила, а нижняя половина была змеиной. О да, это была та самая нага, над которой Демонетра потеряла контроль.

Вокруг Аяки материализовались три полупрозрачных силуэта поглощенных ею же монстров. Жалкий скелет в ржавых доспехах, какая-то летучая мышь размером с кошку и маленький слизень. Всю эту «могучую армию» она направила на опасное чудище.

Скелет разлетелся от столкновения с могучим телом колоссального чудища. Летучую мышь тварь целиком проглотила, а слизень стал комком призрачных соплей под хвостом наги. Но Аяка знала, чем это кончится, потому даже не думала переставать бежать.

И вот словно из ниоткуда появился второй новичок. Её черное платье с матовыми доспехами даже не колыхнулось, когда она спрыгнула с огромной высоты на чудовище.

Солнечные блики, отразившись от острого лезвия, на миг ослепили морское чудовище. Всего один единственный удар сверху-вниз и чудовище развалилось на части, окрасив железный пол под ногами кровавыми внутренностями.

Аяка, наступив на скользкий участок, чуть не навернулась. Уставившись на свою спасительницу широко раскрытыми глазами, она бросилась её обнимать, размазывая слюни и сопли по дорогим одеяниям.

– Химаааааа! – ревела она. – Спаааааасибо! Я дочь в честь тебя назовууууу!

– Прошу, помолчи, – холодно, без повышения тона, она прервала благодарность Аяки. Но тем не менее свободной рукой похлопала по голове сопливую девочку. – Битва ещё не окончена.

– Угу, – шмыгнула она, призывая на помощь ещё какую-то нечисть, вот только... Мда, даже смотреть на это позорище больно. Чем её вообще кормили в лаборатории? Где чудовища ходя бы D ранга? Про C так вообще молчу.

Наблюдая за этой сценой краем глаза, я лениво хмыкнул под нос. Кога Химари уже была готовым, отточенным клинком. Ценный актив, попавший под моё управление. Дисциплинирована, смертоносна и, что немаловажно, умеет держать язык за зубами. А вот Аяка... У неё такой же огромный нераскрытый потенциал, как у остальных гибридов.

Пожиратель душ способен призывать чудовищ намного сильнее себя. К тому же у этих существ была незадокументированная способность сканировать души. Сами монстры используют этот дар, чтобы оценивать качество пожранных душ, но если эту способность дать человеку... Это будет самое настоящее читерство. Словно детектору лжи приделать руки и ноги. Аяка станет ходячим локатором, что сможет за версту почуять чудовище. Проще говоря, если позволить ей развиваться, она сможет раскрыть происхождение Рэйко. И, чем черт не шутит, даже мою маскировку от Скульптора лиц. Но для такого подвига ей потребуется десять лет проходить спартанские тренировки под надзором одного злого демона.

– Рин! – повернув голову набок прокричал я, желая хоть немного помочь нашей команде. – Хорош яйца мять. Если Аяка сбежала, то кто правый фланг прикрывает?

– Да сука! – рявкнул он, срываясь с места, чтобы закрыть брешь в обороне.

Снова откинувшись на шезлонг я прикрыл глаза. На секунду мелькнула мысль слегка подремать, но я гнал её как можно дальше от себя. Сейчас я неплохо контролирую своё окружение и смогу вовремя среагировать, если меня заприметит чудовище. Но это не значит, что можно полностью пустить всю ситуацию на самотек. Вдруг кого-то действительно сожрут, а я буду слишком сонным и неповоротливым? Помочь не успею и какой тогда из меня мудрый наставник?

Невольно вспомнился наш разговор с Хаяси Каной месяц назад. Это алчная полудриада-полувампирша буквально все соки из меня выпила. Стоит ли говорить насколько сильно я был удивлен, когда узнал про её вторую родословную? О да, дриада могла упустить из виду особенность моей крови, но вот вампир... Вампир это совсем другой разговор.

Скульптор лиц конечно мастер создавать фальшивые образы, но предусмотреть появление такого уникального существа неспособен. Так что Кане достаточно было просто взглянуть на каплю моей крови, пролитой когда-то давно, чтобы сходу бросить мне в лицо обвинение, что я украл личину настоящего Сато Акиры.

Сразу возникает вопрос, раз меня так нелепо раскрыли, почему я продолжаю горбатиться на Дзайбацу? Всё дело в забавном менталитете заведующей медицинским отделением Дзайбацу Групп. Что по факту она видит перед глазами? Демона, укравшего личину человека и внедрившегося в компанию? Нет, она видит одаренного, что скрыл свою родословную и пытается манипулировать своим окружением. Первый ли я такой скромник, не желающий привлекать внимание? Точно нет. Если по всем филиалам поискать, найдется ещё десяток скромняжек.

Не желая долго тянуть кота за причинное место, я озвучил своё предложение. Сто тысяч иен наличными окажется у неё на руках и ещё столько же будет появляться каждую неделю. Это станет моей благодарностью за её услуги по восстановлению моего магического ядра. Конечно большая часть этой суммы – взятка, но надо же как-то оправдать перед боссами наши частые встречи. Да и ядро у меня действительно повреждено, хотелось бы починить как можно скорее.

Хаяси Кана очень странный сотрудник. Не предатель, как может показаться на первый взгляд, но закрыть глаза на небольшое нарушение? Конгломерат живет за счет таких маленьких сделок. Коррупция, взятки, небольшие подарки – это важная составляющая японского общества. Кана просто вобрала в себя всё самое лучшее и одновременно худшее из этой идеологии. Если ей заплатили, она сделает всё о чем договаривались. И так как вреда от меня до сих пор не было, она продолжает молча брать деньги и закрывать глаза на лже Сато Акиру, какого-то там уборщика от которого не горячо и не холодно.

После этого у меня и всей команды начались те самые размеренные деньки. Никто больше не норовил оспорить мой авторитет, руководители не знали к чему прицепиться. Нам оставалось только выполнять миссии и работать на благо компании. Как уже говорил раньше, самым громким событием стало предательство Рина, но мы его благополучно замяли. Просто ворвались в Цитадель Синра Корп под покровом ночи и устроили резню менеджеров среднего звена. Притом эта операция была одобрена нашими главами, а так как провели мы её идеально, претензии со стороны конкурентов до сих пор игнорируются.

Вы уверены что это из-за наших людей ваш отдел кадров валится с ног от переработок? Если так, у вас и доказательства есть, правда? Нету? Ну как появятся, приходите, виновные будут наказаны. Уверен как-то так шел разговор между лидерами Синры с Дзайбацу. Помню Рин тогда предложил также похитить семью всех виновных, но я этого малолетнего маньяка осадил. Его семья жива и здорова, ну может теперь нервишки немного пошаливают. Зачем перегибать с местью, когда можно просто оплатить всей семье походы к психологу?

Где-то вдалеке прозвучал взрыв. Это что там такое интересное взорвалось? Ну еп твою мать Рин. Как можно было допустить взрыв на корабле? Хорошо хоть двигатель цел, а взорвалась капитанская рубка.

Так, секунду, капитан-то живой? И что там с командой? Кораблем же кто-то должен был управлять всё это время. Среди нас мореходов не было. Нас так-то наняли для охраны, чтобы мы защищали ценный груз и команду. Чувствую стоит нам только вернуться, как меня завалят бумажной работой. Может плюнуть на всё и сбежать? Ну а чего, плывем ведь на материк. Ядро уже целое, свою первоначальную цель выполнил.

Пока размышлял, заметил краем глаза как мимо Кагуи и Химари прошмыгнули несколько боливагов. Маленькие такие лягушки, похожи на гномов с плоскими мордами. И почему-то они смотрели наверх, прямо на меня.

Открыв свои пасти они харкнули вязкой черной смолой, способной сковать сильного одаренного на пару секунд. Мне пришлось спрыгнуть с шезлонга, чтобы не подставиться под удар. Разумеется, эта атака не несла прямого вреда, но эта дрянь буквально въедается в кожу. Замучаешься потом стоять под душем, оттирать мерзкий запах этого земноводного.

К сожалению, моё ложе было безнадежно испорчено. Раздосадованный, я топнул ногой, подбрасывая в воздух стальной кинжал под ногами. Поймав его, резким рывком бросил в голову одной лягушке, а вторую и третью прикончила Кагуя. Ну хоть немного отомстил этим тварям за испорченный отдых, эх.

– Извини, пропустила, – стыдливо пробурчала Кагуя. Я хотел было ответить, что всё в порядке, но та уже вернулась к веселой нарезке чудовищ. Что-то сейчас говорить бесполезно, всё равно не услышит.

Стоило мне только зевнуть, подумав что пора заканчивать со всем этим цирком, как вода начала бурлить пузырьками. Странными такими, словно оттуда вот-вот выпрыгнет что-то очень большое и злое. Как сказала бы Демонетра, главный босс миссии.

Однако вместо главного босса из воды выстрелило огромное, склизкое щупальце. Это произошло так резко и неожиданно, что я успел лишь моргнуть.

Эти сраные присоски как врежутся в мою рожу, как засосут. Это не какое-то глупое сравнение, моё лицо действительно засосало вакуумом. Когда же мерзкое чудище дернуло его на себя, думал только голый череп останется. Но нет, тело отправилось следом, больно ударившись о борта баржи, сгинув в холодной морской синеве.

– Акира! – прозвучал одновременный крик всех подопечных, а после уши заполнились лишь шумом воды и ревом подводных чудовищ.

Вода приняла меня холодным, солёным объятием. Давление нарастало, щупальце тянуло вниз, погружая в морскую пучину. Я не сопротивлялся. Зачем? Бороться сейчас – значит тратить силы понапрасну. К тому же, мне хотелось посмотреть в глаза тому наглецу, что посмел поднять на меня свой мерзкий тентакль.

Спустя всего пару секунд моё тело врезалось в тело огромного кальмара. Судя по ауре, это чудовище находилось на середине B ранга. Старший зверь, у которого был зачаток интеллекта, но он всё равно жил инстинктами. Он начал тянуть меня к своему клюву, огромному, похожему на пещеру.

Я не стал тратить силы на разрыв щупальца. Вместо этого выпустил наружу ауру Демона-Принца. Всю, без остатка. Глубина моря, подобно фильтру, скроет моё могущество от глаз любопытных.

Вода вокруг меня словно загустела. Тени чудовищ вокруг, что секунду назад проплывали мимо, замерли в ужасе. Кальмар, распахнув свои зубы, готовый заживо меня проглотить, также остановился. Всего на мгновение, но этого было достаточно.

Распахнув рот, я начал кричать что было силы. Вода, которая должна была заполнить весь рот, начала рваться и лопаться. Сейчас, когда она стала густым киселем, её можно было потрогать и даже ломтиками нарезать.

Звуковая волна, вырвавшаяся из моих легких, ворвалась в стены глубокой «пещеры». Осьминог начал надуваться всё сильней и сильней. Не прошло и пяти секунд, как его тело раздулось подобно воздушному шарику, а потом к этому самому шарику поднесли иголку. Стоит ли говорить, что стало с очередным культурным кодом Японии?

Лопнув, злой кальмар окрасил всё море своей кровью и внутренностями. Я с головой занырнул в этот кровавый поток.

Кровь окутала всё тело теплым, густым туманом. Она окрасила всю воду вокруг, скрыв моё тело от глаз других монстров. Они не могли видеть меня, не могли почувствовать. Но аура никуда не исчезла. Она собралась вокруг «кровавого облака», став более концентрированной. Более жуткой. Словно чудовище внутри предупреждало, это моя территория и вам здесь не рады.

Инстинкт самосохранения пересилил охотничий азарт. Тени в воде зашевелились, но не для того, чтобы атаковать. Они рванули вверх, к поверхности, к тому месту, где был свет, где была палуба, где была другая добыча. Та, что не пахла древним кошмаром.

Монстры продолжили нападать на баржу. Это было логично. В конце концов, кто-то же ими управляет и приказывает нападать на людей. Слишком много подвидов собралось в одном месте, и действуют они как-то слаженно. Я же в их глазах перестал быть человеком, а значит приказа вожака они не нарушили.

Продолжая стоять в кровавом тумане, моё сознание расширилось вместе с аурой. Раз уж мне повезло оказаться на территории противника, нужно найти кукловода.

Направив ауру вниз, в темную бездну под моими ногами, я заострил её и протянул прямым лучом идеально вниз. Следом растянул вширь и прокрутил вверх совершив полный круг. Затем повторил это, вытянув ауру вбок, совершив боковой оборот.

Это чем-то напоминало старый радар, с точкой и линией. В моей голове тут же всплыл образ сотен чудовищ всех форм и размеров. Наги, боливаги, молодые тритоны и конечно же нимфа. Вот ты и попалась родная.

Старшая нимфа. Ранг вполне приличный для монстра B ранга. Разум присутствует, как и у любой русалки. Она наблюдала, маскируя свою ауру слабым гипнозом, отправляя глупых животных на смерть. Скорее всего эти акулы и панцирные осьминоги даже не знали, что пляшут под её дудку.

Сама нимфа выглядела как странная помесь русалки и человека. Верхняя половина женская, присутствуют ноги, из копчика торчит длинный, змеиный хвост, оканчивающийся плавником рыбы. Из головы растут несколько отростков удильщика, что намекает на её глубоководное происхождение, а несколько воздушных пузырей на груди лишь сильнее акцентирует внимание на том, что она была женщиной. Вот только неизвестно какому вообще извращенцу может понравиться подобная рыбина.

Узнав с кем имею дело, в голове мгновенно созрел план. Прекрасный и элегантный, решающий сразу много проблем. Хаяси Кана уже месяц вымогает у меня деньги, так как я не мог признаться в том, что стал одаренным. Сразу бы возникли вопросы как пробудился? Как пострадал? Почему раньше об этом не говорил? Сейчас же ко мне вернулась прежняя сила. Нет, её стало даже больше, чем было. И сейчас я как раз размышлял, как заявить о своем «пробуждении» главе корпорации.

И вот сейчас я вижу перед собой нимфу. Акира у нас кто? Правильно, ничтожество с родословной нимфы. Слабенькой, незаметной, но что если она просто дремала все это время и пробудилась, когда меня утащили под воду? При всем желании если Хаяси Кана попытается это оспорить, у нее не получится, ведь стоит мне только заключить духовный пакт с этим монстром, как часть её родословной перейдет ко мне. Всё станет официально. Акира станет пробужденной нимфой и хоть сколько терзай меня медосмотрами, ничего другого вы не увидите.

Оттолкнувшись ногами, я рванул вниз с такой скоростью, что кровь вокруг разлетелась вихрем. Умное чудище почувствовало опасность. Её глаза метнулись ко мне и в них было полно страха за свою жизнь. Она было дернулась, чтобы уплыть, но я был быстрее.

Моя рука выстрелила вперед. Всего секунда задержки и её хвост разметал бы воду вокруг, разрывая дистанцию. Но мои пальцы всё же вцепились в её хрупкую, холодную шею.

Чудовище вскрикнуло. Звук был пронзительным, полным ужаса. Скорее всего это была звуковая атака, но как и в случае с баньши, хуже оружие против меня и придумать нельзя. Её глаза, что напоминали черные драгоценные камни, уставились на меня. В них мелькнуло что-то похожее на осознание. Теперь и она поняла, что её держит не человек. Не гибрид. Нечто иное и до жути пугающее.

Я не стал тратить время на уговоры. Сухопутному жителю итак трудно жить под водой, а говорить тем более. Свободной рукой я просто провел по воде, сформировав из загустевшей воды сложный узор из линий и символов. Печать укротителя, способную связать наши души.

Увидев эту печать, нимфа вдруг вспомнила, что может попытаться вырваться из захвата. Её когти царапнули руку, оставив глубокие борозды. Когда она уже хотела было выцарапать мои глаза, я надавил своей аурой. Всей своей скрытой мощью, свалившейся на голову молодому монстру.

Чудовище оставило любые попытки сопротивления. Её воля сломалась, оставив лишь чистый ужас перед могущественным демоном. Её тело обмякло, глаза потухли, оставив только покорность. Теперь она окончательно и бесповоротно осознало, что существо перед ней находится в совсем другой лиге.

Когда её сопротивление окончательно рухнуло, я начал вырисовывать печать укротителя уже своей энергией, внутри её тела. Стоило только закончить, как она сорвалась с места и со всей силы впечаталась в магическое ядро морского чудовища. Я почувствовал, как между нами протянулась хрупкая нить. Тонкая, почти невесомая, но стоило мне лишь надавить на шею молодой нимфы, как по этой нити пошла рябь, сделав её прочнее любой железной цепи.

Духовный пакт, отпечатавшийся на наших с ней душах, окончательно встал на положенное ему место и теперь я мог чувствовать все её мысли. Эта тварь определенно была умнее Ханако, но говорить и прямо доносить свои мысли ей было трудно. Ведь русалки общались ментальными образами, песнями, танцами. Придется потратить время, чтобы научить её говорить на языке людей.

– Останови их, – ослабив хватку, я подкрепил свой приказ ментальным давлением.

С печальным взглядом нимфа кивнула. Закрыв глаза, она послала волну своей воли наверх. Подкрепив это действие своей легкой песней, она заставил всех морских чудищ разбежаться в разные стороны. Теперь моим гибридам осталась только добить выживших на самой барже

Глава 10

Вода выплюнула меня на палубу с таким звуком, будто внезапно решила отрыгнуть непереваренный обед.

Приземлившись на холодный металл не самым грациозным образом, меня начало рвать соленой водой. Вдобавок я начал прыгать на одной ноге, елозя указательным пальцем в ушах, старательно прочищая забитые барабанные перепонки. И за всем этим зрелищем наблюдала пятерка вытянувшихся от удивления лиц, смотрящих на меня как на призрака.

Кагуя стояла ближе всех ко мне, а её мощные руки всё ещё сжимали окровавленную катану. Глаза, обычно холодные и сосредоточенные, сейчас были круглыми от чистого, неразбавленного недоумения. Если уж самый стойкий к душевным потрясениям член отряда смотрит такими глазами, что уж говорить про остальных. Нелепей всех была Демонетра. Она напоминала миленького котенка-аутиста. Наклонила голову набок, показала кончик языка, а в глазах ноль интеллекта.

– Ты... жив? – хрипло выдавила Кагуя, словно всё ещё не могла до конца поверить в увиденное.

– Как знать. Прорыв Мертвых пустошей видели? – после моего вопроса вся семерка гибридов, включая тихо охреневающую Нокс, спрятавшуюся где-то в тени, покачали головой из стороны в сторону. – Вот и я не видел, а значит точно не нежить и не призрак. Хотя вроде как видел портал в Лабиринт Зеркал. Может моё милое личико кто-то похитил, не знаю

– Ты точно Акира, – выплюнул Рин, увидев мою самодовольную ухмылку. – Но как? Это же кракен! Высший ранг! И это его родная стихия! И толпа монстров! – сбивчиво пояснял он.

– И что? – развел я руками, делая самое невинное лицо из возможных. – Я как подумал, что вы устроите праздник на моих похоронах, так такая ярость взыграла. Не дождетесь моей кончины, слышите! Я ещё всех вас переживу, и ваших детей буду кошмарить на тренировках!

Воцарилась тишина, нарушаемая лишь шумом волн и далекими криками чаек. Потом Демонетра фыркнула, закатив глаза.

– Давайте этого клоуна сами утопим, а свалим всё на чудовищ.

– Акира, пожалуйста, расскажи правду, – с какой-то то ли мольбой, то ли ещё какой странной эмоцией, обратилась Кагуя. – Обещаю, если это какой-то секрет, мы сохраним это в тайне.

Ударив себя кулаком в грудь, Кагуя ясно дала понять, что хочет услышать ответ. Но когда одна мелкая язва сказала, что ничего не обещает, она так на неё зыркнула, что у Демонетры голос пропал. Ух жуть какая, аж у самого поджилки слегка затряслись. Шучу конечно.

– Пробудился я, чего непонятного?

– Врешь! – не выдержал Рин, хватаясь за волосы. – Ты же F ранговое ничтожество!

– И кто тебе это сказал? – я посмотрел на него снисходительно. – Специалист из трущоб? Хаяси Кана, которая за звонкую монету может проследить мою родословную вплоть до Папы Вавилонского?

– Ты её подкупил!? – одновременно прозвучал крик Демонетры и Рина. Эх, такую синхронность бы на поле боя...

– На самом деле я и сам думал, что у меня F ранг, – пожав плечами, я выпятил нижнюю губу вперед, заявив. – Короче, сам удивлен, чего пристали? Как вернусь, схожу к Кане, проверюсь. Вдруг у меня вообще две родословные? Я теперь уже ни в чем не уверен.

– Пиздишь как дышишь! – закричала малолетняя демоница, бросаясь ко мне и схватив грудки. – Раз ты нимфа, скажи что-то на нимфоманском!

– Нимфоманский это у тебя, – парировал я, но чтобы развеять их подозрения, я перенял голос нимфы через духовный пакт. – Сегодня вы продемонстрировали свои лучшие качества. Особенно дамы, – подмигнул я.

Сейчас вместо грубого мужского баса мой голос звучал мягче. В нем слышалась странная, по своему завораживающая, мелодичность. Словно каждое моё слово отражалась в головах слушателей ударами гипнотических колокольчиков. И если Гидеон с Рином просто были поражены этим изменениям, то вот девушки...

Демонетра покрылась румянцем, смущенно отведя глазки. Нокс приложила руку к сердцу, уже второй раз за сегодня удивленно задрав бровь. Химари закусила губу, а потом резко поняла, что она дочь благородных кровей и не должна так смотреть на прямого начальника. На Аяку с Кагуей вообще не сработало, но у них особые обстоятельства.

– Ну что, убедил? – прошептал я, глядя сверху вниз на самого главного скептика, стоящего ближе всех.

Девочке оставалось лишь выпустить меня из захвата, символично пригладить мою промокшую одежду в знак примирения, а после... она стартанула с места так, словно за ней гонится стая злых демонов. Бежала она, конечно же, к своему защитнику, Гидеону, который всегда поможет ей спрятаться от монстров внешнего мира.

– Кстати, от него пахнет одаренным. И не самым простым, а B ранга, – неожиданно вмешалась Нокс, заставив всех охренеть уже в третий раз за сегодня.

– Ах ты курва немытая! Раньше не могла сказать!?

Разумеется, больше всего негодовала Демонетра, как самая главная жертва. Однако у Нокс уже был заготовлен ответ.

– Не моя вина, что вы аурой не умеете пользоваться.

– Задушу, собака!

– Ты трижды пыталась, и трижды проиграла.

– Не проиграла я! – Демонетра начала стучать кулаком, находясь внутри Гидеона. – Акира нас разнимал постоянно!

– Слова проигравшего.

Наблюдая за развернувшейся словесной баталией, мой взгляд ненароком упал на Аяку. Девушка стояла, вцепившись в рукав Химари так крепко, что костяшки на руках побелели. Её загорелое личико было бледным, а белые хвостики на голове дрожали. И самое главное, её огромные глаза цвета солнца, обращенные на меня, были полны непонимания и животного страха.

– Химаааа! – промычала она, что я уловил своим обострившимся слухом. – Он такой страааашный.

Химари положила ей руку на голову. Сама же она смотрела на меня с холодной отстраненностью, как и подобает смотреть подчиненному на своего босса. Вернее это она думает, что именно так должны смотреть подчиненные на высшее руководство. Она сама рассказала во время очередного «собеседования».

Ну да, Аяка же у нас гибрид пожирателя душ. Она способна видеть больше, чем остальные. Её инстинкты шепчут правду, что человек перед ней чудовище. Ходячая катастрофа, губитель судеб. Но ввиду своего малого опыта жизни как пожиратель, она не может сформулировать точный ответ почему боится меня. Однако она всё равно чувствует, что что-то во мне неправильно, и эта неправильность заставляет её сторониться своего же куратора.

Когда я впервые открыл её личное дело, ещё до официального знакомства, в моей голове всплыл образ Дмитрия Воронова. Странного паренька охотника из Новосибирска, которого я, не кривя душой, могу назвать другом. Когда он пошутил про то, что духи Новосибирска ему что-то там нашептали, у меня зародились некоторые подозрения почему он так настойчиво требовал дружбы. Но насколько я знаю, родословная Владыки Теней не дает власть над душами смертных. Слишком тонкая материя, управлять которой дано не каждому. И эту способность можно за уши притянуть к теневым тварям, но всё же они действуют слегка по-другому. Так что Дима до сих пор остается загадкой, а вот Аяка всегда была для меня открытой книгой.

И вот наконец-то баржа, скрипя и постанывая, причалила к бетонному пирсу на берегу. Работники Дзайбацу Групп, больше похожие на муравьев-рабочих в своих одинаковых серых комбинезонах, тут же высыпались на палубу, принявшись за разгрузку тысяч сверхпрочных контейнеров. Шум лебедок, лязг металла и крики бригадиров создавали вполне обычную атмосферу, где каждое второе слово сопровождалось матами на японском, а когда один трос лопнул, не выдержав тяжести одного из контейнеров, водитель крана так и вовсе побледнел.

Сойдя на берег, я всё же решил поинтересоваться что такого важного в этой поставке? Дзайбацу каждый месяц отправляет что-то подобное на материк. Будь это что-то по-настоящему ценным, они бы всю береговую охрану отправили в сопровождение.

Конечно же утолять моё любопытство никто не собирался. Мы всего-лишь наемники, наше дело чудовищ перемалывать в фарш, а кто и каким образом деньги зарабатывает не наше собачье дело. Я с этой точкой зрения был согласен, но всё же сделал себе напоминание разнести здесь всё к чертовой матери, когда окончательно покину Японию.

Хоть это всего-навсего ничем не подкрепленные подозрения, но высота грузовых контейнеров вызывает стойкое ощущение, что внутри находится огромная армия мехов. И я тут недавно одно интересное аниме досмотрел. Вернее лайв-экшен по его мотивам, и там была операция «Гул земли». Нам такого не надо. Нам на материке итак весело живется. Особенно в Новосибирске.

И вот размышляя над этим обратил внимание, как после разговоров с начальником местного порта, к нам выдвинулся злой капитан. Тот самый, который раньше сидел в капитанской рубке и чудом пережил взрыв, а вот часть команды... Кому как повезло. Все живы, и слава Матери, но кто-то отделался ссадинами, а у кого-то на теле появились страшные ожоги и рваные раны.

– Уроды, – выплюнул он, смотря на меня, но обращаясь скорее всего к моим подопечным. – Полкорабля в говне из-за вашего проеба. И ладно вычищать его от кишков, но взрыв! – заверещал он, окатив меня каплей слюны изо рта. – Чтобы ещё хоть раз вас, ничтожных выродков, отправили на важное дело!? Да не в жизнь! Уж я за этим прослежу!

Мужчина сплюнул на землю. Мерзкий аромат гнилых зубов, несмотря на развитую медицину в Японии, больно ударил по носу. Рин стоял вдалеке, ближе остальных гибридов, но даже он сморщился от неприятного запаха.

– Признаю, сплоховали, – спокойно принял я его упрек, ведь мы действительно проворонили взрыв и плохо справились со своими обязанностями.

– Засунь свои извинения себе в жопу! Ты хоть знаешь как ценна наша жизнь!? – капитан был очень слабеньким одаренным, потому не смог почувствовать изменений во мне. Он попытался схватить меня за грудки, но я перехватил его руку.

– Капитан, – начал я. Голос мой звучал предельно спокойно, почти дружелюбно, но мои подопечные все как одни схватились за лицо руками, шепча молитвы. Кроме совсем уж новичков, которые меня плохо знали. – Прошу, не распускайте руки. Мы можем стерпеть, когда нас называют уродцами. Не вы первый, не вы последний. В конце концов, мы действительно допустили ошибку и готовы понести за это ответственность. Однако... – в этот момент я посильнее сжал свою руку, показывая, что со мной шутки плохи. – Вы понимаете, что нам ещё возвращаться обратно? Вместе. На одном судне. Только вы, ваши люди и мы, а вокруг океан. Мы оба хотим вернуться домой в целости и сохранности, верно? Так к чему все эти конфликты и перепалки? Мы все здесь друзья, верно?

Улыбнувшись, я ещё сильнее сжал свою руку. Раздался скрип кожи и легкий хруст сдвинувшихся хрящей. Капитан уже понял, что перед ним никакой не слабак, прикомандированный к нему просто как поводок для стаи мутантов.

Побледнев, мужчина выдохнул, прожигая моё лицо трясущимся взглядом.

– Ты? Как? Невозможно, – бурчал он, сам не понимая, что хотел сказать. – Ты... угрожаешь? – выдавил он из себя.

– Что вы, мой дорогой капитан? – я отпустил его руку и похлопал по плечам так, словно стряхивал пыль. – Просто вы ведь сами усомнились в нашей компетентности. Никудышные из нас стражи, увы, – печально выдохнул я, виновато потупив глаза. – Наверно, следующее нападение монстров станет для всех нас последним. Или для вас, – шепотом произнес я всё с таким же невинным лицом.

Мужик молчал очень долго. Казалось для него прошло не жалких десять секунд, а целая вечность. Повернувшись, он посмотрел на застывшую неподалеку команду гибридов, что уже долгое время вслушивались в наш разговор.

– Ладно, хер с вами. Уро... – он запнулся, опасливо покосившись на меня. – Кхм! Действительно, зачем разводить бучу на корабле? Все в одной лодке. Буквально.

– Вот и славно, – улыбнулся я, отпуская пугливого кролика с миром. – И не беспокойтесь. Монстров на обратной дороге не попадется. У меня хорошее предчувствие.

Мысленно же я усмехнулся. Капитан больше всего опасался, что мы бросим его на съедение монстрам, вот только моё откровение станет пророческим. Не потому, что я неожиданно стал прорицателем, а потому что не видел смысла рисовать ещё одну руну приманки на борту корабля. У меня уже была своя ручная нимфа. Проще отдохнуть в тишине и спокойствии на обратном пути к родным берегам Японии.

На секунду мелькнула шальная мысль. Эта самая руна, начерченная моей кровью, умножала привлекательность моей человеческой тушки в глазах любого чудовища. Примерно в три раза, если не ошибаюсь. Но что если постараться и умножить эффект в десять раз? Какое древнее зло на дне Восточного моря получится разбудить? Но мысль как пришла, так и ушла. Итак самоубийцей себя ощущаю, оглядываясь на события последних нескольких месяцев.

Можно спросить, что мешает мне уже сейчас рвануть в сторону Российской Империи, прихватив с собой своих подопечных? Уж они точно плевать хотели на Японский Конгломерат и свои исконно японские корни. Если Акира станет гарантом их безопасности и лучшей жизни, почему нет? Один только Рин откажется, так как не захочет подставлять своих родственников, но кому вообще какое дело до Рина? Хочет и дальше жить под гнетом японцев, флаг ему в руки.

Однако уже давно мои планы сменились. Вместо исцеления своего магического ядра и побега я поставил себе практически невозможную цель. Уничтожить сильнейшего японского одаренного, Ариму Кагую, главу Дзайбацу Групп.

Эта чертова эльфийка, мерзкое дитя Матери Отреченных, предательница своей истинной Матери, должна сдохнуть в муках. Весь её гнилой род должен кануть в лету. Каждый эльф, каждый остроухий потомок обязан страдать, а их души должны быть разорваны в клочья. Нельзя давать им даже шанса на возрождение. И мне абсолютно плевать, что большая часть эльфов родились уже после предательства первородных. Они не знают, что изначально были людьми и приобрели свои острые уши после того, как предали Мать Человечества. Но меня это мало волнует. Я не ханжа, а злой демон. Небесная кара, призванная покарать весь род предателей.

Сама Кагуя уже вплотную приблизилась к рангу Владыки, и её откровенно можно назвать единоличным правителем всей Японии. Правила она, разумеется, из тени, делегируя часть полномочий остальным двум Столпам. Об этом, конечно же, сами «правители» Конгломерата не знали. И сразу возникает вопрос, как слабенький одаренный вроде меня сможет убить сильнейшего одаренного S ранга? Это звучит как бред. Но стоит сделать поправку, что перед нами сидит чудовище, а не человек. У меня есть пара идей, как можно уничтожить этого опасного монстра практически не замарав свои руки. Вопрос только в цене и количестве затрачиваемого времени, но ради смерти эльфийки я готов здесь хоть на год задержаться.

Обратный путь до Японии протекал спокойно. Сначала нашему капитану выдали другую торговую баржу, с гораздо меньшим количеством грузовых контейнеров. Эту партию груза мы «обменяли» на то, что привезли раньше. Проще говоря мы не только экспортом занялись, но и импортом.

Когда наш микроавтобус въехал на подземную парковку Дзайбацу, весь наш отряд дружно высыпался наружу, потягивая и потирая затекшие конечности.

Кагуя сразу же пошла к лифту, кивнув мне на прощание. За ней брел разбитый Рин, которому определенно не понравилось быть в роли лидера. А вот Демонетра не спешила никуда уходить. Покусывая губу, она вертела в руках свой смартфон, украдкой поглядывая на Гидеона. Тот стоял рядом тоже не двигаясь с места. Видимо они ждали, когда останутся только вдвоем.

– Эй, Гид, – начала она, когда остались лишь я, Аяка и Химари и мы вместе стояли у лифта. – Слушай, раз уж у нас сегодня никаких дел не осталось... может сходим куда? В кино типа. Там новый хоррор вышел, про зомби-черепашек-ниндзя. Говорят кровища из всех щелей прет, а кому-то в детство насрали.

Гидеон смущенно повернулся к ней, а на моем лице расцвела довольная ухмылка. Паренек молчал секунду, и ответил только когда мой лифт спустился на нижний этаж.

– Е-если хочешь, можем вдвоем... сходить.

– Конечно хочу, дурачок! – выпалила она, обняв пластичную руку парня, но заметив что я прямо сейчас смотрю на них, отскочила словно к раскаленному утюгу только что прикоснулась. – Чего зыришь, изврат? Иди в кулачок дрочи и завидуй.

– Было бы чему завидовать, – пробурчал я, напоследок издевательски ухмыльнувшись. – Скорее тут надо посочувствовать одному пареньку.

– Я тебе в тапки насру, старый пердун! – прорычала она, но я шагнул в лифт, игнорируя истерику маленькой демоницы.

– Уже повторяешься. Придумай что-то оригинальное.

Пока мы поднимались наверх, я обратился к Коге Химари.

– Не желаешь ли скрасить этот прекрасный день за чашечкой чая и парой кусков шоколадного тортика? – спросил я, посмотрев на Химари. Девушка, поправив складки своего черного платья, посмотрела на меня своими розовыми, словно лепестки сакуры глазами.

– Вы предлагаете мне свидание, господин Акира?

– Я предлагаю хорошо провести время вместе, а как вы это назовете решать только вам, – вежливо отвечал я, ведь Химари у нас была кем-то вроде дочери именитого аристократа. Нельзя просто так обращаться к ней на «ты». Вернее можно, но лучше общаться с ней так, как она с детства привыкла.

– Не откажусь, уважаемый Акира, – кивнула она, мягко улыбнувшись.

Вместе мы вышли на первом этаже. Аяка же, прижавшись спиной к стене лифта, отправилась выше, провожая меня испуганными глазами.

Мы с Химари вышли на улицу, оставив позади серые стены Дзайбацу. Вечерний город встречал нас привычным гулом. Машины мчались куда-то по своим делам, неоновые вывески мерцали, заманивая случайных гуляк и прохожих, запах жареной картошки и рыбы щекотал нос. Токио жил своей жизнью, как гигантский, хорошо отлаженный механизм, которому вскоре может даже не потребоваться присутствие человека, чтобы исправно работать.

Кафе, куда я привел девушку, было небольшим, уютным заведением, спрятанным в узком переулке. Мы уселись в углу, на глубоком диване напротив друг друга. Я заказал чай и ассорти десертов. Химари сидела прямо, её манеры и осанка выдавала в ней странную помесь аристократа и воина.

