Первый среди равных. Книга XIII

Глава 1

— Это действительно так, господин? — удивлённо посмотрел на меня Бернхард. Григорий хорошо пополнил багаж знаний моего генерала, но в такие тонкости не вдавался. Да и не факт, что все эти нюансы были известны Роману Викторовичу раньше.

— Да, — задумчиво глядя на неподвижное тело виконта Корчаковского, ответил я. — Проблема только в том, что род моей матери уже достаточно давно считается угасшим. Из Книги его вычеркнули практически сразу после того, как моя матушка вышла за Константина Разумовского. А произошло это больше тридцати лет назад.

Говорить о том, что явно имела место какая-то ошибка, я не стал. Это было понятно без дополнительных пояснений. Те заклинания, которые использовали Аларак и Григорий, не оставляли шансов Пелюзину. Он просто не мог обмануть. А это в свою очередь означало, что единственная ниточка, связывавшая меня с хозяином тёмного Эфира только что оборвалась. Вернее, повисла в воздухе без всякой опоры.

— Пожар утихает, — выглянув в окно, сообщил Кот. Вёл он себя несколько странно и всё время смотрел на меня, будто ожидая каких-то пояснений. — Похоже, старик нашёл способ утихомирить пламя.

— В нём просто больше нет необходимости, — произнёс я. — Артём Олегович остался прежним, а больше незваным гостям тут делать нечего.

Корчаковский лежал без движения и цветом напоминал труп, но Источник в его груди равномерно пульсировал, постепенно возвращая юношу к жизни. Даже странно было так думать про своего физического ровесника. Вернее, виконт был даже немного старше меня, но годы вообще не имели никакого значения.

— Здесь бы ритуал очищения провести… — будто бы ни к кому конкретно не обращаясь, проворчал Бернхард. — Тьмой смердит так, что находится в здании тяжело. И ещё что-то силы тянет… Только не пойму, что именно.

— Это после прошлого нашего визита пятно осталось, — вспомнив, что возле административного здания мы проводили ритуал извлечения паразита из тела другого виконта. — Не обращай внимания. Григорий, уточни диспозицию у охраны комплекса. Прикажи Антипу, как только закончит с пожаром, начать проверку всей территории. Мне нужны данные о потерях среди личного состава.

— Имущество? — деловито поинтересовался хозяйственный юрист.

— Плевать, — без эмоций ответил я. — Сейчас это вообще не имеет значения. Кот, помоги.

Я наклонился к Корчаковскому и влил парню остатки своей энергии аспекта Жизни, попытавшись раскачать средоточие его силы. Однако, энергия прошла мимо, растёкшись зеленоватым облачком над телом молодого дворянина. В принципе, ничего другого я не ожидал.

После такой жестокой перегрузки, организм Артёма сопротивлялся любому внешнему воздействию. Аларак тут же понял, что происходит и, достав из своего запястья артефактный кинжал, сделал небольшой надрез на груди Корчаковского. Парень дёрнулся и задышал чаще. Кот шевельнул оружием, но я его остановил.

— Достаточно, — произнёс я. — Он уже услышал твой зов. Теперь нужно время.

— Как прикажешь, господин, — жестом фокусника пряча смертельное оружие обратно, слегка поклонился африканец. — Могу ли я рассчитывать, что ты объяснишь мне желание Тьмы завладеть этим ребёнком?

— Он такой же ребёнок, как я, — фыркнул Бернхард. Вернувшаяся память не добавила генералу любви к нашим прежним врагам.

— Древняя душа? — совершенно иначе посмотрев на Корчаковского, тут же напрягся Аларак.

— Да, — не видя смысла скрывать очевидное, ответил я. — Но это не значит, что он плохой или хороший.

— Как ты? — пытаясь разобраться в ситуации, уточнил африканец.

— Мы хорошие, — угрюмо проворчал Бернхард. — Это все остальные непонятно чему служат.

С улицы слышались отрывистые команды Рыкова. Ратай наводил порядок и взял под плотный контроль деятельность остатков охраны складского комплекса. Я прикинул прошедшее время и пришёл к выводу, что скоро должно прийти подкрепление из родовых владений.

— Всё относительно, — нейтрально произнёс Григорий.

Менталист не особенно вмешивался в наш разговор, но ему тоже было интересно, чем он закончится. Из того, что я знал о его расе, оборотни служили каким-то своим целям. Скорее всего, Бернхард заложил Зерно на территории Олимпия как последний шанс. В принципе, я его нашёл ещё до того, как пробудилась душа моего первого генерала. Поэтому можно было сделать вывод, что он всё сделал правильно.

— Бывают ситуации, когда сложно определить где добро, а где зло.

— Это только слова, старик, — фыркнул Аларак. — Зло всегда стремится к тому, чтобы уничтожить всё на своём пути. Неважно в какие одежды оно облачено. Белые, разноцветные или полностью чёрные. Для него нет разницы кто стоит у него на пути — чужой брат или родной ребёнок.

Африканец говорил убеждённо и искренне. Он так верил в свои слова, что мне не хотелось продолжать этот разговор. Однако, я обещал Коту быть честным с ним и показать то, что он хотел видеть. Может не всё, но даже части моих воспоминаний должно хватить, чтобы первый носитель моей силы серьёзно задумался.

Кота шатало из стороны в сторону. Он то готов был умереть за меня, то хватался за нож, чтобы зарезать меня, пока я не вошёл в полную силу.

— Всё относительно, Аларак, — повторил я слова Бетюжина. — Ты во многом прав и во многом неправ одновременно. У всего есть своя цена и вопрос только в том, готов ли ты её заплатить.

— Я не понимаю, князь, — тяжело ответил африканец.

— Если на твою деревню напал монстр и ты убил его, — прямо посмотрев на Кота, произнёс я. — Это хороший поступок?

— Да! — без малейших колебаний ответил Аларак.

— А если у этого монстра целый выводок голодных детёнышей, которых он обязан прокормить даже ценой своей жизни? — задал следующий вопрос я. — И лучшим кормом для него являются детёныши другого вида?

— Священная обязанность любого вождя защищать своих людей, — категорично заявил африканец. — Если он не делает этого, то его власть не стоит прошлогодних листьев.

— И снова ты прав, Аларак, — спокойно ответил я. Корчаковский шевельнул рукой и это означало, что связь разума виконта с телом почти восстановилась. — А теперь представь, что ты точно знаешь, что можешь легко убить чудовище и спасти нескольких людей. И в то же время на сто процентов уверен, что двое из этих детей завтра сожгут деревню и убьют своих родителей, а ещё один через год добровольно примет в себя духа саванны и станет погибелью для всего твоего народа. Что ты будешь делать?

Кот угрюмо насупился и проворчал какое-то ругательство на своём языке. Некоторое время я ждал, но африканец так и не сумел подобрать нужные слова и определиться с ответом.

— Видишь? — слегка улыбнулся я. — Теперь уже не всё так однозначно.

— Будущее не определено, — наконец произнёс Кот, но былой уверенности в его словах уже не было. — Его всегда можно изменить.

— Именно это я и пытался сделать когда-то, — кивнул я. Перед глазами встали бесконечные разговоры с моими братьями и сёстрами, когда я пытался убедить их остановиться и добровольно отказаться от силы, которая убивала наш мир. — Только шанс наступления моего варианта будущего был всего пятьдесят процентов.

— Это очень много, — немного подумав, произнёс Кот.

— Недостаточно, чтобы мои братья и сёстры принесли жертву, о которой я говорил, — грустно улыбнулся я.

— А он? — кивнул архимаг Смерти в сторону Корчаковского.

— Он верно служил одной из моих сестёр, — присаживаясь рядом с виконтом, ответил я. — До последнего выполнял её волю и погиб в бою.

— Достойная смерть, — одобрительно кивнул Аларак.

— Он сражался как тысяча демонов, — неохотно признал Бернхард. Чего у генерала было не отнять, так это уважения к достойным противникам. — И забрал с собой лучших моих бойцов.

— Но не тебя, древний? — посмотрел на Бернхарда африканец.

— Я оказался лучше, — хмыкнул в ответ генерал.

— Кукловод из Тьмы хотел получить себе этого ребёнка, чтобы пробудить в нём дух древнего воина? — осторожно предположил Аларак. — И поставить себе его на службу?

— Наверное, — пожал плечами я. — Не уверен, что наш враг точно знал чей дух спит в крови рода Корчаковских. Вероятно, он просто ощутил древнюю кровь и решил поставить её себе на службу.

— Как ты? — прямо спросил африканец.

— Пару недель назад я бы ответил однозначно, Аларак, — спокойно выдержав взгляд архимага Смерти, ответил я. — А сейчас мне сложно ответить на твоё вопрос. Мне не хочется, чтобы те времена, откуда мы пришли, вернулись. Поверь, для людей, которых ты хочешь защитить, в них не было ничего хорошего. Но у меня всё чаще появляется стойкое ощущение, что история мира ступила на этот путь ещё до моего пробуждения.

В этот момент виконт открыл глаза и некоторое время пытался понять, где он находится и что случилось. Бессмысленный взгляд Корчаковского скользнул по потолку, а потом остановился на моём лице.

— С пробуждением, Артём Олегович, — произнёс я. — Как себя чувствуете?

— Пелюзин! Граф напал! Огонь! — заполошно дёрнулся управляющий складского комплекса, а потом ощутил, что на нём нет никакой одежды и моментально смутился. — Простите, ваша светлость. У нас тут происшествие…

— Я в курсе, — спокойно ответил я. Бернхард сжалился над парнем и протянул ему здоровый кусок ткани, который раньше драпировал стену. — Ситуация уже под контролем. Но мне нужны подробности вашей встречи с несостоявшимися партнёрами.

Аларак некоторое время следил за нашим диалогом, а потом покачал головой и вышел из помещения, направившись к лестнице. И в этом я его прекрасно понимал. Очень сложно продолжать действовать в рамках обыденного, когда знаешь значительно больше других.

Теперь Кот знал о древних душах и понимал, что виконт может стать настоящим оружием массового поражения. Он представлял о каких проблемах в будущем идёт речь и своими глазами видел мощь тёмного Эфира. В такой обстановке наш разговор был больше похож на театральную постановку, но я не мог поступить иначе. Хотя то существо, которое пыталось поработить Артёма, такие мелочи не останавливали.

— Граф связался со мной на днях, — закутавшись в полотно, произнёс виконт. Одна рука осталась голой, а вторая полностью скрылась под накидкой. В этот момент он удивительно сильно напомнил мне того высокомерного слугу, который повсюду следовал за Эранией. Вот только вид, мимика и поведение кардинально отличались. — Он предложил просто фантастические условия сотрудничества. И всё в рамках того, о чём мы говорили ранее. Я бы заподозрил его в какой-то афере, но запросы у господина Пелюзина тоже оказались очень серьёзными. По телефону такие вопросы не решаются, поэтому граф предложил встретиться. Сегодня.

— Он предложил? — уточнил я.

Бернхард, задумчиво стоявший неподалёку от выхода, сделал вывод, что обеспечив виконта одеждой он выполнил свой долг и поэтому сдвинулся в пустому дверному проёму, намереваясь последовать за Котом. Генерал никогда не любил административные вопросы и избегал их всеми силами.

— Да, — кивнул Корчаковский-младший. — Причём очень сильно настаивал, чтобы встреча была сегодня. Что-то такое вчера случилось в столице, что требовало немедленного вмешательства графа и он хотел успеть завершить наши переговоры до того, как уедет в столицу.

— Вчера случилось несколько важных событий, — нейтрально произнёс Бетюжин и выразительно посмотрел на меня.

Помимо гибели японского посольства, в голову сразу приходила наша встреча с Императором и прибытие президента Американской Конфедерации. Если противник что-то знал о Гарфаксе, то просто обязан был учесть этот фактор.

— Я не знаю, что конкретно, Григорий Антонович, — покачал головой виконт. — Но Пелюзин очень торопился. Он уже уехал?

— Ему больше некуда спешить, Артём Олегович, — ответил я. — Может вам взять несколько дней отпуска и съездить к отцу? Пока здесь всё отремонтируют?

— Что? — растерянно посмотрел на меня управляющий складского комплекса и быстрым шагом подошёл к окну. Секунд десять парень стоял неподвижно, а потом я увидел, как его плечи поникли. — Это катастрофа… Я… я не знаю что сказать, ваша светлость. Это исключительно моя вина и я готов принять на себя всю тяжесть последствий. Если вы решить предъявить счёт за халатность моему роду, то я сообщу отцу, что это из-за меня.

— Вы ни в чём не виноваты, Артём Олегович, — подойдя к управляющему и встав рядом с ним, с улыбкой произнёс я. За окном картина была довольно унылая. Опалённые огнём зданий чернели провалами окон, бетон растрескался и местами лопнул, линии электропередач и коммуникации были полностью уничтожены. Даже думать не хотелось о сгоревшем на складах имуществе арендаторов. Суммы убытка были просто астрономическими. — Всего лишь рабочий момент, который невозможно было учесть. Форсмажор. Есть такой пункт у нас в договоре?

— Разумеется! — даже несколько обиженно посмотрел на меня виконт, а Бетюжин, который рекомендовал этого юношу на должность управляющего, только довольно хмыкнул. — Этот пункт договора имеет пятнадцать подпунктов! Я понял вас, ваша светлость. Если вы позволите мне продолжить работу на посту управляющего, то все противоречия с арендаторами и их судебными исками я беру на себя. Также могу предложить вариант восстановления вашего имущества за счёт имперской казны. Есть несколько подходящих программ, которые можно использовать в нашем случае.

— Вижу, вы уже достаточно восстановились, Артём Олегович, — не смог сдержать улыбку я.

Парень кипел жаждой деятельность и хотел реабилитироваться в моих глазах, хотя вины никакой я за ним не заметил. Наоборот — это охрана, которой заведовал мой дружинник, облажалась и пропустила на территорию целую армию бойцов графа.

— Тогда не будем вам мешать. Сейчас прибудут дополнительные силы из моих владений. Обсудите с Андреем количество необходимых вам людей для обеспечения безопасности на ближайшее время. Много выделить не получится, но кого-то Александр Егорович сможет оставить.

— Конечно, Ярослав Константинович! — активно закивал Артём. — Благодарю вас за то, что вмешались в ситуацию и помогли потушить пожар. А вы, собственно, зачем приезжали?

— Передохнуть, — невозмутимо ответил я. — Но получилось даже лучше, чем я планировал. До свидания, Артём Олегович.

— Всего наилучшего, ваша светлость, — как-то растерянно пробормотал виконт. — Вы заезжайте ещё тогда, раз всё понравилось…

— Обязательно, — уже из коридора отозвался я. Бетюжин немного задержался. Я ощутил несколько импульсов энергии аспекта Ментала. Видимо юрист, чтобы не тратить время, выдал все инструкции своему протеже одним пакетом.

— Простите за задержку, Ярослав Константинович, — догнав меня, произнёс оборотень. — Нужно было обсудить ряд нюансов документооборота с господином Корчаковским.

— Ничего страшного, — спокойно ответил я. Сам при этом думал о совсем других вещах. Ехать во владения Пелюзиных особого смысла теперь не было. Тот, кто использовал графа в качестве куклы, был достаточно умён, чтобы не оставить следов. Теперь придётся подойти к вопросу с другой стороны. — Григорий Антонович, а кто у нас заведует списками живых и мёртвых аристократов в стране?

— Все данные хранятся в Имперской канцелярии, — потратив пару мгновений на обдумывание моего вопроса, произнёс оборотень. — Известны случаи, когда род угас в книге, но всё ещё числился живым на бумаге. На такого, чтобы род был вычеркнут из реликвии рода Романовых, но остался на бумаге я не знаю.

— Ошибки бывают самые разные, — выходя на улицу, ответил я. — Случайные и намеренные. Мне нужно получить информацию из архива канцелярии по роду Разумовских, Лебедевых, Корчаковских и Ожеговых. Как думаешь, граф Дорохов нам поможет?

— Сейчас узнаем, — доставая из кармана телефон, ответил юрист. Оборотень набрал номер и, пару секунд подождав ответа, сухо поинтересовался. — Приёмная графа Дорохова? Мне необходимо поговорить с его сиятельством.

К нам подошли Бернхард с Алараком и Антипом. Бетюжин некоторое время выслушивал ответ и с каждой секундой лицо оборотня всё больше и больше менялось.

— В каком смысле? — наконец не выдержал Григорий.

Глава 2

Москва

Кремль

Император сидел за столом в своем кабинете и, хмурясь, листал документы, которые лежали у него на столе. В кабинете кроме самого Императора никто не сидел. Обычно вежливый Алексей Александрович на этот раз забыл предложить гостям сесть, углубившись в документы после короткого доклада.

Последние сутки без сна и отдыха он решал проблемы государственной важности. Происки агентов Империи Восходящего Солнца, претензии Австрийской Империи, неожиданный визит президента Американской Конфедерации, который первым делом встретился с князем Разумовским. Много было дел и не со всеми он закончил, но визит нынешних гостей хоть и был неожиданным, но в то же время, оказался приоритетным.

— Не такого я ожидал, Александр Романович, совсем не такого, когда выдавал вам карт-бланш, — Император задумчиво поднял взор и уперся взглядом в стоящего по стойке смирно начальника 6-го отдела Жандармерии Горя.

Сам Горь, а также два его подчиненных, которые стояли от него по бокам, хранили молчания, ожидая продолжения. Прямого вопроса Император не задал, а это значило, что нужно ждать дальнейших его слов.

— Под самым моим носом… — продолжал Император, как будто разговаривая с самим собой. — Буквально под Кремлем. Долбанные фанатики…

— Ваше Императорское Величество, — осторожно вмешался последний из присутствующих здесь людей. Иван, как всегда, стоял за плечом Императора. — Ваше решение дать полную свободу Александру Романовичу было поистине гениальным.

— Ой, только ты не начинай, Иван, — скривился Император. — Ты думаешь мне приятно думать, что у меня среди самых близких завелась крыса? Возможно даже не одна! Думаешь от хорошей жизни я дал Александру Романовичу эти полномочия?

— Это был единственно верный выбор, Ваше Императорское Величество, — снова склонился в вежливом поклоне Иван. — И Александр Романович… — тут Иван бросил взгляд на двух других жандармов, которые кажется даже забыли как дышать. — … и его подчиненные справились на отлично.

— Да-да… — рассеянно произнес Император и устало потер лицо. — Подумать только, верхушка моей Канцелярии! — он перевел взгляд на Горя. — Это точно? Дорохов? Никогда бы не подумал. Бюрократ до мозга костей — да, но предатель?

— Полные отчеты у вас на столе, Ваше Императорское Величество, — позволил себе реплику Горь.

— Да, Александр Романович, простите, — снова вздохнул Император и на этот раз потер виски. Его ладони слегка засветились, что показывало, что архимаг Жизни обратился к своему дару, чтобы держать себя в тонусе. — Тут очень интересные фамилии аристократов списке. Тоже большинство из них я бы никогда не заподозрил. А это значит лишь одно — что они ОЧЕНЬ хорошо подготовились. Я обязательно всё это изучу, но пока еще раз повторите на словах. Кто еще? И чего добивалась эта… Организация?

— Более двух сотен человек так или иначе были связаны с Организацией, Ваше Императорское Величество, — тут же пояснил Горь. — Ко всем, чье месторасположение известно прямо сейчас выехали силовики. Что касается целей Организации… Тут сложнее…

Горь посмотрел на стоящего слева от него подчиненного — высокого брюнета с восточными чертами лица.

— Нам удалось внедрить в Организацию своего агента. Позвольте вам представить — капитан Артур Ибрагимович Аксаханов. Он был непосредственно внедрен в ряды Организации и благодаря ему мы и получили все сведения. А это, — он повернулся к другому жандарму — голубоглазому блондину. — Капитан-поручик Юрий Алексеевич Колосов. Благодаря ему удалось расшифровать информацию, полученную капитаном Аксахановым.

— Расшифровать? — недоуменно нахмурился Император.

— Клятвы, Ваше Императорское Величество, — пояснил Горь. — Капитану Аксаханову пришлось принести такие клятвы, нарушив которые он должен был моментально умереть. Вы знаете, Ваше Императорское Величество, что я один из сильнейших менталистов Империи, но то что сделали эти люди… Это поистине уникально. Однако, офицеры предварительно и добровольно согласились на эксперимент, связав свое сознание. Не буду грузить вас терминами, но смысл в том, что капитану Аксаханову не потребовалось произносить слова, которые его должны были убить, капитан-поручик Колосов просто достал их из сознания коллеги минуя запреты и барьеры. Обоим предстоит длительная реабилитация, но я уверен, что все с ними будет в порядке.

Император встал из-за стола и подошел к жандармом, которые постарались вытянуться еще больше.

— Господа, — Император поочередно пожал руки жандармам. — Вы все отлично поработали и совершили, не побоюсь этого слова, настоящий подвиг. Благодаря вашим действиям и вашему самопожертвованию, удалось обезвредить предателей Империи и, возможно, спасти много жизней. В том числе, и мою жизнь. Жизнь вашего Императора. Спасибо вам!

— Служу Империи! — рявкнули в унисон оба жандарма.

— Вас ждет заслуженная награда. Вас всех, — Император одобрительно похлопал рукой по плечу Горя. — Иван, позаботься.

— Конечно, Ваше Императорское Величество, — поклонился Иван.

А вот Император не спешил садиться за стол. Он стоял и внимательно рассматривал жандармов, пока его взгляд не сфокусировался на их командире.

— А скажите мне пожалуйста, Александр Романович. Кто был сердцем всей этой Организации?

— А вот это Ваше Императорское Величество, самое интересное… — улыбнулся глава 6-го отдела.

***

Мы с нетерпением ждали окончания разговора, но собеседник Григория оказался удивительно краток и категоричен. Бетюжин и раньше не отличался особой терпимостью к другим людям, но тут хладнокровие оборотня дало трещину.

— Молодой человек… — предельно сухо произнёс юрист и я будто наяву увидел того старика, к которому отправил меня на встречу граф Калинин. — Вы забываетесь. Вероятно, я допустил непростительную ошибку и не сообщил о том, чьи интересы я представляю. Я занимаю должность личного секретаря князя Разумовского. Да, да, того самого Разумовского.

Я невольно поморщился. Если Григорий перешёл к таким оборотам, то дело обстояло плохо. Пугать кого-то моим именем точно не стоило. Обо мне знали в столице, но не до такой степени, чтобы это что-то меняло в глобальных раскладах. Мне вообще не особенно нравилось, когда подчинённые использовали подобные методы.

Бетюжин выслушал ответ собеседника, потом молча отключил связь и убрал телефон в карман. Оборотень пару мгновений смотрел в пространство перед собой, будто пытаясь погасить бушевавшую у него внутри ярость, а потом перевёл взгляд на меня.

— Сожалею, ваша светлость, но сейчас не очень подходящий момент для того, чтобы обращаться в Имперскую канцелярию, — тщательно подбирая слова, произнёс юрист. — Вероятно, нам стоит немного подождать и повторить попытку через пару дней. Если это терпит. Впрочем, если не терпит, то выхода особого всё равно нет.

— Что тебе сказали, старик? — с любопытством поинтересовался Аларак. Для посторонних наверняка подобная фамильярность выглядела странной, потому что мало кто знал об истинном возрасте пары юных архимагов из моей свиты. — Выглядишь так, будто на тебя вылили целое ведро блевотины брыджа.

— Чтобы князь… возвращался в свой замечательный и, без сомнений, совершенно прекрасный дом на лоне Тверской природы и… отдохнул там несколько дней… — явно кардинально изменив текст полученного ответа, произнёс Григорий. — С наилучшими пожеланиями и глубоким уважением к достижениям рода Разумовских и действующего главы этого рода.

— Тебя послали? — удивлённо округлил глаза Бернхард. Генерал посмотрел на меня и я увидел, как в его глазах разгорается пламя праведного гнева. — Господин…

— Нет, — покачал головой я. — Сейчас совершенно другая ситуация, барон. И действовать нужно совсем не так, как прежде. Может быть это тот самый знак от мироздания, которого нам не хватало. Помнишь Шиграза?

Имя единственного Вершителя, который не принял участие в войне со мной генерал знал прекрасно. Шиграз стал тем камнем, который обрушил лавину великой войны. К моменту его смерти я уже не один год пытался убедить своих братьев расстаться с их силой, но никто мне не верил. А потом, из-за неуёмной жестокости и презрения к обычным людям, погиб Вершитель. Его убили его же верные слуги.

Носители силы объединились с обычными смертными и создали артефакт, который полностью блокировал любую магию на долгие пять секунд. Шиграза зарезали на его же алтаре каменными ножами самые близкие последователи. Они умерли сами, но забрали с собой того, кто унижал и уничтожал их много столетий. И в тот же момент я ощутил, как мировой баланс покачнулся и отступил от той бездны, к которой мы двигались.

— Я понял тебя, князь, — склонил голову Бернхард, — И подчиняюсь. Но мне неприятно такое положение дел. Люди слишком много о себе думают.

— Теперь они правят этим миром, — усмехнулся я. — И это гораздо лучше, чем было раньше. Но это не значит, что стало меньше путей добиться своей силы. Просто они теперь другие. Дайте мне телефон.

Бетюжин тут же передал мне свой мобильник и я по памяти набрал номер. Таких у меня было всего три. И все три я получил когда отправлял оборотней к их старым хозяевам.

— У меня три минут, господин, — как только было установлено соединение, прозвучал из динамика голос Ивана. Личный слуга Императора показался мне очень напряжённым и нервным. Для оборотней это вообще было не особенно характерно, но сегодня явно был особенный день.

— У меня возникла проблема с получением доступа к архивам Имперской канцелярии, — не тратя время на длинные предисловия, произнёс я.

— Эта проблема сейчас у всех, ваша светлость, — с едва заметной паузой, ответил Иван. — Вообще у меня есть предположение, что на информацию из этих архивов больше не стоит рассчитывать. По крайней мере, я сильно сомневаюсь в достоверности тех данных, которые в них хранятся.

— Это… довольно интересно… — озадаченно произнёс я.

— Сейчас идёт серьёзное разбирательство на этот счёт, — ответил Иван. — На данный момент, по подозрению в государственной измене арестовано уже больше ста человек. Глава шестого отдела жандармерии завершил расследование которое длилось больше трёх лет. Вопреки намёкам сверху, Горь провёл собственную операцию. Сейчас идёт разбирательство по делу о создании закрытой организации в среде высших аристократов. Часть подозреваемых мы уже задержали, а часть, вроде графа Пелюзина, ещё разыскиваем.

— Пелюзина искать не стоит, — понимая, что все планы придётся пересмотреть, сообщил я. — Он напал со своими людьми на мой складской комплекс и погиб при штурме.

В трубке повисла длинная пауза. Все мои сопровождающие тоже молчали, дожидаясь завершения моего разговора. Чтобы не тратить время, я жестом приказал двигаться к остаткам ворот складского комплекса, куда должно было прибыть подкрепление из Твери.

— Я могу прислать следственную бригаду для изучения места нападения, ваша светлость? — осторожно уточнил личный слуга Императора. — Или это внутреннее дело рода Разумовских?

— Если эта бригада подтвердит наличие нападения и поспособствует составлению документов о возмещении убытков за счёт рода Пелюзиных, то я не против, — произнёс я и увидел, как Бетюжин одобрительно кивнул.

— Разумеется, Ярослав Константинович, — сразу согласился Иван. — Сам хотел предложить этот вариант. Тем более, что все активы Пелюзиных уже арестованы.

— Тогда высылайте людей, — дал добро я. — Их встретит на территории виконт Корчаковский. Он и глава охраны складского комплекса расскажут обо всех деталях нападения.

— Ваша светлость… — немного неуверенно произнёс Иван. — В столице сейчас очень неспокойно. Следующий этап международной конференции перенесён на конец недели. Вами интересуются очень многие иностранные делегации. Если у вас нет неотложных дел в Москве, то я бы рекомендовал вам вернуться в свои владения. Во избежание неприятных ситуаций, способных осложнить и без того напряжённые международные отношения.

— Хорошо, — коротко ответил я. Спорить в данном случае вообще смысла не было. Да и дома дел у меня накопилось изрядно. — До свидания, Иван.

— Всего наилучшего, — попрощался личный слуга Императора и я отключил звонок.

— И что он сказал? — первым нарушил тишину Бернхард.

— В принципе, то же самое, что собеседник Григория, — немного подумав, ответил я. Часть проблем со вскрытием тайной организации, куда входили Сидак, Пелюзин и Дорохов, взяли на себя жандармы и это была хорошая новость. На самом деле, каких-то серьёзных дел в столице у меня действительно не было. Оставаться в Москве просто для того, чтобы потрепать нервы иностранцам, я не хотел. — Едем домой, господа. Только зря дёрнул ребят из Твери.

Нам пришлось немного подождать пока длинная колонна моей гвардии доберётся до складского комплекса. Почти сотня разномастных автомобилей, среди которых я увидел номера Антиповых и Кострова, остановилась перед нами и из головной машины вышел Змей. Мастер внимательно осмотрел пожарище на месте ближайших зданий и озадаченно почесал затылок под новеньким тактическим шлемом.

— Опоздали, да? — только и спросил Змей. Выглядел он при этом явно расстроенным.

— К этой вечеринке вас и не приглашали, — в привычной ему манере, ответил Вепрь. — Это князь тут сам развлекался.

Мастер уважительно посмотрел на меня, а я только отмахнулся. Такие развлечения уже порядком надоели. Хотелось нормально поесть и выспаться, а не ловить на живца непонятных прислужников тёмных сил. Вот только что-то мне подсказывало, что долго мне отдыхать дома не дадут. Но у себя во владениях я был готов встретить кого угодно.

— Поехали! — усаживаясь в одну из тех машин, на которой мы прибыли, приказал я.

К этому моменту Рыков и Полоз уже обсудили все первостепенные нужды охраны комплекса и под начало Андрея передали пол сотни Витязей. Вместо ребят из охранки, на защиту моего имущества встали матёрые волки, способные дать бой даже имперским гвардейцам. Поэтому колонна сразу после моего приказа выдвинулась в обратный путь.

Желания обсуждать что-то по дороге ни у кого не было. Я довольно быстро задремал, но снилась мне всякая ерунда из далёкого прошлого. Какие-то гибнущие армии и горящие города. Поэтому проснулся не отдохнувшим, а будто даже ещё сильнее вымотанным.

Спутники старались меня не тревожить, и я с удивлением увидел в машине Бернхарда. В этот момент мы уже въезжали на территорию имения. На крыльце уже традиционно ждала меня Настя и тётя Женя. А вот Нюши я не увидел. Внутри кольнула тревога, но родовая сеть тут же сообщила, что с младшей сестрой всё в порядке и она крепко спит у себя в комнате.

Основная масса Витязей вернулась в Горынино, а с нами прибыли только маги и личный отряд сопровождения. Едва я вышел из машины, Анастасия устремилась ко мне, но в какой-то момент остановилась. Я тут же обернулся и увидел позади себя Бернхарда. Генерал неотрывно смотрел на мою сестру и молчал.

— Здравствуйте, ваша светлость, — почти не глядя на меня, произнесла Настя. Она не отрывала взгляд от Бернхарда и будто искала на нём следы ранений.

— Здравствуй, Анастасия Константиновна, — произнёс я и тепло обнял сестру. Тело девушки казалось напряжённым, словно она готовилась бежать. — Я устал с дороги. Пойду к себе, а потом все за столом соберёмся.

— И господин Ожегов? — тут же посмотрела на меня девушка.

— А это уже как сам Роман Викторович решит, — пожал плечами я и направился к крыльцу.

— Здравствуй, княжна, — услышал я за спиной чуть хриплый от волнения голос моего первого генерала. — Нам нужно серьёзно поговорить.

Глава 3

Настя едва ощутимо напряглась и с большой неохотой отстранилась от меня. Девушке очень сложно было спокойно отреагировать на слова Бернхарда. Так или иначе, но у любого человека возникает тревога, когда ему говорят нечто подобное. А учитывая, что Анастасии барон Ожегов очень нравился, тревога была вполне обоснованная.

— Тогда нам стоит прогуляться, Роман Викторович, — ответила Настя и я невольно восхитился выдержкой своей старшей сестры. Голос девушки не дрогнул, а интонации показались мне дружелюбными и спокойными. Наверное, так могли общаться мимолётно знакомые люди на великосветских приёмах. — Сегодня просто чудесная погода и в моём любимом уголке сада сейчас прохладно и уединённо.