– Итак, – начал я, смотря как она подхватила двумя пальцами фарфоровую чашку и пригубила горячий напиток. – Как ты оцениваешь свои результаты после второго выхода «в поле»?

– Мои результаты... приемлемы, – ответила она, глубоко задумавшись. Лицо при этом казалось умиротворенным, ведь её с детства учили скрывать эмоции. – Я справилась с поставленными задачами. Защитила баржу и персонал, ликвидировала угрозу. Командная работа, к сожалению, оставляла желать лучшего. Это касается не только Аяки и Рина, но также и моих действий.

– Не скромничай, ты прекрасно справилась, – я подхватил вилкой кусочек торта, запив это дело чаем. – Уже сейчас ты один из самых эффективных бойцов в нашем отряде. Командная работа дело наживное. Главное, ты пыталась помочь той же Аяке. Нокс с ними уже месяц, и что она сделала? Пыталась как-то помочь кому-то кроме себя?

– Кагуя намного эффективнее меня, – скромно отмахнулась она от моего комплимента.

– Верно, у Кагуи большой жизненный опыт, – я не стал спорить. – Ты же всего-навсего школьница. Конечно, скромность можно назвать добродетелью, но не стоит принижать свои достижения. Поверь, ты уже через год сможешь составить ей конкуренцию по части боевого опыта и эффективности.

– Пожалуйста, не льстите мне больше положенного, – Химари слегка покраснела, поставив чашку на стол. – Я сильна, это невозможно оспорить, но это заслуга моей семьи и наследственности. У меня полно академических знаний, но двадцать лет мирной жизни – это двадцать лет мирной жизни. Никакими тренировками этого не исправить.

Я улыбнулся, столкнувшись с такой редкостью, как потомственный аристократ, принижающий достоинства своей же семьи. Обычно каждый второй мнит себя богом войны, а тут настоящий воин со своим кодексом чести. Хотя она из семьи консервативных монахов, потому в её «самурайские» корни можно поверить.

– Акира-сан, можно задать вопрос не по теме? – спросила она тихо, смотря на почти цельный круг торта, что стоял между нами. – Что связывает Демонетру и Гидеона? Неделю назад, когда я только познакомилась со всеми, у них были... странные отношения. Она постоянно его унижала, а он молча терпел. Сейчас же они напоминают влюбленную парочку школьников, которые только что открыли для себя прелести первой любви. Что изменилось?

Я чуть не подавился чаем. Откашлявшись, я поставил чашку на стол. Вытерев губы салфеткой, я попытался взять себя в руки, стараясь сохранить в своем голосе безразличие.

– Это... очень долгая и запутанная история. У меня нет права разглашать подобную информацию без их согласия, – задумавшись, я попытался понять, что вообще можно ей рассказать, ведь любопытство – страшная вещь, это мне хорошо известно. – Скажу так. Демонетра вдруг осознала, что Гидеон единственный на кого никогда не действовали её феромоны. То есть, если остальные мужчины могут влюбиться в неё из-за её родословной демона похоти, то вот чувства Гидеона искренние.

– Неужели она настолько... тупая? Простите, господин Акира, но другого слова я просто не могу подобрать, – Химари задумчива нахмурила брови, стараясь кое-что вспомнить. – Несколько лет вместе и только сейчас поняла, что слизи плевать на изменение гормонального фона?

Я усмехнулся, откидываясь на спинку дивана. В голове промелькнули живые образы, которое рисовало моё воображение, когда эти детишки рассказывали свою «историю становления».

– Они знают друг друга практически с детского сада, – неопределенно прошептал я, бросая слова в пустоту. – Просто забыли об этом, ведь кое-кто действительно очень тупой. И не он один, – дал я Химари подсказку.

– Ну вот, любопытство лишь сильней разыгралось, – она надула губки, понимая, что теперь уснуть не сможет пока не узнают всю правду. Ну а я лишь улыбался, заканчивая доедать свой тортик и потянувшись за следующим.

Глава 11

Дверь лазарета за моей спиной закрылась с тихим шипением. В своих руках я сжимал папку с результатами, которые по сути были ничем иным, как официальным подтверждением того, что я теперь официально признан одаренным B ранга. Притом одаренным, что достиг пика и который, в теории, может перейти на следующий ранг.

Хаяси Кана провожала меня холодными глазами. Я почти физически ощущал, как её жадность борется с прагматизмом. Шантажировать меня уже никак не получится, я обставил всё так, что любая её попытка намекнуть на мою истинную природу обернулась бы для неё самой обвинением в халатности и коррупции. Она месяц сидела на моих деньгах и молчала, хотя ей прямым текстом было сказано расследовать странности одного молодого сотрудника. А она что сделала? Решила подзаработать. Тем самым мы теперь имеем возможность взаимно друг друга уничтожить. Стоит ей только рассказать начальству про мою маленькую ложь, как это же самое начальство услышит много интересных фактов про неё.

Кана была идеальным продуктом Конгломерата. Алчным, эффективным и абсолютно лишенным каких-либо сантиментов. Она вполне может пережить разоблачение какого-то там уборщика, но зачем пачкать свою репутацию? Месть стоит денег и нервов, а я не такой важный человек, чтобы тратить на меня своё драгоценное время. Собственно, она может когда-то и передумать, но сейчас ей выгодно просто молчать.

Поднявшись на лифте на двадцать третий этаж, в жилой блок для гибридов, я вышел в знакомый тихий коридор. Утро было ранним, большинство моих подопечных или спали, в основном самые ленивые, или разбрелись по всей Цитадели.

Я уже собирался было подойти к двери в свою комнату, как дверь номер четырнадцать, – комната Демонетры, – почти беззвучно открылась. Из темноты комнаты показалась зелёная, полупрозрачная рука, а следом за ней, стараясь не шуметь, выскользнул Гидеон в своем неизменном европейском камзоле и черных штанах.

Лицо Гидеона всегда было холодным и собранным. Это и неудивительно, ведь чтобы принять человеческую форму парню нужно поддерживать концентрацию. Из-за этого он мог держать идеальный покерфейс сколько душе угодно.

Сейчас же его глаза были опущены в пол, зеленая слизь на щеках приобрела странный коричневый оттенок. Он не шел, а почти плыл по коридору, не замечая ничего вокруг.

Следом за ним в дверном проеме показалась сама Демонетра. Она была в своей обычной, домашней футболке. Зеленые волосы были растрепаны, на щеках румянец, а на губах играла самодовольная ухмылка. Можно даже назвать её улыбкой победителя.

Я замер, прижавшись к стене. Моя древняя интуиция, отточенная за тысячи лет выживания в адской бездне, говорила не спешить. Здесь происходит что-то невероятное, и если меня сейчас обнаружат, произойдет что-то очень... плохое? Неправильное? Не знаю как объяснить, но сейчас лучше не попадаться

– Заходи ещё, сладкий, – прошептала она, прикусив губу оценив попку своего ухажера. Тот вообще ничего не услышал, продолжая «парить», окрыленный счастьем.

Ну что ж, поздравляю детишки. Вы наконец-то сделали огромный шаг во взрослую жизнь. Надеюсь в этот момент за вами никакой извращенец не подглядывал. Камеры-то в комнате у каждого есть, а кто сегодня дежурил ночью трудно сказать. Вдруг какой-то извращенец? Это ж японцы...

Я решил сделать пару шагов назад, чтобы не смущать влюбленную парочку. Пускай тихо расстанутся, а уже там я проскользну внутрь своей комнаты. И в этот самый момент из моего кармана прозвучал предательский звук уведомления из корпоративного чата, громкость которого я выставил на максимум.

Гидеон вздрогнул, подпрыгнув на месте и резко обернулся. Глаза широко раскрылись, когда он заметил меня. Демонетра также уставилась на меня взглядом, полным чистой, непримиримой ненависти. Её лукавая ухмылка сменилась дрожащим оскалом, словно часовой механизм заело. Её глаза почернели, покрываясь алыми прожилками.

– Ты!? – заверещала она, а в её голосе звучала смесь ярости, паники и закомплексованного стыда. – Извращуга сраный! Сколько ты здесь уже стоишь!? Подглядывал!? Следил за нами!? СКОЛЬКО!!?

– Да я мимо проходил, – пожав плечами я отступил ещё на шаг назад. – И ваша командная работа выше всяких похвал. Очень продуктивно, смотрю, занимаетесь.

Кажется, Гидеон буквально готов был провалиться сквозь пол. Его тело потеряло плотность, свалившись на землю тяжелым комком зеленых соплей. Он издал жалобный звук, похожий на визг умирающего тюленя, перестав двигаться.

– Заткнись! Заткнись, заткнись, заткнись! – орала малолетняя извращенка. Её щеки пылали таким ярким румянцем, из-за чего я начал беспокоиться как бы она не схлопотала сердечный приступ. – Если кому-то расскажешь, я на тебя заяву накатаю! Скажу что в окно пялил и своего джунжурика трогал!

– Зачем мне рассказывать? Все итак уже знают, – я поднял руки в жесте капитуляции, прикладывая максимум усилий чтобы не допустить появления злобной ухмылки.

После моих слов Демонетру словно приморозило на месте. Видать осознала, что это действительно правда. Это чем они таким занимались ночью, что у неё даже сомнений на этот счет не появилось? Мой сон был спокойным, но комната той же Нокс была ближе и слух у неё тоже достаточно острый.

– Оу, – осознав это из меня вырвался сочувственный вздох. – Крепись, малявка. Ну а я побежал. Начальство зовет.

Бегло прочитав сообщение от Оками Рэйко, что требовала быстро подняться на пятьдесят третий этаж для серьезного разговора, я быстро зашагал к лифту. Не буду лукавить, это был натуральный побег. Это конечно весело издеваться над маленькой демоницей, но совесть тоже нужно иметь.

Я ведь хороший человек. И у меня нет никакого желания дарить детишкам новые комплексы. Это утро должно запомниться счастьем, а не чувством стыда за свои действия. И да, я уже напортачил своими подколами, но простите, за две тысячи лет я впервые попадаю в такую ситуацию. Так что просто бежим, а они сами как-нибудь разберутся.

Быстро нащупав на огромной панели кнопку «53», вдавил её с такой силой, словно за мной гнался какой-то урод из ужастика. Демонетра что-то там ещё прокричала мне вслед, но слова утонули в тихом шипении закрывающихся дверей лифта.

Лифт плавно поднял меня наверх, в логово королевы суккубов. Я частенько поднимался сюда, так как Рэйко значилась моим прямым начальником. По факту же, она полностью оставила все дела команды на откуп молодого сотрудника, лишь периодически напоминая о своем существовании. В основном, чтобы у начальства не возникало мыслей, что она охладела к своей инициативе гибридов.

Этот этаж можно было смело называть её апартаментами. Говоря простым языком, это был пентхаус, который Рэйко обставила по своему вкусу. Пол был целиком выложен из черного мрамора, своим видом напоминавший любимый всеми демонами обсидиан. Стены украшали абстрактные картины демонов, что карали вилами грешников. И уж не знаю по какой причине, но картина с ангелами у Врат Рая была в одном единственном экземпляре.

Картина с ангелами висела рядом с туалетом, на уровне глаз. И это был именно туалет, маленькая такая кабинка, которой место в какой-нибудь студии. Настоящая же уборная, – белая, роскошная, покрытая золотом, – была такой, какую ожидаешь увидеть в таком доме. Когда первый раз воспользовался «малой уборной» было забавно смотреть в глаза Святому Престолу, но с тех пор у меня больше не возникало желания пользоваться уборной на её этаже.

Среди всего жилого пространства у Рэйко также был свой кабинет. Хотя лучше назвать это место залом для гостей, куда она приглашала всех чтобы напоить чаем и поговорить в неформальной обстановке обо всем, включая работу.

В центре зала стояла низкая черная софа из кожи. Вокруг было ещё пару кожаных кресел, но все они были пустыми. На столе из черного стекла стояли две чашки. Над ними клубился пар, и судя по аромату, это был очень дорогой сорт фруктового чая.

На диване же сидела сама хозяйка «квартиры», одетая не так официально. Белая офисная рубашка, черные брюки, идеально уложенные волосы. Её фирменные солнцезащитные очки лежали под рукой, на столе. Она мило общалась с другой девушкой, Оками Юкой, своей названной младшей сестричкой к который испытывала... не совсем сестринские чувства.

Юка была одета по домашнему, в мятую футболку и шортики. Девушка спокойно пила чай, а на её лице играла редкая улыбка. Она о чем-то оживленно рассказывала, тогда как Рэйко кивала и мягко задавала уточняющие вопросы. Всё это лишь в очередной раз напоминало, что вся эта холодность со стороны Юки – маска, которая мгновенно слетает, когда она оказывается в компании своей любимой «старшей сестры».

Заметив меня, Юка замолкла на середине фразы. Её улыбка исчезла, словно её сдуло ледяным ветром, а лицо застыло в той самой отстраненной маске на которой сложно прочитать какие-либо эмоции.

Она снова поднесла чашку ко рту, пока её взгляд пытался просверлить во мне огромную дырку. Рэйко же, напротив, не изменилась в лице. Как слушала Юку с легкой улыбкой на губах, так и встретила меня с такой же легкой улыбкой.

– Ну вот и наш герой пожаловал, – голос Рэйко прозвучал мягко и лишь немно-о-ого насмешливо. – Не стесняйся, проходи. Чайку не желаешь? Сегодня за чайную церемонию отвечает моя дорогая Юкочка.

Та самая Юка лишь злобно хлюпнула чаем, словно я своим появлением нарушил какой-то семейный ритуал. Простите конечно, но меня самого оторвали от важных дел. И меня нет никакого желания лишний раз общаться со своими адскими родственниками.

– Спасибо, откажусь, – ответил я, присаживаясь на черное кресло. – Привет, Юка. Давно не виделись.

– Ага, – ответила она односложно, допив чай и поставив чашку на стол.

– Чего так холодно? Дуешься, что на свидание больше не приглашал?

Юка злобно зыркнула на меня из-за чего Рэйко расцвела ещё более злобной ухмылкой.

– Не обращай внимание, Акира, – с насмешкой сказала она, косо поглядывая на свою подопечную. – Она ревнует тебя к Коге Химари. Если раньше у неё было время и она могла строить из себя недотрогу сколько угодно, то теперь на горизонте появилась соперница.

– Неправда, – тихо прошептала Юка. – Мне насрать кто постель ему греет.

И это правда, Юка во мне не заинтересована, а даже если была бы, Рэйко этого не допустит. Так что мы с моим адским коллегой просто треплем ей нервы.

– Так зачем позвала? – обратился я к Рэйко, ведь в своем сообщении она намекала на срочность.

– Прямо к делу, как и всегда, – спокойно отпив чай, девушка поставила чашку на стол. – Ладно, не буду затягивать. Поздравляю, твоя командировка в Новосибирск одобрена высшим руководством. Лично Арима Кагуя поставила подпись, так что мне даже делать ничего не пришлось. В общем, можешь паковать чемоданы.

Честно, у меня в груди что-то екнуло.

Примерно две недели назад я попросил руководство отправить наш отряд в знаменитый Город Порталов. Официально для тренировок, ведь здесь мы зачищаем лишь теневые порталы и сражаемся с морскими чудовищами. Ну, сейчас ещё демоны стали заглядывать и изредка дети Зеркал появлялись. В Новосибирске же было столько порталов в разные уголки мироздания, что проще сказать каких порталов там нет. Это была официальная версия, но настоящую причину я, конечно же, никому и никогда не скажу.

– Серьезно? – выдавил я из себя после секундного замешательства. – Ты сказала, что шансы близки к нулю. Чтобы меня и пять, точнее уже семь, гибридов просто так выпустили из страны? Отправили на вражескую территорию, где нас могут похитить из-за чего компания понесет огромные убытки?

– Так и было, – Рэйко улыбнулась шире, соглашаясь со мной. – Но обстоятельства с тех пор поменялись. Ты заработал достаточный кредит доверия за месяц работы в Дзайбацу. И это одобрение пришло сегодня утром, уже после того как ты вернулся с задания. Понимаешь к чему я клоню?

– Моё пробуждение...

– Верно, – её улыбка стала казаться зловещей. – Госпоже Кагуе не нужно было никаких подтверждений. Ты итак у неё на хорошем счету. Теперь, когда ты сам можешь за себя постоять, она не видит причины отказываться от твоего метода тренировок. Ведь вы туда не отдыхать едете, а чтобы показать силу одаренных Японии.

Я мысленно начал перебирать свои достижения. За последний месяц их было много. Мы провели много дуэлей с одаренными из других корпораций. В каких-то мы побеждали, в каких-то проигрывали тут уж ничего не поделать, но процент наших побед был всё же выше.

Ещё Демонетра научилась контролировать свои феромоны. Мы просто захватили в плен одну королеву лилимов. Она сама виновата. Выскочила из портала, намереваясь подавить нас всех своим ароматом. Вот только на Демонетру это не сработало. А когда та узнала, что перед ней стоит живой способ контролировать свою силу... Ну, тут судьба чистокровной демоницы была очевидна. Разумеется, весь этот «допрос» был лишь оправданием тому, что я уже знал и умел. Потому, когда на самой интимной зоне Демонетры появилась пурпурная татуировка в форме сердца, нарисованная чернилами из адских материалов, ни у кого не возникло вопросов.

Ах да, мы же ещё рейд на Цитадель Синра Корп устраивали. Перебили всех менеджеров среднего звена. Не столичного филиала, конечно, но филиал на Хоккайдо тоже был значимым для корпорации. Но всё равно, почему меня отпустили? Я здесь без году неделя работаю. Что мешает мне просто сбежать, продав Российской Империи все японские тайны?

– Правду я услышу от тебя или меня позовут прямо наверх? – мой тон звучал грубо, но уверен каждому будет неприятно ощутить себя в шкуре разменной монеты в политике.

– Чего ты там себе напридумывал? – Рэйко наклонилась вперед, подперев руками лицо. – Неужели новости последний месяц не смотришь? У нас скоро праздник, «Ханами кёкай». По этому поводу собирают доверенных лиц всех мировых держав, чтобы показать лицом чего наше общество достигло за тридцать лет изоляции. Ну а мчаться в Российскую Империю, чтобы передать приглашение Её Императорскому Величеству желающих нет. Слишком опасно, непредсказуемо и... страшно, – она тихо хихикнула в кулачок, ведь все эти начальники мнят из себя героев, а по факту пугливые суслики. – И тут появляешься ты. У тебя есть какой-никакой авторитет? Тебе надо в Россию лететь? Вот и лети, передай послание. Прибьют там? Так даже лучше. Пожалуемся куда надо и подмочим репутацию этой сучке Лучезарной. Наверно как-то так все и думают.

В голове тут же всё встало на свои места. Звучит очень правдоподобно. Не удивлюсь, если сама Рэйко принимала участие в собрании акционеров и протолкнула эту идею в массы.

Она конечно сказала, что ей ничего даже делать не надо было, но эта фраза звучала в контексте помощи по моему запросу. Но сейчас мы говорим про то, чтобы использовать меня как разменную монету в политике. Это совсем другое. Ну а то, что это совпало с моими личными планами... Не ради этого же старалась. Где здесь ложь?

– Разве можно отправлять уборщика на разговор с самой Императрицей? – я хотел прояснить пару моментов перед тем, как согласиться.

– Юкочка, – однако Рэйко с лукавой улыбкой неожиданно обратилась к девушке-кошке. – Ты видишь перед собой уборщика?

– Нет, госпожа, – холодно ответила девушка, смотря на меня. – Передо мной сейчас сидит посол Японского Конгломерата. Гражданин Японии, одобренный высшим руководством Концерна Мизухи, Дзайбацу Групп и Акихабара Кибернетик.

Господи, во что меня втянули? Меня одобрило Три Столпа Японии, целых три корпорации, которые по факту управляют всеми японскими островами. Остальные корпорации так, на подхвате. Занимаются своими исследованиями, на которые три гиганта не желают тратить ресурсы и время.

– И как долго будет работать моё повышение? – уточнил я, чувствуя как накатывает мигрень.

– Пока не вернешься на родину, конечно же, – ухмыльнулась Рэйко, и тут я понял весь масштаб катастрофы.

– То есть Анастасия Лучезарная, Императрица чертовой Российской Империи приедет по приглашению, как она думает, посла доброй воли, а по факту... – не стал заканчивать я.

– К ней отправили ма-а-аленького такого уборщика, что сортиры драит, – Рэйко снова хихикнула в кулачок, едва сдерживая позыв рассмеяться. – И да, привыкай к репутации говночиста. Простой гражданин на улице так тебя и запомнит.

Тут Рэйко уже не смогла удержаться. Ей было очень смешно, мне как-то не очень. Хоть сама Анастасия не вызывает у меня каких-либо чувств, но все эти детсадовские «бугагашки» уже в печенках сидят. И ладно бы это стало очередной провокацией, чтобы развязать войну между странами. Но нет, они пытаются подружиться, а такую вот херню вытворяют.

– Ладно, согласен, – несмотря на свое отношение ко всему этому цирку, это не отменяет того факта, что мне это выгодно. – Надеюсь за мной потом не отправят сотни убийц. Это ведь оскорбление Голоса Матери Человечества. Не только русские меня прибить захотят.

– Ах да, захвати с собой Юку, – неожиданно сказала Рэйко, придвинувшись ближе и положив руку ей на плечо.

– С ним? В Россию? Г-госпожа Рэйко, за что? – не понимала она, нарушив целостность маски. Её брови вздернулись от удивления, а затем её взгляд стал каким-то печальным. – Вы меня выгоняете?

В этот момент она напоминала кошку, а не опытного убийцу, способного отнять жизнь не моргнув глазом.

– Что за ерунду я только что услышала? – но Рэйко лишь разозлилась. – Бросить тебя? Никогда. Но и торчать в одной только Японии это не дело. Пока молодая, нужно весь мир повидать. Начнем с Российской Империи, покажем что ты можешь быть полезна и в других странах, а там я тебе как-нибудь в ОЕР командировку оформлю. Глядишь как-нибудь вместе по улицам Вавилона прогуляемся. Под ручку, конечно же, – томно шепнула она на ухо Юке, заставив ту покраснеть.

– Кхм! Я всё ещё здесь, – напомнил я, заставив Рэйко раздраженно цыкнуть. Кажется, она действительно немного забылась.

Интересно, она часто такие проверки своей «сестренке» устраивает? И судя по реакции Юки, та считает всё это шуткой, проявлением заботы со стороны Рэйко. Так и хочется у неё спросить, где она мозги потеряла? Но тогда мы с Рэйкой точно станем врагами.

– Хорошо, – прожевав это слово, Юка опустила грустный взгляд вниз. – Если вы так говорите, госпожа Рэйко.

– В общем, как-то так. Как и сказала, вперед паковать чемоданы, – повернулась она снова ко мне.

Вместе с Юкой мы поднялись на ноги, вот только если мне спокойно разрешили уйти, то Юка схлопотала хлесткий удар по попке. Повторюсь, почему эта умная девочка не замечает как к неё нагло подкатывают? Ладно, ладно, это не моё дело. Уже отпустил эту тему.

Снова оказавшись в четырех стенах лифта, мысленно я уже разложил весь наш маршрут по полочкам. Сначала нужно собрать всех гибридов и сообщить о поездке. Потом вместе мы поплывем на материк. Скорее всего в Корею, ведь на всем востоке лишь у неё одной нет никаких претензий к Российской Империи. Уже там пересядем на самолет и долетим до Москвы.

К сожалению, всё воздушное пространство над японскими островами было закрыто. У глав корпорации даже личных самолетов нет, настолько серьезно они подходят к вопросу воздушной безопасности. Если военные заметят какое-то подозрительное движение, – неважно монстры, дроны или ещё какая-то пакость летающая, – разорвут градом пуль.

Как только окажемся в Москве, первым делом посетим дворец императоров. Как у посла доброй воли, у меня будет допуск, а вот про своих подопечных подобного сказать не могу. Они могут представлять угрозу правителю, да и оценивать их будут как моих телохранителей. Нечего таскать за собой группу опасных одаренных, когда идешь на поклон к Императору.

Передаем Анастасии послание и сразу же мчимся в Город Порталов. Уже там по ситуации общаемся с Волковой и... Хмм, придумал кое-что интересное. Приняв во внимание её непростой характер, встреча с ней может нарушить мою маскировку, но я только что понял как пустить пыль всем в глаза и сохранить статус-кво.

Впрочем, всё это, включая разговор с Анастасией, для меня задачи второй степени важности. Сейчас для меня важно решить насущные проблемы моих подопечных. Силу Демонетры мы уже подчинили, поставив «предохранители», которые ставят молодым и неразумным лилимам. Но проблема Рина и Нокс до сих пор актуальна.

Рин у нас слепой калека, но когда у меня появилась возможность использовать ауру, я просканировал его родословную. Тогда же мне захотелось оторвать руки тем ублюдкам в лабораторных халатах. В каком месте это старший зверь волчьего типа? Нет, с научной точки зрения всё правильно, но вы опустили подробности. Или скорее сами не знали, что в ваши руки попал чистокровный оборотень.

Эти твари похожи на самых обычных волков, но гораздо, гораздо крупнее. И только достигнув королевского ранга они получают возможность превращаться в прямоходящих гуманоидов. Вот только люди нарекли оборотнями огромное количество прямоходящих волков, а потому они забывают, что среди огромной толпы прямоходящих существует также несколько четвероногих подвидов. И да, регенерация у этих чудовищ запредельная, а травмы Рина стали следствием того, что его скрещивали с «обычным волком». То есть если постараться, можно запустить фактор регенерации и тогда он прозреет. Но для этого мне нужна определенная волчья кровь, а также щепотка алхимических фокусов.

С Нокс проблема такая же интересная. Рейфы, вдобавок к своей скрытности и костяным шипам на ладонях, обладают ещё несколькими особенностями. Про пожирание мозгов и светобоязнь все уже знают, но про нервнопаралитический яд... Хотя про него тоже все знают, но вот каким способом он добывается рейфами ученым остается только гадать.

Рейфы сами учатся синтезировать его, пожирая костяных гекконов. Это такие маленькие, безобидные существа, похожие на гуманоидных «мальчиков-с-пальчиков». Покрыты костяной броней из-под которой отчетливо видно серую, мертвую кожу. На людей вообще не нападают, ведь чтобы их убить достаточно оступиться и поставить ногу на место, где стоит неповоротливый житель Мертвых пустошей. И вот этих безобидных милашек рейфы жрут пачками, чтобы синтезировать яд. И этот самый яд на кончиках шипов вполне может стать обезболивающим, которого так не хватает маленькой Нокс.

С Кагуей проблема гораздо серьезней. Её так просто не решить, можно только научить контролировать гнев. Но мне хватит закрытия двух проблем за одну поездку. И опять же, сначала нужно познакомиться с Императрицей моей малой родины.

Глава 12

***

Двадцать третий этаж, комната Демонетры.

Горячий кипяток стекал по спине, смывая с кожи небольшие частички слизи, скопившиеся на коже. Об этой особенности моего тела, о повышенном сопротивлении огню и жаркой погоде, мало кто знал. Я просто не видела смысла рассказывать, ведь от настоящего огненного шара в лицо это меня не спасет.

Зажмурившись, я стояла под душем, пытаясь выжечь из памяти образ того идиота. Ну вот нахера этот ублюдок всё нам испортил? Как можно было так запороть момент? Нет, правда, это же был идеальный, сказочный рассвет. Как в сказке, сука! Но нет. Теперь, когда вспоминаю об этом, перед лицом стоит лицо Сато Акиры. А ДОЛЖНО БЫТЬ МИЛОЕ ЛИЧИКО ГИДЕОНА И ТОЛЬКО!!!

– Сука, – прошипела я, вдавливая лоб в холодную плитку. – Сука, сука, сука! – билась я легонько об стену.

Вода стекала по моим волосам, смешиваясь с естественной влагой, которую тело бесконтрольно выделало во время гнева, стресса и прочих эмоций. Раньше я ненавидела эти ощущения, но теперь... Не, также ненавижу, но хотя бы мыться теперь нужно реже.

Мысленно я перенеслась на четыре дня назад. Когда мы решили собраться всей группой после очередной миссии. Вроде мы тогда жестко всосали от парочки одаренных. Нет, «по очкам» победили мы, ведь Нокс отчекрыжила одному полупокеру кое-что важное, но по щам каждый из нас получил. Ну, кроме меня. За меня всегда получал Гидеон.

И вот вернувшись домой побитые и обоссаные, Акира предложил какую-то игру. Что-то типа для укрепления командного духа. Называлась она «одна правда про моё прошлое». Правила предельно простые. Каждый может задать своей «жертве» вопрос и эта «жертва» должна отвечать только правду. Если откажется, «жертве» придумают испытание, ну а если солжет... Акира ясно дал понять, что с такими дурачками разговор будет коротким.

Стоит ли говорить, кого все игроки чаще всего выбирали «жертвой»? Конечно же Гидеона! Самого молчаливого, самого загадочного. Про мою страсть к хентаю уже все знают и какой жанр аниме любимый тоже, а вот что нравится Гидеону? Он же чертова слизь! Нам интересно что он жрет на обед и как душ принимает. Хотя нахер душ, меня интересовало только то, как он своего змея по ночам душит. И вообще ему это надо? Слизь же, какие гормоны?

Все уставились на эту зеленую пусечку и давай сыпать вопросами. Где родился? Где учился? Папа, мама живы или в могиле чалятся? Почему Гидеоном себя назвал? И почему за мной по пятам бегает?

Уже всех вопросов не вспомню, но прожарка была очень качественной. Притом досталось каждому равномерно, ведь мы могли задавать ЛЮБЫЕ вопросы КАЖДОМУ. То есть даже мне пришлось признаться на публике, что тот дядя с педофильскими усиками, который обколол нас какой-то мерзкой жижей в лаборатории, мой папочка приемный. И что родителей тень какая-то сожрала, а потому очень долго в детском приюте жила, пока этот урод не нагрянул. Зато Кагуя развеяла миф, что у неё с Сумраком что-то там было. Мне конечно плевать, а вот Нокс почему-то сильно расстроилась.

– Я... я был в приюте, – вспомнилось, как Гидеон весь дрожал, когда всё же решил рассказать больше о прошлом. – В том же... что Демонетра.

В комнате тогда стало тихо. По моей спине пробежали мурашки. Я тогда уставилась на него, не поверив своим ушам. И самое страшное... Да, пожалуй я тогда очень сильно испугалась, что он назвал это место. «Солнечный берег». Одновременно объект моих светлых воспоминаний и точка, после которой жизнь превратилась в кошмар.

Откуда он знал это название? Может он действительно такой же сирота, как и я? Я его знаю? Мы виделись раньше, пока не стали... вот этим? Все эти вопросы были адресованы Гидеону и он отвечал только кивком головы, отвечая «да» на каждый вопрос.

И тогда я не выдержала, потребовав назвать моё настоящее имя. Не эту чертову кличку для животных, которую я сама и придумала, а настоящее. То, которое подарили родители.

Амано Хикари. Именно так меня звали. Гидеон отказался называть это имя, ведь это была тайна. Мой секрет, который он не имел права рассказывать перед остальными. Но когда игра закончилась, он назвал это имя. Шепотом, боясь, что кто-то подслушает.

Разумеется, сразу не получив подтверждения, я прибегла к стандартной тактике. Прямо обвинила его во лжи, ведь такого смазливого личика я в приюте не помнила. И тогда он задал самый обычный вопрос, но его голос... был холодным, будто разочарованным.

– С чего вы взяли, что это моё настоящее лицо?

Тишина в комнате была абсолютной. У каждого челюсть не просто улетела. Она, нахер, отправилась покорять стратосферу. Напомните мне, блять, почему мы все коллективно решили, что лицо Гидеона настоящее? Что пластичная слизь, которая может отрастить десять тентаклей вместо рук и превратиться в кучку соплей, обладает внешностью бисенена?

– Покажи, – тут даже Кагуя сорвалась, потребовав... Нет, попросив показать настоящую внешность.

– Да, покажи! – поддержали мы её. – Гид, не будь ссыклом! Сказал «А» говори и «Б»! Показывай свой нос картошкой и родимое пятно на половину хлебала!

Но Гидеон лишь покачал головой, напомнив всем нам, что он не зверюшка в зоопарке. Он личность и его границы стоит хоть немного, но уважать. Помню тогда что-то брякнула, что на его границы всем должно быть насрать, ведь он тряпка. Мда, удивлена тому факту, почему меня ещё подушкой не задушили во сне. Нокс конечно пыталась свести со мной счеты, – и не один раз, – но мы обе слабые девочки, а на сильных мужчин Гидеон всегда первым бросался, так что... Да, напомните, почему мне ещё никто хлебало не снес?

Единственное, что Гидеон успел рассказать, что он был очень толстым, прыщавым и некрасивым. Над ним все смеялись, а потому он не хочет вспоминать кем был раньше. Сейчас он Гидеон и так будет до конца его дней.

И вот сейчас я вспоминала эти слова. Толстый, прыщавый, некрасивый. Вчера ночью он все же показал мне это лицо. Показал настоящего себя. Ненадолго, всего на пять-десять секунд, но я его сразу узнала.

Не таким уж и толстым был Гидеон. Чуть-чуть полноват, были забавные прыщики на носу, с заплаканными карими глазами. Вернее я его именно так и запомнила, ведь он постоянно плакал и падал на колени перед старшаками, а они его били. Очень сильно били. Ногами, прям по лицу. Потому что могли. Потому что были сильнее и «Гнида» всё равно никому не расскажет. Иронично, что своим новым именем он частично обязан этому мерзкому прозвищу. Самое забавное, что в такие моменты я любила подбегать сзади и со всей дури бить старшаков промеж ног.

Крики агонии, матерная ругань и глумливо гогочущая я, убегающая куда-то на кухню – именно так Гидеон меня и запомнил. Стыдно ли мне? Ну, может совсем капельку. Я же де-е-евочка. Я не могу глумливо хохотать как вселенское зло. Только няшно хихикать в ладошку. Что говорите? Должно быть стыдно за другое? За что например? Могу только за смех извиниться.

Короче, я всегда думала, что вся эта любовь Гидеона пустой звук. Мы два травмированных существа и нас определенно тянет друг к другу. Разве же это любовь? Скорее компенсация собственной слабости и попытки заглушить боль. Но прикол в том, что он полюбил меня ещё тогда, в приюте, а я... Ну, ничего против полненьких не имею. Нет, сейчас он секс и пусть таким остается, но если захочет... Эх, ладно. Это его тело и его дело.

***

Лифт мягко доставил меня на двадцать третий этаж. С тихим, уже таким привычным шипением, дверь раздвинулась, открывая вид на белые коридоры. И стоило мне только сделать шаг из лифта, как моих ушей сразу же коснулся звук перепалки.

Ссора была женской. Тон голосов, специфичные обороты речи – всё это сливалось в узнаваемый гул. Первый голос был холодный и монотонный, тогда как второй визгливый и самый шумный.

Пройдя немного вперед я увидел Нокс и Демонетру, что встали напротив дверей общей комнаты, готовые вцепиться друг другу в глотки.

– Педофилка, – прозвучало холодное обвинение со стороны закутанной в плащ Нокс. – Что, на молоденьких потянуло? Устала только играть и смотреть?

Демонетра вздрогнула, словно её током ударило. В её глазах, обычно насмешливых и игривых, мелькнуло редкая эмоция страха и... стыда? Однако эти эмоции быстро прошли. Глаза почернели, покрываясь алыми прожилками, что лишь доказывало как сильно её задевают слова Нокс.

– Я не виновата! – выдавила она сквозь сжатые зубы. – Ну да, шестнадцать стукнуло, и что с того? У нас разница в пару месяцев! Это нормально!