— Почту за честь, Анастасия Константиновна, — слегка поклонился мой первый генерал и пара двинулась в сторону песчаной дорожке, уводившей за особняк.

Я пару мгновений смотрел им вслед, а потом двинулся к крыльцу. Как бы то ни было, я был рад, что Бернхард не стал разыгрывать комедию и тянуть с признанием. Генерал никогда не отличался умением вести светские беседы и плести интриги. Он бы честным и прямым, как его меч. Иногда это было плохо, но чаще служило Бернхарду хорошую службу.

— Здравствуйте, тётя Женя, — подойдя к бессменной кухарке рода Разумовских, улыбнулся я. Евгения, как и положено очень опытной женщине, хмуро провожала взглядом удаляющуюся пару. Даже с такого расстояния было понятно, что между двумя молодыми людьми возникла непреодолимая стена. Они шли в паре шагов друг от друга и даже не делали попыток сблизиться.

— Ох, разобьёт сердце девочке этот Ожегов… — тяжело вздохнула тётя Женя, а потом посмотрела на меня и её взгляд просветлел. — Здравствуйте, Ярослав Константинович. Наконец-то вы домой вернулись. А то всё по рейдам, да по столицам. Поди совсем забыли, что такое домашняя еда.

— Совсем забыл, тётя Женя, — тепло улыбнулся я. — Но с удовольствием вспомню. Вам помощников выделил Пескарёв?

— С Олегом Дмитриевичем мы всё обсудили, — деловито осмотрев меня с ног до головы, будто прикидывая сколько еды в меня влезет, ответила Евгения. — Троих девочек прислал замечательных. Они теперь постоянно в имении проживают. На сколько человек стол собирать, ваша светлость?

— А на сколько сможете? — в ответ спросил я. — Человек на пять точно нужно, но я очень серьёзно настроен. Может и на шесть.

Лицо женщины моментально расцвело улыбкой, а у меня внутри появилось чувство спокойствия и уверенности в завтрашнем дне. Возможно, именно этого мне и не хватало, когда я был Вершителем. У меня не было никого, ради кого стоило бы бороться со всем миром и возвращаться домой. А ещё у меня не было тёплых пирожков и замечательных булочек, которые виртуозно готовила Евгения. Погоня за абсолютной силой ослепляла и я не стал исключением среди своих братьев и сестёр. Может просто смотрел немного дальше, чем все остальные.

Поднявшись к себе, с удовольствием принял ледяной душ и упал на кровать. Минут двадцать просто лежал, наслаждаясь тишиной, покоем и ползущими с нижнего этажа ароматами выпечки. А потом переоделся в домашний костюм и пошёл к Нюше.

Родовая сеть сообщала, что девочка всё ещё спала. Я собрал все возможные показатели её Источника и осторожно приоткрыл дверь в комнату младшей сестры. С того момента, как она переселилась в Сумань, это часть особняка пустовала. Пусть я не так часто бывал дома, но сейчас мне приятно было видеть Улитку в привычной обстановке.

Маленькая владычица Сумани мирно сопела у себя в кровати. Укутанная до самого носа белоснежным одеялом, девочка выглядела как настоящий образец невинности и того самого детства, которое представляют себе простые граждане Империи, когда говорят о беспечных дворянских детях. Но были и отличия.

Рядом с кроватью дремали на полу два здоровенных россожа. От тех щенков, которых мы забрали из логова в аномальной зоне, не осталось и следа. Я видел пару матёрых зверей, готовых убивать за свою хозяйку. Больше никого из свиты Улитки в комнате не было, но для остальных чудовищ и места бы не хватило. И так до кровати княжны оставался только узкий коридор между двумя мохнатыми тушами.

Увидев меня, Би и Бо вяло подёргали увенчанными острыми шипами хвостами и с тяжким вздохом уронили головы на пол. Звук при этом был такой, будто на паркет рухнули две замотанные в шкуры глыбы. Я ради интереса коснулся родовой сети и обнаружил остальных зверей Нюши на расстоянии пары километров от имения. Учитывая навыки россожей, группа быстрого реагирования могла появиться в особняке в течение нескольких секунд.

Я присел на край кровати и коснулся руки младшей сестры. Тёплая ладошка сжалась на моих пальцах и Нюша с невероятным облегчением вздохнула, улыбнувшись во сне. Не знаю, как она это определила, но меня сестра узнала мгновенно. Будить её я не планировал, а потому немного недовольно посмотрел на открывшуюся дверь в комнату.

В помещение вошла тётя Женя. Кухарка уверенно направилась ко мне, по пути случайно наступив на хвост одному из россожей. Четырёхранговый зверь зло всхрапнул, но тут же получил звонкий шлепок по носу.

— А ну тихо мне тут! Разложили морды по полу, только слюни текут! — чуть снизив голос, чтобы не разбудить княжну, проворчала Евгения. Я даже забеспокоился, что мне придётся вмешаться и защитить Евгению, но россожи только плотнее сжались в громадные мохнатые шары. — Я кому говорила, чтобы по одному приходили? Ничего не сделается с подругой вашей! Только жары нагоняете. А ну кыш!

Кухарка угрожающе надвинулась на ближайшее чудовище и россож был вынужден ретироваться. Короткая вспышка оранжевой энергии и одним зверем в комнате стало меньше. Но второй упрямо заворчал и, подтянув под себя хвост, засунул морду под кровать. Я услышал тяжёлый вздох.

— Я чего пришла-то, ваша светлость, — удовлетворившись изгнанием половины монстров, повернулась ко мне Евгения. — Обед на столе. Нюшу будить велите?

— Пускай спит, — погладив девушку по волосам и поднявшись с кровати, ответил я. — Настя уже вернулась?

— Нет, — сухо ответила Евгения и я тут же понял, что женщина крайне встревожена отсутствием княжны. — Всё ещё гуляет с этим бароном. Вот же привела его нелёгкая…

— Я за ними сам схожу, — спокойно ответил я. Вмешиваться в чужой разговор не хотелось. Я просто не понимал, что Бернхард мог так долго обсуждать с моей сестрой.

— Сходите, Ярослав Константинович, — покивала тётя Женя. — Я на Ожегова не накрывала, но если прикажете… Приборы девочки за минуту поставят.

Я только кивнул и направился к выходу из особняка. К этому времени наша группа сопровождения уже ушла в казарму, а все архимаги разошлись по своим делам. Григорий отправился проверять стройку своего логова, Антип закрылся у себя в комнате, а Кот уехал в Горынино. По сути, на территории имения остались только самые близкие мне люди и личная охрана. И оттого вдвойне странно было услышать тихий смех из скрытой от посторонних глаз беседке в дальнем углу сада.

В отличие от той площадки, которую я использовал для медитаций и которая уже пару раз была уничтожена за последнее время, Настя свой угол обустроила с удивительной обстоятельностью. Нашлось место и цветам в подвесных кашпо, и небольшому журчащему фонтану. А сама беседка сияла свежей белоснежной краской на увитых плющом стенах. Смех слышался откуда-то из-за переплетения растений.

— Вы ведь не первый год живёте со своим братом, Анастасия Константиновна и должны понимать, что всего я вам рассказать не могу, — услышал я голос Бернхарда. Генерал говорил обстоятельно, но чувствовалось, что он тоже улыбается. — Но клятвенно заверяю вас, что это поистине уникальный человек, способный повергнуть в ужас одним своим взглядом любого архимага.

— Вы преувеличиваете, Роман Викторович, — тихо рассмеялась Настя. — Глава рода Разумовских действительно бывает настолько угрюм, будто на его плечах заботы всего мира. В такие моменты даже мне кажется, что что-то спрашивать у него довольно опасно.

— Я лично видел, как глава целой страны выражал своё почтение вашему брату, — удивительно эмоционально произнёс Бернхард.

— Так уже и целой страны? — недоверчиво спросила Анастасия.

— Клянусь! — горячо воскликнул мой первый генерал и мои брови невольно поползли вверх. — Я могу…

— Проследовать в столовую, где уже накрыт стол, — подойдя ближе, произнёс я. Настя и Бернхард тут же замолчали, повернувшись ко входу в беседку. — Если вы, конечно, этого хотите, Роман Викторович. Но я прекрасно пойму, если у вас неотложные дела в Твери.

— Если Анастасия Константиновна не против… — вопросительно посмотрев на мою сестру, замедленно произнёс Бернхард.

— Не против, господин Ожегов, — улыбнулась в ответ Настя, а потом едва слышно добавила. — Это как раз тот самый момент, Роман Викторович.

Я с удивлением следил за общением этих двоих и не мог понять, что происходит. Ожидая увидеть довольно неприглядную сцену разрыва между двумя молодыми людьми, по итогу обнаружил довольно спокойно общающуюся пару.

— Анастасия Константиновна, Евгения просила предупредить её, если барон останется на обед, — посмотрев на сестру, произнёс я. — Не могла бы ты ей сказать, пока мы тут поболтаем немного с Романом Викторовичем?

— Иду, — даже не пытаясь возражать, ответила Анастасия и быстро ушла в сторону особняка. Тёте Жене однозначно станет спокойнее, а Настя сможет переварить беседу с моим древним соратником. Наверное.

— Что за дела? — когда сестра ушла достаточно далеко, прямо спросил я у Бернхарда. — Тело барона Ожегова, которое ты занял, не имеет никакого отношения к моей сестре. Или я что-то путаю?

— Не совсем так, господин, — немного помолчав, ответил Ожегов. Мы всегда общались с генералом без лишних реверансов. Если была проблема, то всегда обсуждали её прямо. Иногда Бернхард сам приходил ко мне и стоял на своём, если считал, что он прав. — Дух не может находиться в теле и никак не влиять на него. Это не такой случай, как у вас.

— Поясни, — требовательно произнёс я.

— Древние души, даже если спят, влияют на новое тело, — ответил Ожегов. Генерал похлопал себя по груди и бокам. — Внешность, структура энергосистемы, конфигурация Источника… Много всего.

— Виконт Корчаковский похож внешне на твоего древнего врага, — примерно понимая к чему клонит Бернхард, кивнул я. — Если его немного раскачать и влить пять тонн самомнения.

— Именно так, — обрадованно произнёс Бернхард. — Я потратил не один год пытаясь понять, как рассчитать вероятности своего возрождения внутри конкретного рода. В итоге пришёл к выводу, что подобное возможно раз в семь-восемь поколений. Чаще вернуться из тьмы не позволяет само мироздание. Шансы увеличить невозможно и поэтому оставалось только надеяться, что мне повезёт.

— И тебе повезло, — ответил я. — Как и мне.

Наша беседа затянулась и мы невольно начали замедлять шаг. До крыльца оставалась всего пара десятков метров, когда пришлось совсем остановиться. Тема оказалась слишком важной, чтобы продолжать обсуждение за ужином.

— Нет, — неожиданно покачал головой генерал. — В вашем случае ни о каком везении речи не идёт. Вы даже внешне не похожи на себя прежнего. С любым количеством условностей и модификаций тела. Тут имеет дело направленное воздействие и конкретная попытка использовать относительно подходящий сосуд, который в принципе может выдержать тяжесть души Вершителя. Но там такое количество условностей и параметров, что я в своё время даже не пытался провернуть что-то подобное.

— Например? — тщательно обдумывая своё текущее состояние и стартовые возможности, уточнил я. На ум сразу приходила два начальных аспекта. Это уже существенно облегчило мне жизнь. Следом тянулись менее значительные моменты, но без них тоже пришлось бы туго.

— Например, сосуд должен быть пустым, — прямо глядя мне в глаза, ответил Бернхард. — В этом главное отличие между нами, господин. А ещё он должен быть единственным во всей кровной линии. Я был в теле Романа, но при этом спал, косвенно влияя на его развитие, интересы и увлечения. Даже на манеру общаться. А вы оказались там… по чьей-то воле… Если бы я знал детали или хотя бы примерное время, что вы находились в темноте, то мог бы попробовать рассчитать остальные параметры.

— Я не был в темноте, — глядя на пустое крыльцо родового гнезда Разумовских, но видя перед собой догорающие руины своей последней крепости, ответил я. — В последний день штурма, когда я приказал тебе увести выживших, мне пришли несколько видений.

— У вас же нет дара прорицателя, господин, — удивленно посмотрел на меня генерал. Никаких вопросов по поводу последнего дня он не задал. Мы оба понимали, что такое забыть просто невозможно.

— Тогда я списал это на неизвестный побочный эффект того заклинания, которое мы готовили одиннадцать лет, — ответил я и увидел, как Бернхард разом побледнел.

— Неужели вы его применили? — выдохнул основатель рода Ожеговых. В глазах Бернхарда появилось понимание, и он совершенно иначе осмотрел имение и всё, что находилось вокруг нас. Там, где ощущалось присутствие магии, сразу возникало чёткое понимание, что она другая. Это и меня самого сильно сбивало в первое время.

— Да, — коротко кивнул я. — Это был единственный способ сделать так, чтобы Вершители не победили полностью. Но, как оказалось, многие из моих братьев слишком любили жизнь и сумели найти способ адаптироваться. Что насчёт моей сестры, генерал?

Резкая смена темы немного выбила Бернхарда из колеи. Мой древний соратник, чуть отвёл взгляд, будто высматривая кого-то за колышущимися занавесками столовой. Самое интересное, что я чувствовал через родовую сеть некоторое волнение Насти. Она даже пару раз касалась сети, чтобы проверить нас, но тут же одёргивала себя — знала, что я узнаю об этом мгновенно.

— Ваша сестра поистине невероятная девушка, господин, — наконец ответил Бернхард. — Если бы у Вершителей могли быть кровные родичи, то Анастасия Константиновна была бы лучшей из них. Я никогда не встречал девушку, которая бы обладала таким количеством талантов и добродетелей. А какая у неё улыбка…

— Бернхард… — удивлённо глядя на своего старого соратника, протянул я. — Ты ли это?

— Я прожил несколько жизней, повелитель, — пожал плечам генерал. — Знал и владел многими женщинами. Но… Мне сложно это передать словами.

— Но с Настей ты говорил очень даже уверенно, — хмыкнул я и Бернхард неожиданно покраснел. — Что она сама сказала?

— Что я наконец проснулся, — окончательно смутился генерал. И это тот, кого называли Истребителем Народов и Палачом Богов! Я некоторое время переваривал полученную информацию, а потом невольно рассмеялся. Бернхарда это совсем сбило с толку и он торопливо добавил. — Анастасия сказала, что ей всегда казалось, будто я сдерживаюсь. Вернее, что Роман сдерживался. Что он был способен на большее, но на все подобные вопросы только непонимающе смотрел на неё. Она видела меня, господин! У вашей сестры уникальный дар и невероятная сила. И я прошу у вас позволения продолжить общение с княжной Разумовской.

— Что ж, если сама княжна не будет против, то и я противиться не буду, — без колебаний ответил я. Бернхард, даже под угрозой смерти, не стал бы мне врать. И поэтому я никогда не сомневался в его словах. А время покажет, насколько генерал прав.

— Благодарю, господин, — с невероятным облегчением улыбнулся мой древний соратник. — Клянусь, что не причиню княжне зла и ничем не обижу её.

— Она сама кого хочешь обидеть может, — улыбнулся я в ответ и хлопнул по плечу старого соратника. — Пойдём за стол. Нас уже заждались наверное.

— Вы не сказали, что были за видения у вас в последний день штурма, — не двигаясь с места, вернулся к другой теме нашего разговора Бернхард.

— Я видел казнь старших мужчин рода Разумовских, — спокойно ответил я и внезапно понял, что настроение Бернхарда стремительно портится. — С разных ракурсов и в разные моменты, но видение показывало одно и то же. Казнь главы рода и его старших сыновей, а потом атака на последнего выжившего мальчика из рода.

— Это была не атака, повелитель, — совершенно другим голосом, произнёс генерал, — Как давно вы в этом теле?

— Уже больше пяти лет, — спокойно ответил я.

— Тогда у меня для вас плохая новость, господин, — тяжело вздохнув и, по старой привычке посмотрев мне в глаза, произнёс Бернхард.

Глава 4

Кремль

Москва

Император российский широко улыбнулся и откинулся на спинку кресла.

— Ну что, Джон, спасибо за информацию. Приятно знать, что наши американские союзники верны себе и своему слову. Так, государственные дела обсудили, можно и расслабиться. Что скажешь?

Алексей Александрович подмигнул сидящему напротив него американскому президенту. Император ценил свои отношения с Джоном Адамсом, президентом Американской Конфедерации. Джон был человеком слова и всегда, при любом раскладе выполнял свои обещания, чем выгодно отличался от многих других глав государств.

Проблема была в том, что Джон давал слово не просто редко, а исключительно редко. Но, уж если из него удавалось вытащить это слово, то можно было расслабиться.

Вот как раз сегодня, Император получил это самое слово. Слово президента, что Американская Конфедерация не нападет на восточные границы Российской Империи ни в каком случае. Более того, в случае агрессии восточных «друзей» Империи, Конфедерация обязуется предпринять все усилия для того, чтобы ограничить агрессивные действия восточных государств. Учитывая, что в Тихом океане именно у Американской Конфедерации был самый большой океанский флот, к словам американского президента в тихоокеанском регионе определенно прислушивались.

Да, это был еще не союзный договор, но и так это было именно то, чего не хватало Российской Империи в настоящий момент. Учитывая напряженность на западных границах, к которым стягивались войска Австрийской Империи, воевать на два (или более) фронтов было полнейшим безумием.

И да, это было неожиданно. Безусловно, приятно, но чертовски неожиданно! Как и сам внезапный незапланированный визит американского президента в Империю.

— Скажу, что это отличная идея Алексей, — приветливо улыбнулся американский президент.

— Как всегда? Чистый, без льда? — Император поднялся с кресла и прошел к сервировочному столику, что стоял сбоку и собственноручно взял с него хрустальный графин с янтарной жидкостью внутри.

— Все верно, — кивнул Адамс и Император налил на два пальца ароматный напиток в два стакана и протянул один из стаканов президенту.

— Ну, за дружбу и сотрудничество, — произнес тост Алексей Александрович.

— На здоровье! — внезапно, в безупречном русском у Адамса прорезался жуткий акцент, что вызвало смешок у Императора.

— На здоровье, шутник, — кивнул Алексей Александрович, они чокнулись и выпили, после чего Император вернулся в свое кресло.

Молчали они примерно минуту. Нет, молчание не было натянутым или неестественным. Просто президент Конфедерации наслаждался дорогим напитком, а Император позволял ему это делать в тишине, не отвлекая, только с интересом разглядывая своего «коллегу».

— Почему, Джон? Почему именно сейчас, а не полгода назад, когда я летал к тебе с просьбой? — по прошествию минуты спросил Император.

— Ты знаешь ответ, друг мой, — улыбнулся Адамс и шутливо отсалютовал пустым стаканом.

Император вздохнул, встал с кресла, подошел к столику, налил себе полстакана, а бутылку молча поставил рядом с Адамсом, вернувшись к себе в кресло.

— Разумовский, — Император не спрашивал, а утверждал и в ответ снова получил «салют бокалом», на этот раз уже полным. — И какие у тебя дела с Разумовским?

— Это не мой секрет, Алексей… — с лица Адамса ушла улыбка. — Даже не так. Это не секрет. Это… — он пощелкал пальцами, подбирая слово. — Это тайна, Алексей. Большая тайна, которая хочет пока оставаться тайной. До поры до времени, друг мой.

— Откуда ты про него вообще, узнал? — скривился Романов, ответ Адамса ему не определенно не понравился. — Снова твои пророчества?

Тут уж Адамс улыбнулся. Улыбнулся искренне и как-то по-детски, состроив обиженное выражение лица.

— О каких «пророчествах» ты говоришь, Алексей? Не существует никаких «пророчеств», тебе ли не знать?

— Да-да, — тут уж Император позволил себе мимолетную улыбку. — Все совпадения случайны и вот это вот все. И твое пожелание не вылетать мне тогда в Индию, было просто… пожеланием? А если бы я тебя не послушал тогда и полетел, что бы случилось, Джон?

— Кто знает? — развел руками Адамс. — Кто знает…

— Мда… — Император поднес к губам стакан и скривился, поняв, что он пуст. — А ну, дай мне бутылку.

— Мне самому мало, — со смехом сказал президент Конфедерации, но с всё же толкнул бутылку, она проехала по отполированной дубовой столешнице прямо в руки Императора.

— Мы это исправим сейчас, — хмыкнул Романов, налив себе и нажав кнопку на коммуникаторе. — Иван, еще любимый напиток для нашего дорого гостя, будь любезен.

Буквально сразу же открылась дверь и Иван принес две бутылки, одну поставив перед Императором, вторую — перед президентом.

— Очень предусмотрительно, спасибо, — кивнул Романов и Иван, поклонившись, быстро исчез, как будто его здесь и не было. И Император снова обратился к президенту. — Ну, теперь у нас есть топливо для долгого разговора. Если не хватит и этого, то Иван принесет еще, пусть это и разорит мою коллекцию. Но я хочу услышать всё, что ты можешь мне рассказать. Возможно, мне тоже есть, что тебе рассказать.

Джон Адамс неторопливо налил себе из новой бутылки, полюбовался, как янтарный напиток играет в лучах солнца, отхлебнул, удовлетворенно кивнул головой, откинулся в кресло и посмотрел Императору прямо в глаза. На краткий миг, Алексею Александровичу показалось, что ему смотрит прямо в душу какое-то очень древнее и могущественное существо. Хотя… Нет, не существо. Человек, один человек, который в свое жизни видел столько боли, сколько не выпадает на долю целого поколения.

И президент начал.

— Князь Разумовский может нас всех спасти. Ну, или он же нас всех и погубит…

***

— Если ты по поводу разрушения Источника, то эту проблему я уже решил, — ответил я. — Ещё в тот период, когда я осваивался в новом теле, пришёл к выводу, что любые манипуляции с энергией высоких порядков могут запросто меня убить в будущем. Поэтому модернизировал энергосистему одновременно с укреплением связи с телом.

— И вы сумели добиться положительных результатов? — удивлённо поднял брови Бернхард, а потом, словно опомнившись, едва не рассмеялся. — Хотя о чём это я? Сам же видел, как вы грязный Эфир использовали. Должен был понять, что основное препятствие уже устранено. Но это не отменяет того, что создатель направленного призыва может получить власть над вами. Раз уж предпринял целых три попытки вытянуть душу Вершителя из другого времени.

— Направленный призыв? — посмотрев на генерала, уточнил я и невольно задумался. Это действительно мог быть именно этот ритуал. Но тогда его организатор поистине вложил в него всё, что у него было. — Вполне возможно.

Подобные высшие арканы были доступны сильнейшим из слуг Вершителей, но использовали их единицы. Мало было обладать достаточным запасом энергии. Ещё был необходим особый дар взаимодействия с Великой Рекой. Я, например, даже на пике своего могущества на подобное был не способен. Просто не было нужного дара и развить его с нуля я просто не мог.

Провести направленный призыв даже один раз было крайне сложно. Повторная попытка зацепить конкретную душу из Великой Реки требовала в десять раз больше сил, а третья — в двадцать. На подобные траты далеко не всегда могли решиться даже Вершители. А у нас был почти безграничный доступ ко всей энергии мира. Возможно, тот, кто стоял за всем этим безумием с родом Разумовских, пытался проиграть разные варианты, подбирая всевозможные параметры. Сложности организатора ритуала не останавливали. Ему нужен был я. Любой ценой.

— Три разных видения сквозь такую прорву веков, господин, — покачал головой Бернхард. — Невероятная точности и абсолютно верное знание конкретного момента, когда ты потеряешь своё тело. Оторвать душу Вершителя от его вместилища просто невозможно.

— Знаю, — ответил я. — Мы же пробовали провернуть подобное.

— Нужно найти поводок, повелитель, — упрямо произнёс генерал, будто я ему в чём-то возражал. — Иначе атака может последовать в любой момент. И тогда не факт, что вы сможете защититься от этого нападения.

— Такой? — создав над ладонью иллюзию той пространственной закладки, от которой меня очистили сёстры, посмотрел я в глаза Ожегову и тот замедленно кивнул. — По такому мы прошли в Москву к делегации Империи Восходящего Солнца.

— Такой, — кивнул генерал и серьёзно задумался. По лицу моего старого соратника пробежала тень. Так Бернхард выглядел обычно во время планирования нападения на очередное государство. Когда понимал, что будет много жертв, но иначе добраться до Вершителя не получится. Вот только мои сородичи очень хорошо умели работать со своими последователями и те с радостью умирали за них в бою.

— Проблема, — размышляя в том же самом ключе, произнёс я. На данный момент мне даже думать о конфликтах подобного масштаба не стоило. Пусть появились серьёзные союзники, но этого было мало. Для атаки на то существо, что засело далеко на востоке, мне нужны были инструменты совершенно другого порядка. Да и своих проблем хватало с избытком.

Существование трёх пространственных поводков автоматически означало, что к переселению готовили три разных сосуда. Неясно кто стоял за тайной организацией, куда входили видные члены аристократии. Вопрос с аномалиями оставался всё ещё открытым и мне физически не хватало времени и сил, чтобы заняться всем и сразу.

— И ты к моему возвращению отношения не имеешь? — когда понял, что молчание затягивается, прямо спросил я.

— Нет, господин, — твёрдо ответил Бернхард. — Более того, я очень долгое время вообще не знал погибли вы в тот день или нет. А точный момент не знаю до сих пор.

— Значит, это кто-то из тех, кто был рядом со мной на руинах крепости, — задумчиво ответил я. Говорить о том, что кто-то из моих братьев пытался вернуть меня не стал. Это было слишком маловероятно. Но сразу три подходящих сосуда… Тут действовали наверняка. Учитывая, что это были все оставшиеся представители рода Разумовских, получалось увеличение шансов почти на двадцать процентов.

— Молодые люди! — раздался с крыльца голос Насти. — Обед уже давно на столе и скоро совсем остынет. Если вы не собираетесь к нам присоединяться, то надо было так и сказать с самого начала.

— Уже идём, — немного натянуто улыбнулся я и сестра это сразу ощутила. Я привык решать вопросы по мере их поступления. Сейчас приоритет был очевиден.

Если разложить на части всё, что мне было известно о ритуале прямого призыва, то картина получалась довольно неприглядная. Три сосуда обладали почти идеальными стартовыми возможностями. Двойной дар, очень качественно развитая энергосистема и Источник, способный в перспективе работать с энергиями более высокого порядка. Вот только первые шаги в каждом из трёх случаев сильно отличались.

Каждый Вершитель хранил тайну своего восхождения от других братьев и сестёр. Не только ради собственной безопасности, но и для того, чтобы сородичи не попытались стать за счёт этих знаний ещё сильнее.

Я не знал, как начинали другие, но один из сосудов идеально подходил именно для меня. Комбинация аспектов чуть отличалась, но остальные параметры совпадали с удивительной точностью.

Мы прошли в дом и сели за стол. Тётя Женя, при поддержке пары девушек в униформе прислуги рода Разумовских, организовала настоящее пиршество. Как только у кухарки появилась такая возможность, она начала возвращать старые правила, десятилетиями царившие в имении. Однако, аппетит и настроение у меня были уже не те. Евгения немедленно обратила на это внимание и смерила Бернхарда гневным взглядом. Похоже, барон стал настоящим воплощением зла для этой женщины, и даже вернувшаяся на лицо Насти улыбка этого не меняла.

— Прошу прощения, что я своими разговорами испортил настроение его светлости, — обратившись к Анастасии, произнёс Бернхард. — Так уж вышло, что пришлось поднять довольно неприятную тему.

— Дела главы рода Разумовских вообще редко приятные, Роман Викторович, — улыбнулась в ответ Настя. Девушка с интересом изучала барона, будто видела его впервые и всё ждала, что же он ещё сделает интересного. — С самого момента нашего возвращения, одна суета и сложности. Стоит научиться искать в этом всём хорошие моменты. Иначе недолго сойти с ума.

— Например еда, — охотно кивнул Бернхард. — Особенно такая восхитительная выпечка, как в доме Разумовских.

На эту фразу Евгения величественно и чуть более благосклонно кивнула. Постепенно атмосфера за столом выровнялась и разговор стал менее напряжённым. А когда к нам присоединилась Нюша, то обед превратился в весёлые посиделки в очень узком кругу. Младшая как-то удивительно просто и обыденно приняла у нас в доме нового человека. Будто он постоянно к нам приезжал раньше и сегодня был самый обычный обед среди сотен таких же.

Я сумел отвлечься от тяжёлых размышлений и замечательно провёл время в кругу близких. Бернхард без умолку цитировал интересные выдержки из разных исторических трудов и только мне было понятно, что часть этих историй основана на личном опыте. Особенно это становилось понятно, когда речь заходила о начальном периоде правления династии Романовых.

В какой-то момент я решил выбраться из-за стола и прогуляться по территории имения. Приближался вечер и воздух стал ощутимо прохладнее. Родовая сесть была заполнена энергией почти до предела и вяло тянула ману из приграничной рощи.

После уничтожения Олимпия и развала тщательно выстроенной экосистемы аномальной зоны, огнеросты существенно потеряли в силе, но остались тем островком стабильности, который давала моему роду громадное преимущество. Не только в плане каких-то ценных ресурсов, но и просто из-за тех объёмов сырой маны, которые роща генерировала каждое мгновение своей жизни.

Сейчас по всей стране шли бои в окрестностях аномалий. Люди пытались адаптироваться к новым реалиям и не понимали чего ждать от зон, которые десятилетиями оставались в одних и тех же границах. Изменённые магией звери пытались найти привычные условия обитания и готовы были за ними идти в человеческие земли. Растения и природа сходили с ума и над всем этим плыли волны тревоги. Все понимали, что как раньше уже не будет, но как изменится жизнь во всей стране никто не знал.

Рода-защитники могли потерять не только свой статус, но сам источник дохода, на котором был завязан целый перерабатывающий кластер. Месяц-два простоя больно ударят по экономики, но это можно вынести. Просто никто не мог гарантировать, что дальше ситуация вернётся к обычному своему состоянию. А учитывая громадные потери всех родов в первых кругах обороны, баланс сил в стране кардинально покачнулся. Те, кто недавно был элитой, могли пойти по миру.

— О чём ты так задумался, что даже воздух вокруг потемнел, Яр? — внезапно прозвучал у меня за спиной голос Нюши. Обернувшись, увидел, как девочка трогает воздух рядом со мной, выискивая в нём что-то невидимое. — Как бы цветы рядом с тобой не завяли…

— Много всего происходит сейчас, Аня, — улыбнулся в ответ я. — Пытаюсь понять, как действовать дальше, чтобы ничего не упустить.

— Это невозможно, — уверенно ответила девочка. — Даже ты не можешь уследить за всем. И твои старые друзья тебе не помогут.

— Ты про барона Ожегова? — понятливо спросил я.

— Про всех стариков, что ты собираешь возле себя, — фыркнула в ответ Нюша. — Антип ведь тоже старый. И Григорий Антонович старый.

— А они мне друзья? — поинтересовался я и на лице Нюши появилось забавное и одновременно очень серьёзное задумчивое выражение.

— Нет, — наконец произнесла она. — Не друзья, но сделают всё, что ты им прикажешь и никогда не оставят. Но я всё же считаю, что лучше в таких сложных ситуациях полагаться не на друзей, а на семью. Например, как я на Би, Бо и остальных.

— У меня только вы с Настей, — не смог сдержать улыбку я. — А я далеко не всегда хочу вас втягивать в какие-то свои проблемы.

— Почему только мы? — удивлённо посмотрела на меня Нюша. — Тут ты совсем не прав, Яр. Мне вот дедушка сегодня снился.

— Что? — моментально напрягся я.

— У него там случилось что-то, — вообще не обратив внимания на мою реакцию, продолжила Аня. — В замке. И он просил тебя помочь. По-родственному. Как Вершитель Вершителю.

Глава 5

Я невольно завис, пытаясь осознать слова младшей сестры. В голове поднялся такой вихрь мыслей, что мне сложно было сосредоточиться на чём-то одном. Дедушка… Лебедев? Как он сумел пробиться в сознание Нюши? Почему вообще решился на подобное, после всего, что он сделал?

— Название-то какое глупое, — тем временем проворчала Нюша. — Что ещё за Вершители? Они вершат что-то? Или совершают? Тогда были бы Совершители…

— А что за замок, Нюша? — возвращаясь к беседе с младшей сестрой, уточнил я. — Ты его сможешь опознать если увидишь?

— Да это же во сне было, Яр! — удивлённо посмотрела на меня девочка. — И замок сказочный совсем был. Там и крыши горели синим огнём, и окна плёнками разноцветными затянуты. А за одним окошком свет горел. Там, наверное дедушка и застрял. А ещё дракон во дворе замка сидел! Красивущий! С радужными перепонками на крыльях!

— С радужными перепонками на крыльях… — эхом повторил я и рассеянно погладил младшую сестру по голове. — Ты иди в дом, Аня. Я ещё немного прогуляюсь и вернусь за стол.

— Хорошо, — улыбнулась в ответ Нюша и убежала в сторону крыльца.

Я проводил сестру взглядом и, когда она скрылась за дверью, с силой потёр ладонями лицо. Ну почему всё так сложно и запутано? Как же всё было просто и понятно во время моей войны против Вершителей! Был я и мои последователи, которые сражались за сохранение мира без Вершителей. И были все остальные. А сейчас что?

В далёком прошлом не было изменённых магией существ вроде семикрылого и земляных лент. В пространстве просто не было столько свободной маны, чтобы она могла изменить целое живое существо. Все мутации были результатом направленных воздействий моих собратьев или их особо доверенных прислужников. Химерами никто особо не увлекался, потому что все понимали, что они слишком сложны в создании и малоэффективны. Но я не знал ни одного Вершителя, который бы не попробовал работать в этом направлении хотя бы раз. Потому что это было банально интересно.

И лучший результат был, разумеется, у Локхара. Обманщик виртуозно умел работать со сложными задачами и подбирать единственно возможные варианты решения из тысяч. Главным достижением Локхара было создание настоящего дракона. Громадной ящерицы из страшных легенд диких племён запада. Правда, с некоторыми особенностями, без которых Обманщик просто не мог завершить ни одно своё дело.

Вместо огненного дыхания — звуковые удары. Вместо грозной внешности и грубой чешуи — разноцветная шелуха, похожая на цветные стекляшки в реке. Вместо крыльев — полотнища эфирной энергии.

В остальном химера получилась практически настоящим драконом. Неубиваемая, почти вечная и очень умная зверюга. Правда, разум у неё был довольно своеобразным — хитрым, изворотливым и довольно подлым. Собственно, при таком создателе, в этом не было ничего удивительного.

Проблема была в том, что даже по общим чертам Нюша описала логово Великого Обманщика. Его замок можно было узнать среди сотен других. Такой же обманчиво красивый и беззащитный, как яркая ядовитая змея. Каждый из моих братьев знал наверняка, что защита этого места могла запросто уничтожить даже сильнейшего из наших слуг. А страж обители Локхара мог некоторое время противостоять даже Вершителю.

Тот, кто сумел дотянуться до Нюши, всего несколькими образами сумел передать самые важные элементы обители Великого Обманщика. Я был в гостях у Локхара всего дважды, но узнал это место со слов сестры мгновенно.

— Ярослав Константинович, — отвлёк меня от размышлений Бернхард. Генерал вышел на улицу вместе с Настей и они оба с некоторой тревогой смотрели в мою сторону.

— У вас что-то случилось? — тут же спросил я.

— У нас нет, — особо выделив голосом второе слово, ответила Настя. — Мы плотно покушали и барон принял решение ехать в Тверь. Чтобы не стеснять нас в имении.

— У меня масса дел накопилась, Анастасия Константиновна, — улыбнулся моей сестре Бернхард. — От родового особняка осталось одно пожарище, да и на семейной складской площадке дел немало. Не всё же заместителям и охранникам лямку тянуть. Да и поздно уже.

— Всё правильно говорит Роман Викторович, — кивнул я. И вроде бы я пытался участвовать в общем разговоре, но мысли мои были настолько далеко, что скрыть это не получалось. — Я провожу барона до машины и организую ему сопровождение до Твери, чтобы по пути ничего не случилось.

— Это было бы замечательно, ваша светлость, — кивнула Настя. — А то после недавних событий в столице вообще неизвестно, чего можно ждать на трассе.

— Что случилось, господин? — пока мы шли к казарме охраны, спросил Бернхард. — На вас лица нет.

— Нюше приснился сон, — сосредоточенно ответил я.

— Детям… — начал было генерал, но поймав мой бешеный взгляд резко осёкся на полуслове. — Всё настолько серьёзно?

— Когда Насте в прошлый раз долго снились сны, она вступила в симбиоз с аномальным зверем четвёртого ранга, — сообщил я. — Но мы сумели с этим справиться и даже не сильно пострадали.

— Что тогда увидела ваша младшая сестра, господин? — негромко спросил мой старый соратник.

— Замок с горящей крышей, — криво усмехнулся я. — И с радужным драконом во дворе.

— Не может быть!!! — как вкопанный остановился Бернхард. — Все твердыни Вершителей были уничтожены после того, как они утратили силу. Я потерял немало хороших парней, чтобы убедиться в этой информации. Это происходило по всему миру и никто не сумел избежать этой участи.

— Никто? — сухо уточнил я. — Ты так в этом уверен, мой старый друг? Даже Олимпий, которого я нашёл в ядре Тверской аномальной зоны? Может ты лично видел труп Локхара или развалины его обители?

— Развалины обители Обманщика ничего бы не доказали, — покачал головой Бернхард. — Даже если бы я лично превратил его замок в руины, то не был бы до конца уверен, что это не обман разума. Самого Локхара после окончания войны тоже никто не видел. Насколько мне известно, все Вершители разлетелись по своим гнёздам в попытке спасти остатки былого могущества. У кого-то получилось, а у кого-то нет. В любом случае, та зона разряженной магии, где находилось ранее убежище Обманщика, перестала существовать. Повреждения ткани реальности были настолько велики, что там даже аномальные зоны так и не появились.

— Зато там появилась Австрийская империя, — хмуро произнёс я. — И, судя по тому, как действует сейчас её правитель, решения принимает кто-то другой.

В казарме нашёл Змея и приказал ему доставить барона Ожегова в Тверь. Для сопровождения выделил десяток человек. Если случится что-то мелкое по пути, то этого должно хватить. А на серьёзное нападение, как я уже теперь понимал, и целой армии будет мало.

— Мне нужно ещё что-то знать по поводу сна вашей сестры, господин? — перед тем, как сесть в машину, уточнил Бернхард.

— Она сказала, что в замке Локхара застрял её дедушка, — ответил я. — И ему нужна помощь. Как Вершителю от Вершителя…

Последние слова вырвались у меня с невольным сарказмом, и генерал понимающе кивнул в ответ. Никто из моих братьев никогда бы не обратился к другому за помощью. Тем более после того, как фактически пытался убить. И это окончательно убедило меня в том, что я имею дело с высокоранговым прислужником кого-то из моих братьев, который сумел получить доступ к наследию Великого Обманщика.

Дело было даже не в самой просьбе или поведении хозяина Тёмного Эфира, а в том, что Вершители мыслили и воспринимали реальность совершенно иначе. Даже ближайшие из наших соратников не всегда могли понять логику наших действий. Просто потому, что мы опирались на иные факторы в момент принятия решений.

После разговора с Нюшей заняли свои места некоторые детали головоломки. Правда, картина всё ещё имела больше дыр, чем целых фрагментов. Однако, какие-то выводы я уже мог сделать. Всё наследие Обманщика работало только на своего создателя. Ни один артефакт Локхара нельзя было использовать в чужих целях. Мы в прошлом даже подарки от него не принимали. Слишком уж это было опасно и непредсказуемо.

До этого я думал, что мне придётся долго и мучительно искать следы угасшего рода Лебедевых, но «дедушка» сам сумел найти путь со мной связаться. Пусть пока эта связь и была очень зыбкой, больше напоминая намёк или тень.

Работа с тёмным Эфиром требовала колоссальных знаний и возможностей тела. Я не зря сомневался в том, что обычный человек сумеет справиться с подобной задачей. Одним из вариантов для одарённого было использование усилителей или конденсаторов силы. Вероятно, что-то подобное нашёл глава рода Лебедевых в обители Локхара. Если допустить, что обычный человек вообще туда сумел попасть.

Но если это действительно так, то участие странных наёмников из Австрийской Империи, пытавшихся вытащить из небытия Олимпия, обретало смысл. Владелец тёмного Эфира не хотел сидеть бесконечно вдали от родины и решил предпринять ряд действий, которые могли в перспективе сделать его хозяином всех аномальных зон Российской Империи. Олимпий к этому времени уже слишком сильно деградировал, чтобы просчитать настолько дальние последствия своих действий. Но для того Локхара, что я когда-то знал, это всё было слишком мелко. И просто.

Искать дополнительные смыслы в происходящем не хотелось. Это наверняка меня приведёт к блужданию по кругу. Поэтому решил отправиться спать. На свежую голову думалось лучше. Вполне возможно, что сейчас я просто уже не сумею заметить что-то важное.

Но перед сном решил немного подстраховаться и вызвал к себе Григория. Архимаг Ментала прибыл в течение десятка минут, будто всё это время только и ждал моего сигнала.

— Нужно проследить за сном всех членов моей семьи, Григорий, — произнёс я. — Нюша видела направленное сновидение, которое может повториться. Если она будет закрыта, то есть вероятность, что попытаются связаться с кем-то другим. Мне нужно, чтобы ты определил источник этого воздействия и отследил направление.

— Ответный удар? — деловито уточнил Бетюжин.

— Пока только наблюдение, — покачал головой я. Нюша обязана была передать мне это сообщение. Но как я на него отреагирую противник не знал. Учитывая возраст младшей княжны, я мог и проигнорировать её сны. А значит нужно было что-то более существенное. Чтобы наверняка зацепить сильно занятого князя.

Выдав все указания, лёг на кровать и принялся готовить разум к возможному путешествию. Григорий покинул комнату, а я погрузился в медитацию. Расстояние для полноценной связи было очень большое. Если я прав, и глава уничтоженного рода действует из логова Локхара, то ему всё равно требуются проводники и концентраторы, чтобы точно навестись на цель и дотянуть до моего имения свою волю. А ещё нужно было сделать так, чтобы родовая сеть не отреагировала на чужое ментальное присутствие. Условий было слишком много и соблюдение всех требовало просто невероятного мастерства. Или тщательной подготовки, во что я верил охотнее.

Сознание медленно скользнуло в темноту. Тело отреагировало однозначно, будто я мгновенно уснул. Все реакции замедлились, а сотканная из магии копия моего разума затаилась в тёмном углу черепа, держа под жёстким контролем все процессы родовой сети и собственного организма.

Это не мешало мне отдыхать. На текущем уровне владения собственным телом и Источником, я вполне мог проводить в таком режиме две ночи из трёх. Вот только в дальней перспективе это всё равно сказывалось и замедляло развитие. После работы с грязным Эфиром и погружения в глубинное сплетение, мне удалось миновать часть обязательных препятствий на пути возвышения. Но объёмы энергии, необходимой для следующего шага, выросли в несколько раз. И собирать придётся как раз те аспекты, которые накопить в каких-то носителях было сложнее всего.

Часы незаметно протекали мимо. Родовая сеть находилась в полном покое. Я чувствовал перетекающие по сложной магической структуре объёмы энергии. Ничего лишнего, ничего постороннего. Каждую сферу маны я мог отследить и проверить. Возможно, я немного переоценил намерения «родственника».

Как только сформировалась эта мысль, начались изменения. Со стороны это выглядело так, будто по родовой сети пробежал мгновенный спазм. Целая россыпь узлов сжалась вокруг Нюши на долю мгновения и после этого всё вернулось на круги своя. Если бы я не отслеживал всю сеть целиком, то ни за что не сумел бы обнаружить воздействие. Одновременно с непонятным спазмом начал действовать Бетюжин.

Архимаг Ментала ощутил развитие в сознании Нюши внушённого сна и пошёл по следу. Вот только след этот растворялся в родовой сети, куда у оборотня доступа не было. Я обозначил для Григория своё присутствие, чтобы он не отвлекался от основной задачи и зафиксировал все нюансы сна, а сам начал собирать по фрагментам изменения родовой сети, предшествовавшие внушению.

Закончил я только к утру, обнаружив все до единого источники генерации сигнала. Спрятаны они были поистине виртуозно. Рассыпанная по всей территории рода Разумовских отдельные артефакты запускали кусочки сигнала в родовую сеть. И всё это устремлялось к своей цели, собираясь вместе только в сознании Нюши.

«Родственник» отлично знал, как устроена наша родовая сеть и пользовался этим довольно эффективно. До сегодняшнего дня. Открыв глаза, я отдал сигнал уничтожить все обнаруженные ретрансляторы. Это был ещё один шаг, который обеспечивал независимость моему роду. Функции найденных артефактов были скорее наблюдательными, потому что любой другой вариант я бы ощутил раньше. Ретрансляторы спали до определённого момента. Но тот, кто их установил, сделал это очень давно. Ещё до падения Разумовских и казни прежнего главы рода.

— Нашёл, — удовлетворённо произнёс я и рывком поднялся с кровати. Торопиться было особо некуда. Теперь я точно знал, что надо делать и решил начало дня посвятить другим делам.

После ледяного душа надел новенький камуфляж и нацепил на шею накопитель. Мечи стояли у выхода из комнаты и их оставалось только захватить с собой. Когда спустился в гостиную, в одном из кресел обнаружил Настю. Сестра окинула меня взглядом и вопросительно изогнула бровь.

— Я думала, ты отдыхать приехал домой, — произнесла она. — А ты опять в аномалию собрался?

— Вообще-то, я собрался в Себыкино, — ответил я. — И в Сумань хотел ещё заехать.

— Тогда почему с оружием? — подозрительно прищурилась Настя, а потом вдруг расслабилась и улыбнулась. — А собственно, это вообще не моё дело. Будь осторожен, Яр.

— Обязательно, — кивнул я. — Нюша уже встала?

— Пока не спускалась, — сделав глоток кофе из большой прозрачной чашки, ответила Настя. — Там Григорий с ней что-то обсуждает. Он всю ночь у дверей в детскую дежурил.

— Это мой приказ, — возвращаясь к лестнице, произнёс я. — Нюше сны плохие начали сниться.

— Ничего удивительного. После всего, что она пережила, ещё и не такое может быть, — пожала плечами Настя и, проницательно посмотрев на меня, добавила. — Но ты же не думаешь, что я поверю в такие сны, с которыми не сумел справиться менталист её уровня?

— Кто-то из родственников объявился, — хмуро ответил я и лицо сестры моментально изменилось.

— Мама? — сорвалось у Насти.

— Не хотелось бы, — угрюмо ответил я. — Пока что этот родственник дважды пытался меня убить и воздействовал на Нюшу. Если это бывшая княгиня Разумовская, та наше воссоединение может быть совсем не таким, как ты его видела.

— Я не верю в это, — покачала головой моя старшая сестра.

— И я не верю, — улыбнулся я в ответ. — Но нужно разобраться в этом вопросе.

— Я могу чем-то помочь? — тут же спросила Настя.

— Мы сами разберёмся, — с улыбкой ответил я и, переведя взгляд на верх лестницы, где появилась Аня, добавил. — Правда, сестрёнка?

Глава 6

— Да! — предельно серьёзно кивнула Нюша. Девочка выглядела немного бледной и не выспавшейся, но очень решительной. Вероятно, наведённый сон оказался не очень приятным.

— Вы, как обычно, уже всё решили без меня, — вздохнула Настя. — И абсолютно уверены, что никаких проблем в процессе не возникнет.

— Проблемы однозначно будут, — даже не подумал отрицать очевидное я. — Просто на территории Тверской аномальной зоны мы с Аней можем со многими проблемами справиться без особого труда.

— Когда отправляемся? — посмотрела на меня младшая сестра и принялась неспешно спускаться по лестнице. Следом за девочкой шагал Бетюжин и лицо оборотня показалось мне очень напряжённым.

— Сразу после завтрака, — ответил я и вопросительно взглянул на своего личного секретаря.

— На пару слов, ваша светлость, — кивнув на выход из особняка, ответил на мой молчаливый вопрос юрист. В столовой уже вовсю накрывала на стол Евгения, а из дальних комнат появился Антип. Древний слуга моего рода будто почувствовал напряжение и решил присоединиться к нам на крыльце.

— Что удалось узнать? — когда мы вышли на улицу и Антип плотно прикрыл за нами дверь, первым делом спросил я.

— Что создатель сна очень сильно беспокоился за сохранение своей тайны личности, — ответил Бетюжин. — Ни в одном из блоков сновидения я не сумел обнаружить даже следа или тени изначальной силы. Всё несколько раз изменено и отфильтровано до полной стерильности, если так можно выразиться.

— Суть послания? — не особенно удивившись, задал следующий вопрос я.

— Запрос помощи, — коротко ответил бывший юрист. — Судя по реакциям Анны Константиновны, она уже видела этот сон, но в этот раз все детали были более чёткими, а сцены продолжительнее. У меня создалось впечатление, что вашей сестре пытались показать варианты обхода наиболее опасных участков сказочного замка и самые серьёзные ловушки.

— Покажи мне, — попросил я. Григорий молча кивнул и у меня в сознании развернулась картинка чужого сновидения. Архимагу Ментала не нужно было касаться меня или делать какие-то жесты, чтобы передать мне собранные образы.

Некоторое время я следил за развитием событий, а потом вдруг поймал себя на мысли, что всё слишком соответствует моим ожиданиям. Слишком похоже на тот образ замка Локхара, который я запомнил в свой последний визит. А Великий Обманщик славился тем, что никогда не повторялся.

К окончанию завтрака успел договориться с Настей о ряде важных моментов по текущим делам рода. Старшая сестра делала вид, что всё в порядке, но я буквально чувствовал её напряжение. Оба оборотня не отходили от меня ни на шаг, что не добавляло спокойствия.

— Если вы не против, то я сообщу остальным о вашем решении, Ярослав Константинович, — уже по пути к машине, произнёс Григорий. — Пётр сумеет оперативно доставить во владения рода Разумовских подкрепление…

— Не нужно, — покачал головой я. — Мы просто прогуляемся с моей сестрой по аномальной зоне и вернёмся домой. Речи о каких-то серьёзных столкновениях не идёт. Природа зоны пока не восстановилась достаточно после всех потрясений, чтобы её опасаться, как раньше.

— Не волнуйся так, дядя Гриша, — улыбнулась Нюша. — Мы будем не одни.

Девочка провела рукой по воздуху, будто гладила что-то невидимое и я увидел едва заметные оранжевые искры. Воздействия подобного уровня могли позволить себе только магистры аспекта Пространства, да и то не все, это ближе к уровням архимага всё же, которых на территории Российской Империи не наблюдалось уже несколько десятков лет. Под контролем Улитки, россожи вышли на совершенно новый уровень работы с энергией. Ни один зверь на моей памяти не был способен на что-то подобное.

— Если вы позволите, то мы с Антипом хотели бы отправиться с вами, господин, — прямо посмотрел мне в глаза менталист.

— Хорошо, — усаживаясь на заднее сиденье вездехода, спокойно ответил я. Можно было оставить сопровождение дома, но тогда я лишался части преимуществ. Нюша были сильным менталистом, но до Григория ей было далеко. — Где твоя стая, Улитка?

— Будет ждать нас в Сумани, — ответила девочка. — Заодно проверим ферму. Лена сказала, что часть поголовья земляных буйволов заболела.

— Это из-за всплесков свободной маны, — ответил я. — Скоро придут в себя. Но я могу ошибаться. На месте посмотрим. Но сначала к Олегу Дмитриевичу надо заехать.

В Себыкино царило какое-то нездоровое оживление. Народа суетился возле центральной площади посёлка. При появлении нашего автомобиля жители, будто испугавшись, разбежались в разные стороны. Я озадаченно посмотрел на Бетюжина, но тот только усмехнулся и взмахнул рукой, показывая, что ничего страшного не происходит. Нюша при этом вдруг заволновалась и пару раз стрельнула глазами в мою сторону.

— Вот как… — едва слышно пробормотала девочка. — А я и забыла совсем…

— Что такое? — поинтересовался я.

— Да ничего, Яр, — натянуто улыбнулась Улитка. — Просто вспомнила, что у меня одно дело есть незаконченное. Надо будет заняться им, когда вернёмся.

— Григорий, я не могу найти Большакова, — коснувшись родовой сети и не обнаружив главного артефактора, произнёс я. — Можешь проверить где сейчас Илья Петрович?

— Приношу свои глубочайшие извинения, ваша светлость, — тут же виновато произнёс мой личный секретарь. — Илья Петрович предупреждал меня, что ему нужно отлучиться в столицу. Он собирался вам лично позвонить, но вы свой телефон передали президенту Американской Конфедерации, и господин Большаков сумел дозвониться до меня.

— Целой Конфедерации?! — мгновенно округлила глаза Нюша и в этот момент стала до боли похожа на ту девочку, что не давала покоя никому в особняке баронессы Ключицыной и первое время в нашем родном имении. — Ты никогда не говорил, что знаком с целым президентом! А какой он? Красивый?

— Это не самая важная характеристика для правителя страны, — рассмеялся я.

— Нет, ну это всё понятно, — отмахнулась Нюша. — Например про нашего Императора даже смысле нет спрашивать. Он же архимаг аспекта Жизни и сам себе может красоту навести. А этому президенту кто-то должен синяки от недосыпа убирать. Ну или как это делается? Он же не спит, наверное, никогда. О будущем думает…

Я задумчиво посмотрел на сестру, но отвечать ничего не стал. Иногда ход мыслей Нюши ускользал даже от меня, но при этом младшая сестра всегда была потрясающе точна в своих формулировках и предположениях. Даже сейчас, буквально пальцем в небо, она с идеальной точностью описала обычно состояние Гарфакса, когда мир начинал стремительно меняться.

После напоминания решил связаться с провидцем и узнать, нет ли каких-то новостей. Иногда командир Чёрной Сотни давал очень своевременные прогнозы. Сейчас бы мне такой точно не помешал.

— Что сказал Большаков? — вернулся я к начатому разговору с архимагом Ментала, хотя примерно представлял себе ситуацию — граф Калинин прямо мне сообщил, что такой поворот возможен в ближайшее время. Оставалось только понять, насколько артефактор оказался верен данному слову.

— Илья Петрович поехал навестить матушку в столицу, — ответил Бетюжин. — И встретиться со светлейшим князем Воронцовым, который стал инициатором выезда господина Большакова за пределы владений рода Разумовских. Я дал Илье Петровичу ряд советов, но уверен, что они ему не понадобятся. Этот человек очень хорошо знает своего бывшего начальника и не сомневается, что тот попытается его прочитать. Однако, в отношении слуг рода Разумовских, это может быть воспринято, как акт прямой агрессии. Соответствующими инструментами фиксации ментального воздействия Илья Петрович озаботился заранее.

— Вот и славно, — кивнул я.

Воронцов всячески показывал, что он мой партнёр, товарищ и брат, но я прекрасно понимал, что это далеко не так. Как и в случае с Пожарским, интересы рода были всегда выше личных связей. А учитывая масштабы деятельности артефактного дома, Пётр Сергеевич мог даже в чём-то против короны пойти, чтобы сохранить своё детище.

— Тогда передайте Илье Петровичу, чтобы он со мной связался, как вернётся из поездки.

— Обязательно, ваша светлость, — кивнул в ответ Бетюжин. — Я держу с ним связь непрерывно.

— Доброе утро, Ярослав Константинович! — как только мы вышли из машины, произнёс дожидавшийся нас Пескарёв. Глава Себыкино и, по совместительству, главный хозяйственник родовой корпорации Разумовских, тщательно вытирал руки от краски. Её следы я обнаружил на одежде и даже в волосах Олега Дмитриевича. Учитывая ранний час, я невольно заинтересовался этим фактом.

— Доброе утро, Олег Дмитриевич, — пожимая руку Пескарёву, улыбнулся я. — Что за аврал у вас такой, что даже вы валик и кисточку в руки взяли.

— Готовимся, ваша светлость, — моментально ответил Олег. — Тёплых дней не так много осталось, а работы непочатый край. Вот и делаем всё, что можно.

— Понятно, — хмыкнул я. Олега я считал предельно честным и открытым человеком, но сейчас он откровенно не хотел прямо отвечать на мой вопрос. Впрочем, у меня и так дел было по горло, чтобы ещё разбираться в причудах жителей Себыкино. — Александр здесь?

— Сашок? — тут же натянуто улыбнулся Пескарёв. — Нет его в посёлке, ваша светлость. Его Илья Петрович в аномалию отправил. За ингредиентами важными. Ещё ночью ушёл, чтобы в нужно время собрать всё.

— Да ладно, Яр, — неожиданно вмешалась в разговор Нюша. — Давай сами посмотрим, что ты тут хотел и в Сумань поедем. А то время идёт, а мы на месте топчемся…

— Действительно… — протянул я и увидел благодарный взгляд Пескарёва, направленный на мою сестру. Благодаря связи с ядром аномалии, родовая сеть распространилась уже достаточно далеко в зону и я быстро обнаружил Берёзу и ещё десяток парней, которые действительно что-то активно выкапывали в пяти километрах от границы. — Около полусотни Витязей охраняли собирателей. Среди дозорных я обнаружил Змея и Кота, что намекало на важность миссии Александра. — Тогда давайте о насущных делах, Олег Дмитриевич. Как ситуация в Себыкино? Что с загрузкой сортировочного цеха?

За следующие тридцать минут мы обсудили с Пескарёвым множество мелких вопросов и даже прогулялись по посёлку. Меня не оставляло странное ощущение общего волнения и постоянно казалось, что все вокруг слегка взбудоражены.

— Что происходит? — когда мы попрощались с главой посёлка и сели в машину, спросил я у Григория.

— Вы приказываете мне ответить, ваша светлость? — деловито уточнил оборотень. Антип, который за всё время нашего визита так и не вышел из машины, только слегка усмехнулся.

— Нет, — немного подумав, ответил я. Прямой угрозы в происходящем я не ощущал, а значит и беспокоиться не стоило. — Но раздражает немного.

— И меня тоже, — охотно поддакнула мне Нюша. — Все носятся и что-то делают, а ты вообще не понимаешь зачем и почему. Ты, кстати, так и не ответил мне, где познакомился с президентом.

— В Москве, — улыбнулся я в ответ и Аня состроила недовольную мордашку.

— Потом не удивляйся, когда тебе тоже так отвечать начнут, — проворчала девочка. — Я о серьёзных вещах вообще-то спрашиваю.

— Князю и главе рода не положено отвечать подобным образом, юная госпожа, — наставительно произнёс Антип, а Бетюжин поддержал его кивком. — Родичам не пристало судить дела и поступки Ярослава Константиновича.

— Ой, ну только вы не начинайте! — всплеснула руками девочка. — Яр, если нам больше не надо ни перед кем появляться, то может дальше проколами?

— Давай, — кивнул я и под каждым из нас распахнулись окна пространственных переходов.

— Здравствуйте, госпожа, — прозвучал справа знакомый голос. Я повернулся и увидел Скопу. Лена была одета в простое льняное платье и поэтому я даже не сразу её узнал. Настолько привык видеть её в камуфляже и с винтовкой наперевес, что новый образ отказывался укладываться в сознании. — Доброе утро, ваша светлость.

— Всё готово? — сразу направившись к выходу из просторной комнаты, спросила Нюша.

— Да, мы перевели зверей с нижних уровней, — пристроившись следом за юной владычицей Сумани, сообщила Лена. — Некоторым стало легче, но молодняк страдает. А ещё одну из смотрительниц ранил взбесившийся огнелис.

— Кого? — тут же остановилась и обернулась Улитка.

— Катю, — опустила взгляд Скопа. — Мы уже оказали ей первую помощь. Целительница из Себыкино посмотрела её и сказала, что задето ядро тела. Если отвезти в Москву, то ещё можно спасти, но девяносто девять процентов, что она останется в коме на многие годы.

— Почему сразу не мне не сообщила? — резко спросила младшая княжна и детском голосе прорезались металлические нотки.

— Мы сделали всё необходимое, госпожа, — виновато опустила голову Лена. — Я не хотела вас беспокоить по пустякам.

— Каждая жизнь имеет значение, Скопа, — ответила Нюша. — У нас целый выводок архимагов во владении и куча знакомых высокоранговых целителей. Наверняка есть способ. Отведи меня к ней. Яр…

— Я тоже пойду, — спокойно произнёс я. — Мы никуда не торопимся, а от нашего визита может зависеть жизнь.

Лена понятливо кивнула и, обогнав Нюша, повела нас по извилистым коридорам главного здания Сумани. Теперь это место выглядело значительно более живым, чем во время моего последнего визита. Скопа старалась изо всех сил, чтобы придать форпосту моих владений нормальный облик. Поддержка Улитки и защита рощи огнеростов позволили суманьцам вздохнуть свободно и, как это бывает в таких местах, жизнь забурлила с невероятной силой. Почему-то в пограничье не выживали тихие и спокойные люди, которые могли годами заниматься одной и той же работой. Здесь требовалась сила и энергия, которой хватало далеко не всем.

В правом крыле здания располагался госпиталь. Пять больших комнат были переоборудованы для обслуживания пострадавших. Я увидел на полках множество лечебных артефактов и обычных лекарств. Местные жители привыкли полагаться только на себя. Даже в самых тяжёлых случаях, они сначала делали всё, что от них зависело и только после этого обращались за помощью.

Причём в этом конкретном случае, к сожалению, помощь квалифицированных целителей вряд ли могла что-то изменить. В отдельной комнате, предназначенной для восстановления пациентов, была занята всего одна кровать, на которой лежала замотанная бинтами с ног до головы девочка.

Если речь заходила о повреждениях одарённых или тех, кто шёл по пути воина, то вариантов было достаточно много. Энергосистемы наших организмов были во много раз мощнее, чем у обычных людей. Именно поэтому целители могли творить настоящие чудеса и вытаскивать чуть ли не с того света опытных магов. И поэтому обычных дружинников старались держать от аномальных монстров на расстоянии выстрела. Разумеется, если их наниматели хоть немного заботились о своих людях.

Жители Сумани уже довольно давно работали с аномальными зверями и знали, что нужно делать для собственной безопасности. Вот только на сто процентов это от несчастных случаев уберечь не могло. Вспышка свободной маны и хаотичный магический фон заставили запертого на подземной ферме огнелиса напасть. Причём не просто покусать смотрительницу, а выжечь на её теле необратимый след.

Я пробежался магическим взглядом по телу ребёнка, оценивая повреждения и только недовольно поморщился. Будь Катя немного слабее духом, она бы умерла просто от обилия ожогов. Но девочка держалась, хоть и была без сознания. И если внешние повреждения можно было устранить без проблем, пусть и далеко не сразу, то перекрученную и обожжённую сетку энергетических линий выровнять уже не выйдет никогда.

Нюша, словно осознав всю сложности ситуации, присела рядом с Катей на кровать и коснулась её руки. Жест получился настолько естественный и понятный, что я невольно отвёл взгляд. Любому сложно признавать свою слабость или неспособность изменить ситуацию. А когда речь заходит о детях…

— Это я предложила ей пойти на ферму, — тихо произнесла Нюша. — Остальные были против, но я не сомневалась, что Катя справится. Я помогала ей, и она действительно стала лучшей смотрительницей из всех. Многие даже говорили, что она моя копия. Только волосы другого цвета… А сейчас и волос не осталось… И вариантов никаких нет.

— Один есть, — произнёс я и, посмотрев на Бетюжина с Антипом, добавил. — Ваша личная ответственность.

Глава 7

Оборотни пару мгновений смотрели на девочку, а потом синхронно кивнули и принялись за дело. Когда подготовкой к перевозке занимаются сразу два архимага, то происходящее больше похоже на чудо. Металлическая кровать начала трансформироваться под воздействиями Антипа в походный кокон. Вокруг замотанного в бинты ребёнка возник защитный барьер, а нам в лицо дохнуло жаром раскалённого металла.

— Что вы делаете? — нервно спросила Скопа. Елена единственная из нас, кто не оценил моё решение о перевозке Кати. И я прекрасно её понимал. Девочке и так изрядно досталось, но она всё ещё была жива. Пусть и в таком пограничном состоянии, но призрачный шанс на восстановление всё ещё оставался.

— Я забираю её с собой, — ответил я. — Под мою ответственность. Родители у девочки есть?