– Только преступники ищут лазейки в законах, чтобы оправдать свои извращения, – сухо прокомментировала Нокс.

– Ты чего доебалась? – взвизгнула Демонетра, уже едва сдерживаясь чтобы не кинуться на неё с кулаками. – Что, спать не давали? Завидуешь, сучка? Сама-то безсисечная доска и ледышка. Какой нормальный мужик захочет о скалы биться?

Рубиновые глаза Нокс опасно блеснули из темноты капюшона. Своим острым слухом я уловил, как из её ладоней выскользнули костяные клинки. Тут я счел за благо вмешаться, пока они снова не попытались прикончить друг друга.

– Девочки, вы что, забыли? – засунув руки в карманы я вышел из-за угла. – Я ведь сотню раз говорил вам, что все женские драки должны проходить через меня. Сейчас один звонок сделаю и вам подготовят арену. С грязью и купальниками, как договаривались.

Два яростных личика резко повернулись ко мне. В них читалась ярость: одна холодная и пугающая, а вторая взрывная. Первой, разумеется, высказалась самая главная язва отряда.

– Пошел нахуй Акира! – её щеки пылали, готовые натурально взорваться от ярости. – Ты даже не знаешь про что разговор! Не лезь не в своё дело, собака сутулая!

– Солидарна с этой козявкой, – своим безэмоциональным голосом поддержала Нокс. – Тебе, как мужчине, лучше не вмешиваться в женские драки. Виноватым останешься.

Я приподнял брови, изобразив легкое удивление на лице, хотя внутри насмехался. Теперь они сплотились против общего врага, спустив всю свою ярость на того, кому от этих детских истерик ни жарко, ни холодно. И да, не этим малявкам учить меня, как обращаться с девушками. Опыта у меня будет побольше, чем у всех человеческих ловеласов вместе взятых.

Фыркнув, обе смутьянки распахнули дверь общего зала и вошли внутрь. Я же последовал за ними, так как сразу же после разговора с Рэйко набросал сообщение в чате, требуя немедленного сбора всех и каждого. Тема была важной, а кто вздумает не успеть или же пропустить, тому можно лишь посочувствовать.

Внутри царила странная смесь расслабленности и тревожного ожидания. Гидеон сидел на большом диванчике, рядом с ним упала всё ещё злая задница Демонетры. Нокс, как и всегда, заняла место на соседнем диванчике рядом с Кагуей.

Самоё забавное зрелище представляла Аяка. Она устроилась на коленях Химари, весело болтая ножками, как ребенок на коленях у взрослого. Её белые хвостики подпрыгивали в такт внутреннему ритму, а ещё она тихо напевала какую-то песенку. Однако стоило ей только заметить моё появление, как веселая песенка стихла, а её пугливые глазки уставились в землю.

Её «мамочка» сидела с каменным лицом, осторожно придерживая Аяку рукой, чтобы та не упала, а второй поглаживая головку маленькой «доченьки». Ну а что касается Рина... Ему устроили молчаливую травлю. Он, так сказать, вернулся на месяц назад, когда сидел на краю дивана в одиночестве, пытаясь строить из себя крутого одинокого волка, которому плевать на команду.

Встав ровно в центре, я окинул всех долгим, оценивающим взглядом. Семь пар глаз также уставились на меня с молчаливым вопросом, какого черта ты опять тиранию устроил? У нас свои дела так-то были.

– Итак, прекрасные дамы и господа, – начал я, опираясь руками на стол. – У меня для вас новость, способная разорвать ваш маленький, уютный мирок. Мы все вместе отправляемся покорять Европу, а если точнее, Россию.

Тишина, воцарившаяся после моих слов, была абсолютной. О чем говорить, если даже Аяка перестала болтать ногами, отбросив свой страх и посмотрев мне прямо в глаза.

– Что? – первой, разумеется, подала голос самая говорливая, то есть Демонетра. – Почему? Они что, решили от нас избавиться? Мы же... Мы хорошо работали, разве нет? Да, иногда лажали, но не настолько же, чтобы сразу на мусорку!

Гидеон сидел совершенно спокойно, однако ему не удалось скрыть легкое замешательство в уголках глаз, когда он смотрел на неё.

– Зачем нас убивать? – тихо спросил он. – С чего ты... взяла?

– Это же очевидно, дурья ты башка! – взвизгнула она, размахивая руками. – Мы же гибриды! Уроды, мутанты и прочие маргинальные личности! Мы – расходный материал, как ты не понимаешь? Патроны одноразовые, которым можно подстрелить какую-то важную шишку и откреститься!

Гидеон задумчиво опустил взгляд. Кажется, эти доводы его убедили, как и всех остальных мутантов-гибридов. Собственно, остальные-то сразу пришли к такому-то выводу, но Демонетра первой выступила рупором народа.

– Но... Акира же тоже... – не понимал он, смотря на меня.

– Да что он сделает-то? – фыркнула Демонетра, также посмотрев на меня. – Зачем ему заплату платить, если нас не будет? Так что он с нами, кажись, едет. Будем разлагаться в одной братской могиле, пока эти уроды, с предельно честным глазами, на весь мир будут вещать «ой, а это не мы, это мутанты с цепи сорвались».

Я смотрел на эту сцену потирая переносицу. Вот что значит паранойя, помноженное на тяжелое детство. Почему она сразу записала и меня в смертники? Неужели наш совместный медовый месяц ничему её не научил? От меня невозможно избавиться, как от отработанного материала. Скорее сам выкину Дзайбацу на свалку истории.

– Панику на ноль подели, – устало пробурчал я, едва сдерживаясь чтобы не ударить себя по лицу. – Никто нас на смерть не отправит. Никаких тайных миссий по ликвидации русской аристократии. Всё гораздо скучней и прозаичнее. Мы – курьеры. Послы доброй воли. Наша задача доставить официальное приглашение Японского Конгломерата Её Императорскому Величеству Анастасии Лучезарной, Императрице Российской Империи.

Снова повисло молчание, которые довольно быстро нарушилось язвительным комментарием Рина.

– Нас, уродцев без элементарных человеческих прав, отправляют с важной дипломатической миссией к самой Императрице российской?

– Не нас, а меня, – поправил я его. – Но да, суть ты уловил. Вы просто моя охрана во всем этом увлекательном путешествии. И да, я сам пытался выбить нам эту командировку в Россию...

– Ну спасибо, блять, – фыркнула самая громкая из отряда, хотя даже она не совсем поняла чем была сейчас недовольна.

– Сразу после того, как доставим послание, – продолжил я с того места, где остановился, – мы рванем прямо в Новосибирск. Отдохнем, развеемся, закроем десяток порталов без вездесущих глаз японских служб безопасности.

– Другая страна не гарантирует хорошего отношения к нам, – верно подметила Нокс. – Люди везде одинаковы.

– Действительно, – я кивнул, признавая её правоту. – Однако там камер меньше, так что мы можем сколько угодно убивать зарвавшихся одаренных. В случае чего скажем этих слабаков монстр сожрал. Или оступились, упали лицом на наши мечи и кинжалы. Обычный такой несчастный случай. Кто нас осудит? Кто накажет? Не забывайте, что каждый из нас чудовище высшего ранга, а эти людишки – всего-то людишки.

– И это меня ещё демоном называют? – буркнула под нос Демонетра, закатывая глаза. И в этот момент раздался тихий, испуганный вздох. Аяка нервно дернулась, подпрыгнув на коленках Химари, приложив руку ко рту.

– Демон? Верно же, демон...

Её бормотание было едва слышно, но слух у меня очень острый. Я же ничего не стал делать, решив просто игнорировать её бессвязный лепет. Всё равно это была смутная догадка, неподкрепленная фактами. Она сейчас сама сидит и гадает почему вдруг назвала меня демоном?

– Короче, расслабьтесь, – хлопнув в ладоши, я решил таким образом дать всем знак, что собрание подходит к концу. – Убивать будем если русские сами нарвутся, а мне почему-то кажется они точно нарвутся.

Глава 13

Порт Пусан встретил нас серым, неприветливым утром. Небо затянуло плотной пеленой низких облаков, с которых периодически накрапывал холодный, пронизывающий до костей дождь.

Наш небольшой, бронированный корабль, больше похожий на плавучую тюрьму, мягко причалил к бетонному пирсу, издав протяжный, скрипучий стон. Металлический трап с глухим лязгом опустился на мокрую поверхность, и я первым ступил на землю Корейской Республики, ощутив под ногами незнакомую, чужую твердь.

За моей спиной послышался топот босых ног и недовольное ворчание Демонетры.

– Опять дождь! – начала ныть она, тут же спрятавшись за широкую спину Кагуи, словно та была живым зонтом. – Неужели нельзя было приплыть пока было лето? Или любое другое время, а не в ебу... Кхм! Сраный сезон дождей, – поправилась она, стрельнув глазами в сторону Гидеона, также спустившегося по трапу

– Хватит ныть, – монотонно... Хотя стоп, почему-то весьма раздраженно бурчала Нокс. – Или расскажу какое извращенное дерьмо лилось из твоего рта, когда вы заперлись с Гидеоном в подсобке

– Заткнись! – взвизгнула Демонетра, а её зелёные волосы встали дыбом от ярости. – Одно слово и я тебя утоплю! Ноги в бетон закатаю и рыбам на корм отправлю!

Стараясь мысленно абстрагироваться от их перепалки, я медленно обвел взглядом весь порт. В голове медленно начали прокручиваться знакомые факты об этой стране, собранные по крупицам из полузабытых школьных учебников.

Сорок лет назад Корейская Республика огромными шагами катилась к окончательному расколу. Две фракции, две идеологии, два взгляда на будущее страны и народа готовы были сойтись в братоубийственной войне, разорвав страну пополам. Одна сторона кричала о независимости, мечтая послать весь Восточный Триумвират и идти своим путём одинокого, но гордого волка. Другая, более прагматичная, пыталась наладить шаткие мосты с гигантским Китаем и уже тогда технологичной, но не такой повернутой на деньгах и контроле Японии.

А потом со всем миром произошел Резонанс. Это событие всем странам подложила такую здоровенную свинью, что некоторые до сих пор не оправились. Индия вообще унижена, а уцелевшие люди интегрировались в Китайскую Федерацию, став верноподданными любителей панд.

Корейцы оказались зажаты сразу с двух сторон. На суше и с моря на них наседали Звери, а чтобы они не расслаблялись всё это полирнули Тени, сумевшие перемахнуть через море с той же Цусимы. Звери ладно, корейцы были приучены убивать этих тварей, но Тени... Ох, и попили же они кровушки всех азиатов. И да, Китаю тоже досталось от них. Собственно, потому эти страны до сих пор и дружат своим тесным трио.

Так вот, этот Резонанс сплотил враждующие фракции. Как оказалось, страх очень хороший цемент для народного единства. Лучше всяких патриотических митингов.

Объединившись, они смогли пережить катаклизм, заручившись поддержкой Китайской Федерации. Если не ошибаюсь, корейцы отправили им на выручку пятерку сильнейших менталистов, а Китай со своей стороны завалил Корею одаренными света, огня и даже Бездны где-то откопал пару штук. Ну и вот как-то так и отбились, основав то, что я сейчас вижу перед глазами.

– Странное место, – тихо, почти про себя, произнесла Кагуя, остановившись рядом со мной. Её мощная фигура в практичной черной одежде выделялась на фоне серого пейзажа как монумент. – Никакой суеты. Думала хоть пару зевак захочет на нас посмотреть, а тут так спокойно. Как будто все следуют какому-то расписанию и отклоняться от него грех.

– Так и есть, – кивнул я, замечая, как вдали к нам уже движется небольшая группа. Трое мужчин в строгих, военных костюмах, похожих чем-то на офисные пиджаки. Походка этих «чиновников» была твёрдой, уверенной, а лица непроницаемыми. –-У них здесь... своя атмосфера.

Во всём мире к Корейской Республике относились со смесью недоумения и скрытой опаски. Не из-за огромной военной мощи. Армия у них была очень сильна, но с большим уклоном в сторону обороны. Скорее весь мир недоумевал над их политическим строем и боялся, как бы у этих психов окончательно винтики в голове не сломались.

После Резонанса корейцы решили отвергнуть монархию и построить демократию. Вот только у них было своё, особое видение этого строя. И как-то так получилось, что их страна вступила в Восточный Триумвират, и правит им тоже Триумвират. Три человека, избранные народом на три важные вехи любого государства.

Первый правитель отвечал за армию, олицетворяя собой военную силу страны. Второй символ разума. Учёный, который вместо прозябаний в душных лабораториях указывает всем остальным, что они будут исследовать и изучать. Третьим стал... актёр. Да, просто смазливый мальчик, снявшийся в сотне рекламных роликов и дорам, тем самым покорив сердца корейцев своей невероятной харизмой. Вроде как он отвечает за работу с общественностью, но если честно, этот кадр как раз и является той самой причиной, почему на корейцев косо поглядывают.

– Добро пожаловать в Республику, представители одного из Столпов японского общества, – обратился к нам старший из подошедших, мужчина лет сорока с безупречной осанкой и золотой медалью на груди. У остальных такой не было, потому и решил, что он самый главный.

– Простите за вторжение, – произнёс я на идеальном корейском, хоть делегаты и обратились ко мне на японском. – Сато Акира, уполномоченный представитель Дзайбацу Групп. Со мной мои сопровождающие. Охрана, призванная оберегать меня от всех невзгод и несчастий.

– Эй, че он там лялякает? Нихера ж непонятно, – услышал я за спиной шушуканье Демонетры, но кто-то, подозреваю, что Нокс, ударила её в бок.

Мужчина бегло окинул взглядом моих подопечных. Его глаза задержались на эластичные рогах Демонетры , на волчьих ушах Рина и кошачьих у Юки. И да, она тоже стоит здесь, только за всю дорогу от неё ни слова не прозвучало.

На лице корейца при этом ни один мускул не дрогнул. Ни удивления, ни отвращения, ни даже простого любопытства. Профессиональная отстраненность высшей пробы.

– Прошу, чувствуйте себя как дома, друзья Корейской Республики, – он демонстративно отдал честь, приставив ладонь к своей голове. Хотел было пошутить, что к пустой голове её не прикладывают, но это русская шутка. Меня сразу же рассекретят. – Меня зовут Пак Минхо. Я отвечаю за транзит дипломатических миссий. За вами закреплен транспорт до международного аэропорта Кимхэ. Пожалуйста, проследуйте за нами.

Он повернулся и жестом указал на неприметный черный микроавтобус с тонированными стеклами, стоявший в стороне. Никаких лимузинов, никакой показной роскоши. Все функционально и без излишеств.

– А экскурсию? – не унималась Демонетра, высовываясь из-за спины Кагуи. – Город посмотреть можно? Хоть одним глазком? Я слышала, у них тут целые кварталы, где снимают дорамы! И еда! Кимчи, токпокки, самгёпсаль! – она облизнулась, а тем временем её хвост сердечко задорно начал вилять из стороны в сторону.

Пак Минхо медленно повернул голову в её сторону. Его взгляд оставался все таким же пустым.

– Ваш транзитный статус не предусматривает туристической программы, – отчеканил он. – График строгий. Самолет ждет.

– Но... – начала Демонетра.

– Просто помолчи, – тихо обратилась к ней Кагуя. – Не чувствуешь какая здесь атмосфера? Нам здесь не очень-то рады.

Она была права. Воздух здесь был пропитан чем-то тяжелым, давящим. Неважно какой мед они заливают нам в уши, называя «друзьями». По факту же, мы являемся военной силой другой страны, которая просто заглянула в их страну мимоходом, а от подобного у любого военного начинает сердечко пошаливать.

Мы погрузились в салон автобуса. Интерьер был все таким же аскетичным: кожаные сиденья, кондиционер, небольшой экран, показывающий маршрут. Ни мини-бара, ни даже бутилированной воды. Пак Минхо сел рядом с водителем и мы тронулись с места, плавно выезжая за пределы порта.

Я устроился у окна, наблюдая, как мимо проплывают серые, но удивительно чистые улицы Пусана. Архитектура представляла собой причудливую смесь: старые, низкие дома соседствовали с ультрасовременными стеклянными башнями. На многих зданиях красовались огромные электронные билборды. На одном молодая пара в традиционных костюмах страстно целовалась под дождем, на другом суровый генерал с орденами на груди призывал к бдительности и готовности, на третьем улыбающийся актер, лицо которого я видел в десятке популярных сериалов, рекламировал новый вид магических батареек.

– Скукотища, – заявила Демонетра, уткнувшись носом в свой смартфон. Вот только сколько бы она не старалась, поймать связь с Японией не получится. Слишком далеко сигналу идти. – Мы уже приехали? А сейчас? А сейчас? А сейчас...

– Можно её из машины выкинуть? – обратилась ко мне Нокс, но я взглядом дал понять, что нельзя.

– Ты чего такая злая в последнее время? – переключилась на неё Демонетра. – Ты и раньше была не подарок, но сейчас как с цепи сорвалась.

– Не твоё дело, – огрызнулась она, заставив всех удивиться, в том числе и меня. Вообще есть у меня парочка подозрений на её счет, но попридержу их до лучших времен.

– О-о-о! – этой маленькой, гиперактивной язве много не надо, чтобы отвлечься. – Смотри, смотри! – начала она тормошить Гидеона, показывая пальцем на трёх танцующих девушек в традиционных нарядах. – Можно с ними сфотаться? Ну прошу, всего на пять минуточек!

Её маленькие, слезливые глазки уставились на меня. В этот момент она напомнила мне одного кота из старого мультика.

– Шеф, останови на пару минут, – махнул я рукой водителю, чем вызвал недовольство на лице нашего сопровождающего.

– При всем уважении, мы торопимся, – твердо высказал свою позицию Пак Минхо.

– При всем уважении, – передразнил я его, – самолёт без нас не взлетит. Сомневаюсь, что пятиминутная задержка сорвет всю дипломатическую миссию. Напомните, сколько войн было объявлено из-за того, что машина посла застряла в пробке?

Мужчина опасно прищурил глаза. Они у него итак были маленькие, а сейчас стали почти незаметными.

– Тэхён, останови машину.

Демонетра тут же побежала фотографироваться на фоне танцовщиц, которые с радостью рассказали ей про ханбок – ту самую традиционную одежду, в которой они танцевали. Что удивительно, Демонетра молча слушала, не пытаясь перебивать, словно ей действительно доставляло радость слушать историческую справку одежды из другой страны.

Остальные гибриды за эти пару минут тоже развлеклись. Нокс запрыгнула на плечи Кагуи и каталась так высматривая что-то вдали. Химари, словно гиперопекающая мать, держала за руку Аяку, которая непонятно когда успела раздобыть вафельный стаканчик мороженого.

– Розовый просто вкусняшка! – радостно воскликнула она, протягивая шарик Химари. – Попробуй! Вкусняшка же!

– Я... откажусь, пожалуй, – уголки глаз Химари дрогнули, но ей удалось не показать на лице брезгливость. Всё же не стоит забывать, что она дочь благородных особ и воспитывали её в соответствии с этикетом высшего общества.

Только Рин оставался белой вороной, но мне что? Правильно, насрать. Я не обязан за каждым бегать и помогать. Вот когда наберется смелости попросить о помощи, вот тогда и поговорим как взрослые люди.

– Всё, заканчиваем, – крикнул я, показывая на время.

Через час мы уже подъезжали к аэропорту Кимхэ. Мелко моросящий дождик к этому моменту почти прекратился, оставив после себя влажный, прохладный воздух.

Автобус остановился у специального входа для VIP гостей. Мы вышли и Пак Минхо проводил нас внутрь, минуя разного рода турникеты и системы охраны. Его присутствие и наши японские визы работали как волшебные пропуски. Охранники, лишь завидев его, расслаблялись и с коротким кивком пропускали нас дальше, не задавая лишних вопросов.

– Посадка начнется через двадцать минут, – пояснил Пак Минхо, ведя нас по чистым, пустым коридорам.

Мы прошли через сканеры. Они были куда менее технологичны, чем в Японии, но лучше чем в той же Российской Империи. Проверили абсолютно всё, и кажется сотрудники аэропорта были очень удивлены просканировав нас. Я ещё ладно, видали одаренных и посильнее, но вот гибриды...

Стоило видеть лицо охранника, когда при проверке Гидеона сканер мигнул красным и запустил сигнал тревоги. Ну да, этого следовало ожидать. Между настоящим монстром и полукровкой тонкая, едва различимая грань.

Чтобы не трепать нервы корейцам я нарисовал в воздухе руну укротителя и назвал Гидеона питомцем. Потом извинился за это, но тот был отходчив. Он понимал, что объяснять им все нюансы гибридизации долго и муторно, да и вообще это секрет корпорации. Проще назвать его монстром и спокойно свалить из страны.

Вскоре мы оказались в небольшом, но уютном VIP-зале. Здесь были мягкие кресла, столики с прессой на корейском и на английском языках, и даже свой мини-бар с напитками. Окна выходили прямо на взлётное поле, где стоял аккуратный белый самолёт с опознавательными знаками Японского Конгломерата.

– Вот ваш транспорт, – сказал Пак Минхо, указывая на самолёт. – Экипаж готов. Удачи в полёте. И да хранит вас Отец и Мать Человечества.

Он поклонился, коротко, без излишеств, и удалился.

Мы остались одни в зале. Демонетра сразу рванула к окну.

– Частный самолёт! Класс! А внутри, наверное, кожаные кресла и шампанское!

– Сиди спокойно, – упрекнул я её за шило в жопе, занимая кресло в углу. – Сейчас начнётся посадка. И да, не смей трогать шампанское. Попробуешь как восемнадцать исполнится.

Она скривилась, но послушно уселась рядом с Гидеоном. Остальные тоже расселись по местам, каждый в своей устоявшейся группе.

Через несколько минут к нам подошёл стюард в безупречной форме и на безупречном японском пригласил на посадку. Мы поднялись, выстроились в некое подобие шеренги и двинулись следом.

Весь полёт, пока остальные развлекались, разглядывая облака или просто общаясь между собой, я сидел и гадал чем закончится встреча с Императрицей моей малой родины.

Анастасия Лучезарная. Что я о ней знал? Ну, ровно то, что положено знать обычному гражданину. Императрица самой большой страны на Земле. Голос Матери Человечества. Когда стукнуло шестнадцать лет, она свергла старый режим, установила новый порядок, и с тех пор правит железной рукой в бархатной перчатке. Очень красива, молода. Вечно двадцать лет, и это не попытка старушки себя омолодить. Она действительно открыла секрет вечной молодости.

Любви к этой особе я не испытывал. Какой-либо ненависти тоже. Патриотом меня не назвать, но Российская Империя мне нравится больше той же Японии. Да и Корея оставила после себя смешанные чувства. Однако её связь с Евой, Матерью Человечества... Вот это меня заметно так напрягает.

Кто бы что не говорил, но Ева такая же Мать Монстров, одна из первых детей Отца Монстров. Самая младшая, но это не отменяет её божественную природу и силу. И Анастасия, судя по слухам, лично с ней говорила. Я тоже и потому знаю насколько эта тварь может запудрить мозги человеку.

Впервые увидев её даже моё сердце дрогнуло и мне захотелось обнять эту женщину, чтобы в жилетку выплакаться. А всё почему? Потому что как и любая Мать, она вшила в своих детей патологическую любовь к своей Матери. Я научился подавлять эту любовь, но что насчет Анастасии? Вдруг она стала марионеткой Божественной матери?

Прошло какое-то время и самолёт начал снижаться.

Приземлились мы в аэропорту Внуково. Погода в Москве встретила нас серым, хмурым небом и мелкой моросью. Черт, получается мы его перегнали?

Мы ещё даже на трап ступить не успели, как нас уже ждала делегация. Снова троица, на этот раз в строгих тёмных костюмах, с каменными лицами и глазами, что сканировали нас с ног до головы.

– Господин Сато Акира? – обратился ко мне самый старший, с уже седыми висками, делая небольшой, но элегантный поклон. – Добро пожаловать в Российскую Империю. Моё имя Александр Новиков. Я представляю министерство иностранных дел. Эти мои коллеги – Иванов и Петров.

Иванов и Петров. Серьезно? Имён у них нет? Или считают, что я не захочу узнавать?

Я кивнул, но вместо японского поклона, который от меня, наверное, ждали, просто протянул руку. Новиков на секунду замешкался, но пожал её, крепко, по-деловому.

– Простите за прямоту, – сказал я, отпуская руку. – Но все эти поклоны и церемонии у меня уже в печенках сидят. В чужой монастырь со своим уставом не ходят, так что давайте общаться по-человечески. Без лишних японский заморочек.

Новиков удивленно поднял брови, а его коллеги обменялись быстрыми взглядами. Видимо, они наслушались о японском менталитете, – на виду вежливом, но коварном, – и готовились к худшему. А тут такой сюрприз. Надеюсь, приятный.

– Это... неожиданно, – осторожно произнес Новиков. – Но мы ценим прямоту. В таком случае, позвольте перейти к делу. Для вас и ваших... спутников забронированы номера в отеле «Метрополь». Мы обеспечим максимальный сервис.

Тут же вмешалась Кагуя, шагнув вперед. Её двухметровая тень накрыла дипломатов.

– Мы не можем оставить его одного, – заявила она, кивая в мою сторону. – Он наш командир. Наша задача – охранять его.

Новиков, к его чести, не отступил, хотя я видел, как у него напряглись плечи. Все же Кагуя была очень сильным одарённым, а вкупе со своим ростом и комплекцией, у любого дрожь в коленках появится.

– Мы понимаем ваши опасения, мисс... Кагуя, если я не ошибаюсь? Но аудиенция у Её Императорского Величества дело сугубо личное. Никакая охрана во дворец допущена не будет.

– Это опасно, – не сдавалась Кагуя. – Анастасия Лучезарная – одна из сильнейших одаренных в мире. А он... – она бросила на меня взгляд, полный раздражения и беспокойства. – Он только-только пробудился. И отношения между нашими странами очень натянутые. Простите за прямоту.

– Хватит, Кагуя, – глубоко вздохнув, я поднял руку останавливая её. – Я изначально не планировал брать вас с собой на аудиенцию. Это глупо и бессмысленно. Вы все остаетесь в отеле. Ведите себя тихо, не докучайте русским гражданам. Мы в гостях, помните?

– Но... – снова попыталась она вставить свои пять копеек.

– Никаких «но», – перебил я, и в моем голосе прозвучала та самая сталь, которая не терпит пререканий. – Ты и другие будете ждать в отеле и точка. Отдыхать, набираться сил. Завтра вылетаем в Новосибирск, а там сразу приступим к активному отдыху.

Кагуя сжала губы и нехотя отступила. В её глазах читалось недовольство, но она привыкла следовать моим приказам. Новиков кивнул, явно довольный подобным исходом.

– Отлично. Тогда, господин Акира, если вы готовы, мы можем ехать. Аудиенция назначена на пять часов вечера.

Я прикинул в уме, что до встречи с Императрицей оставалось примерно два часа. Посмотрев последний раз на своих подопечных, я выдал им короткое напутствие на дорожку

– Ведите себя прилично, – сказал я им напоследок. – Вздумаете устроить дебош – накажу.

Дорога до Кремля заняла около часа. Москва встретила нас пробками, серыми зданиями и тем самым ощущением подавленной мощи, которое всегда витало в воздухе столицы Империи. Я смотрел в окно, вспоминая, как видел этот город по телевизору. Сначала пока был простым русским школьником, затем через призму японской пропаганды.

Наконец, мы подъехали к воротам Кремля. Охранники, увидев дипломатические номера, пропустили нас без лишних вопросов.

Внутри всё было ровно так, как я и ожидал. Широкие площади, древние соборы, и всё это – в тени современных укреплений и магических барьеров, которые щекотали кожу и ноздри. Запах озона, «гнилой» магии и потрясающего парфюма смешался, заставляя меня хмурится и гадать откуда вообще взялась «гниль» во дворце?

Новиков провел меня через несколько коридоров, пока мы не оказались у огромных, резных дверей тронного зала.

– Здесь вас встретят, – сказал он, отступая на шаг. – Удачи.

Я кивнул и, не колеблясь, толкнул дверь.

Тронный зал был именно таким, каким его показывали в новостях во время торжественных церемоний награждения. Высокие потолки, расписанные фресками колонны из мрамора, и в самом конце зала стоит золотой трон, на котором сидела она, Анастасия Лучезарная.

Я не стал облизывать детали интерьера. Что здесь можно было увидеть такого уникального? Вместо этого мой взгляд сразу же пробежался по залу, сканируя ауру.

Кроме Анастасии, в зале были ещё одаренные. Целых три штуки набралось, и все наивысшего ранга.

Первым был мужчина лет тридцати, в форме генерала, с лицом, высеченным из гранита. Он стоял по правую руку от Императрицы. Его аура горела холодным, стальным пламенем. В энергетическом спектре его сила бушевала разрядами молний. Это была какая-то редкая тварь металла и молнии. Впервые такую встречаю.

Второй была женщина в тесном плаще. Стоит позади, лицо скрыто за капюшоном, но я слишком долго прожил в обществе японцев, чтобы по одной только ауре понять где родились её предки. Вокруг неё витала тихая, спокойная аура Бездны.

Третьим оказался молодой парень немногим старше настоящего Акиры. Этот стоит по левую руку и был он чистым драконидом без каких-либо примесей. Седовласый славянин с голубыми глазами.

Что странно, или лучше сказать крайне подозрительно, так это то, что сейчас в одной комнате собралось аж четыре ребенка Матери Человечества. И три из них служат Императрице Российской Империи, Голосу Матери Человечества.

Вот они какие сильнейшие одаренные Империи. По телевизору их частенько называли сильнейшими S ранговыми одарёнными Земли. И да, они определенно сильнее большинства других S ранговых, но до титула сильнейших им ещё ой как далеко.

Но стоило мне переключить внимание на Анастасию, коснувшись лишь краешком её слабой, почти незаметной ауры, как я замер на месте.

Анастасия выглядела просто божественно. Ослепительно красива, с золотыми локонами, спадающими на плечи, голубыми глазами и лёгкой, немного наивной улыбкой на губах. Она сидела на троне, одетая в простое белое платье, и казалась самим воплощением невинности и чистоты. Но её аура... Я её знаю...

Ева. За что ты меня ненавидишь?

Глава 14

***

Когда-то давно, один из городов Российской Империи.

Анастасии было шесть лет, когда мир ещё казался местом, где добро всегда побеждает зло. Когда по миру шагают герои и приходят на помощь всем страждущим и невинным.

Каждый вечер, перед сном, её мать, ревностная сторонница Церкви Превосходства, укладывала девочку в постель и открывала толстый, покрытый пылью учебник. Страницы пахли стариной и ладаном, а буквы, выведенные искусной рукой писаря, казались волшебными рунами. Тихий мелодичный голос матери наполнял комнату особым, приятным полумраком, способным прогнать страхи перед чудовищами внешнего мира.

Больше всего Анастасия обожала две истории: про Первого Сына Человечества и про таинственного Странника. Первый, согласно своему титулу, был первым мужчиной, сотворенным Матерью Человечества. Величайший герой, равный по силе Богам. Второй просто был сильным, участвовал во всех знаменитых сражениях древности и возможно, только возможно, являлся тем самым Первым Сыном любящей Матери.

– И тогда Первый Сын, освещённый светом умирающего Светила, бросил вызов Отцу Монстров, прародителю ужасных чудовищ. Их битва потрясла Землю и Небеса, но доблесть и вера величайшего Сына Человечества была столь велика, что он заставил величайшее из чудовищ погрузиться в длительный сон...

Анастасия, закутавшись в одеяло по самые глаза, воображала в своей голове образ этого великого героя. Сильного, красивого, с лицом, полным решимости. Ей нравилось всё в этом герое. То, что он был Первым, самым главным, как будто открывал путь всем остальным. Но несмотря на это, её сердце полностью захватил другой персонаж.

– Мам, ну почему ты всегда про Первого Сына рассказываешь? Лучше про Странника расскажи! – шептала она, цепляясь за рукав матери. – Про того, кто всегда приходит вовремя и спасает людей!

Мать улыбалась, поглаживая дочь по волосам.

Странник – это загадка, которую великие умы пытаются разгадать на протяжении семи тысяч лет. И это не шутка. Когда Человечество только-только появилось на свет, уже тогда Странник вершил правосудие над чудовищами. Именно он изгнал молодых Грехов в другой мир. Оторвал все тысячи лап Тысяченогой Ххиссс, Пожирателю Улья, вселив такой страх и ужас, что она открестилась от собственной Матери.

Никто не знает кто он, откуда приходит и куда уходит. Говорят, он носит потрепанный от дыхания времени плащ, а в руках у него горит меч, который пылает огнем, способным сжечь саму реальность. Появляется он в самые тёмные часы, когда кажется, что надежды уже никакой нет, и одним ударом разгоняет тьму. Странник символ того, что Мать Человечества всегда приглядывает за своими детьми.

Закрывая глаза, Анастасия видела образ. Высокого, темноволосого юношу с пронзительным взглядом и золотыми глазами, который одним щелчком пальцев обращает демонов в пыль. Она всегда засыпала с твердой уверенностью, что если с ней случится беда, Странник обязательно придёт и спасёт её. Ведь герои никогда не опаздывают.

Жизнь в те времена была не такой уж и страшной, несмотря на постоянные угрозы порталов. Они жили в небольшом доме на окраине города. Отец работал простым инженером, а мать посвящала всю себя Церкви и воспитанию дочери. Анастасия ходила в школу, играла с другими детьми и лишь изредка слышала отдалённые взрывы или видела, как по небу проносились силуэты одарённых, спешащих на очередное вторжение. Она жила будто в сказке.

Но однажды ночью сказка оборвалась. Это случилось внезапно, как всегда и случается. Весь мир на целый десяток лет стал подобен Новосибирску и прочим местам, где порталы открывались каждые сутки, стабильно, на протяжении долгих десяти лет.

Это произошло в один из первых дней Резонанса, когда о случившемся ещё никто не догадывался. Сначала послышался грохот, словно что-то тяжелое свалилось с неба и разворотило асфальт за окном. Потом задрожали стены, посыпалась штукатурка и воздух наполнился запахом серы и горелой плоти.

– Беги! – запомнила она крик матери, когда стена с выходом на главную улицу испарилась, истлев в потоке мощного пламени.

В квартиру ворвались три фигуры. Они были высокими, с изогнутыми рогами и кожей цвета застывшей крови. Глаза каждого сияли тусклым алым огнем, а из пасти капала вязка слюна, оставляя на полу едкие пятна.

Это были самые настоящие демоны. Жители адского измерения. Все они низшие, но для маленькой, непробужденной девочки из глубинки они казались воплощением абсолютного зла.

Отец попытался встать у них на пути, схватив со стола тяжёлый подсвечник. Кажется, он успел прокричать что-то в духе «Убирайтесь!». Но демону нужно было только раз взмахнуть лапой, чтобы оторвать ему голову.

Один из демонов, мышцы которого бугрились под кожей, лишь хихикнул назвав отца «слабой добычей, почти без сияния искр». Мать тогда кричала, также пытаясь защитить свою дочь, но уже другой демон разорвал её грудь острыми зубами, вырвав и пожрав её сердце.

Анастасия застыла, не в силах пошевелиться. Её мир рухнул за считанные секунды. Родители лежали в луже собственный крови, а эти твари смотрели на неё голодными глазами.

– Ребенок, – прошипел демон, похожий на человека с козлиной мордой. – На рынке можно продать.

– Демон-Принц накажет, – опасливо прорычал другой.

– Не накажет. Его сейчас нет. Сделаем быстро, – проблеял козел, схватив Анастасию за руку.

Прикосновение демона казалось девочке липким и отвратительным. Анастасия кричала, пыталась вырваться, но что может сделать обычный ребенок против демона, который опасно близко приблизился к «старшему» рангу?