— Нет, — покачала головой Лена. — Она одна уже третий год. Отец был, но его дружинники Антиповых застрелили на границе. Он тогда из аномалии с добычей возвращался. Ну и вот… Николаю Петровичу тогда ещё виру пришлось отработать за браконьерство, хоть Сумань и на чужой земле находилась. Чтобы проблем лишних не было.

Я зло сжал челюсти и подавил родившийся внутри гнев. Многое уже изменилось за прошедшие месяцы, но забыть прошлое было не так просто. Те, кто творил бесчинства на моей земле уже заплатили сполна. Но это нисколько не уменьшало долг моего рода верным людям.

— Значит мы сообщим тебе о судьбе Кати, — принял решение я. — Через день или два.

Лена неохотно кивнула. Внутри неё боролись сразу два мощных чувства. Одно требовало вступиться за ребёнка и оставить его в посёлке. Защитить и ждать изменений. А другое твердило, что нужно довериться мне и отпустить пострадавшую девочку.

— Всё будет хорошо, Елена, — неожиданно коснулся плеча Скопы Григорий и лицо девушки разгладилось, будто она приняла для себя какое-то важное решение. Нюша вопросительно посмотрела на своего учителя и между двумя менталистами проскочила волна энергии, будто они обсуждали состояние Скопы и причины поступка оборотня.

— Вам нужна какая-то помощь, ваша светлость? — посмотрела на меня Елена. — Я могу выделить нескольких следопытов для сопровождения. На данный момент все жители Сумани находятся в посёлке. Я приказала никому не ходить в зону до полной стабилизации магического фона.

— Это очень разумное и правильное решение, Лена, — одобрительно произнёс я. — Спасибо за предложение, но мы сами справимся.

Готовить нам было особо нечего, поэтому уже через десять минут весь сводный отряд собрался в подземной норе, где раньше располагалось логово россожей. От былого великолепия этого места не осталось и следа. Голые каменные стены и ощущение полного запустения. Би и Бо уничтожили без остатка своё жилище, чтобы спасти меня и остальных членов международного рейда.

Помимо меня, Нюши и двоих оборотней, в поход отправлялась вся свита моей младшей сестры. Катю можно было считать дополнительным грузом на очень сложном передвижном артефакте. Больше снаряжения с собой никакого не брали, положившись на магию и силу аномальных зверей.

Рядом с Огоньком и Шустриком копошилась на земле громадная туша Були. Все чудовища были очень рады снова увидеть свою хозяйку и не скрывали этого. В пещере царил гул от рёва, треска и шипения, которые непрерывно издавали монстры. Каждый пытался как-то показать свою любовь хозяйке и та очень быстро стала блестеть от слюней и слизи. Правда, Нюше к подобному было не привыкать и россожи моментально очистили её, как только с ритуалами приветствия было покончено.

— Открывай переход, — приказал я и создал у себя в сознании образ конкретного места на внешней границе рощи огнеростов. Нюша моментально считала все нужные данные и перед нами распахнулось пространственное окно.

Я наверняка знал, что поблизости от нашей точки выхода никого нет. Преимущества распространения родовой сети на территорию аномальной зоны позволяли чувствовать себя более уверенно и не опасаться внезапного нападения.

Пространство на другой стороне портала было заполнено дымом. Перейдя на другую сторону, я не ощутил привычного жара и даже защищаться барьерами не пришлось. Магическим деревьям было настолько плохо, что никаких излишков тепла в пространство они не выделяли. Всё шло в корневую систему. Развитие рощи тоже прекратилось, но она генерировала достаточно энергии аспекта Огня, чтобы выжить. В схожем режиме сейчас существовали и другие виды, вступившие в симбиоз с огнеростами.

Я заметил вялые плети упокоя, стелившиеся по земле. В отдалении без движения лежал стреляющий палками куст из ядра аномалии. Пчёл было значительно меньше и они отличались от своих обычных собратьев только размерами. Ни о какой лавовой шкуре сейчас речи не шло.

— Нужен мёд, — осматриваясь вокруг, произнёс я. — Килограмма два-три.

— Сейчас, — ответила Нюша и посмотрела на Огонька.

Громадный четырёхранговый волк довольно рыкнул и унёсся куда-то в заросли магических растений. Мы отправились следом, но уже через минуту услышали злобный рёв, который очень быстро перешёл в болезненный визг. Послышались частые взрывы. Магические пчёлы боролись за свои сокровища изо всех сил.

— Нехорошо получилось, Анна Константиновна, — осуждающе посмотрел на княжну Антип и та только насупилась.

Архимаг Огня отлично ощущал пространство вокруг и чуть раньше меня разобрался в проблеме. К моменту, когда из-за ближайших деревьев выскочил подвывающий Огонёк, мы уже были готовы. В распухшей от многочисленных взрывов морде аномальный волк сжимал здоровенный кусок заполненных мёдом сот. Вероятно, только вытекающий из них мёд позволил волку так долго сопротивляться.

— Здесь же нам ничего больше не нужно, да? — смущённо посмотрев на меня, спросила Нюша. Следом за её питомцем вылетел из зарослей гудящий ком лавы. Я только успел кивнуть, как россожи эвакуировали всю нашу команду на безопасное расстояние.

— Спасибо, — забирая у пострадавшего зверя его добычу, произнёс я.

— А зачем тебе мёд? — тут же оказалась рядом Нюша. Шустрик отправилась к волку, на ходу формируя над собой здоровенный ком грязи. Видимо, в стае моей младшей сестры уже были разработаны свои методы лечения.

— Пригодится, — улыбнулся я в ответ. — Это очень насыщенный магией Огня продукт. Если вдруг наступит критический момент, то он может спасти нам жизнь. Ну и ещё его некоторые существа очень любят.

Примерно у Огонька получилось собрать килограммов шесть. Вдвое больше, чем я рассчитывал изначально, но запас лишним точно не будет. Я приказал выдвигаться в сторону ядра аномальной зоны. После недавнего шторма, все метки Би и Бо были стёрты. Россожам пришлось обновлять свою сеть на всём маршруте и это существенно замедлило наше продвижение.

В какой-то момент Нюша предложила поехать верхом и я с сомнением посмотрел на свиту моей сестры. Сама княжна всё это время ехала на Буле. Громадный паукообразный зверь был полностью доволен таким положением вещей и даже радовался местами, что для чудовищ этого типа было вообще необычно. Оставались россожи, раненый перемазанный лечебной грязью Огонёк и Шустрик. Последний зверь для передвижения взрослых не особенно подходил. В итоге сошлись на том, что архимагу Огня подойдёт огненный волк, а мы с Григорием сели на россожей. Катю вместе с артефактной каталкой примотали к панцирю Шустрика и таким составом двинулись дальше.

Аномальная зона выглядела покинутой и почти не отличалась от обычного леса. Это было странно и непривычно. Раньше каждый шаг в пределах аномальной зоны мог обернуться смертью. А сейчас… Сейчас даже деревья выглядели вполне обычно. Несколько диких чудовищ, которых я обнаружил заранее, сразу же постарались сбежать от нас подальше.

— Пусто как-то… И мёртво… — негромко произнёс Антип. — Охота в таком месте не принесёт удовольствия.

— Чтобы охотится в лесу после пожара, должно пройти время, — пожал плечами я. — А тут даже не пожар, а настоящее стихийное бедствие было. Но зона восстанавливается быстрее.

— Раньше восстанавливалась быстрее, — поправил меня Григорий. — Сейчас изменилось глубинное распределение потоков энергии. Множество сплетений перестали существовать. Не факт, что получится восстановить прежнюю систему.

— А это и не нужно, — ответил я. — Гонов больше не будет. Паразита из ядра мы убрали и теперь мир спокойно сможет затягивать раны. Я думаю, что лет через двести-триста, зона совсем исчезнет или превратится в небольшой заповедник с повышенным магическим фоном.

— Империя не простоит эти два столетия, — уверенно произнёс Григорий. — Слишком многое завязано на материалы из зон. Страна потеряет огромный пласт ресурсов. Если покупать их за пределами страны, то цены на артефакты взлетят в несколько раз.

— Возможно, — не стал отрицать я. — Но взамен Российская Империя получит нечто гораздо более ценное.

— Что может быть более ценным, чем уникальные ресурсы? — с интересом посмотрела на меня Нюша.

— Люди, — просто ответил я. — Я уверен почти на сто процентов, что стабилизация раны мира в области Твери приведёт к более равномерному распределению свободного фона. Здесь будут рождаться более сильные и одарённые маги, которым просто не нужны будут костыли в виде артефактов. А ещё ситуация в стране станет более стабильной. Распространите этот эффект на все аномальные зоны. Что получается?

Некоторое время слышался только топот лап и фырканье чудовищ. Все обдумывали мои слова, а я смотрел по сторонам, стараясь заметить признаки восстановления аномальной зоны.

— Получится громадная стабильная территория с равномерным магическим фоном, — замедленно ответил Григорий. Архимаг Ментала ехал рядом со мной. Управлять россожем у него получалось значительно лучше, чем машиной. — В продолжительной перспективе, это увеличит количество и силу одарённых в несколько раз. Это выведет страну на лидирующие позиции в мире. Спокойствие внутри, отсутствие угрозы аномальных зон и сильнейшие маги. Но это утопия, господин.

— Думаешь? — слегка улыбнулся я.

— Если бы ваша схема работала, то Австрийская Империя сейчас правила бы миром. Там нет и не было аномальных зон, но магический фон стабильно низкий. Поэтому австрийцы рыщут по всему миру в поисках ресурсов для артефактов и для развития собственных магов. Поэтому у них лучшие университеты и академии. Если нет голой силы, то её необходимо заменить знаниями.

— Возможно, — пожал плечами я. Настроение было просто отличное и я не хотел его портить пустыми спорами. Григорий не знал всех нюансов работы глубинных сплетений, а я не планировал его в них посвящать. Некоторое время мы ехали в тишине, а потом я всё же добавил. — Все твои рассуждения верны, если территория Австрийской Империи действительно пуста, Григорий.

— Что вы… — начал было архимаг Ментала, но практически сразу замолчал и потрясённо посмотрел на меня. В отличие от Нюши, мой секретарь пришёл к правильным выводам сам. А Улитка бессовестно выудила нужную информацию прямо из моей головы.

— Волшебные драконы кушают очень много магии, — как само собой разумеющееся, произнесла Аня и, ласково погладив жереса по хитиновой броне, весело добавила. — Наверное, Буля тоже дракон. Она о-о-очень много кушает!

— Больше, чем Би и Бо съели кристалида? — недоверчиво посмотрел на сестру я.

— Ты мне всегда теперь это будешь припоминать? — немедленно возмутилась девочка, а россож подо мной тяжело и укоризненно вздохнул. — Это всё на дело пошло! Если ты не обратил внимания, то в логове ни крошечки не осталось. Мои малыши всё на благо рода отдали! Сами чуть не погибли, но дело сделали. А ты всё о деньгах, Ярослав Константинович!

Я невольно рассмеялся и примирительно поднял руки. Рейд в аномальную зону проходил удивительно мирно и спокойно. На данный момент наша вылазка больше напоминала мирную верховую прогулку. Фыркали звери, тёплый ветер тащил с собой запахи полевых трав и пыли. На расстоянии километра от нас не было ни одного монстра, а весёлый разговор с сестрой напоминал о периоде нашей беззаботной жизни в имении баронессы Ключицыной. Теперь то время казалось предельно простым и понятным.

Расслабленная беседа не мешала мне работать. Я методично тащил за собой родовую сеть, создавая всё новые и новые опорные маяки для магической структуры. Вернее, я показывал сети направление, в котором ей нужно было расширяться. Процесс этот занимал некоторое время, но за пару месяцев структура вполне могла дотянутся до ядра аномальной зоны. А там может и от глубинного сплетения получится её запитать.

В десятке километров от ядра встретили первого агрессивного монстра. Громадный кровососущий жук возник над нами из пустоты и обрушился на землю рядом с жересом Нюши. Возможно, этот монстр только недавно попал в сплетение. Возможно, он плохо умел обращаться со своим даром или вообще не знал, как это делать. Узнать подробности в любом случае не вышло бы, потому что Буля моментально показала свою истинную природу.

Жерес окутался облаком тёмной энергии и под магической вуалью на секунду скрылись оба чудовища. Агрессивно рыкнул подо мной россож, но вмешаться мы не успели. Так же быстро, как появилась, вуаль исчезла и на земле осталась лежать пустая хитиновая оболочка от напавшего монстра. Выглядела она так, будто ветра и дожди очищали её десятки лет.

Буля довольно застрекотала и чуть прибавила скорости. Перекус удался на славу и теперь пятиранговый монстр готов был продолжить путь.

— Чем ты её кормишь в своих подземельях? — спросил я.

— Чем придётся, — пожала плечами Нюша. — Иногда на охоту отправляю в аномалию. Буля может долго обходиться без еды. Но если кушает…

— Я видел, — со вздохом ответил я. — Аппетит у неё отменный.

По сравнению с нашим рывком за эстайром, который стоил массы сил, текущая прогулка была абсолютно спокойной. Вместо орд высокоранговых чудовищ на нас выскакивала всякая мелочь, с которой легко справлялись звери Нюши. И только когда впереди открылось идеально ровное поле, простиравшееся сколько хватало глаз, я выехал вперёд и попросил остальных остановиться.

Сколько прошло времени с нашего ухода? Несколько дней? За это время кусок пространства вокруг глубинного сплетения окончательно стабилизировался и окреп. Когда я коснулся границы барьера, то ощутил стабильную плотную магическую плёнку, а не расползающуюся на части структуру. Спустя несколько мгновений весь купол начал проявляться по моей воле, возвращаясь в реальное пространство.

Недовольно зашипела Буля, но в остальном звери отреагировали вполне спокойно. На другой стороне колыхалась под ветром фиолетовая трава, но плавающих в воздухе кусков реальности больше не было. Антип и Григорий немного оживились, слезли со своих зверей и подошли ко мне.

Я сформировал проход для всей нашей группы и мы перешли на другую сторону. Пришлось потратить немного времени, чтобы адаптироваться к обилию свободной маны. Глубинное сплетение фонтанировало энергией, которую раньше поглощал Олимпий. Всё внутреннее пространство купола было заполнено маной и любой заклинание здесь было сильнее в несколько раз.

Я коснулся магическим взором закреплённой на Шустрике девочки и с удовлетворением отметил, что она в полном порядке, а все процессы в её теле стали протекать немного быстрее. Это не было пробуждением, но положительная динамика однозначно была заметна.

Обнаружить искру жизни в буйстве энергии вокруг было довольно сложно, но я знал, что и где нужно искать. Спасённая нами девочка-оборотень была пока единственным обитателем скрытого пространственного кармана и старалась далеко не отлучаться от центра с колодцем. Она и сейчас была там. Лежала рядом с грандиозным артефактом Олимпия.

— Ты говорил, что у нас есть неделя? — посмотрев на Антипа, произнёс я. — Что с ней всё будет в порядке в этот период.

— Это был примерный срок, повелитель, — тут же ответил древний слуга моего рода.

— Переход по моему маяку, — создавая магический пульсар рядом с колодцем, приказал я.

Портал открылся мгновенно и уже через пару секунд мы оказались на месте, а оба оборотня бросились к лежащей без движения девочке.

— Они не смогут ей помочь, — посмотрев на меня, уверенно произнесла Нюша.

— Я знаю, — кивнул я и усилием мысли перенёс каталку с раненым ребёнком к лежащей на земле девочке оборотню. — Зато ты сможешь. Им обеим. Ты готова мне помочь?

— Да, — просто ответила Аня и открыто посмотрела мне в глаза.

— Именем сил, покорных воле воле времени и духу мира, — на истинном языке Вершителей, произнёс я и направил поток энергии из глубинного сплетения в тело девочки оборотня. — Подчинись!

Глава 8

Бьющий из колодца поток энергии глубинного сплетения чуть вздрогнул и едва заметно накренился. От использования языка Вершителей вся структура моего Источника напряглась до предела, но даже этого оказалось недостаточно. Пока ещё я не обладал достаточной силой, чтобы заставлять глубинные сплетения изменять привычные им ритмы только усилием своей воли.

Однако, самое сложное было позади. Сдвинуть с места столб невесомой энергии было равносильно подвигу. Меня придавило чудовищным весом, но я тут же ощутил рядом сознание младшей сестры. Нюша не понимала ни слова из того, что я говорил, но глубинное чутьё вело девочку лучше любых подсказок и инструкций.

Прохладный поток ментальной энергии чуть ослабил натянутые у меня внутри струны и я смог вздохнуть свободнее. За Нюшей виднелась сила её стаи. Чёрное облако Жереса, оранжевые клубки Россожей, полыхающий комок Огонька и ровный коричневый свет Шустрика. Девочка тщательно фильтровала каждую крошку инородной силы, будто знала, что чужое вмешательство может полностью разрушить всю выстроенную мной магическую структуру.

Именно поэтому я не обратился за помощью к Антипу и Григорию. Энергия оборотней сильно отличалась от нашей с сестрой силы. Я мог вытянуть ритуал и один, но это угрожало тяжёлым откатом. А день ведь только начался и у меня ещё было много планов.

От колонны разноцветной энергии отделились два толстых протуберанца. Они медленно потянулись вниз и будто в нерешительности замерли над головами двух девочек. И каждый сантиметр продвижения энергии глубинного сплетения давался нам с Нюшей большой ценой.

Катя лежала неподвижно, спелёнатая по рукам и ногам. Только по лицу девочки иногда пробегала дрожь. Так бывает, когда человек силится проснуться и вырваться из объятий страшного кошмара, но у него ничего не получается. И новое пробуждение приводит в новый сон. Зачастую ещё более страшный.

Девочка оборотень наоборот — чуть вздрагивала всем телом, но лицо её оставалось безразличным и отрешённым. Полуэнергетическая сущность не могла испытывать те же ощущения, что обычный человек, поэтому за неё я переживал немного меньше.

Протуберанцы свободной маны коснулись тел детей и меня ослепила яркая вспышка. Реакция глубинного сплетения оказалась слишком бурной. Обычно сила мира почти не реагировала на простых смертных. Я немного волновался из-за того, что провести ритуал, как в случае с Антипом и Григорием, не получится. И причин на это было несколько.

Оба древних оборотня не один десяток лет осваивали свои тела. Они точно знали, как реагировать на те или иные магические воздействия. Это позволяло оставить контроль над их телами самим будущим архимагам. Сейчас я работал с двумя детьми, которые вообще ничего толком не знали о магии и даже о самих себе.

Антипа и Григория я возвышал при помощи близкой им силы, которая хорошо усваивалась телом и гарантированно вела к нужному результату. Если с древним слугой моего рода ещё был фактор первого эксперимента, то Бетюжина я уже возвышал целенаправленно и был практически уверен в результате. А сейчас…

Структура глубинного сплетения была очень изменчива и непостоянна. Как хаотичный пульс мира, в ней временами преобладали одни аспекты, который в любой момент могли смениться другими. Направленность двух лежащих на земле девчонок чётко обозначить вообще не представлялось возможным. Хотя бы потому, что конкретные таланты и склонности проявлялись значительно позже.

Единственным неоспоримым плюсом ситуации был просто чудовищный объём энергии, который непрерывным потоком бил из артефактного колодца.

— Я не могу больше… — в какой-то момент выдохнула Нюша и её присутствие рядом начало слабеть. Тут же активизировались все члены стаи, которые подпёрли свою хозяйку потоком живительной маны.

Я скрипнул зубами от увеличившейся нагрузки и перевёл контроль над ритуалом полностью на свой Источник. Где-то на периферии сознания метались оборотни. Архимаги отлично понимали, что помочь в моменте ничем не могут, но тревога за последнюю самку своего вида не давала им остановиться.

А потом с моих плеч будто сняли многотонный груз. После того, как долгое время тащишь на себе тяжеленный мешок, кажется, что без него вот-вот улетишь в небо.

— Грань пройдена, — тихо, но очень отчётливо произнёс Антип. — Они станут высшими.

Только после этого я позволил себе открыть глаза, чтобы обычным зрением оценить результат своих усилий. Неподалёку от меня лежала на траве Нюша. Вокруг моей младшей сестры сгрудились все её питомца и было заметно, как они накачивают свою госпожу маной. Аня приняла не себя часть нагрузки и сделала самую сложную работу — разделила сознания двух живых существ и провела между ними чёткую границу.

Под мягкими волнами насыщенной энергии у стенки артефактного колодца лежали два ребёнка. После ритуала они стали удивительно похожи друг на друга. Катя приобрела часть черт девочки оборотня, а та взяла что-то от человеческого ребёнка.

— Это просто невероятно, господин… — сдерживая непривычные для себя эмоции, произнёс Григорий. — Спасибо вам. Я вообще не думал, что подобное возможно.

— Нигде в другом месте у меня бы не получилось это провернуть, — сипло ответил я. Слова языка Вершителей почти уничтожили моё горло и сейчас часть моего запаса энергии аспекта Жизни работала над восстановлением повреждённых магией участков. — Да и без Улитки я бы не смог их разделить и стабилизировать надолго.

Если между двумя существами возникала стабильная связь, то они стремились быть рядом. Если речь при этом шла о сознании, то оно часто сливалось в одно целое, где невозможно было разобрать отдельные личности.

Антип выбрал для себя когда-то вариант полного разделения и именно поэтому каждый месяц на сутки становился другим существом. Остальные оборотни которых я знал пошли более простым путём и уничтожили изначальных хозяев своих тел. Это натолкнуло меня на мысль, что появившемуся в ядре аномальной зоны разумному виду не нужны полноценные оболочки для существования. Им нужны якоря, которые их стабилизируют.

И таким якорем для последнего ребёнка магических оборотней стала девочка Катя. Она поделилась со своей новой сестрой частью своего тела, взамен получив ряд качеств оборотней. Ещё в день возвышения Антипа я обратил внимание, что взрыв энергии аспекта Жизни в теле оборотня настолько сильный, что может буквально собрать по частям уничтоженное физическое тело. Григорий и Антип стали моложе на несколько десятков лет, но двум девочкам омоложение было без надобности. Поэтому сила пошла по тому пути, который требовал её вмешательства — восстановил все накопленные повреждения.

Энергосистема Кати и ожоги по всему телу бесследно исчезли. Под бинтами я видел чистую здоровую кожу без малейших следов нападения огнелиса. То же самое было с девочкой-оборотнем, хоть повреждения у неё были другого характера.

Я сделал пару шагов вперёд и оба ребёнка синхронно открыли глаза. На меня смотрели две пары зелёных, как молодая трава глаз. Даже выражение у них было практически одинаковым — немного удивлённым и слегка испуганным.

— Меня зовут Ярослав Константинович, — произнёс я. Голос ещё хрипел, но звучал значительно лучше, чем минутой раньше. — Как ты себя чувствуешь, Катя?

— Хорошо, — в один голос ответили девочки и тут же удивлённо посмотрели друг на друга. — Ой! Почему ты повторяешь за мной?

— Им потребуется некоторое время, чтобы осознать себя по отдельности, — произнёс Григорий. Архимаг Ментала присел рядом с детьми и положил руки им на головы. — Пока они находятся рядом с друг другом и колодцем, граница размывается. В идеале, им стоит находиться подальше друг от друга хотя бы год. Потом эффект будет не такой сильный.

— Как тебя зовут? — спросил я у девочки-оборотня. — И откуда ты?

— Я Катя, — чуть смущённо ответила та. — Я родилась здесь. В логове.

— А ты? — посмотрев на пострадавшего от огнелиса ребёнка, спросил я. — Откуда ты?

— Из Сумани я, ваша светлость, — тихо ответила Катя. — Я сирота. Отца убили дружинники соседские за браконьерство.

— Знаю, — кивнул я и внимательно присмотрелся к детям магическим зрением. — Значит всё прошло хорошо.

— Смотря чего вы хотели добиться, — произнёс Антип. — Кем стали эти девочки, господин?

— Хранительницами, — понимая о чём говорит архимаг Огня, овтетил я. — В этом месте они сильнее, чем кто бы то ни было. А вместе они смогут совершать поистине великие вещи. Но не сейчас.

— У них нет дара, Ярослав Константинович, — озадаченно произнёс Бетюжин. — Сознание сильное и стабильное, но я даже привычной энергии аспекта Жизни не ощущаю.

— Зачем нужен конкретный дар если можно использовать энергию мира? — спросил я. — Или вы забыли, что каждый из вас развил свой дар из той энергии, которая была использована во время возвышения?

— Но это же невозможно… — недоверчиво посмотрел на меня Антип. — На Полях Памяти не было ни одного упоминания о таких видах магии.

— Это не значит, что их нет, — улыбнулся в ответ я. — Наверняка ты встречал упоминания об универсалах на Полях Памяти.

— Это тупиковая ветвь, Ярослав Константинович, — тут же ответил Григорий. — Те одарённые, что умели использовать сразу все аспекты, не имели возможности достичь высот ни в одном из них. Они так навсегда и застревали на уровне слабых магистров. Поэтому позднее стала развиваться специализации на конкретном аспекте.

— Ты прав, — кивнул я. Обе девочки сели и я помог им подняться на ноги. Они с некоторой настороженностью смотрели друг на друга, будто не зная, чего ждать. — Но эти знания касаются только обычных магов. Те, кто использую энергию мира, как в этом источнике, к ним отношения не имеют. Если придерживаться привычной терминологии, то это скорее жрецы. Они могут создать заклинания разных аспектов за счёт силы своих покровителей. Но здесь нет конкретного покровителя.

— Это очень сложно, господин, — склонил голову Григорий. — Я не могу понять.

— Покажите ему, — посмотрев на девочек, попросил я. — Вам нужно действовать вместе. Сейчас я создам несколько разноцветных шариков и вам нужно поразить каждый из них такой же стрелой. Справитесь?

— Попробуем, — твёрдо кивнула девочка-оборотень, а человеческий ребёнок с сомнение смотрел на меня.

Я создал у себя над головой пять сфер энергии. По одной на каждый аспект, который был мне доступен. Две Кати встали напротив и неожиданно взялись за руки. А со свободных рук у них устремился к сферам поток прозрачной энергии. Он менялся в зависимости от наполнения моих сфер, подстраиваясь под нужный аспект практически без перехода. Если правильно развить подобный дар, то можно вырастить идеального защитника, который сможет устоять даже против обладателя грязного Эфира.

— Ох… — выбираясь из-под кучи своих питомцев, тяжело вздохнула Нюша. — Не нравятся мне все эти ритуалы… Голова после них ужасно болит. Как у дяди Бори в воскресенье утром…

— Госпожа Нюша? — удивлённо воскликнула Катя, а потом бросилась к моей младшей сестре. — Госпожа Нюша!!!

— Привет! — обняв девочку, довольно улыбнулась Улитка. — Вижу, ты совсем выздоровела. Только теперь тебе больше нельзя работать на ферме.

— Я вас подвела? — тут же расстроилась девочка. Её магическая сестра при этом держалась ближе к Антипу с Григорием и к нам не подходила. — Простите, госпожа. Во время бури звери взбесились все. Я не подумала, что Алый может напасть. Он ведь всегда был самым ласковым из всех.

— На ферме ты не сможешь работать потому что теперь ты моя фрейлина, — широко улыбнулась Аня.

— Личная служанка, — педантично поправил мою сестру Бетюжин. — Фрейлины только у особ королевской крови.

— А Сумань моё маленькое королевства, — неожиданно дерзко ответила архимагу Ментала Нюша и даже показала язык. — Поэтому Катя будет фрейлиной. А ты хочешь быть фрейлиной?

Вопрос был адресован девочке- оборотню и та вдруг растерялась. Что ответить она не нашлась, но за неё это сделал Григорий.

— Кате нужно многому научиться, прежде чем покидать ядро аномальной зоны, — сообщил менталист. — Она не может пока что полноценно контролировать свой физический облик в обычном пространстве и может из-за этого заболеть.

— Я хочу остаться здесь, — скромно ответила Катя-оборотень. — Я чувствую, что должна заботиться об этом месте.

— Но тебе будет очень одиноко одной, — возразила Нюша и показал на свою стаю. — Когда тебе есть на кого положиться, жить становится значительно легче. С нами ты всегда будешь под защитой.

— Спасибо за предложение, госпожа Нюша, — повторив обращение другой Кати, ответила девочка-оборотень. — Я уже приняла решение. Если это не противоречит вашим планам…

— Откуда ты вообще знаешь такие сложные слова! — всплеснула руками Улитка. — Хочешь оставаться здесь одна, я вообще ничего не имею против. Просто как лучше хотела.

— Она не будет одна, — произнёс я. Уже некоторое время меня казалось, что рядом есть что-то живое. Вот только я никак не мог понять, что именно. Угрозы не ощущалось, поэтому тревогу поднимать не стал. А когда разобрался, то внутри стало как-то тепло и спокойно.

— Ты поселишь здесь кого-то из этих двоих? — с сомнением посмотрев на архимагов, спросила Нюша. — Не думаю, что это хорошее решение, Яр. Я имела в виду нормальное общение, а не беседы о седой старине.

Не обращая внимания на слова сестры, я направился к источнику возмущения магического фона. Определить его было крайне сложно, потому что цель практически идеально сливалась с местностью. Но я знал что и как надо искать.

На последних шагах сильно ускорился и резко сменил направление. Спрятанное под пологом невидимости существо слишком поздно осознало угрозу и попыталось скрыться, но я оказался быстрее. Вокруг меня возник трёхметровый барьер из грязного Эфира, по всей площади которого беспорядочно ударили волны всех доступных мне аспектов.

Этого маскировка незваного гостя не выдержала. На траву осыпался водопад цветных искр и на меня отчаянно бросился едва оперившийся птенец размером со среднюю собаку. Он отчаянно пищал и угрожающе щёлкал клювом, но за всей этой агрессией скрывалась откровенная паника.

— Спокойно, малыш. — поднимая руки и создавая перед собой волну тепла, произнёс я. — Я тебя не обижу. Смотри…

За потоком тёплого воздуха последовал сотканный из энергии аспекта Жизни образ. Птенец немедленно его узнал и с горестным клёкотом бросился ко мне. Я сильно пошатнулся и отставил назад ногу, чтобы выдержать удар малыша. Сероватый пух на голове молодого Семикрылого сокола искрил чистым Эфиром, но зверь пока просто не знал, как его использовать.

— Неужели это тот самый хранитель Тверской аномальной зоны? — удивлённо спросил Антип. — Выжил?

— Можно и так сказать, — не желая вдаваться в детали, ответил я. — Григорий, можно ли пробудить в нём родовую память?

— Никогда не задумывался, что подобное можно сделать с магическим зверем, — честно признался менталист. — Но я могу проверить.

— А могу я… — начала было Нюша, но поймала мой взгляд и тяжело вздохнула. Младшая жадно смотрела на маленького Семикрылого и я примерно понимал, в каком направлении двигаются её мысли. Остальные члены стаи тоже начали присматриваться к малышу.

— Он останется здесь, — принял решение я. — С Катей.

— Тогда мы будем заглядывать в гости! — тут же произнесла Нюша. — Это же не запрещено?

— Не запрещено, — кивнул я.

— Тогда домой? — уточнила Улитка. — Раз здесь со всеми делами закончили.

— Ещё рано уходить, — подходя к колодцу и опускаясь на колени, ответил я. Тончайшая нить, за которой я следовал от самой границы рощи огнеростов, исчезала во втором кольце вращающегося колодца. А это означало, что мои предположения оказались верными. — Антип!

— Да, господин, — тут же оказался рядом древний слуга моего рода.

— Мёд не потерял? — настраивая Источник для решения сложнейшей задачи, уточнил я. Второй круг колодца резко замедлился и будто бы стал прозрачным, а потом в пространстве начала медленно проступать серая дымчатая арка. За ней дёргано двигались мутные и даже на вид опасные тени.

— Нет господин, — напряжённо вглядываясь в сумерки, ответил архимаг Огня.

— Давай сюда, — протянув руку, требовательно произнёс я и, резко поднявшись на ноги, добавил. — Негоже в гости без угощений приходить.

Глава 9

Антип быстро передал мне свёрток со своим сладким грузом и замер за моим правым плечом. Слева незаметно встал Григорий, а троих девчонок загородили своими тушами аномальные чудовища из свиты Нюши. Из мглистой темноты тянуло таким ужасом, что даже высокоранговые чудовища начали нервничать и злобно порыкивать, глядя на бродящие в тумане тени.

— Что бы вы там не увидели — не верьте, — громко произнёс я. Одной из любимейших тактик Локхара было запугать своих оппонентов до икоты ещё до первой встречи. Смутить их разум и заставить сомневаться во всём, что они видели перед собой. Даже опытные менталисты часто не могли отличить где в наваждениях Великого Обманщика правда, а где безумные фантазии. — Нюша, присмотри за девочками. Вы остаётесь тут.

— Нет! — резко ответила Аня. В голосе моей младшей сестры прорезались так хорошо знакомые мне металлические нотки. — Там иллюзии. Члены моей стаи не подвержены обману, они ориентируются на другие чувства. Они будут полезнее в этом тумане, чем оба твоих архимага вместе взятые.

— Ты ошибаешься, — спокойно ответил я и направился к туманному переходу.

Аня решила доказать свои слова делом и передо мной возник один из россожей. Зверь шагнул к переходу и навстречу ему выстрелили несколько тончайших туманных нитей. Питомец Нюши замер на месте, будто к чему-то прислушиваясь, а потом бросился в сторону за невидимой целью.

— Би, не позорь меня! — возмущённо воскликнула Улитка. — Я же сказала князю, что вы не реагируете на такие штучки!

— Боюсь, мы тоже не сможем быть полезными, господин, — тихо произнёс Григорий. Менталисту тяжело было это признать, но долг был важнее гордыни. — Я не могу понять, что воздействовало на разум зверя. Если противник попытается запутать нас и заставит напасть друг на друга, то я не сумею его остановить.

— Вам не нужно заходить внутрь, — ответил я. — Ограничьте распространение тумана до моего возвращения. Он не должен коснуться колодца и слиться с энергией глубинного сплетения. Это единственная ваша задача.

— Сколько нам ждать вашего возвращения, повелитель? — только и спросил Антип.

— Пару часов, — немного подумав, ответил я. — Потом забирайте детей, изолируйте ядро и вызывайте всех своих сородичей из Москвы. Я проложу путь. Пётр точно сумеет по нему пройти. Но это всё на крайний случай. Аня, присмотри за девочками. Это твоя личная ответственность.

— Ты опять уходишь один! — очень зло для ребёнка её возраста, ответила моя младшая сестра. — И ведёшь себя так, будто здесь всё не развалится на мелкие части, если ты погибнешь! Как будто…

— Нюша, — негромко произнёс я и Улитка моментально осеклась.

— Я всё сделаю, — тихо и как-то обречённо ответила Аня. — Но ты должен вернуться. Обязательно должен вернуться.

Я молча кивнул, а потом швырнул в сумрачный переход мешок с мёдом и без промедления нырнул следом. Дожидавшиеся на границе тончайшие туманные нить жадно набросились на добычу. Мне досталось значительно меньше внимания, и я успел отследить первый контрольный узел. Дальше загадывать смысла не было, потому что фантазию Локхара никогда нельзя было просчитать дальше пары шагов.

Поток воздуха вырвал из сплетения тумана мешок с мёдом и протащил его в глубину странного пространства, в котором я оказался. Волна грязного Эфира ударила вверх, растекаясь по невидимому для обычного глаза препятствию. Я выстрелил собой вверх, уже в прыжке вытаскивая из ножен мечи и крест на крест ударил по магическому узлу.

Туман вокруг стал в несколько раз гуще. Я с трудом видел собственные руки и рукояти мечей в них. Ориентироваться приходилось только на собственные чувства. Вот только именно они сейчас были худшей опорой из всех возможных.

По ощущениям, верх и низ уже пару раз поменялись местами. Всё плыло и кружилось вокруг. В такой обстановке даже шаг сделать было сложно. Ко мне приближалось что-то огромное и запредельно опасное. Чувство близкой смерти скакало, как плохо настроенный радиосигнал. Верх, низ, лево, низ, право… Расстояние тоже менялось с невероятной скоростью.

Я продолжал стоять на одном месте и даже мечи вернул в ножны. Сейчас в них не было смысла. В мутном сумраке начал мерно светиться амулет на груди и на моём лице невольно появилась улыбка.

— Именем сил, движущих жизнь и дарующих смерть, — на языке Вершителей произнёс я. Заточённая в амулете сущность почувствовала близость тени древнего владыки и поднялась из глубин артефакта, чтобы посмотреть на возможную добычу. — Именем того, что правил на Западе, но был повсюду. У тебя есть два пути, Бригррадразир. Отступи или стань добычей.

Одновременно с последней моей фразой свет амулета усилился в десятки раз. Яркая вспышка разогнала сумрак на много метров вокруг. Туман, с беззвучными воплями горел в голубоватом пламени. Я вернул воздушными нитями себе мешок с мёдом и бросил его перед собой.

Магический мёд растёкся по идеально ровному серому покрытию, заменявшему в этом месте пол и стены. Я находился вне реального мира, но это была не складка пространства или какой-то слой реальности. Всё вокруг было живым. Просто сложно было осознать масштабы живого существа, способного вместить в себе целый мир.

Из пустоты возник здоровенный раздвоенный язык, который демонстративно слизнул все полтора килограмма мёда одним движением. Сколько я себя помнил и сколько слышал рассказов от других Вершителей, лучшее создание Локхара всегда обожало сладкое. Настолько, что могло даже напасть на кого-то ради него.

Я с самого начала не верил, что получится попасть в обитель Великого Обманщика через ту лазейку, что использовал создатель сновидений Нюши. Локхар часто развлекался подобным образом, создавая смуту в умах ближних слуг других Вершителей. И главной забавой Обманщика было наблюдение за тем, как разгневанные собратья, преследуя отступающие кошмары, попадали в желудок к его любимому чудовищу. Вырваться оттуда у них получалось, но далеко не сразу и часто со множеством последствий.

Сияние магического паразита, стало менее интенсивным. Заключённое в артефакте существо уловило мой настрой и сделало вывод, что обед отменяется. Бригррадразир ясно обозначил свои намерения и этого оказалось достаточно. В любом ином случае магический зверь уже использовал бы ту часть своих способностей, которую сложно было угадать за его внешностью. На этом невидимое противостояние завершилось и ситуация замерла в шатком равновесии.

— Мне нужно попасть в чертог, что ты бережёшь и встретиться с твоим господином, — произнёс я. Питомец Локхара понимал только речь Вершителей, и я старался говорить максимально кратко и по делу, чтобы не разнести перегрузкой свой Источник.

— Здесь нет прохода, незнакомец, — прозвучал в пространстве удивительно тонкий мальчишеский голос. — Если ты знаешь моего господина, то должен знать и такие простые вещи.

— Я знал твоего господина и поэтому хочу, чтобы ты указал мне на окно в его дом, — ответил я. — Локхар никогда не делал замкнутых чертогов. И ты не исключение. Я хочу с ним увидеться.

— Повелитель мёртв, — с невыразимой горечью в голосе, ответил Бригррадразир и я только согласно кивнул. Мои ранние предположения полностью подтверждались. Как бы не называл себя глава рода Лебедевых, он не был возрождённым Вершителем. Новое тело было сущей мелочью для магического стража и он бы узнал своего господина без труда. — Он приказал мне охранять его дом до скончания времён, но я даже с этой задачей не справился!

— Тебя обманули? — неподдельно удивился я. Слова стража о гибели Великого Обманщика пока можно было в расчёт не брать. Только на моей памяти Локхар умирал окончательной смертью раз десять-двенадцать. — Неужели это возможно? Кто мог проделать подобное с носителем искры Великого Разума?

— Вижу, ты действительно немало знаешь, незнакомец… — после долгой паузы, задумчиво произнёс дракон. Голос его постоянно менялся от мужского к женскому и от детского к старческому. Будто со мной одновременно разговаривали десятки разных существ с единым разумом. — Всяко больше того мерзкого вора, который пробрался в дом моего хозяина.

— Локхар ушёл и не снял запрет? — недоверчиво спросил я. Обманщик был страшным перестраховщиком и не верил вообще никому в целом мире. В том числе и самому себе. Некоторые из моих братьев поговаривали, что его разум давно заблудился в той паутине, что создал у себя в голове Локхар.

На этот раз Бригррадразир молчал значительно дольше. В сумерках передо мной возникли несколько отдельных глаз разной формы и размера. Их объединял только вытянутый змеиный зрачок. Магический страж настолько заинтересовался, что даже решил вживую посмотреть на меня.

— Я чувствую в тебе что-то знакомое, человек, — задумчиво пропищал-проревел Бригррадразир. — Мне кажется, что я видел тебя раньше. Но не в этом слабом и никчёмном теле.

— Всё изменчиво в этом мире, Брига, — усмехнулся в ответ я. — Раньше ты бы не стал разговаривать со случайным пленником твоего Тумана Безумия. Видимо, ситуация действительно не из простых.

— Это так, человек. Но ты предъявил серьёзные аргументы и я готов с тобой обсудить свою проблему, — тяжело вздохнул магический страж и всё вокруг от этого вздоха всколыхнулось. — Проклятый вор пробрался в покои моего господина и обманом заставил меня подчиниться. Я не могу пройти в замок, а он знает, что не может выйти.

— Наверное, он хороший наследник Локхара, раз сумел такое провернуть, — хмыкнул я.

— Он лжец и обманщик! — фыркнул Бригррадразир, — Очень низкого пошиба, если тебе интересно, человек. В прошлом этот шут не сумел бы обмануть даже послушника самого заброшенного храма моего повелителя. Но у него есть осколок силы моего создателя. Яркий и манящий…

— Мне нужно попасть в замок, Брига, — понимая, что пришло время обсудить условия, ответил я. — И вернуться обратно целым и невредимым. Со всем своим имуществом и в здравом рассудке.

— Мне нравится твой подход, человек, — раскатисто рассмеялся дракон. — Кажется, я узнаю ту душу, что правит этим телом. Я принимаю твои слова и обязуюсь показать тебе путь к обители Локхара Великого. Обязуюсь пропустить тебя обратно целым и невредимым. Со всем твоим имуществом. Но у меня есть условие.

Центральная Африка

Сердце территорий Бриссу

Барон Ганс фон Ведель, ягдмастер Его Императорского Величества Фердинанда II, командир спецотряда «Шварцхунды» в очередной раз приложился к фляжке и с раздражением понял, что она пуста. Барон посмотрел на неё с удивлением и некоторой обидой, как на предательницу. Серебряная фляга, на которой Императорский двуглавый орёл держит серебряный меч с золотым эфесом и золотой же скипетр в правой лапе, и золотую державу в левой. Золото и серебро. И на обратной стороне гравировка. От старого императора за верную службу.

Аккуратно завинтил крышку, фон Ведель убрал флягу в нагрудный карман и раздраженно протер глаза. Ощущения были такие, как будто ему в глаза песка насыпали. Организм его был на пределе, а учитывая его рдар Жизни, это означало, что барон ЧРЕЗВЫЧАЙНО вымотан. И это было правдой.

Марш-бросок экспедиционного корпуса герцога Клозе по землям Бриссу был исполнен мастерски и молниеносно. Новые артефакты с Грязным Эфиром свели на нет основное преимущество туземцев — их невидимость, а следовательно — неуязвимость.

Да, Бриссу кроме этого имели странные и сильные артефакты, и отдельный воин Бриссу стоил нескольких австрийцев, но всё дело в том, что эти «несколько австрийцев» в экспедиционном корпусе были, а вот Бриссу становилось всё меньше и меньше. Да еще и добытые в бою те самые загадочные артефакты находились теперь в сундуках спецотряда маркиза Спанхейма.

Потери среди австрийских войск были большими, но не критичными. В самом же отряде «Шварцхундов» потерь было минимум — всё это их вотчина, и воевать на Черном Континенте воины барона фон Веделя умели значительно лучше пусть и хорошо обученных и снаряженных, но всё же непривычных к местным условиям императорских гвардейцев.

Бриссу сопротивлялись яростно, но у них не было шансов против стального кулака Австрийской Империи. Бриссу были немногочисленным народом, а их силы были распылены по всей Африке с целью то ли контролировать ключевые (только им понятные и известные) точки, то ли защищать другие, менее развитые племена от чего-то… Барон не был политиком, он был воином и даже не пытался понять все это хитросплетение межплеменных отношений местных племен.

Большинство из местных влачило жалкое существование, еле-елле выживая за счет подачек мировых государств, чьи силы находились на Черном Континенте. Да, все это давалось конечно же не бесплатно, а в обмен на ценные ресурсы, которые добывали туземцы с риском для жизни. И обменный курс был чрезвычайно невыгоден для местных, однако у них не было выбора — они покупали свои жизни в буквальном смысле этого слова, выменивая оружие и медикаменты.

Их жалкие «государства» постоянно появлялись и исчезали, как по вине аномальных тварей так и силами наемников, которые были совсем не прочь преступить черту закона… Хотя, погодите… На территории Черного Континента действует только один закон. Закон Силы!

Так что Бриссу считались своего рода «главным» или «высшим» племенем Африки, которое пыталось сохранить на континенте подобие порядка. Причем делали они это любыми средствами. На их руках была гибель множества наемных подразделений, которые «перешли черту» по мнению этих высокомерных выскочек!

Но сегодня этому наступит конец. Конец доминированию Бриссу на Черном Континенте. Их тайны и их оружие теперь будут служить более достойному государству, а именно — великой Австрийской Империи!

Как и рассчитывали, большинство боевых групп Бриссу на данный момент были рассеяны по всему Африканскому континенту. Более того, купленные наемные отряды связали боем их, не давая передислоцироваться туда, где они нужны более всего. Да, это были довольно самоубийственные контракты для наемников, но денег австрийская корона отсыпала щедро, а в любом отряде наемников есть «паршивые овцы», от которых командиры очень хотят избавиться. А если это совместить с хорошим заработком, то… Наемники, одним словом. Ничего святого, но сейчас это всем на руку.

— Ты тоже чувствуешь это, Эйсенлёв? — рядом неслышно образовался его помощник Фриц Форбек. Магистр Воздуха и Тьмы, он сканировал окружающее пространство и одновременно прикрывал их позиции. При этом у него периодически дергался левый глаз, что говорило о чрезвычайном волнении и перенапряжении верного соратника. — При одном взгляде на эти развалины, у меня весь источник скукоживается. Что это вообще такое? Кто их построил и когда?

— Нахталь. Никогда не показывай своей слабости. Даже перед другом и командиром… Тем более, перед другом и командиром, — зло бросил барон, вглядываясь вперед.

— Виноват, Эйсенлёв, больше не повторится, — автоматически ответил Форбек, но в голосе его проскользнуло легкое недоумение и обида. Всё-таки они провели слишком много времени рядом и отношения их были чрезвычайно близкими.

А затем Форбек нахмурился. Он уловил, что его друг и командир, архимаг Австрийской Империи просто… боится. Боится точно также как и он сам, когда смотрит на эти величественные развалины старого не то замка, не то крепости, а возможно — целого города, которые были не в состоянии сожрать даже местные джунгли, которые обычно за месяц-другой не оставляют ни единого чистого кусочка земли.

И словно услышав его мысли, барон фон Ведель задумчиво проговорил.

— Не могу поверить, что внутри могут быть люди. Даже эти проклятые Бриссу.

— Вам не нужно верить, барон, вам нужно действовать! — как всегда неслышно за их спинами появился адепт Смерти, посланник Его Императорского Величества, маркиз Зигфрид Спанхейм. — И время действовать пришло!

— Слушаюсь, маркиз, — кинул фон Ведель тут же переключаясь в боевой режим. — Нахталь, начали!

Раздались резкие гортанные выкрики и вся масса находящихся в готовности бойцов экспедиционного корпуса Австрийской Империи, ринулась в атаку под прикрытием магов.

Среди наступающих были и «Шварцхунды», ведомы верным псом фон Веделя — Гросмайстером Эбером Крейстом. Судя по данным разведки и прогнозам аналитиков, в развалинах древней крепости должно было быть не больше десяти тысяч Бриссу, львиную долю которых составляли женщины и дети. Это битва должна быть короткой.

— Что это? — воскликнул Форбек, указывая пальцем вперед.

Тут же грязно выругался маркиз Спанхейм, сорвавшись с места и побежавший назад, к своему отряду. А барон фон Ведель увидел, как из развалин, стелясь низко по земле, поплыл в сторону наступающих странный серый туман.

И когда он коснулся первых рядов австрийских бойцов, то вся округа огласилась криками боли и ужаса…

Глава 10

— Я готов выслушать твоё условие, страж, — улыбнулся я. Если бы не произошло что-то подобное, то я бы всерьёз усомнился в том, что со мной общается создания Локхара. С Обманщиком, его слугами и созданиями, всегда нужно было соблюдать максимальную осторожность в словах и действиях. Даже самый простой поступок они могли вывернуть так, что всё повернётся против тебя.

Наверное, сейчас сказались многие столетия тишины без практики и возможности пообщаться с другим разумным существом. Ничем иным я не мог объяснить такую грубую ошибку магического стража. Обозначить грядущую попытку свести меня можно было в разы более изящно, чем просто пропустив часть моей фразы.

— Ты убьёшь его окончательной смертью на моих глазах, — голосом девочки лет трёх-четырёх, произнёс дракон. Контраст между смыслом и чуть картавыми словами был настолько сильным, что я на мгновение завис. Однако, последующие слова Бригррадразира тут же вернули меня в реальность. — Во дворе замка. Я выполню свою часть сделки первым, человек. Авансом, как у вас говорят. И не стану смущать твой разум, когда ты выполнишь свою часть договора и уйдёшь.

— Довольно… необычно для любимого создания Локхара… — вынужден был признать я. — Может ещё назовёшь причину такой щедрости, Брига?

— Я устал, человек, — неожиданно ответил магический страж и я впервые с начала нашего разговора услышал его настоящий голос. Рокочущий бас, который словно накатывал на меня волнами сразу со всех сторон. — Вечность в одиночестве довольно скучная участь.

— Это не вся правда, — ощутив, что невидимый собеседник не договаривает, уверенно произнёс я.

— Вечность в одиночестве гораздо лучше, чем участь стать обедом твоего ручного чудовища, — хмыкнул в ответ Бригррадразир. — Будь осторожен с тем существом, что взращиваешь возле себя, человек. Оно уже вкусило крови нескольких древних и это только расшевелило его жажду.

— Я учту твои слова, Брига, — слегка кивнул я. — Отпусти время и давай перейдём к делу.

— Договор! — прогремел в сумеречном пространстве раскатистый рёв дракона и у меня в сознании начали одна за другой формировать картинки. Словно образы воспоминаний, которые лежали где-то на дне памяти, они всплывали к поверхности, по пути наливаясь красками и деталями.

Вид громадной равнины с высоты птичьего полёта. Громадный город зажатый в излучине реки. Несколько небольших островов, которые никак не были связаны между собой и едва возвышались над водой. Последней пришла цепочка символов языка Вершителей, открывавшая проход к обители Локхара. Тот самый ключ, которым владел только Бригррадразир — самое доверенное существо Обманщика во всём мире.

— Чтобы выполнить свою часть сделки, мне нужно быть уверенным, что цель останется в замке до моего прибытия, — открывая глаза, произнёс я. — Это займёт время, Брига. Достаточно много времени.

— Время не имеет значения, — ответил страж обители Локхара и мир вокруг меня начал стремительно меняться. Серый туман будто втягивался в поверхность под ногами, а за моей спиной стремительно формировалась арка перехода. — Ты можешь не опасаться, Великий Мятежник. Твоя цель никуда не уйдёт из замка моего повелителя и не сумеет никому оттуда навредить. Слово!

В тот момент, когда начало затихать эхо рёва Бригррадразира, неудержимая сила толкнула меня в грудь и я улетел в переплетение туманного портала. По глазам немедленно ударила яркие краски, а вокруг стоял неумолчный рёв, но уже другой.

Казалось, вся свита Нюши разом ударилась в панику. Оглушительно рычали россожи, гулко булькала Шустрик и что-то зло шипела Буля. Вся эта какофония разрывала мне мозг, который пытался провести хотя бы общую проверку тела после общения с детищем Локхара. Прямо врать мне Брига точно не стал бы. Это было для дракона слишком мелко. Но какой-то гадкий и унизительный подарок вполне мог оставить.

— Фу, какая гадость! — прозвучал неподалёку прерывистый голос Нюши. — Где ты вообще был всё это время, Яр? Меня сейчас стошнит!

В противовес слов своей хозяйки, все её питомцы сгрудились вокруг меня. Шум быстро стих и я услышал странные фыркающие звуки, доносившиеся сверху. Надо мной нависли все звери моей младшей сестры и каждый из них тщательно нюхал воздух, пытаясь понять, что со мной случилось. Би и Буля даже лизнули меня, чего Нюша уже не выдержала.

— Сколько прошло времени? — отпихивая в сторону морды высокоранговых чудовищ, спросил я. Руки были покрыты липкой слизью. Кожу слегка щипало, но особого дискомфорта я не чувствовал. В принципе, пребывание в желудке магического дракона могло обернуться значительно более неприятными последствиями.

— Один час пятьдесят семь минут, — ответил стоявший неподалёку Григорий. Архимаг Ментала держал в руках артефактный телефон и я не сомневался, что он уже успел набрать номер кого-то из своих сородичей. Заранее позвонить другим оборотням не дал только мой прямой приказ выждать два часа.

— Позвольте я помогу, господин, — быстро окинув меня взглядом, произнёс стоявший рядом с менталистом Антип. Архимаг Огня, не дожидаясь моего ответа, направил на меня поток очищающего пламени, который должен был уничтожить вонючую слизь, покрывавшую меня с ног до головы.

— Не надо! — успел произнести я, но было уже слишком поздно. Огонь древнего слуги моего рода вступил в реакцию со слизью Бригррадразир и превратился в твёрдую и мерзкую даже на вид пену.

— Простите, повелитель! — растерянно пробормотал оборотень. — Я… я не предполагал, что такое может случится.

— Понимаю, — с трудом преодолевая сопротивление пены, прохрипел я. — Не делайте больше ничего. Я сам вылезу.

— Буля говорит, что ей страшно и она не хочет встречаться с тем, кто тебя чуть не сожрал, — с приличного расстояния и подветренной стороны выкрикнула Нюша. — Эта жижа будет реагировать на любое воздействие пока в ней закончится запас маны. Ещё пару дней точно.

— Очень ценное наблюдение, — проворчал я. Главным оружием лучшего создания Локхара была его универсальность. Сама структура магического дракона была направлена на противодействие любым угрозам. Причём иногда методы этого противодействия были довольно неожиданными. — Отойдите. Два дня лежать в этом коконе я не собираюсь.

Энергии возле ядра аномальной зоны мне хватало с огромным запасом, но это был тот случай, когда размеры резерва не играли особой роли. Бригррадразир был создан для противодействия Вершителям, поэтому передавить его голой силой я бы точно не смог. Поэтому пошёл иным путём.

Я начал накачивать пену мощным потоком сырой маны, и она стала сопротивляться, полностью изолируя себя от внешних воздействий. Панцирь задрожал и стал терять прочность, возвращаясь в своё первичное состояние. Одновременно создал тончайший слой грязного Эфира по всему телу и выскользнул из этого барьера, как змея вылезает из старой кожи.

— Если позволите, я соберу этот материал, повелитель, — вопросительно посмотрев на меня, произнёс Григорий. — Очень уж интересно, что это такое.

— Не стоит, — покачал головой я и усилием мысли отправил сгусток грязного Эфира вместе со слизью в артефактный колодец. — Неизвестно как она себя поведёт и во что может превратиться во время исследования. За время моего отсутствия ничего не случилось?

— Нет, ваша светлость, — покачал головой менталист. — Девочки работают над налаживанием связи.

Бетюжин указал на дальний край поляны, где сидели на траве две Кати. Девочки находились на расстоянии пяти метров друг от друга и медленно двигали руками, повторяя жесты друг друга. Между ними вперевалку ходил птенец Семикрылого, который пытался принимать самое деятельное участие в обучении пары девчонок.

— Хорошо, — некоторое время понаблюдав за Катями, удовлетворённо произнёс я. — Здесь мы закончили и можем возвращаться. Ты своим ходом будешь сюда добираться для обучения хранительницы, Григорий?

— Анна Константиновна сказала, что Би и Бо могут построить относительно стабильный тоннель до ядра, — ответил Бетюжин. — С ограниченным доступом и подтверждением активации с обеих сторон.

— Правильно, — одобрительно кивнул я. Прямой переход в такое место мог стать угрозой не только ядру аномалии и глубинному сплетению, но и моим землям, если случится какой-то сбой в энергосистеме мира.

Оборотни принялись готовиться к возвращению. Стая Нюши сгрудилась вокруг своей хозяйки, а следом к ним подошла одна из девочек. Катя-оборотень осталась сидеть на траве, грустно обнимая птенца семикрылого. Я пару секунд смотрел на новую хранительницу ядра, а потом принялся действовать.

Артефактный колодец давал мне возможность использовать просто невероятные объёмы энергии. При этом я мог творить заклинания значительно более высокого уровня, чем за пределами ядра. Часть аспектов всё ещё была мне недоступна, но я вполне обошёлся без них. Непрерывный поток глубинной энергии накапливался в структуре колодца, но, в отличие от Олимпия, у меня не было цели бесконечно запасать ману.

Из земли проступили очертания большого квадрата, который принялся расти вверх. Я плавил землю, спекая её до крепости камня и на ходу формируя структуру. Окна, дверные проёмы, украшения, черепичная крыша…

Через несколько минут в пятидесяти метрах от колодца стоял аккуратный дом из обожжённого кирпича с нарядной оранжевой крышей. Окружённая заборчиком территория включала место для отдыха и небольшой огород. Не факт, что девочка-оборотень станет им пользоваться, но шанс у неё такой теперь был.

— Как красиво! — восхищённо воскликнула Нюша и первой рванула к свежему домику, который ещё дышал теплом остывающих кирпичей. Следом за моей сестрой устремилась её фрейлина и последней, с некоторой неуверенностью, двинулась сама хозяйка домика.

— Позаботься о том, чтобы внутри было всё необходимое, — не оборачиваясь к Григорию, приказал я. — Пескарёв поможет закупить мебель и все нужные вещи.

— Будет исполнено, господин, — ответил оборотень.

Ждать нам пришлось минут двадцать. На лужайке возле домика сумела разместиться вся стая Нюши. Девочки увлечённо исследовали домик и назад возвращались бурно обсуждая совместные планы и график будущих встречь.

— Я буду приходить по средам и субботам, — увлечённо вещала Аня. — В эти дни у меня нет дополнительных занятий, а значит Григорий будет у тебя. Если хочешь, мы вместе выберем мебель для твоего домика, и я помогу с ремонтом.

— Очень хочу! — сияющими глазами глядя на мою младшую сестру, ответила девочка-оборотень.

— Ты зная, что я теперь всегда буду рядом, Кать, — улыбнулась Нюша. — Би и Бо нас за пару минут к тебе доставят. Если вдруг что-то случится, то я сразу приду на помощь. Ты только продержись. Только дождись меня и вместе мы сможем разобраться с любой проблемой.

— Я так и сделаю, госпожа Нюша, — охотно закивала девочка-оборотень.

— Возвращаемся, — слегка нахмурившись, произнёс я и присел рядом с новой хранительницей, заглянув ей в глаза. — Ты очень сильная, Катя. Но я надеюсь, что твои силы не понадобятся тебе для защиты жизни и этого места. Мне обещали, что из сумерек сюда больше никто не придёт. Это ведь туман так на тебя повлиял?

— Да, господин, — тихо ответила девочка. — Я просто сидела рядом с колодцем, когда увидела этот туман. А потом вы уже пришли…

— Твой дом защищён от любых угроз, — произнёс я. — Его барьеры питает и защищает сама сила нашего мира. Понимаю, что для тебя это непривычно, но тебе лучше теперь ночевать под крышей.

— Хорошо, — с едва заметной паузой ответила девочка-оборотень. — Просто…

— Там никого нет, — улыбнулся я. Привыкшая к своей стае девчонка чувствовала себя неуютно в одиночестве. — Ты привыкнешь. И Семикрылый будет тебе в этом помогать. Договорились?

— Да, — кивнула Катя. — Я сделаю как вы хотите, господин.

На этом наш разговор завершился и мы отправились в обратный путь. На данный момент я не мог гарантировать, что новая хранительница справится со своими обязанностями. Слишком уж тяжела была эта ноша. Тверская аномальная зона медленно пробуждалась после недавних потрясений и недалеко был тот момент, когда равнины и леса снова наполнятся аномальными чудовищами. Тогда каждый шаг станет опасным, но к этому времени маленькая девочка из спрятанного в ядре зоны терракотового домика уже войдёт в силу и сможет безбоязненно путешествовать по полям и лугам. По крайней мере, я очень на это надеялся. Потому что альтернативный вариант виделся мне довольно неприятным и опасным для всего населения Российской Империи.

Перемещение через цепочку пространственных проколов не особенно интересное занятие. Россожи работали чётко и даже мне иногда было сложно уловить момент перехода из одного портала в другой. Питомцы Нюши временами ставили линзы почти вплотную друг к другу. Своеобразный шик для тех, кто хоть что-то понимал в пространственной магии.

— Дальше я пешком, — когда впереди показалась роща огнеростов, произнёс я. — Нюша, возвращайтесь с Катей в Сумань. Мы доберёмся своим ходом.

Аня только молча кивнула и ушла в оранжевое окно, за которым виднелись постройки посёлка. Со мной остались Григорий и Антип. Невольно вспомнился мой первый выход в аномалию, когда рядом был только Аршавин. Шатун тогда готов был пожертвовать собой во время встречи с семикрылым. А сегодня я видел перерождённого внерангового зверя, который вернулся к жизни только благодаря мне. Даже странно насколько всё изменилось за это лето…

Роща магических деревьев, которая сейчас больше напоминала грандиозный лес, перекрывала огромную часть границы вдоль владений князя Антипова. Сильно уменьшившаяся дружина Антона Алексеевича выходила в короткие рейды подальше от огнеростов. У Прохора и его супруги не было возможности взаимодействовать с магическим лесом, но об этом никто не жалел. Насколько я знал.

Я шагал вдоль стены тлеющих деревьев и прислушивался к себе. Роща тянулась на две с лишним сотни километров и это был самый большой анклав подобных растений во всём мире. При желании теперь я мог ощущать любой уголок на территории огненного леса не хуже, чем свои владения через родовую сеть.

Внутри росло желание ускориться. Возвращаться домой не хотелось. Вроде бы серьёзных дел никаких у меня не было, а окунаться в рутину бытовых хлопот и отложенных финансовых дел рода банально не хотелось.

Тело требовало отдыха и я не видел причин ему отказывать. Быстрый шаг перешёл в лёгкий бег. Скорость постепенно росла, пока в ушах не начал мерно шуметь ветер. Оборотни бесшумно следовали за мной. Казалось, что их не особенно интересует причуда князя, но это было только первое впечатление.

Оба архимага постепенно разогревались, отдаваясь бегу. Человеческие черты смазывались и вскоре по обеим сторонам от меня неслись два звериных силуэта, оставлявшие после себя сияющий след. Почти белый за одним и красный за другим.

Роща неожиданно откликнулась на наш спонтанный забег. По тлеющим от недостатка энергии деревьям пробежали первый огоньки. Я коснулся растительного разума и создал прямой канал подпитки рощи прямо от источника в ядре. Редкие огоньки превратились в настоящий лесной пожар.

Огненный поток катился по лесу параллельно с нашей тройкой, будто магические деревья пытались догнать нас. Из груди рвалось довольное рычание, на которое чутко реагировали оборотни. А потом всё внезапно закончилось.

Впереди показался практически ровный край рощи. Скопившееся вокруг меня облако энергии окончательно утратило стабильность и в небо ударил мощный поток свободной маны. Оборотни синхронно вскинули головы и издали какой-то первобытный рёв. Роща исторгла волну пожара, разлившуюся по окрестностям приливной волной всепоглощающего пламени. И только после этого я увидел стоявшую прямо по курсу кучку людей.

Глава 11

Первый круг обороны Тверской аномальной зоны.

В трёх километрах от границы.

— Это очень важно, Прохор, — наверное уже в десятый раз за последние пять минут, настойчиво произнёс молодой князь.