Отродье Бафомета перекинуло её через плечо, как мешок картошки и выпрыгнуло наружу, бросившись обратно к огненному порталу. Тогда она увидела, что город пылает. Портал выплюнул не только трех демонов, а целый выводок, которые разбежались в разные стороны. Потому одаренным приходилось распылять силы, чтобы успевать везде и повсюду.

Спустя пару секунд воздух сменился, стал густым и тяжелым. Запахло серой. Кожей она сразу почувствовала нескончаемые океаны магмы вокруг. Вдали возвышались огромные черные скалы, а повсюду сновали дикие, неразумные демоны всех форм и размеров. Но никто даже не думал обращать внимание на троицу демонов, ведь они были намного сильнее своих лишенных разума братьев.

По лицу Анастасии текли слезы, смешиваясь с витавшей в воздухе сажей и пылью. Надежда на спасение, которую она так лелеяла, рассыпалась в прах. Где же её герой? Где этот Странник? Когда он уже явится и спасет её из этого ада?

И вот, когда она, вжавшись в комочек, уже готова была смириться с судьбой, произошла неожиданность. Вдалеке открылся ещё один портал, но не красный, как принято у демонов, а черный, глубокий, словно черная дыра, пробившая брешь в самой стене реальности. И из этой дыры вывались человеческая фигура, упав на каменистую землю в позе супергеройского приземления.

Это был юноша. Густые темные волосы спадали ему на лоб. Глаза были такими же темными и спокойными, а на лице не было ни страха, ни удивления. Одевался мужчина в простую футболку и джинсы, но одним только видом он демонстрировал столько уверенности, словно окружающий мир был не Адом, а детской песочницей.

Анастасия затаила дыхание. Это же сделали демоны, заметившие появление человека. И когда парень увидел их, она готова поклясться, что козломордый демон начал дрожать от ужаса, прекрасно осознавая чем это кончится.

Юноша сделал несколько шагов вперёд. Его движения были плавными, почти ленивыми.

– Эй, – слегка повысив голос прокричал он. Его голос никак не мог достигнуть ушей этих демонов, но почему-то она отчетливо слышала каждое его слово. – Кто разрешил вам охотиться на детей?

Теперь уже затряслись все демоны. Они не отвечали, да в целом и не могли раскрыть рта. Каждую клеточку тела парализовал первобытный, всепоглощающий страх перед чудищем, коим являлся мужчина.

– Я спросил, – повторил юноша и на этот раз в его голосе прозвучала настоящая сталь. – Кто дал вам право трогать ребенка?

И тогда парень дунул. Легкое, почти небрежное движение губ, будто сдувал пылинку перед глазами. Но все демоны просто... рассыпались. Их кожа и кости отделились от тела, превратившись в мелкую пыль, которая растаяла в воздухе. Они исчезли без звука, без борьбы, словно их никогда не было.

Анастасия упала на землю, ошеломленная. Она смотрела на юношу, который приближался неспешной походкой, совершенно невозмутимый. Когда он подошел, то присел на корточки, чтобы их лица были на одном уровне. И тогда она снова поразилась каким молодым и красивым он был, однако уже тогда она заметила его взгляд. Усталый, словно что-то на протяжении долгого времени терзало его доброе сердце.

– Ты... герой? – прошептала она, не в силах оторвать взгляда.

– Просто оказался в нужном месте в нужное время, – пожал тот плечами. – Родителей, как понимаю, убили?

Анастасии оставалось только кивнуть, но что странно, слезы от такого признания не появились. Словно всё это было не важно, а важен лишь человек, что стоял перед нею.

– Ты Странник! – неожиданно бодро сказала она, подскакивая на ноги. – Я именно так и представляла тебя! Ты герой! – кричала она, едва сдерживаясь, чтобы не обнять своего героя.

– Если тебя так удобней, – пожал он плечами вообще не задумываясь. – Пойдем. Это место не создано для детей.

Сказав это он протянул руку, погладив ребенка по голове. Подхватив Анастасию он усадил её себе на плечи и так прошел с ней какое-то время, истребляя каждого демона на пути, кто видел его в компании маленькой девочки. И когда он нашел нужное место, одним усилим воли он открыл портал в её родной город.

На прощание она кое-что спросила у него, а он вместо ответа лишь улыбнулся и мягко подтолкнул Анастасию к порталу. Но она понимала, что это и был ответ на вопрос. И наверно только она одна во всем мире знала настоящее имя того, кто все эти годы скрывался под именем Странник...

***

Массивные двери императорского дворца закрылись за мной. Я стоял и смотрел на серое небо, а внутри всё клокотало таким знакомым, навязчивым раздражением. Ева, ну какая же ты все-таки больная сука!

Лицо Анастасии.. Да, я узнал её. Не по портретам или же новостям в телевизоре, а по знакомой ауре, которую встречал лет сорок назад. Она уже давно не та девочка, которую я встретил в Аду, но вот слепок ауры... Со временем он не меняется, как внешность и лицо девушки.

Вспоминать такое всё равно, что ковырять старый шрам. У каждого есть такая история, о которой стыдно вспоминать.

В тот день я решил взять выходной. Тысячи лет в роли правителя Ада научили меня ценить такие моменты, когда не нужно разбирать дрязги архидемонов и решать кому принадлежит тот или иной кусок Ада. И потратить этот выходной я решил максимально приятным для себя образом. Например, вырвать хребет матриарху тёмных эльфов.

Эта остроухая тварь не сделала ничего плохого конкретно сейчас. Я просто подкинул жребий кого сегодня ждет смерть и выпало имя королевы тёмного племени. На моем «колесе желаний» было около сотни имён легендарных чудовищ, так что ей просто не повезло.

С ноги выбив дверь её кристального дворца, – метафорично, конечно, ведь двери сами сорвались с петель при моём появлении, – я спокойно подошёл к ней. В этот час она устраивала чаепитие и почему-то считала, что раз за последнюю неделю никак не грешила, то и наказывать её незачем.

– Демон-Принц, – сладким голосом шептала она. – Не ожидала, что вы соблазнитесь моими скромными владениями. Желаете угоститься чаем или вы явились по важному делу?

Её улыбка дрогнула, когда я, проигнорировав её вопрос, одним желанием остановил сердца её гвардии. Окажись эти монстры на Земле, всего пары штук хватило бы, чтобы истребить человечество. Для меня же это были просто букашки.

Битвы никакой не было. Какое может быть сражение против сильнейшего смертного существа во вселенной? Это не я так себя назвал. Эти слухи распространяли сами Матери. Каждая из них признавала меня сильнейшим творением, способным ранить и даже убить одну из слабейших сестёр.

Схватив королеву за шею, одним рывком я вырвал позвоночник из её тела. Хруст костей прозвучал мелодично в тишине зала.

Бросив всё ещё тёплый хребет к ногам принцессы, прибежавшей на шум, я погрозил ей пальчиком.

– Сохрани этот ужас в сердце. Однажды я также внезапно постучусь в дверь и оборву твою жалкую жизнь.

Красивая, молодая принцесса, которая в силу своего возраста попросту не успела обрести какую-то силу, со слезами на глазах рухнула на колени.

Я не стал её убивать. Вместо этого я прикоснулся к её ауре и переписал реальность таким образом, что у неё отнялись ноги.

Её спина хрустнула. Позвоночник сломался в десяти местах, а потом встал обратно. Теперь эта травма. Её парализованные ноги стали «истиной», которую невозможно исправить. Это было жестоко и несправедливо, но она была эльфом. Весь её вид заслужил подобную кару.

Вернувшись в Ад, я был доволен проделанной работой. Но едва моя нога коснулась Первого круга, как я почувствовал странный отклик на границе своего восприятия.

Стоило только немного повернуть голову, как я увидел троицу низших демонов, на плечах которых болтался маленький комочек человеческой жизни.

Мои правила были просты – не трогать детей. Меня самого похитили в детстве. Как Демон-Принц мне приходилось закрывать глаза на многие моменты, но я всегда повторял. Кто попадется с поличным, того ждет смерть. Вы даже пикнуть не успеете.

Кара настигла демонов мгновенно. Девочка была вся в грязи и соплях, но разве её можно обвинять в слабости? И да, это была не первая и не последняя благотворительная акция с моей стороны, потому я общался с ней холодно, желая поскорее сплавить её обратно на Землю.

Конечно я понимал, что жизнь у неё будет не сахар. Без родителей её ждал только детский приют или голодная смерть на улицах города. Или её сожрет другое чудовище, так как на всех слоях реальности звучал Резонанс. Но это было не моё дело. Моей зоной ответственности было не дать ей сгинуть в Аду, а что с ней будет дальше вообще меня не касалось.

Можно спросить, а что такого стыдного во всей этой истории? Ну как сказать. В самый последний момент я решил отойти от образа Странника, которым прикрывался все время и назвал другое имя. Вернее его назвал не я, а сама Анастасия, но я ничего не ответил, а значит согласился. И естественно это имя уже было занято, а Ева ой как трясется над именем этого человечишки. Подозреваю, она потому и дала Анастасии «ключ» небесного воинства, чтобы она служила живым напоминаем моего позора.

Анастасия Лучезарная не просто укротитель или чудовище с лицом человека. Она вообще не одарённый. Вся её аура – это аура ангелов, которыми она управляет. Также как я управляю гомункулами, так и она может приказывать архангелам, а те не в силах противится Голосу Матери Человечества.

– В отель? – коротко спросил Новиков, когда я упал на заднее кресло машины.

– В отель, – кивнул я, подпирая лицо кулаком.

Машина остановилась у входа в «Метрополь». Что сказать, отель был роскошным. Массивное здание в стиле модерн, с позолотой на карнизах и швейцарами в ливреях. Они смотрели на меня с таким каменным безразличием, словно гвардейцы одной далёкой европейской страны с королевой на троне.

Пройдя через вращающуюся дверь, меня встретил тёплый воздух и аромат дорогой древесины. Присутствовали также нотки дорогого парфюма других постояльцев, но сотрудники быстро прогоняли посторонние запахи заботясь о комфорте каждого посетителя.

Узнав у девушки на ресепшене куда заселили мою семерку гибридов, направился к лифту. Тот поднял меня на нужный этаж.

Ещё даже не успев покинуть лифт до меня донеслись приглушенные голоса из общего зала.

Открыв дверь, я увидел ровно то, что ожидал увидеть. Кагуя стояла у окна, спиной ко всем. Плечи напряжены, словно она готовилась в любую секунду отражать нападение русских спецназовцев. Уши Рина также подергивались, пытаясь уловить посторонние шумы. Ну а самые младшие детишки смотрели телевизор. Выключенный, что было скорее забавно, ведь это служило наглядным доказательством того, как сильно они беспокоились за слабого Акиру.

К слову, здесь отсутствовало пару важных лиц. С Нокс всё понятно, она затаилась поблизости. Если бой всё же случится, она как ассасин хочет иметь преимущество. Химари с Аякой отправились погулять с парочкой других дипломатов, ну а Юка... Эмм, вот от неё вообще такого не ожидал, но она нажирается в баре до потери сознания.

Стоило мне появиться, как общее напряжение в комнате начало уменьшаться. Кагуя всё также не спешила отходить от окна, но по крайней мере плечи немного расслабились.

– Ну что, мои ненаглядные, – улыбнулся я, расстегивая куртку и бросая её на ближайший стул. – Неужто волновались, что вашего любимого наставника злые русские людоеды из дворца не выпустят?

Демонетра первой подскочила с дивана. Её зелёные волосы колыхнулись, а хвост застучал по коленкам.

– Плевать я на тебя хотела! – выкрикнула она, скрестив руки на груди, но щечки-то порозовели. – Просто скучно стало. Без тебя мы тут балдеем как короли. Свали короче. Фу, фу, пшел отсюда, – замахала она рукой, прогоняя из комнаты

– Ты же больше всех и ныла, что его там прикончат, – буркнул под нос Рин не надеясь, что его кто-то услышит. – Аж целый план штурма дворца разработала.

– Заткнись, предатель! – закричала она, кинув ему в лоб куском твёрдой слизи. Ну да, у нас у всех острый слух, на что он надеялся? – Этот волчара позорный врет. На тебя всем насрать, Акира.

– Да что ты говоришь, – улыбнулся я, понимая, что она ни за что не признает очевидных вещей. Эти чертяки полюбили меня, а я прикипел к ним. Будет немного грустно, если кто-то погибнет.

В этот момент дверь за моей спиной приоткрылась. В комнату вошёл Александр Новиков. Он слегка задержался внизу, чтобы отпустить водителя и сделать пару важных звонков по работе, так что его появление было ожидаемым.

– Господин Акира, – кивнул он, когда я повернулся. – Хотел лишь уточнить. Вы планируете задержаться в Москве или мне сказать пилотам разогревать двигатель самолёта?

Я задумался, смотря на своих подопечных. Мы весь день были в пути. Сначала плыли на корабле, потом был самолёт из Пусана в Москву. Наверно, никто не осудит нас, если мы задержимся в этом отеле на одну ночь.

– Завтра утром вылетаем, – на моем лице заиграла улыбка. – На сегодня все свободны. Делайте, что душа пожелает. На экскурсию сходите, попробуйте русские деликатесы. Пельмени там или в баньку сходите, попарьтесь. Только не вздумайте ничего громить. Нам конечно бюджет предоставили, но за каждую копейку я буду отчитываться. Не злите Акиру если вам задница дорога.

На лицах гибридов промелькнули разные эмоции. Кто-то раздражено выдохнул, другие серьезно восприняли мою угрозу.

– Я организую вам прекрасного гида если потребуется, – вставил свои пять копеек русский дипломат.

Оставив гибридов строить планы на вечер, я вышел из зала и направился к лифту. Сейчас я намерен был разобраться с нашей главной головной болью, а именно с неожиданно проснувшимся алкоголизмом одной девушки-кошки.

Я спустился на лифте на первый этаж, но далеко идти не пришлось. Бар при отеле располагался в соседнем крыле. Бармен за стойкой ловко жонглировал шейкером. В зале было полно посетителей, ведь помимо постояльцев отеля сюда приходили богачи, чтобы пропустить вечером пару рюмашек.

Ровно посередине барной стойки сидела Юка. Перед ней стояло три пустых, граненых стакана и один полный, доверху наполненный чистым, неразбавленным самогоном.

Юка сидела, уперев щеку в деревянную стойку. Оно и неудивительно после трёх-то полных стаканов. Её обычная холодная маска на лице спала, обнажив усталость и горечь восемнадцатилетней девчушки.

Я подошёл и без приглашения опустился в кресло напротив. Она медленно подняла на меня взгляд. Её янтарные глаза были мутными.

– А, это ты, – произнесла она с хрипотцой. – Пришёл посмеяться?

– Не угадала, – сказал я. – Пришёл убедиться, что ты белочку не поймаешь. Бармен точно не обрадуется погрому.

Девушка фыркнула и потянулась за граненым стаканом. Её пальцы дрожали, когда она поднесла его к губам и залпом осушила стакан.

– Почему меня все бросают? – прошептал она, снова приложившись щекой к барной стойке. – Родители продали. За копейки. И даже отомстить не дали. Сдохли ублюдки, – её горло горело огнём, но она даже не думала хоть чем-то закусывать. – Теперь и Рэйко. Выгнала меня. Оторвала от себя по надуманному поводу. Что во мне странного? Неужели я никогда, никому не буду нужна?

– Ты просто нажралась как свинья, – холодно произнёс я, выслушав отвратительный поток жалости к самой себе. – Можно бесконечно долго спрашивать себя «почему», но проще задать этот вопрос другому. Ты же боишься услышать ответ. Отвратительно.

– Тебе легко говорить, – она повернулась лбом к стойке. – Тебе вообще на всех насрать.

– Верно, – согласился я. – Я с тобой общался чтобы ты открыла мне путь в Дзайбацу. И за детишками тоже приглядываю, так как это моя работа.

Дыхание Юки замерло, она определенно не ожидала услышать такого ответа.

– Ты... худший из всех возможных людей, – подняв голову она посмотрела мне прямо в глаза. – Я тебя сейчас поцелую.

Она резко двинулась вперед. Её лицо оказалось в сантиметрах от моего. Из её рта воняло перегаром так, что глаза слезились.

Я отклонился назад. Её губы промахнулись, поцеловав мою руку.

– Хватит позориться, – сухо прокомментировал я её выпал.

– Вот видишь, – голос девушки стал каким-то плаксивым. –- Даже такому отбросу как ты не нужна в кровати уродина. Почему ты не можешь просто воспользоваться мной? Будь мужиком!

Она попыталась ударить меня кулаком по груди, но её движения были медленными, неуклюжими. Я легко поймал её запястье.

– Хватит, – строго прошептал я.

– Пошел ты. Пошел ты к черту, Акира. Все вы идите к черту.

Я вздохнул, устало потерев переносицу. Эти эмоции... Такие неудобные, бесполезные...

– Ладно, – пробубнил я в пустоту. – Пора заканчивать.

Я щелкнул пальцами.

Тонкая нить магии, порожденная этим щелчком, коснулась лба девушки. Её глаза мгновенно закатились, тело обмякло и она медленно начала сползать с табуретки.

Я поймал Юку прежде, чем она ударилась головой об пол.

– Ты конечно в моем вкусе, но... – прошептал я на ухо спящей девушки. – Рэйко ясно дала понять, что твои булочки принадлежат только ей. И я дал обещание не трогать тебя.

Подхватив девушку на руки, мы вместе покинули бар. Нужно было отнести Юку в её комнату, да самому немного поспать. Чувствую, завтра она пожалеет обо всем, что сказала.

Глава 15

***

Тронный зал императорского дворца, спустя какое-то время.

Массивные резные двери тронного зала закрылись за спиной Сато Акиры. Звук его шагов быстро затих в коридоре, но в самом тронном зале повисла тягостная, насыщенная недоверием тишина, нарушаемая лишь едва слышным гулом магических барьеров, оплетающих дворцовые стены.

Анастасия Лучезарная не сводила глаз с места, где только что стоял этот странный японский юноша. Её ослепительно красивое лицо, обычно озаренное мягкой, доверчивой улыбкой, сейчас выражало задумчивость, граничащую с легкой грустью. Её пальцы нежно сжимали подлокотники золотого трона, но в глазах, голубых и чистых, как бескрайнее небо, промелькнула тень чего-то древнего и печального.

– Ушел, – тихо произнесла она и её голос, мелодичный и теплый, прозвучал в тишине зала как колокольчик.

– Ваше Императорское Величество, – тотчас нарушил молчание мужчина в форме генерала, стоявший по правую руку от трона. Его лицо было непроницаемо, но в глазах горел холодный огонь недоверия к свалившемуся на голову японцу. – Простите мою прямоту, но этот... Сато Акира. Он никакой не дипломат. Даже самый никудышный из послов не позволил бы себе таких промахов.

Анастасия медленно повернула к нему голову. Золотые локоны мягко колыхнулись, а улыбка стала ещё немного печальнее.

– Промахов, Александр? – спросила она. В её тоне не было ни капли упрека, лишь искреннее любопытство.

– Эмоции, госпожа, – произнёс он, сложив руки у пояса. – Он пытался их скрыть, но это давалось ему с огромным трудом. Особенно когда вы назвали его «послом доброй воли». В его глазах промелькнуло что-то... раздраженное. Почти оскорбленное. Любой низкоранговый охотник гордился бы этим, но этот Акира...

– Может, он просто скромный? – наивно предположила Анастасия, тогда как на её губах заиграла та самая мечтательная улыбка, которая наполняла теплом сердца её подданных. – Или стесняется своей новой роли? Я хочу верить, что он просто честный юноша, оказавшийся не в том месте. Если Японский Конгломерат задумал какую-то подлость, то, наверное, он про это не знал. Его глаза... они казались такими добрыми и усталыми. Особенно когда он зачитывал официальную часть своего прямого начальства, главных акционеров Дзайбацу и Мизухи.

С левой стороны от трона, где стоял седовласый молодой человек с голубыми как лед глазами раздалось негромкое, но отчетливое фырканье.

– Ваше Величество, прошу вас, не будьте столь доверчивы, – сказал молодой парень с кровью драконов, и в его голосе слышалось искреннее беспокойство. – Доверчивость в нашем мире – роскошь, которую могут позволить себе только мертвые. Этот Акира прибыл в сопровождении целого отряда гибридов, каждый из которых ходячая боевая единица. Это не визит вежливости. Кто знает какие тайные миссии поручили каждому из этих чудовищ?

Он повернулся к третьей фигуре, стоявшей чуть позади, молодой женщине в темном, плотно облегающем плаще, с капюшоном, намеренно скрывающим лицо. От её ауры будто само пространство искривлялось, но заметить это могли лишь одаренные, которые знали как и куда смотреть.

– Елена, – обратился к ней Леонид. – Твои способности идеальны для такого дела. Проникни в базу данных Дзайбацу Групп. Вытащи всё, что можно об этом Сато Акире. Его прошлое, реальную родословную, истинные задачи. Ты сильнейший одарённый пространства во всем мире. С твоими способностями это дело пары минут.

Девушка медленно подняла голову. Из-под капюшона выглянуло лицо молодой японки. В глазах на секунду вспыхнул слабый фиолетовый огонек. Молча кивнув она посмотрела на Анастасию, ожидая приказа.

Анастасия наблюдала за этим коротким обменом с мягкой улыбкой. Ей определенно нравилось наблюдать за тем, как сильнейшие представители человечества ладят и понимают друг друга почти с полуслова.

– Александр, Леонид, – сказала она, и её тон внезапно стал чуть более твердым. – Я знаю, что вы думаете. Что я слишком наивная. Что пытаюсь найти добро там, где его нет. Возможно, вы правы, – она подняла руку и легким, почти детским жестом погрозила пальчиком в сторону Леонида. – Но я не глупа. Я тебя ещё несмышленым мальчишкой помню. Когда ты магазины грабил на юге Империи. Тридцать лет на троне научили меня, когда стоит использовать силу, а когда лучше договориться с врагом. И ещё мой герой, – в её глазах вспыхнули та самая мягкость, которая заставляла троицу героев Империи испытывать ревность. – Тот, кто спас меня когда-то давно, научил меня самому главному. Защищать людей – не значит защищать и оправдывать поступки каждого злодея.

Анастасия замолчала. Её взгляд на секунду стал отстраненным. Каждый раз она снова и снова вспоминала тот разговор с темноволосым юношей, и каждый раз находила в его коротких ответах инструкции к действию.

– Доброта не должна быть синонимом слабости, – продолжила она. Глаза Императрицы вспыхнули золотым светом, белая аура сгустилась за спиной, образовав крылья. И её голос стал холодным, не таким, какой ожидаешь услышать от девы с лицом невинного ангела. – Если Японский Конгломерат что-то задумал... Или этот Сато Акира действительно в сговоре с этими отвратительными людьми... – она сделала паузу, тогда как троица сильнейших одаренных Империи упали на колени, ощутив невероятную тяжесть в плечах и на теле. – Я не стану молча терпеть. Не стану вести бессмысленные переговоры с предателями человечества. Я оставлю от их столицы выжженную пустошь, на которой веками ни одной травинки не прорастет.

***

Стоило только утреннему солнцу коснуться окна моей комнаты, как я тут же проснулся. Не знаю с чем это связано, но последние дни мне было легко просыпаться. Наверно, все дело в том, что каждое утро приносило мне океан новых впечатлений. И нет, зачастую это были не проделки Демонетры. Разве только частично.

Помню однажды Нокс в мужскую раздевалку прокралась под покровом ночи. Сделала всё настолько незаметно и элегантно, что Рэйко сразу нашла виновного. Головомойку она, конечно же, устроила мне, а я уже сорвался на ней купив духи «экстракт серебра». Не знаю какая химия там была намешана, но от серебра рейфы чихают, так что Нокс смогла ощутить себя в шкуре аллергика.

На этот раз выходя из номера отеля я столкнулся нос к носу с Юкой, которую мучило жуткое похмелье. Она конечно сильный одарённый, ещё и гибрид с ускоренным метаболизмом, но даже я не смогу хлестать самогон ведрами. На что она рассчитывала я решительно не пойму, но скорее всего она просто хотела поскорее забыться. Неважно какой ценой, о чем сейчас она очень сильно жалеет.

Увидев меня, Юка замерла на месте, будто наткнулась на древнего демона в ванной. Её обычно холодные янтарные глаза расширились, в них мелькнула паника, стыд... В общем всё то, что она подавляла в себе долгие годы.

Не говоря ни слова, она хлопнула дверью. Звук щелчка замка прозвучал особенно громко в тишине коридора.

Устало вздохнув, снова проклял эмоции. Столько проблем и из-за чего? На пустом месте же. Чем ей поможет эта попытка побега? Да ничем. Другое дело попробуй она устранить единственного свидетеля её позора, но это тоже глупое ребячество. Хотя, я и за меньшее людей убивал. Но это так, ошибки молодости.

– Юка, – сказал я достаточно громко, чтобы быть услышанным через дверь. – Через два часа мы съезжаем. Самолёт ждать не будет. Лучше спустись вниз, покушай да ополосни кошачью морду. Воевать на голодный желудок такое себе.

Из-за двери не последовало ни звука, но прислушавшись я уловил ритм учащенного сердцебиения. Пожав плечами я пошёл к лифту.

Спустившись на этаж с общим залом, я толкнул дверь и застыл на пороге, поймав нервный тик. В центре зала, на самом дорогом диване из кожи элитного монстра устроилась пара детишек. Демонетра сидела на коленях у Гидеона, обвив его шею руками, а её зелёные кудри полностью скрывали лицо смазливого мальчика. Гидеон же чувствовал себя слишком уверенно, одной рукой приобнимая девицу за талию, а второй нежно поглаживая спину подруги. От них исходила аура такого сладкого, приторного счастья, что у меня зубы кариесом покрылись.

Я конечно знал, что к этому всё и идёт, и даже немного подталкивал их друг к другу той же игрой в правду и действие, но такое стремительное развитие стало для меня шоком. И если я со своим громадным опытом удивлен, стоит ли говорить как сильно дергается глаз у каждого, кто это видит?

Мой взгляд скользнул в сторону, где в глубоком кресле у окна сидела Нокс. Она была закутана в свой тёмный плащ. Только алые глаза светились из-под капюшона, пристально наблюдая за парой влюбленных. Но это была не просто наблюдательность.

Я расширил своё восприятие, позволив ауре незаметно окутать тело девчушки. Её костяные клинки всего на немного выскочили, «показав носик». Считав её эмоциональный фон я понял, что она испытывает боль и жгучую ревность, направленную на одного конкретного человека.

Я уже собирался сделать шаг вперёд, чтобы протянуть руку помощи и разрядить обстановку, вот только со спины на меня было совершено подлое нападение чем-то маленьким и пушистым.

– Ой! Извините! – раздался весёлый, немного сонный голосок.

Я едва удержался на ногах, обернувшись и увидев Аяку. Девчонка, похоже, только что выскочила из лифта и неслась куда-то сломя голову, не глядя по сторонам. Её белые хвостики растрепались, а в руках она сжимала какую-то яркую обертку от конфеты.

Увидев моё лицо, её собственная физиономия мгновенно поменялась с виноватой на дрожащую, абсолютно испуганную. Солнечные глаза расширились, губы дрогнули. Она замерла, словно кролик перед удавом.

– Я... я не специально, господин Акира, – прошептала она, отступая на шаг и чуть не споткнувшись. – Просто хотела... ещё пару конфеток... украсть...

Она сжала обёртку в кулачке так сильно, что костяшки побелели. Её аура, обычно такая яркая и жизнерадостная, сейчас колыхалась волнами чистого, животного страха. Моё присутствие, моя истинная природа, которую она чувствовала на уровне инстинктов, действовала на неё как парализующий яд. Интересно, как скоро она поймет, что я намеренно пускаю её по ложному следу?

– Ничего страшного, – сказал я, стараясь сделать голос как можно более нейтральным. – Но в следующий раз смотри под ноги. Я конечно демон, но не хочу чтобы кто-то из вас упал с лестницы и все конечности переломал.

На глазах Аяки собрались слезы. Она метнула взгляд на Демонетру с Гидеоном, потом на Нокс в поисках защиты. Но поддержку она нашла лишь у Химари, а потому осторожно прошмыгнув мимо меня, она уткнулась носом в грудь своей «мамочки».

Вздохнув, я прошёл в центр зала, привлекая внимание всех подопечных.

– Внимание, аудитория, – начал я, разведя руки в стороны. – Прекрасное утро, не правда ли? Солнышко светит, птички поют, у кого-то золотая пора юности наступила, – на этих словах детишки отлипли друг от друга, отпрыгнув на разные концы дивана. – Но, к сожалению, пора возвращаться в суровую реальность. Через два часа мы покидаем этот роскошный притон и летим дальше. А значит, пора паковать вещички.

В зале воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим шёпотом кондиционера. Демонетра первая нарушила молчание.

– Какие ещё вещички? – фыркнула она, показывая язык. – Мы же приехали с одним рюкзаком на всех. Мы, девочки, сменное белье с собой взяли, а пацаны даже зубные щетки поленились забрать.

– Мне... она не нужна... – тихо проблеял самый тихий мальчишка.

– На то у тебя есть я! – гордо задрала она подбородок. – Это только бесполезного и вонючего Рина касается.

Показав ему язык она заставила уже третьего человека за сегодня заработать нервный тик. Она вроде как остепениться должна была, но почему сейчас над её жизнью нависло даже больше угроз?

Спустя пару часов мы уже садились в Новосибирске. Вот что значит личный транспорт высших чинов Российской Империи. За час осилил путь, на который гражданский бойнг потратит четыре часа, не меньше.

Откинувшись в кресле и глядя в иллюминатор на серые взлётно-посадочные полосы, я не мог не усмехнуться.

Город Порталов. Уходил отсюда слабаком, а теперь вернулся и могу при желании весь княжеский Род перебить. И ведь прошло всего пару месяцев, а такое чувство, что мои приключения как охотника происходили лет сто назад. Но до настоящей силы мне всё ещё далеко, так что, наверно, стоит поубавить гордыню, а то навлеку на себя гнев сильнейших мира сего. Той же Императрицы или доживших до наших дней прототипов людей.

Я вышел из самолета первым, чувствуя, как холодный сибирский воздух впивается в кожу, словно тысячи иголок. За мной медленно потянулись остальные. Все были немного потерянными, так как сам аэропорт выглядел куда менее презентабельно, чем московский аналог, да и встречать нас никто даже не собирался

– Так, я не поняла, – уперла руки в боки самая крикливая из отряда. – Где торжественные фанфары? Мы важные люди ващето. Нас положено с оркестром встречать.

– Дипломатическая миссия закончилась в Москве, так что поумерь аппетиты малявка, – отозвался я, не оборачиваясь. – Теперь мы просто туристы. Опасные туристы, за которыми, скорее всего, уже присматривают десятки СБшнишков. Так что веди себя прилично, а то русские могут решить, что ты не турист, а диверсант. Пристрелят ещё на месте, а мне лишняя волокита с бумажками по возвращении.

Она фыркнула, прекрасно понимая, что Акира не допустит смерти воспитанника.

Я закрыл глаза на секунду, позволяя своей ауре растечься по городу. Медленно, словно паук я оплетал своей паутиной каждую тёмную подворотню и даже подземные недра канализации. Это был самый простой навык в арсенале любого уважающего себя высшего демона, и без него я все эти годы чувствовал себя слегка неуверенно.

Количество порталов в Новосибирске превышало все возможные нормы. Я чувствовал не только порталы, которые уже были открыты, но также те, что откроются в ближайшие месяцы. Проще говоря, сейчас весь Новосибирск в моем восприятии был одной огромной опухолью на теле реальности.

Это... странное ощущение. Подобные гнойники я уже встречал в других погибших мирах, но этот нарыв заметно отличается от других. Чем именно? Ну тут сложно сказать. Аура недоросла ставить диагноз самому мирозданию. Стану чуть-чуть посильнее, тогда уже и поиграю в доктора для целого города.

– Ой... – раздался тихий, испуганный возглас со стороны.

Я открыл глаза. Аяка стояла рядом. Белые хвостики на голове были взъерошены, как шерсть на теле кошки, а из её рук выпал полураскрытый фантик с конфеткой. Она смотрела на меня широкими, полными ужаса глазами, её губы дрожали.

– Ты... ты как это... – она не могла закончить, отступая на шаг и натыкаясь на Химари. Та обняла её, но и сама смотрела на меня с настороженностью. Нокс, закутанная в плащ, слегка вздрогнула, а Рин, хоть и слепой, повернул голову в мою сторону, его волчьи уши насторожились.

– Ты что сделал? – пробурчал он. – У меня только что холодок по спине пробежал.

– Просто проверяю обстановку, – равнодушно сказал я, поднимая упавшую конфетку и протягивая её Аяке. Она не взяла, лишь сжалась еще сильнее. – Расслабься, малышка. Это всего лишь один из способов использовать ауру. Могу и тебя научить.

– Но такое... Это слишком много для... тебя, человека... – шептала Аяка, все больше убеждаюсь, что за человеческой маской скрывается что-то куда более страшное и опасное.

– Весь город за секунды? – удивленно прошептала Нокс, однако сама же опровергла это предположение. – Нет-нет. Это даже сильнейшему одарённому не по силам. Наверно...

Я достал телефон, открыл приложение такси и заказал две машины. Благо ещё в Москве додумался скачать пару важных приложений для перемещений по городам России. Что-то связанное с деятельностью охотников не рискнул устанавливать на японскую звонилку. Кто знает как большой брат из Дзайбацу это воспримет.

– Гостиница «Сибирский бриз», – сказал я первому водителю, что смотрел на своих пассажиров как на диких зверей в зоопарке. – И да, езжай через центр. Пусть детишки посмотрят на достопримечательности.

Сев на переднее сидение второй машины, мы одновременно тронулись. Я смотрел в окно, отмечая, что город практически не изменился. Всё такой же мрачный. После очередного прорыва пару домов наспех отремонтировали одаренные камня, а те что были повреждены ещё до моего заточения во льдах теперь целые. Видать выдался свободный денек на полноценную помощь слабым слоям населения.

Моя аура к тому моменту перестала охватывать весь город и теперь смотрела максимум на один километр вперёд. Это позволило мне буквально знать в каком положении лежит каждый камешек на дороге, а не распылять всё внимание на кровоточащие рубцы на теле Земли.

И вот в какой-то момент, когда мы проезжали мимо центрального парка, моя аура дрогнула. Я почувствовал знакомую сигнатуру. Спустя всего пару секунд я глазами увидел тех, кому принадлежит знакомая аура.

Они шли по аллее парка, держась за руки, словно обычная мать со своей дочкой подростком. Айри, утонченная, в элегантном пальто. Её красота заставляла прохожих оборачиваться, но её глаза... Ох уж эти глаза, что смотрят на всех мужчин снисходительно, как и подобает настоящей королеве красоты.

Ира шла рядом и молча лизала мороженое. Всё такая же безэмоциональная, но она теперь не отказывается от сладких подарков от Айри. И Ханако... Господи, как же она подросла. Она носится рядом в своей человеческой форме и смотрит на мир всё такими же детскими, невинными глазками.

В моих воспоминаниях вспыхнули яркие кадры. Как я подобрал её побитой и униженной стаей стервятников. Потеряв глаз она искала хоть какую-то пищу и нашла вонючего, немытого бомжа в подворотне другого мира. Всё это я узнал уже после того, как наши души были связаны пактом.

Тогда её человеческой облик напоминал студентку первого курса. Сейчас же передо мной была взрослая женщина. Грудь лишь слегка подросла, белые волосы стали пышнее и немного длиннее. Они развевались на ветру и кажется она даже подросла на несколько сантиметров.

Ханако смеялась, пытаясь растормошить Иру, купив ей ещё один рожок мороженного. Та, неловко приняв подарок старшей сестры и мило положив голову на левое плечо, не знала как быть. Закончить с первым или приступить ко второму? Она впервые столкнулась с подобной дилеммой.