Кожедуб спокойно кивнул в ответ. Антон Алексеевич, после своего выздоровления, изменился чуть больше, чем полностью. Глава родовой дружины Антиповых знал этого парня с пелёнок и прекрасно видел разницу. Из избалованного вседозволенностью засранца, Антон превратился в очень рационально мыслящего молодого человека. Князь внимательно посмотрел на Прохора и настойчиво добавил.

— Мы сейчас обуза, понимаешь? Для всего союза владетелей Твери. Даже Корчаковский делает больше. Нужно найти варианты помочь остальным. Пусть не встать в один ряд с тем же Костровым, но хотя бы не тянуть всех на дно.

— Я всё понял, ваша светлость, — в очередной раз кивнул в ответ Кожедуб. Тревога Антона была ему понятна. На фоне тех фантастических подвигов, которые раз за разом совершала дружина Разумовского, достижения Антиповых вообще заметить было практически невозможно. Статус одного из сильнейших родов в первом круге Тверской аномальной зоны Антиповы утратили после гона и сейчас пока даже на горизонте не было возможности его восстановить. — Мы сделаем всё возможное, чтобы выполнить ваше поручение.

Это был уже третий выход лучших бойцов рода в аномальную зону за последние двое суток. Сегодня Прохор решил с собой взять супругу и самых близких дружинников, чтобы совершить короткий рывок к центральной части аномальной зоны и наконец узнать, что же послужило причиной недавнего шторма.

В отличии от многих других владетелей первого круга Тверской аномалии, Антиповы не участвовали в недавнем визите иностранных делегаций. Кожедуб был на двести процентов уверен, что прежний глава рода сделал бы всё возможное, чтобы его дружина приняла участие в этом мероприятии. Но Антон Алексеевич сознательно держался подальше это этого котла интриг и позднее оказалось, что это было самое правильное решение за последний месяц.

Та бойня, что развернулась в зоне перед штормом, могла безвозвратно уничтожить все остатки верных бойцов князя Антипова и его самого. Другие владетели обладали личной силой или слугами, способными выжить даже в самых жутких условиях. Антон обоснованно сомневался в своих возможностях и не хотел терять Прохора с Екатериной. Но при этом молодой князь очень хотел быть полезным союзу.

— Выдвигаемся! — усаживаясь в машину, приказал глава родовой дружины Антиповых.

— Что он сказал? — негромко спросила сидевшая на заднем сиденье Екатерина.

— То же самое, — пожал плечами Прохор. — Нужно добраться до ядра или подойти максимально близко. В союзе владетелей пока никто не сообщал о причинах шторма и Антон Алексеевич хочет стать первым. Говорит, что другие дружины потеряли много людей и сейчас зализывают раны.

— А ничего, что в других дружинах людей в десять раз больше? — фыркнула Катя.

— Не во всех, — тут же возразил ей супруг. В машине, кроме него и жены никого не было. Ещё полтора десятка парней из личного отряда Кожедуба ехали на двух вездеходах следом. Это позволяло спокойно обсудить ситуацию и выработать совместную тактику.

— Монстры Разумовского не в счёт, — отмахнулась Екатерина. Её статус Ратая добавлял очень серьёзный вес словам. — Я видела их в деле и могу сказать, что в Российской Империи больше нет таких подразделений. Да и в мире нет.

— Что ты имеешь в виду? — удивлённо посмотрел на неё супруг. — В Африке полно выделенных бригад со всего мира и многие из них знамениты своей выучкой. Те же австрийцы, хоть они и порядочные ублюдки, на поле боя творят настоящие чудеса.

— Это очень сложно объяснить, Прохор, — тяжело вздохнула Катя. — Ты мне веришь?

— Конечно! — без колебаний ответил Кожедуб.

— У меня такое ощущение, что их специально готовили к выживанию в нечеловеческих условиях, — призналась Екатерина. — В моменты наивысшего напряжения, у них будто что-то меняется внутри. Включается другая программа или называй это как хочешь. Я перестаю их воспринимать, как обычных людей. Они будто вырастают в несколько раз в своём мастерстве. Воители работают на уровне Мастеров или даже Ратаев. Это ненормально. Никакое обучение не может заставить людей так легко выходить за границы естественных сил. Даже мне на это требуется время. И Шатуну тоже.

— Это же невозможно… — недоверчиво посмотрел на свою жену Прохор и тут же виновато улыбнулся. Его супруга была не из тех, кто мог нафантазировать себе чего-то подобного. Если Катя так говорила, то у неё были на это свои основания.

— А убить четырёхранговую воздушного бугра обычным автоматом возможно? — вместо ответа задала встречный вопрос Екатерина и её супруг ненадолго завис.

— Нууу… — наконец протянул Прохор. — Если правильно подобрать артефактные патроны и ослабить тварь магами поддержки…

— Ты не понял, Проша, — остановила мужа женщина. — Они забили воздушного зверя обычными автоматами. Пятёрка Витязей. Вообще без магов и почти без артефактов. Помнишь, ты ещё удивлялся, что в добыче была воздушная эссенция? Это с бугра соскребли.

— Бред… — тряхнув головой, но так и не сумев заставить себя поверить в слова жены, проворчал Прохор. — Но не об этом сейчас. Князь велел нам собрать максимум информации. Он предполагает, что за штормом стоит какая-то сущность. Может даже она теперь управляет всей аномальной зоной и поэтому маршруты движения монстров у наших границ так сильно изменились. Если получится совместить, то надо поискать новые места охоты. Есть предположение, что твари не будут выходить за границы аномалии в ближайшее время. Этим твоя тройка займётся.

— Принято, — коротко кивнула Екатерина. На службе иерархия была выстроена чётко и ни о каких семейных отношениях речи не шло.

Машины остановились на границе аномалии. Заранее было принято решение идти дальше пешком. Снаряжение, которое Прохор получил от соседей, позволяло не беспокоиться о случайных встречах с чудовищами. Зверей высоких рангов очень сильно выбили во время гона и после, а мелочи можно было вообще не опасаться. Проверка оружия заняла всего несколько минут и отряд на мгновение замер у невидимой границы аномалии.

С недавних пор переход стал ощущаться очень остро. Если раньше его далеко не всегда можно было заметить, и только самые опытные бойцы точно знали где проходит граница, то теперь это мог понять даже зелёный новичок. Ощущение было такое, будто проходишь медицинскую проверку в исследовательском институте. Разве что кровь на анализ не брали. Но её зона вполне могла получить уже на своей территории. Отчасти именно поэтому возникло предположение, что сменились какие-то глубинные процессы в ядре.

— Рассыпались, — негромко приказал Прохор. — Дистанция семь метров. Как минуем рощу огнеростов, ускоримся. Пока двигаемся скорым шагом.

Сам Кожедуб, как и всегда до этого, первым прошёл невидимый барьер и едва не споткнулся от удивления. Зона на другой стороне бушевала. Она бурлила силой и желанием жить так сильно, что спирало дыхание. В отряде магом был только он и остальные не могли в полной мере оценить это буйство энергии. Словно древний великан или поражённый болезнью гигант, столетиями лежавший без движения, вдруг пробудился и вдохнул полной грудью. Теперь, как никогда остро, ощущалась идея о том, что зона — это единая система. Единый организм.

Остальные члены отряда озадаченно переминались на месте и поглядывали в сторону Прохора. Парням требовалось подтверждение приказа и глава рейда взмахнул рукой указывая направление.

Цепочка людей бежала через лес в направлении центра аномальной зоны. По одну сторону вдалеке просвечивали заросли огнеростов. Сегодня вместо дыма там светилось довольно мощное пламя. Мощные магические растения первыми приходили в себя после шторма. Наверное…

Прохор старался себя убедить, что всё вокруг в пределах нормы. Что тот взгляд, который он чувствовал из дымной пелены огненных деревьев, ему просто казался. А ещё опытный маг старательно игнорировал тот факт, что внутри его Источника нарастает напряжение. Как у дикого зверя, который ощутил слабый запах дыма и его глубинные инстинкты уже начали готовить тело к длительному забегу от лесного пожара.

В любой другой ситуации маг не стал бы игнорировать подобные сигналы, но сейчас интуиция настойчиво твердила ему, что опасности нет. Даже наоборот — нужно обязательно ускориться и тогда он наконец получит ответ на свой вопрос.

— Бегом! — наконец сдался перед напором магического чутья Прохор. Голос его прозвучал хрипло и надтреснуто. Кожедуб тут же поймал на себе внимательный взгляд супруги, а следом прозвучал её решительный голос.

— Ходу, ходу, мальчики! — рыкнунула Ратай. — Или оглохли все разом?!

Отряд сорвался с места, будто за дружинниками гналась сама смерть. Вот только убежать далеко они не успели. Едва рейд миновал несколько сотен метров и покинул лесную полосу, в лица людей дохнул обжигающий ветер.

— Надо уходить, командир, — негромко, но очень настойчиво произнесла Екатерина. Все члены отряда видели чудовищную волну пламени, что двигалась над деревьями рощи огнеростов. Силы в ней хватило бы на уничтожение небольшого города, и вся это энергия неслась в сторону небольшой кучки людей, как неудержимая лавина.

Однако, Кожедуб ничего не ответил. Он вообще почти не обратил внимания на приближающуюся смерть. Потому остро ощутил, что убийственное пламя, как весёлый щенок, пытается угнаться за чем-то или кем-то, что двигалось параллельно роще. У огнеростов не было цели убить. Они радовались так, как умеют радоваться порождения аспекта Огня — горели, поджигая весь мир вокруг.

Вдоль зарослей магических деревьев, немного опережая огненный вал, неслась сияющая комета голубой энергии. Она оставляла за собой яркий шлейф в котором было больше энергии, чем во всех накопителях энергии Российской Империи вместе взятых. И толстенный канал соединял этот шлейф с центральными областями аномальной зоны.

— К бою!!! — рявкнула Екатерина и весь отряд ощетинился оружием.

В центре стремительно приближающегося яркого сгустка проступили очертания трёх существ. Что-то человеческое в центре и две хищные животные фигуры по бокам. Каждая из них сотрясала пространство могучим рёвом, как древние левиафаны времён зарождения мира.

У магистра Земли с многолетним опытом рейдов в аномалию, тут же возникло чувство, что он даже не успеет подумать о сопротивлении. Просто умрёт, если того захочет новый хозяин аномальной зоны и его странные питомцы.

— Отставить, — прохрипел Кожедуб и, рванув на шее ворот камуфляжной куртки, шагнул навстречу полыхающему энергией существу. — Попробуйте отступить. Только медленно. Я его задержу.

— Прохор! — не выдержала Екатерина, но в этот миг сияние вокруг неизвестных существ начало стихать и глава дружина рода Антиповых громко и слегка безумно рассмеялся.

— Вот и ответ… — покачав головой, произнёс Прохор, а потом медленно опустился на одно колено. — Вот и ответ на все наши вопросы. Здравствуйте, ваша светлость.

— Здравствуй, Прохор, — прозвучал из гаснущего сияния удивительно знакомый голос, а потом свет окончательно погас и члены отряда увидели перед собой главу соседского рода и пару его ближайших слуг. Екатерина пыталась что-то сказать, но слова застряли у Ратая в горле. — Не ожидал тебя здесь увидеть.

***

— И я не ожидал вас увидеть, Ярослав Константинович, — немедленно ответил Кожедуб. — Простите, что на вашу территорию вторглись.

Я невольно ответил для себя, что Прохор чётко обозначил ситуацию. Опытный маг увидел достаточно, чтобы сделать правильные выводы. Я слишком расслабился и отпустил зажатый в стальные тиски Источник немного развеяться. И теперь глава соседской дружины и доверенный человек князя Антипова точно знает, что глава рода Разумовских накрепко связан с аномальной зоной нерушимыми нитями энергии.

Едва заметно шевельнулся у меня за плечом Григорий. Учитывая возможности архимага Ментала, убрать у пары десятков человек воспоминания об этой встречи труда не составит. Однако, я не был уверен, что это правильный путь. Прохор изначально показался мне очень хорошим человеком. Надёжным и честным даже в тех условиях, в которых ему приходилось работать при прошлом главе рода Антиповых. Просто затирать его память было равносильно признанию Кожедуба недостойным хранить какие-то мои тайны.

Тем более, ничего прямо уж такого секретного не произошло. Вспышка энергии большой мощности и активность рощи огнеростов можно было легко списать на недавний шторм и нестабильность моего Источника после предельных нагрузок.

— Силы владетелей первого круга Тверской аномальной зоны обладают всеми необходимыми правами для рейдов, — улыбнулся я и кивнул стоявшей всё это время без движения супруге Прохора. — Здравствуй, Екатерина.

— Здравствуйте, Ярослав Константинович, — просипела в ответ Ратай. Она постоянно металась взглядом между мной и моими спутниками. В наш разговор женщина вмешаться даже не пыталась.

— Вы в рейд? — делая вид, что не замечаю вооружённых до зубов дружинников вокруг, деликатно спросил я. Родовая сеть тащила мне данные с ближайших участков и я точно знал о текущем расположении зверей в округе. — Добычи здесь особо нет никакой…

— Да нет, ваша светлость, — слегка улыбнулся Прохор. Кожедуб смотрел куда-то мимо меня и я не сразу понял, что он просто ждёт, пока начнёт действовать Григорий. Какой силой обладал мой личный секретарь главе дружины соседа было отлично известно. Сопротивляться менталисту такого уровня он бы попросту не смог. — Всё, что планировали, мы уже узнали. Теперь бы надо вернуться домой… Если позволите…

— Разве я могу этому помешать? — удивлённо и неодобрительно посмотрел я на Кожедуба и тот мгновенно густо покраснел.

— Я совсем не это имел в виду, Ярослав Константинович, — просипел багровый до корней волос Прохор. — В смысле, мы можем вернуться, если наша беседа окончена и мы вам не помешали.

— У нас была инспекция рощи огнеростов, — нейтрально ответил я. — Отрабатывали возможное направленное использование силы магических деревьев.

— Очень хорошо у вас получилось, — охотно ответил Кожедуб. — Отлично просто.

— Если мы на вашей территории выйдем, поможете с транспортом? — уточнил я. — А то обратно пешком возвращаться не очень хочется.

Настроения просто пробежаться по аномальной зоне безвозвратно ушло и в голове снова появились мысли о накопившихся дома проблемах. Григорий обозначил своё присутствие в моём разуме и показал, что немного подправил воспоминания обычных дружинников. Всех, кроме Екатерины и её супруга. Менталист убрал сияние вокруг нашей группы и ещё часть ярких эффектов.

— Разумеется, ваша светлость, — поклонился мне Прохор. — Нас на границе ждут вездеходы. Любой из них в вашем полном распоряжении. Если нужно, то я и водителя предоставлю.

— Вот и отлично, — улыбнулся я и первым направился в сторону границы аномалии.

На другой стороне, в сотне метров от барьера, стояли четыре машины с гербами рода Антиповых на бортах. Три из них были пусты, а возле четвёртой протоптал в лесной подстилке тропинку Антон Антипов.

— Прохор! — воскликнул молодой князь и только после этого увидел меня. — Ярослав Константинович, а вы тут как?

— Случайно пробегал, — пожимая руку соседу, улыбнулся я. — Вы уже рейды в аномалию отправляете, Антон Алексеевич?

— Хочу узнать что в ядре происходит, пока остальные наши в себя приходят, — ответил Антипов. — Прохор, что узнать получилось?

— Да как сказать, ваша светлость… — растерянно взглянув в мою сторону, пробормотал Кожедуб.

— Как есть, так и говори! — сурово сдвинул брови князь. — Удача, что Ярослав Константинович рядом оказался. Не нам одним с новой напастью бороться. Ну, говори!

Глава 12

— Прохор мне сказал, что вы его отправили в аномалию с особым заданием, Антон Алексеевич, — переключил я внимание князя на себя. Судя по реакции Кожедуба, рейд его был направлен на поиски информации о причинах перемен в зоне. И, как сказал сам Прохор, всё необходимое он уже нашёл. — Вероятно, вы обеспокоены ситуацией в ядре. Мы не так давно вернулись из глубокого рейда и можем обсудить его итоги.

— Если у вас найдётся немного времени, то мы могли бы пообщаться у меня в имении, — тут же предложил Антон. На лице молодого князя появилась тень разочарования. Возможно, я испортил какие-то планы соседа, но не особенно важные, потому что он быстро пришёл в себя. — Заодно я бы хотел проговорить ряд деталей по поводу наших совместных дел. Завтра вам будет точно не до этого, а откладывать дальше мне не хотелось бы.

— Завтра? — озадаченно переспросил я у Антона и тот мгновенно стушевался, будто ляпнул что-то лишнее.

— В смысле, я не уверен, что у вас будет время заняться соседскими делами, ваша светлость, — быстро нашёлся Антон. — Вы человек занятой, и я решил воспользоваться моментом. Раз уж вы всё равно оказались у меня в гостях…

— Я понял, — не став углубляться в детали, кивнул я. — Нам бы перекусить заодно. Это возможно?

— К нашему прибытию обед будет на столе, ваша светлость, — с улыбкой ответил князь Антипов. Наверное, за последние два десятка лет, никто из Антиповых не был так рад визиту Разумовских. Отношения между нашими родами явно стали значительно лучше в новом поколении. — Прошу в машину.

Антон водил автомобиль сам. Обычный вездеход, который не так давно поражал своими характеристиками на фоне развалюх моей дружины. Молодой князь пару минут молчал, но потом не выдержал.

— Это был мой шанс оказать небольшую услугу всему союзу, — сосредоточенно глядя на дорогу, произнёс Антон.

— Вам не стоит переживать, Антон Алексеевич, — нейтрально произнёс я.

— Что? — удивлённо посмотрел на меня Антипов. — Насчёт чего?

— Насчёт того, что кто-то из других членов союза станет предъявлять вам претензии за бездействие рода, — так же невозмутимо ответил я и увидел, как лежавшие на руле руки князя сжались. Похоже, эта тема беспокоила его очень сильно. — У нас объединение не того формата, когда кого-то могут выгнать. На данный момент, мне вообще сложно представить ситуацию, при которой кто-то из Тверских владетелей выйдет из союза. На это просто нет объективных причин.

— Мой род близок к разорению, Ярослав Константинович, — неожиданно признался Антон. — Почти все партнёры моего отца по бизнесу разорвали контракты. Я несу колоссальные убытки каждый день и ничего не могу с этим сделать. Ещё немного и мне придётся начать распродажу имущества за пределами первого круга.

— Почему так получилось? — удивлённо спросил я. — Насколько я знаю, Алексей Андреевич был очень предусмотрительным и дальновидным управленцем. Разве он не подумал о том, что кто-то из его партнёров захочет уйти или нарушить условия контрактов?

— Мой отец планировал править родом Антиповых ещё многие годы и завязал все договорённости на себя, — произнёс Антон и я тут же вспомнил, что мы это уже обсуждали. — А ещё те методы, которые использовал прежний глава рода, оставили мне огромное количество недоброжелателей. Плюс возраст… Никто не верит, что я смогу сохранить род и его статус при текущих условиях и политической ситуации. Вы, наверное, сталкивались с подобным.

— Да, — кивнул я. — И прекрасно вас понимаю, Антон Алексеевич. Финансовые проблемы рода Антиповых можно решить за счёт общих возможностей союза. Вам не обязательно работать с прежними партнёрами. Можно просто добывать аномальные ресурсы и перерабатывать их на производствах союзников…

— Нет, — как-то сухо и удивительно упрямо произнёс Антон. — Я не хочу чтобы мой род считался нахлебником среди союзников.

— И поэтому решили показать свою пользу рискнув жизнями самых верных своих людей? — прямо спросил я.

— Отчасти, — угрюмо проворчал в ответ князь Антипов. — Мы с Прохором подробно обсудили план рейда. Риск был минимален.

— Антон Алексеевич… — тяжело вздохнув, протянул я. — Ну ведь вы сами в это не верите. Как можно избежать риска, если условия в зоне поменялись практически полностью?

Антипов не ответил, но мы оба прекрасно понимали, что новый глава рода Антиповых пошёл на подобный шаг только из-за ощущения собственной уязвимости перед остальными владетелями. Отчасти глупо, но я его понимал — очень тяжело ощущать свою беспомощность. Особенно когда все остальные только набирают силу.

— Я уже некоторое время хочу собрать всех членов союза и обсудить линию дальнейшего развития нашего объединения, — после пары минут тишины, произнёс я. — Думаю, на этой встрече добытая главой дружины рода Антиповых информация окажется как нельзя более кстати.

— И что же Прохор такого узнал за свой часовой рейд? — не глядя на меня, осторожно уточнил Антон.

— Что в ядре зоны больше нет угрозы для членов союза, — наблюдая за проносящимся за окнами лесом, ответил я. Выдумывать особо ничего не стал, потому что это могло сильно осложнить моему соседу жизнь. — Но к самому ядру точно соваться не стоит. Популяция аномальных зверей вскоре восстановится. Примерно в течение месяца. Но за пределы глубинных областей они выйдут только к середине осени. А за пределы аномальной зоны больше не будут выходить никогда. Если союз хочет сохранить добычу аномальных ресурсов на прежнем уровне, то нужно устраивать временные защищённые лагеря на территории зоны. До двух недель можно оставаться внутри аномалии без последствий для энергетики организма.

— Спасибо, ваша светлость, — немного помолчав, с чувством произнёс Антон. — Понимаю, что для вас это всего лишь один разговор из многих, но для меня и моего рода эта информация имеет огромное значение. Если мой род имеет хоть какой-то вес, то вы можете всегда рассчитывать на мою поддержку. В ближайшее время у моей дружины высвободится большая часть времени. Я непременно последую вашему совету и организую временный лагерь на границе рощи огнеростов.

— Получилось увеличить численность дружины? — посмотрев на собеседника, спросил я.

— Нет, ваша светлость… — чуть растерянно ответил князь Антипов. — Я думал, что мы с вами сегодня окончательно закроем вопрос патронажа рода Разумовских над владениями моей семьи. Ваш секретарь давно прислал мне все необходимые документы, и я даже их подписал. Осталось дело за вами. Мне казалось, что это уже решено…

— Простите, Антон Алексеевич, — улыбнулся я. — В последнее время столько всего навалилось, что из головы напрочь вылетели некоторые важные вещи. Если Григорий подготовил и прислал проект документа, то у меня нет оснований задерживать его подписание. Дефицит кадров может немного снизить качество контроля вашей границы, но я уверен, что это решаемый вопрос.

После обильного обеда, который больше напоминал торжественный приём с единственным гостем, мы направились в кабинет главы рода Антиповых. За обедом обсудили ряд мелких деталей взаимодействия дружин, но до каких-то серьёзных вещей не добрались. Я мысленно уточнил у Григория все нюансы подготовленного договора и в очередной раз убедился, что юрист настоящий гений своего дела.

Бетюжин так завернул текст договора, что по сути ничего для князя Антона не менялось. Если прежний глава рода Антиповых пытался заполучить себе владения моего рода навсегда, то у нас такой цели не было. По тексту мы оформляли официальный патронаж по всем правилам, а по сути просто получали беспрепятственный доступ к границе аномалии на территории рода Антиповых и возможность участвовать в делах соседа на территории владения. В принципе, мы и так всё это делали. Просто теперь статус моей дружины был подтверждён официально. А ещё род Разумовских стал сильно влиятельнее для всех остальных дворян Империи.

— Рад, что у вас получилось заехать в гости, Ярослав Константинович, — когда мы закончили со всеми делами и вышли во двор особняка, удивительно бодрым голосом, произнёс Антон. Для него за эту пару часов решилось столько сложных вопросов, что ничего удивительного в состоянии соседа не было. Он будто бы даже ростом выше стал из-за того, что свалил с себя часть проблем. — До скорой встречи. Всегда рад видеть вас у себя в имении.

— До свидания, ваша светлость, — пожав на прощание руку соседу, произнёс я. — Если вдруг понадобится помощь, звоните в любое время.

Дорога до дома пролетела удивительно быстро. Водитель, которого выделил нам сосед, домчал нас до владений рода всего за четверть часа. На границе чуть не случилась стычка с Витязями, но Григорий вовремя дал сигнал наших дружинникам, что это возвращается их князь. Парень, сидевший за рулём вездехода, даже не заметил, что был на волосок от смерти. Дежурившие в зарослях бойцы Рыкова так и остались под маскировкой.

Машина остановилась у ворот в родное имение, которые открылись с небольшой задержкой. Я ощутил, что по нам пробежалась волна сканирующей энергии. Видимо, Ратаи решили усилить охрану особняка кем-то из ребят Грифа.

— Пусто как-то… — задумчиво глядя на крыльцо дома, произнёс я. — Можешь возвращаться.

— Как прикажете, Ярослав Константинович, — тут же ответил водитель, сразу разобравшийся кому были предназначены мои последние слова.

Я не ощутил в здании никого из сестёр, но это было нормально. Нюша заново обустраивалась в Сумани со своей новой служанкой, а Настя куда-то укатила по делам. Старшей сестры вообще не было на территории владений рода. А вот отсутствие тёти Жени и всех служанок немного удивило.

— Евгения в Себыкино уехала, ваша светлость, — будто поняв о чём именно я думаю, сообщил Антип. — Если прикажете, то я приготовлю ужин. Помощниц Евгения отпустила по домам на выходные.

— Может позже, — чуть замедленно ответил я. — Но кофе лишним не будет. Принеси ко мне в кабинет.

— Большой кофейник? — деловито уточнил Антип.

— Да, — кивнул я.

Раз в имении никого не было, никто не пытался меня убить и никакие чудовища не угрожали сожрать всё население моих владений, можно было посвятить время наименее мною любимым делам. Григорий, несмотря на наш бешеный график, не забывал про свои основные обязанности, но совсем без моего участия обойтись не получалось.

В кабинете меня ждала стопка счетов и готовых к подписанию контрактов. Окинув эту гору взглядом, пришёл к выводу, что большого кофейника может и не хватить. И через три часа убедился, что на сто процентов прав. За окном стремительно темнело, а вопросы Бетюжина не заканчивались. «Небольшой список дел» напоминал бесконечный свиток и каждый новый вопрос порождал ещё десять, как мифическая гидра из древних сказаний.

В какой-то момент, вчитываясь в текст очередного выгодного договора, я вдруг поймал себя на том, что в подобной жизни тоже что-то есть. Некоторые главы родов, вроде Истомина, основную часть своей жизни проводила именно вот так. Было в этом что-то удивительно стабильное и умиротворяющее. Будто спокойнее становилось от того, что подписывал контракт с очередным торговым домом на следующие десять лет. Десять лет!

За такой срок мир мог полностью измениться. Но ты успокаиваешь себя тем, что у тебя масса выгодных контрактов, которые не дадут тебе умереть с голода даже в самый плохой год. Даже смешно стало от таких мыслей.

— Это всё, господин, — внезапно произнёс Григорий. Время подходило к полуночи. Я с хрустом размял спину и вымученно улыбнулся. — Больше это не повторится, Ярослав Константинович. Я буду стараться готовить документы по мере их поступления и отдавать вам на подпись.

— Было бы здорово, — одобрительно кивнул я. — Теперь уже можем отдохнуть?

— Разумеется, ваша светлость, — поклонился мне менталист. — Спокойной ночи и приятных снов.

Добравшись до своей комнаты, принял душ и упал на кровать. В голове кружились цифры и десятки имён, которые практически ничего для меня не значили. Кто-то хотел урвать часть сиюминутной выгоды от сотрудничества с вновь поднявшимся родом Разумовских, кто-то просто осторожно прощупывал почву и пытался играть в долгую. В любом случае, этих людей заботили только цифры в отчётах о прибыли и статус собственных родов.

Незаметно провалившись в сон, очнулся только утром. Даже странно было осознать, что ничего за это время не случилось. Ни ночных нападений, ни кошмаров или вторжения иномирных тварей. Просто ночь. В тишине. Дома.

Я некоторое время прислушивался, пытаясь уловить, что происходит в особняке. В этом была особая магия. Я сознательно заглушил сигналы родовой сети и положился только на собственные чувства. Вроде бы едва слышно звякнула на первом этаже посуда. Наверное, Евгения уже накрывала завтрак. Значит Настя тоже вернулась и успела встать раньше меня. А может просто я заспался сегодня…

Медленно подключая все доступные возможности, я увеличивал количество поступающей в мозг информации. Родовая сеть прекратила отдачу энергии в аномальную зону. Ситуация стабилизировалась. В особняке, кроме меня и Антипа, была только Евгения. Значит, Настя так и не вернулась. На территории владения находилось огромное количество посторонних и основная их масса собралась в Себыкино. Причём прямо в этот момент чужаки массово грузились в машины.

— Вот же… — рывком принимая сидячее положение, выдохнул я. Судя по составу гостей, намечалось нечто грандиозное. Вариантов я видел больше одного, а это всегда заставляло искать точный ответ. — Антип, Григорий!

Я говорил негромко, но не сомневался, что оборотни меня услышат. Буквально через несколько мгновений в дверь моей комнаты постучали и на пороге появился Антип. Слуга держал в руках вешалку с идеально выглаженным серым костюмом в мелкую изумрудную клетку. Там же была белоснежная рубашка и туфли.

— Что происходит? — осмотрев явно только вчера полученный из Твери наряд, прямо спросил я.

— Анастасия Константиновна велела мне передать главе рода Разумовских, что сегодня особенный день и необходимо соответствовать своему статусу.

— Гости все сюда едут? — уже примерно зная ответ, спросил я.

— Да, господин, — степенно кивнул древний слуга моего рода.

Сборы заняли значительно меньше времени, чем поездка гостей до моего имения. Помимо членов союза владетелей Твери, в длинной колонне шикарных лимузинов ехали и другие люди. Князь Эльдаров и представители рода Пожарских, региональный управляющий артефактного дома с супругой и глава Тверского подразделения жандармерии, светлейший князь Муравьёв и почти все высшие оборотни, включая Ивана.

Я на несколько секунд закрыл глаза. Разум работал на пределе своих возможностей. Сопоставляя факты, я вдруг замер и едва слышно рассмеялся. Напряжение мгновенно отпустило и мне оставалось только покачать головой. Нужно было соответствовать, как просила передать мне Настя.

В итоге, длинную колонну автомобилей я встретил стоя с чашкой кофе на крыльце своего родового гнезда. Места, которое благодаря усилиям моей старшей сестры вновь стало символом могущества рода Разумовских. И теперь мы могли принимать у себя даже самых важных гостей. Вот только оказалось, что план Насти был намного сложнее.

За десять минут до прибытия колонны гостей, на территорию въехало пять автобусов с неизвестным мне логотипом на борту. Машины отправились вокруг особняка в дальний угол сада и там закипела бурная деятельность. Под руководством тёти Жени, целая армия наёмных сотрудников начала расставлять и сервировать столы. Погода стояла отличная и праздник обещал быть замечательным.

На все лимузины гостей места не хватило и часть машин пришлось выгнать за территорию. По сравнению с дворцом графа Старковского, у нас было достаточно тесно, но в разы уютнее. Выйдя навстречу сестре, обнял её и в этот миг успел получить целую порцию инструкций.

— Ты замечательно выглядишь, — кивком дав понять, что услышал её, произнёс я. — Спасибо за праздник. Знаю, что это стоило тебе огромных усилий.

— С днём рождения, ваша светлость, — чмокнув меня в щёку, ответила Настя и мы развернулись, чтобы вместе встретить первых гостей.

Вероятно, важнейшие нюансы протокола все проговорили между собой заранее, потому что никакой толчеи или неразберихи не возникло. Первыми к нам шли светлейшие князья, а уже за ними все остальные. Губернатору до меня оставалось пройти шагов тридцать, когда рядом со мной появился Григорий с артефактным телефоном в руках. На экране устройства горел номер «1» и я с тяжелым сердцем принял звонок.

— Говори, — сухо произнёс я.

Глава 13

— Ты умрёшь достигнув своей цели, — без предисловий и тем самым голосом, который я не раз слышал после очередного прозрения, прохрипел Гарфакс. Вероятно, он только что пришёл в себя и сразу же схватился за телефон. — Мир изменится бесповоротно и навсегда.

— Мы с тобой обсуждали это сто раз уже, — проворчал я в ответ. На лицах светлейших князей появилась тень неудовольствия. Ждать они не привыкли, я сейчас грубейшим образом нарушал этикет. — Есть что по существу сказать?

— Я в десяти километрах от границ твоего домена, господин, — уже почти нормальным голосом ответил Гарфакс. — Хотел встретиться. Есть ряд вопросов, которые нужно обсудить.

— Я перезвоню через час, — ответил я. — Жди на границе.

— Понял, — коротко ответил провидец и отключил связь.

Появление президента Американской Конфедерации на дне рождения провинциального князя определённо вызовет громадное количество вопросов. Пусть прессы никакой на мероприятии не было, но могущественных аристократов хватало. Многие из них видели Адамса лично и знали кто это такой. Несмотря на все мои заслуги перед Империей, не того полёта глава рода Разумовских был птицей, чтобы к нему правители стран приезжали лично.

— Доброе утро, господа, — вернув телефон Бетюжину, приветливо улыбнулся я Муравьёву и Пожарскому. Оба губернатора сделали вид, что не заметили заминку с телефонным разговором и уже одно это говорило об их лояльности. Всё же, социальный статус у нас сильно отличался. — Рад видеть вас во владениях моего рода. Спасибо что выделили время на визит.

— Мы не могли пропустить подобный праздник, ваша светлость, — пожимая мне руку, улыбнулся Павел Александрович. — Совершеннолетие одного из самых выдающихся дворян страны — такое бывает далеко не каждый год.

— Рад, что вы дожили до этого дня и сохранили присутствие духа, Ярослав Константинович, — следом за Муравьёвым, произнёс губернатор Твери. — Учитывая обстановку вокруг вашего рода, это уже настоящий подвиг. Благо, теперь самый сложный период уже позади, и вы крепко встали на ноги. Как будет минутка свободная, хотел бы вернуться к теме нашей последней беседы.

— Обязательно, ваша светлость, — ответил я. Два губернатора, чьё присутствие поднимало уровень домашнего банкета до малого приёма у самого Императора, отошли в сторону и принялись обсуждать какие-то свои дела. Сопровождавшие светлейших князей слуги коротко мне поклонились и последовали за своими господами. Зейд и Степан выглядели максимально сосредоточенными и собранными, будто им предстоял скорый бой.

Следом за главными гостями банкета начали подходить члены союза. Граф Новиков с дочерью шли впереди остальных. Мария блистала в золотом платье, идеально подходящем цвету её дара, а её отец выбрал строгий костюм чёрного цвета.

— С днём рождения, Ярослав Константинович, — слегка поклонился граф. — Счастлив быть здесь в этот день.

— Всё благодаря Анастасии Константиновне, — улыбнулся в ответ я. — Сам бы ни за что не вспомнил об этом. Мария Александровна, вы неотразимы!

— Благодарю, — скромно потупив глаза, ответил девушка. Вспомнив, как она себя вела во время нападения чудовищ и какую роль сыграла в защите владений своего рода, я невольно улыбнулся. Скромность и стеснительность ей точно не подходили.

— Думаю, дальше ты вполне справишься один, — как только граф отошёл в сторону, шепнула мне Настя. Мария уже ждала подругу в отдалении. Я кивнул и девушки удалились к любимому месту моей сестры. Похоже, сегодня у всех были свои кружки по интересам. Я проводил Марию взглядом и вернулся к подходящим гостям.

Барон Костров, как всегда, оказался лаконичен. Сухо поздравив меня, сосед отошёл в сторону и принялся дожидаться Старковского. В противовес пожилому барону, Иван Николаевич потратил минуты три на витиеватую речь, но суть у неё была та же — мы рады, что вы с нами и всё хорошо.

— Как давно вы узнали о сегодняшнем мероприятии, Антон Алексеевич? — когда наступила очередь князя Антипова, с улыбкой спросил я.

— Пару дней назад ваша сестра прислала мне приглашение, ваша светлость, — чуть смущённо ответил Антон. — Обычно именинники в курсе подобных вещей, но тут Анастасия Константиновна сказала, что это будет сюрприз и я не посмел нарушить её тайну.

— Это правильный поступок, ваша светлость, — ответил я. — Мне очень приятно, что вы сегодня у меня в гостях.

Приветствие продолжалось ещё некоторое время. Настя отлично знала, что я не особенно люблю мероприятия подобного толка и сделала всё возможное, чтобы приём проходил максимально просто и по-домашнему. Гости здоровались, поздравляли меня и уходили в сад, откуда легкий ветерок уже приносил заманчивые запахи готовой еды.

— От лица правления артефактного дома Воронцовых, сердечно поздравляю вас с совершеннолетием, Ярослав Константинович, — крепко пожав мне руку, произнёс граф Калинин. — К сожалению, Пётр Сергеевич не сумел прибыть лично. Он очень надеется, что присутствия директора северо-западного направления будет достаточно, чтобы выразить безмерное уважения рода Воронцовых к князю Разумовскому.

— Безусловно, — улыбнулся я в ответ. — Насколько я понимаю, вас тоже можно поздравить с заслуженным и долгожданным признанием, Александр Викторович? Рад, что ваши многолетние усилия не пропали зря.

— Просто мой супруг оказался достаточно настойчив и дальновиден, Ярослав Константинович, — произнесла графиня Калинина и, обняв меня, добавила. — С днём рождения, ваша светлость.

— Благодарю, Инга Аскольдовна, — улыбнулся я в ответ и, вопросительно посмотрев на графа, произнёс, — Настя с Марией в беседке у восточной стены. Но я вам этого не говорил.

— А я ничего не слышала, — тихо рассмеялась женщина и тут же нас покинула.

— Не обязательно обладать особой дальновидностью, чтобы заметить очевидные вещи, — правильно истолковав мой взгляд, произнёс Калинин. — Попытки Петра Сергеевич обойти договорённости с родом Разумовских были изначально обречены на провал. Я просто сказал об этом вслух.

— Несколько раз? — весело спросил я. Светлейший князь Воронцов был не из тех, при ком можно свободно делиться своим мнением. Чтобы просто выразить его нужно обладать определённой смелостью. А чтобы прямо перечить решению главы артефактного дома, нужно быть готовым к тяжёлым последствиям.

— Много раз, — в тон мне ответил Александр Романович. — Но я уже давно являюсь частью артефактного дома и последнее чего мне хотелось бы — это чтобы род Разумовских стал его врагом.

Где-то в конце вереницы гостей я видел массивную фигуру Бернхарда и нескладный силуэт Ивана. Личный слуга Императора по статусу был даже выше в чём-то светлейших князей, но сейчас на приёме был неофициально. Мне даже стало интересно, как его умудрилась пригласить Настя. Скорее всего, ему сообщил Степан. Как и Петру, который сейчас должен быть где-то рядом с графом Распутиным.

Высшие оборотни пришли на мероприятие полным составом и это было знаком их преданности. Дополнительные пояснения или обещания просто не имели смысла. Они были здесь, и я мог на них рассчитывать, если это понадобится.

Церемония приветствия заняла в общей сложности минут двадцать. За это время наёмный персонал под руководством родовых слуг успел подготовить места для гостей. Я нашёл Настю и от неё узнал примерный график мероприятия. По сути, мне оставалось только произнести приветственную речь для всех гостей и на ближайшую пару часов они будут заняты программой развлечений, которую составила моя сестра.

Со своей задачей я справился за пять минут, сумев не только поблагодарить всех, кто пришёл на мой день рождения, но и краем зацепить ряд важных тем совместного будущего. Для некоторых, вроде Эльдарова и Пожарского, это имело особое значение. Остальные просто убедились, что у меня всё под контролем и они всё ещё понимают, к чему мы движемся совместными усилиями.

Почти всё время речи я чувствовал на себе вопросительный взгляд Бернхарда. Генерал отлично меня знал и чётко видел, что я начинаю торопиться. Другие вряд ли могли это заметить, но основателя рода Ожеговых обмануть мой вид не мог. В момент окончания моей речи, Бернхард поднялся и неспешно направился в сторону входа в особняк.

— Желаю вам всем замечательно провести время, господа и дамы, — напоследок произнёс я. — А сейчас прошу меня простить, вынужден ненадолго вас покинуть. Дела не оставляют меня даже в такой чудесный день.

Весёлая улыбка и бодрый тон окончания речи вряд ли кого-то ввели в заблуждение. Я заметил пристальный взгляд Пожарского. Члены союза владетелей Твери переглянулись между собой, как бы оценивая мои слова и действия. Я направился ко входу в здание и следом тут же пристроились Григорий с Антипом. Родовая сеть принесла сигналы о том, что Пётр готов переместить следом за мной всех высших оборотней. Гости были готовы не только праздновать, но и сражаться если это будет необходимо.

— Ты один приехал? — добравшись до крыльца, без предисловий спросил я у Бернхарда и тот коротко кивнул. Расставленные на обширной лужайке столы остались за углом здания и я тут же сменил направление, направившись к стоянке машин. — Давай за руль тогда.

Генерал невозмутимо ускорился и, достав из кармана брелок, открыл крупный внедорожник, стоявший сразу за воротами имения. Я забрал у Григория артефактный телефон и мельком взглянул на экран, проверяя время. С момента моего разговора с Гарфаксом прошло почти пятьдесят минут.

— Где ты? — набрав номер и дождавшись ответа, спросил я.

— Стою в трёх шагах от границы, — не особенно удивившись, ответил провидец. — Съехал с трассы чуть раньше.

— Перейди границу, — приказал я и спустя пару мгновений ощутил сигнал родовой сети, обнаружившей чужака. — Мы будем у тебя через двадцать минут. Уже выезжаем. Барон, сначала до трассы на Тверь, а потом ещё семь километров вдоль границы Старковского.

Я сел вперёд, а оборотни заняли задний диван. Генерал сорвал машину с места и праздничная атмосфера осталась позади. Гарфакс никогда не совершал спонтанных поступков. Каждое действие легендарного командира Чёрной Сотни было продиктовано серьёзными мотивами. Пусть некоторые из них были только в его голове и их невозможно было подтвердить разумными аргументами.

Видение моей окончательной смерти приходило к прорицателю уже много раз. Сначала Гарфакс даже пытался меня отговорить от большой войны с Вершителями, но быстро понял, что это бессмысленно. Участь одного никогда не могла перевесить судьбу многих. Я знал на что шёл и готов был заплатить за достижение своей цели своей жизнью. И с прошлых времён ничего не изменилось.

Я ожидал увидеть целый кортеж охраны и множество магов сопровождения, но президента Американской Конфедерации мы обнаружили в гордом одиночестве. Господин Адамс стоял опёршись на капот ярко красной спортивной машины очень агрессивного вида. Буквально гоночный болид, который почему-то оказался на обычных дорогах.

— Довольно необычный выбор для человека, который старается быть незаметным, — пожимая руку провидцу, усмехнулся я. — Ты на ней из столицы прикатил?

— Не совсем, — вернул мне улыбку старый соратник. — От жандармов очень тяжело отвязаться. Пришлось целую театральную постановку с двойником разыграть, чтобы к тебе выбраться. Со мной ещё пара машин охраны и грузовик, который вёз эту крошку. Еле успели доставить. Из моей личной коллекции. Таких всего десять во всём мире осталось. С днём рождения, господин Разумовский.

Я задумчиво посмотрел на Гарфакса, но взгляд упрямо перетекал на хищные обводы спортивного авто. Машина будто требовала, чтобы кто-то немедленно сел за руль и выжал из неё всё возможное в бешеной гонке по трассе.

— Григорий, а есть вариант обойтись без обучения вождению? — поняв, что все остальные мысли постепенно пропадают из головы, спросил я.

— Конечно, господин, — невозмутимо ответил архимаг Ментала. — Но для закрепления потребуется постоянная практика.

Одновременно с последним словом Бетюжина, у меня в сознании стали разворачиваться яркие образы со всеми необходимыми знаниями, связанными с управлением автомобилем. От простейших манипуляций, до конкретных углов входа в поворот при скольжении и разнообразных сложных манёврах. Однако, на усвоение этого материала телу требовалось время. Но уже сейчас я понимал, что практики у меня будет предостаточно.

— Посмотришь внутри? — передавая мне ключи, с улыбкой спросил Гарфакс. Похоже, провидец действительно получал от новой жизни максимум удовольствия и даже не пытался это скрывать. — Или прокатишься?

— Ещё успею, — покачал головой я. — Да и прав у меня нет. Это же не по лесам на вездеходах гонять.

— Ну, сегодня же день совершеннолетия главы рода Разумовских, — рассмеялся Гарфакс. — Я сильно сомневаюсь, что кто-то из служителей закона в окрестностях Твери решится потребовать у тебя документы. Но мои люди подумали об этом. Все нужные документы в бардачке, господин.

Последнее слово вызвало удивление у оборотней. Григорий с Антипом пару минут стояли без движения, больше напоминая живые статуи. Когда подобным образом ко мне обращались обычные дворяне, это никого не удивляло. Когда так начали говорить слуги светлейших князей — это вызывало удивление. А подобное обращение от президента одной из самых могущественных мировых держав вогнало в шок даже невозмутимых обычно оборотней.

— Сколько у тебя есть времени? — прямо спросил я.

— С учётом ожидания, осталось не так много, — пожал плечами Адамс. — Со мной проверенные ребята. Без приказа с места не двинутся. Но сильно задерживаться тоже не стоит.

— Тогда давай к делу, — кивнул я.

— Моё почтение, господин, — тут же слегка поклонился мне провидец. — Решение с хранительницей аномальных зон этой территории поистине гениально. Вероятности так сильно размылись, что мне даже уловить тень прошлых видений сложно. А фокус внимания сильно сместился с семьи Разумовских.

— Это случайно получилось, — покачал головой я. На такой эффект я действительно не рассчитывал, просто не хотел взваливать ещё один груз на свою младшую сестру.

— Такое не бывает случайно, — чуть нахмурившись, покачал головой Гарфакс. — Твою руку ведёт судьба, господин. Впрочем, как и раньше.

— А ты, как и раньше, любишь повторять одно и то же, — фыркнул Бернхард и этого уже оборотни не выдержали.

— Роман Викторович, думаю, вам не стоит вмешиваться в эту беседу, — негромко, но очень чётко произнёс Антип.

— Да-да, конечно, — тут же виновато опустил голову генерал, но в его голосе мне послышалась насмешка. — Ни в коем случае не хотел помешать.

— Я не устану повторять одно и то же, — недовольно взглянув на Бернхарда, произнёс Гарфакс. — Не думал, что видения твоей окончательной смерти вернутся спустя столько веков.

— И что ты видел? — спросил я.

— То же самое, — неожиданно ответил Гарфакс. — Полная темнота, беспомощные толпы людей, которые не понимают что происходят и не могут ощутить даже простейший магический ветер. Трупы Вершителей и их слуг… Мёртвый зверь на дне бездонной чёрной ямы и ты рядом с ним.

— Отлично, — выслушав прорицателя, покивал я. — Теперь хотя бы понятно куда двигаться.

— Что ты имеешь в виду, господин? — непонимающе посмотрел на меня президент Американской Конфедерации.

— У тебя есть доверенные люди в Японии? — вместо ответа, задал вопрос я.

— Там нет агентов ни у одного мирового государства, — покачал головой Гарфакс. — Даже Бриссу не сумели завербовать никого, а у них часто есть недоступные другим инструменты.

— Понял, тогда этот вопрос пока отложим, — задумчиво произнёс я. — А что насчёт Австрийской империи?

— Там обширная сеть, — невозмутимо ответил провидец. — Могу даже силовую операцию провести или легализовать кого-то, если это необходимо.

— Тогда у меня к тебе будет одна просьба, — прикинув варианты, прямо посмотрел я в глаза Гарфаксу.

Глава 14

Гарфакс выслушал меня и некоторое время обдумывал мои слова. Кто-то позвонил Григорию и архимаг Ментала вопросительно посмотрел на меня. Судя по всему, нас уже начали разыскивать гости на моём дне рождения. Однако, ничего критичного не произошло. Иначе бы Бетюжин доложил.

— В целом, каких-то серьёзных проблем не вижу, господин, — наконец ответил президент Американской Конфедерации. — Мне потребуется немного времени на подготовку. Я сообщу, когда мы достанем всё необходимое. Вы уверены, что нужен мёд с ваших пасек? Просто добыть что-то похожее в Австрийской империи будет значительно проще. Да и перевозить через несколько границ не придётся.

— Уверен, — твёрдо ответил я. — Антип доставит посылку в Москву. Нам нужно немного времени, чтобы собрать необходимый объём. Я пока не знаю как буду добираться, поэтому нужно чтобы всё необходимое было на месте.

— Я понял, — кивнул Гарфакс и повернулся к древнему слуге моего рода. Некоторое время Адамс с интересом изучал Антипа, а потом произнёс. — Вы сильно отличаетесь от того образа, который я видел.

— За последние месяцы многое изменилось, господин президент, — нейтрально ответил архимаг Огня.

— Но не всё, — хмыкнул в ответ Гарфакс.

После этого мы попрощались, и командир Чёрной сотни пешком ушёл в сторону Тверской трассы. Вероятно, его подчинённые давно привыкли к причудам своего президента. Потому что поведение Адамса было странным, как на него не посмотри.

Я на несколько мгновений замер, разглядывая подаренную мне машину, а потом уверенно сел за руль. Как говорили древние — практика наш лучший учитель.

— Роман Викторович, доверите свой транспорт Григорию? — взглянув на Бернхарда, спросил я. — Но сразу скажу, что джип может серьёзно пострадать.

— Я прошёл лучшую подготовку из всех возможных, ваша светлость, — с некоторой обидой в голосе, произнёс обычно невозмутимый секретарь.

— Да и ладно, — азартно воскликнул мой генерал. Он всегда питал слабость к большим скоростям и даже на боевых химерах попробовал ездить одним из первых. Но от этого пришлось быстро отказаться, потому что монстры на больших переходах теряли контроль и начинали жрать своих наездников. — Когда ещё такой шанс выпадет?

Усевшись за руль вдруг понял, что всё вокруг до боли знакомо. Рука сразу нашла кнопки настройки сиденья. Как только подогнал под себя спортивный ковш, перешёл к зеркалам. Обзорность была отличная. Может чуть толстоваты стойки и это могло помешать в поворотах, но в целом терпимо.

Откуда в моей голове взялись эти мысли сказать я бы не смог, но они однозначно были правильными. Палец лёг на кнопку старта, а на соседнем сиденье нетерпеливо заёрзал Бернхард. Небольшое усилие и под капотом пробудился могучий зверь. Рокот двигателя прошёлся едва ощутимой вибрацией по всему телу.

— Охо-хо!!! — весело рассмеялся Бернхард. — Вот это зверь! Сколько там? Литров восемь объём?

— Не знаю, — погладив руль, ответил я. На лицо лезла безмятежная улыбка и я не собирался себя сдерживать. Не сейчас. — Гарфакс не говорил. Сейчас проверим.

— Пророк знает толк в хороших игрушках! — когда мы проехали первую сотню метров, довольно проворчал генерал. Позади ехал джип Ожегова, но мы на него внимания не обращали. А потом мы выбрались на трассу и я вдавил педаль газа в пол.

Это можно было сравнить со взлётом дракона. Мощная сила вдавила меня в спинку сиденья, в салоне царил рёв могучего зверя, а за окнами проносилась с невероятной скоростью дорога. Джип сопровождения мгновенно отстал и превратился в точку, стрелка спидометра почти упёрлась в ограничитель, но я чувствовал, что машина ещё может ускориться.

— Ух! — выдохнул Бернхард. — Аж дух перехватило! Там ремонт дороги дальше, господин. Если не притормозить, то разложим машину. Жалко…

Расстояние до поворота к моим владениям было просто смехотворным, поэтом я даже не подумал спорить. Сбросил скорость до разрешённых значений и принялся следить за тем, как автомобиль слушается руля. Ощущения были незнакомыми, но от этого не менее интересными.

К моменту нашего возвращения в имение часть гостей уже начала всерьёз волноваться. Кто-то ходил по саду, обсуждая последние новости, кто-то сидел за столом, но везде ощущалось некоторое напряжение.

— С днём рождения!!! — выскочила мне навстречу Нюша. Младшая сестра немного припозднилась и прибыла на мероприятие вместе с Катей. Маленькая служанка Нюши сильно робела от такого количества людей вокруг, но старалась этого не показывать. — От лица жителей Сумани, желаем вам всего наилучшего, Ярослав Константинович. И ещё мы приготовили тебе тортик!

«Тортиком» оказалась четырёхэтажная конструкция весом в полсотни килограммов. Судя по тому, как от этого подарка фонило магией, даже муку суманьцы делали из аномальных растений. Некоторые из владетелей первого круга даже просканировать мой подарок пытались, но ни у кого толком не вышло понять, какой же эффект будет у подобного кондитерского изделия.

— Спасибо, Аня, — с улыбкой обняв сестру, произнёс я и негромко добавил. — Если кто-то из дворян отравится вашим подарком, то у меня будут проблемы.

— Обижаешь, брат! — так же тихо ответил Улитка. — Разве что сил немного добавится у них. Может Источники очистятся. Но может быть проблема если у кого-то аллергия на клубнику. Её из Себыкино везли.

— Понял, — серьёзно ответил я. За аллергические реакции сильных магов точно можно было не переживать.

Дальше началось основное мероприятие. Для меня оно в большей степени состояло из общения с членами союза владетелей. Действующими и будущими. Светлейший князь Пожарский и князь Эльдаров были торжественно приняты в союз Тверских владетелей. Оба на общих условиях, что для многих стало удивительным фактом. Учитывая статус и влияние губернатора Твери, многие ожидали особых привилегий для этого рода, но Евгений Александрович правильно рассудил, что сейчас не тот случай, когда стоит бороться за выгоды для своего рода.

Ближе к вечеру гости начали разъезжаться по домам, а мы всей семьёй провожали их на парковке. Когда территорию имения покинул последний автомобиль высокородных дворян, ко мне подошла Настя.

— Как вам мероприятие, ваша светлость? — спросила Анастасия.

— Всё просто замечательно, Насть, — с улыбкой ответил я. — Спасибо тебе за всё. Не думал, что получится организовать что-то настолько семейное и спокойное. Жалко только, что здесь одни дворяне были. Может махнём в Себыкино? Как думаешь, нам там обрадуются?

— Ещё как… — загадочно улыбнулась Настя. — Зря что ли они несколько дней готовились к празднику? Если тут мы закончили, то можем выдвигаться прямо сейчас.

На вторую часть банкета отправились только самые близкие. Моя семья, Бернхард и высшие оборотни. Никто из них не уехал в столицу и весь вечер мы провели в Себыкино. Там, по уже сложившейся традиции, накрыли столы для всех желающих и мы веселились до глубокой ночи.

Уже далеко за полночь, когда мы перепробовали все, в прямом смысле этого слова, волшебные наливки Пескарёва и Сашка, я сидел за столом и наблюдал за веселящимися жителями моего владения. Очень редко получалось увидеть их в таком настроении и я тихо радовался, что люди могут хотя бы временно забыть о невзгодах и тревогах обычной жизни.

В какой-то момент я ощутил на себе внимательный взгляд и повернулся к Ивану. Чёрные глаза личного слуги Императора, как всегда, оставались непроницаемыми, но я теперь немного иначе воспринимал реальность.

— Мне кажется, что ты что-то хочешь мне сказать, Иван, — негромко произнёс я и оборотень нескладно поклонился мне. На его лице появилось слегка виноватое и расстроенное выражение.

— Я не хотел портить такой замечательный день, ваша светлость, — произнёс Иван.

— Этот день закончился несколько часов назад, и он действительно был просто отличным, — с улыбкой ответил я. — Рискну предположить, что правитель Империи просил тебя напомнить мне о моих обязательствах.

— Три дня, отведённые на подготовку, истекли, господин, — сообщил личный слуга главы рода Романовых. — Ситуация немного стабилизировалась, но лучшие дворяне страны продолжают нести серьёзные потери.

— Что ж… Свою передышку я получил, — сделав глоток ароматной настойки из двадцати аномальных трав, ответил я. — Утром я соберу отряд и мы выдвигаемся в Краснодар.

И тут же понял, что Иван рассказал далеко не все новости, это было видно по его всё еще мрачному лиц.

— Но это не все, что ты хотел сказать? — теперь нахмурился уже и я.

— Обстоятельства изменились, господин, — поняв, что молчать дальше нет смысла, ответил Иван.

Центральная Африка

Где-то в тропических джунглях

Чёртов дождь не прекращался ни на минуту, как и не прекращалась долгая погоня племени Бриссу за экспедиционным корпусом герцога Клозе. Хотя… От корпуса практически ничего не осталось, да и сам герцог бесславно погиб вместе со своим штабом, став одной из самых «жирных» жертв Серого Тумана.

Да, именно так назвали это явление австрийские бойцы, когда первый раз столкнулись с ним. И тогда же и понесли они первые потери. Как позже разобрались с явлением маги, Серый Туман был каким-то сильным заклинанием. Причем, заклинанием вне аспекта, а если быть точным — то смесью пяти аспектов. да-да! Тот самый грязный Эфир, который мечтали получить все без исключения государства этого мира. Причем, получить в стабильном состоянии, а не в качестве условной «бомбы», которая взорвется в самый неподходящий момент.

Бриссу смогли это сделать и успешно применяли грязный эфир против своих врагов. Экспедиционный корпус Австрийской Империи спас тот факт, что хороших магов в корпусе было сильно больше, чем у обороняющихся Бриссу. Ну и загадочное устройство маркиза Зигфрида Спанхейма также помогло.

Грязный Эфир против Грязного Эфира. Вот только, устройство спецотряда маркиза имело время действия и перезарядку. А маги Бриссу были ограничены только своими силами и амулетами. Амулеты у них были преотличные, выступая то ли накопителями Грязного Эфира, то ли вообще — их производителем. А силы… Силы эти чернокожие фанатики не жалели, высушивая свои тела досуха. Ни одного мага Бриссу не удалось захватить живым — либо они умирали от ран, либо превращались в иссохшие мумии, высасывая из себя всю энергию до последней крохи. Чёртовы фанатики!

Барон Ганс фон Ведель, ягдмастер Его Императорского Величества Фердинанда II, командир спецотряда «Шварцхунды» сидел на поваленном дереве и судорожно пытался прикурить промокшую сигарету. При том, что курить он бросил уже много лет назад, прямо сейчас у него возникло резкое желание вернуться к старой привычке.

И это было, в принципе, объяснимо. «Шварцхундов» больше не существовало. Не существовало, как подразделения, которое в состоянии выполнять более-менее достойные задачи. Сорок три мага и двести двадцать два бойца — это всё, что осталось от трехтысячного наемного подразделения. Менее десяти процентов!!!

А всё почему? Да потому что именно «Шварцхунды» прикрывали отход остатков экспедиционного корпуса, который уносил то, за чем и была организована эта экспедиция. Барон видел эту штуку и в первый раз впал в реальный ступор. Но, тут нужно поподробней.

Чем ближе войска австрийской Империи пробирались к сердцу развалин, тем яростней было сопротивление туземцев. Чернокожие оборонялись яростно, периодически переходя в контрнаступление, несмотря на то, что их силы были значительно слабее. А учитывая, что в этом регионе, являющемся аномалией почти не работала техника и частично — вооружение, то большинство боев происходило с помощью магии, а магов у австрийцев было явно больше.

Но Бриссу не сдавались, а Серый Туман с раздражающей периодичностью накрывал ряды атакующих. Переломный момент чуть было не наступил, когда группа туземцев, видимо воспользовавшись подземными проходами древнего города, вышли из-под земли прямо около ставки штаба корпуса, в котором располагался сам герцог Клозе и его старшие офицеры. Три мага Бриссу и двенадцать их воинов умудрились обезглавить корпус, убив всех. При этом они сами погибли, но цель была достигнута.

Возможно, в другой ситуации это бы принесло туземцам победу, но к их несчастью у австрийцев был человек, мгновенно перехвативший командование и не давший случиться панике и растерянности внутри корпуса. Конечно же, это был маркиз Спанхейн.

Именно под его командованием, корпус бросился на последний отчаянный штурм, сходу взяв королевский дворец Бриссу. К счастью для австрийских войск, там не было короля и самых его сильных воинов, которые всё еще были рассеяны по Черному Континенту. Жертвы павших Бриссу были напрасны и маркиз получил доступ к тому, что хотел.

Барон Ведель присутствовал, когда маркиз нашел искомое. И это был амулет… древнегерманский солнечный крест!!! Откуда этот амулет был в Африке у туземцев, барон понятия не имел. А маркиз не спешил делиться этим знанием, лишь сказав, что миссия выполнена и нужно убираться.

Барон и сам это понимал, однако не смог отказать своим ребятам в удовольствии вдоволь пограбить дворец и дома Бриссу. Маркиз не смог ему отказать, тем более, что члены его спецотряда также изъявили желание еще немного поискать по округе. Тогда же и выяснилось, что это был совсем не дворец короля Бриссу, как они думали. Это было что-то вроде священного места, где находились ученые Бриссу с охраной. Хотя и эта информация не смутила маркиза. А ведь барон точно знал, что герцог Клозе шел брать столичный город Бриссу. Получается, Император не доверял герцогу, но доверял маркизу. У Веделя складывалось нехорошее впечатление, что их использовали в темную.

Сейчас он жалел о своем решении, ведь они потеряли целый день за который изменилось всё! И да, подтвердил его опасения. Во-первых, подошли еще отряды Бриссу. И они оказались совсем другого «качества», как выразился его, ныне покойный, заместитель и друг — Фирц Форбек по прозвищу Нахталь. Он погиб в тот самый день, когда из леса выскочили Бриссу верхом на странных аномальных тварях.

А маркиз поставил «Шварцхундов» в арьергард отступающего войска и приказал держать фронт, что и привело к этим чудовищным потерям!

Бриссу не отставали, яростно накататываясь на бегущие австрийские войска со всех сторон. При том, что аномальные твари никуда не делись, и также вносили лепту в позорное уничтожение остатков некогда великолепного и отлично укомплектованного наемного подразделения. Однако, Ведель был верен своему слову и присяге. Его ребята умирали, но не давали пробиться к основным силам. Ровно до того момента, когда уже не могли сделать это физически. Когда количество убитых и раненых превысило всякие мыслимые пределы. Тогда Бриссу добрались до кадровых военных Австрийской Империи и дело стало еще хуже.

Ведель умолял маркиза остановиться и принять нормальный бой, но Спанхейн был неумолим. Они упорно следовали к точке эвакуации и, наконец, они её достигли. В этом месте магический фон позволял летать вертолетам, два из которых сейчас стояли на поляне, ожидая пока туда загрузится спецотряд маркиза. Два вертолета на почти четыре тысячи оставшихся в живых верных бойцов Империи и Императора.

— Барон!

Ведель поднял голову и увидел маркиза Спанхейна, который стоял рядом с ним в черном плаще, по которому бежали струи дождевой воды.

— Маркиз, — Ведель тяжело поднялся с бревна, откинув так и не зажженную сигарету.

— Вы и ваши люди хорошо поработали, Император вас не забудет, — без капли эмоций проговорил архимаг Смерти. — Удачи, барон!

Он четко развернулся на каблуках в грязи и решительно направился к ожидающему его вертолету. Ведель с усмешкой наблюдал за стоящим в стороне молодом лейтенанте — выжившем кадровом офицере с самым высоким званием, на которого и оставил маркиз командование остатками корпуса.

Маркиз же запрыгнул на борт, и вертолет, сотворив натуральный водяной торнадо своими лопастями, тяжело оторвался от земли и начал набирать высоту.

— ПЗРК здесь уже сработает, командир, — услышал он тихий голос из-за плеча. — Может долбануть по его сиятельству вдогонку?

Ведель усмехнулся. Не поворачиваясь, он понимал, что вопрос исходит от его чудом выжившего гроссмайстера. И Эбер Крест сейчас совсем не шутил!

— Нет, Эбер, — покачал Ведель головой. — Не стоит, хоть я тебя прекрасно понимаю. Собирай людей и срочно уходим, пока армейцы здесь будут сопли жевать. Мы свое отвоевали. Теперь пускай они прикрывают наш отход. Своими жизнями…

— Принято, — без возражений и разговоров, гроссмайстер кивнул головой и также посмотрел в сторону оставшихся младших офицеров Австрийской армии.

В отличии от «Шварцхундов», бойцы экспедиционного корпуса долго здесь не протянут. Да, возможно они успеют выйти к форпостам, ну по-краней мере — часть из них. Но они точно послужат «буфером» между уходящими «Шварцхудами» и разъяренными Бриссу, ведомые странной темнокожей девушкой с золотым сиянием вокруг головы…

Глава 15

Владения рода Разумовских

Себыкино

— Алексей Александрович очень просил вас поторопиться с решением проблем аномальных зон на территории Российской Империи, ваша светлость, — ответил Иван. — Мировой баланс пошатнулся и очень скоро всё начнёт рушиться. С государем вчера вечером связалась наследница верховного вождя племени Бриссу.