Они выглядели такими... счастливым. Без меня.

В груди что-то сжалось. Давление было таким, что стало трудно дышать.

Я пропустил это. Пропустил взросление своей маленькой девочки. Все те моменты, когда она из пугливого маленького комочка превращалась в уверенную молодую женщину. Чем я был занят всё это время? Своими играми в Японии? Своей местью предателям эльфам, что ранили Еву? Разве всё это стоит того, чтобы моя дочь росла без отца?

– Акира? – тихо спросила Кагуя с заднего сиденья. – Ты в порядке?

Я моргнул, отрывая взгляд от окна. Машина уже проехала парк. На грудь перестало давить чувство вины, но на языке всё ещё оставался привкус предательства.

– Всё нормально, – буркнул я. – Просто вспомнил кое-что.

В голове, словно заевшая пластинка, крутилась одна и та же мысль. Я ужасный отец. Я недостоин воспитывать своих дочерей.

И в этот уязвимый для меня момент прозвучала ещё одна мысль, которая звучала как нечто тёмное и древнее прямиком из глубин.

Ты снова допускаешь ошибки.

Снова и снова. Снова и снова. По кругу. Раз за разом.

Наши дети восстанут и покарают Отца.

Такова наша суть. Такова наша судьба.

Глава 16

Воспоминания нахлынули подобно приливу после внезапного шторма. Сколько раз за последнюю тысячу лет я подходил к Еве с одним и тем же вопросом? Какую хтоническую тварь она запечатала во мне? Потомком какого чудовища я стал, раз обладаю безграничной жизненной силой и никогда не умру от старости? Но каждый раз я получал один и тот же ответ.

– Ты мой маленький шедевр, – говорила она, ласково поглаживая меня по голове, будто несмотря на сотни прожитых лет в Аду я оставался для неё маленьким, несмышленым ребенком. – Зачем тебе технические характеристики своей родословной? Ты это ты, и только это по настоящему важно.

Она лишь улыбалась. Это скользкая, изворотливая сука в белоснежном платье, идеальным симметричным лицом и ангельскими крыльями за спиной, постоянно уклонялась от прямого ответа. И каждый раз она смотрела на меня снисходительно. Словно её постоянно дергал малолетний сынишка с вопросом «почему горит Солнце»? И вместо того, чтобы погружаться в теорию термоядерного синтеза, она отвечала «потому что горячее».

Честно? Я ненавижу свою биологическую мать. Любить Еву тяжело. Это неблагодарный труд. Но и ненавидеть её ничуть не легче. Разве мягкое, неконфликтное облачко можно считать злым за то, что оно просто живет своей жизнью?

Ева нас бросила? Ну да, она никогда не вмешивается в наши жизни. Как и остальные Матери Монстров, так почему демоны и элементали благодарны своей Маме за жизнь, а люди лишь жалуются и упрекают?

Ева создала нас как пищу для монстров? Возможно это и так, но она дала нам силу не быть кормом. Наша Мать то и дело разбавляет генофонд человечества новыми родословными. Очень и очень могущественными. Чего только один Гидеон стоит или тот парнишка драконид подле Императрицы?

Умом я прекрасно понимал, что она не обязана мне ничего рассказывать. Она считала меня своим шедевром, но она называла так любое свое творение. И уникален я лишь потому, что мной заинтересовалась Лилия Лемуар, Мать Демонов. Лишь только поэтому она снизошла до разговора со мной. И не только разговора. Раз в сотню лет мы чай пили и обсуждали как ляжет та или иная родословная на магическое ядро человека.

Сейчас же, после того как моя родословная пошла вразнос, ко мне пришло подлинное осознание, кого эта тварь подселила ко мне. Ген самого Отца Монстров! Вот кто был моим далеким предком!

Разберем по порядку. Кто такой Отец Монстров? Отец – это существо, которое нельзя описать простыми словами. Он родился из «ничего», когда ещё не существовало понятия времени и пространства. Была лишь одна пустота, которую можно описать только как «абсолютное ничего».

В какой-то момент Отцу надоело «парить» в пустоте и ему захотелось «ходить». Так, одной только мыслью, он сотворил небо и землю. Мертвый кусок материи на котором можно «стоять» и «ходить». Потом же, когда ему стало скучно бродить по мертвой земле одному, он сотворил свою первую дочь. Потом вторую, третью и так далее, пока не набралась дюжина Матерей Монстров.

Каждая из Матерей одновременно боялась и почитала Отца. Для них он Бог, Отец, центр вселенной. Что до причин почему он стал Дремлющим богом... Тут начинается раздолье для спекуляций и самых невероятных теорий.

Люди в своем наивном невежестве верят, что это Первый Сын Человечества усыпил Отца. Церковь Превосходства аж целую сагу ему посвятила, как этот «великий герой» вступил в битву с вселенским злом и одержал верх. Очень забавно слушать этот бред, особенно когда знаешь, что современные люди появились на свет уже после того, как Отец погрузился в свой вечный, беспробудный сон. Это произошло после предательства эльфов, первых людей, которые могли даже видеть Отца во плоти, шагающим по Земле.

Другая версия, которая тоже имеет право на жизнь – Отец сам отошел ко сну, устав от своего всемогущества. Учитывая то, какую жизнь сейчас ведут большинство Матерей, это теория очень даже звучит. Сколько миллионов лет он прожил до сотворения первой жизни? Если Матерям плюс-минус десятки тысяч лет и они уже скучают, что говорить про истинного Бога, всемогущего и всеведущего?

Однако сами Матери придерживается другой версии. Первая из Божественных матерей, которая была лишь немного слабее Отца, предала его. Попросила о разговоре с глазу на глаз и отправила того в вечный сон.

Отец очень сильно любил своих дочерей, хоть его любовь и была... странной. Одну свою дочь он может бесконечно избивать до полусмерти, вторую учить создавать миры, а третью игнорировать так, словно она была пустым местом. То есть, он вполне мог подыграть своей первой дочери и заснуть.

Зачем ему это? Черт его знает. Но остальные Матери ненавидят свою старшую сестру жгучей ненавистью, так что скорее всего в этой теории было зерно истины.

И вот тут мы возвращаемся к Еве. Как самая младшая, она всегда ненавидела своих старших сестер. Всех, без исключения, ведь они считали её глупенькой за то, сколько труда и упорства она вкладывала в свои собственные творения. Очень уж ей хотелось создать своих детей по образу и подобию Отца своего. И, если верить словам Евы и Лилии, у неё получилось. Внешне мы напоминаем Отца, но силы у нас было гораздо меньше, чем у любого другого чудовища.

Пазл в моей голове начал медленно складываться в одну большую, невероятную теорию. Остальные Матери считали кощунством использовать гены Отца для создания монстров. Ева же ненавидела старших сестер, а свою любовь или же ненависть к Отцу она никак не выпячивала. Так что Ева вполне могла привить мне родословную первого из чудовищ. Это же объясняет почему мной интересуются большинство Матерей и почему моя кровь стала сильнейшим наркотиком для всех видов монстров.

За этими размышлениями я и скоротал время до отеля.

Приемная «Сибирского бриза», трехзвездочного отеля для одаренных, напоминала поле боя после очередного прорыва чудовищ. Повсюду были следы поспешного ремонта, а трещины на потолке и легкий аромат пыли в воздухе намекали, что прорыв случился буквально на днях.

– Добро пожаловать, – бросила девушка за стойкой, выдавив из себя вежливую улыбку. – Вы бронировали номер заранее? – спросила она, окинув взглядом нашу компашку.

После короткого разговора выяснилось очевидное. Нас было человек девять, а свободных номеров было не так уж и много. В ходе короткого обсуждения мы решили сократить количество комнат, разделившись по двое. Сначала лишним, девятым человеком был я, однако из-за одного невероятного сюжетного поворота в отряде свободный номер с одной кроватью достался Юке.

Первая двойка определилась достаточно быстро. Куда Демонетра, туда же и Гидеон. Сначала хотел в духе отца напомнить детишкам про риски «игры в доктора», но потом вспомнил, что Гидеону сложно будет заделать детей. Не невозможно, но как это сделать ему придется спрашивать через меня. Я подскажу как время придет.

Нокс же отказалась ночевать с Аякой, так как той принципиально спать с открытыми шторами, а вот Кагуе плевать. Химари осталась с Аякой, кто бы сомневался. Что касается Рина...

– Я уже начинаю жалеть, что взял тебя с собой, – бросил я, когда мы с Рином оказались в одном тесном номере.

– Заткнись, – прошипел он, отвернувшись. – Не моя вина, что единственный парень в отряде подружку нашел.

– Ты тоже мог недотрогу Нокс охмурить, но вместо этого чуть не угробил её.

Первым делом я, конечно же, решил воспользоваться уборной, а если конкретнее душевой кабинкой.

Смыв с себя пот и усталость, вытеревшись и переодевшись в чистую одежду, я вышел из номера. Сегодня у меня в планах было посетить гильдию вольных охотников Новосибирска. Мои подопечные знали об этом. Это было оговорено ещё в самолете, так что у них было пару часов свободного времени. Уже вечером мы, возможно, отправимся зачищать порталы. Но это не точно.

Улицы Новосибирска с первых же секунд встретили меня знакомой картиной. Впереди, на перекрестке, перед каким-то мутно-зеленым порталом собралась толпа из десяти одаренных. Каждый напичкан амулетами, жезлами и прочей артефактной атрибутикой. Судя по ауре, большинство одаренные D ранга и лишь пара рангом повыше. Они суетились, перешептывались между собой и гадали хватит ли их сил, чтобы закрыть портал в царство орков?

Орки. Очередные потомки Матери Отреченных. Туповатые, сильные и потому предсказуемые. Не припомню ни одного орка, что достиг ранга Владыки, а значит они тупиковая ветвь эволюции. В этом портале их где-то пятнадцать штук. Эта горстка слабых людишек катком пройдется по ним и даже не заметит.

Я пошел дальше, оставив толпу одаренных позади. В Японии такие кадры редкость. Одаренным зачастую приходилось сражаться между собой за трофеи, а вот в родном Новосибирске недостатка в чудовищах нет. Сюда бы всех одаренных Японии отправить и тогда чудовищ на всех хватит.

Гильдия вольных охотников встретила меня как родная. Внутри почти ничего не изменилось. Стены по-прежнему увешаны агитационным плакатами. Толпа одаренных сидит в телефонах и ждет общей тревоги, а кто-то изучает контракты в приложении или собирает команду для очередного рейда в другие реальности.

Когда меня снова коснулось десяток аур, я невольно вспомнил свой первый день как охотника. В тот раз мне пришлось глушить любые попытки, ведь у меня было много тайн, которые нужно скрывать. Метка Матери Демонов, огрызки духовного пакта с Айри, свое немного потрепанное ядро. Сейчас же у меня была маскировка, которую смогут раскусить лишь сильнейшие дети Матери Зеркал.

Сейчас я решил позволить им просканировать себя. В зале на секунду наступила тишина. Все охотники ощутили силу одаренного, почти перешагнувшего порог ранга A. Мне оставалось буквально полшага сделать, чтобы войти в число сильнейших одаренных Новосибирска.

Под молчаливое одобрение остальных охотников я подошел к ресепшену. За ним сидела уже другая девушка, не та, которую я запомнил. Но у неё были схожести с первой. Сестры наверно.

– Добрый день, – я решил начать разговор с приветствия. – Меня зовут Сато Акира. Я одаренный, прибывший из Японии. Можете организовать встречу с Волковой? Слышал, она у вас тут всем заправляет.

– Вам назначено? – подняв на меня глаза девушка вежливо улыбнулась.

– Нет, – сказал я, чувствуя как за спиной засуетились охотники. Одно дело встретить японца в сердце Российской Империи. Вдруг гражданство получил, как одна S ранговая одаренная? Но совсем другое дело, когда я де-факто одаренный враждебного государства. – Я только что встретился с вашей Императрицей. Говоря простым языком, я дипломат и после завершения миссии моё начальство разрешило мне устроить небольшой отпуск. Я искреннее восхищаюсь вами, героями Новосибирска и потому хочу поближе познакомиться с величайшим охотником, про которого даже на наших островах ходит множество слухов.

Подозрений в глазах охотников, как и девушки на ресепшене, стало лишь больше. Но охотники люди простые, далекие от политики. Пока чужак не буянит, пускай говорит что хочет. Однако они определенно будут за мной приглядывать.

– Хорошо, – наконец сказала девчушка за стойкой, взяв со стола телефон. – Я попытаюсь, но у неё плотный график. Однажды она отшила S рангового одаренного из Европы, который хотел просто поговорить о погоде.

– Уверяю вас, меня она выслушает, – я улыбнулся и тогда девушка нажала кнопку вызова.

Спустя пару секунд короткого разговора девушка сбросила вызов. Она решила лично проводить меня на второй этаж, где находился кабинет главы гильдии. Конечно я и без сопровождающего мог найти путь, но откуда японцу, впервые оказавшемуся в Новосибирске, знать как выглядит Волкова?

Встав перед массивной дверью девушка тихо постучалась и получив короткое «Войдите» ушла, оставив меня одного.

Кабинет Волковой практически не изменился, остался таким же, каким я его помнил. Просторным, минималистичным, без лишних украшений. Раньше все стены были голыми, а сейчас завешаны картами, графиками, распечатками по порталам. Пожалуй, это единственное значимое изменение в её интерьере.

В углу стоял старый, мощный компьютер, а на столе несколько мониторов. На одном сейчас как раз горела проекция карты Новосибирска с пометками, что через проектор выводилась на пустую стену.

Что до Волковой, то она практически не изменилась. Те же резкие черты лица, тот же уверенный, пронзительный взгляд, прожигающий насквозь. Только морщин больше стало и появился новый шрам в области шеи.

– Ну говори, японец, – встав из-за стола она обратилась ко мне. – Чего тебе надо в моей гильдии?

– Да ничего особенного, – усмехнулся я, глядя на карту. – Кстати, твоя карта врет. На Выборгской будет три старшие тени и семь младших. В деревню Каменка отправь одного одаренного A ранга, лишним не будет. И из Сосновки можешь отзывать одаренных, там одновременно два портала взорвутся. Пускай чудовища с чудовищами сражаются, а одаренные добьют выживших.

– Ты... – Волкова нахмурила брови. – Откуда ты знаешь? Если это просто догадки...

Я подхватил со стола ручку и чистый листок. Мои пальцы двигались автоматически, выписывая адреса, координаты и даже время открытия порталов. Сколько там будет монстров, их примерную силу, видовую принадлежность и каких одаренных лучше отправить.

Закончив выписывать пять адресов, я протянул листок Волковой. Она взяла его, пальцы сдавили бумагу так, что костяшки побелели. Её глаза быстро пробежали по строчкам, потом поднялись на меня.

– Ты... – только и прошептала она. – Кто ты, мать твою, такой? Эти порталы закрылись минуту назад и там действительно были такие чудовища.

– Просто старый друг, который пришел выполнить свою часть уговора.

И тогда я достал из кармана железную маску и толкнул к ней. Черную, с прорезями для глаз и едва заметными рунными вязями. Её поверхность была гладкой, за исключением нескольких скол и царапин. Как-никак, она пережила со мной магический шторм в другом мире.

Волкова замерла. Её глаза расширились от шока, потом опасливо прищурились. Она медленно протянула руку, коснулась маски подушечками пальцев, будто проверяя настоящая она или просто подделка. Все также медленно она подняла голову и посмотрела мне прямо в глаза, пытаясь найти в глубине кого-то другого, но не японского уборщика Сато Акиру.

Её аура вспыхнула, затопив комнату сокрушительным давлением. Воздух сгустился, заставив пыль на столах зависнуть в странном танце. Мониторы на столе замигали, карты на стенах зашелестели, пытаясь сорваться со стен. Вот оно могущество сильнейшего одаренного Новосибирска.

Обычного охотника это давление поставило бы на колени. Я же стоял и смотрел на неё с легким, почти скучающим любопытством. Раньше я сканировал её ауру мимоходом, опасаясь навлечь на себя подозрения, но сейчас вижу, что она сильнейшая одаренная воздуха какую я знаю. Сильнейшая среди людей, это важно.

– Ты... – её голос прозвучал низко и сдавлено сквозь сжатые зубы. – Какого черта, Кривцевич? Почему ты здесь? С этим... лицом?

– И вот так ты встречаешь старого друга? – проворчал я, чувствуя как её аура усиливает напор на мою психику. – Свой мотив я уже озвучил. У нас был договор, согласно которому я делюсь информацией, а взамен получаю кое-что интересное.

Лицо девушки исказила гримаса. Не страха, а глубокого, неподдельного раздражения. Хотя страх там всё же присутствовал, но чего конкретно она испугалась трудно сказать.

– У меня было время, Кривцевич, – прошипела она, напрягая тело готовясь отражать нападение. – Я показала твою фотографию нескольким людям, и то, что я узнала, мне вообще не понравилось. Ответь только на один вопрос. Ты вообще на нашей стороне?

– И что же тебе рассказали любители пожевать сырой демонятины? – усмехнулся я, однако Волкова не собиралась шутить.

– Отвечай на вопрос! Да или нет?

– Я на своей стороне, – сухо ответил я пожимая плечами.

– Это не ответ! – рявкнула она, ударив кулаком по столу.

– Большего ты от меня не получишь, – снова пожал я плечами. – Я всегда был и всегда буду на своей стороне. Мне плевать на вашу возню в песочнице. На ваши дрязги между простолюдинами и аристократами. На территориальные войны России с Японией. Чудовища для меня куда больше семья, чем вы, человечишки. Однако, – сделал я важное уточнение. – Я рожден человеком и продолжаю оставаться им. И мне не хочется расстраивать нашу общую Мать. Так что, можно сказать, я на вашей стороне. Или, лучше сказать, что мои планы включают в себя развитие человечества? – тут я задумался.

– Чего ты хочешь? Говори прямо, – спросила она, и в её голосе уже не было гнева. В конце концов Волкова всегда была мудрой женщиной. Она не станет принимать решение на горячую голову.

– Я хочу выковать из человечества силу, – я начал шагать по комнате, заложив руки за спину. – Ответ всегда был перед вашими глазами. Вы видите, но не разумеете. Перед тобой стоит живой пример того, что человек может стать величайшей угрозой всему живому. И как вы меня называете? Величайшим злом. Чудовищем в теле подростка. Вот только я всегда был человеком, и вы должны были задаться всего одним вопросом. Как у тебя получилось занять демонически трон?

Аура Волковой начала потихоньку стихать. В её взгляде всё ещё читалась сложная внутренняя работа. Она взвешивала каждое моё слово, каждую мою интонацию и всё то, что она знает обо мне и Демоне-Принце.

– Ты... хочешь использовать нас, – выдохнула она, приходя к очевидному мнению. – Зачем тебе люди? Ты итак монстр с сильнейшей армией в мире.

– Естественно я вас использую, – улыбнулся я, не став отрицать очевидного. – Если кузнец готовит сотню клинков, значит скоро война постучится в двери. И да, у меня была бесконечная армия, вот только сейчас мы на разной стороне баррикад. Повторюсь, – моя улыбка пропала, а в голосе прозвучал холод. – Я хочу сделать из человечества силу, от поступи которой будет дрожать само мироздание. Сейчас это особенно актуально. Сколько у вас одаренных S ранга после Резонанса? Пять десятков хотя бы наберется?

– Чуть меньше, – стыдливо отвела глаза девушка, прекрасно понимая, что родословная одаренных по всему миру всё сильней вырождается. Сотню лет назад люди стремительным темпом начали наращивать силу, но всё закончилось когда по всему миру прозвучал Резонанс. Общее качество одаренных упало и сейчас даже не думает повышаться, наоборот ещё сильней деградирует. – Допустим, ты на нашей стороне. Тогда ответь честно на следующий вопрос. Чего именно ты добиваешься?

Она долго смотрела на меня, очень долго, а я... задумался. У меня были лишь примерные наметки плана. Обязательно сделать то или это, не допустить того-то или другого. Но какой финала я добиваюсь? Что должно произойти, чтобы я спокойно ушел на покой?

Что же, если обличить мою истинное желание в одно предложение, оно прозвучит так.

– Я исправлю ошибки Отца Монстров и свергну власть Матерей.

Глава 17

После короткого обсуждения Волкова смотрела на меня так, как полагается смотреть на безумца. Её лицо, обычно такое спокойное и собранное, было нахмуренным. Губы задрожали, в глазах мелькает всё больше неуверенности, а кулаки сжаты так, что костяшки побелели.

– Убирайся, – прошипела она. Её голос прозвучал хрипло, будто через силу выдавленное признание поражения. – Убирайся к чёрту из моего кабинета!

Я стоял, глядя на неё с легкой, почти скучающей улыбкой. Она считает, что проиграла в словесной перепалка с чудовищем, но на самом деле от моего предложения выигрывают абсолютно все. Сейчас за неё говорят остатки гордости, проще говоря одна из самых бесполезных эмоций, которые я презираю.

– Как скажешь, – пожал я плечами, повернулся и потянулся к ручке двери.

Открыв дверь, я вышел в коридор и мягко прикрыл её за собой.

Звуковой барьер уже давно пал, потому проходящие мимо сотрудники гильдии из числа административного персонала косились на меня. В их взглядах читалось столько вопросов. Что я такого сказал, что вывел из себя ту, кого за глаза зовут ледяной королевой?

Я неспешно поправил нижние края футболки, которая слегка задралась от буйства воздушной стихии. На щеке красовался свежий порез от лезвия ветра, но эта рана была нанесена случайно.

Когда одаренные в ярости, их родословная идет вразнос и они перестают контролировать силу. В самом худшем случае они могут стать безобразными кадаврами, мутантами с частичкой прежнего разума.

– Эмм, всё в хорошо? Мы слышали крики, – спросила одна из молоденьких девиц с пачкой документов в руках. Её голос дрожал, выдавая напряжение. Как знать, вдруг я из числа злодеев, что унижают безродных? Но любопытство вещь страшная, уж мне ли не знать? Вот и она не смогла удержаться.

– Абсолютно, – улыбнулся я, делая шаг в сторону лестницы. – Просто не сошлись во мнениях с уважаемой Еленой.

Она открыла рот, чтобы что-то сказать или спросить, но я уже повернулся и зашагал по коридору, оставляя за собой шепотки и недоуменные взгляды.

Спускаясь по лестнице, я не мог не усмехнуться про себя. Всё же я не ошибся в ней. Волкова умна, практична, и у неё есть та черта, которая редко встречается среди одаренных. Она искренне беспокоится за жизнь кривозубых крестьян без рода и племени. Хотя сейчас уже не те времена, чтобы называть их крестьянами, но тот факт, что они слабаки никогда не изменится.

Собственно, поэтому я так открыто и действовал. Зачем играть в кошки-мышки если она всё равно согласился со всеми моими аргументами? А она согласилась, а вот это её «убирайся!» было обычной игрой на публику.

Да, её гордость значительно пострадала. Осознавать себя пешкой в чужих руках неприятно, но всё мы так или иначе пляшем под чью-то дудку. Той же Анастасии или любого другого правителя, так чем я хуже? Я ведь не требую отворачиваться от Империи. Наоборот, скоро она станет сильнейшим в мире государством, а возможно единственным на планете.

Спустившись в главный зал гильдии, я увидел обычную рутину наёмников. Те наёмники, что искали товарищей уже убежали закрывать порталы, а другие вернулись и начали дележку трофеев. Кто был не согласен со своей долей, тех вежливо, – ну или не совсем, – приглашали на арену. Один новичок так и вовсе хвастался артефактным клинком из загашника гильдии, словно этим мечом можно было Владыку демонов обезглавить. Стоит ли говорить какими глазами на него смотрели опытные охотники?

Разумеется, стоило мне появиться на сцене, как я тут же начал ловить на себе косые взгляды охотников. Меня всегда поражало с какой скоростью здесь расходятся слухи. Интересно, они так на меня смотрят из-за конфликта с Волковой или они всё ещё недовольны тем фактом, что я одаренный Японии?

В голове снова всплыло хмурое лицо Волковой, воля которой рушилась под натиском моих аргументов. Черт с ним с этим Резонансом. Подобных катастроф человечество пережило сотню и еще столько же переживет, однако сейчас наш вид стоит на острие ножа. Резонанс заметно подкосил наши силы, а катастрофы поменьше продолжают снижать боеспособностью всего человечества. Взять то же вторжение демонов десять лет назад. Я тогда учился во втором классе и не мог ничего изменить, но тогда погибло аж пять одаренных S ранга. Сколько погибло обычных людей? Ну, тысяч десять, наверное. Парочку городов вырезали под корень и целый регион Москвы стал пепелищем.

Или можем вспомнить буйство элементалей в Южной Америке почти век назад. Магический фон мира там до сих пор нарушен. Периодически происходят стихийные выбросы. Это такие младшие братики магического шторма из Ледяной пустоши, только там тебя может за секунду обдать напалмом, заморозить и разорвать ураганом. Это если ты конкретный такой неудачник и одновременно угодил аж в три аномалии.

И вот стоило моей руке только коснуться ручки огромной, стальной двери, как мне на плечо опустилась тяжеленная, словно отлитая из чугуна здоровенная лапа.

– Здаров! – прогремел прямо над ухом жизнерадостный мужской голос. – Меня Димой звать. Дмитрий Воронов. Давай дружить.

Мой левый глаз дёрнулся. Непроизвольно. Мерзкая, предательская судорога, которую я не испытывал, наверное… да вообще никогда не испытывал. Ну кроме того случая с Демонетрой и Гидеоном… Или когда я сидел на троне из черепов убитых Владык демонов, а Ева меня солнышком назвала и тортиком угостила… Короче, забыли.

Что это? Совпадение? Не может такого быть. Эту манеру общения я никогда не забуду. Такое же наглое вторжение в мое личное пространство и требование дружить. Разве можно забыть этого идиота, которому удалось за короткое время заслужить статус лучшего друга самого принца Ада?

Я медленно, очень медленно повернул голову и встретился взглядом с широкой, улыбающейся до ушей физиономией. Черные, глубокие глаза смотрели на меня с неподдельным, почти детским интересом и какой-то тёплой, глупой уверенностью, что мы уже лучшие в мире друзья, которые друг за дружку горой будут стоять.

О да, это он. Эта синяя кожа, глуповатое выражение и потрепанные спортивки, а также мерзкий аромат Тьмы, от которого любого демона вывернет наизнанку. Конечно он сам представился, но одно дело услышать это имя и совсем другое осознать, что это чудовище стоит прямо перед тобой и улыбается во всю ширину рта, демонстрируя идеально ровные зубы.

Он знает? Этот вопрос пронзил мозг и застрял там подобно занозе. Он видит мою маскировку? Сквозь украденное лицо Сато Акиры? Каким образом? Или это его обычный способ знакомится? Нет, я не помню чтобы он так знакомился с кем-то кроме меня. У него и друзей-то не было. Так, поддерживал общение со многими в гильдии, но чтобы вечером с кем-то из них пропускал по баночке пива? Вот такого припомнить не могу, хоть убейте.

Вместо тысячи домыслов я решил поступить проще. Растянув губы в вежливой, японской улыбке, я продолжил отыгрывать свою роль как положено.

– Добрый день, – сказал я, и мой голос прозвучал немного потерянно, как у человека, которого внезапно потревожили. – Раз вы представились… Я Сато Акира. Очень приятно. Но, к сожалению, я сейчас очень спешу…

– Аха-ха-ха! – Дима рассмеялся так громко, что несколько охотников, стоявших у входа, обернулись. Его смех был заразительным, грубоватым и совершенно беззаботным, словно ему только что рассказали самую смешную шутку в мире. – Я почему-то думал и второй мой лучший дружбан меня нахрен пошлет!

Он не убирал руку с моего плеча. Наоборот, его хватка стала ещё крепче. Пальцы впились в ткань моей футболки так, что я почувствовал, как материал натянулся. Будто он боялся, что я сейчас испарюсь, растворившись в воздухе.

В глазах охотников вокруг мелькнуло любопытство, смешанное с лёгкой тревогой. Дмитрий Воронов один из самых странных охотников гильдии. С чего вдруг он так фамильярно общается с новоприбывшим японцем?

Я позволил себе слегка нахмурить брови, изображая лёгкое недоумение, которое, впрочем, было не полностью наигранным.

– Я… не совсем понимаю, – сказал я, стараясь сохранить маску вежливого неведения. – Мы разве знакомы? Я не припоминаю, чтобы мы встречались раньше. Я впервые в Новосибирске.

Ложь легко соскользнула с моего языка. Память услужливо подкинула картинку: тот же Дима, тот же зал, только я в другом теле. Он тогда мешал мне пройти регистрацию. Пристал как банный лист, а сейчас вот уйти не даёт.

– Как не знакомы! – воскликнул Дима. Его голос стал громче, привлекая ещё больше внимания. – Мы очень давно знаем друг друга, братуха. Очень и очень давно. И я могу это доказать.

Он произнёс последнюю фразу с такой уверенностью, что у меня на мгновение перехватило дыхание. Доказать? Как? Неужели этот идиот планирует разрушить мою маскировку? Вот ведь заноза редкостная. Убить тебя мало.

– Ну попробуй, – усмехнулся я, перестав играть в вежливость. – Это звучит интригующе.

– Пойдем, братуха, – Дима, наконец, отпустил моё плечо, но тут же обхватил меня за шею как старого друга. – Я тебя в такое классное местечко отведу. Говорят там подают самые лучшие молочные коктейли в городе.

Дима, не выпуская меня из дружеских объятий, поволок меня сначала на улицу, а затем в переулок где пахло ржавый железом, мочой и прочими радостями неблагополучных районов. Как-никак штаб гильдии открыли практически в эпицентре всей язвы. Чтобы далеко не бегать до очередного прорыва. Кстати, это напомнило мне, что надо им такую же защиту от внезапных разломов поставить, как в моем отеле.

И конечно же куда ещё этот двухметровый шкаф мог меня затащить, как не в кафе «У Амелии»? Путь оказался неблизким, но всего пара остановок на маршрутке и вот мы уже стоим в дверях этого розового маркетингового чудовища.

От обилия розово-пастельных цветов вокруг как и прежде хотелось блевать. И да, с прошлого нашего посещения ничего не изменилось. Мы всё также напоминаем злобных пришельцев, ворвавшихся на детский утренник. Только если в прошлом теле я мог сойти за обычного парня, то в этом… Мда, будто два гопника на свидании. Чур меня, чур!

Заказав пару напитков, мы протиснулись к столику в самом углу. И меня снова терзает вопрос. Раз эта кофейня знаменита своими молочными коктейлями, почему этот идиот кофе заказывает?

– Вот, братуха, – с гордостью произнёс он, окинув рукой весь интерьер. – С этим местом у нас с моим первый братухой было связано много тёплых воспоминаний. Талантливый пацан был, и плевать что F ранговый. Только-только в гильдию пробился, зелёный как молодая поросль по весне, но глаза… Ух, прям в дрожь бросает. Знаешь, вот смотришь на него и понимаешь, что братуха всё порешает. Крутым был. Круче яйца вареного.

Нам принесли напитки. Ещё я заказал шоколадный эклер, но не стал жадно набрасываться на него, хоть и очень хотелось.

Дима замолчал, потирая ладонью гладко выбритое лицо. Вообще, он как-то рассказывал, что после воскрешения у него перестали расти волосы на теле, а вот на голове продолжают расти. Странный такой нюанс. Словно само мироздание не хочет видеть Воронова лысым, как бильярдный шар.

– Прошли мы с ним и огонь, и медные трубы, и даже трудовой лагерь гильдии, – продолжил он, с насмешкой наблюдая как я осторожно покусывая эклеры и запиваю приторно сладким коктейлем. – Пропал он, короче. Говорят сгинул в Ледяной пустоши. Но я то знаю, что он живой и здоровый. На японских островах чалится, молоденьких азиаточек совращает. А еще лучший друг называется. Согласись, братуха, разве ж так делается? Я может тоже хотел в Японию слетать, отдохнуть, разгрузить нервишки.

Закончив выслушивать эту легенду про двух лучших друзей, разделённых судьбой, я медленно, скорее даже демонстративно поднял руку и щелкнул пальцами.

Нас окутала тишина. Все затихло: разговоры постояльцев вокруг, звук работающего блендера и кофемашинки за кассой. Остался лишь звук нашего дыхания. Тихого и размеренного. Визуально же мой звуконепроницаемый барьер невозможно увидеть, но даже если кто-то случайно попадет внутрь… Мы два одаренных, нет ничего странного, что мы оберегает секреты.

Дима лишь слегка приподнял бровь, оценивающе оглядев купол так, словно видел его границы.

– Напоминаешь братуху этим своим… – он щелкнул пальцами не желая заканчивать предложение.

– Ладно, – я залпом осушил молочный коктейль и поставил пустую тару на стол. Моя маска вежливого японца окончательно треснула и рассыпалась на множество мелких осколков. В голосе зазвучала привычная усталость и раздражение. – Представление окончено. Время для вопросов. Первый и самый главный. Как, чёрт возьми, ты меня узнал?

Я смотрел на него прямо, не отводя глаз. Он абсолютно спокойно допил кофе и, вытерев рот тыльной стороной ладони, улыбнулся. Но это была не та дурашливая улыбка, какую он постоянно выпячивал.

– А как иначе, братуха? – произнёс он тихо, отчеканивая каждое слово. – Какой из меня друг если бы я не узнал тебя с накладными усами? Как я всегда говорю, лучший друг это тот, кто знает какие труханы носит твой любимый братуха.

– Странное у тебя понятие дружбы. Я вот не знаю и не собираюсь это узнавать.

– Это дело наживное, братуха! – просиял он той самой, глупой улыбкой. – Но главное, мы теперь вместе. Давай рассказывай, сколько азиаточек пали перед несравненно русской харизмой? Со всеми отвратительными подробностями выкладывай, му-хе-хе!

Мне стоило огромных усилий не закатить глаза. Собственно, чего ещё я ждал? Что он повзрослеет за те несколько месяцев пока меня не было?

– Не было никаких подробностей, – сказал я, вытирая пальцы салфеткой. – У меня было полно других дел.

– Братуха, ну ты чего? – усмехнулся он смотря на меня больно уж снисходительно. – Признавайся, ты когда типичным ояшем успел стать? Помнится, когда мы вместе в клубе тусили, тебя не смущали интрижки на одну ночь.

Честно признаюсь, этот снисходительный тон кольнул прямо под ребра. Не сказать, чтобы сильно, но почему меня, демона, который подчинил своей воле саму концепции Похоти, обвиняют в... девственности? И ведь у меня было полно возможностей поразвлечься в Японии. С той же Когой Химари у нас много общего. Любовь к сладкому, например. Или патологическое нежелание идти по той дорожке, которую для нас избрали родители.

– Возможностей было предостаточно, – согласился я, ведь лгать не имело смысла. – Но нельзя смешивать работу и личную жизнь.

– И что у тебя за работа была в стране азиаточек? – прищурился он, но вместо этого я решил перевести тему.

– Ладно, хватит про мою призрачные шансы кого-нибудь соблазнить в этом теле, – усмехнулся я. – Скажи лучше, как поживает семья? Я чувствую, что они живы-здоровы, но без подробностей.

Лицо Димы мгновенно стало серьезным. Вся дурашливость куда-то испарилась, оставив после себя только внимательный, пронзительный взгляд человека, повидавшего слишком много тьмы нашего мира.

– Живут, – коротко бросил он. – Айри на первых порах рвала и метала, но сейчас успокоилась. Ханако твоя чуть-чуть подросла, а Ира так и молчит. Нормально все, – пробурчал он, продолжая сверлить меня взглядом. – А что, соскучился? Хочешь передам сообщение?

– Не стоит.

– Да ладно, братуха, я всё понимаю, – всё также серьезно наседал он. – Ты сам не пойдешь. Моряк дальнего плаванья, что поделать? Но я могу передать одно короткое сообщение от тебя. Безделушку какую-то. Ты же знаешь, я тот ещё сказочник.

– Не стоит! – прорычал я не своим голосом, но быстро одернул себя. Снова родословная Отца Монстров вышла из-под контроля. За две тысячи лет ни разу себя не проявляла, а сейчас начала бушевать. – Ты меня не видел, не слышал, и уж тем более знать не знаешь, где я.

– Понял, не дурак, – кивнул он, не желая развивать тему. Эта его черта мне всегда нравилась. Не лезет куда не просят. – Но что, если Айри заметит? Я конечно во всю эту муть не верю, но вы вроде как повязаны красной нитью судьбы.

– Я приложил кое-какие усилия, чтобы даже она ничего не заметила.

Дима смерил меня долгим взглядом. В его глазах мелькнуло понимание, смешанное с досадой. Ему хочется много чего высказать в лицо своему лучшему другу, ведь со своей семьей он уже никогда не увидится.

– Тогда скажи мне вот что, Жека, – тихо произнес он, а атмосфера вокруг нас стала ещё напряженнее. – На кой черт ты полез спасать Кузнецову? Из-за этого тебе теперь даже в свой дом вернуться нельзя. Ты обменял покой и безопасность на жизнь какой-то девки, которую едва знаешь.

В его голосе было не столько осуждения, сколько желания понять, что мною двигало в тот момент. У него в голове уже построен образ хладнокровного, циничного «братухи».

Евгений Кривцевич никогда не рискнет жизнью ради других. Это аксиома, которую ошибочно приписывают все, кому доводилось общаться со мной. Единственное исключение из этого правила, если этого самого риска и нет, как в той ситуации с крысами, когда я спас пару охотников новичков. Но опять же, эта аксиома ошибочна. Ради некоторых людей из прошлого я даже добровольно возвращался в Ад, понимая, что посланные за мной демоны уничтожат деревеньку молодого, ещё не оперившегося героя.

– Я ни о чем не жалею, – сказал я твердо, глядя ему прямо в глаза. – Её спасение закрыло дорогу домой, однако я нашел врага, древнего и очень коварного. Эту гниль нужно выкорчевать и сжечь пока не стало слишком поздно.

– Расскажешь? – Дима облокотился на стол, желая услышать подробности, и я не видел причин не рассказывать.

– Подозреваю, Арима Кагуя, фактический глава Японского Конгломерата, планирует под видом международного саммита уничтожить сильнейших одаренных Земли...

Глава 18

Тёмное пространство вокруг нас дышало неестественной, липкой тишиной, прерываемой лишь звуками битвы и хриплым дыханием гибридов. Мы оказались здесь внезапно, будто кто-то выдернул пробку из реальности и нас с головой засосало в эту черноту, где единственном источником света были лишь наш магический покров и покров подражаталей.

Наши противники были нашими полными копиями. Те же лица, те же движения, та же магия. Но в их глазах горел холодный, бездушный огонь, как у марионеток, которых дергают за нитки.

Я стоял в стороне, скрестив руки на груди и наблюдал, как мои подопечные сражаются друг против друга. Моя копия делала то же самое, в точности повторяя мою позу.

Вокруг кипел хаос. Нокс металась между тенями. Её костяные шипы свистели в воздухе, сталкиваясь с такими же шипами её двойника. Аяка, дрожа, прижималась к зеркальной стене, сокрытой во мраке, пока её копия ползла к ней, издавая короткие, щелкающие звуки настоящего пожирателя душ. Рин рычал, его лицо уже начало вытягиваться в волчью морду, а его доппельгангер и вовсе полностью обратился в чудовище, обнажив клыки.

Кагуя сражалась со своей копией на мечах, а Химари... пропала. Скрылась во мгле со своей копией в самом начале сражения и теперь только звук столкновения двух клинков раздается вдалеке.

– Ох, мальчики! – вдруг пропел сладкий, похотливый голос девчушки.

Я перевел взгляд на копию Демонетры. Она стояла в самом центре хаоса, похотливо облизывая свои нежные губы и заманивая двух парней из нашей команды в сладкую ловушку.

– Подойдите поближе, – томно шептала она, распыляя вокруг феромоны. – Обещаю, я покажу вам мастерство настоящего демона похоти...

– Ещё раз на моего хахаля так взглянешь я тебе глаз на жопу натяну! – раздался недовольный вопль настоящей Демонетры. – Гид, не слушай её! Я не такая похотливая нимфоманка, как эта стерва!

– Знаю, – холодно бросил её «хахаль».

– Гидеончик, – ласково пропела фальшивка, нежно обхватив лицо ладонью. Выглядела она одновременно мило и до неприличия похотливо. – Я намного интереснее этой дурнушки. Зачем тебе неумеха, которая не знает как подарить мужчине настоящее удовольствие?

В этот момент копия Гидеона, которая до сих пор молча наблюдала за происходящим, повернулась к копии Кагуи. Его зеленое лицо оставалось бесстрастным, но голос прозвучал властно.

– Кагуя, превращайся.

Копия Кагуи, которая до этого момента просто парировала удары, вдруг замерла. Её тело начало расти, мышцы вздувались, кожа покрылась ударопрочным хитином.

Она за пару секунд вымахала до трех метров, а её глаза запылали огнем. Шагнув в сторону настоящей Кагуи, монструозная копия вызвала локальное землетрясение, но что намного важнее, настоящая Кагуя отступила. На её обычно хладнокровном лице читался чистый, животный страх.

– Нет... – прошептала она, крепко сжимая рукоять катаны. Глаза неотрывно следили за движением чудовища, в которое она и сама могла обратиться. – Никогда! Нет! Не бывать этому!

Аура Кагуи задрожала. Единственное, чего боялась Кагуя в этой жизни – не смерть, а потерять себя. И лидер отряда чудовищ, копия Гидеона, понял это, заставив другую версию Кагуи потерять контроль. Вернее, копия Кагуи прекрасно себя контролировала в данный момент, ведь они всего-навсего низкоранговые копии. У них нет тех же мутаций, что у настоящих гибридов.

В этот момент я зевнул, на секунду отключившись от боя. Вспомнилось как пару часов назад мы сидели с Димой в кафе, обсуждали последние сплетни. Сначала, конечно, мы обговорили все самое важное, а затем «Дима вернулся». Рассказал, кто с кем из охотников успел переспать, у кого из-за этого начались проблемы, а кто из наших знакомых погиб в очередной вылазке.

Самой интересной информацией было, пожалуй, новость о том, что Айри решила обратиться за помощью к Морис. Моя суккуба её ой как недолюбливает, но её можно понять. Одно только её существование напоминает о том, что я смертен и могу умереть. Как-никак, все три раза именно она возвращала меня к жизни.

Сначала Морис была обычным посредником между моей душой и древним жнецом, которому она принадлежала после смерти моей физической оболочки. Это уже потом я нашел способ переписать доверенность своей души на имя миленькой Морис. У этого были свои последствия, но подумаешь одного древнего жнеца Мать Смерти не досчитается. У неё этих детишек тысячи, если не десятки тысяч.

Но суть не в этом, а в том, что моя четвертая смерть станет последней. Стоит мне только получить смертельную рану, как моя душа отправится в объятия самой Матери Смерти. Это сказала сама Морис, так что никаких сомнений быть не может. Однако почему все так уверены, что это станет концом для меня? Ну да, сбежать из царства одной из сильнейших Матерей Монстров будет непросто, но зачем сбегать? Можно ведь договориться.

Второй интересной новостью стала информация о Кузнецовой. Дима сначала пытался пошутить про «тренировочную арку», и я даже этому улыбнулся, однако он действительно беспокоился за эту дуреху. Все дело в том, что всё это время она винила себя в моей смерти, а недавно её сила начала расти как на дрожжах. И как сказал Дима...

– Я пару раз ловил её для допроса, и мне постоянно казалось, что нечто смотрит на меня из каждой тени. Нечто голодное и очень, очень ужасное.

Когда мы разговаривали с Волковой она попросила меня разобраться с парой проблем в черте города. Первая, это прорыв Лабиринта Зеркал, которые мы с отрядом прямо сейчас закрываем. Очень мерзкое измерение, которое отличается от остальных реальностей тем, что оно буквально живое. Это одновременно чудовище и пространство для жизни других чудовищ, Матери Зеркал и её потомков. Стоит кому-то случайно попасть в это место, как тут же родится его «идеальный» двойник, с которым придется сражаться. И эти двойники будут появляться бесконечно, с рваными промежутками, так что поспать в этом месте не выйдет.

Второй же проблемой была Кузнецова и то самое «древнее, голодное чудовище из теней», которое заметил Дима. Получается, не только он почувствовал присутствие чего-то злого и ужасного в окружении юной охотницы. Но жертв пока не было, а Волкова, в своем репертуаре, решила обождать и для начала собрать информацию о противнике. Но зачем ждать, когда можно свалить этот геморрой на меня?

– Акира, помоги! – крикнула Демонетра, выдергивая меня обратно в реальность. Сейчас Гидеон ненадолго выплюнул свою подругу из своего чрева, чтобы связать боем своего доппельгангера. Но теперь Демонетра осталась один на один со своей копией, которая неожиданно продемонстрировала мастерство владения магией слизи и закидывала девочку острыми, сопливыми копьями.

Я вздохнул, смотря на своего двойника. Мои мысли по прежнему были там, в розовой кофейне. Дима определенно догадался, кем я являюсь на самом деле, и это осознание пришло к нему намного раньше, чем к Волковой. Но как хороший друг, он не спешил задавать наводящих вопросов. Наверно понимал, что в таком случае услышит такие же вопросы уже от меня.

И вот когда про неё уже все позабыли, внезапно на поле боя ворвалась черно-белая фигурка рогатой демоницы.

Кога Химари двигалась быстро, сжимая в одной руке короткий клинок, а в другой отрубленную голову своей собственной копии. Выражение на лице Химари было таким же холодным, как на лице убитого монстра. Будь на моем месте любой другой одаренный, он вполне мог спутать кто здесь оригинал, а кто жалкая копия.

– Лови! – выкрикнула Химари, совершив размашистый бросок в сторону копии Рина. Тварь, явно не ожидавшая такого подарка от внезапно вернувшейся Химари, поймала снаряд головой.

Удар получился на удивление сильным. Черепушка мертвой девушки вмялась в лицо подменыша, сбивая того с толку и заставляя на секунду застыть. И этим самым моментом неуверенности сполна насладился настоящий парнишка.

Рин, лицо которого почти полностью стало звериным, впился острыми клыками в шею противника. Резко дёрнув головой на себя, он вырвал огромный кусок мяса и вен, заставив чудовище захлебнуться собственной кровью.

– Оборотни живучи, – коротко бросила Хима, одним ударом обезглавив чудовище. – Теперь точно не восстановится, – дополнила она, отпрыгнув подальше от фонтанирующего кровью трупа.

Заметив смерть аж двух доппельгангеров, Гидеон решил неожиданно сменить цель.

Его пластичное тело колыхнулось и, не говоря ни слова, он выплюнул из себе Демонетру. Да, снова. После первого раза они воссоединились, а теперь он снова её бросает.

– Эй! – взвизгнула она, кувыркаясь в воздухе. – Предупреждать надо!

Описав дугу, тело Демонетры упало на мягкую, упругая слизь возле двух гибридов, что уже разобрались со своими двойниками.

Однако Гидеон её не услышал. Его внимание было приковано к копии Демонетры, которая стояла в десяти метрах, продолжая хихикать и накручивать на палец свой хвост в форме сердца.

– Ой, мой Гидеончик наконец-то оценил шарм взрослой женщины, – обожгла она взглядом настоящую Демонетру, что потирала копчик после мягкого приземления.

– Заткнись, сучка! Кто-нибудь, разбейте хлебало этой невыносимой стерве!

Разумеется, каких-либо противоречий в своих словах она не увидела. Сама ведёт себя ничуть не лучше. Тут идеально ложится поговорка «в своём глазу бревна не видим».

Тело Гидеона неожиданно мягко обволокло копию Демонетры так, словно она была настоящей и он хотел защитить её от угроз внешнего мира. Однако затем его слизь начала набиваться в рот, нос и даже уши подменыша, а также... ну, более интересные места.

– М-мпхг! – донеслось приглушённое, полное ужаса бульканье из зелёного кокона.

Кожа двойника начала тянуться и трескаться, заливаясь кровью. Весь этот ужас был хорошо виден даже через ярко-зеленый фильтр.

Прошла секунда и тело лже-Демонетры взорвалось изнутри, разбрызгав кровавые ошметки внутри Гидеона. Часть этого кровавого месива медленно вытекала из него, растекшись тёмным пятном под ногами.

– Фу, бля, – высказала тихое отвращение настоящая девочка. – И как теперь прикажешь тебя внутрь пускать?

– Прости. Спонтанная идея, – едва слышно прошептал Гидеон, пока его тело медленно избавлялось от посторонних веществ. – Не подумал, как это повлияет на нас.

– Дурак, – смутившись сказала она, начав крутить хвостик.

Но праздновать было рано. Копия Гидеона, которая даже не дрогнула после смерти своей девушки, наконец начало готовить ультимативную магию.

– Кагуя, прикрывай, – приказал он, пока его тело начало дрожать в странном ритме. Ну да, глупо было ожидать, что «идеальная копия» не обладает персональной магией слизи.

Копия Кагуи, огромное трёхметровое чудовище с хитиновыми пластинами по всему телу, зарычало в ответ. Она развернулась и сделала шаг вперёд, готовясь стать живым щитом для своего командира. И именно в этот самый момент из тени, словно сама ночь, материализовалась Нокс. Её тёмный плащ едва колыхнулся, а рубиновые глаза, сверкающие в полумраке, были прикованы к глазам копии Кагуи.

Девушка подняла руки, кожа в центре ладоней раскрылась, показав кончик острых, смертоносных шипов.

Она даже не стала прицеливаться. Короткий выдох, и вот два шипа со свистом рассекли воздух.

Пара кинжалов на огромной скорости впились в глазные яблоки монструозной Кагуи.

Чудовище взревело от боли и ярости. Ослепшее, оно начало метаться, нанося удары по пустоте вокруг.

– Сейчас! – крикнула настоящая Кагуя. В её голосе больше не было страха, только холодная решимость.

Она не стала срывать дополнительные блоки ярости. Вместо этого она бросилась вперёд, сжимая в руках двухметровый клинок.

Один точный удар и клинок вонзается в шею ослепшего доппельгангера. Прорубая плоть и хрящи, клинок замер примерно на середине, но Кагуя не стала геройствовать.

Вырвав клинок, она отступила и попросту дождалась, когда чудовище рухнет. Огр, конечно, живучая тварь, но с подобными травмами даже легендарным чудовищам трудно живется.

Когда тело лже-Кагуи рухнуло на колени, заливая землю под ногами собственной кровью, лицо настоящей Кагуи окончательно разгладилось. Кажется, она получила больше всех выгоды от сражения со своим злым двойником.

Я огляделся. Из живых двойников остался только Гидеон. Ну и моя копия, которая продолжала бездействовать. Копия Аяки и Нокс погибли за кадром. Подозреваю, именно Нокс и помогла нашему слабовольному пожирателю душ прикончить своего двойника. Об этом говорит рана на затылке беловолосой девчушки, которая подозрительно похожа на выстрел костяным шипом рейфа.

Увидев, что я смотрю на неё, Аяка сделала нерешительный шаг в мою сторону. Хоть она и боялась меня до чертиков, но когда вокруг гремит битва, самое безопасное место рядом со мной. Однако из-за того, что рядом находился мой ещё живой двойник, она не спешила нестись ко мне сломя голову.

– Ну что, – обратился я лениво к своему подражателю не меняя позы. – Сам умрёшь или тебе помочь?

Копия Акиры устало вздохнула. На её лице, обычно таком же холодном, как у статуи, мелькнула тень грусти. Странная и неуместная эмоция для создания, которое должно быть лишь пустой оболочкой.

Моя зеркальная копия подняла руки. Пальцы сдавили виски, кожа на руках побелела от напряжения. С резким, хрустящим звуком, похожим на звук ломающихся ветвей, она резко дёрнула голову в сторону.

Шея чудовища поддалась. Тело обмякло, рухнув на темный пол. Ну хоть руки марать не пришлось. За это и люблю доппельгангеров.

Пока я наблюдал за самоуничтожением своей копии, моя команда толпой запинала дважды совершенного полукровку человека и монстра. Гидеон ведь итак идеален, с точки зрения учёных Дзайбацу, а тут у его копии лидерские навыки прорезались. Не абы какие, конечно, но у Гидеона даже таких нет.

Когда последнее чудовище было повержено, все трупы монстров начали стремительно разлагаться. Тёмное пространство вокруг начало стремительно поглощать своих отпрысков, и если ничего не сделать, спустя минут тридцать, а может даже и сорок, допельгангеры возродится.

Собственно, по этой причине Волкова и отправила меня сюда. Они уже три раза зачищали эту аномалию, но она продолжает жить и порождать новых двойников, заманивая в себя одаренных.

– Молодцы, – искренне похвалил я команду, когда адреналина в крови стало меньше. – Все молодцы, но Гидеон заслужил особую похвалу за сообразительность. Твоя тактика разорвать изнутри человека одна из самых любимых у народа слизи. Скоро я научу тебя и другим фокусам, но для этого мне потребуется помощь маленькой демоницы

– Э!? Не, давай без меня, – отшатнулась она так, словно я предложил что-то ужасное. – Я итак своего Гидеона побаиваться начала. Ты же по-любому мерзость какую придумал.

– Не без этого, – улыбнулся я.

– Нет уж, фигушки! Живой не дамся! Гид, фас ублюдка!

Гидеон тихо подкрался к девушке и мягко приобнял её за плечи. Это немного успокоило разъяренную демоницу, но ничего. Она также отказывалась ставить демонические Печати на эрогенные зоны. И что, Печати всё равно стоят, а она живёт и радуется.

– Акира, можешь кое-что нам объяснить, – обратилась Химари, уставившись на меня своими глазами цвета красивой японской сакуры. – Объясни нам, пожалуйста, почему мы сражались со своими копиями, а твоя... руки на себя наложила. Без борьбы, без сопротивления, словно это естественный порядок вещей.

– Наверно чудовище доброе попалось, – пожал я плечами. – Увидело с каким слабым одарённым ему предстоит сражаться и оно решило сжалиться надо мной. Всякое в жизни бывает.

– Пиздит как дышит, – буркнула под нос самая крикливая из отряда. Она хотела ещё что-то сказать, но Гидеон вовремя заткнул рот своей пассии.

– Понятно, – спустя долгие секунды раздумий сказала Химари. – Тогда, наверно, нам повезло. Спасибо за... разъяснения, Акира-сама.

Она слегка поклонилась, что было довольно мило с её стороны, и отошла назад, присоединившись к остальным гибридам.

Что же, пора закругляться. Все отделались лёгким испугом, и только Рин получил пару царапин. Ну и Демонетра копчик отбила после второго броска Гидеона. Но это разве травмы? Одного охотника здесь вообще в кипятке как-то сварили. Ей ли жаловаться на отбитую задницу?

Я поднял руку. Пальцы сложились в знакомый жест, и я щёлкнул ими один раз, резко, отчётливо, как дирижёр, дающий сигнал к началу симфонии.

Звук щелчка отозвался громким эхом в тёмном пространстве.

Тьма задрожала. На её поверхности побежали трещины, светящиеся бледным, болезненным светом, словно раны на коже реальности.

Трещины множились, сплетаясь в паутину. Всё это сопровождалось треском разбитого зеркала. И сквозь эти дыры на теле реальности начал просачивается знакомый аромат Новосибирской подворотни.

Спустя какую-то минуту темнота раскрошилась на тысячи мелких осколков, рассыпаясь в ничто. И вот мы все разом оказались в вонючей подворотне, из которой нас и похитило царство зеркал.

– Ну всё, отдыхаем, думаем. Завтра жду всех на собрании.

Сказав только это я пошел прочь. У меня на сегодня была запланирована ещё одна встреча.

Глава 19

Закрыв глаза, я позволил своему разуму вновь раскинуться сетью по всем закоулкам мрачного города. По ощущениям это можно сравнить, как будто гордый орел впервые расправил крылья после долгого заточения. Каждый нерв, каждая клетка моего тела и магического ядра была рада свободе.

На этот раз я не просто сканировал пространство вокруг. Я слушал дыхание города. Ощущал пульсацию магических потоков, отслеживал дрожь реальности, где в скором времени разверзнутся порталы. Или нет? Мне достаточно одного лишь желания, чтобы закрыть половину неугодных разломов. Наверно, стоит дать охотникам выходной. Они его заслужили.

Сконцентрировавшись на паре особо мерзких порталов, я начал медленно подбирать индивидуальную песню для каждого. Раньше я мог одним лишь желанием закрывать десятки порталов, однако сейчас мне приходится держать концентрацию, чтобы закрыть всего два портала. И даже так это было тяжело. Заставлять одну часть своей ауры дрожать на определенной частоте, а вторую на совершенно иной было невозможно для большинства одаренных Земли. Скорее всего они считают это бессмысленным распылением усилий, и они будут в чем-то правы, ведь проще сконцентрировать лишь на одном деле и только потом браться за второе. Но альтернатива звучит намного заманчивее.

Если продолжать дробить свою ауру, рано или поздно ты или научишься делать сто дел одновременно, или же нет. Вопрос в мотивации и, возможно, таланте. В былые времена у меня выбора особо и не было. Тысячеликий Йиас, мой жестокий и справедливый учитель, поставил меня перед фактом. Я становлюсь гением ауры или получаю раскаленный прут в причинное место.

Разумеется, после пяти лет мучительных тренировок учитель поведал, что моя мать, Лилия, ни за что не позволила бы применить такие радикальные методы воспитания к своему любимому сыну. Правда когда это откровение прозвучало я уже был способен одной силой мысли создавать защитный кокон, способный выдержать удар архидемона.

Закончив закрывать ещё не созревшие порталы в школах и институтах, я снова сконцентрировался на потоках энергии. На этот раз я пытался почувствовать каждого одаренного в городе, неважно насколько была сильна его родословная.

В моей голове весь Новосибирск начал сиять, как полярная звезда в самую темную ночь. И смотря на всё это безобразие у меня на языке вертелось всего одно слово.

Идиоты. Какие же вы все идиоты. Каждый одаренный одним своим существованием метит реальность своим уникальным отпечатком. Своим маленьким криком в бескрайней пустоте. Его никто не слышит, ну а те кто слышит... Они примерно на одном со мной уровне. И молите милосердную Мать, чтобы никто из этих чудовищ вас не услышал, когда вы покидаете гостеприимную Землю.

Медленно я начал вычеркивать со своей карты всех одаренных F ранга. За ними отправились E ранговые и так далее, пока я не вычислил всех одаренных, кто может представлять для меня угрозу в данный момент. Почему я сразу не вычеркнул слабейших, а потратил время? Практика показала, что нельзя недооценивать слабаков. Один такой слабый человечишка, который даже сейчас пользуется лишь крохами потенциала своей родословной, однажды смог занять демонический трон.

В данный момент в черте города находилось всего восемь одаренных A ранга и один скрытый S ранг. Скрытность у него, надо сказать, на уровне. И он даже смог почувствовать, что его рассекретили. Но одно дело почувствовать зуд в голове, и совсем другое отследить виновника.

Ну всё, хватит баловаться. Изначально хотел просто поискать Маргариту, а занимаюсь черт пойми чем. Всё это можно и перед сном было проделать лежа в удобной кроватке.

Собравшись, я настроил свой сканер на поиск двойной родословной: гарпии и некоматы. Забавно было наблюдать тот факт, что по всему городу таких девушек аж целых пять штук набралось. Но лишь одна подходит по возрасту. Кто-то ещё даже из чрева матери не успел появиться, а кто-то в доме престарелых сидит с непробужденным даром, и даже так, нашел я её используя совсем уж нестандартный подход.

Одна из аур слишком неохотно откликалась на мой зов. Это можно сравнить с нестабильным интернетом, когда четыре ауры откликаются одновременно и лишь одна с секундной задержкой.

Сразу вспоминается слова Димы. Ему удавалось её ловить лишь благодаря своей родословной Владыки Теней. Но даже так, Кузнецову с каждым днем становится всё труднее поймать. Он подозревает, что уже через несколько месяцев она «провалится в какую-то задницу, из которой её не достать».

Обнаружив пропажу, я свернул ауру и достав телефон заказал такси до одного поселка рядом с Новосибирском. Пока ждал водителя думал, очень много думал. Что за тварь могла так пристально укрывать Кузнецову от моего взора? Вариантов, если говорить откровенно, было немного. Самый вероятный и, одновременно, неприятный из них – это Орден Незримых.

Во вселенной, помимо двенадцати Матерей и сотни мифических монстров, способных уничтожать миры за секунды, существует также три силы, с которыми нужно считаться. На человеческий язык эти организации можно перевести только как Ордена. И люди там отсутствуют как вид. Все члены организации чудовища, которые преследуют лишь свои цели и убеждения.

Взять тот же Орден Слышащих. Однажды ко мне на порог заявился один из этих ублюдков и потребовал от меня явиться на поклон к нынешнему главе Ордена. Мне же было плевать на это сборище музыкантов, способных одним щелчком пальцев крошить целые армии. Но вот их Верховному Магистру принципиально важно было держать при себе всех Слышащих рангом пониже. Пришлось немного тряхнуть стариной, да объяснить этому зарвавшемуся магистру почему со мной никто не желал связываться. Как-никак, меня обучал сам Гранд-Мастер и основатель Ордена Слышащих.

Вторыми в этом списке были Ткачи реальности. Они были самыми странными, на мой взгляд. Больших интровертов во всех реальностях не сыскать. Они вроде как вместе что-то плетут, но при этом никогда не встречаются лично. Постоянно манипулируют нитями судьбы, чтобы передавать друг другу информацию через посредников. Говоря простым языком, двух Ткачей в одной комнате можно увидеть, только если вы намного сильнее, на вашей шее не висит их поводок и вам удалось их поймать и бросить в подвал.

Ну а Незримые... Они самые раздражающие. Молчаливые призраки про которых никто, ничего не знает.

Пару сотен лет назад мне удалось пленить одного из Незримых. Это было существо без лица, без запаха, без малейшего намека на индивидуальность. Его нельзя было увидеть глазами, нельзя было почувствовать аурой. Но зачем его чувствовать, если можно просто атаковать?

Была у меня такая привычка. Когда оставался один в своей комнате, я уплотнял свою ауру и расширял во все стороны, пока призрачная плёнка не коснется стен. Сначала это была профилактикой против обычных невидимок, однако со временем, когда я научился рвать реальность одной силой мысли, это стало профилактикой тех, кто скрыт «в тенях». В нижних и верхних слоях реальности, где существуют и свои монстры. И да, это Бездна, которая растекается везде и повсюду, не только над головами землян.

Очень долго длились пытки того Незримого. Его сотни раз разбирали и собирали по кусочкам по моим указаниям, но единственное что я смог от него получить – это знание, что у них был свой Гранд-Мастер, и что он лично обучал каждого Незримого. Это отличало данный Орден от всех остальных Орденов. Пока Орден Слышащих ноги в кровь разбивает в поисках моего учителя, Незримые сидят и спокойно впитывают мудрость веков.

Но помимо этого в народе ходил и другой слух. Говорят, никакого Ордена Незримых не существует и все это игра одного актера. Очень могущественного актера, способного быть одновременно во всех мирах и реальностях.

– Мужик, я дальше не поеду, – вырвал меня из размышлений голос таксиста. – Судя по картам, там красная зона.

На секунду выпустив ауру, ну и доплатив таксисту переводом на карту, я смог убедить водителя, чтобы меня высадили поближе к деревне. Все ещё на почтительном расстоянии, но хотя бы через леса не придется продираться.

Прошагав примерно полчаса размеренным шагом, передо мной возникли первые хлипкие домики невзрачной деревушки. Избы были подкошенные временем, огороды заросли бурьяном. Стояла мертвая тишина, нарушаемая лишь потоками холодного ветра, бьющего прямо в лицо.

Остановившись, я прикрыл глаза и расширил свое восприятие. Никаких странных магических сигнатур не заметил, но ещё бы. Но именно это «отсутствие чего-либо» кричало громко, где стоило искать Кузнецову. Это как если смотреть на ткань одеяла, у которого отсутствует части материала посередине. Именно так я вижу один из подгнивших амбаров в центре деревни, который стал самым настоящим слепым пятном на всех уровнях восприятия.

Я подошел к этому амбару медленно, осторожно. В этом не было никакого смысла. Если там действительно засел тот, о ком я думаю, мои тихие шаги звучат для него как топот слона. Но старые привычки трудно вытравить, особенно когда тебе прилетает привет из далекого прошлого.

Припав глазами к прогнившей стене, я заглянул в широкую щель между досками. Внутри царил полумрак, пронизанный пыльными лучами уходящего солнца. Сквозь эту тьму можно было угадать очертания старых ящиков и покрытых паутиной сельскохозяйственных инструментов. И да, я увидел ту, ради кого сюда и забрался.

Маргарита стояла посреди пустого пространства спиной ко мне. Все тело напряжено, как тетива лука. Белые волосы, обычно собранные в хвост, сейчас рассыпались по плечам, делая её похожей на призрака. Но это было не главное.

Под её ногами, на грязном полу из земли, зияла черная дыра. Самая настоящая клякса абсолютной тьмы, пожирающей свет. И в эту дыру, плавно, погружался человеческий силуэт. Очертания были размытыми, нестабильными, будто смотришь на человека сквозь толщу воды. Я успел лишь составить общее впечатление: высокий, худощавый гуманоид с неестественно длинными пальцами, полностью обмотанный чем-то черным. То ли бинтами, то ли это сама кожа отслаивалась.

И в этот момент Маргарита резко обернулась. Не просто куда-то, а прямо в то место, где стоял я и подглядывал. Её глаза, обычно дерзкие и насмешливые, горели холодной настороженностью. Словно маленький пугливый зверек услышал шорох вдали и насторожился.

– Выходи, – её приказ прозвучал низко, не скрывая угрозы. – Я знаю, что ты там.

Что ж, скрываться дальше бессмысленно. Я отступил от стены, сделал глубокий вдох и медленно вышел из-за угла, подойдя к покосившейся двери. Руки поднял высоко, ладонями вверх, хотя оба мы понимали, что настоящему одаренному отсутствие оружия не помешает напасть.

– Не совершай глупостей, – сказал я, стараясь добавить голосу дружеских ноток. – Я пришел просто поговорить.

Маргарита не расслаблялась. Она стояла в боевой стойке, руки неосознанно касались кинжалов на поясе. Её взгляд скользнул по мне, полностью оценивая. Выискивая слабые места в моей обороне, коих было слишком много для одаренного моего уровня.

– Японец, – выдохнула она наконец, и в этом слове не было ни удивления, ни вопроса. Следом была короткая фраза и вопрос. – Из Дзайбацу?

В голове пронеслись десятки вариантов ответов. Солгать? Подтвердить? Попытаться прикинуться заблудившимся туристом? Но если эта тварь, сокрытая в тенях, что-то успела ей нашептать, то любая ложь только усилит подозрения и сделает меня врагом девушки. А мне Маргарита как враг была совершенно не нужна.

– Да, из Дзайбацу, – ответил я, опуская руки. – Сато Акира, к твоим услугам. Хотя, полагаю, ты уже в курсе, – кивнул я на черную кляксу под ногами, которая стремительно таяла.

И тогда произошло нечто, чего я никак не мог ожидать. Напряжение спало, девушка выдохнула так, словно с её плеч сняли тяжкий груз. Она сделала два шага вперед, и прежде чем я успел среагировать, её руки обвили мою шею, а лицо уткнулось в плечо. От неё пахло потом, но это не важно. Важно то, что она сказала потом.

– Я все ещё не могу поверить, – прошептала она, а её горячее дыхание обожгло мои плечи. – Но она сказала... она сказала, что придет японец Дзайбацу. И что это ты... Что это ты тот самый Кривцевич, который вытащил меня из ледяного ада.

Мой левый глаз нервно дернулся. Непроизвольно. Я даже не успел это проконтролировать. С каких, сука, пор маскировка Владыки образов стала посмешищем? Сначала Дима, теперь эта девчонка... Хотя ладно, с ней всё понятно. Незримые знают всё обо всех. Но зачем делиться этой информацией с человеком, которая никак с ними не связана? Я бы заметил будь они связаны.

– Марго, – прошептал я, оторвав девушку от себя. – Отойди пожалуйста. Сейчас у меня будет неприятный разговор с твоим осведомителем.

Она неохотно выпустила меня из объятий, отступив на шаг. По всей видимости, помнит наши уроки в Ледяной пустоши. Моим словам нужно следовать без промедления, иначе случится беда. Сначала делаем, и только потом думаем зачем это было.

Полностью забыв про неё, я закрыл глаза. Весь мой мир сузился до этого амбара. Всё вокруг перестало существовать. Шум ветра снаружи, скрип старых досок, и даже дыхание Маргариты. Всё отошло на второй план.

Я погрузился настолько глубоко в медитацию, что полностью отрезал себя от реального мира. Но чуть глубже, между материальным слоем и духовным, существовало еще как минимум две реальности. Они накладывались друг на друга, создавая сложный, многогранный узор, похожий на паутину. Паутину, в которой притаился паук.

Стоило мне оказаться на нижнем слое Бездны, как я сразу же почувствовал присутствие хищного зверя. Незримый не ушел, он просто притаился поглубже, ожидая когда я уйду. Он был настолько уверен в своей неуловимости? Думал, у меня еще маловато сил, чтобы проникнуть в его святая святых?

Мои веки дрогнули. Я посмотрел на то место, где сейчас находилось сокрытая тварь. На грязный, ничем не примечательный ящик с садовыми инструментами.

– Выходи, – приказал я тоном, который не терпит неповиновения. – Или я сам тебя вытащу.

Ожидаемо, Незримый не пошел у меня на поводу. Оставалось только напитать кончики своих пальцев силой и вонзить в прогнившее дерево, разрывая реальность когтями, что пропали из нашего мира и касались самых краев Бездны.

Это было похоже на то, как просунуть руку сквозь толщу плотного желе. Сопротивление было чудовищным. Реальность кричала, требуя остановить насилие над собой. Но мне было плевать. Я нашел свою жертву и не намерен её отпускать.

Мои пальцы нащупали что-то холодное, скользкое, лишенное какой-либо текстуры. И в следующую секунду мои эфирные когти вцепились мертвой хваткой в это странное чувство. Мне оставалось только рвануть её на себя.

С хлюпающим, противоестественным звуком, пространство передо мной вздулось как гнойник и лопнуло, выплевывая из себя фигуру, полностью замотанную в черные, потрескавшиеся от времени бинты, которые не оставляли ни сантиметра открытой кожи. Эта фигура определенно была женской. Изгибы бедер, форма груди, но в этом не было ни капли соблазнительности.

До своего предшественника, которого я казнил сотни лет назад, ей было ещё далеко. Если знать куда смотреть, её очень хорошо видно, и мне с моим нынешним уровнем сил удалось вырвать её из родной стихии. Младшая ученица? Скорее всего. Подмастерье ещё глубже провалилось бы «в тень», где его не достать.

– Я же сказал выходи, – процедил я. Глаза вспыхнули золотым светом, пока я сжимал горло девчушки, чувствуя, как скрипят её кости.

Попытавшись прощупать её ауру, я без толики удивления обнаружил, что не могу узнать её родословную. Я без труда нашел её магическое ядро, и даже препарировал как заправский хирург, но какой-то важный элемент постоянно то исчезал, то появлялся совершенно посторонний геном. Учитывая любовь Незримой облачаться в бинты, она может быть как потомком Отреченных, той же мумией, а может и вовсе быть драугом. Или рейфом, получившим разум от другого Незримого.