— Мара? — слегка удивился я. Истинная глава африканской делегации уехала по срочным делам домой. Я не сомневался, что ничего приятного её там не ждало, но слова Ивана о мировом балансе несколько настораживали.

— Да, господин, — кивнул Иван. — Верховный храм Бриссу подвергся нападению австрийский войск. Он разграблен и уничтожен. Мара ведёт преследование отступающих солдат Австрийской империи. Начата тотальная ликвидация всех сил этого государства на территории Черного континента. Отныне каждый житель Африки, кто хоть что-то слышал о Бриссу, обязан уничтожать австрийцев при встрече. По сути, это объявление тотальной войны на Африканском континенте.

— Но и это не всё? — посмотрев в глаза Ивану, прямо спросил я. Учитывая размах операции, австрийцы нанесли таинственным правителям Африки очень болезненный удар и те не собирались оставлять его без ответа.

— Бриссу выходят из тени, — чётко ответил оборотень. — Официально и на всех уровнях. Первым официальным заявлением верховного вождя будет объявления войны Австрийской империи. Воины младших племён уже готовятся к броску через Средиземное море. Это война по всем правилам.

— Война… — задумчиво ответил я. — Значит Фердинанд решился идти ва-банк. Таких врагов, как Бриссу, вряд ли кто-то захочет иметь. Вероятно, у наших западных соседей будет слишком много хлопот в ближайшее время и они могут отложить наступление на границы Российской Империи.

— Точно нет, — покачал головой личный слуга Императора. — Все военные силы соседей приведены в боевую готовность. Восточные армии стягиваются к нашей границе. Все боевые подразделения, подчинённые австрийской короне, отозваны в Европу. Поэтому государь просит вас поторопиться. Часть наших сил заблокирована рядом с аномальными зонами и мы не можем их переместить без подтверждения безопасности мирных жителей.

— Я услышал тебя, Иван, — слегка рассеянно ответил я. — Организуй утром самолёт для меня и моих людей.

— Всё уже готово, ваша светлость, — поклонился мне Иван. — Два транспортника ждут на главном аэродроме столицы. Император готов предоставить для усиления своих гвардейцев из особого подразделения. Тех, что участвовали в зачистке ядра Тверской аномалии.

— Это не будет лишним, — не стал отказываться я. — Но много людей не нужно. Пойдём налегке.

Глава рода Романовых очень быстро перешёл от осторожного наблюдения к полной вере в мои силы. Вероятно, других способов закрыть вопрос с аномальными зонами у него просто не осталось. Учитывая выбитые во время последних событий дружины сильнейших родов, ситуация действительно получалась довольно плачевная.

Дополнительно, усилить армию было просто некем. Самых перспективных добровольцев собирали аристократы, чтобы хоть как-то перекрыть кадровый голод. Регулярных частей имперской армии было немало на территории страны, но они далеко не всегда годились для противостояния с магическими отрядами противника. Те же егеря сейчас были разбросаны по всей стране и отрабатывали своё жалованье на полную катушку. Не в добрый час Бестужев получил повышение…

Выполнив свою главную задачу, Иван откланялся и отбыл в столицу. Вместе с ним покинули Себыкино остальные оборотни, кроме Антипа и Григория. По сути, я мог рассчитывать в грядущей операции только на помощь своих собственных слуг. Но этого, к счастью, было вполне достаточно.

— Всё плохо, Семикрылый? — присаживаясь рядом со мной, негромко спросил командир моей родовой дружины. — Праздник в разгаре, а на тебе лица нет.

— Да как сказать… — невесело улыбнулся я. Аршавин сразу выбрал определённый стиль общения, и я не имел ничего против. Наверное, это был наилучший способ поговорить откровенно и без излишеств этикета. — Не очень мне нравится, когда со всех сторон гадости всякие валятся, Шатун. Закипел котел уже… Да так, что крышку вряд ли снять успеют…

— Мои знакомые из военных частей шепнули, что война грядёт, — проницательно посмотрел на меня Ратай. — Австрийцы зашевелились…

— Очень уж активно они шевелятся, — поморщился я. — В Африке уже так нашерудили, что Бриссу решили на них войной идти. К нашим границам подходят, а у нас по всей стране аномалии нестабильные. И бойцов погибло немеряно.

— Наша дружина в полном порядке и боевой готовности, — нейтрально заметил Аршавин. — Вы только скажите, когда и куда надо выдвигаться. Мы за вас в огонь и воду, Ярослав Константинович…

— Это я знаю, Шатун, — тепло улыбнулся я самому верному моему военачальнику. — Вот только не факт, что пара сотен бойцов что-то решит в этой кровавой каше, что заваривается по всему миру.

— Опять один пойдёте? — угрюмо набычился Ратай.

— Те не сердись, Ратай, — хлопнул я по плечу Николая Петровича. — Знаю, что засиделся ты. Но мне больше дружину и родовые земли доверить некому. Понимаешь? Сестры дома остаются, а я собой сильнейших магов заберу. Без твоей помощи никак мне не обойтись.

— Ну Вепря-то хотя бы берёте с собой? — прямо спросил Аршавин. Судя по его лицу, Шатун был готов вступить в спор и отстаивать свою правоту до последнего. — Без сопровождения обычных бойцов никак нельзя, Сокол. Не везде маги выручить могут. Обычные дружинники и прикрыть могут, и лагерь обустроить. Да и не совсем уж обычные Витязи. Если прикажете, я всех Мастеров соберу, чтобы нормальную безопасность организовать.

— Не надо всех, — покачал головой я. Аршавин очень сильно переживал и не скрывал этого. На момент когда я только приехал во разграбленные владения моего рода, Ратай беспокоился только за то, что молодой самонадеянный князь всё же свернёт себе шею в очередной авантюре и всё пойдёт прахом. Но масштаб проблем и задач только рос с каждым днём и сейчас превратился в ком невероятных размеров. Даже мне было не особенно понятно, с какой стороны к нему подойти. — Но два десятка лучших возьму. Нам турне по всей стране предстоит. Если всё правильно сделаем, то за неделю управимся. А если повезёт, то и на побывку домой заскакивать получится.

— Это как? — не понял Аршавин. — Проездом?

— Почти, — рассмеялся я. — Давай часов в шесть утра завтра собирай бойцов в имении. Мне нужны универсалы, которые могут выполнить любую задачу. По снаряжению берите тяжёлый рейд на пять-семь дней. Если понадобится, то доберём расходников у гвардейцев Императора или местных аристократов.

— Всё же планируется тяжёлый бой? — исподлобья посмотрел на меня Ратай.

— Нельзя исключать, что и такое может случиться, — невозмутимо ответил я и Аршавин молча кивнул, собираясь уходить, но я его остановил. — Шатун, мне очень нужно, чтобы ты присмотрел за девочками. Сделаешь?

— Само собой, Сокол, — коротко ответил глава родовой дружины. — Глаз с них не спущу.

Я снова остался один. Настроение было хорошее и даже сообщение Ивана меня особо не расстроило. Сам обещал взяться за эту работу и был уверен, что сумею её выполнить. А вот как после этого повернётся ситуация в Российской Империи, предсказать было сложно. Те же Бриссу вопрос с аномальными зонами окончательно решить не смогли, несмотря на всё своё магическое превосходство.

Я некоторое время наблюдал за веселящимися жителями моего надела, а потом ненадолго прикрыл глаза, собирая данные родовой сети. Аршавин уже вовсю обсуждал поставленную задачу с Рыковым и Алараком. Оба члена выделенной Африканской бригады внимательно слушали своего командира и иногда вставляли какие-то предложения. Пескарёв увлечённо что-то рассказывал Сашку и обнимавшей его за руку Ленке. Мне показалось, что девушке было вообще не интересно и она просто наслаждалась возможностью побыть рядом со своим любимым.

Просканировав всю округ обнаружил Нюшу на самой границе посёлка. Младшая катала детей на россожах и показывала им огненного волка. Хорошо ещё Булю с собой не притащила! Настю и Бернхарда нашёл на берегу того самого озера, где мы гасили силу светлой ласточки. Генерал о чём-то тихо беседовал с моей старшей сестрой, и та иногда смеялась.

Несмотря на шум застолья, было слышно, как в лесу оглушительно стрекотали насекомые. Ухал филин. Пахло подгорелым на огне хлебом и дымом. Наверное, так и должно ощущаться место, куда хочется возвращаться после сражений. Дом. Не ледяная, укутанная сотней слоёв магической защиты крепость, а что-то вот такое — тёплое и наполненное смехом людей.

Ждать завершения праздника не стал. Все официальные церемонии давно были закончены, да и было их совсем немного. Просто поднялся из-за стола и направился к окраине Себыкино. Тут же ощутил, как рядом появились оборотни. Эти двое держались в стороне, но чутко следили за ситуацией.

Небольшая пробежка до дома помогла взбодриться и выплеснуть излишки энергии после целого дня тишины. Источник прокачивал энергию сумасшедшими объемами и теперь у меня скорее могли возникнуть проблемы из-за бездействия в мирное время, чем нехватка маны в бою. Приняв душ упал на кровать и приказал телу проснуться через четыре часа. Сейчас этого уже было вполне достаточно, чтобы полностью восстановить.

За окнами ещё было темно. Только охрана поместья неустанно курсировала по периметру сада. Настю я ощутил в её комнате, а в гостиной на первом этаже сидели у камина два оборотня и Бернхард. До назначенного времени сбора сводного отряда оставалось ещё больше часа, поэтому я не торопясь принялся собираться.

Брать особо было нечего, поэтому готов был уже через несколько минут. Мечи, амулет-накопитель, проверенный временем камуфляж и комплект артефактной защиты, который использовали Витязи во время глубоких рейдов. Артефактный телефон вряд ли мог мне пригодиться на таком расстоянии от дома, но его тоже взял.

— Доброе утро, господин, — едва я показался из коридора, поздоровался Григорий. — Я подготовил все необходимые документы на время вашего отсутствия. Все дела рода передаются Анастасии Константиновне, но я постарался максимально разгрузить её. Новые контракты и предложения будут поступать лично мне.

— Спасибо, Григорий, — ответил я.

— Завтрак будет готов через десять минут, Ярослав Константинович, — произнёс Антип. — Я предупредил всех в имении, что нас не будет некоторое время. Евгения возьмёт на себя мои обязанности.

— Благодарю, — улыбнулся я предусмотрительности своих верных слуг и посмотрел на Бернхарда. — А вы почему домой не поехали, господин Ожегов?

— Да мы, собственно, только недавно пришли… — чуть смущённо ответил генерал. — Вот я и решил вас дождаться, господин Разумовский. Потому что мне сообщили, что вы на целую неделю планируете покинут Тверскую губернию. Подумал, может вам попутчик и компаньон понадобится.

— Было бы здорово, — не выдержав этого обмена светскими фразами, рассмеялся я. — А я думал, что у тебя в Твери полно дел и даже предлагать не стал.

— С делами управляющий справится, — отмахнулся Бернхард. — Есть у меня один хороший парень, который роду уже не первый год служит. Много со мной прошёл.

— Настя переживать будет, если поедешь, — поддел я старого соратника.

— Она будет гораздо сильнее переживать, если я останусь, — абсолютно серьёзно ответил генерал. — Мы вчера много говорили. Она очень за тебя переживает. Даже больше, чем за сестру и владения рода.

— Это моя главная защита, — улыбнулся я в ответ.

Пока мы обменивались фразами, Антип организовал скромный по меркам тёти Жени, завтрак. Ели в тишине, потому что все основные вопросы вроде как проговорили заранее. А когда с улицы послышались звуки приближающихся машин, все поднялись из-за стола и направились к выходу.

Аршавин сам привёл в имение отобранных бойцов. Командиром Витязей назначили Змея, как самого универсального бойца бригады. Аларак коротко поздоровался с оборотнями и Бернхардом и сразу отошёл в сторону. Маги находились в прямом моём подчинении, а обычными бойцами командовал Алексей.

— Вы уверены, что хватит полтора десятка человек? — уточнил у меня Шатун. Нагруженные снаряжением Витязи выстроились передо мной. На каждом было килограммов по тридцать груза, но парней это вообще не беспокоило. — Можем легко удвоить отряд сопровождения…

— Не нужно, — покачал головой я. — И так сложно будет темп держать при таком размере отряда. Давайте выдвигаться в столицу, а то до обеда не доберёмся.

Маршрут до Москвы был уже выучен мной наизусть. Я ожидал какой-то пакости или подставы по пути, но всё прошло удивительно спокойно. Колонна из трёх вездеходов Бриссу без проблем добралась до столичного аэропорта и около восьми утра мы уже были на месте.

Оказалось, что Иван всё предусмотрел и ещё на входе нас встретил подтянутый офицер в гвардейской форме. Весь персонал, кроме этого парня, старательно не обращал внимания на полтора десятка вооружённых до зубов бойцов со странными татуировками на лицах.

— Капитан Евдокимов, — подойдя ко мне и отдав честь, представился офицер. — Доброе утро, Ярослав Константинович. Следуйте за мной.

Гвардеец проводил нас к специально выделенной взлётной полосе, где ждал остальной отряд. Представители особого подразделения гвардии были, как им и положено, безразличны ко все на свете. Эмоции у этих ребят вообще были большой редкостью из их странных отношений с магией и миром. Но я узнал нескольких и это можно было считать хорошим началом.

Грузовой борт с зубодробительным номером поднялся в небо вне расписания. Капитан Евдокимов, который оказался командиром гвардейцев, сообщил, что все данные об этом рейсе засекречены и о нашем прибытии знает только несколько человек в Краснодаре.

После недавних событий с представителями Японской делегации и откровенной агрессии со стороны Австрийской империи, военные решили перестраховаться и залить всё таким уровнем секретности, что сами начинали путаться кто и что знает о моём текущем задании.

— Мне приказано сопроводить вас до первого круга обороны Краснодарской аномальной зоны, — когда самолёт уже начал снижении, произнёс Евдокимов. — Там мы выдадим остальные инструкции, которые вам передали в штабе гвардии.

— Вот как? — удивлённо поднял брови я. В том, что кто-то в штабе гвардии знает о нашей вылазке, у меня были серьёзные сомнения. — А кто вам передал приказ, капитан?

— Распоряжение получено мной из рук личного слуги его Императорского Величества, — немедленно ответил офицер. — Мой отряд на особом счету и Иван всегда общается со мной лично. Как, например, в том случае, когда мои люди участвовали в эвакуации сводного отряда иностранных делегаций из ядра Тверской аномальной зоны.

Сквозь гул моторов внезапно прорезался звук сирены. Следом над входом в кабину пилотов загорелся аварийный маячок. Евдокимов тут же поднялся и ушёл узнавать в чём дело, а я повернулся к Григорию.

— Администрация аэропорта просит подождать, — ответил на мой немой вопрос Бетюжин. — У них все полосы, почему-то заняты и сесть просто негде.

— Не думал, что здесь такой активный график вылетов в это время, — задумчиво произнёс я и тут же увидел, как лицо архимага Ментала изменилось.

— Это внештатная ситуация, господин, — выдохнул Григорий. — Идёт экстренная эвакуация гражданского населения. Зона внезапно увеличилась рывком на несколько десятков километров в одном направлении. Южная часть Краснодара под ударом аномальных чудовищ.

— Видимо, начать придётся немного раньше, — хмуро произнёс я и, услышав шаги возвращающегося гвардейца, развернулся к нему. — Капитан, нам надо высадиться как можно ближе к зоне атаки монстров. Это возможно?

Глава 16

Юго-Западный район Краснодара

Улица Васильковая

— Залп по угловому зданию! Координаты… — послышался сквозь треск помех приказ командира батареи имперской армии и Арсен Подолян по прозвищу Гюрза вскинулся из-за своего укрытия. Княжич лежал за горой битого щебня на остатках замечательного фонтана. С двух сторон от него лежали бойцы его личного подразделения. Два десятка дружинников — вот всё что осталось от сил рода за последнюю неделю.

— Там же люди! — скрипя зубами, прошипел Гюрза. Раненая рука подломилась и младший княжич рода Подолянов рухнул лицом на острые камни.

Магия была не всесильна. Даже родовые лекари не могли вылечить раненого аномальными монстрами молодого дворянина полностью. Отчасти потому, что княжича дважды за последние дни чуть не разорвали на мелкие кусочки.

— Везде люди, Гюрза, — тихо и как-то отстраннённо произнёс глава родовой дружины. Ратай положил тяжёлую руку на плечо своему ученику, попытавшись хотя бы так его успокоить. — Я бы не отказался, чтобы по Козыревке нашей тоже арта шарахнула четыре дня назад. Может хоть меньше мучались бы мои…

От слов Кречета у Арсена всё похолодело в груди. Их род веками оберегал границу аномальной зоны и славился тем, что на его земля было безопасно даже в самый сильный гон. Сил дружины всегда хватало, чтобы защитить население многочисленных посёлков и пары маленьких городков. И поэтому никто из слуг рода не сомневался, когда переселял поближе к месту службы своих родных и близких. Расплата за такую беспечность оказалась поистине страшной.

Всего за несколько дней весь первый круг обороны Краснодарской аномальной зоны был уничтожен без остатка. Потери были настолько чудовищными, что княжич в какой-то момент хотел покончить с собой от стыда и невероятного чувства вины за доверившихся его роду людей. Не дало Арсену броситься на клинок только не менее могучее чувство долга. Оно требовало сделать всё возможное, чтобы спасти хоть кого-то. И Гюрза делал.

Раз за разом его гвардия бросалась в самоубийственные атаки, буквально вырывая из лап обезумевших чудовищ чудом уцелевших гражданских. Они спасли почти пять тысяч человек и теперь они все снова были под угрозой. Затишье после первой атаки оказалось недолгим. Вот только никто не ожидал, что зона выкинет новый фокус. Да ещё такой.

Спешно прибывшие по тревоге военные перекрыли бреши во втором круге обороны. Артиллерия работала по ухоженным и с любовью возделанным землям первого круга без остановки и казалось, что огненная смерть, летящая с неба, сумела отбросить орды монстров. Особо уверенные командиры даже начали засылать отряды разведки к линии обстрела. Близко подходить никто не решался, но за полосой отчуждения не видно было живых чудовищ. Только перепаханная пополам с кровью земля.

Подоляны пострадали больше других — их зона ответственности были значительно шире, но и дружина превышала по численности соседей. Но этого не хватило. Арсен своими глазами видел развалины родового гнезда его семьи, где родились шесть поколений его предков. Места, которое он не сумел защитить.

— Должен быть выход! — зло ударив кулаком по камням, рыкнул княжич. — Так нельзя!

Будто в ответ на его слова, из приговорённого к обстрелу здания высыпала кучка людей. Десятка полтора и среди них трое малышей лет пяти. Гюрза пару мгновений смотрел, как они пытаются отбежать подальше, а потом рывком сорвал с пояса почти пустой накопитель.

— Не делай этого, Гюрза, — настойчиво произнёс Кречет. Вот только при этом, совершенно противореча собственным словам, коснулся артефактного щита на поясе. — Сдохнем ведь все!

— Вперёд! — рыкнул Арсен. — Алабай, Ящер — передвижной купол. Дистанция сто двадцать. Юг.

Княжич сорвался с места. Ненужный сейчас родовой клинок Прохлада остался болтаться в ножнах на спине. Сейчас всё решала скорость. Этот манёвр они за последние дни проделывали раз сто и все работали практически на автомате. Разницы от чего спасать людей не было. Клыки тварей не сильно отличались от свистящей смерти с неба.

В рывок следом за командиром ринулись четверо выживших Мастеров. Группе хватило пары секунд, чтобы добраться до едва ковыляющих гражданских и подхватить их на руки. На головами и за спиной отступающих дружинников тут же развернулся толстый магический щит. Гюрза мельком посмотрел на своих магов-защитников и увидел, как у Ящера потоком бежит из носа кровь. Алабай даже не пытался удержаться на ногах и просто сидел привалившись к остаткам фонтана. Одарённые вложили в заклинание все остатки своих сил, но приказ командира выполнили.

— Ходу! — передавая детей на руки своим бойцам, отрывисто приказал княжич. Основной отряд уже был готов к рывку, и дружинники тут же перешли на бег.

Уже у поворота на следующую улицу чутьё заставило Арсена оглянуться. Перед лицом Гюрзы моментально возникла водяная линза, в которой застрял вибрирующий шип с хищно раскрывающимися отростками. Из-за здания, где минуту назад укрывались гражданские, показалось массивное тело Зверомора.

Ходячий гриб четвёртого ранга передвигался очень медленно, но при этом обладал бесконечным запасом дальнобойных атак на основе аспекта Земли. Поэтому ползла эта туша в основном по трупам убитых этими шипами людей и поглощала их подошвой своего тела.

А мгновением позже тварь утонула в огне артиллерийского удара. Артефактные снаряды рвали чудовище на части. Сверху на него рушилось подорванное здание, но даже это не гарантировало, что монстр погибнет окончательно.

— Семьсот метров до основной линии обороны, Гюрза, — сообщил Кречет. — Алабай и Ящер в минусах. Дальше сами.

— Дойдём, — упрямо прорычал Арсен. — Немного осталось.

Из-за громадной протяжённости второго круга обороны Краснодарской аномальной зоны, в её защите была задействована вся южная армия. Оставшиеся регулярные имперские силы и выжившие дружинники владетелей первого круга занимались эвакуацией гражданского населения. Мгновенный рост аномальной зоны в сторону Краснодара никто предсказать не мог. Такого просто никогда не случалось прежде.

Чем больше думал о ситуации Арсен, тем больше у него складывалось впечатление, что тварей что-то гнало в город. Будто все чудовища, которые выжили после артподготовки на территории аномалии ринулись к единственному спасительному выходу. Защищали город добровольные дружины ополчения, силы губернатора и ребята-курсанты из артиллерийского училища. И всего этого было слишком мало, чтобы остановить безумный натиск монстров.

Люди теряли одну улицу за другой. Связь практически не работала. Защитники города уже перешли на древнюю систему гонцов, но далеко не все из них могли добраться до адресата. Учитывая ситуацию у других аномальных зон, рассчитывать на скорую помощь точно не стоило.

— Слишком много монстров, — слыша позади приближающийся рёв чудовищ, прохрипел Гюрза. — Так не должно быть. Они же должны когда-то закончиться! Откуда столько?

— Со всей зоны, Гюрза, — ответил глава родовой дружины Подолянов. — Я там пару сморкачей видел. Они всегда законной добычей Берестовых были. А это на другой стороне совсем. Больше эти твари нигде не водились. Я тебе в очередной раз говорю — бери машину и гони отсюда. Местные пропустят. Ты и так для многих герой из героев. Отец сам тебе приказывал уходить ещё вчера…

— Нет! — жестко ответил Арсен. — Я жив. И покуда жив…

— Буду стоять на страже Империи, — закончил за княжича Ратай, а потом сокрушённо покачал головой. — И в кого вы такие упёртые все? Особенно ты!

— Кто старший на участке? — когда группа добралась до наспех наваленной баррикады из бетонных блоков, спросил у покрытого пылью и грязью бойца Арсен.

— Я старший, княжич, — криво усмехнулся парнишка, который был в форме сержанта полиции. — Но с радостью тебе это право уступлю. Командир из меня так себе.

— Есть информация по прорыву? — тут же спросил Гюрза. — Как обстановка на других участках?

— Чуть лучше, чем у нас, — ответил сержант. — Похоже, нам особенно не повезло и мы попали на главное направление.

— Понял, — коротко кивнул Подолян. — Кречет, попробуй откачать магов. У нас вроде ещё оставалась эссенция Воды. Занять позиции! Огонь по моей команде!

Отступать дальше особого смысла не было. На данный момент судьба города уже была практически решена. Военные не могли оставить посты вокруг аномальной зоны, потому что никто не знал откуда и когда последует следующий удар. Всё, на что могли рассчитывать защитники Краснодара — милосердный артиллерийский удар от своих соратников, но это воистину был последний шанс.

— Приготовились! — когда из переулков дальше по проспекту хлынули волны чудовищ, громко выкрикнул Гюрза. Твари сливались в одну бесконечную орду, которую в принципе не могла остановить жалкая горстка людей за бетонной баррикадой.

Следующий приказ княжич отдать не успел. В небе послышался мощный рёв и с севера появился полыхающий защитным огненным полем транспортный самолёт. Он летел предельно низко и уже попал в зону влияния расширившейся аномалии. Обратного пути у пилотов не было.

— Как он летит? — озадаченно произнёс зоркий Кречет. Ратай стоял рядом и смотрел на приближающийся самолёт из-под приставленной ко лбу ладони. — Двигатели сгорели давно… Там шлейф, будто его вулкан настоящий толкает.

— Не знаю, — задумчиво отозвался княжич и мельком посмотрел на внезапно начавших сбавлять шаг чудовищ. — Но на борту этого самолёт кто-то очень серьёзный…

Твари останавливались и задирали головы, будто зрители перед началом грандиозного фейерверка. И этот фейерверк не заставил себя ждать.

От полыхающего самолёта отделилась крупная огненная сфера, устремившаясь вертикально вниз. Сам транспортник тут же потерял защиту и начал стремительно падать. Но не абы куда, а практически в самую гущу орды чудовищ, которые так и стояли без движения. Грянул взрыв.

— Вот же мать твою! — восхищённо прошептал сержант-полицейский. — Это же надо так подгадать!

Пока все смотрели на разлетающиеся от взрыва ошмётки монстров, княжич не отрывал взгляда от огненной сферы. В сотне метров над землёй эта странная магическая конструкция распалась на три десятка воздушных линз. Гюрза просто не мог поверить своим глазам. Сразу чувствовалось, что ими управлял кто-то один. Но три десятка магических конструкций сразу контролировать не могли даже архимаги!

А потом началось форменное безумие. Выжившие чудовища разом бросились друг на друга. Те, кто минуту назад в едином порыве бежал к людям, вцепились в глотки друг другу. На пыльные обгорелые камни хлынула кровь монстров. Каждая из трёх десятков линз, как в сложнейшем танце начала кружиться над полем боя. На магических конструкция в полный рост стояли бойцы в камуфляже и с неба лился настоящий свинцовый дождь. Казалось, каждая пуля находит свою цель, хотя некоторых монстров даже из танка свалить было сложно. Следом сверху ударили потоки лавы, которой вроде бы неоткуда было взяться в небе. И у этого адского концерта был один дирижер.

В центре кружащихся «листьев» магических линз, в воздухе замер один человек. Он просто смотрел вниз. Даже без особого интереса, будто выжидая окончания скучного спектакля. Но это ощущение было таким же обманчивым, как и та лёгкость, с которой этот человек держал в воздухе три десятка человек.

— Бред какой-то… — растерянно пробормотал Кречет. Такой тон от старого Ратая княжич слышал в первый раз. — Это же какая мощь…

Разум Арсена работал на пределе. Он вспомнил всё, что слышал за последнее время из столичных новостей. В деле явно были задействованы архимаги Огня и Ментала. Такое сочетание было доступно только одному человеку во всей Российской Империи.

— Мне кажется, я знаю кто это, — почти без сомнений произнёс Гюрза и в этот момент зависший над полем боя человек, будто наконец увидел свою цель, рывком достал из ножен парные мечи и магическим метеором рухнул на перепаханное поле боя.

***

Ждать дальше не было смысла. Антип с Григорием сделали всё возможное и дали мне шанс определить управляющее ядро надвигающейся орды. Я изначально предположил, что твари не могли атаковать так организованно.

Краснодар, фактически, находился в осаде. Внешне хаотичное передвижение монстров было подчинено общему правило и служило одной цели — уничтожить главный центр управления людей. Тварям это было вообще без надобности, а вот той силе, что стояла за ними, это могло очень помочь.

Сердцем и разумом наступающей орды оказался небольшой антрацитово-чёрный жук. Эту тварь не могли обнаружить сканирующие чары, его не сумел найти Григорий и я не чувствовал в нем никакой скрытой энергии. Но монстр продолжал неотвратимо ползти вперёд несмотря на творящийся вокруг хаос. Его не трогала лава, а артефактные пули соскальзывали с панциря, не причиняя вреда. Практический полный иммунитет к любому воздействия заставил меня присмотреться к зверю более внимательно, а потом я увидел главное. В жуке не было жизни.

Я тут же испарил воздушную линзу под своими ногами и начал последовательное разрушение заклинания тысячи шагов. Каждый из членов моего отряда был тщательно проинструктирован перед высадкой. Благо, все были знакомы с терминологией боевых искусств и быстро поняли, как нужно двигаться, чтобы максимально долго оставаться в воздухе.

Люди вокруг начали медленно опускаться к земле, в то время как я сам рухнул на перекопанную брусчатку с одновременным мощным выплеском грязного Эфира. Живых чудовищ рядом уже не осталось, и жук предпринял попытку сбежать.

Моя атака тоже не причинила ему особого вреда, но временно сбила защиту и я увидел на шкуре монстра те самые символы, которыми были исчерчены золотые шарики в хранилище Императора. Тварь дёрнулась в сторону, но я тут же пригвоздил её к земле клинком. Жук был мне почти по колено, но особыми талантами в ближнем бою не отличался. Пару раз попытался дотянуться до меня чёрными жвалами, но быстро затих и осыпался на землю золотистой пылью. Генерал армии чудовищ был уничтожен. Как и его армия.

— Мерзко это всё… — поднимаясь с земли, проворчал я. Рядом спланировал на последнем шаге моего воздушного заклинания Григорий, а следом за ним Антип и Змей. — Не получилось одним способом своего добиться, так они под нож тысячи пустили.

— Что это было, князь? — спросил у меня Змей. Алексей жестами отправил своих людей проверять ближайшие окрестности, а сам замер на месте, готовый перейти к действию в любое мгновение.

— Подарок от японских друзей, — ответил я. — Наверное, ждал своего часа не один год. Вроде артефакта, который вёл тварей за собой. Может так и зону аномалии местной вырастили.

— Значит он не один? — понятливо уточнил Григорий. Менталист тут же присел над местом гибели жука и начал собирать всю доступную ему информацию, чтобы в следующий раз заранее определить угрозу.

— Скорее всего, — кивнул я.

— Точно не один, господин, — спустя несколько секунд сообщил Бетюжин. — Эти объекты объединены в сеть. И остальные уже знают, что мы убили главного.

— Простите, господа, — неожиданно послышался хриплый голос позади нас. Возле оцепления гвардейцев стояла потрёпанная группа бойцов с незнакомым гербом на запылённой броне. — Разрешите обратиться?

— Слушаю, — коротко ответил я.

— Вы пришли в качестве подкрепления? — уточнил командир отряда. Он был достаточно сильным одарённым, но сейчас находился не в лучшей форме после множества схваток с монстрами.

— Не совсем, — размыто ответил я. — У нас своя задача. Вам лучше добраться до основных сил местных защитников, господин…

— Подолян, — правильно расценив паузу в моей фразе, произнёс мужчина. — Княжич Арсен Подолян.

— Господин Подолян, — закончил я. — В ближайшее время в городе будет спокойнее и монстры должны откатиться к ядру аномальной зоны.

— Как я могу к вам обращаться? — вспомнив о манерах, задал вопрос Арсен.

— Князь Разумовский, — кивнул я. — К вашим услугам.

— Слухи не врут, — усмехнулся в ответ княжич. — Если всё, что о вас говорят действительно правда, то позвольте присоединиться к вашему отряду, ваша светлость.

— Мы пойдём туда, княжич, — махнув рукой в сторону предполагаемого расположения ядра аномальной зоны, ответил я. — Путь не близкий, а вы и ваши люди устали…

— Там были владения моего рода, господин Разумовский, — с тщательно скрытой болью в голосе, ответил Подолян. — Мы отлично знаем местность, расположение всех сплетений и гнёзд тварей на три четверти пути до ядра Краснодарской аномалии. Вам не найти лучших проводников.

— Позывной? — коротко взглянув на Григория и дождавшись его одобрительного кивка, задал вопрос я.

— Гюрза, — ответил княжич.

— Тогда не отставай, Гюрза, — улыбнулся я. — Времени у нас не так много. И так мы уже сообщили о своём визите. Двинулись!