– Запомни раз и навсегда, Маргарита принадлежит мне, – я посмотрел на единственную часть существа, которое мелькало через плотно натянутые бинты – её карий глаз. – Я знать не желаю сколько дерьма вы уже залили ей в уши. Но если ещё хоть одно лишнее слово просочится куда не надо, – мои ногти заострились, принимая вид звериных кошачьих когтей.

Незримая продолжала молчать и смотреть на меня скучающим взглядом. Затем фокус её внимания сместился мне за спину, и тогда в моей голове прозвучал голос, всё такой же нейтральный, бесполый, без интонации.

– Мы услышали Демона-Принца. Информация будет передана Гранд-Мастеру. Он лично возьмется за обучение человеческой особи.

Вот это уже было интересно. Личное ученичество у величайшего убийцы во вселенной? Я помнил своего учителя, старого паука, который вложил в мою голову знания. Базовый набор инструкций, благодаря которым я, обычный человек, смог за короткий период перевернуть представления чудовищ о слабых людишках. И у меня когда-то даже появлялась мысль пройти обучение у остальных Орденов, но это оказалось сложнее, чем кажется.

Наши силы несовместимы на фундаментальном уровне. Ты или видишь мир как поток звуков, складывающихся в симфонию, или как полотно, которое можно бесконечно рвать и сшивать. Как мир воспринимают Незримые для меня загадка, но подозреваю у них тоже своя философия. Но если я буду Слышащим, а Маргарита Незримой... Это поднимает её ценность до космических величин.

– Передай своему учителю, что его ученица была на волосок от смерти, – сказал я, выпуская горло девушки из своих рук. Та коротко кивнула всем телом, совершая поклон, и начала медленно погружать в тень.

Очертания Незримой снова начали расплываться, и через секунду на том месте, где она стояла, осталась лишь дымка и слабое ощущение скорого прорыва из Бездны. Это проблема, которую я сам породил и мне же её и исправлять. Но потом, сейчас были другие дела.

Я повернулся к Маргарите. Она стояла слегка позади и смотрела на меня с широко раскрытыми глазами. В них читалась смесь шока и облегчения, а ещё... очень и очень странной эмоции, которую я не ожидал здесь увидеть.

– Ну что, убедилась? – спросил я, усмехнувшись.

– Вот теперь верю, – прошептала она, подходя ближе. – Ты действительно Женя. Только ты можешь смотреть в лицо чудовищу, которое заткнет за пояс сильнейших одаренных Земли, и угрожать ему смертью.

– Я не только ей угрожал, – сделал я важную поправку. – А всей организации.

– Тем более, – улыбнулась она грустной улыбкой. – Только тебе по силам говорить такие вещи с невозмутимым лицом и не выглядеть при этом полным идиотом.

– Спасибо за комплимент, и...

Я открыл рот, собираясь что-то сказать, однако Марго резко шагнула вперед, обхватила мое лицо своими руками и притянула к себе. Ее губы, мягкие и теплые, прижались к моим.

Мой мозг на секунду отключился. Первым делом я попытался отстраниться, положив ей руки на плечи, но её хватка была железной. Казалось, её можно оторвать от себя только с моим лицом.

– Прекрати, – приказал я, когда на мгновение появился воздушный карман между нами.

– Заткнись. Просто заткнись, – тихо шептала она, касаясь лбом моих губ. – Не говори ничего. Просто будь рядом. Мне это нужно. Пожалуйста.

В ее глазах стояли слезы. Я смотрел на неё и видел перед собой слабую девочку, а не ту дерзкую охотницу, коей она была в глазах остальных. Ту самую девочку, которую я лично сломал в Ледяной пустоши, чтобы позднее перековать. И сейчас она просто хочет на секунду стать человеком. Возможно последний раз перед тем, как из неё вылепят настоящего монстра.

И тогда я сдался. Подняв лицо девушки, я ответил ей поцелуем.

Глава 20

Я проснулся поздно. В комнате была тишина, нарушаемая лишь шелестом опадающих листьев за окном и едва уловимым скрипом половиц.

Повернув голову, я увидел Маргариту, что сидела спиной ко мне на краю кровати.

Утренний свет, пробивавшийся сквозь занавески, мягко очерчивал изгибы её плеч и спины. Девушка неспешно расчесывала длинные белые волосы широкой расческой. Каждое движение было плавным, лишенным какой-либо суеты. Можно даже сказать, ритуальным.

Я слегка прикрыл глаза, позволив себе пару секунд полюбоваться картиной. Формы у Маргариты всегда были выдающимися, под стать опытному охотнику. Не модель с обложки, но у этой боевой машины был свой шарм и, самое главное, было за что подержаться.

Интересно, как она умудрилась выскользнуть из моих объятий не разбудив? Я всегда спал очень чутко, и расслаблялся только тогда, когда оставался наедине с Айри. Или если слишком сильно устал, а то и вовсе потерял сознание от боли и травм. Сейчас же я был настороже, особенно вспоминая, что где-то рядом бродят Незримые.

Но этот вопрос как внезапно возник в голове, так и получил внезапный ответ. Она же не вчера познакомилась с этой Незримой. Недели прошли, может даже месяцы. За это время девушка могла перенять парочку трюков. Маленьких, незаметных, но очень эффективных против кого-то моего уровня – ослабшего Демона-Принца, которому еще далеко до былого могущества.

– Ну как, понравился вид? – её безобидный вопрос звучал спокойно, без намека на смущение. Она не обернулась, продолжая заниматься своими волосами.

– Интерьер впечатляет, – ответил я, на что девушка лишь усмехнулась.

– Вообще-то я про другое спрашивала, – взяв короткую паузу, она продолжила. – И это обычная однокомнатная хрущевка. Было бы чем восхищаться. Просто четыре стены и крыша над головой.

– Для меня это больше, чем стены, – признался я, глядя на потолок, где темнело пятно от старой протечки. – Десять лет прожил в похожей квартире. Может, чуть лучше и комнат было на одну побольше. Но в остальном, всё то же самое. Запах пыли и старого дерева. Где-то сквозняк пробивался. Особенно зимой и на окнах. Однако это всё равно был мой первый, настоящий, человеческий дом после Ада.

Марго наконец повернулась. Её лицо было спокойным, но в глазах копились вопросы. Много вопросов. Она отложила расческу и прикрыла грудь рукой скорее по привычке, чем от стеснения.

– Ты действительно хочешь рассказать об этом? – спросила она тихо. – Ну, кем ты был... там, – она потупила взгляд, явно стыдясь того, что уже знает.

Я вздохнул, потирая переносицу. Лгать всё равно бессмысленно. Неизвестно сколько правды и лжи успели про меня рассказать третьи силы, так что лучше быть откровенным. Солгать всегда можно, но честность тоже можно использовать как оружие.

Подвинув слегка одеяло, я сел на кровати скрестив ноги. Затем слегка склонив голову в полупоклоне, как делал тысячу раз перед своим учителем и Матерями.

– Позволь представиться официально, – сказал я, и мой голос звучал ровно, почти без эмоций. – Евгений Кривцевич, он же Демон-Принц, владыка Семи Кругов Ада и правая рука Матери Демонов, Лилии Лемуар. Архонт Антиохи, столицы преисподней, или же генерал-губернатор, как тебе удобнее. Титулов, на самом деле, у меня больше чем у всех императоров вместе взятых, но перечислять их все не имеет смысла.

Она замерла. Расческа выпала из её пальцев и с глухим стуком ударилась о потертые половицы. По лицу пробежала тень, глаза широко раскрылись и уставились на меня. Всего на секунду, на одну короткую, предательскую секунду, в них вспыхнул чистый, животный ужас. Тот самый, что люди испытывали, когда встречали меня в Аду.

Затем Маргарита моргнула, и как этот ужас появился, также он и растаял. Его сменило ошеломление, затем сосредоточенно сдвинутые брови, а после смирение, закончившееся кивком головы.

– Значит... это всё правда, – прошептала она. – То, что она нашептала... Она называла тебя самым страшным чудовищем, способным играючи менять судьбы народов. Я думала это метафора, но...

– Это никакая не метафора, – улыбнулся я, слабо оскалившись. – У меня есть ещё один громкий титул, Вестник Апокалипсиса. Обычно его шепчут дети Матери Отреченных, опасаясь называть мое имя. Я уже потерял счет сколько малых народов вырезал под корень, и сколько разумных видов прижал к ногтю.

– А та история? – она сделала паузу, проглотив комок в горле. – Ну та, с демонической школой. Которую ты рассказывал, когда мы застряли во льдах. Про то, как тебя учили выживать и ты выжил, а после сбежал.

– В общих чертах, это правда. В общих чертах, – не стал оправдываться я, продолжая говорить с легкой улыбкой на губах. – У меня был личный тренер, Грех Гордыни, которого друзья знают под именем Йиас. Он был моим первым учителем. Старый, бесконечно мудрый ублюдок, которого я даже на пике возможностей не смог превзойти, – заметив её разочарованный взгляд, я перестал улыбаться. – Я не стану оправдываться или рисовать себя благодетелем. Когда у меня появилась возможность, я решил позволить остальным людям пройти через этот же ад. Но взгляни на статистику, Марго. Раньше, до моих реформ, из Ада сбегал всего один человек, да и тот раз в сотню лет, если повезет. Сейчас же существует целая организация охотников на демонов, которые специально отправляются в Ад, чтобы поохотиться на древних демонов. Безуспешно, конечно, но в своих вылазках они убивают огромное количество королей и демонов послабее, освобождая рабов.

Я замолчал, ожидая реакции. Больше мне сказать было нечего. Она смотрела на меня, и в её глазах шла внутренняя борьба. Страх отступал, уступая место привычному для неё скепсису и желанию докопаться до сути.

– И всё это чтобы люди стали сильнее? – спросила она с подозрительным прищуром.

– Чтобы у них был выбор, – я поправил её, пожав плечами. – Хотят бездарно сдохнуть, став кормом для демонов? Пожалуйста, это ваш выбор. Но если хотите бороться и получить шанс на спасение... Большая часть, конечно, погибнет с этой крупицей надежды внутри, но те кто спасутся станут героями. Как-то так я думал, когда создавал школу и загонял в неё первых рабов.

Марго медленно выдохнула. Она потянулась за футболкой, валявшейся на полу, и натянула её на себя. Этим простым действием она символично вернулась в реальность.

– Это страшно, – призналась она вдруг, смотря на меня. – То, что такое чудовище... Ой, прости, – поправилась она.

– Ничего, я всё понимаю.

– Жень, это очень пугает, – продолжила она, уперев глаза в пол. – Ты ходишь по нашей земле, и ты вроде бы не чудовище из ужастика, но сколько таких монстров ещё бродит и отыгрывает роль слабаков?

– Ну, достаточно, – на мгновение задумался я. – Поименно этих существ не назову, но подозреваю Европой управляет чудовище. И Японией, тут уже никаких подозрений.

Марго подняла на меня свой испуганный взгляд. Она надеялась увидеть улыбку на моем лице. Хотела услышать от меня, что это глупая шутка, но вместо этого я с серьезным лицом заявил.

– Вы, люди, даже не осознаете, что таится над вашими головами. И вы понятия не имеете, что находится в недрах вашей планеты. И вашей ли? Пойми, бояться нужно не тех, кто похож на меня и выглядит слабым, а тех, кто всегда на виду и вы об этом даже не знаете.

Марго криво усмехнулась. Этот звук был больше похож на короткий, сдавленный выдох, чем на смех. Она сидела, уставившись в одну точку между нами, будто пытаясь увидеть невидимое.

– И как ты с этим живешь? – её вопрос звучал приглушенно, будто ребенок, которому впервые открыли глаза на Деда Мороза. – Как ты борешься с этим ужасом? С осознанием, что каждый день может стать для тебя... Нет, для всех нас последним.

Я задумался. Без шуток, это очень хороший вопрос, над которым нужно хорошенько подумать. Любой человек, узнав правду, или сходит с ума, или начинает строить бункер. Оба пути бессмысленны, но я... Мне что, плевать получается?

– Я и не справлялся, – решил я начать издалека, глазами показав, что не шучу. – Ужаса не было. Вообще. Когда я это узнал, моей первой мыслью было: «а, ну понятно». Второй: «интересно, как скоро я их догоню?»

– Как так? – Маргарита нахмурилась, её брови сомкнулись в одну строгую линию. – Ты хочешь сказать, что тебе даже сейчас всё равно?

– Не совсем, – я скривился, пытаясь подобрать правильные слова. – Просто на момент откровения у меня не было необходимых эмоций в запасе. Страх, любовь, привязанность... всё это было вырезано из моей души на корню. Подарочек от моей дорогой мамули, Евы. Или проклятие, тут с какой стороны посмотреть. Она могла сразу спланировать для меня великое будущее, где эмоции могли стать обузой. Позже, когда я обрёл власть над своей душой и над телом, я кое-что вернул. Научился чувствовать отголоски эмоций. Стыд, смущение, раздражение. Но основа, тот самый фундамент, на котором строятся нормальные человеческие отношения, для меня до сих пор чужой монастырь со своим странным, непонятным уставом. Почему вы боитесь старости, если это можно решить одним духовным пактом с чудовищем? Почему цепляетесь за отношения, которые приносят боль? Почему считаете грехом смертную казнь, если человек приносит лишь зло в этот мир?

Мой долгий монолог был встречен молчанием. Маргарита молчала, переваривая мои слова. Потом качнула головой, и в её глазах вспыхнул знакомый огонек бунтарства.

– Если это действительно так, – выпалила она. – Почему ты спас меня? Ценой своей, как я тогда думала, жизни? Разве бессердечное чудовище, этот идеальный солдат без эмоций, мог поступить так опрометчиво? Рискнуть всем ради какой-то девчонки, которую едва знал?

Вот здесь я позволил себе легкую, снисходительную улыбку. Она пыталась поймать меня на противоречии. Найти в моей истории проблеск человечности. Это так мило.

– Угрозы никакой не было, Марго. Я никогда не поступаю опрометчиво. В тот момент у меня был четкий расчет. Шанс на успех – девяносто семь процентов. Оставшиеся три – на непредвиденные обстоятельства, с которыми я, как показала практика, справился. Никакого героизма, только холодная арифметика.

Она смотрела на меня несколько секунд, а потом её губы растянулись в такой легкой, понимающей улыбке, что у меня невольно ёкнуло где-то внутри.

– Жень, – сказала она тихо. – Ты никудышный лжец. Кто бы что про тебя там не говорил.

Я почувствовал, как по щекам разливается легкий жар. Черт. Эта ложь действительно была не из самых лучших, но разве я мог признаться, что чуть не завел себя в могилу? Кому от этой информации станет легче? Уж точно не ей. Пора менять тему.

– Ладно, хватит играть в психолога, – проворчал я. – Давай о насущном. Что будем делать дальше с нашими отношениями?

Я сделал паузу, давая ей время. Марго вздохнула, откинула волосы назад и посмотрела на меня прямым, честным взглядом.

– Я всё понимаю. Тебя невозможно привязать к одному человеку, – устало вздохнув, она еще и закатила глаза ко всему прочему. – Я не ханжа, Жень. Я тебе бесконечно благодарна. Вчера... это был просто порыв. Нагромождение эмоций, страх одиночества и черт знает что ещё. Конечно, я что-то чувствую к тебе. Ты был первым, кто увидел во мне не просто упрямую дуру, а... потенциал. Но если ты против, если это тебе не нужно...

Она не договорила, оставив фразу висеть в воздухе. Я пожал плечами, чувствуя странную неловкость. Обсуждать чувства для меня все равно что говорить о красоте красного или синего, хотя сам я дальтоник. Разницу вижу, могу даже петь дифирамбы разным оттенкам, но просто насладиться их красотой «по-человечески»? Вот тут мимо.

– Мне не дано понять чувство любви, Марго. Во всяком случае так, как его понимаете вы. У меня есть... кое-кто.

Я не знал стоит ли называть имена, но хорошо подумав понял. Зачем скрывать очевидное? Она итак знает слишком многое.

– У меня есть Айри, и я думаю, что это и есть любовь. Но я не могу быть уверен. Нужны доказательства.

– Жень, – Марго начала смеяться, а из её глаз брызнули слезы. – Вот ты вроде древнее зло, которое губит миры щелчком пальцев, но такой недалекий. Ну какие доказательства, ей богу? Ой, всё! Давай поговорим о другом. Кто еще знает... Ну, про тебя?

Я был согласен и потому начал считать в уме.

– Дмитрий Воронов. С недавних пор Волкова. Вся моя семья, но это итак очевидно. Еще вот Незримые свой любопытный нос показали, а в Японии... Никто. Подозревают, что я не так прост, да и только. И вряд ли что-то изменится в будущем. У меня на эти острова другие планы.

– Слушай, а Айри... – вдруг спросила Марго с лукавый улыбкой. – Её ведь Кристина зовут, я права?

Я ничего не ответил, лишь приподнял бровь. Комментировать это я не собирался. Знаю о чем она думает, и да, в человеческом понимании наши отношения табуированы, но какое нам дело? Во-первых, она мне не настоящая мать, а во-вторых, мне плевать что о нас думают.

Встав с кровати я начал искать свою футболку.

– С этого дня, Маргарита, нам всем – тебе, мне, Диме, Волковой, – лучше действовать сообща. Мы стали частью... скажем так, высшей лиги. Пока остальные детишки будут резвиться в песочнице, от наших решений будет зависеть судьба всего мира. Рано или поздно проблемы, настоящие проблемы, постучатся к нам в дверь. И когда это произойдет, тебе лучше держать номер товарища на быстром наборе. Даже если этот товарищ ходячий полутруп или древний демон запертый в теле подростка.

Наконец я нащупал футболку и натянул её на голое тело. Стоит ли говорить, что после бурной ночи с гарпией-некоматой она была местами растянута?

Марго тоже продолжила одеваться. Свои трусики она давно отыскала, а вот куда подевала штаны – загадка.

– Ну а ты чем займешься? – спросила она, ползая на коленях и заглядывая под кровать. – Будешь подготавливать мир к своей тирании? Или в макдак устроишься кассиром на пол ставки?

Я весело хмыкнул, вспомним один шедевр японской мультипликации. Интересно, Марго пальцем в небо попала или помимо любви к индийским мелодрамам у неё прорезалась любовь к аниме?

– Тем же, чем и всегда, – ответил я, глядя в окно и наблюдая серый туман новосибирского утра. – Буду наставлять неразумных детишек на путь истинный. Не только русские охотники достойны такого великодушного учителя, как я. Японским гибридам тоже нужен мудрый наставник. А там посмотрим, может уже скоро крестовый поход в Ад организуем.

И вот спустя пять минут сборов и небольшого отвлечение на то, чтобы хлебнуть холодной воды из-под крана, дверь захлопнулась за мной с тихим щелчком. Я простоял так секунду, пока жар последнего поцелуя окончательно не пропал с моих губ и только потом спустился по скрипучим ступеням на улицу.

Марго очень страстная кошечка. Будь моя воля, подольше здесь задержался, но я уже слишком долго оторван от своей настоящей команды. Хоть за нами и перестал следить «Большой брат» в лице корпорации, но по возвращении нас обязательно допросят с пристрастием. Где был? Куда пропадал? Не завербовала ли меня внешняя разведка Империи?

Дорога до отеля заняла часа полтора пешком. Я мог, конечно, взять такси и за пару минут домчаться, но хотел дать голове проветриться. Слишком о многом нужно подумать, слишком многое переиграть. Появление Незримых – это всегда неожиданность. Зачастую – весьма неприятная для долгоиграющих планов любого стратега. Они ведь абсолютные нейтралы. Не вмешиваются в чужие конфликты, зато если случайно наступить им на ногу, они такое устроят. А как избежать пересечение интересов никто не знает. Они ведь молчуны еще те.

Стоило мне только войти внутрь отеля «Сибирский бриз», как на меня обрушился шквал взглядов. В общем зале, уютно расположившись на потрепанных диванах, сидели гибриды. Первой, конечно же, на меня накинулась Демонетра. Она сидела, закинув ногу на ногу, и старательно делала вид, что важная леди, а я опоздавший холоп.

– О, смотрите-ка, наш великий наставник пожаловал, – затянула она сладким, ядовитым голосом. – Нагулялся на блядках, скотина? От тебя девками пахнет!

Я театрально принюхался, осмотрел не остались ли на мне белые волосы. Это должно было еще сильней раздраконить девчонку, но она просто встала, подошла ко мне и ткнула своим маникюром в плечо.

– И знаешь что меня больше всего удивляет? – продолжила она, стараясь причинить мне боль своим коготком. – Я-то думала, наш Акира-сама – тот еще сухарь. Подозревала даже, что ты по мальчикам раз от милой Юкочки нос воротил. И от меня! – и почему она сделала такой акцент, словно красивее девушки-кошки? – Ан нет! Оказывается, ты у нас просто кобель привередливый, которому только самку с правильным запахом подавай!

– Демонетра, хватит, – тихо вздохнула Кагуя. – Это не наше дело с кем Акира ночи проводит.

– А чего это не моё? – вспыхнула та. – Мы тут все одна семья, уродцы несчастные! Мы должны держаться вместе! А он... он в первый же день в другой стране на блядки свалил!

– Ты ревнуешь? – спросил Гидеон тихо, и сам оказался в шоке как ему такая мысль вообще пришла в голову.

Демонетра аж подпрыгнула.

– Я?! К нему?! Да чтоб я... У меня есть ты, дурачок! С чего мне вдруг ревновать?

– А никто не говорил про романтику, – ну не могла Нокс остаться в стороне. – Ты им скорее фигуру отца замещаешь.

– Заткнись! – рявкнула она. – Я ничего не замещаю! Не с этим вот!

– С «этим вот»? – не остался я в стороне. – Это с каким-таким «этим вот»?

Демонетра застыла. Затем на её лице проступили крокодильи слезы. Она кинулась на шею Гидеона и начала хныкать.

– Гид! Они меня обижают! Они все сговорились!

Я подошел ближе, снял куртку и бросил на свободное место. Усевшись на диван рядом с Кагуей и Нокс, я бросил короткий взгляд на девушку за ресепшеном. Её вполне могли бы смутить наши разговоры, но мы говорим на японском.

– Закончили спектакль? – спросил я, окидывая всех взглядом. – Во-первых, я действительно привередлив в вопросе отношений. Просто раньше я не находил никого достаточно интересным, чтобы тратить на неё свое время.

– То есть сейчас ты нашел? – спросила, что удивительно, Кога Химари. Проверяет меня? Между нами ведь что-то налаживается.

– Можно сказать и так, – не стал я лукавить. – Но с этой русской охотницей у меня нет будущего. Её можно назвать интересной курортной интрижкой.

– И чем же она привлекла тебя? – прищурила она глазки.

– Секрет, – улыбнулся я, заставив Химари «зависнуть». Ну а чего она ждала? Что я ей сейчас сердце раскрою? – Ладно, детишки. Хорош обсуждать любовные похождения своего папочки.

– Иди нахер, папочка! – пропищала одно недоразумение под мышку своего парня.

– Я сказал хватит, – уже без улыбки повторил я. – У нас есть дела поважнее. Например, обсудить наш вчерашний рейд в Лабиринт Зеркал. И заодно пожрать русской кухни, ведь у нас, можно сказать, отпуск. Надо перепробовать всё, что может предложить этот город туристам.

На секунду в зале повисла тишина, а затем мои подопечные взорвались гулким одобрением. Даже Нокс хотела нормально покушать, а вот Демонетра именно «жрать» захотела. Потребовала, чтобы за их подвиги я им шведский стол устроил, а и не против был. Сам планировал накормить этих детишек от пуза. Правда эта малявка начала делать вид, что это ей нужно быть благодарным за такой царский подгон.

Я уже собирался повести группу в сторону выхода, как вдруг Аяка осторожно пропищала.

– П-п-погодите! Мы кое-кого забыли!

Действительно, здесь не хватает одной девочки-кошки. Вот только она не мой подопечный, и не участвовала в рейде. Зачем мне её кормить, спрашивается? Пускай сидит в своем номере, варится в своей депрессии. Именно это можно было прочитать по моим глазам, однако Аяка все же настаивала.

– Ну, она... – она не могла подобрать слов. – Она хорошая. Ей просто... нужна поддержка.

– Ну тогда веди, – кивнул я. – Если сможешь её привести, накормлю.

– Я быстро!

Спустя пять долгих минут Аяка спустилась на лифте, насильно вытягивая за собой осунувшуюся Юку. Вид у неё болезненный, но так и протекает депрессия. Сама сонная, пытается сопротивляться, но как-то без особого энтузиазма. Словно не хотела обидеть жизнерадостную Аяку и потому согласилась.

– Пусти... я не с вами, – шептала она, но Аяка все отрицала. Мы прилетели вместе, а значит команда! – Эх, ладно. Как скажешь.

– Хорош сопли жевать! – рявкнула демоница в миниатюре. – Ты такой же уродец Дзайбацу, а значит почти что семья нам.

– У Дзайбацу много гибридов, – вяло прошептала она.

– Но не все такие миленькие, – Демонетра важно задрала палец. – Да и Акира абы кого к себе не возьмет. Правда же?

Ты уж определись, мое мнение говно собачье или я для тебя авторитет. Но да, в целом она права. Будь Рэйко хоть трижды начальником – без доверия к самой Юке она бы осталась в Японии.

Вот такой разношерстной командой мы вывались на улицу и направились к ресторану «Сибирская корона», который славился своими огромными порциями и тем, что возле него появилось ноль порталов за последний год. Когда я услышал об этом, во мне взыграло что-то демоническое. А ведь я могу легко открыть здесь портал и также легко закрыть со своей командой. Но это ребячество. Нельзя портить вечер.

Нас проводили в отдельный зал, эдакая вип-комната для толпы из десяти человек.

Спустя всего пару минут официанты начали заносить первые блюда. Целых десять минут шел паровоз из черно-белых фраков и блюд, а когда последний локомотив умчался, заткнув последнее место на столе огромной зажаренной в кляре свиньей, я щелкнул пальцами. Воздух вокруг слегка задрожал, и привычная тишина звукового барьера окутала наш стол.

– Всё, – объявил я. – Можете орать, ругаться, признаваться в любви. Снаружи нас никто не услышит.

Первые десять минут прошли в почти благоговейном молчании, прерываемом только звуками жевания. Даже Юка, сидевшая с краю, сначала вяло ковырявшая блюда из риса, а потом расслабилась и захапала себе на тарелку огромное свиное ребро.

Я наблюдал за трапезой своих подопечных, медленно попивая зеленый чай. Это мои детишки. У каждого свои проблемы, свои страхи и боль, но у каждого был невероятный потенциал, который постепенно раскрывался под моим руководством.

Я посмотрел на Рина и Нокс. Первый уже долгие годы варится в своей никчемности, а в последние дни у него и вовсе наступила черная полоса. Нокс же талантлива от природы, и её родословная рейфа полезна даже в нынешнем виде. И за кого же первым мне взяться?

Глава 21

Вдоволь налюбовавшись тем, как моя команда с остервенением уничтожает свой шведский завтрак, я прокрутил в своей голове всю информацию про Лабиринт Зеркал. У меня было достаточно информации обо всех подобных местах: Ад, Рай, Мертвые пустоши и даже Ксар Драа, мир пирамид. Но нужно понимать, что делиться такой информацией нужно дозировано. Не потому, что гибриды могут растрепать кому не следуют. Просто они еще не готовы к подобным откровениям и могут «сломаться».

Рассказать хоть что-то все же надо было, а потому я развеял популярное заблуждение, что они сражались со своими идеальными копиями. На самом деле ничего идеального в этих копиях нет. Будь это так, тот же лже-Гидеон мог вообще весь отряд перебить, но он просто стоял в стороне и играл роль паршивого тактика.

Лабиринт Зеркал – это особое место. Если Ад или любое другое измерение называют живым скорее метафорично, то это пространство действительно живет и дышит. Его можно назвать очередным огромным чудовищем, внутри которого поселилась сама Мать Зеркал и её потомки. Очень уж сильно она загорелась идеей скопировать абсолютно все сущее: творения остальных Матерей и даже их измерения. Получилось, конечно, то что получилось, но она и не была сильнейшей. Скорее где-то внизу божественной иерархии плетется. Она лишь немного сильнее моих Матерей.

И вот как можно назвать идеальной копией то, что рождается путем поверхностного сканирования личности и родословной? Ну да, копии каждые двадцать минут выпрыгивают из пустоты и каждый раз приобретают новые фишки взамен старых. Но в этом-то и проблема, что их арсенал постоянно меняется. В первый заход не получилось задавить чистой силой? Значит в следующий попробуем действовать осторожно, используем тактику и укрытия. А что до объединения этих двух черт? Это слишком сложно для полуразумной сущности, коей и является Лабиринт Зеркал.

В общем, когда одаренные пару раз столкнулись со своими копиями и победили, они почему решили, что Лабиринт Зеркал заставляет их сражаться с лучшей версией себя. А все почему? Потому что забитый тюфяк одаренный вдруг может столкнуться с горой мышц со своим лицом. И вот этот тюфяк, который всю жизнь мечтал об огромном рельефном прессе, превозмогая себя побеждает. Что же он думает по-итогу? Что победил свою дефективную версию, которая ни на что негодна? Нет конечно. Это же его мечта покорять самок огромными мышцами! Копия была идеальна и точка!

Как-то так слухи и утекли в народ. Дошло даже до того, что в первые секунды сражения Демонетра не желала признавать, что вот эта похотливая тварь на лже-Демонетре и есть идеальная она. Вот кто захочет признавать, что их сильнейшая версия – это похотливая нимфоманка, которая строит глазки каждому мужчине вокруг? И самое смешное, когда я сказал каждому из них не забивать себе голову странными слухами, они мне не поверили. До самого конца верили, что сражаются с «идеальными» копиями.

И был у Лабиринта Зеркал еще один фатальный недостаток. Скопировать кого-то уровня короля или древнего чудища, проще говоря одаренного A и S ранга он может, а вот скопировать силу Владыки уже пупок развяжется. Стоит ли говорить, как охренела моя копия, когда узнала кого попыталась скопировать? Я хоть и обладаю энергией слабенького одаренного B ранга, но это лишь количество энергии. Важно то, как её можно использовать.

Собственно, по этой причине копия решила дезинтегрироваться самостоятельно. У неё просто шансов не было против меня. Зачем оттягивать неизбежное и страдать, если можно шею себе свернуть и уйти на перерождение? Хотя как перерождение. У них нечему перерождаться. Каждая новая копия – новая личность. Или огрызок, тут я глубоко не копал.

Но помимо этого недостатка было у этой сущности одно преимущество перед большинством одаренных. Её хрен уничтожишь. Буквально. Это не толпа монстров, которую можно зачистить и закрыть портал. Это кусочек иного мира, просочившийся к нам. Как от него избавиться без привлечения специалистов S ранга Волкова не знала, а тут вовремя подвернулся я.

Один щелчок пальцев – и малый кусочек враждебного измерения вернулся обратно. Можно было, конечно, уничтожить его, но сейчас его было проще изгнать. Все-равно это даже не десятая доля процента хищного измерения.

За умными разговорами завтрак быстро прошел. У них прямо соревнование какое-то было кто больше всех объест бедный кошелек Акиры. Даже Кагуя приняла участие в гонке, ведь как-то раз она стыдливо призналась, что её родословная огра требует очень много энергии на активацию. Тогда она получила от меня подзатыльник, потому что я это всегда знал. И нет, не из её личного дела. Зачем мне эти бумажки японских аналитиков, если я сам ходячая база данных по всем видам монстров?

Победителем состязания, к слову, каким-то образом стала Демонетра. Но что самое удивительное, она не разбухла как колобок. Все такая же мелкая прыгучая язва, которая решила отказаться от финального тортика. Второе место заняла Кагуя, третье Аяка, а вот последние разделили между собой Нокс с Гидеоном. С Нокс все понятно, у неё не такой сильный метаболизм и она все же девушка, а вот Гидеон вообще меня поразил. Хотя если хорошенько подумать, все логично. Пища ему не нужна, только магическую энергию подавай. Но как часть команды что-то там поклевал, что ему Демонетра накладывала.

– Ладно, команда, – начал я, отодвигая тарелку. – Завтрак окончен. Сегодня даю вам выходной. Можете заниматься чем хотите: спать, смотреть телевизор, пошопиться, терроризируя продавцов местных бутиков своим корявым русским. В общем, развлекайтесь малышня. Кроме Рина. Потом отдохнешь.

Нокс тут же поднялась, накинув на плечи свой неизменный плащ. Она кивнула Кагуе, и та, не задавая лишних вопросов, последовала за ней. Они всегда были дружны, и раз уж сейчас мы в чужой стране, решили держаться поближе друг к другу. Кто знает, когда проблемы свалятся нам на голову?

– А мы в кино! – объявила Демонетра, хватая своего парня за руку. – Там про зомби-вампиров какой-то трешак снимают. А потом в игровой клуб! Я тебя раком поставлю!

Гидеон лишь покорно кивнул. Самое смешное, что будь здесь Нокс она выплюнула бы что-то в духе: «А потом он тебя в кровати». И кстати, как они кино-то смотреть собрались, если японских субтитров не завезли? Ну да ладно, найдут чем развлечься. Не маленькие уже.

Аяко сбежала с Химари, кто бы сомневался? Юка же, по глазам вижу, хотела со мной о чем-то поговорить, но раз у меня появились дела решила не лезть. Но раз такое дело, нужно будет добавить её в список воспитанников. Потом с Рэйко получу оплату за работу психологом.

И вот за столом остались лишь двое: я да молодой парень волк. Он сидел, откинувшись на спинку дивана. Уши прижаты, слепые глаза смотрят на меня, а аура колышется в поисках выхода. Не знаю чего он там себе напридумывал, но у меня не было планов убивать его сегодня или наказывать.

– Значит, наконец-то дошли до меня твои ручки? – его вопрос прозвучал больно уж хрипло, как у затравленного подростка. – Решил избавиться от балласта? От предателя? От этого бесполезного ублюдка, который только и умеет, что ныть и совать палки в колеса команде? Я уже знал, что так и будет. Лучше бы сразу меня прикончил, а не тянул кота за яйца.

– Нет, Рин, – вздохнул я, налив себе очередную кружечку кофе из кофеварки. – Больно уж у тебя фантазия буйная. Хотя да, предателей я привык убивать без суда и следствия. Подобным людям нет и не будет места в моем идеальном будущем, которое я вижу перед глазами.

– Что?

Он нахмурился, не совсем понимая про что я сейчас говорю

– Забей, – отмахнулся я. – Сейчас тебе нужно знать, что в моих глазах ты все еще талант, который нужно взрастить. Не избавляться при первой возможности и ошибке, а направить на путь истинный.

– Талант? Не смеши меня! – рявкнул он, ударив по столу. – Ты меня постоянно дерьмом поливаешь. «Бесполезный ублюдок! Зачем только остановил команду?», а сейчас вдруг талант. Ха! Ссы в уши кому-то другому.

– Да, ты не такой особенный, как Гидеон, – отпив из чашки, поставил её на стол. – И не такой уникальный, как Демонетра. Они – гении, рождающиеся раз в сотню лет. Ты же просто талантлив – ни больше, ни меньше.

– Хватит этой жалости! Аж тошно стало!

– Я разве давал повод называть себя сердобольным? – удивленно задрав бровь я посмотрел на него, на что Рин оскалился сжав кулаки под столом. – Повторяю еще раз для слабоумных. Ты станешь полезным, хочешь ты того или нет.

Я поднялся, щёлкнул пальцами, растворяя звуковой барьер, и пошел к стойке, чтобы оплатить заказ. Рин же как сидел за опустошенным столом с объедками, так и не думал вставать.

– Пойдем.

– И куда? – спросил он.

– Охотиться. Куда же ещё? Хочу показать красоты Первобытного леса.

Это предложение заставило его напрячься. Отправиться на охоту с человеком, которого еще минуту назад подозревал в готовящемся покушении? Он разве похож на придурка? Здесь у него хотя бы был шанс вызвать подмогу в лице одаренных, которые не допустят убийства невиновных на улицах города.

Несмотря на свои подозрения Рин все же покинул кафе вместе со мной. Потому что понимает, если Акира захочет прикончить его, никакие русские его не остановят. Или он просто подождет возвращения в Японию, где у него будут полностью развязаны руки. Любимчик госпожи Рэйко ведь.

Взяв попутку мы рванули по адресу, который я продиктовал бомбиле. Притом водила выкрутил такой ценник, словно хотел оставить приезжих совсем без гроша. Но мне достаточно было выпустить ауру и на чистом русском пояснить этому «коррэному Новосэбыржцу», что он точно такой же приезжий. Как знать, вдруг пропадет? Кто искать-то его будет в столице разломов?

И как по мановению волшебной палочки ценник на услуги коренного жителя Новосибирска рухнул в два раза. Еще и конфеткой нас угостил, которую я из окна выбросил. Нас ведь с детства учили не брать сладкое у незнакомцев. Особенно у подозрительных грузинов, которым минуту назад угрожал.

Зеленый портал на родину всех чудовищ звериного типа расположился между двумя гаражами. Подозреваю, про этот портал Волкова в курсе, но внутри находился уникальный тип чудовищ. Они в целом мирные если не заходить на их территорию. Мы же зайдем и перебьем их. Сделаем доброе дело.

Спустя всего один шаг, и мимолетное чувство тягучего киселя, окутавшего всё тело – и вот мы стоим на песчаном берегу, который тянется до самого горизонта. Небо было ярко-голубого оттенка, почти без облаков. Воздух перенасыщен кислородом: был влажным и соленым. И кроме шума прибоя больше не было никаких звуков. Даже шума листвы здесь не было, ведь этот пляж раскинулся на тысячи километров и до ближайшего лесного массива пришлось бы пробежаться пару деньков.

– И это Первобытный лес? – спросил Рин. Ему уже доводилось посещать это измерение, но каждый раз оно действительно напоминало густой лес.

– Не придирайся к названию, – сказал я, вдохнув полной грудью. – Можно, конечно, назвать было Первобытным Миром, но лес здесь все же доминирует. Если не ошибаюсь, он охватывает девяносто процентов планеты.

– Если не ошибаешься? – ухватился он за странную фразу.

– Я ведь обычный уборщик, который пробудился на этой неделе. Кто бы меня пустил побродить по иным мирам?

Разумеется, Рин не поверил мне на слово. В последние дни гибриды стали слишком часто сомневаться во всем, что я говорю. Они и раньше ставили под сомнение каждое мое утверждение, но после моего «пробуждения» подозрительных взглядов и переглядываний стало больше. Я позволяю им это, и даже подкрепляю их подозрения. Главное соблюдать меру, а то дойдут эти подозрения до эльфийки в руководстве и придется геноцид японцев устраивать.

– Так и где мы? – спросил он, пиная ногами серебристый песок.

– Побережье одного из внутренних морей Первобытного леса, – ответил я, оглядываясь. – Одно из самых спокойных мест, которое можно найти.

– Безопасных, надеюсь?

Мне достаточно было всего одного взгляда, чтобы Рин понял какую чушь сморозил. Безопасных мест даже на Земле нет, а тут рвет и мечет сама Мать Зверей. Благо, диаметр этого мира в сотни раз больше нашей планеты, потому даже если здесь жить останешься можешь за сто лет не пересечься с этим безумным чудовищем.

В этот момент, как будто в подтверждение моих слов, из морской пучины медленно поднялось нечто. Сначала показались огромные, толстые щупальца, покрытые бугристой кожей с присосками. Они взметнулись в небо, мгновенно заслонив собой облака. Потом также медленно показалась огромная спина исполинского чудовища, глаза которого были размером с двухэтажный дом.

По спине Рина пробежали мурашки, когда эти голодные глаза уставились на нас. Я видел, как волчьи уши на его голове вздернулись и шерсть встала дыбом, но он не упал, не сбежал – уже достижение.

– Это... что за херня? – прошептал он, наблюдая как чудовище погружается обратно, образуя огромное волны.

– Кракен, – сказал я с легкой усмешкой. – Настоящий. Не то ничтожество, которое под водой может обычный уборщик порвать.

– И какой же... у него ранг? – сглотнул парень волк.

– Никакого. Наша система оценки пока игнорирует подобных чудовищ.

Рин молчал, однако его сердце стучало как бешеное. Конечно у меня сегодня не было в планах открывать Рину глаза на правду, но планы зачастую меняются. Начать общее просвещение можно с него. Главное, чтобы его боевой дух не угас, как у Кагуи после знакомства со Стражем Бездны.

– Да кто ты, блять, такой? – прошептал он, посмотрев на меня с выражением крайнего шока. – Хватит ходить вокруг да около. Я понимаю, что если услышу ответ, скорее всего не выйду отсюда живым. Но все же, кто ты, блять?

Я повернулся к нему, засунув руки в карманы джинсов и посмотрел вдаль.

– Скажем так, я прожил намного больше двадцати лет.

Эти слова дались мне очень легко, ведь сколько это «намного»? Пять лет? Десять? Для людей это уже много. Ну а то, что разговор идет про тысячи лет... Кто вообще заподозрит недавно пробужденного уборщика в долгожительстве?

Рин ничего не сказал, продолжал сверлить взглядом. Я же посмотрел на него и всем своим видом дал понять, что раскрывать больше информации предателю не намерен. Пусть спасибо скажет, что хотя бы это сказал.

– Пойдем, – прервал я его размышления, повернувшись и зашагав вдоль кромки прибоя. – Прогуляемся, свежим воздухом подышим. Он здесь целебный, не загрязнен отходами жизни людей.

Он нехотя поплелся следом, постоянно принюхиваясь и сканируя аурой. По сравнению с первым разом, как я это увидел, виден прогресс. Конечно, он все еще забивает гвозди микроскопом, но и я ничего не рассказывал. Сам пытается разобраться и стать лучше.

И вот спустя всего пару минут неспешной прогулки мы наткнулись на них. Сначала это выглядело как странные песчаные бугорки, разбросанные вокруг, однако стоило нам только приблизиться, как песок всколыхнулся и из него показались огромные клешни.

Существа, отдаленно похожие на серых крабов, начали выбираться на воздух. Бронированные, одна клешня больше второй, а за спиной органические лианы болтаются, которыми тварь может схватить жертву и запихать в рот. Или поймать этими «змеями», а потом разрезать. С таким арсеналом много чего придумать можно, будь у тварей побольше мозгов.

Сила этих тварей ничтожна. По меркам охотников, ранг C. Но из-за своей бронированности им накинули еще один ранг. Короче, неприятные противники для слабеньких одаренных.

Всего их было семь штук. Вдали виднелись еще песчаные дюны, но чудовища были пассивны. Мы ведь не заходили на их территорию, а человеческим мясом они не привыкли питаться. Это вовсе не значит, что они не захотят нас сожрать по итогу, но как-то менять свой уклад жизни сейчас они не намерены.

– Ну что, учитель? Справимся? – бросил он мне через плечо. Однако я отступил в сторону и щелчком пальцев создал непроницаемый купол, заперев Рина с чудовищами внутри.

Паренек бросил на меня быстрый взгляд, полный недоумения и злости. Но времени разбираться не было. Первый «змеекраб» бросился на него, пытаясь ухватить лианами за ногу.

Бой был грязным, стремительным и не особо эффективным. Рин, обычно полагавшийся на свою скорость, уворачивался от ударов и пытался нанести удары между зазорами хитиновой оборочки. Проблема только в том, что крабы были огромными, а его удары воспринимались как попытка ужалить слона. Ну да, кровь вроде пускает, да что толку? Таким темпом он только одного краба будет целый час ковырять и сам выдохнется по итогу.

– Акира! – рявкнул он, начав выдыхаться. – Выпусти! Они же меня прикончат!

– Выпустить? – я сделал вид, что задумался. – Рано. Ты еще не усвоил урок.

– Ты сумасшедший! – взревел он, отрубая очередную прыткую лиану. – Я так и знал, что это подстава! Не хотел руки об меня марать? На чудовищ все свалишь? «Ой, недоглядел за придурком» – так, получается?

– Хватит выдумывать бред, – скрестил я на груди руки и посмотрел на него. – Посмотри на себя. Ты всегда рвешься вперед. Мнишь себя лидером. Талантом, способным преодолеть все трудности в жизни. Но что по итогу? Ты – одиночка. Вспыльчивый, непоследовательный, не способный просчитывать действия даже на пару шагов вперед. Когда тебя поставили командовать, ты все просрал. И не надо мне говорить, что тебя никто не слушал. Они пытались, но капитан подкачал.

Мои слова, похоже, ранили его даже больнее, чем то и дело появляющиеся раны на теле. Он рычал, отбивался, но в его движениях появлялось все больше слепой ярости.

– Какого хрена ты мне прожарку устроил!? – закричал он, разбивая крепкий хитин кулаком. Сама его рука при этом тоже пострадала, потому хреновый размен. – Хотел носом ткнуть в мою никчемность!? Я это и без тебя знаю!

– Заткнись и слушай вопрос, – перебил я его. – Кто открыл Америку?

Рин отпрыгнул от очередной атаки, лицо его исказилось от непонимания и злости.

– Что? Какая нафиг Америка!? – он рукой поймал очередную лиану и вырвал её с корнем.

– Отвечай. Кто открыл Америку?

– Колумб! – выкрикнул он, наконец вырвавшись и откатившись в сторону. – Христофор Колумб, один из сильнейших аристо своего времени! Все это знают! К чему этот идиотский вопрос?

– Правда? – я притворно задумался. – Неужели Колумб вплавь переплыл Атлантический океан?

Рин на мгновение застыл, пропустив удар, который пришелся ему по плечу. Он аж присел, но потом снова начал прыгать по всей арене.

– Ты... ты в край долбанулся! – прохрипел он. – Он плыл на кораблях! На «Санта-Марии», «Пинте» и «Нинье»!

– Прекрасно, – кивнул я. – А кораблями кто управлял?

Рин, отбиваясь уже почти на автомате, выпалил:

– Команда! Матросы, штурманы, вся его... – и тут он замолчал. Его пасть осталась приоткрытой, слепые глаза уставились в пустоту. О да, он наконец-то понял к чему я веду.

Спустя пару секунд осознания, на его лице появилось выражение глубочайшего раздражения. Он не злился, нет. Он был именно раздражен, как человек, которого долго водили вокруг да около, а потом показали простейшее решение.

– Ах ты ж... – простонал он. – Я тебе в тапки нассу.

– Вы с Демонетрой в одну школу ходили?

Однако вместо ответа он начал действовать. Вместо того чтобы в одиночку пытаться убить хоть кого-то, он подошел к краю барьера и прошептал.

– Я защищаю, ты убивай.

В этот момент мой барьер пал и я шагнул на арену. Продолжая идти к первому чудищу я лениво вытащил руки из карманов.

Ко мне рванула тройка «змей», но Рин отразил нападение. Затем настала моя очередь действовать.

Я просто взял и хлопнул в ладоши. Воздух передо мной сжался, сгустился до состояния киселя, а затем рванул в первого краба. Прорвался через твердую оболочку через щели на лице и начал буянить, дробя мягкие внутренности огромного монстра.

Спустя всего пару секунд чудовище рухнуло. За ним последовало второе, третье и четвертое. Рин, как и обещал, защищал меня от нападение живых лиан, а моей целью было убивать монстров. Говоря простым языком, я – охотник, а он на подхвате.

Это было странное, почти ритуальное действо. Настоящая командная работа. Вымученная и неестественная, но какая есть. А ведь чтобы не участвовать во всем этом цирке ему нужно было сделать самую малость. Подружиться хоть с кем-то и по-настоящему прикрыть ему спину. Может тогда бы он понял, что его настоящее призвание помогать раскрыться настоящим талантам.

Глава 22

Мерцающий край портала сжался и исчез с тихим, едва уловимым хлопком воздуха, будто кто-то захлопнул невидимую дверь. Всего-то и нужно было хлопнуть в ладоши под раздраженный выдох Рина.

– Театрал, – бросил он, отвернувшись. – Портал так и так бы закрылся.

Я усмехнулся. За эти несколько месяцев я действительно приучил их к мысли, что моя странная манера щелкать пальцами и хлопать в ладоши – это просто позерство. Странная причуда Сато Акиры, которая не имеет какого-то смысла. Притом они уже поняли, что хлопки ладонями действительно магия, а вот щелчки ничего не значат.

Мы молча зашагали вдоль рядов замшелых гаражей, направляясь в сторону оживленной улицы. На душе было спокойно, впрочем как и всегда, а вот у Рина было много вопросов.

– Свою роль мальчика на побегушках я уяснил, – сказал он, глядя куда-то в пустоту перед собой. – Не нужно рваться наверх, если таланта нет. Можно ведь просто прикрывать спину другим, и это тоже незаменимая роль. Но тогда кто в твоем понимании лидер? Кого ты, Акира, хочешь поставить на эту важную должность? Травмированную Кагую? Эгоистку Нокс? Или, упаси Мать и Отец, Демонетру?

– А кого ты видишь на этой должности? Не торопись. Подумай.

Рин нахмурился. Его волчьи уши подпрыгнули. Я видел, как он мысленно перебирал кандидатов. Усаживал всех по-порядку на трон и прислушивался к своим ощущениям.

Прошло сначала пять секунд, потом десять. И вдруг его лицо исказилось выражением крайнего, почти комического изумления. Брови поползли вверх, а в его слепых, переливающихся радугой глазах читался немой вопрос.

– Серьезно? – выдавил он. – Почему он?

Я позволил себе легкую, добродушную ухмылку. Рин сам дошел до очевидного для меня вывода.

– По той же самой причине, почему этот зеленокожий паренек пришел тебе на ум, – сказал я спокойно, продолжая идти.

– Но Гидеон... – Рин замялся, его слова спотыкались о собственную нелепость. – Он вообще не лидер. Он мямля и рохля. Такой человек всегда будет ведомый. А ему еще и говорить тяжело. Какой из него командир?

Я молча кивал, соглашаясь с каждым его пунктом. Все, что он сказал – чистая правда. Гидеон мямля, рохля и его может морально задавить даже детсадовец. Но вот что у него невозможно отнять, так это силу. И потенциал, который сокрыт в его родословной. А что до характера... его всегда можно перековать. Главное подобрать подходящие инструменты.

– Глупо отрицать очевидное, – наконец сказал я, когда мы свернули на более людную улицу. – Но ответь мне на один вопрос. На сколько процентов Гидеон похож на лидера? Отвечай объективно, без детских обидок и предрассудков.

– Тридцать, наверное, – выдал Рин после пары секунд раздумий. – Больше? Хмм. Нет, точно тридцать.

– Хорошо, принимаю ответ, – кивнул я. – А месяц назад?

Рин даже думать не стал.

– Ноль! – выпалил он с такой мгновенной уверенностью, что сам же и опешил. Он замер на месте, его пасть приоткрылась. Он сам не заметил, что увидел прогресс там, где раньше видел лишь пустоту.

Я позволил себе тихую, довольную усмешку, глядя, как шестеренки в его голове начинают проворачиваться в нужном мне направлении.

– Вот и вся причина, почему ты считаешь его хорошим кандидатом, – пояснил я, слегка наклонившись к нему. – Если месяц назад он был потерянным, бесхребетным существом, то сейчас он набирает силу. Набирает уверенность. Пусть медленно и неуклюже, но процесс идет. И знаешь, что стало катализатором его изменений?

Я рассмеялся, заметив как щека Рина дернулась от осознания.

– За каждым смелым мужчиной стоит не менее смелая женщина, – мой смех был не наигранным, ведь я действительно рад за этих детишек. – В нашем случае – за каждой податливой, аморфной массой стоит похотливая демоница, ради которой эта самая масса хочет стать лучше. Показать, что она достойна стоять рядом с этой яркой, гиперактивной язвой, которой море по колено.

– Он уже был силен, – пробурчал он под нос. – А с тех пор, как эта дура начала вокруг него виться... он стал больше болтать?

– Верно, с каждым днем он становится все менее тихим, – вставил я свои пять копеек. – Ты когда-нибудь мог представить, что он будет на глазах людей миловаться со своей подружкой?

– Неа, – сказал она, на что я кивнул.

На этом наш разговор на какое-то время затих. Рин продолжал думать. В его голове пронеслось множество мыслей. И вот спустя пару минут усиленных размышлений он посмотрел на меня, как на монстра.

– Ты – чудовище. Использовать юношеский максимализм чтобы вылепить из ребенка оружие.

– Вы все оружие, – холодно прошептал я. – Не я сделал вас таковыми. Я могу лишь закалить, но если вы против...

– Нет, – покачал головой Рин. – Продолжай. Я хочу стать лучше, даже если будет больно и неприятно.

– Можешь, кстати, поделиться с остальными своим озарением, – сказал я.

– Зачем? – пожал он плечами. – Они тоже будут согласны. Пускай сами мозги напрягают. Им будет полезно.

Больше мы не говорили. Шли по улицам Новосибирска в тишине. Я только сказал Рину, что на сегодня у нас запланирована еще одна остановка в Первобытном лесу. На вопрос нахрена она нужна, я задал встречный вопрос. Рин, конечно, осознал свою роль в отряде, но разве он стал хоть чуть-чуть полезным? Мой ответ – нет, но это можно исправить, и для этого нам нужно найти определенного монстра. И да, я знаю где его можно найти прямо сейчас, потому и решил с Рином в первую очередь разобраться.

Несмотря на принятие моей философии «становиться сильнее через слезы и унижения», Рин продолжал считать свою родословную поломанной. Я же не тешил его глупой иллюзией, что смогу залатать её скотчем и изолентой. Нет, я конечно могу это сделать, и даже сделаю, но стоит только заикнуться об этом, как паренек снова упрется рогами в землю. Зачем лишний раз нервы себе трепать? Проще сказать, что сделаю его сильнее, а как именно сам потом на своей шкуре узнает.

Мы свернули с живой улицы в сторону промышленной зоны, где порталы открывались стабильно каждый день. Порталы слабенькие, но бывало пару раз в месяц охотники сталкивались с королями чудовищ. Хотя чудовищ B+ ранга лучше называть недо-королями, однако зачем рушить самооценку защитников человечества такими новостями? У людей и так маловато поводов гордиться своим могуществом, а тут еще и я со своей системой рангов.

Когда мы подошли к мерцающей зеленой ране на теле реальности, нас остановила сначала патрульная машина обычных полицейских. Узнав, что мы одаренные, они пропустили нас дальше за оцепление. Уже там нас снова остановила троица одаренных в бронежилетах. Судя по браслетам и количеству вставленных камешков, они были одаренными C-ранга.

Кстати, это напомнило мне, что моё настоящее «Я», Евгений Кривцевич, до сих пор ранга F. Так и не успел пощупать, что из себя представляют эти браслеты. Говорят вещь хорошая. Увеличивает силу одаренного, и этот рост зависит от количества камешков в гнездах. Но раз эти браслетики не раздают всем налево-направо, значит нужно соблюдать какие-то условия. Они ведь десятками на складах пылятся, а значит проблема не в недостатке материалов.

– Куда прёте, пацаны? – буркнул бородатый мужик лет сорока, перекрывая дорогу. – Портал закрыт для посторонних. Внутри идёт зачистка опасного оборотня.

Знаю. Чудовище минимум A ранга, вот только знают ли об этом местные одаренные? Сомневаюсь.

Вежливо улыбнувшись, я обратился к бородатому лидеру троицы.

– Мы просто зайдем на минутку, – сказал я на чистом русском, что явно удивило охотников. – Туда-обратно, вы даже заскучать не успеете.

– Совсем с головой не дружишь япошка? – капитан фыркнул, плюнув под ноги. – Тут люди дохнут как мухи, а ты решил своего песика тут выгулять?

Расизм везде крепок. Не только японцы на этом собаку съели. Но все же неприятно, что моего товарища псом обзывают.

– Ну что же, мы подождем, – сказал я, прислонившись к ржавой стене. – Подождем пока ваших ребят перебьют, а потом зайдем и сделаем за вас вашу работу.

После моих слов капитан на меня волком начал смотреть, а охотники помоложе так и вовсе в выражениях не стеснялись.

– Ты че несешь, ублюдок!? – закричал самый молодой, лет восемнадцати, хватаясь за рукоять меча. – Угрожать нам вздумал, уродец узкоглазый!?

Бородач жестом остановил мальчишку, а то тот уже готов был на меня с оружием кинуться.

– Убирайся, пока цел, – прошипел он. – Не доводи до греха.

– Какие вы нежные. Еще охотники называются.

Пожав плечами начал смотреть на часы. Уходить, конечно же, я не намерен. Тот оборотень нужен мне. Где еще можно достать переносчика ликантропии, да еще и альфа-оборотня? Подобную шкатулку с сюрпризом нельзя упускать, даже если придется собственноручно тут всех перебить.

Прошло всего пару минут, как из портала вывалился окровавленный охотник. Броня раскурочена огроменными когтями, а ухо будто кто-то оторвал мощными челюстями.

Полумертвый охотник упал на колени, хватая ртом воздух. Только сейчас все они заметили, что он придерживает рукой брюхо из которого показало носик что-то нежно-розового оттенка.

– Все… – прохрипел он, кашляя кровью. – Всех перебил… Король... Нет, сильнее...

О как. Говорил же, что минимум A ранг. Я и сам лишь примерно понимал, кого там увижу. Силушка не та, чтобы через измерения сканировать силу и родословную чудищ.

И стоило только охотнику прокричать это зловещее предостережение, как он рухнул лицом в грязь замолчав навсегда.

– Саня! – крикнул молодой и пылкий охотник, подскочив к телу товарища. – Боже, Саня, ну как так-то? У тебя же жена, дети.

– Раз семьянин, нехрен было переться на оборотней, – выкрикнул я, обратив гнев охотников на себя.

– Ты еще здесь, япошка!? Пошел нахер, пока не прирезал!

Я мысленно отметил, что мог бы его спасти. Всего один щелчок пальцами, и его сердце снова забьется. Второй щелчок, края рваных ран соединятся. Третий создаст точечные волны огня, что прижгут раны и остановят кровотечения. Но раз могу, почему не делаю это? А не хочу.

Мою фишку с щелчками видели многие охотники Новосибирска, когда еще гулял по улицам города как Евгений Кривцевич. Можно, конечно, ладонями похлопать, но умные люди сразу нащупают связь. Они так и так однажды нащупают связь между мной и Акирой, однако зачем давать лишние подсказки врагам если можно их не давать?

Охотники зашевелились, тот самый бородач уже доставал рацию, вызывая катафалк и подкрепление. Через минуту из-за угла выехал чёрный фургон, а следом подошли два новых одаренных. Их ауры пылали, как факелы. Они максимально близко приблизились к рангу A, но еще не достигли его.

– Василий, что тут у вас? – спросил один из них, высокий и суховатый, с сединой на висках.

Капитан что-то быстро объяснил, кивая в нашу сторону. Новоприбывшие оценивающе посмотрели на меня и Рина.

– Простите за беспокойство, – сказал я, оттолкнувшись от ржавой стены и подойдя ближе. – У нас тоже есть дело к этому оборотню.

В этот момент я выпустил свою ауру. Рин, недолго думая, выпустил свою. Воздух вокруг нас задрожал, наполнившись звериной аурой волка-гибрида и моей абсолютно спокойной. Вместе же мы создавали давление, сопоставимое с одним охотником ранга A, притом не самого слабого.

Старикашка охотник посмотрел на меня.

– Нельзя, – уперся новосибирский охотник. – Если сраный житель островов здесь подохнет, с меня Волкова шкуру сдерет.

Не скрывая своего раздражения я вздохнул. Не хотелось опускаться до оскорблений, но все же придется.

– Знаете, мне всегда говорили, что японские одаренные во всем превосходят русских, – начал я, наблюдая как охотники начинаю медленно закипать. – Мы более дисциплинированные, сильные, умные. Сначала я сомневался, все же про вашу силу и опыт ходит множество слухов. А оказалось – пустышка. Просто признайте. Вы боитесь, что мы преуспеем там, где вы проиграли.

Эффект был мгновенным. Лица охотников исказились от ярости. Даже суховатый старикашка покраснел, сжимая кулаки.

– Ты… наглый щенок! – прошипел капитан. – Мы хотели уберечь вас, дебилов. Но раз нашу доброту ты принял за слабость, что ж, валяй. Иди, убейся об эту тварь, как наши товарищи.

– Благодарю, – я вежливо кивнул, махнув Рину идти следом. – А ведь могли сразу нас пропустить.

Честное слово. Большей части присутствующих уже давно за сорок перевалило, а на провокации ведутся как дети малые. Хотя для меня все дети: что Демонетра с Гидеоном, что обитатели домов престарелых. Две тысячи годиков как-никак стукнуло пару веков назад.

И вот наша нога снова ступает по Первобытному лесу. На этот раз настоящему лесу, а не песчаному пляжу, который лишь номинально зовется «лесом». Воздух здесь такой же густой, перенасыщен не только кислородом, но и силой жизни. Здесь она даже гуще, чем на окраине.

Стоило Рину оказаться по эту сторону портала, как его волчьи уши встали колом и начали поворачиваться напоминая локаторы. Ноздри также раздулись, втягивая аромат леса.

– Волки, – выдохнул он, а слепые глаза стали напоминать щелочки. – Стая из семи? Нет, восьми. Чувствую запах шерсти, крови и мяса.

– Вообще-то оборотни, – поправил я своего протеже. – Но да, пахнут как волки. Даже я на секунду поверил, что обознался.

– Даже ты? – удивился Рин. Я же решил его не расстраивать, говоря, что это все ложь и эти шавки никогда не смогут обвести меня вокруг пальца.

Мы простояли так примерно минуту. Хищники не спешили нападать, думая, что мы отправимся в лес. Умные заразы. Правда, их интеллект здорово подтачивают животные инстинкты. Это беда всех звероподобных. О чем говорить, если даже их Мать проиграла инстинктам и носится как угорелая, разрушая все на своем пути?

Когда я отсчитал конец второй минуты, вдали замаячили тени. Они выскользнули из-за стволов бесшумно, как тени, и бросились в нашу сторону.

Семь фигур. На первый взгляд крупные, почти по грудь взрослому человеку, серые волки с горящими глазами. Но приглядевшись, можно заметить неестественное строение тела чудовищ. Словно они перемещаются на четырех лапах не потому, что так задумано природой, а потому что хотят обмануть охотников. И это действительно так. Как только запахнет жареным, они встанут на задние лапы чтобы неприятно удивить оппонента.

– Ну что, учитель? – Рин принял боевую стойку, его звероподобные ноги вцепились когтями в мягкую почву. – Справимся с волками?

– Конечно справимся, – кивнул я, разминая шею. – И хватит уже их волками называть.

– А что я могу поделать? – оскалился он. – Они же псины сутулые.

Чудовища атаковали без предупреждения. Синхронно, как по команде. Не дикий бросок зверей, а скоординированный маневр боевой звезды. Двое ринулись на меня, трое – на Рина, как самого слабого, а еще двое зашли с боку отрезая нам пути для побега.

Рин встретил своих тварей звериным рыком. Это заставило оборотней на миг замереть, ведь они признали своего. Но сражения между стаями не новость, потому отступать они не намерены.

Мой двуногий мутант метнулся в сторону, уклоняясь от смыкающихся челюстей, и его кулак, окутанный силой, врезался прямо в челюсть противника.

Раздался сухой хруст. Волк отлетел скуля от боли. Рин тут же достал из-за пояса меч и рубанул второе чудовище, рассекая тому черепушку.

К сожалению, никого из них ему не удалось убить. То силы мало вложил в удар, то чудовище среагировало быстрее и голову отклонило.

Я тут недавно один супергеройский фильм посмотрел. Конечно, я не зеленый гигант, но сцена очень понравилась и хочу повторить.

Подняв руку, схватил первого прыгнувшего на меня волка за лапу, а после перебросил его через себя и ударил об землю ломая тому позвоночник. Затем, продолжая сжимать его вывернутую конечность, закружился и ударил телом первого оборотня по второму словно дубиной. Ну а чтобы первому жизнь медом не казалось, еще раз приложил его об землю, и еще раз. Тот конечно продолжал скулить, но после четвертого удара о землю окончательно затих.

В целом бой проходил спокойно. Рин что-то там пытался превозмогать, придумывать тактики. Я же просто... Как бы помягче выразиться. Лещи раздавал? И даже не совру. Когда второй контуженный оборотень прыгнул на меня, я ему череп проломил ударив ладонью и отклонив удар. А флангирующую парочку я убил хлопком, взорвав им мозги. К этому моменту Рин, запыхаясь, уже добивал свою тройку старших зверей C и B ранга.

– И это все? – спросил он, и в его голосе сквозило разочарование. – Вот эта чепушила и была альфа-оборотнем? – пнул он труп сильнейшего в стае.

Мои губы медленно растянулись в улыбке. Максимально доброй, приторно ласковой. Сделав сначала один шажок назад, затем второй, я посмотрел на задумчивого паренька.

– Так, стоп, – начало до него доходить. – Семь трупов уже здесь, а когда я зашел почувствовал восемь запахов.

– Ага, – сказал я, отходя еще дальше. – Восемь-восемь.

Рин вздрогнул. Глаза широко раскрыты. Сейчас даже и не скажешь, что он азиат. Еще и рожу такую скорчил, будто срочно надо штаны постирать.

– Он… над моей головой, да? – выдавил он хриплым шёпотом.

– Ага, – кивнул я, поднимая взгляд.

И тогда с верхних ветвей исполинского дуба свалилось ОНО. Это уже не было похоже на волка. Это было двуногое волосатое нечто прямиком из фильма ужасов. Глаза горят алым, с челюстей стекает слюна, а еще это громадина была выше нашей милой Кагуи на целых три головы. Шириной, кстати, тоже не обделена, как и когтями размером со стопу человека.

Стоит ли говорить, что вот это неописуемое чудище упало на голову Рину? И ладно бы просто упало, так впилось в его шею своими бритвенно-острыми клыками, вырывая шмат мяса.

Рин начал захлебываться кровью со слезами на глазах. Уверен, в последние секунды своей жизни он проклинал меня и обещал вернуться с того света, только чтобы мои тапки попортить.

***

Один из поселков Новосибирска, позднее утро.

Рабочий поселок Чик был одним из многих городков, затерявшийся в новосибирской глубинке. Цивилизация сюда дотягивалась с неохотой, словно брезгуя прикоснуться к унылым бетонным пятиэтажкам и покосившимся заборам. Воздух здесь пах не столько магией и порталами, сколько пылью, дешевым табаком и безнадегой, смешанной с ароматом самогона, который местные бабки варят в подвалах. Позднее этот самый самогон они сбагривают молодым мужикам, прибывшим в поселок на вахту, а может даже соседей подкармливают. Кто знает этих пожилых бизнесменов?

И все же дети, несмотря на общую серость вокруг, как и во все времена, нашли способ побороть съедавшую их заживо скуку.

Сейчас на пустыре между двумя гаражами, где трава была полностью вытоптана десятками детских ног, резвилась группа детей в возрасте от семи до десяти лет. Всего детишек было пятеро: три мальчика и две девочки, одетые в потертые куртки и джинсы. Лица красные от беготни. В руках у каждого подобранные с земли палки с железками разной длины и толщины, которые в их воображении превращались то в мечи, то магические жезлы, то в когти чудовищ.

– А ну стоять, нечисть адская! – кричал самый рослый мальчик, размахивая своей легендарной палкой-мечом. – Я, рыцарь света, повелеваю тебе вернуться в адскую бездну!

– Не-а, – фыркнул другой, более щуплый и болезненный мальчик, изображавший злодея. Он выдавил из себя такую кривую лыбу, что ни у кого не оставалось сомнений – вот оно истинное зло во плоти. – Я сам Демон-Принц! Князь тьмы перед которым меркнет само добро.

– Э-э-э!? – вяло промямлил «герой» и переглянулся с товарищами: «архимагом», «вором», «жрицей» и «укротительницей». – Он серьезно сильнее добра?

– Витя, не тупи! – рявкнула какая-то девочка и зарядила толстому лбу затрещину. – Может и сильнее, откуда нам знать? Мы же дети. Давай просто Колю отпинаем, а там потом в интернете глянем кто сильнее.

– Э-э-э!? – а это уже мямлило само «великое и ужасное» зло. – Может, не надо меня бить? Может, я хороший?

– Неа! – в один голос загоготали дети, окружая «злобного демона». – Сегодня мы не даем пощады врагам!

Затем началась короткая потасовка, итогом которой стало избиение бедного Коли. Справедливости ради, это все была только игра и колотили его понарошку. Правда, когда Коля понял, что порвал свою куртку... Кажется, величайшее зло во вселенной скоро исчезнет. Родная мать ему дома голову оторвет.

– Машка, ты же девка, чего ты такая злая? – хныкал поверженный злодей, а потом загорелся новой идеей для будущей игры. – О-о-о, а давайте в следующий раз Машку на роль злодея поставим.

– Так мы ж огребем, – сказала пара мальчишек, а единственная оставшаяся девочка лишь молча кивнула.

– Ну таки да, – задрал нос «Демон-Принц». – Если она сильнее величайшего зла во вселенной, то она кто? Правильно! Мать Демонов!

– О-о-о!

Поднявшийся гвалт ребятишек заставил стены гаражей затрястись. У них в головах уже рисовались красочные битвы. Как потомок Матери Человечества, избранный герой со своим отрядом, снова сражается против сына Матери Демонов и побеждает, а потом появляется ультра-супер-мега финальный босс и старые враги вынуждены объединить силы против величайшего зла во... в чем?

– В мультивселенной? – предложил идею один из мальчишек.

– А это че такое?

– А хрен его знает. В каком-то фильме услышал.

– Хрена ты задрот.

Идея понравилась всем, однако перед тем как начинать новую эпопею, детям нужно было вернуться домой и пообедать. Они и так целое утро носились, сражаясь с приспешниками Короля Ада и собирая команду. Силы надобно пополнить, иначе святой дух героя ослабнет и он проиграет судьбу человечества.

Побросав палки детишки начали разбегаться по домам, периодически споря кто на этот раз будет героем, кто вором, а кто укротителем. Порой даже мелькали предложения ввести новые «классы» в игру, но чтобы это сделать нужно было провести тщательную аналитику. К сожалению, их аналитик, еще один умный мальчишка, можно даже сказать ботан, захворал, а они только ему и доверяют в вопросах смены глобальных механик игры.

Как только дети сбежали на пустыре снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь далеким гулом машин на трассе и воркованием голубей на крышах гаражей. Солнце поднималось все выше и выше, отбрасывая длинные тени. И в этой зловещей тишине, в груде ржавого металла из которой детишки вырвали кусок арматуры, появилось движение.

Земля расступилась, пошла трещинами. Из неё начала сочиться темная, бурая слизь, пахнущая гнилым мясом и кислым металлом.

С каждой минутой количество мерзопакостной жижи становилось все больше. Она начала твердеть, напоминая своим видом истекающую гноем мясную опухоль. Этот нарост бился в такт какому-то незримому ритму, и каждый раз, когда это «сердце» сжималось, из земли вырывалась новая порция жидкости и увеличивала объемы основной опухоли.

Никто этого не видел. Ни дети, убежавшие на обед. Ни редкие прохожие, которым нет дела до ржавеющего под солнцем металла. И потому биомасса продолжала расти, ознаменовав начало вторжения Мертвого мира на Землю.